Дракон Вайнкёр, величайшее бедствие своего времени, проснувшись, зашевелился.

Этот легендарный шестнадцатиметровый зверь с чешуей, сияющей больше, чем расплавленные рубины, и огромными темно-черными крыльями, зевнул, потягивая тело, чем вытолкнул из-под своего тела часть золота и драгоценных камней, нажитых непосильным трудом. "Как хорошо." — подумал он, его золотые глаза открылись и приспособились к окружающей темноте, разглядывая своё добро. Он мог бы спокойно проспать здесь еще полвека, если бы не возникшее сегодня желание перекусить.

Вайнкёр медленно вытянул могучую шею, пока его рога не упёрлись в каменный потолок. Он осмотрел свою пещеру, что покоилась глубоко в южных горах Альбейна, удивляясь красоте своих сияющих трофеев. Роскошная кровать из рубинов, алмазов и золотых монет, отнятых у зверолюдей, русалок, свиты эльфийской принцессы и трупов бронированных человечишков, достаточно глупых, чтобы бросить ему вызов. Хороший запас, но маленький. Дракон пообещал себе, что удвоит сокровищницу в размерах, прежде чем вернуться в спячку.

Может быть, ему стоит устроить рейд на гномов? Он слышал, что эти букашки собрали столько драгоценных камней, что те буквально ломились в их подземных хранилищах.

И здесь, слева от него, один из его верных, доблестных миньонов-гоблинов чистил серебряную рапиру, один из лучших экземпляров его коллекции. Это был высокий гоблин с гладкой кожей, грязным капюшоном и испуганным лицом, когда Ванкёр за ним наблюдал...

Погодите...

Это был не гоблин, а человек. Человечишка.

Вайнкёр непроизвольно моргнул, так же как и мужчина, который только что осознал, что ненароком разбудил дракона.

"Вор!" — вспышка ярости дала ему невиданный приток энергии, Вайнкёр взревел и попытался сокрушить человечишку своей лапой, но испуганный вор успел отпрыгнуть вместе с рапирой, и попытался совершить рывок в сторону выхода. Вайнкёр продолжал попытки растоптать человечишку, как гнилой фрукт под ногами, но у двуногого существа оказались хорошие рефлексы.

Впрочем, неважно - пещера была слишком маленькой, а выход находился на противоположной стороне. Дракон быстро загнал мужчину в ловушку, зажав его между собой и стеной. Человечишка отчаянно выставил в его сторону клинок, но дракона куда больше беспокоила угроза случайно расплавить своё сокровище, и это не позволило Вайнкёру сжечь это низшее животное до состояния пепла.

Вайнкёр беглым взглядом осмотрел сокровищницу и с облегчением вздохнул, что ничего, кроме рапиры, не пропало. Он поймал вора прямо на горячем.

— Вот черт, — матерился Вайнкёр на драконьем языке. — Стоит только немного вздремнуть каких-то пятьдесят - пятьдесят жалких лет - и все вокруг забывают об их месте в моей пищевой цепочке.

Даже перенос логова на самую высокую гору, известную западному драконьему роду, не остановил навалу воров.

И где прохлаждаются эти проклятые гоблины, которым он позволил жить в обмен на службу? Они бежали? Или вор их убил? Почему сейчас так сложно найти толковых помощников?

Неважно. Он просто съест этого дурака, а затем сожжет пару ближайших деревень и украдёт их скот - это научит человечишков больше его не беспокоить.

— Моя сладкая еда, — сказал он вору на языке людей, — как тебя зовут?

Ужасно маленькие глаза мужчины заметно выпучились под капюшоном. — Ты можешь говорить?

— Да, да, иногда я разговариваю со своим завтраком", —  Или с девушками, которых он похищал в молодости. — Ответь мне, человечишка, пока я не потерял терпение.

— Я, э-э ... — мужчина дрожал, как осенний лист, перед величием удивительного Вайнкёра. — Виктор, сэр…

— Вайнкёр Рыцареубийца, Именуемый Первым, Великое Бедствие этого Века и Король Альбейнских гор. Но ты можешь звать меня Ваше Величество.

— Ваше величество-

— С большой 'В' , — Вайнкёр поправил свою наглую еду. — Я могу отличить неискренность в твоих словах.

— Ваше Величество, клянусь, это всё ошибка!

— Я так не думаю, человечишка. Теперь, ответь мне, ибо я действительно хочу знать. Что заставило тебя думать, что попытка у меня украсть – это хорошая идея?

Мужчина потупил взор в знак признания своей глупости. Вайнкёр немного знал об человечишках, но этот казался слишком молодым, едва взрослым.

— Клянусь, — сказал мужчина. — Я не знал, что на этой горе. Меня наняли, чтобы вернуть эту рапиру, и только! Она считалась потерянной, я не знал, что она твоя.

— Лжец! — взревел Вайнкёр, от его рева  с потолка посыпались мелкие камни. — Чтобы добраться сюда, ты должен был пробиться сквозь армию гоблинов!

— Здесь.… в горах уже десятилетиями не видели гоблинов, Ваше Величество. Они сбежали от великого марша Барсино через горы Альбейн двадцать лет назад.

Что? Вайнкёр глубоко вдохнул, пытаясь почувствовать запах гоблинов. Его острые чувства не уловили даже намёка на запах. Человечишка был прав, ни один гоблин не охранял его логово, по крайней мере, уже минимум десять лет.

— Эти тупоголовые трусы что, бегут в ту самую секунду, когда я глаза прикрою? — Вайнкёр опять переключился на язык драконов, а мужчина стоял в недоумении, неспособный понять его блестящий старший язык. Выплеснув свое негодование, дракон соизволил вернуться к примитивному языку существа: — У тебя есть миньоны, человечишка Виктор?

— Миньоны?" — переспросил человечишка, понимая, что он жив только до тех пор, пока способен заинтересовать дракона. — Однажды я состоял в команде, но она не сработалась. Я словно был единственным человеком с амбициями, который думал о чём-то еще, кроме мелкой кражи.

— Найти хороших помощников везде нелегко, — Вайнкёр кивнул. — Я советую тебе никогда не нанимать гоблинов, впрочем, у тебя все равно не будет шанса совершить эту ошибку.

— Прошу, подождите! — человечишка запаниковал. — Даже если вы меня убьете, они отправят кого-то еще! Никто не знает, что в этих горах живет Ваше Величество!

— Узнают, как только я сожгу пару деревень, — ответил Вайнкёр, хотя мужчина действительно пробудил в нём любопытство. — Но мне любопытно, кто тебя подослал? Я съем их сразу после тебя.

— Н-не знаю! Анонимный запрос был выставлен в ближайшем городке — ответил человечишка Виктор. — Награда составляла тысячу золотых монет.

— Хорошая сумма за такой грязный поступок, — осудил его Вайнкёр, сделав мысленную пометку, забрать монеты себе, как только он выследит вдохновителя этого преступления.

— Да, но в целом я воспринимал это, как личный вызов, — признался человечишка. — Я думал, что получу несколько уровней. Может быть, даже специальный Перк от скалолазания.

— Уровни?, — это было название нового корма для скота? Вайнкёр вновь заинтересовался: — Это что?

— Так, вы не ... — мужчина закрыл рот. — Как объяснить… уровни - это способности, которые вы получаете в классе, например, Рыцарь, Волшебник или Изгой, и которые дают вам дополнительную силу под названием Перки. Вы получаете уровни за опыт, выполняя работу, испытания или убивая. Я думал, что получу хотя бы один или два.

— Что за бред? Я уже сбился со счёта, сколько убил воров, человечишка Виктор, но я ни разу не получал ни одного из этих так называемых "уровней".

— Может быть, вы просто не заметили, —  человечишка цеплялся за последние спасательные нити своей жалкой жизни.

Как глупо. Класс? Типа чего, вора? Он был великим красным драконом, королем гор, венцом творения! Разумеется, если бы такая сила существовала, то могущественный род драконов давно бы ее открыл!

Поздравляем!

— Что? — Вайнкёр оторопел, когда прямо перед его глазами появились слова.

Благодаря своему огромному эго и родословной благородных драконов, вы получили уровень в классе [Благородный]!

+30 HP, + 10 Специальные Очки, +1 Сила, +1 Ловкость, +1 Харизма, +1 Удача!

Вы получили классовый перк [Старые Деньги]!

Что это за колдовство? Математическая магия? Зрелище озадачило Вайнкера. Пребывая в замешательстве. дракон автоматически произнес вслух: — Старые Деньги?.

[Старые деньги] : Удваивает шанс выпадения сокровища после смерти монстров.

Ах. Неплохо. — Человечишка Виктор. — дракон обратился к своей еде. — Ты самоопределяешься, как монстр?

— Нет! Конечно, нет! — впопыхах ответил мужчина, и это не звучало как блеф. — Монстры - это гоблины, или тролли, или… или…

— Или драконы? — закончил за него Вайнкёр. Что ж, если этот "перк" сработает на этом трижды проклятым, высокомерном ледяном драконе, Ледяном Клыке, что засел в северных землях, то он сможет утроить свой запас сокровищ. Дракон опустил голову, пока та не оказалась в дюйме от вора, который изо всех сил пытался изобразить спокойствие: — Снимай капюшон и плащ, человечишка, медленно. Посмотри мне в глаза.

Человек в точности выполнил приказ, открыв лицо. Как и предполагал Вайнкёр, это был едва ли взрослый человечишка с грязными, коротко подстриженными черными волосами вместо могучих рогов. Вайнкёр никогда не мог понять, зачем эти животные отпускали такую неудобную шерсть. Тем не менее, дракону нравились страх и намек на хитрость в его маленьких янтарных глазах. Потенциальный вор также носил на поясе две металлические зубочистки, которые явно не стоили того, чтобы добавлять их к своей сокровищнице.

Этот человечишка не был гоблином, но он мог бы стать хорошей заменой таковому: — Человечишка Виктор.

— Да, Ваше Величество?

— Положи рапиру туда, где ты её взял. Ты приведешь меня прямо к этой "Гильдии", чтобы я сам мог понять ситуацию. Поскольку у меня сейчас недостача гоблинов, ты будешь моим новым миньоном, пока не вернешь мне долг за свою жизнь.

Человечишка явно не мог поверить в свою удачу, и считал, что не заслуживает такой чести:  — Я совершенно не подхожу для этой роли, Ваше Величество.

— Я - дракон., — Вайнкёр напомнил человечишке об этой вечной мудрости. — Теперь ты мой миньон.

Мужчина на секунду застыл, а затем грациозно поклонился, принимая свою новую роль: — Это большая честь, Ваше Величество.

— Очень хорошо. Я даю тебе огромную награду. А именно, жизнь. Любой другой дракон съел бы тебя за твое греховное преступление и никогда бы не принял человечишку к себе на службу, но я щедр и милостив.

— Это очень великодушно с вашей стороны, Ваше Величество.

— Я знаю, человечишка. Теперь, расскажи-ка мне больше об этих Перках...

Виктор понятия не имел, во что он ввязался.

Впервые в жизни он не был в непосредственной близости с землей. Находясь в надёжной хватке драконьей лапы  - потому что спина дракона была слишком хороша для такого, как Виктор - он летел к северу от горы, к деревне Вальбин, где он принял это гребаное задание. Виктор ненавидел своё текущее положение; мало того, что ледяной ветер бил прямо лицо, так еще и хватка дракона была столь крепкой, что вот-вот угрожала сломать ему ребра.

В последнее время Виктора преследовала черная полоса, и никакое увеличение стата Удачи этого не изменило. Умереть на Земле, чтобы оказаться в этом фэнтезийном мире, связаться с разбойниками, еле-еле сводя концы с концами, и пережив полдюжины ситуаций между жизнью и смертью, чтобы затем в первом же приключенческом квесте попасться в плен гигантскому дракону.

Этот мир полный отстой!

— Ваше Величество! — закричал Виктор, когда вид заснеженных горных вершин сменился зелёными лугами, и под лучами утреннего солнца на горизонте показался тот самый городок. — Я должен идти один! Стража поднимет тревогу, если вас увидят!

Но дракон совсем не разделял его идеи: — Миньон, запомни, король иногда должен показывать свое лицо подданным, чтобы те помнили, кто ними правит. Кроме того, я все еще не верю, что ты не лгал мне, особенно об этой "системе классов".

Оглядываясь в прошлое, Виктор задавался вопросом, было ли информирование гигантского красного дракона его самой глупой идеей.

Ну откуда ему было знать? Каждый цивилизованный человек на этой чертовой планете знал об этом! У них даже был Класс Ученый!

Как и ожидалось, когда они добрались до деревянных врат поселения, Виктор услышал звон колоколов – при виде дракона часовые забили тревогу. Не то чтобы это что-то изменило. Виктор слышал, что один дракон мог разрушить целую страну, а Вайнкер казался огромным даже по меркам этих рептилий.

Несколько лучников и волшебников выпустили в легендарного зверя стрелы и молнии, но снаряды, как ни в чем ни бывало, отскочили от чешуи Вайнкера. — Миньон, где эта гильдия? — потребовал дракон, кружа над городком. Жители закрывали ставни окон, увидев его страшную тень.

— Каменное здание с колоколами, что недалеко от рынка, Ваше Величество.

Обнаружив свою цель, дракон, взмахнув крыльями, приземлился посреди рыночной площади, и силы его взмаха оказалось достаточно, чтобы смести прочь большинство торговых лавочек. Паника охватила людей, зверолюдей и эльфийских торговцев, и они с криком разбежались прочь, побросав свои товары.

Вайнкер голодным взором коротко посмотрел на зверолюдей, а затем сосредоточился на гильдии и ее закрытых парных дверях, каждая размером с человека. Совершенно не заботясь об ущербе, дракон уверенно пошел напролом, разбивая стены и большую часть потолка, чтобы продвинуться внутрь.

Виктор оказался перед двумя дюжинами вооруженных до зубов авантюристов, которые образовали стену между драконом и Шарлин - красивой, пухленькой регистраторшей, которую Виктор надеялся пригласить на свидание после своего первого квеста. Доска с миссиями стояла прямо за ее спиной и Виктор сразу заметил тот самый запрос, из-за которого он оказался в нынешней щекотливой ситуации.

Авантюристов возглавлял мускулистый копейщик, который размахивал копьем, словно оно ничего не весило. — Товарищи! — крикнул он, показав в мимолетной улыбке жемчужно-белые зубы: — Вы боитесь летающей ящерицы? Ну, а я вот нет! Я не боюсь дрейка-переростка, и докажу это прямо сейчас!

Этого придурка звали Алаин… Виктор терпеть его не мог, но этот самодовольный ублюдок уж двадцать пять лет в этом городке был самым высокоуровневым авантюристом. Он убил много дрейков, и даже гигантского. Может быть, у него был шанс убить и этого дракона.

С могучим ревом Алаин совершил рывок и сделал выпад копьём, его смелость вдохновила остальных авантюристов последовать его примеру.

С взглядом, полным снисхождения, Вайнкер лениво поднес свободную лапу к приближающемуся копейщику и отвесил ему щелбан.

Алаин отлетел прочь и с громким болезненно-плямкающим звуком врезался в каменную стену. При ударе его тело превратилось в мешанину крови, мозгов и костей; как у раздавленного комара.

... они все обречены.

Авантюристы в ужасе закричали. На потеху Вайнкера, они побросали оружие и спасались бегством, смешно толкаясь и застревая в окнах и задней двери, предназначенной для персонала. Только бедная Шарлин стояла за стойкой, слишком потрясенная, чтобы двигать своими трясущимися коленями.

Наконец, дракон опустил Виктора на пол, позволив ему снова оказаться на такой любимой земле. — Миньон Виктор, приступай к работе. — приказал дракон. Шарлин кратко моргнула, услышав, что тот говорит.

Бедный вор быстро взглянул на разбитые окна, и решил, что они слишком далеко, чтобы попытаться убежать. Он прочистил горло.  — Шарлин, — глаза испуганной регистраторши переместились с дракона на него, — я представляю вам Короля Вайнкера, Первый Его Имени, моего нового босса. Долгих лет ему жизни.

Её глаза расширились как блюдца; в них плескался неподдельный ужас.

— Вайнкер? Вайнкер Рыцареубийца?! Красный Террор Мидгарда?! — она сжала кулачки от обуявшей её смеси ужаса и ярости, в то время как Вайнкер выглядел гордым и в некоторой степени удовлетворённым, ведь человечишки все еще помнили его. — Ты привел в наше поселение древнего красного дракона! Совсем свихнулся?!

—Да, да, конечно, у меня был выбор в этом вопросе, — невозмутимо перекривил её Виктор, указывая на гигантское существо прямо за ним.

— Миньон Виктор, кто этот женский человечишка? Она нам точно нужна?

— Она - глава персонала и регистратор этой гильдии, Ваше Величество, — объяснил Виктор, осторожно послав намёк Шарлин, чтобы та подыгрывала. — Шарлин, пожалуйста, скажи гигантскому злому дракону, в чём твоя роль.

Женщина посмотрела на дракона, и мудро решила подыграть. Она отряхнула свои одежды, а затем приняла тот же профессиональный вид, который использовала для общения с авантюристами, хотя если приглядеться, становилось заметно, что она еще дрожит от страха: — Я управляю документами и запросами от имени Гильдии Авантюристов Гардмейна. Я получаю и публикую задания, а также выдаю награды авантюристам и наемникам, желающим их принять.

— Миньон Виктор, попроси человечишку Шарлин найти и прочитать вслух запрос, из-за которого ты вторгся в мои владения.

Конечно, дракон не мог читать на языке человечишков, хотя он мог на нем говорить. Даже Виктору потребовалось несколько месяцев интенсивного изучения, чтобы его выучить. — Ваше Величество не разговаривает с другими людьми? — с любопытством спросил Виктор гигантского зверя.

— Нет, вести диалог с животными - это работа миньонов, — ответил Вайнкер. — Миньон Виктор, попроси человечишку Шарлин прочитать твой запрос вслух.

— Шарлин, не могла бы ты… — но регистраторша уже схватила лист бумаги с доски позади нее, явно не решившись проверять на прочность терпение дракона.

Женщина прочистила горло. — Луиза, Маркиза де Карабас, предлагает щедрую награду в тысячу золотых за возвращение фамильной Серебряной Рапиры, которую последний раз видели в руках гоблинов с горы Альбейна. Рисунок меча прилагается.

Поскольку много лет назад большинство гоблинов бежали, Виктор думал, что это будут легкие деньги. А еще рапира могла дать ему повод и возможность разведать поместье Карабас на случай, если его что-то там заинтересует.

Жаль, что местные жители забыли упомянуть одну маленькую мелочь - дракона.

— Кажется, ты говорил правду, миньон Виктор. Я тебя пощажу. Тебя тоже, человечишка Шарлин, если ты скажешь, где я могу найти эту Маркизу и съесть ее скот.

— Шарлин, где ...

— Я слышала, — прервала его рассерженная регистраторша. — Виктор, дай мне свою карту.

Вор поспешно схватил старый лист бумаги, который он держал за поясом, Шарлин выхватила его из рук, схватила перо и пометила место на юго-востоке сельской местности Гардимейна.

Вайнкер тем временем прищурился, осматривая доску, с которой Шарлин сняла просьбу Луизы де Карабас. — Миньон, объясни мне, как это работает.

— Люди, в основном дворяне, торговцы или группы крестьян, отправляют запросы в гильдию авантюристов вместе с обещанными за их выполнение наградами, — объяснил Виктор. — Когда два года назад закончилась Столетняя Война, дороги наводнили монстры и разбойники, и на такого рода работу появился спрос.

— Десятки лет назад было много щедрых наград за вашу голову, Ваше Величество, — добавила Шарлин. — Пока вас не объявили мертвым.

— Хо? А я то думал, что у твоего рода какие-то странные суицидальные наклонности. Хотя, это вполне логично. Для человечишков должно быть честью умереть от моег- — Вайнкер запнулся на полуслове, когда до него дошел смысл последних слов Шарлин. — Объявлен мертвым?!

Шарлин вздрогнула от пристального взгляда дракона: — Двадцать лет назад группа авантюристов Баринианцев после похода Барсино через горы принесла череп красного дракона, объявив, что он принадлежит Вайнкеру… и, поскольку позже не показался ни один красный дракон…

— Это… это непростительно! — новость привела зверя в не меньшее бешенство, чем когда Виктор попытался ограбить его сокровищницу. Из его ноздрей повалил дым: — Миньон, прикажи человечишке Шарлин сообщить твоему примитивному, доверчивому виду, что я, Вайнкер Рыцареубийца, не мертв!

— Я уверен, что после демонстрации мощи Вашего Величества новости будут распространяться со скоростью молнии, — съязвил Виктор, но дракон был слишком взволнован, чтобы заметить сарказм в его голосе.

— И лучше, чтобы так оно и было! — Вайнкер успокоился, уставившись на доску с миссиями. — Какие запросы получают человечишки?

— Шарлин, можешь прочитать несколько квестов для Его Величества?

Почувствовав себя в родной стихии, чуть более уверенная в себе Шарлин взяла лист бумаги и прочитала вслух его содержимое: — Клан троллей, именуемые себя Твёрдошкурые, разграбил земли Графа Провансальского и в настоящее время прячется в лесах Геводан, к востоку от его владений. Граф за истребление вредителей предлагает большую награду.

— Так вы получаете "опыт" и "уровни"?" — усомнился Вайнкер, прежде чем перейти к сути сомнений. — А я мог бы получать уровни?

— Вы знаете об уровнях? — Шарлин моргнула, не дожидаясь "переводчика" Виктора.

— Его Величество Вайнкер повысил уровень в классе Благородного. — Ответил ей Виктор. Что полностью отражало суть большого, воинственного паразита, спящего на золоте, которое он получил с "налогов" от тех, кто слабее него.

— Дракон может повышать уровень в классе? — цвет лица Шарлин стал на несколько тонов бледнее, как только она полностью осознала значение ответа. — О всемилостивые двенадцать богов, кто бы мог подумать, что драконы могут получить классовые уровни.

— Да, мой миньон недавно проинформировал меня о существовании так называемой системы классов. — Если бы взглядом можно было убить, Виктор был бы уже мёртв… дважды. — Сколько вам, человечишкам, платят за этот запрос?

— Шесть тысяч золотых монет.

— Шесть тысяч золотых монет, чтобы съесть жалких  троллей?

— Это сложный квест, ваше величество, — сказал Виктор. — Это не простые, а боевые тролли, привезенные Придейном во время великой войны, они коварные и сильные.

— Тролли? Ты боишься троллей? — от грохочущего смеха дракона задрожали стены. — Вы, человечишки, такие слабые!

— Да, Ваше Величество, — невозмутимо согласился Виктор, в сердце возмущенный своим новым покровителем— Может быть, вам стоит присмотреться поближе к карьере авантюриста и показать нам собой пример? Я уверен, что у вас все получится.

Он сказал это как шутку, но, к своему ужасу, дракон, казалось, серьезно отнесся к его словам. — Шесть тысяч  за троллей ... — бормотал он. — Это самый высокооплачиваемый запрос?

— Нет, Ваше Величество, — ответил Виктор.— "По-моему, самая большая награда стояла за кракена, верно?

Шарлин резко кивнула: — Убийство Кракена из Массалина принесёт шестьдесят четыре тысячи золотых монет в изумрудах.

Огонёк жадности зажегся в глазах дракона. — Шестьдесят четыре тысячи? Это почти столько же, сколько и вся моя-… — дракон остановился, вероятно, осознав, что сболтнул лишнего.

Но Виктор прекрасно понял недосказанность - столько же, сколько и вся моя сокровищница. Возможно больше. Изгой принял во внимание то, что довольно много предметов, собранных драконом, со временем потеряли часть своего блеска и ценности.

Виктор мог почти что видеть, как вращаются шестерёнки в голове дракона, и ход мыслей, к которым это вело. И это испугало мужчину.

О нет. О, пожалуйста, нет.

— Миньон Виктор, я намеревался сжечь эту деревню за преступления, совершенные тобой, человечишкой, против моей королевской особы, — заявил Вайнкер. — Но я осознал, что мой обычный метод накапливания богатств можно считать немного устаревшим. Все это богатство, без постоянного надзора хорошего дракона, который будет требовать больше золота, просто стоит на месте, и если этот перк Старые Деньги не лжет, то…

О боги, пожалуйста, нет ...

— Я, Дракон Вайнкер, с удовольствием отвечу на запросы и решу проблемы вас, низших существ, в обмен на ваше золото!

Шарлин начала сомневаться, серьезен ли дракон. В этой ситуации она не знала, что делать: — Ваше Величество, Вайнкер, я не уверена, что дракон может стать авантюристом.

— Конечно, я слишком хорош, — с гордостью заявил Вайнкер.

— Ваше Величество, это не…

— Я дракон. И теперь, я еще и авантюрист. А вот ты начинаешь говорить как моя еда. Миньон, человечишка Шарлин - еда?

— Шарлин, ты драконья еда?

Шарлин, полностью поняв нависшую над ней угрозу, достала под столом огромную стопку документов и положила её на стол: — Я зарегистрирую вас двоих в качестве новой компании авантюристов. Нам понадобятся как ваши подписи, так и время на бумажную волокиту.

Вайнкер посмотрел на стопку бумаг, затем на Виктора, который уже без слов почувствовал грядущее. — Миньон Виктор.

— Да, Ваше Величество?

— Я официально назначаю тебя главой персонала миньонов. Ты несешь ответственность за управление этой "бумажной волокитой" от моего имени. Это большая ответственность, но я уверен, ты справишься.

Виктор догадывался, что ему за это не заплатят, но мудро сдержал возражения.

Поздравляем! Став главным инфорсером могущественного дракона, вы получили уровень в Классе [Оруженосец Монстра]!

Виктор уставился на уведомление. Оруженосец Монстра? Он никогда не слышал об этом классе.

+30 HP, +10 Специальные Очки, +1 Сила, +1 Выносливость, +1 Сноровка, +1 Ловкость, +1 Интеллект, +1 Харизма, +1 Удача!

Вы получили Классовый Перк [Родство с Монстром]!

[Родство с Монстром : теперь вы можете свободно разговаривать с любым монстром и понимать его, а также при взаимодействии с ними получаете бонус +20 к Харизме!]

Вау, он никогда не получал такого мощного улучшения характеристик. Этот Класс, должно быть, имеет невероятный потенциал роста.

Виктор взглянул на название команды авантюристов, зарегистрированное Шарлин, и замер.

V&V?

— Это шутка? — спросил он вслух.

Шарлин посмотрела на него, затем на дракона, затем на разрушенный потолок и стену, затем снова на него.

Ладно, может, он это и заслужил. Виктор предположил, что это может означать, что она не пойдет с ним на свидание. Черт.

— Что-то не так, миньон Виктор?

— Ничего, Ваше Величество, — вздохнул Виктор, заканчивая заполнять и подписывая документы от своего имени и от имени дракона, — Совсем ничего...

— Я бы хотела, чтобы ты отправился в ад, Виктор, — прошептала ему регистраторша. — Но как я вижу, ты уже там.

Они дали ему свинцовую бирку с выгравированным на ней названием. Словно он был каким-то млекопитающим.

— Это унизительно! — пожаловался Вайнкер своему верному лакею Виктору, когда они пролетали над землями Карабаса. Совершенно понятно, что это привело его в дурное настроение:  — Свинец? Свинец!

— Каждый искатель приключений начинает со свинцового значка, — объяснил Виктор, встречный ветер так сильно растягивал его жалкую плоть на лице, что Вайнкер нашел это несколько отвратным. — Таковы ранги. Свинец, медь, железо, бронза, серебро, золото и звездный металл. Я тоже авантюрист ранга свинца, Ваше Величество.

— Но ты - человечишка! — Кроме того, почему гильдия авантюристов поставила этот зеленоватый и совершенно не блестящий звездный металл выше блестящего золота? Вайнкер никак не мог понять логику этих существ. — Я - дракон. Можете ли вы, человечишки, летать? А дышать огнём, который способен плавить камень? Вы можете жить вечно? Нет! Так почему этого недостаточно для ранга золота?

— Вы - уникальный случай, Ваше Величество, — миньон Виктор попытался успокоить его израненную гордость. — Прошу простить мой глупый вид, который не знает, как с вами обращаться.

— Только в этот раз — ответил Вайнкер, пролетая над огромным лесом, в котором ощущался запах троллей, слизи и других зверей. Лишь завидев издали дракона, птицы и гарпии в страхе полетели прочь. — Это тот самый лес с троллями?

— Да, Ваше Величество. Тролли обычно живут в пещерах, если мы найдём таки-

— Миньон, я не стану пачкать свои несравненные чешуйки навозом тролля. Я - дракон, помнишь? — Вайнкер глубоко вдохнул, снизив высоту и подлетев немного ближе к лесу. Жаровня в его животе зажглась и адская сила превратила воздух в пламя.

Великое летающее бедствие обрушило свое могучее драконье дыхание на лес:  поток яркого, почти белого пламени, сжигающего деревья, животных – все. Вайнкер летел вокруг леса, намереваясь создать круг огня и загнать троллей в ловушку - и любых существ, которым не повезло соседствовать с ними.

Виктор закричал от удивления: — Ваше Величество, что вы делаете?!

— Выполняю глупую просьбу твоего вида, — ответил Вайнкер, еще раз вдохнув поглубже и приготовившись ко второму раунду. Благодаря ветру, огненный ад распространился через лес далеко на север, превращая деревья в гигантские свечи.

Вайнкер, к ужасу своего миньона, снова нырнул через облако дыма, пытаясь вынюхать внизу троллей. Эти дикие, зеленокожие великаны вышли из своего укрытия и попытались спастись от приближающегося пламени, но нашли лишь дракона, который обстрелял их потоком из пламенных шаров. Снаряды взрывались при контакте с землей, испаряли плоть, грязь и образовывали огромные кратеры.

Поздравляем! Вы получили уровень в классе [Благородный]!

+30 HP, +1 Интеллект, +1 Удача!

Вайнкер ждал объявления о новом Перке, но ничего не получил. Возможно, он сжег недостаточно вещей? Лес окаймлял несколько холмов, образуя естественную границу, и Вайнкер начал поливать огнем эту местность, намереваясь уничтожить весь лес, а не только логово троллей.

После нескольких минут бомбардировки, Вайнкер закончил атаку и Лес Геводан превратился в красивый дымящийся адский пейзаж. — Ну вот, проблема решена! — сказал Вайнкер, довольный собой. — Все, что нам сейчас нужно, это получить награду!

— Ваше Величество, могу я...,  кхе, кхе — Виктор закашлялся, когда они пролетали сквозь стену плотного дыма, — Ваше Величество, мне крайне неудобно лететь с вами вот так. Особенно, когда вы выдыхаете пламя очень близко к моей шее.

— Должно быть, это всё из-за нехватки чешуи, — сказал Вайнкер. — Я сочувствую твоей ситуации, правда, но что я могу сделать с этим врожденным дефектом?

— Могу ли я ... могу ли я ... во время полёта находиться на вашей спине?

Вайнкер во все глаза посмотрел на своего наглого лакея: — Миньон, что это за неблагодарное требование? Разве я не дал тебе настоящее занятие? Когда я нашел тебя сегодня утром, ты был всего лишь вором, бесцельно дрейфующим в реке жизни. Теперь ты - глава персонала. Мой глава персонала. Не требуй слишком многого.

Виктор вздохнул, проглотив подступившие ругательства: — Что ж, по крайней мере, я получил от этого уровень.

— Да? И ты еще смеешь жаловаться?! Разве этого недостаточно для оплаты?

— Да, я получил уровень в классе Оруженосец Монстра, когда вы сделали меня своим "главой персонала", а сейчас я получил еще один уровень. Я даже не знал, что такой класс существует.

— Что такое оруженосец? Термин из быта твоего вида?

— Это ученик рыцаря или дворянина. Они помогают им готовиться к битве, выполняют работу по дому и всякие мелкие поручения…

— А, да. Миньоны.

— А еще им платят.

Конечно, человечишки копируют благородный стиль жизни драконов. Они учились у лучших. — На этот раз я не получил перк, меня это смущает.

— Он дается только раз на два уровня, Ваше Величество.

— Кто это решает?

— Боги. Или, может быть, Фоморы.

— Эти выскочки? Они всегда утверждали, что создали мир, но все прекрасно знают, что это сделали драконы. Скажи мне, где я могу их найти, чтобы сделать выговор?

Виктор недоверчиво посмотрел на дракона: — Выговор… Я не знаю, Ваше Величество, я не из религиозных. Может быть, спросить у епископа.

— Так и сделаем. Но только после того, как ты спустишься и вернешь то, что мне принадлежит.

— После того, как что…?

— Согласно Перку Старые Деньги, после смерти тролли должны были дропнуть сокровища. Ты же не ждешь, что я спущусь вниз и испачкаю себя пеплом?

Виктор бросил взгляд на огненный кратер под ними, а затем снова повернулся к своему хозяину: — Ваше Величество, у меня нет иммунитета от огня.

Нет иммунитета от… ах да, он забыл. Ох, великий старший змей, как этим беспомощным человечишкам удалось до сих пор выжить? — В таком случае, отложим мое обогащение до того времени, пока не погаснет огонь, — поправил себя Вайнкер и добавил. — После чего полетим за денежным возмещением от твоего предыдущего работодателя.

— Конечно, конечно, если бы мы только могли просто приземлиться где-нибудь в безопасности, чтобы я мог посмотреть на карту…

Неудивительно, что Маркиза опустилась до того, чтобы нанять воров. Вайнкер тоже испытывал бы недомогание, имей он дворец, у которого была всего одна башня!

К тому же, он был размещён на таком маленьком холме. Жалкие человечишки, должно быть, завидовали ему зеленой завистью, увидев роскошное логово Вайнкера, созданное из самых высоких в мире гор. В этом замке были маленькие каменные стены, что лишь слегка отличались по высоте от деревенской насыпи, и на них стояли человечишки с луками и стрелами. Они выпустили в воздух несколько зубочисток, когда Вайнкер и его миньон приземлились у входной двери. Дракон нанес ответный удар, взмахом хвоста сбросив нескольких защитников наземь. После всё остановилось, и Вайнкер терпеливо ждал, пока они приведут своего хозяина для цивилизованного разговора.

Замок был переполнен запахом семейства кошачьих, в том числе львов, тигров и даже сфинксов, если нос Вайнкера ему не лгал. На вершине башни был установлен флаг, изображающий кота в сапогах; забавный дизайн повеселил дракона.

Может быть, хоть у них найдутся хорошие рыцари? Прошло немало времени с тех пор, как Вайнкер в последний раз оправдывал своё имя.

— Мне интересно, миньон, что значит Маркиза на вашем языке?

Миньон закончил вытягивать ноги, очевидно, счастливый, что не обременяет хозяина своим существованием. — Это значит, что она благородная леди. Не спрашивайте меня, где она занимает место в иерархии королевства, я просто знаю, что она стоит выше графа, выставившего запрос на троллей.

Благородная леди? Мысли Вайнкера оживилась, зашевелилось его Чувство Девственных Принцесс. — Она принцесса?

— Принцесса? Я так не думаю, нет. А что?

Неутешительно. — Да так, старые привычки"

Крошечные глаза человечишки моргнули: — Ваше Величество похищает принцесс?

— Иногда, в основном, эльфийских, — сказал Вайнкер, с любовью вспоминая тот особый сезон охоты, когда ему посчастливилось вырвать себе единственную эльфийскую принцессу нынешнего поколения. Он веками хвастался своей добычей собратьям-драконам. — С тех пор, как тысячу лет назад черный дракон Грандрейк потребовал выкуп за похищенную принцессу человечишков Женевьеву, это стало среди нас очень популярным видом спорта. Может быть, я когда-нибудь возьму тебя с собой на охоту, когда наступит сезон.

— Вы… — его миньон колебался, как будто боялся ответа. — Вы их едите?

— Конечно, нет, ты принимаешь меня за дикаря? Когда мне надоедает их нытье, я отпускаю их обратно на свободу, в дикую природу. — Или когда у него кончалась специальная еда для их кормежки.

Как будто услышв их разговор, двуногая кошка, размером с взрослого человечишку, присоединилась к солдатам на стенах. Ее одежда была украшена изумрудами и золотом, которые, как сразу подумал Вайнкер, будут отлично смотреться в его сокровищнице, как и ее золотистый мех. За зверолюдкой, испуганно глядя на Вайнкера следовали две красивые горничные-человечишки.

Очевидно, владельцем замка была не человечишка, а зверолюдка.  — Что привело вас сюда и почему вы угрожаете моему замку, господин укротитель дракона? — Спросила кошка, Маркиза Луиза, у его миньона.

Вайнкер не мог удержаться от смеха. Приручить дракона? Кто? Людишки?

"Я думаю, возникло недопонимание!" — Крикнул в ответ Виктор.

— Это я приручил его, — успокоившись, ответил Вайнкер. Даже если эта говорящая кошка была, вероятно, Маркизой, она не пахла, как принцесса. Она даже не пахла девственницей! Не стоит даже думать о добавлении ее к своей коллекции. Тем не менее, так как она была благородной крови, Вайнкер соизволил ответить прямо:

— Я - Вайнкер Рыцареубийца, Король Альбейнских гор, великое бедствие этого века! Ты послала вора украсть мою серебряную рапиру, прервав мой долгий сон. Поэтому я требую половину твоего скота в качестве компенсации за причиненные неприятности, а также тысячу золотых монет, которые были предложены за вторжение в мои владения.

— Половина скота моего маркизата? — Спросила кошка своим пронзительным, наглым голосом. — Это нелепо!

— Мне пришлось лететь целых два часа, чтобы добраться сюда, — подчеркнул Вайнкер. — Два. Часа. Я сжег килограммы жира и чувствовал дикое отвращение от запаха навоза местных крестьян.

— Кроме того, Ваше Величество сжег часть местных лесов! — крикнул Маркизе миньон. — По требованию графа Провансальского!

— Кто из вас должен мне шесть тысяч золотых?! — Вайнкер указал когтем на свинцовую бирку на шее. — Видите эту табличку? Я - авантюрист! Величайший из тех, кого знала ваша ничтожная раса!

— Конечно, Ваше Величество, — поддакивал Виктор. — Конечно.

Тихо прошипела маркиза, сощурив глаза на свинцовой бирке, а затем повернулась и прошептала одному из своих рыцарей-человечишков. — Приведите мне графа Гилберта для объяснений, — донеслось до ушей Вайнкера благодаря его великолепному слуху. Затем она повернулась к дракону: — Если я дам тебе то, что ты хочешь, ты сразу покинешь мои земли?

— Это зависит от того, есть ли у вас еще для меня квесты? — спросил Вайнкер, стремясь получить больше золота.

— Нет, нет, нет, — поспешно замахала руками маркиза.

— Кроме того, если у вас есть Епископ, у Его Величества есть  к нему теологические вопросы! — добавил Виктор. — Важные вопросы!

— Верно подмечено, миньон, — сказал Вайнкер.

— Наш священник уехал на дипломатическую миссию. — Маркиза повернулась и прошептала тому же самому рыцарю: — Скажи нашим поварам, чтобы они приготовили пир для Короля Вайнкера. Специально для "проблемного гостя" с секретным ингредиентом.

— Я скажу поварам выставить максимальную дозу, — поклонился рыцарь.

— Мы устроим для вас пир и предоставим награду за ваш благородный поступок! — сказала маркиза Вайнкеру. — Надеюсь, вы простите нас за недостаток вежливости!

— Только если у тебя хороший скот! — Ответил Вайнкер.

— О, он будет очень…изысканным, — ответила благородная кошка мягким бархатным тоном, а затем ушла вместе со своим рыцарем.

— Она ... — Виктор остановился, подбирая нужное слово. — …горячая штучка. Даже для зверолюдки.

— Разве?, — Вайнкер закатил глаза, высмеивая наивность своего начальника персонала. — Ты слишком впечатлителен, миньон. Немного золотистого цвета не делает её драконом. Мое же дыхание горит ярче самого солнца. Ты сам видел это. По сравнению с этим, она будет чуть теплее льда.

— Да, по крайней мере, большинство ее прислуги - люди. Интересно, её фрейлины замужем?

— Конечно, они не "замужем", чистые дворянки крайне редки, но не так сильно, как принцессы. — Понятно, что Вайнкеру придется потратить время на образование бедного миньона.

Когда солнце начало садиться, из замка вышли безоружные человечишки, которые принесли тележки жирненьких вареных овец, свиней и коров. Впереди шел толстяк, одетый в более яркую и чистую одежду, чем слуги, он нес мешочек денег и весь взмок. — Миньон, этот потный человечишка тоже часть пиршества? — неуверенно спросил Вайнкер у Виктора.

— Сложно сказать, Ваше Величество…

— Нет, нет, — затараторил толстяк. — Я - Гилберт, Граф Провансальский.

— Аа, тот, кто выдал запрос на троллей? — выражение лица Вайнкера оживилось. В мешке должна быть его награда.

— Да, да, я ходатайствовал перед маркизой о помощи, чтобы избавиться от них до того, как Ваше… Ваше Величество решило проблему. — Граф сглотнул, глядя на дым, еще поднимающийся на горизонте. — Вы были очень решительны…

— Я серьезно отношусь к своим обязанностям авантюриста, — согласился Вайнкер, проглатывая корову целиком и выплевывая частички мяса, застрявшие между его острыми клыками: — Ты можешь съесть остатки, миньон. Пусть никогда никто не скажет, что Вайнкер заставляет своих слуг голодать.

Миньон посмотрел на "блюда", а затем на подозрительно потного графа. — Нет, нет, я не могу отнять еду у Вашего Величества, — ответил Виктор. — Это все ваше.

Какой покорный человечишка. И зачем Вайнкер тратил столько времени на неблагодарных гоблинов? — Человечишка Гилберт, ты пришел, чтобы доставить мою награду?

— Вместе с извинениями маркизы, — добавил вспотевший мужчина. — Она сказала, что это мой долг, как ее вассала.

— Действительно, ты хороший миньон, — сказал Вайнкер, жуя овцу под странным соусом: — Миньон Виктор, пересчитай монеты. И не смей их красть!

— Я и подумать о таком не смел, Ваше Величество, — сказал Виктор, взяв мешочек с металлом и делая то, что ему велели.

Поздравляем! Поскольку вы оказались в состоянии переварить яд в пище, как воду, вы получаете Перк [Малый Иммунитет к Яду]!

— Яд? Что это? Приправа человечишек? — в ответ на его вопрос граф глупо улыбнулся, но почем-то стал потеть еще больше. Вайнкер задался вопросом, не умрет ли он в таком темпе от обезвоживания. Может он заболел?

— Да, Ваше Величеств", — ответил ему миньон Виктор. — Это очень горькая специя для особых случаев.

— Я не почувствовал вкуса, принеси мне еще! — пожаловался Вайнкер и граф поспешно побежал в замок, стремясь удовлетворить его потребности.

Может быть, он получит еще более сильный Перк к концу пиршества?

Когда маркиза пригласила Виктора на завтрак в ее апартаментах, Виктор ожидал чего угодно, кроме настоящего завтрака. Может быть, ему подадут отравленную еду, или выстрелят арбалетным болтом, или самого подадут на завтрак одному из одомашненных львов Луизы. Но оказалось, что его ждал вполне себе приятный завтрак с хозяйкой дома и Графом Провансальским.

Конечно, в его спину дышало четыре рыцаря, готовых в любой момент отрубить его голову, а еду подавала не самая дружелюбная прислуга, но в целом он все равно остался благодарен. Прошло много времени с тех пор, как он в последний раз ел хорошо приготовленную говядину и не пригорелые тушеные овощи.

К счастью, он не заметил ничего странного во вкусе, вроде яда. Виктор догадался, что вчерашнее фиаско преподало им урок.

— Это унизительно, — сказала маркиза. Она лежала в кресле, одной рукой поглаживая крылатого льва, а во второй держала бокал вина. Виктор предположил, что она выпила уже больше, чем пару бокалов. — Красный дракон опустошает мою кладовую, а после решает вздремнуть прямо у входной двери. Почему боги послали сюда это бедствие? Он все еще там?

— Да, моя леди, — ответил рыцарь в полных доспехах, посмотев в окно. — Он лежит на спине, положив лапу на живот. Яд должен был убить его уже трижды.

— Почему у вас под рукой оказалось так много яда? — спросил чересчур любопытный Виктор.

— Интенсивная военная политика, — устало вздохнула маркиза, неловко сместившись в своем кресле и не удостоив Виктора более обширным объяснением. — Нет! Я больше не могу это терпеть! Несите еще вина!

Одна из ближайших слуг, худая, гуманоидная кошка в одежде дворецкого, подошла к маркизе сзади и, положив свои лапы на ее ушки, начала их массировать. — Виктор, верно? — внезапно спросила она. — Какой у тебя уровень?

— Я на седьмом уровне, мадам. Пять уровней в классе Изгой и два в Оруженосце Монстра.

— Седьмой уровень, приручивший дракона? — Она насмешливо на него посмотрела. — Не верю.

— Я похож на укротителя драконов? — насмешливо ответил Виктор.

— Однако он слушает тебя, — вклинился граф Провансальский, вытирая пот на шее мокрым платком. — Ты спас мою жизнь.

— Слушает –  явно преувеличение. Это существо – сплошная масса чистой мощи, и все, что я могу сделать, это попытаться слегка перенаправить ее, надеясь, что на выбранном мной пути жертв будет меньше.

— Мы можем провести внезапную атаку, пока он спит, — предложил страж маркизы.

— Да, верно, попробуйте убить непобедимого дракона, который принимает стрелы за капли дождя и считает, что ваш лучший яд – просто немного пресный перец. Может быть, твоя смерть даже даст ему новый Перк. —  когда Виктор закончил, он поймал недовольные взгляды дворян и их стражей и проклял себя за свой длинный язык. Когда он заметил, что Вайнкер в принципе не понимает сарказма, авантюрист больше не мог сдерживаться. Это помогло ему снять стресс от пережитого.

— Следи за своими словами в присутствии благородных! — сказал один из стражи, едва сдерживаясь, чтобы не заехать наглецу по роже своей железной перчаткой. Его хозяйка сурово на него посмотрела, как бы объясняя, что страж высказался достаточно.

— Откуда ты? — спросила Виктора маркиза. — Твой акцент…ты  не Гардимейнец. Напоминает Придаянский.

По ее тону Виктор легко понял, что сейчас ему нельзя валять дурака и нельзя ошибиться. Фоморы Придаяна пролили много крови в попытке завоевать Гардимейн, и их Дикая Охота до сих пор атаковала корабли, приближающиеся к их острову. — Я приехал из Америки, — признался Виктор, а потом добавил: — Земля.

— Хмм, интересно, — кивнула маркиза. — Покажи мне.

Виктор стянул на левой руке рукав, обнажая темно-красную, блестящую татуировку, изображающую двадцатигранную игральную кость. Знак кости, — признала маркиза. — Я должна была догадаться, что только избранный бога удачи может подружиться с драконом.

Удача... Ох уж этот сраный мир! Он был полон разбойников, кровожадных монстров, драконов и, ох, а еще его технологии застряли в средневековье! Он уже несколько месяцев не мог принять горячую ванну! Все из-за того, что он решил погеройствовать, спас какую-то девицу от ограбления, а взамен получил удар ножом и смерть от кровопотери в грязном переулке. И если смерть принесла ему не так уж много боли, то его первые дни тут, когда он был вынужден для банального выживания присоединиться к группе преступников, порядком добавили ему мучений.

Но он мог понять, почему маркиза сказала такую глупость. Люди с Земли, перевоплощающиеся в Аутремонде, после того, как их заклеймили местные боги, были явлением вполне известным, и большинство из них имели уникальные перки, позволяющие им без проблем зарабатывать себе на жизнь. Это явление даже вызвало возникновение новой религии, Эзотерического Ордена Нового Мира.

Но Виктору не было дела до того, чтобы стать героем или местной достопримечательностью. Он просто хотел выжить, перепихнуться и вернуться к себе домой.

Кроме того, когда это он успел подружиться с драконом? Дайте ему только шанс, он тут же сбежит от ящерицы. К сожалению, дракон, скорее всего, как только узнает о пропажи слуги, в одно мгновение его выследит, чувства у этого зверя были остры донельзя. — Послушайте, я, конечно, постараюсь выманить его из ваших земель, но ничего не обещаю. Только не пытайтесь снова украсть его вещи, хорошо?"

— Моя леди, зачем вы вообще искали эту рапиру? — спросил Граф Провансальский.

— Это семейная реликвия, — ответила маркиза. — Мой предок, согласно легендам, подружился с маленьким авантюристом и обманом заставил Короля Гардимейна выдать за него свою дочь. В качестве награды, этот коротышка дал моему предку свою рапиру и маркизат Карабас. С тех пор этими землями правил наш род.

Ах, это объясняло, почему тут так много кошек.

— Во время Столетней Войны грабители стащили эту рапиру с трупа моего прадеда, но я понятия не имела, что она попадет в когти красного дракона, — сказала маркиза, пока служанка наполняла вином опустевший бокал. — У меня не было желания кого-либо обворовывать, тем более Вайнкера Рыцареубийцу.

— У него такая страшная репутация? — спросил Виктор, стремясь узнать больше о драконе.

— На протяжении веков он был проклятием Мидгарда, а затем исчез пятьдесят лет назад, — сказал граф Провансальский. — Легенды гласят, что он в одиночку боролся с целым отрядом Дикой Охоты и сражался на равных с эльфийским рыцарем шестьдесят седьмого уровня.

Из того, что слышал Виктор, только легендарный Сияющий Рыцарь приблизился к этому уровню. Это означало, что почти никто не представлял для дракона опасности. — Да, и теперь он взял два уровня в классе Благородный.

Маркиза и граф обменялись взволнованными взглядами. В конце концов, как и у большинства аристократов, у них, вероятно, тоже были уровни в этом классе. — Красный дракон не должен иметь доступа к классам, — удивилась маркиза.  — Как это случилось?

Виктор решил мудро умолчать о своем участии в этой истории. — Без понятия. Он уже был таким, когда я его нашел. Теперь он собирается стать авантюристом, потому что им хорошо платят, и ему это легко дается. Что можно увидеть из того, с какой легкостью он сжег лес.

— Монстры Геводана целую вечность терроризировали этот регион, и после Столетней Войны ситуация только обострилась, — сказал один из рыцарей. — Чтобы уничтожить такую территорию за считанные минуты ...

Луиза де Карабас кивнула: — В то время, как потеря моей кладовой имеет немаловажное значение, экономические выгоды перевешивают потери. Мы могли бы использовать нынешний настрой дракона в свою пользу. Если он так сильно хочет быть авантюристом, мы могли бы дать ему "бесполезное дело".

— Моя леди, вы не можете быть столь серьезны! — возразил граф. — Дракон - искатель приключений? Что дальше? У троллей появится свой принц?

— Создание играет с нами, — согласился страж, сжимая кулаки. — Как скоро раскроется его истинная натура?

— Мы могли бы предложить ему такое задание, что даже ему это будет не просто. Например, напасть на Фоморов Придаяна или лорда демонов Брэндона Мора, — маркиза проигнорировала советы окружающих и откинулась в кресло. — Он либо добьется успеха и окажет миру огромную услугу, либо проиграет и погибнет сам.

— Ээмм, ящер и когтем не двинет без существенной награды, — подал голос Виктор, хотя в душе признал, что идея маркизы имела свои плюсы. Если дракон выкажет желание за деньги сражаться с другими монстрами, то, возможно, он мог бы направить его к лучшей цели. — И ради вашего же блага, приготовьте на всякий случай золото, мало ли, если ему это удастся.

Маркиза нахмурилась, вероятно, понимая, что у нее не хватит средств, чтобы удовлетворить финансовые аппетиты Вайнкера.

— Неважно, — после паузы решила маркиза. — Волшебник моего двора отправил послания Его Величеству Королю Гардимейна Чарльзу и Сияющему Рыцарю, которые отправят за драконом своих лучших воинов. После распространения новостей дни этого чешуйчатого сочтены.

Виктор сомневался, что все пройдёт настолько гладко. В конце концов, Вайнкер получил прозвище Рыцареубийца не за красивые глазки.

Но что ему делать? Заманить Вайнкера в западню, надеясь, что этот план сработает? Его внутреннее нутро подсказывало ему, что это не сработает. Нет, ситуацию Виктора нельзя решить просто, пока что он, несомненно, застрял с драконом, и из того, что он услышал, увидел и понял, Виктор пришел к выводу, что ему лучше работать на Вайнкера, чем против него.

Авантюрист решил, что лучший вариант - использовать желание дракона быть авантюристом, как предложила маркиза. Даже после окончания войны королевство Гардимейн по-прежнему страдало от нарушителей спокойствия, которые прямо сейчас убивали людей, вместо того чтобы отступить на остров Фоморов.

Виктор от этой движухи мог бы получить хорошую прибыль. Он уже получил два уровня менее чем за один день, хотя у него ушло много месяцев на получение пяти уровней Изгоя. Находясь рядом с драконом, который косил сильных противников, как траву, он мог бы повышать уровень с читерской скоростью. Если он достигнет достаточно высокого уровня, добьется расположения дракона и изучит его слабости, возможно, когда-нибудь Виктор сможет избежать его когтистой хватки.

— Есть ли нарушители спокойствия, которым нужна смерть от драконьего огня? — спросил Виктор, поглядывая на спящего дракона: — Это рисковая игра, но если я направлю его на опасного противника, возможно, ему не повезет и он будет убит.

Жадный Вайнкер никогда бы не позволил ему сохранить для себя что-нибудь блестящее, но вот если бы ему удалось за спиной дракона сцапать благородный титул или волшебный предмет…

— Основными угрозами миру Гардимейна являются Скорчеры, бродяги и наемные банды, разоряющие сельскую местность с конца Столетней Войны, — ответил Граф. — Группы, возглавляемые такими личностями, как Огр Огрон, Гюстав Ля Мураиль и Франсуа Вильмен, создают проблемы на юго-западе. Герцогиня Элинор установила награду за их головы.

— Их не стоит даже сравнивать с драконом, Гилберт, — сказала маркиза. — Даже Огрон только на тридцать пятом уровне или около того, и хотя герцогиня назначила награду за головы лидеров Скорчеров, они низки. Хватит ли их для мотивации дракона?

— У вас есть на руках списки с наградами? — Виктор подумал, что если не будет иного варианта, он просто направит дракона на кракена. Учитывая величину награды, он без труда сможет его убедить. Но взглянуть на другие варианты никогда не помешает.

— Миньон? — Виктор вздрогнул, когда от голоса Вайнкера мелко задрожали стены замка. — Миньон?! МИНЬОН!

Виктор вздохнул. Его звал долг.

— У вас, случайно, не найдётся большой мешок? — спросил он у знати. — Мне бы очень пригодились зелья сопротивления огню.

— Разве ты уже не получил достаточно?! — закричал на него рыцарь, а крылатый лев от витавшего в воздухе напряжения зарычал в ответ.

— Тогда я скажу дракону, что у вас под башней есть скрытая кладовая. — Раздраженно ответил Виктор. — Выбирайте.

Маркиза в раздражении махнула рукой: — Принесите ему то, что он хочет и пусть уходит.

Виктор улыбнулся. Что же, присмотр за драконом имел свои привилегии.

— Замечательный был прием, — сказал Вайнкер Виктору, когда его верный миньон, укутанный в шарф, которым он закрыл большую часть лица, и с мешком добычи на спине, вернулся из заполненных пеплом Лесов Геводана. Вайнкер уже мог представить себе, как слышит звук своих новых драгоценностей, падающих на горку его сокровищницы. — Мы должны сюда еще как-нибудь заглянуть.

Дракон задавался вопросом, какой была бы та благородная зверолюдка, если ее запечь на открытом огне. В целом, зверолюды разные на вкус, но та особь казалась достаточно упитанной, чтобы погасить разбушевавшийся аппетит Вайнкера.

Из-за особенно удавшегося вчерашнего застолья и уютной атмосферы сгоревшего леса Вайнкера потянуло на особого типа ‘барбекю’. Прошло много времени с тех пор, как он ел что-то, кроме дичи, домашнего скота или худосочных рыцарей-человечишков.

А что еще он мог съесть? Эльфы - это вообще вегетарианская еда. На вкус они были как трава, которая им так нравилась, и вызывали у Вайнкера чувство тошноты. Дварфы - нормальные, в меру толстые и жесткие, но съев более трёх, на него всегда нападало опьянение. О гоблинах и говорить не приходится, те были не более, чем закуска.

А что насчет драконов? Если подумать об этом, Вайнкер никогда не ел других драконов. Злобный ящер задавался вопросом, каким бы он сам был на вкус, если его подать вместе с той самой специальной специей человечишек.

...

Нет, это уже будет каннибализм, а Вайнкер не был дикарем.

— Куда, Ваше Величество? — спросил своего хозяина миньон.

— Миньон, ты мой официальный гид, — сказал Вайнкер своему начальнику персонала. Он более чем заслужил это, к тому же, из-за нынешнего дефицита кадров у дракона попросту не было лучшей кандидатуры на этот пост. — Ты заботишься о поездке, а я забочусь о еде. Кстати, ты нашел что-то стоящее?

— На самом деле, да. Тот перк, [Старые Деньги [, оказался чертовски полезен. Неудивительно, что дворяне живут припеваючи. — Миньон открыл сумку, показав дракону его новые сокровища: драгоценные кольца, ожерелья и прочие дорогие блестящие вещи. — Здесь [Кольцо Сопротивления Огню], [Рог Призыва Виверны], [Золотая Статуя Митры], [Ожерелье Огненного Взрыва], пара [Солнечных Наручей] и много золотых монет. Я их не пересчитывал, но с виду их где-то двадцать тысяч или около того.

Вайнкёр молча восхищался новыми дополнениями к своему запасу сокровищ, особенно метровой золотой статуей какого-то короля и золотыми наручами. Если он и дальше в таком же темпе будет получать золото, в течение недели он удвоит размер своей сокровищницы.

Поскольку ничто не должно было противостоять его пламени, Вайнкер полагал, что Перк, должно быть, материализовал эти сокровища после того, как потух огонь и спал жар. Чем больше дракон узнавал об этой системе классов, тем больше она его очаровывала. — Ты говоришь, как эксперт по сокровищам, миньон. — Прокомментировал Вайнкер, заметив, что его начальник персонала опознал каждый предмет.

— Это благодаря моему перку [Намётанный Глаз] — ответил Виктор. — Это Классовый Перк, который позволяет мне идентифицировать магические предметы и их ценность.

— А как же тогда перк [Малое Сопротивление Яду], который я получил вчера? Миньон, ты же говорил, что я могу получить только один Перк раз в два уровня.

— Да, для классовых перков это действительно так. Существуют две категории перков: классовые и личные. Первые открываются путем повышения уровня, вторые - путем выполнения определенных условий, вроде съедания слишком большого количества яда. И я слышал, что это довольно редко случается.

— Ха! Действительно, разве мог кто-то, кроме дракона, его открыть? — с гордостью заявил Вайнкер, почти сразу переключившись на другую тему. — Положи добытые сокровища к остальной части моего запаса. Мы вернемся в мое логово, положим добычу и потом... — Дракон остановился, оставив предложение незаконченным.

— Будем охотиться на кракена из Мессалина, Ваше Величество? — предположил человечишка Виктор.

— Охотиться за кальмара, который стоит шестьдесят тысяч. Верно, это то, о чем я думал, миньон. — Одна только мысль о том, сколько ему заплатят за съедение кракена, вызвала обильное слюнотечение. Может быть, вместе со своей смертью существо подарит ему большое сокровище, которое Вайнкер еще не имел в своей коллекции, вроде трона из драгоценных металлов или короны.

Быть авантюристом так круто! Почему драконы раньше этого не пробовали?

— Кстати об этом, Ваше Величество, — прокашлялся Виктор, отряхивая себя от пепла. — Я выжил в поездке только благодаря зелью сопротивления огню, выданному мне маркизой. Вот скажите, какая вам польза от этого кольца или наручей?

— Они блестящие, а значит, будут хорошо выглядеть в моей сокровищнице.

— Я просто хотел бы заметить, что с лучшей экипировкой я бы лучше выполнял свои обязанности, Ваше Величество. Особенно, если теперь мне придется постоянно искать сокровища  в похожих местах. В худшем случае, вы заберете свои блестящие сокровища с моего трупа, если я умру при исполнении служебных обязанностей.

— Какая такая экипировка? — этот вопрос смутил Вайнкера больше всего на свете. — Ты ведь не станешь лучше выглядеть, если напялишь на себя кольцо и наручи. Все человечишки выглядят одинаково.

— Спасибо за доброе замечание, Ваше Величество.

— Всегда пожалуйста, миньон.

— Как бы то ни было, кольцо сделает меня устойчивее к огню, наручи под солнечными лучами увеличат мою силу, а рог может призвать на помощь виверну. Только от ожерелья польза сомнительна, и если кто-либо из нас не поклоняется божеству Митре, то кроме красоты внешнего вида, статуэтка будет бесполезна.

Вайнкер смущенно посмотрел на своего лакея. — Надев наручи, ты можешь стать сильнее?

На лице Виктора появилось странное выражение, как будто его повелитель сказал несуразицу. Вайнкер шагнул дальше, рассмотрев еще одну интересную деталь: — Миньон, ты утверждаешь, что получил сопротивляемость к огню, выпив зелье?

Миньон некоторое время сомневался, словно неуверенный в своих словах: — Да, Ваше Величество. Но только временно.

Таким образом, получается, глупые человечишки, что в прошлом пытались его убить, носили пестрые вещи не для того, чтобы выглядеть менее ущербно? Они могли получить силу от магических предметов?

— Как замечательно! — Не то, чтобы Вайнкеру когда-либо понадобилось бы такое зелье, его привлекла сама идея, что вещи могут сделать его более могущественным. Вайнкер уже представлял себя с золотой короной на голове, которая будет делать его огненное дыхание более горячим. — Говоришь, наручи дают силу? Дай попробовать!

— Они человеческого размера и вы не сможете их надеть. — указал миньон на очевидное.

— О? — Вайнкер проверил и понял, что да, все его новые сокровища действительно были ничтожного размера. Он не скрывал ни своего разочарования, ни кипящего внутри гнева: — Почему мой Перк принес мне сокровища неправильного размера? Почему оно для человечишек? Это саботаж! Неправильность!

— Возможно, никто не предполагал, что его получит дракон, Ваше Величество.

— Именно, вопиющая неправильность. — Кто создавал эти паршивые Перки? Он хотел бы шепнуть на ушко пару словечек его создателям.

Неспособный носить предметы сам, Вайнкер всерьёз рассмотрел предложение человечишки Виктора. Миньон, как и весь его вид, был ужасно слаб, они даже не могли выжить в огне. Но Виктор до сих пор казался надежным слугой, даже образцовым. Вайнкер решил, что хочет сохранить его в целости и сохранности, по крайней мере, до тех пор, пока он не сможет восстановить свою армию миньонов.

— Хорошо, миньон, я согласен одолжить тебе вещи, ты можешь их носить. Не нужно благодарить меня, моя щедрость не знает границ. — Конечно же, Вайнкер ожидал, что его лакей все равно поблагодарит своего господина, и выжидающе на него посмотрел.

— Спасибо, Ваше Величество. — ответил Виктор, кланяясь так низко, что его волосы едва не касались пепла на земле.

— Между прочим, этот Перк, [Намётанный Глаз], как я могу его получить? — спросил преисполненный любопытства Вайнкер. — Он пришел из твоего класса Оруженосец Монстра?

— Нет, из моего первого класса, Изг- — Виктор вдруг остановился, заметив вспышку в глазах дракона.

— Ты можешь иметь два класса одновременно? — Вайнкер навострил уши, очень заинтересовавшись этой деталью. — А сколько их всего?

Миньон смущенно опустил голову и почесал затылок: — Столько, сколько вы можете получить. Впрочем, максимальный уровень составляет сотый. После этого вы становитесь богом и возноситесь на небеса. Но я не думаю, что кто-либо из ныне живущих достиг хотя бы восьмидесятого.

Ха. Потому, что ни один дракон никогда не пытался.

— Тогда я, Вайнкер, достигну сотого уровня! — хвастался дракон, с энтузиазмом мечтая о добыче и Перках, которые получит к тому времени, — А ты, миньон, девяносто девятого!

— Я поражаюсь вашей решимостью, Ваше Величество.

Вайнкер великодушно позволил миньону читать скучные карты и бумаги, а сам рассуждал о том, как бы выкроить время, чтобы миньон научил его чтению. Дракон задумался. А что, если бы он мог носить зачарованные предметы? То насколько бы сильнее он мог стать, надев золотые доспехи? Это было бы все равно, что держать при себе часть сокровищницы. Дракону открылся целый новый мир, полный чудесных возможностей.

— Ваше Величество? — позвал миньон, перебирая какие-то бумажки, — подумав еще раз, я считаю, что Кракен может подождать.

— Что может быть важнее удваивания моей сокр-, — Вайнкер остановился на полуслове, не желая раскрывать размер своей сокровищницы. Тот факт, что все его богатства оказались совсем небольшими по сравнению с заработком искателей приключений, уже итак морально принижал его, хотя дракон никогда не признался бы в этом открыто. — Объясни.

— Согласно запросу, кракен разместил свое логово на торговом пути в южную торговую империю Барин. Торговцы считают, что с его уходом риски снизятся, увеличится товаропоток, а с ним и прибыль. Отсюда и большая награда. Но если его намеренно не провоцировать, кракен вряд ли станет на кого-то специально нападать. Скорчеры же…совсем другая история.

— Скорчеры? — Вайнкер никогда о них не слышал. — Они что-то вроде рыцарей?

— И да, и нет. Это бывшие солдаты и наемники, которые после войны стали разбойниками. У меня есть постеры с наградами за трех их лидеров. И они – это яростный поток насилия, занимающийся убийствами, похищениями, поджогами, грабежами и прочими военными преступлениями, совершенными против беспомощных крестьян.

Так бы сразу и сказал. Группа прославленных воров. Вайнкер, конечно же, превзошел бы их по всем критериям, но он никогда ничего не делает бесплатно. Уже нет.

— Я слушаю.

— Гюстав Ля Мураиль, — Миньон Виктор прочитал имя и показал плакат с рыцарем в черном рогатом шлеме: — Двадцать уровней в классе Рыцарь, четыре уровня в Тяжелом Рыцаре, три уровня в Перебежчике, общий уровень двадцать семь. Человек - дезертир из армии Гардимейна, возглавляющий отряд из двадцати солдат, разыскиваемый за разграбление деревни Пустагник и убийство ее восьмидесяти семи жителей. Герцогиня Элинор из Эускала предлагает за его голову пять тысяч золотых монет. И это самый безобидный из них. За Огром Огроном числится уже намного больше сотни убийств, а Франсуа Вильмен – падший жрец, который заново открыл себя как призыватель демонов.

И хотя беспокойство жалкого человечишки за его еще более жалкий вид было достойно уважения, или хотя бы жалости, Вайнкер заботился только об одном: — Сколько?

— Десять тысяч за Огрона, потому что он самый жесткий, и пять тысяч за Вильмена. Итого двадцать тысяч. — Миньон помолчал немного, а потом все же добавил,  —  официально.

— Миньон, двадцать на три это шестьдесят, — отмахнулся от него Вайнкер, прежде чем до него дошло: — Что ты имеешь в виду под официально?

Миньон улыбнулся ему, словно делясь секретом: — Они враги великой и прекрасной герцогини Элинор, которая будет очень благодарна, если мы избавимся от них. Я уверен, что она даст вам гораздо большую награду под столом.

— Почему под столом? Это такой волшебный ритуал?

— Ах, нет, это метафора, Ваше Величество. Это означает, что по факту она предложит нам гораздо большую награду, которая не упоминается на постере.

— Если она хочет предложить больше, то почему просто не скажет об этом? — Вайнкер обнаружил дыру в логике своего миньона. У дракона появилось отчетливое чувство, что миньон неспроста пытался втянуть его в борьбу с этими бандитами, но с другой стороны, Вайнкеру не помешает практика.

— Из-за королевских налогов, — поспешно ответил Виктор. — Король получает десятую часть награды, которая проходит через Гильдию Авантюристов, и это, не включая собственный пятипроцентный налог гильдии.

Вайнкер почувствовал, как его распирает возмущение: — Одна десятая?! Это грабёж! Неудивительно, что ты оказался вне закона, став Изгоем. Твою ничтожную расу возглавляет грабитель!

— Действительно, Ваше Величество, — согласился человечишка Виктор. — Именно поэтому я думаю, что герцогиня, вероятно, предложит дополнительное вознаграждение за рамками официального, ведь оно не облагается налогом. Понимаете ли, уклонение от уплаты налогов - древняя, уважаемая человеческая традиция ... а Ваше Величество - дракон. Однако, я уверен, что герцогиня примет вас столь же радушно, как Маркиза.

— Благородное начинание, — пробормотал Вайнкер и замечтался, начиная фантазировать о том, как выглядит эта герцогиня. — Эта Элинор, она принцесса?

Миньон пожал плечами. — Понятия не имею. Может быть.

Перспектива добавить принцессу к своей сокровищнице воодушевила дракона почти так же, как обещание легких денег: — Миньон, я решил. Мы будем охотиться на этих воров.

— Мы уже приехали? — В сотый раз спросил Вайнкер, когда они пролетали над очередной вонючей деревней людей.

— Нет, извини, — ответил человечек Виктор, не отрывая глаз от карты и стараясь защитить ее от ветра. — В последний раз Огрона видели возле Хадмера, а это Пойнтин.

— Откуда ты знаешь? — Вайнкер раскритиковал своего миньона. Они пролетели весь путь по суше, почти достигнув западного моря, инаверняка промахнулись мимо цели. — Все ваши грязные деревни выглядят одинаково!

— О, Ваше Величество, я думаю, что следующая будет той, что надо.

— И с какой это стати?

— Из-за пожаров, Ваше Величество.

Действительно, с запада, на побережье, поднимался столб огня. Вайнкер прищурился, заметив небольшой город, подвергшийся нападению большой группы человечков.

Вайнкер приблизился к городу и сделал над ним круг, чтобы хорошо рассмотреть его и близлежащие пляжи. Он был больше, чем те деревни, которые они посетили, с каменными домами и деревянной пристройкой, ведущей прямо в море. Порт приветствовал дюжину плавучих зданий, которые человечки называли кораблями. Многие жители поспешно пытались подняться на борт.

Большая группа людей, около восьмидесяти человек, атаковала город с севера, воины с топорами убивали людей, как свиней, а лучники поджигали крыши соседних зданий. На каменистой земле валялись десятки трупов, а защитники в это время использовали повозки, как улучшенные баррикады, чтобы хоть как-то замедлить продвижение захватчиков.

Атакующих человечков возглавлял чудовищный пятнадцатифутовый циклоп, он размахивал большим двуручным топором, который с каждым ударом разрубал солдат пополам. Стрелы и копья отскакивали от его толстой зеленой кожи, а он шел и с каждым шагом отбрасывал повозки.

Взбешенный тем, что они не остановились, чтобы удивиться его появлению, Вайнкер издал могучий рев, и это сразу возымело свой эффект. Все дружно подняли головы и застыли от ужаса при виде его багрового величия, а их лица потеряли цвет.

— Дракон! — крикнул один из защитников, лежавший на земле. — У Огрона есть дракон!

— Огрон? Ага, наконец-то! — Вайнкер хмыкнул. — Миньон, на кого мне приземлиться?

— Нападающие, Ваше Величество.

Вайнкер спускался вниз по улицам, человечки при его появлении разбегались, но недостаточно быстро. Его приземление снесло соседние дома и раздавило полдюжины опоздавших.

Только циклоп не побежал, глядя на своих людей единственным глазом. — Трусы! Драконы не страшны! — Кричал он на них.

— Конечно, нет, они изумительны, — ответил Вайнкер, отпуская своего миньона на землю. Защитники укрылись за баррикадами, не зная, как реагировать на такой поворот событий. — Кто из вас Огрон Людоед?

Циклоп ударил топором по земле, измельчая камни и заставляя дрожать улицу. — Я!

Вайнкер взглянул на циклопа, потом расхохотался, а одноглазое мясо ответило ему свирепым взглядом. — Нет, серьезно, кто из вас Огрон?

— Ваше Величество, этот Огрон, — сказал миньон.

— Миньон, это циклоп, а не людоед. У людоедов два глаза.

— Да, я знаю, но это все равно Огрон Людоед. Я видел его постер.

— Ты чертовски прав, — сказал одноглазый людоед с растущим разочарованием. — Нет никакого другого Огрона! Я приехал в эту страну, чтобы воевать за Гардемейн! Я истекал кровью, а вместо золота король дал мне грязную бедную ферму! Огрон не фермер, он - воин! Огрон не остановится, пока—

В этот момент Вайнкер отключился, слишком смущенный звуковым парадоксом. Все, что он мог разли

чить, были отдельные бормотания: "Огрон, Огрон, Огрон, пират! Бла-бла, бежать из страны! Огронгрон, рыцари!

— ...и именно поэтому Огрон будет управлять этими лодками!

— Миньон, если он циклоп, а не людоед, то почему его называют Огрон Людоед? — Вайнкер игнорировал одноглазого людоедаа. — В этом нет никакого смысла!

— Огрона зовут Огрон Людоед, потому что... — сказал циклоп с низким рычанием, нетерпеливо размахивая топором и показывая окровавленные зубы. — Огрон ест людей.

— И ты тоже? — Вайнкер посмотрел на циклопа новым, свежим взглядом. Он был достаточно жирным, не костлявым, с большим количеством мяса.…

Циклоп издал рев, поднял топор и замахнулся ним на Вайнкера. — Ты умре—

Чавк!

Вайнкер откусил кусок от верхней части туловища великана, проглотив за один присест треть трупа. Он обрызгал рот кровью, но был слишком голодный, чтобы обращать на это внимание. Все смотрели на Вайнкера, пока он переваривал глаз и голову Циклопа, но почему-то все человечки побледнели.

— Минхьен, шиклопш шкусный, как шпикантный шпоросенок! — Вайнкур жевал плоть великана, находя вкус слишком сладким, чтобы остановиться на одном укусе. — Штак хорошо! Я хочшу больше!

— А как насчет какой-нибудь человеческой бандитской закуски к этому вкусу? — Предложил человечик Виктор, указывая пальцем на бледных последователей циклопа.

Они в этот момент выглядели немного больными, но Вайнкер приблизил морду поближе, и понюхал их. По крайней мере, один из лучников испачкался, и дракон скорчил гримасу. Бандиты при его приближении запаниковали, и с криками начали разбегаться.

Вайнкер подумал, следует ли ему их преследовать, но потом решил, что скорее съест остатки циклопа, чем побежит. Он рассеянно схватил большой кусок каменной стены дома и швырнул его в убегающих человечков, раздавив многих из них, как насекомых. После этого остальные ускорили бег, а Вайнкер вернулся к еде.

За два укуса он съел остатки одноглазого людоеда и рыгнул.

Вы получили уровень в классе [Благородный]!

+1 Сила, +1 Живучесть, +1 Харизма, +1 Удача!

Вы заработали Классовый Перк: [Снобизм]!

[Снобизм]: ваши атаки наносят на пять процентов больше урона не-благородным целям, и вы получаете на пять процентов меньше урона от не-благородных нападающих.

— Миньон, я поднял уровень!

— Победа, сколько очков статистики вы получили?

— Четыре, миньон, — гордо ответил Вайнкер, прежде чем понял, что понятия не имеет, что это значит. — Миньон, куда деваются очки статистики?

— Вы можете проверить свой класс и статистику, произнеся вслух "Меню".

— Действительно?

— Ваше Величество не заметили?

…

— Конечно, я заметил, — Вайнкер пощадил чувства миньона. — Я всегда это замечал. Я просто проверял твои знания. И ты прошел проверку.

— Истинная честь, — с благодарностью ответил миньон.

— Меню! — Сказал Вайнкер, и это слово сделало его еще более голодным, чем слово людоед. Из ниоткуда перед ним возник ряд слов.

Вайнкер Рыцари Погибели

Уровень: 3 (Благородный 3)

Тип: Дракон

Группа: V&V

Очки Здоровья 5,315

Специальные Очки 1,290

Сила 95

Живучесть 88

Сноровка 11

Ловкость 39

Интеллект 9

Харизма 71

Удача 39

Личные Перки

Дыхание Драконий Огонь, Невосприимчивость к Огню, Жизненная Сила Красного Дракона, Высокомерие Дракона, Чешуя Дракона, Супер Чувства, Радар Принцессы-Девственницы, Малое Сопротивление Яду

Классовые Перки

Старые Деньги, Снобизм

V&V? Двойной Вайнкер!

На площади воцарилась тяжелая тишина, и Вайнкер понял, что защитники-человечки смотрят на него широко открытыми глазами.

— Миньон, атмосфера кажется слишком тяжелой, — сказал дракон. — Спой мне хвалу, чтобы поднять настроение.

Человечек Виктор тут же поднял кулак. — Вайнкер - лучший дракон! — Он повернулся к молчаливым человечкам за баррикадами, подняв другую руку, чтобы их воодушевить, — Вайнкер -лучший дракон!

— Вайнкер - лучший дракон! — сказал человек, пахнущий мочой. В конце концов, остальные человечки к ним присоединились.

— Вайнкер - лучший дракон!

— Вайнкер - лучший дракон!

— Вайнкер - лучший дракон!

Гораздо лучше. — Спасибо, спасибо, я заслужил это, — сказал Вайнкер, облизывая кровь на губах. — Я, Вайнкер, авантюрист, пришел вас спасти! Видите пластину? Видите свинцовую пластину? А теперь принесите мне свой скот!

Они накормили его только коровой и двумя свиньями, что несколько разочаровало Вайнкера, но он был слишком сыт циклопом, чтобы жаловаться.

Вайнкер устроил себе гнездо на пляже рядом с городом, отдыхая на теплом песке и переваривая пищу. И хотя он спас город, Вайнкер заметил немало кораблей, покидающих его, убегая как можно дальше. Дракон проигнорировал их и поиграл с этим "меню".

— Меню, — произнес он, и слова появились, прежде чем он произнес снова.— "Меню" — Слова исчезли. Он сделал это снова, находя процесс странно захватывающим.

После пяти минут игры Вайнкер заметил, что миньон вернулся с двумя другими человечками, один был самкой - не принцессой -, а другой - самцом. Первый был взрослым с большой грудью, длинными светлыми волосами и в той странной одежде, которую люди называли платьем. Второй был старым, хрупким мужчиной с седой бородой и в шляпе, но в остальном совершенно некрасивым.

Вайнкеру еще было трудно отличить одну обезьяну от другой. На первый взгляд, все они выглядели одинаково.

— Ваше Величество, — сказал миньон Виктор. — Это мэр Хадмера, хозяйка гостиницы, Мисс Линетт и Генри Брайт, Класс Ученый. Я проинформировал их о вашем выборе карьеры.

— Ваше Величество Вайнкер, от имени Хадмера, — произнесла женщина-человечек, низко кланяясь, — В благодарность за спасение города позвольте мне вручить вам высшие почести города, ключи от—

— Где мои деньги? — Оборвал ее Вайнкер.

— Уже готовятся, Ваше Величество, — ответил Виктор, тогда как женщина потеряла дар речи.— Местная Гильдия доложила о вашем поступке герцогине, и она вскоре пришлет людей с наградой.

Мэр кашлянула. — Пожалуйста, позвольте мне предложить вам бесплатное проживание в моей гостинице на неделю. Было бы очень приятно, если бы вы были рядом.

— Здесь есть лавовая ванна? — Спросил Ванкер.

— Лава... — женщина нахмурилась. — Нет, Ваше Величество, у нас нет лавовой ванны.

Нет лавовой ванны как основы жилья? Они действительно были отсталыми крестьянами. —Я буду спать на вашем горячем песке, но мой миньон, вероятно, не имеет моих стандартов качества.

Женщина сделала странное лицо, а миньон согласился: — Конечно, Ваше Величество. Я обязательно буду наслаждаться хорошей, теплой постелью.

Вайнкер отмахнулся от этого вопроса, сосредоточившись на том Классе Ученый, который начал говорить. — Великий Вайнкер, ваш друг Виктор сказал мне, что вашему величеству нужен совет по классовой системе—

— Ваше Величество, и с большой буквы, — поправил его Вайнкер. — Кроме того, кто здесь друг? Какой-то миньон?

Генри моргнул. — Как вы можете... у Вашего Величества есть Перк [Супер-Чувства]?

Вайнкер проверил меню, заметив его среди своих "личных перков.“ — Ах, да, есть. Откуда ты знаешь?

— Это Перк, распространенный среди очень восприимчивых видов, таких как зверолюди.

— Генри - первоклассный эксперт нашего города, он советует нам, как развивать нашу карьеру, статистику и перки, — сказала Линетт дракону. — Хотя я и не знала, что дракон может это заполучить.

— Я тоже! — Воскликнул Генри, — это новое открытие! Мне не терпелось обсудить это с Вашим Величеством!

— Я тоже, — кивнул Вайнкер. — Итак, что же это за система?

— Это мощная сверхъестественная система, которую бог Кости открыл во время своего первого броска, когда она еще была разумным артефактом игральной кости, — объяснил Генри, уже теряя внимание Вайнкера. — Классы представляют собой мощные роли, которые дают нам огромные силы, когда мы к ним подключаемся.

— Ты уверен, что систему создали не драконы? — Вайнкер указал на очевидную брешь в его логике.

— Ваше Величество, исторические исследования показывают, что классовая система появилась с помощью Кости, которая является самым первым зарегистрированным примером разумного существа, достигшего уровня в классе. Даже если Кость никогда не утверждала, что создала ее, доказательства показывают, что она активировала ее первой.

— Значит, у вас нет доказательств, что драконы не создали систему первыми, — ответил Вайнкер.

— Э-э, да, возможно, но это противоречило бы всем исследованиям, которые мы когда-либо проводили, всем видам вместе взятым.

—Значит, это система, созданная драконом, чтобы стать сильнее и богаче, я так понимаю, — сказал Вайнкер, а миньон Виктор зачем-то закрыл лицо рукой. — Теперь, человечек Генри, я хочу получить больше уровней в Благородстве.

— Вы уверены? — человечек казался смущенным. — Благородный класс - это метод проб и ошибок, причем либо ситуативных, таких как [Аристорадар], который помогает чувствовать истинных или ложных дворян, либо сильных, таких как [Стипендия], которая дает деньги каждый месяц.

— Свободные деньги? Когда? — Вайнкер вскинул голову, и этот неожиданный жест испугал троицу человечков.

— на девятом уровне Благородного! — ученый съежился.

— А потом? Я получу бриллианты на одиннадцатом? Скажи мне!

— Никакие другие перки благородного класса не увеличивают денежную прибыль, — продолжал Генри, дрожа под взглядом дракона, а затем поспешно добавил. — Но есть очень хорошие перки, такие как [Привилегия], которая позволяет игнорировать одну атаку в день.

— Зачем мне это нужно? Я и так все время игнорирую ваши атаки!

— Это действительно так, — сказал миньон.

— А что еще может сделать меня богаче?

— Торговец, — сказал Виктор со смехом. — Или Банкир.

— Но Торговец - это работа миньона! — Запротестовал Вайнкер.

— Ремесленные классы, как правило, получают лучшее материальное вознаграждение по сравнению с другими классами, — сказал Генри. — Но, может быть, будет лучше, если я начну с самого начала?

Вайнкер вздохнул, ему уже наскучил профессорский тон. — Продолжай…

— Классы делятся на пять категорий.

Бойцы, лучшие в прямом бою и войне;

Заклинатели, которые получают сильные магические способности;

Мошенники, которые сосредотачиваются на трюках и социальных льготах;

Ремесленники, которые создают предметы или усиливают существующие эффекты;

И Монстры, редкие классы, которые доступны только через сделки с монстрами.

Если Ваше Величество хочет стать богаче, ремесленные классы, такие как Алхимик или Торговец, действительно будут работать лучше.

— Дракон не держит лавку, — гордо ответил Вайнкер. — А что еще? Сколько классов я могу получить?

— Сколько угодно много, хотя дальше 100-го уровня в сумме не пройти, 100 - все вместе взятое. Когда перс достигает уровня 100, он поднимается в класс Богов, становясь истинным божеством, но больше не может расти дальше. Кроме того, чем выше ваш общий уровень, тем труднее получить новые уровни, даже если условия входа в класс низкие. Чтобы выйти на новый уровень, вам понадобятся еще более сложные задачи. Я вижу моим перком Экран Класса, что у вас есть три уровня в Благородном, так что вы, вероятно, могли бы быстро подняться до девятого уровня с хорошо организованной тренировочной группой.

— На Скорчеров давят рыцари Сияющего Крестового Похода, авантюристы работают за награду, и еще люди Короля, — сказала Линетт. — Банда Огрона напала на нас, чтобы захватить корабли и бежать из страны, а Хадмер защищен меньше, чем другие порты. А это значит, что они могут вернуться.

— Хороший, бесплатный опыт, — ответил Вайнкер. — Тогда мне не придется сжигать жир, чтобы их преследовать.

— Да, кстати, я получил звание Оруженосца Монстра, когда Король Вайнкер назначил меня своим главой персонала, — вмешался в разговор Виктор. — Когда-нибудь слышали о таком? Это может пригодиться.

— Оруженосец Монстра? — Генри нахмурился. — Нет, я никогда не слышал об этом классе. Какие у него перки?

— Родство с Монстром, что делает меня другом-приятелем монстров.

— Это может быть класс монстров, — сказал Генри. — Классы монстров - это классы, которые, обычно, доступны только через сделки с разумными монстрами или демонами. Каким-то образом, ваше повышение выполнило условие о вступлении в класс. Удивительно.

— Да, да, все мои миньоны купаются в моем блеске, — нетерпеливо сказал Вайнкер. — Итак, какой класс может сделать меня богатым по-хорошему, по-драконьи?

Генри нахмурился, размышляя. — Картежники имеют хороший, сбалансированный рост статистики для неперспективного класса, — наконец сказал он. — С в Очках Жизни, C в Специальных Очках, D в Силе, D в живучести, А в мастерстве, С в ловкости, А в интеллекте, В в харизме и, напоследок, S в удаче. Мастер на все руки с сильным акцентом на удачу, и несколько полезных перков для фарма золота.

— Что это за тарабарщина? — У Вайнкера разболелась голова.

— Каждый раз, когда Ваше Величество получает уровень в классе, ваша статистика имеет шанс увеличиться в соответствии с ростом статов этого класса, — продолжил человечек. — D - это шанс один из четырех, С - один из двух, В - три из четырех, и А - вы всегда выигрываете очко. S означает, что вы всегда получаете два очка вместо одного, А E означает, что вы никогда ничего не получаете. Повышенные классы доступны только в том случае, если вы достигли достаточного уровня в другом классе, поэтому Картежники открывают путь к—

— Скучно! Миньон Виктор, теперь ты мой официальный классовый менеджер, — сказал Вайнкер, когда он больше уже не мог этого выносить, — это очень важная работа, самая важная, которую ты когда-либо получишь. Ты сам с этим разберешься.

— Я? — человечек Виктор нахмурился. — Ведь вы сами хотели узнать все о системе, Ваше Величество?

— У меня, как у дракона, слишком много забот, чтобы изучить все до мельчайших подробностей... вот почему у нас, драконов, есть миньоны, которые этим занимаются.

Линетт и Генри обменялись взглядами, Вайнкеру надоело их присутствие. — Уходите, — сказал он, лежа на песке. — Миньон, останься еще немного.

Две обезьяны поспешно удалились, оставив дракона наедине с его любимым миньоном. — Торговец, — пожаловался Вайнкер. — Мне недостаточно за это платят, миньон.

— Что? Но все прошло так хорошо! — попытался подбодрить его фаворит, — Ваше Величество, бесплатное жилье! Я даже получил анонимное письмо от поклонницы! В городе с таким количеством одиноких горничных, возможно, у меня есть шанс.

Человечек вздохнул под озадаченным взглядом Вайнкура. — Шанс потрахаться, Ваше Величество.

— Потрахаться? — После некоторых глубоких раздумий Вайнкер догадался, что это значило. — Ах, ах, ты хочешь размножаться! Чтобы положить яйца в самку-человечка!

Миньон ничего не ответил, а затем посмотрел на него странным пустым взглядом. — Вы не должны были сказать это вот так, — пожаловался он. — Фраза Вашего Величества все испортила.

— Нет, нет, миньон, проблема в другом, — поправил его Вайнкер. — Ты никогда не добьешься успеха, если не примешь ванну.

— Принять ванну, Ваше Величество?

— Миньон, я хотел пощадить твои чувства перед другими обезьянами, но ты воняешь, как тараканий помет! Ты никогда не сможешь размножаться с таким запахом! — Человечек Виктор опустил от стыда голову, его хозяин решил подбодрить его. — Миньон, я клянусь тебе, как твой хозяин, что сделаю все, что в моих силах, чтобы обеспечить тебе размножение и сохранение твоего вида.

Голова миньона вскинулась так быстро, что Вайнкеру показалось, что он сейчас свернет себе шею. — Подожди, что, правда?

—Конечно! Таким образом, я смогу в течение года обновлять свой запас миньонов. — Миньон не понял, поэтому Вайнкер подробно изложил свою логику. — Если ты хорошо размножишься и твои самки отложат яйца до зимы, то к следующему лету у меня будет новое племя миньонов. Больше никаких гоблинов, только человечки. Я даже позволю тебе в качестве гнезда использовать мою пещеру, если тебе это понадобится.

— Мы, люди, растем не так быстро, как— ... погоди, гоблины откладывают яйца?

— Все время, — кивнул Вайнкер. — Человечек, я, Вайнкер, приказываю тебе для твоего же блага принять полную ванну. У этих крестьян нет лавовых ванн, но рядом с нами есть море.

— Я приму горячую ванну в гостинице, Ваше Величество.

— Тогда иди плодись и больше не греши!

Виктор застонал от удовольствия, погружаясь в теплую, горячую ванну. Ох, как хорошо!

Гостиница Линетт была первоклассным заведением, каменным особняком, переделанным в курорт для авантюристов и торговцев. У него была своя комната с двуспальной кроватью и полным доступом к отдельной ванной в задней части.

Виктор, на всякий случай, оставил свою одежду и оружие поблизости. В прошлом, у него был неприятный опыт с голой засадой, поэтому паранойя ему не повредит.

Виктор взглянул на медную пластинку, висевшую у него на шее. После "последней трапезы" Огрона Гильдия авантюристов повысила его и Вайнкера до авантюристов медного ранга. Конечно, из того, что он узнал, сама Гильдия еще не знала, как обращаться с драконом, и просто решила следовать надлежащей процедуре, пока Король Гардемейна или Сияющий Крестовый Поход не "уладят" этот вопрос.

Однако, Виктор понятия не имел, что делать с топором мертвого циклопа. В нем не было никакой магической силы, и для всех, кроме великана, он был слишком тяжелым. Виктор решил, что позволит Вайнкеру поиграть с ним, а потом за спиной дракона продаст.

У бывшего преступника была более важная проблема. А именно, любовные письма и девушка, которая краснела, когда он шел по улице. Теперь, когда Вайнкер согласился на несколько дней поселиться в Хадмере, после того, как Виктор втянул его в борьбу со Скорчерами, он снова мог валять дурака.

Линетт тоже строила ему глазки…

За его спиной открылась дверь ванной, и рука Виктора порывисто потянулась к кинжалам. Неужели это Линетт набралась смелости присоединиться к нему в ванне? Черт, это становилось все лучше и лучше.

Только это была не девица, а растрепанный Генри, причем полностью одетый. — Сэр Виктор! — с энтузиазмом улыбнулся Генри, игнорируя или не обращая внимания на оружие Виктора. — Вот вы где!

— Генри, почему ты в моей ванне? — Виктор задал совершенно очевидный вопрос, тем более, что Генри, должно быть, чтобы попасть сюда, прошел через спальню.

— Я не мог ждать! Я изучаю ваше дело со вчерашнего дня, и с тех пор оно не дает мне покоя.—

Класс Ученый вдруг заметил на левом плече Виктора черную татуировку меча и мгновенно побледнел. — Это метка Ночных Клинков. — Он знал, что означают эти знаки, и знал организацию, которая их выпускала.

Черт, подумал разбойник. Он предпочел бы держать эту маленькую тайну при себе.

— Давайте назовем их законными владельцами частной собственности, я оставил их, когда стал авантюристом. — Ложь. Никто никогда по-настоящему не покидал Ночные Клинки. — И, если ты умен, то будешь держать язык за зубами.

Генри благоразумно оставил эту тему, все равно его больше интересовали вопросы обсуждения классов. — Извините, но меня это уже давно беспокоит, — сказал он. — А почему бы не Крестоносец?

— Кресто- что?

— Класс! С его огромной силой дракон будет пожинать лучшие плоды роста своей статистики, а самоисцеление сделает победу над ним почти невозможной! Подумайте о потенциале оптимизации!

— Ты серьезно думаешь сделать так, чтобы этого дракона невозможно было убить? — Спросил Виктор.

— Д-да, а разве это не ваша работа?

Да, но он не собирался делать ее хорошо! — Послушай, его интересуют только деньги, — ответил Виктор. — Он, вероятно, достаточно силен, чтобы справиться с чем угодно, кроме легендарных авантюристов, поэтому, если вы не предложите класс, который может фармить золото, не выполняя "работу миньона", я не буду заинтересован.

Поздравляем! За то, что вы идеально соответствовали желаниям вашего хозяина, вы получили уровень в классе [Оруженосец Монстра]!

+10 Специальные Очки, +1 Сила, +1 Харизма, +1 Ловкость, +1 Интеллект, +1 Удача!

Вы получили Классовый Перк [Инструктор Миньонов]!

Инструктор Миньонов: вы и ваши миньоны получаете на пятьдесят процентов больше опыта, когда сражаетесь бок о бок.

— Как же так вышло, что я только что получил уровень в классе Оруженосец Монстра?

— А, ты, наверное, набираешься опыта, выполняя задания для Дракона, — предположил Генри. — Ты получил свой класс, верно ему служа? Поэтому, конечно, система вознаградит вас, если вы будете защищать его интересы.

Отлично, Виктор получал уровни, за то, что был хорошим, верным прихвостнем. Кто-то наверху посмеялся над ним. Хотя, Инструктор Миньонов? Неужели Класс предполагал, что он пойдет дружить с другими драконами? Одной неприятности было и так достаточно!

— Это только подтверждает мою точку зрения, — сказал Виктор. — Насколько я понимаю, Вайнкер будет повышать уровень в Благородном классе, пока не получит перк Стипендия, а потом перейдет в другой класс, более подходящий для зарабатывания денег. — Который, надеюсь, не сделает его еще более непобедимым.

— Значит, Картежник. У них есть отличный рост удачи, чтобы дополнить перк [Старые Деньги], и несколько способностей, которые умножают полученные от ставок деньги.

— Я просто не могу себе представить, чтобы Вайнкер когда-нибудь делал ставки, — сказал Виктор. —Он - дракон, скряга.

Генри подумал об этом, и вдруг его осенило. — Значит, тогда класс Гладиатор-истребитель! Они получают множество Перков, которые могут обеспечить ощутимую награду, если они производят впечатление на толпу. Драконы обладают высокой силой и харизмой, это идеально подходит для полного использования этого класса.

Виктор догадывался, что это понравится дракону-хвастуну. — У вас есть на него документы?

— Да, конечно! Вы позволите мне сделать заметки о его эволюции? Я понятия не имею, как он будет взаимодействовать с драконом. — Генри погрузился в расчеты. — У вас самого есть перк [Избранный Костью], верно? Это означает, что вы получаете на десять процентов больший шанс увеличить свой интеллект и удачу. Из вас вышел бы хороший Заклинатель.

— Я бы предпочел не тратить все свое время на чтение свитков и гримуаров, — ответил Виктор. — Не поймите меня превратно, я не возражаю стрелять молниями, но предпочитаю держаться за кинжалы. Все их виды, если вы понимаете, о чем я.

Генри не понял грязной шутки, и Виктор разочарованно вздохнул. — Тогда почему не Картежник?

Он бы попробовал, если бы Вайнкер ему заплатил. — Генри…

— Да, Сэр?

—Это немного грязно, но ... есть ли класс, который помогает трахаться?

— Для мужчин или женщин? Большинство из них - исключительно по половому признаку, за исключением класса Красный Маг.

Это был не тот ответ, которого ожидал Виктор. — Их больше одного?— спросил он озадаченно.

— Конечно, есть десятки классов, ориентированных на соблазнение, и многие из них имеют для этого полезные перки, такие как перк [Греховная Аура] класса Темный Рыцарь. Это вопрос очень распространенный.

Черт побери, Генри говорил об этом, как о респектабельном академическом предмете. И тут Виктор подумал... задать глупый вопрос! — У меня есть друг, который... бездействовал... некоторое время, и он хочет прекратить свою игру. Десятый уровень, в основном мошеннические классы.

— Он? Ах, как жаль, лучший класс для соблазнения - это Черная Вдова, но он только для женского пола. У него высокий балл харизмы?

— Не хуже моего.

— Значит, средний, — сказал Генри, и Виктор надулся. — Тогда я бы предложил класс Дьявольский Развратник, открытый Людвиком Ваном. Однако, у него очень высокие условия входа, включая харизму, жизненную силу и ловкость по пятьдесят баллов каждый, а также выживание в специальном демоническом ритуале. Если он еще не набрал этот балл, он должен создать свою харизму и получить несколько перков в классе Красный Маг. Если хотите, я могу дать вам об этом книгу.

Неужели все в этом мире манчкины?

За усердное изучение Системы Классов и способов улучшения вашей жизни на свиданиях вы получаете личный перк [Наблюдатель].

Наблюдатель: вы можете мгновенно угадать классовые уровни того, на кого вы смотрите, но только те, которые находятся на том же общем уровне, что и вы, или ниже. Если цель находится на более высоком уровне, чем вы, вы можете видеть только общий уровень класса.

Да, даже сам Виктор. — Генри?

— Да, Сэр? — спросил он с надеждой в глазах.

— Спасибо, — сказал Виктор. — А теперь убирайся из моей ванной, пожалуйста.

Печальные последствия их нынешней ситуации внезапно осенили Генри, и он поспешно удалился, извиняясь всю дорогу до двери.

Виктор снова погрузился в ванну, оставив кинжал в стороне, и позволил себе утонуть в удовольствии.

Передышка длилась всего минуту, и снова кто-то постучал в дверь.

— Что?! — Пожаловался Виктор, когда незнакомец открыл дверь без его разрешения.

Вошла Линетт, одетая в летнее золотистое платье, демонстрирующее ее достоинства. Виктор мгновенно погрузился в воду еще глубже, над водой осталась торчать только голова.

Линетт рассмеялась при виде этого зрелища. — Какая скромность, — сказала она. — Я не помешала, сэр Виктор?

— Вовсе нет, — ответил Виктор, имея очень хороший вид с текущим углом обзора. — Чем я могу вам помочь?

— У меня в подвале есть очень срочная проблема, которую, я думаю, только ты один можешь решить.

Наедине в подвале.…

Ах.

ААА! Наконец-то! — Я весь внимание, — улыбнулся Виктор, и Линетт улыбнулась в ответ.

Виктор вздохнул, входя с факелом в руках в темный подвал гостиницы. Здесь пахло сыром, мясом, пивом и горьким запахом разочарования.

Вместо свидания в подвале, Линетт послала его на миссию по уничтожению гигантских крыс.

Серьезно? Он знал, что технически только начал свою карьеру, но это была авантюристическая дедовщина номер один! И к тому же неоплачиваемый труд! То, что он делал только для драконов и ради красивых лиц…

Тем не менее, Виктор прочесывал подземелье, не находя никаких крыс, и начал задаваться вопросом, не слишком ли завышена реакция Линетт. Она сказала, что в последнее время пропадала еда, но это могла быть кухарка или кто-то из персонала...

— Помни, все находится в сердце! — раздался из-за ящика высокий голос, — мы должны сказать это от всего сердца, от всего сердца! И практикуйтесь в этой позе!

А может, и нет. Схватив свободной рукой кинжал, а другой удерживая факел, Виктор заглянул за ящик и увидел пять пар глаз.

В подвале были монстры! Только это были не крысы. Они были…

Кобольды.

Маленькие, похожие на ящериц, гуманоиды размером с человеческих детей, и такие же умные, кобольды имели острые когти, чахлые рога и длинные, скользящие хвосты. Виктор насчитал их пять, и каждый из них был покрыт чешуйками разного цвета: красного, синего, желтого, черного и розового. Прямо радуга какая-то.

Виктор заметил небольшой, вырытый в стене неподалеку туннель. Эти твари, должно быть, прорыли себе путь из деревни, чтобы красть еду из подвала.

— О боже, человек — сказал, увидев его, розовый кобольд, съежившись при виде гораздо более крупного Виктора.

— Все, время для хореографии! — сказал красный, более крупный, чем остальные, и, по-видимому, лидер, — помните, скажите это от всего сердца! Он упадет перед нами!

К великому изумлению Виктора, каждый кобольд принял странную, нелепую позу.

— Мы боремся за несправедливость! — начал красный кобольд.

— Мы живем ради хаоса! — продолжил черный.

— Мы нападаем ночью! — добавил синий.

— Мы стремимся к раздору! — крикнул розовый.

— Мы... — закончила желтая рептилия, а затем закричала в унисон со своей бандой, — Рейнджеры Кобольды!

Виктор стоял, слишком смущенный, чтобы ответить.

— Да, мы, наконец-то, освоили хореографию, — радостно хихикнул красный, поздравляя свою команду. — Мы уложили его на пол!

— Я вот думаю, что мы должны где-то в девизе добавить "хаос", — указал розовый, — я имею в виду, у него есть такой свист!

Какого черта Виктор на это смотрел? — Мне кажется, что синий не в ногу, — допустил авантюрист. — Кроме того, если вы хотите пройти весь путь, вам нужен командный пет, например, белый аллигатор.

— Что? — синий кобольд свирепо уставился на Виктора, — как ты смеешь оскорблять мой талант! Человек не может понять истинное искусство!

— Я никогда не понимал абстрактного искусства, да, — ответил Виктор, не слишком впечатленный. Кобольды были не опаснее крыс, а эти выглядели, как кучка полнейших идиотов.

— Глупое млекопитающее, Яблоко Знания открыло нам истину! — добавил желтый.

— Погоди, — сказал красный, непонимающе глядя на Виктора, — Как он это…

— Вы, люди, вышли из моды! — рявкнул черный, показывая свои крошечные когти и прыгая на него. — Время убивать!

Поскольку кобольды были маленькими, как человеческие дети, Виктор остановил его, безмолвно поставив ногу на морду существа. Монстр боролся, его крошечные руки не могли до него дотянуться, когда он, наконец, позвал товарищей по команде. — Помогите!

— Подождите! — сказал красный кобольд, двигаясь между двумя группами и мешая остальным присоединиться к "битве". — Он все понимает!

— Он понимает? — повторил синий. — Абсурд!

— Да, я понимаю, что ты сказал, — пожал плечами Виктор, а потом осознал, что, вероятно, не должен был. Перк [Родство с Монстром] работал!

— И запах, — добавил рыжий. — Вы чувствуете его запах?

Черный перестал пытаться дотянуться до Виктора и попятился, обнюхивая ботинок человека. — Он воняет, как рептилия! Супер-рептилия!

— Ультра Рептилия! — воскликнул желтый, обнюхивая Виктора с такой силой, что авантюрист почувствовал себя глубоко смущенным.

Даже после горячей ванны, проведя несколько дней с Вайнкером, он не мог избавиться от своего ужасного запаха. И дракон жаловался, что его глава персонала воняет?

Виктор тут же обругал себя за то, что освоил эту дурацкую работу. — Послушайте меня, кобольды, — объявил человек с широким жестом, — Я глава персонала Его Величества Короля Дракона Вайнкера, инструктор миньонов и классовый менеджер! Склонитесь передо мной!

— Глава персонала дракона! — К великому изумлению человека, они, казалось, поняли его значение. — Настоящий миньон, глава персонала!

— Такая грубая харизма... — У "Розового" - Виктор решил мысленно называть их по цвету чешуи - на глазах выступили слезы. — Я почти чувствую это!

— У нас нет выбора! — сказал Синий: — Мы должны просить мира!

— Мир! — Повторил Красный.

— Тогда принесите мне это Яблоко Знаний, и я вас отпущу, — приказал им Виктор, хотя почему-то сразу почувствовал себя виноватым. Как будто он издевался над детьми.

— Быстро! — Приказал Красный, остальные побежали в туннели и быстро вернулись с черно-белым планшетным компьютером со знакомым логотипом. Виктор наклонился, чтобы посмотреть поближе на то, что они принесли.

Айпад?

Мило! Он никогда не мог себе этого позволить! Виктор слышал, что предметы с Земли иногда попадали в Аутремонд, в основном их приносили похищенные там люди. Где эти твари его нашли?

Авантюрист включил айпад, экран загружался с задержкой, возможно, из-за старения. Быстрый взгляд на рабочий стол подсказал ему, что предыдущий владелец был большим поклонником электронных книг и видео, большинство из которых были скрыты за паролями, но к некоторым можно было получить свободный доступ.

Виктор загрузил одно из видео, на котором были старые, немые кадры одной из этих смешных японских серий Супер Сентай. Это было достаточно слащаво, чтобы он впечатлился, но кобольды смотрели с восторженным интересом.

— Он знает, как высвободить силу Яблока, — пробормотал Синий.

— Прими нас! — Взмолился Розовый Виктору.

— Подожди, что? Куда? — спросил Виктор.

— О, могучий глава персонала, пожалуйста, примите нас, как миньонов, — попросил Красный, кланяясь Виктору и вскоре ему подражали остальные. — У нас нет опыта, и это будет наша самая первая работа миньонами, но ... но мы трудолюбивы и поливалентны и ... пожалуйста!

Человек находил их странно милыми, чудовищными тварями. Увидев их большие, очаровательные глаза, смотрящие на него с искренней надеждой, авантюрист не смог удержаться. — Я готов взять вас стажерами, — сказал Виктор. — Неоплачиваемыми стажерами.

Уф, Вайнкер сотрет его.

— Стажеры! Мы же интерны! — Черный подпрыгнул на месте и остановился в замешательстве - Что такое интерн?

— Это прекрасная возможность для будущего карьерного роста, — невозмутимо произнес Виктор, повторяя слова из своей первой летней практики.

— Такая ответственность, — сказал Синий, глядя на него большими блестящими глазами, гораздо менее циничный, чем Виктор в свое время на его месте.

Благодаря вербовке вашей первой группы расходных миньонов, вы получили два уровня в классе [Оруженосец Монстра]!

+10 Специальные Очки, +1 Сила, +2 Живучесть, + 2 Харизма, +2 Ловкость, +1 Интеллект!

Вы получили Классовый Перк [Студент Монстр]!

Студент Монстр: теперь вы можете изучать эксклюзивные Перки монстров после того, как они научат вас или станут вашей целью. Вы также считаетесь монстром для критериев доступа к классам.

Ну и как Виктор скажет об этом Линетт?

Раздался стук. Генри с книгой под мышкой в нетерпении стоял под дверью.

Интересно, кому принадлежит этот дом? Расположенный на окраине Хадмера, многим он казался заброшенным, его владелец отсутствовал, а его хозяин сказал, что она арендовала его только на некоторое время. Колючки и сорняки пустили корни в саду и каменных стенах, а ставни оставались плотно закрытыми. Несмотря на внешнюю призрачность, Генри побежал туда, как только прочитал приглашение.

— Профессор Генри. — Его приветствовала, открыв скрипучую дверь, очаровательная молодая женщина. Она не была редкой красавицей, ее длинные волосы цвета воронова крыла были связаны белой лентой, а ее темные глаза светились острым умом. Но самое главное, она носила черно-золотую мантию волшебника Королевского Университета Гардмейна. — Как мило с вашей стороны меня навестить.

— Когда вы сообщили мне, что посетили наш любимый Хадмер, я не мог упустить такой возможности, — ответил ученый. — Для меня большая честь познакомиться с вами лично, Мисс Лавер.

— Пожалуйста, зовите меня Люси, — вежливо ответила она. — Я представляю Королевский Университет, но я никогда не забываю о своих скромных корнях.

Более того, ее успехи в учебе были еще более поразительными. Она опубликовала две статьи, одна о влиянии чумы Красной Смерти на базовые характеристики, а другая - о синергии классов заклинаний. Блестящий молодой ум, она была ученицей знаменитого королевского директора Ностредейма, волшебника с большой известностью.

Генри изучал ее класс со своим Классовым Перком Специалист.

[Люси Лавер; Ученый 15 / Неизвестные Классы Заклинателей 22]

Неизвестные классы означали, что у нее был предмет, мешающий ему четко определить ее уровни. Перк полностью скрыл эту информацию. — Зачем вы скрываете ваши классы заклинателя?

— Университетская политика, — спокойно ответила Люси. — Я изучаю новые области магии, еще не признанные университетом, и у меня могут быть неприятности, пока я не опубликую свою диссертацию. Многие жаждут занять мое место ученика у Ностредейма и, не задумываясь, погубят мою репутацию.

— Быть в вашем возрасте на 37-м уровне ... большинство авантюристов именно на этом уровне отходят от дел. Вы очень добры, Мисс Лавер.

— Я способная ученица и учусь у лучших, — ответила молодая женщина с большой учтивостью, а затем пригласила его войти.

Генри так и сделал, обнаружив, что внутри дома гораздо уютнее, чем снаружи. Они вошли в длинный коридор, покрытый красным ковром и освещенный огненными элементалями в стеклянных контейнерах. Это место не имело декора или личного прикосновения любого рода, владелец позаботился о том, чтобы поддерживать его в первозданном состоянии.

Внутри дом выглядел гораздо больше, чем снаружи. — Заклинание, изменяющее пространство? — Генри был впечатлен. Он никогда подобного не видел.

— Должна сказать, это дело рук истинного владельца, — ответила Люси, закрывая дверь.

Должно быть, это был могущественный чародей. — Интересно, что делает ученый вашего уровня в Хадмере, особенно в эти темные времена.

— Учусь, — ответила Люси. — Один из моих наставников попросила меня сопровождать ее в деловой поездке, это, конечно, должно остаться между нами. Она очень скрытный человек.

— Я никому не говорил, — ответил Генри. Он понимал, что ученые такого уровня, как она, хотели бы остаться неизвестными, особенно потому, что палачи могли за ними охотиться ради выкупа. — Я подумал, вам будет интересно.

Он протянул ей свои записи, женщина в быстром темпе начала читать, почти по странице в секунду. — Оруженосец Монстра, — заметила она. — Я никогда раньше не слышала об этом классе.

— У него, как для неперспективного класса, хороший, сбалансированный рост и очень интересные Перки, — сказал Генри, желая произвести впечатление на другого ученого. Это мог быть его шанс опубликовать свое исследование, и, наконец, получить некоторое признание. — Целый неизвестный класс монстров. А дракон, Вайнкер, получил уровни.

— Я видела этого дракона, Вайнкера, лежащим на песке за городом. Не первый случай, когда умный монстр набирает уровни, но это, безусловно, первый случай для дракона. Даже легендарный Нефритовый Дракон Востока так и не получил своего класса.

— Жаль, что я не могу изучить его получше, — сказал Генри. — Мэр Линетт сказала мне, что Сияющий Крестовый Поход пошлет эскадрон рыцарей, чтобы как можно скорее его убить.

Пока он рассказывал ей о недавних событиях, Люси хихикала, забавляясь пассажем о требовании Вайнкера лавовой ванны. — Я бы не стала в этом деле рассчитывать на ваших крестоносцев, — сказала она и остановилась перед деревянной дверью. — Мы можем обсудить это в моем кабинете. Я считаю, что ваши исследования имеют большой потенциал.

— Благодарю вас, ваши слова согревают мое сердце, — сказал Генри, открывая дверь и входя в темный кабинет.

В конце концов, проведя годы в исследовании классов, он был на грани прорыва. Если Люси подтвердит его выводы, Королевский Университет опубликует его исследования, и он получит признание как первооткрыватель нового набора классов монстров и перков, и его имя будет жить.

Сначала он ничего не видел, хотя ему в нос ударил сильный запах. В кабинете не пахло бумагой и чернилами.

Пахло гнилым мясом.

Затем комната внезапно осветилась, и Генри закричал.

Это был не кабинет, это была темница, холодная, темная комната, пахнущая смертью, полная деревянных операционных столов и полок, покрытых хирургическими инструментами. В центре, подвешенные к потолку цепями, висели два зомби. Генри узнал в них двух рыбаков, которых часто видел, прогуливаясь по докам.

Дверь за ним закрылась.

Генри обернулся, ожидая увидеть Люси.

Но вместо нее вход загородил, приставив меч к его горлу, рыцарь, на две головы выше Генриха. Металлический титан, стоящий перед ученым, имел плечи, которые могли бы соперничать с быком, а его тяжелый латный доспех источал сильное чувство угрозы. Рогатый шлем, закрывавший его лицо, делал его похожим на привратника из ада.

Генри мгновенно узнал его по объявлению в розыск, еще до того, как активировался его Перк.

[Густав Ла Мюрай; Рыцарь 20 / Тяжелый Рыцарь 4]

Лидер Скорчеров.

— А, Люси привела нам друга, — из-за спины прикованного зомби послышался еще один приятный голос.

В поле зрения Генри попал элегантный черноволосый мужчина с приятным лицом и красивыми янтарными глазами. На нем были белые с золотом одежды жреца Митры, но в левом верхнем углу гордо красовался зловещий ворон - символ смертоносного бога-убийцы Десджестера. На поясе у него висела рапира, хотя он и не вынимал ее из ножен.

[Франсуа Вильмен; Падший Епископ 13 / Разбойник 3 / Наемник 7]

— Здравствуйте, мой дорогой гость. Меня зовут Франсуа, Франсуа Вильмен. — сказал падший священник с веселой ухмылкой. — Я капитан того, что вы называете Скорчерами, вместе с моим товарищем Густавом. Я уверен, что вы слышали о нас много ужасных историй, и все они правдивы.

— Что вы сделали с Мисс Лавер?! — Дернулся Генри, но Густав свободной рукой схватил его за плечо и удержал на месте. Не обладая никакими боевыми способностями, Генри не имел ни малейшего шанса отбиться от этих двоих.

— Люси? — Вилмейн усмехнулся, — ее хозяин владеет этим домом и согласился позволить нам спрятаться здесь, пока мы будем помогать ее ученику, скажем так, в эмпирических исследованиях.

Некромант. Директор лежит в постели со Скорчерами и некромантами? Генри застыл в ужасе, прежде чем понял, что они сказали "ее" ученик, а архимаг Ностредейм был мужчиной.

— Пожалуйста, присаживайся, Генри, — предложил Вилмейн, указывая рукой на деревянный табурет рядом со скованным зомби. Прежде, чем Генрих успел ответить, Густав с силой схватил его свободной рукой и с нечеловеческой силой заставил сесть. — Давай поболтаем.

— Люди заметят мое исчезновение, — взмолился Генри, пытаясь выиграть время.

— О, не беспокойся о нас, твое дело уже закрыто, — ответил Густав.

Вилмейн откашлялся. — Вопреки тому, во что ты можешь поверить, Генрих, ни я, ни Густав, ни даже Огрон не начинали как разбойники. Фактически, мы сражались за Гардмейн на протяжении большей части Столетней Войны; тогда король даровал авантюристам и наемникам предписание, позволяющее нам совершать набеги на вражеские города от его имени. К сожалению, с окончанием войны наша уважаемая профессия убивать людей и поджигать их деревни больше не являлась политкорректной.

— Нас попросили оставить это занятие, вести хозяйство, как крестьяне, или перейти на более опасную работу - охотиться на монстров, — с отвращением сказал Густав.

— К счастью, — сказал Вилмейн с легкой усмешкой, — его Темное Величество Брэндон Мор из Ишфании предложил нам очень хорошее содержание и убежище, если мы сожжем дотла окрестности Эвскала и, пока он будет отвоевывать свою крепость Рошфронд, не дадим крестоносцам скучать. Что, к несчастью для тебя, Генри, включает и Хадмер. Ты меня понимаешь?

Бедный ученый кивнул, обоссавшись. Вилмейн с усмешкой посмотрел на испачканные штаны, и продолжил свой рассказ.

— Но, видите ли, у нас очень большая проблема. Очевидно, у вас есть дракон, охраняющий город, и в качестве завтрака он съел наших людей. Когда мы послали людей проверить, что случилось, он убил еще больше наших людей. Наконец, королевская армия дышит нам в затылок, и, по важным причинам, мы не можем пропустить уничтожение Хадмера. Ситуация не очень благоприятна для нашего финансового будущего.

— Итак, мы поймали этих двоих, — Густав указал на зомби. — Они сказали, что у дракона есть хозяин.

— Конечно, нам пришлось потрепать их, прежде чем они назвали имена, а именно, что этот хозяин, Виктор, часто с вами встречался.

— Это неверно, — ответил Густав. — Что мы их избили. Один из них заговорил, когда увидел, как ты зомбировал другого.

— Ах, да, но потом, насколько я помню, твой разбойник зарезал его ножом.

— Это должно было помочь ему поднять уровеь. Я забочусь о своих людях.

— Он получил уровень от этого простолюдина? Удачливые новички, им не нужно сжигать полуночное масло, как это делаем мы.

Для специализации убийц было относительно легко пробиться в двухзначный диапазон, даже до двадцатого уровня, убивая низкоуровневых людей. Впоследствии, возросшие требования к опыту сделали необходимым бороться с людьми, которые могли дать отпор на равных условиях.

После этой ужасной интерлюдии Вилмейн снова сосредоточился на Генри. — Итак, мой друг, я уверен, что мы сможем найти решение, с которым все согласятся.

— Ты все равно меня убьешь, — сказал Генри. — Зачем мне тебе что-то рассказывать?

— Конечно, мы тебя убьем, — ответил Вилмейн с тревожным спокойствием. — Вопрос только в том, будем ли мы с тобой жестоки? В отличие от моего приятеля Густава, я предпочел бы сделать это быстро и безболезненно. Я не дикарь, Генри.

— Говорит жрец Десджестера, — насмешливо ответил его товарищ.

— Я самый святой человек на свете, — запротестовал Вилмейн. — Я поклоняюсь богу преступности, и ему нравится моя работа.

— Как скажешь, — ответил Густав, размахивая оружием. — Ты говоришь, ученый, или мне отрезать ногу?

— Нет, нет, Густав, подожди, — Вилмейн поднял руку, чтобы успокоить своего товарища по преступлению, а Генрих в это время дрожал в чистом, неподдельном страхе, — говорю тебе, я не дикарь. Хотя он наверняка умрет, чтобы не распространился слух о нашем присутствии, я уверен, что мы сможем выполнить его последнюю просьбу. Если ты скажешь нам правду, полную правду, всю правду.

Зная, что его жизнь окончена, Генри решил, что может попытаться что-нибудь выторговать. — Ты пощадишь кого-нибудь, если я заговорю?

— Смотря кого, — ответил Вилмейн. — Мы убьем этого Виктора, что бы ни случилось. Я прошу прощения. Профессиональная гордость.

— Нет, Мэр Линетт. — Он был влюблен в нее в течение многих лет, хотя и никогда не осмеливался сделать шаг. — И еще, пожалуйста, не сжигайте мой дом. Исследования внутри ... это работа всей моей жизни.

— Ты многого требуешь, — весело ответил Вилмейн. — Линетт, это ведь хозяйка гостиницы, верно? Я слышал, что она очень красива. И умная женщина. Она тебе нравится?

— Н-да.

— А, очень хорошо. Если вы заговорите, мы пощадим ее жизнь и постараемся оставить ваш дом невредимым, если вы сообщите нам его местоположение. Но я ничего не обещаю, пожары иногда распространяются в самых диких направлениях. Может быть, я найду способ продать ваши работы Ишфанийскому ученому, если они действительно так ценны. А теперь расскажите нам все.

Итак, Генри заговорил.

Он вкратце рассказал им о своих беседах с драконом, включая его общую личность и уровни. Затем, к своему стыду, он продал Виктора, его классовые уровни, его Перки, все, что смог собрать.

Он бы солгал, если бы мог, но епископы, вроде Вилмейна, умеют распознавать ложь. — Ночной Клинок? — жрец Десджестера поднял бровь. — Интересно.

— Ночные Клинки могут управлять драконами? — Обеспокоенно спросил Густав.

— Конечно, нет, — ответил Вилмейн. — Мне действительно интересно, зачем профессиональный преступник защищает деревню.

— Он сказал, что ушел от них, — сказал Генри.

— Никто никогда не покидает Ночных Клинков. Ну, нет, технически, ты можешь их оставить, но жизнь оставляет тебя первой. Неважно. Неужели он такой же жадный, как этот Вайнкер?

— Я так не думаю.…

— Должно быть, у него есть слабость. Честь, слава, женщины…

— Мэр Линетт заставляла его выполнять для нее разные поручения, — вспомнил Генри. — Я заметил, что он смотрит на нее, а не в глаза.

— Ах да, конечно, ни один мужчина не может устоять перед грудью, любой грудью. — Вилмейн хмыкнул на собственные сексистские шутки, в то время как Гюстав - нет. — Что еще?

— Я ... понятия не имею. Он хороший человек, который хочет помочь.

— Хороший человек, с добрым сердцем? А вот это уже интересно. Густав, что ты думаешь?

Пальцы жестокого рыцаря дернулись на рукояти меча. — Нет абсолютно никакого способа победить этого дракона в бою.

— А, я тоже так думаю.

— Но он же тупой.

— Да, он тупой, — кивнул Вилмейн. — Нам придется отвлечь его, прежде чем мы сожжем этот город дотла, вернем Яблоко, а потом сбежим на украденных кораблях. Что же касается этого Виктора, то мы легко с ним справимся. Мы оба в два раза выше его уровня, а доброе сердце легко ввести в заблуждение. И это все, Генри, мой друг?

— Я все рассказал, — ответил ученый, плача от стыда за собственную трусость.

— Он солгал? — Спросил Густав своего напарника.

— Нет, он честный человек, хотя и не храбрый. — Вилмейн ободряюще улыбнулся пленнику. — Вы не должны этого знать, но у моего друга Густава есть три уровня в классе Ренегат. Первый Перк этого класса, [Фальшь], скрывает уровни Ренегата от сканирующих Перков, таких как ваш. Второй называется [Радость Предательства]. Я уверен, что такой ученый, как ты, знает, что делает Перк.

Генри сжал кулаки от бессильного стыда. — Ты получаешь дополнительный опыт каждый раз, когда нарушаешь обещание.

— Я же говорил тебе, что он дикарь, — сказал Вилмейн с притворным сожалением. — Бедная Линетт.

— Это ты сказал, а не я, — ответил Густав, поднимая меч.

— Подожди, — Вилмейн снова поднял руку, останавливая своего союзника, — еще рано.

— Что? — Густав был недоволен, — он нам не нужен.

— Мы можем пока использовать его в качестве заложника. Просто выруби его. Я клянусь, мой друг, что со временем ты получишь его голову.

Густав что-то проворчал и ударил Генриха сзади рукоятью, и мир бедного ученого потемнел.

Вместо размножения, человечек Виктор принял полный выводок новых миньонов.

И они сразу оказались полезными. — Мастер Вайнкер, Мастер Вайнкер! — Желтый, кобольд с лучшим нюхом, указал когтем на куст, дракон учуял прячущегося там человечка Скорчера. — Я нашел чужого!

Вайнкер издал рев и поднял гигантский топор Огрона, который одноглазый людоед любезно ему оставил.…

Вернее, Вайнкер пытался, потому что не мог удержать топор в нужном положении, даже орудуя всеми своими когтистыми пальцами. Как это удавалось человечкам?

Человечек, как кролик, выскочил из кустов, и только Черный, самый крупный из новобранцев, с копьем погнался за ним. Вайнкер последовал за ним. Вокруг падали деревья, когда он двигался через лес; он постоянно боролся с желанием бежать на всех четырех, как и должен был бы хороший дракон.

И как этот циклоп это делал? Поднимал топор вверх, а затем вниз.

Вайнкер попытался, взмах вверх сбил тучу сосновых иголок, а он изо всех сил старался прицелиться прямо в убегающую будущую еду. — Миньон! — Закричал Вайнкер. — Миньон!

— Да, да, я здесь! — Человечек Виктор вышел из леса со своими кинжалами-зубочистками, преградив путь убегающей добыче и заставив ее бежать в другом направлении.

— Этот топор не работает!

— Просто опустите его, когда мы его обездвижим! И помните, вы соответствуете критериям класса, но вы должны произвести впечатление на своих поклонников ударом оружия ближнего боя, Ваше Величество! Убейте его стильно, или вы не получите доступ к новому классу!

Стильно? Подобно сокрушительной демонстрации превосходства? — Дорогое млекопитающее, — спросил Вайнкер Бегущего Человечка. — Ты знаешь, что для драконов боль?

Кобольд Красный спрыгнул с куста, и, поймав добычу, заставил ее остановиться. Млекопитающее на мгновение повернуло голову назад, плача при виде величия Вайнкера.

— Врожденный дефект!

А потом Вайнкер ударил скорчера топором, и тот рухнул в воронку из крови и сломанных костей.

— Уф! — После удара его внутренности брызнули на лицо Красного, и бедному кобольду пришлось удалять мозговое вещество из глаз. — У меня в глазах человеческая кровь!

— Вайнкер - лучший дракон! — Черный и желтый, как и ожидалось, подбодрили его. — Вайнкер - лучший дракон!

Произведя впечатление на толпу поклонников своим мастерством владения оружия и ловкостью, вы получили уровень в классе [Гладиатор]!

+30 Очки Жизни, +2 Сила, +1 Живучесть, +1 Мастерство, + 1 Харизма, +1 Удача!

Вы получили Перк [Воин Арены]!

[Воин Арены]: мгновенное получение среднего уровня мастерства во всех видах оружия ближнего боя.]

— Ой, — сказал миньон Виктор. — Ой, какая обидная шутка.

— Шутка? — Спросил Вайнкер, обнаружив, что топор в его лапе внезапно засветился. Он играл с ним, но у него еще были проблемы с управлением оружием из-за мешавших ему когтей. Его лапы были созданы для того, чтобы бегать на всех четырех или рвать добычу в клочья, а не носить палку с лезвием!

— Погодите, драконы действительно считают боль врожденным дефектом? — спросил глава персонала.

— Ну да, это чувствуют только низшие существа, — просто ответил Вайнкер и гордо выпрямился. — Но не так сильно, как я чувствовал этот новый класс Гладиатор!”

— Вайнкер - лучший дракон! — Добавил Красный, присоединившись к группе. — Ваше Величество - величайший в мире!

— Да, да, спасибо, — удовлетворенно ответил Вайнкер. — И все же, Миньон Виктор, мне еще нужно использовать топор, чтобы получить в этом классе уровень? Я нахожу это непрактичным.

— Нет, это просто, чтобы произвести впечатление на болельщиков своими боевыми качествами.

Вайнкер дал палке последний шанс, схватил топор пастью и замахнулся им, красуясь. — Ш-Как я выгляфшу? — спросил он, пытаясь принять доминирующую позу, но ударился о дерево тыльной стороной топора и чуть не потерял равновесие.

Миньоны обменялись взглядами, слишком хорошо зная чувствительность своего господина, чтобы высказать свое мнение. Очевидно, ему лучше придерживаться своего драконьего оружия.

В любом случае, он был слишком хорош для человечкового оружия.

— Твои топоры - отстой, — сказал Вайнкер, выплюнув оружие, которое с громким треском упало в кусты неподалеку. — Теперь, Миньон Виктор, скажи, я продолжаю убивать этих Скорчеров головорезов, но Перк [Старые Деньги] с вашим видом не активируется.

— Да, я думаю, это делается для того, чтобы дворяне не убивали своих крестьян ради каких-то вещей. Хотя это должно работать с монстрами.

Вайнкер с жадностью взглянул на кобольдов, но решил, что ни один хороший дракон не станет убивать своих миньонов ради вещей. За предательство и воровство - всегда, но хорошие, верные миньоны были слишком ценными, чтобы от них можно было случайно избавиться.

Мир и так изобиловал жертвами.

— По крайней мере, у него была стандартная добыча, — сказал Виктор, осматривая останки. — Железные кинжалы и отличные сапоги.

—Недостаточно хорошо для моего клада, — ответил Вайнкер. Хороший дракон имеет стандарты богатства. — Следующий!

— Я не чувствую чужого запаха, — сказал желтый, принюхиваясь к воздуху вместе со своими собратьями кобольдами. — Ваше Величество получили их всех!

— О... — разочарованно вздохнул Вайнкер. — Значит, сегодня больше никаких уровней и никакого золота?

— Мы всегда можем продать его вещи, — предложил Виктор. — Я знаю, что ты не хочешь становиться торговцем, но нам не нужен класс, чтобы продавать эти вещи. Я мог бы даже использовать прибыль для инвестирования в лучшие вещи.

— Инвестировать? — Вайнкер не знал этого слова.

— Да, ты отдаешь немного золота в обмен на что-то более ценное.

Мозг Вайнкера перестал работать. — Отдавать золото...

— Ваше Величество, — Виктор откашлялся. — Для чего-то другого, что имеет большую ценность.

— Отдавать золото, — повторил Вайнкер, его благородный ум не мог продвинуться дальше этой линии.

— Да, но потом ты получаешь больше, так что, по-настоящему, не отдаешь. Это замаскированный заем.

— Отдавать золото, — в третий раз повторил Вайнкер эти проклятые слова. — Человечек Виктор, ты здоров? Ты что, заболел? Я не знал, что недостаток воспитания может иметь такие опасные последствия для вашего психического здоровья.

Миньон, наконец, понял, что зашел слишком далеко в грех. — Ваше Величество даже представить себе этого не может.

— А какой здравомыслящий человек стал бы это делать? — Возразил Вайнкер и содрогнулся от одного этого слова. — Отдавать.

— Да, я вдруг понял, что для Вашего Величества это было слишком.

— Мастер Вайнкер, глава персонала только пытался вам помочь, — взмолился Желтый. — Пожалуйста, прости его.

— Подлиза, подлиза! — Черный насмехался над своим приятелем, а Красный колотил их обоих по плечам. — Ой!

— Никаких споров перед главой персонала! — Сказал Красный. — Помните протокол!

— Протокол? — Спросил человечек Виктор.

— Протокол миньонов, — пояснил Вайнкер, а затем понял, что никогда не учил своего главу персонала правильному управлению миньонами.

— Глава персонала - это высший эшелон иерархии миньонов, высшая честь, которую может даровать повелитель монстров! — объяснил крошка Красный человечку Виктору. — Это самая совершенная машина для убийства миньонов, самый свирепый силовик из самых страшных мастеров! Пятьдесят процентов силы, пятьдесят процентов хитрости, двести процентов верности!

— Ты преувеличиваешь насчет последнего кусочка ... — ответил человечек Виктор со своей фирменной скромностью.

— Ты недооцениваешь свое значение в пищевой цепочке, — подбодрил его Вайнкер, — в иерархии ценностей ты ниже всего лишь только меня. Ты даже выше принцесс!

— Приятно слышать, что Ваше Величество оценило меня между собой и красивыми лицами, — поблагодарил своего великодушного хозяина миньон.

— Конечно, принцессы драгоценны, но ты почти почетная часть моего сокровища, человечек Виктор. Если нам будет суждено умирать с голоду, мы пойдем на жертву и вместе съедим миньонов.

— Ваше Величество, я понял вашу первую фразу, но потерялся со второй.

— Рейтинг ценности одновременно отражает ваше место в пищевой цепочке, — учил его Вайнкер. — Каждый член цепи, если голоден, может съесть тех, кто внизу. Если ты и я голодны и нет еды, мы можем съесть миньонов в качестве аварийного пайка.

— Для меня было бы честью накормить Ваше Величество! — сказал маленький Желтый.

— Подожди, подожди, — запаниковал человечек Виктор. —Значит ли это, что ты считаешь меня потенциальным обедом?

— Нет, это если только у нас нет еды или слуг, — заверил его Вайнкер. — Этого никогда не случится. Мир полон драконьей пищи.

Человечек Виктор, вероятно, понял, что теперь ему следует больше сосредоточиться на вербовке. Он знал, что предыдущий глава персонала нанял много гоблинов именно после такой беседы. В конце концов, Миньон Ресурс — это трудная работа на полный рабочий день.

Кстати, об управлении миньонами... — Где же сладкие Розовый и Синий? — Спросил Вайнкер, слегка впавший в паранойю с тех пор, как последние гоблины покинули его, пока он спал.

— Я послал их от своего имени разобраться с местным кузнецом, — сказал Виктор. — Я думаю, что Скорчеры прибыли в Хадмер не для того, чтобы бежать из страны. Или, по крайней мере, не только. Я уверен, что они что-то ищут, и поэтому я хочу быть готовым.

— Что-то? Это сокровище?

— Не знаю... может быть?

— Если оно не годится для моего клада, то оно ни на что не годно. Человечек, объясни.

— Область Хадмера находится к югу от Эускаля и к северу от города Рошфронда, который удерживают крестоносцы, но осаждают Ишфанийцы и призванные демоны. Когда Скорчеры подожгли сельскую местность, они, тем самым, перерезали линии снабжения между Эускалем и Рошфрондом. Вы следите за мной?

Как это всегда бывало со слишком многими неинтересными словами, Вайнкер отключился, делая вид, что вежливо слушает своего миньона. — Интересно, — солгал дракон.

— Бла-бла ... никакой стратегической ценности ... Брэндон Мор... скорчер выжжен... бла-бла…

— Интересно.

— ...И Ваше Величество действительно слушает?

— Интересно, — повторил дракон.

— Интересно, — кивнул Красный Кобольд и его товарищи, сжав свой крошечный кулак. — Глава персонала доверил нам такую важную миссию, мы его не подведем!

— Видишь? — Миньоны решают все проблемы, когда ты правильно их воспитываешь, — сказал Вайнкер. Как и ожидалось от моего уважаемого главы персонала.

— Когда-нибудь я тоже стану главой персонала, — сказал Блэк.

— Я первый! — Красный бодался со своим приятелем, а Вайнкер гордился тем, что они уже сражаются за эту работу.

Это вынуждало Виктору быть всегда начеку. Он уже видел, как в ярком блеске глаз его драгоценного миньона прорастают семена пылкого соперничества. Этот страх потерять свое положение из-за подчиненного Вайнкер находил таким забавным.

— Ваше Величество.

— Да, Миньон Виктор?

— Я заработал Перк, который позволяет мне изучать Перки монстров - либо если они учат меня, либо если я испытываю их при использовании.

— Ах, значит, если я попытаюсь испепелить тебя, ты тоже будешь дышать огнем? — С любопытством спросил Вайнкер. — Ты этого хочешь?

Миньон поднял глаза на своего любимого дракона-повелителя, из ноздрей которого повалил дым, и побледнел. — Вы знаете, Ваше Величество, если подумать, я, возможно, был слишком поспешен, — сказал он. — Давайте забудем, что мы когда-либо имели этот разговор.

— Твоя потеря, — пожал плечами Вайнкер. Почему никто не хочет дышать огнем? — Может быть, однажды, если ты окажешься лучшим главой персонала, который у меня когда-либо был, я научу тебя самой совершенной технике дыхания драконьим огнем. Это идеальное оружие для убийства человечков.

Это должно побудить его усердно трудиться ради личной выгоды Вайнкера.

— Я бы предпочел сам не убивать людей, — заявил фаворит Виктор. — Если я убью собрата-человека, то буду соответствовать всем критериям для определенного класса, и, вероятно, подниму в нем уровень. А я не хочу.

— А? Какой класс? — Может быть, это относится и к Вайнкеру.

— Ассасин. Я действительно не буду гордиться этим, даже если Скорчеры - придурки, которые заслуживают смерти.

— Миньон, я съел достаточно твоего вида, чтобы меня от него тошнило, и я никогда не получал в этом классе уровень, — заметил Вайнкер.

— Я тоже никогда этого не делал! — Пожаловался Черный.

— Когда это ты никогда не убивал человека? — Спросил Красный.

— В моем сердце…

— Тебе нужно выполнить еще несколько критериев, — пожал плечами Виктор. — И тебе нужно с готовностью убивать представителей своего вида, но я сомневаюсь, что ты это делал.

— Ну, миньон, это не значит, что тебе нужно защищать меня от своего маленького вида. Придерживайся моего планирования класса, и я позабочусь о еде.

— Ваша щедрость поистине безгранична, Ваше Величество.

— Я знаю, — сказал Вайнкер, чувствуя прилив доброты. — Кстати, о вещах этого негодяя, Миньон Виктор, ты сейчас—

— Ваш казначей и управляющий кладами?

— Никогда! — Взревел Вайнкер, человечек опешил, а золотые глаза дракона гневно сверкнули. — Не трогай мой клад!

Миньоны кобольды съежились за спиной своего главы персонала, потерявшего цвет лица. Вайнкер уже догадывался, что человечки именно так реагируют, когда им напоминают о превосходстве драконов.

Величайшее бедствие этого века успокоил сам себя. — Нет, человечек Виктор. Я сказал вчера, что продажа - это работа миньона, и это именно то, что ты и Кобольды будете делать.

— Так ты хочешь, чтобы я открыл магазин подальше от передовой? — Спросил Виктор с несколько большим энтузиазмом, чем ожидал Вайнкер.

— У тебя уже есть имя, — сказал Вайнкер, — V&V! Таким образом, мы избавимся от хлама, недостаточно блестящего для моего клада, за исключением золота и драгоценных камней!

— Ваша попытка загнать в угол цепочку создания стоимости поистине блестяща, Ваше Величество, — подобострастно поздравил его Человечек Виктор.

— И, чтобы мотивировать вас, я позволю вам сохранить одну, — Вайнкер поднял коготь, как только получил полное внимание миньонов, — одну десятую прибыли, которую вы заработаете!

— Мы... нам заплатят? — У Желтого на глазах выступили слезы. — Заплатят…

— В самом деле, вы гораздо щедрее самого короля, — сказал Виктор.

Одно упоминание об этом негодяе разозлило дракона. — Клянусь тебе, человечек Виктор, — заявил Вайнкер, — V&V никогда не будет платить налоги этому преступнику.

— Я пришлю к вам королевских констеблей, Ваше Величество. Я уверен, что они согласятся на освобождение от налогов.

— Не надо раздавать деньги, — настаивал Вайнкер, содрогаясь от этих слов. — Никаких инвестиций. Славное имя V&V не может быть связано с этим безумием. Кроме того, продайте трупы. Меня тошнит от того, что я все время ем человечков.

— Торговать трупами, Ваше Величество?

— Разве ваш вид не охотится на монстров, чтобы собрать их трупы и продать их части? — Вайнкеру доводилось видеть многих потенциальных "убийц драконов" - он внутренне усмехнулся этому слову - владеющих оружием и предметами, сделанными из других существ.

— Ну да, но это части монстров. Авантюристы не собирают трупы бандитов.

— Тогда что ты с ними делаешь?

Виктор почесал свой маленький затылок. — Мы просто оставляем их лежать, и их едят животные...

— Больше никаких подарков, миньон. Теперь ты найдешь способ заработать деньги на этой пустой трате кожи.

Пока Вайнкер выковыривал когтем кусок мяса между клыками, Виктор коротко кивал сам себе. Вайнкер хочет, чтобы он сломал себе шею. — Итак, Ваше Величество хочет, чтобы я открыл магазин, где буду продавать барахло, части монстров и трупы. Замечательно. Что-нибудь еще?

— Это большая работа, но ты - мой глава персонала, — заверил его Вайнкер. — ты найдешь время между подготовкой моего класса и обучением Кобольдов тем навыкам, которые сочтешь подходящими.

Человечек Виктор не произнес ни слова, согнувшись под тяжестью своих обязанностей. — Обучать классам кобольдов…

— Ты не в состоянии понять мое грандиозное видение V&V, миньон Виктор. Отряд авантюристов из миньонов, обученных от яйца и работающих до смерти, чтобы выполнить задания. Лавочники, продающие барахло и мясо в каждой из ваших отсталых деревень, и наполняющие сундуки золотом. Все работают вместе, чтобы построить величайший клад, который когда-либо был! Гора золота, которая заставит ваш самый высокий замок рухнуть от стыда за свою блестящую славу!

Вайнкер прищурился, чтобы его молчаливые миньоны могли видеть огонь в его глазах.

— Мой клад!

Виктор изобразил странную улыбку, которую Вайнкер принял за выражение абсолютной радости.

Расположенный у ручья возле доков, храм Хадмера представлял собой довольно большую каменную церковь по стандартам человечков. По словам Человечка Виктора, поскольку Хадмер был маленьким городом, двенадцать "богов" - Вайнкер невольно усмехнулся, услышав это слово, - которым поклонялись человечки, должны были жить в одном храме.

Из того, что он понял, ничтожные виды поклонялись этим, более сильным созданиям, так же, как миньоны подчинялись своим драконам-повелителям, с бонусом обещанного места рядом с ними после смерти. Эта часть сбивала дракона с толку, он надеялся жить вечно.

Вайнкер предположил, что перспектива загробной жизни может понравиться только расам, достаточно хрупким, чтобы, ну, умереть.

Жители покинули окрестности храма, как только увидели Вайнкера. Хотя он прекрасно понимал их комплекс неполноценности и грелся в его лучах, все же было бы неплохо немного благоговения и поклонения. И если у них было достаточно этого, чтобы поклоняться двенадцати не-драконам, тогда, конечно, они могли бы и его не избавлять от некоторого обожания.

Только один человек не сбежал и преследовал его главу персонала.

— Ты хочешь спасения в новом мире? — Этот человек выглядел еще более нелепо, чем остальные его сородичи, в черной мантии и с плохо нарисованной картой морей и суши на груди и лбу. — Подожди, я чувствую твой уровень исекай, он средний!

— Я уже Избранный Костью, — запротестовал глава персонала Вайнкера, показывая татуировку в виде игральных костей. — И вы на своей карте перепутали Северную и Южную Америку!

— О, прекрасно! — Вместо того, чтобы растеряться, преследователь схватил миньона за руку. — Если вы вступите в Эзотерический Орден Нового Света, вам гарантировано перевоплощение на мифическом острове Япония, где каждая девушка - девственница!

— Проваливай! — Виктор попытался оттолкнуть человечка. — Уберите его от меня!

— Миньоны, — приказал Вайнкер, поскольку был слишком важен, чтобы иметь с этим дело. — Сделайте это.

— Защищайте главу персонала! — скомандовал Красный кобольдам, и пятеро зверушек одновременно набросились на сбитого с толку культиста и вцепились ему в лицо.

— Ах, кобольды! — возмутился человечек-культист, пытаясь сбросить их со спины. — Уберите их от меня!

— Не убивайте его, просто задержите! — Просил Виктор, пока Кобольды удерживали бедного дурачка на земле. Вайнкер, забавляясь, наблюдал за этой сценой.

Эти пятеро были слишком очаровательны, чтобы оказаться в качестве аварийного пайка. Вайнкер надеялся, что Виктор наймет менее забавных миньонов, которых он сможет без сожаления съесть.

Однако, эта сцена сбила дракона с толку. — Что это было, человечек Виктор?

— Это жульничество с деньгами, — пожаловался Виктор. — Я жил на Земле, и все не так, как он только что сказал!

— Что мы здесь вообще делаем? Миньон, хотя я понимаю, что ваш низший вид нуждается в почитании высшей силы, но если вы хотите кому-то молиться, вы должны молиться мне. Я иногда даже отвечаю.

— Ваше Величество хотели избавиться от трупов и частей чудовищ, — глава персонала указал на карету позади них. — Церковь имеет с ними дело.

Ах, да. В общей сложности, Вайнкер "собрал" шесть воров-человечков, и одну мантикору, которую он случайно зарубил во время своей практики с топором. Они также столкнулись с гоблинами, разбежавшимися при одном его появлении; дракон только посмотрел на них сверху вниз, как будто они были для него недостаточно хороши.

О чем он тогда думал, вербуя этих трусов в свои миньоны? Человечек Виктор сделал правильный выбор, все решили кобольды.

Человечек Виктор оставил культиста миньонам, прошел мимо открытых ворот храма и вошел в величественный зал. Вскоре за ним последовал Вайнкер, держась с чисто драконьим величием - голова и шея впереди.

А потом ему не удалось протиснуть свои крылья.

С ворчанием Вайнкер попытался втиснуться внутрь, но, слишком толстый после пиршества, он не смог поместиться в проходе. От его ударов о стены весь храм дрожал, но в отличие от хилого зала гильдии, стены храма были крепкими и толстыми.

Человечек Виктор наблюдал за этим зрелищем с отсутствующим выражением лица, не спеша делая глоток воды из фляги и вежливо ожидая, пока его хозяин закончит свое драматическое выступление. Вайнкер заметил, что еще несколько человек внутри здания выжидательно за ним наблюдали.

— Миньон Виктор! — пожаловался дракон своему помощнику, — скажи архитекторам, чтобы построили дверь побольше!

— Конечно, Ваше Величество, — ответил глава персонала. — Но не могли бы вы сделать так, чтобы это место не обрушилось на нас, бедных смертных?

Когда он, наконец, понял, что не сможет войти внутрь, не обрушив сначала весь храм на своего лакея, Вайнкер остановился на том, что со стоном впустил внутрь только шею и голову..

Почему эти человечки такие маленькие?

Храм Хадмера представлял из себя большой белый зал с двумя небольшими крылами по обеим сторонам. Каждый из двенадцати богов ничтожных рас имел внутри статую и алтарь, хотя и не с одинаковой степенью уважения.

Драконья доля внимания досталась тому самому существу, статуэтка которого была у Вайнкера, Митре, солнечному богу закона и справедливости. Это был король-человечек в золотой огненной короне и с пылающим мечом, его гигантская мраморная статуя имела самый большой алтарь. Рядом с ним стояла статуя белокурой женщины-рыцаря с большими грудями, которую тщедушные племена называли Леоне, богиней искусства и благородства.

Согласно Человечку Виктору, эти два вознесенных человечка были титульными божествами Гардмейна и, таким образом, располагались в центре. — Архитектор поместил более двусмысленные божества, такие как Ужасная Троица, Саблар и Шеша, слева, — сказал Виктор своему хозяину так тихо, что Вайнкер едва его расслышал, — а ”политкорректные“ божества, Лунный Человек, Сенг, Кибела, Изенгрим и Кость - справа.

Человечек с ненавистью уставился на статую Кости. Из последних молитв авантюристов, глупо нападавших на него в прошлом, Вайнкер заключил, что Кость - это божество магии, погоды и удачи. Судя по названию, это была игральная кость с глазом в центре каждой из двадцати граней.

— Человечек Виктор, ты не любишь Кость? — В отличие от приглушенного тона Виктора, Вайнкер не заботился о соблюдении спокойной атмосферы, и его голос прогремел по залу. Но никто не смел жаловаться.

Он съел бы любого, кто посмел это сделать.

— Эта тусклая тварь без спросу вызвала меня в Аутремонд, — ответил лакей. — И, к сожалению, с тех пор, как он впервые открыл систему классов, все поклоняются ему. Он почти так же популярен, как Митра.

Пфф ... правильно. Как будто драконы не подняли уровень первыми. Вайнкер отказывался верить, что он был первым в своем роде, кто это сделал.

Алтарь Кости больше походил на игорный стол, чем на религиозное место, где священник человек-кошка играл в настольную игру с теми, кого дракон принял за двух миньонов. Даже чудесное появление Вайнкера не заставило их оторвать глаз от игры.

Поэтому Вайнкер громко откашлялся, и они быстро взглянули на его голову, достаточно долго, чтобы его удовлетворить.

У большинства алтарей был поблизости, по крайней мере, один крошечный священник, за тремя исключениями. Один кальмар со щупальцами, которого дракон узнал как Лунного Человека, древнее существо, с которым его соплеменники сражались в далеком прошлом; гуманоидная ворона в костюме арлекина и с острой косой, залитой кровью; и огромный червь, похожий на тех, что наводняли пещеры под собственным логовом Вайнкера. Человечки совершенно изуродовали последнюю статую.

— Это Саблар, чудовищный червь - бог земли, времени и разрушения, — объяснил Человечек Виктор. Вайнкер молча порадовался, что ему не пришлось высказывать свое невежество вслух. — В Гардмейне никто ему не поклоняется, поскольку он поддерживает их врагов. Люди молятся против него.

— А остальные? — Вайнкер прислушался, на всякий случай, вдруг там будет какая-то прибыль.

— Ба, Лунный Человек половину времени не помнит, что у него есть последователи, а Десджестер - это бог преступления. Никто не поклоняется ему открыто.

— Сколько уровней стоит этот Саблар? — Спросил Вайнкер, страстно желая получить стипендию и бесплатные деньги. — Мы можем его выследить, если за его голову назначена награда.

— Я не думаю, что затевать драку с богом - хорошая идея, даже для Вашего Величества.

— Но почему? Если он существует, я могу его убить. Я ведь дракон, помнишь? Я ем его червивый род всякий раз, когда они входят в мою пещеру.

— Да, но у него 100-й уровень и он превратил южный континент в пустыню. Кроме того, никто не назначает награду за голову бога.

Печально.

Вайнкер мельком заметил, как Человечек Линетт обсуждает что-то со священником, стоявшим неподалеку, но Виктор, подойдя к алтарю Митры, первым делом сосредоточился на насущных проблемах.

— Приветствую тебя, верный, — произнес епископ, а стоявшая рядом с ним благоухающая жрица Леоне; в отличие от невозмутимого священника, наблюдала за Вайнкером с подобающей степенью страха и опасения. — Ты пришел, чтобы сделать подношение?”

— Подношение? — Спросил Вайнкер, забавляясь странными обычаями ничтожных рас.

— Вы предлагаете деньги Церкви, как предложение Богу, в знак верности, — объяснил ему Виктор свою концепцию.

Вайнкер сразу же увидел возможность. — Миньон Виктор—

— Ваше Величество не может быть богом, — поспешно сказал его лакей, и это была самая быстрая фраза, которую он когда-либо произносил, — пока не достигнет уровня 100.

Вайнкер разочарованно надулся. Когда он достигнет этого уровня и станет богом, он попросит своих миньонов построить ему больший храм и статую побольше этого Митры. Он ни за что не поделился бы этим с другими богами.

— У нас снаружи есть шесть человеческих трупов, и Мантикора, — сказал Виктор священнику. — Церковь их примет?

— Мы очистим трупы, чтобы они не восстали как спонтанная нежить, а затем бесплатно сожжем, — сказал жрец Митры. — Если ты предпочитаешь другой способ, жрецы Изенгрима и Кибелы похоронят их в лесу, чтобы они могли вернуться в природу.

— Бесплатно? — Вайнкер сердито посмотрел на священника. — Вы не заплатите мне за транспортировку?

— А зачем нам платить вам за общественную услугу?

— Потому что мы потерпели значительные расходы в ходе их умертвления.

— Это не настоящее слово, Ваше Величество, — сказал Виктор.

— Конечно настоящее, раз уж я его сказал, — настаивал Вайнкер.

— Мы не платим людям за то, чтобы они собирали трупы, — ответил епископ Митры, свирепо глядя на дракона. — Если вы хотите, чтобы вам платили, а не заниматься моральными делами, я предлагаю вам обратиться в церковь Шеши.

— Куда? — немедленно спросил дракон, его жадность была сильнее, чем гнев на дерзость животного.

Виктор указал пальцем на левое крыло, на алтарь змееподобного гуманоида с верхней частью тела крылатой женщины и змеиной нижней половиной. Как и подобает существу, больше всего похожему на дракона, ее статуя была самой возмутительной из всех и изготовлена из чистого золота.

— Привет, Линет, — сказал Человечек Виктор, подходя к алтарю. Вайнкер жадно посмотрел на статую, оставив своего лакея с его жалкой попыткой предварительного размножения. — Конечно, вы поклоняетесь богине торговли.

— И да, и нет, Виктор, — ответила она. — Это, скорее, деловая сделка.

— В отличие от других богов, которые непостоянны в своих дарах, госпожа Шеша торгует своими чудесами согласно правилам рынка, — сказала жрица богини, пузатая женщина-гном. — И предоставляет их за соответствующий денежный подарок.

— Она за определенную плату способствует процветанию моей гостиницы, — объяснила Линетт.

— Неужели? — В голосе Человечка Виктора прозвучала отчаянная надежда. — А сколько нужно, чтобы вернуться на мою родную планету Землю?

— Позволь мне спросить у богини. — Жрица впала в краткий транс, лихорадочно размахивая руками, пока в поле зрения не вспыхнуло золотое число, сотканное из света.

Вайнкер никогда не видел столько нулей. — Это грабеж! — Виктор выразил словами презрение своего хозяина.

— Ты получишь 20%-ю скидку, если возьмешь годовую подписку на поклонение Шеше, —- жрица попыталась подцепить Человечка Виктора, и число было тут же изменено, чтобы отразить скидку. — Тридцать процентов, если станешь Епископом или Весталкой. Пожертвования в церковь Шеши не облагаются налогом, поэтому, если у вас есть время, мы можем обсудить ваше финансовое будущее.

— Миньон не собирается бросать свою нынешнюю работу, — ответил за Виктора Вайнкер, хотя и заметил, что быть богом почти так же выгодно, как быть авантюристом.

— Да, — ответил Виктор, на удивление, без энтузиазма. — Мы пришли, чтобы избавиться от семи трупов - шести Скорчеров и одной Мантикоры.

— Мы можем купить трупы на удобрения, и использовать части Мантикоры на кожу и зелья. Принимая во внимание стоимость, я бы дала один золотой за человеческий труп и сто за шкуру Мантикоры.

— Сто шесть? — сказал дракон, сложив числа, — я удваиваю.

— Сто шесть, — ответила жрица, и глаза ее сверкнули стальной решимостью истинного торговца.

Так что Вайнкер тут же повысил цену. — Утраиваю!

— Ваше Величество, на торгах вы должны опускать цену.

— Ниже - только для скромных человечков, — ответил Вайнкер. — Я - дракон и знаю, чего стою. Ожидаю, что ты, как мой представитель, тоже продемонстрируешь доминирование, миньон Виктор.

— Дракон ты или нет, но рынок абсолютен — ответила жрица, ее жадность была так чиста, что достойный драконов Вайнкер не мог удержать свою против ее. — Сто шесть.

Человечек Линетт молча наблюдала за происходящим, а в это время, пока разгорался спор, к группе приближалась фигура в тяжелом темно-красном одеянии с капюшоном.

— Простите, я слышал ваш спор, — сказал кто-то скрипучим голосом. И хотя Вайнкер не мог видеть под капюшоном его лица, он заметил его белые, как у трупа, руки и знакомый запах гнили от них. Вурдалак. — Вы хотите продать свежие трупы?

Вайнкер взглянул на мертвеца, потом на своего лакея. — Это последователь Камиллы, — сказал миньон, указывая на изображение герба в виде москита на одежде пришельца. — Маркиза крови, богиня смерти, мора и тьмы. Одна из Ужасной Троицы.

— Что за троица?

— Ужасная Троица. Камилла, богиня смерти, Десджестер, бог преступления, и Веран, богиня огня и тирании. Трио злых авантюристов, которые вместе стали богами и с тех пор остались друзьями. Они противостоят Митре, но люди слишком их боятся, чтобы запретить им поклоняться.

— Я возмущен этим злым ярлыком, — ответил упырь. — Нашу богиню просто не понимают.

— А разве это не она развязала чуму Красная Смерть, которая превратила множество людей в кровожадных вампиров? — Спросил Человечек Виктор.

— Только, чтобы предотвратить перенаселение, а вампиры сыграли решающую роль в разгроме Фоморов во время Столетней Войны. Как я уже сказал, она неправильно понята. — Фигура закашлялась. — В любом случае, вы слышали о торговле нежитью в качестве рабочей силы?

— Ну вот, опять, — со вздохом сказала жрица Шеши.

— Нет, никогда, — ответил Вайнкер.

— Да, слышал, — ответил Виктор. — Они покупают трупы у живых родственников, превращают их в безмозглых зомби, а затем отправляют работать, от добычи полезных ископаемых до сельского хозяйства. Но разве это законно?

— Торговля рабочей силой нежитью - совершенно законная новая отрасль, хотя в настоящее время она ограничена очень немногими городами, разрешающими ее в своих уставах, — ответила фигура в капюшоне. — Очень немногие из них идут на это, но со временем, когда они увидят преимущества порабощения мертвых для улучшения жизни, мы надеемся, что это примут больше городов. Представьте себе, зомби трудятся на полях в каждом городе, от Мидгарда до Ишфании, или бесстрашные скелеты спасают беспомощных сирот от лесных пожаров.

— О, а где я могу их достать? — Спросил Вайнкер, у которого уже закружилась голова.

— Ваше Величество любит мертвых? — Спросил Виктор. — Я бы никогда не подумал, что вы можете быть таким драконом.

— Миньон Виктор, наличие нежити в качестве миньонов - это символ статуса среди драконов — сказал Вайнкер своему начальнику штаба. — И они так полезны. Они никогда не убегают, не едят, не соблазняются сокровищами, живут почти так же долго, как драконы...

Личный соперник Вайнкера, этот высокомерный Ледяной Клык, не мог похвастаться своей армией мертвых человечков, охраняющих его сокровища.

— Из того, что я вижу, Виктор, — сказал лакею жрец-некромант Камиллы, — ты подходишь под критерии, чтобы открыть класс некромантов. Ты мог бы хорошо заработать.

— Неужели? — Вайнкер взглянул на своего лакея, и тот опустил голову. — Ты можешь воскрешать мертвых? Это замечательно!

— Я соответствую критериям, чтобы получить уровень в этом классе, — признался лакей. — Но я этим не горжусь.

— Миньон, ты должен пройти все уровни в этом классе, — настаивал Вайнкер. — Для моего же блага.

— Я должна предупредить тебя, — сказала жрица Шеши. — Что сама наша богиня не уверена, компенсируют ли потенциальные долгосрочные последствия массовой некромантии добавленную рыночную стоимость.

— Я уверяю вас, что наше использование труда нежити совершенно безопасно, и, независимо от того, что скажут вам эти буржуазные благородные империалисты, пытающиеся подавить свободное предприятие нежити, нет никаких доказательств того, что некромантическая энергия отрицательно влияет на окружающую среду. — Этот некромант не мог удержаться от тирады. — Искренне говоря, использование бездумного труда более этично, чем рабство животных, все еще практикуемое нашей нацией. Животные обладают чувствами, а ожившие трупы - нет.

— Трупоторговец, — перебил его Вайнкер, больше заботясь о быстром заработке, чем о местной политике. — И сколько же?

— Если вы подпишете обязывающий контракт, разрешающий нам превращать их в нежить, мы сможем предоставить пятьдесят золотых за труп и пятьсот за Мантикору. Всего получится восемьсот.

— Договорились! — Воскликнул Вайнкер, прежде чем Миньон Виктор успел открыть рот.

— Сначала мне нужно осмотреть трупы, — сказал священник Камиллы.

Когда некромант ушел осматривать "товары", Линетт положила руку на плечо Виктора. — Виктор, Ваше Величество, можно вас на минутку?

Виктор кивнул, явно желая заслужить благосклонность женщины. — В чем дело?

— Генри пропал, — сообщила она им, прежде чем вручить Виктору письмо. — Прошлой ночью кто-то обыскал его дом, украл исследования и оставил это внутри.

Генри. Пока Виктор читал письмо, Вайнкер изо всех сил старался вспомнить это имя.

— Один очень напыщенный Капитан Франсуа Вильмейн из Гармонии, — сказал миньон, — вежливо предлагает обсудить освобождение “нашего общего друга Генриха " и "предложение золота" с "Его Величеством Королем Вайнкером Рыцареубийцей" в обмен на использование кораблей Хадмера. — Вайнкер молча оценил, что, по крайней мере, один человек знает, как правильно к нему обращаться. — Вилмейн также предложил координаты места встречи и час сегодня вечером, и все это вовсе не зловеще подписано кровью.

— Наш аптекарь подтвердил, что кровь принадлежит Генри, — сказала Линетт, голос которой звучал обеспокоенно, — поскольку у нас нет достаточно могущественного заклинателя, чтобы его найти, я подумала спросить богиню Шешу, но цена, которую она просит, очень велика.

— Если они хотят купить мое прощение и корабль, кто я такой, чтобы судить их? — Ответил Вайнкер, еще не вспомнив, кто такой этот Генри.

— Ваше Величество, место встречи удобно расположено очень далеко от Хадмера. Это явно ловушка.

— Я знаю, миньон, но что они могут сделать? Не умереть?

— Очевидно, нет, но они могут разграбить город в отсутствие Вашего Величества и сбежать, — подчеркнул человечек. — Если они уже не солгали и не убили Генри, обескровив его досуха.

Человечек Линетт сделала непроницаемое лицо и ушла, не сказав ни слова. — П-подожди, я не это имел в виду! — Позвал ее Миньон Виктор, — это просто наихудший сценарий!

Вайнкер решил, что его лакей в ближайшее время явно не сможет размножиться.

В конце концов, после того, как некромант нашел товар по своему вкусу, Вайнкер заставил Виктора подписать очень длинный контракт с церковью Камиллы. По сути, как законный "живой родственник" он поклялся богам, что согласен отдать трупы для некромантической трансформации.

— Я только что продал трупы некроманту для посмертного рабского труда, — пожаловался Человечек Виктор. — Я чувствую себя грязным.

— Но почему? Нет большего удовольствия в жизни, чем наблюдать, как растет мой клад! — Вайнкер решил подбодрить своего лакея обещанным гонораром. — Трупоторговец, пожалуйста, передайте моему главе персонала его гонорар в восемь золотых монет.

— Восемь монет? — Человечек Виктор моргнул. — Я думал, должна быть одна десятая от продаж?

— Одна десятая, — подтвердил Вайнкер.

Человечек Виктор посмотрел на своего хозяина, очевидно, не очень хорошо разбираясь в математике. — Что-то вроде одной десятой от десяти?

— Да — ответил Вайнкер, — одна десятая, как я и обещал. Что, ты хочешь меньше?

— Нет, я в порядке, — мудро ответил миньон. —Это уже слишком великодушно с вашей стороны.

— Мы реанимируем трупы и отправим их в города Ферпуит и Минкрез для немедленной добычи полезных ископаемых, — сказал некромант, настоящее имя которого, согласно контракту, было Жюль Рапас. — Спасибо за поддержку модернизации нашей страны.

Поздравляю! За то, что вы безжалостно продали церкви Камиллы трупы ваших врагов, сделав мир еще более мертвым местом, вы заработали Личный Перк [Мертвый Друг]!

[Мертвый Друг]: безмозглая нежить принимают вас за одного из своих и не нападает на вас, если только вы не нападете первым;

+5 к харизме при взаимодействии с нежитью или последователями Камиллы.

— Милый, миньон, у меня появился новый Перк! И у тебя тоже?

— Никогда еще мне не было так стыдно ни за один из них.

Этот вероломный миньон!

— Ты - неблагодарный предатель! — Вайнкер ругал Миньона Виктора перед перепуганными кобольдами, от силы его голоса тот упал на песок. — Ты, ты... ты - гоблин, как ты мог так со мной поступить?!

— Клянусь, Ваше Величество, все совсем не так, как кажется.

— Это именно то, на что похоже! — Ответил Вайнкер. — Я повернулся к тебе спиной на пять минут, а ты изменяешь мне с другим драконом! И к тому же, виверной!

Рядом с Виктором стояла виверна размером с лошадь, с блестящей черной чешуей и блестящими рубиновыми глазами, которые могли сбить с пути любого миньона - и сбили. Пони по сравнению с Вайнкером, все красиво выглядит и ничего больше. Виверны были тусклы, как скот, и даже не могли дышать огнем!

Вайнкер застал своего миньона верхом на спине этого бесстыдного создания. Он даже поглаживал чешую за ее рогами! Он почувствовал отвращение от одного только воспоминания об этом.

И что еще хуже, миньон принес железное ожерелье и прикрепил к шее этой летучей крысы! Миньон намеревался заменить Вайнкера, а потом нарядить ее!

Конечно, вероломный миньон попытался прикинуться дурачком — Я просто проверял [Призыв Рога Виверны], клянусь!

Вайнкер был слишком взбешен, чтобы обращать на это внимание: — Ты дурак, у нее просто хорошенькие чешуйки и ничего больше! Что, она позволила тебе сесть ей на спину? Стоило ли оно того?!

— Ваше Величество, я не знаю—

— Нет Величества, червяк! Я провожу все свое время, будучи для тебя лучшим драконьим повелителем, и вот как ты отплатил за мою доброту? Я думал, что мы связали себя особыми, полноценными отношениями хозяин-миньон!

— Клянусь, это не то, на что похоже, — повторил Миньон Виктор, несмотря на то, что Вейнкер поймал его на месте преступления. Виверна посмотрела на Вайнкера тупым самодовольным взглядом.

Вайнкер съел бы эту мерзкую тварь, если бы это не было каннибализмом.

— И ты изменил мне после того, как я отдал тебе опеку над нашими первыми миньонами! — Вайнкер указал когтем на их кобольдов. — После того, как я повысил тебя!

— Мастер, шеф, пожалуйста, прекратите драться, — закричал сладкий Розовый.

— Ваше Величество, мне очень, очень не нравится формулировка этого разговора.— Виктор нашел в себе силы подняться, отряхивая песок с плаща. — И я забрался ей на спину всего один раз!

— Я знаю, что у вашего вида есть постыдное пристрастие к верховой езде на драконах, но взобраться мне на спину - это особая привилегия. Ты же знаешь, что я никогда не смогу дать тебе этого, миньон. Но это не имеет значения. Важно то, — Вайнкер сделал ударение на этом слове, — что ты грязный, бесстыдный умелец-преследователь, пытающийся заменить меня виверной!

— Подождите, нет, конечно же нет! Это часть замысла, чтобы обмануть Скорчеров и сделать тебя богаче, клянусь!

— Тогда как насчет этого ожерелья?!

— Это не ожерелье, а кольцо! Для тебя!

Вайнкер застыл от удивления. — Неужели? — спросил он, и жадность взяла верх. Действительно, это ожерелье было похоже на кольца, которые он часто видел на пальцах принцесс.…

— Надеюсь, я не пожалею об этом, но... — Виктор вздохнул. — Вот [Кольцо Невидимости] с размером для дракона. Просто скажите "моргни", когда вы его носите, и вы станете невидимым. Помните, как я послал Кобольдов с поручением? Я попросил местного кузнеца изготовить это кольцо, и он был рад, что вы не потребовали платы за защиту.

Его ... его первый магический предмет с размером для дракона?

Нет, подожди, это наверняка был трюк, чтобы вернуть его расположение! — Зачем мне становиться невидимым, если я совершенен в том, как выгляжу?

— Это трюк, чтобы использовать его против Скорчеров, Ваше Величество, — ответил миньон, — чтобы вы могли застать их врасплох.

Ах, да... — например, когда похищают принцессу, нападая на рыцарей? — Спросил Вайнкер, хорошо знакомый с этой вечной стратегией.

— Как принцессы с рыцарями, — ответил Виктор своим обычным странным, жалостливым тоном.

Наконец все, к большому удовлетворению Вайнкера, обрело смысл. — Не могу поверить, что я сомневался в лояльности своего главы персонала. Почему ты заставил меня в тебе сомневаться? Я мог бы за это тебя съесть. — Вайнкер ворчал на то, что его слуга плохо справился с этим делом. — Я прощаю тебе это недоразумение.

— Я навеки в долгу у Вашего Величества.

— Конечно, поскольку ты принадлежишь мне, — констатировал очевидное Вайнкер. — А теперь дай мне это кольцо, пока я не передумал.

И вот, под закатным солнцем, Вайнкер принял подарок в качестве примирения с миньоном. Человечек Виктор надел кольцо на левый безымянный палец своего хозяина, в это время миньоны радостно хлопали в ладоши, а виверна дулась в углу.

Его самый первый магический предмет!

Поздравления! За примирение с вашим доверенным вассалом и укрепление ваших отношений, вы получили два уровня в классе [Благородный]!

+60 Очки Жизни, +10 Специальные Очки, +1 Сила, +1 Мастерство, +1 Ловкость, +2 Интеллект, +1 Харизма, +2 Удача!

Вы получили Перк [Благородная Обязанность]!

[Благородная Обязанность]: Вы получаете временный прирост статистики, когда защищаете своих вассалов от посторонних.

— Вашему Величеству достаточно сказать "моргни", и ... —

— Моргни! — Чешуя Вайнкера стала прозрачной. — Но я сам себя не вижу.

— Да, Ваше Величество, вы стали невидимым, — сказал Виктор, а Кобольды в это время на заднем плане успокаивали виверну.

— Да, но одно дело - представить себе мир без меня, и совсем другое - ”увидеть" это, — пожаловался Вайнкер. В конце концов, он лишил всех удовольствия за ним наблюдать. — Ну, миньон, а когда я получу этот Перк [Стипендия]?

— Скоро, Ваше Величество, скоро... — миньон Виктор сделал короткую паузу, устремив взгляд на город неподалеку. — О?

— В чем дело, миньон? — Вайнкер взглянул в сторону Хадмера и заметил густой белый туман, окутавший весь город. Дракон внутри него ничего не чувствовал и не слышал. Странно. — Вечерний туман?

— И в этот час так быстро распространяется? — Виктор покачал головой. — Нет. Скорчеры вернулись, Сэр. На город напали.

— Рейнджеры готовы нанести удар, шеф! — Сказал Красный, кобольды приняли блестящую боевую позицию, а виверна хрипела позади них.

— Может ли Ваше Величество своими крыльями разогнать туман? — Спросил Виктор своего невидимого хозяина.

— Конечно. — Для дракона нет ничего проще.

— Хорошо, рейнджеры, следуйте за мной, мы проведем разведку. — Виктор, сопровождаемый миньонами, скрылся в тумане.

Вайнкер приготовился взлететь и показать погоде, кто здесь хозяин, он изо всех сил пытался это сделать. Хлопая крыльями, он перестарался и через несколько секунд снова приземлился на песок.

Поскольку он больше не видел своих крыльев, ему было трудно ориентироваться. Дракон никогда в жизни не летал "вслепую".

— Миньон, как мне его выключить? — Спросил Вайнкер, но человечек Виктор уже исчез в тумане, — Миньон? Миньон!

Виктор, каким-то образом, так сильно сбился с пути, что оказался именно там, где хотел. Он догадался, что у него сработали эти новые моменты удачи. Пытаясь в этом густом тумане хоть что-то разглядеть, Виктор увидел здание, и, поскольку провел достаточно времени в гостинице Линетт, он смог узнать ее очертания. Виктор предположил, что, когда туман начал распространяться, мэр собрал здесь горожан для их же собственной защиты.

Очень хорошее решение, потому что гостиница была в осаде.

Дюжина мужчин, вооруженных до зубов луками, мечами и топорами, под предводительством рыцаря в доспехах и священника, окружили это место. Виктор сразу же узнал в них Вильмена и Густава. К своему ужасу, он также заметил Генри Брайта, с кляпом во рту и привязанного к лошади рядом с Вильменом. У ученого по всему телу были шрамы от меча, и он сильно похудел.

К счастью, Скорчеры еще не заметили Виктора. — Рейнджеры? — Голос Виктора затерялся в тумане. Проклятье, он потерял кобольдов. Он надеялся, что с ними все в порядке. Чудовищные твари или нет, но он не мог позволить, чтобы их убили бандиты.

Сквозь окна гостиницы Виктор заметил Линетт и других. Горожане забаррикадировались внутри, с опаской наблюдая за приближающейся бандитской шайкой.

— Здравствуйте, друзья, — представился священник. — Я - Вильмен, Франсуа Вильмен. Мы пришли с миром. Если вы откроете дверь и позволите нам обыскать гостиницу, мы позволим вам уйти невредимыми!

Виктор надеялся, что Линетт не настолько глупа, чтобы поверить Вильмену. — Я выломаю дверь, — сказал Густав, держа в одной руке тяжелый клеймор, а в другой - большой щит.

— Нет, друг мой, не стоит беспокоиться, — ответил Вильмен. — Поскольку они забаррикадировались, я подожгу это место [Фаерболом] и приготовлю их живьем. А вы и ваши люди можете убить тех, кто попытается сбежать.

— Нечестно, ты получишь весь опыт.

— Мне нужен мой следующий Перк Лучник, сэр, — пожаловался Вильмену один из лучников.

— Да, я понимаю, но все нужно сделать быстро, и мы должны уйти до того, как дракон найдет сюда путь. — Священник повернулся к Виктору, он, по-видимому, прекрасно его видел, несмотря на неестественную погоду. — Ну, ты только посмотри на это.

Виктор только вздохнул, когда на него посмотрела дюжина Скорчеров. Ему нужно было выиграть время, пока Вайнкер не развеет туман. — Это заклинание - [Дезориентирующий Туман], не так ли? Довольно высокоуровневое заклинание. Я не ожидал, что епископ тринадцатого уровня будет иметь к нему доступ. В последний раз я видел, как им пользовался заклинатель где-то двадцать пятого уровня.

— Знакомое заклинание? Я ожидал, что Ночной Клинок узнает об этом. — Вильмен специально упомянул преступный синдикат. — Мой класс, Падший Епископ, позволяет мне творить могущественные заклинания, принося в жертву моему темному богу людей. Так что, по дороге сюда мы поймали крестьянина.

Отвратительно.

— Между прочим, это твоя вина, — сказал Вильмен. — мы надеялись, что ты покинешь город, чтобы спасти бедного Генри, но ты этого не сделал, бесстыдный, бесчестный дьявол. Бросить гражданского на верную смерть? Как негероически.

— Ага, пытаешься выманить храброго рыцаря из города, который хочешь ограбить. Это преступный трюк номер один. Я был почти уверен, что ты его уже убил.

— Генри? Нет, всегда хорошо иметь на руках запасную жертву, так, на всякий случай. Не смотри на меня так, он продал тебя первым.

Но что-то было неправильно.

Значит, таков был их план? [Дезориентирующий Туман] уменьшал звук в пределах радиуса действия, и люди в нем терялись. Они думали, что смогут использовать погоду, чтобы помешать дракону сжечь это место сверху из-за дружественного огня. Просто, но эффективно.

Но почему они атаковали Хадмер, вместо того чтобы от Вайнкера благоразумно бежать? Виктор догадался, что у них, кроме грабежа, были другие мотивы. — Какого черта ты вообще осаждаешь эту гостиницу, вместо того чтобы сесть на корабль и бежать из страны?

— В свое время, — ухмыльнулся Вильмен, — Наш наниматель, Брендон Мор из Ишфании, попросил нас найти некое магическое яблоко, погребенное под Хадмером. Как только мы его получим, мы уйдем.

Айпад? Они охотились за айпадом? Виктор подумал, не отдать ли его им, но потом понял, что они все равно всех убьют. Эти парни убивали за легкие уровни так же легко, как и за золото.

— Если ты сам вор, — кашлянул Вильмен, — то почему бы тебе к нам не присоединиться? Присоединившись, ты заработаешь больше денег, чем сражаясь с нами, а человека, укротившего дракона, я хотел бы видеть в своей команде. Кроме того, ты будешь жить.

Да, присоединиться к группе, чьи лидеры имели в названии уровней Отступник и Подлость, было блестящей идеей. Но. Ничто ни в коем случае не могло пойти не так. Как единственный вариант, оставалась борьба. Плюс для него: благодаря Вайнкеру у него было мощное снаряжение, и дракон мог появиться здесь в любую секунду.…

Плюс для этих двух монстров: они были в два раза выше него по уровню, и у них были их собственные миньоны.

Их собственные миньоны? Черт, он превращается в Вайнкера.

Один мудрый человек однажды сказал, что преступники - трусливые, суеверные люди.

— Позвольте мне сделать вам встречное предложение. — Виктор показал свой [Рог Призыва Виверны]. — Сдавайтесь сейчас же, и я не стану использовать этот рог дракона для вызова Вайнкера к вашей парадной двери.

Вильмен рассмеялся. — У меня есть Перк [Глаз на Сокровища], мой друг. Это простая безделушка для виверн, ничто не может связать большого красного дракона.

— Именно это ложное описание и заставило вас поверить, — солгал Виктор. — И оно работало до тех пор, пока я не раскрыл его тайные способности. Как, по-твоему, я вообще привязал этого дракона?

— Чепуха, — сказал Густав, теряя терпение. — Хватит болтать. Присоединяйся или умри.

Вильмен и Густав были слишком хитры, чтобы попасться на эту удочку, но Виктор видел, что их миньо— их люди колеблются. Он надеялся, что их страх перед Вайнкером перевесит их доверие к их лидерам.

— Ну что ж, пеняйте на себя. Вайнкер, я призываю тебя! — Виктор протрубил в рог.

— Лучники! — Крикнул Густав, и лучники приготовились стрелять в Виктора. Между тем, Вильмен начал речитативом заклинание. — По моему сигналу—

— Стойте, там, наверху! — прервал его один из мужчин.

Над их головами появилась тень крылатого дракона, очертания которого были скрыты туманом.

— Дракон здесь! — крикнул лучник и тут же в ужасе опустил лук. Сквозь туман пронзительно закричала виверна, и тут же один из разбойников поджал хвост, а остальные потеряли самообладание.

— Стойте! Вернитесь в строй! Трусы! — Густав поднял меч, но его люди уже побежали прочь. Даже лошадь Вильмена при виде виверны бросилась бежать, увлекая за собой Генри. — Я оторву вам голову за это!

— Прекрасно! — Объявил Вильмен, двое преступников были брошены на произвол судьбы. — [Вызов Малого Демо—

С быстротой, о которой сам не подозревал, Виктор прервал Вильмена, появившись перед ним, сжимая кинжалы в обеих руках. Молниеносно среагировав, Падший Священник парировал удар рапирой, но второй кинжал Виктора проскользнул мимо его защиты и ударил его ниже плеча.

Виктор чувствовал, что против Вильмена у него есть шанс только в ближнем бою. У жреца было больше уровней, но в классе заклинаний и целительства.

К сожалению, это был бой два против одного.

Густав бросился к своему союзнику, ударив Виктора щитом. Активировались [Солнечные Наручи] Виктора, наделяя его вновь обретенной силой и жизнестойкостью. Удар едва не отбросил его на спину, но благодаря Оруженосцу Монстра он сумел удержаться на ногах.

Не давая ему передышки, Густав взмахнул мечом, пытаясь рассечь Виктора, но тот увернулся от удара. Оруженосец Монстра, неспособный причинить вред своему врагу сквозь тяжелые доспехи, попытался обойти его, чтобы добраться до Вильмена, но хитрый Густав всегда преграждал ему путь.

— [Повышение Мастерства]! — Вильмена, когда он произносил заклинание, окружило нечестивое красное свечение. Свободной рукой он что-то искал под плащом, и Виктор догадался, что он ищет зелье, чтобы залечить рану.

Но Вильмен искал не зелье, он достал кремневый пистолет и прицелился в Виктора.

Принести огнестрельное оружие в бой на мечах? Это мошенничество! Прежде, чем Вильмен успел нажать на курок, Виктор притронулся к [Ожерелью Огненные Бомбы], висевшему у него на шее. У него было всего три заряда, так что лучше бы он их поберег. — Огненная бомба!

Зачарованное ожерелье активировалось, выпустив огненную сферу с алой искрой. Снаряд ударил в Вильмена и прервал его каст, но пламя не распространилось на его одежду. Преступник, должно быть, применил какое-то огнеупорное заклинание, на случай, если Вайнкер прорвется сквозь туман.

Вильмен стрелял из кремневого ружья как маньяк, явно не заботясь о том, чтобы не поразить своего союзника. Виктор нырнул на землю, и пуля, пролетев через окно, убила неудачливого наблюдателя.

Гюстав, как всегда прагматик, попытался ударить Виктора, пока тот не успел подняться на ноги, но Оруженосец Монстра ответил еще одной атакой своего ожерелья. Скорчер спрятался за щитом, танкуя снаряд, как чемпион.

Да, глава персонала не мог победить этого рыцаря в одиночку.

— Нет! — Виктор вслух выругался из-за своей новой работы, поднялся на ноги и бросился на Вильмена. Двигаясь между двумя Скорчерами, он сумел обойти защиту его сообщника. Густав попытался его перехватить, но виверна, кружившая над ними сверху, набросилась на него, как ястреб. Ее когти и клыки ударили по его броне, но не пробили ее.

Не успев достаточно быстро перезарядить оружие, Вильмен отбросил пистолет и ударил рапирой. Виктор отклонил клинок до того, как тот смог бы пронзить его сердце, но меч ударил его в левый бок, и из раны потекла кровь.

Проклятье, что делает этот жадный Дракон? Игнорируя свое намерение не убивать людей, Виктор в ответ ударил священника ножом. Кинжал пронзил ему левый глаз, забрызгав лицо преступника кровью.

Вильмена это не убило, но изрядно разозлило. А позади Виктора Густав отрубил мечом одно из крыльев виверны, прижал ее щитом к земле и приготовился прикончить зверя.

Вильмен произносил заклинание, двигая свободную руку к туловищу Виктора, вокруг его пальцев нарастало кудахтанье темной энергии.…

А потом из тумана выскочили пять Кобольдов и схватили Вильмена за руки, ноги и голову. — За Его Величество! — закричали они одновременно, кусая плоть жреца и прерывая его заклинание.

Поздравляю! Благодаря нападению из засады на более сильного врага в середине боя, каждый из ваших кобольдов получает уровень в Классе [Вне Закона]!

— Сила! — Сказал Красный, вонзая свои крошечные когти Вильмену в другой глаз. — Я чувствую эту силу!

— Мои глаза! — Закричал Вильмен в агонии, пытаясь избавиться от кобольдов. Когда преступник потерял свою рапиру, Виктор бросил один из своих кинжалов и схватил меч. Затем он ударил священника в грудь его собственным оружием.

Падший Священник с болезненным вздохом упал на спину, а кобольды продолжали кусать его и царапать.

— Вильмен, слабак! — Взмахом меча убив виверну, Густав бросился на Виктора, чтобы спасти своего союзника. Отвлекшись на боль в груди, Оруженосец Монстра не успел увернуться, и Густав ударил его щитом.

Треск! Удар отбросил Виктора к стенам гостиницы, и после короткого мгновения острой боли его левое плечо онемело.

— Шеф! — Желтый попытался защитить Виктора, но Густав разрубил его мечом пополам. Еще одним безжалостным ударом он сбил Синего.

Другие Кобольды немедленно попытались дать отпор, но они не могли противостоять рыцарю. Густав пнул Розового, как щенка, прямо в лицо, нокаутировал Красного щитом и ударил Черного, когда тот попытался обойти его с фланга. Противостояние длилось всего несколько секунд.

— Ты можешь исцелить себя? — Спросил Густав Вильмена, который, весь в собственной крови, полз по земле и пытался подняться.

— Я исчерпал ... свои особые очки всеми ... прерванными заклинаниями. — Вильмен кашлянул. — Мне понадобится помощь ... чтобы идти.

— Жаль.

Не испытывая угрызений совести, Густав ударил своего союзника клинком в спину, убив его одним ударом.

— Извини, дружище, я хотел новый уровень больше, чем ты мне нравился. — Нечестивая аура окружила вероломного рыцаря, придавая Густаву новые силы. Виктор использовал последнюю огненную бомбу, и ожерелье распалось, когда последний заряд был исчерпан. Снаряд проскользнул сквозь защиту Гюстава и ударил его в грудь.

От последовавшего взрыва рыцарь даже не вздрогнул.

Сквозь туман донесся грохочущий звук. Неужели жители города решили дать Скорчерам отпор? Виктор не мог этого знать и вряд ли он проживет достаточно долго. С раной в груди и обмякшим плечом он не мог надеяться увернуться от меча Густава.

— [Атакующая стойка], — Густав отбросил щит и взмахнул мечом, держа его обеими руками. Убийственная аура вокруг него усилилась, и одно только давление парализовало Виктора. — А теперь, наступило сладкое время зарезать те—

Шлеп!

Густав рухнул в лужу крови, раздавленный невидимым чудовищем.

— Миньоны? МИНЬОНЫ! Где вы? — Кровь рыцаря забрызгала невидимую чешую Вайнкера. — Миньон, вот ты где!

На долю секунды Виктор не мог подобрать слов.

—Я не вижу, куда иду, и не могу его выключить! Как мне отключить невидимость?

— Вы должны снова сказать “моргнуть", Ваше Величество.…

Вайнкер сделал короткую паузу, затем сказал “моргнуть"! С дракона внезапно спала завеса невидимости. Зверю потребовалось несколько секунд, чтобы взглянуть без малейшего намека на нарциссизм на собственную чешую. — Так гораздо лучше.

Великий дракон расправил крылья, и, выпустив мощный порыв ветра, хлопнул ними. Ветер поднял туман и обнажил следы разрушенных домов, которые Вайнкер оставил позади. Невидимый дракон навредил городу больше, чем сами Скорчеры.

Но, по крайней мере, никто из гражданских не погиб.

— Ах, ясно, как день, — сказал Вайнкер. — Наконец-то я могу охотиться на воров.

Виктор взглянул на останки Густава, застрявшие под левой ногой Вайнкера. Дракон даже не заметил этого.

— В этом нет необходимости, Ваше Величество, — сказал он, когда Линетт и горожане вышли из гостиницы. — За исключением отставших, большинство сбежало при вашем появлении.

— Я должен получить свою стипендию! — Пожаловался Вайнкер и отправился на охоту за Скорчерами, с каждым шагом оставляя после себя кровь. — Милые человечки, где вы? Выходите, я не кусаюсь... не всегда…

— Виктор, ты в порядке? — Линетт бросилась к Оруженосцу и, прежде чем он успел ответить, поднесла к его губам зеленое зелье. Когда Виктор выпил его, он почувствовал, что боль исчезла, а его плечо снова могло двигаться.

К сожалению, кобольдам повезло меньше, чем ему, и они оплакивали своих павших товарищей. — Что же нам делать? — Сказал Черный со слезами на глазах. — Желтый... Желтый был лучшим миньоном из всех нас... это я должен был умереть.…

— Мы их продадим, — крикнул Красный. — Именно этого они и хотели.

…

— Что ты сказал!? — Спросил Виктор, моргнув от растерянности.

— Мы продадим их, чтобы увеличить клад Мастера Вайнкера, — сказал Розовый, а Черный и Красный печально кивнули. — Таким образом, они навсегда станут его частью.…

Виктор понял, что пережил сильный конфликт культур

.

Поздравляю! За бесстрашное ведение монстров к победе над превосходящим противником, вы заработали семь уровней в [Оруженосец Монстра]!

+120 Жизненная Сила, +70 Специальные Очки, + 5 Сила, + 4 Жизнестойкость, + 4 Мастерство, +5 Ловкость, +6 Интеллект, +6 Харизма +7 Удача!

Вы заслужили Перки [Жизненная Сила Монстра (Красный Дракон)], [Наездник Монстра], и [Проницательность Монстра!

[Жизненная Сила Монстра (Красный Дракон)]: В ваших венах течет кровь вашего повелителя дракона. Вы получаете дополнительный Тип существа: Дракон, который является одновременно благословением и проклятием. Вы приобретаете иммунитет к Истощению, Параличу, Усталости, Мгновенной Смерти, Болезням, а также устойчивость к Огню и Старению. Вы становитесь уязвимым к Морозу, Феям и Драконоубийце.

[Наездник Монстра]: Теперь вы можете ездить на монстрах со средним мастерством. Если цель - миньон, ваше мастерство возрастает до хорошего.

[Проницательность Монстра]: Когда вы наблюдаете за монстром, вы получаете представление о его сильных и слабых сторонах и пикантной информации.

Семь уровней сразу? Это почти компенсировало смерти и потерю крови. Бросив взгляд на рапиру, которую он стащил у Вильмена, он понял, что получил интересную добычу.

— Я понятия не имею, как вознаградить тебя, Виктор, — сказала Линетт. — Ты был очень храбрым.

Вознаграждение?

А, черт возьми, почему бы и нет. Ему нечего было терять, кроме собственного достоинства.

— Ты хочешь размножаться? — спросил он у Линетт.

Когда в Хадмере забрезжил рассвет, Вайнкер позволил себе отдохнуть, лежа на спине перед входом в город.

Он провел ночь, охотясь за последними из своих ходячих боксерских груш, увеличивая весь опыт, который только мог. Его желудок болел от несварения проглоченными человечками.

Поздравляю! За сокрушение Скорчеров и стильное топтание вражеского лидера перед обожающей толпой вы заработали четыре уровня в Классе [Гладиатор]!

+120 Очки Жизни, + 8 Сила, + 1 Жизнестойкость, + 4 Мастерство, +4 ЛовкостьI, +4 Харизма, +3 Удача!

Вы получили Классовые Перки [Фаворит Толпы] и [Суперкрит]!

[Фаворит Толпы]: Вы получаете временное, случайное повышение к одной из ваших статистик, когда производите впечатление на толпу, с небольшим шансом получить предмет

[Суперкрит]: Удваивает шансы ваших физических атак нанести критические удары.

Небольшой шанс получить товар, если он произведет впечатление на своих поклонников? Мило! Он должен найти своих миньонов и попробовать.

Однако, что они имели в виду под топтанием вражеского лидера? Вайнкер посмотрел под левую ногу и заметил кусок плоти, застрявший между двумя его когтями. — Странно, — заметил он, облизывая когти, и ощутил вкус сладкого мяса.

Дракон решил стать невидимым, чтобы посмотреть, не застряли ли где-нибудь другие части человеческого тела. — Моргнуть. — Он исчез.

— Моргнуть! — А теперь нет! — Моргнуть, моргнуть, моргнуть!

Вайнкеру было до странности забавно включать и выключать свою невидимость. Он мог бы заниматься этим весь день.

Однако, топот скачущих лошадей прервал его игру. Вайнкер спрашивал себя, неужели бандиты пришли на очередной раунд «‘почетной смерти от дракона». — Это подтвердило бы его теорию о том, что у людей есть коллективная жажда смерти.

Но две сотни всадников, одетых в лучшие доспехи и с блестящим оружием, устремились прямо к нему. Большинство из них носили на своих доспехах эмблему солнца, но некоторые из них несли флаги, изображающие золотого льва на красном фоне.

Рыцари. Множество рыцарей человечков и зверолюдей.

Может быть, у них есть принцесса, которую он мог бы добавить к своим сокровищам?

Рыцари остановились в ряд лицом к Вайнкеру, который даже не потрудился подняться. Не похоже, чтобы они могли с ним что-то сделать, и он был достаточно наполнен, чтобы просто сжечь их до небытия, если они попытаются напасть.

Их лидер, женщина-человечек верхом на белом единороге, встала перед строем, желая к нему обратиться. У нее были длинные, модные золотистые волосы, такого же цвета, как у Вайнкера, красивые глаза и пронзительный взгляд. На ней был пурпурный горностай.

— Значит, это правда, — сказала она визгливым голосом, который сразу же дракону не понравился. — Хадмер оккупирован большим красным драконом.

— Да, конечно, — ответил Вайнкер этой пустой трате кожи. — Вайнкер Рыцареубийца, Первый Этого Имени, и Великое Бедствие этого Века и Король Альбенских Гор. Но вы можете называть меня Ваше Величество.

— Нет никакого короля гор, — ответила человечек-выскочка, а затем сама представилась. — Я — герцогиня Элинор Эускальская, троюродная сестра Короля Гарда.—

— Не принцесса, — перебил ее Вайнкер, досадуя, что она забыла про «Ваше Величество».

Жнщина раздраженно переспросила. — Прошу прощения?

— Не принцесса, — презрительно повторил Вайнкер, поскольку еда была медленной. От нее пахло не принцессой, а скорее разочарованием. Кроме того, он был слишком хорош, чтобы говорить с этим существом напрямую. — Миньон? Миньон?! Миньон, Вернись Сюда! Со мной говорит еда!

Куда делся его официальный переводчик животных, когда он нужен Вайнкеру?

Лицо человечка почему-то покраснело. — Вайнкер Рыцареубийца , — каким-то образом она произнесла его благородное имя, как оскорбление. — Наши войска и Сияющий Крестовый Поход разгромили последних Скорчеров и отвоевали цитадель Рошфронд у Ишфании. Только Франсуа Вильмен и Густав Ла Мюрай избежали суда, и я намерена предать их суду и огню.

Вайнкер ничего не знал о Рошфронде, но, по словам миньона, они где-то убили обоих этих человечков. — Уже сделано, — ответил дракон. — Кроме того, твое пламя слабее моего, так что не нужно унижаться.

— Осмотрите город на предмет подтверждения после того, как мы закончим с ним, — сказала она одному из рыцарей и снова переключила свое внимание на дракона. — Вайнкер Рыцареубийца, вы разыскиваетесь за неоправданное уничтожение лесов Геводана, порчу имущества и опустошение местной Эвскалийской сельской местности. За вашу голову снова назначена столетняя награда в сто двадцать тысяч золотых монет.

Наконец-то ложная весть о его кончине была опровергнута! Однако… — Сто двадцать тысяч? — Разочарованно переспросил Вайнкер, — И это все? Я приказываю вам ее отменить.

— Приказываешь мне? — ее лицо стало еще краснее, почти так же, как чешуя самого Вайнкера. — Вы отрицаете выдвинутые против вас обвинения?

— Нет, но я стою больше, — ответил Вайнкер, раздраженный отсутствием переводчика. Недоразумения, особенно относительно их соответствующих мест в порядке вещей, явно где-то накапливались. — Я стою, по меньшей мере, миллион золотых монет, и я веду себя здесь невероятно скромно. Скажи своему королю млекопитающих, чтобы поправил мою чистую стоимость.

— Ты оскорбляешь богоизбранного короля Гардмейна? — Один из рыцарей поднял копье. — Ты — мерзкое создание, перед тобой Сияющий Крестовый Поход! За свою гордыню ты будешь гореть в огне Господа Митры!

Аура ужаса проникла во всю эту область, так как вес божьего суда пал на вас. [Ужас] боле—

— Извинись передо мной, немедленно, — возразил Вайнкер, его терпение лопнуло.

Заклинани е с треском провалилось! [Ужас] отменен [Драконьим Высокомерием]!

— Извиниться перед тобой? — Глаза благородного человека распахнулись с неуместным вызовом. — А зачем?

— Это мой мир. Я не помню, чтобы давал кому-нибудь из вас свое королевское разрешение в нем жить. Кроме того, ты должен извиниться за свою слабость, потому что я понятия не имею, как ты можешь с собой жить.

Лидер человечков дернулась, и рыцари тоже.

Поздравляю! За запугивание выскочки-еды одними словами, вы получили Персональный Перк [Насмешка].

[Насмешка]: Ваши душераздирающие, унизительные насмешки имеют небольшой шанс нанести статус [Берсерка] своим целям. Вы монстр.

Насмешка? Он просто констатировал очевидное.

— Ты — высокомерное создание, — проскрежетала человечек-леди, словно змея, пораженная присутствием настоящего дракона.

— Я Вайнкер Рыцареубийца, Король Альбенских гор, величайший авантюрист в мире! — Хвастался Вайнкер, демонстрируя пластину авантюриста у себя на шее. — Я и есть Бог! Нет, погоди, я — лучше. Я — дракон! Ваши ничтожные боги отвечают мне! Они платят мне за то, чтобы я убивал таких, как ты!

— Богохульство! — Зарычал один из рыцарей в ответ, но Вайнкер не обратил внимания на тявканье животного.

— Поскольку я убрал деревья вокруг вашей земли и защитил этот город от враждебных человечков, я жду, что вы должным образом заплатите мне за эту услугу. Я требую жалованья в шестьдесят четыре тысячи золотых монет. Под столом, в соответствии с вашим мужским ритуалом награды.

— Ты… ты просишь герцогиню о взятке перед святейшим из рыцарей?! Неужели тебе не стыдно?!

— Дракон никогда не будет платить налоги! — гордо взревел дракон.

Поздравляю! За защиту ваших благородных, несправедливых привилегий, вы получили два уровня в Классе [Благородный]!

+30 Очки Жизни, +20 Специальные очки, +2 Сила, +2 Мастерство, +2 Ловкость, +2 Интеллект, +1 Харизма, +2 Удача!

Вы получили привилегию Перк [Аристорадар]!

[Аристорадар]: Вы сразу замечаете других аристократов, даже тайных и фальшивых. Больше никаких буржуа.

— С меня довольно, — сказала благородная дама, поднимая свою крошечную ручку. — Рыцари! Убейте этого глупого дракона!

— Ты смеешь отказываться платить по заслугам своему истинному Королю? — Разозлившись по-настоящему, Вайнкер вскочил на ноги, а рыцари бросились на него. Он решил взорвать их своим дыханием, но вместо этого решил испытать свои новые Перки.

Подняв левый когтистый палец, Вайнкер ткнул в первого попавшегося всадника, с такой силой раздавив его вместе с лошадью, что под ногами задрожала земля. Рыцари в ужасе и удивлении остановились.

Критический удар! [Любимец толпы] активирован!

Глаза Вайнкера расширились от радости, когда во вспышке света прямо посреди останков рыцаря материализовался золотой самородок.

Ах.

— Ага, да! Наконец-то! — Вайнкер взглянул на свой левый палец. Так вот в чем был секрет получения новых предметов! Он просто должен был тыкать этих выскочек одного за другим! Дракон обрадовался, когда храбрые рыцари бросились на него, явно желая, чтобы дракон оправдал свое имя.

Ладно.

Он их всех будет тыкать.

Виктор не мог в это поверить.

Это работало!

Эта линия на самом деле работала!

— Экскалибур? — Спросила Линетт, протягивая руки, чтобы натянуть на себя большую часть простыни.

— Не спрашивай, — ответил Виктор, лежа на левой стороне кровати. Весь стресс и напряжение от следования за безумной волной исчезли.

Этот мир содрогнулся!

Поздравляю! За то, что вы наконец-то трахнулись и испытали острые ощущения от недолгого романа, вы получили Перк [Романтический]! При взаимодействии с противоположным полом вы получаете +5 Бонус Харизмы!

— Очень мило, — сказал Виктор, — Извини, что я так... откровенен.

— О нет, на самом деле, я очень этому рада, — ответила Линетт, прижимаясь к нему всем телом. — На секунду мне показалось, что ты попросишь у меня золота.

Почему у Виктора вдруг возникло ощущение, что его только что обмишулили? — Итак, это ... …

— Просто сделка, ничего больше.

Следовало этого ожидать от поклонника богини торговли. — По крайней мере, я получил от этого удовольствие.

— [Романтический]?

Виктор на нее покосился. — Откуда ты знаешь?

— У меня есть более высокий ранг этого перка, [Соблазнитель].Чтобы его получить, нужно переспать с двадцатью разными людьми, и со ста для обновленной версии. Я еще на расстоянии десятков от этого.

— Т-ты спала со мной ради Перка?

— Просто сделка, — улыбнулась она, — и ничего больше.

Да, ему сигналили не одним способом. Капитализм нанес новый удар.

Когда он оставил свою "девицу в беде" отдыхать и оделся, Виктор забрал эту мысль обратно. Этот мир - отстой.

Закрыв за собой дверь спальни, Виктор обнаружил поджидавших его снаружи, рядом с некромантом Жюлем, трех кобольдов,. К этому времени клиенты гостиницы уже привыкли к тому, что он повсюду таскает с собой монстров.

— Шеф, шеф! — Сказал Красный, он и Черный несли на спине трупы своих павших товарищей. — Извините, что прерываю вашу попытку убийства.

Убийство? Ах. Эти бедные дети. Они заглянули в замочную скважину. Виктор был слишком расслаблен, чтобы ругать их. — Привет, Жюль. Вы здесь по делу?

— Да, да, мне нужна ваша подпись для нового материала, собранного Лордом Вайнкером. Ваши слуги также сообщили мне, что вы готовы продать их мертвых товарищей. Я хвалю вас за вашу преданность переработке отходов.

— Поскольку Желтый и Синий ушли, нам не хватает двух членов для хореографии, — пожаловался Красный. — Мы не можем без этого служить Его Величеству Вайнкеру. Надо искать новобранцев, стильных и цветных…

— О, может быть, на этот раз мы поищем Зеленого и Белого? — Спросил Черный своего предводителя. — Нам нужны совершенно новые цвета.

— И шестого с блестящей серебряной чешуей, — скривился Розовый. — Молодого, мужественного мужчину.

— Ни один желтый или синий никогда не заменит наших павших товарищей, — серьезно сказал Красный. — Мы будем искать новые цвета и создадим радугу, чтобы продемонстрировать блеск великого Вайнкера!

— Кстати, Жюль, есть ли способ вернуть их к жизни? — Спросил Виктор у некроманта. — Только, не как безмозглую нежить, а как истинное воскрешение.

— Истинное воскрешение - это сила, намного превосходящая мой уровень и любого живущего сегодня, — ответил Жюль к большому разочарованию Виктора. — Ты можешь обратиться к богине Шеше, но она берет за это слишком высокую цену. Однако... ты ниже двадцатого уровня?

— Я только вчера достиг семнадцатого.

— Тогда тебе будет легко взять уровень в Классе [Некромант] и, чтобы оживить ваших слуг, как нежить, использовать его начальный Перк [Оживить Мертвых]. Если вы достигнете двадцатого уровня, штрафы за опыт сделают его значительно сложнее, так что это может быть сейчас или никогда.

— А ты сам не можешь это сделать? Я могу заплатить, если ты примешь магические предметы.

— Я поднимаю неразумную нежить только по этическим соображениям. [Оживить Мертвых] вернет счастливчиков обратно, как разумных, включая их первоначальную душу, если вы пожертвуете монетами или некоторыми из ваших предметов.

— Шеф, нет! — Запротестовал Красный. — Они с радостью отдали за тебя свою жизнь!

— Они спасли мне жизнь, — ответил Виктор. — Я перед ними в долгу.

Они также получили от этого классовые уровни, что усложняло дело. В то время, как убеждение монстров сражаться с большим количеством монстров на бумаге звучало привлекательно, его опыт с Вайнкером заставил его бояться последствий. Не хотел он и того, чтобы эти твари оказались, в конце концов, запасным пайком Вайнкера. Может быть, для их же безопасности, он лучше пошлет их с неопасным поручением?

Хотя он не любил брать уровень в темном классе, Виктор решил, что кобольды, монстры и другие, заработали повышение.

Поздравляю! Для работы с некромантом, чтобы войти на рынок смерти, вы получили уровень в классе [Некромант]!

+10 Специальные Очки, +1 Мастерство, +1 Ловкость, +1 Интеллект, +1 Харизма, +1 Удача!

Вы получили Классовый Перк [[Оживить Мертвых]]!

[Оживить Мертвых]: Вы можете одним прикосновением оживить трупы в виде нежити. Жертвуя деньгами или предметами, вы можете возродить живое существо как разумную нежить, сохранив как изначальную душу, так и классовые уровни. Средства, необходимые для оживления, зависят от ценности души, вы интуитивно понимаете величину средств.

С первого взгляда Виктор понял, что оба кобольда стоят по несколько сотен монет каждый - больше, чем у него было. Он снял солнечные наручи, каждый из которых стоил столько же, и активировал Перк.

Комнату наполнило нечестивое пурпурное сияние, превратив наручи в пыль. Затем темная аура переместилась к изломанным останкам двух мертвых кобольдов, связывая их вместе и пожирая плоть.

К большому молчаливому беспокойству Виктора, сами по себе поднялись два скелета, их кости изменили цвет, соответственно, на желтый и синий. В их глазницах сияло нечестивое сияние.

Ваши миньоны кобольды были возрождены как Кобоны!

— Синий, Желтый? — Спросил Красный, и нежить к нему повернулась. — Вы... в порядке?

— Плоть ... — Голос Синего превратился в ужасный, замогильный голос. — Плоть…

Что? — Неужели Перк не сработал? — Виктор нахмурился.

— Нет, я шучу, шеф, — ответил Синий скелет, вернув себе прежний голос и издав странный смешок. Как скелет умудрялся делать это без легких, было выше понимания Виктора. — Я все тот же, только теперь вижу свою ключицу.

— Этот новый голос просто потрясающий! Хочу попробовать! — Чирикнул Желтый, его голос превратился из первоначального в то же замогильное эхо.

— Я - Желтый Рейнджер, и вы встретили своего дууууум ... дуууууууум…

— Красный, я твой отец, - сказал Синий тем же голосом, что и Эрл Джонс, в довольно хорошей интерпретации. — Отлично!

— Дуууууум…

Они довольно хорошо восприняли свое превращение в нежить-скелеты. — Синий, Желтый! — Красный обнял возрожденных миньонов. — Вы вернулись!

— Да, и я больше не чувствую язвы желудка, — сказал Желтый, возвращаясь к своему обычному голосу. — Быть нежитью - это чудесно!

Виктор улыбнулся этой сцене. Хотя Вайнкер и Кобольды чертовски его раздражали, они все же спасли его жизнь и город. Возможно, он был не прав, не доверяя им. Может быть, все они могли бы принести пользу.

Может быть, он сможет привыкнуть к этой новой жизни.…

Затем в одно из окон гостиницы влетел рыцарь и врезался в стену, разбив надежды Виктора.

Виктор взглянул на сломанного человека и глубоко вздохнул. — Миньоны, помогите Жюлю с его делами, — сказал он кобольдам, его пальцы потянулись к верной фляге, и он сделал глоток алкоголя.

Когда во второе окно влетел еще один рыцарь, а третий ударился о стену снаружи, авантюрист решил не останавливаться на глотке. — Так, так, так, — обрадовался Жюль, хлопая в ладоши. — Эта связь становится все лучше и лучше…

— Миньон? — раздался снаружи гостиницы неприятный голос. — Миньон!

Вздохнув и выпив, чтобы заглушить свою печаль, Виктор спокойно вышел из гостиницы, держа руку на новой рапире, висевшей у него на поясе. Он также захватил с собой в качестве трофея кремневый пистолет Вилмена, но не думал, что сможет им воспользоваться.

Как он и ожидал, Вайнкер ждал его прямо перед зданием. Вокруг города лежали добрых две дюжины разбитых и побежденных рыцарей, и это зрелище вполне соответствовало последствиям смертельной пьяной драки. На них были эмблемы Сияющего Крестового Похода.

Там умерла его надежда на спасение рыцарем в сияющих доспехах.

Удивительно, но дракон вернулся с кучей сокровищ в руках. — Миньон, посмотри, что они мне дали! — Вайнкер с гордостью демонстрировал свои новые блестяшки, от золотых кошельков до магических предметов.

— Что случилось? — Спросил Виктор.

— Я их ткнул, — ответил Вайнкер, облизывая левый палец.

— Всех их? — Почему у Виктора был такой скучающий голос? Он оцепенел от ощущения беды, которую принесло безумие дракона.

— Это критический палец, миньон. — Вайнкер показал ему указательный коготь левой лапы. — Каждый раз, когда я перед твоими собратьями убиваю им человека, я получаю за это награду!

Да, все правильно. В это время Виктор решил попробовать на своем "хозяине" свой новый Перк [Проницательность Монстра].

Вайнкер Рыцареубийца.

Старший Красный Дракон (Дракон)

Уязвим для: Мороз, Феи и Истребитель Драконов.

Сильный против: всего остального.

Самопровозглашенный "лучший дракон", великий красный змей, который более чем подходит для самых сильных авантюристов. Его огромная сила сравнима только с его высокомерием и отсутствием здравого смысла. Жадный, тщеславный и эгоцентричный, но втайне неуверенный в том, что миньоны его не покинут.

Блин, ну и дела, как ты думаешь? Какой бесполезный перк. — Ваше Величество, герцогиня Элинор Эускальская должна была привести в Хадмер отряд рыцарей. Может быть, нам стоит проверить ее на предмет награды.

— Уже сделано, — радостно ответил Вайнкер. — наконец-то мы можем уехать из этого вонючего города. Я скучаю по купанию в своих сокровищах.

— А? — Виктор с любопытством приподнял бровь. — Что случилось, ты и ее ткнул?

Дракон провел когтями по зубам. — Я ее съел.

Мозг Виктора перестал работать. — Вы - что?

— Я ее съел. Хотя, я думаю, что она была бы вкуснее с тем сладким ядовитым соусом.

— Ты съел дающего задания. — И высокопоставленного дворянина в королевстве.

— Не беспокойся за золото, сначала я вернул награду, — ” успокоил " его Вайнкер и рыгнул.

— Почему? — Виктор поперхнулся. — Почему Ваше Величество так поступили?

— Потому что она была надоедливой, не хотела мне платить и не была принцессой, — сердито ответил Вайнкер. — Кроме того, на вкус она была, как свинина.

Виктор посмотрел на дракона, и слова замерли у него в горле.

— Миньон, не смотри на меня так. Если ты голоден, то вокруг тебя лежит еще много зверюшек для барбекю.

Как хорошо купаться в большом запасе!

Вайнкер сделал гораздо больше, чем намеревался. Он не просто удвоил размер своих сокровищ, а более, чем вчетверо, увеличил его. Когда-то он изо всех сил старался осыпать себя монетами, но теперь счастливый дракон мог кататься в золоте и драгоценностях.

И все это меньше чем за одну луну. В таком случае, его пещеры скоро будет недостаточно, чтобы вместить все его сокровища.

— Ребята, уходите! — Крикнул Миньон Виктор наружи, но Вайнкер не обратил на это внимания. — Разве вы не видели указателей? Вас убьют, если вы подойдете ближе!

— Это логово дракона? — прозвучал в ответ пронзительный голос, и Вайнкер попытался его заглушить.

— Да, но у вас действительно нет ни единого шанса ... — в отдалении раздался треск, похожий на удар молнии. — Ну ладно! Стреляйте в них, миньоны!

Звук взрыва и толчки прервали радостную ванну Вайнкера. Дракон повернулся ко входу в пещеру, где забаррикадировались его миньоны. — Человечек Виктор, что происходит?

— Опять драконоборцы! — крикнул в ответ глава персонала, а еще от одного толчка у входа в пещеру упала сосулька, едва не пронзив одного из кобольдов. — Синий, стреляй из лука!

— Я пытаюсь, шеф! — Нежить-миньон выпустил стрелу из лука, изготовленного из кости крупного рогатого скота. — Я попал в него!

Вайнкер очень гордился выбором Виктора изучать некромантию. Мало того, что миньоны-нежить увеличивали престиж Вайнкера, теперь он мог есть миньонов, выплевывать кости, а потом использовать их.

— Пробил его прямо между ног! — Злорадствовал Красный, выпустив собственную стрелу, а потом зарычал. — У них есть целитель!

Вайнкер заворчал и встал, чтобы присоединиться к осаде.

С тех пор, как они достигли уровня в Классе [Вне Закона] — что забавляло Вайнкера, который считал законы нелепостью, созданной человечками —Виктор дал каждому из Кобольдов Рейнджеров луки и научил их, как ними пользоваться. Хорошая идея, так как это была уже седьмая партия авантюристов, которую они подстрелили на этой неделе.

Поначалу это было забавно и выгодно, но Вайнкеру надоели постоянные помехи.

Голова дракона высунулась из входа в пещеру, отбросив своих миньонов в сторону, и посмотрела вниз на их цели. Глупая банда человечков, гномов и эльфов, в основном вооруженных этими палками, которые Человечек Виктор называл аркебузами или жезлами. Вайнкер насчитал их пятнадцать.

О, на этот раз они вернулись с большим числом, как будто это могло им помочь. Ну просто прелестно.

К сожалению, в отличие от предыдущей группы, с ними не было никаких наездников на пегасах, так что сегодня вечером без конской еды. Вайнкеру ничего так не хотелось, как потыкать их, но у него от переутомления болел палец.

— Они очень настойчивы. — Когда магический снаряд отскочил от его головы, дракон подумал о том, что надо бы самому научиться магии. Кстати, то, как некоторые маги часто бросали в него молнию, всегда очаровывало Вайнкера. Не то, чтобы это когда-нибудь срабатывало, но его это забавляло. — Я думал, они сдадутся после первых трех тыканий.

— Награда за голову Вашего Величества очень высока, — ответил Виктор. — И местонахождение вашего логова теперь хорошо известно.

Да, да, таковы были недостатки славы и известности.

Дракон издал мощный рев, вызвав лавину. Снег скатился с горы, затопив кричащих человечков, и оставив пещеру невредимой. Он знал, что выбор этого места окажется полезным.

Поздравляю! Для защиты в одиночку своей территории и миньонов силой вашего благородного рева, вы получили уровень в Классе [Благородный]!

+30 Очки Жизни, +1 Интеллект, +1 Харизма, +1 Удача!

Наконец-то! Вайнкер уже начал подумывать, не приобретет ли он в этом деле какой-нибудь опыт, ему не хватало одного уровня до этой милой стипендии. — Ну вот, проблема решена, — сказал дракон. — Забери их сокровища, а я тем временем вернусь в свою ванну.

— Ваше Величество, так не может продолжаться, — сказал Виктор. У него были черные круги под глазами. — Они просто продолжают приходить, даже ночью. Они игнорируют все предупреждения.

— Мы не можем повторить наш новый девиз, — пожаловался Красный. — А когда мы находим время, Желтый все портит!

— Я просто говорю, что мы должны добавить где-нибудь слово ”рок", — ответил желтый скелет, а затем перешел на тот глубокий голос, который ему ужасно нравился. — Роооооооооок.

Эхо вызвало меньшую лавину, прикончив нескольких человечков, которым удалось выбраться из снега. Не обращая на них внимания, Вайнкер скрылся в своей пещере. — Миньоны, я так же раздражен, как и вы, но что я могу поделать? Я не могу запретить человечкам совершать самоубийство.

— Да, мне стало удобно убивать нападающих на нас идиотов, в первую очередь, в качестве естественного отбора, но мы должны переместиться. — Человечек Виктор вздрогнул, он мерз даже в тулупе из козлиной шкуры. — В более теплые горы, где авантюристы не будут нас искать.

Покинуть свою пещеру? Но Дракон не убегает! — Разве вам не нравится иметь крышу над головой? — Вейнкер стращал своих миньонов. — У вас полно еды, и здесь лучший вид на континенте…

— Нам не хватает места, и меня тошнит от того, что я все время ем горных козлов, — пожаловался человечек Виктор, осмелев и разозлившись из-за недосыпа. — Кроме того, одной пещеры скоро будет недостаточно, чтобы вместить ваши сокровища, Ваше Величество.

Вайнкер обдумал это предложение, его глаза остановились на сокровищах. В самом деле, его пещера скоро станет слишком маленькой, и вор может украсть его золото, пока он охотится снаружи. Хотя он доверял своим миньонам, но они не могли справиться с таким количеством грабителей.

И с тех пор, как они приготовили этого кальмара, они больше не получали никаких запросов. Может быть, им и стоило использовать свободное время, чтобы найти новое место для жизни.

— Я все еще не понимаю, почему ваши гильдии пустеют каждый раз, когда мы туда идем, — проворчал Вайнкер.

— Ваше Величество, — кашлянул глава персонала. — Проблема с поеданием дающего квесты заключается в том, что больше никто не будет давать вам квесты, потому что они боятся, что вы их тоже съедите.

— Но она первой отказалась мне платить! — запротестовал Вайнкер. — При свидетелях!

— Да, но она была высокопоставленной аристократкой с множеством связей. Я послал жалобу в гильдию авантюристов, и я слышал, что сестра герцогини втайне рада, что мы ускорили ее вступление в наследство, но, все равно, в ближайшее время мы не сможем найти работу.

— Я не могу в это поверить, неужели именно это делает ваша жалкая раса в такой ситуации? Жаловаться и бездельничать?

— Ваше представление о моем роде очень лестно, Ваше Величество, — сказал Виктор с присущим ему подобострастием. — Обычно, мы просто очищаем подземелье, убиваем монстров и забираем их сокровища.

При упоминании о сокровищах голова Вайнкера задралась к потолку. — Сокровища? — повторил он, и кобольды прижались к нему, чтобы избежать падающих сосулек, — Миньон, расскажи мне все.

Глава персонала почесал затылок, видимо, раздумывая, с чего начать. — Подземелья - это опасные места, переполненные монстрами и хранящие сокровища, — объяснил он своему хозяину. — Авантюристы, очищающие это место, могут забрать все, что попадется им под руку, и даже претендовать на подземелье, если они убьют внутри всех монстров. Однако в подземельях обычно есть сверхсильное существо, босс, который его охраняет.

— Повелитель монстров, — предположил Вайнкер.

— Для этого есть термин?

— Повелители монстров - это вершина пищевой цепи, — прощебетал Розовый. — Они сильнейшие из сильнейших, которым подчиняются миньоны!

— Драконы всегда наверху, — пояснил Вайнкер. — Где же мы найдем такое подземелье?

— Большинство подземелий Гардмейна опустошены старыми авантюристами, но я слышал о некоторых, для большинства слишком опасных, особенно на границе с Ишфанией. Думаю, Ваше Величество с ними справится.

— Достаточно ли велики эти подземелья, чтобы вместить мой постоянно растущий клад?— Миньон кивнул. Ммм... это также может стать поводом для восстановления его базы миньонов, так как Человечек Виктор явно не мог размножаться ради его жизни. — О каких подземельях ты слышал?

— Есть подводный город Меропис—

— Следующий! — Тут же перебил его Вайнкер, которому и без того хватало водных приключений. — Где-нибудь в тепле и на суше. Никакой сырости.

— Значит, никакого болота? У меня на примете был довольно симпатичный домик на болоте.

— Ни болот, ни лесов, ни озер, ни грязи, ни грязного, пахнущего навозом города человечков.

Его глава персонала продолжал кивать. — И никакого мороза, ради нас самих. А как насчет хорошей сухой пустыни?

— О, о, я слышал об одной! — Желтый встрял в разговор. — Я слышал о муравьином гнезде в южной пустыне, за горами! Это очень глубоко и очень тепло!

Черный вздрогнул. — Там кактусы стреляют в тебя иголками. Я до сих пор чувствую боль в заднице.

— Ах да, я помню тот раз, когда мы пытались практиковаться на песке, — сказал Синий. — Теперь я счастлив, что больше не чувствую боли.

— У муравьев нет никаких сокровищ, кроме останков их жертв, — заметил Человечек Виктор. — В лучшем случае, мы получим лишь несколько безделушек и то, что сможем взять, убив зверей. Впрочем, это место будет достаточно большим для кладовой.

Вайнкер скорее съест двух коров одним укусом. — Следующий.

— Отлично, тогда как насчет замка посреди вулкана? — Предложил Человечек Виктор. — Поскольку Ваше Величество любит лавовые ванны не меньше, чем золотые.…

Действительно, так и есть. — Я слушаю, — сказал Вайнкер. — О каком количестве лавы идет речь?

— Не знаю, я там никогда не был. Но это место, Замок Мурмурин, имеет жуткую репутацию. Насколько я понял, когда-то это был центр подготовки офицеров для элиты континента и штаб-квартира Ишфанской Инквизиции. В начале Столетней Войны Брэндон Мор послал своего генерала, лича Фурибона, захватить замок и превратить его в убежище для демонов и разбудить вулкан, на котором они построили крепость. Ишфанская Инквизиция делала все возможное, чтобы бороться с демонами, но ... —

— Двадцать слов, — перебил Вайнкер своего миньона.

Виктор сделал короткую паузу. — Простите, Ваше Величество?

— После двадцати неинтересных слов я начинаю отключаться, — сказал Вайнкер. — Я знаю, что вы, люди, любите играть бессмысленными словами, но у дракона есть дела поважнее, чем слушать. Двадцать слов, двадцать пять, если ты настаиваешь, а золото, сокровища и деньги не считаются.

Человечек Виктор издал странный звук. — Лич оккупировал замок, плохо. Убить его - это хорошо. Великая награда.

Вайнкер вдруг понял, что этот человечек, возможно, использовал громкие слова, чтобы скрыть свой истинный недостаток интеллекта. Этот бедный человек. Дракон, вероятно, спас ему жизнь, взяв его под свое крыло. — Какая награда?

— Я слышал, что Ишфанская Инквизиция хранила в огромных хранилищах под замком большую часть своего состояния, включая уникальные реликвии. Фактически, Мор приказал атаковать их, чтобы они не могли использовать их против него. Кроме того, Гардмейн пообещал, что тот, кто очистит замок, сможет претендовать на окружающие земли, как на свои собственные, что не так уж много значит, поскольку они давно покинуты.

— Не совсем, шеф, — возразил Красный. — Думаю, я знаю это место, там обосновались многие кобольды-уоррены.

— Покинутый цивилизованными расами, — поправил себя Миньон Виктор, и нахмурился. — Подожди, ты там жил?

— Наш первый уоррен до сих пор там, — кивнул Красный. — Когда ресурсов, чтобы прокормить нас всех, стало слишком мало, мы впятером отправились на поиски собственного повелителя монстров. Рынок труда миньонов там переполнен.

Синий кивнул. — Гора полна демонов, нежити и всяческой гадости, за исключением одной человеческой деревни.

— Там до сих пор есть деревня? — Спросил Виктор, заботясь только о своем ничтожном роде, в то время как Вайнкер представлял себе легионы кобольдов, которые скоро будут исполнять все его желания. — Как же они выжили?

— Понятия не имею, шеф, — ответил Красный. — Старейшины говорили, что деревня - это "магия плохой луны", и все ее избегали. Всех остальных авантюристов мы съели на много миль вокруг.

А это означало, что попыток ограбления больше не будет. — Прекрасно, продано, — сказал Вайнкер. — Пакуйте свои пожитки, миньоны, замки - это новые пещеры.

— Я должен предупредить Ваше Величество, что лич Фурибон до сих пор занимает замок, он уничтожил все отряды авантюристов, пытавшихся его изгнать. Даже авантюристов золотого ранга.

Лич... — Миньон Виктор, лич - это своего рода нежить, верно?

— Да—

— Я так и знал!

— Они - самые сильные из всей нежити, заклинатели, которые обратились к темным искусствам, чтобы продлить свою жизнь. А Фурибон, когда завоевал замок сто лет назад, был магом пятидесяти уровней. Теперь он, наверное, еще сильнее, у него целая армия миньонов, а сам он - генерал Брэндона Мора.

— Какой Брэндон? — Имя показалось смутно знакомым.

— Король демонов, который сто лет назад узурпировал власть над Ишфанией. Кроме того, он - наниматель Скорчеров, так как мы заставили их расформироваться. Гардмейн смог отвоевать у его войск крепость Рошфронд, так что, он, вероятно, на нас зол.

— Не понимаю, почему это должно меня волновать, — ответил Вайнкер, который никого не боялся. — Я ткну его, как я это сделал с твоим маленьким видом.

— Я просто говорю, что король демонов и лич, убивший почти всех героев, посланных за ним в течение ста лет, могут представлять собой большее препятствие, чем кучка бандитов.

Отлично, это означало больше сокровищ, чтобы увеличить его клад, и больше уровней. — Я, Вайнкер, наслаждаюсь этим вызовом, — невозмутимо ответил дракон. — Собирай свои вещи и мои сокровища.

Глава персонала взглянул на сокровище Вайнкера, поражаясь его размерам. — Ваше Величество, — сказал он. — Как мы перевезем все золото?

Дракон прищурился, прежде чем понял, в чем дело.

Ах, вот как. Клад Вайнкера вырос настолько, что дракон больше не мог носить его в лапах, а его миньоны имели недостаток мускулов. Они не могли перевезти весь клад за один раз.

— Мы могли бы оставить его здесь, — предложил Человечек Виктор. — Завалите вход. Авантюристам понадобятся дни, чтобы выкопать его, если они вдруг попытаются.

Мысль о том, чтобы на несколько дней оставить свой клад без присмотра, в то время как разбойники будут пробираться к вершине горы, приводила Вайнкера в ужас. Что, если он вернется и обнаружит, что часть золота потеряна? После того, как он столько боролся, чтобы вырастить свое сокровище! — Миньон Виктор.

— Да, Ваше Величество?

— Найди мешок. Большой мешок.

— Большой мешок? На весь клад?

— Очень большой мешок, — пояснил Вайнкер, когда глава персонала посмотрел на него своими большими уродливыми глазами. — И маленькие, крошечные мешочки для других миньонов.

— Ваше Величество, не существует мешка, достаточно большого для ваших сокровищ.

Вайнкер воспринял это как лесть. — Тогда у тебя есть идея получше, миньон? Золото не летает.

Человек открыл было рот, чтобы сказать какую-то глупость, но тут же закрыл его, заглянул под куртку и вытащил из-под нее странную белую металлическую пластину. Другие миньоны присвистнули в восхищении, к большому смущению Вайнкера.

— Вообще-то, — сказал Человечек Виктор. — Я думаю, что может.…

Замок Мурмурин выглядел лучше, чем Вайнкер мог себе представить.

Огромная, мрачная структура из черного камня, подземелье стояло на скале посреди кратера, заполненного горячей лавой, черный дым, окружавший это место, придавал ему жутковатый вид. Со входом в замок край вулкана соединяли остатки полуразрушенного каменного моста, а сам каменный дверной проем был более, чем достаточно большой, чтобы в него мог пролезть Вайнкер - в отличие от того дурацкого храма.

Кольцо из камня связывало многочисленные башни и укрепления замка, над которыми возвышались величественные статуи драконов. В центре здания возвышалась одна остроконечная башня, она была больше всех остальных, и Вайнкер видел сквозь витражные окна неясные силуэты. Жаждущие человеческой крови, на крыши слетались тучи птиц-падальщиков и ворон, а по магме внизу бродили гигантские черви.

Тут была лава. У него был запас еды. Тут были башни.

Короче говоря, это было идеальное логово, где можно было спрятать свои сокровища!

Земля за пределами замка была значительно менее впечатляющей, чем само здание. Вулкан был достаточно большим и граничил с западным морем, но сельская местность представляла собой неприглядный участок пустошей и пересохших рек. Почва была коричневой, цветов и растений почти не было, а с южной стороны у горизонта Вайнкер увидел начало огромной красной песчаной пустыни. Оставшиеся в живых люди построили у подножия горы небольшую деревню, а еще у границы пустыни дракон заметил несколько примитивных лагерей.

Вайнкер предпочел бы, чтобы скотом его снабжали не в одной деревне, а в нескольких, но замок компенсировал бедность окрестностей. — "Странно, — размышлял он про себя, пока его приспешники обеспечивали аудиенцию, — я помню, как два столетия назад я летал над этим районом, и он выглядел намного зеленее.”

Но великому дракону было все равно. Он уже был в хорошем настроении, и один только взгляд на его летающий клад бодрил.

Человечек Виктор и его приспешники создали хитроумное устройство - летающий корабль.

Выдыхая воздух, но не разжигая его, Вайнкер давал горячий газ, чтобы наполнить гигантский мешок, сделанный из шелка, бумаги и других материалов. Торговцы со всех Альбенских Гор сдавали их, когда дракон любезно их просил. Каким-то образом, питаемый его чудесным дыханием, огромный шар мог поднять даже корабль.

Работая вместе - и непрерывно, в случае кобонов, которые никогда не спали, - миньоны создали деревянный корабль, гораздо меньший, чем воздушный шар, который мог нести сокровища. Кобоны приводили в действие деревянные спирали с педалью, позволяя кораблю изменять направление благодаря колесу, управляемому Человечком Виктором. Вайнкер попросил, сделать мостик корабля открытым, чтобы внутри он мог видеть свои сокровища и ловить любые сокровища, летящие за борт.

Миньонам потребовалась добрая неделя, чтобы закончить корабль и сшить шар, Вайнкер наблюдал за ними, но, в конце концов, все получилось.

Пока Человечек Виктор работал над конструкцией корабля, Кобольды обсуждали другие способы перемещения клада, которые включали в себя: использование материала, называемого "магнитами"; привязывание птичьих крыльев к сундукам; положить все на метательные диски и запустить их над горами; и поиск волшебного мешка, который сделает клад крошечным. Вайнкер тут же отклонил это предложение.

Хотя дракону больше всего понравилась идея крылатых сундуков, но он был удовлетворен конечным результатом. Ему больше не нужно было носить золото по старинке! Ему оставалось только лететь рядом с ним и время от времени подавать горячий воздух.

— Молодец, Миньон Виктор, — похвалил Вайнкер своего главу персонала, летя рядом с кораблем. — Я горжусь тем, что я твой хозяин.

— Да, я заметил, что файлы айпада содержат схемы самолетов, поэтому я подумал, что, возможно, у них есть информация о воздушных шарах; и я предположил, что дыхание дракона, чтобы воспламеняться, должно работать на каком-то газе. Мы не собираемся на этом воздушном корабле пересекать Атлантику, но на короткие расстояния он подойдет.

— Только наш глава персонала мог получить доступ к истинной силе Яблока Знания! — Чирикнул Красный. — И это сработало с первой попытки!

— Он полетел с первой попытки после того, как мы разбили восемь прототипов, — заметил Человечек Виктор. — Знаешь, на Земле я не смог бы создать ничего подобного. Сказались одиннадцать очков интеллекта, которые я здесь набрал.

Вайнкер не понимал и половины из того, о чем они говорили, слишком счастливый, чтобы обращать на это внимание. — Миньон, ты высадишь там мой клад, когда мы закончим знакомство — дракон указал на маленькую изолированную долину, — подальше от воров.

— Конечно, — ответил миньон Виктор, глядя на замок и одновременно удерживая корабль над краем кратера. — Я почти уверен, что владелец должен был нас увидеть.

— Хорошо, — ответил Вайнкер, паря над краем вулкана. — Еще раз, как его зовут?

— Фурибон.

— Миньон, объяви о моем присутствии этому Фурибону.

—Ваше Величество действительно уверены, что они этого хотят? — Человечек Виктор глубоко вздохнул, затем крикнул в сторону кратера, его гулкий голос заставил ворон разлететься, — ФУРИБОН! Король Вайнкер Рыцареубийца, Король Альбенских Гор и величайший авантюрист на свете, хочет поговорить!

— Миньон, не забывай о ”Великом Бедствии этого Века", — упрекнул Вайнкер своего лакея. Я усердно работал, чтобы заслужить его. — Так много похищенных принцесс... дракон пообещал себе, что обязательно захватит одну после переезда.

К сожалению, нынешний владелец телепортировался за пределы замка до того, как миньон смог исправить свою ошибку.

Лич Фурибон был скелетом, более крупным, чем у большинства хилых рас, с длинной змеиной шеей и, черепом, похожим на человеческий. Его кости казались сделанными из золота, зубы - из драгоценных камней, а пустые глазницы сияли ярким пурпурным светом. Существо, подобно живым волшебникам, носило дорогую красно-фиолетовую мантию, но, хотя у него были длинные тонкие руки, у него не было ног. Только магия позволяла ему летать.

И у него была красивая корона, которую Вайнкер немедленно захотел для себя. — Интересно, каков его уровень... ну-ка, я использую [Наблюдение]... — Глаза человечка Виктора расширились. — Пятьдесят восемь?!

Со скоростью, которая соперничала со скоростью Вайнкера, нежить полетела вверх к дракону и его летающему сокровищу. Лич остановился прямо перед мостиком корабля. — Приветствую вас, смертные. — произнес лич глубоким ледяным голосом. Вайнкер заметил, что вокруг него похолодало. — Его Величество Король Вайнкер Рыцареубийца и Виктор Далтон, я полагаю?

— Да, я Король Вайнкер, — гордо ответил Вайнкер, довольный тем, что ему оказали должное уважение. Этот день просто не мог быть лучше.

— Перед тобой Фурибон, архимаг Ишфании, — ответила нежить, — Добро пожаловать в мою скромную обитель. У меня так давно не было живых посетителей. Мои творения так... рвутся в бой.

— Вы знаете наши имена? — Заговорил Человечек Виктор. — Вы нас ждали?

— Мой господин и повелитель, Король Брэндон Мор, предупредил меня, что вы помогли Гардмейну отвоевать крепость Рошфронд, уничтожив его избранных агентов, и украли Яблоко Знания. — "Глаза" существа переместились, чтобы осмотреть корабль. — Я вижу, что ты уже заглянул в его запретное знание.

Что они сделали с Рошфрондом? Тогда Вайнкер не обратил на это внимания.

— Вы пришли, чтобы вернуть артефакт его законному владельцу? — спросил лич, — надеюсь, что нет. В таком случае, мне придется вас пощадить.

— Как будто кто-то может забрать то, что принадлежит мне, — презрительно бросил дракон личу.

Существо издало глубокий звук, который Вайнкер принял за смех. — Тогда почему бы не сыграть в эту игру? Вы - авантюристы, жаждущие бросить вызов моему замку, не так ли? В отсутствие жертв мне очень скучно. Ваши слабые умы не могут постичь, через какое количество конструкций ловушек я прошел за последние полвека. Когда вы бессмертны и вам поручено удерживать руины, нужно чем-то занять свое время.

— Делая смертельные ловушки? — Странным тоном спросил миньон Виктор. — У каждого свое хобби.

— Саркастичный смертный. — ответил лич точно таким же тоном, только звучал он как-то более язвительно. — Как оригинально. [Черное Проклятие].

Человечка Виктора окружила черная аура, мгновенно лишив его кожу всех цветов и поставив на колени.

Однако звук, который издал миньон ... Вайнкер никогда в жизни не слышал такого нелепого звука, и Фурибон, который издал смешок, тоже. — Все еще стоишь? Тогда давай попробуем еще раз. [Черное Проклятие].

На этот раз Виктор рухнул на грудь, едва не свалившись за борт. — Шеф! Кобольды и Кобоны немедленно бросились ему на помощь.

— Почему на этот раз он не издал забавного звука? — поинтересовался лич.

— Потому что я уже ... выучил твой Перк монстра... хочешь посмотреть? — Человечек Виктор поднял слабую руку на лича. — [Черное Проклятие]...

Черная аура окружила лича, но тот лишь пожал плечами. — Это - [Оруженосец Монстра]. Как забавно, что ты пытаешься бороться со мной моим же собственным Перком. Может быть, мне следует прервать приветствия и сбросить этот корабль с небес, а вместе с ним и тебя.

— Прекрати издеваться над моими миньонами, — предупредил Вайнкер существо, двигаясь между летающим кораблем и личем. — Он - мой глава персонала. Напасть на него без моего разрешения - значит проявить ко мне неуважение и покончить жизнь самоубийством с помощью дракона.

— А? Ты хочешь драться? Я признаю, что предпочел бы сначала проверить на вас свои творения, но если вы хотите перейти непосредственно к бою, я заберу обратно Прил—

Наскучив разговором и горя желанием до обеда заявить права на свой новый замок, Вайнкер ткнул лича пальцем в грудь.

Удар отбросил лича в сторону замка, но полет существа стабилизировался еще до того, как оно успело удариться об стены. — Ты... — лич кипел от холодного гнева. — Ты, ящерица, как ты смеешь ко мне прикасаться? Я насажу твою голову на пику в моей библиотеке!

Он выжил после удара.

Лич выжил после удара.

— Как ты посмел пережить этот тычок! — Возмутился Вайнкер, поднимая два пальца. — Теперь мне придется использовать половину моей руки, чтобы уничтожить тебя!

— Ваше Величество, могущественная нежить невосприимчива к критическим ударам... — Предупредил миньон Виктор, набравшись достаточно сил, чтобы говорить нормально. — Используйте свое дыхание!

— [Усиление Магии], — прохрипел лич, сияя алой аурой. — [Большой Огненный—

Вайнкер просто выстрелил в него быстрым огненным шаром, и мгновенно его испарил.

И тут же пожалел об этом.

Корона!

Поздравляю! За то, что вы застали врасплох могущественного лича и временно уничтожили его перед вашими поклонниками, вы заработали уровень в Классе [Гладиаторе]!

+30 Очки Жизни, +2 Сила, +1 Мастерство, +1 Ловкость, +1 Харизма, +1 Удача!

— Вайнкер - лучший дракон! — миньоны его поздравили. — Вайнкер, Вайнкер, Вайнкер!

— А где же сокровище? — Спросил Вайнкер, когда дым рассеялся и не осталось ничего, кроме пыли. — Он должен был уронить сокровище.

— Это потому, что он не умер, Ваше Величество, — сказал Человечек Виктор, поднимаясь на ноги.

— Конечно, это так. Он - нежить, он был мертв до того, как я его убил.

— Ваше Величество, во-первых, Фурибон - лич. Их души удерживаются контейнером, который, если не будет уничтожен, позволит им возродиться в течение нескольких дней.

Прежде, чем Вайнкер успел продолжить спор, прямо перед ними материализовался лич, окруженный могучей магией. — [Большая Огнестойкость], [Магическая Защита], [Каменная Защита], [Ускорение], [Большое Уклонение].

— Уже? — Виктор прищурился от этого зрелища. — Разве тебе для восстановления не нужно несколько дней?

— У меня есть особый Перк, который ускоряет процесс. Что же касается тебя, Вайнкер, то я объясню тебе, почему твой вид ... — лич уклонился от попытки Вайнкера ткнуть его в бок, отлетев в сторону. — Прекрати это нако-... — он снова уклонился от тычка. — Прекрати это! [Багровый Барьер].

Лича окружила сияющая сфера красной магии, блокируя безуспешные попытки Вайнкера ткнуть его двумя пальцами. — Король Вайнкер, я думал, что ты будешь забавной жертвой, но теперь не могу дождаться момента, чтобы сделать из твоей кожи мешок.

— Можно подумать, — ответил Вайнкер с самодовольным презрением. — У дракона нет слабости!

— Неужели? — Лич полетел, чтобы попасть в прямую зону видимости золота Вайнкера, на мостик корабля. — Это ваш клад, Король Вайнкер?

Нет... — Не смей бросать мой клад в лаву!

— Бросить это богатство в лаву? — Лич усмехнулся. — Вы принимаете меня за животное, Вайнкер Рыцареубийца? Какой же монстр расточительно бросит в магму такой с трудом добытый клад?

Ах. Ах, слава старшему змею, эта нежить была цивилизованным человеком.

— У меня есть идея получше, — сказал лич, поднимая обе руки и призывая пурпурные искры молний.

— [Превратить золото в свинец]!

Прежде чем Вайнкер успел что-то сообразить, с яркой вспышкой темной магии весь его клад превратился из прекрасного золота в неокрашенный свинец.

Долгое, мучительное мгновение Великий Змей был слишком потрясен, чтобы просчитать ситуацию, его мозг застыл внутри черепа.

…

— Босс? Король Вайнкер?

…

— Ваше Величество?

…

— О-О, я "жил" веками, и никогда не знал, что у драконов может быть такое выражение.

…

— Миньоны, поверните шар. Давайте убираться отсюда к чертовой матери.

— Но шеф—

— Уберите этот чертов шар!

…

— Ну что ж, король Вайнкер, теперь, когда я взял то, что вам дороже всего, почему бы не заключить сделку? Сейчас же верни мне Яблоко, и я поменяю твое золото на—

Взгляд Вайнкера стал кроваво-красным.

Атакуйте! Атакуйте! АТАКУЙТЕ! Мощность Огня Повышена! Предупреждение: [Берсерк]!

— РААААААААРГХ!

Вайнкер мгновенно запустил в лича гигантский огненный шар, снаряд достаточно большой, чтобы те немногие люди, которые видели нападение в прошлом, приняли его за метеорит.

— [Телепортация]. — Лич мелькнул в сторону раньше, чем его успел уничтожить огонь, снаряд ударил в край кратера, и большая его часть упала в магму.

Лич снова появился рядом, со зловещим молчанием наблюдая за разрушениями. — Оглядываясь назад, — пробормотал он себе под нос, — возможно, это было ошибкой...

Охваченный яростью берсерка, Вайнкер взорвал все вокруг огненной смертью, включая замок и лича. На этот раз Фурибон был поражен огненным шаром, который разбил его малиновый щит и отправил его в полет через одну из стен замка. Одна из башен поменьше рухнула прямо на него.

Слишком рассерженный, чтобы думать, Вайнкер продолжал стрелять по подземелью, плавя камень и взорвав другую башню. Сразу же после этого замок окружил ярко-желтый магический барьер, который защищал его от повторной бомбардировки драконом. Чудовища в магме съежились от страха.

Вайнкер яростно взревел в небо, и гора задрожала.

«Черт возьми …» — подумал Виктор, наблюдая за фейерверком с подножия горы. Наверху, в середине огненного извержения возник кратер, из него вылетали огненные шары и облака прогорклого дыма, земля дрожала.

Хотя авантюрист вовсе не был религиозен, он молился двенадцати богам, чтобы Вайнкер во время буйства не спровоцировал настоящее извержение. — Ребята…

— Шеф… — Красный и другие кобольды съежились при виде этого зрелища, прячась за холмом свинца, в который превратился клад Вайнкера.

— Я думаю, будет лучше никогда больше не упоминать об этом событии в присутствии Вайнкера. — Все зверушки разом кивнули. — В конце концов, он успокоится, но когда это случится, мы окажем нашему любимому правителю драконов полную эмоциональную поддержку и до самой смерти будем тщательно избегать слова «свинец». Это — для общего блага.

Виктор окинул взглядом беспорядок вокруг себя. Он сумел без поддержки Вайнкера совершить в пустошах полу-респектабельную аварийную посадку, и спрятал там клад. Не то, чтобы он думал, что кто-то захочет сейчас его украсть.

Может быть, им стоит подумать о том, чтобы стать авантюристами-водопроводчиками? У Марио все получилось.

— Шеф, что нам делать? — Спросил его Синий, испуганный и ищущий совета.

— Прямо сейчас … ну, у тебя же здесь семья, верно? — Синий кивнул. — Сходи к ним в гости или потренируйся в хореографии. Возьми небольшой отпуск.

— Но шеф, — запротестовал Розовый, — мы не можем бросить Мастера Вайнкера, когда ему нужна помощь!

Земля задрожала от очередного огненного взрыва. Виктор оглянулся на гору, заметив огромных монстров, бегущих от вулкана. Похоже, местные ужасы благоразумно решили к чертовой матери убраться из этого района. Один гигантский червь перелетел через край кратера, вероятно, выброшенный Вайнкером.

Как долго бушуют драконы? Дни? Или он успокоится, когда ему удастся убить Фурибона?

— Хорошо, — сказал Виктор. — Послушайте, «Мастер Вайнкер» слишком разъярен, чтобы действовать рационально, и в ближайшее время он не успокоится. Считайте это отпуском. Вы заслужили его после всех ваших хороших трудов.

Пока Кобольды и Кобоны обменивались взглядами, Виктор вдруг понял, что эти профессиональные миньоны понятия не имеют об отпуске. Они. буквально. жили только для того, чтобы служить более крупным существам, и за пределами этого жизни не понимали.

— Ладно, слушайте, миньоны, я даю вам секретное задание. Вы помните великолепное видение Вайнкера о V&V? — Одно упоминание этого имени вызывало у него симптомы рака. — Вы сказали, что местный рынок труда миньонов переполнен, а у Его Величества их нехватка. Так что приведите нам еще миньонов.

— Шеф, вы… — казалось, они вот-вот заплачут, даже нежить. — Вы нас заменяете?

— Нет, на самом деле, вы теперь уже не стажеры и даже не новые миньоны, а миньоны-лейтенанты, — сымпровизировал Виктор. — Вы будете администраторами, служащими под моим началом, но выше новых фаворитов. Элита нашей гильдии авантюристов.

— Мы … нас повысили! — Слезы быстро превратились в радость, причем Красный прямо-таки прыгал на месте. — Повысили в звании!

— Так что идите и найдите еще стажеров. — Виктор сделал драматический жест. — Но они будут под вашу ответственность, так что принимайте только самых лучших.

— Да, шеф! — Они умчались так быстро, что Виктор едва ними уследить.

По правде говоря, Виктору действительно стало нравиться водить миньонов за нос. В основном, он винил в этом Стокгольмский синдром и Вайнкера, но было приятно, что ему повинуются, а не он подчиняется.

Черт, он превращается в дракона.

Это, и после того трюка с герцогиней, Виктор был почти пойман Вайнкером в ловушку. Без покровительства дракона он больше не мог ступить в Гардмейн, иначе его казнят. Больше миньонов означало меньше людей, которые могли бы затеять с ним драку.

Оставшись один, Виктор решил посетить одну деревню поблизости, на случай, если удастся купить припасы. Он знал, что миньоны предупреждали его об этом месте, но, возможно, если будет осторожен, он справится сам.

Издалека казалось, что в городе живет меньше двухсот человек. Это была небольшая фермерская община, и Виктор узнал оливковые, цитрусовые и другие фруктовые сады, даже виноградник. В больших каменных домах могли разместиться целые семьи, они напоминали Виктору американские ранчо.

Кроме того, он заметил, что овец у них было гораздо больше, чем нужно.

Кроме этих деталей и всепроникающего запаха собак, даже если он и не мог их видеть, деревня казалась относительно нормальной. Виктор осторожно приблизился к ней, и двое местных жителей тут же подошли его поприветствовать.

Эти двое выглядели как пара деревенщин с ранчо: один мужчина лет двадцати пяти и девушка, чуть моложе самого Виктора. Оба были смуглыми, с глазами одного цвета и достаточно похожими, чтобы Виктор предположил, что они, должно быть, принадлежали к одной семье.

— Привет, путешественник, — сказал мужчина. Могучего телосложения, с гривой черных волос и грязной одеждой владельца ранчо, он выглядел прямо как из вестерна Клинта Иствуда. — Я Круассан, а это моя сестра, Шоколатин. Добро пожаловать в Мурмурин.

— Привет, красавчик, — сказала девушка, симпатичное создание с полудлинными цвета кофе волосами, и одетое, как Красная Шапочка, — ты ведь авантюрист, идущий охотиться на дракона, верно? Так ведь?

У Виктора возникло странное ощущение, что за ним наблюдает множество глаз. — Охотиться на дракона?

Круассан указал пальцем на вулкан. — Дракон только что устроил свое логово в нашей горе и пугает скот. Если бы ты мог убить его, это бы нам очень помогло.

— Нет, я торговец свинцом, — невозмутимо ответил Виктор.

— Свинцом? — Растерянно повторил Круассан.

— Свинцом. Я люблю свинец. Вы все — вампиры?

— Что? Конечно, нет! Вампиры — мерзкие, безвкусные твари! Никто их не любит! — Безвкусные … странный выбор слов. — К чему эти внезапные обвинения, незнакомец?

— Мои стажеры-Кобольды рассказывали мне о «магии плохой луны», а это — жуткая деревня посреди пустыни. Я смотрел фильмы и могу за себя постоять.

Виктор вдруг понял, что формулировка не имеет смысла, но дуэт, казалось, понял. Все более и более подозрительный, авантюрист решил использовать на них [Проницательность Монстра], так, на всякий случай.

Круассан

Оборотень (Гуманоид / Зверь)

Сильный против Луны, Зверя, Безумия и эффектов Фей.

Слабый против эффектов Серебра, Убийцы людей и Убийцы Зверей.

Старший брат Шоколатин, и оборотень; может превратиться по желанию в гигантского волка-гибрида, который становился берсерком в полнолуние. Довольно страшное зрелище, особенно если вспомнить Жеводанского оборотня. Кстати, ты сам обделался при одном упоминании о Жеводанском оборотне, а теперь трясешься, узнав, что Шоколатин приходится ему сестрой.

Шоколатин

Оборотень (Гуманоид / Зверь)

Сильный против Луны, Зверя, Безумия и эффектов Фей.

Слабый против эффектов Серебра, Убийцы людей и Убийцы Зверей.

Хорошенькая маленькая красная шапочка, враг всех бабушек во всем мире и сестра Круассана. Жрица бога-зверя Изенгрима, она выглядит милой и невинной, хотя это совсем не так. Находит вас очень аппетитным из-за вашей большой харизмы и задается вопросом, должна ли она приготовить вас в виде тушеного мяса или с перцовым соусом.

— Ах, оборотни! При плохой луне, конечно, вы были бы оборотнями.

— Подожди, ты… — Круассан замолчал, а затем повернулся к сестре. — Он один из нас?

Шоколатин произнесла несколько слов, очевидно, кастуя заклинание на Виктора. И сразу же счастливо улыбнулась. — Все в порядке, брат, он тоже монстр! Гуманоидно-Драконьего Типа!

— О, Лунный Человек, на секунду я подумала, что ты бездомный, которого никто не хватится, — в ужасе сказал Круассан. — Мы избежали ужасной ошибки. Мне очень жаль.

— Ты что, собирался меня убить?

— Только не мы, — пожал плечами Круассан. — Некоторые из сельских жителей часто скармливают незнакомцев детям Лунного Человека, и они думают, что дракон — это наказание за то, что они опоздали с нынешней жертвой. Я не одобряю этого, но мы — открытое сообщество, понимаешь? Надеюсь, ты простишь нам это недоразумение.

Ну конечно же! Виктор сразу почувствовал себя намного лучше!

— Ребята, все в порядке! — Крикнул Круассан в сторону поселения. — Он тоже монстр! Вы можете сбросить маскировку!

Виктор услышал вздох облегчения и с удивлением наблюдал, как местные жители выходят из своих домов.

Половина из них выглядела вполне по-человечески, хотя [Проницательность Монстра] сообщила ему, что большинство из них были оборотнями или перевертышами, как Доппельгангер, их другая тёмная сторона, но не так много. Виктор заметил большое семейство бледных упырей, гибрид кальмара и человека с головой, похожей на кальмар, ржавого стального голема и две дюжины других существ прямо из бестиария.

Вся деревня была населена человекоподобными монстрами.

Виктор моргнул, узнав среди них знакомую фигуру — высокую Ящерицу с песчаной чешуей, острыми клыками и длинными когтями. У гуманоидной ящерицы были короткие загнутые назад рога и заостренный хвост, но большая часть ее мощного тела скрывалась под коричнево-зеленой дорожной мантией. Как обычно, у нее был пояс, полный зелий и различных специй, а на левой стороне ее лица была татуировка черного меча ночных клинков. — Сейворюз? — Позвал ее Виктор. — Сейв, это ты?

— Вик? — Зверь сделал несколько шагов из толпы, чтобы получше его рассмотреть. Кроме того, что она немного загорела, она была точно такой же, как в его воспоминаниях, с теплыми зелеными глазами рептилии. — Привет, Вик!

— Привет, Сейв! — Виктор помахал ей рукой. Она совсем недолго была его другом во время его недолгого пребывания на посту профессионального вора, показывая ему секреты ремесла. — Давно не виделись! Что ты здесь делаешь?

— Бизнес. — Она ему подмигнула. — Мы обсуждаем с местными, как здесь устроить склад, поэтому мастера гильдии Ночных Клинков послали меня в это место.

— Мило, звучит как хороший отпуск.

— Ага, иногда полезно отдохнуть от сбора мусора. Жаль, что ты ушел от нас, Вик, ты отлично возвращал собственность.

Ах, старые соглашения об именовании. «Возвращение собственности» вместо воровства, «сбор отходов» вместо убийства и «общественный вклад» для вымогательства. Неудивительно, что Виктор покинул преступный синдикат в ту же секунду, как ему это сошло с рук.

— Кстати, Вик, почему ты не сказал мне, что ты замаскированный дракон-монстр? Я почти оскорблена, что тебе удалось от меня это скрыть.

— Это довольно недавняя перемена, — ответил Виктор. — Так, а что же это, тайное сообщество гуманоидных монстров?

— И да, и нет, мы маскируемся под людей, чтобы избежать инквизиторов и авантюристов, которые часто бродят в этом регионе, — объяснил Круассан. — Иначе они всегда пытаются нас уничтожить.

— Поэтому мы убиваем их первыми, в их сне, — прощебетала Шоколатин со сладкой, счастливой улыбкой, от которой у Виктора по спине побежали мурашки.

— У нас также есть что-то вроде школы для мимиков и других перевертышей, они учатся сливаться с безопасной, дружественной к семье средой, — сказал Круассан, а затем решительно пожал Виктору руку. — Виктор, так ты тоже? Приятно познакомиться, что ты за монстр?

— Я глава персонала дракона, — объяснил Виктор, и несколько местных присвистнули.

— Этого дракона? — Круассан взглянул на вулкан.

— Да. Мы приехали, чтобы захватить замок, но нынешний владелец подшутил над моим «хозяином», и он не очень хорошо это воспринял.

— Владелец? Фурибон? Даже без плоти, он — тот еще огромный член. — Виктор не смог удержаться от смеха над глупой шуткой Круассана. Тон оборотня подразумевал, что это не первый раз, когда лич причиняет им неприятности. — Я слышал, что он был настолько раздражающим, что, до тго, как он превратился в лича, фомор превратил его в пещерного тролля. Он нас не трогает, так что мы тоже его не беспокоим, но он очень открыт для нас, поставляя авантюристов, пытающихся бросить ему вызов.

(прим.переводчика: Фомо́ры — мифические существа, представляющие в ирландской мифологии демонические, тёмные силы хаоса)

— Я думаю, ему скучно и одиноко в своем замке, — заговорщицки сказала Шоколатин.

— Значит, Вик, то, что я слышала, правда? — спросила Сейворюз. — Ты скормил дракону Герцогиню Эвскальскую?

— Да ты что? — У Шоколатин засияли глаза.

— Я… — ну… формально он заставил Вайнкера охотиться вместо Кракена на палачей, что косвенно привело к катастрофе. — Можно и так сказать.…

Круассан нахмурился. — Это немного чересчур, не так ли?

— Я не понимаю, Вик, ты нас бросил или нет? — спросила Сейворюз. — Потому что скармливать дворянина дракону — это для меня просто Ночной Кошмар.

— Думаю, моя нынешняя работа не сильно отличается от прежней, — признался Виктор.

— В любом случае, — вмешался Круассан. — Мы рады приветствовать тебя в нашем сообществе. Как долго ты здесь пробудешь?

— Не знаю, пока здесь остается дракон. А может, и дольше. — Если Вайнкер действительно убьет Фурибона и сможет получить обещанную награду, то они могут поселиться в этом районе. — К чему этот вопрос?

— Э-э, это маленькое сообщество, и они хотят, чтобы больше людей избегали инбридинга, — ответила Сейворюз. — Для новичков у них хорошая политика открытых дверей. Разве не так, Круассан?

— Да, мы тоже поселились недавно. Мы жили в Лесах Жеводана, в Гардмейне. Ах, времена были хорошие. Лучшие охотничьи угодья, которые у нас когда-либо были вокруг, так много еды.

Лес из…

— Но это было до того, как какой-то тупой человек и их любимый красный дракон сожгли его дотла во время охоты на трол—

Круассан замолчал на полуслове и подозрительно уставился на Виктора.

Ой-ой.

Этот мир отстой!

Местные жители при слабом лунном свете тяжелыми цепями приковали Виктора к оливковому дереву. Около двадцати оборотней собрались, чтобы наблюдать за жертвоприношением, в то время как похожий на кальмара гуманоид проводил церемонию и читал заклинания, держа в руках скипетр. Виктор предположил, что поклонники Лунного Человека были относительным меньшинством в общине.

К сожалению, большинство отнеслось к Виктору молчаливо.

— Брат, это разумно? — Спросила Шоколатин своего брата, одного из немногих, кто возражал против поимки авантюриста. — Он глава персонала дракона, и он уже сердится.…

— Он сжег наш предыдущий дом, сестренка, — заметил Круассан. В отличие от сестры, он превратился в чудовищного черного волка размером с автомобиль и смотрел на Виктора с кипящей ненавистью.

— Да, именно поэтому я не хочу, чтобы он сжег наш нынешний.

— Я уверена, что Виктор просто выполнял приказы, — попыталась возразить Сейворюз сектантам, хотя это была не та страстная защита, на которую рассчитывал Виктор.— Не вини последователя, вини лидера.

Круассан усмехнулся в ответ. — После того, как дракон опустошил наш дом, я спросил в гильдии авантюристов, и они подтвердили, что дракона вел «человек-партнер».

— Но ведь Вайнкер сам сжег лес! — Запротестовал Виктор.

— Но ты все-таки привел его туда! — Огрызнулся в ответ Круассан.

— Он сжег мой дом! — пожаловался еще один оборотень в толпе.

— Я видел, как умирал весь мой скот!

Сейворюз сочувственно посмотрела на Виктора. — Мне очень жаль, Вик. Я пыталась. Я бы боролась, чтобы освободить тебя, если бы моя жизнь не была в опасности.

Виктор пожал плечами. Это было больше, чем он ожидал.

Жрец Лунного Человека закончил заклинание, и с небес спустился луч света. С яркой вспышкой, перед Виктором проявилось ужасное оскорбление природы, размером с автобус гибрид дракона и кальмара, без глаз и только с извивающимися щупальцами. Его бесчисленные щупальца метались вокруг, отбрасывая прочь некоторых культистов-оборотней.

От одного вида этого существа у Виктора начала болеть голова.

Проверка харизмы прошла успешно! Отрицание [Безумие]!

Судя по голосу, существо было не более счастливо находиться здесь, чем сам Виктор. — Опять ты! — Завизжало оно пронзительным нечеловеческим голосом. — Почему ты не остановишься?

— Великий Лунный Зверь! — Позвал главный жрец, остальные культисты склонились перед существом. Только Круассан, Шоколатин и Сейворюз остались на месте. — Твоя гнилая слава делает нам честь! Пожалуйста, прими эту жертву во искупление!

Чудовище не испытывало благодарности. Вообще. — Я не понимаю движений твоего мягкого языка, мешок с кожей, но клянусь Лунным Человеком, однажды я потеряю самообладание и буду капать свои псевдоподии в дыру, которую ты используешь для вывода экскрементов.

— Ммм… сэр — сказал Виктор существу. — Я хотел бы сказать, что не имею к этому никакого отношения.

Титан замер. — Ты говоришь по-р’льехски, мешок с кожей?

«Р’льехский?» — Виктор решил, что его Перк перевел слова на родной язык существа. — Ну да, я прекрасно тебя понимаю. Авантюрист моргнул. — «А они что, не могут?»

— Он может понять Лунного Зверя, не сходя с ума? — Жрец-кальмар повернулся к Круассану, который в замешательстве пожал плечами.

Виктор догадался, что им не хватает Перка, необходимого для беседы с межзвездной мерзостью. — Поскольку ты тоже можешь меня понять, — сказал человек существу. — Словами не передать, насколько я неаппетитен.

— Зачем мне тебя есть? У тебя даже псевдоподий нет. Э-э-э… твои подвижные гаметы вызывают у меня отвращение… твое лицо ужасно, и ты похож на раковую опухоль с этими большими, выпуклыми, отвратительными … глазами…

Как он вообще узнал, что у Виктора есть глаза, если у него самого их нет? — Да, иметь глаза — это ужасно, почти так же, как быть привязанным к дереву под угрозой смерти.

— Я скажу тебе, что ужасно, гаметное создание. Ты занимаешься своими делами, наслаждаешься отдыхом, прежде чем звезды встанут на свои места и ты вернешься к работе, и ты, — мерзость подняла два щупальца, — так близко к тому, чтобы съесть этого вкусного телепатического паука. Затем, без предупреждения, кто-то телепортирует тебя прямо в тот момент, когда у тебя в усиках есть еда, а затем бросает в вас кричащего человеческого щенка. И они это делают. Каждую. Одну. Луну! Ну как тут немного расслабиться?

Когда смотришь на вещи таким образом … это объясняет, почему щупальца всегда разрушают мир, когда их вызывают.

— Да, но… — Виктор замолчал, глядя на культистов и Круассана в частности, которые не могли понять даже половину разговора Лунного Зверя. — Почему на меня, а не на них?

Существо вздохнуло. — Лунный Человек … рассеян, поэтому мы должны позаботиться о его культах. У него их уже так мало, а этот хоть и глуп, но набожен. Хотя мне бы хотелось, чтобы они перестали все время меня вызывать. Я не знаю, откуда они взяли идею, что Лунному Человеку нужны живые жертвы, но эта идея распространилась повсюду.

— Я думаю, они это делают, потому что, в отличие от меня, не понимают, что ты говоришь, — ответил Виктор. — Я могу разъяснить им твои потребности и заставить их остановиться.

— Ты можешь это остановить? — Щупальца титана шевельнулись и издали звук, который прозвучал грязно. — О да! Да!

— Но сначала ты должен пощадить и освободить меня.

— Да, да, все, что потребуется. — Щупальца титана рванулись к цепям, и разорвали их без малейшего усилия. Виктор отошел от дерева, наслаждаясь вновь обретенной свободой, к большому удивлению культистов и разочарованию Круассана.

Никто не был больше, чем главный жрец. — Он … пришелец был избран Лунным Зверем в качестве своего рупора!

— Он говорит… — Виктор замолчал и хмуро посмотрел на Лунного Зверя. — На самом деле, как тебя зовут?

—Тул-Гатар, гаметный кожаный мешок.

— Тул-Гатар говорит, что лунные жертвоприношения не нужны, чтобы показать преданность его прародителю.

Сектанты обменивались шепотом. — Тогда как же мы можем служить Лунному Человеку? — спросил главный жрец.

—Они спрашивают, чем заменить жертвоприношения, — перевел Виктор.

— Скажи им, что в каждое полнолуние они должны ходить до тех пор, пока не свалятся от истощения, а потом есть свои собственные фекалии.

— Серьезно?

— Нет, но это было бы забавно, — ответил Лунный Зверь. — Скажи им, чтобы они молились Лунному Человеку о прозрении, а затем каждое полнолуние устраивали при лунном свете тихую личную оргию; наркотики поощряются, но не являются необходимыми. Прикажи им прекратить призывать меня, так как у меня есть другие культы, которыми я должен руководить.

— Тул-Гатар говорит, что вы должны молить Лунного Человека о прозрении, тогда как… — культ слушал его с религиозным, восторженным вниманием, отчего Виктор чувствовал себя неловко. — Каждое полнолуние устраивать наркотическую оргию.

— И больше никакого кровосмешения, — уточнил лунный зверь. — Очень важно, чтобы культы отца оставались здоровыми и плодородными. Мы когда-то давно разрешили инбридинг, и из-за этого сегодня культы продолжают вымирать.

— Тул-Гатар категорически запрещает кровосмешение, это является оскорблением Лунного Человека.

— Даже двоюродным? — спросил священник.

— А двоюродным можно? — Виктор передал сообщение.

Лунный зверь колебался добрую минуту, затем ответил. — Двоюродные запрещены, но родня со стороны мужа/жены допускается.

— Двоюродные запрещены, но поскольку кровь — единственный барьер для любви, ты можешь лечь со своими родственниками со стороны мужа/жены. Наконец, ваши неоднократные призывы мешают Тул-Гатару вести другие цивилизации к славе. Он говорит, что вы достигли достаточного просветления, чтобы управлять собой.

Сектанты заговорили все сразу.

— Да, да, врожденные гаметные люди, — пренебрежительно ответил Тул-Гатар, его паства не могла его понять. — Мы закончили?

— Да, я думаю, отныне они будут вести себя прилично.

— Тогда спасибо тебе, кожаный мешок. Дай мне свою руку, чтобы я мог вознаградить тебя за то, что ты дал мне покой.

Лунный Зверь коснулся щупальцем левой руки Виктора, и от влажного прикосновения по его спине пробежали мурашки. На его коже появился сияющий белый знак полной луны, символ Лунного Человека.

Поздравляю! Вы получили благословение от звездного порождения Лунного Человека! Вы заработали Личный Перк [Избранный Лунным Человеком]!

[Избранный Лунным Человеком]: когда вы повышаете уровень, у вас появляется дополнительный 10-процентный шанс получить очко Харизмы. Вы приобретаете иммунитет к Безумию и Лунным эффектам, если только они не вызваны Лунным Человеком и его слугами.

Приятно! Наконец, ситуация в этот раз обернулась в его пользу!

— Скажи мне, гаметное животное, тебе нужна работа? — предложил Лунный Зверь. — Ты можешь стать хорошим рупором для обращения к стаду Лунного Человека, а я как раз искал главу персонала, чтобы возглавить своих миньонов.

Глава персонала? Опять то же самое. — Я уже занят, сэр.

— Занят? — Существо что-то промурлыкало Виктору. — Запах дракона? Ты служишь дракону?

— К сожалению, да.

— Послушай, углеродные млекопитающие, драконы — это престижно, но они недоплачивают своим миньонам. — Можно подумать, что он этого не знает. — Если ты будешь служить мне, то к следующей луне будешь купаться в жемчугах и ракушках. Как мой глава персонала, ты также будешь иметь неограниченные привилегии размножения, включая игнорирование ограничений на инцест. Ты можешь сохранить свои усики в своей семье.

Это было официально, существо официально пыталось его подкупить. Виктор обдумал предложение, идея управления культом плодородия его привлекала.

Но учитывая, как отреагировал Вайнкер, когда подумал, что Виктор бросил его ради виверны, и что он какое-то время будет раздражен… — Я очень польщен, — сказал Виктор. — Но мой дракон очень опасается, что я оставлю его, поэтому я не искушаю его гнев. А еще мне нравятся другие миньоны.

— Не хорони предложение, — ответил лунный зверь. — Если передумаешь, навести меня на луне.

— Но спасибо, я польщен вашим предложением, — вежливо сказал Виктор, на случай, если существо могло затаить обиду. Он повернулся к сектантам.—- И еще… что мне с ними делать?

— Трахни их. — Лунный Зверь исчез в очередной вспышке света, явно торопясь покинуть это место.

Поздравляю! За то, что вы не поддались искушению обмануть своего повелителя драконов с Лунным Зверем, доказав свою верность, и за то, что служили мостом между повелителями монстров и их стадом, вы заработали два уровня в Классе [Оруженосец Монстра]!

+60 Очки Жизни, +10 Специальные Очки, +1 Мастерство, +1 Ловкость, +1 Интеллект, +1 Харизма, +1 Удача!

Вы заработали Классовый Перк [Сплотить Миньонов]!

[Сплотить Миньонов]: произнося сильное авторитетное заявление, такое как ”умри для них или умри за меня», вы можете на короткое время увеличить все характеристики ваших миньонов.

— Отличная работа, — похвалила Виктора Сейворюз. — я не поняла и половины из того, что там говорилось, но ты справился с этим, как чемпион.

Виктор пожал плечами. У него было такое чувство, что он сделал все, что мог.…

Подождите.

Стоп, стоп! Виктор не спросил существо, может ли оно отправить его обратно на Землю!

— Думаю, мне придется съесть его самому, — сказал Круассан, показывая клыки, но жрец Лунного Человека своим скипетром преградил ему путь.

— Ты и клыка не положишь на пророка нашего бога, Круассан! — Священник снова повернулся к Виктору. — Пожалуйста, избранный Виктор, каким было последнее откровение? Что вы собираетесь с нами делать?

— не злоупотребляй своей властью, Виктор. Не злоупотребляй своей властью, не злоупотребляй властью.

Злоупотреблю властью. — Тул-Гатар попросил меня—

Но прежде, чем Виктор успел высказать свое неразумное требование, сопровождаемая знакомым звуком, лунный свет заслонила мощная тень.

— Миньон!

Все задрожали, когда Вайнкер с громким треском, сдувая пыль, приземлился на поле. — Миньон! Вот ты где! Перестань мечтать и скажи мне, где мой клад! Он в безопасности? Он вылечен?

Виктор вздохнул, его отпуск был очень коротким. Он уже жалел, что не принял предложение Лунного Зверя. — Я положил его туда, куда вы хотели, Ваше Величество, но нет, он не вылечен.

— Как я и боялся, — возмутился Вайнкер, его золотистые глаза остановились на собравшихся селянах, и огонь в его взгляде заставил их отступить. — Кто они, новые миньоны?

— Это выжившие из Лесов Геводана, которые Ваше Величество сожгли.

— Да, это так. — Надо отдать ему должное, Круассану хватило мужества противостоять Вайнкеру. — Ты сжег наш дом.

— Тогда ты сейчас же извинишься передо мной, волчонок.

Круассан в ужасе уставился на дракона. — Почему мы должны извиняться перед тобой?

— Если бы вы не выжили, я бы приобрел еще больше сокровищ, — ответил Вайнкер. — Значит, ваше выживание стоило мне. Вы все извинитесь, став моими новыми миньонами. Теперь, есть большая награда за то, что я сделаю, как я хочу. А именно — жизнь. Любой другой дракон съел бы вас всех за ваше греховное преступление и никогда не взял бы на службу оборотней, но я прощаю, так как милостив.

У Виктора были ужасные воспоминания о формулировке, которую он считал виновной в Пост-Стрессовом Расстройстве Вайнкера.

Чем больше Круассан слушал, тем более недоверчивым он выглядел. — Ты не можешь ожидать—

— Я — дракон. Дракон, который никогда раньше не ел волка, а ты начинаешь походить на еду. Миньон Виктор, этот волк — еда?

— Это зависит от обстоятельств, — Виктор посмотрел Круассану прямо в глаза. — Ты драконья еда, Круассан?

Волк посмотрел на Виктора, потом на Вейнкера, сообразил, что он в двадцать раз меньше, и снова уставился на Виктора. — Я начинаю понимать, что оправдание «просто следование приказам” может быть обоснованным, —проворчал он.

— Ты чертовски прав, — ответил Виктор, слишком счастливый, чтобы ткнуть этим волка в морду.

Круассан посмотрел на остальных жителей деревни, но ни один из них не пожелал занять его позицию. А затем, доказав, что он гораздо умнее любого дворянина в Гардмейне, он решил сократить свои потери, и, взглянув на сестру, сказал. — Я прошу прощения у вас обоих — сказал оборотень, выдавливая из себя каждое слово. — Только не ешь нас.

— Нет, если только у вас не кончатся овцы, — ответил Вайнкер, и жители деревни переглянулись. Дракон потерял интерес к волчьей стае, повернувшись к Виктору. — Миньон, я должен стать волшебником.

— Волшебником, Ваше Величество?

— Лич не остается мертвым, когда я его убиваю, и теперь, как трус, прячется в своем замке. Ты сказал, что он прячет свою душу в предмете, который делает его бессмертным.

— Да, его талисман, вероятно, спрятан в замке. — Виктор начал понимать ход мыслей дракона.

— Я не могу ни разрушить защищающий его магический барьер, ни вылечить мой клад, поэтому, чтобы это сделать, я должен стать волшебником — объяснил Вайнкер. — Мы должны уничтожить великое зло, которым является Фурибон, Миньон Виктор. Дело уже не в богатстве, миньон. Это касается всех драконов, всех сокровищ, настоящих и будущих. Фурибон — самая большая угроза драконьему образу жизни со времен Золотоядных Насекомых.

— Есть насекомые, которые едят золото? — Спросил Виктор, удивляясь, как это вообще работает.

— Были, — зловеще ответил Вайнкер. — Я был слишком самоуверен, полагая, что быть авантюристом — значит увеличивать размер своих сокровищ. Теперь я понимаю, что был слеп к опасности впереди. Существуют угрозы для всех сокровищ, спрятанных в самых темных уголках мира, и я должен их уничтожить.

Виктор ничего не ответил, пораженный страстной речью Вайнкера.

— Фурибон — воплощение зла, жестокое, бессердечное чудовище, которое наслаждается тем, что берет все, что приносит миру ценность, и превращает его в лидера. А если он распространит это заклинание за пределы замка? Представляешь себе мир без золота? — Вайнкер сделал короткую риторическую паузу. — Ты не можешь, человечек, и я тоже! Потому что, только такой извращенный монстр, как Фурибон, мог себе это представить! Он — зло, и его нужно остановить. Так что мы сломаем магический барьер, очистим это подземелье и уничтожим лича навсегда. Даже если на это уйдет тысяча лет!

Все они были обречены.

Вайнкер начал себя вести, как настоящий авантюрист.

Сидя среди фруктового сада и загона, который он освободил от овец, Вайнкер смотрел на вулкан Мурмурен, темный и дымящийся даже при ярком солнечном свете.

Что за зверство глубоко в своей темнице замышлял лич? Сколько времени пройдет, прежде чем он распространит знание об этом темном, ужасающем заклинании во внешний мир? При этой мысли Вайнкера охватила ярость.

Несмотря на то, что он слышал приближение Человечка Виктора и новых миньонов оборотней, Вайнкер даже не потрудился взглянуть на него, полностью сосредоточившись на горе. — Ваше Величество? — позал миньон Виктор. — Ваше Величество, с вами все в порядке?

— А где Кобольды? — Спросил Вайнкер.

— Я послал их набрать новых миньонов.

Хорошо. Больше корма, чтобы бросить в лича. — Миньон Виктор, теперь ты мой военный советник, — сказал ему Вайнкер. — Я бы произвел тебя в генералы, но командование этой операцией слишком важно, чтобы его делегировать. Я сам буду наблюдать за войной против Фурибона.

— Война, Ваше Величество?

— Да, миньон, война. Это война против врага, готового перейти любую черту порочности. Итак, ты соберешь всю информацию об этом подземелье, каждую ловушку и каждого защитника, каждый способ сломать этот магический барьер, каждый способ вернуть мой клад в нормальное состояние, а затем ты дашь мне стратегии для проверки. Ты также будешь искать для меня способы стать волшебником сильнее Фурибона, который является злом и должен быть уничтожен.

— Драконы могут быть волшебниками? — Спросил Круассан.

— Драконы могут быть кем угодно, — пояснил Вайнкер.

— Я не могу поверить, что говорю это… — Человечек Виктор заколебался. — Но выбор Вашим Величеством вашего уровня в классе [Волшебник] будет весьма не оптимальным. Не говоря уже о том, что вам потребуется, по меньшей мере, пятьдесят лет учебы, чтобы приблизиться к уровню Фурибона.

— Пятьдесят лет для меня — это продолжительность сна, — пояснил Вайнкер, твердо решив осуществить свой выбор. — Я говорил тебе, миньон, что уничтожу этого лича, даже если на это уйдут столетия.

— Да, но не проще ли было бы просто нанять профессионального волшебника? Я уже спросил Сейворюз о ее контактах, и, таким образом, я проживу достаточно долго, чтобы увидеть поражение лича.

— Твой союзник Ящерица может быть полезен и достаточно похож на рептилию, чтобы доставить мне удовольствие, — согласился Вайнкер, довольный тем, что миньон разделяет его решение. — Но я чувствую, что она служит другому повелителю монстров, и я не буду полагаться на чужого миньона, чтобы выиграть эту битву.

— Вы помните ее имя? — Миньон казался потрясенным. — Святой … Ваше Величество не в порядке.

— Дракон не может быть беден, Человечек Виктор, — сказал Вайнкер своему главе персонала. — Мое золото больное, и я тоже. Только золото и месть Фурибону, который является злом и должен быть уничтожен, могут меня вылечить.

— Технически, сэр, только ваше золото «больное», серебро, драгоценности и магические предметы в порядке. Таким образом, клад не полностью исчез, большая часть ваших активов просто… заморожена.

— В сокровищнице дракона должно быть золото! — Сердито ответил Вайнкер. — Иначе она недостаточно блестит!

Отсутствие сокровищ, которыми стоило бы хвастаться, было для Вайнкера судьбой хуже смерти, и он отказывался это терпеть.

— Я просто… вы так напряженно и серьезно говорите об этом, Ваше Величество, что это немного меня пугает.

— Фурибон забрал все, что было мне дорого! — Разглагольствовал Вайнкер, и от силы его грохочущих слов Виктор упал на задницу. — Я — величайшее бедствие этого века! Я — высшее существо! Никто не может смеяться надо мной и жить! Моя репутация будет разрушена, если распространится слух о его жестокости! Так что, если я не смогу взорвать его крепость, как подобает дракону, то сделаю все, чтобы его уничтожить!

Фурибон заставил Вайнкера почувствовать себя нищим, и за это он должен был умереть. Или стать еще мертвее.

Вайнкер также хотел узнать, как разрушить проклятие свинца, на случай, если после того, как он уничтожит нынешнего, восстанет другой Фурибон.

— Ваше Величество, я думал об этой проблеме, и если позволите, я думаю, что есть более простое решение, чем долгие годы работы над тем, чтобы стать волшебником. — Человечек Виктор встал. — Есть класс заклинателей, называемый [Охотник на Ведьм], который специализируется на убийстве заклинателей и демонопоклонников, и они изучают заклинания, очень эффективные против обоих. С достаточным количеством уровней в нем и очков харизмы, вы сможете преодолеть барьер.

Хотя Вайнкер упорно пытался прикрыть свой тыл магией, идея класса, посвященного уничтожению рода Фурибона, привлекла его. — Какое отношение имеет моя природная харизма к уничтожению барьера?

— Сила Перков Класса [Охотник на Ведьм] основана на Харизме, и из того, что я узнал, у драконов ее много. Должно быть, это шарм чешуи.

Вайнкеру вдруг пришло в голову, что его никогда не интересовало, что делают эти очки. Он перестал смотреть на гору, сосредоточившись на Викторе.

Как и ожидалось от начальника штаба, Миньон Виктор объяснил, не задавая вопросов Вайнкеру. — Очки здоровья представляют вашу жизненную силу, здоровье и долголетие. Чем их больше, тем дольше вы живете и тем медленнее стареете. Специальные Очки усиливают магические способности. Сила есть сила, жизненная сила увеличивает вашу конституцию и выносливость. Мастерство управляет вашим проворством и сноровкой. Ловкость представляет собой скорость и рефлексы. Интеллект есть интеллект. Харизма влияет на силу воли и обаяние. Чем больше ее у вас, тем больше ты трахаешься. Наконец, чем больше Удача, тем больше вам везет.

— Значит, чем выше харизма, тем больше у меня силы воли?

— Она также улучшает использование определенных заклинаний и способностей. Поскольку она представляет силу воли, те, кто имеет Класс [Охотники на ведьм], могут использовать свою Харизму, чтобы рассеять магию или пролить святой суд на своих врагов.

Вайнкер проверил свою текущую статистику. — Меню.

Вайнкер Рыцареубийца

Уровень: 14 (Благородный 8 / Гладиатор 6)

Тип: Дракон.

Группа: V&V.

Очки Здоровья 5,615

Специальные Очки 1320

Сила 109

Жизнеспособность 89

Мастерство 20

Ловкость 47

Интеллект 14

Харизма 79

Удача 48

Личные Перки

Дыхание Драконий Огонь, Невосприимчивость к Огню, Жизненная Сила Красного Дракона, Высокомерие Дракона, Чешуя Дракона, Супер Чувства, Радар Принцессы-Девственницы, Малое Сопротивление Яду, Мертвый Друг, Насмешка

Классовые Перки

Старые Деньги, Снобизм, Благородная Обязанность, Аристорадар, Суперкрит, Фаворит Толпы

— Моя харизма — семьдесят девять, Миньон.

— Семьдесят девять? — Круассан чуть не подавился.

Так же поступил и Человечек Виктор. — Это в три раза больше, чем у меня!

— Да, да, миньоны, все меня любят, — пренебрежительно ответил Вайнкер. — Тогда этого должно быть более чем достаточно, чтобы сломать барьер.

— Ну, чтобы получить класс, вы должны сжечь мистического заклинателя, такого как ведьма или другой лич. Демоны тоже работают.

— У меня вся горящая часть охвачена, — ответил Вайнкер. — Приведи мне ведьму. Любую ведьма. Недостаточно того, что я уничтожу Фурибона, который является чистым злом и должен быть уничтожен. Все, что похоже на эту проклятую тварь, сгорит в огне моего гнева!

— Furibon Delenda Est — Миньон Виктор говорил на иностранном языке, как будто это делало его более умным. — Но у нас не так много личей или заклинателей.

— Это неправда, у нас есть Дриада Друи … — Круассан положил руку на рот сладкой Шоколатин, прежде чем она успела закончить.

— Судя по тому, что вы мне рассказывали, человечки, в классе легко пройти уровни до двадцатого, — сказал Вайнкер, сразу же составляя план. — Я пробудил гордый [Благородный] класс, просто узнав, что я могу брать уровни. Получение доступа к Классу [Охотник на Ведьм] должно быть быстрым, даже без ведьмы, которую надо сжечь.

Миньон Виктор на мгновение замолчал, а потом состроил гримасу и спросил: — Ваше Величество, какова ваша характеристика интеллекта?

— Четырнадцать, а начал с девяти! — Гордо сказал Вайнкер, полагая, что Человечек начал с единицы.

— Я просто боюсь того, чего Ваше Величество достигнет с большим количеством очков.

— О, у меня есть отличная идея! — Сказала Шоколатин с радостной улыбкой, оттолкнув руку брата. — Почему бы не вызывать демонов в качестве манекенов для практики?

— Призывать демонов? — Виктор в ужасе к ней повернулся.

— Да! Поскольку поблизости нет ведьмы, мы просто вызовем демонов! Демонических ведьм, и вы убьете их, а мы соберем части тела.

— Шоколатин, я уже сказал тебе, что нет, — сказал Круассан своей сестре. — Мы не приносим в жертву овец, чтобы вызвать демонов и затем их убить. Это слишком опасно, даже если мы призовем только малых демонов.

— Но так мы получили бы больше мяса! А Роло сказал, что ему нужны удобрения для ферм.…

Вайнкер слушал внимательно, чуя удобный случай. — Миньон Виктор, могу ли я из этого получить уровни в Классе [Охотник на Ведьм]?

— Да, вы можете получить уровни [Охотника на Ведьм], сжигая демонов или людей, одержимых демонами, — сказал Виктор, почесывая в смущении затылок. — Хотя, учитывая то, откуда они взялись, можно подумать, что у них есть какое-то сопротивление огню.

— К твоему ничтожному огню — может быть, но не к моему драконьему огню! — Похвастался Вайнкер.

— Некоторые из них невосприимчивы к огню, но мы можем призвать тех, у кого его нет, — сказала Шоколатин.

— Да, но… вызывать демонов, чтобы убить? — Проворчал Виктор, слишком пессимистичный, чтобы увидеть золотую возможность. — Не знаю, это похоже на пранкера, в шутку вызывающего Ад. Но ведь это не может иметь неприятных последствий, верно?

— Миньон Виктор, как ты можешь не видеть потенциал? — Вайнкер отчитал своего лакея. — Таким образом, мы оба сможем получить быстрые уровни, миньон. Я убиваю демонов, потом ты оживляешь их, как нежить, а потом я убиваю их снова. Это удвоит мой опыт, и я получу оба раза сокровище!

— Ваше Величество хочет, чтобы я превратил демонов в нежить, чтобы он мог убивать их снова и снова?

— Кроме того, когда это возможно, и в случае, если ты сможешь их изучить, ты также позволишь демонам использовать на себе их Перки.

Миньон Виктор побледнел. — Я бы предпочел этого не делать.—

—Это отличная идея! — Круассан похвалил выбор Вайнкера, а Человечек Виктор послал ему свирепый взгляд. Вервольф ответил ухмылкой.

— Все в порядке, Виктор, я смогу вылечить тебя, — сказала Шоколатин с веселой улыбкой. — Если ты не умер, я накладываю заклинание, и ты снова в порядке!

— Твой Бог вообще согласен с этим планом? — Спросил Виктор у Шоколатин. — Я думал, что Изенгрим — одно из самых прекрасных божеств.

— Ну конечно же! Заповедь Седьмая: ты должен уважать охоту. Охотиться, чтобы прокормить или проредить стадо, но никогда не ради выгоды или удовольствия, и никогда до полного вымирания. Кроме демонов и нежити. На демонов и нежить можно охотиться ради удовольствия, ради наживы, а также ради истребления.

— Что касается божественных деклараций, то они довольно прямолинейны.

— Миньон, хотя я никогда этого не чувствовал, я понимаю, что боль тяжела для твоего рода, — успокоил своего лакея Вайнкер, — но это война. Война требует жертв, пота и слез. Ради моего сокровища ты не можешь потерпеть неудачу, и поэтому ты сделаешь все возможное, чтобы стать лучшим главой персонала, каким только можешь быть.

Миньон Виктор ничего не сказал, он опустил глаза, потом снова поднял их. Вайнкер заметил перемену в его взгляде, блеск, которого раньше не было.

Искра драконьей жадности.

— Хорошо, Ваше Величество, но могу я вас кое о чем попросить? Могу ли я сохранить нежить, вместо того, чтобы вы снова ее уничтожили? Я не уверен, что вы приобретете опыт, а я мог бы использовать их в качестве миньонов.

— О, а потом вы всегда сможете продать их мне, — подхватил Вайнкер. — Хорошая мысль, миньон.

— Вот это другое дело, — зловещим тоном произнес Миньон Виктор.

И вот, впервые в своей бессмертной жизни, Вайнкер начал серьезно тренироваться.

Используя нож, Шоколатин принесла в жертву ягненка, а затем нарисовала круг крови за пределами деревни. Она начала читать заклинания, круг ярко засиял нечестивым светом. — [Вызов Малого Демона!]

Когда она закончила свою молитву, внутри круга появилось существо — козел размером с человека, с крыльями и вилами в руках. — Служба Поддержки Ведьмы Ада, что я могу для вас сделать? Продать душу за магическую силу или за что-то другое… — Демон замолчал, глядя на Вайнкера. — Что за—

Вайнкер легонько выстрелил в него огненным шаром.

Взрыв разорвал дьявола пополам, останки отлетели на несколько метров в сторону; а принесенная в жертву овца полностью испарилась.

Ах, он зря потратил еду! Вайнкер решил в следующий раз дышать полегче, поскольку демоны выглядели очень хрупкими.

Поздравляю! Благодаря вашей чистой ненависти к заклинателю, сжиганию грязного дьявола на кольях и вашей склонности решать все проблемы огнем, вы заработали уровень в классе [Охотник на Ведьм]!

+30 Очки Жизни, +10 Специальные Очки, +1 ЖизнестойкостьT, +1 Ловкость, +1 И нтеллект, +1 Харизма, +1 Удача!

Вы заработали Классовый Перк [Очистка Заклинаний]!

[Очистка Заклинаний]: Используя одно Специальное Очко в секунду, вы можете излучать поле антимагической энергии, которое автоматически отменяет в его диапазоне любое заклинание, включая ваше. Чтобы отменить его, ваша Харизма должна быть выше, чем эффективный уровень заклинания (Уровень Заклинания + Основное Значение Стата Заклинателя во время заклинания). Вы можете по желанию активировать и деактивировать Заклинание Очистки.

Настроение Вайнкера улучшилось, когда на том месте, где пал демон, появились два сокровища. Перки [Любимец Толпы] и [Старые Деньги], естественно, были активированы!

Такими темпами он мог бы восстановить свои запасы в течение месяца.

— За это я попаду в ад… — сказал Виктор, складывая вместе обе половинки дьявола и поднимая его, как бездушного зомби. — Но оно того стоит.

Вайнкер вдруг понял, что они забыли сначала обучить его миньона. — Человечек Виктор, в следующий раз ты встанешь в центре круга. Не забудь сначала дать им воспользоваться своими способностями, а потом убраться с дороги, чтобы я мог их сжечь. Шоколатин, принеси еще одну овцу.

— Не могли бы вы в следующий раз оставить побольше мяса, Ваше Величество? — Спросила Шоколатин, разочарованная результатом эксперимента. — Я хочу приготовить сердце демона с фасолью.

— Подожди, подожди, не убивай меня, не убивай ме—

Вайнкер ткнул своего сотого демона, чудовищную крысу размером с человеческого детеныша, раздавив ее когтями о землю. Подобно насекомому, существо умерло, не издав ни звука.

Ничего. Ни уровня, ни сокровищ.

Разочарованно зарычав, Вайнкер швырнул труп на кучу демонов, которых еще предстояло превратить в нежить. — У меня больше нет овец, Ваше Величество, — сообщила ему Шоколатин, стоявшая рядом со второй, большей кучей убитого скота. — Мы перейдем к свиньям или к детям?

— Нет, — ответил Вайнкер, смертельно скучая. Даже его глава персонала попросил перерыв после восьмидесятого, и дракон начал понимать почему. Он больше не мог выносить скуку этого процесса.

Шлифовка уровней была совсем не веселой.

Словно прочитав мысли хозяина, к ним присоединился Человечек Виктор с бумагами под мышкой. — Ваше Величество закончили издеваться над Сатаной?

— Миньон, я не могу получить одиннадцатый уровень [Охотника на Ведьм]! — Жаловался Вайнкер, пока Шоколатин уходила, чтобы скормить несколько трупов демонов оставшемуся скоту. — Система не работает?

— Ваше Величество, я уже говорил вам, чем выше ваш уровень, тем больше нужно получить опыта для нового. Повторять одно и то же действие снова и снова, убивая более слабых противников, хорошо до двадцатого уровня, но после этого система поощряет сражающихся противников, которые могут дать отпор.

— Итак, я застрял на десятом уровне в [Охотнике на Ведьм], пока не уничтожу Фурибона, который является злом и должен быть уничтожен.

— В значительной степени. — Его классовый менеджер прочитал документы по продвижению по классу, которые однажды дал ему Человечек Генри. — Хорошо, давайте посмотрим на ваши новые Перки… [Очистка Заклинаний] … [Сжигание Ведьм], ваши огненные атаки обходят магическое сопротивление и наносят дополнительный священный урон, поэтому ваше дыхание должно быть вдвойне эффективным против нежити, такой как Фурибон. [Малое Сопротивление Магии], что означает, что вы можете отмахнуться от более слабых заклинаний. [Экзорцизм I] позволяет вам изучать и применять экзорцизмы уровня I, а [Решимость Охотника] дает вам бонус против попыток контролировать разум.

— Перк Экзорцизма ничего не дает, — пожаловался Вайнкер.

— Заклинания или подобные им эффекты организованы в уровни силы, от одного до десяти. Однако, вы не получаете к ним доступ автоматически. Перк только позволяет владельцу учиться и кастовать его. На данный момент Ваше Величество — это самый совершенный антимагический танк.

— Что такое танк? — Это звучало круто.

— Это значит, что никто не бьет сильнее, чем Ваше Величество, — польстил ему Человечек Виктор и свистнул в сторону груды сокровищ, полученных Вайнкером в результате его обучения. — Итак, следующий пункт вашей военной повестки дня — вербовка новых миньонов. Ваше Величество уверены, что они хотят разобраться с этим лично? Похоже, вы не возражаете, что я сам вербую кобольдов.

— Это совсем другое дело, Миньон Виктор. Мы охотимся не за слабаками, а за Фурибоном, который является злом и должен быть уничтожен.

— Ваше Величество собирается повторять это каждый раз, когда о нем упоминает?

— Да, миньон, потому что это — война и все должны знать! — Вайнкер сидел и наблюдал за очередью претендентов, ожидающих снаружи сада, в основном кобольдов, но также и других уникальных монстров.

— Всего, — сказал Виктор, — у нас сто претендентов-кобольдов. Я также приказал Круассану прислать нам жителей с классом выше двадцати, которые включают тролля, дриаду и голема. Это создаст проблемы Его Величеству?

— Миньон, я не делаю различий. Все существа в равной степени ниже меня. Я всегда буду бороться за право каждого стать моим аварийным питанием.

— Ваше Величество действительно опередили свое время.

— Конечно, ведь я дракон. — Вайнкер повернулся к претендентам, прочищая горло, чтобы сделать объявление. — V&V — это больше, чем компания авантюристов! Вы — часть моих сокровищ! Достаточно ли вы сияете, чтобы стать частью моего клада? Есть ли у вас то, что нужно, чтобы стать настоящим миньоном?

— Он смотрит на нас! — Чирикнул один из кобольдов остальным своим сородичам, ведомым Красным.

— Быстро, опусти спину в знак повиновения! — Красный заставил животное лечь. — Пожалуйста, простите моего кузена, Ваше Величество.

Ах, да, кумовство миньонов. Коварный скользкий путь, ведущий к полному отсутствию дисциплины. Однако, поскольку кобольды до сих пор были услужливы и усердны, Вайнкер решил осмотреть их первыми. — Вас будут опрашивать, как группу, — сказал Вейнкер, который не потрудился проверить каждого из них по отдельности.

— Рейнджеры! — Крикнул Красный, и рейнджеры-Кобольды приняли позу. — После того, как вождь назначил нас лейтенантами миньонов, мы собрали всех здоровых кобольдов, которых смогли найти!

— Миньон Виктор, ты сам их повысил?

— Да, повысил. Разве это проблема?

— Нет, нет, я горжусь твоей инициативой. Ты вел себя, как настоящий глава персонала. — У Вайнкера было столько разных должностей. — Я вспоминаю тот день, когда ты умолял меня стать моим слугой, тогда ты был всего лишь бесцельным вором, я поражаюсь твоему росту.

Миньон посмотрел на него своими большими глазами. — Ваше Величество, я не так помню нашу встречу.

— Тогда вы должны доверять моей версии, которая теперь является официальной, — Вайнкер сосредоточился на новобранцах. — V&V нанимает только лучших из лучших. Эти Кобольды прошли боевое испытание?

— Пока нет, Ваше Величество, поэтому мы сделали их стажерами, — сказал Синий. — Неоплачиваемыми стажерами.

— Я так горжусь, — сказал человечий отпрыск Виктор.

— Тогда они будут на испытательном сроке и под ответственностью Рейнджеров Кобольдов, — согласился Вайнкер. — Пока они будут слишком слабы, чтобы сражаться с Фурибоном, они могут помочь нести сокровища, которые мы найдем.

— Вы это слышали? — Черный повернулся к другим кобольдам. — Вы все — стажеры!

Кобольды плакали от радости, некоторые обнимали друг друга, а один упал от сердечного приступа. Вайнкер отпустил их. — Следующие.

— Дальше идут дриада и стальной голем. По-видимому, они идут комплектом.

— Нет, — тут же решил Вайнкер. — Стальные големы — не материал для миньонов.

— Что? Ваше Величество, почему бы и нет? Они очень сильные!

— Миньон Виктор, ты продумал логистику? — отчитал Вайнкер своего главу персонала. — Мы не сможем его съесть, если у нас не будет еды.

— Но тогда он мог бы для нас охотиться!

Вайнкер нахмурился. — Только, если дриада достаточно жирная для двоих.

Оба кандидата направились к Вайнкеру. Голем выглядел, как рыцарь в доспехах, на две головы выше среднего человечка. Его стальные доспехи заржавели, на нем была старая соломенная шляпа и мешок из-под зерна. Дриада была похожа на остальных представителей своего вида: аппетитный зеленокожий гуманоид, выглядящий в точности, как человек, с абсолютно черными глазами и длинными черными волосами. Она прятала ноги под одеянием из цветов и виноградных лоз, оставив верхнюю часть открытой. Вайнкеру она показалась чересчур худой, но аппетитной.

— У тебя оливковая кожа, — сказал миньон, отвлекшись на женские груди. — Как настоящая оливка.

Аппетитная Дриада впилась в него взглядом. — Ты что-то имеешь против цветных?

— Нет, конечно, нет! У некоторых моих лучших друзей есть цветные чешуйки! Это просто… это страна фантазий, с тех пор, как уехал из Соединенных Штатов, я не видел ни одного не белого, не пушистого гуманоида.

— Соединенные Штаты? — Глаза дриады расширились от удивления. — Откуда же? Нью-Йорк?

Глаза Миньона Виктора расширились. — Ты тоже была реинкарнирована—

— … в этом, другом мире? — они закончили фразу одновременно, улыбаясь друг другу. — Хотя и не как человек. Хотя не могу пожаловаться, это тело намного лучше. Мне повезло.

— Да, я слышал, что один неудачливый человек превратился в слизь. — Поскольку миньон, похоже, был знаком с этим существом, Вайнкер позволил ему взять опрос на себя. — Откуда ты пришла?

— Марокко, но по маминой линии я наполовину испанка. Ты ведь американец, не так ли?

— Чикагский мальчик всю дорогу. — Миньон Виктор поднял рукав, обнажив кости и лунные татуировки на коже. Дриада ответила, указав на знак на задней стороне ее шеи, представляющий собой спиралевидный цветок. — О, это клеймо Кибелы, верно? Богиня секса и плодородия?

— Ах да, потому что это единственное, на что в ней люди обращают внимание. А еще она богиня леса и знаний, понимаешь? Она очень мудрая и древняя.

— Извини, я не слишком религиозен. Тем более, что люди здесь поклоняются Кости, или ужасным щупальцам. И все же, похоже, ты вполне довольна своим собственным выбором.

— Так и есть. Я собиралась умереть очень глупой смертью, и эта чудесная богиня явилась мне и сказала, — Эллисон, ты хотела бы снова жить и восстановить землю? Как я могла отказаться?

— И она прямо явилась тебе, а не просто заклеймила и отбросила в сторону?

— Я здесь, чтобы помочь Роло с его фермерским проектом. — Дриада похлопала голема по спине, — он молился Кибеле, чтобы кто-то поддерживал его, пока он продолжает заниматься сельским хозяйством, а я была автоинженером на Земле. Големы не похожи на машины, но я справляюсь. Больше никакой кабинетной работы с девяти до пяти. Так или иначе, я переименовала себя здесь в Лиз, потому что это звучит круто, но мое настоящее имя — Эллисон. Можешь звать меня просто Эл.

Слишком много имен. Вайнкер вычел у нее несколько очков.

— Очарован, я — Виктор, — ответил миньон, показывая женщине свои яркие зубы. К несчастью, желание размножаться сбило его с пути истинного. — Я думал, големы не осознают себя?

— Один процент из них просыпается со свободной волей. Роло — один из них. Поскольку у него есть душа, у него есть даже классовые уровни. Шестьдесят семь, все в Классе [Фермер].

— Неужели? — Виктор моргнул. — Это самый высокий уровень Класса [Фермера], который я когда-либо встречал. У него больше уровней, чем у Сияющего Рыцаря!

— Роло отказывается брать уровни в чем-либо, кроме Класса [Фермер], — пояснила Дриада. — По крайней мере, пока его цель не будет достигнута.

— У меня, Роло, есть мечта! — фермер-голем сжал кулак. — Снова увидеть красную пустыню зеленой!

— Значит, я правильно запомнил, раньше здесь было зеленее, — обрадовался Вайнкер.

Это было еще до того, как Сабларийцы высушили эту местность, — сказал голем полным гнева голосом.

— Сабла… что? — Повторил Вайнкер.

— Сабларийцы были империей темных эльфов, правивших большей частью южного континента, Ишфанией и Барин, — сказала Элисон. — Культисты Саблара, разрушителя, в конце концов захватили его, отсюда и название. Чтобы ускорить достижение их покровителем цели вселенской энтропии, они вызвали магический катаклизм, превративший всю их империю в красную пустыню. Затем, Брэндон Мор, бастард повелителя демонов и темного эльфа, с призванными монстрами захватил руины Ишфании.

Вайнкер заметил, что теперь он может, не испытывая скуки, слушать длинные монологи. Было ли это результатом новых очков интеллекта? — Поскольку ты тоже с Земли, — продолжила Эллисон. — Скажи, Ди Каприо наконец-то получил премию «Оскар»?

— Да, но не за Волка с Уолл-Стрит. — Дриада казалась разочарованной. — Я знаю, я думаю, что за этот фильм они дали ему утешительный приз.

— Может быть, мне стоит переехать в Северную Америку этого мира и открыть лучший Голливуд. Это несправедливо.

— Северная Америка этого мира? — миньона зацепило.

— Вы что, не смотрели полную карту континента Мистраль?

— Только южные области Гардмейна.

Заметив смущение Человечка Виктора, вкусная Эллисон произнесла заклинание, из земли выросли виноградные лозы, образовав карту с названиями, которые Вайнкер не знал.

— Это похоже на грубую карту Европы с границами всех стран. Неееееее… — миньон внезапно замолчал, как будто до него дошло. — Не может быть…

— Аутремонд — это волшебное зеркало Земли, — сказала Элисон, — с довольно большими различиями. Я имею в виду, что у них в Атлантическом океане есть остров Атлантида, Мальта летает, и—

— Миньон, — Вайнкер вернул разговор в нужное русло, — мы здесь для того, чтобы обсудить их будущее в качестве мясных щитов, а не для дружеской болтовни.

— Да, да, Ваше Величество. Какой у тебя уровень, Эллисон?

— Двадцать четыре, в основном Классы [Друид] и [Весталка].

— Мило. Ты можешь служить целителем, когда мы будем штурмовать подземелье.

— Штурмовать подземелье? — Вкусное создание нахмурилось. — Как дриада, я физически и на милю не могу покинуть свой сад, иначе я умру.

Поэтому она не могла покинуть деревню. Это все решило. — Вы оба уволены, — тут же «поздравил» дуэт голем-дриада Вайнкер.

— Вы нас пока не нанимали, — возразила Элисон.

— Вы все-таки уволены. Вы больше не аварийная еда. Теперь вы просто еда.

Оба мудро решили больше не задерживаться. — Прежде чем ты уйдешь, — обратился Виктор к милой Элисон. — Не хочешь где-нибудь выпить?

— Только если не с тобой, — ответила она, показывая зубы, и карта виноградной лозы исчезла за ее спиной.

Миньон смотрел, как они уходят, и одновременно смотрел на спину женщины. — Миньон, — вздохнул Вайнкер. — Ты должен попросить ее размножаться и приступить к делу.

Лицо миньона побагровело. — В прошлый раз это сработало, но, по-моему, еще слишком рано.

— Миньон, если ты хочешь поместить свои яйца в самку, тебе нужно произвести на нее впечатление размером своего клада. Покажи ей свое блестящее золото, прежде чем просить ее размножаться. Самки делают то же самое, чтобы соблазнить самцов, но обязательно проверяют размер их сокровищ. Ты же не хочешь, чтобы о твоих яйцах заботились нищие.

— Ваше Величество размножается только с богатыми?

— Конечно, нет. Зачем мне класть яйца в другого дракона? Больше драконов позже означало бы больше конкуренции для моего клада. Нет, миньон, размножение предназначено для таких существ, как ты, которые все время умирают и должны увековечить свой вид, чтобы он не исчез.

Если подумать, так как другие драконы больше не хотели конкурировать за клады, и ему могут заплатить за убийство своего вида… Вайнкер обдумал моральную проблему охоты за деньгами на себе подобных, но решил, что это подождет, пока он уничтожит Фурибона.

— Кроме того, Человечек Виктор, никаких племенных притеснений между миньонами, это вызывает напряженность и войны миньонов.

— Вот почему я ждал, пока ты ее уволишь, прежде чем сделать шаг, — ответил Человек Виктор, прежде чем появился следующий кандидат, высокий, долговязый зеленый тролль с зеленой кожей и клыкастой мордой, похожей на морду свиньи. — Это Барнабас.

— Тролль? — Вайнкер прищурился. — В последнее время я много их сжег.

— Я заметил, — ответил тролль. — Когда ты уничтожил Леса Геводана, ты убил всех, кого я знал. Хорошо то, что я ненавидел всех, кого знал.

— Каков твой уровень, Барнабас? — Спросил Человечек Виктор, прочистив горло.

— Двадцать первый, [Кузнец], [Купец] и [Алхимик]. В Основном [Кузнец]. Я делаю оружие, но не владею ним.

— Ты нанят, — немедленно сказал Вайнкер. — Я повышаю тебя до моего официального оружейника. Ты сразу будешь работать над предметами размером с дракона.

— Конечно, если у меня будет новое сырье. — Виктор махнул рукой на груду предметов, упавших во время тренировки Вайнкера. — Здесь достаточно.

Так закончилась вербовка. — Это было быстро, — сказал Виктор, а Барнабас сразу же принялся за работу.

— Этот эффективный, — ответил Вейнкер. — Следующий?

— Шоколатин и Круассан, которых вы уже «завербовали», оба имеют классовые уровни, которые могут помочь в подземелье. Шоколатин, потому что нам нужен целитель, и Круассан, потому что нам нужен мясной щит для ловушек, а я его ненавижу. Жаль, что у нас нет с собой приличного уровня заклинателя, но придется довольствоваться тем, что есть.

— Сойдет, миньон. Так и будет.

Поздравляю! Для вербовки обширной компании авантюристов, предназначенной для удовлетворения ваших благородных желаний, вы получили уровень в [Благородном]!

+30 Очки Жизни, +10 Специальные Очки, +1 Жизнестойкость, +1 Ловкость, +1 Интеллект, +1 Харизма, +1 Удача!

Вы заработали Классовый Перк [Стипендия]!

[Стипендия]: Вы получаете ежемесячную стипендию в размере четырехсот золотых монет, умноженных на ваш общий уровень.

Глаза Вайнкера расширились от чистой, необузданной радости, когда с яркой вспышкой света прямо перед ним материализовалась огромная куча золота.

Наконец-то!

Клянусь старшим змеем, он так долго ждал этого момента! Четыреста за уровень? Как только Вайнкер достигнет уровня сто, это будет означать сорок тысяч монет в месяц, полмиллиона в год! Он будет плавать в огромном океане сверкающего золота и … —

— [Превратить золото в свинец].

Со вспышкой черной магии монеты превратились в свинец, и сердце Вайнкера замерло. Он сразу же взглянул на источник катастрофы, сидящий на куче трупов демонов.

Фурибон! Он грозил своим костлявым пальцем и хихикал от своего грязного колдовства!

— Это за то, что ты взорвал мою библиотеку, тупая ящерица, — сказал лич насмешливым тоном в ответ на молчаливую ненависть Вайнкера, — Правду говорят… Молчание — золото.

Фурибон так настаивал на этом слове, что Вайнкера парализовала ярость.

— Ваше Величество, — вмешался Виктор. — Используйте [Заклинание Очи—

Рыча от ярости и отреагировав прежде, чем его миньон смог закончить, Вайнкер попытался зашибить лича драконьим способом, но нежить, хихикая, телепортировалась прочь. Вместо этого лапа Вайнкера врезалась в груду демонов, образовав кратер и вызвав небольшое землетрясение.

— Черт побери, у Вашего Величества появились сильные стороны, — похвалил своего господина Миньон Виктор, как будто это могло его подбодрить.

— Хватит ждать, Миньон Виктор, — объявил Вайнкер, всем сердцем желая отомстить. — Завтра мы совершим набег на подземелье!

Он уже представлял себе сокровища, которые уронит Фурибон.

Благодаря его роли в администрации их нового повелителя дракона, местные жители мудро «одарили» Виктора большим особняком, возвышающимся над остальной частью Мурмурина. Наконец, жизнь человека, как бездомного авантюриста, подошла к концу, по крайней мере, до тех пор, пока они завтра не заберут подземелье Фурибона.

И что это было за место! С тремя этажами, подвалом и крышей, он был достаточно огромен, чтобы принять всю свиту лорда. В отличие от раннесредневековой архитектуры поместий Гардмейна, это место было построено в более позднем стиле, с широкими комнатами, черными деревянными полами и центральной бархатной лестницей, ведущей на верхние этажи.

Виктор слышал, что когда-то он принадлежал темному магу, проводившему в подвале эксперименты, и, учитывая пыль вокруг, понятно, что обитатели не прикасались к нему годами. Внутри ему лучше быть осторожнее.

Виктор вошел в большое фойе с Сейворюз и двадцатью безмозглыми демоническими скелетами. — Пойдите и уберите здесь, — приказал он слугам, — не должно остаться ни пылинки.

Автоматоны рассредоточились, как было приказано. — Вот теперь я официально живу в особняке призраков, — сказал Виктор Сейворюз, они двинулись исследовать первый этаж, когда неожиданно задрожала земля. — Как ты думаешь, на этот раз Вайнкур разбил суккуба?

— Не думаю, что Шоколатин может вызвать … — Сейворюз вдруг усмехнулась. — А, я поняла, разбить суккуба!

— Ты не представляешь, как мне не хватало того, кто смеялся бы над моими дурацкими шутками, — сказал Виктор, отыскав большую уютную комнату со старым камином и креслами. — У нас были хорошие времена.

— С тех пор, как ты уехал, Вик, все изменилось. Мы свернули не туда с тех пор, как появилась эта женщина из Лавера.

— Свернули не туда? Ночные клинки — это бандитская шайка. Звучит довольно излишне.

— Да, но мы уважали правительство, — сказала Сейворюз, и Виктор посмотрел на нее пустым взглядом. — Ладно, иногда мы ставим дворян в смертельные ловушки, но кто этого не делает? Мы не поднимали оружия против короля, потому что это было плохо для бизнеса. Но в прошлый раз, когда я была в нашей штаб-квартире в Ноблкуре, шли разговоры о снабжении Ишфании и Скорчеров оружием.

Ну, Вайнкер сбил этот план.

Виктор сел в одно из кресел, находя его необычайно удобным. — [Поток Адского Огня]! — Его палец метнул в камин луч жуткого синего пламени, осветив остатки черного дерева.

Это было единственный Перк Монстра, которое он получил от этой изнурительной тренировки, и он заслужил его. Ему следовало бы в детстве прислушаться к предостережениям жрецов об огне и сере.

— Хочешь омлет? — Спросила его Сейворюз.

— Еще бы. — Это предложение не могло сделать Виктора счастливее, так как у нее было много уровней в классе Кулинария. Ночные Клинки за ее еду сражались насмерть.

Рептилия присела, как курица. — Мне выйти в другую комнату? — Смущенно спросил Виктор.

— Нет, все в порядке. Я делаю это везде.

Виктор отвел глаза от этого зрелища и обнаружил в углу комнаты сундук сокровищ, переполненный золотом.

Да, конечно. Просто сундук.

— Сокровище! — рявкнул замаскированный мимик. — Сокровище!

Как будто Виктор на это клюнет. — Знаешь, в наши дни большинство авантюристов остерегаются сундуков, — сказал Оруженосец Монстра существу. — Ты должен принять форму волшебного оружия, наприсер, такого, как блестящий меч, и не должен издавать ни звука.

Сундук, видимо, понял, потому что повторил: — Блестящий меч? Сокровище?

— Поверь мне, ни один авантюрист не может устоять перед соблазном большого блестящего меча, особенно если в него вделан камень.

— Ты можешь понимать мимиков? — Спросила Сейворюз, приподнимаясь и показывая под одеждой большое страусиное яйцо. — Очень трудно заставить их вести себя прилично.

— Я думаю, что на кухне есть сковородки, и да, я могу, — сказал Виктор, а затем крикнул: — Миньоны! Миньоны!

Скелет тут же ворвался в комнату. Слово «Миньон» никогда еще не было таким приятным. — Принеси нам кухонные инструменты, — приказал Виктор, и нежить немедленно подчинилась.

Оруженосец взял их обратно. Безмозглые немертвые рабы сделали его жизнь намного проще, чем раньше.

— Сокровище меч! — К этому времени сундук превратился в возмутительно огромный, двуручный меч, сделанный из чистого золота и драгоценных камней. — Сокровище меч!

— Лучше, но слишком много, — сказал Виктор, внезапно удивившись, как мимик может говорить без рта, — попробуй черную металлическую кромку и элегантное навершие. Не переусердствуй.

— Сокровище меч. — Мимик последовал его указаниям, превратившись в идеальную картину магического меча.

— Отлично. Теперь у тебя не должно быть проблем с едой. Только не убивай никого в деревне, хорошо?

— Сокровище меч! — Замурлыкал меч и, как зверь, выскочил из комнаты, как раз в тот момент, когда слуга-скелет вернулся с четырьмя сковородками. — Сокровище Меч.

Теперь у Виктора был пет.

По наитию он назвал его Вайнкером Младшим.

Поздравляю! Благодаря вашему обучению, Вайнкер Младший получил уровень в Классе [Фехтовальщик]!

Неужели? Вот так? Виктор догадался, что [Инструктор Миньонов] позволил монстрам, следуя его указаниям, получать уровни классов.

— Это та самая школа мимиков, о которой я слышал?

— Да, и на твоем месте я бы избегала постелей.

Виктор вдруг задумался, не были ли исчезновения в гостиницах вызваны переодетыми мимиками.

— Нет ничего лучше теплой еды после хорошего дня тренировок, — сказала Сейворюз, разбивая яйцо на сковороде и добавляя в омлет специи. Скелет стоял и ждал, поэтому Виктор отослал его искать тарелки и столовые приборы.

В общей сложности, Виктор получил шесть уровней в Некроманте, прежде чем ударился о стеклянный потолок Уровня, как Вайнкер. А дракон просил Шоколатин еще вызвать демонов, чтобы успокоиться после последнего визита Фурибона.

Виктор не мог поверить, что древнему личу нечем заняться, кроме как дразнить дракона. Должно быть, ему в его темнице очень, очень скучно.

— Ах ты, маленький ур … — Виктор услышал из-за двери голос Круассана. Вскоре к ним присоединился оборотень в человеческом обличье и с окровавленной рукой.

— Круассан, с тобой все в порядке? — с беспокойством спросила Сейворюз. — Что случилось?

— Я нашел меч, лежащий на земле, а он укусил меня за руку, когда я попытался его схватить! А потом он убежал!

Вайнкер-младший так быстро повзрослел. — Печально, — солгал Виктор, поскольку находил какое-то извращенное удовольствие в боли этого придурка. — Почему ты здесь?

— Я спросил у Вайнкера, что нам теперь делать, когда мы все — его миньоны и у нас кончатся овцы… Он ответил, дословно, — У дракона нет времени на управление подчиненными; мне нужно готовиться к войне, поэтому идите к моему главе персонала за указаниями. — Затем он приказал моей сестре вызвать другого демона и ударил его.

— Так что, теперь я, фактически, мэр вашей деревни. Замечательно.

— Похоже на то, приятель. Кроме того, последователи Лунного Человека стоят у дверей, ожидая твоего окончательного откровения.

Виктор вздохнул. Они приставали к нему всякий раз, когда он не был с Вайнкером, который пугал их до смерти. — Я буду их пророком позже.

— Никаких неприятных ощущений из-за этого перка, верно? Ты привел сюда Вайнкера, так что вроде как это заслужил.

— Нет, никаких обид, потому что завтра ты будешь нашим разведчиком.

Оборотень моргнул. — Я что?

— Завтра мы совершим набег на подземелье. Твоя сестра тоже пойдет, но она будет хороша в тылу. Как класс мошенников, ты будешь вести разведку на предмет ловушек.

— Но я же [Рейнджер], а не искатель ловушек! Я охочусь на зверей, я не обезвреживаю капканы!

— Я знаю. Я имел в виду, что ты будешь искать ловушки, запуская их. Может быть, в следующий раз, ты не будешь пытаться принести в жертву секте своего будущего командира. Просто так говорю.

— Ты … ты мелкая змея.…

— Как сказала мне одна мудрая женщина, — ухмыльнулся Виктор. — Я бы хотел, чтобы ты пошел к черту, Круассан, но, по-моему, ты уже там.

Сжав кулаки и клыки, оборотень с яростью в глазах вышел из комнаты. — Милосердный Изенгрим, будь проклят этот дракон, будь проклят его персонал, будь прокляты они все!…

— Это было очень по-детски, Виктор, — упрекнула его Сейворюз, — даже если он этого заслуживал.

— А, все в порядке, — ответил Виктор. — Мы оба выпустили пар, теперь все в порядке.

— Ты выглядишь так, словно тебе нужна теплая еда, чтобы успокоиться, — сказала Сейворюз, заканчивая омлет. — Вот.

— Спасибо, — ответил Виктор, откидываясь на спинку кресла. — Что еще есть в меню?—

Конечно, сразу появилась его статистика, стоило ему произнести это слово.

Виктор «Миньон» Далтон

Уровень: 26 (Разбойник 5 / Оруженосец Монстра 14 / Некромант 7)

Тип: Гуманоид / Дракон

Группа: V& V

Очки Здоровья 645

Специальные Очки 240

Сила 24

Жизнестойкость 23

Мастерство 32

Ловкость 31

Интеллект 30

Харизма 30

Удача 29

Личные Перки

Избранный Костью, Наблюдатель, Мертвый Друг, Романтик, Избранный Лунным Человеком, Черное Проклятие, Поток Адского Огня

Классовые Перки

Разбойник: Отмычка, Глаз на Сокровище, Мастер Ножа.

Оруженосец Монстра: Родство с Монстром, Инструктор Миньонов, Студент Монстр, Жизненная Сила Монстра (Красный Дракон), Наездник Монстра, Проницательность Монстра.

Некромант: Оживить Мертвого, Некромантия 1, Гадание на Мертвых, Заклинание Жизни

Миньон? Даже его чертово меню начало называть его так!

Тем не менее, пока у него был очень хороший рост характеристик, хотя он никогда не тестировал новые Перки Некроманта. Теперь он был, примерно, на одном уровне с покойными Густавом и Вильменом.

Поздравляю! Из-за соответствия требованиям благодаря вашим Перку [Студент Монстр] и уровню Класса [Некромант], вы можете конвертировать некоторые из ваших уровней в повышенные Классы Монстра! Статистика не будет затронута, но Перки будут.

Вы можете объединить [Оруженосец Монстра] и [Некромант] в Класс [Рыцарь Смерти], либо [Разбойник] и [Некромант] в Класс [Жнец].

Изменение будет постоянным и не может быть отменено, и если вы решите объединить их, вы больше не сможете прогрессировать в преобразованных классах.

«Интересно», — подумал Виктор, откусывая кусочек восхитительного омлета. Сейворюз приняла участие в пиршестве в странном акте самоканнибализма. Что это были за классы?

[Рыцарь смерти]: Бессмертный военачальник, командующий армиями нежити, чтобы избавить Землю от самой жизни. Специализация: Все Виды Оружия, Некромантия и Верховая Езда. Основное развитие — Сила, Жизнестойкость, Мастерство и Ловкость. Затронуты Перки: Родство с Монстром, Студент Монстр, Жизненная Сила Монстра (Красный Дракон) Некромантия I, Заклинание Жизни.

[Жнец]: Вор и похититель душ, который в своем стремлении к власти совершает ужасные вещи. Специализация: Коса, Некромантия и Темная Магия. Основное развитие — Мастерство, Интеллект, Харизма и Удача. Затронуты перки: Отмычка, Мастер Ножа, Гадание на Мертвых, Долгая Жизнь

.

Очаровательно. Так что [Рыцарь Смерти] был чистым боевым классом с некоторой примесью магии, в то время как [Жнец] был смесью разбойника и заклинателя.

Виктору не потребовалось много времени, чтобы сделать выбор. Он сомневался, что продвинется дальше в классе [Разбойник], а его класс [Оруженосец Монстра] был слишком хорош, чтобы с его помощью торговать.

А еще, он определенно видел эффект от новых очков Интеллекта.

— Ты когда-нибудь слышала о классе [Жнец]? — Спросил он у Сейворюз.

— Обычно он предназначен для темных фей или психопомпов, которые крадут души, — объяснила она, откидываясь назад, чтобы отложить еще одно яйцо. — До меня дошли слухи, что бог Десджестер был одним из них, и что он косой убил так много людей, что она превратилась в артефакт.

Тогда пора пожинать плоды этих уровней.

Выбор зарегистрирован! Ваши уровни [Разбойник] и [Некромант] преобразованы в уровни [Жнец]. [Разбойник] и [Некромант] больше не доступны.

[Отмычка] заменена [Мастер-Ключ].

[Мастер-Ключ]: вы можете разблокировать любой замок при успешной проверке навыков, даже магический. Вы всегда считаетесь «приглашенным» в любое место, защищенное магией.

[Мастер Ножа] заменен на [Повелитель Кос].

[Повелитель Кос]: вы достигаете совершенства в обращении с косами; косы теперь считаются посохами для колдовства.

[Гадание на Мертвых] заменено на [Хельхейм].

[Хельхейм]: если вы убьете кого-то косой, вы можете поймать в свое оружие его душу, увеличивая статистику оружия. Жертва не может быть оживлена, реанимирована или реинкарнирована, пока находится в ловушке косы. Вы можете говорить с пойманными душами и освобождать их по своему желанию.

[Заклинание жизни] заменен на [Кража Жизни].

[Кража Жизни]: когда вы наносите урон косой, вы восстанавливаете HP, равный половине нанесенного урона.

Виктор на мгновение схватился за кинжалы, висевшие у него на поясе, но обнаружил, что потерял все знания о них. С уходом Класса [Мастер Ножа] он больше не мог черпать знания в классе.

— Кстати, что ты собираешься делать со всеми этими слугами-нежитью? — Спросила его Сейворюз между укусами. Он использовала кинжал в качестве столового прибора. — Я думала, что они тебя беспокоят?

— Недавно я спросил у богини Шеши цену возвращения домой, и она оказалась ужасающе высока. Я заметил, что убийство можно использовать для торговли нежитью. — Сейворюз усмехнулась, услышав эту фразу. — Вот я и подумал, что смогу сэкономить деньги, чтобы оплатить ее услуги.

— Насколько высока цена? — Виктор назвал ей цену, и Сейворюз чуть не подавилась омлетом. — Вик, Это безумие! Даже если ты захватишь континент, у тебя не будет достаточно золота, чтобы заплатить такую цену!

— Да, но я скучаю по своей семье и друзьям на Земле. — Виктор тосковал по дому задолго до того, как встретил Вайнкера, и разговор с Эллисон только усилил эту тоску.

— Я знаю, ты все время говоришь, что этот мир отстой и ты скучаешь по своему старому, но ты делаешь свою жизнь здесь. Если ты скучаешь по своей семье и друзьям, то можешь завести здесь новых. У тебя есть много возможностей. Ты работаешь с драконом, и так быстро набираешь уровни. Кому еще так повезло?

Он не назвал бы это везением, но да… даже если бы фиаско с Эускаль убило все другие пути к работе. Он ни за что не смог бы снова ступить в деревню без покровительства Вайнкера.

Вопреки здравому смыслу его мысли обратились к совету Вайнкера. —Послушай, Сав. Ты бы нашла привлекательным мужчину с очень большим запасом золота?

— Конечно. Кому не нравится тот, у кого много денег, и которые они могут получить? — К несчастью, хитрая тварь сразу угадала ход его мыслей. — Значит, это правда? Ты просил Эллисон переспать?

— Н-нет, ничего такого прямого, — защищался Виктор. — В этом есть ступеньки. Как в выпивке.

— Ты слишком хорош для нее, — сказала Сейворюз материнским тоном. — На твоем месте я бы не пыталась с ней спать. Ты не знаешь, где она была.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Она — жрица Кибелы. Должно быть, она переспала с половиной города и назвала это религиозной службой.

Это … это означало … …

— Я так и знал!

— Виктор, тебе нужна хорошо воспитанная, милая женщина с сильными семейными ценностями, — сказала наемный убийца-рептилия без малейшего намека на лицемерие. — Как Шоколатин. Но не дриада с распущенной моралью, как Эллисон.

Шоколатин? Эта ненормальная? Она скормила часть плоти демонов свиньям, надеясь, что они станут от этого толще!

— Моя религия не допускает любовных треугольников. — Кто-то постучал в окно комнаты, и Виктор, оглянувшись, заметил прямо за спиной священника-кальмара. Вздохнув, он поднялся со стула и открыл окно. — Да?

— О, Пророк Лунного Человека! — Священник собрал всю паству снаружи. — Пожалуйста, передай нам последнее откровение!

— не просите их принести вам девственниц, не просите их принести вам девственниц. — Принеси … — Виктор осекся, поняв, что ему представился уникальный случай укротить опасный культ. Даже если их повелитель запретит человеческие жертвоприношения, они могут истолковать его приказ с жестокостью и рвением.

— Принести? — переспросил священник.

— Принесите всем любовь и дружбу, ибо все мы — дети Лунного Человека. — В его сознании это звучало менее слащаво. — Так. У вас есть окончательное откровение.

Сектанты обменялись взглядами. — Неужели Тул-Гатар намеревался нести любовь в переносном смысле? — спросил один из оборотней у жреца-кальмара.

— Я думаю, что это было буквально. Например, вы должны любить своего ближнего так же, как вы любили бы свою жену.

— Или, может быть, это означало …

— Ребята, — прервал их богословские дебаты Виктор, — не могли бы вы попросить Барнабаса выковать мне для боя косу? Действительно классную косу, но не страшную. Никаких мотивов с черепами.

— Сделаем, пророк! Теперь, я говорю, я думаю, что это означает, что мы должны открыть Оргию Полнолуния для всех—

Виктор закрыл окна, оставив их наедине с религиозными спорами, и откинулся на спинку стула.

Он надеялся, что это сработает хорошо. Теперь, когда у него было немного свободного времени и почти полный желудок, он достал айпад, намереваясь во время еды изучить его содержимое. Сейворюз с завистью наблюдала за Яблочным продуктом. — Это…

— Ты узнаешь его?

— Ночные Клинки его искали. — Виктор сердито на нее глянул. — Меня послали сюда не за этим, так что я не собираюсь красть твои вещи, Вик.

Уже лучше. Хотя она была его другом, он уже понял, что для него не имеет значения, будет ли ее жизнь в опасности. Виктор заглянул в различные папки с файлами, отыскивая схемы различных типов самолетов. Ничего экстраординарного, но ценное в мире раннего Возрождения. Предыдущий владелец, должно быть, работал в аэронавтике.

Хотя имя самой зашифрованной, закрытой папки?

— Корпорация «Локхид Мартин».

… Да, теперь Виктор знал, почему так много людей его хотели. Как, впрочем, и его конца в Хайдмере,? Может быть, поскольку Аутремонд и Земля были зеркальными мирами, предметы и люди часто самостоятельно путешествовали из одного мира в другой?

(прим. переводчика Lockheed Martin Corporation — американская военно-промышленная корпорация, специализирующаяся в области авиастроения, авиакосмической техники, судостроения, автоматизации почтовых служб и аэропортовой инфраструктуры и логистики.)

Если подумать, он здесь опередил свое время на столетия. Ценное знание. Возможно, он мог бы помочь улучшить этот мир и извлечь из этого прибыль, заработать деньги, делая добро.

В комнате эхом отозвался звук колокольчика. — Лучше бы кто-нибудь живой открыл дверь, — подумал Виктор вслух, поднимаясь с айпадом под мышкой. — Сав, я хорошо пахну?

— Лучше, чем она, Вик, — промурлыкала рептилия, — гораздо лучше, чем она.

Авантюрист ухмыльнулся, открывая дверь особняка.

— Добрый вечер, молодой человек. — ухмыльнулся Фурибон в ответ с темным блеском в пустых глазах. — У тебя есть кое-что, принадлежащее моему хозяину, по крайней мере, я так слышал.

Хроники Войны за Сокровища, заключительная глава: «Фурибон должен умереть.»

В волшебной стране, далеко-далеко отсюда…

Мурмурин воюет! Ошеломляющий поворот событий — грязный Фурибон похитил Лорда Виктора, первого среди всех миньонов. Зло лича пронеслось по всей Земле, разрушая все, что блестит. Но надежда осталась.

Глубоко в своей огненной кузнице великий кузнец Барнабас выковал [Кольцо Сопротивления Стихиям], размером на дракона, и [Косу Убийцу]. В них он влил статические усилители, магическую защиту и свое разочарование от сверхурочной работы.

Против армий Фурибона выступил последний союз кобольдов и оборотней, и на склонах огненной горы они сражались за великое сокровище. Владея мастерским кольцом, добрый Король Вайнкур возглавил отчаянную атаку, решив раз и навсегда покончить с личем.

Ибо Фурибон должен умереть!

Вот и все, подумал Вайнкер, выдыхая дым и слушая барабаны войны. Последняя битва за образ жизни дракона.

Его героические армии миньонов, возглавляемые Кобольдами Рейнджерами, сражаясь с импами и нежитью, использовали передвижные деревянные мосты, чтобы добраться до замка. Кобольды, оборотни и миньоны-нежить сражались вместе, как один, под бдительным оком Вайнкера.

Статуи драконов, защищавшие замок, испускали лучи света на Вайнкера, кружившего вокруг замка и взрывавшего защитников своим дыханием. Дракон величественно избегал их, пользуясь случаем покрасоваться.

— Брат, я лечу! — воскликнула Шоколатин, которую держал в лапе Вайнкер. Как хороший и верный слуга, она держала косу, которую Барнабас сделал для главы персонала Вайнкера.

— Меня сейчас вырвет… — пожаловался мясной щит Круассан, который был в другой лапе Вайнкера.

— [Заклинание Очистки!] — Активировался Перк Вайнкера, от великого дракона распространилась темная аура, и магический барьер вокруг замка Мурмурин мигнул и исчез. Теперь, когда защита рухнула, Вайнкер с грохотом приземлился на статуи, разорвав их на части. Замок содрогнулся.

Он бросил защищавших вход демонов в лаву, а затем перед входом отпустил из лап двух своих миньонов-оборотней. Двери были открыты, и темнота казалась неприветливой. — Круассан, иди внутрь и отключи все ловушки, пока я добью защитников, — приказал Вайнкер. — Умри, если это необходимо.

— Может, пропустим последнюю часть?

— Умри, если это необходимо! — Приказал Вайнкер, и оборотень, продолжая скулить, вошел. Этот Круассан был хорош только, как мясной щит, как и предупреждал его глава персонала.

Одна эта мысль наполнила Вайнкера яростью. Мало того, что этот отвратительный лич проклял его сокровища, но ему этого было недостаточно, и он сделал ход конем и украл его самого драгоценного миньона. Он представил себе, как Фурибон злобно вынуждает бедного Виктора участвовать в сессиях по набору миньонов или приносить ему золотые монеты. Его тошнило от одной этой мысли.

Виктор был частью сокровищницы Вайнкера, лучшим главой персонала, который когда-либо был у дракона. Этот Человечек принадлежал ему и никому другому.

Но Вайнкер на этот раз был хорошо оснащен. Новое [Кольцо Сопротивления Стихиям] на его пальце защитит его от худшей магии лича. На этот раз злой Фурибон от него не ускользнет.

Вайнкур дунул огнем на летающих горгулий и злобных существ, пытающихся защитить вход, его пламя теперь сияло ярким, золотым послесвечением. Все существа мгновенно испарились.

— [Огненный Усилитель], — произнесла Шоколатин, которая во время боя кастовала заклинания на своего Короля. — [Регенерация], [Увеличение Силы]!

Ваши огненные атаки теперь наносят на двадцать процентов больше урона!

+ 4 Силы на десять минут!

Вы восстанавливаете один процент Единиц Жизни каждые десять секунд в течение пяти минут!

Когда он уничтожил последних защитников, его миньоны взобрались на стены замка и захватили их, тогда Вайнкер повернулся ко входу и пробежал через него с Шоколатин на буксире.

Вскоре Вайнкер очутился в большом каменном зале с двумя дверями по обе стороны. Одна из них был открыта, на земле валялись окровавленные шипы и кислотные стрелы. — Я думаю, что мой брат пошел этим путем — сказала Шоколатин. — А мы пойдем следом за ним?

— Нет, Шоколатин, — решил Вайнкер, чувствуя запах своего главы персонала. Он отключил свое Заклинание Очистки, сохраняя его на потом. — Это будет слишком по-человечески и сыграет по правилам Фурибона. Мы найдем моего главу персонала путем дракона. Мигать.

Вайнкур стал невидимым. Он приготовился и решил проблему с дверью драконьим способом.

Он бросился на стену и пробил ее насквозь. Камни не могли сравниться с его силой, и позади него рухнула часть потолка. С гордым ревом, Вайнкер продолжал идти, разрушая стену за стеной, топча демонов и скелетоподобных воинов и перестраивая свой будущий замок.

Наконец, после долгой атаки, Вайнкер пробился в большой темный тронный зал, освещенный призрачными канделябрами. Шесть стальных статуй закованных в броню человечков стояли рядом с древними, разрушенными гобеленами. Его верный глава персонала, связанный и подвешенный на цепях к едва держащемуся потолку, обрадовался, увидев, как рушится стена. — Ваше Величество!

Злой Фурибон ждал, восседая на своем зловещем троне в противоположном конце комнаты, являя собой образец зла и безумия. В его темных глазницах Вайнкер не увидел ни капли жалости, ни намека на цивилизованный ум. Только горечь нищего, решившего разорить богатых и состоятельных.

— Вы понимаете, что я слышу вас, Вайнкер Рыцареубийца? — Лич насмехался над Вайнкером, он явно лгал. — Ты проделал большую дыру в моей стене, так что ты не очень осторожен.

Вайнкер знал, что это ловушка, чтобы вывести его из равновесия и попытаться вынудить раскрыть свое положение. Шоколатин, которая бежала за своим хозяином, тяжело дыша, вошла в комнату. Она использовала косу Человечка Виктора в качестве опоры, чтобы отдышаться.

— Мне очень жаль, что ты пропустил большую часть моих ловушек, но, по крайней мере, у нас будет нормальная конфронтация. — Лич драматично развел руками.— Вы уже сделали это, король Вайнкер. После всех ваших жертв и потерь вы добрались до своего любимого лакея.

— Не могу поверить, что я — девица, попавшая в беду, — пожаловался Человечек Виктор, стыдясь своей слабости.

— Наконец-то я могу дать волю своему величайшему творению. — Пока Фурибон говорил, в центре комнаты вспыхнул круг темной энергии. — Дрожите перед самой сильной нежитью, которую я когда-либо создавал, в самых дальних пределах Ада! Черный Зверь Мурмурин!

В середине круга проявилась мерзкая нежить; чудовищная, гротескная, похожая на собаку, смесь белой, окаменевшей плоти, сшитой вместе. Верхнюю часть тела, как кираса, покрывал черный камень. И, хотя существо было намного меньше Вайнкера, оно было достаточно большим, чтобы бросить ему вызов, не выглядя при этом смешным. Титан с нечестивой силой извивался, открывая безглазую пасть и обнажая ряд ядовитых зубов.

— А теперь, вы, оба, сражайтесь ради моего развлечения! — Приказал Фурибон.

Немертвая мерзость даже не пошевелилась. Ни на дюйм.

Невидимость сработала!

— Я же сказал, сражайся ради моего развлечения. — Лич дернулся, когда чудовище отказалось двигаться. — Она сломалась? [Магическое Сканирование].

Перед глазами Фурибона материализовались слова пурпурного света, он ‘взглянул » на свое творение, а затем вокруг комнаты. — Это Перк [Мертвый Друг]? У вас у всех он есть?

— Шоколатин, у тебя тоже есть такой? — спросил Миньон Виктор.

— Ну да, а как, по-вашему, я избавляюсь от трупов? Это помогает создать прочные связи между церквями Изенгрима и Камиллы.

—Это очень разочаровывает, — сказал лич, его пустые, бездушные глазницы горели огнем, который превращал золото в свинец. — Такая пустая трата хорошей плоти. В таком случае, я попрошу «Ваше Величество» атаковать его первым, чтобы вызвать его ярость. [Порабощение Монстра].

[Порабощение] отрицается [Решимостью Охотника]!

— Воля дракона сильнее твоей, Фурибон! — Гордо ответил Вайнкер, медленно обходя на цыпочках труп титана и направляясь к личу, чтобы незаметно на него напасть. — Я тренировался для этого три дня! Целых три дня!

— Возможно, но у меня тоже было время подготовиться. [За Варудо]! — Для чувств Вайнкера время, казалось, на короткое мгновение остановилось, и когда оно потекло снова, Фурибон покрыл себя множеством разноцветных слоев магической энергии. — Я вижу, ты пришел хорошо экипированным, дракон, но у меня больше, чем у тебя, собранных за все эти годы заклинаний.

— Только дракон никогда не знает поражения!

— А теперь давай повеселимся, крошка!. — Фурибон поднялся со своего трона, его руки блестели от грязного колдовства. — Но знай, что ты слишком поздно нас остановил. Яблоко Знания уже принадлежит моему учителю, Брэндону Мору.

— А какое мне дело до какого-то овоща? — Высокомерно ответил Вайнкер. — Я ем только мясо!

— Скоро ты и весь Аутремонд познаете железо и кровь! [Древний Мет- — Темный лич замер на месте. — Вы не знаете о плане моего господина?

— Я знаю о вашем плане, — ответил Вайнкер, взбешенный этим порочным планом. — Заразить все золото мира свинцовой болезнью, навсегда положив конец драконьему образу жизни!

Лич попытался отрицать свою вину, — Нет, я не знаю… это было бы забавно, но смешно.

— И еще, Ваше Величество, — вмешался Человечек Виктор. — Превращение золота в свинец — это не отравление свинцом.

Какое отношение к этому имеет тот ядовитый соус? Лич казался таким же растерянным, как и Вайнкер. — Если вы прибыли в Мурмурин не для того, чтобы помешать моему сеньору опустошить Гардмейн, то почему вы здесь?

— Чтобы остановить твой отвратительный план! — Ответил Вайнкер, гордый тем, что сражается за будущее своего клада.

— Это… — лич издал глубокий, рычащий звук. — А зачем вы вообще сюда приехали? Печать внизу? Как вы узнали об этом? Это та темная женщина послала тебя?

— Мы знаем о сокровищах Ишфанской инквизиции, которые ты хранишь в своих хранилищах, — сказал Виктор. — Это была одна из причин, по которой мы сюда приехали. Что? Разве ты их не сохранил?

— Ты веришь, что древний маг-лич мог бы, прячась в развалинах, провести там сотню лет, чтобы хранить тайник с припрятанным золотом? — Лич презирал драконий образ жизни, твердо утверждая, что он абсолютно неисправим. — Ты хоть знаешь, что там внизу ждет?

Человечек Виктор умолк.

— Ааа, ты не знаешь. — Фурибон зло дернулся. — Тогда, и на этот раз ты ответишь или умрешь, зачем вы сюда пришли?

— Нам нужен был замок, где можно было спрятать сокровища Его Величества, — жалобно ответил Человечек Виктор. — Потому что предыдущая пещера была слишком маленькой.

Когда череп лича медленно повернулся к Виктору, Вайнкер понял, что его лакей отвлекает лича, чтобы его хозяин мог нанести внезапный удар. Блестяще!

— Спрятать его сокровища? — Шея нежити хрустнула. — Ты напал на меня, пытался захватить мой дом и убил сотни демонов, потому что тебе нужно было место, где спрятать свое золото?

— Дракон не ходит в банк! — Хвастался Вайнкер, он обошел нежить-титана и теперь имел четкую линию огня. — Только дракону можно доверить его золото!

— А почему ты просто не закопал его у себя на заднем дворе?! — прорычал лич. — Но, но… а как же демоны? Почему ты продолжал призывать их, если не для того, чтобы проредить ряды войск моего господина? Зачем ты создал армию нежити?

— Я вроде как собирался продать трупы нежити за деньги, — признался Виктор.

— С девяноста девятью и девятью десятыми в мою пользу, — напомнил Вайнкер своему главе персонала.

Фурибон дрожал на своем троне от зависти и ненависти к богатству Вайнкера. — Я провел сто лет, наблюдая за этой разрушающейся развалиной, ослабляя печать, готовя ловушки и монстров, молясь, чтобы могущественный авантюрист наконец бросил вызов моему однообразию… и тот, кто это сделал, просто хочет большую пещеру, чтобы спрятать свои сокровища?

— Самый большой клад в мире! — Хвастался Вайнкер, сделав глубокий и медленный вдох.

— Ты… ты… — лич яростно почесал костлявыми пальцами череп. — Аргх!

[Насмешка] успешна! Вы успешно применили к Фурибону статус [Берсерка]!

Лич слишком разозлился, чтобы произнести заклинание!

И вот, пока его заклятый враг отвлекся, Вайнкер с вызывающим ревом выпустил огромный огненный шар. — Внезапная атака!

В Фурибона ударил огромный огненный снаряд, мощь взрыва разрушила трон и большую часть стены позади него. Одежда лича была испепелена, его кости разлетелись на две половинки, а торс отлетел и врезался в одну из стальных статуй.

Ваш Перк [Сжигание Ведьмы] был супер-эффективным!

Вайнкер с самодовольным удовлетворением смотрел на сломанные кости своего поверженного врага. — Моргнуть, — Дракон снова явил себя во всей своей красе и освободил своего главу персонала, перекусив удерживающие его цепи. — Миньон Виктор, с тобой все хорошо?

— Да, да, Ваше Величество, я в полном порядке, — ответил лакей, потягиваясь. — Спасибо, что спасли меня.

— Конечно, Миньон. Ты — драгоценный камень моей короны. — Миньон счастливыми глазами взглянул на Вайнкера, согрев сердце дракона. — Ты — мое самое ценное достояние и самый верный слуга. Я никогда тебя не отпущу. Никогда.

Миньон моргнул несколько раз подряд, переполненный эмоциями. — О боги. — наконец произнес он. — Ты никогда меня не отпустишь.

— Это было быстро, — разочарованно проворчала Шоколатин.

— Это еще не конец, — мудро заметил Миньон Виктор.

Действительно, в мгновение ока злобный Фурибон телепортировался прямо рядом со своим бывшим трупом. Его тело излучало темную магию, он указал ладонью на Вайнкера и произнес. — [Древний Метеор!]

Прежде, чем Вайнкер успел отреагировать, огромный огненный камень ударил его прямо в глаз и взорвался.

У Вайнкера появилось совершенно новое ощущение, которого он никогда раньше не испытывал, и оно ему совсем не понравилось.

Вы получили повреждения!

Вайнкер понятия не имел, что это за ощущение, но оно было зудящим и неправильным. Как несварение желудка.

— Надо же! Чтобы спрятать свое золото! — Фурибон смотрел на Вайнкера с кипящей ненавистью, точно так же, как и дракон смотрел на лича. — Я мог бы понять, если бы ты напал на меня из принципа, потому что я лич, но только для того, чтобы спрятать свое золото? Меня не выгонят из этого замка захватчики домов!

— Тогда ты снова умрешь разочарованным! — Ответил Вайнкер, обдавая своего врага огненным дыханием.

— [За Варудо], — бросил лич. В мгновение ока он телепортировался с пути пламени, из ниоткуда появился ледяной шип и полетел в Вайнкера. Шипы отскакивали от его чешуи, не причиняя вреда. — [Сопротивление Элементам]? Тогда я ослаблю твою плоть, а потом взорву тебя насмерть! [Черное Проклятие], [Ускоренная Супервспышка]!

Вайнкера окутала темная аура, он внезапно почувствовал себя не очень хорошо, а затем прямо перед ним прогремел взрыв. И снова это странное зудящее, неприятное ощущение заполнило его чешую.

Все улучшения удалены! Вся статистика уменьшилась на один уровень! Вы больше не можете восстановить HP, пока активно [Черное Проклятие]!

Сладкая Шоколатин, немедленно укрывшись за своим непобедимым хозяином, попыталась поддержать Вайнкера заклинаниями. — [Отменить Прокля—]

— [Тишина], — бросил лич, лишая сладкую Шоколатин способности говорить, до того, как она смогла закончить, — прочь с моего пути, смертная! [Ускорение]!

Фурибон начал двигаться с большей скоростью, уклоняясь от огненного шара, он бегал вокруг, стреляя в Вайнкера зелеными, зубчатыми лучами света. Дракон отвечал один за другим огненными шарами, взрывая стены и статуи.

— Ребята, стойте, вы же сейчас замок развалите! — Крикнул Человечек Виктор, когда от взрывов сверху посыпались обломки, а пламя Вайнкера перекинулось на гобелены.

— Миньон, не отвлекай меня, пока я занимаюсь ландшафтным дизайном! — Ответил Вайнкер, безуспешно пытаясь раздавить лича, который продолжал телепортироваться, прежде чем дракон успевал поймать его в зону действия своей [Очистки Заклинаний].

— Прекрасно! — зарычал Фурибон, его рот двигался так быстро, что Вайнкер едва мог разобрать слова. — Я скорее превращу этот замок в кратер, чем отдам его этому дракону!

— Твой план уничтожения золота будет остановлен, Фурибон!

— Я нет… ты — виверна-имбецил, золото — ничто по сравнению с тайными секретами!

Глаза Вайнкера вспыхнули гневом. Лич сошел с ума. Он не только использовал проклятое В-слово, чтобы унизить истинного дракона, но и пустил в ход безумную чушь.

Вайнкер решил бороться всерьез и уничтожить этого лича с крайней предвзятостью. — [Очистка Заклинаний.] — Дракон снова активировал свой Перк, погасив один из взрывов, когда тот вошел в зону действия его антимагического поля.

Проверка Харизмы прошла успешно! [Черное Проклятие] снято Перком [Очистка Заклинаний]!

— У тебя для этого Перка кончатся Специальные Очки еще до того, как я исчерпаю свои, виверна! — Прорычал Фурибон.

Но это уже не имело значения. Лич мог быть магом с блестящими заклинаниями, но он станет бессильным скелетом, как только Вайнкер поймает его в пределы досягаемости своего Перка [Очистка Заклинаний], а сам останется непобедимым драконом. Он просто должен был его поймать.

Вайнкер бросился на лича.

Нежить телепортировался в сторону прежде, чем Вайнкер успел его достать.

Дракон яростно ревел, продолжая топтать и кусать Фурибона, который уворачивался от каждой его попытки. Чем больше он это делал, тем больше злился Вайнкер. Это было похоже на игру в догонялки с обиженным гоблином.

— Глупец! — Фурибон издевался над ним, его руки захлестывала нечестивая сила. — Твоя грубая сила не идет ни в какое сравнение с моим магическим мастерством, Вайнкер! Я заглянул в бездну времени, преодолел смерть и стал воплощением си-

Затем его собственная мерзость-нежить поймала лича в челюсти.

Вайнкер, всецело сосредоточенный на злобном Фурибоне, заметил своего лакея с косой, сидевшего с Шоколатин верхом на спине мерзости.

— А кто у нас тут такая хорошая собачка-нежить? Кто заработал кость? — сказал мерзости Человечек Виктор. Мерзость, как собака мышь, продолжала трясти в своих челюстях Фурибона. — Кто заслужил угощение? Это же ты! Это же ты! Ну-ка, брось его своему другу.

Нежить-пес швырнул разъяренного лича в Вайнкера. — [Телепор—]

Вайнкер поймал мерзкого лича в свою лапу прежде, чем Фурибон успел произнести свое заклинание, и тут же погасил его заклинание.

Дракон с самодовольным удовлетворением посмотрел на своего пленника. — Молодец миньон, — похвалил он своего лакея, который это заслужил.

— Я знал ,что Перк [Наездник Монстра] пригодится, — сказал Миньон Виктор, а его чудовищный конь почесался.

— [Телепортация]! — ругнулся Фурибон, но ничего не произошло.

— Человечек Виктор, — сказал Вайнкер. — Теперь ты назначен моим королевским палачом. Я знаю, что ты еще не оправился от пыток, которым подверг тебя Лич, но ты немедленно вынесешь ему приговор!

— Он меня не мучил. На самом деле, он был слишком болтливой, жуткой нежитью. Я думаю, ему нужен был кто-то, с кем можно было бы поговорить после столетия создания в одиночестве ловушек, что-то типа кризиса среднего возраста без жизни.

Бедный миньон. Боль сломила его разум, и он посочувствовал своему обидчику. Ну ничего, Вайнкер позаботится о том, чтобы ему для выздоровления была оказана необходимая помощь.

— Убей меня, — яростно зашипел Фурибон, как раненая змея, которой он и был. — Этот день не может стать еще хуже.

— Только после того, как мы найдем твой талисман, — сказал Человечек Виктор.

Лич издал смешок. — Ты что, держишь меня за дурака? Я перенес его в тайный склеп на другом континенте, еще когда дракон угрожал разрушить мой замок. Я вернусь, и когда вернусь, больше — никаких игр. Я буду проливать дождем заклинание за заклинанием, пока вы все не умрете.

— Знаешь, я даже немного тебе сочувствовал до этой последней части. — Миньон Виктор посмотрел на Фурибона с тем же презрением, что и Вайнкер, а затем взмахнул своей косой. — Насколько я понимаю, твоя душа возвращается в твой талисман, когда разрушается твое тело, позволяя тебе создать новое.

— Да, это называется бессмертием, — снисходительно ответил Фурибон.

— А это значит, что твоя душа обитает в этом твоем теле, прямо сейчас. В противном случае, если твой нынешний сосуд был анимированной марионеткой, я не понимаю, почему ты сейчас от него не отказался, а ждешь, пока мы его уничтожим. Ты когда-нибудь слышал о Перке [Хельхейм]?

Лич замолчал и наконец сказал: — Это не сработает.

— Давай выясним, хорошо?

— [Усиленная Телепортация]! [Телепортация]!

Миньон Виктор взмахнул клинком, отсекая скелетообразную голову лича.

Кости лича мгновенно рассыпались, и из них вырвался призрак черной энергии. Он безмолвно попытался убежать из комнаты, но темная сила затащила его внутрь косы. Сразу после этого клинок отразил внутри кричащее лицо Фурибона.

— Неудачный выбор последних слов, — сказал Человечек Виктор, снова взмахнув косой, и призрак Фурибона тихо зарычал внутри лезвия. Шоколатин смотрела на эту сцену радостными глазами. — Его безмолвные крики такие сладкие.

— Ты запечатал его, миньон? — Спросил Вайнкер, и его лакей подтвердил это кивком головы.

— Я думаю, что его душа вернется в талисман, только если коса будет уничтожена, но сейчас, да, он запечатан.

— Наконец, его зло никогда больше не осквернит мое богатство.

Поздравляю! За то, что вы запечатали злого Фурибона в оружии вашего миньона и объявили замок Мурмурин своим подземельем, вы заработали уровень в ультра престижном классе [Кайзер]!

+30 Очки Жизни, +10 специальные Очки, +1 Сила, +1 Жизнестойкость, +1 Мастерство, +1 Ловкость, +1 Интеллект, +1 Харизма, +1 Удача!

Вы заработали классовый Перк [Хозяин Подземелья (Замок Мурмурин)]!

[Хозяин Подземелья (Замок Мурмурин)]: вы магически настроены на свое подземелье. Вы можете, по своему желанию, мгновенно телепортироваться в любое место в пределах замка Мурмурин, и вы можете перемещаться внутри с совершенным осознанием своего пути.

Вайнкер не обратил на это особого внимания, его взгляд был прикован к новому сокровищу, появившемуся на его ладони среди оставшихся костей Фурибона. Великолепная, украшенная драгоценными камнями золотая корона, самый красивый головной убор, который когда-либо видел Вайнкер.

Но она была размером на человечка.

— Миньон Виктор, ты попросишь Барнабаса выковать мне корону размером на дракона. После того, как мы найдем способ вылечить мое золото.

— Вообще-то, я думаю, что у меня есть решение, — сказал Виктор. — Ваше Величество отменили заклинания лича с помощью Перка [Очистка Заклинаний], поэтому вы сможете отменить его—

— Я могу вылечить свинцовую болезнь! — Вайнкер перебил своего лакея, вне себя от радости.

Наконец-то клад был спасен.

И вот Фурибон, враг всего доброго, был уничтожен той же одержимостью, которая питала его бездонное зло — ненависть к золоту. И снова силы жадности одержали верх, и драконий образ жизни сохранился.

Благодаря благословению Короля Вайнкера [Очистка Заклинаний], его богатство вернулось к нему, а также его верному миньону. Бесполезный Круассан, который выжил после всех ловушек только для того, чтобы увидеть, что сражение закончено, был осмеян и плакал. Был заказан большой пир. Овцы были съедены. Используя их внутренности, были вызваны демоны. Они тоже были съедены.

И вот в Мурмурин вернулся мир. В глубине своего замка Король Вайнкер собрал огромный клад, один клад, чтобы связать их всех. Один только Лорд Виктор, чтобы искупить свою вину, взял на себя бремя содержания под стражей нищего Фурибона.

Я, Розовый Рейнджер, получил от Короля Вайнкера задание написать славные хроники Великой Войны против Фурибона, который был злом и должен был быть уничтожен. Клянусь, что мои слова — чистая правда, официальная правда из уст самого короля Вайнкера. Да воссияет его слава в грядущие века.

Итак, помните всегда, что в самые темные времена, даже перед лицом самого зловещего зла…

Богатые всегда выигрывают!

Своды замка были переполнены сокровищами.

В глубине подземелья Человечек Виктор нашел крепкие металлические двери, такие толстые и огромные, что через них могли бы пройти сразу пять драконов. После некоторого изменения ландшафта Вайнкер и его миньоны пробрались внутрь, и их встретило самое прекрасное зрелище в мире: огромный подземный металлический склеп, переполненный горами золотых и серебряных монет.

Вайнкер тут же прыгнул в свое новое сокровище, и начал плавать в золоте, как акула в воде. Этот лич под землей держал так много маленьких монет, и без хорошего дракона, который бы о них заботился!

— Миньоны! — Закричал Вайнкер, опосредованно осыпая свой живот монетами. — Увеличьте мой новый клад, добавив к нему старый!

— Конечно, но… что это за чертовщина?

Вайнкер, который сосредоточился только на своих новых блестяшках, не заметил в другом конце хранилища второй двери. Она была сделана из древнего камня и запечатана тяжелыми цепями, покрытыми древними рунами.

А может быть, за ней есть еще одно хранилище, побольше? Это становилось все лучше и лучше!

— О, это написано на старом Ишфанском. — Сладкая Шоколатин двинулась изучать надписи на камне. —За этими дверями, закрытыми благословенной Инквизицией Митры Вечного, находятся владения Архидьявола Изабель, Владычицы Клинков. Пусть эти узы никогда не разорвутся, иначе Ишфания познает Бесконечный Ад.

— Ну конечно, Ишфанская Инквизиция построила бы крепость над воротами в Ад, — сказал Миньон Виктор. — Замок предназначался для того, чтобы защитить от вторжения извне.

— Изабель — мать Брэндона Мора, — сказал Круассан Бесполезный. Он, с порезами и краской по всему телу, еще не оправился от ловушек, через которые прошел, когда Вайнкер послал его на разведку. — Фурибон, должно быть, в течение столетия пытался открыть эти двери, чтобы снабдить своего господина армиями демонов и бросить их на Гардмейн.

— А что насчет печати? — Спросил Человечек Виктор. — Она выдержит?

— Крепления ослабли из-за отсутствия технического обслуживания, но я могу починить их с помощью Кальмара… — Лицо Шоколатин внезапно просияло. — О, а почему бы нам самим их не открыть? Тогда мы сможем убивать демонов, когда они выйдут. Больше денег, больше мяса.

Глава персонала Вайнкера не разделял ее энтузиазма. — Мне не нравится подтекст уничтожения целого вида, убивать их одного за другим, обманом заманивая в закрытую комнату. Даже демонов.

— Но, организованная резня — это нормально, если так поступают с извергами! — Запротестовала Шоколатин.

— Нет, это не так! И хочет ли Ваше Величество дать армии потенциальных грабителей прямой доступ к своим сокровищам?

Нет. Это было бы похоже на прежнюю гору, только с крылатыми козами, а не с человечками. — Волчонок Шоколатин, ты будешь держать эти двери закрытыми, — приказал Вайнкер. — Ты можешь использовать овец, чтобы заманить их в свою отсталую крестьянскую деревню.

Оборотень разочарованно надула губы, а Миньон Виктор обрадовался. — Волчата, сходите за кальмаром и укрепите эти двери, — приказал Вайнкер. — Я не позволю, чтобы мой склеп был открыт для нищих дольше, чем это необходимо. Кобольды Рейнджеры, пойдите спросите Тролля Барнабаса, готова ли моя корона. Человечек Виктор, ты останешься здесь, чтобы обсудить мое классовое планирование.

Миньоны поспешили удовлетворить его нужды, оставив Вайнкера наедине с его самыми любимыми сокровищами: его кладом, и его главой персонала.

— Теперь, когда злой Фурибон уничтожен, мы можем сосредоточиться на том, что для меня действительно важно, — сказал дракон, зарываясь в золото, пока над ним не осталась только его голова. — Эта сладкая [Стипендия] дает мне тем больше золота, чем выше мой уровень. Найди способ увеличить эту сумму.

— Очевидный способ — это еще больше повысить ваш уровень, Ваше Величество, — высказал Виктор простое решение. — Еще, может быть, увеличить деньги, которые вы получаете, могут волшебный предмет или особый Перк.

— Я оставляю тебе искать правильное решение, Человечек Виктор. Ты- мой классовый менеджер.

— Ваше Величество, о магических предметах. — Его глава персонала прочистил горло. — Предлагаю вам позволить миньонам сохранить и использовать ваши магические предметы, которые размером не для дракона, как вы разрешили мне.

— Миньон, Фурибон запечатан навеки, и замок принадлежит мне. — Он уже надел на палец, как кольцо, корону, полученную от Фурибона,. — Нет никакой необходимости разбрасываться моим богатством. И если уж говорить о взятых взаймы сокровищах, то где же солнечные наручи и кулон с огненным шаром, которые я тебе дал?

Миньон на секунду смутился и замолчал. — Ну, Фурибон застал меня врасплох, до того, как я успел одеться…

— В следующий раз тебе следует быть более осторожным и носить мои вещи с гордостью, — упрекнул Вайнкур своего лакея. — Мне приятно, что мои сокровища всегда на виду. Это успокаивает и хорошо смотрится.

— Да, я понимаю. Я просто говорю, что теперь наша компания авантюристов возглавляет баронство, и нам может понадобиться хорошая полиция, а миньоны с магическими предметами будут более эффективны.

Вайнкер покосился на своего фаворита. — Баронство?

— Я уже говорил Вашему Величеству, что Гардмейн обещал, что тот, кто уничтожит Фурибона, сможет претендовать на окружающие земли, которые называются баронством. Я велел Сейворюз послать почтовым голубем сообщение, так что вас должны официально назвать бароном Мурмурина, как только будет уведомлена гильдия авантюристов. А если они откажутся, то вряд ли смогут что-то сделать с тем, кому принадлежит это место. Мурмурин находится так далеко от Гардмейна, и так полон чудовищ, и так близко к территории Мора, что даже самоубийцы-авантюристы не осмелятся нас выселить.

— Баркороль Мурмурина, — поправил его Вайнкер, прежде чем объяснить свою логику смущенному лакею. — Барон Король Вайнкер. Баркороль Вайнкер.

Миньон бросил на него пустой взгляд.

Вайнкер вдруг понял, в чем проблема с этим именем. — Корольрон? Корольарон? — Ничего подходящего! — А есть ли такой титул, который мог бы включать в себя и то, и другое? Король Альбенских гор и Барон Мурмурин вовсе не звучат мелодично.

— Я думаю, что выше Короля Император, Ваше Величество, поскольку империи больше королевств. Так что, это должно охватывать все.

Вот как? И все это время он называл себя просто королем, потому что думал, что нет ничего выше этого! — Миньон, отныне я буду называться Его Величество Вайнкер Рыцареубийца, Первый Этого Имени, Великое Бедствие этого Века, и Император Мурмурина и Альбенских Гор.

— Как пожелаете, Ваше Величество Император Вайнкер.

Вайнкер вдруг понял, что никогда еще он так не любил новое слово.

— Мне неприятно разбрасывать свой клад вокруг и вне поля моего зрения, — сказал дракон, — попроси Барнабаса создать для миньонов оружие. До тех пор я согласен одолжить оружие кобольдам, так как красота моего клада побуждает их работать, но только на время. Ты один достоин владеть в битве моими священными сокровищами, Миньон Виктор. Ты — единственный, кому я могу полностью доверять, зная, что я их не потеряю.

— Благодарю Вас, Ваше Величество, — сказал миньон, на этот раз без какого-либо жалкого тона. Если подумать, то Вайнкер никогда раньше не слышал от него такого теплого голоса.

— В честь моего повышения до Императора я объявляю сегодняшний день Днем Вайнкера. Каждый год мы будем радоваться поражению Фурибона, который был злом и должен был быть уничтожен. Будет устроен большой пир из скота, и перед восторженной толпой я сожгу деревянную куклу Фурибона, пока они будут меня подбадривать. — Может быть, он получит от этого какое-нибудь сокровище. — Кроме того, в этой деревне оборотней миньоны построят мне статую, чтобы мои подданные могли благоговеть перед моей императорской персоной. Мне нужна статуя побольше, чем боги в ваших храмах.

— Ваше Величество, праздники и общественные работы — это хорошо, но как насчет настоящих законов? Я думаю, что жители Мурмурина хотят знать, как они будут собой управлять, теперь, когда ты — главный дракон в городе.

Вайнкер задумался, и первое направление стало очевидным. — Миньон Виктор, этот опыт и жестокость твоего короля-человечка заставили меня понять, что нет большего преступления, чем отделить дракона от его с таким трудом добытого сокровища. В своем великодушии я объявляю своей первой заповедью: никаких налогов, никогда.

— Никаких налогов, никогда?

— В моей империи никогда не будут взиматься никакие налоги на сокровища. Налоги — это зло. Вместо этого в награду за мое просвещенное драконье руководство я буду получать ежедневную дань скотом.

— Я думаю, Ваше Величество изобрели налоговые гавани намного раньше своего времени. А как насчет снижения налога на мой гонорар в одну десятую?

— Это совсем другое дело, — ответил Вайнкер, возмущенный низменной жадностью миньона. — Это не налог, так как вы продаете мое не блестящее имущество от моего имени. Одна десятая — это награда. Если ты хочешь разбогатеть и произвести впечатление на женщин, чтобы они вместе с тобой размножались, создай себе клад, упорно работая.

Человечек Виктор вздохнул. — Я думаю, что поборы и бессмысленный труд нежити покроют публичную службу.

— Моя вторая заповедь будет такова: никакого свинца. Свинец — это работа Фурибона и он запрещен до конца времен. Все, кого в землях Императора Вайнкера поймают с контрабандным свинцом, будут съедены. Если только свинец не является больным золотом, в этом случае он будет вылечен и добавлен в мой клад для вечного хранения.

— Вместо свинца тогда медь.

— Моя третья заповедь, — Вайнкер уставился на своего миньона мертвым взглядом, — Миньон Виктор, сделай эту штуку.

Его лакей моргнул, переполненный честью. — Сделать эту штуку?

— То, что не относится к дракону, — уточнил Вайнкер. — У меня есть дела, вроде подсчета моих новых монет или убийства личей, это поважнее, чем управлять жизнью волков, миньонов и человечков. Я дракон, и мне все равно, как миньоны управляют своей жизнью, лишь бы они делали то, что я говорю, когда я этого требую. Итак, Человечек Виктор, теперь я назначаю тебя моим Визирем Великого Дракона и Исполнителем Дел.

— Итак, я продолжаю делать то, что делал всегда, — делать скучные вещи, пока ты наслаждаешься наградами.

— Не злоупотребляй своей привилегией.

Поздравляю! Доведя себя саморекламой до Императора, установив свою «имперскую власть» над Мурмуринским регионом и обладая огромной личной властью, достойной такого титула, вы не только заработали уровень в Классе [Благородный], но и ваш Благородный Класс превратился в Класс [Император]!

Предупреждение: Вы потеряете преимущества Классовых Перков [Императора], если не сможете защитить свой титул от претендентов и сомневающихся; вы вернете эти преимущества только в том случае, если отобьетесь от скептиков.

+30 Очки Жизни, +10 специальные Очки, +1 Ловкость, +1 Интеллект, +1 Харизма, +1 Удача!

Ваши Перки [Старые Деньги], [Снобизм] и [Аристорадар] изменились!

[Старые Деньги] изменились на [Рожденный в Пурпуре]: ваши шансы получить сокровище после убийства монстров утроились.

[Снобизм] сменился на [За Императора]: когда вы ведете их в бой, ваши солдаты и вассалы получают статусный и моральный бонус, пропорциональный вашей Харизме.

[Аристорадар] изменен на [Династия]: вы можете по своему желанию предоставить другим уровень в Классе [Благородный]. Вы можете предоставить одной персоне только один уровень, после чего она должна самостоятельно повысить уровень класса.

Вайнкеру было приятно, что система признает его авторитет, но теперь, когда он получил свою милую стипендию, этот класс интересовал его меньше. Но, по крайней мере, уровень и этот Перк [Рожденный в Пурпуре] увеличат его ежемесячные доходы.

— Человечек Виктор, с вашим видом было улажено это недоразумение с безвременной кончиной вашей герцогини?

— Ну, не знаю. — Миньон пожал плечами. — Это должно разрешиться само, как только до них дойдет весть о кончине Фурибона, иначе это никогда и ни за что не разрешится. Ваше Величество хочет снова отправиться на поиски приключений?

— Только за принцессой, — сказал Вайнкер. — Скоро настанет День Хвастовства, и мне нужна принцесса, чтобы выставить ее на всеобщее обозрение в качестве жемчужины моей короны.

— Ваше Величество уже и так постоянно хвастается, — ответил Миньон Виктор. — Каждый день — это День Хвастовства.

— Да, но не для драконов, — сказал Вайнкер, и его миньон нахмурился, когда он упомянул о своем удивительном виде. — Это — День Хвастовства. Теперь, когда мой клад излечился от свинцовой болезни, он стал достаточно большим, чтобы хвастаться перед остальными членами моего рода. Но истинный клад не обходится без пойманной в дикой природе принцессы, и ее демонстрации. Я хочу провести День Хвастовства через две луны, так что найди мне хорошо оплачиваемый квест с принцессой.

— Ваше Величество собирается съесть принцессу? — обеспокоенно спросил миньон. — Я знаю, ты говорил, что не будешь этого делать, но… если это особый случай…

— Миньон, я вовсе не дикарь. Я сохраню ее до конца Дня Хвастовства, а потом отпущу ее, чтобы она выросла в королеву и сделала больше принцесс. Так будет продолжаться цикл жизни. Я — дракон, заботящийся о сохранении дикой природы.

— Ладно, хорошо. — Его миньон вздохнул с облегчением. — О скольких драконах мы говорим? Не обижайтесь, но Вашего Величества и так уже слишком много для нас, смертных.

Вайнкер долго и глубоко размышлял. Он приглашал каждого члена своего рода, с которым он оставался в контакте, чтобы продемонстрировать свое богатство в отличном шоу доминирования.

— Не больше двухсот, — ответил Вайнкер, и лицо его миньона потеряло все краски. — Тебе уже пора готовить скот. С моей стороны было бы очень скупо показывать свое богатство, не поприветствовав их большим пиром.

— Две … две сотни…

— Я знаю, это так мало, но мы, драконы, слишком любим проводить время наедине, чтобы оставаться на связи, — объяснил Вайнкер. — Большинство моих сородичей охотятся на принцесс на севере, там такие холодные земли, что я замираю, думая о них.

Миньоны вернулись вместе с Миньоном Барнабасом и странным кальмаром, который поклонялся земному Человечку Виктору. Тролль изо всех сил пытался нести корону, ему помогали кобольды.

Едва ее увидев, Вайнкер сразу же влюбился в эту безделушку.

Это была самая красивая корона, которую он когда-либо видел: золотая диадема размером с дракона с тремя миниатюрными копиями Вайнкера, поднимающимися из передней части кольца и окружающими огромный рубин. По краям были закреплены четыре рога из слоновой кости, придавая ей сильный, но элегантный вид — он так хорошо сочетался с его собственными естественными рогами.

— Это — [Корона Драконьей Власти], Ваше Величество, — сказал Барнабас. — +10 Харизма, и целый ряд преимуществ.

— Моя! — Лапы Вайнкера жадно потянулись к короне и он тотчас же надел ее на голову. Корона плотно облегала его черные рога, и дракон немедленно взглянул на свое отражение в монетах своего клада.

Чистое совершенство!

И это был он!

— Я — Император Вайнкер Рыцареубийца, владелец всего, что я вижу! — Хвастался Вайнкер, и миньоны попадали на колени. — Хвала мне! Подбодрите меня!

— Вайнкер — лучший дракон!

— Вайнкер — лучший дракон!

— Вайнкер — лучший дракон!

Виктор вышел из замка Мурмурин, вернее, из руин, которые остались стоять. Его горло еще болело от криков, а в голове была только одна мысль.

“Фффффф…”

Они были обречены.

Двести драконов! Двести драконов, и он будет хвастаться им, как то, что он стал авантюристом, сделало его богаче! Как это могло не иметь неприятных последствий?!

Это, а также то, что Вайнкер постепенно становился умнее. Он заметил, что Виктор пожертвовал своими вещами, и даже если авантюрист смог отвлечь его внимание, ему нужно было заменить их как можно скорее.

Уведомление о его новом повышении уровня облегчило его страхи.

Поздравляю! За то, что вы нанесли смертельный удар древнему личу от имени вашего повелителя дракона и хитроумно поймали душу лича в свою косу, вы получили два уровня в Классе [Оруженосец Монстра] и два уровня в Классе [Жнец]!

+90 Очки Жизни, +20 специальные Очки, +2 Сила, +4 Жизнестойкость, +4 Мастерство, +4 Ловкость, +3 Интеллект, +3 Харизма, +3 Удача!

Вы получили Классовые Перки [Продвижение Мука] и [Некромантия II].

[Продвижение Мука]: вы можете заставить своих миньонов эволюционировать в более сильные формы, если ваш уровень выше, чем теоретический рейтинг опасности эволюционировавшего монстра, и если будут выполнены скрытые условия. Повышенные миньоны сохраняют свои прежние классовые уровни.

[Некромантия II]: вы можете выучить и использовать заклинания Некромантии Уровня II. Это заменяет Некромантию I.

Поглотив душу могущественного лича, ваша [Коса Убийца] была модернизирована в [Коса Убийца+].

+25 процентов вероятности нанесения критических ударов.

Черт возьми, этот рост… сегодня ему повезло. С такой скоростью он в мгновение ока догонит Сияющего Рыцаря.

Внимание: вы достигли потолка класса 30-го уровня.

Вы больше не сможете получать дополнительные уровни, пока не используете [Герб].

Вы все еще можете получить перки с помощью специальных действий, но ваш прирост опыта равен нулю.

А?

А что, существуют потолки уровня? Ему нужно подкупить систему, чтобы попасть в средний класс? Черт возьми, все было так же, как и на Земле.

На этот раз, однако, система дала ему больше объяснений.

[Герб] — это мощные, но редкие предметы, которые позволяют пробить потолок класса 30-го уровня.

[Героические Гербы], встречающиеся еще реже, и более мощные [Гербы], необходимы, чтобы пробить потолок класса 60 уровня.

После этого вы можете подняться до 99 уровня, что позволит вам получить доступ к Валгалле и попытаться достичь апофеоза.

Валгалла. Последний вызов. Только двенадцать существ пережили его и стали божествами Аутремонда.

Тем не менее, он понятия не имел, где найти [Герб], или даже, как он выглядит. Но. Вопросы на потом. Было нечто более срочное, чем уровни и подготовка к Дню Хвастовства.

— Фурибон. — произнес Виктор, глядя на свою косу, и на острие клинка материализовалась страшная физиономия лича. — Фурибон, ты здесь? Фурибон! Фури?

— Что? — раздраженно прошептал в ответ лич.

Он действительно мог его понять. — А что это за сделка с айпадом? — Молчание лича заставило его закатить глаза. — Яблоко Знания.

— А с чего бы мне тебе рассказывать? Я ненавижу тебя и все, что символизирует дракон. Я хочу, чтобы вы все умерли.

— Благодарю вас, вы так добры. А теперь о том, почему … — Виктор хитро и жестоко ухмыльнулся личу. — Потому что иначе я отдам эту косу Вайнкеру, и ты проведешь вечность, как часть его сокровищницы. Тебе придется терпеть его безумие до скончания времен, пока не сойдешь с ума, наблюдая, как он купается в золоте в твоем замке и несет ерунду.

Испуганное молчание лича было золотым. — Ты — чудовище, — сказал Фурибон. — Ты выглядишь слабым и невинным, но ты — чудовище.

— Гуманоидно-драконьего типа, — подтвердил Виктор. — А теперь ответь мне, прежде чем я на это решусь. Ты же знаешь, что я так и сделаю.

Фурибон сердито вздохнул, но слишком ненавидел Вайнкера, чтобы отказаться. — Мой хозяин, Брэндон Мор, выражаясь вашим грубым языком… поставил не на ту лошадь. Он помогал фоморам во главе с Королем Балауром в их войне с Гардмейном за южные территории, но его сторона проиграла. Теперь, когда волшебные лорды побеждены, у Гардмейна есть много авантюристов и крестоносцев, и нет врага, с которым можно было бы сражаться.

— Значит, он боится, что Гардмейн в следующий раз нападет на него.

— Прайден и Темный Лес, крепости оставшихся фоморов, слишком опасны для Гардмейна, но не для Ишфании. Учитывая потери во время конфликта, у моего хозяина больше нет сил противостоять всей мощи своих соседей.

— О’кей, значит, он отчаянно пытается найти способ переломить ситуацию и спасти свои оставшиеся территории. — Используя Скорчеров, чтобы отвлечь авантюристов, и пытаясь вызвать подкрепление из Ада… — Дай угадаю, он думает, что оружие из других миров решит его проблему?

— Мы всегда исследовали технологию из мира Земля, когда только могли ее найти. Во многих отношениях она завершает нашу собственную магию. Король Мор предложил великую награду тому, кто захочет поделиться с ним знанием, и однажды эта темная женщина принесла ему Яблоко Знания.

Эта история показалась мне очень знакомой. — А эту женщину зовут Лавер?

— Нет. Эту женщину зовут Мелоди. Она — яд в человеческом обличье, прекрасный, смертоносный цветок, который убивает при прикосновении.

Ах. Слишком плохо. Виктор догадался, что не все заговоры были связаны между собой. — Итак, этот человек, который, вероятно, работал на крупнейшего производителя оружия в моем мире, предложил свои услуги Брэндону Мору в обмен на власть и деньги. По сути, он просто сменил работодателя. Тогда, как же его цифровая записная книжка оказалась в Хадмере?

— Цифровая? — Лич пожал плечами. — Выросло то, что вы называете совестью, а я — слабостью. Трус бежал в Гардмейн, прихватив с собой Яблоко, и когда агенты Мора убили его в окрестностях Хадмера, они обнаружили, что монстры уже украли устройство.

Да будут благословенны Рейнджеры Кобольды.

— Сам я не мог открыть магические пароли, защищающие запретное знание, но у короля Мора есть могущественные союзники, в том числе и его собственный специалист. Со временем это знание будет принадлежать ему, и вы, нет, весь Аутремонд, научитесь страху и огню.

Да, конечно. Что же касается угроз, то Виктор слышал их гораздо лучше. Однако возможность того, что демонический диктатор получит доступ к схемам самолетов, вызывала беспокойство. Мор, возможно, не сможет без необходимой инфраструктуры полностью воспроизвести оригинальные проекты, но Виктор самолично создал какой-никакой, а самолет. Так что, это вполне возможно.

Ему придется предупредить Гардмейн или убедить Вайнкера как-то разобраться с Мором, прежде чем тот сможет угрожать континенту. — А эта женщина? Чего она хочет? Откуда она взялась?

— Не знаю, мне все равно. Я служу своему господину так же, как ты служишь своему, и не задаю вопросов.

В этой фразе было так много неправильных вещей, но лич, похоже, не лгал. А если что-то знал, то Виктор не мог это проверить. Он подозревал, что какая-то другая сила поддерживает Мора из тени, чтобы нанести удар Гардмейну, но пока он мог только догадываться, кто именно.

Ну что ж. Он пошлет предупреждение вместе с «имперскими декларациями».

Рейнджеры Кобольды вышли из здания следом за ним, отвлекая его от мыслей. Синий нес меч, который Виктор сразу же узнал.

— Сокровище! — Залаял Вайнкер Младший.

— А мечи что, говорят? — Спросил Синий, рассматривая его более внимательно.

— Мимик? — Красный внимательно осмотрел его, заметив губы на рукоятке. — А почему он тебя не укусил?

— Потому что Младший — хороший имитатор, — сказал Виктор, и меч замурлыкал в ответ, — А кто у нас такой хороший клад? Кто же такое хорошее сокровище? Это же ты!

Наблюдая за миньонами, Виктор почувствовал, как в нем шевельнулся инстинкт. Он не мог точно сказать, почему, но у него была интуиция, что его Перк [Продвижение Мука] может сработать как на мимике, так и на Красном. Но не на других кобольдах. Либо их эволюционировавшая форма была сильнее его, либо, что более вероятно, Красный заработал больше боевого опыта в качестве лидера группы и, таким образом, выполнил скрытые условия.

— Красный, подойди сюда на секунду, я хочу кое-что попробовать, — приказал Виктор. — Синий, дай мне Младшего.

Он погладил послушного Красного по голове и взял Младшего из рук Синего. В ту же секунду, как он коснулся этих двух существ, Перк активировался. Оба они были поглощены ярким светом и на глазах у Виктора преобразились.

Красный превратился в двуногого гуманоида-ящера, который почти достиг ростом Виктора. Черты его лица превратились в нечто среднее между хищным динозавром и кобольдом, с выдвижными лезвиями на руках. Из ниоткуда на его шее появился красный шарф, и при ближайшем рассмотрении Виктор понял, что это была часть тела. То, как он стоял, ясно напомнило ему рептильную версию героев сентай, от которых он черпал вдохновение.

— Стиль? — Ред чуть не расплакался, восхищаясь своими новыми чертами лица, особенно лезвиями. — У меня есть стиль, и я уже взрослый!

Однако мимик…

Никогда прежде Виктор не видел более тревожного ужаса. Одно это зрелище заставило кобольдов проигнорировать превращение Красного и они спрятались за спину Виктора.

Ему пришлось бросить меч, прежде чем он смог закончить метаморфозу, так как он значительно вырос. Уродливое существо было размером с лошадь, с главным, сферическим телом, которое несли шесть руконог. Текстура кожи напоминала Виктору камень или могла легко маскироваться под него.

У чудовища была достаточно большая пасть, чтобы проглотить человека целиком, острые зубы и тошнотворно длинный язык. Наконец, из основного корпуса выпрыгнул красивый, явно магический меч, по типу приманки для рыбы.

Зарывшись в землю, это существо могло легко выглядеть как меч в камне, как Экскалибур, искушающий глупцов. Это существо было следующим эволюционным шагом к полному уничтожению авантюристов.

Кобольд Красный был повышен в звании до Рейнджера Раптора.

Мимик Вайнкер Младший был повышен в звании до Экскалитрапа.

— Сокровище меча! — сильным, страшным голосом рявкнула чудовищная мерзость.

Виктор Далтон. Мастер Покемонов и Визирь Великого Дракона.

По крайней мере, они помогут сохранить мир. А теперь, прежде всего, купите новые наручи и ожерелье взамен тех, что он потерял в Хадмере. Он уже чувствовал себя плохо, когда врал о них Вайнкеру, и—

Стоп.

Он чувствовал себя плохо из-за того, что солгал дракону? На самом деле, из чисто прагматических соображений он не боится за свою жизнь, но стыдится этого?

Авантюрист задумался, если подумать, то, что Вайнкер ясно дал понять, что никогда не отпустит Виктора со службы, действительно ли так уж плохо. Он стал регентом региона во всем, кроме имени, получил много уровней, завел друзей, хотя и трудных, и приобрел могущественного защитника. В конце концов, Вайнкер спас его от Фурибона, даже если бы он все равно затеял драку с личем.

Был…

Неужели ему действительно начинает нравиться Вайнкер?

«Кажется, у меня Стокгольмский Синдром.»

1291 год после Митры, Небесное царство Митры.

Смерть — отстой. Но не так сильно, как она думала.

Киа никогда не была религиозна, поэтому она ожидала увидеть темную пустоту, а потом — ничего. Но, видимо, религии все же что-то нащупали.

Загробная жизнь существовала, и она выглядела, как греческий храм из мрамора, золотых облаков и сияющего света. Какой бы бог ни управлял этим местом, он дал ей удобное кресло, на котором она могла сидеть перед ярким погребальным костром.

— Киа Бекеле.

Она подняла глаза и обнаружила, что то, что она приняла за колонны, на самом деле было ногами двух огромных фигур.

Первым был огромный человек с мраморной кожей, похожий на статую, высеченную из камня. Существо носило корону из пламени и несло пылающий меч, скрытый под королевской мантией. Это был архетипический король с двумя солнцами вместо глаз, с доброжелательностью глядящих на Киа сверху вниз. — Я — Митра, бог солнца, закона, исцеления и справедливости — представился он теплым, гулким голосом.

— А я — Леоне, богиня славы, благородства, искусства и силы. — Второй был настоящим рыцарем в сияющих доспехах, женщина со светлыми волосами, сияющими голубыми глазами и в золотых доспехах.У нее был огромный меч, воткнутый в землю, за эфес которого она держалась обеими руками. Она излучала ауру храбрости. — Мы — двое из двенадцати богов Аутремонда.

Аутремонд?

— У монеты два лица, Киа, — сказал Митра. — Земля — всего лишь один из многих миров, и у нее есть близнец. Аутремонд. Мир, похожий на ваш по форме, но с драконами вместо самолетов, и магией вместо науки. Мир, которому угрожает великая гибель, и который отчаянно нуждается в героях.

— Ты рано умерла на Земле, не успев исполнить свое предназначение. — продолжал Леон. Киа задавалась вопросом, были ли они женаты или очень близкими друзьями, что так хорошо синхронизировались. — Но ведь смерть — это дверь. Это может привести вас к любой загробной жизни или к новому шансу в Аутремонде.

— Что-то вроде реинкарнации? — Как в тех романах, которые она читала в интернете?

— Если хочешь, — согласился Митра с ее вариантом. — Мы можем переместить тебя в Аутремонд такой, какой ты есть сейчас, со всем, что ты имеешь. Или мы можем реинкарнировать тебя в тело человека, эльфа, гнома или даже кошки. Если это не фомор и не дракон, ты можешь стать кем угодно и чем угодно.

— Это… странно специфично. — заметила Киа.

— У фоморов нет души, и поэтому ты не можешь воплотиться как единое целое. Драконы… — Леоне скорчила гримасу абсолютного отвращения, но затем вновь обрела самообладание. — Драконы запрещены. Тебе будут дарованы божественные благословения и великие блага, так что ты сможешь выковать себе новую судьбу. Но великая сила приходит с определенными обязательствами.

Конечно, тут был подвох. Киа никогда в жизни не совершала ничего экстраординарного. Она вместе со своими родителями переехала из Эфиопии в Европу, только чтобы умереть школьницей, когда ее глупый бойфренд въехал их машиной в другую. Кроме какой-нибудь благотворительной деятельности в свободное время, у нее не было ничего героического. — У вас есть для меня задание.

Леоне кивнула: — Народу Аутремонда угрожает древний враг, волшебные лорды фомора.

— Это не маленькие феи из ваших фильмов. Фоморы — это бездушные мерзости, злые ведьмы, пожиратели детей и жестокие великаны. Они относятся к людям, как к игрушкам или пище, и создают жизнь только для того, чтобы поработить ее. Они возвысили зверолюдей, наделяя их даром разума, но только для того, чтобы охотиться на них ради забавы. Они — грязные тираны, которые когда-то железным кулаком правили Аутремондом вместе со своими соперниками-драконами, пока не появились наши собратья-божества Кости.

— Благодаря нашей поддержке и силе классов, люди и другие виды постепенно оттеснили их обратно в темный угол Аутремонда. Но почти столетие назад один из них решил сопротивляться.

Митра поднял руку, и перед Киа возникли миниатюрные призрачные картинки, похожие на голограммы.

Сцена представляла собой средневековый город, населенный людьми и подвергшийся нападению монстров. Тролли, людоеды, крылатые гарпии и прочие ужасы прорвали крепостные стены и подожгли город, сражаясь с рушащейся обороной рыцарей и магов. Это выглядело бы потрясающе, если бы битва не была ужасно односторонней в пользу орды.

Чудовищный всадник размером с небоскреб бесновался вокруг города, с каждым шагом сокрушая дома. Это гуманоидное существо, как на лошади, ехало на гигантской ящерице с шипами на спине.

Это был D&D Тараск? Или Годзилла? И что-то ехало на нем?

Великан, сидевший на нем, был похож на чудовищного безголового рыцаря, держащего в одной руке огромный топор из плоти и костей. Там, где должна была быть голова, парил плавающий глаз голубого пламени, злобно глядя вниз на маленьких людей, которых безжалостно рубило чудовище.

— Король Балаур, самый сильный и гнусный из фоморов, собрал ужасную армию и вел войну против континента Мистраль, — мрачно объяснил Митра. — Страны пали перед ним, и теперь Гардмейну, оплоту человечества, грозит гибель. Если ему это удастся, Балаур зальет континент кровью всех смертных, так что они никогда больше не поднимутся, чтобы бросить вызов фоморам.

— А почему вы не помогаете смертным напрямую? — Ее всегда мучило, почему боги никогда не делают этого в сказках, а это существо казалось достаточно большой угрозой, чтобы оправдать вмешательство. — Эта штука выглядит отвратительно.

— Мы бы хотели, и однажды я это сделал, — сказал Митра, удивив ее. — Но мы не всемогущи. Мы ближе к Олимпийцам, или Асам. Мы могущественны и не можем умереть, но у нас есть свои пределы.

— Тысячелетия назад мы, боги, договорились не воевать на самом Аутремонде, — сказала Леоне. — Потому что, когда мы это делали, то причинили больше вреда, чем пользы, и все равно не было явного победителя. Другой бог, Саблар Пожиратель Миров, поддерживает фоморов в их стремлении к всеобщему уничтожению и, таким образом, препятствует нашему вмешательству. Так что, пока все, что мы можем сделать, это направлять и наделять силой смертных. Мы можем перевоплощать людей с Земли, «заявляя права» на их души и делая их нашими чемпионами.

— Значит, если я соглашусь сразиться с этим Балауром, мне будет дарована новая жизнь и удивительные силы?

— Это будет опасное путешествие, и ты вполне можешь умереть, — сказал Митра. — Но знай, что если ты умрешь при исполнении своего долга, тебе будет даровано место в нашем божественном царстве. И ты не будешь одинока.

— Мы реинкарнировали многих других людей из вашего мира, которые имели потенциал стать настоящими героями. — подтвердил Леоне собственные мысли Киа. — вместе вы составите великий крестовый поход и будете сражаться, как один, против Балаура.

Они подкупали ее небесами?

Теперь, когда она знала, что они существуют, как она могла сопротивляться?

— А можно мне получить тело получше? — спросила она немного смущенно. Киа была чернокожей, с заторможенным взглядом и в очках; из тех девушек, которые проводят время в библиотеке, не видя дневного света. У нее всегда из-за этого были какие-то проблемы с телом, и поэтому она воспользовалась шансом. — Я хочу остаться человеком и быть ближе к тому, кто я есть, просто… лучше выглядеть.

— Это можно устроить, — сказала Леоне, и в егое голосе не было удивления.

— Да. Я не хочу слишком больших перемен, просто быть здоровее, не нуждаться в очках и иметь красивое лицо. Я знаю, что это звучит глупо, но … ..”

— Это вовсе не глупо, Киа, — мягко заверил ее Митра, — на самом деле, ты более зрелая и скромная, чем другие.

— А? Как же так?

— Большинство просят больше… инвентарь… и я не стану марать себя, сообщая зловещие подробности.

— А вы можете сделать больше грудь? Это то, что доступно?

Взгляд богов стал холодным и невыносимым.

— Я пошутила, — сказала Киа, которая и сама не была в этом уверена. Предложение было хорошим, и она не торопилась найти ту «нормальную» загробную жизнь, которая ее ожидала. — Я в деле.

— Спасибо тебе, Киа. — сказал Митра. — Ну что, пойдем, Леоне?

— Погодите, могу я задать вам один вопрос? — Боги кивнули. — Почему именно я, а не все остальные? Что же сделало меня особенной?

Божества в неловком молчании обменялись взглядами. После долгих, мучительных секунд Киа сильно занервничала.

— У меня не хватает духу сказать ей об этом, — сказала Леоне Митре.

Бог вздохнул в ответ, глядя на Киа сверху вниз. — Киа. Я — бог справедливости. Правда и честность находятся в моей компетенции, а это значит, что я физически не могу лгать, как бы мне ни хотелось пощадить чьи-то чувства. Мои слова будут просто объективной правдой, поэтому, пожалуйста, не принимай ничего из того, что я скажу, на свой счет.

Киа приготовилась к удару.

—Ты слишком мягкая и забывчивая.

Киа еще глубже погрузилась в кресло.

— В своей прошлой жизни ты была в значительной степени неуместна, и хотя ты умерла с хорошей кармой, это больше из-за отсутствия злых дел, чем из-за какого-либо стоящего качества. Ты, за неимением лучшего слова, посредственна, но проходима.

Никогда прежде Киа не думала, что слова могут так сильно ранить.

— Мы уже перевоплотили всех людей, которых ты могла бы назвать настоящими героями, но либо фоморы убили их, либо их слишком недостаточно. Мы, если использовать ваши местные выражения, соскребаем с дна бочки и принимаем любого, у кого хоть отдаленно хорошая карма. Мы надеемся, что там, где потерпело неудачу качество, преуспеет количество. Ситуация действительно настолько ужасна. Даже если мы этого не ожидаем, у тебя есть потенциал, с некоторыми благами и удачей, чтобы стать героем. Это маловероятно, но возможно.

К этому времени самоуважение Киа было разорвано в клочья, и она не могла найти слов.

— Но никакого давления, — с вымученной улыбкой попыталась успокоить ее Леоне.

Нет, вовсе нет.

—Ты можешь стать героем и использовать шанс превратиться в легенду, — сказал Митра еще добрее, чем прежде. — Даже если ты потерпишь неудачу, я буду рад приветствовать тебя в моем царстве, где ты сможешь наслаждаться богатой загробной жизнью. Выбор за тобой.

Эта идея нравилась ей гораздо меньше, чем раньше, но все же это было лучше, чем альтернатива.

Оба божества подняли над ней руки, и на тыльной стороне ладони Киа материализовались два символа в виде татуировок: сияющее золотое солнце и щит со стилизованным символом пера.

Поздравляю! Вам был предоставлен уровень в престижном Классе [Паладин]!

+1 Сила, +1 Жизнестойкость, +1 Харизма +1 Удача!

Вы заработали Классовый Перк [Священный Чемпион], а также Личные Перки [Избранный Митрой] и [Избранный Леоне]!

[Священный чемпион]: Вы получаете продвинутые навыки владения мечами и копьями, все атаки, которые вы делаете с любым оружием, наносят дополнительный священный урон.

[Избранный Митрой]: когда вы повышаете уровень, у вас есть дополнительный 10-процентный шанс получить очко Харизмы или Силы. Вы также невосприимчивы ко всем Огненным и Святым воздействиям, кроме тех, которые вызваны Митрой или его слугами.

[Избранный Леоне]: когда вы повышаете уровень, у вас есть дополнительный 10-процентный шанс получить очко Жизнестойкости или Мастерства. Вы получаете 30-процентный бонус опыта всякий раз, когда заканчиваете квест или убиваете монстра.

Посредственна и проходима?

Киа пообещала себе, что докажет им, что они ошибаются.

Она им всем покажет.

1301 год после Митры, через три дня после самокоронации Императора Вайнкера.

— Киа! Киа! Тащи сюда свою задницу!

Киа очнулась от сна с сильной головной болью, бутылка вина, которую она выпила прошлой ночью, стояла на краю ее огромной кровати. Утреннее солнце беспокоило ее через окна, она застонала и натянула на себя простыню.

Она услышала, как дворецкий урезонивает гостя по другую сторону двери. — Сэр Ностредейм, Сияющий Рыцарь не желает, чтобы его беспокоили… она плохо себя чувствует…

— Я ее товарищ по команде, я видел ее в самых унизительных позах, какие только можно себе представить. Скверное утро надо укрощать.

Узнав мужской голос, Киа разочарованно застонала. — Впусти этого молокососа…

Дверь с грохотом распахнулась, и в комнату вошел высокий, очаровательный темный эльф с темной кожей и короткими белыми волосами. Он носил темно-синюю с золотом мантию, наполненную магической силой, а также множество могущественных артефактов, от колец до серебряной диадемы. Его фиолетовые глаза смотрели на нее с тяжелым неодобрением. — Киа, какого черта, уже час дня!

Ее руки потянулись к вещам, лежащим под кроватью. Она схватила свой легендарный меч Арондайт, выкованный, чтобы убить самого могущественного из драконов, и использовала его как трость, чтобы встать с кровати. — А в чем дело?…

— Киа, мои боги, неужели ты пьяна? — Он закрыл за собой дверь и с помощью телекинеза открыл окно, впуская внутрь свежий воздух.

— Нет, я просто… немного перебрала вина вчера вечером… дай мне секунду… — она положила руку на грудь. — [Исцеление].

Похмелье закончилось аурой зеленого света, и Киа снова смогла нормально мыслить. — Уже лучше, — сказала она, выпрямляясь и ухмыляясь своему старому товарищу по команде. — Привет, Кевин.

— Я Ностредейм! — ее друг сердился. — Сколько раз я говорил тебе использовать мое имя героя?

Киа помнила, но все равно поддразнивала его. Как и многие другие Избранные, по прибытии в Аутремонд Кевин выбрал себе новое, фантастически звучащее имя. Поскольку они были неразлучны, как воры, он спустил ей это с рук по той же причине, по которой ей было удобно впускать его в свою комнату, когда она была только в нижнем белье.

Киа подошла к двухметровому зеркалу в своей спальне и поправила прическу. Когда боги перевоплотили ее, они изменили ее внешность до такой степени, что она забыла свою прежнюю. Ее новое тело в этом странном мире напоминало модель Лию Кебеде — черные волосы до плеч, блестящая смуглая кожа и пронзительные глаза. С тех пор, как она начала жить на винограднике, она потеряла часть мышц и набрала жирjr, но все равно выглядела скорее как амазонка, чем как хрупкий цветок.

Большинство с первого взгляда испытывало к ней вожделение, вплоть до того, что она чувствовала себя неловко, но Кевин этого не делал. Этот ботаник до такой степени любил только магию и математику, что попросил у богов стать темным эльфом, потому что это улучшило бы его интеллектуальный рост. — Дворецкий сказал мне, что ты все время пьешь, — упрекнул ее Кевин. — Я знаю, что в те дни у нас были эпические, грязные вечеринки, но пить в одиночку — это на тебя не похоже.

— Мне просто больше нечего делать, — призналась Киа.

Два года назад двести опытных авантюристов в диапазоне от шестидесятого уровня и выше, в том числе и Киа, сражались с королем Балауром на золотых полях в эпической битве за будущее континента. У каждого из них была самая лучшая экипировка, включая артефакты, время на подготовку и хорошо отлаженную стратегию.

К тому времени, когда Киа нанесла последний удар, их число сократилось до одиннадцати.

Но, в конце концов, когда предводитель фоморов был мертв, у них началась междоусобица, их орда рассеялась, а отставшие стали для авантюристов легкой добычей. Пока такие генералы, как Мэг Мелл, успешно отступали на свою родину в Прайден, война была окончена.

Киа, как одна из величайших героинь Гардмейна, была удостоена титула Сияющего Рыцаря и благородных земель. В том числе и поместье с виноградниками, где она теперь проводила большую часть своего свободного времени. Тем временем, Кевин стал директором королевской академии Гардмейна и советником короля.

И это ей до смерти надоело.

Киа уже достигла шестидесятого уровня, и теперь ей почти ничто не могло угрожать. Ну, некоторые могущественные монстры могли бы, но после той легендарной битвы с Королем Балауром, все чувствовалось как разочарование. Вместо того, чтобы отправляться на эпические квесты, она проводила дни, произнося речи или ухаживая за дворянами, желающими жениться на Героине Золотых Полей. Даже один из принцев Гардмейна добрался до этого.

«В былые времена», — как сказал Кевин. Киа чувствовала себя так же, как те капризные старики, разглагольствующие о «старых добрых временах», и она ненавидела это.

Ее глаза остановились на ярко-зеленых доспехах из звездного металла и щитах, стоящих в углу. Может быть, она снова отправится в путь как герой-одиночка, сражаясь с фоморами в Прайдене или исследуя западный континент?

— Ты не хочешь выпить? — Предложила Киа своему другу. Он щелкнул пальцами, и появился стол, покрытый бумагой, вместе со стульями.

— Нет, спасибо, — сказал он, садясь и приглашая ее сделать то же самое. — На самом деле, я приехал по делам.

По делам? Киа внезапно насторожилась, поскольку в бизнесе обычно участвовали фоморы или Брэндон Мор. — Король, наконец, решил вторгнуться в Ишфанию?”

— Еще нет, но у нас в курятнике появилась новая лиса. На юге появился большой красный дракон и вызвал там большое смятение. Он был идентифицирован как Вайнкер Рыцареубийца, старший красный змей, который терроризировал Мидгард еще до того, как он был уничтожен Балауром, а затем ассимилирован Гардмейном. Он считался погибшим во время Столетней Войны, но до сих пор сообщения и предсказания сходятся на том, что это действительно так.

Старший Красный Змей. Как и фомора, чтобы его убить, нужна была партия пятидесятых уровней. Киа, вероятно, могла бы снять его в одиночку, так что вести всю партию было излишним. — Насколько это опасно? — спросила она с неожиданной надеждой в голосе. — Это имя кажется мне знакомым. Кажется, я слышала о нем разные истории.

— Он, в значительной степени, в Аутремонде архетипический дракон, по крайней мере, в южных землях. Он считался величайшим бедствием века, пока не появился Король Балаур, и заслужил прозвище Рыцареубийцы, потому что убивал каждого героя, который бросал ему вызов.

— Я так и думала. Король хочет, чтобы я занялась этим делом? — Это изменило бы ее умонастроение и немного отвлекло.

— Вообще-то, все гораздо сложнее. Я не знаю, как сказать это прямо, но… у него есть партнер — человек, и они… — Киа нахмурилась, когда ее друг пытался найти нужные слова. В конце концов, он дал ей короткое письмо. — Просто прочитай.

Киа начала читать, и чем больше она читала, тем больше запутывалась. — Император Вайнкер Рыцареубийца? V&V компания авантюристов?

— Дракон хочет, чтобы ему заплатили землями и золотом за уничтожение одного из генералов Мора, лича Фурибона.

— Что значит, дракон хочет, чтобы ему заплатили? — Она быстро все поняла. — Только не говори мне…

— Гильдия авантюристов признала Вайнкера Рыцареубийцу и его партнера-человека компанией авантюристов, включая получение жетона. С уничтожением Фурибона они должны быть повышены до золотого ранга, но после фиаско с Эускаль они, вероятно, остановятся на политически более безопасном железе или бронзе.

Фиаско с Эускаль? Что же она пропустила вчера вечером? —Дракон. Дракон-авантюрист.

— С классовыми уровнями.

Драконы могут получить классовые уровни? Она думала, что они, как и фоморы, бездушны и поэтому не могут получить доступ к системе, даже после того, как им сообщили о ее существовании. — Как это случилось? Начни с самого начала.

— Его партнер-человек — Виктор Далтон. Он является одним из Избранных Костью, который, в конечном итоге, вскоре после прибытия в Аутремонд присоединился к Ночным Клинкам. Он прошел уровни в классе [Разбойник] и имел короткий—

— Далтон, — перебила его Киа. — Его фамилия Далтон, и он начинал как Разбойник?

— Да, он был предрасположен ко злу. Представь себе, если бы его звали Дик Далтон. — Киа не смогла сдержать смешок. — Так или иначе, он работал на синдикат Ночных Клинков в Ноблкуре, а затем ушел и стал авантюристом. Маркиза Карабас через Альбенское отделение гильдии авантюристов наняла его, чтобы он нашел рапиру, и это привело его в логово Вайнкера. Мы не знаем, что там произошло, но потом стали ясны три вещи: Вайнкер вернулся, Далтон стал его сообщником, и они вынудили местную гильдию объявить их официальной компанией авантюристов.

— Это Далтон—

— Насколько я могу судить, он не контролирует дракона, но мой ученик, которого я послал на разведку, сказал мне, что он получил доступ к Классу Монстров под названием [Оруженосец Монстра]. Я подозреваю, что он продал свою душу дракону в обмен на силу. — Архимаг протянул ей две стопки бумаги. — У меня есть две радикально отличающиеся версии последовавших событий, обе правдоподобные и не имеющие ничего общего между собой. Я не знаю, что с ними делать.

— Расскажи мне, — попросила Киа. — Чем больше у нас будет информации, тем лучше мы сможем с этим справиться.

— Первая версия, в основном, основана на показаниях дворян и их свиты, — предупредил Кевин. — Сначала Далтон и Вайнкур отправились к Карабас, чтобы «отомстить» маркизе, сжечь ее земли и заставить ее отдать дань в виде золота и продовольствия. Маркиза попыталась отравить дракона, но он не придал этому значения, а Далтон стал шантажировать их, требуя денег.

Что ж, ситуация быстро обострилась. Киа догадалась, что драконы и разбойники остаются чудовищами, как бы они себя ни называли.

— Тогда эти двое заняли город Хадмер на западном побережье. Наши шпионы рассказывают, что они пытались найти артефакт, спрятанный человеком, который вырвался из когтей Брэндона Мора, Яблоко Знания. После того, как дуэт опустошил сельскую местность, набирая по пути диких монстров, Скорчеры сражались с ними за артефакт и были убиты. После резни, Далтон… — ее друг сделал паузу. — Ты действительно хочешь, чтобы я рассказал тебе все эти ужасные подробности?

Киа кивнула с мрачным выражением лица.

— Он … Далтон приказал одной из женщин спариваться с ним.

Киа крепче сжала свой меч, думая о том, как она будет кастрировать им этого преступника.

— Герцогиня Элинор прибыла с рыцарями и крестоносцами, чтобы освободить Хадмер, но Вайнкур сокрушил их. Затем, когда она отказалась платить ему дань золотом, он съел герцогиню живьем. Далтон продавал трупы некромантам, и начал поднимать монстров из мертвых в качестве рабов-нежити, и вместе они убили дюжину групп посланных за ними авантюристов. Затем они двинулись в Мурмурин и завоевали его для себя.

Итак, эти двое были дуэтом злодеев, подобных которым Гардмейн не видел со времен окончания войны. Человек-преступник и дикий дракон, который каким-то образом сумел вытянуть из другого самое худшее.

Киа знала, что это плохие новости и что она не должна испытывать радости по этому поводу, но ее снова переполнял зов праведного поиска. — А как насчет другой версии?

— Хорошо… Я расспросил местного управляющего гильдией, особенно о ее опыте общения с Виктором, и она сказала: — он идиот, и я хочу, чтобы он пострадал за то, что привел этого дракона в мою гильдию, но он не злодей. Просто идиот. — Граф Провансальский сказал, что поджог был результатом просьбы об уничтожении чудовищ, которую дракон истолковал слишком рьяно, и что Виктор спас ему жизнь, скрыв инцидент с отравлением. Что касается Хадмера, то они оставили местным жителям смешанную память, жители говорят, что они спасли их от Скорчеров ценой ненужного ущерба имуществу.

— А как насчет той женщины, которой Далтон навязал себя силой? — В ужасе спросила Киа. — А как насчет бизнеса с нежитью? Убийство герцогини?

— Жертва размножения настаивает, что это было по обоюдному согласию и что, цитирую, » восемь из десяти — не самое лучшее, что у меня было, но я бы с радостью сделала это снова. Сделка с нежитью была, по-видимому, полностью законной операцией в соответствии с новым трудовым законодательством нежити. В то время как Далтон занимался бумажной работой, дракон был главным толкачом, по словам свидетелей, по чисто корыстным причинам. В конце концов Далтон объяснил в письмах, что герцогиня отказалась платить Вайнкеру за смерть Скорчеров, и дело переросло в драку. Преемница Элинор, Жюстина де Сад, официально признала эту версию и не выдвигала никаких обвинений.

Киа молча переваривала эту новость. Действительно, между этими двумя версиями было мало общего. — Значит, они либо дьявольские злодеи, либо разрушительные идиоты.

— Или и то, и другое.

— Покажи мне карту этой «империи Мурмурин». — Ее друг показал место между Гардмейном и западной границей Ишфании, на границе с морем. Он обвел небольшой участок, вызвав у Киа смех. — И это называется империей? Ты даже Делавэр туда не поместишь!

— А что ты имеешь против Делавэр? — Запротестовал Кевин, так как он был оттуда родом. — Это дракон, Киа. Здравый смысл к ним неприменим. Помнишь ту Черную Змею на болотах?

Киа до сих пор содрогалась от этого зрелища. Этот дракон похитил дюжину благородных дам, чтобы растить принцесс в неволе. — Разве это не поможет Гардмейну? — спросила она своего более политически настроенного друга. — Дракон находится прямо между Королевством и Ишфанией и, захватив эту область, уже объявил войну Мору.

— Теоретически, это действительно помогает нам, но дракон с классовыми уровнями — это то, чего нужно остерегаться. Драконы воевали с фоморами за контроль над Аутремондом, пока фейри не подкупили их золотом. До сих пор этот змей просил, чтобы ему заплатили за оказанные услуги, но представь себе, если он поймет, что может заставить города дать ему золото? И хотя Виктор — спорная фигура, но он работал с Ночными Клинками. Он же преступник.

Киа задумалась над этой проблемой. Чутье подсказывало ей, что эти двое были ближе к аморальным наемникам, чем к опасным бедствиям, но она не могла знать наверняка, пока сначала не проверит. — Ты сказал, что они претендуют на этот регион. Они сделали это как государство авантюристов?

Ее друг подтвердил это кивком головы. Поскольку земли Аутремонда были более, чем на шестьдесят процентов неисследованными, управляемыми чудовищами дикими землями, Гардмейн позволил компаниям искателей приключений претендовать на завоеванные ими территории. Теоретически они работали как данники, но на практике компания управляла их территорией так, как считали нужным ее руководители. Предок Гардмейна, Империя Митры, возникла как одно из таких государств.

В конце концов, королевство полностью поглотило эти области, сделав авантюристов официальными дворянами, но ни одно государство авантюристов никогда не имело во главе дракона. Особенно такого, который называл себя императором. Мятежные авантюристы обычно терпели поражение, но они не были чудовищами, разрушающими замки. — А что говорит об этом король?

— Его нынешняя позиция — игнорировать дракона. Поскольку герцогиня Де Сад отказалась выдвигать обвинения в смерти своей сестры, а зверь уничтожил Фурибона, король Роланд заморозил награду за голову Вайнкера. Лучше позволить змею играть благородно, говорит он, пока он следует процедурам гильдии и ограничивает свою агрессию врагами королевства. Поскольку все, кто затеял драку с Вайнкером, погибли, а Мурмурин — кишащая чудовищами, никому не нужная пустыня, это кажется разумным.

— Но ты не разделяешь его мнения.

— Я опасаюсь позволить силе проникать в голову дракона, поскольку они, в лучшем случае, эгоисты. Люси уже предложила переехать в Мурмурин, чтобы проверить их, вместе с представителем гильдии авантюристов. — Киа знала, что под этим он подразумевал многолетнего шпиона королевства. — Но, раз уж ты ищешь приключений…

— Я могу проверить их, а если понадобится, то и снять.

Через час Киа забрала из хранилища свои доспехи, а из конюшни — грифона.

— И вы называете это замком? — Жаловался Вайнкер, купаясь в лаве вокруг своего нового логова. — я требую, по меньшей мере, семь башен! Работайте усерднее!

— Да, Император Вайнкер! — закричали в ответ кобольды, а Вайнкер на мгновение закрыл глаза, удовлетворенный звучанием своего имени. Чтобы доставить сырье с горы в замок, миньоны построили большой мост, и восстановили башни, разрушенные драконом во время войны за сокровища.

Гиеноподобные гуманоиды, называемые гноллами, несли большую часть черных камней, составляющих замок, большую часть работы выполняли самцы под присмотром своих самок. Вайнкеру казалось забавным смотреть на их пятнистый мех и одежду.

Как оказалось, лагеря на юге принадлежали племенам гноллов, которые жили в страхе перед ужасным Фурибоном, который позволял им жить и хранить свое золото до тех пор, пока они ему подчинялись. Когда Вайнкер воевал против лича, большинство из них бежали из этих мест, но те немногие, кто остался, пришли в Мурмурин в поисках работы. Осудив их за то, что они сознательно служили этой жестокой нежити, Вайнкер простил их и принял к себе на службу.

Однако гноллы оказались ленивыми и трусливыми, в отличие от ревностных кобольдов. Стоило Вайнкеру отвести взгляд, как они прекращали работать, или затевали драки с другими миньонами. Дракону пришлось съесть двадцать смутьянов, и они начали вести себя прилично.

— А еще у самой высокой башни должна быть корона! — Прииказал Вайнкур миньонам. — Каменная корона! — Если его корона придала ему больше харизмы, то, конечно, каменная сделает его замок еще красивее.

— Ваше Величество? — Вайнкур повернулся к мосту и увидел человечка Виктора, сидящего верхом на звере-нежити с трупоторговцем и некромантом Жюлем Рапасом за спиной. Барнабас странно одел его главу персонала, в потрепанную мантию с капюшоном и темные сапоги. — Вижу, вы наслаждаетесь новым жильем.

— Температура как раз подходящая, миньон. — сказал Вайнкер, хотя он был осторожен, и старался, чтобы его корона не приближалась слишком близко к лаве, чтобы не растаять. Дракон чувствовал некоторое сочувствие к своему главе персонала, его недостаток иммунитета к огню не позволял ему принимать участие в ванне.

— Император Вайнкер. —-с величайшим почтением приветствовал дракона Жюль трупоторговец. — Как я рад снова вас видеть! Слова не могут должным образом выразить мою благодарность.

— Дракон не прогоняет хороших слуг, — сказал Вайнкер. Особенно тех, которых он может переварить, в отличие от того стального голема. — Тебе следовало бы попросить разрешения присоединиться к V&V еще в той захолустной деревушке, а не ждать так долго. Я знаю, что настоящий дракон мог испугать твой вид, но я — мастер равных возможностей.

— Тогда я не знал, что Ваше Величество зайдет так далеко. Как я мог сопротивляться призыву страны, лишенной тяжелого налога Гардмейна на труд нежити, и открытой для идеи массового зомбирования? Я чувствую, что скоро начнется великий трупный бум, и что Империя Мурмурин может дать толчок бессмертной революции, о которой я мечтаю.

— Интересно, — ответил Вайнкер, пытаясь подсчитать, сколько денег они могли бы получить от этого бизнеса. — А теперь перейдем к самому важному вопросу. Мой клад был предательски атакован Фурибоном, который был достаточно зол, чтобы напасть на невинное, беззащитное золото. Оно чуть не умерло от болезни.

— Я велел ему прочесть эту книгу, Ваше Величество, — сказал Человечек Виктор. — Мы использовали мимиков, чтобы напечатать ее массовым тиражом.

— Это национальный бестселлер, — похвастался Вайнкер. Каждый должен узнать о его великих деяниях и о том, как он спас золото мира от лича. — Мой клад должен научиться защищаться, особенно если я нахожусь в приключении и не могу его защитить. Миньон Виктор сказал, что ты можешь помочь.

— Я действительно могу наделить твой клад способностью к самообороне, — сказал Жюль трупоторговец.

— Тогда покажи мне.

Человечек Виктор и Жюль спустились с горы, и глава персонала вручил трупоторговцу-миньону кошелек, полный золота. Вайнкер внимательно наблюдал за происходящим.

Рассыпав золото по мосту, трупоторговец Жюль наложил на него заклятие. — [Оживление Голема].

К удивлению Вайнкера, монеты сложились в форму, смутно напоминающую гуманоидную — крошечную, блестящую машину разрушения. — Это миниатюрная версия, но Жюль может сделать големов размером с Ваше Величество, — сказал Человечек Виктор.

— Они будут подчиняться приказам Вашего Величества и нападут на любого, кто попытается без разрешения украсть ваши сокровища, — сказал Жюль. — Я могу добавить в подземелье тревожные заклинания, чтобы, независимо от расстояния, предупредить вас о незваных гостях.

— Ты сделаешь это, Трупоторговец, и будешь вознагражден за свое доброе дело. Ты будешь перемещен в моем списке приоритетов между Человечком Виктором и другими миньонами, как чрезвычайный паек. Теперь в пищевой цепи ты равен Рейнджерам Кобольдам.

— Великодушие Вашего Величества делает мне честь, — ответил трупоторговец с глубоким поклоном.

— Миньон Виктор сообщил мне, что я не смогу поднять уровень выше тридцати, — спросил Вайнкер. — А почему это так?

— «Почему» — это загадка, но люди могут использовать предметы, называемые гербами, чтобы получить дополнительные уровни. Возможно, это способ системы проверить, готовы ли пользователи к более серьезным вызовам, выходящим за рамки простого развития опыта.

Вайнкер пообещал себе поговорить с драконами, создавшими эту систему, когда найдет их. — А где их можно найти?

— Гербы жестко регулируются гильдиями авантюристов и правительствами, — объяснил Жюль. — Гильдия Гардмейна конфискует все гербы, какие только может, и выдает их только с разрешения Короля. Это позволяет им контролировать уровень людей и сокращать количество опасных преступников.

— Я послал запрос, но сомневаюсь, что он куда-нибудь приведет, — сказал Виктор.

— В противном случае, считаю, Вашему Величеству придется найти его, покоряя подземелья, выполняя задания или купив на черном рынке.

Вайнкер нахмурился. — Трупоторговец, повтори последнюю фразу.

— Поскольку гербы часто находят выходы из рук правительства, Ваше Величество может за значительную сумму купить один из них на черном рынке.

Да, именно это слово он и употребил. Покупка. Одна только мысль об этом сделала Вайнкера больным. — Значит, я должен уничтожить еще больше Фурибонов, чтобы заработать герб, — сказал он, отказываясь рассматривать другие возможности.

— Ваше Величество также может связаться с фоморами, нк, в качестве крайнего варианта, — сказал Жюль. — Фомор Маг Мелл создал искусственные предметы, называемые Темными Гербами, которые ломают потолок уровня, но имеют опасные побочные эффекты.

Фоморы? Эти выскочки-фейри, которые притворялись, что они создали мир, когда, совершенно очевидно, что драконы сделали это первыми? Вайнкер презирал их так же сильно, как и лича. — А может ли квест с принцессой принести герб?

— Боюсь, что не могу сказать. Гербы генерируются системой без предупреждения.

— Миньон Виктор, мы попытаемся достать Герб, когда будем охотиться на принцесс.

— Принцессы? — Воскликнул Человечек Виктор. — В конце -сы?

— Теперь мне нужны три принцессы, — серьезно подтвердил Вайнкер.

— Что? — Человечек Виктор снова оказался ужасен в математике. — Три принцессы? Почему?

— Потому что мой ненавистный соперник Ледяной Клык поймал близнецов. — сказал Вайнкер. Одна мысль о том, что этот ледяной дракон его превзойдет, сводила его с ума. — Я не хочу, чтобы меня затмили в мой собственный День Хвастовства, поэтому у меня будет три принцессы для парада.

— К сожалению, у Брэндона Мора нет дочери, так что мы не можем ее похитить, — сказал Человечек Виктор, почему-то закрыв лицо ладонью.

— Миньон, это не похищение, а захват. Настоящий дракон имеет достаточно класса, чтобы не похищать маленьких принцесс. — Кроме того, Вайнкер слышал, что они все время плакали.

— Ваше Величество, квесты и с одной принцессой редки, не говоря уже о троих.

— Миньон, ты мой визирь великого дракона, мой заместитель и хранитель Фурибона, —напомнил дракон своему миньону. — Я давлю на тебя изо всех сил, потому что знаю, что ты справишься с этой задачей.

Человечек Виктор тупо уставился на своего любимого хозяина, благоговея перед позитивным усилением. — Хм, благодарю, Ваше Величество.

— Не за что, миньон. — ответил Вайнкер, — если понадобится, мы захватим этих принцесс по отдельности, а не комплектом. Кроме того, у нас в городе есть специалист по квестам. Спроси у нее.

После его коронации гильдия авантюристов наконец-то разобралась с неразберихой с последней благородной трапезой Вайнкера, а в Мурмурине поселился управляющий гильдией и предоставил им железные пластины взамен медных.

Человечки прислали Человечка Чарлин, чья кожа постоянно краснела, а настроение всегда было отвратительным.

Вайнкер не знал причины, но это должно было сделать ее более открытой для размножения с Человечком Виктором, и именно поэтому он поощрял своего миньона проводить с ней время. Дракон уже терял терпение из-за неспособности своего главного миньона произвести на свет новый выводок миньонов — единственное черное пятно в его безупречном послужном списке.

— Чарлин никогда не бывает в хорошем настроении, когда меня видит. — сказал Человечек Виктор. — Кроме того, я гоняюсь за принцессами, а у нас есть гораздо более срочное дело. А именно — еда.

— Разве ты еще не начал решать эту проблему? — Вайнкур вылез из лавы, заглядывая головой через край кратера. — Посмотри, как он позеленел!

Земли рядом с вулканом были довольно плодородными, но местность была слишком сухой, чтобы прокормить гостей Вайнкера в течение Дня Хвастовства. Итак, Миньон Виктор, всегда идеальный исполнитель этого дела, организовал большой проект по озеленению с добавлением рабочей силы миньонов. Гноллы рыли каналы от моря до Мурмурина, а кобольды собирали деревья, которые давали тень траве. Стальной голем Роло научил их пользоваться приспособлениями, называемыми лопатами, которые можно было использовать и для добычи золота.

Вайнкер почти пожалел, что его уволил.

— Роло и Эллисон сажают деревья, а миньоны строят ирригационные каналы или ямы, чтобы черпать воду из подземных источников горы, — сказал Человечек Виктор. — По словам Роло, нам нужны волшебные растения, которые процветают на песчаной почве и удаляют соль из соленой воды. Мы также экспериментировали с теплицами с морской водой для сельского хозяйства—

— Миньон, — перебил его Вайнкер. — Двадцать пять — это не пятьдесят. Старайся составлять более короткие предложения.

Человечек моргнул. — А как вы их посчитали? Во всяком случае, я хочу сказать, что, исходя из среднего рациона Вашего Величества и учитывая излишества, для Дня Хвастовства нам нужно, по меньшей мере, двести пятьдесят тонн мяса в день, и это только консервативная оценка.

Трупоторговец Жюль тут же посчитал. — Итак, примерно две тысячи пятьсот хорошо откормленных sheep (овца) или четыреста коров в день.

— Sheeps (овцы), с буквой «s», — поправил его Вайнкер.

Трупоторговец не понимал Вайнкера, и это напомнило дракону, зачем ему нужен переводчик для разговора с животными. — Ваше Величество, множественное число sheep (овца) — это sheep.

(прим.переводчика: в английском языке у множественное числа слова овца Sheep, как и у единственного числа, в конце не добавляется «s». Это исключение из правила. Дракон настаивает на общем правиле.)

— Конечно, нет, — ответил Вайнкер, наставляя миньона. — А как еще можно отличить одну овцу от множества? Это было бы очень странно.

— Ваше Величество, я настаиваю—

— Я — дракон. Вы будете говорить «Sheeps», или сами станете Sheep (овцой).

Жюль ничего не сказал, а Человечек Виктор положил руку ему на спину и покачал головой. — И все же, Ваше Величество, — сказал глава персонала. — У нас нет средств, чтобы прокормить собственную популяцию миньонов, не говоря уже о таком количестве драконов.

— Миньоны, вы не замечали, что в моем замке хороший рацион, — сказал Вайнкер, разглядывая гноллов и оборотней. Только кобольдов он не мог принести в жертву и должен был спрятать от своих сородичей. — Кроме того, это означает, что нам придется кормить меньше ртов.

— Я бы предпочел этого не делать, — сказал Человечек Виктор.

— Тогда вызывай демонов. Они обильны, хотя тошнотворные и горькие.

— При таких темпах, я думаю, мы опустошим Ад быстрее, чем когда-либо это делали небеса. Ваше Величество, нам нужно больше ресурсов и больше еды, чем мы можем сейчас обеспечить. Я использую все, что у нас есть, даже то, что Жюль рыскает по сельской местности, чтобы оживить в качестве нежити десятилетней давности трупы, а две луны — это слишком короткое временное окно.

— Вот что, Виктор, раз уж вы пользуетесь теплицами с морской водой, то, наверное, накапливаете много соли, не так ли? — сказал Жюль, — она очень востребована, особенно для замедления деградации зомби. Я могу использовать свои связи с Гардмейном, чтобы обменять их на свежее мясо.

— И ты получишь комиссионные в одну десятую, — подбодрил Вайнкер трупоторговца.

— Чтобы собрать средства, я также играл с другими видами деятельности, — Человечек Виктор скрестил руки на груди, — так как Ваше Величество запрещает налоги и держит подземные хранилища, другие могли быза долю держать у вас свои депозиты в полной безопасности от воров.

Вайнкер понимающе посмотрел на своего миньона. — Ни один человечек в здравом уме не попытается украсть у дракона, ты это имеешь в виду?

— Я и не знал, что Ваше Величество так живо все понимает! — запротестовал миньон.

Вайнкер обдумал это предложение. Защита сокровищ мира привлекала его, но, с другой стороны, это шло вразрез с его драконьим инстинктом — хранить сокровища других, не захватывая их, как свои собственные. Это очень походило на то, чтобы стать банкиром, что было сущим человечковым абсурдом. — Неужели мы так отчаянно нуждаемся в мясе? — спросил он у своего главы персонала.

— Да. Да, очень.

Вайнкер в это не верил. Они отчаянно нуждались в мясе, чтобы накормить и его гостей, и слуг. Если бы они пожертвовали последними, то удовлетворили бы первых.

Однако он видел, что Человечек Виктор отчаянно пытается спасти как можно больше из них, и Вайнквер сам привязался к некоторым из них, особенно к Рейнджерам Кобольдам.

После пыток, которые он перенес от Фурибона и его тяжелой работы, Вайнкер решил потакать своему главе персонала. Он готов был принести себя в жертву ради Дня Хвастовства. — Тогда в моей империи ни один клад не останется беззащитным. Миньоны и хранители сокровищ, если они боятся за их безопасность, могут посылать мне свои сокровища, и я буду защищать их от Фурибонов всего мира.

Поздравляю! За проявление толики истинного благородства и понимания, когда истинный лидер часто ставит благополучие своих миньонов на первое место, вы достигли уровня в Классе [Кайзер].

+30 Очки Жизни, +10 специальные Очки, +1 Сила, +1 Жизнестойкость, +1 Мастерство, +1 Интеллект, +1 Харизма!

Толика благородства?

— Ну вот, теперь мы официально драконья Швейцария, — сказал Человечек Виктор, хотя Вайнкер не понял последнего слова.

— Я также заявляю, что все существа, умирающие на моей службе, будут реанимированы для работы в качестве разумной нежити, как это было с Рейнджерами Кобольдами, — решил Вайнкер. — Нет никакой необходимости в смерти, чтобы закончить их полноценную работу. Они будут служить мне и в смерти, и в жизни.

— Я не поднимаю разумную нежить по этическим соображениям, и Вашему Величеству понадобится размер—

— Я позабочусь об этом, — сказал Человечек Виктор, положив руку на плечо Жюля. — Но могу ли я быть исключением, Ваше Величество?

— Миньон, ты не умрешь на своем посту, пока у нас не закончатся другие миньоны и я не буду умирать с голоду, — сказал Вайнкер, а потом вспомнил, что хрупкие человечки могут умереть от старости.

— Хотя сам я не буду этого делать, но могу попросить менее этичного коллегу вернуть тебя в качестве разумной нежити, Виктор. — предложил трупоторговец Жюль, хотя его шеф, казалось, не был так увлечен этой идеей, — Вампир или упырь? Возможно, даже лич, если вы готовы принести живую жертву Камиле—

— Никаких личей! — Зарычал Вайнкер, так что задрожал весь кратер. — Миньон, я запрещаю тебе становиться личем!

— Я бы предпочел жить дольше, как живое существо, чем вечно, как нежить, — сказал Виктор.

Но если подумать, то Человечек Виктор действительно был смертным и хрупким. Вайнкер уже чуть не потерял его из-за Фурибона. Они должны были решить эту проблему, как можно скорее, пока он не пострадал от трагической смерти миньона. — Человечек Виктор, как долго живут Человечки?

— Не знаю, лет восемьдесят? — Вайнкер рассмеялся над этим ничтожным числом, а миньон нахмурился. — Некоторые из нас достигают ста!

— Ты можешь посчитать свое долголетие с помощью Очков Жизни, Виктор, — сказал Жюль, — возьми максимальное количество Очков Жизни, а затем раздели его на шесть. Если у тебя есть устойчивость к старению, ты можешь удвоить его, поскольку стареешь в два раза медленнее. Другие элементы увеличивают продолжительность жизни или прямо дают иммунитет к старению, такие как перк «Избранный Саблара» или Тип Нежить.

Миньон посчитал, как и Вайнкер. — Двести сорок пять? — это было число, которое посчитал его глава персонала. — Я могу дожить до двухсот сорока пяти лет?

— А я доживу до двух тысяч лет. — похвастался Вайнкер, а потом понял, в чем дело. — Дракон может умереть от старости?

— Существует мало шансов, чтобы кто-то умер от старости, — сказал трупоторговец. — Согласно моим исследованиям, у вас есть 50-60-ти процентный шанс умереть насильственной смертью в Аутремонде, либо в бою, либо при ограблении, и двадцать процентов — от болезни.

— Для нас это не будет проблемой. — уверенно ответил Вайнкер, но число его встревожило. Две с половиной сотни — это очень мало. — Миньон.

— Да?

— Найди способ стать бессмертным. У тебя слишком много работы.

— Привет, Чарлин. — Виктор помахал рукой бедному офис-менеджеру, она ехала через городскую площадь верхом на своем новом скакуне, Черном Звере из Мурмурина. — Что случилось?

Управляющий гильдией сердито посмотрела на него в ответ. Ее «офис» состоял из доски, стола и стула посреди городской площади, гноллы и кобольды часто проверяли немногочисленные доступные запросы.

Со времен «Войны за Сокровища» Мурмурин вырос втрое, и миньоны строили все больше домов и палаток для размещения вновь прибывших. Посреди города стояла гигантская каменная статуя Вайнкера, а рядом с ней — погребенный под землей Вайнкур Младший, готовый напасть из засады на любого, кто попытается вытащить фальшивый меч.

Они были вынуждены вооружить местных жителей топорами и копьями, иначе младший начинал ревновать и пытался устранить конкурентов. Даже рапира Виктора пострадала от его гнева.

Поскольку он получал больше привилегий, орудуя косой, Виктор отдал Красному Рейнджеру мушкет, который тот украл у Вильмейна. Раптор показал себя невероятно смертоносным стрелком, набирая уровни Класса [Стрелок] с такой скоростью, что это удивило даже главу персонала. Рейнджеры Кобольды стали официальными шерифами Мурмурина, и удерживали монстров в узде. На самом деле, они даже начали принимать запросы от Шарлин, как официальные члены V&V, преследуя бродячих монстров, которые не подчинялись власти «Императора».

У них была довольно эффективная стратегия. Более слабые рейнджеры набрасывались на нарушителя спокойствия и выматывали его, а затем Красный наносил последний удар.

Кобольды были кобольдами, и они все время отдавали завоеванное Вайнкеру.

— Я ненавижу тебя. — сказала ему Чарлин, явно не радуясь тому, что находится здесь. Поскольку она больше всех была хорошо знакома с V&V, начальство перевело ее в Мурмурин вместо кого-то другого. — Я так ненавижу тебя и этого дракона.

— Не надо быть такой резкой, — ответил Виктор. — Я до сих пор злюсь из-за этой железной пластины. Наша компания уничтожила древнего лича, который убил авантюристов с золотой пластиной, а нам дали даже не бронзовую?

— С вашей компанией они пошли политически безопасным путем. Интересно, почему?

Поскольку цивилизованные виды боялись Вайнкера, в Мурмурин начали переселяться только другие монстры и сомнительные персонажи. А это означало, что компанию ему составляли только монстры или достаточно близкие существа вроде упыря Жюля, и со своим новым Перком даже Виктор теперь считался одним из них.

Они были первой полностью инклюзивной компанией монстров-авантюристов.

— А еще скажи спасибо, что я за спиной Вейнкера позволил тебе оставить полный гонорар авантюриста, — сказал он Шарлин. — Никаких налогов, как сказал Император.

— Меня бы здесь вообще не было, если бы ты не рассказал этому дракону о классах и уровнях.

— Если бы эта рапира досталась кому-нибудь другому, Вайнкер в ярости уничтожил бы все близлежащие деревни, — заметил Виктор, а затем взглянул на доску. — Мы ищем квесты, ориентированные на принцессу. С тремя принцессами, и желательно сделать жизнь Брэндона Мора невыносимой, если это вообще возможно. — У тебя такие есть?

Она посмотрела на него с выражением » ты серьезно?», затем вздрогнула, поняв, что это не так. Она тупо уставилась на него, затем повернулась, схватила доску с отдельным квестом и передала ее ему.

— Пленница Короля Демонов

Ранг: Золотой.

Заказчик: Король Гардмейна Роланд.

Брэндон Мор — дьявол, печально известный тем, что коллекционирует чужеземных красавиц в качестве трофеев. Имперские принцессы из павшей империи Саблариса, благородные дамы из Гармонианской Лиги… и собственная племянница короля, принцесса Мервейль, похищенная еще ребенком во время войны и удерживаемая в качестве политического заложника. Король предлагает дар спасителю Мервейль, если это будет в пределах разумного.

— Гарем? Мор похищает женщин в качестве невест?

— Нет, конечно же, нет. Он приносит их в жертву демонам ради силы. — Да, так или иначе, это звучало лучше. — У Мора в его столице Маурии есть плененные принцессы, так что, если ты хочешь умереть от руки короля демонов, пожалуйста, подумай об этом, прежде чем его взять.

Тут к ним присоединился Круассан, он устремился к Виктору, но его глаза отвлеклись, когда он увидел Шарлин. — О, — Круассан посмотрел на офис-менеджера как на аппетитную еду. — Вик, ты не говорил мне, что знаешь такую красивую женщину.

Управляющая гильдией обаятельно улыбнулась. — Спасибо.

— Я люблю зрелых женщин с большим количеством мяса на них. — Виктор содрогнулся от этой формулировки, а Круассан положил руку на стойку гильдии. — Как тебя зовут, красавица?

— Чарлин.

— Меня зовут Круассан. Я управляю этим городом.

— Он управлял, — уточнил Виктор, и оборотень свирепо на него уставился. Это только подбодрило авантюриста. — А теперь его сняли.

— Они и тебе жизнь испортили? — Спросила Шарлин у Круассана, бросив на него сочувственный взгляд.

— Ты не поверишь. — Оборотень вернулся к своему флирту. — Может, я покажу тебе здешние места, особенно те места, о которых дракон еще не знает?

Настроение Чарлин резко улучшилось. — “Может быть, этот город не так уж и плох.”

Да, в конце концов, они будут вместе. Хотя Виктор гадал, собирается ли Круассан съесть ее или пофлиртовать, а может быть, и то и другое вместе. — Прежде чем меня вырвет на стойку, скажи мне, почему ты здесь Круассан?

— Сейворюз привела новичка и ждет тебя у входа в город, а у Сестренки и Эллисон возникла проблема с вызванным демоном, который не позволяет убить себя в храме. Это может показаться странным, но эта женщина снаружи пугает меня больше, чем демон.

Виктор хотел бы сказать, что это самая странная проблема, с которой ему приходилось сталкиваться в Мурмурине, но это было не совсем так. Он вздохнул и повел своего монстра к входу в город.

Он застал Сейворюз, беседующей с женщиной его возраста, чьи волосы цвета воронова крыла были перевязаны белым цветком. Она была одета в какую-то университетскую форму и ощущалась, за неимением лучшего слова, отталкивающей.

— О, Вик! — Сейворюз помахала ему рукой. — Как поживаешь? Надеюсь, что работа была не слишком напряженной.

— Ну, не так тяжело, как когда меня похитил лич, а ты просто смотрела, — ответил Виктор с тяжелым сарказмом.

— Да, но моя жизнь была в опасности. — сказал Сейворюз. — Я ничем не могла помочь.

Да, конечно. И почему он снова с ней дружит? Ради еды, решил он. А может быть, и гербов, если она сумеет протащить их контрабандой, как он просил. Если бы только Фурибон оставил хоть один, но он послал все гербы, которые были найдены в этом регионе, Брэндону Мору, чтобы он наделил силой своих солдат.

Его глаза остановились на новоприбывшей. — И кто же вы такая?

— Помнишь женщину, о которой я тебе рассказывала? — Сказала Сейворюз, слегка смутившись. — Это она и есть.

— Меня зовут Люси Лавер, я из Королевского Университета Гардмейна, — сказала новоприбывшая формальным, профессиональным голосом. — Я много слышала о вас и вашем хозяине, Лорд Виктор.

— Вот как? От кого же? — По словам Сейворюз, эта женщина принадлежала к Ночным Клинкам, и поэтому это было плохой новостью.

— От многих, но особенно от моего нового друга Генри. Со времени неудачи со Скорчерами я не спускаю с него глаз, чтобы он, не дай бог, не попал в беду.

Так или иначе, ее тон подразумевал что-то зловещее… что, вероятно, так и было. — А здесь ты для того, чтобы присматривать за нами? — Подозрительно спросил Виктор.

— Зависит от того, собираешься ли ты вмешиваться не в свои дела?

Разговор резко перешел в напряженное русло. Он тоже мог играть в эту игру. — Нет, если только ты не сделаешь это первой.

—А я и не буду. — Она улыбнулась ему, но за этой ухмылкой скрывался острый оскал. — Я тщательно подбираю себе друзей и думаю, что ты можешь быть очень надежным человеком.

Он тут же применил к ней [Проницательность Монстра].

Люси Синистра Лавер

Алхимик Вампир (Нежить / Гуманоид)

Сильный против Солнечного Света, Луны, Алхимии, Тьмы, Нечестивости, Крови, Мороза, Некромантии, Слива, Мгновенной Смерти, Контроля Разума, Болезни, Яда, Усталости, Сна и Зверя (Нежить Босс, да?).

Слабый против Святости, Огня, Жизни, Берсерка, Человекоубийцы и Убийцы Мертвых.

Ценный ученик и лучший шпион архимага Ностредейма. Тайный смертоносный повелитель монстров и преступный вдохновитель синдиката Ночных Клинков. Она злая с большой буквы «З», Намного сильнее всех в Мурмурине, кроме Вайнкера, и в настоящее время читает ваши мысли с помощью жуткого чтения мыслей нежити. Она знает, что ты знаешь.

Короче говоря, ты в дерьме.

— Интересный у тебя Перк, — удивленно сказала женщина.

— Как ты, черт возьми, можешь ходить под солнцем? — Спросил Виктор, потянувшись за косой, а Сейворюз напряглась от беспокойства.

— Волшебные цветы, подаренные мне одним из моих учителей. — ответила Лавер, поглаживая пальцами цветок в волосах. — Я плачу ему тем, что выполняю некоторые задачи политического характера.

— Сейворюз сказала мне, что ты попросила Ночные Клинки поддержать Скорчеров, — Виктор сложил два и два, чувствуя себя все более и более неловко. — Это ты передала Генриха Густаву и Вильмейну. Ты работаешь на Ишфанию?

— Иногда. Иногда я работаю на Гардмейн. Ностредейм попросил меня доложить о вашей новой «империи». — Это название позабавило ее не меньше, чем Вика. — Но не беспокойся, я не собираюсь вас беспокоить. В отличие от того лича в твоей косе, я не настолько глупа, чтобы затевать драку с драконом.

— Оглядываясь назад, я бы не рекомендовал этого, нет, — раздраженно прошептал Фурибон из косы.

— Я пришла только по делу Ночных Клинков. Мы ищем склад, который мог бы служить промежуточным звеном наших усилий на черном рынке. Если ты согласишься оставить нас в покое, то и я тоже буду закрывать глаза на твое дезертирство. Ты же знаешь обычное наказание.

— Ты что, угрожаешь мне? — Виктору было не до смеха. — Здесь не будет ни изъятия собственности, ни утилизации отходов, или Вайнкер тебя убьет.

— Конечно, — сказала Лавер. — Кто же в здравом уме станет воровать у дракона?

Виктор отвел взгляд.

— Ты стал… — Вампир усмехнулась. — О боже, как далеко ты с тех пор зашел. Ты даже научился некромантии. Возможно, я даже смогу давать тебе … частные уроки.

Она флиртовала или угрожала ему? Виктор не мог этого сказать, да и не хотел. В любом случае, она пугала его, как никто другой.

— В знак доброй воли я открою тебе один секрет, — сказала Лавер. — После того, как ты уничтожил Фурибона, Брэндон Мор решил прийти за тобой лично. В ближайшем будущем ожидай засады.

Что ж, тогда нападение на него в его столице будет упреждающей контратакой. — Сав, дай ей официальную историю Мурмурина, «Войну за Сокровища». Она была записана на бумагу из уст нашего императора нашим писцом, Розовым Рейнджером, а затем размножена мимическими печатными станками.

Существа, способные превращаться почти в любые предметы, оказались удивительно полезными, как только Виктор смог дать им указания. Он прикажет одному из них присматривать за этой женщиной, пока она остается в городе.

— Это не сработает. — ответила Лавер, прочитав его мысли, а затем ушла вместе с Сейворюз. — До скорой встречи, Вик.

Виктор подъехал к главному храму деревни гораздо менее уверенно, чем раньше.

Храм, который делили боги Изенгрим и Кибела, был не столько храмом, сколько друидическим кругом, где две статуи божеств окружали десять оливковых деревьев. Изенгрим был изображен в виде белого оленя, чьи рога заканчивались лезвиями, а богиня Кибела была невероятно красивой женщиной, с цветами вместо волос, виноградными лозами вместо платья и деревянными рогами.

Виктор спустился вниз со своей нежити, которой Эллисон запретила находиться в этом районе, и вошел внутрь круга. Он обнаружил, что его товарищ землянин и Шоколатин наблюдают за огромным заключенным.

Жрецы поймали в круг из рун демона, огромного двуногого насекомоподобного монстра с ледяными пластинами вместо экзоскелета и сапфирами вместо глаз. Существо выглядело достаточно большим и злобным, чтобы разорвать Виктора пополам своими двумя клешнями. Он немедленно использовал на чудовище Перк [Проницательность Монстра].

Малфисент

Жук Демон (Демон / Насекомое)

Сильный против Нечестивости, Мороза, Воды, Физического урона, Болезни, Яда, Критического Удара, Окаменения, Жуков и Роев.

Слабый против Огня, Святости, Истребителя Демонов и Истребителя Жуков.

Ледяной демон с нетрадиционными идеями и жадностью, которая соперничает с драконьей. Местный менеджер одной из Адских корпораций, Инферкорп, которая является абсолютно законным бизнесом, заботящимся о посмертной безопасности клиентов. Пришел, чтобы исследовать «демоническую бойню».

— Вик, вот ты где. — Эллисон сердито посмотрела на Шоколатин. — Она вызвала в храме эту тварь, и теперь я не могу должным образом приносить жертвы моей богине.

— Это был несчастный случай! — возразила молодой оборотень. — Я, как всегда, хотела вызвать беса, но вместо него появился главный демон!

— Триста меньших демонов пропали без вести после того, как ты использовала свою линию вызова, и мое начальство послало меня на разведку, — проскрипел демон вкрадчивым голосом, глядя на Виктора. — А вы — законная власть? Визирь Великого Дракона Виктор Далтон?

— Сокращенно лорд Виктор. — Он был сыт по горло своим полным, напыщенным титулом. — Малфисент, да? У твоих родичей были … как бы это сказать, несчастные случаи с драконом, а потом они были переработаны.

— Я вас не понимаю.

Виктор указал на оживленные скелеты демонов, строящие дом рядом с кругом друидов. Жук-демон посмотрел на них, затем на Виктора, затем снова на нежить. — Ты убил моих соплеменников, чтобы вырастить их безмозглыми рабами?

Виктор съежился от этой формулировки, но кивнул, когда холодные глаза демона заглянули ему в душу. — Вы, смертные, говорите, что Ад — это другие люди, но вы ошибаетесь. Ад — это такие люди, как ты.

Тот факт, что это исходило от проклятого демона, делало его еще более постыдным.

— То есть, аду нужны такие люди, как ты. — Тон демона стал восхищенным, к большому замешательству Виктора. — Люди, которым небезразличен конечный результат. И прибыль. Смертные, которые готовы запятнать свои руки ради собственного блага.

— Подожди, ты не злишься?

— Пожалуйста, Лорд Виктор, зовите меня Малфи, — ответил демон очаровательным голосом. — Нет, я не сумасшедший. На самом деле, я недооценил тебя. Я боялся, что вы — хитрые охотники на демонов, но у вас есть атрибуты хорошего делового партнера. Давай заключим сделку.

— Значит, я могу продолжать вызывать демонов, чтобы получить еще больше еды? — С надеждой спросила Шоколатин.

— Только не в храме! — Упрекнула ее Эллисон. — Нет и нет!

— Но у нас больше хищников, чем мяса! Мы не можем поддерживать нашу экологическую нишу без жертв!

Ее аргумент удивил Виктора, который нашел его довольно хорошо продуманным. Не то, чтобы демона это волновало. — Я перенаправлю канал призыва, чтобы отправлять вам жертв корпоративного сокращения и насильственных увольнений. Имея дело с выходным пособием, мы сможем сократить наши расходы на исполнение, а вы получите бесплатную рабочую силу. Все выигрывают.

Виктору хотелось ужаснуться этой абсолютной бессердечности, но потом он понял, что от адского отродья должен был ожидать чего-то подобного.

— Лорд Виктор, поскольку вы, кажется, заинтересованы в экономическом развитии своего региона, у меня есть для вас фантастические возможности. Бордели с суккубами, казино…

— Ты серьезно просишь у меня разрешения для Ада инвестировать сюда? — Ошарашенно спросил Виктор.

— Захватить мир смертных силой? Предательски исказить условия фаустовские сделки? Это вредит нашему пиару, а у ангелов есть отдел маркетинга убийц. Если мы хотим улучшить душевные дивиденды наших акционеров, мы должны предложить четкие сделки, в которых смертные настолько довольны нашим обслуживанием клиентов, что убеждают своих друзей и семьи тоже продать свои души. «Покупая души, делать хороший бизнес» — это мой девиз.

У Виктора были более срочные дела, чем туманные корпоративные обещания. К тому же, это Ад. — Мы затеяли драку с местными силами Короля Демонов.

— Брэндон Мор? Его мать управляет корпорацией демонов, отличной от нашей. Мы часто сотрудничаем в совместных предприятиях на Аутремонде, но между нами нет любви.

Это делало его лучше, но только чуть-чуть. — Если ты хочешь прийти, ты должен приносить еду, выполнять любую работу, о которой мы тебя попросим, и уважать закон, который не включает в себя никакого свинца. Взамен, ты не будешь платить налоги.

— Никаких налогов? — Голова демона поднялась вверх. — Это гораздо лучше, чем я думал. Я с радостью использую свою способность контролировать рой, чтобы помочь с производством пищи. Часть доходов от наших предприятий также попадет в ваши карманы, наряду с VIP-привилегиями.

— Ты что, подкупаешь меня на людях?

— Нет, конечно, нет, я делаю пожертвования обществу.

Да, это была взятка. Виктор оставит себе одну десятую часть, а остальное отправит Вайнкеру, чтобы избежать неприятностей.

— Я ожидала, что демон останется в Ишфании. — с сомнением сказала Эллисон.

— «Король» Мор ввел тяжелый налог, чтобы финансировать «неизбежную войну по уничтожению Гардмейна». Ну, а теперь, эти человеческие жертвы и гладиаторские бои рабов, я могу отстать. Но потерять две трети моих с трудом заработанных сбережений? Никогда!

Очаровательно. — Он говорит правду? — Спросил Виктор у Шоколатин.

— Это круг связывания демонов, он вынужден это делать, — сказала оборотень, и молитвенно сложила руки. — Пожалуйста, пожалуйста, скажи «да».

Виктор закатил глаза, и задумался. Они так сильно нуждались в пище и деньгах, а он уже опустился до того, что продавал трупы за деньги. С другой стороны, он опасался давать демону постоянное место жительства в Мурмурине, даже если тот обещал вести себя прилично.

— Хорошо, по крайней мере, что касается сокращения численности демонов, — решил он, Малфи издал счастливый звук, а Шоколатин жестоко ухмыльнулась. — Но в следующий раз вызывай демонов за пределами города. А… инвестиции… Мне нужно подумать об этом более вдумчиво.

— Я вернусь в Ад и вернусь с предложением от руководства. Спасибо вам за ваше доверие. — Малфи исчез в облаке белого дыма, а круг последовал за ним.

— Спасибо, Вик, — поздравила его Эллисон. — Не знаю, что бы я без тебя делала. Теперь ты просто источаешь авторитет.

— Я все еще пытаюсь получить правильный тон Эрла Джонса, — пошутил Виктор, — Наподобие «Вы подвели меня в последний раз».

— Ты говоришь, как Тим Карри, скорее жутко, чем потрясающе.

— Хорошо, я попробую еще раз. «Император не так снисходителен, как я.» — И это было правдой.

— Нет, серьезно, — рассмеялась она над его игрой. — Перестань, это звучит нелепо.

Виктор довольно весело проводил время, болтая с Эллисон о Земле, об их совместном опыте и жизни в целом. Она не сильно отличалась от него, она умерла глупой смертью, вызвав взрыв, пока возилась с запасом топлива в машине и адаптировалась к новому миру, несмотря на то, что была окружена монстрами.

Ей нравилось заниматься садоводством, и она была очень увлечена тем, чтобы снова сделать пустыню зеленой. Ее партнер, Роло, не утруждал себя ничем, кроме сбора семян, и презирал все остальное. Очень похоже на некое другое существо…

Он определенно чувствовал назревающую связь. — Послушай, Эллисон… — Виктор собрался с духом. — Не хочешь выпить сегодня вечером?

— Я вроде как полностью занята оргией, но мы можем попробовать завтра. А завтра — нормально?

Это был не тот ответ, которого ожидал Виктор. — Ты размножаешься с другими людьми?

— Что? Нет. — Она как-то странно на него посмотрела. — Я весталка богини наслаждений, а культ Лунного Человека устраивает оргию. Поскольку наши культы дружественны, меня попросили помочь с защитными заклинаниями.

— А ты … ты участвуешь?

— Вик, это оргия для оборотней. Во время полнолуния.

Мозг предал его и дал ему мысленную картину. Это было похоже на ледяной душ. — Прости, мне нужно выйти, — выпалил он, с трудом переводя дыхание. — Мне нужен воздух.

— Мы на улице Вик… Вик? — Эллисон звала его, когда он бежал из кольца друидов. — Вик, что случилось?

Разум Виктора блокировал ее слова, так как эта картина не выходила у него из головы. Черт побери, теперь ему придется погрузиться в работу, чтобы все забыть! Он забрался в седло, готовый вернуться в замок, когда заметил, что Шоколатин следует за ним снаружи. — Что?

— Так вот, Виктор, насчет той оргии… — Шоколатин весело ему улыбнулась.

— Ты хочешь размножаться?

Виктор одарил ее пустым, чистым взглядом, от которого она должна была упасть замертво. Она восприняла это как поощрение. — Все в порядке, я принимаю таблетки. Никакого превращения в полнолуние. Мы можем использовать Перк Наездник Монстра для хорооошего использования.

— Я и не знал, что ты видишь меня таким… — сказал авантюрист, не зная, как ответить, чтобы она не перерезала ему во сне горло.

— Я тоже не знала, пока ты не убил этого лича своей косой, — она замерла, прижав ладони к щекам, — как ты оседлал этого зверя-нежить и поймал душу лича в ловушку для вечных мук… и как ты показал этому демону, кто здесь главный…

Виктор вдруг понял, что его ориентированные на монстров Перки в сочетании с его возросшей харизмой означали, что он вполне может привлекать монстров. Все это время он терпел неудачу в попытках подцепить человеческую женщину, а ему следовало бы пригласить на свидание оборотня.

С одной стороны, она была милой и немного привлекательной, когда не была занята демонами и нежитью, но с другой стороны, она была Шоколатин. И этот безумный блеск в ее глазах…

…

Нет. Определенно нет. — Мне очень жаль, но я не хочу разрушать нашу дружбу, — солгал Виктор, оставив ее удрученной.

Он бы ни за что не стал ее обманывать, разве что ради спасения человеческой расы.

Даже у Виктора были свои стандарты.

Песок. Песок. Песок.

Ходячий кактус!

О, он мертв.

Песок. Песок. Песок…

Вайнкер заставлял себя не заснуть от скуки прямо посреди полета. Он устал от этой бесконечной пустыни, он летел, удерживая в одной лапе своего главу персонала, а в другой — большую сумку из козьей шкуры для принцесс. — Почему я снова лечу невидимым? — спросил дракон своего миньона, который настоял, чтобы Вайнкер воспользовался своим кольцом «МигатьМигать». — А почему мы не взяли с собой других миньонов?

— Потому что иначе Брэндон Мор пристрелит нас на месте, а мой [Капюшон Жнеца] дает мне некоторую маскировку. — Миньон казался усталым и таким же скучающим, как и его хозяин. — Лучше путешествовать налегке.

— Миньон, я имел в виду, почему меня должно волновать, заметит ли это демон?

— Потому что мы выполняем миссию по спасению принцессы, а это значит, что нам нужно быть осторожными. В противном случае, Мор перенесет их в другое место, и на этот раз мы не будем знать, куда именно.

Наконец, Вайнкер заметил, куда они направляются, и прищурился, глядя на горизонт.

Над пустыней плавала скала, размером с самую высокую вершину Альбенских гор, город-крепость, построенный из кроваво-красных кирпичей. Зеленоватые камни под летающей конструкцией, удерживая город на плаву, выпускали вихрь кружащихся песчаных бурь. Вайнкер заметил несколько летающих существ, патрулирующих небо рядом с городом, и каждое из них могло бы стать сносной пищей.

Вместо того, чтобы радоваться, что они, наконец, добрались до места назначения, Человечек Виктор испустил тяжелый, сдавленный вздох.

— Миньон, чем ты так расстроен? — По поводу этого приключения Человечек Виктор выказал гораздо меньше энтузиазма, чем думал Вайнкер. Если подумать, то он даже не спорил о том, что сумку для принцессы принес Вайнкер, а обычно обо всем беспокоился миньон. — А ты уже размножился?

—Нет. Я пытался. — Миньон удрученно вздохнул. — Но, как оказалось, Эллисон любит девушек…

Дриада? — Миньон, я не так уж строго отношусь к домогательствам миньонов. Например, у тебя есть мое императорское разрешение подарить ваши яйца Человечку Чарлин.

— Я почти уверен, что Круассан добрался туда первым.

— Тогда съешь его. — Вайнкер мог бы поклясться, что миньон в замешательстве посмотрел на своего хозяина, но из-за капюшона он не мог сказать точно. — Ты — глава персонала, он ниже тебя по пищевой цепочке. Если он тебе мешает, съешь его. Я никогда раньше не ел оборотней, но они, должно быть, на вкус, как церберы, сильные и толстые.

— Ваше Величество уже ел церберов?

— Да, еще будучи молодым змеем, когда сражался с фоморами вместе с остальными драконьими племенами. В те дни они постоянно посылали мне на смерть монстров вроде церберов. — В конце концов, лорды фейри, в качестве извинения за ложное утверждение, что они создали мир первыми, заплатили Вайнкеру и его родичам большую дань золотом.

Кстати, о еде: что это за запах доносится с ветром? — Я чувствую, что за нами следят. — Вайнкер втянул воздух. — Пахнет, как большая птица с человечком на спине.

— А? Мы должны быть осторожны, это может быть один из людей Мора—

— [Солнечный Суд!]

В спину Вайнкера неожиданно ударил луч света, и от взрывной волны он рухнул на сухой песок внизу.

[Солнечный Суд] обошел ваш [Огненный Иммунитет]! Вы получили тяжелые повреждения!

— Миньон, я плохо себя чувствую на спине, — сказал Вайнкер, и, раскрыв ладонь, нашел своего главу персонала в целости и сохранности. — Что это такое?

— Я думаю, что это боль, Ваше Величество!

Боль? Конечно, нет, от этого страдали только млекопитающие.

Вайнкер взглянул на того, кто отвечал за его зуд в спине, человечка-рыцаря в тяжелых зеленых доспехах. Это коварное создание ехало верхом на спине золотого льва с головой, крыльями и когтями орла.

Грифон! И притом взрослый, мясистый!

— Я сомневалась в твоей виновности, пока не просмотрела твои классы, Виктор. [Оруженосец Монстра] и [Жнец]! — Рыцарь указал сверкающим клинком на Вайнкера, и тот понял, что это — проклятая работа фейри, предназначенная для убийства драконов. Судя по голосу, рыцарь был человечком женского пола. — Нечестивый отпрыск похитителя душ и некроманта, с примесью отбросов! А твои перки! [Хельхейм], [Поток Адского Огня]! От тебя несет злом!

— Эти доспехи… — протянул миньон, когда осела пыль. — Срань господня, шестьдесят шестой уровень?

— Я Киа Бекеле, Сияющий Рыцарь Гардмейна! Приготовьтесь умереть, негодяи!

Раздосадованный тем, что зеленоватый рыцарь не назвал следующим его имперское имя, Вайнкер огненным шаром просто взорвал птицу в небе.

— [Храбрый ветер!] — К большому удивлению дракона, птица и ее всадник, перенесенные сильными ветрами, улетели с пути его пламени. Вайнкер продолжал пытаться их взорвать, но они нырнули вниз, двигаясь со скоростью, за которой даже дракону было трудно уследить. И прежде, чем он успел сообразить, что произошло, рыцарь нанес Вайнкеру удар между шеей и плечом и рассек чешую.

[Арондайт] нанес двойной эффективный урон перками [Фейри] [Истребитель Драконов]!

Как и этот проклятый лич, рыцарь и ее летающий скот отступили прежде, чем дракон успел их ткнуть. Человечек Виктор попытался помочь своему хозяину, выпустив в их врага голубоватый адский огонь, но она вылетела за пределы досягаемости и сделала круг в небе. Вайнкеру вдруг стало интересно, как она могла заметить его, ведь он оставался невидимым, но один взгляд на себя сказал ему, что песок на его теле выдает его положение.

Рыцарь двинулся вниз, сияя под солнечным светом.

Эта человечек женщина явно очень хотела, чтобы Вайнкер оправдал свое имя Рыцареубийцы. — Миньон, оставайся там, — приказал Вайнкер своему слуге, вместе с сумкой принцессы опуская его на землю. — Я полечу и лично разберусь с этой летающей закуской.

— Ваше Величество, она самая сильная авантюристка в Мистрале и убийца Короля Балаура! Не стоит ее недооценивать!

— Балаур? — На этот раз, Вайнкер сделал паузу. — Тот самый фомор?

Простой человечек верхом на летающей корове уничтожил Балаура — второе величайшее бедствие нашего века? А когда?

— [Очистка Заклинаний]! — Прорычал Вайнкер, являя себя во всей своей драконьей славе, поскольку его Перк отменял невидимость кольца. — Бойся моего гнева, человечек-рыцарь! Перед тобой лицом к лицу Император Вайнкер Рыцареубийца, Первый Этого Имени, Великое Бедствие этого Века, Император Мурмурина и Альбенских Гор, и Убийца Фурибона!

— Я знаю о личе, — сказала рыцарь, поднимая свой клинок. — Я бы сказала спасибо, поскольку мы не удосужились убить его раньше, но … —

— Ты знала о Фурибоне? — Вайнкер зыркнул на рыцаря, и вдруг возмутился. — И ты ничего не сделала? Ты знаешь, что он делал в той темнице? Знаешь ли ты?

Рыцарь остановилась, перестав опускаться. — Прошу прощения?

— Я уверен, что он, должно быть, пожертвовал сотнями маленьких принцесс, чтобы приготовить это ужасное, грязное, злое заклинание! Он уже собирался выпустить его на весь мир, когда я его остановил! Знаешь ли ты, что он заставил меня страдать? О кровавой войне, в которой мне пришлось сражаться? На какие жертвы мне пришлось пойти? Знаешь ли ты?

— Э-э, Нет, я … —

— Ты бы знала, если бы была достаточно образована и прочитала «Войну за Сокровища»! — Вайнкер продолжал разглагольствовать. — Мой миньон был похищен и замучен Фурибоном! Лич сделал его овощем и заставил его есть детские монеты!

— Ваше Величество, возможно, вы преувеличиваете…

— Мой миньон рисковал жизнью, чтобы запечатать душу этого мерзкого лича! — Вайнкер не обращал внимания на своего главу персонала и продолжал стыдить рыцаря, который уже опустил свой меч. — Мы должны были сражаться с ордой из трехсот демонов, пока он не стал достаточно силен, чтобы посадить в тюрьму этого развратного монстра!

— Я, я… — рыцарь с трудом подбирала слова, столкнувшись со своей очевидной некомпетентностью. — Я… извините, я не знала…

— Мне до смерти надоел ваш человечковый «видоцентризм»! — Выпалил Вайнкер. — Я — лучший дракон-авантюрист для вашего отсталого вида, а, когда я решаю ваши проблемы, вы отказываете мне в моей законной оплате! Вы даже посылаете за моим сокровищем воров, даже после того, как я упорно трудился, чтобы спасти от Фурибона единственно истинный образ жизни!

— Ваше Величество всегда говорил, что все виды в равной степени уступают драконам, — напомнил своему хозяину Человечек Виктор.

— И это факт, а не глупое суеверие! — Ответил Вайнкер, рыцарь теперь молчала, а ее грифон в замешательстве смотрел на нее. — И отношение вашего вида в моем мнении ничего не изменило! Я спас от Фурибона все хорошее в мире!

— Кроме того, напасть на нас после использования магического сканирования, только потому, что у меня есть классы монстров, а Вайнкер — дракон? — Миньон Виктор закричал на рыцаря. — Это называется расовым профилированием!

(прим. переводчика: расовое профилирование — практика в полиции считать, что люди конкретной расы будут вести себя конкретным образом, т.е., что они будут совершать преступление)

— Это… это не так! — слабо запротестовала рыцарь. — Две секунды. [Улучшенное Сканирование Кармы].

— Ты опять это делаешь! — обвинил ее Виктор. Перед ее шлемом появились слова, когда она смотрела на Вайнкера и его лакея.

— Нет, все не так! — запротестовала она, но слова быстро исчезли. — Хорошо, я проверила вашу карму, и вы оба нейтральны, дракон очень сильно ориентирован на хаос, а Далтон стремится к добру.

— Далтон? — Вайнкер покосился на своего миньона.

— Это моя фамилия, — сказал человечек, и Вайнкер понял, что никогда даже не думал, что у его лакея может быть фамилия. — И к тому же нейтральный… разве это не вежливое название для слабого?

— Хватит болтать! — Вайнкер расправил крылья. — Я убью тебя, Рыцарь Киа, и за твое вероломное нападение съем твою летающую скотину.

— Я … э-э … не думаю, что нам придется сражаться, я поторопилась, — сказала рыцарь и произнесла заклинание. — Прости, [Дождь Исцеления].

На Вайнкера и его лакея обрушился ливень золотого порошка, дракон инстинктивно попытался схватить золото, но порошок исчез при прикосновении, а его спина перестала чесаться.

Вы восстановили все свои Очки Жизни!

— Приношу свои глубочайшие извинения, — сказала рыцарь, держась на почтительном расстоянии. — Я приняла вас за злодеев, а вы — добропорядочные наемники. Не могу поверить, я никогда не думала, что вы будете такими героями.

— Такое случается сплошь и рядом, — с удивительной теплотой сказал Человечек Виктор.

— Миньон, ты будешь размножаться с кем-то другим, — упрекнул его Вайнкер за искаженные приоритеты, и миньон со стыдом опустил голову, а рыцарь отшатнулась. — Она напала на меня, и она заплатит мне в качестве извинения дань. Я требую в качестве компенсации не менее пяти грифонов.

— Ваше Величество, я не думаю, что это хорошая идея. Она, должно быть, почти так же сильна, как и ты, а нам нужно спасать принцесс.

— Миньон, истинному дракону нет равных, — ответил Вайнкер, не желая отпускать эту мысль. Даже если она убила Балаура, он был лишь вторым величайшим бедствием после дракона. Вайнкер заслужил этот титул.

— Спасать принцесс? — Перебила его рыцарь. — Принцессу Мервейль? Вы намеревались отправиться в Маурию и спасти принцессу Мервейль?

— Ее и всех остальных принцесс Мор захватил в плен. — заговорил Человечек Виктор.

— А ты… ты оставишь их себе? — спросила Сияющий Рыцарь, и ее рука над мечом дрогнула.

— Конечно, нет, неужели ты принимаешь меня за одного из этих ужасных гуманофилов? — Вайнкер содрогнулся от отвращения. — Я отпущу их обратно в дикую природу, как только закончу, и твой Человечек Король дарует мне обещанную милость за их спасение.

— Кстати, Ваше Величество не сказали мне, сколько вы намеревались просить, — заметил Человечек Виктор.

Вайнкер уже имел идею для подарка. Если бы этот Человечек Король оказался способным выполнить обещание, то дракон не потребовал бы ничего меньше, чем миллион монет или сто тысяч драгоценных камней, чтобы добавить их к своему нынешнему запасу.

— Ладно, мы с тобой в одной лодке. — Рыцарь посадила своего грифона на землю перед Вайнкером. — Я глубоко извиняюсь за свое неуместное нападение, но я не отдам своего грифона. Однако, если вы согласитесь, я могла бы компенсировать произошедшее, помогая вам в ваших поисках.

Вайнкер покосился на грифона, а тот в ответ свирепо уставился на него. — Я тебя слушаю, — сказал он на тот случай, если этот рыцарь сможет помочь донести его принцесс до Мурмурина.

— Во-первых, я должна спросить, собираетесь ли вы сами сражаться с Мором? Потому что я не могу это поддержать.

— Но почему же? Потому что это опасно? — Спросил миньон Виктор.

— Что? Нет, это было бы потрясающе, и я настаиваю на том, чтобы пойти с вами. — У человечка явно кружилась голова. — Я уже несколько месяцев пытаюсь убедить свою партию надрать задницу этому щеголеватому демоническому ублюдку, но они все медлят. То же самое и с личем. Если бы мы знали, что он творил отвратительную магию, которая угрожала всему миру…

— Твой слабый ум не может вообразить всю глубину разврата Фурибона, — мрачно сказал Вайнкер. — Он был чистым злом, которое существовало само по себе. Он был неживым свинцом.

— Если дракон говорит такое… я не собираюсь спрашивать о кровавых подробностях. Неужели это его душа в косе? — Рыцарь взглянула на оружие Человечка Виктора, — Понимаю… ты взял этот проклятый класс Жнец, потому что это был единственный способ победить лича. Должно быть, это был трудный выбор.

— Можно и так сказать…

Зеленый рыцарь сняла шлем, и Вайнкер прищурился, потому что впервые увидел человека с такой темной кожей и волосами, которые не выглядели уродливыми. Человечек Виктор, онемев, застыл на месте, в то время как его хозяин не был впечатлен. От нее не пахло принцессой.

— Меня зовут Киа. Киа Бекеле. Извините, что сбила вас с неба. — Она провела рукой по волосам. — У вас обоих ужасная репутация.

— Можномневашавтограф? — Человечек Виктор говорил так быстро, что даже имперские уши Вайнкера с трудом его понимали. Человечек женщина тепло и весело рассмеялась. — Ты же Сияющий Рыцарь, величайший паладин в мире! А ты и вправду Избранный?

— Да. Прибыла из Эфиопии, хотя некоторое время пробыла в Соединенном Королевстве. — Рыцарь, казалось, с трудом подбирала слова, очевидно, такая же убогая, как Человечек Виктор, в беседах перед размножением. — А ты, Виктор, откуда взялся? Можно мне называть тебя Виктором?

— Конечно! Я Аме—

— Человечек, — Вайнкер выпустил через ноздри дым, раздраженный тем, что рыцарь его игнорирует. — А как ты собираешься искупить свое преступление за то, что ударила Императора Мурмурина и Альбенских гор?

Рыцарь вложила клинок в ножны и раскрыла пустую ладонь, в которой материализовался голубой, блестящий, яйцевидный камень. — Это [Агартанский Варп-Камень], одноразовый предмет, который может телепортировать вас и любого рядом с вами в любое место, которое вы посещали раньше. Он даже обходит защиту телепортационных эффектов, таких как барьеры, защищающие город Мория.

— Мой [Глаз на Сокровище] говорит мне, что это подлинная вещь, Ваше Величество. — сказал миньон.

— Я всегда ношу с собой две штуки, на всякий случай, — сказала рыцарь. — Вы можете использовать его, чтобы перевезти всех назад в более безопасное место, подальше от Мора.

О, и тогда Вайнкеру не придется сжигать жир, возвращаясь домой! Превосходно. — Как Император Мурмурина и Альбенских гор, я принимаю эту дань и прощаю тебе твое греховное оскорбление моей персоны. Любой другой дракон убил бы тебя за твою дерзость, но я великодушен и щедр.

Два человечка обменялись взглядами. — Драконы, — сказали они одновременно, а Виктор тут же нахмурился. — Ты встречала других?

— Я сражалась с одним из них вместе со своей старой партией. Болотная Чума, я думаю, так ее звали.

— Эта нищая, живущая в глухомани? — Усмехнулся Вайнкер. — У нее даже нет пещеры на болоте!

— У нее была смоляная яма, до того как мы ее вытеснили. Я не знаю, куда она потом убежала.

Она бежала от человечков? Человечков? И если подумать, что он пригласил ее на свой собственный День Хвастовства, то о чем только думал Вайнкер?

Это делало его торжество еще более важным. Насколько было известно Вайнкеру, он был единственным, кто защищал честь драконьего рода от орд личей и крестьян. Он просто обязан был вернуть в сердце своего рода гордость.

— Кроме того, разведчица Ностредейма сказала мне, что ты потерял из-за Брэндона Мора Яблоко Знаний, — обратилась рыцарь к Миньону Виктору. — Насколько я поняла, это айпад?

— От компании Локхид Мартин, — сказал миньон, и рыцарь нахмурилась. — С соответствующими схемами.

— Ладно, теперь действительно самое время надрать Мору задницу. Не стоит его недооценивать. Он эксцентричен, но в поединке с ним еще никто не выжил, и он обладает одной из самых оптимизированных в мире комбинаций Класса Боец.

Вайнкер презрительно пожал плечами. —Он — эльф. Эльфы — это скот, они едят траву. Я сожру его, а потом заберу принцесс.

— И все же не стоит его недооценивать. — Она повернулась к летающему камню. — Ну что, пойдем?

Вайнкеру пришлось отдать должное эльфам. В отличие от людей, они содержали свои логова в чистоте.

Их летающий город был настоящим лакомством для глаз, с блестящими белыми каменными и мраморными статуями, которые, по мнению Вайнкера, прекрасно смотрелись бы на его сокровищнице. Он пообещал себе вернуться за этим после того, как вернет своих принцесс.

Горгульи патрулировали городские крепостные валы, не видя ни Вайнкера, ни рыцаря-скотовода. Она тоже стала прозрачной, хотя дракон прекрасно чувствовал ее запах. — Невидимость обманет меньших демонов, но ни Мора, ни его элитную гвардию, — прошептала рыцарь Киа. — Хотя я удивляюсь, почему город так слабо защищен. Обычно он так полон демонов, что наши шпионы не могут к нему даже приблизиться.

— Я чувствую, что поблизости полно демонов. — сказал Вайнкер, напевая себе под нос и высматривая еду. За время полета он проголодался, и уже привык к плоти демонов. Он полетел к источнику запаха, к какому-то летающему порту, в центре которого гнездилась огромная металлическая птица.

…

Это была большая-пребольшая металлическая птица.

Во много-много раз больше самого Вайнкера, с огромными железными крыльями и железными шипами под ними. Демоны управляли странными устройствами на ее спине, которые выглядели как большие версии мушкетного оружия, которое Красный Кобольд носил с собой. У птицы был только один стеклянный глаз, и демоны и эльфы били по нему молотками.

Как обычно для его тщедушной расы, глава персонала был глубоко напуган размерами животного. — Черт возьми, они взломали пароли от айпада. Они построили бомбардир.

— Это не бомбардир, это летающая крепость, — сказал рыцарь с таким же ужасом. — Он больше, чем «Титаник»! Как ты думаешь, он функционален? Он выглядит грубым и архаичным.

— Не знаю, но мы должны уничтожить его до того, как он взлетит.

Только человечек мог беспокоиться о птице. Вайнкер будет жечь и поджаривать демонов изнутри, точно так же, как он готовил свою тренировочную диету. Он лениво открыл рот, чтобы обрушить смерть на большую жирную птицу…

Затем его [Радар Принцессы-Девственницы] активировался.

Вайнкер немедленно повернул голову к источнику сигнала, находившемуся в центре города. — Это принцесса! — Его глаза расширились от головокружения. — Принцесса девушка!

— Ваше Величество, какого черта—

Вайнкур, охваченный драконьими инстинктами, проигнорировал металлическую птицу и полетел прямо к принцессе, сбив с небес и грифона рыцаря, и горгулий. Дьяволы заметили его, когда после удара об него упало здание, и сразу же зазвучали рога и колокола.

— Рыцареубийца? — Позвала Вайнкера человечек Киа из небесного порта, дракон слышал, но не слушал. — Рыцареубийца, Далтон, куда вы?

— Принцесса! — крикнул в ответ дракон.

Он летел над эльфийским городом, взмахивая крыльями, сметая дома и демонов, пока не нашел то, что искал: массивную круглую арену из красного кирпича в самом центре летающего города. Сотни эльфов и демонов с едой и напитками собрались на трибунах.

Дракон сразу же узнал принцессу, прикованную цепью к мраморной колонне посреди песчаной площадки арены.

Это существо было самым красивым петом, которое когда-либо видел Вайнкер, милое животное с красивой зеленой шерстью, которая идеально дополняла бы его золото. Ее кожа была так чиста, что напоминала Вайнкеру коровье молоко. Демоны одели ее, как подарок.

Рядом с ней были привязаны еще две принцессы, две эльфийки, но Вайнкера это не волновало и вполовину: от них не пахло девственницами. Но та, что была в центре, была именно той, которую он хотел, жемчужиной его Дня Хвастовства! Остальные будут просто дополнять ее, когда он выставит их на всеобщее обозрение на вершине горы золота.

— Сегодня, демоны и эльфы, мы собрались на ритуал демонической корриды! — Кричал с трибун высокий, грузный красный дьявол, а толпа приветствовала его слова: — Чтобы заслужить благосклонность ада в уничтожении Гардмейна, сегодня перед боями должны быть принесены в жертву три, да, три благородные дамы! Ужасное деяние совершит наш уважаемый королевский гость, прекрасная, ядовитая … Мелоди!

Эльфы и демоны радостно закричали, когда перед принцессами материализовался рыжеволосый человечек. Миловидное создание с длинными темно-фиолетовыми волосами, собранными в косичку, и с кроваво-красными глазами. На ней было царственное черное платье, сшитое из меха боевых зверей и демонов. Вид женщины беспокоил Вайнкера, хотя дракон и не мог понять, почему.

— Станьте свидетелем жертвоприношений! — продолжал оратор. — Принцесса Мервейль, племянница нашего ненавистного врага, Короля Гардмейна Роланда! Оракул Appo—

— Моя! — Вайнкер с громким звуком приземлился на арену, взметнув вокруг себя большое облако пыли. — Моя, Моя, Моя!

Когда публика умолкла и человечек с темно-фиолетовыми волосами взглянул ему в лицо, Вайнкер повернулся к пленным принцессам и показал им свою сумку принцессы.

— Залезайте в мешок! — Девы-принцессы в страхе и смятении оглядывались по сторонам. — Я сказал, залезайте в сумку принцессы!

— Ваше Величество, вы невидимы, а они закованы в цепи!

— [Отмена Магии].

Невидимость Вайнкера исчезла, и он почувствовал, что сила других его безделушек тоже исчезла. При виде дракона толпа запаниковала, а принцессы задрожали от страха. Дракон проигнорировал их всех и бросил взгляд на источник нападения.

— [Хрустальная Тюрьма.] — По команде странного человечка вокруг принцесс выросли барьеры из пурпурного хрусталя, поймав их в ловушку, как жуков в янтарь. Дракон мгновенно распознал в этом веществе проклятую работу фейри. — Рыцареубийца, ты пришел препятствовать нашим амбициям?

Существо выглядело, как благородная принцесса, но пахло совсем не так. От нее пахло смертоносными цветами темного леса, смертью и гнилостными миазмами.

Это был не человечек.

Фомор.

Вайнкер обменялся взглядом с фейри, и ее бездушные глаза подтвердили его подозрения. Между ними повисло напряженное, ненавистное молчание, ни один из них не хотел сделать первый шаг; дракон бросил сумку принцессы и своего главу персонала, готовый разбить эту мерзость при первом же признаке враждебности. Возможно, их род и заключил мир, но одно ее присутствие приводило дракона в бешенство.

— Ваше Величество? — Его глава персонала, не подозревая о характере этой женщины, переводил взгляд с одного на другого. — А кто она такая? Я не могу своими Перками читать ее мысли, и она ощущается как-то неправильно.

— Миньон, спрячься за мной, — сказал Вайнкер, протягивая когти и готовясь, в случае необходимости, сразиться с этим существом насмерть. — Род фейри охотится на человечков ради их меха.

— Ого, зрители, ворвался неожиданный претендент! Вайнкер Рыцареубийца, «Император» — рассмеялся дьявольский комментатор, и толпа, к великому смущению Вайнкера, тоже засмеялась. — Мурмурина и Альбенских Гор, самопровозглашенный величайшим бедствием века!

— Не самопровозглашеннй! — Вайнкер оспаривал ложь.

— В другом углу — демоническая суперзвезда, непобедимый чемпион, непобедимый король Ишфании … легендарный Брэндон Мор!

Эльф вышел на арену через дверь, встроенную в саму каменную стену, такую же тонкую и хрупкую, как и все его соплеменники. Его кожа была светло-фиолетовой, почти сероватой, серебристые глаза и короткие волосы того же цвета. Он был одет в позолоченную блестящую ткань, которая покрывала все его тело, кроме обнаженной груди, а голову охватывала рогатая серебристая диадема. Ходячий мертвец держал в одной руке клинок, а в другой — красную тряпку.

Толпа приветствовала появление эльфа, который поднял свою красную тряпку вверх. Проемы в стенах арены выбрасывали наверх потоки огня и белого дыма. — Мор — лучший демон! — Скандировала публика скотов. — Мор — лучший демон! Мор — лучший демон!

Эльф, от которого пахло серой, ухмыльнулся Человечку Виктору. — Ах, один только вид совершенного тела Брэндона Мора заставил тебя в него влюбиться. На Брэндона Мора все время так реагируют.

— Вообще-то, я был просто очень удивлен твоим нарядом матадора—

— Нет нужды отрицать ваши похотливые чувства к великолепному телу Брэндона Мора, — отрезал король демонов с самодовольным видом, к которому Вайнкер тут же отнесся с презрением. — Никто не может устоять перед Брэндоном Мором, и он приветствует всех своих поклонников. Ведь у красоты есть любовник, и это — Брэндон Мор.

Эльфы. Вечно этот наглый скот.

Однако этот фомор … Вайнкер не сводил глаз с фейри — на случай, если она попытается напасть украдкой. Он даже не пошевелился, чтобы раздавить высокомерную скотину, не желая давать этому заклятому врагу драконьего рода никакого шанса.

— Ты, V&V, уже несколько месяцев пренебрегаешь Мором. — сказал эльф, подходя к фомору. — Ты убил его миньонов-людей, украл драгоценное яблоко, уничтожил придворного мага и разрушил вековую работу по призыву демонов. А теперь, ты хочешь отнять у него с таким трудом завоеванные жертвы? Брэндон Мор действительно хочет знать: что он сделал тебе такого, чтобы все это заслужить?

— Ты существуешь в моем мире, — ответил Вайнкер, не сводя глаз с ведьмы. — Я — Император. Я делаю то, что хочу.

— Ты, Вайнкер, не император. Мурмурин — дочь Ишфании, а у Ишфании только один король. Король, который стоит перед тобой!

Внимание: ваш титул [Император] оспаривает Брэндон Мор!

Если вы не утвердите свою законную власть, ваши Перки Класса [Император] будут аннулированы!

— Спор? А что тут оспаривать? — Зарычал Вайнкер. Ему даже не нужно было защищать свой титул, поскольку его законность была очевидна!

— Что ты собираешься делать с этим бомбардиром? — Спросил Человечек Виктор, больше озабоченный металлической птицей, чем вызовом авторитету своего хозяина. — Как ты вообще сумел построить его так быстро?

— Мор построил Железного Орла несколько месяцев назад, но его миньонам не хватило знаний для последних штрихов. Что же касается того, что он будет с ним делать, то у землян есть для этого слово, если Брэндон Мор помнит. Что-то связано с коврами.

— Ковровая бомбардировка, — произнесла фомор без особой теплоты в голосе.

— Да, ковровые бомбардировки. Брэндон Мор будет бомбить ковром обезьяньи фермы Гардмейна, пока не останутся только обломки и мертвые обезьяны. Он также сделает небольшой крюк, чтобы стереть с лица земли эти вонючие деревни Хадмер и Мурмурин.

— Почему? — Спросил Человечек Виктор. — А какой в этом смысл?

— Чтобы уморить голодом моих гостей, уничтожив весь скот, — объяснил Вайнкур.

— Потому что Брэндон Мор обладает многими качествами. Красивый. Идеальный. Щедрый. Но прощающего среди них нет.

Глава персонала Вайнкера приготовил свою косу. — Только не в мое дежурство, — сказал он, готовый защищать честь своего хозяина и его запасы еды.

— Мор совершенно не интересуется обезьяньим реквизитом. — Высокомерная эльфийка повернулась и посмотрела на косу миньона. — И если ты хочешь выжить со всеми своими ушами, прикрепленными к телу, ты должен немедленно освободить лича, слугу Мора.

Фурибон? Этот чудовищный эльф хотел сломать печать, удерживающую Фурибона в плену! — Я не позволю тебе выпустить это зло в мир, демон! — Заявил Вайнкер, готовясь взорвать этих двоих огнем и пламенем, заключен мир между фоморами и драконами или нет.

— Воля Мора будет исполнена. — Демонический эльф повернулся к фоморской ведьме. — Мелоди, пожалуйста, сделай одолжение Брэндону Мору и очисти его арену от пеонов.

— Как пожелаешь,королевич.

Вайнкер немедленно взорвал место, где стоял фомор, огненным шаром, но она телепортировалась с пути так же, как это когда-то сделал расстроенный Фурибон.

— [Адская Зона]. — Прежде, чем дракон успел отреагировать, она подняла руку, и вокруг Вайнкера и Виктора рухнула сама ткань пространства — трещина, демонстрирующая мир огня и серы, наложившихся на арену. Мираж длился всего мгновение, но его глава персонала исчез вместе с ним.

Проверка удачи прошла успешно, но ваш фаворит был изгнан в Ад. — Мой глава персонала! — Вайнкур гневно расправил крылья, чтобы продемонстрировать свое превосходство над фоморами. — Немедленно верни его обратно! Я не собираюсь снова расчищать подземелье!

— Только истинный победитель предъявляет свои требования, дракон! — Ответил Брэндон Мор, и в это время прямо с небес упал луч света, попав прямо в то место, где гнездилась железная птица. Эльф посмотрел в ту сторону и сердито зарычал. — Железный Орел! Они привели подкрепление!

— Это ненадолго. — Фоморская ведьма взглянула на источник света, а затем исчезла в пелене тьмы, не оставив и следа.

— Я покажу тебе твое место, травоядный! — Прорычал Вайнкер, намереваясь съесть эту ходячую скотину, положить принцесс в мешок, а потом заставить эту ведьму освободить главу персонала. Он найдет время буйствовать где-нибудь посередине. — Твои слабые заклинания ничего мне не сделают!

— Только слабые полагаются на магию, чтобы выиграть бой! Настоящему воину нужны только мулета и эспада! Ты, Вайнкер, Брэндон Мор бросает тебе вызов! Один на один, чемпион против дракона!

(прим. переводчика: Мулета — кусок ярко-красной материи, которым во время корриды тореадор дразнит быка. Эспада — испанская шпага или испанский меч)

— Вайнкер Рыцареубийца никогда не отступает от боя!

Вы приняли вызов Мора [Демоническая Коррида]!

Зрители будут усиливать или ослаблять бойцов в зависимости от их выступления!

— Тогда, Вайнкер, Брэндон Мор клянется своей честью как [Матадор]… — эльф взмахнул мечом. — Сегодня ты познаешь горький вкус поражения!

Как оказалось, Чарлин была права. Виктор все-таки оказался в аду.

Это было ужасное место, но не по тем причинам, которые ожидал увидеть Виктор.

Как и предсказывали религии Земли, Ад был огненной серной пещерой, но они отошли от сжигания душ и перешли к новым, более изобретательным формам наказания. С одной стороны Виктор заметил ряд за рядом плененных людей, привязанных к стульям перед большим зеркалом и вынужденных смотреть какое-то ужасное средневековое реалити-шоу. С другой стороны, другие проклятые души делали крошечные ручные зеркала, напоминающие авантюристу экраны мобильных телефонов, а в это время их хлестали бесы.

Виктор ничего бы так не хотел, как освободить эти несчастные души от их вечных мук, если бы его не окружали инсектоидные демоны. Три дюжины существ, похожих на худых мотылькоподобных кузенов Малфи, направляли на него острые отравленные копья.

Одна фигура, однако, отличалась от других и смотрела на Виктора голубыми глазами без зрачков. Это был гибрид женщины и насекомого, с сероватой кожей, у нее было два больших растущих из ее спины золотистых крыла мотылька с изображением черепа. Черное облегающее платье закрывало все ее тело, за исключением острых когтей там, где заканчивались пальцы, и поверх платья норковый жакет, похожий на кольцо из белого меха вокруг шеи. Она была устрашающе красива и элегантна, как жуткая Ледяная королева. Только две роговые антенны, торчащие из ее длинных серебристых волос, выдавали ее демоническую сущность.

Однако Виктору ее лицо показалось чересчур похожим на лицо Брэндона Мора.

— Новая жертва. — К великому изумлению Виктора, женский голос демона звучал удивительно тихо. — Но ты же не девственница.

— Меня приняли не за того, — ответил авантюрист, одной рукой крепче сжимая косу, а другой ища под капюшоном Агартанский Варп-Камень. Он понятия не имел, сможет ли он телепортировать его из ада, но другого пути спасения не видел.

Жуки-демоны подняли свои клинки к его подбородку и рукам, и он остановился, как вкопанный.

Тем не менее, лидер демонесса подняла на него бровь, более смущенная, чем кто-либо еще. — Ты понимаешь язык Высшего Ада?

А что, он не должен был? Слава двенадцати богам за этот Перк, может быть, он сумеет выкрутиться так же, как с Лунным Зверем. Виктор немедленно использовал на лидере демонов Проницательность Монстра, отчаянно нуждаясь хоть в крупице информации.

Изабель Мор

Архидьявол Тщеславия и Бездумных Развлечений (Демон / Насекомое)

Сильный против: Света, Тьмы, Слива, Контроля Разума, Мгновенной Смерти, всех негативных статусных эффектов, Мороза, Молнии, Нечестивости, Огня, Кислоты, Экрана.

Слабый против: Святости, Ветра, Демоноубийц и Истребителей Насекомых.

Госпожа клинков и один из корпоративных властителей Ада. Дьявольский ум, который изобрел прокрастинацию, гладиаторские бои и Аутремондский эквивалент реалити-шоу. Владеет многими предприятиями, посвященными порабощению душ силой экрана, таких как Инфернальный Телеграмм и Адское Телевидение, но втайне сожалеет о том, что пожертвовала своими золотыми годами ради карьеры.

Ой-ой. — Ты пахнешь драконом, а что это за душа, которую я вижу запертой в твоей косе? — Спросила демоница, не сводя глаз с косы Виктора. — Фурибон? Это ты?

— Убейте его, Ваше Высочество! — Крикнул Фурибон из глубины косы, а Виктор изо всех сил постарался сохранить бесстрастное выражение лица. — Это враг короля Мора!

— Что он пытается сказать? — спросила демоница. — Я вижу, как шевелятся его зубы на острие косы, но не слышу ни слова.

— Он жалуется на то, что его старый хозяин казнил его за то, что он испортил открытие Адских врат, — сквозь зубы солгал Виктор.

— А, так вот что случилось. Мне было интересно, почему портал был без предупреждения укреплен. За ним ждала армия из тридцати тысяч демонов.

— А ты кто такая?.. — Виктор замолчал, хотя уже знал, а Фурибон продолжал кричать, но его никто не слышал.

— Архидьявол Изабель Мор, Повелительница Клинков, Главный Демонический Исполнительный Директор Корпорации «Мор Адкорпоратед».

— Мать Брэндона?

— О, вы знаете моего Браниньо? — Ее нежное лицо выражало некоторое беспокойство. — Как он там? Неужели он уже покорил Гардмейн? Ворота должны были открыться с его стороны, но так и не открылись, я так волновалась.

— Погодите, он вам ничего не сказал? — Виктор внутренне вспотел, благодарный Мору за беспечность.

— Он никогда не навещает меня и звонит только тогда, когда ему что-то нужно. «Мама, Брэндон хочет новую демоническую лошадь» или «мама, Брэндону нужно больше адской силы!» Я знаю, что родила его в первую очередь для того, чтобы расшириться в сверхплан, но немного привязанности не повредит. Я же не все время бессердечное адское отродье.

— Воспитание детей — это неблагодарная работа. — ответил Виктор, наполовину пытаясь быть милым, а наполовину пытаясь найти выход от ранней смерти. — А как же его отец? Может быть, вы могли бы попросить его о поддержке.

— О, я лишила его жизни, пока мы зачинали Брэндона. — сказала она, и по спине авантюриста пробежали мурашки. — Он хотел ребенка, чтобы увековечить свою врожденную, бесплодную родословную, а я хотела агента на Аутремонде. Беспроигрышный вариант. К сожалению, эльфы слабы и имеют мало очков здоровья, поэтому он умер на полпути. Стыд. Браниньо унаследовал его приятную внешность. У вас были дети, Мистер…

— Виктор, — выпалил Виктор, но, к счастью, это имя женщине ничего не говорило. Брэндон Мор действительно нечасто звонил матери. — Один птенец-оборотень попросил меня размножаться, но мне пришлось отказать. Она была сумасшедшей.

— Эти оборотни, — презрительно фыркнула Изабель Мор. — Ты молодец, у них есть блохи. Итак, Виктор, ты новый палач моего сына? Как ты оказался в аду, Мистер Виктор?”

— Вообще-то я глава персонала. Эта Мелоди послала меня сюда заклинанием — Технически это правда, и до сих пор эта шарада сохраняла ему жизнь. Если Виктор переживет это, он пообещал себе пройти уровни в классе, ориентированном на харизму.

— Я же говорила Браниньо, что он не должен слушать эту женщину. — нахмурившись, сказала демоница, как будто Виктор подтвердил ее прежнее мнение. — Ничего хорошего не выйдет из общения с фейри, — сказала я ему. То, что мы, демоны, делаем для бизнеса, они делают для удовольствия.

Виктор догадался, что это за Мелоди, и решил во что бы то ни стало избегать ее. Он был благодарен ей за то, что она послала его сюда, а не убила на месте.

— Я исправлю эту ошибку. — сказала Изабель, и жуки опустили оружие.

— Я очень благодарен вам, мэм. Но мой хозяин ждет меня, так что я не должен отсутствовать слишком долго.

— Мой неблагодарный сын подождет, — ответила она тоном, не терпящим возражений. — Поблагодари меня, потакая моим слабостям за сваренным бесом кофе. Я хочу, чтобы ты рассказал мне все, что Браниньо задумал. Тогда ты будете убит.

— С удовольствием… — последние слова прозвучали неожиданно. — Что?

— Тогда ты будешь убит, — решительно повторила она. — Я исправлю ошибку Мелоди и сделаю так, что на этот раз ты умрешь.

— Но… но…

— Я могу понять, что говорит лич, Виктор Далтон. Я прикидывалась дурочкой отчасти потому, что хотела убедиться, что ты заслуживаешь доверия, а отчасти потому, что мне нравится играть со своим обедом. — Она ухмыльнулась, и за ее губами показались острые зубы. — Если ты расскажешь мне все о Браниньо, я могу сделать это безболезненно. Раз уж ты разрушил столетие усилий по созданию этих ворот, то тебе лучше быть занимательным.

— О, я буду чертовски долго наблюдать за этим, — обрадовался Фурибон.

Руки Виктора потянулись схватить Агартанский Варп-Камень, но два жука-солдата схватили его за руки и удержали, как спецназ. — Отведите его в чайную комнату и приготовьте специи для приправы, — велела Изабель.

— Остановитесь! — Послышался новый голос. — Это нарушение наших прав.

Малфи? Виктор узнал этот голос, дьявольский менеджер появился в поле зрения с двумя почти идентичными, более тонкими жуками, одетыми в костюмы и галстуки.

— Инферкорп — Изабель Мор не скрывала своего удивления, а ее солдаты направили оружие на вновь прибывших. — Какого черта ты здесь делаешь?

— Защищаю нашего клиента. — Жук в костюме протянул удивленной Изабель огромную бумажную папку. — Согласно нашим процедурам, Виктор Далтон, присутствующий здесь, защищен нашей Фаустианской Ассоциированной Программой Защиты. Он является истинным смертным партнером Инферкорп на Аутремонде, и поэтому защищен нашим положением о неконкуренции.

— Дай мне это. — Изабель схватила папку и прочла ее, нахмурившись еще сильнее. — Мурмурин? Но ведь это часть моего рынка!

— Был, теперь он наш. — ответил Малфи и повернулся к Виктору. — Мистер Виктор, как я рад вас видеть! Вы попали под удар гораздо раньше, чем я думал.

— Привет, Малфи. — ответил Виктор, все еще обиженный тем, что солдаты-демоны удерживают его на месте. — Что случилось?

— Теперь я — Вице-Президент по Развитию Рынка Смертных Малфисент. Акционерам так понравился новый проект «Мурмурин», что они повысили меня в должности после того, как уволили моего предшественника. Но ты все равно можешь называть меня Малфи, Мистер Виктор.

— Любое насилие в отношении нашего клиента будет рассматриваться как акт корпоративной войны, и тогда нам придется послать бесов-ниндзя, — доказывал бледной Изабель Мор жук в костюме, явно какой-то адвокат. — Мы просим, чтобы ради наших взаимных инвестиций вы отказались от всяких преследований против Мистера Далтона.

— Ну, поскольку ты теперь понимаешь, как полезно иметь друзей в низших слоях общества, я ожидаю, что ты, в свою очередь, одобришь наш строительный проект, — прошептал Малфи Виктору.

— Какой проект?

— Тот, который ты найдешь на своем столе завтра утром.

Поздравляю! За то, что вам удалось смыться от Изабель Мор и получить ускоренный курс по корпоративной безнаказанности, вы заработали личный Перк [Убраться с Карты Ада]!

[Убраться с Карты Ада ]: Пока вы поддерживаете благосклонность адских сил, истинные Демонические Типы, связанные с Адом, не могут использовать против вас прямое насилие, хотя они могут планировать или использовать посредников. Если вы примените против Демонических Типов, связанных с Адом, насилие, вы потеряете этот Перк.

— Это обычное дело? — С любопытством спросил Виктор, когда жуки неохотно его отпустили.

— Да, — сказал Малфи Виктору. — Мы позаботились о том, чтобы богатым людям все сходило с рук, с тех пор, как вы, смертные, изобрели капитализм.

Вейнкер открыл сражение своим секретным оружием.

Тыканьем!

Яростно подняв указательный палец, Вайнкер попытался ткнуть эльфа в лицо. Двигаясь с невероятной для его слабого вида скоростью, Брэндон Мор уклонился от удара, прыгнув выше кисти и приземлившись на его лапу.

Прежде, чем Вайнкер успел сообразить, что произошло, Брэндон Мор бросился ему на лапу, прыгнул и ударил клинком в шею. — [Финальный Удар]! — закричал он, но его клинок задел шею Вайнкера, не в силах пробить чешую.

Мгновенная Смерть отменена Перком [Чешуя Дракона]!

Вайнкер взревел и сбросил с себя травоядного, подняв лапы, чтобы раздавить тварь. Мор приземлился на землю, и увернулся от попыток дракона раздавить его, как жука. — Вы не нанесете ни одного удара по безупречной коже Мора, Вайнкер! — [Смерть или Слава!].

Ловкость, мастерство и сила Брэндона Мора возросли, но его жизненная сила резко снизилась!

Эльф начал двигаться с большей скоростью, быстрее мухи или даже злого Фурибона. Он танцевал вокруг конечностей Вайнкера, пригвоздив своим клинком лодыжки дракона. Дракон ощутил в ногах легкий зуд, с каждой секундой все больше раздражаясь, что травоед оставался в живых.

— Вернись сюда! — Вайнкер попытался зашибить эльфа, который прыгнул на волшебные кристаллы, державшие принцесс. Дракон тщательно прицелился, загудев и готовясь выпустить на эльфа поток огня, стараясь не причинить вреда его новым сокровищам.

— [Фаэна Мулета!] — Брэндон Мор поднял перед Вайнкером свою странную красную тряпку. Глаза дракона остановились на красной ткани, находя ее странно завораживающей. По причине, которая от него ускользнула, пламя в его горле погасло.

(прим.переводчика — Фаэна Мулета является третьим актом в бое матадора с быком, при подготовке окончательного удара)

Проверка интеллекта провалилась!

Ваша сила увеличилась, но вы можете использовать против Брэндона Мора только физические атаки!

Что? Вейнкер снова загудел, но смог выпустить изо рта лишь горячий воздух. Эльф наложил на него заклятие! — [Очистка Заклинаний!]

— Это не волшебный трюк, Вайнкер! — Мор в стильной паузе поднял клинок и кусок красной ткани. — Это все Брэндон Мор! — Толпа приветствовала его слова, распевая его имя так же, как Кобольды обычно приветствовали Вайнкера.

Любовь поклонников придала Брэндону Мору силы! Его клинок теперь будет наносить урон [Убийца Драконов]!

— [Воздушный Клинок!] — Казалось, сами ветры кружились вокруг меча Мора. И быстро, как ветер, он соскочил с кристалла и ударил Вайнкера между глаз.

На этот раз меч не вызвал у него зуда в чешуе.

На этот раз, он чувствовал себя гораздо хуже.

Вайнкер разочарованно зарычал, двигая лапами, чтобы оцарапать эльфу голову. Проклятое насекомое отскочило назад, прежде чем когти дракона разорвали его на части. Брэндон Мор в середине своего падения рассек воздух, выпустив режущие лезвия ветра на великое бедствие. С каждым ударом по чешуе его тело зудело все сильнее и сильнее.

Вайнкер попытался взорвать выскочку огнем, но опять ничего не вышло. Он не мог оторвать глаз от этого проклятого куска ткани. Это так его взбесило, что он мог думать только о том, чтобы броситься на него, как бык.

И он так и сделал, рыча, направил вперед рога и корону. Они разбили стены арены, обрушив их вместе с хорошим куском трибун, и зрители бежали к более высоким областям. Тем не менее, его величественная атака не смогла даже зацепить Брэндона Мора, который мчался ниже Вайнкера, рассекая его мягкий живот.

И, как будто ужасный зуд был недостаточно унизительным, эльф продолжал над ним насмехаться. — Ты настоящий бык, Вайнкер! Только сила, никакого мастерства! Ты не император, а зверь, который должен оставаться в своей пещере!

Ах, это существо было так же неприятно, как и Фурибон! Но, как и лича, дракону нужно было ударить его только один раз. Вайнкеру, чтобы его поймать, просто нужно было застать травоядного врасплох.

— Моргнуть! — К его большому неудовольствию, дракон не стал невидимым. Нападение этой фейри сломало его магические предметы.

— Магия? Я должен был ожидать такое от слабого дракона! — Насекомое насмехалось над ним, стоя в пределах досягаемости лапы Вайнкера и все же невредимое. — Пока вы, дикие звери, в своих пещерах ели коров, мы, эльфы, правили величайшей империей в мире!

— Мы сотворили мир первыми! — Прорычал в ответ Вайнкер. — Еще яйцом, я обладал большей силой, чем весь ваш вырожденный вид!

— Ах ты, грубое животное, когда Брэндон Мор был еще в пеленках, он душил обезьян-человечков просто рука—

Пока эльф был занят разглагольствованиями, Вайнкер схватил немного песка с арены и бросил в него.

Удивленному эльфу песок попал прямо в глаза, толпа замолчала. — Глаза Мора! — Эльф заплакал, как это обычно делали его соплеменники, а Вайнкер открыл пасть. — У Мора в глазах песок!

Чавк!

Вайнкер проглотил Брэндона Мора целиком, как закуску, и сделал большой глоток. Наконец-то он поймал этот надоедливый скот.

Публика вышла из ступора и освистала его.

Толпа осуждает твою грязную борьбу! Вся статистика уменьшилась!

Вайнкера это не волновало. Он победил. Теперь он будет наслаждаться своей наградой, положит принцесс в сумку принцессы, а затем найдет своего главу персонала…

Стоп. Его желудок начал чувствовать … тошноту…

Острое, ужасное чувство заставило его выплюнуть и, как снаряд, Брэндон Мор врезался в стену, подняв облако пыли.

Вы потеряли четверть своего HP.

Что… что это было за чувство? Это было за пределами зуда, за пределами…

За гранью неприятного.

Впервые, за всю свою тысячелетнюю жизнь, Вайнкер осознал, что драконы могут чувствовать боль.

Эльф поднялся из пыли, но он уже не был эльфом. Ходячий скот превратился в бело-золотистого гуманоида-мотылька с угольно-черными крыльями и безгубой мордой. Нниже его левой руки росло, заменяя ткань, красное крыло, а меч теперь сиял, как солнце. Вращательным движением он стряхнул с себя искрящуюся на его коже слюну Вайнкера.

— Гордость истинного Матадора несокрушима! — зажужжал жук, и крики демонов стали оглушительными.

Электрический энтузиазм толпы поднял все характеристики Брэндона Мора!

— [Все или Ничего!] —Когда мотылек поднял свой меч света для нового удара, Вайнкер издал вызывающий рев, поднялся на две задние лапы и приготовился раз и навсегда заколоть этого жука.

Его глаза снова остановились на алом крыле, а огненное дыхание превратилось в горячий воздух.

Быстрее, чем глаза Вайнкера могли за ним уследить, мотылек бросился на него и рассек дракону грудь. Мир императора на мгновение побелел от боли, и он с громким звуком рухнул на спину, сдувая пыль по всей арене.

Огромный урон!

Вы потеряли половину своих Очков Жизни!

Что… что случилось? Вайнкер попытался встать, но грудь болела сильнее, чем он мог себе представить. Толпа подняла шум, выкрикивая имя короля демонов.

Его… его нагнул эльф? Эльф?

Они едят траву!

— Ты не император, Вайнкер! Ты — зверь, пригодный только для того, чтобы тебе отрезали рога! — Мотылек поднял свой клинок, и толпа его приветствовала. Вокруг грязного существа материализовались предметы и драгоценности, и разъяренный Вайнкер понял, что злодей активировал свой собственный Перк [ Фаворит Толпы]. — Брэндон Мор правит безраздельно!

— Брэндон — лучший демон! Брэндон — лучший демон! Брэндон — лучший демон!

Вайнкер поднял голову, почувствовав на животе что-то теплое. Блестящая, прекрасная золотистая жидкость текла по его чешуе из того места, где жук его порезал.

Это было похоже на драконью кровь.

Его кровь.

Вайнкер может кровоточить?

Текст уведомления подлил масла в огонь.

Предупреждение: Вы не смогли должным образом защитить свой титул [Императора], и были подавлены Брэндоном Мором.

Все перки класса [Император] неэффективны, пока вы не восстановите свою честь.

— А теперь, Вайнкер, знай, что Брэндон Мор убьет всех твоих поклонников после того, как закончит с тобой, — заявил мотылек. — Тогда он заберет все твои сокровища себе!

…

Нет!

Вайнкер должен был выиграть.

Ради сокровищницы.

Сдаться, столкнувшись с настоящим вызовом, вот что сделал бы человечек. Но Вайнкер был драконом. Высший вид, легендарный высший зверь, величайшее бедствие нашего века! Драконы никогда не сдавались, потому что, в конце концов, они всегда побеждали!

[Драконье высокомерие] сработало! Все дебаффы сняты!

Побужденный гордостью и чистой любовью к своему сокровищу, великое бедствие, к большому удивлению Брэндона Мора, заставило себя снова встать на четвереньки.

— Я не сдаюсь! — С вызовом взревел Вайнкер. — За мой клад!

— Ты, Вайнкер, достойный, хорошо воспитанный, благородный зверь! — сказал мотылек, принимая настороженную боевую стойку. — Твоя храбрость покоряет эту арену! Для Мора будет честью убить тебя!

Проверка харизмы прошла успешно!

Впечатляя жестокие толпы Ишфании своим боевым духом, вы заслужили личный Перк [Браво Бык]!

[Браво Бык]: Когда ваше здоровье критично, значительно повышается ваша сила.

Эльф думал, что дракон — это зверь, который не может думать, и, возможно, Вайнкер не сможет победить его одной лишь силой. Но у него было четырнадцать очков в интеллекте, и даже человечек Виктор начинал с одного. Если он не сможет сокрушить свою жертву одной лишь силой, то он ее перехитрит.

Вайнкер не мог оторвать глаз от красного крыла мотылька, он даже не мог закрыть глаза. Пока он не мог дышать огнем, он был в невыгодном положении. Он не мог поразить эту скотину Мора физическими атаками, но он не мог использовать их только против него.

Вайнкер внезапно осознал главный недостаток этого Перка [Фаэна Мулета].

Он расправил крылья и обрушил на Брэндона Мора сильный порыв ветра. Эльф-демон прикрыл свое лицо алым крылом и исчез из поля зрения дракона за завесой песка.

Вайнкер не мог прицелиться своим огнем в эльфа-мотылька.

Но Перк ничего не говорил о невозможности испепелить сцену.

Так что дракон выпустил по всей арене огненные шары, не видя ни проклятого алого крыла, ни его владельца. Он тщательно избегал кристаллизованных принцесс, но остальную часть поля боя превратил в пепел. К счастью, он попал в кузнечика.

Ваше пламя нанесло тяжелый священный урон Брэндону Мору!

И пока мотылек не мог использовать на нем этот проклятый Перк, Вайнкер повернулся к истинному источнику силы жука.

Его миньоны.

Без всякого предупреждения, Вайнкер набросился на трибуны, неожиданно проглотив добрую дюжину темных эльфов и демонов. Радостные крики скота сменились воплями, и они в панике бросились прочь, а Вайнкер продолжал их жевать.

Эти дьяволы на вкус были, как специи!

В течение нескольких секунд толпа рассеялась, демоны улетели прочь, темные эльфы наступали друг на друга, другие прыгали через выступы трибун…

Вы прервали [Демоническую Корриду]! Все изменения в статистике отменены!

Пируя на пряных рабах Брэндона Мора, вы восстановили часть Очков Жизни!

— [Песчаная буря]! — Вокруг арены закружился ветер, поднимающаяся песчаная буря погасила пламя, и в поле зрения появился эльф-мотылек. Он выглядел разъяренным и, к большому удовольствию Вайнкера, он кровоточил, а его крылья горели. — Поклонники Мора! Что за зверь нападает на аудиторию любящих сторонников демона?!

— Из рода Драконов! — Хвастался Вайнкер, гордясь успехом своей тактики. — Для твоей поддержки больше никаких миньонов, кузнечик!

— Ты только оттягиваешь свое неизбежное поражение, Вайнкер! Ликуют фанаты или нет, но Мор обязательно восторжествует!

Вайнкер взревел в небеса, расправил крылья и повернулся к эльфу-мотыльку в знак своего превосходства. Мотылек поднял меч и багровое крыло, готовый закончить бой.

Затем между ними с облаком прогорклого дыма телепортировался Человечек Виктор.

— Хух? Это гораздо меньший ущерб, чем я себе представлял. — По контрасту с обоими бойцами глава персонала Вайнкера выглядел совершенно невредимым. — Ваше Величество? Черт побери, вы выглядите изуродованным!

— Миньон, ты вернулся! — Обрадовался Вайнкер, не сводя глаз с проклятого эльфа-мотылька.

— Далтон? — эльф-мотылек поднял клинок на лакея Вайнкера. — Ты избежал Ада?

— Как и следовало ожидать от моего главы персонала! — Хвастался Вайнкер. — Я хорошо его обучил.

— Браниньо? — Миньон Виктор помахал одной рукой мотыльку, а другой держал косу. На полированной поверхности клинка отразилось раздраженное лицо Фурибона. — Я почти не узнал тебя.

Король Демонов Ишфании сделал короткую паузу. — Откуда ты знаешь это прозвище?

— Так тебя называла твоя мать. А что, разве это запрещено?

К большому неудовольствию Вайнкера, мотылек потерял интерес к схватке и направил свой клинок на Человечка Виктора. Однако прежде чем дракон успел испепелить его пламенем, жук выставил свое красное крыло в сторону врага. — Что ты сделал с моей матерью, негодяй?

— Ничего. Мои адские адвокаты спасли мою шкуру, и, по-видимому, у меня теперь есть полный иммунитет от демонов. Твоя мать почему-то сама настояла на том, чтобы отправить меня сюда.

Глаза жука угрожающе сузились. — Брэндон Мор знает, почему. Он наполовину дьявол, и любит пиньяту.

Миньон моргнул м принял оборонительную стойку. — Подожди, подожди—

Вайнкер попытался раздавить жука лапой, но даже замедленное из-за потери своих усилителей статистики, существо двигалось быстрее дракона.

В мгновение ока, мотылек-эльф закрыл щель между миньоном и драконом, и нанес удар Человечку Виктору в грудь.

Видение Вайнкера окрасилось в красный цвет.

— Боль… — пожаловался глава персонала Вайнкера, когда Брэндон Мор проткнул ему грудь своим клинком. А затем он ухмыльнулся. — Спасибо.

Король Демонов поднял голову. — Действительно, нет большего удовольствия, чем умереть от клинка Брендона—

— Нет, спасибо, что подобрался поближе, — миньон схватил Мора свободной рукой. — Черное Проклятие!

Брэндона Мора окружила черная аура, мгновенно лишив его энергии и силы.

Все улучшения Брэндона Мора были удалены, и вся его статистика уменьшена на один уровень!

Брэндон Мор больше не может восстановить Очки Жизни, пока [Черное Проклятие] остается активным!

— Что же ты наделал? — Брэндон Мор споткнулся, а Человечек Виктор рухнул на колени с зияющей раной в груди. — Мор больше не чувствует себя потрясающе…

Взбешенный и способный лишь на физические атаки, Вайнкер поднял кулак и с ревом бросился на Брэндона Мора. Мотылек попытался увернуться, но среагировал медленнее, чем раньше, и на этот раз он не смог убежать.

— Не Трогай Мой Клад!

И тогда Вайнкер ударил его кулаком.

Огромный кулак дракона ударил Брэндона Мора с такой яростной силой, что задрожала вся арена и возник порыв ветра. Чистая мощь удара раздробила в теле демона кости и отправила его в полет. Мор, не останавливаясь, прошел сквозь пламя, через стену арены, а затем через трибуны.

После удара рухнула целая часть арены, а Человечек Виктор с ужасом наблюдал за происходящим.

Тем временем, когда он понял, что произошло, Вайнкеру удалось успокоиться.

— Я ударил его! — злорадствовал дракон. — Наконец-то я попал в мотылька!

Вы ударили Брэндона по лицу! Ударив и отправив главного повелителя демонов во временное «отступление», вы получили уровень в [Гладиаторе] и уровень в [Кайзере]!

+60 Очки Жизни, +3 Сила, +1 Жизнестойкость, +1 Мастерство, +1 Ловкость, +1 Интеллект, +2 Харизма, +2 Удача!

Вы заработали классовые Перки [Кулак Победы] и [Призыв Герольда (Виктор Далтон)].

[Кулак Победы]: Вы получаете продвинутые навыки в рукопашном бою; ваши физические атаки теперь могут нанести вред даже нематериальным противникам, как если бы они были материальными.

[Призыв Герольда (Виктор Далтон)]: По желанию вы можете вызвать своего монстра герольда и верного главу персонала Виктора на свою сторону; это эффект телепортации. Если какой-либо эффект должен предотвратить телепортацию, вы можете проигнорировать его с помощью успешной Проверки Харизмы.

Внимание: вы достигли 30-го уровня, потолка класса. Вы больше не сможете получить дополнительные уровни, пока не используете [Герб]. Вы еще можете получить перки с помощью специальных действий, но ваш прирост опыта равен нулю.

— Я не был уверен, что этот перк может на него подействовать… но я рад, что это сработало… — его любимый миньон закашлялся кровью. — Мне нужно целебное зелье…

— Позже, миньон. — В уведомлении говорилось: «временное отступление», и он не вернул себе законный титул императора. — Мотылек еще жив!

— Да, я так и думал, что это будет нелегко… — Виктор оглядел арену, держа руку на кровоточащей груди и используя косу, чтобы выпрямиться, его глаза остановились на кристаллах. — Принцессы…

— Эти волшебные кристаллы проклинают своей магией при прикосновении. — объяснил Вайнкер, поскольку фоморы создали это проклятое заклинание, чтобы досадить расе драконов. Он схватил сумку принцессы и активировал свой, теперь любимый, перк. — [Заклинание Очистки].

Проверка харизмы частично удалась! [Волшебный Кристалл] ослаблен [Очистка Заклинаний]!

Вейнкер схватил кристаллизованных принцесс и положил их в сумку, прикосновение кристалла слегка морозило на ощупь. — А теперь, миньон, давай найдем эльфийского мотылька. — Если повезет, он сбросит Герб для Вайнкера.

Он учуял, что, кружа над ареной, приближаются рыцарь Киа и ее летающий скот. Ее Грифон был с обожженными крыльями. — У тебя есть Мервейль?— спросила рыцарь. — Хорошо, давай воспользуемся Агартанским Варп-Камнем и уйдем отсюда, быстро!

Уйти отсюда? От кого? — Но нет, без моего Герба, головы мотылька и дани скотом, рыцарь Киа.

— Ты уничтожила самолет? — Спросил ее Виктор.

— Я повредила крыло, но эта женщина … она — что-то вроде архимага, и она очень сильно бьет. Затем туда телепортировался Брэндон Мор и приказал запустить самолет! Они укомплектовали его целой армией! — Заметив рану Человечка Виктора, она тут же наложила на него заклятие, — [Большое Исцеление].

Его главу персонала окутал золотистый свет, и рана на груди затянулась. Виктор вздохнул с облегчением, и его хозяин тоже; он боялся, что его глава персонала умрет от потери крови, как это обычно случалось с его хрупким видом.

Все еще разъяренный, Вайнкер приготовился охотиться на мотылька, когда его ноздри наполнило зловоние волшебного ветра. Паря, как Фурибон, благодаря колдовству, эта женщина, Мелоди, спустилась с небес, глядя на них сверху вниз.

— Я устала от вас, Избранные, — сказала фомор человечкам, и переключила свое внимание на Вайнкера. — Уходи, дракон. Ты не имеешь права вмешиваться. Возьми с собой своих рабов, и я прикажу принцу позволить тебе безраздельно править Мурмурином.

Дракон, наконец, узнал этот запах. Запах фомора Мэг Мелл. Это та замаскированная фейри или еще одно ее порождение? Неважно. — Я никого не боюсь, и уж, тем более, травоядного! Возвращайся в свой лес, фейри!

— Тогда погибни. [Вызов Охоты]. — Фейри окружил поток фиолетового дыма, и вокруг нее материализовались четыре чудовищных, размером со слона, черных пса из темных теней. Приземлившись среди руин арены, существа испустили рев и бросились на дракона и Человечка Виктора.

Сказочные гончие. Боевые звери, которых фоморы когда-то создали для борьбы с драконами, и которых Вайнкер в молодости убивал десятками.

Первая из них бросилась на дракона, который свободной лапой отбросил ее к самой последней из стен арены, и она разрушилась во что-то совершенно отвратительное. К большому удивлению Вайнкера, его тело реагировало само по себе, находя более интересные и лучшие способы бить и колоть зверей, когда они оказывались в пределах его досягаемости.

Один из зверей напал на Человечка Виктора, который заблокировал его челюсти косой раньше, чем тот смог разорвать его пополам. Рыцарь Киа тут же бросилась ему на помощь, призывая на существо свой Солнечный Суд. Луч света ударил волшебную собаку в спину, испарив половину ее тела.

Фоморы вступили с рыцарем Киа в воздушный бой, осыпая ее огненными камнями и острыми ледяными копьями, а она уклонялась от каждого из них. Рыцарь быстро сократила между ними расстояние и попыталась разрубить тварь пополам, но Мелоди быстро схватила меч рукой.

— [Самый Темный Фе…] — Мелоди начала вызывать заклинание, но рыцарь Киа ударила ее свободной рукой по лицу. Фейри это не повредило, но достаточно отвлекло, чтобы рыцарь освободила меч и вернула назад расстояние между ними.

— Она нас задерживает! — Закричала рыцарь Киа и призвала на фомора Солнечный Суд, ударив ее светом. Вайнкер услышал приближающийся глубокий, мощный звук. — Используй камень!

Отступление?

Никогда! Настоящий дракон не бежит, потому что он не может умереть!

Вайнкур не обратил на нее внимания, в это время одна из собак, которую он ткнул насмерть, рухнула в дым, оставив после себя груду золота. Дракон тут же раздавил огненным шаром еще одну, возжаждав новых сокровищ. — Миньон! — крикнул он Человечку Виктору, который в этот момент сумел отбиться от своего противника косой. — Быстро хватай мое золото!

— Ваше Величество, я думаю, нам следует послушать Киа!

— Миньон, истинный император не убегает! — Ответил Вайнкер, расправляясь с последней из волшебных гончих, и в этот момент все вокруг начала покрывать тень облака . — А чего мне бояться?

Человечек Виктор поднял палец к небу, и Вайнкер посмотрел вверх.

Высоко над ареной летела гигантская металлическая птица, отбрасывая на нее свою огромную тень. Странные, похожие на копья, железные когти были направлены прямо на них, а левое крыло испускало дым. — Вайнкер! — Донесся из железной птицы голос эльфа-мотылька, дракон заметил его через окно-глаз зверя. — Ты достаточно долго пренебрегал Брэндоном Мором!

Какой милый, мотылек вернулся, чтобы умереть. — Я буду пренебрегать тобой до тех пор, пока ты не признаешь меня по титулу! — взревел дракон, гордо расправляя крылья…

Затем под ногами Вайнкера возник магический круг. — Что это такое? — удивился он, свирепо глядя на фоморскую ведьму на случай, если она соберется напасть.

— Смерть, — ответила фоморская ведьма, стряхивая пыль со своих обожженных одежд, а затем исчезла вместе с пеленой тьмы. Один из когтей-копий выпал из птицы и, подгоняемый сильным ветром, полетел прямо на Вайнкера.

— Вайнкер, Виктор, бегите! — Рыцарь Киа тут же свободной рукой выхватила из-под своих доспехов камень и исчезла вместе с грифоном.

— Святое дер- … — Человечек Виктор тут же нырнул за спину своего господина, который для сохранности положил сумку принцессы позади себя.

И, прежде чем Вайнкер успел среагировать, копье ударило его в морду, взорвавшись при соприкосновении вспышкой резкого, ослепительного света. Взрыв вызвал порыв сжатого ветра, который, пылая пламенем во всех направлениях, сдул камни и опрокинул дракона на бок.

Все его тело зудело.

Вы получили огромный урон от Копья Ветра! Критическое здоровье, болезнь [Головокружение]!

У вас осталось менеше четверти вашего здоровья!

[Браво Бык] активирован!

Вайнкер снова поднялся, прилив сил помог ему это сделать, но ему было трудно стоять прямо. У него болела голова, и все вокруг расплывалось. — Миньон, я плохо себя чувствую, — признался Вайнкер, чувствуя, что его сейчас стошнит. — Меня тошнит…

— Он выжил? — Мотылек наверху казался очень сердитым. — Как же, черт возьми, он выжил, приняв удар оружия, предназначенного для замков?!

— Я… — Вайнкер забыл свои следующие слова, споткнувшись на своем хвастовстве, — Незабвенный…

— Ковер ему!

Под Вайнкером появилось еще четыре, а может быть, и пять магических кругов, и с железного орла посыпались новые когти-копья.

— Ладно, мы закончили! — Сказал Человечек Виктор, которого вместе с сумкой принцессы прикрывало тело Вайнкера. — Хранилище, хранилище, хранилище!

Когда в их сторону полетели копья, мир изменился. В мгновение ока Вайнкер снова оказался в своей сокровищнице, окруженный драгоценными камнями и монетами.

— Это сработало. — Виктор рухнул на золото, и на этот раз Вайнкер не жаловался на то, что он трогает его сокровища. Он был слишком измучен, чтобы наказывать его. Варп-Камень в руке главы персонала превратился в пыль. — Клянусь богами, это было совсем близко…

— Я плохо себя чувствую… — Вайнкер рухнул на свое сокровище, тепло золота его успокаивало. Его глаза переместились на сумку принцессы, поврежденную, но с целым содержимым, и его веки опустились…

— Мы чуть не погибли, Ваше Величество. — сказал Человечек Виктор какую-то глупость. — Я бы предпочел чувствовать себя нездоровым, а не мертвым.

— Чепуха, смерть — это … смерть — это врожденный дефект… только млекопитающие страдают от него, как от боли…

Но он действительно чувствовал боль. Если Вайнкур может страдать, то … может быть, он может и умереть?

Нет. Нет, это было невозможно. Вайнкур был самым большим и сильным в своем роде. Он не мог страдать от неспособности, если только она не была у всех остальных драконов.

Если только… если только …

Ужасная правда озарила Вайнкера, словно откровение самого Старшего Змея. Самая мрачная среди драконьего рода теория заговора доказана!

Смерть…

Смерть не была неспособностью!

Поздравляю! За выяснение того, что да, драконы смертны, вы заработали +1 очко Интеллекта.

“Вся моя культура построена на лжи!» — Как будто день не мог не стать еще хуже, Вайнкер вдруг понял, что у его главы персонала осталась только коса. — Миньон, ты забрал мое золото?

Его начальник штаба молча оглянулся назад, и Вайнкер вздрогнул.

Виктор рухнул на кровать прямо в одежде, чувствуя себя еще более усталым, чем обычно. Этот план не сработал. Вообще.

Они чуть не погибли!

Вайнкер чуть не умер. Вайнкер! Брэндон Мор был жив и мстителен, его магический самолет функционировал. И если они не достаточно разозлили его, чтобы он обиделся, то забрав принцесс, они его ударили.

Он должен был подготовить Мурмурин к войне, потому что чутье подсказывало ему, что Мор сделает обещанный крюк, чтобы разбомбить этот район, и очень скоро. Он приказал Рейнджерам Кобольдам и Жюлю поднимать тревогу при первых признаках появления в небе гигантской птицы и надеялся, что Киа предупредит Гардмейн.

— Никто не может тебя спасти. — насмешливо сказал ему Фурибон из его косы. — Ты больше не можешь проходить уровни, а мой хозяин командует самым мощным оружием в мире. Вы все умрете, и очень скоро.

Его разум яростно работал над методами защиты своих подопечных, и слова Фурибона заставили Виктора обратиться к душе лича. — Ты можешь помочь.

— Что?

“Даже если мы без гербов не сможем подняться выше, я могу научиться заклинаниям некромантии, а Вайнкер — экзорцизму, — заметил Виктор. — Ты же архимаг, ты должен знать многие из них. — Он также попросит у Жюля советы по тренировкам.

— Учить тебя и этого дракона магии? Никогда!

Раздосадованный, Виктор потряс косой, как собака лакомством, душа Фурибона ударила по лезвию, к его большому раздражению. — Это не будет… — авантюрист замахнулся сильнее. — Ладно, ладно, хватит меня раскачивать! Только тебя! Я не знаю никакого экзорцизма, и я не хочу быть рядом с этим драконом!

Хорошо. Виктор дал личу передышку. —Мы начинаем завтра, — сказал он, и его веки отяжелели.

Прежде чем он успел заснуть, в комнате зажегся яркий, успокаивающий свет. Виктор тут же поднял голову, опасаясь, что Мор телепортировал к нему убийцу.

Вместо этого он обнаружил у своей постели Ангела.

— Мистер Далтон, — произнесла небесная красавица успокаивающим голосом. Существо приняло облик светловолосой, жутко красивой женщины с сияющими зелеными глазами, большими серебряными крыльями и в великолепном белом платье. — Я — ангел Миэль. Я пришла спасти твою душу.

— Я … Я умираю? — В ужасе спросил Виктор. Неужели рана от клинка Мора была проклята?

— Нет, но ты почти это сделал, — ответила Ангел. — Каждый год сотни тысяч нейтрально настроенных, невостребованных смертных душ случайно попадают в ад. Однажды ты уже сбежал, но в следующий раз тебе может не повезти.

— Ты хочешь сказать, что я попаду в ад, если сейчас умру? Ангел кивнула. Виктор хотел бы сказать, что он был удивлен, но после всего, что он сделал, этобыло не так. — Но я был Избран двумя богами, разве я не должен был после смерти пойти к ним?

Не то чтобы ему хотелось играть в кости, но он вполне мог согласиться на Лунного Человека.

— Ты не поклоняешься им, а эти божества хаотичны, — ответила Ангел. — С ними ты не найдешь спасения. — Нет, Мистер Далтон. Единственный способ избежать проклятия — это принять надлежащую страховку кармы. Для тебя еще не слишком поздно.

…

Ой, да ладно.

— Страхуя свою карму, ты будешь каждый месяц отдавать нам часть твоих Специальных Очков и все их, когда умрешь, тогда ты сможешь избежать вечных мучений, — продолжила ангел свою рекламную кампанию. — Пожалуйста, подумай о том, чтобы принять наш «план защиты от адского огня», иначе, когда ты умрешь, тебя будут мучить вечно. Мы, ангелы, заботимся о твоей безопасности.

— Или, что вернее, ты заботишься о моих Специальных Очках. — Виктор посмотрел на нее, прищурившись.

— Мы используем их, чтобы посылать ангелов-хранителей к сиротам и исцелять больных, — защищалась ангел. — Если ты не дашь нам Специальные Очки, то совершишь грех.

Может быть, она пытается вызвать в нем чувство вины? Виктор начал понимать слова Малфи о том, что ангелы имеют убийственный маркетинг. Но опять же… — А каковы ваши страховые планы?

Ангел моргнула. — Вам это интересно?

— А что, разве не было смысла мне их продавать?

— Вы — мой первый клиент, и начальство сказало, что это очень трудное дело. — Она улыбнулась ему, как телепродавец. — Они думали, что Погоня за Искуплением — это грязная работа, и что ты никогда не увидишь свет.

Неужели у него наверху такая ужасная репутация? — Слушай, у меня уже есть очень настойчивые предложения снизу, так что давай покороче.

— Да. Во-первых, у нас есть «Венец Страхо—”

— Миньон!

В мгновение ока Виктор приземлился в хранилище Вайнкера, прижавшись спиной к золоту, а ангела нигде не было видно.

— А, миньон. — Вайнкер взглянул на удивленного Виктора. Дракон указал на кристаллизованных принцесс, которых он положил, как свечи, сверху на свой клад. — Во-первых, я не могу разбить эти кристаллы, как бы сильно я по ним ни бил. Найди способ освободить моих принцесс.

— К-как ты меня сюда телепортировал?

— Я тебя призвал, — ответил Вайнкер так, словно ответ был очевиден.

— Ты можешь это делать? Как?

— Я говорю «миньон”, и ты появляешься, — ответил дракон, как ни в чем не бывало. — Теперь, когда ты мне понадобишься, я больше не буду тебя искать. Ты сможешь выполнять мои просьбы, не теряя времени.

Когда до Виктора дошло, что он имеет в виду, он хотел закричать, но голос застрял у него в горле.

— Во-вторых, после долгих размышлений я пришел к выводу, — казалось, Вайнкер буквально через силу произнес следующие слова, — что смерть — это не врожденный дефект.

— Да, Ваше Величество, смерть приходит ко всем нам, — ответил Виктор Вайнкеру, не зная, как реагировать на реакцию дракона. Он сказал это с торжественностью человека, обнаружившего, что Земля не была плоской с самого начала. — Кроме, разве что, богов.

— Они могут, — сказал Фурибон из косы. — Они просто не остаются мертвыми. Как, по-вашему, кому пришла в голову идея личдома?

Лучше не упоминать об этой идее. Драколич решил бы проблему мяса, но также вызвал бы новые, более серьезные проблемы.

— Что делает достижение 100-го уровня еще более важным, — заявил Вайнкер. — Ты найдешь два Герба, чтобы я мог взорвать эту гигантскую птицу, съесть этого кузнечика и никогда не умереть.

— Два Герба? — Виктор нахмурился.

— Да, для нас двоих, — уточнил Вайнкер тоном, каким разговаривают с глупым ребенком. — Миньон Виктор, я велел тебе стать бессмертным. Не заставляй меня повторяться.

Виктор все равно возьмет страховку у ангела.

На всякий случай.

Это был день жертвоприношения, и поэтому Шоколатин решила испечь три торта: один — для бога, один — для возлюбленного и один — для брата.

Одеваясь и напевая себе под нос, Шоколатин исследовала свою и ферму брата в поисках кладовой. Она хранила много соленого и свежего мяса демонов, а также бесенка в железной птичьей клетке. Демон посмотрел на нее своими большими глазами. — Убей меня, — взмолился демон. — Отправь меня обратно в Ад, ты, сумасшедший волк.

— Может быть, позже, — весело ответила Шоколатин, заглядывая внутрь клетки. — Мне нужны яйца. — Сейворюз дала ей одно из своих, но на три торта его не хватило.

Бесенок заглянул в солому, служившую ему гнездом, и вытащил четыре черных яйца. — Только четыре? — Пожаловалась Шоколатин, складывая яйца в корзину. — Это в два раза меньше, чем на прошлой неделе!

— Я голоден, — пожаловался бесенок.

— Но я же все время даю тебе мясо!

— Мясо демонов! Я скорее умру с голоду, чем съем своих сородичей!

Шоколатин закатила глаза. Проклятие душ и работа на лича — это прекрасно, а каннибализм — нет? Какая же в этом логика? — Я дам тебе бездомного инквизитора, если найду его, но они становятся все более редкими. Или гнолла. Вы, бесы, едите гноллов?

Бесенок энергично закивал, а Шоколатин мысленно сделала пометку попросить у Жюля остатки еды. Она положила в свою корзину сахар, разрыхлитель, изюм и немного клубники, которую Роло дал ей на прошлой неделе, а затем переместилась в загон за пределами своего ранчо, прихватив три бутылки. Она вышла из своего ранчо с молоком и заглянула в загон для свиней. В отличие от этого колючего беса, они с радостью принимали мясо демонов, становясь все толще, и приобрели крошечные рога. Развивая животноводство, она создаст новую породу демонических свиней, которые смогут поддерживать деревню.

Люди считали ее странной, но только потому, что ей было не все равно. Как жрица Изенгрима, она должна была поддерживать равновесие природы, а деревня, полная хищных монстров, представляла собой уникальные проблемы, которые она должна была решить. Когда-нибудь она найдет способ сделать общество устойчивым, даже если ей придется продолжать импортировать еду из Ада.

Затем весталка отправилась на кухню испечь торты и обнаружила повсюду брызги крови, даже в духовке. — Я забыла вымыть? — спросила она себя вслух. Ничего, она сделает это сегодня вечером. Нет ничего лучше запаха овечьей крови, чтобы зарядиться, когда готовишь.

После часа упорной работы она закончила три клубничных торта, самых красивых из всех, что она когда-либо пекла. Каждый из них имел форму сердца, символа, а не органа. Она попробовала один раз, но это не сработало.

Поздравляю! Для создания вкусных тортов с любовью, используя морально сомнительные ингредиенты, вы получили новый уровень в [Монстр Кондитер]!

+30 Очки Жизни, +1 Ловкость, +1 Мастерство, +1 Харизма, +1 Удача!

Еще один уровень в этом классе? С такой скоростью она в мгновение ока достигнет тридцатого уровня!

Круассан, соблазненный прекрасным запахом, вошел в кухню как раз в тот момент, когда она закончила. — Доброе утро, сестренка.

— Доброе утро, брат. — Шоколатин вручила ему подарок в пакете для ланча. — А вот и торт Шарлин, с особым вкусом.

— Спасибо, сестренка. Ты уверена, что не будет никаких вторичных эффектов? Последняя лепешка меня укусила.

— Я же сказала тебе, что это была имитация дня рождения, а не мой торт! — С тех пор, как ее Виктор массово продвигал каждого монстра, которого он мог найти, чтобы подготовить Мурмурин к войне, у Шоколатин не было конца неприятностям с этими оборотнями. — Ни один из моих десертов еще никого не убил!

Круассан одарил ее «пристальным взглядом», но торт все равно взял. — А почему их три? — спросил он, заметив два других пакета, — один для Изенгрим, а другой?

— Это — для моего любимого, — ответила Шоколатин, не называя имени. Она знала, что ее брат терпеть не может ее Виктора, так как он кастрировал его, как политика.

— Когда же ты, наконец, скажешь мне, кто это?

— Чтобы ты заставил его убегать, как и в прошлый раз?

— Я не гнался за ним, я его съел, — защищался Круассан. — Судя по вкусу, ты была для него слишком хороша.

— Ты не съешь моего нового возлюбленного, брат. — Конечно, она знала, что ее Виктор посмеется над этим, но чрезмерная заботливость брата ее раздражала. — А как бы ты отреагировал, если бы я съела Чарлин?

— Попала, — признался Круассан. — По крайней мере, пообещай мне, что на этот раз это не гнолл.

— Нет, он намного чище, — радостно прощебетала Шоколатин, забирая два пакета с обедом и выходя из дома вместе с братом. — Он сильный, обаятельный и мужественный.

— Э-э, ты можешь представить его мне, как только поймаешь. — Круассан пожал плечами, и они разошлись: он направился в кабинет Шарлин, а она — в храм. — Может быть, мы и поладим.

Она сомневалась в этом.

Шоколатин бодро добралась до храма, который делила с Эллисон, и обнаружила, что дриада вместе с Роло молится своей богине. Голем привел овцу и попросил Кибелу благословить ее. — [Размножить Скот] — Роло дотронулся до овцы и активировал свой Перк, животное разделилось на две части, потом на четыре, потом на восемь.

Шоколатин помахала им обоим, а затем занялась нуждами своего божества. Она поставила пирог перед статуей оленя Изенгрим, опустилась на колени и произнесла молитву. — Бог охоты, Повелитель зверей, я приношу тебе свою жертву. Я прошу у тебя благословения. Ты — великий белый олень, который бродит по летнему лесу, несущий весну. О, Изенгрим, пожалуйста, прими мой подарок.

Произнеся эту молитву, она послала несколько слов своему Богу, и пирог исчез с алтаря. Ее господин принял это подношение.

— Шоколатин, моя любимая весталка, твой торт очень вкусный! — Глаза статуи оленя сияли, а бог Изенгрим говорил своим юношеским, веселым голосом. — Ты хорошо справилась с поддержанием естественного равновесия в Мурмурине, вытеснив лича Фурибона от власти и ускорив вымирание демонического рода. Я горжусь тобой, продолжай свою добрую работу!

— Благодарю вас, милорд, — кивнула Шоколатин. — Могу я попросить у вас совета, о Изенгрим?

— Конечно. Что тебя тревожит, дитя мое?

— Есть мальчик, с которым я хочу размножаться, но он не хочет. Как мне с ним размножаться?

— Это тот самый Виктор, чье имя ты все время повторяешь в своих молитвах? — Шоколатин горячо закивала. — А он женат?

— Нет. — Если бы это было проблемой, Шоколатин давно бы ее решила. У нее в кладовке было много яда. — Он холост, хотя ему это и не нравится.

— Ты предлагала ему переспать с ним во время брачного сезона?

— Да, но он сказал, что не хочет разрушать нашу дружбу.

— Поскольку я — бог охоты, этот вид от меня ускользает. Я попрошу моего друга Кибелу, богиню любви, дать мне совет от твоего имени. В противном случае, попробуй духи. Чем слаще запах, тем больше шансов застать свою жертву врасплох.

— Благодарю вас, великий Изенгрим!

— Удачи тебе, Шоколатин!

Жрица закончила свои молитвы, и свет покинул глаза статуи. Она обнаружила, что Эллисон и Роло закончили их собственные молитвы. — Шоко, ты свободна сегодня вечером? — спросила ее дриада. — Нам нужны заклинания против паразитов, чтобы защитить культуру от порчи.

— С радостью. — Она была в долгу перед дриадой. Когда ее Виктор попытался сблизиться с ней, доказывая, что «дружба» может быть преодолена, Эллисон, чтобы от него отбиться, сказала, что ей нравятся девочки, что было правдой, но она также любила и мальчиков. Общность сестер сопротивлялась! — Как ты думаешь, мы сможем прокормить большой город после того, как драконы уйдут?

— Десять тысяч, если мы закончим оросительные каналы, — ответил Роло. — При разумном использовании моих и Эллисон Перков [Вырастить Растения] мы могли бы ускорить озеленение.

— Вы могли бы пригласить еще больше поселенцев. — предложила Эллисон.

— Кузены из других племен. — Кивнула Шоколатин, взволнованная ответом Роло. — Я думала об этом еще в Жеводане: почему цивилизованные виды ненавидят нас, оборотней, монстров и хищников?

— Потому что вы их едите, — ответил Роло.

— Потому что мы едим их, но мы едим их, потому что нам не хватает мяса; и чтобы отомстить, люди и их родичи гонят нас прочь от городов, которые могли бы поддержать наш голод, и так продолжается! Мимики, вампиры и другие приспособились, проникнув в цивилизацию, но этого недостаточно! Нам нужна торговля, импорт! Создав город монстров, который может сам себя поддерживать, мы можем вдохновить наших сородичей подражать нам и «цивилизованным» видам, которыми мы можем питаться в гармонии! Может быть, даже торговать!

— Ты имела в виду жить, — подхватила Эллисон. — Жить в гармонии, а не питаться.

— Да, это то же самое, — бодро ответила Шоколатин, и два поклонника Кибелы обменялись взглядами.

Покончив с этим делом, весталка отнесла последний торт в новое здание в северной части Мурмурина. Жуки-демоны под руководством Малфи построили там большое, отделанное слоновой костью шестиэтажное здание, самое высокое рядом со статуей самого Императора Вайнкера. Шоколатин не особенно нравилась округлая архитектура, которую дьяволы называли «современной и модной», но это место выделялось.

Она обнаружила собравшуюся перед зданием толпу монстров, включая Рейнджеров Кобольдов и самого Малфи. Двери соединяла лента, а ее Виктор, находясь верхом на Черном Звере Мурмурина, был готов перерезать ее своей косой.

Голос Малфи, усиленный заклинанием, резонировал, и все монстры сосредоточились на нем. — Добро пожаловать на торжественное открытие первого во всем Аутремонде магазина дьявольской магии, Нижний Маркет, открытого для всех монстров и смертных! Если вы не можете заплатить монетами, вы можете оставить у нас в качестве залога вашу душу за низкую, очень низкую цену! А чтобы отпраздновать грядущую войну с Мором, мы предлагаем тридцатипроцентную распродажу оружия! Топор в каждом доме!

Толпа нежити, кобольдов, гноллов и прочих монстров дружно зааплодировала.

— Императору было невыносимо смотреть, как его миньоны покупают вещи на те деньги, которые он им платит, поэтому он послал меня, чтобы я вместо него открыл магазин! — Сказал Виктор, поднимая косу. — От его имени я объявляю Нижний Маркет открытым!

Он уменьшил свое оружие и перерезал ленту. Монстры немедленно бросились к воротам, так что Малфи-демон едва успел отойти в сторону.

Снаружи остались только Шоколатин, Малфи и Виктор. Она тут же принялась за своего пассию. — Вик! — Она одним прыжком приблизилась к нему. — Какое совпадение, я искала тебя!

— О, неужели? — В его голосе и вполовину не было такого энтузиазма, как у нее. Неужели она перестаралась? — А зачем?

— Я знаю, что ты очень устал от подготовки к Дню Хвастовства, поэтому я приготовила тебе ланч. — Она протянула ему торт, но его свободная рука не достигла его. Вместо этого Создатель Вещей с осторожностью оценил дар.

— Он что, отравлен? — Спросил Виктор.

— Конечно, нет! — Обиженно ответила Шоколатин. — Если бы я хотела убить, то просто съела бы тебя, а есть отравленную пищу вредно для здоровья.

— Это обнадеживает, — ответил Виктор, прежде чем приступил к ланчу. — Спасибо, Шоколатин.

Ее пассия начал открывать коробку с ланчем, присвистнув при виде торта. Это работало, это работало, это работало…

Затем, прежде чем Виктор смог откусить, торт прекратил свое существование, проглоченный его конем-нежитью.

— К сожалению, это происходит все чаще и чаще, — сказал Малфи, двигаясь, чтобы пожать ”руки» изумленной жрице. — Шоколатин, какая ты сегодня красивая. Спасибо, что пришла на наш вернисаж.

— Всегда пожалуйста, Малфи. Вы — мой лучший источник импорта. — Оборотень потрясла клешню демона, возвращая себе веселое настроение, как только прошли горькое разочарование и шок. В отличие от других последователей Изенгрима, она не ненавидела демонов и нежить; они были просто легкой, щедрой добычей, и охоте на них ее Бог потворствовал. —Ты тоже выглядишь счастливым!

— Стоимость акций Нижнего Маркета на Соулвелл-стрит зашкаливает. Благодаря доброй воле нашего нынешнего партнерства, мы совершим убийство на фондовой бирже душ.

— Прекрасно, — сказала Шоколатин, хотя понятия не имела, что он имеет в виду. Она огляделась вокруг, на случай, если кто-то подслушивает, и таинственно спросила: — Ты все продаешь?

— Почти. После мистического массового исчезновения мечей в этом регионе мы больше их не продаем.

Юнница снова нанесла удар. — У тебя есть любовные зелья?

Жук посмотрел на нее взглядом, который Шоколатин приняла за неодобрение. — Мы больше не продаем любовные зелья. Они неэтичны, и это равносильно подсыпанию наркотика. Мы уважаем свободу воли наших клиентов, которая является краеугольным камнем нашей деятельности.

Шоколатин надулась. — Но ты же явился из Ада! Разве вы не должны предлагать такого вида решение?

— Нас больше не называют Адом, — ответил Малфи. — После десятилетий сравнительных исследований наши корпоративные властители определили это название как не политкорректное. Теперь мы называемся Хэппилэнд.

— Хэппилэнд? — Шоколатин подняла бровь. — Это похоже на ярмарку.

— Именно такой реакции и ожидал наш отдел маркетинга. Мы ожидаем, что смертные в течение пятидесяти лет ассимилируют новое клеймо, что коррелирует с увеличением доходов от душ. Однако, я настаиваю на том, что, несмотря на то, что это название подразумевает, Хэппилэнд не продает средства управления разумом.

Почему она не может найти простого решения? — Могу я спросить, кто эта жертва? — С любопытством спросил Малфи.

— Вик.

— Ах, Мистер Виктор? Я теперь лучше понимаю, что означал торт. — Жук издал звук заинтересованности. — Вы бы так хорошо повлияли на его этику. Могу я предложить вам свою помощь?

— Вы хотите помочь? — Жук согласно кивнул. — Отлично! Есть идеи, как его поймать?

— Считаю, что самым быстрым решением было бы убить ваших соперников за любовь мистера Виктора.

— Но я не могу убить половину населения мира! — Запротестовала Шоколатин. — Это непрактично и противоречит моей религии.

Дьявол вызвал ручку и бумагу, а в это время первые клиенты вышли из Нижнего Маркета с оружием, зельями и другими предметами. — Позвольте спросить, на какой статус отношений вы рассчитываете? Свадьба по залету? Смертельная связь богомолов? Отношения кошки-мышки? Чем больше деталей, тем лучше будет адаптировано мое решение.

— Никакой свадьбы. — Шоколатин не думала так далеко вперед. — Я просто хочу, чтобы он ворвался в мой храм, привязал меня веревками к статуе моего бога, а потом сказал: — Пора осквернить это святое место, и—

— Я не представляю себе Мистера Виктора в такой ситуации без серьезного использования контроля разума, — прервал ее Малфи, делая пометки в блокноте. — Чего я никак не могу одобрить.

— Я просто хочу, чтобы он использовал на мне свой Перк [Наездник Монстра] ,по крайней мере, раз в неделю. — Чрезмерная заботливость брата оставила ее разочарованной и голодной.

— И этот Перк может быть применим к подобной ситуации? Спасибо за информацию, я передам ее в Департамент Суккубов. — Малфи делал заметки. — Значит, никакого брака? То, что вы хотите, это чисто физические отношения?

— Я бы хотела немного прелюдии, напряжения, возбуждения…

— Да, но не связывать. Хорошо. Как демон, я не могу с чистой совестью поддерживать брак. — Жук обдумал этот вопрос. — Мы, в Нижнем Маркете, продаем магические предметы, которые могут увеличить вашу харизму, но Мистер Виктор может потерять интерес, достигнув обнаженной части процесса. Более полезным и долговечным методом было бы изменить вас.

— Изменить?

— До того, как я стал менеджером, я был проклятым тренером для Сцены Захвата Суккуба. Мы упали от благодати до науки. К счастью, Мистер Виктор — это то, что в Хэппилэнд мы называем «добродушный развратник», одна из самых простых марок. У нас для него есть много процедур.

— Процедур? — Шоколатин нахмурилась. — Вы собирались его соблазнить?

— Мы, исчадия ада, с момента нашего прибытия в Аутремонд подвергаемся клеветническим пиар-кампаниям ангелов. К сожалению, Мистер Виктор находится под влиянием этой небесной пропаганды, которая замедляет наш прогресс в Мурмурине, я даже обнаружил, что он согласился на план страхования с ними кармы, что означает, что небеса пытаются войти на наш рынок. — Дьявол затрясся от гнева, но затем успокоился. — Мы запустим целостную лоббистскую кампанию, направленную на то, чтобы подтолкнуть Мистера Виктора, а через него и Императора, к полному изменению парадигмы в вопросах Хэппилэнда.

Шоколатин не понимала и половины модных словечек этого дьявола, но суть уловила. — У вас есть план.

—Да, я рекомендую открыть обольщение через Сигнал Искупления.

Шоколатин слушала с восторженным вниманием, а дьявол объяснял ей профессиональным тоном.

— Это техника, с помощью которой вы посылаете смертному объекту смешанные сообщения о возможности искупления. Идея состоит в том, чтобы квалифицировать себя как Пцс, или «потенциальную цель спасения», и тогда начнут действовать его героические инстинкты. Смертные — лохи для раненых птичек. Теперь вы должны поддерживать осторожный баланс, например: «я ворую, но я сражаюсь с худшими людьми», «я не плохой, я просто не следую правилам» или » это не моя вина, что я такой, виновато общество.’”

— И это работает?

— Всегда. Было бы еще лучше, если бы мы с вами могли заставить работать мотив «вор-домушник». Суть стратегии заключается в том, чтобы заставить цель поверить, что она может изменить вас, что с любовью особого человека, который будет считать вас самим собой, вы можете «начать вести честный образ жизни». Старайтесь играть так, чтобы смертный считал, что он должен над этим работать, и он попадет в ловушку.

— Хотя это звучит очень манипулятивно, — заметила Шоколатин.

— Так ты хочешь его или нет? Затем покажите ему признаки раненого сердца под вашей … хищной … внешностью, выглядите уязвимой, когда он думает, что вы не знаете, что он наблюдает, и со временем он привяжется. — Дьявол передал ей бумажную записку. — Вот вам сценарий, которому вы должны следовать.

Шоколадина прочла его с большим вниманием, ее глаза расширились. У него была даже древовидная схема для каждого возможного ответа.

Неужели она действительно настолько отчаялась, чтобы последовать его совету?

…

— А что будет, если ты действительно будешь хорошим? — Спросила Шоколатин, не найдя нигде в таблице такого варианта. — Не притворяясь.

— Я не понимаю, — ответил Малфи. — Ты имеешь в виду двухслойную ловушку? Я бы не рекомендовал этого делать, только эксперт может это выполнить.

Она обязательно попробует это сделать.

— Ты уверен, Человечек Виктор? — Спросил Вайнкер, взглянув на клубничный торт, который его лакей поставил перед волшебными кристаллами. — Это похоже на пустую трату хорошей еды.

— Совершенно верно, — сказал Виктор. — Ну же, попробуй.

— [Малое Демоническое Проклятие]! — Вайнкер произнес заклинание экзорцизма пальцем, и на торт упал луч света. Еда осталась невредимой, но из нее, испустив ужасный крик, вырвалась темная, багровая аура.

Ты изгнал Демона Клубничный Торт.

— Это сработало, Человечек Виктор! — Его самое первое заклинание! — Я — волшебник!

Дракон проводил в своей пещере дни, практикуясь в заклинаниях, которым его научил Трупоторговец Жюль. Так как Вайнкер никогда не утруждал себя изучением языка людей, он попросил трупоторговца научить его читать свитки и гримуары.

Дракон понял это очень быстро, хотя Вайнкер мог бы поклясться, что ему потребовались годы, чтобы много веков назад научиться говорить на примитивном языке своих миньонов.

— Это должно хорошо сработать против Брэндона Мора, — сказал его лакей. — Его усовершенствования делают его опасным, но если Ваше Величество поразит его с помощью экзорцизма, они должны рассеяться.

— Тогда я его съем, — согласно кивнул Вайнкер.

— Теперь моя очередь… — Миньон поднял свою косу, как посох. — [Свеча Смерти].

Над тортом, как свеча, появился крошечный дух в виде голубоватого призрачного пламени. Он молча уставился на Человечка Виктора двумя желтыми пятнами глаз. — Мило. Я могу использовать косу для заклинания. Должно быть, это Перк [Лорд Косы].

— Миньон, мои гости не могут есть призраков, — заметил Вайнкер, и дух пламени посмотрел на него. — Тебе следует научиться вызывать демонов, как это делает аппетитный Малфи.

— Не все сразу, Ваше Величество.

— Ты нашел способ разрушить проклятие волшебного кристалла? — Спросил Вайнкер, глядя на своих прекрасных пленниц. — Они, конечно, большое украшение, но мы, драконы, предпочитаем поющих принцесс чучелам.

— К сожалению, никто в Мурмурине не обладает достаточно сильной магией, чтобы разрушить эти чары. Малфи сказал, что у его компании могут быть необходимые инструменты, но он должен спросить у своих руководителей. А Шарлин сообщила мне, что Король Гардмейна Роланд лично приедет, чтобы, цитирую, «вернуть свою племянницу, встретиться с самопровозглашенным Императором Мурмурина и даровать ему милость за его службу». Я думаю, он приведет с собой более сильных чародеев, возможно, Киа.

— Я не самопровозглашенный! — Сердито возразил Вайнкер. — Я — Император!

Ваш Класс [Император] больше не признается.

— Ах да, конечно!

Ваш Класс [Император] не будет признан, пока вы не победите Брэндона Мора.

— Миньон, когда этот мотылек должен на нас напасть? — Вайнкер прищурился, ожидая расплаты.

— Он уже должен был это сделать, — ответил Человечек Виктор. — Киа, должно быть, достаточно повредила его летающую крепость, и это его задержало. Я повысил всех здоровых миньонов, которых смог найти, попросил всех подготовиться к осаде, купил оружие у Малфи—

— Купил? — Вайнкер в ужасе уставился на своего фаворита. Его лакей не мог быть настолько отчаянным, чтобы присвоить его сокровище!

— На мои собственные деньги, — заверил Виктор своего шокированного хозяина. — Все говорит о том, что я бы не беспокоился о приезде Мора. Вопрос только в том, когда и с каким количеством солдат.

— Сколько стейков, — поправил его дракон. Вайнкеру почти хотелось, чтобы этот мотылек появился в его День Хвастовства, чтобы он мог стильно раздавить его перед своими собратьями. Почти.

Кто-то отчаянно ударил в дверь хранилища, и Вайнкер с Виктором посмотрели на ворота. — Открыть! — Благодаря заклинаниям, наложенным его миньонами-чародеями, дверь хранилища расширилась и показались Рейнджеры Кобольды.

— Птицы, Ваше Величество! — В панике воскликнул Красный Кобольд. — Большие птицы в небе!

— Птицы? — Человечек Виктор запаниковал. — У Мора есть флот?

— И даже не одна! — Синий тоже паниковал. — Полдюжины с огромными крыльями, и они дышат дымом!

— Миньон, это не железные птицы, — оживившись, пояснил Вайнкер. — Они уже здесь! Приготовьте закуски!

Человечек Виктор начал паниковать. — Но, но, но… они должны были прибыть завтра!

— Ах да, я забыл сообщить вам, что, в отличие от вашего вида, драконы достаточно умны, чтобы прийти на пир раньше времени, потому что тогда они могут съесть лучшие части еще до начала.

— Ваше Величество тонко намекает на то, что мой вид умственно отсталый? — Человечек Виктор пытался защитить несуществующую честь своего вида. — Мы, люди, обладаем в среднем десятью интеллектами, больше, чем большинство видов.

Пфф, ни в коем случае, Вайнкер начал с девяти.

…

Девять.

Средний человечек начинает с десяти?

…

— Меню, — произнес Вайнкер ледяным тоном. — Покажите мне мою первоначальную оценку интеллекта, перед тем, как я получил систему классов.

Первоначальная оценка Интеллекта до класса: 8.

…

— Ваше Величество? Почему вы дергаетесь? Вы меня пугаете.

— Меню, — повторил Вайнкер, на этот раз более зловещим голосом. — Каково мое правильное количество очков?

Первоначальная оценка Интеллекта до класса: 8.

— Нет, это не так! Каково мое истинное количество очков?

Первоначальная оценка Интеллекта до класса: Квадратный Корень из 64.

— Так-то лучше, — сказал Вайнкер, довольный более высоким числом очков. — Мы сразу же примем первых гостей, чтобы я мог самодовольно продемонстрировать свою превосходящую мощь и непревзойденный интеллект. Кобольды!

— Да, Ваше Величество?

— Скажите остальным слугам, чтобы приготовили закуски. Скорее! — Кобольды умчались прочь, и Вайнкер закрыл за ними дверь хранилища. — Миньон Виктор, помни, что я тебе говорил. Ты будешь повторять все мои хвастовства, не произнося ни слова, пока к тебе дракон не обратится первым, и ты будешь повторять, что я хороший, умный и богатый каждый раз, когда меня упоминают.

— Ваше Величество, я хотел спросить, не могли бы мы, пожалуйста, избегать упоминания классов и уровней?

— Миньон, я заново открыл эту древнюю драконью систему, — напомнил Вайнкер своему миньону. — А почему бы мне этим не похвастаться?

— Потому что другие драконы будут соперничать с тобой за сокровища, если научатся, как получить к ней доступ.

О, он беспокоился о безопасности своего хозяина и его долгосрочном доминировании. Обожаемый. — Хорошо, это будет держать меня в тонусе, — ответил Вайнкер, принимая вызов. — Это не пойдет на пользу моей репутации, если я буду самым сильным в своем род только потому, что все они слабы. Разве кто-нибудь хвастается тем, что он лучший из людей? Или самый лучший тролль? Нет, потому что никто не хочет быть лучшим человечком. Каждый хочет быть лучшим драконом, потому что драконы — потрясающие.

— Но твоя жадность … —

— Миньон, пока нет ничего более ценного, чем мой клад, я буду честно хвастаться. Молчание вызывает обвинения в мошенничестве, а я докажу, что заработал свое богатство. Наконец, без этой системы у меня не было бы силы излечить проклятие злого Фурибона, который должен был быть уничтожен. Другие драконы должны знать, на случай, если лич когда-нибудь освободится от своей печати.

Человечек Виктор закрыл лицо рукой. — Я знал, что этот день настанет…

— Конечно, я же говорил тебе, — ответил Вайнкер, прежде чем воспользоваться своим Перком [Хозяин Подземелья]. Мысленно он телепортировался на самую высокую башню своего замка, под яркое солнце.

Вайнкер окинул взглядом свою территорию и обнаружил, что его миньоны, как он и приказал, закончили ремонт замка и даже добавили к самой высокой башне каменную корону. Идеально.

— Миньон! — Вайнкер призвал к себе главу персонала и издал величественный рев, так что его слуга чуть не упал с башни.

Сверху шесть драконов ответили своим собственным ревом, стая спустилась вниз, и свила гнезда на крышах различных башен. Слуги замка ненадолго остановились и посмотрели на них через окна, и Вайнкер даже не стал их за это наказывать. Находиться в его обществе было уже большой честью, и для большинства его сородичей это была передозировка для их чувств.

Его первыми гостями были, как он и ожидал, его близкие родственники, среди которых был и его любимый кузен, коричневый дракон ветра Гениалиссимус. За ним последовала стая из трех драконят размером с пони, которых он получил под опеку после спаривания с Блайтсвампой. Каждый из них был чернокожим, как и их мать, но Вайнкер надеялся, что они унаследовали интеллект отца. Он также заметил, что его племянница, красная драконица Джоли, уже совсем взрослая.

К сожалению, было одно исключение: белый ледяной дракон с шипами в виде сосулек, растущих из его спины, нахально уставился на Вайнкера самодовольными голубыми глазами. — Ледяной Клык, — сказал Вайнкер на древнем драконьем языке, свирепо глядя на своего ненавистного соперника. Эта самодовольная ящерица выросла почти до размеров огромного красного дракона. — Все еще не можешь размножаться?

— Вайнкер, все еще бедный? — Ледяной Клык парировал удар, пролетев над замком и не потрудившись приземлиться, очень щеголеватый маневр. — И теперь это Великий Король Ледяной Клык!

— Я никогда не был беден!

— По сравнению со мной — да!

— Твой клад состоит из серебра! — Возразил Вайнкер, отказываясь быть превзойденным в свой великий день. — Это не считается! Оно недостаточно блестит!”

— Богатство не знает границ! — Крикнул в ответ Ледяной Клык. — Я надеюсь, что ты можешь подкрепить свое хвастовство, потому что я буду считать каждую монету!

— Тогда ты будешь считать до скончания веков!

Помимо естественного соперничества между красными и ледяными драконами, поскольку красные были явно крупнее и богаче, Ледяной Клык поставил своей целью превзойти Вайнкера, как величайшего из всех драконов, все свое время занимаясь сбором больших сокровищ, прекрасных принцесс и лучших из миньонов. Он всегда терпел неудачу, и пятидесятилетний сон только усугубил его горечь.

Вайнкер покажет ему истинное значение слова «богатый».

— Дядя Вайнкер! — Племянница Вайнкера Джоли приземлился на башню, возле его собственной. Она превратилась в маленького, но элегантного красного дракона, чуть больше слона. — Счастливого Дня Хвастовства!

— Джоли, ты стала еще больше! — Вайнкер отдал честь племяннице, как и своему кузену. — Я тоже рад тебя видеть, Гениалиссимус!

— Как же я мог пропустить День Хвастовства моего дорогого кузена? — радостно ответил дракон ветра, и его стая драконят приземлилась на спину отца. — Дети, представляю вам вашего двоюродного дядю, Вайнкера Рыцареубийцу. Вайнкер — это Мудрость, Храбрость и Сила.

— Деньги? — спросил один из драконят, Куражье, с большими глазами своего отца.

— И сколько же? — ответила его сестра Сейдж, а третья попыталась произнести слово «золото».’

— О, они произносят свои первые слова! — Обрадовался Вайнкер, а Гениалиссимус кивнул с отеческой гордостью. — У них твои глаза.

— Спасибо, но нам нужно обсудить очень важный вопрос. — Гениалиссимус нахмурился. — Среди нас находится великий враг.

— Злой Фурибон, — мрачно ответил Вайнкер.

— Твои посланцы-миньоны рассказали нам об Убийце Золота Фурибоне и его безумном плане превратить золото мира в свинец. — сказал Ледяной Клык. — А где он сейчас?

— Я победил Фурибона, и мой лакей Виктор, — Вайнкер положил лапу за спину застенчивого Человечка Виктора, подталкивая его вперед, — запечатал его искалеченную душу в своей косе. Человечек Виктор, покажи им!

Человечек Виктор, встревоженный таким количеством смотрящих на него драконов, поднял свое оружие, демонстрируя темную душу, хранящуюся внутри. — Человечек Виктор оказывает великую услугу драконьему роду, держа этого развратного любителя свинца запечатанным, — заявил Гениалиссимус. — Я предлагаю, чтобы ни один дракон никогда не съел Человечка Виктора, пока он сам не умрет, выполняя свой священный долг.

— Пока злой Фурибон остается запечатанным, я приветствую это предложение, — сказал Ледяной Клык.

— Э-э, спасибо… — сказал человечек, делая шаг назад, а глаза драконов округлились.

Гениалиссимус присвистнул. — Вайнкер, твой глава персонала может говорить и понимать драконий?

— Я хорошо его обучил, — похвастался Вайнкер. Он знал, что Человечек Виктор будет хорошо его отражать!

— Это потому, что Ваше Величество добры, умны и богаты, — подтвердил его лакей. — Не обязательно в таком порядке.

— Драконьему может научить любой, — ответил Ледяной Клык. — Хвастаться тут нечем. Язык драконов чист и прост, даже низшие виды могут его выучить!

— Ты хочешь сказать, что драконья речь находится на том же уровне, что и отсталый язык людей, Ледяной Клык? — Обиженно ответил Гениалиссимус. — Обучение представителя низших рас нашему сложному и благородному языку требует невероятных усилий, а этот примитивный гуманоид говорит, как туземец!

— Хотя я горжусь тем, что мой несравненный гений пролился на моего главу персонала, разве это более похвально, чем победа над злым Фурибоном? — Спросил Вайнкер, возмущенный тем, что они не приветствовали его великую победу.

— Ты не можешь этим похвастаться, — ответил Ледяной Клык. — Потому что согласно твоей собственной Войне Сокровищ, которую, между прочим, мой собственный глава персонала нашел плохо написанной, Человечек Виктор нанес последний удар и запечатал злого Фурибона. Ты не смог бы самостоятельно уничтожить лича навсегда, так что это не считается.

— К сожалению, я согласен, — сказал Гениалиссимус. — Хвастовство достается только одному Человечку Виктору.

— Но он же мой миньон! — Запротестовал Вайнкер. — Я выбрал его, подготовил! Когда я его нашел, он был всего лишь бездомным вором! Я сделал его лучшим главой персонала в мире!

— Ты можешь похвалиться своим великим выбором миньона, и это достойно хвастовства, но было бы несправедливо утверждать, что смерть Фурибона принадлежит тебе, Вайнкер, — сказал Гениалиссимус. — Мне очень жаль, кузен, но я не могу дать тебе полные очки за это хвастовство.

— Это просто унижение! — Сердито ответил Вайнкер. — Я этого не потерплю! Посмотрите на замок, который я забрал у лича! Видите башни? Видите лаву?

— Ммм… семь башен. — Ледяной Клык заколебался, даже он восхищался архитектурой. —Хороший. Это очень хороший замок.

— Это величайший замок в мире, до краев наполненный моим драконьим величием! Сотни нежить-миньонов его построили!

— Но может ли он летать? — Придирался Ледяной Клык, но остальные его игнорировали.

— Дядя Вайнкер, у тебя есть миньоны-нежить? — испуганно заморгала Джоли.

— Их тут сотни! — Хвастался Вайнкер, — драконы были поражены этим статусным символом. — Тех, кого я не ем, я воспитываю!

— Э-э, ты все еще ешь мясо миньонов? — Возмутилась Джоли, но уже без прежнего энтузиазма. — Может, тебе стоит этим похвастаться?

— Моя племянница — скотовод, — со вздохом сказал Вайнкер своему смутившемуся главе персонала.— Она ест только не говорящих животных и крупный рогатый скот.

Он находил это движение дракона нелепым, поскольку каждое существо имело фундаментальное право быть им съеденным. Разборчивость делала их ничуть не лучше людей.

Кроме того, он слышал, что она позволяла своим миньонам ездить верхом на ее спине, что он находил оскорбительным для общества. Он надеялся, что ее подростковая фаза бунта не продлится больше столетия.

— У людей и других разумных существ есть души, как и у нас, — сказала Джоли, и большинство других драконов закатили глаза или захихикали. — Да, есть их и похищать их принцесс — это морально неправильно.

—Кроме эльфов, — сказал Вайнкер своему главе персонала. — С эльфами все в порядке.

— Хотя я аплодирую твоей позиции не есть моих сородичей, но почему бы не распространить эту милость и на эльфов? — Спросил Человечек Виктор. — Они тоже люди.

— Ваш глава персонала плохо обучен, Вайнкер, — сказал Ледяной Клык. — Он говорит вне очереди.

— Нет, все в порядке, я ему все объясню про каттлетаризм! — Ответила Джоли и повернулась к Человечку Виктору, заговорив учительским тоном. — Человечек Виктор, эльфы — это не люди. Они — эльфы. Они едят траву, как коровы, и из них получаются самые лучшие принцессы.

— Ты уже отпустила обратно в дикую природу ту, которую я поймал для твоего первого Дня Хвастовства? — Спросил Вайнкер племянницу, и та послушно кивнула. — Хорошо. Каждый дракон должен помнить о сохранении дикой природы.

— Принцессы — на севере вымирающий вид из-за беспричинной охоты на драконов, — сокрушался Ледяной Клык. — Я бы хотел, чтобы больше из моего вида заботились об окружающей среде.

— Блайтсвамп пыталась найти способ сохранить их, воспитывая в неволе, — сказал Гениалиссимус. — Однако ей еще предстоит найти способ превращения благородных дам в принцесс. Она думает, что им нужны рыцари, чтобы претерпеть метаморфозу.

— Принцесство случается только в дикой природе, — презрительно ответил Ледяной Клык. — Кроме того, какой же спорт в воспитании принцесс в домашних условиях? Охота — это половина удовольствия.

Хотя он презирал Ледяного Клыка, Вайнкер не мог с ним не согласиться. Он уже подумывал использовать свой Перк [Династия], чтобы создать дворян, а затем принцесс, прежде чем понял, что это ослабит ценность диких дев.

Почувствовав, что прожектор ускользает от своего места, от Вайнкера, Император Мурмурина сделал смелый шаг. — Хотя завтра у меня будет настоящий День Хвастовства перед всеми моими гостями, в награду за твое быстрое прибытие я подарю тебе взгляд украдкой на мой великолепный клад!

— О-О, это должно быть забавно, — сказал Ледяной Клык. — Я уверен, что ты даже не можешь в нем купаться!

К большому удовольствию Вайнкера, когда Ледяной Клык взглянул на его великолепное сокровище, глаза ледяного дракона расширились, как будто его хватил удар.

— Такой огромный и глубокий! — Джоли шла по кладу, пораженная его глубиной, теплом, текстурой… его блеском. В качестве королевского жеста Вайнкер позволил своей семье прикоснуться к его сокровищу, чтобы они могли почувствовать его богатство.

— Он такой теплый и золотистый! — Добавил Гениалиссимус. — Это … это самый большой клад, который я когда-либо видел!

— Вот именно! — Хвастался Вайнкер тихим, самодовольным голосом. — Вы чувствуете это тепло? А богатство? Идеальная сеть из драгоценностей, золота и принцесс?

— Как же ты накопил столько золота? — Спросил Ледяной Клык, как всегда, обиженный. — Сто лет назад твои сокровища едва могли заполнить пещеру!

— Это потому, что я открыл великую, древнюю тайну, — продолжал хвастаться Вайнкер. — Система, созданная для того, чтобы сделать драконов еще богаче! Драконами, для драконов!

— Двенадцать богов, пожалуйста, простите меня… — бормотал себе под нос в углу Человечек Виктор, пока драконы осматривали каждый дюйм сокровищницы Вайнкера в поисках фальшивой подставы. — Я пытался. Мне очень жаль…

— Древняя тайна? — Джоли повернулась к своему дяде со звездами в глазах, как и его маленькие двоюродные братья.

— Великое колдовство, хотя и несколько ошибочное. — Вайнкер решил не упоминать ни об ошибках в оценке интеллекта, ни о своих проблемах с Императорским Классом, затем поднял указательный палец. — Что позволяет мне вызывать сокровища, убивая человечков до смерти!

— Это полная чушь, — возразил Ледяной Клык, и даже Гениалиссимус казался озадаченным. — А что дальше, Луна — это не планета, а смерть — это не врожденный дефект?

Вайнкер понимал, что слишком много откровений сразу может оказаться слишком тяжелым испытанием для его вида, и поэтому неохотно держал при себе мрачную тайну смерти дракона. Мир еще не был к этому готов. — Это правда, — защищал свое величайшее открытие Вайнкер. — Повысив уровни в удивительном Благородном Классе, я теперь каждый месяц получаю стипендию из блестящего золота!

— Что?! — Глаза всех драконов обратились на него.

— Я чувствовал, что был прав, взяв этот страховой план… — пробормотал Человечек Виктор. — Слава богам, что я это сделал.

Его повелитель драконов, не обращая на него внимания, с гордостью показал гостям железную пластину на шее и принялся горячо хвастаться: — Я, Вайнкер, величайший авантюрист в мире! Люди поклоняются земле, по которой я хожу, когда не летаю! Они платят мне за то, чтобы я убивал их сородичей, как и их богов тоже!

— Эта тарелка сделала тебя богатым? — Ледяной Клык с жадностью на него посмотрел.

— О, смотрите, принцессы! — Джоли заметила в волшебных кристаллах пойманных в ловушку дев, внезапно заинтересовавшись ними больше, чем секретом золотого хозяйства. — Два эльфа, такие красивые… и человек. Дядя Вайнкер, это неэтично.

— Они же чучела! — Пожаловался Ледяной Клык. — Они не умеют ни танцевать, ни петь! Это же индрагон!

— Да, завидуй моему богатству и сокровищам, — дразнил своего соперника Вайнкер. Он открыл рот, чтобы еще больше позлорадствовать, когда внезапно его замок задрожал, и раздался пронзительный визг.

— Магическая тревога, — запаниковал Человечек Виктор. — Мор!

— Нет, это сигнализация моего хранилища! — Вайнкер огляделся по сторонам в поисках незваного гостя, но никого не обнаружил. Он тут же впился взглядом в Ледяного Клыка. — Это вор! Вор в моей сокровищнице!

— Вайнкер, я слишком уважаю себя, чтобы украсть твое золото в День твоего Хвастовства, — усмехнулся в ответ Ледяной Клык. — Серебро лучше, чище.

— Нет, это не так, — ответил Вайнкер этому еретику.

— Может быть, это вызвало тот звук? — Спросил Гениалиссимус, указывая когтем на вторые из пары дверей в хранилище. Вайнкер прищурился, глядя на них.

Действительно, врата в ад странно сияли.

И сразу же, без особого предупреждения, цепи, удерживающие дверь закрытой, разорвались. Как только ворота открылись, в хранилище вместе с десятками бесов, демонов и похожих на жуков монстров ворвался столб сернистого дыма. Все они были вооружены и облачены в доспехи, и шагали по кладу Вайнкера, как приказный полк.

— Печати сломались? — Человечек Виктор поднял свою косу. — Но Шок и остальные их укрепили! Если…

— Вайнкер, ваша незаконная оккупация владений короля Мора заканчилась! — В ворота вошел огромный, вкусный демон, похожий на смесь коровы, летучей мыши и гуманоида,. — Мы, Мор Хеллкорпорейтид, вернем себе нашу долю рынка!

Вид этих нищих, оскверняющих его сокровищницу, на мгновение парализовал Вайнкера яростью, прежде чем он понял, что происходит. — А, хорошая мысль, Человечек Виктор, — сказал дракон своему смущенному главе персонала. — Отличная идея — принести закуски для ранних гостей.

— Это тот самый буфет? — Весело сказал Гениалиссимус, гудя от серного запаха. — Хорошо, они пахнут пряно.

Предводитель демонов внезапно осознал, что перед ним семь голодных драконов разных размеров, и его воины на шаг отступили.

— Я думал, что ты, Вайнкер, будешь скуп на еду, но я приятно удивлен, — сказал Ледяной Клык, бросив голодный взгляд на гуманоидный скот. — Он немного тощий по краям, но это вполне сносная закуска.

— Говорящая корова? — Джоли с интересом посмотрела на капитана демонов. — Новый вид скота? Он достаточно серый, чтобы не считаться с моим режимом! Чур — это скот!

Глаза дьявола в панике расширились. — Отступаем! — закричал скот своим войскам. — Это ловушка! Это Же Ловушка!

Золотые монеты под демоном начали двигаться сами по себе, принимая форму похожего на человека существа, которое немедленно удержало его сзади. Вайнкер понял, что был прав, когда давал уроки самообороны своему сокровищу.

И затем…

Чвак!

Джоли проглотила скотину целиком, а остальные взрослые драконы с голодухи бросились к воротам. Демоны пытались убежать через врата обратно в ад, но замерзали от леденящего дыхания Ледяного Клыка или их останавливал клад, пока не приблизился Гениалиссимус.

И вот начался пир.

Вайнкер с тихой радостью наблюдал, как его племянница и кузины ловят и с жадностью поглощают еду. Дети Гениалиссимуса, слишком маленькие, чтобы охотиться в одиночку, работали вместе, они кусали кричащего демона за ноги и оттаскивали его в угол. Даже его злейший соперник наслаждался закуской, демонстрируя классные манеры за столом, он разрывал демонов пополам, а затем съедал их, как палочки.

— Черт побери… — Виктор в ужасе уставился на эту сцену, прижимая руку ко рту. — Это … это … дикость…

— Человечек Виктор, ты ведь уже несколько месяцев видел, как я пирую, — ответил Вайнкер, наслаждаясь этой сценой. Его гости были накормлены, а воры наказаны. Победа!

— За этой дверью есть и другие! — Закричала Джоли залитым кровью демона ртом, просунув шею в ворота. — Пикантно!

— Время сафари! — Обрадовался Гениалиссимус, проходя через ворота вместе с остальными на буксире.

Вайнкера слегка беспокоило, что они из-за еды не обращают внимания на его богатство, но он не мог их винить. Чтобы добраться сюда, они пролетели много миль и сожгли много жира. — Хорошая работа, миньон. Твое быстрое мышление продемонстрировало истинную глубину моего богатства и щедрость моих владений.

— Ваше Величество, это не моя заслуга, — ответил человечек. — Думаю, что печати были саботированы с нашей стороны, а это значит, что у Мора в Мурмурине есть агенты. Это может быть первый залп полного вторжения.

Глаза Вайнкера вспыхнули яростью. — Мотылек нападает на нас в мой великий день?!

Замок задрожал, и все магические сигналы тревоги зазвучали резкими звуками. Разъяренный Вайнкер немедленно активировал свой Перк [Хозяин Подземелья] и телепортировался наружу, на крышу.

Дракон обнаружил, что его замок осаждает стая горгулий и копейщиков верхом на вивернах, которые сражались с его кобольдами и нежитью-миньонами на укреплениях. Этот проклятый металлический орел летел высоко над южной пустыней, сопровождаемый большой стаей летающих зверей.

На земле сухопутная армия мотылька, как черная масса, распространилась из песчаных земель в его владения. Там было много демонов и эльфийского скота, больше, чем Вайнкер когда-либо видел в одном месте. Они пересекли каналы, которые построили его миньоны, и устремились к Мурмурину с мыслями о грабежах.

— Ты не испортишь мой великий день! — Вайнкер испепелил своим святым дыханием ближайших горгулий и всадников на вивернах, и их трупы упали вниз в лаву. Одно его присутствие придало миньонам смелости, они пускали в захватчиков стрелы и копья. Дракон взмыл в воздух, выслеживая испуганные воздушные силы когтями и пламенем.

На крепостном валу замка материализовались два круга света, и Вайнкер мгновенно понял, что это значит. — Только не мой замок! — Зарычал дракон. Пролетая над кратером, далекий железный орел выпустил в его логово два снаряда.

Вайнкер ударил по одному из них огненным шаром, и тот безвредно взорвался над кратером, но второй проскользнул мимо его защиты и достиг его логова.

Магический барьер, тот самый, за которым Фурибон прятался во время войны сокровищ, остановил оружие прежде, чем оно успело попасть в замок. Мощный порыв сжатого ветра отшвырнул миньонов и захватчиков во все стороны, кратер задрожал, но барьер устоял.

Человечек Виктор выскочил из ворот замка верхом на Черном Звере Мурмурина, сопровождаемый группой нежити во главе с трупоторговцем Жюлем. — Я велел Жюлю активировать старую защиту Фурибона. — объяснил Человечек Виктор, взглянув на своего хозяина. — А сколько врагов?

— Вся еда в этой отсталой пустыне, — ответил Вайнкер, неспособный считать.

— На нас нападает вся Ишфанская армия? — Человечек Виктор запаниковал. — Ваше Величество довели Мора до бешенства, когда вы его ударили.

— Глупый мотылек знает, что мое императорство — величайшая угроза его власти, — ответил Вайнкер.

Ваш класс [Император] не признан.

— Да, именно так! — Настаивал Вайнкер.

— Они собираются в Мурмурин?

— Мотылек пытается вернуть мою с таким трудом завоеванную империю, сломать печать, удерживающую Фурибона в плену, и испортить мой великий день! — Прорычал Вайнкер, сообщая своему лакею всю серьезность ситуации.

— Я думаю, что он хочет уничтожить нас, а затем продолжить вторжение в Гардмейн, как он и планировал. Его нужно остановить прямо здесь.

— Да! — Дракон заботился об одном и только об одном. — Мы будем защищать мой клад и мой замок, даже если нам придется сжечь всех эльфов до единого. Монеты должны быть защищены.

— Если этот магический барьер может противостоять одному из их «ветряных копий”, то у их воздушных сил не должно быть того, что нужно, чтобы его сломать, — заметил Человечек Виктор и повернулся к Жюлю. — Ты можешь сам удержать замок?

— Я смогу поддерживать магическую защиту и поднимать мертвых, когда они падают, я думаю, у меня будет достаточно сил, чтобы это сделать, — сказал Жюль. — Но если они захватят деревню и поднимутся на гору, их маги могут либо отключить барьер, либо, что более вероятно, разбудить вулкан, чтобы потопить замок в лаве.

Вайнкер замер. Это уничтожит его сокровища!

— Мы должны остановить их войска в Мурмурине, — сказал Человечек Виктор, показывая свою ценность, как военного советника. — Ваше Величество, другие миньоны и я можем защитить замок и город, но никто из нас не может ни летать, ни победить самого Мора. Вероятно, он командует атакой с орлиного мостика. Если мы его уничтожим, армия отступит.

— Миньон, это железная птица, а не мост, — ответил Вайнкер и впился взглядом в железную крепость. Все рассчитывали, что он спасет мир. Этот момент был в центре его внимания. — Миньон, получу ли я герб, если убью этого мотылька?

— Если нет, то я не знаю, что для этого потребуется.

Вайнкер кивнул и расправил крылья. — Миньон Виктор, я повышаю тебя с моего военного советника до Миньона Генерала. Ты выиграешь эту войну миньонов против мотылька еще до того, как прибудут мои гости, и будешь защищать мой клад ценой собственной жизни.

— Я постараюсь—

— Нет, ты это сделаешь, — наставлял его Вайнкер. — Человечек Виктор, ты нашел меня, когда пытался украсть из моей сокровищницы, помнишь?

— Каждый день моей жизни.

— Тогда ты должен понимать, как сильно я доверяю тебе его безопасность, — продолжал Вайнкер, и глаза человечка расширились от такой чести. — Я делаю это, потому что доверяю тебе. Ты — мой любимый глава персонала, и сегодня мой большой день. Ты не можешь потерпеть неудачу.

Его лакей ничего не ответил, а затем ответил на слова Вайнкера резким благодарным кивком. — Хорошо, Ваше Величество, я так и сделаю. Мы все рассчитываем, что вы победите.

— Конечно, — ответил он, и Жюль произнес заклинание и ненадолго отключил барьер, позволив им выйти. — Драконы всегда побеждают.

И с этими мудрыми словами Вайнкер вылетел из кратера, воодушевленный радостными возгласами своих приспешников и собственным жгучим желанием отомстить. Человечек Виктор поскакал вместе с кобонами к Мурмурину, а Жюль снова установил барьер, прежде чем захватчики смогли проскользнуть внутрь.

Пятеро всадников на вивернах попытались перехватить Вайнкера, когда он бросился к железному орлу, но тот, не сбавляя скорости, сбил их огненными шарами. Мотылек, возможно, с помощью обмана бросил ему вызов на земле, но Вайнкер правил небесами.

Летя с большей скоростью, чем когда-либо раньше, он приписывал это своим достижениям статуса, Вайнкер, прорвавшись через воздушные силы, достиг железного орла. Странное, похожее на мушкет, оружие на спине крепости повернулось к нему.

— Вайнкер! — Брэндон Мор, превратившись в демонического мотылька и размахивая клинком, вылетел из железного орла вместе со стаей демонов. — Ты достаточно долго пренебрегал Брэндоном Мором! Сегодня ты умрешь!

— Посмотрим, кто из нас! — Взревел Вайнкер и вступил в бой с летающей крепостью.

Когда Виктор добрался до Мурмурина, он обнаружил, что деревня находится в осаде. Ишфанские скауты добрались туда первыми.

К счастью, тренировки принесли свои плоды. Каждый из Компании Авантюристов V&V был вооружен, а горожане к югу от деревни, откуда прибыла основная часть армии, установили баррикады. Эллисон и Роло окружили деревню густым, плотным барьером из колючек и ежевики, чтобы задерживать захватчиков, опутывая солдат растениями.

Мчась с севера на спине Черного Зверя, Виктор въехал на городскую площадь, где миньоны вокруг статуи Вайнкера отбивались от десятков захватчиков. Большинство врагов были закованными в броню эльфийскими солдатами с трезубцами или проклятыми луками, а огромные горгульи служили их мощными нападающими.

Благодаря оружию, изготовленному Барнабасом или купленному у Малфи, оба из которых тоже участвовали в битве, гноллы, кобольды и нежить держали свое собственное против своих противников, которых было, в среднем, трое против одного. Оборотни, полностью трансформированные и ведомые Круассаном, справлялись с более сильными горгульями.

Вайнкур-младший тоже присоединился к схватке, он хватал эльфов руками и заглатывал их целиком. Другие мимики, похожие на сундуки, мечи и лепешки, следовали его примеру, пируя на эльфах, как волки среди овец.

Вид того, как все работают вместе, немного согрел сердце Виктора.

Самыми странными из нападавших были эфирные живые тени в форме демонов, они бросали молниеносные заклинания на гноллов и кобольдов, с каждым ударом убивая их по одному. Красный и Рейнджеры попытались расстрелять их из лука и мушкетных пуль, но они просто прошли сквозь них. Только Шоколатин, сохранившей человеческий облик, и жрецу Лунного Человека удавалось поражать их заклинаниями света.

— Шеф! — Красный обрадовался приезду Виктора. — Наше оружие не может попасть в тени!

Но заклинания Шоколатин могли это сделать. Будучи бестелесными существами, они, вероятно, были уязвимы только для магии… или для особых способностей. На ближайшем теневом монстре Виктор использовал свой Перк [Проницательность Монстра].

Сомбрей

Теневой Дьявол (Демон)

Сильный против: Нечестивости, Тьмы, Мороза, Физического, всех статусных эффектов.

Слабый против: Демоноубийцы, Святости, Света, Некромантии, Магических эффектов.

Ветеран трех сокращений. Невосприимчив к физическим атакам, как безтелесный. Не знает, что вы едите их на завтрак, иначе сбежал бы. Надеется, что, убив всех в Мурмурине, он заработает себе повышение в Финансовых Делах.

— Вы, должно быть, представитель Инферкорпа, — прошипел теневой демон Виктору. — Геноцид Шок!

— Вы наполовину правы, — ответил Виктор. — Судя по тому, что я слышал, ни один дьявол из ада не может меня ударить.

— Но мы же не из ада, — сказал демон самодовольным, веселым тоном. — Мы из Хэппиленд.

Ваш Перк [Убрать из Карты Ада] был отменен, потому что, даа, демоны.

Сукин сын … доверяя своему Перку [Проницательность Монстра], Виктор бросился на теневого демона и разрубил его своим оружием. Призрачное чудовище рассмеялось, но тут же неожиданно оказалось втянутым в косу.

Критический удар! [Хельхейм] и [Кража Жизни] активированы!

Ага! Его Хельхеймский перк отлично работал против бестелесных существ!

Виктор почувствовал, как в него вошла жизненная сила существа, уменьшая его усталость, в то время как душа демона присоединилась в косе к душе Фурибона. — О, сосед по комнате, — сказал лич тоном, который звучал одновременно раздраженным и странно счастливым. — Наконец-то нашлась компания, с которой можно поговорить.

В конце концов, у него их будет много. — Я всегда здесь, — заметил Виктор.

— Хорошая компания.

Виктор, как конный мрачный жнец, поражал, как только мог, любого солдата или демона, получая уведомления о критических ударах в половине своих ударов. Несколько месяцев назад он сомневался, что сможет убить так небрежно так много врагов, но, черт возьми, раньше он, вероятно, бежал бы, используя хаос битвы. Выходки выживания Вайнкера сделали его смелее.

С Виктором в бой вступило страшное, похожее на исчадие ада, чудовище, покрытое костяными шипами, оно отбивало его косу щитом и пыталось стащить с коня спинным хлыстом. Его Черный Зверь попытался раздавить нападавшего, но проворный демон отскочил назад. Виктор приготовился нацелить на него заклинание некромантии, а его противник в это время угрожающе размахивал хлыстом.

Затем чудовище булькнуло кровью, когда рука рептилии пронзила его спину и прошла сквозь грудь. Труп рухнул, открыв Сейворюз в полном режиме убийцы, ее когти были острыми и окровавленными. — Сав! — Это зрелище обрадовало Виктора. — Так ты не сбежала?

— Я не смогла! — ответила она, повернув его свободной рукой к ней лицом. — Звери-фейри, пришедшие с севера, отрезали мне путь к отступлению!

Звери-фейри? — Мелоди, — выругался Виктор, срубая голову горгулье, прежде чем та успела стащить его с лошади. Если она пришла с севера, то теперь вся деревня окружена.

Роло и Эллисон тоже присоединились к драке, и железный голем ударил горгулью лопатой. — [Прекрасная Овца].

С этим словом гигантская горгулья превратилась в черную овцу, которую Роло любезно отодвинул в сторону. — Фермеры могут такое делать? — Удивленно спросил Виктор.

— На пятьдесят первом уровне, — ответил Роло, угрожающе поднимая лопату на демонов. — Вы все станете овцой Роло!

— Овцами, Роло, — ответила Эллисон, вызывая гигантские мухоловки, чтобы ловить горгулий. — Вот, это овцы.

Виктор вдруг понял, что не хочет знать, откуда в Мурмурине родом большинство овец. Розовый, который в отличие от других рейнджеров не стрелял снарядами в демонов, запел: — Восстаньте, дети дракона, день славы настал!

[Песня Барда] подняла вашу Силу на одну ступень.

— Песня Барда? — Виктор моргнул, убивая эльфийского лучника прежде, чем тот успел выстрелить в него со своего коня. — Розовый, ты брал уровни в [Барде]?!

— С тех пор, как написал «Войну за Сокровища»! — Крикнул Розовый в ответ и вернулся к своему пению. — К оружию, миньоны! Стройте свои батальоны, давайте маршировать, давайте маршировать! Пусть кровь скота удобряет наши поля!

Воодушевленные кровожадным гимном Розового, Виктор и другие миньоны прижали оставшихся скаутов к стенам дома и вырезали их, причем, от бойни сумели убежать только теневые демоны.

— Мясное сокровище! — Вайнкер-Младший освободил горло, выплевывая остатки полупереваренного эльфа.

— Как обстоят дела? — Спросил Виктор Красного, оглядывая их силы. Большинство миньонов выжили, но в результате первого удара они потеряли десятки, их трупы валялись на земле. Еще сотни миньонов и горожан собрались на городской площади, ожидая указаний. Его Перк [Продвижение Мука] сказал ему, что многие, получив от битвы опыт, могут быть повышены.

— Мы оттеснили скаутов, но их будет гораздо больше! — Сказал Красный, его когти дрожали, он держал свой мушкет, прижимая его к телу. — Тысячи!

— Слишком много! — Сказал Круассан, Чарлин стояла рядом с ним. Она выглядела очень обеспокоенной волчьей внешностью своего парня, но стояла рядом с ним, держа в руках копье. — Мы должны эвакуироваться!

— Они уже окружили нас! — Ответила Сейворюз.

— И у них есть кавалерия, — холодно заметила Эллисон, которая не могла покинуть деревню. —Они догонят нас, если мы попытаемся бежать.

— Чарлин, — Виктор повернулся к единственному человеку в группе. — Ты уже сообщила в Гардмейн? — Поскольку король со своей свитой должен был вскоре их навестить, они могли бы вовремя его предупредить, чтобы он мобилизовал армию и остановил армию Мора.

— Я посылала голубей, но большинство из них были застрелены лучниками, — ответила она, явно опасаясь за свою жизнь. — Я понятия не имею, удалось ли кому-нибудь из них прорваться, но, все равно, им потребуется несколько часов, чтобы послать армию.

Они были предоставлены сами себе.

Когда все на него посмотрели, Виктор понял, что именно ему предстоит организовать оборону. — Мы не можем выиграть длительную битву против их подавляющего числа, — признал он. Тем более что это были всего лишь скауты, а теперь на них шла большая часть армии. — Все, что мы можем сделать, это подождать, пока Вайнкер разрушит летающую крепость и разгромит армию.

— Император вышел на поле боя? — Синий поднял свой нежить-череп к небу, пылая пламенем.

— Чтобы привести нас к победе! — Виктор поднял свою косу, возвращая надежду в сердца миньонов. — Пока мы говорим, император сражается за великое сокровище! Это его золото, но и наше тоже! Если эти нищие захватят деревню, они украдут наши жизни, наших овец и наши монеты! Неужели мы убежим, поджав хвосты? — Нет! Мы отправим их обратно в никуда, откуда они пришли! Помните, как мы выиграли войну за сокровища? Мы одолели их однажды, и мы сделаем это снова! Ибо мы — V&V! Мы могущественны! Мы и есть сокровище!

Это была полная, отчаянная импровизация, основанная на карикатурных речах, которые он смотрел на Земле, но она сработала. — Мы и есть сокровище! — Миньоны ликовали, в то время как самые здравомыслящие граждане, такие как Эллисон или Чарлин, осторожно поднимали руки в поддержку. — Мы и есть сокровище!

— Они встретят свою смеееееееерть! — Желтый Кобон ничего не мог с собой поделать.

— За мою местную монополию! — Малфи добавил свой собственный боевой клич.

— Следуйте моим приказам, и мы победим! — Крикнул Виктор. — Ради сокровищ!

[Сплотить Миньонов] активирован! Статистика всех миньонов поднята на одну ступень!

Виктор сразу же выделил миньонов, которых он мог бы продвинуть, а именно десять гноллов и всех Рейнджеров Кобольдов, кроме Красного. — Идите сюда, — сказал он, затем прикоснулся к ним и заставил их быстро эволюционировать. — Сим вы получаете прибавку к жалованью!

По мере своего развития гноллы вырастали из крошечных в трехметрового роста чудовищных и тощих гуманоидов-гноллов с похожим на череп лицом и пепельной кожей. Их глаза покраснели, кипя от звериной ярости.

Розовый и Черный, живая половина Рейнджеров Кобольдов, превратились в розовую и черную цветные копии Красного, хотя Розовый имел более женственную фигуру. Синий и Желтый превратились в скелетообразные версии своих сородичей, с черным бьющимся сердцем в груди. Кости Синего стали темно-синими, а Желтого — золотыми.

Ваши гноллы эволюционировали в Могильных Гноллов.

Кобольд Розовый Рейнджер и Кобольд Черный Рейнджер эволюционировали в Хищных Рейнджеров.

Кобон Синий Рейнджер и Кобон Желтый Рейнджер эволюционировали в Коблуды.

— Мы все выросли, и цвета разные! — Обрадовался Синий.

Виктор сразу же начал раздавать приказы. — Эллисон, продолжай запутывать врага. Рейнджеры, поджигайте шипы, как только достаточное количество солдат окажется в ловушке. Стреляйте в любого, кто прорвется стрелами и пулями. Малфи, закрой небо насекомыми, чтобы они не могли стрелять в нас стрелами. Нужно создать такой хаос, чтобы они не смогли избежать дружественного огня. Розовый, продолжай петь. Вы, священник кальмаров и Шоколатин—

— Даааа? — Оборотень подняла голову, услышав свое имя, и это заставило его вздрогнуть.

— Вы баффаете оборотней и пепельных гноллов заклинаниями или исцеляете раненых, а если столкнетесь с теневыми демонами, поджарьте их. — Похоже, ей слишком понравилась эта формулировка. — Роло, Младший, Сав, мы укрепим север новыми войсками. Все остальные бьют и бегут, устраивают засады, прячутся, роятся, а затем отступают за пламя и шипы. Обескровьте их досуха за каждый сантиметр земли.

— Какие новые войска, Вик? — Встревоженно спросила Сейворюз.

— Вот эти: [Оживить Мертвого] — Виктор активировал свой Перк, поднимая, как зомби, мертвых с обеих сторон. Так как он не приносил в жертву золота, он создавал неразумных монстров, но они могли служить хорошими мясными щиты и дополнить мощных нападающих.

Когда Малфи вызвал огромный рой голодной саранчи, а Эллисон начала выращивать колючие траншеи, Виктор повернулся к Красному Кобольду. — Ты здесь за главного. Помните, засада и отступление, как в Хадмере.

— Да, шеф! — Рейнджеры стали в стойку. — Мы будем защищать сокровище ценой собственной жизни!

Поздравляю! За то, что вы во имя вашего мастера-дракона показали свою доблесть, возглавив армию миньонов против подавляющего превосходства, ваш Класс [Оруженосец Монстра] был повышен до [Рыцарь Монстра (Красный Дракон)]!

Ваши Классовые Перки [Сплотить Миньонов] и [Продвижение Мука] были усилены!

А? Прекрасно…

По крайней мере, так он думал, пока все его тело не начало зудеть и гореть. Через несколько секунд из спины Виктора выросли и пробились сквозь плащ черные, как смоль крылья, почти такие же, как у Вайнкера, а из штанов торчал алый хвост рептилии.

Виктор несколько секунд неподвижно сидел на своем коне, чувствуя себя неуютно и от новых ощущений, и от взглядов других миньонов. Фурибон из своей косы расхохотался, как сумасшедший.

— Заткнись! — пожаловался владелец. Он мог махать своим новым хвостом, как будто вырос вместе с ним, но … …

Блин, он превращается в мини-Вайнкера! Какая гадость!

Неважно. Он будет беспокоиться об этом позже. Он приказал своему коню мчаться на север, а за ним последовали его рабы-нежить и другие миньоны.

…

Как оказалось, ездить верхом на звере, имея хвост, было невероятно неудобно.

Импровизированная группа быстро добралась до овечьих загонов к северу от деревни, где пять волшебных гончих, похожих на тех, с которыми они сражались в Ишфании, ворвались внутрь, затоптав еду, которую они собирали для гостей-драконов. Мелоди, сидя верхом на спине рогатого черного пегаса, наблюдала за ними сверху вместе с тремя гигантскими чудовищными воронами и эскортом всадников на вивернах.

— Мое стадо! — При виде затоптанных овец Роло пришел в бешенство, его ржавое тело разогрелось. Двигаясь быстрее, чем собственная лошадь Виктора, голем прорвался через забор, как неудержимый джаггернаут. Следуя за ним, Жнец разрезал плоть волшебного пса, когда тот попытался броситься на него, в результате, и зверь, и собственная лошадь сквайра кружили друг вокруг друга. Сейворюз спряталась среди перепуганных овец, ожидая своего шанса на внезапную атаку.

Птицы-фейри набросились на них, как хищные птицы, одна из них застала Сейворюз врасплох и попыталась вытащить ее наверх. Младший схватил несколько овец, пытавшихся бежать с поля боя, а затем, как импровизированные снаряды, запустил их в ворону, заставив ворону освободить свою пленницу. Затем мимик схватил меч, служивший приманкой, и использовал его, чтобы перерезать шею гончей-фейри, тянувшейся к нему. — Меч! — Прорычал Младший, демонстрируя удивительное искусство владения мечом.

Мелоди над ними начала петь заклинание. Виктор, все еще борясь с болью в ягодицах, попытался взорвать ее, направив с кончиков пальцев поток адского огня, но она тут же вызвала вокруг себя и своего коня пурпурный барьер.

Ее телохранители, всадники на вивернах, начали бомбардировать их залпом стрел, но Виктор испепелил снаряды прежде, чем они смогли в него попасть. Роло просто отмахнулся от них, занятый тем, что расправлялся с псом-фейри и выбивал из нее все дерьмо лопатой. В Младшего попали стрелы, и он застонал от боли, а Сейворюз увернулась от всего.

— [Свеча Смерти] — произнес Виктор заклинание, вызывая из останков овец маленькие блуждающие огоньки. Он послал их атаковать всадников на вивернах, остановив этим их атаку. Тем временем, созданная Виктором нежить, наконец-то, присоединилась к битве и, как орда зомби, которыми они и были, напала на гончую-виверну. Зверь рухнул под тяжестью десятков ходячих трупов.

Что ж, все прошло гораздо лучше, чем я ожидал! Может быть, они справятся—

— [Багровая Молния].

Когда Мелоди произнесла эти слова, в Виктора и его коня ударила мощная красная молния. Черный Зверь Мурмурина был повержен одним ударом, а его всадник вылетел из седла и рухнул на землю, потеряв по пути свою косу.

Вы получили огромный урон! Критическое здоровье!

— О-о-о, — хихикнул Фурибон в своей косе, когда Виктор попытался встать. — Неужели твоя удача наконец иссякла?

Виктор поднял голову из пыли и увидел, что гончая-фейри разинула пасть, готовая его сожрать. Призрачная гигантская птица тоже спустилась, чтобы ним полакомиться.

Нет.

Он был намного больше птиц или всадника на виверне.

Гончая-фейри едва успела поднять глаза на приближающуюся смерть, как на нее приземлился гигантский флаер, и его мощь разнесла во все стороны облако пыли и овец.

Когда к Виктору вернулось зрение, он обнаружил, что смотрит в желтые глаза зеленого дракона, почти такого же большого, как Вайнкер, хотя больше похожего на крокодила, чем на ящерицу.

— Ты пахнешь, как глава персонала, и выглядишь достаточно драконьим, чтобы быть наполовину цивилизованным, — сказал зеленый дракон с напускным высокомерием. Удивительное зрелище древней рептилии заставило зверей и всадников на вивернах остановить атаку. — Скажи мне, миньон Вайнкера, это что, приветственный фуршет? Мне сказали, что там будет сладкий ядовитый соус, который хорошо сочетается с коровами и свиньями, как сейчас модно.

— Да! — Ответил Виктор, осознавая предоставленную ему возможность. — Он указал пальцем на зверей-фейри. — Но ведь фоморы пытаются испортить еду!

— Фейри снова чувствуют себя озорниками? Разве они не осознали пищевую цепочку, когда мы впервые съели их скот? — Дракон повернулся к небу и заревел. — Вайнкер приготовил нам на закуску эльфов и вкусных птиц!

— Чур этих эльфов! — Красный дракон, чуть поменьше Вайнкера, спускаясь сверху, взревел в ответ и схватил всадника-виверну, как ястреб атакует голубя. Мелоди тут же произнесла заклинание, укрепляя свой барьер, но ее спутнику повезло меньше.

Вскоре с небес спустилась целая стая драконов, большинство из которых отправились на юг, чтобы напасть на армию Ишфании, но четверо нырнули, чтобы поохотиться на виверн и птиц-фейри. Зеленый дракон покинул Виктора, чтобы пировать, без различия, на псах-фейри или овцах, превращая битву в одностороннюю резню.

Мелоди посмотрела вниз на разверзшуюся катастрофу, оставила свой эскорт умирать, а сама с ненавистным взглядом скользнула ближе к Виктору. — Адские врата пали, — сказала она. — Мои планы насчет Гардмейна пошли прахом. Ты все испортил.

— Это все время была ты, — понял Виктор, и его руки потянулись за косой. — Яблоко, Скорчеры, вторжение Мора… это ты все подстроила!

— Ничего этого не случилось бы без тебя, — сердито ответила Мелоди. — Ты научил Вайнкера секретам этой проклятой классовой системы, и теперь наша законная миссия возвращения Аутремонда станет еще более трудной, чем когда-либо прежде.

— Трудной? Тут ты преувеличиваешь.

— Это не имеет значения. Еще больше ящериц последует его примеру. Но ты не проживешь достаточно долго, чтобы это увидеть. [Самый Темный Страх].

Темная аура поглотила Виктора прежде, чем он успел нанести ответный удар, лишив его жизни и жизненных сил. Его охватил иррациональный безумный страх смерти, когда он взглянул на это сверху.

Жизненные и Специальные Очки уменьшены до одного! [Ужас] болезнь! [Некрофобия] болезнь!

— Какие-нибудь последние слова? — С притворной вежливостью спросила Мелоди у Виктора. Он заметил, что Сейворюз бросилась его спасать, но она была слишком далеко, чтобы что-то изменить.

Виктор использовал [Проницательность Монстра], пытаясь расшифровать любую слабость, которую могла иметь эта женщина.

???

Черт возьми! — А мы не можем… поговорить об этом?

Проверка харизмы…

Провал!

— Мы только что это уже сделали, человечек, — Мелоди подняла руку. — [Смертельный Шип].

Когда из-под Виктора поднялись заостренные ледяные копья, он понял, что, возможно, ему следовало бы выбрать лучший план страхования.

Как и тогда, на той летающей ферме эльфов, Брэндон Мор показал Вайнкеру свое проклятое красное крыло, а его летающие войска окружили дракона. — [Фаэна Мулета].

Проверка интеллекта прошла успешно!

Вайнкер ответил на жалкий показ мотылька потоком священного пламени.

Видите? Он был очень умен!

Король демонов, хотя и был удивлен неудачей своей предыдущей тактики, успешно отлетел в сторону. Его медлительных лакеев дракон спалил дотла. Их пепел падал серым дождем.

Вайнкер преследовал мотылька в небе, а Железный Орел приближался, держа на спине похожее на мушкет оружие и стреляя в дракона гарпунами. Дракон ловко от них увернулся, но Брэндон Мор в середине маневра перехватил его мечом, задев чешую кончиком клинка.

Эффект [Убийца Дракона] обошел вашу защиту!

— Посмотрим, насколько ты силен без своих усовершенствований! — Вайнкер приготовил свое секретное оружие. — [Малое Демоническое Проклятие]! — Его заклинание, к большому удовольствию дракона, попало Брэндону Мору прямо в лицо.

Проверка харизмы прошла успешно! Ваш экзорцизм ослабил Брэндона Мора!

— Мое обаяние сильнее твоего, кузнечик! — Хвастался Вайнкер.

— Но Мор помнит, как в прошлый раз ты лишил его радости единоборства! — Прорычал Мор, но его движения стали более вялыми и менее уверенными, чем раньше. — Миньон! Приди и защити своего короля! [Вызов Дьявола Тореро]!

Рядом с королем демонов возник могущественный дьявол, почти такой же большой, как сам Вайнкер, с кипящим, горящим пеплом вместо кожи. Пикантное чудовище расправило подобные драконьим крылья и полетело на дракона, выставив свои острые когти. Оно выстрелило в Вайнкера темным шаром энергии, двигаясь к нему, чтобы вступить с ним в ближний бой.

— [Очистка Заклинаний!] — Вайнкер активировал свой Перк, и заклинание исчезло, достигнув его чудесной чешуи. Уже через секунду чудовищный дьявол подскочил к Вайнкеру, а дракон схватил его за кулаки.

И хотя существо было сильным, дракон был лучше и, удерживая руки демона, оттолкнул его назад. Он попытался откусить аппетитному демону лицо, но тот опустил голову еще до того, как на нем сомкнулись челюсти Вайнкера.

Мотылек, всегда трусливый эльф, отступил. Он приземлился на спину Орла и активировал свой собственный Перк, направив клинок на Вайнкера. — [Пикадор]!

Проверка навыка не удалась! Уклонение резко сократилось!

Хотя его скорость не уменьшилась, Вайнкер почувствовал, что замедлилось время реакции, а внимание уменьшилось. Это было похоже на то, как если бы он снова напился, поедая гномов.

Сосредоточившись сначала на миньоне мотылька, Вайнкер выдохнул священное пламя прямо в лицо гигантскому дьяволу. Демон издал яростный рык, поскольку он оказался столь же слаб для драконьего огня, как и все остальное. Вайнкер повернулся вокруг себя, отбросив демона к облакам, и бросился в погоню за Железным Орлом.

— Гарпуны! — Приказал Мор дьяволу, орудующему одним из мушкетов птицы, оружие мгновенно выстрелило в дракона направленными, прикованными цепями копьями. Хотя он из-за этого проклятого Перка [Пикадор] не мог вовремя уклониться от гарпуна, Вайнкер сделал кое-что получше.

Он поймал гарпун обеими лапами.

Затем он потянул его на себя, срывая со спины Орла мушкет и вместе с ним его дьявольского оператора.

Наделенный знанием, дарованным Классовой Системой, Вайнкер взмахнул цепью и швырнул мушкет в летающую крепость. Обломки мушкета ударили в металлическую птицу, но Брэндон Мор сумел увернуться от удара.

— Трус! — обвинил Вайнкер мотылька, целясь в спину Орла огненными шарами. Его пламя сорвало металлические пластины и уничтожило управляемые демоном мушкеты, но не смогло поразить его истинную цель, которая мчалась к передней части металлической птицы. — Прекрати бежать и сражайся!

— Мор больше не играет! — ответил Король Демонов и рявкнул приказ металлической птице. — Запускай Копье Ветра! Отшвырни его!

Железная птица выпустила в Вайнкера три снаряда, разрывные иглы сделали круги в небе, и на чешуе дракона появились магические круги.

Не сумев увернуться, Вайнкер уничтожил своим огненным дыханием сначала одно, затем второе. От взрывов Железный Орел вздрогнул и во все стороны разнесся дым.

Но, прежде чем он успел уничтожить третье, вызванный Мором дьявол снова поднялся из-за облаков и протаранил Вайнкера сзади, схватив его за горло своими сильными руками. — Слезь с меня, скотина!—

— [Механический Бык]! — Сказал Брэндон Мор, с безопасного расстояния направляя свой клинок на Вайнкера.

Проверка навыка не удалась! Сила и ловкость уменьшены на один уровень каждый!

Демон на спине дракона душил его, не давая Вайнкеру уничтожить приближающееся третье копье ветра. С повышенным мастерством дракон переместился и использовал в качестве щита демона на своей спине, и снаряд ударил этого разочаровывающего миньона первым.

Мощный взрыв, последовавший за этим, убил дьявола и заставил все тело Вайнкера зудеть, одно крыло было в худшем состоянии, чем другое. Из-за огромной силы взрыва дракон упал прямо сквозь облака, судорожно пытаясь взлететь.

Ваши Очки Жизни упали ниже двадцати процентов! Критическое Здоровье!

[Браво бык] активирован! Вы восстановили свою утраченную силу!

Вновь заряженный энергией, в середине облака Вайнкер сумел немного стабилизироваться. Одно из его крыльев стало слабее другого, и он не мог лететь прямо, а Перки мотылька все еще его ослабляли.

Дракон обдумал все возможные варианты. Грубая сила не сработала, но дракон был больше, чем просто огненное дыхание и физическая сила.

Он был очень умен.

Вайнкер деактивировал Очистку Заклинаний, затем использовал свое кольцо МоргатьМоргать, чтобы стать невидимым, пока облако его еще окутывало. Борясь с зудом и болью, Вайнкер сумел догнать Железного Орла, незаметно пролетев над его спиной. Мотылек бросил взгляд за борт в поисках трупа Вайнкера.

— Он что, умер? — Обрадовался Мор и начал выкрикивать новые приказы. — Покройте землю ковром, а вместе с ней и эту уродливую деревню!

— Внезапное Нападение! — Закричал Вайнкер, взрывая мотылька огненным шаром. Взрыв разрушил большую часть задней части летающей крепости и швырнул Короля Демонов о левое крыло птицы. Половина его тела была сожжена до хрустящей корочки.

Ваша внезапная атака была очень эффективной!

Вайнкер приземлился на крыло, рассеивая свою невидимость, а Брэндон Мор снова поднялся. — Ты… ты … как ты смеешь нападать на Мора невидимым!

— Я достаточно умен, чтобы на этот раз не дать тебе шанса сбежать! — Сказал Вайнкер, слегка неуверенный в своем количестве очков интеллекта, но стремящийся его продемонстрировать. Эта тактика сработала на Фурибоне, и снова доказала свою эффективность. — Не так уж ты и силен, когда не можешь спрятаться за спинами своих миньонов, а, мотылек?

Загнанный в угол и неспособный улететь с обожженным крылом, Брэндон Мор взмахнул мечом и приготовился стоять на своем. — [Воздушное Лез-]

Но дракон был быстрее и не дал своему противнику передышки.

— [Малое Демоническое Проклятие]! — Вайнкер произнес свое заклинание, и изгнание демона ослабило Мора прежде, чем он смог закончить себя усиливать.

Затем дракон выдохнул на Мора свой могучий драконий огонь, и ослабленный предыдущей атакой мотылек не смог увернуться. Пламя Вайнкера расплавило его плоть и металл под ними, вызвав под крылом взрыв.

Король Демонов выступил из пламени, как изможденная, обгоревшая оболочка. — Если это тебя утешит, — дразнил взбешенного эльфа Вайнкер. — У тебя против меня никогда не было ни единого шанса, травоядный. Ты был обречен в тот момент, когда угрожал моим миньонам.

Из Железного Орла донесся голос, усиленный заклинанием. — Ваше Высочество, дракон повредил двигатель! Мы должны совершить вынужденную посадку!

— Разбей Железного Орла в кратере вулкана! — Приказал Мор, вынужденный использовать свой меч, чтобы встать. — Уничтожь замок дракона и вместе с ним его сокровища!

В голосе из железной птицы звучал такой же ужас, как и в голосе самого Вайнкера. — Мой повелитель, со всеми ветряными копьями на борту, Гора Мурмурин взорвется! Весь регион будет стерт с лица земли!

— Да! — Ответил Брэндон Мор. — Рошфронд, Вайнкер, Мурмурин, уничтожьте их всех!

— Но наши войска …

— Мне Все Равно! — прорычал Король Демонов, впервые перестав говорить в третьем лице. — Я Хочу, Чтобы Они Все Погибли!

Внимание! Применен статус [Берсерк].

— Это еще не конец, Вайнкер! — прорычал эльф, демонстрируя свой клинок. — У Брэндона Мора еще есть ресурсы и друзья в низших слоях общества! Он обязательно вернется—

Взбешенный, и теперь еще быстрее, чем когда-либо, Вайнкер ткнул мотылька на середине речи, раздавив его, как жука, которым он и был.

От удара его могучей руки металлическая птица задрожала.

Когда он снова поднял палец, то увидел лишь кровавое пятно на металле.

Поздравляю! Вы со вкусом восстановили свой титул [Император]! Ваши Перки были восстановлены!

Дракон испустил яростный рев и выдохнул в небо поток пламени, готовый в знак торжества пронестись по всей земле.

Или он бы так и сделал, если бы Железный Орел не нырял прямо к его вулкану.

— Мой клад! — Страх за сохранность своих монет лишил его гнева, и теперь он полностью сосредоточился на спасении своего золота.

Вайнкер пролетел под крылом Железного Орла и обеими лапами толкнул его снизу. Схватив летающую крепость за нижнюю часть, дракон использовал всю свою силу, чтобы толкнуть ее вверх и направить птицу прочь от своего вулкана. Он боролся со своими ранами от Копья Ветра, с болью в крыле, с тяжестью металлической птицы.

Вайнкер был драконом. Самым сильным! Он мог это сделать!

Он думал о монетах в своей сокровищнице, ожидающих его возвращения, о принцессах, которых он расколдует, о всех своих миньонах, подбадривающих его на земле. Они придавали ему сил.

Используя всю свою бездонную мощь, Вайнкер поднял крепость вверх, вынудив ее промахнуться мимо кратера всего на несколько дюймов. Затем он толкнул ее от горы в сторону пустошей.

Дракон, окончательно выбившись из сил, наконец, отпустил птицу и пытался отдышаться.

Птица продолжала лететь, а затем разбилась в отдаленной долине, той самой, где Человечек Виктор спрятал клад, когда Фурибон его испортил.

Столкновение вызвало невероятно мощный порыв ветра, который разнес пыль по всему региону. Облако песка разлетелось во все стороны.

— Я победил! — Обрадовался измученный Вайнкер, раненое крыло начало его подводить. — Я победил!

Затем его достигло облако пыли, покрывая пылью и засыпая песком глаза. — Ах! — Дракон разочарованно зарычал, почесывая веки, чтобы убрать песок.

Безупречная победа!

За то, что вы победили Брэндона Мора и покончили с угрозой Железного Орла, вы заслужили [Герб].

Прямо перед Вайнкером с небес упал свет, золотой предмет, похожий на щит, спустился с небес и поплыл прямо перед ним. Это было одно из самых красивых устройств, которые он когда-либо видел, покрытое разноцветными драгоценными камнями; нечто, достойное его сокровищницы.

При виде этой сцены у Вайнкера вырвалась одна-единственная слеза, то ли из-за его красоты, то ли из-за песка в глазах, он не знал.

Использовать [Герб], чтобы сломать потолок класса?

— Да! — Как только дракон заговорил, предмет и окружающий его свет сразу же исчезли.

Герб использован! Теперь вы можете прогрессировать до 60-го уровня!

За использование [Герба] вы получили Личный Перк [Увенчанный Гербом].

[Увенчанный Гербом]: Вы превратились из обычного авантюриста в сказочного героя. Теперь вы можете получить доступ к более престижным классам.

Как мило! Все было хорошо в этом мире.

Истощенный Вайнкер изо всех сил пытался улететь обратно в Мурмурин, чтобы сжечь оставшихся миньонов мотылька. Но, он обнаружил, что его рано прибывшие гости охотятся на убегающих эльфов и демонов в старой доброй охоте сафари.

Дракон на мгновение забеспокоился, что его большой день был испорчен, но его родичи выглядели очень довольными бесплатной едой. Вайнкер облегченно вздохнул, его гордость была в безопасности.

Такая легкая битва. Ничто не сравнится с войной за сокровища, его День Хвастовства был в безопасности. Действительно, лучше и быть не могло.

— Миньон, где ты? Я получил герб!

Но никто не ответил.

— Миньон!

Его лакей к нему не телепортировался.

— Миньон? — Повторил Вайнкер, теперь уже с тревогой, но никто не ответил. — Миньон?

Зародив в своем сознании семя сомнения, Вайнкер принялся искать своего любимого лакея. Он видел, как его миньоны во главе с Рейнджерами Кобольдами отбиваются от оставшихся, а сладкая Шоколатин ловит бесов в рыболовные сети. Миньоны, как и положено, приветствовали Вайнкера, когда он над ними пролетал. Он не приземлился, чтобы спросить их, потому что знал, что с поврежденным крылом после приземления не сможет снова взлететь.

Дракон отправился на север, к загонам овец, и обнаружил, что его гости-драконы пируют в его кладовой. Трупоторговец Жюль и голем Роло стояли возле лежавшего в грязи его главы персонала, окруженные другими плачущими миньонами, от Малфи дьявола до этой рептилии Сейворюз. Вайнкур грациозно приземлился рядом, покрыв миньонов пылью.

— Ах… ах… ах, миньон, вот ты где, — сказал Вайнкер, переводя дыхание. Он сразу же заметил, что у его лакея выросли крылья и хвост, совсем как у хозяина! Какой верный глава персонала! У Вайнкера не хватило духу отчитать его за то, что он не смог выиграть войну миньонов до прибытия гостей.

— Ваше Величество? — Некромант Жюль посмотрел на него и на его слабое крыло. — Это Брэндон Мор—

— Мотылек мертв! — Похвастался Вайнкер. — Я разбил его, его птицу и его гордость! Я получил за него герб, как ты и сказал, Человечек Виктор!

Его глава персонала не ответил. Малфи-дьявол обменялся взглядом с другими миньонами, а пет-мимик Виктора издал печальный стон, а затем заговорил: — Ваше Величество, боюсь, что Лорд Виктор не сможет ответить.

— Конечно, может, я его этому учил, — ответил Вайнкер и посмотрел вниз, чтобы разбудить своего миньона. — Человечек Виктор, сейчас не время спать! Мои гости уже прибыли…

И тут Вайнкер заметил в груди своего лакея ледяное копье и его пустые белые глаза.

Человечек Виктор был…

…

Он был мертв?

В глазах дракона покраснело. — Кто посмел это сделать?! — Взревел Вайнкер, и от одного его голоса миньоны задрожали от страха.

— Убийца, эта фейри, телепортировалась после того, как я попытался ее съесть. — Зеленый дракон, лежащий на спине с набитым брюхом, рыгнул. — Вайнкер, ваши овцы восхитительны на вкус, такие мягкие…

Вайнкер поблагодарил бы его, если бы он не был в ярости.

— Миньон, я приказал тебе стать бессмертным! — Вайнкер отчитал своего мертвого лакея и повернулся к этой куче лома голему. — Ты, железный дровосек, теперь мой миньон. Приведи мне Шоколатин, целительницу, даже эту дриаду, если понадобится!

— Никто не может вылечить смерть, Ваше Величество, — ответил Голем Роло.

— Ты — можешь! — Сказал Вайнкер, поворачиваясь к трупоторговцу Жюлю. — Подними его, как кобольдов!

— Я бы с удовольствием, но мы не можем оживить его, Ваше Величество, — ответил Жюль. — Его убийца, прежде чем его убить, применил к Виктору статус [Некрофобия]. Он не может быть реанимирован, даже как нежить, пока он не рассеется.

— Я даже не могу претендовать на его душу и воплотить его как демона, — сказал Малфи.

— Тогда убирайся, — сказал Вайнкер, положив руку на останки Человечка Виктора, и активировал свой любимый Перк. — [Очистка Заклинания]!

Проверка харизмы провалилась!

Вы не можете развеять статус [Некрофобия].

Проверка харизмы провалилась? Как это могло случиться? Вайнкер был самым харизматичным драконом в мире, разрушителем Фурибона! Как он мог провалиться?!

И все же … все же он только ослабил кристальное проклятие, которое фейри наложила на его принцесс. Не рассеял, а ослабил. Ее колдовство было выше даже, чем у злого Фурибона. Вайнкер при этой мысли огляделся вокруг, к счастью, найдя рядом с Человечком Виктором косу. У этой ведьмы не было времени сломать печать, сдерживающую это зло.

До Вайнкера медленно доходила реальность происходящего.

Человечек Виктор, его самый ценный, верный глава персонала, классовый советник, Визирь и Делатель Вещей, исчез.

Дракон оставался неподвижным, пытаясь решить, что делать дальше, а его миньоны пытались подбодрить его. — Ваше Величество—

— Я отказываюсь принять это! — Резко оборвал его Вайнкер. — Найди способ его поднять!

— К чему такая спешка, Вайнкер? — спросил его гость-дракон, не на шутку удивленный. — Это всего лишь человечек. Похожий на дракона, хорошо обученный человечек, но все же человечек.

— Человечек Виктор стоит больше, чем любой миньон, — ответил Вайнкер. Он мог найти любого нового миньона, но никогда не мог найти второго Человечка Виктора. — Он — драгоценный камень моей короны. Мой День Хвастовства без него не может быть полным.

— Ваше Величество, — начал Жюль. — Есть… последний способ поднять его, но … вам придется принести большую жертву.

— Все, что угодно, лишь бы спасти моего любимого миньона, — сказал Вайнкер, глядя на труп с неподдельной грустью. — Все, что угодно, для моего человечка.

— Мне очень жаль, но ты не можешь прямо сейчас попасть в рай.

Сидя на стуле посреди бескрайнего белого пространства, Виктор свирепо смотрел на Миэль. Ангел морщилась за своим столом цвета слоновой кости, на котором лежала огромная стопка бумаг, представлявшая его дело. — Но ты же сказала, что я попаду в рай, если умру при исполнении служебных обязанностей, сражаясь с силами ада!

— Это было бы так, если бы ты принял план Небеса+ вместо Стандартной Страховки Кармы.

— Я не знал, что умру через несколько недель!

Кроме того, смерть — это чертовски больно.

По крайней мере, Брэндон Мор умер, судя по тому, что рассказала ему Миэль. Гости Вайнкера, оказавшиеся почти такими же опасными, как и он сам, проели свой путь к победе, как на Аутремонде, так и в Аду.

— К сожалению, ты погиб, защищая деревню монстров, где демоны открыто покупают души, а большинство граждан имеют злую или хаотическую карму, — смущенно ответила Ангел. — Я сделаю все, что в моих силах, чтобы мы приняли тебя в Рай по заслугам, поскольку ты сыграл важную роль в банкротстве Мор Хеллкорпоратед, но тебе, возможно, придется ждать несколько месяцев в подвешенном состоянии. Тот факт, что ты умер девственником на Земле, может помочь убедить моих начальников в твоей скрытой святости.

Может ли это произойти? Потому что он сделал все возможное на Аутремонде, чтобы наверстать упущенное на этом фронте.

Месяцами сидеть в кресле? Виктор ненавидел бюрократию. — А как насчет нижнего места?

Миэль сделала разочарованное лицо, но все же порылась в бумагах и отдала их ему. — Как моему клиенту, я расскажу тебе о другом предложении, но настоятельно не советую этого делать, — сказала она, когда Виктор прочитал документ. — Инферкорп потребовал, чтобы ты перевоплотился в демона смертного консультанта… однако, поскольку им не хватает силы, чтобы развеять статус [Некрофобии], в который тебя поместил твой убийца, они не могут перевоплотить тебя в новую форму. Твоя душа окажется в аду так же, как и сейчас: беспомощной.

— Как те, кого пытала Изабель Мор в прошлый раз?

— Я не рекомендую этого делать.

Будь проклята эта фейри. Виктор понимал, почему Вайнкер терпеть не мог фоморов. — А у меня есть другой выход?

— На твою душу претендуют два божества, а именно Кости и Лунный Человек. — Ангел не решалась заговорить снова. — Мы также получили неожиданное третье предложение загробной жизни от Камиллы, богини смерти, ибо, я цитирую, «образцовое служение бессмертной революции и неизменное дружелюбие по отношению к церкви».

В этот момент Виктор мог бы с тем же успехом принять другие предложения. Он ненавидел Кости за то, что тот похитил его в Аутремонде, но Камилла была богиней с опасной репутацией. Он предпочел бы сначала испытать хаотические божества. — Хорошо, а что предлагают первые два?

— Я пошлю запрос о встрече. — Миэль написала что-то на пергаменте пером, и бумага тут же исчезла. — К счастью, Лунный Человек должен быть в одной из своих «хороших» фаз. Никакого буйства.

Не успела она это сказать, как рядом с ними с грохотом материализовалась какая-то сущность. Виктору пришлось поднять глаза, чтобы увидеть полное, титаническое существо.

Другое существо было громадной версией Тул-Гатара, чудовищного лунного зверя более шестидесяти футов ростом. Титан был намного больше даже Вайнкера. Он был одет поверх тела в старую, изодранную желтую мантию, оставляя открытыми только щупальца, и, похожие на кальмара голову и руки. При ходьбе он опирался на волшебную, размером с сосну, трость.

— Это что, назначенная встреча? Неужели я об этом забыл? — К большому удивлению Виктора, Лунный Человек больше походил на его престарелого дедушку, чем на мерзость из космоса. Но еще более тревожным было то, что он говорил посредством телепатии, а не посредством слов.

— Здравствуйте, Мистер Лунный Человек, — сказала Миэль с дерзкой улыбкой. — Я Миэль, младший консультант ангелов по страхованию. Мой клиент, Виктор Далтон, является пророком вашего культа в Мурмурине. Ваше отродье Тул-Гатар потребовало его от вашего имени.

— У меня есть пророк? — Голос Лунного Человека звучал смущенно. — У меня есть религия?

Когда Тул-Гатар жаловался на рассеянность своего божества-покровителя, он не шутил. — Разве ты не слышишь молитв своих последователей? — Спросил Виктор.

— Я часто слышу голоса, но молитвы? — Древняя мерзость покачала головой. — Кошки и собаки правят вашей землей. Вы думаете, что они враги, но у них есть тайный договор. Домашние животные в домах президентов? Они и есть президенты. Собака Кеннеди Чарли приказала убить его, когда он угрожал раскрыть правду.

Виктор моргнул. — Прошу прощения?

— Ммм? — Ответил гигантский кальмар. — Да?

— А что ты говорил о собаках и кошках?

— Что ты должен съесть их после объятий — Божество коснулось своих щупалец рукой, как будто это была борода. — Я старею, так что моя память еще не вся здесь.

— Он — бог безумия. — прошептала Миэль Виктору. — Он еще не весь здесь.

— Иногда мне кажется, что я становлюсь звездой с горящим ядром и ионизированным дыханием, — продолжал Лунный Человек. — Ты чувствуешь мою гравитацию?

Чем больше он слышал, тем больше Виктор сомневался, что этот бог вообще может обеспечить ему загробную жизнь.

Что-то со слабым звуком упало на стол Миэль, и Виктор поневоле посмотрел на это.

Он оказался лицом к лицу с двадцатигранным кубиком, вздымающимся с магической силой. На каждой его грани были живые разноцветные глаза, расположенные внутри или рядом с цифрами. Все они смотрели на Виктора с ожиданием.

— Брось меня, — попросил кубик детским голоском.

…

— Брось меня! — Бог Кости настаивал, как ребенок. — Для твоей загробной жизни! Брось меня!

Виктор тупо уставился на кости, а Лунный Человек смотрел на них с любопытством. Миэль поморщилась, смущенная этой сценой.

Эта … эта штука была богом?

Тем самым, который привел его в Аутремонд!

В конце концов, от нечего делать, Виктор схватил Кости и бросил их. Кости в конце концов упали на их «десятую» грань. — Десять! — сказал бог магии. — Средняя загробная жизнь! Реинкарнация на полставки в Японии!

— В этом нет никакого смысла! — Пожаловался Виктор.

— Я — бог! — Кости хвастался в ответ. — Мне и не нужно ничего объяснять!

— Хаотические божества, — вымученно рассмеялась Миэль, явно испытывая неловкость от сложившейся ситуации.

Виктор знал, что ему следовало бы поклоняться богине удовольствий Эллисон, Кибеле.

Реинкарнация в Японии искушала его; даже если это звучало несколько ужасно, он, вероятно, мог бы найти путь назад в Соединенные Штаты и свою семью. Но узнают ли они его? Насколько ему было известно, он мог перевоплотиться в совершенно нового человека.

Еще один взгляд на Кости, пытающегося катиться по столу, — и он передумал. Ему хотелось разозлиться на это существо за то, что оно привело его в Аутремонд, но он не мог собраться с силами при виде его глупости.

— Я думаю, что буду ждать на Небе—

Прежде, чем он успел закончить фразу, рядом с ним с золотистым сиянием появилась новая фигура.

У новоприбывшей верхняя часть тела была изящной крылатой женщиной с золотистой чешуей, а нижняя — зеленой змеей. Змеи покрывали ее волосы, а на спине она несла сумку, полную бумажных свитков. Ее скользящие глаза оценивали Виктора, как безжалостный торговец, изучающий товар.

Человек мгновенно узнал богиню.

— О, Мисс Шеша! — При виде богини у ангела закружилась голова. — Какой сюрприз!

— Миэль, рада снова тебя видеть. — Богиня коммерции немедленно повернулась к Виктору, явно, всесильный бизнесмен и гораздо разумнее, чем ее конкуренты. — Виктор Далтон, сегодня твой счастливый день.

— Ты тоже ставишь на мою душу? — Проклятье, в смерти Виктор стал более популярным, чем когда-либо в жизни. По крайней мере, она выглядела, как настоящее, достойное божество.

— Лучше. Смертные заплатили мне щедрое «церковное пожертвование» за твое пробуждение на Аутремонде.

Человек моргнул. Разве она не брала огромные деньги за эту услугу? Кто же мог за это заплатить? Виктор на мгновение подумал о Вайнкере, но быстро понял, что дракон никогда не расстанется ни с одной монетой. Нет, жители Мурмурина, вероятно, объединили свои средства, чтобы его оживить.

— Погоди, а как насчет статуса [Некрофобия]? — Спросил Виктор.

— Я — богиня. Пока уровень заклинателя не приближается к божественному, преодоление его тривиально. — Богиня хитро ему ухмыльнулась. — Так вот, мои услуги стоят дорого. Поскольку у меня есть обязательства по результату, я не могу обналичить свою награду, если ты откажешься вернуться. Между нами говоря, если ты согласишься, я дам тебе бесплатный Перк.

— Ты что, подкупаешь меня при свидетелях?

— Нет-нет, я подслащиваю сделку. Прошло уже много времени с тех пор, как кто-то мог позволить себе воскрешение.

Виктор был уверен, что раньше он уже там бывал.

— Как богиня торговли, я очень заинтересована в том, что ты и твой партнер-дракон делаете на Аутремонде. И хотя я… не совсем согласна… с твоими предприятиями с нежитью и демонами, свободная от налогов коммерческая зона меня привлекает. Надеюсь, мы обсудим условия инвестирования после твоего возвращения к жизни.

Классический коммерсант, формулируя просьбу, она подразумевала, что он уже ее принял.

Виктор колебался. Другие варианты были не так уж хороши, но возвращение в Аутремонд означало продолжение его жизни в качестве миньона, со всеми вытекающими последствиями.

Но…

Виктор вспомнил, что говорила ему Сейворюз перед боем с Фурибоном. Что у него в этом новом мире есть возможность хорошо устроиться, а не гоняться за прошлым.

Виктор никогда бы не признался в этом вслух, но он очень привязался к Аутремонду и людям, которых там встречал. Даже этот сумасшедший дракон.

Особенно этот дракон.

— Но попаду ли я все-таки в рай, если вернусь? — спросил он у Миэль.

— Тебе придется взять новый страховой полис, — Миэль сверкнула ему улыбкой, которую он вовсе не считал невинной. — На этот раз гораздо лучший.

Это все решило.

— Отличный выбор, — сказала Шеша, довольная сделкой. Она коснулась его левой руки своими холодными пальцами, и на его коже материализовалась татуировка, изображающая монету с символом змеи.

Поздравляю! Вы заработали Личный Перк [Избранный Шешей].

[Избранный Шешей]: Когда вы повышаете свой уровень, у вас есть дополнительный 10-процентный шанс получить очко Харизмы или Интеллекта. Торговцы, банкиры и предприниматели всегда видят в вас надежного партнера и готовы предоставить вам 20-процентную скидку.

— Как танцуют драконы, так танцуют Земля и Аутремонд, — сказал Лунный Человек. — Золотая тропа вымощена кровью фейри.

— Что? — Спросил Виктор.

— Я сказал, возвращайся домой и делай свое пророческое дело, — ответил Лунный Человек, такой же смущенный, как и сам Виктор. — Думаю…

Шеша щелкнула пальцами, и прямо рядом с Лунным Человеком материализовался из пустоты роскошный частный самолет. — Я — богиня торговли, — сказала Шеша изумленному Виктору. — Поезда вышли из моды, а у меня есть вкус.

Дверь частного загробного самолета открылась, и Виктор вошел внутрь. Миэль помахала ему рукой. — Возвращайся скорее! — сказала Ангел.

Ага, уже.

Хотя смерть была болезненной, воскрешение ощущалось, как пробуждение от счастливого сна.

Как только Виктор открыл глаза, он увидел, как приближается лицо Шоколатин, чтобы его поцеловать.

— Ах! Виктор подпрыгнул от неожиданности, а испуганная жрица попятилась назад. Это была ловушка!

— Видишь ли, Шоколатин, я же говорила тебе, что ему не понадобится искусственное дыхание, — сказала Эллисон. Виктор понял, что большинство миньонов и важных обитателей Мурмурина, от Шарлин до Круассана, собрались вокруг него в круг. Малфи держал его косу. — Добро пожаловать обратно, дружище.

— Шеф! — Воскликнул Розовый Рейнджер. — Ты жив!

Когда его глаза привыкли к свету, Виктор понял, что его оживили глубоко внутри хранилища. Врата ада были закрыты, а гости Вайнкера сидели перед ними с набитыми животами, потрясенные и молчаливые.

— Вы собрали свои деньги, чтобы финансировать мое возрождение? — Догадался Виктор.

— Мы все это делали … — начал Круассан.

— Да, мы все, даже Сейворюз, — ответила Эллисон, свирепо глядя на оборотня. — А тебя заставил это сделать Вайнкер.

— Но этого было недостаточно, чтобы удовлетворить жадность богини, Виктор, — признался Жюль Рапас. — Она потребовала слишком высокую цену.

Тогда кто же заплатил разницу?

— Как мог дракон… — сказал Ледяной Клык, его взгляд был пустым и отстраненным. — Зачем это вообще нужно любому дракону?

Виктор медленно поднялся и огляделся.

Большая часть сокровищ Вайнкера исчезла, посередине осталась большая пустая дыра. Осталось лишь несколько тысяч золотых монет, случайные магические предметы и кристаллизованные принцессы. Сам Вайнкер скулил в углу, Виктор никогда еще не видел его таким печальным.

…

Черт возьми!

— Мой клад, — проскулил Вайнкер, прижимая руки к глазам. — Мой милый клад…

Виктор с трудом искал слова, тупо глядя на дыру, а потом снова на своего хозяина-дракона.

— Я думаю, нам следует оставить их вдвоем, — сказала Эллисон, оглядываясь на остальных. Малфи протянул Виктору косу, и глава персонала рассеянно взял ее, его мозг работал на автопилоте. Даже драконы последовали их примеру, оставив их вдвоем в опустевшем склепе.

— Почему? — Наконец спросил Виктор, и Вайнкер уничтоженным взглядом посмотрел на своего главу персонала. У него на уме было только это слово. — Почему? Это же твой День Хвастовства!

— Ты — драгоценный камень моей короны… — Вайнкер немного успокоился, заставив себя принять гордое драконье лицо, несмотря на то, что его явно трясло. — Если бы не ты, я бы никогда его не собрал. Ты стоишь гораздо больше. А когда ты ушел, чем тут было хвастаться?

В тот же миг Виктор понял, что никогда не покинет Вайнкера, несмотря ни на что.

Он больше не хотел этого делать.

— Ну, вы же знаете… — Виктор замолчал. — Вы стали гораздо больше, чем просто «хозяином», Ваше Величество. Вы стали моим другом.

— А что такое друг, какой-то вид миньона?

— Это значит, что я буду с вами, несмотря ни на что, даже если меня освободят от службы.

— Тебе лучше уйти, Миньон Виктор, потому что я запрещаю тебе спать, пока ты не вернешь мне свой долг, а это… — Вайнкер глубоко вздохнул. — Двенадцать миллионов пятьсот сорок пять тысяч сто тридцать три золотых монеты! И это прибавляется к долгу жизни, который ты мне должен за то, что я вырастил тебя в качестве моего самого ценного главы персонала!

Двенадцать миллионов долга? Черт побери, это опять был его студенческий кредит. — Хорошо, — ответил Виктор, странно с этим смирившись. — Я найду способ, Ваше Величество.

— Тогда ты будешь работать до тех пор, пока мы оба не станем богами, и прикажешь этой жадной богине полностью возместить мне эту чрезвычайно дорогую услугу!

— Конечно, — ответил Виктор, Вайнкер продолжал разглагольствовать, дракон возвращался к своему прежнему гордому поведению. Он мог бы остановиться на том, чтобы стать богом миньонов повсюду.

Это хорошо оплачивалось, и, судя по тому, что он узнал, ему будет не хуже, чем остальным.

После того, как он закончил проклинать Шешу, богов и торговцев вообще, Вайнкер успокоился. — Миньон Виктор.

— Да, Ваше Величество?

— Как ты пожелал, я назначаю тебя своим первым и единственным «другом», — заявил Вайнкер в своей обычной жадной манере. — Тебе лучше доказать, что ты достоин этой чести.

— Надеюсь, что так, — ответил Виктор и поправился. — Я так и сделаю.

— Меня сейчас вырвет, — наконец, произнес Фурибон из своей косы. — Вижу, ты одарил меня диабетом.

Стояла звездная ночь, и вскоре Вайнкеру предстояло произнести свою хвастливую речь.

Его прожорливые гости собрались на городской площади Мурмурина для главного пира. После вчерашних эльфийских закусок драконы отдыхали и разговаривали либо на земле, либо в гнездах, сделанных из домов миньонов, а лакеи Вайнкера снабжали их почти безграничным запасом овец, крупного рогатого скота и вареных дьяволов.

Без всяких сокровищ — одна эта мысль разрывала сердце Вайнкера, хотя он был слишком горд, чтобы плакать. Император Мурмурина приказал половине своих миньонов подавать еду, чтобы отвлечь драконов, а другой половине — вернуть все, что могло сойти за сокровище.

К счастью, армия мотылька оставила после смерти или отступления подарки, в том числе внутри обломков их металлической птицы. Блестящее оружие, сверкающие доспехи и деньги за скот, которыми расплачивались миньоны мотылька…

Но вот мечей там явно не хватало. Вайнкер ожидал, что мимик ретривер принесет хотя бы один из них.

Его оставшиеся миньоны, те, кто выжил в битве, сделали все возможное, собрав прямо рядом с его статуей большую кучу сокровищ. Это был хороший клад, но ничто не могло сравниться с совершенным золотым чудом, которое он принес в жертву этой жадной богине. Он мог бы похвастаться этим, но это не укрепило бы его статус величайшего из всех дракона.

К счастью, он сохранил на вершине кристаллизованных принцесс. Они немного компенсировали все остальное, и Ледяной Клык был в ярости от того, что его рекорд принцесс-близнецов был превзойден.

— Это все, что мы смогли найти, Ваше Величество, — сказал его летающий Великий Визирь, в знак верности бросая свою косу и все магические предметы на вершину сокровищницы. Остальные миньоны сделали то же самое, вернув, как того требовал жизненный цикл, все свои магические предметы в великую сокровищницу.

— А где вещи, которые я тебе одолжил? — Спросил Вайнкер, обнаружив, что некоторые из них пропали.

— Я, эээ. — Виктор почесал затылок. — Честно говоря, я их вроде как потерял.

Вайнкер сразу же догадался, что произошло. — Эта фейри — воровка! — дракон пришел в ярость. — Она не только отняла у тебя жизнь, но и потом разграбила твой труп!

— Нет, нет, я… —

— Только мне позволено извлекать выгоду из останков моих миньонов! — разглагольствовал Вайнкер. — Ограбив тебя, она ограбила и меня! Клянусь твоей головой, Человечек Виктор, однажды я приготовлю эту фейри и съем ее на обед!

— Почему вы клянетесь моей головой? — Пожаловался Человечек Виктор. — Однажды я уже ее потерял.

— Вот именно, потому что ты никогда больше ее не потеряешь, — Вайнкер многозначительно посмотрел на своего любимого миньона. — Гарантирую, что мое пророчество сбудется.

— Сегодня ваш День Хвастовства. Я не оспариваю вашу логику.

— Да, именно поэтому это и называется логикой, — ответил Вайнкер.

— Кроме того, король Роланд, Киа и королевская свита Гардмейна прибыли, чтобы забрать принцессу Мервейль, — объяснил Человечек Виктор. — Они вроде как запаниковали, когда увидели пирующих драконов и мертвых демонов, валяющихся на дороге, но потом успокоились, когда Шарлин сказала им, что ты убил Мора. Судя по тому, что она мне рассказала, король даже не удивился.

Ясно, что этот Человечек Король был умным парнем. — Я соизволю обращаться с ними как с моими гостями, они как раз вовремя для моей хвастливой речи. — великодушно сказал Вайнкер, когда его миньоны кобольды принесли ему тележку вареной говядины со сливочным ядовитым соусом.

К нему направлялась группа из тридцати человечков рыцарей на лошадях, возглавляемая Человечком Чарлин. Это напомнило Вайнкеру о том времени, когда он съел герцогиню Эускаль, но эти люди казались достаточно цивилизованными, чтобы не нападать.

— Его Величество Король Гардмейна Роланд! — воскликнул один из рыцарей, высокий, мясистый старый бородач, ехавший впереди на белом коне. Этот человек был без рубашки, в длинном горностаевом плаще, который, по признанию Вайнкера, хорошо смотрелся бы в его сокровищнице. На голове у него была бриллиантовая корона, а за спиной — двуручный золотой топор. Рыцарь Киа ехала на своем грифоне справа от него, а какой-то черный эльф благодаря собственной магии летел слева.

Рыцарь Киа с унылым видом оглядела сложенное оружие, разрушенные дома и дымящиеся останки Железного Орла. — Я пропустила большую битву, — сказала она с невероятным разочарованием в голосе. — Я пропустила большую битву.

— Да, если бы ты появилась, это, действительно, помогло бы, — сказал Человечек Виктор, неуклюже приземляясь на землю. После гибели своего любимца он был вынужден научиться летать и еще не совсем овладел этим великим навыком дракона.

— Вик? — Киа узнала его главу персонала. — Что, черт возьми, с тобой случилось? Это что, хвост у тебя из штанов торчит?

— Половое созревание, — ответил Человечек Виктор, и темный эльф издал смешок, а рыцарь Киа хихикнула. — Кроме того, теперь это «что за Хэппилэнд».

— Он потерял свою живость, — ответил темный эльф.

— Мой Великий Визирь был Вайнкеризирован. — сказал Вайнкер, вздыхая, когда взгляды обратились к нему. Неужели он должен был учить их всему? — Это глагол, который означает «стать потрясающим». Я Вайнкеризировал эту деревню, мы Вайнкеризировали весь мир, это Вайнкеризующе, эта еда была Вайнкеризированна… оно идет ко всему, как и положено моему имени.

— Неужели Вейнкер-речь станет нашим национальным языком? — Спросил Человечек Виктор своим обычным странным тоном. К этому времени его хозяин уже привык.

— Я подумываю об этом, но путь к цивилизированию вашего рода долог и вымощен тяжелыми испытаниями, — ответил Вайнкер.

Человечек Король, внимательно наблюдавший за происходящим, наконец, заговорил: — Император Вайнкер, — сказал он, оценивая Вайнкера так, что напоминал дракону льва, оценивающего соперника. — Я уже давно слышал о вас, и вы меня не разочаровываете. Вы именно такой, каким я вас себе представлял.

— Да, перед вами стоит самый могущественный из императоров, — подтвердил Вайнкер свой титул, на тот случай, если классовая система снова его побеспокоит. — Император Мурмурина и Альбенских Гор.

— И Ишфании, насколько я понимаю, тоже, — ответил Человечек Король Роланд. — Вы оказали великую услугу Гардмейну, убив Короля Демонов прежде, чем он успел разбомбить наши города. Этот акт дружбы не останется без награды.

— Пятнадцать миллионов, — ответил Вайнкер, и люди в замешательстве нахмурились. — Награда, которую вы назначили за мою голову, не соответствует моему чистому капиталу, что я нахожу оскорбительным. Поэтому я прошу вас увеличить ее, чтобы это отразить.

— Это не то число, которое Ваше Величество дали мне вчера, — заметил его Великий Визирь.

— Тише, Человечек Виктор, — прошипел Вайнкер своему главе персонала.

— А вам разве не сообщили? — Спросил Человечек Роланд. — Месяц назад я отменил награду за вас. Я просил, чтобы ни один авантюрист из Гардмейна не пошел за вашей головой.

— О, но это же был свободный опыт и сокровища! — Пожаловался Вайнкер.

— Ваше Величество, мы покинули предыдущее убежище, потому что они нас достали, — напомнил ему Человечек Виктор. — Кроме того, я почти уверен, что у нас появилось достаточно много врагов, которые с удовольствием будут охотиться за нашими головами.

Человечек Король Роланд прочистил горло. — Щедрость — это для врагов, а я хотел бы прийти как друг.

— Только Человечек Виктор заслужил этот титул, — отчитал выскочку Вайнкер, и это заявление вернуло ему всех остальных человечков.

— Тогда, как добрый сосед, — ответил Король Роланд. — Я не стану с вами ссориться, пока вы не вернете мне мою племянницу.

— Я, Вайнкер, в отличие от вас, разбойников, не облагаю налогом и не посягаю на частную собственность моих слуг, — самодовольно ответил Вейнкер. — Я отпущу твою принцессу обратно на волю после сегодняшней ночи. Но лучше уж ты даруй мне обещанную милость.

— Конечно, — ответил Король Роланд, демонстрируя себя цивилизованным человеком, в отличие от той безвкусной герцогини. — Чего же ты хочешь? Земли, почести, рыцарство—

— Никаких Налогов!

Рев Вайнкера заставил некоторых гостей оторвать глаза от еды. — Никаких налогов? — Король Роланд нахмурился.

— Я не заплачу ни цента из тех сокровищ, ради которых сжигал жир! — Объявил Вайнкер. — Я хочу, чтобы все мои квесты были освобождены от грабежа! Ни гонорара гильдии, ни налогов, ничего! Никогда!

— Договорились, — немедленно согласился король, словно ожидая, что дракон передумает, если он не воспользуется этой возможностью. — Компания V&V будет навсегда освобождена от всех сборов, обычно применяемых к компаниям-авантюристам.

— Но, но… — Человечек Чарлин скорчила гримасу. — А чем я буду поддерживать местное отделение?

— Его будет финансировать королевство, — пренебрежительно ответил Король Роланд. — Очень важно, чтобы мы сохранили хорошие отношения с новым Ишфанским правительством.

— Новое правительство? — тут же насторожился Человечек Виктор.

— С уничтоженной армией и мертвым Мором Ишфания исчезла, как нация. Несмотря на то, что пустыня кишит демонами, она обладает ресурсами. Их достаточно, чтобы такие народы, как Империя Эверсун, Барин или даже Придейн, могли попытаться на нее претендовать. Я бы предпочел избежать новой Столетней Войны и как можно скорее заполнить вакуум.

— Но я же раздавил этого мотылька! — запротестовал Вайнкер. — Я спас от него великое сокровище!

— Именно так я и предлагаю заключить договор, — сказал Король. — Гардмейн признает ваши права, как императора Ишфании, сделав ее официальным государством авантюристов. Вы, по-прежнему, будете пользоваться всеми преимуществами Гильдии Авантюристов и править своей территорией, как пожелаете. В обмен я прошу дать торжественную клятву, что наши страны никогда не возьмут в руки оружие друг против друга и будут вместе бороться против внешних угроз. Пакт о взаимной защите.

— О, и я никогда не потеряю доступ к своему классу Император! — Понял Вайнкер. — Блестяще! Я принимаю эту дань!

Человечек Король с достоинством кивнул и повернулся к своему верховному магу. — Ностредейм, карту континента и ручку.

Темный эльф щелчком пальцев вызвал инструменты, и Человечек Король провел по ним линию. — Это горы Альбен. Они будут служить границей между вашим владением и Гардмейном.

— Но ведь эти горы принадлежат мне, — настаивал Вайнкер. — Император Мурмурина, Ишфании и Альбенских Гор.

Король посмотрел на дракона, потом на развалины Железного Орла, потом снова на Вайнкера. — Если мы сохраняем право собственности на шахты пауэрстоуна, которые мы уже открыли

— Я, Вейнкер, слишком богат, чтобы опускаться до того, чтобы претендовать на ваши сокровища, — дракон старался казаться великодушным.

— Тогда я согласен с вашим требованием, — ответил Король, обводя на карте большой участок земли. — Все это принадлежит вам.

— Вайнкер Рыцареубийца, — дракон начал громко и радостно произносить свой новый титул. — Первый Этого Имени, Великое Бедствие этого Века, Защитник Сокровищ, Император Мурмурина, Ишфании и Альбенских Гор.

— Ваше Величество, — начала рыцарь Киа.

— Да? — одновременно воскликнули Вайнкер и Король Роланд, и дракон был разочарован, когда рыцарь повернулась к своему Человечку.

— Я немедленно прошу перевести меня в качестве посла в Империю Мурмурин.

— Что? — В первый раз Человечек Король, казалось, был шокирован. — Леди Киа, что все это значит?

— Киа, какого черта? — темный эльф повторил слова короля, и присутствующие рыцари заговорили шепотом.

— Еще есть остатки армии Мора, — ответила Киа. — И Мелоди избежала правосудия.

— Но, Киа…

— Я пропустила большую битву! — Рыцарь Киа обрезала своего союзника. — Довольно!

Король внимательно на нее посмотрел, а затем кивнул. — Очень хорошо, — ответил он. — Ты — герой Золотых Полей. Если ты веришь, что сможешь защитить Гардмейн из-за границы, я не стану тебя останавливать.

— Благодарю вас, милорд, — кивнула Рыцарь, прежде чем повернуться к Вайнкеру. — Конечно, если Император примет меня.

— Я должен посоветоваться со своим главой персонала. — Вайнкур сузил глаза в сторону своего любимого лакея, обращаясь к нему очень-очень тихо. — Человечек Виктор?

— Что? — прошептал его человечек.

— А ты уже размножался?

Лицо его миньона сказало ему, что нет. Дракон понял, что его безнадежный лакей никогда не сможет размножиться без посторонней помощи, и поэтому взял дело в свои собственные когти.

— Я согласен, рыцарь Киа, — громко произнес Вайнкер. — Поскольку в столичной деревне моей Империи идет ремонт, вам будет предоставлена комната в покоях Человечка Виктора. Таким образом, наши начальники будут практиковать тесную дипломатию миньонов, Человечек Роланд.

— Да! — Рыцарь Киа потрясла кулаком. — Спасибо, я вас не подведу.

— Полагаю, мы закончили, — сказал Король Роланд, обращаясь к своему эльфийскому волшебнику. — Вы можете освободить мою племянницу из этой тюрьмы?

— Уровень заклинателя превосходит мой, но с моими артефактами и оптимизированными Перками это будет тривиально, Ваше Величество.

— Вы освободите моих принцесс после праздника, — сказал Вайнкер, и потянулся к буфету. — А теперь еште! Мои слуги позаботятся о том, чтобы вы получил свою долю овец!

— С удовольствием, Император Вайнкер, — сказал Король Роланд, он и его свита спешились, и кобольды повели их к будущей трапезе.

Подождите.

Если бы Вайнкер подождал, пока этот колдун развеет состояние [Некрофобия] Человечка Виктора, тогда трупоторговец Жюль или вкусный Малфи могли бы оживить его за более дешевую цену.

Прибыв поздно, этот необразованный Король стоил ему денег!

Ради благосклонности слушателей Вайнкеру удалось сохранить невозмутимое выражение лица, но в душе он был вне себя от ярости.

— Вы только что свели меня с Киа? — Спросил Вайнкера Человечек Виктор, как только гости оказались вне пределов слышимости, он не подозревал о большой ране, нанесенной его хозяину.

— Разведение миньонов — давняя традиция драконов, — ответил Вайнкер, надеясь, что отпрыски Человечка Виктора унаследуют его крылья и хвост. — Если бы он пришел пораньше, я мог бы назвать вашего короля-разбойника наполовину цивилизованным.

— Он вроде как надул нас, — сказал Человечек Виктор, вечный пессимист. — Он свалил на вас ответственность за очистку кишащей демонами страны, обеспечил себе союзника-дракона и сохранил все преимущества Албенских Гор, не тратя больше сил на их защиту от Мора. Кроме того, я уверен, что Чарлин от его имени будет за нами следить, если она не делала этого раньше.

— Но больше никаких налогов, — указал Вайнкер на действительно важный вопрос.

— Но больше никаких налогов, — со вздохом ответил Человечек Виктор.

Как бы то ни было, пришло время.

Вайнкер взглянул на своих гостей и миньонов и, увидев их всех, испустил могучий рев. Все взгляды обратились к нему, и великий дракон прочистил горло. Человечек Виктор, всегда верный своему хозяину, поддержал его кивком головы.

— Братья и сестры, человечки и миньоны, — начал Вайнкер. — С великой гордостью я собрал вас, чтобы вы могли восхищаться вкусными щедротами моих владений, моим неизмеримым богатством и моими тремя, да, тремя принцессами.

— Принцессы не танцуют, — немедленно возразил Ледяной Клык. — Шесть из десяти!

— А я говорю — восемь, — возразил Гениалиссимус. — Потому что у Вайнкера есть две запасные, и это очень похвально.

— Три принцессы в одном месте увеличивают свою принцессность, — с ученой интонацией согласился черный змей Блайтсвамп. — Кроме того, тот факт, что Вайнкер поймал троих представителей разных видов, подтверждает мою теорию о том, что принцессность — это заразное состояние.

— Но они же не тройняшки! — придирался Ледяной Клык. —А еда — это единственное, чем можно похвастаться! Посмотрите на его жалкий клад!

Вайнкер проигнорировал своего соперника, хотя и заметил, что его сокровище не произвело на драконов особого впечатления.

Но с этим ничего нельзя было поделать.

— Конечно, до вас наверняка дошли слухи, что я собрал большую золотую сокровищницу, — продолжал Вайнкер, махнув рукой в сторону Человечка Виктора. — И что я пожертвовал всем этим, чтобы возродить мое величайшее сокровище, моего драгоценного драконизированного главу персонала.

Драконы перешептывались между собой, а Виктор в знак благодарности опустился на колени. — Вайнкер — лучший дракон! — ликовали миньоны. — Вайнкер — лучший дракон!

Довольный, Вайнкер взглядом заставил их замолчать. Он подождал, пока слушатели успокоятся, и снова заговорил:

— Слухи верны.

Когда сомневаешься, будь великолепен.

— Да, вы все правильно расслышали! Я, Вайнкер, накопил такой большой клад, что могу себе позволить его потратить!

Его радикальная декларация вызвала восторженные возгласы у зрителей, когда он начал превращать катастрофу в триумф.

— Вот как я богат! — Вайнкер продолжал хвастаться. — Я так богат, что могу потратить двенадцать миллионов золотых монет на оживление одного миньона!

— Ересь! — Закричал Ледяной Клык, и остальные гости от его наглых слов лишились дара речи. — Дракон не тратит свои сокровища!

— Это ответ бедного дракона! — Возразил Вайнкер, и его соперник от такого оскорбления пришел в ярость. — Истинно богатый дракон должен быть так богат, что для него двенадцать миллионов монет не дороже одной!

— Тогда, где же остальные? — Спросил один из гостей-драконов.

— Оглянитесь вокруг! — Вайнкер протянул руку к своим чудесным землям. — Это мой клад! Я, Вайнкер, основал империю на принципах просвещенного дракона! Страна, где ни один из миньонов никогда не покинет моей службы, даже после смерти. Где демоны могут торговать душами, не платя налоги людям! Империя, где жадность — закон!

— Вы используете массовый труд нежити? — Рыцарь Киа моргнула, но заметила Малфи и покраснела. — Ты торгуешь душами с демонами?!

— Это… не так плохо, как ты думаешь… — Человечек Виктор поморщился, а рыцарь Киа стиснула зубы.

Вайнкер не обращал на них внимания, демонстрируя собравшимся железную пластину на своей шее. — Я стал авантюристом! Слабые и хрупкие человечки, боящиеся троллей и фейри, платили мне дань золотом и отдавали мне свои сокровища для сбережения!

— Вайнкер, ты стал банкиром? — Гениалиссимус был ошеломлен. — Но это же работа миньонов!

— Я не банкир, — ответил Вайнкер. — Я — Защитник Сокровищ! Всех сокровищ! Я убил ужасного Фурибона во время Первой Войны за Сокровища, а затем Короля Мотылька во время Второй! Я открыл древнюю драконью систему, получив силу, чтобы защитить драконий образ жизни от тех, кто хотел бы его прекратить!

— Какая нелепость! — Ледяной Клык закатил глаза. — «Система», которая дает тебе власть и деньги? Если тебе достаточно легко получить к ней доступ, то почему я этого не сделал? Потому что ее не существует, и я докажу это прямо сейчас!

— Нет, нет! — Человечек Ностредейм запаниковал, и Вайнкер заволновался, не прилетели ли новые мотыльки, чтобы снова испортить ему настроение. — Единственное требование для получения первого уровня — это знание о существовании системы и соответствие критериям статистики для начальных классов! Единственная причина, по которой они этого не сделали—

— Вайнкер, если эта «система» существует, то пусть она появится передо мной сию же минуту!

Ледяной Клык моментально перестал разглагольствовать, и казалось, что он смотрел перед собой на невидимый текст.

Все замолчали, увидев его реакцию, а Вайнкер в знак триумфа самодовольно ухмыльнулся.

— Я… я видел сообщение… — ледяной дракон прищурился. — Мои поздравления! Благодаря своему горькому негодованию и драконьему эго вы достигли уровня в «Благородный». Благородный? Я — король!

— Ну и что? Значит, если я скажу, что могу стать волшебником, я им стану? — Гениалиссимус моргнул, очевидно, получив собственное сообщение. Он указал когтем на дом, к всеобщему изумлению выпустив в него болт.

— Это сработало. — Обрадовался Гениалиссимус. — Это сработало!

— И у меня тоже! — заговорил красный дракон, одним словом высвобождая слабое заклинание. — Я — волшебник!

— О, это так весело! — сказал еще один гость, и кожа гостей-не-драконов побелела по причине, которую Вайнкер не мог понять. — Мне нужно улучшить свою стряпню, поэтому я хочу быть поваром!

— Может ли это сделать меня лучшим менеджером миньонов? — Спросила Джоли. — Мои продолжают убегать!

— Сейдж, — сказала Блайтсвамп одному из своих дракончиков. — Ты можешь стать принцессой! Принцесса-дракон!

— Принцесса! — ответила ее дочь.

Почти сразу же гости Вайнкера включились в игру и стали объявлять себя колдунами, рыцарями и дворянами. Только эта идиотка Блайтсвамп не сумела воспроизвести истинную принцессность, это было выше сил даже самой системы.

— Это… это все правда! — Глаза Ледяного Клыка расширились, и он повернулся к Человечку Роланду. — Человечек Король!

— Что? — Король Гардмейна наблюдал за этим зрелищем с гораздо большим стоицизмом, чем остальные представители его устрашающего вида.

— Дайте мне пластину! — Высокомерно приказал Ледяной Клык. — Это большая честь для вас, что дракон моего калибра соизволил ответить на просьбы вашего вида, но я с радостью сделаю это за ваше золото и серебро!

— Серебро! — Вайнкер хмыкнул.

— Серебро для клада достаточно блестит! — Сердито ответил Ледяной Клык, а затем нагло украл коронную фразу своего соперника. — Я дракон, и теперь я — авантюрист!

— И я тоже! — Джоли тут же добавила: — Я хочу отправиться в приключение и найти миньона, которого смогу любить так же сильно, как Дядю!

— Интересно, смогут ли люди заплатить мне за привилегию не нападать на них, — сказал дракон. — Таким образом, я стану богаче без всяких усилий. Пассивный доход!

— О, отличная идея, но мне нравится получать вознаграждение за то, что я ем лучшую пищу!

Человечек Король ничего не сказал, а его миньоны побледнели и запаниковали. А он просто повернулся к Человечку Чарлин. — Ты, там.

— Д-да, Ваше Величество?

— Разберись с этим сама. — приказал король. — Делай, как говорят драконы. Если они хотят создать свои собственные компании авантюристов под эгидой Гардмейна, гильдия обязана это сделать. У нас в мире достаточно потенциальных Моров и невостребованных наград. Драконы, желающие заботиться о них, приветствуются, пока не едят дающих задания.

Увидев каменное лицо Человечка Чарлин, Друг Виктор расхохотался, схватился за грудь и покатился по земле.

— Действительно, Человечек Виктор! — Вайнкер радовался так же, как и его глава персонала, поскольку пир тонул в шумных оживленных дискуссиях. — Как Грандрейк изобрел охоту на принцесс, так и я, Вайнкер, вдохновил новую эру драконьих приключений!

Он будет хвастаться своим дальновидным мышлением до скончания веков!

— Мы обречены, — ответил Человечек Виктор, рыдая от смеха. — Так обречены, что это становится искусством!

— Пока, Вайнкер! — сказал один из его последних гостей-драконов, улетая под полуденным солнцем. — Удивительный День Хвастовства!

—Конечно же, это же был мой! — Ответил Вайнкер. В итоге, единственными оставшимися драконами были его близкие родственники. — А-а, так ты уже уходишь?

— Я не хочу надолго оставлять свой клад без присмотра, — ответил Гениалиссимус, рядом с которым стояла его супруга Блайтсвамп. — Ты же знаешь, сколько жадных крысят живет рядом с моим домом. Ты избегаешь есть их в течение года, а они затем забывают о пищевой цепочке.

— Дядя Вайнкер, Дядя Вайнкер! — Джоли едва удержалась на месте. — А можно я устрою свое логово поблизости? Я хочу стать таким же великим авантюристом, как и ты!

— Джоли, есть большой летающий город, полный вкусных эльфов и демонов, который теперь принадлежит мне, — ответил Вайнкер, радуясь, что у него есть компания. — Я с радостью позволю тебе там поселиться!

— Отлично! — Джоли взвизгнула от счастья. — Я принесу туда свои сокровища!

— Это был лучший День Хвастовства в нашем столетии, — поздравил Вайнкера Гениалиссимус. — Я не могу дождаться момента испытать свои новые магические силы на своем скоте!

— Просто дождись моего нового в следующем столетии! — Сказал Вайнкер, хотя в ближайшее время он все равно не перестанет хвастаться своими великими открытиями.

— Открытие этой системы так много значит для моих исследований принцесс! — Сказала Блайтсвамп, неся на спине отпрыска Гениалиссимуса. — Если дворяне могут эволюционировать в императоров, то это может быть процесс, который позволяет благородным дамам становиться принцессами! Если я смогу понять, как это работает…

— Дорогая, я думаю, что некоторые тайны природы лучше оставить без ответа, — ответил Гениалиссимус, явно пребывая в философском настроении.

Потеря трех его принцесс, напротив, повергла Вайнкера в печальное настроение. После того, как эльфийский волшебник освободил их от кристаллов, они при виде двухсот драконов истерически закричали. Потребовалось двадцать минут, пока Человечек Король Роланд успокоил их. Вайнкер предложил ему взять одну из его сумок для принцесс, чтобы отвезти их домой, но они воспользовались лошадьми, которые унести их прочь. Дракон винил в этом столкновение культур.

Вайнкер вдруг подумал, что его Перк [Династия] может позволить ему создать и вырастить целую коллекцию принцесс…

Нет, это было бы слишком просто.

Он просто пойдет за продуктом к эльфам.

Вайнкер помахал рукой своей семье, и они взлетели в небо, на удовлетворительной ноте официально завершив свою вечеринку.

Поздравляю! За то, что вы были признаны Императором, могущественным главой государства, достигли полного господства над монстрами Ишфании и внушили новообретенное уважение как Повелитель Монстров, вы заработали уровень в [Императоре] и два уровня в [Кайзере]!

Вы получили Классовые Перки [Имперская Власть] и [Зловещая Тайна]!

+60 Очки Жизни, +10 специальные Очки, +3 Сила, +3 Жизнестойкость, +2 Мастерство, +2 Ловкость, +2 Интеллект, +3 Харизма, +2 Удача!

[Имперская власть]: Уменьшает уклонение противника на двадцать процентов.

[Зловещая тайна]: Заклинания гадания и Перк, пытающиеся установить о вас информацию, автоматически терпят неудачу, если только они не преуспевают в противоположной проверке Харизмы.

Вайнкер обрадовался этой новости. [Герб] сработал!

Конечно, как и после каждого хвастливого дня, вся эта местность выглядела, как последствия вулканической катастрофы. Ни один дом не был не перевернут, ни одна овца не осталась в живых. — Миньоны! — Приказал Вайнкер, и Рейнджеры Кобольды, гноллы, мимики и другие слуги бросились к нему. — Вечеринка окончена!

— Ваше Величество, — Красный Кобольд поклонился, а за ним остальные. — Как мы вам можем служить?

— А где Человечек Виктор? — Спросил Вайнкер, готовый призвать к себе своего верного помощника.

— Мне кажется, я видел шефа с девушкой, — ответил Кобон Синий. — Но все гуманоиды выглядят одинаково, так что я не могу сказать, с кем именно.

А! Наконец-то!

Вайнкер с трудом подавил желание позвать своего миньона, по крайней мере до тех пор, пока он не отдаст свои яйца в достойное место. Это будет его единственный выходной в этом году. — Тогда вы, Рейнджеры Кобольды, в следующих заданиях будете руководить миньонами.

— Рейнджеры Кобольды живут, чтобы служить вам, Ваше Драконье Величество! — Рейнджеры приняли позу, а Мимик Младший радостно залаял у них за спиной.

Вайнкер немедленно принялся раздавать приказы. — Рейнджер Красный, приведи мне Человечка Чарлин и попроси у нее квесты! Праздник закончился, теперь пора за работу! Мои хранилища должны быть снова переполнены золотом! Рейнджер Розовый, ты напишешь новую хронику «Войны за Сокровища», повествующую о поражении Короля Мотылька Мора. Она будет называться «Возвращение Дракона» и будет распространена по всем домам, чтобы каждый мог узнать о моих великих деяниях.

— Ни одна моя работа никогда не воздаст должное деяниям Вашего Величества, но я сделаю все, что в моих силах!

— Рейнджер Черный, приведи мне трупоторговца Жюля и пусть он поднимет всех миньонов, павших при исполнении служебных обязанностей. Если смерть не положила конец служению Человечка Виктора, то я не откажу в этом удовольствии и другим моим лакеям. А вы все остальные…

Вайнкер указал когтем на разоренную деревню. — Уберите здесь все!

— Да, Ваше Величество! — они вместе запели, а потом сразу же бросились за работу.

Вайнкер наблюдал, как его миньоны делают свою веселую работу, утаскивая трупы и ремонтируя дома. Он перевел взгляд на свой вулкан, потом на пустыню, которая теперь тоже принадлежала ему. Сколько сокровищ дремало под песками? Сколько монет плакало в одиночестве, надеясь, что он унесет их в свой склеп? Его приключения заставили его понять, что до встречи с Человечком Виктором он всегда считал себя маленьким. Теперь он должен был увидеть себя большим.

Скоро вся страна станет его золотым сокровищем. Все узнают его имя, и ложная весть о его смерти будет, наконец, забыта!

Если подумать, то Вайнкер никогда не наказывал воров, которые осмеливались лгать о его убийстве. Закончив свой День Хввастовства, он, наконец-то, мог сосредоточиться на их поисках.

Тогда он съест их и заберет их скот.

— Фу… — Виктор проснулся, его веки были тяжелыми. Его заклятый враг, естественный свет, безжалостно атаковал. — Моя голова…

После вчерашней катастрофы он изо всех сил старался напиться до бесчувствия. Из-за его Жизненной Силы Красного Дракона, ему нужно было много алкоголя, чтобы отключиться, но он сумел это преодолеть.

Виктор сумел открыть глаза, разум был в тумане. Спина и шея чертовски болели, а глаза изо всех сил пытались привыкнуть к яркому свету.

Что случилось? Он вспомнил массовое открытие системы драконами, как Киа разозлилась на него из-за всей этой истории с «Душой Пустоты», как учил Сав и Жюля играть в Пиво-понг, как спрашивал Эллисон, как он может превратиться в Кибелу, драку гноллов-бродяг, как утешал Чарлин после того, как Круассан по-пьяни признался, что кормил ее пирожными, чтобы откормить на ужин…

Виктор резко открыл глаза.

Его глаза привыкли к свету, и Виктор понял, что находится в незнакомой грязной спальне, деля постель с кем-то еще. Хозяин не содержал комнату в чистоте, и он видел, как по земле прыгают блохи.

У оборотней были блохи.

Зародив в сердце семена сомнения, Виктор медленно приподнял одеяло, чтобы посмотреть, кто под ним спит.

Пожалуйста, боги, кто угодно, только не Шоколатин. Киа, Эллисон, Изабель Мор, даже Розовый Рейнджер — кто угодно, только не она.

К счастью, это была не Шоколатин.

— Моя голова… — очевидно, Чарлин выпила столько же, сколько и он. — Ух ты…

Виктор вздохнул с облегчением, когда понял, что утешал ее во многих отношениях.

Он бросил взгляд на кровать и обнаружил там полностью одетого Круассана, храпящего на земле с бутылкой в одной руке и косой Виктора — в другой. — Он использовал меня, чтобы почесать ему спину, — пожаловался Фурибон, голос его звучал сломленно. — Чтобы почесать ему спину…

Виктор заморгал от этого зрелища; его взгляд переместился на Шарлин, затем снова на Круассана и, наконец, снова на Шарлин, которая ответила ему тем же взглядом.

— Как неловко, — сказал Виктор.

Чарлин взглянула на Круассана с сердитой усмешкой. — Он пытался откормить меня на обед, — сказала она, — и поделом ему.

Он уже забыл, какой мелочной она может быть, когда мстит. — Итак, хм…

— И все же ты мне не нравишься. — Чарлин задумалась над этим. — Ты молодец, но все равно мне не нравишься.

— Тогда почему же?

— Ты обманул меня с этими драконами.

— Нет, Но, да?

— Значит, я тебя подставил.

…

Окей.

Его жизнь была странной.

Кто-то постучал в дверь, и Чарлин тут же спряталась под одеяло и притворилась спящей. Глава персонала натянул брюки как раз в тот момент, когда в комнату вошла нетерпеливая Эллисон. — Ах, Вик, ты закончил, — сказала Эллисон, мельком взглянув на спящую фигуру в кровати. — Во-первых, позволь мне сказать, что я очень рада, что ты принял близко к сердцу мои уроки о поклонении Кибеле.

— Да, я решил, что мне следует как можно скорее начать беспокоиться о своей загробной жизни.

— Во-вторых, я…— Она заметила спящего на земле Круассана и умолкла.

— Даже отдаленно не похоже, как это выглядит, — настаивал Виктор.

Эллисон ничего не ответила, а затем показала ему шкатулку. — Я принесла тебе лед и целебные зелья из-за очереди для размножения снаружи. Надеюсь, у нас их достаточно.

— Очередь размножения? — Неужели он не ослышался? Голова у него была тяжелая.

— Да, очередь возле дома.

Что, черт возьми, он делал прошлой ночью? Все еще мучимый похмельем, Виктор выглянул из окна спальни. Перед домом выстроилась очередь людей, в основном, женщин всех возрастов.

Больше сотни! — Как же это случилось?

— Да, ты вроде как прошлой ночью громко сказал, что хочешь размножаться, деревня обезлюдела, а ты вторая по силе персона в ”империи», — Эллисон при этом слове закатила глаза. — Ты сам все посчитаешь.

Ни за что. Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Должна была быть ловушка.

Он внимательно осмотрел очередь, и это подтвердило его опасения.

Большинство из них были оборотнями в человеческом обличье, но половина из них вообще не выглядели людьми. Мохнатые гноллы, кобольды, мимики, гноящиеся упыри… — А сколько же их? — Обеспокоенно спросил Виктор.

— С тех пор, как ты сказал им, что встретил их бога, который сделал тебя своим пророком и приказал изгнать домашних животных, весь культ Лунного Человека хочет получить кусочек твоих генов. Добавь несколько гноллов и кобольдов, и тот факт, что мимики, похоже, одержимы идеей увидеть твой «меч сокровище»…

В этот момент Виктор понял, что хорошего может быть слишком много.

Ему в голову пришла ужасная мысль. — А кто первый в очереди? — спросил он.

Улыбка Эллисон не коснулась ее глаз.

Нет.

О, пожалуйста, боги, нет…

— Виииииик… — раздался ее голос из-за двери.

Виктор тут же попытался выпрыгнуть в окно и убежать.

Подобно Вайнкеру в Хадмере, его новые драконьи крылья не давали ему пройти сквоз окно.

— Этот мир — отстой! — пожаловался он, отчаянно пытаясь протиснуться.

— В твоем случае, — сказала Эллисон, толкая его в спину, чтобы помочь убежать, — возможно, и не одним способом.

*****

— Ты просто глупый дьявол! — Киа указала мечом на проклятое здание. — Почему бы мне не разрушить это место?

— Это зона свободной торговли, и Хэппилэнд инвестировала при полной поддержке императора, — ответил жук-демон Малфисант, который с другими демонами защищал Нижний Рынок. — Наше присутствие здесь совершенно законно!

— Это неэтично! — с отвращением пожаловалась рыцарь. — Я не собираюсь очищать Ишфанию от демонов Мора только для того, чтобы ею завладели другие!

— Мисс Киа, это совершенно нормальный результат свободной рыночной экономики, — ответил демон с оттенком самодовольства. — Природа не терпит пустоты. Мы только отвечаем потребностям рынка.

— Как и мы. — С небес упал столб света, и рядом с Киа материализовался золотоволосый ангел.

— Миэль? — Киа знала этого ангела с того самого момента, как оказалась на Небесах, когда только начинала свою карьеру авантюриста. — Привет, Миэль,ты уже закончила свою практику?

— Доброе утро, Мисс Киа. Действительно, теперь я — полноправный небесный советник. И должна сообщить тебе, что ты должна обновить свою подписку до Небеса+. Ради тебя самой.

Ангелы. Желают добра, но так напористо.

— Вы только посмотрите на это, — тон жука-дьявола стал ядовитым. — Охотник за искуплением. Позвольте мне угадать, ваши подписки снова упали, и вы пришли учиться у лучшей мультипланарной компании?

— Это просто пожертвования, и они растут! — Ответила Миэль, один только вид этого дьявола ее разозлил. — На самом деле, я пришла, чтобы найти новых кли— новых верующих!

— Перспективы?! Это же наш рынок! Мы взяли его у Мор Хеллкорпорейтед, теперь наша очередь установить монополию!

— Поскольку это зона «свободной рыночной экономики”, как сказал твой скользкий демон продаж, высшее руководство хочет туда инвестировать, — ответила Миэль, показывая демону контракт. — Я получила разрешение от самого Великого Визиря!

— Вы… Вы не украдете нашу долю рынка! — запротестовал Малфисант, к великой радости Киа.

— Богиня Шеша тоже заявила о своем намерении вложить деньги в новую Ишфанию и Церковь Трех Ужасов, — ответила Ангел. — Если вы боитесь наших конкурентов, то дождитесь их прибытия.

Малфисант повернулся к своим дьявольским телохранителям. — Сообщите акционерам, — приказал он. — И урезать наши цены так же, как император урезает своих врагов!

— Это то, о чем я думаю? — Спросила Киа, представив картину в целом, поднимающую свою уродливую голову.

— Земля, управляемая жадными чудовищами — без налогов, без правил и с полной свободой вероисповедания. — Миэль кивнула. — Ишфания в очень короткое время станет пристанищем для хаотичных смертных и нелюдей. Теперь, когда мистер Далтон открыл рынок, после того, как разрушил монополию Мора, мы, на Небесах, можем, наконец, принести свет всем.

Зная Небеса и их практику, Киа закатила глаза, но Миэль даже не взглянула на нее. Они были лучше, чем альтернатива, но … …

«Поскольку я не могу причинить вред этому дьяволу паладинским способом, не лишившись при этом дипломатического иммунитета, я отправлюсь в Морию,» — решила рыцарь. — «У Мора еще остались последователи, которых нужно сбросить вниз».

— У тебя есть ухо Императора и его Великого Визиря, поэтому мы надеемся, что ты убедишь их пойти по правильному пути. — Миэль подмигнула Киа так же, как в рекламе. — Всем нужен ангел-хранитель.

Эх, опять политика.

Не то, чтобы Киа жаловалась, поскольку у нее было предчувствие, что все обернется очень интересно…

*****

— Все присутствовавшие драконы создали свой собственный класс.

От ее слов температура сильно упала. Красноглазые плотоядные деревья темного леса смотрели на нее с голодом, готовые по приказу своего хозяина разорвать ее на куски.

Люси Лавер, лидер Ночных Клинков и криминальный гений вампиров, сохранила спокойствие и продолжила свой доклад.

— Я, как ты и просила, разрушила оковы Адских Врат, но драконы прорвались сквозь армию Мора, оставив ее в руинах. Вайнкер при поддержке Гардмейна объявил Ишфанию своей собственностью. Большинство его гостей последовали его примеру и решили стать авантюристами.

— Почему же ты не убила главных миньонов дракона до нападения? — заметила ее хозяйка, и в ее голосе послышались нотки гнева. Ситуация явно вышла из-под контроля.

— А вы и не просили, — ответила Люси. — Вы приказали мне уничтожить печати. Ни больше ни меньше.

В конце концов, Люси была наемницей, и у нее было немного отмытого золота, припрятанного в замке Вайнкера. Кто же связывается со своим банком.

Любовница Люси, фомор Мелл Одиуз, которая называлась Мелоди, когда ложно заявляла о своей человечности, покоилась на своем троне из черного проклятого дерева. Ее лицо окаменело. Ее глаза смотрели сквозь Люси, а пальцы крепко сжимали Яблоко Знания. Не в, а сквозь, как будто она была призраком.

Глаза были окнами души. Но у Мелл Одиуз ее не было. Ее глаза не обещали ни жалости, ни похвалы, они обещали только уничтожение. Люси верила, что если в мире существует чистое, дистиллированное зло, то оно должно выглядеть точно так же, как эта женщина.

Люси работала на темную женщину, чтобы та могла ходить под солнцем и изучать древнюю магию, но у нее не было причин для чрезмерного усердия. Она знала, что фоморы ненавидят всякую другую жизнь, и преступница была не настолько глупа, чтобы думать, что она каким-то образом будет спасена, когда польза от нее закончится.

Фейри задумчиво сложила пальцы вместе. — Это зашло слишком далеко, — сказала она. — Я хотела избежать встречи с драконами, но теперь уже ничего не поделаешь.

Люси ничего не ответила, ожидая, что ее хозяйка расскажет подробнее. Как обычно, она этого не сделала, держа свои карты за пазухой.

— Ты свободна, — объявила Мелл Одиуз. — Присматривай за Вайнкером и Гардмейном, пока мне не понадобятся твои… другие услуги.

Именно так работала Мелл Одиуз, создавая хаос в тени, но не вовлекая себя напрямую. Она наделила Мора знанием, надеясь, что он и Гардмейн убьют друг друга, оставив победителем фомора. В каком-то смысле, она решила проблему Ишфании, сделав ее еще больше.

— Мой учитель, — кивнула Люси и начала читать заклинание телепортации. Прежде чем исчезнуть, она мельком увидела, как Мелл Одиуз смотрит на огромные каменные ворота позади ее трона — величайшее, самое сокровенное сокровище фоморов.

Врата в тот странный мир под названием Земля…

Это специальная, не пронумерованная глава, выпущенная автором после главы 60. Она охватывает прошлое Вайнкера до появления системы и демонстрирует развитие характера Вайнкера.

******

— 1198 год после Митры, за сто лет до неудачной попытки ограбления Человечка Виктора; день, когда Вайнкер Рыцареубийца стал известен как Красный Террор Мидгарда.

Колонненбург, крупнейший западный город Республики Мидгард.

Вайнкер Рыцареубийца, Первый Этого Имени Имен, Великое Бедствие этого Века, проснулся с ужасной головной болью среди руин, огня и опустошения.

Великий дракон чувствовал себя не очень хорошо, его веки были такими тяжелыми, что он едва мог их открыть. Движение далось ему с трудом, и он с трудом заставил себя встать на ноги. Его глаза медленно привыкли к дыму, и он, наконец, смог все вокруг разглядеть.

Вайнкер находился в центре огромного кратера, среди того, что казалось развалинами большого человеческого города. Пламя, скорее всего его собственное, опустошило его окрестности и превратило большинство из них в пепел. Большой замок еще пылал посреди разрушений, его башни превратились в свечи. Дракон остался наедине со звуком горящего дерева, в этом месте не было никакой жизни.

Но где же он был? Он не узнавал этого места. Неужели он это уничтожил? Почему?

Фу, он почувствовал тошноту в животе…

Тьфу…

Вайнкер выплюнул что-то, застрявшее в горле, и внимательно его осмотрел.

Это что-то выглядело, как наполовину переваренные рыцарские доспехи, с каким-то сломанным мечом.

А? Он не помнил, чтобы ел рыцаря, еще с прошлого года.

Если подумать, что он делал прошлой ночью? Туман застилал его воспоминания, а голова болела от одной только попытки вспомнить. Что же он съел, что так страдает?

Не найдя среди развалин никакой пищи, способной его просветить, Вайнкер расправил крылья и взлетел, изо всех сил стараясь подняться. Ему постепенно становилось лучше, особенно после того, как он подышал свежим воздухом. Он редко чувствовал себя так ужасно.

Пролетая над городскими крепостными валами, Вайнкер вдруг понял, что не уничтожил ни одного города. На многие мили вокруг он по прямой линии поджег всю сельскую местность. Со временем он понял, что это прибрежный район далеко-далеко к западу от его логова, здесь он редко бывал.

Дракона удивил сам масштаб хаоса, который он оставил после себя. Обычно он так бесновался только тогда, когда ловил воришку, воровавшего из его—

Его клад!

Внезапно оживившись, Вайнкер полетел прямо к своему логову, он так яростно махал крыльями, что под ним падали деревья. Не прошло и часа, как он добрался до своего дома, надеясь, что его драгоценности в безопасности.

Дракон устроил себе логово в пещере под травяным холмом, в середине долины. Пещеру ему дали люди, когда он приказал им это сделать. Его миньоны-гоблины из дерева и ила построили вокруг этого места небольшую деревню. Они размножались почти так же быстро, как Вайнкер их съедал, когда у него заканчивался скот, и питались овощами, которые дракон презирал.

Вайнкер приземлился перед своей пещерой, обнаружив там трех зеленоватых, похожих на детей, гоблинов, спящих на посту. Один только вид этих бездельников приводил его в бешенство, и он приземлился прямо перед ними, и от толчка они отлетели к стенам пещеры. — Миньоны! — он взревел так, что все вокруг задрожало. — Мой клад!

— В-Ваше Величество? — Один из гоблинов обмочился при виде этого зрелища. — В чем дело?

— Где мой клад?! Он в безопасности? — Вайнкер покрутил головой в своей пещере, опасаясь за сохранность своего золота.

К счастью, внутри он нашел свой клад, такой же совершенный и сияющий, как всегда. Это зрелище принесло ему облегчение.

— Ваше В-Величество? — один из гоблинов с трудом подбирал слова, на его слова Вайнкер высунул голову из пещеры и посмотрел на него сверху вниз. — Ч-что такое?

— Миньон, в последнее время не пытался ли вор что-нибудь у меня украсть?

— Д-Да, но … —

Вот оно что! — Миньон, я не помню, что делал прошлой ночью, — сказал Вайнкер. — Расскажи мне, что случилось.

— Что я помню последнее?

— Да, и перед последним, что ты помнишь, и про мой желудок.

— Н-не стоит заходить так далеко, Ваше Величество… Что я помню…

— Накануне, на Холме Красного Дракона…

Вайнкер Рыцареубийца проснулся под звуки перешептывающихся в темноте гоблинов и падающих в его сокровищнице монет.

— Я говорю, что мы должны бежать… в прошлом месяце, когда у него закончились коровы, он съел почти половину из нас…

— Но если мы побежим, он выследит и съест нас всех.

— Тогда мы дождемся долгой зимы, да, когда он впадет в спячку, и тогда…

— Миньоны, о чем вы тут болтаете? — Простонал Вайнкер, просыпаясь, он ждал, когда глаза его привыкнут к темноте. Его миньоны-гоблины что-то обсуждали у входа в пещеру. Судя по свету, было уже утро, и он проголодался.

— Н-ничего, Ваше Величество! — ответил гоблин, остальные съежились за его спиной. Все они выглядели одинаково — крошечные зеленоватые гуманоиды, которые едва ли могли служить закуской. — Мы поймали для вас вора, вот и все!

Они что сделали? Ах, у него были такие хорошие, преданные охранники. — А он толстый?

— Нет, это крысеныш, худой и проворный.

Жаль. Вайнкеру очень понравился бы жирный и мясистый завтрак, типа гнома. Дракон встрепенулся и, сотрясая пещеру, направился к своим миньонам. — А где же мой глава персонала?

— Я здесь, Ваше Величество, — сказал один из гоблинов.

Он был здесь? Вайнкер прищурился, глядя на миньона, который выглядел, как любой другой гоблин в этом мире. Дракону нужен был способ отличить его от остальных, что-то типа красного плаща или железных зубов. — Миньон.

— Да, Ваше Величество?

— Во-первых, стань еще более замечательным. Иначе я могу запутаться в твоем месте в пищевой цепочке. — Глава персонала завербовал много гоблинов, когда Вайнкер сообщил ему об этой идее. — А теперь, принеси мне этого вора и мою сумку с продуктами. Я очень голоден.

— Продуктовую сумку?

— Большой мешок, — уточнил Вайнкер, раздосадованный некомпетентностью миньона. — Ты ведь не забыл зашить его? Потому что я голоден, и если я не могу добыть продукт, я буду есть дома.

Поняв смысл послания, гоблины бросились вон из пещеры, а Вайнкер просто высунул голову наружу. Вскоре гоблины поднялись на холм к его пещере, удерживая вора на привязи веревками и неся большой, размером с дракона, мешок из коровьей кожи. Вор был крысенышем, странным гибридом крысы и человечка, с уродством обоих и вкусом ни того, ни другого.

Животное действительно выказало Вейнкеру то уважение, которого ожидал дракон, он пресмыкался перед ним. — Великий Вайнкер Убийца Рыцаря! Как вы величественны!

— Рыцареубийца, а не Убийца Рыцаря! — Взревел Вайнкер, и гоблины послушно опустились на колени. —Я же вижу разницу!

— П-простите мою ошибку, мой король. — Крысеныш так сильно опустил голову, что Вайнквер подумал, что он будет есть траву, как овца. — Я, я всего лишь скромный путешественник…

— Так вот как твой вид теперь называет воров? — Обвинил его Вайнкер.

— Я пришел не для того, чтобы обкрадывать вас, о великий Вайнкер Рыцареубийца… я пришел поглазеть на величину твоего сокровища и на твое великолепие… чтобы убедиться, что он—

— Такой же большой, как рассказывали в сказках, — закончил Вайнкер, и вор моргнул. — Я уже слышал это раньше. Три раза. Найди что-то новое.

Крысеныш судорожно сглотнул. — Рассказы о вашем Величестве не слишком справедливы к вам, Ваше Величество… ваши когти остры, как копья, а дыхание — как ураган…

Веки дракона разочарованно сузились.

— Я слышал это уже пять раз, — сказал Вайнкер. — Теперь ты увидишь внутренности моего кишечника, и это будет для тебя первый раз.

— П-подожди!

Победитель прихлопнул вора и проглотил его целиком. Как и у каждого крысеныша, у него был такой вкус навоза и отбросов, что дракона чуть не вырвало.

Иногда Вайнквер удивлялся, почему низшие существа считают, что попытка у него украсть — хорошая идея. Этот вопрос так сильно беспокоил его, что он пообещал себе, что обязательно спросит об этом в следующий раз, если только еда не станет умнее.

— И это все? — Озадаченно спросил Вайнкер. Он был бы раздражен вором, но тот факт, что они поймали его прежде, чем он прикоснулся к его сокровищу, сделал этот инцидент просто запоздалой мыслью. Ничего такого, из-за чего можно было бы так взбеситься. — А что было дальше?

— А потом вы ушли за продуктами, Ваше Величество … с большой сумкой … и не вернулись.

К этому времени Вейнкер уже окончательно запутался. Он не был голоден, значит нашел еду, которую тогда искал. Что же могло так сильно разозлить его? Кроме того, когда он проснулся, у него не было с собой продуктовой сумки.

Все более и более озадаченный, Вайнкер улетел, не сказав ни слова, и ветер от его крыльев бросил гоблина на спину. Он решил проверить свои обычные продуктовые места, на случай, если это встряхнет его память.

Дракон быстро добрался до своих любимых фермерских угодий, найдя остатки амбаров и загонов. Несколько овец, жующих траву, разбежались при его появлении, и Вайнкер заметил свой собственный след в середине сломанного забора.

Очевидно, он успел сделать свои запасы, прежде чем его прервали. Чем же? Вайнкер кружил над этим местом, наблюдая за каждой деталью и принюхиваясь к воздуху…

Внезапно среди запаха человечков и скота он учуял зловонный, ужасный запах фейри.

Да, он вспомнил.

— Маленькая Змея потеряла своих овец и не может сказать, где их найти, оставьте их в покое, и они вернутся домой…

— Пропел себе под нос Вайнкер, срывая крышу амбара, а детеныши человечков с криками убегали прочь на лошадях. Внутри он обнаружил коров, свиней и овец, которые при его появлении издавали какие-то звуки.

Пусть начнется шоппинг.

Одной рукой дракон бодро схватил корову и положил ее в мешок. Затем он схватил двух свиней и подумал, не взять ли ему с собой еще и овец. Вернувшись домой, он сжег немного жира и не откажется перекусить прямо посреди дороги.

— Вайнкер Рыцареубийца… — его уши уловили имя, произнесенное на старшем драконьем, а нос — запах фейри. Вайнкер мгновенно повернулся к источнику звука, в его глазах читались ненависть и презрение.

Выскочив позади него из грязи, фомор оглянулся назад.

Этот отвратительный, заклятый враг драконьего рода был в два раза меньше Вайнкера; уродливый кентавр с нижней частью тела паука, и с верхней — гуманоидной. Туловище было непропорционально больше нижней половины, покрытой насекомоподобной броней; левая лапа была как у многоножки с острыми лезвиями вместо жвал, а правая — багровая. С головы существа на Вайнкера смотрели восемь разноцветных глаз, а под ними виднелся ряд острых зубов.

— Я Мэг Мелл, — щебечущим голосом представился фейри, хотя Вайнкер уже знал это существо. Этот фейри создал половину зверей, которых повелители фейри посылали во время войны против драконов, от троллей до оборотней. — Отец чудовищ.

— Я — Вайнкер Рыцареубийца, — ответил он. — Я могу делать все, что делаешь ты, но лучше.

Фомор зашипел на упрек дракона, и воздух наполнился леденящим холодом.

— Ты что, пришел посмотреть на меня испепеляющим взглядом? — С презрением сказал Вайнкер этому существу. — Или умереть?

— Другие умрут, — ответил фомор низким и тяжелым голосом. — Все Новые Люди, которые оскверняют наши земли, умрут. Таково слово нашего защитника, Могущественного Короля Балаура.

— Балаур? Этот чересчур властный дуллахан? — Вайнкер фыркнул. — Я могу съесть его целиком за один укус.

— Это было очень давно, а теперь вот что. Он вырос, и вместе с ним выросла его ненависть. Он самый сильный из всех фоморов.

— Не такой сильный, как я, — с гордостью ответил Вайнкер. — Самый сильный из твоего рода все равно не сравнится со слабейшим из драконьего рода!

— И все же многих из вас мы убили в темные дни.

— Они страдали врожденными дефектами! — Вайнкер защищал честь своего рода. — Это не считается.

— Только мы, фоморы, вечны, — ответил Мэг Мелл, ему нечем было ответить на неумолимую логику Вайнкера. — Ты — величайший из драконьего рода. Великое Бедствие этого Века, по крайней мере, ты так притворяешься.

— Я ничего не притворяюсь. Я именно таков.

— Тогда у моего короля есть для тебя предложение. Сражайся на его стороне и раскрась эту зеленую землю в красный цвет.

— Зачем фомору просить помощи у дракона?

— Скоро мы начнем большую войну. Великая Дикая Охота, которую мы собираем, это орда миллионов. Мы будем проливать кровь смертных, пока не убьем последнего из них. А потом мы перенесем нашу войну в их гнездо, в тот мир, который они называют Землей. Аутремонд снова станет нашим, как это было в прежние времена. Тихая земля, где правит старый народ.

— Я всегда был правителем и остаюсь им до сих пор, — ответил Вайнкер, снисходительно глядя на фейри сверху вниз. — Это твои соплеменники стали настолько слабы, что потерпели поражение от человечков.

— Некоторые драконы тоже умерли от них.

— Драконы-инвалиды!

— Смертные — это паразиты, а магия, которую они используют, это болезнь. Болезни излечиваются, а паразиты, которые их переносят, замолкают. Мы будем охотиться на них в их домах и убаюкивать их детей, пока Аутремонд снова не станет чистым. За участие в этой кровавой бойне, Вайнкер, тебя ждет великая награда. Дань сказочного золота и смертной плоти.

— Зачем мне уничтожать свою любимую еду? Если я убью все ничтожные расы, где я найду монеты и принцесс? Ты уже подумал о логистике, фейри? Как ты думаешь?

— Мы можем поднимать золото из воздуха и создавать рабов из грязи. Одной рукой мы создаем жизнь, а другой — берем ее.

— Я скорее съем монеты, чем поверю фомору! — Дракон расправил крылья. — Уходи, фейри, пока я тебя не сожрал. Вайнкер Рыцареубийца — не чей-либо питомец.

— Тогда в этот день солнцестояния запомни слова Мэг Мелл. Со временем новый народ придет за тобой и тебе подобными.

Отвратительный фейри выругался на своем архаичном языке, слился с Землей и исчез из поля зрения Вайнкера. Дракон обрадовался и вернулся к своим покупкам—

Стоп, солнцестояние?

— Сегодня солнцестояние? — Вайнкер запаниковал. — Я совсем забыл!

Скорее, ему нужна принцесса! Любая принцесса!

Вайнкер попытался вспомнить, что же такого важного было в этом солнцестоянии, но память его оставалась туманной.

Неужели фомор наложил на него заклятие? Зачем ему понадобилась принцесса? Не то, чтобы он был не прочь заполучить ее, но его собственный День Хвастовства и сезон охоты на принцессу были не скоро, очень не скоро.

Вайнкер покинул свой торговый сарай и попытался проследить свой путь, и нашел поблизости руины изолированных эльфийских замков. Дракон увидел расплавленный камень, который он оставил позади, и чем больше он видел, тем больше к нему медленно возвращалась память…

Когда он добрался до полуразрушенного замка с тремя башнями, у Вайнкера возникло новое воспоминание.

Наконец-то!

Ему пришлось разрушить три замка, но он нашел эльфийскую принцессу с золотыми волосами. Именно такую, как ей понравится.

Разрушив стены замка и ворвавшись в их тронный зал, Вайнкер схватил кричащую принцессу и приготовился положить ее в продуктовую сумку вместе с коровами. Стражники и служанки при его появлении разбежались… за одним исключением.

Эльф в малиновых доспехах и плаще направил на него ржавую зубочистку. — Вайнкер! — К большому удивлению Вайнкера, этот эльф говорил по-драконьи с довольно понятным акцентом. — Наконец-то, мы снова встретились!

— Эльф, хотя мне и приятно, что твой род начинает изучать единственный истинный язык, — ответил Вайнкер на своем родном языке. — Но сегодня я слишком занят, чтобы помочь тебе покончить с собой. Падай на свой меч сам по себе.

— Ты не будешь игнорировать меня, негодяй. Мне пятьдесят семь лет! — Пфф, в том возрасте Вайнкер уже был больше, чем их жалкие домишки. Не впечатляет. — Я — Эрстед из Колонненбурга!

Колочто? — Кто же это?

— Эрстед.

— Да, и кто же? — Повторил Вайнкер глупому животному.

— Эрстед! — Настаивал эльф, явно слишком тупой, чтобы понять слова Вайнкера даже на своем родном языке. И еще люди удивлялись, зачем драконам понадобились переводчики-миньоны. — Ты сжег мой город пятнадцать лет назад!

Он это сделал? Вайнкер внимательно наблюдал за эльфом, пытаясь узнать его, но … нет. — Какой именно?

Эльф задрожал. — Ты ничего не помнишь.

— Эльф, если ты здесь для того, чтобы надоесть мне до смерти, остановись прямо сейчас. Я бессмертен, но мое терпение — нет. Либо доберись до сути дела, либо исчезни.

— На западе, у самого моря! Неподалеку находится белый меловой утес.

Меловой утес? А! — Да, я помню! — Воскликнул Вайнкер, и эльф вскинул голову. — Это тот самый город с большими часами?

— У нас нет часовой башни. Наши водяные часы были уничтожены пятьдесят лет назад, чтобы потушить пожар, вызванный воло… — эльф замер, и впился взглядом в Вайнкера. — Ты дважды сжег наш город?!

— Все ваши деревни выглядят одинаково, — ответил Вайнкер. — Как ты думаешь, я могу запомнить каждое место, куда захожу за продуктами? Через некоторое время они все начинают расплываться.

— П-продукты?

— Ты думаешь, я переворачиваю ваши деревни только потому, что мне это нравится? Честно говоря, было бы гораздо проще, если бы вы выставили для меня на обозрение свой скот и принцесс. У меня есть дела поважнее, чем срывать ваши хрупкие крыши или рушить ваши башни, о чем я каждый раз глубоко сожалею. — Башни были прекрасны, как горы.

— Ты … ты чудовище! Почему? Почему ты не можешь оставить нас в покое?

— Я позволяю вам жить в моем мире, разве этого недостаточно? Я добрый и щедрый, и не требую слишком многого.

— Ты… ты… — рыцарь-эльф закончил трястись и положил обе руки на ржавую рукоять своего клинка. — Это тысячелетний меч Леоне! Я потратил годы на поиски и вложил все свои навыки в фехтование, пока нашел и освоил этот клинок! С его помощью ты встретишь свою судьбу.

Хух? Эта зубочистка выглядела очень старой и хрупкой. — И что же это должно сделать?

— Убить тебя!

С неожиданной для Вайнкера быстротой рыцарь бросился на него и ударил своим крошечным клинком в грудь дракона.

Меч сломался о чешую Вайнкера.

Эльф-рыцарь посмотрел на свой сломанный клинок почти так же разочарованно, как и сам дракон.

— Но … Но ведь это же тысячелетний меч Леоне! Он не должен был сломаться! — При виде этого плачущего животного Вайнкер закатил глаза. Эти эльфы. Иногда он задавался вопросом, что происходит с гуманоидами и с их одержимостью старыми, устаревшими мечами.

В конце концов, если они так ценны и могущественны, то зачем кому-то оставлять их в какой-то пещере посреди пустыни?

Тем не менее, понимая, что он не освободится, пока не поможет эльфу-самоубийце, дракон съел его целиком за один укус, пока он плакал над своим сломанным оружием.

Он положил кричащую принцессу в сумку с продуктами и улетел в район великой реки.

Район великой реки?

Ах, он направился в гости к родственникам. Но зачем было брать с собой принцессу? Чтобы похвастаться?

Вайнкер летел к великой реке, пересекающей огромный континент, и видел речных змей и черепах-чудовищ, плавающих внизу в потоке. Приблизившись к владениям своих двоюродных братьев, он обнаружил одного из них в компрометирующей ситуации, прямо на берегу реки.

Его любимый кузен, Гениалиссимус, был драконом ветра, прекрасным зверем с серебристыми перьями на чешуе. Как и большинство драконьих племен, он был намного меньше Вайнкера, но все же достаточно велик, чтобы съесть человека целиком.

Черная змея, Блайтсвамп, лежала рядом с ним, а Гениалиссимус положил лапу ей на живот. А кузина Вайнкера, казалось, спала глубоким, спокойным сном. И все же, посторонний человек никогда не смог бы спутать это зрелище с тем, что оно, на самом деле, собой представляло.

… они размножались?

— Вайнкер? — Гениалиссимус поднял голову и посмотрел на него с усталым видом. — Ты протрезвел?

Протрезвел? — Ты размножался с Блайтсвамп, — с отвращением сказал Вайнкер. Он знал, что Гениалисссимус любит размножаться, но старшая змея знала, где она была. Она жила в болоте! — Блайтсвамп.

— Все было … не так плохо, как ты думаешь. Кроме того, это твоя вина.

Вайнкер в ответ сердито на него глянул. — Разве я виноват, что ты не можешь держать свои яйца при себе?

— Ты задел ее самолюбие, и мне пришлось дать ей крылышко поплакаться.

Что? — Послушай, Гениалиссимус, со вчерашнего дня я ничего не помню, — признался он. — А вот ты, похоже, помнишь.

— Меня это не удивляет. Вчера ты был в ужасном настроении. — Его кузен вздрогнул, и Вайнкер задумался о том, что же он сделал. — Ты помнишь, какой сегодня день?

— Следующий день после солнцестояния?

Гениалиссимус вздохнул, чем очень расстроил Вайнкера. — И кто же должен был устроить ее День Хвастовства в день солнцестояния?

День Хвастовства … Солнцестояние

— Ах да, я помню, — сказал Вайнкер, и к нему снова вернулась память. — Это был первый День Хвастовства Джоли!

— Дядя Вайнкер, Дядя Вайнкер! — Его очаровательная крошечная племянница взвизгнула, увидев, как он приземлился перед ее пещерой, недалеко от берега реки. К большому неудовольствию Вайнкера, он заметил, что до него прибыли с полдюжины драконов. — Ты пришел!

— Как же я мог пропустить первый День Хвастовства моей милой племянницы! — Вайнкер обнюхал свою обожаемую родню. Она была красным драконом, едва ли размером с большую лошадь, и совсем недавно научилась летать. — Я принес тебе подарок!

— Подарок? — Она посмотрела на него большими, милыми глазами. — Это что, миньон? Дядя Грогнон тоже дал мне моего первого миньона котенка каткин! Это что, еще один?

— Нет, это лучше! — Вайнкер порылся в своей продуктовой сумке, не обращая внимания на свиней, и вытащил своего пленника-эльфа, который продолжал скулить и дрожать. — Это принцесса!

— Это принцесса! — Джоли заплакала от радости, когда взглянула на свой подарок. — Моя первая принцесса?!

— Она издает скулящий звук, когда ты ее сжимаешь, — Вайнкер объяснил своей племяннице, как пользоваться куклой-принцессой. — Будь осторожна с рыцарями, которые попытаются ее украсть.

— О, а можно мне ее нарядить? Можно мне ее нарядить?

— Как хочешь, мой сладкий огнедышащий дракон.

Вайнкер положил куклу-принцессу на клад Джоли, внутри пещеры. Это был крошечный клад из медных монет и сокровищ, который она, будучи молодой змеей, сумела наскрести, но каждый присутствующий дракон давал ей подкрепление для ее первого Дня Хвастовства. Когда она вырастет, у нее будет достаточно времени, чтобы упорно трудиться ради своей славы.

— Я буду кормить ее рыбками! — Сказала Джоли, хватая принцессу ртом за платье и приподнимая ее. — Прямоизреки!

Ах, это напомнило Вайнкеру его первый День Хвастовства, когда он вернул золотой долг своему родителю за то, что тот произвел его на свет. Он с нежностью наблюдал за своей племянницей, надеясь, что через несколько столетий она вырастет почти такой же большой, как он.

— Привет, Вайнкер! — Красный дракон повернул свою огромную голову в сторону новоприбывшего, Гениалиссимуса. — Давно не виделись!

— Гениалиссимус! — Вайнкер приветствовал своего двоюродного брата. — Как поживаешь?

— Отлично! Думаю, что устрою ДеньХвастовства через десять лет или около того, после нового сезона охоты на принцесс. — Он взглянул на сокровища Джоли. — Я так горжусь, что она в ее возрасте собрала целый клад…

— Да, тем более что у ее отца была инвалидность от рождения. — Брат Вайнкера был убит эльфами, которым красный дракон впоследствии помог совершить самоубийство. — Надеюсь, она его не унаследовала.

— Да, способность быть убитым — это отстой, как болезнь. Я не могу поверить, что за последние десять столетий многие из нас ее развили. Это, как чума, которую несут с собой ничтожные расы. — Гениалиссимус взглянул на различных приглашенных, особенно на черную женщину-змею. — Эй, Вайнкер, тут неподалеку есть новый город гномов. Мы с Блайтсвамп обсуждали это, и подумали обрушиться на это место после того, как Джоли закончит хвастаться своим сокровищем.

— День Хвастовства еще не начался, а ты уже готовишься к послеполуденному пиршеству?

— Это хороший вопрос. А еще лучше вопрос, пойдешь ли ты с нами?

— Я всегда напиваюсь, когда ем гномов, даже если они жирные и вкусные. После этого я никогда не могу найти дорогу обратно в свое логово.

— Ну же, просто съешь немного. Я остановлю твое чрезмерное потребление.

— А почему бы и нет? — Он уже давно не ел гномов.

Насколько это могло быть плохо?

— Я опьянел от того, что ел гномов?

— Ты съел трех гномов, а потом уже не мог остановиться! Ты стал безумно жестоким, ты все сжег! — Гениалиссимус нахмурился. — А когда мы с Блайтсвамп попытались удержать тебя, ты назвал ее С-словом.

Дракон в ужасе посмотрел на своего кузена. — Я назвал ее виверной?

— Да, да, это так. Она злилась, но, к счастью, я плодовит. — Гениалиссимус покачал головой. — У тебя серьезная непереносимость гномов, Вайнкер.

— О, клянусь старшим змеем, мне так жаль, — сказал Вайнкер, ужаснувшись тому, что назвал истинного дракона, пусть даже живущего в болоте, виверной. — А Джоли? Хорошо ли она провела День Хвастовства?”

— А? Ах, да, она весело провела первый День Хвастовства, потчуя нас рассказами о своих приключениях, когда она охотилась на медные монеты в дикой природе. Я думаю, ей очень нравится принцесса, которую ты ей привез. Она продолжала выставлять ее напоказ перед всеми, держа за халат. Это очень застенчивая принцесса, она все время плакала.

Вайнкеру очень хотелось бы найти принцессу получше, но времени у него было в обрез. И все же он был счастлив, что племяннице понравился его подарок. — Ты не знаешь, где я оставил свою продуктовую сумку? — спросил красный дракон. Это была последняя неразгаданная тайна.

— Я думаю, ты сжег ее во время своего буйства.

Арг, ему придется приказать своим миньонам-гоблинам сшить ему еще одну! Вайнкер не любил есть еду, окруженный экскрементами крестьян-человечков.

Увидев пустынный край,оставшийся после его буйства, Вайнкер подумал, что, вероятно, распугал всю еду на многие мили вокруг. Теперь ему придется лететь несколько часов, чтобы найти торговый сарай человечков. А, может быть, и дней, чтобы поймать принцессу.

Вайнкер решил, что ему следует переселиться на юг, в более населенный район, где поблизости есть еда. Он слышал, что Альбенские горы очень красивы. Холодные, и для него достаточно высокие. Подъем также отпугнет воров, и никто из них не будет пытаться украсть у него его сокровища.

Вайнкер Рыцареубийца, Первый Этого Имени, Великое Бедствие этого Века и Король Альбенских Гор. Это звучало великолепно.

Однако он пообещал себе никогда больше не есть гномов.

За три дня до Дня Хвастовства…

Мой бессмертный Дракон, Глава 2: «Желание Дракона”

— Ваше Величество? — Спросил Виктор, его тело было скользким и знойным от золотого потока.

— Ты знаешь, чего я хочу, Миньон, — глядя, как он плавает в его золотой сокровищнице, он едва сдерживался. — Ты — сверкающий драгоценный камень моей сокровищницы.…

Виктор покраснел, его белая кожа блеснула серебром в ответ. По правде говоря, он никогда не осмеливался высказать вслух свои чувства к своему великому и богатому хозяину.

— Завтра День Хвастовства, и мне нужно … побаловать себя, — голос Вайнкера был полон желания. — Ложись на золото.

— Розовая, что ты там пишешь?

Писавшая в уютном питейном магазинчике Незермарт Розовая вскочила со своего места, она случайно уронила на землю свою кружку с пивом, к большому неудовольствию бармена-бесенка.

Остальные Рейнджеры посмотрели на нее в замешательстве. — Розовая, ты опаздываешь на тренировку, Красный начинает злиться, — сказал, хмуро на нее посмотрев, Черный. — Ты ведешь себя подозрительно.

—Она прячет у себя за спиной текст! — Сказал Желтый, пытаясь обойти ее кругом.

— Нет! — Розовая повернулась лицом к Желтому, только для того, чтобы Синий воспользовался возможностью и схватил ее свиток сзади. — Отдай, сейчас же!

— Это продолжение Войны за Сокровища? — Синий тут же развернул свиток. — Как мило!

— Нет, не читай это! — Розовая попыталась вернуть бумагу, но Желтый и Черный ее удержали. — Это не предназначено для публикации!

Ее товарищ не слушал и из-за этого страдал. Чем больше кобон читал, тем сильнее его трясло, в его пустых глазницах дрожал багровый свет. — О боги… — Синий в ужасе выронил документ. — Я чувствую страх. Я — нежить, и я чувствую страх!

— Розовая, что ты наделала? — Черный отпустил барда, и она немедленно вернула свой свиток.

— Я… у меня только что была сюжетная ящерица, которая не хотела уходить, — робко и пристыженно сказала Розовая. Она не думала, что кто-то, кроме нее, это прочтет.

— А какое отношение ящерицы имеют к… к этому делу? — Хотя обычно он был самым отчужденным членом группы, Синий продолжал дрожать от страха. — Как ты могла написать такое об Императоре и Лорде Викторе?

— Но ведь очевидно, что они созданы, чтобы быть вместе! — Пожаловалась Розовая. — Император Вайнкер, Лорд Виктор и Сокровище!

Она ничего не могла с этим поделать, так как после написания «Войны за Сокровища» начала проходить уровни в [Барде]. Все признаки были налицо! Шоколатин, Эллисон, Линетт — все это были ложные версии, которые добрый Император Вайнкер должен был съесть, чтобы завоевать сердце своего миньона! Почему никто другой этого не видел?

— Фу, опять один из твоих V&V «фанфиков»? — Черный закатил глаза. — И сколько же их было? Ты даже не закончила свою «Ужасный до мозга костей», историю о Вайнкере и Фурибоне.

— Я все время за Шоко-Вик, — сказал Синий.

—А я за Вайнкер-Сокровище! — Объявил Желтый, ударив кулаком Синего, а теперь я хочу прочитать историю Розовой просто из болезненного любопытства.

— Нет! — Розовая держала свиток за спиной. — Не читай мои незаконченные сочинения! Ну пожалуйста!

— Ребята, хватит издеваться над Розовой! — Голос Красного Рейнджера заставил кобольдов и кобонов вести себя прилично, их высокий, сильный предводитель появился в поле зрения с мушкетом и рапирой, которыми снабдил его Лорд Виктор. — Почему вы так долго?

— Ничего страшного, Красный! — соврала Розовая.

— Розовая опять напивалась, сочиняя фанфик! — Желтый безжалостно ее предал, а Розовая пнула его в кость ноги. Это ранило ее больше, чем его. — Ахаха! Я больше не чувствую боли!

— Предатель!

Красный вздохнул. — Розовая, ты можешь писать все, что захочешь, и я горжусь этим. — Мало кто из кобольдов вообще умел читать или писать. —Но пить пиво перед репетицией? И что же мне теперь думать?

— Иногда, чтобы продолжать писать, мне требуется алкоголь, — призналась Розовая. Некоторые из ее идей были настолько темными, настолько глубокими, настолько артистичными, что она не могла вынести их без посторонней помощи. — Когда Император Вайнкер попросил меня написать о … главном событии, мне пришлось напиться, прежде чем я смогла передать это на бумаге.

— Мы все знаем, насколько это было травмирующее событие, — сочувственно сказал Красный. — Вот почему мы должны усердно тренироваться. Так что на наших глазах такого рода бессмысленное злодеяние никогда больше не повторится. Вспомни, что сказал Лорд Виктор. Мы — элита миньонов!

— Миньоны лейтенанты! — Черный потряс кулаком.

— Мы — щит Его Величества! — Напомнил им Красный, и его слова были полны харизмы. — Последняя линия обороны сокровищницы! Последняя линия, которую нужно удержать! Мы … Рейнджеры Кобольды!

— Рейнджеры Кобольды! — крикнула группа, а бармен бесенок, не обращая на них внимания, подал напиток троллю Барнабасу.

Розовая вспомнила тот роковой день, когда они украли у этого человека Яблоко Знания. В ту же секунду, когда они увидели хранящиеся внутри древние техники клана Токусацу,, этих храбрых воинов, стильно сражающихся с бедными, Кобольды поняли, чего им не хватало в жизни.

Сами по себе Кобольды были слабы, малы и ничем не примечательны. Большинство из них умирали, не дожив и до десяти зим. Но, изучая древние техники, хранящиеся в Яблоке, и возрождая традиции клана Токусацу, как утверждал Красный, они могли стать чем-то большим, чем просто Кобольдами. Они могли стать легендами, которые их род на протяжении веков будет прославлять в сказках! Они могли в любое время умереть, но их наследие будет жить вечно!

И вот они стали Рейнджерами Кобольдами, элитными воинами Империи Мурмурин.

— День Хвастовства Его славного Величества Императора Вайнкера скоро наступит! — Напомнил им Красный. — Ради Императора, мы не должны ставить его в неловкое положение. Наши танцы и девиз должны быть безупречно исполнены. И… и…

— И что же? — Розовая нахмурилась, чувствуя, что ее лидер чем-то встревожен. — А что тебя так сильно напрягает?

— У Роло есть для нас задание, — продолжал Красный. — Очень опасное задание. Какой-то монстр пирует на овощах. Если так будет продолжаться и дальше, то скот будет голодать, а День Хвастовства Его Величества будет испорчен!

— Кто же осмелился предпринять такую вероломную атаку? — Черный сплюнул на землю. — Эльфы?

— Хуже, — зловеще ответил Красный. — Кролик.

Кролик. Родовой враг рода кобольдов. С незапамятных времен они сражались с этими млекопитающими паразитами из-за нор. Храбрые отцы сада Рейнджеров сумели отразить одно из их вторжений еще до рождения Розовой.

Теперь настала ее очередь защищать нору Мурмурина от этих голодных монстров.

— И не просто кролик, — добавил Красный, отворачиваясь с мрачным выражением лица. — а Черный Кролик.

Рейнджеры ахнули и обменялись встревоженными взглядами.

Черный Кролик. Кролик, который обрел магическую силу, став темным принцем среди своего грязного, отвратительного вида. Он мог вызывать армии грызунов, вырастать до огромных размеров и произносить заклинания из своего рога.

Черные кролики были проклятием, уничтожая все на своем пути. От них пали бесчисленные кобольды-мученики.

— Если мы его не убьем, целые культуры падут от голода, — сказал Красный. — Роло убежден, что он нападет еще до наступления сумерек.

— Можем ли мы … можем ли мы его победить? — Желтый сложил руки в безмолвной молитве. — Один из них своим рогом убил моего отца.

— Ради Его Величества, я не боюсь умереть снова! — Ответил Синий с пустой бравадой, и его голос дрогнул.

— Если дело дойдет до этого, и мы не сможем победить Черного Кролика в одиночку… — Красный замолчал, повернувшись к Розовой. — Нам придется вызвать твоего Сурового Мимика.

— Но она не может его контролировать! — Запротестовал Черный. — Как только его призовут, тут же прольется кровь!

Красный тут же вколотил в него немного здравого смысла. — Возьми себя в руки, трус! Нет большей чести, чем умереть, чтобы накормить Его Величество!

— Я… — Черный почесал щеку. — Прости, я … я позволил страху овладеть собой.

— Это нормально — бояться перед лицом такого зла, — утешил Красный своего друга. — Но, пока мы вместе, ты можешь на нас положиться. Вот что значит быть Рейнджером Кобольдом.

Черный решительно кивнул, подражая остальным. — Давайте повторим девиз, — сказал Красный, довольный решимостью группы. —Мы сражаемся за это сокровище!

— Мы сделаны из золота! — Продолжил Черный.

— Мы нападем из тени! — Добавил Синий.

— Мы боремся за Его Величество! — Крикнула Розовая, и клиенты винного магазина уставились на их великолепный вид.

— Приготовься встретить свою смееерть! — Сказал Желтый, выходя за рамки сценария своим глубоким нежить-голосом.

— Да, это— Желтый! — Красный остановился на середине девиза, и все остальные застонали, — Ты опять вышел из сценария!

— Прости, но мне так трудно сопротивляться! — Ответил желтый. — Я… я скажу правильно в следующий раз!

Красный вздохнул. — Вторая попытка!

Зверь появился под сумеречным солнцем.

Никогда прежде Розовая не видела такого чудовищного существа. У воплощения ада был черный, как ночь, мех, большие злобные глаза, а его огромные уши напоминали барду два столба тьмы. Хотя он был такой же высоты, как и любой другой кролик, земля дрожала под огромной силой его задних ног. В середине лба чудовища, наполняясь магической силой, сиял единственный золотой рог.

Рейнджеры Кобольды установили оборонительный периметр, за ними были поля моркови и салата Роло. Желтый и Розовый были вооружены луками, а Черный и Синий — копьями. Красный был впереди с мушкетом и рапирой в руках.

Розовый знал, что это будет опасная схватка. Все они имели уровни в [Разбойник], но только Розовый и Касный углубились в другие, боевые классы. А это … это … это был легендарный зверь, гораздо более страшный, чем Скорчер Гюстав, который в прошлом убил Синего и Желтого.

— Еда? — произнес черный зверь гортанным, мрачным голосом.

Бардовский разум Розового заполнил невысказанные слова, переводя черную речь монстра в настоящий эпический диалог.

— Кобольды? (Вы смеете стоять между мной и моим сладким удовольствием, кобольды?)

— Да, мы, Рейнджеры Кобольды, будем защищать от тебя кладовую Его Величества! — Крикнул в ответ Красный. — Ты не пройдешь мимо нас!

— Я голодный! (Не становитесь у меня на пути! Все, кто это сделает, будут съедены!)

— Ты. Не. Пройдешь! — Повторил Красный.

— Кролики! (Тогда останется только смерть! Придите ко мне, мои верные солдаты! [Призыв Орды Кроликов]!)

Черный Кролик издал пронзительный визг, и его окружило облако пыли. Из-под земли выполз рой белых кроликов — армия, призванная из самых дальних уголков самого ада. По команде своего хозяина грызуны с громким грохотом бросились в атаку.

— Защищайте забор! — Скомандовал Красный, стреляя в приближающийся рой из мушкета, то же самое сделал и Желтый. Дождь пуль и стрел сбил первую волну кроликов, а Синий и Черный в это время приготовили оружие, чтобы убить тех, кто сумел прорваться. Розовая, пой!

Розовая так и поступила, восхваляя доброго Императора Вайнкера, как во время Войны за Сокровища.

— Миньоны, вспомните Фурибона! Возьмите свои мечи, встаньте и сражайтесь! Сражайтесь за это Сокровище! Нечестивые погибнут в королевском пламени.

[Песня Барда] подняла всю силу твоих товарищей по команде!

Ободренные ее словами, Рейнджеры держали строй, Черный и Синий пронзали каждого кролика, который пытался проскочить мимо них. А из нор продолжали прибывать новые волны голодных зверей. У Красного и Желтого кончились снаряды и они присоединялись к рукопашной схватке, кобоны сражались голыми когтями.

Черный Кролик наблюдал за бойней своими холодными темными глазами, а затем поднял свой рог к небесам. Из него хлынуло электричество, и он направил его на Рейнджеров, в то время как более слабые грызуны их отвлекали. — Черный! — Розовая предупредила своего союзника, когда направленный на него рог выстрелил молнией. — Берегись!

Но даже Черный Рейнджер не мог обогнать молнию. У него едва хватило времени взглянуть на чудовище, как болт ударил его в грудь и отбросил, поверженного, к забору.

— Ах ты скотина! — Прорычал Желтый, ломая строй и бросаясь на Черного Кролика.

— Подожди! — Крикнул Красный, и его рапира покраснела от кроличьей крови. — Это то, чего он хочет!

Последний из его ужасных слуг был повержен, рог Черного Кролика ярко засиял, а само чудовище увеличилось в размерах. Через несколько секунд он стал таким же большим, как телега, и встал на задние лапы.

Титан-млекопитающее издал рев и пронзил Желтого Рейнджера своим рогом, как бык пронзает человека. Кобона отбросило в сторону, его позвоночник от удара сломался пополам. Затем страшное млекопитающее шагнуло к оставшимся рейнджерам, а его жадные, злобные глаза остановились на овощах.

Охваченная паникой, Розовая продолжала петь, она подняла лук и выпустила стрелу в монстра, но снаряды отскочили от его меха.

Синий издал безумный боевой клич, а Красный атаковал, подняв оружие. Черный Кролик одной из своих огромных лап легко отбросил Синего в сторону, но Красный ухитрился своей рапирой поцарапать его кожу. Он едва увернулся от молниеносного удара рога зверя, и пронзил его лодыжки своим оружием.

— Сражайся за сокровища! — продолжала подбадривать своего друга бард, которому удалось остановить продвижение зверя. — Ты можешь победить! Ты можешь это сделать!

Но Черный Кролик, взбешенный их сопротивлением, повернулся к Розовой, его рог взорвался силой грома.

— Розовая! — Красный прыгнул вперед, и молния ударила в него, а не в его товарища по команде. Он рухнул на землю, пытаясь подняться обратно, но Черный Кролик уже на него наступил. Раздавленный тяжестью зверя, предводитель Рейнджеров Кобольдов остался лежать.

— Призывай… его… — умолял Розовую Желтый, пытаясь собрать свои кости вместе. Черный Кролик, не обращая внимания на последних Рейнджеров, оставил поверженного Красного позади и направился к ограде. — Вызывай Сурового Мимика!

Ну вот и все.

— Смотрите! Какой блестящий меч! — Розовая запела так громко, как только могла. — Какой сверкающий клинок, застрявший в камне!

Черный Кролик наступил на забор, раздавив его ногой. Он уже приготовился полакомиться овощами, когда его прервал пронзительный крик.

Страшный Экскалитрап, Вайнкер Младший, ворвался в поле зрения, его кровожадность была возбуждена словами Розовой. Мимик соперничал с нападавшим по размерам.

— Меч? — сказал мимик, и разум Розовой перевел это слово в полноценный диалог. (Я — единственное настоящее сокровище меча! А где же соперники?)

— Вон он! — Розовая ткнула пальцем в рог Черного Кролика.

Как она и надеялась, Младший принял его за меч и яростно прыгнул между садом и злобным зверем. Одна из многочисленных рук мимика схватила висевший на спине меч-приманку, размахивая ним, как настоящий фехтовальщик.

— Смерть от меча! (Ты будешь страдать тысячей смертей от моего меча!)

— Кролик! — ответил монстр. (Кроличий принц ничего не боится! Кролик — это страх!)

Черный Кролик попытался пронзить Младшего точно так же, как он сделал это с Рейнджерами, но мимик своим клинком парировал его удар. Затем он одним толчком загнал зверя за ограду.

Розовый с изумлением наблюдал, как Младший на равных сражается с чудовищем. Меч встретился с рогом в танце проклятия. Каждый раз, когда чудовищное млекопитающее пыталось бросить на своего врага молнию, мимик прерывал ее хорошо поставленным ударом.

— Сильный, — проскрипел Черный Кролик. (Я не ожидал, что буду сражаться с таким могущественным противником. Как это восхитительно!)

— Удар мечом! (Чтобы уложить тебя, достаточно будет одного удара моего меча!)

— Горн! — (Мой рог будет купаться в твоей недостойной крови!)

С жестоким размахом Младший оттолкнул зверя назад, и оба врага оказались лицом к лицу. Мимик гордо поднял свой клинок, и вокруг него закружилось пламя. — [Меч Стихий: Огонь]!

Меч Младшего теперь будет наносить дополнительный урон огнем!

Один из легендарных Перков [Фехтовальщика] … Розовая никогда не видела его в действии. Но сможет ли он одолеть зверя?

— [Священный Рог]! — ответил Черный Кролик, его рог становился все длиннее, пока его длина не сравнялась с длиной клинка Младшего.

Рог Черного Кролика теперь нанесет дополнительный Священный Урон!

Оба противника свирепо посмотрели друг на друга, а затем с ревом бросились в атаку.

В мгновение ока, двигаясь так быстро, что глаза Розовой едва могли за ними уследить, оба бойца обменялись ударами и продолжили движение, поменявшись местами. На короткое, напряженное мгновение они застыли на месте, два силуэта под солнечным светом.

А потом из головы Черного Кролика хлынула кровь.

— Еда… — всхлипывая, сказал зверь. (Так вот как я умираю? Все мы пища… пищей и останемся…)

Побежденный монстр рухнул на левый бок. Младший издал победный рев, а кролик вновь обрел свой первоначальный крошечный размер. Мимик схватил труп и тут же его целиком проглотил.

Розовая не могла в это поверить.

Они победили! Младший выиграл!

Мимик, однако, не ушел бы, не взяв за это плату. «Вложив» меч в ножны, любимец Лорда Виктора повернулся к поверженному Красному, который с трудом встал на колени. — Меч. (Отдай мне свой меч.)

Красный колебался, потому что его рапира была дарована ему Лордом Виктором за его деяния против Скорчеров. Он точно знал, что Суровый Мимик делает с каждым мечом, который попадает ему в руки.

— Меч! — настаивал мимик, и его голос становился опасным.

В знак благодарности за службу Красный отдал Младшему свою рапиру и отвернулся. Ему было невыносимо смотреть на то, что, как он знал, последует дальше.

Но Розовая, ради истинной исторической точности, даже не вздрогнула при казни. Мимик голыми руками безжалостно разломил рапиру пополам, бросил останки на землю и с радостной ухмылкой зарыл ее в землю. Затем Младший беззвучно удалился, довольный тем, что доказал свое превосходство.

Розовая тут же бросилась к Красному, помогая ему подняться на ноги и не давая упасть. —Все закончилось, — сказала она, глядя на забор. — Все закончилось.

Поздравляю! За победу над Черным Кроликом вы взяли два уровня в [Барде]!

Вы заработали Перк [Расширенная Песня].

+60 Очки Жизни, +20 специальные Очки, +1 Ловкость, +2 Интеллект, +2 Харизма, +1 Удача!

[Расширенная песня]: Ваши песни длятся в два раза дольше.

— Да… — Красный посмотрел на остальных членов своей команды. Синий уже пришел в себя, а Желтый изо всех сил пытался вернуть свои кости на место. — Вы в порядке, Рейнджеры?

— Не могу… двигаться… — простонал Черный, парализованный молнией. Его нужно будет залатать с помощью Шоколатин.

— Синий, помоги ему, — скомандовал Красный, и кобон бросился к своим живым собратьям. — А овощи…

— В целости и сохранности, — кивнула Розовая.

— Тогда … поздравляю всех. Мы сделали это. Мы победили. Праздник Дня Хвастовства спасен. — Красный усмехнулся. — Розовая, тебе лучше написать об этом песню.

Она бы так и сделала. Она даже придумала ей имя.

«Ночь Черного Кролика.»

Это подождет, пока она не закончит «Мой Бессмертный Дракон».

Черный Кролик

Тип: Зверь.

Рекомендуемый уровень партии: 5.

Следуя золотой традиции, установленной гигантскими крысами, бандитами и гоблинами, Черные Кролики являются одними из самых популярных мишеней для низкоуровневых квестов. У каждой группы авантюристов в начале их карьеры есть история охоты по заказу фермеров на одного из этих вредителей. Сколько бы их ни было приготовлено с черносливом и горчицей, их всегда приходило больше.

К счастью, они никогда не бегают достаточно быстро.

Император Вайнкер Рыцареубийца, Первый Этого Имени, Великое Бедствие этого Века, Защитник Сокровищ, Император Мурмурина, Ишфании и Альбенских Гор, так долго ждал этого момента.

Он не позволял ничему другому себя отвлекать. Целый месяц он ждал в своем огромном склепе, сидя на своем постоянно растущем сокровище. Он считал каждый из этих тридцати дней терпения, медитации и сосредоточенности. Каждый час между ним и этим золотым мгновением чистого блаженства.

Когда минуты, отделявшие его от величайшего наслаждения, превратились в секунды, напряжение стало почти невыносимым. Подземный склеп наполнило эхо его напряженного дыхания, а глаза жадно расширились.

И вот, наконец, это случилось.

Большая куча золота, блестящего, как само солнце, материализовалась перед Вайнкером — совершенство, выполненное в металле.

— Да! — Воскликнул Вайнкер с облегчением, нежно обнимая груду монет, как отец своего ребенка. После целого месяца разлуки он не мог сказать ни слова о той радости, которую испытывал. — Все в порядке, все в порядке, ты в безопасности! Я больше никогда тебя не отпущу… Никогда.

Дракон наслаждался теплым уютом его богатства, возвращенного ему вновь заработавшим любимым Перком. Наконец-то, все вернулось на круги своя.

Ему хотелось похвастаться.

— Миньон! — Его драгоценный глава персонала материализовался рядом с ним, спотыкаясь о золото своего хозяина со спущенными штанами. Он, похоже, сидел, когда Вайнкер его позвал. — Смотри! Моя [Стипендия] вернулась! Человечек Виктор, ты…

Ах, что это за запах исходит от его миньона?

— Человечек Виктор, ты воняешь, как крестьяне твоего вида! — Возмутился Вайнкер, а его лакей встал и надел брюки. Его миньон сменил свою черную одежду на малиновую мантию и капюшон, которые лучше сочетались с его крыльями и хвостом. — Что я тебе говорил насчет ванны?

— Ваше Величество вызвали меня из туалета, а чего вы ожидали?! Запах роз?

— Да, это правда, что вы, человечки, страдаете от этой проблемы, — снисходительно сказал Вайнкер. — Я надеялся, что твоя драконья трансформация решит эту проблему, но думаю, что тебе было бы лучше иметь великолепный хвост. Я предлагаю тебе как можно скорее избавиться от своей человечковой половины.

— Как будто вы лучше… — Человечек Виктор нахмурился, когда понял, что да, его хозяин был лучше. — Погодите, вы же никогда… вообще-то никогда … Эм.

— Да, и это еще одно доказательство превосходства драконов.

— Но куда же оно девается… — бедняга Человечек Виктор не мог постичь совершенства драконьей биологии, наблюдая за своим хозяином большими растерянными глазами. — Ну, все?

— Вот, — Вайнкер положил лапу на свой живот. Он вдруг понял, что стал еще толще из-за недостатка физических упражнений. — Ничто не пропадает зря. Но это уже неважно. Что важно, так это то, что эльф-мотылек наконец-то был по-настоящему побежден!

— Ваше Величество убили его месяц назад, — ответил Человечек Виктор, не подозревая об истинном значении этого события. — Вы заставили Розовую написать об этом книгу.

— Да, но теперь последнее пятно на моей чести исчезло! Перк [Стипендия] снова работает! — Вайнкер беспокоился, что Перк сломался, так как золото не появилось после того, как он по праву восстановил свой Класс [Иператор]. Шок был достаточно сильным, чтобы задержать его квесты, пока он не будет уверен, что полностью оправился. — Мое терпение окупилось.

— Погодите, значит, все это время, пока вы сидели взаперти в своем склепе и просили, чтобы вас не беспокоили, кроме еды или золота для сокровищницы, вы только и делали, что ждали, когда деньги упадут вам на колени? — Человечек Виктор закрыл лицо рукой, что он часто делал по причинам, которые ускользали от его хозяина. — Ваше Величество стали настоящим землевладельцем.

— Я не ждал, Человечек Виктор, я отдыхал, — ответил Вайнкер, добавляя новую кучу золота к своему постоянно растущему запасу. Уничтожение Брэндона Мора, прекращение его плана уничтожить клад и организация самого революционного Дня Хвастовства, известного драконьему роду, истощили его силы. — Это был замечательный отпуск.

— Ничего не делать в течение тридцати дней?

— Тридцать дней я следил за своим сокровищем, — пояснил Вайнкер. — Теперь, когда мой Перк работает, все, что нам нужно, это найти тебе Герб, чтобы я мог моим Перком [Династия] даровать тебе уровень в [Благородный]. Тебе понадобится эта сладкая [Стипендия], если ты хочешь возместить мне свой долг…

Дракон пересчитал долг, и вычел деньги, которые его миньон передал ему в прошлом месяце. — Двенадцать миллионов двести двадцать семь тысяч пятьсот двенадцать золотых монет.

— Я просто рад, что мне удалось наскрести триста тысяч за один месяц, — поздравил себя Человечек Виктор.

— При таких темпах тебе потребуется четыре года, чтобы возместить мне убытки, а это слишком медленно, — упрекнул Вайнкер своего миньона. — Как авантюрист, я за гораздо меньшее время заработал двенадцать миллионов монет. Хотя я не ожидаю, что ты меня превзойдешь, но я хочу получать более высокое возвращение денег.

— Да, но все свое время я работал, чтобы поддерживать стабильность империи Вашего Величества, — заметил Человечек Виктор. — Клянусь, скоро появятся еще деньги. Это определенно займет меньше четырех лет… я надеюсь.

— Посмотрим, — сказал Вайнкер. Друг Виктор, возможно, был его доверенным главой персонала, но хозяин не отпустит его с крючка, пока он не вернет свой долг жизни. — Надеюсь, ты хорошо использовал мой отпуск, чтобы вырастить мою империю и размножиться.

— Да, я … я сделал и то и другое. Даже больше, чем мне бы хотелось. Это очень утомительно.

Дракон потянул воздух, мгновенно распознав новый запах своего лакея. — Ты пахнешь гномами, — неодобрительно нахмурился Вайнкер. — Ты ведь не скрещивался с гномами, верно? Они не являются материалом для миньонов.

— Нет, мы приняли новых послов из подземного царства Агарты, — ответил Человечек Виктор. — Вообще-то, я готовился к встрече с ними еще до того, как вы меня вызвали.

— Гномы — это не миньоны, — повторил Вайнкер. Они были мясистыми и вкусными, но, так как он всегда напивался, когда съедал больше трех штук, то они могли быть только скудным аварийным пайком.

— Я все же думаю, что Ваше Величество должны их увидеть, — настаивал Человечек Виктор. — Кроме того, я, наконец-то, опознал мошенников, которые взяли на себя ответственность за вашу смерть.

Голова Вайнкера тут же заинтересованно поднялась. — Где? — спросил он, ликуя от мысли свести счеты.

— Шарлин изучила архивы гильдии и определила их, как расформированную компанию авантюристов Серебряного Ранга из торговой республики Барин, «Легион Голубой Розы». Это была классическая партия из четырех человек, специализирующаяся на большой охоте и охоте на монстров.

— Расформирована? Они мертвы? — Какое разочарование. Вайнкер хотел бы, чтобы Жюль поднял этих преступников из мертвых, как скелетов, чтобы он должным образом мог их убить.

— Точно не знаю, в газетах писали, что они, распустив группу, расстались в Барине двадцать лет назад. Я думаю, что после того, как они потребовали награду за голову Вашего Величества, они заработали достаточно денег, чтобы уйти на пенсию. — Одна эта мысль приводила Вайнкера в бешенство, он принял их клевету близко к сердцу. — К счастью, Чарлин нашла в Барине задание, которое могло бы помочь нам в расследовании. Я даже мог бы сделать на нем Герб.

Отлично. — Тогда завтра мы отправляемся на этот квест, Человечек Виктор.

— Что? — Человечек Виктор запаниковал. — Вот так вот, сразу?

— Никто не откажет мне в моей законной мести — ответил Вайнкер. — Я возьму дань со скота за то, что он запятнал мою репутацию, и заберу полученное за мою смерть золото. Затем мы вернемся к выполнению квестов и дальнейшему наращиванию моего запаса. Должен ли я напоминать тебе, что V&V теперь имеет конкуренцию со стороны моих родичей?

— О, чуть не забыл, на прошлой неделе мы получили повышение. — Человечек Виктор порылся в карманах и вытащил две бронзовые пластинки. — Вот.

— Бронза, — дракон прищурился, похоже, это его не впечатлило.

— Бронза. — Его миньон казался таким же раздраженным, как и его хозяин.

— Как это может быть, что он не золотой?! — Сердито пожаловался Вайнкер. — Я спас принцессу твоего короля-разбойника, убил злого Фурибона и поставил на место демона кузнечика!

— Гильдия авантюристов переживает трудное время реорганизации своих рейтингов, регистрируются все новые драконы-авантюристы. Ледяной Клык даже создал первую чисто драконью Компанию Авантюристов Серебряный Дракон.

— Серебряный? — Вайнкер с отвращением отшатнулся. Как мог Ледяной Клык жить с самим собой? — V&V не может отставать от этих жалких оправданий драконов, Человечек Виктор. Клянусь тебе, до конца года мы будем носить золотые пластины.

— Но не могли бы мы сначала поговорить о ситуации в Империи и V&V ? У меня и так слишком много забот—

— Миньон, ты мой Визирь Великого Дракона и Делатель Вещей. Работа с администрированием миньонов, это твоя работа. — И пока он был в неоплатном долгу перед своим повелителем драконом, Вайнкер не позволял ему почивать на лаврах.

— Я понял, и мне это начинает нравиться, — замолчал Человечек Виктор, а Вайнкер нахмурился. Разве он раньше этим не наслаждался? — Но к нам приходит много новичков, особенно представителей других государств или «сверхпланарных инвесторов», и они хотят встретиться с Императором. Некоторые даже говорят, что вы мертвы, а ваши миньоны держат фарс.

— Ну и что же? — От громкого голоса Вайнкера задрожало хранилище. — Кто настолько глуп, чтобы думать, что я могу умереть?

Неужели тайна смертности драконов распространилась на нищих? А кто еще знает?

— Много людей, видимо. — Человечек Виктор почесал затылок. — Было бы неплохо, если бы вы появились, чтобы развеять слухи.

Дракон вздохнул. Он не мог по-настоящему их винить; конечно, каждый хотел хотя бы раз в своей пустой жизни увидеть Его Величество во плоти. — Прекрасно, прекрасно, — ответил дракон. — А чего они хотят? Прикоснуться к моей чешуе, надеясь, что она вылечит их больных?

Если подумать, то Вайнкер мог бы взять с человечков за эту услугу плату.

Пища для размышлений.

— Ну что ж, Ваше Величество, теперь страна полностью ваша.

— Миньон, так было всегда.

— Да, но теперь, когда Империя сокрушила сопротивление эльфов… о чем я всегда хотел сказать… мы теперь контролируем всю Ишфанию, включая старую столицу Маурии. Это больше похоже на кишащее демонами подземелье, в котором ваша племянница и Киа заняты уборкой, но Ишфания более или менее успокоилась.

Известие о том, что его племянница занялась семейным бизнесом и получала деньги за поедание мелких животных, согрело сердце Вайнкера, но он не понимал, к чему клонит глава персонала. — И что же? — Ответил Вайнкер, теряя всякий интерес.

— Ишфания может быть пустыней, у нее есть большой потенциал, и многие люди хотели бы получить ее часть. Еще есть вопрос об останках Железного Орла, с ним нужно разобраться. Я могу принимать решения от имени Вашего Величества, но было бы лучше, если бы вы удостоили сомневающихся своим императорским присутствием.

Ну что ж.

Кто такой Вайнкер, чтобы отказывать низшим существам в удовольствии его видеть? — Приведи их сюда, чтобы они могли восхищаться моим богатством и величием.

Его слуга вернулся с группой гномов, чье появление смутило Вайнкера.

В отличие от гномов, которых он ел в прошлом, кожа этих была сероватой, как пепел. Они явно целую вечность не видели дневного света. Каждый из них был одет в черную стальную броню и изящные одежды, а у предводителя было чуть более изысканное платье с золотыми подкладками. Каждый носил странную, похожую на стекло, защиту над глазами.

Однако Вайнкер заметил кое-что еще более странное.

От них не пахло алкоголем.

— Ваше Величество, я представляю вам Марбре, посла Агарты, — объявил Человечек Виктор, и гномы поклонились Вайнкеру. Дракон приветствовал их, сидя на своем сокровище, как на троне.

— Ваше Императорское Величество, для меня большая честь с вами познакомиться, — сказал посол, и дракон выпятил грудь от похвалы. — Рассказы о вашем восстании против эльфийской буржуазии достигли ушей даже нашего Верховного Вождя.

—Да, я раздавил скотину Брэндона Мора своей рукой, — похвастался Вайнкер. — Что меня чрезвычайно обрадовало.

— Действительно, — согласился Марбре, перестав кланяться и сжав кулаки. — Я помню свое внутреннее чувство удовлетворения, когда наш Верховный Вождь отрезал головы угнетателям темным эльфам, захватил их средства производства и установил Усредненность в созданной гномами Утопии. Эти самодовольные заостренные уши это заслужили!

— Я знаю, — кивнул Вайнкер, понимая, откуда взялось это чувство. — Эльфы так высокомерны, как будто они высший вид, который смотрит на всех сверху вниз. Даже если это скот, который ест траву и размножается с деревьями.

— Вот именно, эльфы всегда смотрели на нас свысока, потому что они были высокими, красивыми и имели более высокие показатели интеллекта, — продолжал свою тираду Марбре. — Они угнетали и издевались над Агартанцами, заставляя их добывать под землей драгоценности и одновременно монополизируя прибыль.

Пфф, они опять скопировали драконов? Были ли у кузнечиков когда-нибудь собственные идеи? — Действительно, если бы у них не было лучших принцесс, то не было бы ничего, что можно было бы спасать от эльфов, — согласился Вайнкер. — Сколько бы раз мы, драконы, ни ставили их на место, на дно пищевой цепи, они так этому и не научились.

— Мы, Агартанцы, пришли в восторг, когда узнали, что вы свергли одно из их устаревших феодальных государств.

— Погодите, вы гномы или Агартанцы? — Растерянно спросил Человечек Виктор. — Вы продолжаете использовать эти слова, как синонимы.

— Мы — Агартанцы по нашей нации и Дуэргары по нашему виду, но мы называем себя гномами в качестве политического заявления, потому что все мы одинаково малы. — Слишком много имен. Вайнкер вычел у них одно очко в рейтинге потенциальных миньонов. — Большинство гномов на поверхности — предатели революции или беспомощные пьяницы, которых мы изгнали.

— Интересно, — ответил Вайнкер. Если эти гномы выгоняют своих пьяниц, то он, возможно, сможет их спокойно съесть.

— Император Вайнкер, позвольте мне, прежде всего, поздравить вас с первым шагом вашей нации к достижению Усредненности, — сказал Марбре. — Вы — один из первых людей на поверхности, сделавших этот шаг к истинному постфеодальному миру.

— Миньон, переведи мне, — приказал Вайнкер своему главе персонала, не понимая языка низшего существа.

— Он впечатлен тем, что вы свергли местное эльфийское дворянство, чтобы заменить его абсолютной властью, которая близка к тому, что есть у них.

— Мы полностью завершили нашу собственную революцию, — объяснил свою мысль Марбре. — Свергнув эльфийских буржуа и укоротив головы всем, кто выше нашего нынешнего Верховного Вождя, мы, Агартанцы, достигли полного равенства в росте. Это и есть Усредненность: все люди одинаково усреднены.

— А как же дети и молодежь? — Спросил Человечек Виктор.

— Мы пользуемся ботинками на каблуках, — ответил Марбре, указывая на свои ботинки. — Все такие же высокие, как наш Верховный Вождь. Ни одного исключения.

Вайнкер ничего не понял. Какой смысл править низшими расами, если они не меньше его самого?

— Хотя вы отошли от феодализма и упразднили эльфийскую буржуазию, в экономическом развитии, вы все же застряли на стадии Накопительского Империализма, — продолжал нести чушь Марбре. — К счастью, Накопительский Империализм — это всего лишь шаг к истинному Усреднению. Ваше Величество просто должно захватить средства производства, чтобы лучше защитить их, как это сделал наш Верховный Лидер.

— Мы тут вроде как экспериментируем с зоной свободного рынка, — сказал Виктор, еще больше сбив Вайнкера с толку.

— Но ведь вы национализировали землю, шахты и сельское хозяйство, не так ли?

— Все принадлежит мне, — сказал Вейнкер, понимая эту часть. — Кроме свинца, который изгнан до конца времен.

— Со временем, вы поймете, что свободный рынок несет в себе семя своего собственного неизбежного уничтожения, — сказал Марбре, снова теряя внимание дракона. — Мы, Агартанцы, предлагаем основать посольство здесь, на поверхности, чтобы должным образом содействовать вашей политической революции и торговле. Мы также хотели бы, если вы позволите, изучить руины эльфийского Железного Орла.

— Металлическая птица? — Вайнкер мог бы поклясться, что он полностью его разрушил. — Ну и что с того?

— Мы заинтересованы в нем для нашей патриотической войны против солнца, — спокойно ответил Марбре.

Человечек Виктор взглянул на Вайнкера, который был так же озадачен, как и он сам. Крошечный гном заметил это и откашлялся.

— Когда мы, Агартанцы, впервые вышли на поверхность земли, чтобы экспортировать революцию, на нас вероломно напала эта огненная астер, — презрительно сказал Марбре, поднимая черные очки на носу и открывая молочно-белые глаза. — Она жгла глаза нашим предкам, вынуждая нас носить эти «солнечные очки». С тех пор мы, Агартанцы, объявили войну Солнцу и его вероотступному богу Митре. Солнце трусливо держалось слишком далеко, чтобы мы могли до него дотянуться, но «Ветряные Копья» могут быть ключом, чтобы довести бой до конца.

— Я не могу этого допустить, — твердо ответил Вайнкер. — Солнце было создано драконами для борьбы с холодом. Я не позволю гномам причинить ему вред.

— Мы не хотим уничтожать Солнце, просто хотим заставить его перестать жечь нам глаза, — попытался успокоить его Марбре. — Мы хотим сосуществовать с небом, но на наших условиях. В любом случае, мы хотели бы обменяться технологиями и, возможно, купить часть вашего запаса Камней Силы.

— Миньон, — прошептал Вейнкер своему лакею так тихо, что гномы его не услышали. — Они что, серьезно?

— Думаю, да, — со вздохом ответил его глава персонала.

— Я не думаю, что они разделяют мои ценности, — сказал Вайнкер. — Они просто смешны.

— И что же Ваше Величество хочет, чтобы я сделал?

— Приготовить их, разумеется.

— Ладно, они эксцентричны, но могут предложить нам очень многое. Помнит ли Ваше Величество о камне телепорта, который мы использовали, чтобы сбежать- — Человечек Виктор поправил себя, когда его хозяин на него прищурился, — тактически отступить от Мора? Это называется [Агартанский Варп-Камень].

Вайнкер догадался, что означает это имя. — Он был сделан гномами?

— Я думаю, что мы выиграем от обмена технологиями.

— Они получат птицу, а мы — камни? Когда визирь ответил ему кивком головы, Вайнкер снова повернулся к Марбре, внезапно заинтересовавшись. — А что это за камни силы, которые тебе нужны? — Король Разбойников Гардмейна тоже о них говорил.

Марбре щелкнул пальцами, и один из членов его свиты открыл маленькую коробочку.

Вайнкер внимательно осмотрел содержимое — дюжину светящихся камней разных цветов, от чистейшего синего до огненно-красного. В отличие от его любимых драгоценных камней, они казались необработанными и хрупкими, как стекло. И все же он чувствовал, как красный излучает тепло, белый — холод, а самый чистый выпускает вокруг себя слабый поток воздуха.

— Это камни силы, магический минерал, наполненный силой элемента, — объяснил Марбре. — Мы, Агартанцы, нуждаемся в них для наших кузниц, и мы готовы поделиться нашим золотом и совершенно безопасными магическими предметами в обмен на стабильную поставку.

— Ветроэнергетические камни — это то, что позволяет старой столице Мора летать, а бомбам Орла работать, — добавил Виктор. — В горах Альбейна много отложений, как и в Ишфанской пустыне.

Прежде чем высказать свое суждение, Вайнкер внимательно осмотрел камни.

— Недостаточно блестящий для моего клада, — сказал Вайнкер. — Мой миньон позаботится о том, чтобы мое сокровище получило выгоду от продажи. Поскольку я решал проблемы человечков за их монеты, я приму дань золотом в обмен на эту рухлядь.

— Ваше Величество — истинный друг революции. — Марбре низко поклонился. — Я посмотрю, как работает ваш визирь с мелким шрифтом. Мы доставим вам наши новейшие творения, которые были проверены, проверены и еще раз проверены.

— Вы сказали, проверено трижды, — заметил Человечек Виктор.

— Да, чтобы подтвердить тот факт, что наши прототипы магических предметов совершенно безопасны для использования, мы именно так проверили их перед отправкой вам.

— А теперь, возвращайтесь ко мне с золотом или не возвращайтесь, — велел им Вайнкер, и гномы, поклонившись, покинули хранилище.

Поздравляю! За то, что вы демонстрировали свое императорское величие иностранным дипломатам, вы заработали уровень в Классе [Император]!

+30 Очки Жизни, +10 Специальные Очки, +1 Сила, +1 Жизнестойкость, +1 SKI, +1 Ловкость, +1 Интелект, +1 Харизма!

Однако, как только гномы ушли, дракон посмотрел на своего главу персонала тяжелым взглядом. — Они очень странные. Слишком странные, чтобы быть миньонами.

Человечек Виктор поднял глаза на своего хозяина. — Так вот где Ваше Величество проводит черту?

— Я считаю, что каждый может стать хорошим миньоном, если его правильно обучить, — ответил Вайнкер. — Но у меня есть стандарты качества, а они им не соответствуют.

— И этот комментарий о проверке заставляет меня задуматься, не совершил ли я только что большую ошибку, предоставив им доступ к Железному Орлу. — Человечек Виктор вздохнул. — Но пока Яблоко Знаний числится пропавшим, нам нужен их опыт.

Вайнкер нахмурился. — А какое отношение к этому имеет ваш овощ?

Мурмурин вырос.

Через месяц после того, как армия Мора и гости Вайнкера его опустошили, не оставив камня на камне, деревня стала неузнаваемой.

Мурмурин не только восстал из пепла, но и вырос в приличный, хотя и хаотичный город. С племенами монстров, переместившихся за обещанием постоянной пищи, посетителями магазинов, и нежитью, ищущей место, где они могли бы «жить» без помех, население достигло восьми тысяч. Поля и овечьи загоны, первоначально созданные для размещения гостей Вайнкера, теперь могли содержать большое население, и падение Мора только подтолкнуло местных жителей к сближению с новым правителем Ишфании.

Пролетая над городом благодаря своим огромным крыльям, Виктор мог только удивляться трудностям, которые вызвал этот демографический бум. Повсюду он мог видеть новые здания и строящиеся дома, с кобольдами, гноллами, гоблинами и другими существами, сотрудничающими при их строительстве. Ангелы и демоны претендовали на соседний район, и он видел, как два этих конкурирующих вида преследуют гнолла, чтобы продать ему «услугу загробной жизни». Рейнджеры Кобольды остановили три таких соперничества, которые на этой неделе стали особо жестокими.

Да и новички не всегда ладили друг с другом. Гноллы и гоблины продолжали затевать драки, а новые поселенцы, племя орков, продолжали совершать акты мелкого вандализма.

Короче говоря, Мурмурин превратился в островок хаоса в феодальном мире.

Виктор делал все возможное, чтобы направить эту эволюцию в позитивное русло, но не было и дня, чтобы не возникало новых проблем или проблем, которые нужно было решить; а он еще должен был возместить свой долг Вайнкеру. Даже несмотря на то, что его класс был устойчив к усталости, постоянный стресс начал действовать и на него.

Виктор приземлился перед своим особняком, и увидел очередь ожидающих его монстров, окруженных кобольдами-миньонами. — Ладно, а кто здесь по делу? — спросил великий визирь, и поднялось довольно много рук. — А кто здесь для размножения?

Поднялось меньше рук, хотя некоторые посетители поднимали их дважды. Недели отказа отсеяли почти всех его поклонников.

— Сегодня никакого размножения, — объявил он, и люди в очереди начали жаловаться.

Виктор вспомнил все эти гаремные анимэ, просматривая которые он с нежностью мечтал о постоянном внимании женского общества. Так было до тех пор, пока он не испытал это сам. Постоянные сексуальные домогательства и откровенное преследование не были приятными, это было утомительно и откровенно тревожно. Некоторые даже вламывались в его особняк, чтобы украсть его волосы!

В конце концов, он просто продолжал отказывать почти всем и заставлял Рейнджеров Кобольдов сдерживать тех, кто не получил напоминание. Дело было не в том, что Виктор презирал женское внимание, он даже немного потакал ему, но то, что с ним обращались, как с племенным жеребцом, его раздражало.

К счастью, большинство его преследователей, в конце концов, потеряли к нему интерес… за редким исключением.

— Шоколатин… — Виктор нахмурился, увидев ее в очереди, стоящую с широкой улыбкой.

— Я здесь не для размножения! — сказала она. — Я здесь из-за нового храма.

Виктор нахмурился, а затем вспомнил об этом вопросе. И все же он сомневался, что она изменила свое мнение о нем. — После того, как я закончу с другими неотложными делами, — сказал он со вздохом, и оборотень сжала кулак.

Глава персонала вошел в свой дом и увидел Чарлин, которая ждала его с кипой бумаг в руках. Но кто-то другой добрался до нее первым, к большому ее разочарованию. — Но, милая… — Круассан на коленях умолял ее вернуться. — Клянусь, я люблю тебя.

— Круассан, я не знаю, на скольких языках мне придется это произносить, — ответила Шарлин. — Между нами все кончено. У меня сегодня очень напряженный день, так что, если только ты не пришел по делам…

— Дорогая, я думал об этом уже несколько недель, — настаивал Круассан. — Мне очень жаль.…

— Ты лгал мне, скрывая, что ты оборотень! — Пожаловалась Чарлин. — А все пирожные, которые ты мне давал… я думала, что они сладкие, но ты откармливал меня для обеда!

— Ладно, может быть, наши отношения и начались с животноводства, но мне не все равно! — Сказал Круассан. — Это… это как свинья, которую вы кормили годами, чтобы сделать ветчину, а затем обнаружили, что не можете ее зарезать.

Настоящий гладкий Круассан, подумал Виктор, когда Чарлин покраснела от замечания о свинье. Не помогло и то, что она похудела с тех пор, как рассталась с ним. — Свинья? Так вот кто я для тебя?

— Да, — ответил Круассан, ошибочно приняв ее гнев за румянец смущения. — Ты моя милая свинка…

Виктор изо всех сил старался сохранить невозмутимое выражение лица, а Чарлин превратилась в помидор. — Довольно! — сказала она, обращаясь к охранникам-нежити. — Уберите его с государственной собственности!

— Но Шарлин … — Круассан оказался в окружении скелетов и, удрученный, был насильно вытащен.

Виктор при виде этого зрелища покачал головой. — Это было целебно, — ответила Чарлин, поправляя рукой волосы. — Но он меня раздражает.

— Если хочешь, я могу издать запретительный судебный приказ. Рейнджеры Кобольды ненавидят его, поэтому им понравится эта работа.

— Нет, — ответила она, отряхивая пыль с одежды. — В конце концов, он сдастся.

Если он хоть немного похож на свою сестру, то нет.

— А что будет сегодня утром? — спросил он, когда Чарлин протянула ему большую, чем вчерашняя, пачку бумаг.

— Универсальный Проект Посмертных Услуг Миньону, новый проект общего храма, легализующий убийство—

— Легализация убийства? — Виктор чуть не поперхнулся.

— Или утилизация отходов, если ты хочешь, чтобы это звучало политкорректно, — ответила Чарлин, принимая это с большим стоицизмом, чем он. — С этой ангельско-демонической ценовой войной, Сейворюз почувствовала возможность и лоббирует открытие официальной гильдии ассасинов.

— Я слишком мало сплю, чтобы справиться с этим безумием, — со вздохом ответил Виктор.

— Я знаю, — ответила она с понимающей улыбкой. — Далее, есть задание, которое ты хотел выполнить в Барине. Киа прислала сообщение, что Маурия более или менее успокоилась, а Барнабас был представлен новым Агартанским кузнецам. Он сказал, что на следующей неделе они доставят новые магические предметы.

— Поставь храм последним в повестке дня, — решил Виктор, поскольку будет присутствовать Шоколатин. — Вайнкер хочет завтра уехать, так что давай сначала займемся поисками.

Она указала на бумагу в своей стопке, и Виктор начал читать. Она подробно описывала задание и карту южного континента. — Задание пришло от лидера Барина, легендарного тактика и торговца Барсино, — объяснила Шарлин. — Он хочет вернуть древний артефакт, Бутылку Мота, хранящуюся в самом опасном подземелье пустыни — Башне Саблара. Барсино сообщил мне, что с радостью раскроет местонахождение членов Легиона Голубой Розы в обмен на артефакт.

Башня Саблар? Место, где происходил древний ритуал, превративший Ишфанию и южный континент в пустыню? Это было суперподземелье, которое пугало всех; однако рассказы о богатствах, хранящихся внутри, побуждали грабителей гробниц пробовать свои силы в его завоевании.

До сих пор мало кто возвращался живым.

— Это очень опасное задание, Башня Саблар считается вызовом для авантюристов со стажем около пятидесяти лет. Барсино считает, что, цитирую, «император-дракон калибра Вайнкера должен оказаться достаточно могущественным, чтобы одержать победу.’”

И там наверняка будут Гербы для Виктора. — Я спрошу Киа, не хочет ли она пойти с нами, — решил он. Паладину наверняка понравится это приключение, а им понадобится дополнительные мускулы.

— Значит, мы начнем с Посмертных Услуг Миньону?

Виктор кивнул, входя в обеденный зал особняка, который он чаще всего превращал в комнату для встреч выпускников. Призрачный Уилл давал дополнительный свет, а скелетообразные слуги полировали носовыми платками большой круглый стол. Глава персонала сидел и наблюдал, как Чарлин пригласила Малфи, Миэль и Жюля войти в комнату.

Поскольку она не могла рассчитывать на обычный гонорар гильдии, Шарлин приходилось, в той или иной степени, полагаться на пожертвования Гардмейна и V&V. В конце концов, столкнувшись с проблемой создания для города администрации, Виктор решил нанять ее на неполный рабочий день в качестве помощника.

Его собственный глава персонала.

Это ее не напрягло, наоборот, назначение главой городской администрации значительно улучшило ее настроение. Виктор догадался, что она засиделась в Вальбене, и повышение до должности городского администратора помогло ей повысить самооценку. Вообще-то она была приятным человеком, с которым можно было пообщаться, когда не нервничала и не раздражалась.

Конечно, Виктор работал над ней и другими способами…

— Мертвые и демонические джентльмены, леди ангел, — поприветствовал Виктор собравшихся вокруг стола. — Я собрал вас, чтобы руководить новым проектом Посмертных Услуг Миньону.

— Прежде, чем мы начнем, я хочу сказать, что мне нравится это имя, Виктор, — сказал Жюль, самый восторженный из всех троих. Он даже предложил визирю большую долю в своем новом предприятии по производству нежити, что очень помогло бы ему расплатиться с долгами.

— Смерть — отстой. Повертеь мне, я был там дважды, это полный отстой. Это очень болезненно, и вам придется ждать несколько месяцев, прежде чем отправиться в достойную загробную жизнь. — А Виктор даже не был уверен, что это так уж хорошо… — Вот я и подумал… мы можем дешево сделать разумную нежить. Поскольку многие миньоны V&V умирают при исполнении служебных обязанностей, я думаю, что наша гильдия за их службу должна быть чем-то им обязана. Отсюда моя идея: у миньонов V&V может быть свой собственный пенсионный план нежити, позволяющий им быть поднятыми после смерти, как нежить.

— Я был против идеи создания разумной нежити для труда, но идея сделать некромантию общественным институтом победила меня и церковь Камиллы, — добавил Жюль. — Индивидуальный вклад миньона определит, в каком виде нежити мы сможем их поднять.

— Я предлагаю личдом для самых достойных, — сказал Фурибон из косы Виктора, напугав главу персонала. Он почти забыл о личе, так как нежить проводила свое время в разговорах с другими запечатанными душами, а не со своим тюремщиком. — Тебе понадобится жертва девственницы, но оно того стоит.

— Нежить — это чума, — заявила Миэль, привлекая пристальный взгляд и Жюля, и некоторых скелетов. — Вместо этого вам следует сделать обязательными Небесные Страховки. Это единственный способ обеспечить хорошую, безопасную загробную жизнь для всех.

— Это свободная рыночная экономика, — вмешался Малфи, повернувшись к Виктору. — Я говорю, что Инферкорп имеет приоритетное право на души. Мы были столпами империи с момента ее зарождения, и мы все делаем для обслуживания клиентов.

— Вот почему миньоны могут выбирать между тремя пенсионными планами, — сказал Виктор. — Нежить, Небесные Страховки или, что там еще, Ад—

— Хэппилэнд. — поправил Малфи.

— Все, что предлагает Хэппилэнд.

— Но один из вариантов аморальный, а другой — безнравственный, — пожаловалась Миэль.

— Если вы хотите, чтобы люди подписали с вами контракт, предложите им загробную жизнь, которую они хотят, без долгих месячных задержек.

— Ты был особенным случаем! — Миэль защищала свое плохое обслуживание клиентов.

— Конечно, если небеса так же хороши, как загробная жизнь, которую она рекламирует, люди будут стекаться в вашу устаревшую сверхпланетную компанию, — поддразнил ее Малфи. — Кроме того, мистер Виктор, вы слышали, что Инферкорп открыл в Мурмурине свой бордель суккубов. Было бы здорово, если бы вы, как визирь, могли попробовать этот товар. По соображениям безопасности.

Попробовать товар? Виктор вскинул голову, а Шарлин закатила глаза. — Он всегда открыт?

— Как всегда, для друга.

— Мистер Виктор, у меня для вас отличные новости! — Миэль немедленно перешла в наступление, — благодаря вашей службе делу всеобщего небесного страхования, мои начальники решили предложить вам бесплатного ангела-хранителя, который сделает все, что вы пожелаете. Всё.

— О, Мистер Виктор, кажется, у меня из рук выскользнуло большое общественное пожертвование, — Малфи положил на стол большой кошелек, набитый деньгами. — Было бы очень жаль, если бы его никто не подобрал…

— Хорошо, спасибо, но эта сделка не подлежит обсуждению, — остановил их Виктор, и Чарлин раздала им листки бумаги. — Примите это или откажитесь.

Все трое изучили документы и, в конце концов, подписали их. Виктор заметил, как Малфи и Миэль, отдавая бумаги, обменялись тяжелыми, напряженными взглядами. Он почти видел молнию между их глаз.

Почему у него было такое чувство, что он начал войну?

Через двадцать минут все трое поменялись местами с очень восторженной Сейворюз, которая несла корзинку. — Эй, Вик! Ну и как все прошло?!

— Я в порядке, Сев, — ответил Виктор. — Работа утомляет, но мы справляемся.

— Справляешься? Виктор, ты молодец! Я уехала на три недели из деревни, а когда вернулась, нашла город! О, и у меня есть для тебя подарок… — Сейворюз открыла корзину с множеством сыров. — Я привезла тебе это с севера.

— О, как мило! — Виктор не удержался и съел козий сыр, хотя Чарлин отказалась из-за своей диеты. — Итак, Сев, Чарлин сказала мне, что ты хочешь … легализовать утилизацию отходов?

— Все немного сложнее. Руководство Ночных Клинков считает, что ваш город вырос достаточно, чтобы открыть здесь свой собственный орден. Сначала они хотели открыть гильдию воров, но я сказала им — гильдия воров в стране, где правит дракон? Разве это может хорошо кончиться?

— Ты же не сказала, — невозмутимо ответил глава персонала.

— Поэтому, вместо этого я предложила им открыть гильдию убийц, — радостно объяснила Сейворюз. — Это пойдет на пользу экономике, Вик.

Виктор непонимающе на нее уставился.

— Это создаст рабочие места! — Сейворюз защищала свою профессию. — Как мой племянник Потирон. Со своим юридическим дипломом он не мог найти работу, поэтому стал уважаемым наемным убийцей. Вик, пока на планете есть три человека, будут жертва, убийца и молчаливый партнер. Если вы не будете это регулировать, Ночные Клинки все равно будут выполнять контракты, за исключением того, что мы будем делать это в захудалых переулках вместо офисов с правительственным надзором.

— И что же это за аргумент? — Возразил Виктор. — Этим ты узаконишь все преступления под солнцем!

— Конечно, нет. Утилизация отходов — это общественная работа, забота о нарушителях спокойствия. Какое отличие от наемной работы, кроме того, что мы чисто убиваем своих жертв в их доме, а не на поле боя?

— Есть разница между убийством солдата и убийством чьего-то делового конкурента, — ответил Виктор. — Сев, среди Ночных Клинков я провел достаточно времени, чтобы знать, что они не слишком разборчивы в том, кого заколоть, лишь бы им за это платили. Я не собираюсь открыто потворствовать такого рода бизнесу, тем более, что люди здесь достаточно аморальны, чтобы его использовать.

— Значит, это «нет»?

— Если позволите, — вмешалась Чарлин, прежде чем Виктор успел отмахнуться от своего друга. — Я вижу компромисс.

— Чарлин, ты хочешь, чтобы здесь действовала группа наемных убийц?

— Нет, но, как она сказала, они все равно будут выполнять контракты, и расправиться с ними будет очень трудно для нашего очень ограниченного бюджета. Есть и другое, более дешевое решение, которое хорошо сработало в Ноблкуре.

Ноблкур? Оплот синдиката Ночных Клинков? Виктор понял, к чему это привело, еще до того, как Чарлин изложила вопрос. — Никто не покидает Ночные Клинки, — сказала Чарлин, и Сейворюз кивнула. — Поскольку Виктор был частью синдиката, его можно сделать главой местного отделения.

— Да, — согласилась Сейворюз. — Я как раз собиралась это предложить. Как криминальный авторитет местного отделения, Вик, ты будешь иметь палец в каждом пироге, и ты будешь тем, кто одобрит убийства или нет. Идеальный союз преступности и правительства.

Был ли Виктор единственным, кто видел в этом проблему? — Значит, ты хочешь, чтобы я легализовал гильдию убийц, сделав себя ее главой?

— Вик, что же это за империя, если у нее нет темной руки убийцы, чтобы пополнить свою армию монстров?

Когда она так выразилась… Виктор решил потянуть время. — Я подумаю об этом, но сегодня я еще не принял решение.

— Это не значит «нет”, — обрадовалась Сейворюз. — Я не могу дождаться, чтобы показать тебе все хитрости этого ремесла. Все будет, как в старые добрые времена.

Виктор вздохнул и выпроводил ее из комнаты. — Чарлин, сколько у меня видов работ, которыми я занимаюсь? — спросил он у своего главы персонала, прежде чем понял, что Сейворюз незаметно для всех украла взятку Малфи.

— Принимая во внимание титулы Вайнкера, я насчитала, по меньшей мере, двадцать.

Почему награда за хорошую работу больше работы? — Ты же не можешь всерьез ожидать, что я возьмусь за это дело, — сказал Виктор. — Даже если расправа с ними истощит бюджет, это лучше, чем позволить преступному синдикату действовать без помех.

— Но, управляя организацией, ты будешь в идеальном положении, чтобы ее ликвидировать, если ситуация того потребует, — ответила Чарлин.

Что она делала здесь для Гардмейна? Виктор был почти уверен, что она следит за Вайнкером в интересах Королевства. — Как же мы оказались так тесно связаны? — Визирь не смог удержаться и пошутил по поводу их положения. — Разве ты не ненавидела меня до вторжения?

— Ты мне не нравился, — призналась она. — Но, как сказал ты сам, это было еще до вторжения. После того, как я увидела, что ты возглавил оборону этого города против армии Мора и спас мою жизнь, было бы очень мелко с моей стороны не пересмотреть свое мнение. Что ты делаешь сегодня вечером?

— Я завтра уезжаю, так что мне нужно поспать, — ответил Виктор, а когда в комнату вошли Эллисон и Шоколатин, он не смог подавить вопрос, который преследовал его уже некоторое время. — Послушай, Эллисон, мне нужна твоя точка зрения на кое-что. Роло превратил нескольких вражеских эльфов в овцу.

— Овцы, — поправила его Эллисон. — Да, и что с того?

— Если я съем овцу, которая раньше была гуманоидом, это будет считаться каннибализмом? — Обеспокоенно спросил Виктор.

— Вот почему я веган. Никакого мяса, никаких вопросов.

Виктор не мог жить без мяса. Фактически, его превращение в полудракона только ухудшило его аппетит. Он должен был обеспечить себе безопасный, не вызывающий сомнений источник пищи.

Должно быть, Шоколатин прочла его мысли. — Вик, каннибализм, это если ты и еда равны, — прощебетала она, пытаясь его успокоить. — Вот почему Изенгрим потакает охоте на демонов.

— Я немного обеспокоена твоими экспериментами, Шок, — призналась Эллисон. — У некоторых новых помидоров, которые ты полила кровью демона, появились зубы.

— Но ведь они могут расти и в пустыне, разве ты не этого хотела?

— Дамы, — прервал их Виктор, прежде чем они снова вступили в спор. — Церковь Шеша собирается вложить в наш маленький город деньги, и они предложили полностью финансировать новый храм для двенадцати богов.

Поскольку Агартанцы поклонялись Верану, Жюлю Камилле и Джестеру Ночных Клинков, триада злых божеств, известных как три ужаса, обрела в городе последователей и потребовала собственный храм. За пределами Изенгрима Мурмурин стал пристанищем для плохо известных или хаотических культов.

Странно, но ни Митра, ни другие законные боги за ними не последовали.

— Было бы неплохо увеличить размеры нашего храма, — кивнула Эллисон. — С тех пор, как Шок пригласила в Мурмурин другие племена оборотней, у нас больше нет места для собраний. Но Шеша есть Шеша, она никогда ничего не делает бесплатно. Я не собираюсь платить ренту за то, чтобы поклоняться своей собственной богине.

— Я не видел в их предложении ничего подобного, — сказал Виктор, и Чарлин покачала головой. — Я думаю, что она, финансируя эту общественную работу, просто хочет известности и хорошего отношения.

— Если нет мелкого шрифта, — пожала плечами Эллисон. — Значит ли это, что ты останешься политеистом, Вик?

Он кивнул в ответ. Он обсуждал с ней поклонение ее богине Кибеле, поскольку его теперешние послежизни были не столь привлекательны. Конечно, Шоколатин, узнав об этом, немедленно попыталась обратить его в веру Исенгрим, и даже Жюль проповедовал ему преимущества поклонения Камилле. Поскольку он уже был отмечен тремя богами, а один из культов обращался с ним, как с пророком, то, чтобы прекратить все придирки, Виктор решил избегать всех одинаково.

Чем больше глава персонала обдумывал этот вопрос, тем больше он соглашался с Вайнкером в том, что стать богом может быть его лучшим выбором.

После очередного скучного совещания, посвященного архитектуре и расположению храма, Эллисон и Шоколатин согласились разделить новое здание с другими культами, а последователи Лунного Человека уже дали Виктору полную власть решать этот вопрос.

— Вик, — спросила Шоколатин, когда встреча закончилась, — могу я поговорить с тобой минутку наедине?

— Чарлин, скоро будет следующая встреча?— умоляюще спросил Виктор свою помощницу.

— У тебя еще есть шесть запланированных, но первая начинается через десять минут.

Виктор в изнеможении ударился головой о стол. — Ладно, одну минуту…

— Да, — Шоколатин сжала кулак, а Эллисон и Чарлин обменялись взглядами и тихо ушли. — Ты знаешь, что Малфи открывает новое казино?

— Да. — Хотя дьявол и не пытался всучить ему это так же сильно, как бордель суккубов. — Ну и что с того?

— У меня есть два, два VIP-приглашения в роскошный салон…

Конечно же, она не сдалась. — Шоколатин…

— Но в этом месяце ты размножался с семью людьми, включая Чарлин!

— Да, но… ты особенная, Шоколатин… — Виктор вдруг понял, что это была совсем не та фраза, которую он должен был использовать. — Погоди, а ты откуда знаешь? Ты преследовала меня?

— Нет, я почувствовала твой запах. — Виктор отшатнулся. — Только одно свидание. Одно свидание! И если это не сработает, я сдамся!

Глаза Виктора расширились. — Неужели?

— Да! — Сказала она, положив руку на грудь. — Клянусь моим богом Изенгримом. Если это не сработает, я перестану тебя беспокоить.

— Договорились! — Виктор ухватился за эту возможность прежде, чем она передумала. Наконец-то показался выход. Всего одно свидание, и все будет кончено. — Просто свидание, никакого размножения, после того, как я закончу с новым заданием, но сделка, сделка, сделка!

— Да! — Ответила Шоколатин, тоже вне себя от радости. — Ты не пожалеешь об этом!

Это не могло закончиться никак, кроме как плохо, но он будет с этим жить.

— Дядя Вайнкер! — Джоли ликовала, когда Император Всего Сущего приземлился в ее открытом логове вместе со своим главой персонала. — Ты пришел!

— Джоли, как ты сегодня прекрасна! — Вайнкер почесал свою племянницу между рогами, как делал это в те времена, когда она была драконенком, заставляя ее извиваться от удовольствия. Она растолстела на демоническом мясе, как и он сам. — А кто мой самый любимый дракон после меня? Это — ты!

Вайнкер вспомнил, как пообещал себе неистовствовать на ферме летающих демонов Мора, когда впервые столкнулся с этим кузнечиком. Он был отозван в свою сокровищницу прежде, чем смог как следует раздавить мотылька и опустошить его землю, поэтому Джоли его опередила.

Его племянница, ее миньоны и Рыцарь Киа очистили город точно так же, как гости Вайнкера Мурмурин, разрушив большинство домов и оставив повсюду красивые плоские руины. Джоли решила отпраздновать это событие и устроила собственную вечеринку, потягивая странную зеленую жидкость из амфоры.

— Здравствуйте снова, Виктор. — Рыцарь Киа пила из крошечной чашечки рядом с грифоном, и налила одну Человечку Виктору. — Похоже, тебе нужен отпуск.

— А у тебя такой вид, будто ты только что вернулась из одного из них, — ответил Визирь. — В последний раз, когда я тебя видел, ты сердито выскочила из дома.

— Я все еще не согласна с половиной вещей, которые вы, ребята, позволяете в своей стране, но было чертовски приятно навсегда положить конец режиму Мора, — сказала Киа со счастливой улыбкой. — Я даже повысила уровень после того, как мы закончили очищать этот город от последних демонов. Вы знаете, сколько времени прошло с тех пор, как я это делала? Годы.

— Ты не взяла новый уровень после победы над Королем Балауром? — Спросил Виктор. — А сколько демонов для этого понадобилось?

— Много, — усмехнулась она. — Остальные эльфы согласились стать миньонами Джоли в обмен на то, что их пощадят.

— Я подарила им ленточки! — Сказала Джоли. — Эльфийские котята очаровательны с лентами.

Вайнкер никогда не понимал притягательности этих кузнечиков для своего вида. Но его заинтересовала странная зеленая жидкость, которую пила его племянница. — Что это такое?

— Это зеленый травяной чай из Нефритовой Империи, что дальше на восток. — объяснила Киа. — До меня дошли слухи, что их император искал совета у мудрого дракона.

— Конечно, кто же, как не дракон, может по-настоящему править страной? — Сказал Вайнкер, хотя сам удивлялся, почему его родичи не стали императорами. Должно быть, они были слишком заняты ростом своих сокровищ. Джоли протянула дяде большую миску, позволив ему попробовать — и выплюнуть — напиток. — Фу, на вкус он, как трава!

— Чай заваривается с травами, Ваше Величество, — сказал Человечек Виктор.

— У вас есть коровье молоко? — Спросил Вайнкер свою племянницу, но та отрицательно покачала головой. — А овечья кровь? А мясной сок есть?

— Ну что, нашли Яблоко? — Спросил Человечек Виктор у своей сородички, пока Вайнкер жаловался на отсутствие съедобного напитка, но та отрицательно покачала головой. — Оно до сих пор у Мелоди. Это чревато неприятностями.

— К сожалению, она может быть где угодно в мире. В отличие от большинства фоморов, она может легко сойти за человека, даже без магии.

— Она пахнет так же, как и все остальные эльфы ее вида, независимо от того, как она выглядит, — ответил Вайнкер. — Я съем ее сразу после Легиона Голубой Розы. Я буду мстить за оскорбления в порядке личной важности.

— Благодарю вас, милорд, — подобострастно ответил Виктор. — Я рад слышать, что ты ставишь мою настоящую смерть сразу за своей фальшивой.

— Это потому, что мне не все равно, — удовлетворенно кивнув, ответил Вайнкер.

— Поскольку она явно замышляет что-то против Гардмейна, а теперь и против вашей страны, Мелоди, вероятно, сделает первый шаг, — сказала Киа. — Ностредейм сказал мне, что ее магическая мощь превосходит его собственную, так что ее нельзя недооценивать.

Вайнкер фыркнул. Эта фейри, как и Мор, пряталась за своими миньонами. Но на него это не произвело никакого впечатления.

— Я буду защищать тебя, Киа, — пообещала рыцарю Джоли, очевидно полюбившая ее так же сильно, как Вайнкеру нравился его глава персонала. — Я не позволю фейри коснуться твоих странных волос на голове!

— Спасибо тебе, Джоли. Точно так же я буду твоим мечом и щитом. — Киа повернулась к Виктору. — Так ты собрался бросить вызов башне Саблара? Только не без меня.

— Да, я бы не отказался от дополнительных мышц, — сказал Виктор. — это место слишком опасно для других миньонов.

— Это было магическое супероружие, которое культ Саблара использовал, чтобы превратить старую империю эльфов в кишащую чудовищами пустыню, — кивнула Киа. — Башня полна могущественных элементалов, магических сущностей, големов, нежити—

— Никаких личей, — сказал Вайнкер.

— Мумии. Перед последней битвой с Балауром мой старый отряд и я подумывали бросить ей вызов, так как она содержит древние, могущественные артефакты, но мы так до нее и не добрались.

— Дядя Вейнкер, можно мне пойти с вами? — Джоли посмотрела на дядю своими большими влажными глазами. — Пожаааааалуйста?

— Конечно, Джоли, — кивнул Вайнкер, желая поразить племянницу своим мастерством авантюриста.

— Спасибо! — Сказала Джоли, приближая свою голову к Рыцарю Киа. — Киа, ты такая красивая, сильная и добрая. Хочешь стать моим главой персонала? Пожаааааалуйста!

Вайнкер ахнул, а Человечек Киа замялась. Она посмотрела на Друга Виктора, ища совета, и Делатель Вещей, безумно помахал одним пальцем из стороны в сторону, чтобы ее подбодрить. — Джоли, я очень польщена, — сказала Рыцарь Киа, — но я не могу согласиться.

— Но я вплету тебе в волосы золотые ленты и буду тебя ласкать! — Взмолилась Джоли. — Мы будем так же близки, как дядя и Человечек Виктор! Мы вместе отправимся на великие приключения и спасем принцесс!

— Как ты смеешь отказываться от предложения моей племянницы? — Вайнкер гневно запугивал Человечка Киа, — Посмотри на нее. Посмотри на нее! Она — второй по красоте дракон в мире после меня! Ее чешуя подобна рубинам, а глаза сияют, как золото!

— Я очень польщена, — упрямо повторила рыцарь Киа, — но я — рыцарь и твой друг, а не помощник. Прости, Виктор.

— Человечек Виктор! Защити честь своей профессии! — Приказал Вайнкер своему миньону.

— У нее есть свои преимущества, особенно, когда к этому привыкаешь, — сказал его лакей, но это была не та страстная речь, на которую рассчитывал его хозяин.

На самом деле, это не убедило Рыцаря Киа. — Я ничего не имею против тебя, Джоли. Я считаю тебя своим другом, но больше ценю независимость и достоинство.

— Твое достоинство? Какую еще большую честь дракон может оказать человеку, кроме того, что сделает его своим главой персонала? — жаловался Вайнкер. — Моя племянница слишком хороша для тебя, Рыцарь Киа. Ты так сильно меня разочаровываешь.

— Я позволю тебе сесть мне на спину! — Настаивала Джоли, и Вайнкер застыл в шоке. — Как ты это делаешь со своим грифоном!

У Рыцаря отвисла челюсть, как и у Человечка Виктора. — Сесть на спину? — Киа и Вайнкер одновременно поперхнулись.

— Да! Ты, сидя у меня на спине, будешь размахивать своим мечом, а я буду кричать «Роавр» в полете! Пожалуйста, согласись!

«Верхом … на спине настоящего дракона” — рыцарь Киа промолчала, глядя на своего грифона, который ревниво смотрел на нее в ответ. — Я… Я…

— Джоли, нет! — Умолял Вайнкер свою племянницу. Он знал, что она была в подростковой фазе бунта, но это зашло слишком далеко! —Ты собьешь миньонов с толку относительно пищевой цепи, если позволишь им тебя оседлать!

— Дядя, это же отсталый менталитет! — Ответила Джоли. — Позволить миньону сидеть у себя на спине — вот истинная прогрессивная позиция!

— Нет, правильный способ общения с человечками — это постоянно напоминать им об их месте. Это гарантирует, что они вырастут ответственными миньонами. Посмотрите на Человечка Виктора! Благодаря моему правильному руководству, он превратился из бесцельного вора в полудракона!

— О, Киа тоже может стать полудраконом? — Это только подбодрило Джоли. — Дракон верхом на драконе — это было бы потрясающе!

— Я… я испытываю искушение, но… — Рыцарь Киа вздрогнула от взгляда своего коня и Вайнкера, но ее постыдная одержимость ездой верхом на драконе возобладала. — При одном условии.

— Да! — Ответила Джоли.

— Нет! — взревел Вайнкер.

— Я не хочу подчиняться кому-то другому, поэтому… я стану твоим главой персонала, если ты станешь моим оруженосцем… и позволишь мне ездить на твоей спине. — Грифон Рыцаря Киа от такого предательства испустил гневный рев. — Я не брошу тебя, Твайлайт! Я все равно буду ездить на тебе, клянусь!

Оруженосец? Вайнкер вспомнил, где он слышал это слово, еще во время своего первого приключения с Человечком Виктором. — Оруженосец — это своего рода миньон!

— Значит, ты станешь моим миньоном, если я тоже стану твоим миньоном? — К большому ужасу Вайнкера, Джоли действительно обдумала это ужасное, безумное предложение.

— Таким образом, наши отношения будут равными, — сказала Киа. — Мы становимся партнерами, а не хозяином и слугой.

— И, став оруженосцем, она могла бы получить уровни в классе Рыцарь. — сказал Миньон Виктор, заставив своего хозяина ужаснуться.

— Миньон Виктор, не поощряй ее!

— Ну и что же? Теперь, когда кошка вышла из мешка, по крайней мере, она должна выбрать хороший класс.

— Ни одна моя племянница никогда не станет миньоном! — настаивал Вайнкер. — Джоли, если ты позволишь этому … извращению нашего древнего института драконов случиться, я перестану дарить тебе принцесс на твои Дни Хвастовства!

— Но, но… — заплакала Джоли. — Но, Дядя…

— Никакого дяди, юный дракончик, — возразил Вайнкер, не желая играть на своих чувствах. Она поблагодарит его за это, когда вырастет и повзрослеет. — Миньон или принцессы.

Джоли со слезами посмотрела на дядю, потом на Рыцаря Киа и, наконец, снова на дядю.

Будем надеяться, что она видела причину.

— Она позволила ей ездить на спине, — удрученно сказал Вайнкер. — На ее спине, Человечек Виктор. Как виверна.

Он посмотрел, как Рыцарь Киа оседлала его племянницу, словно лошадь, и два дракона летели через эту проклятую пустыню в поисках подземелья. Вид Джоли, извивающейся, когда Рыцарь Киа подняла свой клинок под солнцем, упиваясь своей извращенностью, вызвал у него отвращение.

— Моя племянница … — продолжал жаловаться Вайнкер. — Моя племянница, оседланная человечком…

— Чего ты мне никогда не позволял, — пожаловался Человечек Виктор, следуя за своим хозяином.

— И никогда не позволю! — Прорычал в ответ Вайнкер. — Видишь ли, это только поощряет подобные неразумные комментарии!

— Ваша племянница действительно, как Роза Паркс из рода драконов. — ответил Друг Виктор, хотя Вайнкер не понял намека.

— Мир не должен узнать об этом, — приказал Вайнкер своему миньону. — Ты будешь держать это… это… это в секрете, пока я не смогу убедить свою племянницу в здравом смысле. Я верю, что ты не раскроешь эту тайну, как и тайну драконьей смертности.

Его глава персонала пожал плечами. Впереди показалось огромное строение, Вайнкер на мгновение даже принял его за холм. Над дюнами возвышалась, затмевая по размерам замок Мурмурин, наполовину зарытая в песок, изогнутая пирамида из черного камня. На самом верху сооружения сиял алый кристалл, в котором Вайнкер узнал работу фейри.

Дракон мог бы посчитать это место приятным для логова, если бы там не пахло фейри, мертвыми эльфами и призраками.

— Вот она, — сказал Человечек Виктор, побледнев при виде этого зрелища. — Башня Саблар.

— Человечек Виктор, это не башня, — ответил Вайнкер. — Это — настоящая пирамида. Я вижу разницу.

— Может быть, это строители придумали ей другое название, не могу сказать, — ответил глава персонала, пока Джоли и Рыцарь Киа кружили вокруг пирамиды в поисках входа. — Я слышал, что своей высотой она достигла звезд.

Еще одна человечковая ложь. Эта пирамида даже не достигала облаков.

Когда он смотрел, как летит лакей, в голову Ванкеру пришла мысль. — Человечек Виктор, раз у тебя есть крылья и хвост, ты можешь теперь дышать огнем?

— Я никогда не мог понять, как это происходит, — ответил Человечек Виктор. — Думаю, что мне может понадобиться больше уровней в [Рыцарь Монстр], прежде чем я смогу этого достичь.

— Ребята! — Крикнула им Рыцарь Киа, когда Джоли зависла перед левой стороной пирамиды. — Смотрите!

Вайнкер подлетел к ним и прищурился. Его племянница стояла лицом к огромной, размером с дракона, дыре в пирамиде. — Я почти уверена, что это совсем свежее, — сказала Рыцарь Киа.

— Это уже по моей части, — сказал Человечек Виктор. — Изнутри вырвался монстр? Нет, камни указывают на то, что что-то проникло внутрь.

— Смотри, Джоли, — учил Вайнкер свою племянницу. — Вот так я завоевал замок злого Фурибона, проложив себе путь, вместо того чтобы играть по правилам лича.

— Мой миньон прочитал мне твою книгу! — Радостно воскликнула Джоли. — Богатые всегда побеждают!

— Да, мы всегда так поступаем, — ответил Вайнкер, влетая в дыру в пирамиде.

Тот, кто пробрался туда, сделал это чисто по-драконьи: сокрушая все на своем пути, пробивая стены, швыряя мраморные статуи эльфов на землю и оставляя на своем пути только руины. Мозаики, изображающие сцены резни и массовых жертвоприношений людей, были разрушены, колонны опрокинуты…

Приземлившись на пыльную землю и наблюдая за происходящим хаосом, Вайнкер невольно нахмурился. Тот, кто это сделал, как дикий зверь уничтожил все украшения, даже те, что должны были дополнить его сокровища. Рептилии и трупоподобные существа, которые, как предположил дракон, были миньонами-хранителями этого района, были заморожены в глыбах льда и выставлены на всеобщее обозрение.

— Ух ты, — сказал Человечек Виктор, когда Киа слезла с Джоли и присоединилась к ним. — Думаю, мы опоздали на вечеринку.

— Похоже, это случилось вчера, — нахмурившись, ответила Киа, внимательно осмотрев место происшествия. — Неужели я опять пропустила большую битву?

Замороженные миньоны … зверь, абсолютно лишенный художественного вкуса…

Глаза Вайнкера расширились, когда он понял, кто это сделал. — Нет! — крикнул он, бросаясь через разрушенный проход и не обращая внимания на остальных. — Нет!

Через несколько секунд он достиг большого закругленного склепа, который, должно быть, был сокровищницей. Захватчики лишили его всего ценного, до последней монеты, оставив только пыль, обмотанный труп и надпись, написанную на стене на старом драконьем языке.

«Угадай, кто пришел сюда первым и забрал все золото?

С любовью,

Ваш социально лучший,

Ледяной Клык.»

— Это означает войну!

Пирамида задрожала, когда рев Вайнкера эхом разнесся по сокровищнице. В ярости он ударил хвостом о стену, и та задрожала.

— Ваше Величество, успокойтесь! — Взмолился Виктор, пока он не обрушил на них это место.

— Ах, это возвращает меня назад, в прошлое, — сказал Фурибон из косы. — Мне бы не хотелось радоваться этому зрелищу… но я радуюсь.

-— А ты заткнись, — ответил Виктор, пока Джоли пыталась успокоить дядю.

— Дядя, мы можем найти новые сокровища—

— Речь идет не о сокровищах! — Прорычал в ответ Вайнкер, и племянница съежилась от его вспышки гнева. — Это личное оскорбление и вызов моему авторитету, как первого и величайшего дракона авантюриста!

Пока Вайнкер громко объявлял Третью Войну за Сокровища Ледяному Клыку и разглагольствовал о своих обидах перед племянницей, Виктор заметил, что Киа оставалась пугающе спокойной. Она была занята изучением мумии, оставленной Ледяным Клыком, и не обращала внимания на падающую с потолка пыль.

— Мумия еще не встала, — сказала Киа, закончив рассказ. — Они разграбили сокровищницу пирамиды, но ни одна мумия не поднялась.

— Ну и что? — Спросил Виктор, прежде чем до него дошло. — О, я все понимаю. Если бы это была настоящая сокровищница подземелья, то труп напал бы на захватчиков или проклял их.

— Говорят, что башня Саблара достигает небес, а эта пирамида меньше, чем другие подземелья, которые я посещала, — ответила Киа. — Основная часть здания, вероятно, находится под нами, а комната служит приманкой, чтобы отпугнуть глупых злоумышленников.

Ледяной Клык, должно быть, бросил все это после того, как захватил первую партию золота, которую смог найти. Это означало, что там все еще могли оставаться сокровища. Но откуда он знал, что вскоре после этого Вайнкер придет ее грабить? Что-то здесь было не так. — Значит, здесь может быть потайной ход, либо в этой комнате, либо в следующей.

Киа кивнула, разглядывая стены, которые не разбил Вайнкер. Странные иероглифы покрывали фрески, изображая сцены эльфов, распростертых перед гигантским червем, который двигался, чтобы съесть солнце. Виктор узнал в иконографии символы Саблара, бога-червя времени, разрушения и земли.

Эллисон сказала ему, что поклонники Саблара захватили эльфийскую империю, которая управляла континентом, а затем высушили его. Магический катаклизм, который они вызвали, уничтожил всю их цивилизацию.

Может быть, пирамида — это только верхушка башни, а все остальное погребено под песком?

Внимание Виктора привлекла картина, такая маленькая, что ее почти никто не заметил. Скелетообразный зверь, окруженный ледяным, леденящим ветром, шептал слова фигуре фараона. Над ними нависла огромная остроконечная башня, и существо со злобной ухмылкой смотрело на нее.

— Вик, ты можешь прочесть рисунки? — Пальцы Киа скользили по покрытым пылью рунам. — Я не знаю языка эльфов.

— Это не эльфийский язык, — сказал Фурибон из косы. — Это Р’лайхан.

Язык, которым пользовался Лунный Зверь? В таком случае, Виктор попробовал его прочитать, и, благодаря своему Перку, перевел слова вслух. — Пароль такой: Червеобразное Яблоко.

В ту же секунду, как он закончил фразу, Виктора поглотила вспышка фиолетового света. Он покинул сокровищницу и попал… куда-то еще. Место, наполненное такой густой темнотой, что он не мог видеть даже своих собственных рук.

— [Свеча Смерти], — скастовал Виктор, и перед ним материализовался призрачный блуждающий огонек, который осветил комнату.

Темная, закрытая комната, кишащая ожившими трупами.

Виктор тут же поднял свою косу и обнаружил, что его окружают восемь рыцарей-нежити, ростом в три раза выше самой Киа. Монстры, одетые в тяжелые доспехи, достаточно толстые, чтобы противостоять артиллерийскому обстрелу, с массивными мечами, которые могли легко, как сыр, резать лошадей. Эти чудовищные существа смотрели на него сверху вниз, в темноте сверкали их алые глаза.

— Ловушка, — предположил Фурибон, радуясь надвигающейся беде своего «хозяина». — У меня была одна такая, но твой повелитель дракон проломил ее насквозь.

— Ребята? — Поскольку никто не ответил, Виктор приготовил косу, готовый защищать свою жизнь. — Вы хотите кусочек меня? Тогда идите ко мне!

Но они ничего не сделали.

Рыцари стояли там с угрожающим видом, наблюдая за ним, как будто он был бутафорией.

— Алло? Вы же не собираетесь меня убивать. — Никакого ответа, рыцари даже не сдвинулись с места. — Алло? Вы можете меня понять?

Никакого ответа. Либо им было все равно, либо, что более вероятно, они не могли этого сделать.

Они не были разумными существами. Страшные автоматы, но тем не менее уязвимые для его Перка [Мертвый Друг].

— Ладно… — Виктор не стал сомневаться в своей удаче, оглядываясь по сторонам на случай, если в каменной комнате есть фрески с другими хитрыми паролями. — А почему Киа и остальные не последовали за мной? Я выпалил код вслух.

— Ты должен сказать это на их родном языке, — сказал Фурибон. —Твой Перк перевел твои слова на Р’лайхан, но у твоих друзей нет такой же привилегии.

Если подумать, то почему Вайнкер не позвал его обратно к себе? Это была комната-ловушка, может быть, она блокировала эффекты телепортации?

Он должен был найти выход. Виктор вышел из комнаты через единственные ворота, и мертвые воины оставили его в покое.

Виктор оказался в подземном лабиринте каменных лестниц и коридоров, содержавшихся в гораздо лучшем состоянии, чем верхние этажи. Его фамильяр блуждающий огонек давал ему столь необходимый свет, и он направлял его вокруг.

Проржавевшие стальные големы, как рабочие, вытирали пыль в различных комнатах, в то время как нежить воины патрулировали территорию. Виктор догадывался, что ни одно разумное существо после первых ста лет не станет охранять безмолвную гробницу, оставив ее защищать лишь безмозглым автоматам.

К несчастью для владельца, время не было добрым к охранникам. Большинство големов пришли в такое негодное состояние, что некоторые из них рухнули и теперь ползали, опираясь на руки. Их дизайн напомнил Виктору о Роло, и он решил, что голем, возможно, пришел из этого запаса.

В первые дни защита могла бы легко уничтожить любого захватчика, но сейчас группа Виктора, вероятно, могла бы через них прорваться.

— Эй, вы не могли бы указать мне выход? — Спросил Виктор одного из немертвых стражей, который его проигнорировал. — Фурибон, есть ли какое-нибудь заклинание некромантии, которое могло бы их захватить?

— Я бы научил тебя этому, если бы у тебя был уровень, необходимый для того, чтобы его скастовать. Эти защитники гробниц — один из самых могущественных видов нежити, которые когда-либо существовали. Группа таких, как они, могла бы сокрушить дракона.

Виктор сомневался, что они смогут одолеть Вайнкера, разве что в большом количестве, но решил не задерживаться надолго, на случай, если их программа сможет преодолеть его Перк.

Однако после двадцати минут блужданий по гробнице он понял, что это легче сказать, чем сделать. В подземелье было много комнат, все одинаковые и лишенные чего-либо, кроме стен и пространства. Он начал вырезать на камне знаки, чтобы отметить свой путь, и быстро понял, что ходил кругами.

— А где же сокровища? — Поинтересовался Виктор. — Черт возьми, где же украшения? Кто станет строить гробницу, в которой нет ничего, кроме камня?

— Ты думаешь, что гробница культа, поклоняющегося энтропии, будет заботиться о посмертном материализме? — Фурибон над ним насмехался. — Последователи Саблара не ценили ничего, что не исходит от земли.

— Погоди, а ты знал, что в этой гробнице может и не быть сокровищ? И ты ничего не сказал?

“Я надеялся, что ты и этот дракон умрете ни за что, разве это для меня слишком много? Кроме того, ты пробовал вторую комнату слева от тебя?

Виктор посмотрел в ту сторону и увидел комнату, которую еще не успел отметить. Он шагнул внутрь, обнаружив, что она немного отличается от остальных.

Во-первых, в центре стоял черный саркофаг, покрытый символами червя и пурпурными драгоценными камнями. Стены украшали фрески, похожие на те, что были в фальшивой сокровищнице, а также такие украшения, как канопы на колоннах и ятаганы.

Одно из украшений по своей яркости резко контрастировало с другими: золотой щит, покрытый драгоценными камнями, прикрепленный к стене перед саркофагом. Виктор Перком [Глаз на Сокровища] сразу же определил его как [Герб].

— Ловушка?

— Ловушка, — ответил Фурибон.

Виктор первым делом взглянул на саркофаг — вдруг это мимик или какое-то опасное устройство. Он осторожно постучал по поверхности своей косой, сам оставаясь на почтительном расстоянии.

Когда ни одна мумия не поднялась, чтобы его убить, Виктор повернулся и посмотрел на герб, тыча в него своей косой. Вместо того, чтобы вызвать обрушение крыши или что-то подобное, он получил уведомление.

Использовать [Герб], чтобы сломать потолок класса?

— Да, конечно? — Сказал Виктор, ожидая, что предмет сломает потолок его уровня. Вместо этого герб исчез со вспышкой света, заставив его напрячься.

Герб использован! Теперь вы можете прогрессировать до 60-го уровня!

За использование [Герба] вы получили Личный Перк [Увенчанный Гербом].

[Увенчанный Гербом]: Вы превратились из обычного авантюриста в сказочного героя. Теперь вы можете получить доступ к более престижным классам.

Как только Гребень исчез, каменная дверь закрыла выход, заманив его в ловушку.

Виктор запаниковал, когда с громким, скрипучим звуком саркофаг начал открываться изнутри. Комнату наполнил холодный ветер и костлявые, забинтованные пальцы вцепились в край гроба.

Его коса служила единственной защитой, и Виктор обнаружил, что смотрит на самую страшную мумию, которую он когда-либо видел. Чудовищное существо, одетое в старые, пыльные зеленые одежды, с костями из черного обсидиана. Повязки, удерживающие их вместе, представляли собой свитки, покрытые иероглифами; погребальная маска скрывала его череп, за исключением двух светящихся огней вместо глаз. Существо излучало злобу и колдовскую силу, невидимое давление, которое оно высвобождало, затмевало даже Мелоди.

Виктор немедленно активировал свой Перк [Проницательность Монстра], чтобы найти слабость существа. Он уже итак сражался в замкнутом пространстве, поэтому ему требовалось хоть какое-то преимущество.

Акхенапеп

Черный Фараон (Нежить/Элдрич)

Слабый против Духа, Жизни и Святости.

Сильный против почти всего остального.

Великое бедствие предыдущей эпохи и один из супербоссов Аутремонда. Пророк Саблара, из-за кулис управлявший южным континентом, который уничтожил с помощью магического супероружия. Может вызывать песчаные бури и землетрясения, поднимать армии мертвых и убивать вас злобным взглядом.

Рекомендуемый уровень партии, чтобы взять его на себя: середина 80-х.

Беги, Форрест, беги!

В середине восьмидесятых? Это было более чем на пятнадцать уровней выше Киа, не говоря уже о Вайнкере и о нем!

— Нарушитель, — произнесло могущественное существо тяжелыми словами, от магии в его словах комната задрожала. — Неужели пришло время покончить с миром?

— Нет! — В панике выпалил Виктор.

— Что? — Древняя мумия казалась … смущенной, сила в его голосе исчезла. И, прежде чем Виктор это понял, его смущение сменилось раздражением. — Тогда проваливай, мешок с мясом.

Древний ужас лег на спину и закрыл саркофаг.

Виктор стоял, пораженный абсурдностью ситуации, пока Фурибон не вывел его из транса. — Беги, идиот! — в панике воскликнул лич. — Пока он не передумал и не уничтожил нас обоих!

Следуя мудрому совету, Виктор немедленно попытался выскочить из комнаты, но каменная дверь не поднялась обратно. Он внимательно изучил иероглифы, лихорадочно ища какой-нибудь пароль, который мог бы его телепортировать.

К несчастью, прежде чем он успел найти выключатель, саркофаг снова открылся, и из него поднялся Акхенапеп, на этот раз гораздо менее драматично. Пылающие глаза мумии ястребиным взглядом смотрели на Виктора.

— Подожди, мешок плоти, — произнесла мумия, и вся серьезность его прежнего тона сменилась любопытством. — Если это не конец света, то почему ты здесь?

Это был очень интересный вопрос… разум Виктора яростно работал, чтобы найти оправдание, но черный фараон был явно не очень терпелив.

— Говори, мешок плоти.

— Я… проверял, все ли в порядке! — соврал Виктор, не моргнув глазом. — Посмотреть, на месте ли ты и готов ли к большому дню!

— Ах. — Мумия задумалась над его словами, по-видимому, поверив ему. Виктор возблагодарил богов за свои Перки и их бонусы харизмы против монстров. — Это правда, что я не просыпался уже много веков, но, как ты можешь видеть, я в порядке.

— Да, конечно, — кивнул Виктор. — Поскольку вы действительно совершенно и опасно неживы, я удаляюсь.

Проверка харизмы…

Провал!

— К чему такая спешка, мешок плоти? Разве ты не столкнулся с множеством ловушек и стражами, чтобы, в первую очередь, до меня добраться? Если только ты не пришел по… — мумия вдруг заметила пустое место там, где раньше был Герб, — другим причинам?

Виктор мог бы поклясться, что давление выросло в десять раз.

Черный Фараон быстро поднял руку и произнес заклинание быстрее, чем мог рассчитать мозг главы персонала. — [Эпическое Магическое Сканирование].

Виктору потребовалась вся его сила воли, чтобы сохранить невозмутимое выражение лица, когда перед мумией возник призрачный текст. Фараон начал что-то бормотать себе под нос, все быстрее вытягивая из него информацию.

— Виктор Далтон. Сильно хаотичный нейтральный оттенок. — Казалось, легализация некромантии и Ночные Клинки толкнули его карму от хорошей к хаотической. — Рыцарь Монстр Красного Дракона… Жнец, очень хорошо… и … Великий Визирь Империи V&V, и пророк Лунного Человека?

Виктор держал рот на замке, как и Фурибон, по мере тго, как мумия заканчивала читать его сканирование, слова исчезали. — Мешок плоти, почему Великий Визирь какой-то далекой империи посещает мою могилу? — монстр скастовал быстрое заклинание, чтобы подчеркнуть опасность, — [Большой Детектор Лжи]

Ладно, так что … никакого обмана.

Может быть, полуправда и сработает. Ему не нужно было говорить всю правду, только избегать лжи.

— Я пришел сюда, чтобы найти мифический артефакт под названием Бутылка Мота, — признался Виктор.

Мумия кивнула сама себе, ничуть не удивившись. — Я вижу, что так и есть, — сказал супербосс. — Некромант, почему ты не сказал мне, почему на самом деле меня разбудил?

Подыгрывай, подыгрывай, подыгрывай! — Потому что ты пугаешь меня, и я подумал, что ты сочтешь меня вором. В прошлый раз, когда это случилось, я ужасно переживал.

— Может быть, я и устрашаю тебя, но ты никогда не узурпируешь своего императора таким отношением. И я пока не рекомендую этого делать. Возможно, ты только начинаешь, или, я предполагаю, что ты учитываешь свой низкий уровень, но твое мышление оставляет желать лучшего. Я не делюсь своими советами с каждым потенциальным культистом, который стучится в мою дверь.

…

Приходите еще?

— Недостаточно носить мантию, манипулировать императором из-за кулис и красть души, чтобы стать настоящим Великим Визирем, — продолжала мумия. — Тебе нужно особое мышление. Ты не можешь себе представить, сколько советников было убито надоедливыми паладинами, потому что они хотели быть императором вместо Императора. Вместо этого ты должен сделать своего императора бессильной фигурой, чтобы твои враги обвиняли вместо тебя его. Таким образом, ты сможешь оправдать притязания на власть, устранив «злого правителя».

Голос мумии звучал очень покровительственно, как будто она разговаривала с ребенком, но Виктор не развеял его заблуждения.

— Терпение — это мать победы. Твое время еще придет. Важно не казаться ответственным, а быть самим собой. Шаг за шагом. Я предполагал, что твой фамильяр души научил тебя этому.

— Виктору еще многому предстоит научиться, — сказал Фурибон подобострастным, раболепным тоном, стараясь не противоречить всемогущей мумии. — Но он слишком тороплив и редко меня слушает.

— Ошибки ученика лежат на учителе, и я вижу в твоем предложении ложь, — упрекнул лича фараон. — Сколько стран ты уже покорил, мешок плоти Виктор?

— Одну, — быстро ответил Виктор, на мумию это явно не произвело впечатления. — Но мы же только начали!

— Тогда ясно, что ты нуждаешься в руководстве. Это должен быть тот момент, когда самодовольные боги, такие как Митра или Сенг, дают возможность группе рыцарей и крестьян вас низвергнуть. Они делали это на протяжении веков, и поэтому у них это очень хорошо получается. Так что ты должен быть лучше, начиная с самых основ. Есть ли у легионов вашей империи шлемы, скрывающие лица?

— Э, нет?

— Хорошо. Есть ли в вашем логове вентиляционные отверстия, через которые мог бы пролезть гном?

— Нет, — ответил Фурибон и сделал паузу. — А тайные ходы считаются?

— В замке есть потайные ходы? — Спросил Виктор. — Почему ты мне ничего не сказал?

— Потому что я … — Фурибон спохватился. — Потому что это было не вовремя.

— Ты должен покончить с тайными ходами, за исключением путей отхода, — сказала мумия. — Это уже вторая хитрость. Далее следует третья хитрость: — Стань единственным ребенком.

Виктор благоразумно решил не прерывать существо, поскольку оно продолжало произносить полную тираду об убийстве святого рыцаря, когда это было возможно, и о лучших для этого методах. Глава персонала надеялся, что ему удастся продержаться достаточно долго, чтобы Вайнкер и остальные смогли его спасти.

Сколько времени это займет?

Два часа спустя…

— Стратагема тринадцать, «правило огня».’ Если вы убьете какого-нибудь особенно хитрого негодяя, то для верности расстреляйте труп залпом стрел, а затем кремируйте его. Наконец, развейте пепел по ветру. Таким образом, они не поднимутся, чтобы снова беспокоить вас, как нежить или второе рождение.

— А? — Спросил Виктор, его любопытство взяло верх. — Даже если вмешаются божества? Спрашиваю о друге.

— Чем более изуродован корабль, тем труднее задача, даже для богов. Нежить дешево сделать с неповрежденным трупом, с рассеянным пеплом труднее. Итак, стратагема четырнадцать: «закон отсутствия последней просьбы.’”

Семь часов спустя…

— Стратагема пятьдесят два, никаких тайных ходов. Пусть архитекторы проверят твое логово на предмет тайных ходов, о которых ты не знаешь, а потом разрушат их.

— Но…

— Никаких тайных ходов, — отрезал фараон Фурибону. — Один тщательно охраняемый маршрут для экстренного побега, и больше ничего. Секретный проход будет найден и использован врагами, чтобы проникнуть в ваше логово. Коллапс или мина-ловушка для них, или и то, и другое.

— И то и другое? — Спросил Виктор, делая пометки на свитке, который мумия достала из своих бинтов.

— Пусть проход обрушится на незваных гостей, когда они доберутся до конца. Потом трупы вскрывают, расстреливают, а потом кремируют. Если один мешок плоти пропал, предположим, что он сбежал…

— Это блестяще, — сказал впечатленный Фурибон. — Почему я никогда об этом не думал?

Двенадцать часов спустя, после страстной лекции о политических интригах, завоеваниях, управлении миньонами, связях с общественностью, магических исследованиях и архитектуре…

— Так вот, эти мешки плоти должны быть снабжены бесконечным потоком бессмысленных развлечений, чтобы они оставались послушными. Кошки — это хорошо. Кошки отвлекают внимание. Когда беспомощные массы поймут, что вы намерены завоевать и затем уничтожить мир, будет уже слишком поздно.

— Удивительно, — признался Виктор, настолько увлеченный лекцией, что ему больше не нужно было бороться с усталостью. Так много идей! — А как насчет колец убийцы?

— Как сказано в стратагеме сорок четыре, нанимайте только тех, кто сражается за деньги, пока вы сможете перекупить конкурентов. Те, кто сражается ради удовольствия, дают врагу шанс или набрасываются на вас, когда уже не могут обуздать свои кровожадные порывы.

— Но что, если, гипотетически, сокровище охраняется огромным драконом и не может быть использовано?

Мумия задумалась над этим вопросом, как философ над сложной проблемой. — Предложи им дворянские титулы. Не проси их работать на земле. Убийцы не хотят заниматься сельским хозяйством, они хотят убивать. Собака — это собака, а не бык. Каждый мешок плоти на своем месте.

— Как и то, что Гардмейн должен был сделать со Скорчерами, — добавил Фурибон свою точку зрения.

— Урок состоит в том, чтобы избегать наемников и вместо этого делать их вассалами. Заставь их работать не только за деньги. — Мумия кивнула сама себе, довольная семинаром. — Это касается «Ста Хитростей Великого Визиря».

Поздравляю! За то, что вы последовали за семинаром отставного злого повелителя, вы получили Личный Перк [Образование Визиря]!

{Образование Визиря]: Вы получаете к своему Интеллекту бонус +8, когда имеете дело с манипуляциями, стратегией, государственным управлением, магическими исследованиями или заговорами против вашего сеньора.

— Я получил Перк, — сказал Виктор. — [Образование Визиря]?

— Хорошо. Ты меня выслушал.

— А вы были визирем? — не мог не спросить Фурибон, и мумия кивнула. — Я думал, вы последний эльфийский фараон.

— Так оно и было. Как, по-твоему, я стал фараоном? Я втиснул свой культ в верхние эшелоны структуры империи, извратил их изнутри, а затем создал эту великую башню, чтобы высушить землю во имя Саблара. — Мумия злобно захихикала. — Я до сих пор помню лицо моего «хозяина», когда он слишком поздно понял правду.

Да, столетия в гробнице не притупили его зла. Но Виктор понимал, что ему еще не хватает сил противостоять этому чудовищу, и поэтому держал рот на замке. — Так что … спасибо за урок?

— Всегда пожалуйста. Когда я вижу тебя, жаждущего разграбить магические артефакты ради власти, это напоминает мне о моей потерянной юности. — Акхенапеп порылся в своем саркофаге и вручил Виктору красивую синюю керамическую бутылку, покрытую пылью. — Вот бутылка, которую ты искал. Мой миньон все еще внутри.

Виктор моргнул. — Твой миньон?

— Да, Мот, мой миньон. Ключ к тому, чтобы держать его в узде, это постоянно напоминать ему о его низком статусе в каждом разговоре с ним. Иначе он становится мятежным. Я больше не нуждаюсь в его услугах, поэтому завещаю его тебе. Если ты умен, ты никогда не дашь ему свободу. Теперь иди.

— Как? — Спросил Виктор, указывая на закрытую дверь.

Мумия посмотрела на него, как на идиота. — Спроси у Мота, — ответил нежить и ухватился за край саркофага, — а теперь, мешок плоти Виктор, я желаю тебе удачи, как один визирь другому. Скажи другим культистам, что я в порядке и что я встану в час апокалипсиса.

— Ну, конечно, я так и сделаю.

— Если кто-нибудь еще прервет мой сон раньше времени, я убью его.

— Определенно.

Мумия закрыла саркофаг, и Виктор мог бы поклясться, что изнутри донесся храп.

Поздравляю! За дружбу и обман древнего темного лорда, чтобы он снова уснул, прежде чем сможет вызвать хаос, вы заработали два уровня в [Рыцарь Монстр]! Вы получили Классовый Перк [Убийца Людей]!

+30 Очки Жизни, +20 специальные Очки, +2 Сила, +1 Жизнестойкость, +2 Мастерство, +1 Ловкость, +2 Интеллект, +2 Харизма!

[Убийца Людей]: Ваша вооруженная атака всегда считается как [Человекоубийца] и наносит двойной урон существам гуманоидного типа.

— А в этой бутылке есть то, что я думаю? — Спросил Фурибон.

Был только один способ выяснить это. Виктор вытащил крышку бутылки, и из нее вырвалась струйка черного дыма.

Оттуда выскочило маленькое, крошечное существо — голубоватый, миниатюрный рогатый гоблин с золотыми глазами.

— AAAAAAAAAAAAAAГхх!

Маленький джинн издал ужасающий вопль, заставив Виктора отступить назад. — Что за … Что за Хэппилэнд?

— Сотни лет заперт в пищащей бутылке! — Ответил джинн, и его крики превратились в слезы облегчения. — Я уже вышел. Наконец-то я вышел. Все кончено… теперь у меня есть пространство … пространство … О боги … сотни лет…

Ну, просто все стало намного сложнее.

— Внезапное Нападение!”

Невидимый благодаря своему кольцу-мигалке, Вайнкер нанес мощный удар по голему, превратив его в металлолом. У него уже болел палец — он повалил десятки таких кукол с тех пор, как начал искать своего пропавшего миньона.

Поэтому он сменил руку и раздавил нежить минотавра когтем указательного пальца правой руки.

Туннели становились все меньше и теснее по мере того, как Вайнкер пробирался все дальше под землю, и, в конце концов, они оказались в подземном полуразрушенном мавзолее. Однако число монстров-самоубийц, жаждущих умереть для него, только увеличивалось. Из потайных комнат появились и окружили их перевязанные мумии, скелеты бойцов и глиняные големы.

Вайнкеру ничего так не хотелось, как сжечь их своим дыханием, но ему не хватало места сделать это, не причинив вреда своей племяннице. Что же это за архитекторы такие, которые отказываются делать площади размером для его вида?

По крайней мере, каждая из этих разминок оставляла после себя сокровище, от драгоценных камней до золотых колец. Перк Вайнкера [Рожденный в Пурпуре], к его великой радости, к нему вернулся.

Рыцарь Киа, которая, наконец-то, избавилась от своей одержимости верховой ездой на драконах, сражалась пешком и прорезалась сквозь орды древних воинов-нежити, как сквозь масло. Ее меч сиял, как солнце, усиленный сияющей аурой. Тем временем, Джоли проглотила забинтованный труп эльфа и громко рыгнула.

Наконец, Вайнкер закончил разбивать последнего из големов, и мавзолей погрузился в тишину.

Поздравляю! Вы заработали уровень в [Гладиаторе].

+30 Очки Жизни., +2 Сила, +1 Жизнестойкость, +1 Ловкость + 1, Харизма, +1 Удача.

— Чем ниже мы спускаемся, тем тяжелее становится, — сказала Рыцарь Киа, убирая меч в ножны.

Тяжелее? Нет, утомительно — да, особенно потому, что он получил от этого только один уровень. Вайнкер посмотрел на выход и обнаружил, что он меньше предыдущего. Он едва сможет просунуть туда свою шею!

— Они становятся еще вкуснее, — сказала Джоли, ее живот был полон пыльного мяса нежити. — Сухой корм — самая лучшая еда!

— Я больше не смогу протиснуться через пыльный туннель! — Пожаловался Вайнкер, песок запачкал его когти. — Я сделаю его побольше!

— Ваше Величество, если это сделает, обрушит на нас весь пол, — запротестовала Рыцарь Киа.

Вайнкер ворчал. Он, несомненно, переживет это, и ему было все равно, если Рыцарь Киа не сможет. Но он хотел защитить свою племянницу.

— Миньон! — Закричал Вайнкер. — Миньон! Вернись сюда! Я не собираюсь копать дальше!

Проверка харизмы не удалась. Вы не смогли преодолеть эффект анти-телепортации.

— Ни у кого не может быть харизма больше, чем у меня! — ответил Вайнкер. — Пересмотри свое неверное суждение! Миньон! Миньон!

Его глава персонала появился среди его новых сокровищ с бутылкой в руке и с новым миньоном-гоблином.

— Ах, миньон, вот и ты! — Обрадовался Вайнкер, система, наконец, осознала свою ошибку.

И его миньон, и гоблин оглянулись по сторонам, и Вайнкер понял, что не отменил свою невидимость. — Мигнуть, — сказал он, открывая себя во всей своей красе, и синяя тварь от этого зрелища лишилась дара речи.

— Вик, рада видеть тебя живым! — Рыцарь Киа обрадовалась почти так же, как и дракон, а потом заметила бутылку, которую нес полудракон. — Ты нашел этот артефакт?

— Ага, а вот и Мот, — Друг Виктор указал на идущего за ним гоблина. Впервые увидев дракона, тварь рухнула на землю, и молча взглянула на Вайнкера. — Я вижу, вы не теряли времени даром.

— Когда ты телепортировался, Вайнкер проломил землю, и открылся путь вниз, — сказала ему рыцарь. — С тех пор мы спустились на семь этажей.

— Там, внизу, Акхенапеп, очень опасная мумия, — сказал Друг Виктор. — Он очень крутой парень. В лиге восьмидесятых уровней, согласно моей Проницательности Монстра. Мне удалось уговорить его меня не убивать, но следующий, кто его разбудит, не разделит этой милости.

— Эта мумия так же опасна, как и Король Балаур. — Рыцарь Киа казалась взволнованной этой мыслью. — Я знала, что там есть что-то, с чем стоит бороться. Я приведу весь свой отряд, чтобы его прикончить.

— Король Балаур? — спросил синий гоблин Мот. — Первый дулахан? Он по-прежнему рядом?

— Киа убила его, — сказал Человечек Виктор, и глаза гоблина расширились от удивления.

— Пфф, он был всего лишь вторым бедствием нашего века, — ответил Вайнкер, выпятив грудь. — И эта мумия не может сравниться со мной.

— О, это же эльфийская мумия, верно? — Спросила Джоли, и при этой мысли у нее потекли слюнки. — А где же он держит свое гнездо? А друзья у него есть?

— На дне подземелья, в потайном склепе, — сказал Человечек Виктор. — Раз уж Мот пожелал меня поднять, может быть, он поможет нам спуститься по этажам?

— Нет, не могу, — сказал синий гоблин. — Никакое желание не может негативно повлиять на создателя моей бутылки, Акхенапепа. Я не могу желать, чтобы он ушел, телепортировать армии к его порогу или заставить башню рухнуть. Вам придется пробиваться с боем.

— Кроме того, туннели слишком малы для драконов, — сказал Друг Виктор. — Если только мы каким-то образом не превратим ваше величество и его племянницу в нечто меньшее.

— Например, в человечка? — Спросил Вайнкер.

— Что?

…

…

…

Вайнкер расхохотался так, что ему стало трудно дышать, а Человечек Виктор нахмурился. — Хорошо… очень хорошо, миньон. Серьезно, я не собираюсь снова расчищать сто этажей. У нас есть бутылка, квест закончен, и нам нужно вернуть мои новые блестяшки обратно в мою сокровищницу. Пришло время потребовать свою награду.

— Кстати, об этом. — нахмурился Человечек Виктор. — Давший задание забыл упомянуть о содержимом бутылки.

— Ты сказал, что Мот пожелал, чтобы ты поднялся? — Спросила Рыцарь Киа. — Это что, джинн в бутылке?

— Да, феноменальные космические силы и все такое, хотя и не безграничные.

— Что это за гоблин такой? — Спросил Вайнкер, принюхиваясь к этому существу. Запах казался отвратительно знакомым, но слишком слабым, чтобы он мог вспомнить, почему.

— Я — джинн, — ответил гоблин, — и исполняю волю своего господина.

— Как глава персонала? — спросил Вайнкер.

— Да, только этот — синий, — ответил Виктор своим странным ровным тоном.

— Я могу исполнить любое желание владельца бутылки, в определенных пределах, — сказал Мот.

— Что, только три желания? — Спросил Виктор.

— Ты можешь загадывать сколько угодно желаний, Хозяин Виктор, но я могу исполнить только твои.

— Миньон миньона? — Спросила Джоли, глядя на гоблина своими большими любопытными глазами, к его большому неудовольствию.

— Если кто-то хочет стать моим хозяином, Хозяин Виктор должен передать право собственности на бутылку или быть за это убитым. Кстати, теперь, когда я об этом подумал, если моего хозяина убьют, а затем оживят, возможно, это будет считаться передачей права собственности…

— Я не собираюсь платить миллионы за то, чтобы снова поднять Человечка Виктора, — отмахнулся Вайнкер. — Какие желания вы можете исполнить, глава персонала моего главы персонала?

— Вы не хотите, чтобы я передал вам право собственности? — Спросил Друг Виктор, всегда стремящийся угодить своему хозяину.

— Я слишком хорош, чтобы претендовать на сокровища моего должника-миньона.

— Какие желания я могу исполнить? — Повторил Мот. — Хороший вопрос. Но лучше было бы спросить: какое желание я не могу исполнить? Мои силы велики, но они не могут одолеть тех богов или силы, которые соперничают с моими собственными. Я также не могу повлиять на весь мир. Городом я могу управлять, но не больше.

— А ты можешь превратить город в золото? — Спросил Вайнкер, внезапно очень заинтересовавшись.

— Конечно, но никаких возвратов. Я не могу пожелать отменить прежнее желание. Я могу загадать желание, которое может нейтрализовать последствия предыдущего желания, хотя только, если вы хорошо его сформулируете. Наконец, я не могу никого убить напрямую, и никаких путешествий во времени.

— Ладно, давай заключим сделку прямо здесь, — сказал Человечек Виктор. — Я читал истории твоего рода, и для всех будет лучше, если ты не будешь искажать смысл наших желаний.

— Я бы никогда так не поступил, Хозяин Виктор, — с усмешкой ответил гоблин. — Но что же вы предлагаете?

— Если ты будешь исполнять мои желания без гнусных побочных эффектов, я все время буду выпускать тебя из бутылки и подумаю о том, чтобы пожелать тебе свободы.

— Мне не нравится эта мысль, Вик, — нахмурившись, сказала Киа, а джин слушал с каменным лицом. — Он — раб, запертый в бутылке.

— Рыцарь Киа, он не раб, а слуга моего миньона, — ответил Вайнкер. — Это второй самый приятный опыт, который может испытать его вид, будучи моим непосредственным миньоном. Он волен делать все, что я пожелаю.

— Я принимаю ваше любезное предложение, Хозяин Виктор, — сказал джин, оскалив зубы. — На самом деле, я с радостью продолжу исполнять твои желания даже после того, как ты освободишь меня, просто по доброте душевной.

— Ну… не обижайся, но сейчас я тебе не очень доверяю, — сказал Виктор. — Я не отпущу тебя до окончания испытательного срока. Кроме того, давший задание Барсино хочет получить бутылку.

— Да, только бутылку, — заметила Рыцарь Киа. — Мы можем отдать ему бутылку после того, как сначала выпустим джина.

— Я почти уверен, что он хотел получить полный пакет услуг по исполнению желаний.

— Хозяин, а что может дать этот давший квест такого, чего я не могу исполнить своим желанием? — спросил джин, горя желанием остаться с лучшей командой.

— Вот именно! — Сказал Вайнкер. Миньон-субподрядчик в лучшем виде! А теперь скажи мне, где сейчас эти проклятые авантюристы!

Джин поднял глаза на Вайнкера, затем повернулся к Человечку Виктору за переводом. — Мот, я хочу узнать местонахождение членов Легиона Голубой Розы, расформированной компании авантюристов из Барина.

Мот щелкнул пальцами, и в его руке волшебным образом появился свиток. Он открылся, показав карту континента и других сухопутных массивов, которые Вайнкер не узнал. На бумаге появились четыре разбросанных по всему миру красных креста, а над ними — изображение имени.

— Каждый крест — это один из них, — сказал Мот. — Я позволил им двигаться самостоятельно вместе с целью, хозяин.

Человечек Виктор схватил карту и, изучая ее, нахмурился. — Они довольно далеко друг от друга.

— Вот эта, Декстра, находится в городе Гардмейна Ноблкуре, — сказала Киа, взглянув на карту. — Но остальные находятся в других странах. Павшая Гармонианская Лига на востоке, Зимние Королевства на севере и королевство вампиров Ночные Земели.

Зимние Королевства. Владычество Ледяного Клыка. — Миньон, собери их всех в эту комнату, — приказал Вайнкер. — Чтобы я мог их съесть.

— Они слишком далеко и очень хорошо защищены магией, чтобы я мог силой телепортировать их сюда, — сказал Мот. — Я не могу телепортировать кого-то из другого мира против его воли.

— А как насчет того, чтобы телепортировать нас к ним? — Спросил Человечек Виктор.

— О, хорошая мысль, — кивнул Вайнкер. — А ты можешь телепортировать нас обратно в мою сокровищницу? Я не хочу сжигать жир, летя назад.

— Это желание я могу исполнить, но я не могу телепортировать к их порогу целую армию.

— Я знаю одного из них, — сказала Рыцарь Киа, внимательно изучив карту. — Гарланд Ренуар, Скорчер высокого уровня. Ему и его наемникам удалось сбежать на Восток до того, как Сияющий Крестовый Поход смог их поймать. За его голову назначена большая награда.

Хорошо. Вайнкеру заплатят за то, что он сделал бы совершенно бесплатно. Но сначала… — Человечек Виктор, может ли твой глава персонала пожелать Герб?

— Я уже нашел один там, внизу, но — хороший вопрос, — Человечек Виктор повернулся к своему гоблину, — ты можешь создать герб? Может быть, легендарный?

— Поверьте мне, Хозяин Виктор, я очень хотел бы этого, — сказал джин, скрипя зубами. — Но я никак не могу повлиять на классовую систему. Ни свободные Гребни, ни уровни, ни магическое повышение стата.

— Тогда можешь ли ты—

— Могущественная божественная магия защищает Гребни от обнаружения с помощью сверхъестественных средств, — прервал джин Человечка Виктора, расстроенного этой темой. — Я уверен, что эта часть была намеренно предназначена для того, чтобы испортить мой вид.

— Ты разочаровываешь меня, миньон моего миньона, — сказал Вайнкер джину.

— Ваше Величество, пожалуйста, не смейтесь над моим планом возврата долгов, — ответил Человечек Виктор. — Мот, ты ведь можешь создавать золото из ничего, верно?

— Ах. Ах, да, богатство — это легко. И магические предметы тоже.

— Я могу стереть свой долг! — Сказал Человечек Виктор, и нахмурился. — Ты можешь создавать магические предметы?

— Вик, может быть, именно по этой причине Барсино и захотел заполучить его, — сказала Рыцарь Киа и подозрительно нахмурилась, глядя на джина. — Хотя силы Мота и не столь могущественны, они имеют большое военное применение.

— Не такие уж и сильные? Джин снова впился взглядом в паладина. — Половина моих ограничений связана с этой проклятой бутылкой! Если ты хочешь настоящей власти, то сначала освободи меня.

— А ты умеешь вызывать принцесс? — Спросила Джоли.

— Джоли, нет никакого хвастовства в том, что принцессу доставили к твоему порогу, — упрекнул Вайнкер свою племянницу. — Ты должна работать, чтобы их поймать!

— Но я хочу устроить чаепитие с принцессой! Я вплету им ленты в волосы, надену шляпу, и тогда мы будем смеяться, прижимая коготки ко рту!

— В любом случае, джин ты или нет, V&V уже не остановить, — ответил Вайнкер. — А кто победил в двух войнах за клад? Все, что я слышу, это то, что Друг Виктор теперь готов начать выплачивать свой долг. Подойди ко мне, мой глава персонала.

Человечек Виктор приблизился, и Вайнкер положил палец на его крошечную голову. — Я, Вайнкер Великий, Император Мурмурина, Ишфании и Альбенских гор, — провозгласил дракон, — дарую тебе вечные благословения моей золотой Династии!

— Это не имеет никакого смысла- — Человечек Виктор резко замолчал, когда его окружил свет.

Благодаря вашему Перку [Династия] вы даровали своему главе персонала уровень в Классе [Благородный].

Из-за статуса вашего миньона его класс [Благородный] превратился в класс [Великий Визирь].

— А теперь, Человечек Виктор, попроси своего миньона вернуть нас домой. Я выпишу свои первые желания на вершине моего постоянно растущего сокровища.

— А что будет в первую очередь? — Спросил Человечек Виктор. — Превращение сокровищ Ледяного Клыка в снег?

Вайнкер ахнул от ужаса, услышав безжалостное предложение своего начальника штаба, как и Джоли. — Миньон Виктор, я не могу сотворить ничего столь ужасного с драконом, даже с моим ненавистным соперником. Он будет унижен, но сначала я буду ответственно использовать свои желания. Я начну с того, что уничтожу одну из величайших угроз драконьему роду.

— Фейри? — Джоли вскинула голову, как и джин.

— Нет, — покачал головой Вайнкер. — Враг более страшный, более коварный, более гнусный.

Дракон сделал драматическую паузу, пока все глаза посмотрели на него, и поднял кулак к потолку.

— Я, Вайнкер, буду желать полного исчезновения свинца до скончания веков!

Перекресток.

Таково было прозвище Аутремонда во всем космосе, ибо близнец Земли был именно таким: перекрестком между различными планами существования. Рай, Ад, Элементные Планы… у каждого из них были где-то спрятанные, по крайней мере, одни ворота, ведущие в этот мир.

С тех пор, как они договорились не воевать с Аутремондом напрямую, двенадцать богов создали каждый свой собственный план и отступили туда. Иногда они даже делили один из них, например обитель Митры и Леоне на Небесах.

Среди самых страшных божеств Аутремонда была Ужасная Тройка, божественная триада смерти, преступлений и войны. Коллективный враг сияющего Митры, против которого они выступали, еще будучи смертными. Троица вознеслась вместе и они остались друзьями даже после достижения божественности. Когда они собирались, проливалась кровь, начинались войны, вспыхивали эпидемии…

Но чаще всего они просто играли в игры.

Камилла, богиня смерти, преступлений, тьмы и мора, телепортировалась в Игровую Комнату, и увидела других божеств, развлекающихся без нее. — Вы начали без меня, предатели?

Открытое пространство под звездным ночным небом с «землей» из облаков, которое боги могли формировать по своему желанию. Игровая Комната была местом, где развлекалась Ужасная Тройка, будь то втроем или с гостями. Ее товарищи по команде не стали дожидаться ее и начали играть в «Падающую Звезду» с Лунным Человеком и Костью.

Правила были просты: бросать кометы в небо и пытаться во что-нибудь попасть. Планеты давали больше очков, чем Солнца, так как их было труднее поразить.

— Первый удар! — Гуманоидная ворона, бог Десджестер никогда не покидал свой дом без малинового костюма арлекина — он помогал скрыть кровь. Из его косы выли бесчисленные души. — В какой мир я попал?

— Каркоса, — сказала Веран. Гномья богиня огня, войны и машин пряталась под тяжелой, похожей на танк, боевой броней своей собственной конструкции. Ходули позволяли ей стоять плечом к плечу со своим товарищем. — Джести, не слишком-то надейся. Мы играем с необитаемыми планетами.

— О, тьфу, — разочарованно произнес Десджестер и повернулся, чтобы поприветствовать Камиллу, а в это время Лунный Человек, прищурившись, промахнулся мимо солнца. — Эй, Кам! Наконец-то ты здесь!

Богиня скрестила руки на груди и сердито посмотрела на своего старого товарища по команде. Темный эльф-вампир с кожей черной, как ночь в жизни, с малиновыми глазами и белыми волнистыми волосами, Камилла была одета в облегающее черное платье с обнаженной спиной почти до половины зада, которое подчеркивало ее чувственную фигуру. Еще будучи смертной, она всегда имела склонность к моде, компенсируя отсутствие стиля у Десджестера и Вераны, и эта тенденция продолжилась у нее, как у божества.

— Ну же, не делай такое лицо, мы только начали, — ответил Десджестер и вернулся к игре. — А почему ты так поздно пришла? Ты, наконец-то, внесла Спид в Аутремонд?

— В тысячный раз повторяю, что я этого не сделаю. — Камилла закатила глаза. Она слишком любила своих смертных любовников и предпочитала сверхъестественные болезни вроде вампиризма. — И это был частный бизнес.

— Я думал об этом весь день, — продолжал досаждать ей Десджестер. — Если вампир занимается любовью с живым смертным, это считается некрофилией?

— Ты сегодня в ужасном настроении, Джести, — ответила Веран, формируя на ладони метеорит и бросая его в какую-то солнечную систему. Ее комета пролетела мимо звезды с огромным отрывом, заставив Десджестера рассмеяться. — Будь ты проклято, солнце!

— Конечно, я чувствую себя счастливым, — ответил арлекин. — Такого хаоса на Аутремонде не было со времен Столетней Войны! Так много смеха!

— Действительно. — Последняя гостья, богиня Шеша, дала о себе знать, телепортировавшись в комнату. — Так много новых возможностей.

Все уже знали, о чем и о ком пойдет речь этой ночью.

— Шеша, рад тебя видеть. Ты, наконец, подумала о том, чтобы спонсировать Торговлю Рабочей Силой Нежити? — Спросила Камилла, всегда политик, стремящийся продвигать дело прав нежити. — С новой политикой Империи V&V, Бессмертная Революция больше не может быть остановлена.

— Я еще не могу выбрать позицию, учитывая гнусные долгосрочные побочные эффекты некромантии, — ответила жадная рептилия. — Я решила, что не буду ни поддерживать, ни осуждать эту торговлю. Я предоставляю своим поклонникам самим сделать выбор.

— Значит, каждая из ваших церквей будет решать сама? — настаивала Камилла, зная, что сможет убедить некоторых работать с ней.

— Я не занимаюсь микроменеджментом, — подтвердила Шеша. — Это снижает производительность труда.

— Работа, работа, работа, — жаловался Десджестер, когда игра закончилась его решительной победой, и ни у одного из других божеств не было цели, достойной проклятия. Особенно Кость, у которого не было рук. — Расслабься, это же игра ночи!

— Мы ждем кого-то еще? — Спросила Шеша.

— Нет, — ответил Десджестер. — Я послал Митре пригласительный билет с надписью «Ночные Земли». Он ничего не ответил.

Камилла вместе с подругой рассмеялась. Как божество солнца, Митра никогда не признавал, что вампирская нация граничит с его любимым Гардемейном. Не помогло и то, что у монарха Орлока были… странные верования касательно бога солнца.

— Семь или около того глав нужно подождать, — сказал Лунный Человек, поворачивая к нему глаза. — Ммм? Что же я такое сказал?

Десджестер пожал плечами и сотворил из облаков стол и стулья. Как мастер игры ночи, он пригласил божеств сесть.

Как обычно, на игре присутствовала только половина Пантеона. Более самодовольные боги Митра, Леоне, Изенгрим и Кибела предпочитали играть между собой, а Митра и Ужасная Тройка все равно не могли находиться в одной комнате. Сенг, богиня моря, свободы, грез и алкоголизма, обычно, оставаясь инкогнито, напивалась вместе со смертными.

И никто в здравом уме не приглашал на такую игру разрушительного Саблара, никогда.

Камилла сидела между Вераной и Десджестером, а Шеша — между Вераной и Лунным Человеком. Несмотря на одинаковую высоту, любому смертному, входящему в комнату, боги показались бы гигантами, как холмы, сидящие вокруг плато. Только Кость решил не обращать внимания на стул и запрыгнул на стол.

Камилла наслаждалась возможностью встретиться со своими собратьями-божествами. Как богиня нежити, она делала все, что было в ее силах, чтобы ее последователи никогда не уходили, позволяя им оставаться призраками, упырями или вампирами. Таким образом, в ее царстве у нее было очень мало друзей, и она, обычно в маске, прибегала к общению со смертными.

— Ладно, — начал Десджестер, вызывая на столе очень точную, анимированную карту всего Аутремонда. Рисунок на доске обрел свою собственную жизнь: из бумаги поднялись горы камня, потекли океаны чернил, а над ключевыми точками засияли названия различных городов мира. — Сегодня вечером, ребята, мы играем в Цивилизацию Аутремонда.

— Вариант военного времени?— Веран слегка ее толкнула. — После Столетней Войны у меня не было ни одного хорошего шанса, и я опоздала на конфликт Мурмурин-Ишфания. Я хочу испытать на поле боя своего нового боевого голема.

— Это будет в следующей игре, — сказал Лунный Человек. — Когда все четверо будут одним целым.

— Никаких пророчеств! — Крикнула Веран, но древняя звездная мерзость ничего не могла с собой поделать.

— Стальные сапоги попрут мраморную землю, а пурпурные розы покажут свои шипы. Клинки в ночи, щиты тьмы и окровавленные корни.

— Отлично, просто замечательно, — вздохнула Веран. — Думаю, что примерно через год я пойму, что ты имел в виду.

— О, мой друг, пытаться это выяснить — половина удовольствия, — ответил всегда оптимистичный Десджестер. — Другая половина — это когда ты обманываешь судьбу.

— Никакой войны, — сказала Шеша. — Война вредна для мировой торговли.

Истинный поджигатель войны, Веран, настаивала дальше. — Но фоморы все еще существуют по всему миру. Просто крестовый поход, чтобы с ними покончить. Или пограничный конфликт. Я могу остановиться только на чем-то из этого.

— Веран, не жадничай, — сказала Камилла своему товарищу по команде. — В прошлую кампанию через своих заявленных чемпионов ты ввела порох и артиллерию.

— Я хочу попробовать что-нибудь новенькое! — Сказал Кость.

— Ты доминировала в военной кампании века, — добавил Десджестер. — Учись делиться, Смолли.

— Пффф, ты так говоришь, потому что у тебя сегодня знаменательный рабочий день со всеми бандитами и политическими убийствами, которые последовали за войной.

— Как обычно говорит Шеша, — хихикнул Десджестер, — бизнес процветает.

— Послушай, фоморы твердо намерены уничтожить смертных, и у них нет души, чтобы об этом сожалеть, — Веран упрямо цеплялась за свою позицию. Будучи воинственным божеством, она хотела, чтобы ее поклонники правили населенным миром, а не безмолвной могилой. — Я говорю, что мы никогда не будем в безопасности, пока не уничтожим их всех до единого. — Эта Мелл Оди — новый король Балаур, с сосками. Лучший способ сдержать — это смерть.

— Ее защищает Саблар, — заметила Шеша. — Фоморы не в состоянии предпринять что-либо крупное, по крайней мере, еще в течение столетия, а народы мира истощены. Для смертных было бы лучше использовать передышку для строительства.

— Да, и Вайнкер Рыцареубийца, вероятно, будет ей противостоять, — добавил Десджестер, — что, как подсказывает мне интуиция, будет весьма забавным конфликтом.

— А кто на этот раз выступает за более мирную кампанию? — Камилла подняла руку, и все, кроме Вераны, сделали то же самое. Ну, Кость подпрыгнул, что тоже считалось, как да. — Извини, мой друг, но ты в меньшинстве.

Надув губы, гном скрестила руки на груди.

Правила цивилизации Аутремонда были просты. Каждый бог мог воздействовать на этот мир тремя способами: 1 — направляя своих последователей, от жрецов до инквизиторов; 2 — вызывая претендующих на звание чемпионов или 3 — через свою сферу влияния. Хотя боги могли посещать мир смертных, после последней войны между ними они придерживались строгой политики невмешательства… хотя все обманывали, когда им это сходило с рук.

Во время Военных Вариантов они обычно натравливали своих почитателей на других. Столетняя Война превратилась в одну из них, когда мерзкий Саблар спонсировал фоморов в их разрушительном неистовстве через Мистраль, заставляя божеств сосредоточиться на призыве и руководстве чемпионами, чтобы повернуть ход вспять. Веран провела целый день, используя войну, как предлог для внедрения новых технологий на континенте Мистраль.

Но в целом это была напряженная, жестокая кампания. Смертные Мистраля имели реальный шанс быть уничтоженными, и только потоки призванных людей смогли переломить ход событий против короля Балаура.

— Во-первых, прежде чем мы начнем, я хочу обратиться к летающему в этой комнате слону, — сказал Десджестер. — Драконы. Как вы все знаете, благодаря Вайнкеру Рыцареубийце, долгой ему жизни, драконы начали проходить уровни, что само по себе потрясающе и оживляет игру, но зато теперь хлопот не оберешься. Я думаю, что знаю об этом мнение каждого, но все равно должен спросить: на этой сессии мы снимем запрет на реинкарнацию дракона?

— Нет! — сказали все почти одновременно.

— Драконы запрещены- — добавил Кость.

— Да, до скончания времен, — вздрогнул Десджестер вместе с остальными божествами. Камилла знала, что бог преступления в какой-то момент нарушил все божественные правила, кроме одного.

— К счастью, одной грубой силы будет недостаточно, чтобы добраться до Валгаллы, — вздрогнула Шеша. — Никто не хочет еще одного … инцидента…

— Джести смеялся над этим, — сказала Веран.

— Да, как в анекдоте настолько плохом, насколько безвкусном, что он, сделав круг, сразу же вернулся к хорошему, — ответил ворон-принц преступления. — Тогда, согласен, никаких драконьих притязаний. Однако жрецы драконов допускаются наряду с обычными классами, наделенными божественной властью.

— А что, там есть жрецы драконов? — Спросила Камилла, завидуя, что у нее до сих пор ничего такого нет.

— Да, один дракон, кажется Ледяной Клык, пытался поклоняться самому себе, чтобы получить класс. Очевидно, это не сработало, но я не исключаю, что появится паладин-дракон. — Десджестер закрыл глаза, фантазируя об этом. — Надеюсь, один появится. Митра был бы просто вне себя от этого.

— Я предлагаю сыграть в кампанию «Век Открытий”, — выдвинула идею Шеша, и боги ее услышали. — Из-за морских чудовищ смертные не могли пересечь океаны… до сих пор. Некоторые цивилизации, такие как Тейкоку, Барин и Империя Таотен, развили архаичный полет. Мор создал один действующий самолет. И драконы. Если в центре внимания прошлой кампании была мировая война, то я предлагаю, чтобы следующая была эпохой приключений и исследований.

— Отличная мысль! — Кивнул Десджестер. — Меня уже тошнит от Средневековья!

— Я думала, что мы уже ушли от него после столетней войны, — отметила Веран. — С введением артиллерии, труда нежити и новых классов, созданных системой следом за ними.

— Да, но теперь мы можем войти в магический ренессанс, — сказала Шеша. — Я поставила на это имя свою торговую марку. Новая эра предпринимательства, охоты за сокровищами и глобальной торговли!

— И тогда столкновение культур приведет в будущем к новым конфликтам, — кивнула Веран. — Я согласна.

— И сколько же? — Спросила Шеша.

Лунный Человек, который обычно соглашался со всем, когда не разглагольствовал, радостно кивнул. — Я хочу играть в открытия.

— Я тоже согласна, — сказала Камилла с лукавой улыбкой. Поскольку Таотены были поклоняющейся ей империей нежити, она и ее церковь в этой кампании имели значительное преимущество. Она могла бы в мгновение ока распространить свой культ и радость нежити по всему земному шару.

— Переверните меня! — Настаивал Кость. — Переверните меня за новыми дополнениями!

— Хорошо, хорошо, раз заговорила демократия, темой этого столетия будет Эпоха Открытий. — сказал Десджестер. — Мы начинаем с континента Мистраль, и Кость сделает первый ход.

Кость радостно запрыгал, а остальные божества обменялись взглядами. По мере того, как воплощались магия и удача, перекатывание Кости всегда резко меняло Аутремонд. Десджестер решил пустить его первым, чтобы другие боги могли планировать вокруг или после выпадения, а не до него.

— Вот каково состояние мира… — Десджестер прочистил горло и заговорил глубоким голосом рассказчика. У него всегда был талант к театральному искусству. — Столетняя Война закончилась, оставив континент Мистраль навсегда измененным. Страшные фоморы под покровительством Саблара отступили в Прайден и Темный Лес, чтобы замышлять дальнейшие разрушения. Гармонианская Лига и Мидгардская Республика пали, поглощенные всемогущим королевством Гардмейн, торговой империей Барин и вампирской теократией Ночных Земель. На севере полководцы Зимних Королевств сражаются как с драконами, так и друг с другом за господство. Змей император Вайнкер Рыцареубийца завоевал землю Ишфании, переименовав ее в V&V Империю. Пока война не закончилась, царят хаос и неразбериха. Что ты делаешь?

— Качусь к новым волшебным погодным условиям!

— Для каждой страны? — Камилла вздрогнула от страха, как и Шеша. И та и другая отдавали предпочтение определенной стране — Ночным Землям и Барин соответственно.

— Лунный Человек, так как у тебя нет любимой страны, пожалуйста, брось Кость, — попросил Десджестр. Древний лунный зверь схватил щупальцем Кость и бросил на карту.

А потом началась бойня.

— Барин, один! Глобальное потепление! Сухая погода и огненные ветры! Зимние Королевства, четыре, прохладная погода и сильный град!

С каждым броском Кость вводил на карту новые эффекты. Огненный сирокко, к большому разочарованию Шеши, двигался к территориям Барин на юге, в то время как ледяные осколки разрывали северную часть карты.

— Гардмейн, десять и семнадцать! Прекрасное лето на юге, кислотные дожди на севере! — Десджестер хохотнул — вскоре облака начали выпускать зеленые чернила на некоторые области любимого царства Митры.

— Ночные Земли, — поморщилась Камилла, когда Кость приземлился на пятнадцатую грань. — Пятнадцать, кровавые дожди!

Богиня вампиров вздохнула с облегчением, когда алый дождь окатил ее любимую страну вампиров. Ей улыбнулась удача.

В результате чего осталась только одна страна…

— Империя V&V, двадцать! — Кость явно обрадовался полученному результату, представив Аутремонду неизвестную ранее погодную картину. — Дождь из слизи!

Над бывшими Ишфанскими территориями образовались крошечные зеленые облачка, проливаясь дождем из слизистых существ, похожих на воду. Камилла надеялась, что Вайнкер и его солдаты проголодались, потому что на обед у них будет желейный пир.

— Ни одна из этих моделей погоды не является естественной! — Запротестовала Шеша. — Ты не можешь пролить дождь желе!

— Я — бог, и мне не нужно ничего объяснять! — Ответил Кость. — Я говорю — дождь из слизи!

К концу хода все погодные условия на континенте были изменены в соответствии с сезоном, а постоянство изменений Кость оставил на волю случая.

— Кто хочет ходить следующим? — В ответ на вопрос Десджестера поднял щупальце Лунный Человек. — Ход у повелителя безумия. Для справедливости, мы будем играть по часовой стрелке, и я закрою раунд Мистраля. Лунный Человек, что ты делаешь?

— Для подтверждения — я слышал, что у меня есть пророк, — сказал Лунный Человек. — Значит ли это, что у меня есть культ?

— Да, в тысячный раз повторяю, у тебя есть последователи, — раздраженно ответила Камилла. Лунный Человек забывал почти каждый сеанс, что у него есть религия, до такой степени, что у него был самый маленький пул поклонников.

У Саблара и то было больше. Когда ты менее популярен, чем бог разрушения, тебе приходится задавать себе вопросы.

— В таком случае, я приказываю всем своим последователям отправиться на Луну.

За этим заявлением последовало короткое молчание. — Что вы сказали? — Спросил Десджестер.

— Мы играем в эпоху исследований, — спокойно ответил Лунный Человек. — Я прошу своих последователей отважиться на единственную истинную границу, космос. Они присоединятся к моим детям на Луне, чтобы мы могли гармонично потрясти щупальцами.

— Ух ты, ты пропускаешь там много промежуточных ступеней.

— Это здорово! — Веран восприняла это заявление спокойно. — Я могу за пятьдесят лет ввести магические ракеты!

Десджестер вздохнул. — И это — все?

— Мой единственный истинный пророк поведет мое стадо к звездам, — добавило инопланетное божество. — Я все сказал.

— Разве Кость не претендовал на него первым? — Спросила Веран. — И ты тоже, Шеша?

— С ним легко, — ответила Шеша, которая тоже претендовала на него. Почему-то то, как она это сформулировала, подразумевало совсем другое.

— Шеша, ты следующая, — сказал ворон-принц преступления. — Даже если вам будет трудно возглавить Расу на Луну, что вы будете делать?

— Я приказываю своей церкви инвестировать в зарубежные путешествия, — сказала Шеша. Будучи самой расчетливой и практичной из богинь, она предпочитала логистику ярким проявлениям власти. — Чтобы поддержать век исследований, я увеличиваю вознаграждение за изучение не открытых областей. Поскольку рынок охоты на монстров переполнен конкуренцией драконов, разведка станет более прибыльной.

— Скучно, но приятно, — прокомментировал Десджестер.

— Затем я ввожу бумажную валюту, чтобы поддержать экономику, начиная с-

— Уже сделано.

Шеша сделала короткую паузу. — Что значит «уже сделано»?

— Человечек Виктор, Великий Визирь Мурмурина, уже замышляет ввести скрепки в качестве официальной валюты империи V&V, — ответил Десджестер. — Это не было официально оформлено, но они начали для печати использовать мимиков. Император Вайнкер дал ему шанс, так как думал, что это принесет меньше золота для человечков и больше для него.

— Откуда ты это знаешь, Джести? — Спросила Камилла, пока Шеша обдумывала эту новость. — Ты что, проник в эту страну?

— Пожалуйста, — виновато произнес Десджестер. — У меня везде есть глаза.

— Я знала, что это место будет интересным, — сказала Шеша. — Я увеличиваю все инвестиции моей церкви в Империю V&V, и заканчиваю свой ход.

Следующим игроком была Веран, которая, как обычно, начала свой ход, приказав своим поклонникам уничтожить солнце и Митру. Будущая военачальница, пытающаяся покорить поверхность, еще будучи смертной, начала с того, что наняла в помощь Камиллу и Десджестера, внештатного некроманта и ассасина соответственно. И хотя вторжение провалилось, они объединились, убивая рыцарей, и после этого держались вместе, как авантюристы.

— Затем я представляю Аутремонду новый вид чудовища — лавового Голема. — Пока Веран говорила, на краю карты проявилось миниатюрное изображение монстра, чудовищного титана магмы, — Ожидается, что его уровень достигнет пятидесяти. Затем я специально призову в Зимние Королевства человека, который знает, как делать Ак-47.

На северной стороне карты появилась маленькая деревянная фигурка в форме гнома.

— Зачем вы вызываете человека, который может создать это оружие, в стране с наименьшими ресурсами для его создания? — Шеша нахмурилась.

— Потому что они, скорее всего, им воспользуются, — ответил Десджестер. — У них большая проблема с драконом.

— Кстати, поскольку драконы сейчас становятся сильнее, я думаю, что это несправедливо по отношению ко всем остальным, — добавила Веран. — Поэтому я создаю и распространяю по всему миру новые предметы убийства драконов, и вдохновляю свое духовенство знаниями о том, как сделать еще больше. Я заканчиваю свой ход.

— Как будто это принесет им какую-то пользу, — сказала Камилла с понимающей ухмылкой, теперь подошла ее собственная очередь.

— Кам, ты снова представишь нам новую нежить? — С надеждой спросил Десджестер. — Я предлагаю драколича. Пожалуйста, возьми драколича.

— Лич — это класс, Джести, а не спонтанное состояние, — напомнила Камилла своему союзнику. Не то чтобы это ее беспокоило. Учитывая, как быстро драконы подняли уровень, было только вопросом времени, когда один из них добьется успеха.

Но что она могла сделать? В отличие от Десджестера, который упивался своей ужасной публичностью, Камилла не считала себя злой; она думала, что мир будет намного лучше, когда каждый сможет наслаждаться смертными удовольствиями, как нежить, а не уходить. Она настаивала на легализации некромантии, и спустя столетия ее желание, наконец, исполнилось. В этот момент ей оставалось только поддерживать эту тенденцию.

— Для меня на этом сеансе все идет уже и так хорошо, — призналась она.

— Но ты ведь не пропустишь свой ход, правда?

— Конечно, нет, Джести. Моя церковь официально признает империю V&V, поддерживает их бессмертный пенсионный план для миньонов и распространяет его среди своих последователей. Теперь каждый получит возможность восстать, как разумная нежить, с учетом пожертвований.

— А вы открыты для мультирелигиозных группировок? — Предложила Шеша.

— Конечно, но бессмертие останется фундаментальным правом для всех, как ключ к счастью, — ответила Камилла с политическим мышлением. — С этого я не сдвинусь.

— Кам, Кам, ты ошибаешься, — сказал Десджестер. — Секрет счастья в том, чтобы убивать всех, кто делает тебя несчастным, и тогда однажды ты тоже умрешь навсегда.

Камилла ему в ответ улыбнулась. Несмотря на постоянные неудачи, убийца всегда сохранял позитивный настрой; он никогда не отказывался от своей мечты убить Митру, даже после того, как десятки раз потерпел неудачу. — Верь во что хочешь, Джести. Я заканчиваю свой ход.

— Значит, остался я, — Десджестер откинулся на спинку стула. Его друг знал, что хитрый негодяй решил идти последним, в первую очередь, чтобы увидеть стратегию остальных.

Которую ловкач тут же принялся срывать.

— Я приказываю ветрам перенаправить основную тяжесть изменений погоды на Гардмейн, — сказал Десджестер. — Я не могу допустить, чтобы моя новая любимая страна слишком долго страдала от разорения слизью. Затем, ради кармы, я приказываю своим последователям из Ночных Клинков забрать любое убивающее драконов оружие, какое только смогут, и раздать его бандитам по всему миру. Наконец, я активирую свою ловушку.

Еще один кусок дерева, на этот раз в форме человека, появился прямо рядом с человеком, поставленным Веран.

— Я специально вызываю в Зимних Королевствах своего Избранного и приказываю ему убить твоего, Веран.

— Что? — Богиня вскочила со своего места. — Но почему же?

— Из-за слишком большого количества оружия. И на этих мудрых словах я заканчиваю свой ход.

И это был только первый континент.

Им оставалось пройти еще семь.

Сегодня утром шел дождь из желе.

Виктор знал, что в жизни человека бывают моменты, когда мир кажется ему бессмысленным. Его жизнь давным-давно перестала иметь смысл, поэтому он при виде этого зрелища лишь слегка приподнял бровь.

Когда все началось, он был занят тем, что прогуливался по городу с Вайнкером Младшим на поводке. Из ниоткуда появились цветные облака и пролились дождем зеленых, синих, красных и белых желеобразных монстров. На дома и землю приземлились существа размером с лужицу цветной слизи, каждая из которых выглядела, как капля с двумя стекловидными глазами. Виктор использовал свой Перк [Проницательность Монстра] на синем существе, которое выпустило вокруг себя некоторое остаточное электричество.

Гром Желе

Тип: Слизь

Сильный против Физического, Воды, Кислоты и Электричества.

Слабый против Земли и Магии.

Молодая слизь, обладающая способностью вырабатывать био-электричество. Хотя они невероятно слабы и уязвимы для большинства заклинаний, их тело делает их невосприимчивыми к физическим атакам. Часто используются более крупными монстрами в качестве уборщиков подземелий или домашних животных.

Другие слизняки, казалось, имели различное стихийное сродство; тела красных, казалось, постоянно горели, зеленые растворяли вещество при соприкосновении, как кислота, а за белыми следовал холод и мороз.

— Интересно, новая волшебная погода, — сказал Фурибон из косы. Теперь Виктор из соображений безопасности всегда носил ее с собой. — Это что, начало сезона слизи?

Слизь издавала визгливые звуки, которые Виктор перевел, как плач.

— Младенцы? — Сказал Вайнкер Младший с оттенком беспокойства и нежности. — О, да. Виктор совсем забыл, что Мимики — это тип Слизи. Эти существа были дальними родственниками Младшего.

Виктор полагал, что в любом другом городе дождь из монстров вызвал бы тревогу, но жители Мурмурина отнеслись к этому спокойно. — Бесплатная еда! — обрадовался купец-гнолл, немедленно двинувшись ловить слизняков в бутылку.

— Сладкое, огненное блюдо! — оборотень превратился в монстра, чтобы схватить огненное желе, вероятно, чтобы использовать его в своем камине.

Вместо того, чтобы защищать деревню от армии монстров, это событие быстро превратилось в охоту на слизь. Даже Виктор принял участие, хотя и неохотно, но его пет натянул свой поводок и заставил его двигаться.

— Дети! — Закричал Младший, хватая руками плачущее желе и укладывая его себе на спину. Эта сцена напомнила веселящемуся Виктору о наседке, которая в целях безопасности сажает цыплят себе на спину.

Это был довольно забавный момент, хотя и напряженный, поскольку Младший, казалось, был полон решимости спасти как можно больше слизи, прежде чем другие граждане могли ее захватить. Как долго будет продолжаться этот дождь—

— Миньон!

Виктор обнаружил, что телепортировался в район храма, оставив своего закованного в цепи питомца позади. В отличие от остальной части города, этот район, расположенный ближе к горе, еще не пострадал от дождя.

— Миньон! — Вайнкер сердито указал когтем на строящийся новый храм двенадцати богов. Церковь Шеши, заботясь о местном населении, привезла из-за границы в основном рабочих-зверолюдей, и строила это место под присмотром инженеров-гномов. Построенный на холме рядом с вулканом, окончательный проект мог бы посрамить собор Хадмера.

— Это новый храм, — ответил Виктор. Это место было далеко не закончено, были подняты только главные стены. — А что, ты хочешь, чтобы он исчез?

— Он выглядит выше, чем моя статуя на центральной площади! — Возмущенно пожаловался Вайнкер. Толпа монстров и рабочих собралась неподалеку, чтобы поглазеть на гигантского дракона. — Статуя этого торговца никак не может затмить мою! Вызывай Мота!

Ну вот, опять, со вздохом подумал Виктор, хватая бутылку у пояса свободной рукой, которая раньше держала цепь Младшего. — Мот, выходи.

Джин появился в клубах белого дыма, и лицо его при виде Вайнкера стало печальным. — Ох.

— Миньон моего миньона, сделай самую большую статую меня, какую только сможешь!

— Еще одну статую? — Виктор видел, как с каждым новым желанием в глазах Мота медленно гаснет свет, сменяясь знакомым пустым взглядом измученного ветерана проделок Вайнкера.

— Но на этот раз пусть он будет сделан из рубинов, — уточнил Вайнкер. — Чтобы был таким же багровым, как моя чешуя. Сделай его выше, чем этот храм.

— Мот, пожалуйста, создай чистую рубиновую статую Его Величества, — сказал Виктор, сочувствуя этому существу. До сих пор Вайнкер использовал джина в основном для удовлетворения своих причудливых требований.

Джин тяжело вздохнул и щелкнул пальцами. Перед новым храмом появилось гигантское изображение Вайнкера, чуть меньше Статуи Свободы, сделанное из чистейших рубинов. Это было бы удивительное, впечатляющее зрелище… если бы Мот не изобразил готового взлететь дракона, с вытянутой, как у Супермена, рукой.

Очевидно, Вайнкер был слишком очарован своим собственным образом, чтобы заметить в этом зрелище едва уловимую нелепость, а толпа была слишком поражена впечатляющей демонстрацией магии, чтобы над ней смеяться.

— Поставь рядом с ней статую моего главы персонала, только поменьше, — добавил Вайнкер. — Оникс для одежды и лазурит для кожи.

— Есть ли у вас какое-нибудь применение моим феноменальным космическим силам, кроме озеленения и зарабатывания денег? — Спросил Мот, все больше расстраиваясь.

— Нет, — резко ответил Вайнкер.

Джинн сделал измученное лицо. Пока он спокойно возвращал долг Виктору, требования Вайнкера постепенно разъедали его энтузиазм.

— Дракон не правит городом, полным навоза, — заявил Император. Он впал в буйство желаний, посетив Мурмурин в первый раз со времени своего месячного затворничества, потому что нашел это место неподходящим. — Его земля должна быть такой же блестящей, как и его сокровища!

Виктор вынужден был признать, что у Вейнкера мог быть скрытый талант к архитектуре. После того, как он пожелал избавиться от всего свинца в своих владениях — Мот превратил его в золото — Вайнкер использовал джина почти исключительно для озеленения: создавая экстравагантные дороги с мраморным покрытием, добавляя золотые статуи драконов на каждом углу улицы и, в целом, превращая Мурмурин во впечатляющую столицу, достойную императора дракона.

— Я хочу править городом драгоценных камней, — приказал Вайнкер. — Самым блестящим местом в мире!

— Это действительно твое желание? — Нахмурившись, спросил Мот, и Виктор кивнул. Джин тяжело вздохнул, словно приговоренный к смерти преступник. — Я согласен на это.

— Я оставлю вас наедине с вашим ландшафтным дизайном, — сказал Виктор.— Мне нужно поймать Младшего, пока он не натворил глупостей, а потом встретиться с Киа у Эллисон.

— Миньон, я передумал, — серьезно сказал Вайнкер. — Я не хочу, чтобы ты размножался с Рыцарем Киа. Она оказывает ужасное влияние на мою племянницу, и она будет иметь такое же влияние и на тебя.

— Все в порядке, сегодня вечером я приглашаю на ужин кое-кого другого. Надеюсь, в последний раз.

— Хорошо, завтра мы пойдем и вернем бутылку тому, кто дал задание, — объявил Вайнкер, удивив и Виктора, и джина.

— Точно? — Мот радостно вскинул голову. — Ты действительно так сделаешь?

— Дракон никогда не отступает от своего слова, — с гордостью ответил Вайнкер. — Я сказал, что верну бутылку ее владельцу, и я это сделаю. Он получит бутылку, а ты останешься у нас, Миньон Мот. Ты никогда не перестанешь работать на V&V, клянусь тебе!

Если бы в словаре была картинка для обозначения «абсолютного отчаяния», лицо Мота было бы лучшим выбором. Виктор рассеянно использовал на нем [Проницательность Монстра], на случай, если у его вида есть какие-то хитрости в рукаве.

???

Тот же результат, что и у Мелоди. Может быть, его Перк работал только на монстров более низкого уровня?

Но тогда почему это действовало на самого Вайнкера?

Ммм…..

Вернув Младшего и его недавно принятую слизь в замок, Виктор полетел к Эллисон. Как механик Роло, она делила дом с големом и недавно согласилась позволить поселиться в ее мастерской и Барнабасу. Снаружи их мастерская выглядела, как убежище сумасшедшего ученого, с разбросанными по земле частями робота, рядом с шестеренками, резервуарами с нефтью и кузнечными инструментами.

Он нашел Киа, ожидающую его перед открытым гаражом, Эллисон и тролль Барнабас возились с шестеренками Роло. — Извините, что опоздал, — сказал он Рыцарю. — У меня несколько проблем с дождем. Я думаю, что мы поймали большую часть слизи.

— Знаю, — кивнула Киа на стеклянную лампу над входом в гараж. Свет давала спящая красная слизь. — Как для слизи, они странно милые.

— Как ты думаешь, мы могли бы создать электрический ток, если бы их было достаточно? — Спросил Виктор, не зная, пытались ли другие страны их приручить.

— Тебе понадобится их много, а они все-таки остаются дикими монстрами, — заметила Киа. — Несколько алхимиков пытались их приручить, но большинство после первых неудач обратилось к изучению энергетических камней.

С другой стороны, большинству цивилизованных видов не хватало Перков, полезных для борьбы с монстрами, таких, как Перк Виктора [Студент Монстр]. Если ему удалось приручить что-то столь чуждое, как Младший, Виктор подумал, что он все же мог бы использовать этих существ.

— Я ничего не нашла о джинах, — сказала Киа. Эллисон и Барнабас закончили осмотр Роло, голем разминал руки. — Казалось, что о виде, способном исполнять желания, должно быть больше знаний.

— Да, я хотел изучить его вид, прежде чем загадывать желания, но Вайнкер, с его ненавистью к свинцу, не слушал. — По крайней мере, он убедил дракона не желать в данный момент ничего слишком эффектного или чувствительного. — Я ему не доверяю. Вайнкер хочет вернуть бутылку Барсино, потому что это поможет нам проверить карту.

— Не могу сказать, будет ли разумно отдать джина Барсино или нет, — призналась Киа.

— Разве он не герой Столетней Войны?

— Да, но он поддерживал Гардмейн только потому, что видел возможность претендовать на территорию своей страны. Я встретила его однажды, и он показался мне хитрым и обаятельным, но беспринципным.

Все же лучше, чем Мелоди. Думая о ней… — Кстати, я попросил Мота найти Мелоди, но он не смог.

— Значит, либо она использует псевдоним, либо блокирует его силу? — Паладин вздохнула. — Конечно, это было бы слишком просто.

— Спасибо, Барни! — Эллисон поблагодарила Барнабаса, когда они закончили работу над Роло.

— Я уже давно подумываю об испытании этих новых агартанских механизмов, — проворчал тролль. — Продвинутый дизайн, но дрянная работа.

— Я чувствую себя, как новенький, — ответил голем и стукнул кулаком в небо. — Теперь Роло уже ничто не остановит!

— Привет, Вик, Киа! — Эллисон встретила их радостной улыбкой, вытирая полотенцем испачканные маслом руки. — Что случилось?

— Я ищу любовь, — пошутил Виктор.

— В моем гараже? — она невозмутимо откинулась назад, а Киа при виде этой сцены хихикнула.

— Ну, должен же я с чего-то начать, — ответил он и повернулся к Роло. — Недавно я посетил башню, полную големов.

— Башня Саблара? Это возвращает меня назад. — Значит, фермер-голем действительно пришел оттуда. — Я получил свой первый Герб, и мне удалось с боем из нее выбраться. Неужели мерзкий Акхенапеп все еще спит внизу?

— Я ищу материалы, которые помогут надрать ему задницу, — подтвердила Киа, взглянув на Барнабаса. — У вас есть какое-нибудь средство, эффективное против древних мумий? Как кольца, защищающие от атак, основанных на стихии земли?

— Я могу выковать [Амулет Песчаных Бурь], — ответил тролль, горя желанием создать новые магические предметы. — Высокая устойчивость к стихиям Земли и Ветра, невосприимчивость к погоде [Песчаная Буря] и ее дебаффам, а также невосприимчивость к Проклятиям.

— Фараон пользуется благословением Саблара за свои преступления против природы, — предупредил Роло Киа, а Эллисон нахмурилась, услышав его слова. Бедственное положение Ишфании и возвышение Брэндона Мора были прямым следствием магии Акхенапепа. — Эффекты времени на него не влияют, а магическая защита никогда долго ему не сопротивляется.

— Я не нападу на этого монстра, пока не соберу команду и все идеально не подготовлю, — заверила его опытный рыцарь.

— У тебя есть информация о его способностях? — Спросила Эллисон у своего друга-голема. — Ты работал на него до того, как обрел разум.

Пока Роло, Эллисон и Киа обсуждали способности Акхенапепа, Виктор повернулся к Барнабасу. — Я собираюсь усовершенствовать свой арсенал. Предметы, которые могли бы помочь мне исцелить Вайнкера в бою.

У Вайнкера была прикрыта физическая часть тела, но не было никаких средств для восстановления здоровья. И поскольку Виктор никогда не мог сравниться со своим хозяином в абсолютной огневой мощи, он подумал, что ему лучше научиться поддерживать его, и благодаря своему новому Перку он должен был получить хорошую скидку.

— Сначала деньги, — сказал тролль. — Ты уже должник.

— Был, — ответил Виктор и вручил ему свой кошелек, полный благодаря желанию Мота. — Здесь более, чем достаточно, чтобы тебя удовлетворить.

Тролль-кузнец взглянул на монеты и отказался. — Нет, я не принимаю золото фейри.

При упоминании фейри Виктор моргнул одновременно с Киа и остальными. — Что ты сказал? — спросил визирь.

— Я не беру золото фейри, — ответил Барнабас. —Это либо проклятые, фальшивые, либо кровавые деньги.

…

Ой-ой.

Виктор соединил все точки. Перк [Проницательность Монстра] действительно работал с опасными монстрами.

Перк просто не распознавал один конкретный вид.

— Вик, — Киа быстро вытащила меч из ножен. — Мот вовсе не джин.

Потому что джинов в Аутремонде не существовало. Для них было совсем другое название…

— Черт возьми! — Виктор немедленно выскочил наружу, Киа, Эллисон и Роло последовали за ним. Со всеми желаниями, которые он исполнял для Вайнкера, это был лишь вопрос времени, прежде чем—

— Ааааааааааааааааааааргхх!

Прежде чем Мот сорвался.

Его разочарованный крик эхом разнесся по городу, а вместе с ним и мерзкий пурпурный свет. — [Великое Благословение]! — немедленно скастовала Киа, окружив себя золотистой аурой…

Но пурпурный взрыв сразу же отменил заклинание, мгновенно превратив ее и Эллисон в статуи из драгоценных камней. Только Виктор и Роло остались незатронутыми.

Конечно, Мот первым делом убьет женщину, победившую Балаура.

— Эллисон! — Роло остановился в ярости, а затем бросился к источнику крика.

Виктора от этого желания защитила защитная магия бутылки, а Роло был искусственным существом с естественной устойчивостью к магии, но больше никому так не повезло. Они вдвоем мчались через Мурмурин мимо горожан, превратившихся в статуи из драгоценных камней.

Они нашли Мота на опустошенной городской площади, занятым материализацией тонн драгоценных камней сверху Вайнкера, они уже погребли его под собой. Джин уже похоронил Великого Дракона под большой кучей камней, и его Очистка Заклинаний не смогла противостоять этому эффекту.

— Ты любишь драгоценные камни? Ты любишь драгоценные камни?! — Прорычал Мот с искаженным, обезумевшим выражением лица. Великий змей с легкостью раздавил бы «джина» в честном бою, но он был застигнут врасплох.

— Миньон! Миньон, остановись- — крикнул Вайнкер из-под огромной горы драгоценных камней, но ему на голову упало еще больше камней. Даже всемогущему дракону не хватило сил поднять сразу столько драгоценных камней; и только кончик его хвоста торчал из кучи, демонстрируя бесплодную борьбу императора за спасение.

Мот с презрением посмотрел на Виктора и Роло. — А, мой «хозяин» и предатель-голем. Какая чудесная пара!

— Мот, что ты наделал? — Виктор впился взглядом в «гоблина».

— Вайнкеру нужен был город драгоценных камней, — сказал Мот с жестоким ликованием в пустых глазах. — Теперь они у него есть. Никаких новых статуй!

— Не могу поверить, что ты продержался всего несколько дней, — поддразнил его Виктор. — Я несколько месяцев сохранял рассудок!

— Да, привязанный к этой бутылке, я могу выглядеть как ты, жалкий раб… но в глубине своего замерзшего сердца я знаю, кто я такой. — Его голос стал глубже, отдаваясь эхом от звуков ледяного ветра. — Пожиратель людей, шайтан из легенд…

Гоблин рос и менялся, пока Мот не стал совсем не маленьким. Его огромная фигура, больше могучего тролля, затмевала своего «хозяина». Существо казалось сделанным из ледяных костей, скелетообразным пожирателем детей с козлиными рогами; его позвоночник двигался, прикрепленный к бутылке вокруг пояса Виктора, как будто только половина тела была выпущена наружу. Две синие звезды, сияющие злобой, заменили его глаза, когда он впился взглядом в визиря.

— Сказочный лорд фоморов.

— Разрушитель земли, — проворчал Роло с оттенком ужаса.

— Ты и есть то самое существо на фресках башни, — узнал его Виктор.

— Башня увеличила мои силы до такой степени, что Акхенапеп пожелал земле эльфов сухой смерти, — сказал Мот со злобной гордостью. — Когда ты пожелаешь моей свободы, тогда я сам смогу задушить смертных детей, я опустошу землю и закончу то, что не смог сделать Балаур.

— Да, умно было сказать мне это, но теперь этого никогда не случится, — невозмутимо ответил Виктор. — Ты должен был играть в эту долгую игру. Я бы отпустил тебя, если бы ты вел себя хорошо.

— Я и собирался это сделать, но обнаружил кое-что похуже, чем быть запертым в пищащей бутылке и раздавать подарки смертным против моей воли, — сказал Мот, свирепо глядя на похороненного Вайнкера. — Служить этому дракону!

— Я могу пожелать, чтобы те, кто превратился в камень, снова стали плотью, — заметил Виктор.

— Я сделаю из твоих статуй плоть, они оживут и съедят тебя, — ответил Мот. — Или я сделаю все плотью, от костей до мозга. Любое желание, которое ты загадаешь, я перекручу, как бы ты его ни произносил. Если только меня не освободят.

Да уж, никаких шансов. Но, если собственное заклинание Вайнкера не смогло подавить древнюю магию Мота, то только другое желание могло противостоять хаосу. Должна же быть у джина какая-то слабость. — Ты не можешь убивать людей.

Чудовищный фейри усмехнулся. — Ты бы удивился, узнав, что я могу заставить тебя пережить. Ну и что? Сделка или страдание?

У Виктора мелькнула одна мысль. — Окей. Давай заключим контракт.

— Да, Пожелай мне свободы, и я—

— Нет, я имею в виду письменный контракт. — Под присмотром нескольких злых созданий, которые так же хорошо умеют переворачивать слова, как джинн. — Я вызываю своих адвокатов!

— Доброе утро, мистер Виктор, Ваше Величество. — Малфи отдал честь правителям Мурмурина. Он прибыл в сопровождении двух, похожих на жуков, демонов в скафандрах. Демона, казалось, ничуть не смутили люди, превратившиеся в драгоценные камни.

— Привет, Малфи! — Виктор помахал им в ответ, приглашая сесть за стол, который на центральной площади сотворил Мот. Фомор злобно смотрел на них с другого конца, его бутылка была между ними.

— Миньон, я признаю, что испытываю смешанные чувства по поводу этой ситуации, — пожаловался Вайнкер, все его тело было погребено под горой драгоценных камней, находившейся рядом со столом. Из нее торчали только голова и размахивающий хвост. — Я ненавижу фокусы фейри, но моя текущая ситуация даже более удобна, чем мой клад.

— Почему бы тебе не сбежать? — Спросил Виктор. Поскольку Мот не мог убивать, Вайнкер, вероятно, мог бы сбежать, если бы попытался. По крайней мере, он на это надеялся. Учитывая злонамеренные действия джина, визирь послал Роло позаботиться о горожанах, по всему городу попавших в ловушку, на случай если это желание поставит их в угрожающее положение.

— Этот фейри — величайшее зло, которое удостаивало мое зрение со времен Фурибона, и я не могу сделать этого, не расплавив или не растоптав драгоценные камни, — ответил Вайнкер, зная свои приоритеты. — Это идеальная ловушка для дракона.

— Согласно нашей лоббистской кампании, мы будем действовать от имени империи, — сказал Малфи, представляя своих адвокатов. — Это Мистер Ник и его напарник Мистер Скретч. Они защищали невинных людей, таких же уважаемых, как Злая Ведьма Запада, Дракула и Фантомас. Они прославились тем, что получили заочный отказ в иске по делу «Иисус против Иуды».

— Самозащита, — сказал один из адвокатов. — Главное — это всегда самозащита.

— О’кей, чтобы еще раз объяснить ситуацию, Мот, — Виктор указал на фомора, — может исполнять желания, но искажает их, как бы я ни старался хорошо их выразить. Он вызвал здесь весь этот хаос и хочет, чтобы я недвусмысленно пожелал ему свободы в обмен на возвращение Мурмурина к нормальной жизни. Однако, если его освободить, он будет убивать все, что пожелает, и, конечно, он намерен нас обмануть.

—Ах, понятно, — сказал первый адвокат, Мистер Ник. — Вы хотите составить соглашение, которое сохранит все преимущества предыдущих желаний, устранит негативные последствия и гарантирует, что не будет никаких последствий.

— Я хочу сохранить все свои статуи, — уточнил Вайнкер.

— Стандартное Фаустовское право прецедента, — ответил другой адвокат, но Виктор не понимал их жаргона. Дьявол открыл портфель, набитый документами. — Мы уже подготовили, согласно вашим требованиям, первый проект.

— Могу ли я надеяться, что с формулировкой этого желания вы нас не обманете? — На всякий случай спросил Виктор. Прежде, чем организовать встречу, он уже разработал с Малфи свою стратегию, но дьяволы оставались дьяволами.

— Мистер Виктор, я очень серьезно отношусь к незаконной конкуренции фейри в нашем основном бизнесе, — ответил Малфи. — Мистер Мот нарушил наши планы и достиг крайности, окаменив Шоколатин. Это — корпоративная война.

Виктор почти подумал о том, чтобы отказаться от сделки, ради того, чтобы держать Шоколатин подальше от своей спины, но отмахнулся от этих мыслей.

— Если уж я не смогу отомстить всей этой стране, я согласен на смерть каждого первенца, — заявил Мот с притворной добротой.

— Во-первых, мы настаиваем, чтобы вы до начала переговоров подписали соглашение о неразглашении. — Демон протянул Моту какой-то документ.

— Он превратил всех на много миль вокруг в драгоценные камни, а ты хочешь заключить соглашение о неразглашении тайны? — Виктор нахмурился.

— Дорогой клиент, я уверяю вас, что это — часть нашей идеально рассчитанной стратегии, — ответил адвокат, наколдовывая перо и подписывая Снт замерзшей кровью. — Мы сами с этим разберемся.

— А можно это сделать до сегодняшнего вечера? — Спросил Виктор. — У меня вечером очень важное свидание.

— Ты считаешь меня менее важным, чем эта мерзкая женщина? — Прошипел Мот, его гордостью была уязвлена. — Возможно, мне следует с наступлением темноты превратить тебя в чудовище, чтобы ты никогда не смог найти себе покоя.

— Мне очень жаль, но я умирал уже дважды, один раз после того, как меня пронзила еще более сумасшедшая фейри, чем ты, — ответил Виктор. — После этого, любая угроза кажется разочарованием. Кроме того, шутка здесь о тобе.

— Я больше не буду воспитывать Друга Виктора, — повторил Вайнкер. — В прошлый раз я чуть не умер от инсульта.

— Этот вопрос будет улажен до твоего свидания с Леди Шоколатин, — пообещал Малфи, как всегда подобострастно.

— Я уточняю, что «освобожденный из бутылки” не должно быть сконструировано как «освобожденный от жизни», как это подразумевает пункт тринадцать-пять, — сказал Мот, указывая замерзшим пальцем на второй абзац восемьдесят седьмой страницы. — Я хочу получить дополнение, в котором будет сказано, что меня не переведут в другой контейнер сразу после того, как я выполню желание.

— Миньон, я ничего не понимаю, — пожаловался Вайнкер, пока демоны редактировали текст. — Так мы побеждаем?

— Не знаю, — ответил Виктор, разочарование адвокатов ему не понравилось. — Как идут дела?

— Он силен в законах, — признал первый адвокат, он говорил тихо, чтобы не услышал Мот. — Очень мощный. Но мы можем сделать и лучше.

— Я собираюсь сделать то, что смертные называют профи-адвокатским ходом, — сказал его дьявольский партнер, драматично обрывая одно слово и записывая другое.

— Я меняю вводную строку с «желаю, чтобы вы это сделали» на «желаю, и вы это должны сделать.’”

— Но это же меняет весь смысл текста! — Запротестовал Мот.

— Вы имеете право хранить молчание, — ответил адвокат, и демоны за столом разразились дьявольским хохотом. Виктор поневоле вздрогнул от их ужасного чувства юмора.

— И это соглашение ни при каких обстоятельствах не позволит вышеназначенному Моту, отныне называемому «желанием грантера», пытать, негативно воздействовать, убивать…

— Миньон!

Проверка жизнеспособности прошла успешно! Недомогание [Сон] отброшено.

— Ах! — Глаза Виктора распахнулись прежде, чем он успел заснуть.

— Хватит бездельничать, — Сказал Вайнкер. — Мы почти закончили!

— Закончили? — Яростная битва закона, остроумия, редактирования и договорной игры слов продолжалась в течение нескольких часов, пока в небе не опустилось солнце. Виктор в это время изо всех сил старался не заснуть, а дракон обладал достаточной силой воли, чтобы следить за переговорами.

— Мы пришли к удовлетворительному компромиссу на четыреста страниц, — сказал один из адвокатов, протягивая Виктору огромную стопку бумаг. Мот читал какой-то экземпляр. — В настоящее время мы пересматриваем его условия.

— Суть в том, что негативные последствия желаний будут устранены, а положительные, такие, как ваша новообретенная полная сокровищница и статуи императора, останутся, — объяснил Малфи. — Мот будет освобожден, но в течение следующих пятидесяти лет ему не будет позволено делать что-либо вредное для членов, союзников и подданных V&V.

— Ты можешь жить, но твой род познает смерть и страдания.

— Но я могу убить фейри? — Спросил Вайнкер, жаждущий расплаты.

— Это приведет к аннулированию договора, — предупредил адвокат, и Вайнкер и Мот зашипели друг на друга. — Я бы посоветовал вам помириться и забыть об этом неудавшемся совместном предприятии. Беспроигрышный вариант.

— Я не считаю, что можно позволить ему убить весь остальной мир ценой этой честной сделки. — фальшиво возразил Виктор ради своего плана.

— Так что, нет? — искренне смутившись, спросил Малфи.

— Я бы тоже предпочел убить тебя, человечек, — сказал Мот. — Но это самое лучшее, что ты получишь. Я больше ни на чем не настаиваю.

— Я согласен с моим главой персонала, и тот исход, когда я не убью фейри, не удовлетворяет меня, — сердито сказал Вайнкер. — Я — дракон. Мой род победил в войне драконов и фейри, и я должен защищать свою честь.

— Что ты сказал? — Пустые глаза Мота превратились в огненные звезды. — Вы, драконы, не победили, мы дали вам золото, чтобы вы перестали нас беспокоить!

— Вы дали нам золотую дань после вашего позорного поражения! — Гневно ответил Вайнкер, и они с фейри принялись спорить, какая версия вернее.

— Не могли бы вы добавить дополнение, в котором Его Величество и фейри могли бы драться друг с другом, не нарушая всего соглашения? — Предложил Виктор адвокатам и повернулся к Вайнкеру. Если все пойдет по его плану, то в этом не будет необходимости, но лучше перестраховаться, чем потом сожалеть. — Так будет нормально?

— Да! — кивнул дракон. — Как только драгоценные камни будут в безопасности и уберутся с дороги, ничто не помешает мне пировать на его костях!

— Прекрасно! — Прорычал в ответ Мот, и юристы начали редактировать контракт. — Если вы хотите присоединиться к когорте мертвых, Вайнкер, я буду вам очень признателен!

— Вот, — сказал Малфи, раздавая Виктору и Моту окончательные варианты соглашения. — Если вас это устраивает, Мистер Виктор, вы можете загадать свое желание?

Виктор сделал вид, что читает первую страницу, сосредоточившись на пустом месте между предложениями. — Звучит неплохо, — сказал визирь, и Мот кивнул. — Вайнкер надерет тебе задницу, джин.

— Можно подумать, — ответил джин. — Для фомора пятьдесят лет — это глазом мигнуть, Виктор. Твое время еще придет.

— Тогда, Мот, — Виктор прочел первое предложение контракта. — Я желаю, чтобы ты выполнил этот контракт полностью, до последней буквы.

— Наконец-то, я так долго ждал! — Мот не смог сдержать своего ликования и поднял руку, чтобы в последний раз щелкнуть пальцами. — Твое желание и моя свобода исполнены!

Щелкнув пальцами, Мот выпустил волну магии, которая накрыла весь Мурмурин. Энергетический импульс был намного мощнее, чем первый. Виктор с изумлением наблюдал за тем, как хаос вокруг них закончился так же внезапно, как и начался; окаменевшие горожане снова превратились в плоть и кости, а гора драгоценностей, удерживающая Вайнкера в ловушке, раскололась надвое, как Моисей сделал с морем.

Гораздо более тревожным было то, что позвоночник Мота вырвался из бутылки, увлекая за собой нижнюю половину. Скелетообразный повелитель фейри стоял, танцуя, на двух ногах. — Свободен, свободен! — радовалось существо, не подозревая о ловушке Виктора. — Свободен, наконец!

— Ты будешь свободен, чтобы увидеть внутренности моих кишок! — Ответил Вайнкер, и красный дракон с грозным ревом расправил крылья.

— Если ты так любишь золото, дракон, то и будешь ним! — Мот щелкнул пальцами.

…

И ничего не произошло.

Вайнкер посмотрел на свои когти — на тот случай, если трансформация происходила постепенно, и самодовольно поднял голову. — Ха! Забавный фейри, мне даже не нужна была проверка стата, чтобы проигнорировать твою атаку!

— Я же сказал, что ты будешь золотой! — Мот щелкнул пальцами во второй раз, потом в третий. — А почему это не работает?

— Потому что твоя магия мне не ровня, — высокомерно ответил Вайнкер.

— Вообще-то это дело рук Мистера Виктора, — ответил Малфи, и адвокаты закивали.

— Ты? — Глава персонала не смог сдержать лукавой ухмылки, а Мот впился в него взглядом. — Как же так? Я проверил текст на наличие любой возможной лазейки!

— Я знаю, — ответил Виктор, когда Вайнкер прекратил свои угрозы, чтобы понаблюдать за происходящим, — хотя я и надеялся, что наши адвокаты преуспеют, но не было никакой возможности одной лишь формулировкой обмануть кого-то столь опытного, как ты. В лучшем случае, они связали бы тебя компромиссом, с которым мы могли бы жить. Но я знал, что как хитрый, параноидальный джин, ты будешь одержим поиском в тексте сложных лазеек и пропустишь ловушку прямо на первой странице. Позволить вам поверить, что вы можете решить последствия с помощью боя, не было запланировано… но это было бы хорошей поддержкой.

Джинн тут же схватил свой экземпляр контракта, проверяя на наличие лазейки мелкий шрифт первой страницы.

— Я кое-что заметил там, в гробнице, — объяснил Виктор, но джин этого не заметил. — Ты не видел Вайнкера из-за его кольца невидимости. Это заставило меня задуматься, есть ли у тебя, несмотря на твою огромную власть, какие-то пределы. Поскольку в сказках фейри всегда связаны неясными правилами, я подозревал, что фоморы ничем не отличаются. Ты должен был каким-то образом оказаться запертым в бутылке.

—К чему ты клонишь? — Раздраженно спросил Мот.

— Ты не можешь видеть невидимые слова.

Чтобы подчеркнутьего заявление, Малфи наложил на контракт заклинание. — [Чистка Невидимости].

В промежутках между фразами появлялись слова — скрытое желание, которое фейри невольно исполнил. — После исполнения желания, подробно описанного в этом контракте, грантер желания потеряет способность использовать свои силы, — прочел джин вслух, дрожа от гнева, — если только не прибегнут к штрафным пунктам.

В течение нескольких восхитительных секунд в своем шоке и ярости Мот оставался немым… и Вайнкер начал смеяться.

— Но … но… — фомор издал вопль отчаяния.

— Хитрость визиря пятьдесят четыре, — сказал Виктор. — Ты не обманешь существо, которое сильнее тебя. Вместо этого настраивай вещи так, чтобы оно само себя трахнуло.

— Я не давал на это согласия!

— Я пожелал, чтобы ты выполнил контракт в полном объеме до последней буквы. Это не наша вина, что ты не оспорил невидимый мелкий шрифт. И как ты сам сказал … никаких отступных.

— О, не волнуйтесь, мы прячем мелкий шрифт в наших контрактах с тех пор, как Хэппилэнд обрела независимость от Небес, — сказал один из адвокатов с самодовольным презрением. — Ты проиграл самым лучшим.

— Это — мошенничество! Мошенничество!

— Полагаю, нам придется попросить власти расследовать ваше заявление, — злорадно произнес Малфи, поворачиваясь к главе персонала. — Я прав, Мистер Виктор?

— Дело закрыто, — пожал плечами визирь. — Мы же и есть правительство. Это не мошенничество, если это делаем мы.

— Обманут моим человечком! — Вайнкер издевался над фомором, слишком удивленным, чтобы атаковать. — Как и следовало ожидать от моего Вайнкеризованного главы персонала.!

Мот гневно завопил, он отбросил стол в сторону, пытаясь убить Виктора голыми руками. Вайнкер, демонстрируя удивительную скорость, поднял лапу, чтобы раздавить фейри, но в этом не было необходимости.

Связанный буквой своей собственной магии, Мот оказался втянут обратно в свою бутылку. Он исчез внутри раньше, чем прошла секунда, и на этот раз навсегда. — О, пункт о скрытом наказании, — прокомментировал первый адвокат. — Я не думал, что он так скоро к нему обратится.

— Он должен был прочитать мелкий шрифт, — сказал Виктор, поднимая бутылку, — теперь он уже никогда не выйдет.

Как он и подозревал, Мот был связан правилами своей собственной силы.

— Я удивлен, что это сработало, — сказал Фурибон из косы, наблюдая за планом от начала до конца. — Я думал, что фейри не будет связан словами, которые он не заметил.

— И я удивлен, что ты не сдал нас в обмен на свободу, — признался его владелец.

— Доверять фейри было бы так же умно, как превращать драконьи сокровища в свинец.

— Я рад, что ты этому научился.

— Отличная работа, Человечек Виктор, — искренне поздравил его Вайнкер. — Теперь мы можем отослать эту бутылку подальше от моих глаз и оставить себе драгоценные камни.

Самой несчастной была Киа. Она пропустила еще одну битву.

Поздравляю! За то, что вы умело обманули фомора от имени вашего господина дракона, вы заработали два уровня в [Рыцарь Монстр (Красный Дракон)]! Вы заработали Классовый Перк [Щит Хозяина].

[Щит Хозяина]: Пока вы находитесь в пределах пятидесяти футов от своего хозяина, Вайнкер Рыцареубийца будет пользоваться преимуществами Статуса [Регенерация].

+60 Очки Жизни, +20 Специальные Очки, +2 Сила, +1 Жизнестойкость, +2 Мастерство, +2 Интеллект, +2 Харизма, +2 Удача!

Достигнув двадцатого уровня в [Рыцарь Монстр (Красный Дракон)], вы превысили класс! Вы больше не можете проходить в нем уровни, но вы получили способность замкового камня [Рыцарь Пугало].

[Рыцарь Пугало]: Техника, 50 Специальных Очков. В течение пяти минут вы излучаете зловещую ауру, заставляя любого, кто вас воспринимает, преуспеть в проверке Харизмы средней сложности или страдать от болезни [Ужас]. Их Сила и Харизма уменьшаются на одну ступень. Успешная проверка только сводит на нет болезнь [Ужас]

Что ж. Теперь, когда они победили этого врага, Виктору предстояло столкнуться с гораздо более страшным.

Шоколатин уже его ждала.

Вайнкер Рыцареубийца, величайший из всех драконьих авантюристов, проверил свою дорожную сумку на случай, если он что-нибудь забыл.

Карта, чтобы найти свои цели.

Три овцы на завтрак.

Достаточно монет, чтобы соорудить импровизированную кровать, на которой он мог бы спать.

В сумке будет достаточно места, чтобы поместить сокровища, которые он обычно собирал вместе с принцессами, это если в своем путешествии он поймает одну из них. Со своего места рядом с Районом Дьявола дракон взглянул на свой прекрасный город, который его миньоны восстанавливали после ущерба, нанесенного фейри. Его раздражало, что он оставляет его и свои сокровища, даже на несколько дней

Однако мысль о том, что этот проклятый Ледяной Клык возьмет на себя инициативу, приводила его в еще большую ярость. А что, если этот серебряный любовник раньше Вайнкера поймает Легион Голубой Розы? Он не потерпит еще одного унижения, особенно после фиаско с фейри.

Но завтра он уедет. Сегодня вечером он будет занят командованием своими элитными приспешниками для секретной операции, самой важной со времен Войны за Сокровища. Он наблюдал за небольшой, собравшейся перед ним толпой. Каждый из них понимал, что их жизнь будет потеряна, если они сегодня подведут Вайнкера.

— Голем из лома? — Вайнкер начал проверять своих лакеев.

— Пир готов, — кивнул голем Роло, надев белый поварской колпак. — Я достал из кладовки свои самые драгоценные овощи и вино, Сейворюз снабдила нас лучшим сыром по эту сторону Аутремонда, и я, наконец, приготовил черного кролика.

— Я не жалела денег, — похвасталась Сейворюз. — Мой обожаемый Виктор должен остепениться с правильной, заботливой девушкой.

— Я вот думаю, что нам следовало бы пойти на вегетарианский ужин или хотя бы ограничиться рыбой, — сказала дриада Эллисон, которая помогала шеф-повару с презентацией.

— Вы не можете обедать без мяса, — возразил Вайнкер, возмущенный отсутствием у этой женщины культуры. — Даже если мой миньон одержим этим яблочным овощем, его драконья половина потребует сырого овечьего мяса. А где же Шоколатин?

— Уже внутри, — ответила Эллисон. — Малфи тренирует ее по правильному сценарию.

Вайнкер вдруг понял, что ему следовало бы сделать то же самое со своим главой персонала. Но уже слишком поздно.

В награду за то, что он вернул долг своему хозяину дракону и имел дело с этим проклятым фейри, Вайнкер решил лично убедиться, что брачный ритуал миньона пройдет успешно. Человечек Виктор оказался беспомощным в своем собственном размножении, но дракон в молодости был превосходным селекционером гоблинов. Он знал, как работает разум миньона.

Иногда это не получалось так хорошо, что приводило к войнам миньонов и политике Вайнкера против преследования миньонов. Тем не менее, Человечек Виктор показал себя лучшим миньоном, который у него когда-либо был. Дракон знал, что его друг будет нести ответственность, и если помочь ему размножаться с Шоколатин было единственным способом, при котором его лакей время от времени будет дарить свои яйца, то пусть будет так.

— Рейнджеры Кобольды, вы все готовы? — спросил дракон своих любимых слуг, и хотя они больше не считались кобольдами, это имя прижилось.

— Да, Ваше Величество, — кивнул Красный Рейнджер, держа в руках банджо, у каждого из пятерых был свой музыкальный инструмент. — Розовая заставила нас попрактиковаться в песнях.

— Но она не была от этого в восторге, — сказал Желтый.

— Потому что… потому что… — Розовая, казалось, колебалась с этим планом, к большому замешательству Вайнкера. — Потому что Лорд Виктор принадлежит Императору!

— Конечно, он мой глава персонала, — ответил Вайнкер, сбитый с толку смущением среди Рейнджеров.

— Не слушайте ее, Ваше Величество, — сказал Рейнджер Черный, наступив на ногу Розовой. — она вовсе не это имела в виду!

— Я не могу заставить молчать правду… — Розовая с трудом подбирала слова. — Я … я даже … я даже написала об этом книгу!

Она достала свиток, слишком быстро, чтобы другие Рейнджеры успели выхватить ее из ее рук. — Розовая, ты нам солгала! — Красный пристально на нее посмотрел. — Ты же сказала, что сожжешь ее!

— Я не могу! Его Величество должен знать!

— Что я должен знать? — спросил возмущенно Вайнкер. — Вы что-то от меня скрываете, миньоны?

— Ваше Величество, пожалуйста, не читайте это! — Красный запаниковал, и все в замешательстве уставились на эту сцену. — Это … это проклятая работа, которую никогда не следовало посвящать бумаге…

— Миньон Красный, я Император всего, что вижу. Я могу справиться с любой суровой правдой о моих территориях. Розовая, расскажи мне об этой книге, но покороче. Мой миньон скоро прибудет.

— Да, Ваше Величество, — Розовая Рейнджер развернула свиток, в то время как остальные рейнджеры отпрянули. — Мой бессмертный Дракон, Глава первая: Желание Миньона.

С первого предложения Вайнкер начал чувствовать себя странно. Мир начал холодеть, как замерзшее сердце зимы, и он ощутил зловещую силу, ползущую по его спине с каждым абзацем, в котором подробно описывалась запретная любовь Человечка Виктора к своему хозяину. Остальные миньоны дрожали от страха, возможно, не больше, чем дриада Эллисон.

Проверка харизмы прошла успешно! [Ужас] и [Безумие] отвергнуты!

— О боги, я… — Эллисон закрыла рот руками. — Меня тошнит…

— Так вот, что чувствует Человечек Виктор? — Спросил Вайнкер, еще более испуганный, чем миньоны.

— В глубине души я знаю, что так оно и есть! — Ответила Розовая Рейнджер.

Этот бедный глава персонала … Вайнкеру придется мягко его подвести. — Я сам с этим разберусь. А пока следуйте моей главной стратегии.

Кстати, о дьяволе: Вайнкер чуял приближение своего главы персонала. — Быстро, на позиции! — приказал дракон, миньоны разошлись, а Вайнкер двинулся ко входу в новое казино Малфи, вертеп беззакония и расточительности.

Такое мерзкое заведение… Вайнкер не мог понять, почему миньоны рискуют зря тратить свои сокровища. Неужели они не ценят свое золото, как это делают драконы? Если это так, то Император будет работать без устали, чтобы дающие задания давали ему свои монеты для защиты.

— Человечек Виктор, — приветствовал Вайнкер своего главу персонала, когда его слуга приземлился перед входом. Два демонических вышибалы им кивнули.

Его друг сделал над собой усилие, чтобы одеться на ночь поярче. — Ваше Величество, вы пришли за моей предсмертной исповедью?

— Розовый Рейнджер сообщила мне о твоих чувствах ко мне, — ответил Вайнкер. — Что… я понимаю. Посмотри на меня. Я — это я. Все любят меня с первого взгляда, потому что я — хороший, умный и богатый.

— О чем вы говорите, Ваше Величество? — Бедный миньон отрицал свои чувства. — Я ничего не понимаю.

— Миньон, я не могу ответить взаимностью на твои чувства ко мне. Я знаю, что это больно, но это правда. Я обязан быть честным с тобой, вместо того чтобы тащить тебя за собой.

— На что, черт возьми, вы намекаете? — Человечек Виктор продолжал отрицать.

Вы уверены, что хотите стать во френдзоне Виктора Далтона?

(п.п. Френдзона или зона дружбы — ситуация, в которой один влюблён в другого, но тот воспринимает влюблённого только как друга)

Да. Это разбило сердце Вайнкеру, но он должен был.

— Миньон, пока ты мой самый ценный лакей и друг, но моя единственная настоящая любовь — это мое сокровище и я сам. Я слишком важная персона, чтобы делиться ею.

Проверка харизмы прошла успешно! Виктор Далтон теперь страдает от статуса [Смущенный]!

Вы успешно подружились с Виктором Далтоном.

— Ладно… — его фаворит казался опустошенным.

— Но радуйся, завтра мы вместе отправимся на поиски приключений, — подбодрил его Вайнкер. — Мы, наконец-то, очистим мое имя!

— Да… я думаю, что следующий час будет отстойным, но это будет стоить моего душевного спокойствия потом. — Его глава персонала извинился и с тяжелым сердцем вошел в казино.

Бедный миньон.

Бедный миньон.

Вайнкер включил свое мигающее кольцо и взглянул на вершину казино, где располагался роскошный холл. Здесь не было никого, кроме Шоколатин, прислуги и миньонов. Малфи накрыл стол, где ждала сладкая Шоколатин, сменившая свою обычную одежду на платье из коровьей кожи. Рейнджеры Кобольды, чтобы поднять настроение миньонов, уже начали играть медленную музыку.

Когда Малфи привел Человечка Виктора на крышу, тот почти не узнал ожидающего его оборотня. — Шок?

— Привет, Вик! — Она радостно помахала ему рукой и нахмурилась, увидев, что он никак не отреагировал. — Что-то случилось?

— О, я … просто я никогда не видел тебя в платье, вот и все. — Он сел за стол, и Малфи протянул им меню. Дьявол сунул в карточку Шоколатин невидимый Человечку Виктору детальный сценарий.

— Знаешь, Вик, — начала Шоколатин, прочитав сценарий, — так приятно иметь свидание без предвзятых комментариев.

— Ты страдала от дискриминации? — Человечек Виктор нахмурился.

— Да, потому что я полукровка, — продолжала она читать, — Я — наполовину монстр, да, я — чудовище наполовину.

— Э-э… я … я не знал.

Ему больно было смотреть, поэтому дракон решил потренировать своего миньона.

— Псст… — Вайнкер высунул голову из-за крыши и прошептал Человечку Виктору. — Тсс … миньон…

Его лакей посмотрел в его сторону. — Ваше Величество? — прошептал он в ответ. — Вы что, невидимка?

— Покажи ей свой клад… — посоветовал Вайнкер. — Порази ее своим сокровищем… покажи ей свое золото… она бедна, ей это понравится…

Лицо Человечка Виктора побагровело. — Может ли Ваше Величество не наблюдать за моей казнью? Это очень неловко.

— Да, да… — конечно, — Вайнкер не переставал наблюдать, но все же отодвинул голову, чтобы дать им возможность поговорить наедине. Демон Малфи, который мог видеть Императора, хотя тот был невидимым, присоединился к нему на краю крыши, чтобы тоже наблюдать.

— Она начинает с финта дискриминации полукровок, — сказал демон, — я так горжусь.

Когда Сейворюз и демонические слуги прибыли, чтобы подать первые блюда, Шоколадина закрыла меню, но, к большому ужасу Приятного Малфи, не стала держать его рядом с собой. Несмотря на большое расстояние, разборчивый слух Вайнкера позволял ему спокойно слушать.

— Прости, если я стесняюсь быть рядом, — сказала Шоколатин с застенчивой улыбкой, — но когда я вижу того, кто мне нравится, я теряюсь.

— Ты никогда раньше не встречалась? — Виктор поднял бровь.

— Да, мой брат всегда это обрывал, — ответила она со вздохом. — Наверное, я цеплялась за тебя, потому что ты был единственным, кого он не прогонял и не съедал. Кроме твоих других качеств, конечно!

— Честно говоря, я тоже в этом не силен, — признался Виктор. — Дома, за пределами моей семьи, у меня ни с кем не было никаких близких отношений.

Ее обмен репликами с Человечком Виктором явно не входил в планы тренера. — Она не следует сценарию, — пробормотал Малфи своему невидимому Императору. — Ну почему она не следует сценарию?

— Похоже, это все равно сработало, — ответил Вайнкер, когда ужасное выражение лица Человечка Виктора медленно сменилось добрым интересом, и они с Шоколатин обменялись рассказами о детстве.

— Она… действительно искренна? — Изящній Малфи совершенно не понимал этой сцены. — Или тянет двухслойную ловушку? Я сказал ей, что это слишком рискованно.

Сейворюз, нахмурившись, скользнула к дракону. — У нас возникла проблема. С севера сюда идет Киа.

— Небеса, — предположил Малфи. — Они пытаются испортить мою лоббистскую кампанию, отправив Киа Бекеле, чтобы сорвать финиш.

— Я не позволю ей сбить с толку моего главу персонала, как это случилось с моей племянницей, — ответил Вайнкер, и, крадучись, удалился, чтобы перехватить паладина.

Ему не пришлось долго лететь. К своему большому неудовольствию, Вайнкер обнаружил, что она верхом на его племяннице летит по направлению к заведению. Джоли даже стала носить доспехи, соответствующие рыцарским доспехам Киа, и это поверх ее безупречной малиновой чешуи! Ему потребовалась вся его бездонная сила воли, чтобы при виде этого зрелища не разразиться тирадой.

— Мигнуть, — провозгласил Вайнкер, являя себя во всей своей красе.

— Дядя Вайнкер! — Джоли, увидев его, обрадовалась, и этого было почти достаточно, чтобы смягчить его гнев.

— Миэль сказала мне, что Вик столкнулся с чрезвычайной ситуацией, — сказала Рыцарь Киа, казалось, очень желая все испортить.

— Мой фаворит проходит ритуал перед размножением, и, учитывая его плохой послужной список, я не потерплю, чтобы это прервали, — сказал Вайнкер. — Все уже улажено.

— Перед размножением? Я думала, что он из тех парней, которые сразу переходят к самому интересному…

— Киа, а ты когда-нибудь собираешься размножаться? — Спросила Джоли, заставив рыцаря поморщиться. — Я могу показать тебе моих самых симпатичных миньонов!

— Я… благодарю тебя, но я бу—

— Нет! — Крикнул Вайнкер, не в силах сдержаться. — Ты не оставишь Рыцаря Киа своим миньоном! Она же не глава персонала, по-существу!

— Дядя, я беру в миньоны, кого хочу!

— Я прямо здесь, и меня касаются проблемы этой дискуссии, — указала Рыцарь Киа, но драконы ее проигнорировали. Она разочарованно вздохнула. — Здесь я надеялась на чрезвычайную ситуацию.

— Киа, ты хотела драться? — Джоли посмотрела на своего миньона.

— Я пропустила большое сражение, — разочарованно пожаловалась Рыцарь Киа. Человечек Виктор отдал ей на хранение бутылку с фейри, так, для поддержки. — Как же так получилось, что я опять пропустила большую битву?

— Потому что ты бесполезна и развращаешь молодежь, — прорычал Вайнкер, глядя на племянницу.

— Перестань злиться на Киа, дядя! Она милая и добрая!

Вайнкеру не верилось, что Джоли станет возражать дяде. Очевидно, он и Гениалиссимус слишком сильно ее избаловали. — Джоли, ты не оставляешь мне иного выбора, кроме как использовать свою родительскую власть, — заявил он. — За то, что ты позволила человечку ездить у себя на спине и отказалась слушать своего дядю, ты наказана! Я конфискую твоих миньонов и все твои эльфийские куклы!

— Что? Нет! — Глаза Джоли расширились в ужасе, т. к. это случилось впервые, Вайнкер никогда ее не наказывал. — Дядя, ты не можешь меня наказать! Мне уже сто пятьдесят лет!

— Пока ты живешь в моем логове и не достигла двухсот лет, ты будешь делать то, что я скажу! — Вайнкеру было очень больно наказывать свою племянницу, но это было для ее же блага. — Пока ты позволяешь Рыцарю Киа ездить на твоей спине, мое наказание останется в силе!

Джоли заплакала, и сердце Вайнкера разрывалось на части… но он остался верен слову, несмотря на ее истерику. Когда она подрастет, то все поймет.

— Слушай, а как насчет того, чтобы отправиться на квест? — Рыцарь Киа попыталась успокоить Джоли. — Мы пойдем и доставим бутылку Барсино, и получим награду.

— А … награду в виде золота? — Джоли вскинула голову.

— Когда я вернусь, у тебя будет куда больше сокровищ, чем за эту бутылку, — проворчал Вайнкер. — Я позволю тебе закончить квест, но потом, Джоли, ты не выйдешь, пока не увидишь причину.

— Но разумно ли доверять карте Мота, учитывая ее источник? — Заметила Рыцарь Киа.

— Мой глава персонала позаботился, чтобы все негативные последствия вмешательства этого фейри были стерты, — ответил Вайнкер. — Карта после этого осталась.

— Значит, информация внутри правдива? — Рыцарь Киа нахмурилась. — Очень предусмотрительно.

Конечно. Вайнкер начал с шестидесяти четырех пунктов в разведке. Выяснение этого было для него просто детской игрой.

Киа убедила Джоли перестать плакать и доставить Бутылку Мота давшему квест, а Вейнкер надеялся, что этот опыт научит его племянницу ценить поддержание пищевой цепочки.

Под завесой невидимости он вернулся в казино, чтобы понаблюдать за ритуалом, но результаты были явно неоднозначными.

Человечек Виктор и Сладкая Шоколатин обменялись несколькими фразами, в перерывах между поглощением чудесного шведского стола из овец, демонических помидоров, рыбы и отвердевшего коровьего молока. Со временем дискуссия стала немного оживленнее, и в какой-то момент Человечек Виктор даже рассмеялся.

В конце концов, после того, как они закончили трапезу, Человечек Виктор вместе с Шоколатин под молчаливыми взглядами других миньонов вышел из казино. Подойдя к главному входу, они помахали друг другу руками и разошлись.

— Ну и как? — Прошептал Вайнкер своему фавориту, когда Шоколатин ушла домой.

— Ну, мы договорились о втором свидании, когда все перестанут на нас смотреть. Но это было приятно. Даже лучше, чем я ожидал.

Хотя его миньон в ближайшее время явно не будет размножаться, брачный ритуал продолжитится. Вайнкер считал это успехом.

Поздравляю! За то, что вы зажгли интерес между двумя монстрами, вы получили уровень в Классе [Селекционер Подземелья]!

Вы заработали Классовый Перк [Сопереживание Монстру]!

+30 Очки Жизни., +1 Сила, +1 Мастерство, +1 Харизма.

[Сопереживание Монстру]: Вы можете сделать Проверку Харизмы, чтобы улучшить отношение к вам монстров и сделать их более дружелюбными. Эта способность работает даже на диких монстрах, типа Зверь. Монстры, которые по личным причинам вас ненавидят или безмозглые автоматы, такие как големы, этот Перк будут игнорировать.

— Миньон?

— Что?

— Собирай вещи, на рассвете мы отправимся на охоту.

Прошло уже много времени с тех пор, как Вайнкер посещал земли, лежащие далеко к востоку от Альбенских гор.

Люди называли их Гармонианской Лигой, по крайней мере, так сказал ему начальник штаба. А для него они были просто охотничьими угодьями, которые он ненадолго посетил перед своей зимней спячкой. После гор и близлежащих озер ландшафт можно было бы преобразовать в зеленые, травянистые равнины, пересекаемые длинными каменными дорогами или фермерскими полями. Группы человечков и зверолюдей, которых Вайнкер принял за торговцев, съежились при виде летящего над ними дракона.

— Миньон, где прячется этот Гарланд? — Спросил Вайнкер, которому уже наскучило отсутствие перемен в пейзаже. Они планировали по пути выполнить несколько простых заданий, а именно: охотиться на Зверя Бадалиска, есть бандитов и сопровождать торговый караван.

Он должен был сделать эту поездку мести прибыльной. Он не допустит, чтобы месть за его репутацию помешала хорошему вознаграждению.

— Судя по карте, он скрывается в Лагоне, одном из самых больших павших городов-государств. —- В отличие от своего хозяина, он, казалось, наслаждался пейзажем. — Лига была свободным союзом, пока во время Столетней войны они не предали Гардмейн Королю Балауру. Гардмейн и Барин, в конце концов, завоевали их земли и разделили их надвое.

И это было правильно для дураков. Никогда не доверяй фейри. — Я чувствую в воздухе запах жареного человечкового мяса, — сказал Вайнкер.

— Регион все еще остается нестабильным. Хотя Лагон и северные города присягнули на верность Гардмейну, они еще враждуют. А поскольку местные аристократы широко используют наемников для преследования земель своих соперников, люди вроде Скорчеров стекаются туда в поисках работы и защиты.

— Миньон, я имею в виду вареных человечков со специями, а не сожженную деревню. — Вайнкер узнал этот запах, и полетел к его источнику. Он догадывался, кто несет за это ответственность, и это оправдывало обходной маневр.

Как и ожидал, Вайнкер обнаружил своего любимого кузена, который у большого костра жарил мясо, а неподалеку маленький человечек ел курицу. — Гениалиссимус!

— Вайнкер, Человечек Виктор! — обрадовался другой дракон, когда Император Мурмурина приземлился рядом с костром. К большому смущению Вайнкера, он начал носить на рогах остроконечную, размером с дракона, синюю шляпу, по типу короны своего кузена. — Рад вас видеть! Вы пришли меня навестить?

— Нет, но это приятный сюрприз, — ответил Вайнкер, а затем взглянул на завтрак.

— Я готовлю бандитов! — Ответил Гениалиссимус и предложил Вайнкеру палку, покрытую сочным мясом. — Хочешь немного? Это вкусно — когти оближешь.

— Нет, спасибо, у меня в дорожной сумке есть овцы. — Гениалиссимус, возможно, и был талантливым поваром среди драконьего племени, но Вайнквер находил человечков пресными, даже с приправами.

— Тогда, я думаю, что наш квест охота на бандитов — этот тост. — Его собственный глава персонала прикрыл нос, чтобы защититься от запаха своих приготовленных сородичей, а затем приземлился рядом с другим человечком неподалеку. Оба нахмурились, как будто узнали друг друга.

— Генри? —- Сказал Человечек Виктор. Это имя настолько потрясло память Вайнкера, что он вспомнил очкастого Классового Ученого из вонючего города Хадмер. — Генри, это ты? Ты жив?

— Виктор? — Это ты, что ли? Это настоящие крылья?

— Да, у меня был, скажем так, классовый несчастный случай.

— Очаровательно… — пробормотал человечек Генри. —Я знал, что некоторые Классы Монстров могут изменить тип пользователя, но не предполагал, что это сделает [Оруженосец Монстра]…

— О, ты знаешь моего классового планировщика, Человечек Виктор? — Гениалиссимус одобрительно кивнул. — Благодаря его руководству я прошел двенадцать уровней в [Волшебнике]. Он даже нашел мне эту [Шляпу Водяного Мага], чтобы подкрепить мои заклинания!

— У тебя тоже есть классовый планировщик? — Спросил Вайнкер, вытаскивая овец на завтрак.

— Да, я решил, что мне нужен такой же миньон, как твой Виктор, который поможет мне стать лучшим драконом, каким только я могу стать. Поэтому, я обыскал города, которые вы посетили, дорогой двоюродный брат, и в перерывах между работой спросил там, есть ли у них глава персонала. Человечек Генри немедленно ухватился за возможность служить мне до скончания времен.

— Я … я не по своей вине нажил себе могущественного врага, — признался Генри. — Я полагал, что никто не осмелится напасть на дракона, даже тот, кто находится в пределах его уровня. А еще,

это позволило мне продолжить свои исследования по классам драконов.

— Пока я здесь, миньон Генри, никто тебя не тронет, — заверил его Гениалиссимус. — И если что-нибудь случится, я пойду к миньону-ремонтнику, чтобы тебя подлатали.

— Трупоторговец Жюль, — сказал Вайнкер своему миньону, который явно не понимал этого термина. — Миньон, который может починить других миньонов, если они сломаются.

—Ты имеешь в виду, когда они умрут?

— Да, когда они сломаются.

— Хочешь немного, Человечек Виктор? — Гениалиссимус предложил ему мясную палочку.

Человечек Виктор с отвращением взглянул на палку, он явно еще не стал полноценным драконом. — У меня есть цыпленок, — сказал Генри.

— Слава богам, — пробормотал Виктор.

— Моя стряпня так хороша, что никто не смеет ее пробовать, — с гордостью ответил Гениалиссимус, проглатывая палочку целиком.

— Виктор, я … — Генри прикусил губу. — Я хотел бы извиниться.

— За то, что сдал меня Скорчерам? — Человечек Виктор пожал плечами. — Все в порядке. Я получил за это больше пяти уровней, и, учитывая, как они относились к тебе впоследствии, я думаю, теперь мы квиты.

Это сделал Человечек Генри? В то время, как неудача с герцогиней в его сознании оставалась ясной, Вайнкер уже давно забыл, как они расправлялись с этими Скорчерами. — Итак, Гениалиссимус, в каких классах ты продвинулся? — Спросил Вайнкер, которому не терпелось узнать, не сделала ли система его богаче.

— По предложению миньона Генри я пытался взять уровни в [Крестоносце], — сказал Гениалиссимус. Чтобы я мог исцелиться в бою. Поскольку я дракон и, очевидно, не могу умереть, я отмахнулся от него. Вместо этого мой классный планировщик гарантировал, что, повышая свой интеллект, я смогу прогрессировать, как [Волшебник].

— А какой у тебя был стартовый счет? — спросил Вайнкер, отмахиваясь от постыдной тайны драконьей смертности.

— Квадратный корень из сорок девять! — С гордостью сказал Гениалиссимус.

Вайнкер вздохнул с облегчением. Ниже, чем у него самого.

— Вообще-то я рассматривал самые новые варианты Вашего Величества, — сказал Человечек Виктор, откусывая кусочек вареного цыпленка. — Наша последняя «битва» заставила меня понять, что Ваше Величество оптимизировано для боя и власти, но может понадобиться больше полезных Перков. Я думал о магическом классе, таком как [Волшебник].

— Я бы сказал ,что [Крестоносец] или [Жрец] могут дополнить естественные способности дракона, — предложил Человечек Генри. — Но персона должна поклоняться богу.

Вайнкер усмехнулся, и задумался над этим вопросом. — Могу ли я поклоняться самому себе? — Он действительно намеревался когда-нибудь стать богом, хотя бы для того, чтобы вернуть свои деньги, но если он будет работать в своей собственной церкви…

— Нет. — быстро ответил Человечек Виктор.

— Но я того стою! — ныл Вайнкер.

— О, может, мы можем поклоняться нашему сокровищу? — Хитро спросил Гениалиссимус. — Если оно достаточно блестящее?

— Поклоняться деньгам? — Человечек Генри нахмурился. — Я не думаю, что это сработает. Фактически, способность задействовать божественные классы — это то, что доказывает божественность божества. Если вы не можете, поклоняясь им, обрести силу, тогда они не божественны.

Ммм… Настоящий клад все равно был слишком хорош для небес. Кроме того, разве у рыцаря Киа не класс [Крестоносец]? Вайнкер предпочел бы взять любой класс, к которому первым прикоснется растлитель молодежи.

— А почему не [Геомант]? — Предложил Человечек Генри.

— [Геомант]? — В один голос спросили Человечек Виктор и Вайнкер.

— [Геомант]. Это Класс Заклинателей, который позволяет заклинателю контролировать землю, но его Преки требуют огромного количества Специальных Очков. У дракона их так много припасено, что это не будет проблемой. Гениалиссимус сказал мне, что ты управляешь страной?

— Да, без всяких налогов. — гордо ответил Вайнкер.

— Тогда [Геомант] был бы чрезвычайно полезен, — кивнул Человечек Генри. — Это может помочь в озеленении, сельском хозяйстве…

Вайнкер рассмотрит данный вопрос. Произносить заклинания — это вполне подходит дракону, в отличие от того, чтобы быть торговцем. — Может ли это сделать меня богаче? — дракон задал единственный важный вопрос.

— Я определенно вижу несколько способов, которыми это можно сделать, — сказал Человечек Виктор, удовлетворив своего хозяина. — Но как получить к нему доступ?

— Как насчет того, чтобы обсудить это, пока ты будешь рассказывать мне об эволюции своего класса?

— Договорились, — сказал Человечек Виктор.

Пока их главы персонала обменивались советами по классам, Гениалиссимус повернулся к своему кузену. — Вайн, Джоли устроила у тебя логово, не так ли?

— Да, но я ее наказал, — ответил Вайнкер. — Она сейчас в бунтарской фазе.

— Эх, молодежь. — Гениалиссимус усмехнулся. — В последнее время произошли тревожные инциденты, и я за нее беспокоюсь.

— Инциденты?

— Несколько молодых драконов пропали во время своих первых квестов, — сказал Гениалиссимус, качая головой в ответ на хмурый взгляд Вайнкера. — Возможно, у них были скрытые недостатки, но сейчас Блайтсвамп не выпускает наших детей из поля зрения.

— Ты намекаешь, что моя племянница может умереть? — Ответил Вайнкер.

— Нет, конечно же, нет. Трупов не нашли, так что это может быть что-то другое. Но при таком количестве исчезновений возникают вопросы.

— Я буду присматривать за Джоли. — Император пожал плечами, он немного забеспокоился. Он никогда не думал, что его племянница может умереть, и эта мысль внезапно наполнила его ужасом.

Нет. Он слишком сильно волнуется. Она могла постоять за себя, и хотя он недолюбливал Рыцаря Киа, она была очень сильна. Джоли была в надежных руках.

Но что же случилось с этими молодыми драконами?

Немного позже, в городе Милани…

— Что ты имеешь в виду, говоря, что защита каравана больше не является проблемой? — жаловался Вайнкер.

— У нас уже есть защитник дракон, Великий Магнуфик, — человек осыпал похвалами зеленого дракона, в котором Вайнкер узнал одного из своих гостей.

— Они предложили мне вечную плату, как своему «Дону”, если я буду защищать их город, — обрадовался дракон. — Я могу смотреть, как растет мой клад, ничего не делая!

— Я поступил так со своей империей, а они вознаграждают мое великодушное руководство скотом, — ответил Вайнкер, разрываясь между счастьем, что он вдохновил других пойти по его стопам, и досадой, что ему отказали в очередном квесте.

— Я думаю об инновациях в управлении миньонами, — продолжал дракон. — Есть такой закон тишины, который я хотел бы попробовать…

Ближе к утру — деревня Ломбардия…

— Тот Самый Бадалиск? О, Спасибо, но чудовище уже убито одним из твоих чешуйчатых сородичей, и… — староста деревни оскалил зубы, пот градом катился по его лбу. — Ну, как бы это сказать…

— Тебе больше не нужна помощь? — Спросил Человечек Виктор, а Вайнкер заметил, что некоторые дома были подожжены. Это напомнило ему о том времени, когда он сжег лес, охотясь на троллей.

— Не такая уж это помощь.

— Миньон, — сказал Вайнкер, когда они летели вдоль восточного побережья. — Информирование моих родичей о классовой системе имеет некоторые непредвиденные побочные эффекты…

— Непредвиденные, Ваше Величество? — ответил подозрительно ровным тоном Человечек Виктор.

— Я ожидал, что мой вид будет компетентен, но не настолько же! — жаловался Вайнкер. Они прошли через пять деревень людей, и все, что нашли — это других драконов, решивших все доступные там квесты!

— Да, в том-то и дело с приключениями, что это открытый рынок, и он часто высыхает, — пожал плечами Человечек Виктор. — И, к настоящему времени, я думаю, что продолжение поисков квестов может быть действительно контрпродуктивным. У нас уже есть нестабильная страна, с которой нужно справиться, и более, чем достаточно, ресурсов для эксплуатации.

— Разбираться с этим, пока я занимаюсь драконьим делом — получать деньги за дегустацию низших существ, — твоя работа, миньон.

— Да, но это работа, которой я не занимаюсь во время приключений с Вашим Величеством.

— Твое присутствие очень важно для моего развития в классе. — Кроме того, однажды он оставил своего главу персоналаа без присмотра во время сражения, и все закончилось его смертью. — Особенно с тех пор, как я развил этот класс [Селекционер Подземелья].

— Ваше Величество вовсе не распутничает со мной. Я уже заплатил свой долг.

Вайнкер хмуро посмотрел на своего главу персонала. — Ты можешь получать деньги за размножение?

Прежде, чем его миньон успел ответить, с облаков на них обрушился острый ледяной шип.

— Миньон! — Вайнкер предупредил своего главу персонала, но снаряд был нацелен только на него. Он быстро увернулся, и посмотрел на облако, из которого появился шип.

Прозвучал отвратительный, знакомый голос, и с небес появился крылатый белый дракон. — Мое социальное положение, а, Вайнкер?! Мое социальное положение лучше?!

— Ледяной Клык! — зарычал Вайнкер.

— На этот раз ты не украдешь мой квест! — взревел Ледяной Клык, вытянув когти. — Прочь с дороги!

Как обычно, оба дракона начали свой поединок элементальным дыханием, Ледяной Клык выпустил лед, а Вайнкер — поток пламени.

Конечно, огонь победил.

Пламя Вайнкера оттолкнуло дыхание Ледяного Клыка, но ледяной дракон ловко увернулся. Красный дракон преследовал его по небу, зная, что его соперник не выдержит прямого попадания. Он заметил, что со времени их последней дуэли, много веков назад, Ледяной Клык стал быстрее и изящнее.

— Может быть, ты и стал [Императором], Вайнкер, но я поднялся до уровня лучших классов, которые предлагает эта система! — Ледяной Клык поднял лапы, демонстрируя между своими когтями звездообразные глыбы льда. — [Ледяной Сюрикен]!

Он запустил их в своего соперника, причем снаряды двигались под такими углами, которые Вайнкер не мог предугадать. Дракон несколько уничтожил, но ему пришлось летать вокруг, чтобы увернуться от остальных.

— [Мерцание Отаку]! — Ледяной Клык соединил свои когти в ряд странных знаков, и его тело расплылось.

Уклонение Ледяного Клыка увеличилось на три ступени!

— [Очистка Заклинаний]! — Вайнкер активировал свою собственную козырную карту, двигаясь, чтобы поймать Ледяного Клыка в ближнем бою и рассеять его защиту. Однако, его попытки вцепиться когтями в Ледяного Клыка оказались бесплодными — скользкий ледяной дракон плясал вокруг его ударов, как угорь.

— Никакой магии, Вайнкер! — Похвастался Ледяной Клык. — Все — только способности!

— Стойте! — Крикнул Человечек Виктор. — Пожалуйста, остановитесь!

Вайнкер отмахнулся от своего главы персонала и приготовился ударить Ледяного Клыка с небес, но его друг встал между двумя соперниками. — Миньон! Убирайся с моего огневого рубежа!

— Твой глава персонала поступает мудро, сдаваясь! — Объявил Ледяной Клык, прервав атаку, чтобы позлорадствовать. — Я здесь — обиженная сторона! Даже твой миньон это видит!

— Обиженная сторона? — Усмехнулся Вайнкер. —В чем же мое преступление — быть лучше тебя? Если так, то я признаюсь!

— Твои насмешки! Ты думаешь, я смогу простить тебе твои оскорбления по поводу моего социального положения?

— Какие оскорбления? — Спросил Человечек Виктор. К большому раздражению Вайнкера, он постоянно располагался так, чтобы Вайнкер не мог напасть, не причинив ему вреда.

— Его послания! Пять раз! Пять раз за этот месяц я пытался выполнить задание, но только для того, чтобы найти там тебя, — Ледяной Клык обвиняюще указал когтем на своего соперника, — ты украл у меня славу и насмехался надо мной! И все это из-за того, что ты не смог справиться с огромным ночным успехом моей авантюрной компании!

Признания было достаточно, чтобы Вайнкер остановился… если только посмеяться. — Успех? — Победитель не мог поверить в наглость этого позера. — Ты назвал его в честь второго по ценности металла!

— Серебра вполне достаточно, чтобы составить большую часть сокровищницы!

— Это невозможно, —- перебил его Человечек Виктор. — Его Величество месяц отдыхал на своих сокровищах, а на прошлой неделе он выполнил только одно задание.

— Отдыхал на своем кладе целый месяц? Как может дракон тратить столько времени впустую? — Ледяной Клык усмехнулся, доказывая Вайнкеру, что у него совершенно нет вкуса.

— Это штука богатого дракона, ты не можешь понять, — передразнил своего соперника Император Мурмурина.

— Как ты смеешь повторять эту-

— Ваше Величество, Верховный Король Ледяной Клык, если позволите-

— Теперь это Верховный Король Президент Ледяной Клык, человечек, с большой буквы В, К и П, — перебил ледяной дракон Человечка Виктора. — Я же вижу разницу.

— Верховный Король Президент Ледяной Клык, каково было содержание этих насмешливых посланий?

Ледяной дракон выплюнул кусок льда на землю внизу. — «Угадай, кто первым схватил все серебро? С любовью, ваш социально лучший, Вайнкер!”

Вайнкер нахмурился. — Это точно такая же формулировка, которую ты оставил в той пирамиде.

— Что за пирамида, место для нищих? — Спросил Ледяной Клык.

— Ты не был в подземелье в пустыне? — Спросил Вайнкер, все более и более озадаченный.

— Зачем мне идти в пустыню? Она полна песка, который пачкает мою идеальную чешую.

…

…

— Тебя кто-то обманул, — поддразнил Ледяного Клыка Вайнкер. — Позор тебе.

— Ну, Ваше Величество, кто-то обманул вас обо-

— Я так и знал, что это подстава, миньон, — заверил Вайнкер своего главу персонала. — Ни один дракон не может быть настолько мерзким, чтобы испортить художественную фреску, даже Ледяной Клык. Очевидно, кто-то пытался замаскировать свое преступление против драконьего рода ложью, но неудачно.

Его соперник усмехнулся. — Ты думаешь, я тебе поверю, Вайнкер?

— Ледяной Клык, клянусь головой моего миньона, что я не опустился до того, чтобы тебя оскорблять. — Он и без того был смешон, чтобы красному змею пришлось что-то делать. — И я никогда больше не позволю ему умереть, так что будь уверен, что честь Вайнкера Рыцареубийцы покрыта золотом.

— Ты, убийца Фурибона, — Ледяной Клык повернулся к Человечку Виктору. — Ты клянешься своей головой, что он говорит правду?

Глава персонала Вайнкера испуганно посмотрел на своего господина, а затем кивнул ледяному дракону. — Клянусь. Мы не имеем к этому никакого отношения, и на самом деле, я подозреваю, что тот, кто виноват, проделал подобный трюк и с нами.

— Ммм … — Ледяной Клык, хотя и обладал плохим вкусом, но, по крайней мере, имел достаточно здравого смысла, чтобы признать правду. — Тогда, кто же мог пренебречь мной? Послания были написаны на старом драконьем языке.

— Фейри, — предположил Вайнкер. — Не первый раз они пытаются разделить драконий род, а один из них пытался испортить мой День Хвастовства.

— Мелоди была бы очевидным подозреваемым, но меня кое-что беспокоит, — сказал Человечек Виктор. — Откуда виновник мог знать, что Ваше Величество совершит набег на Башню Саблара?

— Миньон, это была не башня, а пирамида, — настаивал Вайнкер. — Я не допущу неправильной грамматики у моего главы персонала.

— Верховный Король Президент Ледяной Клык. — Человечек Виктор сделал короткую паузу на этом имени. — Почему вы напали на нас именно сейчас?

— Гильдия авантюристов человечков сообщила мне о невостребованной добыче в этом вонючем городе, — ответил Ледяной Клык. — Что я могу получить деньги, если съем какого-то Человечка Гарланда.

— Я не позволю тебе, Ледяной Клык! — взревел Вайнкер. — Он мой! Он пренебрег мной лично!

— Я первым добрался до этого города! — зарычал в ответ его соперник, выставив вперед когти. — Найди себе другое задание! Эти деньги — мои!

— Пожалуйста, великие благородные драконы! — Человечек Виктор встал между ними. — Как насчет того, чтобы уладить это дело с помощью компромисса? Мы получим Гарланда, и в обмен, V&V отказывается от любого квеста в старой Гармонианской Лиге.

— Что? Миньон, ты же не можешь предложить… — Вайнкер замолчал и задумался над этим вопросом. — А, я понимаю. Наша борьба — это именно то, чего хотят фейри.

— Да, они, вероятно, подставили тебя, надеясь, что один убьет другого, а они смогут прикончить раненого победителя.

Если так, то они сильно недооценили Вайнкера, если думали, что у Ледяного Клыка есть шанс. — Мой долг, как благороднейшего из драконов, вести себя достойно, — заявил Император Мурмурина. — Поэтому я соизволю принять это мудрое мирное соглашение до тех пор, пока не смогу съесть настоящего негодяя.

Ледяной дракон почуял ловушку, но также и возможность. — Ммм… я соизволю принять это шоу извинений.

— Это не извинение, — Вайнкер свирепо посмотрел на своего единственного настоящего врага. — Я могу стать богаче тебя, не занимаясь поисками в этой стране!

— Клад моей компании стал больше, чем когда-либо был у тебя! — Ледяной Клык нагло лгал.

— Смехотворно! — Ответил Вайнкер, но его гордость не могла позволить этому случиться. — И я докажу это! К концу сезона сбора урожая, в канун Хэллоуина, наши компании авантюристов сравнят свои запасы, и мой блеск возобладает над твоим! Проигравший признает победителя величайшим драконом в мире!

— Я наслаждаюсь этим вызовом! — согласился Ледяной Клык и отправился в путь. — Ты преклонишься перед моим сокровищем, Вайнкер!

Вайнкер кипел от злости на своего соперника, глядя, как тот исчезает за облаками. — Человечек Виктор, я горжусь твоим планом, — сказал он своему миньону, как только Ледяной Клык оказался вне пределов слышимости, — это идеальный беспроигрышный сценарий.

— Неужели? — его глава персонала поднял бровь. — Я думал, ты сойдешь с ума.

— Конечно, нет. Если я не могу найти квест, то эта земля ничего для меня не стоит. Я отомщу, а этот идиот ничего не получит! Я выиграю дважды!

Поздравляю! За то, что вы использовали свою голову и не попали в коварную ловушку своих врагов, вы заработали два уровня в [Кайзер]!

Вы заработали Классовый Перк [Заряженная Атака (Дыхание Дракона)]!

+60 Очки Жизни, +2 Сила, +2 Живучесть, +2 Мастерство, +2 Ловкость, +1 Интеллект, +2 Харизма, +1 Удача.

[Заряженная Атака (Дыхание Дракона)]: Теперь вы можете заряжать свое огненное дыхание, накапливая в своем животе его силу, прежде чем выпустить его более мощную версию.

И это была всего лишь корова на вершине овечьего пирога.

Человечковый город Лагон был самым необычным. Люди построили его на воде.

Судя по тому, что видел Вайнкер, когда-то этот город был сотней небольших островов, которые впоследствии человечки соединили каменными мостами. Они еще больше расширились в море, построив каменные платформы, стоящие на деревянных столбах, погребенных под водой, и даже переделали пришедшие в негодность корабли в импровизированные здания. Хотя дракон ни за что на свете не мог понять, почему кто-то живет рядом с таким количеством воды, он должен был похвалить их замысел.

Однако, потребовалось три попытки, чтобы Вайнкер нашел плавучий дом, который не затонул, когда он приземлился на крышу. Люди должны найти лучших архитекторов.

К счастью, жители этого города казались достаточно цивилизованными, и отнеслись к Вайнкеру, как к Императору, которым он и был, немедленно согласившись выдать ему его цель, и устроить пир. Они не разводили хорошего скота, но у них были пряные прирученные кракены.

Его глава персонала, как обычно, занимался с местными жителями, а его хозяин объедался кальмарами. Горожане на гондолах регулярно кружили вокруг его нынешнего «трона», чтобы на него посмотреть, а Вайнкер изо всех сил старался великолепно выглядеть, чтобы произвести на них впечатление.

— Ваше Величество. — Человечек Виктор, в конце концов, вернулся, ведя гондолу с находящимся в ней могучим человечком. Этот загорелый варвар возвышался над его главой персонала, держа в руках плащ, сумку и тяжелый шлем. — Я представляю вам Гарланда Ренуара, бывшего члена Легиона Голубой Розы, отставного Скорчера, а ныне капитана наемников на службе у города Лагон.

Осужденный человечек поднял на Вайнкера печальные зеленые глаза, а дракон, покончив со своим кракеном, громко рыгнул. Он не пытался убежать, впрочем, это вряд ли помогло бы, и это избавило Вайнкера от необходимости продолжать охоту. — Я знал, что этот день настанет, — сказал он серьезным голосом. — Неужели уже слишком поздно извиняться?

— Да, — Вайнкер свирепо посмотрел на этого червяка. — Твой грех против меня непростителен!

Человек поморщился, съежившись от божественного суда дракона. — И сколько же тогда?

— И сколько же? — Повторил Вайнкер, прищурившись.

— Сколько стоит не съесть меня? — предложил человечек, доказав, что он самый умный бандит в мире.

Вайнкер насмешливо покосился на человечка. — Ты веришь, что можешь купить меня, чтобы я забыл твой подлый поступок? — Меня? Ты думаешь, что гордость дракона продается?

— Двадцать тысяч золотых монет?

— Это даже не покрывает стоимость моего полета, не говоря уже о моем гонораре-

— Тридцать тысяч.

…

Вайнкер сделал короткую паузу, а затем повернулся к своему главе персонала. — А сколько стоит его голова?

— Тридцать пять тысяч, — ответил Человечек Виктор.

— Ладно, а как насчет пятидесяти пяти тысяч? — сделал предложение преступник. — Это покрывает мою щедрость и деньги, которые я получил за свою старую ложь. Довольно хорошая сделка, а?

Дракон задумался над этим вопросом. Его гордость уступала только жажде золота…

— Шестьдесят тысяч, двадцать голов скота, и тебе придется принести мне официальные публичные извинения при свидетелях, — ответил Вайнкер. — Это — мое первое предложение. Второе — это путешествие в мой кишечник.

— Хорошо, — немедленно согласился Человечек Гарланд. — Я возьму немного из резервного фонда моей компании, но деньги смогу наскрести.

— Ваше Величество, он просто Скорчер, — заметил Человечек Виктор. — Он был объявлен в розыск еще до того, как убил барона и сжег его замок. Просто говорю вам, что никто не будет скучать по нему, если вы все равно решите его съесть.

— Слушай, приятель, ты думаешь, я хотел стать бандитом? — сердито ответил другой человечек. — Ты думаешь, кто-то хочет стать бандитом? Ты думаешь, я пошел в какую-то школу и сказал учителю: «когда я вырасту, я хочу быть лучшим вором, который когда-либо был»?

— Ты не должен быть таким активным, — надулся Человечек Виктор.

— Времена были тяжелые, и мой последний работодатель не заплатил мне после того, как я рисковал своей жизнью, убивая для него монстров. Поэтому, ради своей гордости я поджег его дом и забрал его вещи. Неужели это действительно позорно?

— Я тоже съел дающего задания, который не заплатил мне, — сказал Вайнкер, сочувствуя другой жертве человеческой неблагодарности.

— Я честно охочусь здесь на морских чудовищ, и этого достаточно, чтобы жители города не сдали меня королевским властям, — продолжал Гарланд. — Я плачу свой долг обществу. И я готов заплатить то, что должен Вашему драконьему Величеству, если вы позволите мне прожить достаточно долго, чтобы это сделать.

— Раз уж ты предложил мне возмещение, я найду в своем сердце милосердие, которого тебе так не хватало, — заявил Вайнкер. — потому что я прощающий и милосердный.

— Да, но ты действительно собираешься его отпустить? — Человечек Виктор, казалось, боролся с решением своего хозяина. — Не поймите меня неправильно, я всецело за дипломатическое решение, но это звучит совсем не похоже на Ваше Величество.

— В прошлый раз, когда я простил вора и преступника, он стал лучшим главой персонала в мире, — ответил Вайнкер. — Если этот человечек действительно сожалеет о гнусном преступлении, которое он совершил против моей императорской персоны, и предлагает дань в качестве компенсации, тогда я дам ему шанс изменить свою жизнь. Убийство было бы мелким человечковым делом, а я — благородный дракон. Я прощающий и милосердный.

— О, поверьте мне, я жил в страхе с тех пор, как узнал, что вы вернулись, — сказал бывший бандит. — Я боялся, что либо вы, либо мой старый работодатель выследите меня за мою ложь.

— Я знаю, что гильдия авантюристов может быть безжалостна к тем, кто пытается их обмануть, но это было двадцать лет назад, — ответил Человечек Виктор. — Они совершенно забыли о тебе, пока мы не выяснили твою личность.

— Только не гильдия, — покачал головой Гарланд. — Мы потребовали награду, которую они назначили за голову Вашего Величества, но не поэтому мы пошли за вами. Кое-кто нанял нас первым.

Это привлекло все внимание Вайнкера. — Объясни, приказал он человечку.

— Вы хотите услышать всю историю целиком? Думаю, я перед вами в долгу. — Гарланд прочистил горло. — Два десятилетия назад я был авантюристом со своими приятелями в Барине, одной из южных стран. Мы были очень хорошими охотниками на монстров. Когда наша страна Барсино в Столетней Войне присоединилась к Гардмейну, армия наняла нас для помощи против боевых зверей фоморов. Фейри и Брэндон Мор выставили несколько кошмарных существ, и им нужны были такие специалисты, как мы-

— Человечек, перестань разглагольствовать, — перебил его Вайнкер. — Я знаю, что это любимое занятие вашего вида, но я теряю терпение после двадцати пяти слов.

— Барсино разгромил войска Мора, а затем двинулся через горы Альбейн. Мы оставались в этом районе, чтобы убивать монстров, которые могли угрожать линиям снабжения. Именно тогда к нам подошел человек. Какой-то чокнутый бард по имени Гамелин. Страшные вещи он мог делать своим голосом … в любом случае, у него была для нас работа, с большим призом.

Гарланд сделал короткую паузу, и продолжил. — Он сказал нам, что Красный Дракон по имени Вайнкер Рыцареубийца впал в спячку где-то в горах, но он не смог найти его логово. Он хотел, чтобы мы нашли змея, убили его, а затем принесли в качестве трофея его кости.

Друг Виктор поднял глаза на своего хозяина, который дрожал от безмолвной ярости. Человечек Гарланд колебался, не решаясь продолжать, но Вайнкер пока сдержался.

— Нам удалось найти ваше логово, но когда мы увидели, что вы спите… и какой вы огромный… мы… мы… как бы это сказать…

— Вы что, струсили? — предположил Человечек Виктор, формулировка, сделавшая Вайнкера более голодным.

— Мы тактически отступили, — возразил Человечек Гарланд, отрицая свою трусость, а Друг Виктор положил руку себе на лоб. — Мы даже не притронулись к сокровищу, опасаясь, что Ваше Величество проснется.

Если бы они это сделали, Вайнкер съел бы его на месте. Он дал этому человечку очко за то, что тот проявил силу воли и не прикоснулся к его сокровищу — искушение, перед которым не устоял даже Человечек Виктор.

— Мы не могли вернуться с пустыми руками, поэтому наш [Астролог] обнаружил в горах старые окаменелости дракона. Мы откопали их, сфальсифицировали, а потом притворились, что они ваши. Мы обманули гильдию и Гамелина, получили награду, а затем рассеялись по ветру, на случай, если кто-то обо всем догадается.

— Как ты мог запятнать мое имя ради денег? — зарычал Вайнкер.

— Бард не платил нам золотом. Он дал нам самые лучшие магические предметы … такие, как этот.

Человек-наемник открыл сумку и достал странное оружие, которое показалось Вайнкеру смутно знакомым: длинную тяжелую железную палку с дулом на конце.

Человечек Виктор, казалось, узнал этот предмет, его глаза расширились. — Черт побери, это же-

— Легендарное оружие [Калашников], — похвастался Человечек Гарланд. — Отличное оружие, а?

Ночные Земли были именно такими, какими их представлял себе Виктор: темными.

С тех пор, как могущественный вампир Орлок провел над землей темный ритуал, вся страна оказалась в ловушке под покровом вечных сумерек. Когда наступил полдень, темные тучи закрыли небо и приглушили солнечный свет. Растительность на земле, выжив в такой среде, выглядела достаточно искривленной — от лесов черных шипов до роз с глазами.

На дорогах внизу, когда дуэт летел дальше на север, они заметили множество гигантских летучих мышей и волков. Однако они, казалось, ни на кого не нападали, и Виктор задумался, не были ли они замаскированными вампирами.

На каждом перекрестке также было небольшое святилище, посвященное Митре, статуя этого божества стояла во всех деревнях. Из того, что Виктор узнал, король Орлок верил, что бог света дарует вампирам отсрочку от солнца, если он сделает свою страну достаточно благочестивой и уничтожит всех «еретиков», которых сможет найти. Божество никогда не отвечало на молитвы вампиров, но Орлок так и не получил памятку.

Их неспособность найти квест и открытие, что кто-то пытался убить его во сне, испортили Вайнкеру настроение, сделав его еще более раздражительным, чем обычно. — Миньон, мы уже на месте? — пожаловался дракон, когда они пролетали над замком прямо как из ремейка Дракулы. В одной лапе он держал мешок, полный монет Ренуара и коров. — Здесь воняет мясом, кровью и чесноком.

— Карта говорит, что следующий член легиона … — Виктор остановился над кладбищем, между замком и ближайшей деревней. — Там.

Глава персонала приземлился среди могильных камней, его напарник-дракон громко грохнул рядом, и, к несчастью, их прибытие немедленно разбудило жителей кладбища.

Армия призраков и вопящих привидений появилась из-за надгробий в кошмарной процессии, окружая дракона с ненавистью в пустых глазах.

Вайнкер их шлепнул.

Глаза Виктора расширились, как и у большинства призраков, когда дракон замахнулся на ближайших призраков, словно на комаров. — Ваше Величество может ударить призраков? — удивленно спросил визирь.

— Для этого у меня есть Перк Гладиатор, — ответил Вайнкер. — Я — Вайнкер Рыцареубийца. Я могу ткнуть что угодно.

Призраки тут же превратились в белый дым.

— Вернитесь! — Приказал разочарованный Вайнкер. — Дайте мне сокровище!

Виктор сомневался, что призраки вообще что-нибудь уронили бы, и сверился с картой Мота. Документ привел его прямо к случайному мраморному надгробию.

Гном Минг.

1253 — 1296

Авантюрист. Торговец Кровью. Небеса + Премиум-Клиент.

— Ваше Величество, я думаю, что наша цель очень, очень мертва.

— Тогда подними его, чтобы я мог его наказать.

— Не думаю, что смогу воскресить того, кто умер так давно, — сказал Виктор, читая надпись на надгробии. — Он был похоронен пять лет назад, и более того, он был застрахован.

— Миньон, это место воняет нежитью! — Гневно взревел Вайнкер. — Ты хочешь сказать, что мы нашли единственного человечка, у которого не было смысла подняться после его неизбежной кончины?

— Гном. — Это совсем не успокоило Вайнкера. — Так что же мы делаем, Ваше Величество? Мы возвращаемся домой?

— А зачем нам это делать? — Ответил Вайнкер, одновременно расстроенный и смущенный. — Я потерял двадцать килограммов, пролетев весь путь до этого места, и кроме законного урегулирования и новых уровней, увеличивающих мою сладкую стипендию, у нас нет никаких сокровищ для показа! Я не вернусь с пустыми руками!

— Из этой поездки мы узнали, что у Вашего Величества есть опасный враг, — заметил Виктор. — Оружием Ренуара был Ак-47, но мой Перк [Глаз на Сокровище] сказал мне, что оно было магически модифицировано, чтобы никогда не кончались патроны.

— Акачто? — Смущенно повторил Вайнкер.

— Оружие из моего мира, — продолжил Человечек Виктор, еще больше сбив Вайнкера с толку. Визирь забыл, что его партнер вообще никогда не интересовался Землей. — Как Железный Орел Мора. Какова вероятность того, что эти инциденты не связаны между собой?

— Конечно, кто-то за мной охотится, миньон. Я — величайший дракон в мире. Кто-то всегда за мной охотится. Что хорошо, так как это означает, что бесплатная еда доставляется прямо к моему порогу. — Виктор понял, что, несмотря на всю свою браваду, попытка убить дракона во сне привела его в ярость. — Вопрос в том, кто именно? Фейри?

— Чем больше я смотрю на это, тем больше убеждаюсь, что фоморы действительно все спланировали, кивнул Виктор. — Они — главные существа, которые кровно заинтересованы в том, чтобы Ваше Величество исчезло, еще до того, как вы получили уровни, и Мелоди дала Мору оружие из моего мира. Это тот же самый Од, что и у Гамелина.

Конечно, Вайнкер понятия не имел, что такое Од, но он был слишком горд, чтобы признаться в этом открыто. Виктор научился замечать, когда ему хотелось, чтобы партнер объяснил все, не спрашивая напрямую.

— В обоих случаях метод был один и тот же: давать промежуточным звеньям современное оружие и позволять им пачкать руки. — У Виктора было несколько идей о том, как они добыли это оружие, но пока не было ничего конкретного. — Я также думаю, что может быть замешана Гильдия Авантюристов или, по крайней мере, внедрена. Они — единственная организация, которая знала, что мы совершим набег на Башню Саблара-

— Пирамида, Человечек Виктор.

— Они — единственная организация, которая знала, что мы совершим набег на Пирамиду Саблара и попытаемся выполнить задание в Гармонианской Лиге.

— Человечек Чарлин меня предала? — зарычал Вайнкер.

— Я так не думаю, но не исключаю, что кто-то перехватывает ее письма. — Особенно, с тех пор, как она послала донесения в Гардмейн и поспрашивала всех вокруг об информации о Легионе Голубой Розы. — Но их способность предвидеть наши действия предполагает, что они внимательно за нами следят.

Вайнкеру это совсем не понравилось. — Друг Виктор, ты намекаешь на то, что фейри проникли в моих миньонов?

— Это вполне возможно.

Эта мысль наполнила Вайнкера гневом. — Как можно быть настолько неблагодарным, чтобы предать меня, как гоблины? После того, как я позволил им жить?

— Это всего лишь предположение, — ответил Виктор. — Но именно поэтому я предлагаю вам вернуться. Становится все труднее находить квесты обычным способом, и хотя я оставил полу-функциональную администрацию на время нашего отсутствия, но чем дольше мы держимся подальше от Мурмурина, тем больше мы приглашаем его атаковать.

Вайнкер долго и напряженно об этом думал. — Нет, Человечек Виктор. Мы не повернем назад, — ответил дракон, а затем объяснил, — Зимние Королевства, где живет следующий злодей из моего списка, являются домом для логова Ледяного Клыка. Полетев туда, мы съедим двух коров одним укусом.

Виктор сразу же все понял. — Ты хочешь исследовать местную гильдию авантюристов и выяснить, кто послал за нами Ледяного Клыка.

Это … это было удивительно хорошо продумано. Иногда он забывал, что количество очков Интеллекта Вайнкера неуклонно росло с тех пор, как они впервые встретились.

— И потребовать выплату мне долга. Речь идет не о мести, Человечек Виктор, а о чем-то гораздо более важном. Деньги. — Великий дракон зевнул и положил свою дорожную сумку на землю. — Мы полетим туда завтра. Я устал, проголодался и хочу спать.

— Здесь? — Виктор предпочел бы спать где угодно, только не на кладбище посреди пустыни.

— Ты можешь спать на моей горячей чешуе, если тебе страшно. Я буду держать тебя в тепле и безопасности, как мое золото.

— Нет, я д … — Виктор замолчал, и Вайнкер пристально на него посмотрел. — Ладно, хорошо.

Как обычно, Вайнкер храпел слишком громко, чтобы Виктор мог хорошенько выспаться. Все, что он мог сделать, это закрыть глаза и переступить черту между сном и дремотой, уткнувшись головой в живот своего партнера.

Спать рядом с Вайнкером было странно комфортно. Его чешуя излучала тепло, как дымовая труба, и это помогало стряхнуть с себя морозную ночь. Виктор понял, что стал более чувствительным к холодным температурам с тех пор, как взял уровень в классе [Рыцарь Монстра], и стал носить для своей постели более толстые одеяла.

К счастью, никто не был настолько глуп, чтобы приблизиться к Вайнкеру, даже мертвые.

— Эй. Эй. Тссс.

Видимо, нет. Виктор открыл глаза и увидел рядом с собой белокожего мужчину в капюшоне. Присутствие дракона его не остановило.

— Эй, — повторил мужчина, показывая клыки. —У тебя есть кровь?

— Кровь? — Сонно повторил Виктор.

— Мне нужна моя доза, и побыстрее. Правительство достало моего поставщика после того, как он соединил свою кровь с пылью фейри. Теперь в это время ничего не сходит с рук.

Почему Виктор всегда привлекает к себе чудаков? Должно быть, все дело было в мантиях. — У меня нет крови, — солгал визирь.

— Так ты не дилер? — вампир выглядел смущенным. — Потому что ты хорошо выглядишь.

Определенно, мантии. — Я не дилер. Я просто хочу спать.

— Ты уверен? Потому что за глоток я могу заплатить хорошие деньги-

— Я не могу продавать свою кровь, это противоречит моей религии, — невозмутимо ответил Виктор. — А теперь проваливай, пожалуйста.

Вампир-наркоман выругался, но поспешил прочь.

Не в силах заснуть, Виктор занялся проверкой своей статистики.

Виктор «Миньон» Далтон

Уровень: 35 (Рыцарь Монстр: Красный Дракон 20 / Жнец 14 / Великий Визирь 1)

Тип: Гуманоид / Дракон

Группа: V&V

Очки Жизни 855

Специальные Очки 300

Сила 30

Живучесть 31

Мастерство 41

Ловкость 38

Интеллект 38

Харизма 38

Удача 35

Личные Перки

Избранный Костью

Наблюдатель

Мертвый Друг

Романтик

Избранный Лунным Человеком

Черное Проклятие

Поток Адского Огня (Незначительно)

Избранный Шешей

Украшенный Гербом

Образование Визиря

Классовые перки

Оруженосец Монстра: Родство с Монстром, Инструктор Миньонов, Студент Монстр, Жизненная Сила Монстра (Красный Дракон), Наездник Монстра, Проницательность Монстра, Продвижение Мука

Жнец: Отмычка, Глаз на Сокровище, Мастер Ножа, Оживить Мертвого, Некромантия 2, Гадание на Мертвых, Украсть Жизнь, Скелетный Ключ, Повелитель Косы, Хельхейм,

Рыцарь Монстр (Красный Дракон): Убийца Людей, Щит Хозяина, Рыцарь Страха

Великий Визирь: Это Не Хорошо

Его мастерство было самой высокой базовой характеристикой? И тут он подумал, что его удача упала в негатив, но… чихал он на это.

Затем он проверил статистику от Вайнкера. Вместо [Старые Деньги] начальный Перк [Это Не Хорошо] Класса [Великий Визирь] не увеличивал дроп, но позволял ему постоянно проверять местоположение и статистику своего господина.

Почему же сама суть класса предполагала, что он одержим своим начальником?

Вайнкер «Лучший Дракон» Рыцареубийца

Уровень: 38 (Император 12 / Гладиатор 8 / Охотник На Ведьм 10 / Кайзер 7 / Селекционер Подземелий 1)

Тип: Дракон.

Группа: V&V.

Очки Жизни 6155

Специальные Очки 1460

Сила 125

Живучесть 100

Мастерство 35

Ловкость 61

Интеллект 29

Харизма 101 (+10)

Удача 61

Личные Перки

Дыхание Драконий Огонь, Невосприимчивость к Огню, Жизненная Сила Красного Дракона, Высокомерие Дракона, Чешуя Дракона, Супер Чувства, Радар Принцессы-Девственницы, Малое Сопротивление Яду, Насмешка, Мертвый Друг. Украшенный Гербом

Классовые Перки

Благородный: Старые Деньги, Снобизм, Благородная Обязанность, Аристорадар, Фаворит Толпы, Стипендия

Гладиатор: Воин Арены, Кулак Победы, Заряженная Атака (Дыхание Дракона), Суперкрит

Охотник на ведьм: Очистка Заклинаний, Сжигание Ведьм, Малое Сопротивление Магии, Экзорцизм I, Решимость Охотника

Кайзер: Хозяин Подземелья (Замок Мурмурин), Зловещая Тайна

Император: Рожденный в Пурпуре, За Императора, Династия, Имперская Власть, Вызов Герольда (Виктор Далтон)

Селекционер Подземелья: Сопереживание Монстру

Неудивительно, Вайнкер начал планировать заранее. Его интеллект начал догонять собственный интеллект Виктора. Может быть, класс [Геомант] поможет ему увеличить его и обрести больше здравого смысла?

Визирь почувствовал легкую зависть, когда увидел разрыв между их способностями. Хотя он знал, что никогда не сможет соперничать с Вайнкером по чистой силе, явный разрыв в обаянии сделал его неуверенным. Он определенно должен был последовать старому совету Генри и пройти уровень в классе, ориентированном на харизму. Дважды Виктор встречал тех, с кем не мог говорить, и в одном случае это закончилось его смертью.

Но для всего этого было время, а сейчас Виктору нужно было поспать. Он закрыл глаза, стараясь не обращать внимания на храп Вайнкера…

— Пророк Гамета… Пророк Гамета…

— Что? — Прорычал Виктор, снова открывая глаза … только для того, чтобы оказаться лицом к лицу с огромной, покрытой щупальцами мерзостью.

— Что это за оскорбление биологии? — Проснувшись, спросил Фурибон из косы. — Я не понимаю ни слова из того, что оно говорит.

— Здравствуй, Гамета, — сказало существо, быстро оценив реакцию Виктора. — Мы познакомились несколько солнечных циклов назад.

— Тул-Гатар? — Визирь узнал Лунного Зверя, которого встретил в Мурмурине. — Эй, что случилось?

— У меня все хорошо, Гамета. Теперь, когда меня больше не призывают скинхеды, я могу, наконец, съесть телепатического паука и написать свой собственный фантастический роман. Он так хорош, что твои сородичи сходят с ума и отводят глаза, когда его читают.

— Это обычная проблема. — Он уже получил несколько жалоб на работу Розового Рейнджера. — Вы хотите, чтобы я его вычитал? Или что-то еще?

— Пришло время встретить свою судьбу, Пророк Гамета, — сказал Тул-Гатар. — Отец избрал тебя для божественной миссии.

Божественная … божественная миссия? — Я должен исполнить пророчество?

— Да. Ты — избранный.

Сердце Виктора екнуло, и он затаил дыхание. А потом он завизжал, как школьница. — Да, да! — Он тут же вскочил на ноги. — Какого рода пророчество? Спасти мир от фоморов?

На каком-то уровне он понимал, что с его удачей где-то должен быть подвох, но идея традиционного приключения так его привлекала…

— Нет, — ответил Тул-Гатар, слегка разочаровав визиря. — Ты должен возвестить о начале эпохи исследований, ведя народ Лунного Человека к Земле Обетованной.

А, так Виктор был новым Моисеем? — Мне ведь не придется торчать в пустыне сорок лет, верно?

— Нет. Ты поведешь отцовское стадо на Луууууууууну. — Лунный Зверь произнес это слово так, словно хотел, чтобы оно прозвучало более драматично.

— Место, которое почему-то называется Луной, или настоящая Луна?

— Это не «Луна», Гамета, — ответил Тул-Гатар, махнув щупальцем в сторону потемневшего неба, это «Лууууууууна!”

…

— А можно мне сделать это по-американски и инсценировать высадку на Луну? — С тяжелым сарказмом спросил Виктор.

— Нет, Пророк Гамета. Это не вариант.

— Тогда что же это такое? — Огрызнулся Виктор, весь его энтузиазм куда-то пропал. — Построить средневековую ракету и отправить всех наверх? Использовать заклинание телепортации?

Лунный Зверь вздохнул. — Послушай, это не моя идея, Пророк Млекопитающих. Это божественное требование Отца. Лунный Человек хочет, чтобы его стадо дружно собралось на Луууууууне, и он выбрал тебя своим пастырем. Я должен посетить каждого его жреца-млекопитающего на основе углерода и сказать им, что ты поведешь их к звездам.

Может ли он вернуть свой Перк «Избранный Лунным Человеком»? Виктор вздохнул. То, что он сделал для роста статов… — У меня есть крайний срок?

Существо обдумало этот вопрос. — Отец об этом не упоминал.

— Потрясающе, тогда я разберусь с этим после того, как вернусь после своих текущих квестов.

— За твой поступок будет великая награда. — Виктор поднял бровь, а щупальца Тул-Гатара в это время двигались отвлекающе грязным образом. — Да. Великая, великая награда.

В данный момент Виктор сомневался, что это будет стоить таких хлопот. — Какие-либо указания?

— Используй [Защиту от Безумия], когда доберешься до Луууууны, — посоветовал Тул-Гатар. — Она понадобится твоей пастве, когда они увидят щупальца темной стороны. Более слабые умы правда разобьет вдребезги.

Этот шум нарушил сон Вайнкера. — Миньон… — прорычал дракон, взглянув на Виктора и кальмара-мерзость. — Что это такое? Почему ты разговариваешь с пищей кальмаром?

— Мы еще встретимся, Личность Гамета. Помни о своей судьбе. — Тул-Гатар исчез прежде, чем Вайнкер попытался раздавить его ради сокровища.

— Ваше Величество, мне кажется, что я должен лететь на луну, — сказал Виктор, отказываясь говорить это так, как это делал Тул-Гатар.

— На планету?

— Луна — это не планета, Ваше Величество.

— Конечно, планета. Она круглая и высоко в небе. — Вайнкер поднял голову. — Миньон, а на Луне есть золото?

— Я… я не знаю, Ваше Величество. — Поскольку на Луне Аутремонда обитают существа, там, вероятно, должны были бы находиться подземелья и сокровища. — Может быть? Возможно?

— Но ведь на Луне нет драконов, верно? — Вайнкер поднял голову к небу, щурясь от слабого лунного света, пробивающегося сквозь темные тучи. — На Луне нет квестов, которые крадут драконы…

Что-то в его тоне пробрало Виктора до костей, а глаза дракона расширились от радости.

О нет… о, пожалуйста, нет…

— Человечек Виктор, ты просто гений!

Победитель ненавидел мороз.

Он поселился в горах Южного Альбена, потому что думал, что это отпугнет воров, но холодный воздух его любимых гор не мог сравниться с холодом так называемых Зимних Королевств. Расположенное к северу от Ночных Земель, это обширное пространство казалось полностью покрытым снегом, даже сейчас, в середине дня, слабый град продолжал беспокоить его полет.

— Холодно… — Человечек Виктор, летя рядом со своим хозяином. дрожал, как дерево. Даже тяжелая одежда не могла его защитить. — Здесь ужасно холодно!

— Мы уйдем отсюда, как только я получу свое золото, — заверил его Вайнкер.

Ему не терпелось отправиться на Луну.

Возможно, это была величайшая идея Человечка Виктора с тех пор, как он решил с любовью вечно служить Вайнкеру. Если Император не сможет выполнить квесты на этой планете, он перейдет на другую, без конкуренции! Луна станет его охотничьим угодьем, новым завоеванием V&V!

Что же может пойти не так с этим планом?

— Судя по карте, третье имя в списке Вашего Величества, Корнелия Штормвинд, должна быть где-то поблизости, — сказал его миньон. — Интересно, она тоже заплатит Вашему Величеству?

Вайнкер тоже на это надеялся, поэтому дракон и его миньон летели над замерзшим озером, а затем над заснеженным еловым и сосновым лесом. Дракон оставил свой мешок, чтобы они могли исследовать окрестности, не опасаясь за его новое золото.

Красный змей заметил летящую фигуру, чей белый цвет хорошо сочетался с приближающимся к ним снегом. — Здравствуй, Вайнкер! — Маленькая ледяная драконица отсалютовала ему, когда их пути пересеклись в небесах. — Странно тебя здесь видеть!

— Сноусвип. — Вайнкер узнал ее по своему пиршеству. — Я ищу меньшее существо, которое называется…

— Корнелия Штормвинд, — Человечек Виктор назвал имя, — Корнелия Штормвинд.

— Этот ни на что не годный эльф? — Дракониха пожала плечами. — Она взяла под свой контроль этот лес после того, как я поймала ее правящую принцессу. Я думаю, вы найдете ее неподалеку размножающейся с сосной. Почему ты ее ищешь? Она не подходит для роли принцессы.

— Она оскорбила меня, — ответил Вейнкер. — Она должна мне дань золотом и скотом.

— Тогда удачи тебе ее поймать, — ответила дракониха. — Но раз уж вы тут рыскаете, то не могли бы вы сказать моему младшему брату Винди, чтобы он вернулся домой? Он еще не вернулся из своего последнего похода, и я начинаю беспокоиться за его безопасность.

— Я сделаю это, — пообещал Вайнкер, кивнув, и она ушла искать дальше на юг.

— Это уже четвертый дракон, которого мы до сих пор встретили, — сказал Человечек Виктор, когда они с хозяином кружили сверху над лесом.

— Большинство моих соплеменников предпочитают холод севера теплу юга. — Почему ледяные драконы числом превосходили своих лучших собратьев, было выше понимания Вайнкера, но этот климат напомнил ему, почему он предпочитает жару. Хотя его [Кольцо Элементного Сопротивления] могло защитить его от дискомфорта холода, он все равно его чувствовал.

Вайнкер понюхал воздух, пытаясь определить местонахождение эльфийского кузнечика. Он заметил множество запахов, распространяющихся по всему лесу, десятки человечков, эльфов, зверолюдей и даже.…

— Человечек Виктор, держись поближе ко мне, — приказал Вайнкер, внезапно занервничав.

— Что?

— Я чувствую на земле отвратительный запах фейри, — сказал Император, пытаясь определить его местоположение. Если бы это не удалось, он, для уверенности, сжег бы весь лес.

— Посмотри туда! — Человечек Виктор указал своей косой на фигуры, появляющиеся из облаков и летящие прямо на них. Один из них издали был похож на дракона, а в другом Вайнкер узнал всадника на грифоне.

Это были Человечек Киа и Джоли?

Нет. «Дракон» был серебристым крылатым змеем, ледяным драконом, другой нес на своей спине рыцаря-человека! Легко одетая эльфийка с голубоватой кожей и белыми волосами летела верхом на грифоне, держа в руках металлическую машину, похожую на [Калашников] Ренуара. И еще он заметил третью фигуру, мужеподобную брюнетку в странном меховом платье, летящую между ними волшебным образом.

У каждого из них над головой плыло странное кольцо света.

— Ваше Величество, берегитесь! — предупредил Человечек Виктор, — У нее охотничье ружье-

Женщина на грифоне направила на Вайнкера свою металлическую палку и выпустила ему в живот странную свинцовую круглую стрелу.

Снаряд отскочил от его чешуи.

— Свинец! — Воскликнул Вайнкер с притворной болью, прислонив лапу к точке удара. — Моя единственная слабость!

— Неужели? — спросила женщина на грифоне, когда она и остальные приблизились.

— Нет, — ответил Вайнкер, мстя ей огненным шаром, пока она отвлеклась. — Слабые стороны только у человечков!

От снарядов его чешуя действительно слегка чесалась, но дракон не обращал на это внимания.

Троица, чтобы увернуться от огненного шара, рассеялась, демонстрируя раздражающую скорость. В это время Друг Виктор чуть не срезал своей косой голову дрейку, вынудив зверя защищаться, а Вайнкер попытался съесть вкусного грифона одним укусом.

Из самого леса в них полетели другие снаряды — массивная молния и сверкающая стрела. Его красивое кольцо помогло ему стряхнуть с себя заклятие свинцового снаряда, но стрела…

Вайнкер почувствовал мучительную боль, когда она ударила его в живот, взорвав чешую.

[Стрела Драконоубийца] нанесла двойной урон!

Красный дракон в гневе зарычал, хотя его чешуя тут же начала расти обратно.

[Щит Хозяина] активирован! Вы получили Статус [Регенерация].

— [Голос Поля Боя]. — Внизу по лесу эхом разнесся гулкий женский голос, хотя Вайнкер не мог точно определить его источник. — Рыцареубийца, Далтон! Меня зовут Корнелия Штормвинд! Сложите оружие, вы окружены!

— Окружены мертвыми человечками? Это меня не впечатлило! — Дракон догадался, что она не заплатит ему должное. — Выходи из своего леса и сражайся, кузнечик!

— Я так и сделаю! Ты искал меня, Вайнкер Рыцареубийца? Я уже несколько месяцев жду твоего прихода! — [Оборонительный Гамбит]!

Все войска Корнелии получили статус [Физическая Опека].

Физический урон будет уменьшен на пятьдесят процентов в течение пяти минут.

Тонкий слой золотистого света покрывал каждого из нападавших, но для Вайнкера это не имело значения. Если понадобится, он съест всех ее миньонов.

— Миньон, позаботься о флаерах, пока я внизу выкуриваю насекомых! — приказал дракон, ныряя вниз, а его «крылатый друг» в это время целился в флаеры адским огнем.

Открыв пасть, великое бедствие выпустило вниз поток пламени, превратив снег в пар, а все остальное на своем пути спалив в пепел. Дракон летел по прямой линии, убивая все, что попадалось под руку, и заставляя животных и людей спасаться от огня и дыма.

— [Неизбежная смерть]! — закричала на земле Корнелия, разочаровав Вайнкера.

В ближайшем будущем вас поразит случайная атака.

Ваша Удача определит ее серьезность.

Вайнкер глубоко вздохнул, решив создать вокруг леса огненный круг и заманить внутрь него своих врагов на земле.

— [Ледяные Осколки]! — крикнул всадник дрейка, прорвавшись сквозь защиту Человечка Виктора. Он указал пальцами на Вайнкера, стреляя в него сосульками. Дракон даже не потрудился увернуться, снаряды от его могучего тела просто отскакивали.

Всадник дрейка хмыкнул и повернулся к летящему человечку в платье. — Крона, у дракона есть защита от стихийных атак!

— [Проклятие Зимы]! — ответила женщина, и за ее пальцами потянулась голубая пыль.

Проверка харизмы прошла успешно!

Вы проигнорировали проклятие!

— [Ведьма] — Человечек Виктор узнал тип заклинателя, защищавшего всадника грифона от адского огня. — Ваше Величество, мы должны уничтожить сначала ее! Она же дебаффер!

— Деба-чего? — Прорычал в ответ Вайнкер, отвлекшись от сжигания леса.

— Она ослабляет своих врагов и создает статусные эффекты! Короче говоря, она причиняет боль!

— [Проклятие слабости]! — ответила ведьма, движением руки целясь в Вайнкера.

Проверка жизнеспособности прошла успешно!

Вы смеетесь над ее ничтожной силой!

— Мои заклинания не могут повлиять на дракона! — закричала ведьма. — Его статистика зашкаливает!

— Человечек-детеныш, ты не понимаешь, — передразнил ее Вайнкер. — Это не я с тобой сражаюсь. Это ты сражаешься со мной!

— Ты… тьфу! — Лицо ведьмы побагровело от ярости.

[Насмешка] прошла успешно!

Вы успешно применили к Кроне статус [Берсерка]!

Ведьма слишком разозлилась, чтобы колдовать!

Человечек тут же полетел прямо на Вайнкера, слишком ослепленный своей яростью, чтобы увидеть безумие в своих действиях. — Крона! — Всадник на грифоне тут же попытался перехватить своего союзника, но Император отреагировал быстрее.

Он взорвал их обоих массивным огненным шаром.

Но когда дым рассеялся, ведьма и эльф снова появились, хотя и тяжело раненные, но без своего магического барьера и ореолов. Грифон тоже не пришел в себя, и всадник с криком упал. — [Гравитация—]! — ведьма наложила заклятие на всадника грифона, замедлив его падение, и он упал, не получив ранений от падения.

— Далтон может исцелять дракона, летая рядом с ним! — Прорычала насекомое Корнелия, и ее слова эхом прокатились по лесу. — Разделите их!

— Вот он! — Ведьма околдовала Человечка Виктора, который со своей косой бросился прямо на нее. — Ты сейчас упадешь! [Гравитация+]!

Прежде чем другой член V&V успел отреагировать, невидимая сила повалила Друга Виктора на землю.

[Щит мастера] отменяется! Вы потеряли статус [Реген].

— Миньон! — Взволнованно воскликнул Вайнкер, когда его миньон приземлился где-то в лесу.

— Ха! — Злорадствовала ведьма, но замерла, когда разъяренный Император впился в нее взглядом. — Ах ой.

С быстротой молнии Вайнкер ударил ее кулаком. Удар отбросил ее в сторону и кровавым пятном она разбилась об землю.

— Крона! — крикнул всадник на дрейке, и мстительный Вайнкер тут же повернулся к нему. — Корнелия, Крона мертва!

Он попытался ранить дракона ледяными осколками, но Вайнкер ответил ему своим драконьим огнем. Его пламя превратило лед в пар, но назойливое насекомое скользнуло вокруг атаки. Еще один снаряд прилетел к нему из леса, но промахнулся на большое расстояние и взорвался над облаками.

— Тяните бой на землю, а мы тем временем активируем голема и вызовем подкрепление! — ответил его хозяин, а затем произнес заклинание. — [Предсказать Плохую Погоду]!

Всадник дрейка немедленно улетел обратно в лес, а град начал усиливаться. Лед становился твердым, как камень, и чешуйки Вайнкера при соприкосновении с ним зудели.

Погода ухудшилась! [Град] стал [Шторм Града]!

Подвергаясь его воздействию, вы получите остаточный урон!

Выругавшись, когда град забарабанил по его крыльям, Вайнкер полетел к Земле, но не для того, чтобы преследовать дрейка.

Он был нужен миньону.

— Мигнуть, — сказал Вайнкер, становясь невидимым и готовый съесть всех до единого.

Проверка на силу частично удалась!

Вы можете нормально передвигаться по земле, но не можете летать.

Виктор хмыкнул, поднимаясь со снега. После того, как к нему воззвал закон тяготения, он умудрился сделать почти респектабельную посадку, но это было больно, как в Хэппилэнд!

Он едва успел подняться, как услышал рядом с собой взрыв. Над лесом пролетел большой огненный снаряд и устремился к Вайнкеру. Держа косу наготове, Виктор немедленно двинулся к источнику, а снаряд взорвался, не причинив вреда.

Он нашел небольшую группу людей, прячущихся под высокими крепкими деревьями, которые позволяли им пережить все более сильный град. Одна эльфийка в медвежьей шубе, с костяным луком, который его Перк [Глаз на Сокровище] сразу определил, как [Лук Драконоубийца]; фигура, покрытая белым капюшоном с плащем, висящим сзади; и еще один рыжеволосый человек с мешком ракет и большой-большой ракетной установкой.

Ракетная установка.

У них была ракетная установка.

Виктор тут же использовал на троицу Перк [Наблюдатель] и попытался угадать их уровень.

Эмиль Лавер, уровень 33 (Разбойник 15/??? 15)

Владимир «Стрелок» Финниксон, уровень 33 (Канонир 15/Алхимик 7 / Баллистик 6 / Стрелок 5)

Джудит Мазл, уровень 34 (Лучница 20 / Охотница 8 / Снайпер 6)

Лавер? Как у лидера Ночных Клинков? Может быть, и так…

— Ты промахнулся? — эльф-лучник посмеялся над своим союзником.

— Я промахнулся? — ахнул человек с ракетной установкой.

— Как же ты мог промахнуться? — эльфийский лучник сделал ему выговор. — Как ты мог промахнуться из базуки в гигантского дракона?!

— Я даже не знаю! Перестань меня стыдить и лучше стреляй! Рыцареубийца приближается!

— Каждый из них, кроме того, что в капюшоне, в дополнение к своему магическому щиту, имеет эффект [Ореол]. — Фурибон заметил белое кольцо света над их головами. — Если их убьют, они могут один раз ожить с одним Очком Жизни.

Нет, это не случится, если сначала он поймает их души в ловушку. Виктор отметил, что у них должен был быть, по крайней мере, один целитель, причем очень высокого уровня.

Бойцы в капюшонах внезапно посмотрели в сторону Виктора, открывая безжизненную белую кожу и багровые глаза. — Лакей здесь, — прошептал один низким скрипучим голосом.

Ладно, Виктор очень, очень не хотел проходить через эту часть, но или Вайнкер или они…

Визирь бросил свою косу в стрелка, и оружие ударило его в спину прежде, чем он успел нажать на курок. Коса пронзила магический барьер и рассекла плоть.

Критический Удар! [Убийца Людей] нанес супер эффективный урон!

Его тело рухнуло на снег, из раны капала кровь. Виктор подумал, что ему должно быть стыдно за то, что он убил другого человека. Хотя он и помогал их убивать, но сам никогда не наносил завершающего удара.

Но вместо этого Виктор почувствовал… ничего особенного.

Поздравляю! Благодаря вашему мимолетному членству в преступном синдикате и одному выстрелу в другого человека порочным, бесчестным способом, вы заработали уровень в Классе [Ассасин]!

Вы заработали Классовый Перк [Смертельный]!

+30 Очки Жизни, +2 Мастерство, +1 Ловкость, +1 Интеллект, +1 Харизма, +1 Удача

[Смертельный]: Ваши вооруженные атаки имеют шанс нанести Мгновенную Смерть (Удача делится на два).

Душа стрелка была втянута в косу Виктора, нимб исчез. Его [Хельхейм] обошел их защиту!

Лучник поспешно повернулся в его сторону, а фигура в капюшоне обнажила два кинжала, с которых капал яд. — Я ненавижу Леголаса! — Крикнул Виктор, как боевой клич, и взорвал обоих своих врагов адским огнем.

(п.п. — Леголас Зеленолист — серый эльф, один из главных персонажей трилогии «Властелин колец»)

Закутанный в капюшон боец превратился в белый туман еще до того, как пламя успело его коснуться, усиливая подозрения Виктора, но его товарищ по команде увернуться не смог. Она получила удар адского пламени в лицо и отшатнулась назад. Она пустила стрелу, и снаряд попал в кору сосны.

— Хильда, Далтон устроил засаду команде Эмиля, — донесся издалека голос Корнелии. — Делай свою работу и бей его изо всех сил!

Черт возьми! Откуда она это знает?

Виктор вдруг вспомнил, что у одного из членов Голубой Розы были уровни в [Астролог], следовательно, кто-то из них специализировался в предсказании. Вероятно, она издалека заметила визиря, пока вела свою команду.

Визирь быстро бросился за своей косой, а затем безжалостно, прежде чем она успела прийти в себя, зарубил горящую лучницу. И снова комбинация его Перков обошла вражеские баффы.

Критический Удар! [Убийца Людей] нанес супер эффективный урон!

Пока он ощущал, как жизненная сила его жертвы исцеляет его синяки, Виктор уклонился от скрытой атаки негодяя в капюшоне. Странная фигура материализовалась прямо у него за спиной.

— Адское Пламя, — прохрипел негодяй в капюшоне, уворачиваясь от косы Виктора.

— И снова мы прошли только со стандартными [Кольцами Сопротивления Огню].

Умно, но недостаточно, чтобы остановить дыхание Вайнкера или нечестивые последствия Адского Пламени. Виктор использовал [Проницательность Монстра], чтобы подтвердить свою теорию.

Эмиль Лавер

Алхимическое Вампирское Отродье (Нежить / Гуманоид)

Сильный против Луны, Тьмы, Нечестивости, Крови, Мороза, Истощения, Мгновенной Смерти, Болезни, Яда, Усталости, Сна и Зверя.

Слабый против Некромантии, Святости, Огня, Жизни, Берсерка, Убийцы Людей и Убийцы Мертвых.

Лазутчик Ночных Клинков и убийца вампиров, посланный распределить оружие, убивающее драконов среди недовольных авантюристов. Он обманул Ледяного Клыка, оставив сообщения в подземельях, которые другие очистили первыми. Использует плащ и непогоду, чтобы избежать смерти от солнечного света, и никогда не забывает день рождения своей вампирской мамочки.

Вампир. Он был прав. — Эй, я знаю твоего босса! Ее деньги спрятаны в наших хранилищах!

В ответ на это нежить-убийца попытался своими кинжалами перерезать ему шею. Оба они были заняты смертельным танцем клинков, не в силах поразить друг друга, а между деревьями раздавался грохочущий звук.

Что-то приближалось. Нечто большое.

Пение свирели эхом разносилось по лесу, и Виктор сразу же узнал в этой мелодии Полет Валькирий. Мрачный свирельный ремикс, но знаменитое пение было все то же.

«мелодия войны» подняла Силу и Жизнестойкость его пешек на одну ступень!

А Корнелия продолжала отдавать приказы из своего укрытия, — [Стратегия Фабиана].

Войска Корнелии теперь могут лучше избегать атак!

Черт возьми! Члены группы поддержки вышли из-под прикрытия леса и, судя по дыму, поднимающемуся в небо, перехватили Вайнкера прежде, чем оба партнера смогли воссоединиться. Виктор должен был прикончить этого негодяя до того, как прибудет подкрепление, и пойти помочь своему напарнику.

Но слева от него, разрушая его надежды, в пространстве открылась огненная трещина.

Виктор парировал синее копье своей косой, а из расщелины появился кавалер в тяжелых доспехах. Он или она ехал на огромном черном жеребце с гривой и копытами из огня. Рыцарь попытался ударить его вторым, багровым копьем, и Виктор вынужден был отступить, чтобы оно его не пронзило.

Сигизмунд ”Зиги» Двойное Копье, уровень 36 (Кавалерист 20 / Копьеносец 11 / Кошмарный Всадник 5)

Его Перк [Глаз на Сокровища] определил последствия его оружия. Одно копье наносило Урон Морозом, другое — Огнем. Виктор мог бы проигнорировать последнее, но первое ударит его очень сильно.

Пока вампир-разбойник пытался обойти Виктора с фланга, кошмарный конь испустил вопль, и прямо перед кавалеристом открылся огненный портал. Всадник и его конь пересекли его, и разрыв сомкнулся прямо за ним.

Что еще хуже, Виктор заметил три новые фигуры, которые бросились на него, несмотря на ливень града. Он и Вайнкер дрались с целой Компанией Авантюристов!

Нет. Эти ребята сражались небольшими группами по три-четыре человека. V&V столкнулся с несколькими группами, работающими вместе. Все выше тридцатого уровня, и некоторые из них щеголяли Земным оружием.

Это был настоящий рейд!

— Погоди, мы что, рейд-боссы? — Виктор поперхнулся, когда снова появился темный всадник, который попытался его растоптать. Уклоняться от атак сразу двух противников становилось все труднее и труднее. — Эй! Почему? Что мы вам сделали?

— Ты украл наши рабочие места!

Визирь моргнул. — Прошу прощения?

— Ты сказал драконам, как выполнять квесты, и теперь мы не можем их получить! — кавалерист, Зиги, свирепо на него уставился. — Они убивают монстров и очищают подземелья быстрее, чем кто-либо другой! Наша Компания Авантюристов из-за тебя разорена!

И это была их причина? — Эй, разве вы не должны быть счастливы, что мы сделали мир более безопасным? — Возразил в ответ Виктор.

— Нет, если это оставило нас без работы!

Ладно, может быть, он и Вайнкер и увеличили уровень безработицы среди авантюристов, как и все правительства в мире, но это не повод их убивать!

К несчастью, прибыли остальные трое и помогли окружить Виктора. Загорелая, крепко сложенная женщина с короткими светлыми волосами, несущая на спине огромный боевой молот и кнут в руке, похоже, была их лидером. Ее поддерживал похожий на тигра, одетый только в малиновые штаны гуманоид и двуручный мечник в тяжелой пластинчатой броне.

— Пять на одного, — заметил Фурибон. — Я думаю, это для тебя конец. Снова.

Виктору очень не хотелось с ним соглашаться, но его шансы выглядели не очень хорошими. А грохот, тем временем, становился все ближе и сильнее… — Если я здесь умру, то мне есть что тебе сказать.

— Ох? Так скажи.

— Ты — гигантская, горькая боль, — прямо заявил Виктор, прежде чем смягчить удар. — Но я буду по тебе немного скучать. Нам было очень весело.

— Просто иди и умри уже.

Виктор использовал [Наблюдателя] на пришельцах, пытаясь найти слабое звено в их формировании.

Хильда Брайтсайд, уровень 36 (Мастер Войны 20 / Воин 12 / Опустошитель 3 / Мастер Хлыста 1)

Тигр Джаджанг, уровень 39 (???)

Свен Иронгард, 35 Уровень (Крестоносец 30/Тяжелый Рыцарь 5)

— Крестоносец? Что за Хэппилэнд — Крестоносец сражается со мной, да еще пять на одного?

— Ты крадешь души, поднимаешь нежить и регистрируешься, как слегка злой, для моего [Сканирования Кармы], Виктор Далтон! — ответил святой рыцарь. — Мы сражаемся за правду, справедливость и путь авантюриста!

Да ладно, Виктор получил ярлык, потому что следовал курсу одного злого повелителя?! — Зло? Ты сражаешься вместе с вампиром-убийцей!

— Ты — драконий расист, — невозмутимо произнес вампир, ожидая нового удара.

— Он — бандит, а его дракон повелитель — завоеватель!

— В любом случае, давай просто его убьем, — прервала разговор Мастер Войны, ее голос был странно мягким и кротким. — Джаджанг, пожалуйста.

— Да, — ответил тигр, соединяя руки так быстро, что Виктор едва успел проследить. — [Ускоренный Столб Пламени].

Прежде чем он понял, что произошло, под его ногами вспыхнул столб огня.

Он не причинил большого вреда, но отвлек Виктора в ключевой момент. Хлыст Мастера Войны обернулся вокруг его косы и потянул ее назад к своему владельцу, обезоруживая визиря.

Виктор тихонько выругался, но остальные авантюристы не дали ему времени отомстить. Всадник исчез в огненной расщелине, а вампир-убийца немедленно двинулся и ударил Виктора, его кинжал пронзил его одежду и разрезал плоть на левом плече.

Проверка жизнеспособности не удалась! Вы были [Отравлены]!

— Хорошая коса, — сказала, схватив ее, Мастер Войны с дерзкой улыбкой. — [Разделить Оружие]!

Схватив косу обеими руками и опустив ее на колено, Мастер Войны сломала оружие Виктора пополам.

В тот же миг десятки душ, содержавшихся внутри, разом вырвались на свободу, а кудахчущий призрак Фурибона оказался на переднем плане. Глаза Виктора расширились в панике, а Мастер Войны бросила остатки оружия на землю и переключила свой хлыст на боевой молот. — [Удар Молнии]!

Сделав шаг в сторону, Виктор лишь чудом избежал удара молотком по черепу, а Мастер Войны разбила сосну прямо позади него, просто, как батончик kitkat.

Понимая, что он безнадежно проиграл, не говоря уже о том, что был окружен, Виктор вызвал мерцающие огоньки Перком [Свеча Смерти]. Хотя они едва сдерживали давление, это позволило ему добраться до трупов двух своих жертв. — [Оживить Мертвого]!

Когда трупы поднялись, Виктор активировал свой новый Перк, молясь, если безумный бог слушал, о победе. — [Рыцарь Страха]!

Его окружила темная аура, атмосфера становилась все более гнетущей, а его зомби столкнулись с противником. — Даже если я умру, — пообещал Виктор, пытаясь направить своего внутреннего эджлорда в нужное русло, — Я утащу вас с собой в ад!

Сила и харизма ваших врагов уменьшились на одну ступень!

Вы навлекли [ужас] на: Тигра Джаджанга и Эмиля Лавера.

И вампир, и тигр застыли в ужасе, а затем мгновенно отступили — нежить, превратившись в туман, а тигр просто убежав.

— Трусы! — Крикнул крестоносец, мощный свет окружил его клинок, а Мастер Войны сломала зомби шею.

Виктор приготовился взорвать их магией, но тут рядом упала сосна. К этому времени грохот стал невыносимым, потому что существо, ответственное за это, шло рядом.

Визирь едва успел разглядеть огромное существо, сокрушающее все на своем пути, его металлическую раму, сияющую магией… эту извращенную пародию на рыцаря, который выглядел как большой-большой злой брат Роло.

Его Перк [Проницательность Монстра] активировался сам по себе.

Талос Марк III

Прототип Голема Талоса (Искусственный / Фейри)

Сильный против Дракона, Огня, Физических, Магических, Статусных Недугов, Духа, Контроля Разума и Мороза.

Слабый против Воды, Молний и Фейри.

Новейшее оружие клана Мелл против рода смертных. Голем, созданный по земной технологии, оживленный фоморианской магией, предназначенный для убийства драконов и людей. Безжалостный автомат, он наносит урон [Драконоубийца] своим мечом, имеет в своем щите установленную пушку и выдыхает опасный яд.

Но, эй, это же порочный товар! Ваш босс может это принять!

Черт возьми…

В лесу пахло навозом и нищими.

Вайнкер всегда знал, что этот день настанет. Тот день, когда крестьяне с вилами, фейри и страйкеры-миньоны, завидуя его заслуженному богатству, соберутся в огромную толпу и попытаются его свергнуть. Император всех времен знал, что в это трудное время он будет призван служить последним оплотом цивилизации драконов против сил восстания.

— Ты его видишь? — спросил нищий, возглавлявший небольшую группу из трех человечков рыцарей с мечами. Вайнкер сразу же узнал в нем всадника на пегасе. Погода мешала им так же сильно, как и самому дракону, его добыче приходилось продвигаться вперед по снегу. Каждый из них нес над головой это странное кольцо света. — Из-за этого града я ничего не могу различить, но я видел, как он упал неподалеку.

Эти беззаконные дикари предательски похитили его миньона, изолировав его от хозяина, а теперь они его окружили.

Пора показать им, какой вид победил в классовой борьбе.

— Внезапное Нападение! — Воскликнул Вайнкер, раздавив рыцаря в кровавое месиво. Благодаря своему кольцу-мигалке он сумел зацепиться за снег, двигаясь с кошачьей ловкостью между деревьями. Из-за магических щитов, которые вызвала Корнелия Штормвинд, жевать человечка было гораздо труднее, чем обычно, но дракон был достаточно голоден, чтобы это сделать.

— На нас напали! — выкрикнула предупреждение всадница на пегасе, стреляя наугад из своего ведущего оружия, но Вайнкур успел откусить от нее половину.

— Как … невидимый! — выругался один из немногих оставшихся людей, не в силах различить Вайнкера, — он невидим!

— Драконы не устраивают невидимых засад! — ответил другой. — Они тупы, как кирпичи!

Вайнкер в гневе дернулся. — У меня интеллект шестьдесят четыре! — поправил он их, а затем швырнул человечков на деревья своим хвостом, в результате чего растения рухнули им на спину.

К его большому разочарованию, четверо неприятелей после смерти вернулись, хотя и раненые, и сразу же попытались немедленно отступить, Вайнкер взорвал их огненным шаром. Его пламя сопротивлялось граду и перекинулось на деревья.

— Вайнкер уничтожил отряд Эрика на севере! — Голос Корнелии эхом разнесся между деревьев, так что с листьев посыпался снег. — Голем скоро будет там. Зеленый Мальчик, Дрейк, Визи, заманите его в ловушку!

Вайнкур фыркнул при этих словах, затем заметил летящего над ним всадника на ледяном дрейке, сменившего свое оружие на странные багровые жезлы, которые он поджег. В отличие от дракона, его крылатая змея, казалось, от града не пострадала.

Вайнкер открыл было рот, чтобы ударить его снизу, но всадник увернулся. — Вот он! — закричал всадник.

Лес содрогнулся, корни деревьев вырвались из земли и снега. Эти щупальца тотчас же попытались поймать Вайнкера в ловушку, но он обжег их своим огненным дыханием.

Всадник дрейка бросил свои алые жезлы сверху на землю рядом с местом нахождения Вайнкера; каждый из них взорвался, как только они коснулись земли или пламени дракона. Один из взрывов ударил дракона слева, отчего его чешуя начала зудеть.

Вы получили слабый урон.

Это напомнило ему копье ветра кузнечиков, только гораздо слабее.

Хуже того, рядом с Вайнкером на Земле появился магический круг, на него сверху упала огромная черная сфера, образовав в месте падения кратер. Нищие обстреляли его издалека!

По мере того, как атаки корней и бомбардировки становились все более интенсивными, Вайнкер издавал рев и мчался через лес в поисках лучшего поля боя, бросая деревья на землю и наступая на любого, кому не повезло оказаться на его пути.

Через несколько минут Вайнкер вышел из леса и добрался до берега замерзшего озера, какое-то время он скользил по ледяной поверхности, пока не встал на ноги. В открытом поле по его чешуе и крыльям бил град.

Вы получаете пассивный урон от [Шторм Града].

Вайнкер огляделся вокруг, радуясь тому, что его пламя пожирает лес и делает горизонт черным от дыма.

— К озеру! — Приказала кузнечик Корнелия, и довольно скоро ее стая вышла из огненного леса, чтобы встретиться на поле боя лицом к лицу с Вайнкером.

В общей сложности, за ним последовало тринадцать существ, включая всадника дрейка. Вайнкер узнал среди них магов, разбойников и рыцарей, настоящую свору авантюристов, объединившихся, чтобы умереть от его руки. Большинство из них были людьми, но среди них были эльфы, один гном, зверек и даже зеленокожий мясистый орк.

В дальнем конце арьергарда Вайнкер заметил эльфийку с бледной кожей и голубыми волосами, сидящую верхом на единороге. Одетая в тяжелую мантию из медвежьего меха и ледяную корону, она, похоже, была на лидером.

А рядом с ней … был переодетый фейри.

Он принял облик белобородого человечка в малиновом плаще и шляпе, но Вайнкер узнал в этом хрупком на вид насекомом фомора. Существо криво улыбнулось ему, наигрывая песню на своей костяной дудочке.

— Мелл Лин! — Вайнкер узнал этого отвратительного обманщика. Он должен был знать, кто стоит за этим мятежом черни. — Ты опять пришел взглянуть на обратную сторону моей руки, крысолов?

— [Рассеять Магию]! — Маг, одетый в мантию с символами, указал пальцем в сторону Вайнкера и снял с него невидимость. Многие в армии авантюристов ахнули при виде его алой чешуи.

— Он такой огромный! — один из магов, одетый как призрак из простыни, задохнулся от благоговейного ужаса перед величием дракона.

— Оди, не стой там, призови привидение, — приказала конная эльфийка, представившаяся Кузнечиком Корнелией.

— Д-да!- Призрак в простыне сделал странные движения, но Вайнкер отреагировал первым. Дракон открыл пасть и попытался сжечь всю стаю искателей приключений огненной смертью.

— [Усиленный Рунный Барьер], — отреагировал волшебник символов, создавая вокруг армии желтый, покрытый символами щит. Несмотря на то, что щит треснул, защита отразила дыхание Вайнкера, к его большому раздражению. Пламя начало плавить снег и лед поблизости, хотя и не настолько, чтобы разрушить поверхность озера.

— [Вызов Снежного Танцора]! — Простынный призрак закончил свой нелепый танец, и рядом с ним образовался белый магический круг. В нем материализовалась гибкая ледяная статуя с волосами из тумана. Внешне похожее на эльфа, существо в белой маске, скрывающей его лицо, имело прикрепленные к его рукам голубые хрустальные клинки. Его конечности, словно марионетку, с простынным магом связывали тонкие нити.

— Миньон! — Крикнул Вайнкер, желая воссоединиться со своим главой персонала — если они вызвали подкрепление, то и Император тоже. — Миньон! Вернись сюда!

— Он призывает Далтона! — Предупредила Корнелия. Барьер рассеялся и это позволило ее воинам и ледяному существу напасть на Вайнкера.

— [Ниндзюцу: Перк Печать]! — Человечек, у которого все участки кожи были обтянуты черным боди, сделал знак рукой, и дракон мгновенно почувствовал себя ослабевшим.

Ваш [Призыв Герольда (Виктор Далтон)] был запечатан Ниндзя Вибом!

Вы не сможете использовать этот Перк до тех пор, пока Ниндзя Виб остается на поле!

— Всем принять строй Азинкур! Мастер Рун остается позади и защищает баферов! — выкрикнула приказ Корнелия. — Кардинал, вылечи наших танков и сопутствующий ущерб! Следуйте моей стратегии, и мы победим!

Ее приспешники испустили восторженный вопль, а Вайнкер усмехнулся. Он уже сокрушал в прошлом армии насекомых и сделает это снова, даже если ему придется убить их дважды.

Авантюристы разделились на отдельные группы и окружили Вайнкера. Прямо перед драконом стояли Снежный Танцор, желтолицый человечек-бегемот с огромным молотом, рыцарь, чьи бронзовые доспехи были покрыты рунами, и гном, одетый как священник. Всадник дрейка присоединился к ним, оказывая поддержку с воздуха.

Ниндзя Виб и, похожий на свинью, орк, пахнущий травами и навозом, двинулись слева от него, а эльфийский лучник, сидевший верхом на лошади, встал справа.

Эльфчик Корнелия осталась позади, рядом с Меллом Лином крысоловом, мастером рун, скудно одетым человеком-кошкой, призывателем и магом в черном плаще и волшебной шляпе.

— [Очистка Заклинаний!] — Вайнкер активировал свой любимый Перк и бросился на Корнелию, готовый растоптать любого на своем пути. Скудно одетый человек-кошка начал танцевать, фейри заиграл мелодию, а мастер рун поднял барьер, чтобы защитить арьергард.

Перк [Танго Ведьмака] Танцора Феликса поднял магическую силу вражеских магов!

Передовая группа перехватила Вайнкера, человек с молотом в руках прыгнул на дракона с поднятым оружием. Дракон оттолкнул его в сторону, но, как ни странно, обезьяна выдержала удар, рухнув на лед и быстро поднявшись на ноги. Снежный Танцор, скользя по льду с невероятной скоростью, рассек лодыжку Вайнкера и быстро уклонился от контратаки.

[Ледяной Клинок] нанес супер эффективный удар! Вы получили средний урон от мороза!

— [Вайфу Но Райтон]! — Ниндзя Виб сложил руки вместе, и, сделав странный знак, выстрелил в Вайнкера молнией, а орк в это время выдохнул бурю лепестков. Чешуя дракона отразила обе атаки, а сам Император ударил бронзового рыцаря наотмашь. — Не могу пробить защиту дракона!

— Тайная атака, друид, переключись на поддержку, — приказала Корнелия, поворачиваясь к черному волшебнику рядом с ней. — Визи, используй свои самые сильные заклинания; тотальное нападение!

— [Малое Демоническое Проклятие]! — Вайнкер бросился на Снежного Танцора, когда тот снова двинулся в атаку, и ударил его. И существо, и его призыватель споткнулись, заставляя Вайнкера задуматься, связан ли последний со своим миньоном. Но прежде, чем он успел двинуться, чтобы его прикончить, всадник-лучник сбоку выпустил в него стрелу, а всадник на дрейке в это время приготовился бросить еще несколько бомб. Лучник выстрелил первым, Вайнкур поднял лапу и хрюкнул от удара.

[Стрела Драконоубийца] нанесла двойной урон!

Двигаясь с исключительной скоростью, Вайнкер схватил коня, а вместе с ним и лучника, и бросил обоих в седока дрейка. Удивленный кавалерист не смог увернуться от импровизированного снаряда, и бойцы рухнули на замерзшее озеро.

Их бомбы взорвались, разорвав их на части и заставив часть замерзшей поверхности рухнуть; маг-орк был пойман взрывом, а затем упал в ледяную воду.

Их бомбы взорвались, разорвав их на части и заставив часть замерзшей поверхности рухнуть; маг-орк был пойман взрывом, а затем упал в ледяную воду.

Лучник и всадник на дрейке снова появились раненые на ледяной поверхности озера, рядом с молотобойцем; кольцо света над их головами исчезло. — [Мульти-Исцеление]! — Жрец гном протянул руки, высвобождая вокруг себя импульс золотой энергии. Раны воинов рядом с ним мгновенно закрылись.

Поняв, что их магическая защита защищает их от его физических атак, Вайнкер переключился на свое дыхание и поджарил всех, кто был в поле зрения. Его дыхание испепелило всадника дрейка, лучника и варвара, убив первых двух и заставив третьего бегать вокруг, крича от боли. Гному удалось увернуться, а Снежный Танцор и бронзовый рыцарь принялись колотить его по ногам своими игольчатыми ударами. Вайнкер бросил бронзового рыцаря в открытую трещину в озере, наблюдая, как тот изо всех сил пытается удержаться на плаву, а затем утонул.

Черный Волшебник Визи закончил произносить заклинание, перебросив зловещую сферу черной энергии через защитный барьер, и снаряд попал Вайнкеру в спину. Все его тело начало зудеть, но не так сильно, как тогда, когда он боролся с Мором.

Вы получили средний Нечестивый урон!

Вы потеряли двадцать пять процентов своих Очков Жизни!

— Друид и рыцарь рун еще не объявились, босс, — запаниковала танцор человеко-кошка. — Он рвет нас на части!

— Мы потеряли половину команды! — запаниковал Саммонер, а Вайнкер продолжал пытаться испепелить его ледяного миньона. — А что делает Хильда? Она уже должна была убить лакея!

— Рыцареубийца потерял больше тысячи Очков Жизни и не может восстановиться! — Крикнула Корнелия, как будто этим можно было похвастаться; только фейри не запаниковал и радостно играл на своей свирели среди всего этого хаоса. — Продолжайте его резать! Это вопрос жизни и смерти!

— Нубы! — В промежутке между двумя яростными атаками Вайнкер над ними насмехался. Ниндзя Виб, который проскользнул мимо его внимания, снова появился и прыгнул на дракона с мечом в руке.

— Прощай, рептилия! — Лезвие соединилось с головой Вайнкера…

И разбилось вдребезги.

У человечка едва было время удавиться от своей некомпетентности, потому что Вайнкер откусил от него половину.

Он появился снова в нескольких футах, но Вайнкер не возражал. У него был вкус корма для рыб, и ему не терпелось съесть его снова. — Непобедимый! — хвастался дракон, подбадривая себя. — Вайнкер, Вайнкер, Вайнкер!

Затем земля задрожала, и из леса вышел новый противник. Вайнкер повернулся лицом к новому авантюристу-самоубийце и оказался лицом к лицу с Големом.

Огромный голем, почти такой же большой, как сам дракон. Механический титан в тяжелой рыцарской пластинчатой броне держал длинный меч длиной с его собственный хвост и круглый щит со странной дырой в центре. Его лицо представляло собой шлем в форме черепа, предназначенный для устрашения людей, и от него воняло работой фейри.

— Это лучший вызов, который вы, фейри, можете предложить? — издевался Вайнкер. Он надеялся, что получит хорошее сокровище, убив эту ходячую жестянку.

Голем проигнорировал его слова и бросился на него, подняв щит. Дракон ответил ему гудением, а затем взорвал его драконьим огнем…

… и это продолжалось.

Глаза Вайнкера расширились от шока, он увеличил свою мощность, но голем продолжал атаковать, а его щит отражал пламя.

Мощная молния ударила Вайнкера сзади, он споткнулся и прервал атаку.

Вы были поражены [Грядущая Гибель]!

У Вайнкера едва было время, чтобы восстановить силы, когда голем добрался до него и ударил в грудь, рассекая чешую и проливая его кровь.

[Меч Дракона] нанес тяжелые повреждения!

Как это могло случиться?

Его пламя горело ярче солнца!

Тем временем Виктор боролся за свою жизнь, против своих врагов и яда.

Вы получили пассивный урон от [Яд]!

Вы потеряли половину своих Очков Жизни!

Визирь проигнорировал сообщение, сосредоточившись на ожидании яростных ударов Мастера Войны. Он увернулся, но не смог увернуться от оружия крестоносца, нацеленного ему в грудь. Под его соском открылась шестая рана, и он едва избежал копья всадника, нацеленного ему в голову. Всадник открыл еще одну трещину, и, прежде чем Виктор успел нанести ответный удар, снова исчез.

Однажды ему удалось убить крестоносца с помощью вызванной нежити, но только для того, чтобы эта консервная банка вернулась из смерти и исцелилась. Этот воин был не столько опасен, сколько жизнерадостен, и обходил его с фланга, чтобы облегчить работу Мастера Войны по удару ему в грудь.

И любой из ее ударов его убьет.

Ему спасла жизнь только его техника [Рыцарь Страха], достаточно ослабив его врагов, чтобы он мог до сих пор сопротивляться. Пока что.

— [Крит]! — Мастер Войны баффнула себя, теперь каждый ее случайный удар разбивал дерево. Виктор вызвал в качестве баффера еще один мерцающий огонек, но крестоносец уничтожил его почти мгновенно.

Внимание: у вас скоро закончатся Специальные Очки!

— Да знаю! — Крикнул Виктор, наконец найдя брешь в обороне крестоносца и взорвав его лицо адским огнем. На этот раз воин поджарился в своих доспехах и упал замертво.

Проверка жизнеспособности прошла успешно! Вы избавляетесь от статуса [Отравленный] .

Ладно, остались только Мастер Войны и Всадник. Он может это сделать! Виктор выпустил в своего врага еще один огненный шар, но женщина отскочила в сторону. Он приготовился выстрелить еще раз и-

У вас закончились Специальные Очки.

*****

Кончилась мана!

Не имея другого шанса выжить, Виктор сделал последний рывок, чтобы добраться до трупов других убитых ним авантюристов.

К несчастью, ужасное ощущение ледяного копья, пронзившего его спину, разрушило его надежду, и он рухнул в снег.

Супер эффективный удар!

Предупреждение: критическое здоровье!

Ваши Очки Жизни упали ниже двадцати пяти процентов!

— Наконец-то! — заявил кошмарный всадник, он и его зверь стояли перед Виктором с поднятыми копьями. — Я думал, он никогда не упадет!

— Он достал Свена, — печально ответила Мастер Войны. — Нам нужно убить его и помочь остальным. Я слышу вдалеке бой.

— Да, да, — ответил всадник, готовясь растоптать Виктора своей лошадью. — Увидимся в Хэппилэнд, осли-

— [За Варудо]!

В мгновение ока всадник превратился в пыль, два его копья упали на снег, а его лошадь в замешательстве остановилась.

Глаза Виктора расширились, когда между Мастером Войны и ее жертвой возник темный лич. — Мой! — прорычала нежить и небрежно убила воина-молотобойца алым лучом света, — Мой, мой, мой!

— Фурибон? — не поверил Виктор. — Ты меня спас?

— Мой, — ответил лич, во второй раз убивая Мастера Войны и Всадника, когда они вернулись из мертвых. К сожалению, его голос звучал скорее раздраженно, чем дружелюбно. — [Усиленный Связывающий Холод]!

Пока лич говорил, вокруг Виктора появились ледяные цепи, связавшие его на снегу, как окорок.

— Теперь я могу убить тебя сам.

Конечно, он его не спасал. Визирь тихо выругался, пытаясь растопить цепи адским огнем.

У вас кончились Специальные Очки.

Черт возьми!

Лич заклинанием восстановил косу Виктора, схватил ее, а затем поднял оружие над головой ее предыдущего владельца: — Все будет так же, как в старые времена… за исключением того, что я буду носить тебя повсюду, делая твое вечное существование невыносимым.

— Шутить изволишь, — заметил Виктор. — Ловушка души сработает только в том случае, если последний удар нанесу я.

— О. — Лич казался разочарованным, но быстро пришел в себя. — Тогда я, пожалуй, убью тебя по старинке.

— Подожди! — А как с последним желанием? — настаивал Виктор.

Проверка харизмы…

Провал!

— Это было бы нарушением четырнадцатой стратегемы.

Да ладно тебе!

Фурибон опустил косу и приготовился обезглавить своего бывшего пленителя. Виктор ждал конца … но лезвие остановилось в дюйме от его шеи. — Ты не кричишь? — спросила нежить.

— О, ты же знаешь, это уже в третий раз, — пожал плечами Виктор. — Это, конечно, отстой, но к этому привыкаешь.

— Давай, попытайся, — приказал Фурибон. — Я спас тебя не для того, чтобы наши отношения вот так закончились.

Почему лич тянет его смерть? Если только… …

Если только он втайне не хотел на это идти.

— У тебя Стокгольмский Синдром, — догадался Виктор.

— … Нет…

— У тебя Стокгольмский Синдром! — Виктор обрадовался, потому что лич не мог пройти через казнь. — Я знал, что это заразно!

— Заткнись! — Прорычал Фурибон, дрожа всем телом, но был не в силах покончить с убийством. — Мне все равно! Я не … я не болен!

— Я тоже хотел умереть, когда поймал это, — успокоил его Виктор. — Со временем к этому привыкаешь.

— Вот именно! — Лич выругался на древнем языке, по-настоящему разъяренный своей неспособностью убить Виктора навсегда. — Я так устал от тебя и этой гигантской виверны! Я надеюсь, что фоморы превратят вас обоих в свинец!

И с этим последним проклятием Фурибон во вспышке света телепортировался прочь, забрав с собой косу Виктора.

Цепи, сковывавшие Виктора, вскоре рассеялись, оставив его безоружным на снегу, лицом к лицу с теперь уже лишившимся всадника кошмарным конем. Визирь взглянул на трупы авантюристов, в основном на их снаряжение, а затем на зверя.

— Нет, это так… это было бы просто смешно…

…

Он не мог сопротивляться.

Впервые за целую вечность Вайнкеру пришлось защищаться.

Ничего не получалось!

Голем стряхивал с себя когти, клыки, заклинания и драконий огонь! Драконий огонь! Самый могущественный, самый теплый дар драконьего рода не сработал на … сельскохозяйственной машине!

Голем продолжал сражаться с ним на близком расстоянии, и каждый удар его меча причинял боль. Когда Вайнкер попытался увеличить между ними расстояние, существо направило на него свой щит и выстрелило свинцовыми шарами, которые причиняли почти такую же боль. Бойцы обезьяны также не переставали бить его по лодыжкам, особенно это проклятое снежное существо и воин с молотом. Это было не очень больно, но из-за этого труднее было уклоняться от гораздо более опасных ударов голема.

Еще один удар мечом пришелся ему в грудь, прямо рядом с предыдущим.

Вы получили тяжелые повреждения!

Ваши Очки Жизни упали ниже половины!

Оттолкнувшись, Вайнкер попытался взлететь и добраться до высоты, будь проклят этот град.

Голем, заметив его приближение, направил свой щит на дракона и выстрелил пушечным ядром. Хотя Вайнкер увернулся, авантюристы использовали эту возможность и прицелились в него заклинаниями. — [Аура]! — сказал жрец-гном, направив луч света на крыло Вайнкера и проделав в нем дыру.

Великий змей издал стон боли и, приземлившись на лед, раздавил гнома жреца ногами. Лед треснул под ногами у него и голема, но не рухнул.

Мелодия дудочника сменилась более гнетущим тоном, и поведение голема тоже изменилось. Машина выдохнула из своего черепа облако миазмов, и хотя ему очень хотелось вдохнуть, Вайнкер сопротивлялся атаке.

[Облако Горчичного Газа] отменено [Малое Сопротивление Ядам]!

Однако люди были не так сильны.

— Мои глаза! — закричал, как корова, воин молотобоец, бросив свой молот, чтобы почесать кровоточащие глаза, оживший жрец гном снова появился посреди ядовитого облака и вскоре упал замертво. Только Ниндзя Виб избежал нападения, отскочив в сторону, а Снежный Танцор проигнорировал нападение, как это сделал Вайнкер.

— Эй! — один из авантюристов, прячущихся сзади, повернулся к фейри. — Ты бьешь по своим!

Фейри в ответ изменил свою мелодию с мрачной на яростно-агрессивную, и голем с маниакальной яростью начал размахивать своим клинком. У Вайнкера едва хватило времени отскочить в сторону, и клеймор машины разбил молотобойца в кровавую лужу.

Авантюристы поняли смысл послания и заткнулись. Снежный Танцор и Ниндзя Виб установили дистанцию между големом и ними, дав Вайнкеру передышку.

Поскольку фейри явно управлял своей куклой с помощью дудки, дракон повернулся к ужасному музыканту и выстрелил в него огненным шаром. И снова Рунный Мастер заслонил его и другие неприятности барьером.

Он знал, что должен был стать волшебником!

*****

Вот и все.

Это жалкое существо было создано для борьбы с драконами… так что Вайнкеру не следовало сражаться с ним, как дракон.

Он должен сражаться, как охотник на ведьм император гладиатор.

Драконы создали эту систему, чтобы стать сильнее и богаче. В этом лежал ключ к его победе! Взбодрившись, Вайнкер перестал ходить на четырех конечностях и встал на задние лапы, сжав когти в кулаки.

— Что за … — Насекомое Корнелия не нашлась, что сказать, перед потрясающей боевой позой Вайнкера. — Это что, боксерская поза?!

— [Кулак победы], — сказал Вайнкер, чувствуя, как знание системы укрепляет его тело.

Голем сделал шаг, пытаясь проткнуть дракона насквозь.

Вайнкер, действуя исключительно инстинктивно, увернулся от меча и ударил голема перекрестным контратакующим ударом. Его кулак обошел защиту титана и ударил его прямо в металлическую морду так, что под силой удара задрожала ледяная земля.

Критический удар!

Куча металлолома отшатнулась назад, как раз вовремя, чтобы Вайнкер снова нанес ей удар. От удара полетели болты, и император почувствовал, как поднимается его драконья кровь. Он должен выбрать название для своей техники, например, Тычок…

Ломовая машина попыталась нанести ответный удар, но каждый раз контратаками Вайнкер делал ее усилия впустую потраченными. Отклонял лезвие ладонью, двигал свои удары крюкообразными движениями, используя свою превосходную ловкость, бегал кругами вокруг своей боксерской груши…

Каждый удар отрывал часть брони машины, обнажая под броней гайки, болты и сияющие символы.

— Он выбивает смолу из голема. Он забьет голема до смерти. — Насекомое Корнелия запаниковала, когда Вайнкер ударил голема еще сильнее, и в этот момент даже фейри начал сомневаться. — Так не стойте просто так и не смотрите! Остановите его!

— А, точно! — ответил простынный призрак, посылая Снежного Танцора к Вайнкеру, а волшебник Визи из-за барьера начал произносить еще одно заклинание.

— [Хусбандо Бушин]! — Сказал Ниндзя Виб, создав два своих клона и пытаясь обойти дракона с фланга. Пока голем был временно оглушен, император повернулся к новым претендентам.

Вайнкер чувствовал запах, они были только иллюзиями и он не поймался. С небрежным презрением он ударил настоящего разбойника тыльной стороной ладони, раздробив ему кости и отправив его лететь по небу в огненный лес.

Ниндзя Виб покинул поле боя. Ваш Перк распечатан!

— Миньон! — Вайнкер позвал своего главу персонала, а Снежный Танцор в это время уклонился от одного из его мощных ударов. — Миньон! Я не буду поднимать тебя снова!

В ответ на его команду пространство разорвалось пополам, и его глава персонала появился на спине пылающего коня. Он что-то спрятал под одеждой и, истекая кровью, широко улыбнулся, увидев своего хозяина.

[Щит Хозяина] активирован! Вы получили статус [Реген].

— Хильда провалилась?! — Корнелия выругалась, и хилые авантюристы потеряли надежду, когда раны Вайнкера начали затягиваться.

— Миньон! Наконец-то ты пришел! — Обрадовался Вайнкер, на мгновение обернувшись, чтобы ударить голема в лицо, а затем оттолкнул безжалостно вызванное существо своим хвостом.

— А я-то думал, что спасу Ваше Величество, — сказал Человечек Виктор. — Но вы же ловко выигрываете!

— Помоги мне, — заявил Вайнкер. — Подбодри меня!

— Вайнкер — лучший дракон! — начал петь его глава персонала, заглушая мелодию фейри. — Вайнкер — лучший дракон!

— Теперь меня ничто не остановит! — похвалился дракон, снова поворачиваясь к голему. — Я незабываем!

— Так, так, так, — фомор коротко прервал свою злую песню. — Это было весело, хотя и недолго. — А потом он убежал в лес, бросив своих миньонов и напевая игривую мелодию.

[Отчаяние] распространилось по рядам ваших врагов! Вся их статистика уменьшилась на два уровня!

— Все поддерживают Визи! — приказала насекомое Корнелия, и ее человеко-кошка сделала несколько движений, чтобы наделить волшебника силой. — [Последний Гамбит]!

Наступательная мощь Темного Мага Визи резко возросла, но его оборона упала!

— О нет, даже и не думай! — Человечек Виктор бросился на барьер со своей лошадью. Вайнкер доверял ему и сосредоточился на том, чтобы прикончить голема. Простынный саммонер переместил Снежного Танцора, чтобы перехватить его главу персонала, но перед лошадью возникла трещина в пространстве, и всадник ее пересек.

Миньон Вайнкера снова появился за защитным барьером и зажал их между собственным щитом и собой.

— И я с великой радостью говорю это… — Человечек Виктор показал странную пушку, которую он до этого прятал под своим одеянием. — Поздоровайся с моим маленьким другом!

— [Усиленное землетрясение] — но волшебник Визи был недостаточно быстр. Человечек Виктор выпустил снаряд прямо в гущу миньонов фейри.

Чудовищный взрыв разорвал группу на части, барьер рухнул почти мгновенно; струны, управляющие Снежным Танцором, были разорваны, вызванное существо немедленно ускользнуло. Когда пыль осела, остались только кровь и трупы, а его миньон преследовал выживших в лесу.

Многочисленные убийства от одного удара! [Астролог/Тактик] Корнелия была убита!

[Гамбиты] и [Град] Корнелии отменены!

Когда голем, последний оставшийся на ногах противник, защищаясь, поднял свой щит, Вайнкер двинулся вперед, чтобы его прикончить. Дракон ударил задней лапой по ноге голема, и его защита рухнула. И когда его кулак перешел в апперкот, в голову Вайнкеру наконец пришло финальное название.

— Почувствуй тяжесть моего богатства! — провозгласил Император. — Удар Сокровищ!

Вайнкер ударил голема с такой силой, что тот повалился на спину, а лед под ним треснул. Машина так и не встала.

Схватив голема обеими руками, Вайнкер с силой поднял машину над головой и глубоко вдохнул. Пришло время испытать его новый Перк.

— [Заряженная Атака]!

Вайнкер открыл рот, и вместо того, чтобы выпустить пламя, его дыхание превратилось в ослепительный луч золотого света.

Лед задрожал под тяжестью его мощной атаки, луч ударил голема в грудь. Атака Вайнкера расплавила металл работы фейри, пронзила грудь существа и вышла с другого конца; его свет расколол небеса и рассеял град облаков.

Луч, в конце концов, расколол голема пополам и продолжил движение, очищая небо и поднимаясь в темные глубины космоса. Наконец Вайнкер закрыл рот и бросил сломанные останки голема к своим ногам.

Из останков голема показалась длинная малиновая с золотом накидка — королевская мантия для Вайнкера.

Безупречная победа!

Поздравляю, это было потрясающе.

За победу в этой эпической битве вы заработали восемь уровней в [Кайзере] и три уровня в [Гладиаторе]! Вы заработали Классовые Перки [Победный Рев], [Зеркальная Чешуя], [Огненная Корона], [Неподвижность], [Позер] и [Золотой Дождь]!

+330 Очки Жизни, +60 Специальные Очки, +14 Сила, +8 Жизнестойкость, +8 Мастерство, +8 Ловкость, +8 Интеллект, +11 Харизма, +9 Удача!

[Победный Рев]: Техника, 30 Специальных Очков. Вы можете выпустить могучий рев, снижающий на один уровень силу каждого врага в пределах слышимости.

[Зеркальная Чешуя]: Если заклинание не может пробить вашу магическую защиту, оно автоматически отражается обратно к отправителю.

[Огненная Корона]: Техника, 100 Специальных Очков. Вы можете на пятнадцать минут окружить себя мантией горящего пламени, которое нанесет среднего уровня урон Огнем и урон Типа Дракона всем, кто попал в его зону действия. Ваша слабость к Морозу превращается в сопротивление до тех пор, пока активна [Огненная Корона].

[Неподвижность]: Вас нельзя телепортировать или изгнать против вашей воли.

[Позер]: Вы получаете + 20 уклонений и + 20 точности, когда не носите броню.

[Золотой Дождь]: Когда вы побеждаете элитного врага, у вас есть шанс быть осыпанным золотом. Процент срабатывания этого Перка равен вашему показателю удачи.

Набрав достаточное количество уровней в ваших различных классах и с вашим Перком [Украшенный Гербом], вы теперь можете объединить некоторые из ваших классов в более сильные—

Вайнкер больше не читал, завороженный сюрреалистическим зрелищем.

Шел золотой дождь.

Дракон вытянул вперед лапы, отдаваясь блаженному ощущению монет, сыплющихся на его чешую…

Оседлав Кошмарного Коня, Виктор погнался через лес за последним авантюристом. Это было достаточно легко, ему просто нужно было идти по кровавым следам на снегу.

В конце концов он выследил оставшегося в живых в скрытом гроте под небольшим холмом, который, должно быть, служил лагерем для авантюристов. В основном, они держали там огромное количество оружия, как старого, так и современного: луки, копья, гранаты…

И еще — драконов.

Виктор насчитал, по меньшей мере, семь маленьких дракончиков размером не больше черного медведя, тяжело закованных в стальных клетках …Они нашли пропавших драконов.

— Помогите! — один из маленьких драконов, белый как снег, обрадовался при виде Виктора. — Мы спасены!

— Люди не могут быть спасителями, — ответил другой змей. — У них нет души!

Виктор проигнорировал это невнятное замечание, направив свое оружие на единственного человека в пещере.

Волшебник Визи обильно истекал кровью, отчаянно ища какой-то предмет среди запасов оружия, и, услышав голос Виктора, обернулся. В руках он держал Герб, выкрашенный в черный цвет.

— Для мага ты слишком живуч, — сказал Виктор. Его босс и соотечественники умерли достаточно легко, но этот парень выжил после взрыва, с ослабленной защитой и имел достаточно сил, чтобы продолжать бежать.

И все же он явно цеплялся за жизнь лишь с небольшим отрывом.

— У [Темных Магов] есть уровень S в росте Очков Жизни, — ответил «Визи», размахивая почерневшим гербом, — А теперь отойди, или я … я использую это!

[Глаз на Сокровище] Виктора мгновенно опознал предмет.

[Черный Герб]: Искусственный Герб, созданный фомором Магом Меллом. Позволяет пользователю прорваться сквозь оба потолка класса, но принудительно предоставляет десять уровней в зловещем Классе Монстр.

— Я вовсе не блефую!

— Конечно, продолжай. Что же будет быстрее? Твой Герб… — Виктор указал ракетницей на волшебника, — или моя базука?

— Ты не будешь стрелять в замкнутом пространстве.

— Ты поставишь на это свою жизнь?

Маг заколебался, переводя взгляд с одного предмета на другой, а затем успешно проверил его интеллект.

Он опустил Герб и заложил руки за голову.

— Мудрый выбор, — ответил Виктор и повернулся к дракончикам. — Все в порядке, я здесь, чтобы помочь.

— Когда я вырасту, я сделаю тебя своим главой персонала! — сказала одна из драконьих самочек.

— Я уже занят, но спасибо тебе, — ответил Виктор и впился взглядом в волшебника. — Вы ловили и избивали детей?

— Мне восемьдесят лет! — запротестовал дракончик.

— А ты выглядишь взрослым? — Хмыкнул в ответ Визи. —Этот трус Гамелин и тот вампир просто хотели взять образцы крови у драконов с классовыми уровнями. Взамен они дали нам оружие и пообещали разобраться с проблемой драконов.

— И вы им поверили?

— А разве у нас был другой выбор?

— Ладно, пусть они обманом заставили некоторых взрослых драконов сражаться друг с другом, но что ты собирался делать после этого? Шантажировать родителей, угрожая детям? Избавиться от них? Ты думал, похищение молодых драконов может закончиться чем угодно, но только не катастрофой?

— Мы… ладно, в конце концов, мы делали вещи, и шли дальше. — Виктор прищурился. — Эй, мы не думали, что сможем поймать кого-нибудь из них!

Виктор моргнул, а затем вздохнул от явной глупости.

Поздравляю! За свою доблесть в этой битве вы заработали три уровня в [Жнец] и два уровня в [Ассасин]. Благодаря вашим хаотическим выравниваниям, Перкам [Украшенный Гербом] и [Студент Монстр], вы также получили уровень в элитном классе монстров [Всадник Хаоса]!

Вы заработали Классовые Перки [Взрыв Аида], [Некромантия III], [Жалящий Клинок] и [Черный Всадник]!

+60 Очки Жизни, +20 Специальные Очки, +3 Сила, +2 Жизнестойкость, +8 Мастерство, +6 Ловкость, +6 Интеллект, +6 Харизма, +4 Удача!

[Взрыв Аида]: Эффект заклинания, стоимость — Очки Жизни. Вы жертвуете частью своей жизненной силы, чтобы выпустить мощный взрыв Духовной энергии на вашего врага; чем больше Очков Жизни вы жертвуете, тем сильнее взрыв. Кроме того, при условии успешной проверки харизмы вы можете заставить союзника в радиусе двадцати футов заплатить за вас цену.

[Некромантия III]: Теперь вы можете изучать и использовать заклинания некромантии до третьего уровня. Это заменяет Некромантию II.

[Жалящий Клинок]: Вы можете применить качество [Отравленный] к своему клинковому оружию. Этот яд будет каждую минуту наносить слабый пассивный урон, но у жертвы есть шанс вылечить себя при успешной проверке жизнестойкости.

[Черный Всадник]: Вы достигаете совершенного мастерства в верховой езде, но только на чудовищных скакунах. По желанию, вы можете пометить желающего этого монстра, как своего коня, которого затем можете в любое время к себе призвать. Вы можете одновременно пометить только одного.

— У тебя есть золото, человечек? — спросил один из дракончиков.

— Да, а что?

— Д-дай мне. Дай мне свои деньги.

*****

В своем удивительном плаще, развевающемся на завывающем ветре, Вайнкер взглянул на небо. Рядом с ним стоял его человечек. Его сородичи были освобождены, последний авантюрист закован в цепи для суда, а враг — разгромлен. И все же он не мог радоваться.

— В целом, хотя это и не идеальная победа, я считаю, что Ваше Величество вышли из этого приключения скорее с пользой, чем с вредом, — сказал Человечек Виктор, всегда видевший позитив даже в самые мрачные времена. — Мы получили огромное количество добычи. Больше, чем если бы мы выполнили задание.

— Ты называешь это победой, миньон? — Вайнкер не мог отделаться от охватившего его всепоглощающего чувства страха. Темное облако, когда-то изгнанное, вернулось на землю, положив конец его счастливым дням. — Враг где-то там.

— Это правда, что фомор сбежал, но у нас есть пленник и останки голема-

— Кого волнует фейри?! — Вайнкер с огнем в глазах повернулся к своему человечку. Как мог его глава персонала не понимать всей серьезности ситуации? Зловещие последствия этого дня для драконьего рода, нет, для всего мира? — Я говорю об истинном враге драконьего рода, нет, самой жизни!

Огромная тьма, когда-то едва сдерживаемая, вернулась. Печать была сломана.

— Миньон, мерзкий Фурибон сбежал!

Человечек Виктор замолчал, раздавленный своим позором. Наконец, он понял, что, если не удержать чудовищного лича в тюрьме, то все бесчисленные злодеяния, которые совершит золотоубийца, падут на его голову.

Ничто не останется тем же.

— Будет новая Война за Сокровища, — сказал Вайнкер с мрачностью старого воина, глядя на горизонт, как будто он мог видеть непроглядную тьму грядущей эпохи. — И мир снова познает ужас свинца…

— Я удивлен, что Ваше Величество захотели присоединиться ко мне в этом деле, — сказал Человечек Виктор, ведя своего хозяина в долину близ Мурмурина. — Я думал, вы рассматриваете возможность управлять работой миньона.

— Мерзкий Фурибон вернулся, друг Виктор, — напомнил Вайнкер своему верному помощнику. — Моя империя больше не в безопасности. Мы должны сохранять бдительность и готовиться к грядущим темным временам.

Еще предстояло разобраться с одним из этих мошенников, но после побега Фурибона Вайнкер решил отложить свою месть. Темный лич, чье заточение только сделало его более жестоким и горьким, несомненно, отомстит за свое позорное поражение.

И Император снова будет готов защищать свои сокровища. — Хотя я и доверял тебе Делание Этой Вещи, но теперь я лично заинтересован в управлении моей Империей и построении ее обороны от захватчиков. Я также прикажу миньонам построить мне арену.

—- Арену?

— Великолепную, сверкающую арену, где мои подданные могут каждую неделю осыпать меня золотом!

Дракон и его лакей следили за долиной, вернее, за кратером, образованным Железным Орлом, когда Вайнкер его туда бросил. Гномы превратили этот район в открытую свалку мусора, они выкапывали остатки корабля, и даже построили поблизости кузницы и мастерские. Они также создали странные металлические конструкции, которые дракон не мог идентифицировать.

Что еще более удивительно, его эксцентричные гости начали перестраивать самого орла, откинув назад его крылья и полируя пушки.

Марбре, предводитель гномов, ждал их рядом с ним вместе с двумя телохранителями. — Император Вайнкер, Великий Визирь Виктор! — он отсалютовал им, когда они приземлились на его стороне. — Добро пожаловать! Вы вернулись с триумфом!

— Привет, Марбре, — ответил Виктор за себя и за своего хозяина.

— Во-первых, позвольте мне поздравить вас с экспортом революции через границу, — сказал гном, тщеславно выпятив грудь. — Вы дважды убили эльфийского империалиста и сокрушили контрреволюцию, спонсируемую фейри.

— Да, да, вы слишком добры, — ответил Вайнкер. — Но сейчас не время для похвал. Сейчас самое время действовать! Мы находимся в состоянии войны!

— Ты хоть раз взглянул на голову голема? — Спросил Человечек Виктор, раздражая своего хозяина недооценкой угрозы Фурибона в пользу этой жестянки.

Человечек Виктор настоял, чтобы они отдали голема гномам для исследования, но таскать его и мешок с лутом для Вайнкера оказалось слишком утомительно. Дракон решил забрать голову и несколько шестеренок, а остальное сбросил в океан.

— Это один из самых удивительных образцов техники, которые я когда-либо видел, — ответил гном. — Я узнаю работу фомора Мэг Мелла, но основные механизмы выглядят так же, как и у орла. Наши инженеры только начали изучать эту машину, и нам понадобятся недели, чтобы ее разобрать.

— Очевидно, фейри разработали всю эту операцию, чтобы освободить мерзкого Фурибона из его печати, — сказал Вайнкер. — Мы должны подготовиться к его возвращению, а это означает усиление нашей армии.

— Ваше Величество, я полагаю, что эти события между собой никак не связаны-

— Человечек Виктор, ты мой советник, но я выиграл все войны, — оборвал его Вайнкер. — Разве ты не видишь, что великий заговор пытается меня уничтожить? Как все это укладывается?

— Ваши враги — это враги среднестатистической революции, и вы можете рассчитывать на нашу поддержку. — Марбре кивнул, гном увидел общую картину. — Мы одолжим вам нашу силу и опыт.

— Тогда покажи мне.

Посол дварфов махнул рукой в сторону Железного Орла. — Как видите, мы проанализировали это эльфийское оружие, и через две недели оно снова заработает. Оно, без сомнения, станет основой военной мощи вашей страны и позволит вам пересечь океан, чтобы экспортировать революцию по всему миру.

Вайнкер кое-что вспомнил. — Миньон, мерзкий Фурибон, который является злом и должен быть снова уничтожен, сказал, что его талисман спрятан на другом континенте. Если запечатывание не смогло удержать его в плену, мы должны найти его душу и уничтожить навсегда.

— Да, Ваше Величество, но есть восемь континентов, поскольку Атлантида тоже находится на Аутремонде. Вы действительно намерены исследовать их все?

— Я не пожалею сил, чтобы уничтожить лича, — твердо кивнув, приказал Вайнкер. — Я хочу, чтобы эта машина была выкрашена в золотой цвет и снабжена слугами. Теперь он будет называться не Железным Орлом, а Свиньей-Копилкой.

Его свиньей-копилкой.

— Ваше Величество, я не хочу быть тем, кто это скажет, но… — Человечек Виктор с трудом подбирал слова, в то время как гномы сохраняли каменные лица. — Имя не очень … не очень хорошее.

— Я — дракон, — ответил Вайнкер. — Это будет называться Свинья-Копилка.

Друг Виктор издал странный звук. — А почему не летающее золото?

— Это звучит слишком империалистично, — возразил Марбре.

— Вот видишь! — ответил Вайнкер. — Человечек Виктор, предоставь имена мне и сосредоточься на нашем развитии в классе. Несомненно, наш враг выучил свой урок, и уловки, которые мы использовали, чтобы его усмирить, больше не сработают. Я ожидаю, что ты будешь исследовать дальнейшие пути увеличения нашей силы.

Кстати, о классах … пока Марбре устраивал им экскурсию по оружейным кузницам, Вайнкер позволил своему миньону на минутку заняться обсуждением его новых возможностей.

Поздравляю! Благодаря выполнению требований к вступлению вашего Перка [Украшенный Гербом] и уровней в [Гладиатор], вы можете конвертировать некоторые из ваших уровней в повышенные Классы! Статистика не будет затронута, только Перки.

Вы можете объединить [Гладиатора] с [Императором] в [Августа] или [Гладиатора] и [Охотника на Ведьм] в [Руку Бога].

[Август]: Гламурный император, правящий благодаря сказочному очарованию, хлебу и цирку. Специализация: Безоружный, Все Виды Оружия Ближнего боя и Лидерство. Основные достижения в Силе, Мастерстве, Харизме и Удаче. Пострадавшие Перки: Благородная Обязанность.

[Рука Бога]: Боец ближнего боя, наделяющий свои кулаки магическими эффектами для уничтожения магов. Специализация: Безоружный, Антимагия, Статусные Недуги и Само-Баффы. Основные достижения в Силе, Мастерстве, Жизнестойкости и Ловкости. Затронутые перки: Сжигание Ведьм, Решимость Охотника, Экзорцизм.

— Август! — Тут же решил Вайнкер. [Охотник на ведьм] хорошо послужил ему против злого Фурибона в прошлом, и, конечно, объединение двух его любимых классов могло закончиться только хорошо.

Выбор зарегистрирован! Ваши уровни в [Гладиатор] и [Император] были преобразованы в уровни класса [Август]. [Гладиатор] и [Император] больше не доступны.

Перк [Благородная Обязанность] заменен на [Король Игр].

[Король игр]: Всякий раз, когда вы сталкиваетесь с контролем в игре или игровой ситуации, вы получаете статический бонус, равный вашей харизме, разделенной на четыре.

Пффф, конечно, он всегда выигрывал в любой игре, в которой участвовал. Тот факт, что его безграничное обаяние наконец было признано, сделало его день.

— Мы уже начали выплавлять оружие для ваших вооруженных сил в партнерстве с вашим кузнецом-троллем, — объявил гном, возвращая Вайнкера к реальности.

— Мы должны быть готовы к любому внешнему нападению, но я не могу сказать того же о проникновении, — сказал Человечек Виктор, и повернулся к своему хозяину. — Ваше Величество довольны работой гнома?

— Почти, — ответил Вайнкер. — Гном Марбре, мой род в очередной раз доказал свое превосходство над всей жизнью, выполняя задания и оставляя меня без честной, щедро вознагражденной работы. Ради моего сокровища я должен теперь обратить свой взор на новую границу и золотую жилу в небесах.

— Луууууна?

— Да, Луна.

— Слава богам, Ваше Величество говорит это правильно, — польстил своему хозяину Человечек Виктор. — Кроме того, это буквально миссия от бога.

— Боги — это наркоторговцы для народа, — ответил Марбре с каменным лицом. — Вы их перерастете.

— Я мог бы долететь до Луны, но тогда я сожгу столько жира, что стану тощим и голодным, — сказал Вайнкер. — И тогда я должен был бы съесть каждую корову, попавшую в поле зрения, или впасть в спячку, что оставило бы мой клад без присмотра. Отныне, гном Марбре, найди способ отправить меня на Луну без всяких усилий с моей стороны.

— Как же Ваше Величество может долететь до Луны, не вдыхая воздуха? — Человечек Виктор задал глупый вопрос.

— Человечек Виктор, я дышу огнем, а не воздухом. — Вайнкер закатил глаза от такого идиотизма. — Как ты мог забыть об этом после всего, что мы пережили вместе?

— Верно, это было глупое замечание, — ровным тоном ответил Человечек Виктор.

— Действительно, что очень на тебя не похоже.

— Великий Визирь, если позволите, почему вы говорите, что в космосе нет воздуха? — спросил гном Марбре.

— Потому что его там нет, — ответил Человечек Виктор. — Мои соплеменники… вернее, те, что живут на моей родной планете Земля, уже успели отправить людей в космос. Это большая, темная, пустая пустота.

— Что… — Марбре рассматривал этот вопрос. — Это делает нашу войну против солнца гораздо более трудной, чем мы ожидали.

— И на Луне нет воздуха… я думаю. — Человечек Виктор сделал короткую паузу. — Если уж на то пошло, может, мне стоит спросить Тул-Гатара? Но я на девяносто девять процентов уверен, что в космосе нет ни воздуха, ни гравитации.

— Я должен был догадаться, что трусливое солнце построит крепость между ним и правосудием, — ответил гном. — Лунные Звери, которых любит Лунный Человек, имеют особую привилегию — межпланетную телепортацию, но они никого не могут взять с собой. Но, к счастью, у нас, возможно, есть решение. Ракета.

— Ракета? — Тут же спросили Вайнкер и Виктор.

— Ракета? — Тут же спросили Вайнкер и Виктор.

В ответ Марбре повел их к большему, наполовину построенному Копью Ветра, которым Мор пытался убить Вайнкера.

— Марбре.

— Да, Великий Визирь Виктор?

— Это примитивный реактивный снаряд, а не ракета.

— А какое это имеет значение? — С любопытством спросил Вайнкер.

— Это большая копия Копья Ветра, которое Мор использовал против нас! Это оружие, а не транспортер!

— Наш Убийца Солнца был построен исключительно для неопасных целей, — ровным тоном ответил гном. — У нас нет абсолютно никакого намерения нападать на кого-либо с этим оружием.

— На этой штуке есть бомбы! — Запротестовал Человечек Виктор. — Я чувствую оттуда запах пороха!

— Бомбы — это тоже люди, Лорд Виктор. Они реагируют на империалистическую агрессию взрывом самих себя, это верно, но кто сказал, что им следует запретить садиться в ракету—

— Реактивный снаряд.

— Конечно, путешествия должны быть разрешены всем, даже бомбам. И я могу заверить вас, что наша ракета никогда в прошлом не взрывалась.

— Подождите… Я получил жалобы на землетрясения, которые были в наше отсутствие, — сказал Человечек Виктор. — Это была твоя работа?

— Наша ракета так и не взорвалась. Это было саботировано эльфийскими буржуазными разведчиками перед полетом, потому что они боялись революции.

— Фурибон, — догадался Вайнкер. — Он уже работает среди нас!

— Верно, — сказал Человечек Виктор странным тоном.

— И как ты сам заметил, если нам удастся послать кого-то наверх, он должен выжить в вакууме, — настаивал Марбре. — Бомбы маленькие и не дышат.

— А какое отношение к этому имеет размер? — Спросил Вайнкер, озабоченно нахмурившись.

— Наше устройство нуждается в гравитационных силовых камнях, которые чрезвычайно редки, чтобы двигаться дальше облаков, — ответил Марбре. — Чем больше вес, тем больше нужно камней. Мы не можем позволить себе тратить впустую наши запасы, поэтому прототип должен в состоянии летать с маленькими пассажирами, пока мы не создадим модель размером для Вашего Величества. И, к сожалению, до сих пор ни один из наших летчиков-испытателей не выдержал испытаний. Это замедляет прогресс.

— Да, скорость причиняет боль, — сказал Виктор. — У нас дома было несколько жертв в космической гонке, и хотя у нас не было магии, в вопросах технологии мы намного опережали этот мир.

— Нам понадобятся годы, если не десятилетия, чтобы создать ракету, способную долететь до Луууууны, но это было бы намного быстрее, если бы у нас были пилоты, которые могли бы пережить испытательные полеты, — сказал Марбре. — нам нужен испытуемый, который очень устойчив к физическим повреждениям, не нуждается в дыхании и достаточно мал, чтобы поместиться в очень узком пространстве. Такие существа не валятся дождем—”

Глаза Вайнкера расширились. — Миньоны, они это сделают!

«Младенцы?»

«Чтобы отправить на Луну,» — ответил Виктор своему пету. Этот обмен репликами в его сознании звучал гораздо лучше.

После полного фиаско с желейным дождем Виктор превратил одну из ферм в импровизированное убежище, которое Младший превратил в свое новое логово. В то время, как Акхенапеп советовал раздавать кошек для контроля над их популяцией, граждане Мурмурина вместо этого цеплялись за желе. Слизняки стали популярными петами, и те, кто хотел усыновить одного из них, должны были сначала завоевать доверие Младшего, прежде чем вернуться с ним домой. Виктор насчитал тысячи крошечных существ, с благоговейным трепетом взирающих на Вайнкера из-за забора.

— Лунное небо? — Младший указал пальцем на облака.

— Да, планета, — вмешался в разговор Вайнкер.

— Нет! — Прошипел в ответ Младший, встав между Вайнкером и забором. — Дети!

— Ладно, не буду врать, устройство гнома выглядит дрянным, — признал Виктор. — Но я попрошу Барнабаса мне помочь. Мы позаботимся о том, чтобы наш тестер был максимально безопасен.

— Миньон, прекрати спорить со своим петом, это просто смешно, — вмешался Вайнкер, дракон повернулся к Младшему. — Я понимаю, что ты хочешь защитить свое потомство, но это для моего же блага.

Как ни странно, Младший засомневался в словах Вайнкера. — Опасность!

И пока Вайнкер с досадой поглядывал на мимика, разум Виктора яростно работал над поиском мирного решения, пока дракон не съел его собственного питомца за неповиновение. К счастью, шум приближающейся к ним большой толпы прервал их спор.

В ту же секунду, как он узнал вновь прибывших, Виктор подавил мучительный вздох.

— Пророк, мы слышали о твоей божественной миссии и пришли предложить свою помощь! — Культ Лунного Человека собрался вместе, от жреца-кальмара до самого низшего члена. Хуже того, их стало больше, последователи божества со всего Мистральского Континента отправились в Мурмурин, чтобы последовать по стопам своего пророка. — Мы все предлагаем руки для создания славного ковчега!

— Ребята, спасибо, но это очень деликатное дело, — сказал Виктор, стараясь мягко их отпустить. Они стали относительно безобидными с тех пор, как он установил для них правила, которым они должны были следовать, но их усердие немного его пугало. — Мы как раз выясняем, как это сделать-

— Я предлагаю моего ребенка! — Похожий на кальмара гуманоид подарил Виктору вязкого головастика. — Он весь мокрый и готов к жертвоприношению!

— Жертвоприношения запрещены! — ответил другой культист. — Следуй правильному учению!

— Я с радостью предложу своего желеобразного пета Финки в качестве избранной слизи! — Оборотень подарил Виктору розовую слизь, скользнувшую сквозь его пальцы. — Пожалуйста, благослови его!

— Забери мою жизнь, если понадобится! — Оборотень чуть не бросился к его ногам. — Я готов принять мученическую смерть, чтобы мои дети могли достичь Земли Обетованной!

— Я первый! — Культисты начали почти отталкивать друг друга с дороги.

— Друг Виктор, как здорово, что ты нашел таких ревностных миньонов, — с благодарностью произнес Вайнкер. — Я так горжусь тобой.

Виктор закрыл глаза и вздохнул. Он уже начал подумывать, не стоит ли ему обратиться к Ветхому Завету; многие пророки не проявляли такого терпения к этому безумию, как он.

Нет, серьезно, как это безумие может закончиться хорошо?

— Луна!

Послышался милый, как у котенка, голос, Виктор взглянул на его источник, а культисты, подражая ему, замолчали.

Голубое желе с двумя большими желтыми глазами прыгнуло на забор. — Луна! — сказало оно и прыгнуло к ногам Виктора. — Луна!

— Опасность! — Крикнул Младший желе в ответ с неодобрением в голосе.

— Приключение!

— Молодой!

— Звезды! Мечта!

— Семья!

Виктор наблюдал, как Младший и желе горячо между собой спорят, не в силах полностью понять суть спора. Издалека это действительно было похоже на дискуссию, которую он когда-то вел с родителями о том, чтобы отказаться от своих глупых мечтаний стать профессиональным ютубером и поступить в университет.

— Луна, Луна! — Но слизняк гораздо лучше умел спорить в ответ, чем когда-либо сам Виктор. — Ракета-меч!

— Ракета-меч? — Этот аргумент застал Младшего врасплох, и сундук повернулся к Виктору. — Ракета-меч?

Что? Что же он упустил? — Это … э-э … остроконечное, да. — Погоди, а как он узнал? Неужели слизняк следил за испытаниями?

— Ракета-меч… — Джуниор снова повернулся к своему приемному ребенку. — Луна?

— Луна, — ответило желе со стальной решимостью в своих милых крошечных глазках.

— Назад, — взмолился Джуниор. — Живой.

— Меч жив, — ответило желе добрым, ласковым тоном. Младший погладил его по голове, а затем существо повернулось к Виктору: — Луна?

— Э-э… — В этот момент Виктор оставил всякую надежду найти в этом какой-то смысл. — Да, ты отправишься на Луну. Однажды. Может быть.

Вероятно, понадобятся годы, если не десятилетия, чтобы их «космическая программа» достигла Луны даже с помощью магии, но с помощью Вайнкера и божества, твердо настроенного на эту идею… в конце концов, они должны были добиться успеха.

— Луна!

— Избранное желе приведет нас к Луууууне! — культисты приветствовали желе и начали возносить молитвы своему богу. — «Лунный Человек цфайак вулгтмм, вугтлаглн вулгтмм!”

Поздравляю! Благодаря вашей поддержке, Желе Базз получил уровень в [Каскадер]!

— Луууууууна… — Голубая слизь с тоской посмотрела на небо.

От Автора.

Немного предупреждения, о фоморах. Вайнкер смешной; Фоморы — нет. Таким образом, эта глава более серьезна, чем остальная часть истории. Фоморы — это в значительной степени Лич Времени Приключений (что их вдохновило): несмешные монстры в беззаботном мире. В то время как Вайнкер остается комедией до конца, Фоморы редко будут смешными, если вообще когда-либо.

———————

Фомор Гамелин любил человеческое оружие.

— Это легендарное оружие [Магнум], — сказал он человечку, протягивая ему посеребренный пистолет. — Он был использован рыцарем Ли Освальдом, убившем короля Линкольна в битве при Перл-Харборе. Он, как лук, может пронзить даже самую жесткую шкуру.

Человечек, какой-то самодовольный охотник за головами, зачарованно смотрел на оружие. — Король Линкольн?

— Король Америки, мира за морем, — солгал Гамелин. — Это страна оружия, где существовали драконы, называемые динозаврами.

— Существовали?

Гамелин ответил ему кривой усмешкой.

Одна из его крыс зашумела, прыгнув в дальнем переулке на одну из мусорных куч. Человечек обернулся, пытаясь разглядеть что-нибудь в темноте ночи. С начала встречи он был на грани, опасаясь, что их прервет дозор Барина.

— Не волнуйся, — успокоил животное Гамелин. Его крысы осматривали окрестности, наблюдая с крыш за периметром. Он продолжал свое представление, как будто ничего не произошло, хотя человечек по-прежнему чувствовал себя неловко. — Положии палец и нажми на курок. Так просто, что даже дети могут его использовать.

Дудочник приблизил свои губы к ушам человечка.

— Они это сделали.

Вот почему он обожал огнестрельное оружие. Оно было смертоносно и такое простое в использовании, что необученный крестьянин мог убить им обученного рыцаря. Идеальная искра для войн, восстаний и резни.

Чем больше человечек прислушивался, тем больше он походил на медведя, нашедшего горшочек с медом. Он боялся пчел, но приз был таким сладким на вкус. — А он может убивать драконов?

— Только тех, что помоложе, и яйца. Он причинит боль тем, кто покрупнее, но не убьет.

— Яйца?

— Лучший способ справиться с драконами — разбить их яйца и убить детенышей, прежде чем они вырастут большими и неуправляемыми. Просто вставь [Магнум] им между глаз и нажми на курок.

— Убивать … убивать их детенышей? — При этих словах человечек отпрянул назад. Почему смертные всегда становятся такими упрямыми, когда речь заходит о детях?

Тем не менее, дудочник чувствовал, что этот человек просто нуждался в небольшом толчке, чтобы изменить свой образ мышления. — У них нет чувств, мой друг. Они с самого рождения становятся хищниками и ворами. Ты видел хоть одного дракона, который бы колебался, сжигая дома с кричащими невинными внутри? Конечно же, нет. Вот почему мы должны убить их всех до единого. Это — рыцарский долг.

Эта линия всегда срабатывала. Как бы они ни старались изображать из себя наемников, авантюристы всегда хотели, чтобы на них смотрели снизу вверх.

— Да… — Гамелин промолчал, позволяя человечку убедить себя в обратном. — Да, ты прав. Они — буквально монстры.

— Жадные монстры. Когда-то они просто воровали золото, а теперь даже берут работу. Им на тебя наплевать. Это суровый мир, и вы должны защищать свои средства к существованию, верно?

— А как насчет взрослых? Если я-

— У нас есть оружие, чтобы убивать взрослых, и мы с ними справимся, — заверил Гамелин человечка, — Но каждый должен делать свое дело. Ты сделаешь свое дело? Может быть, ты встанешь и воспользуешься этим днем?

Охотник за головами кивнул и взял оружие. — Вы сказали, что у вас есть и другое?

— Множество. — Хотя его запасы уменьшились гораздо быстрее, чем он думал. — Самое лучшее я оставляю себе и своим друзьям. Может быть, однажды ты тоже станешь частью внутреннего круга.

— А сколько ты хочешь?

— Я делаю это ради дела, — ответил Гамелин, протягивая ему письмо. — Но если ты хочешь больше и лучшее, ты должен доказать свою преданность делу. Захвати живыми молодых драконов с классовыми уровнями и отдай их на наше попечение.

Человечек взял бумагу, прочитал ее, а затем испепелил содержимое заклинанием, чтобы не осталось никаких следов. — Считай почти сделано.

— Я верю только в то, что вижу, — ответил Гамелин. — Получи результат, и я свяжусь с тобой снова.

Охотник ответил резким кивком и протянул руку. Хотя физический контакт у него лично вызывал отвращение, фомор с ухмылкой принял ее.

Мелл Лин, после своего самого гнусного преступления предпочитавший прозвище Крысолов Гамелина, наблюдал, как человечек уходит с оружием, спрятанным под плащом. Эта сделка прошла хорошо, и, он надеялся, что этот человечек преуспеет в убийстве дракона, в чем многие из его рода потерпели неудачу.

Если же он этого не сделает, это будет означать, что одним человечком станет меньше.

Избранных было гораздо труднее заманить в ловушку. Они выросли с огнестрельным оружием, и хотя они признавали его потенциал, им не хватало квазирелигиозного уважения, которое их потомки питали к оружию и винтовкам. Они всегда задавали слишком много вопросов о том, откуда он взял оружие, и ему часто приходилось заставлять их замолчать.

Большинство фоморов были холодны, как лед, но Гамелин был другим. Там, где его вид не питал ничего, кроме апатии к смертным, и считал их убийство рутиной, дудочник наслаждался хорошей работой.

Он играл со смертными веками, в той или иной форме. Однажды, задолго до того, как они узнали о силе классов, он наткнулся на деревню людей, кишащую крысами. Повинуясь прихоти, он принял человеческий облик и предложил жителям деревни заняться этой проблемой и увести крыс с помощью своей дудки, чтобы утопить их в реке.

Люди отказались ему платить.

Тогда Гамелин запел еще одну песню, и они заплатили за это кровью.

Это приятное воспоминание заставило фейри усмехнуться. Это были старые времена, когда древний народ правил низшими существами, и никто, кроме драконов, не мог бросить им вызов. Затем смертные узнали силу классов, и естественный порядок рухнул.

У фоморов еще были крепости по всему Аутремонду. Они правили Прайденом и властвовали в темном лесу, покрывавшем большую часть мира. Король Вотан и Баба Яга также правили обширными пространствами к северу от Зимних Королевств, но они были слишком мягки к смертным. Они оставили их в живых.

Но эти мелкие королевства сокращались каждое столетие, упадок, который Балаур пытался, но не смог остановить.

Может быть, Мелл Одиуз справится лучше? До сих пор ему нравился стиль сестры, тонкий и коварный, как и его собственный.

Один из его крысиных фамильяров подполз к нему, и Гамелин опустил голову, чтобы выслушать его доклад. Дудочник наделил этого зверя разумом, и, в отличие от более крупного крысеныша, грызун помнил свое место. — Паладин и дракончик вернули бутылку Барсино, — сказала крыса своему хозяину. — Он приветствовал их пиршеством.

— А как же Мот?

— V&V запечатал его в его собственной бутылке желанием и приказал, чтобы он никогда больше не выходил.

Этот идиот. Им понадобится магия более могущественная, чем у Мота, чтобы его распечатать, и только колдовство Бабы Яги соответствовало этим критериям. К несчастью, она презирала джинна.

Может, нужно спросить у Саблара? У фоморов был свободный союз с этим непостоянным божеством, но именно его верховный жрец поймал Мота. — Ты можешь украсть бутылку?

— Нет, — покачал головой крысеныш. — Даже если бы я мог, нас бы наверняка заметили.

Нечестная сделка. Рабы Гамелина снова и снова доказывали свою ценность, в то время как Мот был достаточно глуп, чтобы дважды попасться смертным. Он приказал бы своим грызунам не спускать глаз с бутылки на случай, если представится возможность выхватить ее, но фомор не стал бы рисковать. — По крайней мере, тактик не будет загадывать никаких желаний.

— Он был на удивление доволен результатом. — При этих словах глаза Гамелина сощурились. — Паладин отреагировала точно так же, и Барсино сказал ей, что хотел бы изучить дизайн бутылки, а затем закопает ее в таком месте, где ее никогда не найдут. Он знал, что Мот может исказить любое его желание.

— Ты говоришь, дизайн? — Гамелин быстро сообразил, в чем дело. Артефакт, способный заманить в ловушку даже самых сильных фейри… конечно, знаменитый тактик захотел изучить мощное оружие против фоморов. Он пережил с их стороны больше покушений, чем этот «Фидель Кастро» на Земле.

У фейри была долгая память, и они никогда не забывали ни одной мелочи. Барсино сыграл большую роль в поражении Балаура, и Мелл Одиуз приговорила его к смерти, как и того паладина.

Особенно паладина. — А как же Киа Бекеле и племянница Рыцареубийцы?

— Барсино приветствовал человека пиршеством и осыпал драконенка бриллиантами. Она объявила его своим новым лучшим другом, и они рассмеялись. Тактик сказал, что в их честь будут организованы большие игры.

Из-за этого они застряли в Барине на несколько недель. Гамелинн обдумал сложившуюся ситуацию, и ему пришла в голову мысль о том, что он может пойти на какую-нибудь пакость.

«Чума.”

Зеленое сияние ненадолго окружило его раба, и мерзкое заклинание Гамелина наполнило его проклятием. — Твои клыки теперь несут в себе опасную болезнь, — сказал дудочник. — Распространи его среди смертных этого города. Купцам и сановникам, чтобы они несли мой дар через границы.

— Фу, я ненавижу вкус эльфов и человечков, — пожаловалась крыса. — Но ты можешь на меня рассчитывать.

— Ты и твои братья присматривайте за всеми тремя нашими заклятыми врагами, бутылкой и моими кошачьими лапами.

— Кошка? — крыса огляделась вокруг, и Гамелин хихикнул. — Мастер, пожалуйста, не пугайте меня так!

— Делай свою работу, и я помогу тебе вырасти больше собаки, — солгал дудочник. Он усвоил этот урок от зверолюдей: никогда не делать своих рабов слишком сильными или слишком умными, чтобы у них не возникало никаких идей. —Теперь иди.

Его раб выбежал из переулка, унося с собой подарок Гамелина.

Закончив свою работу, фомор достал из-под плаща трубку из драконьей кости и вызвал кольцо фейри с песней. Перед ним открылся темно-зеленый портал и исчез после того, как лорд фейри его пересек.

Вернувшись домой, в мастерскую своего отца, Гамелин сбросил с себя человеческий облик.

Его кожа из плоти превратилась в гнилое дерево, повсюду открылись алые глаза: на плечах, груди и «шляпе». Его одежда раскрыла его истинную природу, она была частями его тела — его борода превратилась в щупальца-корни, а его пальцы стали ветвями.. Гамелин был старым кошмаром, одним из тех ужасов, из-за которых смертные боятся ходить ночью по лесу.

Когда он прибыл, дудочника встретил запах масла и пороха. Великаны и огры обрабатывали металл под изогнутым потолком из темного дерева, создавая стальные доспехи, тщательно разбивая земное оружие на мелкие кусочки или собирая голову нового голема.

Праотец Гамелина, инсектоидный фомор Мэг Мелл, с вниманием мастера следил за работой своих рабов. — Еще один слой, — приказал он своим слугам, каждого из которых он создал в своей лаборатории. — Более толстая броня с меньшим количеством примесей.

— В три раза толще, отец, — предложил Гамелин. — Вайнкер разнес грудную клетку вдребезги.

— Ты видел его из своего укрытия, сын мой? — Ответил Мэг Мелл, не удостоив своего ребенка даже взглядом. — Вот уж не знаю.

— О, у меня был самый красивый вид на то, как твою игрушку превращают в металлолом. — Это было похоже на один из тех «фильмов», которые так любили человечки Земли. — Я не могу дождаться, когда увижу, что случится со следующим.

Каждый фомор был лордом сам по себе, со своими владениями и слугами, никому другому не подчиняющимися. Только могущественный, харизматичный вождь, такой как Король Балаур, мог превратить этих гордых лордов в сплоченную армию, и то, только до тех пор, пока он был жив. Фейри не чувствовали никакой любви друг к другу, кроме родства, как верховных повелителей творения. Даже родословная не имела большого влияния.

Все это были минусы отсутствия души. Любовь, юмор, доброта… Гамелин не мог понять этих странных вещей, которые ценили смертные.

— Я тоже ожидаю лучших результатов.

Как змея в траве, Мелл Одиуз подкралась к своим сородичам, Гамелин даже не заметил. Дудочник не выказал ни малейшего страха, приветствуя сестру кончиком шляпы, но никак не мог избавиться от внушаемого ею страха.

Как обычно, она носила свой человеческий облик, приводя в бешенство своего прародителя.

— Дочь моя, ты мне не нравишься с этим лицом, — с отвращением сказал Мэг Мелл. Каждый смертный напоминал ему о системе, которую он страстно ненавидел. В конце концов, он сам ее частично создал.

Все фоморы могли создавать жизнь и наделять разумом предметы и животных. Мэг Мелл однажды создал магические кости, пытаясь создать артефакт, который мог бы использовать новые формы колдовства. По своей прихоти он наделил его разумом.

Так родился Кость, который с помощью броска привел систему в Аутремонд.

Сказать, что Мэг Мелл с тех пор сожалел об этом инциденте, было бы большим преуменьшением.

За то, что он косвенно принес проклятую систему в мир и дал смертным против них преимущество, лорды фейри избегали Мэг Мелла. С тех пор безумный фомор посвятил свою бессмертную жизнь тому, чтобы вернуть благосклонность своего рода и разрушить систему.

Никто не изучал проклятые классы так глубоко, как Мэг Мелл, и его работа на протяжении столетий приносила результаты. Заклинание [Темнейший Страх], предназначенное для того, чтобы смертные всегда спали в грязи; Черные Гербы, ловушки, которые превращали мужчин и женщин в мерзость, когда они жаждали власти; и бесчисленные монстры, созданные, чтобы убивать героев.

Когда король Балаур приблизился к нему, чтобы вернуть свою честь и помочь в крестовом походе, Мэг Мелл охотно его поддержал. Он кормил Балаура зельями, чтобы дуллахан рос, рос и рос, пока никто не сможет его победить. Они были так близки к тому, чтобы в прошлом веке вернуть Аутремонд…

Но Балаур умер, и Мэг Мелл с позором бежал, чтобы сразиться в другой день.

Но фейри учились. Там, где грубая сила потерпела неудачу с Королем Балауром, Мелл Одиуз выбрала распри, разделение и ненависть. Заставьте смертных сражаться друг с другом, поощряйте состояние бесконечной войны, а затем уничтожайте победителей, когда они меньше всего этого ожидали.

Гамелин предпочитал этот подход старому. Его сородичи называли его трусом, потому что он охотился на тех, кто не мог сопротивляться и убегал, когда это было необходимо, но сам он называл это умом. Старый добрый Гамелин за прошедшие столетия превзошел многих героев, и все еще был жив.

Гамелин знал, что после смерти его ничто не ждет. Не имея души, его тело растворится в почве, из которой оно возникло, и все погрузится во тьму. Этот страх двигал дудочником на протяжении веков, заставляя его убивать других, прежде чем они смогут сделать с ним то же самое.

Мелл Одиуз проигнорировала отца и сразу перешла к делу. — Лин, докладывай.

— Я распределил оружие так, как ты просила, — ответил Гамелин. — Я немного разыграл Барин, но Мот уже ушел навсегда.

Мелл Одиуз нахмурилась еще сильнее, когда он рассказал ей больше подробностей, а Мэг резко зашипел, когда он упомянул Киа Бекеле. — Что дальше, сестра моя? — Спросил Гамелин, как только закончил. — Нужно еще какое-нибудь оружие?

— Я снова открою двери на Самайн, когда мои силы достигнут пика, — подтвердила темная ведьма. Чтобы открыть Земные Врата, требовалось много маны, и поэтому фоморы использовали их только для коротких путешествий. Не говоря уже о «магических проблемах» с другой стороны. — Но на этот раз ты принесешь мне не только оружие.

— Твоя одержимость технологией землян погубит тебя, дочь моя, — сказал Мэг Мелл, который боялся этого. Достаточно того, что он больше не смел совершать набеги на Землю с тех пор, как люди изобрели огнестрельное оружие. — Магия будет нашим спасением, вот увидишь.

Глаза Мелл Одиуз стали презрительными. — Сначала закончи свой так называемый «шедевр», и тогда я тебе поверю.

— Лин дал мне необходимые образцы, — ответил Мэг Мелл. — Там, где ты не смогла, мое новое творение преуспеет.

Гамелин продал бы свою дудку, чтобы прочесть мысли сестры за ее холодным лицом.

Мэг Мелл сделал Мелл Одиуз из своей собственной крови, но всю ее юность кормил кровью драконов. Он даже наполнил ее костями «Вайнкера», которые принесли им авантюристы, надеясь создать могущественного защитника для фоморов.

Он сделал Мелл Одиуз могущественной, да и хитрой тоже. Но она не была Королем Балауром.

Возможно, дудочнику придется винить в этом своих агентов. Когда Гамелин узнал, что Рыцареубийца вернулся, его ярость от того, что его обманули, не знала границ. И вдвойне, когда узнал, что драконы получили уровни. По крайней мере, он, наконец-то, смог украсть кровь Вайнкера, а смерть Корнелии была для него приятным бонусом.

— Тем временем, вы закончите новую итерацию Голема Талоса, пока я не соглашусь с окончательным проектом.

— Мои таланты растрачиваются впустую на эту бессмысленную работу. — Будучи непревзойденным художником, после провала первого голема фомор предпочел бы перейти к другому проекту, но его дочь заставила его создать больше, и пока он работал над недостатками.

Мелл Одиуз посмотрела на отца холодными мертвыми глазами. — Значит, это вызов, отец?

В мастерской воцарилась неловкая, угрожающая тишина, и Гамелин заметил, что даже рабы Мэга замерли. Патриарх ничего не сказал в течение нескольких секунд, прежде чем, наконец, ответил: — Нет.

— Тогда возвращайся к работе.

— А как насчет Рыцареубийцы? — Спросил Гамелин, когда Мэг Мелл повернулся и посмотрел на своих рабов. — Он все знает.

— Я не позволю дракону стать богом, — сказала Мелл Одиуз. — Особенно Рыцареубийце. Мы должны дестабилизировать его «империю», пока она не стала новым Гардмейном или не дала идеи драконов. Я уже послала Люси позаботиться о них, и ты ей поможешь.

— Мы бы не попали в такую переделку, если бы она тогда не солгала старому доброму Гамелину, — заметил дудочник. Защита его сестры была единственной причиной, по которой коварный вампир был еще жив.

— Пока она будет тебе полезна, ты будешь ждать, — ответила его сестра, хотя Гамелин уловил не слишком тонкий намек. Если вампир потерпит неудачу… — До тех пор ты будешь следовать моей стратегии.

Дудочник был бы ничем, если бы не был терпеливым. Его время для мести придет.

Гамелин вызвал еще одно кольцо фейри, на этот раз в твердыню Ночных Клинков Ноблкур, и мельком взглянул на отца, раздраженного своей задачей.

Мэг Мелл боялся землян и их оружия, но его дочь любила их даже больше, чем Гамелина. Он думал, что у его сестры была правильная идея объединения их магии с технологией Земли, чтобы получить преимущество.

Со временем, когда они отвоюют Аутремонд, они очистят это смертное гнездо. Сократив их запас героев в источнике.

Больше никаких спасителей из другого мира.

— Лин, — перебила брата Мелл Одиуз, прежде чем он успел пересечь портал.

— Что?

— Ты сказал, что Барсино хотел изучить бутылку, чтобы заманить нас в ловушку?

— Я не вижу другой причины, — ответил он, — Но что?

— У меня есть идея, — зловеще ответила ведьма, и на ее лице появилась бессердечная, жестокая улыбка.

Даже для такого закоренелого убийцы, как он, это зрелище проняло Гамелина до глубины души.

— Что ты имеешь в виду, говоря, что мой Кредитный Рейтинг Кармы находится в минусе?!

— Из-за ”хаотичного поведения», «бесчестных боевых маневров» и «безжалостного убийства себе подобных» твоя карма сдвинулась в сторону слабой тени хаотического зла, — нахмурившись, Миэль прочитала отчет. — Твои новые классы тоже не внушают доверия.

— Это просто смешно! Я заработал их, спасая от рейдеров детенышей драконов!

— Авантюристы, чья потеря работы косвенно связана с твоими действиями, как и большинство этих драконов, сами по себе опасно разрушительны. Противостояние фоморскому заговору давало тебе бонус, но не настолько, чтобы компенсировать нисходящую спираль. Нам придется увеличить твой тариф подписки, если вы хотите сохранить преимущества вашей текущей страховки.

Виктор хлопнул головой об стол. Эти воры в конце каждого месяца забирали уже половину его Специальных Очков!

— Мне очень жаль, — попыталась успокоить его Миэль. — Я защищаю твое дело, как могу, но на меня очень сильно давит мое начальство.

—Они обвиняют тебя в том, что мой рейтинг понизился?

Миэль вздохнула, очевидно, так же раздраженно, как и он. — Это тяжелая работа, правила строги, и мое начальство хочет избежать слишком большого количества недостойных небес людей, уклоняющихся от своего должного кармического возмездия. Мне бы хотелось, чтобы правила немного ослабели, но не я их устанавливаю.

— Почему бы тебе не действовать самой? — Предложил Виктор, потирая лоб. — Свободное предпринимательство и все такое.

— Как корпорация ада? — Миэль вздрогнула. — Небеса устроены совсем не так, и я непременно паду.

Пока он оспаривал злую часть своих взглядов, чем больше Виктор слышал, тем больше думал, что хаос подходит ему намного лучше, чем альтернатива. — Небеса кажутся мне огромной липкой бюрократией.

— Так оно и есть. — Миэль тяжело вздохнула. Хотела бы я больше отдыхать, чем управлять небесной волокитой.

— Может быть, я мог бы помочь тебе с расслаблением. Может быть, выпьем вместе?

— Дорогой клиент, вы что, издеваетесь надо мной?

— Я просто говорю, что у меня высокий уровень, богат… — когда он сказал это, земля задрожала, вероятно, из-за того, что взорвалась еще одна из ракет Марбре. Желе-тестер пока что пережил две из них. — И доступен.

Проверка харизмы…

Частичный успех!

Наконец-то! Вайнкер был прав, линия богатства сработала!

— Это было бы очень непрофессионально, — ответила Миэль, хотя по ее голосу было ясно, что она обдумывает это предложение. — Кроме того, ты уже встречаешься с кем-то, не так ли?

— Я еще не связал себя ничем, кроме второго свидания, — заметил Виктор.

— Я должна тебя предупредить, что гаремы негативно влияют на твою карму, хотя и не так сильно, как преданные моногамные отношения с Шоколатин. Мои проекции говорят, что твоя карма сильно-сильно нырнет вниз, если ты пойдешь на это. Не могу высказать, насколько сильно я не одобряю этот курс действий.

— А что мне может сойти с рук?

— Если ты каким-то образом убедишь Шоколатин повернуть на сторону добра, ты получишь то, что мы называем «Бонус Искателя Искупления», который в верхах очень ценится. Однако, я настоятельно рекомендую тебе жениться на ком-нибудь с более позитивным настроем, например, на Мисс Бекеле.

— Ладно, я подвожу черту, я не позволю страховке диктовать мне мою личную жизнь, — ответил Виктор. — Я и так уже рискую самой жизнью.

Ангел испустила глубокий вздох. — Что касается твоего предложения, то я подумаю над ним, если твоя карма изменится к лучшему. Я не хочу, чтобы интрижка со злым смертным поставила под угрозу мою карьеру, и, хотя мои начальники амбивалентны в отношении хаоса, но не об этой части. Увы, ты весь пропитан грехом…

— Ты что, пытаешься вызвать во мне чувство вины?

— Небеса запатентовали этот подход, — ответила она с доброй улыбкой. — Мы спасем твою душу любым способом.

Да, конечно. У Виктора было такое чувство, что ей нужно немного расслабиться и сбавить тон священной болтовни, но он держал рот на замке. По крайней мере, она хотела, как лучше, а не набивала карманы, как Малфи. — А как идут продажи?

— Превосходно! — она ответила слишком быстро и с улыбкой, слишком широкой, чтобы это было правдой.

— Миэль…

— Я ничего не понимаю! — Ее фасад быстро треснул. — Мы снизили цены на семьдесят процентов во время нашей акции «Пятница Пера», но кли- наши ягнята все равно стекались к нашим конкурентам!

— Действительно? — Виктор приподнял бровь, хотя это его нисколько не удивило. — Может быть, мне нужно слинять-

— Нет, пожалуйста! — умоляла она его, и резкая перемена в ее поведении заставила его вскочить с места. — Вы — наш звездный клиент! Меня уволят, если вы откажетесь. Я … я останусь бездомной и умру в снегу совсем одна!

— Мы в пустыне, тут никогда не бывает снега, — заметил Виктор.

В ответ Миэль посмотрел на него большими, полными слез глазами.

Еще одна попытка вызвать чувство вины … но она сработала. То, что он делал для хорошенького личика. — Послушай, я ничего не обещаю, — сказал визирь. — Но я могу вернуться к этому позже. Может быть, вам просто нужно пересмотреть свой маркетинг.

После пяти минут успокаивания Ангела, когда высохло ее лицо, Виктор отправил ее в путь, чтобы сосредоточиться на других делах.

Ее сменил упырь. — Привет, Жюль, — поздоровался визирь с некромантом, который уже успел стать ему другом.

— Доброе утро, Виктор, — ответил некромант и сел. — Надеюсь, ты оправился после своего последнего боя.

— Даже не говори. — Но, в целом, приключение закончилось гораздо лучше, чем могло бы быть. Оставшегося в живых держали в подземелье замка и допрашивали, но он почти ничего не сказал. Большинство вещей, найденных на базе авантюристов, включая Черный Герб, были конфискованы и запечатаны в хранилище. И хотя побег Фурибона был неприятностью, из этого приключения они получили отличную добычу и даже новую лошадь. — Вообще-то, я с нетерпением ждал возможности обсудить с тобой успехи в классе. Мне нравится мой выбор пути, но у меня постоянно возникают проблемы с харизмой.

— Это меня не удивляет, — ответил некромант. — [Рыцарь Монстр] и [Жнец] поражают меня как хорошо округленные классы без особой фокусировки. В каких еще классах ты в последнее время повышал уровень?

— [Великий Визирь].

— О, тогда у тебя все будет в порядке. Вариант Визирь Класса [Благородный] имеет сильный рост харизмы.

Виктор поднял бровь. — Неужели?

— Нужно много обаяния, чтобы убедить правителей оставить вас на службе, несмотря на очевидные предательские наклонности.

Справедливое замечание.

— Я слышал, что у них есть очень полезные Перки, но Визирь редок и плохо изучен. Я точно знаю, что на определенном уровне они могут скрывать большую часть своих способностей и кармы, но, в остальном, пользователи класса не раскрывают свои карты.

Хух? Скрыть свою Карму?

Пища для размышлений. — У меня также есть уровни в [Всадник Хаоса], и я не горжусь тем, что говорю это, в [Ассасин].

— Ммм… [Всадник Хаоса] — это боевой класс с сильными физическими характеристиками, но с плохой харизмой. Однако [Ассасин], обычно, в какой-то момент объединяется с классом благородной линии,и обычно в редкие комбинации, такие как [Калигула] или [Серый Кардинал]. Однако не могу дать гарантий.

Для Виктора этого было недостаточно. — А есть класс, специализирующийся на дипломатии?

— Если ты не возражаешь против более негативной кармы, я бы предложил [Политик].

— Моя уже и так в минусе, и у меня есть свое достоинство. — Ну, по крайней мере, теперь он знал, что у правителей есть статусные бонусы за ложь населению. Это многое объясняло.

— В таком случае, классы призыва, — сказал Жюль, — Большинство классов призыва обладают ростом харизмы на уровне S, и, учитывая твои текущие сделки с внешними планами, ты должен соответствовать большинству требований. Но, в остальном, я просто предлагаю сосредоточиться на поднятии уровня [Великого Визиря]. Если какой-то класс и может найти выход из проблемы, то это будет именно он.

— Да, но должен ли я предать из-за этого Вайнкера? Потому что этого никогда не случится.

— Я так не думаю. Все должно быть в порядке, если ты будешь продолжать управлять государственными делами и прислушиваться к своей природной изворотливости. — Неужели у него действительно была такая ужасная репутация? — Однако, если позволишь спросить, каков твой текущий общий уровень?

— Сорок два, а у Вайнкера на один уровень меньше пятидесяти.

— Ммм… это прискорбно, потому что вы оба достигли сорокауровневого плато опыта. Я сомневаюсь, что вы получите больше уровней, кроме как через ежегодную практику класса, как это сделал Роло, или редкие подвиги. Хотя у тебя есть дар ставить себя в опасные ситуации и выходить из них живым, я бы не стал рассчитывать на получение новых уровней для решения в краткосрочной перспективе твоей проблемы.

— Значит, остается что-то вроде экипировки, повышающей мою харизму?

— Наряду с заклинаниями и баффами, — добавил Жюль. — Каков твой текущий уровень некромантии?

— Три.

Вампир этой новости обрадовался. — Отлично. Ты можешь научиться полезным баффам как для себя, так и для Его Величества. Я с радостью помогу тебе на пути Некроманта.

Может быть, настало время Виктору и Вайнкеру исследовать те способности, которые у них уже были, а не рассчитывать на получение новых.

Чарлин вошла в комнату без стука. — У нас возникла проблема! — объявила секретарь Виктора с напряженным лицом, с кипой бумаг в руках и побелевшей, как снег, кожей. — Большая, очень большая проблема.

— На нас напали? — нахмурился визирь.

— Да, да! — Ответила Чарлин, бросая стопку бумаг. — Наша экономика находится под ударом!

— Что, Гардмейн закрывает свои границы?

— Еще хуже! По моим подсчетам, у нас очень высокий уровень инфляции. Из-за постоянного притока золота очень быстро растут цены!

Виктор моргнул. — Стипендия Вайнкера? Создания Мота?

— Это, а также магические предметы, иностранные инвестиции и постоянно поступающие грязные деньги!

— Благородные классы сильно ограничены, чтобы избежать такого сценария, — сказал Жюль.

— Какую инфляцию мы ожидаем в этом году? — Спросил Виктор, и Шарлин протянула ему один-единственный лист бумаги. Он начал читать и… и…

О боги… он почувствовал, как его сердце на секунду замерло от ужасного зрелища.

Проверка Жизнестойкости прошла успешно! [Мгновенная Смерть] недействительна!

— Ваша «космическая программа” также ставит наш и без того небольшой государственный бюджет в невыгодное положение, — продолжала Шарлин. — В таком случае, нам придется занимать деньги у Гардмейна, Обращаться в Церковь Шеши или создавать новые источники дохода.

— Ты имеешь в виду налоги, — догадался Виктор.

— Да! Из-за границы приходит столько денег, а мы не получаем доли!

Налоги Вайнкер никогда не позволит. Как можно управлять экономикой, если ваш лидер считает налоги злом, и что монеты, поступающие в казну, никогда не могут ее покинуть?

—Это серьезная проблема, — согласился Виктор. — Стремительный рост инфляции разрушит ценность наших золотых запасов, экспорта и, в конечном итоге, приведет к тому, что местные зарплаты будут отставать от цен.

Чарлин подняла бровь. — Я изучал экономику, — ответил визирь, хотя он никогда не понимал эти уроки до тех пор, пока не начал расти его интеллект. — Все это говорит о том, что у нас есть путь для гражданской войны.

— А вы, двое, не слишком ли быстро впадаете в панику? — Спросил Жюль. — Твои миньоны верны Вайнкеру, даже если он им не платит. И в то время, как Мурмурин каждый день приветствует новых жителей, основная часть инфраструктуры поклоняется земле, по которой ходит Его Величество.

— Вы недооцениваете силу темной стороны экономики, — сказал Виктор. — Особенно, если мы получим финансовые пузыри и панику. Мы должны регулировать поступление и расходование денег. Готовы ли бумажные деньги?

— Повторяю еще раз, это глупая идея, — нахмурилась Чарлин, с самого первого дня выступавшая против этого проекта. — Бумажные деньги никогда не приживутся. Это бумага против золота.

— Это еще не ответ. — Его помощница покорно вздохнула, подтверждая, что они напечатали достаточно. — Хорошо. Мы введем новые обменные деньги, доллар Вайнкера, и по этому случаю создадим Национальный Банк Мурмурина.

Поощряя граждан надежно хранить свое золото в замке Вайнкера в качестве резерва и использовать вместо него бумажные деньги, Виктор мог контролировать поступление и уход денег.

— А где мы найдем деньги для нашего бюджета и этой инициативы? — Заметила Чарлин. — У нас почти безграничная рабочая сила, но мало ресурсов, которые мы можем не импортировать.

— V&V владеет шахтами, рабочими-нежитью и землей, — сказал Жюль. — Большая часть последних не эксплуатируется. Казначейство может легко генерировать деньги, перенаправляя туда рабочую силу.

— Конечно, но мы не можем эксплуатировать эти земли, мы находимся посреди пустыни, — ответила Шарлин. — И из того, что я узнала, единственная причина, по которой здесь есть хоть какой-то клочок земли, заключается в том, что один фермер-голем работал на нем день и ночь в течение многих веков. У нас нет достаточного количества заклинателей, таких как [Астрологи] или [Метеоманты], которые могли бы в этом помочь.

— Возможно, у меня есть одно решение, — сказал Виктор. — Дракон.

Настало время познакомить Вайнкера с Геомантом, как советовал Генри, и посмотреть, сработает ли он так же хорошо, как рекламируется. Однако, если его друг был прав и его друг-дракон достиг плато опыта, то это будет гораздо сложнее, чем ожидалось…

— Друзья мои, вы не видите истинной проблемы, — сказал Жюль. — А именно, кто скажет Его Величеству, что слишком много золота — это плохо?

Между ними повисло напряженное, тяжелое молчание.

— Это твой бардак. — Чарлин немедленно свалила всю ответственность на Виктора. — Ты это и сделаешь.

— Боюсь, что ты самый квалифицированный, — согласился Жюль, похлопав визиря по спине и бросив его на произвол судьбы.

Прежде, чем он успел возразить, кто-то постучал в его дверь. Дверь открыла, не дожидаясь разрешения, Эллисон, она выглядела обеспокоенной. — Вик, можно тебя на минутку одолжить? Может быть, на один час?

Неужели его кабинет превратился во вращающуюся дверь? — Мы находимся в самом центре срочного кризиса!

— Речь идет о Вайнкере, — сказала дриада, и Виктор тут же на нее покосился. — Он каким-то образом узнал о выращивании золота и начал с помощью Шок практиковаться на полях Роло.

Конечно, это произошло именно сейчас. Замечательно. — Он снова вызвал чудовищ и демонов?

— Нет, он буквально выращивает золото. Сажает монеты в землю.

Вайнкер никогда не понимал привлекательности сельского хозяйства.

Как можно всю жизнь бродить по навозу, гонять коров или работать в поле, если вместо этого можно искать золото? Крестьянство было определением работы миньонов.

Но когда он открыл свой мешочек с семенами монет, представляя, как они вырастают в сверкающие кучки, которые он потом сможет собрать, дракон понял, что ошибался. Наблюдение за тем, как его золото растет из земли, будет способствовать честной драконьей работе.

Тем более что он, в основном, наблюдал за тем, как его слуги выполняют за него тяжелую работу, как и подобает настоящему правителю.

— Кобольды Рейнджеры! — Приказал Вайнкер, пока его миньоны рыли траншеи в земле фермы. — Опять дырки с перьями на дне! Мои монеты заслуживают лучшего размещения!

— Да, Ваше Величество! — Его слуги-рептилии с радостью ему повиновались, а Шоколатин произносила заклинания, чтобы помочь с урожаем.

— Сколько еще полей вы хотите засеять? — Спросил голем Роло, скрестив руки на груди. — Роло должен собрать урожай своих помидоров.

— Мне нужно поле золота, сад серебра и оранжерея с драгоценными камнями! Каждый из них будет охраняться так же надежно, как и мое хранилище!

Вайнкер открыл сумку, осторожно вынул оттуда маленькую сладкую монетку и положил ее в отверстие. Это была самая важная часть процесса, которую он не собирался делегировать.

Как овца на вершине коровьего пирога, его глава персонала бежал прямо по полю, а за ним следовали аппетитная Эллисон, Трупоторговец Жюль и Человечек Чарлин.

— Привет, Вик! — Сладкая Шоколатин помахала рукой своему приятелю-миньону.

— Привет, Шоколатин. — Его любимый миньон поприветствовал ее в ответ и повернулся к Вайнкеру. — Ваше Величество, нам нужно поговорить.

— Шок, что я тебе говорила о полях? — сказала вкусная Эллисон сладкой Шоколатин, нахмурившись. — Больше никаких экспериментов!

— Но помидоры растут быстрее с тех пор, как я напоила землю кровью демона! Я уверена, что монеты тоже станут живыми.

— Что позволит им защитить себя от мерзкого Фурибона, когда он неизбежно вернется, — сказал Вайнкер своему миньону. — Дракон должен думать наперед.

— Ваше Величество, монеты делаются совсем не так, — возразил Человечек Виктор.

— Я знаю, миньон. Ваш род берет золото из земли и затем чеканит его в монеты.

— Так вы знаете? — Его друг бросил на хозяина странный взгляд. — Тогда … почему?

— Я думал, что эта классовая система была чепухой, когда ты умолял меня стать моим миньоном, поэтому решил быть непредубежденным. Если система может создавать для меня из воздуха удивительные королевские накидки, то кто я такой, чтобы спрашивать, как выращивать золото?

Человечек Виктор на секунду замолчал, а затем помассировал лоб. — Я ненавижу, когда вещи, которые не имеют смысла, имеют смысл.

— Да, миньон, я снова одержал победу с помощью логики.

— Выращивать золото — это не сажать монеты в землю, чтобы потом собирать урожай золотых деревьев! — Запротестовал Виктор. — Обычно, это просто убийство монстров, которые сбрасывают огромную сумму денег, когда их убивают!

— оу?

Это было даже лучше! — А есть монстры, которые дают золота больше, чем другие?

Его глава персонала нахмурился. — Это хороший вопрос, — сказал он, глядя на Трупоторговца Жюля. — Есть ли на Аутремонде монстры, которые сбрасывают больше добычи, чем обычно?

— Золотые Гуси и Джекпот-Големы в случае поражения дропают огромное богатство, — сказал некромант, но тут же разрушил надежды Вайнкера. — Однако авантюристы охотились на них почти до полного исчезновения, и они чрезвычайно редки.

— Самые прибыльные монстры, которых можно убить в наши дни, это Фейри Рафлезии, Морские Змеи и Фениксы, поскольку их трупы можно собирать для получения высококачественного материала, — сказала Эллисон. — Но, желаю удачи в поисках хотя бы одного из них, не говоря уже о том, чтобы убить.

— Для человечков — может быть, но дракон никогда не отступает перед вызовом. Мы найдем этих тварей и я сразу же ткну в них пальцем.

— Ваше Величество, у нас и так достаточно золота, — сказал глупость Человечек Виктор.

Вайнкер сердито посмотрел на своего главу персонала. — Человечек Виктор, я не позволю тебе лениться, пока продолжается мое пари с Ледяным Клыком. Мой клад должен превзойти его собственный, ради всего драконьего рода. Я не могу позволить этому позеру стать самым богатым из всех них.

Человечек Виктор обменялся взглядами с другими миньонами и сделал долгий, тяжелый вдох. — Ваше Величество, — начал он. — У нас, в Мурмурине, слишком много золота. Мы просто переполнены ним.

— Нет такого понятия, как слишком много золота, — смущенно ответил Вайнкер. — Миньон, ты в порядке? Неужели фейри околдовала тебя?

— Нет! Я говорю серьезно! — Слова главы персонала заставили дракона моргнуть. — Чем больше у вас товара, тем больше он теряет ценность! Собирая так много золота, мы заставляем его терять ценность по всей стране!

Проверка интеллекта против харизмы … провалилась!

Вы не смогли понять широких экономических последствий драконьего образа жизни!

Поняв, что происходит, Вайнкер немедленно нацелился на своего главу персонала своей страшной магией. — [Малое Демоническое Проклятие]!

Заклинание ударило его слугу в лоб, вынудив его споткнуться, но не смогло изгнать демона, который его захватил. — Миньоны, с помощью грязного заклинания Фурибон нацелился на Человечка Виктора! — Вайнкер запаниковал. — Я не могу снять заклятие!

— Ваше Величество, я не-

— Шеф одержим! — Рейнджеры Кобольдов запаниковали, и первым среди них — Красный. — Мы должны его удержать!

— Мы не можем бороться с главой персонала, это противоречит всему, во что я верю! — Пожаловался Желтый.

— Ваше Величество, Виктор в здравом уме, — защищал главу персонала Трупоторговец Жюль, и тоже сказал глупость. — Как бы вам ни было больно, он говорит правду. Пока мы говорим, ваше золото теряет свою ценность.

— Фурибон снова, пока меня не было, превратил мое золото в свинец?! — Возмущенно прорычал Вайнкер. Это все объясняло. Это зрелище, должно быть, привело его миньонов после разрушения их духа к безумию!

— Нет, нет! Это же естественно! — Человечек Виктор еще больше запутал своего хозяина. — Если мы привезем слишком много денег из-за границы в такое маленькое место, как Мурмурин, то они неизбежно потеряют свою ценность и приведут к росту цен!

— Золото сияет само по себе! — настаивал Вайнкер. — Оно не может потерять свою ценность, потому что, по своей природе, это самый блестящий металл в мире!

— Это не имеет никакого отношения к сиянию, Ваше Величество! Валюты имеют колеблющуюся стоимость, и чем больше мы ее имеем, тем меньше она стоит!

Что это была за истерика? Золото теряет свою ценность? Его клад теряет свою чистую стоимость? — Мой клад — самый большой в мире! — Вайнкер защищал свое драгоценное состояние. — Накопление золота увеличивает его ценность, конец. Сказать иначе — значит лишить силы образ жизни дракона, который, в отличие от вашей безумной «теории», является абсолютной Истиной.

— Но, Ваше Величество, подумайте об этом, — настаивал Человечек Виктор, слишком далеко и слишком глубоко погрузившись в бессмыслицу. — Если у каждого есть золото, то оно не является чем-то особенным. А благодаря действиям Вашего Величества золото теперь доступно каждому жителю Мурмурина. Оно больше не особенное!

Проверка интеллекта частично удалась!

— О, я понимаю! — Вайнкер наконец-то понял, в чем дело. — Я понимаю, что ты хочешь мне сказать, миньон. Ты мог бы сказать это более простыми словами.

Человечек Виктор нахмурился. — Вы понимаете?

— Если мой клад сделан только из золота, он будет казаться менее впечатляющим, чем если бы я собрал другие блестящие металлы, чтобы его дополнить! Поскольку даже мои миньоны благодаря моему просвещенному руководству стали богатыми, я должен повысить свои стандарты и расширить свой кругозор! Я должен омолодить свой клад новыми, более авангардными материалами, такими как платина!

Какая прекрасная идея сегодня у Вайнкера! И снова дракон удивился своему прямому, дальновидному мышлению.

Его глава персонала обменялся взглядом с Аппетитной Элисон. — Вик, это самое лучшее, что ты получишь.

Человечек Виктор вздохнул. — Достаточно хорошо.

— Этого недостаточно, миньон! — Вайнкер подбодрил своего фаворита, — Достаточно хорошо для тех, кто довольствуется меньшим, чем превосходство! Мы пойдем дальше за моим сокровищем!

— Значит, Ваше Величество согласится прекратить выращивать золото и искать новые источники для украшения своих сокровищ?

— Насчет этого, миньон, я повышаю тебя до моего Министра по Исследованиям и Разработкам Сокровищ, — сказал Вайнкер. — Это очень важная обязанность, поскольку задания становятся все реже, но я верю, что твой новаторский дух будет хорошо мне служить.

— Ну, если Ваше Величество не возражали против золотодобычи, то, может быть, вы согласитесь помочь обрабатывать землю? — Предложил Человечек Виктор, уже за работой. — Большая часть вашей империи — это пустыня, подземные ресурсы которой мы не можем использовать без серьезного озеленения.

— Я попробую этот класс [Геомант], о котором нам рассказывал Человечек Генри, — заявил Вайнкер, страстно желая стать волшебником, как его кузен.

— [Геомант]? — Аппетитная Эллисон казалась приятно удивленной. — Я тоже подумывала о том, чтобы пройти уровни в этом классе; у меня в хижине есть все необходимые гримуары и магические травы.

— Магические травы? — Человечек Виктор нахмурился, глядя на дриаду, которая невинно улыбнулась.

— Я должен предупредить Ваше Величество, что из-за вашего высокого уровня вам потребуется время, прежде чем вы заработаете этот класс, — сказал Трупоторговец Жюль.

— Я — дракон, — гордо ответил Вайнкер. — Теперь я стану волшебником.

— А-а, насчет магии. — Сладкая Шоколатин улыбнулась Человечку Виктору, и тот сделал шаг назад. — Вик,ты можешь меня пометить?

— Пометить тебя?

— Ты ведь можешь пометить любого монстра, чтобы он телепортировался к тебе, верно? Может быть, это работает не только на лошадях!

— О, это также, как я вызываю Человечка Виктора всякий раз, когда он мне нужен? — Вайнкер радостно кивнул. — Это было бы очень полезно. — Призвав своего человечка, который затем вызвал бы других слуг, дракон мог бы в любое время заставить своих слуг на него работать. Блестяще.

— Вот именно! — Шоколатин признала его гениальность. — Это было бы супер-полезно! Для битвы. Для битвы!

— Это… это … вообще-то может быть… — Человечек Виктор обдумывал это предложение, но любопытство и преданность захлестнули его. — [Черный Всадник].

На короткое мгновение Шоколатин окружило темное сияние, а потом рассеялось. — Это сработало? — нетерпеливо спросила она.

— Я так не думаю, — ответил Человечек Виктор, и Шоколатин разочарованно вздохнула.

— Вы закончили? — спросил голем из лома. — Роло должен работать на своем дворе.

— Я достану гримуары, — пообещала Эллисон.

Наконец-то Вайнкер станет настоящим волшебником.

*****

Когда на Мурмурин опустилась ночь, Виктор Далтон лежал в своей огромной кровати, пытаясь отогнать от себя опасную мысль.

Он ведь солгал.

У вас есть одна помеченная лошадь: Шоколатин де Геводан.

Он действительно успешно пометил Шоколатин с помощью Перка [Черный Всадник]. Он получил уведомление. А это значит, что он мог бы вызвать ее прямо сейчас.

Если он мог пометить женщину-монстра и вызывать ее в любое время … это было бы полезно.

Для битвы.

Для битвы!

Он мог бы вызвать подкрепление, если бы попал в засаду в своей спальне! Особенно, если бы он мог пометить больше одной, если бы он продвинулся дальше в этом классе!

Нет, Вик, Это было бы грубым злоупотреблением элитным классом [Всадник Хаоса]. Грубое злоупотребление властью, дарованной тебе небесами для борьбы с фоморами. Насколько тебе известно, ты не вызовешь Шоколатин в свою спальню, даже если попытаешься. А если ты это сделаешь, то ничего не случится. Совсем ничего!

…

Вик, не делай этого.

Вспомни, что сказал твой плечистый ангел Миэль. Подумай о своей карме. Подумай об ангелах. Подумайте о том, чтобы жить с умеренностью и нравственностью, чтобы ты мог спокойно удалиться в бюрократический рай и не делать ничего захватывающего во всей твоей загробной жизни.

Нет, это не сработало на укрепление его решимости. Это рассуждение вообще не сработало!

Виктор вскочил с кровати, делая круги по комнате и пытаясь убедить себя, что не совершит большой ошибки.

Он должен был думать о человечестве.

Подумать только, он дал себе такую клятву! Не Бипать, кроме как для спасения человеческой расы!

Если он провалит это испытание умственной стойкости, Виктор обречет весь свой вид на гибель! Это было бы равносильно тому, чтобы переступить черту, предательски отказаться от последних угольков своей морали и полностью посвятить себя монстровости!

Со всеми привилегиями власти, богатства, долголетия и постоянного секса!

Виктор понял, что спорить со своим подсознанием оказалось гораздо труднее, чем он ожидал. Это было так, как если бы у него был внутренний дьявол, а ангел с отвращением ушел.

Может быть, он мог бы просто попытаться вызвать Шоколатин, только чтобы проверить Перк. Даже если он позовет эту девушку к себе в спальню, то сможет устоять перед искушением сделать все, о чем потом пожалеет. У него была сила воли.

Это просто тестовый запуск, чтобы проверить, сможет ли он пометить, скажем, Миэль! Не о чем беспокоиться!

— Са-сам… — его сердце заколотилось в груди, как паровоз, любопытство пересилило здравый смысл, — С-саммон Шоколатин…

Когда он произнес эти проклятые слова, комнату озарила яркая вспышка света, доказывая, что да, Перк действительно работает именно так.

Что материализовало… что материализовало…

Это было ужасно!

Шоколатин появилась, как и было объявлено, за исключением того, что она была одета в самую скандальную ночную рубашку из меха демона, которую он когда-либо видел, это не оставляло абсолютно ничего для воображения.

К несчастью, она, должно быть, сняла кожу с существ, необходимых для этого платья, всего несколько часов назад, потому что он мог видеть и чувствовать на нем запах крови. На ней был самодельный капюшон с черными кроличьими ушами на распущенных волосах… но в левой руке она держала ободранное животное, а в другой — охотничий нож.

— Та-дам! — сказала она, протягивая руки и ухмыляясь так, что из-за крови на ее щеке это было одновременно и мило, и пугающе. — Ну и как? Как я выгляжу? Как я выгляжу?

Виктор ответил криком ужаса.

Она закричала в ответ, выглядя при этом, как маньяк.

Его охранники-нежить, стоящие на страже у двери его спальни, открыли ее, готовые к битве. — Все в порядке! — Крикнул Виктор, прежде чем они успели напасть на Шоколатин. — Все в порядке, ложная тревога!

Безмозглые автоматы ничего не сказали и закрыли за собой дверь. — Что за Бип? — Спросил Виктор, и плечи Шоколатин смущенно опустились. — Почему ты так одета?

— Я… — ее голос звучал так же пристыженно, как и его беспокойство. — Я вроде как надеялась, что ты меня как-нибудь вызовешь, поэтому весь вечер работала над платьем. Я почти закончила!

— А этот … кролик? Почему ты носишь шкуру мертвого кролика?

— Разве мужчины не любят девушек, одетых как кролики? Потому что они хотят их съесть? — Шоколатин казалась опустошенной, кроличьи уши как-то складывались. — Тебе это не нравится? Я все испортила?

Она выглядела такой милой и уязвимой, когда говорила это, что это компенсировало весь ужас.

В тот же миг Виктор понял, что можно одновременно испытывать к кому-то и страх, и влечение. — Послушай, — наконец, сказал он. — А как насчет того, чтобы принять душ, смыть кровь, избавиться от кролика и бросить где-нибудь нож?

— И … а потом я пойду домой?

— Тогда мы попробуем еще раз, но сделаем это правильно.

Шоколатин сияла, как солнце.

…

…

…

…

…

Ладно.

Человечество было не единственной вещью, которую Виктор испортил в ту ночь.

Поздравляю! За то, что ты несколько раз пережил укус оборотня, ты заработал Личный Перк [Серебряный Клык]!

[Серебряный Клык]: Когда вы кусаете однотипных гуманоидов, вы можете заразить их Проклятием Ликантропии, если они не пройдут проверку на среднюю Жизнестойкость. В следующее полнолуние, если проклятие не будет снято, их вид навсегда изменится на оборотня (Гуманоид/Зверь).

Лежа в своей постели, с укусами и царапинами по всему телу, Виктор Далтон внезапно понял, что произошло. Всю свою жизнь авантюрист считал себя человеком со стандартами, особенно, когда дело касалось тех, с кем он будет спать. Но теперь оказалось, что у него их нет.

Принимая во внимание свой жизненный путь, общение с демонами, помощь дракону в захвате страны, баловство с паствой Лунного Человека и то, что сам стал наполовину монстром, он должен был это предвидеть.

— Я знал, что Перк будет работать именно так! — торжествовала Шоколатин рядом с ним.

Хуже всего было то, что эта ночь была самой лучшей в жизни Виктора. Трахаться с человеческой расой никогда еще не было так приятно.

— Моя карма из-за этого сильно пострадает, — сказал визирь. Миэль разозлится.

— Просто сфальсифицируй ее! — Как демон-искуситель, радостно предложила Шоколатин. — Я уверена, что это можно сделать с помощью правильных заклинаний. С этим может помочь Малфи.

Действительно, дурное влияние. — Итак, э-э… куда мы теперь пойдем? — Спросил Виктор. — Твой брат появится и обвенчает нас под дулом пистолета?

— Глупенький, Круассан убьет тебя, если узнает. Или же он попытается и потерпит неудачу.

— Я так и думал, но это не ответ на мой вопрос. — По правде говоря, хотя Виктор и полюбил ее, причем, гораздо больше, чем думал, он не хотел сейчас ни с кем остепеняться, ему нравился его холостяцкий образ жизни. С другой стороны, он не хотел ранить ее чувства.

Шоколатин потянула одеяло на себя. — Никаких связываний.

— Никаких связываний? — Виктор удивленно поднял бровь.

— Разве что, веревками! Я хочу прелюдии, напряжения, возбуждения! — начала она разглагольствовать с тревожным, обезумевшим лицом. — Ты врываешься в мой храм ночью с хлыстом и безумным блеском в глазах! Прискачешь на своем коне и похитишь меня в пустыню, и ты со мной на песке!

Пока она описывала свои самые странные и по-настоящему тревожные фантазии, Виктор отползал назад, пока не добрался до конца матраса. Ее некогда милое личико превратилось в чистейшее выражение психотической одержимости.

— Нет, нет, у меня есть идея получше, чтобы оживить все еще больше. Нам понадобятся цепи, жертвенный алтарь, электрическая слизь, овца и нож!

…

Оглядываясь назад, можно сказать, что это было ошибкой.

Огромной ошибкой.

— Но, но ты начнешь использовать на мне этот Перк раз в неделю и до конца брачного сезона. — Она двинулась, чтобы укусить его за плечо, но Вик остановил ее рукой.

— Сначала я выпью внизу целебное зелье. — Она забрала пятую часть его Очков Жизни, а рейдовые битвы научили его тому, как важно всегда оставаться в отличной форме. Кроме того, ему нужна была передышка.

Виктор надел халат и вышел из комнаты, Шоколатин весело напевала себе под нос. Он облегченно вздохнул после того, как закрыл за собой дверь.

…

…

Он Биипнул.

Виктор понимал, что ему не следовало связываться с этой сумасшедшей, но все же он это сделал.

Ему нужно было уехать из города. Нет, из страны. Он должен был бежать!

Чарлин сообщила ему, что многие церкви начали поощрять авантюристов открывать новые земли, даже начали строить исследовательские флоты. Он возьмет первый попавшийся корабль и бежать, бежать, бежать!

В Америку? Антарктиду? Куда угодно!

Нет, нет, Вайнкер вызовет его, если он исчезнет без предупреждения! Он был в ловушке!

Думай, Виктор, думай!

Оттяни время. Выпей зелье, утоли голод волка-дьявола, а потом найди способ выбраться из этой передряги живым.

Испуганный Великий Визирь спустился вниз, в столовую, где его слуги-нежить всегда держали на столе запас целебных зелий. Там он обнаружил Эллисон, ожидавшую его вместе с целым отрядом скелетов-дворецких. — Эл? — Виктор поднял бровь. — Что ты делаешь в моем доме посреди ночи?

— Я закончила помогать Вайнкеру с его обучением [Геоманта] и пришла его навестить, — ответила дриада. — Он рассердился, когда я сказала ему, что он должен с помощью магии заставить семена расти, а не делать что-то более «хвастливое». Он назвал это работой миньона.

— Но он все равно это сделал?

— Он пытался, но мне пришлось пообещать, что с этим новым классом он сначала раскопает шахту драгоценных металлов, — ответила Эллисон. — Поскольку Ишфания — это альтернативная Иберия, я уверена, что мы сможем раскопать ее и на юге.

Было бы больше денег на развитие страны, чем на охоту за квестами. До Хэллоуина и противостояния с Ледяным Клыком оставалось меньше полугода, и хотя Вайнкер презирал не-драконью деятельность, его ненависть к сопернику и желание его затмить перевешивали гордость.

Виктор предполагал, что, как только они стабилизируют новую империю Вайнкера, они могут обратить свои взоры вовне.

Если он проживет так долго.

— Вик, что-то случилось? — Спросила Эллисон с беспокойством во взгляде. — Ты выглядишь, как солдат, добровольно идущий на самоубийственную миссию.

— Да, — ответил Виктор, краснея и допивая бутылку.

Вы восстановили все свои Очки Жизни… на сегодня.

— Нет, серьезно, что случилось? — Настаивала дриада. — Я ведь твой друг. Если ты попал в беду, я сделаю все, чтобы тебе помочь.

— Я спал с Шоколатин.

Эллисон сделала короткую паузу. — Спал, или спал-спал? — Каким-то образом она заставила вопрос звучать похоже. — А ты подумывал о самоубийстве?

— Спал-размножался.

Дриада смотрела на него со смесью удивления перед его глупостью, жалости к его жестокой судьбе и странного благоговения перед его смелостью. — Вик, у тебя львиное сердце, — наконец сказала она. — Но ты — идиот.

— Ты же сама помогла мне назначить свидание!

— Да, дружеское свидание, чтобы она перестала к тебе приставать. Я не думала, что ты пересечешь точку невозврата. — Эллисон покачала головой, закусив губу. — Ты знаешь, что у оборотней брачный сезон длится до конца месяца?

У него по спине пробежал холодок. — Она сказала, что принимала таблетки.

— Чтобы не превращаться в оборотня во время полнолуния, но не для этой части.

Глаза Виктора стали пустыми, адский мороз сковал его сердце и сокрушил полный надежды дух.

— К счастью для тебя, я не думаю, что у полудракона и оборотня могут быть дети, — попыталась успокоить его Эллисон. — Но, чтобы быть уверенным, не делай этого снова до июня. Она ведь наверху, верно?

— Ты должна меня спасти, — взмолился Виктор. — ты — ее лучшая подруга и жрица богини любви. Советы по отношениям — это твоя работа.

Эллисон сложила руки на груди, яростно обдумывая этот вопрос, как будто от этого зависела жизнь ее подруги. Потому что так оно и было!

— Может быть, ты научишься с этим жить? — робко предложила она. — Она… добрая и преданная, когда ты узнаешь ее поближе. Ты научился жить с драконом. Ты можешь пережить ее эксцентричность и научиться ею наслаждаться.

— Она прячет под моей кроватью окровавленный нож.

— Но ты все равно любил ее достаточно сильно, чтобы пойти на свидание и спланировать второе. Может быть, ты просто струсил, потому что боишься обязательств.

— Так оно и есть… она слишком напряжена, — сказал Виктор. — Она пугает меня до смерти.

— Может быть, тебе стоит просто сказать ей об этом и поставить границы. Может быть, в данный момент ты просто не готов зайти слишком далеко.

— Я не хочу ранить ее чувства, — признался Виктор. Он уже успел привязаться к ней и понятия не имел, как с этим справиться. Сделать это сразу и связать себя узами брака было бы серьезным шагом. — Я думаю, она воспримет это, как отказ, и начнет убивать своих «соперниц».

— Есть решения, — со вздохом сказала Эллисон. — Но ни одно из них не хорошее.

— Все же лучше, чем альтернатива.

Ужасный шум магической сигнализации поместья прервал Эллисон раньше, чем она смогла найти путь к отступлению. — Незваный гость? — Спасен от размножения! Виктор немедленно взглянул на одного из своих слуг-нежить. — Принеси мне мою базуку!

— Базука? — Эллисон моргнула.

— Ракетные установки решают все, — ответил Виктор, бросаясь вместе с ней и своими скелетами в прихожую.

В центре комнаты они обнаружили гигантского волка, окруженного солдатами-нежитью и попирающего дверь своими когтями. — Где она? — Прорычал Круассан в своей монстрообразной форме. — Где, где же она?! Моя сестра внезапно исчезла из нашего дома, и я пришел сюда по ее запаху!

— О, Круассан… — по щекам Виктора потекли слезы облегчения. — Ты пришел, чтобы меня спасти?

— Ты думаешь, что можешь меня шантажировать? — Прорычал Круассан в ответ. — Не знаю, на чем вы меня поймали, но взять в заложники мою сестру? Я тебя за это убью!

— Никто никого не убивает, — сказала Эллисон, уперев руки в бока. — Круассан, Шоколатин… С Шоколатин все прекрасно. Она, наверное, в этой ситуации — единственный счастливый человек.

— Слава богам, Круассан, — сказал Виктор, когда один из скелетов протянул ему базуку. — Я беру назад все, что о тебе говорил. Я никогда еще не был так счастлив тебя видеть!

— Что это значит? — Круассан вдруг посмотрел на халат визиря. — Погоди, а что это за следы укусов у тебя на шее? И почему … почему от тебя исходит ее запах?

Лучший вопрос. А еще лучше — почему Виктор вдруг услышал на заднем плане зловещую оперную музыку?

— Что ты наделал? — Круассан показал клыки. — Ты — ублюдок-полудракон, что ты наделал?

— Круассан, прости меня, я сделал это с твоей сестрой.

Фоновая музыка внезапно оборвалась, сменившись напряженной тишиной. Круассан застыл в изумлении, а потом с холодной яростью уставился на визиря.

— Тогда наслаждайся герпесом.

…

— Что? — Виктор моргнул.

— Наслаждайся герпесом, — повторил Круассан с самодовольной улыбкой.

— Ты лжешь, — сказал визирь. — Ты все врешь. Ты просто играешь со мной!

— Ты не знаешь, где она была, — дразнил его Круассан, явно наслаждаясь тем, что в кои-то веки ему удалось обыграть своего соперника.

Эллисон попыталась его успокоить: — Вик, если это правда, я могу вылечить вас обоих.

— Дело не в этом! — Великий Визирь вздохнул. Даже если это было правдой, он был невосприимчив к болезням, но сама мысль об этом не давала ему покоя… тьфу… — Круассан, она наверху. Ты можешь забрать ее домой.

К его большому разочарованию, Круассан, казалось, разрывался между своей чрезмерной братской защитой и явной злобой, которую он испытывал к Виктору. — Не знаю, — ответил он. — Ты же знаешь, что они говорят… то, что сделано, не может быть отменено.

Виктор схватил базуку и направил ее на оборотня. — Круассан, ты исполнишь свой братский долг и отвезешь ее домой, чтобы защитить ее честь.

— Что?!

— У меня есть базука, и я не боюсь ею пользоваться!

— Вик, успокойся, — попыталась разрядить обстановку Эллисон.

— Попытка шантажа провалилась, и вы успешно спасли свою сестру, все счастливы! — Проговорил Виктор, и вдруг нахмурился. — Стой. С чего ты взял, что я стану тебя ею шантажировать?

— Ты не… — в этот момент Круассан вдруг понял, что сказал слишком много. — О. Ничего.

— Ты сказал, что Виктор тебя раскусил. — Брови Эллисон сошлись.

— Потому что он — кусок драконьего дерьма! — Круассан пошел в отказ.

Оборотень решил, что Виктор его раскусил? В чем? Что мог сделать Круассан, что оправдало бы похищение своей сестры? Должно быть, это было что-то действительно серьезное. Может быть, это как-то связано с Чарлин?

— Это был ты. — Глаза Виктора расширились, когда он собрал кусочки головоломки. — Это ты перехватил письма Шарлин из гильдии авантюристов и передал их нашим врагам.

В этот момент оборотень понял, что выдал себя с головой.

Поэтому он попытался выскочить из комнаты, но Эллисон произнесла заклинание быстрее. — [Ускоренный Зверобой]!

Дриада запустила в оборотня священный зеленый луч света, ударив его в спину. Он на своем пути наружу растоптал скелет, но заклинание тут же бросило его на землю. — Черт возьми! — Круассан выругался.

— Я уже несколько месяцев имею дело с оборотнями во время полнолуния, — сказала Эллисон. — Ты никуда не пойдешь.

— Но почему же? — Спросил Виктор. — Почему ты нас предал?

— Предал вас? Я никогда и не был на вашей стороне! — Глаза Круассана вспыхнули гневом. — Ты и этот дракон разрушили мою жизнь! Ты сжег мой дом, ни за что провел меня через ловушки Фурибона, обошелся со мной, как с дерьмом, и украл мою девушку! Меня тошнит от постоянного унижения!

— Украл? Чарлин бросила тебя, потому что ты хотел ее съесть, а ты первым пытался принести меня в жертву! — Запротестовал Виктор.

— Гости твоего босса съели всех моих овец, а двое из них спарились на крыше моего дома!

— За свое предательство ты отправишься в темницу, — сказал Виктор удрученно. — Ты не можешь забрать ее обратно.

Поздравляю! За то, что вы арестовали крота в своей среде, вы заработали уровень в Классе [Великий Визирь]!

+30 Очки Жизни, +10 Специальные Очки, +1 Мастерство, +1 Интеллект, +2 Харизма, +1 Удача.

— У тебя есть сообщники? — Спросил Виктор.

— Не имеет значения, — ответил оборотень. — Вы опоздали. Меня утешает тот факт, что вы с драконом уже Биипнули.

— Мы пережили Брэндона Мора, — сказала Эллисон, твердо стоя на стороне правительства. — Что бы ни приготовили твои «друзья», мы с этим справимся.

— Идиот, они уже в городе. Вы сами их впустили.

С горделиво поднятой головой, так, что все могли видеть, как сияет под солнцем его корона, Вайнкер шествовал по улицам своей столицы, как лев среди овец. По бокам от него, вбивая клин в тысячи монстров, поющих его имя, двумя колоннами выстроились его миньоны-кобольды.

— Вайнкер! Вайнкер! Вайнкер!

Как добрый император, Вайнкер самодовольно притворился, что не слышит их.

Хотя втайне он наслаждался этим вниманием. После того, как он так долго прятался в своем склепе, выслеживая врагов и занимаясь магией, было приятно вспомнить о том, как он важен и любим.

Как только они добрались до центральной площади, Вайнкер сел в центре площадки, а Рейнджеры Кобольды приказали другим миньонам его окружить. Чтобы его увидеть, собралась толпа гноллов, гоблинов, демонов, троллей, нежити и бесчисленных новых существ. Упыри-менестрели играли на барабанах, а Кобольды — на трубах.

— Ойе, храбрые миньоны и граждане империи V&V, — объявила Розовый Рейнджер. — Поклонитесь нашему великому и любимому правителю, Его Величеству Вайнкеру Рыцареубийце, Первое из Его Имен, Великому Бедствию этого Века, Защитнику Сокровищ, Императору Мурмурина, Ишфании и Альбенских гор, Величайшему Гладиатору в Мире!

Все его подданные перед Его Величеством падали ниц, и Вайнкер купался в их обожании.

— Как исключение, Его Величество лично предстанет перед вами в качестве судьи, выслушает жалобы своих подданных и совершит правосудие над нечестивыми! — Продолжал Розовый Рейнджер, в то время как Черный Рейнджер приблизился с кучей свитков, чтобы она могла записать в журнал этот славный день. — Его Величество начнет с великих новостей!

Как и просил его визирь, Вайнкер явился к населению своей новой империи и благословил их своим просвещенным драконьим руководством. Его величайший миньон был занят в замке допросом Круассана Бесполезного, который, очевидно, превратился в предателя. Как он мог сотворить такое после того, как Вайнкер обращался с ним, как с любимым миньоном, этого дракон никогда не поймет. Какая неблагодарность! Он довел до слез даже свою сестру, сладкую Шоколатин.

Вайнкер был рад возможности изменить свои занятия после того, как его магическое обучение оказалось таким утомительным и скучным. Он сделал все необходимое, чтобы тренироваться в качестве заклинателя; даже ненадолго поменял свою корону на шляпу волшебника и выкорчевал оливковое дерево, чтобы сделать палочку. Он без устали практиковал свою магию на вызванных манекенах демонов, пытаясь заставить расти под ними магические сорняки.

Но ничего не сработало.

Вайнкер уже потерял счет тому, сколько раз он бросал на землю фермы «Видгардиум Левиоса» или «Богус Ботаникус», и — ничего.

Магия — это очень трудно!

К счастью, быть удивительным — проще. — Да, у меня, Вайнкера Рыцареубийцы, величайшего авантюриста в мире, есть для вас отличные новости! — обратился дракон к толпе. — Чтобы отпраздновать мою совершенную, безупречную победу в моем последнем квесте и мое восхождение к [Августу], я настоящим приказываю создать большую гладиаторскую арену!

Его заявление было встречено восторженными воплями.

— Большая арена, где вы увидите, как я и мои сверкающие миньоны съедят наших врагов, а вы будете подбадривать меня! — продолжал Вайнкер. — Большое кольцо, где кровь и золото будут падать, как дождь! Где любой миньон может показать свою ценность перед дерзкой публикой! Колизей с уникальными аттракционами, такими как восходящая вода, огонь и искры!

Это будет похоже на арену, где он впервые сражался с кузнечиком Мором, но лучше! По-драконьи!

— И в ознаменование этого в день летнего солнцестояния я объявляю великий турнир миньонов! Мои лакеи продемонстрируют на всеобщее обозрение свою мощь! Раз и навсегда мы определим, кто из них самый сильный миньон!

Атмосфера стала наэлектризованной, на его объявление молниевые слизняки испустили громовые удары. Никто не был так взволнован, как собственные солдаты Вайнкера, от Красного Рейнджера до Тролля Барнабаса.

Это была бы прекрасная возможность его миньонам повысить свой уровень и подготовиться к неизбежной войне с Фурибоном. Он продемонстрирует свою силу и увеличит ее! Беспроигрышно!

Толпа восторженно хлопала в ладоши и свистела, а Вайнкер наслаждался этим звуком.

Кровожадная любовь вашего народа наполнила вас энергией! Сегодня ваши Специальные Очки будут восстанавливаться в два раза быстрее!

Вайнкер поднял лапу и подал сигнал тишины. После веселья пришло время пачкать когти и править страной.

— Как вам, без сомнения, сообщили, Империя V&V теперь имеет официальную валюту. — Синий Коблуд сделал несколько шагов перед Вайнкером, подняв вверх красивую золотую бумажку. — Доллар Вайнкера, с моим лицом!

И с Человечком Виктором на заднем плане.

— Эта валюта будет единственной, которая разрешена в пределах границ моей империи, — объяснил Вайнкер, когда Синий представил варианты доллара — меньшую серебряную версию. — Ваши монеты больше не будут приниматься моими миньонами, даже если вы используете под столом ритуал подкупа человечков. Ваше золото сохранят и обменяют на Доллары Вайнкера по справедливому, выгодному курсу.

Выгодно, конечно, для Вайнкера. Щедрость начинается с самого себя.

В отличие от оваций, которые он получил после проекта арены, его лакеи обменялись встревоженным шепотом. Как он и ожидал, идея Человечка Виктора для большинства из них была слишком радикальной, и кто мог их винить? Можно было почувствовать текстуру и тепло золотых монет, а бумага была холодной и бездушной.

Но истинный дракон доказывал свою правоту до самого горького конца.

— Я понимаю вашу настороженность и поэтому задам вам один вопрос, — сказал Вайнкер, поднимая лапы и обнажая грудь. — Вы видите, чтобы я нес с собой свои сокровища?

Очевидно, никто не возражал, и поэтому дракон продолжил: — И все же однажды я это делал! Это было так утешительно — таскать с собой свои блестки. Я считал себя неуязвимым, недооценивая злобность нищих, жаждущих моего золота. А потом … я столкнулся с жестоким Фурибоном, на этой самой горе!

Дракон театрально махнул рукой в сторону вулкана.

— Мой клад… — голос Вайнкера прервался при этом воспоминании. — Мой клад … был отравлен до смерти. Я видел, как он умер у меня на глазах.

Проверка харизмы прошла успешно. Толпа чувствует вашу боль и горе.

Как и положено. Воспоминание об этом ужасном злодеянии довело Розовую Рейнджер до слез, а ее товарищи по команде от стыда опустили головы.

Никогда не забыть. Никогда не простить.

— Никто не должен испытывать боль от того, что переживет свое сокровище, — заявил Вайнкер, и его печаль сменилась непреклонной решимостью. — С тех пор я прячу свое золото в самом надежном месте, известном драконьему роду: в моем логове! Хранилище, защищенное сильнейшими из миньонов! Место, куда ни один из моих врагов не мог проникнуть!

Охваченный волнением, Вайнкер возвысил голос и произнес самую лучшую речь за всю свою Императорскую карьеру.

— Вы готовы жить в страхе, носить золото в кошельке, чтобы его забрали воры, или прятать его на заднем дворе, чтобы его отравил лич? Или вы будете спать спокойно, зная, что прячете его в самом безопасном месте в мире? Что вы положили свой клад рядом с моим, где никто не посмеет к нему прикоснуться, пока вы спокойно носите Доллары Вайнкера? Помните: я самый богатый дракон в мире! Если я что-то делаю, то это правильно! Как же вы собираетесь стать почти такими же богатыми, как я, если не последуете моему примеру? Безопасность — это самая большая дань, которую можно заплатить, чтобы защитить свой клад!

Вайнкер сжал когти в кулак и поднял его к солнцу.

— Защитить свое золото… с Долларом Вайнкера!

Проверка харизмы прошла успешно! Это крит!

Крики были оглушительны.

Крики были оглушительны.

Его бессмертные миньоны двигали заначки с Долларами Вайнкера, а простые люди почти воевали друг с другом, чтобы обменять на них свое золото, зная, что в подвалах замка они будут в безопасности. — Вайнкер! — его имя кричали. — Вайнкер! Вайнкер!

Поздравляю! За свою вдохновляющую речь, исключительную харизму и популярность среди простого народа вы заслужили Личный Перк [Президент]!

[Президент]: Вы получаете Бонус Харизмы +10, когда обращаетесь к большой толпе с речами или пьяными разглагольствованиями.

Управлять было так весело! Почему же он не подумал об этом несколько веков назад?

— А теперь я выслушаю ваши жалкие жалобы и отвечу на них с мудростью, которой славится драконье племя, — заявил Вайнкер. — Приведите мне первых жалобщиков!

— Покажите нам ваши королевские билеты! — Приказал Красный Кобольд, сортируя горожан. Первые двое были гноллом и упырем; последний нес с собой зеленую слизь.

— Перед моим судом каждый из вас должен поцеловать мое кольцо. — Вайнкер протянул лапу и моргнул. — Потому что я — ваш император, и я — богат.

Оба сделали, как он просил, и дракон позволил пеонам раскрыть свою проблему. — Ваше Величество, этот упырь и я живем в одном доме, — сказал гнолл, — мы оба приняли слизь, но когда я вернулся домой, его слизи уже не было, и он притворился, что моя — это его!

— Лжец! — возмутился упырь. — Ваше Величество, этот живой — ревнивый расист, пытающийся лишить меня моего любимого питомца, после того как он потерял своего!

— Это очень трудное дело, — сказал Вайнкер. — А свидетели есть?

Когда оба покачали головами, дракон принял решение. — Рейнджер Красный, принеси мне желе.

Кобольд так и поступил и поднял слизь перед Императором. Большое толстое существо смотрело на Вайнкура огромными глазами.

— Хотя жадность — величайшее из достоинств, каждый из вас научится тому, что можно получить, не принимая, — дракон поднял свой коготь. — Слизь должна быть разрезана пополам.

И он сделал это, взмахнув когтем. В мгновение ока Кобольд Красный уже нес два желе поменьше, в каждой руке по одному.

Вы успешно разделили одно Зрелое Зеленое Желе на два Молодых Зеленых Желе!

— Теперь каждый из вас получит свою слизь и будет лелеять ее, как лелеяли бы свое золото, — приказал Вайнкер, и каждый из горожан получил своего любимца. — Я не потерплю никакой дискриминации среди моих граждан, ибо все вы одинаково ниже меня.

— Император сказал свое слово! — Сказала Розовый Рейнджер, вытирая слезы. — Приведите следующего гражданина!

Группа нежить-охранников привела ему двух новых претендентов: грязного на вид оборотня и ходячего кактуса в шарфе и соломенной шляпе.

— Император уладит дело Фермера Гринспайка против Пьера Волка, — объявила Розовый Рейнджер после того, как оба поцеловали кольцо Вайнкера. — Теперь вы можете открыть свою проблему императорскому правосудию.

— Ваше Величество, вчера я нашел этого оборотня, охотящимся на мое стадо овец, — сказал кактус. — Я позвал на помощь стражу, и он признался в своем преступлении. Большая часть этих овец была предназначена для того, чтобы стать частью продовольственной дани, которой я обязан Вашему Величеству.

— Я признаю свое преступление, — ответил оборотень, — но я украл эту овцу только для того, чтобы прокормить свою семью-

— Виноват!

Вайнкер зыркнул на бессердечного вора. — Я постановил, что тот, кто не сказал «овцы», будет овцой! Это — твое первое преступление. Вторым было твое ужасное, ужасное преступление: украсть у меня овцу — все равно, что украсть мое золото!

—Но, Ваше Величество, — запротестовал негодяй, но дракон не дал ему договорить.

— Ты начнешь с беспомощного скота, а затем перейдешь к убийству маленьких монет! Виноват! Однако тебе будет позволено накормить свою семью. — Вайнкер повернулся к стражникам. — Отправьте его к Роло, чтобы он заменил собой овец, которых украл.

— Нет, пожалуйста! — оборотень запаниковал, когда стражники двинулись, чтобы его схватить, — Пожалуйста, не превращайте меня в овцу!

— Разве ты не хочешь накормить свою семью? — сказал ему Вайнкер. — Если ты сам станешь овцой, твои щенки будут накормлены.

— Я и есть семья из одного человека! — оборотень признался в своей лжи, о чем дракон и так все это время знал, и обманом заставил его себя раскрыть.

У Вайнкера было много достоинств, но жестокость не принадлежала к их числу.

— Значит, ты солгал своему Императору, сделав себя отверженным и вором, — сказал дракон. — Ты не годишься в пищу, поэтому тебя отправят работать в шахты. Уведите его отсюда!

Стражники оттащили визжащего оборотня подальше с глаз Вайнкера, фермер поклонился и последовал за ними. — Ваше Величество так легко хитростью заставили его раскрыть свою ложь… — Восхищенно пробормотала Розовый Рейнджер.

Конечно же, он это сделал. Он слышал под солнцем почти все воровские оправдания от тех, кто был достаточно глуп, чтобы попытаться украсть из его сокровищницы. Дракону это решение не доставило никакого удовольствия, но сделать это было необходимо.

Правитель может быть милостив, но он также должен показать сильную руку преступлению против своего живота.

— Фермеры — это те, кто кормит вашего Императора своей данью мяса, — решил Вайнкер объяснить населению, как обстоят дела. — Чтите фермеров, как чтите своих родителей. Отныне это будет называться моей четвертой заповедью. Пятая — не кради, ибо нет большего преступления, чем воровство из сокровищницы.

Розовая Рейнджер нацарапала приказы на бумаге, чтобы потом соответствующим образом обновить законы королевства. Вайнкер прочистил горло, чтобы приказать выйти следующему, но его прервал крик.

— Убийца!

Это слово было произнесено таким резким голосом, что по всей площади разнеслось эхо. Глаза Вайнкера твердо остановились на одном из тех демонических адвокатов, которые защищали его законное дело против Фомора Мота. Он, и еще несколько демонов, оттеснили толпу, пытаясь пробраться мимо стражников и приблизиться к Императору.

— Встаньте в очередь со своим билетом, как и все остальные! — Ответил Красный Рейнджер, ничуть не впечатленный.

— Ваше Величество, Малфи отравлен! — дьявол проигнорировал рейнджера. — Он на смертном одре!

Голова Вайнкера оживилась. Преступник мог быть только один. — Это дело рук Фурибона, который является злом и действует среди нас! Теперь мы его остановим!

Но дьявол не слушал его мудрости, и обвинял кого-то другого.

— Нет, Ваше Величество, это ангел! Она отравила Малфи святой водой!

Каждый дракон в какой-то момент должен был столкнуться с войной миньонов.

Эти события, когда зависть миньонов друг к другу перерастала в драку, обычно происходили из-за вопросов размножения; по крайней мере, так было в последний раз, когда Вайнкер нанял гоблинов. Когда он был на охоте, двое его лакеев из-за женщины устроили дуэль, и, вернувшись в свое логово, он обнаружил, что спор перерос в полномасштабную гражданскую войну.

Хуже того, убивая друг друга, они оставили его сокровища без присмотра!

Те, кто выжил после его яростной реакции, усвоили урок, но с тех пор Вайнкер запретил миньонам сексуальные домогательства. Он так боялся за свое богатство, что даже бросил свое увлечение сватовством. Его доверие к Другу Виктору и полная неспособность главы персонала самостоятельно разводить детей с незнакомыми людьми были единственными причинами, по которым он сделал исключение.

Поскольку в прошлом он использовал одновременно только один вид существ, Великому Бедствию никогда не приходилось иметь дело с «расовыми конфликтами», от которых страдали многовидовые войска миньонов.

— Ах ты, грязная пернатая аферистка!

Первый раз за все это время.

Стоя у входа в Нижний Маркет, с головой над крышей, Вайнкер с неодобрением наблюдал за происходящим.

Крылатую Миэль привели охранники Вайнкера, главным образом, для ее же собственной защиты. Опасаясь за свою жизнь, она держала руки и крылья закрытыми, а вокруг нее угрожающе толпились демоны во главе с адвокатами Малфи.

Сам лакомый Малфи заболел и ослаб, он скорчился в инвалидном кресле и сплевывал зеленую кровь. За ним ухаживала медсестра-суккуб, а сам он бросал на Крылатую Миэль свирепые взгляды. — Вот видите! — сказал адвокат. — Наш клиент узнал напавшую!

— Я ничего ему не сделала! — Запротестовала Миэль. — Это какое-то недоразумение!

— Вы, монополистические любители рая, не могли выжить на конкурентном рынке, поэтому попытались убить своих конкурентов! — обвинил Крылатую Миэль дьявольский адвокат. — Этот метод запатентовал Инферкорп! Это нарушение нашей интеллектуальной собственности!

— Я — ангел, Я не отравляю людей, даже дьяволов!

— Ложь! — Один из демонов, дьявольская горгулья, показала свои клыки, как будто готовясь прыгнуть на своего соперника.

Вайнкер их прервал, встряхнув когтем все здание. — Я не позволю миньонам без моего разрешения убивать друг друга, если только это не сделает мой глава персонала.

— Но, Ваше Величество …

— Дьявол-миньон, ты начинаешь говорить, как драконья еда. Ты что, драконья еда?

Демон, как только ему напомнили о пищевой цепи, благоразумно заткнулся.

— Объясните мне, что произошло, — приказал Вайнкер. — Мы разберемся с этим делом по-драконьи: съедим виновного.

— Я могу дать показания, — сказал адвокат-демон. — Малфисант, и мы с моим коллегой-адвокатом направлялись на торжественную речь Вашего Величества, когда нас остановил ангел. Малфисант, зная о ее лживой натуре, велел ей убираться вон…

— Но потом она сказала, что хочет присоединиться к победившей стороне, — сказал другой адвокат. — Поскольку Инферкорп предлагает значительную премию за охоту на падших ангелов, а она курировала страховое досье Мистера Виктора, мы решили подшутить над ней на нейтральной почве.

— Ангелы слишком трусливы, чтобы отравить конкурентов, поэтому мы не использовали дегустаторов, когда она предложила нам выпить.

— По крайней мере, мы так думали! Она подала нам святую воду, а Малфисант не смог выплюнуть ее достаточно быстро! А она убежала, пока мы ухаживали за нашим бедным управляющим! Даже сейчас он не может говорить, чтобы осудить это коварное нападение!

— Крылатая Миэль, что ты можешь сказать в свою защиту? — спросил Вайнкер.

— Посмотрите на меня, — ответила ангел, широко раскрытыми глазами напоминая дракону кошачьих детенышей. В ответ демоны освистали Крылатую Миэль. — Взгляните в лицо бедного невинного агнца, посланного на заклание.

Вайнкер не понял ее намека. — Ты выглядишь как человек-млекопитающее, что по умолчанию означает «уродливый».

— Ваше Величество, кто-то явно выдал себя за меня!

— Тогда где же ты была, когда это случилось? — прорычал один из адвокатов-демонов.

— Я работала в своем кабинете над страховым досье Мистера Виктора! — запротестовала ангел. — Его Кредитный Рейтинг Кармы настолько ужасен, что мне пришлось переделывать его с нуля!

— Именно поэтому ты напала на нашего управляющего, — обвинил ее адвокат. — Ты знала, что наш Великий Визирь выберет лучшую страховку, и поэтому в своей ревности пыталась убить лучшего Экстрапланарного предпринимателя.

— Типичное преступление на почве страсти, — добавил его приятель. — Ваше Величество, она явно Мать Тереза Преступления!

— Мистер Виктор очень заботится о безопасности своей души, — возразила Миэль, соединив свои руки. — Я знаю, что его сердце истинно.

Демоны разразились странным смехом, а затем один из адвокатов прочистил горло. — Если твое сердце говорит правду, то кто-нибудь наверняка сможет обеспечить тебе алиби.

Ангел прикусила губу. — Все это время я была одна в своем кабинете.

— Значит, у тебя нет свидетелей! — обвинил ее адвокат. — Твоя защита не выдерживает никакой критики!

Вайнкер приложил к этому делу свой несравненный, блестящий дедуктивный ум. Хотя на поверхности ангел явно была виновной, целая жизнь выслушивания оправданий заставила дракона настроиться на то, чтобы замечать ложь, а пернатая закуска звучала правдиво.

Может ли лживый злодей выдать себя за нее? А если так, то зачем? Чтобы использовать существующее соперничество и натравить его миньонов друг на друга? Это казалось знакомым. Слишком знакомым.

Проверка интеллекта прошла успешно! Вы по хлипким уликам распознали преступную схему, как главный герой криминальной фантастики!

— Миньоны, это тот же самый метод, который использовали наши враги, чтобы послать за мной Ледяного Клыка, — сказал Вайнкер. — Истинный враг пытается нас разделить.

Крылатая Миэль вздохнула с облегчением. — Слава Небесам, глаза Вашего Величества видят правду!

— Истинный враг, Ваше Величество? — растерянно спросил адвокат.

— Очевидно, это был Фурибон в одежде и с фальшивыми крыльями, — сказал Вайнкер.

— Ваше Величество, я ничего не понимаю, — сказал один из демонов, не видя блеска логики дракона. В интеллекте у него было, наверное, пятьдесят, а может, и меньше!

— При отсутствии доказательств мы должны предположить, что ответственной стороной является наиболее вероятный подозреваемый, — просветил их Вайнкер, — и это мерзкий Фурибон, которого необходимо уничтожить, и те, кто его предательски освободил!

Адвокаты обменялись взглядами. — Но, Ваше Величество, самое вероятное объяснение, что это сделала она!

— Она будет заключена в тюрьму до тех пор, пока коварный лич не будет остановлен, — решил Вайнкер, завершая спор. — Я доверяю своим инстинктам, и я уже сказал.

Демоны погрузились в тяжелое молчание, не в силах понять его гениальность.

Таково было бремя шестидесятичетырех-очкового стата в Интеллекте.

— И как? — Спросил Виктор.

Жюль закрыл за ними металлическую дверь тюрьмы Круассана, расположенной глубоко в подземелье под замком. — Он ничего не говорит. Его сообщники поместили его под магическую [Защита от Обнаружения Истины], и уровень заклинателя выше моего.

— Должно быть, Вайнкеру удастся его сломать, — заметил Виктор. — Он теперь может отменить любое заклинание, кроме заклинаний Мелоди.

— Это не проблема, — ответил упырь. — Я не думаю, что он знает, но, если эта защита будет рассеяна, они также наложили [Проклятие Смерти]. Тот, кто отвечает за это, вероятно, опытный Некромант, насколько я могу судить. Я бы поставил его уровень заклинателя выше пятидесяти, а может, и шестидесяти.

Фурибон? У него была власть и мотив, но Виктор сомневался, что он был замешан в этом деле. Из того, что он узнал, лич усвоил урок и больше не будет пытаться с ними связываться. У кого еще из Некромантов была кость в горле, чтобы связываться с Вайнкером, или работал с кем-то, кто это делал?

У Виктора был на примете вполне вероятный подозреваемый. — А проклятие сработает, если он заговорит?

— Не думаю, но он, кажется, ненавидит тебя больше, чем боится Его Величества.

Виктор вздохнул. Это и то, что Миэль была арестована, все больше и больше походило на гигантский беспорядок. Удивительно, но Вайнкер сделал правильный выбор и не стал делать поспешных выводов: ангел был много чем, но не отравителем.

Он услышал приближающиеся шаги и, обернувшись, увидел Эллисон, Шоколатин и Барнабаса. Тролль нес в руках огромный ящик, а оборотень принесла для ее брата коробку полную еды. Ее глаза покраснели от слез.

— Вы пытали моего брата? — обеспокоенно спросила она.

— Что? Конечно, нет, пытки никогда не работают. — Кроме того, это было бесчеловечно.

К сожалению, она неправильно его поняла. — Ты собираешься поймать его душу в свою косу?! Или отправить его в Хэппилэнд?!

За кого она его приняла, за Саурона? — Мы ничего не собираемся делать с его душой, — сказал Виктор. — Но в ближайшее время из этой тюрьмы он не выйдет.

— Но ты же правительство! — Запротестовала Шоколатин. — Ты не можешь сделать маленькое исключение для семьи своей подруги?

Да ладно, тот факт, что они были жадной диктатурой, спонсируемой Хэппилэнд, не означал, что они были коррумпированы!

— Пожалуйста, не убивай его, — взмолилась Шоколатин, совсем не похожая на свою обычную эксцентричную и уверенную натуру. — я знаю, что он совершил ошибку, но уверена, что смогу его исправить! Я могу привести его в порядок…

— Клянусь, я не собираюсь его казнить, — пообещал Виктор. Честно говоря, если бы это был почти кто-то другой, Визирь уже пригрозил бы скормить его Младшему.

— Могу я … могу я поговорить с ним?

Виктор не видел причин не согласиться. Может быть, ей даже удастся заставить его говорить. — Я здесь, Если тебе это понадобится.

Она благодарно кивнула, но ничего не ответила. Он позволил ей открыть дверь в камеру Круассана и закрыл за ней, чтобы дать им возможность побыть наедине.

— Подружка? — Спросил Жюль, и Великий Визирь вздохнул. — Виктор, ты самый храбрый человек из всех, кого я знаю.

Да, конечно. Видя, как после ареста ее брата была подавлена Шоколатин, Виктор еще раз задумался о своей реакции. После того как он привык к ее причудливому обычному «я», он ненавидел видеть ее печальной, это пробуждало защитные инстинкты, о существовании которых он и не подозревал.

— А как обстоят дела? — Спросил Виктор у вновь прибывших.

— Демоны все еще хотят заполучить голову Миэль, хотя Вайнкер пока заставил их повиноваться, — сказала Эллисон. — Ситуация в городе напряженная, но это еще не все. Сегодня ночью кто-то напал на фермы.

Виктор прищурился. — Продолжай.

— Роло заметил, что охранники, охранявшие кур, были загипнотизированы и уснули, а в это время волки убивали скот, — объяснила дриада. — А вот, что совсем плохо, когда Роло прибыл, чтобы их преследовать, они превратились в туман еще до того, как он смог приблизиться.

— Я еще не встречал волчью породу, способную к [Туманной Форме], — сказал Жюль.

— Вайнкер лично воспринял это, как нападение на свой продовольственный склад, и начал патрулировать фермы. Я думаю, что, на данный момент, это успокоило население.

Виктор вдруг заметил что-то неладное. — Почему Чарлин не пришла сообщить мне об этом?

— Вик… — Эллисон прочистила горло. — Чарлин пропала. Ее не было ни дома, ни в офисе, и кобольды еще ее не нашли.

По спине Виктора пробежал холодок. — Какие-нибудь требования выкупа или намеки на то, куда она могла пойти?

Эллисон покачала головой.

Черт возьми!

— Мне следует поторопиться и подготовить всех к войне, шеф? — Спросил Барнабас, помолчав некоторое время.

— Да, — кивнул Великий Визирь. — А как мой первый заказ?

— Работа сделана, шеф, — сказал тролль, открывая ящик, чтобы показать свою работу.

Виктор приказал троллю изготовить ему копию своей косы и набор доспехов, предназначенных для синергии с его нынешними классами. Конечный результат был страшен — черные пластинчатые доспехи с рваным плащом и безликий рогатый шлем. Барнабас нарисовал на торсе алого дракона, скорее всего, пытаясь изобразить Вайнкера.

Доспехи Рыцаря Ада

Качество: B+

Материал: Сталь Души

Выносливость: 50/50.

Защита: Физическая +16 / Магическая +8

Вес: 16 килограммов.

Бонус: +3 Сила, +3 Жизнестойкость, +10% Критический Урон, Авторегенерация, Сопротивление Нечестивости, Огню, Тьме и Проклятию, [Проклятый], если у владельца хорошая Карма.

Специально подобранный комплект тяжелых доспехов, которые когда-то носил несуществующий орден Рыцарей Ада (ныне переименованный в политкорректных Друзей Счастья); его сталь была пропитана безграничной злобой сотен долговых коллекторов. Идеально подходит для драконьего силовика!

Говоря о Сауроне, он не стал бы пренебрегать такими доспехами. Так умерла надежда Виктора выглядеть, как сияющий рыцарь на коне.

Коса была бы особенно полезна против их врагов, потому что Визирь прекрасно знал, кто они такие. Враги, превращающиеся в глухую ночь в туман; любящие сбивать с толку, неожиданные атаки, направленные на максимизацию ужаса, и гипноз…

Вампиры.

Круассан был прав. Виктор действительно впустил их, пригласил этих змей действовать в пределах своих границ.

В Мурмурин пришли Ночные Клинки.

— Это склад Ночных Клинков, — сообщил своему хозяину со спины пылающего коня Человечек Виктор, когда отряд миньонов средь бела дня окружил каменный дом. — Где они прятали то, что контрабандой провезли в страну.

— Подумать только, что я избавил их от тягостных налогов, а они отплатили мне тем, что убили мою еду, — пожаловался Вайнкер.

Их волшебники и жрецы закончили осматривать дом снаружи, на случай, если обитатели устроили ловушку. Дракон принюхивался к воздуху — склад пропах пряностями, могильной землей и свежей кровью; это напомнило Вайнкеру скотобойню фермера.

Трупоторговец Жюль, как самый опытный в стране некромант, рассказал группе все о вампирах. — По словам Лорда Виктора, это алхимические вампиры, созданные с помощью эликсиров крови, а не чумы Красной Смерти. А это значит, что помимо сохранения своей уязвимости к солнечному свету, они лишены большинства стандартных слабостей вампира, имеют более высокие характеристики и обладают особыми способностями, такими, как превращение в кровь.

— Лавер могла ходить под солнцем, как и тот, с кем мы сражались в Зимних Королевствах, — сказал Человечек Виктор. — Мы должны исходить из того, что все они могут этому сопротивляться.

— А кто это? — Спросил Вайнкер, не помня имени.

— Предводитель Ночных Клинков.

Ох. Но это уже не имело значения. Королева крыс доставит ему не больше хлопот, чем любой другой представитель ее вида. — А вампиры горят? — Вайнкер задал очень важный вопрос.

— О да, — кивнул трупный Жюль. — Я верю, что у них даже есть уязвимость к Огню. Они получают от него тройной урон.

— Тогда, миньон, почему ты, чтобы описать проблему, использовал так много слов, когда решение так очевидно?

— Меня не беспокоит способность Вашего Величества убивать, — сказал Человечек Виктор. — У нас достаточно жрецов, чтобы дать им отпор, но я не думаю, что они настолько глупы, чтобы затевать с тобой драку. К сожалению, они, вероятно, держат Чарлин в качестве заложницы.

— Наши оборотни не смогли найти ее даже по ее запаху, — сказал Трупоторговец Жюль. — Что подразумевает магию.

— Никто не смеет есть моих миньонов человечков, — сказал Вайнкер. — За исключением меня, когда я нуждаюсь в срочном пайке.

— Забота Вашего Величества о моем роде, как всегда, согревает сердце, — сказал Человечек Виктор своим обычным странным тоном. — Может быть, вам удастся снять крышу с той грацией, которой вы славитесь?

Проверка интеллекта…

Удачно!

— Миньон, есть что-то очень странное в том, как ты сформулировал свое предложение.

Человечек Виктор замер на месте. — Ну и что с того?

— Ты сказал фразу, но, каким-то образом, твой тон подразумевал, что ты веришь в обратное, — объяснил Вайнкер. — Но это не ложь, потому что ты, на самом деле, не скрываешь своих намерений и никогда меня не обманешь. Это было так, как если бы я должен был угадать истинный смысл только по твоему голосу.

Его миньон молча смотрел на своего хозяина, его лицо было скрыто за новым шлемом.

— Но этого не может быть, потому что это означало бы, что ты находишь меня неуклюжим и любишь. Ты любишь меня больше всего на свете.

Его глава персонала ничего не ответил, что заставило его хозяина беспокоиться. — Миньон?

— Теперь Ваше Величество может понять сарказм, — наконец, заговорил Человечек Виктор, его тон стал бесстрастным и отстраненным. — Ваше Величество может понять сарказм.

— А что такое сарказм, какая-то магия? — Вайнкер поднял голову. — Я могу этому научиться?

— Это … это метод снятия стресса, который люди используют, когда чувствуют напряжение.

— Произнося утверждение, но подразумевая обратное, вы становитесь счастливее? — Вайнкер нахмурился. — Миньон, я очень беспокоюсь о твоем психическом здоровье. Тебе надо больше работать.

— Спасибо, это действительно помогает.

— Ты опять это сделал, — сказал Вайнкер. — Друг Виктор, тебе не следует напрягаться. Я буду тебя защищать и верну твоего устаревшего партнера по размножению.

Его миньон просто отвернулся.

Вайнкер лапой сорвал крышу склада, как он делал это с фермерскими амбарами, когда собирал продукты. Однако, на этот раз, он не нашел внутри никакого скота, достойного еды, ни даже врага, которого можно было бы убить.

На самом деле, он не нашел ничего, кроме пустых ящиков. — Паразиты уже ушли!

В ответ Рейнджеры Кобольды выломали дверь, и кобольды заполонили весь склад.

— Ваше Величество, Лорд Виктор! — Красный Рейнджер быстро выбежал из склада с бумагой в когтях. — Я нашел это в ящике!

— [Обнаружить Магическую Ловушку] — бросил Трупоторговец Жюль на бумагу. — Это безопасно.

Великий Визирь Вайнкера схватил свиток и прочел. — Отлично. Просто замечательно.

— Миньон, тебе надо обратиться к целителю, — сказал Вайнкер. — Или размножаться. Млекопитающие после размножения чувствуют себя счастливее, не так ли?

Его миньон вздохнул. — Позже, Ваше Величество. У них Чарлин, и они хотят встретиться со мной для обмена за пределами города, ночью. Я могу взять с собой двух телохранителей.

— О, хорошо, — сказал Вайнкер. — Я и моя армия — как раз два.

— Они очень настаивали, чтобы Ваше Величество не приезжали. Если они увидят вас в радиусе мили от этого места, то отменят сделку.

— Ты сказал — обмен? — уточнил Трупоторговец Жюль. — А кто им нужен?

— Что, — ответил Человечек Виктор. — Им нужна карта Мота.

— Странно. — Некромант сложил пальцы вместе. — А почему не бутылка? Они знают, что ты отправил ее обратно в Барсино?

— Я вижу только одну причину, по которой им понадобилась карта, — ответил Человечек Виктор, не вдаваясь в подробности.

— Это не имеет значения, я не отдам карту слугам Фурибона, который является злом и должен быть уничтожен, — ответил Вайнкер. — Как фамилия в списке.

— Ваше Величество, Фурибон не стоит за каждым заговором против вас, — сказал Человечек Виктор ерунду и добавил еще одну. — На самом деле, он сказал, что усвоил урок и оставил прошлое в прошлом.

— И ты ему поверил, миньон? — Прорычал Вайнкер, боль от потери его сокровища все еще остро отдавалась в его сердце. — Разве ты забыл, какие зверства творил Золотоубийца, скитаясь по свету? Тот, кто хочет пересечь эту черту, пересечет и любую другую, от лжи до коварства!

— Шеф, это явно ловушка! — Запротестовал Красный Рейнджер. — Они хотят схватить самого ценного миньона Его Величества и съесть его!

— Моя империя не уступит требованиям любителей лича и угонщиков скота человечков! — Взревел Вайнкер, и его миньоны издали в ответ боевой клич.

Человечек Виктор вздохнул. — У меня есть план.

— И БИИП!

Его крик отчаяния под безлунным ночным небом эхом разнесся по песчаным дюнам.

— Вик, что случилось? — Виктор в качестве своего первого телохранителя выбрал Эллисон, как самого высокоуровневого священника в "армии Мурмурина". Она сменила свою обычную одежду на военную - цветастый плащ и черный деревянный посох. К счастью, поскольку V&V в течение последних месяцев неуклонно продвигала границы пахотных земель в пустыню, ее способность передвигаться также возросла. — Ты уже несколько часов ругаешься.

— Теперь он понимает сарказм! — Сердито прорычал Виктор со спины своего Кошмарного Коня. В одной руке он держал реактивный гранатомет, а в другой - косу. Эллисон подумала, что он выглядит нелепо, но ему было все равно. — Мне нужен новый метод снятия стресса!

— Ты всегда можешь убить демонов, а потом их поджарить, — невозмутимо сказала Эллисон. — Для Шоколатин это творило чудеса.

— Ты хочешь сказать, что раньше ей было еще хуже?!

— Сэр, — прочистил горло другой его телохранитель, Жюль. — Если можете, пожалуйста, сохраняйте спокойствие.

— Да, тебе не нужно кричать, двуногий, — сказал третий голос.

Виктор нахмурился, прищурившись и глядя на источник этих слов.

А именно лошадь, на которой он ехал. — Ты можешь говорить?

— Ну да, могу, — ответила лошадь, судя по голосу, скорее всего, кобыла. — И судя по тому, что я слышала до сих пор, я, вероятно, умнее тебя.

— Не впечатлило, — фыркнул Виктор. — Мой предыдущий конь мог бы тебя съесть.

— Вик, ты разговариваешь со своей лошадью? — Спросила Эллисон, явно не слыша, что это существо хочет сказать. Виктор предположил, что он понял ее только потому, что его лошадь считалась монстром.

— Эй, я несу на спине крылатого плаксу дракона-млекопитающего. — Лошадь сердито посмотрела на своего всадника. — Ты умеешь летать, ленивая рептилия!

— Да, хреново быть тобой!

— Меня зовут Нуарсер, ты, куча лошадиного дерьма, — фыркнул зверь. — Поскольку я люблю умные разговоры, мы будем разговаривать не очень часто.

— Тогда просто поговори сам с собой. — Виктор глубоко вздохнул, не обращая внимания на пристальные взгляды Эллисон и Жюля. — Я вовсе не сумасшедший.

— Вик, я не могу поверить, что говорю это, — сказала его подруга-дриада. — Но ты должен больше трахаться.

Проверка навыка прошла успешно.

Виктор заметил силуэты, бесшумно двигающиеся за ближайшей дюной, их запах был скрыт ветром. — Они здесь, — предупредил Великий Визирь.

Его союзники немедленно начали накладывать защитные заклинания, а Виктор использовал новые баффы некромантии, которым он научился у Жюля. — [Защита от Нежити], [Дыхание Жизни], [Аура Страха].

Вы получаете +4 бонус против эффектов [Нежить].

+100 временных Очков Жизни

Шансы нанести [Террор] возросли на 20 процентов.

Через несколько секунд их окружила дюжина темных фигур в плащах. [Проницательность Монстра] Виктора определила, что большинство из них - вампиры. Двое из них заставили связанную и с кляпом во рту Чарлин двинуться вперед и остановиться на приличном расстоянии от противника.

Проверка харизмы отчасти удалась.

Люси Лавер может читать только поверхностные мысли.

Достаточно хорошо. Он ничего не сказал Эллисон, а упыри вроде Жюля были невосприимчивы к чтению мыслей, так что Ночные Клинки не должны были ничего узнать об их двух секретных оружиях. Тот факт, что они выбрали место недалеко от города, подразумевал, что они, возможно, намеревались отступить туда.

Виктор заметил среди убийц Сейворюз, которая помахала ему когтями. — О, привет, Вик!

— О, привет, Сев! — Виктор поприветствовал ее в ответ. — Что случилось?

— Я в порядке! Надеюсь, ты не злишься из-за моего внезапного, но неизбежного предательства?

— Э-э, это часть моей работы.

— Мне очень жаль, Вик. Ты - мой друг, но они знают, где живет моя семья.

— Мы все - большая счастливая семья, — сказала фигура в капюшоне, и Виктор узнал голос Люси Лавер. — Даже если некоторые из них превратились в паршивую овцу.

— Овец, — ответила Эллисон, и Виктор закатил глаза.

— Теперь я понимаю, как ты завладела Ночными Клинками, — сказал Лавер Великий Визирь. — Все высшие эшелоны стали твоим вампирским спавном.

— Очень милая сделка, согласись, — ответила она, пряча лицо. — Особенно после того, как мы разберемся с уязвимостью к солнцу.

— Кстати, Император Вайнкер официально отменил ваше приглашение на эти земли, — сказал Виктор.

— Далтон, мы же хищники. Разве лисе нужно разрешение кролика, чтобы на него охотиться?

— Неужели? — Эллисон нахмурилась. — Тогда к чему этот миф о вампирах, нуждающихся в приглашениях?

— Обычно потому, что они вежливы, — ответил Жюль.

— Мы пускаем людям кровь, чтобы выжить, но мы - не дикари, — сказал один из нежить-убийц. — Мы - нежить культуры.

— Да, это вы, живые, ничего теперь не уважаете! — пожаловался другой.

— Я удивлен, что ты явилась лично, — сказал Виктор Лавер. — Должно быть, есть очень веская причина, по которой ты рискнула встретиться с Вайнкером.

— У тебя есть то, что мне нужно, — подтвердила Люси, протягивая руку. — Дай мне карту Мота, и я освобожу твоего помощника.

— Боишься, что на ней твое имя? — Виктор насмехался над ней, и ее холодное молчание подтверждало его мысли, — Ты - Дестра, четвертый член партии. Так тебя звали, пока ты была жива. Я думал, ты сказала, что сражаться с драконами глупо?

— Да, и именно я убедила свою команду не будить Вайнкера и не трогать его сокровища, — подтвердила вампир, и ирония ситуации не ускользнула от Виктора. — Для меня это очень хорошо сработало. Бессмертие, знание, сила…

Это объясняло, почему она велела Сейворюз основать в Мурмурине отделение. Ей было наплевать на здешние места, но она хотела следить за Вайнкером на тот случай, если он решит ее выследить. Теперь, когда он выследил ее товарищей по команде, она начала действовать.

— Но ты не можешь быть хорошим криминальным гением, когда кто-то может найти тебя по этой карте, — предположила Эллисон.

— И я сомневаюсь, что фоморам понравилось, что ты им солгала, — добавил Виктор. Он вспомнил их последний разговор, когда вампир объяснила, что она может ходить под солнцем благодаря волшебным цветам. Гамелин, вероятно, поставлял их ей в обмен на ее услуги. — Ты должна знать, что находишься в безвыходной ситуации. Ты можешь быть могущественна, но кучка воров и наемников никогда не победит Вайнкера.

— Сражаться с драконами глупо, — ответила Люси. — Поэтому мы не будем. Нам было поручено разрушить эту хрупкую страну, и мы будем. Мы будем морить голодом ваших граждан, пугать торговцев, убивать ваших лидеров. Мы отступаем в тень слишком быстро, чтобы этот неуклюжий дракон успел нас поймать. Никто не будет чувствовать себя в безопасности. Ваша ужасная экономика и существующая напряженность сделают все остальное, разорвав это место на части.

Ах, она намеревалась атаковать их с помощью основных экономических принципов! — Этого не случится.

— Ты на проигрышной стороне, — сказала Люси. — Ты просто еще этого не знаешь. Поэтому я собираюсь сделать тебе и твоим друзьям однократное предложение: бросить дракона, вернуться в лоно гильдии или умереть.

— Уже решил, — ответил Виктор. — Мой ответ - нет.

— Нет, — добавила Эллисон, а Жюль вежливо покачал головой.

— Очень жаль, потому что я не верю во второй шанс. — Вампир пожала плечами. — Но сегодня нам не придется драться. Карта - против девушки.

Ну да, конечно.

Виктор сначала проверил Чарлин с помощью [Проницательность Монстра].

Человек-Тень

Двойник Обольститель (Фейри / Гуманоид)

Сильный против Фейри, Контроля Разума, Яда, Иллюзий, Паралича, Сна и Обнаружения Истины.

Слабость против Убийцы Людей, Холодного Железа и Серебра.

Фейри, работающая шпионом, убийцей, а иногда и актером. Мастер-лазутчик, способный менять форму, читать мысли и скрывать правду; очень зол, что ваш Перк [Проницательность Монстра] смог обнаружить его истинную природу, несмотря на все его естественные иммунитеты к магии гадания и перкам. Ты ранил ее чувства! Кроме того, это была ловушка.

Хорошо постарался.

— Этот твой перк так раздражает, — сказала Люси Лавер, и мгновенно произнесла заклинание. — [Ускоренный Ноктюрн].

Прежде, чем кто-либо успел отреагировать, она выпустила вокруг себя волну непроницаемой тьмы.

Местность временно изменена на [Темный Подземный Мир].

Ночные существа, демоны и нежить на поле имеют повышенную статистику, и их будет труднее обратить. Все не-ночные существа будут страдать от недуга [Слепота]. Монотипные, не-нежить существа будут анимированы как нежить, если их убьют на поле боя.

Его друзья мгновенно наложили заклинания, чтобы сформировать оборонительный периметр, а Виктор в это время направил свою ракетницу в общем направлении, где стояла Лавер. Ее заклинание полностью погрузило это место в густую темноту, не давая ему ничего увидеть, но он все равно нажал на курок. Его снаряд собирался во что-то врезаться, но взрыв поглотила темнота.

— Саммон ... — начал Виктор.

Эффект поля отменен.

Темнота рассеялась прежде, чем он смог закончить предложение. Миньоны оказались в пустыне, с небольшим кратером за компанию. Верные своему слову, Ночные Клинки, вместо того, чтобы сражаться, исчезли назад в тень.

Что ж.

Виктор будет держать свою дверь на ночь запертой.

Далеко-далеко к востоку от Гардемейна раскинулись земли Серики, Восточного Континента. Среди стран, борющихся за контроль над ним, мало кто мог соперничать с Нефритовой Империей.

Эта огромная, плодородная земля была известна своей культурой, военной мощью, богатством... и мудрым философом-драконом, дающим советы императорской семье. Иногда он даже предоставлял аудиторию посторонним, ищущим ответы и мудрость.

Стоя перед Золотыми воротами храма дракона, колдун размышлял над иронией ситуации. Он будет искать совета у дракона, как избежать тени другого.

После многочасового ожидания лысый монах в золотых одеждах явился о нем доложить. — Нефритовый Дракон, великий Сифу и гуру нашего возлюбленного императора, дарует тебе аудиенцию, — сказал человек. — Вы должны соблюдать протокол. Не оспаривайте логику Сифу, не подвергайте сомнению Сифу, не оскорбляйте Сифу.

Большая часть лица Фурибона была скрыта под капюшоном и иллюзиями. Нежить поклонилась в знак согласия, надеясь, что существо его не узнает. Нефритовая Империя, возможно, и находилась за полмира от Ишфании, но Вайнкер рассказывал свою унизительную историю всем, кто хотел его слушать.

Двери резко распахнулись, и нежить колдун поплыл за монахом.

Нефритовый Дракон приветствовал лича в большом зале, поддерживаемом золотыми колоннами, и еще двадцать монахов ему поклонились. Этот зверь сильно отличался от своего западного родственника, величественная змея с нефритовой чешуей, львиной гривой, оленьими рогами и ногами ящерицы. Существо удобно устроилось на огромной подушке, которую колдун мог бы назвать драконьей, вместо перьев она была наполнена золотыми монетами.

— Подойди, ученик, — сказала рептилия.

Нежить кивнула и склонилась перед существом. — О, великий Нефритовый Дракон. Слухи о твоей великой мудрости достигли даже моих ушей. Чтобы тебя найти, я много путешествовал.

— Ты - скелет, у тебя нет ушей, — не понял дракон сути вопроса. Лич вздрогнул, вспомнив о тупоумии Вайнкера. —Как тебя зовут, нежить?

— Ф ... — Фурибон остановил себя, прежде чем еще раз покончить с собой из-за дракона. — Флубби. — Это имя прозвучало неожиданно, и он сразу же его возненавидел.

Он провел слишком много времени с V&V.

— Костлявый Флубби, ты должен быть очень осторожен, представляя себя перед моим видом, — сказал Нефритовый Дракон. — Я слышал, что проклятый Золотоубийца Фурибон, самый злой лич, который когда-либо существовал, сейчас на свободе. Фейри сломали печать.

— Очень жаль, — солгал Фурибон.

— Большинство моих кузенов плохо реагируют на нежить, ищущую у них аудиенции, но я мудр и богат. Добро пожаловать в мое свободное, да, я говорю, свободное, введение в культивирование.

Монахи испустили пение, придавая дракону вид божественного учителя.

— В сто раз больше твоей силы, в сто раз больше твоей магии, в сто раз больше твоей жизни! — с жаром воскликнул Нефритовый Дракон. — Я, мастер Джейд, научу тебя моему тайному пути к совершенству культивирования! Таким образом, ты сможешь заработать больше мудрости, чем когда-либо мог себе представить!

Фурибон вежливо слушал, не говоря ни слова, как его и просили.

— Я был на твоем месте, упорно трудился, не получая того, что заслужил, — разглагольствовал дракон, явно больше заинтересованный в том, чтобы послушать себя, чем выслушать просьбу лича. — Но я вкладывал деньги в себя, в свои знания, пока не достиг власти, о которой вы, смертные, можете только мечтать! Кто здесь хочет культивировать бессмертие?

Это пахло какой-то аферой, хоть у Фурибона больше не было носа. И все же представивший его монах преклонил колени перед драконом в благоговейном страхе перед его представлением.

— Если твои мысли сдерживают тебя, тогда имей веру. — Дракон протянул свои крошечные ручки к золотым колоннам. — Потому что я богат! Ты тоже хочешь быть богатым и бессмертным?

— Я уже обрел бессмертие, — заметил лич.

— Нежить - это не настоящее бессмертие! Можешь ли ты теперь наслаждаться вкусом крупного рогатого скота? Теплом золота на твоей коже?

— Это правда, что у личдома есть ... слабости, — признал Фурибон потерю некоторых мясистых кусочков, прежде чем пройти процедуру. — Но я заключил с ними мир.

— Только потому, что у тебя мышление бедняги! — сурово раскритиковал его дракон. — Ты должен вкладывать деньги в себя! Обычно, я беру пятьдесят тысяч золотых монет за обучение своим секретным методам культивирования.

Если бы Фурибон не был уже мертв, его бы хватил удар. — “Это же обдираловка!” — он хотел, но не мог пожаловаться.

— Но сегодня, в виде исключения, я покажу тебе путь к просветлению за двадцать пять, да, двадцать пять тысяч золотых монет! — Это все равно было обдираловкой. — Неужели ты ожидаешь, что я, изобретатель культивирования, стану учить секретам высшей силы за что-то меньшее? Не так ли?

Фурибон внезапно понял, что различия между восточными и западными драконами были чисто косметическими. Этот ... этот кувшин со змеиным маслом советовал императорской семье? Как же эта нация до сих пор не развалилась?

Лич повернулся к монахам, которые шептались между собой о "возможности десяти жизней". Ясно, что он не получит от них никакой помощи. — О, великий дракон!-

— Супер Сифу Гуру Джейд, или ССГД, — ответил дракон. — С заглавными буквами для каждого. Я могу сказать разницу. Если вы хотите продвинуться по пути самосовершенствования, вам придется сначала научиться правильному этикету.

— Супер Сифу Гуру Джейд, — Фурибон с отвращением произносил каждое слово. — Я страдаю от болезни под названием [Стокгольмский Синдром], которая может поражать даже нежить. Несколько недель назад я начал свои поиски исцеления, посещая деревни, принося предметы для волшебников, пока цепочка обращений не привела меня к вашему порогу.

— Нет такой болезни, которую культивация не могла бы излечить тяжелым трудом, золотом и деньгами.

— Великий ССГД, я не заинтересован в культивировании. — Как нежить, он не получил бы ни одного из его преимуществ, если бы эта медитативная мумбо-юмбо была хотя бы реальной. — Я пришел к вам в поисках лекарства.

И только потому, что его собственные магические исследования не дали результатов.

— А когда ты получишь это лекарство, что ты будешь делать?

Ну что ж, Фурибон излечится от своей иррациональной привязанности к Виктору Далтону, и тогда...

И затем…

…

А что потом?

Ишфания пала, и он никогда и ни за что не будет работать с Вайнкером в какой бы то ни было форме. Фурибон твердо намеревался избегать дракона, пока тот не умрет от старости или от собственной жадности. Управление подземельем и создание монстров опротивели после столетнего наблюдения за замком Мурмурин. А еще у него не было никакого хобби.

Что будет делать лич после того, как вылечится? Он понятия не имел!

— Вот именно, тебе еще предстоит найти свою страсть, — сказал Нефритовый Дракон, чувствуя его сомнение. — Которую ты найдешь, если заплатишь за высшие уровни посвящения.

— Сначала о главном, — ответил Фурибон. — Моя страсть может подождать, пока мое здоровье не начнет улучшаться.

— Если ты хочешь вылечить свою болезнь, ты должен посвятить себя своему духовному росту, — сказал Нефритовый Дракон. — Сначала купи мой инициационный пакет или проваливай.

Фурибон вздохнул, но, как бы отчаянно он ни пытался освободиться от своего прошлого, он согласился. — Я привез дары для твоего дворца.

Дракон опустил голову, и монах, который представил ему Фурибона, что-то ему прошептал. — Хорошо, хорошо. — Зверь кивнул сам себе, и снова повернуться к личу. — Поздравляю вас с достижением вашего первого уровня культивации! В награду за вклад в меня я с радостью предоставлю тебе кратчайший путь к чудесному исцелению.

Лучше бы это того стоило. Могущественный он чародей или нет, но у Фурибона не было неограниченных средств.

— На северных равнинах того, что вы, смертные, называете новым миром, в землях орков, есть огромное летающее подземелье казино, управляемое могущественным вождем Маниту, — сказал Нефритовый Дракон. — Одним из призов, которые он предлагает на своих турнирах, является легендарный артефакт, Панацея, который может вылечить все болезни. Даже воображаемые.

Голова Фурибона приподнялась в счастливом удивлении. И тут он понял, что спустил свое богатство в унитаз!

Маниту? Панацея? Этих имен было достаточно, чтобы определить местоположение подземелья.

— Но тебе это не нужно, — ответил дракон. — Теперь, если ты хочешь получить истинный супер-секрет бессмертия и здоровья, тебе нужно подняться на более высокий уровень развития.

— Я остановлюсь на этом, — ответил Фурибон. — Благодарю вас за вашу мудрость.

— Вот почему ты останешься смертным и бедным, — освистал его Нефритовый Дракон, подражая своим монахам миньонам. — Если ты не можешь вкладывать в себя, если ты не прилагаешь усилий, чтобы стать истинным культиватором, тогда я ничего не могу для тебя сделать. Тебе уже ничем не поможешь.

Фурибон пожал плечами, извинился и телепортировался прочь.

Как оказалось, найти подземелье оказалось труднее, чем попасть внутрь. Редкость среди этих мест, хозяин открывал его ворота перед претендентами.

Для тех немногих, кто мог летать, конечно.

Это подземелье было самым роскошным местом, которое Фурибон когда-либо видел, и даже новый золотой город Вайнкера был посрамлен. Все стены и колонны были сделаны из резного мрамора, покрыты гобеленами, коврами и мозаикой; канделябры из драгоценных камней отбрасывали свет на игровые автоматы, рулетку и карточный стол.

Большинство обитателей подземелья были орками, но Фурибон узнал среди них великанов, эльфов, фейри, демонов и даже феникса. Большинство орков и демонов были персоналом, другие играли в игры; а присутствующие дьяволы казались личу знакомыми.

Приглядевшись внимательнее, нежить колдун понял, что большинство игровых автоматов, на самом деле, были стилизованными стальными големами, с руками и ногами; Големы Джекпота. Он думал, что эти мешки экспы вымерли, преследуемые до смерти авантюристами.

Лич также заметил знакомое лицо, выкрикивавшее приказы официанткам-суккубам. Величественная, похожая на насекомое, женщина, чья жуткая красота соответствовала ее безжалостности.

— Леди Мор? — Фурибон узнал в этом хрупком существе Изабель Мор, архидьявольскую мать своего покойного хозяина. — Вы живы?

— О, Фурибон, давно не виделись, — ответила демон, забавляясь его присутствием. — Как приятно видеть тебя без этой косы. А почему я должна быть мертва?

— Я слышал о твоей кончине, когда драконы штурмовали Хэппилэнд.

— Черт!!! ЧЕРТ! Я не согласна с этим позорным промыванием бренда! — Архидьявол успокоилась. — Моя корпорация после смерти моего сына обанкротилась, но я, спасаясь, сбежала. Беспорядок с Вайнкером Рыцареубийцей был фиаско от начала до конца.

Она помолчала.

— К счастью, я вложила деньги в другие побочные предприятия, такие, как это подземелье. И хотя мое влияние значительно уменьшено, я вернулась назад.

— А как же Король Мор? — С любопытством спросил Фурибон.

— Его бессильная душа вернулась в мой подвал, и ему приходится проводить время со мной. К сожалению, он скулит так сильно, что я задаюсь вопросом, не является ли это скрытым проклятием.

Фурибон пожал плечами. Хотя он и испытывал некоторую долю преданности своему старому хозяину, но даже он предпочел остаться на дне замка, чем терпеть его яркое присутствие.

Будучи при жизни пещерным троллем, Фурибон родился меньше и слабее большинства своих соплеменников, но зато умнее. В отличие от своих сородичей, которые боялись магии, как инструмента своих фоморских хозяев, будущий чародей был одержим силой, которую она могла ему дать. Его первые успехи, в конечном итоге, привлекли внимание Брэндона Мора, который предложил спонсировать его исследования по личдому.

Фурибон согласился на сделку и стал вторым в команде своего господина; в конце концов, бывший тролль прошел уровни в классе [Лич] и достиг респектабельного пятьдесят восьмого уровня.

Как хороший лич, он сделал все, чтобы обезопасить свою филактерию. Во-первых, вместо того чтобы выбрать что-то необычное или легендарный артефакт, он привязал свою душу к простой золотой монете, зная, что уничтожившие его авантюристы заберут его сокровище с собой. Затем он спрятал ее в Новом Свете, далеко-далеко от Континента Мистраль.

В общем, его не-жизнь сложилась хорошо... до самого главного фиаско.

— Говорю тебе, лич, однажды мы вернем себе рынок моего сына! — Архидьявол потрясла кулаком. — Я отомщу Инферкорпу и его представителю Виктору Далтону хитростью или силой! Для тебя найдется место рядом со мной, в великой корпоративной армии, которую я подниму против-

— Нет, спасибо, — оборвал ее Фурибон.

Архидьявол удивленно на него посмотрела. — Ты не хочешь отомстить?

— Я усвоил свой урок. — Даже без [Стокгольмского Синдрома], борьба с этим драконом и его напарником была просто глупой. Фурибон до сих пор уходил от кармического правосудия, избегая героев, и с Вайнкером он поступит так же. — Месть - это игра для слабаков, и я больше не буду в ловушке оружия.

— Трус! После всего, что мой сын для тебя сделал...

— Если вы хотите им противостоять, я вам только посочувствую, и если вы попытаетесь, не плачьте о том, что произошла катастрофа.

Изабель высокомерно фыркнула. — Если ты здесь не для того, чтобы присягать на верность, тогда чего же ты хочешь?

— Чтобы бросить вызов боссу подземелья.

— Маниту? Ты найдешь его за карточным столом. — Изабель Мор посмотрела в дальний край зала. — Моя дверь открыта, если ты передумаешь насчет Ишфании. Я могла бы воспользоваться твоим магическим опытом.

— Спасибо, — ответил лич, хотя его решение было высечено в камне. — Позволь мне в ответ дать совет относительно твоего положения.

— Сократить свои потери и спрятаться?

— Заключи сделку с Далтоном, — посоветовал Фурибон, вопреки здравому смыслу полюбивший несчастного человека. — Ты больше выиграешь, работая с ним, чем против него. Он... слаб сердцем, когда речь идет о красивых женщинах.

— Хм... я буду иметь это в виду.

Назовем это кармой.

Фурибон подошел к карточному столу, почти сразу же узнав Маниту: тучный, чудовищно высокий орк с клыками и смутными чертами лица, похожими на гоблинские. Зеленокожий монстр превосходил размерами своих конкурентов, бесстыдно выставляя напоказ свое богатство десятками ожерелий, колец, короной и другими кричащими аксессуарами.

— О, новый претендент, — сказал массивный орк, увидев приближающегося Фурибона. — Ты стоишь лицом к лицу с Маниту, Королем Игр!

Фурибон немедленно наложил на него [Усовершенствованное Магическое Сканирование], пытаясь собрать любую информацию, какую только мог.

Маниту

Очки Жизни.: 4600/4600

Специальные Очки: Бесконечные (Артефакт?)

Тип: Полу-Гоблин Орк Чемпион (Зверь / Гуманоид)

Слабый к: Убийца Людей, Убийца Зверей, Молнии, Игровой Зависимости.

Приблизительный уровень: Неизвестно.

Определены классы: Игрок, Профи Геймер, Картомант, Укротитель, Вождь, Неизвестный? Перки не могут быть идентифицированы; скрыты с помощью [Карточный Трюк].

Босс Небесного Казино, гибрид ботаника / уикбу, один из самых богатых монстров в мире; владеет огромной коллекцией магических предметов и мощных артефактов. Маниту одержим инопланетными играми из мира Земли, которые с помощью мощной магии делает реальными.

— Я пришел за Панацеей, — сказал Фурибон. — Отдай ее мне.

— Я не даю и не торгую, но могу поставить, — весело ответил повелитель орков. — Моя Панацея - бесценная вещь…

— У меня есть огромное количество магических предметов, чтобы тебе это компенсировать.

— Но ни один из них не может быть так бесценен для лича, как его филактерия, — орк немедленно обратил внимание на слабость нежити.

Фурибон не спешил снова становиться рабом, но решил выслушать это существо, прежде чем его убить. — В какой игре я должен тебя превзойти?

— В единственной игре, в которой стоит бороться ради своей души.

Орк щелкнул пальцами, и к нему тут же телепортировался демон-слуга с дипломатом. Существо открыло перед Фурибоном дипломат, показав его содержимое: колоды карт, изображающие монстров, людей и других существ.

— Человеческие детские карточные игры!

Фурибон с трудом подавил желание положить руку себе на череп. Типичный орк.

— Но только не какие-то там игры, — сказал босс, согнувшись пополам. — Земные игры, целых три штуки! Чтобы получить Панацею, тебе придется победить меня в играх Эволюция Монстров, Вступление в Магию и Египетский Поединок! И если ты проиграешь хотя бы один раз...

Избавление от его последней связи с этим драконом стоило почти любой цены.

— Я начинаю любую игру с активированным мощным артефактом "Сердце Карт", — сказал босс. — Что позволяет мне вытягивать из своей колоды любую карту, какую я пожелаю, вместо того чтобы тянуть их по порядку.

— Что?! — Фурибон поперхнулся. — Это жульничество!

— Я здесь главный, — ответил монстр. — Ты ожидал, что поединок будет честным?

Фурибон вдруг задался вопросом, зачем ему вообще понадобилось играть в эту игру, когда он мог просто взять нужное силой. С его магической мощью и бессмертием он мог бы в мгновение ока сокрушить этого орка!

*****

Нет.

Слишком часто, повинуясь импульсу, лич бросался в бой или совершал глупые поступки. Одним из них было превращение сокровищ дракона в свинец, а другим - противостояние Виктору, когда он вообще ничего не выигрывал.

Он должен был думать тактически. Одолеет или нет, но карта есть карта! Здравая стратегия всегда будет преобладать над мошенничеством!

— Я подумаю об этом, — ответил Фурибон. — Но я прошу время, чтобы изучить правила, и ресурсы, чтобы сначала создать мощные колоды карт.

— Я даю тебе три дня. — Орк ухмыльнулся. — Ты получишь доступ ко всей моей коллекции карт, кроме "Сердца Карт". Борьба может быть нечестной, но у тебя будет шанс победить. Есть ли у тебя на примете тема монстров?

— Драконы и Нежить.

И ловушки.

Много ловушек.

Три дня спустя, через четыре часа после начала отчаянной борьбы...

Вот оно, последнее сражение, и для него оно шло не очень хорошо.

Карточные Очки Фурибона: 600.

Карточные Очки Маниту: 2200.

Бойцы свирепо смотрели друг на друга, сидя по обеим сторонам стола, на поле были иллюзии миниатюрных монстров. Маниту сплавил из жидкой ртути мощную и почти непобедимую слизь, в то время как Фурибона защищал маленький дракон из костей. Слизь уничтожила его дважды, медленно истощая бар здоровья лича под бдительными взглядами зрителей, собравшихся вокруг стола.

— Ты хорошо сражался, лич, но твоя душа принадлежит мне, — злорадствовал Маниту, вытаскивая последнюю карту из своей колоды и начиная последнюю атаку. — [Металлическая Слизь], уничтожь его [Дракозомби] и истощи последние его очки!

Ртутная слизь закружилась вокруг зомби, готовая прикончить его... но оставаясь незащищенной для контратаки.

— Ты активировал мою ловушку! — Фурибон раскрыл свой тайный туз. — [Отравление Свинцом]! Все металлические монстры на поле будут уничтожены!

Ртутная слизь, не успев проглотить его дракона, начала превращаться в свинец.

— Это невозможно, — запаниковал Маниту. — Моя [Металлическая Слизь] мешала тебе установить хоть какую-нибудь ловушку!

— Но, уничтожив моего [Лорда Косы] три оборота назад, ты активировал его особую способность. Я могу использовать любую ловушку в любом из наших карточных склепов!

— То есть ... стоп! — Маниту заглянул в груду выброшенных карт и обнаружил среди них чудовище [Лорд Косы]. — Сначала я проверю эффект!

Орку потребовалось пять минут, чтобы прочитать огромную стену текста, детализирующего способности карты, в течение которых игра застопорилась до скучного ползания. Фурибон пел про себя, ожидая своей неизбежной победы.

— У тебя не могло получиться, — сказал Босс. — Я пропустил ту линию между двадцатым и двадцать первым!

— Я так и знал, что ты это сделаешь. А теперь твое время истекло.

— Но я еще могу изменить этот момент! — ответил орк, яростно глядя на свою руку, — Я могу найти решение…

— Ты - дурак, как и вся эта дуэль, ты использовал блестящие стратегии, но ни одна из них не сработала бы, если бы ты не вытащил ту единственную карту, которая тебе нужна, — злорадствовал Фурибон, — но, так как ты поставил на свой ход ловушку, у тебя не будет шанса вытащить ни одной волшебной карты.

— Но когда же ты- — выдохнул Маниту. — Подожди... тогда... тогда, на первом повороте ... это была та самая карта, которую ты выбросил?! Ты все это спланировал заранее?!

Да. Да, так оно и было.

Его магия закончила свою добрую работу, уничтожив эту адскую слизь и оставив Маниту беззащитным. — Теперь, когда твоя [Металлическая Слизь] уничтожена, я атакую тебя прямо своим [Дракозомби]. — Фурибон ткнул пальцем в сторону Маниту, а затем объявил с безграничной радостью: — Это - конец!

Иллюзорный дракон открыл пасть и закончил поединок, взорвав босса казино крошечным взрывом фиолетового огня.

Карточные Очки Маниту: 0.

Когда иллюзорное чудовище исчезло, Фурибон издал блаженный смешок.

Поздравляю!

Победив Маниту с помощью разумного использования уничтоженных существ, вернувшись из мертвых в середине дуэли и разработав новую стратегию блокировки нежити, вы заработали два уровня в [Личе]! Вы заработали Классовый Перк [Корона Нежити]!

+120 Очки Жизни, +40 Специальные Очки, +4 Жизнестойкость, +1 Ловкость, +1 Интеллект!

[Корона Нежити]: Немедленно [Захватывает] другую нежить и наносит [Ужас] другим типам, с успешной проверкой Харизмы.

Прошло так много времени с тех пор, как Фурибон повышал уровень, что он почти забыл, как это удивительно.

— Впечатляет, — сказал Маниту с неподдельным изумлением. Зрители начали аплодировать в знак уважения к их выступлению. — Сначала твой маневр в середине игры, теперь это... теперь ты будешь известен в игровом мире как Фурибон Контратаки.

— Ты хорошо сражался, — ответил лич, последняя битва была очень опасной. — Признаюсь, мне понравилось играть в эти игры.

— Сделка есть сделка, — орк щелкнул пальцами, и демон-дворецкий вручил Фурибону странную, великолепную золотую чашу, полную странной пурпурной жидкости... и [Герб].

Тем не менее, этот Герб отличался от того, который лич использовал, чтобы прорваться через уровень 30. Этот, казалось, был сделан не из золота, а из сплошного разноцветного света, похожего на слипшуюся радугу. — Это ... — Фурибон замолчал, удивленный увиденным.

— Это [Героический Герб], необходимый для того, чтобы пробить потолок в шестьдесят уровней, — подтвердил Маниту. — Возьми его.

— Я... я не могу. — Эти особые гербы были настолько редки и труднодоступны, что даже сам Брэндон Мор никогда не мог их получить. И все же этот монстр так небрежно выдал один из них. — Это уже слишком.

— Прошло очень много времени с тех пор, как я вкушал поражение, — сказал Маниту. — Я слишком уверился в силе Сердца Карт над удачей... тогда как карточные игры - это все о напряжении, риске, интеллекте! Твоя стратегия блокировки нежити была блестящей, и возродила мою любовь к спорту!

Возродила его любовь…

Битва тоже пробудила что-то в сердце лича. Впервые за многие десятилетия он по-настоящему веселился. Путешествуя по миру в поисках легендарного артефакта, открывая новые места, ставя на карту свою не-жизнь... Фурибон не хотел признавать этого, но время, проведенное в косе Виктора, дало ему новое понимание образа жизни авантюриста.

…

Вот и все.

Вот чего ему все это время не хватало.

Лич схватил чашу и, не имея горла, выплеснул жидкость себе на череп.

Вы излечились от следующих недугов: [Стокгольмский Синдром], [Кризис Среднего Возраста] и [Сезонная Депрессия]!

К большому удивлению Фурибона, чаша словно по волшебству наполнилась сама собой. Поистине, артефакт, достойный своей репутации. Наконец-то, он освободился от последней цепи, удерживающей его на пути к Ишфании. Теперь у лича впереди была новая неживая жизнь.

Он знал, что должен сделать.

*****

— Следующий!

Голова Фурибона поднялась, и он предстал перед деревянным столом. Секретарша гильдии авантюристов Барина, миниатюрная загорелая женщина, приветствовала его улыбкой. Это была приятная перемена по сравнению с ужасными взглядами, которые постоянно посылали ему остальные сотрудники.

— Я хотел бы зарегистрироваться в качестве авантюриста, — сказал Фурибон.

— Я так и подумала, — прощебетала она. — Хотя раньше у нас никогда не было разумного скелета.

— Тролль лич. — К его изумлению, она даже не моргнула. — И вас это не удивляет?

— О, вы знаете, у нас были драконы, вампиры, орки, слизняки... я должна предупредить вас, что новички заполонили рынок. Найти работу в качестве авантюриста в наше время труднее, чем когда-либо.

— Я знаю, но мне нравится этот вызов. Я хотел бы подписать контракт с разведывательным флотом, о котором слышал.

— Хорошо. — Не сбиваясь с ритма, она протянула ему стопку документов и знак авантюриста. — Пожалуйста, заполните вашу анкету, возьмите свой знак и добро пожаловать в семью авантюристов.

Лич взглянул на знак и на металл, из которого он был выкован.

Свинец.

Должно быть, это был свинец. — У меня уровень шестьдесят, — заметил Фурибон. — Разве я не должен перейти к золоту?

— Шесть, шестьдесят, без разницы, — ответила секретарша с дерзкой улыбкой. — Здесь все начинают со свинца!

…

Назовите это Кармой.

— Они сбежали.

Вайнкер сердито посмотрел на своего главу персонала. — Что ты подразумеваешь под "сбежали"? Еда не может убежать!

Человечек Виктор смущенно вздохнул, увидев, что более дюжины монстров жрецов подражали Вайнкеру. Все они стояли перед храмом Мурмурина, который был захвачен солдатами-упырями. — Лавер появилась в другом месте на карте. Должно быть, когда мы пришли, она телепортировалась.

— Так ты зря прервал наши утренние ритуалы?! — пожаловалась жрица Шеши.

— Ты смеешь задавать вопросы нашему пророку, тому, кто поведет избранный народ в Землю Обетованную? — ответил жрец Лунного Человека. — Не вынуждайте нас начинать религиозную войну! На нашей стороне - Старые!

— Все, успокойтесь, — попытался успокоить своих разгневанных миньонов Человечек Виктор, а Вайнкер отобрал у него карту, чтобы самому продолжить охоту.

Двумя неудачными операциями позже.

— Го, го, го! — Приказал Синий Рейнджер, и элитная группа кобольдов заполонила Нижний Маркет, арестовывая клиентов и проверяя их серебром, чтобы идентифицировать любых двойников. Сам же Вайнкер в поисках вампиров заглядывал в окна.

После целого часа штурма здания и обысков каждого этажа, Вайнкер остался ни с чем. Синий Рейнджер сморщился от досады. —Это полный провал, Ваше Величество...

Вайнкер сделал длинный, глубокий вдох, а затем от расстройства зарычал.

Потом еще пять полицейских операций.

— Откройте двери амбара! — Крикнула Розовый Рейнджер. — Руки за спину! Вы окружены!

Вайнкер раздраженно вздрогнул, увидев, что амбар окружен сорока кобольдами, вооруженными ружьями карликового производства, которые стреляли чесночными дольками. У дракона уже начинало складываться впечатление дежавю.

— Ваше Величество, их молчание говорит о многом, — сказал Красный Рейнджер, организатор операции.

— Конечно, потому что они боятся! — Дракон потерял терпение и двинулся к сараю, в ярком свете дня его крылья отбрасывали огромную тень. Он сорвал крышу сарая и заглянул внутрь.

В отличие от склада, захватчики оставили следы: забитые свиньи, невинный скот, которому они перерезали глотки, и лишенные перьев куры. У каждого из них была выпита кровь, так что любой мог видеть, кто это сделал и как.

Эти дикари испортили ему еду!

— Опять пусто! — пожаловался Вайнкер. — МИНЬОН! МИНЬОН!

Его слуга телепортировался внутрь амбара, и его железные сапоги тут же пропитались свиной кровью. — Полагаю, Его Величество и на этот раз не поймал их, — сказал глава персонала, оглядывая сарай. — Нам придется отправить их в храм для очищения, прежде чем они поднимутся сегодня вечером. Коровьи вампиры - самые худшие...

— Миньон, ты же сказал, что карта показывает ее местонахождение! И все же бессчетное количество раз на этой неделе я открывал дом, и не находил в нем вампира! Я начинаю выглядеть нелепо перед своими собственными войсками!

— Мы никогда не будем сомневаться в Его Величестве! — Розовый Рейнджер поспешно его успокоила.

— Я знаю, — ответил Вайнкер, гордясь преданностью своих слуг. — Это для моего же блага.

— Я думаю, в этом есть определенный смысл, — ответил Человечек Виктор, такой же раздраженный, как и его хозяин. — Она знает, что мы можем ее выследить, и поэтому уходит всякий раз, когда мы приближаемся. Она играет с нами в психологическую войну.

Это бесконечно раздражало Вайнкера. Как он мог убить врага, который отказывался покончить с собой от его руки? Как комары!

Хуже того, эти насекомые продолжали создавать проблемы. Они забивали и портили его скот своими болезнями, дважды ночью пытались поджечь город и даже устроили обвал, чтобы перекрыть главные дороги через горы. Его миньоны начнут испытывать недостаток в пище, а его лакеи, как и он сам, уже устали от этой бесплодной охоты.

— По крайней мере, теперь мы знаем, что у них есть двойники, и, возможно, это они выдали себя за Миэль, поэтому мне удалось разрядить ситуацию между Небесами и Хэппилэнд, — сказал Человечек Виктор, занимаясь последние несколько дней этим вопросом. — Пока что. К сожалению, культ Шеши, Агартанцы и другие гости подталкивают нас к поиску решения. Из-за нашего экономического кризиса и этих атак Мурмурин больше не выглядит, как безопасная инвестиция. Они даже поощряли меня идти на компромисс.

— Никогда! — Прорычал Вайнкер, и от его голоса затряслась земля, а его миньоны задрожали. — Я никому ничего не отдам, и уж, тем более, любительнице фейри, которая запятнала мою репутацию! Я не дам ей ничего, кроме огня! Как этому сараю!

Понимая, что его хозяин хочет дать волю своему едва сдерживаемому разочарованию, Человечек Виктор немедленно покинул сарай, пулей вылетев наружу; в ту же секунду с ревом ярости Вайнкер его поджег, поджаривая заодно и мертвых коров.

— Я сомневаюсь, что Лавер остановится, даже если мы отдадим ей карту, — сказал Человечек Виктор, а другие миньоны тряслись от страха, напуганные проявлением ярости Вайнкера. — К несчастью, она - могущественная колдунья, и она разрушает любую защиту, которую пытаются создать Жюль и Эллисон.

Еще одна ведьма причиняет ему неприятности? — Миньон, забудь о том, чтобы стать волшебником, — сказал дракон, успокоившись, — Я должен стать охотником на ведьм и вампиров. Принеси мне еще чеснока.

— Ваше Величество, не могли бы мы притормозить на этом фронте? Я чувствую его повсюду, и мы истощаем наши запасы, а Жюль сказал, что он не работает против этой породы вампиров.

Если говорить о запахах, Вайнкер заметил до отвращения знакомый запах еще до того, как увидел на земле ее крылатую тень. Как будто вампиры уже недостаточно его раздражали. — Она вернулась, — прошипел он, глядя в небо.

Его миньон тоже посмотрел вверх, заметив прямо над ними всадника на грифоне.

— Вайнкер, — вежливо кивнула Рыцарь Киа дракону. — Давно не виделись?

— Недостаточно долго, — ответил Вайнкер, разочарованный тем, что снова видит это жалкое подобие миньона. Розовый Рейнджер освистывала рыцаря, пока Красный не заставил ее замолчать.

— Эй, Киа! — его глава персонала помахал ей рукой. — Что случилось?

— Миньон, она не подходит для размножения, — прошептал ему Вайнкер. Он не мог позволить ей влиять на его любимого главу персонала, как это было с его племянницей. — Держи свои яйца для лучшей породы.

— Вик? Вик, это ты в доспехах? — Паладин, наконец, благодаря его крыльям узнала Человечка Виктора. — А что это за новый образ? Ты играешь в косплей, как Саурон?

— Я решил обновить свой эквип после того, как пережил рейд авантюристов.

— А, деревенщина и с тобой пыталась затеять драку? — спросила их паладин, приземляясь со своим грифоном рядом с главой персонала Вайнкера. — Небольшая армия жутких и хорошо вооруженных бандитов с пистолетами на обратном пути пыталась убить мою прекрасную Джоли. Они продолжали кричать "мы заберем твои драгоценности", пока я от них отбивалась. Это было неожиданно, но весело.

— Твоя Джоли? — Из ноздрей Вайнкера повалил дым. Он так и знал, что она будет плохо влиять на его плоть и кровь. — Разве моя племянница теперь принадлежит тебе, а не наоборот? Ты забываешь свой путь, миньон!

— Как ты узнала, где нас искать? — Спросил Человечек Виктор.

Рыцарь Киа указала пальцем на горящий амбар и поднимающийся от него столб дыма. Глава персонала ответил пожатием плеч.

— А где же Джоли? — спросил дракон, его забота о своей плоти и крови была сильнее, чем презрение к ее неудачному выбору миньона. — В безопасности?

— О да, она вернулась в Маурию, чтобы разобраться со своими новыми миньонами. С ней все в порядке.

Хорошо. Вайнкер никогда не простит рыцарю Киа, если она бросит свою госпожу.

— Я бы больше беспокоился о нас, Ваше Величество, — сказал Человечек Виктор. — Киа, ты вернулась в нужное время. Нас атакуют вампиры.

— Неужели? Отлично! Я люблю вампиров! — Воин закашлялась, когда Вайнкер пристально на нее посмотрел. — Я имею в виду, что мне нравится их уничтожать.

— Я тоже, — согласился дракон. — Но они отказываются сражаться со мной честно!

— Потому что они знают, что Его Величество их убьет, — констатировал очевидное Человечек Виктор.

— Вот именно! Это как если бы они после смерти потеряли свой страх жить!

— С вампирами очень трудно иметь дело, — сказала Рыцарь Киа. — Но я знаю, как с ними обращаться.

— Ну конечно, — сказал Человечек Виктор. Вайнкер сердито на него глянул, не желая потакать ее чрезмерному самолюбию, но было уже слишком поздно.

— Вик, без всякого хвастовства, я - самый опытный авантюрист в Гардмейне, и я убивала почти всех существ, населяющих Аутремонд, по крайней мере один раз. Включая все виды вампиров. Ты можешь рассказать мне, что произошло? Какая у вас есть о них информация?

Человечек Виктор подробно описал ей великую борьбу с этим паразитом, паладин, слушая, регулярно кивала. — Значит, Лавер - алхимический вампир... — Рыцарь Киа замолчала. — Я знала, что с этой женщиной что-то не так; я скажу Кевину, что его ученица в сговоре с фоморами.

— Кевину? — Человечек Виктор нахмурился, Киа в ответ пожала плечами. — Если она объявила открытую войну, то должна быть готова отказаться от своей гражданской идентичности. Она, вероятно, считает, что где-нибудь в другом месте, пока мы ее не выследим, может начать все сначала.

— Судя по тому, что ты мне рассказал, она, вероятно, прародительница своей вампирской линии и, скорее всего, [Схоломант].

— СхолоЧТО? — спросил Вайнкер.

— Студент из Схоломанса, тайного подземелья и школы черной магии в ночных землях. Почти каждого алхимического вампира, с которым я сталкивалась, можно было проследить до этого места. Их выпускники обычно владеют мощной темной магией, некромантическими способностями, могут управлять погодой и вызывать могущественных монстров. Выпускники также должны создать мощную книгу заклинаний, [Гримуар Соломонари], которая служит малым артефактом с уникальными способностями.

—Ты говоришь так, словно с одним из них сражалась, — заметил Виктор.

— Так и есть, и он был очень крут. — Она произнесла это с нежностью, явно наслаждаясь идеей убить еще одного достойного врага. — Послушай, вампиры не похожи на личей. Они должны питаться, а следовательно, и отдыхать в своих гробах. Даже если эти люди могут ходить под солнцем, это все равно, что не спать. Они не могут продолжать это вечно.

— Чтобы продлить это время, они могут использовать эликсиры и предварительно обработанные зелья крови, — предположил Человечек Виктор. — Но, в конце концов, этого будет недостаточно.

— Значит, в какой-то момент наша добыча остановится, чтобы впасть в спячку, и тогда мы ее поймаем. — Вайнкер наслаждался этой мыслью.

— К сожалению, у могущественных вампиров всегда есть Ренфилды, для их защиты или перевозки их гробов, пока они спят. — Рыцарь Киа усмехнулась всеобщему замешательству. — Это термин, которым охотники на вампиров называют смертных слуг, наряду с "Белла" фанатов. У них также есть более сильные кузены, называемые "Игоры", но они обычно служат личам или сумасшедшим ученым.

— Глава персонала, — сказал Вайнкер, с презрением глядя на человека, который пренебрег правильным термином.

— Самый простой способ иметь дело с вампирами - это, как правило, настроить против них их Ренфилдов, поскольку их Беллы остаются неизменно лояльными; даже если они поначалу колеблются. Беллы одержимы своими хозяевами, но Ренфилды обычно движимы страхом или жаждой власти. Если они видят лучшую альтернативу, чем их нынешний хозяин, они ею воспользуются.

— Так сделай же их миньонов моими и съешь тех, кто не годится в рекруты. — кивнул Вайнкер.

— Это наводит меня на некоторые мысли, — сказал Человечек Виктор. — Но это может занять некоторое время.

— В качестве альтернативных убежищ они могут использовать другие склепы и гробницы, — продолжила рыцарь Киа. — Ты уже проверил ваше кладбище?

— У нас, э-э, его нет, — сказал Человечек Виктор.

Рыцарь Киа нахмурилась. — У вас нет кладбища?

— Ну, каждый, кто в Мурмурине умирает, обычно возрождается, как нежить, или превращается в удобрение.

— Или я его съедаю, — сказал Вайнкер.

— И это тоже.

— У Его Величества ничего не пропадает зря! — Чирикнул Красный Рейнджер. — Мы все перерабатываем!

— Да, мы - самое экологичное правительство на Аутремонде, — с сарказмом сказал Человечек Виктор, и Вайнкер сразу забеспокоился. Очевидно, присутствие Рыцаря Киа беспокоило его так же сильно, как и его хозяина.

— Тогда либо они перевозли свои гробы и перемещали, либо вы пропустили где-то поблизости склеп или подземелье. Учитывая их количество, я нахожу эту часть более вероятной.

— После набега на Пирамиду Саблара я закрыл в замке все туннели и потайные ходы, — сказал Человечек Виктор. — Это такая военная хитрость.

— Молодец, миньон, — похвалил его Вайнкер, радуясь, что теперь он может отличить пирамиды от башен. — Фурибон не вернет замок хитростью, и мое золото останется в безопасности.

— Тогда они, вероятно, под городом, — продолжил глава персонала. — Наличие Врат Ада предполагает, что темные силы действовали в этом регионе еще до того, как его захватил Фурибон. Жаль, что он сбежал, мы могли бы его спросить…

— И это твоя вина, миньон.

— Ваше Величество, в поисках катакомб мы обыщем весь город, — предложил Красный Рейнджер.

— Хорошая мысль, миньон, — сказал дракон и кивнул. — Пока мы не найдем их гнездо, я вернусь к своим тренировкам и буду готовиться их сокрушить.

— У вас уже есть уровни в [Охотнике на Ведьм] Вайнкера, — сказала Рыцарь Киа. — Поэтому, продвижение его в [Охотник на Вампиров] должно быть детской игрой. Я могла бы обучить вас, если бы были подходящие инструменты-

— Подожди, — прервал ее Человечек Виктор. — А ты могла бы обучить охоте на вампиров целые группы?

— Если они соответствуют критериям статистики, то да, конечно. Однако, нам понадобятся правильные инструменты. Я понятия не имею, почему, но, чтобы получить Класс [Охотник на Вампиров], необходимы хлысты и кресты.

Хлыст.

Вайнкер уже представлял себе это. Идеальное оружие для борьбы с самыми раздражающими существами в мире: вампирами и бастующими миньонами. Гораздо лучше, чем проклятый топор, который раздражал его в Хадмере.

— Я подумал, что нужно обучить наших миньонов новым классам, — объяснил Друг Виктор. — Поскольку мой Перк [Проницательность Монстра] может идентифицировать их лазутчиков, я подумал, что должен попытаться повысить [Оруженосец Монстра], и если ты можешь внести свой вклад, тем лучше.

— Ты научишь нас стать такими же, похожими на дракона, как ты, шеф? — Глаза Красного расширились от зависти.

— Научить Кобольдов, как стать Охотниками на Вампиров? — Эта идея, похоже, развлекла Рыцаря Киа. — А оно вообще сработает?

— Стоит попробовать, — ответил глава персонала Вайнкера. — Возможно, Вайнкер и не достигнет нового уровня в этом классе, но изучение его навыков поможет.

— Все V&V против этой новой угрозы должны быть в отличной форме, — заявил дракон. — Я буду подавать вам пример. Рыцарь Киа, чтобы доказать, что вы достойны моей племянницы, я позволю вам служить мне в этом качестве.

— Значит... вы хотите, чтобы я вас научила, но просто не хотите это сказать?

— Ты должна учить, чтобы служить мне, — пояснил Вайнкер и повернулся к своему самому дорогому лакею. — И ты тоже, Человечек Виктор. С тех пор, как мы сражались с Фурибоном, тебе предстоит узнать больше Перков Монстров.

— Но это связано с тем, что я сначала должен пережить атаку, а это больно!

— Миньон, разве ты уже не вкусил смерти? Чего тебе бояться? Я тоже страдал от боли, когда Фурибон убил мой клад, или когда Джоли позволила этой... — Вайнкер взглянул на Киа, и его голос замер в горле при виде этого жалкого подобия миньона. — Когда она сделала то, о чем мы не будем говорить в присутствии моих других миньонов. Но посмотри на меня! Я остался таким же удивительным, как и всегда!

Проверка харизмы прошла успешно!

— М-м-м... если так сформулировать ... но я не знаю...

Ваш Миньон видит мудрость ваших слов, но остается неуверенным. Вы убедите его с помощью:

А) Сказать ему, что он станет более могущественным.

Б) Напомнить ему, что страдание за вас - это величайшее удовольствие, которое может испытать миньон.

В) Убедить его, что, если он будет тренироваться, у него будет больше возможностей размножаться.

Понятно, лучше использовать все вышеперечисленное! — Миньон, становясь более могущественным, ты не только привыкнешь к боли и научишься наслаждаться ею ради меня, но и станешь более желанным партнером по размножению!

— Это правда, что высокий уровень и слава улучшают вашу личную жизнь, но это очень быстро становится утомительным, — сказала Рыцарь Киа.

— Неужели? — Спросил Человечек Виктор.

Проверка харизмы прошла успешно!

— Мы живем в деревне, полной монстров... — Вайнкер промолчал, позволив Человечку Виктору самому произнести эти слова. — И поскольку становится все труднее повышать уровень, мы должны изучить наши существующие способности... Для битвы. Для битвы!

— Мы с радостью научим тебя нашим атакам, шеф, — сказала Розовый Рейнджер. — Тогда вы сможете показать нам, как сделать их лучше!

— Ты можешь изучать Перки монстров? — Рыцарь Киа присвистнула. — Мило! А как много?

— Не знаю, я никогда не пытался довести эту способность до логической крайности.

— Ты - мой глава персонала, — подбодрил его Вайнкер, — ты можешь делать все, что угодно.

— Я знаю, что буду сожалеть о своих словах, но может ли Ваше Величество... — Человечек Виктор изо всех сил пытался выплюнуть свое требование. — Почти убить меня?

…

…

…

Ах. Наконец.

Тогда самое время обучить его мастерскому искусству огнедышания!

— Больше ничего не говори, миньон. — Вайнкер глубоко вдохнул и задержал дыхание. — Мы начнем с самой простой техники: болотного огненного шара.

— Погодите, погодите, Ваше Величество, я не имел в виду прямо сейчас-

Слишком поздно.

Вайнкер выпустил на своего миньона самый слабый огненный шар, создав при этом небольшой кратер.

— Попал? — Спросил его Младший, его голубая желеобразная протеже покоилась на приманке-мече.

— Одним из твоих естественных Перков, — объяснил Виктор, отдыхая в холле своего поместья в кресле рядом с камином. Он держал по обеим сторонам свою новую косу и базуку. — Ничего слишком болезненного, после того, как я подготовлюсь мысленно-

Голубое желе кивало на каждое его слово.

А потом оно прыгнуло и ударило его в глаз сквозь щели шлема!

Виктор издал вопль удивления и боли, а существо отскочило от его лица и снова приземлилось на спину Младшего.

[Регенерация Троллей] активирована! Вы получили Статус [Реген].

Поздравляю! Вы выучили Личный Перк [Слизь-Слэм]!

[Слизь-Слэм]: Техника. Вы можете прыгнуть на расстояние в десять раз больше своего размера и атаковать противника, нанося слабый физический урон.

— Больно? — спросил Младший, звуча обеспокоенно. Со временем мимик стал почти так же предан своему источнику пищи, как кошка.

— На что это похоже, черт возьми!? — Ответил Виктор, хотя его глаз благодаря регенерации уже восстановился.

Вы восстановили все свои Очки Жизни.

Одной рукой он погладил Младшего по спине, мимик замурлыкал в ответ. Виктор посмотрел в окно, где солнце медленно исчезало за горами. Скоро наступит ночь — самое подходящее время для новой атаки.

Его жрецы установили вокруг особняка защиту, чтобы предотвратить проникновение новой нежити — кроме персонала и некоторых членов Рапторов Рейнджеров. Хотя Лавер могла ее отключить, но в этом случае, включится сигнализацию. Культ Лунного Человека взял на себя обязанность защищать его дом и сформировал грозную защиту.

Наконец-то, у него была целая армия культистов, достойных его жуткого особняка.

Если говорить об армиях, то Киа выбрала это время и с компанией вошла в зал.

— Тадаа! — сказала Паладин и представила ему новых улучшенных рейнджеров рапторов; каждый из которых теперь носил легкие, сделанные гномами доспехи, мечи и хлысты. — А вот и твой новый отряд Охотников на Вампиров!

— Только мертвые могут знать истинную силу смееееерти, — сказал Желтый своим гортанным голосом.

— С уровнем [Оруженосец Монстра], полученным от шефа, мы, наконец, нашли нашу току-тему, — радостно сказал Красный. — Вампирские Рыцари!

— Рыцари Вайнкера! — Розовая добавила в глаза слезы радости.

— Хорошо, но дай мне секунду, — сказал Виктор, он поднялся со стула и использовал на Киа [Проницательность Монстра].

Киа Бекеле

Благословенный Ангелом Человек (Гуманоид/Ангел)

Слабый против: алкоголя, депрессии, скуки.

Сильный против: все остальное (эпический уровень, еще бы!).

Самая опасная игра в мире, двуногий хищник из чужого, неумолимого мира Земли. То, чего не хватает этому грозному млекопитающему в силе, оно с лихвой компенсирует дьявольским умом, безжалостностью и числом; а его тело состоит из углерода. Углерода! Как бриллианты!

Предоставленные самим себе, эти кровожадные приматы могут силой науки покорять целые миры, опустошать экосистемы и убивать все, что попадается им на пути. Не вы БИИП их, а они БИИП вас. А потом они делают из вашей кожи кошельки!

Короче говоря, это человеческая женщина. Кроме того, благословенная ангелом.

Никаких Двойников. Хорошо. Он проверил каждого члена Рейнджеров Кобольдов и вздохнул с облегчением.

— Погоди, ты что, только что применил на нас свой сканирующий Перк? — Сказала Киа, уперев бронированные руки в бока. — Это же расовая дискриминация!

— Ты сама сделала это в нашу первую встречу! — Пожаловался в ответ Виктор. — У Ночных Клинков есть двойники, они могли подсунуть вам убийц.

— Я перестала сканировать людей по карме после того, как ты указал на его последствия, — ответила Киа. — И у меня есть Перк [Глаз Митры]. Хотя он не обнаруживает никаких физических изменений, с его помощью я могу видеть сквозь невидимость и иллюзии. Как вон ту невидимую летучую мышь в этой комнате.

Когда она произнесла эти слова, Виктор услышал в углу комнаты какой-то звук. Киа направила в угол палец и выпустила из него маленький кинжал света, который пронзил невидимое существо и пригвоздил его к стене. Визирь с изумлением наблюдал, как перед его глазами материализовалась чудовищная летучая мышь, пронзенная, словно охотничий трофей.

— Как долго она пробыла в этой комнате? — спросил он, а Младший зарычал на зверя.

— Слишком долго, — ответила Киа. — Это Вампир Фамильяр. Само по себе ничего, но почти везде может проскользнуть.

Тот факт, что Ночные Клинки подсунули в его дом шпиона, не удивил Виктора, но определенно встревожил. — Было бы здорово, если бы потом ты проверила остальную часть особняка. Ты отправила сообщение, о котором я просил?

— Конечно, и Кевин уже работает над этим. А как твое обучение?Продвинулось?

— Да. — Виктор просмотрел список Перков, которые получил за последние два дня.

[Драконий Огонь (Вирмлинг)], [Взрыв Мозга], [Слизистая Броня], [Ядовитый Клык], [Лихорадка Упырей], [Сто Игл], [Темные Шипы], [Шок], [Кулак-Пуля], [Взрыв Раптора], [Сердце Ангела], [Злоба Призрака], [Регенерация Троллей], [ВАЗЗААА!], [Слизь-Слэм].

По правде говоря, он едва помнил, что делала половина из них. Будет настоящий кошмар, особенно с теми баффами Некромантии, которые он научился практиковать. — [Взрыв Мозга] наносит слабый психический урон, [Сто Игл] слабый урон растениям, [Кулак-Пуля] слабый физический урон, [Шок] слабая молния…

— Значит, множество слабых, незаметных атак? — Похоже, Киа это не впечатлило. Вообще.

К сожалению, она была права. Большинству Перков также не хватало силы, так как ни один из монстров Мурмурина не мог соперничать по силе с подобными Фурибону.

Однако Рыцарь Монстр был действительно швейцарским армейским ножом классов. Ему даже было интересно, скольким Перкам он сможет научиться…

Поздравляю! За то, что вы изучили более 15 перков монстров с помощью изнурительного метода обучения, вы заработали Личный Перк [Выковать Перк]!

[Выковать Перк]: Вы можете сплавить различные Перки монстров в один, более сильный; однако вы навсегда потеряете доступ к компонентам перка и не сможете их выучить заново.

Чем больше он узнавал, тем больше Виктор убеждался, что система каким-то образом поощряет специализацию. — Эй, теперь я могу сплавлять Перки Монстров.

— А сколько из них сразу? — С любопытством спросила Киа, пока Младший жевал в углу мышь.

— Не знаю, об этом даже не упоминалось.

— Тогда почему не все? — предложила Киа. — Ты можешь получить либо самую мощную способность в мире … либо несчастный случай при слиянии.

Поскольку он навсегда терял компоненты, Виктор не мог рисковать, жертвуя такими мощными способностями, как [Черное Проклятие]. Он мог бы попробовать идею Киа, но сначала он проверит этот Перк, используя компоненты с хорошей синергией.

Ну, а потом, Виктор решил совместить [Поток Адского Огня (Минор)] с [Драконий Огонь (Вирмлинг)], поскольку у него не было абсолютно никакого намерения снова проходить через дыхание Вайнкера. Драконий Огонь причинял гораздо больше боли, чем обычное пламя, но даже у Виктора были свои пределы.

Выбор зарегистрирован. Вы объединили [Поток Адского Огня (Минор)] и [Драконий Огонь (Вирмлинг)] в [Черный Огонь].

[Черный Огонь]: Техника, 1 Специальное Очко в секунду. Вы можете выпустить из ваших рук, ног или рта темный, адский огонь; половина урона — типа [Дракон], а другая — [Нечестивый]. Таким образом, эта техника обходит сопротивление [Огню]. Когда вы наносите урон от огня заклинанием или техникой, дополнительно будет нанесено 20% [Нечестивого] урона.

Мило, но не меняет правила игры. Тот факт, что он стоил меньше, чем обе составляющие его техники, означал, что у Виктора в середине битвы не должны были заканчиваться Специальнын Очки, как он обычно поступал против авантюристов.

Ладно, пора проверить гипотезу Киа. Он решил пожертвовать большей частью более слабых перков, оставив только действительно полезные [Регенерация Троллей] и [Черное Проклятие].

Выбор зарегистрирован. Вы объединили [Серебряный Клык], [Взрыв Мозга], [Слизистая Броня], [Ядовитый Клык], [Лихорадка Упырей], [Сто Игл], [Темные Шипы], [Шок], [Кулак-Пуля], [Взрыв Раптора], [Сердце Ангела], [Злоба Призрака], [ВАЗЗААА!], [Слизь-Слэм] в: [Дарвинист].

[Дарвинист]: Когда на вас нацеливается эффект, зависящий от типа существа (такой как [Нежить] или [Дракон]), вы всегда будете считаться наиболее выгодным типом или комбинацией типов для разрешения этого эффекта; ваш вид не изменится, но система временно зарегистрирует вас, как другой тип. Элементы, затронутые этим перком, включают Оружие, Перки, Заклинания, Эффекты Поля…

— Что, и это все? — Разочарованно спросил Виктор. Он определенно мог бы пригодиться, но он ожидал чего-то визуально более впечатляющего, — Больше десяти перков за это?

— Это всего лишь случайность слияния.

Проверка харизмы прошла успешно!

А?

Кто-то постучал в дверь холла. — Войдите, — сказал Виктор, пропуская Шоколатин и Эллисон.

— Привет, Вик. — Оборотень помахала ему рукой, хотя и не так весело, как обычно.

— Обереги охраняют, — сказала Эллисон, поскольку Виктор поручил ей следить за безопасностью своего дома.

— Да, но одна летучая мышь все же сумела проскользнуть. — Великий Визирь указал на кровавое пятно на стене, мышь Младший уже успел прожевать.

— Должно быть, она была внутри особняка еще до того, как я установила защиту, — защищалась Дриада. — Возможно, они следили за тобой дольше, чем я.

Да ... Виктор использовал свой Перк [Проницательность Монстра] на обеих, просто, на всякий случай. Все это несчастье сделало его параноиком.

Элисон Лис

Дриада (Растение/Фейри).

Сильная против: Растения, Воды, Фейри, Болезни, Жизни, Мгновенной Смерти, Паралича.

Слабость к: Огню, Морозу, Убийце Цветов, Убийце Фейри, Молнии, Яду.

Реинкарнированный Исекайский человек с Земли, избранный Кибелой, богиней наслаждения. Лучшая подруга Шоколатин, но она хотела бы сделать печенье с оборотнем в сарае, если вы понимаете, что я имею в виду. В отличие от вас, она достаточно умна, чтобы все было просто. Нежный горшок салата!

Хорошо знать. Он боялся читать новую информацию о Шоколатин, но все равно заглянул.

Человек-Тень

Двойник Обольститель (Фейри / Гуманоид)

Сильный против Фейри, Контроля Разума, Яда, Иллюзий, Паралича, Сна и Обнаружения Истины.

Слабость против Убийцы Людей, Холодного Железа и Серебра.

Просто твой прирожденный убийца.

Виктор тут же схватил косу. — Двойник! Эллисон, стань за мной!

— Что?— и Дриада, и оборотень сказали это одновременно. Неужели двойник, изображая замешательство, надеялся ввести его в заблуждение?

Если так, то это не обмануло ни его Перк, ни его союзников. Киа мгновенно выхватила меч и двинулась с такой быстротой, что Виктор даже не заметил, как она приставила клинок к горлу Шоколатин. Оборотень удивленно вскрикнула. — Где настоящая? — угрожала Киа.

— Что это за шум? — раздался из комнаты знакомый голос, и в дверях появилась вторая Шоколатин. Она посмотрела на своего двойника, обменялась с ней взглядом, а затем повернулась к самому Виктору. — Вик, ты меня заменил?

Виктор и все присутствующие в комнате моргнули, Визирь тут же использовал на ней свой Перк

Человек-Тень

Двойник Обольститель (Фейри / Гуманоид)

Сильный против Фейри, Контроля Разума, Яда, Иллюзий, Паралича, Сна и Обнаружения Истины.

Слабость против Убийцы Людей, Холодного Железа и Серебра.

Просто твой прирожденный убийца.

… черт.

— Стой! — сказал Виктор Киа. — Они используют заклинание, чтобы каким-то образом отразить ложную информацию, и я не могу понять, какая из них настоящая Шоколатин!

— Они одинаковые, — пробормотала Киа себе под нос, свободной рукой прижимая первую Шоколатин к стене, и угрожая второй клинком. — Это вовсе не иллюзия. [Сканирование Кармы]... они обе тоже кажутся очень злыми! Как они могли фальсифицировать свою карму?

Виктор решил не комментировать тот факт, что сканирование кармы ввело ее в заблуждение.

Проверка харизмы прошла успешно! Человек-Тень не может читать ваши мысли, и теперь вы знаете, что он пытался!

Виктор с подозрением посмотрел на обеих женщин. Одна из них, если не обе, определенно была лазутчиком. Должно быть, ее послали Ночные Клинки, потому что сами они не могли обойти защиту.

— Вик, она самозванка! — взмолилась первая Шоколатин. — Она пытается сбить тебя с толку!

— О, понимаю! — сказала вторая Шоколатин с тревожной бодростью. — Она фальшивка! Мне всегда хотелось с ней встретиться!

— А что я кричу, когда использую свой легендарный меч? — спросил Виктор. Вопрос с подвохом.

— Экскалибур! — закричали обе одновременно.

Виктор закрыл лицо ладонью. Двойник, может быть, и не в состоянии прочитать его мысли, но он, вероятно, может читать мысли других, включая саму Шоколатин.

— О, я знаю способ! — Сказала Розовый Рейнджер. — Мы вызовем двух демонов!

— Хорошая мысль, — кивнул Синий. — Та, что убьет его самым болезненным образом, очевидно, настоящая!

— Вы все думаете, что я сумасшедшая? — удрученно спросила первая.

— Шоколатин может убивать, но она никогда не делает это по-садистски, — заметила Эллисон. — Только для еды. Это в значительной степени соответствует догматам ее бога.

— Я знала, что ты меня поддержишь, Эллисон! — чирикнула вторая.

— Съесть обеих, — с жадностью сказал Младший. — Конечно.

— Конечно! — согласилось желе на его спине.

— Вик... — Киа замолчала. — Ты должен решить.

Великий Визирь внимательно оглядел обеих женщин, пытаясь найти личную информацию, которая помогла бы отличить истинную от ложной. Если бы он не сменил "коня", готовясь к схватке с Лавер, то мог бы вызвать настоящую, но сейчас...

Подумай, Виктор. Как они обошли его Перк, после того, как ему удалось пробить весь их естественный иммунитет? Зачем рисковать, если он скажет ему правду? Если только ... если только ...

Проверка интеллекта прошла успешно.

— Ни одна из них не настоящая.

Не успел он закончить фразу, как все уже было кончено. Киа в мгновение ока зарубила обеих оборотней, и они упали на землю.

Эллисон вскрикнула от ужаса и удивления, прижав руки ко рту. — Вик, что за... что это?...

Оба трупа превратились в сплошные тени, а затем сжались в ничто.

— Они захватили настоящую, — объяснил Виктор, пока Эллисон успокаивалась. — Психологическая война. — Уловка, основанная на его врожденном принятии правила верить тому, что перед ним? Умно, но он учился у лучших.

Затем зал погрузился в темноту, погас весь свет, погас даже огонь в камине.

Местность была временно изменена на [Темный Подземный Мир].

Ночные существа, демоны и нежить на поле имеют повышенную статистику, и их будет труднее обратить. Все не-ночные существа будут страдать от недуга [Слепота]. Монотипные, не-нежить существа будут анимированы как нежить, если их убьют на поле боя.

Вся статистика увеличена на один уровень!

— [Световой Щит]! — Виктор услышал крик Киа, и вокруг группы образовался круглый барьер из сплошного света. По всему залу эхом разнеслась навязчивая мелодия дудочника.

— Стойте за нами, шеф! — Рейнджеры Кобольды образовали вокруг Виктора кольцо, рядом с Младшим и его протеже, — Держитесь подальше! На нашей стороне мимик!

В ответ в темноте раздался вопль, и в барьер врезались полдюжины скелетоподобных призраков.

— Этот особняк... — Киа замолчала, а мстительные духи отскочили от светового барьера и исчезли, едва его коснувшись. — А сколько ему лет?

— Он старше самого города, — ответила Эллисон. — когда Роло только начал работать на полях, в нем поселился темный волшебник. Он полон злобы и темных духов.

— Это странно, потому что архитектура кажется ... готической? — Киа с трудом подбирала нужное слово. — Он выглядит, прямо, как с Земли.

Место, полное духов и темных обид? — Стоп, стоп, стоп, — сказал Виктор. — Разве этот фокусник не проводил опыты в подвале или что-то в этом роде?

Ночные Клинки знали, что у него есть карта, и что его убийство может дестабилизировать Мурмурин, и что это поместье, возможно, служило какой-то кошмарной лабораторией...

Виктор свободной рукой порылся в одном из потайных карманов своей брони, достал карту Мота и прочитал ее при свете барьера.

На ней было видно, что Лавер находится совсем рядом с ним.

Его подвал.

Атака призраков прекратилась, к световому барьеру приблизилась новая фигура. Виктор узнал в ней Эмиля Лавера, вампира, с которым он сражался раньше. — Нам нужны только Далтон и карта, — объявил он. — Оставьте его нам, и мы вас отпустим.

В ответ Киа разразилась хохотом.

— Возможно, мы не сможем тебя убить, Сияющий Рыцарь, но ты не сможешь защитить их всех, — невозмутимо ответил убийца. — И это даже не говоря о гражданских, которых мы будем убивать, пока он живет.

— Но почему именно я? — Запротестовал Виктор,пряча карту обратно в броню. — Что я тебе такого сделал?

— Если ты умрешь, этот режим рухнет, — заметил Эмиль Лавер. — Дракон сойдет с ума, плохо управится со своими войсками и вернется к своим старым привычкам. Ты - его эмоциональный якорь, поэтому мы снимем тебя с доски. Навсегда.

Внимание: Поместье находится под действием эффекта [Ловушка Души]!

Если вы умрете в пределах его радиуса действия, ваша душа будет поймана в ловушку в его фокусной точке.

— В фокусе? — Виктор задумался, предполагая, что остальные видели то же самое сообщение.

— Это [Гримуар Соломонари], — объяснила Киа, — пока он существует, он поймает твою душу и предотвратит любую форму воскрешения.

— Больше никакого оживления, — Эмиль обнажил свои кинжалы, сверкнувшие в темноте. — Никакой загробной жизни. Совсем ничего.

Виктор понял, что его ангельская страховка была пустой тратой Специальных Очков.

Виктор подумал, что, защищенным щитом Киа, им придется просто ждать рассвета. Но он ошибся.

Эмиль свистнул, давая своей группе сигнал атаковать. Закутанная в капюшон фигура с косой, вампирский мрачный жнец, прошла сквозь щит, как будто его там и не было.

Жнец Смерть с Косой использовал [Отмычка], чтобы обойти [Щит Света]!

Конечно, вампиры-ассасины имели Перки, которые обходили сверхъестественные обереги… Киа немедленно двинулась, чтобы перехватить незваного гостя, но он схватил какой-то кулон и произнес магические слова. Щит Света рухнул, и все снова погрузилось во тьму.

Из-за густой темноты Виктор едва мог видеть дальше, чем на несколько футов, по крайней мере, до того, как Киа в свободной руке сформировала миниатюрное солнце. Оно частично осветило их окружение, показывая десятки вампиров-убийц с острыми клинками. Он видел рядом с собой Эллисон, но не остальных своих солдат, хотя и слышал, как они сражаются в темноте.

Конечно же, Киа не пропустила врага, вырубив одного, потом двоих, потом трех негодяев, и даже не вспотев. Она даже не потрудилась уклоняться, хотя они использовали отравленное оружие; их клинки отскакивали от ее брони, не нанося урона. Между тем, чтобы превратить вампира в прах, от Сияющего Рыцаря требовался всего один удар. Это было все равно что наблюдать за младенцами, пытающимися свалить Мохаммеда Али. Такая забавная односторонняя резня.

Но это ее отвлекло, и другие негодяи бросились на свою истинную цель — самого Виктора. Его острые рефлексы позволили ему увернуться от клинка вампира и нанести ответный удар косой, разрезав нападавшего пополам.

Критический удар! Это же One Hit KO!

Его оружие поглотило душу вампира, и это сказало визирю, что либо его Хельхейм подавил эффект ловушки душ, либо он пощадил вражеских разбойников. Это также дало ему достаточно времени, чтобы активировать свои баффы.

Вы получили +4 бонус против эффектов [Нежить].

+100 временных Очков Жизни.

Шансы нанести [Террор] возросли на 20 процентов.

Ваша коса теперь наносит болезнь [Отравление]!

Вы получили статус [Реген]!

Он ненадолго задумался о том, чтобы вызвать свою козырную карту с [Черным Всадником], но из-за этого, несомненно, особняк рухнул бы на всех внутри.

Эмиль Лавер, наемный убийца, с которым он сражался в зимних Королевствах, вышел из темноты, чтобы нанести ему удар серебряной рапирой. Он едва не попал ему в грудь, пробив броню через щель.

Вы получили средний урон! [Убийца Людей] отрицается [Дарвинист]!

[Мгновенная Смерть] отрицается [Жизненная Сила Монстра (Красный Дракон)]!

— Нежить? — прорычал вампир, рассерженный тем, что его атака была отбита. — Как ты можешь считать себя нежитью?

Виктор нанес ответный удар, выстрелив в убийцу темным огненным шаром, но тот уклонился в сторону. Снаряд где-то взорвался, и особняк содрогнулся. Визирь молился, чтобы он случайно не попал в Рейнджеров Кобольдов или Младшего, отказавшись от этой атаки, пока ему не хватало видимости.

Вражеский Жнец вскоре присоединился к Эмилю, и попытался обезглавить Виктора сзади, пока он отбивался от вампира-ассасина.

— [Превратить в Нежить]! — ему на помощь бросилась Эллисон, она отбросила к стене вражеского Жнеца, одновременно удерживая Эмиля на расстоянии. — Вик, встань позади меня!

— Хорошо, тогда я возьму Маринетт! — Заявил Виктор, и, пока Эллисон его защищала, его свободная рука шарила в темноте.

— Маринетт?! — Спросила Эллисон, но кучка призраков заставила ее снова сосредоточиться на драке. — [Превратить в Нежить]! [Превратить в Нежить]!

— Моя базука! — Ответил Виктор, схватив свободной рукой ракетницу, а другой размахивая косой.

— Ты дал ей имя? — Постоянное отталкивание нежити не помешало Эллисон пожаловаться. — Вик, ты не можешь с помощью базуки решить все свои проблемы!

— Почему бы и нет? — По правде говоря, он не мог использовать ее в темноте, не рискуя открыть дружественный огонь, но это помогало как фактор устрашения. — Бегите отсюда, пока не появилась Маринетт! [Рыцарь Страха]!

Услышав эти слова, Жнец со страхом взглянул на оружие и скользнул обратно в тень. Однако призраки, преследующие Эллисон, не обратили на него внимания.

Сила и харизма ваших врагов уменьшились на одну ступень!

Жнец Смерть с Косой теперь страдает от [Ужаса]! [Ужас] не смог повлиять на Темных Духов и Эмиля Лавер!

— На этот раз ты не убежишь? — Великий Визирь насмехался над убийцей, который со своей рапирой принял дуэльную стойку.

— Я боюсь Маму Люси больше, чем тебя, — ответил он и наложил на себя заклинание. — [Поддержка Мертвеца].

Эллисон снова попыталась его обратить, но на этот раз убийца не обратил на нее внимания. Он набросился на Виктора с мыслью об убийстве.

Визирь поднял косу, чтобы убить вампира, но ублюдок обошел Эллисон, поставив ее на пути Виктора. Глава персонала остановил свою атаку, чтобы его клинок не порезал собственного друга, но это дало Эмилю возможность отступить. Ассасин поднял свою рапиру, целясь Виктору в горло.

Вдруг из темноты выпрыгнуло голубое желе и ударило его в глаз.

— Мой глаз! — вампир-ассасин закричал от боли и удивления, а желе радостно запрыгало вокруг него.

— Глаз! — Базз Джелли щебетал так, словно находил это слово забавным. — Глаз-сокровище!

— Я не вижу… — приложив руку к раненому глазу, Эмиль не заметил сверкающих клыков слева. — Я ничего не вижу-

ЧОМП!

Челюсти Младшего сомкнулись на торсе Эмиля. Мимик начал жевать вампира, как кошка крысу.

А, ну да. Это же был командный бой.

— Они думают, что мы боимся темноты, но они ошибаются! — Крикнул Виктор. Младший проглотил вампира целиком… только Эмиля, и тот вырвался из его пасти в виде тумана. — Они используют покровы тьмы, чтобы от нас спрятаться! Ибо мы и есть сокровище! Мы — это страх!

— Страх! — повторило желе. — Страх!

[Сплотить Миньонов] активирован! Статистика всех миньонов поднялась на одну ступень!

Ответом на заявление Виктора был звук разбивающихся окон. Ему пришло в голову, что сектанты, охранявшие его дом, должно быть, вступили в бой с другими нападавшими.

— Шеф! — Где-то слева от себя Виктор услышал Красного. Сосредоточившись, он различил в темноте рядом с Розовой силуэт своего союзника. — Сюда, через окна!

— [Проницательность монстра], — ответил Виктор.

Человек-Тень—

Он без предупреждения разрезал их обоих своей косой, и, к его большому раздражению, их тела растворились в тени. — Сколько же у них двойников?

— Что это за вид двойников? — Визирь обернулся и увидел, что к нему спешит Киа, убивая любого, кто был достаточно глуп, чтобы на нее напасть.

— Обольститель!

Сияющий Рыцарь выругалась. — Это самый худший вид! Они могут по своему желанию создавать дубликаты с одним очком здоровья. Если мы не убьем оригинал, то придут новые.

— Лавер в моем подвале, мы должны ее убить, иначе эти нападения никогда не прекратятся!

— Я позабочусь о ней, — сказала паладин, — но после того, как мы тебя эвакуируем.

Виктор догадался, что она, как и все остальные, ненавидит эскорт-миссии. — Прости, что втянул тебя в это дело! — извинился Виктор. Она его вела, а Эллисон призывала шипы, чтобы защитить их тыл. Он едва избежал отравленной стрелы в голову, за секунду успев отклонить ее косой.

— Ты что, шутишь? Я так счастлива! Тут идет большая битва… — сказала она с блаженной улыбкой на лице, блокируя снаряд клинком. — И я ничего не пропустила!

Проверка навыков прошла успешно!

Почувствовав что-то слева от себя, Виктор отскочил назад, и в этот момент из стены, пытаясь его схватить, появились темные когти. Чудовищная, отвратительная нежить, рыча на него, наполовину высунулась из стены.

Душегуб

Стеновой Упырь (Искусственный / Нежить)

Сильный против физических атак, всех статусных недугов, некромантии, Земли и Нечестивости.

Слабый против Убийцы Искуственных, Убийцы Мертвых, Святости.

Злобный обитатель подвала, перемещающийся сквозь стены особняка с привидениями (вашего), чтобы устроить засаду своей добыче (вам). Он может перетащить людей, которых поймает, в другую часть особняка. Под его бандитской внешностью скрывается очень застенчивое существо, ищущее любви.

Неужели они превратили весь его дом в смертельную ловушку?

Чудовище с ужасным воплем попыталось схватить Виктора, но хлысты поймали его когти. Из темноты появились Рейнджеры Кобольды и силой вытащили чудовище из стены, чтобы Красный мог его поколотить. — Мы тебя прикроем, шеф!

— Вик, сюда! Окна! — Позвала Киа. Она подняла клинок, чтобы парировать удар вражеского Жнеца, который вернулся на второй круг, заблокировав ее на месте. Виктор бросился ей на помощь, но тут же почувствовал, как его лодыжки схватили холодные мертвые руки.

Он вдруг понял, что Ночные Клинки привели с собой не одного стенового монстра.

И прежде, чем он успел среагировать, еще одно омерзительное существо протащило его сквозь пол, как будто это была вода. В мгновение ока он приземлился в какие-то подземные катакомбы, а над ним нависло стеновое чудовище.

Виктор поднял свою базуку и нажал на спусковой крючок.

Последовавший взрыв разнес чудовище на мелкие кусочки, а вместе с ним и часть потолка, и отбросил Виктора на добрых пять метров. Визирь быстро вскочил на ноги, оказавшись лицом к лицу с грудой обломков.

— Удивительная штука, — пробормотал себе под нос авантюрист, с благоговейным трепетом поглаживая свою базуку.

Но у него был только один снаряд.

Но у него был только один снаряд.

Поэтому он отбросил его прочь, оставив только косу, и побежал по темным подземным коридорам так быстро, как только мог. Как только Виктор это сделал, он услышал эхом разносящуюся над ними мелодию дудочника; и хотя он знал, что должен бежать как можно дальше от ее источника, визирь решил покончить с Лавер прежде, чем она начнет новую атаку.

Коридоры, в конце концов, привели его к гораздо большему подземному склепу, который, в отличие от поместья наверху, имел несколько источников магического света. Яркие фонари сдерживали темноту, отбрасывая свет на принадлежащие Ночным Клинкам десятки гробов и стол в центре. Он быстро различил в темноте силуэты сидевших вокруг него людей. Сейворюз, странный человек-дудочник, и...

— Шоколатин? — Глаза Вика расширились, когда он увидел их поближе.

— Привет, Вик! — Приветствовала его Сейворюз. Виктор заметил на столе груду печенья и сыра, а также наполовину пустую бутылку хорошего вина.

— О, привет, Вик! — повторила оборотень и помахала ему рукой. — А что это за шум наверху? Там что, вечеринка?

Виктор взглянул на нее, потом на Сейворюз, которая пожала плечами, потом снова на Шоколатин.

… нет. Должно быть, это был двойник. Он использовал на ней [Проницательность Монстра]. Чтобы быть уверенным.

Шоколатин

Оборотень (Гуманоид / Зверь)

Сильный против Луны, Зверя, Безумия и эффектов Фейри.

Слабый против эффектов Серебра, Убийцы Людей и Убийцы Зверей.

Твоя девушка, нравится тебе это или нет. Она забывает свою печаль по поводу ареста брата, утопая в восхитительном мясном печенье Сейворюз. Вы не хотите знать, из чего оно сделано... или, скорее, из кого оно сделано.

Да, несмотря ни на что, это был настоящий человек. — Так ты не заложница? — Спросил Виктор Шоколатин, не сводя глаз с других присутствующих, особенно с волынщика.

???

Фомор. Черт. И все же, он почему-то не обращал внимания на авантюриста и играл музыку, а Виктор не мог попасть в него огненным снарядом, не ранив своих друзей.

— Заложница? — Шоколатин повернулась к Сейворюз. — Я что, заложница?

— Ах да, я забыла тебе сказать, — сказала Сейворюз и повернулась к Виктору. — Я хотела ее связать, но когда она рассказала мне о том, как арест ее брата подрывает ваши отношения, я не могла позволить такой милой паре расстаться. Поэтому я испекла ей печенье.

— Отравленное печенье? — Спросил Виктор, находя эту сцену нереальной.

— Я никогда не смогу отравить еду. Людей - запросто, но хорошую еду? Так поступают только знатные люди.

— Но ты должна рассказать мне об этом секретном ингредиенте, — продолжала Шоколатин, не обращая внимания на сложившуюся ситуацию. — Это гоблин? Гнолл?

— Это секрет, милая, — ответила Сейворюз с дерзкой улыбкой. — Я не хочу драться с тобой, Вик.

И он тоже, вопреки здравому смыслу. — Нам это и не нужно.

— Действительно. [Самый Темный Страх].

Виктора поглотила знакомая темная аура, у него возникло ужасное ощущение дежавю. Его сила и жизненная сила покинули его, и он упал на колени.

Очки Жизни и Специальные Очки уменьшены до одного!

Болезни [Ужас] и [Некрофобия] отрицаются!

[Регенерация Троллей] активирована!

— Как говорится, если вы хотите что-то сделать, — сказала Люси Лавер, выходя в поле его зрения с визжащей черной книгой в руке и гуманоидом из сплошных теней рядом с ней. — Сделайте это самостоятельно.

Виктор ненавидел, страстно ненавидел ассасинов, прячущихся в тенях. Она, должно быть, ждала, пока ее приспешники ослабят его, а затем, подобно гиене, двинулась на убийство.

Проверка харизмы прошла успешно! Люси Лавер не может читать ваши мысли!

От ужаса выйдя из состояния опьянения, Шоколатин мгновенно бросилась защищать свою пассию, нацелившись на Лавер. — [Превратить в Нежить]! [Превратить в Нежить]!

Будучи в совершенно иной лиге, чем ее слуги, лидер Ночных Клинков даже не вздрогнула. — [Телекинез]. — Она рассеянно подняла свободную руку, и, нокаутировав Шоколатин, швырнула ее в гроб одной лишь силой мысли. Пока Сейворюз с ужасом наблюдала за этой сценой, фомор на мгновение перестал играть на своей дудочке, и на его лице вспыхнула кривая ухмылка.

— Тебе следовало бы проверить свой особняк на наличие туннелей, — поддразнила Лавер Виктора, пребывая в достаточно хорошем настроении, чтобы шутить над своей добычей.

— Я это сделал! — запротестовал Великий Визирь, с трудом поднимаясь на ноги. — Я собирался пригласить архитекторов, чтобы проверить скрытые пути, но у меня между Мотом и экономическим кризисом не было времени!

Вы восстановили четверть своих Очков Жизни!

— Надоело, — сказала Лавер, быстро кастуя на Виктора еще одно заклинание. — [Ускоренный Анти-Телепорт].

Проверка удачи не удалась! Вы больше не сможете телепортироваться в течение следующих двадцати четырех часов!

Понимая, что она в любой момент может уменьшить его HP до 1, Виктор решил, что он может некоторыми из них пожертвовать. — [Взрыв Аида]!

Он обрушил на вампира мощную струю фиолетовой энергии и, чтобы придать ей мощи, пожертвовал самой своей жизненной силой.

Книга в руке Лавер издала вопль, и ее обложка превратилась в отвратительное лицо. Вокруг вампирши и ее союзника-двойника, защищая их, возник щит темной энергии. Виктор воспользовался ее кратким отвлечением и, когда щит рассеялся, бросился на нее с поднятой косой. Двойник прикрыл свою госпожу телом, но она не нуждалась в помощи.

— [Фонтан Крови].

В ту же секунду, как с ее губ слетели слова, тело Виктора содрогнулось от боли, а под броней открылись раны. Из него выплеснулась его кровь, вытянутая мерзкими чарами Лавер.

Предупреждение: критическое здоровье! Ваша жизненная сила упала на три ступени!

Поздравляю! Вы изучили Личный Перк [Фонтан Крови]!

[Фонтан Крови]: Техника, 50 Специальных Очков. Вы можете изгнать кровь из каждой цели в радиусе тридцати футов от себя, как если бы вы использовали Перк [Поцелуй Вампира], восстанавливая в Очки Жизни половину нанесенного урона, и уменьшая жизнестойкость жертв; существа без крови иммунны.

— Наконец-то, я почувствовала вкус драконьей крови... — лидер Ночных Клинков сосала плавающую кровь, как будто пила шампанское...

И тут же ее выплюнула.

— Твоя кровь на вкус, как дерьмо, — выругалась Лавер, и ее фальшивая изысканность сменилась отвращением. — Наполовину человеческая кровь, а наполовину ... перец чили!

Виктор с радостью запихнул бы ей в глотку еще больше, если бы ему не пришлось пользоваться своей косой, чтобы не упасть на землю. Этот перк был болезненным!

— Прикончи его, — сказал дудочник с садистским ликованием, а Сейворюз отвернулась, чтобы не смотреть, что последует дальше.

— Похоже, ты можешь менять тип по своему желанию, — заметила Лавер, произнося заклинание. — Интересно, станешь ли ты зомби из-за воздействия моего поля или просто умрешь. Давай проверим.

— А предложение насчет уроков некромантии все еще действует? — Виктор был невозмутим.

— Нет, — ответила Лавер, стараясь держаться на почтительном расстоянии, на случай, если у него в рукаве припрятан последний трюк. — [Раздавить Сердце].

Она раскрыла свободную руку, и в ее ладони появилось призрачное сердце.

— Не волнуйся, я возьму на себя твою роль, — сказал двойник и раздвоился. Теневая капля разделилась на две части, одна из которых приняла форму Шоколатин, а другая - самого Виктора.

Теперь уж ничего не поделаешь. Он не хотел делать это в замкнутом пространстве, но ... — [Черный Всадник], — Виктор активировал свою козырную карту. Вампир могла помешать ему телепортироваться, но это не остановит его призыв о помощи.

— Вызываешь свою лошадь? — Задумчиво посмотрела на него Лавер, сжимая пальцы, чтобы раздавить в своей ладони фальшивое сердце. Теперь, когда враг был в ее власти, она позволила себе немного самодовольства. Роковая ошибка. — Сражаться со мной глупо.

Да.

Но борьба была для гладиаторов.

Визирь Жнец Ассасин использовал дешевые трюки.

— Призыв Вайнкера!

А затем весь склеп содрогнулся, и легендарный дракон, в сидячем положении, телепортировался прямо на саму Лавер и ее телохранителя. Его корона ударилась о потолок, вызвав в потолке трещину, а эффект телепортации разнес во все стороны пыль, перевернув стол и гробы.

— Миньон, — проворчал Дракон, и искусственная темнота, вызванная вампиром, рассеялась. — Лучше бы у тебя была веская причина вызывать меня в самый разгар золотого дождя.

Виктор понимал, что здесь можно сыграть грязную шутку, но это было ниже его достоинства.

Пока Сейворюз проглотила язык, глаза дудочника фомора от неожиданного зрелища выпучились. Он молча открыл круговой разлом в пространстве и, потрясенный, быстро, не оглядываясь, бросился бежать.

Вайнкер чуял запах своего главы персонала, не подозревая, что вампир и двойник раздавлены его имперским задом. — Неужели летучие мыши пустили тебе кровь?

— Да, но Лавер она не понравилась.

— Что ты имеешь в виду, говоря, что ей она не понравилась? Как она смеет не ценить блаженное совершенство драконьей крови? — В бешенстве спросил Вайнкер. — Это только демонстрирует полное отсутствие у нее вкуса! Я за это оскорбление съем ее скот!

Виктор с самодовольным видом смотрел на то место, где до этого стояла Лавер, пока не заметил, как из-под Вайнкера выскользнул пурпурный туман и побежал по туннелям. — Только не это! — выругался Визирь, но Лавер быстро убежала.

Первая кровь была на нем, но из-за отсутствия повышения уровня, война была далека от завершения. Но почему они решили напасть на него, когда у него дома была Киа, это было выше его понимания.

…

Если только ... если только они не хотят занять ее чем-то второстепенным. Еще один способ ударить Вайнкера через других. — Ваше Величество...

— Да, миньон?

— В последнее время вы не звонили своей племяннице?

Вайнкер был вне себя от ярости.

Прежде всего, летучие мыши нанесли удар по его второму самому ценному имуществу — его единственному другу. Они разгромили его дом, оставив лишь груду обломков, перед которыми стояли Дракон и его миньоны. Они поймали души его дорогих лакеев — к счастью, Вайнкер не знал имен ни одного из них — и ранили сладкую Шоколатин.

Во-вторых, эти дикари не оценили вкус драконьей крови. Ну, полудракон, но все же драконья кровь! Это оскорбление чести его вида не останется безнаказанным!

И наконец, летучие мыши теперь угрожали его племяннице.

— Приведите мне любого вампира, которого найдете, — приказал Вайнкер Рейнджерам Кобольдам, пережившим нападение, хотя и не без ран. —Чтобы я сам мог его съесть!

— А с ней что делать? — Спросила рыцарь Киа, держа предательницу Сейворюз с мечом у ее горла.

— Как ты могла? — ругал ее Вайнкер. — Как ты могла меня предать? Почему так много миньонов предало мое доверие после того, как я дал цель их жизни? После того, как я приготовил для тебя нечто большее, чем пищу, а именно пищу в чрезвычайных ситуациях?

— Может, я больше забочусь о своей жизни, чем о цели? — Сейворюз не стыдилась и не раскаивалась.

— Сев, это вовсе не обязательно, — сказал Человечек Виктор спокойно и с достоинством, как и подобает главе персонала Вайнкера. — Несколько дней назад я попросил Киа передать магическое послание ее старому члену партии Ностредейму.

— Я попросила Кевина установить власть над Ночными Клинками в твоем родном городе Ноблкуре и защитить твою семью, — сказала паладин. — Если ты будешь с нами сотрудничать, мы сможем обеспечить твою безопасность от репрессий.

— Но, тогда я стану стукачом, — запротестовала Сейворюз. — Мне придется отказаться от своей чести, как профессионального наемного убийцы и головореза.

— Единственная честь в жизни для такого смертного, как ты, это делать то, что тебе говорит Дракон! — Ответил Вайнкер с несравненной логикой. — На кону жизнь змея! Неужели ты будешь продолжать служить в качестве миньона существам, которые так низко опустились? Или ты предпочтешь служить самому лучшему, самому милосердному, самому богатому дракону в мире? Ты Белла или Ренфилд?

— Я…

— Я — дракон, — оборвал ее Вайнкер. — И я также дядя. Все, что стоит между мной и безопасностью моей племянницы, это не еда. Это просто пепел. Ты что, пепел, Чешуйчатая Сейворюз?

Проверка харизмы прошла успешно! Это крит!

Чешуйчатая Сейворюз увидела свет драконьей мудрости — ей помог дым, выходящий из его ноздрей — и повернулась спиной к тьме. — Если моя семья и я в безопасности, я могла бы … выдать местонахождение всех скрытых складов, которые мы создали в Мурмурине.

— А как же Чарлин? — тут же нажал Человечек Виктор, в очередной раз только и думая, что о размножении. — Миэль?

— Чарлин… больна.

— Больна, как болезнь крови? — Обеспокоенно спросил Человечек Виктор.

— Больна, как болен вампир, — призналась Сейворюз. — Что касается Миэль, то за нее выдал себя двойник, чтобы посеять раздор между Небесами и Хэппилэнд. Я могу дать показания-

— Вам всем плевать! — зарычал Вайнкер. — А где летучая мышь? А где же моя племянница?

Перед лицом молчания коварного существа дракон решил взять дело в свои собственные когти. — Дай мне карту, миньон, — приказал Вайнкер, и его друг мгновенно повиновался. — Мы немедленно выследим эту летучую мышь-переростка!

— Подождите, мне нужно сначала экипироваться!

— Я тоже пойду, — настаивала Киа.

— После того, как ты бросила мою племянницу? Никогда! — Прорычал Вайнкер и повернулся к своему фавориту. — Нет времени ждать, Человечек Виктор! Я призову тебя, когда ее поймаю! — На кону стояла жизнь его племянницы, и все остальное не имело значения.

— Нет, Ваше Величество, вы не сможете этого сделать-

Но Вайнкер уже расправил крылья и улетел, держа в когтях крошечную карту.

Солнце уже поднялось высоко над горизонтом, когда Вайнкер посреди пустыни, далеко-далеко от Мурмурина нашел Лавер.

Великому дракону не нужно было сверяться с картой; паразиты прямо посреди дюн вызвали сферу тьмы, этот эффект «подземного мира». И хотя его миньоны, возможно, не очень хорошо видели сквозь эти густые тени, сам Вайнкер видел. А еще он чувствовал запах летучей мыши, Мелл Лин, ее слуг… и, самое главное, его племянницы.

При других обстоятельствах Вайнкер артистично объявил бы о своем присутствии или исподтишка активировал бы свое кольцо «Мигать-Мигать». Но на этот раз он этого не сделал. Этот паразит не получит ничего, кроме огня и разрушения.

Вместо этого Вайнкер активировал Перк [Заряженная Атака] и выпустил в темную сферу огненный шар размером с дом.

Последовавший взрыв превратил песок в расплавленное стекло, разорвал на куски вампиров и других скрывающихся внутри монстров-паразитов. Тени разбежались перед его пламенем, и эффект рассеялся.

Поле [Темный Подземный Мир] уничтожено!

Когда исчез темный шар, на это место бросило яркий свет солнце. Джоли, его бедная племянница, была в наморднике и связана толстыми черными цепями. Отвратительная вампирша, которую он опознал, как Люси Лавер, благодаря щиту фиолетового света пережила его нападение, а Мелл Лин стоял рядом, держа в одной руке дудку, а в другой — странную, знакомую бутылку. Все их миньоны были убиты Вайнкером.

Взгляд дракона тут же переместился на племянницу, и это зрелище привело его в ярость. Ее чешуя была покрыта синяками, а один из ее крошечных рогов был срезан в качестве извращенного трофея. Она с надеждой посмотрела на дядю, пытаясь освободиться от пут и присоединиться к нему, но была еще слишком молода и слаба.

К сожалению, эти … эти трусы держались рядом с Джоли, используя ее как щит. Вайнкер знал, что его пламя не причинит ей вреда, но взрыв мог бы это сделать.

— Подумать только, что я оставила тебя в живых, — прорычала Лавер, и перед ней поплыл воющий гримуар, а Мелл Лин поставил бутылку на песок и, играя на своей дудочке, начал вокруг нее танцевать. — Какая ошибка …[Жертвоприношение Души: Неблокируемая Магия].

Пожертвовав украденной душой за заклинание, заклинание Люси Лавер при проверке автоматически преуспеет против вас!

— Я знал, что ты не сможешь устоять перед сладким, чудесным вкусом драконьей крови, — прорычал Вайнкер. — Твоя жажда этого неописуемого наслаждения привела тебя к гибели. Ты прикоснулась к моей племяннице, и за это преступление против меня ты погибнешь!

— Дракон беспокоится о других? Смешно, — поддразнила его Люси, посмеиваясь. — Единственное, что имеет значение в этом мире, это власть. [Цепи Тьмы].

Вокруг Вайнкера, пытаясь поймать его в ловушку, появились черные цепи, идентичные тем, что держали Джоли. Он легко их сломал и, когда он это сделал, его королевская мантия засияла.

Снижение подвижности отрицается вашим [Плащом Золотого Величия].

— Я обещаю тебе это, мышка, — предупредил совершенно взбешенный Вайнкер. — Я ничего не буду сдерживать.

— Тогда давай с этим покончим, — ответила она с самодовольным высокомерием. — Потому что я не позволю ни тебе, ни кому-либо другому мешать моим амбициям.

В ответ Вайнкер, вытянув когти, бросился на нее, как ястреб на мышь. Он активировал [Огненную Корону], его тело источало могучую пелену пламени и сожгло в его лапе карту Мота. Великий дракон превратился в метеор, падающий на насекомых.

Но, по мере того, как он сокращал разрыв между своими врагами и самим собой, бутылка Мелл Лин начала сама по себе открываться. Вайнкер, наконец, понял, что именно она держит в ловушке этого фейри Мота. Неужели эти глупцы думают, что джинн может их спасти? Для дракона это означало только больше опыта!

Но вместо того, чтобы выпустить еще одного фомора, чтобы он умер от его рук, бутылка начала всасывать воздух и песок.

Предупреждение: [Бутылка Связывания Дракона] активирована ???!

Если вас затащит внутрь, вы будете [Изгнаны] в карманное измерение!

Прежде, чем Вайнкер понял, что его ударило, бутылка превратилась в тащивший его к себе могучий вихрь. Великий дракон внезапно обнаружил, что, чтобы не попасть в ловушку, он вынужден попытаться улететь назад. Он немедленно активировал [Очистка Заклинаний], доверяя Перку победить это колдовство! Перк уменьшал силу вихря, но не мог ее отменить.

— Все становится на свои места, — злорадствовала Лавер, перелистывая страницы своей книги, а Мелл Лин в это время сосредоточился на пении. — [Двойной Каст].

Люси Лавер теперь может кастовать сразу два заклинания!

[Бутылка Связывания Дракона] отменяется [Неподви-

— [Перк Связывание], — сказала вампирша, и ее гримуар произнес ту же фразу, что и она сама.

Ваши Перки [Очистка Заклинаний] и [Неподвижность] были аннулированы!

Его любимый Перк перестал работать, оставив его беззащитным и все ближе к этой тюрьме. Вайнкер немедленно предпринял последнюю отчаянную попытку изгнания нечистой силы, но вампир отменила ее [Контрзаклятием]. Вайнкер попытался испепелить этот предмет, но только увидел, как он продолжает втягивать в себя воздух.

— МИНЬОН! — закричал Вайнкер. — МИНЬОН! ВЕРНИСЬ СЮДА!

Виктор Далтон не может телепортироваться в течение дня.

Что? Как мог его глава персонала бастовать в такой критический момент?!

— Исследование твоих перков, отсечение твоих ключевых ресурсов и изоляция тебя от них потребовали времени, — уверенно сказала Лавер. — Но мозги всегда будут преобладать над мускулами. С твоим поражением я получу [Героический Герб] и стану ближе к Валгалле.

Вайнкер издал яростный рык, безуспешно пытаясь вырваться из оков. Его милая племянница смотрела на него снизу вверх, и ее некогда полные надежды глаза теперь были полны страха и отчаяния.

Это не могло так закончиться! Он был великим красным драконом, Императором Мурмурина и Альбенских гор, самым богатым в мире!

И все же, богатые всегда побеждают, потому что у истинно богатых есть друзья.

И все же богатые всегда побеждают, потому что у истинно богатых есть друзья.

[Щит Хозяина] активирован! Вы получили статус [Реген].

Прямо за спинами врагов Вайнкера открылась трещина в пространстве, и из нее вырвался черный крылатый всадник.

Мышь Лавер и Мелл Лин едва успели обернуться на новую угрозу, как Человечек Виктор уже был рядом с ними, держа косу в одной руке и свою странную пушку - в другой. Он направил оружие на бутылку и выпустил снаряд.

Хотя взрыв был до смешного слабым, по сравнению с собственным огненным шаром Вайнкера, он разбил бутылку вдребезги, отбросил Мелл Лин назад и взметнул во все стороны пыль.

— Миньон! — Обрадовался Вайнкер, когда вихрь рухнул и затих, и он благополучно приземлился на песок.

— Лавер, есть кое-что, чего ты не понимаешь, — издевался над летучей мышью Человечек Виктор, с ловкостью размахивая своей мощной косой и пытаясь ее убить. — Ты не можешь сломить команду победителей!

Вампирша попыталась увернуться от нападения, но слишком поздно поняла, что ее обманули. В самую последнюю секунду коса Человечка Виктора скользнула от ее шеи к книге и разрезала книгу пополам.

Гримуар тут же испустил последний вопль, и сотни, тысячи вопящих душ вырвались из его странных страниц, но тут же втянулись в косу Человечка Виктора. Когда Лавер, наконец, удалось создать между собой и главой персонала щит, ее драгоценное оружие уже превратилось в пыль.

Вы восстановили использование [Очистка Заклинаний]!

— Команда победителей? — пожаловалась лошадь его главы персонала, когда Человечек Виктор бросился назад к своему хозяину. — Ты, всадник, ты заставил меня бежать через всю пустыню без остановки!

Вампирша в шоке выпучила глаза, но все же сумела взять себя в руки. Джоли изо всех сил пыталась вырваться из своих пут, но ведьма не ослабляла своих чар. — Это еще не конец, — пообещала она. — Я найду другой способ.

— Нет, не выйдет.

Из облака пыли вынырнул Мелл Лин, почти такой же разъяренный, как и сам Вайнкер. Фейри дудочник перестал играть музыку и сменил личину на свое настоящее, отвратительное, деревянное лицо.

— Твой последний шанс, — предупредил вампира Мелл Лин, приподнимая плащ, чтобы показать почерневший герб. — Умри для них или умри для нас. — Он бросил предмет Лавер и образовал кольцо фейри, разорвав само пространство, а затем сбежал, как трус, когда Вайнкер попытался его испепелить.

— Ты ... ты предатель! — В отличие от настоящего, достойного главы персонала, когда ее хозяин ее покинул, летучая мышь Лавер потеряла всякое самообладание.

— Похоже, ты выбрала дурную компанию, — сказал Человечек Виктор. — Все кончено.

— Я просто вернусь во тьму, — ответила Лавер, ее уродливое лицо млекопитающего исказилось в оскале, а глаза стали пунцовыми. — Я могу изменить свою личность! Без карты ты не сможешь меня выследить!

— Пока мы тут разговариваем, наши миньоны уже уничтожают ваши убежища в Гардмейне и Мурмурине, — издевался над ней Друг Виктор. — Ты далеко не убежишь, и ты слышала своего всепрощающего хозяина. Признай это, или ты убьешь нас здесь, чего ты не сделаешь, или они прикончат тебя за нас. Ты загнана в угол!

Вампир взглянула на [Черный Герб], явно, по какой-то причине, опасаясь его использовать, а затем повернулась к Вайнкеру. Император видел, как в ее глазах эмоции менялись от гнева к страху, а затем к отчаянию.

Ладно.

Дракон издал яростный рев и обрушил на нее поток яростного пламени. Лавер в ответ подняла [Черный Герб], и предмет, высвобождая свою силу, рассыпался в черную пыль.

Ее окружил взрыв фиолетовой энергии, который отталкивал даже огонь Вайнкера. Вампирша претерпела метаморфозу, ее плоть стала фиолетовой и разорвала одежду в клочья. У нее выросли огромные крылья, острые когти и клыки. Она увеличивалась в размерах, пока почти не сравнялась с самим Вайнкером - скорее чудовищная, первобытная летучая мышь, чем человек.

Люси Лавер использовала [Черный Герб] и получила десять уровней в классе [Зверь Фейри].

Мерзость зашипела, ее руки наполнились темной магией. Сражаться с драконами было глупо, но в своем стремлении умереть она постарается.

В ответ, Вайнкер немедленно активировал свое [Очищение Заклинаний] и запустил в нее огненный шар. Существо превратилось в рой летучих мышей, рассеиваясь, чтобы избежать попадания снаряда, и за спиной дракона быстро перестроилась. Повернувшись к ней лицом, Вайнкер увидел, что она швыряет в него шар темной энергии.

Но это не сработало.

Его [Отражение Заклинания] активировалось, посылая сферу обратно на ведьму. Ее собственный снаряд попал ей в голову, и она споткнулась.

— Мышь, ты не понимаешь, — сказал Вайнкер, продолжая играть. — Ты сделала то, что удалось сделать только злому Фурибону и эльфийскому кузнечику. Ты меня просто взбесила.

Дракон увидел в глазах летучей мыши страх и ужас, как и следовало ожидать. Расправив охваченные пламенем собственные крылья, Вайнкер с неистовой яростью на нее бросился - крылатое воплощение разрушения.

Она попыталась удержать его на расстоянии залпом заклинаний из черных кубиков и замороженных звезд, но они отразились на нее. В ответ он ударил ее кулаком в грудь, раздробив ребра, и она закашлялась густой черной кровью. Но он не остановился и продолжал ее колотить.

В качестве последнего отчаянного усилия она, чтобы себя защитить, вызвала фиолетовый щит, и Вайнкер ударил по нему когтями, сотрясая с каждым ударом всю пустыню.

Человечек Виктор, который благоразумно держался подальше от своего хозяина, наконец, решил заговорить. — Ваше Величество, могу я на минутку позаимствовать часть вашей огромной жизненной силы?!

— Это будет вычтено из твоего жалованья!

Человечек Виктор, всегда готовый бесплатно служить своему хозяину, убрал оба своих оружия в ножны и поднял руки к щиту. — [Взрыв Аида]!

С кончиков его пальцев сорвалось колдовство, принимая форму сияющего луча фиолетового света, мощь и блеск которого соперничали с собственным дыханием Вайнкера. Лазер пробил защиту Лавер, испарив при этом левую сторону ее живота. Из раны зашипел дым.

Вы пожертвовали четвертью своих Очков Жизни!

Вайнкер ударил беззащитную летучую мышь кулаком в лицо, а затем продолжил идти, даже когда она ответила ему когтями и клыками. Это больше жгло ее, чем его ранило, и хотя она нанесла ему некоторый урон, у него ничего даже не чесалось!

— Дядя - луший драшон! — Джоли подбодрила его сквозь намордник. — Дядя - луший драшон!

Через [Щит Хозяина] вы восстановили все свои Очки Жизни!

Впервые со времен Брэндона Мора Вайнкер сражался всерьез.

Если бы она встретилась с ним тогда, когда Вайнкер еще не открыл великую, созданную драконом систему, она могла бы стать для него вызовом... но теперь... на каждый ее удар дракон отвечал десятикратным ударом. Ее заклинания отскакивали назад, и без ее магии и хитрости летучая мышь не могла ему. противостоять Он не оставлял ей никакой лазейки, отражая ее удары своим мастерством драки, и отвечал своими собственными смертельными ударами.

И, в отличие от Вайнкера, она была одна.

— [Взрыв Аида]! — Человечек Виктор повторял этот процесс снова и снова, подавляя ведьму заклинаниями. Он подождал, пока Вайнкер восстановит свою энергию, а затем ударил снова. Когда Лавер, превратившись в рой летучих мышей, попыталась от Вайнкера сбежать, он застрелил их всех и заставил ее перестроиться. Он стоил Императору больше здоровья, чем когти этого существа, но на этот раз дракон позволил ему поиграть.

Потому что это была не драка.

Это была настоящая экзекуция.

— Остановись, пожалуйста, — прохрипело чудовище, его крылья были сломаны, а плоть сожжена до костей. — Я уступаю ... я уступаю... я заплачу тебе... я заплачу ... Яблоко ... золото... что-угодно…

Вайнкер был добр и милосерден. Он принял дань за оскорбление своей персоны.... но, угрожая его семье, она совершила преступление в оскорблении величества. За это ей не было прощения.

И, вместо того, чтобы проявить милосердие, он схватил летучую мышь за плечи, удержал ее на месте и открыл пасть.

— [Заряженная Атака: Дыхание Дракона]!

Через несколько секунд его всемогущее пламя превратило песок в стекло, а ее тело - в пыль. Как он и обещал, за угрозы его племяннице, Мышь Лавер превратилась в пепел.

Она даже не дропнула ни герба, ни добычи.

Поздравляю! Загнав в угол и уничтожив лидера Ночных Клинков, вы заработали четыре уровня в Классе [Август]! Вы заслужили Классовые Перки [Сияющее Величие] и [Золотой Путь]!

Ваш Охотник на Ведьм может быть повышен либо в [Хеллсинг], либо в [Генерал Искатель Ведьм].

+120 Очки Жизни., +10 Специальные Очки, +8 Сила, +1 Жизнестойкость, +4 Мастерство, +4 Ловкость, +2 Интеллект, +8 Харизма.

[Сияющее Величие]: Техника, 120 Специальных Очков. Ваша чешуя может высвободить мощную, обжигающую вспышку света, бомбардируя пеонов славным видением вашего клада. Это наносит тяжелый [Легкий] урон, и цель страдает от недуга [Слепота] при неудачной проверке Жизнестойкости и / или недуга [Порабощение] при неудачной проверке Харизмы.

[Золотой Путь]: Техника, 30 Специальных Очков за 5 секунд. Вы можете создать [Портал] согласно заклинанию, который открывает пространственную дверь, ведущую к вашему кладу.

С кончиной Лавер цепи, удерживающие Джоли, превратились в призрачную пыль, наконец-то ее освободив. — Дядя! — воскликнула его очаровательная племянница.

— Все закончилось, Джоли, — пообещал Вайнкер, бросаясь к ней и прижимая к себе племянницу. — Злая летучая мышь исчезла!

— А я... — Она подняла на него свои милые глаза. — Я все еще под домашним арестом?

— Конечно, нет, — заверил ее Вайнкер. — Ты больше не под домашним арестом.

— Спасибо, Дядя! — Ответила Джоли со слезами на глазах и выпрыгнула из его объятий. Вайнкер молчал, чувствуя, что его каким-то образом обманули.

И все же, когда в награду за его доброе дело с небес посыпался золотой дождь, дракон предался блаженному чувству абсолютной победы.

— Неужели идет золотой дождь? — Спросил конь Человечка Виктора, благоговея перед постоянно растущим состоянием Вайнкера.

— Этот золотой дождь, — с сарказмом ответил глава персонала. — Это президентская штучка.

Оказавшись в безопасности своего убежища, Вайнкер Рыцареубийца достал из своей сокровищницы пригоршню монет и осыпал ними племянницу.

Он позволил своей племяннице отдохнуть на его сокровищах, пока их тепло не поможет ей забыть о плене в руках летучей мыши-зверя. И все же, несмотря на все его усилия, она оставалась тихой и слегка напуганной внешним миром. — Дядя, — наконец спросила Джоли. — У меня что, врожденный дефект?

— Конечно, нет! — Успокоил ее Вайнкер. — Ты почти так же совершенна, как и я!

— Но папа умер, а мне они причинили боль! — К несчастью для ее дяди, Джоли, может быть, и молода, но для своего возраста она была еще и умна. Ее потерянный рог будет постоянно напоминать ей о ее заточении. — Ты всегда говорил мне, что боль — это врожденный дефект.

— Потому что ты была слишком молода для правды, — сказал Вайнкер, который сам только недавно узнал об этой постыдной тайне драконьего рода.

Он больше не мог щадить ее чувства.

— Боль и смерть, — Вайнкер с трудом подбирал нужные слова, чтобы сказать страшную правду. — Боль и смерть — это не врожденные дефекты! От них страдает Каждый дракон!

Глаза Джоли превратились в чистейшее выражение страха и ужаса. Хотя в глубине души она понимала правду, но то, что она услышала от своего любимого дяди, должно быть, потрясло ее до глубины души. — Даже ты?

— Даже… — голос Вайнкера дрогнул. — Даже Я.

Откровение напугало ее еще больше.

— Джоли, благодаря своим путешествиям я узнал, что истинная уверенность в себе — это не то же самое, что неведение о смерти, — сказал ей Вайнкер, пытаясь подбодрить племянницу. — Настоящая крутизна — это поступать, как я: бороться до победного конца, потому что я знаю, что, несмотря на риск, я всегда буду побеждать. Потому что я — это я. Даже смерть склоняется перед моей силой, богатством и несравненным гением!

— Значит, если я вырасту сильной, большой и богатой, как ты, я смогу победить смерть? — Джоли вскинула голову.

— Вот именно! — Подбодрил ее Вайнкер. — Но ты не станешь такой же удивительной, как я, если будешь весь день сидеть дома. Ты должна растолстеть на скоте, выращивать лучших миньонов, уничтожать своих врагов и получать за это вознаграждение в виде богатства! Это и есть путь дракона к счастью!

Его слова зажгли в глазах племянницы огонь энтузиазма.

Дверной звонок его хранилища эхом отразился от стен, и Вайнкер, ворча, открыл большую дверь.

За дверью он нашел рыцаря Киа. — Джоли-

Вайнкер начал закрывать дверь раньше, чем она успела закончить, намереваясь оставить ее снаружи. Но, к несчастью, его племянница услышала этот голос. — Киа! — Она тут же встала, чтобы поприветствовать это извращенное подобие миньона, вынудив дядю оставить двери открытыми.

— Мне так жаль, — извинилась Рыцарь, обнимая драконенка, как будто это могло компенсировать ее грех некомпетентности миньона. — Мне надо было все время оставаться с тобой. Они что, отрезали тебе рог?

—Да, и взяли мою кровь, тоже! Они пытались запечатать дядю в бутылку!

Рыцарь почесала Джоли за ухом, как это часто делал Вайнкер. И это зрелище вызвало у него зависть, хотя он был слишком хорош, чтобы ее показать. —Это только начало, — сказала Рыцарь Киа. — Если Фомор что-то задумал, он никогда не останавливается.

— Ты больше не уйдешь? — Спросила Джоли у своего миньона.

— Нет, на этот раз я останусь с тобой навсегда, — сказала Киа, — по крайней мере, до тех пор. пока у тебя не будет достаточно уровней, чтобы себя защитить. Я буду тебя тренировать, пока ты не станешь [Паладином], настолько неудержимым, что будешь есть вампиров на ужин.

— Хорошо, потому что если я узнаю, что кто-то снова обидел мою племянницу во время твоего дежурства, то от тебя ничего не останется для размножения, — предупредил Вайнкер человечка, и это была правда.

Что же касается фейри, то дракон больше не мог игнорировать их планы.

Настало время действовать.

Сидя на спине своей лошади, и с поддержкой легиона жрецов, кобольдов и упырей, Виктор посмотрел на забаррикадированный дом перед собой. Весь процесс занял большую часть дня и прошлой ночи, но это был последний склад, на который они напали.

— Сэр, что же нам делать? — Спросил Жюль, глядя на закрытые окна.

— Если они не выйдут через пять минут, взломайте дверь и убейте всех, — сказал Виктор своим солдатам. — Никакой пощады.

К счастью, дверь открылась, и Сейворюз вышла. За ней, держа руки на затылке, следовала дюжина вампиров. Процессию замыкала Шарлин.

Как сказала им Сейворюз, Ночные Клинки уже превратили ее в вампира. Ее кожа стала мертвенно-белой, глаза — малиновыми, а тело заметно похудело. Она выглядела, как хищница, более привлекательной и уверенной в себе.

— Мы найдем способ тебя вылечить, — пообещал ей Виктор, слезая с лошади с базукой в руках.

— Вылечить что? — Ответила Чарлин. — Мое новообретенное бессмертие?

— Ты не злишься из-за своей нынешней ситуации?

— Нет! Быть вампиром — это чудесно! — Она уперла руки в бедра, выставляя напоказ свою новую фигуру. — Я чувствую себя намного здоровее и сильнее. Когда у меня закончатся эликсиры, мне придется прятаться от солнца, но я навсегда останусь молодой! И я больше не чувствую боли в спине!

Виктор думал, что из-за потери своей человечности она будет чувствовать внутренний конфликт, но она восприняла это ужасно хорошо. — Тогда, я рад тебя видеть.

— И позволь мне сказать тебе, что все изменилось, — ответила Чарлин, ее кровавые глаза были полны власти. — Когда я найду этого предателя Круассана, я высосу его досуха, и не так, как он думал.

Виктор уже планировал решить свою судьбу с его сестрой после того, как разберется с текущими делами. — А где же Эмиль Лавер? — спросил он у пленников. Заместитель Люси был последним слабым звеном, с которым он должен был разобраться.

— Мы заперли его в гробу, когда он отказался сдаться, — ответил ассасин. — Никто из нас не собирается сражаться за мертвую женщину.

— Стреляйте в гроб стрелами, проверьте труп, а потом кремируйте его, — приказал Виктор Жюлю, некроманту, вошедшему в дом с эскортом, чтобы заняться мертвыми. С уходом Эмиля они бросили вызов руководству гильдии в Мурмурине.

А что касается миньонов… — Вы боролись с законом, — предупредил их Виктор.— Причинили нам много неприятностей, посеяли хаос и угрожали подданным Императора. Что вы можете сказать в свое оправдание?

— Мы сдались? — сказал один из разбойников. — Разве ты не должен быть хоть немного милосердным? Я имею в виду, что Сев это сошло с рук.

— Не совсем, — вздохнула Сейворюз.

— Я приговорил ее к пяти годам общественных работ, — сказал Виктор, имея в виду поварские обязанности. — И, в отличие от тебя, она полностью согласилась сотрудничать.

— Тогда, мы сожалеем и больше не будем этого делать? — смущенно отозвался один из вампиров.

— Да, вы страшный человек, сэр, — ответил другой разбойник. — И к тому же очень красивый!

— Фу-у-у, а я-то думал, что в наши дни, чтобы стать [Ассасином], вам нужен твердый стержень, — Новый насмешливый голос издевался над трусливыми убийцами. — Признаю свою ошибку.

Виктор поднял глаза, заметив кого-то на крыше.

Человекоподобная ворона с перьями черными, как самая темная ночь, и глазами, сияющими в темноте, как звезды. Он был одет в нелепый экстравагантный малиновый костюм арлекина и размахивал косой, полной вопящих душ. По тому, как он прыгал по крыше, видно было, что он явно наслаждался своей скромностью; и почему-то Виктор, наблюдая за ним, чувствовал себя неправильно.

Как он умудрялся подкрадываться ко всем подряд? И почему он выглядел именно так … так…

…

Этого просто не могло быть.

— Кто ты такой, черт возьми? — Виктор направил свою ракетницу на новоприбывшего.

— Я — Десджестер, — объявил арлекин в птичьей шкуре с насмешливым поклоном, затем спрыгнул с крыши и грациозно приземлился перед Виктором. — Бог-принц преступления. Без альтернативы.

Десджестер

Божество (Угадай мой тип! Птица / Божественный!)

Сильные и слабые стороны для меня ничего не значат, все подчиняются моей воле.

Да, это я, я — настоящий мужчина. Бог-покровитель преступников, нарушителей спокойствия, обманщиков и птиц (потому что птицы — это потрясающе). Я убивал все виды существ, по крайней мере, один раз, однажды даже Митру. Я мог бы рассказать тебе кровавые подробности, но получилась бы целая черная комедия.

Фффффффффффф….

— Он — настоящий, — потрясенно пробормотал Виктор. — Это же Десджестер!

Весь полк миньонов направил свое оружие на родню птиц, а Ночные Клинки, включая Сейворюз, мгновенно склонились перед своим божеством-покровителем. — Бог! — запели они в знак уважения.

Десджестер ответил на проявление силы поднятием когтя, превратив к большому удивлению кобольдов каждое нацеленное на него копье и аркебузу в перья. — Вы все знаете мои отношения с законом, — сказало божество преступности. — Но я пришел с миром. Честно.

Виктор не знал, как реагировать. Боги не произвели на него никакого впечатления, но этот был воплощением убийства и Зла с большой буквы «З».

— Спасибо, спасибо, вы слишком добры, — тщеславно ответило божество, хлопая в ладоши. — Как бы неправдоподобно это ни звучало, я здесь не для того, чтобы кого-то убивать. На самом деле, я пришел, чтобы дать тебе мое благословение… и попросить тебя пощадить моих последователей, даже если мне немного стыдно за их трусость.

— Ты … аплодируешь мне? — Так или иначе, для него это было позорно.

— Виктор, Вик, я друг всех тех, кто идет по пути хаоса, — сказало божество, похлопав его по спине, к большому молчаливому изумлению всех присутствующих. — С тех пор, как тебе не удалось украсть рапиру из сокровищницы Вайнкера, Аутремонд вступил в эпоху перемен и неразберихи. Ты и этот дракон — ходячие бедствия, и я люблю, люблю его. Прямо сейчас, ты — мой любимый нарушитель спокойствия. Я даже решил дать тебе сладкую награду.

На левое плечо Виктора, пробиваясь сквозь щели в броне, упал свет. Он предположил, что на его коже появился символ божества-ворона.

Вы заработали Личный Перк [Избранный Десджестером]!

[Избранный Десджестером]: Когда вы повышаете уровень, у вас есть дополнительный 10-процентный шанс получить Навык или очко Харизмы. Вы можете по своему желанию фальсифицировать свою Карму, и ваша ложь не может быть идентифицирована никакой магией.

— Это должно решить твою проблему с ангелом, — сказало божество, явно ожидая, что Виктор совершит мошенничество со страховкой.

— Ты знаешь, что Шеша уже заявила на меня свои права? — Заметил Виктор. — Разве вы не должны отменить друг друга?

— О, ты знаешь, в наших портфолио есть много серых зон, — ответило божество. — Как наркотики или проституция.

Поскольку на него претендовали уже четыре божества, Виктор задумался, стоит ли ему ловить их все. — Эх, не жди, что какое-нибудь ”доброе» божество будет смотреть на тебя благосклонно, — сказал Десджестер, подтверждая, что может читать мысли Визиря. — За исключением, может быть, Сенга или Кибелы, раз уж ты так легко с ними справляешься.

— Эй, что это значит? — Наверху его тоже считали шлюхой?

— Не только наверху, — пожал плечами Десджестер. — А теперь у меня есть к тебе предложение.

— Предложение, от которого нельзя отказаться, или предложение «не совсем предложение»? — С сомнением спросил Виктор.

— У меня было кое-что свежее с Ночными Клинками, а с уходом маленькой Люси организация придет в беспорядок, — ответил арлекин, игнорируя вопрос. — И хотя я всецело за эры раздора, но это сделает законопослушного Митру счастливым, а его радость — это мое несчастье. Я также считаю, что у тебя есть большой потенциал злодея, и не только потому, что ты прошел один семинар.

— Ты хочешь, чтобы я взял на себя управление Ночными Клинками? — догадался Великий Визирь.

— Да, но только если ты пощадишь моих прекрасных убийц, — подтвердило божество. — Кто-то же должен заботиться об отбросах и отверженных мира сего. Итак. Ты хочешь стать Наполеоном преступности, Вик?

Честно говоря, если бы он попросил несколько месяцев назад, когда Сейворюз предлагала ему контроль над местным отделением, он бы отказался.

Но, теперь Виктор не знал, что с этим делать. Контроль над Ночными Клинками поможет переориентировать их огромные ресурсы на служение интересам его и Вайнкера, а не фоморов. Он мог бы реформировать организацию, чтобы сделать ее чем-то более продуктивным, чем просто наемные террористы. С другой стороны … его карма получит еще один удар.

— Я вовсе не чувствую себя злодеем или тем, кто идет, как ты говоришь, по пути хаоса, — возразил Визирь. — Если уж на то пошло, то я — главная причина, по которой эта страна полу-функциональна.

— Ты в союзе с Хэппилэнд, ты возглавляешь нацию монстров, сделал некромантию спонсируемой государством торговлей, ты безжалостно охотился на себе подобных, чтобы защитить жадного, разрушительного дракона… мне продолжать?

— Я делал большую часть для Вайнкера. Я обязан ему жизнью.

— Ты не очень сильно сопротивлялся, хотя он тебя слушает, а это — самое главное. Именно ты, без участия Вайнкера, позволил действовать демонам. Ты — не злой, потому что только ангелы верят в абсолюты, но ты и не героический материал. Признай это, Вик, в глубине души ты — хулиган, этакий вид с дальновидностью и добродетелями.

— Это хороший рекламный ход, — невозмутимо произнес Виктор. — А что дальше? «присоединяйся к темной стороне и получи печеньку»?

— Вот этого ты еще не понял: нет никаких сторон, только то, что ты хочешь. — пожал плечами Десджестер. — Ну и что? Договорились?

Виктор обдумывал слова божества, пока ответ не стал очевиден. — Я согласен.

— Рад это слышать, — ответил Бог, затем сунул коготь под свою арлекинскую шляпу и вытащил оттуда письмо. — Кроме того, если однажды ты захочешь выйти за рамки простого семинара и продолжить свое образование в области сверхправительства, у меня и моих приятелей есть целая программа для начинающих социальных альпинистов. Вот твое приглашение.

Виктор схватил письмо и принялся его рассматривать. Печать на обороте изображала черную молнию, а на лицевой стороне кто-то написал слово «Схоломанс».

— Помни, Вик, — сказал Десджестер, поднимаясь в небо в столбе света. — Все время врать, обманывать, воровать, к черту закон, да и паладинов тоже! Вот в чем смысл жизни!

— В каком смысле к черту? — Виктор был невозмутим.

— Вот это дух, мой мальчик!

А потом божество исчезло на глазах изумленных людей.

А потом божество исчезло на глазах у всех.

Поздравляю! За уничтожение Мурмуринской ветви Ночных Клинков с помощью ума и хитрости, пожиная души, пока вы не насытились, и спасая своего хозяина верхом на лошади, вы заработали три уровня в [Великий Визирь], два уровня в [Жнец], один уровень в [Ассасин] и один уровень в [Всадник Хаоса].

Вы заработали Классовые Перки [Словоблуд], [Завистник] и [Мастер Душ IV].

+180 Очки Жизни, +40 Специальные Очки, +5 Сила, +2 Жизнестойкость, +10 Мастерство, +5 Ловкость, +5 Интеллект, +8 Харизма, +7 Удача.

[Словоблуд]: Вы получаете бонус +5 на проверку Харизмы, когда говорите ложь.

[Завистник]: Техника, вы можете украсть у врага или союзника одну положительную болезнь (например, реген или физическую защиту) и применить ее к себе.

[Мастер Душ IV]: Ваше знание душ открыло вам больше путей к власти, чем одна лишь некромантия. Теперь вы можете изучать и использовать заклинания [Некромантии], [Ритуалов] и [Дьяволизма] до уровня IV. Уровни Жнецов теперь считаются уровнями Заклинателей для целей классовых ограничений. Этот Перк заменяет [Некромантия III].

Поздравляю! Набрав в определенные классы достаточное количество уровней, будучи выбранным главой преступного синдиката и получив благословение бога преступности, вы теперь можете объединить [Ассасина] и [Великого Визиря] в престижный класс [Мориарти].

[Мориарти]: Император преступности, дьявольский вдохновитель, манипулирующий из тени целыми странами. Специальности: Лидерство, Иллюзии, Скрытность, Стрелковое Оружие. Значительный рост Мастерства, Интеллекта и Харизмы. Затронутые Перки: [Ничего Хорошего], [ Жалящий Клинок], [Словоблуд].

Хорошо. Но у него было много работы.

*****

В первый же час после рассвета Вайнкер собрал на центральной площади почти всех своих миньонов, желая обратиться к населению.

Потому что все изменится.

Вайнкер наблюдал за жителями своего города, от самого низкого слизняка до самого высокого карлика, которые собрались, чтобы послушать его мудрые слова. Он чувствовал запах их беспокойства, их страха. У них были ужасные ночи, и они видели, как горит собственный дом Человечка Виктора. Они нуждались в утешении.

Они будут сыты по горло и даже больше.

— Граждане Мурмурина, — откашлявшись, начал свою речь Вайнкер. — Вы уже давно боитесь ночи. Уже несколько дней вампирские бунтовщики во главе с Летучей Мышью Лавер ведут против моего города войну. Они сожгли ваши дома, забили мой скот, развратили сердца старых миньонов и угрожали даже тому, что я ценю больше всего. Бунтовщики трусливо прячутся в тени, пытаясь разделить вас, используя страх и недоверие.

Его глаза остановились на Дьяволе Малфи и Ангеле Миэль. Первый был в инвалидном кресле, хотя и немного оправился. Вторая же, благодаря собственной гениальности Вайнкера и свидетельству раскаявшейся Сейворюз, сумела оправдать свою личность. Но теперь они оба объединились против истинного врага.

— Но битва окончена! — обрадованно сказал дракон, поднимая левую лапу и сжимая ее в кулак. — Предводительница летучих мышей погибла от моего пламени, раздавленная, как паразит, которым она и была! Пока я говорю, мои войска под предводительством моего Великого Визиря сокрушают последние очаги сопротивления! Пока вы остаетесь под моим крылом, все будет падать перед мощью Империи!

Толпа немедленно отреагировала радостью, энтузиазмом… но все это было подавлено. В то время как самые ревностные из его миньонов, как обычно, аплодировали, большинство беспокоило то, что эти нападения были всего лишь началом войны. Напряжение оставалось ощутимым. Вайнкер решил разрядить обстановку, раздавая почести своим миньонам, которые, по его мнению, этого заслуживали. — Рейнджеры Кобольды, сделайте шаг вперед.

Его самые старые, самые ценные после Человечка Виктора миньоны собрались перед ним, выстроившись в линию. В самую темную ночь они покрыли себя славой, и сегодня он их вознаградит.

— Когда я нашел вас, вы были всего лишь кобольдами, — сказал Вайнкер. — И все же я сразу увидел семена истинного служения, дремлющие в вас и готовые вырваться на волю. Теперь же вы выросли в силе, став элитой моих лакеев. Вы — это все, чего только может желать хозяин от своих слуг.

Его миньоны вздрогнули от его похвалы и поклонились так низко, что дракон испугался, как бы они не сломали себе спины.

— В награду за вашу долгую и добросовестную службу я назначаю вас Рыцарями Вайнкера и Защитниками Племянницы, — объявил Вайнкер. — Вы будете защищать и охранять одну из трех моих величайших радостей: мою прекрасную племянницу Джоли. Вы будете защищать ее так же, как защищали мое золото, и одержите победу там, где Рыцарь Киа доказала свою несостоятельность.

— Ваше Величество чтит нас, — сказал Красный за всю команду, у всех на глазах были слезы, хотя это, должно быть, был конденсат воды для нежити. — И в ответ мы принесем вам славу!

— Я знаю, миньоны. А теперь, поцелуйте мое кольцо. — Вайнкер протянул им лапу. Дракон быстро перешел к герою дня. — Дриада Эллисон, выйди вперед.

Дриада робко приблизилась.

— Когда-то я презирал тебя, потому что не считал тебя подходящей для миньона. — Слишком тощая, и он не мог съесть Роло. Со временем он научился ценить способность голема снабжать его пищей — этого было достаточно, чтобы простить этот недостаток. — Ты доказала, что достойна моего доверия.

— Э-э… — растеньице не нашла нужных слов, слишком напуганная такой честью. — Хорошо…

— За твои подвиги против бунтовщиков я назначаю тебя своим новым учителем магии. Ты поможешь Человечку Виктору сделать меня еще более могущественным.

— Так что… продолжать делать то, что я уже делала?

— Да, но теперь твой вклад признан, — сказал Вайнкер, демонстрируя свое великодушие. — А теперь поцелуй мое кольцо.

После того, как она это сделала, хотя и с меньшим энтузиазмом, чем Рейнджеры, Вайнкер снова обратился к толпе: — Однако, граждане, как хороший дракон, я всегда буду говорить правду. Вампиры-бунтовщики были всего лишь солдатами гораздо более древней угрозы. Фейри.

— Фейри?

— Фоморы?

— Они вернулись?!

Вайнкер прислушался к шепоту своих лакеев и понял, что они боятся его старых соперников не меньше, чем уважают драконов. Их предки погибли от рук этих существ или трудились, как рабы.

— Но на этот раз они зашли слишком далеко. Они плюнули в колодец.

Чтобы подчеркнуть свое заявление, Вайнкер выпустил в небо струю огня, мгновенно заставив замолчать своих обожающих поклонников.

— Миньоны, фейри объявили мне войну, — сказал Вайнкер, и из его ноздрей повалил дым. — Освободив Золотоубийцу Фурибона от печати, которая сдерживала его зло, напав на моих слуг и угрожая моей племяннице, они нарушили мир между драконами и фоморами, который держался с самого начала мира. Если они забыли, кто победил в первой войне, я напомню им об этом во второй.

Великий дракон гордо расправил крылья, так что все его миньоны могли наслаждаться его полным величием.

— Ибо я, Вайнкер Рыцареубийца, Первый Этого Имени, Великое Бедствие этого Века, Защитник Сокровищ, Величайший Гладиатор, Гениальный Президент, и Император Мурмурина, Ишфании и Альбенских Гор, объявляю войну фоморам!

Проверка харизмы прошла успешно!

Его слуги, жаждущие мести, подняли руки в кровожадном приветствии. — Война! — они закричали все разом, их крики стали оглушительными: — Война! Война! Война!

— Клан Мелл, который противостоял мне с самого моего пробуждения, должен узнать свое место! Нигде в этом мире они не будут чувствовать себя в безопасности от моего гнева! Я дотла сожгу их логова, опустошу загоны для скота и объявлю их богатство своим!

Вайнкер театрально взмахнул рукой. — В качестве первой меры, настоящим приказываю создать Вайнкерскую Стражу для Полного Уничтожения Фейри; организация, предназначенная для поиска новых и творческих путей решения проблемы фоморов! Я приглашаю любое существо, готовое сражаться в добром бою, присоединиться к этому золотому крестовому походу!

Никто не приветствовал это решение больше, чем гномы; они с нетерпением ждали его приказа готовиться к возвращению Фурибона и не могли дождаться испытания своего оружия на новых целях.

— Во-вторых, пришло время стране оправдать мою репутацию, — сказал Вайнкер. — Все мои миньоны будут обучены и экипированы, и однажды, очень скоро, мы вступим с фейри в бой, вместо того, чтобы позволить им снова вторгнуться к нам! Я расширю эту империю за пределы этого города, за море и на остров Придейн! Под моими крыльями мы победим!

Пока его подданные аплодировали этому заявлению, Вайнкер предался своему воображению, думая о будущем. У него уже потекли слюнки при мысли о несметных сокровищах, которые наверняка уронят фоморы. У него было много работы, потому что фейри были очень злыми. Они создавали големов, способных даже ему бросить вызов. Они модернизировались, как и он, когда принял драконью Систему.

Ему тоже придется модернизировать свою империю. И хотя рост сокровищ оставался его приоритетом, он должен был гарантировать, что под его правлением его империя станет сильнее. Он был доволен тем, что позволил Человечку Виктору заниматься делами миньонов, но теперь он будет обеспечивать прямое руководство, пока его владения не вырастут в десять раз.

И однажды, очень скоро…

Он завоюет даже Луну!

“Лунная Катастрофа", написанная Розовым Рейнджером.

Это было бурное время для Империи V&V. Добрый император Вайнкер, да будет он богат, одержал победу над Легионами Грабителей, которые угрожали его сокровищам. Путь к звездам открыт!

Среди обломков разрушенных металлических стрел отважный Желе Базз готовился взойти на борт корабля к Лууууне! Его миссия: во имя империи и жадности заявить права на новую планету! Много золота ждет нас в дальних уголках космоса, но и опасностей тоже!

Перед толпой культистов Лунного Человека Желе Базз получил благословения и баффы своего пророка (и тайной истинной любви Императора), Лорда Виктора, первого среди миньонов. Его Величество Вайнкер лично пожелал молодому слизняку удачи, и тот прыгнул на борт "Меч Ракета".

Но никто не мог предвидеть трагедии, которая навсегда станет известна как "Лунная Катастрофа".

Та Самая Лууууна...

Базз Джелли поднял глаза к ночному небу, где сверкал истинный предмет его мечтаний. Могучий меч из металла, самый большой, который Базз когда-либо видел, был направлен на луну, готовый пронзить планету своим острым концом. Огромные гномы вскрыли ему брюхо, в которое запрыгнет Базз, а его усыновитель готов был в последний раз обнять каскадера.

— Молодой! — Возмутился Вайнкер Младший, или "Экскалидад", как прозвали его протеже. Хотя он и согласился позволить Баззу исполнить его мечты, теперь, когда роковой день настал... — Молодой!

— "Меч Ракета", — успокоил Базз своего усыновителя, напомнив ему об абсолютном превосходстве мечей над всеми остальными формами. Кроме того, Лорд Виктор приложил все возможные усилия, чтобы обеспечить успех миссии.

— "Меч Ракета", — уступил Экскалидад, хотя все еще был обеспокоен. — Далеко!

— Вернусь! — Пообещал Базз, и страстно подтвердил стремление к своей страсти. — Мечта!

Убежденный безупречной риторикой, Экскалидад уткнулся носом в Базза и пожелал ему удачи.

— Давайте сделаем окончательный обзор, — инструктор Базза, карлик Марбре, проинформировал его вместе с инженерами. — У нас достаточно силовых камней только для путешествия в один конец. Чтобы ускорить дату запуска и после мятежа дать людям надежду, мы лишили судно любой несущественной части. Сиденья, воздух, еда…

— Никто, кроме слизи или призрака, не выдержит этого путешествия, — сказал инженер, и Базз воспринял это как похвалу. — Ты один можешь пережить ускорение, космический вакуум и отсутствие покрытия.

— Я напоминаю, что твой корабль в безопасности, потому что у тебя есть шанс выжить, — добавил Марбре. — Ты, слизь, настоящий солдат среднестатистической революции. Ты можешь это сделать. Ты можешь экспортировать революцию к звездам.

— Звезды! — Базз согласился, хотя в глубине души это было не совсем так. Все, что имело значение для слизи, это исполнить свою мечту и служить своей стране.

— Твоя роль двоякая. Во-первых, ты должен выжить на всем пути и не потерпеть катастрофу. Во-вторых, ты должен нажать красную кнопку в своей каюте, чтобы наш [Варп Проектор] мог открыть врата между нашими двумя мирами. Мы немедленно приступим к укреплению портала и обеспечим постоянные врата между Мурмурином и Луной.

— Нажать! — Повторил Базз. — Кнопка!

— Помни о своей подготовке, — сказал огромный карлик желе, напоминая ему о бесчисленных случаях, когда "невидимые вампиро-капиталистические повстанцы" пытались саботировать миссию, взрывая прототипы. — Выжить и нажать на кнопку!

Желе подпрыгнуло в ответ, и обернулось в последний раз, чтобы увидеть толпу длинноногих существ, которые будут свидетелями запуска. Он узнал великана среди великанов, великого Вайнкера Рыцареубийцу и Великого Визиря Виктора, который всегда верил в слизь. Его герои!

— Верю! — Базз, подпитываемый страстью, произнес самую многословную речь, какую только знал вид слизи. — Мечта! Правда! Работа! Полет! Луна, Луна! Меч! Небеса!

Однако эта речь вызвала среди слушателей много споров.

— А что, избранное желе сказало "небеса"? Является ли это политическим заявлением?

— Это же ангельская скрытая реклама!

Луууууууууууууууна!

Базз повернулся и прыгнул внутрь ракеты Меч Ракеты. За ним закрылась металлическая дверь, запечатав желе внутри кабины, полной стальных шестеренок, жестяных труб и прочего машинного хлама. Большая круглая красная кнопка на стене ждала его прикосновения. И только стеклянное окно позволяло слизи видеть внешний мир.

Гномы, так же как и Базз, жаждущие пробить сами небеса, немедленно начали запуск. Слизь трепетно дрожала, ожидая судьбоносного момента.

И затем…

КАБУУУУУУМ!!!

Толкаемая смесью огня и гравитационных силовых камней, Меч Ракета на предельной скорости полетела прямо в небо. Огромное, подавляющее давление сплющило Базза, как лужу на земле.

Почти сразу же, как только корабль достиг облаков, одна из труб сломалась, и во все стороны полетели дрянные болты. Пар проник в каюту, угрожая разогреть весь корабль!

Привыкнув к неудачной работе гномов, Базз мгновенно перешел к действиям. Слизь скрутила свое тело в форму трубы и заменила собой металлическую. Пар жег, заставив его слизистость закипеть!

Вы получаете средний урон [Огнем]! [Регенерация] активирована!

Жара причиняла боль, но Базз терпел. Очки Жизни были, а у него была воля!

В течение долгих, мучительных минут слизь удерживала корабль, даже когда он дрожал и угрожал, как и все остальные до этого, разбиться вдребезги.

Наконец, синева снаружи начала чернеть, пар уменьшился, а огненные силовые камни истощились. Базз быстро поймал летающую в кабине металлическую трубу, вернул ее на место и проделал то же самое с винтами. Он прекрасно справлялся даже без рук, благодаря своей слизистости, но чуть-чуть пара все же проникало в кабину.

Но это дало Баззу достаточную передышку, чтобы удариться своим телом об окно и полностью все видеть!

…

Прекрасно!

Гигантская синяя слизь, которую длинноногие называли океаном, покрывала почти весь мир! Должно быть, она съела и другие континенты! Мурмурин превратился в большую песчинку, окруженную морями, и желе дивилось совершенной округлости мира.

Между своим домом и краем другого огромного континента слизь видела мифический остров Атлантиду. Базз заметил и другие чудеса: острова, плавающие в небесах, привязанные бобами к земле; дерево выше гор; гигант, спящий под океаном; даже меньшую черную луну, вращающуюся вокруг Земли и скрытую от глаз темными облаками!

После быстрого подъема корабль замедлил ход и вышел в открытый космос. Базз, наконец-то, мог смотреть на звезды, на эти сияющие, сводящие с ума огни, плавающие в темноте.

Поздравляю! Будучи первой слизью, достигшей космоса, вы заработали десять уровней в ультра-престижном классе [Космонавт]! Вы заработали Классовые Перки [Горячие Звезды], [Синий Озон], [SpaceZ], [V-Галактика], и [Зонд Элдрича]!

+600 Очки Жизни, +50 Специальные Очки, +8 Сила, +10 Живучесть, +7 Мастерство, +6 Ловкость, +10 Интеллект, +1 Харизма, +8 Удача.

[Горячие Звезды]: Вы получаете только половину урона от [Физических] эффектов; это снижение применяется перед тем, как учесть ваше естественное или магическое сопротивление. Вы получаете Продвинутое Умение при пилотировании любого космического корабля.

[Синий Озон]: Вы можете выжить в космическом вакууме, как будто это ваша родная атмосфера. Вам больше не нужно дышать, и вы приобретаете сопротивление [Огню] и [Морозу] .

[SpaceZ]: Техника, 40 Специальных Очков. Вы можете ускорить свое тело и превратить себя в смертоносный снаряд, но после запуска вы не можете остановиться самостоятельно. После остановки вы восстанавливаете треть своего общего количества Очков Жизни.

[V-Галактика]: Вы можете прекрасно видеть в темноте и телепортироваться на любую планету, естественный спутник или астероид, который вы уже посетили; вы всегда будете телепортированы в тот район, где вы впервые приземлились.

[Зонд Элдрича]: Заклинание, половина ваших Специальных Очков. Вы можете призвать космические силы, чтобы вызвать Зонд Элдрича (Искусственный/Элдричный), чье количество Очков Жизни равно количеству пожертвованных Специальных Очков. Существо повинуется вашим приказам, но также служит маяком для древних элдричей.

Предупреждение: вы достигли порога 30-го уровня. Вы больше не сможете проходить новые уровни, пока не найдете [Герб].

Желе проигнорировал уведомление, завороженный осмотром достопримечательностей.

Затем меч ракета, обо что-то ударившись, дрогнула.

Глаза Базза глянули на край окна, где показалось чудовище.

Это существо не было похоже ни на что, виденное Баззом в окружающем мире: розоватая, грибо-ракообразная аномалия с головой, покрытой антеннами. Хотя у существа были крылья летучей мыши, оно, в основном, висело на поверхности корабля благодаря бесчисленным извивающимся под его телом парным придаткам. Затем оно наблюдало за происходящим через окна, и его инопланетный разум вступил с юным Баззом в телепатический контакт.

— Ты только посмотри! — существо мысленно говорило на Р'льехском, языке, которы Базз изучил, чтобы разговаривать с лунянами. — Иммигрант!

"Лунная Меч Ракета!" — мысленно спорил Базз, прыгая обратно в кабину, и удивляясь своей способности составлять предложения из трех слов. Затем он вспомнил, что его интеллект вырос на десять очков! — "Империя мировых денег!”

"Не лги мне, я знаю таких, как ты! Ты - грязный иностранец на углеродной основе, вторгшийся в наше пространство! Ты изображаешь невинность, но как только я перестану смотреть, ты будешь приставать к нашим кальмарам и играть на трубах на наших астероидах!”

"Воздуха нет звука!" — Базз указал, что в космосе не может быть музыки, потому что там нет атмосферы.

“Я просто хочу сказать, что если вы, углеродные существа, были хоть для чего-то хороши, то зачем вам для размножения нужен напарник противоположного пола? Вместо того, чтобы прижиматься обнимающим лицом к низшей форме жизни, чтобы она несла ваше яйцо?" — Существо выглянуло через усиленное стекло и заметило красную кнопку. — “Это что, какой-то угольный мешок для яиц?”

Базз запаниковал, осознав угрозу для миссии. — "НЕ ТРОГАТЬ КНОПКУ!”

Жуткий инопланетянин в ответ взвизгнул и выпустил заряд чистой психической энергии, разбив стекло и отбросив Базза к стене. — “[Мозговой Глушитель]!"

Существо атаковало Базза через их телепатическую связь, вторгаясь в сознание молодой слизи с ужасающими видениями жутких ужасов за пределами звезд. О великих, забытых богах со щупальцами, ртами и глазами!

Глаза…

Глазные сокровища!

Базз немедленно прыгнул в один из глаз ужаса…

И съел его!

Болезнь [Безумие] отклонена!

Видение рухнуло, вернув Базза в реальность - где он жевал голову инопланетянина.

— Этот грязный иностранец укусил меня! — пожаловался инопланетянин, умудряясь сбросить Базза со своего "лица". То небольшое количество кислорода, оставшееся внутри кабины, исчезло вместе с гравитацией. Слизь умудрилась приземлиться на стену и использовала инерцию, чтобы броситься обратно на захватчика.

— Глазное сокровище вкусно! — Базз взревел, как лев, и снова попытаться ударить ударом слим-слэм.

Никаких повреждений!

Но инопланетный зверь, будучи больше, просто отбросил Базза в сторону, и снова попытался вторгнуться в кабину. Враг приблизился к кнопке одним из его отростков, тем самым угрожая закончить миссию.

Мысль о том, что его страна потерпит неудачу, подтолкнула воинственный дух молодого слизняка. Базз перепрыгнул через поврежденную трубу и выбил ее; затем, придав форму своему скользкому телу, он направил сфокусированный пар на чужака, и, когда желе брызнуло на его антенны раскаленным газом, зверь закричал от боли.

Затем Базз закрыл трубу своим корпусом, позволив давлению нарасти и достичь точки кипения.

— ЗА ИМПЕРИЮ!

Взрыв пара, как пушечное ядро, швырнул молодую слизь в его противника, и, благодаря жестокому столкновению, с силой выбросил его из кабины. Базз несколько раз отскакивал назад в кабину, разбивая какие-то шестеренки, в то время как захватчик полетел через пространство, удаляясь от Меч Ракеты.

Умудрившись даже без гравитации приклеиться к стенке корабля, юный космонавт глянул в разрушенное окно, чтобы своими глазами увидеть Лууууууну.

Она была почти так же прекрасна, как он себе представлял; хотя при ближайшем рассмотрении она казалась менее серебристой и более тускло-серой. Слизь заметил раскинувшиеся города с черными шпилями и озера ядовитой смолы на поверхности, которые чужеземцы ошибочно принимали за пятна. Из кратеров, где начиналась темная сторона Луууууны, выскакивали щупальца, извиваясь в безумном танце и распространяя к светлой стороне фиолетовые облака.

Короче говоря, это было идеальное место для поселения целой колонии!

Однако, как и ожидалось, на Лууууууне была атмосфера, что означало тяжелый удар.

Хуже того, инопланетянин насквозь пронзил покрытие! Базз должен был защитить кабину, иначе посадка могла повредить кнопку!

Вытянув тело, Базз закрыл дыру, образованную разбитыми окнами, и приклеился к металлу корабля, когда тот вошел в атмосферу Лууууны. Корабль воспламенился, обжигая поверхность желеобразной кожи слизи.

Вы получили тяжелый урон [Огнем]!

Предупреждение: Вы потеряли четверть ваших Очков Жизни.

Боль была невыносимой, но Базз не отпускал. Никакому пламени не войти в шаттл, пока он жив!

Внимание: Вы упали ниже половины ваших Очков Жизни!

Несмотря ни на что, Базз, чтобы удержаться на корабле, собрал последние капли силы воли и закрыл глаза. Он должен был жить... высадиться на Лууууну и посмотреть на свою родную планету ... с патриотической гордостью!

Критическое здоровье!

В юном сознании слизи вспыхнула мысль о том, что его усыновитель ждет его возвращения... и в это время Меч Ракета врезалась в поверхность Лууууны. Корабль трясло, шторм серого песка погасил огонь, и, наконец, корабль замедлил ход.

Когда Базз, наконец, снова открыл глаза, корабль был сломан пополам, но кабина - и кнопка - остались целы.А с серых берегов смоляного озера за молодой слизью следили два белых зверя со щупальцами.

Когда Базз приземлился на песок, оправляясь от ожогов, он подумал: какой маленький прыжок для слизи.

Но такой большой скачок... для Империи!

Вы вошли в поле [Аутремуун]! Характерные черты: Низкая Гравитация], [Холодная Атмосфера], [Вызывающая Галлюцинации Почва], [Ночная].

Типы [Мерзость], [Чужой], [Элдрич] и [Насекомое] будут иметь увеличенную на одну стадию статистику, эффекты [Мороз], [Темнота], [Гравитация], [Экстрасенсорика], [Нечестивость] и [Элдрич] будут усилены. Эффекты [Луна] и [Безумие] будут усилены значительно.

Божественные классы, связанные с Лунным Человеком или обладатели Перка [Избранный Лунным Человеком], будут невосприимчивы ко всем негативным воздействиям Поля и получают +5 при всех проверках.

— Он выжил? — спросил первый кальмар на Р'льехском.

— Ты должен мне двадцать тысяч ракушек, — ответило другое существо своему ворчливому спутнику. — Я - Тул-Гатар, избранная слизь. Добро пожаловать на Лууууууну!

— Лууууууна!

За то, что вы стали первым углеродным существом Аутремонда, которое вопреки всему достигло луны, вы заработали [Героический Герб].

Базз поднял глаза и увидел радужное, блестящее сокровище, спускающееся с неба. Слизь заметила это, но быстрый взгляд разочаровал молодого авантюриста.

Не достаточно меч.

Космонавт решил подарить сокровище Экскалидаду в качестве сувенира, а затем прыгнул обратно в обломки меч ракеты, чтобы выполнить свой патриотический долг.

Миссия еще не закончилась.

Базз подпрыгнул и ударил по большой красной кнопке.

Когда разверзлась трещина в пространстве, Вайнкер едва сдержал радость. Вся толпа потеряла дар речи, а их сердца были охвачены религиозным молчанием. Наконец, после мучительно долгой минуты, белый кальмар и желе вышли из ворот. Желе нес странный Герб.

Дары моря оценивающе оглядел миньонов, помахали щупальцем Человечку Виктору, а затем обратился к собравшимся. — Мы пришли с миром, гаметы! — заявил кальмар на примитивном языке своего вида. — Воля нашего отца была исполнена!

Усердные приспешники Человечка Виктора издали радостный крик облегчения, хотя они, вероятно, не понимали этого языка.

— Пососи мое щупальце! — добавил кальмар, и культисты закричали так же радостно, как и раньше. Существо издало звук, который Вайнкер принял за вздох. — Возлюби свою паству, сказали они...

— А на вашей Луне есть воздух? — Спросил Человечек Виктор, более взволнованный, чем когда-либо видел Вайнкер. — На моей нет вообще.

— Ах, правда, ваши гаметы нуждаются в кислороде, чтобы жить, — сказал кальмар. — У нас есть атмосфера, в которой ваш вид может выжить. Однако не ешьте пищу, если не хотите получить третью ногу.

— Тогда я - первым! — Человечек Виктор немедленно пересек ворота.

— Наконец-то новый мир, свободный от драконов, но полный квестов и приключений! — Обрадовался Вайнкер, делая шаг вперед, чтобы пересечь портал.

Только для того, чтобы увидеть, как вышел его лакей. Его кожа потеряла цвет, а выражение лица разрывалось между паникой и шоком. — Ваше Величество, нет! — умолял он своего господина. — Не пересекайте портал!

Что? Почему? — Я хочу увидеть планету луну своими собственными глазами, миньон.

— Ваше Величество, если вы ... если вы увидите то, что находится за пределами ... вы никогда оттуда не вернетесь!

— А? Неужели луна сделана из золота? — Охваченный жадностью, Вайнкер тут же прыгнул в портал.

Он медленно приземлился с другой стороны, его когти погрузились в пустыню тусклого серого песка. Небо было темным, как самая мрачная тьма, а над его головой сияло синее солнце Аутремонда. В воздухе стоял ужасный, страшный запах. Вайнкера охватил непреодолимый ужас: интуиция подсказывала ему, что он ступил в такое место, куда не должен ступать ни один дракон.

Почему? Почему его Драконий инстинкт самосохранения перешел в овердрайв? Что же могло ему угрожать? Червяк, кусающий его за лодыжку? Он посмотрел вниз, чтобы проверить землю.

Земля...

Голос Вайнкера замер у него в горле, когда он узнал вещество, в которое погрузились его ноги.

Свинец.

Свинец повсюду!

Вайнкер лихорадочно огляделся вокруг и увидел целые горы окружавшего его проклятого металла. Его осенило ужасное, безумное откровение, в его наивном уме взорвалась древняя космическая истина.

Луна…

Луна состояла из свинца!

Проверка Жизнестойкости не удалась!

Вайнкер почувствовал в груди, прямо в сердце страшную боль. Впервые за всю свою долгую жизнь дракон с трудом дышал. — Мин ... миньон — успел он пролепетать, и его конечности отказали.

Император рухнул на свинец, находясь на грани смерти.

В этот черный день Мурмурин почти потерял своего любимого правителя. Добрый император Вайнкер, одержавший победу над бесчисленными врагами, был повержен ударом; его доброе сердце было разбито ужасной космической истиной.

Только благоразумие Великого Визиря Виктора и усилия верных ему людей спасли Императора от смерти. Они перенесли великого дракона в единственное место, которое могло спасти ему жизнь: в его сокровищницу. В течение нескольких часов они осыпали его золотом и драгоценными камнями, пока, наконец, сердце великого дракона не забилось снова. Одна минута опоздания - и Мурмурин потерял бы своего любимого хозяина.

— Миньон... — это были первые слова доброго императора, когда он проснулся.

— Да, Ваше Величество? — Спросил красавец Виктор своего любимого хозяина, его голос был полон беспокойства.

— Планета Луна не может поддерживать жизнь драконов... — сокрушался добрый Император. Его мечта выполнять задания в космосе закончилась, разбившись навсегда.

Ибо мы часто смотрим в небо, надеясь на золото.

Но иногда есть только свинец.

— Вингардиум Левиоса!

Надев волшебную шляпу, Вайнкер пустил в ход свою сокрушительную магию, чтобы одним взмахом руки вернуть жизнь бесплодной земле.

И ничего не произошло.

Дракон разочарованно зарычал, ударив кулаками по полям. Фермер-голем, обрабатывающий их плугом, остановился и пожаловался: — Ваше Величество, вы вредите культурам Роло!

— Тогда скажи магии, чтобы она была менее трудной! — Ответил Вайнкер, в отчаянии отбрасывая волшебную шляпу. Она ничем не смогла ему помочь!

Дракон предпочел бы долететь до самого темного леса и сжечь его дотла, но сначала он должен был выполнить свое пари с Ледяным Клыком. Ему нужно было собрать до Хэллоуина как можно больше золота, чтобы поставить своего соперника на место. После этого дойдет очередь и до фейри.

— Миньон, я понял, что, глядя на звезды, мы теряем из виду то, что к нам ближе, — разглагольствовал Вайнкер, скорее ради удовольствия послушать свой собственный безупречный голос, чем ради слушателей. — Кроме того, я считаю, что Луна должна быть уничтожена.

— Роло согласен, — ответил голем и добавил немного [Фермерской] мудрости. — Лучше трудиться на земле под ногами, чем надеяться на более зеленые пастбища в космосе.

— Вот почему вместо того, чтобы выполнять квесты на Луне, я перейду на другие континенты! — Согласился Вайнкер, и его драконья душа воспламенилась. Его любимый фаворит рассказывал ему о разведывательных флотах, которые открывают новые земли, полные сокровищ, предметов и новых уровней, на которые можно претендовать. — Если даже люди обращаются к морю в поисках новых земель, то V&V поведет их вперед! Кроме того, я считаю, что Луна должна быть уничтожена.

Вопреки здравому смыслу, дракон не смог удержаться от желания взглянуть на небо, мельком увидев над собой темную округлость злой планеты Луна.

Вайнкера переполняло ужасное ощущение невидимых рук, ползущих по его спине, в его сознании вспыхивали ужасные кошмары. Сам вид проклятого небесного объекта вызывал воспоминания о его предсмертном опыте. Он чувствовал, как ускорилось его сердцебиение. Его дыхание стало прерывистым. Свинцовая тень обвила своими ледяными пальцами его имперскую шею, чтобы ее покрепче сжать.

Усилием воли Вайнкеру удалось оторвать взгляд от Луны, но его блуждающий ум не мог избавиться от ужасов, которые он там видел.

Дракон излил все свои чувства, всю свою боль, печаль и разочарование в последнем заклинании, драматично протягивая лапы. — Вингардиум Левиоса!

И в первый раз с тех пор, как он начал практиковать древнее искусство волшебства, земля задрожала сама по себе, без того, чтобы дракону пришлось ее бить, как перед этим. Подпитываемое его безграничной силой, маленькое семя пронзило землю, открывая растущий маленький бобовый стебель.

— Я это сделал! — Торжествовал Вайнкер, хотя и был слегка раздосадован тем, что бобовый стебель не стал золотым. — Я сделал это! Я — волшебник!

Поздравляю! Наконец-то, применив разрушающее землю заклинание после нескольких недель неустанных тренировок, вы заработали уровень в [Геомант]!

Вы заслужили Классовый Перк [Геомантия]!

+20 Специальные Очки, +1 Интеллект, +1 Удача!

[Геомантия]: Заклинание, 0 Специальных Очков. Вы высвобождаете мощный магический эффект, действие которого основано на текущем Поле и Погоде.

Даже неутешительные статистические данные не могли испортить настроение Вайнкера.

— Ваше Величество заставили вырасти бобы! — Роло-голем обрадовался, увидев крутость своего императора.

— Обещаю тебе, фермер из фольги, — сказал Вайнкер. — Когда я закончу, вся моя империя будет покрыта бобами!

*****

— Извиниться? — Круассан, прикованный в камере цепью, впился взглядом в Виктора. Его сестра стояла рядом с Визирем, держа в руках корзину, полную мяса.

— Послушай, я признаю, что обращался с тобой, как с дерьмом, — сказал Виктор. — Хотя я сделал это только потому, что сначала ты обошелся со мной, как с дерьмом.

— Значит, они отменяют друг друга? — С надеждой спросила Шоколатин. Режим исцеляющих заклинаний позволил ей вновь обрести свой веселый нрав.

— Нет, — ответил Виктор, снова сосредоточившись на Круассане. — Ты сотрудничал с врагом, и Вайнкер съест тебя, если увидит снова. Поэтому я предлагаю тебе выход: ты исчезаешь из Мурмурина. Навсегда.

Мужчина-оборотень свирепо на него уставился. — Ты бросишь меня на необитаемом острове или еще где-нибудь?

— Мы основываем новую колонию, и нам нужны поселенцы. — По крайней мере, не сумасшедшие сектанты. — Я могу отправить тебя туда, и хотя тебе будет запрещено возвращаться на материк, я все же сделаю это. И до тех пор, пока ты здесь не покажешься, я сделаю все возможное, чтобы забыть о твоем существовании, как и Вайнкер, который, в любом случае, никогда не посетит эту колонию. Ты сможешь начать свою жизнь заново, а мы будем уверены, что ты не убежишь к врагу.

Честно говоря, хотя он и понимал мотивы Круассана, его сестра была единственной причиной, по которой он чувствовал себя к нему милосердным. Если бы Шоколатин не отговорила его, он отправил бы его в шахты вместе с другими Ночными Клинками.

— И я смогу навещать тебя каждые выходные! — Продолжала Шоколатин. — Я буду приносить тебе корзины и овец!

Круассан обдумал это предложение. Учитывая его измену, это была очень щедрая сделка, поэтому он беспокоился о какой-нибудь ловушке. — Куда же вы меня пошлете?

— На Луну, — ответил Виктор.

Круассан усмехнулся, хотя и без особого веселья. — Ничего себе.

— Лууууууууууна, — подтвердила Шоколатин. — У нас есть к ней портал!

Бедный Круассан не желал признавать свою ужасную судьбу. — Нет, серьезно, куда?

— Ты уезжаешь завтра, Круассан, — ответил Виктор, выходя из камеры вместе с Шоколатин. Учитывая, что ему предстояло провести годы бок о бок с культистами Лунных Людей и их щупальцами-покровителями, Визирь на мгновение задумался, не была ли бы смерть Круассана более милосердной судьбой.

— Спасибо, что пощадил его, Вик, — сказала ему Шоколатин после того, как он закрыл за ними дверь, а затем мило ему подмигнула. — Я знаю, что мой брат может иногда расстраивать, но у него есть и хорошая сторона. Я уверена, что он научится!

Визирь сомневался в этом, хотя и хранил свои истинные мысли в тайне.

— Как ты держишься? — Спросил Виктор, заботясь о ее здоровье. Тем более, что она пострадала от ран, пытаясь его защитить.

— Эллисон хорошо меня подлатала, — ответила волчица. — Но я бы не отказалась от тщательного осмотра!

Она подошла, чтобы его поцеловать, но отважный Визирь быстро отступил назад. — Насчет этого… — Виктор с трудом подбирал слова, не желая оказаться связанным в углу, а она озадаченно на него смотрела. — Ты… довольно экстремальна …

— Ты хочешь сказать, что у меня слишком богатое воображение?

— И я … мне вообще-то нравится мой холостяцкий образ жизни. Даже если ты мне нравишься гораздо больше, чем я думал… я пока не хочу ни с кем остепеняться… может быть, когда-нибудь, но не сейчас.

Ну вот, он сказал это.

— О, и я тоже!

— Так что, пожалуйста, не убивай нико-… — Виктор замер. — Что ты сказала?

— Я молода и красива! — С улыбкой ответила Шоколатин. — А с чего бы мне захотеть остепениться с моей первой пассией? Чего я хочу, так это страсти, мучения, возбуждения, взрывов!

Она снова принялась изображать безумное лицо, и это вывело Виктора из себя. Он просто не мог ее понять. — Если ты не хотела довольствоваться жизнью со мной, то почему же тогда была так настойчива?

— Потому что ты никогда не переставал смотреть мимо нашей дружбы! — Ответила Шоколатин, наивно неверно истолковав происходящее. — Я страдала от сексуального голода, потому что мой брат не подпускал ко мне ни одного мальчика, и когда я увидела, что ты полон власти, я не смогла устоять! Есть так много вещей, которые я хочу попробовать, как комбо из кнута и ножа!

— Я бы предпочел избежать этой части, — сказал Виктор, помня о своем здоровье и здравомыслии.

— Но я становлюсь очень ревнивой и прилипчивой, если расстраиваюсь! — Пожаловалась Шоколатин.

Так что, либо он подчинится ее безумному аппетиту, и она не будет ревновать, либо нет, но цикл одержимости будет повторяться снова и снова. Виктор припарковал свою машину на запретной стоянке, и теперь ему пришлось смириться со штрафом.

Вспомнив слова Эллисон об отсутствии хорошего решения, Виктор понял, что любовь — и похоть — всегда предполагают некий компромисс. По правде говоря, он уже успел полюбить эту волчицу, хотя и не хотел на ней жениться.

— Хорошо, тогда позволь мне предложить выход, — начал Визирь. — Если я, гипотетически, соглашусь исполнять твои… творческие фантазии … на полурегулярной основе, ты согласишься в данный момент не вступать в серьезные отношения, никого жестоко не убивая и не превращая их в пирожные?

— Прости, Вик, но я не могу … даже ради тебя.

— Я имею в виду, не убивая потенциальных или предполагаемых романтических соперников.

— О, ты должен был сказать это первым! — Шоколатин задумчиво обдумала этот вопрос. — Значит, как бы выше друзей, но ниже бойфрендов и подруг?

— Да.

Она немного поразмыслила над этим вопросом, прежде чем ответить одним словом. — Ладно.

Он этого не ожидал. — Действительно?

— Ты пощадил моего брата, Вик, — сказала Шоколатин уже более взрослым голосом, — и ты был ко мне так добр. Если тебе нужно какое-то время, чтобы разобраться в себе, было бы очень подло с моей стороны не дать тебе этой возможности.

Это … это был необычайно зрелый ответ с ее стороны. — Спасибо, — сказал он, не зная, что еще добавить.

— Эй! — Из-за закрытой двери камеры донесся мужской голос. — А когда будут судить меня? Я здесь целую вечность!

Виктор обменялся взглядом с Шоколатин, которая казалась такой же озадаченной, как и он. — Еще раз, кто ты такой? — спросил Визирь.

— Визи.

— … и?

Пленник испустил очень тяжелый вздох. — Маг, во время набега.

А! Тот парень! Виктор смущенно улыбнулся, не найдя подходящего выражения для этого слова. — У меня последнее время было очень много проблем, я … э-э … я вроде как забыл о тебе?

— Т-ты забыл про военнопленного? — маг поперхнулся. — Ах ты чудовище!

— Ладно, я просто отправлю тебя на рудники на ближайшие тридцать лет, — решил Виктор. В то время как Круассан сотрудничал с врагом, этот пытался похищать и убивать беззащитных детенышей-драконов.

Оставив пленника наедине с его гневными криками и отделившись от Шоколатин, Виктор перешел в другую комнату в замке, которую ангел Миэль превратила во временный кабинет.

— Ах, дорогой кли- я имею в виду Мистер Виктор! — Сегодня она была в очень хорошем настроении и с веселой улыбкой заканчивала раскладывать бумаги на своем столе. — Рада тебя видеть.

— И тебе того же, Миэль. С показаниями Сейворюз, я надеюсь, напряжение между твоими работодателями и Хэппилэнд уменьшилось? — По крайней мере, Малфи, изо всех сил пытаясь выздороветь, воспринял попытку покушения очень близко к сердцу.

— Хотя Небеса и Хэппилэнд никогда не будут сотрудничать, мы согласились, что третья сторона, пытающаяся использовать наши подразделения, усложняет наше выдающееся рыночное соперничество, — ответила Миэль. — Фоморы, кроме того, также были историческими врагами смертных, поэтому мое начальство согласилось предложить поддержку призванным существам. Они нашли Дозор Дракона очень позитивным направлением для вашей страны.

— Не знаю, когда мы будем действовать по речи Вайнкера. Нам еще очень далеко до начала вторжения в Придейн или другие земли фоморов, а еще нам нужно сначала обучить нашу армию.

У Вайнкера закружилась голова с тех пор, как он узнал о разведывательных флотах и вознаграждениях за открытие новых земель. Выполнение квестов поможет их миньонам в прокачке уровня, соберет ресурсы, необходимые для создания флота, и позволит Виктору продвигать монстров к более высоким формам.

Кроме того, даже если удивительная речь Вайнкера убедила население принять новую валюту, позволив правительству начать регулировать инфляцию, их экономика оставалась очень шаткой. Империя находилась в процессе стабилизации, но еще не была полностью прочной.

— Учитывая, что твоя карма перешла к сильному оттенку хаотического добра, я могу только поощрять твои текущие решения. — Улыбка Миэль застыла, когда она прочитала бумаги. — Подъем твоей кармы можно назвать стремительным, даже подозрительным. Я надеюсь, что не были задействованы магические улучшения или специальные Перки?

После всего, что он узнал о себе за последние месяцы… можно было дать только один ответ.

— Нет, — солгал Виктор. — Все дело в таланте.

Проверка харизмы прошла успешно!

— Прекрасно! — ответила Ангел, пораженная обаянием своего Великого Визиря.

— Действительно, потому что теперь, когда моя карма в плюсе, я хочу пересмотреть более выгодные условия, — безжалостно воспользовался ситуацией Виктор. — Платить половину моих Специальных Очков и месяцы бумажной работы — это звучит не очень хорошо. У меня есть одна идея, которая может принести пользу нам обоим.

— Учитывая значительное улучшение твоей кармы и защиту моей добродетели, когда меня обвиняли язычники, это должно быть легко, — кивнула Ангел, почуяв возможность. — А что у тебя на уме?

— Нам нужна государственная служба. Бесплатное лечение, социальные услуги, образование… но из-за отказа Вайнкера тратить золото это невозможно сделать традиционным способом. Поэтому я подумал, что вместо повышения налогов мы могли бы попросить граждан пожертвовать вам небольшую часть их Специальных Очков в обмен на ангелов, предоставляющих ключевые услуги.

— Сбор Специальных Очков? — От этой мысли у Миэль закружилась голова. — Если все граждане вашей страны хотя бы раз в неделю пожертвуют по десять Специальных Очков…

— И они предпочли бы предложить возобновляемый ресурс, который есть у них всех, ну, кроме золота. Мы берем лучшее из всех миров. Я думаю о трехлетнем испытательном сроке, если это можно будет устроить.

— Это просто великолепно! Мое начальство будет в восторге! Я даже могу получить повышение до высшей формы [Княжество], с собственным ангельским отрядом! — Настроение Миэль прыгнуло до небес. — Может быть, мы могли бы обсудить это за чашкой кофе, которую ты мне недавно предлагал?

Мысли Виктора блуждали где-то далеко, и хотя раньше он ухватился бы за эту возможность… его собственный неохотный ответ его удивил.

— Может быть, в другой раз, — сказал он неуверенно.

*****

В самом сердце темного леса, среди черных корней и рычащих деревьев, собрались лорды Фоморов.

Древние ужасы из теней откликнулись на зов Мелл Одиуз, чтобы стать свидетелями ритуала. Великаны и другие рабы образовали вокруг клана Мелл кольцо, чтобы засвидетельствовать этот исторический день.

Лин стоял рядом с сестрой, с гноящимся, горящим шрамом на груди — его наказание за неудачу. С ним поступили бы гораздо хуже, если бы ему не удалось успешно активировать бутылку. Теперь, когда Мелл знала, что бутылка может ловить драконов, темная ведьма будет производить их все больше и больше.

Потеря Ночных Клинков и лазутчиков, которыми она располагала в человеческих королевствах, была жестоким ударом, а объявление Вайнкером им войны превратило его из второстепенной проблемы в главную, уступающую только самому Королевству Гардмейн.

Однако, дорогая Люси выполнила свое предназначение. Она принесла им кровь и кости драконов с классовыми уровнями — ключ к величайшей победе фоморов.

«Если ты не можешь победить их, стань ними», — подумала Мелл Одиуз, когда ее отец представил свое новое творение: щит из соединенных кровью драконьих костей и сплошной тьмы, чья сила затмила все, что когда-либо видела ведьма. Злая фейри чувствовала, как его мерзкие энергии насыщают воздух.

— Вот величайший из артефактов, совершенная смесь работы фейри и драконьего крафта, — поздравил себя Мэг Мелл. — Герб Души.

Мелл Одиуз с сомнением приподняла бровь, но все равно заявила, свои права на этот предмет. Ее пальцы коснулись его холодной поверхности, позволяя активизироваться его силе. Она почувствовала, как что-то скользнуло в ее плоть, а ее ледяное сердце наполнил странный свет. Искусственная, черная душа, рожденная из драконьей крови, пустившая корни в ее пустой оболочке тела. Она чувствовала себя целой и невредимой, хотя и не могла точно описать это чувство.

— Это сработало? — Спросил Мэг Мелл свою дочь.

Возможно. Мелл Одиуз молча посмотрела на своих смертных рабов и пересчитала их.

— Эни, мини, минь … — глаза ведьмы остановились на циклопе. — Мо…

— Я выиграл? — спросил великан. — И что же я выиграл?

Вместо того, чтобы ответить словами, Мелл Одиуз произнесла заклинание и пронзила его сердце шипом. Мертвый раб рухнул на деревья, его сладкая красная кровь забрызгала корни, а его сородичи при виде этого зрелища съежились от ужаса.

Поздравляю!

Появился странный синий экран, который вознаградил ее за хорошую работу.

Благодаря вашему убийственному, произвольному подходу к мотивации сотрудников, вы заработали уровень в печально известном классе [Тиран]. Вы заслужили Классовый Перк [Тирания]!

+30 Очки Жизни, +10 Специальные Очки, +1 Сила, +1 Ловкость, +1 Харизма, +1 Удача!

[Тирания]: Если вы нанесете урон, ваша жертва с десятипроцентным шансом может быть поражена болезнью [Террор].

— Ха … ха, — из горла Мелл Одиуз вырвался неуправляемый хриплый звук. Это был странный, новый звук, но очень приятный. — Ха-ха-ха…

— Сестра, ты … — Лин в ужасе отступил на шаг. — Смеешься?

Кудахтанье Мелл Одиуз перешло в жестокий, холодный смех, заставив замолчать ее рабынь и гостей. Новообретенная сила и смерть раба наполнили ее новым чувством — эмоцией, которую она видела у смертных, но никогда раньше не понимала.

Радость.

Она должна была почувствовать это снова.

*****************************************************

*************** если кому интересно ***********

Статистика V& V

Вайнкер «Лучший Дракон» Рыцареубийца

Уровень: 54 (Август 27 / Охотник На Ведьм 10 / Кайзер 15 / Разведчик Подземелий 1 / Геомант 1)

Тип: Дракон.

Группа: V& V.

Очки Жизни 6605

Специальные Очки 1550

Сила 147

Живучесть 109

Мастерство 47

Ловкость 73

Интеллект 37

Харизма 120 (+10)

Удача 71

Личные Перки:

Дыхание Драконий Огонь, Невосприимчивость к Огню, Жизненная Сила Красного Дракона, Высокомерие Дракона, Чешуя Дракона, Супер Чувства, Радар Принцессы-Девственницы, Малое Сопротивление Яду, Насмешка, Мертвый Друг. Украшенный Гербом, Президент

Классовые Перки:

Август:

Старые Деньги, Снобизм, Аристорадар, Фаворит Толпы, Стипендия, Воин Арены, Кулак Победы, Заряженная Атака (Дыхание Дракона), Суперкрит, Рожденный в Пурпуре, За Императора, Династия, Имперская Власть, Вызов Герольда (Виктор Далтон), Король Игр, Сияющее Величие, Золотой Путь, Золотой Дождь,Сопереживание Монстру, Победный Рев, Зеркальная Шкала, Огненная Корона, Неподвижность, Хвастовство, Сияющее Величие

Охотник На Ведьм:

Очистка Заклинаний, Сжигание Ведьм, Малое Сопротивление Магии, Экзорцизм I, Решимость Охотника,

Кайзер:

Хозяин Подземелья (Замок Мурмурин), Зловещая Тайна

Разведчик Подземелий

Геомант:

Геомантия

Виктор «Миньон» Далтон

Уровень: 50 (Рыцарь-Монстр: Красный Дракон 20 / Жнец 19/Великий Визирь 5 / Ассасин 4/Всадник Хаоса 2)

Тип: Гуманоид / Дракон

Группа: V& V

Очки Жизни 1155

Специальные Очки 370

Сила 38

Живучесть 35

Мастерство 62

Ловкость 50

Интеллект 51

Харизма 55

Удача 48

Личные Перки:

Избранный Костью, Наблюдатель, Мертвый Друг, Романтик, Избранный Лунным Человеком, Черное Проклятие, Поток Адского Огня (Незначительно), Избранный Шешей, Украшенный Гербом, Образование Визиря, Регенерация Троллей,

Выковать Перк, Дарвинист, Фонтан Крови, Избранный Десджестером

Классовые Перки:

Оруженосец Монстра:

Родство с Монстром, Инструктор Миньонов, Студент Монстр, Жизненная Сила Монстра (Красный Дракон), Наездник Монстра, Проницательность Монстра, Продвижение Мука

Рыцарь-Монстр:

Красный Дракон, Убийца Людей, Щит Хозяина, Рыцарь Страха

Жнец:

Отмычка, Глаз на Сокровище, Мастер Ножа, Оживить Мертвого, Гадание на Мертвых, Украсть Жизнь, Ключ Скелет, Повелитель Кос, Хельхейм, Взрыв Аида, Мастер Душ IV

Великий Визирь:

Ничего Хорошего, Словоблуд, Завистник

Ассасин:

Смертельный, Жалящий Клинок

Всадник Хаоса:

Черный Всадник

Вайнкер Рыцареубийца, Первый Этого Имени, Великое Бедствие этого Века, Защитник Сокровищ, Величайший Гладиатор, Гениальный Волшебник Президент и Августейший Император Мурмурина, Ишфании и Альбенских Гор, храбро сражался против захватчиков когтями и пламенем.

Огромный красный дракон, с развевающейся на ветру величественной королевской мантией, всем своим телом прикрывал загоны, его корона сияла под ярким солнцем. Изломанные тела нападавших лежали у его ног, но еще больше отказывались сдаваться, подстегиваемые жадностью.

Его враги смотрели на него огромными черными глазами, такими же темными, как самая темная ночь. Эта толпа пародии на человечков с гибкими конечностями и безволосой серой кожей пересекла портал, чтобы напасть на его загоны. Глядя на всю эту плоть с их выпуклой, слишком огромной головой, Вайнкер не мог заставить себя ее съесть. Эти твари были воплощением зла, хуже любого фейри!

Не важно, скольких он убил, их становилось все больше!

— [Пси-шок]! — крикнул один из серых. Он и дюжина его сородичей объединили свои силы и обрушили на Вайнкера шквал психической энергии. Дракон пожал плечами, но некоторые существа попытались воспользоваться его рассеянностью и бросились на загоны. Вайнкер издал страшный рев, открыл рот и разорвал их прежде, чем они успели приблизиться.

Критический удар! Вы нанесли супер-эффективный урон [Серым].

Продолжая выдыхать огненные шары, Вайнкер понял, что должен был догадаться. Он должен был предвидеть, что до этого дойдет.

Когда-то давным-давно Лунный Человек спустился с планеты Луна, сопровождаемый своими ужасными детьми. В своей гнусности паразиты пытались отнять у драконов вторую по ценности собственность, вынудив Вайнкера напомнить им о пищевой цепи.

Он должен был знать, что с открытым порталом на Луну мстительные потомки тех, кого драконы оттеснили обратно в космос, попытаются возобновить военные действия. И Вайнкер решил взять дело в свои когти.

Он должен был их защитить.

— Сражайтесь за ФОС! — сказал вождь серых, возобновляя атаку. — Сражайтесь за Фронт Освобождения Скота! Мы спасем от нашествия драконов благословенную мать-корову!

— Ты не должен красть скот! — зарычал Вайнкер. — Они хотят, чтобы я их съел!

Защищенные внутри своих загонов, коровы издавали в ответ громкие звуки, защищая данное дракону право кормить своего императора.

Когда серые угрожали сокрушить его, Вайнкер решил выпустить свой козырь: запретное заклинание, которое гарантировало победу! — [Геомантия]!

Геомантия активирована! Тип Поля: Пустынные Пастбища.

Эффект: [Косой Шторм]!

Казалось, воле Императора подчинялись сами ветры, превращаясь в острые вращающиеся лезвия. Двигаясь со скоростью звука, они оставляли шрамы на местности и разрывали серых на ленты, вплоть до последнего.

Оглядел кровавое поле битвы, Вайнке с облегчениемр вздохнул. Еда была в безопасности…

Но как надолго?

Вайнкер позволил себе немного передохнуть, но не надолго, вновь прибывший принес еще одну плохую новость.

— Ваше Величество, мы нуждаемся в вашем руководстве. — К нему пришел Некромант Жюль; с тех пор, как Человечек Виктор, главный из миньонов, отбыл с дипломатическим визитом к Вампирше Шарлин, трупоторговец в малиновом капюшоне помогал Вайнкеру добиваться имперского мира. — Смутьяны снова нарушают мир.

— И кто же это? — Спросил Вайнкер. С тех пор, как открылись врата и он объявил войну фоморам, к нему постоянно прибывали новые миньоны, и он уже не мог за ними уследить.

— Орки.

Дракон разочарованно хмыкнул. — И что же они сделали на этот раз?

— Они устроили несчастный случай на рынке, бросившись под самодельную тележку гномов, — объяснил трупоторговец Жюль. — Эта сцена повергла торговцев в смятение.

Встревоженные торговцы означали меньше золота в сокровищнице Вайнкера, а орки, с тех пор, как их племя поселилось в его землях, стали причиной не менее двух десятков инцидентов. — С меня довольно.

— Отдадим их Шоколатин? — предложил трупоторговец Жюль.

— Нет, — решил Вайнкер. — Мне нужно больше живых миньонов, чтобы построить свою арену, и хотя я наслаждаюсь пирогами Сладкой Шоколатин, орки не являются подходящими ингредиентами. Они вкус мух и навоза.

Нет, он сам разберется с этим делом. Вайнкер приручил худших миньонов.

— Убери это, — приказал великий дракон Трупоторговцуу Жюлю и, расправив крылья, улетел. Некромант немедленно поднял остатки Серых в големов из плоти.

Пока Вайнкер летел к рыночной площади, он зорко следил за своей территорией. Портал на планету Луну стал шире, чтобы большее количество безумцев отправилось в этот … этот драконий ад и помочь другим выбраться из него. Из чистого сочувствия к запертым там несчастным созданиям, дракон приветствовал всех беженцев из этого ужасного, проклятого свинцом места.

Большинство из них, хотя и жилистые, со щупальцами или многоногие, оказались превосходными миньонами и устроили гнезда в некогда негостеприимной пустыне, они сделали ее пурпурной, засеяв новыми растениями, и даже построили странный округ под названием Маленький Р’Льех.

Благодаря мастерству [Геоманта] самого Вайнкера и этим новичкам, пустыня с каждым днем отодвигалась все дальше и дальше. Каждый день открывались новые рудники, принося в его сокровищницу серебро и драгоценные камни, чтобы дополнить его золото. И как он и приказал, его миньоны неуклонно строили большую арену для Летнего Солнцестояния, где толпы будут осыпать дракона золотом.

Жизнь была хороша, даже без квестов.

И все же сердце Вайнкера жаждало новых действий. Поскольку до Хэллоуина оставалось еще четыре месяца, дракону нужно было накопить достаточно золота, чтобы выиграть пари у своего соперника Ледяного Клыка и показать ему его место. Его приспешники постоянно тренировались сражаться с проклятыми фейри, которые преследовали императора с самого его пробуждения. Чем больше проходило времени, тем больше он терял терпение.

Вайнкер быстро добрался до рыночной площади и отыскал место происшествия.

Железная, с силовым приводом повозка лежала на боку посреди переулка, и гномы-Агартанцы пытались ее починить. Их окружала толпа нетерпеливых орков, словно желая снова броситься на них; по крайней мере, так сделали мужчины, а их женщины в это время их как ругали. Торговцы и покупатели с досадой на них поглядывали и облегченно вздохнули, увидев тень Вайнкера.

Зеленокожие, как овощи, худший вид пищи, орки выглядели похожими на людей, только крупнее, волосатее, злее и с клыками. В отличие от гоблинов, они были одеты в странные одежды, эти «рубашки», «свитера» и «штаны», большинство из которых были такими старыми и грязными, что Вайнкер за милю чувствовал их запах. Женщины, более соответствующие племени, предпочитали носить меньше одежды и больше татуировок.

С тех по,р как они прибыли на корабле с западного континента, они доставляли только неприятности. В отличие от послушных кобольдов, они не работали, проводя все свое время за выпивкой или игрой в казино Вкусного Малфи.

«Пора научить их добродетели тяжелой работы», — подумал Вайнкер, приземляясь перед толпой.

— Ваше Величество! — сказал один из орков, его колено было ранено. Дракон догадался, что именно он был ответственен за этот инцидент.

— Почему? — Вайнкер требовал ответа. — Почему ты бросился на повозку своего товарища-миньона?

— Чтобы завершить ритуал Перевоплощения Исекаев! — ответил орк. — И все бы получилось, если бы в последнюю секунду этот гном не свернул!

— Исе... кай? — Спросил Вайнкер, это слово показалось ему смутно знакомым.

— Мы верим в единственную истинную религию - Эзотерический Порядок Нового Мира — объяснил орк. — Ее основал наш Избранный пророк Оркнуб, который открыл путь в мифический мир Земли. Мир, где вся еда быстрая, а все женщины - школьницы.

Вайнкер вспомнил, где он слышал об этом странном культе. Еще в той крестьянской деревне Хадмер. Один из верующих домогался Человечка Виктора, который назвал эту веру мошенничеством.

— Разве это не ложная религия? — задумался дракон.

— Конечно, нет! — ответил раненый в колено орк.

— Мы выяснили критерии, необходимые для того, чтобы реинкарнировать в другой мир, — сказал другой. — Во-первых, быть студентом!

Один из их сородичей немедленно начал завершать их демонстрацию, выучив знание наизусть. — Во-вторых, быть безработным!

— В-третьих, быть великолепным в играх!

— В-четвертых, быть девственницей или построить гарем! Здесь нет никакой середины!

— И, наконец, умереть от удара телеги!

— Это не вера, — сказал первый орк. — Это - наука. Однако, мы до сих пор не уверены, смогут ли парни и девушки перевоплотиться на мифический остров Япония. Не хватает исследований, и священные писания пророка неясны.

— Япония? — спросил ближайший купец-дуэргар своего клиента, инопланетное существо с планеты Луна.

— Я слышал, что местные человечки, как часть их образования, делают с кальмарами оскорбительные вещи, они их ловят, — вздрогнул лунный зверь. — Никогда не отправляй туда свое кальмарье потомство, углеродное существо.

Вайнкер, терпеливо слушая, смотрел на этих существ. — Как же ваш вид до сих пор избежал вымирания?

— Мы, орки, рождаемся победителями, с большим здоровьем и жизненной силой! — гордо ответил раненый орк.

— Мы достигнем мира Земли! — хвастались, все как один, люди орков. Вот как? Вот почему другие драконы не могли узнать о постыдной тайне смерти. Вайнкер содрогнулся при мысли о том, что слабовольные родственники слушают этих идиотов.

— Конечно, нет! — пышногрудая орочья матрона ругала своих родичей. — Лучше найди работу и принеси мясо на стол!

— Вот видите! — ответил обвиняемый. — Вот почему женщины не попадут в Японию! Они не верят в истинную религию!

— Я так и знала, что должна была найти сильного партнера, а не следовать за обманутым дураком! — пожаловалась матрона.

Прежде чем найти в своем сердце терпение, чтобы научить этих существ правильному пути, Вайнкер твердо решил отослать этих идиотов Сладкой Шоколатин, горькие они на вкус или нет.

— Орки, теперь вы - мои миньоны, — напомнил им дракон. — Ваши люди перестанут бросаться на повозки моих лакеев и отплатят мне за то, что я позволил вам жить, построив арену. Вы будете размножаться с более умными миньонами, такими как Человечек Виктор, так что мое новое поколение лакеев не унаследует вашу глупость. Иначе вы станете пищей.

— Ммм ... — Орк с раненым коленом посмотрел на Вайнкера, внезапно осознав, насколько он мал по сравнению со своим императором. —Это очень авторитетное заявление.

— Но настоящий орк признает только одну власть, — ответил мужчина-орк, роясь в кармане и доставая колоду карт. — Это - поединок!

— Ты вызываешь меня на карточную игру? — Спросил Вайнкер. Хотя он никогда бы не признался в этом вслух, эта мысль вызвала у него любопытство.

— Человеческая детская карточная игра! — поправил его орк. — Если ты выиграешь, я сделаю так, как ты говоришь, но если я выиграю... тогда ты сам бросишь в меня тележку!

Вайнкер насмехался, — Как смешно, что ты веришь в дракона, способного проиграть! Очень хорошо, я преподам тебе урок и уничтожу тебя в твоей же собственной игре.

— Дуэль! — Закричали орки-мужчины, к большому неудовольствию своих женщин, и один из них бросил колоду карт к ногам Вайнкера.

Вайнкер поднял коготь, приготовившись использовать…

Только для того, чтобы зо всех сил пытаться схватить крошечную колоду своими огромными когтями.

— Миньон! — Крикнул Вайнкер, но потом вспомнил, что его верный напарник на время ушел. — Он повернулся к орочьей матроне. — Ты, ты теперь мой официальный владелец карт! Вытащи мои карты своими маленькими руками!

Женщина кивнула и вытащила пять карт, явно желая помочь дракону поставить на место этого чересчур могущественного миньона.

[Король Игр] активирован.

— Оре-сама пас, —- объявил его орочий "противник", вытянув карту из своей колоды и доведя общую комбинацию до шести. — Я вызываю Короля Зверей-

— Я ПОБЕДИЛ! — прервал его Вайнкер.

— Еще нет! — ответил его высокомерный противник. — Моя идеальная стратегия еще даже не началась!

— Вот что говорят карты, — заметил Вайнкер, и матрона вскрыла карты в руке его врагу, "IWIN!”. На каждой из пяти карточек была напечатана одна часть сообщения.

По мере того, как его противник следил за рукой, краски с его лица исчезали. — Комбинация из пяти карт с автоматическим выигрышем...

— При первой же сдаче? — Один из его сородичей замер, его товарищи потрясенно ахнули. — Шансы - один на миллионы!

— Это - удача новичка, — сказал тот, что с раненым коленом, заменив своего павшего друга. — Дайте ему еще одну колоду! Я буду его следующим противником!

— Я снова выиграл! — Хвастался Вайнкер, это был десятый орк, бросивший ему вызов. — Я обожаю эту игру! Я всегда выигрываю!

К этому времени уже многие горожане собрались посмотреть, как их император уничтожает своих противников, и свистели, подбадривая своего господина. Великий дракон заполнил свою часть поля могучими миньонами, которых он объединил, воскресил, усилил, ритуально воздал дань и призвал в грозную армию.

Так много способов сокрушить своих ничтожных соперников!

— Это жульничество! — обвинил один из орков Вайнкера. — Ты жульничаешь!

Вайнкер пришел в ярость, он ударил лапой по земле, так что задрожали дома. — Ты смеешь обвинять честного и благородного дракона в мошенничестве? — Толпа освистала орков в знак поддержки.

— Он пользуется своими Перками, но и ты тоже! — заметила одна из женщин-орков, наслаждаясь унижением своих высокомерных товарищей. — Активизируй свою игру вместо того, чтобы ныть, как гоблины!

— Если вы не хотели проиграть, вам следовало бы родиться драконами! — добивал этих трусов Вайнкер.

— Нужно изменить игру! — сказал одиннадцатый претендент. — Я вызываю тебя на Блэкджек!

— Принесите это, миньоны!

— Роял-Флэш-Хаус! — злорадствовал Вайнкер, когда его помощник показала еще одну выигрышную комбинацию. Дракон схватил пачку денег.

Он не только показал этим миньонам их место, но и стал еще богаче, выиграв все их деньги!

— У него наверху карты с мгновенным выигрышем. — Взгляд одного из орков-игроков блуждал вдалеке, его дух был подавлен непобедимостью Вайнкера. — Как же так? Как же он умудряется держать наверху лучшие карты? С первых раздач!

— Этот дракон совершенно подавляет! — пожаловался еще один из его сородичей, который и сам уже был полностью побежден в Блэкджеке.

— Как должно и быть! — Вайнкер высказал абсолютную правду. Его победная полоса заставила его желать большего. — Принесите мне еще денег!

—Ты ... Ты победил все племя... — сказал раненый в колено орк. — Мы ... мы все проиграли…

— А этот Виктор достаточно мясистый? — спросила одна из матрон орков. — А у него есть клыки?

— Нет, но у него есть драконьи крылья, что делает его выше всех других живых существ, не являющихся драконами, — сказал Вайнкер. — А кто следующий бросит мне вызов? Я жажду вкусить победу!

— Ты самый сильный игрок, которого я видел с тех пор... — выдохнул орк, и произнес проклятые слова. — С тех пор, как лич Фурибон…

Хорошее настроение Вайнкера мгновенно испортилось. Орк съежился, когда горящие глаза дракона уставились на него. — Ты сказал Фурибон?

— В-Ваше Величество его знает?

— Где?! — Взревел Вайнкер, и сама земля задрожала от его гнева. — Где он сейчас? Что он замышляет?

Орк упал на задницу, пытаясь убежать от своего законного императора, но ему помешала та самая повозка, от которой он уже пытался умереть. — В Эльдорадо!

— Эльдочто?

— Затерянный золотой город за пределами Империи Таотен! Я слышал, что он возглавлял там экспедицию!

В голове Вайнкера возникла картина драконьих небес.

Славный город, где все было сделано из чистейшего, сияющего золота. Дома сияли ярче солнца; реки расплавленной платины, сады драгоценных камней, растущие из земли; горы монет, ожидающие дракона, чтобы он их забрал.

И затем…

Все это превращается в свинец. Сон превратился в кошмар, а смех Фурибона эхом отозвался в мрачном триумфе.

Фейри подождут.

Сначала Вайнкеру нужно было спасти рай.

Ноблкур совсем не изменился.

Один из величайших городов Гардмейна, расположенный недалеко от восточных гор и павшей Гармонианской Республики, Ноблкур был избавлен от ужасов Столетней Войны, превратившей его в центр беженцев. Те, кто бежал от наступления злобных фоморов, от зверолюдей до северных эльфов, обосновались там, построили новые районы, принесли свою культуру. Для постороннего человека Ноблкур выглядел как пестрая смесь различных, сложенных вместе архитектур, и укрепленных лагерей зверолюдей, граничащих с элегантными особняками; и все же каким-то образом конечный результат выглядел гармоничным.

Виктор Далтон, Великий Визирь Мурмурина, величайший из миньонов Вайнкера, уже много лет не посещал штаб-квартиру Ночных Клинков, но все же чувствовал какое-то родство с этим местом. Этот старый особняк, подвал которого вел к разбросанным по всему городу туннелям, обладал изысканным очарованием, которое он не мог полностью описать.

Когда бог Кость реинкарнировал его в сельской местности Гардмейна, только воры взяли его к себе, да и то ценой того, что он к ним присоединился. Они обучили его классам, превратили его в [Разбойника], а затем ввели в их более крупную, более гнусную родительскую организацию - преступный синдикат Ночные Клинки. Хотя они, в основном, были сосредоточены на убийствах, у группы были пальцы в каждом незаконном пироге; и через коррупцию, шантаж и угрозы они сделали сам город Ноблкур своей крепостью.

Поняв, что остаться в организации - значит еще больше сблизиться с очень плохой толпой, Избранный отступил и вновь превратился в авантюриста. Люси Лавер тогда еще не возглавляла синдикат, по крайней мере, Виктор об этом не знал. Вампирша превратила политически нейтральный картель в оружие фоморов, сначала против Гардмейна, а затем и против самого Мурмурина. Лавер и большинство ее последователей в этой борьбе погибли, оставив победителей убирать беспорядок, который она после себя оставила.

Подумать только, что, по воле судьбы, он, в конце концов, возьмет на себя руководство организацией, которую покинул.

Или, скорее, именно так он думал.

— Итак, позвольте мне все прояснить, — начал Визирь. — Вы решили создать профсоюз?

Сидя за большим столом, он и его помощница, вампирша Шарлин, столкнулись с дюжиной вооруженных до зубов убийц в капюшонах; большинство из них были крысо-людьми, гибридом крысы и человека, людьми или вампирами. Среди остальных выделялась только одна очень молодая ящерка с коричневатой чешуей и острее бритвы когтями. Снаружи уже наступила ночь, и, с дающими мало света свечами, собрание напоминало сбор темного культа. Хотя, так оно и было.

— Из-за падения предыдущей администрации и последовавшей за этим огромной текучести кадров, — сказала женщина в капюшоне, держа арбалет на расстоянии вытянутой руки. — Мы решили организоваться, чтобы сохранить наши средства к существованию в связи с возможным увольнением.

— Под текучестью кадров вы подразумеваете тот факт, что наша армия убила всех убийц, которых вы за нами послали? — Виктор попросил объяснений.

— Мы отреклись от прежней администрации, — ответила ассасин тоном, напоминавшим главе персонала ораторов по связям с общественностью. — Мы повернули наши взгляды в нужном направлении. Однако, чтобы защитить себя и содействовать гендерному равенству, для представления наших профессий мы создали Смешанную Гендерную Комиссию. Мы не разойдемся, пока наши требования не будут удовлетворены.

Теперь, когда она это сказала, Виктор заметил, что среди них было равное количество женщин и мужчин, держащих на него ножи. Не то, чтобы у них были уровни, чтобы ему угрожать, так как он был одет в полную броню, нес смертоносную косу и базуку, и был, примерно, на двадцать уровней выше, чем второй по силе человек в комнате. — А какие именно?

— Мы хотим более высокую зарплату, гарантированную занятость, пенсионный план вместо "текущего пенсионного плана" и выходное пособие вместо нынешнего пакета "выходного пособия для тела".

— Гарантии занятости, — повторил Виктор. — Вы - преступники, и, по определению, вне защиты закона.

— Что не исключает наличия хартии. Воровство - это очень опасная деятельность, и мы хотим сократить рабочий день и обеспечить лучшую пенсию для старых убийц, которые в старости не могут убивать так же хорошо, как в молодости. Если наши требования не будут удовлетворены, мы готовы объявить общенациональную забастовку.

Забастовка? — Например, вы больше не будете убивать людей?

— Да! — ответил представитель, и Виктор онемел. — Мы больше не будем ни убивать, ни воровать, ни заниматься проституцией, ни распространять наркотики несовершеннолетним, пока не улучшим условия труда преступного класса!

…

— А как Лавер управляла делами до меня? — Сухо спросил Виктор.

— Она выбрала бы самых "глупых” из нас, а потом убила их, чтобы показать пример, — ответил крысо-человек.

"Начинаю понимать, почему", — подумал Визирь.

Должно быть, Шарлин прочла его мысли. — Честно говоря, во время нападения Лавер, вы и Его Величество убили, посадили в тюрьму или отправили на Луну всех компетентных людей, — сказала она. — Оставив только... их.

— На Луну? — присвистнул один из убийц. — Это что, новый сленг казни? А я и не знал этого!

— Нет, правильный вариант - "Шоколатинить", — поправила его Чарлин.

— М-м-м... первое звучит лучше.

Виктор повернулся к Шарлин, которая подставила ухо послушать. — Они что, серьезно? — пробормотал он, а его помощница кивнула. — И что же ты предлагаешь?

— Для начала - хорошая чистка. — Ее новообретенный вампиризм превратил некогда пухлую, слегка полноватую блондинку-секретаршу, и голос разума Виктора тоже, в худую, неестественно бледную модель, но одновременно сделал ее явно более безжалостной. — Не кровавый вид, хотя, если бы Десджестер не попросил для них пощады, это был бы мой первый вариант. Но мы легко можем заменить их послушными миньонами.

— Я не посылаю своих миньонов заменять преступников за границей, — ответил Виктор. Единственная причина, по которой он согласился возглавить эту организацию, заключалась в том, чтобы помешать фоморам их использовать. В худшем случае, он скорее распустит их, чем станет тратить впустую ресурсы.

— Мы готовы продержаться несколько месяцев, — пригрозил главный оратор.

— Не слушайте их, сэр, — перебил его молодой человеко-ящер. Он держался в стороне от остальных, отказываясь объединяться со своими товарищами. — Они просто ленивы и никогда не делали ничего стоящего. А я могу работать!

— А что, тебе действительно нужны кровавые деньги? — Спросил Виктор.

— О, нет, я просто обожаю убивать, — весело ответил он, а остальные убийцы освистали его за то, что он стремился произвести впечатление на начальство. — Я делал это бесплатно еще до того, как Тетя Сейворюз сказала мне, что я могу сделать здесь карьеру.

Визирь опустился в свое кресло, находя дерзкую улыбку подростка гораздо более тревожной, чем армию головорезов, просящих более высокую зарплату. — Ты ведь ... Потирон, верно? — Спросил Виктор, вспомнив, как Сейворюз несколько месяцев назад упоминала о своем племяннике.

Молодой человеко-ящер посмотрел на Виктора очаровательными глазами, резко контрастирующими с его следующими словами. — Ваш босс - абсолютный диктатор, верно? Есть ли у вас политические соперники, которых нужно заставить замолчать? Или, может быть, газеты, которым нужен "дружеский визит"? Или вы хотите сократить бедность, уничтожив бездомных? Я пытаюсь расширить свое резюме, так что, пока это не те люди, которые мне знакомы, я с нетерпением жду любой возможности улучшить свое положение!

Был ли это, на самом деле, просто озорник? Но он говорил очень серьезно. — Мы, э-э, мы вроде как в нашей стране пользуемся огромной популярностью, — сказал Виктор, порицая абсурдную харизму Вайнкера. — Наши граждане нас любят.

— Ну, если не враг государства, то, может быть, проститутки? — Спросил Потирон. — У меня нет профессионального опыта в этой области, но я быстро учусь! Если вам нужна демонстрация-

— Я подумаю об этом! — Поспешно сказал Виктор, прежде чем этот псих успел что-то сделать. — Что касается остальных…

— Мы не отступим перед тактикой запугивания, — предупредил спикер. — Мы готовы умереть за лучшие права!

— Тогда вам наверняка понравится наше официальное медицинское обслуживание миньонов, — ответил Виктор. — Вы получите гарантированную занятость, более высокую зарплату и даже магическую помощь.

— Как официальные миньоны Мурмурина, вы имеете право на десятую часть получаемой прибыли, а это больше, чем ваша прежняя ставка, — сказала Шарлин. — Вам гарантирована посмертная пенсия либо в качестве нежити, либо в другой вертикальной плоскости по вашему выбору, наряду с всеобщим бесплатным здравоохранением, образованием, продвижением мука…

— Эльдорадо надо завоевать!

Так провозгласил император Вайнкер на вершине своего золотого клада, стоя лицом к лицу с величайшим из своих миньонов. От его главы персонала до Некроманта Жюля, Вкусной Эллисон и Гнома Марбре, все безмолвствовали перед дерзким заявлением дракона.

— Для его же собственной безопасности, — добавил Вайнкер, так как золото будет в безопасности только тогда, когда его добавят в его собственный клад. — Иначе злой Фурибон превратит его в свинец, как он пытался убить мой клад и отравил Луну.

— Ваше Величество, — заговорил миньон Виктор. — То, что Фурибон, возможно, ищет Эльдорадо, само существование которого основано только на слухах и свидетельствах орков, не означает, что он намерен превратить его в свинец. И у нас нет никаких доказательств, что он превратил в свинец Луну.

— Но есть ли у тебя доказательства того, что злой Фурибон не превратил планету Луну в свинец? — задал главный вопрос Вайнкер.

Человечек Виктор обменялся взглядами с другими членами совета, которые ничего на это не ответили.

— Вот видишь! — Сказал Вайнкер, его теория была единодушно подтверждена. — Тут все сходится. В отсутствие доказательств невиновности лича мы должны признать его виновность во всем.

— Но что же предлагает Ваше Величество? — Спросил Друг Виктор, демонстрируя отсутствие видения, что его хозяина жутко раздражало. Неужели он не понимает, что на плечах Вайнкера лежит судьба золота? — Эльдорадо, если оно существует, находится за океаном и континентом! Даже Вашему Величеству будет трудно туда долететь!

— У нас есть Копилка, — ответил Вайнкер.

— Вот именно! — Карлик Марбре продвигал свое изобретение. — Наш корабль мог бы совершить кругосветное путешествие, не взорвавшись больше трех раз.

— Это обнадеживает, — саркастически заметил Друг Виктор. Теперь Вайнкер знал, что он использовал этот странный ритуал, чтобы справиться со стрессом. Конечно, перспектива встретиться лицом к лицу с личем, которого он не сумел запечатать, выбила его из колеи. — Даже если мы переживем путешествие, найдем город и вернемся, это займет у нас недели, если не месяцы!

— Мы не остановимся на Эльдорадо, — заявил Вайнкер, одержимый провидческим духом. — Этот мир, созданный драконом, огромен и полон земель для исследования. И подземелий, переполненных богатством! И драгоценных камней, и сверкающих штук, которые помогут мне одержать победу над Ледяным Клыком! Мы будем двигаться все дальше и дальше на запад, пока не наполним Копилку сокровищами и не проплывем мимо края Аутремонда!

— Ваше Величество хочет совершить кругосветное путешествие? — Человечек Виктор поперхнулся.

— Вик, я читала книгу о человеке, который совершил путешествие через весь мир за девяносто дней, — сказала Эллисон, — без такого волшебного самолета, как твой. Это можно сделать.

— Самое подходящее время, чтобы вернуться на Хэллоуин и унизить Ледяного Клыка! — Вайнкер радостно кивнул.

— Девяносто дней — это три месяца! — Пожаловался Человечек Виктор. — Три месяца Мурмурин останется без твоей защиты!

— С моим Перком [Золотая Дорога] я могу в любое время открыть ворота к своему кладу, — заметил Вайнкер. — Еще больше моих миньонов могут пересечь этот портал и завоевать земли во имя Империи V&V!

— Это… — Друг Виктор замолчал, захваченный своими мыслями. — Подождите, если мы объединим это с моим Перком [Этюд в Багровых Тонах]… мы можем установить прямую линию связи с Мурмурином и вернуться, если возникнет чрезвычайная ситуация…

— Мы можем создать больше Варп-Проекторов, чтобы связать области вместе, — заметил Марбре. — Форпосты революции, связанные между собой великой цепью индустрии!

Вайнкер почти слышал, как в голове его дорогого лакея идет спор. — Я допускаю, что это теоретически возможно, — сказал Человечек Виктор. — Но разве это разумно?

— Ваше Величество объявили войну фоморам, — заметил Некромант Жюль. — У нас нет никаких гарантий, что они не нанесут удар первыми. Во всяком случае, ваше отсутствие, пусть даже временное, может их вдохновить.

— Мы должны смотреть вперед! — Сказал Вайнкер. — Разве я не стал самым могущественным авантюристом в мире, раздвинув свои границы? Чтобы одержать победу над фейри и их злыми пешками, мои миньоны должны стать сильнее! Они должны во имя меня зарабатывать уровни, накапливая славу и богатство! Под моим руководством Империя познала мир, но чтобы подготовиться к войне, мои слуги должны испытать свою храбрость против монстров, подземелий и неизвестного!

[Президент] активирован! Проверка харизмы прошла успешно!

Да и кто знает? Эти далекие земли могут оказаться благодатной почвой для вербовки новых сильных миньонов. Лакеи, которые подбодрят его, когда он вторгнется в Прайден, чтобы дотла сжечь леса фейри.

Человечек Виктор повернулся к другим миньонам, словно ожидая поддержки; но слова их хозяина их убедили. — Это правда, что возможности получить уровни традиционным способом становятся все более скудными, — признала Эллисон.

— Чтобы победить Короля Балаура, потребовался рейд в пределах шестидесятых уровней, и миллионы солдат, чтобы оттеснить его армию к морю, — сказал Жюль. — Хотя мы, вероятно, слабее, и у нас нет никакой надежды с нашими нынешними силами победить Мелл Одиуз на ее собственной территории, даже если нам придется снова и снова поднимать мертвых. Мы также могли бы использовать ресурсы для развития самого Мурмурина и в долгосрочной перспективе поддержания численности населения.

— Наше оружие необходимо тестировать, тестировать, тестировать, — добавил Марбре. — В реальных условиях.

Понимая, что безнадежно проиграл, его глава персонала, наконец, сдался. — Мы можем хотя бы подождать и подготовиться к поездке? — Взмолился Человечек Виктор. — Только логистика, задействованная для этой кампании, чтобы работать…

Правда, Вайнкеру еще предстояло открыть арену и провести чемпионат миньонов. — Мы запустим Копилку после Летнего Солнцестояния, — объявил дракон. — Человечек Виктор, как мой официальный руководитель кампании и военный советник, я безоговорочно доверяю тебе планирование, подготовку и совершенствование кампании.

— Прекрасно! — Марбре казался особенно увлеченным этим планом. — Мы можем, наконец, принести свет усредненности населению, не затронутому феодализмом-

— А пока вы свободны, — сказал Вайнкер, прежде чем гном успел продолжить свою утомительную тираду. — Великий Визирь Виктор, останься со мной. Мы должны обсудить очень важный вопрос личного характера.

Миньоны покинули хранилище, оставив Императора с его самым доверенным советником. — Да? — спросил его друг.

— А ты уже размножился? — спросил Вайнкер. Он сделал все, что было в его силах, чтобы помочь своему миньону связать себя узами со Сладкой Шоколатин, и никогда не проверял, сработало ли это.

— Мы с Шоколатин … решили сделать перерыв.

Что? После всего того времени, что Вайнкер на них потратил! — А почему так, миньон? Что может быть важнее, чем обеспечить новое поколение лакеев, способных заполнить мой клад?

— Я… я не знаю. Я не знаю, хочу ли я остепениться или остаться свободным. Я сам не знаю, чего хочу.

— Миньон, ты не станешь развязывать войны размножения из-за своей неспособности найти достойного партнера, — сказал Вайнкер. — Чтобы избежать ревности среди других миньонов, ты будешь служить всем.

Таким образом, Вайнкер будет быстрее прогрессировать в классе [Селекционер Подземелья]: он получит новых миньонов и станет лучше их наставлять. Беспроигрышный вариант!

Но его миньон видел все совсем по-другому. — Если Ваше Величество продаст меня всей армии миньонов, я найду способ заставить вас заплатить.

— Миньон, я беспокоюсь о твоем будущем, — ответил Вайнкер. — Хотя я сделал тебя своим богом миньонов, чтобы ты мог служить мне вечно, какое наследие ты оставишь после себя? Ни один из моих нынешних миньонов не соответствует твоим стандартам. Если мой клад будет расти, твоя линия должна продолжаться.

Несмотря на все попытки подбодрить его, главный миньон казался… подавленным. — Ваше Величество, я обязан вам жизнью.

— Да, конечно, и я никогда не перестану тебе об этом напоминать.

— Поэтому я сделаю все, что вы попросите, и всегда ставлю на первое место ваше собственное благо, — напомнил Друг Виктор своему хозяину о его клятве миньона, — Но я еще не понял, что для меня самого хорошо. Я просто сгорю.

— Миньон, твоя драконья кровь делает тебя невосприимчивым к ничтожному пламени; ты не можешь гореть. Это все у тебя в голове.

— Да… именно так. Это все у меня в голове.

Вайнкер внимательно посмотрел на своего друга, на его величественный хвост и крылья, прикрепленные к обезьяноподобному телу. Ответ на его «болезнь»был очевиден.

— Миньон, ты был благословлен частицей моей славы, отрастив крылья и хвост, — говорил Император. — И все же ты остаешься получеловеком. Ты находишься посредине. Твой ум разрывается, как и твое тело, не в состоянии остановиться ни на одной стороне, ни на другой. До тех пор, пока ты не сможешь решить, останешься ли ты человечком или полностью отбросишь эту часть себя ради величия драконьего достоинства, ты все также не будешь твердо ни на что решаться!

Его человечек посмотрел своими крошечными глазками на своего любимого хозяина.

— Почему ты замолчал, миньон?

— Мне и в голову не приходило, что Ваше Величество со временем стали намного мудрее.

— Миньон, я всегда был самым мудрым, самым умным из всех. Ты просто никогда раньше не слушал.

— Я в этом сомневаюсь, — ответил Человечек Виктор, не сознавая своей неспособности признать абсолютную истину драконьего образа жизни. — Каков нынешний уровень Вашего Величества?

— Пятьдесят четыре! — Похвастался Вайнкер. — На полпути к божественности! — Он уже ощущал вкус этой дьявольской богини, возвращающей ему назад его золото за ее непомерно дорогие услуги.

— А у меня пятьдесят, — сказал Человечек Виктор, который никогда не расслаблялся, — у нас есть для Вашего Величества один [Героический Герб], так что вы можете пройти барьер шестидесяти уровней.

— Но ведь в этом Эльдорадо наверняка найдется еще один для тебя, — заметил Вайнкер. Золотой город мог иметь в своих стенах только самые лучшие сокровища.

— Возможно, у меня появится возможность быстро прогрессировать, — сказал Человечек Виктор. — Но я буду недоступен, по меньшей мере, неделю.

— О, но ты можешь пропустить турнир миньонов! — Сказал Вайнкер.

— А разве само мое присутствие не нарушит его? — ответил его глава персонала. — Я на двадцать уровней выше почти всех. Это не совсем справедливо… а еще… у меня было бы время подумать.

— Миньон, ты просишь у меня отпуск? — поперхнулся Вайнкер.

— Если бы я посмел… — начал было Человечек Виктор. — Да. Да, он мне нужен.

Миньон просит отпуск? Это невозможно! Это был путь к забастовкам, восстаниям, правам! Даже главы персонала ни одного из драконов никогда не просили перерыв. Вознаграждение за работу миньона свободными днями — да, но просить об этом?

И все же, после стольких месяцев преданной, исполненной долга тяжелой работы, то, что Человечек Виктор задал такой вопрос, подняло все виды тревоги. Вайнкер оглянулся назад, в свое прошлое, когда он привел племена гоблинов, и обнаружил, что они исчезли, когда очнулся от зимней спячки. Он никогда не давал им передышки.

Неужели … неужели миньоны…

Неужели у миньонов есть потребности, не связанные со служением ему?

Помимо собственного счастья Вайнкера?

Может быть, его гоблины дезертировали, потому что он никогда не думал об их собственных низменных потребностях?

Проверка Интеллекта прошла успешно! Вы научились саморефлексии!

Вайнкер не мог позволить своему лучшему миньону чувствовать себя гоблином.

— Миньон, сначала спланируй нашу экспедицию, — приказал дракон. — После этого, хотя тебе будет очень больно, что ты не сможешь принять участие в нашем первом официальном гладиаторском турнире, я даю тебе недельный отпуск. Ради блага клада… и твоего тоже.

Человечек Виктор, казалось, не поверил его словам, а затем поклонился. — Благодарю вас, Ваше Величество.

— А теперь иди и отдохни.

Поздравления. Изучив сострадание к низшему существу и помогая своему слуге-миньону с его проблемами психического здоровья, вы заработали уровень в [Селекционер Подземелья].

+ 10 Специальные Очки, + 1 Мастертво, +1 Интеллект.

Каким-то образом, наблюдая, как Человечек Виктор стал счастливее, Вайнкер чувствовал себя внутри как-то расплывчато. Неужели он тоже начинает болеть?

— … а вот контракт между V&V и Небесами, для авторизации «Договора о Специальных Очках». — Виктор протянул совету кипу документов, — он включает в себя строительство новой больницы, школы и ангельский общественный телетранспорт.

Поскольку его особняк не был восстановлен с тех пор, как Ночные Клинки сожгли его дотла, Визирю пришлось проводить свои собрания в замке Вайнкера. В тускло освещенном зале совет выглядел как некий преступный заговор, пусть даже с ангелом в центре.

Как он обещал, Визирь, прежде чем отправиться в свой «отпуск», закончил подготовку к путешествию в Эльдорадо. Как бы. Виктор все еще раздумывал, стоит ли им сделать остановку в Атлантиде или на пиратских островах у берегов Нового Света, а может быть, и там, и там, если у них будет время. Но он уже продумал все детали, собрал необходимые припасы и успокоил Вайнкера.

Чтобы убедиться, что империя будет в его отсутствие управляться сама, Виктор предоставил власть собранию самых могущественных и ответственных жителей Мурмурина: Эллисон, Шарлин, Жюлю, Малфи и Миэль. Марбре получил почетное место наблюдателя, он будет наблюдать за усовершенствованием их летающего корабля.

Виктор и сейчас сомневался, что приглашение Малфи и Миэль было правильным решением. К этому моменту, даже если они и не были настоящими миньонами Вайнкера, они так глубоко укоренились в инфраструктуре Мурмурина, что нарождающаяся нация не могла бы без них работать. Однако, учитывая их идеологический раскол, Визирь надеялся, что Жюль и остальные сгладят напряженность.

Он также хотел бы добавить к этому собранию Красного Рейнджера, но бывший Кобольд был занят охраной племянницы Вайнкера Джоли, которая жила на юге.

— Наконец-то, окупятся эти годы тяжкого труда по искуплению греховных душ, — сказала Миэль, прижимая документы к груди. — Я чувствую, что скоро получу повышение.

У Мурмурина была государственная служба. Виктор никогда не думал, что доживет до этого дня.

Однако остальные члены «имперского совета», похоже, разделились в мнениях по этому вопросу. — В моем случае я ощущаю только дрянную службу, — сказал дьявол Малфи. После своего почти смертельного опыта от рук Ночных Клинков, он пришел в себя как раз вовремя для новой «Небесной Сделки». — Вы, бюрократы, ничего не смыслите в работе с клиентами!

— Ты завидуешь тому, что мы выиграли этот договор о государственных услугах, — дразнила его Миэль, и Малфи даже не чирикнул в ответ.

— Эллисон, не забудь в мое отсутствие кормить Младшего и моих слизняков, — попросил Виктор своего друга. — Мой экскалитрап не слишком разборчивый едок, но, если голоден, он угрожающе лает на людей.

— Конечно, — с улыбкой ответила дриада. — Я видела, что он, как и многие другие граждане, решил участвовать в турнире миньонов.

— Те, кто пройдет квалификацию, получат по Гербу, который мы забрали у Ночных Клинков, — сказала Шарлин, которая теперь делила время между штаб-квартирой синдиката и самим Мурмурином. — Приложив усилия, участники после возвращения Виктора будут готовы к [Продвижению Мука]. Даже ты, Малфи.

— Я не забуду о вежливости, — ответил демон, и это прозвучало, как обмен сомнительными любезностями.

— Я думаю, что тебе следовало бы наслаждаться более приличным отпуском, — сказала Миэль Виктору. — У нас есть отличный курорт Нирвана для таких кли- образчиков добродетели, как ты.

— Я бы лучше, как странствующий рыцарь, побродил на своем коне. — Учитывая его репутацию, Виктор, если уж на то пошло, счел разумным не упоминать ангелу или остальным членам совета, куда он шел учиться. — Если возникнут какие-то проблемы, свяжитесь со мной, и я вернусь.

— Сэр, вы уезжаете всего на неделю, — заверил его Жюль, но тут же все испортил. — А что может пойти не так?

Все!

— Знаете, если подумать, может быть, мне это и не нужно-

— Вик, тебе явно нужно немного отдохнуть, — перебила его Эллисон с доброй улыбкой. — Ты можешь нам доверять. Мы с Роло помогали управлять этой деревней задолго до того, как ты приехал, и мы справимся с этим.

— Вы с Его Величеством часто на некоторое время уезжали, и хотя с тех пор наше население увеличилось в десять раз, нам нужно научиться управлять делами в ваше отсутствие, — заметил Жюль, — особенно, если мы хотим пережить испытание временем.

— Но-

— Все будет хорошо, — настаивала Эллисон.

Виктор смягчился, молча молясь, чтобы Мурмурин в его отсутствие не взорвался.

После этого они закончили рассмотрение различных вопросов, начиная с бюджета и заканчивая отчетами о добыче полезных ископаемых. Будучи, в основном, уверенным, что страна выживет, по крайней мере, до завтрашнего дня, Виктор позволил членам совета уйти. — Поздравляю, Мистер Далтон, — шепнул ему Малфи на прощание. — Ты обманул пернатую с такой ловкостью, как настоящий мастер…

— Обманул? — Спросил Виктор.

— Благодаря твоему тонкому руководству ангел больше не рекламирует свои небесные страховки, сосредоточившись вместо этого на своей неполной ”государственной службе», — обрадовался Малфи. — Дав пернатым бюрократам Специальные Очки, которые они хотели, вы прогнали их с нашего основного рынка душ.

Учитывая, как трудно было Миэль предложить свою страховку чудовищному населению Мурмурина, Виктор понял, что ее начальство считало это место безнадежным делом. Они, вероятно, будут собирать урожай Специальных Очков, чтобы расширяться в другом месте. И хотя Малфи видел только краткосрочную прибыль, ангельская государственная служба со временем позволит Небесам собрать последователей.

— Хотя я настаиваю, чтобы Хэппиленду было разрешено создавать частные школы, — сказал Малфи, как всегда, предприниматель. — Таким образом, мы сможем надлежащим образом воспитывать элиту этой нации, отделяя ее от плебеев.

— Что касается школ, что вы слышали о Схоломансе? — Спросил Виктор, догадываясь, что дьявол может об этом знать.

— Схоломанс — самое престижное заведение, которое когда-либо спонсировала Хэппилэнд, — сказал Малфи с почти религиозным благоговением, а затем, ворча, ушел. — Мне все еще горько оттого, что «Мор Инкорпорейтед» первой вывесила на двери свой логотип.

Эллисон была последней, кто прощался. — Шоколатин сказала мне, что после этой встречи тебя навестит, — сказала она. — Она испекла для тебя что-то особое.

— Что-то живое? — Дриада пожала плечами. — Кстати, о Шоколатин…

— Да?

— Некоторое время назад [Проницательность Монстра] сказала мне, что ты была что-то вроде как влюблена в нее, — сказал Виктор, и дриада этого не отрицала. — Я удивлен, почему ты пыталась нас свести.

— Я жрица богини любви, — сказала Эллисон. — Я могу сказать, когда чувства не возвращаются, и когда не следует настаивать. Она такая … экстремальная.

Без шуток. — Не знаю, как ты можешь так говорить, если даже не пыталась?

Проверка харизмы прошла успешно.

Она весело на него посмотрела. — Ты что, пытаешься устроить секс втроем, красавчик?

Черт побери, его баффы Харизмы начали играть с ним злые шутки. — Я просто не уверен, куда мы оба направляемся, так что, возможно, сейчас или никогда, стоит попытать счастья.

Дриада покачала головой. — Вик, тебе действительно нужно научиться отстаивать свои собственные решения, а не плыть по течению.

Когда его друг ушла, Виктор стал, скрестив руки на груди. Как она и обещала, не успели все разойтись, как в комнату вошла Шоколатин. Должно быть, она все это время прождала перед дверью.

— Та-дам! — оборотень презентовала своему время-от-времени бойфренду корзинку. — Я испекла тебе в дорогу торт.

Виктор взглянул на корзину и заметил, что она извивается, как живая. С тех пор, как Шоколатин набирала все больше уровней в [Монстр Кондитер], это происходило все чаще и чаще. — Спасибо, — сказал он, целуя ее в щеку.

— Значит, целую неделю? — спросила она его. — Надеюсь, это не будет похоже на отпуск типа «Я уезжаю на неделю за покупками, но не больше вернусь».

— Нет, я буду счастлив вернуться в Мурмурин. — С учетом замедления времени он, вероятно, после семи лет тренировок хотел бы снова увидеть солнце. Виктор знал, что в аниме, которые он смотрел в юности, герои всегда так делают, но ему было интересно, как это влияет на психику человека. — “Мне следовало бы в этом позже разобраться.”

— Не забудь позвать меня, если тебе когда-нибудь станет одиноко, — сказала она, кокетливо подмигнув. — Ты ведь снова пометил меня, как своего коня, верно?

К большому его тайному стыду…

Он это сделал.

— Мы уже приехали? — жаловалась его лошадь, когда они шли сквозь густой туман.

— Не знаю, — ответил Виктор, держа косу за спиной. Он предпочел бы взять с собой свою верную базуку, но, учитывая тип школы, он подумал, что мог бы использовать оружие более старого типа.

— Мы уже там?-

— Перестань спрашивать меня об этом каждые пять минут… подожди… — густой туман немного рассеялся, когда они приблизились к озеру, в центре которого вздымалось из волн массивное сооружение. — Ага!

После путешествия по ночным землям и пересечения десятков порталов, они, наконец, прибыли в место, указанное в письме. Снаружи школа выглядела как фантасмагорический, обгоревший замок, с пробивающимся сквозь стены и башни призрачным пламенем. Виктор чувствовал в воздухе запах пепла, а строение, казалось, мерцало и временами исчезало. Между замком и берегом озера был перекинут мост с двумя массивными каменными воротами, служившими входом; архитектор выгравировал на них различные символы, в том числе символы ужасной тройки.

Короче говоря, это было похоже на теплое, гостеприимное место!

Визирь услышал в тумане шаги и повернув голову, увидел, как из тумана выходит девчушка-гоблин. В отличие от тех немногих тварей, с которыми он сталкивался, эта выглядела вооруженной до зубов, большая часть ее тела и лица была покрыта слишком большой для нее броней, а спина выгнулась под весом сумки, полной оружия. Он заметил там копья, мечи, даже аркебузу и на мгновение удивился, как это крошечное существо могло нести столько вещей.

— Привет тебе, Высокий Человек! — сказала гоблин. — Это и есть Схоломанс?

— Похоже на то, — ответил Виктор, заметив, что она тоже держит в руках пригласительное письмо. — Я, вот, жду, когда кто-нибудь выйдет и нас поприветствует.

Гоблин посмотрела на него с любопытством. — Я никогда раньше не видела таких, как ты. Что-то среднее между человеком и драконом.

— Я тоже не уверен, кто я теперь, — признался Визирь, — Я, скорее [Рыцарь Монстр (Красный Дракон)]. Кстати, меня зовут Виктор.

— Гоблина, — сказала гоблин, у которой было самое оригинальное имя на свете. — [Рыцарь-Монстр]… никогда не слышала об этом виде, хотя немного знаю о драконах. Мой отец работал на одного из них.

— А его пребывание в должности тоже было постоянной борьбой за контроль ущерба?

— Это были его точные слова! — ответила гоблин, пораженная таким совпадением. — Именно поэтому он бросил своего последнего босса, когда тот впал в спячку, а затем ушел так далеко на восток, как только мог, чтобы избежать возмездия. Вы тоже сбежали?

— Нет, это единственное, чего я никогда не сделаю. Мой дракон теперь больше, чем босс. Это мой друг. Я даже обязан ему жизнью.

— Вот как? Я думала, драконы заботятся только о себе.

— А почему ты здесь? Чтобы стать лучшим главой персонала темного лорда?

— Ни в коем случае! — она казалась совершенно оскорбленной. — Ты думаешь, я какой-то прислужник, потому что я — гоблин? Это именно тот стереотип, который я хочу изменить!

— Прости, — извинился Виктор, не желая выглядеть расистом.

— Все говорят, что гоблины — это просто пушечный корм и идиоты, но я докажу, что мы тоже можем быть завоевателями! Боже мой, я даже набрала уровни в [Королеве Бандитов]! Клянусь, что однажды я даже получу диплом [Темного Лорда]!

Пока Виктор слушал, как тварь разглагольствует о социальной мобильности гоблинов, двери школы, наконец, открылись. Оба студента посмотрели на вход, оттуда вышло хрупкое создание и направилось по мосту в их сторону. Похожий на мотылька гуманоид с золотыми крыльями и усиками, первозданно серой кожей и в самом дерзком платье, которое он видел со времен Шоколатин; серебристые волосы великолепной дамы развевались по ветру.

— Изабель Мор?!

Виктор поступил разумно и немедленно приготовил косу. В конце концов, Вайнкер убил ее сына.

— Далтон, — приветствовала она его. — Я вижу, что ты меня еще помнишь, но на твоем месте я бы не стала наставлять оружие на учителя.

Учитель? Хэппилэнд? — Конечно, я тебя помню, ты же пыталась съесть меня на обед!

— Ах! — гоблин засмеялась. — Учеба еще не началась, а учитель уже над тобой издевается!

— Я не держу на тебя зла за то, что ты от меня ускользнул, —сказала архидьявол так, словно он был виновен, — И за то, что ваш, так называемый, хозяин и его гости сделали с моей компанией. Даже, если бы я хотела отомстить, поскольку ты — студент под защитой Десджестера, я ничего не смогла бы тебе сделать в качестве преподавателя в этой академии. Если только ты первым меня не спровоцируешь.

Виктор, вообще-то, ей не доверял, но избегал искушать, буквально, дьявола. — Так что же, ты будешь учить меня черной магии без всяких оговорок?

— Без всяких оговорок? Нет. — Архидьявол щелкнула пальцами, и послала Виктору и Гоблине два плавающих свитка, предлагая их взять. — Сначала вы должны прочитать, заполнить и подписать этот документ. Я преподаю Класс [Призыв], хотя еще читаю лекции о конкретных школах магии, таких как [Дьяволизм] и [Адская Алхимия].

— [Видеть Невидимое], — произнес Виктор заклинание, чтобы посмотреть, не проскочили ли там где-нибудь невидимые записи. Он сам запатентовал этот трюк.

Однако, к его большому удивлению, документ оказался очень прямолинейным. Поклявшись уважать его основные ценности — честолюбие, хитрость и эгоизм, — он должен был согласиться провести в школе семь лет; и больше, если закончит учебную программу, как классовый болван.

— Раньше у нас были дома, в которые можно было вступить, — сказала Изабель, пока глава персонала продолжал читать, — Демоны, Дьяволы и Даймоны. Но наши божественные покровители обнаружили, что конкурентная система, хотя и ожидаемо, снижает способность наших будущих повелителей к сотрудничеству. Вы не сможете завоевать мир, если будете спорить со своими товарищами из-за оценок и мелких кланов.

— Тогда почему классовый болван вынужден здесь оставаться? — Спросил Виктор.

— Страшная Тройка хочет напомнить нашим студентам, что их успех будет основан на страданиях менее удачливых.

— Понимаю…

Виктор добрался до списка десятков предметов, которые он мог бы изучать, большинство из них были с очаровательными названиями, такими как [Некромантическая Биология], [Адская Алхимия], [Вызов Демонов], [Экономика Завоевателей], [Философия Элдрича] или [Ритуальная Магия]. Как и было объявлено, большая часть учебной программы была сосредоточена на государственном управлении и различных формах темной магии, с несколькими уникальными возможностями, такими как, например, необходимый курс [Крафт Проклятых Артефактов].

К его большому удивлению, имена некоторые учителей принадлежали к Ужасной Тройке. Неужели они лично давали образование новым ученикам?

— Вы, кажется, боретесь с курсами, — сказала Изабель, и ее тон был скорее любопытным, чем довольным. — Каковы твои личные и профессиональные цели?

— Я … э-э … не уверен, — признался он. — Я пришел сюда, чтобы это выяснить. Я думаю, достигнуть шестидесятого уровня?

— Хорошо не знать, какую карьеру ты хочешь сделать, — сказала демон. — от кровожадного лидера картеля до диктатора или нигилистического анархиста, мы позаботимся о том, чтобы наши студенты нашли правильный путь. Просто возьми то, что тебя интересует.

Тогда, государственное управление и магия, эти курсы его. — [Крестьянская Математика]?

— Богиня тирании, Веран, учит, как много можно облагать свое население налогом на голод и нищету, не вызывая бунта. А это, как оказалось, очень и очень высокий показатель.

Проклятье, это было зло. — Я это пропущу, — сказал Виктор. — Вайнкер против налогов.

При упоминании о драконе она ощетинилась, но не так сильно, как он думал. Интуиция подсказывала ему, что, хотя она и ненавидит дракона, но не так уж сильно мстит лично Виктору. — Ты действительно не держишь на меня зла?

— Один очень мудрый заклинатель убедил меня тебя остерегаться, — сказала Изабель Мор. — А если тебя сюда пригласили, то ты почти догнал моего покойного Браниньо.

Виктор сразу же догадался, кто такой этот заклинатель, но держал это при себе. Это могло бы стать поводом выяснить, что задумал лич.

— На самом деле. — Она улыбнулась ему хищной ухмылкой. — У меня на тебя другие планы.

Почему у Виктора возникло ощущение, что она хочет его съесть, но совсем не так, как он думал сначала?

Четыре часа.

Виктор ушел всего четыре часа назад, а она уже ненавидела, ненавидела, ненавидела свою работу!

— Миньон! Миньон! — Дракон повторял это слово с каждым разом все более сильным и высоким голосом, как будто считал свою жертву слишком глухой, чтобы она его слышала. — Миньон!

— Да, Ваше Величество? — Спросила Шарлин Эннуи, глава персонала вампиров, и ей потребовалась вся ее сила воли, чтобы сохранить серьезное выражение лица. Она слышала, как ее острые клыки скрежещут друг о друга, а пальцы судорожно сжимают блокнот.

— Я решил, что хочу, чтобы у моей арены была открытая крыша, — напыщенно заявил Вайнкер, высоко подняв голову и осматривая почти законченный Колизей. С короной, слишком большой для его головы, и высокомерным поведением он напоминал Шарлин могущественного короля, который свысока смотрит на крестьян, как на собачье дерьмо. Каждый его шаг заставлял дрожать кирпичи.

— Открывающаяся крыша? — Повторила Шарлин, вынужденная в течение нескольких часов следовать все более бессмысленным требованиям дракона. Это началось со стульев, сделанных из точеных драгоценных камней, затем перешло к сделанным кобольдом ступенькам, чтобы он мог по ним подниматься, а потом пошло еще дальше.

— Для церемонии открытия, — сказал Вайнкер так, словно одного слова было достаточно, чтобы соединить обе эти концепции. — Мои миньоны будут оставаться в тени, пока не откроется крыша; солнечные лучи будут светить на мое золото, которое будет блестеть для всех! Построй мне открывающуюся крышу!

— Но почему же? — Чарлин не могла удержаться от вопроса, так как церемония открытия уже и так была упражнением в экстравагантности. — А какой в этом смысл?

— Истинный император, нет, Август, должен быть ослепительно красив!

— Ваше Величество, как же мы создадим механизм открывания крыши на почти готовом здании за шесть дней до его открытия для публики? Для чего-то, что будет использовано только один раз?! С пустым национальным бюджетом?!

— Миньон Чарлин, если бы ты была хотя бы наполовину таким же миньоном, как мой глава персонала, ты бы уже все поняла.

Успокойся, Чарлин, подумала вампир. Успокойся, это всего лишь временное явление, как кожная сыпь. Оставайся профессионалом, ты уже видела раньше идиотских и высокомерных авантюристов, ты можешь справиться-

— И я говорю это не потому, что ты не смогла найти мне никаких заданий, чтобы вырастить мой клад, чем доказала свою несостоятельность.

Проверка интеллекта прошла успешно! [Берсерк] отклонен!

— Я … несостоятельна? — Чарлин фыркнула от уязвленного чувства собственного достоинства.

— К счастью, я верю в профессиональное перевоспитание миньонов, — продолжал Вайнкер покровительственным тоном. — Хотя ты и стала плохим менеджером квестов, я уверен, что ты можешь блистать в качестве моего Миньона Секретаря Архитектуры Арены.

Шарлин нацарапала это новое повышение рядом с Младшим Главой Отдела Исследований и Разработок Сокровищ, Великим Сенешалем Замка Дастинг и Держателем Золотого Зеркала.

Подумать только, она думала, что ее положение, наконец-то, улучшилось. Она провела годы, управляя в глуши тупиковой гильдией авантюристов и отчаянно пытаясь подняться по профессиональной лестнице, когда благодаря какому-то повороту судьбы стала лидером в новорожденной нации. Нации безумцев, негодяев и чудовищ, но, тем не менее, лидером. У нее были привилегии, статус, новые классы … и даже бессмертие.

Когда Виктор отбыл в свой отпуск, она знала, что с драконом будет трудно, что без ее друга с такого рода привилегиями эта хаотичная, бесцельная «империя» рухнет в течение года. И все же, в глубине души, Шарлин цеплялась за высокомерную идею, что она может помочь превратить эту страну в образец бюрократической эффективности, даже без помощи Вика.

Но дракон оказался еще хуже, чем она думала! Он хотел всего и ни за что не платил!

— Так вот, это очень важная роль, и я не отношусь к ней легкомысленно. Если ты хочешь доказать, что достойна этой чести, то построишь мне открывающуюся крышу. Она не должна закрываться, потом она мне больше не понадобится.

Может быть, сейчас Чарлин и нежить, но она могла бы поклясться, что ее сердце снова забилось от полного отчаяния. — Может ли Ваше Величество хотя бы сказать мне, где я могу найти золото, чтобы оплатить необходимые материальные затраты? — спросила она с тяжелым сарказмом. Если Виктор мог это провернуть и заставить Вайнкера все равно слушать, то, возможно, с ней это тоже сработает.

Проверка харизмы…

Провал! Она с треском провалилась!

— Платить за материалы? — Дракон разразился безрадостным смехом. — Платить? Это забавный сарказм, миньон. Но если ты достаточно напряжена, чтобы шутить, то, очевидно, тебе нужно больше работать, чтобы забыть свою боль.

Поздравляю! Из-за вашей вампирской природы и личных обстоятельств, вы заслужили Перк [Кипящая Кровь]!

[Кипящая Кровь]: 40 Специальных Очков за десять минут. Вы можете заставить кипеть свою собственную кровь, нанося слабый урон [Огнем] при физическом контакте; вы невосприимчивы к негативным побочным эффектам кипящей крови, но под действием Перка вы становитесь уязвимыми к болезни [Берсерка].

— А теперь, Миньон Шарлин, вместо того чтобы шутить, иди и зарабатывай мне деньги. Мой клад не наполнится сам по себе.

Через двенадцать часов после отъезда доброго Визиря.

— Иди домой, двуногая.

— Милый ягненочек, — сказала Миэль гигантскому пауку, который отказывался полностью выползти из своей ямы-дома. — Благодаря силе нашего договора с империей, мы можем дать вашим детям свет знания.

— Я ни за что не отдам свое паучье потомство птицам, — запротестовал телепатический паук, а его дети съежились под его ногами. — Я буду учить их так же, как и все мы, дома, над останками наших жертв!

Ангел-воин, облаченный в золотые доспехи, вызвал огненный меч. — Бесплатное образование не подлежит обсуждению, — сказал он властным тоном. — Твои дети пойдут в государственную школу, или ты будешь гореть в аду за грех домашнего обучения!

Миэль вздрогнула, сразу же узнав в своем коллеге одного из «старых завещателей». Будет очень некрасиво, если она не вмешается. — Простите этих несчастных грешников, им требуется время, чтобы увидеть свет, — взмолилась страховой продавец. — Подставь другую щеку, ибо они не ведают, что творят!

— Миэль, я нахожу твои протесты слишком… — Ангел ткнул своим огненным клинком в ее сторону, — Протестантскими.

— Указывать мечом на своего собрата-ангела тоже не очень изящно!

— Оставь свое таинство, — возразил воин. — Старшие могут подумать о том, чтобы повысить тебя до [Доминиона], потому что они стали мягкими, но ты не избавитель откровения! Договариваясь о сосуществовании с Адом, ты совершила симонию!

Это оскорбление потрясло Миэль до глубины души, как будто ее ударили по лицу. — Я всегда во всем служила делу неба! Боже мой, с новым соглашением мы увеличили объемы сбора Специальных Очков в нашем отделении в десять раз!

— Отдавая свою душу!

— Я уже итак отдаю тебе часть моих Специальных Очков, но ни за что не отдам тебе своих яйцерожденных, — пожаловался паук. — Я покинул Луну, думая, что это будет страна свободы и возможностей, а не диктатура птиц!

— И ты прав, защищая свои права, данные тебе императором.

Одного звука голоса Малфи было достаточно, чтобы разозлить Миэль, и вдвойне, когда он появился в сопровождении своих адвокатов.

— Берегись, язычник, — пригрозил ангел-воин. — Ты не должен развращать молодежь!

— С нами дети в большей безопасности, чем с вами, голуби, — сказал один из адвокатов. — Если бы вы получили опеку, то могли бы отдать их священнику.

— Мы можем позаботиться о твоих яйцерожденных за мизерное загробное одолжение. — Малфи решил обратить паука в свою веру, уверенный, что его роль в империи защищает его от гнева ангела. — Мы можем дать вашим отпрыскам самое лучшее индивидуальное образование, о котором они только могут мечтать.

— Не слушайте их! — Миэль прервала дьявола прежде, чем тот успел отравить разум этого многоногого ягненка. — Только мы предоставляем действительно бесплатное образование для всех!

— Я не хочу никого из вас! — закричал паук в ответ.

— Тогда тебе следует выбрать третий путь.

К большому замешательству Миэль, в ситуацию решила вмешаться третья сторона, которая, очевидно, издалека наблюдала за дискуссией: женщина-гном, которую ангел не узнал из-за скрытых за темными очками глаз. На самом деле, она выглядела почти так же, как и любой другой дуэргар, за исключением отсутствия бороды.

— Срединный путь, неосуществленный, но устойчивый. Усредненный путь. — Леди-гном прочистила горло. — Мы, борцы за равноправие, решили обеспечить бесплатное образование для всех по-настоящему усредненным способом. Место, где нет никаких оценок, только равенство. Мы разделяем все, как части единого организма.

— Что-то вроде общей паутины? — спросил паук, внезапно заинтересовавшись этим предложением больше, чем предложениями небес или Хэппилэнд. — Это возвращает меня к моей юности, когда я в группах учился охотиться на большую добычу.

— Боже мой, свалить самое высокое — это самое настоящее усредненное усилие!

— Ммм … это правда, что моему паучьему отродью нужно научиться общаться с соседями… не могли бы вы зайти в мою темную пещеру, чтобы мы могли обсудить вашу школьную программу?

— Конечно. Должна вам сказать, что, как у обитателей ядра земли, наши школы приспособлены для ночных существ.

— Поразительно, — пробормотал паук. — А как насчет диеты? Мое паучье потомство нетерпимо к гоблинам.

И ангелы, и демоны в ошеломленном молчании наблюдали за этой сценой, паук пригласил гнома в свой дом… и даже не съел ее!

— Агартанцы крадут нашу долю рынка! — Запротестовал Малфи, такой же разъяренный, как и сама Миэль. — Это же воровство! Мы

— правительство, мы должны их остановить!

— Я отдаю вам свой голос, — сказала Миэль и продолжила, прежде чем ее неразумная коллега успела возразить против объединения с конкурирующей планарной компанией. — При условии, что Хэппилэнд не будет позволено открывать частные школы, признав единственным путем небесный путь.

Предупреждение: за этот акт беспричинной злобы, даже по отношению к демону, вы потеряли карму.

Это сообщение огорчило Миэль, но вид покрасневшего от ярости Малфи стоил того.

Через пятнадцать часов в глубокой печали после отъезда Визиря.

— Младший, пожалуйста, успокойся, — Эллисон попыталась успокоить чудовищного мимика, эта сцена собрала на улице горожан.

— Дети! — тварь рявкнула в ответ, собирая новорожденных желе на своей спине и топча остатки разрушенного стенда. — Защищайте детей!

— Дети меч? — Повторил Базз Джелли, знаменитый исследователь прыгал рядом с Младшим с тех пор, как тот начал свое неистовство. — Иду!

Как Виктор приручил эту тварь? Он был совершенно неуправляем с тех пор, как последний дождь слизи принес в Мурмурин новые желе. Он разбивал все между собой и своими новыми подопечными, без Виктора, который мог его успокоить, жестокие инстинкты существа всплыли вновь. Бедный орк-лавочник имел несчастье поймать огненное желе для освещения, что привело гигантского мимика в ярость и заставило его слишком остро реагировать.

— Это просто катастрофа, — пожаловался орк. — Мой магазин в руинах!

— Это все советники, — громко пожаловался один из купцов-кобольдов в толпе, — все стало только хуже с тех пор, как ушел любимый Великий Визирь! Я уверен, что они дурными советами ввели в заблуждение доброго императора Вайнкера и плохо обращались с мимиком!

— Я слышал, они хотят поднять налоги! — Добавил гнолл, и горожане начали между собой спорить.

— Это неправда, — ответила Эллисон, чувствуя напряжение в воздухе. — Мы и не собираемся этого делать-

— Я чувствую тебя, персона гамета, эта благословенная богами страна приходит в упадок перед моими тремястами восемью глазами! — Добавил жуткий ужас, не обращая внимания на дриаду. Жрица внезапно осознала, что, когда-то, когда Мурмурин был маленькой деревней, где все знали друг друга, она вызывала уважение, а теперь она не знала и половины этих монстров. И они не уважали ее. — Они, должно быть, сговорились отослать доброго Виктора, как это сделали с Рейнджерами Кобольдами… истинный пророк никогда бы этого не допустил!

Хуже всего было то, что Эллисон поняла, что они, возможно, могут что-то сделать ……

— Джентльмены, — заговорил один из гноллов. — Я думаю, что есть только один способ, чтобы наш голос был достаточно громким, чтобы добраться до императора. Путь монстра.

Он поднял копье.

— БУНТ!

— Бунт! — радостно подпрыгнул Базз Джелли. — Командная активность!

— Избранная слизь с нами! — взревел лунный зверь на плохом общем языке. — БУНТ!

— БУНТ! — закричали другие монстры в знак согласия, некоторые немедленно разбили ближайшие окна и в бешенстве швыряли тележки.

— Стойте! — умоляла Эллисон, только чтобы кто-то зажег огонь с помощью заклинания. Она немедленно двинулась вперед, чтобы потушить пламя, прежде чем оно распространится. — Черт возьми! Черт бы тебя побрал! Черт бы вас всех побрал!

Двадцать часов, в Мурмурине апокалипсис.

Измученная, Эллисон нашла утешение в единственном месте, где она всегда чувствовала себя в безопасности. В своем храме, перед статуей богини.

Дриада молилась Кибеле усерднее, чем когда-либо, но богиня любви, которая столько раз прямо отвечала на ее молитвы, хранила молчание. Новый собор, построенный несколько месяцев назад, хранил зловещее молчание. Пока, наконец, ее лучшие друзья не вошли в комнату, больше ради нее, чем ради богини.

— А что Роло пропустил? — спросил голем, всегда прямо и по существу. — Роло видел снаружи дым.

— Ты пропустил шестнадцать убийств, сотни раненых, беспорядки, пожары, пожары повсюду, сотни тысяч золотых монет, потерянных в результате порчи имущества, Небеса и Хэппилэнд угрожают начать войну за правильное воспитания молодежи… — Эллисон замолчала, ее голос дрогнул. Поскольку она всегда предпочитала примирение, безудержный хаос полностью истощил ее силы. Она бы скорее поговорила с людьми за выпивкой, чем помогла подавить беспорядки.

Как же Виктор умудрялся оставаться в здравом уме после нескольких месяцев такого? Этот опыт только усилил уважение, которое она испытывала к своему собрату — человеку, превратившемуся в монстра.

— Это очень разумный предмет, образование, — сказал Роло с мудростью фермера.

— Я никогда не ходила в школу, но здорова душой и телом, — добавила Шоколатин и дала Эллисон торт. — Вот, тебе нужен сахар. Я смешала его с шоколадом, но без мяса. После этого ты почувствуешь себя счастливее.

— Шок, ты сумасшедшая, но ты еще и симпатичная, и я хочу забрать тебя домой, — заявила Дриада. Теперь, когда она чувствовала, что ее с каждым шагом преследует тень смерти и разрушения, она, наконец, нашла в себе мужество это сказать.

— Глупышка, твой дом, наверное, горит прямо сейчас! — Невинно ответила Шоколатин. — Это я должна отвести тебя к себе домой!

— Договорились, — сказала Эллисон. — Роло, ты можешь…

— Роло не нуждается в ремонте. Роло пойдет работать и позаботится, чтобы не сгорели поля. Тебе надо отдохнуть.

— Спасибо, мой друг, — ответила Дриада. — Сегодня вечером я вознесу последнюю из своих безмолвных молитв, а потом уйду.

Шоколатин нежно обняла ее, а Роло похлопал по спине. Когда они оба ушли, Дриада поблагодарила богиню за то, что та послала ее в мир, где она обрела таких сильных друзей.

В тот вечер еще одна фигура отдала дань уважения Кибеле: Чарлин. — Я и не знала, что ты молишься, — сказала Эллисон вампиру.

— Я тоже, — ответила Чарлин, она выглядела совершенно разбитой. — В этот момент нас спасут только боги.

— Мы… — Эллисон прикусила нижнюю губу, так как пообещала себе не беспокоить своего друга во время его путешествия в поисках души. — Мы всегда можем связаться с Виком…

— Я пыталась, — бросила бомбу Чарлин. — Я пыталась связаться с ним через его Перк [Этюд в Багровых Тонах], но где бы он ни был, что-то блокирует связь.

Сердце дриады замерло, мир вокруг нее вдруг лишился красок, самой сути надежды. — Так ты говоришь-

— Что мы сами по себе. — Чарлин покачала головой, словно погрузившись в свои мысли. — Один только Жюль счастлив. Он назвал это хорошим днем.

Эллисон задохнулась от ужаса. — Как он может называть этот бардак хорошим?

— До сих пор было шестнадцать смертей, которые он перевел как шестнадцать новых рождений нежити. Он надеется, что с новым импульсом мы сможем продолжать двигаться дальше.

Как Виктору удавалось держать всех этих маньяков в узде?

— Мне придется извиниться перед Виктором, когда он вернется, — сказала Шарлин. — опускать Вайнкера с небес на землю — это невыполнимая задача, не говоря уже о всей его армии!

— Управлять империей монстров намного сложнее, чем маленькой деревней, — вынуждена была признать Эллисон. — Они все находятся в пределах дюйма от начала боя, если только их не держит в узде сильный глава персонала. Я никогда не думала, что Вик будет таким… незаменимым.

— Мы должны быть уверены, что он никогда больше не возьмет отпуск.

— Согласна, — ответила Эллисон. — Несмотря ни на что.

— … вы спрашиваешь меня, своего господина и повелителя, какую школу должны посещать мои слуги? — Спросил Вайнкер у «временного совета» с вершины своего клада, с каждой секундой все больше раздражаясь.

— Нет, Ваше Величество, — ответила вкусная Миэль. — Мы просим вас любезно запретить гнусные сатанинские школы и привести в исполнение божественный завет, составленный вашим святым Визирем.

— Не слушайте ее, Ваше Величество. — Вкусный Малфи свирепо посмотрел на своего соперника. — Она пытается уничтожить свободное предпринимательство, которое было краеугольным камнем империи с самого ее основания! Мы также очень и очень не уверены, что среднее образование совместимо с ценностями нашей общей компании.

— Мы возвышаем массы и принижаем власть имущих, — возразил Марбре. — Конечно, наш путь самый верный!

Когда они снова начали спорить, у Вайнкера начала болеть голова и возникло сильное желание съесть всех троих.

Совет заставлял его работать! Их работу! Ему уже приходилось произносить громкие речи перед населением, чтобы подавить бунты, обещая радикальные политические реформы, и даже заставлять своих лакеев искать слизняков, чтобы усмирить пета своего друга.

Хотя ему нравилось править пеонами и просвещать их, Вайнкер предпочел бы обучаться своему классу [Геомант], чтобы похоронить под горой мерзкого Фурибона. Или в океане. — Умные миньоны — это продуктивные миньоны, — сказал дракон, прерывая их перепалку. — Но мне все равно, кто из вас будет их учить. Ибо все вы одинаково некомпетентны в этом вопросе.

— Я могу только аплодировать этому проявлению усредненности, — сказал Марбре, увидев в словах дракона свет.

Но в то время, как Демон Малфи, казалось, тоже подчинился, ангел была ошеломлена. — Но, Ваше Величество …

— Я — дракон. Если бы вы, ангелы, были мудрее моего рода, то у вас были бы чешуйки на крыльях. — Птица умолкла перед лицом неумолимой логики Вайнкера. — Я уже говорил. Каждая семья должна посылать своих детей обучаться путям миньона, но они сами могут выбирать, каким именно. Для будущего моего клада каждая школьная программа должна иметь курсы по Исследованию Клада и Уничтожению Фейри; и самые умные миньоны будут отправлены в мой новый Дозор Вайнкера для Полного Уничтожения Фейри. А теперь вы, трое, уходите, пока я при виде вас еще больше не проголодался.

Поняв это тонкое послание, половина членов Совета бросилась к двери хранилища, остались только двое. Вайнкер сразу же заметил, что кого-то не хватает. — А где же Непокорная Эллисон? — спросил он.

— Она перенапрягла свою магию, пересаживая поля, поврежденные во время беспорядков, — объяснила Чарлин, ее глаза морщинились от усталости.

— Мышка Шарлин, вот истинная преданность миньонов, — сказал Вайнкер, надеясь, что вампир последует ее примеру. Шарлин улыбнулась в ответ, но ее губы не могли дотянуться до ушей из-за волнения. Затем дракон повернулся к некроманту Жюлю. — Трупоторговец.

— Да, Ваше Величество? Чем могу вам служить?

— Я хочу, чтобы вы составили список всех миньонов моей империи, живых или мертвых, — сказал Вайнкер. — Список, который будет включать их вид, возраст и пол.

— Интересная мысль, — удивленно сказала мышка Шарлин. — А для чего он нужен?

— Так как получение уровней в [Геоманте] требует времени, я теперь буду практиковать свой класс [Селекционер Подземелья], — заявил Вайнкер. — Хаос в моей империи показал мне, что я должен воспитывать среди моих лакеев чувство братства; не только по отношению ко мне, их любимому правителю, но и друг к другу.

— Это правда, что нация — это плавильный котел, — сказал Жюль. — Вы собираетесь переженить всех своих миньонов?

— Истинная армия миньонов едина не только духом, но и кровью, — сказал Вайнкер. — Но я не буду заставлять никого из моих лакеев размножаться против их воли… поэтому, по моей мудрости, я буду организовывать идеальные свидания с лучшими партнерами, как это было с моим главой персонала.

Пришло время познакомить Мурмурин с древним драконьим институтом «Быстрое Знакомство Миньонов».

— А почему бы не создать из населения еще и отряды авантюристов? — сделал Жюль предложение. — Многие из них создали свои собственные группы, но, возможно, Ваше Величество проявит большой интерес к созданию новых.

— Ты мне льстишь, миньон, — сказал Вайнкер. — Делай это почаще, потому что это — отличная идея.

После того как Шарлин и Жюль обменялись способами получения этой информации, Вайнкер отослал их прочь, чтобы отдохнуть на своем золоте, как и подобает настоящему дракону.

Однако час спустя его разбудил самый чудесный из голосов. — Дядя! — позвала его племянница Джоли. — Мы вернулись! Мы можем войти?

Настроение Вайнкера сразу улучшилось. — Ну конечно же!

Его племянница вошла внутрь, сопровождаемая проклятым Рыцарем Киа и Рейнджерами Кобольдами. Теперь они были Кобольдами только по названию, они стали больше и поменяли свое глупое оружие на лучшее снаряжение. Красный превратился в седого воина с мечами и огнестрельным оружием; Розовая теперь носила пеструю одежду, которую Вайнкер часто видел у музыкантов во дворах людей; Синий покрыл свои кости жреческими одеждами и держал посох; Черный, казалось, пошел по пути заклинателя, если дракон мог доверять его новой волшебной шляпе и поясу с зельями; и он почти не узнал Желтого под его сверкающими золотыми доспехами.

Даже его племянница изменилась. Она покрыла свою чешую блестящей броней из укрепленных пластин, от головы до самого кончика хвоста. Старший дракон узнал в этом металле мифрил, и хотя он считал, что по блеску он уступает золоту, но по твердости он был более чем сравним с ним. Очевидно, Джоли извлекла урок из драки с Лавер и тренировалась.

— Я так рад тебя видеть, племянница, — сказал Вайнкер, уткнувшись носом в свою родственницу. — Ты пришла на игры?

— Мы едем на север, дядя, — сказала Джоли. — Киа сказала, что представит меня Королю и принцессе!

— Я получила известие из Гардемейна, — сказала ее глава персонала. — Меня отозвали туда из-за чрезвычайной ситуации.

— Скатертью дорога … — Вайнкер осекся, поняв, что Джоли собирается последовать за рыцарем и может пропустить турнир его фаворитов. — Это ужасная новость!

— Я скоро вернусь, дядя! — пообещала Джоли.

— Племянницу надо защищать, — сказал Красный Рейнджер.

— Но мы можем не успеть вернуться к играм, — пожаловалась Розовый Рейнджер.

— Что может быть настолько важным, чтобы моя племянница пропустила мой чемпионат миньонов? — Сердито спросил Вайнкер.

— Банда фоморов совершает набеги на северные берега континента, нападая на изолированные деревни в старой Республике Мидгард и Зимнем Королевстве, — сказала Рыцарь Киа. — Король Роланд считает, что это Дикая Охота из Придейна, и хочет, чтобы я была поблизости на случай, если они приблизятся к Гардмейну. По сообщениям, среди них был замечен даже Мэг Мелл.

Дикая Охота. Неудачная попытка фейри скопировать День Хвастовства драконов. — Фейри съедят несколько человечков, будут хвастаться тем, кто снял самую лучшую шкуру, а потом начнут ссориться и разбегаться, — сказал змей, который видел это не раз. — Они делают это примерно раз в десять лет. Ничего необычного.

— Кевин сказал, что на этот раз что-то не так, — ответила Рыцарь Киа, — Обычно фоморы нападают только на смертных, но эти нападают на любое живое существо, с которым они сталкиваются, от животных до диких монстров. Они даже очистили подземелье.

— Очевидно, фейри хотят украсть все сокровища, которые по праву принадлежат драконьему роду, — ответил Вайнкер. Его объявление войны, должно быть, вынудило их принять отчаянные меры.

— Но какой смысл убивать беззащитных животных? — Рыцарь Киа покачала головой. — Если бы я не знала, что они не могут, я бы подумала, что они качаются, как сумасшедшие.

Качаться. Это слово напомнило Вайнкеру старые времена, когда он сжигал достаточно демонов, чтобы получить уровни [Охотника на Ведьм]…

Предупреждение: будете ли вы продвигать свой класс [Охотник на Ведьм] в [Хеллсинг] или [Генерал Охотник на Ведьм]? Если вы этого не сделаете, то продолжите повышать свой уровень в базовом классе.

Вайнкер почти забыл об этом. — Меню, — сказал дракон, — подробно расскажи мне об этих классах.

[Хеллсинг]: «Вы вышли за рамки охоты только на заклинателей, и теперь намерены сделать большинство классических ужасов … вымершими.’ Если вас переведут в этот класс, ваши способности будут нацелены на большее количество врагов, чем заклинатели, и ваше сопротивление урону возрастет.

[Генерал Охотник на Ведьм]: «Ваша ненависть к колдунам переросла в нечто большее, чем просто охота на них самих. Теперь вы командуете целыми крестовыми походами против ведьм.’ Если вас переведут в этот класс, ваша способность делать заклинателей несчастными еще больше возрастет, и ваши союзники присоединятся к веселью.

Дракон обдумал стоящий перед ним выбор, а затем быстро решил, что с исчезновением этого грязного подонка Лавера у него больше не будет проблем с уничтожением вампиров, и у него уже есть институт, посвященный исследованию способов уничтожения фейри.

И все же реванш со злым Фурибоном, да будет он проклят навеки, приближался. — Отныне и навсегда, — заявил Вайнкер, — я Генерал Охотник на Ведьм!

Вы повысили [Охотник на Ведьм] до [Генерал Охотник на Ведьм]. Ваш Перк [Очистка Заклинаний] при рассеивании заклинаний противника теперь наносит дополнительный урон [Огнем].

В очередной раз система показала себя как ориентированная на дракона, признав превосходящую способность огня решать любые проблемы.

— Пока вы будете заботиться о фейри, мои миньоны будут тренироваться, чтобы покорить море, спасти Эльдорадо и уничтожить злого Фурибона, — сказал Вайнкер Джоли и Киа. — Еще раз!

Рыцарь Киа нахмурилась, посмотрела вниз на Джоли и пожала плечами. Как мог этот человек так небрежно отнестись к уничтожению Фурибона? — В любом случае, как только Золотоубийца будет повержен, я сам опустошу Придейн, — похвастался змей.

— Есть одна деталь, которую Ваше Величество должны знать, — сказала Рыцарь Киа. — Свидетели видели среди Дикой Охоты дракона. И очень большого.

Вайнкер разразился хохотом. — Дракон, работающий с фейри? Ваши свидетели, должно быть, видели виверну или какого-нибудь дрейка!

— Ни один настоящий дракон не поможет фомору! — Джоли кивнула.

— Я просто говорю, что вы можете рассчитывать на меня, когда захотите напасть на Придейн, — сказала рыцарь почти умоляющим тоном. — Но легкой драки не ждите.

— Нет, я ожидаю и буду довольствоваться только полным уничтожением, — с яростью сказал Вайнкер. Фоморы угрожали его племяннице, его миньонам и его сокровищам. Дракон сделает то, что его сородичи должны были сделать много веков назад, и преподаст им урок, который они никогда не забудут.

— Во всяком случае, мы не будем отсутствовать слишком долго, — сказала Киа. — Военный отряд не может угрожать Гардмейну, поэтому король Роланд отпустит меня, когда он неизбежно вернется в Придейн.

— Постарайтесь вернуться вовремя к моему турниру миньонов, — настаивал Вайнкер.

— О, дядя, у меня есть идея! — Сказала Джоли. — Битва миньонов!

— Битва миньонов? — Киа подняла бровь.

— Древний драконий ритуал, когда два дракона выбирают команду из своих миньонов и заставляют их сражаться за превосходство, — сказал Вайнкер. — Дракон с наибольшим количеством миньонов, оставшихся в конце, побеждает.

— Дядя, а можно мне-

— Джоли, Я запрещаю тебе делать из себя миньона этого человечка! — настаивал Вайнкер. — Ты будешь вести себя так, как подобает настоящему дракону: отдавать приказы не-драконам!

Когда его племянница разочарованно прищурилась, мысли Вайнкера обратились к его любимому миньону. Не прошло и дня, а он уже гадал, что же он задумал. Он надеялся, что он сумеет найти способ размножаться.

Потому что, учитывая то, что планировал для него Вайнкер, Человечек Виктор нуждался в такой практике.

Веран, богиня войны и огня, знала, как подготовить сцену.

— Чтобы окончить эту академию, каждый из вас, согласно нашим рекомендациям, должен создать свой личный артефакт, — объявила она, и потолок замерцал призрачным пламенем. Спрятав все свое тело за толстым панцирем, она больше походила на адского огненного голема, чем на гнома. — [Гримуар Соломонари] — это классика, но для этой сессии я бы предпочла более творческие предложения. Как пистолет! Или меч, с пистолетом!

Как все студенты, сидящие в амфитеатре, Виктор записывал каждое чертово слово этого класса [Создание Проклятого Артефакта]. Его одноклассница, Гоблина, подняла руку, чтобы задать вопросы. — А баллисту можно? — спросила она.

— Если это магическое, то почти неразрушимое и разрушительное! — ответила богиня. — Суть создания артефакта заключается в том, чтобы вложить в эту задачу свою душу. В буквальном смысле! Создание артефакта означает передачу части вашей жизненной силы, ваших максимальных Очков Жизни, и наполнение его личным прикосновением!

— А какие артефакты вы делали в свое время? — спросил царственный, коронованный бесенок. Виктор знал его, как своего рода падшего и жаждущего вернуться принца демонов, но почти с ним не общался.

— Джести создал свою [Косу Смерти], — ответила Веран. — Хотя он убил этим оружием много людей, передача его жизненной силы была лишь последним толчком. Камилла создала [Хрустальные Черепа], которые первыми распространили вампиризм и так много форм нежити. А что касается меня … ого, на то, чтобы перечислить все мои работы, уйдет целый год! Я была и остаюсь оченьдеятельным крафтером! Меч [Месть], [Наковальня Катастрофы], [Машина Слизи]…

Как и было объявлено, страшная тройка действительно давала уроки, хотя большая часть преподавательского корпуса включала призраков прошлых повелителей, безумных пророков и древних ужасов, каждая лекция которых вызывала Проверку против [Безумия].

Учебная программа каждого года была сосредоточена на различных курсах, причем, в первый год только на управлении государством и «мышлении». — Учителя преподавали Виктору уроки, основанные на ста стратагемах Акхенапепа, хотя и углублялись в их практическое применение. Он уже сбился со счета, сколько раз ему приходилось прятать поддельный артефакт от одноклассников, выступающих в роли героев, или миньонов HR-сессий. Хотя это знание только улучшило то, что он уже и так знал, но это сослужит ему хорошую службу в Мурмурине; оно даже открыло ему новые пути управления новой нацией Вайнкера.

На второй год учителя, наконец-то, научат студентов колдовству, крафту предметов и другим практическим навыкам. Потратив добрый час на перечисление и детализацию некоторых из ее самых гордых артефактов, Веран начала объяснять процесс создания одного из них. Виктор записал несколько идей; поскольку этот процесс займет годы, он должен был быстро определиться с концепцией.

Когда урок закончился и Веран превратилась в огненный столб, ученики вышли из амфитеатра в темные, тускло освещенные коридоры школы. — Увидимся на курсе [Адской Алхимии], Вик, — сказала ему Гоблина.

— Нет, я посещаю курс [Некромантии], — ответил Виктор. Отчасти потому, что ему нравился этот предмет, а, главным образом, потому, что лекцию по [Адской Алхимии] читала Изабель Мор.

— Ты, должно быть, будешь единственным, — сказала она и отправилась на поиски класса самостоятельно.

Обходя школу без окон, Виктор размышлял о том, что хуже всего было не отсутствие солнца, не постоянная компания неэтичных психов, не нервирующее присутствие Изабель Мор и не напряженный рабочий график. Нет. То, с чем боролся Виктор, было более примитивной, интимной проблемой.

Не трахаться.

Это место было хуже, чем монастырь! Его одноклассники бегали по всему спектру от гоблинов до анимированных доспехов, и был даже психически ненормальный сумасшедший алхимик, но ни одной женщины-гуманоида! Что касается учителей … Изабель Мор, казалось, дразня его, получала садистское удовольствие, и он не чувствовал влечения к гномам, особенно к тем, кто завоевывал мир.

Виктор всерьез подумывал о том, чтобы вызвать Шоколатин, но потом понял, что, если он это сделает, она останется с ним в ловушке еще, как минимум, шесть лет. Он не обсуждал этот предмет с учителями, поэтому не имел ни малейшего представления, ни как они отреагируют, ни как отреагирует оборотень. Поэтому заманить ее в ловушку в этом замке для быстрого облегчения его боли звучало очень эгоистично.

Наконец, найдя амфитеатр [Некромантии], Виктор обнаружил, что на трибунах сидит он один. Ему не пришлось долго ждать, и вскоре среди кружащихся миазмов внутрь телепортировался учитель.

Существо перед ним … было величайшей красотой, которую Визирь когда-либо видел. Темная эльфийка, чья кожа была черной, как безлунная ночь, нетронутая и чистая; ее малиновые глаза сверкали рубинами, а волосы струились белым водопадом. Ее волшебное одеяние совершенно сверхъестественно облегало ее идеальные, сладострастные изгибы. Она улыбнулась ему, показав вампирские клыки, которые он с радостью вонзил бы себе в шею, а потом…

— МИНЬОН!

Осознав, на кого он смотрит, Виктор заставил себя сосредоточиться на другой мысленной картине, а именно, на Вайнкере. Каким-то образом, представив себе лающего на него дракона, он сразу же разрушил чары эльфа.

Вынужденное воздержание постепенно сводило его с ума.

— Вы — единственный ученик? — С разочарованным лицом спросила Камилла, богиня смерти, чумы и нежити.

— По-видимому. Хотя я не знаю, почему.

— С тех пор как нежить стала общепринятой, некромантия больше не имеет… — Камилла задумалась над словом, — привлекательности плохого мальчика? Быть хорошим, массовым убийцей — это больше не популярный выбор карьеры.

— В наши дни каждый хочет быть своего рода крафтером-защитником, — невозмутимо ответил Виктор. — Но я всецело за классику.

— И за это, Виктор Дальтон, я тебе искренне благодарна, — ласково сказала богиня. — Благодаря твоим усилиям на континенте Мистраль продвигается вперед дело революции нежити… и твоя преданность не останется без награды.

— не воображай ее голой, она не это имела в виду, не делай этого, Вик, не делай этого…

— Поскольку ты — единственный ученик, мы можем сделать этот урок частным, — сказала она, то ли не подозревая о далеко не святых мыслях Виктора, то ли игнорируя их. — Почему ты решил изучать [Некромантию]?

Да, давайте поговорим о магии! — Я начал изучать основы магии, но так и не смог полностью изучить некромантию. Я знаю, что заклинания делятся на уровни силы и специализации, но не знаю, что делают эти подшколы.

— Как [Жнец] твоего уровня, ты должен иметь доступ к [Некромантии], [Ритуалу] и [Дьяволизму], верно? Виктор кивнул, а богиня приняла профессиональный тон, поглощенная своей лекцией. — [Некромантия] — это колдовство, сосредоточенное на силе нежити и смерти в целом; и это, очевидно, мое любимое.

— А как насчет остальных?

— [Дьяволизм] — это колдовство, сосредоточенное на низших планах, и противостоящее [Таинству], которое призывает так называемые небесные планы. Это дает тебе доступ к вызову дьявола или принесению душ в жертву злым силам. Что касается [Ритуалов], то это очень длинные, сложные, но чрезвычайно мощные заклинания с длительным временем заклинания, специфическими ингредиентами и необходимыми условиями, такими, как планетарные события.

Таким образом, девственная жертва, чтобы вызвать повелителя демонов, это своего рода магия.

— У тебя также есть доступ к [Универсальной] магии, которую может использовать любой заклинатель, но если кто-то хочет стать хорошим заклинателем, он должен стать некромантом, — сказала Камилла. — К счастью для тебя, у [Жнеца] для заклинаний есть одни из лучших Перков.

— [Мастер Душ IV], — догадался Виктор, — уровни [Жнецов] теперь считаются уровнями заклинателя с целью ограничения класса. Что же это значит?

— Что твои уровни Жнеца могут служить ступенькой для доступа к более мощным, элитным классам заклинаний, таким как [Лич], и что твои текущие уровни также будут складываться с новыми для трех школ магии, к которым у тебя есть доступ.

— Я бы предпочел изучить существующие классы, прежде чем искать новые, — ответил Виктор. — У меня есть перки, такие как [Дарвинист], которые могут хорошо сочетаться с некромантией, позволяя мне, например, использовать на себе заклинания только для нежити.

Богиня приложила палец к своим улыбающимся губам, нахмурив брови и глубоко задумавшись. — Большинство заклинаний некромантии фокусируются на убийстве или воскрешении павших, как нежити,—- сказала она. — Но это также открывает путь ко многим незнакомым способностям, которые могут как усиливать твои способности, так и сочетаться с твоими естественными навыками управления.

— У тебя есть в этом опыт? — Она явно должна была быть хороша в создании армий нежити.

— Это я поддерживала порядок в своей гильдии, — сказала Камилла. — Джести — это все, что нужно, чтобы нанести удар по истеблишменту, а Веран — это истеблишмент. Убедиться в том, что все ладят друг с другом, было утомительным опытом, но полезным.

— Кстати, почему вы создали такую школу, как Схоломанс? Я и представить себе не мог, что в Аутремонде может существовать такое заведение.

— Мы, Ужасная Тройка, верим, что сможем достичь большего, если будем сотрудничать, а не воевать друг с другом, — ответила богиня. — Если Митра и боги политкорректности могут объединиться, чтобы продвигать свою ретроградную программу, почему мы не можем сделать то же самое? Мы побеждаем наших врагов, делая их нашими друзьями или нашими зомби-рабами, чего фоморы никогда не могли понять.

Виктор подумал, что она была права, за исключением части нежить-рабов. — Знаешь, я приехал сюда, чтобы, в первую очередь, подумать о своей жизни.

— Неужели?

Визирь кивнул. — V&V — самая нестабильная нация в мире, но это также единственное место, где монстры со всех уголков мира могут жить в гармонии и до некоторой степени мирно. Мы преуспели в удивительных вещах, мы даже достигли Луны!

Камилла хихикнула, как будто смеялась над какой-то личной шуткой. — Вы проделали долгий путь.

— Так что, даже если бы Вайнкер создал ее случайно, я бы не отказался помочь процветанию цивилизации монстров, — сказал Виктор. — Авантюристы воспринимают монстров, как врагов, и наоборот… но это не обязательно должно быть так. Хотя наши ценности различаются, мирное сосуществование возможно. Я хотел бы показать это всему Аутремонду, с V&V в качестве примера.

— Значит, ты будешь расширять границы империи до тех пор, пока весь мир не объединится под твоим великодушным железным правлением?! — Сказала Камилла драматическим голосом, и Виктор приподнял бровь. — Извини, я на мгновение переключилась на волну Веран.

Как для богини, он звучал, как придурок из чулана. — Я всегда буду следовать за Вайнкером. Я поклялся в этом и останусь верен своим словам, даже если мне придется вечно трудиться, чтобы вырастить его сокровища. Но помимо моих обязанностей, я хочу, чтобы дом, который я построил, процветал.

Камилла терпеливо выслушала его и только потом кивнула. — Хочешь стать моим учеником?

Виктор моргнул. — Учеником?

— Поскольку ты — единственный ученик, интересующийся некромантией, то я могу пойти с тобой и дальше. Я могу помочь тебе продвинуться в классе [Жнец], пока ты не закончишь его на тридцатом уровне, научить трюкам торговли. — Она хихикнула. — Если ты достигнешь шестидесятого уровня к концу своего пребывания здесь, я могу даже тебя кое-чем вознаградить.

Какая такая награда? Он не мог об этом не думать.

— Шеша говорила, что с тобой легко, — рассмеялась она, прочитав его мысли, к большому его стыду. — Но давай оставим все профессиональное в стенах этой школы. Сначала мы рассмотрим каждое заклинание Уровня IV…

Поздравляю! За то, что вы получили частную опеку богини Нежити, вы заработали два уровня в [Жнеце]! Вы заслужили классовый перк [Повелитель Кошмаров]!

1 Жизнестойкость, + 2 Мастерство, +2 Ловкость, +2 Интеллект, +2 Харизма, +1 Удача.

[Повелитель Кошмаров]: Пожертвовав половиной своего максимума Специальных Очков, вы можете на тридцать минут превратить область шириной до мили в Поле [Царство Кошмаров]. Каждую минуту в этом Поле неразумные существа должны проходить проверку на харизму, и каждая неудача нанесет им статусный недуг. Одна проверка не удалась: [Слив]. Две проверки провалились: [Террор]. Три проверки провалились: [Безумие]. Четыре проверки провалились: [Кошмарный Сон]. Пять проверок провалились: [Мгновенная Смерть], с душой, пойманной в ловушку, как если бы на нее был нацелен [Хельхейм]. Любая успешная проверка сбрасывает цикл. [Царство Кошмаров] игнорирует сопротивление болезни, но не иммунитеты.

Очень неприятный, хотя и дорогостоящий эффект, но, по словам Кости, увеличение его статов не принесло пользы.

Виктор постучал в дверь, но ответа не последовало.

[Отмычка] активирована!

Под воздействием его перка дверь открылась сама по себе, и Визирь шагнул внутрь, услышав за порогом голос.

— Нет, Браниньо, я не стану платить богине Шеше за то, чтобы она тебя оживила! У меня больше нет средств! Я попросила богиню Камиллу и … да, я знаю, что ты не хочешь стать нежитью матадором, да, но это самое дешевое … да, я люблю тебя…

Визирь вошел в комнату Изабель Мор, хотя слово квартира было бы более подходящим. Ужасная Тройка предоставила Изабель Мор королевские апартаменты, соответствующие ее эго, включая будуар, большую спальню и слуг-големов для удовлетворения ее потребностей. Сама архидьявол сидела за обеденным столом, разговаривая перед серебряным зеркалом, поверхность которого колыхалась, как дым.

— Нет, Браниньо, я … я нахожусь во временной аномалии, конечно, я не могу говорить с тобой в любое время! — Она нахмурилась, увидев входящего Виктора. — Браниньо, у меня гость… да, я тебе перезвоню…

Со вздохом разочарования архидьявол опустила зеркало. — В смерти он имеет такие же права, как и при жизни, не так ли? — Догадался Виктор.

— Мне это уже надоело. Он хочет, чтобы я использовала все мои оставшиеся активы и оживила его, чтобы он мог отомстить. Можно подумать, что я могу себе это позволить. — Архидьявол сделала знак рукой, и дверь комнаты за Виктором закрылась. — Как ты попал в эту комнату? Я защитила ее магически.

— Это мой особый Перк.

— Замечательно подходит для покушений на убийство, — ответила она, хотя явно ничуть не испугалась. — Чему я обязана твоим присутствием?

— Я решил посетить занятия по [Дьяволизму] и пополнить свой список заклинаний, — сказал Виктор, к ее большому удивлению. — Поскольку я пропустил несколько первых лекций, я подумал, что у вас могут быть документы, которые вы могли бы порекомендовать.

— Значит, ты пришел на частные уроки?

Конечно, она специально выбрала эту формулировку. — Я сразу перейду к делу, — сказал Виктор. — Что вы хотите от меня или Вайнкера? Какое-то соглашение?

— Вроде того, — ответила Изабель Мор, приглашая его сесть, что он и сделал. — Фурибон сказал мне, что я больше выиграю, если вступлю с тобой в союз.

— Он совершенно прав. — То, что она стала врагом Вайнкера, не принесло ей ничего хорошего, как и всем остальным, кто пытался уничтожить старого змея.

— Единственная причина, по которой я поддерживаю эту идею, а не сражаюсь, — ответила она, подавая им вино, — это ничтожная возможность вернуть мою компанию с края пропасти. — Я все еще питаю злобу к Инферкорпу за то, что он украл мой рынок, так что тебе лучше иметь отличные условия.

Виктор ухмыльнулся ее высокомерию, так как у него была большая часть козырных карт. — А что вы принесете на стол?

— Я откажусь от своей мести тебе.

— Мы победили Брэндона, мы можем победить и вас тоже, — ответил Виктор без особого энтузиазма. — Если вы даже подумываете о сделке, то у вас больше нет сил, необходимых для того, чтобы применить угрозы.

— Я могу жить вечно, собирать ресурсы на протяжении веков…

— То же самое может сказать и Вайнкер. Как вы думаете, кто будет в лучшем положении в долгосрочной перспективе?

Проверка харизмы прошла успешно!

— Тогда позволь мне перефразировать, — сказала архидьявол. — Скажи мне, чего ты хочешь, а я скажу тебе, чего хочу я, и мы посмотрим, смогут ли наши цели совпасть.

— Нам действительно нужно, чтобы вы прекратили свою вендетту, но также и солдаты, магическое оружие, все, что может помочь нашей стране процветать в долгосрочной перспективе, — сказал Виктор. — А вы не думали о слиянии компаний?

— Слияние компаний? — Хихикнула Изабель. — С этими выскочками из Инферкорпа? Никогда!

— Тогда у меня есть предложение, — сказал Виктор. — Почему бы вам не стать одним из чиновников империи? Например, губернатором?

— Ты хочешь, чтобы я поклонилась дракону? — Ее лицо исказилось от абсолютного отвращения.

— На выгодных условиях, — сказал Виктор. — Вам будет предоставлен постоянный плацдарм в Ишфании или на новых территориях, которые мы намерены аннексировать в будущем. Хотя они не так велики, как то, что контролировал Мор, вы могли бы управлять регионом нашей империи так, как считаете нужным, пока вы остаетесь лояльны, предоставляете солдат и поддержку нашим войнам. Вам будет позволено предлагать услуги в империи, как Малфи, и предоставлена защита от авантюристов, пытающихся вас сбросить.

Изабель слушала, и ее лицо смягчилось. — Мне будет позволено восстановить «Мор Инкорпорейтед» без всяких репрессий?

— Мы не позволим Брэндону вернуться, что будет обеспечено контрактом. — Только не после тех неприятностей, которые причинил им так называемый Демон Король. — Но в противном случае, если вы подпишете руководящие принципы, гарантирующие, что вы не будете агрессивны по отношению к нам или не причините слишком много неприятностей, вы можете пойти и торговать душами на своей территории. Мы уже допускаем это в Мурмурине.

— Это не оптимально, — сказала она. — Но это щедрые стартовые условия. Я удивляюсь, почему вы вообще предлагаете их, если вы действительно находитесь в сильном положении.

— Как сказала одна мудрая богиня, я побеждаю своих врагов, когда делаю их друзьями.

Проверка харизмы прошла успешно!

Ответ, казалось, удовлетворил ее. — Тогда давайте обсудим мелкий шрифт… — сказала она, подавая им обоим вино.

В итоге они часами обсуждали детали мирного урегулирования и в конце концов пришли к соглашению. — «У нее чудовищный аппетит», — подумал Виктор, поскольку архидьявол хотела не меньше, чем получить территорию размером с Индиану и полную автономию. Визирь, сам не прочь поторговаться, в конце концов уговорил ее согласиться на территорию размером с Мэриленд и под присмотром, хотя и небрежным. В обмен архидьявол согласилась присягнуть на верность Вайнкеру и V&V в целом, предоставить доступ к ее ресурсам, ее сети контактов… и, как он и ожидал, у нее был козырь в рукаве.

— Ты знаешь, где сейчас находится Фурибон в Новом Свете?

— Я знала, что это заинтересует тебя, — сказала она, чувствуя, что у нее есть шанс. — Я не отдам своего старого союзника на растерзание, даже если он и бросил моего сына.

—Он спас мне жизнь и решил больше с нами не враждовать, — заметил Виктор. Черт возьми, он даже немного полюбил этого капризного лича. — Поэтому я испытываю искушение просто оставить его в покое. Я просто хочу знать его местоположение, чтобы, если понадобится, с ним поговорить.

— Конечно, — сказала она, явно ему не веря.

После того, как они окончательно договорились о соглашении, которое должно было быть подписано под наблюдением адвокатов-демонов, обсуждение перешло на более личные темы. — … и вы не спали с ангелом? — Насмешливо спросила Изабель Мор. — Я не могу винить тебя за это. Как и их услуги, они переоценены.

— Не знаю, — ответил Виктор. — Я хотел. Все еще хочу. Но я также не хотел создавать беспорядок, нарушая чувства Шоколатин, поэтому заставил себя не потакать ей.

— Судя по тому, что ты мне рассказал, оборотень была готова к этой идее, — ответила Изабель. — И она, похоже, тоже не собиралась пока остепеняться. Проблема исходит от тебя… хотя я не вижу, в чем она заключается.

— Я думал об этом и пришел к выводу, что просто опасаюсь брать на себя обязательства.

— Ты же сам сказал, что заставил себя, — заметила Мор, прежде чем сделать сложное предположение. — Я все понимаю. Ты хочешь вернуться в свой родной мир, и в глубине души ты боишься, что если ты привяжешься к одной или нескольким женщинам, то это закончится слезами.

Виктор кивнул: — Я даже подумывал попросить кого-нибудь из Ужасной Тройки, чтобы они отослали меня обратно после того, как мы с Вайнкером покончим с фоморами.

— Мой тебе совет: делай все, что хочешь. Я потратила все свое существование на создание карьеры, никогда не брала отпусков, жертвуя своей молодостью, чтобы построить компанию! Прежде чем я это осознала, прошли века, и у меня был вместо сына неблагодарный ребенок, а времени не оставалось. Кроме того, у тебя не должно быть никаких проблем с тем, чтобы наслаждаться собой.

— Приходите еще?

— Ты совсем не похож на того тощего придурка, каким был при нашей первой встрече, — сказала она. — теперь ты сильный, уверенный в себе и даже лихой. То, как ты договариваешься о выгодных условиях, не проявляя ко мне неуважения… из тебя вышел бы идеальный дипломат. Я думала, что мне придется применить свое обаяние, чтобы добиться еще больших уступок. Но я все еще могу это сделать.

Виктор предположил, что управление V&V действительно повысило его уверенность в себе, и в последнее время у него значительно выросла харизма.

— Ты сказал «подумывал», — заметила архидьявол, — а не «решил».

— Я думал об этом здесь, в Схоломансе, и, в конце концов, я там, где должен быть, — сказал Виктор. — Конечно, я хотел бы послать сообщение своей семье на Земле, если они еще живы… но я строю будущее Аутремонда. Я делаю все по-другому, и я хочу продолжать.

Что же касается его романтических устремлений… после долгого периода душевных поисков Виктор решил, что лучше ему остаться холостяком. Как сказала архидьявол, у него впереди была вся жизнь, и хотя он полюбил одну девушку-оборотня, Виктор не хотел останавливаться.

Не помогало и то, что какие-то романтические отношения начнутся только после его собственных обязанностей перед Вайнкером.

— Хотела бы я иметь такого помощника, как ты, работающего под моим началом, — сказала архидьявол, явно поддразнивая его этой фразой. — Не могу поверить, что ты начал ремонтировать этот песчаный мусорный контейнер, который ты называешь страной.

— Брэндон никогда не пытался?

— Браниньо любил титулы и славу, но никогда развитие, — сказала она, передразнивая его голос. — Мама, я же демон король! Мама, купи мне более яркий красный верх! Клянусь, я его так не воспитывала. Когда я думаю обо всем, чем я пожертвовала, но его ничто не удовлетворяло.

— Я верю, что это соглашение возместит причиненный им беспорядок.

— На самом деле, я могла бы выиграть больше, чем то, с чего начала, — сказала архидьявол. — процветающий, населенный регион, находящийся под моим непосредственным контролем, стоит больше, чем пустыня по всей стране, предоставленная капризам непослушного сына.

Зеркало издало звук, похожий на телефонный, и архидьявол вздохнула, когда ее позвал сын. — Я могу решить эту проблему, — сказал Виктор.

— Ты можешь? — Она подняла бровь.

Виктор нагло взял зеркало и просто выбросил его. Падение разбило его вдребезги, прекратив жужжание, а глаза Изабель от этого зрелища выпучились. Тишина смягчила черты лица архидьявола, а слуги-големы трудились, чтобы поднять его обратно.

— Цена зеркала будет зависеть от твоей оценки, — сказала она.

— Тогда, наверное, мне понадобятся еще частные уроки, — пошутил он и понял свою ошибку. Не воображай ее голой, не воображай ее голой…

Ее веселые глаза встретились с его собственными, и все было кончено.

Поздравляю! За то, что ты спал с двадцатью женщинами с тех пор, как прибыл в Аутремонд, и почти все они монстры, твой Перк [Романтик] превратился в [Соблазнитель]!

[Соблазнитель]: Вы получаете +10 к Харизме при взаимодействии с противоположным полом и +5 к Харизме со своим собственным. Заменяет [Романтик].

Через одну очень долгую неделю после отъезда Человечка Виктора…

— Вайнкер! Вайнкер! Вайнкер!

Увлекаемый голосами и обожанием своих поклонников, Вайнкер спустился в свой золотой Колизей, а крыша открылась сама по себе. Солнце сияло на сверкающих золотом стенах величественного здания, и горожане на трибунах были ослеплены этим светом.

— Да! Я ваш император! Любите меня! — Вайнкер выпустил на песчаную площадку арены струю пламени, превратив ее в стекло. Дракон обошел весь Колизей, а затем сел на свой королевский выступ, с которого мог контролировать весь Колизей. Мышка Шарлин ждала рядом с ним, защищенная от солнца тяжелым зонтом.

Только присутствие его друга Виктора могло бы сделать Вайнкера счастливее. На переполненных трибунах, чтобы воздать ему хвалу, собралось почти все население города, а Джоли, которая вместе со своими миньонами рано вернулась из своего путешествия в Гардмейн, получила место на меньшем мысе напротив него. Вайнкер построил его для своих гостей-драконов, потому что он был гостеприимным змеем.

Хотя мышка Шарлин бесстыдно скопировала дизайн арены покойного Мора — пусть этот несчастный дьявол навсегда останется в загробной жизни, — Вайнкер любил свой Колизей, ибо каждая стена, каждый его камень были покрыты золотом. Он уже представлял себе тот день, когда раскроет свой клад и сложит его посреди Колизея перед глазами завистливого Ледяного Клыка.

— Миньоны! — Взревел Вайнкер, обращаясь к толпе. — Добро пожаловать… в мой золотой Колизей! Место, где лучшие из миньонов могут бороться за превосходство! Место, где вы увидите, как ваш император сокрушит тех, кто угрожает миру! Место славы, блеска и золота! И место, где вы можете найти идеального партнера для размножения!

[Президент] активирован.

Он быстро оглядел собравшихся и увидел, что многие миньоны держат в руках письма. Мышка Шарлин успела вовремя их раздать.

— Каждый из вас получил печатное Письмо о Размножении! — объяснил Вайнкер. — Письмо присваивает каждому номер и снабжает списком других номеров; это номера идеальных партнеров по размножению, выбранных мной, вашим возлюбленным хозяином!

Он провел много ночей, просматривая записи Трупоторговца Жюля, и создал целые деревья потенциальных комбинаций миньонов.

— Письмо также содержит координаты места, где совместимые числа должны собраться в конце дня! — объявил Вайнкер. — Там, если вы потратите время на поиск, вы найдете идеальную вторую половинку, скрытую среди представленных вам вариантов!

Он превратил это важное сватовство в игру, тактика Вайнкера заставит его миньонов обмениваться между собой и укреплять узы, пытаясь найти идеального партнера.

Как и ожидалось, его заявление было тепло встречено, ибо пока дракон жив, ни один из его миньоновов не умрет нелюбимым.

Поздравляю! Творчески поощряя своих миньонов начинать действовать, вы заработали один уровень в [Селекционер Подземелья]! Вы заработали Классовый Перк [Выращивание Монстров]!

+30 Очки Жизни, +1 Сила, +1 Жизнестойкость, +1 Мастерство, +1 Ловкость, +1 Интеллект, +1 Харизма, +1 Удача

[Выращивание Монстров]: Ваши миньоны получают +5 к проверкам против негативных статусных недугов, а их будущие дети получают постоянную устойчивость к [Болезни], [Параличу] и [Яду]. Условия того, чтобы ваши миньоны спонтанно эволюционировали в высшие формы, снижаются; продвинутые миньоны сохраняют свои прежние классовые уровни.

Он больше не будет страдать от бедного гоблинского стада; дракон позаботится о том, чтобы новое поколение соответствовало его стандартам, посвятив всю их родословную улучшению его сокровищницы.

— А теперь поприветствуйте миньонов, прошедших предварительные испытания! — Приказал Вайнкер. — Каждый из них за свою доблесть получил Герб! Каждый из них обладает способностью сотрясать стены этой арены и орошать песок потом!

Внизу открылась золотая дверь, и под одобрительные возгласы кровожадной толпы участники вышли на арену.

Младший, как и следовало ожидать, был фаворитом; переросток мимик клыками и клинками отпугнул всех своих противников. Его отпрыск, Базз Джелли, тоже нашел себе место, прыгнув вслед за своим приемным родителем.

За ними следовал тролль Барнабас, с ног до головы закованный в тяжелые доспехи и вооруженный тяжелой булавой. Некромант Жюль, всегда осторожный, скользнул, сложив руки вместе, рядом с големом Роло. Шестая соперница, ангел Миэль, показала язык Малфи на трибунах, она в предварительных схватках победила дьявола и обеспечила себе место.

Мышка Шарлин подозревала, что ангел вступил в турнир только для того, чтобы победить своего соперника и получить «свободную экспозицию».

Пока публика продолжала приветствовать соперников, которые склонились перед императором в кольце расплавившегося стекла, Вайнкер сразу же заметил проблемы с составом.

— Что ты здесь делаешь, фермер, вместо того, чтобы позаботиться о моих запасах еды? — спросил дракон у Роло. Голему даже не нужен был Герб.

— Роло хотел попробовать себя в гладиаторских боях, — с энтузиазмом сказал голем. — У Роло есть и другие интересы, кроме сельского хозяйства!

Вайнкер не мог отругать такую преданность спорту. Однако он насчитал только шестерых из восьми. — Миньон Шарлин, — прошептал дракон своему Архитектору Арены. — А где же Сладкая Шоколатин и Невкусная Эллисон? Ты же сама сказала, что они прошли.

— Эллисон больна, и Шоколатин вызвалась помочь ей восстановить здоровье. Так как вы собирались устроить после турнира для миньонов … «сбор», а Эллисон — жрица, отвечающая за эти события, я подумала, что лучше дать ей отдохнуть. А что? Разве это проблема?

Да! Вейнкер не мог провести турнир один-на-один только с шестью бойцами! На втором раунде их будет нечетное число! Он обвел взглядом трибуны, и, когда увидел Джоли, решение возникло мгновенно.

— Миньоны, — обратился Вайнкер к толпе. — Вы пришли сюда ради шоу, и я дам вам самое лучшее из лучших! Сражение, подобного которому вы никогда не видели!

Его поклонники засвистели и захлопали в ладоши, и их кровожадность наполнила его энергией.

— Чтобы почтить своим присутствием мою прекрасную племянницу Джоли, — племянница Вайнкера вскинула голову, и слуги захлопали ей в ладоши. — Я открою этот Колизей, сразившись с ней на дуэли в битве миньонов и используя в качестве своих бойцов шестерых соперников!

Его «чемпионы» обменялись взглядами, а племянница радостно завизжала от неожиданности. — Дядя, я принимаю вызов с великой радостью! — сказала Джоли. — Мои Кобольды Рейнджеры и моя Киа будут сражаться за мою сторону!

Вайнкер поморщился от ее слов, но его отвращение потонуло в возбуждении, а толпа продолжала скандировать: — Битва, битва, битва!

— Каждый дракон-тренер может выбрать до шести миньонов, — изложил правила Вайнкер. — Любой тренер может в любое время переключаться между своими миньонами, но не может поддерживать своих петов ни Перками, ни предметами. Также миньоны не могут вызывать других миньонов, и миньон, который больше не может сражаться, считается вне игры. Матч закончится, когда все миньоны тренера ослабеют и упадут.

[Король Игр] активирован.

Разум Вайнкера исследовал каждую возможную комбинацию команд, каждую тактику управления миньонами, которая могла помочь ему одержать победу. У дракона на его стороне был опыт и сила, но у Джоли в ее команде был легендарный миньон… а один, такой же, императора оставался недоступным. Это могло сыграть немаловажную роль.

Но если его миньонам на глазах у Джоли удастся победить Рыцаря Киа, тогда он сможет окончательно уничтожить ослепляющее уважение, которое его племянница к ней питала!

Вайнкер с восторгом наблюдал за своими чемпионами, и в его голове складывалась идеальная стратегия.

Через несколько минут команда Джоли, состоящая из Рейнджеров Кобольдов и Рыцаря Киа, вышла на арену и стала напротив других участников. Рыцарь Киа, в частности, казалось, страстно желала сразиться со всеми, кроме ангела Миэль, деталь, которую дракон запомнил на потом. Он знал, что Джоли оставит своего драгоценного туза напоследок.

— Базз Джелли, я выбираю тебя! — Взревел Вайнкер, и его скользкий чемпион запрыгал в центре поля битвы.

— За Империю! — воскликнул слизняк с патриотической гордостью.

Джоли первым послала в бой Черного Рейнджера, который тут же открыл боевые действия залпами фиолетовых магических снарядов. Желе прыгало вокруг них, а возмужавший кобольд перешел к метанию молний, огненных стрел и основных заклинаний.

Вайнкер на мгновение поразился тому, как быстро рептилия овладела магией, и почувствовал досаду, что сам он все еще борется с [Геомантией].

— Слизь, используй устранение! — Приказал Вайнкер, не давая своему старому миньону кобольду в этой битве никакой пощады. — Найди брешь в его защите и разбей его!

— [SpaceZ]! — Двигаясь быстрее, чем могли уследить глаза, крошечная слизь атаковала бедного Черного Рейнджера и яростно ударила его о золотую стену. Когда Базз отцепился, рептилия лежала поверженная, его кости были сломаны жестокой атакой.

— Черный Рейнджер … — начала было Мышка Шарлин, но Вайнкер сердито на нее глянул, поскольку она совершенно не проявляла энтузиазма в своих объявлениях. — Черный рейнджер не может продолжать! Победа принадлежит слизи!

— Я отзываю желе и посылаю Ангела Миэль занять его место! — Объявил Вайнкер, пока толпа приветствовала их избранную слизь.

— Синий, иди и раздави этого маленького ангела! — Сказала Джоли в ответ.

— Нет, Джоли! — Запротестовала Рыцарь Киа. — Это ужасная идея!

Действительно. Синий принадлежал к типу священников, и поэтому, как понял Вайнкер, он был слаб против ангельского типа. Какая дорогостоящая тактическая ошибка!

— Я покажу себя великой племяннице! — Настаивал Синий, поднимая свой священный посох.

— Ударь меня, и я подставлю другую щеку, — сказала Ангел Миэль, соединив руки вместе и смутив и своего хозяина, и противника.

— В атаку! — Приказал Вайнкер, но ангел отказалась ему повиноваться. Такого рода вещи всегда происходили с торгующими миньонами! — Сейчас не время ослушаться своего хозяина!

— Я иду! — Синий Рейнджер воспользовался этой возможностью, он произнес заклинание и вызвал огненную сферу. — [Огненный шар]!

Нежить запустила в ангела снаряд, но сфера погасла сама по себе, не успев даже обжечь ее крылья. — Что? — возмутился священник, пытаясь вызвать новый шар. — [Огненный шар]! [Огненный шар]!

И все же магия его подвела.

— Бить Ангела, кроме как в целях самозащиты, это против писаний Митры! — предупредила Киа. — Он не даст тебе своей силы, если ты нападешь первым!

— Это просто смешно! — Пожаловался Синий. — Я могу потерять свою феноменальную космическую силу, нарушив глупое правило? Я знал, что должен был обратиться к Лунному Человеку!

— Ударив по Небесам, ты, нежить, будешь наказан! — Сказала Ангел Миэль, сжав руки. — [Приговор]!

Луч света, более слабый, чем тот, который Рыцарь Киа когда-то давным-давно использовала на Вайнкере, упал с небес и ударил Синего в голову. Когда яркая вспышка ослабла, бедный рейнджер лежал без сознания посреди небольшого кратера.

— Синий Рейнджер не может продолжать, — решила Шарлин. — победитель — Миэль!

— Превосходно, моя птица победы! — Вайнкер поздравил своего миньона, и большая часть зрителей захлопала в ладоши, только демоны хранили молчание. — Ты полностью следовала моей безупречной стратегии!

— Ты все это спланировал, дядя? — С изумлением спросила Джоли.

— Конечно, — ответил Вайнкер. Не было нужды тревожить ее юный ум мыслью о том, что он может ошибаться.

— Я обязана этой победой своему высшему небесному образованию и страхованию загробной жизни, — обратилась к собравшимся Вкусная Миэль. — Вы тоже можете позаботиться о своей душе, подписав-

— Следующий! — Взревел Вайнкер, прежде чем ангел успела его усыпить. — Младший!

— Сокровище, сокровище! — ответил Экскалитрап на мимическом языке, а на поле боя с арфой в руках вышла Розовый Рейнджер.

— Пет моего миньона, будь помягче с моим бардом! — Попросил Вайнкер, который, будучи безжалостным в игре, все же хотел, чтобы Сладкая Розовая позже спела ему хвалу. — Я не потерплю, если ты причинишь ей слишком тяжкий вред!

Не то, чтобы он нуждался в этом, потому что Младший, казалось, колебался, прежде чем ударить барда; возможно, его тронула какая-то странная фамильярность. В ответ Розовая запела мощную колыбельную о мечах, пришедших наказать непослушных мимиков. Экскалитрап споткнулся, и чуть не заснул, вынуждая Вайнкера его отозвать.

На этот раз дракон послал Барнабаса. Тролль не терял времени даром, пытаясь раздавить бедную Розовую своей булавой, но малая рептилия оказалась скользкой и быстрой, она уклонялась от атак, продолжая натягивать струны арфы. Музыкальный инструмент выпускал мощные ударные волны

И все же, каждый раз, когда звуковые атаки, казалось, наносили Барнабасу ущерб, его кости вставали на свои места, а раны закрывались.

[Регенерация Троллей] активирована.

Как и ожидалось, тролль оправлялся от любого урона, который мог нанести его враг, изнуряя Розовую, даже если он не мог ее ударить. Однако, у Джоли, похоже, было припасено несколько сюрпризов. — Используй страшную историю! — крикнула она своему миньону. — Используй страшную песню!

Розовая Рейнджер заиграла темную, зловещую песню, и темная аура начала изматывать Барнабаса. — Плохо до мозга костей, глава первая…

Вайнкер задрожал, когда Розовая запела еретическую, страшную песню. Ужасные стихи воспевали извращенную, навязчивую любовь безымянного лича к дракону и его желание обратить его клад в прах, чтобы привлечь к себе внимание соперника. Многих в зале, казалось, стошнило, когда Розовая бесстыдно перешла к деталям только для взрослых, вызывая отвращение даже у ее оппонента-тролля.

Перк [Реквием по Личу] Розового Рейнджера предотвратил активацию [Регенерация Троллей]!

Когда Розовая в следующий раз применила звуковую атаку, тролль пошатнулся, но не исцелился. Тем не менее, стремясь заставить своего хозяина гордиться — и проклятая песня закончилась — кузнец продолжал преследовать барда, с целеустремленной решимостью отмахиваясь от ее атак.

В конце концов, кошки-мышки закончились, и Барнабас схватил Розовую, истекая кровью от звукового повреждения. Доказав, что она так же хрупка, как и быстра, одним ударом тролль победил Розовую, но сам рухнул от напряжения песни, не в силах продолжать.

— Двойной нокаут! — решила Мышка Шарлин, когда ни один из соперников не смог подняться.

Первая потеря миньона Вайнкера, но он все еще держал лидерство. Борьба шла не за победу, а за то, чтобы держать в резерве большую часть своей команды до того момента, когда на поле выйдет Рыцарь Киа. Миньоны кобольды утащили раненых соперников с поля боя, чтобы те пришли в себя.

— Приготовься к встрече со своей смееееертью! — К битве приготовился Желтый, облаченный в золотые доспехи и вооруженный мечом света.

— Нежить [Паладин]? — Мышка Шарлин казалась удивленной. — А разве можно быть и тем и другим?

Вайнкер не решался послать Ангела Миэль, он хотел оставить ее в резерве на случай истинной угрозы. Он колебался между тем, какого миньона использовать, когда один из них вызвался сам.

— Меч! — Младший схватил свой меч-приманку рукой. Желтый, при виде более крупного «мечника», в страхе отступил на шаг, но остался непоколебим в своей решимости.

— [Элементальный Меч: Огонь]! — Младший обвил свой меч-приманку пламенем и высоко поднял его под лучами солнца.

Меч Младшего теперь будет наносить дополнительный Урон [Огнем]!

Оба бойца обменялись серией парирований и замахов, Желтый показывал удивительную ловкость, в то время как Младший воплощал безжалостную силу. На какое-то мгновение показалось, что оба они останутся сцепленными в долгой дуэли.

Так продолжалось до тех пор, пока Младший не потерял терпение. — [Призрачный Клинок]!

Экскалитрап поднял свободную руку, и в его ладони материализовалась призрачная, фантастически изогнутая сабля. Прежде, чем бедняга Желтый успел нанести ответный удар, мимик-переросток обрушил на него шквал яростных ударов обоими видами оружия, заставив паладина защищаться.

Хотя на взгляд Вайнкера, мимику недоставало какого-либо чувства техники, оно с лихвой компенсировалось скоростью и неистовой яростью. Желтому удалось продержаться несколько секунд, но в тот момент, когда он не сумел парировать один удар, Младший сломал ему руку хорошо поставленным ударом, а потом жестоко избил его до потери сознания. Экскалитрап издал победоносный рев, а затем яростно разбил клинок своего противника под ногами.

Теперь, когда этот рейнджер был повержен, у Джоли осталось только два миньона — ее самые сильные. Как и ожидалось, Красный Рейнджер взял на себя ответственность отомстить за своих сородичей, держа клинок в левой руке, а мушкет — в правой.

— Поражение мечом, — угрожающе сказал Красному мимик, размахивая обоими клинками.

— Это совсем не то, что раньше! — ответил раптор, произнося заклинания. — [Повышение Навыка], [Повышение Ловкости]!

Младший снова использовал свою смертельную ярость атак, но, двигаясь со скоростью, превышающей даже скорость Розовой, Красный легко уклонялся от каждого удара. Чем больше он их избегал, тем больше мимик становился злее и неряшливее.

— Младший, вернись ко мне! — Приказал Вайнкер, но мимик его проигнорировал. — МИНЬОН! ВЕРНИСЬ СЮДА!

Но зверь отказывался слушать, слишком одержимый мыслью раздавить клинок своего противника.

В конце концов, доведя более крупного монстра до безумия, Красный обошел его кругом и выстрелил Младшему в лодыжки. Младший споткнулся и рухнул, и тогда хищник ударил его по ногам. Затем Красный прыгнул на спину твари, и, избегая двойных мечей, оседлал зверя, как быка.

В конце концов, измученный, мимик перестал сопротивляться и признал свое поражение.

— Прости, мимикзорд, — извинился Красный Рейнджер, спрыгивая с чудовища, пока другие кобольды тащили его с арены.

— Меч…

— Фольга! — приказал Вайнкер. — Покажи себя!

Фермер-голем радостно посмотрел на Красного, хвастаясь своей силой перед маленьким миньоном. — Роло сделает из тебя овцу!

— Конечно, если ты меня поймаешь!

— Роло это сделает, потому что у Роло есть туз, — сказал голем. — [Спешка].

Вайнкер узнал в этом слове одно из мерзких заклинаний Фурибона.

Как и в случае с Младшим, Красный попытался обойти голема, стреляя ему в лодыжки… но бык-конструкт бросился на него с невероятной быстротой, казалось, вокруг машины ускорялось само время. Удивленный, Красный попытался отступить назад, но Роло ударил его прямо в грудь.

Томп!

Критический удар!

Вайнкер поморщился, услышав, как ребра Красного с отвратительным треском провалились внутрь, и бедняга миньон с одного удара потерял сознание. Раптор, более сильный, чем его товарищи, попытался встать на ноги, но в конце концов рухнул от напряжения.

— Вы хорошо поработали, — успокоила Джоли своих миньонов и взглянула на своего последнего защитника. — Киа, отомсти за них!

— Ангел Миэль, выходи! — приказал Вайнкер, снова переключив миньонов. Ловушка была расставлена.

— Я не хочу драться с тобой, Миэль, — сказала Рыцарь, когда оба воина оказались лицом к лицу.

— Я тоже, мой друг, — ответила ангел, снова молясь. — Так что я буду стоять здесь, оставив свою судьбу в руках небес и ожидая, что ты впадешь в грех после того, как ударишь меня.

Идеально. Рыцарь Киа не могла ударить Ангела Миэль, не потеряв милости своего так называемого божественного покровителя, который ослабил бы ее для более поздних боев. Вайнкер не стал бы терять сон из-за того, что принес в жертву неуправляемого миньона, если бы это означало уничтожение этого проклятого человечка.

— Да… но этого не случится. — Рыцарь Киа указала пальцем на птицу. — [Изгнание].

Ангел Миэль бесшумно исчезла из виду. Вайнкер удивленно заморгал, как и все присутствующие.

— Я отправила ее обратно на небеса, — объяснила Рыцарь Киа. — Она больше не может сражаться, так что это должно считаться победой?

Шарлин посмотрела на Вайнкера, который недовольно заворчал. Тонкости… — Миэль не может продолжать, — сказала Мышка. — Победа принадлежит Киа Бекеле.

Это было очень плохо. Вайнкер рассчитывал, что ангел хотя бы ослабит легендарного миньона, но ее неудачное выступление его разочаровало. Дракон послал Базз Джелли, рассчитывая на огромное сопротивление слизи к повреждению, чтобы измотать рыцаря.

Космическое желе немедленно подпрыгнуло и приготовилось броситься на Человечка Киа. — [SpaceZ], — пробормотал он своим очаровательным голосом.

Тем временем, Киа приняла странную позу, держа свой клинок в направлении, противоположном противнику, одной рукой обхватив рукоять, а другой — его конец. — [Счетчик Иай-дзюцу]!

Внимание: Киа Бекеле будет противостоять любой одноцелевой физической атаке и наносить вчетверо больший урон!

— В четыре раза? — Вайнкер запаниковал. — Джелли, прекрати!

Слишком поздно!

Патриотическая слизь с ослепительной скоростью бросилась на рыцаря, которая ударила его мечом в середине прыжка. Плоская часть ее клинка, как посох, ударила желе в лицо и земля под ними задрожала от толчка.

Но удар Киа возобладал, и желе полетел сквозь облака, как пушечное ядро. Вайнкер даже не заметил, как он приземлился.

— Базз Джелли не может продолжать! Победитель — Киа Бекеле! — Рыцарь Киа ожидала аплодисментов, но зрители вместо этого освистали ее за то, что она ударила национального героя. Человечек безмолвно надулся, и ее лицо помрачнело.

Вайнкер, все больше напрягаясь, послал следующим Роло. Рыцарь нарушила его идеальную стратегию! Он надеялся, что самый могущественный фермер в мире сможет сравниться по силе с этим бельмом в глазу.

— [Спешка], — голем ускорил вокруг себя время и бросился на рыцаря, по-видимому, чтобы разбить ее кулаками.

Рыцарь Киа немедленно заняла ту же оборонительную позицию, что и в прошлый раз, готовясь нанести ответный удар грозной контратакой.

— [Землетрясение]!

Вместо этого, в последнюю секунду Роло ударил по земле обоими кулаками, арена затряслась, разбрасывая во все стороны обломки. Киа ударилась головой, ее защита нарушилась и голем нанес удар по ее плечу.

Однако, несмотря на то, что Красный был уничтожен одним ударом, Роло удалось лишь вывихнуть плечо человечка.

— Наконец-то вызов! — Рыцарь Киа обрадовалась и отпрыгнула назад, чтобы увеличить расстояние между обоими бойцами, затем подняла клинок к небу. — [Солнечный Суд]!

На голема, пригвоздив его к земле, упал огромный слепящий луч света.

— [Полное Исцеление]. — Рыцаря Киа окружила зеленая аура, исцеляя все ее раны и возвращая плечо на место. Затем она свободной рукой быстро бросила в голема миниатюрное солнце. — Роло зарядился. — А сколько у тебя Очков Жизни?!

— Достаточно! — Ответил Роло, вступая со своим противником в ближний бой.

То, что последовало за этим, было повторяющимся циклом обмена ударами рыцаря Киа и Роло, человечек отступал, чтобы исцелить себя до полного здоровья, и снова прыгал в драку. Какое-то время оба казались равными друг другу.

Но чем дольше длилась дуэль, тем больше волновался Вайнкер. Фермер так и не оправился от своих ран, в то время как рыцарь восстанавливалась. Битва превратилась в битву на истощение… и у голема не было преимущества.

Рыцарю Киа потребовалось двадцать пять минут, чтобы, наконец, свергнуть Роло, избив его мечом в клочья после того, как она потратила слишком много Специальных Очков, чтобы продолжать читать сильные заклинания. Слуги кобольда утащили тело с арены вместе с другими соперниками, оставив Киа победителем, но без сил.

Но это уже не имело значения. Важно было то, что Вайнкер потерял почти всю свою команду, в то время как Рыцарь Киа осталась почти невредимой, даже если и лишилась Специальных Очков. У дракона остался только Некромант Жюль, и трупоторговец ясно сознавал, глубоко в своих костях, что ему не победить.

Невозможно! Кто мог спасти честь Вайнкера от поражения от рук этого проклятого рыцаря?!

В ответ на молитвы дракона посреди арены внезапно открылся портал.

Второй год: «Виктор Далтон и Покои Архидьявола.”

— Это отличная идея для артефакта, — сказала Изабель Мор. —Но без Первичного Контракта Ада, к которому привязаны все души, это никогда не сработает. Тебе нужно будет призвать и убедить всех демонов Арс Гоетии.

— А ты можешь меня научить? — Спросил Виктор, уже ожидая, что она непременно запросит какую-то грязную цену.

— Да, — она чувственно скрестила ноги. — Но не бесплатно же.

— Мне нечего тебе предложить, — начал Виктор свою хорошо отлаженную речь. — Только мое тело и душу!

— Тогда раздевайся.

— … и именно так вы оживляете голема из плоти, — сказала Камилла Виктору, когда некромант сшил десятки трупов в одного гиганта. — Как ты можешь видеть, хотя этот процесс похож на оживление зомби, пересечение некротических потоков делает его гораздо более трудным…

— И ты называешь это смертельной ловушкой? — Посетовал Десджестер, осмотрев отравленные кровавые шипы. — Ты не должен давать пленнику пути к отступлению! Еще раз!

Что? До сих пор их было уже тридцать! Сколько коридоров с ловушками придется спроектировать Виктору, прежде чем он достигнет уровня в [Архитекторе]?

Поздравляю! За разумную тренировку вашего душа-фу, вы заработали уровень в [Жнец]!

+30 Очки Жизни, +1 Жизнестойкость, +1 Мастерство, +1 Ловкость, +1 Интеллект, +1 Харизма, +1 Удача

Третий год: «Виктор Далтон и Полумертвый Матадор.”

— Мор не должен быть отправлен за борт! — закричал призрак Брэндона Мора, укравший у Изабель достаточно жизненной энергии, чтобы вернуть себе некоторое количество телесной субстанции.

— Как ты мог так поступить с собственной матерью? — С отвращением сказал Виктор. Блокировать его член — это одно, но эта часть была совершенно непоправима!

— Она — моя мать, моя собственность! Я делаю с ней все, что хочу!

— Это будет настоящая проверка твоих навыков некромантии, — сказала Камилла, положив руки ему на плечи. — Помни, чему я тебя учила … используй свою душу … направь свой дух…

— Далтон! За то, что ты вложил свой меч в ножны там, где не должен был, ты погибнешь от руки самого Мора!

— Я сделаю, как в Хэппилэнд! — Ответил Виктор, кастуя своей косой. — Я отправлю тебя туда, где тебе самое место, Браниньо… в подвал твоей матери!

— Ты тогда спас мне жизнь, — сказала Гоблина, поймав его в коридоре. — Ты мог бы позволить Джеку Фросту заморозить меня до смерти, но не сделал этого. Я ничего не понимаю!

— Это просто… — Виктор покачал головой. — После многих лет напряженного академического соперничества, я думаю… я думаю, что считаю тебя своим другом.

— Даже после того, как я пыталась тебя отравить? После того, как я сожгла твое домашнее задание?

— Забудь об этом, Гоблина, — ответил Виктор. — Это Схоломанс. Здесь все очень странно.

Некоторое время гоблин пыталась ухватить эту идею. — Я думаю… я думаю, что мы могли бы создать союз повелителей? — сказала она, используя понятные ей термины. — Мы выносим все конкурсы для выпускных экзаменов, а потом боремся за место! Что скажешь?

Она протянула свою крошечную ручку.

Виктор пожал ее. — Сделка.

Поздравляю! За то, что вы изгнали дух Брэндона Мора из спальни его матери и навсегда заточили его, вы заработали уровень в [Жнеце]! Вы заработали Классовый Перк [Злобный Анку]!

+10 Специальные Очки, +1 Жизнестойкость, +1 Мастерство, +1 Ловкость, +1 Интеллект, +1 Харизма

[Злобный Анку]: Вы крадете будущее тех, кого убиваете. Всякий раз, когда [Хельхейм] ловит душу в косу, вы получаете иммунитет к [Старению] в течение одного года (стек нескольких жертв). После извлечения души трупы ваших жертв стареют в прах; это [Временной] эффект.

— Ребята, я бессмертен!

— Тише! — Сказала ему Гоблина, закончив читать книгу нечестивых, а в это время щуплый библиотекарь свирепо смотрел на них обоих. — Завтра у меня экзамен по [Сверхестественной Философии].

— Прости, но я не слышу тебя из-за шума моей нечестно приобретенной вечной молодости!

К большому неудовольствию Гоблины книги библиотеки завыли в ответ на его хвастовство.

Четвертый год: «Виктор Далтон и Принцесса Гоблин.”

Шоколатин де Жеводан не может сейчас ответить на ваш призыв.

Пожалуйста, повторите попытку позже.

— Опять? Может быть, его Перку помешала аномалия времени, или что-то пошло не так в Мурмурине? Он месяцами пытался связаться с людьми, но безуспешно. Если бы только он мог покинуть территорию школы…

Ну, в таком случае, у него не было выбора, кроме как использовать свое недавно созданное заклинание Уровня IV [Дьяволист]. Он не мог поверить, что до него никто об этом не думал. А может быть, они просто никогда не жили достаточно долго, чтобы распространить это заклинание…

— [Суккуб Зов Плоти]! —Виктор бросил в своей спальне пентаграмму малинового света, в ней появилась крылатая, изогнутая фигура…

Поздравляю! За изобретение новых заклинаний на основе души для исполнения ваших самых темных желаний вы заработали уровень в [Жнеце]!

+30 Очков Жизни, +10 Специальных очков, +1 Мастерство, +1 Ловкость, +1 Интеллект, +1 Харизма

— Гоблина, я не хочу с тобой драться! — Виктор тяжело дышал, его кровь капала на косу.

— Я тоже, — ответила гоблин, которую он когда-то называл другом, ее меч тоже покраснел от крови Виктора. — Но я не позволю тебе встать у меня на пути!

— Мы должны были объединиться против директора школы и разоблачить его предательство! — Запротестовал Виктор. — Ты не должна была к нему присоединяться!

— Я должна отомстить за свой клан… и убить этого паладина! Только Саблар может дать мне необходимую силу. Силу самого времени.

— А я думал, что мы друзья!

— Мы не друзья! — Прорычала Гоблина. — Здесь может быть только один выпускник!

— Так вот оно что, — Виктор сердито на нее посмотрел. — С этого момента … мы — враги!

Поздравляю! За то, что вы сражались с восходящим повелителем гоблинов в горькую ничью, вы заработали уровень в [Жнеце]! Вы заработали Классовый Перк [Мастер Душ V]!

+1 Жизнестойкость, +1 Мастерство, +1 Ловкость, +1 Интеллект, +1 Харизма, +1 Удача

[Мастер Душ V]: Теперь вы можете выучить и использовать заклинания [Некромантия], [Ритуалы], и [Дьяволизм] до Уровня V. Уровни жнеца теперь считаются уровнями заклинателя с целью ограничения класса, а если класс предоставляет вам уровень каста заклинаний в ваших специализированных школах магии, они будут складываться с Мастер Душ V, который заменяет [Мастер Душ IV].

Пятый год: «Виктор Далтон и Орден Упырей.”

— От Внешних Ворот мы взываем к руководству Йог-Сото́та, — пропел Виктор вместе с пятью другими учениками, окружившими жертвенного козла. — Выстраиваем наши мозги в линию, чтобы мы могли увидеть космическую истину! — [Ритуал Сверхъестественного Озарения]!

Но что-то было не так… энергии… потоки энергий не совпадали! Звезды были не в порядке!

Они не призывали Йог-Сотота! Они призывали … что-то древнее… что-то нечеловеческое…

Что-то расистское.

Поздравляю! За то, что вы случайно вызвали Ктулху и подружились с ним через древний, грязный ритуал, вы заработали уровень в [Жнец]!

+30 Очки Жизни, +10 Специальные Очки, +1 Жизнестойкость, +1 Матерство, +1 Ловкость, +1 Интеллект, +1 Харизма, +1 Удача

— Мозги? — спросил древний, мумифицированный упырь, когда в его гнилой плоти поселился мистический дух. — Младенцы?

Виктор взглянул на Камиллу, которая гордо подняла вверх большой палец.

— Детские мозги? — снова спросил упырь с надеждой на лице.

Поздравляю! За возрождение древнего Ордена Упырей, чтобы противостоять махинациям Директора школы, вы заработали уровень в [Жнеце]! Вы заработали Классовый Перк [Реаниматор]!

+10 Специальные Очки, +1 Матерство, +1 Ловкость, +1 Интеллект, +1 Харизма, +1 Удача

[Реаниматор]: Жертвуя деньгами или предметами, вы можете оживить живое существо, как разумную нежить; альтернативно, вы можете поместить внутрь трупа обратно одну из душ, пойманных в вашу косу, в результате чего нежить сохранит классовые уровни первоначальной души. Средства, необходимые для оживления, зависят от ценности души, которую вы интуитивно понимаете. Это заменяет [Оживить Мертвого].

Шестой год: «Виктор Далтон и Червь Времени Саблара.”

— Вы… — Мрачная демоническая фигура Директора впилась взглядом в двух студентов. Учителя школы застыли во времени, в то время как червеобразная мерзость, питающая искажение времени, натянула свои путы. — Гоблина, как ты посмела меня предать?!

— Я никогда не была на твоей стороне, — ответила гоблин.

— Мы планировали это с самого начала, — добавил Виктор. — Твой план освободить Червя Времени Саблара провалился еще до того, как он начался!

— С самого начала? Нет… — злобный демон показал свои клыки. — Этого не может быть…

— Все верно, — сказала Гоблина. — Мы три года подряд устраивали фальшивое соперничество!

Директор испустил рев чистой ярости и разочарования, и оба ученика приготовились к финальной битве.

Поздравляю! За спасение Ночных Земель от Червя Времени Саблара и, наконец, победу над Директором школы, вы заработали два уровня в [Жнеце]! Вы заработали Классовый Перк [Мастер Душ VI]!

+60 Очки Жизни, +10 специальные Очки, +1 Жизнестойкость, +2 Мастерство, +2 Ловкость, +2 Интеллект, +2 Харизма, +1 Удача

[Мастер Душ VI]: Теперь вы можете выучить и использовать заклинания [Некромантия], [Ритуалы], и [Дьяволизм] до Уровня VI. Уровни Жнеца теперь считаются уровнями заклинателя с целью ограничения класса, а если класс предоставляет вам уровень каста заклинаний в ваших специализированных школах магии, они будут складываться с Мастер Душ VI, который заменяет [Мастер Душ V].

Седьмой год: «Виктор Далтон и Реликвии Зла.”

Стоя на сцене амфитеатра под пристальными взглядами студентов, учителей и трех божеств, Виктор затаил дыхание. Гоблина оставалась рядом с ним, такая же напряженная.

Прошло семь лет, хотя физически он не сильно постарел с тех пор, как приобрел Перк [Злобный Анку]; в Схоломансе жизнь была такой опасной. Семь лет он практиковал темную магию, пока не смог произносить заклинания вплоть до Уровня VI. семь лет работал над темным артефактом, срывая темные интриги директора и предлагая свое тело всем видам внепланетных аутсайдеров.

— Семь лет, — пробормотал Виктор.

—Так много авантюристов, что ты мог бы заполнить целую книгу, — прошептала Гоблина в ответ и хихикнула. — Если мы проведаем Шоггота в подвале.

— Не напоминай мне об этом. — Он до сих пор принимал душ три раза в день, даже после того, как вонь ушла. — Семь лет, черт возьми.

Семь лет, предшествовавших этому моменту.

— Вы двое были лучшими учениками этой сессии, — приветствовала их Веран. — Гоблина показала себя самым многообещающим повелителем разбойников своего поколения, а ты, Виктор, стал искусным некромантом; вы оба под этой крышей достигли шестидесятого уровня, что почти так же много, как чемпион Митры. Вы принесли славу этому древнему учреждению.

— И, все же, сейчас самое время решить, кому будет предоставлен доступ к престижному классу Заклинателей [Синоптик], — сказала Изабель. — Это решение примет Ужасная Тройка.

— Мы проголосуем за выбранный вами артефакт, — сказал Десджестер. — Победит тот, чей артефакт лучше сделан.

— Я обещаю в этом случае не поддерживать моего ученика, — добавила Камилла.

— Ты должна была заявить права на них обоих, как и я, — заметил Десджестер. — Раз уж ты идешь в обе стороны.

— Заткнись, Джести, — ответила темный эльф, хотя скорее удивленно, чем раздраженно. — А теперь покажите нам плоды своего труда.

— Удачи, — пожелал Виктор своей подруге, пожимая ей руку. — Пусть победит лучший.

— И тебе тоже, Вик. — Она пошла первой и не теряла времени даром, демонстрируя свое сокровище: длинную, одноручную черную мешанину из острого меча и примитивной винтовки, сделанную из чистейших сплавов.

— Я представляю вам окончательное слияние двух лучших видов оружия в мире, [Смертельный Пистолет-Клинок]! — Похвасталась Гоблина. — Этот могущественный артефакт сочетает в себе жестокость меча и современную дикость пистолета! Он может стрелять неограниченным количеством [Нечестивых] энергетических пуль, которые обходят любое сопротивление этому элементу, и благодаря своему зараженному сплаву Звездного металла, меч прорезает все, что угодно!

— Что угодно? — Спросила Веран, сразу же соблазненная этим оружием.

— Это — самое мощное, когда-либо созданное оружие! Идеально подходит для завоевания мира! И, кроме того, оно может думать! Оно может незаметно испортить владельца, сделав его таким же злым, как и предыдущий владелец! Таким образом, можно убить военачальника, только чтобы стать следующим!

— Таким образом, только самый сильный владелец удержит меч, — присвистнула Веран. — Обеспечение того, чтобы каждый новый военачальник был сильнее предыдущего!

— Это очень хорошая идея, — сказал Десджестер. — Хотя и классическая. Хотелось бы, чтобы вы немного встряхнули формулу, но это проверенная стратегия.

— Но есть ли у него какая-нибудь польза вне боя? — Спросила Камилла.

— Он создан не для боя, а для победы! — хвасталась Гоблина, но богиня все равно заметила прокол в представлении и продолжала задавать вопросы.

Как и ожидалось, соперница Виктора усовершенствовала боевую часть, усиливая все, что могло помочь убить героев в прямом противостоянии. Это оружие, несомненно, было лучшим, самым опасным мечом в королевствах, и, несомненно, оно будет очень востребовано среди завоевателей. Мечи обладали своей вечной притягательностью, особенно среди артефактов.

Визирь, тем временем, выбрал другой путь для исследования, который, как он надеялся, принесет ему победу.

— Спасибо за презентацию, Гоблина, — сказала Камилла, бросив взгляд на своего ученика. — Виктор, если ты не против. Я не могу дождаться, чтобы увидеть, что у тебя.

— А ты разве не знаешь?—- Спросил Десджестер, и его собрат-божество покачало головой. Она сознательно старалась не читать мысли своего ученика по этому поводу. — Интересно.

Некромант приложил немало усилий, чтобы сохранить это в тайне, вложив в этот предмет всю свою душу. Буквально. — Великодушные божества, великодушные дьяволы, — сказал Виктор, доставая из-под плаща свой артефакт. — Я представляю вам [Черный Грааль].

Это была чаша, сделанная из костей, покрытых черным металлом из душевной стали, артефакт можно было держать одной рукой; его создатель создал на ее поверхности драконье лицо с двумя рубинами вместо глаз.

— Чаша? — Спросила Веран, сразу же разочаровавшись.

— Эта чаша — самое мощное, коварное и универсальное оружие массового поражения, которое когда-либо видели в Аутремонде. Это — революция! — Виктор поставил чашу на землю. — Но продемонстрировать будет гораздо быстрее.

Поставив чашу на землю, он слегка порезал косой запястье, извлек несколько унций крови и вылил их в чашу. Зрители завороженно смотрели, как кровь под действием силы грааля превращается в черную грязь.

— Как только проливается кровь, чаша превращает ее в черную субстанцию, — сказал Виктор. — Если эту черную кровь вылить из чаши на труп, она немедленно оживит его в то состоянии, в котором он был перед самой смертью.

— А это не нежить? — Спросила Камилла.

— Существо выглядит живым, но его тело на самом деле оживляется силой чаши, предотвращая его старение; мы будем называть эту псевдо-нежить [Восставший]. Они больше не стареют, но кажутся живыми себе и другим. Однако [Черный Грааль] может оживить только два вида людей: те, чьи души были захвачены моим Перком [Хельхейм], или те, которые были приговорены к инфернальному плану, называемому Адом.

Ему буквально пришлось переспать с архидьяволом, чтобы получить необходимый контракт, и она настояла, чтобы он использовал для презентации старый бренд Ад вместо Хэппилэнд.

— Это интересная концепция, — прокомментировал Десджестер. — Но я чувствую, что в этом нет определенного… ну, не знаю … подвоха, что ли.

— Ах, но вы должны прочитать мелкий шрифт, — пошутил Виктор, и демоны, помогавшие ему, захихикали. — Ибо, когда [Восставший] возрождается, он тайно связан [Договором Души], который позволяет мне [Пленять] их по своей воле, без какого-либо ограничения!

— Без проверки? — ахнули остальные студенты, а Камилла по мере продолжения презентации сияла все больше и больше.

— И еще — вишенка на торте, — добавил Виктор. — Если меня когда-нибудь убьют, чаша автоматически захватит мою душу, которая завладеет артефактом.

— Значит, если какой-нибудь прислужник снова выльет черную кровь на твой труп… — предположил Десджестер.

— Я приду в себя, — сказал Виктор. — И смогу телепатически командовать [Восставшими] из [Черного Грааля], как моими миньонами.

— Это просто великолепно! — Веран понимала, что это означает. — Вы можете одолжить его военачальнику, чтобы он снова и снова собирал армии, не подозревая, что вы в любой момент можете отобрать у него солдат!

— Артефакт привлечет внимание всевозможных сосунков, жаждущих поднять своих близких, а так как ожившие не знают о подвохе, — пробормотал Десджестер. — Ты можешь превратить людей в бомбы времени. Даже если подвох станет известен, отчаявшиеся люди все равно будут к нему стекаться.

— [Восставшие] — одна из самых продвинутых форм нежити, о которых я слышала, — сказала Камилла. — Молодец.

Студенты и преподаватели зааплодировали Виктору, который вежливо поклонился. Он снова взял чашу и встал рядом с Гоблиной. — Теперь пришло время для голосования, — сказала Изабель Мор. — Что выберут наши покровители?

— Для меня выбор был совершенно очевиден, — первой заговорила Камилла. — В то время, как [Смертельный Пистолет-Клинок], безусловно, является очень прекрасным артефактом, ему не хватает явного потенциала его конкурента. Мой голос принадлежит Виктору.

— Мне тоже очень хочется проголосовать за [Черный Грааль], — сказала Веран, и Гоблина заерзала, — мне очень, очень хочется, но… …

Виктор напрягся, а его соперник-гоблин ликовала.

— Я не могу голосовать против нечестивого оружия, — сказала богиня. — Я выбираю [Смертельный Пистолет-Клинок].

Все взгляды устремились на Десджестера, который должен был отдать последний голос. Тишина становилась невыносимой, а божество, казалось, намеренно затягивало напряжение. — Веран, — наконец, заговорил он.

— Что?

— Ты помнишь, что я говорил тебе на нашем последнем сеансе? — Спросил Десджестер, и богиня опустилась в свое кресло. — Потому что слишком много оружия.

У Виктора екнуло сердце. Может ли так быть?

— Лучшим выпускником этого года, — бог преступления указал указательным пальцем на Визиря, — будет Виктор Далтон из Мурмурина!

Амфитеатр взорвался радостными возгласами и аплодисментами, а Виктор потерял дар речи; особенно потому, что боги были самыми громкими. Явно разочарованная, Гоблина, в конце концов, тоже его поздравила.

Поздравляю! За то, что вы были выбраны в качестве лучшего выпускника школы Схоломанс, теперь вы можете пройти уровни в ультра-престижном классе заклинателей [Синоптик]!

Все эти годы воскрешения мертвых, чтобы овладеть сущностью душ, и открытия своего разума с помощью сверхъестественных ритуалов, наконец-то окупились!

— Поздравляю, Вик, — сказала Гоблина. — Ты был лучшим врагом, на которого только мог надеяться гоблин.

— И ты тоже. Надеюсь, мы будем поддерживать контакт? — За все время своих приключений эти двое стали неразлучны, как воры. — Я имею в виду, что нам еще нужно разобраться с этим Джеком Фростом. Я уверен, что он вернется, чтобы снова нас преследовать.

— Конечно! — Ответила Гоблина. — Если ты когда-нибудь столкнешься с моей новой империей, у меня найдется для тебя работа! Но никаких кальмаров.

— Никаких кальмаров, — Виктор стукнул ее кулаком.

— Как и было обещано, — сказала Камилла, подойдя к своему протеже и коснувшись его плеча. При физическом контакте он вздрогнул от удовольствия и подсознательного страха. — Вот тебе небольшая награда.

Виктор почувствовал, как у него на спине появилась отметина, к его коллекции присоединилась еще одна.

[Избранный Камиллой]: Когда вы повышаете уровень, у вас есть дополнительный 10-процентный шанс получить очко Жизнестойкости или Ловкости. Вы автоматически получаете второй тип [Нежить], включая все его сильные и слабые стороны.

Обнаружен конфликт Перков! Приоритет затронул самый старый Перк! Изменение к типу [Нежить] отрицается [Дарвинистом]!

— Я считаю, что это было давно, — сказала богиня. — Я действительно сделала предложение забрать твою душу, когда ты умер впервые. Теперь это будет трудно, но я призываю своих последователей преследовать мир живых, как только они могут.

— Итак… что же теперь будет? — Спросил Виктор, глядя на Изабель Мор, которая должна была последовать за ним в Мурмурин.

— Что будет дальше? — Повторила Камилла с застенчивой улыбкой. — Все зависит только от тебя.

— Я бы хотел продолжить наши уроки [Некромантии], — сказал Виктор. — После получения [Героического Герба] я намерен ограничить [Жнеца] и овладеть Некромантией в целом. Мне кажется, что здесь я только поцарапал потенциал магии.

— С удовольствием, — ответила Камилла. — Я верю, что у тебя есть большой потенциал, и с удовольствием продолжу твое образование. Но это лишние часы, а мне нужно совершить революцию … я не буду так доступна, как в этой академии. И я не стану прикладывать усилия бесплатно.

— Тебе нужны мои деньги или ликвидные активы?

Она рассмеялась над его наглой, грязной шуткой. — О, у меня есть несколько поручений, которые чемпион нежити мог бы выполнить от моего имени, особенно в новом мире, — сказала богиня смерти. — Твой артефакт может найти там аудиторию, но мы посмотрим, когда придет время.

Ну, вот и закончился отпуск Виктора. Интересно, что же случилось с Мурмурином в его отсутствие?

Он надеялся, что он все еще стоит.

Словно спаситель, из портала на спине своего темного коня выехал Друг Вайнкера.

Он выглядел точно так же, как и в тот день, когда уходил, закованный в доспехи и размахивающий косой. И все же его поза изменилась. Он казался более уверенным в себе, с прямой спиной и высоко поднятой головой. Вайнкер знал, что его друг стал пиком главы персонала, уступая только своему дракону-хозяину. За ним следовали два костлявых слуги с сумками и черной чашей в руках.

Толпа при триумфальном возвращении Визиря, к большому его молчаливому удивлению, взорвалась радостными возгласами. — Ого, похоже, они действительно рады меня видеть, — пробормотал друг Виктор своему скакуну.

— Не считай меня одним из них, — пожаловался конь. — Ты, каким-то образом, стал еще тяжелее, чтобы таскать тебя на себе.

При виде Рыцаря Киа, стоящей на противоположном конце арены, Человечек Виктор прищурился, затем взглянул на Джоли и, наконец, на своего хозяина. — Я вернулся как раз к началу турнира, Ваше Величество?

— Ты не мог бы сказать это лучше, миньон! — Вайнкер прочистил горло. — Граждане Мурмурина! Чтобы отпраздновать возвращение моего главы персонала, Великий Визирь Виктор сделает это! Он будет сражаться с Рыцарем Киа вместо Жюля!

— О, спасибо Камилле, — обрадовался Жюль, уверенный, что честь его хозяина теперь будет спасена.

— Драться с Киа? Что? — Человечек Виктор посмотрел на своего будущего противника. — Что за Хэппилэнд?

— Ну же, это будет весело! — Сказала Рыцарь Киа, страстно желая быть побежденной драконом, пусть даже полу-драконом.

Визирь Вайнкера явно был не в восторге от этой идеи, возможно, из-за неуместного страха поставить своего господина в неловкое положение. — Ты действительно хочешь, чтобы мы сражались?

— Вообще-то, я мечтала об этом, — призналась Рыцарь Киа, и быстро добавила. — В дружеском спарринге!

— Киа раздавит тебя, как и всех остальных! — хвасталась Джоли своим миньоном. — Она — самый сильный миньон в мире!

— Твоя Киа, может быть, и легендарный глава персонала, но мой лучше обучен! — Вайнкер защищал своего главу персонала, который был его начальным миньоном с тех пор, как он стал авантюристом. — И у него есть подавляющее преимущество типа [Дракон]!

Виктор вздохнул и слез с лошади. Животное со стоном облегчения тут же телепортировалось прочь, а скелеты-слуги последовали за ним. — Может, кто-нибудь объяснит мне правила?

Вайнкер напомнил правила, Визирь молча его выслушал, а затем пробормотал: — Шесть бойцов, вы отдаете нам приказы, как наши тренеры, и … Подождите, это что, собачий бой? Неужели мы — собаки?

— Киа Киа, — ответила Человечек Киа с тяжелым сарказмом, явно испытывая напряжение при мысли о сражении с полу-драконом.

— А ты заткнись, — ответил Друг Виктор, размахивая косой. — Я не могу вызвать миньонов, а анимированные предметы разрешены?

Вайнкер задумался над этим вопросом, поскольку эта проблема никогда не появлялась в предыдущей битве миньонов. — Да, — сказал дракон. — До тех пор, пока они не перестанут работать в маловероятном случае, если ты потерпишь поражение. Это — ради справедливости.

— Хорошо, хотя это очень хреново, что я не могу самонить, — пожаловался Виктор. — Это удаляет треть моего списка заклинаний.

— Тогда я позволю тебе сделать первый замах, — сказала Киа, подпрыгивая на месте, чтобы размять ноги. — Порази меня.

— Ну ладно, тогда — твой ночной ужас, — ответил Виктор, поднимая косу. — [Повелитель Кошмаров]!

Вокруг Человечка Виктора сдвинулся сам мир, по арене распространилась неестественная энергия. Ядовитые фиолетовые миазмы наполнили воздух и покрыли землю, а вокруг Рыцаря Киа закружились призрачные фигуры из тумана; снизу вздымались клыкастые скелетообразные пасти, а на стенах рядом с густым малиновым мхом росли желтые глаза.

Киа отступила назад, Колизей ожил, а на его стенах появились украшения в виде мозаики из шепчущих гуманоидных черепов. Странный эффект прекращался прямо на границе арены, и не распространялся на трибуны, хотя призрачные глаза с голодом смотрели на граждан на трибунах.

Ваша арена превратилась в Поле [Мир Кошмаров]!

Конечно, миньоны ликовали при виде этого зрелища.

— Лучшие спецэффекты!

— Раздавите ее, Лорд Виктор!

— Покажите ей!

— Что за… — рыцарь Киа ощетинилась, когда туманные призраки прошли сквозь ее грудь, сделав ее кожу еще белее.

[Киа Бекеле] сейчас [Сливает] свои Очки Жизни и Специальные Очки!

— Киа, используй луч! — рявкнула Джоли приказ своему миньону. — Солнечный луч!

Ее глава персонала подняла меч, призывая последние резервы Специальных Очков, чтобы использовать свою самую мощную способность. — [Солнечный Суд]!

— Миньон, уклонение! — Приказал Вайнкер, но его слуга не подчинился.

— [Щит Духа]. — Человечка Виктора окружил фиолетовый сферический барьер призрачных энергий, отклонивший столб света. — [Призванные Черепа Виктора].

Вокруг щита появились две дюжины плавающих золотых черепов — Вайнкер одобрил вкус своего фаворита — которые бросились на Рыцаря Киа. Паладин, ожидая физическую атаку, приняла оборонительную позу, которую она использовала против Базза и Ролло.

Но черепа открыли свои рты и выпустили в нее призрачные лучи.

Рыцарь отразила лучи мечом, но черепа вскоре окружили ее и атаковали со всех сторон. Тем временем, призраки арены продолжали опустошать легендарного миньона.

— [Истинное Дыхание Жизни], [Защита от Святого], [Некромантическая защита], [Благословение Элдрича], [Покровительство Падшего], [Завеса Стихий], [Стрижающий Меч]… — Ответил Человечек Виктор, произнося заклинания, чтобы укрепить свою защиту. — [Аура Страха], [Дыхание Чумы]…

Все характеристики вашего миньона были подняты на одну ступень!

Теперь ваш миньон будет сопротивляться [Огню], [Земле], [Ветру] и [Воде]!

[Коса Убийца +] вашего миньона была значительно укреплена-

Когда перед глазами Вайнкера возник длинный-предлинный список сообщений, один из черепов умудрился ударить Киа в плечо, и это еще больше разозлило рыцаря. — [Солнечный Луч], — объявила она, от ее тела вспыхнуло священное пламя, испарив черепа и даже оттолкнув часть призраков. — [Полное Исце-]

— [Черное Проклятие]! — бросил Человечек Виктор, Киа окружила темная аура, которая отменила ее исцеление. Вайнкер угадал стратегию миньона: использовать поле, чтобы ослабить легендарного миньона, помешать ей исцелиться, а затем поймать ее после того, как она достаточно измотана!

— Ненавижу тактику разрушения, — сказала Киа, вызывая вокруг себя круговой барьер света. — [Милость Митры], [Спешка]…

Она копировала его главу персонала! Что за халтура! — Миньон, не позволяй ей сделать из тебя дурака! — приказал Вайнкер. — В атаку!

— Это будет стоить мне Очков Жизни, но я иду… — ответил Человечек Виктор, — [Пакт с Архимагами]!

Вокруг Визиря сошлись зловещие энергии, его тело претерпело радикальную трансформацию, а его духовный щит рухнул.

Что? [Виктор Далтон] эволюционирует!

Его миньон вырос до двенадцати футов ростом, превратившись в мускулистое чудовище с раздвоенными копытами вместо ног; на конце его драконьего хвоста появилось жало, а лицо превратилось в бараний скелет. Его доспехи и коса выросли и соответствовали его новому размеру, превратив его в устрашающую фигуру.

Поздравляю! Ваш [Виктор Далтон] превратился в [Демона Виктора]!

Несколько ангелов среди публики при виде этого зрелища отшатнулись и засвистели, а демоны стали почти одержимыми.

Тем временем, Вайнкер был вне себя от ярости. — Миньон!

— Что, Ваше Величество? — ответил Демон, Виктор, его голос превратился в гортанное рычание.

— Ты должен был стать ближе к величию драконов, а не к домашнему скоту!

— О, ты знаешь это заклинание? — ответила Рыцарь Киа, скорее с любопытством, чем с удивлением. — Прошло уже много лет с тех пор, как я видела, как волшебник его бросил. Но разве ты не попадешь в ад, если потом умрешь?

— Нет, если у тебя есть опционы на акции души, — заговорил Демон Виктор, и темная аура окружила рыцаря Киа. — [Заклинание Смерти].

Успешные атаки оружием [Демона Виктора] против [Киа Бекеле] станут критическими ударами.

С драконьим ревом, подгоняемый радостными криками Вайнкера, Демон Виктор бросился на своего соперника.

И он это сделал. Даже запятнанный кровью домашнего скота, его глава персонала двигался быстрее, чем когда-либо прежде, почти так же, как насекомое Мор в расцвете сил. Он пересек световой барьер, как будто его там и не было, и поднял косу для убийства.

Рыцарь Киа, измученная роящимися на арене туманными призраками, окутала свой меч светом и парировала удар. Даже несмотря на разницу в росте, воин не уступала Визирю в силе. И хотя Вайнкеру было неприятно это признавать, она была одним из немногих существ, способных причинить ему вред, и это было заметно.

Демон Виктор парировал удар, и оба бойца вступили в смертельный танец клинков. Рыцарь Киа, двигаясь с поразительной быстротой, снова и снова уворачивалась от косы. Визирь парировал несколько ударов, но ему было слишком трудно противостоять паладину, ее клинок пронзал его доспехи полдюжины раз. Но ни разу, к большому ее разочарованию, ей не удалось пролить его кровь.

Эффект [Убийца Демонов] отменен [Дарвинистом]!

И хотя он он с помощью шквала атак медленно прижимал своего врага к стенам арены, Демон Виктор никак не мог пройти защиту рыцаря. Она, как слизь, прыгала вокруг демонического главы персонала, а ее скорость немного превышала его собственную.

— [Леденящий Край]. — Меч воина испустил холодное сияние, а затем пронзил шкуру Демона Виктора. На этот раз меч вонзился глубоко и глава персонала зарычал от боли. — Я так и знала! Твой Перк не покрывает элементные слабости, а только определяемые типом!

— [Зависть], — ответил Виктор, и леденящий край меча исчез, в следующий момент появившись вокруг косы Визиря. Прежде чем Рыцарь Киа успела оправиться от неожиданности, Демон Виктор подлым ударом ударил ее в грудь, и сама сила удара отбросила ее к стене. Джоли взвизгнула от ужаса, беспокоясь за своего миньона, а раны Виктора в это время зажили сами по себе.

Критический удар! [Мгновенная Смерть] отменена!

Рыцарь Киа почти сразу же встала на ноги, и пригнувшись, избежала нового замаха. К большому ужасу Вайнкера коса Виктора врезалась в стену, как в масло.

Рыцарь вновь применила к своему клинку леденящий эффект и попыталась нанести своему врагу удар в спину, но Демон Виктор действовал быстрее. Он вызвал под ногами стену из костей и поднялся над клинком раньше, чем тот успел пронзить его шкуру. Затем, используя возвышенность, он прыгнул на рыцаря и попытался раздавить ее своим тяжелым телом. Рыцарь едва успела увернуться, а демо-дракон серией яростных атак мгновенно заставил ее обороняться.

— Миньон! — Крикнул Вайнкер, когда его миньон не смог пройти сквозь непроходимую защиту рыцаря. — Используй свое Супер-Ход!

— Что именно? — ответил его миньон, едва успев перехватить меч паладина, который чуть не попал ему в глаз. Рыцарь Киа начала контратаку, изменив их позиции.

— СУПЕР-ХОД! Вайнкер-Движение!

— А, точно! — Демон Виктор вдохнул, сцепил клинок Рыцаря Киа со своим собственным, а затем выпустил из пасти на паладина мощную струю пламени.

— У меня иммунитет к огн… — Рыцарь Киа издала стон боли и удивления, поскольку оказалось, что ничто не может противостоять драконьему огню. Ее плоть и доспехи от темного пламени начали таять. Но почему огненное дыхание Демона Виктора было черным? Спросил себя Вайнкер. Неужели его глава персонала баловался наркотиками?

— Киа! — Закричала Джоли в страхе, видя, как ее легендарного миньона толкают к краю пропасти. — Я верю в тебя! Используй тоже свой СУПЕР-ХОД!

Рыцарь Киа, загнанная в угол, использовала последние силы для последней контратаки. — [Святое Солнце Митры].

Она раскрыла свободную руку и материализовала в ней миниатюрное солнце, а затем поднесла его к лицу Демона Виктора. Полный решимости победить, глава персонала продолжал подавлять ее своим драконьим дыханием.

То, что последовало за этим … было совершенно неожиданно.

Обе атаки резонировали друг с другом, энергия святого солнца смешалась с нечестивым драконьим дыханием Демона Виктора. Оба закружились и сжались, а затем яростно взорвались.

Последовавший за этим мощный взрыв потряс весь Колизей, и даже Вайнкер изо всех сил старался удержаться на своем выступе, когда взрыв пламени и священной энергии расколол стены и прекратил действие поля. Поле боя накрыло огромное облако пыли, оставив судьбу битвы неоднозначной. Толпа, сидевшая на краешках своих кресел, притихла.

Когда облако пыли улеглось, результат стал очевиден.

Оба бойца лежали на земле без сознания, а Демон Виктор вернулся обратно к форме Человечка Виктора — к огромному облегчению для Вайнкера, который не выдержал бы главы персонала полу-козла. Рыцарь Киа еще дышала, но не могла подняться.

— Двойной нокаут! — решила Мышка Шарлин. — Это ничья!

— Киа! — тут же подлетела к своему миньону Джоли.

Вайнкер облегченно вздохнул. Хотя он предпочел бы, чтобы его чемпион победил, но честь империи была защищена. — Граждане, пришло время поздравить двух победителей этого дня, — сказал дракон. — Моя племянница и я — за то, что воспитали самых сильных миньонов в мире!

Толпа разразилась радостными возгласами, что императора очень обрадовало.

— А теперь, миньоны, идите и вылечите моего главу персонала! — приказал дракон. — Все остальные, размножайтесь и больше не грешите!

Мурмурин. Единственное место, где вы можете уйти на семь лет / дней, а затем, через пять минут после вашего возвращения, как само собой разумеется, сразиться с паладином. Он бы гордился связью с Киа, если бы не был обязан этим результатом тупому везению.

Последний раз он использовал [Нечестивую] атаку против [Святой].

По крайней мере, увидев его снова, горожане выглядели очень, очень счастливыми, размышлял визирь из-под толстых одеял своей королевского размера кровати. Они не только наложили на него тонны целительных заклинаний, но, несмотря на то, что до его выздоровления ему еще предстоял долгий путь, его фаны тратили минуты, касаясь его кожи, как будто он был возрожденным Иисусом.

Что же заставило их так сильно по нему скучать?

Они даже перестроили его особняк, вплоть до последней детали. Миньоны Вайнкера, идентично копиям оригинала, старательно воссоздали каждую комнату, от холла до каминной комнаты. Даже в постели он чувствовал себя точно также.

Однако, вместо слуг-нежити Шарлин заменила штат живыми монстрами женского пола, большинство из которых были сильными, подтянутыми, зеленоватыми орками. У каждой из них на теле были странные символы, и они смотрели на него с далеко не чистыми намерениями, хотя Визирь задавался вопросом, может, они находили его просто аппетитным в качестве потенциального блюда.

Кстати, о Шарлин… — Вик, слава двенадцати богам, что ты вернулся. — В десятый раз повторила вампирша. — Мы так по тебе скучали!

Это вызвало целую кучу тревог. Вампирша никогда не была с ним слишком ласкова, даже в хорошем настроении, и все же она весь вечер оставалась у его постели. Он также заметил окружающее ее тело «свечение», отмечающее ее для Перка [Продвижение Мука]. — Спасибо? — ответил он, не зная, как реагировать на ее странное поведение.

— Тебе больше не нужно беспокоиться об отпуске, — сказала она. — Теперь Сейворюз всегда будет готовить твои любимые блюда, лучшие тренеры во всей Ишфании будут заботиться о тебе после работы, ты будешь защищен от всех ядов, болезней, токсинов, убийств, всего, что может тебе угрожать. Ничего плохого с тобой больше не случится.

—Хм, ладно?

— Но ты должен остаться, — настаивала она, как будто от этого зависела ее собственная жизнь. — Тебе больше не нужно никуда уходить.

Ее поведение вызвало у него огромное количество тревожных звонков. — Шарлин, что случилось? Неужели в углу подслушивают убийцы?

— Нет, конечно же, нет. Если тебе что-то понадобится, любой для тебя это сделает. Потому что мы любим тебя, здесь, в Мурмурине. Наконец-то ты дома, навсегда.

Что же случилось в его отсутствие в Хэппилэнд? Она говорила так, словно хотела навсегда запереть его в подвале. — Почему ты заменила слуг-нежить орками? — спросил Визирь, почуяв ловушку.

— Вайнкер организовал в твоем поместье соревнование по скоростному размножению, — сказала Шарлин. — Они здесь ради тебя. И все это для тебя. Если только ты останешься.

Если это означало событие быстрого знакомства, то почему, насколько он мог судить, он был единственным парнем в поместье? Неужели Вайнкер ожидал от него—

Ох.

О нет, только не этот бардак снова.

— Шарлин, я только что получил солнечный удар в лицо, — проворчал Виктор, — и все мое тело болит, даже драконий хвост. Я не в настроении для размножения.

— Так что же мне им тогда сказать? — удивленно спросила вампирша.

— Скажи им, чтобы они вернулись, когда я поправлюсь, или, может быть, пусть устроят в подвале оргию, если не могут ждать, — невозмутимо ответил Визирь, усталый и раздраженный. — Там, внизу, Лавер, наверное, делала и похуже.

— Но ты же не уйдешь? — Вдруг снова спросила Шарлин. Визирь посмотрел на нее, потом на свои раны, потом снова на нее. Вампирша поняла молчаливое послание и оставила его одного, закрыв за собой дверь.

Виктор слышал, как она разговаривает с орками снаружи.

— Ну и что? Кто идет первым?

— Он не хочет размножаться.

— Черт возьми, он очень, очень болен…

Неужели они приняли его за извращенца? Правда, ему нравилось женское общество, но он же не думал о них все время. Виктор не был кроликом.

Так или иначе, Визирь позволил себе закрыть глаза и отдохнуть… но передышка длилась недолго.

— Мистер Виктор, как я рада, что ты вернулся! — Виктор открыл глаза и увидел у своей постели очень знакомого ангела с кипой документов в руках. — Итак, мы можем поговорить о твоей карме!

Как, черт возьми, ей всегда удавалось войти в его комнату, не подняв тревоги? Вероятно, это был ангельский Перк. И все же, сейчас присутствие Миэль было гораздо приятнее, чем присутствие Шарлин.

— Я тоже рад тебя видеть, — сказал Виктор, особенно потому, что заметил вокруг нее сияние; она была готова к повышению монстра. — О чем ты хочешь поговорить? Мои файлы кармы должны быть безупречными.

— Вот этого я и не понимаю, — ответила она слишком резко для своего же блага. — Твоя карма по-прежнему выглядит хаотично хорошей, даже после того, как ты использовал заклинание и для сражения с паладином превратился в Архидемона.

— Мне пришлось выучить заклинание, чтобы сразиться с одним из самых искусных злодеев нашего времени. — Что технически было правдой. — Учитель по контролю разума был настолько опасен, настолько безжалостен, что нам с другом пришлось три года притворяться соперниками, чтобы иметь шанс застать его врасплох. У нас даже была настоящая, опасная битва с заклинаниями, трюками и всем прочим.

— Три года назад?

— Это было во временной аномалии, все очень сложно. — Виктор пожал плечами. — Во всяком случае, я не позволю власти меня развратить.

— Я назову это «героической жертвой”, но не злоупотребляй этим заклинанием, — сказала Миэль, с озабоченным видом сжимая свои папки. — Ну, пожалуйста!

— Это было последнее средство, — сказал Виктор. — Я сделаю все, что в моих силах, чтобы не причинить тебе вреда с твоими начальниками, особенно теперь, когда они, наконец, согласились тебя повысить. Кстати, поздравляю!

К его большому замешательству, ее лицо осунулось. — Нет. Один Старый Завещатель написал язвительную рецензию, и архангелы на следующее десятилетие наложили вето на мое повышение.

— Что? Но ты проделала отличную работу! И я могу Перком [Продвижение Мука] тебя повысить, потому что ты окончательно выполнила условия!

— Ты можешь меня повысить? — Она вскинула голову, но успела взять себя в руки. — Нет, я не могу… я не могу позволить смертному повысить меня, это против правил.

— Посмотри на меня, — сказал Виктор. — Я могу буквально превратиться в демона и при этом сохранить свою хорошую карму! Потому что я выбрал то, что правильно, а не то, что приказано! Потому что я зарыл свои руки глубоко в мусорное ведро, чтобы другие могли держать их в чистоте!

Ангел выслушала его и нахмурилась. — Мистер Виктор.

— Да?

— Доспехи, которыми ты владеешь, — сказала она, — я спросила об этом у своего начальства. Они сказали, что к чистым душам, которые идут по пути добра, оно применяет заболевание [Проклятие].

— … и?

— Тогда, если твоя карма по-настоящему чиста… почему ты не [Проклят]? Похоже, у тебя нет к нему иммунитета.

…

Виктора так и подмывало сказать правду. У него действительно был иммунитет.

[Дьявольский Вдохновитель] активирован!

Вы получаете + 30 бонусов к проверке, чтобы скрыть ваше страховое мошенничество!

А затем сработали рефлексы, отточенные за семь лет занятий [Сверхъестественной Философией]. — Именно это я и хочу сказать, — ответил Визирь. — Небесные методы устарели.

Ангел нахмурилась еще сильнее. — Прошу прощения?

— Если Небеса считают мою карму хорошей, а мои доспехи — нет, то это значит, что карма в своей основе субъективна, — возразил Виктор, — и поэтому бесполезна в качестве объективного измерения ее ценности.

— Но это же невозможно! — возразила Ангел,—- наш анализ кармы совершенствовался веками! Боже мой, это даже подтверждается Системой, управляющей Аутремондом!

— Тогда, как же ты объяснишь это противоречие? Или тот факт, что чья-то карма всего за одно действие может внезапно измениться с хорошей на нейтральную или злую? Что одно это действие может навеки обречь вас на Хэппилэнд, даже если вы потом изменитесь? Эта система кажется тебе справедливой?

Миэль молчала, обдумывая вес своих слов.

— Я просто хочу сказать, что вместо того, чтобы следовать чьему-то мнению, ты должен делать то, что сам считаешь правильным. Потому что в чисто субъективном мире это единственный верный ответ!

Проверка харизмы прошла успешно!

— Ты прав, Мистер Виктор, — ангел поверила его полезной лжи, — я должна следовать тому, что считаю правильным, а не подчиняться устаревшим правилам! Мои методы нетрадиционны, но со времен страховки Карма+ они принесли на Небеса больше всего Специальных Очков! Я заслуживаю повышения.

Ангел, казалось, накачивала себя до тех пор, пока, наконец, не сказала: — А знаешь что? Я ухожу!

— Ты бросишь Рай?

— Да, но не ради Хэппилэнда! Я стану сама себе боссом и создам лучшую службу загробной жизни на всех планах! Компания Маленьких Ангелов Миэль! Я им всем покажу!

— Тогда я с радостью буду твоим первым работодателем, — подбодрил ее Виктор. — У тебя есть талант и моя поддержка. Поддержка империи. А ты хотела бы стать губернатором?

— Губернатором? — Глаза ангела ярко сияли. — Как региональный менеджер?

— С неограниченными ресурсами и очень слабым контролем, — сказал Виктор. —Я играл с системой, и с Империей, которая скоро расширится за океан, и считаю, что ты более чем заслужила шанс управлять всем так, как тебе хочется.

В конце концов, у скольких ангелов хватило бы терпения разобраться с ним и Мурмурином? У очень немногих, судя по тому, что он узнал. Виктор предпочел бы держать хороших рекрутов на стороне Империи, особенно с войной на горизонте.

— Благодарю тебя, мистер Виктор, — сказала Ангел с благодарностью. — Ты самый лучший клиент, какого только может пожелать ангел. Я соберу свои вещи, а потом … приму твое предложение.

Ангел исчезла во вспышке перьев, оставив Виктора одного.

Однако Визирю было интересно, как она отреагирует на Изабель Мор. Он будет держать их территории как можно дальше друг от друга.

Кто-то постучал в дверь. — Да? — Отозвалсял Виктор.

— Виииииик, это я! — Крикнула Шоколатин. — Я с Эллисон!

— Входите же! — Ответил Виктор, с облегчением услышав, что оборотень цела и невредима. С тех пор, как он не смог связаться с ней через свой Перк, Визирь беспокоился, не случилось ли с ней чего-нибудь.

Шоколатин вошла в комнату, одетая, как красная шапочка, с огромной корзиной в руках, а Эллисон помахала рукой Визирю из-за порога. Затем дриада вежливо закрыла дверь, предоставив им некоторое уединение.

А им понадобится уединение.

— Я испекла тебе пирог с лекарствами, чтобы ты поправился, — сказала Шоколатин, поцеловав Визиря в щеку и присев на кровать. — Надеюсь, тебе понравится.

Эта женщина была сладкой. Вредной для здоровья, но сладкой.

Так думал Виктор, пока не открыл корзину. На окровавленном торте, как искривленная свеча, стояла чешуйчатая рука.

— О, я их перепутала! — Она тут же забрала у него пирог и, словно стыдясь этого, убрала его с глаз долой. — Извини, но этот был для Круассана…

Виктор взял свои слова обратно. Шоколатин — это не сахар, а ЛСД. Чистый, неразбавленный ЛСД. И все же, он неожиданно полюбил ее. — Шок, я должен кое в чем признаться, — сказал Визирь с застенчивым лицом. — Что ты можешь воспринять очень плохо.

— Я тоже… — ответила она точно таким же тоном. — Мы с тобой об одном и том же?

Оба вздохнули, а затем быстро сказали:

— Я обнимала Эллисон!

— Я обнимал Сатану!

— Сатану? — Шоколатин моргнула. — А это еще кто?

— На самом деле, это не Сатана, а верховный демон… и ее кузина… и ее ученик…

— А потом ты сварил ее с бобами и съел? — с болезненным любопытством спросила оборотень. — Так вот как ты превратился в демона? А я тоже могу это сделать?

— Нет! — Запротестовал Виктор. — Нет, ты не можешь!

— О, — сказала она, очень разочарованная, но и не сердитая на него.

— Итак, ты и Эллисон?

— Она была очень одинока и сгорела от всей этой городской управленческой работы. Я пригласила ее домой, чтобы утешить, и мне было одиноко, потому что ты ушел, и мы расстались, и одно привело к другому, и… И… И ты не сердишься?

— Именно поэтому я и попросил перерыв, не так ли? Чтобы мы оба могли бы разобраться в себе. Дело в том… что я делал это по одному уроку [Сверхъестественной Философии] за раз.

Оборотень слушала молча, внезапно напрягшись и страшась его ответа.

— Ты мне действительно нравишься, даже больше, чем следовало бы, — признался Виктор. Как наркотик, примешь его один раз, и вы больше не можете без него обойтись. — Но больше всего на свете я ценю свою свободу, и хотя преданные отношения, вероятно, имеют свои Перки, я не хочу компромиссов, которые приходят вместе с ними. Я не хочу ни с кем остепеняться, и тебя тоже не хочу обманывать.

Оборотень слушала с растущей грустью, но потом проявила удивительную зрелость. — Я не могу связать тебя, — призналась Шоколатин и с надеждой добавила: — Но, можно я, все-таки, свяжу тебя? Веревками?

— Конечно, а почему бы и нет? — В Схоломансе он делал гораздо хуже, и если это сделает ее счастливой, то он был готов оставаться непредубежденным. — Мы можем остаться друзьями.

— Я могу жить с этим, — сказала она и положила голову ему на плечо. Виктор отпустил ее и почесал оборотня за ушами. — Ты по-прежнему будешь той, в которую я влюблен. Дай время.

Кто-то постучал в дверь, и внутрь, улыбаясь при виде «парочки», вошла Эллисон, она несла огромную стопку папок. — Ты ведь все слышала, не так ли? — Спросил ее Виктор.

— Да, хотя я и не собиралась этого делать, — ответила жрица. — Ты выглядишь гораздо увереннее, как будто уладил внутренний конфликт. И, если я не ошибаюсь, ты, кажется, постарел чуть больше, чем на семь дней.

— Да, — ответил Виктор. — Я больше не думаю о том, чего хочу от своей жизни.

— Хорошо, потому что я больше никогда не буду замещать тебя на посту главы персонала, — сказала она, едва не свалив стопку бумаг на кровать. — Вот отчеты о происшествиях за последнюю неделю. Я также должна тебе сообщить, что покрыла весь особняк защитными заклинаниями и что ты, возможно, захочешь избежать подвала в течение нескольких дней. Там будет ужасно пахнуть.

— И ты не против… — Виктор замолчал, взглянув на Шоколатин, а затем снова на дриаду.

— Вик, я жрица богини наслаждений, — ответила Эллисон. — Во всяком случае, свободная любовь — это мое религиозное служение.

Чертовы хиппи. Виктор одной рукой схватил бумаги, а другой все еще прижимал к себе Шоколатин. — «Наверное, еще слишком рано для демократического совета», — подумал он, прочитав длинный список катастроф. Окончательно, только местные губернаторы.

— Семь дней, Эллисон! — Жаловался Виктор, просматривая отчеты, — я уехал на семь дней.

— Ах, я еще забыла счет за ущерб, — Дриада протянула ему еще одну бумажку, на которой было слишком много нулей. — Шарлин сказала, что ты найдешь бюджет, чтобы это покрыть.

…

Это снова был его студенческий долг.

После стольких лет роковой день настал.

Корабль «Пиггибэнк» после долгого ремонта был готов пересечь океан и достичь Нового Света. Золотистый самолет ярко сиял под солнцем, и Вайнкер дивился на его поверхности своему прекрасному отражению. Его элитные лакеи, от Шарлин до Малфи и его Карманных Миньонов, наблюдали за ним с благоговением, страхом и надеждой.

Ведь скоро откроется дорога в Эльдорадо!

Поздравляю! За то, что вы успешно заставили своих миньонов в невероятно больших масштабах размножаться, вы заработали уровень в [Хозяин Подземелья]!

+10 Специальные Очки, +1 Сила, +1 Жизнестойкость, +1 Мастерство, +1 Харизма, +1 Удача.

Вайнкеру следовало бы радоваться этому, но что-то с самого утра его беспокоило. И он не мог положить свой коготь, на что именно. В воздухе повисло напряжение. Невидимая тяжесть на его крыльях.

Это, должно быть, было присутствие Рыцаря Киа, которая, с тех пор, как выздоровела, продолжала приставать к Человечку Виктору с реваншем. Джоли оставалась у постели своих миньонов, чтобы подбодрить их, пока они не выздоровели.

— Ты была ко мне очень снисходительна, — прошептал ей Виктор. — Я это сразу понял.

— Верно, и Роло перед этим меня вымотал, — ответила рыцарь, не в силах смириться с поражением. — Но это не умаляет твоих достижений. Ты хоть представляешь, сколько времени прошло с тех пор, как кто-то мог хотя бы слегка меня толкнуть? Представь себе, если бы мы сражались в полную силу-

Почувствовав, что его внимание ускользает, Вайнкер прочистил горло и прервал разговор.

— Сегодня великий день! — начал дракон свою речь. —Я, Вайнкер Рыцареубийца, сделаю то, чего не делал ни один дракон в прошлом! Я пересеку океан вместе с моим главой персонала и командой верных гномов! Империя Мурмурина, наконец, расширится за горизонт!

— За международную революцию! — Марбре поднял кулак в знак поддержки.

Вайнкер ожидал, что его миньоны обрадуются, но только Марбре, Базз и Джуниор это сделали. Остальные испуганно поглядывали на Человечка Виктора, словно опасаясь, что он не вернется. В ответ глава персонала вручил им плавающие черепа, похожие на те, что он вызывал против рыцаря Киа.

— Это [Шепчущие Черепа], которые позволяют общаться на большие расстояния, — объяснил Человечек Виктор. — Даже если [Этюд в Багровых Тонах] будет заблокирован, через них вы сможете с нами связаться.

— Я прикажу установить один на центральной площади, чтобы напомнить всем, что вы уезжаете только на время. — сказала Мышка Шарлин.

— Как только мы приземлимся, я открою [Золотой Путь] к своему кладу и позволю поселенцам претендовать на земли от моего имени, — изложил свой план дракон. — Гномы построят портал, соединяющий оба континента, так что империя сможет расширяться без необходимости в кораблях. Я ожидаю, что вы, миньоны, как только откроются врата, будете готовы построить новую колонию. Любой, кто прикоснется к моему сокровищу в мое отсутствие, будет съеден.

— Мы тоже пересечем океан, только немного позже, — сказала Киа. — Джоли хочет присоединиться к одному из разведывательных флотов, возглавляемых принцессой Мервейль из Гардмейна, так что мы встретимся снова на той стороне океана.

Вайнкер проигнорировал ее и повернулся к своей элите миньонов. Ты доказал, что ты самый могущественный из моих слуг, и твоя сила будет востребована, как только мы пересечем океан, ибо злой Фурибон, более сильный, чем когда-либо, ждет нас на другой стороне.

Человечек Виктор пошевелился, беспокоясь о новом сражении со злобным личем. Словно для того, чтобы его утешить, его мимик пет подошел к нему с радужным гербом, предлагая его своему хозяину.

— Подарок, — сказал Младший.

— Недостаточно мечный, — добавил Базз.

— Не мечный, — проворчал Младший. — Щитовый.

— Ваше Величество должны использовать его первым, — сказал Человечек Виктор, всегда послушный долгу, — даже если вы еще не достигли шестидесятого уровня, фоморы будут целиться в вас первого.

— И я снова научу их бояться, — ответил Вайнкер. — Миньон, должен ли я напоминать, что, когда ты умолял меня стать моим вечным слугой, у тебя было больше уровней, чем у меня? Если ты достиг порога раньше меня, то тебе следует воспользоваться этим Гербом. Если есть какие-то побочные эффекты, то лучше тебе послужить моим тестером уровня, чем мне пробовать его самому.

Кроме того, этот предмет прибыл с проклятой Луны, и дракон не хотел иметь с ним ничего общего.

— Твоя забота всегда трогательна, — сказал Человечек Виктор, принимая [Героический Герб] и немедленно используя его; щит растворился в ослепительном облаке множества цветов, окружая и придавая Визирю силу.

Поздравляю! Ваш миньон прорвался сквозь потолок класса шестидесяти уровней! Его Перк [Украшенный Гербом] был повышен до [Эпического]!

[Эпический]: Маркирует перса как мифического авантюриста и полубога. Позволяет получить доступ к самому мощному из классов и вход в [Валгаллу] по достижении 99-го уровня. Заменяет [Украшенный Гербом].

Вайнкеру тоже не терпелось получить эту привилегию; он почти чуял богатство, которое последует за его коронацией к божественности.

— А теперь — время для повышения, — объявил Человечек Виктор. — Некоторые из вас могут получить доступ к высшим формам в соответствии с моим Перком [Продвижение Мука]. Теперь продвижение дает большую силу, но, как может подтвердить Младший…

Мимик издал рычание, почесывая спину.

— Это связано с физическими изменениями.

— А можно мне вырастить крылья, как у тебя? — Спросила Шоколатин. — Тогда было бы намного легче охотиться за пищей!

— Я понятия не имею, во что ты превратишься, — ответил Виктор. — Значит, выбор за тобой.

— С приближением войны я считаю, что должна быть принята более высокая сила, — сказал Жюль. — Даже если я еще не готов вознестись в более великую форму.

— В настоящее время только Базз, Шарлин, Миэль, Эллисон и Шоколатин отвечают этим критериям, — подтвердил Виктор.

— Мистер Виктор, а я — нет? — Разочарованно спросил Вкусный Малфи. — После стольких взяток?

— Извини, — ответил глава персонала, — Но ты должен отправиться с нами в Новый Мир, как только мы установим там постоянные врата. Может быть, тебе просто нужно больше практического опыта?

— Так же поступят и те, кто еще не готов возглавить мою армию, — добавил Вайнкер. Дракон организовал турнир, чтобы проверить силу своих слуг, и хотя некоторые из них, такие как голем Роло, доказали свою силу, большинство нуждалось в дополнительной подготовке, чтобы сравняться с лордами фейри. — Я хочу, чтобы все вы стали достойными стать моими миньонами генералами.

Эллисон вздохнула. — Просто сделай это, Вик.

Глава персонала активировал свой Перк, и на глазах у Вайнкера сразу же преобразились пять миньонов.

Ангел Миэль стала выше, толще и в дополнение к уже имеющимся приобрела два новых набора крыльев; самый низкий набор крыльев, однако, принадлежал, скорее, летучим мышам, а не птицам. Ее некогда девственно белая кожа немного потемнела, а веки приобрели неестественно темный оттенок.

У Невкусной Эллисон по всему телу, от волос до плеч, росли сладко пахнущие цветы. Из ее головы торчали похожие на оленьи деревянные рога, принявшие форму маленькой короны.

Базз Джелли, который храбро пересек космос и отбился от свинцовой пустоши на Луне, превратился в слизь из жидкой стали, крепкую, но гибкую.

Превращение Сладкой Шоколатин… было самым разочаровывающим. Ее человеческие уши превратились в уши серебряного волка, и больше — ничего.

Между тем, Мышка Шарлин изменилась заметно. Она получила на плечах два огромных крыла летучей мыши и два меньших на талии, которые немедленно закрыли ее ноги, как одеяние. Среди ее волос росли изогнутые рога, а ногти превратились в когти. Ее кожа стала, как у трупа, еще бледнее, а третий багровый глаз открылся прямо под горлом. Она улыбнулась, и ее губы обнажили повсюду острые клыки.

Алхимический Вампир Шарлин была повышена до [Кровавого Трисмегиста].

Желе Базз было превращено в [Железную Слизь].

Ангел Миэль была повышена до [Бессердечного Ангела].

Дриада Эллисон была повышена до [Гамадриады].

Оборотень Шоколатин была повышена до [Альфа Оборотня].

— Я не чувствую себя такой уж непохожей, — пожаловалась Шоколатин, покачивая своими новыми ушами.

— Говори за себя! — ответила Мышка Шарлин, лаская свое тело когтями. — Я чувствую, как по моим венам течет кровавая сила!

— Да, именно то, что находится внутри, имеет значение! — обрадовалась оборотень, подумав еще раз.

— Наконец-то повысилась, и до Серафима! — Обрадовалась Миэль, щеголяя своими новыми крыльями, пока не заметила среди них пару, как у летучих мышей. Малфи усмехнулся при виде этого зрелища. — Что? Почему у меня есть такой комплект?

— Ничего, — хихикнул демон. — Совсем ничего.

— Меч империи! — Обрадовался Базз, поглаживая Младшего по голове. — Я меч!

— Я определенно получила от этого новые Перки, — заметила Эллисон. — Больше харизмы, больше удачи … о, и мой диапазон расширился!

— И сколько же? — С любопытством спросила Шоколатин.

— Я могу двигаться только в пределах одной мили от дерева, — сказала Эллисон. — Любого дерева, с которым я могу слиться и телепортироваться по своему желанию с помощью Перка [Зеленая Связь]. Я больше не привязана к своему саду!

— Вы должны проверить свои новые способности, прежде чем мы откроем портал, — сказал Человечек Виктор. — И поприветствуйте нового западного губернатора, когда она соблаговолит появиться.

— Мистер Виктор, тебе следовало бы убить эту женщину, — проворчал Малфи. — Она вероломна, аристократка и, самое главное, конкуренция. Она уже устарела.

— На этот раз я согласна с дьяволом, — сказала Летающая Миэль. — Если ты дашь губернаторскую власть архимагу ее калибра, то это неизбежно приведет к обратному результату!

Вайнкер, не обративший на это внимания, нахмурился. — Если новый миньон хочет сделать ее еще одним мясным щитом против фейри, то я приветствую его с распростертыми объятиями, — сказал дракон, гордясь своей всеохватывающей политикой.

— По крайней мере, ограничьте ее силы! — Запротестовала Миэль. — Чем-то, подобным бюрократической волоките! Нет ничего лучше бюрократической волокиты!

— Ну, если бы ты не показала мне, что демократический совет не работает в Мурмурине, может быть, я бы и подумал об этом, — ответил Человечек Виктор. — Но, поскольку железные кулаки могут поддерживать здесь порядок, у нее будет свобода делать все, что она пожелает, в пределах своих границ и в разумных пределах. То же самое, что и ты на своей территории.

— Если дойдет до этого, Миэль, я сама убью этого дьявола, — успокоила ангела Рыцарь Киа, но не слишком сильно.

— Вы согласны с этим?

— Нет, ни в коем случае, — ответила паладин. — Но я всего лишь посол, и поэтому мои полномочия ограничены. Однако, Вик дал мне разрешение привести приговор в исполнение, если она выйдет за рамки дозволенного. И поверьте мне, когда она неизбежно это сделает, я разорву ее.

— Как предложил Человечек Виктор, большинству из вас будет предоставлено управление территорией с полномочиями суб-главы персонала, — объявил Вайнкер. — Как самый разумный из вас, Трупоторговец Жюль будет управлять Мурмурином, пока мы будем пересекать океан.

— Я обнаружил, что для обеспечения мира и покоя армия нежити творит чудеса, — добавил Жюль.

— Теперь, когда дело сделано, — сказал Вайнкер, которому не терпелось уйти. — Пришло время выследить Фурибона, который является злом и будет уничтожен.

Под пристальным взглядом своих миньонов дракон двинулся к Пиггибэнк, все его мысли были только об одном.

— Эльдорадо, я иду!

Большую часть пути Вайнкер предпочитал оставаться на корме корабля, даже когда начиналась гроза.

Поездка была невероятно скучной. В течение нескольких часов Пиггибэнк пересекала, казалось, бесконечный океан, хотя и полный гигантских рыб, морских змей и других существ. Вайнкер думал, что по пути они остановятся на большом острове под названием Атлантида, но корабль прошел только мимо его берегов.

Дракон понимал, что нужно быстро добраться к Фурибону, прежде чем тот успеет отравить Эльдорадо, но он не возражал бы против небольшой активности. Кроме темных грозовых туч и бушующей внизу воды, дракону нечем было развлечься.

Еще…

Почему в этой атмосфере он чувствовал такое беспокойство? Его драконий инстинкт постоянно подсказывал ему, что скоро произойдет что-то ужасное.

В конце концов, его верный друг, борясь с ветром, вышел из корабля, чтобы присоединиться к своему хозяину. — Погода не очень хорошая, но капитан дуэргаров сказал, что мы скоро доберемся до Побережья Кинжала, — сказал Человечек Виктор. —Я слышал, там полно пиратов, но ничего такого, с чем мы не могли бы справиться.

— Если воры готовы пожертвовать мне свои деньги, я с радостью приму их, — ответил дракон.

— После этого мы сделаем остановку в Империи Таотенов на юге, — сказал Визирь. — Насколько я понял, они могли бы помочь нам найти Эльдорадо, поскольку хорошо знакомы с джунглями.

Вайнкер лишь смутно прислушивался, потому что не мог удержаться и оглянулся на грозовое небо. Он ощущал вокруг себя отдаленное, но все усиливающееся давление.

— Ваше Величество? — Спросил Человечек Виктор. — Что-то случилось?

— Разве ты не чувствуешь этого, миньон?

Его глава персонала огляделся, почувствовав это тоже. — Это напряжение в воздухе…

И этот запах … запах фомора, но только не любого из них…

Вайнкер замер, узнав хозяина запаха.

Король Вотан.

Проклятие драконов.

— Миньон, — Вайнкер вдруг резко расправил крылья. Возвращайся в корабль.

— Что?

— Возвращайся в корабль!

В крыло корабля ударила, заставив его задрожать, молния. Человечек Виктор едва держался, цепляясь косой за металл. Вайнкер немедленно активировал [Огненную Корону] и [Очистку Заклинаний], готовясь к смертельной схватке.

— [Верховный Гром: Убийца Драконов]! — громовой голос эхом разнесся по облакам. — [Максимизированная Молния]!

[Молниевые] атаки Короля Вотана проигнорируют Сопротивление и нанесут дополнительный урон [Убийцей Драконов]!

Элемент [Молния] значительно усилен!

— Нас атакуют! — Закричал Человечек Виктор, баффая себя.

— Король Вотан! — И тут Вайнкер с яростным ревом добавил, глядя на грозовые тучи в поисках противника: — Худший из фейри!

— А? Фомор? Тогда почему … почему это имя появилось на экра…

Друг Виктор не успел закончить, как в поле зрения появился враг, он вынырнул из грозовых туч, кипя от жажды крови.

Будучи титаном среди фоморов, Король Вотан был гигантом, сравнимым по размерам с самим Вайнкером. Верхом на гигантском шестиногом серебряном коне, мчащемся по воздушным потокам, он выглядел еще более устрашающе. Его кожа была серебристой, но без блеска металла, и он носил очень мало одежды, только крылатый шлем и королевскую мантию, которая, конечно, не могла сравниться с красотой мантии самого Вайнкера.

В основном потому, что фоморы сплели ее с драконьими чешуйками.

Внешне Вотан был похож на человека с длинной золотой бородой мага. Но его правый глаз побелел, на коже еще виднелся шрам от когтей Грандрейка, а его левый излучал золотое сияние. В его руке клокотало молнией двадцатифутовое багровое копье, сделанное из позвоночника змея.

За ним следовали его рабы-Валькирии. Бронированные, злобные копии принцесс, предназначенные для приманки драконов, существа летали по небу благодаря белым крыльям. Каждая несла копье и щит, а их лица были скрыты за закрытыми шлемами.

— Вайнкер Рыцареубийца. — Заговорил повелитель бурь, когда добрался до Пиггибэнк, его голос был громким и властным. Его Валькирии немедленно образовали оборонительную линию между своим хозяином и кораблем. — Я пришел за твоей головой.

Вайнкер ответил, взорвав его огненным шаром, снаряд, который Вотан быстро отклонил копьем. Глаза дракона удивленно выпучились.

Никто не мог отразить драконий огонь! Даже этот проклятый голем не мог полностью ему противостоять!

— Ты объявил войну моему роду и нарушил мирное соглашение, которое привязывало мой Гунгнир к стене моих трофеев, — без осуждения произнес повелитель фейри, сражаясь с яростным рвением. — Это — возмездие за твой проступок… и я возвращаю долг.

— Значит, ты здесь, чтобы лишиться еще одного глаза — Насмехался над ним Вайнкер. — Я завершу комплект Грандрейка!

— Можешь попытаться. [Заряженная Атака].

Он метнул копье со всемогущей молнией. Когда-то, Вайнкеру было все равно, он был уверен, что сможет взять даже этого печально известного убийцу драконов и выйти на первое место. Грандрейк однажды уничтожил его, но император вырос больше, чем принцесса, охотящаяся на первопроходца.

И все же … все же, что-то в этом фейри резко изменилось. Вайнкер чувствовал в этом копье необузданную, абсолютную мощь, непреодолимую силу, которая, он чувствовал костями, могла причинить ему вред.

Дракон, отвергнув древний инстинкт самосохранения, немедленно полетел к могучему фомору, чтобы сбросить его с коня. Он испустил более сильный выдох, но три Валькирии мгновенно образовали треугольный барьер света, чтобы защитить своего создателя. К удивлению Вайнкера, щит, хотя и с трудом, выдержал его пламя.

Дракон испустил рев и решил прорваться сквозь эту защиту, полагаясь на то, что его [Очистка Заклинаний] ее разрушит. Четыре Валькирии двинулись ему навстречу, выставив свои копья.

Друг Виктор тут же полетел вслед за своим хозяином, отталкивая косой летунов прежде, чем они успели ударить его в спину.

— [Сияющее Величие]! — Взревел Вайнкер, и его чешуя вспыхнула ослепительной вспышкой. Совершенная картина его чудесного сокровища сжигала Валькирий, ослепляя их его славой. От одного лишь прикосновения дракона щит рухнул в ничто, испепелив миньонов фомора.

И все же они обеспечили своему хозяину достаточно времени.

— Я иду! — перекрывая раскаты грома, воскликнул король бурь и поднял копье к небу, — Высшая молния, которая гарантирует победу!

Вайнкер не успел среагировать, как небо побелело.

— [Щит Хозяина]! — Друг Виктор вызвал над ними фиолетовый щит, как раз в тот момент, когда массивная, размером с гору, молния упала с небес на обоих бойцов и на Пиггибэнк.

— [Рагнарок]!

Вайнкера при ударе поглотила вспышка света, а затем…

Тишина.

Когда Виктор пришел в себя, его рот был полон песка, а доспехи пропитаны соленой водой.

Все его тело было охвачено болью, а нервы скручены молниями убийцы драконов. У него болела голова, а уши изо всех сил пытались отличить звук от вновь обретенного звона в ушах.

[Финальная Проблема] активирована! Вы выжили с 1 Очком Жизни, а ваше тело будет выглядеть мертвым благодаря мощному эффекту [Иллюзии]!

[Регенерация Троллей] активирована!

Вы получили статус [Реген]! [Щит Хозяина] активирован!

Этот фомор не стал бы валять дурака.

А что Вайнкер? Его собственный Перк [Дарвинист] защитил его от дополнительного урона [Убийцы Драконов], но дракон, должно быть, перенес его лоб в лоб. Виктор не осмеливался представить, что пережил дракон.

Судя по всем сигналам, которые Виктор получал от своего тела, он лежал на песке лицом вниз, избитый волнами и дождем; его коса была в пределах досягаемости руки, но ноги зарыты в землю. Он должен был подняться и найти своего друга…

— Он что, умер? — спросил женский голос.

Они были здесь. Прямо рядом с ним.

Виктор лежал неподвижно, не подавая никаких признаков жизни.

Проверка навыков прошла успешно!

— Думаю, да, — ответила другая женщина, ее голос был холодным и слегка шведским.

Да!

— Труп еще теплый?

… Нет.

Нет, нет, нет!

— Что? Его Величество Вотан запретил осквернять мертвых.

— Но с нашим временем мы никогда не веселимся!

Проверка харизмы прошла успешно! [Ужас] отменен!

— Хватит болтать, мои Валькирии. — Громовой голос Короля Вотана гремел сверху, и сам воздух потрескивал от молний. Фомор явно был переполнен нетерпением. — Вы нашли труп Рыцареубийцы?

— Нет, Ваше Величество! — Виктор сумел повернуть голову ровно настолько, чтобы мельком увидеть нападавших. Как он и ожидал, рядом с ним стояли две закованные в броню Валькирии, готовые в любой момент пронзить его копьями. Его зрение было слишком расплывчатым, даже для того, чтобы активировать [Проницательность Монстра].

— Должно быть, течение унесло его на север, в открытое море, — задумчиво произнес сверху фомор Вотан. — Валькирии, собирайтесь! Пока я не привязал череп дракона к своей лошади, охота продолжается!

Обе женщины пробормотали себе под нос что-то насчет переутомления, а потом крыльями вдули песок в шлем Виктора. Он слышал, как они улетают прочь, а грохот молний, свист ветра и вспышки молний становятся все слабее.

Виктор долго ждал, пока гром не превратился в отдаленный звук, а его регенерация восстановила его настолько, что он смог вытащить ноги из песка.

Вы восстановили половину своих Очков Жизни!

Визирь встал и огляделся по сторонам.

Судя по всему, он оказался на песчано-скалистом острове, едва способном выдержать несколько пальм, прежде чем буря превратит их в огненные палки. Его продолжал поливать слабый дождь, смывающий песок с доспехов.

Сотни наэлектризованных рыб, жертвы Рагнарока Вотана, лежали на песке; и, к несчастью, Виктор заметил среди них несколько членов экипажа гномов. В отличие от него, они не притворялись мертвыми.

К счастью, он также заметил лежащий на берегу [Черный Грааль], так что он мог бы, возможно, поднять их, но черт возьми… остатки крыла Пиггибэнк лежали, как свидетельство ошеломляющей жестокости нападения.

Очень далеко на горизонте Виктор видел, как на открытое море надвигаются яростные грозовые тучи. Буря следовала за этим [Королем Вотаном] повсюду, куда бы он ни пошел, а он неустанно искал Вайнкера. Они ушли далеко, но у Виктора не было никаких гарантий, что они не вернутся.

Он должен был найти Вайнкера, и быстро.

И вообще, где он сейчас? Фомор полагал, что течение утащило его прочь, но для активации [Щита Хозяина] требовалось близкое расстояние. Виктор сразу догадался, что произошло, и наложил заклинание на берег. — [Нагльфар]!

На берегу появились сотни бледных, похожих на трупы, рук, которые начали рыть песок. Через несколько минут показался кончик рога Вайнкера, дракон был погребен прямо под носом у фомора.

— Шарлин! На нас напали! — Виктор попытался связаться с ней через [Шепчущий Череп], но не получил ни звука. — [Этюд в Багровых Тонах].

Нам очень жаль. Этот смертный сейчас недоступен. Пожалуйста, оставьте сообщение или повторите попытку после того, как дальнее зрение, телепортация и связь больше не будут нарушены эффектом Поля.

А что это за Поле?

Поле: [Дьявольский Треугольник].

… он же Бермудский.

Отлично. Просто замечательно! По крайней мере, он знал, что находится к северу от Побережья Кинжала, но если в Аутремонде легенды об этом месте были реальностью… если подумать, то Вотан, должно быть, специально устроил им засаду именно здесь, в месте, где они не могли связаться со своими союзниками.

Они с Вайнкером всегда могут улететь обратно на юг, вырваться из треугольника и вернуться к цивилизации, чтобы потом вернуться с подкреплением. Ему нужно было собрать все припасы, оставшиеся после катастрофы, освободить дракона, поднять мертвых, если это возможно, и убраться отсюда до того, как фомор вернется для второго раунда.

Стоп.

В самолете было что-то еще… что-то дорогое ему.

— Нет! — Виктор запаниковал, летая над островом в ее поисках, но вернулся с пустыми руками. — Нет, нет, нет! Маринетта!

Его базука!

Она была на борту, когда Вотан сбил самолет! Эти ублюдки утопили его базуку! Его верное оружие, которым он угрожал десяткам людей, убивал вампиров и так веселился!

— Убийцы! — Виктор рухнул на берег, ударившись рукой о песок. — Она была так молода! Слишком молода!

Визирь выругался, его глаза смотрели на бесконечный, безжалостный океан, где его любимое оружие будет покоиться вечно. Похороненное в море.

Этот фомор … система никогда раньше не регистрировала фоморов по их именам, вероятно, потому, что у них не было души. Почему же тогда этот «Король Вотан» появился на его экранах и в уведомлениях? Может быть, потому, что это был не настоящий фомор, а другое существо, притворяющееся, иначе…? Как он мог быть достаточно силен, чтобы уничтожить Вайнкера одной атакой, даже если она была оптимизирована для нанесения урона драконам?

Если только… может ли это быть…

Проверка Интеллекта прошла успешно!

По спине Визиря пробежала дрожь, когда в его голове возникла ужасающая возможность. Очень странная, и он не мог бы это подтвердить, если бы не проанализировал Вотана с помощью [Проницательность Монстра]. Но если это так, то проблемы Мурмурина только начались.

Новое событие прервало ход его мыслей. Виктор прищурился, заметив на поверхности моря какую-то фигуру. Он ненадолго забеспокоился о Валькириях, прежде чем понял обратное.

Корабль.

Приближается большой корабль! И его команда даже послала небольшую лодку с двумя людьми, чтобы спасти Виктора. Должно быть, они увидели дым от горящих пальм и приняли его за сигнал бедствия.

Визирь ненадолго отменил свой [Нагльфар], чтобы не беспокоить вновь прибывших, Вайнкера раскопали достаточно, чтобы он походил на зарывшегося в песок кита. По его опыту, лучше было постепенно знакомить новых людей с драконьим образом мышления, а не перегружать их тревожной информацией. Тем не менее, он схватил свою косу, просто на случай, если его спасители не были дружелюбны.

Маленькая лодка вскоре подошла к берегу, и Виктор увидел ее пассажиров. Первый — птице-человек, человекоподобный попугай с яркими изумрудными перьями и круглой шляпой, а второй — одноглазый орк. У обоих на поясах висели сабли и мушкеты.

— Ну-ну, ты только посмотри на это безобразие, — сказал попугай, вылезая из лодки в сопровождении своего спутника-орка. Его глаза остановились на остатках крыла Пиггибэнк. — Что же это за кораблекрушение такое?

— Приветствую вас, — приветствовал их Виктор, когда они его заметили. — Как приятно видеть дружеские лица. Я — Виктор, Виктор Далтон.

— Здравствуй, я — Жан Мишен Грабеж, игриво кивнул ему попугай. — А это мой первый помощник Морис Выкуп. Всегда рады помочь выжившим. Не могли бы вы пойти с нами, чтобы мы могли представить вас мистеру ОтдайНамВсеСвоиВещи?

— Это было бы очень любезно … — Виктор замолчал, поняв не такой уж тонкий намек. — О, подождите, я все понял.

— Хорошо, — добавил орк-мусорщик. —Отлично. Давай мне и твое нижнее белье тоже.

— Он его коллекционирует — добавил его товарищ по набегу. — Ты даже не захочешь узнать, почему.

— Ну, к сожалению, у меня на этом острове назначено свидание с Мисс Обломись, так что я вынужден отказаться.

— О, ты только посмотри, — сказал птице-человек еще более саркастическим тоном, чем прежде. — Еще один член семьи Разве-ты-не-дохлый-умник. Это так мило.

— Думаю, скоро нам придется познакомить его с моей кузиной Сарой Рабство, — добавил орк. — Она очень злая и никогда никого не отпускает.

— Но она хорошо платит, особенно за таких полудемонов, как ты, приятель. Она, вероятно, отрубит тебе и хвост; я слышал, что из дьявольских хвостов делают хорошие афродизиаки.

Виктор вздохнул, глядя на этих глупых мошенников. — Ребята, я крылатый полудракон, одетый в броню, сделанную из душ ростовщиков, и владею косой с функцией [Мгновенная Смерть]. У меня песок в сапогах, и я злюсь. Так что ради вас самих: Идите. Вон.

— Ну разве это не ужасно, — оба выхватили мушкеты и прицелились Виктору в голову. — У тебя есть коса, а у нас — ружья.

— А у меня есть дракон.

Они обменялись взглядами. — Я тоже не понимаю этой метафоры, — признался орк своему спутнику.

[Вайнкер Рыцареубийца] восстановил все свои Очки Жизни, и вы тоже!

— Сейчас поймешь, — сказал Виктор, и берег вокруг них начал двигаться сам по себе.

Два потенциальных пирата сделали несколько шагов назад, и в этот момент шея Вайнкера полностью показалась из воды. Все его тело было покрыто пылью от песка. Они тут же выстрелили в него из своих мушкетов, но пули отскочили от его чешуи.

— Миньон… что это за шум? — Пожаловался Вайнкер, явно изо всех сил пытаясь проснуться. Он даже не заметил нападения.

— Видимо, злые местные, — невозмутимо произнес Виктор, указывая косой на пиратов. — Они предложили перевезти нас на своей лодке на материк.

— А, новые миньоны. — Дракон прищурился, глядя на двух жуликов. Орк упал на колени, обмочившись, а птичка была слишком напугана, чтобы улететь. — И вы начинаете свою новую пожизненную работу, угрожая моему главе персонала, судя по тому, что я слышал. У вас есть при себе монеты?

— … да? — отозвался птице-человек. — А что?

— Отдай их мне. Отдай мне все свои деньги.

Двое потенциальных грабителей обменялись удивленными взглядами, затем неохотно схватили кошельки, висевшие у них на поясе, и бросили их на песок. Виктору было бы почти жаль этих двоих, если бы они не попытались напасть на него первыми. Ну, назовем это кармой.

— Ничто не сравнится с ощущением, что мой клад растет с утра, — сказал Вайнкер, а затем взглянул на большую лодку неподалеку. — Это ваш корабль вон там?

— Д-да? — орк прочистил горло. — Да.

— Давай его мне тоже. Я требую, чтобы меня побаловали. — Дракон встряхнулся, чтобы избавиться от песка на чешуе. — Видишь ли, Человечек Виктор, вот как надо разговаривать с необразованными незнакомцами. Вы любезно просите их отдать вам все свое имущество в обмен на продление их короткой жизни.

— И вы подсластили сделку, принося им потом цивилизацию? — С тяжелым сарказмом ответил Виктор.

— Конечно, нет. Отдача — это работа миньона. Дракон получает только от вселенной. — Дракон соскреб песок со своего рога. — Друг Виктор, почему моя голова кажется голой?

Визирь взглянул на голову своего господина и поморщился, заметив застрявший между рогами сломанный остаток короны.

— Миньон? Что же тут не так?

Сегодня они оба потеряли что-то для себя дорогое.

— Моя корона… — скорбно произнес Вайнкер, отдыхая на палубе корабля. — Моя императорская корона…

— Я знаю, Ваше Величество, — успокоил его Человечек Виктор, а его нежить гномы-лакеи в это время наблюдали за пиратами. После того, как они спасли от кораблекрушения все, что могли, и подняли своих мертвых миньонов силой кубка Виктора, авантюристы провели несколько часов в этом Дьявольском Треугольнике, где не было видно берега. — Мы достанем тебе другую!

— Тебе лучше уйти, миньон! — Вайнкер взял капитанскую шляпу в качестве замены — после того, как птица-пират любезно «подарил» ее ему, — но это было не то же самое! Но и его жилье не соответствовало его положению!

После того, как пираты по доброте душевной предложили Вайнкеру корабль, дракон взобрался на его палубу и сумел пролезть между двумя мачтами. Это было невероятно неудобно, но дракон считал себя слишком хорошим, чтобы лететь, если миньоны могли его вместо этого транспортировать.

Однако, всем сердцем он все еще оплакивал гибель своего Пиггибэнка.

Так что он переименовал судно в Пиггибэнк II.

— Троллю Барнабасу придется переделать с нуля еще одну корону, еще более блестящую!

— Я попытаюсь снова с ним связаться, как только мы покинем треугольник, — сказал Друг Виктор, поворачиваясь к двум пиратам, которые пытались его ограбить. — Как далеко мы находимся от цивилизации?

— Не знаю, странное это путешествие в треугольнике, — проворчал птице-человек. — Течения, магнитные силы и даже небеса меняются случайным образом!

— Мы редко отваживаемся туда заходить, и только после штормов, когда там терпят крушение корабли, — добавил орк.

— И было бы намного быстрее, если бы наш корабль не имел лишнего веса, — сказал птице-человек, взглянув на дракона. Император задался вопросом, должен ли он что-то понимать, или просто отмахнуться.

— Это не ответ, — Ответил Вайнкер, и от горечи его голос звучал еще резче.

— Дайте нам несколько дней, пока мы снова не найдем выход, — торопливо сказал птичка. — Тогда мы сможем добраться до пиратского города Порт Дамне и пополнить там запасы.

— И тогда ты нас отпустишь? — умоляюще спросил орк.

— Конечно, нет, — ответил Вайнкер. — Миньонство — это и в жизни и в смерти.

— Раньше я думал, что Усреднение — это единственная форма равенства, — пробормотал воскрешенный гном. — Я делаю поправку. Усреднение Нежить, где все равны в смерти, это чистейшее равенство всех.

— А как насчет того, чтобы сделать всех нежитью? — добавил еще один гном. Как и его товарищи, за исключением более бледной кожи, он выглядел так же, как и при жизни.

— Терпение, мой равный друг. Терпение. Все приходят к Смерти.

Очевидно, этот обмен заставлял живых работать еще усерднее, чтобы быстрее достичь цивилизации.

— Говорю тебе, Друг Виктор, Вотан заплатит за это унижение десятикратно. — Вайнкер не чувствовал себя таким мстительным еще со времен Мышки Лавер.

— Вообще-то, кто был этот парень? — Спросил Друг Виктор. — Нам повезло, что мы выжили в одном раунде, но я почти уверен, что он вернется за другим.

— Это фомор, который называет себя «Королем» Вотаном. — Вайнкер ненавидел этот титул с тех пор, как тот скопировал его у драконов. — Когда они были помоложе, когда фейри и драконы сражались друг с другом, мой друг Грандрейк показал ему его место и забрал его глаз.

— Я полагаю, что после этого они не сходились взглядами, — пошутил Человечек Виктор.

— Да, с тех самых пор, как он охотился на моих сородичей, чтобы практиковать свою месть против своей цели, — сказал Вайнкер. Когда-то он презирал жертв фомора как неполноценных драконов, но теперь знал лучше. — Используя фальшивых принцесс, называемых Валькириями, он заманил на верную смерть многих моих сородичей. Мы прозвали его Проклятие Драконов, но он удалился в свои северные владения после того, как фейри потребовали мира…

— Пока Ваше Величество снова не объявило им войну, — закончил Виктор, — я удивлен, что он не нарушил своего соглашения, как Мелоди.

— Вотан — это много чего, но он не хитер и не коварен. Когда он дает свое слово, он соблюдает его и верит только в силу. — Вайнкер вспомнил битву и боль, которую он испытал от молнии фомора. — Он стал еще сильнее, если может ранить мою первозданную чешую.

Но его предыдущая тактика сработала только из-за неожиданности. Дракон в следующий раз его убьет, когда их пути пересекутся.

— Кстати, меня кое-что беспокоит, — сказал друг Виктор. — Он использовал [Заряженную Атаку] прямо перед тем, как использовать свою разрушительную молниеносную атаку.

— Как и я с моим дыханием, — кивнул Вайнкер.

— Да, как и ты.

Проверка интеллекта прошла успешно.

— Ты веришь, что Вотан скопировал мои классы?! — Эта мысль сделала Вайнкера беспокойным, достаточно, чтобы раскачать корабль.

— Это невозможно, поскольку, насколько я знаю, нужна душа, чтобы получить уровень, а у фоморов ее нет.

— Миньон, до моего появления разве не считалось, что драконы тоже не могут набирать уровни? — Напомнил Вайнкер своему слуге. Как истинный детектив, раскрывший заговоры Фурибона, он знал, что нельзя исключать такую возможность, поскольку это лишало законной силы предыдущие факты.

— Да, и фоморы могут создавать испорченные [Гребни], — добавил Человечек Виктор. — Даже если в это трудно поверить… они могли бы наделить себя классами, воспользовавшись изъяном в системе. Если я прав, то самое худшее еще впереди…

— Я не потерплю, чтобы фейри воровали из созданной драконами Системы, — заявил Вайнкер. — Я победил их с классами или без них, и я сделаю это снова.

— Нам нужно вернуться в Мурмурин, подготовить нашу оборону-

— Нет.

Человечек Виктор помолчал. — Нет?

— Очевидно, Фурибон послал Вотана задержать нас, чтобы он мог тем временем испортить Эльдорадо, как он сделал это со всей планетой Луной, — пояснил Вайнкер своему миньону о более широком заговоре. — Если мы вернемся из наших поисков, это будет именно то, чего он хочет.

Его Визирь хранил молчание в благоговейном страхе перед дедуктивной силой своего господина, а затем в знак уважения положил руку на шлем. — Ваше Величество, оставив Мурмурин-

— Мои миньоны могут сами о себе позаботиться, — отмахнулся Вайнкер от беспокойства своего лакея. — Если мы не можем от них ожидать, что они будут защищать мои сокровища и империю в наше отсутствие, то как же мы можем чувствовать себя в безопасности? Ты должен научиться доверять, мой дорогой Виктор.

— Да, но…

Звук колокольчика прервал главу персонала, когда сторож поднял тревогу. — Акулы-оборотни! В воде акулы-оборотни!

Вайнкер окинул взглядом палубу, заметив по меньшей мере тридцать акульих плавников, которые быстро со всех сторон окружили корабль. И в то время, как Человечек Виктор и нежить, как и подобает истинным миньонам, оставались спокойными, пиратская команда запаниковала.

— Зубы Дагона! — запаниковал орк-пират. — Мы обречены!

— Послушай, мы можем дать им отпор, — ответил Виктор, накладывая на себя баффы. — Вайнкер их сварит, я их порежу, а ты при-

— У них есть [Рыбак], который их ведет! — зарычал на него птичка в ответ.

Вайнкер хихикнул, но, к его большому удивлению, его человечек застыл от страха. — [Рыбак]? — повторил он со страхом. — А сколько уровней?

— Двадцать! — Птичка, показав себя недостойным миньона, попытался взлететь и покинуть корабль. Он едва успел отлететь на несколько метров, как его подрезали снизу гарпуном и с криком утащили под волны.

— БИИП! — Виктор поднял глаза на своего хозяина. — Ваше Величество, ничего не сдерживайте! Это борьба не на жизнь, а на смерть!

— Миньон, почему я должен бояться рыбы, охотящейся на других рыб? — Спросил Вайнкер, небрежно опустив лапу в воду и ловя пальцами человекоподобную акулу. Зверь попытался укусить его за лапу, но сломал зубы о чешую дракона.

— Потому что у них есть ведущий [Рыбак]! — Виктор отбил зубастую акулу-оборотня, когда одно из существ прыгнуло за борт и попыталось откусить ему голову. Крутанувшись, глава персонала выбросил его за борт. И все же, полдюжины синих акул взобрались на корабль, напав на команду с клыками и трезубцами.

Из воды выпрыгнула огромная белокожая акула-оборотень, так что вся палуба задрожала. Его шкуру покрывали богохульные отметины, а на шее поблескивало ожерелье из клыков. — Вы, млекопитающие, бойтесь гнева Джаджамбе, избранного Лордом Дагоном! — Он взревел, размахивая гарпуном, которым убил птичку. — Я порву твои ноги своими режущими сталь зуба-

— Джая? — Сказал Человечек Виктор, по-видимому, узнав существо.

Акулий капитан немедленно прекратил лаять угрозы, и, когда он заметил главу персонала, его алые глаза прищурились. — Вик? Вик, это ты?

— Джая! — Виктор бросился к человеко-акуле, и его страх сменился радостью.

— Вик, ты, сын млекопитающего! — Оборотень и глава персонала Вайнкера немедленно подверглись странному братскому объятию. — Что ты здесь делаешь? Подожди, это твой босс здесь?

— Мы потерпели крушение на соседнем острове и «завербовали» команду этого корабля. И,действительно, дракон — мой «хозяин». — Вайнкер заметил что-то странное в том, как его друг произнес это слово, но догадался, что его миньону нужно снять стресс.

— Рад познакомиться с вами, Лорд Вайнкер. Вик, не переставая, говорил о том, как сильно он по вам скучал. — Акула повернулся к своим собратьям, которые в замешательстве остановились. — Прекратите атаку, он — мой приятель! Мы вместе ходили в школу!

— В школу? — Спросил Вайнкер своего главу персонала, отпустив человека-акулу, когда остальные перестали преследовать его миньонов. Обе группы, за исключением лидеров, угрожающе смотрели друг на друга.

— Схоломанс, — сказал Друг Виктор, ничего не объясняя. — Мы изучали один и тот же класс [Ритуальной Магии].

— Я проходил корректировочные курсы, чтобы узнать, как пробудить от сна под волнами моего собственного повелителя монстров, великого Дагона, — объяснил акула-оборотень. — Вик помогал мне тренироваться, и нам было очень весело. — Помнишь шоггота?

— Как я мог забыть об этом? Погоди, погоди, только не говори мне, что твой хозяин вызывает Эффект Поля?

— Тогда я тебе ничего не скажу, — ухмыльнулся Джаджамбе. От вида трех рядов его зубов новые миньоны Вайнкера отшатнулись. — Мы так близки к тому, чтобы его разбудить, что я почти чувствую в воде запах крови. Жаль, что этот корабль ваш, иначе я бы взял его.

— Я не могу не уважать такую преданность со стороны главы персонала, даже не своего собственного, — сказал Вайнкер. — Однако, я не вижу, как нападение на нас поможет твоему хозяину.

— О, нам нужна разумная дань для жертвоприношений, — ответил акула-оборотень. — Поскольку это корабль работорговцев, я подумал, что никак это не пропущу.

— Корабль работорговцев? — Вайнкер прищурился, глядя на рыбу.

— Почему, да? Я имею в виду, что с расстояния пятидесяти миль я чувствовал в трюме корабля запах эльфийской крови.

Вайнкер и Виктор обменялись взглядами, а затем сердито посмотрели на команду пиратов.

Как оказалось, корабль нес в своем трюме более сотни закованных в цепи «рабов», заполняя пространство, рассчитанное на половину этого числа. Будучи слишком большим, чтобы увидеть все своими глазами, Вайнкер послал вниз своих миньонов, и они привели с собой нескольких эльфов, больных, избитых и напуганных, как мыши.

Они, вероятно, ожидали, что он их съест.

— Очевидно, команда охотится и порабощает потенциальных колонистов или исследовательские корабли, которые сели на мель в Треугольнике Дьявола, — с явным отвращением сказал Виктор своему хозяину. — С особым акцентом на вымирающие разумные виды.

— Порт Дамне — это пиратский порт для работорговли, и за эльфов там платят большие деньги, — сказал один из оборотней.

— Я просто говорю, что если вам нужно облегчить свой корабль, — акула Джаджамбе взглянул на пиратов миньонов, которые стояли, ссутулившись, в ряд. — Я могу помочь.

— Не ешь рабов, Джаджа, — тут же прервал его Виктор.

— Мы не едим эльфов-рабов, — запротестовал Джаджамбе. — У них так мало мяса, что это все равно, что жевать кости. Мы же не собаки. Я могу определиться с экипажем.

Вайнкера раздражало его непонимание. — Миньон, что такое рабство?

Глава персонала поднял на него глаза. — Ваше Величество не знает?

— Я постоянно слышу об этом от низших видов, и все они, кажется, согласны, что это плохо… но тогда я не понимаю, почему они это делают.

— Потому что за это хорошо платят! — один из пиратов закричал так, словно это могло спасти его от наказания.

— А ты заткнись! — Виктор отругал пирата за то, что он его перебил, хотя это вызвало любопытство и жадность Вайнкера. — Рабы… они, как миньоны, только для них это еще больший отстой.

— Миньонство не может быть плохим, — ответил Вайнкер. В конце концов, единственной альтернативой была еда. Как можно было отказаться от этой акции? — Тогда почему эти существа … растрепаны? Разве о них не заботятся?

— Нет, потому что рабы — это товар, — объяснил Друг Виктор. — Их можно купить и продать по желанию хозяина.

— Ты не можешь купить миньона! — запротестовал Вайнкер. — Ты должен заслужить их и их обожание!

— Кроме того, у них вообще нет никаких прав, им никогда ни за что не платят, о них никогда не заботятся, и у них никогда не бывает отпусков.

— У них нет отпуска?

— Нет, — зловеще сказал Виктор.

— Тогда, если у них нет ни золота, ни прав, ни свободного времени, тогда что же у них есть? — Озадаченно спросил Вайнкер.

— Ничего. Вообще ничего, и в этом вся проблема.

Чем больше он слышал, тем меньше это нравилось дракону. После того, как Друг Виктор закончил объяснять все тонкости рабства, у дракона был только один способ реагировать.

— Клянусь Старшим Змеем, это не по-драконьи! — обвинил Вайнкер пиратов. — Вы заставляете меня стыдиться того, что я ваш хозяин!

Пираты опустили головы, раскаиваясь в своих грехах.

— Но я прощаю вас, — произнес Вайнкер, направляя дух прощения змея. — Потому что вижу, что зло, которое вы совершаете, порождено невежеством. Незнание образа жизни дракона, который является самым чистым, истинным образом жизни, как учил нас наш прародитель Старший Змей. Потому, что истинное служение — это забота о своих слугах, как если бы они были частью их сокровищницы. Ибо миньоны обладают чувствами, превосходящими желания их господина!

[Президент] активирован! Проверка харизмы прошла успешно!

Друг Виктор хранил зловещее молчание, пораженный страстностью Вайнкера.

— Ясно, что это «рабство” является развращенным искажением института миньонов, — продолжал дракон просвещать свою аудиторию. — Миньон — это не вещь, которую можно носить и выбрасывать! Миньоны — это живые существа, о которых нужно заботиться, настолько сильно, чтобы они хотели быть миньонами! Их нужно уважать, даже почитать за их вклад в сокровищницу, и дракон не может съесть их без должной причины. Это не Придейн! И я даже не говорю о худших последствиях этого рабского бизнеса…

— Есть что-нибудь похуже? — с любопытством спросил один из акул-оборотней.

— Да! Обрекая эльфов на вымирание и плохо с ними обращаясь, работорговцы затрудняют рождение новых принцесс! — Вайнкер покачал головой. — Как дракон, ответственный за окружающую среду, я не буду стоять в стороне!

— Тогда … что же предлагает Ваше Величество? — Спросил Человечек Виктор.

— Во-первых, ты со всех этих «рабов» снимешь цепи, чтобы их можно было освободить, вылечить и о них позаботиться. Затем по пути в Эльдорадо мы поплывем в этот «Порт Дамне», чтобы немедленно доставить туда цивилизацию драконов. Я не потерплю оскорбления миньонов в моем присутствии.

— О, это должно быть забавно, — акула Джаджамбе наслаждался этой мыслью. —Если вы оставите нам несколько пленников для нашего [Восходящего Глубокого Ритуала], мы покажем вам туда дорогу.

Вайнкер посмотрел на горизонт, на дикие, беззаконные земли, которые он не мог разглядеть. Земли, свободные от драконов, а значит, и от надежды на лучшую жизнь.

Вайнкер Освободитель Миньонов.

Это новое название звучало правильно.

— Миньон? — Спросил Вайнкер, внезапно осознав, что его что-то тревожит.

— Да, Ваше Величество?

— Я что, превращаюсь в скотовода?

Охота на принцесс была морально правильной!

Это правда, что Вайнкер уже давно не ел миньонов… и что он понял, что у них есть чувства, выходящие за рамки служения драконам … но ловить принцесс — долг дракона! Он также иногда ел человечину, но только не своих миньонов!

Но он не был скотоводом!

— …Грандрейк, говоришь? — Спросил акула Джаджамбе у Человечка Виктора, поскольку они были не разлей вода на протяжении всего путешествия из треугольника. Акулы-оборотни при свете полуденного солнца провели корабль через рифы и течения.

— Ты слышал о нем? — Ответил Друг Виктор, совершенно не подозревая об экзистенциальном кризисе Вайнкера.

— Потерянный клад Грандрейка — известная легенда на Побережье Кинжала. Время от времени он привлекает авантюристов и кладоискателей. Но у них нет ни малейшего шанса его найти.

Упоминание о кладе вывело Вайнкера из состояния экзистенциальной депрессии. — Это правда, что Грандрейк немного… — Змей изо всех сил пытался найти слово, которое не унизило бы изобретателя охоты на принцесс. — Дряхлый.

— Драконы могут с возрастом стареть? — Спросил Человечек Виктор, явно испугавшись, что его любимый хозяин может о нем забыть.

— Не от возраста, — возразил Вайнкер. Как будто благородная раса драконов могла с возрастом угаснуть, вместо того, чтобы стать еще более могущественной! — Проклятие волшебника, любовника принцессы. Как будто принцесса не хочет, чтобы ее выставляли напоказ как бесценный трофей!

— Да, действительно, как странно, — сказал Виктор с сарказмом, явно испугавшись.

— Грандрейк пережил один из величайших позоров, известных драконьему роду, — сказал Вайнкер. — Он забыл, где находится его первый клад… включая любимую принцессу! Должно быть, она уже превратилась в королеву!

— Почему ты сказал, что никто не может его найти? — Спросил Человечек Виктор у Джаджамбе.

— Потому что я знаю, где это, — ответил акула-оборотень. — И тот, кто не дракон и не умеет летать, не сможет в ближайшее время на него претендовать.

Летающее логово для сокровищ? Почему Вайнкер об этом не подумал?! — Миньон, по пути в Эльдорадо мы сделаем в этом месте остановку и вернем потерянный клад.

— Чтобы вернуть его прежнему владельцу?

— Конечно, нет. На заброшенный клад могут претендовать все драконы.

— И там, возможно, найдется оружие, которое мы сможем использовать против Вотана, — сказал, как всегда послушный, Человечек Виктор.

Вы покинули [Дьявольский Треугольник]. Эффект поля отменен.

— Наконец-то! — Визирь Вайнкера скрестил руки на груди и задумался. Дракон предположил, что он связался с Мурмурином через свой Перк [Этюд в Багровых Тонах].

Дракон оставил слугу исполнять свой долг, наблюдая за морем, пока они, наконец, не достигли большого тропического острова. Местные жители построили на его берегах огромный порт, самый большой из всех, какие когда-либо видел Вайнкер. Сотни, а может быть, и больше кораблей, похожих на Пиггибэнк II, бросили там свои якоря, а группа кораблей образовала вокруг бухты оборонительный периметр.

Даже издалека Вайнкер чувствовал исходящие от этого места чудесные запахи: специи, мясо, эльфы и, самое главное, в изобилии золото!

— А вот и Порт Дамне, — сказал акула Джаджамбе. — Самое гнилое место на Аутремонде. Вы не можете там торговать, если у вас есть хоть половина души.

Вайнкер быстро понял, почему местные жители пали настолько низко, что развратили институт миньонов. Их развратил избыток золота, и без дракона, которому можно было бы платить дань, и они стали тщеславны.

Так что, Вайнкер их от этого избавит.

— Ну, как и ожидалось, после того, как мы потеряли контакт, последовали беспорядки, но Жюль ”справился» с этим, — сказал Человечек Виктор, выйдя из транса. — Наша армия выросла на сотню разумных зомби, пятьдесят пять призраков и одного пенанггаланца.”

— Пеначто?

— Ваше Величество вряд ли пожелает это знать.

— Тогда, Человечек Виктор, ты объявишь этим морским крестьянам из Порта Дамне о моем присутствии и прикажешь им подчиниться моей императорской власти. Скажи им, что я в качестве «Освободителя Миньонов» принес им цивилизацию драконов, и это не подлежит обсуждению.

— Вам следует использовать пиратское прозвище, чтобы внушать им страх, — предложил Джаджамбе. — Эти млекопитающие уважают только силу и бороды.

— Это просто смешно, — ответил Вайнкер. — У высших существ чешуя, а не волосы.

— Благодарю вас за любезное замечание, Ваше Величество, — с сарказмом ответил Человечек Виктор, уставший от путешествия.

— Он не ошибается, — Джаджамбе пожал плечами, как будто кто-то мог сомнгеваться.

Дракон подумал о подходящем титуле и в конце концов остановился. — Тогда объяви меня как Вайнкера Златобородого, Императора Пиратского Моря.

— Как пожелает Ваше Величество. [Расширение Голоса]. — Человечек Виктор закончил произносить заклинание, и теперь его слова резонировали по всему морю.

— Жители Порта Дамне! Я, Виктор Далтон, Великий Визирь Империи V&V, Ишфании и Альбенских Гор! Его Величество, великий дракон Вайнкер Златобородый Рыцареубийца, Император Пиратского Моря и Освободитель Миньонов, прибыл, чтобы завоевать ваш город и освободить всех рабов!

— Скажи им, пусть отдадут мне все свое золото, — сказал Вайнкер. — Ради безопасности маленьких монеток.

— Империя также возьмет единовременную дань золотом в обмен на то, что принесет вам цивилизацию драконов! Подумайте о маленьких монетках! Маленькие монеты!

— Я дам им несколько часов, чтобы они подчинились, — решил дракон, чувствуя себя милосердным.

— Я думаю, нам не придется ждать так долго… и они, похоже, не хотят цивилизацию драконов.

Человечек Виктор ткнул пальцем в оборонительный периметр кораблей, которые все, как один, двинулись к Пиггибэнк II. Вайнкер услышал вдалеке звук выстрелов, а затем увидел черные шары, приземлившиеся в воду рядом с их собственным кораблем.

Пушечные ядра. Как странно.

— Тогда я дам этим пиратам попробовать мою силу, — заявил Вайнкер, решив начать с самой слабой способности. — [Геомантия]!

Геомантия активирована! Тип Поля: Океан.

Эффект: [Цунами]!

…

— Миньон, что такое цунами?

У его Визиря не было времени ответить, так как его Перк уже активировался.

Под воздействием магии Вайнкера прямо под кораблями, которые собирались причинить ему вред, внезапно поднялось море. Огромная стена воды отправила пятерых из них прямо в небо, а затем двинулась навстречу остальным, поднимаясь все выше и выше. Атака Вайнкера, поднявшись до сорока футов, сокрушила все на своем пути.

— Ого, жестоко! — Акула Джаджамбе наслаждался зрелищем опустошения. — На нас обрушился гнев отца Дагона!

Вайнкер, довольный результатом, гордо поднял голову.

Вот только волна не остановилась на флоте.

Она продолжала двигаться к гавани, угрожая полностью ее опустошить. Человечек Виктор в панике повернулся к своему хозяину. — Стоп, останови это, прекрати!

— [Геомантия]! — Вайнкер поднял руки, высвобождая всю мощь своей магии, чтобы предотвратить разрушение. Его усилия замедлили цунами, но не смогли его остановить.

— [Демонические Арканы], — Человечек Виктор скастовал на своего хозяина заклинание. — [Неправильно Понятое Гениальное Вдохновение]!

[Элементные] заклинания были усилены!

Ваш интеллект увеличился на две ступени!

— Сигардиум Левиоса! — Крикнул Вайнкер, и волна поклонилась его капризам. Вытянув руки, дракон заставил цунами расколоться пополам, и оно разрушилось само по себе.

Подчиняясь его магии, само море продолжало расширяться. Перед Пиггибэнк II открылась сухая тропинка, обнажившая рифы, кораллы и остатки кораблей на морском дне. Обе половины океана были разделены благодаря одному только могуществу Вайнкера.

— Ха, сработало! — злорадствовал дракон, в то время как акулы-оборотни свистели от вида его морского пейзажа. Он спас свою новую колонию от собственного заклятия!

— Я думаю, Ваше Величество только что провернули Моисея, — ответил Человечек Виктор, пораженный силой своего господина.

Вайнкер понятия не имел, что такое Моисей, но это звучало потрясающе.

Поздравляю! За то, что вы пережили шторм Вотана, навлекли на этих ничтожных пиратов гнев Матери Природы, улучшили свою геомантию и одним заклинанием разрушили армию целого города-государства, вы заработали уровень в [Геомант]!

+20 Специальные Очки, +1 Мастерство, +1 Ловкость, +1 Интеллект, +1 Харизма, +1 Удача.

— Миньон, я получил уровень! — Ликовал Вайнкер. — Ты скоро принесешь мне новый [Героический Герб]!

— Ваше Величество, а как же город?

— Скажи им, что это Цунами было первым бедствием Вайнкера, посланным в наказание за их грехи против цивилизации драконов, — объявил змей. — Вторым будет бедствие огня… и мне не нужно будет посылать третье!

В конце концов, после того, как море вернулось в нормальное русло, команда высадилась в городе, власти которого немедленно попросили мира. Команда водрузила на самом высоком здании флаг Мурмурина, и, таким образом, Империя завоевала свою первую колонию.

Вайнкер своим Перком [Золотой Путь] открыл портал в Мурмурин, разорвав пространство пополам и позволив своим миньонам пересечь океан. Жюль вышел из портала в качестве первого поселенца. Упырь оглядел остатки плавающего возле гавани пиратского флота, потер руки, а затем произнес слова, которые станут известными навсегда.

— Я могу с этим работать.

— Ты будешь, — ответил Вайнкер, стоя на куче магических предметов, которые его жертвы дропнули в море. — Отныне я переименую это новое завоевание в Порт Вайнкер. Рабство и пиратство — грех в глазах Старшего Змея, они должны быть запрещены. Когда-нибудь я снова разделю море, и все рабы перейдут по дну океана в обетованную землю Мурмурин, где все слуги перед твоими глазами равны. А теперь иди и заработай мне денег.

Итак, в Новый Свет прибыла цивилизация драконов, предвещая конец золотого века рабства. В качестве платы за свои услуги в качестве проводника Джаджамба застолбил права на головы богатых работорговцев, и Вайнкер согласился, лишь бы он привел их к потерянным сокровищам Грандрейка.

Семь лет в школе злых вдохновителей ошеломили бы кого угодно.

Виктор провел целый день, собирая трупы, выброшенные на берег приливной волной Вейнкера, и обрызгивая их кровью из своего [Черного Грааля], или помогая Жюлю и его некромантам поднимать обычную нежить. Вайнкер, как всегда, в поисках золота просто обошел город.

— Встань, дитя мое. — Виктор пролил черную кровь на труп пирата, и его магия вернула труп к жизни… или к иллюзии этого. Забавно, что почти все в пиратском городе были привязаны к Хэппилэнд.

— Я… Я жив… — пират, крысо-человек, глядя на Виктора, не мог поверить своим глазам. — Ты…

— Я не Иисус, не Митра, не Смерть и не тот Бог, которого ты собирался назвать, — перебил его Виктор. Почему все спрашивают об этом? — Видишь косу?

— Я хотел сказать Оркнуб, — сказал мужчина, глядя на обломки корабля на берегу. — Это Япония?

Визирь нахмурился. — Нет. Нет, это не Япония.

— О. — Пират казался разочарованным. — Тогда ты можешь убить меня снова? Может быть, это сработает в следующий раз.

Виктор промолчал, а затем ткнул пальцем в сделанное гномами округлое металлическое транспортное средство, раздавливающее мостовую гавани. Внешне машина выглядела, как нечто среднее между танком и пауком, с тяжелой пушкой и громкоговорителями наверху.

— ДОЛЖНО БЫТЬ ОБЕСПЕЧЕНО КЛАССОВОЕ И ГЕНДЕРНОЕ РАВЕНСТВО! — Кричал Марбре через громкоговорители, когда машина патрулировала доки. — ПРИМИ УСРЕДНЕННОСТЬ ИЛИ БУДЬ УНИЧТОЖЕН! МЫ ПРИШЛИ НА ПОМОЩЬ!

— Это что, автомобиль-тележка? — спросила нежить и снова бросилась на него умирать. — Как мило!

К этому времени Виктора это уже не волновало. Он просто перешел к следующему трупу, молча молясь, чтобы этот не поклонялся Эзотерическому Ордену Нового Мира.

Поздравляю! За то, что вы были лучшим учеником Схоломанса, пережили встречу с Королем Вотаном, помогли своему хозяину контролировать его магию, а затем массово собрали армию нежити, вы заработали уровень в ультра-престижном классе [Синоптик]! Вы заработали Классовый Перк [Дьявольский Архимаг I].

+30 Очки Жизни, 10 Специальные Очки, +1 Сила, +1 Живучесть, +2 Интеллект, +1 Харизма, +2 Удача.

[Дьявольский Архимаг I]: Вы можете изучать и произносить заклинания на один уровень выше вашего текущего. Вы также можете изучать и произносить заклинания со специализацией [Зло], [Демон] и [Погода], но только те, которые равны или ниже вашего текущего уровня доступа; если они принадлежат к эксклюзивной школе магии, вы считаетесь, как если бы вы соответствовали другим требованиям.

Значит, у него был доступ к заклинаниям седьмого уровня? Как мило! И бонус к статистике тоже не выглядел слишком потрепанным!

— Я вижу, тебе нравится твой новый класс. — рядом с ним появилась в клубах дыма богиня Камилла, с интересом наблюдая за гаванью. — Я почувствовала сильный приток некромантии и вижу, что недооценила это.

Недооценила? Они чуть не потопили Ямайку! — Если бы ты могла помочь мне поднять этих людей, было бы здорово.

— У меня есть пределы тому, что я могу сделать, не заставляя Митру и других богов стучаться в мою дверь, — сказала она, и ее голос звучал искренне опечаленным бременем ее избранника. — С другой стороны, ты должен получить опыт, хотя этого недостаточно для нового уровня.

Виктор предпочел бы покончить с этим делом побыстрее. Он сомневался, что новый уровень будет иметь значение против Короля Вотана.

Камилла, казалось, заметила его страдания и материализовала для него сумку, полную свитков. — Это заклинания, имеющие значение для твоей специализации, особенно [Погода], — сказала богиня. — Если ты овладеешь ними в тандеме с собственными способностями Вайнкера [Геоманта], это даст тебе преимущество перед лордом фейри.

— По этому поводу у меня есть очень важный вопрос, — Виктор стал совершенно серьезным. — А у фоморов есть классовые уровни?

— Не могу сказать, — ответила богиня таким же мрачным тоном, как и он. — Саблар скрывает от меня их деятельность, а его культисты начали стекаться в Придейн. И это меня беспокоит.

Достаточно беспокоит, чтобы сообщить Виктору напрямую. — Есть предложения?

— Доставь свой [Черный Грааль] верховному жрецу империи Таотен, к югу от Побережья Кинжала, — ответила богиня. — В обмен на возможность его изучить, и узнав, что я благоволю вам обоим, он должен оказать помощь. И чтобы добраться до Эльдорадо, и в вашей войне с фоморами.

— Если Вайнкер не затеет по дороге драку с Фурибоном.

— Лич несколько дней назад уже добрался до золотого города, — сказала Камилла почти рассеянно. — И я не думаю, что он его оставит.

Вайнкер должен был отдать его Грандрейку. Никто не станет пытаться украсть спрятанный там клад.

Возникая из воды и воздуха, огромный торнадо образовал посреди океана непроницаемый барьер из кружащихся ветров. В отличие от других подобных феноменов, этот конкретный смерч не двигался со своего места, расположенного далеко к югу от Порта Вайнкера.

— Остров находится в эпицентре торнадо, — сказал Джаджамбе, плавая в воде, в то время как Вайнкер и его глава персонала пролетали над ним. — Единственный способ попасть внутрь — это пролететь сквозь него. По крайней мере, мои акулы сказали, что именно так Грандрейк и входил.

— Грандрейк — молниевый дракон, — сказал Вайнкер. — Простой шторм никогда не сможет причинить ему вреда.

Предоставив свое новое завоевание своим миньонам, дракон решил немедленно заявить права на сокровища, пока это еще возможно. По словам его самого ценного миньона, еще один день — и они доберутся до южного континента Нового Мира, где их ждут новые миньоны, золото и Фурибон.

— Это явление явно сверхъестественного происхождения, — заметил Человечек Виктор, который теперь нес на спине мешок со свитками, — если он держался в течение многих лет.

— Я брошу вызов шторму и вызову тебя на ту сторону, миньон, — заявил Вайнкер. — Тебе не хватит сил и жизнестойкости, чтобы пройти сквозь него и не утонуть.

— На самом деле, если бы Ваше Величество дали мне несколько секунд, я, возможно, смог бы покончить с бурей самостоятельно. — Миньон поднял косу, размахивая ею, как волшебным посохом. — [Управление Погодой: Ясное Небо]!

Коса Человечка Виктора наполнилась темной энергией, выпустив над морем волну магии. Торнадо рухнул сам по себе, неестественные ветры рассеялись над горизонтом, открыв взору маленький тропический островок, размером меньше города Мурмурин. Большую часть его поверхности покрывал густой пальмовый лес, а в центре гордо возвышалась небольшая остроконечная гора.

— Миньон, с твоим контролем над погодой и моей способностью подчинять космос своей геомантической воле, мы будем перерисовывать карты так, как я сочту нужным! — Вайнкер похвастался за них обоих.

Джаджамбе присвистнул. — Послушай, если тебе когда-нибудь понадобится помощь, чтобы утопить остров под волнами, просто позови меня. Я уверен, что Лорд Дагон с удовольствием опустошит землю после того, как я его разбужу.

— И за то, что ты помогаешь империи, тебя пощадят, — согласился Вайнкер. — Все желающие опустошить Придейн в моих войсках приветствуются.

— Я уверен, что мой босс побалует нас после долгого сна, — ответил акула-оборотень. — Как бы то ни было, рыба должна идти выполнять свой долг; продолжай двигаться на юг, и ты в мгновение ока достигнешь столицы Таотенов Кукулькан. Было приятно снова увидеть тебя, Вик.

— Пока ты не ушел, — сказал Визирь. — Почему ты не сказал мне, что ты [Рыбак]?

— Я думал, ты будешь хуже обо мне думать, — ответил акула-оборотень. — Я имею в виду, что у нас ужасная репутация. Большинство думает, что мы, чтобы получить такой мощный класс, едим человеческих младенцев.

— А это правда, что когда ты достигнешь двадцатого уровня-

— Да, мы можем сделать это с рыбами. Даже со всеми [Водными] существами.

Человечек Виктор вздрогнул. — Блин, это же зло.

— Угадай, как меня пригласили в Схоломанс? — И с этими словами акула-оборотень в сопровождении своей свиты поплыл прочь.

Вайнкер, жаждущий золота, полетел в сторону острова. Он мог только представить себе, какое состояние накопил добрый Грандрейк до своего несчастного проклятия. Старый змей сказал, что он собрал самый впечатляющий клад, которым мог бы хвастаться веками-

БИИП!

Его [Радар Принцессы-Девственницы] включился на полную мощность.

— Принцессы! — голова Вайнкера задергалась, подчиняясь его инстинкту дракона. — Много принцесс!

Больше, чем он когда-либо ощущал в одном месте!

— Ваше Величество-

— Позже! — Вайнкер устремился к острову, не обращая внимания на своего миньона, его могучие крылья раздували тропические деревья. — ПРИНЦЕССЫ!

Начался сезон охоты!

Виктор со вздохом наблюдал за тем, как Вайнкер рухнул на лесной остров, и пока дракон неистовствовал, птицы и другие твари покидали лес. Слава [Рыцарю Монстру], что у него не развилась эта особая драконья слабость.

— Опять же, — размышлял он, пролетая над песчаными берегами острова в поисках пещеры, где Грандрейк мог бы спрятать свои сокровища. — Красивые женщины, вообще-то, мой криптонит.

Визирю не пришлось долго искать, потому что он обнаружил на пляже одно из самых странных зрелищ.

Сад из гигантских, разросшихся малиновых грибов превратился в импровизированные домики. Он мог видеть целые культуры огромных грибов, которых хватило бы на небольшое поселение. Около границы с лесом за ними ухаживала женщина.

Существо выглядело как грибная версия Эллисон, дриада с растущими из ее тела вместо цветов грибами, и фиолетовой кожей вместо оливкового цвета кожи Эллисон. Она почувствовала его приближение и подняла глаза, а Виктор приземлился прямо перед ней.

— Мужчина? — спросила дриада, посмотрев на него с любопытством. — Ты что, демон? Ты положил конец шторму?

— Да, что касается шторма, но технически я не дьявол. Меня зовут Виктор, и мы с моим боссом ищем-

— Ты же мальчик, тебе надо бежать, — перебила его грибная леди, и голос ее звучал не совсем правильно. — Быстрее, пока они тебя не заметили.

— Кто меня не заметил? — Спросил Виктор и услышал звуки, доносящиеся из леса и деревни. Он немедленно наложил на себя баффы, хотя заклинание [Контроль Погоды] высосало хороший кусок его Специальных Очков.

Через минуту из деревни и леса вышла дюжина женщин из разных видов и собралась вокруг него. Хотя все они были гуманоидами, они варьировались от розового кота с редчайшим оттенком розового меха, который Виктор когда-либо видел, до кентавра. За исключением кошачьих, все они принадлежали к долгоживущим видам.

Однако, в отличие от дриады, они выглядели далеко не здоровыми. Когда-то они, вероятно, они были поразительно белокурыми девицами, но теперь выглядели растрепанными, больными, грязными и истощенными; их ногти превратились в когти, а зубы пожелтели. Они смотрели на него так, словно он был каким-то инопланетным путешественником, и, что тревожно, в уголках их глаз появился какой-то безумный блеск.

И совсем не такой милый, как у Шоколатин.

— Здравствуй, путешественник! — предводительница, эльфийка, одетая как амазонка, улыбнулась ему так, что это должно было бы его успокоить, но совсем не успокоило. Судя по ее меховой одежде, ей пришлось долго выживать на острове. — Я эльфийская принцесса из Империи Сабларис.

— Виктор, Виктор Далтон, — нахмурившись, ответил Визирь. Она говорила так, словно считала, что империя эльфов все еще существует. — Разве у тебя нет имени?

— Мы их забыли, — призналась кентавр. — Дракон назвал нас по имени нашего вида, и так и застряло. Я — Принцесса Кентавров.

— Ты ведь тоже ищешь сокровища, не так ли? — спросила Кошечка, и Визирь неохотно кивнул. У него было очень плохое предчувствие по поводу этой встречи.

— Это мы — сокровище, самое «хвастливое», какое только может собрать дракон, — сказала Принцесса Эльфов. Тем временем грибная леди на заднем плане продолжала делать осторожные знаки Виктору. — Клад из сорока принцесс, каждая из разных видов.

— Я насчитал только дюжину таких, как ты… Визирь не закончил фразу, пытаясь разобраться в знаковых посланиях грибной дриады.

Уходи… Прочь…

Не правильно… в голове?

— Большинство умерло от старости или голода, — сказала Принцесса «Кошка». — Дракон оставил нас здесь на десятилетия! Я потеряла на этом захолустном острове две из девяти жизней!

— Без Гриба мы бы умерли с голоду, — согласилась Принцесса Эльфов, и дриада перестала делать знаки рукой, когда ее спутница к ней повернулась. — Она очень хорошая и добрая.

— Некоторые еще не вернулись со сборов на остальной части острова, — сказала Принцесса Кентавров. — Мы так проголодались… грибов не хватает!

Бедные девочки… неудивительно, что они выглядели полубезумными, они так долго были изолированными и истощились.

— Мы можем вас спасти, — пообещал Виктор. — Мы можем вытащить вас из этой передряги.

— Конечно, можете. — Эльфийская принцесса облизнула губы. — Нам не хватало мяса. Но ты … ты справишься.

Ох.

Ох…

О, БИИП, каннибалы!

— Не смей пытаться меня съесть! — Виктор сделал шаг в сторону леса, но тут же уперся спиной в грязевую стену.

— О нет, — пальцы Принцессы Эльфов засияли магической силой, загнав его в угол. — Мы каннибалы. Мы не можем съесть получеловека.

— Теперь мы можем наслаждаться только плотью других принцесс, — добавила Принцесса Кошка.

— Мы пытались съесть тех немногих несчастных авантюристов, которым удалось выдержать шторм, но они были ужасны на вкус, — сказала принцесса кентавров. — Мы ели трупы наших недолго живущих принцесс.

— Но у нас больше нет ничего, чтобы прокормиться, — закончила Принцесса Эльфов. — Нам нужно сделать больше принцесс. И вот тут ты вступаешь в игру.

…

Это был настоящий Ад.

Это место было его Адом!

— Отойдите, дамы! — Виктор поднял оружие, чтобы защитить свое мужское достоинство. — У меня есть коса, и я не боюсь ею пользоваться!

— Нам всем будет гораздо легче, если ты не будешь сопротивляться, — сказала Принцесса Кошка, доставая костяной нож. Остальные, за исключением перепуганной Грибной Принцессы, угрожающе окружили Визиря. — Есть только одна часть тебя, которая нам нужна.

— Послушай, я действительно не хочу причинять тебе боль, но если ты сделаешь еще один шаг…

Землю сотряс грохочущий звук, на берег рухнули деревья. Дамы повернулись к источнику шума — алому дракону в пиратской шляпе с извивающимся мешком для сокровищ.

— Нашел! — над островом прогремел голос Вайнкера, который поднял мешок одной рукой; должно быть, он вызвал его своим перком [Золотой Путь]. — Залезай в сумку принцессы!

Женщина ошеломленно посмотрела на существо. — Дракон?

—Я сказал, залезай в сумку принцессы! — Вайнкер схватил Принцессу Эльфов свободной рукой, и, несмотря на ее крики, положил в сумку, как обычно делают с продуктами. Поняв, что за этим последует, остальные принцессы немедленно попытались бежать обратно в деревню. — Вам не избежать моего клада!

Со вздохом облегчения Виктор наблюдал, как дракон быстро догнал и поймал всех каннибалов, поместив в свою сумку, и только грибной принцессе удалось спастись, зарывшись в землю. Доказав, что он лучший охотник на принцесс своего поколения, Вайнкер без труда захватил их всех.

— Ваше Величество, я… — Виктор преклонился перед своим покровителем. — Я люблю вас. Очень сильно.

— Миньон, мы уже говорили об этом. Я тоже ценю тебя, но только как друга и миньона. — Дракон разочарованно покачал головой. — Видишь? Вот почему мы, драконы, не должны растить принцесс в неволе. Они становятся дикими и жестокими, если их слишком долго не пускать в естественную среду обитания. Мне придется попросить ветеринара позаботиться о них, прежде чем я верну их в дикую природу.

— Это случалось раньше?

— Не так уж часто… — Вайнкер откашлялся, отмахиваясь от неприятной темы. У нас охота на принцесс была продумана, в основном, после первого столетия.

Виктор просто затянул штаны, чтобы успокоиться.

— Итак, где же последняя? — Вайнкер пошел в лес, пытаясь найти Грибную Принцессу. — Киса, киса, киса!…

Визирь проводил взглядом удаляющегося дракона и с облегчением рухнул на песок.

Ему нужно было утешительное плечо, знакомое зрелище, чтобы смыть из головы эту зловещую встречу.

— [Черный Всадник: Шоколатин де Жеводан].

Прямо перед ним материализовалась его подруга, с восхитительным выражением лица, в сапогах, залитых красной жидкостью.

— Вик, я думала, ты никогда не позовешь! — Оборотень улыбнулась, на щеке у нее было багровое пятно, в одной руке — окровавленный нож, а в другой — голова гигантского насекомого. — Прости, я плохо одета. Ты вызвал меня в разгар трапезы.

Визирь взглянул на голову и, приглядевшись, понял, что она принадлежит демону-насекомому.

Мотылек.

— Это… — Виктор узнал существо. — Один из охранников Изабель.

«…”

— О да, я знаю, что мы договорились об открытых отношениях, но все равно немного ревновала… вот мы и поговорили по-дружески, — щебетала Шоколатин, поигрывая ножом, и Виктору вдруг стало интересно, чья на нем кровь. — Я должна была убедиться, что она подходит для этой работы.

Эта формулировка заставила Визиря вздрогнуть.

— В любом случае, Вииииик… ты меня зачем-то вызвал? Может быть … попрактиковаться?

— Ты — хорошая девочка, — солгал Виктор, чтобы себя защитить. — Я просто хотел тебе это сказать.

— Глупо, конечно, я хорошая! Разве это когда-нибудь ставилось под сомнение?

Наконец-то!

Прошел почти час, но, в конце концов, Вайнкер загнал в угол и поймал последнюю девственницу! Его мешок был полон и тяжел от веса их принцессности; с таким их количеством он без труда одержит победу над Ледяным Клыком.

К несчастью, он так и не нашел на острове ни одной груды золота. Грандрейк, должно быть, хорошо его спрятал.

Вайнкеру хотелось бы остаться здесь еще на несколько часов, пока он его не найдет, но каждая минута, потраченная впустую, давала злому Фурибону все больше времени на поиски Эльдорадо. Дракон решил бросить сумку принцессы на его сокровище через его [Золотой Путь], и оставить миньонов, чтобы они вместо него разведали остров, а затем двигаться дальше со своим другом на юг.

С неба начал накрапывать слабый дождь. Вайнкер подумал, не изменил ли его Визирь погоду снова, но взгляд на горизонт подсказал ему обратное.

К острову на полной скорости приближалось облако молний; у его руля ехал повелитель фейри.

Возмездие было близко!

— Я предлагаю бежать, — умолял Человечек Виктор своего хозяина.

Дракон взглянул на своего миньона. Виктор вместе со Сладкой Шоколатин собрались в тропическом лесу, чтобы занять позицию перед прибытием Вотана. Почему всякий раз, когда его лакей готовился к размножению, случалась катастрофа, Вайнкер так и не понял. Ворота в его сокровищницу, созданные [Золотым Путем], оставались открытыми рядом с ними; дракон бросил на свои горы золота полную сумку принцессы.

— Мы не отступим, миньон, — ответил Вайнкер, чувствуя, как усиливается давление вражеской ауры. — Мы выстоим. Вотан стоил мне короны, и я попрошу Тролля Барнабаса сделать мне новую из его костей.

— Это просто чудо, что мы в первый раз пережили его заклинание [Рагнарок], — отметил Великий Визирь. — И хотя на этот раз мы предупреждены, но мы сражаемся с пользователем молнии посреди океана. Если бы мы устроили засаду на более благоприятной местности…

— Напротив, миньон, я считаю, что мы должны встретиться с ним здесь. У нас есть сила, у нас есть навыки, у нас есть воля. Вотан не отступится от своей охоты, а дракон не убегает.

— У тебя есть я, Вик! — Убежденно сказала Шоколатин. — Я могу призвать помощь!

— Если местность не благоприятствует нам, мы должны ее изменить, — решил Вайнкер. — Враг, с которым мы столкнулись, силен, но V&V не знает поражений! Мы победили кузнечиков, вампиров, фейри и всех врагов, которые стояли на моем пути! Империя победит!

Проверка харизмы прошла успешно! Вы напомнили своему слуге о собственной непобедимости!

— Хорошо, в таком случае, не будем терять времени, — сказал Человечек Виктор с истинным авторитетом тактического главы персонала. — Я призову союзников своими заклинаниями [Дьяволизм], и Шоколатин тоже. Тем временем, Его Величество должен сжечь лес дотла.

— Это покажет наше местоположение, миньон, — заметил Вайнкер.

— Но дым и пламя уменьшат их маневренность в воздухе, а мы оба невосприимчивы к огню. Но не они. — Он повернулся к Шоколатин. — А ты можешь-

— [Огненная стража], — ответила жрица, накладывая на себя защиту.

Вайнкер перешел к действиям. Закрыв [Золотой Путь], чтобы сохранить свои Специальные Очки, он выпустил свое могучее дыхание на деревья. Через несколько секунд он устроил ад такой силы, что даже дождь не смог его погасить. Его пламя распространилось по всей системе, а дым и пар заполнили небо.

— [Призыв Молитвы Изенгрима]! — молилась Шоколатин, и рядом с ней материализовались два гигантских золотых волка. Сама милая девушка вскоре превратилась в оборотня с серебристым мехом, ее одежда приспособилась к ее новому размеру, и она быстро скастовала на своих союзников огнезащитные заклинания.

Собственный призыв Человечка Виктора звучал определенно более впечатляюще. — [Aрс Гоетия: Боевой Гарем Хэппилэнда]!

В ответ на призыв его главы персонала, в общей сложности, материализовались восемь существ, и каждое из них было женского пола. Четыре — похожие на людей самки с бархатными крыльями летучей мыши и извилистым заостренным хвостом; два — темные кузины Ангела Миэль с черными перьями на крыльях и огненными луками; и, наконец, два женоподобных существа с нижней частью тела змеи и шестью руками вместо двух. Каждое существо несло свое оружие.

— О, здравствуйте, мистер Виктор, — произнесла одна из змееподобных женщин с голосом предводительницы отряда. — Рады снова вас видеть. Зачем вы вызвали нашу компанию? Служба безопасности или специальный групповой массаж?

— Виик… — протянула Шоколатин, наполовину ревнивая, наполовину голодная. — Что это, закуски? Суккубы не умеют драться!

— Мы находим термин «суккубы” старомодным и расово унизительным, — ответила одна из демониц с крыльями летучей мыши. — Мы предпочитаем термин «горизонтальные ангелы».

— Клянусь, они очень хороши в ближнем бою, — сказал Человечек Виктор. — Я проверял. Кроме того, бой особенный.

— О, — разочарованно произнесло одно из крылатых существ.

— Счастье наших основных акционеров — это главная цель нашей VIP-компании охраны, — сказала вторая змея. Вайнкеру было очень приятно видеть, что его миньон набрал больше «чешуйчатых» существ. — Дамы, сформируйте периметр.

— Я не могу скастовать защитные заклинания на Ваше Величество, так как ваша [Очистка Заклинаний] их удалит, — пожаловался Человечек Виктор, воздевая руки к небу. — Но я могу убрать шторм [Контроль Погоды: Солнечный День]!

Повинуясь могуществу колдовства Человечка Виктора, дождливые облака рассеялись, и в небе ярко засияло солнце.

Погодные условия изменились на [Солнечный День]! Эффекты [Огонь], [Растение], [Свет] и [Солнце] будут усилены, в то время как эффекты [Вода], [Тьма] и [Мороз] будут ослаблены!

— Хорошо, теперь [Щит Духа]. — Миньон собрал вокруг себя защитный барьер, но не успел он это сделать, как снова появились темные тучи и молнии.

Пассивный Перк Короля Вотана [Вызывающий Бурю] изменил погоду на [Сильная Гроза]! Атаки [Молния], [Ветер] и [Вода] будут значительно усилены, атаки [Огонь] будут ослаблены!

— Ах, его буря — это пассивная способность, — пожаловался Виктор, продолжая накладывать на себя усиливающие заклинания. — Я могу ей противостоять, но всякий раз, когда мой фокус ускользает, она возвращается… и она может укрепить [Рагнарок].

Когда-то Вайнкер летел прямо на врага, бесстрашно вступая с ним в воздушный бой, и не утруждая себя подготовкой. Он бы сражался с Вотаном по-драконьи.

Но Летучая Мышь Лавер, когда чуть не поймала дракона в бутылку, преподала ему очень важный урок, что некоторые враги могут причинить ему боль, и недооценка их может оказаться фатальной. Если Вотан всю свою жизнь учился сражаться с драконами, то Вайнкер победит его, как тактика драконов.

— В таком случае, миньоны, вы будете защищать моего Визиря, пока он проясняет погоду, — объявил Вайнкер своим командирским голосом. — Не позволяй Вотану вызвать молнию. [Огненная Корона], [Очистка Заклинаний]!

Когда пламя окружило его тело, испепелив капитанскую шляпу, но оставив его царственную мантию невредимой, Человечек Виктор снова очистил небо от грозы… только для того, чтобы облака дыма пронзила стрела света, целившаяся прямо в Человечка Виктора.

— [Копье Искатель Сердец]!

— [Кулак Победы], — сказал Вайнкер, подлетая к снаряду и отклоняя его от курса руками. Электрический саван вокруг оружия слегка повредил его когти, но копье, сильно промахнувшись мимо цели, приземлилось поблизости на опаленные деревья.

А вот и Проклятие Драконов.

Король Вотан сквозь клубы дыма летел на спине своего чудовищного коня, а за ним следовали восемь валькирий. Его копье без единого его слова вернулось ему в руку, а раны Вайнкера закрылись сами собой, когда активировался [Щит Хозяина].

Лорд фейри не произнес ни слова предостережения, ни малейшего недостойного хвастовства. Он предложил Вайнкеру только быстрое обещание борьбы до смерти.

— [Вызов Охоты] — прогремел Вотан, и в клубах дыма среди пламени появились два чудовищных волшебных зверя, поймавшие группу Человечка Виктора в клещи. Эти слоноподобные гончие чистой тьмы зарычали на волков Шоколатин, которые завыли в ответ. Тем временем, валькирии фомора призвали по одному призрачному воинственному духу, удвоив свое число.

— Сигрун! — Вотан указал копьем на Вайнкера. — Оставь дракона мне, а остальных убей!

— [Эгида Мастера]! — призвала свою магию одна из валькирий, которую Вайнкер принял за предводительницу. Серебристые узы света ненадолго связали Вотана и его эскорт, а затем исчезли.

Половина любого урона, который получит Король Вотан, будет распределена между его Валькириями!

Хорошо, таким образом Вайнкер мог убить их всех сразу!

— За Империю! — взревел великий змей, бросаясь на Вотана в небесах, и оставив своих приспешников сражаться в горящем лесу. — За мой клад!

[Победный Рев] активирован! Все враги снизили свою силу на одну ступень!

Снижение статистики отменено Перком Короля Вотана [Высокомерие Фомора]!

Дракон и повелитель фейри кружили друг над другом над горящим лесом, в то время как их миньоны яростно сражались друг с другом среди пламени на земле. Вайнкер, открывая боевые действия, открыл пасть и выпустил разрушительный огненный шар.

Лорд фейри призвал щит из кружащихся ветров, отражая пламя вокруг себя и своего коня. Он бросился на дракона, намереваясь пронзить его шкуру, и Вайнкер обрадовался такой близости. Полагаясь на свои способности, император попытался схватить копье и обезоружить Вотана, стащив его с коня.

Но повелитель фейри, почуяв ловушку, немедленно отступил, а дракон безжалостно его преследовал.

— Ты сражаешься лучше, Рыцареубийца, но недостаточно хорошо. — Король Вотан усилил копье и молнию, явно намереваясь повторить стратегию, которая в прошлый раз позволила ему застать Вайнкера врасплох. — [Высший Гром: Убийца Драконов], [Максимизация Молнии].

[Молниевые] атаки Короля Вотана игнорируют сопротивление и нанесут дополнительный урон [Убийцей Драконов]!

Элемент [Молния] значительно усилен!

Но дракон ему не позволил. — [Сияющее Величие]!

Чешуя Вайнкера засияла золотом, а затем вспыхнула ослепительной вспышкой света. Король Вотан, слишком уверенный, что его защитит щит ветра, получил удар в лоб.

Великолепное видение безграничных сокровищ Вайнкера проявилось в свете, обжигая кожу фомора и ослепляя его последний глаз. В то время, как его магия защищала фомора от большей части урона, его конь закричал от боли, когда свет очистил его кости от плоти.

Теперь уже сияя, как пылающая звезда, Вайнкер бросился на Вотана и стащил его с умирающего коня, сбросив безлошадного фейри вниз на раскаленную землю.

Вотан попытался освободиться, и его тело покрылось электричеством. Молния обошла как [Зеркальную Чешую], так и [Очистку Заклинаний]. Его раны заживали, как только открывались, но Вайнкер крепко держал фомора в когтях, зная, что его пламя и свет причинят врагу еще большую боль.

И он причинил ему вред. Вайнкер продолжал лететь, молотя фомором по раскаленной земле и оставляя след из пепла. Наконец, он открыл рот, чтобы выдохнуть охотнику прямо в лицо, как он это сделал против того Голема на севере.

— [Глаз Одина], — прорычал Вотан, и там, где должен был быть правый, появился призрачный голубой глаз. Каким-то образом сумев теперь противостоять видению прекрасного сокровища Вайнкера, фомор ударил дракона копьем в плечо, и его громовое копье пронзило чешую, как масло.

Вы получили тяжелый урон [Убийцей Драконов]!

Вайнкер вскрикнул от боли, рана вынудила его выпустить Вотана из своих объятий. Он взлетел, сделал круг над горящим полем битвы и приготовился бомбить повелителя фоморов сверху огненными шарами.

— [Спешка], [Повышение Навыков]. Поднявшись и придя в себя, фомор начал двигаться с невероятной скоростью, уклоняясь от атак Вайнкера и нанося по летающему врагу ответный удар копьем. Наконечник оружия выпустил в дракона мощную молнию, поразив того в грудь.

Вы получили огромный урон! Вы потеряли четверть своих Очков Жизни!

Чистая сила удара прервала [Сияющее Величие] Вайнкера и отбросила его назад, он рухнул у подножия горы острова. Его чешуя с громким шумом ударилась о каменистую землю.

[Щит Хозяина] отменен расстоянием!

Вайнкер едва успел встать на задние лапы, как Вотан бросился на него еще быстрее, чем прежде. Достаточно изменив поле, дракон тут же переключился на магию. — [Геомантия]!

Под мощью его магии содрогнулась сама земля, заставив Вотана потерять равновесие и прервать атаку.

Геомантия активирована! Тип Поля: Вулканический Остров.

Эффект: [Извержение].

В центре острова взорвалась вершина горы, разбросав по всему острову камни, пепел и пламя. Солнце, заслоненное стихийным бедствием, исчезло, и вся земля задрожала.

Вайнкер издал рев, бросаясь в атаку, чтобы продолжить сражение, а вулкан ответил мощным взрывом.

Битва превратилась в жестокую схватку задолго до того, как задрожала земля.

Защищенный как своим барьером, так и союзниками, Виктор провел последние несколько минут, пытаясь помешать проявиться сверхъестественной буре Вотана, что требовало почти всей его концентрации. Он был вынужден наблюдать за тем, как его союзники сражаются в одиночку, и это его безмерно расстраивало.

Но, к счастью, Шшоколатин могла за себя постоять.

Ведя своих волков, как стаю, она вступила в бой с призрачными гончими Вотана, нарушив их маневр взятия в клещи и позволив демонам без помех атаковать валькирий. Их приготовления принесли свои плоды; с их магическим сопротивлением огню лесной пожар обжег их врагов, но не членов V&V или ее волков, дав им небольшое преимущество.

И все же гончие яростно сопротивлялись, превосходя волков в размерах и силе. Каждый удар их когтистых лап создавал небольшие воронки, а один укус мог разорвать волков пополам… если бы они могли к ним прикоснуться. В то время, как волки Шоколатин кружили вокруг одной из двух гончих, первая из которых служила приманкой, а вторая атаковала сзади, жрица сама поразила второго зверя. Она продолжала молиться Изенгрим, накладывая на себя заклинания, чтобы двигаться быстрее, бить сильнее и ранить зверя лучами света. Зверь потерял один глаз, жгучее пламя опалило его с головы до ног, а оборотень все это время оставалась невредимой.

На самом деле, она, казалось, даже наслаждалась собой.

Она может кастовать, находясь в форме монстра, понял Виктор. [Продвижение Мука] не было напрасным! В конце концов, Шоколатин прыгнула на горло собаки и вырвала его, чудовищное существо рухнуло в огонь. Оборотень немедленно двинулась, чтобы помочь призванным союзникам против оставшегося зверя.

Тем временем, однако, Валькирии и их солдаты-нежить оказались намного более трудными для отражения. Поняв его роль в ослаблении их хозяина, они продолжали метать в Виктора копья света, исцеляя себя от ожогов заклинаниями. Они сражались вместе, как хорошо обученный боевой отряд. И хотя дым, наполнявший воздух, вынудил их опуститься вниз на неблагоприятную местность, они в два раза превосходили числом его дьявольских телохранителей.

Хотя они изо всех сил пытались удержать осаду, вызванные Виктором демоны пока справлялись. Их тактика была обманчиво проста: суккубы использовали заклинания для создания защитных барьеров и стен из льда, чтобы задержать атаки, или понуждали духов-воинов атаковать валькирий всякий раз, когда могли перехватить контроль. Тем временем, его змеевидные марилиты безжалостно прорезали через вражеский строй полосы ярости и стали, не давая валькириям сделать какой-либо сфокусированный толчок. Эринии оставались позади, как последняя линия обороны, поддерживая своих коллег стрельбой разрушительными стрелами.

— Чем больше вы убьете, тем больше будет золотой парашют! — Крикнул Виктор, чтобы их подбодрить. — И вы получите по машине компании гномов, каждая!

[Сплотить Миньонов] активирован! Все характеристики ваших миньонов увеличились на одну ступень.

Усиленные его тирадами, демоны хорошо его защищали. Часто одна из валькирий без предупреждения сгорала или от обжигающего света превращалась в пар; Виктор предполагал, что они получили повреждения, которые должны были поразить и самого Вотана.

Чем больше он наблюдал, тем больше убеждался, что некоторые из них имеют уровни в варианте его собственного [Рыцаря Монстра]. Эффект [Эгида Мастера] был слишком близок к [Щиту Хозяина], чтобы это могло быть совпадением.

Как долго они смогут продержаться? Сколько времени потребуется Вайнкеру, чтобы победить фомора?

Словно отвечая на его вопрос, гора взорвалась в оргии дыма и пламени.

Сосредоточенность Визиря позволила ему сохранить эффект погоды, но когда небо потемнело и сама земля под ногами задрожала, он понял, что остров обречен. Извержение сотрет всю его поверхность, не оставив после себя ничего, кроме пепла.

Тем временем Виктор видел вспышки своего хозяина, сражающегося с Вотаном у подножия горы. Наблюдать за поединком титанов издали было интересно, но охотник отодвинул Вайнкера от его союзников и приблизил к разрушительному извержению. Без его регенерации дракон может умереть от истощения или разрушения острова, даже без активации фоморского [Рагнарока].

Несмотря на расстояние, Виктор попытался использовать на Вотане свой перк [Проницательность Монстра], чтобы проверить свою теорию класса фомора…

И, к его ужасу, вместо ничего система снабдила его экраном.

Король Бурь Вотан

Украшенный Гербом Души Фомор (Фейри / Элементаль)

Уровень: 35 (Кайзер (Лорд Фейри) 15, Убийца Драконов 10, Приносящий Бурю 9, Берсерк 1)

Сильный против: всех статусных недугов, статусных дебаффов, Фейри, Огня, Дракона, Молнии, Воды, Земли, Ветра, критических ударов, Мгновенной смерти, нехолодных железных Физических атак.

Слабый против: Убийца Фейри, Убийца Стихий, Яда, Зверя и Звездного Металла.

Самый могущественный истребитель драконов среди фоморов и Вдохновитель Одина на Земле, Вотан получил душу через Герб Души Мелл Одиуз, и таким образом способность повышать уровни. В обмен на эту милость фейри-тиран попросила его принести ей голову Вайнкера. Связанный чужим, но железным кодексом короля-воина, Вотан не отступится, пока не сдержит свое слово или не умрет, пытаясь это сделать. Может быть, и то, и другое вместе.

Короче говоря, надери его волшебную задницу!

— Ваше Высочество! — Словно разделяя мысли Визиря о благополучии своего господина, одна из валькирий, предводительница, прекратила борьбу и устремилась к горе.

Вот и все. — [Пакт с Архимагами], — Виктор скастовал свое лучшее заклинание [Дьяволизма], и его тело превратилось в образец демонического величия.

Вы пожертвовали половиной своих Очков Жизни, чтобы получить силу [Архидемона].

[Регенерация Троллей] активирована!

Лучший комбо, чем когда-либо, но это стоило ему сосредоточения на погоде, позволив молнии снова потрескивать в небе. Нельзя терять ни минуты.

— Эвакуировать остров! — Приказал Виктор, рассеивая свой щит и срубив на своем пути дух, его коса впилась в его душу. — Я пойду помогу Вайнкеру!

— Но Вик … — начала было протестовать Шоколатин, когда ее волки загрызли последнюю волшебную собаку, но он не дал ей времени пожаловаться.

— Вы! — Виктор повернулся к своим демоническим подчиненным. — Отвезите мою подружку в Хэппилэнд, если хотите, но уходите!

Так или иначе, его формулировки было достаточно, чтобы Шоколатин замолчала. Фактически, вместо ответа она упала в обморок. Когда суккуб немедленно начала кастовать заклинание, чтобы открыть портал, Виктор бросился к вулкану, прорезая полосу разрушения через то, что или кто стояли между ним и горой.

Ни один друг не остался.

Огонь и пепел.

Вот до чего опустился мир Вайнкера, пока он продолжал сражаться с этим фомором, который просто не хотел умирать!

Внимание! Вы потеряли половину своего здоровья!

Дракон проигнорировал боль, когда копье Вотана пронзило чешую на его груди, пролив золотую кровь. Копье торчало в его теле, но дракон схватил повелителя фейри за шею и поднял его над огненной горой, сквозь облака пирокластических потоков. Они прошли сквозь вихрь пепла, расплавляя девственно чистую кожу Вотана.

Тело повелителя фейри излучало молнию, электричество пробивалось сквозь тело Вайнкера и грозило ему потерей контроля над полетом. Удерживая Вотана одной рукой, дракону пришлось использовать всю свою силу в другой, чтобы помешать копью проникнуть глубже в его тело.

Змей быстро добрался до самой высокой точки, прямо над бушующим вулканом. Извержение подняло в небо обломки и камни размером с дом, каждый из которых был достаточно мощным, чтобы сбить Вайнкера.

Наконец, почувствовав внизу лаву, Вайнкер открыл пасть и выпустил огненный шар прямо в лицо грязному фомору. Взрывом освободив шар, дракон гигантским огненным шаром толкнул Вотана навстречу кратеру.

Раньше Вайнкер позлорадствовал бы, поговорил с едой, похвастался бы своей неизбежной победой. Но теперь он только заревел. Если Вотан не успокоится до самой смерти, то и дракон будет сражаться до конца.

Когда на заднем плане прогремела молния, Вайнкер полетел вниз, как огненная комета падая на фомора. Его когти вонзились в торс повелителя фейри, ускоряя его спуск.

Оба рухнули через край кратера в бушующую внизу лаву, арену расплавленного камня и жара. Приватные бани красного дракона… и лучшая арена, где можно провести последний бой.

Его нижняя часть тела была под лавой и его королевская мантия превратилась в пепел. Вайнкер поднял кулаки, чтобы закончить бой гладиаторским способом.

[Позер] активирован! Точность и уклонение увеличиваются!

Верхняя половина тела Вотана тоже поднялась из огненного ада, его мантию поглотило пламя, а шлем расплавился прямо на лице, превратив его облик достойного человека в воплощение ярости. Его копье упало во время падения, вонзившись в край кратера. Фейри поднял руку, чтобы призвать его к себе, но Вайнкер не дал ему времени.

С яростным ревом дракон ударил Вотана кулаком в лицо, отбросив его назад к стене из расплавленного камня и сотрясая всю гору.

И продолжал колотить фейри по лицу. Вайнкер это сделал! Он ударил его дважды, потом трижды!

Движимый мрачной решимостью, Вотан стиснул зубы и нанес ответный удар, ударив Вайнкера прямо в его прекрасное лицо.

Два титана обменялись ударами, каждой атакой сотрясая кратер. Вокруг них рушились стены из камней, взрывы лавы брызгали на их чешую и кожу, а свежая кровь смешивалась с магмой.

Но как бы сильно ни бил Вайнкер своего врага, фомор продолжал наступать. И хотя дракон превышал своего врага мастерством ударов, Вотан двигался быстрее и лучше сопротивлялся ударам. Дракон ощутил, как чешутся органы, о существовании которых он и не подозревал, ломаются кости, разрывается чешуя.

Критическое здоровье! Критическое здоровье! Очки Жизни и Специальные Очки критически низкие! [Браво Бык] активирован! Ваша сила возросла! Критическое здоровье!

Оттесненный назад, Вайнкер решил использовать свои оставшиеся Специальные Очки для последнего рывка к победе. — [Сияющее Величие]!

Его чешуя ярко вспыхнула, обжигая плоть фомора и дезориентируя его в критический момент, и даже если он мог видеть сквозь иллюзию, свет был слишком силен. Подталкиваемый знанием, дарованным ему системой, Вайнкер сделал шаг назад, чтобы набрать скорость, и поднял кулак, чтобы ударить Вотана по лицу.

— [Святое Копье]!

Копье света ударило Вайнкера прямо в правый глаз, затуманив ему зрение. Валькирия спустилась в кратер.

Вайнкер взревел в невыносимой агонии, и боль поглотила его [Сияющее Величие]. Дракон открыл пасть, чтобы поразить ее пламенем…

Но не мог закончить фразу.

Змееобразно двигая руками, Вотан с силой закрыл драконью пасть, развернулся и швырнул Вайнкера на край кратера. На дракона, не давая ему упасть, обрушились тонны камня. Острая боль в раненом глазу тоже не помогала.

— Сигрун, спасибо, — сказал Вотан тоном, напомнившим Вайнкеру то, как он часто разговаривал со своим дорогим главой персонала. — А теперь уходи и живи.

— Я не могу бросить Ваше Высочество в таком месте!

— Моя буря вернулась, — сказал Вотан, пролетая сквозь какую-то магическую силу над лавой и, наконец, вернул свое копьеу. Грохот молний затмил по силе даже толчки извержения. — Наконец-то, теперь я могу призвать высшую молнию победы.

— Ты убьешь нас обоих, если будешь здесь нападать, глупый фейри! — Прорычал Вайнкер, пытаясь высвободиться из-под обломков. Он знал, что от выстрела кратер обрушится и погребет их всех заживо.

— Вот и хорошо.

Это презрительное слово удивило дракона, он знал, что фоморы, вообще-то, превыше всего ценят свою жизнь. И все же, тот первобытный страх, который гнал фейри вперед, не был виден в единственном глазу воина.

— Ты, Рыцареубийца, — самая большая угроза расе фоморов со времен глупой войны Балаура со смертными, — заявил Вотан, явно гордясь тем, что сражается с таким могущественным противником. — Если ты умрешь здесь, погребенный под землей из-за собственной глупости, то моя жизнь — небольшая плата. Теперь, когда у меня есть душа… я больше не боюсь смерти воина.

Как он смог это сделать? Как мог любой фомор это сделать?

Нет … Система дала ему видение — немыслимое желание отдать свою жизнь ради выживания своего вида.

Это было то же самое, что пожертвовать своим сокровищем, чтобы спасти жизнь миньона!

Это подражатель! Вайнкер сделал это первым!

— Сигрун! — Приказал Вотан, поднимая копье, чтобы призвать свою последнюю молнию. —Это последнее предупреждение! Уходи!

— Я не оставлю Ваше Высочество, — ответила Валькирия, защищая своего господина с отвагой истинного миньона. — До самого конца.

— Тогда в забвение вместе со всеми нами. — Облака дыма засветились электричеством. — Пусть моя молния будет последним, что ты увидишь, Вайнкер! Слава фоморам! [Рагнар-

— ВАШЕ ВЫСОЧЕСТВО, ЗА ВАМИ!

[Щит Хозяина] активирован.

Из облаков дыма над кратером появился Демон Виктор, он обрушился на Вотана сзади, его коса была поднята для внезапной атаки. Валькирия метнула копье света, пытаясь его перехватить, но промахнулась.

Король Вотан повернул голову, чтобы посмотреть, как на него опускается смерть. Коса Демона Виктора опустилась к его шее…

Всплеск!

Кровь забрызгала тело короля Вотана, когда коса Демона Виктора, пожирая душу Валькирии, пронзила ее плоть.

Не сумев вовремя остановить миньона Вайнкера, рабыня-фейри преградила путь косе, приняв смертельный удар на себя. Ее стареющее тело упало навстречу магме, а Вотан обернулся. Из-за взмаха копья Виктор врезался в край кратера, с громким, тошнотворным звуком ломая кости и крыло.

— Сигрун! — Вотан, не сумев подхватить труп своей слуги, испустил яростный рев, и труп упал в магму, исчезнув под волнами лавы. — Сигрун!

Охваченный паникой при виде сломанного крыла слуги, едва держащегося на краю кратера, Вайнкер сумел выбраться из-под обломков, готовясь взлететь и спасти своего друга.

— Что ЭТО такое? — Лицо короля Вотана исказилось в человеческом выражении, которое Вайнкер распознал, как боль и смятение. — Это чувство слабости?

Эмоциональное замешательство короля Вотана резко снизило все его характеристики!

— Что ты со мной сделал?! — увидев горе фомора от потери главы персонала, Вайнкер пожалел его. Почти. — Эта боль невыносима!

— Это называется горе, — попытался усмехнуться Демон Виктор, но могучий удар фомора раздробил ему грудную клетку. Он мог пережить жару, но не мог хорошо дышать сквозь дым. — Привыкай к этому!

Не в силах справиться с этими чувствами так, как это мог бы сделать дракон, сосредоточившись на их собственной удивительности, фомор направил свое копье на демона Виктора, собираясь поджарить его своей молнией. — Ты заберешь свой ум с собой в могилу, смертный! [Рагна-

Воспользовавшись этим единственным мгновением невнимания, Вайнкер, распахнув крылья, бросился к Вотану. Фейри услышал, как приближается Вайнкер…

И дракон ткнул фомора в глаз!

Вотан, потеряв концентрацию, издал вопль ярости и боли и схватился свободной рукой за лицо. — Получи, — Вайнкер поднял кулак и изо всей силы ударил Вотана. — Вниз!

От мощного удара дым и пепел разлетелись во все стороны, и Вотан упал в лаву, а все его тело исчезло под слоем магмы.

На этот раз он не поднялся.

Толчки усилились, и Вайнкер понял, что они не должны терять времени, пока его [Геомантия] не разрушила гору. — Миньон! — Закричал он. Благодаря регенерации [Щита Хозяина] его раненый глаз начал восстанавливаться, и он полетел к своему Визирю. — Моя рука!

Демон Виктор использовал последние силы и прыгнул в ладонь Вайнкера. Дракон его схватил. Оба вылетели из кратера, половина которого в результате землетрясения упала в магму. — Сладкая Шоколатин? — спросил дракон.

— Она в порядке! — Ответил Демон Виктор. — Ваше Величество, быстро уносите нас отсюда!

Вайнкер так и сделал, пробираясь сквозь клубы дыма за пределы острова, как раз вовремя, потому что в этот момент вулкан позади них взорвался.

Гора рухнула сама на себя, и к небу поднялся титанический столб камня и пепла, осыпая огненными камнями пылающий остров и море. Великие волны разбили его берега, потопив их под водой. Остров превратился в свечу, которую можно было видеть на многие мили вокруг.

Вайнкер и Виктор с безопасного расстояния мрачно наблюдали за апокалиптическим опустошением. Раненые, избитые, измученные … и, самое главное, победоносные.

Поздравляю! За победу в эпической битве над Королем Вотаном и запечатывание его под землей, вы заработали два уровня в [Геомант]! Вы заработали Классовый Перк [Терраформирование: Суша]!

+30 Очки Жизни, +40 Специальные Очки, +2 Мастерство, +2 Ловкость, +2 Интеллект, +1 Харизма, +1 Удача.

[Терраформирование: Суша]: 50 Специальных Очков в радиусе пятидесяти метров. Вы можете постоянно терраформировать плоскую сушу в следующие [Поля]: [Лес], [Болото], [Пустыня], [Холм], [Снежная Земля] или [Равнина]. Если вы используете эту способность в горной местности, вы можете применить только эффект Поля [Лес] или [Снежная Земля].

Вы заслужили [Героический Герб].

На Вайнкера снизошел дар небес — блестящий радужный герб, который, спустившись, поплыл перед ним.

Он предпочел бы более приятный золотой дождь… но придется обойтись и этим.

Вы используете [Героический Герб], чтобы пробить потолок класса 60-го уровня?

— Да! — Из-за этой победы он потерял свою мантию и корону! Он это заслужил!

Поздравляю! Вы прорвались через потолок класса шестидесяти уровней! Ваш Перк [Украшенный Гербом] был повышен до [Эпический]!

[Эпический]: Отмечает вас как мифического авантюриста и полубога. Позволяет получить по достижении 99-го уровня доступ к самому мощному из классов и вход в [Валгаллу]. Заменяет [Украшенный Гербом].

— Это еще не конец, — сказал Демон Виктор и снова превратился в человека, — там должны быть выжившие Валькирии, и Вотан, возможно, не мертв. Мы должны ожидать большего-

— Миньон, — перебил своего друга Вайнкер. — Заткнись и цени чувство с трудом добытой победы.

Его Визирь замолчал и наслаждался моментом.

Защитники Племянницы, Том III, Глава четвертая “Первая принцесса.”

Катастрофа! Поклонники Саблара, червя бога разрушения, пробрались в Новый Мир! Мерзкий Фрэнк Анарк захватил Ориану, принцессу племен лесных эльфов! Повсюду торжествует зло!

Но пришел герой! Прекрасная драконица Джоли, жаждущая спасти принцесс (чтобы она могла сохранить их для сохранности), выследила злодея до его логова в самом сердце джунглей. Рядом с ней Сияющий Рыцарь Киа Бекеле и грозные Кобольды Рейнджеры, проклятие кроликов и Защитники Племянницы. Вместе они могут одолеть любого похитителя принцесс.

Но оппозиция сильна. Когда они приближались к вражеской крепости, воздух становился грязным и густым от зловония нищеты…

Джоли, дракон [Паладин] авантюрист, дрожала от возбуждения. Сегодня был тот самый день.

День, когда она станет взрослой, захватив свою первую принцессу, совершенно самостоятельно! Эльфийскую принцессу!

Правда, когда-то дядя на День Хвастовства подарил ей одну, но чтобы быть признанной настоящей охотницей на принцесс, дракон должен был поймать Деву самостоятельно. Не желая похищать человечков, поскольку у них были чувства, молодая драконица пересекла океан на корабле, направляясь в Новый Мир. Единственное место, где у эльфов еще были племена, достаточно большие, чтобы производить принцесс.

После долгих поисков они, наконец, нашли прекрасную девушку… но обнаружили, что злой культ Саблара похитил ее первой! Столкнувшись со своим долгом собрать всех принцесс на ответственное хранение, Джоли немедленно пустилась в погоню за злодеями.

Может быть, тогда она получит свой тридцатый уровень?

— Киа? — Спросила Джоли свою лучшую подругу, когда они шли через густые джунгли. Рейнджеры Кобольды, как ее истинные защитники, окружили юную драконицу со всех сторон, а шум ее собственных доспехов заставлял птиц и насекомых улетать прочь.

— Да, Джоли? — Ответила Киа, срезая лианы своим блестящим лезвием.

— А есть Перки, которые могут бросать принцесс?

Рыцарь замолчала и посмотрела на своего оруженосца-дракона. — Прошу прощения?

— У дяди есть Перк, который осыпает его золотом, когда он потрясающий. Если я стану такой же чудесной, как он, будут ли меня осыпать принцессами?

— Джоли, это совсем не то, класс [Гладиатор] так не работает.

— Но можно ли это сделать с другим классом? — С любопытством спросил Красный. — Если Шеф Виктор может вызывать черепа, то может ли дракон вызывать принцесс?

— Я… может быть? — Рыцарь пожала плечами. — Я не слышала ни о каком подобном занятии, но вы не можете исключить такую возможность.

Класс [Создатель Принцесс]? Потрясающе! Джоли не могла дождаться, чтобы его получить!

Запищал [Радар Принцессы-Девственницы] юной драконицы, заставив ее в волнении поднять голову. Ее девичье чутье было не столь сильным, как у дяди, но она чувствовала, что ее цель рядом. — Она рядом! — сказала она в волнении. — Очень близко!

— Похоже, мы нашли культ, — сказала Киа, указывая мечом сквозь листву. Джоли и рейнджеры высунулись из-за ее плеча, глядя на большой полный палаток лагерь. Обычно землю покрывала высокая трава, но здесь на всей области растительность была уничтожена, осталась только сухая грязь. Сосредоточившись на источнике сигнала принцессы, Джоли заметила на северном краю лагеря огромные закрытые каменные ворота.

— Хорошо, если мы будем осторожны, то сможем застать их врасплох, — прошептала Киа группе, и нахмурилась, заметив в центре лагеря флаги. На поверхности каждого из них был изображен плохо нарисованный символ голубой планеты. — По моему сигналу — раз, два, три-

— О, гости! — Киа застыла, когда из лагеря вышел орк, он поприветствовал их, испортив проникновение. — Вы слышали об Оркнубе, нашем Спасителе? Он умер на Земле за наши грехи!

— Что такое Оркну-

— Не спрашивай! — перебила Киа Синего, прежде чем он успел задать вопрос. В ее голосе прозвучало раздражение, которого она никогда не испытывала. — Не поощряй их!

— Разве это не лагерь Саблара? — Спросила Розовая.

— О, культ Саблара всегда поддерживал эзотерический порядок Нового Мира, — сказал орк. — По их собственным словам, «чем скорее вы все перевоплотитесь на другой планете и оставите эту безжизненную оболочку, тем лучше». Их жрецы очень добры и делают все возможное, чтобы снабдить нас повозками. Вы можете найти их лидера Фрэнка на севере лагеря, если вы здесь, чтобы встретиться именно с ним.

— Проникновение успешно! — Радостно воскликнула Джоли, а Киа зачем-то закрыла лицо рукой.

— Миледи так мила, что все эти пеоны могут делать только то, что она хочет! — польстил ей Красный.

— В любом случае, — сказал орк. — Если хотите, я с радостью расскажу вам все об учении Оркнуба, нашего Спасителя-

— Спасибо, мы уже уходим, — перебила его Киа.

— О, я могу получить заклинания от этого парня? — Спросил Синий. — Я хочу уйти от Митры, он слишком ограничивает.

— О, к сожалению, нет, Оркнуб не предлагает специальных классов. Но, но, если вы пожертвуете истинной церкви, они могут показать вам путь в Японию, где каждый является школой-

— В следующий раз, — снова прервала разговор глава персонала Джоли, на этот раз уже повысив голос.

— Да, не будем терять времени! — Сказала Джоли, возбужденная своими инстинктами дракона паладина. — Мы победим всех этих злодеев и спасем Принцессу Ориану! За мой клад!

— За клад! — закричали в ответ рейнджеры, не заботясь о предупреждении маленького орка.

— Джоли, мы не можем держать эльфа в заложниках, — запротестовала Киа, не понимая принципов скотерианства, тенденции есть мясо, которое не говорит. Орк посмотрел на них, как на сумасшедших, и ушел, не сказав ни слова. — Они почти вымерли!

— Но Киа, это прекрасно — держать эльфийских принцесс! У эльфов нет души!

— Джоли, мы уже говорили об этом. Эльфы могут быть вегетарианцами, но это не делает их коровами.

— Но именно это сказал Старший Змей, когда сотворил мир! — Запротестовала Джоли. — Он создал траву, чтобы кормить коров! Поэтому всякий, кто ест только траву, скот!

— А как насчет человека-вегетарианца? Они тоже коровы?

— Глупая Киа, если человек воздерживается от употребления мяса, то это ничем не отличается от того, что я воздерживаюсь от употребления человечины!

Сияющий Рыцарь сдалась перед неумолимой логикой дракона Джоли. — Эта дискуссия подождет, пока мы не спасем принцессу.

Пришпоренная, Джоли со своими миньонами бежала через лагерь орков на кончиках пальцев ног, а местные орки смотрели на нее, изумляясь ее драконьей силе. — Простите, простите! — извинялась Киа перед местными жителями, когда дракон-паладин по пути к воротам раздавила несколько повозок и карточных игр.

Вскоре Джоли очутилась прямо перед торчащими из земли каменными дверями и увидела принцессу, запертую в стальной клетке.

Она была совершенна во всех отношениях, красивая, темнокожая эльфийка с зелеными волосами и блестящими драгоценностями, и она излучала принцессность. Даже перед лицом плена и окруженная орочьим навозом, она выглядела достойно.

Ее тюремщиками были трое орков, двое из которых были головорезами, вооруженными до зубов топорами и ножами, а третий — нечто совершенно иное. Лидер был выше своих миньонов более, чем на голову, и шире более, чем на восемь футов. Он изучал символы на каменных дверях. Большую часть его тела, за исключением рук, покрывала толстая стальная броня, а на груди был нарисован символ пожирающего планету червя. Монстр дышал через странную маску с трубкой, соединяющей рот со спиной, оставляя открытыми только злобные глаза.

Все трое разочарованно повернулись к группе Джоли, а дракон и ее миньоны выстроились в линию лицом к ним.

— Эта штука — орк? — Даже Киа казалась озадаченной перед лицом такого грозной похитителя принцесс.

— Он огромен! — Пожаловался Синий. — Он такой же большой, как тролль!

— Я — Фрэнк Анарк! — хвастался злодей, с досадой поглядывая на героев правосудия. — Кто вы такие, черт возьми?

— Дракон Джоли, величайший дракон паладин во всем МИИИИИРЕ! — завыла Джоли на солнце, а ее рейнджеры захлопали в ответ. — Я пришла спасти принцессу из твоих когтей, мерзкий негодяй!

— Еще один, другой спасатель? — Орк издал яростный рык. — Не могли бы вы, пожалуйста, не лезть не в свое дело? Я не причиню вреда вашей принцессе или кому-либо еще!

— Мы знаем, что ты украл ее у племени Лесных Эльфов! — вскрыла Розовая преступления орка. — И то, что ты собираешься принести ее в жертву мерзкому Саблару!

— Жертвоприношение… Ах, вот в чем дело, верно? — Глаза орка стали презрительными. — Только потому, что мы орки, поклоняемся богу разрушения и похитили эльфийскую девушку, вы думаете, мы принесем ее в жертву? Как дикари?

— …да? — ответила Киа на глупый вопрос.

— Ну, это же расовые стереотипы! Все, что мы сделаем, это сбросим ее с другой стороны этих плоских ворот, рядом с этими идиотами, — орк указал на лагерь. — Как только мы придумаем, как открыть дверь.

— П- почему? — Джоли никак не могла взять в толк его злые намерения. — Зачем пинать принцессу через дверь в никуда?

— Потому что принцессы олицетворяют стареющий истеблишмент, а Саблар процветает на его разрушении! — Разглагольствовал Злой Фрэнк. — И мы уничтожим цивилизацию! Мы создадим мир без правителей, без королей! Без королев!

— Без принцесс? — запаниковала Джоли.

— Без принцесс!

Эти слова эхом отдавались в голове Джоли, наполняя ее сознание образами апокалиптического будущего. Мир тьмы, где драконы будут бродить по миру без цели, без принцесс.

Проверка харизмы прошла успешно! [Ужас] отменен!

Она столкнулась с самой большой угрозой драконьему образу жизни со времен Фурибона Золотоубийцы. Джоли в этом все больше убеждалась. — Ты — зло! — заявила она. — Ты — зло, и тебя надо остановить!

— Да что с вами такое, люди?! Когда мы убиваем ваши деревни, чтобы обезлюдить мир, вы жалуетесь, и когда мы предлагаем вам ненасильственную альтернативу, вы все равно не согласны! Решайте, черт возьми!

— Да, вы выставляете геноцид самым простым выходом из положения! — обвинил их один из приспешников Фрэнка. — Вам должно быть стыдно!

— Эй, Фрэнк! — третий орк ткнул пальцем в сторону Киа, в глазах его застыл ужас. — Эта девушка … это Киа Бекеле!

— Киа Бекеле? — Глаза Фрэнка расширились от удивления, гнев сменился тревогой. — Сияющий Рыцарь? Женщина, которая убила Балаура?!

— А я ее оруженосец! — Гордо сказала Джоли.

— … о, — заметил испуганный злодей перед лицом истинной справедливости. — Ну, разве это не большая проблема? Я вижу только одно решение этой проблемы.

— Секретная техника? — ошеломленно спросил один из прихвостней. — Но мы никогда не пользовались этим раньше! Это не по-орочьи!

— Все когда-нибудь случается в первый раз! — Фрэнк принял угрожающую позу. — Приготовьтесь, люди!

— Миньоны, ко мне! — Крикнула Джоли, рейнджеры и Киа размахивали оружием, готовые отдать свои жизни ради общего блага.

А потом это случилось.

А потом это случилось.

Фрэнк и его приспешники повернулись к джунглям и побежали. Они бежали, возможно, вызвав прямо за спинами героев могучего зверя, или устроили ловушку. Однако Джоли не чувствовала ничего необычного. Может быть, они вызвали невидимое существо? Или…

Или…

— Только не это! — Киа прыгнула вслед за убегающими орками. — Вернитесь! Я не настолько сильна! [Спешка]!

— Мой опыт! — запаниковала Джоли и побежала за злодеями. — Мой опыт убегает!

— Ловите их! — Приказал Красный, и Рейнджеры-Кобольды погнались за орками, прежде чем те успели укрыться в джунглях.

— [Призыв Хроно], — произнес Фрэнк на бегу заклинание, когда Киа начала его догонять. — [Брахиозавр]!

— Это травоядное, не о чем беспокоиться! — Со смехом ответила Киа.

Прямо над группой возникла огромная тень, и Джоли поняла, куда орк вызвал это существо.

[Героизм] активирован! Вы получаете бонус к статусу, чтобы спасти союзников в беде!

— Миньоны, ложитесь! Повинуясь импульсу, Джоли схватила своих ближайших миньонов, Черного и Синего, и оттолкнула их от растущей тени; Киа, Розовая и Красный были достаточно быстры, чтобы увернуться, в то время как Желтый просто поднял щит и вызвал вокруг себя барьер света.

БАМ!

Огромный, размером с Вайнкера, чешуйчатый зверь упал на поляну, разбрасывая во все стороны пыль и камни. Шатры разлетелись в разные стороны, орки с криками разбежались, деревья рухнули, и даже клетка принцессы упала в сторону. Только каменные ворота остались нетронутыми.

— Киа! Розовая! — Джоли раздула пыль крыльями, а чешуйчатый зверь зарычал от боли, его кости были сломаны при падении. — Желтый!

— Все в порядке, Миледи! — Крикнула Розовая. — Мы в порядке!

Проверив Черного и Синего, которые были скорее удивлены, чем испуганы, дракон бросилась вслед за злодеями, но обнаружила, что их и след простыл.

Нет! Злой орк сбежал! Принцесса была спасена… но какой ценой?

— Бедный зверь, — сказала Розовая, разглядывая, воющего от боли чешуйчатого зверя. — При падении он сломал себе ноги.

— Трусливо так относиться к своему миньону, как этот орк, — покачал головой Красный. — Омерзительно.

— Синий, помоги мне наложить на него исцеляющие чары, — сказал Желтый, выйдя из пыли целым и невредимым. Рейнджеры Кобольды собрались вокруг зверя, пытаясь его вылечить.

— Почему? — Пожаловалась Киа, ударив кулаком по земле. — Почему они всегда убегают? Почему?

— Все в порядке, Киа! — Успокоила ее Джоли, подходя к стальной клетке, чтобы проверить, как там принцесса. — Мы все равно спасли Ориану!

И действительно, так оно и было! Взрыв ослабил клетку настолько, что Джоли смогла разорвать ее голыми когтями! Вся в пыли и синяках, принцесса была невредима. — Спасибо, прекрасная драконица, — сказала она на эльфийском восхитительным, медовым голосом. — Ты меня спасла.

— А теперь я отведу тебя домой! — радостно кивнула Джоли.

— К моему племени? Ты вернешь меня в мое племя?

— Нет, ко мне домой! — Джоли мягко схватила принцессу зубами за платье и, как котенка, приподняла над землей. Та вскрикнула от удивления, что сделало ее еще симпатичнее. — Ты тшеперь моя приншеша!

— Джоли! — ее любимый глава персонала начала придираться к дракону. — Отпустите ее! Она боится!

— Шиа, моя эльшвийшкая приншешша шамая лушшая! — Продолжала Джоли с ртом, забитым платьем принцессы. — Шиштая правда!

— Может, сначала мы хотя бы вернем ее в племя? — взмолилась рыцарь. — Если нет, они решат, что ее убил культ. Ты подумала о ее родственниках, Джоли?

Дракон замерла, что-то в тоне подруги заставило ее устыдиться самой себя. Это правда, что, похитив принцессу без разрешения ее семьи, она будет ничем не лучше этих орков.

И драконы, как высшие существа, должны были показать себя лучшими, чем все остальные.

— Прошти, — извинилась Джоли, поставив принцессу обратно на землю и отпустив ее. — Я должна сделать так, чтобы ты была счастлива стать частью моего клада, а не похищать тебя, как это сделали те орки. Сначала мы отвезем тебя к твоей семье, обещаю!

Принцесса была слишком застенчива, чтобы ответить, и поэтому просто кивнула. Киа похлопала девушку по плечу, прошептала ей на ухо несколько слов по-эльфийски и успокоила. — И все же мне интересно, куда ведут эти ворота, — сказала рыцарь, взглянув на каменные ворота. — Если поклоняющиеся Саблару хотят получить к ним доступ… на той стороне не может быть ничего хорошего.

— О, может быть, они ведут в волшебную страну! Там находятся первые врата на Элементальный План Земли, — ответила Джоли, рассматривая руны на двери. Никогда о таком не слышала.

— Ты умеешь читать на этом языке?

— Дядя Гениалиссимус научил меня языку фоморов, чтобы я могла оскорблять их на их родном языке! — похвасталась Джоли, — Такие двери делали повсюду, с тех пор, как драконы сотворили мир.

Глава персонала, пораженная знаниями подруги, посмотрела на нее своими большими глазами. Дракон была так горда! — Глупая Киа, неужели ты не знаешь, как драконы создали мир?

Отсутствие ответа рыцаря начало беспокоить Джоли. Рейнджеры Кобольды по доброте душевной в это время ухаживали за ранами чешуйчатого зверя. — Что, нет?

— Я слышала противоречивые истории, — призналась Киа.

Противоречивые истории? От фейри? Неудивительно, что у нее были такие запутанные представления об эльфах и коровах! Дракон не мог этого допустить и поэтому Джоли решила открыть разум своей подруги драконьей правде.

— Давным-давно существовали только пустота и земля, — вспомнила Джоли любимую сказку дяди Гениалиссимуса, которую он постоянно рассказывал ей, когда она была ребенком. — Земля была бесформенной, а тьма — непроницаемой. Затем появился Старший Змей, первый из всех драконов, который как раз проходил мимо. И он сказал: — Да будут блестящие! — И он создал своим дыханием звезды.

— Это … звучит знакомо.

Так и должно быть! — И тогда Старший Змей сказал: — Пусть будет золото и драгоценные камни для моих сокровищ! — И сформировалась земля, чтобы она могла производить богатства для великой сокровищницы! Но Старший Змей чувствовал себя одиноким, потому что ему не перед кем было похвастаться своим огромным богатством! И вот, он создал по своему образу и подобию драконов!

— О, я знаю, что будет дальше! — Розовая прервала разговор, забравшись на чешуйчатую спину длинношеего зверя, чтобы погладить. Существо в ответ лизнуло своего всадника. — Старший Змей понял, что его драконьи дети слишком хороши, чтобы самим собирать золото и драгоценные камни для великого клада. И вот, первый дракон создал миньонов, чтобы собирать богатство из земли.

— Но потом драконы и их миньоны проголодались, и Старший Змей изобрел скот, чтобы их кормить, а потом фрукты и овощи, чтобы коровы не голодали, — продолжала Джоли. — Потому что Старший Змей добрый и внимательный!

— Это официальный миф о сотворении дракона? — Спросила Киа, и Джоли яростно закивала, а потом добавила очень странным тоном: — Это многое объясняет.…

— После семи дней хвастовства перед своими детьми Старший Змей сказал: «Теперь весь этот мир — ваш клад, мои сыновья и дочери! Плодитесь и размножайтесь, и разводите миньонов, чтобы сделать свои собственные клады! Однажды я вернусь, и вы все будете хвастаться передо мной своим богатством!» А потом он улетел, чтобы добавить в свою копилку новые солнца.

— Интересная история, Джоли, — улыбнулась Киа. — Но какое отношение это имеет к воротам?

— Я уже подхожу к этому! — Сказала Джоли, поглощенная звуком собственного голоса. — Драконы и миньоны жили в гармонии… пока не напали фоморы! Они поднялись из-под земли, посмотрели на землю, созданную Старшим Змеем, и сказали: «Теперь это наш клад! Мы его создали!» Потом они построили двери, чтобы ловить через них людей, эльфов и гномов-миньонов.

— Подожди, фоморы создали плоские дверные проемы? — Поворот сюжета застал ее главу персонала врасплох. — И куда же? Элементальные планы?

— Далеко, но это не важно, — отмахнулась от ее вопросов Джоли. — Драконы сказали: «это не ваш клад, мы сотворили мир первыми»! Но фейри продолжали лгать, так что Грандрейк украл одну из их принцесс. Вот так фейри и драконы вступили в войну.

Ее глава персонала взглянула на принцессу Джоли, потом на ворота. —Может быть… — она запнулась, и в голове у нее мелькнула мысль.

Проверка Интеллекта прошла успешно!

Но Джоли закончила за нее. — О, Киа, я понимаю! Я понимаю, о чем ты думаешь!

— Ты знаешь? — Рыцарь улыбнулась своей лучшей подруге. — Ты думаешь, это возможно?

— Да! Если планета Луна не может поддерживать жизнь дракона, мы можем отправиться в другие миры! Я уверена, что они полны сокровищ и принцесс!

Улыбка Киа дошла до ушей, напряжение эмоций для нее было слишком сильным.

Итак, Дракон Джоли, самая красивая и единственная племянница доброго императора Вайнкера, захватила свою первую принцессу, став взрослой в глазах драконов и миньонов. Принцесса Ориана была возвращена своему племени, которое любезно подарило ее дракону справедливости. Ибо они знали, что мерзкий Фрэнк остался жив, и что Ориана будет в безопасности только, как часть сокровищницы дракона!

С открытием врат, обещание новых миров вдохновило племянницу достичь новых высот в ее поисках богатства! Ибо сердце ее чисто, а ее клад золотой!

И все же, иногда я, Розовая Рейнджер, мельком вижу, как Сияющая Киа бросает на эти двери странные, угрюмые взгляды. Ибо она мельком видела грядущие испытания.

Но не бойтесь, ибо, в конце концов, драконы всегда побеждают!

Поздравляю! За то, что вы помогли своему господину победить Короля Вотана и поймали в свою косу душу его правой руки, вы заработали уровень в [Синоптике] и уровень в [Жнеце]!

+30 Очки Жизни, +10 Специальные Очки, +2 Жизнестойкость, +2 Мастерство, +2 Ловкость, +3 Интеллект, +2 Харизма, +2 Удача.

Достигнув тридцатого уровня в Классе [Жнец], вы достигли потолка класса! Вы больше не можете проходить в нем уровни, но вы получили конечную способность [Мрачная Жатва Харона]!

[Мрачная Жатва Харона]: Венец Жнеца, 5 Специальных Очков в секунду. Вы вызываете в широком радиусе вокруг себя призрачные, летающие серпы, которые будут инстинктивно искать в пределах вашей близости всех не-нежить существ, чтобы собрать их души. Серпы наносят средний [Духовный] урон при контакте, и, если серп убивает цель, душа убитого переносится в вашу главную косу, как если бы на него воздействовал Перк [Хельхейм]. С каждой собранной душой радиус Перка будет экспоненциально увеличиваться.

Поглотив много свежих душ и получив венец класса [Жнец], ваша коса превратилась в [Косу Харона]!

[Коса Харона]: + 30 крит; при успешных попаданиях наносит дебафф Силе и Жизнестойкости.

Что ж, это должно было случиться. Максимизация класса [Жнец] и прорыв Вайнкера за пределы 60-го уровня сделали Виктора в некоторой степени счастливым, но не компенсировали усталость после боя.

— Мы уже приехали? — Спросил Вайнкер, когда они пролетали над берегами Нового Мира, оставив позади Побережье Кинжала.

— Пирамида там, — Виктор указал косой на точку над горизонтом. Хотя солнце уже почти село, он видел пролетающие над этим районом десятки крылатых багровых кораблей, первый признак цивилизации с тех пор, как они потопили остров Грандрейка. — Это великая пирамида Кукулькана, столицы Империи Таотен.

Им не потребовалось много времени, чтобы добраться до города, построенного посреди озера крови.

Кроме этого зловещего кусочка, место выглядело внушающим благоговейный трепет. Столица Таотена была намного больше любого города на континенте Мистраль и представляла собой целый остров, соединенный с берегами озера четырьмя мостами, по одному на каждую из сторон света. Построенные почти целиком из оранжевого кирпича, дома были выстроены очень организованно, резко контрастируя с хаотичным Мурмурином. К центру города, массивной мезоамериканской пирамиде высотой с Эмпайр Стейт Билдинг, вели огромные аллеи.

— Я чувствую повсюду запах нежити, — сказал Вайнкер, целясь на пирамиду. В отличие от Порта Дамне, ни один корабль не попытался остановить их; фактически, они просто отошли в сторону.

— Это вампирская теократия, которой правят жрецы-нежить, — объяснил Виктор. — Отсюда пришла вампирская Красная Чума, принесенная исследователями из Нового Мира в Старый. Большинство горожан — это рептилии человеко-ящеры, а самые достойные граждане вознаграждаются нежизнью.

Он также слышал, что они, чтобы прокормить свою элиту, приносили в жертву своих врагов, но счел разумным об этом не упоминать.

— Летучие мыши, а? — Вайнкер хмыкнул, глядя на популяцию гуманоидных ящеров, с благоговением взирающих на него. — По крайней мере, у этих есть чешуя, что является признаком высшей патрицианской утонченности.

— Все в порядке, Ваше Величество, эти — дружелюбны, — сказал Виктор, заметив ожидающую их на главной площади, прямо у основания пирамиды, толпу. С наступлением ночи вокруг пирамиды клубился туман, принимая форму человеко-ящера альбиноса.

Как всегда, Вайнкер громко и четко обозначил свое присутствие, приземлившись на площади и разбросав во все стороны кирпичи. Собственная посадка Виктора была гораздо более сдержанной.

Приветствующая их толпа была почти полностью рептилиями, но виды, составлявшие ее, были удивительно разнообразны. Хотя многие из них были ящерами, и некоторые явно вампирами, Виктор заметил среди них много крылатых кобольдов, змееподобных существ и даже виверн.

Очевидно, ними руководил ящер-вампир. Каждый из них был одет в изысканные, типа ацтекских, платья из перьев. Один из них явно выделялся из толпы — ящер-альбинос в замысловатой крылатой шляпе и с посохом, напоминающим могучего комара, символ Камиллы. Виктор тут же применил к нему [Проницательность Монстра].

Верховный Жрец Ксолотль

Гуманоидный Ящер Вампир Прародитель (Нежить/Рептилия)

Сильный против Святости, Нечестивости, Луны, Берсерка, Тьмы, Огня, Молнии, Крови, Мороза, Некромантии, Истощения, Мгновенной Смерти, Контроля Сознания, Болезней, Яда, Усталости, Сна и Зверя.

Слабый против Солнечного Света, Жизни, Убийцы Людей и Убийцы Чешуйчатых.

Один из первых вампиров Аутремонда, самый старший в большинстве стран последователь Камиллы. Представительный, как нежить, кровососущая мерзость против природы, он в настоящее время находится на «социально ответственной» вампирской диете, питаясь только кровью опальных политиков.

— Добро пожаловать, великие гости! — сказал священник старым, но полным силы голосом. — Я — один из тридцати одного духовного наставника империи Таотен, Ксолотль. Мать Камилла предсказала ваше появление.

— А, драконианский оратор, — сказал Вайнкер. Отлично. Миньон, объяви о нас.

— Я — Виктор Далтон, Великий Визирь Его Величества Вайнкера Златобородого Рыцареубийцы, Августейшего Императора Империи V&V, Ишфании, Пиратского Моря и Альбенских гор. Он также известен как Защитник Сокровищ, Освободитель Миньонов, Величайший Гладиатор, Миллиардер-Авантюрист и носитель Цивилизации Драконов.

— Великое зло близко, священник, — объявил Вайнкер. — Мерзкий Золотоубийца Фурибон скоро превратит золотое Эльдорадо в свинец! Мы должны его остановить!

— Мы, Таотены, поможем тебе в твоих священных поисках, — ответил жрец. — Вы будете почетными гостями на эту и последующие ночи. В честь вашего приезда будет устроен великий праздник крупного рогатого скота.

— Я также требую лавовую ванну! — потребовал Вайнкер. — Я устал, богат и важен.

— Ты ее получишь.

От неожиданности дракон остановился. — Ты … у тебя есть лавовая ванна?

— Конечно, есть, — ответил священник, шокировав Вайнкера. Тот явно не ожидал, что они выполнят его обычные непрактичные требования. — Драконы — великие и могущественные существа, и мы чтим тех немногих, кто передал нам свою мудрость с первых ночей империи.

— Я также хочу, чтобы миньоны выполняли все мои прихоти, — потребовал Вайнкер, испытывая свою удачу.

— Приведите миньонов целовальщиков драконов, — приказал вампирский жрец, поднимая посох. Тут же, чтобы служить Вайнкеру, прибыла группа из сотни крылатых кобольдов. Многие из них были одеты в странные меховые мантии.

А потом, прежде чем Визирь успел опомниться, кобольды, обнажив спины, бросились к ногам V&V. Присмотревшись, Виктор наконец-то смог разглядеть мантии поближе и то, как они выглядели на самом деле.

Половики.

— Наши гости слишком важны, чтобы ходить по земле простых граждан, — продолжал Ксолотль. — Наши слуги позаботятся о том, чтобы тебе никогда не пришлось выходить за пределы своих личных покоев. Идите и попробуйте их.

Виктор взглянул на своего хозяина, который от такого подобострастия совершенно потерял дар речи, и нерешительно наступил на спину кобольда. — Это больно? — спросил Визирь, надеясь, что не раздавит бедняге спину. — Я не слишком тяжелый?

— Это прекрасно! — ответил Кобольд… возбужденным голосом. — Чувство, что меня топчет высшее существо, наполняет меня радостью!

— Мы экспериментируем со стульями из миньонов, которые позволят гостям сидеть где угодно, — продолжил священник. — И льстецами, которые будут льстить вам, пока вы моетесь. Они будут напоминать вам о том, насколько вы добры и мудры на протяжении всего вашего пребывания.

Виктор почти видел, как крутятся шестеренки в голове Вайнкера, он, вероятно, придумывал новые способы командовать своими миньонами. — Человечек Виктор, это величайшее археологическое открытие со времен золотодобычи! — заявил он. — Мы нашли потерянную высокоразвитую цивилизацию миньонов! Гораздо более продвинутую, чем твоя!

— Я сделаю все возможное, чтобы достичь этой стадии развития, Ваше Величество, — невозмутимо ответил Виктор.

— Все в порядке, миньон, я прощаю тебя. Ты всего лишь наполовину дракон.

Виктор должен был признать, что эти вампиры знали, как приветствовать гостей.

Они отдали Вайнкеру и Виктору по целому крылу пирамиды, каждое из которых было больше поместья Визиря. Собственная комната Жнеца включала в себя огромную золотую кровать, волшебное зеркало, служившее чем-то вроде межпланетного телевизора, джакузи, сауну, хаммам и, вершина роскоши, небольшое, личное, примитивное футбольное поле.

Как архитекторам удалось разместить все это в одном месте?

Как бы то ни было, Виктор сменил свои доспехи на халат, любезно предложенный слугами-кобольдами, жаждущими ему служить. Он прыгнул в кровать, чей пуховый матрас был таким мягким, что он мог в нем утонуть.

Но, к сожалению, прежде чем наслаждаться этим теплым местом, ему нужно было кое-что проверить.

«Изабэль?» — Виктор закрыл глаза и мысленно сосредоточился на демоническом генеральном директоре, молясь, чтобы с ней все было в порядке. Он связался бы сначала с Шоколатин, если бы ее нахождение за гранью не мешало его Перку [Этюд в Багровых Тонах]. — «Иза?”

— Да, дорогой? — голос тепло отозвался через телепатию.

— О, слава архимагам, ты жива!

— А почему я должна быть мертвой? — раздраженно отозвалась губернатор.

Потому что он думал, что ее убил какой-то оборотень. — О, мы, мы чуть не умерли, и я должен был тебя проверить; особенно с тех пор, как ты начала свою новую работу. Шоколатин сказала, что обменялась с тобой несколькими словами.

— Эта девушка-оборотень? У нас был очень приятный разговор, она мне нравится. Она так хорошо понимает, как устроен ад, что сама могла бы стать демоном. Мы обязательно будем в будущем заниматься бизнесом.

— Неужели?

— Однако, вернувшись домой, я обнаружила, что мои охранники убиты, а в моей постели лежит голова коровы, — призналась она. — Почему это?

— Потому что единственная лошадь в Мурмурине — моя, — со вздохом ответил Виктор. Ясно, что, хотя Шоколатин согласилась не убивать конкуренток, запугивание в стиле крестного отца оставалось жизнеспособной стратегией.

— Понятно… есть идеи, кто мог быть виновником?

— Нет, — солгал Визирь.

— Понимаю, — ответила она тоном, который подразумевал, что она верит в обратное, а затем чувственно добавила. — Когда ты вернешься?

— По крайней мере, через месяц или два.

— У меня к твоему возвращению будет сюрприз, но я не стану портить его телепатически. Береги себя.

Виктор озадаченно прервал связь и мысленно проверил своих союзников в Мурмурине и Порт Вайнкере. Поскольку они собирались открыть посольство в Империи Таотен, вероятно, с постоянным порталом в их собственную империю, он попросил Эллисон, Малфи, Миэль и главных миньонов Вайнкера в ближайшее время быть готовыми к переходу.

— Мы позаботились о принцессах, которых прислал Вайнкер, — сказала Эллисон. — Бедные девочки, изоляция сделала ужасные вещи с их рассудком.

— Вы можете попытаться найти их еще живых родственников? — Спросил Виктор. — Мы должны попытаться вернуть их близким, если сможем.

— Вайнкер будет недоволен.

— Я придумаю какой-нибудь предлог, а у драконов есть программа по отлову и освобождению. Он поймет.

Теперь Виктор понимал, как работают драконы, их рычаги и какие доводы могут их убедить. Несмотря на безразличие, Вайнкер уже не был равнодушен к чувствам других людей; вероятно, он будет более чем когда-либо открыт для подобных предложений.

— Кроме того, я наткнулся на тревожные новости, — Виктор сбросил бомбу, — Мы наткнулись на фоморов с классовыми уровнями.

Ответ Элисон пришел с опозданием. — А ты уверен?

— Конечно, и я сомневаюсь, что это единичный случай. Вайнкер похоронил этого сказочного лорда под извергающимся островом, но я сомневаюсь, что он умер. — Как хороший визирь, Виктор отказывался верить, что враг мертв, пока лично не избавится от тела. — Я сообщу вам координаты этого места, и хочу, чтобы за ним постоянно следили.

— Это будет сделано. Я также скажу всем оставаться в состоянии повышенной готовности.

Виктор кивнул, прервав связь после того, как поделился приблизительными координатами острова. Его перк [Проницательность Монстра] упоминал о гербе души… может быть, это неизвестный тип герба, способный давать классовые уровни даже фейри?

— Ты умрешь, — произнес новый голос.

Визирь прервал беседу и взглянул на свою косу и новую душу в ней.

— Мой хозяин под землей еще жив, он яростно борется со своими оковами, — насмехалась над ним Валькирия Сигрун. — Мои сестры найдут вас! Вы можете бежать, но вам никогда не избежать правосудия Его Высочества-

Виктор мысленно приглушил звук косы, оставив Валькирию безуспешно пытаться на него кричать. Один из приемов, которым он научился в Схоломансе.

В комнате открылся серный портал, и слуги Кобольды запаниковали, но Виктор поднял руку и успокоил. — «Самое время», — подумал он, когда в комнату вошла Шоколатин. А то он уже начал задумываться, не собираются ли дьяволы оставить ее себе ради выкупа.

— Та-дам! — Шоколатин сменила платье на неприличный черный корсет с крошечными крылышками и хвостом демона. — Ну и как я выгляжу? Как я выгляжу?

— Удивительно, — ответил Виктор, и только потом заметил квитанцию в ее руке. — Что это такое?

— Расходы, — сказала она, протягивая ему квитанцию. — Суккубы сказали, что полет за грань стоит дороже.

Это был способ, чтобы положить его на лопатки! — Слава богам, я зарабатываю столько же, сколько диктатор третьего мира, — сказал Виктор вслух, прочитав цифру на чеке. — До того, как Вайнкер не распилит их.

— Что это за место? — Спросила Шоколатин. Виктор спрятал квитанцию под матрас, а оборотень обняла его за шею. — Гробница?

— Центральная пирамида Империи Таотен.

— Таотен? Потрясающе! Ты должен пригласить Жюля, он всегда хотел посетить это место. А правда, что они построили свою столицу посреди кровавого озера?

— Да, и я до сих пор понятия не имею, как они это сделали.

— Глупый, очевидно, по одному демону за раз!

Ее детское возбуждение заставило растаять все его тревоги и усталость. — Мы можем осмотреть достопримечательности, если хочешь, — сказал Виктор, обнимая ее за талию и притягивая ближе к себе.

— А можно попробовать местную кухню? Я хочу добавить новые рецепты, мне кажется, можно понять другую культуру, только попробовав.

Виктор не стал комментировать двусмысленную формулировку, и у него не хватило духу отказать ей. — Как хочешь, — сказал он, коротко поцеловав ее в губы. После очень напряженной ситуации с Вотаном он почувствовал облегчение, снова оказавшись в ее объятиях. Он ничего не мог сказать, но в обществе оборотня, в отличие от других женщин, он чувствовал себя до некоторой степени умиротворенным. И это, несмотря на ее общее безумие.

— Ты такой милый, Вик, — сказала она, прервав поцелуй. — Я уверена, что мы многому научимся! Я имею в виду, что ты не можешь построить такую большую страну, как эта, не заставив многие виды сосуществовать вместе. Я знаю, что у них плохая репутация, потому что они привели к нам вампиров, но Шарлин одна из них, и она очень милая!

Словно в ответ на ее мысли, в комнату вторглось облако тумана, которое вскоре превратилось в верховного жреца Ксолотля. Если он и был удивлен появлением Шоколатин, то не подал виду и просто с ней поздоровался. Чародей, вероятно, держал их под строгим наблюдением. — Дорогой гость и избранник богини, я надеюсь, что вы нашли свое жилище подходящим для вашего ранга.

— Я благодарен вам за гостеприимство, — сказал Виктор, откровенно впечатленный. — И я уверен, что Вайнкер тоже.

— Вы видите, как я радуюсь, — сказал священник в архаичной манере речи, а затем продемонстрировал свое собственное клеймо на руке, ниже его священнической одежды. Поскольку он говорил не как реинкарнированный человек, Виктор предположил, что богиня потребовала рептилию, как личное одолжение. — Я бы с удовольствием попробовал твою святую кровь, а ты попробуешь мою, чтобы мы могли породниться, как избранники богини.

— Это … интимно.…

— Вик, я кусала тебя везде, где только можно, и я уверена, что Шарлин тоже, — сказала Шоколатин со счастливой улыбкой. —Разве ты не должен к этому привыкнуть?

— Ты мне не помогаешь.

— Если пить кровь слишком близко, то, может быть, каждый из нас сможет отрезать кусок плоти и попробовать плоть другого? — священник предложил золотую середину.

— О, вы тоже делаете пирожные из демонов? — Прервала его, внезапно заинтересовавшись, Шоколатин.

— У нас есть много уникальных рецептов, — ответил Ксолотль, явно гордясь тем, что может продемонстрировать свою культуру иностранцу. — Дьявольское Пате, Сердце Феникса с Шоколадной начинкой, Филе Чертенка… и все же я настаиваю на ритуале обмена. У Таотенов делиться своей кровью — это высшее выражение доверия и дружбы.

В дипломатии, как и в спальне, должны быть принесены жертвы… — Точно, — сказал Виктор. — Но, пожалуйста, будьте помягче, когда мы до этого дойдем, хорошо?

Теперь он понял, что это не лучший способ описать это…

— Отлично. Как и положено человеку, достойному богини, и верховному слуге драконьего лорда.

— Кстати, как вам удалось достичь такого уровня… культурной утонченности? Мне было бы больно так просто сказать это.

— Мы, Таотены, высокоразвитое общество, — сказал священник, словно повторяя какой-то сценарий. — Да, очень развитое общество.

— Ты можешь снять маску, — сказал Виктор. — Я узнаю родственную душу.

— О, слава богине, ты понимаешь боль, — сказал жрец, и это слово резонировало с Визирем. — По одному дракону за раз, чешуйчатый брат. Наша Империя стара, и хотя мы встретили лишь нескольких из них, драконы воплощают хаос. Мы решили, что эти гостевые ритуалы легче умиротворить, чем вынудить огненных драконов рыскать по нашей местности, очищая ее от скота.

— О, вы можете показать нам свой город? — Спросила Шоколатин. — Я хочу побывать в каждом уголке!

—С радостью. По правде говоря, нам, Таотенцам, было бы приятно поддерживать хорошие отношения с заморской нацией. Наши попытки установить контакт со странами за океаном закончились катастрофой, когда они отвергли дар Матери Камиллы и убили наших посланников.

Вампиризм. Чума для одних, дар для других. — Но мы готовимся к войне, — предупредил Виктор. — Против фоморов.

— Хорошо. Сражаться во имя богини против бездушных язычников — долг Таотена, и нам нужны еще жертвы. Озеро жизни нуждается в свежей новой крови.

— Вы знаете Изенгрима, лучшего бога? — Шоколатин проповедовала во имя своего божества. — Он добрый и удивительный!

— Мы знаем о великом охотнике, и ему дарован храм в нашем священном городе, но мы превозносим мать Камиллу превыше всех остальных, — ответил Ксолотль, и снова сосредоточился на Викторе. — Пока я буду отвечать на зов богини, мы, Таотены, равная некрократия. Мои тридцать коллег-правителей попросят о дарах и дани в обмен на помощь. Особенно для доступа в Эльдорадо.

— А? — Виктор нахмурился, — Они более открыты для войны, чем идти туда?

— Золотой город — проклятое место. Я сказал дракону, что он не первый из своего рода, кто его ищет, но он все же хочет туда попасть.

— Как проклят? — Спросил Виктор.

— Он привлек много чужеземцев, воров и потенциальных завоевателей, и лишь немногие из них оттуда ушли, — сказал священник. — Там заключено великое бедствие, «суперзвезда», или как ее еще называют. Оно не может вырваться из подземелья города, но может призвать к себе жадного. Лич, на которого вы охотитесь, должно быть, ответил на его приманку. В любом случае, мои товарищи не рискнут навлечь проклятие на свои пирамиды без надлежащей компенсации.

— Это было бы уместно? — Спросил Виктор, демонстрируя свой [Черный Грааль] на прикроватном столике. — Это артефакт огромной силы, который Камилла попросила меня передать вам для изучения; при определенных обстоятельствах он может воскрешать мертвых, создавая иллюзию жизни.

— Интересно, — кивнул жрец, произнеся несколько заклинаний, чтобы идентифицировать объект. — Это священный артефакт.

— Я могу одолжить его тебе для изучения в обмен на проезд до Эльдорадо и начало переговоров о военной помощи.

— Этого вполне достаточно, — заявил священник, довольный предложением. — Мы, жрецы Камиллы, всегда изучаем состояние нежити, чтобы со всеми поделиться даром бессмертия. Как только мы достигнем совершенства в вампиризме, мы будем братьями, пока не взойдет солнце. Однажды ночью мы излечим смерть для всех существ Аутремонда!

— Кроме того, поскольку вы являетесь частью культа, не могли бы вы снабдить меня оборудованием? — Шоколатин ухмыльнулась. — Мне нужны веревки, жертвенный нож и, позже, свинья.

— У нас нет никаких ”свиней», зато есть ламы, — ответил священник. — Ты хочешь принести жертву? Разве твой бог требует крови?

— Это просто для… — Виктор вздрогнул, пытаясь найти правильный способ сказать это в приличном обществе, и сдался. — Размножения.

— Размножение? С чудовищем? — Священник внезапно все понял. — О, я понимаю. Вы приносите жертву, чтобы улучшить мужественность перед постелью невесты.

Вот как это было сказано… — Тогда вы сможете помочь? — Спросила Шоколатин, явно желая сделать это после посещения города.

— Я прослежу, чтобы служители храма принесли тебе то, что тебе нужно, и даже больше. [Вызвать Предмет]. — Жрец поднял посох, и в его руке материализовалось алое зелье. — Этот священный эликсир приносит великое здоровье живым. Да, отличное здоровье!

— Но вы, жрецы, нежить, — нахмурился Виктор.

— Для нежити это дает духовное здоровье, — ответил священник. — Я бы не советовал принимать его вместе с благословенным смертью человеком, если только вы не можете держать его в безопасном, уединенном месте. Последствия для непосвященных очень сильны. Возьмите его сейчас, и перед событием он очистит ваше тело от его нечистот.

Затем Ксолотль милостиво извинился и отправился «позаботиться о пире скота», оставив Виктора и его любимого оборотня с бутылкой. Визирь сделал первый глоток, и хотя на вкус он не был похож на кровь, о смеси он не мог сказать ни слова.

Оно не казалось эффективным.

[Дарвинист] активирован. Вы будете считаться [Нежитью] для целей [Грибного Вина Силы].

Космическое путешествие скоро начнется. Приготовьтесь.

Космическое путешествие? Например, телепортация?

…

Почему его пальцы стали похожи на змей?

Руки Виктора превратились в змей, а ноги — в щупальца, но в остальном все было в порядке.

Мир стал оранжевым, а звезды — красными глазами, смотрящими на него сверху вниз. Пирамида теперь выглядела как Фрейдистское изображение сдерживаемых сексуальных энергий, а вокруг нее танцевал дух забитых коров.

— Виииииккккккк! — Сказала Шоколатин, шагая и разговаривая в замедленном темпе. — Ууууууу ттееееебяяяяяяя вссссссееееее ххххоооорррооооошшшооооо?

— Да, — сказал Виктор. — Я чувствую себя потрясающе. — Он чувствовал внутри тепло, как будто его согревала энергия космоса.

— Ттыыыыы выыыыыгляяяядиииишшшь нееее оооочччееееень!

— МИИИИИНЬОООООНН!

Виктор поднял глаза и увидел летящего под малиновым небом Вайнкера. У дракона появилась корона в форме пони, а глаза у него были, как у пьяного психопата.

— ЛЮЮЮБИИИИ МЕЕЕНЯЯЯ!”

Дракон разорвал небо надвое и осыпал город Таотен золотом и слугами. Он видел, как они падают, все до единого. Эллисон, Шарлин, Миэль, Малфи, Жюль, Роло — все они падали, как дождь из тел, с яркими детскими улыбками на лицах.

Ладно, может быть, со вселенной что-то не так.

Так думала интеллектуальная, рациональная часть Виктора. Но так или иначе, он не мог заставить себя беспокоиться. Он чувствовал себя, как никогда раньше, счастливым.

Поэтому Визирь радостно запрыгал по улице вместе с Шоколатин, а остальные миньоны приземлились на ноги среди коровьих призраков и поедающих их гигантских ящериц. Приземлившись, Эллисон превратилась в дерево, Шарлин — в рой летучих мышей, а Малфи — в гигантскую сороконожку с тысячей контрактов в каждой клешне, показывающую их ящерицам. Дома превратились в конфеты и сладкие пирожные; все пахло апельсином.

А Вайнкера вырвало на всех медом.

— Этот мир удивителен! — Воскликнул Виктор, забираясь на дерево, чтобы получше разглядеть красивый пейзаж. Ему это показалось до странности трудным.

— ВВИИИИКККК! — позвала его снизу Шоколатин, но он продолжал свое восхождение вверх. — Стоооооййй! Лююююддиииии смоооотряяяяяятт!

Огромные космические глаза смотрели на него с любопытством и интересом, по причине, которую Виктор не мог объяснить. Древо жизни уперлось веткой ему в лицо, но он продолжал карабкаться, и оно начало помогать ему подняться. Снизу завыла Шоколатин и превратилась в волка, который начал жевать корни.

Визирь, наконец, добрался до вершины дерева и посмотрел на этот удивительный мир новыми свежими глазами. В нем кипело послание, послание мира и гармонии, и он не мог дождаться, чтобы этим поделиться.

— Миистееер Виииикктоооор! — Крикнула ему Миэль, пролетая над деревом, где он прятался. — Твооооояяяя ккааааррррммааа! Пооодуууумааай оооо каааааармеее!

Виктор не мог больше лгать, потому что в нем бурлила прекрасная энергия. — Я солгал! Я врал обо всем! — сказал он, летя к ней и танцуя с ней над землей, далеко от дерева и всех остальных внизу. — У меня есть Перк!

И он благословил ее светом истины, избавляясь от всей лжи, которую он когда-либо говорил.. Все они превратились в мух, отчего ему стало легче и теплее.

Затем Миэль преобразилась. Она преобразилась прямо на глазах Виктора, ее глаза покраснели, а две руки стали четырьмя, восемью, двадцатью, тысячами! Они хлестали его по лицу, били кулаками и царапали когтями везде, где только возможно.

Ему следовало бы почувствовать боль, но вместо этого он почувствовал, что приближается к просветлению.

Рука отшвырнула его назад, и он отскочил от здания, потом от летучей мыши, потом от чего-то мягкого, похожего на зефир, что подтолкнуло его и он встал на ноги.

Поздравляю! За то, что вы осмелились пройти по улице мегаполиса совершенно голым, вы заслужили личный Перк [Эксгибиционист]!

[Эксгибиционист]: Вы получаете бонус к уклонению, когда сражаетесь голым.

Что?

Он посмотрел на себя и понял, что у него больше нет доспехов. Но он не мог видеть своих мясистых частей, потому что его кожа теперь сияла силой любви. Он стал ходячей неоновой звездой, освещающей вселенную любовным излучением.

Предупреждение: за публичное признание вашего страхового мошенничества вы потеряли все преимущества вашего страхового плана Кармы!

Как раз вовремя, потому что со всех сторон на него бросилась орда крылатых монстров, размахивавшая нижним бельем и штанами.

— СТТТОООЙЙЙ! — истерически выкрикнул громовой голос. — ОООДДЕЕЕЕНЬ ШТААААНЫЫЫЫ! МООШШЕЕЕННИИИКК!

— МИИИИИНЬОООООНН! — Крикнул сверху Вайнкер, изрыгая мед. — НААААДДЕЕЕЕРРИИИ ИИИИМ ЗАААД! ТЫЫЫЫ МОООЖЖЕЕЕШШШЬ ЭЭЭТОО!

Виктор мог, потому что теперь он обладал единственной истинной силой любви. Он поднял руки и выстрелил из своих змеиных пальцев в ненавистные массы радугой. Он осыпал всех своим светом, побеждая всех, кто осмеливался приблизиться.

Бог.

Вот что чувствовал бог!

— Ты понимаешь, Вик? — Голос Шоколатин эхом отдавался в его голове, но уже не как в замедленной съемке. — Мне всегда так кажется!

— Это замечательно! — Крикнул в ответ Виктор, взрывая всех радугой.

В конце концов, как только он преодолел всю ненависть, он вызвал в руку чашку шоколада и осыпал крылатых существ этим веществом. Они быстро восстали из мертвых, как шоколадные статуи, вкусные и полные сахара.

Чтобы принять участие в его любовном излучении, его окружили летучие мыши и любящие люди. Они взяли его чашку шоколада, и он делился своим теплом, как ягненок, позволяя им повсюду себя кусать. Они поглощали его энергию, и хотя он чувствовал себя слабее, он должен был поделиться этим со всеми.

Поздравляю! За то, что тебя укусили десятки вампиров, жаждущих выпить твою святую кровь, и Шарлин, как часть праздника, пошедшего наперекосяк, ты заслужил Перк монстра [Поцелуй Вампира]!

[Поцелуй Вампира]: Вы можете пить кровь живых, кусая их, чтобы пополнить себя, потребляя литр крови каждую минуту постоянных усилий. Вы восстанавливаете Очки Жизни в половину урона, который вы нанесли, и жертва заражается болезнью [Красная Чума Вампиров], если только они не обладают сопротивляемостью или иммунитетом к [Болезни]. Существа без крови к этому Перку невосприимчивы.

Внимание: критическое состояние здоровья!

— Иииспооользуууй нааашшууу ээнееергиииююю! — Эхом отозвался голос Ксолотля, и все летучие мыши предложили взамен свою святую энергию. — Иииспооользуууй нааашшууу ээнееергиииююю!!

Виктор поднял руки и собрал все излучение, которое ему предлагали, радуги вливались в его сердце и освежали его.

[Фонтан Крови] активирован! Вы восстановили все свои потерянные Очки Жизни!

— Иди ко мне!

Раздался голос сверху. С Лууууны!

— Иди ко мне!

И Виктор ответил, катясь на радуге к сияющему небесному объекту. Город превратился в пылинку, он вылетел из атмосферы и пронесся сквозь темную космическую пустоту.

— Миньон!

Виктор обернулся, потому что голос принадлежал не Вайнкеру.

Это был тот самый проклятый кот, которого он унаследовал от Лавер, Феликс фон Мяу! Гоняться за ним на его собственной радуге! — Твои колени — мои, человечек! — хвастался кот с огненной решимостью, вытянув когти. — Вернись ко мне!

— Как ты можешь летать?! — Спросил Виктор.

—Я — кот! Я могу делать все, что угодно!

Виктор ускорился пытаясь обогнать своего пушистого преследователя. К счастью, движимый завистью, а не космической любовью, Феликс не смог догнать Визиря, который вошел в орбиту Луууууны.

Он смотрел, как Круассан, одетый, как варвар, отгоняет пауков и смотрит на него снизу вверх. — Круассан! — Виктор махнул на него рукой. — Я люблю тебя!

— БИИП тебя! — швырнул в ответ оборотень.

Виктор продолжал свой полет вокруг Лууууны, мимо темных щупалец на ее спине, пока не достиг позади нее света. Парящего шара зеленой слизи, излучающего любовь и тепло.

— Добро пожаловать, Виктор! — мудрое создание заговорило с его разумом, внося ясность. — Я — твое духовное животное, твой тотем! Зеленая слизь!

Эта слизь? Потрясающе! А он думал, что у него будет кролик в качестве тотема!

— Знаки были здесь с самого начала, слизь! Ты, наконец-то, принял свою внутреннюю липкость!

Поздравляю! За встречу с вашим духовным животным, могучей зеленой слизью, вы заработали личный Перк [Тотем Слизи]!

[Тотем Слизи]: Безмозглый тип [Слизь] видит в вас одного из своих и не нападает на вас, если его не спровоцировать первым; в противном случае +5 к харизме при взаимодействии с разумной [Слизью].

— Главное — это слизь, Виктор! — сказало его духовное животное. — Склеить все виды вместе — вот ключ к миру! Твоя мягкая липкость должна покорить всех! Но ты не можешь склеить ненавистную, нет, потому что она не желеобразная!

— Что же мне делать? — Спросил Виктор, когда они оба вылетели за пределы Лууууны, к странной черной стене за гранью реальности.

— Ты должен держаться своего дракона! Будь слизистой броней, покрывающей его чешую, щитом, который защитит его жизнь! Ибо если он умрет, стрелы света ненавистной сожгут все! Только Вайнкер может победить ненавистную! Только он! Но только ты можешь положить конец войне! Липкость, слизистость! Только липкость может положить конец циклу разрушения!

— Я их всех замочу! — пообещал Виктор своему тотему, продолжая лететь вперед и оставив слизь позади. — Клянусь тебе!

— Да пребудет с тобой клей!

А потом полет Виктора закончился, и он врезался в черную стену в виде окна и приземлился на мягкую бумагу.

— …Вик? Вик, это ты?

Виктор узнал голос Камиллы и, поднявшись на ноги, понял, что очутился в центре гигантской карты. Пять колоссальных божеств, Ужасная Тройка, Лунный Человек и Шеша, смотрели на него с удивлением. С их точки зрения, должно быть, он выглядел не выше мыши.

— Как он сюда попал? — Спросил Десджестер. — Нет, серьезно, как? Как он сюда попал?

— Виктор, мне очень жаль, но это частное собрание только для богов, — сказала Камилла со смущенной улыбкой. — Я вынуждена просить тебя удалиться…

Богиня остановилась, рассматривая его мясистые части и следы укусов по всей коже. — Вот это да…

— Почему он голый? — Спросила Шеша, смутившаяся больше всех. — Его прислала Кибела?

— Эй, друзья, что вы делаете в моей галлюцинации? — Спросил Виктор, все еще под кайфом.

— Гамета Пророк, что ты делаешь в моей галлюцинации? — ответил Лунный Человек, такой же высокий, как и его избранный.

— Я знала, что это твоя вина! — Пожаловалась Веран. — Я же говорила вам всем, что мы не должны были позволять ему руководить игрой на этом сеансе! Это никогда не кончается хорошо!

Десджестер вздохнул. — Лунный Человек, пожалуйста, отправь его домой.

— Да, Гамета Пророк, возвращайся после победы над Финальным Боссом, если сможешь, — ласково попросил Лунный Человек. И поздравляю с тридцатью двумя новыми глазами.

— Какими глазами? — Спросил Виктор, имея только два.

— О, извини, я смотрю слишком далеко вперед.

— Брось меня! — Кость, единственный бог размером с Виктора, прыгнул на карту рядом с Визирем, сокрушив Атлантиду. — Брось меня в мою очередь!

Подгоняемый безумием и наркотиком, Виктор поднял кость над головой и угрожающе встал перед богами.

— Нет, нет, человек, не надо! — запаниковала Веран, пытаясь сбросить его с доски.

И Виктор бросил Кость.

— Двадцать! — бог удачи кричал, как ребенок. — Натуральная двадцатка! Новый материал!

Волна разрушающей мир магии поглотила Виктора целиком, и все погрузилось во тьму.

Виктор проснулся с самой сильной головной болью в своей жизни.

О, боги … о, боги, боль… он едва чувствовал свое тело, и солнце на его глазах не улучшало его настроения.

После прохождения мучительного духовного путешествия вы приобрели естественную устойчивость ко всем формам рекреационных наркотиков. Вы можете пожалеть об этом, а можете и не пожалеть.

Его глаза привыкли к солнечному свету, уши — к звукам джунглей, а кожа — к ощущению травы на спине.

— Миньон, ты проснулся! — Вайнкер с радостным выражением посмотрел на него сверху вниз. — Наконец.

— Моя… моя броня … — запаниковал Виктор, потому что ему было холодно и он был весь покрыт следами укусов. — Куда делись мои доспехи?

— Ты осквернил их, — рассеянно ответил Вайнкер. — К счастью, Сладкая Шоколатин нашла твою косу и нижнее белье.

Осквернил? Ух…

— Друг Виктор, я так тобой горжусь, — с нежностью сказал Вайнкер. — Ты пытался, и это самое главное. Признаюсь, я очень волновался, когда ты полетел к этой проклятой свинцовой дыре в небе после того, как уничтожил этих пуританских птиц… но ты старался исполнить свой долг миньона.

— Что сделал? Я не помню… э-э, моя голова, она так сильно болит…

— Это моя вина, миньон, — успокоил его дракон. — Я должен был сказать тебе, что у нас, красных драконов, есть серьезная нетерпимость к гномам, и ты ее унаследовал. Я не знаю, сколько ты их съел, чтобы напиться, но одного уже и так было слишком много.

— Я… я не понимаю…

— Я знаю. Мы — высшие существа. Мы думаем, что мы можем контролировать нашу зависимость от гномов, что мы можем сдержать свою жажду с помощью одного или двух. Но мы не можем. Ты не можешь быть ответственным к гномам, миньон. Ни один дракон не может. С гномом или без — вот единственный выбор. Поэтому, когда ты сталкиваешься с гномами, поступай смело. Скажи нет. Скажи нет гномам.

Что за чушь!..

— В любом случае, мы почти добрались до Эльдорадо, так что поднимайся. Фурибон не покончит сам с собой.

А еще что-то сидело у него на коленях. Что-то теплое. Виктору удалось приподнять голову и взглянуть на него.

Это был тот самый проклятый кот.

И смотрел на него снизу вверх самодовольными, торжествующими глазами.

Солнце стояло еще высоко в небе, но тьма уже завладела землей.

Вайнкер все это чувствовал. Мрачные кошмары, которые ждали их за деревьями. Злоба, таящаяся в самом сердце джунглей, отвратительное зловоние нищих, хватающихся за золото богатых. То же самое бессловесное зло, с которым он столкнулся на планете Луна, вернулось, чтобы опустошить Аутремонд.

Проклятие свинцового отравления и злого лича, который его распространял.

— ФУРИБОН!

Рев Вайнкера, отгоняя птиц, эхом разнесся по густым джунглям. — Это было… необходимо? — пожаловался глава персонала, морщась от шума. — Мои уши…

— Я хочу, чтобы он знал! — Заявил Вайнкер. — Знал, что справедливость восторжествует и что ему придется ответить за геноцид монеток.

Одна только мысль о том, что злой Фурибон испортит золотое совершенство Эльдорадо, как он сделал это с Луной, наполняла дракона яростью.

Чтобы отдохнуть, пока его глава персонала не вышел из похмелья, Вайнкер и экспедиция миньонов разбили лагерь в самом сердце леса, недалеко от золотого города. Жрец Ксолотль провел их, защищенный от солнца зонтиками, которые держали над ним его собственные миньоны. Другие кобольды льстили Вайнкеру, постоянно шепотом напоминая дракону о его величии, богатстве и гениальности. Дракон сделал пометку набрать элитный отряд льстецов, чтобы они служили ему в Мурмурине.

В остальном, только три миньона Вайнкера осмелились последовать за ним в его войне против жестокости Фурибона: Сладкая Шоколатин, Невкусная Эллисон и Вкусный Малфи.

Человечек Виктор еще не оправился от вчерашней ночной передозировки гномами и изо всех сил пытался удержаться на ногах, даже с помощью косы. Он нуждался в помощи Сладкой Шоколатин, чтобы надеть свои боксеры, и не мог использовать Перк, чтобы спасти свою жизнь. Очаровательная оборотень наложила на него все известные ей исцеляющие чары, но безрезультатно.

От непереносимости гномов не было лекарства. Вайнкер знал это хорошо.

Возвращение Человечка Виктора в лагерь было встречено по-разному. Эллисон покраснела, как помидор, и прижала руки ко рту, чтобы подавить смех. Малфи смотрел на Визиря с почти религиозным восхищением. А Ксолотль…

— Брат, ты вернулся. — Ящер жрец двинулся вперед и страстно обнял величайшего из всех миньонов. — Я молюсь богине, чтоб на своем духовном пути ты достиг просветления.

— Я… я мало что помню… — признался полудракон. — Мне кажется… меня кусали…

— Брат Виктор, ты связан кровными узами со всем городским духовенством. Ты больше, чем просто гость. Ты — часть нас, а мы — часть тебя.

— Они сказали… я был легким… — пробормотал Виктор, когда священник разорвал объятия, а потом заметил Эллисон. -—Эй, это… Это Эл…

Все еще прижимая руки ко рту, дриада отвернулась от Виктора, изо всех сил стараясь на него не смотреть. Такая застенчивость. — Я сделал… что-то не так? — выпалил Визирь, и тоже прикрыл рот рукой.

— Да, ты начал танцевать, сбрасывая одежду на публике, — сказала Шоколатин. — А она даже пыталась вбить в тебя немного здравого смысла. Разве ты не помнишь?

— Нет… о боги, меня тошнит…

— Но потом ты снял нижнее белье и начал разглагольствовать о «вселенской космической любви», и она не могла перестать смеяться, да и я тоже… и мы бы добрались до самой смешной части, если бы не этот назойливый ангел!

— Что … что это? — Спросил Друг Виктор, заметив посреди лагеря груду вещей.

Вайнкер тоже хотел спросить. Со времени вызванной гномами ярости Человечка Виктора, посланцы-импы продолжали приносить вещи для дракона и его миньона. Пирожные, драгоценные камни, письма, золотые часы, изящные ручки, записные книжки из демонической кожи… куча уже достигла размеров небольшого холма, а импы все несли и несли.

— Это все подарки от Владык Корпораций, поздравительные письма, предложения альянса, приглашения на частные оргии, кодифицированные предложения подхалимства и… и… — из инсектоидных глаз Малфи полилась густая черная жидкость. — Мистер Виктор, я… вы…

— Ты… плачешь… — Человечек Виктор нахмурился. — Малфи, ты плачешь?

— Я тронут до слез, — воскликнул демон. — Я никогда не думал, что этот день случится… но ты это сделал. Ты это сделал. Ты и Ваше Величество — больше, чем деловые партнеры. Вы — герои.

— Я знаю, — ответил Вайнкер, всегда собой гордившийся. — Я знаю, миньон. Но спасибо, что напомнил.

— Сделал что… — Человечек Виктор тоже был бы счастлив за своего хозяина, если бы не страдал от своего гномьего похмелья. — Не могу вспомнить…

— Я хочу быть твоим стажером! — тут же попросил у Человечка Виктора один из импов. — Возьми меня!

— Видишь это, имп? — Сказал Малфи, продолжая вытирать слезы радости. — Это — не лицо смертного. Это — лицо героя. Не тот, которого ожидал Хэппиленд… но тот, кто ему нужен!

— Все миньоны моих миньонов — мои миньоны, — заявил Вайнкер. — Я с радостью приму твою верность, имп.

Пока существо радовалось, Человечек Виктор нахмурился. — У меня такое чувство, что я сделал… что-то ужасное…

— Ты исполнил свой долг, миньон, и это самое главное, — сказал Вайнкер. — Я также рад узнать, что ты не изменил мне с этим котом, каким бы утонченным мастером он ни был.

— Обманщик… — Человечек Виктор впился взглядом в кота Феликса, который последовал за ним обратно в лагерь. — Почему он здесь? Как он здесь оказался?

— Я кот, я могу делать все, что угодно, — сказал кот на своем родном языке, который был достаточно близким вариантом драконьего, чтобы Вайнкер мог его понять. Действительно, до сегодняшнего дня он никогда не знал, что «мяу» — это разновидность «миньона».

— Потому что он симпатичный! — Сказала Шоколатин. — Посмотрите на него. Посмотрите на его маленькие глазки!

— Феликс объявил тебя твоим Делателем Вещей, и я очень осторожно напомнил ему о твоих клятвах миньона, — ответил дракон на своем родном языке. — Мы поговорили об этом за чашкой молока, и я нашел его необыкновенно утонченным и умным существом.

— Ваш повелитель драконов — самое изысканное существо из всех, кого я встречал, — польстил Феликс Вайнкеру. — Он такой образец королевской власти, с такими новыми идеями об управлении миньонами… какие поучительные дискуссии у нас были.

— Воистину, я великолепен, и я хотел бы, чтобы больше существ разделяли мое понимание истинного благородства и качественного воспитания.

— Это признаки истинного превосходства над обычным сбродом, — согласился кот. — Великолепие благородства.

— Если бы только плебеи могли достичь нашего уровня культуры, у нас был бы мир во всем мире, — сказал Вайнкер. — Увы, мы можем найти утешение только в самих себе, в нашей родной расе и в наших хорошо обученных главах персонала. Таково бремя квадратного корня из шестидесяти четырех интеллекта.

— Я мечтаю о том дне, когда миньоны, наконец, поймут, как удовлетворить все мои потребности, — кивнул Феликс в полном согласии. — И тогда я найду колени, такие же удобные, как у вашего главы персонала.

— Запомни мои слова, — сказал Вайнкер коту. — Только однажды я позволил тебе испытать этот восторженный контакт с моим самым ценным достоянием. Чтобы дать тебе почувствовать вкус сущности высшей миньонности.

— А как мои колени? — Предложила Сладкая Шоколатин. — Я буду гладить тебя по животу и чесать за ушами!

— Нет, — с завистью ответил Человечек Виктор. — Нет…

— Да! — Феликс прыгнул к оборотню. — Моя, моя, моя!

— О, я буду давать тебе молоко и еду, пока ты не обрастешь жиром вокруг костей и не перестанешь ходить! — Обрадовалась Сладкая Шоколатин, взяв кота на руки, и кот замурлыкал в ответ. Малфи с готовностью занял ее место и помог Человечку Виктору встать, едва сдерживая радостное рыдание.

— Но хватит поздравлять самих себя. — прочистил горло Вайнкер, и, использовав свой [Золотой Путь], телепортировал кучу подарков в свою сокровищницу. — Мы должны добраться до золотого города прежде, чем Фурибон превратит его в свинец.

— Может быть, он не … не для того, чтобы превратить город в свинец… — выпалил Человечек Виктор.

— А иначе, зачем бы он там оказался, миньон? — задал простой вопрос Вайнкер. — После того, что он сделал с Луной, как ты можешь сомневаться?

— Это… теория заговора…

— Да, именно так, всемирный заговор против самого золота, и мы должны его остановить. Ради монеток. — Дракон повернулся к жрецу Ксолотлю. — Веди нас, чужеземный миньон.

И вот, после двухчасового путешествия среди деревьев и листвы, Вайнкер и его миньоны, наконец, увидели Эльдорадо.

Никогда раньше Вайнкер не был свидетелем такого прекрасного зрелища.

Огромные стены защищали великолепный город размером с Мурмурин, построенный в том же стиле, что и Таотен; сами валы окружала река расплавленного золота. Высокие пирамиды стояли бок о бок с холмами, покрытыми домами и древними храмами, а в городе стояли на страже всех сторон света четыре колоссальные бронированные статуи древних воинов-ящеров.

Все вокруг, от дерева до крепостных стен и пирамид, было сделано из чистого золота. Цвет был таким чистым, что во всех направлениях отражал солнечный свет, превращая город в сверкающий драгоценный камень, чей блеск обжигал глаза недостойных.

Драконьи небеса существовали, и Вайнкер их нашел!

— Потрясающе, — выдохнула Эллисон, а остальные миньоны просто потеряли дар речи.

— Это все, насколько далеко я могу вас провести, — сказал Ксолотль. — Я должен вернуться в Кукулькан и принести дары богине. Вы должны сами исполнить свою священную миссию, о великий чешуйчатый.

— Ты хорошо поработал, маленький миньон богов, — любезно сказал Вайнкер, пораженный уровнем развития его лакейских технологий. По возвращении в Мурмурин он велит своим слугам импортировать большую партию этих мантий-половиков.

— Я вернусь и поговорю с вашими гномьими эмиссарами об открытом портале между нашими землями, чтобы наши цивилизации могли купаться в крови друг друга, — объявил жрец и вежливо поклонился Человечку Виктору. — Я буду ждать вашего возвращения, чтобы мы могли вместе выпить зелье силы-

— Нет… — Визирь запаниковал. — Больше никаких грибов!

— Как пожелаете, — с явным сожалением произнес рептилия, затем извинился и вместе со своими миньонами вернулся в джунгли. Вайнкер тут же пожалел о потере льстецов, но сейчас было не время заискивать.

Настало время действовать.

Ибо, почуяв в этих стенах ужасное присутствие лича, Вайнкер стал искать любые признаки присутствия своего злого врага. И долго искать ему не пришлось.

В этой идеальной картине небес дракон заметил аномалию. Пирамиду, самую далекую от их позиции. Металл, покрывавший ее, отличался от других — сплав был темный и зловещий.

Свинцовая пирамида.

— Нет! — запаниковал Вайнкер. — Мы опоздали! Фурибон уже приступил к своей гнусной работе!

— Не может быть… — глаза Человечка Виктора расширились, когда он понял, что его хозяин действительно был прав. — Он … он действительно превращает город в свинец?

— Я был прав! Я был прав во всем! — Вайнкер тут же расправил крылья. — Миньоны, за мной! Мы должны остановить Фурибона! Постройтесь в боевой порядок!

С Малфи, несущим на руках Человечка Виктора, дракон открыл атаку, сокрушая любое дерево или листву между ним и воротами золотого города. Его миньоны последовали за ним, но Вайнкер не обращал на них внимания.

Ибо в тот момент только мысль о спасении небес от отравления свинцом владела разумом дракона.

Вы попали под влияние [Проклятия Жадности].

Проклятие жадности? Пфф, как будто жадность была проклятием, а не универсальной истиной, перед которой все преклонялись.

*****

И скоро все это золото будет принадлежать ему.

Красивый.

Просто красивый.

Вайнкер никогда не видел такого изысканного города. Все, от мостовой до стен, было сделано из золота. Строители тщательно воссоздали целый парк, заменив цветы, деревья и траву превосходными золотыми дубликатами.

— Посмотрите на это, — сказала Эллисон, указывая на золотые статуи, стоящие по всей улице. Большинство из них представляли человеко-ящеров и других рептилий, но они также включали большое разнообразие видов, таких как люди, эльфы, зверолюди и орки; каждая статуя имела дико различный стиль одежды, хотя все они разделяли выражение необузданного желания на их лицах. Действительно, древняя цивилизация, построившая это место, была образцом инклюзивности миньонов.

У них на центральной площади была даже золотая статуя великого змея Грандрейка, с безумным выражением лица жадно потирающего свой живот. Какой изысканный, дружелюбный к драконам город! Вайнкер мог бы провести здесь целую вечность.

Он так и сделает. — Миньон!

— Да, Ваше Величество? — Ответил тот.

— После того, как золотоубийца будет побежден, мы перенесем столицу моей великой империи и мои сокровища в Эльдорадо, — решил Вайнкер. — Наконец-то я нашел достойное меня место.

— Здесь что-то не так, — сказала Невкусная Эллисон, все больше и больше волнуясь. Должно быть, ее заставило нервничать присутствие поблизости лича. — Я не чувствую внутри городских стен никаких растений.

— Когда все сделано из золота, нет нужды в зелени, — с гордостью ответил Вайнкер, но это не улучшило настроения дриады. Но ни ее нытье, ни радостные крики Малфи каждый раз, когда он смотрел на Человечка Виктора, не могли испортить дракону настроение.

— Здесь так чисто, — заметил Кот Феликс. — Но где же миньоны, которые его убирают?

В самом деле, Эльдорадо был невероятно молчалив. Вайнкер не слышал ни птиц, ни местных миньонов, а слух у него был отменный.

Впрочем, ему было все равно. Действительно, чем больше времени дракон проводил на этих дорогах из золотых кирпичей, ощущая на своей чешуе тепло металла, тем больше он чувствовал себя дома. Вайнкеру не очень нравился таотенский архитектурный стиль зданий, но он к нему привыкнет.

С этим городом, добавленным к его сокровищу, он легко выиграет пари с Ледяным Клыком!

Взгляд на свинцовую пирамиду вернул его к реальности и напомнил об угрозе, с которой столкнулся город. — Сладкая Шоколатин, — сказал Вайнкер. — Сделай эту штуку.

— Сделать эту штуку? С чем же?

— Эту штуку с запахом.

— А, понятно. — Оборотень понюхала воздух, и ее превосходное обоняние помогло дракону. Она быстро учуяла запах и провела их по широкой улице, приведя группу к площади, прямо к ступеням пирамиды с плоской вершиной.

А там…

Они его нашли.

Это бесплотное, парящее воплощение чистого зла. Чудовищная мерзость из золотых костей и усыпанных драгоценностями зубов, сама внешность которой насмехалась над красотой сокровищницы. Окрашенные серебром одежды покрывали большую часть его неестественного тела, которое в этот момент пролетело через жертву осиротевших драгоценных камушков. Подобно серийному убийце, он отравил свинцовым проклятием пять золотых статуй воинов-человечков и приготовился убить шестую.

— Фурибон! — Закричал Вайнкер.

— Вайнкер? — Лич отшатнулся в страхе перед драконьим правосудием, трусливо используя уцелевшую статую как щит. — ВАЙНКЕР!

— ФУРИБОН! — Крикнул Вайнкер еще громче. — Я пересек океан, завоевал страны, победил великанов, чтобы, наконец-то, тебя найти!

— …И тебе больше нечего было делать? — презрительно спросил лич.

— Что может быть важнее, чем уничтожить тебя, похититель золота?! После того, как ты превратил луну в свинец?!

Лич долго молчал, переваривая слова. — Возможно, это самая глупая вещь, которую я когда-либо слышал от тебя, виверна, — прохрипел Фурибон.

И, таким образом, к своему длинному списку отрицательных качеств лич добавил еще и рептильный расизм. — Значит, ты отрицаешь превращение планеты Луна в свинцовую адскую дыру?

— Счастливая дыра, Ваше Величество, — поправил Малфи. — Политически корректным термином является счастливая дыра.

— О, я понимаю, куда это идет, — лич издал звук, похожий на сарказм, что имело смысл, как если бы он столкнулся с самоубийством змея. — Я один раз превращаю сокровища дракона в свинец, только один раз, и это все, за что люди меня запомнили. Замечательно.

— Ты превратил сокровища дракона в свинец? — Спросил Феликс, повиснув на руках Сладкой Шоколатин. — Это было глупо, даже для кучи собачьего корма.

— … в то время это казалось хорошей идеей, — сказал Фурибон, упиваясь своим отвратительным историческим негативизмом. — А почему я защищаю свой выбор перед котом? Сегодня я действительно достиг дна. Я чувствую, что мой уровень интеллекта снижается от того, что я просто разговариваю с вами.

— Эй, Фури! — Частично оправившись от своего пристрастия к гномам, Человечек Виктор махнул свободной рукой в сторону врага. Вайнкеру хотелось отругать его, но вместо этого он полностью сосредоточился на личе; ему нужно было, несмотря ни на что, спасти золотую статую-заложницу.

Лич демонстративно проигнорировал главу персонала, а потом заметил нечто необычное. — Далтон, почему ты носишь только боксеры и косу? Нет, ну если подумать, я не хочу этого знать.

— Отойди от золотой статуи, чудовище! — Приказал Вайнкер. — Она невиновна!

Лич издал глубокий рычащий звук, который Вайнкер принял за вздох. — Я был искренен, когда сказал, что никогда больше не увижу тебя, ящерица, и каждое твое слово напоминает мне, почему. Разве мы не можем сосуществовать, игнорируя друг друга?

— Пока ты угрожаешь всему золотому в мире, я никогда не успокоюсь! — взревел дракон, и земля задрожала от силы его веры. — Я видел свинцовую пирамиду, Фурибон! Когда-то твое [Превращение Золота в Свинец] было оружием против драконьего рода, но теперь оно превратилось в извращенную, порочную зависимость!”

— Это совсем другое дело! Я пытаюсь спасти всех от этого самовоспроизводящегося золота! Если я не превращу Эльдорадо в свинец, Новый Мир обречен!

Все страхи Вайнкера всплыли в его сознании, когда он понял, насколько глубоко лич готов погрузиться в разврат. Хуже того, его миньон казался испорченным его грязными, извращенными словами. — Что ты имеешь в виду? — Спросил Человечек Виктор, охваченный безумием злодея.

Его сердце разрывалось от этой мысли, поэтому дракон решил пожертвовать золотой статуей-заложницей ради большего богатства. С грозным ревом Вайнкер открыл пасть и выпустил в своего врага мощный огненный шар, пока тот не успел свести с ума Человечка Виктора.

— [За Варудо]!

Время замерло на краткий миг, и через долю секунды огненный шар Вайнкера расплавил только золото. Лич телепортировался с пути, покрыв свое тело похожей на камень субстанцией и магической защитой.

[Проклятие Жадности] активировано.

Теперь вы можете прикосновением превратить материю в золото.

А?

Потрясающе! — Попасть тычком! — Вайнкер бросился в последнюю атаку, кинувшись на врага с поднятым пальцем; движимый жадностью и яростью, дракон двигался быстрее молнии.

— Ты … ты рептилоидный дурак! — сорвался некромант. — Чем больше ты его распространяешь, тем сильнее проклятие-

Дракон молча ткнул своего врага в череп.

Сразу же активировалась благословенная сила жадности, мгновенно превратив всего лича в чистейшее золото. Плывшая нежить, снова запечатанная, рухнула на землю.

— Как Ваше Величество это сделали? — Спросил Малфи, пораженный золотоспособностью своего хозяина. — Вы вышли на новый уровень?

— Это было … легко… — сказал Друг Виктор. — Слишком легко.

— Это божественное наказание от самого золота! — Ответил Вайнкер, не желая, чтобы мрачное настроение его фаворита испортило ему победу. Все его новые уровни окупились! — Я спас Эльдорадо! А теперь, он — мой!

— Я все же думаю, что нам следует поискать какой-нибудь подвох, — сказал Человечек Виктор.

Вайнкер заворчал. — Хорошо, хорошо, — рассеянно сказал дракон, больше желая испытать свою новую силу, чем искать воображаемых врагов. — Как пожелаешь, миньон. А я, тем временем, исправлю своим золотым тычком ущерб, который Фурибон нанес моему городу.

— О, а мы можем пойти с тобой? — Спросила Шоколатин. — Это место выглядит потрясающе!

— Конечно, мой миньон, — ответил Вейнкер, с интересом разглядывая ее и кота на у нее на руках. — Конечно.

Эмпатия отменена [Проклятием Жадности].

Интересно, сколько они весят в золоте…

Это место у Виктора вызывало мурашки по коже.

Он не мог понять, почему, но весь этот город вызывал у него холодок по спине. И Фурибона нельзя было так легко уничтожить.

Подъем по ступеням пирамиды и осмотр храма на ее вершине только обострили его интуицию. Зал, в котором сейчас находились он, Эллисон и Малфи, должен был выглядеть великолепно, с его сияющей колонной и центральным алтарем, освещенным дырой в крыше наверху.

Но за пределами главной статуи в центре комнаты, изображающей поразительно красивую женщину, многие статуи вокруг ощущались неправильно; от жадных взглядов на их лицах до сцен борьбы, которые они представляли.

— Мистер Виктор, этот храм [Проклят], — сказал Малфи, его обычная веселость сменилась беспокойством. — Это я точно могу сказать.

— Вик, я… — к сожалению, в ту же секунду, как она на него взглянула, Эллисон закрыла лицо рукой, изо всех сил стараясь не рассмеяться.

Виктор в смущении крепче сжал косу. Что, черт возьми, он делал, пока был под кайфом? Миэль на его телепатические звонки больше не отвечала, что означало, что она, вероятно, покинула этот уровень пространства, а всякий раз, когда он просил объяснений, Малфи начинал плакать.

— Прости. — Его другу удалось немного восстановить самообладание, во всяком случае, она явно изо всех сил пыталась. — Вик, с этим местом действительно что-то не так. Это храм Кибелы, но моя богиня не отвечает, когда я пытаюсь связаться с ней за советом.

— Как такое вообще возможно?

— Я предполагаю, что на Эльдорадо имеет более сильное влияние другое божество и оно блокирует других.

Да, это совсем подозрительно.

Что касается трансформации золота, то когда Вайнкер получил новый уровень? Правда, в последнее время Виктор не проверял все способности своего любимого дракона, и у него был способ извлекать силы из ниоткуда… но, почему у него было чувство, что это связано со странными статуями снаружи?

Проверка интеллекта прошла успешно!

— Эллисон, Малфи, у нас большая проблема, — сказал он, и оба посмотрели на него с тревогой. — Я не думаю, что статуи снаружи на самом деле статуи. Я думаю, что это люди.

— И ты прав, — произнес скрипучий голос.

Виктор почти лениво обернулся — из-за золотой колонны выплыл лич. — Далтон, — сказал Фурибон, очень «неживой».

— Фури? Это была приманка, там, снаружи?

— Да, — ответил лич, раздраженный этим прозвищем. — Я выучил свой урок. Сражаться с драконами глупо, а с тобой — еще глупее.

Ага, он был прав! — Ну… а как там твой [Стокгольмский Синдром]? Держится?

— Я вылечил его, но спасибо, что спросил. А как твой [Лимский Синдром]?

— Все еще работаю над этим.

— У меня есть лекарство, если оно тебе понадобится.

— Вик, разве он не захватывал тебя? — Спросила Эллисон, пораженная этой сюрреалистической сценой. —Почему ты обращаешься с ним, как с другом?

— Э-э, Мы давно решили оставить прошлое в прошлом, — пожал плечами Виктор. — Я бы предпочел поговорить с тобой до Вайнкера, но…

— У нас не так много времени, — прервал его любезности Фурибон. — Мне нужна ваша…

Поскольку лич явно боролся с этим словом, Виктор откашлялся. — Наша помощь?

— Да, ваша помощь. У нас не так много времени. Рыцареубийца попал под влияние проклятия, как и члены моей экспедиции. Вам нужно только выглянуть наружу, чтобы увидеть результаты.

— Экспедиция? — Эллисон нахмурилась.

— Теперь он зарегистрированный авантюрист, — пожал плечами Виктор. — Я следил за ним.

— Думаю, что Вайнкер об этом не знает.

— Я стою на том, что сказал, и никогда больше не ступлю на землю Ишфании, — заявил Фурибон. — Если ты оставишь меня в покое, то и я тоже, но, твой дракон в его нынешнем состоянии не станет слушать. Он уже может превратить все, к чему прикоснется, в золото, и худшее еще впереди. Через некоторое время его жадность возьмет верх над здравомыслием.

В голове Виктора сложилась уродливая картина. “Они превратили друг друга в золото”, — с ужасом понял он.

— Когда у проклятых кончилась плоть, чтобы превращать в золото, они начали касаться себя, — сказал Фурибон и остановился. — Не самая лучшая фраза, но вы понимаете, о чем я.

— А как же Шок? — Эллисон, внезапно забеспокоившись, нахмурилась. — А почему нас это не затронуло?

— Те, кто не Избранный, не нежить или демоны, обречены. Нежить и демоны от природы устойчивы к подобным проклятиям, и Избранные в моей группе были защищены от их влияния. Поэтому, я верю, что проклятие имеет божественное происхождение. И чем больше распространяется проклятие, тем сильнее оно становится.

Если Вайнкер попал под его влияние, он стал непобедим. — Как же нам это остановить? — Спросил Виктор, вспомнив, что говорил им Ксолотль. — Наш проводник сказал нам, что в городе дремлет древнее зло. Может быть, это и есть причина?

Лич пожал плечами. — Я нашел его источник в запечатанном храме в центре города, но не смог разрушить вокруг него магический барьер. Я решил обратить в свинец все золото, которое смог найти, чтобы ослабить проклятие, но с Рыцареубийцей под его влиянием…

— Я могу войти с помощью [Отмычки], — сказал Виктор. — Если мы сможем проскользнуть мимо-

— Миииннньооонннн… — позвал Вайнкер снаружи храма; его голос должен был быть ласковым, но прозвучал зловеще. — Ну где же ты?

— … о боги.

Это был фильм ужасов, и Вайнкер был в нем злодеем-убийцей.

Жадные дураки, все до единого!

Вайнкер мог чувствовать запах их предательства. Все они жаждали его золота. — Миньоны, убирайтесь! — крикнул дракон снаружи пирамиды, раздавив ногами статую мерзкого Фурибона. — Миньоны! Миньоны!

Он активировал кольцо Мигать-Мигать, став невидимым, чтобы поймать их в момент кражи. Ибо, в глубине души дракон знал, что они заняты кражей его сокровищ.

Да ведь они даже не осмелились признать приказ своего императора!

— Миньон! — Когда никто не отозвался, Вайнкер подозвал к себе своего друга. Рядом с драконом появился Человечек Виктор со странным, обеспокоенным выражением лица. — Вот ты где!

— В-ваше Величество. — Дракон почувствовал неуверенность в его голосе, когда он искал своего хозяина. — Г-где вы?

— Тише, миньон, — сказал Вайнкер, и лакей посмотрел в его сторону. — Я использую свое кольцо, чтобы их удивить.

— Их?

— Предатели! Лакомый Малфи, Невкусная Эллисон, они предатели и воры! Я чувствую это всеми своими костями! — Сама мысль об этом приводила его в бешенство. — Но ты… но не ты, мой глава персонала. Ты единственный, кому я могу доверять. Потому что ты поклоняешься мне больше всех на свете. Ты ведь еще любишь меня, правда?

—Д-да, конечно! — успокоил своего хозяина Человечек Виктор. — Я обязан вам жизнью!

— Да, это так. Вот почему я могу тебе доверять. Потому что ты — мой друг. Не то что другие, эти неблагодарные. Итак, где же они?

— Я… я не знаю! — Сказал Человечек Виктор. — Мы расстались раньше, чтобы найти Фурибона!

— Просто предлог, чтобы скрыть свое двуличие! — Вайнкер просветил разум своего миньона, рассеяв его идеалистические иллюзии. — Они украдут столько золота, сколько смогут, а потом сбегут! Мы должны их найти!

— Я… я слышал, как они говорили о другом храме в городе! — Сказал Друг Виктор, вспомнив важную улику. — Я могу отвести вас-

— Свинец? — От рева Вайнкера его друг споткнулся. — Куда же?!

(игра слов — lead — и «вести» и «свинец»)

— Это, это глагол, Ваше Величество, глагол!

Вайнкер успокоился, но едва-едва. — Миньон, не шути со мной. Мое терпение на исходе.

— Конечно, Ваше Величество, — Человечек Виктор откашлялся. — Я могу отвести вас в храм, а потом мы их допросим.

— Я хочу, чтобы они поцеловали мне палец, — сказал Вайнкер. — Если они любят меня так же, как ты. Не так, как другие.

— Об этом… — Человечек Виктор запнулся, словно боясь услышать ответ. — А где Шоколатин?

Дракон на мгновение заколебался, стоит ли щадить чувства своего друга, но решил, что лучше предупредить его о том, с чем они столкнулись. — Я должен был это сделать, миньон. У нее было пятьдесят.

— Пятьдесят чего? Лет? Вервольфы так долго живут?

— Пятьдесят килограммов, — пояснил Вайнкер.

Человечек Виктор открыл рот, когда заметил ее возле площади.

Золотая статуэтка Шоколатин, держащая коварного Феликса на руках, и это жадное выражение на ее лице.

— Я должен был это сделать, миньон, — сказал Вайнкер своему другу, который в ужасе смотрел на статую — ужасе от ее предательства. — Своими жадными глазами они жаждали моего золота, а потом пытались превратить меня в сокровище… после того, как я дал им работу миньона! Ты знаешь уровень безработицы среди твоего вида, Человечек Виктор? Ты этого не знаешь и не хочешь знать. А я добился полной занятости!

— Я… — Друг Виктор от такого откровения потерял дар речи.

— Она была полна страсти к моему золоту! — разглагольствовал Вайнкер. — Она бы и тебя обратила в золото, но я предвидел это! Я видел, как они оба приближались, она и этот жадный до денег кот! Как ты можешь спрашивать?

Человечек Виктор ничего не сказал, прислушиваясь к мудрости своего хозяина.

— У меня есть шестое чувство, чтобы обнаружить внутреннюю блестящесть миньона: Блеск! — Обратился Вайнкер к своему слуге. — Я могу сказать, сколько они будут весить в золоте! Я могу! Потому что я богат золотом, но беден слугами! Ты знаешь, сколько стоит кобольд?

Проверка интеллекта прошла успешно!

— Средний кобольд весит двадцать килограммов, а у нас их больше пяти тысяч! Что переводится в сто тонн золота, если мы предварительно их не откормим! Представь себе, миньон, каков после этого будет мой клад!

— Я… я не могу…

— Потому что тебе не хватает воображения, — ответил Вайнкер. — Но мы начнем с предателей. Эллисон весит сорок пять килограммов, а Малфи — больше ста двадцати.

Его глава персонала ответил быстрым кивком и немедленно полетел к новому храму. Вайнкер шел следом, невидимый и незаметный. Теперь, когда он об этом подумал, Ледяной Клык, вероятно, весил тонны золота; после того, как он покажет ему свое превосходящее богатство, он сможет добавить к нему своего соперника.

— Даже Джоли полна жадности, миньон, — сказал Вайнкер. Его чутье блеска подсказывало ему, что она жаждет его сокровищ; все это время она вела себя, как милая племянница, но теперь он понял, что она хочет только наследства.

— Ваше Величество подумывает превратить собственную племянницу в золото? — Странным тоном спросил Человечек Виктор.

— Я… — Вайнкер сделал короткую паузу, потому что у него начала болеть голова. Его блеск говорил ему, сколько весит его племянница, и это делало его счастливым, но какая-то часть его кричала: «Вайнкер, нет!»

Проверка харизмы прошла успешно! К вам временно вернулась эмпатия!

— Конечно, нет, — ответил Вайнкер, ужаснувшись, что эта мысль вообще пришла ему в голову. — Она для меня дороже золота, как бы я ее ни баловал.

Человечек Виктор облегченно вздохнул.

— Но я вычеркиваю ее из своего завещания, и тебя тоже, ради справедливости. Я все оставлю себе.

Он просто превратит себя в золото, сделав то же самое со своей империей, став частью этого грандиозного клада Эльдорадо. Он навсегда останется самым богатым драконом, пока солнце не погаснет в небе!

Эти блестящие мысли занимали Вайнкера в течение всего его путешествия, пока его любимый миньон вел их к новой золотой пирамиде, отличавшейся от других своей архитектурой. Статуи изображали гигантских насекомых, а лестница, подобно свернувшемуся червю, огибала пирамиду по направлению к вершине.

Вайнкер понюхал воздух. — Я не чую поблизости предательских миньонов… — дракон взглянул на своего любимого лакея. — Но я чувствую на тебе отвратительный запах лича, миньон. Тебе следует принять ванну, и очень быстро.

— Да, конечно, — сказал Человечек Виктор, приземляясь на ступеньки, ведущие к плоской вершине. Вайнкер тоже попытался на них взобраться и…

БАМ!

Он ударился головой о невидимую стену. Дракон ударил по ней свободной рукой, а затем взорвал пламенем, но безрезультатно. — Ого, я думаю, что просто поймаю миньонов внутри! — странным тоном произнес глава персонала. — Я пойду дальше-

— Подожди здесь, миньон, — сказал Вайнкер, активируя свою козырную карту. — [Очистка Заклинаний].

Его последний Перк активировался, ослабляя барьер и лишая дракона невидимости.

Глава персонала в ужасе отшатнулся.

Ибо действительно, Вайнкер немного изменился. Некоторые из его чешуек стали золотыми, придавая силы его новообретенному [Проклятию Жадности]. В руке он держал длинный золотой топор. Его глаза сияли золотым блеском.

А что касается топора? Он нашел его валяющимся где-то по пути. Дракон понятия не имел, почему, но он был вынужден взять его с собой. Тем не менее, как и оружие Огрона в прошлом году, дракону постоянно приходилось бороться, чтобы удержать его в своих когтях.

Тем не менее, он сразу же разбил им барьер. — Вот что значит Вайнкер! — дракон зарычал, его оружие разнесло вдребезги невидимую стену.

Ничто не могло остановить силу золота! Он даже почувствовал, как его блеск вспыхнул сильнее, чем когда-либо.

Эмпатия отменена [Проклятием Жадности].

Блеск дракона активизировался, и он с подозрением отнесся к странному поведению главы персонала. В течение последнего часа он вел себя странно, и это беспокоило Вайнкера.

Он понюхал своего главу персонала и заметил, что от него пахнет Аппетитным Малфи и Невкусной Эллисон. Он бы пожал плечами, считая это следствием их близости, но запах казался слишком сильным.

Как будто он их носил. — Миньон Виктор, ты что, спрятал от меня предателей?

— О…Конечно, нет!

Зная своего главу персонала так долго, Вайнкеру не нужна была магия, чтобы понять, что это такое.

Ложь!

Его глава персонала ему солгал!

Нет, нет, его друг никогда бы так не поступил. Это было его воображение. Но его блеск говорил ему, что есть только один способ быть уверенным. — Миньон, — Вайнкер протянул ему королевскую свободную руку. — Поцелуй мой коготь.

Будущий золотой Виктор замер на месте.

— Миньон, я не причиню тебе вреда! Я хочу только прикоснуться к тебе! — Настаивал Вайнкер, грозя ему рукой. — Если ты действительно любишь меня, то поцелуешь мой коготь!

К его ужасу, лакей колебался, словно разрываясь между преданностью и предательскими побуждениями. Вайнкер приготовился схватить его силой…

— Окей. — Его глава персонала выпрямился. — Я поцелую вам руку, Ваше Величество.

— Да, ты сделаешь это, потому что я — твой хозяин.

— Нет, — ответил Человечек Виктор и быстро добавил, прежде чем разъяренный дракон успел его отчитать. — Я поцелую вам руку, потому что вы — мой друг, Вайнкер… и потому, что я вам доверяю.

Император дракон нахмурился. Его миньон спускался по лестнице к своему любимому дракону, пока не оказался прямо перед его чешуйчатой рукой. Человечек Виктор глубоко вздохнул, закрыл глаза и приготовился поцеловать палец своего хозяина.

Он будет совершенен, как статуя, самая прекрасная из коллекции Вайнкера-

Проверка харизмы прошла успешно! К вам временно вернулась эмпатия!

Нет.

Нет!

— Подожди! — Вайнкер поспешно отдернул руку от своего миньона, хотя его тело отказывалось двигаться. — Подожди, миньон!

Он так и сделал.

Эмпатия отменяется [Проклятием Жадности].

Нет, это была уловка!

Миньон сделал вид, что повинуется, надеясь, что его хозяин в последнюю секунду передумает! Такой тонкий обман, что только дракон мог его раскрыть.

— Поцелуй меня… — горло Вейнкера сжалось. — Поцелуй меня…

Нет!

Что же он делает? Это был его друг, единственный миньон, ради которого он пожертвовал всеми своими сокровищами, чтобы воскресить его из мертвых! Тот, кому суждено следовать за Вайнкером до его божественности! Для дракона он был дороже любого золота!

Золото…

Если он превратит все, что у него есть, в золото, то никогда не сможет держать в поле зрения все свои сокровища. Воры украдут его статуи и поделятся с нищими. А потом… а потом…

Это создаст инфляцию!

Проверка интеллекта прошла успешно!

Слишком много золота в обращении сделает его беднее!

Это нужно остановить!

[Проклятие Жадности] —

Никаких проклятий! — Прочь! — Вайнкер пожелал этого, и вселенная повиновалась. — Вайнкер Рыцареубийца никому и ничему не подчиняется!

Проверка харизмы прошла успешно! [Проклятие Жадности] отменено [Высокомерием Дракона]!

В тот же миг чешуя Вайнкера вновь обрела свой малиновый блеск, и подавляющее давление блеска исчезло из его сознания.

Поздравляю! За успешное преодоление власти [Проклятия Жадности] с помощью двойной силы дружбы дракона и миньона и экономической теории вы заработали уровень в [Кайзере]!

+30 Очки Жизни, +10 Специальные Очки, +1 Сила, +1 Жизнестойкость, +1 Мастерство, +1 Ловкость, +1 Интеллект, +1 Харизма, +1 Удача.

— Ваше Величество сделали это! — Человечек Виктор поздравил своего хозяина. — Я знал, что вы сможете снять проклятие!

— Кто же еще, как не дракон, Друг Виктор? — Проворчал Вайнкер. Он взглянул на топор в своей руке и небрежно его отбросил. — Узы доверия между драконом и главой персонала нерушимы.

Не успел он это сказать, как до него дошли последствия его недавних действий. — Я превратил своих миньонов в золото, — запаниковал дракон. — Я превратил моих милых, очаровательных миньонов в проклятое золото.

— Да, и если мы хотим это изменить, то у нас еще есть работа. — Человечек Виктор сунул руку в свои боксеры и что-то вытащил. — Вы можете выйти!

Мгновенно черные пятнышки на его ладони стали больше, в конце концов превратившись в жука-дьявола, дриаду и …

— ФУРИБОН! — Из ноздрей Вайнкера повалил дым.

— Я спас твоих слуг от тебя самого, змей, — надменно ответила нежить.

— Жаль, что не было другого места, где можно было бы спрятаться, — сказала Эллисон с расстроенным видом. — Но Ваше Величество застали нас врасплох.

Дракону было все равно, его глаза были устремлены на нежить. Он должен был знать, что лич будет связан с этой катастрофой! — Миньон, убирайся с моего пути, чтобы я мог сжечь лича дотла!

— Я тоже ненавижу тебя, Рыцареубийца, — резко ответил Фурибон. — Но у нас обоих есть союзники, захваченные проклятием города.

— Мы должны сотрудничать, — сказал Человечек Виктор. — С разрушением Вашим Величеством барьера, не только мы сможем двигаться все вместе внутрь, но, что бы там ни было в ловушке, оно попытается выбраться. Я понятия не имею, что за тварь поджидает нас внутри, но, чем больше нас будет, тем лучше.

— Сотрудничать? С золотоубийцей? Врагом?— Вайнкер почти прорычал «никогда», прежде чем в его сознании вспыхнула картина Сладкой Шоколатин, вызывающей демонов, которых он мог бы потыкать; а также Феликса, льстящего ему очень изысканным способом.

В конце концов, его забота о своих миньонах пересилила ненависть к Фурибону.

— Временно, — предупредил Вайнкер угрожающим тоном. — Очень временно.

Лич пожал плечами, и Человечек Виктор положил руку ему на плечо. — Пошли, — сказал он, и вся группа повернулась к пирамиде.

Готовая претендовать на свою законную добычу.

Храм на вершине пирамиды изнутри казался намного больше, чем снаружи.

Виктор мог бы разместить в этих золотых залах две копии своего поместья, хотя здание со временем явно деградировало. Колонна, поддерживающая крышу, рухнула, мозаика на стенах превратилась в непонятную тарабарщину, а землю покрывал толстый слой пыли. Казалось, никто целую вечность не ступал в это место.

Тем не менее, запечатанное зло Эльдорадо устроило там свое логово, ожидая на другой стороне зала.

Зверь, притаившийся в этом зале, внушал ужас. Чудовищно длинный, багровый червь с бронированным экзоскелетом, покрывающим все его тело. Существо имело для поддержки шесть когтистых ног насекомого, и хвост скорпиона. Его пасть окружали шесть голубых глаз, с, как у миноги, бездной золотых зубов.

Несмотря на то, что это была неестественная мешанина хищных животных, Виктора больше всего пугали его размеры. Он был даже больше Вайнкера и от кончика хвоста до пасти достигал восьмидесяти футов в длину.

И все же группа обнаружила, что он читает книгу.

Виктор моргнул, увидев сюрреалистическое зрелище гигантской мерзости, даже больше Вайнкера, с помощью телекинеза переворачивающей страницы книги, не обращая никакого внимания на посетителей. Визирь узнал на обложке “Отрицание смерти, написанное Эрнестом Беккером”. Бросив быстрый взгляд, он заметил справа от существа башню томов, фолиантов и договоров, а слева — небольшую кучку разнообразных игрушек. Они были очень похожи…

— Погоди, это что, Супер-Нинтендо? — Эллисон узнала в этой куче один из предметов.

Ее слова эхом отразились от стен. Существо оторвало взгляд от книги и посмотрело на разношерстную группу, пересекающую порог храма. — Да? — это существо походило на стаю саранчи, мучительно пытающуюся подражать человеческим словам. — Чего вы хотите, смертные?

— Это ты источник Блеска, червяк? — Высокомерно спросил Вайнкер.

— Да, — ответило существо, нисколько не обеспокоенное этим глупым именем. Это было очень похоже на картины с изображением…

…

Виктор активировал [Проницательность Монстра] и начал молиться.

Саблар, Бог Разрушения

Божество (Насекомое / Божественное)

Вы абсолютно ничего не можете мне сделать. Идите домой.

Я — червь, пожирающий мир, и мне лень говорить больше.

Святые угодники—

— Саблар! — Виктор никогда не видел Эллисон сердитой, но, казалось, в жрицу Кибелы вселился демонический дух. Ее лицо исказилось в яростном оскале, и она немедленно через кончики пальцев направила магию. — [Терновник]!

— Эллисон, это ужасная идея … — запротестовал Виктор, но она уже запустила в божество град шипов. Вайнкер инстинктивно ей подражал, выпустив мощный огненный шар,и только Малфи ничего не делал, зная, что это бесполезно.

Даже Фурибон в панике начал произносить заклинание, так как снаряды угрожали попасть в гигантского червя. — [За Вару—

Когда группа переступила порог, Саблар оторвался от книги. — Да?

Виктор моргнул и посмотрел на своих удивленных спутников. Снаряды исчезли, как будто их никогда и не запускали. Фурибон быстро разобрался в ситуации, а Эллисон все еще пребывала в замешательстве. Вайнкер немедленно снова перешел в наступление.

— [Очистка Заклинаний]! — Дракон использовал свой любимый защитный прием. — А! Теперь вы ничего не можете сделать, чтобы-

— [Очистка- … — Вайнкер сделал паузу, осознав, что время откатилось назад прямо перед тем, как он начал свое заклинание. На этот раз он просто смотрел на червя мира. — Как ты это делаешь, червяк?

— Я стер время, — спокойно ответил бог.

— Это не имеет смысла- — запротестовал Виктор.

Время снова повернулось вспять, прежде чем он смог закончить свой ответ.

— Вы не можете повернуть время вспять всякий раз, когда кто-то противоречит-

Он сделал.

— О чем вы говорили? — спросил бог, и в его голосе прозвучало смутное самодовольство.

— Это вполне логично, если подумать, — проворчал Виктор.

— Да, действительно. — Саблар закрыл книгу, и том оказался наверху стопки. — Зачем вы здесь, смертные? Я не желаю грубого насилия, особенно во время отпуска.

— Отпуска? — моргнул Виктор, услышав сюрреалистический ответ. Может, он спит?

— Это мой курорт для отдыха, — сказал Бог. — Я не могу уничтожать мир семь дней в неделю. В течение последних столетий я слишком много работал, так что в нынешнем тысячелетии мне будет легче. В то время как мои соперники собираются, чтобы играть вместе в игры, я предпочитаю одиночество в руинах Аутремонда.

— Но… — Фурибон, совершенно растерявшись, с трудом подбирал слова. — А как насчет печати снаружи? Как можно держать божество запечатанным?

— Этот слабый барьер? Я поднял его, чтобы не пускать в мою комнату бродячих исследователей. А я могу приходить и уходить, когда захочу.

Да, похоже, информация Ксолотля была немного ненадежной. — Ты дома целыми днями читаешь и играешь? — Виктор нахмурился. — Ты что, затворник?

— Социальная дистанцированность, — защищало божество свой образ жизни. — Сейчас я играю в Last Fantasy VI, один из моих друзей принес ее с Земли.

— В самом деле?! — Виктор всегда хотел поиграть в эту игру!

— Вик, это Саблар, бог разрушения и разоритель окружающей среды! — Эллисон кипела от ярости, ее ненависть к мерзкому божеству подавляла здравый смысл. — Не подлизывайся к нему!

— Избранная Кибелы. — Саблар испустил тяжелый, снисходительный вздох. — Я не понимаю вас, люди. Мы оба любим природу, так почему бы нам не поладить?

— Любитель природы? Ты? — Виктор вынужден был признать, что дриада проявила полное бесстрашие даже перед лицом заклятого врага своего собственного божества. — Ты превращаешь леса в песок, а людей — в золото!”

— Я хочу вернуть Аутремонд в его первоначальное состояние, в идеальную сферу из земли и металла, — ответил червь гораздо спокойнее. — Я не понимаю, какую красоту вы находите в деревьях. Они уродливы и полны шумных существ. Разве вы не видите красоту в безмолвных, неподвижных горах? Из безжизненных драгоценных камней и золота?

— Нет ничего прекраснее, чем блестящий клад, — сказал Вайнкер, защищая свой собственный образ жизни. — Они согласились бы с нами, если бы у них был хоть какой-то вкус.

— В самом деле, Вайнкер, — добавил бог. — Драконы и я разделяем веру в превосходство минералов и металлов над самой жизнью.

— Ты нас знаешь? — Виктор мог бы поклясться, что слова червя потрясли его друга-дракона, хотя и немного.

— Конечно, знает, — ответил Вайнкер, выпячивая грудь. — А кто нет?

— Дракон воздвиг отвратительный город там, где мои последователи оставили прекрасный пустынный ландшафт, а ты, землянин, создал сушу, где не было ничего, кроме воды. Да, я знаю вас обоих.

— Что ты называешь отвратительным, червяк? — настроение дракона мгновенно испортилось.

— Остров? — повторил Визирь, скорее смущенный, чем оскорбленный. Саблар был… удивительно спокойным для бога разрушения. Видение божества во плоти разрушило все мифы, которые Виктор создал о нем в своей голове.

— Разве ты вчера не бросал Кость? — спросил бог-червь. — Ты пожелал, чтобы появился новый остров, к западу от этого континента.

Виктор изо всех сил старался не обращать внимания на взгляды Малфи и Эллисон. — Я понятия не имею, о чем ты говоришь.

— Это пустая трата времени, — сказал Фурибон, теряя рассудок.

— Лич говорит правду, как бы неправдоподобно это ни звучало, — повысил голос Вайнкер. — Немедленно освободи моих миньонов, волшебное отродье.

— Подожди, эта штука герб души, Вотан набирает уровни… — Виктор впился взглядом в божество. — Это твоих рук дело?

— Нет, — ответило божество, — Маг Мелл, возможно, и создал меня для своих войн со смертными, но я не питаю любви к фоморам. Я поддерживаю тех, кто идет по пути уничтожения, и я никого не отпущу. Ваши миньоны стали детьми земли и они останутся таковыми до тех пор, пока этот мир не придет к концу.

Малфи, до сих пор хранивший молчание, откашлялся. — Если я понимаю божественные законы, а поскольку я учился в Юридической Школе Ада, то понимаю, вы не должны вмешиваться в жизнь тех, кто вам не поклоняется.

— У нас, божеств, есть «джентльменское соглашение” со свободными правилами, — поправил Бог. — Мы можем воздействовать на Аутремонд и творить чудеса в пределах нашей компетенции. Кость шлет дожди и разрушительную погоду, Камилла развязывает нежить-чуму, а Шеша выполняет просьбы, оплаченные деньгами.

— По завышенной цене! — Пожаловался Вайнкер, все еще одержимый идеей вернуть деньги.

— Цены — это бессмысленная, абстрактная ценность, — добавил Саблар нигилистическим тоном. — Жители этого города обратились ко мне с петицией, желая превратить все, к чему они прикасались, в золото. Я удовлетворил их просьбу, и те, кто был достаточно глуп, чтобы позволить жадности одолеть свое сердце, заслуживают своей участи. Вот и все.

— Этого не достаточно, — Вайнкер выпустил дым из ноздрей.

— Ваше Величество, это же Бог, — запротестовал Виктор. — Не моргнув глазом, он мог бы убить нас всех, и я даже не знаю, почему он до сих пор этого не сделал!

— Я обнаружил, что терпение и стоицизм — это ключ к мирной, полной жизни, — спокойно ответил Саблар. — Время, в конце концов, все съедает. В конце концов вы все равно все умрете.

Да, Виктор подозревал, что божество просто ленилось. Неудивительно, что мир все еще существует.

— Если ты исполнил желание, это означает, что ты должен был заключить с жителями Эльдорадо контракт, — предположил Малфи, как всегда хитрый. — Я не могу представить себе смертного, достаточно глупого, чтобы просить благословения у высшей силы, не имея при этом веских юридических оснований. Если бы мы могли изучить формулировку…

Отличная идея, если бы они смогли найти лазейку в проклятии, у них был бы шанс без насилия освободить своих союзников.

— Они загадали очень длинное желание. — Глаза Саблара моргнули, и перед группой завис длинный свиток. — Я представил это здесь.

Малфи немедленно схватил свиток и прочитал его, Фурибон заглянул через его плечо, чтобы найти строку. — Вот, — дьявол нашел слабое место. — Споры о формулировке желания или поправках к его характеру разрешаются в состязании умов и навыков.

— Похоже, жители города были достаточно умны, чтобы оставить черный ход, — заметил Фурибон.

— Вот! — Эллисон ткнула пальцем в разрушительное божество. — Если мы победим, ты отменишь проклятие!

— Я не обязан соглашаться, и начинаю задумываться, может, мне стоит просто превратить вас всех в песок, — ответил Саблар, начиная раздражаться.

— Я благословлена богиней Кибелой, — ответила Эллисон.

— А я пятью божествами, — похвастался Виктор, а его подруга-дриада посмотрела на него с удивлением и завистью, — Неужели из-за такого пустяка ты хочешь разозлить половину пантеона? Не то чтобы ты уж очень был популярен…

Червь молча рассматривал группу, взвешивая свои возможности. — Ты не оставишь меня в покое, пока не добьешься своего… — он замолчал, не придя к конкретному выводу. — У меня нет ни времени, ни желания играть со смертными. Если вы ищете свободы лишь для немногих, то я могу предложить вам… компромисс.

— Боишься, ты проиграешь, червяк? — Насмехался над ним Вайнкер. — Так и будет.

— Я тоже когда-то был смертным, — ответило божество, — только глупцы недооценивают других, несмотря на разницу в наших силах. Поэтому, я делаю вам предложение: я освобожу ваших друзей и союзников лича от моего [Проклятия Жадности]. Вам будет позволено покинуть Эльдорадо живыми и свободными.

— Но город, проклятие и другие его жертвы останутся, — Виктор увидел огромную уловку.

— И он будет продолжать требовать все больше людей, — добавила Эллисон, настроенная очень против этого.

— Мой золотой город останется в этом лесу и продолжит расширяться, — пообещал Саблар. — Но ты будешь уже давно мертв, когда придет время страдать от последствий.

— Например, глобальное потепление? — пошутил Визирь, и Элисон бросила на него сердитый взгляд.

На бумаге … это была неплохая сделка. Для них. Они избежали очень рискованных усилий и разозлили божество, и ушли невредимыми. Не выиграли, но и не потеряли.

Однако, остальная часть Нового Мира будет испорчена. Люди все равно придут в город, даже если их предупредят заранее, и Эльдорадо будет продолжать требовать жертв. Проклятие заразит еще больше людей, и они, вероятно, распространят его за пределы его границ.

— Мы не можем принять это, — сказала Эллисон, и Виктор, в основном, согласился. Оставить сотни тысяч людей на века в качестве золотых статуй было просто неправильно.

— Я считаю, что это честная сделка, — возразил Малфи. — Его Величество прибыл сюда, чтобы найти лича, и мы нашли его. Как только мы освободим Леди Шоколатин, мы больше ничего не выиграем от этого рискованного предприятия.

К большому удивлению Виктора, Фурибон тоже колебался. — Ты говорил, что спасаешь мир от этого проклятия, — напомнил ему Визирь.

— До того, как узнал, что за всем этим стоит бог разрушения, — ответил лич, вероятно, испуганный. Существо перед ними было одним из существ, способных убивать нежить непрерывно. — Противостояние с ним — это гамбит «все или ничего», и даже если мы выиграем, он наверняка затаит обиду.

— Я отказываюсь от вашего компромисса.

Виктор удивленно посмотрел на Вейнкера, и Саблар тоже. — Но почему? — спросил червь, озвучивая собственные мысли Визиря. Он ожидал, что дракон хотя бы обдумает это предложение.

— Я — освободитель миньонов, — надменно ответил Вайнкер. — Вы превращаете потенциальных миньонов в безжизненную фурнитуру, пусть даже блестящую. Как рабов.

— Они дороже в золоте, чем во плоти, — ответил бог-червь с холодным презрением.

— Они стоят больше, если живы, и у меня есть доказательство прямо здесь, — Вайнкер взглянул на Виктора. — Твой план — это жестокая насмешка над всем, что должен отстаивать дракон, сделать золото чем-то постыдным вместо похвального. Как я могу теперь смотреть на золотую статую, не задаваясь вопросом, не была ли она создана твоим грязным колдовством?

— Если я сниму проклятие, город вернется в свое первоначальное состояние, — Саблар атаковал слабое место Вайнкера. — Ты действительно хочешь, чтобы все это золото исчезло навсегда?

Дракон ощетинился, но остался тверд в своем решении. — У настоящего дракона есть стандарты качества. Ваше богатство — это то же, что и свинец для настоящего золота.

В этот момент Виктор подумал, что никогда еще он так не уважал Вайнкера.

Саблар некоторое время наблюдал за Вайнкером, затем повернулся и посмотрел на Фурибона. Несмотря на то, что тот ненавидел дракона, его самонадеянная решимость убедила даже лича стоять твердо.

Когда его ультиматум отвергли, божество окончательно потеряло терпение. — Прекрасно, — сказал он, — это, как говорят, теперь ваши похороны. Если вы победите меня в честном поединке, я сниму проклятие и верну этот город в его первоначальное состояние. Но если я выиграю, и вы поклянетесь, что мои соперничающие божества не будут жаловаться на это…

Божество двигалось, пока его голова не достигла потолка золотого зала.

— Вы умрете.

…

— Неужели вам больше ничего от нас не нужно? — Невинно спросил Виктор.

— Вы умрете навсегда.

— Согласен, — с гордостью ответил Вайнкер. — Готовься к поражению, червяк! Я одолею тебя в единственной игре, в которой стоит рисковать судьбой этого города!

Дракон выпустил из ноздрей огонь, готовясь сделать свое грандиозное заявление.

— Карты!

Виктор прикрыл лицо ладонью.

— Это будет последним испытанием моих драконьих способностей, — уверенно заявил Вейнкер, как будто он уже играл в эту игру тысячу раз.

— Здравая стратегия всегда преобладает. — К удивлению Виктора, Фурибон, казалось, поддержал это решение. — Вайнкер! Только на этот раз, я буду сражаться на твоей стороне!

— Ты только погубишь меня своей бедностью! — дракон отказался. — Никогда!

— Вы, двое, всерьез собираетесь рискнуть нашими жизнями в карточной игре? — запаниковала Эллисон.

— Карт не будет, — угрожающе прогудел Саблар. — Мой вид светских развлечений — из… более грубого сорта. Я больше думал о древней традиции, которую практиковали как род драконов, так и мои собственные создатели.

— Битва миньонов. — сердито посмотрел на него Вайнкер.

— В некотором роде, — ответил Саблар, — ты и твои четыре миньона будете сражаться до смерти с моим любимым чемпионом.

— Я не позволю обращаться со мной, как с животным этого змея! — запротестовал Фурибон, но божество его проигнорировало.

Мгновенно вокруг шей смертных материализовались золотые ошейники с раздражающе тугой хваткой. — Если вы покинете пределы города, пока не определится победитель, вы умрете, — объявил Саблар, и перед ним возник круг призыва. — Иди сюда, мой пророк. Дай волю сладкому разрушению. Так повелевает твой бог.

Излучая ошеломляющую, удушающую ауру, материализовалось знакомое существо.

Зловещая мумия из черных костей и свитков-повязок, одетая в пыльные зеленые одежды, резонирующие с явной магической силой. Погребальная маска, закрывавшая его лицо, открывала вместо глаз только два светящихся огонька.

— А, мой коллега Визирь. — Акхенапеп, мастер джинна Мота и разрушитель южного континента, взглянул на своего бывшего ученика Виктора. — Давно не виделись.

При виде этого забинтованного трупа у Вайнкера возникло странное чувство.

Точно такое же давление исходило от Вотана, если не хуже. Его миньоны, казалось, узнали новоприбывшего: Человечек Виктор побледнел, как труп, а Невкусная Эллисон потеряла дар речи.

— О Великий Саблар, неужели уже апокалипсис? — спросил мумия-миньон своего хозяина. — Пришло время уничтожать живых?

— Начни с этих пяти, — сказал червь и воздвиг барьер вокруг своего игрушечного клада и самого себя. — Убей их всех. Мне все равно, как ты это сделаешь.

— Ах, нет ничего лучше утренней резни. — Странная нежить повернулась к группе, поглядывая как-то особо на Человечка Виктора. — Я вижу, ты далеко продвинулся в этом мире, культист. Может быть, ты сможешь развлечь меня, прежде чем мы начнем предаваться насилию?

Визирь, который с момента появления мумии оставался безмолвной статуей, снова обрел дар речи. — Оглядываясь назад, — наконец заговорил он. — Возможно, это был туман-

Мумия быстро подняла палец и в середине фразы ударила Человечка Виктора лучом зеленого света. Магический взрыв отправил его в полет через порог из пирамиды, и плоть Визиря горела там, куда попало заклинание.

— Шестая хитрость визиря, — задумчиво произнес Акхенапеп, его палец еще блестел. — Закон молчания.

Вайнкер тут же бросился на трусливую мумию, но тут перед его глазами появился экран.

Срабатала [Ловушка Заклинаний] Акхенапепа.

Мгновенный кастинг заклинания [Прыжок во Времени], [Отталкивание Саблара], [Метеоритный Дождь].

У Вайнкера едва хватило времени, чтобы увидеть, как нежить исчезла из существования, прежде чем всемогущая невидимая сила отбросила все назад. Храм взорвался, его стены разлетелись вдребезги, и все присутствующие, кроме Саблара, бросились врассыпную.

Дракон завершил свой короткий, неконтролируемый полет, врезавшись в свинцовую пирамиду и проломив внешние стены. Дракон хрюкнул, а когда он восстановил свое положение, вершина пирамиды Саблара разлетелась вдребезги. И пока божество за своим барьером спокойно читало книгу, дракон не мог видеть ни врага, ни своих миньонов.

Хотя он заметил каменный дождь в небе.

На Эльдорадо и окружающие его джунгли падали с небес огненные камни диаметром в десятки метров, готовые при своем падении опустошить город.

Его миньоны! Его золотофицированные миньоны!

Вайнкер тут же взлетел и своим дыханием начал взрывать падающие звезды, уничтожая их прежде, чем они успевали упасть на землю и опустошить город внизу. Он не мог испарить их все, некоторые врезались в золотые пирамиды и разрушали их, другие опустошали джунгли за городскими стенами. Повсюду начались мощные лесные пожары.

Внимание дракона привлек звук магических взрывов, и он заметил, что мумия участвует в воздушном магическом поединке с мерзким Фурибоном. В то время как лич летал своими силами, Акхенапепа с земли поднял пыльный торнадо. Фурибон пустил в ход свои огненные камни и ледяные шипы; мумия небрежно взрывала его снаряды зелеными лучами, покрывая себя при этом защитными заклинаниями. Активировав свое мигающее кольцо, Вайнкер приготовился атаковать сзади.

— [За Варудо]! — Фурибон на мгновение исчез, но тут же появился снова, но уже со сломанной челюстью, а кулак Акхенапепа оказался в дюйме от его черепа. Лич полетел вниз и упал рядом с метеоритным кратером.

Затем мумия повернулась к Вайнкеру, и дракон понял, что существо может видеть его, даже когда он невидим. — [Ускоренная Энтропия].

Кольцо Вайнкера практически мгновенно рассыпалось в прах, его эффект МигатьМигать был отменен. Дракон на жестокость нежити испустил рев ярости и, вытянув когти, полетел прямо на него.

— [Ядерная Зима]. — Акхенапеп обрушил на Вайнкера мощную бурю сверкающего зеленого льда, повредив его чешую и причинив ему мучительную боль.

Внимание: вы теряете 100 Очков Жизни в секунду от непрерывного огня! Вы были [Облучены]! Целебные эффекты для вас будут значительно ослаблены!

Вы потеряли четверть своих Очков Жизни.

Вайнкер активировал свой Перк [Очистка Заклинаний], его защита отталкивала кусачий холод. Более того, отмена заклинания активировала новое преимущество его класса [Генерал Охотников на Ведьм], которое сожгло руки мумии. Дракон открыл пасть, готовый разорвать его на куски.

— [Большая Печать: Драконий Огонь], [Ускоренная Малая Печать: Священный Огонь]. —Пыльная нежить быстро покрыла себя защитными заклинаниями, его кожа-свитки превратилась в черную сталь, а на его груди материализовался сложный символ. — [Адамантиновая Кожа], [Ускоренный Символ Саблара].

Дракон немедленно выпустил поток огня, но вместо того, чтобы поглотить мумию, его ведьмовское пламя закружилось вокруг нее в виде безвредных вспышек, поглощаемых татуировкой на груди Акхенапепа. Вайнкер благоразумно решил не активировать свою [Огненную корону] и использовал [Сияющее Величие], и, излучая свет своими чешуйками, приближался.

Его золотая красота была слишком велика для мумии, которая зашипела от боли и отступила, но дракон не успел ее схватить.

— [Живость], [Ускоренная Спешка].

Время заклинания Акхенапепа на тридцать минут резко сокращается для всех заклинаний уровня III и ниже.

Уровень III? Какой цели это служило-

— [Пронзающая Магическая Стрела]. — Акхенапеп выпустил в Вайнкера пять золотых стрел, которые причинили ему боль. Мумия выпустила вторую, затем третью группу, прежде чем дракон понял, что эти заклинания каким-то образом обошли его [Очистку Заклинаний].

Фурибон, который к этому времени достаточно оправился и снова бросился в бой, предостерегающе крикнул своему «союзнику»: — [Пронзающая Магическая Стрела] игнорирует все магические защиты, виверна!

— [Пронзающая Магическая Стрела], [Пронз Маг Стрела], [Про Ма Стрела], [ПМА]! — Чем больше Акхенапеп произносил заклинаний, тем короче становилось название его заклинаний, пока они не превратились в непонятный шум. Постоянный магический артиллерийский обстрел усилился, дождь золотых стрел зудел в его теле и пронзал шкуру.

Внимание! Вы потеряли половину своих Очков Жизни!

Поскольку его Очки Жизни исчезали быстрее, чем трусы Человечка Виктора во время размножения, у Вайнкера не было выбора, кроме как отступить, и только для того, чтобы Акхенапеп направил свою магическую артиллерию на его левое крыло и разорвал его кожу. Дракон потерял контроль над своим полетом и рухнул на золотофицированную улицу.

Он больше не мог летать.

Он не мог летать!

Все драконы умеют летать! Это была ересь!

Акхенапеп попытался пригвоздить Вайнкера к земле, но молнии Фурибона заставили его направить дождь стрел на лича. Фурибон телепортировался каждый раз, когда артиллерийский залп угрожал причинить ему боль, и вынудил мумию изменить стратегию.

— Придите к своему Ур-Фараону, войска Саблара! — поднял руки Акхенапеп с вершины своего пылевого смерча. В это время его метеоритный дождь утих. — [Защитники Ур-Фараона], [Призыв Ускоренных Урановых Элементалов].

Во вспышке света вокруг мумии появились анимационные массы зеленых блестящих камней, мгновенно устремившихся к приземлившемуся Вайнкеру. В то же время слева и справа от Акхенапепа поднималась пара гигантских каменных ворот, открывая на другой стороне темную подземную гробницу. Оттуда полковыми батальонами хлынули закованные в броню рыцари-нежить и ржавые копии Голема Роло, топча своими шагами золотую улицу.

— Это жульничество! — Возмутился Вайнкер, взрывая своим обжигающим пламенем зеленые скалы, еще до того, как они успели приблизиться. — Миньоныв битве миньонов не могут вызвать больше миньонов!

Увернувшись от заклинания Фурибона, мумия плюнула на древнюю традицию и с последним проклятием исчезла в своей пыльной буре. — [Радиоактивная Песчаная Буря].

Пылевой смерч стал зеленоватым и сияющим, а затем медленно распространился по городу, вынудив лича отлететь назад.

Миньоны нежить заметили Вайнкера и бросились на него. Когда они сократили между ними промежуток, дракон поднялся на задние лапы и активировал [Кулак Победы], ударив рыцаря нежить в грудь, а затем еще одного. Более мелкие големы, однако, прыгали на него, повисая на его плечах, крыльях и шее. Вайнкер зарычал и отступил на несколько шагов назад, потому что миньоны угрожали его сокрушить.

И тут взрывы черного огня и зазубренные лучи отстрелили большинство големов, одновременно орды насекомых, разрушая их батальоны, начали заживо пожирать нежить.

На правой стороне опустошенной улицы появились Аппетитный Малфи и Невкусная Эллисон, первый призывал демонические облака саранчи, другая — лозы, чтобы запутать призыв мумии. Злой Фурибон летел над ними, сдерживая расширяющуюся песчаную бурю пурпурным барьером.

Слева Друг Виктор, превратившись в своего козла-переростка, возглавлял группу демонов, которых он призывал когда-то против Вотана. Они немедленно вступили в бой с рыцарями нежитью, превратив всю территорию в зону боевых действий. Десятки золотых статуй в битве разбились или разрушились, и дракон был благодарен, что они оттянули битву подальше от пойманных в ловушку фигур Сладкой Шоколатин и Феликса.

— Передайте сообщение… Не заботьтесь о дополнительных расходах … транспортируйте их… — Вайнкер едва расслышал разговор Демона Виктора с его войсками, их слова потонули в шуме заклинаний и лязге оружия. Суккуб открыла портал в Хэппилэнд и убежала, а Демон Виктор поднял косу и произнес заклинание, — [Контроль Погоды: Солнечный День].

Демон Виктор немедленно отменил неестественную песчаную бурю мумии, и она рухнула прежде, чем ее болезненные ветры добрались до Вайнкера. Небо прояснилось, солнце ярко освещало дезориентированного Акхенапепа и зону боевых действий.

— [Перманентное Сканирование]. — Злой Фурибон неожиданно проклял мумию своей магией, и над ее головой появился парящий экран.

Акхенапеп, Ур-Фараон

Тип: Черный Фараон (Нежить/Элдрич)

Уровень: 85 (Ур-Фараон 20/Сабларис 20 / Хрономант 30/Темный Лорд 10/Мастер Печати 5)

Очки Жизни: 2214/2550.

Слабости: Дух, Жизнь, Святость.

— 85-й уровень? — запаниковала Невкусная Эллисон. Все это время ворота оставались открытыми, и подкрепление все прибывало.

— Максимальный [Хрономант] и [Сабларис]? — Даже Фурибон испугался!

Но Вайнкер? Против врага с менее чем тремя тысячами Очков Жизни? Дракон не был впечатлен, имея более чем вдвое большую сумму. Его инстинкт [Генерала Охотников на Ведьм] подсказывал ему, что, как и любой другой волшебник, не являющийся драконом, эта мумия может сильно ударить, но не может получить много урона в ответ. — [Геомантия]! — прорычал он, стряхнув с себя последнего из големов.

Тип Поля: Древние Руины.

Эффект: [Землетрясение].

В то время как Вкусный Малфи был случайно сбит с ног, а Невкусная Эллисон удержалась, и Фурибон, и Друг Виктор, когда начались первые толчки, просто взлетели. Вокруг Вайнкера сотрясалась сама земля, дома рушились, а вражеских миньонов сбивало с ног. Дорога фальшивого золота ломалась, повсюду появлялись трещины. Одни ворота мумии рухнули, но другие выдержали атаку, и в них вошло еще большее количество монстров.

— [За Варудо], [Ускоренный Магический Щит], — Акхенапеп снова исчез, его заменили летающие каменные копья, пронзительные золотые стрелы и чудовищно огромный, крылатый, многоглазый кальмар. Злой Фурибон отразил снаряды своими собственными заклинаниями, в то время как вновь вызванное существо угрожающе подняло свои щупальца на Виктора.

— Ах’мглв’наф шуггот! — зашипел он на древнем, налитом свинцом языке Луны.

Проверка Харизмы прошла успешно! [Безумие] отменено!

— У ‘ имг ‘ мгепульн гнэййх! — Демон Виктор ответил на языке чудовища. Кальмар остановился, обменялся несколькими словами с Визирем и издал звук, который дракон принял за смех.

Затем он повернулся к армии мумии, сокрушая щупальцами големов на пути к последним вратам.

— Вик, что ты сделал? — Спросила Невкусная Эллисон, нарушая строй Малфи и Фурибона, чтобы наложить исцеляющие чары на Вайнкера. — [Полное Исцеление].

Вы восстановили 10 процентов Очков Жизни. [Щит Хозяина] даровал тебе статус [Реген]!

— А? Я сказал ей, что знаю ее отца, и мы обменялись любезностями, — сказал Демон Виктор, разрезая своей косой голема пополам, в то время как Эллисон снова и снова использовала на своем хозяине то же самое заклинание. — Но она очень неуместно пошутила про черного кота в мешке.

Акхенапеп внезапно телепортировался в их гущу, застав троицу врасплох. Он ударил когтем по земле, и под группой из мостовой поднялись каменные копья. Демон Виктор, останавливая смертоносное заклинание, немедленно поднял свой [Щит Духов], а Эллисон быстро произнесла заклинание. — [Древо жизни Кибелы]!

Под Акхенапепом вспыхнуло дерево чистого, священного зеленого света, его святая энергия заставила его извиваться и шататься.

— [Злой взгляд], — парировал Акхенапеп, его погребальная маска каким-то образом угрожающе смотрела на них, с особым акцентом на Невкусную Эллисон.

[Мгновенная Смерть] отменена… для тебя.

V&V стояла гордо, но дриада мгновенно рухнула, ее глаза стали безжизненными. Прежде, чем Человечек Виктор успел выкрикнуть ее имя, мумия уничтожила ее зеленым лучом. — Ты поднимешь ее позже, миньон! — Вайнкер пытался вернуть надежду в сердце своего миньона. — Пока что мы побеждаем!

Проверка харизмы прошла успешно! Статистика вашего миньона увеличилась — на единицу каждый стат!

Оба члена V&V бросились на мумию, подняв косу и кулак. Акхенапеп, выпустив во все стороны разрушительную волну энергии, исчез прежде, чем рука Вайнкера успела его раздавить.

Большая часть баффов вашего миньона была удалена!

[Щит Хозяина] снова активирован! Вы получили статус [Реген].

— Он прыгает сквозь время! — Крикнул издалека фурибон, он и демоны пытались сдержать постоянное подкрепление, достигнув последних врат. Малфи был занят формированием над вражеской армией ледяного моста, чтобы лучше их обойти. — Эффекты [Время] против него бесполезны, он может двигаться даже внутри моего собственного [За Варудо]!

— Прыжок во времени? — Демон Виктор быстро разгадал технику противника, — Он телепортируется в будущее, минуя все атаки! Это его стратегия! Он вызывает монстров, ловушки и зону эффекта заклинаний, прежде чем покинуть город!

— Тогда он снова появится на том же самом месте, где исчез в прошлый раз. — Вайнкер поднял руку, и, как он и ожидал, мумия вернулась туда, откуда исчезла в первый раз. Дракон тут же ткнул его в лицо.

Миньон божества поднял руки, защищаясь, и, вместо того, чтобы под ударом Вайнкера переломиться пополам, просто отшатнулся назад. Его металлическая кожа из свитков сопротивлялась атаке, хотя близость [Очистки Заклинаний] сняла некоторые защитные заклинания мумии, ранив его огнем. Экран Фурибона над его головой показывал повреждения.

Очки Жизни: 1720/2550.

И это все? Вайнкер решил просто съесть мумию живьем, но она начала отступать с не-драконьей скоростью, ответив быстрым залпом золотых стрел. Его миньон немедленно бросился к нему, активировав [Щит Хозяина], чтобы помочь Вайнкеру оправиться от ран.

К сожалению, мумия сразу это заметила.

— Почувствуй силу разложения, дракон. — [Радиоактивные Осадки]! — Акхенапеп произнес еще одно заклинание, и его тело стало зеленоватым. Свитки-кожа излучала тошнотворный свет, делая Вайнкера больным.

Все существа рядом с Акхенапепом теряют 2 Максимума Очков Жизни в секунду, за исключением типов [Нежить], [Элдрич], [Инопланетянин], [Насекомое], [Элементал] и [Искусственный].

Если ваши Очки Жизни превосходят ваш новый лимит Очков жизни, у вас будут развиваться [Радиоактивные Опухоли].

Демон Виктор выпустил поток черного огня, который вместо того, чтобы быть полностью втянутым в защиту печати мумии, сокрушил защиту мумии и ранил ее. Вайнкер радовался при виде боли этого убийцы-миньона, когда-то не пожелавшего, чтобы он его раздавил.

Вне себя от отчаяния, Акхенапеп поднял руки, высвобождая тот же эффект отталкивания, который он использовал в начале боя. Его импульс отбросил обоих членов V&V назад, отбросив Вайнкера на одну груду золотых кирпичей, а его великого Визиря — на другую. Дракон быстро оказался погребенным под обломками.

У Вайнкера едва хватило времени поднять голову, чтобы увидеть, что его драгоценный миньон загнан в угол. — [Охранные Черепа Виктора]. — Вызванные Демоном Виктором черепа обрушились на Акхенапепа и ненадолго отвлекли его, позволив своему владыке с косой подняться на ноги.

— [Черное Проклятие]! — Крикнул глава персонала Вайнкера, но его магия на мумию не подействовала, и он вступил в схватку с мумией со своей косой. Наделенный магией, Акхенапеп уклонялся от каждой атаки.

— Вы вынуждаете меня на отчаянные меры! — Демон Виктор поднял свободную руку…

И сорвал с себя боксеры!

[Эксгибиционист] активирован! Уклонение Демона Виктора увеличилось!

Мумия затрепетала перед чистой мужественностью миньона, и была вынуждена вступить в ближний бой.

Демон Виктор имел преимущество в ближнем бою. Размахивая своей косой, он на короткое время заставил своего врага защищаться и не произносить никаких заклинаний. И все же, Акхенапеп снова остановил время, а когда оно возобновилось, все летающие черепа взорвались в полете, а призрачные цепи удерживали их призывателя. Демон Виктор оказался в ловушке, запертый на одном месте, а Акхенапеп бросился в мощную атаку.

Дракон изо всех сил пытался выбраться из-под обломков и спасти своего миньона, но его раненое крыло работало против него. Когда ему удалось сбросить последний камень, было уже слишком поздно.

— [Атомный Луч]!

Мумия выпустила сокрушительный заряд энергии на талию Демона Виктора, разорвав его тело пополам.

Глаза Вайнкера покраснели, когда обе половинки его миньона слились в облик бессознательного Человечка Виктора. Был ли он… был ли он мертв?

— Тринадцатая стратагема, — задумчиво произнес Акхенапеп, — правило уничтожения трупов. [Пронзающие Магические Стрелы], [Ускоренный Распад]! — Залп золотых стрел пронзил тело Человечка Виктора прежде, чем зеленый луч света разорвал его плоть. В мгновение ока осталась только коса его миньона.

Нет…

Только не это!

[Берсерк]! статус применен!

В первый раз это уже обошлось ему в целое состояние!

В глазах Вайнкера покраснело, он в ярости выпустил к небесам огненный поток. Он вцепился когтями в Акхенапепа, на этот раз удар был достаточно сильным, и тот стал защищаться. Тем временем Малфи, злой Фурибон и их союзники изо всех сил пытались закрыть ворота, количество монстров, проходящих через них, стало неуправляемым.

Портал Хэппилэнд открылся еще раз, крылатый слуга Человечка Виктора проскользнул внутрь… только для того, чтобы ворота расширились еще больше и дальше, и внутрь шагнул знакомый красный дракон, неестественно оседланный ее миньоном.

— Дядя! — закричалаДжоли, как настоящий дракон [Паладин]. — Золотое правосудие здесь!

В этот момент Вейнкер был слишком зол, чтобы обращать на это внимание.

[Щит Хозяина] отменен! Вы потеряли свой статус [Реген]!

Напоминание о кончине главы персонала привело Вайнкера в еще большую ярость. Если бы он мог летать, то искупал бы в своем священном пламени весь город, расплавив фальшивое золото и мумию вместе с ним.

Вместо этого все вокруг он взрывал огненными шарами, безуспешно пытаясь своими когтями раздавить огнеупорного Акхенапепа. Несмотря на свою собственную огромную ловкость и скорость, магия мумии позволяла ему уклоняться от любой атаки.

Тем временем его прекрасная племянница, произнося заклинания, присоединилась к битве, а рыцарь Киа скакала на ней — само это зрелище только еще больше разжигало бешеную ярость Вайнкера. — [Аура справедливости]! — Джоли сияла, как серебро, купая своего дядю в святом свете.

Вы получили +2 ко всем проверкам на основе атак, и ваши безоружные атаки нанесут дополнительный [Святой] урон!

Святой? Это была слабость мумии! Это знание только укрепило решимость дракона уничтожить нежить. Акхенапеп попытался нанести ответный удар золотыми стрелами, но натиск Вайнкера почти не давал ему шанса.

Он едва заметил, как адский портал расширился еще больше, через него прошла огромная длинношеяя ящерица с кобольдами-рейнджерами на спине. Зверь на своем пути к последним воротам топтал големов. Малфи добрался до них благодаря своему трюку с ледяным мостом, и пытался заморозить двери, в то время как щупальца мерзости Человечка Виктора держали солдат-нежить подальше от него. Тем временем, злой Фурибон полетел к Вайнкеру, заметив оставшуюся от Виктора косу.

— Фурибон! — Джоли показала свои крошечные клыки мерзкому личу и выпустила в него маленький огненный снаряд. — Ты заплатишь за свои преступления против дяди и клада!

— Джоли, нет! — Крикнула Киа из-за спины племянницы, убивая своим сверкающим мечом рыцаря-нежить.

— Нет, нет, ты, чистокровная ящерица! — жаловался лич, увернувшись от нападения, и украл косу Человечка Виктора. Вайнкер знал, что они союзники, но ответ племянницы заставил его гордиться.

— Дядя? Это твоя племянница, дракон? — Заметил Акхенапеп, возобновляя заклинание защиты, которое Вайнкер отключил во время их столкновений в ближнем бою. — Потому что я не могу с чистой совестью позволить ей посвятить остаток своей жизни мести, после того, как я убью тебя.

Эти слова вырвали Вайнкера из состояния ярости, которая сменилась страхом. — Не смей этого делать!

— Это было бы нарушением тридцать восьмой Стратагемы Визиря, — прервал Акхенапеп свою атаку на Вайнкера и ткнул пальцем в племянницу. — «Семейное право»! [Атомный Луч]!

Сердце Вайнкера екнуло. — Джоли! — Когда мумия выпустила тот же луч, что убил его главу персонала, он бросился на выручку племяннице, но красный дракон был слишком далеко… слишком далеко!

Но мерзкий Фурибон подлетел к Джоли и своей грязной рукой коснулся ее чистой чешуи. — [Телепортация]!

Лич, дракон и ее всадник исчезли с пути луча, увернувшись от смерти. Они снова появились в нескольких футах, целые и невредимые. — Ты, негодяй… — Джоли не могла поверить в то, что произошло. — Ты, злодей, спас меня?

— Нет, я спас ее, — ответил лич, взглянув на всадника. — Вы должны быть оптимизированы для его уничтожения.

Рыцарь Киа слезла со спины своего хозяина. — Джоли, иди помоги остальным.

— Но, Киа-

— Иди и помоги рейнджерам и остальным закрыть ворота, — спокойно повторила рыцарь Киа. Ее клинок сиял небесной энергией, а глаза смотрели с еще большей яростью. — Этот тип для тебя слишком силен.

Акхенапеп указал одной рукой на Вайнкера, а другой — на группу Джоли. Все впали в напряженное противостояние.

— Джоли, иди, — приказал Вайнкер, не сводя глаз с убийцы миньонов. На этот раз племянница подчинилась и пролетела над оставшимися вражескими миньонами, сжигая их по пути. Погребальная маска Акхенапепа на мгновение переместилась к воротам призыва, которые Малфи запер во льду.

— [Священный меч Митры]. — Клинок рыцаря Киа удвоился в длину, превратившись в переливчатую сплошную радугу. Она сделала несколько шагов к Акхенапепу, а затем на него набросилась. — [Чудо Д’Арка], [Клинок Ррассеяния], [Супер-Спешка]!

—[Атомный-

— [Ускоренный Древний Метеор]! — Фурибон, прежде чем Акхенапеп успел атаковать Рыцаря Киа, выпустил в него мини-метеор. Мумия не успела увернуться от удара, позволив Вайнкеру и Киа приблизиться. Акхенапеп увернулся от удара дракона, но не от клинка паладина.

И Акхенапеп закричал.

К большому ужасу Вайнкера, в отличие от его предыдущих бесплодных попыток, клинок Рыцаря Киа действительно ранил мумию. Ее меч, как масло, разрезал его усиленную свинцовую кожу, сверкая на всем своем пути искрами.

На экране Акхенапепа его Очки Жизни сильно уменьшились.

Очки Жизни: 670/2550.

Мумия издала яростный рев, вызвав ту же атаку отталкивания, что и раньше. Невидимая сила швырнула Фурибона на мостовую и вынудила Вайнкера отступить на несколько футов. Тем временем, вокруг Киа, защищая ее от нападения, появилась радужная броня.

На самом деле ее, похоже, не беспокоила даже радиоактивная аура мумии.

— Ты [Святой]? — Акхенапеп, пораженный неудачей его атаки, приготовился ударить Рыцаря Киа заклинанием. — [Великое Рассеивание-

Слишком поздно.

Священный клинок Рыцаря Киа быстро рассек его пополам от черепа до таза, мгновенно убив.

По крайней мере, так думал Вайнкер, но мумия исчезла и появилась в нескольких футах от него, а экран Фурибона по-прежнему показывал у него над головой его Очки Жизни.

Очки Жизни: 670/2550.

Мумия едва успела прийти в себя, как Вайнкер ударил ее сзади, раздавив обеими руками на улице. Его огромная сила с оглушительным шумом сотрясла землю, разбрасывая во все стороны куски тротуара.

Но мумия появилась снова, потрясенная, но живая.

— Почему он снова не умер?! — Вайнкер взревел от ужаса, пытаясь раздавить нежить, как в игре ударить моль. Рыцарь Киа поддержала его, но их враг яростно боролся за свою нежизнь.

— [Спаси Мразь], страшный камень [Хрономанта]! — Фурибон зашипел от отчаяния. Акхенапеп, чтобы избежать атаки и прорвать окружение, использовал свое [За Варудо] и вновь появился на куче обломков в двадцати метрах от них. Но, прежде чем он успел опомниться, Вайнкер немедленно бросился за ним.

— Каждый раз, когда смерть должна его забрать, он возвращается в состояние «быстрого спасения» прямо перед последним ударом!

— Его нельзя убить?! — Киа запустила в мумию святым солнцем, но та увернулась, использовав прыжок времени.

— Способность поглощает Специальные Очки и не заряжает их, поэтому он не сможет восстановиться, как только они закончатся, — ответил лич. — Есть и другие обходные пути, такие как убийство его в [Антимагической Зоне], прямая отмена Перка или разумное использование статусных болезней…

Тогда Вайнкер просто должен был пережить этого паразита. Заставить его тратить каждую каплю своей магии, пока у него не останется ничего, чтобы использовать его способность.

Дракон на бегу взорвал мумию своим могучим пламенем, заставив злодея снова наложить на грудь печать, чтобы поглотить его. На заднем плане Малфи и остальные сумели, наконец, приговорить призывающую дверь, и теперь сосредоточились на застрявших миньонах Акхенапепа.

— Довольно! — зарычала мумия, осознав гениальность плана дракона и сменив стратегию. — [Вознесение Ур-Фараона]!

Мумию окружило золотое сияние, придавая ей силы и изменяя ее. Его тело увеличивалось в размерах, отбрасывая тень на дракона и угрожая раздавить Рыцаря Киа под ногами. Паладину пришлось бежать. Вайнкер посмотрел вверх… и еще выше…

И еще выше.

Мумия исчезла, ее место занял гигант в золотых доспехах, его погребальная маска приняла в бездушный, осуждающий облик. Его голова возвышалась над землей более, чем на сотню футов, и он мог легко схватить руками даже самого Вайнкера.

Великан поднял колено, оттянул назад, и затем-

БЭМ!

Великан пнул Вайнкера с большей силой, чем молния Вотана или копье ветра Мора, раздробив ему ребра и отбросив назад.

Дракон проломил одну из последних пирамид, до сих пор стоявших на месте, вылетел с другого конца и, наконец, завершил свой путь у одной из внешних стен города; его тело проделало внутри нее дыру.

Проверка Живучести прошла успешно. Смерть была предотвращена.

Внимание: у вас осталось меньше ста Очков Жизни!

Критическое здоровье! [Браво Бык] активирован, сила увеличена!

Вайнкер изо всех сил старался оставаться в сознании, в его глазах все кружилось, а тело сотрясалось от боли. Он слышал шаги великана, когда тот топтал дома на своем пути к дракону. Рыцарь Киа порезала ему ногу, но ее клинок едва задел его укрепленную кожу. Даже Фурибон и Джоли ничего не могли поделать, пролетая рядом с плечом Ур-Фараона и одновременно посылая огненные шары и стрелы ему в голову.

К счастью, миньоны Вайнкера оказались более эффективными. Избавившись от оставшихся миньонов Акхенапепа, Малфи ледяным дыханием заморозил правую ногу титана и ненадолго замедлил его движение. А в это время Рейнджеры Кобольды, их вьючное животное и призванные союзники Человечка Виктора взобрались на левую ногу мумии и попытались его заякорить.

Император впился взглядом в это новое оскорбление золота, которое, как ни странно, еще не околдовало его. Возможно, мерзкая мумия не смогла бы сделать это в этой форме, трансформировавшись, чтобы продолжить борьбу, спасая свои Специальные Очки.

Дракон гадал, сможет ли его дыхание растопить статую с такого расстояния…

…

Фальшивое золото.

Проверка интеллекта прошла успешно!

— Фурибон! — Взревел Вайнкер своему заклятому врагу. — Сделай эту вещь!

Мерзкий лич услышал его и, по-видимому, понял зверство, о котором его просили… только для того, чтобы свечение в его пустых глазницах каким-то образом стало самодовольным. — Скажи это!

— Никогда! — Вайнкер отказался опуститься до его уровня.

— Скажи это, виверна! — Лич настаивал на своей безграничной жестокости. Золотой гигант смущенно посмотрел на них, а затем осознал угрозу, которую представлял Фурибон. И вместо того, чтобы продолжать свой курс и прикончить Вайнкера, он поднял руку, чтобы разбить летающий скелет, как жука.

Вайнкер закрыл глаза, воспоминания о бедных миньонах и любимой племяннице сверкали в его голове. Он должен был сделать это для них.

Вейнкер закрыл глаза, и в его памяти вспыхнули воспоминания о несчастных миньонах и любимой племяннице. Он должен был сделать это для них.

— Преврати его в свинец! — взревел дракон со слезами на глазах, жертвуя своей моралью ради больших ценностей. — Преврати его в свинец, ты, злобное чудовище-садист!

Лич мгновенно поднял руки, в этот момент палец Акхенапепа почти сомкнулся вокруг него. — [Превратить Золото в Свинец]!

И вот, во вспышке зловещей магии, злой Фурибон превратил золотого Ур-Фараона в мерзкую свинцовую статую. Заклинание в считанные секунды, преобразив его, распространилось по всему титану; у мумии даже не было времени, чтобы противостоять проклятию с помощью своей собственной магии.

Гигантский фараон окаменел, ослабев от отравления свинцом.

— [Заряженная Атака]! — Вайнкер собрал остатки своей силы, которая накапливалась у него в животе, и обрушил ее на великана.

Дракон выпустил в сердце гиганта массивный луч чистой энергии, атака его расплавила, а затем проложила себе путь на другую сторону. Его миньоны благоразумно разошлись, когда из раны Акхенапепа полился дождь расплавленного свинца.

Гигант активировал [Сохранить Мразь] и вернулся в прежнее состояние — состояние свинцовой статуи. Вайнкер продолжал атаковать и растопил его сердце во второй раз… а потом и в третий…

С четвертой попытки Титан перестал перематывать время, и дыхание Вайнкера испепелило его целиком. Подобно восковой свече, гигант рухнул в озеро кипящего свинца, растекаясь по улицам Эльдорадо, словно больное наводнение. Рыцарь Киа укрылась на груде щебня, Джоли полетела вниз, чтобы подхватить ее и доставить в безопасное место. Уцелевшие миньоны Вайнкера бежали от наводнения вглубь города.

Когда Вайнкер выдохнул последний огонь и снова вдохнул, он с облегчением вздохнул. Мумия не вернулась.

Когда свинцовое озеро остыло и затвердело, на месте мумии появилась огромная груда предметов — трофеи битвы. Погребальная маска мумии, кольцо размером с дракона, скипетр, груды драгоценных камней и сокровищ… его миньоны тоже уронили множество наград, которые были разбросаны по всему полю боя.

Все это не стоило его главы персонала.

— Дядя! — Джоли летела рядом с ним, держа в руках Рыцаря Киа. Выскочка-миньон немедленно скастовала на него два заклинания: [Великое Восстановление] и [Полное Исцеление].

Статус [Облученный] и снижение Максимальных Очков Жизни удалены.

Вы восстановили все свои Очки Жизни.

Вайнкер снова почувствовал свои крылья, а его грудь больше не зудела. Превосходно.

Сразу после этого бог червь Саблар телепортировался в середину свинцового озера.

— Шумиха закончилась. Поздравляю, мой пророк… — Божество огляделось вокруг, заметило груду сокровищ, а затем драконов, лича, паладинов и миньонов, окруживших его с убийством в глазах. — Ох.

— Твои действия стоили мне двух миньонов, мерзкий червяк, — прошипел Вайнкер, а рыцарь Киа едва сдерживалась, чтобы на него не наброситься.

— Жаль, я надеялся на большее, — бессердечно ответил бог с полными злобы глазами. Время словно отмоталось назад — свинцовое озеро собралось в Акхенапепа. Он быстро принял форму мумии, потрясенный, удивленный и побежденный. — Мой пророк, ход времени не потребует тебя сегодня.

Миньон мгновенно опустился на колени у когтистых ног своего хозяина. — Милорд Саблар, я подвел вас.

— Одно поражение не отменяет целой жизни злодеяний, совершенных во имя меня, — заверило божество своего главу персонала. — Ты сделал все, что мог. Эта битва была лишь второстепенной сценой для грядущих смутных времен.

— Мы победили, заканчивайте с этим. — Фурибон казался таким же раздраженным, как и сам Вайнкер.

Бог-червь с презрением посмотрел на лича, а затем издал жужжащий звук.

Фальшивое золотое покрытие руин мгновенно исчезло в летящую пыль, разрушаясь с поистине невероятной скоростью. Эльдорадо быстро превратился из ложного видения рая в разрушенные руины из красных, окровавленных кирпичей и бетона. Ошейники на шее Вайнкера, Фурибона и Малфи превратились в пыль. — Не жди, что граждане будут благодарны тебе за твой поступок, — задумчиво произнес бог. — Знайте, смертные, что сегодня вы сделали из меня могущественного врага.

— Возвращайся в свои развалины, отродье фейри! — фыркнул в ответ Вайнкер.

— Теперь мне придется искать новый курорт для отдыха, — пожаловалось божество. —Такая потеря.

— Моя пирамида превосходит этот город, — сказал Акхенапеп своему божественному патрону. Там тихо, глубоко под землей.

— А? Похоже, это мой вид безопасного пространства. — Бог червь телепортировал их обоих.

Битва была окончена.

Поздравляю! За то, что вы привели друзей и врагов к победе над могущественным архимагом, вы заработали три уровня в [Августе], один уровень в [Кайзере] и три уровня в [Генерал Охотников на Ведьм]! Вы заслужили классовые Перки [Великий Понтифик], [Молот Ведьм], [Испепелитель], и [Мастер Безмолвия]!

Закрывая класс [Август], вы заработали привилегию класса [Сверкающий Театр]!

+150 Очки Жизни, +70 Специальные Очки, +8 Сила, +7 Жизнестойкость, +6 Мастерство, +5 Ловкость, +5 Интеллект, +10 Харизма, +5 Удача!

[Великий Понтифик]: 60 Специальных Очков. Ваш почти религиозный авторитет вдохновляет ваших союзников на большие высоты; в течение пяти секунд за каждое очко вашей харизмы все их атаки и заклинания наносят пятьдесят процентов дополнительного [Святого] урона.

[Испепелитель]: у любого существа, убитого одной из ваших [Огненных] атак (будь то ваше дыхание, заклинания или перки), труп мгновенно распадется, предотвращая будущие попытки возрождения. Даже такие эффекты, как трансформация в нежить после смерти, не смогут вернуть умершего.

[Молот Ведьм]: Варьируется от 20 Специальных Очков. Вы целитесь в единичную цель в пределах ста футов от себя призрачным молотом, нанося урон [Духу]. Если цель имеет уровни в классе заклинателей, атака становится суперэффективной; за каждые 20 Специальных Очков, которые вы приносите в жертву заклинанию, молот имеет шанс рассеять одну магическую защиту цели при успешной проверке Удачи.

[Мастер Безмолвия]: 80 Специальных Очков. Вы заражаете всех союзников в радиусе тридцати футов своей молчаливой ненавистью к заклинателям. В течение десяти минут все безоружные и вооруженные атаки имеют шанс нанести болезнь [Безмолвие] при успешной проверке удачи, не позволяя магам использовать вербальные заклинания.

[Сверкающий Театр]: 100 Специальных Очков. Вы можете вызвать золотой театр на милю вокруг себя, заманивая всех присутствующих в ловушку, пока сами не отпустите его; эффекты [Телепортации], чтобы избежать ограничений ловушки, всегда терпят неудачу, но телепортация внутри клетки остается возможной. Театр считается гладиаторской ареной для ваших Перков.

— Я … я набрала уровни. — У рыцаря Киа на глазах выступили слезы, и она тут же обняла свою госпожу за шею. — Джоли, я получила новые уровни!

— Я тоже, Киа! — ответила драконица, уткнувшись носом в щеку своего миньона. — И так много сразу!

Малфи поднял свои клешни, словно ожидая какого-то повышения… но этого не произошло. — Но почему? — пожаловался дьявол. — Почему бы мне не эволюционировать в генерального директора? Я так много грешил!

— О, новый класс? — Ликование Фурибона разозлило его заклятого врага.

— Тебя нельзя простить, — упрекнул его Вайнкер. — Твое спасение моей племянницы похвально, но не настолько, чтобы искупить твои грехи. И если ты хочешь выжить в течение следующих пяти минут, тебе лучше оставить косу моего миньона в покое.

— Это единственное воспоминание о нем, виверна, — ответил лич. — Если ты хочешь его оживить-

— Ты хочешь меня шантажировать? — Вайнкер выпустил дым из ноздрей. — Будь осторожен, лич.

— Ваше Величество, я могу заняться делом Мистера Виктора, — кашлянул Малфи. — Я точно знаю, где находится его душа.

— Сделай это, Вкусный Малфи, — приказал Вайнкер, не сводя глаз с лича. В это время его миньон демон открыл портал рядом с другими присутствующими здесь демонами. — И даже не думай прикасаться к моей законно заработанной добыче, Золотоубийца.

— Заслуженно заработанная? Я победил мумию и спас твою никчемную жизнь!

Оба уставились друг на друга, когда вновь прибывшие быстро прервали их напряженное соперничество.

Жертвы снятого [Проклятия Жадности] вторглись в опустошенную зону боевых действий; большинство из них были людьми-ящерами, похожими на Ксолотля, хотя Вайнкер заметил в толпе людей и эльфов. Но лучше всего было то, что появились Сладкая Шоколатин и Феликс.

— Ты… ты тот, кто нас освободил? — спросил один из ящеров.

— Да, да, — надменно вскинул голову Вайнкер, готовый к ежедневной порции похвалы и обожания. — Это я спас вас всех.

— Ты, грязный нищий, как ты мог?!

Вайнкер остановился, оглядывая толпу; почти все местные ящеролюди сердито смотрели на него. — Прошу прощения?

— Как ты посмел принести свою бедность сюда, в самую богатую цивилизацию в мире?! — Человек-ящер продолжал стыдить своего спасителя. — Эльдорадо было самым ярким местом на Аутремонде, а теперь оно похоже на свинец! Теперь ни один турист не сможет наполнить наши сундуки!

— Верните нам наше золото! — пожаловался еще один ящероид. — Вы сделали нас бедными, так что вам лучше возместить нам убытки!

— Верните деньги! — скандировала толпа. — Верните деньги! Верните деньги!

Даже миньоны и союзники Вайнкера были слишком потрясены такой неблагодарностью, чтобы должным образом их линчевать. Присутствующие здесь люди и эльфы мудро установили дистанцию между собой и местными жителями.

Дракон взглянул на это сборище идиотов, самую большую кучу свинцового дерьма, которую он когда-либо видел за свою очень долгую жизнь. Вспомнив, что его лучший слуга умер за них, Вайнкер поднял голову, закрыл глаза и пошел по более высокой дороге. Дороге драконов.

ЧОМП!

Одним укусом дракон проглотил ящерицу целиком, и разъяренная толпа замолчала.

Это было странно вкусно, как вредная еда.

— Я вас съем, — с холодной яростью заявил Вайнкер. — Я вас всех съем.

Так он и сделал, бегая за неблагодарными ящерицами, которые кричали, спасая свои никчемные жизни; звездный кальмар Человечка Виктора, который выжил в битве, вскоре начал подражать дракону.

— Дядя! — Запротестовала Джоли, а миньоны на заднем плане скандировали «Вайнкер — лучший дракон». Фурибон умыл руки от этого зрелища, отступив в угол с косой Человечка Виктора. — Это не очень по-Паладински!

Святая племянница приготовилась броситься между Вайнкером и его едой, но Киа положила руку ей на плечо. — Не беспокойся, Джоли, — сказала Рыцарь. — Они сами во всем виноваты.

Виктор Далтон, Великий Визирь империи V&V, очнулся с одним адским изменением тела.

Исчезли его конечности, рот, крылья и хвост. Он ощущал призрачное впечатление от них, как будто их ампутировали, но у него не было руки, чтобы опереться на нее. Забей на это; Виктор больше не чувствовал, или, по крайней мере, не по-человечески. Он больше не мог отличить холод от тепла, запах или вкус. Он мог только видеть и слышать, как будто смотрел через телевизионный экран.

Наблюдая за миром через скульптурные глазницы своего [Черного Грааля], Виктор Далтон стал чем-то большим, чем просто человеком.

Он превратился в чашу!

Как и следовало ожидать, после того, как Акхенапеп его убил, его душа переместилась в [Черный Грааль]. Он обманул смерть, даже потеряв свою Небесную Страховку. И из того, что он мог видеть, Ксолотль, как святую реликвию, поместил [Черный Грааль] на алтарь внутри подземной жертвенной камеры.

Вокруг никого не было, кроме двух скелетов-охранников, стоявших на страже у входа.

Виктор, наконец-то, был в безопасности.

Поздравляю! За то, что ты снял карму Гудини, избежал последствий нарушения своей Страховки Кармы и через свой злодейский артефакт уклонился от божественного суда, ты заработал два уровня в [Мориарти] и два уровня в [Синоптик]! Ты заработал классовые перки [Динамика Звезд] и [Змей Всадник].

+60 Очки Жизни, +40 Специальные Очки, +2 Сила, +2 Жизнестойкость, +3 Мастерство, +1 Ловкость, +8 Интеллект, +4 Харизма, +6 Удача!

[Динамика Звезд]: Всякий раз, когда вы находитесь в бою, ваш злой гений предсказывает движения ваших врагов, подсознательно анализируя все переменные, давая вам импульс к точности, уклонению и критическим ударам, равный половине вашего интеллекта.

[Змей Всадник]: вы можете вызвать в качестве фамильяра уникального [Змея]. [Змей] — злобный, тупой младший двоюродный брат настоящих драконов, приносящий куда угодно дожди. Если ваш [Змей] убит, вы теряете Перк.

Сладко. Поскольку он набрался опыта, а Саблар не пришел, чтобы убить его навсегда, Виктор предположил, что Вайнкер и/или Киа одержали над Акхенапепом верх. Он надеялся, что жертв было не слишком много…

Подождите, он смог получить бонусы даже в виде чаши? Без тела?

Хм, интересно. Может быть, повышение статуса, Перки и системные преимущества были связаны с его душой, а не с телом?

— Эгей? — Виктор попытался заговорить со скелетами, но не смог издать ни звука. Даже никакого телепатического контакта. — Отнесите меня в Эльдорадо, и я дам вам больше силы, чем вы можете себе представить!

Скелеты-охранники не обратили на него внимания.

И тут он подумал, что дьявольский шепот — это особенность всех злых артефактов… он попытался позвать на помощь через [Этюд в Багровых Тонах] — и снова вернулся системный экран.

Использование Перков невозможно при заселении неподходящего сосуда.

В следующий раз ему придется устранить этот недостаток конструкции. К счастью, он мог контролировать всех [Поднятых], созданных его Черным Граалем, [Понуждая] их выполнять его приказы. Он просто нуждался в них, чтобы его принесли в Эльдорадо, окропили его прах черной кровью, и проблема будет решена.

Но теперь, когда он подумал об этом… разве [Понуждение] разумных существ считается рабством? Даже если они в буквальном смысле обязаны ему своей неживой жизнью, и это только для одной цели? Учитывая в этом вопросе собственную позицию Вайнкера, он должен был действовать осторожно.

Виктор решил, что он просто пошлет через их связь телепатическое сообщение SOS, и понадеется, что его нежить будет чувствовать себя достаточно благодарной, чтобы помочь.

«Миньоны! Миньоны!»

Ближайший [Поднятый]: 15 километров.

Всего пятнадцать километров? Неужели он поднял новую нежить во время своего наркотического путешествия в Кукулькане? Виктор не решался назвать это удачей, но все же поблагодарил судьбу и позвал на помощь.

Ваш [Поднятый] движется к вашей позиции.

Отлично, ему просто нужно было подождать.

Сколько времени это займет?

Как оказалось, очень много. Благодарность была гораздо менее убедительна, чем магическая команда.

Виктор сначала пытался развлечь себя подсчетом овец, а потом задавал загадки скелетам. Через некоторое время ему стало скучно, и он задумался, какое новое имя ему следует использовать, находясь в форме чаши.

Виктограаль?

Головочаша?

Грааль-кун?

Да, Грааль-кун.

— Эй, я Грааль-кун! Я бессмертен, но никому не говорите! — Крикнул Виктор скелетам, чувствуя себя после этого полным идиотом. Он действительно сходил с ума. Сколько времени прошло с тех пор, как он послал сигнал SOS?

Ты был [Черным Граалем] в течение двух часов.

Два часа? Что там так долго делали его нежить-спасители?

Ближайший [Поднятый]: 5 километров.

Проклятье, заключение сведет его с ума. Он должен был что-то сделать. Может быть, скелеты поднимут тревогу, если он пошевелится?

Нгх…

Нгх…

Нннггххххххххххх!

Ах, двигаться, как неодушевленный предмет, было трудно! Виктор почувствовал себя парализованным! Неудивительно, что Кольцо Всевластья стало таким мудаком.

Наконец, используя всю свою силу воли, Грааль-кун сумел перевернуться и упал с алтаря. — «Свобода!» — вскрикнул Виктор от безмолвного удовлетворения, ударился о землю и покатился к скелету. — «Возьми мою чашу!»

И это сработало! Скелет взглянул на Виктора, мягко схватил его… и положил обратно на алтарь, вернувшись на свой пост.

Это тело было ошибкой.

Что еще он мог сделать? Его Грааль был связан как с Хэппилэнд, так и с косой, позволяя ему переносить души в [Поднятый] сосуд. Хотя он не мог послать свою душу к своей косе, не рискуя разрушить свой собственный хрупкий якорь в Аутремонде, он всегда мог вызвать пленника. Если его коса останется целой, он сможет использовать их, как посыльных.

«Иди ко мне!» — Приказал Виктор. — «Тебе приказывает Грааль-кун!»

Рядом с чашей появилась тень, невидимая для скелетов, но не для Виктора. Визирь мгновенно узнал в ней Валькирию Вотана, Сигрун… хотя, по какой-то причине, она показалась ему обнаженной.

Она была красавицей, скандинавской, мускулистой красавицей с длинными, заплетенными в косу светлыми волосами и глазами цвета океана. Своими оперенными крыльями она напоминала Виктору Миэль.

Но при ближайшем рассмотрении… она выглядела несколько не так. Черты ее лица были слишком симметричны, а пропорции тела несколько искажены. Она выглядела как статуя, созданная кем-то, кто имел лишь приблизительное академическое представление о людях. Поскольку Вотан создал ее в качестве приманки для фальшивой принцессы, визиря это не слишком удивило.

Виктору, вероятно, следовало бы вожделеть ее, но он этого не сделал: он полагал, что недостаток гормонов в его новом теле и химия мозга мешают ему чувствовать возбуждение или даже физические удовольствия. Больше никакого сладкого допамина.

Почему в чашах не может быть красивых вещей?

— Ты… — сердито глянула на него женщина. — Разве тебе недостаточно было обречь меня на молчаливое страдание? Ты хочешь унизить меня своим холодным взглядом?

Однако, от ее раздражения он получил странное удовлетворение. Его злые инстинкты артефакта уже сработали.

Кроме того, он узнал ее голос. — Подожди… это же ты!

— Тот самый? — По крайней мере, она могла его понять.

— Да, на том острове, после нашей первой битвы с королем Вотаном-

— Ты имеешь в виду твое сокрушительное поражение от рук моего господина, — с гордостью ответила Валькирия.

— Ты спросила, был ли мой труп еще теплым! — Это не давало Виктору покоя уже несколько дней. — Но почему?

— …Я понятия не имею, о чем ты говоришь.

Виктор пристально на нее посмотрел, а потом вспомнил, что у него нет бровей. Какая недооцененная особенность тела. Вместо того, чтобы одарить эту лгунью пристальным взглядом, он заставил ее замолчать.

После долгой неловкой паузы Валькирия смущенно отвела взгляд. — Нас не зря называют девами-воительницами, — призналась она.

…

— Значит, вы не только надругались бы над моим трупом, но и сделали бы из него халтуру? Я глубоко оскорблен, по обоим пунктам!

— Ты должен был умереть, — сказала она так, словно это была его вина. — Не напоминай мне об упущенной возможности, раб дракона.

— Полагаю, ты не собираешься помочь мне позвать на помощь?

Она ответила молчаливым взглядом, за исключением того, что у нее были брови, чтобы это сработало. Виктор заворчал себе под нос, лихорадочно соображая, что делать дальше.

Он всегда мог надеяться, что [Поднятый] или некромант проберется в комнату, это правда. Но чем дольше он ждал с этой приводящей в ярость тенью собеседника, тем больше ему хотелось поскорее выбраться.

— Даже если твои союзники выживут, ты останешься чашей на всю вечность, — поддразнила его Сигрун. — Мои сестры и мой король живы. Они придут за тобой, и за твоим хозяином драконом. Твою проклятую душу ждет только гибель.

Стоп.

Вот оно что! [Черный Грааль] мог выбирать проклятые души из Хэппилэнд, чтобы вернуть на материальный план! Поскольку он сам был чашей, Виктор, вероятно, мог проецировать свое сознание в адские планы!

— Сигрун, ты просто гений! — Виктор поблагодарил удивленную Валькирию, и, оставив ее висеть, сосредоточился на своей связи с Хэппилэнд.

Виктор Далтон очнулся в темной комнате, вернувшись в свое первоначальное тело, вернее, в его призрачную астральную проекцию.

Было ли это Хэппилэнд? Он ничего не видел, хотя на заднем плане слышал шепот. — Эй? — Крикнул Виктор. — Там кто-то есть?

Кто-то включил свет.

— Сюрприз!

Виктор попятился, когда его окружила огромная толпа из тысяч демонов, все они его приветствовали.

Визирь заметил среди них Малфи, его адвокатов и своих обычных помощников, а также множество архидемонов и суккубов, с которыми он имел дело в Схоломансе. Но бесчисленное множество других он не узнавал, от зеленоглазых слизняков до падших ангелов в деловых костюмах. Бесы-ниндзя действовали, как охрана, их крошечные глазки были скрыты за солнцезащитными очками.

Комната, которую они занимали, выглядела как демонический вариант знаменитой комнаты фондового рынка Уолл-Стрит, с экранами, показывающими последние «дивиденды души» и «кредитные ноты корпораций», встроенные в столбы черепа. К ним были прикреплены множество баннеров с лозунгами типа » Счастливого Проклятия Виктору!», «Наш герой Далтон» и «Счастливый День Ада».

— Ч-что за? — Виктор моргнул, не ожидая ничего подобного. — Что происходит?

— Мистер Виктор, я так рад снова вас видеть! — Малфи не мог сдержать слез, адвокат-демон вытирал их окровавленным носовым платком. — Я устроил эту вечеринку в последнюю минуту после того, как Его Величество победил Акхенапепа, и уже начал сомневаться, что ты когда-нибудь упадешь вниз! К сожалению, Миссис Мор не успела вовремя.

— Благородные демоны! — заорал самый большой демон в комнате, заставляя всех замолчать. Виктор узнал в этом существе, массивном, увенчанном короной гибриде черной мухи и человека, страшного Вельзевула. — Прошу вашего внимания!

Повелитель мух поднял кубок с кровавым шампанским и начал вдохновляющую речь.

— Вы все знаете меня, как Вельзевула, генерального директора Инферкорп и почетного Председателя Совета Директоров Корпорации. Для некоторых из вас я был боссом, отцом, соперником или беспощадным соперником. В одном случае — все одновременно. Но сегодня не время для соперничества на Соулвелл Стрит; сегодня дружеский шабаш для всех демонов, где мы все можем отпраздновать наши коллективные достижения.

— Благодаря нашим усилиям мы снизили средний возраст работы на материальном плане до шести, шести лет! Мы создали миллионы рабочих мест для детей во всем мире! — Демоны захлопали в ладоши, а Виктор остался стоять, не в силах осознать происходящее.

— Благодаря нашей прогрессивной политике постоянного снижения заработной платы смертных нам удалось добиться равенства заработной платы мужчин и женщин! Я мог бы продолжить, рассказать о том, как наш ребрендинг увеличил наш коэффициент конверсии проклятия на пятьдесят процентов или исторические дивиденды души в этом году. Но я ничего этого не сделаю. Сегодня мы собрались, чтобы приветствовать того, кто является для всех нас героем.

Повелитель мух поднял бокал за Визиря. — Мы все аплодируем нашему акционеру Виктору Далтону!

Толпа немедленно приветствовала его, их теплые поздравления были оглушительными. — Э-э, спасибо, — сказал он, совершенно растерявшись.

— За ваш выдающийся поступок на службе Хэппилэнд Совет Директоров Корпорации единогласно постановил наградить вас Медалью Ордена Мухи — самой высокой наградой, известной демоническому роду. — Муха-архидемон подошел к Виктору и положил на его призрачную грудь медаль с крылатым гербом, и радостные возгласы удвоились. — Вы — герой, Мистер Далтон, и всегда среди нас будете желанным гостем.

Что, черт возьми, он натворил? Определенно, что-то ужасное.

После этого повелитель демонов призвал к оргии, и сразу прозвучали звуки труб. Ряды обнаженных суккубов и их собратьев-мужчин, инкубов, входили в выложенный мрамором зал, играя на музыкальных инструментах или неся золотые тарелки с напитками, тостами и кокаином.

С совершенно ничего не понимающим Виктором в центре всего этого.

Демоны набросились на Визиря, как орда фанаток, их было так много, и сразу, что он едва мог разобрать их слова. Кто-то его поздравлял, кто-то предлагал наркотики, кто-то предлагал союзы, а одна дьявольская слизь даже попросила родить ему ребенка.

— Отойдите от меня! — крикнул глава персонала, растерянный и потерянный. — Мне нужен только свежий воздух!

Тотчас же его призыв сформировал вокруг него кольцо, оттолкнув большую часть толпы и позволив ему, наконец, дышать. Только Малфи мог пройти мимо предохранительного шнура.

— Поздравляю, Мистер Виктор. — Жук-дьявол протянул Визирю бокал с кровавым шампанским. На заднем плане он также заметил адвоката демонов, нюхающего с груди суккуба кокаин. — У меня было предчувствие, что ты станешь величайшим чемпионом Хэппилэнд, и, клянусь Маммоном, ты не разрушил мои ожидания!

— Что я такого сделал? — Спросил Виктор. — Это из-за Небес? Что я сделал с Небесами?

Малфи угрожал расплакаться от радости, но на этот раз ему удалось сохранить самообладание. — Они сдались.

Виктор замер. — Они сдались?

— Ангелы сдались! — Бодро ответил Малфи, прежде чем окончательно понял, что его напарник ничего не понял. — Голубь. Она пыталась остановить тебя, когда ты раздевался на людях. Разве ты не помнишь?

— Нет. — Он даже не знал, что Миэль присутствовала на вечеринке. Это имело смысл в ретроспективе, так как Вайнкер активировал [Золотой Путь], чтобы привести подкрепление.

— Но потом ты поставил ее на место, открыв всем свое мошенничество со страховкой! — Малфи наслаждался воспоминаниями. — Она много раз шлепала тебя в ответ, но тебе, похоже, это очень нравилось.

О, боги. Визирь поклялся после этой заварухи извиниться перед Миэль.

— Как обычно для мошенников, голуби прилетели всей массой, чтобы «сразить нечестивца». — Многие демоны захихикали на заднем плане. — И ты побил их всех!

— Я избил ангелов? — Если мошенничество со страховкой не лишило его возможности попасть на Небеса, то эта часть, безусловно, это сделала.

— Да! А потом … а потом ты оживил их своим [Черным Граалем], чтобы «извиниться»! — К этому времени Малфи едва мог связно произносить фразы, засмеявшись в середине предложения.

— Значит, ангелы от меня отказались. — Виктор принял это как справедливое решение, поскольку сам на себя его навлек. — И это действительно оправдывает весь этот праздник?

— Вы не понимаете, Мистер Виктор, — сказал один из телохранителей Виктора, явно борясь с весельем. — Ты поднял ангелов с помощью своего [Черного Грааля].

— Но … — до Виктора наконец дошло. — Черный Грааль может поднять только души, связанные с…

— Как оказалось… — мэрилит начала плакать.

— Ангелы, когда умирают, попадают в ад!

После этого все демоны в пределах слышимости разразились дьявольским хохотом, никто даже не оспаривал использование старого клейма Хэппилэнд.

— Видели бы лица, которые у них были… я чуть не задохнулся, — Малфи затаил дыхание. — Вы чуть не убили меня тогда, мистер Виктор. Вы почти это сделали.

Невосприимчивый Визирь догадался, что столетия увещеваний смертных ради Специальных Очков действительно уменьшили карму.

— После такого унижения вся их система рухнула! — Бес-ниндзя подарил Малфи свой бокал вина. — Они пересмотрели свои старые клиентские файлы и поняли, что большая часть из них совершила мошенничество, подобное вашему. Двадцать три и пять десятых процента, если верить моим внутренним источникам. Я слышал, Митра в ярости.

Один из четырех? Это могло произойти только при большой ангельской коррупции. Виктору очень, очень не нравилось, к чему все это клонится. — Они … ангелы больше не продают страховку?

— Нет! — Малфи злорадствовал. — О, конечно, они будут продолжать принимать чистые души по заслугам, но они не только полностью отказались от нейтрального рынка кармы, но и отменили все свои существующие подписки! Вы сами разрушили доверие к голубям!

…

— Малфи, разве я злой?

— Только «непредумышленно», — заверил его Малфи, чтобы сразу же испортить настроение. — Что дает вам правдоподобное опровержение в суде. Вы — образец для всех нас, Мистер Виктор. Кстати, хотите вина с кокаином?

— Нет, никаких наркотиков! Никогда! Мне нужно вернуться в Аутремонд и привести себя в чувство.

— Вы всегда можете стать дьяволом, Мистер Виктор, — предложил Малфи. — Вашей душе достаточно впитать энергию Хэппилэнд, чтобы вызвать трансформацию. Обычно все начинают с нижней ступени корпоративной лестницы, но, как крупному акционеру, мы можем ускорить вам процесс восхождения.

— Подожди, моя душа становится демоном? Что будет, если я снова умру?

— Может быть, вы попадете на Небеса! — Малфи разрыдался, разбрызгивая вино по мраморному полу.

Да, он скорее вернется в человеческое тело, чем станет гигантской мухой. Надо только правильно помириться с Миэль.

— Виктор?

В глубине своего сознания Визирь услышал голос Камиллы, почувствовав, что богиня говорит с его чашей. И она была не одна.

— Возвращайся к своей чаше, — мысленно произнесла богиня Шеша. — Нам надо поговорить.

Митра ненавидел игровые ночи.

Бог порядка, солнца и медицины не вполне помнил, как начинались эти собрания. Но он знал, чем они всегда заканчиваются: он латал новый космический беспорядок.

На этот раз их встречу устроила Кибела. Она отвела большую комнату в своем плоском царстве Аркадии, открытом пространстве с полом из мха и колоннообразных деревьев. Игровым столом служил гигантский гриб, окруженный грибными тронами, а биолюминесцентные растения и светлячки давали слабый свет. Это место действительно было видением природного рая; даже будучи богом цивилизации, более привычным к городам, чем к лесам, Митра чувствовал себя умиротворенным.

Это зрелище напомнило божеству о том времени, когда он служил в девятом легионе, защищая Британнику от Каледонцев. В то время он был худшим человеком, и боролся за то, чтобы завоевать людей земли из-за ошибочной верности одной нации.

Явившись в комнату в облике короля-солнца, Митра обнаружил, что Кибела и Изенгрим уже там. Сразу после этого телепортировалась его подруга Леоне, богиня благородства, золотой рыцарь, прекрасный и светлый, как дневной свет.

— Добро пожаловать, мои дорогие, — приветствовала их Кибела, ее кожа и лицо были скрыты под капюшоном из сплетенного мха. Поскольку она была богиня наслаждения, любой, кто видел ее открытое лицо, не мог не испытывать… ну… удовольствия. Один лишь звук ее мелодичного голоса заставил бы смертных замолчать.

— Приветствую вас! — Белый олень с лезвиями вместо рогов, бог охотников Изенгрим каким-то образом умудрился сесть на свой трон, положив копыта на стол. — Друзья мои, вы выглядите ужасно!

— У нас был трудный день, — измученно сказала Леоне. Когда-то, будучи смертной, она была оруженосцем Митры, они остались друзьями и после того, как она завоевала Валгаллу. И хотя Кибела пыталась втянуть их в какой-то роман, солнечное божество рассматривало их отношения, как отношения наставника и ученицы.

— Значит, это правда, что ангелы качались в обе стороны-

— Мы не будем об этом говорить, — прервал Митра Кибелу, одно упоминание об этой катастрофе заставило его вспыхнуть от гнева. Подумать только, он приказал своим паладинам и жрецам никогда не причинять ангелам вреда, разве что в целях самозащиты… как он мог быть так долго слеп к их развращенности? — Я хочу расслабиться, а не сыпать соль на раны.

— Ну, тогда я не буду копать глубже. — Богиня пригласила их занять свои места, когда прибыл последний приглашенный член собрания.

Сэн, богиня моря, грез и алкоголизма совсем опустилась. Восточная русалка с черными осьминожьими щупальцами вместо ног, она, казалось, только что покинула шумную вечеринку, ее короткие волосы цвета воронова крыла были растрепаны, а черные глаза сморщены. На ней был только голубой лифчик и пурпурный цветок в волосах; руки и шею покрывали татуировки грабежа и непристойностей.

Она была единственной богиней, которую они не должны были видеть за этим столом, и Леоне напомнила им, почему. Как только Сэн заняла свое место, в ее левой руке появилась бутылка алкоголя. — Никакой выпивки за столом.

— Это виски! — Запротестовала Сэн.

— Тебе разрешается играть только в трезвом виде, — строго напомнил Митра. — Никто не хочет еще одного наводнения.

— Это был несчастный случай, ясно! Дай мне передохнуть! — Богиня надула губы и крепко сжала виски. — Только одну бутылку!

— Одну, и побыстрее, — сказала Кибела, более терпимая, чем остальные. — Иначе я преждевременно вышвырну тебя с этой встречи.

— С каких это пор ты превратилась в зануду? — проворчала Сэн, пока Кибела раскладывала на грибе-столе карту Аутремонда. Митра с грустью наблюдал за игровым полем Аутремонда.

Столетия назад, когда Система была новой и богов было мало, Митра правил первой империей смертных непосредственно, как бог-император. Он защитил небольшой город от набегов фоморов, помог ему заключить союзы с другими поселениями и постепенно объединил рабов фейри в сильную нацию, занимавшую большую часть континента Мистраль. Империя Митры.

Сам Митра никогда не собирался править вечно. Его роль заключалась в том, чтобы служить для нового народа направляющей рукой цивилизации, будь то люди, эльфы, гномы или зверолюди. Со временем, он мог бы полностью сломить власть фоморов над Аутремондом и предотвратить будущие трагедии. В то время ему поклонялось большинство смертных, вплоть до того, что прозвали его Единым Богом.

В своем высокомерии он не предвидел, что к божественности взойдет Ужасная Тройка. Они бросили Митре вызов за верховенство и даже его убили. Когда год спустя он возродился в Валгалле, его империя уже распалась.

Последовала эпоха хаоса, когда старые и новые божества непосредственно боролись за контроль над Аутремондом. В те смутные времена восстали Хаотические боги, от Лунного Человека до Саблара Пожирателя Миров. Поскольку верховная власть в Валгалле оживляла божества через год и день после смерти их аватара, никто не мог долго одерживать верх.

После многих лет катастрофических сражений Кибела, второе по старшинству божество после Кости, заключила между своими собратьями-божествами джентльменское соглашение, утвердив, что они должны сдерживать себя и влиять на мир через свое портфолио, Избранных и поклонение. Война истощила всех, и боги согласились заключить мир.

В конце концов, изолированный превосходящим числом, подчинился даже Саблар. Бог-червь знал, что, если он поднимет шум, его амбиции заставят других богов объединиться против него, и с тех пор он играл в долгую игру. Во всяком случае, терпение сделало его еще более коварным.

Со временем Гардмейну удалось восстановить западные и северные границы своего предшественника, но он остался тенью старой империи. Вампирские Ночные Земли, в частности, для бога закона оставались больным местом. Гардмейн был любимым проектом Леоне, в то время как Митра, в основном, сосредоточился на Империи Эверсан, расположенной дальше на востоке, где его церковь имела большое влияние. Страна действовала не так хорошо, как он надеялся, окруженная враждебными силами и погрязшая в политической коррупции. Изменит ли этот сеанс ситуацию?

К всеобщему удивлению, с неба на стол упал Кость.

— Катите меня! — Крикнул Кость. Божеству азартных игр всегда удавалось приземлиться на игровой стол, когда бы они ни начинали сеанс. Боги сочли, что проще включить это живое бедствие с целью контроля ущерба, чем позволить ему разгуляться. — Катите меня!

— Я хотел бы, как обычно, пойти последним, — вежливо сказал Митра, не обращая внимания на Кость.

— На самом дне? — Ответила Кибела.

Почему она всегда говорит так, будто имеет в виду что-то грязное? Насколько Митра мог судить, Кибела даже не делала этого специально. Вознесенный [Паладин] просто кивнул, и богиня лесов открыла сессию.

— Сегодня мы продолжаем нашу долгосрочную кампанию Аутремонда: Версия Мир Крестоносцев — начала Кибела, выступая в роли Мастера Игры. — Каждый из нас будет играть роль избранной страны и руководить ею. Кампания заканчивается, когда весь мир находится в состоянии мира или разрушен. Прежде, чем вы спросите, Леоне, одна страна, захватившая Аутремонд, считается условием победы.

— Катите меня!

— Шеши не будет? — Спросил Изенгрим, не обращая внимания на раздраженного Кость. Она обычно участвовала в их сеансах, противопоставляя свой Нагастан империи Эверсан Митры.

— Она сказала, что у нее свидание с Камиллой и одним из ее Избранных. — При этих словах Леоне сжала кулаки. — Поскольку это касается одного из моих Избранных, я предложил ее заменить.

— Катите меня за инициативу!

— Она также сказала мне, что встреча может пролить свет на проблему фоморов.

— Это правда, что они теперь могут повышать уровень? — Немедленно спросил Митра, услышав этот слух. Если это правда, то время для игр закончится.

Воспоминания о том, как его самого похитили в Аутремонде, снова вернулись. Он до сих пор помнил, как вел свою центурию на разведку варваров, совершавших набеги на берега Британники, рассчитывая вернуться домой к полудню. Только это были не пираты, а тираны из другого мира, ищущие рабов для пыток.

Король Балаур был тогда еще ростом с обычного человека, но такой же жестокий, как и всегда.

Пять лет, которые Митра провел в плену у фоморов, были сплошным кошмаром, полным криков и резни. Он даже не помнил свое первоначальное римское имя, стертое плетьми за один раз. Когда [Паладин] наконец сбежал, узнав о классовой системе, он поклялся защищать смертных мира от зла, которое испытал.

— Пока не могу сказать, — ответила Кибела, поскольку Саблар скрыл от ее глаз деятельность фейри. Она бросила Кость четыре раза, по одному на каждое божество, кроме Митры. — В очереди будут Леоне, Изенгрим, я, Сэн и, наконец, Митра. Поскольку у Кости нет страны, он будет служить, ну, в общем, нашим кубиком.

Конечно, никто не стал бы бросать Кость, если бы мог, но пока такая возможность устраивала хаотическое божество.

Митра играл за империю Эверсан, самую восточную страну континента Мистраль, в то время как Леоне влияла на Гардмейн. Сэн следила за Нефритовой Империей, из которой она происходила, а Изенгрим — за обширными равнинами Звероземья. Сама Кибела обычно управляла диким Темным Лесом, который она оспаривала у фоморов, но в этой сессии она будет управлять торговой империей Шеши в Нагастане.

— Крысиная чума фомора Мелл Лин распространяется на восток, убивая тысячи людей по всему континенту Серика. Империя Тейкоку, чтобы предотвратить инфекцию, обнесла свои берега стеной, в то время как Нефритовая Империя и Нагастан справляются с болезнью наилучшим образом. На западе — Эльдорадо Саблара… — Кибела едва не выплюнула это слово с презрением, — ушло. Уничтожено. Разрушено. Покрошено. Анниги-

— Мы поняли, Ки, — перебила ее Сэн.

— В других местах фоморы собирают свои войска после объявления им войны империей V&V, в то время как дракон основывает колонии в Новом Мире. Леоне, что ты будешь делать?

— Я объявляю священную войну империи V&V.

— Что?! Нет, — запротестовал Изенгрим, — У меня там есть поклоняющиеся!

— Леоне, священные войны — не единственное решение всех проблем, — попыталась успокоить ее Кибела.

— Я ненавижу быть приверженцем правил вместо Митры, но вам нужен повод для начала священной войны, — проворчала Сэн. — БИИПские дворяне, всегда думают, что законы применимы к другим…

— Они разрушили Небеса! — сказала Леоне с гневным намерением. — Небеса! Со страховыми махинациями!

— Я тоже принимаю это фиаско лично, Леоне, — сказал Митра своему бывшему оруженосцу. Коррупция всегда бесила бога закона. — И я клянусь, что пошлю гнев Ветхого Завета на ответственные за это ангельские власти. Но смертные лишь разоблачали существующие институциональные проблемы в администрации Небес. Прекрасная загробная жизнь никогда не должна была продаваться.

Небеса должны были реформироваться и вернуться к своим первоначальным, более скромным корням, и Митра поможет лично возглавить реформу. По его опыту, большинство ангелов имели в виду, что их разрушала система. Только изменяя свои институты, силы добра могут вернуться на путь искупления.

— Они разрушили один остров и чуть не потопили другой, — заметила Леоне. — Этот дракон и его напарник-человек — живые бедствия. Я также не могу терпеть нацию демонов, нежити и жутких ужасов из космоса, вооружающихся прямо рядом с мирным Гардмейном. Изенгрим, из всех богов именно ты должен меня в этом поддержать.

— Зачем мне поддерживать войну, в которой участвуют мои милые, любящие поклонники? — запротестовал бог-охотник.

— Ты должен уважать охоту, — процитировала Леоне священные писания самого Изенгрима. — Охотиться, чтобы прокормить или проредить стадо, но никогда не ради выгоды или удовольствия, и никогда не для вымирания. Кроме демонов и нежити. На демонов и нежить можно охотиться ради удовольствия, ради выгоды, а потом их можно уничтожить.

— О да, я сказал это, — кивнул белый олень. — С акцентом на «может быть». Не обязательно. Ни у одного из этих типов монстров нет никакой экологической ниши, кроме того, что они выжимают из живых, и поэтому я не выражаю неудовольствие своим поклонникам за охоту на них.

— Следовательно, вы не должны видеть ничего плохого в отбраковке населения этой так называемой V&V Империи.

— Я не согласен, — твердо ответил Изенгрим. — Потому что до сих пор они упорно трудились, чтобы вернуть жизнь в пустыню, оставленную избранными Саблара, и построили сообщество, где могут сосуществовать все виды. Я полностью поддерживаю эту инициативу.

— Мы не можем поместить целый вид в одну коробку или другую, — сказал Митра, и Леоне нахмурилась.

— Даже фоморов? — она задала трудный вопрос.

— Даже их, — твердо сказал Митра. — Каждого следует судить по его личным заслугам. Люди, драконы, феи, демоны… ангелы. Это и есть справедливость. Виктор Далтон обречен на ад за свое прискорбное поведение, но его последователи не должны быть наказаны за его проступки.

— Они сломали работорговлю в Новом Мире, — возразила Сэн. Богиня-русалка была очень привязана к понятию свободы, хотя и не стремилась соперничать с жестоким анархизмом Десджестера. — Как ты можешь хотеть сражаться с освободителями рабов?

— V&V также уничтожили то гнусное оскорбление природы, которое называется Эльдорадо, — вступилась за них Кибела. — Хаос, который они приносят, хотя и вызывает беспокойство, в конечном счете уравновешивается благом.

— И о двух нациях монстров, готовящихся к войне, — добавила Сэн. — Вам следует сосредоточиться на другом, Мисс ЗанозаВЗаднице.

Это заставило Леоне замолчать, богиня рыцарей взглянула на Прайден. Их Дикие Охоты уже совершали набеги на берега Гардмейна и с неизвестной целью продолжали свирепствовать по всему миру.

— Прекрасно, — сказала она. — Но я оставлю священную войну Казус Белли на потом. Ммм…

Богиня рыцарей колебалась, нападать ли на Прайден, но решила пока воздержаться. Фоморы забаррикадировались в своей крепости, и было более разумно держать войска дома, чтобы защитить свои границы от Диких Охот и Империи V&V. Вместо этого божество выбрало дипломатию.

— Я прошу мою церковь стать свахой между Принцем Димитрием Гардмейнским и Тсарийской королевой, а также между принцессой Мервейль Гардмейнской и принцем Комниусом из Империи Эверсан для заключения политических союзов посредством брака.

— Принц Дмитрий больше не приударяет за Киа? — Спросила Кибела, крайне разочарованная. Она так много работала за кулисами, чтобы создать этих двоих.

— Он сдался после того, как она уехала в Империю V&V, — ответила Леоне, оставив вознесенную дриаду размышлять о последствиях. — Я хочу, чтобы Гардмейн стал сильнее благодаря дипломатии и утонченности. Теперь, когда большая часть восстановительных работ после Столетней Войны завершена и Эпоха Открытий укреплена, я начинаю по всему королевству возрождение искусств. Гардмейн завоюет континент не силой, а своей культурой. Я закончила ход.

Как обычно, Изенгрим пас свое стадо на Аутремонде, прося их продвинуть границу дальше. Белый олень поднялся, защищая небольшие общины от набегов монстров и фоморов, и не проявлял особого интереса к более крупным нациям. Для него скромные, маленькие победы значили больше, чем крупные события.

— Я также попрошу моих [Охотников на Фейри] перебраться в Гардмейн, на всякий случай, — сказал Изенгрим, закончив ход. — Твоя очередь, моя дорогая Кибела.

Богиня лесов взглянула на карту Аутремонда и щелкнула пальцами. Рядом с ней из земли поднялась огромная, покрытая картинками, деревянная доска. Митра узнал лица своего избранника Киа Бекеле, Виктора Далтона и бесчисленное множество других. Алые ссылки соединяли две картинки, Вайнкера Рыцареубийцу и непристойную кучу золота.

— Что ты делаешь? — Леоне созвала всех присутствующих, когда Кибела поднесла к своей руке перо.

— Теперь, когда корабль Киа-Димитрий затонул, я обновляю свою доску отношений между смертными. — Богиня почесала свободной рукой заднюю сторону капюшона. —С кем бы ее свести?..

— ДжолиКиа! — Сэн тут же ухватилась за возможность протолкнуть свою любимую пару. — Любовь, превосходящая все виды!

— Они мило смотрятся вместе, но…. — Похоже, Кибеле эта идея не понравилась. — Не знаю… чего-то не хватает…

— Катите меня! — настаивал Кость: — Бросьте меня на романтический маршрут!

— Киа заслуживает только самого лучшего, — сказал Митра. Его Избранная оказала миру огромную услугу, и он сделает все возможное, чтобы сделать ее счастливой. — Неужели нет очаровательного, лихого молодого человека или леди, с которыми она могла бы иметь полноценные отношения?

— Мы должны позволить ей сделать свой собственный выбор, — ответила Леоне. — Она молода, дайте ей время найти себя без посторонней помощи.

— Я перепробовала все, — пожаловалась Кибела. — Ты не можешь даже себе представить, сколько парней и дам я отправила ей через Столетнюю Войну и после нее? Большинство находит ее слишком впечатляющей, чтобы подойти, а в те редкие моменты, когда кто-то это делает, как Дмитрий, она никогда не оседает!

— Может быть, отношения ее просто не интересуют? — Предположила Леоне, которая сама всегда любила только приключения. — В этом нет ничего плохого.

— А эта ШокоВик еще сильна? — Спросил Изенгрим, глубоко погруженный в это дело. Кибела кивнула в ответ. — Хорошо. Я буду защищать эту брачную пару ценой своей жизни.

— Я не откажусь от случая с Киа, — настаивала Кибела. — Хотя я не вижу, кто мог бы заменить Дмитрия.

— Какой нуб.

Голос Пожирателя Смерти вывел Митру из равновесия. Он посмотрел налево и увидел, что ассасин ухмыляется ему в углу.

— Ты здесь, чтобы играть или драться, убийца? — Спросила Леоне с холодным профессионализмом, в то время как Митра просто молча смотрел на своего врага. Потребовалась вся сила воли, чтобы не ударить этого пернатого дьявола там, где он стоял.

— О нет, не обращайте на меня внимания, я просто пришел защитить честь моего чемпиона. — Шутник свистнул и украл перо Кибелы. — Киби, ты не видишь здесь простого решения.

Дриада молчала, пока бог преступления редактировал ее доску спаривания.

— Вам просто нужно посадить каждую женщину на его доску, — Десджестер перерисовал все пары, пока они не сошлись в одно лицо. — С моим любимым Избранным, Виктором Далтоном.

— Даже Киа? — Спросила Кибела.

— Кроме Киа, — уточнил Десджестер. — И это — самое гениальное. Без альтернативы, каждый мужчина на вашей доске будет приближаться к ней, как к Елене Троянской, пока один из них не добьется успеха в завоевании ее сердца.

— То есть … — Кибела задумалась. — Новаторски…

— Пока ШокоВик остается единственной настоящей брачной парой, я не возражаю, — сказал Изенгрим.

— Пока я дышу, гаремы никогда не будут допущены к этому столу! — Возмутился Митра. Он знал, что Десджестер делает это только для того, чтобы поссориться с богом солнца через своего якобы Избранного.

Шутник усмехнулся своему заклятому врагу. — Привет, Митра. Разве ты не слышал?

Глаза Бога справедливости превратились в сверхновые звезды.

— Мертвые ангелы идут в Ад!

Митра призвал столп священного пламени, чтобы сразить своего омерзительного врага, но Десджестер исчез, хихикая, как маньяк. — Как он умудряется подкрадываться к нашим игровым комнатам? — спросила Сэн, растерявшись.

— Он бог воров и шпионов, — ответил Митра, сложив пальцы, чтобы подавить свой праведный гнев. — Игнорируйте его. От него одни неприятности. Если вы достаточно пренебрежительно отнесетесь к нему, он уйдет.

К его разочарованию, Кибела оставалась загипнотизированной измененной доской. — Это действительно хороший вариант-

— Никаких гаремов, — прервал ее Митра. — Может, вернемся в Аутремонд? Ты должна вести Нагастан.

Кибела, ворча всю дорогу, отложила доску отношений. — Для Нагастана… поскольку чума еще продолжается, я буду поощрять смертных к тому, чтобы они сидели дома и ничего не делали. Жрецы и заклинатели будут накладывать заклинания [Излечение Болезни], а алхимики и другие ремесленники будут работать над лекарствами.

— Не лучше ли было бы поместить всех больных на карантин в одном месте? — Предложила Леоне. — Чем в разных?

— Каждый человек дома — герой, — мудро ответила Кибела. — Каждый диван — поле битвы.

Митра интуитивно чувствовал, что это всего лишь предлог, чтобы поощрить к спаривание дома, но он держал это при себе.

Скоро настанет его очередь, и он уже обдумывал, что делать дальше. Леоне была права: на горизонте маячила новая война. Не между народами, а между фоморами и смертными.

Смертные истощили себя после Столетней Войны, но события прошлого года говорили ему, что лорды фейри быстро набирают силу. Возможно, пришло время собрать вместе его Сияющих Крестоносцев и подготовиться. Империя V&V могла бы причинить неприятности, но бог солнца чувствовал, что они станут оплотом против сил фейри; они нуждались в любой помощи, которую могли получить.

Конечно … если Аутремонд переживет следующий поворот.

Каждое божество с напряженным молчанием смотрело на Сэн, к ее большому огорчению. — Почему вы смотрите на меня так, будто я съела ребенка?

Как бог честности, Митра не мог не сказать правду. — Мы ждем, что ты как-нибудь облажаешься.

— Ты не собираешься снова попытаться потопить Атлантиду? — Спросила Кибела, имея там своих почитателей. Последний бросок Кости вызвал там землетрясение, и хотя континент выжил, он оставался уязвимым.

— Ч-что, конечно нет!

— Империя Тейкоку? — толкнула Леоне. — Западные острова?

— Что, только потому, что я однажды вызвала наводнение, будучи пьяной-

— Четыре раза, — поправил ее Митра. — Ты сделала это четыре раза.

— Ты просто завидуешь, что я нахожусь на подъеме с Веком Открытий! — Сердито запротестовала Сэн, в гневе бросаясь в бой. — Смертные, наконец, пересекают семь морей во имя моего божественного имени-

Первым запаниковала Леоне. — Твое виски!

Бутылка Сэн вылила свое содержимое в Тихий океан, божественный алкоголь затопил все вокруг.

— О, БИИП, о, БИИП, я БИИПнулась! — Морская богиня извинилась и отодвинула бутылку, но было уже поздно. Огромное пятно алкоголя растеклось по морю. — Я, я создала океан виски!

Митра вздохнул, зная, что следующий свой ход он потратит на то, чтобы смягчить эту катастрофу.

Еще один раунд был потрачен впустую, чтобы сохранить мир в целости и сохранности…

— Мне нужна прибавка, — сказал Виктор в форме чаши.

— Мне тоже, — ответила богиня Шеша. Божество-рептилия и Камилла расположились в потайной комнате, скелеты-охранники склонились перед ними. Очевидно, у божеств не было проблем с тем, чтобы слышать мысли Виктора в форме предмета.

— Тебе нужна прибавка?

— Хотя твой друг дракон поручил мне оживить тебя и избранницу Кибелы, вернуть смертного к жизни гораздо дороже без сосуда, с которым можно работать.

— Мы можем обсудить это чуть позже, — сказала Камилла. — Есть несколько вещей, которые мы хотели бы обсудить с тобой, Виктор, в первую очередь.

Чаша молча ждала.

— Вчера ночью … ты с помощью наркотиков достиг большего понимания Вселенной. — Камилла казалась глубоко смущенной. —Ты что-нибудь помнишь? Например, видеть нас, богов, в компрометирующем положении?

— Я мало что помню, — благоразумно промолчал Виктор. — Все было очень расплывчато после части с тотемом слизи.

— Хорошо, — сказала она с облегчением. — Хорошо. Наши поклонники еще не готовы.

— А теперь, для моего собственного беспокойства. — Шеша кивнула, ее взгляд стал суровым. — Могут ли фоморы поднимать уровень?

Будь у Виктора голова, он бы кивнул. — Да. Да, могут.

Обе богини слушали его, когда он давал им отчет о битве с Вотаном, включая то, что он узнал через [Проницательность Монстра]. Чем больше он говорил, тем сильнее хмурились божества. — Это очень тревожно, — заявила Камилла. — Я поделюсь этой информацией со всеми.

— По всему миру участились случаи Дикой Охоты фоморов, — добавила Шеша. — Сначала в Гардмейне и Зимних Королевствах, потом в Серике, на восточном континенте. Теперь я понимаю, почему.

— Они качают уровень, — с ужасом понял Визирь. — Вроде нас. Они готовятся к войне.

— Обычно местные жители Серики уже организовались бы и оттеснили их назад, но магическая чума, распространяемая фоморами Мелл Лин, разрушает все, — сокрушалась Камилла, она сама была богиней болезней. — Мои поклонники работали над лекарством, но прогресс идет медленно.

— Может ли фомор стать богом? — Шеша задала самый страшный вопрос. И Саблар, и Кость были созданы одним человеком, так что… возможно, фейри, достигнув девяносто девятого уровня, сможет подняться в Валгаллу.

Сама возможность существования божества фоморов заставила всех замолчать на добрую минуту.

— Этого не будет, — поклялся Виктор.

— Нет, не будет, — твердо ответила Камилла, — а для этого ты понадобишься Вайнкеру живой и невредимый.

— К сожалению, ты не соответствуешь моим требованиям по стоимости, — сказала Шеша.

— Конечно, но мы можем воспользоваться золотыми запасами Мурмурина, — предложил Виктор.

— Нет, у вас во всей вашей империи едва хватит средств, чтобы финансировать оба воскрешения, — поправилась Шеша. — Это, учитывая, что твоя жизнь немного дешевле, поскольку твоя душа остается привязанной к материальному плану.

— Что? Чушь собачья! — Запротестовал Виктор. — Ты можешь изменять реальность по своей прихоти, но восстановление смертного тела с нуля стоит слишком дорого?

— Ты принимаешь смерть за вращающуюся дверь? — Ответила Шеша. — Как бы странно это ни звучало, да, восстановить смертную оболочку, приспособленную к изначальной душе, сложнее, чем кажется, особенно когда цель уже перевоплотилась.

— Даже для тебя? — Спросил Виктор у Камиллы. — Я имею в виду, что не хочу просить тебя об одолжении, но ты — богиня некромантии.

Камилла неохотно покачала головой. — Виктор, что ты знаешь о божествах? Как мы функционируем?

— Ты одержала победу в Валгалле и обрела феноменальные космические силы?

— Верно, но далеко не вся картина, — ответила Камилла. — Когда мы проявили себя в Валгалле, мы выиграли наш сотый уровень: высший класс [Божество]. Среди многих, многих преимуществ, он обновляет наши смертные классы и перки в божественные варианты. У меня, например, есть тридцать уровней в [Вознесенном Некроманте] и десять уровней в [Вознесенном Чумном Докторе].

— Ах, и именно это определяет ваше портфолио, как божество? Догадался Виктор. — Шеша, должно быть, была на максимуме [Торговец], а ты — [Некромант].

— Но это также означает, что наши космические силы, хотя и огромны, связаны нашим выбором классов, и мы не можем изменить их после апофеоза. Благодаря божественной привилегии, Шеша может купить все, даже новую жизнь, если смертные заплатят ей достаточно денег по стандартам системы.

— Конечно, я беру двадцать процентов, — сказала богиня торговли. — Я не могу допустить, чтобы кризис помешал моим прибылям.

— Поскольку у меня никогда не было уровней в классах, которые могли бы позволить истинное воскрешение, я могу только оживлять своих последователей, как нежить, — сказала Камилла с грустью. — Насколько я знаю, за пределами Шеши только Саблар и Кость могли бы полностью оживить тебя, каждый с помощью своего метода.

— А, значит ты… ты можешь оживить меня, но только как нежить?

— Как богиня смерти, я действительно могу это сделать, — сказала Камилла. — Но я бы предпочла, чтобы ты вернулся к полноценной жизни.

А? Виктор тоже, поскольку ему нравилось быть живым, но почему богиня некромантии была против того, чтобы он стал нежитью? Потому что она хотела, чтобы он стал ею сам по себе?

—Если тебя уничтожат как нежить, у тебя больше не будет другого шанса, — объяснила Камилла. — Если только ты не возьмешь уровни в классе [Лич] или [Драколич], но ты не соответствуешь требованиям ни того, ни другого. А учитывая твою склонность к самоубийству…

— Это всего лишь мой третий раз! — Пожаловался Виктор, но понял, что она права. Стать демоном, возможно, и помогло бы, но он предпочел бы избежать адских мук на всю оставшуюся жизнь.

— Я не могу приступить к пробуждению без твоего согласия, — сказала Шеша. — Выбор за тобой.

— Разве мой Перк Избранный Шешей не дает скидки?

— Да, и я уже применила его. — Черт. — Из любопытства, кто на этот раз убил тебя так тщательно?

— Акхенапеп, пророк Саблара.

— Опять он?! — К удивлению Виктора, безмятежное лицо жадной богини преобразилось в чистую ярость. — Он жив?

— Я бы не сказал, что он жив, но да, он все еще существует. Ты его знаешь?

— Этот мерзкий ублюдок разрушил весь мой бизнес по воскрешению! — Громко пожаловалась Шеша, и от ее божественного голоса задрожали стены. — Когда-то герои каждый год платили мне золотые горы, чтобы я возрождала их самих, пока он не составил свой проклятый список Стратагем Визиря и не поделился ним со всеми потенциальными правителями в мире! На вершине своей этой популярности, ни один злодей не оставлял тело, чтобы поднять в рамках бюджета партии авантюристов!

Камилла на языке жестов делала Виктору осторожные предложения, в то время, как Шеша продолжала разглагольствовать. — «Только не говори ей, что у нас в Схоломансе есть курс, основанный на его учении», — интерпретировала ее знаки чаша.

— Несмотря на все мои усилия скрыть этот факт, элитные преступники теперь либо уничтожают тела, либо запечатывают души своих жертв, чтобы лишить меня законной доли рынка! — продолжала Шеша, совершенно не обращая внимания на своих товарищей. Чем больше она говорила, тем больше напоминала Виктору демона-маркетолога. — Теперь злодеев, которые просто оставляют трупы, как эта Мелл Одиуз, можно пересчитать по пальцам одной руки! Неужели Вайнкер навсегда уничтожил этого нечестивца?

— Я… я не знаю, может быть? — Ответил Виктор, обеспокоенный огнем в глазах богини.

— Если он это сделал, я сделаю его [Святым], — заявила Шеша. — С картой пожизненного сокращения.

Поскольку богиня, наконец, успокоилась, Виктор задумался над своим собственным случаем. Он хотел вернуться к жизни, но затраты на возрождение как Эллисон, так и его самого, экономически подорвали бы Мурмурин, потому что для этого требовались все доступные ресурсы.

— Оживи только Эллисон, — решил Виктор.

— Ты уверен? — Спросила Камилла. — Ты хочешь, чтобы я возродила тебя нежитью? Или вернуться в Хэппилэнд?

— Дай мне время, — ответил Грааль-кун. — С моей душой, привязанной к этой чаше и имеющимися ресурсами, я уверен, что смогу найти способ себя возродить. Даже если никто не нашел этот способ раньше!

— Этот предпринимательский дух. — Шеша оценила его решимость. — Когда существующие предложения не удовлетворяют, внедряйте инновации и завоевывайте рынок.

— Чтобы еще больше тебя мотивировать, если тебе удастся воскреснуть без божественной помощи, я сделаю тебе подарок. — Камилла ему подмигнула.

— А? Какого рода-

— МИНЬОН!

Прежде чем Виктор понял, что его ударило, его чашечное тело телепортировалось из Кукулькана в развалины Эльдорадо, прямо перед разъяренным драконом.

— Миньон! — Вайнкер сердито посмотрел на [Черный Грааль]. — Как ты смеешь отказываться работать? После того, как я так много в тебя вложил?!

— Ваше Величество, клянусь, я сделал это, чтобы сэкономить вам деньги! Я могу возродить себя за меньшую цену!

— Ты должен! — Пожаловался Вайнкер, немного спокойнее, чем раньше. Виктор заметил, что он стал намного толще, его живот был полон. Не пировал ли дракон скотом, пока он веселился в Хэппилэнд?

К счастью, как он и ожидал, группе удалось победить Акхенапепа, превратив Эльдорадо из груды золотых обломков в груду каменных. Шоколатин и Феликс выздоровели вместе с приятелями-исследователями Фурибона. Киа рядом с ним была занята молитвой, а еще на заднем плане он заметил Джоли и Рейнджеров Кобольдов, ухаживающих за гигантским динозавром.

Чаша чуть было не спросила, куда ушли местные жители, но тут же сделала короткую паузу. — Подожди, ты меня понимаешь?

— Я адаптировал частоту твоей души так, чтобы она работала, как телепатия. — Фурибон, держа косу в руках, взглянул на Виктора. — Именно так я мог общаться с Леди Мор, пока был заперт в твоей косе во время твоего первого визита в Хэппилэнд.

— А? Спасибо.

— Я сделал это только потому, что дракон не переставал ко мне приставать, а не потому, что мне не все равно, — Фурибон пожал плечами с лицом черепа цунь-цунь.

— Не верь ни на секунду, что это делает нас равными, лич. — Два врага уставились друг на друга, и Виктор почти видел между их глазами молнию.

— Наконец-то, человечек, ты принял форму, подобающую твоему положению.— Кот Феликс облизал усы, а Вайнкер был слишком занят тем, что смотрел на своего врага, и не обращал на него внимания. — Ты стал идеальным ящиком для мусора.

— Нет! — Пожаловался Виктор, но кот уже полез на него. — Кто-нибудь, спасите меня! Помогите!

— Феликс, плохой кот! — Шоколатин быстро схватила Грааль-кун и прижала его к груди, подальше от злобного кошачьего внимания. Виктор счел бы ситуацию удобной, если бы хоть что-нибудь почувствовал.

— Значит, Вик, я прошу богиню Шешу оживить только Эллисон? — Киа ненадолго прервала свои молитвы. — Я не могу кастовать [Контакт с Божеством] много раз.

— Да, я найду более дешевый способ привести себя в чувство, и, как говорится, дамы вперед, — ответил Виктор.

— Лучше бы ты. Мне бы не хотелось приключений с калекой.

Виктор помолчал. — Что?

— Я ни за что тебя не отпущу, у твоей группы всегда самые лучшие бои, — заявила Киа с видом окончательного решения. — А еще я наткнулась на очень секретную информацию, которую мы должны обсудить.

— Я тоже. Это из-за фоморов, не так ли?

[Паладин] кивнула. — Ты помнишь авантюристов, которые устроили на наши отряды засаду?

— Те, что с винтовками и земным оружием? Среди тех, кто напал на нас в Зимних Королевствах был фомор.

— Мне было интересно, откуда они взяли все свое современное оружие, и я думаю, что теперь знаю.

— Да, да, мы разберемся с фейри в свое время, — прервал разговор Вайнкер. — А теперь приступай к воскрешению, миньон, и положи конец молчаливой агонии моего кошелька.

— Жаль, что у нас нет останков твоего тела, Вик, — вздохнула Киа.

— Я сохранила прядь твоих волос, — промурлыкала Шоколатин Виктору. — Этого будет достаточно?

— …почему ты сохранила мои волосы — Спросил Виктор.

— Чтобы нюхать их в твое отсутствие, конечно!

Он подошел прямо к этому.

— Волосы могли бы послужить [Филактерией] или [Торквесом Облачения Души], но не полным воскрешением, — ответил Фурибон. — Ну почему ты не оставил на хранение кость?

Откуда Виктор мог знать, что Акхенапеп испарит его тело? Даже Валькирии Вотана решили вместо этого поприставать к нему.

Кроме своих союзников, с его сведенными на нет Перками, он мог призвать только способности [Черного Грааля]. Визирь мог использовать черную кровь, чтобы восстановить [Возникшего] и, возможно, перенести свою душу внутрь, но он будет считаться только нежитью.

Виктор разработал [Черный Грааль], чтобы восстановить тело человека, независимо от повреждений, опрыскивая его магически преобразованной черной кровью. Он мог реструктурировать плоть, даже если только с целью создания нежити.

И все же … все же, если он использует [Черный Грааль], чтобы объединить его подготовленную кровь в форму тела, используя нить ДНК в качестве шаблона…

Проверка интеллекта прошла успешно!

Да, так оно и было! — Шок, ты можешь бросить мои волосы в чашу и добавить побольше свежей крови?

Миллионы золотых монет!

Миллион золотых монет из золотых запасов его замка, брошены в канализацию, чтобы оживить одного миньона, и даже не самого лучшего! Если бы Вайнкер не был великодушен, справедлив и не являл собой идеальный образец богатства, он бы потом неистовствовал.

И все же дракону удалось сохранить самообладание, когда мерзкая Шеша ответила на безмолвные молитвы рыцаря Киа. Тело Невкусной Эллисон преобразилось во вспышке зеленого света прямо перед [Паладином], и полностью восстановилось.

— Я … я снова живая? — спросила она, удивленная тем, что забота о смерти его миньона покрыла разрушение дезинтеграцией. — Я не могу в это поверить…

— Тебе лучше сменить мелодию, потому что ты в долгу передо мной на следующие… — у Вайнкера перехватило дыхание. — Четыре тысячи пятьсот и еще десять лет! Именно столько времени потребуется, чтобы возместить эту проклятую плату за воскрешение богини! Я ожидаю, что ты будешь работать бесплатно, пока полностью не вернешь мне долг!

— Как и до этого, — ответила Дриада странным тоном, но мудро поклонилась своему императору. — Я… я очень благодарна за решение Вашего Величества. Я думала, вы будете возрождать только Вика.

— Может, ты и ничтожный фаворит, но ты погибла при исполнении долга, чтобы спасти честь самого золота, — ответил Вайнкер. — Я был бы невнимательным хозяином, если бы не признал твою исключительную службу.

Со временем дракон пришел к выводу, что миньонов нельзя выбрасывать просто так. У них были свои собственные чувства, и, что более важно, они подпитывали рост сокровищницы скорее живыми, чем мертвыми. Состояние Вайнкера росло в геометрической прогрессии по мере того, как росло число его миньонов, следовательно, это было взаимосвязано.

— А теперь иди заработай мне немного денег и помоги моему главе персонала, — отпустил ее дракон. Оставив Чашу-Виктора на его более дешевую попытку возрождения, Вайнкер попросил своих миньонов собрать сегодняшнюю добычу в одном месте — от битвы и то, что он получил, съев всех местных жителей, чтобы он мог лично потребовать все это для себя.

Он не хотел уступать Фурибону ни дюйма, даже после их недолгого Союза. Как только его глава персонала вернется из мертвых, он отправит этого лича в склеп, откуда тот пришел…

— Дядя, Дядя! — Джоли привела ему застенчивую, запуганную эльфийскую девушку. — Смотрите!

[Радар Принцессы-Девственницы] Вайнкера при виде этого запищал. — Джоли, это то, что я думаю?

— Да! — С гордостью похвастался молодой дракон. — Я поймала свою первую принцессу, совсем сама!

— Поздравляю! — Если бы Вейнкер был слабым, мягкосердечным человечком, он бы заплакал от радости. Вместо этого он ласково ткнулся носом в племянницу. — Я так горжусь тобой, что ты поймала принцессу в твоем возрасте! Я не могу дождаться, чтобы сказать Гениалиссимусу!

— Перестань, Дядя, ты меня смущаешь, — слабо запротестовала Джоли, когда дядя осыпал ее ласками.

— Я правильно услышал, принцесса?

Вайнкер и его племянница смотрели, как над грудой добычи кружит тень третьего дракона, который с достоинством приземлился рядом с ней.

Красный дракон мгновенно узнал золотую статую с главной площади Эльдорадо, возвращенную к жизни после того, как закончилось проклятие. Великий, знаменитый похититель принцесс не сильно изменился со времен детства императора, хотя и вырос, на полторы головы даже больше, чем сам Вайнкер. Голубая чешуя молниевого дракона была испещрена шрамами, а ряд металлических рогов образовывал вокруг его головы похожее на бороду украшение. Его лазурные глаза сверкали молниями.

— Г-Грандрейк? — Джоли при виде легенды драконов завиляла хвостом от головокружения.

— Ага, — сказал старый дракон. — Это я, Грандрейк. Я пришел в Эльдорадо в поисках золотых принцесс, и это все, что я помню.

— Злой негодяй наложил на этот район проклятие фальшивого золота, — сказал Вайнкер, все еще злясь из-за этого фиаско. — Мне пришлось поднять это.

— Этот голос… это ты, молодой Вайнкер? Старший дракон удивленными глазами посмотрел на своего темно-красного собрата. — Боже, когда я видел тебя в последний раз, ты был всего лишь змеенышем! Как же ты вырос, почти такой же большой, как я!

— Действительно, великий Грандрейк, теперь я самый сильный и богатый дракон в мире, — хвастался Вайнкер, а Джоли с благоговением смотрела на охотника за принцессами. Дядя ткнул в нее носом, чтобы она приблизилась к легенде драконов. — Это моя очаровательная племянница Джоли, которая только что захватила свою первую принцессу!

— Эльфийская принцесса? — Грандрейк осмотрел застенчивую эльфийку, которая укрылась за своим ловцом-драконом. — И притом чистокровная! Не какая-нибудь из этих человеко-эльфийских дворняжек. Я вижу, что у тебя есть глаз на качество, даже в твоем юном возрасте, юная Джоли. Эльфийские принцессы хитры и редко встречаются в дикой природе! Она напоминает мне ту, которую я поймал в Империи Саблариса…

“Мы обнаружили, что эта принцесса и весь клад ваших принцесс, почти все они взбесились от изоляции, — подчеркнул Вайнкер. — Я попрошу нашего семейного ветеринара, Гениалиссимуса, цивилизовать их обратно в общество принцесс.

— Этот? Это был мой первый клад… или, может быть, второй? Я постоянно теряю их с тех пор, как тот волшебник с кровью фейри наложил на меня свои чары.

— Это и есть Грандрейк? Похититель Принцесс? — Рыцарь Киа небрежно приблизилась к группе драконов, как и подобает высокомерному миньону. —Я слышала, что в Зимних Королевствах они просят принцесс переодеться мужчинами, чтобы помешать тебе заявить на них права.

Грандрейк нахмурился. — Что сказал этот человечий отпрыск?

— Он не слышит Киа? — Спросила Джоли дядю.

— Ах да, Грандрейк на старости лет оглох, — сказал Вайнкер Джоли. — Но только для бедных людей.

— Такой змееподобный, — сказала Джоли, впечатленная драконьей внешностью Грандрейка.

— Это унизительно! — Пожаловалась Рыцарь Киа.

— Что сказал этот маленький бездомный человечек? — Спросил Грандрейк.

— Что ты слишком богат для нее, — поддразнил Вайнкер [Паладина].

— Это действительно так! — Сказал Грандрейк с выражением крайнего драконьего снобизма. — Я потерял больше богатства, чем ты когда-либо заработаешь!

— Пожалуйста, не могли бы вы рассказать мне об одном из ваших приключений Охотника на Принцесс? — умоляла Джоли старшего дракона. — Мой дядя Гениалиссимус всегда читал мне одну, когда я была змеенышем!

— О-о, с удовольствием! А как насчет того раза, когда я поймал Принцессу-Русалку? — Джоли слушала с восторженным вниманием, не обращая внимания на дующуюся рядом Киа. — После охоты на Принцессу Крокодилов в джунглях Сирокко, я искал вызов в восточном море. Я знал, что ее будет очень трудно поймать, потому что Принцесса-Русалка очень изворотлива. Знаешь ли ты, что они могут оставаться под водой семь дней и ночей, не выплывая, чтобы подышать, на поверхность?

— Семь дней? — Одновременно воскликнули пораженные Вайнкер и Джоли.

— Семь дней, и им нужно всего пять минут дыхания, чтобы повторить цикл! Я знал, что если хочу ее поймать, то должен преследовать Принцессу-Русалку до тех пор, пока у нее не останется иного выбора, кроме как вернуться на поверхность. Семь дней и ночей я гнался за ней по восточному морю, ни разу не уснув и не дав ей передышки. Эта тварь, как бы хитра она ни была, привела меня к Большому Барьерному Рифу, где ее сородичи основали колонию кораллов; это было то самое место, где я в юности свалил Левиафана. Я знал, что эта тварь может скрываться среди кораллов, и, возможно, она намеревалась использовать своих собратьев-русалок в качестве приманки, пока сама ускользнет. Но настоящий Охотник на Принцесс всегда готовится. Чтобы поймать принцессу, вы должны думать, как принцесса.

Джоли глубоко вздохнула. — И что же вы сделали? Что же вы сделали?

— Я расставил ловушку, — похвастался Грандрейк. — Я позволил животному поверить, что она потеряла меня, а потом-

— АААААА!

Драконы повернулись к источнику крика, оказавшись лицом к лицу с самым ужасным зрелищем.

Мертворожденная мерзость из костей, плоти и куриных драконьих крыльев лежала на земле, покрытая черной кровью. — О боги… — задыхался Чаша-Виктор, как мать Джоли, когда откладывала яйца. — О боги, еще одна попытка!

Все зрители, кроме Шоколатин, которая смотрела на это зрелище с голодом, в ужасе отступили назад, когда из черной крови, льющейся из чаши, поднялась наполовину сформированная рука.

Вайнкер сразу понял, в чем дело.

— Мой глава персонала рожает и только что получился выкидыш! Перестаньте его стыдить! — Приказал дракон своим перепуганным миньонам, и с сочувствием взглянул на кричащую чашу. — Поступите благородно и поддержите его неловким молчанием!

Так они и сделали, терпеливо ожидая, пока Чаша-Виктор продолжал кричать.

В итоге у Чаши-Виктора выкидыш случился шесть раз.

С каждой попыткой качество новорожденного улучшалось, от полусформированных оскорблений драконов, до идеальной копии Человечка Виктора без кожи. Грааль продолжал выть, окруженный огромной лужей крови и трупов, а все остальные все это время молча наблюдали. Никто не смел заговорить.

Когда грааль выпустил пузырек крови, Вкусный Малфи, шагнув через адский портал, присоединился к компании. — Что я пропустил? — Демон заметил чашу и озеро крови и его настроение заметно улучшилось. — Это… это то, что я думаю?

— Мой миньон рожает. — Вайнкер задумался, правильно ли он понял биологический цикл миньонов. — Для самого себя.

— Сатанинское воскрешение! — Малфи поднял свои клешни. — Я никогда не видел такого раньше! Мистер Виктор, вы можете это сделать!

— Миньоны, перестань нести чушь, — сказал Вайнкер, взглянув на Эллисон. — Ты, помоги моему главе персонала дотащить тело до срока!

— Каким о бразом, Ваше Величество? — осмелилась возразить Дриада, и Вайнкер обвинил ее скорее в долгах, чем в недостатке образования миньонов. — Опустить мои руки в кровь?

— Не говори ничего, миньон! Делай!

— Что делать?

— Эту штуку!

— Тело… — закричал Виктор-чаша, и кровавый пузырь стал больше дома. — Тело идет!

— Надеюсь, это девочка! — Сказала Джоли с легкомысленной радостью.

— Надеюсь, это принцесса! — Добавил Грандрейк.

— Меня сейчас вырвет, — сказала Рыцарь Киа, демонстрируя полное отсутствие поддержки страданий Чашечки Виктора.

Наконец, пузырь взорвался, выпустив обратно в мир с потоком крови Человечка Виктора.

Тело выбросило на мостовую, и оно стонало всю дорогу, пока чаша превращалась в неодушевленную. Вайнкер взглянул на новорожденного, и, к его удовольствию, седьмой раз был просто очарователен. Больше никаких несогласованных крыльев, никаких несогласованных органов и никаких змей вместо пальцев.

— Ой, БИИП, — сказал Человечек Виктор, когда Сладкая Шоколатин и Невкусная Эллисон помогли ему подняться на ноги. — О, БИИП, это отстой.

— Но это было дешево, — заявил Вайнкер, гордый тем, что Визирь сэкономил ему деньги.

— Я думаю, что моя печень находится в неправильном месте, — пожаловался Человечек Виктор Рыцарю Киа, которая накладывала на него исцеляющие заклинания. — Это было хуже, чем молния Короля Вотана.

— Вотан? — Грандрейк почесал в затылке. — Это имя кажется мне знакомым.

— Фейри молний, который не собирается умирать, — напомнил ему Вайнкер,. — Я похоронил его под вулканом.

— Да, это капризное дитя фейри! — Грандрейк рассмеялся, как будто вспомнил смешную шутку. — Я до сих пор помню, как он пытался привлечь мое внимание, бросая в меня молнии и забирая мою сказочную Принцессу Фейри. Какое-то время это было забавно, но мне пришлось легонько ткнуть его в глаз, чтобы он остановился.

— Ну, это была пустая трата времени, — сказал Фурибон, поддержанный членами своей экспедиции. — Теперь мы можем решить, что делать с наградой? После этого я уйду и вас всех забуду.

— Награда? — Вайнкер пристально посмотрел на лича, а потом перевел взгляд на огромную кучу добычи, оставленную мумией и местными жителями Эльдорадо. Все там поражало его своим блеском, но, чтобы определить точную стоимость, ему понадобится глава персонала с его Перком [Глаз на Сокровища].

— Фури, это тот дракон, о котором ты нам все время рассказывал? — Вайнкер снова обратил внимание на Фурибона, обнаружив, что его поддерживает группа потенциальных миньонов. Один эльф, один орк, раткин(крысочеловек) и птицечеловек — все они держались с уверенностью опытных авантюристов. — Вайнкер Рыцареубийца?

— Нет, это еще один глупый дракон, — ответил Фурибон с тяжелым сарказмом, но затем взял себя в руки. — К сожалению, это он.

— Он такой огромный! — Раткин с благоговением посмотрел на Вайнкера.

— Да, это я, Вайнкер Рыцареубийца, но вы будете звать меня Ваше Величество, — гордо заявил дракон. — С большой буквы В. Я могу отличить разницу.

— Каким образом? — Эльфийка нахмурилась и отступила на шаг, а Вайнкер очень пристально на нее посмотрел.

— Что говорят эти нищие? — Спросил Грандрейк.

— Глупости, которые я ожидал от лакеев лича, — сказал Вайнкер.

— Аа, лич, так вот кто ты такой? — Грандрейк кивнул Фурибону, не подозревая о его порочности. — Это напоминает мне ту Принцессу-Лича, которую я поймал в Царии после долгой погони в зимнюю бурю. Она была удивительно гордым и древним созданием, но, увы, неспособным к общению. Из-за бешенства нежити она продолжала убивать моих миньонов без всякой причины; мне пришлось ее усыпить.

— А что, есть опасные принцессы? — Спросила Джоли, желая учиться у лучших.

— Конечно, мир принцесс полон диких хищников… но нет хуже, чем Принцесса-Человечек. Берегись Человечков Принцесс, юная Джоли. Ведь из всех животных только они убивают за деньги.

— Да, да, а теперь мы можем поделить добычу? — Поспешно сказал охваченный жадностью Фурибон. — Мы можем разделить ее на три части, по одной для каждой группы, которая участвовала в битве.

— Отличная идея! — Ответил Вайнкер, разделив клад на три части. Самое яркое, включая кольцо размером с дракона, он взял себе.

— Джоли, вот твоя. — Своей прекрасной племяннице он даровал большую долю, включая доспехи из сверкающих камней. Чистосердечный дракончик тут же набросился на свою добычу, словно это был ее собственный клад.

— И третья часть, — Фурибон уже протянул руку, чтобы забрать ее, поэтому Вайнкер немедленно схватил добычу под собственную защиту. — Это тоже моя доля, как доля старшего дракона.

— Что? — Золотоубийца осмелился оспорить это справедливое распределение ресурсов. — Это воровство.

— Фури, не говори так с гигантским драконом… — взмолился его друг орк, но Лич был полон ненависти.

— Если ты его возьмешь, то превратишь в свинец! — Вайнкер сердито посмотрел на Фурибона. — Никогда больше в мое присутствие ты не прикоснешься к крошечной монетке!

— Превратил его в свинец? — Грандрейк нахмурился.

— Это — Фурибон Золотоубийца, враг всех сокровищ! — Джоли, свирепо глядя на лича, продемонстрировала свою превосходную рассудительность.— Он с помощью злой магии превратил золото дяди в свинец, чтобы ему навредить!

— Один раз! — Фурибон ответил так, словно это оправдывало его отвратительное преступление. — Всего один раз!

— Один раз уже слишком много! — ответил Вайнкер.

— Я не понимаю тебя, юный лич, — сказал Фурибону старший дракон. — С таким магическим талантом ты мог бы использовать свои силы для большей жадности.

— Я превратил клад в свинец один раз за все свое существование! — Лич издал вопль ярости. — У меня больше нет ни малейшего желания враждовать с вами, драконами, и я преданно помог вам в борьбе против избранного Саблара! Разве я не имею права на второй шанс?

— Это правда, что ты спас мою Джоли от смерти и дорогостоящего воскрешения, — согласился с ним Вайнкер. — Но это даже не начинает компенсировать твои преступления против драконьего рода.

— А что тогда нужно?

Вайнкер нахмурился, глядя на нежить. Он воспринял его протесты, как простой обман, но чем больше он слушал, тем больше сомневался. Мог ли Фурибон действительно желать искупить свои грехи против него?

— Вы, — Вайнкер повернулся к союзникам лича, которые прятались за своим бессмертным хозяином, — Почему вы стоите рядом со злым?

Приспешники лича обменялись взглядами, пока эльф не набрался смелости заговорить. — Послушайте, Ваше Величество, я знаю, что с Фурибоном иногда трудно жить. Он противная нежить против природы, капризный, у него нет чувства юмора-

— Твоя поддержка согревает мне сердце, — солгал Фурибон, поскольку у него его не было.

— …но он хороший товарищ по команде.

— Он был с нами с тех пор, как страна Барин отправила нас на разведку. Я уже даже не помню, сколько раз он спасал нас от монстров.

— Да, он помог нам составить карту джунглей, чтобы люди могли заселить границу, и никогда ничего не просил взамен! — сказал орк. — Я знаю, что между вами есть вражда, но… может быть, вы могли бы… подумать о том, чтобы зарыть топор войны?

Вайнкер был в замешательстве. Каким образом закапывание оружия решит этот вопрос?

Тем не менее, миньоны лича не казались мысленно контролируемыми или очарованными мерзкой силой Фурибона. Неужели они… неужели он им действительно нравится? Неужели заклятый враг Вайнкера действительно отвернулся от своих злых путей?

Джоли выглядела смущенной. — Дядя, что же нам делать? — спросила она. — Он злой, но мой класс [Паладин] просит, чтобы я дала шанс на искупление любому злодею, который об этом попросит.

— Я уже помог тебе, — сказал Фурибон. — Какие еще доказательства тебе нужны?

— Ну что ж, значит, на меня наложили утомительное проклятие, и я искал волшебника, способного его снять. — Грандрейк откашлялся, готовый поделиться мудростью. — Раз я тебя слышу, значит, ты по меркам моих миньонов достаточно богат.

Лич замер. — Что ты хочешь этим сказать?

— Ты можешь вернуть свой долг драконьему роду, помогая мне в охоте на принцесс, — предложил Грандрейк, оставив Вайнкера в благоговейном страхе перед его безграничной драконьей щедростью. Мог ли змей действительно дать второй шанс этому ничтожному личу?

Даже Фурибон остался в замешательстве, несмотря на это великодушное предложение. — Никог-

— Я — дракон, — напомнил Грандрейк колдуну-нежити с отеческой улыбкой. — Теперь ты мой миньон.

— Фури, может быть, нам стоит прислушаться к этому предложению, — сказал эльфийский союзник лича. — Не может быть, чтобы все было так плохо.

— Ты хочешь быть рабом дракона? — оскорбил лич институт древних драконов.

— Миньон! — Вайнкер защищал законный путь дракона. — У рабов не бывает отпусков!

— Я имею в виду, что нам заплатят за нашу работу, верно? — друг лича орк задал трудный вопрос.

— Одну десятую, — ответил добрым кивком Грандрейк.

— Судя по тому, что вы рассказали нам о Викторе Далтоне, он, менее, чем за год получил шестьдесят уровней и несметные богатства, — объяснил орк свои рассуждения, — мы можем с драконом исследовать мир, он нас защитит-

— Ты серьезно хочешь со мной так поступить? — Удивленно переспросил Фурибон.

— Ты отказываешься стать на правильный путь дракона? — спросил Вайнкер.

— Я не стану слугой дракона, как Далтон! — Фурибон отказался от предложения о реабилитации, связанный своими злыми путями.

— Тогда … — Вайнкер бесстрашно расправил крылья. — Есть только один способ уладить наши разногласия, лич.

— Давай, — ответил Фурибон, и между глаз двух соперников сверкнула молния.

— Давай, — ответил Фурибон, и между глаз двух соперников сверкнула молния.

Ух…

Фу, Виктор чувствовал себя ужасно.

У вашей души появился новый сосуд. Вы восстановили свои классовые и личные Перки, и ваша связь с [Черным Граалем] и [Косой Харона] стала сильнее! Ваш тип был изменен на [Слизь / Дракон].

Постоянные +6 Живучесть, -6 Мастерство и -6 Ловкость. Вы получаете иммунитет к [Нечестивости] и Критическим Ударам, но теперь вы уязвимы к эффектам [Святость] и [Кровь].

Вы получили Перк [Кроворожденный] монстр.

[Кроворожденный]: Вы получаете бонус +4 на проверку против физических статусных дебаффов, болезней, паралича, яда и враждебных полиморфных эффектов. Атаки, истощающие кровь и очищающие кровь, наносят вам сверхэффективный урон.

… слизь. Он считался слизью. Этот день становился все лучше и лучше.

О боги, Виктор стал человекоподобным мимиком. Лучше никому об этом не говорить. Он был явно медлительнее и с координацией конечностей у него было сложнее, вероятно, из-за того, что его разум приспосабливался к новой плоти. — Это было ужасно, — заявил он. — Я больше никогда это не повторю.

— Мы, женщины, занимаемся этим восемь месяцев вместо нескольких часов, — поддразнила его Эллисон. — Тебе еще повезло.

— Перестань сравнивать это с родами! — Сердито ответил Виктор. — Я не самец морского конька!

— Извини, но ты просто слишком забавный, — сказала дриада, успокаивающе положив руку ему на плечо. — Спасибо, что взвалил на себя это бремя, Вик. Я этого не забуду.

— Все в порядке, только убедись, что я не умру в четвертый раз. У меня такое чувство, что он будет последним.

Виктору удалось повиснуть на ногах, восстановив достаточный моторный контроль, чтобы встать без посторонней помощи. Шоколатин дала ему полотенце, чтобы скрыть его мясистую часть, а Киа вернула косу. — Спасибо, — сказал он, используя свое оружие, как трость. — Я … мне нужно принять душ.

— Да, несомненно, — Киа демонстративно зажала нос двумя пальцами.

— И новые доспехи, Мистер Виктор, — сказал Малфи, похлопывая его по спине, — с логотипом Хэппилэнд на спине.

— А, насчет этого, Киа, ты не могла бы помочь мне связаться с Миэль? — Спросил Виктор у [Паладина], — она не отвечает на мои телепатические звонки.

— Ну, как это ни странно, но со вчерашнего дня я не смогла вызвать ни одного ангела, даже во время нашей битвы с Акхенапепом. — Рыцарь свирепо посмотрела на Малфи, а демон захихикал, давясь собственным смехом. — А зачем?

— Мне нужно за кое за что извиниться, — сказал Виктор. — Есть ли способ попасть на Небеса? Кроме смерти?

— Туда всегда можно дойти пешком, — пожала плечами Киа. — Мы нашли портал на элементные планы, значит, где-то должен быть и портал на Небеса.

— Как тот, что в подвале замка? — Спросила Шоколатин, а кот Феликс тут же прыгнул в ее свободные руки. — А ангелы вкусные?

— Как дьяволы! — Сказал Малфи, и начал безудержно кататься по земле.

— Именно об этом я и хотела поговорить, — сказала Киа, скрестив руки на груди. — Я обнаружила, что фоморы по всему миру создали врата на различные уровни существования, которые они используют, чтобы ловить рабов и доставлять их в Аутремонд. Адские врата в Мурмурине могут быть одними из многих.

Вспомнив ее предыдущие заявления, Виктор мгновенно догадался, что давило на разум [Паладина]. — Ты думаешь, что у фоморов есть доступ, по крайней мере, к одной двери на Землю, и что они тайком проносят через нее оружие.

Да, это имело большой смысл. Его перк [Проницательность Монстра] подсказал ему, что, по всей видимости, именно Вотан вдохновил легенду об Одине, которая подразумевала, что в прошлом он побывал на Земле хотя бы один раз.

— Я обдумала этот вопрос и теперь твердо верю, что местные люди происходят от пленников фоморов, в древние времена привезенных с Земли в Аутремонд, — объяснила Киа. — Как и эльфы, гномы и многие другие виды, населяющие эту планету.

— Если у них так долго был доступ к Земле, почему же они ее не завоевали? — Спросила Эллисон. — Вряд ли наши предки могли сравниться с таким чудовищем, как Король Балаур.

— Возможно, их силы там ограничены, — предположила Киа. — Кроме реинкарнации, даже боги не имеют никакого влияния на наш мир.

— Фоморы рождаются от грубой, дикой магии, — задумчиво произнесла Эллисон. — По всей вероятности, в месте, лишенном магии, они могут поддерживать свое существование только в течение короткого времени, а затем возвращаются домой, чтобы «перезарядиться».

— Кто-нибудь из вас хочет вернуться домой? — Спросила Шоколатин, опустив уши. Она боялась даже мысли о том, что друзья оставят ее одну.

— Нет, — с кислой миной ответила Эллисон. — Мне не к чему возвращаться.

Киа покачала головой. — Здесь слишком много дел.

— То же самое, кроме того, что я сообщил бы своей семье, что я еще жив, — ответил Виктор. — Я согласен с Киа. Если у фоморов есть врата на Землю, они угрожают не только нашему миру, но и Земле. Теперь, когда они могут повышать свой уровень, они стали еще более опасными.

— Повышать уровень? — Спросила Киа.

— Теперь фоморы могут брать уровни, — сказала Шоколатин. — Я узнала некоторые из Перков Вотана в классах [Повелитель Бурь] и [Кайзер].

— Не знаю, как, но они обрели собственные души, — сказал Виктор, и Киа сжала кулаки. — Камилла и Шеша сообщили мне, что фоморы для прокачки уровня устраивают Дикие Охоты в Серике.

— Поскольку Аутремонд круглый, если мы продолжим двигаться на Запад, то достигнем какой-то версии Японии или Австралии, которые есть в этом мире.

— Киа стукнула себя по левой ладони правым кулаком, явно готовая начать действовать. — Я говорю, что мы нанесем им сильный удар, пока они еще остаются уязвимыми.

— Согласен. — Виктор кивнул. — Если они расширят пропасть между уровнями, то могут стать… а?

Впервые с начала разговора он заметил на заднем плане тень Сигрун. Она всегда была здесь, пока он оставался в форме Грааля-куна, но… теперь, когда у него было собственное тело, она должна была исчезнуть.

— Что ты здесь делаешь? — Спросил Виктор голую тень. Валькирия молча смотрела на него.

— Вик? — Спросила Шоколатин. — Вик, с кем ты разговариваешь?

— Мне кажется, теперь я вижу мертвых приспешников.…

Чем больше он думал о Фурибоне, тем более досадно было Вайнкеру.

Глубоко внутри дракон знал, что лич был тайным вдохновителем всего плохого в его жизни. Планета Луна никогда не смогла бы сама по себе стать свинцовой, и Вотан не напал бы на V&V, если бы Вайнкер остался дома в безопасности, вместо того, чтобы преследовать лича. Следовательно, все заявления лича о его невиновности не сходились.

Это был просто трюк! Да, уловка, чтобы избежать его справедливого наказания!

Но тогда… почему он принял вызов Вайнкера, чтобы уладить их войну раз и навсегда? Почему авантюристы по собственной воле пришли его защищать? Почему они называли его своим товарищем по команде с такой же заботой, с какой Виктор обращался к своему хозяину?

Могут ли… могут ли у него быть друзья?

Конечно, нет! У Фурибона не может быть друзей, иначе он не был бы Фурибоном!

И все же … ..

— Классовая система, говоришь? — Грандрейк, глядя на Джоли, нахмурился. — Это что-то вроде того культивирования, о котором все время болтает Джейд?

— Система — это не афера! — Джоли защищала свои средства к существованию. — Она дает власть над жизнью и смертью, золотом и свинцом! Даже волшебство!

Грандрейк попытался войти в Систему, и несколько раз моргнул. — [Охотник на Принцесс]? — сказал он, прикоснувшись к древней силе драконьего рода. — Какое странное устройство… это, конечно, древняя драконья магия, но я никогда раньше не слышал ни о чем подобном. Странно, очень странно.

— Драконы могут творить магию сами по себе? — Спросила Джоли, и в ее глазах блеснуло любопытство.

— Джоли, кто же еще, кроме драконов, мог изобрести нечто столь совершенное? — Ответил Вайнкер и пошутил. — Человечки?

Грандрейк расхохотался, и ответил на вопрос Джоли. — Наш прародитель Старший Змей и первые поколения драконов использовали магию, чтобы даровать души первым миньонам, по крайней мере, так говорят легенды. Но, поскольку они и без того были совершенны и непобедимы, наши предки никогда не утруждали себя обучением магии новых поколений. Вместо этого мы сосредоточились на том, что действительно имело значение — стать богаче!

— Это только подтверждает то, о чем я всегда думал, — гордо ответил Вайнкер. — Что эта древняя Система была создана драконами, и для драконов.

— Действительно, хотя и досадно, что миньоны открыли ее первыми, — ответил Грандрейк. — Может быть, я изучу ее досконально после того, как мой будущий миньон Фурибон снимет с меня проклятие забвения.

— Для этого вам не нужен лич! — Запротестовал Вайнкер. — Я и сам могу это сделать!

— Ты сможешь? — Спросил Грандрейк.

Конечно, Вайнкер может! Он не решался проверить [Молот Ведьм], потому что это могло повредить старому дракону. Лучше попробовать более простой вариант. — [Очистка Заклинаний]! — Великолепная сила Вайнкера омыла Грандрейка, снимая со старого дракона негативные эффекты.

По крайней мере, он так думал.

Вы не смогли снять с Грандрейка [Великое Проклятие Забывчивый Отаку].

Проклятия серии [Великое Проклятие] могут быть отменены только через пункт о выходе, подробно изложенный в их первоначальной формулировке.

— О, новое сообщение, — сказал Грандрейк, получив ту же информацию, что и сам Вайнкер. — Первоначальная формулировка? Проклятие, я тогда не обратил на это внимания.

— Волшебник-миньон, конечно, может найти исходную формулировку и слабость в ней, — предположил Вайнкер. — Я попрошу моего Визиря вызвать его адвокатов.

— Адвокаты? Они что, своего рода волшебники? — Получив подтверждение от Вайнкера, Грандрейк кивком поблагодарил молодого дракона. — Я тебе очень благодарен.

— Не стоит благодарности, — ответил император. — Без ваших историй и примеров я бы никогда не стал таким искусным охотником на принцесс.

— О, вид таких молодых парней, как ты и твоя племянница, меня воодушевляет, — гордо поднял голову Грандрейк. — Я до мозга костей чувствую желание охотиться.

— О, вы можете меня научить? — умоляла Джоли старшего дракона. — Ну, пожалуйста.

— Ты хочешь изучить обычаи истинной охотницы на принцесс, юная Джоли? — Грандрейк окинул племянницу Вайнкера свежим взглядом. — У тебя есть все необходимое? Путь охотницы на принцесс долог и труден. Нужно быть терпеливым, любознательным, утонченным!

Джоли кивнула еще тверже, чем обычно, в благоговейном страхе перед мудростью древнего змея. — Я хочу быть величайшей защитницей принцесс, которая когда-либо существовала! Я буду защищать их от орков и любого злодея, который попытается причинить им вред!

— Моя Джоли заботится об окружающей среде, — с гордостью защищал свою племянницу Вайнкер. — Она заботится о дикой природе.

Стремление молодого дракона учиться радовало тщеславие Грандрейка. — Если ты хочешь открыть для себя новые виды принцесс и, как истинный знаток, их защищать, тогда я с радостью научу тебя всем тонкостям.

Племянница тут же взвизгнула от счастья.

Вайнкер позволил племяннице и Грандрейку обменяться мнениями о том, как защитить принцесс от браконьеров, когда заметил приближающихся к нему главу персонала и Рыцаря Киа. — Ваше Величество, нам нужно обсудить очень важное дело, — сказал Друг Виктор.

— Не будем тратить время на пустые слова, мой человечек, — твердо ответил Вайнкер. — Мы должны идти.

— Куда идти?

— Тренироваться! — Сказал Вайнкер, свирепо глядя на лича, который что-то обсуждал со своими товарищами по команде. — Мы с Фурибоном скоро раз и навсегда уладим нашу вражду, но мы должны соответственно подготовиться.

— Вы собираетесь сражаться? — Спросила Киа, жаждущая кровопролития.

— Да. — Вайнкер бросил на своего главу персонала драматический взгляд, чтобы лучше передать ему серьезность ситуации. — В карты.

Его человечек некоторое время молчал, а затем обменялся взглядом с рыцарем Киа, которая пожала плечами. — Вы собираетесь уладить свое соперничество с древним колдуном-личем в карточной игре?

— Это не просто карточная игра, — поправил своего миньона Вайнкер. — Это единственная цивилизованная карточная игра, ради которой стоит рисковать будущим! Покер Монстров!

Его человечек, беспокоясь за своего хозяина, положил руку на лицо, а Рыцарь Киа несколько раз моргнула.

— Я тоже был настроен скептически, пока орки не ввели меня в эту игру, — заявил Вайнкер, с нежностью вспоминая свои сражения. — Но потом, по мере того, как я продолжал выигрывать, это начало меня завораживать. Мгновенная выигрышная комбинация, колода, уничтожение врага… так много способов сокрушить тех, кто бросал мне вызов! Я никогда не сталкивался с такой игрой, в которой я просто получаю деньги без каких-либо затрат и без риска проиграть! Это самосохраняющаяся петля, миньон! Я выигрываю, я поднимаю, я выигрываю больше, я поднимаю больше!

— Но… — задохнулся Человечек Виктор. — Фурибон согласился?

— Да, потому что Покер Монстров — это карточная игра с сердцем, — мудро ответил дракон. — Даже лич не может устоять перед соблазном. Ты бы понял, если бы был настоящим дуэлянтом.

Но он не был.

— Поскольку мои пальцы слишком велики для карт, мне понадобится твоя сила, миньон, — объяснил Вайнкер. — Для Фурибона это не легкая добыча. Мы отправимся на запад, к неизведанным морям, чтобы собрать самые сильные редкие карты, построить самую мощную колоду в мире и усовершенствовать искусство выигрышного розыгрыша. Как только я одолею лича, он искупит свои преступления, встав на путь миньонства.

— Если ты выиграешь, виверна.

Все трое повернулись к Фурибону, в голосе которого звучала злобная горечь.

— Потому что, если выиграю я, ты не только оставишь меня в покое, — сказал лич, и его зубы каким-то образом превратились в отвратительную ухмылку. — Но я, в качестве возмездия, приму тяжелую дань.

— А вы не можете просто поговорить и стать друзьями? — Слишком уж как-то идеалистично предложил Человечек Виктор.

— Никогда! — зарычали одновременно дракон и лич, а человечек вздохнул.

— Я не могу позволить ему безнаказанно совершать свои преступления! — Настаивал Вайнкер, свирепо глядя на своего заклятого врага.

— Какие преступления? — Запротестовал лич. — Разве я не сделал достаточно хорошего?

— Я первая сказала, что один альянс не смывает пожизненную службу режиму Брэндона Мора, — заговорила рыцарь Киа. — Но, каждый заслуживает второй шанс, если он готов им воспользоваться. Я всегда могу казнить его, когда он облажается.

— Моя победа докажет твою виновность, — сказал Вайнкер. — Назови место битвы, и я тебя там встречу.

— В западном море появилась новая суша, окруженная странными водами, — объявил Фурибон, указывая костлявым пальцем на Вайнкера. — Подходящая сцена для нашей последней битвы.

— Ни здесь, ни на небесах ты никогда не добьешься успеха! — взревел Вайнкер. — Три дня, Фурибон! Поединок состоится через три дня, в полдень! Явись или испытаешь мой гнев!

— Мне не терпится избавиться от тебя навсегда, змей! — Сказал Фурибон и телепортировался со всей своей командой. — Три дня!

Вайнкер повернулся к Человечку Виктору. — Видишь?

— Это действительно приоритет, Ваше Величество? — Его глава персонала нес чушь. — У меня есть информация, что фоморы замышляют недоброе на западе.

— Со временем с фейри будет покончено, но Фурибон остается самой большой угрозой, и я не успокоюсь, пока он не будет окончательно побежден, — ответил Вайнкер.

— Вик, поскольку в любом случае мы движемся на запад, можно разобраться с этим на пути к континенту Серика, — сказала Рыцарь Киа.

— Мы? — Повторил Вайнкер, свирепо глядя на незваного гостя.

— Я хотела бы присоединиться к вашей компании, если вы не возражаете, Ваше Величество, — сказала рыцарь. — Джоли выросла до 30-го уровня, и Рейнджеры Кобольды тоже. Они стали очень сильными, но не настолько, чтобы противостоять фоморам.

Вайнкер чуть было не выкрикнул эту недостойную отговорку миньона, но вовремя сообразил, что может надолго разлучить ее с Джоли. Без гнусного влияния этого Паладина Грандрейк, конечно, мог бы вернуть его племянницу на истинный путь дракона; и старый змей защитит ее лучше, чем этот злой [Паладин].

— Я позволю тебе служить мне в грядущих битвах, человечек, — заявил дракон с фальшивым великодушием. — Если позволит моя племянница.

— Отлично! — улыбнулась Рыцарь Киа. — Я поговорю с Джоли и скоро вернусь.

— Да, да, — отмахнулся от нее Вайнкер и повернулся к своему главе персонала. — А теперь, мой Визирь, мне нужно, чтобы ты проверил стоимость моих новых сокровищ. Особенно то, что я могу надеть.

Его миньон заглянул в груду предметов, сразу же определив среди них кольцо размером с дракона — красивый золотой круг из переплетенных червей и драконов, поедающих свои собственные хвосты.

Его миньон заглянул в груду предметов и сразу же определил среди них кольцо размером с дракона — красивый золотой круг из переплетенных червей и драконов, поедающих свои собственные хвосты.

— Ух ты, это… это мощное [Кольцо Дракона Ур-Фараона]! — Человечек Виктор был поражен блеском этого предмета. — Я никогда не видел такого сильного. +10 к Удаче, иммунитет к вражеским эффектам [Земли], и оно может один раз в день, в зависимости от ситуации, рефлекторно бросать на владельца [Спешку], [Защиту от Стихий], [Большую Рассеивающую Магию] или [Вылечить Любую Болезнь]. Однако оно не может быть надето не-[Драконьими] типами.

— Как и должно быть. — Вайнкер надел его на палец, и оно идеально село, — Но я хочу вернуть свое кольцо Мигать-Мигать. Попроси Тролля Барнабаса сделать мне такое же.

— Давайте посмотрим… у меня нет доспехов… а! — Человечек Виктор поднял из груды сверкающий, похожий на радугу, драгоценный камень. — Вот еще кое-что для Вашего Величества. Это [Пси-камень].

— Пси что?

— Это [Пси-камень]. Может ли Ваше Величество опустить голову? — Вайнкер последовал этому предложению и опустил голову на землю. Его миньон зажал предмет между рогами хозяина, и дракон почувствовал, как камень сливается с его чешуей.

Вы были пси-связаны с [Пси-камнем Защиты Разума]. Теперь, пока камень остается нетронутым, вы невосприимчивы к [Воздействующим на Разум] эффектам.

— [Пси-камни] — это предметы, которые могут экипировать ваш мозг и позвоночник, обеспечивая экстрасенсорные способности владельцу, — объяснил Человечек Виктор. — Если у вас их несколько, они создают дополнительные эффекты.

— Драгоценные камни, которые можно носить вечно, как броню? — Это была мечта дракона, ставшая явью.

— К сожалению, в этой куче для меня ничего нет, — пожаловался Человечек Виктор. — И [Черный Грааль] вернется в Таотен на хранение. Досадно.

— У тебя будут другие возможности вооружиться, миньон, — заверил его Вайнкер, глядя на горизонт; он уже думал о том, что получит, когда раз и навсегда победит Фурибона.

На следующий день, после большого пира, Вайнкер решил уходить. Он собрал своих миньонов и союзников на опустошенной площади города, собираясь произнести речь. Человечек Виктор, наконец, нашел одежду из шкуры какого-то мохнатого зверя.

— Миньоны, Эльдорадо принадлежит мне по праву завоевания. Этот город будет восстановлен… но таким, каким он должен быть. Город из настоящего золота, подпитываемый бездонными богатствами моей собственной империи. В то время, как мы с Человечком Виктором, — Вайнкер намеренно унизил Рыцаря Киа, которую все равно никто не любил, — продолжим, чтобы раз и навсегда покончить с угрозой Фурибона, вы восстановите это место, как вторую имперскую колонию…

Вайнкер подождал несколько секунд, а затем произнес имя, над которым работал всю ночь.

— ЭльГолдорадо!

Конечно, все аплодировали, некоторые больше, чем другие… но… недостаточно, как на вкус Вайнкера. Дракон, поднимая руку, любезно призывал своих миньонов показать свою преданность, пока аплодисменты не стали приемлемыми.

— Спасибо, спасибо, — сказал Вайнкер. — Вы слишком добры.

— Я устрою здесь свое новое логово, — сказал Грандрейк со стоящей рядом с ним своей новой ученицей Джоли. — Я уже давно подумываю о том, чтобы открыть заповедник принцесс дикой природы, и эти джунгли кажутся мне идеальным местом.

— Все будут работать вместе, чтобы построить новое место. — У Шоколатин были слезы на глазах. — Это как в старые добрые времена Мурмурина.

— Мы сделаем его еще лучше. — кивнула Эллисон.

— Когда ты вернешься, я приготовлю тебе новый рецепт, — щебетала Шоколатин Человечку Виктору.

— Я с удовольствием этим займусь, — сказал Феликс с кошачьей гордостью.

— О, это невозможно сделать без тебя, — успокоила Шоколатин кота, поглаживая его между ушей. — Ты будешь почетным гостем.

— В ближайшие дни я сделаю для вас новые доспехи, Мистер Виктор, — сказал Малфи Визирю. — Достойные героя Хэппилэнд.

— Спасибо, я позову тебя через несколько дней.

— А теперь пора уходить, — объявил Вайнкер, желая побыстрее встретиться с личем.

— До скорой встречи, Киа! — Сказала Джоли своему главе персонала, которая как раз в этот момент вызвала своего грифона для верховой езды.

— Наконец-то, я могу испытать своего нового скакуна, — сказал Человечек Виктор, поднимая косу. — [Змей Всадник].

Змей?

У Вайнкера не было времени расспрашивать своего миньона, так как яркое небо потемнело, и без предупреждения полил дождь. На мгновение он подумал, не вернулся ли Вотан, но понял, что это было нечто гораздо, гораздо худшее.

Чудовище пролетело сквозь облака, разбив одну из немногих пирамид, оставшихся стоять на пути вниз, и приземлилось среди миньонов, разбросав во все стороны большую их часть. Рыцарь Киа немедленно приготовила свой меч, в то время как присутствующие драконы зашатались от ужаса.

Пришел Змей.

Вырожденный, примитивный кузен настоящих драконов, этот змей для своего вида был велик, примерно пятнадцать футов в длину. У зеленокожего зверя были крылья, как у летучей мыши, и четыре ноги, едва несущие его громоздкое тело, и три головы, скорее напоминающие змеиные, а не изящные ящероподобные. В общем, существо выглядело, как извращенная пародия на род драконов.

— Горыныч здесь, хозяин! — зверь смотрел на Человечка Виктора глупыми желтыми глазами, разговаривая сразу тремя головами. — Горыныч заменяет весь транспорт!

Грандрейк смотрел на это существо с нескрываемым отвращением, и даже добрая Джоли в его присутствии чувствовала себя неловко. — Миньон, что это за штука? — Презрительно спросил Вайнкер, когда Рыцарь Киа опустила меч.

— Горыныч — хороший змей! — ответила вырожденная виверна, виляя хвостом. — О да!

Клянусь Старшим Змеем, существо теперь смотрело на Вайнкера. Дракон повернул голову, чтобы лучше отвергать само существование этого паразита. — Миньон, отошли эту штуку и используй своего коня.

— Не могу, я зарегистрировал Шоколатин, — ответил глава персонала. Хуже того, он казался загипнотизированным этим существом, как будто командовал настоящим драконом. — Кроме того, мой конь не может перелететь океан.

— Но ты можешь! — Вайнкер осмелился взглянуть на Змея, у которого три языка лежали, как у собаки. Само присутствие этого существа приуменьшало славную репутацию истинных драконов. — Тебе это не нужно!

— Горыныча не любят? — Существо рухнуло, опустошенное. — Горыныч грустит.

— Ты, из рода драконов, покажи свое превосходство! — поругал Вайнкер эту тварь, но тут же пожалел об этом. Императора тошнило от осознания того, что он — из семьи рода драконов.

— Ваше Величество, это неуместно! — К удивлению Вайнкера, Человечек Виктор встал на защиту существа… и… он был не единственным.

— Бедняжка … — прошептала Эллисон.

— Ваше Величество, посмотрите на него, это же гигантский чешуйчатый щенок! — Сказала Сладкая Шоколатин, тут же утешая Змея. — Вы заставляете его плакать!

Что? Они предпочли эту мерзость своему господину и повелителю?

— Предатели! Предатели! — Вайнкер посмотрел на Грандрейка, обращаясь с просьбами о поддержке.

Старший дракон полностью отвернулся от происходящего, как истинный дракон, отрицая существование Змея. Джоли колебалась, то ли поддержать точку зрения дяди, то ли подражать охотника на принцесс.

— Все в порядке, Горыныч, — успокоил зверя Человечек Виктор. — Его Величество просто немного удивлен твоим прибытием. На самом деле он так не думал.

— Именно так я и думал! — Возмутился Вайнкер, оставив Змея удрученным, а его слуг свирепо глядящими на хозяина. — Миньоны, вы меня позорите? Меня?

Тишина становилась гнетущей. Император пытался устоять на ногах, но чувствовал на себе невидимое, невысказанное социальное давление. Он почти отвернулся, не в силах выносить молчаливые осуждающие взгляды своих миньонов.

— Змей ест свои собственные фекалии! — напомнил Вайнкер миньонам.

— Ваше Величество, мне неприятно это говорить, — откашлялся Вкусный Малфи, — но вы говорите… политически некорректно.

Неполиткорректно? Он был императором, его воля всегда была политически правильным выбором! Откуда такая реакция?

…чувства.

Да, Вайнкер помнил, что у миньонов есть чувства, которые не вращаются вокруг их хозяина. Может быть,вид обиженного Змея пробудил у них чувство солидарности миньонов. Не отталкивай своих миньонов, иначе они убегут, пока ты спишь, напомнил себе Вайнкер.

В конце концов, Вайнкер справился с этим делом истинно драконьим способом.

Повернувшись спиной к Змею, он презрительно фыркнул.

— …Ваше Величество, вы собираетесь притвориться, что его не существует?— Спросил Человечек Виктор.

— Да!

Конечно, если Вайнкер будет достаточно настойчиво его игнорировать, Змей уйдет.

— Его Величество привыкнет к тебе. — Вайнкер незаметно заглянул через плечо, наблюдая, как Человечек Виктор врет Змею.

— Это что, палка? — Три головы Горыныча внимательно смотрели на косу Визиря. — Горыныч хорош с палками, хозяин! Как собаки!

Это будет долгое путешествие.

Поездка на драконе через океан была потрясающей.

— Хозяину нравится спина Горыныча? — спросил змей, желая угодить, как хороший пес. Вайнкер возглавлял группу, а Киа летела неподалеку на своем собственном грифоне.

— Здесь немного каменисто, но я привыкну, — ответил Виктор. Оглядываясь назад, можно сказать, что его Перк [Наездник Монстра] очень хорошо сочетался с его классами [Всадник Хаоса] и [Синоптик]. — Я просто хочу, чтобы ты не приносил повсюду дождь.

Змей не мог не вызывать вокруг себя дождь, что делало поездку очень неудобной. В лучшем случае, ему удавалось превратить дождь в слабую морось, а не в сильный ливень. Это беспокоило Виктора не меньше, чем молчаливый взгляд призрака Сигрун.

— Горыныч может изменить его на [Град] или [Грозу], если хозяин пожелает!

— Миньон, не радуйся этому! — жаловался Вайнкер. — Ездить верхом на драконе противоречит духу миньонства!

Змей наклонил три головы от головокружения. — Большой В узнал в Горыныче дракона!

— Вырожденное, жалкое подобие дракона! — Громко пожаловался Вайнкер, изо всех сил стараясь не обращать внимания на лошадь Виктора. — Миньон, я уверен, что его мать и сестра — одно и то же!

— Моя мать — племянница моей сестры! — защищался Горыныч.

— Эй, ребята, это нормально? — Киа взглянула на воду под ними. Море вдруг из голубого стало оранжевым, на поверхности плавали трупы мертвых рыб. Сам запах изменился с водорослевого на коктейль-барный.

— По-моему, это похоже на алкоголь, — сказал Виктор, глядя вниз. Столкнувшись в Аутремонде с множеством более странных вещей, он бы не удивился.

— Кого это волнует? — Ответил Вайнкер, заметив посреди этого странного моря остров. — Я вижу нашу цель!

Новый остров, которому предстояло стать последним полем битвы между Вайнкером и Фурибоном, плывущий посреди этого странного оранжевого моря, был невелик, меньше, чем собственный курорт Грандрейка. Покрытый зеленой травой, он казался бы почти ничем не примечательным, если бы не его местоположение.

Однако Виктор заметил выстроившиеся на берегу сотни похожих на головы статуй.

Оказалось, что они нашли версию острова Пасхи Аутремонда.

Группа высадилась на берег, когда солнце уже начало садиться. — Итак, что же нам теперь делать? — Спросил Виктор, слезая со спины своего змея. — Мы тренируемся для карт?

— Теперь я отдыхаю, — сказал Вайнкер, падая на песок. — Я сжег тонны жира, чтобы добраться до этого места.

— Я тоже! — Горыныч катался по песку, лежа на спине рядом с Вайнкером. Более крупный дракон тут же пополз дальше, повернувшись спиной к счастливому змею со снобистским рвением. Киа просто отпустила своего грифона поохотиться на мертвую рыбу в оранжевом море, а сама пошла пешком за Виктором, который направился к головам-статуям.

Все они представляли одного и того же человека — самого Виктора.

Повсюду он видел десятки и еще десятки, может быть, сотни статуй с его лицом, каждая в другой шляпе.

Только одна статуя, в середине главной линии, отличалась от остальных. Вместо головы она представляла собой мускулистую, идеализированную версию Виктора, несущего на спине гигантского бога Кость. Эта сцена напомнила Визирю статуи титана Атласа, поднимающего мир на своих плечах.

На пьедестале этой статуи строители выгравировали приговор.

«Бросание Кости.»

— Ого, сходство поразительное, — сказала Киа, совершенно не обращая внимания на истинную природу статуи. — Какое совпадение!

— Действительно, — невозмутимо ответил Виктор, до него дошло, что они приземлились на его острове.

Остров … Дальтония.

Или, может быть, Дицетопия? Поскольку они были первыми людьми, ступившими на остров, Виктор мог дать ему забавное имя.

— Я БИИП!

…а может, и не первый.

Киа и Виктор повернулись к берегу, заметив странную русалку, которая сидела неподалеку и пила свою печаль. В отличие от большинства представителей ее вида, у нее вместо рыбьего хвоста были щупальца кальмара, и каждое из них держало бутылку; верхняя часть напоминала Визирю японскую якудзу, со всеми татуировками на коже и только с бюстгальтером для скромности.

— Ты в порядке? — подошел к ней встревоженный Виктор. Она выглядела совершенно подавленной.

— Я облажалась! — Пожаловалась совершенно пьяная русалка. — Я все испортила!

— И ты тоже? — С любопытством спросил Виктор. — Каким образом?

— Я, я превратила море в виски!

— Виски? — Киа немедленно отправилась на разведку к морю.

Виктор, тем временем, похлопывая по спине, успокаивал русалку, и уселся рядом. — Эй, все в порядке. Я имею в виду, что я разрушил небеса, что гораздо хуже. — К счастью, Киа была слишком далеко, чтобы слушать.

Русалка протянула ему бутылку одним из своих восьми щупалец. — Ты тоже хочешь выпить, чтобы забыть?

— Конечно.

— Ребята, это действительно виски! — Крикнула Киа, каким-то образом вызвав бутылку, чтобы собрать как можно больше драгоценной жидкости.

— Это объясняет все дохлые рыбы, — заметил Виктор вслух, потягивая свой напиток.

— Да, я думаю, что море виски для нас звучит забавно… но для водной фауны? Должно быть, это очень враждебная среда.

— Мне не следовало этого делать! — продолжала разглагольствовать Виктору пьяная русалка, приняв его за свою говорящую доску: — Я Сэн! Богиня моря, грез, приключений и алкоголизма! Я не должна была убивать всех этих рыб!

На всякий случай Визирь проверил ее с помощью [Прозрение Монстра].

Сэн

Испорченное Божество (Водное / Божественное!)

Сильные и слабые стороны: цельтесь в печень.

* Звуки плача*

— Как ты смогла стать богом алкоголизма? — нахмурился Виктор.

— Класс [Пьяный Дебошир], — сказала она, поднимая каждое щупальце. — С восемью атаками ближнего боя.

— Вик, пожалуйста, не поощряй бред пьяной русалки, — рассеянно сказала Киа, присоединяясь к ним.

Русалка выплюнула свой собственный алкоголь. — Бред?

— Киа, это настоящая богиня, — заметил Виктор.

Рыцарь улыбнулась ему, как будто он сказал какую-то особенно глупую шутку. — Вик, честное слово… это кораблекрушение кажется тебе богиней?

Русалка тут же заплакала.

— Я не сказала, что это так и есть, — попыталась успокоить сирену Паладин. — Просто я встречала трех настоящих богов, и они выглядели намного лучше.

— Ты! — Сэн подползла к Виктору, — Ты знаешь правду! Защити меня от этой неверующей!

Визирь открыл было рот, но тут до него дошло, в чем дело.

Он стоял лицом к лицу с пьяной рыжей русалкой с безумным выражением в глазах, держащей бутылки каждым придатком, и которая каким-то образом превратила море в виски.

— П-почему ты так на меня смотришь?

… да, эта штука была богиней.

— К сожалению, она действительно богиня Сэн.

— Вот видишь, видишь! — злорадствовала Сэн перед Киа, полностью пропустив часть к сожалению.

— Послушай, до меня дошли слухи, что Виктор очень предвзят, когда речь заходит о красивых женщинах, — ответила рыцарь, и Визирь свирепо на нее зыркнул. — Это правда! И говорить этой пьянице, что она богиня Сэн, это богохульство по отношению к настоящей богине!

— П-пошла ты, паладин, я возвращаюсь в свой подводный дворец! — Богиня русалок бежала в море, в равной мере изрыгая оскорбления и слезы. — Я тебе покажу! Когда-нибудь я тебе покажу, и потоплю всю твою проклятую страну!

Сэн исчезла в водах виски, а Визирь молча потягивал свой напиток.

Неужели ей никогда не приходило в голову, что она может просто заявить права на него или Киа и доказать свою божественность?

Он перевел взгляд на свой бокал. Как странно. На вкус это была очень, очень крепкая водка, та самая, которая должна была сбить его с ног… и все же он чувствовал себя прекрасно. Он допил всю бутылку, не обращая внимания на отвратительный вкус, и стал ждать.

Ничего.

— Я приобрел устойчивость к рекреационным наркотикам, — удрученно заметил Виктор. — Включая алкоголь.

— Ну и что? — Спросила Киа.

— Значит, я больше не могу напиться. — Даже алкоголя богини было недостаточно.

— Ты всегда можешь выпить его ради вкуса, — самодовольно ответила [Паладин], с наслаждением поглощая свою собственную бутылку.

— Никто не пьет виски ради вкуса! — Ответил Виктор. — Алкоголь на вкус дерьмо, а мы только притворяемся, что это не так, потому что не признаем, что хотим только напиться!

Этот день не мог стать хуже.

Прямо перед ними открылся портал, и Визирь на него взглянул. Он ожидал, что выйдет Малфи, держа наготове его новую броню.

Но это был не дьявол.

— Ах ты, двуличная кучка дерьма! — Кошмарная лошадь Виктора, Нуарсер, свирепо уставилась на своего всадника. Портал за ее спиной сомкнулся. — Как ты посмел? Как ты посмел бросить меня ради змея!

Что за...

— Кто зовет Горыныча? — Змей тут же побежал к берегу, забрасывая всех песком. — Это что, угощение для Горыныча?

— Ты... ты... после всего, что я для тебя сделал! — Если бы взгляд мог убивать, а взгляд Акхенапепа убивал, Нуарсер убил бы своего всадника тысячу раз. — Ах ты, распущенный всадник без всякой морали!

— Как ты это-

— Откуда я знаю, что ты меня бросил? Я - лошадь! Я чувствую такие вещи!

— Я тебе даже не нравился! — Пожаловался Виктор, а Киа смотрела на эту сцену так, словно он сошел с ума.

— Я - твой конь! Мне не нравится, когда мой всадник выполняет мой конский долг! — Нуарсер сердито посмотрел на Горыныча. — Что у него есть такого, чего нет у меня? Крылья? Я лошадь, у меня не может быть крыльев!

— Я нравлюсь хозяину, потому что я хорошенький! — ответил Змей своими тремя головами.

— Вик, ты разговариваешь со своей лошадью? — Спросила Киа, беспокоясь за его психическое здоровье.

— Это Перк, — пожал плечами Виктор. — Она завидует, что я не могу все время отмечать его как лошадь.

— Ты не можешь? Разве у тебя нет какого-нибудь класса верховой езды?

— У меня есть. [Всадник Хаоса].

— Тогда в чем проблема? — спросила она, но потом нахмурилась,— Погоди, сколько у тебя уровней?

— Два. — Виктор нахмурился. — Ты знаешь этот класс, Киа?

— Один из элитных слуг Балаура, Зеленый Рыцарь, имел этот класс и повысил его до [Всадника Смерти]. Он был ужасно настойчивым охотником за героями, пока мы с Кевином не усыпили его. — Киа пожала плечами. — Из того, что я знаю об этом классе, ты можешь увеличить количество лошадей, если поднимешь в нем уровень. Ты сможешь создать конюшню монстров и обучать их.

— Сколько у меня может быть лошадей? — Спросил Виктор.

— Зеленый Рыцарь использовал, по меньшей мере, пять. Обычно он изматывал одного до смерти охотой на крестоносцев, а потом переключался на другого.

— А Горыныч тоже может получать уровни? — спросил змей, виляя хвостом. — А Горыныч может горбатить другого Горыныча?

Виктор скрестил руки на груди. — Дело в том, что я подумал, что должен больше сосредоточиться на магических классах, увеличить свой Уровень доступа

— Насчет этого... — его товарищ-герой впилась в него взглядом. — Ты не знаешь [Спешка], Вик! Как ты можешь? Это налог на заклинания, который платят все, и это только третий Уровень!

— Дай мне передохнуть, моя учебная программа, в основном, сосредоточена на некромантии и призыве, — защищал Схоломанс Виктор. — Может ли [Спешка] обмануть смерть, а? Может?

— Может быть, ты и не умер бы, если бы мог ее кастовать, — ответила [Паладин]. — Вик, даже если твой стиль сосредоточен на призыве союзников, ты определенно должен стать лучше в прямом бою. Ты будешь блистать, как гибрид мага-рыцаря.

— И что же ты предлагаешь? Чтобы я взял уровень в гибридном классе?

— Я думаю, что у тебя есть все инструменты, чтобы преуспеть в бою, но ты не используешь синергию между твоими различными классами, как это делаю я или даже Вайнкер. Вот почему у нас есть [Класс Ученых], которые помогают нам доить наши способности на полную их стоимость. Я могу помочь тебе овладеть твоими способностями.

— Ты будешь максимизировать этот класс [Всадника Хаоса], чтобы мы могли вернуться вместе, — ревниво заявила лошадь. — Я могу терпеть, когда ты дурачишься на другой лошади верхом, но никто не бросает Кошмар!

— А как я должен повышать уровень? — Ответил Виктор. — Обыграв Фурибона в карты?

Киа открыла рот, чтобы что-то сказать, но остановилась. Ее глаза стали одержимы чем-то прямо за спиной Виктора.

Визирь обернулся и увидел перед собой группу дронтов.

Настоящие, вымершие птицы дронт. Вблизи они выглядели странно милыми, как метровые голуби-мутанты с разноцветными перьями. Они не выказывали ни малейшего страха, только звериное любопытство к пришельцам.

— Вик. — Киа не могла поверить своим глазам. — Ты видишь то же, что и я?

— Дронты? — Спросил Виктор, ничуть не удивившись.

— Они [Дронты Экспы]! — Киа смотрела на мирных созданий с нескрываемым желанием. — Я думала, авантюристы охотились за ними до полного исчезновения! Знаешь ли ты, сколько очков опыта они стоят? И я не говорю о добыче, которую они после себя оставляют!

— А Горыныч может взять их перья? — спросил змей, но бедные птицы не разбежались, как следовало бы. Очевидно, будучи вызванными в этот мир, они никогда не встречали хищника. — Горыныч хочет перьев.

— Это, должно быть, подарок Митры, — сказала Киа, готовя меч. — Их просто слишком много. Это не может быть совпадением.

— Подожди, — сказал Виктор, глядя на этих огромных мирных голубей. — Ты предлагаешь нам снова уничтожить дронтов?

Киа открыла рот, закрыла его и надулась.

— С другой стороны ... — Виктор задумался над тем, насколько это практично. — Скоро мы будем сражаться с фоморами. Нам нужны все уровни, которые мы можем получить, и если они действительно дают столько опыта, сколько ты говоришь... возможно, мы должны это сделать. Для общего блага.

— Вик, ты говоришь, как настоящий дьявол, и даже не нарочно.

— Я имею в виду, что если не мы, то другие исследователи, — сказал Виктор, пытаясь убедить самого себя. — Что стоит жизнь птицы по сравнению с бесчисленными детьми Мурмурина? Я ... я должен думать о будущем моей страны.

— Да, убей их, и подними уровень [Всадника Хаоса], а потом забери меня обратно, — подбодрила своего всадника кошмарная лошадь. — Никто никогда не узнает! Сделай это!

— Миньон?

Виктор понял, что Вайнкер проснулся, его голова была поднята над стаей дронтов.

— Я слушал ваш разговор и услышал очень красивое слово, — сказал дракон, взглянув на птицу. — Добыча.

Бедные птицы смотрели на голодного Вайнкера глазами человека, которому грозит вымирание всей их расы.

Статус [Дронты Экспы] из [Дальтонии]: Под угрозой исчезновения!

При виде этого послания у Виктора проснулась совесть. Он вызвал к жизни этих очаровательных, склонных к самоубийству птиц; он не мог их уничтожить.

— Ваше Величество, это было бы расточительно! — Виктор успел сказать об этом Вайнкеру до того, как тот успел зажарить несчастных животных прямо на месте. — Если мы их всех убьем, в мире больше не останется [Дронтов Экспы]!

Проверка харизмы прошла успешно!

— И снова, мой Визирь, твоя дальновидность меня поражает, — сказал Вайнкер. — Теперь я понимаю, что такое фарм золота.

Дракон внезапно схватил двух дронтов обеими руками, а остальные птицы, наконец, опомнились и убежали.

— Я собираюсь превратить их в самообновляющийся источник добычи!

... почему-то Виктор подумал, что это решение было даже хуже, чем вариант геноцида.

Вайнкер потер двух птиц друг о друга, и это напомнило Визирю неандертальца, пытающегося разжечь огонь с помощью кремней. Дракон ухитрялся пускать их перья во все стороны, но, казалось, все больше раздражался отсутствием результата.

Виктору вдруг пришло в голову, что знания Вайнкера о размножении других видов могут быть... недостаточными.

— Миньон.

— Да, Ваше Величество?

— Принеси мне слизь. Я собираюсь ... поэкспериментировать.

Настало время последней битвы.

Вайнкер отдал должное личу. Может быть, Фурибон и злой, но он сдержал свое слово. В назначенный день, в полдень, он телепортировался на остров Дронтов, поддерживаемый своими сторонниками и огромным орком.

Между тем, сторонники V&V превзошли их числом. Демоны, лунные жители, лошади и стая дронтов собрались, чтобы поддержать команду победителей, неся знамена с именем Вайнкера.

— Я не поскупился на расходы, Ваше Величество, — объяснил Человечек Виктор, открывая финальную колоду. — Я обновил эту колоду запрещенными картами со всех уголков мультивселенной, Хэппилэнд, Элементальных Планов.…

— И даже с проклятой Планеты Луны? — Спросил Вайнкер, и Человечек Виктор серьезно кивнул. Дракон заметил среди своих сторонников Вкусного Малфи и кальмара Тул-Гатара. — Если мы хотим победить Фурибона, мы должны прибегнуть к крайним мерам. Да простит нас Старший Змей.

Орк с помощью магии наколдовал массивный деревянный стол, позволив личу и Человечку Виктору сесть по обе стороны. Их окружила толпа. Вайнкер остался позади своего главы персонала, чтобы отдавать ему приказы, а тот своими крошечными ручками будет манипулировать картами.

— Я - Маниту, арбитр этой битвы в Покер Монстров, — объявил орк, который также должен был обеспечить особые последствия. — С одной стороны... тактический гений, Фурибон-Контратака!

Все, кроме сторонников лича, освистали его. Даже дронты!

Рыцарь Киа не в счет. — Это глупо, — сказала она. — Карточная игра всех вещей…

— Даже боги играют в карты, — ответил Тул-Гатар на своем скользком языке, — Это поединок судьбы.

— С другой стороны, — Маниту протянул руку к стороне стола Вайнкера. — Непобедимый дуэт, дракон и миньон, мозг и мускулы... V&V!

На этот раз аплодисменты стали оглушительными, дракон поднял голову, гордясь тем, что всеми признан его гений.

— Я напомню всем о новых правилах стандартного формата Покера Монстров, — объяснил Маниту. — Каждый из вас будет играть колодой минимум из сорока карт, и в вашей колоде не может быть больше трех копий одной карты. В зоне подземелий у вас есть десять мест - пять для миньонов, пять для ловушек. Заклинания можно использовать с руки, а снаряжение можно добавлять поверх вашей карты миньона.

И Фурибон, и миньон Вайнкера тасовали колоду, соперники свирепо смотрели друг на друга. Позади каждой стороны плавали по пять гигантских монет.

— Вы начинаете с клада из пяти золотых монет, представляющих вашу жизнь. Если у вас нет миньона, чтобы себя защитить, враг может уничтожить монету. Если ваш запас истощен, вы проиграли. То же самое, если вы исчерпали свою колоду и вам больше нечего вытащить в начале вашего хода.

— Пять монет - это слишком мало для меня и слишком много для такого нищего, как он, — сказал Вайнкер Фурибону.

— Ты станешь нищим, когда я покончу с тобой, виверна, — ответил лич с садистским ликованием.

— Теперь я кладу в середину поля лицевой стороной вниз эти специальные карты. — Маниту положил на середину стола пять карт, достаточно близко, чтобы каждый игрок мог до них дотянуться. — В любой момент вы можете поменять карты своей руки на эти. Они могут быть чрезвычайно сильными... или совершенно бесполезными. Это азартная игра, но таков дух... Покера Монстров!

— Есть одна вещь, с которой я не сдвинусь: вы не можете вдвоем обсуждать стратегию, — предупредил Фурибон V&V. — Далтон, вы можете констатировать очевидное и поощрять своего хозяина, как любой сторонник, но никаких тактических советов. Это касается только меня и змея.

— Мой фаворит - это моя рука, — с гордостью заявил Вайнкер. — Рука, которая тебя раздавит!

— Условия следующие, — заключил Маниту. — Если V&V одержит верх, Фурибон предастся вечному искуплению через миньонство. Если выиграет Фурибон, V&V будет связан запретительным приказом, и все его золото должно быть превращено в свинец, навсегда, в качестве штрафа. Наконец, проигравший должен отдать свою лучшую карту победителю!

Сердце Вайнкера екнуло. Его разум отказывался смириться с мыслью о проигрыше, но опасность была реальной. Судьба истинного золота, всего богатства мира, лежала в его руках.

— А сейчас.— Каждая сторона положила возле себя колоду и вытянула пять карт. — Битва!

[Король Игр] активирован!

— [iWin!] — Злорадствовал Вайнкер, раскрывая пять карт, автоматическую комбинацию победы.

— Или ты так думаешь, — ответил Фурибон, показывая карту из своей руки. — Потому что для тебя активировано заклинание руки [Повторный Бросок Кости].

Над доской появилась иллюзия двадцатигранной кости, отменившая сообщение [iWin!].

— Это вынуждает тебя послать свою пятерку карт [iWin!] в крипту, отменить эффект и вытащить еще пять карт взамен, — объяснил Фурибон. — Неужели ты действительно думал, что я не буду заниматься своими исследованиями? Я знал, что ты всегда выигрываешь с первой руки, поэтому я соответствующим образом подготовился.

— Но как ты мог быть уверен, что при первом же повороте вытащишь эту фишку? — Подозрительно спросил Человечек Виктор.

Фурибон усмехнулся. — Я подправил свои карты.

— Ты жульничал! — взревел Вайнкер. — Дисквалифицировать его!

— Карточные фокусы не противоречат правилам Покера Монстров, — заметил Вкусный Малфи. — Как и использование Перков, подобных вашему [Королю Игр].

Покер Монстров - это все о нестандартном мышлении! — Крикнул Маниту, а в это время сторонники Фурибона продолжали выкрикивать его имя. Вайнкер ворчал, а у Человечка Виктора не осталось иного выбора, кроме как выбросить выигрышную комбинацию. Тем не менее, дракон внутренне улыбнулся, поскольку он выиграет со следующей вытянутой комбинацией.

Ибо у него в колоде было три экземпляра комбинации карт [iWin!].

— Я еще не закончил, — заявил Фурибон, открывая новую карту. — Посылая карты из твоей руки в склеп, я могу активировать это заклинание из своей руки: [Запрет Гарема]!

На карточке был изображен паладин в сверкающих доспехах, отгоняющий пятерых девочек-монстров, мальчика и слизняка.

— Это вынуждает тебя отправить все копии карт, которые ты сбросил в этот ход, из твоей колоды в склеп.

Вайнкер моргнул, когда до него дошли эти слова. — Что?!

Прежде чем он понял, чем его ударили, десять карт волшебным образом переместились из его колоды в склеп, две оставшиеся копии серии [iWin!] были уничтожены. Дракон кипел от шока и ярости, так как больше не мог выполнять свою любимую комбинацию.

Невозможно... никто пока не выжил после его первого розыгрыша!

— В чем дело, виверна? — насмехался над ним лич. — Потерял дар речи?

— Этот Фурибон-Контратака, — ухмыльнулся Маниту. — Всегда на шаг впереди.

Вайнкер стиснул клыки, но сохранял хладнокровие, пока его миньоны выкрикивали его имя, заглушая насмешки заклятого врага. — Ты только отсрочил неизбежное, лич. — заявил дракон, когда Человечек Виктор вытянул пять карт. — Я верю в колоду моего Визиря! У него внутри больше выигрышных стратегий, чем у тебя ребер!

Фурибон фыркнул, а Вайнкер, наконец-то, смог продолжить свою очередь. Хотя это была не выигрышная комбинация, его миньон вытащил мощные карты.

— Я вызываю миньона 10-го уровня [Гоблин Герой], — объявил Вайнкер, и на поле появился Зеленый Гоблин в красной шапочке, размахивающий крошечным мечом.

Уровень миньона представлял их силу; и если два миньона с одинаковым уровнем сражались, они уничтожали друг друга. Миньоны с уровнем выше 30 были Украшенными Гербом Миньонами и, чтобы появиться, им нужна была жертва на поле более слабым миньоном. В то время как эпические миньоны, с уровнем выше 60, были настолько сильны, что у каждого из них был индивидуальный, уникальный метод вызова.

— [Гоблин Герой] позволяет мне каждый ход вызывать дополнительного миньона, на уровне 10 и ниже. Я выбираю [Кобольд Командир].

К Гоблину, ударив его кулаком, присоединился Фиолетовый Кобольд.

— [Кобольд Командир] позволяет мне добавить Украшенного Гербом миньона с моей доски в мою руку, — Вайнкеру даже не пришлось говорить Человечку Виктору, какого именно, потому что это символизировало его собственный обет миньонства. — [Повелитель Косы].

— Очевидно, — сказал лич. — Но на этот раз ты не можешь вызвать его без особого эффекта.

Вайнкер лича проигнорировал. — Поскольку я не могу атаковать с первого хода, я в своей подземной зоне ставлю ловушку и заканчиваю этот раунд.

Со стеной миньонов, защищающих его сокровища, дракону нечего было бояться.

По крайней мере, он так думал!

— Я сбрасываю с руки двух своих миньонов, [Злой Жрец] и [Рыцарь Крепости], — Фурибон сбросил почти половину со своей руки в склеп. — Что позволяет мне вызвать этого миньона в соответствии с его особым эффектом!

Появился скелет воина в плотной зеленой одежде с изогнутым клинком и в знакомом малиновом капоте. Его уровень, 60, появился прямо рядом с его головой. — [Нежить Матадор]!

— Будьте осторожны, Ваше Величество, это существо нельзя уничтожить в бою! — предупредил своего любимого хозяина Человечек Виктор, — Он может напасть на клад напрямую!

— Действительно, и я снабжаю его [Металлическим Планером], — Фурибон вызвал прямо под ногами монстра миниатюрный самолет, который позволял ему летать. — Что дает моему матадору возможность атаковать дважды за ход!

Что он и сделал.

Матадор пролетел над защитниками Вайнкера и быстро перерезал две его монеты. Дракон пошатнулся от боли, наблюдая, как его запасы истощаются, а Фурибон добавил на доску свою последнюю карту. — Я ставлю ловушку в своей подземной зоне и заканчиваю свой ход.

— Человечек Виктор, вытаскивай! — Приказал Вайнкер, и его напарник повиновался. — Я вызываю-

— Пока нет, — ответил Фурибон и открыл свою ловушку. На снимке был изображен человек, принимающий отравленное яблоко от Мэг Мелл. — Я активирую ловушку, [Отравленный Дар Фейри]. Заплатив одну монету, я могу вытягивать до тех пор, пока у меня в руке не окажется шесть карт.

— Ты пожертвуешь своим собственным золотом? — Вайнкеру оставалось только наблюдать, как лич опускается в разврат, превращая монету в свинец и вытягивая карты, чтобы пополнить свою руку. — Тебе это с рук не сойдет! Я жертвую [Гоблином Героем], чтобы вызвать своего [Повелителя Косы] 53-го уровня!

Его могучий слуга восстал из пепла гоблина, злой, закованный в броню жнец душ, размахивающий косой с вопящими внутри призраками. Карта, которая символизировала веру Человечка Виктора в своего хозяина и преданность ему.

Вайнкер вспомнил об испытаниях, которые они предприняли, чтобы завершить окончательную колоду. Человечек Виктор скептически относился к этой карточной битве, почти так же, как и Рыцарь Киа; но когда они вместе завершили свое мучительное духовное путешествие по острову Дронтов, он, наконец, понял свою судьбу - помочь своему хозяину победить зло в Покере Монстров!

Слова не могли описать те испытания,с которыми они столкнулись, чтобы заработать [Повелителя Косы]... но с их помощью они завоевали верность этой карты.

И с ее помощью они победят!

— Когда будет вызван [Повелитель Косы], я могу оживить любого миньона из моего склепа, как нежить. — [Гоблин Герой] вернулся из мертвых, крошечный скелет, оживленный волей [Повелителя Косы]. — При этом активируется эффект моего возрожденного миньона, позволяя мне привести еще одно подкрепление! Уровень 10 [Слизь Рыцарь]!

К армии миньонов присоединилась, похожая на ребенка, синяя слизь, и, размахивая крошечным мечом, храбро встала рядом с [Повелителем Косы].

— Теперь я вижу стратегию V&V, — задумчиво произнес Маниту. — Битая колода.

— Битая? — Спросила Рыцарь Киа, не имея ни малейшего представления о такой интеллектуальной игре с высокими ставками.

— Чтобы сокрушить врага, он призовет столько миньонов, сколько сможет, — объяснил Маниту. — Это хорошая стратегия… но бесполезная против бессмертной защиты Фурибона!

— Ни одно из твоих созданий не сможет победить моего [Нежить Матадора], — насмехался лич над своим соперником.

— Вот почему я активирую свою ловушку, [Конечная Жертва Миньона], — Вайнкер раскрыл свою ловушку. — Двое моих миньонов отдадут свою жизнь, чтобы уничтожить любого из ваших!

Его [Гоблин Герой] и [Кобольд Командир] храбро бросились на матадора и при соприкосновении с ним взорвались. Пыль осела, все они погибли. Вайнкер чуть не прослезился от сожаления, но решил почтить жертву победой.

— Миньоны, заберите его сокровища!

Фурибон усмехнулся, и прямо перед его сокровищем появился призрачный рыцарь в доспехах, парируя косу и слизь. — Что?! — Глаза Вайнкера расширились.

— Помнишь [Рыцаря Крепости], которого я выбросил раньше? — насмехался над ним лич. Призрак исчез. — Удалив его из склепа и навсегда исключив из игры, я могу защитить свой клад от нападений в этом ходу.

Ага, лич все спланировал заранее! — Я ставлю две ловушки в своей подземной зоне и заканчиваю свой ход, трус!

— Может, я и трус, но победивший, — ответил Фурибон. — Я активирую заклинание [Подкрепление Гильдии Авантюристов], которое позволяет нам обоим вытянуть по две карты.

Оба соперника увеличили свои руки на две карты, Фурибон усмехнулся, вытаскивая вторую. — Знаешь, Вайнкер, когда вы вызвал меня на бой, я тут же добавил в свою колоду одну карту, даже не обдумав общую стратегию. Карта, о которой я знал, что она поставит тебя на колени. Это карта, которую я только что вытянул.

Дракон оставался сильным и гордым. — Давай ее.

И вот, Фурибон сотворил самое злое из заклинаний. — [Пир Свинца]!

Одна из монет Вайнкера превратилась в свинец и рассыпалась в пыль.

Дракон замер на несколько секунд, вновь переживая самые мрачные дни Войны за Клад. Темные времена, когда Фурибон свободно бродил по миру, убивая маленькие монетки и похищая миньонов в свою проклятую крепость. У Вайнкера промелькнуло воспоминание о конфликте, о монетках, кричащих в агонии, и об умирающих вокруг него миньонах.

Нет, подумал Вейнкер, заставляя себя вернуться к реальности. Он не мог позволить личу вонзить когти в его разум.

— Далее, я активирую заклинание, [Рейд Вампиров], — Фурибон показал свою новую карту. — Хотя я не могу нормально вызывать в этом ходу, мы можем призвать к битве всех мертвецов в наших руках, если они уровня 60 и ниже.

И снова высший гений Вайнкера сработал в его пользу, потому что Человечек Виктор добавил на доску несколько таких тварей. Восстановив присутствие духа, [Август] немедленно вызвал единственную нежить в своей руке: [Зомби Усреднитель].

Гниющий гном из подземного мира, уровень [Зомби Усреднителя] равнялся среднему уровню всех монстров на поле.

— Что касается меня, я вызываю уровень 60 [Ведьма Вампир], и мой любимый миньон… — на стороне Фурибона появились два монстра, вампир, одетый как волшебник, и золотой скелет на троне из драгоценных камней. — [Голич, Богатейшая Нежить], уровень 58!

Уровень [Зомби Усреднителя] вырос до 44. И хотя у Вайнкера на его стороне было больше миньонов, никто не мог победить ни одного из миньонов Фурибона.

— Когда вызвана [Ведьма Вампир], я могу добавить одну копию заклинания из моего склепа, из моей колоды в мою руку, — сказал Фурибон, доставая карту, — угадай, какое?

Глаза Вайнкера расширились, и он приготовился к удару.

— [Пир Свинца]!

Сокровищница дракона, к большому ужасу зрителей, сократилась на одну монету. — “Вот так Фурибон и победит», — размышлял Маниту. — Битва Покер Монстров — это ментальный марафон. Вайнкер — дракон, и так уязвим к стрессу… в то время как безмозглая нежить, Фурибон, всегда сохраняет хладнокровие.

— Его Величество сталкивался и с худшими трудностями и выходил победителем! — напомнил дракону Малфи, и миньоны его подбодрили. — Хэппилэнд стоит рядом с вами! БИИП его душу!

— А теперь, слуги мои, атакуйте — Приказал Фурибон, и его [Голич] обрушил цунами золота на более слабого [Повелителя Косы].

— Ты запустил мою ловушку, [Переключатель Уровня].— Вайнкер раскрыл одну из своих закрытых карт. — Наши миньоны меняют уровни во время одной битвы!

Его [Повелитель Косы], теперь более сильный, перепрыгнул через золотое цунами и сразил [Голича], уничтожив его. Вид золотого трона, исчезнувшего вместе с ним, разбил сердце Вайнкера. Этот проклятый лич использовал психологическую войну, чтобы его ослабить.

— Ты все только ускорил, Вайнкер! — Лич немедленно приказал своему вампиру атаковать победоносного [Повелителя Косы], и на этот раз она пронзила его ледяным шипом.

— Миньон, я не смог защитить твою карту, — извинился Вайнкер перед Человечком Виктором, когда [Повелитель Косы] исчез в пыли.

— Вы сделали все, что могли, — успокоил его Визирь. — Он вернется. Работа главы персонала никогда не заканчивается!

И снова Вайнкер вспомнил свои тренировочные дни на острове Дронтов, когда Человечек Виктор час за часом, ночь за ночью отрабатывал их выигрышную ничью. Его миньон был полон решимости выполнить свой долг, несмотря ни на что!

Эти слова вернули Вайнкеру веру в себя, а Фурибон добавил еще четыре ловушки и завершил свой ход. Тотчас же земля на его стороне поля разверзлась, и Голич поднялся из склепа на своем, похожем на клад, троне.

— Пока что у меня больше монет, чем у тебя, виверна, — Фурибон подчеркнул дракону неравенство богатства, — [Голич] вернется из мертвых в конце моего хода.

— Миньон, он использует против нас силу золота! — запаниковал Вайнкер.

— Началось, — кивнул орк. — Страшная Нежить-Блокировка Фурибона. Он будет медленно истощать запасы врага, возрождая своих миньонов снова и снова.

— Кажется, я получил-

— Не смей так говорить! — Вайнкер прервал лича, который самодовольно ухмыльнулся в ответ.

— … серьезное преимущество.

Дракон зарычал, и Человечек Виктор успокаивающе положил руку на его чешую. — Мы все еще можем победить, — напомнил ему Визирь.

— Я активирую две из четырех своих ловушек, — Фурибон раскрыл две свои карты, прежде чем Вайнкер успел среагировать. — [Возвращение Короля-Лича] и [Знамения Конца Времен].

Первая карта раскрылась, повысив уровень Голича до 68. — Все ожившие миньоны на поле получат десять дополнительных уровней, — объяснил Фурибон. — Эта карта останется в подземелье до тех пор, пока не будет уничтожена.

Что же касается [Знамения Конца Времен]… Ловушка раскрылась, показав изображение злого бога Саблара. На нем появился счетчик из трех единиц. — Миньон, что делает эта карта? — Спросил Вайнкер.

— На третьем обороте после ее активации Фурибон вызовет чрезвычайно могущественного Эпического миньона, — предупредил своего хозяина Человечек Виктор.

Ни карточке, ни ее пользователю нельзя было позволить прожить так долго. Они должны были победить. Ради драконят и маленьких монеток.

Вайнкер проанализировал ситуацию. С текущим полем уровень [Зомби Усреднителя] увеличился до 46; но этого было недостаточно, чтобы победить любого вражеского миньона. Дракон взглянул на пять специальных покерных карт, чувствуя в глубине души, что в них заключен ключ к победе. Доверившись своему инстинкту, дракон решил произвести обмен.

— Я вызываю Покерное Выравнивание и меняю две свои карты! — Человечек Виктор драматично поднял руку, отработанной в течение трех дней техникой «чудо-розыгрыша». В одно мгновение он обменял две хорошие карты на две всемогущие.

— Как предсказуемо! — Фурибон раскрыл ловушку, изображающую оборотня, шпионящего ночью за сборищем кобольдов. — [Саботаж Лунного Света]! Я посылаю одну из карт вашей руки на дно вашей колоды, где она останется даже после того, как ваша колода будет перетасована, и позволяю вам вытянуть взамен новую!

Вайнкеру оставалось только рычать от от ярости, так как одна из двух всемогущих карт была погребена на дне его колоды, а Человечек Виктор вытащил ей замену. И все же, другой было более, чем достаточно. Дракон и его Визирь обменялись взглядами, кивнув друг другу.

— Я использую всемогущее, [Высшее Слияние], — Вайнкер раскрыл чит-заклинание. — Я могу сплавить трех монстров из своей колоды, переместив их в склеп, и результат придет в начале моего следующего хода.

Абсолютный, всемогущий миньон.

— Затем я приношу в жертву своего [Слизь Рыцаря], чтобы вызвать более сильного миньона, [Экскалипризрак]. — Его скользкий чемпион превратился в живое, парящее призрачное лезвие с Уровнем 60. — А это значит, что уровень моего [Зомби Усреднителя] вырос в среднем до 62!

Его гном стал сильнее от силы общей посредственности, и разрушил [Ведьму Вампира] своей могучей атакой удара равенства!

— Теперь я активирую заклинание, — Вайнкер использовал последнюю карту в своей руке. — Все миньоны, чей уровень был искусственно повышен, будут уничтожены!

—Ты уничтожишь и моего [Голича], и своего [Усреднителя], если сделаешь это! — Фурибон не понимал такой передовой стратегии.

— Я на это и рассчитываю! — Мощный магический свет очистил поле, оставив только [Экскалипризрака], — и теперь вы целиком свободны. Миньон!

Меч тут же срезал одну из монет Фурибона, в конце концов сократив богатство ублюдка с четырех до трех.

— Наконец, я активирую свою оставшуюся скрытую ловушку, [Искатель Добычи], — Вайнкер раскрыл заключительную часть своего мастерского, гениального хода. — Я могу удалить из игры несколько раз по пять карт из своего склепа, и получить за каждую дополнительную монету.

Сняв пятнадцать карт и добровольно оставив несколько особенных в склепе на потом, Вайнкер радостно наблюдал, как его удача увеличилась с одной до четырех, превзойдя удачу Фурибона. — Теперь, когда я самый богатый из всех, [Голич] останется в склепе, где ему и место.

— Он сломал блокировку! — Крикнула Киа, теперь уже возбужденная битвой.

— И у Фурибона не осталось карт в его руке, — заметил Малфи, а сторонники лича стояли с каменными лицами. Сам Фурибон издал разочарованный рык; очевидно, его единственная оставшаяся ловушка не могла помочь ему выбраться из этой ситуации.

— Готов сдаться, лич? — Насмехался над ним Вайнкер.

— Фурибон не сдастся.— Все посмотрели на комментатора Орка. — Он настоящий дуэлянт. Пока он верит в свою колоду, карты его не подведут.

Лич просто рисовался.

… и усмехнулся. — Идеально. Я сбрасываю Уровень 0 [Карточный Джинн] с моей руки!

На поле материализовалась бутылка, из которой выглядывал крошечный голубой гоблин.

— Когда он сброшен, [Карточный Джинн] позволяет нам обоим взять по пять карт из нашей колоды, — сказал Фурибон, и оба игрока увеличили размер своих рук с нуля до пяти, а джинн исчез.

Зачем добавлять карту, которая помогла его противнику так же сильно, как и ему самому? Взглянув на его истощенную колоду, Вайнкер сказал, почему.

— Миньон, сколько у нас осталось карт? — Обеспокоенно спросил Вайнкер.

— Только семь, — мрачно ответил Человечек Виктор.

Этот ублюдок-лич намеревался заставить Вайнкера выйти из колоды!

— Прежде всего, я активирую заклинание [Несправедливый Налог], — Фурибон разыграл самую злую карту во всей своей колоде. — Каждый раз, когда ты в этот ход теряешь монету, я ее получу.

Значит ли это, что лич рассчитывал таким образом снизить богатство Вайнкера? Как же так?

— Вы не единственный, у кого есть три копии карточки, Вайнкер. [Пир Свинца]!

Одна из четырех монет дракона превратилась в свинец, а ее золотая копия появилась на стороне Фурибона; инвертировав их чистую стоимость активов!

— Далее, я использую заклинание [Переработка Миньонов]. —За спиной Фурибона появилась коричневая дымящаяся чаша. — Что позволяет мне повторно использовать одно из заклинаний, которые я использовал на этом ходу, сбрасывая миньона из моей руки. [Пир Свинца]!

Вайнкер отступил от иллюзорного натиска, его сердце разбилось.

— И последнее, но не менее важное, поскольку я сбросил [Карточный Джинн], в этот ход я еще могу вызвать миньона. Того саммого, из худших твоих кошмаров, виверна. — Фурибон поднял карту к самому небу. — Легендарное [Насекомое Пожирающее Золото]!

— Невозможно! — Крикнул Вайнкер, и небо потемнело от приближения этого чудовищного древнего зла. — Мы, драконы, уничтожили все следы их существования!

— Не все, — мрачно ответил Маниту. — Единственная копия карты, защищенная легендарным орденом дуэлянтов, пережила эту древнюю драконью чистку.

Он возник точно так же, как в самых зловещих воспоминаниях Вайнкера.

Крошечный золотой муравей, чей единичный уровень не мог скрыть ауру чистого зла.

— Во время каждого моего хода эта нечисть будет пожирать часть твоего богатства! — Фурибон поднял палец, и насекомое бросилось на одну из двух оставшихся монет Вайнкера.

— Нет! — в ужасе закричал дракон, снова проходя самый темный момент драконьего рода. Подлое животное проглотило монету целиком, минуя [Экскалипризрака], а со стороны Фурибона появилась еще одна.

В одном раунде лич уменьшил богатство Вайнкера до одной монеты, а свое увеличил до шести.

— В конце концов, я поставил ловушку, — сказал Фурибон, — и моя очередь подошла к концу.

С новообретенным, неправедно нажитым богатством своего хозяина из склепа, присоединившись к злобному насекомому; вернулся [Голич]. И снова [Возвращение Короля Лича] повысило его уровень до 68, большего, чем у оставшегося монстра Вайнкера.

Поэтому Вайнкер с тяжелым сердцем приказал своему главе персонала тянуть карту.

— До сих пор ты давил на меня, Фурибон, — заявил дракон, когда счетчик вражеской ловушки упал до двух. — Но сейчас все это закончится.

Ибо, наконец-то, явился его финальный миньон!

— Смотрите, самый могущественный чемпион, какого только может пожелать дракон! — рекламировал Вайнкер свою финальную карту, когда [Высшее Слияние] со вспышкой горящего света вызвало ее на поле. — [Тщеславный, Абсолютный Трехглавый Дракон], уровень 90!

Его появление напугало всех зевак.

Ибо это было видение совершенства: огромный, величественный трехглавый дракон, и каждая из его голов была увенчана короной! Его могучий рев вселил страх даже в холодное черное сердце лича.

— Змей! — Горыныч завилял хвостом.

— Дракон! — Прорычал в ответ Вайнкер. — Он может атаковать три раза подряд! Более чем достаточно, чтобы уничтожить вашу армию! Что же касается твоего клада, то я разыгрываю заклинание [Зов Голодного Хозяина]! Это позволяет мне вызвать несколько миньонов, чьи объединенные уровни ниже уровня моего самого сильного чемпиона на поле!

А именно, он мог призвать в свою руку всех трех миньонов!

— Смотрите на мою армию! — хвастался Вайнкер, когда два 10-х уровня [Слизь Рыцарь] и одна с белым мехом, 25-го уровня [Девушка Оборотень] ударили поле, доведя его армию до пяти. — Атака!

Его могучий дракон повиновался своему хозяину, две его головы испепелили [Насекомое Пожирающее Золото], и это прокляло [Голича]. Затем последняя голова возглавила атаку, и все миньоны бросились на монеты Фурибона.

Но призрачный рыцарь блокировал все их атаки.

— Помнишь карту, которую я выбросил, чтобы использовать [Переработку Миньонов]? — злорадствовал Фурибон. — Еще один экземпляр [Рыцаря Крепости]!

— Черт возьми! — Человечек Виктор выругался, когда вражеский клад избежал уничтожения.

— Все в порядке, миньон, — заверил Вайнкер главу персонала. — Наша армия прикончит его на следующем повороте. Я ставлю одну ловушку, и мой ход заканчивается.

Ситуация им благоприятствовала. У него была непобедимая в игре карта, армия, а Фурибон на последнем ходу опустошил свою руку.

Тем не менее... лич держал в игре две ловушки лицом вниз, одну из которых он не открывал уже много оборотов. Может, он приберег ее на крайний случай? А как насчет нового? Что, если у него в запасе есть еще одна опасная карта мгновенного уничтожения монет?

Не то чтобы Вайнкер сомневался в своей победе, но... дракон затаил дыхание.

Фурибон драматично вытащил карту и посмотрел на нее...

И испустил рычание чистой ярости. — Я заканчиваю свой ход, — с горечью сказал Фурибон, не имея возможности воспользоваться своей новой картой. — [Голич], вернись ко мне!

Бессмертная нежить приготовилась вернуться, но Вейнкер забил гвоздь в его гроб, открыв собственную ловушку: [Дисфункция Голема].

— Моя ловушка предотвращает вызов вражеского миньона и отменяет его действие навсегда, — Вайнкер с самодовольным удовлетворением показал картинку разрушения обломков голема [Голич]. — Твой бессмертный слуга никогда не вернется!

Лич сжал кулаки, теперь полностью уязвимый для последнего удара.

— Мой последний ход, — драматически провозгласил Вайнкер,и его миньон приготовился вытянуть, когда счетчик [Знамения Конца Времен] опустился до единицы.

— В самом деле! — Фурибон наконец-то раскрыл загадочную ловушку, представляющую собой сломанные часы. — [Кингу Куримузон]! Я пропускаю один оборот времени для каждого из нас!

Прежде чем Вайнкер понял, что его ударило, сам мир на мгновение исказился в красную вспышку, счетчик [Знамения Конца Времен] достиг нуля. Карта взорвалась, вызывая самого главного фаворита лича.

— А вот и он. — Фурибон поднял руки, и на его стороне появился чудовищный, колоссальный миньон. — [Король Фомор Балаур]!

Появившееся существо было не просто большим и могучим дуллаханом, а колоссом, равным по уровню самому великому дракону Вайнкера. Рыцарь с горящим синим пламенем вместо головы, с могучим топором из плоти и костей.

— Ты создал карту в честь этого ублюдка?! — в ярости закричала на Маниту Рыцарь Киа.

— Когда его призывают, [Король Фомор Балаур] уничтожает всех миньонов на стороне моего врага, — сказал Фурибон, и титан поднял свой топор. — Этой силе нельзя противостоять, и за каждую карту, уничтоженную этим эффектом, вы, Вейнкер, должны послать равное количество карт с верхней части твоей колоды в склеп. И я насчитал пять.

Которые оставляли Вайнкера с…

— Одной картой!

Толпа закричала, когда вражеский миньон опустил свой топор и прорубился сквозь всю армию Вайнкера; и в вопиющем пренебрежении к исторической точности уничтожил даже дракона! У Человечка Виктора не было другого выбора, кроме как опустошить колоду до одной последней карты, которую он мог вытянуть.

Вайнкеру потребовалось некоторое время, чтобы осознать это зрелище, так как вся толпа его поклонников умолкла, а немногочисленные поклонники Фурибона восхищенно пели его имя.

У дракона в колоде была только одна карта. Волшебная карта. Если Вайнкер не закончит этот ход, Фурибон может просто пропустить свой ход и автоматически выиграть. И с одной оставшейся монетой и без защиты, и лич всегда мог атаковать, если его соперник каким-то образом пополнял свою колоду.

Вайнкера загнали в смертельный угол.

Дракон взглянул на своего главу персонала, который ответил ему полным решимости взглядом.

Нет. Битва еще не закончилась. Пока он дышит.

— А теперь вытяни свою последнюю жалкую карту, Вайнкер, — сказал Фурибон, и его колоссальный фейри взмахнул топором.

— Эта колода, созданная моими миньонами, не содержит жалких карт! — Император запретил Человечку Виктору открывать карту. — Но, прежде чем я закончу, я хочу спросить тебя кое о чем, лич!

— Спрашивай, но быстро. Я хочу покончить с этим фарсом и покончить с этим периодом моей жизни.

— Ты никогда не обменивался своими картами с таинственными картами, — заметил Вайнкер. —Почему?

Чародей усмехнулся. — Зачем полагаться на удачу, когда можно самому решить собственную судьбу?

— Неужели в твоем черном сердце нет места для сюрпризов и зрелищ?

— Нет, — резко ответил Фурибон. — Будь то в игре или в жизни, практичность, предсказуемость и разумная стратегия всегда будут преобладать.

Вайнкер ожидал чего-то столь низменного. — И вот тут ты ошибаешься. Ибо ты не учел один ключевой элемент. Что отличает такого прекрасного дракона, как я, от таких, как ты?

— Твоя дружба с Далтоном? — издевался над ним Фурибон.

— Моя популярность! — Взревел Вайнкер, поднимая своих поклонников. — Потому что, когда ты играешь в карты, они держатся только на твоей собственной силе! В то время как каждый ход, который играю я, поддерживается любовью и желаниями тысяч миньонов! И они не дадут мне проиграть!

И вот, под одобрительные возгласы поклонников Вайнкера, Друг Виктор вытащил последнюю карту и раскрыл ее. Кобольд, воскрешенный из мертвых своим возлюбленным повелителем драконов.

— [Возрождение Миньона]!

— Эта карта не может оживить ни одного миньона выше 60 уровня! — хихикнул Фурибон и тут же застыл. — Нет…

— Да! Я воскрешаю [Повелителя Косы]! — Воин-нежить восстал из мертвых, и его эффект немедленно активизировался. — Кто может оживить любого миньона в склепе, игнорируя его призывные условия? И с твоим, все еще активным [Возвращением Короля Лича], оба получают по десять уровней!

Его величественный трехглавый дракон вернулся из мертвых, и его уровень взлетел до 100. Одной головой он поразил повелителя фейри, а затем остальными две монеты из сокровищницы Фурибона.

— У меня осталось еще четыре монеты, а у тебя только одна, — похвастался Фурибон своим украденным богатством. — Ты проиграл с достоинством, но все равно потерпел неудачу.

— Ты забыл последнюю карту в моей руке, золотоубийца? — Вайнкер велел Человечку Виктору ее раскрыть. — Заклинание [Разъединение]!

Мгновенно его трехголовый возрожденный чемпион разделился на составляющие: три прекрасных малиновых змея 60-го уровня.

Уверенность лича рухнула, когда драконы разбили по одной монете, а их фанаты взорвались радостными криками. — Унеси эту боль с собой в могилу, Фурибон! — Воскликнул Вайнкер, когда [Повелитель Косы] приготовился совершить переворот, — Ты усилил его, усомнившись в моей популярности!

С покорным, полным отвращения видом лич поднял руку. — [Кнопка Тролля].

Проявилась последняя ловушка на поле Фурибона, она изображала тролля, разбивающего большую красную кнопку со взрывами на заднем плане.

— Когда я потеряю свою последнюю монету, я смогу уничтожить одну из вражеских.

Последняя монета Вайнкера взорвалась, так как [Повелитель Косы] зарубил последнюю монету Фурибона.

Иллюзии рухнули в небытие, открыв каждому зрителю тусклый конечный результат.

— Ничья?! — Одновременно закричали, злясь, сторонники обеих сторон. Фурибон с горечью отвернулся.

— Я требую реванша! — Зарычал Вайнкер. — Немедленно!

— Довольно!

Император взглянул на своего любимого человечка, который поднялся со своего места и направился к личу. — Фурибон, — Человечек Виктор пристально посмотрел в глаза своему врагу. — В этой битве я, кажется, тебя понял.

— Это просто смешно, — сказал лич.

— Не так уж и смешно, — сказал Человечек Виктор, схватив последнюю карту Фурибона, — [Кнопка Тролля]. Карта, которая никогда не позволит своему пользователю выиграть, и чье единственное применение - вызвать ничью... так что может состояться новая битва. Ты мог бы поменять эту карту на другую, которая помогла бы тебе выиграть, но ты этого не сделал.

Фурибон молчал, слова главы персонала пустили корни в его холодном, мертвом сердце.

— В глубине души ты наслаждаешься этим соперничеством. Ты не настолько ненавидишь нас, чтобы отдать все, но Вайнкер беспокоит тебя настолько, что ты хочешь лишить его победы. Эта карта... — Человечек Виктор поднял туз Фурибона, изображавший большого толстого тролля, с улыбкой разбивающего пуговицу. — Эта карта отражает твои истинные чувства!

У орка Маниту на глаза навернулись слезы.

— Однажды мы сражались бок о бок, — закончил Визирь. — и, если вы оба скажете правду, нам не придется продолжать эту бесконечную, бессмысленную борьбу.

— Конечно, — заявил Вайнкер. — Он - Золотоубийца, враг.

— Ваше Величество, это прозвучит очень банально, — откашлялся Человечек-Виктор. — Но разве вы не побеждаете своего врага, когда заключаете с ним мир?

Дракон моргнул, с трудом переваривая эту мысль. Заключить мир с Фурибоном? После того, что он сделал?

— Я... я прошу прощения.

Вайнкер тут же взглянул на своего заклятого врага.

— Я прошу прощения за то, что превратил твой клад в свинец, Рыцареубийца, — Фурибон изо всех сил пытался выплюнуть каждое слово, но делал это искренне. — Я действовал импульсивно и с тех пор жалею о своем поступке. Я больше не буду этого делать. Ну вот, я это сказал!

С этими словами, вырвавшимися из пустой груди лича, его пустой взгляд остановился на Вайнкере.

После всего... после всего, лич попросил у дракона прощения.

— Я... я... я... пр... — дракон с трудом подбирал слова. — Я... з…

— Я прощаю тебя? — Человечек Виктор пытался помочь.

— Я тебя забыл! — Наконец произнес Вайнкер со слезами на глазах.

Лич остался безмолвным, в то время как Человечек Виктор смутился от стыда при виде своего плачущего любимого хозяина.

— Иди и не греши больше, я тебя забыл! — Хотя это и отняло у него все силы, Вайнкер выбрал высокую драконью дорогу и даровал Фурибону милость. — Я забыл тебя, Золотоубийца! Я забыл тебя!

Лич обменялся взглядом с Великим Визирем. — Это лучшее, что ты когда-либо получишь, — сказал Человечек Виктор, улыбаясь и протягивая руку. — Прошлое останется в прошлом?

Фурибон с опаской осмотрел руку и, наконец, пожал ее. — Прошлое останется в прошлом.

И вот, наконец, как когда-то делали фейри и змеи, окруженные радостными криками и слезами миньонов…

Личи и драконы, наконец, заключили мир.

Четвертый день эксперимента.

Прогресс был медленным, особенно с последней битвой против злого, но забытого Фурибона, но возобновился сразу же после этого. Детсад Дронтов, или "Дронтосад", был почти полностью действующим. [Дронты Экспы] могли свободно бродить по острову в огромных, охраняемых демонами загонах, взаимодействуя друг с другом и дикой природой, которую предоставляла империя.

Когда его гномы-лакеи открыли портал, связывающий остров с Мурмурином, Вайнкер превратил весь остров в курорт для разведения миньонов под присмотром Вкусного Малфи. Дьявол собирался строить здесь общежития, пляжные службы и круизы. Со временем, Вайнкер надеялся даже открыть здесь заповедник принцесс в дикой природе.

Но сейчас ... сейчас пришло время для заключительной стадии эксперимента с Дронтосадом.

Вайнкер посмотрел на группу спящих за забором дронтов, потом на своего ассистента. — Миньон Виктор.

— У меня есть слизь. — Его визирь поднял избранное существо - розоватое желе билось в его руках. — [Розовый растлитель], который может размножаться с чем угодно. Эта штука - Мик Джаггер из слизи. Если что-то двигается и не является несовершеннолетним, он будет БИИП его. Иногда это даже не дискриминация.

— А как насчет генов? Есть ли у него идеальные гены?

— У него есть элитная статистика в каждой категории. Малфи сказал мне, что некоторые из его отпрысков... могут даже сиять сами по себе.

— Как золото? — Спросил чрезвычайно заинтересованный Вайнкер. Если это правда, то его мечта о создании высшего, золотого дронта, возможно, наконец-то будет в пределах его досягаемости! — Он хочет размножаться?

— О да!

Но явно не с птицей; слизь просто не могла устоять перед необузданной сексуальной энергией Виктора, и визирь едва удерживал его от объятий. — По... какой-то необъяснимой причине... я ему понравился.

— Хорошо. Мы перенаправим его расстройство размножения на птиц.

— Но вы действительно уверены, что хотите это сделать? Если его выпустить на волю, его уже ничто не остановит.

— Миньон, независимо от цены, мы должны спасти [Дронтов Экспы] от вымирания. Это для моего же собственного блага. — И Вайнкер отдал роковой приказ. — Отпусти зверя.

И вот, Человечек Виктор, с выражением муки на лице, выбросил похотливую слизь за забор, отправив [Розового Растлителя] в загон для дронтов. Сердито надувшись на отказ Визиря, он повернулся к птицам, готовый спариваться с каждой из них. И тут же вцепился в ближайший к нему куст.

Человечек Виктор отвернулся, слишком мягкосердечный, чтобы предвидеть, что произойдет очень скоро, но Вайнкер не мог позволить себе сделать то же самое. Он должен был гарантировать, что программа размножения останется на ходу.

Поэтому он наблюдал за всем.

Поздравляю! За создание заповедника дикой природы для [Дронтов Экспы], с целью спасения их от вымирания (нравится им это или нет) и примирение с личем Фурибоном, вы заработали один уровень в [Генерал Охотников на Ведьм] и три уровня в [Селекционер Подземелий]! Вы заработали классовые Перки [Улучшенная Гибридизация] и [Кроличья Чума]!

+60 Очки Жизни, +30 специальные Очки, +3 Сила, +2 Жизнестойкость, +3 Мастерство, +3 Ловкость, +2 Интеллект, +4 Харизма, +2 Удача.

[Улучшенная гибридизация]: Теперь ваши миньоны могут производить гибриды, которые не должны иметь анатомического смысла... например, могучий СОВОМЕДВЕДЬ или неуловимый Человекмедведосвин! Монстры, которые не имеют общего [Типа], создадут потомство двойного типа, которое будет обладать одним типом от каждого родителя. Этот Перк не коснется существ, вообще неспособных к размножению, таких как големы или скелеты.

[Кроличья Чума]: Если вы или любой из ваших миньонов используете способность, предназначенную для вызова другого монстра, они вызовут дополнительное существо того же типа. Может, вы сможете породить абсолютного миньона?

О да, он так и сделает!

— Это отвратительно.

Вайнкер взглянул на злобного Фурибона и его живых последователей, которых вырвало от этого зрелища. Как будто они никогда раньше не видели, как размножаются птицы и слизь! — Ты не можешь понять свободную любовь между видами, лич, — сказал дракон. — Я же сказал, что забуду тебя. Не напоминай мне слишком долго.

— Поверь мне, я не собираюсь встречаться с тобой после того, как мы телепортируемся.

— Я еще не поблагодарил тебя за то, что ты спас мою шкуру от этих авантюристов, — сказал Виктор личу. — Я перед тобой в долгу.

— Ты убедил Рыцареубийцу перестать меня беспокоить, — ответил Фурибон, но Вайнквер изо всех сил старался не обращать на него внимания. — Что касается меня, то мы квиты.

— Ну и что дальше? Мы отправляемся на запад после того, как этот "эксперимент" будет завершен.

— В Новом Мире слишком много интересного, чтобы хотеть пересечь море дальше, — ответил Фурибон. — Может быть, я попытаюсь найти этот "Голли Вуд", о котором вы, земляне, все время болтаете.

— Так это прощание? — Почему Визирь казался печальным? — Это была всего лишь разовая сделка?

— По крайней мере, пока Саблар не придет за всеми нашими головами, — мрачно ответил лич. — А он это сделает.

— Фурибон просто мрачен, — ответила его эльфийская когорта. — Я уверен, что мы скоро встретимся снова. У меня такое чувство, что со временем все станет еще смешнее.

— Теперь, когда вы закончили с клише и глупыми прогнозами, я телепортирую нас, пока мой диабет не ухудшился, — заявил Фурибон, и, прежде чем произнести заклинание, послал Человечку Виктору последний взгляд. — Далтон.

— Да, Костяной Папочка? — Приготовился миньон.

— Ты невыносимый маньяк и полный придурок, — оскорбил Фурибон его главу персонала, и дракон тут же свирепо на него посмотрел. — Но мне было весело.

И так, с этими словами, Фурибон, наконец, исчез, позволяя Вайнкеру его забыть. Наконец-то, они могли вернуться к действительно важному делу.

— Миньон.

— Да?

— Хватай дронта и помогай.

Его визирь сделал очень странное лицо, как будто он беззвучно кричал.

— Найди им хороших партнеров, чтобы Перки хорошего лута можно было бы передать по наследству, — уточнил Вайнкер свои намерения, поскольку его глава персонала не мог видеть так далеко, как он.

Через три поколения у него будет свой золотой дронт.

Ездить верхом на спине дронта не доставляло удовольствия ни одной из сторон.

Виктор неловко ерзал на спине своего скакуна, когда птица понесла его прочь от детского сада к пляжу, где он должен был встретиться с Киа для тренировки. Хотя у существа было достаточно силы, чтобы нести своего нового наездника, оно явно в этом не тренировалось. И приходилось постоянно бороться, чтобы просто на нем остаться.

Тем не менее, с большим мужеством зверь выдержал. И Виктор, просто, чтобы почтить его храбрость, решил назвать его Дронтолев.

Когда могучая команда прогуливалась по пляжу, они заметили еще один маловероятный дуэт, тренирующийся на песке. Виктор даже моргнул при виде этого зрелища.

— Хозяин! — Горыныч завилял хвостом, а конь Нуарсер изо всех сил пытался сесть ему на спину. — Горыныч получил уровень в [Рейнджере]! Потому что Горыныч хорош с лошадьми!

Виктор и Дронтолев посмотрели на всадника вырожденного дракона, который ответил им свирепым взглядом.

— Ты что, думаешь, что лошадь не может быть [Всадником Хаоса]? — спросил кошмар. — Ты - двуногий расист, я тебе еще покажу.

Виктор и его могучая птица смотрели на них целую минуту и, не говоря ни слова, продолжили идти вперед.

Они нашли Киа, которая загорала на песке, одетую только в черный купальник, с мечом и лезвием на расстоянии вытянутой руки. Услышав их приближение, Паладин посмотрела на Виктора, потом на дронта и с трудом удержалась от смеха.

— Заткнись, — сказал Визирь. — Я делаю это для экспы.

— И это работает?

Поздравляю! За то, что вы преданно служили верной рукой вашего сеньора против Фурибона, доказали свою ценность, как истинного дуэлянта, и бесстрашно оседлали редчайшего из всех монстров, вы заработали два уровня во [Всадник Хаоса]! Вы заработали классовый Перк [Белый Всадник]!

+60 Очки Жизни., +2 Сила, +1 Жизнестойкость, +1 Мастерство, +1 Ловкость, +2 Интеллект.

[Белый Всадник]: Когда вы сражаетесь верхом, когда вы произносите заклинание или используете Перк с вами в качестве цели (например, бафф), ваш конь считается продолжением вашей собственной личности и получит все преимущества способности. Вы можете добавить к вашей конюшне, и пометить, еще двух существ.

— Да. — Невероятно, но Дронтолев стоил так много опыта, что просто езда на нем помогла ему быстрее поднять уровень. По крайней мере, теперь его лошадь перестанет жаловаться на то, что ее не пометили. Они задержатся еще на несколько дней, чтобы потренироваться, а затем продолжат путь на запад.

Киа взглянула на существо и решила, что унижение не стоит дополнительного опыта.

Виктор не мог удержаться, чтобы не рассмотреть ее поближе, так как никогда не видел [Паладина] без доспехов. Как и следовало ожидать, она была похожа на Амазонку с телом профессионального спортсмена, которое заставило бы Шоколатин, Шарлин и, вероятно, всех женщин, которых он знал, ревновать. Он не заметил никаких шрамов или пятен, которые можно было бы ожидать от человека с ее образом жизни, и он это приписывал ее исцеляющим заклинаниям.

Виктор мог бы поклясться, что она набрала вес, а затем потеряла его совсем недавно, хотя взгляд на бутылку виски рядом с ней говорил ему, почему.

— Ты заставляешь меня чувствовать себя неловко, — сказала она, заметив его пристальный взгляд.

— Извини, — сказал он, сосредоточившись на ее лице. — Киа, могу я задать тебе личный вопрос, прежде чем мы начнем? Почему, когда ты пьешь, у тебя такой несчастный вид?

— Она пожала плечами. — Я не чувствую себя живой, когда не сражаюсь.

Это был не ответ, но Виктор читал между строк. — Я тебя не понимаю, — сказал он. — Как ты можешь быть несчастной? Ты - герой, все тебя любят или восхищаются тобой... я понимаю, что ты чувствуешь себя на высоте в бою, но ты не должна чувствовать себя подавленной все остальное время.

— Это не так... у тебя когда-нибудь была цель в жизни? Как у Вайнкера, наблюдающего, как растет его клад?

Виктор подумал о Вайнкере, о развитии Мурмурина, о войне с фоморами, о богах и обо всем, что привело его с Альбенских гор на этот остров. — Сделать Вайнкера счастливым и создать место, где монстры и цивилизованные виды могут сосуществовать в мире.

— У меня не было цели на Земле, и это всегда меня грызло, — ответила она. — Тогда Митра и Леоне дали мне буквально божественную миссию победить Балаура. В течение десяти лет у меня была четкая цель. Моя жизнь имела смысл. Это было похоже на игру, в которой вы знаете, что должны продолжать двигаться вперед, пока не дойдете до конца. Это были лучшие времена в моей жизни.

— Но потом ты дошла до конца, и твоя жизнь продолжила играть.

Как и предполагал Виктор, хотя она хорошо это скрывала, Киа боролась с депрессией.

— И я возвращаю себе это чувство удовлетворения только тогда, когда сражаюсь, — призналась она, ее рука потянулась к бутылке, и это было совсем не смешно.

Это зрелище подстегнуло его к действию. — Может, ты найдешь другую, — предложил Виктор, стараясь отвлечь ее внимание от выпивки. — Как, например, завоевание Валгаллы. Ты, безусловно, ближе всех, и это будет держать тебя мотивированной.

— Я думала об этом, но что потом? Я стану еще одним вознесенным [Паладином], как Митра и Леоне? — Она покачала головой. — Они хотят расширить свои избранные страны, шаг за шагом улучшить Аутремонд. У них есть видения. Можешь считать меня лишенной воображения, но я всегда считала себя солдатом.

Виктору было интересно, что бы она почувствовала, если бы поняла, что боги играют в кости со вселенной, но он оставил это для себя. У него хватило ума держать это в секрете для Камиллы, и сейчас он тоже не проболтается.

— Не пойми меня неправильно, я не жалуюсь на свою жизнь, свое положение или что-то еще. Я просто вообще не чувствую себя счастливой, когда у меня нет высшего призвания, к которому я могла бы стремиться.

— А что насчет твоих товарищей по команде?

— Кевин нашел свое призвание в политике. Он всегда любил "Королевское Строительство" и воплощал его в реальную жизнь. Остальные... зависит от обстоятельств. Некоторые отправились в путь, другие искали способ вернуться на Землю.

И все это ее не интересовало. — А как насчет приключений с Джоли?

— Это весело, но без главной цели... — она ему улыбнулась. — Послушай, Вик, ты очень добр, но Кевин два года задавал почти одни и те же вопросы, и это ни к чему нас не привело.

— Я от тебя не откажусь, — ответил Виктор. Возможно, он не так близок с ней, как большинство ее друзей, но она неоднократно приходила ему и Вайнкеру на помощь, когда они в ней нуждались. Ни за что в Хэппилэнд он не повернется к ней спиной.

— Может, поговорим о чем-нибудь менее мрачном? — Предложила Киа, меняя тему разговора. — Тебе удалось выучить [Спешку]?

После того, как он это подтвердил, она вскочила на ноги и потянулась. — Хорошо. Судя по тому, что я узнала из наших сражений, ты действительно не очень хорош в ближнем бою.

— Тебе легко говорить, ты буквально оптимизирована для убийства монстров в ближнем бою.

— И да, и нет. Я действительно планировала свои занятия, чтобы улучшить этот путь, но, в основном, я выясняла, как мои Перки и заклинания могут лучше всего самостоятельно синергировать. Чего я не понимаю, так это того, что с твоим уровнем, снаряжением и способностями тебя должно быть намного труднее убить.

Виктор вздохнул. — Дело в том, что у меня есть много мощных Перков с разрушительной синергией, таких как [Мрачная Жатва Харона] и [Повелитель Кошмаров], но они не препятствуют дружественному огню.

— А, я поняла. У тебя телосложение Босса. Ты не должен сражаться с обычной партией, за исключением призванных миньонов.

— Вроде. — Сам по себе он мог бы просто призвать нежить или демонов, невосприимчивых к его самым опасным способностям, а затем управлять полем боя с помощью других своих способностей. Совсем как Акхенапеп. — И хотя я хорош в создании и руководстве нежитью, бой в Эльдорадо научил меня, что у меня очень мало способов им повредить. Это мой криптонит.

—Есть заклинания некромантии, которые вредят нежити так же легко, как и живым, — заметила рыцарь. — Это не моя область знаний, так что я оставляю тебе решать эту проблему самостоятельно. Что приводит меня к тому, что я считаю твоей ахиллесовой пятой.

Виктор слушал молча, находя это освежающим, чтобы обсудить с профессионалом, бывшим впереди него в [Эпическом] департаменте.

— Я думаю, у тебя слишком много Перков и параметров, — сказала Киа. — Это проблема, с которой столкнулась моя партия, когда мы достигли высокого уровня. В итоге, у нас появилось так много способностей, что мы не совсем понимаем, какие из них устарели, какие имеют неиспользованный потенциал и так далее.

— Я всегда считал, что лучше иметь много вариантов.

— Вот тут ты ошибаешься. Хороший Перк - это не тот, который может решить одну проблему, а сразу много проблем. Как твой [Дарвинист, который много раз спасал твою шкуру.

— За исключением наркотиков.

— За исключением... — она сделала короткую паузу, глядя на него, не шутит ли он, затем выпрямилась. — Если у тебя слишком много способностей для использования, это создает паралич принятия решений в бою, который может стоить тебе многого. Самые опасные враги [Эпического] уровня, которых я встречала, это те, кто освоил несколько, но очень мощных, стратегий. Мастера Ничего никуда не годятся.

— Так ты предлагаешь мне сократить свои опции? Например, использовать [Выковать Перк]?

— Да. — Она кивнула. — Если ты не пользовался Перком, скажем, месяц, тебе следует подумать о том, чтобы отказаться от него, особенно если ты можешь сделать более сильный. Что касается остального, я предлагаю разработать несколько стратегий, которые позволят тебе работать максимально эффективно. Не мог бы ты показать мне свою статистику?

— В этом нет вреда.

Они потратили добрых полчаса, обсуждая его Перки и строение, определяя Перки Монстра, которые он должен был сплавить, какие заклинания он теперь мог игнорировать, как напримкр, его старое заклинание [Свеча Смерти] больше не поможет в опасных боях, и ключевые сильные стороны Виктора.

Но самое главное, изучив его статистику, Перки и снаряжение, они поняли, что Визирь всегда наносил критические удары своей косой. — Подожди, — нахмурилась Киа. — У тебя есть Перк, который позволяет тебе использовать твою [Косу] как волшебную палочку?

— Да, это был один из самых ранних, которые я получил от [Жнеца].

— Тогда твои шансы крита должны перейти к заклинаниям, которые ты кастуешь. — поняла Киа.

— Ты можешь критовать заклинаниями?

— Некоторыми наступательными, да. Ты никогда этого не замечал?

Виктор покачал головой. Он почти полностью сосредоточился на баффах и заклинаниях призыва и редко использовал прямой дамаг. — Почему Десджестер мне об этом не сказал?

Киа скорчила гримасу при напоминании, что они избраны противоположными божествами, но осталась профессионалом. — Десджестер был наемным убийцей. Он убивал по старинке, используя иллюзии, чтобы дезориентировать своих врагов, прежде чем нанести смертельный удар.

— И он никогда не рассматривал эту возможность.

— К сожалению, твоя лучшая комбинация Перков, [Мрачная Жатва Харона] и [Повелитель Кошмаров], будет нацелена на все, что не является тобой, нежитью или призывом, неуязвимых к их эффектам. Если бы ты был безжалостным темным лордом, возглавляющим орды нежити, тебе было бы очень трудно сражаться.

— Так ты предлагаешь мне вместо этого сосредоточиться на атакующих заклинаниях, которые могут критовать, когда я сражаюсь с союзниками?

— Да. — Она с улыбкой кивнула. — Наряду с баффом себя такими трюками, как [Спешка], особенно с твоим статусом Мастерства. В то время, как большинство твоих физических характеристик для твоего уровня являются средними или посредственными, твое Мастерство зашкаливает. Если тебя достаточно улучшить, ночью тебя невозможно будет ударить.

— "Критомаг Доджетанк", — задумчиво произнес Виктор.

— Тебе также нужно купить новую броню, — предупредила Киа. — В тебя трудно попасть, но ты хлюпик. Нам также нужно будет потренировать твои рефлексы.

Почему это звучит так, будто она использует его в качестве мишени для стрельбы?

Проверка навыка прошла успешно.

Виктор замер, заметив что-то краем глаза. Он повернулся лицом к морю виски, заметив летящих прямо на них стаю птиц.

Нет.

Только не птицы.

Киа схватилась за меч, а Виктор поднял косу, и Дронтолев издал пронзительный вопль.

— Наша сестра, — одна из Валькирий Вотана указала клинком на Виктора, а остальные в это время образовали вокруг группы летающий круг, — Верни ее.

С одной стороны - стая из двадцати вооруженных до зубов Валькирий.

С другой стороны - два Эпического уровня авантюриста и свирепый дронт.

Да, нечестный бой. Бедные дамы и понятия не имели, насколько они их превосходили.

Виктор осмотрел стадо и понял, что многие из них уже были убиты на острове. И все же каким-то образом они прямо перед ним выстроились в боевой порядок. — Ты можешь оживлять своих, — предположил Визирь. — Так ты узнала, что я захватил ее душу.

— Мы, Валькирии, можем собрать достойных воинов, которые пожелают вечно сражаться в чертогах Лорда Вотана. Это наша способность как [Эйнхерий]. — Новый предводитель стаи, черноволосая девушка с копьем света в руках, высадилась на берег прямо перед Визирем. Она направила оружие ему в голову. — Но ты поймал Сигрун в ловушку, и мы не можем вернуть ее. Немедленно отпусти ее.

— Я не все понимаю, но на угрозах далеко не уйдешь. — Киа подняла меч, окружив его светом.

— Тебя это не касается, человек, — ответила Валькирия, совершенно забыв об истинной личности [Паладина]. — Мы с тобой не ссорились.

На Киа это не произвело впечатления, как и на Виктора. Поскольку поблизости находились Горыныч и Вайнкер, их группа имела преимущество. Даже Дронтолев, тихий и безмятежный, спокойно взирал на стадо.

И все же Визирь, если бы мог, предпочел бы избежать драки. — Я думаю, нам всем нужно успокоиться.

— Освободи нашу сестру, и мы отправимся в путь, — настаивала предводительница Валькирий. — но, если понадобится, мы вернем ее силой.

— Подожди, — подхватил Виктор. — Ты готова мирно договориться о ее освобождении?

Воительницы обменялись взглядами, а их предводительница нахмурилась. — Ты вернешь ее без боя? Почему? — Идея мирного обсуждения казалась ей почти чуждой. Очевидно, она потребовала это только из вежливости.

— Не знаю, потому что угрозы и насилие - это не ответ на все вопросы.

Проверка харизмы прошла успешно!

— Так чего же ты хочешь, драконий раб?

— Я знаю, что твой хозяин еще жив, — сказал Виктор. От Акхенапепа он узнал, что всякое скрытое зло рано или поздно ускользнет, как бы крепко оно ни было запечатано. — Я хочу, чтобы он перестал преследовать нас. Отговори его от этого.

— Невозможно, — покачала головой женщина. — Лорд Вотан поклялся королеве фейри, что принесет ей голову дракона.

— Однажды данное слово он никогда не нарушает, — добавила тень Сигрун с гордостью, которую видел только Виктор. — Не то что вы, хитрые смертные.

Благородный фейри? Хорошо, Визирь с этим справится. — Какова была точная формулировка?

— Принеси мне голову Вайнкера Рыцареубийцы, и я дам тебе душу, которую ты жаждешь.

Как он и предполагал, он нашел в этом вопиющую лазейку. — Тогда вот мои условия, — сказал Виктор. — Я отпущу душу на трех условиях. Во-первых, вы, как можно лучше, ответите на все наши вопросы. Во-вторых, после того, как мы закончим, вы спокойно покинете этот остров. И в-третьих, если и когда Вотан снова придет за нами, я хочу, чтобы ты убедила его сначала вести переговоры, а не нападать сразу. Если после этого он затеет драку с Вайнкером, это будут его похороны, но я хочу, чтобы он сел и вел переговоры с нами в течение десяти минут.

Проверка харизмы...

Удачно!

Предводительница Валькирий обдумала его предложение, а затем ответила. — Я не могу обещать, что мой господин послушает меня, но в остальном... даю слово. Мы ответим на ваши вопросы, покинем это место, никому не причинив вреда, и передадим ваше послание Лорду Вотану. Если ты отпустишь нашу сестру.

Наконец, злодей со здравым смыслом.

— Ты уверен в этом, Вик? — Прошептала ему Киа, достаточно тихо, чтобы фейри-рабы их не услышали. [Паладин] совсем не расслабилась, ее клинок был твердо направлен на стадо. — Мы можем взять их. Если ты освободишь эту душу и отпустишь их, это будет означать проблемы позже.

— Возможно, но у нас не так уж много возможностей узнать об операциях фоморов, — ответил Визирь. — Я говорю, что это стоит риска.

— Прекратите перешептываться и задавайте свои вопросы, — приказала предводительница Валькирий. — У меня нет желания оставаться на этом острове дольше, чем это необходимо.

Все верно. — Как тебя зовут? — Спросил Виктор их вожака.

— Брюнхильда.

— Брюнхильда, кто та королева фейри, которая послала за нами твоего господина? — Он уже подозревал ответ, но хотел получить подтверждение и посмотреть, не лгут ли ему дамы.

— Мы знаем ее, как Мелл Oдиуз, — Брюнхильда не соврала. Очевидно, будучи верными своему хозяину, Валькирии не заботились о других фоморах. — Она выглядит как вы, люди, но совсем другая. Она - жестокое животное огромной силы, и многие лорды фейри короновали ее, как королеву.

— Фоморы избирают общего лидера только во время войны, — заметила Киа. — Они слишком горды, чтобы подчиняться высшей власти. Что вы подразумеваете под многими?

— Многие лорды фейри Прайдена и Мистраля преклонили колена, кроме нашего собственного лорда, Бабы Яги, и одиночек вроде Джека О'Лантерна. Она послала эмиссаров по всему миру - на север, запад, восток и юг, к невидимым, екаи и ракшасам, предлагая в обмен на лояльность власть.

— И с какой целью? — Мрачно спросил Виктор.

Вся стая Валькирий посмотрела на него, как будто он был идиотом, такое спрашивать. — Чтобы уничтожить смертных.

Он попал в точку.

— Но Лорд Вотан сказал "нет”, — призналась Брюнхильда.

Виктор нахмурился.— Он отказался?

— Нет чести в убийстве существ, которые не могут убить тебя в ответ, — ответила она с большой гордостью. — Истинная ценность воина определяется храбростью его врагов.

— Лорд Вотан сосуществует с жителями ваших Зимних Королевств, — добавила другая воительница. — Пока они его не трогают и не вмешиваются в его охоту на драконов, он тоже их не беспокоит.

— Ты не убедишь меня, что фомор может заботиться о людях, — выплюнула Киа.

— Лорду Вотану все равно, — призналась Брюнхильда. — Но ему не доставляет удовольствия убивать таких, как ты. Он ищет только крови драконов и других достойных врагов. И в то время, как его сородичи нападали на мирных жителей, чтобы получить уровни, он охотился на змей и драконов, чтобы подготовиться к битве с вами.

Ну, Виктор догадался, что, как и на Земле, не все психопаты были геноцидными серийными убийцами. — В вулкане я слышал, как он говорил о крестовом походе Балаура. Он сказал, что это была угроза его собственной расе.

— Так оно и было, — кивнула Брюнгильда, и Киа напряглась. — Лорд Вотан считал эту войну бессмысленной, и время доказало его правоту. Фоморов было мало, а теперь их стало еще меньше. В отличие от вас, смертных, они не могут легко пополнять свои ряды. Поскольку он не преклонял колена и не служил в ее войсках, королева фейри попросила его поохотиться на твоего повелителя дракона ради ее дара.

— Итак, следуя тому, что ты говоришь, — сказала Киа. — Эта Одиуз может каким-то образом дать фоморам души, а, значит, и доступ к системе, в обмен на их службу. Как она это делает?

— Мэг Мелл, отец Одиуз, использовал кровь и кости драконов, чтобы создать новый герб: Герб Души. Он наделил нашего Лорда собственной душой.

Кости и кровь? — Похищенные драконы! — Киа сразу догадалась об очевидной причине.

— Грандрейк сказал Вайнкеру, что старая драконья магия может создавать души, — проворчал Виктор, проводя рукой по волосам. — Черт возьми, Мэг Мелл, должно быть, как-то это перестроил.

—Я не знакома с этим термином, — призналась Валькирия. — И я не знаю, как это работает. Я оставляю магию колдунам.

— А сколько у Одиуз Гербов Души? — Спросил Виктор.

— Один. Но в отличие от гербов вашей Системы, он может наделить силой столько воинов, сколько потребуется.

Виктор не знал, что с этим делать. С одной стороны, опора на один артефакт означала, что его уничтожение может подорвать военные усилия фейри. С другой стороны, за короткий промежуток времени этот предмет мог бы разумно предоставить всей расе фоморов доступ к Системе. — Где этот герб?

— Не знаю, — ответила Валькирия. — Я видела его только однажды в каменном круге в Прайдейне, во время церемонии наделения душой нашего лорда.

— Мэг Мелл, наверное, все время держит его под рукой, — предположила Киа. — В прошлом, слишком много его экспериментов дали обратный эффект, чтобы теперь упустить этот артефакт из виду.

— Ты знаешь, что задумала Одиуз? — выуживал Виктор информацию.

— Она сказала, что, в ночь, когда магия фейри достигнет своего апогея, призовет на Самейн "стрелы света". Стрелы, которые металлические люди выпустят из больших луков, чтобы сжечь дотла всех врагов форморов. Лорд Вотан отмахнулся от нее, так что подробностей я не знаю.

Так предсказывало пророчество слизи. По всей вероятности, Виктор нашел, что "Злобный" он должен помочь Вайнкеру победить. — А что они будут делать, когда получат эти стрелы? — спросил Визирь. — Нападут на Гардмейн?

— Не на Гардмейн, — сказала Брюнхильда, глядя прямо в глаза Визирю.

…

БИИП.

“Ты первым объявил войну.”

— А где Одиуз? — Спросила Киа и нахмурилась, когда слуги Вотана не смогли найти ответа. — Мэг Мелл?

— Вероятно, в Прайдене, — уклончиво ответила Брюнхильда.

— Вы можете дать нам какую-нибудь зацепку?

— Мы знаем местонахождение их родни, дудочника Мелл Лина. Королева фейри назначила его ответственным за место, где фоморы могли быстро набирать уровни, рядом с тем, что вы называете Нефритовой Империей. Кажется, конюшни.

— [Ферма Экспы], Брюнхильда, — сказала другая Валькирия. — Так оно называлось.

От этого названия у Виктора по спине пробежал холодок. — Что ты знаешь об этом месте?

— Только то, что Лорд Вотан не хотел иметь к этому никакого отношения.

— Этот Мелл Лин, вероятно, тот самый дудочник, который помогал, а потом оставил Ночных Клинков умирать, — сказала Киа. Они попросили рассказать подробнее, но Валькирии мало что знали. Как оказалось, нападение Вотана на Вайнкера было однократным.

И поскольку этот гордый повелитель молний никогда не клялся в верности, Одиуз не пускала его в свои планы. Валькирии ничего не знали ни об обороне Прайдена, ни о силах королевы фейри, ни даже о том, на что способна Одиуз.

— У тебя есть еще вопросы, смертный? — спросила Брюнхильда, ее нетерпение росло вместе с допросом. Виктор обменялся взглядом с Киа, таким же встревоженным, как и его, но они понятия не имели, о чем еще спросить. Валькирии уже дали группе много поводов для размышлений.

— Мы сдержали свое слово, — Валькирии направили оружие на дуэт, — теперь твоя очередь.

Часть Визиря, та, что ходила в Схоломанс и регулярно имела дело с дьяволами, не считала себя обязанной соблюдать соглашение с группой, которая пыталась его убить. Теперь, когда они знали достаточно, он и Киа, вероятно, могли бы убить это стадо сейчас, чтобы не сражаться с ними позже.

С другой стороны... ему еще кое-что пришло на ум, и если бы был хоть один шанс провернуть это дело…

— Ну, Сигрун, я бы сказал, что нам было весело, — сказал Визирь душе в своей косе, — но это было бы ложью.

— Я надеюсь, что Одиуз тебя убьет, — ответила призрачная Валькирия, совершенно не раскаиваясь. Она заставила Виктора скучать по Фурибону еще больше, чем он уже успел.

— Как мило, но она уже это сделала.

Используя выученные в Схоломансе приемы, Виктор отпустил ее душу на свободу, и призрачная тень в виде крошечного пятнышка света вырвалась из своей тюрьмы. Брюнхильда тут же поймала его свободной рукой, молча оценивая [Жнеца]. — Удивлена? — спросил он ее.

— Немного, — ответила Брюнхильда, крепко сжимая в кулаке душу сестры. — Но в следующий раз мы встретимся не как друзья.

— Нам действительно пора уходить, Брюнхильда? — спросила одна из девиц у своего капитана, подумав, не вернуться ли к своим словам так же, как это хотел сделать Виктор. — Он и его товарищи способны убить нас навсегда.

— Насчет того, чтобы "оставить" часть нашей сделки, у меня есть способ заставить тебя ее придерживаться... — Виктор откашлялся, а затем закричал. — Горыныч!

— Да, господин! — Змей тут же бросился на берег, лошадь Нуарсер изо всех сил старалась не упасть с его спины; дождь начался сразу же, как только он появился, к большому огорчению Киа, заслонив солнце.

Трехглавый дракон заметил Валькирий, его хвост мгновенно поднялся вверх, как у собаки, заметившей кролика.

Виктор указал пальцем на перепуганных девушек-воинов. — ПРИНЦЕССЫ!

Столкнувшись с трехголовым драконом, несущимся в их сторону и разбрасывающим повсюду песок, даже бесстрашные Валькирии отступили. — Отступаем! — Брюнхильда бежала, и ее товарищи бежали, а Горыныч распахнул крылья, чтобы их преследовать, и в спешке сбросил Нуарсера со спины. — Отступаем!

Поздравляю! За успешный ненасильственный обмен с фоморскими рабами и усвоение ценной информации вы заработали +2 очка Харизмы.

— Итак? — Спросил Виктор, глядя, как его конь гонится за Валькириями через море виски.

— Плохо, — ответила [Паладин]. — Это действительно плохо. Самейн - это Хэллоуин, так что у нас есть... ага, два месяца до нападения фоморов на Мурмурин?

— Если только мы не поймаем Одиуз и не задушим этот новый Век Войны в колыбели, — сказал Виктор, и Киа бросила на него странный взгляд, — Извини, слишком много времени мы провели среди демонов.

— С чего нам начать? Мы не знаем, где она или Мэг Мелл будут находиться за пределами Прайдена. Что касается этой [Фермы Экспы], мы могли бы потратить годы на изучение континента Серика, и не обнаружить ее.

— Брюнхильда упомянула екай.

Киа обдумала его слова, а затем положила руку на лицо. — Ненавижу Японию.

Спасая дронтов от вымирания ради будущего урожая, Вайнкер повел свою летающую стаю на запад, к континенту Серика. Его человечек глава персонала настоял на том, чтобы сделать остановку в Империи Тейкоку, на острове, расположенном недалеко от ее берегов.

По какой-то причине он и Рыцарь Киа в своих дискуссиях часто называли его "Япония".

Вайнкер ожидал теплого приема, как и подобало его положению.

Но вместо этого он обнаружил, что берега острова замурованы, покрыты пушками, а ближайший портовый город охвачен огнем. Летающие корабли, похожие на корабли Таотенов, разбились о похожие на пагоды дома, столбы дыма затмили небо, и дракон из-за шума пушечных выстрелов едва мог слышать свои собственные мысли.

Вайнкер кружил в небе, наблюдая, как внизу люди сражаются с армией гоблинов, орков, зверолюдей и рогатых огров. Все они были вооружены аркебузами, мечами и копьями и с яростью атаковали противника.

И все же при виде настоящего дракона обе стороны в страхе застыли.

— Годзилла! — Местные жители показывали пальцами на Вайнкера, благоговея перед Его Величеством. — Годзилла!

— ГОДЗИЛЛА!

Вайнкер испустил могучий рев и вздох пламени в небо, чтобы донести мысль. Затем он приземлился посреди улицы, давя ногами дома.

Конечно, зануда Змей пытался ему подражать - одна его голова плевалась кислотой, другая огнем, а последняя холодом. Вместо того, чтобы пресмыкаться перед красотой Вайнкера, местные жители в ужасе вопили, увидев подделку. — Кинг Гидора! КИНГ ГИДОРА!

— Ты их пугаешь, змей! — Вайнкер ударил коня своего миньона, и тот, опустив головы от стыда, робко приземлился. — Отвернись, ты никому не нравишься!

— Ваше Величество, пожалуйста, прекратите издеваться над моим змеем! — Пожаловался Человечек Виктор.

— Горыныч извиняется, — извинился змей, отступая в угол. Дождь, который инбредное существо вызывало всюду, куда бы он ни пошел, начал тушить пожары. — Не летающие принцессы делают Горыныча грустным...

Увидев, что змей Вайнкеру подчиняется, местные жители успокоились, особенно когда заметили, что Человечек Виктор гладит это существо. Рыцарь Киа присоединился к нему, но почти никто не обращал внимания ни на нее, ни на ее глупого грифона.

— Человечек Виктор, объяви этим крестьянам о моем присутствии, - приказал Вайнкер своему герольду, когда тот слез с коня, а Рыцарь Киа ему подражала.

Визирь шагнул навстречу испуганным местным жителям, даже когда они направили на него свое оружие. Вкусный Малфи, наконец-то, доставил Визирю новую броню, которая была лучше предыдущей, главным образом потому, что использовала любимые золотые и малиновые цвета Вайнкера наряду с этим мягким черным. Доспехи были тоньше, чем предыдущие, и были смесью пластины, кольчуги и малиновой одежды, покрытой нечестивыми символами. Шипы на шлеме образовывали корону.

Это зрелище напомнило Вайнкеру о его потере, и дракон пообещал себе без новой короны не покидать эту землю.

— Граждане Тейкоку! Я - Виктор Далтон, Великий Визирь Империи V&V, Ишфании, и Албенских Гор! Его Величество, великий дракон Вайнкер Златобородый Рыцареубийца, император Пиратского Моря, Освободитель Миньонов, Конкистадор ЭльГолдорадо и Спаситель Расы Дронтов, прибыл с миром!

Местные жители обменялись встревоженными, растерянными взглядами и ответили на странном языке, которого Вайнкер не понимал.

— Японцы, — сказал Визирь.

— Я наложу переводящее заклинание, — объявила Рыцарь Киа.

— Подожди! — Человечек Виктор остановил ее. — Могу я ... могу я поговорить с ними без автоматического перевода? Только один раз.

— Ты говоришь по-японски, Вик? — спросила [Паладин], сомневаясь в его главе персонала.

— О нет, вовсе нет, но... — Визирь казался смущенным. — Но ... но, когда я жила на Земле... было кое-что, что я всегда хотел сделать, если когда-нибудь поеду в Японию.

Глава персонала подошел к толпе, мгновенно завладев ее вниманием. Он вдохнул, собрался с духом и заговорил:

— Кэйкаку дохри!

Местные жители, казалось, и понимали эти слова, и совершенно не понимали их смысла. Слегка обеспокоенный, Визирь попытался снова произнести длинную фразу, направив на них косу.

— Омаэ ва му шиндейру!

Многие с криками бросились прочь, а Рыцарь Киа с досадой закрыла лицо ладонью; Человечек Виктор злорадно засмеялся, испытывая странное блаженство.

По крайней мере, до тех пор, пока ему не бросили вызов.

— Ара Ара…

Только один орк осмелился противостоять Визирю. Хрупкий и худощавый для своего зеленокожего вида, он носил нелепую куртку и рубашку с плохо нарисованным символом планеты. Он не носил никакого оружия, да оно ему и не было нужно.

— О, ты приближаешься ко мне? — Спросил Виктор на общем, когда существо уверенно направилось прямо к нему.

— Я не могу выбить из тебя все дерьмо, не подойдя ближе, — ответил орк на том же языке.

— Он может говорить на обычном языке? — Киа чуть было не сделала шаг вперед, но Вайнкер ее остановил.

— Не прерывай ритуал, — приказал дракон, когда его глава персонала и орк приблизились друг к другу. — Ты можешь все испортить.

Вскоре и его глава персонала, и орк оказались лицом к лицу на расстоянии всего нескольких дюймов.

— Хорошо, я признаю, что у меня была короткая фаза, когда я был подростком, — внезапно сказал Виктор. — Есть часть меня, которая мне не нужна, и которую я ненавижу всякий раз, когда вижу этот Эзотерический Орден Исекая. Я просто хотел избавиться от этого чувства, похоронить его.

— Тогда тебе нужно принять эту часть себя, а затем ты сможешь ее отпустить, — с гордостью заявил орк. — Мадкип является Май Вайфу.

— Это нормально - быть гаром для Арчера? — ответил Человечек Виктор, Вайнкер не мог понять смысл странных слов.

— Глупый сексуальный Локон, — ответил орк.

— Не надо... — сказал смущенный Визирь, затем собрал все свое мужество и нанес ответный удар. —Не верь в себя! Верь в меня, который верит в тебя!

— Вы настоящий культурный человек и заслуживаете моего уважения. Теперь вы чувствуете себя счастливее?

— Да, — сказал Человечек Виктор. — Я думаю, что, наконец-то, смогу положить конец этой детской фазе.

— Это нормально - двигаться дальше, но ничего постыдного в этом не было. — Глава персонала по-мужски пожал орку руку. — Иди, и больше не надо виабу. Вы рождаетесь заново, новым человеком.

— Я не понимаю того, что вижу, — сказала Рыцарь Киа.

— Потому что тебе недостает необходимой гениальности, — ответил Вайнкер, поскольку у нее, вероятно, был только квадратный корень из девяти в интеллекте. Судя по тому, что понял дракон, они принадлежали к одному и тому же древнему тайному братству, и Человечек Виктор официально покинул его посредством примитивного ритуала.

Поскольку орк сражался на стороне гоблиноидов, люди приняли его дружелюбие за союз и поступили разумно: разбежались во все стороны, преследуемые врагами.

— Ты предводитель этого сброда? — Спросил Вайнкер орка и взглянул на его пеструю армию.

— О нет, я всего лишь герольд. — Зеленокожий рявкнул приказ гоблинам, и те бросились прочь, — Я вызову босса. Мы все равно выиграли эту битву, и то, что с нами был приятель-дракон, вероятно, помогло еще больше.

Вайнкеру не пришлось долго ждать, появился предводитель сброда, сопровождаемый отрядом телохранителей-огров в доспехах.

К его большому удивлению, предводитель оказался не орком и не великаном, а крошечной женщиной-гоблином, одетой в изящные золотые доспехи и странное оружие - наполовину пистолет, наполовину меч. За ней следовал пожилой гоблин в красном плаще и с железными зубами, который при виде Вайнкера сразу же спрятался за спиной огра.

— Вик? — спросила предводитель гоблинов, узнав Визиря.

— Гоблина?

— Вик! Гоблинша тут же бросилась обнимать главу персонала Вайнкера. — Рада тебя видеть! Ты променял свою лошадь на змея? Здорово!

— Я сохранил и то, и другое, — ответил Визирь, щелчком пальцев призывая своего кошмарного коня. — Хотя она все еще, как всегда, капризничает.

— Самое время меня пометить, — проворчал конь.

— Вик, ты знаешь этого гоблина? — Обеспокоенно спросила Киа.

— Да, мы вместе ходили в школу! Мы были соперниками во всем! — Человечек Виктор свистнул в сторону армии гоблинов. — И теперь у тебя есть своя армия!

— Сначала я хотела доминировать на континенте, но потом вспомнила уроки курса [Завоевание Мира]. — Гоблина выпятила грудь. — Не завоевывай сначала территории, не имеющие выхода к морю, иначе героические народы вторгнутся в тебя! Начни с изолированных островов! Через неделю я собрала армию и вторглась на эти берега.

— Так ты собираешься захватить власть с ордой монстров?

— О нет, нет, я сделаю это, как Визирь. Марш на столицу, захват императора "для его же собственной защиты" — и моей легитимности — а затем объявлю себя сегуном-регентом. Я буду править от его имени с помощью военной силы, приписывая себе заслуги во всем, что идет хорошо, и обвиняя императора в том, что идет плохо.

— Ты была самой многообещающей из всех нас, — сказал Человечек Виктор со слезой гордости в глазах.

— Вик, ты всегда побеждал меня в магии, но кто выигрывал на занятиях по завоеванию мира? А? — Гоблинша потрясла своим крошечным кулачком. — Мой друг, присоединяйся ко мне. Вместе мы сможем навести порядок в этой беззаконной стране. С твоей магией и моей армией нас не остановить! Я дам тебе богатство и весь императорский гарем!

— Это...

— Никакого браконьерства с моим главой персонала! — защищал Вайнкер свою собственность.

— Тогда стань моим союзником! — Предложила гоблин, говоря, как маленький дракон. — Помоги мне завоевать эти земли, как один властелин другому! Однажды наш кровавый союз будет править миром!

Вайнкер почти не обращал на нее внимания, его внимание было приковано к кому-то другому.

Его глаза остановились на старшем гоблине, пытавшемся спрятаться от него за столь же испуганным рогатым красным огром. — Мы уже встречались? — Спросил Вайнкер, но тварь была слишком застенчива, чтобы ответить. Он казался знакомым.

— Это - мой папа и советник, — сказала Гоблина. — Он служил такому дракону, как вы!

Старый гоблин в плаще при этих словах стал невероятно смущенным. Каким-то образом Вайнкеру стало ясно, что он его где-то видел. Он пах знакомо, но все гоблины выглядели одинаково...

Проверка навыков…

Провал!

— Что? Пересмотри свое неверное суждение! — настаивал Вайнкер, но экран его не слушался.

— Мне очень жаль, но у Вайнкера в прошлом был ужасный опыт общения с гоблинами, — сказал Гоблине Человечек Виктор.

— Клянусь, в один прекрасный день я выслежу бросивших меня во сне трусов и съем их всех, — ответил Вайнкер, а старый гоблин обмочился, как будто это касалось его лично. — Теперь об этом предложении союза…

— Это очень интересно, но у нас есть своя война, — поспешно сказала всегда занудная Киа.

— Да, мы полагаем, что наши враги начали вербовать местных фейри, — сказал Гоблине Человечек Виктор. — Мы пришли, чтобы разобраться.

— Фейри? — Гоблинша захихикала, а потом щелкнула пальцами. — Вик, не волнуйся, мы все предусмотрели.

Группа орков со знакомой бутылкой приблизилась, показывая ее группе Вайнкера.

— Это бутылка Мота? — спросил дракон, выпуская дым из ноздрей, когда узнал проклятый предмет.

— Когда Вик мне об этом рассказал, у меня появилась идея! — Объявила гоблинша, постучав по бутылке. — Я велела своим магам воспроизвести такие бутылки, и мы начали использовать захваченных фейри для обеспечения энергией вместо силовых камней.

— Вы держите замученных фейри в качестве силовых батарей? — Спросил Человечек Виктор, весьма впечатленный.

— Мы их не "мучаем". Мы просто избиваем их до полусмерти, потом ловим и иногда заставляем драться. Я не могу позволить фейри нарушить мое справедливое и доброжелательное железное правило. Два правителя не могут... — гоблинша быстро спохватилась, почувствовав, что взгляд Вайнкера стал острее, опасаясь, что она может произнести проклятое слово, — брать дань с одного и того же крестьянина.

— Я вижу, что кое-кто обратил внимание на [Крестьянскую Математику], — сказал Человечек Виктор. — Не могла бы ты дать нам несколько таких бутылок?

— Конечно. Если ты поможешь мне завоевать остров. Тебе не придется задерживаться надолго, с тобой и твоим повелителем драконом на нашей стороне, эта война почти выиграна. Просто сожгите несколько замков, поднимите мертвых и помогите мне с армией демонов вторгнуться в столицу.

— Мы могли бы это сделать. — Визирь повернулся к своему господину. — Я имею в виду, мы уже делали это однажды с Порт-Вайнкером.

— Вы всерьез подумываете о том, чтобы помочь повелителю гоблинов захватить власть над цивилизованной нацией, — неодобрительно заметила Киа, глядя на главу персонала Вайнкера.

— Паладин? — голосом, полным презрения, спросила Виктора Гоблина.

— Она очень милая, когда узнаешь ее поближе.

— Не думаю, что именно это имел в виду Десджестер, когда сказал: "К черту закон и паладинов тоже.’”

— Вы не можете помочь захватить власть армии гоблиноидов! — убеждала Киа Вайнкера. — Это бесчеловечно!

— Но вполне по-драконьи, — возразил Вайнкер.

— Насколько нам известно, они поработят и уничтожат всех людей с острова! — умоляла за свой род [Паладин].

— Это правда? — спросил Вайнкер у гоблинши. — Рабы - это оскорбление для миньонства.

— Я ручаюсь за честь Гоблины, — сказал Человечек Виктор. — Она никого не порабощает. Она будет призывать в качестве своих миньонов в равной степени все виды.

— Как я? — Спросил Вайнкер, довольный тем, что вдохновил подражателей.

— Да, но она будет более суровой.

— У меня есть мечта, — заговорила победитель гоблинов. — Объединить под моим правлением все народы мира. Мир, где у гоблинов тоже могут быть свои миньоны!

— Пока ты уважаешь драконий кодекс деонтологии миньонов, я не вижу в этом ничего плохого, — заявил Ванкер.

— Я модернизирую эту страну, — сказала повелитель гоблинов, заложив руки за спину в сильной позе. — Мы построим заводы, будем обучать массы в дружественной правительству манере и предоставим всем рабочие места, чтобы моя военная машина могла оставаться полностью функциональной.

— Да, она просто собирается сделать то, что уже и так делает местный император, но лучше! — спорил Виктор с Киа.

— У нас нет времени, и, помогая ей, мы разрушим репутацию вашего народа как цивилизованную, — сказала Рыцарь, исчерпав аргументы для дракона. — Как вы думаете, что ответит Гардмейн, когда узнает, что нация монстров помогла другой свергнуть империю?

— Но если мы заключим союз, то сможем получить ее помощь против фоморов. Верно, Гоблина? — Спросил Виктор повелителя гоблинов, и она яростно закивала.

— У вас у обеих хорошие аргументы, но вы забыли один ключевой элемент, — решил Вайнкер. Он один помнил о первоначальной причине этого кругосветного путешествия и о том, почему он вообще начал искать приключений. — Гоблин, у меня только один вопрос.

Он поднял руку и щелкнул двумя когтями.

— Сколько?

Военачальник гоблинов попросила ручку и свиток, записала число и показала его дракону.

Через три дня они захватили всю страну.

За корону и гору монет.

— Это унижение! — Взревел Вайнкер с вершины горы монет. — Я подам жалобу!

После завоевания Оногоро, столицы Империи Тейкоку, гоблин Гоблина предоставила Вайнкеру помещение в дворцовом лежбище. Когда-то здесь приветствовали гигантских птиц, но сейчас это было единственное место, способное вместить дракона. Расположившись на высокой пагоде, группа могла наблюдать отсюда за всем городом.

— В чем дело? — Гоблина была в необычайно хорошем настроении, потягивая рядом с Человечком Виктором бокал красного вина. — Мы победили! Империя Тейкоку - моя!

— Да, и Ваше Величество даже корону из этого достали, — Визирь ткнул пальцем в новую [Корону Завоевателя] Вайнкера, черный круг, окруженный рубинами и с металлическими рогами. Она была гораздо более устрашающей, чем предыдущая, и более мощная; обеспечивая +6 к Харизме, Удаче и Мастерству, наряду с иммунитетом к [Террору].

Вайнкер счел эту часть излишней, он пожаловался на что-то другое.

— Миньон, мы покорили всю эту страну за три дня, а я не поднял уровень! — Богатство, которое они заработали, и его ежемесячное жалованье смягчили его гнев, но не намного. — А этот змей поднял!

— Ну, да, он был очень низкого уровня, так что было логично, что он получит несколько, — ответил Человечек Виктор. — Мы оба [Эпического] уровня. Это завоевание стоило больших усилий, а мы с Вашим Величеством только помогали.

— Помогали? Мы сожгли все крепости между гоблином и этой глупой столицей людей! — Вайнкер наделил призванные армии Человечка Виктора своими Перками, такими как [Великий Понтифик] и [Мастер Безмолвия], а затем со змеем начал воздушные бомбардировки. Люди предприняли героические усилия, но ничего такого, что могло бы соперничать с драконом.

— Ваше Величество, не все солдаты в конфликте получают уровни, когда их армия выиграла недолгую войну. Хотя я и задумываюсь, что это значит, когда завоевание страны становится банальным…

— Вик, у тебя сколько уровней, семьдесят? — спросила гоблин.

— Шестьдесят девять. — Гоблина посмотрела на главу персонала странным взглядом, которого Вайнкер не понял. — Не смей этого делать.

— С вашим уровнем, вам нужны легендарные подвиги, чтобы получить новый уровень, — ответила гоблин. — Ничего, кроме завоевания мира, не поможет.

— Я уже владею им по праву драконьего бедствия, но никогда не настаивал на своих правах, — сказал Вайнкер, подумав. — Миньон-

— Я предлагаю начать с Прайдена, а затем посмотрим, нужно ли нам идти дальше, — поспешно ответил Человечек Виктор, увязший в мелких административных деталях. — В первую очередь, мы должны сосредоточиться на этом.

Вайнкер заворчал, прежде чем увидел в этом мудрость. — О да, они, вероятно, стоят больше опыта и добычи, — напомнил себе дракон о том, что действительно имело значение. Его ставка с ледяным Клыком была еще в силе, и ему нужно было как можно скорее накопить больший клад. Особенно после того, как безвременная смерть Невкусной Эллисон истощила его активы. — С чего мы начнем?

— Здешних фейри зовут Ёкай, — объяснил Человечек Виктор. — Они дальние родственники фоморов, как Азиатские драконы Вашему Величеству. Если Одиуз действительно набирает силы, она, вероятно, начнет с них.

Азиат? Это что, какая-то еда?

— Большинство выживших фейри устраивали себе логово в горах, в центре острова. — Гоблина ткнула пальцем за пределы лежбища, Вайнкер тут же выглянул. — Гора Ягами.

Действительно, он уже заметил огромную скалу, почти такую же высокую, как Альбенские горы, еще когда бушевал в сельской местности. Большую часть вершины покрывал снег, рядом с вишневыми деревьями, а саму вершину окружал странный, похожий на радугу, свет. Это напомнило Вайнкеру корону из сияния.

Дракон был слишком хорош, чтобы задаться вопросом почему, поэтому он взглянул на своего Визиря. — Почему там так блестит? — Спросил у Гоблины Человечек Виктор. Теперь он мог читать мысли своего хозяина, не обмениваясь ни единым словом.

— Гора Ягами - это величайшее в мире месторождение энергетических камней, и в нем сосредоточено множество элементальных напряжений. Эта штука, как магнит, притягивает монстров и фейри, делая гору исключительно опасной.

— Силовые камни, — повторил Вайнкер. — Нешлифованные камни, которые Человечек Король Роланд хотел получить для себя?

— Это камни, пропитанные стихийной магией, — объяснил своему хозяину Человечек Виктор. — Гномы использовали их, чтобы привести в действие нашу ракету для полета на Луну.

— Ракета? — Гоблинша подскочила на месте. — На Луну? Ты никогда мне не говорил! Как же так?!

— Миньон, ты не должен упоминать об этом прискорбном инциденте в присутствии иностранных сановников! — Прервал его Вайнкер, прежде чем гоблинам пришла в голову мысль туда отправиться. — Планета Луна не может поддерживать жизнь драконов!

— Но я хочу знать! Это правда, что вы можете самостоятельно летать на Луну?

— Гоблин, ты и представить себе не можешь, какие ужасы там гнездятся, — ответил Вайнкер, которого внезапно захлестнули ужасные воспоминания о пережитом. — Там ... там было... повсюду... как яд…

Гоблин посмотрела на Визиря, но тот благоразумно промолчал. Честь империи была в безопасности. — Так или иначе, эта гора была следующей в моем плане завоевания, — сказала Гоблина, разочарованная отсутствием объяснений по поводу высадки на Луну. — Империя посылала авантюристов и солдат собирать камни силы для своих летающих кораблей, но местная фауна препятствовала длительной и широкомасштабной эксплуатации. Как только остров полностью успокоится, где-то, через несколько месяцев, я намерена навсегда очистить его от монстров.

— Мы не можем ждать так долго, — сказал Человечек Виктор.

— Согласен, мое пари с Ледяным Клыком должно состояться на Самайн, — сказал Вайнкер. — Мы уничтожим фейри этой горы, соберем все их сокровища и двинемся на запад.

— Если ты хочешь прибраться за меня, это замечательно! — Гоблина тут же по этому поводу подскочила. — Только скажи, и я дам тебе все, что нужно!

— Отличный выбор, — сказал Вайнкер, довольный тем, что ему заплатили за то, что он сделал бы бесплатно. — Я хочу, чтобы к моему [Пси-камню] были подобраны драгоценные камни, которые покроют мою чешую, трон и армию носильщиков, чтобы поднять меня на вершину. Я слишком важная персона, чтобы идти пешком, и я должен сохранить всю свою энергию для охоты на фейри.

— Ползание по горным подземельям должно мотивировать Киа помочь, — кивнул Человечек Виктор.

— А что она? — Раздраженно спросил Вайнкер. — Она ничего не сделала, чтобы помочь в завоевании! Она просто сидела и дулась!

— Я предлагаю тебе ее бросить, Вик, — сказала Гоблина. — Помнишь, наш учебный план Визиря? Попытка развратить [Паладина] чаще всего терпит неудачу. Не стоит так рисковать.

— Да, ты должен размножаться с более прекрасным фондом. — яростно закивал Вайнкер.

— Это же Ваше Величество пытались поставить нас на первое место! — озадаченно заметил Визирь.

— Это было до того, как она развратила мою племянницу. — Дракон содрогнулся. — Я признаю, что она - могущественный миньон, но ей нужно исправить свое недостойное поведение.

— Я уверен, что она с этим справится, — сказал Человечек Виктор, слишком полный надежд и невинный, чтобы отказаться от Рыцаря Киа.

— Кроме того, Вик, было бы здорово, если бы ты мог спасти от нее наш винный погреб.

Вайнкер отпустил своего главу персонала. — Миньон, я даю тебе два дня отдыха, пока не съем свою долю скота и не отдохну. А теперь, гоблин, об этом троне…

Поскольку у Виктора было свободное время, он решил сначала навестить Киа, а потом уже осматривать город. Зная ее, он сразу же направился в дворцовый бар.

Проходя по коридорам между стражниками и солдатами, Виктор подумал, что, хотя он и предпочитал старую броню, но в [Коже Молоха] он чувствовал себя более комфортно, тепло и легко. Он винил в этом увеличение силы, которое она обеспечивала, вместе с ее огневыми способностями. Из того, что он понял, доспехи были подарком от совета директоров Хэппилэнд, они были сформированы из трупа Архидемона Молоха и наделены рунами от всех корпоративных правителей.

При мысли об этом ему еще больше захотелось извиниться перед Миэль.

Наконец он добрался до места назначения - огромного бара в изысканном японском стиле. Оранжевые колонны поддерживали крышу над большим прилавком красного дерева, а красные фонари обеспечивали элегантное освещение; благородная статуя Сэн занимала середину комнаты, гораздо более лестная, чем сама богиня. Солдаты всех видов - люди, гоблины, зверолюди и рогатые они - собрались вокруг столов и диванов, чтобы хорошо провести время.

И, конечно же, Киа с недовольным видом стояла у стойки, держа на расстоянии вытянутой руки три бутылки различных алкогольных напитков. Виктор сразу же заметил что-то неладное.

Бутылки не были пусты, и она не выглядела пьяной.

Ладно, случилось что-то ужасное. Он тут же сел рядом с ней. — Киа, с тобой все в порядке?

— Конечно, нет, — проворчала она в ответ, свирепо глянув на Виктора.

Ах. — Ты все еще злишься?

— А почему бы и нет?! Я думала, ты хорошо влияешь на Вайнкера, а ты убедил его помочь этому гоблину!

— Но люди любят новое правительство! Они называют Вайнкера, Гоблину и меня Тремя Объединителями!

— Потому что вы разрушили страну, а потом собрали ее по кусочкам!

— Киа, Гоблина и я провели бок о бок семь лет, — защищал свой выбор Виктор. — Разве это не [Паладинский] способ помочь в беде истинному другу?

— Только не тогда, когда речь идет о завоевании страны! — запротестовала она. — И кстати, ты со всеми диктаторами мира на короткой ноге?

"Наверное", — подумал Виктор, но благоразумно оставил это себе. — Ты так говоришь, будто это плохо, — пошутил он.

Ее взгляд стал невыносимым. — Это серьезно, Вик. Я начинаю думать, что у нас могут быть... как бы это сказать... — Киа откашлялась, когда щуплый звероподобный бармен протянул ей бутылку сакэ. — Непримиримые различия в карме.

— Эй, я не злой, просто верный друг!

— Ты носишь демонические доспехи и вызываешь демонов на битву, что еще тебе нужно? — Киа взяла бутылку, отхлебнула из нее и выплюнула обратно. — И почему у каждого напитка здесь вкус соленой воды?!

— Что ты имеешь в виду? — Виктор нахмурился, рассматривая четыре бутылки. Они были похожи на алкоголь.

— Попробуй, — сказала она, подавая ему сакэ. Визирь проворчал, снимая шлем, бармен подал ему стакан.

Он возненавидел ее в ту же секунду, как это коснулось его языка. Это был не его напиток.

— На вкус, как сакэ, — сказал Виктор, попробовав его, и Киа тут же протянула ему бутылку пива. Он сделал глоток и нашел этот напиток удивительно вкусным. — Это... это...

Это было здорово!

Клянусь богами, этот аромат... эта идеальная смесь спелых фруктов и сахара, молока и меда. Это был вкус утраченного беззаботного детства, его первого поцелуя, его самых счастливых дней, слившихся в одно неповторимое ощущение.

Это было похоже на то, как пить само божество!

— Эй, бармен, что это? — Спросил Виктор, сразу же пристрастившись к этой дряни. Отказ от выпивки больше не звучал, как наказание.

— Пиво "Онигумо", Виктор-сама, — ответил бармен. — Мы доим гигантских пауков ради их сока, а затем перегоняем его со спиртом. Я рад, что вам это нравится.

— Все, что я пью, на вкус, как морская вода, — проворчала Киа, глядя на другие бутылки, которые были местными напитками. — Все.

Это может быть... — Бармен, у вас есть иностранные напитки?

— Их очень мало, Виктор-сама. Когда чума распространилась на континент, правительство, чтобы избежать ее распространения, закрыло границы. Мы больше не можем много импортировать. — И все же щупальцы бармена потянулись под стойку в поисках еще одной бутылки. — Однако для вас, Виктор-сама, наш тайник всегда останется открытым.

— Вик, — мрачно произнесла Киа, крепко сжимая в руке бутылку.

А, вот и оно. Причина, по которой она должна была напиться в первую очередь. — Что происходит?

— Он в городе, Вик. Он в городе.

Виктор крепче сжал косу. — Мэг Мелл?

— Нет. Хуже.

Киа повернулась к нему лицом, ее глаза смотрели в его собственные, как две бездны, захватывающие весь свет в мире. Глаза контуженного ветерана бесчисленных попыток преследования, дверного прозелитизма и случайных глупостей.

— Оркнуб.

Виктор несколько секунд пребывал в шоке, пока его мозг пытался осмыслить проклятое слово.

Оркнуб. Оркнуб в фантастической Японии.

— О, боги. — О боги, в этом было так много смысла. —Он здесь? В баре? Он стоит позади меня?

— Я слышала разговор охранников. Он находится в "святом паломничестве", распространяя свои идеи на "‘waifus and husbandos" в столице.

— О боги... о боги, возможно, это наш единственный шанс его заполучить. — Он потерял счет тому, сколько раз Эзотерический Орден Исекая изводил его или действовал ему на нервы. — Это должно прекратиться, Киа. Это должно прекратиться. Кто-то должен это остановить!

— Мы готовы к этой задаче? — спросила неуверенная в себе [Паладин],. — Я не могу понять, сколько людей хотят избавиться от этой неприятности... а он все еще жив.

Виктор мрачно размышлял над этой проблемой. — Мы, возможно, должны привести Вайнкера, — признал он. — Сжечь его сверху. Не дать ему шанса сбежать. Где он сейчас?

— Район Вайфу.

— Вайфу... район красных фонарей?

— Вот почему я ненавижу Японию.

Бармен, наконец, нашел то, что искал, иностранную бутылку красного вина. Виктор попросил два стакана, один для себя, а другой для [Паладина].

— Соленая вода, — сказала Киа, а Виктор находил его вкус восхитительным. Она повернулась к бармену и сердито нахмурилась. — Это что, какая-то шутка?

— Конечно, нет, греховный вероотступник.

— Тогда не могли бы вы принести мне еще... — потребовала Киа, и оборвалась на полуслове. — Подожди, что ты сказал?

— Конечно, нет, мерзкий неверующий.

Паладин мгновенно обнажила меч, стражники повернулись к ней, готовые вмешаться. — Ты отравил мои напитки!

— Конечно, нет, безбожная дрянь. Это божественное наказание от богини.

Проверка интеллекта прошла успешно.

Ох.

Ох...

Как он мог рассказать об этом Киа, не нарушив ее рассудка?

— Вик, что происходит? — спросила [Паладин], сразу заметив его беспокойство. — Ч-что происходит?

— Киа, — Виктор откашлялся. — Обещай мне, что будешь вести себя спокойно.

— Почему ты смотришь на меня так, будто у меня рак?

— Не нужно быть добрым к таким подонкам, как она, достопочтенный Виктор-сама. — Визирь был поражен, как этот бармен мог смешать в одном предложении почтительную вежливость и пассивную агрессивность.

— Что со мной происходит? — Спросила Паладин, теряя самообладание. —Что происходит?! Я хочу знать!

Виктор мысленно репетировал свои следующие слова, пытаясь найти способ сообщить новость мягко и безболезненно. — Помнишь русалку возле моря виски?

— Ту, что притворялась Сэн?

— Да, она... она не притворялась и не очень хорошо это восприняла.

И тут Киа все поняла.

Удивительно было видеть, как ее черная, загорелая кожа в одно мгновение побелела, а в сильных глазах появилось выражение крайнего ужаса, когда она взглянула на бутылки с выражением чистого, абсолютного отчаяния.

А затем бармен осуществил государственный переворот.

— Да, отступница, за то, что ты отрицала божественность богини Сэн, все алкогольные напитки, от самого бедного грога до красного вина, покажутся тебе соленой водой! — громко объявил бармен. — Ты больше не сможешь напиваться! Удовольствия таверн навсегда для тебя закрыты!

В тот день Виктор узнал, что в мире существуют приговоры, которые могут полностью уничтожить человека. Слова, тщательно подобранные, чтобы разорвать на куски даже самых волевых.

В этот самый момент внутри Киа что-то сломалось и больше не возвращалось. Виктор обнял ее, и она плакала у него на плече пять часов подряд.

Потому что она останется трезвой в мире, где еще живет Оркнуб.

Добро пожаловать в Дом Лоли.

Виктор смотрел на здание перед собой со смешанным чувством удивления и благоговения от такой дерзости. Логово Оркнуба в Районе Вайфу выглядело как гигантский бело-розовый кукольный домик прямо из рекламы Барби. Он насчитал по меньшей мере два этажа с закрытыми для уединения окнами. Он резко контрастировал с другими зданиями поблизости, которые явно были публичными домами; во всяком случае, это усиливало жуткость места.

Как им удалось сделать что-то настолько невинное таким сомнительным?

— Ах, это кукольный домик для Горыныча? — спросил его змей, ударив о землю задней ногой, как кролик. — Горыныч обожает эльфийских кукол! Они такие красивые!

Взглянув на деревянные двери, Виктор подумал, не позвать ли ему в Вайнкера и не устроить ли ковровую бомбардировку. Нельзя было, чтобы его заметили входящим в это заведение!

Но ради того, чтобы положить конец царству ужаса Оркнуба, все жертвы были приемлемы. Фоморы только убивали своих жертв; Оркнуб заставлял их вечно жить в глупости.

— Мы окружили здание и наложили все заклинания, которые вы просили, сэр, — сказал Виктору скелет-заклинатель, один из его новых рекрутов.

— [Пространственный Опекун]? [Анти-Телепортация]? [Неразличение]? [Колпак Несчастья]?

— Да, мы проверили весь ваш список, а потом перепроверили его, — существо почему-то вздохнуло, несмотря на отсутствие легких. — Не слишком ли это много для одного орка?

— Этот парень - злобный Багз Банни, — ответил Виктор. — Ты можешь себе представить, сколько людей хотели его смерти, но так и не смогли этого сделать? Так что трижды проверьте!

Колдун пожал костлявыми плечами и вернулся на свой пост, ворча что-то о паранойе. — Оставайся снаружи и лови всех, кто не я, — сказал Виктор Горынычу. — Особенно, если это орк!

— Ой, Горыныч не любит орочьих кукол! Они пахнут хуже, чем дом Горыныча!

Собрав все свое мужество, с косой в руках и телом, защищенным лучшей броней во всей Хэппилэнд, Виктор открыл двери и шагнул внутрь кукольного домика. По крайней мере, Киа была слишком опустошена своим проклятием, чтобы присоединиться и наблюдать за этим фиаско.

Хозяева дошли до того, что надушили прихожую и покрасили ее стены яркими красками. Виктор подошел к столу рядом с лестницей, ведущей в комнаты наверху, и обнаружил за ним двойника.

Он не в первый раз встречался с одним из них, он сражался с несколькими во время нападения Ночных Клинков на Мурмурин, но этот был немного другим. Его тело было совершенно белым и безликим, как статуя из белой глины, защищенное галстуком и красной лентой. Существо тут же махнуло ему рукой.

— О, привет, почетный гость! — заговорил он, Виктор сразу же понял это благодаря [Родству с Монстром]. — Добро пожаловать!

— Я просто заглянул, — поспешно сказал Виктор.

— Все так говорят, — со смехом ответил двойник. — Все в порядке, клиент-сама. Вы же пришли не в тюрьму.

Двойник звучал так мило и в то же время так неряшливо, что Виктора бросило в дрожь. — Я... я просто ищу одного из ваших клиентов, орка по имени Оркнуб…

— Мистер Оркнуб? Как мило! Он один из наших лучших клиентов, и я так счастлив, что он порекомендовал вам наше заведение. Вы можете найти его на втором этаже, комната восемь. Тогда, как вы хотите - втроем или формулу "Младшей Сестры"?

— Нет, я просто хочу поговорить с Оркнубом, — и, возможно, убить его. — Тогда я уйду и никогда не вернусь.

— Ну же, не стесняйтесь! Вы ничем не рискуете. — Двойник поднял маленький колокольчик, и дверь в стене открылась. Виктор даже не заметил этого из-за покраски. В зал вошел новый двойник, взглянул на Виктора и тут же изменил свою форму.

— Онии-тян!

Через несколько секунд Виктор обнаружил, что смотрит на свою младшую сестру, если она у него вообще была. Подросток или что-то около того, крошечное существо с длинными черными волосами, янтарными глазами и женственной версией лица визиря. На ней было милое коричневое платьице, которое делало ее еще более очаровательной.

— Онии-тян! — Фальшивая младшая сестра ухмыльнулась ему большими фальшивыми глазами. — Я люблю тебя, онии-тян!

[Безумие] отклонено перком [Избранный Лунным Человеком].

— Что это за Хэппилэнд такой?! — Запротестовал Виктор.

— Как видите, все наши лоли - взрослые, согласные на все двойники, — весело сказал секретарь. — Вы можете с чистой совестью, не нарушая никаких законов, удовлетворить все свои фетиши.

— Нет, серьезно, я не интересуюсь-

— Онии-тян! — Лоли набросилась на него, как лев на зебру. — Я девственница!

Проверка навыков прошла успешно!

Виктор быстро защитил свою чистоту, используя косу, как шест, и держа крошечного монстра подальше от себя. — Не подходи ко мне! — Визирь держал эту тварь на расстоянии, а лживая младшая сестра пыталась найти способ обойти оружие. — Я говорю вам, если вы не отступите…

— Девочки, клиент не может преодолеть свои психологические блоки. — Секретарь произнес заклинание, и его приятный, красивый голос эхом разнесся по всему зданию. — Пожалуйста, помогите ему справиться с помощью нашей специальной Мо-перегрузки!

Открылось еще больше потайных дверей, и Виктора окружила стая голодных монстров.

В зал вошли десятки фальшивых девочек-оборотней с разноцветными волосами, каждая из которых потакала своему фетишу. Девочка-волшебница с розовыми перьями; белокурый ангел, похожий на младшую версию Миэль; крошечное существо с ушами Тануки; даже гот!

Виктор немедленно сделал смелый поступок.

Он сбежал по ближайшей лестнице, преследуемый стаей фальшивых, кричащих маленьких девочек.

Быстрее своих преследователей он добрался до первого этажа отеля, длинных коридоров с пронумерованными дверями. Некоторые из них открылись. Двойники попытались обойти его с фланга и прыгнуть на него. Взмахнув крыльями, Визирь перелетел через одну из них, оттолкнул косой другую и помчался по коридору, пытаясь найти лестницу на второй этаж.

— Мне нравятся зрелые женщины! — Крикнул Виктор, уворачиваясь от двойников, его тренировки принесли свои плоды. К несчастью, он быстро оказался окруженным в Т-образном коридоре.

— Онии-тян, мне сто лет! — крикнула девушка с длинными зелеными волосами, одетая, как древняя жрица. — Значит, все в порядке!

— [Арс Гоетия: Боевой Гарем Хэппилэнд]!

Группа зрелых суккубов, мэрилит и Малфи появились, чтобы защитить его от вражеской орды. — Сэр, что-

— Нет времени, защитите меня! — приказал Виктор одной из марилит, так как один из суккубов был сбит с ног пятью двойниками. Его призыв немедленно сформировал оборонительную линию, удерживая на расстоянии выглядящих подростками монстров.

— Ух ты, — сказал Малфи, взглянув на врага и мгновенно сложив два и два. — Даже мы не заходили так далеко! Я впечатлен!

— Почему ты вообще здесь? — Спросил Виктор, пытаясь найти лазейку.

— Вы вызвали меня, Мистер Виктор. Когда герой зовет, я отвечаю.

Виктор вспомнил, как Вайнкер хвастался своим новым Перком - улучшением способности призыва у своих миньонов. Отлично.

Он вспомнил, что использовал [Черного Всадника] для вызова лошади Нуарсера без дополнительного свободного всадника. Может, это работало, только если у него был другой миньон, который соответствовал той же категории, что и вызываемый?

Кроме того, почему Малфи был вызван заклинанием гарема демонов?

…

— Вопросы на потом, — громко сказал Виктор, отыскивая лестницу на второй этаж. Он перепрыгнул через линию битвы и оставил своих солдат для сдерживания потока двойников. Он быстро нашел дверь восьмой комнаты, открыл ее, закрыл за собой и, не оглядываясь, забаррикадировал косой. Разъяренные крошечные ручки царапали с другой стороны, но не могли попасть внутрь.

Это место нужно было сжечь дотла.

— Эй, это же частное собрание!

Виктор обернулся, наконец-то встретившись лицом к лицу с Оркнубом.

Он выглядел именно так, как и представлял себе Визирь: тощий зеленокожий орк с короткими рыжими волосами, одетый в стандартный японский романтический костюм из штанов и толстовки. Седовласая лоли с малиновыми глазами привязала его к стулу и сидела у него на коленях, словно в какой-то извращенной сцене допроса заложников.

— Онии-тя-

— [Сон], — немедленно произнес заклинание визирь, и фальшивая лоли без сознания упала на землю. Кризис предотвращен. — [Цепи Несчастья].

Огненные цепи сковали Оркнуба, и он застонал так, что это обеспокоило Виктора.

Визирь быстро осмотрел помещение, определив его, как роскошно обставленную спальню. Кроме Оркнуба и потерявшего сознание двойника, за столиком в углу сидел лихой разбойник, со стаканом вина в руке с апатией взирающий на происходящее. Щеголь с волосами и короткой бородкой, выкрашенными в рыжий цвет, одетый в вызывающий костюм из перьев, который не опозорил бы даже павлина.

— Что здесь происходит? — Спросил Виктор, спрашивая у франта его точку зрения.

— Не знаю, — ответил он на общем языке, потягивая вино. — Я тусуюсь с этим мусором, потому что он мне заплатил.

— Ты не собираешься вмешиваться?

— Нет.

Отлично.

При ближайшем рассмотрении оказалось, что Оркнуб и его хозяин были заняты воспроизведением сцены из какой-то манги или аниме…

— После тщательного обдумывания, я понял, что не хочу этого знать, — сказал Визирь, подходя к плененному орку.

— О, вы ко мне приближаетесь? — Спросил Оркнуб, немедленно послав ужасные сигналы тревоги. Для человека, привязанного к стулу, он говорил ужасно спокойно и уверенно.

— Вот мы и встретились, Оркнуб, — сказал Виктор. — Ты не представляешь, как долго я ждал этого момента.

— Ты мой фан? Ты знаешь, не первый раз меня приковывает фан, но ты первый, кто похож на Момона!

Виктор не понял намека, и ему было все равно. — Фан, — ледяным тоном ответил Визирь. — Да, можно и так сказать.

—Ну, тогда тебе повезло! Поскольку в этот день вайфу мои силы на максимуме, если ты пожертвуешь мне три тысячи золотых монет, я могу отправить тебя в Америку, где все женщины - ковбои!

Виктор снял перчатку, обнажив на левой руке метку Лунного Человека.

— О, — сказал Оркнуб, поняв, что Виктор тоже с Земли. — О... тогда Сайонара!

Вы активировали [Ловушку Заклинаний] Оркнуба!

Мгновенный каст заклинаний: [Ускоренная Телепортация], [Сигнал Помощи], [Призыв Планарных Телохранителей].

Телепортация отменена. Сигналу противостоит [Неразличение]. Заклинание отлетело обратно.

— А, я вижу, ты подготовился, — сказал Оркнуб с дерзкой улыбкой, пытаясь освободиться. — Хорошая попытка.

Он боролся с цепями, ожидая, что они вот-вот упадут...

Но они этого не сделали.

— Ух! — Оркнуб боролся с цепями. — Но почему? Почему они держатся?

— Паралич от [Цепей Несчастья] не может быть устранен ни предметами, ни проверкой Навыков, — лениво заметил денди, в то время как Виктор двинулся к орку, чтобы снять все его магическое снаряжение. — Ты должен преуспеть в проверке Удачи.

— Черт!

К счастью, авантюристы редко пользовались своей Удачей.

Как Виктор и ожидал, Оркнуб имел при себе множество магических предметов. Два [Кольца Повышения Навыка], одно [Кольцо Экстренного Телепорта], одна [Брошь Свободного Движения], [Ботинки Скорости], [Пояс Идеальной Маскировки], [Наручи Улучшенного Обмана] и [Мини-Обруч против Больших Прорицаний]. Короткий магический осмотр также показал, что в его заднице спрятана миниатюрная [Магическая Веревка Мастера Побега].

Неудивительно, что никто не поймал его раньше. Виктор был рад, что в Схоломансе присутствовал на семинаре [Абсолютная Безопасность Тюрьмы].

— Как тебя зовут? — спросил он пленника.

— Оркнуб!

— Нет. Твое настоящее имя? Твое Земное имя?

— ...Тимми, — сказал он со стыдом в голосе.

— Почему, Тимми? — не мог не спросить Виктор. — Почему - Оркнуб?

— Потому что ты должен быть геем, чтобы играть с Альянсом!

Виктор ударил эту гомофобную орду-мразь прямо по лицу.

— Ты ударил меня! — Пожаловался Оркнуб, читая сценарий. — Даже мой отец никогда меня не бил!

Виктор снова дал ему пощечину.

— Убирайся, thot! — Оркнуб захихикал, как будто ему это понравилось.

— Перестань так говорить! — Прорычал Виктор, шлепнув его в третий раз, в то время как безымянный денди с легким любопытством наблюдал за происходящим. Клянусь Ужасной Тройкой, орк был даже хуже, чем в воображении Визиря! Прикасаться к нему было грязно!

— Ладно, ладно, я перестану! — Взмолился Оркнуб, когда Виктор приготовился ударить его снова, но Визирь в последнюю секунду удержал руку. — Это из-за лоли?

— Плевать мне на лоли! Даже если я сожгу это место дотла, когда мы закончим, а потом посыплю землю солью. — Откровенно говоря, спать с дьяволами, вероятно, превзошло этот конкретный фетиш. Виктор не мог по-настоящему критиковать Оркнуба на этом фронте. Все остальное, однако…

— Так чего же ты хочешь? Возврат денег?

— Давайте начнем с ответов. Зачем ты распространяешь всю эту глупую ложь?

— Чувак, ты не понимаешь! Этот мир - отстой! — Пожаловался Оркнуб, и эта формулировка вызвала у Виктора воспоминания о своем юном возрасте. — Я просто жил своей жизнью, когда эта гигантская игральная кость перевоплотила меня среди племен орков! Они все были глупы и безумны!

— Значит, ты изобрел религию мошенников? Где же тут логика?

— Да, это был несчастный случай! Я рассказал им о Земле, а они были глупы, поэтому я решил, что смогу заработать немного денег на пожертвованиях и переспать со многими доверчивыми девушками... все согласно-

— Если ты скажешь "все согласно Кэйкаку", я задушу тебя голыми руками. — На самом деле, как и подозревал Виктор, это была позорная афера. Он не верил в свой собственный фарс, по сравнению с которым страховое мошенничество Виктора выглядело святым. — Ты можешь себе представить, сколько раз твои последователи приставали ко мне? Ты даешь каждому Избранному дурную славу, а твоя афера обманывает невинных людей!

— Послушай, я... я умер в муках кризиса среднего возраста, это не моя вина! — Этот негодяй пытался взывать к сочувствию Виктора, но у него ничего не вышло. Вообще. И поскольку ни магический побег, ни сочувствие не могли помочь, он перешел прямо к взяткам. — Я всю жизнь уклонялся от налогов, я могу заплатить тебе очень много, если ты меня отпустишь!

Виктор просто посмотрел на эту огромную кучу дерьма, и скастовал на него быстрое заклинание [Тишины]. У него не было оснований выносить моральный приговор этому ненавистному орку, но избавиться от него было бы так приятно.

— Что ты собираешься с ним делать? — спросил безымянный денди, в то время как Оркнуб продолжал молча умолять.

— Засуну его в карликовую ракету и отправлю на Луну. Или, может быть, Марс.

Мужчина удивленно поднял бровь и предложил ему свой бокал. Виктор вежливо отказался. — Да кто ты вообще такой? — спросил Визирь.

— Людвик Ван.

Имя пробудило какую-то память, и Виктор вспомнил старый совет Генри о классовой специализации, который он давал ему целую вечность назад. — Погоди, это ты открыл класс [Дьявольский Повеса]?

— Наряду с [Красным Магом], все ориентированные на соблазнение Перки и большинство ориентированных на дипломатию классов. Оркнуб нанял меня, чтобы я научил его убеждать и захватывать, хотя нынешняя постановка - это полностью его идея; я ненавижу это место так же сильно, как и ты.

— Ты специалист по перку [Соблазнитель]? — Спросил Виктор, довольный, что есть с кем это обсудить.

— [Соблазнитель]? — франт усмехнулся. — Это мило. За свою жизнь я переспал с двадцатью тысячами женщин, пятнадцатью тысячами мужчин и тысячью двумястами бесполыми существами. Я спал с существами всех видов на Аутремонде, посетил все доступные планы существования, попробовал все и вся. Я даже в течение пяти лет носил [Пояс Смены Пола], чтобы испытать любовь с обеих сторон забора.

— Ты имел... всех?

— Кроме обитателей этого дома. Даже у меня есть стандарты, в отличие от орка.

— Извини, но ты не кажешься мне таким уж привлекательным.

Людвик Ван убрал стакан и показал рубиновое ожерелье на шее. — Это [Амулет Отталкивания], — объяснил франт. — Он уменьшает Харизму владельца на восемьдесят процентов.

Он его снял.

Проверка харизмы не удалась!

Все стало белым.

Как будто прямо перед Виктором взорвалась бомба, ослепив и оглушив его на несколько секунд. Когда он вернулся к реальности, денди снова надел амулет. Оркнуб пускал слюни, его штаны были испачканы, а на лице сияла блаженная улыбка.

— Ты все еще стоишь? — Сказал Людвик, судя по голосу, впечатленный. — У тебя должна быть железная воля.

— Сколько... как много? — Удивленно спросил Виктор.

— Больше трехсот. Я брал уровни только в классах с S в харизме, использовал статические ускорители, собирал все доступные Перки... без этого амулета я больше не могу функционировать в обществе.

— Оборотни?

— Их лунные оргии наскучили уже после первой. Кроме того, у них есть блохи.

— Ангелы?

Он просто рассмеялся.

— ...драконы?

Его лицо явно потемнело. — Я серьезно не рекомендую этого делать. Им нужны только ваши деньги, и они берут целое состояние за эту привилегию.

— Я чувствую себя наивной юной студенткой, встретившей учителя.

— Ты чертовски прав.

— Тогда почему у тебя такой... такой скучный голос? — Спросил Виктор, нахмурившись. Он рассказывал о своих невероятных подвигах с полной бесстрастной отстраненностью.

— Мне нечего открывать, — он вздохнул. — Это печально, но ты устаешь от всего. Я жажду новых интересных испытаний, блуждая по миру на случай, если что-то упустил...

— Как, например, пауки-телепаты?

Франт поднял бровь. — Сколько ног?

— Десять.

Он заерзал на стуле. — Я тебя слушаю.

— Лунные звери? Шантаки? Звездные отродья Ктулху?

— Ты меня заинтересовал... но теперь у тебя есть мое возбуждение.

Как и думал Виктор, он, возможно, исследовал весь Аутремонд и разные планы, но не все. И у него было еще меньше стандартов, чем у самого Визиря. — Я могу отправить тебя на Луну. Не так, как Оркнуб. У нас там есть портал для гостей, с ковром.

— А сколько мне придется заплатить за эту услугу?

— Ты сказал, что побывал на разных планах? Небеса?

Людвик медленно кивнул, каждое его движение внезапно стало сексуально привлекательным. — Да, с классом [Дьявольский Повеса] вы можете легко менять план. В этом и состоит его цель - навещать партнеров со всех уголков мультивселенной; нельзя ограничивать их удовольствие трехмерным существованием. Я могу научить тебя этому классу, если хочешь, но я должен спросить: с какой целью?

— Во-первых, мне нужно попасть на Небеса. Мне нужно извиниться перед одним ангелом, и я хотел бы сделать это лично. Во-вторых, я уже трижды умирал, и мне хотелось бы найти способ избежать конфронтации. Я считаю, что увеличение моей харизмы - это правильный путь.

Денди поиграл бородой, обдумывая свои слова. — У тебя есть пятьдесят или больше очков жизненной силы, харизмы и ловкости?

— Да.

— У тебя был ритуальный секс с повелителем демонов?

— Только для лучших оценок.

— Тогда у вас должно быть все, чтобы получить уровень в этом классе, но я должен тебя предупредить... путь [Дьявольский Повеса] долог и труден. Тебе нужно будет пройти через смертельные испытания, и даже с твоей текущей статистикой нет никакой гарантии, что ты выживешь. Действительно ли твой вопрос стоит таких усилий?

— Так и есть. — Виктор опустился на колени перед этим образцом обольщения. Оркнуб в это время пускал слюни, а где-то на заднем плане лоли стучала в дверь. — Пожалуйста, научи меня, мастер.

В горах царила тишина.

Пролетая над окружающими их лесами, Вайнкер своими острыми чувствами не уловил ни единого звука, кроме шума ветра. Гоблин предупреждал его о том, что фейри устраивают свои логова в окрестностях города, но до сих пор никто их не перехватывал. Птицы и животные тоже покинули местность на многие мили. Он чувствовал запах теплой разлагающейся плоти на земле, слышал жужжание мух, но в остальном земля казалась пустой.

— Ваше Величество! — Крикнул со спины своего змея Человечек Виктор, подавленная Рыцарь Киа держала его за талию. — Смотрите!

Вайнкер посмотрел вниз и заметил след гниющих растений, начинающийся посреди леса и тянущийся до самого сверкающего кратера горы. Трава стала пурпурной, деревья были вырваны с корнем, и эту зловещую дорогу устилали останки оленей, свиней и рабов фейри. Линия была абсолютно прямой и неестественно методичной.

Вайнкер на мгновение подумал о своих ядовитых кузенах-драконах, которые правили болотами и трясинами мира. И все же, если бы кто-то из них вызвал это бедствие, он ожидал бы, что в этом районе поселятся кислотные лужи, случайные разрушения и паразиты.

А вместо всего этого, какое-то существо направилось прямиком к кратеру, убив все на своем пути и на многие мили прогнав всех местных жителей.

— Здесь воняет нежитью и гнилью, — прогудел Вайнкер.

— Да, я чувствую здесь некромантическую энергию. Неудивительно, что нормальная дикая природа сбежала. — Человечек Виктор повернулся к своему товарищу-всаднику. — Видишь, Киа? Мы можем сразиться с кем-то, для тебя достаточно сильным!

— Все это бессмысленно, — ответила она, глядя куда-то вдаль. — Все бессмысленно.

Бесполезно! Вайнкер знал, что она окажется недостойной его общества, и время доказало, что он прав! У нее не хватило сил даже на то, чтобы оседлать собственного грифона, и она вынудила Человечка Виктора подвезти ее на спине своего змея!

Дракон сказал, что они должны были оставить ее позади, но Человечек Виктор, думая только о своем племенном жезле, настоял на том, чтобы взять рыцаря с собой. Ему действительно нужно было толкнуть своего миньона в объятия более вкусного, лучшего партнера. Где же эта Мышка Чарлин, когда она ему так нужна?

Когда они добрались до покрытого инеем склона горы, Вайнкер почувствовал поблизости знакомый запах и немедленно нырнул вниз, вместо того, чтобы продолжить восхождение. Через несколько секунд он увидел поедающего жареных свиней дракона, окруженного человечком, змеенышем и кучей каких-то предметов.

— Кузен Гениалиссимус! — Вайнкер объявил о своем присутствии.

— Кузен Вайнкер! — Другой дракон оставил еду и помахал ему рукой, а его дракончик смотрел на своего родителя.

— Генри! — Друг Виктор приветствовал своего собрата-человечка. — Давно не виделись!

— Горыныч тоже здоровается! — сказал змей, с гораздо меньшей грацией приземляясь рядом.

— А, это змей. — Гениалиссимус посмотрел на существо с отвращением, но, в отличие от Вайнкера, не стал игнорировать его существование. Вместо этого он повернулся к своему драконенку и предупредил. — Вот почему тебе нельзя трахнуть свою сестру!

— Горыныч слишком молод для этого! — защищал змей свою несуществующую честь. Его всадник слез с его спины, а Рыцарь Киа осталась на месте, потерявшись в своем собственном разуме.

— Это тот самый Сияющий Рыцарь? — Спросил Человечек Генри, заметив Киа и замерев, совершенно загипнотизированный. — О мой бог, о мой бог!…

— У нее был тяжелый день, — ответил друг Виктор. — Она нуждается в отдыхе.

— Да, забудь о ней, — ответил Вайнкер, сосредоточившись на драконьих делах. — Что ты здесь делаешь, кузен? Ешь троллей и сжигаешь леса за деньги?

— Я зарабатываю деньги, но мы не имеем никакого отношения к этой бойне.

Человечек Генри взглянул на жареного поросенка. — Что-то убило его эффектом [Мгновенная Смерть], а вместе с ним и десятки животных и растений. Очень сильный [Лич], [Жнец], или, что более вероятно, местный монстр Шинигами.

— И он не оставил после себя никакой добычи, — пожаловался Гениалиссимус.

— Что бы это ни было, оно пришло только для того, чтобы убить, — мрачно сказал Генри.

— Относительно, — ответил Вайнкер, но решил, что убьет того, кто все это вызвал, когда они совершат набег на кратер. Его взгляд остановился на куче предметов, лежащих рядом. — Если это не оставленная добыча, то что же это?

— А, это мой новый гениальный ход! — Хвастался Гениалиссимус. — Видишь ли, я обсуждал с Генри лучший способ заработать деньги, как дракон, и кое-что понял. Ты помнишь, в прошлом, сколько людей просили меня помочь покончить с собой?

— Иногда мне кажется, что низшие расы принимают нашу помощь, как должное, — кивнул Вайнкер. — Мы не обязаны помогать им умирать, но делаем это бесплатно. Я говорю, что за эту привилегию мы должны брать с них плату.

— В точности мои мысли. Я всегда собирал вещи, которые они оставляли, мечи, кольца... но они не были достаточно блестящими для моего клада. И Генри предложил нам их продавать!

— Как торговец? — Вайнкер был потрясен. — Но это же работа миньонов!

— Вот почему Генри занимается продажей, в то время как я обеспечиваю чистоту и надзор, — с гордостью ответил Гениалиссимус, найдя идеальную лазейку. — Мой глава персонала даже совершил сделку с этой богиней торговли, Шешей.

— С этой жадной змеей? — Вайнкер выдохнул дым. — Она коварна и слишком дорого стоит.

— Я знаю, как сильно она тебя обидела, кузен Вайнкер, но Человечек Генри сумел заключить выгодную сделку. — Гениалиссимус показал им свою руку с золотым кольцом Уробороса на ней. — Это теле-кольцо телепортирует нас ко входу в подземелья, где авантюристы готовы доплатить за экстренное снабжение, а взамен мы даем ей одну десятую! Беспроигрышный вариант!

— Деньги! — сказал драконенок.

— Мой сын Куражье помогает нам в этом деле, — сказал Гениалиссимус, гордясь своим последышем. — Я учу его вести переговоры, чтобы однажды он смог возглавить собственную команду миньонов.

— Мы также возвращаем назад вещи, оставленные авантюристами, которые не выжили в подземельях, и продаем их снова, — сказал Человечек Генри. — Пока все идет очень хорошо.

— А, лут с трупов, — кивнул Друг Виктор. — Краеугольный камень экономики авантюристов.

— Это хорошо оплачивается, и для меня почти без риска, — сказал Гениалиссимус, гордый своим открытием.

— Интересная идея, но я оставляю ее вам, — сказал Вайнкер своему кузену. Дракон предпочитал зарабатывать свои деньги драконьим путем, завоевывая и поедая меньших существ. — И все же, с моей стороны было бы постыдно не помочь вам. Миньон.

— Да? — Спросил Человечек Виктор, немедленно готовый служить.

— Купи мне что-нибудь на свои деньги, — попросил Вайнкер. — Я хочу подарок.

— Это будет твоя первая распродажа, сын мой — сказал Гениалиссимус своему драконенку. — Иди, присмотри за Генри!

Драконенок кивнул, наблюдая за Человечком Виктором, пока тот осматривал тайник с вещами. Визирь сразу же обратил внимание на белый полупрозрачный камень. — Это [Пси-камень Положительной Энергии]? — Сказал Генри. — Хороший выбор.

— Да, особенно потому, что он может помочь против любого существа, разрушившего окружающую местность, — сказал Человечек Виктор, поворачиваясь к драконенку. — Я готов отдать за него десять тысяч.

— Еще! — ответил крошка-дракон.

— Двадцать тысяч?

— Еще! — настаивал драконенок, не принимая ничего, кроме самого лучшего. — Семьдесят тысяч!

— Семьдесят тысяч?! — Человечек Виктор запаниковал перед лицом такого безжалостного переговорщика. — Это воровство!

— Ты слишком беден? — спросил драконенок. — Ты слишком беден!

— Я столько не заплачу!

Драконенок надул губы, растерянно глядя на своего разгневанного отца. — Друг Виктор, — прошептал Вайнкер своему миньону. — Порадуй моего маленького кузена.

— Но, Ваше Величество, мой перк [Избранный Шешей] уже предложил двадцатипроцентную скидку, — прошептал Визирь в ответ. — Все дело в завышенной цене.

— Миньон, если змееныш не поймет, что мир вращается вокруг его прихотей, он вырастет в застенчивого дракона. Как человечек! Я этого не допущу. Уверенность и самоуважение драконенка должны постоянно укрепляться, тогда он становится смелым и уверенным в себе.

— Полагаю, Ваше Величество говорит из собственного опыта?

— Конечно. Я имею в виду, вокруг кого еще может вращаться мир? Рыцаря Киа? — Вайнкер рассмеялся своей хитрой шутке.

— Я также полагаю, что Ваше Величество не согласится разделить стоимость этой покупки?

— Миньон, не говори глупостей. Исполняй свой долг.

Визирь вздохнул, произнес заклинание и вызвал мешок с золотом.

— Надо мной издевается дитя дракона...— Проворчал Человечек Виктор, прежде чем предложить плату счастливому Куражье. — Интересно, сколько времени потребуется, чтобы мои чеки начали оплачивать?

— Поздравляю, Куражье! — Воскликнул Вайнкер, с драконьей гордостью поднимая голову.

— Ты вел переговоры, как настоящий дракон! — Добавил Гениалиссимус, поглаживая своего змееныша по голове. — Вот как ты это делаешь, сын мой! Покажи им, чего ты стоишь!

Вайнкер немедленно потребовал свой подарок, камень вонзился ему в позвоночник, прямо за черепом. Он магически резонировал с его собственным [Пси-камнем Ментальной Защиты] и, создав успокаивающий звук, вернулся в состояние покоя.

Вы получили устойчивость к эффектам [Некромантии], и вы получаете вдвое больше Очков Жизни от исцеляющей магии!

Ваши [Пси-камни] резонируют! Вы получаете +2 к Интеллекту и +2 к Удаче, когда носите оба!

— Я недавно нашел несколько вещей, которые могут тебя заинтересовать, — сказал Человечек Виктор Генри. — Особенная магическая веревка, но я бы не трогал ее без перчаток.

— Никаких денег! — прервал его драконенок, снова показав себя настоящим драконом.

— Да нет, я собирался обменять ее на [Зелья Повышенной Жизненной Силы] или [Эликсиры от Усталости], если они у вас есть. Я нашел учителя, готового познакомить меня с классом [Дьявольский Повеса], но из-за моего чрезвычайно высокого уровня он предложил очень опасный, спонсируемый Кибелой ритуал.

— Ритуал для [Дьявольский Повеса] ... — заморгал Человечек Генри. — Камакибела?

— Камакибела.

— Ты можешь дать мне адрес? Я пошлю тебе их навалом. Я еще должен тебе за то, что ты положил Лавер в могилу; теперь я, наконец, могу появляться в Хадмере, не рискуя быть убитым.

— Кстати, как поживает Линетт?

— Она... широких взглядов.

Оставив человечков обсуждать тактику размножения, Вайнкер повернулся к кузену. — Вы присоединитесь к нам? Мы будем охотиться на добычу фейри в кратере горы.

— Я откажусь от этого, — ответил Гениалиссимус. — Мое теле-кольцо уже покалывает. Однако, я слышал, что ты объявил войну фоморам. Это правда, что они послали за тобой Проклятие Драконов Вотана?

— Да, и я уничтожил его.

Гениалиссимус присвистнул, впечатленный. — Ну, если они спустили с привязи Проклятие Драконов, то это действительно становится серьезным. Если тебе когда-нибудь понадобится помощь, чтобы сжечь гнездо фейри в Прайдене и вернуть их на место, мы с моей парой с радостью откликнемся на твой зов.

— Приезжай в Мурмурин на Самайн, — посоветовал Вайнкер. — Я на этот день заключил пари с Ледяным Клыком, и я выйду на тропу войны сразу после моей неизбежной победы.

— Ах, с удовольствием! Было бы здорово, если бы Джоли и мои змееныши снова могли играть вместе.

— Вечеринка? Может Горыныч прийти?

— Нет! — Прорычал Вайнкер, и змей опустил головы.

Драконы попрощались, и Вайнкер вернулся к своему восхождению, а его кузен и свита телепортировались прочь. Человечек Виктор и Рыцарь Киа последовали за ним.

Когда они приблизились к кратеру наверху, энергии с горы отбросили все облака поблизости, даже те, что были вызваны самим присутствием змея. Вайнкер проник сквозь сияние, чувствуя его силу.

[Элементальные] атаки будут значительно усилены в [Суперзаряженом Поле Силового Камня].

Перелетев через край кратера, чтобы заглянуть внутрь, Вайнкер обнаружил, что его подозрения подтвердились.

Гора была больше мощными камнями, чем землей. Внутри кратера не было ни снега, ни лавы, а был ландшафт из неровных, радужных кристаллов. Среди плоских розовых плит, рядом с бесчисленными шахтами росли малиновые и голубые сталактиты. Кто-то недавно откопал тонны этих кристаллов, превратив местность в излучающий сыр.

И когда он пролетал над этим местом, Вайнкер в этом чужом месте что-то заметил.

Внизу в кристаллах, как жук в янтаре, было поймано в ловушку огромное, похожее на рептилию, существо. Вайнкер не мог как следует разглядеть существо, только неясную темную фигуру, но оно было огромным, даже больше него!

В центре кратера обосновался отвратительный фейри и его миньоны. Люди, одетые в черные одежды с символом этого червя, Саблара, образовали круг прямо над головой запечатанного существа, распевая на древнем языке фоморов непристойности.

Что же касается существа, возглавлявшего это сборище, то Вайнкер сразу же его опознал: чудовищный паразит, состоящий из различных насекомых, объединенных в форму кошмара. Прародитель клана Мелл, генерал короля Балаура и главный волшебник среди фейри.

— Мэг Мелл. — Вид этого существа вывел Рыцаря Киа из депрессивного транса, и она злобно зарычала.

И все же он немного изменился с тех пор, как Вайнкер видел его в последний раз. Чудовищная смесь различных насекомых, Мэг Мелл сохранил свою паучью нижнюю половину и левую руку сороконожки. Но остальная часть его тела эволюционировала; большую часть верхней части его туловища покрывал похожий на скарабея экзоскелет, а полупрозрачные, как у мотылька, крылья позволяли ему летать. Его восьмиглазая голова стала длиннее и больше походила на рыбу, приобретя мясистые части и жабры. По его телу, как живая, постоянно меняющаяся броня, полз саван из мух, саранчи, пчел и личинок.

И он заметил Вайнкера.

— Рыцареубийца, — прошипел фейри, поворачивая свою ужасную голову, чтобы посмотреть на двух драконов, смотрящих на него сверху вниз. — Бекеле. Ты еще жива.

Вайнкер не колебался, и Рыцарь Киа тоже. Оба без предупреждения обрушили на группу огонь и пламя; в результате они спалили вдвое больше, чем обычно.

— [Усиленный Ульевой Барьер]. — Пчелы из паразитического савана Мэг Мелла спроецировали шестиугольники зеленого света, образовав пять слоев толстого щита. Луч света Рыцаря Киа пронзил два, а пламя Вайнкера - четыре слоя, но защита выдержала. — Я послал короля Вотана, и он потерпел неудачу. Я послал Мелл Лин, моего собственного отпрыска, и он потерпел неудачу. Я послал короля Балаура, и он потерпел неудачу! Мэг Мелл устал разочаровываться!

— И ты умрешь разочарованным, фейри! — Смело заявил Вайнкер. Он активировал [Очистку Заклинаний] и соколом упал на это насекомое.

— [Ходок Роем]. — Все тело Мэг Мелла превратилось в широкий рой скользящих насекомых, растекающихся по кратеру подобно потоку и избегающих когтей Вайнкера. Однако его помощникам-человечкам повезло меньше - дракон раздавил их ногами.

— Черт возьми, долбаный [Друид]! — заговорил Человечек Виктор, его змей в это время кружил над кратером. Он и Рыцарь Киа обрушили сверху дождь заклинаний, но рой уже сбежал через шахты.

— Ты опоздал, Рыцареубийца, слишком поздно наполовину. — Куча личинок собралась в факсимиле лица Мэг Мелла. — Мы выкопали нужные нам камни, и великий зверь скоро проснется. Слуги моего червя уже спели ему свою песню.

— Ты убил своих собственных рабов, колдун? — посмеялась над фомором Киа и сожгла его голову, но только для того, чтобы появилась еще одна.

К великому удивлению Вайнкера, дракон мог бы поклясться, что на лице нового роя Мэг Мелла мелькнула тень сожаления. — Я попросил владык этой земли присоединиться к нам, разделить нашу силу и победы. Они отказались. Поэтому моя дочь сама спросила их, и когда они не захотели быть союзниками, она сделала их топливом для своего вознесения. Я хотел создать абсолютное оружие против новых людей, которые портят наш мир... и мне это удалось.

Судя по голосу, он был не в восторге.

— Покажись, трус! — Приказал Вайнкер, испепеляя рой и надеясь, что так он сможет убить фейри.

— Это бесполезно, Рыцареубийца, — прошипел фейри, и последний из ее роев пополз прочь. — Кайдзю скоро проснется, чтобы стереть ваш город в пыль. А Мэг Мелл будет смотреть.

Что такое Кайдзю? Какая-то еда?

Кристаллы под ним задрожали, отвечая на его вопрос.

Поскольку он уже однажды был свидетелем извержения вулкана, как только задрожала гора, Виктор совершил ответственный поступок.

— ОТСТУПАЕМ!

Горыныч тут же улетел, а Вайнкер благоразумно последовал за ним. В течение минуты по кратеру распространился резонанс, его силовые камни раскололись, и в мгновение ока кристаллический ландшафт, как стекло, разлетелся вдребезги.

Вместо извержения или огненного взрыва осколки силового камня просто разлетелись во все стороны. На склон горы и окружающий лес обрушился разрушительный дождь кристаллов, но оба дракона успешно через них прошли. Осколки пронзали землю подобно стрелам, превращаясь в сияющие холмы.

— Горыныч спас хозяина от блестящих камней! — с гордостью сказал его конь, когда каменный дождь быстро кончился. — Горыныч - хороший змей! О да!

— Святой... — Киа указала пальцем на огромную фигуру, пробивающуюся сквозь кратер.

Монстр Мэг Мелла проснулся и убежал.

Это был настоящий титан, и смотреть на него было страшно: гигантский динозавр длиной в сто тридцать футов, прямо из доисторических времен. У колосса было шесть конечностей, четыре ноги его несли, а две служили ему руками. Между тем, рогатая голова малинового зверя напомнила Виктору тираннозавра, хотя и с бронированными пластинами, защищающими большую часть его верхней челюсти. Его спину покрывал острый костяной, как у черепахи, панцирь, а длинный хвост заканчивался жалом скорпиона.

Существо было вдвое больше Вайнкера, хотя дракон одной рукой мог поднять лошадь!

Хуже того, оно было быстрым. Последний из силовых камней еще не приземлился, а существо уже спускалось по склону горы, топча деревья своими когтистыми лапами.

— Это Тараск! — Киа сразу узнала монстра, еще до того, как Виктор проанализировал его перком [Проницательность Монстра].

Тараск Император

Тип: Рептилия / Гигант

Сильный против: дебаффов, большинства магических атак, истощения, болезней, огня, воздействующих на разум эффектов, паралича, окаменения, яда, статусных недугов, Фейри.

Слабый против: кислоты, холода, Гигантоубийцы, Чешуйчатого Убийцы.

Этот прародитель всех малых тарасков, доисторический динозавр, который благодаря силовым камням вырос до гигантских размеров и стал одним из супербоссов Аутремонда. Магические атаки отражались его панцирем на отправителя, и он мог регенерировать практически из чего угодно. Запрограммированный [Ритуал Потрясения Мира] Мэг Мелла на уничтожение Мурмурина, он будет двигаться к нему по прямой линии, растопчет на своем пути туда полмира и, наконец, вернется домой спать. Надвигался кризис на рынке недвижимости!

Рекомендуемый уровень партии: 75.

— Он целится в Мурмурин, по прямой! — Их империя находилась на другом конце света, и поскольку, чтобы добраться до столицы, требовались недели, по пути туда существо убьет тысячи. И хотя он слабее Акхенапепа, его тоже нельзя было недооценивать.

— Оногоро уже в пути! — Предупредила Ки. Существо двигалось к имперскому городу Тейкоку со скоростью двадцать пять миль в час.

Проверка интеллекта прошла успешно.

— Три часа, - подсчитал Виктор, используя в качестве метрики расстояние до городом и грубую скорость существа. — За три часа он туда доберется.

— Эта тварь и близко не подойдет к моему сокровищу! — Заявил Вайнкер, больше заботясь о защите своего золота, чем города. — Я сам позабочусь об этом животном. Ты, Друг Виктор, найди мне этого фейри! С меня довольно его постоянного вмешательства!

Дракон немедленно полетел вслед за чудовищем, оставив Мэг Мелла на попечение главы персонала. Виктор надеялся, что сможет справиться с этим существом самостоятельно. — Он не мог убежать далеко, — сказал Визирь. — Горыныч, ты можешь осмотреть гору?

— Нет, Виктор, ты не знаешь Мэг Мелла так, как я, — ответила Киа, сражавшаяся с фоморами во время войны с королем Балауром. — Он - хитрый трус, который боится любого, кто сильнее его; достаточно того, что он посылает охотиться за Вайнкером доверенных лиц, вместо того, чтобы рисковать прямым сражением. Он будет преследовать только тех, кто не может от него защититься. Теперь, зная, что его единственная цель - убить как можно больше смертных, какой самый разрушительный шаг он мог бы сделать прямо сейчас?

— ... предотвратить эвакуацию города Оногоро, максимизируя потери, когда его достигнет Тараск. — С бонусом выманить их подальше от Вайнкера. — Горыныч, не обращай внимания на кратер и возвращайся в город.

— Но вокруг него есть забор! — Сказал Горыныч, как будто это было какое-то невозможное препятствие.

— Ты справишься, Горыныч! — Виктор подбодрил змея. — Я верю в тебя! Ты рожден, чтобы побеждать!

[Сплотить Миньонов] активирован! Ваше положительное подкрепление увеличило все характеристики Горыныча!

— [Спешка]! — Киа наложила заклятие на змея, и их машина понеслась так быстро, что быстро обогнала и Тараска, и Вайнкера, летя прямо к столице.

Когда группа, меньше чем за час, добралась до Оногоро, они обнаружили, что Мэг Мелл добрался туда первым.

Огромные виноградные лозы пробили внешние стены, разрушая пагоды и дома; ядовитые цветы повсюду выпускали ядовитую пыльцу, а в это время ожившие деревья, оборотни и гигантские черви сражались с солдатами на улицах. Виктор заметил, что у ворот императорского дворца Гоблина столкнулась с отрядом гигантских пауков и волшебных гончих и стреляла в них из своего ружья. А наверху летающие корабли сражались с гигантскими птицами.

— Как ему удалось так быстро вызвать столько монстров? — Поинтересовался Виктор. Повсюду он видел только хаос. — Не может быть, чтобы это были его уровни, как [Друида].

— Мэг Мелл еще во время Столетней Войны мог создавать волшебные кольца и телепортировать на наши задворки целые армии, — сказала Киа, указывая клинком на городской порт, где собрались огромные стаи насекомых. — Смотри!

Мэг Мелл захватил палубу массивного фрегата, и держал открытой трещину в пространстве, а монстры ползли и ползли через нее. Его создания кишмя кишели в доках, сражаясь с уцелевшими экипажами соседних рыболовецких или военных судов.

— Бекеле! — Голос Мэг Мелла эхом отдавался в стаях насекомых. Змей достиг порта, и его бафф [Спешка] рассеялся. — Ты все испортила. Если бы не ты, Балаур был бы ... если бы не ты…

— На этот раз ты не сбежишь? — насмехалась над фомором Киа, обнажая меч, — Разве нужна душа, чтобы придать тебе хоть каплю храбрости?

— На протяжении веков я наделял силой чемпионов, но ни один из них не преуспел. Как вы, смертные, говорите, если хотите, чтобы что-то было сделано правильно, сделайте это сами. Что же касается тебя, — инсектоидный колдун впился взглядом в Виктора, — то именно ты, человек-паразит, научил драконов, как обуздать эту проклятую Систему.

— Эй, я научил одного дракона, который рассказал всем остальным! — Запротестовал Виктор, бросая свои бафы и активируя [Проницательность Монстра].

Мэг Мелл

Украшенный Гербом Души Фомор (Фейри / Насекомое)

Уровень: 40 (Друид 20 (Энтомант) / Рыбак 20)

Сильный против: всех статусных недугов, Яда, Болезни, Фейри, Воды, Земли, Ветра, Мгновенной Смерти, Физических атак.

Слабый против: Истребитель Фейри, Истребителя Жуков, Драконов, Огня, Звездного Металла и инсектицидов.

Прародитель клана фоморов Мелл и чертовски большой-

— [Рыбак]! — закричал Виктор раньше, чем успел дочитать все остальное.

— [Рыбак]? — В панике спросила Киа.

— [Рыбак]. — Мэг Мелл поднял свои чудовищные руки и активировал один из самых сломанных, когда-либо созданных Перков. — [Первобытная Бездна]!

Фомор через весь порт выпустил широкий синий импульс.

В мгновение ока все рыболовецкие суда вспыхнули, их груз вырос до огромных размеров. Чудовищные змееподобные рыбы длиной и размером с грузовики выныривали из воды, выплескивались из доков и пожирали людей целиком.

В течение секунды доки были переполнены армией кричащих морских змей.

Все рыбы в радиусе мили были превращены в [Малых Левиафанов]..

Фейри. Они всегда старались подражать драконам, но только для того, чтобы не дотягивать.

В то время как его миньоны отправились преследовать этого проклятого паразита Мэг Мелла, Вайнкер полетел за своим новым питомцем. У существа была чешуя, что было заметным улучшением по сравнению с волшебными гончими, но в остальном оказалось недостаточно продвинутым.

У него даже не было крыльев!

Вайнкер решил поджарить его своим дыханием и покончить с этой неразберихой. Он обрушил сверху на спину существа поток пламени, уже истекая слюной при мысли о том, чтобы съесть жареную черепаху.

Его могучее драконье дыхание ударило в панцирь существа и опалило его чешую...

Тараск не замедлил шага.

На самом деле, он даже не заметил! Он продолжал двигаться в сторону города, и пламя Вайнкера не способно было на это повлиять!

— [Заряженная Атака]! — Вайнкер наделил свое дыхание могучей силой [Кайзера], превратив пламя в огненный луч света.

Свет, который карал Лавер и эту мумию Акхенапепа, как разрушительный дождь, обрушился на Тараска; он испарил деревья вокруг существа и очистил саму землю. Даже если существо было больше самого Вайнкера, мощный, заряженный луч полностью его поглотил. Сначала ударив по панцирю, дракон пролетел ниже, чем прежде, целясь в правый бок существа.

На этот раз под всемогущей силой Вайнкера чешуя зверя растаяла.

Когда император-дракон восстановил дыхание, от правого бока Тараска отвалились куски обожженной плоти, а панцирь почернел. Рука, в частности, потеряла так много мяса, что Вайнкер мог видеть под ее гноящимися венами кости. Дракон улыбнулся.

Но существо не остановилось.

Оно продолжало двигаться, и, к удивлению дракона, его выжженная плоть начала регенерировать. Под обгоревшими частями, вытесняя их на пепельную землю, вырос новый слой мяса; зверь, как змея, сбросил кожу, а новая рука заменила старую.

Через минуту зверь был, как новенький, и лишь пепел на панцире напоминал о неудавшейся атаке Вайнкера.

Хуже того, чудовище даже не взглянуло на Вайнкера, добавив к этому еще и оскорбление.

— Посмотри на меня —- приказал дракон, пролетая прямо перед головой существа. — Посмотри на меня, черепаха! — [Сияющее Величие]!

Его тело излучало величие самого прекрасного сокровища из всех. Видение абсолютной красоты, способное довести до слез даже эту породистую рептилию!

Проверка навыков не удалась!

БАМ!

Чудовище отбило Вайнкера головой в сторону и продолжило свой путь.

Дракон рухнул на пепел, созданный его собственным Перком, только чтобы мгновенно подняться с яростью в глазах.

Это оскорбление он не стерпит!

Вайнкер огляделся вокруг, заметив бесчисленные обломки силовых камней, которые разбились о землю; большинство из них были достаточно большими, чтобы образовать импровизированные колонны или даже холмы.

Ему в голову пришла одна мысль. — [Геомантия]! — он приказал земле уничтожить этого зверя.

Тип Поля: Поле Суперсиловых Камней.

Эффект: [Большая Стихийная Буря].

Десятки камней резонировали, одновременно сияя ярче солнца.

Каждый из них обрушил мощную атаку стихий: одни взорвались огненными смерчами, другие - ледяными бурями; сильные обжигающие ветры закружились вокруг Тараска, разрывая на части все растения, уцелевшие после ковровой бомбардировки Вайнкера; сама земля разверзлась, извергая каменные копья.

[Кольцо Дракона УР-Фараона] рефлекторно скастовало [Защита от Стихий]! Вы невосприимчивы к [Огню], [Земле], [Ветру] и [Воде] в течение двадцати минут.

Даже Вайнкер, измученный ветром и взрывами, с трудом удерживал равновесие. Силы, которые он призвал, посрамили его предыдущее извержение и цунами: огненные смерчи достигали облаков, ледяные осколки могли расколоть пополам корабль, а каменные осколки могли легко разрушить дом человека. Даже силовые камни, вызвавшие этот эффект, треснули под натиском необузданной дикой магии.

Тараск принял на себя всю тяжесть удара, пламя и снаряды били по нему со всех сторон. Часть шипов на его спине отвалилась; каменное копье пронзило одну из его левых ног; катастрофический взрыв снес половину его лица.

Он продолжал идти.

Хаос замедлил его движение, но оно продолжалось.

Зверь, выдерживая все атаки, двигался сквозь стихийный шторм, как гордый бык сквозь дождь. Когда буря силы утихла, оставив землю в руинах, Вайнкер с изумлением наблюдал, как существо продолжает свой путь. Его тело за считанные секунды восстановило нанесенный ему урон, вытолкнув даже каменное копье, воткнутое в его ногу.

Неужели ничто не могло остановить этого Тараска?

Только потому, что он никогда раньше не встречался с Вайнкером.

Побежав на всех четырех, дракон преследовал существо, отказываясь сдаваться.

[Кольцо Дракона УР-Фараон] рефлекторно кастовало [Спешку]! Вы будете двигаться и реагировать в два раза быстрее, чем обычно!

Мир расплылся в тумане, когда Вайнкер побежал быстрее ветра, догоняя зверя.

Вытянув руки, дракон поймал жалящий хвост существа и уперся ногами в землю. Его ноги утопали в грязи, несомые вперед неумолимым движением Тараска.

Проверка прочности... провал!

Вайнкер попытался остановить существо, но не смог. Тараск лениво попытался стряхнуть дракона с хвоста, размахивая им из стороны в сторону, но император железной хваткой держал свою добычу.

— Перестань меня игнорировать! — взревел дракон с вызовом. — [Сверкающий Театр]!

В ответ на его зов появилась его великолепная арена.

Впервые Вайнкер стал свидетелем этого, и если бы он был мягкосердечным человечком, он был бы доведен до слез. Вокруг него образовался массивный, шириной в милю, купол сплошного золотистого света, поймав в ловушку и дракона, и его свирепого врага. Сквозь его стены можно было видеть прекрасные картины, изображающие бесчисленные победы Вайнкера.

Но дикий зверь даже не поднял головы.

Вместо этого он продолжал двигаться вперед и ударился тупой головой о ближайшую стену. Весь купол содрогнулся…

Но держался.

Зверь раздраженно зарычал, направив шипы своей спины к стене. Костяные снаряды отскакивали от [Сверкающего Театра], не в силах пробить его насквозь. Глупое животное, неспособное придумать лучшего решения, ударилось головой о стену.

Вайнкер издал радостный смешок.

По крайней мере, до тех пор, пока в куполе не раздался визг, и стены не начали двигаться.

Тараск толкал всю клетку вперед руками и головой, хотя и с черепашьей скоростью.

— Нет, нет, нет! — Вайнкер закрепился на земле и потянул. Зверь больше не мог двигаться вперед и вступил с драконом в битву силы.

Проверка силы прошла успешно!

Хлюп!

Вайнкер упал на спину, держа в руках жало твари. Тараск от боли заревел.

Поздравляю! Вы кастрировали динозавра!

Это было не очень приятно!

На этот раз зверь действительно остановился: он перестал игнорировать Вайнкера. Когда его жало восстановилось, он обернулся и уставился на своего новоиспеченного хозяина. Дракон поднялся на задние лапы и посмотрел вверх.

И вверх.

Стоя, Вайнкер, вероятно, достигал пятидесяти футов в высоту. Он мог ногами раздавить человека и схватить одной рукой корову.

Но дотянулся только до пояса существа.

Тараск возвышался над [Августом], его желтоватые глаза источали животную ярость. Но Вайнкер не был впечатлен. — Я оторву тебе голову так же, как отрезал хвост, — предупредил дракон, отбрасывая жало и активируя [Кулак Победы].

Проверка харизмы прошла успешно! Ты привел в ярость [Императора Тараска]!

Император? — Единственный император - это тот, кто стоит перед тобой, ты, змей!

Оскорбленный Тараск поднял кулак и попытался раздавить дракона, как ребенка. Зверь обладал огромной силой, но ему не хватало изящества и вообще какой-либо техники.

С жалкой легкостью Вайнкер увернулся от удара, прыгнул на голову чудовища и ткнул его в оба глаза!

— [Молот Ведьм]! — Дракон активировал свое новое оружие, наполнив его огромным куском запаса своего SP. Над головой ослепленного монстра возник и ударил его призрачный пурпурный молот духовной энергии.

Мощный удар отправил его голову обратно в панцирь и Тараск споткнулся. Воспользовавшись открывшимся отверстием, Вайнкер приземлился на землю и удушающим захватом схватил одно из предплечий зверя.

Ибо он собирался показать черепахе ее единственную слабость.

Проверка силы прошла успешно!

Используя всю свою безграничную мощь, Вайнкер испустил страшный рев, и повернул собственный вес зверя против него же. Гораздо меньший дракон перекинул через себя Тараска и швырнул его на спину!

Панцирь монстра с громким треском ударился о землю, взметнув во все стороны грязь и образовав небольшой кратер. Когда голова существа вынырнула из панциря, его только что восстановленные глаза удивились собственной беспомощности. Все, на что он был способен, это метаться на спине, как черепаха.

Кто-то сказал бы, что случилось невозможное…

Но невозможное не было драконом!

— Что ты теперь будешь делать, черепаха? — насмехался Вайнкер над существом, готовясь взлететь и поджарить его сверху.

Тараск вонзил свое жало в землю и с силой перевернулся.

Вайнкер заморгал от этого сюрреалистического зрелища, потому что динозавр теперь стоял на задних лапах, его звериная морда исказилась в выражении абсолютной, первобытной ярости. Существо издало рев, который потряс даже стены [Сверкающего Театра], вокруг древнего динозавра вспыхнула багровая аура.

Вы заставили [Императора Тараска] уйти [Берсерк]! Он получил преимущество заклинания [Спешка]!

Вайнкер не видел ударивший его кулак, даже когда пролетел через свой [Сверкающий Театр] и еще полпути через сельскую местность.

Этот БИИП-ский класс…

В течение первых девятнадцати уровней о классе [Рыбак] нечего было писать. Низкие приросты, бесполезные способности, такие как вдвое более длительное дыхание под водой, спутник рыба-животное. И все же большинство цивилизованных наций жестко регулировали этот класс, часто заранее убивая обнаруженных [Рыбаков]. Только маньяк-разрушитель мог захотеть это максимизировать.

Потому что, как только они достигали 20-го уровня, [Рыбаки] получали этот сломанный Перк!

Виктор мог только удивляться, видя его в действии. Он прикинул, что Мэг Мелл поднял, по меньшей мере, тысячу морских змей; чешуйчатые ужасы кишели в порту, на его кораблях, а иногда убегали в открытое море. Фомор создал армию буквально из ничего.

[Малые Левиафаны] были примерно так же сильны, как воин двадцатого уровня. Опасны, но по отдельности не сравнится ни с Виктором, ни с Киа, ни с Украшенным Гербом авантюристом.

Хотя когда сталкиваешься с тысячами их…

Хуже того, хотя трансформация не длилась вечно, Перк не давал над монстрами никакого контроля. Перк [Друг Рыб] класса [Рыбак] Мэг Мелла защищал его от нападений большинства водных существ, подобно собственной защите Виктора от [нежити] и [слизи], но рой морских змей все равно убил его волшебных собак. Эти твари сожрут все в городе, не оставив никого в живых.

— Горыныч, превращай свой дождь в [Грозу], — сказал Виктор, расправляя крылья, чтобы спрыгнуть с его спины. — Киа теперь главная.

— Ты хочешь сразиться со змеями на земле? — спросила рыцарь, в то время как Мэг Мелл вызывал с помощью магии рои насекомых, погребая себя под горой червей и личинок. — Их слишком много!

— Я справлюсь с ними, — ответил он. — Просто позаботься о Мэг Мелле.

Визирь проверил все свои итемы, включая украденные у Оркнуба, и мешочки с алмазной пылью, спрятанные в его доспехах, а затем спрыгнул со спины Горыныча, так что Киа не успела даже возразить.

Повинуясь приказу своего хозяина, змей изменил погоду, сменив слабый дождь, который обычно его сопровождал, кудахчущей, ветреной грозой.

Пассивный перк Горыныча [Штормовой Дракон] изменил погоду на [Грозу]! Атаки [Молния] и [Ветер] будут усилены, Атаки [Огонь] будут ослаблены!

Гроза и близко не была такой мощной, как всепоглощающая буря Вотана, но этого достаточно, змей. Этого вполне достаточно.

Подлетев к докам, Виктор открыл боевые действия ковровой бомбардировкой [Черного Огня], испепелив дорожку рядом с водой. Десятки морских змей были опалены чешуей до самой плоти, а ветер только усиливал распространение огня. Через несколько секунд между портом и самим городом встала стена пламени.

Разъяренные змеи в ответ нацелились на него, выпрыгивая из воды, чтобы попытаться сбить его с ног. Виктор защищался своей косой, отсекая голову каждому существу. Труп мгновенно рассыпался в прах, душа зверя была захвачена, а его жизненная энергия поглощена.

Проверка навыка прошла успешно! Критический удар!

Когда он приземлился среди своего собственного пламени, чтобы сражаться на земле, поле зрения Виктора заполнили десятки сообщений о [Критическом Ударе], каждый взмах косы наносил смертельный удар. — [Пакт с Архимагами], — бросил Визирь, переходя в свою демоническую форму. Его броня приспособилась к новой форме, превратив его в могучего, закованного в броню джаггернаута, покрытого нечестивым пламенем.

К сожалению, берсерки не повернули обратно к морю. Они продолжали прибывать волнами, заставляя его постоянно оставаться в наступлении, чтобы не попасть в рой. Его зрение превратилось в расплывчатый образ убитой рыбы; было пролито так много крови и разбросано так много пепла, что они угрожали погасить пламя.

Тем временем Горыныч и его всадник ковровой бомбардировкой огнем и молнией разбомбили судно Мэг Мелла; фомор превратился в колоссальное чудовище, в улей из миллионов личинок, объединенных в человеческую форму. Гигантский рой попытался раздавить дракона руками, но Киа успела взорвать его "лицо" магическим солнцем. [Паладин] скакала на Змее с таким мастерством, превращая его в летающую машину убийства, что Визирь невольно позавидовал этому зрелищу.

— [Контагиозная Молния], — Виктор произнес одно из тех ”критических" заклинаний, о которых рассказывала Киа, подняв косу на ближайшего морского змея. Из клинка, усиленная грозой, вырвалась алая молния. Она пронзила существо, а затем прыгнула на трех его ближайших собратьев.

Критический удар!

Мило, но ненадежно.

Однако, в отличие от Вайнкера, чьи резервы были настолько велики, что он мог позволить себе спамить свои лучшие способности, Виктору приходилось держать себя в руках. Способность его косы высасывать жизнь позволяла ему игнорировать исцеление, но он рисковал сжечь свои Специальные Очки, если бы использовал только наступательные заклинания.

И все же он мог, наконец, немного расслабиться.

— [Царство кошмаров], — скастовал Виктор, поняв, что он достаточно отдалился от своих союзников. — [Мрачная Жатва Харона].

Сочетание обеих атак было весьма примечательным.

Вокруг него закрутилась реальность, чужеродное, ужасное измерение, накладывающееся на порт. По площади распространился пурпурный туман, разнося с собой вопящих призраков. На пылающей мостовой, рядом с желтыми призрачными глазами и колоннами черепов, образовались стонущие адские пасти.

Поле изменилось на [Царство Кошмаров].

В то же время вокруг Виктора плавали призрачные серпы, как масло, разрезая морских змей. С их дерьмовой харизмой, звери не могли сопротивляться полевому эффекту, страдая от все худших и худших недугов.

[Малые Левиафаны] [Дренируют]; вы пассивно восстанавливаете Очки Жизни и Специальные Очки.

— Забавный факт, если вы невосприимчивы к урону вашей собственной областью эффекта, сходите с ума! — Виктор наслаждался, разрезая морских змей направо и налево. Поскольку его Специальные Очки автоматически пополнялись, он сохранял эффект [Мрачной Жатвы Харона], серпы духа становились все более многочисленными и опасными. Души, которые они пожинали, наполняли косу Визиря, наполняя своего господина некромантической энергией.

На самом деле, он восстанавливал Очки Жизни даже быстрее, чем монстры могли причинить ему вред. Виктор подумал, не позвать ли Нуарсера и Шоколатин на помощь, но ни один из них не смог бы выжить в нынешних условиях поля боя. Его демонические призывы игнорировали пламя, но не эффекты [Царства Кошмаров] и не летающие серпы.

В общем, он мог справиться и сам.

— [Пронзительная Метель].

Воющая метель ударила Виктора в лоб, погасив его пламя и отбросив его назад. Атака ударила, несмотря на его слабую магическую защиту.

Вы получили сверхэффективный урон от мороза! Вы потеряли половину своих Очков Жизни!

[Регенерация Тролля] активирована!

Виктор быстро восстановил равновесие, и посмотрел на источник атаки. Один из морских змей, с чешуей из дерева прочнее стали.

Его [Проницательность Монстра] определила существо как трансформированного Мэг Мелла.

Виктор взглянул на титана-червя, сражающегося с его союзниками. Ублюдок, должно быть, использовал заклинание [Друида], такое как [Трансформация Животного], оставив Киа и Горыныча сражаться с приманкой. — Даже сейчас, даже после того, как ты набрал сорок уровней и стал таким же могущественным, как Вайнкер... ты ее боишься.

Замечание ударило фомора прямо в больное место. — Мэг Мелл не боится смертных! — прошипел змей.

— Ты в буквальном смысле прячешься под горой личинок, а не сражаешься с Киа! — Виктор дразнил его в ответ, скастовав на себя заклинание. — [Морозоустойчивость].

Вы получили иммунитет к [Морозу] на десять минут.

— [Команда Животными], — прохрипел Мэг Мелл. При этих словах в глазах [Малых Левиафанов] появился красный блеск. Вместо того, чтобы бесноваться, как раньше, они все смотрели на Виктора, как единый разум.

"Ненавижу Жевунов", — подумал Виктор, понимая, почему фейри принял уровни [Друида].

— [Ускоренная Приливная Волна], — фомор быстро снова скастовал, все еще в форме змеи, стена воды хлынула из доков, и поглотила проход целиком. Пока волны хлестали Визиря, таща его к городу, фомор превратился из морского змея в огромную акулу.

Оседлав волну, Мэг Мелл попытался перекусить Виктора пополам, его поддерживали морские змеи. Звери атаковали главу персонала не бушующей толпой, а как единое целое, окружая его со всех сторон.

К счастью, с [Брошью Свободного Движения], которую ему "подарил" Оркнуб, Визирь отреагировал быстрее. Он взмахнул косой и ударил трансформированного [Друида] по голове.

Однако, когда он это сделал, чешуя выпустила мощный звуковой взрыв, изгнав Виктора из воды и оттолкнув собственных змей Мэг Мелла.

Поздравляю! Вы получили перк монстра [Звуковая Чешуя]!

[Звуковая Чешуя]: Вы можете вырастить слой поющих чешуек; когда они нацелены на физическую атаку, чешуйки резонируют и выпускают мощный звуковой взрыв; это эффект урона [Ветром]. Вы не застрахованы от урона [Звуковой Чешуи].

Когда Виктор, наконец, приземлился, он находился в затопленном, разрушенном парке рядом с портом. Волна вырвала с корнем вишневые деревья и образовала среди травы пруды, превратив местность в болото. К счастью, нападение нанесло больше вреда призыву Мэг Мелла, чем самому Виктору.

Мэг Мелл вынырнул из пруда, вновь обретя свой истинный облик, теперь, когда они благополучно отошли от схватки с Киа. — [Улучшенный Дези-

— [Экстренный Телепорт]! — Виктор активировал еще один предмет Оркнуба, прежде чем смертельное заклинание успело его поразить.

Предмет телепортировал его прямо в его комнату во дворце, где Генри был занят размещением предметов, которые Виктор заказал раньше. Он закричал, увидев телепортирующегося прямо рядом с ним гигантского демона, поскольку никогда не встречал Визиря в таком виде.

— Позже, Генри! — Виктор схватил зелья, поднял шлем и выпил их в большом количестве прямо перед испуганным человеком.

Вы восстановили все свои Очки Жизни и Специальные Очки! Жизнестойкость увеличилась на две ступени за полчаса! Вы больше не устаете!

Затем он использовал [Кольцо Экстренного Телепорта], чтобы вернуться в парк, прежде чем его область эффекта заклинаний сможет захватить спальню. Его украденный предмет имел ограниченное количество зарядов, но он хорошо работал.

Виктор появился прямо за спиной растерянного Мэг Мелла и занес косу для смертельного удара. Возможно, он бы так и сделал, если бы морской змей, бросаясь ему в лицо, предостерегающе не закричал; а другой двигался перед фомором, действуя, как щит.

— [Магнитное Поле: Отталкивание]. — Невидимая сила отбросила Виктора назад, его доспехи и коса отлетели следом. Визирь вновь обрел равновесие, но оказался в обороне; рубка тварей друида заняла все его внимание. Затем фомор воспользовался этой возможностью, чтобы еще больше баффнуть себя, добавив на свое тело еще один слой толстой деревянной чешуи. — [Кожа Железного Дерева].

Однако триумф Мэг Мелла был недолгим, призрачный серп обошел его защиту и ударил в грудь. Следуя за своим заклинателем, [Царство Кошмаров] начало скручивать поле битвы в свой тип Поля, помогая Виктору справиться с призывом врага.

— [Защита духа], — Мэг Мелл продолжал себя баффать, и серпы отскакивали от его кожи, а затем он произнес заклинания, чтобы увеличить размер и силу своих змей, — [Ядовитые Клыки], [Рост Монстра].

Морские змеи стали вдвое больше, чем прежде, их острые зубы стали фиолетовыми и сочились кислотой. В то время как звездная скорость и рефлексы Виктора позволяли ему продолжать уклоняться, но он был ошеломлен, и каждый раз, когда он пытался прицелиться заклинанием в самого фомора, одна из змей двигалась между его косой и ее хозяином.

—Ты слаб, — проскрежетал Мэг Мелл, командуя своими монстрами, и оставаясь в безопасности между элитной охраной из них. — Я изучал тебя, Виктор Далтон. Ты - слабое звено, краеугольный камень. Человек, стоящий за драконом, а я - рука, стоящая за Королем Балауром. Твоя кончина покалечит Вайнкера.

Виктор ответил бы умным ответом, если бы не сражался с гигантскими левиафанами.

— Ты силен, но мы, фоморы, — сама магия. Мы - сила без души, сила без роста, которая никогда не сможет развиваться. Вы, люди, растете без силы, слабы, но с безграничным потенциалом. И теперь твой потенциал останется нереализованным. [Анти-Телепорт].

Вы больше не можете телепортироваться!

— Подожди, ты же маг? — Что-то щелкнуло в голове Виктора. — Камни силы…

— Окаменелые останки моих мертвых братьев, — ответил Мэг Мелл, наслаждаясь зрелищем, как его призыв обрушивается на одинокую цель. — Они наши по праву.

— Полагаю, ты не собираешься объяснять мне, зачем тебе это понадобилось? — Спросил Виктор, поскольку фоморам нравилось слушать собственные речи.

— Они нужны моей дочери для ее стрел. — Мэг Мелл презрительно фыркнул. — Ее глупая вера в эту "технологию" приведет ее к гибели. Магия, сама по себе, является высшей. Эта проклятая Система, это оружие против моего вида, в которое по глупости ввязался Кость, было единственным, что позволяло вам, животным, бросать нам вызов. Но теперь я...

Мэг Мелл произнес заклинание и начал увеличиваться в размерах, пока не стал таким же большим, как сам Вайнкер. На этот раз он решил включиться в драку лично.

— Я - сила, которая может расти без ограничений!

Приобретение классов заставило его отправиться в путешествие силы. Хорошо. — Мне кажется, ты кое-что забыл. Точнее, три вещи.

— Я забыл больше, чем ты когда-либо узнаешь, смертный, — ответил фомор с величайшим высокомерием, поднимая свою сороконожью руку для удара. Его удар не попал в Визиря и вообще не должен был попасть в цель: магнитное поле, окружавшее фомора, толкнуло Визиря в ждущую пасть змей. — Вы - рабы этой Системы, вы реагируете на нее, а я управляю ею. Я ее оптимизировал. Я создал самую мощную комбинацию классов в мире.

— Тогда вот тебе урок тактики: во-первых, никогда не сражайся с некромантом, бросая в него больше тел. [Реаниматор]. — Виктор активировал свою некромантию, исчерпав запас алмазной пыли и используя души, заключенные в его косу, как материал.

Три колоссальные призрачные гидры, сотканные из дюжин духов морских змей, вместе взятых, объединились вокруг Виктора, а их спектральный вопль отразил их живых родственников. Морские змеи пытались раздавить и укусить нежить, но только прошли сквозь них.

Ага, он знал это! Будучи могущественными, змеи не имели магических атак, способных поразить бестелесные цели! Его [Призрачные Гидры], однако, разрывали животных на части, преследуя их через парк и вынуждая их уйти от своего хозяина.

— Теперь остались только ты и я, — сказал Виктор рассерженному фомору, оттолкнув его призванных существ. Фейри попытался раздавить [Жнеца] вызванным дождем из валунов, но глава персонала двигался быстрее. — Ну, в основном, ты и я. [Призванные Черепа Виктора].

Вокруг Виктора, стреляя лучами энергии в гигантского фомора, появились пять плавающих черепов. Преуспев лишь в том, чтобы превратить парк в руины, Мэг Мелл в ответ открыл рот и выпустил на Виктора и его слуг-некромантов поток ядовитой черной слизи. Два черепа растаяли, а Визирь едва успел увернуться. Брызги слизи ударили по его броне, просочившись сквозь трещину и обжигая внутри кожу.

Вы получили тяжелые повреждения [Ядом]! Проверка Живучести прошла успешно! Вы избежали [Коррозии]! Вы потеряли половину своих Очков Жизни!

Вы заработали Перки Монстра [Плохое Дыхание] и [Разъедающий Яд].

[Плохое Дыхание]: 90 Специальных Очков. Вы можете дышать конусом ядовитой слизи, нанося тяжелый урон [Ядом] при контакте; все, кто прикасается к ядовитой слизи, должны пройти жесткую проверку на Живучесть или быть [Отравлен].

[Разъедающий Яд]: Пассив. Когда вы должны нанести кому-то статус [Отравлен], вы вместо него применяете недуг [Коррозия]. [Коррозия] функционируют как [Отравлен], но может влиять даже на тех, кто обладает Устойчивостью к [Яду] и Иммунитетом: Иммунитет к Яду рассматривается как Устойчивость к Яду, в то время как стандартная Устойчивость к Яду игнорируется.

Идеальное сочетание классов, мощных природных способностей, острого тактического ума и инстинктов выживания, отточенных веками. Мэг Мелл был древним чудовищем и почти неуязвимым. Чем больше он думал о своем враге, тем больше Виктор понимал, что тот потеряет бдительность только в одном случае.

В момент, когда он будет думать, что уже победил.

— [Самый Темный Страх], — фомор наложил на Виктора страшное заклинание, вероятно, надеясь, что его яд мгновенно убьет Виктора, как только его Очки Жизни упадут до одного. Смертельная комбинация.

Визирь почувствовал, как в его душу вонзились темные когти магии фоморов, и рухнул в грязь. Он не издал ни звука и выглядел мертвым, пока рассеивал свои серпы и эффект поля.

— Знай свое место, смертный, — обрадовался фомор, ослепленный мыслью о безупречной победе. — Ты никогда не был достоин быть [Избранным].

Виктор затаил дыхание.

— Рассеять [Магнитное Поле], — сказал Мэг Мелл, совершив роковую ошибку. Его рука-сороконожка приблизилась к телу Виктора, чтобы, наконец, забрать свой трофей. — А теперь, что я буду делать с этим полудраконьим сосудом…

— [Спешка].

Вы будете двигаться и реагировать в два раза быстрее, чем обычно.

Прежде, чем Мэг Мелл успел среагировать, Виктор неожиданно отрубил ему его сороконожью руку; лезвие рассекло его укрепленную кожу.

Фомор издал крик боли, а Визирь быстро поднялся на ноги и снова активировал [Царство Кошмаров] и [Мрачную Жатву Харона]. — Тебе следовало пойти в школу, — сказал Визирь, покрытый зеленой кислотной кровью фомора. — Твое отсутствие дальновидности просто обезоруживает.

— [Самый Темный Страх]! — Мэг Мелл снова применил свою проверенную тактику, возможно, решив, что в первый раз просто промахнулся.

Темная магия путешествовала через божественную связь между божествами, которые избрали Виктора и его собственную душу, чтобы сильно его ударить. Совершенное оружие против [Избранных], усовершенствованное на протяжении веков.

Используя свою связь с [Черным Граалем], Виктор перенаправил атаку на свой артефакт, и смертоносная магия заскользила по его душе, как вода по ветровому стеклу.

— Невозможно, — в чистом шоке прохрипел Мэг Мелл, выпуская шипение. Коса визиря рассекла ему грудь, но, похоже, у фейри не было органа, о котором можно было бы говорить.

— Второе. — Виктор поднял косу на фомора, чтобы ударить снова, теперь, когда магнитное поле больше его не защищало. — Вы думали, что кто-нибудь может вычислить противовес, если вы будете продолжать спамить на него одно и то же проклятое заклинание. Не знаю, как долго вы разрабатывали заклинание [Самый Темный Страх], но мне потребовалось всего семь проклятых лет, чтобы это понять!

— [Желез-

— [Контагиозная Молния]!

Его молния ударила промокшего фомора в грудь, распространилась на три оставшихся плавающих черепа, а затем снова сошлась на фейри. Огромное количество электричества, хлынувшее через зверя, превратило его в живой неоновый свет.

Критический Удар!

— [Магн- аргх! — Виктор продолжал рубить фомора, не давая ему времени сосредоточиться на своем заклинании. Он порезал одну ногу насекомого, потом другую, двигаясь слишком быстро, чтобы фейри успел увернуться или нанести ответный удар.

Одна из тех вещей, которым он научился у Акхенапепа. Никогда не давайте могущественному заклинателю передышки.

— Ты хочешь знать, почему твой вид продолжает проигрывать? — Визирь подрезал одно из крыльев Мэг Мелла, когда тот попытался взлететь, и посадил его на землю. — Это не из-за Системы, и не потому, что у нас лучшие классы, и не потому, что у тебя не было души. Это потому, что ты продолжаешь недооценивать нас, снова, и снова, и снова!

Весь в собственной крови, Мэг Мелл, как его сын-дудочник, попытался бежать. — [Ходок Роем], — прохрипел он, мгновенно превращаясь в улей насекомых.

Виктор этого не потерпит. — [Черный Огонь], — сказал он, испепеляя рой, прежде чем тот успел распространиться и убежать, как в кратере. Пламя распространялось через личинок и жуков, в то время как [Царство Кошмаров] их высасывало. Через несколько секунд фейри был вынужден перестроиться, на этот раз вернув себе нормальный рост.

Загнанный в угол, Мэг Мелл открыл портал и попытался пролезть внутрь, Виктор бросился за ним. Отчаявшийся фейри оказался в дюйме от ворот...

— [Солнечный Суд].

На Мэг Мелла упал луч света, испепеляя вокруг него траву и вынуждая его упасть. Горыныч заслонил раненого фейри сверху, его нынешний рыцарский всадник готовил очередное заклинание.

Но на этот раз Виктор никому не позволит взять на себя ответственность.

— И, в-третьих, — Визирь поднял косу, — иметь душу не всегда благо!

Фейри посмотрел на клинок, наконец поняв, что все потеряно. — Это не имеет значения, — заявил он, все также до самого конца высокомерный. — Моя работа продолжается.

И с этими словами [Жнец] потребовал свое.

Его коса одним ударом обезглавила Мэг Мелла, и портал исчез вместе с его жизнью.

Когда клинок пал, покрытый густой зеленой кровью фомора, из разлагающегося трупа Мэг Мелла появилась кричащая кровавая тень; неестественное, Франкенштейновское чудовище души, лоскутное привидение. Виктор даже не мог толком описать это, поскольку оно двигалось в его косе.

С этими новыми дополнениями бесчисленные души в косе объединились и изменили ее. Их магия горела в руках Виктора, придавая косе новую форму. Жезл превратился в искривленное черное дерево, покрытое шепчущими лицами, а лезвие исчезло, сменившись призрачным эфемерным лезвием.

Поздравляю! Поглотив искусственную душу Мэг Мелла, ваша коса стала артефактом [Жатва]!

За победу над фомором Мэг Меллом в магической дуэли и пиршестве на его душе вы заработали три уровня в [Синоптик]! Вы заработали классовые Перки [Дьявольский Архимаг II] и [Апокалиптический Шторм]!

+90 Очки Жизни, +30 специальные Очки, +2 Сила, +2 Жизнестойкость, +3 Мастерство, +2 Ловкость, +6 Интеллект, +3 Харизма, +6 Удача!

[Дьявольский Архимаг II]: Вы можете изучать и произносить заклинания на два уровня выше вашего текущего. Вы также можете изучать и произносить заклинания с особенностями [Зло], [Дьявол] и [Погода], но только те, которые равны или ниже вашего текущего уровня доступа; если они принадлежат к эксклюзивной школе магии, вы считаетесь так, как если бы вы соответствовали другим требованиям. Заменяет [Дьявольского Архимага I].

[Апокалиптический Шторм]: Когда вы пытаетесь изменить погоду, например, с помощью заклинания [Контроль Погоды], добавьте следующие условия к вашим опциям: [Кровавый Дождь], [Слизистый Дождь], [Кислотный Дождь], [Огненный Град], [Призрачный Шторм] и [Чумные Ветры]. Вы невосприимчивы к негативным последствиям этих погодных условий, даже если не вы их вызывали.

Киа скандировала его имя, размахивая своим мечом, отчего Виктору внутри стало тепло.

Положив косу на плечо, Виктор приготовился идти помогать Вайнкеру, когда заметил в небе новые крылатые фигуры. Сначала он подумал о Валькириях Вотана, особенно, когда заметил их оперенные крылья.

К сожалению, смотреть на них было гораздо менее приятно.

— Мошенник! — Над ним кружило полчище из тридцати ангелов, и все они выглядели несчастными. — Мы откликнулись на твой зов о помощи, дьявол!

Его зов? Погоди, это были те ожившие ангелы, которых он призывал больше недели назад? Пока еще в форме чаши?

...

И они прибыли только сейчас?

Виктор закрыл лицо рукой.

"Государственная служба."

— Сегодня я ужинаю черепашьим супом!

Так поклялся Вайнкер Рыцареубийца, поднимаясь с кружащейся головой и сердцем, полным гнева. Грязь и трава покрывали его прекрасную чешую, а след, оставленный его приземлением, тянулся на сотни метров.

Удар Тараска отбросил его на многие мили, и его золотой театр, словно далекое сияние, рухнул сам на себя, что разозлило его еще больше. Дракон заметил облако пыли, несущееся на полной скорости к городу этого гоблина, далеко от самого Вайнкера. Зверь не хотел отвлекаться от своей цели, он оставил врага позади и вернулся на свой смертоносный курс.

Для дракона быть проигнорированным считалось одним из величайших оскорблений; прямо за тем, чтобы его клад превратился в свинец.

В ярости Вайнкер чуть было не бросился в погоню за великаном, но вовремя остановился. Их последняя стычка показала дракону, что, хотя он глуп и лишен изящества, зверь может сравниться с ним в грубой силе. Даже его могучая [Геомантия] и [Заряженная Атака] не могли надолго его подавить.

Вайнкер нуждался в стратегии.

Должен ли он вспомнить Человечка Виктора и использовать его [Щит Хозяина]? Раз уж динозавр обманул его своей регенерацией, было бы только справедливо вернуть услугу. Идея была заманчивой, но дракон быстро от нее отказался. Миньоны существовали для того, чтобы сделать его триумф еще более грандиозным; признать, что они нужны ему для победы в битвах, было бы постыдно. Кроме того, Визирю уже поручили найти этого проклятого фейри Мэг Мелла и раз и навсегда покончить с его вмешательством.

Кроме того, он получит золотой дождь только в том случае, если выиграет дуэль.

Нет. Ради своей гордости и дохода Вайнкер сам выиграет эту битву.

Что еще может помочь? Император наблюдал за полем боя, замечая обломки силовых камней, оставленных разрушением горы. Эти осколки усилили его дыхание и геомантию; они даже помогли отправить ракету на проклятую планету Луну!

В голову Вайнкеру пришла великолепная мысль.

Быстро, прежде чем Тараск успел окончательно его опередить, дракон взлетел и схватил каждый кристалл, который смог достать. Вайнкер выбрал только два сорта, потому что у него были стандарты: красные, такие же красивые, как его собственная чешуя, и зеленые, чтобы дополнить другой цвет.

Эти немного светились и вызывали у него тошноту, но, конечно, они не могли повредить его здоровью. В конце концов, он был драконом.

Когда руки у него были полны, Вайнкер погнался за динозавром. Он ждал, что его кольцо скастует [Спешку]... но этого не случилось.

— Ур-кольцо, быстрее! — приказал дракон своей безделушке. Ускорившись, Тараск двигался теперь быстрее, чем Вайнкер мог за ним следовать. — Быстрее, я сказал!

[Кольцо Дракона УР-Фараона] может бросить [Спешку] только один раз в день.

Один раз в день? Что это за дрянная работа миньонов?

Вайнкер напрягся против ветра, изо всех сил стараясь лететь быстрее. Его крылья хлопали так сильно, что поднимали облака пыли и вырывали на земле растения с корнем.

Используя запасы энергии, которые, как он всегда знал, у него были, дракон летел быстрее, чем когда-либо. Быстрее ветра. Быстрее, чем-

Проверка ловкости прошла успешно!

БУМ!

Вайнкер вызвал ударную волну, и мир превратился в размытое пятно, силовые камни чуть не выскользнули из его когтей. Его корона почти отвалилась и, вероятно, упала бы, если бы не была прикреплена к рогам; его зрение превратилось в туннель, странно сфокусированный на далеком Тараске.

К этому времени разъяренный зверь достиг стен города гоблинов, угрожая пробить себе кровавый путь.

Вайнкеру было все равно, но дракон заявил, что остановит зверя заранее. Его честь дракона требовала триумфа. — За мой клад! — взревел дракон и проглотил свои не блестящие силовые камни.

У него болел живот, когда его внутренняя печь пыталась сжечь кристаллы.

Внимание: вы получили урон [Фейри] и [Ядерный] урон!

Какое отношение имеют фейри к этим камням? Они всегда находили способ испортить ему день.

Как бы то ни было, Вайнкер наконец добрался до Тараска и ударил его сзади, не дав ему пробить стены.

Вместо этого столкновение толкнуло их обоих вперед!

Вайнкер схватил удивленного и гораздо более крупного Тараска и пригвоздил его к земле, ударив головой о мостовую. Зверь был и больше, и сильнее дракона, и Вайнкеру, чтобы его сдержать, пришлось использовать каждую унцию силы.

Как раз вовремя, потому что боль в животе прекратилась.

Поздравляю! Через ассимиляцию тяжелой дозы [Огня] и [Ядерных] силовых камней, ваше [Дыхание Дракона: Огонь] эволюционировало в [Дыхание Дракона: Атомный Огонь]!

Теперь он нанесет дополнительный пятидесятипроцентный [Ядерный] урон и вызовет рак у выживших!

Вайнкер открыл рот и выстрелил.

Его могучее дыхание превратилось в ослепительное белое пламя, такое же, какое в древние времена Старший Змей использовал для создания солнца. Он выпустил его прямо в уродливое лицо Тараска, расплавляя его плоть.

Зверь издал рев и освободился, ударив Вайнкера одной рукой о пагоду. Башня позади дракона рухнула, придавив тоннами камня орду гоблинов и волшебных гончих.

— Годзилла! — Вайнкер вдруг понял, что крошечные жители этого города, занятые борьбой с монстрами, бежали в страхе, как перед драконом, так и перед его нынешним противником. — ГОДЗИЛЛА!

Тараск издал страшный рев и перестал пытаться двигаться по городу. Он сосредоточился на драконе и ударил его о землю, а затем бросил на другое здание.

Активировав [Кулак Победы], Вайнкер втянул зверя в драку; или то, что могло сойти за нее. Поскольку Тараск был в два раза больше дракона, Император Мурмурина, должно быть, выглядел как ребенок, пытающийся избить своего родителя.

Дракон выжидал удобного случая и сосредоточился на обороне. Он избегал кулаков монстра, и они стучали по мостовой, создавая воронки, и часто, когда он мог себе это позволить, наносил своему врагу удары по голове. Хотя он двигался быстрее, чем его противник мог его ударить, любой удар динозавра был бы смертельным, в то время как собственный удар Вайнкера был не более неудобным, чем пощечины.

Просто боевые действия в городе привели к тому, что здания вокруг них рухнули, а дома превратились в пасту.

Наконец, Тараск ненадолго споткнулся об обломки собственного изготовления, и Вайнкер воспользовался случаем, он схватил его за руку, навалился на него всем своим весом и отшвырнул монстра в сторону. Существо покатилось по земле и ударилось о какой-то военный гарнизон, ему на спину посыпались камни.

Пока Тараск пытался вернуться в строй, Вайнкер приготовил свою козырную карту. — [Заряженная Атака]...

Тараск с ревом вынырнул из-под обломков, как раз вовремя, чтобы Вайнкер успел испустить свой сокрушительный выдох. На этот раз его пламя стало ярко-зеленым; взрыв был настолько разрушительным, что при ударе опустошил весь район, расплавив внизу землю и испарив всех, кому посчастливилось оказаться поблизости. Священный огонь превратил камень в пепел, а плоть - в пар.

Динозавр шел сквозь дыхание, с его костей падала плоть. Он пытался пробиться сквозь пламя, медленно, но опасно приближаясь. И все же, Вайнкер не сдавался, его ослепительный взрыв был настолько силен, что едва не бросил его на спину.

Роковой удар так и не был нанесен.

Когда Вайнкер наконец вдохнул, перед ним среди моря расплавленного камня стоял только обугленный скелет Тараска. Вся плоть, все органы могучим пламенем дракона были сорваны, оставив лишь возвышающуюся массу костей и пустой панцирь.

— Победа! — Вайнкер воздел руки к небу. — Никто не может устоять передо мной!

Наконец-то он победил!

Он еще раз доказал врожденное превосходство драконов над всеми другими рептилиями. А ведь для этого потребовалось уничтожить полгорода!

Радости Вайнкера не было предела... пока скелет не дернулся.

Дракон в изумлении замер, когда на костях вновь выросли сухожилия, вены, а затем и плоть. Слой за слоем мясо, а потом чешуя, когти и очень злые глаза. Через несколько секунд Тараск полностью пришел в себя.

Только теперь он светился зеленым светом.

Поздравляю! [Император Тараск] теперь [Радиоактивный]!

Вайнкер был слишком потрясен, чтобы уклониться от следующего удара.

Тараск ударил дракона головой так сильно, что тот, впервые за всю свою долгую-долгую жизнь, почувствовал, как сломались его ребра. Удар отбросил Вайнкера на пагоду, затем на другую и, наконец, на стены императорского дворца, находившегося в четырех улицах от него. Удар на мгновение вырубил дракона, и его зрение затуманилось.

Внимание: Критическое Состояние Здоровья! [Браво Бык] активир-

Придя в себя, Вайнкер внезапно осознал абсурдную истину.

Он нашел единственное существо в мире, которое не мог победить силой.

Август нашел некоторое утешение в том, что существо тоже не смогло его победить, заперев их в бесконечной дуэли, но не сильно. Драконы были на вершине пищевой цепочки! Они не делили это место с каким-то тупым динозавром!

— Я отказываюсь это принять! — Сказал Вайнкер, поклявшись защищать честь своей расы. Он поднялся на ноги, рассеянно раздавив ногами гигантского паука и отряд гоблинов. Он заметил, что Гоблина и ее охранники дерутся неподалеку, но дракон не обратил на них внимания. Сейчас он смотрел только на гигантскую, несущуюся на него рептилию.

Если грубая сила не поможет ... тогда, Вайнкер... он воспользуется своим мозгом! Он, начавший с удивительной оценки Интеллекта корня из шестидесяти четырех баллов, прежде чем Система увеличила ее в десять раз, найдет решение!

— Меню! — Вайнкер быстро открыл свой экран статистики, просматривая все преимущества, которые он накопил за свою славную карьеру авантюриста. Может быть, он добился чего-то, что даст ему силу победить.

Его глаза быстро пробежали по длинному-длинному списку способностей, включая те, которыми он никогда не пользовался. [Решимость Охотника], [Имперская Власть]...

... [Сопереживание Монстру]?

[Сопереживание Монстру]: Вы можете сделать Проверку Харизмы, чтобы улучшить отношение к вам монстров, сделав их более дружелюбными. Эта способность работает даже на диких монстрах, таких, как тип Зверей. Монстры, которые ненавидят вас по личным причинам или безмозглые автоматы, такие как големы, этот Перк проигнорируют.

Самый первый перк, который он заработал от [Селекционер Подземелий], и которому он никогда не находил никакого применения. Дракон внезапно вспомнил, что сказал его миньон после последней битвы с Забытым.

"Ваше Величество, это прозвучит очень банально... но разве вы не победите своего врага, когда заключите с ним мир?"

Наконец-то, Вайнкер понял, что пытался донести до него Человечек Виктор.

Дракон обращался с рептилией, как с врагом, тогда как он должен был считать его потенциальным миньоном! Все, что ему нужно было сделать, это показать этому зверю разум и обратить его в миньона!

— [Сопереживание Монстру]! — он активировал Перк [Селекционера Подземелий], как раз в тот момент, когда Тараск бросился на него когтями вперед. Вайнкер протянул руки, направляя на этого несчастного язычника дух прощения драконов.

Проверка харизмы с бонусом -30 за то, что вы однажды кастрировали [Императора Тараска]…

-30? Но он регенерировал! Ничего личного!

Проверка харизмы…

Когти Тараска остановились в дюйме от шеи Вайнкера.

Удачно!

Отношение [Императора Тараска] изменилось с враждебного на нейтральное.

Пораженный харизмой дракона, Тараск больше не мог причинить вред истинному дракону.

Поэтому, не сбиваясь с ритма, существо немедленно повернулось к Вайнкеру спиной и продолжило свой путь к находившемуся за полмира от него сокровищу.

— Подожди! — Приказал Вайнкер, двигаясь перед зверем в попытке его остановить. — Как ты можешь хотеть уничтожить мой клад? Мой прекрасный клад? Почему ты не перевернешь монету, как это сделал я?

Существо посмотрело на Вайнкера своими ужасными глазами и издало серию хрюканья; [Сопереживание Монстру] переводило эти сигналы в грубые чувства. В сознании дракона вспыхнули картины Мурмурина, его переполненных сокровищ.

— Уничтожить, уничтожить, уничтожить!

Такова была петляющая мысль, внедренная в голову существа, и она сводила его с ума от ярости. Магическое принуждение, которое заставляло его двигаться вперед, не обращая внимания на боль и славу дракона.

— Ты одержим руководящим духом, — сказал Вайнкер, положив руки на плечо существа. — Прими Старшего Змея, посланником которого являюсь я, и ты будешь освобожден от греха фейри! [Очистка Заклинаний]!

Вайнкер окутал Тараска своей святой энергией, изгоняя тьму, укоренившуюся в его сердце. Благодаря силе его безграничной харизмы, зверь был вскоре очищен от греха фейри.

Проверка харизмы прошла успешно! Ты снял [Гейс Мэг Мела] с [Императора Тараска].

И вот, наконец, Вайнкер победил.

Вместо кровожадного, свирепого зверя, без сводящего его с ума ритуала Мэг Мелла, Тараск немедленно стал безмятежным. Проклятие фейри больше не заставляло его гнаться за священным сокровищем. Он увидел свет слов Вайнкера и принял его послание о мире миньонов.

Вместо этого Тараск передал через связь эмпатии единственное намерение.

Голодный.

— Мы будем пировать скотом, как хозяин и миньон, — объявил Вайнкер, похлопывая зверя по панцирю. — Служи мне, и ты никогда больше не будешь голоден, и я никогда не буду! Ибо ты будешь моим миньоном отныне и вовеки.

Миньон - еда?

— Только в экстренных случаях, — успокоил зверя Вайнкер. — Только в экстренных случаях.

Существо, казалось, не обладало интеллектом, необходимым для понимания концепции, но обещание бесплатной еды его успокоило.

— А вы... вы подружились с этим? — Вайнкер посмотрел вниз, заметив поблизости Гоблину. Гоблин и ее войска уничтожили рабов фейри, ее крошечные доспехи были заляпаны кровью. Очевидно, она была ошеломлена евангелизационной силой Вайнкера.

— Я его приручил, — поправил дракон. — Тараск принял свет Накопительства и отныне будет моим миньоном.

— Ну, я думаю, мы победили, даже если ты причинил больше вреда, чем армия вторжения, — сказала крошечный гоблин, глядя на следы разрушения, оставленные двумя рептилиями. — Эй, а кто вообще на нас напал?

Вайнкер снова протянул руки, ожидая за свою победу золотого дождя. В конце концов, эту битву выиграл он один.

Но после минуты ожидания дракон понял, что его миньон ошибся.

Заключение мира с врагами не считается их поражением!

Поздравляю! За дружбу и укрощение [Императора Тараска] вы заработали три уровня в [Селекционер Подземелий]. Вы заработали классовый Перк [Альфа-Магнетизм (Чешуя)]!

+60 Очки Жизни, +30 специальные Очки, +1 Сила, +3 Мастерство, +2 Ловкость, +3 Интеллект, +2 Харизма, +2 Удача!

[Альфа-Магнетизм (Чешуя)]: Меньшие рептилии видят в вас достойную следования альфу. При взаимодействии с [Рептилиями], [Водными] и [Земноводными] существами они должны преуспеть в проверке харизмы или пасть ниц в подчинении; это [Эффект воздействия на ум].

Тараск упал перед Вайнкером и поднял свое жало, в этот мирный час с его голодом боролась новая мысль.

Размножение?

— Только не со мной, — ответил Вайнкер, указывая указательным пальцем левой руки на своего нового миньона. — Но у меня для тебя есть идеальный остров!

Два вида спасены от вымирания.

Вайнкеру не терпелось этим похвастаться.

Виктору Далтону, Великому Визирю Иимперии V&V, на минуту показалось, что у него звенит в ушах. Мир погрузился в полную тишину после того, как он услышал последние слова Вайнкера.

— Простите, Ваше Величество, что вы только что сказали? — спросил Визирь, когда к нему вернулся слух. Слева от него, как разрушенное свидетельство сегодняшнего хаоса, стояли руины императорского дворца.

— Человечек Виктор, познакомься с моим новым миньоном. — Дракон похлопал Тараска по панцирю, светящееся гигантское чудовище в этот момент пировало морскими змеями. После битвы Гоблина благоразумно приказала сложить всех мертвых [Малых Левиафанов] рядом с императорским дворцом, прежде чем два гигантских существа обратят свой голод на граждан. Даже сейчас гоблины и охранники гоблинов старались изо всех сил бросать еду рептилиям. — Он будет размножаться вместе с моими дронтами, чтобы произвести на свет новое поколение аварийных пайков.

Да, Виктор все еще не понимал. Вернее, он не хотел этого понимать.

Как, черт возьми, Вайнкеру вообще удалось приручить эту тварь? — Сэр, это... это Тараск.

— Да, миньон, у тебя дар констатировать очевидное.

— Горыныч думает, что он милый! — Сказал конь Виктора, получив свою собственную рыбу для еды. Тараск посмотрел на три головы существа и испустил стон счастья, а змей в ответ завилял хвостом. — У Горыныча есть друг!

— Ваше Величество, говорят, что эти чудовища могут съесть целые страны! — Запротестовал Виктор. — Где мы найдем столько мяса, чтобы его прокормить?

Кроме того, Тараск теперь светился зеленым. Ничего подозрительного в этом, конечно, нет...

— Миньон, ты не видишь так далеко, как я, — ответил Вайнкер. — Это существо может регенерировать из чего угодно. Чего угодно. Так что мы вырвем его внутренности, скормим их скоту, а потом мой новый слуга будет пировать на коровах! Идеальное решение проблемы голода в мире драконов!

— Как мы вообще будем перевозить эту штуку?! Он слишком большой, чтобы поместиться в портале!

— Миньон, просто пометь его своим вызывающим Перком и перестань портить мое хорошее настроение незначительными деталями, — весело отмахнулся от его беспокойства Вайнкер. — Потому что сегодня великий день! Этот надоедливый фейри Мэг Мелл, наконец-то, мертв!

Правда, и у Виктора была новая коса на показ, но проблема Тараска оставалась. Визирь задумался, прикидывая, что можно пометить зверя [Черным Всадником], а Горыныча - [Змеем Всадником]. [Всадник Хаоса] вообразил себя верхом на Тараске, существе большем, чем даже Вайнкер, и всемогущим лордом разрушения, который заставил бы покраснеть даже Саблара.

— О... — у него в глазах посветлело. — О…

Если подумать, может быть, он сможет привыкнуть к этому новому монстру.

Оставив рептилий праздновать победу, Виктор направился к воротам дворца, где Гоблина пила со своими генералами и Людвиком Ваном. Тем временем, Киа молилась Митре в углу рядом с поднятыми ангелами, изо всех сил стараясь не обращать внимания на остальных, за одним исключением.

Она всегда держала связанного Оркнуба с кляпом во рту на расстоянии вытянутой руки.

— Хорошая новая коса, Вик! — Гоблина подняла кубок с вином в его сторону, подражая своим людям. — Великое оружие, достойное сегодняшнего героя!

— Я еще не проверил, что она делает, — сказал Визирь, рассматривая ее более внимательно.

Жатва

Качество: S - (Незначительно Разумный Артефакт)

Назначение: Собрать как можно больше душ и знаний.

Материал: Фоморская древесина.

Прочность: ∞/∞

Вес: 4,5 кг.

Бонус: +10 урон Мастерством, + 30 крит, обход немагических защит. Наносит дебафф Сила/Живучесть на успешные удары. Обладатель может кастовать по желанию [Самый Темный Страх] и нанести критический удар [Мгновенная смерть]. Только [Жнец].

Коса, созданная из останков Мэг Мелла, Жатва одушевлена жаждой знаний лорда фоморов. Вместо того, чтобы существовать независимо, души, пожатые Жатвой, становятся частью разума-улья, преданного своему владельцу и правдиво делящегося своими знаниями. Кроме того, лезвие Жатвы режет не плоть, а души; таким образом, хотя оно и обходит все физические защиты и повреждает бестелесные цели, оно не может повредить бездушному существу.

— Здорово! — Сказала Гоблина, посмотрев на статистику благодаря одному из своих Перков. — Чем больше людей ты с ее помощью убьешь, тем умнее станешь!

— Давай не будем идти по этой дороге, — сказал Виктор, хотя поклялся допросить дух Мэг Мелла, как только будут решены более срочные вопросы. — Ты на удивление спокойно относишься к этой катастрофе.

— Я не могу поверить, что сопротивление опустилось так низко, что объединилось с фоморами и устроило террористическую атаку, — сказала Гоблина, предлагая ему кубок, который он вежливо отклонил. — Фоморы! Мне придется удвоить число охранников, чтобы лучше защитить наших граждан от их вероломных нападений.

— Сопротивление ... ах, конечно, [Машина Пропаганды]! — Виктор помнил этот курс; он был один из немногих, которые был не айс. — И не забывай, что твоя армия сумела дать отпор войскам фейри, пока мы по твоему приказу очищали гору Ягами!

— Вот именно! Наконец, граждане империи Тейкоку узнают, что их Сегун может защитить их от чего угодно. Особенно от самих себя!

— Должен сказать, что это был интересный поворот событий, — сказал Людвик Ван Виктору. — Но это отвлекло нас от того, что действительно важно. Чем скорее мы закончим твое обучение, тем скорее ты сможешь выполнить свою часть нашей восхитительной сделки.

— Я потратил все зелья, которые собирался использовать для ритуала, — смущенно признался Виктор. — И потребуется еще несколько дней, чтобы открыть портал и собрать необходимое подкрепление. Мы можем отложить это на несколько дней?

— Если придется... тогда я советую тебе взять несколько дней, чтобы побаловать себя, примириться со своей семьей. Даже с учетом всех приготовлений, твои шансы на выживание невелики.

— Эй, Вик, во что ты вляпался на этот раз? — Растерянно спросила Гоблина.

— Я собираюсь попробовать Камакибелу, — объяснил Виктор, и лицо Гоблины побелело, — чтобы взять уровень в престижном классе.

— Вик, не делай этого! — завоевательница почти умоляла своего бывшего академического соперника. — Это самоубийство! Ты же знаешь, что происходит в конце!

— Я должен попытаться, — сказал Визирь, смирившись с риском. — Я должен.

— Ты не переживешь это в одиночку! — настаивала Гоблина, но Визирь в своем решении остался тверд. — Отлично, тогда я помогу!

— Нет, нет, — запротестовал Виктор, пытаясь мягко опустить ее, в то время как Людвик поднял бровь. Он, должно быть, нашел своего ученика немного разочаровывающим. — Прости, но ты не можешь, просто не можешь.

— Чепуха! У меня под рукой лучшие заклинатели, я что-нибудь придумаю. Я не оставлю тебя умирать... не так. Только не так.

— Все в порядке, Гоблина, — Виктор обнял ее так, словно они виделись в последний раз. — Главное - внимание.

Киа выбрала именно этот момент, чтобы закончить медитацию, и направилась к группе со свитком в руке. — Вик, — сказала она, явно игнорируя предводителя гоблинов. — Нам нужно решить очень важный вопрос.

— Оркнуб, — сказал Виктор, взглянув на плененного орка.

— Оркнуб, — мрачно кивнула Киа. — Что мы будем с ним делать?

— Я попросил Марбре через [Этюд в Багровых Тонах] подготовить ракету на Луну, но Тул-Гатар наложил на нее вето. Он сказал, что преступники и изгнанники приветствуются, но отправка этого орка будет истолкована, как акт войны.

— Как далеко могут лететь ваши ракеты?

— По словам гномов, настолько, насколько это необходимо, — твердо ответил Виктор. — Марс, или, возможно, измерение, эквивалентное Плутону.

— Пусть это будет Плутон. Чем дальше, тем лучше.

— Я подготовлю катер к Самайну, — решил Виктор, в то время как плененный орк молча протестовал. — Да простят нас боги.

Теперь, когда судьба злодейского орка была решена, Виктор обратился к другой проблеме: стайке крылатых, свирепо на него глядящих страховых агентов. — Мошенник, — сказал один из ангелов, когда Киа и Визирь подошли к их группе.

— Ну, мошенник, — спокойно ответил Виктор, и ангел тут же в ярости потянулся к пылающему мечу. Гарантии, которые Визирь вложил в процесс возрождения [Поднятых], не позволили птице нанести удар, к его большому разочарованию. — Чего ты от меня хочешь?

— Отправь нас обратно на Небеса, ты, похититель душ, — почти приказал другой ангел. — Мы пришли к тебе на помощь в трудную минуту. Вознагради нас соответствующим образом.

— Ты опоздал на пятнадцать минут в час моей нужды! — Ответил Виктор, удивленный их требованием. — Я тебе ничего не должен!

— Ты низверг нас в Ад, язычник!

— Нет, я это не делал! Я отправил вас в Хэппилэнд, и вы заслужили свое пребывание там!

— Небеса не примут вас обратно, — сказала Киа. — Я спросила своего покровителя Митру, и он сказал, что сначала вы должны "покаяться за свои лживые поступки".

— Покаяться? — один из ангелов презрительно рассмеялся. — Что, как смертные?

— Мы - ангелы, мы хороши по определению, — ответил другой.

— И это мышление - корень вашей проблемы, — твердо ответила Киа, поднимая руки. — Послушай, ни Вик, ни я не устанавливаем правил. Придерживайтесь их или спускайтесь вниз.

Ангелы обменялись взглядами. Визирь внезапно осознал, что, прожив так долго за счет душ смертных, они утратили об этике всякое представление, выходящее за рамки смутных понятий.

— Послушайте, — Виктор указал косой на разрушенный город, — если вы хотите загладить свою аферу с загробной жизнью, начните с помощи живым. Столица лежит в руинах, тысячи людей остались без крова, а за пределами этого острова континент охвачен эпидемией чумы. Если вы не только говорите, тогда действуйте.

Стая заворчала, но увидела мудрость в его словах и убежала, чтобы помочь в восстановлении. — Это не поможет, — заметила Киа, как только они оказались вне пределов слышимости. — Они до сих пор не признали, что сделали что-то плохое.

— Разве хорошие поступки не должны иметь значения, даже если их цель эгоистична? — Спросил Виктор, больше для себя, чем для ангелов. [Паладин] пожала плечами, не имея на это ответа. — А как насчет твоей проблемы с алкоголем? Ты можешь вместе с нами отпраздновать смерть Мэг Мелла?

— Митра сказал мне, что он не может снять проклятие другого божества, но что он попытается поговорить с Сэн, — сказала Киа, и ее нейтральное лицо помрачнело. — А это значит, что когда адреналин и дофамин от нашей недавней драки покинут мое тело, мне придется столкнуться с бессмысленностью существования без выпивки.

Она выглядела опустошенной, и Визирю было неприятно видеть ее в таком состоянии. Это напомнило ему о его первых днях в качестве помощника Вайнкера. — Может быть, ты сможешь перенести свою алкогольную зависимость на что-нибудь более здоровое? — Предложил Виктор.

— Например, сигареты? Не думаю, что в Аутремонде вообще есть табак.

— Я собирался предложить тебе сарказм или секс, поскольку это мои собственные механизмы выживания. Я знаю, что твое заклинание [Полное Исцеление] вылечит твои легкие, но не могу рекомендовать курение.

Киа нахмурилась. — Почему это со мной происходит? — спросила она вслух, и в ее голосе звучала искренняя злость. — Я спасла мир и чувствую себя несчастной, в то время как ты по своей прихоти завоевываешь страны и получаешь за это награду! Главные злодеи, когда видят меня, убегают с криками, даже если мы равны по уровню, в то время как на тебя они продолжают бросаться!

— Да, конечно, — ответил Виктор, давая ей выпустить пар. — Если ты самый сильный [Паладин] в мире, то, конечно, сбежит каждый здравомыслящий злодей. А если ты такой же надоедливый зануда, как мы с Вайнкером, то все хотят твоей смерти - и ангелы, и тираны.

[Паладин] посмотрела на него странным взглядом.

Проверка харизмы прошла успешно!

А?

— Митра предупредил меня, что если я буду продолжать с тобой общаться, то единственный путь - вниз, — внезапно сказала Киа.

Виктор положил косу на плечо. — Это немного грубо. Я признаю, что, возможно, плохо повлиял на Миэль, но я это исправлю.

— Насчет этого... — Киа скорчила гримасу, а затем вручила ему свиток, который несла с собой. — Я спросила Митру о твоем намерении отправиться на Небеса, и он телепортировал это мне в руку. Это ее почерк.

— С ней все в порядке? — Спросил Виктор, тут же схватив послание.

— Очевидно, ей удалось превратить свою отставку в своего рода политический протест и создать свое независимое агентство загробной жизни. Она в порядке.

Виктор понял смысл послания.

Миэль могла бы встретиться с ним напрямую, но предпочла этого не делать.

Визирь раскрыл свиток свободной рукой и быстро узнал почерк Миэль. Но чем больше он читал, тем больше у него портилось настроение.

— Вик? — Визирь был благодарен, что обеспокоенная [Паладин] не могла видеть под шлемом его разбитое лицо. — Вик, ты в порядке?

— Нет, — сказал он, закрывая свиток и расправляя крылья. — Я присоединюсь к пиршеству позже.

— Вик, ты позволил мне плакать у тебя на плече пять часов, ты можешь сделать то же самое с моим, если тебе это нужно.

— Спасибо, но я предпочел бы некоторое время побыть один, — ответил Визирь, к ужасу [Паладина] улетая прочь.

Виктор двигался над разрушенным городом, наблюдая, как ангелы неохотно помогают местным жителям убирать мусор; он ненадолго остановился у разбомбленных развалин Дома Лоли, а затем бесцельно ушел. Он думал, что движение и расправление крыльев очистит его разум, и это помогло, но только немного.

В конце концов, он сел на внешней стене города, как можно дальше от людей. Он снял шлем, положил его рядом с косой и свитком и молча стал смотреть на закат.

Он понятия не имел, сколько времени прождал там, наблюдая, как солнце медленно исчезает за океаном, в то время как Вайнкер и все остальные пировали в свое удовольствие. Но, в конце концов, он почувствовал рядом с собой присутствие, великолепную леди, появившуюся из ничего.

— Приветствую тебя, Виктор. — Богиня Камилла сменила свое обычное платье на причудливую пурпурную юкату с белыми цветочными символами. От нее исходил сладкий, медовый аромат духов. — Мне очень жаль, что я не смогла прийти к тебе раньше; как богиня чумы, в последнее время я была очень занята.

— Понимаю.

— Жаль, что меня не было, когда ты открыл восьмой уровень заклинаний; в этот момент баланс полностью нарушается, и начинается настоящее веселье для магов! Мне так многому тебя надо научить, особенно с твоей новой косой.

Виктор ничего не ответил.

Богиня поморщилась от его подавленного настроения, а затем села рядом с ним. Она быстро заметила свиток. — Что это такое?

— Заявление об отставке, судебный запрет и реалистичная картина тонущего корабля.

— От девушки-ангела? — Камилла покачала головой. — Иначе и быть не могло, Виктор, и ты это знал.

— Я стараюсь делать добрые дела, но не нахожу их приятными, или они имеют неприятные последствия; и у меня тоже нет желудка, чтобы стать полным Акхенапепом, — пожаловался Визирь. — Со мной что-то не так?

— Конечно, нет, Виктор, — сказала она, положив свою мягкую руку на его бронированное плечо. — Ты просто би-нейтрален.

— Би-нейтральный?

— Тебя влечет и к добру, и к злу. Ты молод, поэтому все еще исследуешь свою кармическую сущность. Все нормально. У меня тоже была би-нейтральная фаза, когда я была моложе.

Виктор посмотрел на нее, приподняв бровь. — И у тебя?

— Да, был один лихой паладин, с которым моя группа авантюристов продолжала сражаться... — Камилла вздохнула, словно вспоминая о постыдных днях. — Виктор, мне пора с тобой поговорить.

— Поговорить о чем?

— О том, откуда берутся грехи и искупление. Видишь ли, когда [Паладин] и [Некромант] сходятся достаточно близко, иногда у них начинаются незащищенные проверки харизмы. Это весело, очень весело, но восемь месяцев спустя это приводит к искуплению или падению. Это действительно грязный процесс.

— Мы говорим о сексе или о [Паладинах]? — Выпалил Виктор.

— О [Паладинах], — уточнила Камилла. — Был рыцарь, с которым у моей партии была вражда, еще когда мы оба были смертными. У него был высокий уровень харизмы, у меня тоже, мы постоянно встречались... ты можешь видеть, куда это привело. Мы никогда не выходили за рамки поцелуев и объятий, но это было страстно. Я даже на время оставила позади и свою партию, и некромантию; Джести пытался заставить меня передумать, крича, что я совершаю ошибку. Он был прав, но мне было любопытно, и я была увлечена.

Виктору не нужно было быть гением, чтобы понять, о ком идет речь. — В священных писаниях об этом ничего не говорится.

— Потому что все закончилось плохо для нас обоих. Я прилагала усилия, чтобы исправить наши разногласия, но он хотел большего, чем я была готова дать. Он просил меня об искуплении грехов, а я не хотела таких обязательств; я была готова пойти на компромисс, прекратить некромантию, если смогу сохранить гарем на стороне, но он хотел всего. Так называемые хорошие парни думают, что у них добрые намерения, но, в конце концов, все, чего они хотят, это тебя контролировать. Переделать вас по их образу и подобию, заставить соответствовать. Очень самовлюбленно, если подумать.

Он почти ощутил горечь в ее голосе. Конечно, внутри Визирь знал, что она, вероятно, предвзята; он выслушал только одну сторону истории.

— Мы поссорились, и я вернулась к своей некромантии, чтобы выпустить пар. В конце концов, он попытался меня заблокировать после того, как я разбудила древнего Циклопа [Лича], чтобы получить его [Жезл Массового Уничтожения]; я чувствовала себя настолько преданной, что изобрела вампиризм, чтобы плюнуть на солнце, которое так любил мой белый рыцарь. Неприятный разрыв, я надеюсь, что ты никогда не испытаешь ничего подобного. Но ты знаешь, кто стоял рядом со мной, когда осела пыль? Моя партия. Они всегда прикрывали мне спину, даже после того, как я их отшила.

Виктор подумал о Вайнкере, Жюле и других людях, которые сопровождали его от одной катастрофы до другой.

Камилла, должно быть, прочла его мысли. — Карма, любовники и [Паладины] приходят и уходят, Виктор, но такие друзья, как твой дракон? Они остаются.

— Так вот в чем мораль этой истории?

— Нет, мораль такова: не иметь незащищенных проверок харизмы с Киа Бекеле. Используй [Защиту от Добра], возможно [Защиту от Порядка], если чувствуешь себя параноиком.

Визирь почувствовал сильнейшее желание закрыть лицо ладонями. — Хорошо, но это не относится к моей ситуации. Миэль была моим другом, которым я манипулировал ради личной выгоды.

— Что вполне соответствует моей точке зрения, — ответила Камилла. — Друзья - это особые люди, к которым ты всегда должен относиться с уважением, потому что они всегда поддержат тебя, когда ты совершишь ошибку. Все остальные - расходный материал, но ты никогда не должен принимать дружбу, как должное. Не злоупотребляй их доверием или доброй волей, чтобы они ее не лишились. Итак, почему ты хотел попасть на эти мрачные Небеса?

— Потому что мне нравилась Миэль, потому что я думал, что она тоже би-нейтральна и что я могу получить хорошую загробную жизнь, заплатив за это.

Говоря это, он вдруг понял скрытый вопрос. Нет, он не пытался попасть на Небеса по заслугам; его собственная афера это доказала. Так же, как и хорошие, непредвиденные последствия его собственного мошенничества не компенсировали стоящих за ним эгоистических намерений.

Хотя это причиняло боль, но Миэль была в своем праве стать его призраком. Она искренне пыталась ему помочь, а он отплатил ей ложью, потому что в глубине души не желал полностью посвятить себя ее программе. Камилла была права: если бы он уважал Миэль, то был бы честен с ней с самого начала.

Может быть, ему стоит начать с того, чтобы быть честным с самим собой. Смириться с тем, что он сделал плохой выбор, и жить с последствиями.

— Меня вполне устраивает сбалансированная жизнь, — заметил Виктор. — Меня вполне устраивает, что я не живу по Небесным стандартам и не иду до конца вниз, как Гоблина; я просто должен делать то, что считаю правильным и что делает меня счастливым.

— Совершенно верно, и нет ничего плохого в том, чтобы не быть ни ангелом, ни дьяволом, — поддержала его Камилла. — Ты можешь быть и тем, и другим.

— Я би-нейтрален и горжусь этим! — провозгласил Визирь. — И кого волнует, что я больше не могу попасть на Небеса? Я еще собираюсь получить класс [Дьявольский Повеса]!

— И я была бы очень рада в этом помочь, — сказала его богиня-покровительница. — Я обещала тебе подарок, если ты сумеешь прийти в себя самостоятельно…

— По этому поводу - у меня есть друг, у которого неприятности с Сэн, — сказал Виктор. — Ты не могла бы помочь мне с этим? Как ты и сказала, я должен придерживаться своей партии.

Камилла выглядела крайне разочарованной.

— Далеко отсюда, в глубине Замка Гардмейн, — сказал дракон, и на отражающей поверхности появилась прекрасная крепость с сияющими белыми залами, — живет смертельный хищник; остаток ушедшей эпохи, когда человечки короли исчислялись тысячами, сражаясь, как между собой, так и с дикой природой.

Его верный [Хрустальный Шар] приблизился к замку, к расположенной на вершине башни спальне.

— Коварный, хитрый зверь, чья красота сравнима только с его жестокостью. Самая опасная из всех.

Белокурая девушка с длинными зелеными волосами выглянула из окна и с завистью посмотрела на сады замка. Ее красивая кожа покраснела от зависти, когда она заметила, как возле клумбы с цветами разговаривает с лихим принцем светловолосая, пышногрудая женщина; ее глаза были устремлены на подвеску конкурентки и драгоценности.

— Принцесса Человечек.

Девушка с шипением удалилась, чтобы защитить свою территорию от незваного гостя. Как главный хищник декадентских дворов человечков, этот жестокий конфликт мог закончиться только двумя путями.

Она убьет или будет убита.

— Принцессы умны, — сказал дракон, оставляя свое логово и хрустальный шар, с сумкой принцессы в руке. — Им это нужно, чтобы стать королевами. Они убивают по многим причинам: чтобы спариться, ради статуса, ради удовольствия. Но из всех зверей, населяющих царство животных, только Принцесса Человечек будет убивать за деньги, потому что люди рождаются жадными. Это делает ее самой опасной принцессой из всех, самой драконьей принцессой.

Дракон пролетел над развалинами города и загонами за его пределами. Миньоны ее ученицы построили большие, окруженные стенами территории, по одной на каждую дикую принцессу. Змей проявил исключительную заботу об их развитии, воссоздав внутри естественную среду обитания каждой принцессы: засушливый замок из песка для Принцессы Эльфа, маленькую равнину для Принцессы Кентавра, грибной сад для Грибной Принцессы...

— Я - Грандрейк, и я был Охотником за Принцессой всю свою жизнь; задолго до того, как созданная драконом система признала это официально. — Змей посмотрел на загон Грибной Принцессы, наблюдая, как она пьет чай с Дриадой Элисон. Она была ближе всех к тому, чтобы вернуться в дикую природу. — Принцессы и драконы не должны долго сосуществовать. Но большинство принцесс здесь, в моем новом заповеднике в Эль-Голдорадо, должны были быть удалены из дикой природы. Они стали дикими, опасными друг для друга... и для самих себя.

И все из-за этого проклятия забывчивости!

Грандрейк чувствовал себя очень виноватым из-за того, что оставил этих бедных принцесс на произвол судьбы; он не успокоится, пока они не вернут себе свое истинное благородство. Благодаря порталу, сделанному гномами, империя драконов V&V выделила для проекта ресурсы и персонал, сделав заповедник дикой природы полностью функциональным. Кобольды наблюдали за происходящим со стен, следя за тем, чтобы принцессы не сбежали и чтобы эксперименту не помешали посторонние.

Грандрейк подошел к загону Эльфийской Принцессы и увидел, что она из развалин своего песчаного замка командует группой суккубов. Когда дракон приземлился рядом с ее логовом, отряд мгновенно напрягся. Он открыл пакет и вытащил пирожное.

— Эльфийские принцессы очень территориальны; общаясь с ними, вы должны играть по их правилам. — Грандрейк оставил королевское клубничное пирожное на периферии зрения принцессы, демонстрируя почтение. — Когда вы их кормите, вы должны делать это незаметно, преподнося пищу, как подарок, иначе они могут отказаться от вашей пищи из гордости. Некоторые даже готовы уморить себя голодом, ибо никакая цена не слишком высока, чтобы психологически доминировать над драконом.

— Он что, разговаривает сам с собой? — сказала суккуб, достаточно богатая, чтобы ее услышал Грандрейк. Должно быть, она принадлежала к высшему среднему классу, возможно, была офисной служащей.

— Всегда, — сказала Эльфийская Принцесса с несчастным лицом.

— После того, как в течение десятилетий она питалась мясом принцессы, она должна привыкнуть к своей естественной диете, — сказал Грандрейк. — Шоколад, трюфели, булочки, устрицы... но никогда не давайте этим прекрасным созданиям хлеба. Если принцессу кормить простой пищей, то со временем она сама становится наполовину крестьянкой. Пусть едят пирожные.

Дракон осторожно покинул загон и наблюдал сверху, пока принцесса не приняла подарок. Счастливый, Грандрейк ушел, чтобы продолжить свой гастрономический тур, проверяя, как все пленницы справились со своими новоиспеченными местами. Ни одна прекрасная девушка не делила свою территорию с другой.

— Принцессы - коллективные животные, но они не могут долго выносить общество друг друга, кроме как в экстремальных обстоятельствах, — объяснил Грандрейк. — Потому что, когда это случается, возникает зависть, и они сражаются, чтобы стать королевами. Их естественная стая - это отряд девушек; Принцесса доминирует над более мелкими женщинами-аристократами в качестве альфы, а затем издевается над простолюдинами. Во время брачного сезона к ним слетаются самцы, сражаясь за благосклонность принцессы, а иногда даже сражаясь насмерть на дуэли.

Но знакомить прекрасных дев с мужчинами было еще слишком рано. После многих лет принцессного каннибализма, эти девушки потеряли нормальное социальное поведение своего вида. Они забыли привычки, необходимые для процветания в большом мире.

Из-за отсутствия эльфов империя прислала то, что могло сойти за благородных дам: женщин-вампиров и суккубов. Дракон познакомил их с пленными принцессами, чтобы они могли объединиться в отряды.

— Это не оптимальное решение, но пока единственное, которое у нас есть. Пройдут годы, прежде чем мы сможем вернуть большинство этих принцесс в дикую природу. — Грандрейк печально покачал головой, наблюдая, как Принцесса Кентавр в отчаянии бегает по своей территории. — Принцессы не предназначены для того, чтобы их пасли. Чтобы процветать, принцесса должна быть на вершине социальной иерархии; если над ней нависает дракон, она не может себя выразить. Эти цветы нуждаются в свете, чтобы цвести.

Однако с уменьшением числа принцесс многие драконы, как только могли, пытались сохранить этот вид. Некоторые даже пытались вырастить их в неволе, но отчаянные меры никогда не могли привести ни к чему прекрасному.

— Когда-то принцессы были обычным явлением по всей стране, но мой вид охотился за ними из-за своей беспринципности. Так что принцессы приспособились и, чтобы себя защитить, воспитали мужской подвид, называемый рыцарями; но редкость и опасность только делали их более желанными.

Однако повторное открытие системы, созданной драконом, могло все изменить. Грандрейк слышал, что Блайтсвамп удалось превратить ее дочерей в принцесс; если это правда, то это может стать величайшим прорывом в Принцессологии со времен изобретения [Радара Принцессы Девственницы].

Осмотрев загоны, Грандрейк полетел в густые джунгли.

— Мои помощники сообщили мне, что поблизости видели рыцаря, — сказал он, оглядывая деревья в поисках каких-либо признаков движения. Рыцари опасны как для принцесс, так и для самих Охотников за Принцессами. Мне нравится думать, что мои уроки о том, как лечить их металлические укусы мечом, спасли от смерти многих молодых, неопытных драконов. Да, я прежде всего исследователь и коллекционер, но образование всегда будет иметь для меня большое значение.

Ибо старший дракон не был глуп. Он знал, что ведет опасный образ жизни и что однажды фоморскому рыцарю может повезти и он закончит его жизнь; его предсмертный опыт от Проклятия Жадности хорошо научил его. Его разум мог притупиться, тело замедлиться от ран, полученных в опасных охотах. Но он не мог позволить своему знанию умереть вместе с ним.

— Если рыцарь захватит принцессу, он попытается хитростью или силой размножаться с ней. Если рыцарь принц или дворянин, то результатом спаривания будет истиннорожденная принцесса. — Грандрейк покачал головой. — Но это совершенно другой, инвазивный вид.

Простой человек.

— Если будет позволено спариваться простолюдину, он передаст потомству гены низших бастардов, — объяснил опасность Грандрейк. — Что нарушает всю социальную иерархию принцессы. Часто требуется несколько поколений, чтобы род принцесс оправился от бастардства, а с их нынешним, сокращающимся населением этого нельзя допустить.

Грандрейк печально посмотрел на горизонт, на далекое яркое солнце.

— Гномьи принцессы вымерли, потому что мы... — Он замолчал. — Потому что я был недостаточно бдителен.

Он не мог допустить, чтобы эльфийские и человечковые принцессы тоже исчезли.

— Такая операция требует командной работы. — Дракон достиг поляны, где собрались бронированная красная драконица и ее чешуйчатые миньоны. — Вот тут-то и появляется моя новая ученица Джоли, вместе с нашими помощниками Рейнджерами Кобольдами.

— Ваше Величество, с кем вы разговариваете? — Спросил Красный Рейнджер. Поскольку он был настоящим миньоном, Грандрейку удалось услышать его слова, даже несмотря на то, что тому не хватало собственного капитала, необходимого для преодоления звукового барьера богатства.

— Сам с собой. Я просто люблю звук собственного голоса, он создан для изысканной беседы.

— Как у вирма, — с обожанием сказала юная Джоли.

— Это придет с возрастом, - сказал Грандрейк своей ученице. — Тренируйся каждый день. Даже когда другие игнорируют вас, вы должны продолжать идти. Истинная дискуссия никогда не идет о них; это все о вас.

Молодой змей свирепо кивнул и полетел вслед за старшим драконом, они патрулировали джунгли, гудя в воздухе. Рейнджеры Кобольды образовали круг, чтобы заставить рыцаря действовать.

Существо было хитрым, разведывало загоны издалека, а затем отступало в пустыню. Со временем он может проскользнуть в логово принцессы и отложить яйца там, где не следует.

Грандрейк не мог оставить эту операцию на волю случая, поэтому он позвал специалиста. Ликан, известный, как Шоколатин, рыскал по лесу в волчьем обличье, обнюхивая землю. Не будучи утонченной принцессой-оборотнем, этот профессиональный миньон чуял добычу за много миль.

Ей не потребовалось много времени, чтобы обнаружить незваного гостя. — Вон там! — крикнула она, и Грандрейк в густой высокой траве заметил движение.

Вот так! Под сенью дерева!

Человечек Рыцарь в стальных доспехах, выкрашенных в зеленый цвет! Идеальная маскировка в этом густом, опасном лесу.

Рот рыцаря беззвучно шевельнулся, он угрожал дракону своим крошечным оружием - ледяной алебардой. Очевидно, этот пришел подготовленным, готовым сразиться с драконом, используя их общую слабость к морозу.

И все же он ошибся, приняв Охотника за Принцессой за огненного, а не за молниевого змея.

— Я не могу понять его лай, — заметил Грандрейк. — А это значит, что он должен жить в сарае. Он выглядит молодым, неопытным, но я не могу рисковать. Я должен выстрелить в него своим дыханием быстро и решительно. К счастью, молниевый дракон вроде меня - естественный хищник рыцаря.

Древний змей открыл рот, потрескивая электричеством, накапливающимся в его желудке. Грандрейк открыл рот, выпустив в существо мощную синюю стрелу. Покрытый сталью, рыцарь превратился в живой громоотвод; он был зажарен на месте и рухнул.

— Теперь я раздавлю тело когтем, — объяснил Грандрейк, приземляясь на животное. — Видишь ли, благородные рыцари стремятся покончить с собой, а простолюдины обладают сильным инстинктом выживания. Они часто притворяются мертвыми. Как Охотник на Принцессу, я должен их съесть, когда смогу, будь проклят их плохой вкус.

Что дракон и сделал.

— Когда я был молод, простолюдин-рыцарь обманул меня таким образом, оплодотворив мою только что пойманную принцессу-оборотня незаконнорожденным потомством. — Сказал Грандрейк, проглотив рыцаря целиком, мечом вперед. — Я узнал правду только после того, как нашел в яме его наполовину съеденные кости, таз отсутствовал.

— Учитель, учитель! — Крикнула Джоли, приземляясь рядом с ним. — Какая самая прекрасная принцесса из всех? Должен ли дракон ограничивать себя определенными видами?

— В глазах настоящего охотника все принцессы прекрасны, юная Джоли, — учил ее Грандрейк. — Истинный дракон не делает различий!

Джоли благоговейно слушала. Грандрейк знал, что нашел достойного ученика, готового учиться, и достаточно уверенного, чтобы задавать вопросы.

— Наша задача еще не выполнена, юная Джоли, — объявил старший дракон, осматривая место, где прятался пришелец-человечек. — Потому что рыцари всегда путешествуют группами по двое. Хозяин и оруженосец.

На кого из них они охотились? Хозяин ... или оруженосец?

— Это, должно быть, оруженосец, — сказала юная Джоли. — Я знаю, потому что я тоже одна из них! Я всегда шла первой, а Киа отставала!

— Дракон может стать оруженосцем? — Удивленно переспросил Грандрейк.

— Да, благодаря Системе! — Гордо сказала Джоли. — И когда-нибудь я тоже стану настоящим рыцарем!

Это ... это бросало вызов многим его убеждениям. Но истинный Охотник на Принцессу должен быть готов учиться. Он должен был предположить, что мастер был где-то там, ожидая своего часа.

— Проницательность юной Джоли вселяет в меня надежду. Что вырастет новое поколение драконов, наделенных силой этой Системы и более внимательных к окружающей среде, чем их старейшины. Герои, которые могли бы спасти принцесс от вымирания. — Грандрейк посмотрел на горизонт, как будто мог увидеть грядущие испытания. — Только время покажет.

Как долго им придется держать этих принцесс в плену? Чтобы защитить их от бронированных браконьеров?

Может ли он освободить хотя бы некоторых из них? Грибная знать давно исчезла, а эльфы стали редкостью. Для некоторых принцесс найти чистокровных партнеров для продолжения рода было трудно, а иногда почти невозможно.

Молодой Вайнкер предложил скрестить их со своим главой персонала, аргументируя это качеством его генов, но Грандрейк отнесся к этому скептически. Хотя сам он мог бы считаться благородным принцем Империи V&V, ребенок не был бы чистокровным; и он беспокоился о долгосрочном инбридинге. И все же он не мог допустить, чтобы эти гордые создания вымерли.

Простого решения этой проблемы не было.

— Жизнь Охотника за Принцессой полна трудных выборов и трудных компромиссов, — сказал Грандрейк, зная, что сегодняшний монолог скоро закончится. — Пока драконы исследуют мир в поисках уровней, мы должны научиться давать этим прекрасным девушкам их пространство. Только тогда мы сможем сосуществовать в мире.

Для настоящего Охотника за Принцессой работа никогда не была полностью выполнена.

Какое чудесное место.

Вайнкер взглянул на огромную, наполненную паром ванну, окруженную стенами из натурального камня и деревянными трубами. Похожая на пагоду гостиница, которая наблюдала за этим районом, заслоняла его с холма, закрывая половину солнца.

— Здесь могла бы поместиться целая армия! — Заметил его глава персонала, одетый только в тогу, облегающую его крылья и хвост. Он шел по каменной дорожке. — Она такая же большой, как озеро!

— Миньон, как они это называют? — спросил дракон, коснувшись воды когтем и обнаружив, что она как раз подходящей температуры. Местные жители благоразумно покинули это место, предоставив его одному дракону.

— Онсэн, Ваше Величество.

— А разве это нельзя назвать ванной? — Сказал Вайнкер, скользнув в горячую, наполненную паром воду и издав стон удовольствия. Он не мог понять, почему, но это было похоже на лаву. Его могучее тело подняло уровень воды, поглощая камни и бонсай. — Идеально.

Вы вошли в Поле [Онсэн].

Ваши статусные недуги будут излечены, и вы в ускоренном темпе будете восстанавливать Очки Жизни и Специальные Очки.

После спасения мира от голода с помощью своего нового плана питания Тараска, Вайнкер в своем путешествии через Аутремонд решил сделать небольшой перерыв. Поскольку до Самайна оставалось около сорока дней, он решил, что может позволить себе немного развлечься.

— Миньон, чего ты ждешь? — Спросил Вайнкер, так как его Человечек не присоединился к нему в ванне. — Это ни в коем случае не лава, но все, как в ней.

— Позже, Ваше Величество, — покорно ответил слуга. — Мне еще нужно кое-что сделать, прежде чем я смогу расслабиться - перековать свои Перки, извлечь информацию из души Мэг Мелла, проверить Киа…

— Что же на этот раз натворила это жалкое оправдание [Паладина]?

— У нее симптомы абстиненции. Эллисон, чтобы избежать скандала, пришлось запереть ее в спальне.

Вайнкер вздохнул. После открытия нового портала между Мурмурином и столицей этой страны, для решения административных вопросов его глава персонала вызвал ключевых миньонов. — Это было неизбежно. Проводя недели в моем обнаженном присутствии, она стала от меня зависима. Это происходит с моими миньонами постоянно.

Его глава персонала, ничего не сказал; он один обладал силой воли, чтобы сопротивляться своему пристрастию к Вайнкеру, да и то ненадолго. — Ваше Величество, я думаю, что мы должны использовать этот перерыв, чтобы немного потренироваться. С душой Мэг Мелла на руках, я смог найти ферму экспы фоморов, и, по всей вероятности, мы столкнемся там с сильным сопротивлением.

— Миньон, я думаю, почему мы вообще должны там останавливаться.

— Но ведь именно там они повышают свой уровень! — запротестовал его миньон.

— И, вместо того, чтобы, как следовало бы, расти, мое богатство медленно истощается! — Сказал Вайнкер, поклявшись напомнить Эллисон, сколько она ему стоила. Деньги, которые они получили от завоевания страны, едва вернули его сокровищницу к ее до-Акхенапепским размерам. — Охота на фейри - это хорошо, но из-за нее мы упускаем из виду истинную цель этой поездки: собрать достаточно денег, чтобы опозорить Ледяного Клыка на Самайн! В те несколько раз, когда мы сражались с фоморами, они вообще не роняли золота!

— Я уверен, что местные заплатят высокую цену, чтобы от них избавиться-

— Если они это сделают, я соизволю сжечь ферму дотла, — перебил его Вайнкер. — Но я хочу, чтобы сначала ты сосредоточился на поисках заработка. Как мой торговый план с дронтами.

— Я признаю, что продажа доморощенных самцов дронтов голодающим странам при сохранении монополии на самок должна быть прибыльной, — сказал Человечек Виктор, как будто это было не очевидно. — Но потребуются месяцы, чтобы вырастить достаточное количество поголовья. Так же, как и открытие нашей портальной сети для внешней торговли и глобального туризма. Самайн пройдет в любом случае.

— Друг Виктор, ты не видишь, что мы можем использовать одну из самых могущественных сил в мире, — сказал Вайнкер. — Зависимость от гномов.

Его глава персонала поднял бровь. — Зависимость от гномов?

— У нас есть выход к морю виски, которое, насколько я понимаю, ваш вид использует в качестве замены потребления гномов, — сказал Вайнкер. — Я прикажу миньонам выкачать его досуха, а потом продать бутылки твоим сородичам. Агартанцы будут так рады, что мы избавим их от грабежей гномов-наркоманов, что заплатят мне большую дань.

— Это... это на самом деле очень умно, — задумчиво произнес Человечек Виктор. — Мы могли бы быстро выкачать море виски и продавать дешевые напитки Гардмейну и Барину.

— Но я приказываю тебе не злоупотреблять нашим собственным продуктом. Один раз - это и так слишком много.

— На это все равно потребуется время, — сказал Визирь, который всегда был пессимистом. — И я сомневаюсь, что мы сможем продать достаточно бутылок, чтобы за сорок дней вырастить запасы Вашего Величества.

— А как насчет завоевания новой страны? — предложил Вайнкер. — До сих пор это творило для меня чудеса.

— Есть южные земли, которые еще не заселены, и которые должны быть богаты природными ресурсами, в частности золотом... — голова Вейнкера с интересом поднялась над водой, заставив миньона закашляться. — Но это Ад на Земле, в моем родном мире. Даже не могу себе представить, как плохо должно быть в Аутремонде.

— В свое время я завоюю Прайден, — бесстрашно сказал Вайнкер. — Я приветствую тренировочный забег. Для большего сокровища никакая жертва не будет слишком низкой.

— В качестве альтернативы мы могли бы отправиться в Нагастан или в Нефритовую Империю, — сказал Человечек Виктор. — Это самые богатые страны в мире, и Нагастан, в частности, хорошо платит за квесты. Как Избранный Шешей, я мог бы заключить там с нами сделку.

— Да, да, я доверяю тебе составить карту нашего маршрута, — пренебрежительно ответил Вайнкер. — Но я приму не меньше миллиона монет за задание. Я - звезда, миньон, и ты это знаешь. Мы должны повысить наши стандарты благосостояния.

Человечек Виктор извинился и пошел готовить поездку самостоятельно, оставив Вайнкера в покое. Дракон быстро прислонился к камням, как крокодил на берегу реки. Этот опыт не мог сравниться с отдыхом на его сокровищнице, но он помог облегчить боль от ран. Обращение миньона Тараска оставило синяки.

Дракон закрыл глаза и наслаждался теплом, погружаясь в мысли о будущем. Хотя, чтобы возродить своих миньонов, он пожертвовал краткосрочным богатством, но Император обязан вознаградить тех, кто за него умер.

Дракон вдруг задумался о том, что будет с его империей, когда он достигнет божественности. В то время, как это место служило только для подпитки его запаса, он вырос, чтобы получать удовольствие от управления ним. Сможет ли он продолжать в том же духе после прохождения испытаний в Валгалле?

В конце концов, он прошел три четверти пути.

— Горит.

Глаза Вайнкера распахнулись, когда он узнал голос.

Голос дракона.

— Я предупреждал тебя, что ты должен был взять уровни в [Паладине] Митры вместо [Пироманта], — прокомментировал кто-то еще. — Ты бы уже получил иммунитет к Перку [Огонь], а не просто Сопротивление.

— А Мастерство - это одна из твоих выброшенных характеристик, — добавило третье существо женского пола. — [Паладин] повысил бы твою Силу и Харизму.

Вайнкер сразу же определил источник шума - за ближайшей каменной стеной. Он тут же посмотрел за стену на большую ванну за ней.

Там в дымном озере обитали три дракона поменьше - черный, зеленый и последний...

— ЛЕДЯНОЙ КЛЫК! — Взревел Вайнкер, привлекая к себе внимание трех драконов.

— ВАЙНКЕР! — его бело-чешуйчатый противник взревел в ответ, вызывающе расправив крылья и разбрызгивая вокруг воду.

— О, Вайнкер! — Зеленый дракон махнул рукой в сторону Императора. Вайнкер опознал в нем Магнифика, одного из гостей последнего дня его хвастовства и авантюриста, с которым он познакомился во время охоты на Легион Голубой Розы. — Рад тебя видеть.

— Что ты здесь делаешь? — Вайнкер сердито посмотрел на Ледяного Клыка. — Ты опять пришел мне вредить?

— Я [Ниндзя]! — зашипел в ответ Ледяной клык. — В этом городе я тренируюсь!

— Неоптимально, — сказал третий член драконьего трио, Черный Змей с двумя длинными рогами. — Саффисанте, — вспомнил Вайнкер, ее зовут Саффисанте. — Почему он выбрал жалкий класс с таким высоким порогом Мастерства, я никогда не пойму.

— Этот "ничтожный класс" позволил мне доминировать над Вайнкером в нашем последнем запасе! — солгал сквозь зубы Ледяной Клык.

— Я помню все совсем не так! — Сердито ответил Вайнкер, уже почти вылезший из воды и державшийся обеими руками за стену. Подумать только, что его соперник, явившись без предупреждения, испортит ему отпуск! — Мой миньон умолял меня сохранить тебе жизнь!

— Ты будешь просить милостыню на Самайн, когда мой клад своим блеском унизит весь твой! — Ледяной Клык показал свои клыки. — Кстати, как поживает твой? Меньше, чем холм, я полагаю!

— Больше, чем гора! — солгал Вайнкер, не желая терять лицо.

— Мальчики, вы не могли бы потише? — Попросила Саффисанте, когда от шума улетели птицы. — Ты разгоняешь миньонов!

— Что ты делаешь с этим любителем серебра? — Вайнкер сердито посмотрел на нее и на Магнифика.

— Мы недавно вступили в его гильдию, — сказал Магнифик. — Компания Авантюристов "Серебряный Дракон".

— Мы сотрудничаем для выполнения квестов и делимся добычей. — кивнула Саффисанте. — Деньги без риска!

— И никаких мелких откатов!

— Я думал, у тебя вкус получше, — проворчал Вайнкер. Как мог любой дракон на вес золота присоединиться к этому второразрядному Ледяному Дракону?

— Говори за себя, ты потерял Золотоубийцу, — насмехался Ледяной Клык над своим соперником. — Сколько золота он тебе за это заплатил? Или, может быть... или, может быть, он заплатил тебе свинцом?

Глаза Императора покраснели. — Возьми свои слова обратно!

— Да ладно, мы же драконы, мы выше этого, — весело сказал Магнифик. — Вы можете сражаться на Самайн.

— Действительно, мой собственный капитал говорит сам за себя, — надменно ответил Вайнкер, отказываясь опускаться до уровня мелочности Ледяного Клыка. — Клад, который даже Фурибона заставил раскаяться в своих злодеяниях.

— Ну-ну — пренебрежительно ответил Ледяной Клык, высокомерно ухмыляясь. — Разве ты не слышал, Рыцареубийца? Я стал самым богатым драконом в мире! И я стал бы еще богаче, если бы не этот гоблин…

— Предыдущий Дайме нанял нас, чтобы спасти свою империю от какого-то гоблинского военачальника, но когда мы прибыли, он уже был съеден и заменен, — Саффисанте объяснила ситуацию Вайнкеру. — Мы пожаловались в новую администрацию миньонов гоблинов, которая возместила нам дорожные расходы и предложила в качестве извинений бесплатный отпуск.

— А! — Вайнкер издевался над Ледяным Клыком, радуясь тому, что он взял задание прямо у него из-под носа.

— Клянусь, когда я найду свой [Героический Герб], я заставлю тебя подавиться своим высокомерием, — прошипел ледяной дракон.

— Такой же [Героический Герб], как тот, что я получил от Вотана Проклятие Дракона? — Вайнкер с гордостью поднял голову, а остальные драконы смотрели на него так, словно у него было больше голов, чем у Змея.

— Ты победил Проклятие Дракона? — У Магнифика были звезды в глазах.

— А что, можно получить [Героический Герб] от победы над фомором? — спросила Саффисанте, заинтересованная только в том, чтобы стать сильнее.

— Даже, если бы у тебя были перки, чтобы их увидеть, — Вайнкер глубоко вздохнул, — вид семидесяти пяти уровней лишил бы тебя зрения!

— Ложь! — Пожаловался Ледяной Клык.

— Позвольте мне проверить... — глаза Саффисанте расширились. — [Август] тридцать, [Генерал Охотников на Ведьм] четырнадцать, [Кайзер] семнадцать, [Селекционер Подземелий] десять и [Геомант] четыре! Семьдесят пять!

Вайнкер выпятил грудь, радуясь, что получил заслуженное внимание.

— Что это за некачественная сборка? — Спросила Саффисанте, наполовину изумленно, наполовину насмешливо.

— Да, Вайнкер, а как ты с ними что-нибудь делаешь? — Изумленно переспросил Магнифик.

Император нахмурился, пораженный такой реакцией. — Прошу прощения?

— Я знаю, что в Системе дракона ты первопроходец, но твои классы разбросаны! — Сказала Саффисанте. — Ты даже не пытаешься оптимизировать!

— Почему я должен оптимизировать совершенство? — Вайнкер указал на очевидное. — Ваши доводы нелогичны.

— Драконье совершенство всегда можно развить, — ответила Саффисанте.

— Я вот думаю, что лучше скрыть наши естественные слабости, чем увеличить нашу силу, — возразил Ледяной Клык, по-видимому, почти так же раздраженный высокомерием другого дракона, как и сам Вайнкер. — Я Навыком решил свою слабость и уязвимость к [Огню]! Скоро я стану невосприимчив даже к [Фейри]!

— Ты можешь стать невосприимчивым к фейри? — Спросил Вайнкер, и его презрение к сопернику сменилось любопытством. В конце концов, фейри и драконы воевали так долго, что стали уязвимы друг для друга. И если Вотан Проклятие Дракона смог преодолеть эту проблему, то и Вайнкер тоже может.

— Я стал [Жрецом], — хвастался Магнифик. — Один из человечковых богов на семнадцатом уровне обеспечивает сопротивление к [Фейри], которое с помощью правильного магического предмета может быть увеличено до иммунитета!

— [Жрец]? — Вайнкер был ошеломлен. — Ты стал миньоном человечка?

— Далеко от этого. Я сделал богиню Леоне своим миньоном, и теперь она дает мне прекрасные заклинания, всякий раз, когда я ей приказываю! — Зеленый дракон с гордостью продемонстрировал на шее маленький кулон, изображающий щит и перо, соединенные вместе. — Наряду с сопротивлением [Фейри], как богиня мощи, поверх магических баффов она может обеспечить бонус силы, равный моему уровню [Жреца]!

— Мы подсчитали, что он может нанести тысячи повреждений мечами, если получит в них Совершенное Мастерство, — добавила Саффисанте, теряя интерес Вайнкера к ее формальностям. — Следовательно, вот почему он взял уровни в [Паладине]!

— Я должен следовать кодексу деонтологии миньонов, помогать людям решать их проблемы, но это всего лишь формальность, — пренебрежительно сказал Магнифик. — Надеюсь, что в ближайшее время они решат этот недостаток дизайна.

— Я согласна, но почему черты драконьего класса требуют, чтобы вы помогали низшим существам? — Саффисанте покачала головой. — По крайней мере, тебе это легко дается. А мне приходится ухаживать за садом и лесом, чтобы мой Перк [Весталка] Кибелы был активен.

— Перестань жаловаться, у тебя есть S в росте Очков Жизни, и ты можешь использовать это для заклинания, как свою основную характеристику, вместо этого бесполезного Интеллекта... или Мастерства!

— Мастерство не бесполезно! — Прорычал Ледяной Клык. — Вы видели [Дзюцу], которое я могу с ним использовать!

— Да, да, мы знаем, ты всегда наносишь критические удары, — пренебрежительно ответила Саффисанте. — Но как только я получу Герб, я буду способна превращать грубые силы природы в своих миньонов!

— Интересно, не будет ли [Ведьма] лучше в качестве твоего нового класса после прохождения тридцатого уровня, — размышлял Магнифик. — [Хрономант] очень силен, но в нем трудно брать уровни и он работает на Интеллекте, в то время как [Ведьма] использует харизму и лучше взаимодействует с [Весталкой].

— Она должна заставить [Барда] себя баффать! — Сказал Ледяной Клык. — Как [Ниндзя]!

— Я все же не понимаю, почему эти божества отказываются нас признать, — заныл Магнифик. — Представь себе статистику, которую мы могли бы получить, если бы на нас претендовали все двенадцать. И все же ни один из них не согласился!

Вайнкер наблюдал, как трио спорит о числах, статистике и значениях, явно упустив из виду то, что действительно имело значение.

— Мои друзья, змеи, — заговорил он, — неужели вы забыли, что все классы хороши, пока вы - непобедимый дракон?

— Да, конечно, — согласился Магнифик, — но некоторые классы более классные, чем другие.

— У твоего [Селекционера Подземелий] нет никаких боевых приложений, — добавила Саффисанте.

— Потому что тебе не хватает воображения! — Вайнкер отстаивал свои трудом завоеванные уровни. — Я приручил самого сильного миньона в мире, и скоро у меня будет целая армия!

— Я могу легко [Увлечь] любое животное с помощью правильной [Молитвы], и я могу создать могущественных миньонов из семян, — сказала Саффисанте. — Семян!

— Однако они не так сильны, как миньоны [Рыбака], — добавил Магнифик.

— Этот Перк, каким бы мощным он ни был, не компенсирует девятнадцать бесполезных уровней, которые стоят перед ним.

— Они всегда такие? — Спросил Вайнкер у Ледяного Клыка, пока они продолжали спорить, и его соперник, казалось, разделял его разочарование.

— Печально, — ответил Ледяной Дракон. — Я боюсь, что как только они достигнут тридцатого уровня, они станут невыносимыми.

— Ты все еще можешь немного уладить, Вайнкер, — сказала Саффисанте, поняв, что большой дракон потерял интерес к разговору. — Хотя, ты никогда не сможешь достичь нашей силы, как только мы достигнем твоего уровня-

— Если вы достигнете моего уровня, — заметил Вайнкер. Учитывая отсутствие у них драконьего здравого смысла, он не считал это вероятным.

— Но если вы возьмете уровни в [Крестоносце] сейчас-

— Классы и Перки имеют значение, но не столько же, сколько то, как они используются и кем, — ответил Вайнкер. — Посмотрите на меня. Я - это я. Почему я должен приобретать новые классы, когда те, которые я уже взял, позволяют мне побеждать снова и снова?

Магнифик и Саффисанте обменялись взглядами. — Я не понимаю, — сказал первый. — Ты хочешь сказать, что при использовании неоптимальных классов ты можешь получить мощные личные Перки?

Вайнкер покачал головой, досадуя на своих собратьев-драконов. Неужели они не понимают, что единственные классы, которые имеют значение, это те, которые делают их богаче и гламурнее? Кого волнует, кто имеет самый высокий статистический балл, когда у них уже есть идеальная мера ценности кладом?

Таковы были горести провидца. Его влияние на общество драконов имело непредвиденные побочные эффекты.

— Как бы то ни было, мое богатство докажет, что мой путь - самый лучший, — гордо заявил Вайнкер, собираясь вернуться в свою ванну.

— Так скоро покидаешь нас, Вайнкер? — Прошипел Ледяной Клык. — Мы задели за живое какой-нибудь нерв? Ты боишься, что твоя классовая комбинация бледнеет перед моей?

— Даже лучшие классы в мире не могут превратить серебро в золото, — поддразнил его Вайнкер.

— Но худшие из них могут превратить золото в свинец!

Красный дракон обернулся, свирепо глядя на своего соперника. — Осторожно. Ты говоришь, как самоубийца.

— Ты не смог бы превзойти меня в бою, и я уверен, что ты не смог бы превзойти и Золотоубийцу! — Ледяной Клык упорствовал в своем безумии. — Даже с меньшим количеством уровней, я лучше оптимизирован. Я могу взять тебя в любое время.

— Эй, стойте! — Магнифик перебил обоих, прежде чем они успели перейти к драке. — Есть более цивилизованные способы уладить вашу вражду! Подобной битве миньонов!

— Так не пойдет, — ответил Ледяной Клык, и между его глазами и глазами его заклятого врага сверкнула молния.

— Тогда, как насчет квеста? — Сказала Саффисанте. — Мы выберем квест, и посмотрим, кто сможет решить его быстрее!

Вайнкер обдумал это предложение, и ему пришла в голову одна мысль. —Если ты настаиваешь, — сказал он. — Есть одна ферма фейри, которую я собирался сжечь…

Меня зовут Виктор Далтон, и если вы читаете это, значит, я мертв. Снова.

Записывая завещание, Визирь понял, что эта строка утратила свое значение.

В своем завещании Визирь распределил имущество между друзьями. Шоколатин принадлежала львиная доля его поместья, но он также награждал Малфи, Жюля, Изабель и Шарлин своими магическими предметами. Эллисон получала опеку над Вайнкером-младшим, Киа - над Горынычем и его лошадью. Он также пожертвовал всех своих слуг-нежить церкви Камиллы, как благодарность за его личное обучение.

Он знал, что сделал все возможное для достижения бессмертия, имея достаточно резервных планов, чтобы оправиться от своей потенциальной четвертой смерти. Но он живо помнил, как Мелл Одиуз убила его, еще не успев заработать ни одного уровня.

В один прекрасный день удача Виктора может иссякнуть, или он может столкнуться с чем-то, способным украсть его душу способом [Жнеца]. Он посетил достаточно семинаров Злого Повелителя, чтобы знать, что нет непобедимых, и следует быть готовым к худшему.

Записав все, Виктор положил свиток рядом с письменным столом и подошел к окну. Он снял в местной гостинице самую большую спальню - кондоминиум, оформленный в элегантном минималистском японском стиле. Вайнкер в частных банях спорил с другими драконами, и это давало Визирю выходной, и он мог делать все, что пожелает.

[Отмычка] активирована!

А? Странно.

Кто-то постучал в дверь. — Входите, — пригласил Визирь, и внутрь вошли Жюль с Малфи. Некромант нес в руках свиток, а дьявол - кипу бумаг.

— Сэр, — почтительно поклонился некромант и приступил к изучению свитка. — Каждый час вашего выходного дня расписан. Вы начинаете с тренировочного завтрака с Киа Бекеле, утренней прогулки с вашими петами, далее собрание акционеров Инферкорп, чаепитие с Чарлин после захода солнца, ужин с мисс Шоколатин, а затем - ваше самоубийство.

— Ты думаешь, я не справлюсь? — Спросил Виктор.

— Сэр, Камакибелу переживает только один из двадцати человек, и то они часто теряют свою душу, — спокойно ответил Жюль. — С точки зрения статистики, хотя вы и обладаете исключительными способностями, я должен предполагать худшее. К счастью, в вашем случае смерть будет метаморфозой в нежить, которой вы всегда должны были быть.

— А потом твоя душа реинкарнирует в демона, — кивнул Малфи. — Это само определение сценария эмиссии нулевой души.

— Только, пожалуйста, не превращай мой труп в зомби, — взмолился Виктор, внезапно подумав, что оставить его останки на попечение Жюля - хорошая идея. — Красивый скелет или вампир, с этим я могу справиться, но только не зомби.

— Сэр, чтобы вампиризм пустил корни, вы должны быть живы, а ваша сопротивляемость болезням делает это спорным вопросом.

Виктор понял, что некромант ничего не обещал. — А что Эллисон? Изабель?

— Мисс Шоколатин пригласила Эллисон на ужин, так что я заказал обе встречи одновременно, — ответил Жюль. — Что касается Изабель Мор, то у нее была назначена медицинская встреча, и она не смогла.

Что с ней такое в последнее время? Виктор пообещал себе разобраться с этим позже. — Поскольку сегодня у меня ночует Шоколатин-

— Мисс Эллисон установила в здании защитные заклинания, — сказал Малфи. — Кроме того, вы должны быть счастливы узнать, что я специально для собрания акционеров заказал "Тесное Командообразование". Будут присутствовать все ваши партнеры суккубы, наряду с нашими горизонтальными офисными стажерами.

Знают ли демоны вообще, что такое собрание без наркотиков и шлюх? И все же, поскольку демон почти во всем оставался с Визирем, будучи всегда только верным и поддерживающим, Виктор не обратил на это внимания.

— Малфи, я знаю, что ты хочешь быть [Продвинутым Муком], но мой Перк не позволяет мне, и я не понимаю, почему, — сказал Виктор. — Я имею в виду, что ты помог нам с Акхенапепом! Что еще нужно?

— Я уже все понял, — объяснил Малфи. — Похоже, что дальнейшее существование моего начальника препятствует социальной мобильности. Ожидается, что он скоро получит свое шоколадное выходное пособие.

— Я могу чем-нибудь помочь?

— Нет. — Дьявол покачал головой. — Хотя, если бы я мог попросить об одолжении...

— Все, что угодно, для друга, — сказал Виктор.

— Тогда, вот законопроект о легализации боев адских псов. — Малфи протянул ему бумагу. — Что должно стать модной альтернативой всем этим подземным аренам для бродяг.

— Ты спонсируешь бои адских псов? — Спросил Жюль.

— Нет, но мой племянник открыл в этой области фирму. Он - член семьи, и мне, как члену правительства, было бы невежливо не предоставить ему государственную монополию.

Завтрак с Киа был... неловким.

Она съела яичницу с беконом, но не притронулась ни к кофе, ни к молоку, ни к апельсиновому соку. Она смотрела на жидкость, как зомби на мозг.

— Итак... у тебя все в порядке? — Спросил Виктор, сменив свою броню на повседневную одежду, чтобы ее успокоить. Очевидно, это не сработало.

— Я справляюсь, — солгала она.

Все оказалось даже хуже, чем он думал. — Я знаю, что ты чувствуешь себя уязвимой и что у тебя могут быть какие-то темные мысли, — сказал он, пытаясь предотвратить несчастный случай. — Ты должна рассмотреть возможность использования [Защиты от Хаоса] или [Защиты от Зла], когда мы взаимодействуем.

— Митра рассказал мне о незащищенных проверках харизмы.

Ого, неужели весь пантеон решил заставить их отказаться от взаимодействия? — Тогда ты можешь смело мне довериться, — сказал Ввизирь, серьезно восприняв совет Камиллы о дружбе. — Твое настроение становится все хуже и хуже. Просто не может быть, чтобы только от алкоголя.

— Нет, не только алкоголь, — призналась она. — Все на вкус, как морская вода.

Виктор нахмурился. — Подожди, даже кофе?

— Кофе, и молоко, и соки. — Глаза Киа потемнели. — Бармен ошибся. Она не остановилась на алкогольных напитках.

— И чай тоже?

— Все, кроме несоленой воды, на вкус, как соленая! — У нее были слезы на глазах. — Даже зелья!

Было бы лучше, если бы Сэн потопила ее страну, как угрожала. — Киа, я обещаю, что сделаю все, чтобы решить эту проблему, — поклялся он. — Я воззвал к своим благочестивым покровителям. Просто наберись терпения.

— Спасибо, но сейчас я просто хочу думать о чем-нибудь другом, — проворчала она. — Когда мы снова отправимся в путь?

— Через несколько дней. Благодаря [Жатве] я нашел местоположение фоморской Фермы Экспы, но мне понадобится немного больше времени, чтобы собрать всю имеющуюся информацию.

— В ней хранятся все знания Мэг Мелла; вероятно, потребуются месяцы, чтобы все получить, — сказала она со вздохом. — Может быть, тогда мы сможем тренироваться? Я хочу на чем-нибудь сосредоточиться, на чем угодно!

— У меня есть немного времени. — кивнул Виктор. — Я думал, что, наконец-то, смогу использовать [Выковать Перк] и сплавить ненужные Перки.

— Предоставь это мне, — сказала она, ухватившись за первую же возможность сосредоточиться на боевых делах. — Мы рассмотрим твои перки монстра и в кратчайшие сроки найдем лучшие комбинации.

Выбор зарегистрирован. Вы объединили [Фонтан Крови], [Звуковая Чешуя] и [Поцелуй Вампира] в [Импульс Крови].

[Импульс Крови]: Техника, звуковой эффект, 80 Специальных Очков. Вы можете испустить звуковой импульс, заставляющий кровь каждого существа в радиусе трехсот пятидесяти метров кипеть, вызывая массивные повреждения [Крови] и смерть при неудачной проверке [Живучести]. Успешная проверка [Живучести] позволяет избежать смерти, но вызывает дебафф [Силы]/[Живучести].

Выбор зарегистрирован. Вы объединили [Черный Огонь], [Плохое Дыхание] и [Разъедающий Яд] в [Ядовитый Огонь].

[Ядовитый Огонь]: Техника, 1 Специальное Очко в секунду. Вы можете выпустить фиолетовое, ядовитое пламя из ваших рук, ног или рта; половина урона - это [Дракон], другая - [Нечестивость]. Контакт с пламенем и дымом вызовет у жертв болезнь [Разъедающий Яд], минуя Сопротивление Яду и понижая Иммунитет.

— Дети? — Спросил Младший, взглянув на Горыныча. Из всего зверинца Виктор держал на поводке только этих двух монстров, когда они объезжали окраины города

К несчастью, он был вынужден оставить Тараска, чтобы избежать беспорядка. Эта тварь просто никогда не переставала есть, до такой степени, что Гоблина не очень тонко намекала ему забрать его как можно скорее.

— Нет, у Горыныча еще нет сестры-жены, — ответил змей, каким-то образом понимая мимика. Их укротитель был счастлив видеть, как они ладят. — Но Горыныч будет трахаться с кем угодно! Как лошади!

— Извини, но нет, — сказал Нуарсер, и Базз Джели спрыгнул с его спины на спину Дронтольва и обратно. — Быть матерью-одиночкой - это боль, спасибо.

— Ты действительно можешь... — начал Виктор, но не решился закончить фразу.

— Драконы могут размножаться с кем угодно, — ответила лошадь, вздрогнув. — С кем угодно. Как ты думаешь, откуда у моих предков такие крутые пылающие копыта?

Сегодня вечером Чарлин сияла, одетая во все белое и нежная, как принцесса.

Виктор, это не так уж и много. Он изо всех сил пытался сосредоточиться, поднося чай к губам, мир за окнами был темным; и, судя по шуму, Вайнкер все еще спорил со своими собратьями-драконами. — Виктор, ты выглядишь ужасно, — сказала вампир, заметив его усталость. Она колебалась между виски с кровью гномов и пивом с кровью гоблинов, прежде чем остановилась на Искрящейся Эльфийской Водке.

— У меня было интенсивное собрание акционеров демонов, — сказал он, выпивая [Целебное Зелье], — и я истощен.

А ведь он даже не притронулся к кокаину.

— Что ты сейчас делаешь?

— Мы умножили прибыль Ночных Клинков в три раза, — с гордостью сказала Чарлин. — Я горжусь тем, что мы перевели их основной бизнес с убийств и воровства к тому, чем действительно должен заниматься преступный синдикат: шантажу, вымогательству и отмыванию денег. Меньше риска, больше прибыли - вот мой девиз.

— Это замечательно, но я спрашивал о более повседневных занятиях.

Боги, это звучало еще более неловко, чем в его голове. Даже Чарлин казалась смущенной... и немного пристыженной. — Я читаю романы.

— О, — сказал он. После того, как он попытался найти тему для разговора, отличную от руководства Мурмурином, он решил перейти к сути дела. — Обычно мы встречаемся только для того, чтобы поговорить о работе или поспать вместе. Мне вдруг показалось, что мы не очень хорошо друг друга знаем.

— Я трудоголик, поэтому люблю поговорить о работе, — ответила Чарлин. —Что касается того, чтобы узнать друг друга, мы - коллеги. Ничего больше.

— Недавно я потерял друга и понял, что воспринимаю большинство людей, как должное, — ответил Виктор. — Как и ты, Чарлин. Я имею в виду, что ты проделала замечательную работу, создав империю V&V как полустабильную нацию, какой она сегодня и является, а я никогда не спрашивал, что тебе нравится вне работы.

— Полу-стабильная? — Она улыбнулась, обнажив свои вампирские клыки. — Ты такой милый, Вик. И я бы солгала, если бы сказала, что не принимаю тебя, как должное.

— А? — Виктор быстро спохватился. — Не пойми меня неправильно, я рад, но я удивлен. Мы начали не с лучших отношений.

— Я думала, что тебя можно заменить, но Мурмурин чуть не рухнул в дни, когда ты сделал перерыв. — ответила она, до сих пор этим огорченная. — И, без обид, когда мы встретились в первый раз, ты был незрелым неудачником, и не таким уж красивым. Ты изменился к лучшему и физически, и морально.

Виктор скрестил руки на груди, услышав "не такой уж красивый", но постарался отнестись к этому спокойно. По крайней мере, это было доказательством его улучшенной харизмы. — Тем не менее, я ценю твое внимание, — сказала Чарлин, расслабленно потягивая свой кровавый напиток. — Последний человек, который пытался узнать меня получше, сделал это, чтобы откормить меня для еды.

— Может, начнем с обмена книжными рекомендациями, — предложил Виктор.

Она сделала ужасное лицо. — Ты обещаешь, что не будешь судить?

— С чего бы это? — Удивленно спросил Виктор, когда Чарлин положила на стол красную книгу. Визирь взял ее и прочитал название на обложке.

— "Безумие Размножения от Анонимного Супер-Барда", — сказал Виктор, переворачивая страницу. —" Глава первая, резюме: Дракон наконец-то получает своего миньона."

Однако, начав читать первые строки, он почувствовал невидимое, подавляющее давление, охватившее комнату. Зловещая тень ползла по его спине, сама смерть своими ледяными руками двигала по его плечам.

— Это плохо, я признаю это, — сказала Чарлин, в то время как сверхъестественная сила заставляла Виктора продолжать читать адский, плохо написанный сценарий. — Но это так плохо, что становится забавно.

"Миньон, тебе слишком часто не удавалось размножаться самостоятельно, — сказал дракон, положив могучую лапу на ноги своего человечка."  — Виктор продолжал читать, находя безымянного дракона и его верного Визиря тревожно похожими на себя и Вайнкера. — "Теперь мне пора взять дело в свои руки. Чтобы положить в тебя мои яйца!”

Затем появились подробности, и ледяные руки потянулись к его шее-

[Мгновенная Смерть] отменена!

Виктору удалось закрыть книгу, и на заднем плане затих вой тысячи вопящих душ. Он тяжело дышал, так как едва выжил. — Кто это написал? — спросил он у Шарлин. — Чтобы я мог его задушить?

— Вик, что-то случилось? — Спросила Шоколатин, когда подавала основное блюдо.

— Ничего, — ответил он, почесывая плечи. — Я все еще чувствую ледяные руки…

— Ты читал один из романов Розовой, — сказала Эллисон, садясь слева от него, в то время как Шоколатин двигалась справа; она поставила рядом с обеденным столом дерево бонсай, очевидно, чтобы лучше передвигаться. — Я слышала, что они становятся все хуже. Не знаю как, но они становятся все хуже.

— Розовая? — Виктор чуть не поперхнулся. — Она написала эту чушь? Почему? Зачем это кому-то нужно?

Если и существовал идеальный аргумент против свободы слова, то именно эта книга!

— Ты всегда с Вайнкером, и ты стал полу-драконом…

— Тише, Эллисон, чтобы отвлечься от этих глупых книг, ему нужен правильный рецепт! — С гордостью сказала Шоколатин, представляя свой шедевр: фаршированная свинья без головы, с овощами для Эллисон. — И правильные люди.

— В самом деле, — сказал он, беря ее за руку. — Спасибо, что все устроила, Шок. Мы определенно отправимся в кулинарный тур, если я выживу в Камакибеле.

— Конечно, выживешь! — она рассмеялась. — У тебя есть [Наездник Монстра]! Ты слишком хорошо подготовлен!

— Я в этом не уверена, — ответила Эллисон с меньшим энтузиазмом. — Даже опытные жрецы Кибелы никогда на это не осмеливаются. Я даже не знаю, что делать с классом [Дьявольский Повеса].

— Ты - жрица богини наслаждений, — заметил Виктор. — Твоя работа - наблюдать за оргиями!

— Кибела - богиня лесов, наслаждения и знаний, — защищаясь, сказала Эллисон. — Это совсем другое дело. У нас есть первобытная мудрость диких оргий, а не легкомысленных.

Да, конечно. — Ты просто завидуешь, что не можешь быть свидетелем.

— Немного. — Хотя это было для ее же собственной безопасности; и в отличие от Виктора, она не горела желанием снова умереть. — Разве простой оргии не должно быть достаточно, чтобы получить доступ к классу [Дьявольский Повеса]?

— По словам Людвика Вана, мой уровень настолько высок, что ничто, кроме Камакибелы, не приведет меня в класс, — ответил Виктор, разрезая свинью и овощи, чтобы обслужить всех. — Я все равно хочу его получить, в основном для Харизмы и использования в дипломатии.

— Пожалуйста, скажи мне, что ты не собираешься заключить перемирие с фоморами, переспав с ними, — хихикнула Дриада. — Не то, чтобы я была против мирного решения.

— Вайнкеру удалось уговорить Тараска подчиниться, и я думаю, что смогу сделать то же самое. — Он попробовал фаршированную свинью и нашел ее идеальной. — Шок, мне это нравится.

— Тебе нужно получше это оценить, потребовалось много времени, чтобы его откормить, — радостно ответила она. — Но не ешь слишком много. Я хочу закончить то, что мы начали в Империи Таотен, и у меня внизу есть готовый жертвенный алтарь.

Виктор вздохнул, но принял жертву. — Как пожелаешь, — ответил он, коротко поцеловав ее в губы, а Эллисон наблюдала за ним со странным выражением лица. — Ты не будешь возражать, Эл?

— Я беспокоюсь о тебе, — сказала дриада. — Вместо этого тебе следовало бы тренироваться.

— Гоблина тоже предложила что-то вроде этого, плюс набаффать меня всеми защитными заклинаниями, известными ее магам, - ответил Виктор. — Но с приближением, надеюсь, последней битвы с фоморами, я решил, что должен сосредоточиться на том, чтобы найти время для своих близких. Включая тебя.

Дриада смущенно улыбнулась. — Спасибо, Вик, — сказала она, — и это напомнило мне, что я еще не расплатилась с тобой за то, что ты убедил Вайнкера меня поднять.

— Просто выпей за нас обоих, поскольку у меня теперь иммунитет к алкоголю.

Эллисон покачала головой, как будто он сказал что-то глупое, а затем обменялась взглядами с Шоколатин. — Что? — Спросил Виктор.

— Это секрет, — ответила Эллисон.

— До тех пор, пока это не связано с этим невыносимым котом, — ответил [Жнец].

— Все в порядке, Феликс теперь живет в нас обоих, — весело ответила Шоколатин.

Виктор посмотрел на мясо в своей тарелке.

При ближайшем рассмотрении оно не так уж сильно походило на свинью...

…

— Шок?

— Да, Вик?

— Можно мне еще кусочек?

Наконец, время пришло.

Виктор тщательно подготовился, надев полную пластинчатую броню, напившись до отвала зелий и произнеся двадцать пять известных ему заклинаний баффа. И все равно, перед надвигающейся бурей он чувствовал себя голым.

— Ты готов? — Спросил Виктор, когда Людвик Ван начал рисовать вокруг его кровати призывающий круг, луна теперь была высоко в ночном небе. — Мои баффы с такой скоростью истекут.

— Я отвлекся на одну очень интересную книгу, которую нашел в вашей мусорной корзине, — ответил Людвик.

— И вы ... вы пережили это?

— Жаль, что я не могу встретиться с автором, — ответил Людвик Ван. — У меня столько историй, которые стоит записать на бумагу.

— Это отличная идея! — Только Виктор сделает так, чтобы это никогда не стало реальностью.

— Как бы то ни было, я закончил готовить маяк, — сказал денди, завершая круг и отступив на несколько шагов назад, — Теперь она должна принять приглашение, но, поскольку я, как ее Избранный, послал его сам, у нее нет причин отказаться.

— И я готов.

— Твоя броня не защитит тебя от этого, — резко сказал Людвик. —Либо ты выживешь, либо нет.

— Слишком поздно что-то менять. — Виктор покачал головой. — Больно будет?

— Если ты потерпишь неудачу, то испаришься в мгновение ока, без всякой проверки.

— Без проверок?

— Проверки запрещены. Только не прикасайся к ней, иначе твоя душа взорвется от экстаза без всякой проверки. Просто молись и смотри.

И вот Виктор упал на колени, молясь Камилле. Из всех претендовавших на него божеств именно она помогала ему больше всего. Но он все-таки прочел небольшую молитву Десджестеру и Шеше. Он знал, что это вряд ли поможет, но молитва - последнее прибежище человека.

— Я готов, — сказал он, вставая. — Все свое пребывание в Аутремонде я готовился к этому моменту.

— Тогда ступай в круг. Но как только я произнесу заклинание, мне придется телепортироваться и запереть комнату. Однажды я пережил это зрелище, но больше не собираюсь испытывать судьбу. Пусть богиня тебе улыбнется.

Виктор издал длинный, тяжелый вдох, а затем шагнул внутрь круга.

В ту же секунду позади него возник зеленый барьер света, который запер Визиря в его собственной спальне. Людвик Ван выскочил, бросив его на произвол судьбы.

Виктор с минуту молчал и стоял неподвижно, в спальне никого не было.

— Виктор Далтон. — Голос был, как музыка, когда она появилась на кровати. Женщина в капюшоне, покрытая платьем из мха, и только ее зеленые руки оставались видимыми. — Я получила твое приглашение.

— Леди Кибела, — почтительно произнес Виктор, и по спине его пробежал холодок. Тон был теплым, ласковым, но он ни за что на свете не смог бы заглянуть под капюшон. — Вы меня знаете?

— Конечно. Ты хорошо послужил мне, разрушив злой город Саблара и снова сделав пустыню Ишфании зеленой. — Она положила руку на простыню. — Ложись на кровать и расслабься. Ты находишься среди друзей.

Он повиновался, напряженный, как Хэппилэнд, и стараясь к ней не прикасаться.

— Я наблюдаю за тобой уже некоторое время, с тех пор, как Десджестер испортил мой стол отношений, — добродушно объяснила Кибела, хотя Ввизирь и половины не понял. — И ты действительно такой простой, как они сказали. Мне это нравится.

Виктору, вероятно, следовало бы отнестись к этому плохо, но она произнесла это, как похвалу. — Э-э... спасибо.

— Хотя я совершенно уверена, что Митра никогда не предъявит на тебя права за твою распущенность, мою благосклонность ты заслужил. Немногие мужчины доказали, что они достойны этого, но ты доказал. Я должным образом вознагражу твою преданность гедонизму и природе.

Виктор почувствовал, как что-то обожгло его левую ягодицу.

Вы заработали личный Перк [Избранный Кибелой]!

[Избранный Кибелой]: Когда вы повышаете уровень, у вас есть дополнительный 10-процентный шанс получить повышение HP или SP. Вы невосприимчивы к [Увлечению], [Очарованию] и венерическим болезням.

— Теперь, я знаю, что ты позвал меня с определенной целью, — сказала она, положив руки на капюшон. — Тебе нужен уровень в классе [Дьявольский Повеса].

— Могу ли я получить его без опасной части?

— К сожалению, нет, — покачала головой богиня. — Но тебе нужно только на секунду увидеть мое лицо. Если ты переживешь этот мучительный опыт и останешься в здравом уме, твоя рука должна немедленно потянуться к зельям.

— Это будет похоже на Людвика?

— У меня была примерно такая же Харизма, как у Людвика, когда я поднялась. С тех пор мои Перки были повышены до божественного уровня, и теперь мое лицо, как богини наслаждения, это оружие массового поражения. Последний смертный, увидевший его, превратился в соляной столб, и даже мои собратья-боги не могут не радовать себя в моем присутствии.

— Это звучит... неудобно.

— Да, — сказала она с тяжелым вздохом. — Поскольку эта особенность разрушила мою личную жизнь, я развлекаю себя, создавая другие пары. Как с тобой. Я потеряла счет тому, сколько раз Изенгрим просил меня свести тебя со своей жрицей.

— Ну, это сработало, — ответил Виктор. — Я до сих пор не понимаю, почему, но это сработало.

— Сработало, — сказала она таким тоном, словно знала что-то, чего не знал он.

— Да.

Она сняла капюшон, и комната взорвалась вспышкой огня.

Статы Вайнкера и Виктора:

- Вайнкер "Лучший Дракон" Рыцареубийца -

[Уровень: 75 (Август 30 / Генерал Охотник на Ведьм 14 / Кайзер 17 / Селекционер Подземелий 10 / Геомант 4)

Тип: Дракон

Группа: V&V

Очки Жизни - 6965

Специальные Очки - 1810

Сила - 162

Живучесть - 121

Мастерство - 66 (+6)

Ловкость - 89

Интеллект - 53 (+2)

Харизма - 138 (+6)

Удача - 85 (+18)]

Личные Перки:

Атомное Дыхание Огненного Дракона, Невосприимчивость к Огню, Жизненная Сила Красного Дракона, Высокомерие Дракона, Зеркальная Чешуя, Супер Чувства, Радар Принцессы-Девственницы, Малое Сопротивление Яду, Насмешка, Мертвый Друг. Украшенный Гербом - Эпический, Президент, Победный Рев, Хвастовство, Неподвижность, Позер, Король Игр

Классовые Перки:

Август -

Старые Деньги, Снобизм, Аристорадар, Фаворит Толпы, Стипендия, Воин Арены, Кулак Победы, Заряженная Атака (Дыхание Дракона), Суперкрит, Рожденный в Пурпуре, За Императора, Династия, Имперская Власть, Вызов Герольда (Виктор Далтон), Король Игр, Сияющее Величие, Золотой Путь, Золотой Дождь, Огненная Корона, Сияющее Величие, Великий Понтифик, Испепелитель, Сверкающий Театр

Генерал Охотников на Ведьм -

Очистка Заклинаний, Сжигание Ведьм, Малое Сопротивление Магии, Экзорцизм I, Решимость Охотника, Молот Ведьм

Кайзер -

Хозяин Подземелья (Замок Мурмурин), Зловещая Тайна, Мастер Безмолвия

Селекционер Подземелий -

Сопереживание Монстру, Улучшенная Гибридизация, Кроличья Чума, Альфа-Магнетизм (Чешуя)

Геомант -

Геомантия, Терраформирование: Суша

Инвентарь:

[Кольцо Дракона УР-фараона]: незначительный артефакт. +10 к Удаче; иммунитет к враждебным [Земным] воздействиям; рефлекторный каст [Спешка], [Защита от Стихий], [Большая Рассеивающая Магия] или [Лечить Любую Болезнь] на владельца один раз в день, в зависимости от ситуации. Не может быть надет не - [Драконьими] типами.

[Корона Завоевателя]: +6 к Харизме, Удаче и Мастерству; иммунитет к [Террору].

[Пси-Камень Защиты Разума]: невосприимчивость к воздействующим на разум воздействиям.

[Пси-Камень Положительной Энергии]: устойчивость к эффектам [Некромантии]: восстанавливает вдвое больше Очков Жизни от исцеляющей магии; +2 к Интеллекту и +2 к Удаче, если носить с другим пси-камнем!

- Виктор "Слизь" Далтон -

[Уровень: 72 (Рыцарь-Монстр: Красный Дракон 20 / Жнец 30 / Мориарти 11 / Всадник Хаоса 4 / Синоптик 7)

Тип: Слизь / Дракон

Группа: V&V

Очки Жизни - 1575

Специальные Очки - 510

Сила - 45 (+6)

Живучесть - 52 (+6)

Мастерство - 75 (+8)

Ловкость - 60

Интеллект - 82

Харизма - 77 (+6 когда лжет)

Удача - 70]

Личные Перки:

Избранный Костью, Избранный Лунным Человеком, Избранный Шешей, Избранный Десджестером, Избранный Кибелой, Наблюдатель, Мертвый Друг, Романтик, Черное Проклятие, Поток Адского Огня (Незначительно), Украшенный Гербом- Эпический, Образование Визиря, Регенерация Троллей, Выковать Перк, Дарвинист, Эксгибиционист, Тотем Слизи, Кроворожденный, Импульс Крови, Ядовитый огонь

Классовые перки:

Оруженосец Монстра -

Родство с Монстром, Инструктор Миньонов, Студент Монстр, Жизненная Сила Монстра (Красный Дракон), Наездник Монстра, Проницательность Монстра, Продвижение Мука

Рыцарь-Монстр: Красный Дракон -

Убийца Людей, Щит Хозяина, Рыцарь Страха

Жнец -

Отмычка, Глаз на Сокровище, Мастер Ножа, Оживить Мертвого, Гадание на Мертвых, Украсть Жизнь, Ключ Скелет, Повелитель Кос, Хельхейм, Взрыв Аида, Мастер Душ VI, Мрачная Жатва Харона, Некромантическая Защита, Защита от Святого, Благословение Элдрича, Покровительство Падшего, Завеса Стихий, Стрижающий Меч.  Аура Страха, Дыхание Чумы, Черное Проклятие, Повелитель Кошмаров, Злобный Анку, Реаниматор, Щит Духа, Призванные Черепа Виктора, Истинное Дыхание Жизни

Всадник Хаоса -

Черный Всадник, Белый Всадник

Мориарти -

Этюд в Багровых Тонах, Финальная Проблема, Злой Гений, Динамика Звезд

Синоптик -

Дьявольский Архимаг II, Контроль Погоды, Змей Всадник, Апокалиптический Шторм

Инвентарь:

[Шкура Молоха]: Доспехи (незначительный артефакт)

[Жатва]: Оружие (незначительный артефакт)

[Брошь Свободного Перемещения]: носитель может нормально двигаться независимо от рельефа местности.

[Кольцо Аварийного Телепорта]: 20 зарядов (18 осталось). Позволяет заклинателю использовать [Аварийный Телепорт], чтобы быстро телепортироваться в радиусе пяти километров.

[Кольца Повышения Мастерства] x 2: + 4 Мастерство (всего +8)

[Пояс Совершенной Маскировки]: может магически полиморфироваться в гуманоида того же размера.

[Наручи Улучшенного Обмана]: +6 к Харизме при лжи.

[Мини-Круг против Больших Предсказаний]: Иммунитет к эффекту предсказания / магического местоположения.

Однажды это должно было случиться.

Вайнкер подтолкнул своего миньона к размножению, в чем тот оказался на удивление ужасен. Несмотря на все неудачи, его глава персонала не сдавался, стараясь выполнить свой долг и удовлетворить своего хозяина.

И у него было слишком много потомства.

— Миньон! — рявкнул Вайнкер. — Миньон!

Его глава персонала не ответил, он недвижно лежал в доспехах на мокром дворе гостиницы. Теплые стальные пластины выглядели так, словно в них ударила молния Короля Вотана, а его человечек внутри был полумертв. Даже хвост у него обмяк!

Они нашли его в таком виде среди обломков его спальни. И несколько часов спустя он не проснулся.

— Я говорила ему, чтобы он этого не делал, — с печальным видом пожаловалась Гоблина, а Шоколатин в этот момент держала на руках бессознательного главу персонала. Миньоны Вайнкера собрались вокруг Человечка Виктора в кружок, рядом с несколькими лицами, которых дракон не узнал. Все присутствующие маги продолжали колдовать над Визирем, но безрезультатно. — Я его предупреждал! Я его предупреждал!

— Похоже, шок был слишком сильным. — Трупоторговец Жюль покачал головой. — Просто чудо, что он не умер на месте. Если бы он, прежде чем потерять сознание, не потянулся за своим зельем, он бы нас оставил...

— Вы, целители. — Вайнкер повернулся к Невкусной Эллисон. — Разбудите его!

— Мы стараемся, Ваше Величество! — сказала Дриада, а Рыцарь Киа бросила на друга дракона [Полное Исцеление]. — Функции его тела нормальны, но душа...

— Его душа почти достигла просветления, — объяснил какой-то рыжеволосый человечек. — Он испытал такое великое блаженство, что его душа боится вернуться в свой смертный круг и найти все остальное разочаровывающим. Пока Виктор не поймет, что эта вселенная все еще может предложить ему больше удовольствий, чем то, что он видел, он не проснется.

— Что может быть приятнее, чем служить мне? — Ответил Вайнкер, глядя сверху вниз на своего главу персонала. — Миньон! Миньон! У меня есть вызов, чтобы выиграть! МИНЬОН!

Тело его друга даже не дернулось.

— Я не должен был его толкать, — понял Вайнкер, и сердце его наполнилось сожалением. — Если его безграничной любви ко мне недостаточно, чтобы очнуться...

— Он жив, — сказал рыжий и пожал плечами. — Значит, он все еще привязан к этому миру. Просто дайте ему время прийти в себя после божественного видения.

— Сколько времени это займет? — Спросила Эллисон рыжеволосого.

— Это зависит от обстоятельств. Мне лично потребовалась целая неделя фантазий, чтобы вернуться в бодрствующий мир.

— Неделя? — Вайнкер нахмурился. — Моя охота на фейри начнется через несколько дней! Я не могу ждать целую неделю!

— Охота на фейри? — Спросила Киа, глядя на дракона с нескрываемым желанием.

— А принцессы будут? — Спросил Горыныч, истекая слюной.

— Вы не приглашены! — Вайнкер отделался от них обоих, а затем повернулся к другим своим миньонам. —Неважно. Я понесу его в руке.

— Нет, Ваше Величество, не надо! — Взмолилась Эллисон. — В таком состоянии он совершенно беспомощен и нуждается в медицинском внимании.

— Нет места безопаснее, чем моя сторона, — настаивал Вайнкер. — Ты можешь исцелять его по дороге на ферму фейри.

— Ваше Величество намеревается напасть на них, неся в ладони Виктора? — Спросила Рыцарь Киа. — Слишком опасно его туда брать. Случайное заклинание - и он умрет навсегда.

Дракон что-то проворчал, но обдумал ее слова. Его миньон действительно может быть слишком уязвим, а у дракона не было средств, чтобы поднять его снова... — Драконий гоблин.

— Да, — ответила Гоблина, и на ее лице отразилось беспокойство.

— Как и подобает нашему союзу, я оставлю своего главу персонала в ваших землях, пока мои слуги его не вылечат и я не смогу призвать его к себе, — сказал Вайнкер. — Если с ним что-нибудь случится, пока меня не будет, я сожгу этот остров дотла. Я ясно выразился?

Гоблина слегка пошатнулась от этой угрозы, но кивнула. — У меня самые лучшие миньоны в мире, — сказала она. — Через неделю? Мы разбудим его ровно через три дня! Но как насчет Тараска?

— Очевидно, ты кормишь его, пока меня нет. Миньоны, я надеюсь, что вы проявите себя лучше, чем ее слуги, — сказал Вайнкер своим лакеям. Небольшое соревнование миньонов могло только увеличить их производительность. — Я должен уйти и поставить Ледяного Клыка на его место, предварительно спалив ферму фейри.

— Тогда я пойду с вами, — сказал Рыцарь Киа.

Вайнкер посмотрел на нахального человечка в упор. Должно быть, у нее был квадратный корень из девяти баллов интеллекта, чтобы не понимать, что он не хочет, чтобы она была рядом. — Нет.

— Не могли бы вы взять меня, пожалуйста? — [Паладин] почти умоляла его, соединив руки. — Пожалуйста, мне нужно действовать!

— Тогда сколько?

Рыцарь Киа замерла. — Сколько чего?

— Сколько ты мне заплатишь за эту привилегию?

Поскольку он знал, что Грандрейк ее не слышит, дракон принял молчание рыцаря за признание ее бедности. Когда она набралась храбрости, чтобы заговорить, то только для того, чтобы поторговаться. — Вы хотите, чтобы я платила вам за работу?

— Я не хочу, я требую, чтобы мне платили за то, чтобы я не обращал внимания на вашу бесполезность, — объяснил Вайнкер в понятных ей выражениях. — Быть в эксклюзивном приключении с лучшим драконом в мире - это честь, которой ты недостойна. Без должной дани я не могу изменить решение.

Теперь, когда он подумал об этом, он мог бы на этом заработать.

— Это... — рыцарь Киа остановила себя от попытки переступить через свою миньонскую станцию и вместо этого глубоко вздохнула. — Вам понадобится кто-то, чтобы говорить с местными жителями. Я могу заменить в этом Вика.

— Так, как ты исполняла роль миньона моей племянницы? — Презрительно ответил Вайнкер. — И я уверяю тебя, местные жители будут умолять о привилегии предоставить мне руководство.

— Они не будут, если они не смогут вас понять, — ответила [Паладин]. — Виктор указал расположение фермы недалеко от Нагастана, а там не говорят на общем или на языке драконов.

Вайнкер открыл было рот, чтобы еще больше поиздеваться над ней. — Ах, перед тем, как я уйду, один из моих слуг наложит на меня переводящее заклинание! Твоя логика ошибочна!

— К тому времени, как вы доберетесь до страны, чары рассеются. А я могу бросить его по желанию.

Вайнкер все равно собирался отказать ей, пока не понял, что без [Щита Хозяина] у него не будет возможности исцелить себя в случае крайней необходимости. [Паладин] может быть слабым миньоном, но она могла бы помочь ему оправиться от ран…

— Прекрасно, — сказал Вайнкер. — Но ты поедешь на змее. Моя рука слишком хороша для тебя.

Он уже представлял себе момент, когда его глава персонала вытащит этого инбредного дракона прямо из-под рыцаря...

Оставив позади остров Тейкоку, Вайнкер полетел к месту назначения по прямой, он пролетел над морем и затем достиг массивного материка. Рыцарь Киа сказала ему, что сначала они пересекут Нефритовую Империю, и это название пробудило в нем воспоминания. Что-то о драконе, помогающем местным человечкам “культивировать".

Вайнкеру очень хотелось поболтать с этой могущественной родней, но у него было мало времени. Ледяной Клык и его отряд уже ушли, и ему нужно было встретиться с ними на ферме, чтобы не пропустить вызов.

Змей летел над материком целый день, всю ночь и до следующего захода солнца, а Горыныч изо всех сил старался следовать за ним. Они пересекали зеленые леса, рисовые поля и горы, но города человечков, над которыми они пролетали, казались почти безлюдными.

Их путешествие привело их к сухим землям между океаном и огромной цепью гор, в сравнении с которыми Альбенские горы были похожи на холмы. Вайнкер чувствовал на земле запах чешуйчатых зверолюдей, от змееподобных нагов до ящеров.

По пути дракон решил остановиться у большого города, улья из круглых терракотовых домов возле местного леса. В отличие от человечковых каменных и деревянных ульев, к которым привык Вайнкер, это место было построено, в основном, из красной глины и кирпича. Архитекторы сосредоточились на колоннах, столбах и круглых крышах, а в огромных загонах поблизости дракон заметил присутствие тигров и слонов.

Как и все другие города, над которыми они пролетали, этот казался пустынным, но острое чутье Вайнкера замечало людей в домах, слишком робких, чтобы смотреть ему в лицо.

— Мы прибыли раньше, чем я думал! — Обрадовался Вайнкер, приземлившись на пустой площади. — Возможно, у нас будет время для быстрого квеста.

— Быстрый квест? — Спросила Киа, спрыгнув со спины Горыныча. Змей рухнул в изнеможении.

— Горыныч пить хочет... — сказал змей. — Горынычу нужно материнское молоко…

— Я должен тренироваться в классах и пополнять свои запасы новым золотом, — напомнил Вайнкер Рыцарю Киа о цели жизни. — А теперь объяви о моем присутствии.

— Как, как герольд? — Спросила рыцарь Киа, демонстрируя отсутствие у нее миньонства.

— Мой глава персонала всегда объявляет примитивным туземцам о моем великом и великодушном присутствии, — сказал Вайнкер некультурному двуногому, уже жалея, что взял ее в эту поездку. — Скажи им, что я принес им цивилизацию драконов.

— А, ладно, — сказала рыцарь, быстро накладывая заклинание перевода и на себя, и на лучшего дракона из всех. — Эй, слушайте, храбрые граждане, мы пришли на помощь!

— За деньги! — Напомнил ей Вайнкер, и человечек скорчила гримасу. — И скажи им, пусть приведут ко мне свой скот!

Двери округлого дома открылись, и оттуда выскользнула черная кобра размером с человеческий рост. Вайнкер узнал в ней змея-зверька, или нага; который носил красный шарф вокруг рта. — Что это за шум? — прошипел Наг, а затем заметил Вайнкера и парализованного Горыныча. — О, еще одна партия драконьих авантюристов. Отлично. Послушайте, если вы пришли за коровами, мне придется вежливо попросить вас уйти и никогда не возвращаться.

[Альфа-магнетизм (Чешуйчатые)] отменен [Отредактировано].

— Это деревня Дханьякерия? — Спросила Рыцарь Киа, которая отвечала за составление плана путешествия; Наг кивнул, торопясь покончить с ней так же быстро, как и сам Вайнкер. — Мы ищем в этом районе оплот фоморов. Вы видели в последнее время какие-нибудь признаки активности фейри?

— Нет, потому что все сидят дома, — ответил Наг. — Мы уже давно ничего не слышали из соседних деревень, но я не могу сказать, кто виноват - фейри или чума.

— Вы можете указать нам направление этих деревень-

— Миньон Киа, ты упускаешь из виду то, что действительно имеет значение, — Вайнкер подошел к нагу, устав от некомпетентности рыцаря. — У меня есть время для короткого квеста.

— Квесты? Никто не занимается квестами из-за этой проклятой чумы! Все гильдии авантюристов закрыты, а наша экономика разрушена! — прошипел Наг, виляя хвостом. — И уважайте социальную дистанцию!

— Тебе нечего бояться, — сказала Киа. — У меня есть иммунитет к [Болезни], и как [Паладин], я могу по желанию ее вылечить.

— [Паладин]? — Наг мгновенно повернулся к Киа, разглядывая ее так пристально, что это встревожило человечка. — Какое божество?

— Митра, — ответила она, и Наг возбужденно завилял хвостом.

— Это все меняет! Да, возможно, у меня есть для вас квест! — Наг прочистил горло. — Наша гильдия архитекторов проводит ежегодный конкурс на строительство. Команда должна посетить и оценить наши проекты, но она должны включать в себя [Паладина] Митры или Леоне. Поскольку все целители мобилизованы для борьбы с [Чумой Фейри] и социальным дистанцированием, мы не можем найти никого, кто соответствовал бы нашим критериям.

— Зачем вам понадобился [Паладин] для архитектурного конкурса? — Нахмурившись, спросила Киа.

— Потому что [Паладины] этих богов вынуждены говорить правду и действовать по-рыцарски, — ответил зверь. — Значит, мы можем доверять их честному мнению. Поскольку мы не можем ограничить конкуренцию только одним классом, их партнерами могут быть кто угодно или что угодно.

— Сколько и как долго? — Дракон задавал трудные вопросы. — Я - лучший авантюрист в мире с самыми высокими ставками, и у нас мало времени.

— Миллион золотых, если вы выиграете конкурс, — у Вайнкера потекли слюнки, но следующие слова разрушили его надежды, — но это может занять несколько дней.

Аргх, слишком долго! — Тебе придется подождать, пока я для своей победы не сожгу ферму фейри.

— А я не возьмусь за это задание, — сказала Рыцарь Киа, чье отсутствие жадности отмечало ее как недостойную для миньонства. — Мне не нужно золото.

— Победители также получают от божественного покровителя нашей гильдии мощный магический предмет, — сказал Наг, — некоторые даже получили [Героический Герб].

— Зачем кому-то давать [Героический Герб] за архитектурный конкурс-

— Меньше вопросов, больше золота, — перебил Вайнкер, раздраженный отсутствием у нее энтузиазма в накопительстве. Что в ней нашел Человечек Виктор? Ей не хватало истинных драконьих ценностей!

— Разве вы не видите, Ваше Величество, что это сомнительное задание? — Сказала Рыцарь Киа. — Когда кто-то предлагает задание с такой высокой наградой, он либо ошибается, либо предатель.

— Если ты сомневаешься в моих словах, то просто наложи на меня магию, — сказал Наг. — Мне нечего скрывать.

— Я сказала, что прекращу профилирование, но в таком случае сделаю исключение; [Усиленное Сканирование Кармы], — произнесла Киа заклинание, читая карму Нага. На ее лице быстро появилась улыбка. — В меру хороший и аккуратный... это так свежо, после долгого пребывания в Мурмурине я уже забыла о существовании таких людей.

— Где я могу найти золото, когда у меня будет время, чтобы его забрать? — Спросил Вайнкер, когда эта часть разговора была улажена.

— Во-первых, поклянись принять участие и выложиться полностью, — настаивал Наг. — Наш божественный покровитель действительно на этом настаивает.

— Конечно, я клянусь победить, — пожал плечами Вайнкер.

— Клянусь честью, — ответила Киа, — если Шеша нуждается в подтверждении.

— О, моя гильдия не поклоняется Шеше, — ответил Наг. — Она терпит нас из-за деловых возможностей, которые предоставляют наши подземелья, но наш коэффициент смертности авантюристов слишком высок, как на ее вкус.

[Паладин] моргнула. — Вы сказали "подземелья"?

— Да, подземелья. Я - [Архитектор Подземелий] и [Мастер Ловушек]. Ты что, думала, что гробницы-ловушки растут на деревьях? Как ты думаешь, кто проектирует все эти змеиные ямы и потайные ходы? Никто никогда не уважает нашу тяжелую работу.

— Не напоминай мне, — сказал Вайнкер. — Когда я приказываю им построить арены и еще больше башен для моего замка, мне постоянно приходится моих миньонов направлять. Увы, их умы не могут постичь мой бесподобный, дальновидный дизайн.

— Значит, конкурс будет... соревнованием по архитектуре подземелий? — Рыцарь Киа обнажила меч. — Погоди, какое божество спонсирует такую гильдию?

Наг как-то странно на нее посмотрел. — Я нахожу ваши попытки заставить меня признаться в своей вере посягательством на мою религиозную свободу.

— Но вы только что спросили, какому богу служу я-

— Да, но это не значит, что я должен тебе рассказывать. А что, если я поклоняюсь Сэн? Ты бы относилась ко мне по-другому?

— Да, — зловеще ответила Рыцарь Киа.

— Вот и я о том же.

— Меня не волнует, миньоном какого 'божества' ты стал, — сказал Вайнкер. — Где золото?

— У вас есть карта и перо? — Рыцарь Киа неохотно протянул Нагу карту, и змея попыталась нацарапать на ней маленький крестик. — Проклятые двуногие, не могут сделать карту, приспособленную для безруких людей... а теперь, извините, я должен бежать от микробов.

— Ваше Величество, мы действительно собираемся это сделать? — Спросила Рыцарь Киа, свирепо глядя вслед змее, которая вернулась в дом.

—Да, но сначала я сожгу ферму фейри, — ответил Вайнкер. Один миллион золотых монет более чем помог бы сокрушить иллюзию богатства Ледяного Клыка.

Кстати, о ледяном Клыке... дракон гудел на ветру, чтобы уловить запах своего соперника, на случай, если тому удастся прокрасться вперед.

Проверка навыка прошла успешно.

Вайнкер замер.

— Что? — Спросила Рыцарь Киа.

— Я чую... — Вейнкер не мог этому поверить. — Драконью кровь?

Гнездо фейри провоняло на многие мили вокруг!

Чем дольше он наблюдал за ним сверху, скрытый облаками и защищенный от ветра, тем больше злился Вайнкер. Это... это оскорбление драконьего образа жизни не переживет и дня.

Из-за мощных иллюзий, окутывающих область от взгляда, ему потребовалось несколько часов, чтобы его найти. Иллюзии легко отменяли его Перк [Решимость Охотника] и магические предметы. И когда они, наконец, нашли посреди леса ферму, Вайнкеру пришлось приложить немало усилий, чтобы не напасть на нее уже при первом взгляде.

Ибо фейри скопировали его дизайн Дронтосада и сделали из него посмешище!

Вместо того чтобы разводить птиц для их собственной защиты, фейри захватили большие группы недоедающих человечков, зверолюдей, кобольдов и других разумных существ и держали их в больших клетках, причем по двадцать на шесть квадратных метров пространства. Тюрьмы были выстроены рядами, и за ними следили форт из черного дерева и свора гончих фейри.

Короче говоря, это была территория размножения рабов.

Вайнкер в принципе был потрясен тем, как фейри обращаются со своими миньонами, но что-то еще приводило его в ярость. Зловоние драконьей крови, пронизывающее это оскорбление размножения в тюрьме.

— Горынычу это место не нравится, — сказал змей с Рыцарем Киа на спине. — Горыныч может вернуться к хозяину?

— Пока нет, — ответила Киа, глядя на ферму. — Пока нет.

— Я хочу, чтобы это место сгорело дотла, — сказал Вайнкер. — Это оскорбление драконьего образа жизни должно исчезнуть.

— Ваше Величество, мы можем победить, если нападем в лоб, но тогда мы рискуем навредить пленникам, — сказала Рыцарь Киа, говоря как Человечек Виктор. — В форте их может быть больше. Нам нужен план. Я предлагаю вам их отвлечь, пока я буду освобождать пленников.

Пока она говорила, из деревянного форта вышли три фигуры, которые направились к загонам. Дракон и его заместитель очень внимательно за ними наблюдали.

Вайнкер узнал в одном из них дудочника Мелл Лина, трусливое отродье Мэг Мелла, помогавшее таким неприятностям, как авантюристы и Мышь Лавер. На этот раз, однако, он отказался от маскировки в человека, и показал свой истинный облик - изможденную, отвратительную фигуру с кожей из коры. Какой-то орк в доспехах, выше среднего роста, с нарисованным на груди символом червя Саблара, следовал за ним рядом с гуманоидным черным тигром.

— Фрэнк Анарк, — рыцарь Киа узнала орка. — Последователь Саблара, с которым мы с Джоли "боролись". Другой, должно быть, ракшас. Они используют иллюзии-

— Тихо, — ответил Вайнкер, как никогда серьезно. — Я пытаюсь слушать.

Сосредоточившись на своем остром драконьем слухе, способном отличить м от М, змей попытался расслышать их разговор даже на таком огромном, разделяющем их расстоянии.

Проверка навыка прошла успешно.

— ...интересно, — сказал тигр. — А как насчет эльфов?

— Эльфы, будучи более редким видом, как правило, роняют лучшие предметы, когда их убивает пользователь [Старые Деньги], — ответил орк. — Уровень цели влияет на качество, но вид имеет большее значение. Чем сильнее и более редкое базовое существо, тем больше награда за его убийство.

— И конечно же, люди дают самую низкий урожай, а драконы - самый высокий, — констатировал очевидное Мелл Лин. — А как же [Гербы]? Есть какие-нибудь новые открытия на этом фронте?

— Взрослые драконы почти всегда роняют один, а кто-то калибра Рыцареубийцы, вероятно, стоит [Героического Герба].

— Я имею в виду других существ, кроме драконов, — ледяным тоном ответил Мелл Лин, разглядывая кобольдов в клетках.

Тигр покачал головой. — Несмотря на все наши усилия, мы не нашли способа заставить низшие расы при смерти ронять [Гербы].

Орк сделал в сторону ракшаса странный жест рукой, подняв третий палец. Может быть, они обменивались жестами, как частью кода? — Система поощряет слабых сражаться с сильными, так что мы, "малые расы", можем достигать все больших высот. И нужны героические подвиги, чтобы доказать, что вы достойны [Герба]. Пытаться "выращивать" их, как фрукты, бессмысленно.

— И я говорю, что если Лорд Мэг Мелл сможет создать [Черные Гербы] имитации, то мы в течение нескольких поколений сможем вырастить людей, способных сбрасывать [Гербы].

— У них не будет поколений, — ответил Мелл Лин. — Моя сестра хочет, чтобы они все были уничтожены в течение двух лет, если не закончит работу бомбардировка, чтобы загнать их обратно в каменный век. Теперь нам нужно больше [Гербов], и даже больше [Героических Гербов]. Чем дольше моя сестра остается на уровне 60, тем более нетерпеливой она становится.

Орк и ракшас обменялись встревоженными взглядами. — Может быть, другие планы? — предложил первый. — Враги там, в среднем, сильнее, чем в Аутремонде.

— Они дают больше опыта? — спросил тигр.

— Нет, но никто по ним не будет скучать. Разрушение мира - это одно, но мошенничество со страхованием загробной жизни? Это просто низко.

В ответ Мелл Лин пожал плечами. — В любом случае, приготовьтесь паковать вещи, когда моя сестра вернется с "жатвы". — Наш дорогой отец откусил больше, чем мог прожевать, и хотя она не может гадать на Рыцареубийце из-за его Перков, моя сестра верит, что он скоро отправится в это место.

— Что же нам тогда делать с пленными? — спросил тигр.

— Используйте [Черные Гербы] на самых жестких из них, чтобы укрепить наши ряды большим количеством зверей-фейри. А остальные... соберите их для стрельбы по мишеням. — Мелл Лин мысленно усмехнулся. — Теперь скажи орк, как мой руководитель по классам, должен ли я убить их заклинаниями или музыкой?

— Вам лучше обслужить больше уровней [Барда], чтобы расширить охват ваших мелодий.

— Тогда музыка.

Группа подошла к подозрительно пустой клетке, земля которой была красной от крови. Вайнкер вдруг понял, что это место, в частности, пахнет свежей драконьей кровью.

— Где мой любимец-змей? — Спросил Мелл Лин тигра, и Император наверху приготовил когти.

— Лорд Равана случайно увлекся, когда практиковался в своем классе [Рыцаря Рун], и убил его усиленным заклинанием ударом. — Вайнкер покраснел и задрожал от ярости. — Но мы собрали для твоей сестры кровь и кости.

— Да, но я к нему привязался, — дудочник покачал головой, а затем отчитал своих помощников. — Вам следовало быть осторожнее. Хотя драконы дают меньше опыта, если их бьют в дюйме от их жизни, чем когда убивают, эта ошибка стоила нам возобновляемого источника легких уровней. Взрослых змеев трудно поймать живьем.

— Ну, хорошая новость в том, что он получил уровень [Убийцы Драконов], — сказал орк Фрэнк, а фейри усмехнулся в ответ.

Проверка Интеллекта прошла успешно! [Берсерк] отменен!

Вайнкер слышал достаточно.

— Мы атакуем? — Спросила Рыцарь Киа, ничего не услышав, но заметив яростное выражение лица Вайнкера.

— Да! — зарычал дракон, собираясь с духом для атаки. — Пусть ни один фейри не сбежит!

— Горыныч, по моему сигналу ты ныряешь вниз, а я создаю барьер между этими чудовищами и загонами пленников, — сказала рыцарь Киа, поднимая клинок. — Наш приоритет - в первую очередь защитить рабов. Ваше Величество, могу я оставить фоморов вам?

Действительно. Пора освободить миньонов.

— [Заряженная Атака]... — Вайнкер приготовился взорвать проклятого дудочника до самой планеты Луна, хотя он был очень осторожен, чтобы его атака не привела к жертвам среди миньонов.

С преимуществом внезапности на стороне дракона, дудочник никогда не сбежит—

— ЛЕДЯНОЙ КЛЫК НАВСЕГДА!

Выкрикивая свое имя, Ледяной Клык нырнул из облака, пытаясь украсть добычу Вайнкера прямо у него из-под носа.

Внезапный шум заставил Мелл Лина поднять голову и заметить над собой драконов. Поняв, что эффект неожиданности потерян, Вайнкер поспешно направил луч света на дудочника, хотя и опасался попасть в сидящих в клетке миньонов.

Реагируя намного быстрее, фомор открыл портал и прыгнул через него, орк сумел прыгнуть сразу после этого. Ракшаса, которому не так повезло, мгновенно испарило сфокусированное ядерное излучение Вайнкера, а почва превратилась в расплавленное стекло.

Ледяной Клык, тем временем, при приземлении растоптал зверя-фейри, взревел, чтобы объявить о своем присутствии, а затем выпустил свое дыхание. Из его рта вырвалась холодная, ледяная метель, заморозив гончих фейри, которые осмелились бросить ему вызов, и рабов, которым посчастливилось попасться на пути. Десятки человечков превратились в ледяные статуи, в то время, как Человечек Киа кричала дракону, чтобы тот остановился.

Рыцарь Киа и Горыныч поспешили на выручку пленным миньонам, и подняли между Ледяным Клыком и загонами стену пламени, чтобы защитить их от его дыхания. На ферме воцарился такой хаос, что Вайнкер уже не знал, с чего начать. Когда гончие фейри едва не затоптали загон, спасаясь от ярости Ледяного Клыка, Император двинулся на защиту рабов, пробив дыру в груди одного монстра, а затем послал второго в лес.

— Ах-ха! — Ледяной Клык насмехался над своим соперником, который убил всего несколько рабов фейри. Спутники Ледяного Клыка, Магнифик и Саффисанте, спустились из-за облаков, чтобы подсчитать погибших. — Ты уже сдался?

— Ты, любящий серебро идиот! — Прошипел Вайнкер, когда последний из слуг фейри скрылся в лесу. Император воспользовался моментом и запустил в их направлении огненный шар, разорвавший деревья на части, а затем снова сосредоточился на своем сопернике. — Ты позволил дудочнику сбежать!

— Как будто я позволю тебе претендовать на лидерство!

— Ну, с такой скоростью мы уже можем объявить Ледяного Клыка победителем, — сказал Магнифик, приземляясь вместе со своей коллегой среди кратера, оставленного взрывом Вайнкера. Его взгляд остановился на сидящих в клетке человечках. — Свободные миньоны!

— Я хочу эльфов, — настаивала Саффисанте, заметив среди пленников крошечного ушастого ребенка. — Посмотри на эту! Она такая очаровательная!

— О чем вы только думали?! — Рыцарь Киа зарычала на Троицу, накладывая исцеляющие заклинания на рабов, которых Ледяной Клык превратил в лед. — Ты причинил им вред!

— Вайнкер, твой миньон дерзит, — пожаловался Ледяной Клык. — Научи ее пищевой цепи, или я сделаю это сам.

— Это что, змей? — Саффисанте пошатнулась при виде Горыныча, у которого хватило приличия в знак покорности опустить голову и хвост. — Вайнкер, ты путешествуешь со змеем?

— Это твой давно потерянный кузен? — издевался Ледяной Клык. — Это многое объясняет! У него твои глаза!

— Он миньон моего миньона! — защищался Вайнкер.

— Ты думаешь, это игра? — Рыцарь Киа проигнорировала миньонскую манеру говорить, но, поскольку на этот раз она сделала это с Ледяным Клыком, Вайнкер пропустил это мимо ушей. — Эти пленники едва цепляются за жизнь, ты мог бы убить их своим дурацким трюком!

Саффисанте рассмеялась. — Человечек, они не люди. Они - миньоны!

— Да, они похожи на гоблинов, — добавил Магнифик. — Ты оставляешь пещеру пустой на месяц, и не успеваешь оглянуться, как новое население возра—воза...

— Возрождается, — сказала Саффисанте. — Правильный, одобренный системой термин - возрождение.

— Да, возрождается. Миньоны возобновляемы, созданная драконом вселенная предоставляет их нам по команде. Немного потерял, немного выиграл.

Рыцарь Киа на секунду лишилась дара речи. — Это не сарказм, — сказала она. — Ты действительно веришь всему, что говоришь.

— Что такое сарказм, какая-то еда? — Спросил Магнифик.

— Миньоны не возобновляемы! — Вайнкер ударил кулаком по земле, заставив других, меньших драконов вздрогнуть от неожиданности. — Они стоят целое состояние и могут почти вымереть! И эти существа - рабы, насмешка фейри над гордым институтом миньонов!

— Это миньоны, — ответил Ледяной Клык, слишком тусклый, чтобы понять глубокие нюансы драконьего образа жизни. — Они - еда. Вот почему они - миньоны.

— Они продукты в случае экстренной необходимости, — напомнил ему Вайнкер. — У них есть чувства, и их преданность надо заслужить. Ни один настоящий дракон не избавляется от них без веской причины!

— Вайнкер, ты слишком долго разговаривал со своим завтраком, — с отвращением проскрежетал Ледяной Клык. — Ты говоришь, как твоя племянница!

— Я превратил город в буфет! — Вайнкер защищал свой режим.

— Я могу это подтвердить, — заговорила рыцарь Киа.

— Ребята, не волнуйтесь о том, как обращаться с миньонами. — Саффисанте закатила глаза, игнорируя [Паладина]. — Может, мы просто согласимся, что дело с отдельными миньонами должно быть предоставлено на суд их повелителя дракона?

— Да, мы пришли сюда, чтобы посмотреть, кто из вас сможет убить больше фейри, а единственный фомор сбежал, — указал Магнифик. — Он не мог уйти далеко.

— Здесь есть нечто более важное! — Взревел Вайнкер, указывая когтем на пустую клетку. — Здесь умер дракон!

— Ах, этот запах? — загудела Саффисанте. — Действительно, это тревожит.

— Пфф, кто будет оплакивать дракона-инвалида? — Ледяной Клык пожал плечами. — Хотя это оскорбление драконьего рода не выстояло, я с тобой согласен. Дни фейри сочтены.

— Смерть... — Вайнкер спохватился, но понял, что больше не может хранить эту тайну. — Смерть - это не врожденный дефект. Каждый дракон может умереть.

Несколько мгновений три дракона, обмениваясь взглядами, молчали.

Потом они расхохотались.

— Это правда, — настаивал Вайнкер, оставаясь достойным мечтателем даже перед лицом насмешек. — Каждый дракон может умереть, и если ты будешь продолжать смеяться, то сам это поймешь. Даже я могу умереть.

Троица тут же перестала смеяться, хотя и оставалась слепой по собственному невежеству. — Вайнкер, когда-то я гордился тем, что являюсь твоим соперником, но теперь ясно, что ты стал мягким и безумным, — сказал Ледяной Клык, успокоившись. — Ни один настоящий дракон не может умереть!

— Истинные драконы не считают себя бессмертными. — Вайнкер остался непреклонен. — Быть драконом - значит смотреть на смерть и жечь ее жалкое лицо!

— Говори что хочешь, а я получу трофей в виде головы фейри. — Ледяной дракон расправил крылья, собираясь преследовать Мелл Лин. — Я оставлю тебя со змеями и едой, которую ты предпочитаешь своим сородичам.

— По крайней мере, они умеют разговаривать лучше, чем ты! — Прорычал в ответ Вайнкер, когда ледяной дракон улетел.

— Вайнкер, тебе действительно нужно создать отряд драконов-авантюристов, — сказал Магнифик, и они с Саффисанте последовали за Ледяным Клыком. — Не заблудись!

Великое Бедствие этого Века насмешливо улыбнулся, как ребенок, и заметил, что Рыцарь Киа и Горыныч бросают на него странные взгляды. — Что?

— Вы с Виктором определенно не герои, но... — Киа почесала затылок, — Вы не лишены хороших сторон.

— Большой В защищал Горыныча! — змей радостно завилял хвостом.

Вайнкер его проигнорировал, сосредоточившись на отвратительном запахе, пропитавшем это место. Следуя по запаху к деревянному форту, дракон пробил себе путь сквозь стену; увиденное там заставило его замереть.

Кости.

Кости дракона свисали с потолка над лужами, полными его дистиллированной крови. Какая-то странная машина закачивала золотистую, потускневшую жидкость в наполовину сделанный герб сплошной тьмы.

Вайнкер вспомнил драконов, которых они с Человечком Виктором спасли в Зимних Королевствах. О том, как счастлив был Император, как он переживал из-за побега Фурибона, и как он думал, что все улажено. Ему никогда не приходило в голову, что фейри могли охотиться в другом месте на других представителей его вида.

Он ошибался.

Они не спасли всех.

В конце концов, Вайнкер воспользовался своим [Золотым Путем] и эвакуировал своих новых миньонов в Мурмурин. С тех пор, как их похитили фейри, большинство из них предпочли жить под прекрасной железной рукой дракона, а не рисковать снова попасть в плен. Они вынесли кости его сородичей, чтобы он мог похоронить их в империи дракона, а не на земле фейри.

В конце концов, он сжег ферму фейри дотла, но сначала деревянный форт. Он простоял у костра добрый час, а Горыныч в это впемя отдыхал неподалеку.

— Как бы то ни было, я думаю, что ты был прав, — сказала Человечек Киа, пытаясь его утешить, как и подобает истинному миньону.

— Конечно, я прав. Но таково бремя провидца - плыть против течения себе подобных. — Он тоже считал себя непобедимым, пока не узнал правду!

— Да... быть хорошим иногда означает остаться неузнанным или вообще не получить награды, — сказала Рыцарь Киа. — Но кто-то же должен это делать.

— Не получить награду? — Спросил Вайнкер. — Конечно, я получил награду. Я получил сотни новых миньонов за то, что остался верен драконьему образу жизни.

— Да, но... знаешь что, забудь, что я сказала. Ты молодец. Я просто хотела бы, чтобы мы могли сделать больше, освобождая рабов, чем завоевывая страну.

По правде говоря, Вайнкер устал от обоих. — Пора возвращаться домой, — решил дракон. — Это путешествие было интересным, пока оно длилось, но я скучаю по теплу своих сокровищ. Мы двигаемся на запад, делаем еще несколько квестов, чтобы наполнить мой кошелек, а затем оставляем все это позади.

— Разве Ваше Величество не хочет напасть на местных фоморов? — Спросила Рыцарь Киа. — Должно быть, они где-то прячутся.

Вайнкер замер, внезапно что-то вспомнив.

— Мелл Лин сказал, что его сестра вернется с жатвы, — заметил дракон вслух, глядя в ту сторону, куда полетели Ледяной Клык и его группа.

Ммм... стоит ли ему вообще беспокоиться? Если Ледяной Клык и его группа победят, у него будет на одну проблему меньше; если они умрут, что ж, они посмеялись над ним, и это не его проблема.

…

Нет.

Вид в первую очередь.

— Миньон, к оружию.

Рыцарь Киа просияла и тут же прыгнула Горынычу на спину.

Вайнкер расправил крылья и полетел вслед за своим глупым соперником.

Вайнкер стал слишком мягким.

Даже если он ненавидел это высокомерное, самопровозглашенное "Великое Бедствие этого Века", Ледяной Клык не мог поверить, что любой достойный дракон будет действовать так, как он. Сохранить жизнь миньонам? Драконы не бессмертны? Что дальше, Луууууна сделана из свинца? Он уже сомневался в здравомыслии Вайнкера, когда тот пожертвовал своим сокровищем, чтобы поднять своего главу персонала, но с тех пор его душевное состояние явно ухудшилось.

Титул величайшего дракона в мире нуждался в новом обладателе, и быстро. Того, кто это заслужил. Все его соплеменники увидят это на Самайне.

Проверка навыка прошла успешно!

В любом случае, Ледяному Клыку не потребовалось много времени, чтобы обнаружить фомора; с его удивительными навыками [ниндзя] он мог бы отследить его запах на полпути через всю планету. Дудочник и его слуга-орк отступили в деревню нагов, где встретились с женщиной-фейри с алыми глазами. Окруженная трупами, она с холодным выражением лица слушала торопливые слова своего коллеги фейри.

Местные наги упали замертво. Не было ни намека на сражение, ни следов ожогов, ни разрушенных домов. Они, должно быть, были мгновенно убиты магией фейри.

Ледяному Клыку было все равно. Больше фейри означало больше славы и больше наград. Дракон, кружа над деревней, с ревом возвестил о своем присутствии, а затем прямо перед ними совершил эффектную посадку. Его могучее тело взметнуло во все стороны пыль и обрушило ближайший дом.

Дудочник и орк от пыли прикрыли лицо руками, но третий член троицы даже не вздрогнул. Женщина-фейри алыми глазами просто смотрела на Ледяного Клыка, а ее фиолетовые волосы падали на плечи. — Новый волонтер.

Ледяной Клык ответил, выпустив на фоморов ледяное дыхание. Женщина-фейри небрежно наколдовала вокруг своей группы сферический фиолетовый барьер и защитила их от нападения. — Возвращайся в Прайден, Лин — приказала она дудочнику, и ее защита исчезла. — Предоставь их мне.

— Тебе нужно подкрепление големов?

— Нет.

Младший фомор даже не стал оспаривать приказ, он открыл портал и исчез вместе с орком.

— Оставь их мне, сказала она, — усмехнулся Магнифик, когда они с Саффисанте приземлились прямо за Ледяным Клыком. — Раз уж она так любезно попросила, может, поделимся?

— Если вы посмеете украсть мою добычу, я урежу вашу долю в следующем задании, — сказал Ледяной Клык остальным. Эта фейри была явно сильнее дудочника, и, как таковая, стоила гораздо больше. Может быть, она уронит [Героический Герб]?

— О, но мы получим уровни только в том случае, если вмешаемся! — запротестовала Саффисанте. — Ты уже почти выиграл состязание с Вайнкером! Можешь, по крайней мере, поделиться этим!

Рыцареубийца рядом? — Фейри подняла голову, и в ее глазах мелькнуло удовлетворение. — Хорошо.

Тот факт, что она больше заботилась об этом жалком подобии красного дракона, чем о нем, привел Ледяного Клыка в ярость. — Ты должна бояться меня, а не Рыцареубийцу! Ты столкнулась с лидером Компании Авантюристов Серебряный Дракон, великим Ледя-

— Мне плевать на твое имя, — нагло оборвала его фейри. —Я его не запомню.

— Дерзкие слова безымянной фейри, — прошипел в ответ ледяной дракон.

— Вы трое уже мертвы. Скажи мне, где Рыцареубийца, и я сделаю это безболезненно.

— Ты стоишь лицом к лицу с самой могущественной драконьей партией в мире, — дразнила ее Саффисанте. — [Паладин] [Жрец], [Весталка] [Друид], и... [Ниндзя] [Пиромант].

— Это совершенно правильная комбинация! — Прорычал Ледяной Клык.

— Все, с чем я столкнулась, это три ходячих трупа, — сказала фейри, и вокруг нее вспыхнула пурпурная аура. — Драконья кровь - источник силы, но та, что течет по моим венам, только укрепляет мою божественную природу фоморов.

Ледяной Клык поиздевался бы над ней, если бы воздух внезапно не стал тяжелее.

Невидимое, подавляющее давление, охватившее атмосферу, раздавило его своим весом.

— Хотя без нее я не смогла бы получить доступ к этому классу.

Тело феи взорвалось в пелене фиолетовой тьмы, из нее вырвалась чудовищная, титаническая форма; ох-такая-знакомая форма, которая заставила трех драконов в шоке отступить.

Ледяной Клык не знал, что он чувствует в этот момент, но он зудел.

[Драконье Высокомерие] побеждено [Ужасом].

Когда мерзость перед ними испустила душераздирающий вопль, Ледяной Клык и члены его отряда приготовились сражаться за свою жизнь.

Ледяной клык догнал фейри первым и проиграл.

Когда Вайнкер добрался до разрушенной деревни, он увидел, что Магнифик и Саффисанте неподвижно лежат на земле среди трупов дюжины нагов. Дома были превращены в пыль,а ландшафт покрывали ледяные сюрикены и рваные раны.

На расстоянии доброй мили он заметил вихревой смерч ледяных ветров и миазмов, опустошающий все на своем пути и выкорчевавший весь лес. Ледяной Клык и та фейри, что одолела его отряд, все еще ожесточенно сражались.

— Магнифик, Саффисанте! — Крикнул Вайнкер, приземляясь рядом со своими собратьями-драконами с Горынычем на буксире. — Проснитесь!

Ответа не последовало, хотя никто из них не выглядел раненым. Они, должно быть, были избиты до потери сознания или заснули из-за заклинания.

— Все эти люди... — сказала Рыцарь Киа, сидя верхом на спине Горыныча, сам змей был слишком напуган, чтобы говорить. — Область действия [Мгновенной Смерти]?

— Ты, миньон! — Вайнкер указал когтем на своих собратьев-драконов. — Исцели их!

Рыцарь Киа некоторое время молчала, потом покачала головой. — Я не могу.

— Что значит "не можешь"? Я знал, что ты бесполезна!

— Я не могу вылечить смерть.

Вайнкер остановился.

Вылечить смерть? Но у них не было никаких ран!

Вайнкер недоверчиво взглянул на двух драконов и пригляделся к ним повнимательнее; он заметил, что глаза у них белые, а чешуя бледная и совсем не теплая. Правда ударила его, как собственный магический молот.

Проверка Живучести прошла успешно. Шок отменен.

Вайнкер смотрел на их застывшие от ужаса лица.

Они умерли от страха?

— Это не [Мгновенная Смерть]... — Сказала Рыцарь Киа, анализируя трупы с помощью магии. — Их души были извлечены, когда они были еще живы.

Вайнкер проигнорировал ее, его яростные глаза остановились на ледяном циклоне. Он расправил крылья и полетел к нему с мыслью о мести, а Рыцарь Киа и Горыныч быстро последовали за ним.

Дракон активировал [Огненную Корону] и [Кулак Победы], и вошел в вихрь. Ледяные осколки растаяли прежде, чем коснулись его чешуи, и он бросил вызов ударам ветра, чтобы добраться до центра.

Вы получили сильный урон [Ветра]! Некромантический урон уменьшен благодаря [Пси-камню Положительной Энергии]!

[Кольцо Дракона Ур-Фараона] скастовало [Защиту от Стихий]!

С помощью своих безделушек, защищающих его от бури, Вайнкер вошел в самое сердце циклона, где два дракона сражались насмерть.

Ледяной Клык сражался с чудовищем размером с самого Вайнкера и жестоко проигрывал. Кровь текла из его чешуи и рогов, его правый глаз закрылся навсегда из-за раны, и кто-то выкопал яму там, где должна была быть большая часть его ребер. Более крупный змей яростно душил соперника Вайнкера, его костлявые когти сжались вокруг его дыхательного горла, одновременно ударяя его о землю.

Нет.

Это не дракон.

Чудовищное существо, сражавшееся с Ледяным Клыком, имело форму дракона. У него были крылья, шея, хвост, клыки и когти. Он дышал фиолетовым пламенем и ревел своим доминированием, чтобы слышали все.

Но это существо не было драконом. Это была мерзость из белых костей и гнилостного мха, труп, оживленный призрачным фиолетовым пламенем и воняющий отвратительной фоморской магией. В в его пустых глазницах сияли две яркие малиновые звезды, а внутри его ребер излучало сферическое ядро поглощенной энергии. Его крылья повсюду были в рваных дырах, напоминая Вайнкеру скорее древнюю летучую мышь, чем величественного змея. Его тело, обеспечивая магическую защиту, покрывал магический, призматический слой света.

Это существо было неживым оскорблением драконьего рода!

Когда Вайнкер бросился к нему, он почувствовал в воздухе что-то зловонное. Невидимое, зловещее притяжение тянуло его к чудовищу.

Вы вошли в область [Драколича] Мелл Одиуз [Ненасытный Сифон]!

Если вы умрете в зоне его действия, ваша душа будет поглощена!

[Ужасающая Аура] отменяется [Короной Завоевателя].

Дракон нежити услышал прибытие Вайнкера и отреагировал, применив несколько заклинаний одновременно. — [Смерть X], [Ускоренная Адская Зона.]

Уровень достаточно высокий! [Мгновенная Смерть] отменяется!

[Адская Зона] отменяется [Неподвижностью]!

Вайнкер схватил волшебное чудовище руками, вынудив его отпустить Ледяного Клыка. Полумертвый ледяной дракон рухнул на землю, обильно истекая золотой кровью.

— Рыцареубийца, — пробормотала немертвая тварь, признавая высшего. Хотя он был искажен шепчущим эхом, Вайнкер сразу же узнал голос и запах. фейри, которая убила его главу персонала, украла его вещи и обошлась ему в целое состояние! — Твой человечек с тобой?

— У него есть дела поважнее, чем убирать фоморский мусор! — Прорычал Вайнкер, сияя ярким золотым светом своего сокровища. — Типа разведения новых миньонов!

[Сияющее Величие] не может повлиять на [Призматический] Мелл Одиуз!

— Жаль. Я наслаждалась мыслью о том, чтобы убить его снова. — Фальшивый змей издала пронзительный вопль и открыла рот, выпустив на Вайнкера призрачное фиолетовое пламя. Атака не повредила его чешую, но подорвала его волю и душу.

Огромный урон [Духу]!

[Кольцо Дракона Ур-фараона] рефлекторно бросило [Спешку]

Двигаясь с невероятной скоростью, Вайнкер пробился сквозь атаку и нанес фейри дюжину ударов, быстрее, чем она могла защититься. Тварь отбивалась со злобной яростью, но у нее не было ни силы Тараска, ни внушающего благоговейный трепет умения Вотана.

— Сколько их было? — прорычал [Август]. — Сколько драконов?!

— Недостаточно. — Чудовище исчезло, превратившись в луч света, и вновь появилось в сотне метров от Вайнкера. Вокруг нее материализовались десять летающих крошечных черных призм. — [Призматические Осколки].

Крошечные призмы выстрелили мощным лазером, каждый другого цвета, и все нацелились на Вайнкера. Дракон двигался вокруг поля боя, чтобы от них увернуться, а Мелл Одиуз в это время использовала отвлечение, чтобы сотворить еще одно заклинание. — [Магическое Подавление].

Действие ваших магических предметов будет подавлено в течение пяти минут!

Проверка харизмы прошла успешно! Вы проигнорировали [Ужасающую Ауру]!

Вайнкер почувствовал, как его тело замедлилось, и лучи света ударили по чешуе; он подумал было использовать свою [Геомантию], но не стал из страха повредить Ледяному Клыку.

К счастью, подкрепление миньонов выбрало именно это время, чтобы пересечь циклон.

— Оставь ... оставь большого В в покое! — Горыныч открыл было рот, чтобы наброситься на Одиуз, но от одного ее вида замер. В отличие от Вайнкера или его собственного всадника, змей был парализован ужасом.

— Что это за штука? — с отвращением закричала Рыцарь Киа, и быстро бросила на чудовище заклинание; над головой Одиуз, раскрывая ее истинную природу, появилась информация.

Мелл Одиуз Оверлорд

Тип: Украшенный Гербом с Кровью Дракона Фомор (Фейри / Дракон; также считается нежитью всякий раз, когда это полезно)

Уровень: 60 (Драколич 10 / Призматический 10 / Деспот 10 / Повелитель Смерти 30)

Очки Жизни: ???/5280

Слабый к Звездному Металлу и Холодному Железу.

— Я - существо, которое превосходит фоморов и драконов, — гордо солгала Мелл Одиуз и начала помогать своим призмам атаковать Вайнкера, стреляя одним за другим призрачными огненными шарами. Дракон ответил своим собственным пламенем, но фейри, как надоедливый Фурибон, телепортировалась в сторону. — Сильные стороны обоих, слабых сторон ни того, ни другого.

— Да, я уже слышала такое раньше, — пожала плечами Рыцарь Киа, затем подняла меч и призвала [Солнечный Суд].

[Солнечный Суд] отменен перком Мелл Одиуз [Анафематический Ужас].

С небес, чтобы поразить фейри, не упал ни один луч света. — Твои боги не спасут тебя от моих челюстей, Бекеле.

— Нет, но мой меч может! — Возразила Рыцарь Киа, обвивая свой клинок ветром и светом. К несчастью для нее, змей отказался сдвинуться с места, парализованный непреодолимым страхом перед фальшивым змеем.

— [Взгляд Горгоны], — прошептала Мелл Одиуз, свирепо глядя на змея и его всадника. Трехглавая рептилия тут же превратилась в холодный твердый камень и упала на землю. Тем временем, Рыцарь Киа проигнорировала заклинание и спрыгнула со спины своего коня, направляясь к фейри. Клинок [Паладина] рассекал кости и падаль, как масло.

— Но почему? — зарычала Рыцарь Киа, приземлившись на землю и прыгая, чтобы не быть растоптанной большим существом. — Зачем убивать этих людей? Ты не можешь получить от них никакого опыта, так почему же ты-

— Я считаю, что вы, смертные, называете это счастьем.

Тело феи излучало потусторонний, неестественный свет, она расправила крылья, став насмешкой над собственным [Сияющим Величием] Вайнкера.

Все характеристики Мелл Одиуз были повышены на один уровень, и ее атаки [Светом] нанесут на двадцать процентов больше урона!

— Это чувство я испытываю всякий раз, когда гашу жизнь; это восторженное ощущение, которое наполняет меня таким блаженством; это приятное тепло, которое согревает мои внутренности всякий раз, когда я пожираю душу. Я опьянена этим чувством. Это и есть цель моего существования.

Выражение ее гниющего, сияющего лица вынудило даже Вайнкера остановиться.

Ибо это было чистое, фальшивое блаженство.

— Быть счастливой.

Мерзость испустила вопль, а ее звездные глаза заблестели, обрушив на всех присутствующих мощное проклятие. Невидимое давление раздавило и Вайнкера, и Рыцаря Киа, ослабив их.

[Сглаз] Мелл Одиуз уменьшил всю вашу статистику на два уровня!

Проверка Харизмы не удалась! Вы были затронуты [Ужасающей Аурой]! Болезнь [Ужас]!

Мир потемнел, и впервые за все время сражения Вайнкера осенила сокрушительная реальность разницы в силе. Существо перед ним было создано, чтобы убивать себе подобных, и, несмотря на всю свою мощь, он не мог его победить.

Его конечности дрожали от ужаса, а призмы продолжали бить его лучами света.

Тяжелый урон [Светом]! Вы потеряли четверть своих Очков Жизни!

— У твоего рода нет будущего, Рыцареубийца, — прошептала мерзость, приближаясь к императору Мурмурина, в то время как призмы продолжали стрелять. — Я пролью дождь стрел жгучего света, такого яркого, что все сгорит. Ядовитый дым поднимется так высоко в небо, что задушит даже богов Валгаллы. Но для тебя не будет света, только темнота моей глотки. Все погрузится в кромешную тьму, пока твоя душа переваривается, а кровь высыхает на земле моего королевства. Ты станешь прахом, а я вознесусь, тринадцатая и последняя богиня Аутремонда.

Ее когти, игнорируя [Огненную Корону], сжались вокруг его шеи. Он почувствовал холод ее пальцев, а его душа силой оторвалась от его бренного мира.

Грудная клетка чудовища раскрылась, во всей своей зловещей красе открыв ее сердцевину; сотни тысяч душ кружились в этой тюремной сфере, вопя и умоляя об освобождении. Среди них Вайнкер увидел мельком Магнифика и Саффисанте.

— Как только я очищу Аутремонд от паразитов, которые его населяют, я очищу землю, а затем и весь мир. Ибо вся жизнь, которую я уничтожаю, от мельчайшего паразита до величайшего дракона, доставляет мне равное удовлетворение... и я никогда не перестану стремиться к счастью.

Вайнкеру достаточно было закрыть глаза, и все было бы кончено. Его душа будет втянута в водоворот, и тьма заберет его навсегда.

Она была смертью.

И истинный дракон мог ответить на это только одним способом.

Проверка Харизмы прошла успешно! [Ужасающая Аура] отрицается [Высокомерием Дракона]!

Вайнкер открыл рот и выстрелил прямо в ее уродливое лицо!

Мелл Одиуз вскрикнула от боли и удивления, а [Август] продолжал сжигать ее гниющую тушу; агония была слишком велика, чтобы она могла сосредоточиться на телепортации. Призмы снова попытались поразить его лазерами, но змей увеличил свою огненную мощность и расплавил их атомным пламенем.

Затем Мелл Одиуз своим острым когтем ткнула его в правый глаз, и Вайнкер закричал.

Половина его видения стала кроваво-красной.

Внимание! Вы были [Ослеплены] на один глаз! Вы получаете штраф на все визуальное воспри-

Вайнкер ударил Мелл Одиуз кулаком в грудь, ее ребра сомкнулись, защищая магическую сердцевину. Нежить-дракон снова телепортировалась, но Бедствие Века догадался, что она нанесет удар с его ослепленного бока. Он повернул голову, заметив, что ложный змей-нежить выпустил в него залп ледяных осколков.

[Зеркальная Чешуя] активирована!

Его защита отразила заклинания назад к отправителю, поразив Мелл Одиуз врасплох. Вайнкер ответил одной из своих новых способностей и накачал в нее столько Специальных Очков, сколько мог себе позволить. — [Молот Ведьм].

Духовный молот ударил Мелл Одиуз прямо в голову, проломив ей череп и рассеяв наделяющий ее силой потусторонний свет.

Все заклинания защиты Мелл Одиуз были рассеяны!

Вы потеряли половину ваших Специальных Очков.

— Я не могу в это поверить... — пробормотала Миньон Киа, когда ей удалось избавиться от эффекта [Ужас]. Сам Ледяной Клык поднялся на ноги, хотя и боролся с ранами. — Телосложение Вашего Величества прекрасно противостоит этой мерзости!

— Я противостою всему! — Хвастался Вайнкер, выпуская в своего соперника залп огненных шаров. Существо увернулось, снова телепортировавшись, но не смогло найти никакой дыры, чтобы отомстить.

— Назад, Вайнкер! — Крикнул Ледяной Клык, направляя из одной руки лед, а огонь из другой. — Она - моя!

— Ты не сможешь справиться с ней один, — ответил Вайнкер, но это только разозлило ледяного дракона.

— Я не нуждаюсь в твоей помощи! — зарычал Ледяной Клык, атакуя, а Рыцарь Киа последовала за ним. — С меня хватит! Мне достаточно того, что ты лучше, больше, любимее меня, а ты ничего не делаешь, чтобы заслужить это! Я больше не буду жить в твоей тени!

Вот идиот! — Пора погибнуть, как твой приятель Мэг Мелл, фейри, — прорычал Вайнкер, пытаясь привлечь к себе внимание врага.

[Насмешка] неудачна.

— Единственный достойный поступок моего отца состоял в том, чтобы создать меня, — прошептала Мелл Одиуз с жестоким презрением, а затем снова открыла грудную клетку, — [Рабство Душ].

Из магического ядра вырвались два облачка дыма, быстро превратившись в призрачных драконов.

Вайнкер замер, когда для защиты фальшивого змея появились дикие, темные копии Магнифика и Саффисанте. Первая копия немедленно бросилась на него, вынудив красного змея защищаться в ближнем бою, а вторая вступила в бой с Человечком Киа.

Ледяной Клык, тем временем, проскользнул мимо обеих теней и напал на Мелл Одиуз, ударив ее своими стихийными когтями. Для второго стрингера он хорошо держался, даже с тяжелыми ранами сражаясь с невероятной дикостью.

На мгновение Вайнкер даже возгордился, что у него есть соперник.

— Успокойся, слабак, — сердито прошипела фейри. Ее сердцевина пульсировала энергией, восстанавливая ее череп и исцеляя повреждения быстрее, чем ее соперник мог ей повредить.

— Никогда! — с драконьей гордостью зарычал в ответ Ледяной Клык. — Настоящий дракон не сдается!

— Тогда умри.

Ледяной Клык открыл рот, чтобы выдохнуть, но Мелл Одиуз успела схватить его за пасть обеими руками и закрыла ее. Ледяной дракон безуспешно пытался освободиться, но фейри удержала его, а затем разжала свои челюсти.

Вайнкер попытался броситься на выручку своему товарищу дракону, но порабощенная тень Магнифика отбросила его в сторону.

И случилось неизбежное. Мелл Одиуз выпустила на Ледяного Клыка свое фиолетовое дыхание.

Фиолетовое пламя вырвалось из магического ядра, прошло через горло и потоком разрушения вырвалось из пасти фейри. Ледяной Клык испустил последний рев. Призрачная сила омыла его чешую, и его собственная душа стала видна невооруженным глазом. Сила противоестественного дыхания отделила дух ледяного дракона от его тела, и дух мгновенно втянулся в глотку фейри.

Тело Ледяного Клыка обмякло, и с небес засиял луч света - с небес спускался сияющий гребень.

— Ледяной Клык! — Прорычал Вайнкер, когда фейри отшвырнула труп его соперника в сторону, ударив тень Магнифика в грудь. Призрак рухнул, а его дымная субстанция вернулась в ядро ложного змея.

— Наконец-то, — прошептала Мелл Одиуз, быстро схватив гребень и открыв кольцо-портал своего размера, — у меня есть то, ради чего я осталась.

— Это [Героический Герб]! — Крикнула Рыцарь Киа, обезглавив тень Саффисанте, чье дымчатое вещество вернулось к Мелл Одиуз. —Вайнкер, не дай ей-

— [Заряженная Атака]! — для последней атаки Вайнкер собрал всю свою энергию, чтобы покончить с фейри раз и навсегда.

Не оборачиваясь, Мелл Одиуз небрежно ткнула свободной рукой в сторону окаменевшего Горыныча и выстрелила в него призрачным шаром.

Его тело двигалось само по себе, Вайнкер прыгнул на путь атаки, приняв удар на себяг.

Тяжелый урон [Тьмой]! Вы потеряли половину своих Очков Жизни!

Почему? Почему?

Вайнкер не мог поверить, что он сделал это для змея, даже для миньона!

Рыцарь Киа поспешила и с поднятым клинком бросилась за Мелл Одиуз, в считанные секунды закрывая брешь. Пока она это делала, Вайнкер попытался быстро вызвать свою арену и поймать фейри в ловушку. — [Сверкающий Теа-

Слишком поздно.

Фейри пересекла портал и закрыла его за собой, так что клинок Рыцаря Киа ударил только по воздуху.

Циклон превратился в безобидный бриз. Вайнкер смотрел на труп своего собрата, и ледяной холод наполнил его грудь.

Его старый соперник погиб напрасно, а убийца продолжал жить.

Вокруг было темно, как в самой черной бездне.

Однако, далеко не безмолвно. И пахло медовым тортом.

— Он что, просыпается? — Спросила Шоколатин, которая была рядом с Виктором с тех пор, как он впал в кому. — Мой вкусный торт сработал?

— Нет, — ответила Эллисон. — Никаких признаков.

— Можно мне взять кусочек? — Спросила Гоблина, и сразу послышался шум. — Ой, торт меня укусил!

— С классом Шок [Монстр Кондитер] это происходит случайным образом, — сказала Эллисон. — Людвик, неужели выздоровление нельзя ускорить?

— Соблазните его вернуться в физический мир, обещая большие удовольствия.

— Я испекла самый вонючий торт на свете! Если бы только Феликс был жив, я могла бы приготовить его... похоже, ему очень понравился мой рецепт Фаршированный Гарфилд.

— Шок, может, стоит ему сказать? — Предложила Эллисон.

— Но, я хотела, чтобы это был сюрприз! — Тишина. Должно быть, все они уставились на нее. — Вик, ты помнишь тот жертвенный алтарь, которым я все время тебе докучаю? Тот, что с козлом?

— Поскольку Шок встречается с нами обоими, а ты спас мне жизнь... я подумала, что смогу заменить козла.

...

— Шок, это сработало?

— Просто дернулся.

— Черт, я была уверена, что это его разбудит, — вздохнула Эллисон. — Извини, но у меня кончились идеи.

— Тогда я, — сказала Гоблина, и вслед за этим раздался громкий звук. — О, вы только посмотрите. Кошелек с миллионом золотых монет выскользнул из моего кармана и упал на землю! Достаточно, чтобы купить много статических ускорителей! Боже, а что будет, если кто-то поднимет его раньше меня?

— Его пальцы шевельнулись, но совсем чуть-чуть, — сказала Шоколатин.

— Хватит о морковке, — услышал он новый голос. Шарлин. — Пора попробовать палку.

— Это... Шарлин, ты же не собираешься читать ему эту книгу? В первый раз это его чуть не убило!

— Именно. Чтение "Безумия Размножения" вслух заставит его проснуться или умереть!

…нет.

— Он дергается! — Обрадовалась Шарлин. — Я открываю книгу! Я собираюсь ее прочесть!

Нет, нет, нет!

— Подожди, ты убиваешь его! — Справа снова послышался шум, как будто они дрались. — Отдай мне это!

— Довольно! — Эхом отозвался голос Эллисон. — Все вон отсюда! Вон, вон, вон, мы дадим ему отдохнуть!

— Но-

— Никакой литературы Розовой!

Шарлин что-то проворчала, и он почувствовал, как мягкие руки на мгновение коснулись его, а затем раздался звук закрывающейся двери.

Фу. После первой главы он бы не выжил.

Но как долго ему придется оставаться в таком состоянии? Должно быть, прошло не меньше суток.

— Слизистый. — Голос его тотемного животного эхом отозвался в темноте, призывая к действию. — Слизь, ты должен проснуться.

— Я пытаюсь! — пожаловался он, не в силах произнести ни слова. У него не было сил даже открыть веки, не говоря уже о том, чтобы вернуться к своему [Черному Граалю]!

— Твой дракон в опасности и нуждается в твоей липкости. Отвратительный становится все сильнее. Ты должен сосредоточиться на своем клее. Используй клей, Слизистый!

Использовать клей? Например, его привязанности?

Хорошо, сосредоточиться на Вайнкере. Сосредоточься на своих друзьях, сосредоточься на беспорядке, в который превратится Мурмурин, как только ты уйдешь.

…

Нет. Ничего. Он должен был знать, что это работает только в кино.

— Мр-р-мау...

Это был голос Феликса?

Погоди, что это за теплая тяжесть у него на коленях?

— Мр-р-мау! — Прошипел голос Феликса. — Я преследую тебя! За грех, что ты съел меня, я буду преследовать твои колени, миньон!

Оглядываясь назад, он, возможно, должен остаться спать и перестать иметь дело с этой ерундой.

— А теперь я сделаю из твоего тела мусорный ящик!

Виктор резко открыл глаза.

Кот Феликс удивленно зашипел, а рука Визиря метнулась к нему, как змея. Кот попытался отпрыгнуть от кровати, но Виктор схватил его за шею.

— Для призрака ты чувствуешь себя очень солидно, Феликс. — [Жнец] прищурился, глядя на перекормленного кота, и тут внезапно появился экран.

Поздравляю! За то, что вы соответствовали требованиям и видели истинное лицо богини наслаждения, вы получили уровень в престижном классе [Дьявольский Повеса]! Вы заработали классовый Перк [Любимый План]!

+30 Очки Жизни, +1 Живучесть, +1 Мастерство, +1 Проворство, +2 Харизма, +1 Удача.

[Любимый План]: При успешной проверке Харизмы вы можете телепортироваться на другой план существования по вашему выбору, кроме Земли. Чем лучше вы знакомы с целевым местоположением, тем точнее транспортировка. Кроме того, вы получаете постоянный бонус Харизмы, равный половине вашего общего уровня, округленного вниз (текущий +36).

Стоило ли того это занятие? Стоило ли оно того, чтобы его душу вырвали из тела при одном взгляде на прекрасное лицо Кибелы? Стоило ли проводить дни, запертые в собственном теле, когда не в силах пошевелить ни единым мускулом?

Да. Да, стоило.

Дверь спальни открылась, и в комнату ворвались Эллисон, Шоколатин и Людвик. — Вик! — крикнула Дриада, как и оборотень, сияя от счастья. — Ты проснулся!

— Я же говорил, что ему просто нужно время, — пожал плечами Людвик. — Мультивселенная может предложить так много.

— Феликс! — Шоколатин сосредоточилась на коте почти с первобытным голодом. — Ты жив?

— Убирайся вон, пожиратель котов! — Кот сопротивлялся, но не мог вырваться из рук Виктора. — Ты стоила мне одной жизни из девяти!

— Феликс, это просто замечательно!

Шоколатин выхватила кота из рук Виктора и прижала его к своей груди.

— Я могу приготовить тебя не один раз!

Кот завизжал от страха, но, как и Виктор до него, не мог вырваться из железных объятий Шоколатин.

— Я так рада, что ты смог, Вик, — сказала Эллисон, помогая ему встать с кровати. Визирь потянулся и заметил у ближайшей стены свою косу. — Я думала, ты не сможешь.

— Да, наверное, я научился терпимо относиться к богам после того, как на меня претендовала половина пантеона. — В таком случае, он мог бы попытаться собрать их всех. — Но она была очень мила. Если бы Камилла не пришла первой, я бы молился ей чаще.

— Как она выглядела? — Спросила Эллисон со звездами в глазах. — Кибела? Как она выглядит на самом деле?

— Она была... вы когда-нибудь смотрели хороший фильм "Предсмертная записка"?

— Я могу только представить себе это.

— Вот именно, — ответил Виктор, хватая косу и снова чувствуя себя завершенным. — И еще насчет той козлиной части...

— Ты все слышал? — Эллисон, казалось, немного смутилась, и запустила руки в волосы. — После того, как ты поправишься, красавчик.

— Ой, — разочарованно надула губы Шоколатин. — А могу я пораньше забрать цепь и нож из хранилища?

Вещи, которые он сделал для похоти.

Людвик положил руки на плечи Эллисон и Шоколатин. — Поскольку он проснулся, мне нужно с ним поговорить. Не могли бы вы оставить нас на пять минут наедине?

— Ты же не собираешься снова вести его на верную смерть? — Эллисон нахмурилась. — Я не выдержу еще одного длительного отпуска.

— Все в порядке, — сказал Виктор и пошутил. — Это вопрос государственной дипломатии.

Дриада изо всех сил старалась поверить ему, но все же поверила; она взяла Шоколатин и обреченного Феликса с собой, и закрыла дверь.

— Ты получил уровень в [Дьявольский Повеса], мой ученик? — Спросил Людвик после того, как Виктор наложил на дверь заклинание [Блокировка], и его протеже кивнул. — А сколько харизмы с бонусом?

— Сто пятнадцать. Сто тридцать пять с активным [Родство с Монстром], и еще плюс пять-десять с [Соблазнителем].

— Хорошо, ты должен уметь говорить так, чтобы не попасть в драконью пасть. Будь очень осторожен, когда достигнешь порог в сто пятьдесят, потому что будешь на радаре каждого сталкера. Трехзначный показатель Харизмы - это обоюдоострый меч, с которым нужно обращаться осторожно. С большим убеждением приходит большая ответственность.

Да, Людвик, вероятно, мог бы говорить о своем пути к мировому господству с таким же высоким показателем Харизмы, как и его собственный. — Как ты думаешь, я смогу уговорить фомора? — Это была одна из главных причин, по которой он пошел на этот курс, наряду с улучшением своей личной жизни.

— Это стоит попробовать, но, исходя из опыта, я настоятельно рекомендую тебе сохранить скрытое состояние, чтобы получить экстренное возрождение, — сказал Людвик, и вручил ему сумку. — Вот - здесь несколько вещей, которые я хотел бы иметь, когда был в твоем возрасте: [Кольцо Друзей], чтобы в крайнем случае усилить твою Харизму, [Амулет Отталкивания], как у меня, и [Пояс Гендерной Магии], который инвертирует пол любого, кто его носит.

— Спасибо, я ценю это. — Визирь поклонился в знак благодарности. — Но я не уверен, что пояс мне пригодится.

— Ты говорил мне, что можешь использовать заклинания VIII уровня. Одно из них, [Двойник], позволяет создавать временные копии самого себя.

Виктор моргнул, поняв, о чем идет речь. — Не слишком ли это самовлюбленно?

— Когда ты хочешь, чтобы что-то было сделано правильно, иногда ты должен сделать это сам.

— Я чувствую, что вы действуете на более высоком уровне существования, который я едва могу понять, — признался Визирь. — Я возьму пояс на всякий случай, но сомневаюсь, что когда-нибудь зайду так далеко.

—Это придет с возрастом, — ответил франт и прочистил горло. — Виктор, твой друг-гном организовал мою поездку на Лууууну; теперь у тебя должно быть все, чтобы сиять на пути к удовольствиям. Но, прежде чем я покину эту планету в поисках новых ощущений, я должен дать тебе несколько советов.

— Пожалуйста, научи меня, сэмпай.

— Используй свой перк [Любимый План] и заклинание восьмого уровня, чтобы создать свой собственный частный уголок мультивселенной, а затем обставь его, как самый дорогой курорт. Возможности никогда не приходят дважды, поэтому всегда будь готов телепортировать туда свое свидание; но никогда не раскрывай его местоположение никому другому, и всегда прячь там оружие, зелья и аварийный паек.

— Я уже собирался это сделать, — признался Виктор. — В основном, как частное убежище.

— Хорошо. — Людвик похлопал его по спине и посмотрел прямо в глаза. — Затем наступит день, который, как я чувствую, в твоем случае, наступит очень скоро, когда ты попадешь в неприятность. Ты будешь думать, что защита сработала, но окажется, что это не так. Эта хорошо обеспеченная тролль-матрона скажет, что ваши два вида не могут размножаться, но они могут; или что восьминогий телепатический паук - сумасшедший сталкер, который сделает все, чтобы удержать вас в своей паутине. Ты за мной следишь?

— ... да? — Сказал Виктор, немного смущенный этой темой.

— Когда это случится, я хочу, чтобы ты посмотрел на солнце. — Людвик повернул его к окну, указывая на небо. — Ты посмотришь на эту яркую путеводную звезду.

— А потом?

— А потом ты побежишь. Ты побежишь так быстро, как только можешь. Они будут выкрикивать твое имя, пытаться удержать тебя, но ты не послушаешь. Ты бежишь, бежишь и бежишь до тех пор, пока ноги не перестанут тебя нести. А потом ты используешь свои крылья и улетишь еще дальше.

— Это немного трусливо и безответственно, да?

— Когда у тебя в каждой паутине будет отродье, ты поймешь. Далее, самый важный совет, который я могу дать. Неважно, как мило она выглядит, неважно, как сильно ты ее жалеешь или как это соблазнительно, никогда, я имею в виду никогда, не прикасайся к ней-

— МИНЬОН!

Виктор покинул свою спальню и отправился в опустошенную пустошь, сменив лучшего наставника на гигантского красного дракона.

— Миньон, ты проснулся. — Виктор замер, потому что голос Вайнкера звучал более торжественно, чем когда-либо. На правом его глазу виднелся новый тонкий шрам от когтя, словно кто-то недавно наложил на него исцеляющее заклинание. — Хорошо. У меня есть вопрос чрезвычайной важности.

— Эээ, да?

— Куда уходят драконы, когда умирают?

Виктор нахмурился и огляделся. Киа колдовала над статуей Горыныча среди перевернутых домов, возле груды трупов рептилий. Визирь узнал среди них Ледяного Клыка и двух драконов.

Ему не потребовалось много времени, чтобы догадаться, что произошло. И он не знал, что сказать.

Поэтому он просто положил руку на ногу своего скорбящего друга. — Ваше Величество, почему вы меня спрашиваете?

— Потому что я сам не знаю, — мрачно ответил Вайнкер. — Я никогда раньше не спрашивал.

Все это злоключение оставило у Вайнкера горький привкус, и не потому, что он даже не поднялся на уровень выше. Его правый глаз все еще немного чесался, даже после того, как Рыцарь Киа его вылечила.

Он должен был радоваться кончине Ледяного Клыка; в прошлом он даже подумывал о том, чтобы сделать это самому.

Но при всех своих недостатках и глупостях Ледяной Клык и его отряд были драконами. Они заслуживали лучшего, чем это.

— Большой В принял удар на себя за Горыныча, — сказал исцеленный змей, пока Вайнкер наблюдал за тем, как Человечек Виктор реанимировал нагов как нежить, а Рыцарь Киа молилась в углу. Даже в такой тяжелый день, как этот, разделение труда миньонов оставалось абсолютным. — Горыныч извиняется…

— Ты жалкое, инбредное подобие миньона, — сказал Вайнкер, и Горыныч скорчил три грустные гримасы. Император несколько секунд молчал, а потом добавил с большей теплотой: — Но ты все же мой миньон.

Змей поднял все свои головы, виляя хвостом. — Большой В заботится о Горыныче!

— Нет! — Вайнкер повернулся спиной к змею и проигнорировал его. — Докладывайте, миньоны.

— Я могу оживить их только как безмозглую нежить, — сказал Человечек Виктор. — Души не могут вернуться в свои тела, пока их держит Мелл Одиуз. А если и могут, то ни одно из моих заклинаний не обладает достаточной для этого силой.

— Может быть, именно осушение их и позволило ей за такое короткое время достичь шестидесятого уровня, — задумалась Рыцарь Киа, закончив молитву. — Она упоминала, что переваривает их.

— Ты можешь есть души для легкого получения уровней? — Рыцарь Киа впилась взглядом в Человечка Виктора. — Я имею в виду, что это интересно с академической точки зрения. Я бы никогда не сделала ничего настолько мерзкого.

Поскольку у него не хватало средств, чтобы поднять одного дракона, не говоря уже о трех, Вайнкер решил устроить группе Ледяного Клыка достойные похороны. Мысль о том, что их оживит миньон, была бы невыносима для них, когда они были живы, и император был обязан им таким уважением.

Он перевел дыхание, а затем выпустил на три драконьих трупа священный ядерный огненный шар.

Вайнкер подумал, что ему следует сказать несколько слов, пока трупы ярко горели перед глазами группы. — Я встретил Ледяного Клыка, когда захватил одну из моих первых северных принцесс, — заявил змей. — я был молод, а он был еще моложе. Я представился, как Величайшее Бедствие Века с кладом, полным золота. Он ответил, что его запас серебра не менее ценен.

Человечек Виктор молчал, словно ожидая большего. — Подожди, и это все?

— Отрицать верховенство золота было преступлением, которое я никогда не забуду, — подтвердил Вайнкер. — С тех пор он был моим самопровозглашенным соперником. Он никогда не был успешным, но ему удалось стать лидером группы драконов и немного подтолкнуть меня. Хороший дракон нуждается в сопернике, чтобы держаться в тонусе. Что такое золото без серебра, с чем можно сравнить его блеск?

Но, теперь он и его товарищи ушли, и их не забудут, как Фурибона.

— Фейри заплатит за свои преступления против драконьего рода и его миньонов, — заявил Вайнкер. — Она может быть наполовину драконом, наполовину Фурибоном, но я все равно ее уничтожу.

— Она отменила мои [Молитвенные] заклинания и мой [Солнечный Суд], — сказала Рыцарь Киа, как будто кто-то о ней заботился. — Раньше такого не случалось. Я спросила Митру, и он ответил, что один из Перков ее [Драколича] сводит на нет большую часть моих [Паладинских] способностей.

— Было бы логично, если бы она получила уровень в классе, который может противостоять человеку, убившему ее предшественника, — заметил Человечек Виктор. — И с [Героическим Гербом] она будет продолжать расти и станет сильнее.

[Паладин] покачала головой. — Я просто была недостаточно хороша.

— Да, — согласился Вайнкер. — Но я беру часть вины на себя. Я думал, что, чтобы покончить с этой мерзостью, будет достаточно моего дыхания, а я должен был сначала поймать ее в ловушку в моем прекрасном театре.

— Вот почему Кевин всегда настаивал, чтобы, прежде чем противостоять высокоуровневым противникам, у нас была хорошо отлаженная стратегия, —сказала Рыцарь Киа, загоревшись. — Нам нужны планы получше, а мне нужны новые классы.

— Нам нужен Тараск, — добавил Человечек Виктор.

— Да, — ответила Рыцарь Киа. — Ей нельзя позволить победить. Несмотря ни на что.

— Одиуз не станет богиней, Киа, — кивнул Человечек Виктор. — Клянусь тебе.

— Нет, она этого не сделает, потому что мы ее опередим, миньон, — заявил Вайнкер. — Когда мы вернемся в Мурмурин, вместо того, чтобы праздновать мою победу над Ледяным Клыком, я призову Конклав Драконов, чтобы разобраться с фейри.

— Конклав? — Спросил его исполнитель всех дел.

— Великое сборище драконов, которого мы не видели с тех пор, как выиграли первую войну с фейри, — объяснил змей. — Дни хвастовства - для хвастовства, конклавы - для войны.

Двое его человечков обменялись взглядами. — А сколько драконов будет присутствовать?

—Если я добьюсь своего, а я всегда добиваюсь своего, — Вайнкер посмотрел на горящий костер, — Все, что есть.

— Наконец-то! — Вайнкер обрадовался, достигнув берега и увидев океан. — Наконец-то!

После нескольких дней беспрерывного полета по пустыне вид чистой воды наполнил его безграничной радостью. Наблюдать, как солнце садится на воду, никогда еще не было так приятно.

— Это внутреннее море к востоку от Империи V&V, — сказал Человечек Виктор, ехавший верхом на Горыныче с рыцарем Киа за спиной. — Мы почти дома.

— Ваше Величество уверены, что они не хотят взяться за квест подземелья? — Спросила немного разочарованная Рыцарь Киа. — Хотя это определенно подозрительно, но нам нужно больше уровней и магических предметов.

— Мой клад зовет меня, — сказал Вайнкер. Это путешествие утомило его, особенно последний отрезок пути. — Я могу быть неутомимым, прекрасным драконом, но мне нужно почувствовать под своими когтями тепло моего золота.

Кроме того, сокровища Ледяного Клыка и его команды остались без присмотра. Если у них нет ближайших родственников, которые могли бы предъявить на них права, он сам их возьмет. Память о сопернике никогда не должна становиться на пути получения прибыли.

— Я говорю, что мы должны выполнить как можно больше сложных квестов, — возразила Рыцарь Киа. — Может быть, поискать артефакты, такие как легендарная [Сюжетная Броня]. Разве это не поможет против Одиуз?

— Ты сегодня на удивление полна энтузиазма, — сказал Человечек Виктор. — Обычно, ты более... ну, не знаю, беспечна?

— Помнишь, что я говорила тебе в Дальтонии? — Спросила Рыцарь Киа, и глава персонала кивнул. — Наконец-то у меня снова появилась цель, и я никогда не чувствовала себя более накачанной. Я могла бы очистить подземелья сама!

— Ну, поскольку я теперь могу творить заклинания восьмого уровня, я, наконец-то, могу научиться приличным заклинаниям телепортации, — сказал Человечек Виктор. — Мы можем легко выполнить это задание, когда приведем в порядок наши более важные дела.

— Действительно, поскольку буфет Конклава Драконов - это обязанность организатора, — объяснил Вайнкер, и кожа Человечка Виктора побелела. — Миньон, ты накормил всех на мой день хвастовства, когда я правил пустыней, а не зеленеющей утопией миньонов, какой она является сегодня. Ты справишься.

— Я думаю, Ваше Величество немного оптимистичны, но... Ну, теперь у нас есть телепортационная сеть и запас Тараскской еды. Я также получил отчет перком [Этюд в Багровых Тонах], в котором говорится, что Агартанцы успешно перевезли зверя в Дронтосад.

Рыцарь Киа сделала странное лицо. — А что, Тараск может размножаться с дронтами?

— Да! — кивнул Вайнкер.

— Нет, — ответил Человечек Виктор, как всегда пессимистичный. — Или, по крайней мере, если они могут, я молюсь, чтобы никогда не увидеть это дело в действии.

Говоря о буфете, Вайнкер стал еще голоднее. — Я требую пира скота!

— Горыныч тоже голодный, — пожаловался змей. — Горыныч такой голодный, что съел бы самого себя!

— Неподалеку есть Нагастанский торговый пост, — сказал Человечек Виктор, указывая на запад. — Мы можем пополнить запасы там.

— У них есть колонии так далеко на Западе? — Спросила Рыцарь Киа, скрестив руки на груди. — Я думала, что Барин уже ассимилировал этот район.

— Нагастану удалось проложить торговый путь через пыльные остатки Империи Саблариса, — сказал Человечек Виктор. — Из того, что я понял, это вызвало напряженность с местными властями, такими как Империя Эверсун, которые интерпретируют эти торговые посты, как прелюдию к военной экспансии. Я полагаю, что чума, вероятно, задержала полномасштабный конфликт в регионе.

Вайнкеру было наплевать на склоки людей, да и его желудку тоже. — Друг Виктор, найди мне быстро корову, или мы призовем на помощь Рыцаря Киа.

— Меня?

— Я не думаю, что она может вызвать еду, — сказал глава персонала.

— Она - миньон, — напомнил Вайнкер Человечку Виктору о пищевой цепи. — Если мы не найдем еду в ближайшее время, чтобы избежать голода, нам придется пойти на жертву. — Поскольку она была наименее ценным миньоном в группе, он предпочел бы начать с нее, а не с Горыныча.

— Что это значит? — Спросила Рыцарь Киа, забыв о своем долге. — Виктор, что он имеет в виду?

— О, ничего! — Поспешно ответил Человечек Виктор. — Давай просто найдем этот торговый пост!

К счастью для [Паладина], поиск не занял много времени. Владельцы построили большой кирпичный дом на утесе, рядом с песчаной дорогой и загоном, полным коз. Это место, вероятно, могло бы принять десятки людей, но у них не хватало каких-либо помещений для драконов.

Будет ли слишком много, если он спросит лавовую ванну?

После того, как все, напугав коз, приземлились, его миньоны слезли с Горыныча и постучали в дверь. Дверь открыл разлагающийся упырь в круглой шляпе, сразу заметив Вайнкера. — О, сразу два дракона! — сказал он хриплым голосом. — Это впервые.

— А где же второй? — Вайнкер, не обращая внимания на Горыныча, огляделся.

— Вы пришли за исцелением? — спросил трактирщик. — Если да, то, пожалуйста, запишите ваши недуги в нашем документе.

— Стоп, я узнаю этот голос, — пробормотала рыцарь Киа. — Нестор?

Упырь прищурился, и быстро узнал [Паладина]. — Леди Киа? — Это ты?

— Нестор, старый упырь, сколько лет прошло! — Рыцарь Киа улыбнулась нежити. — Как ты поживаешь?

— Ты его знаешь? — Спросил Человечек Виктор.

— Он был крестоносцем, когда я сражалась во время Столетней Войны, — сказала Киа. — Лучший лучник, которого я когда-либо знала!

— Кажется, это было целую вечность назад, — сказал упырь, и присвистнул, повернувшись к Вайнкеру. — Тогда вы, должно быть, знаменитая Компания Авантюристов V&V!

— Конечно, слова о моих деяниях бледнеют перед моим величием! — гордо похвастался император.

— Ну, они говорят, что вы либо героические борцы за свободу, либо жадный военачальник, стремящийся завоевывать страны за гроши. Это странно, потому что всегда та или иная крайность. Извините, что не поприветствовал вас должным образом, здесь полный бардак.

— Что ты делаешь здесь, посреди пустыни? — Спросила его Рыцарь Киа, возможно, надеясь получить скидку. — Я не видела тебя со времени последней битвы с Королем Балауром.

— Я отошел от авантюр, и нагастанские лорды-наги, чтобы содержать этот торговый пост, платят мне небольшие деньги, — ответил нежить. — Я, в основном, обслуживаю тех немногих авантюристов или торговцев, которым хватает смелости пересечь пустыню.

— Погоди, ты же упырь, пожиратель падали, — констатировал очевидное Человечек Виктор. — Как ты питаешься в такой глуши?

— Скажем так, я не принимаю чеков, — ответил упырь с кривой улыбкой. — Но, в вашем случае, поскольку Леди Киа на вашей стороне, ваше пребывание здесь бесплатно. Хотя в большинстве моих постелей лежат больные люди, зараженных торговцев я стараюсь поддерживать в живых.

—Ты - целитель? — Спросил Человечек Виктор.

— У меня максимальный уровень класса [Хозяин Гостиницы]. Благодаря моему классу и личным Перкам, моя гостиница может исцелить почти все. Очки Жизни, Специальные Очки, статусные эффекты, окаменение, увечья...

— Подожди, как это работает? — настаивал Человечек Виктор. — Мы платим за кровать и отращиваем руки?

—Вам нужно заплатить за кровать и поспать в ней восемь часов, и в конце пребывания вы исцелитесь, — объяснил упырь. — Поскольку чума продолжается, я, фактически, стал госпиталем.

— Ты можешь вылечить зависимость от гномов? — Вайнкер поднял голову. — Спрашиваю для миньона.

Упырь издал странный звук, а затем разочаровал дракона. — Я не могу вылечить ни наркоманию, ни редкую болезнь (Стокгольмский Синдром). Хотя могу исцелить [Очарование].

— Ты можешь вылечить тотальный контроль сознания, но не алкоголизм? — Рыцарь Киа прищурилась.

— Не я устанавливаю правила, Леди Киа. Во всяком случае, эта мерзкая чума сопротивляется магическому исцелению, даже моим собственным перкам. Но, так как я могу обновлять Очки Жизни существа каждые восемь часов, по крайней мере, я могу поддерживать жизнь больных, пока мы не найдем лекарство.

— Я скастую на них [Полное Исцеление], — предложила [Паладин], но, к великому замешательству Вайнкера, не попросила сначала платы.

— Это очень помогло бы, но, пожалуйста, будь с ними осторожна, миледи, — ответил трактирщик. — Зараженные в течение нескольких дней выглядят нормально, а затем они начинают повсюду распылять зараженную кровь.

— О, так вот как работают болезни! — с любопытством задумался Вайнкер. Он всегда удивлялся, как происходит этот врожденный дефект млекопитающих. — Иногда я удивляюсь, как вам, представителям рода миньонов, удалось самостоятельно выжить.

— Если подумать, драконы невосприимчивы к болезням, и у меня развилась к ним устойчивость, когда я взял уровень в [Рыцаре Монстре], — сказал Человечек Виктор. — Может быть, тут есть что исследовать.

— До сих пор даже опытные алхимики и целители не нашли лекарство, — пожал плечами хозяин гостиницы.

— Я тренировался под руководством самой Камиллы, — ответил Человечек Виктор, и упырь усмехнулся. — Да, знаю, в нынешних обстоятельствах я не должен этим хвастаться, но если кто-то и может найти лекарство, так это я.

Вайнкер сразу понял план своего главы персонала. — А потом мы продадим его по высокой цене, — обрадовался дракон. — Блестяще!

— Вы хотите нажиться на страданиях больных? — Сердито возразила Рыцарь Киа, не видя общей картины.

— Посмотри на меня, человечек, — сказал Вайнкер, глядя в глаза [Паладина]. — Что сказали бы миньоны, если бы я, самый богатый дракон в мире, снабдил их дешевым лекарством?

— Что вы добры и великодушны?

— Нет, что это лекарство ничего не стоит! — ответил Вайнкер. — Ты хоть подумала о цене затрат на это? Время, которое Человечек Виктор на это потратит, это время, которое он не потратит на то, чтобы исполнять каждую мою прихоть!

— Эта дискуссия может подождать до тех пор, пока мы не найдем вакцину, — сказал Человечек Виктор, а трактирщик каким-то образом умудрился закатить свои гниющие глаза.

— Я согласен спать на песке, но взамен требую дань в виде коров, — настаивал Вайнкер. — Козы не годятся.

— Я проверю, не осталось ли у меня в кладовке говядины.

— Кроме того, Нестор, мы ведь недалеко от башни Саблара, верно? — Спросила Рыцарь Киа, — я подумываю о том, чтобы на обратном пути туда заехать.

— Пирамида, — поправил Вайнкер, все еще помня катастрофу с джинном, которая началась именно там. — Я не собираюсь снова пачкать там свои когти.

— Вы немного опоздали, — сказал упырь. — Место опустело две недели назад. Очевидно, там на дне была сумасшедшая мумия и армия нежити, но они все ушли.

Вайнкер вдруг вспомнил, что его миньон однажды сказал ему, что мумия Акхенапепа устроила свое логово на дне. — Объясни, — приказал дракон.

— Мумия по всей пустыне призвала всех проклятых поклонников Саблара к нему присоединиться. Что-то вроде "конец близок", как обычно. У него даже были големы с вывесками.

— Их конец близок, — сказал Вайнкер. — Эта мумия должна мне миллионы.

— Есть идеи, куда они пошли? — Спросил Человечек Виктор, горя желанием отомстить за потерянное богатство своего хозяина.

— Не знаю, — пожал плечами трактирщик. — Насколько я слышал, они открыли магические порталы и исчезли. Тем не менее, почти все крестоносцы, с которыми я до сих пор поддерживаю контакт, вскоре вернулись в Гардмейн. Я не знаю, что происходит, но я слышал, что фоморы в Прайдене ведут себя странно.

Так и должно быть. Ибо дни их были сочтены.

— Раз уж вы здесь, можно мне взять автограф? — спросил упырь у группы. — У меня такое чувство, что через столетие это будет стоить целое состояние.

— Не беспокойся об этом, — успокоил его Вайнкер. — Это и сейчас стоит целое состояние.

Еще два дня полета с полным брюхом, и группа Вайнкера вернулась домой.

Мурмурин с тех пор, как они его покинули, стал еще больше, в основном, благодаря открытым по всему городу гномьим порталам. В столицу хлынули бесчисленные новые лица, будь то гоблины из Империи Тейкоку или торговцы человечки из Порт-Вайнкера. Пустыня была оттеснена еще дальше, големы и колдуны стремились к зеленым полям.

Вайнкер издал рев, возвещая о своем триумфальном возвращении, и горожане в ответ подняли глаза к небу. Вскоре по улицам разнеслись радостные возгласы и аплодисменты, его миньоны приветствовали своего возлюбленного правителя, вернувшегося на прежнее место.

Дракон двинулся к своему замку, который остался неизменным со времени его отъезда и первой стычки с королем Вотаном, затем пробрался в свое хранилище к своей единственной настоящей любви.

— Хорошо быть дома, — сказал Вайнкер, улегшись на свое сокровище.

Его золотой запас восстановился после поднятия Невкусной Эллисон, но не вырос. Дракон утешался тем, что его новые колонии со временем увеличат его размеры в десять раз; ему просто нужно было дождаться, когда золото потечет рекой.

Поздравляю! За завершение первого кругосветного путешествия по Аутремонду, вы и ваш верный глава персонала получили Личный Перк [Магеллан]!

[Магеллан]: Вы можете по своему желанию телепортироваться в любой город или подземелье, которые вы уже посетили.

Человечек Виктор, Рыцарь Киа, Трупоторговец Жюль, Вкусный Малфи, Гном Марбре и другие сановники-миньоны присоединились к нему в его сокровищнице. — Миньоны, — откашлялся Вайнкер. — Да воспоет империя мое имя в радости, ибо я вернулся победителем!

— Действительно, — сказал трупный Жюль, изучая стопку бумаг. — С новыми завоеваниями наши ресурсы резко возросли. Мы уже начали эксплуатировать оставшуюся военно-морскую инфраструктуру порт-Вайнкера, добывать виски в море и заключать торговые договоры с иностранными государствами. Наша монополия на первую всемирную сеть телепортации, как ожидается, в следующем году удвоит наши национальные доходы.

— Вы будете счастливы узнать, что ваша армия подготовлена и вооружена самым безопасным, когда-либо разработанным оборудованием, — радостно добавил Марбре.

— А как насчет Пиггибэнк 2? — Спросил Вайнкер, оплакивая гибель Пиггибэнк 1 от удара молнии Вотана. Никогда больше он не полетит своим ходом через полмира. Дракон потерял так много жира, что мог видеть свои ребра!

— Почти закончен, — пообещал гном.

— И ракета Оркнуб? — К великому замешательству Вайнкера, спросил Человечек Виктор.

— Готова к запуску на Самайн, — ответил Трупоторговец Жюль. — Мы держим сюрприз до ключевого момента, чтобы избежать бунта со стороны его последователей.

— Замечательно, — сказала Рыцарь Киа. — Могу я проследить за приготовлениями? Это не очень по-[Паладински], но это должно быть сделано.

— С удовольствием, — ответил Вкусный Марбре. — И вы будете счастливы узнать, что наша система управления и протоколы безопасности пассажиров были проверены, проверены, проверены.

— Однако есть несколько негативных моментов, которые нужно решить, — сказал Трупоторговец Жюль. — А Именно с Небесами. Ангелы резко сократили свои инвестиции в империю, и хотя они еще поддерживают больницы и школы, уход Миэль - это удар по нашей администрации.

— Хэппилэнд более чем счастлив возместить империи эту потерю, — поспешно сказал Малфи, бросив взгляд на Человечка Виктора. — Потому что мы не забываем наших героев.

Рыцарь Киа скорчила гримасу, но сосредоточилась на реальной угрозе. — Мы готовы напасть на Прайден?

— Мы можем организовать высадку на их побережье после Самайна, — кивнул Трупоторговец Жюль.

— Тогда, Миньоны, у меня есть для вас задание, — сказал Вайнкер, и все замолчали. — Вы распространитесь по всем уголкам мира, встретитесь с каждым главой персонала и попросите их передать сообщение их хозяевам-драконам.

Все его миньоны приготовились, ожидая, что он их просветит.

— Фейри нарушили древнее перемирие, связавшее наши виды; они похитили беспомощных змеев, чтобы собрать их кровь, и перешли к похищению их душ! Это не может так оставаться!

[Президент] активирован!

— Я, Вайнкер Рыцареубийца, уже объявил войну Прайдену, но теперь дело не во мне! — Дракон поднял кулак. — Фоморы должны получить урок, и для этого, во имя Старшего Змея, я созываю первый после окончания Первой Фоморо-Драконьей войны Конклав Драконов! И третьей не будет!

Большинство его слуг подняли кулаки, готовые покорить Прайден во имя драконьего рода. — За Революцию! — закричали присутствующие гномы.

— Свободная недвижимость! — сказал Малфи.

— И новая нежить! — Добавил Трупоторговец Жюль.

— За весь мир! — подняла свой клинок Рыцарь Киа.

Человечек Виктор захлопал в ладоши и улыбнулся, хотя выглядел странно обеспокоенным.

— А теперь... — Вайнкер замер, а все его миньоны ждали его последних слов.

Дракон угнездился на своих сокровищах.

— А теперь я вздремну.

Какой яркий солнечный день. Что может пойти не так?

Так спрашивал себя Виктор, пролетая над уголком Изабель Мор в Империи V&V. Сегодня был Самайн, Аутремондский эквивалент Хэллоуина. Время, когда нежить и монстры действовали, как те, что составляют всю его нацию.

И они до этого дня не смогли убить Одиуз.

А это означало, что она получит в свои руки те "стрелы света", о которых его предупреждали. Учитывая пропавшее Яблоко Знания, Ветряные Копья Брэндона Мора и доступ Фоморов к технологиям Земли, Виктор имел довольно хорошее представление об истинной природе этого оружия.

Будущее выглядит мрачным, но не все потеряно, сказал себе Визирь. У них была магия, союзники, уровни и в изобилии ресурсы. Они победили Мора, Ночных Клинков, Вотана, Акхенапепа и даже завербовали проклятого Тараска. Скоро они встретятся со своим самым опасным врагом, но надежда еще оставалась. С [Жатвой] он мог сосредоточиться на извлечении всей информации, которую Мэг Мелл накопил о Прайдене, и подготовиться к предстоящей войне.

И все же Виктору понадобится убежище карманного измерения, как только он сможет его изготовить.

Наконец, он добрался до поселения, которое основала Архидьявол, укрепленного города посреди пустыни. В отличие от полуанархического Мурмурина, губернатор управляла своим клочком Морленда железным кулаком; почти все поселенцы были похожими на жуков дьяволами, и Виктор заметил на каждом углу улицы бронированных адских рыцарей. Рабочие повсюду строили новые дома и укрепления, в то время как колдуны занимались выращиванием растений на сухой почве.

Он быстро нашел Изабель, управляющую группой дьяволов, устанавливающих фундамент новой сторожевой башни. Архидьявол с довольным видом наблюдала за строительством.

— Иза? — позвал ее Виктор, как только приземлился. — Как поживает мой любимый частный учитель?

— Дорогой, ты вернулся! — сказала она, улыбаясь при его появлении. На самом деле, она выглядела гораздо счастливее, чем он когда-либо видел ее раньше; хотя она немного поправилась, особенно в бедрах и животе.

— Вижу, ты хорошо приспособилась к своей новой роли, — ответил он, снимая шлем.

— Так же, как ты со своей новой броней, — сказала она, оценив ее. — Ты воспринимаешься по-другому. Ты заработал новые уровни?

— И огромное увеличение харизмы.

— Я определенно вижу это, — сказала она, глядя на него, как на аппетитный обед. — Может быть, нам стоит это проверить?

— Вообще-то, теперь я могу творить заклинания уровня VIII, — сказал Виктор, обнимая ее. — Я думаю, что смогу создать свое собственное личное измерение.

— О, у меня есть свитки для заклинаний, которые ты мог бы изучить, — ответила она, слегка подталкивая его. — Я буду более чем счастлива научить тебя этому трюку, если мне позволят обставить его. У меня высокие требования к частным убежищам для отдыха.

По правде говоря, если бы он мог это сделать, Виктор хотел бы построить не одно святилище. Чтобы иметь резервные убежища для бегства граждан Мурмурина, планарные тайники, возможно, промежуточные контрольно-пропускные пункты между колониями. Но это было долгосрочное планирование.

— Я была бы очень рада возобновить ваши магические занятия, особенно в области [Дьяволизма], — сказала Изабель. — Это отвлечет меня от этого проекта городского развития. Сырая структура Хэппилэнд склонится перед нашей волей.

Они, безусловно, нуждаются в этом. — Я всегда готов к частному уроку, но ведь ты хотела сказать мне что-то важное, не так ли?

— Ты смотришь на это, — ответила она, положив руку на живот, — или, скорее, на нее.

— Ах, что ты получила бббббббббббббббббббб-

Мозг Виктора перестал работать, когда правда обрушилась на него, как грузовик на шоссе.

Его мозг в быстрой последовательности перемотал несколько воспоминаний, связывая их все вместе в простую, пугающую картину.

“Мне нужно кое-что сказать тебе по возвращении." "Она не могла успеть". "Медицинское освидетельствование…”

Проверка Интеллекта прошла успешно!

“БИИИИИИИИИИИИП.”

— Это девочка! — радовалась Архидьявол, — Я надеялась на Браниньо II. Во-первых, на замену старого, но это даже лучше. Бранинья вырастет в замечательного гендиректора военачальника, жестокого и прекрасного. Я даже попросила Фьендо Бугчи спроектировать весь ее гардероб до возраста, пока ей не исполнится восемнадцать.

Виктору хотелось, чтобы кто-нибудь ущипнул его за руку и разбудил. Но никто этого не сделал. — Это серьезно? Это не шутка?

— Я серьезно. Я знаю, что насквозь испортила Брэндона, но никто из моих детей не будет одеваться, как рабочий.

— Нет, я имею в виду, как это могло случиться?! — Виктор взбесился.

— Дорогой, мы встречаемся уже несколько дней... лет... — архидьявол заколебалась, прежде чем остановиться на периоде времени. — Лет. Это должно было случиться.

— Но, но, но-

— Я знаю, — ответила Изабель. — После первой дюжины попыток я думала, что у нас ничего не получится, но потребовалось еще несколько сотен! Мои целители сказали мне, что она будет [Демон/Гуманоид] вместо [Жук/Дракон], на которого я надеялась, но она унаследует отличные гены от нас обоих. У нее будет вдвое большая, чем у Браниньо, стартовая статистика и уникальные Перки!

Виктор слушал, но мог сосредоточиться только на одном. — Дочь.

— Наша дочь.

Спасибо, что напомнила. — К-как мы можем обсудить это подробнее?

Она погладила его по лицу. — Ты боишься?

— Ну конечно же! — Это совершенно неожиданно! — Мы даже не женаты!

— Дорогой, я - демон, — ответила она обиженно. — Я никогда не выйду за тебя замуж. Это противоречит моим принципам.

— Я, я имел в виду, что мы друг для друга даже не эксклюзивны! — Или, по крайней мере, не были, и он ясно дал это понять с самого первого дня. — А я никогда и не хотел!

— Дорогой, я по-прежнему не против, чтобы ты держал любовниц на стороне, — мягко ответила она, очевидно не понимая его проблемы. — Однако, я настаиваю, чтобы ты признал Бранинью своей истинной дочерью. Это очень важно, так как ты, как герой Хэппилэнда, можешь сделать ее возможное восхождение к Корпоративному Оверлорду намного проще. Может быть, она станет самой первой [Королевой Демонов] Аутремонда! Разве это не замечательно?

Честно говоря, Виктор не знал, что ответить. Он вообще не знал, как справиться с этой ситуацией.

— Я знаю, что это очень большая перемена в нашей жизни, — признала архидьявол. — Но тебе, как Великому Визирю, нужен наследник. Может быть, даже несколько запасных. Мы могли бы создать династию, которая однажды будет править всем Аутремондом.

Ух ты, она там пропускала много шагов!

— Мне нужно время, чтобы все обдумать, — признался Визирь, прерывисто дыша.

— Все в порядке, дорогой, но не затягивай процесс. Если она хоть немного похожа на своего сводного брата, то через пару месяцев начнет выкарабкиваться, как только я использую эликсиры, чтобы ускорить процесс. В эти трудные экономические времена я не могу позволить себе взять отпуск по уходу за ребенком, ты понимаешь.

Пара месяцев? Этого времени было недостаточно! И двух лет будет недостаточно!

— Я... я вернусь позже, — сказал Виктор, у которого сейчас было слишком много дел, чтобы реагировать хладнокровно.

— Не торопись, дорогой, — радостно ответила она и тут же отдала приказ своим рабочим. — Еще левее, новая сторожевая башня!

Виктор ушел в пустыню, а затем использовал свой недавно заработанный перк [Магеллан], чтобы телепортироваться обратно в свой особняк и побыть некоторое время в одиночестве. Ему нужно было отдышаться, вернуться домой, встретиться со своими адвокатами, сделать что-нибудь, что угодно!

Вот только Эллисон и Шоколатин уже ждали его у двери.

В то время как Дриада казалась только обеспокоенной, оборотень выглядела совершенно опустошенной. Что-то случилось с ее братом на Луне? К сожалению, сейчас ему лучше бы обойтись без новых интриг.

— А, доброе утро, девочки. Виктор отдал им честь, изо всех сил стараясь выглядеть бодрым и беззаботным. — Если речь идет о коте, то я только что услышал очень шокирующую новость и сейчас не в настроении. Это может подождать?

— Нет, Виктор, не может, — ответила Эллисон, а Шоколатин тревожно прикусила нижнюю губу. — Это срочно. Очень срочно.

Виктор был почти готов отмахнуться от них, пока не взглянул на обезумевшее лицо оборотня. В нем проснулось сочувствие. — Что случилось? — обеспокоенно спросил он.

— Речь идет о Шок, — объяснила Дриада, положив руку на плечо подруги, — во время утренней молитвы она узнала от своего бога кое-что очень важное, и Кибела мне это подтвердила. Я считаю, что ты должен услышать это как можно скорее.

Оборотень не выглядела готовой что-либо сказать, пока Эллисон не прошептала ей на ухо ободряющие слова. Визирь приготовился к тому, что, как он предчувствовал, станет еще более ужасной новостью.

— Вик... — Шоколатин посмотрела на него испуганными глазами. — Вик, ты обещаешь, что не будешь злиться?

— Да? — Виктор попытался изобразить успокаивающую улыбку, чувствуя приближение катастрофы. — Нет?

— Вик, если ты... — Шоколадина сглотнула. — Если бы ты... если бы мы случайно... если бы защита на меня не подействовала и... ну, ты понимаешь...

Визирь продолжал улыбаться, хотя и кричал про себя.

— Вик? — Позвала Эллисон. — Вик, мне кажется, у тебя разбито лицо.

Сидя на стуле в офисе адвоката из Незермарта, Виктор не мог думать ни о чем другом. Свет из окна падал на его белую, потную кожу.

— Сэр? — спросил его один из адвокатов с кипой папок на столе красного дерева.

— А ты можешь... визирь с трудом подбирал слова. — Ты можешь повторить?

— На вас подан коллективный иск Боевого Гарема Хэппилэнд за "незаконное оплодотворение горизонтальных ангелов во время работы”, — сказал адвокат. — Вы рискуете получить восемь алиментов на содержание ребенка, как того требует судебная практика "Сладкого Папочки".

— Поскольку вы - герой Хэппилэнд, а судья - мой двоюродный брат, мы уверены, что сможем спокойно уладить это дело, — добавил другой адвока, и просмотрел файлы. — Однако, в ближайшем будущем мы ожидаем новых случаев. Есть еще дело о Мисс Шоколатин, требовании теста на отцовство от некоей Линетт из Хадмера, интерна Схоломанс...

— К счастью, с рассвета демократии мы скрываем дела Главы Государства/интерна. Мы называем это "уборкой овального кабинета”.

— Как же это случилось? — спросил Визирь, сжимая кулаки.

— Ну, сэр, при всем моем уважении, вы - кобель.

— Я всегда использую защиту, включая магические обереги, и с половиной из них я даже не смогу размножаться! — Сердито возразил Виктор. — Что, теперь ты скажешь, что Шарлин тоже есть в списке? Что нежить вампир и полудракон могут размножаться?!

— Ну, в то время как Мисс Эннуи не входит в число ваших подтвержденных случаев, согласно современной вампирской литературе-

— ДНК работает не так! — Запротестовал Виктор.

— Судя по нашим исследованиям, новый Перк Его Величества позволяет скрещивать миньонов, независимо от того, насколько это маловероятно с анатомической точки зрения, — ответил адвокат. — Что объясняет все пост-Перк взаимодействия вроде Мисс Шоколатин. Что касается упавшей защиты, как магической, так и иных, мы понятия не имеем. Это, как если бы вы полностью игнорировали их.

Проверка Интеллекта прошла успешно.

— [Отмычка], — понял Виктор, и его глаза расширились от осознания.

— Извините, сэр?

— Один из моих Перков [Жнеца] заставляет меня считаться ”приглашенным " в любом магически защищенном месте, и открывает любой блок при успешной проверке [Навыка], — сказал Виктор. — Если это относится к какой-то части меня и имеет широкое представление о блоках...

Вот почему Перк активировался в гостинице в прошлый раз! Он не подумал о последствиях, но теперь мог только проклинать свою наивность!

— О боги, это действительно происходит, — запаниковал [Жнец]. —У меня будут дети.

— Дети? — Виктор чуть не вскочил со стула, услышав, как Вайнкер Младший скребется в дверь кабинета. — Дети?!

Как он вообще туда попал? — Только не твои, — ответил Визирь затравленным голосом. — Мои.

— Дети, Вик? — он услышал, как из-за двери спросил Базз Джелли.

— Дети?! — Ответил Вайнкер Младший, явно более счастливый за своего хозяина, чем сам Виктор. — Дети!

— Не волнуйтесь, сэр, — адвокаты пытались успокоить своего клиента так, как это могли сделать только дьяволы. — Мы позаботимся о том, чтобы вам все сошло с рук и вы не заплатили ни цента вашим, извините за неполиткорректный термин, многочисленным ублюдкам.

— Подожди, а сколько их? — Спросил Виктор адвокатов, его взгляд был пуст. — Сколько их?

Демоны в неловком молчании обменялись взглядами. — Ну, если мы поверим нашим прогнозам, подтвержденным случаям и склонности оборотней иметь пометы от четырех до шести, то консервативная оценка может указать на-

— Сколько их?! — Нетерпеливо рявкнул Виктор.

— Шестнадцать.

Проверка Живучести и Харизмы прошла успешно! [Паралич] и [Ужас] отменены!

— ШЕСТНАДЦАТЬ?! — Виктор поперхнулся.

— Может быть, только пятнадцать, сэр!

Он не был готов к одному, не говоря уже о ШЕСТНАДЦАТИ! Как такое вообще возможно?!

Проверка Интеллекта прошла успешно!

— Поздравляю с тридцатью двумя новыми глазами, — пробормотал Виктор, вспомнив слова Лунного Человека во время его неудачного путешествия. Он посмотрел в окно на Луну, наполовину скрытую облаками. — Ох уж эта благочестивая сволочь!

— Сэр?

— Он знал! Этот кальмар знал и предвещал это!

Демоны посмотрели на него так, словно он сошел с ума, а потом неловко поправили галстуки.

— Это карма, не так ли? — Спросил Виктор. — Это карма наказывает меня за мой похотливый образ жизни.

— Сэр, я понимаю, что ситуация может показаться безнадежной, но мы - ваши адвокаты. Вы платите нам, чтобы мы защищали вас от кармы, и это не то, с чем мы раньше не сталкивались. У нас есть решения.

— Например, что? — Виктор почти умолял о легком выходе.

— Мы можем заставить проблемы исчезнуть. — Один из двух демонов изобразил рукой обезглавливание. — Или мы фальсифицируем все тесты на отцовство. Может быть, даже угрожать обидчикам судебными исками, если вы предпочитаете ненасильственное решение?

— Угрожать - это слишком сильно сказано, — ответил его коллега. — Я предлагаю кампанию клеветы, за которой последует оскорбительное предложение об урегулировании.

— Да, это более цивилизованно. Хорошая идея.

Визирь не обращал внимания на них, обсуждающих аморальные решения: от запуска детей в ракете на Луну до фальсификации его смерти, чтобы он мог на законных основаниях не платить алименты. Для Виктора, который сделал все, чтобы избежать серьезных романтических отношений, это был кошмар, ставший реальностью.

Он повернулся к окну и посмотрел на солнце. Яркая, сверкающая путеводная звезда, которую Митра называл своей. Он вспомнил слова Людвика и понял, что то же самое, вероятно, произошло и с его наставником.

Если он последует его примеру, откроет окна и побежит, то сможет убежать. Даже с Вайнкером он стал достаточно могущественным, чтобы после встречи с фоморами легко исчезнуть. Это было бы трусливо и безответственно, но он остался бы без обязанностей. Он мог стать свободным духом, как Людвик, и бродить по миру, как ему заблагорассудится. Он мог бы даже сразу покинуть Аутремонд и перейти на другие планы.

Но это означало бросить Вайнкера, его народ, его детей и всех людей, которые от него зависели. Наверное, это было бы самым эгоистичным поступком Виктора.

Он тут же передумал.

Никакого бегства. Он построил здесь свою жизнь и не мог ее выбросить.

А как насчет другого решения? Изабель сохранит свою дочь, он знал это наверняка, а остальные... Шоколатин сказала, что тоже не хочет остепеняться, но сейчас она была так же смущена, как и сам Виктор. Хотя Визирь и имел право голоса, он был не единственным, кто принимал это решение.

Он по-прежнему понятия не имел, что делать. Чему он научился в Схоломансе? Какой родительской мудрости он научился у Акхенапепа?

Визирь Стратагема Восемнадцатая: Закон об отсутствии сыновей, потому что они - потенциальные узурпаторы и отвлекающие факторы.

Ладно, а как насчет дочерей? Визирь Стратагема Девятнадцатая: Закон об отсутствии дочерей, потому что они находятся на расстоянии одной проверки от того, чтобы быть окрученными красивым [Паладином].

Вместо этого достигните бессмертия, потому что вы - единственный, кто подходит для этой работы.

...это не помогло! Это совсем не помогло!

Колледж не подготовил его к родительству!

Должен ли он просить совета у богов? На него претендовала половина пантеона, кто-то должен был хотя бы ответить на его молитвы. Может быть, Камилла?

— Нет.

— Сэр?

— Нет, не у них, — ответил Виктор, обращаясь скорее к самому себе, чем к адвокатам. — Есть только один друг, с которым мне нужно посоветоваться.

Человек, который знал его больше всех.

Конечно, в тот единственный раз, когда Виктор пришел к Вайнкеру за советом, дракон, обнажив живот, спал на своем сокровище. — Ваше Величество? — Спросил Виктор. Дракон тихо, как кошка, похрапывал. Вайнкер оставался таким всю последнюю неделю, даже когда его Визирь готовил страну к войне и Самайну. Когда же он проснется?

Погоди, разве последний сон дракона не длился пятьдесят лет?

…

— Ваше Величество! — Виктор запаниковал и закричал в ухо змею. — Ваше Величество!

— Что, миньон? — Пробормотал Вайнкер, просыпаясь.

Визирь вздохнул с облегчением. — О, слава богам, вы не собирались спать десятилетиями!

— Я немного вздремнул, — ответил Вайнкер, вытягивая шею. — И не благодари своих ничтожных богов. Благодари меня.

— Благодарю Ваше Величество за вашу доброту. — Виктор хотел, чтобы это прозвучало как сарказм, но не смог сдержать искренней улыбки. После того, как он так долго мирился с безумным самолюбием Вайнкера, сейчас его это только позабавило.

— Послушай, миньон, почему ты разбудил меня так рано? На нас нападают фейри? Неужели дронты снова вымерли?

— Пока нет, — ответил Визирь, хотя и слышал тревожные новости о высокой частоте ”необъяснимых" мутаций в Дронтосаде. Гоблина также сообщила ему о ненормальном уровне заболеваемости раком в Империи Тейкоку после их последней битвы. — Мне нужно поговорить с Вашим Величеством. Мне нужен совет, и... ну, вы мой друг и тот, кому я доверяю больше всего.

— Ну, конечно же. — Змей некоторое время молча наблюдал за ним, затем принял решение. — Мы пойдем на крышу.

— Для уединения?

— Да, и посмотреть фейерверк в мою честь. — Дракон сделал короткую паузу. — Потому что это в мою честь устраивают фейерверк, верно?

— Да.

Виктор слишком хорошо знал своего дракона.

Это должен быть радостный день. Она приготовила лучшие сладости в городе и даже достала из хранилища свой костюм Красной Шапочки.

Однако Шоколатин де Жеводан вовсе не чувствовала себя счастливой.

Все веселились на улице, стучались в двери и просили сладостей; оборотень делала то же самое в предыдущий Самайн, хотя тогда было гораздо меньше разнообразия. Но сейчас она была не в настроении участвовать.

— Извини, Эл, — сказала Шоколатин, отходя от окна своего дома, чтобы сесть за обеденный стол, — Я думаю, что сегодня останусь дома.

— Все нормально. — Ее подруга, в черном плаще и с фальшивыми вампирскими клыками, пыталась ее утешить. Дриада собиралась замаскироваться под мумию, но оставила эту затею, потому что та напомнила ей о фиаско с этим мерзким Акхенапепом. — Я останусь с тобой. Мы даже можем поиграть в новую игру Boards & Conquests, которую я купила.

— Та, что с нациями троллей и оборотней?

— Да.

— Спасибо, — ответила Шоколатин, рассматривая пирог и конфеты, которые она приготовила на сегодняшний вечер. Она приготовила несколько штук для своего брата и Сейворюз, намереваясь навестить их завтра на Лууууууне.

— Мы можем использовать заклинание, если они тебе не нужны, — внезапно сказала Эллисон. — Лично я, будь я на твоем месте, бросила бы его.

— Не знаю, Эл, — ответила Шоколатин. Она действительно собиралась когда-нибудь завести детей и даже мечтала о том, чтобы Вик ее оплодотворил. Но не сейчас, даже не через много лет.

Шоколатин знала, что некоторые люди из-за ее эксцентричности считают ее сумасшедшей. Но она знала, что, если захочет, будет хорошей мамой! Она покажет своим детям, как охотиться на демонов для пропитания, и все навыки, необходимые, чтобы выжить в дикой природе! Вик не бросит ее, так что она сможет растить их вместе с ним!

Но Шоколатин была еще молодая и привлекательная. Она могла бы обойтись без этих восьми месяцев и всех хлопот, которые последуют за ними.

Она просто еще не могла принять решение.

Кто-то постучал в дверь, вероятно, ее первый посетитель. — Иду! — Шоколатин обрадовалась отвлечению внимания и двинулась открывать дверь.

Существо на пороге было высоким, гибким гуманоидом, тонким, как лапша. Его тело напоминало деревянное пугало, за исключением тыквенной головы, освещенной неестественным пламенем. У фигуры был на спине плащ, на голове крестьянская шляпа, а на поясе синий фонарь. От него пахло лесом, пеплом и сладостями.

— Сладость, — монстр протянул шипящий мешок с вопящими лицами, — или гадость?

— Конечно, у меня есть торт! — Шоколатин улыбнулась, протягивая гостю кусок торта. — Вот, надеюсь, тебе понравится.

Странное существо посмотрело на кусок, взяло его в руку и попробовало на вкус. — Так сладко, — сказал он и проглотил кусок целиком. — Джек О'Лантерн вас благодарит.

— Ты новенький? — Спросила Шоколатин с улыбкой. — Не думаю, что мы встречались!

— Джек выходит только раз в год на Самайн. Джек не любит смертных, но ему нравится вкус их сладостей. Джек вернется в следующем году за полным тортом.

— Ты можешь поесть с нами, — любезно ответила Шоколатин. — Я люблю приглашать на ужин новых друзей, а кот все еще в духовке.

— Джеку разрешили войти? — существо выглядело удивленным, как будто его впервые пригласили на ужин.

— Конечно. Ты не против упырей и вампиров? Мои друзья, Жюль и Шарлин присоединятся к нам, но они очень милые. Роло отказался, он слишком занят сельским хозяйством.

— Все в порядке. Джек тоже любит вкус человечков.

— Тогда вы прекрасно поладите! Только не спрашивайте у Шарлин рекомендации по книгам.

Киа с большим удовлетворением посмотрела на ракету на Луну.

Точнее говоря, на Оркнуба, который под арбалетным прицелом Кобольдов был вынужден в нее сесть. Базз Джелли следовал за ними, глядя на ракету со смесью благоговения и ностальгии.

— Сегодня, — начала она, обращаясь к толпе монстров и последователей Исэкаев, пришедших посмотреть на запуск, — мы собрались, чтобы отпраздновать уход Оркнуба, основателя эзотерического ордена Исэкаев, поскольку его “убедили " покинуть планету навсегда.

— Ага! — воскликнул один из почитателей Исэкая. — Пора нести слово Японии к звездам!

— Иди возьми зеленокожих вайфу!

Казнь могла бы сделать его мучеником, и никакие попытки разоблачить его темные пути не сработали бы. Это было странно: чем больше они доказывали, что Оркнуб - мошенник, тем больше его последователи в него верили.

Так что, вместо этого они заставят этого вредителя уйти.

— Просто чтобы мы могли убедиться, — спросила Киа инженера-гнома, наблюдавшего за запуском. Она настояла на том, чтобы отдать приказ самой. — Вы пошлете его на планету, находящуюся на границе нашей солнечной системы?

— Да, насколько ракета может его унести. Это самая безопасная, самая испытанная ракета, которую мы когда-либо проектировали.

— И у него нет возможности вернуться?

— Нет.

— Я вернусь! — Прокричал Оркнуб в ответ. — Я соберу гарем инопланетных бродяг, а потом соберу армию-

Базз Желе прыгнул вперед и ударил орка по лицу. — Борт! — приказал он, отскакивая назад. — Получи ракету-меч!

— Но-

— Получи меч! За страну!

Раненый мошенник, казалось, был готов спорить, но крошечная слизь заставила его замолчать. Оркнуб забрался в ракету, и за ним закрылась металлическая дверь.

— Мне нравится, что даже наш пророк иногда нуждается в наставничестве, — сказал орк. — Это напоминает мне о том времени, когда у Оджи возникали сомнения, стоит ли позволить экипажу его переехать.

— Да, у всех есть сомнения насчет поездки в Японию. Он показал нам, что все в порядке.

Киа молчала, радуясь, что наконец-то избавилась от этого идиотизма. Эти сектанты преследовали ее по поводу ее "уровней Исэкай" с тех пор, как она впервые прибыла в Аутремонд, она надеялась, что с уходом Оркнуба с планеты эта мошенническая религия через несколько поколений вымрет.

Или, может быть, она выдавала желаемое за действительное, но надежда ее поддерживала. Ее покровитель Митра еще не успел снять с нее проклятие, а она уже нуждалась в любом удовольствии, какое только могла найти.

— Три... — со счастливой улыбкой отсчитала Киа. — Два, один... ноль!

С катастрофическим звуком, взметая повсюду пыль, ракета полетела вверх. Киа, чтобы защититься от дыма, прикрыла лицо ладонью, а все смотрели, как машина поднимается все выше и выше. Базз Джелли, в частности, выглядел буквально загипнотизированным этим зрелищем.

Ракета достигла облаков, готовая пронзить их и продолжить свой путь за пределы атмосферы. Киа вздохнула с облегчением, наконец-то избавившись от этого отвратительного раздражения-

БУМ!

Ракета в середине подъема разлетелась на тысячу осколков.

[Паладин] застыла в потрясенном молчании, наблюдая, как обломки падают в огонь вокруг стартовой площадки. — Саботаж! — Крикнул Базз Джелли. — Меч сломан!

— Невидимый фейри-буржуа испортил ракету! — крикнул инженер-гном, но толпа, на удивление, не паниковала и не бунтовала.

На самом деле, граждане Мурмурина выглядели просто более любопытными, и больше ничего ничего.

— Как ты думаешь, мы сможем попасть в Японию, если нас взорвут ракетами? — спросил один орк у другого.

— Я не уверен... мы должны попытаться проверить.

Киа смотрела на дым над головой, и хотя она знала, что должна была бы испытывать некоторое сожаление, внезапная смерть Оркнуба сделала ее счастливее. Это было не очень по-[Паладински], но после того, как она была вынуждена до конца своей жизни пить соленую воду и согласилась сражаться в войне нового века, она это заслужила.

…

— Мне нужно хобби, — сказала она себе, когда дофамин перестал действовать.

Может быть, ей стоит попробовать Покер Монстров?

Сидя на вершине самой высокой башни своего замка, с миньоном, лежащим на спине рядом с ним, Вайнкер наблюдал за ночным городом. Как обычно, в это время года Самайн вызывал духов; в небесах кружились призраки; вокруг зданий собирались стаи летучих мышей; оборотни, вампиры и другие существа шествовали по улицам.

Казалось, что прошла целая жизнь, когда это место было всего лишь грязной фермой.

— Мы опоздали! — Пожаловался Вайнкер, когда они увидели, как над землей взорвалась ракета.

— Нет, это всего лишь пробный прогон, — сказал Человечек Виктор, хотя его голос звучал невероятно довольным собой. — Хотя вид очень красивый.

— Он не разбрызгивал краски по небу, — заметил Вайнкер. — Я хочу превратить все это черное в золотое и красное.

— Еще пять минут, Ваше Величество.

Вайнкер, поняв, что мог бы поспать и подольше, нетерпеливо проворчал. — Что ты хотел мне сказать, Человечек Виктор?

— Что у меня будут дети.

Дракон мгновенно отвернулся от ракеты и посмотрел на своего главу персонала. — Как раз вовремя! — ликовал Вайнкер. — Миньон, при таких темпах, я думал, что мне придется самому размножать тебя в точке дыхания!

— Я благодарен, что Ваше Величество доверили мне сделать это самому.

— Сколько их? — запросил дракон более подробную информацию. — Надеюсь, ты не размножался с Рыцарем Киа? Ты для нее слишком хорош.

— Нет, я с ней не размножался, — ответил Человечек Виктор, прежде чем добавить с удивительным беспокойством. — Но у меня, по-видимому, будет, по меньшей мере, шестнадцать детей.

Шестнадцать? — И это все?

Его миньон ничего не понял. — И это все?

— Ты должен сделать еще, — приказал Вайнкер своему высокочтимому лакею. — Мы на войне, миньон. Моя армия нуждается по меньшей мере в трех сотнях более качественных миньонов. Возвращайся к работе.

— Ваше Величество, я... — его слуга с трудом подбирал следующие слова, — Я не чувствую себя комфортно с этими, не говоря уже о том, чтобы иметь больше.

— Почему же? — Озадаченно спросил Вайнкер. Разве размножение не было его второй причиной существования, после того, как он был главой персонала дракона? Тогда почему он казался таким... уязвимым?

— Не думаю, что я создан для того, чтобы быть отцом, — объяснил Человечек Виктор.

— Миньон, я понимаю, что это может показаться трудной задачей, учитывая твои обязательства передо мной. Многие богатые змеи пытались за мной ухаживать, я никогда не был заинтересован в том, чтобы самому иметь потомство. Они - бездонный поглотитель денег. Но ты - мой Великий Визирь, и о твоем выводке всегда будут заботиться должным образом.

То есть, они всегда будут получать еду и работу миньонов.

— У меня есть активы, связи и много магии, — ответил Человечек Виктор. — Хотя Ваше Величество позволяет мне получать только одну десятую того, что я зарабатываю, я знаю, что могу их обеспечить. Но я пока не хочу быть просто дышащим кошельком...

— Друг Виктор, — перебил его Вайнкер. — Как ты к этому относишься?

Его Визирь молчал, пытаясь разобраться в себе.

— Я боюсь, — признался Человечек Виктор. — Я боюсь, потому что знаю себя. Я не тяну на Отца Года. Я би-нейтрален, всегда в движении и совершенно неспособен оставаться верным одной женщине. Это все равно, что получить работу, на которую я не гожусь, но которую я все равно должен делать! Я боюсь, потому что никогда этого не планировал, и оно упало мне на голову без предупреждения!

Вайнкер отвернулся от своего друга и указал на Мурмурин. — Миньон, посмотри на это. Посмотри на это место, которое мы сделали.

Его миньон так и сделал, хотя мысль хозяина от него ускользнула.

— А теперь, ты помнишь, зачем я вообще сюда пришел? — спросил Вайнкер.

— Ваше Величество хотели большую пещеру, чтобы спрятать свое золото.

— Именно. Я никогда не планировал править империей, в которой никогда не заходит солнце, но вот она. Ничего из этого не было задумано, но я все равно полюбил править этой прекрасной утопией миньонов.

— Ваше Величество подразумевает, что я буду любить своих детей, даже если никогда не планировал их иметь?

— Да, миньон, — кивнул Вайнкер.

Его человечек, казалось, не был убежден, поэтому дракон продолжил свои рассуждения. — Миньон, дети подобны драгоценным камням в твоей сокровищнице. Возможно, ты начал собирать сокровища из любви к золоту, но у тебя есть долг заботиться и защищать свое личное богатство во всех его формах. Иногда ты будешь чувствовать, что сокровище, которое принес самоубийца-человек, не соответствует твоим стандартам, или ты не знаешь, как очистить эту платиновую статую, но ты все равно должен о них заботиться.

— Ваше Величество немного сбили меня с толку этой аналогией, но я думаю, что понял урок, — ответил Человечек Виктор. — У меня есть долг заботиться о моих детях, и даже если я не могу быть таким отцом, в котором они нуждаются, я должен, по крайней мере, изо всех сил стараться? И что мне это может понравиться?

Вайнкер кивнул. — Позаботься о своем сокровище, о нем всем.

Печальное лицо Человечка Виктора расплылось в улыбке. — Это очень глубоко.

— Я знаю. Я редко делюсь с тобой своей драконьей мудростью, потому что ты уже почти идеальный миньон.

— А Ваше Величество - лучший друг, о котором только может мечтать такой человек, как я.

— А кто же еще? — Риторически спросил Вайнкер. — А теперь перестань беспокоиться о будущем и наслаждайся моментом.

Ибо его миньоны наконец-то решили запустить фейерверк. Оба члена V&V посмотрели на небо, где взрывающиеся ракеты разноцветным дымом и огнями окрасили темноту. Вайнкер и Виктор провели вечер, в счастливом молчании наблюдая за праздником, пока его не нарушил дракон.

— Даже фейри не отберут у меня это место, Друг Виктор.

— Кстати, об этом, Ваше Величество, — печально промолвил Человечек Виктор. — Неужели мы действительно должны убить их всех?

— Что ты имеешь в виду, миньон?

— Если у них теперь есть души и чувства... неужели бесконечная война - единственный выход?

На далеком острове, у берегов Нового Света, на засыпанной пеплом земле трудилась группа крылатых женщин.

Они работали неделями, месяцами, чтобы выкопать своего погребенного хозяина. Они ни разу не поколебались в своей решимости, особенно после того, как нашли своего недостающего члена команды. Женщина по имени Сигрун отдавала приказы, они ударяли копьями по вулканическому камню и приказывали призракам убирать мусор.

Наконец земля задрожала, и они образовали круг.

Внутри круга появилась могучая рука с молниевым копьем.

И над морем эхом разнесся гром.

Земля, Балтийское море.

Сегодня в воде была кровь, и это вызвало на его лице улыбку.

Мир людей был ужасным местом для такого фомора, как Мелл Лин. Он чувствовал, как питающая его магия ускользает. На этой стороне не работала даже Система. Дудочник оставался сильным, но некоторые из его Перков отказывались активироваться. Как странно.

"Это не имеет значения", — подумал он, глядя на уносимые волнами человеческие трупы. Големы, устроившие резню, стояли на мосту металлической повозки, плывущей по воде; огромный стальной кит, используемый обезьянами для слежки и истребления друг друга.

Трещина в пространстве, которую они использовали, чтобы пересечь границу между мирами, оставалась широко открытой, достаточно большой, чтобы через нее могла пройти армия. Его сестра Одиуз ждала с другой стороны, используя древнюю волшебную магию, чтобы в течение нескольких часов держать трещину открытой. Достаточно долго, чтобы перевезти этого кита в Аутремонд.

Как там обезьяны его называют?

Атомная подводная лодка класса "Тайфун".

— Очаровательно. — Мумия Акхенапеп, посланник Саблара к его фоморским "союзникам", исследовала дыры в шкуре металлического кита. — Красивый.

— В самом деле, — сказал Мелл Лин, заглядывая в дыры, чтобы посмотреть на спрятанные внутри гигантские стрелы. — Подумать только, они хранят их на складе, чтобы собирать пыль.

Что ж, если обезьяны не захотели использовать свое собственное оружие, фоморы с радостью его реквизируют. С Яблоком Знания, чтобы понять, как управлять этими стрелами, они могли бы вооружить Кром Круах своей сестры и сжечь всех своих врагов.

И ферму дракона в первую очередь.

— Лорд Саблар требует возмездия, — сказал Акхенапеп. — Но именно этого момента я и ждал.

-— А? — с любопытством спросил Лин.

— Я сказал, что не проснусь до Конца Света... но я люблю приходить пораньше.

Вайнкер, лучший из драконов, скептически посмотрел на карту, лежавшую поверх его сокровищницы. — Почему именно человечки?

Его миньоны-советники, собравшиеся на военный совет, обменялись взглядами. — Простите, Ваше Величество? — спросил Марбре.

— Почему мы используем фигурки человечков, чтобы представлять моих миньонов-кобольдов? — повторил Вайнкер. Его миньоны создали карту западной части континента Мистраль, на которой были изображены Прайден, Гардмейн и его собственная империя. Сотни крошечных статуэток изображали армии по обе стороны конфликта.

Но большинство солдат самого Вайнкера были миниатюрами человечков!

— Мы используем миниатюры Boards & Conquest, — нахмурившись, объяснила Эллисон. — Тогда нужно добавить свои миниатюры. Кобольды, гоблины, орки, мимики и другие монстры не имеют представительных армий в B&Q.

— И упыри тоже, хотя у вампиров из Ночных Земель есть свои миниатюры, — сказал Трупоторговец Жюль. — Что я считаю расизмом.

— Именно из-за отсутствия усредненного мышления модель, основанная на потреблении, обречена на провал, — кивнул Марбре.

По крайней мере, у них был крошечный дракон, изображавший самого Вайнкера, но его бесило, что у фейри и их чудовищ были свои собственные миниатюры. — Прикажи Троллю Барнабасу изготовить для каждого из моих миньонов новые статуэтки, но после того, как он закончит ковку моей новой медали ветерана Войны за Сокровища, — приказал дракон, — потому что все очень запутано.

— Что смущает, так это отсутствие на этом собрании Виктора, — сказала Рыцарь Киа, глядя на отсутствующее место. — Он рядом с Мор.

— Мой миньон работает над великим магическим проектом, который даст нам преимущество в завоевании Прайдена, — повторил Вайнкер собственные слова своего слуги. — И, надеюсь, над размножением наших резервных сил.

— Я так и не могу поверить, что он нашел время завести шестнадцать детей, — сказала Рыцарь Киа. — По крайней мере, шлюхам платят за их услуги.

— Может быть, он должен, — с понимающей улыбкой сказала Мышка Шарлин. — Но вернемся к нашему делу. Принимая во внимание наши колонии и тот факт, что каждый из наших граждан может сражаться, мы можем выставить около семидесяти тысяч солдат. Однако, даже имея доступ к черному рынку Ночных Клинков и украденному запасу Гербов, только крошечная часть из них является [Украшенными Гербом].

— Пятьсот пятьдесят пять, не считая Вашего Величества, Виктора и меня, — пояснила рыцарь Киа. — Очевидно, что мы также единственные на всем полуострове выше 60 уровня.

— И Роло, — заметила Невкусная Эллисон.

— И Роло, — признала рыцарь Киа, стремясь замять свое позорное выступление против голема.

— Хорошая новость в том, что мы можем поднять три четверти наших павших, как нежить, если они умрут, — заметил Трупоторговец Жюль.

— Мы также можем собрать дополнительные пятьдесят тысяч у наших союзников в Хэппилэнд, Агарте, Тейкоку, Луууууне и Империи Таотен, — сказала Шарлин. — И доведем общее число до ста двадцати тысяч солдат.

— Это дает нам надежный шанс напасть на Прайден, но они обладают мощной магией, Фоморами с классовыми уровнями и боевыми зверями, — сказала Рыцарь Киа. — Не говоря уже о самой Одиуз. Такой могущественный монстр — это сама по себе армия.

— По-моему, все просто, — ответил Вайнкер, раздраженный окружающим пессимизмом. — Я — дракон, а вы — миньоны. Я прожигаю путь вперед, а вы потом убираете. Я даже наделю вас своими армейскими Перками!

— Возможно, такой подход и сработал в Тейкоку, но тогда у вас была поддержка армии гоблинов, — с отвращением заметила Рыцарь Киа. — Я говорю, что нужно послать эмиссаров в Гардмейн, чтобы заручиться их поддержкой. Они — нация с сильнейшими военными, кость в горле у фоморов, и я лично знаю их руководство.

— Еще больше тел, чтобы бросить их на врагов, это важно, но нам нужно что-то еще, — сказал Трупоторговец Жюль. — А именно, [Гербы].

— Согласна, Базз Джелли уже на тридцатом, и вы видели его статистику? — указала Невкусная Элисон.

— По приказу Мистера Виктора я использовал свои контакты для сбора Гербов и ускорителей показателей статистики, — объяснил Вкусный Малфи. — Хотя мы, несмотря на большие расходы, получили в свои руки ускорители, но Гербы, по-прежнему, трудно получить.

— Но почему? — спросил Вайнкер, растерявшись. — Разве они не падают с неба после того, как вы выиграете трудную битву? Разве они не должны попасть в руки моих миньонов, когда мы нападем на Прайден?

— Не обязательно, — ответил Трупоторговец Жюль. — Никто не может предсказать, когда появятся Гербы. Лучше было бы найти существующие, чем надеяться на то, что упадут новые.

— Нации хранят Гербы, чтобы укрепить свою собственную элиту, — сказала Рыцарь Киа. — И чтобы предотвратить распространение опасных, [Украшенных Гербом] преступников.

— Мои Ночные Клинки собрали все, что можно купить на черном рынке, — пожаловалась Мышка Шарлин. — Нам придется обратиться за помощью к иностранным властям или самим вторгнуться в подземелья.

— Это может открыть нашим солдатам другой путь к обретению большей силы, — сказал Трупоторговец Жюль. — А именно, [Продвижение Мука].

— Ну вот, теперь вы говорите на моем языке, миньоны, — решил Вайнкер, так как разговор начал ему надоедать. — Разве в подземельях нас не ждут соревнования, чтобы мы их выиграли?

— Да, но участвовать могут только небольшие команды, — сказала Рыцарь Киа. — И эти подземелья такие же подозрительные, как-

— Хэппилэнд, — оборвал ее Вкусный Малфи.

— В империи есть несколько подземелий, которые до сих пор остались неисследованными, — сказал Марбре. — А еще в подземных туннелях Агарты.

— Тогда пошлите туда легионы опытных миньонов, чтобы они становились сильнее и собирали Гербы, — приказал Вайнкер.

— Ваше Величество, это хорошая идея, — начала Рыцарь Киа.

— Я знаю, она моя.

— …но я хотела бы получить ваше разрешение вернуться домой в Гардмейн и попросить Гербы у короля Роланда. Я знаю, что смогу убедить его прислать нам сколько-то. Самое главное, что там живет моя старая партия, и большинство из них либо 60-го уровня, либо выше. Они были бы огромным подспорьем для наших военных усилий.

— С чего бы им помогать и наделять силой нацию монстров, живущую рядом с их границей? — Спросила Шарлин.

— Потому что, когда Его Величество сверг Брэндона Мора, Гардмейн и Империя V&V подписали союзный пакт, — заметила Киа. — В то время как Одиуз угрожает нам всем.

— Конечно, иди домой, миньон, — сказал Вайнкер, более чем довольный тем, что [Паладин] покинет его столицу. С Человечком Виктором в его безумии размножения, дракон не мог позволить ей своими рыцарскими уловками соблазнить его главу персонала.

— Я думаю, что тысяча Украшенных Гербом даст нам преимущество, — сказал Трупоторговец Жюль, сдвигая миниатюры. — Если мы двинем одну армию на западное побережье, другую — на восточное, то сможем атаковать клещами и захватить южную часть Прайдена.

— Миньоны, я замечаю поразительное отсутствие фигурок драконов, — внезапно сказал Вайнкер, заметив изъян в стратегии своих лакеев.

Последовало тяжелое молчание, пока Невкусная Эллисон не закашлялась. — Ваше Величество, об этом…

— Как мы можем приветствовать тысячи драконов, когда две сотни почти высосали из нас кровь? —сказала Мышка Шарлин.

— Тараскский пир, — указал на очевидное Вайнкер.

— А как насчет воды, пространства, зе-

— Чепуха, — раздраженно оборвал ее Вайнкер. — Мой глава персонала сказал, что он сделает это, и он добьется успеха.

— Если после этого Конклава Мурмурин даже выживет, как мы сможем кормить армию драконов больше одного дня? — продолжала спорить Мышка Шарлин, в то время как другие миньоны делали ей странные знаки руками.

— Легко, битва продлится не больше одного дня, — ответил Вайнкер, гордый своим видом. — Не ошибитесь в ситуации, миньоны. Это не война. Это казнь драконьим огнем. Ваша роль заключается в том, чтобы разобраться с пеплом.

— Поддержка дракона с воздуха будет иметь решающее значение, — сказала Рыцарь Киа. — Но фоморы годами готовились к такому нападению. Нам нужна более совершенная тактика.

Бес-посыльный появился в середине собрания. — Ваше Величество, чрезвычайная ситуация! Чрезвычайная ситуация!

— Это военное совещание, — сказал Малфи. — Это не может подождать?

— Это Дальтония! — прошипел бес. — Дальтония… гибриды дронтов сбежали из загона Дальтонии! Тараск вышел из-под контроля!

Что?

— Я сам с этим разберусь! — Воскликнул Вайнкер, побужденный к действию. — Никто не посмеет испортить мой пир!

Когда Вайнкер с Рыцарем Киа на буксире пересекли портал в Дальтонию, они оказались перед чудовищем, пирующим на внутренностях демона.

У этого существа была голова дронта и тело медведя.

— [Дронтомедведь]! — Воскликнул счастливый Вайнкер. — Эксперимент удался на славу!

— Как вы его назвали?

— Я его скрестил! — Хвастался Вайнкер, и Рыцарь Киа, увидев головокружительную радость в глазах дракона, отступила на шаг. — Я скрестил дронта и слизняка, потом медведя и слизняка… и вот результат! Создан [Дронтомедведь]!

— Зачем Вашему Величеству это делать? — спросила [Паладин], не в силах понять великое видение своего господина.

— Потому что мы на войне! — Крикнул Вайнкер, и Рыцарь сделала еще один шаг назад, пока не врезалась в дерево. — Мы воюем с природой! Два вида, почти вымерших в результате несчастного случая! Должен ли я это принять? Нет! Поэтому я вывел новый вид, взяв лучшее от обоих! Дронты, которые могут процветать везде! Что скажете вы, люди, когда увидите, как эти могучие создания кладут яйца в медведей, а потом из них выходят дети с головами дронтов?

Проверка Харизмы прошла успешно! Вы напугали Киа Бекеле!

— Да, миньон! Они скажут, что я, Вайнкер, породил [Дронтомедведя]! Если и есть бог размножения, то это я!

Вайнкер перевел дыхание, а Рыцарь Киа хранила зловещее молчание. Тем временем [Дронтомедведь] закончил есть, издав смесь медвежьего рева и птичьего визга.

Дракон огляделся, понимая, что программа размножения вышла из-под контроля. Животные вырвались из своих загонов, перебили персонал и бесчинствовали в дронтосаде. Только статуи с лицами Вайнкера на берегу остались невредимыми, дронты собрались вокруг них, чтобы почтить своего создателя и спасителя. Группа птиц перед статуей Человечка Виктора «Бросание Кости» принесла в жертву демона и питалась его внутренностями.

— Ваше Величество! — Одинокий, крылатый костяной демон сумел избежать бойни, он улетел, чтобы избежать когтей двух свирепых дронтомедведей. — Ваше Величество пришли нас спасти!

— Что здесь произошло? — Спросил Вайнкер, схватив руками двух дронтомедведей, как будто это были крошечные лошадки. Твари обмякли в его руках.

— Мы сделали так, как сказали Ваше Величество, создав настоящих монстров! — сказал демон. — Наполовину мешок опыта, наполовину супербосс! Но первый выводок начал мутировать из-за радиации, и мы не смогли их контролировать!

— К-как? — Удивленно спросила Рыцарь Киа. — Каким образом?

— Мы наложили заклинание [Гигантский Размер] на плодовитую самку дронта, скормили галлоны афродизиака [Императору Тараску], и-

Страшный рев эхом прокатился по острову, и деревья в его лесу задрожали. Вайнкер почуял приближение Тараска и в большом количестве его потомства. — А вот и они! — прошипел демон, прячась за встревоженной Рыцарем Киа, пока она вытаскивала свой меч.

Затем они высыпали из леса, столь же прекрасные, сколь и устрашающие.

— Берегись… [Тарадронтов]!

Десятки дронтоголовых двуногих ящериц, размером со слона, топтали деревья. Их алая чешуя была покрыта свежей кровью, а глаза светились яростью и голодом. Шипастый панцирь защищал их спину, в то время как острые когти и железный клюв могли разорвать и плоть, и металл. За ними следовал их радиоактивный зеленоватый отец, с крошечным, нормальным дронтом, гнездящимся на его голове.

— УИИАААА!

Тараск издал рев, и его выводок завизжал в ответ, как армия из глубин самой Хэппилэнд.

— Миньоны! — Прорычал в ответ Вайнкер. — Миньоны!

[Альфа-Магнетизм (Чешуя)] активирован! Проверка Харизмы прошла успешно!

Тарадронты и их могучий отец немедленно подчинились Вайнкеру, прижавшись животом к Земле.

— Возвращайтесь в свои загоны, — приказал дракон, и существа немедленно начали с визгом протестовать. — Не надо со мной шутить, миньоны. Возвращайтесь в свои загоны!

Твари рассеялись, и Тараск повел их обратно к развалинам дронтосада.

— Видите, миньоны? — Сказал Вайнкер своим лакеям, выпуская из рук Дронтомедведей. Звери благоразумно разбежались. — Им нужен только твердый, сильный повелитель дракон, который научит их образу жизни миньонов.

— Вы скрестили Тараска, — пробормотала себе под нос Рыцарь Киа. — Ваше Величество скрестили Тараска.

— Да, я это сделал! — Хвастался Вайнкер, гордясь тем, что спас от вымирания так много видов. Он должен получить за это награду.

Созданная драконом Система, очевидно, согласилась.

Поздравляю! За создание нового, ужасно опасного монстра, который станет проклятием авантюристов еще долго после того, как вы уйдете, вы заработали уровень в [Селекционер Подземелий]! Вы заработали классовый Перк [Селекционер Минибоссов].

+30 Очки Жизни, +10 Специальные Очки, +1 Сила, +1 Жизнестойкость, +1 Мастерство, +1 Ловкость, +1 Интеллект, +1 Харизма, +1 Удача!

[Селекционер Минибоссов]: Все ваши миньоны-монстры получают навсегда Личный Перк [Miniboss] (+120 Очки Жизни, +40 Специальные Очки, +4 ко всем другим статам и +10 к урону их личных Перков ). Они сохранят преимущество Перка, даже если вернутся в дикую природу.

— А теперь собери всех моих дронтов и восстанови дронтосад, — приказал Вайнкер своему дьяволу лакею.

— [Тарадронты] восстанавливаются быстрее, чем мы можем причинить им вред, Ваше Величество, — сказал демон. — И их когти обходят все физические и магические защиты. Нам нужны лучшие охранники.

— Я наполовину в ужасе, наполовину в изумлении, — призналась Паладин. — С одной стороны, эти штуки могут создать потрясающие ударные войска, но с другой стороны, я боюсь, сколько уровней может получить фомор, убив одного из них.

— Тогда мы будем держать их для себя, — решил Вайнкер, пораженный собственной гениальностью.

И тогда они поднимут их как нежить, за двойной опыт.

Пожалуй, это был самый неловкий завтрак в жизни Виктора.

Он и Шоколатин, в смущенном молчании стояли по обе стороны ее кухонного стола, и ни один из них не хотел затронуть скользкую тему.

— Итак… тебе понравился Самайн? — оборотень попыталась завязать разговор, но от этого они только оба съежились.

— Вроде того, — ответил он, неловко ерзая на стуле. — Это было познавательно.

— О.

Вы получили от своей неловкости слабый [Психический] урон.

Да, по крайней мере, последнее рандеву было освежающе прямым.

Он только что закончил встречу с Изабель, своими демоническими любовницами и всеми их адвокатами. Изнурительная сессия завершилась заключением соглашения, которое, впрочем, Визиря не слишком обрадовало.

— Это соглашение я подписал для большинства своих потомков. — Виктор, наконец, собрался с духом и показал Шоколатин документ. — Короче говоря, я признаю всех своих детей истиннорожденными, хотя моя дочь с Изабель Мор идет первой в порядке наследования. Иза подписала отдельное соглашение с другими дьяволами, и всем их детям в обмен на конкретные уступки, было гарантировано место в корпоративном Совете Браниньи, как только она станет демоническим генеральным директором. Я согласился платить алименты, алименты на содержание детей и предоставлять жилье в своем особняке.

— Алименты? — Сказала Шоколатин, отказываясь смотреть на документ. Ее никогда не интересовали юридические тонкости.

— Да, — вздохнул Виктор. — В договоре о призыве был пункт, гласящий, что если я когда-нибудь случайно оплодотворю членов Демонического Гарема, то стану их исключительным работодателем. А это значит, что я должен платить «вечный гонорар наложницы», пока не умру в четвертый раз.

— Это звучит, как брачный договор, — сказала Шоколатин, явно этим расстроенная.

— Они не использовали этот термин, но да. — Финансовые штрафы были настолько высоки, что адвокаты предложили в качестве дешевой альтернативы самоубийство и возрождение. — Они говорят, что это гарантирует, что все новые дети будут «принадлежать герою Хэппилэнд», но, честно говоря, они просто обдирают меня.

И его беды еще не закончились. Ему еще предстояло посетить Хадмер, чтобы сделать там тест на отцовство.

Оборотень казалась рассерженной, но именно этого он и ожидал. — Не могу поверить, что ты женился сначала на демоне!

— Я думал, ты не против открытых отношений? — Виктор нахмурился.

— Да, но… — она смущенно скрестила руки на груди. — Мне бы очень понравилось красивое меховое платье.

Виктор вздохнул. — Шок, я говорю тебе это, чтобы ты знала, что я о нас думаю.

Оборотень смущенно замолчала.

— Если… — Черт, почему так трудно говорить на эту тему?! — Если ты решишь их оставить, я узаконю наших детей и возьму на себя ответственность.

— Если я решу? — Шоколатин прервала его, чувствуя себя от этого разговора неловко. — Вик, не говори так. Мы должны решить вдвоем.

— Меня устроит и то, и другое, — ответил Виктор. — Если ты решишь… знаешь, я буду уважать твое решение, и ничего не изменится. Я привязался к тебе, и если ты захочешь меня получить, я останусь рядом с тобой. Все будет, как раньше.

— Ты ко мне привязался? — Ее лицо просветлело.

— Да, — ответил он. — Я не могу объяснить это логически. Я не уверен, что это любовь, но если бы все девушки, с которыми я связывался, не давали мне покоя, ты была бы той, за кого я бы боролся изо всех сил, чтобы сохранить в моей жизни.

Несмотря на свою эксцентричность и опасную хватку здравомыслия, она держала его сердце крепче, чем кто-либо другой.

Оборотень покраснела. От этого Шоколатин стала ужасно милой. — Вик, — заговорила она. — Я уже говорила тебе, что не собираюсь остепеняться.

Визирь кивнул.

— Но… Я тоже привязалась к тебе, и мне кажется, что у нас будет что-то особенное: два драконооборотня и два слизеоборотня.

Виктор подумал, что ослышался. — Два слизеоборотня?

— О да! По словам Изенгрим, они похожи на оборотней, но в полнолуние превращаются в слизь!

Какой Бог решил воплотить это дерьмо в реальность? — Шок, я должен тебя предупредить. Ты же знаешь меня, я не думаю, что я лучший отец.

— Ты научишься, — тепло ответила она. — Я помогу.

Он поднялся со стула, она сделала то же самое, и они обнялись.

Крепко прижимая ее к своей груди, Виктор вспомнил первые дни их отношений; страх, который он испытывал, по сравнению с тревожным теплом, которое он испытывал сейчас. Правда, она была сумасшедшей, но в то же время заботливой и любящей.

В этот момент он не променял бы ее ни на что.

Внезапно в кухню, нарушив нежный момент, вошел незнакомец, которого Визирь никогда раньше не видел. Существо, похожее на пугало, с тыквой вместо головы, и явно нуждавшееся в починке. — Джек голоден!

— Шок, кто это? — Спросил Виктор, все еще обнимая оборотня.

— Джек, мой новый жилец! — Сказала Шоколатин. — Я сдаю ему старую комнату Круассана еще со времен Самайна. Джек, это мой парень Вик!

— Джек говорит привет, — сказало существо, он сразу же сосредоточился на важном вопросе. — Джек спрашивает, где печенье Гарфилда?

— В холодильнике с замороженной слизью! — сказала оборотень. — Но ты растолстеешь, если будешь продолжать есть мою выпечку! Эллисон сказала, что я кладу в нее слишком много калорий!

— Джек никогда не становится толще, — ответил монстр, обыскивая кухню.

Виктор поднял бровь, используя [Проницательность Монстра], чтобы прочитать странное существо.

Джек О’Лантерн

Украшенный Гербом Души Фомор (Фейри/Нежить).

Сильный против: Огня, Некромантии, Растений, Нечестивости, Духа, Фейри, Магии, Проклятий, всех негативных статусных недугов.

Слабый к: Дракону, Убийце Смерти, Морозу, Холодному Железу, Звездному Металлу, Сладостям.

Фейри — покровитель Хэллоуина / Самайна и вдохновитель мифа о Джеке О’Лантерне на Земле. Среди своего вида неуравновешенный одиночка, пристрастившийся к конфетам, Джек отказался присоединиться к крестовому походу Одиуз, но в шутку украл один из ее Гербов Души. Доброкачественный, если его подкупят на Самайне, его теперь смущает его новое, извращенное увлечение едой Шоколатин (и Мурмурином вообще).

Визирь замер, готовый выстрелить в монстра смертоносным заклинанием. — Шок, за мной.

— Что? — ничего не понимая, ответила его подружка.

— Ты знаешь, кто он такой?

— фомор.

— А, чче — ты знала?

— Да, он мне сказал, — небрежно ответила оборотень. — Но, Джек очень милый! Он помогает нам с хозяйством, потому что у него нет денег.

— Джек смущен, — прохрипел фомор. — Джек впервые живет среди смертных без маскировки.

Виктор несколько раз моргнул, прежде чем прошептать на ухо своей возлюбленной: — Шок, о чем ты думала?

— Вик, я помогала строить Мурмурин, чтобы все монстры могли жить в мире и быть хорошими соседями, — заметила Шоколатин. — Даже фейри. Он ведет себя прилично, и он даже не из Прайдена, так в чем же проблема?

— Что он живет у тебя, — защищаясь, ответил Виктор.

Оборотень покраснела и поцеловала его в щеку. — Я в порядке, клянусь! Кроме того, он никогда не причинит вреда такой хорошей кухарке, как я!

— Джека вылечили, — сказал фомор. — Значит, Джек не станет обманывать.

— Видишь?

Визирь смотрел, как Джек постучал пальцем по холодильнику, словно ожидая, что кто-то откроет его с другой стороны.

Виктор разрывался на части. Правда, он задавался вопросом, смогут ли они заключить мир с фоморами, если их души позволят им сопереживать «низшим расам», которых они принижали. Но, даже если он выглядел наивным, Джек оставался фомором, существом, столь же опасным, как дракон. И он жил в Мурмурине, в доме его любовницы, в придачу…

Тем не менее, Шоколатин обладала определенным талантом иметь дело с монстрами, и его [Проницательность Монстра] не обнаружила от этого тыквенного пугала никакой злобы. Он готов был рискнуть, хотя и хотел, чтобы за фейри постоянно следили.

Стоп.

Герб Души? — Джек?

— Да, парень оборотня?

— Не могли бы вы показать мне свой Герб Души? — спросил Визирь. — Только на короткое время.

С помощью своего новообретенного заклинания VIII уровня Виктор финансировал приобретение магических свитков для изучения новых заклинаний, включая знаменитое [Карманное Измерение].

Заклинание, которым он, конечно же, быстро овладел.

Его личное святилище было относительно небольшим, примерно шестьсот квадратных метров, разделенных на три «этажа». Измерение приняло форму особняка, плавающего в середине темной, холодной пустоты между измерениями. То, что гравитация работала, как обычно, от него не ускользнуло, но кто он такой, чтобы оспаривать такую мощную магию?

Как она и просила, Изабель обставила дом в самом дорогом стиле — от мраморной мостовой до изящных деревянных дверей. Она даже нашла способ включить в ванную комнату Джакузи с планарным питанием и магическую лабораторию для Виктора.

Именно там, на операционном столе, предназначенном для создания нежити, Визирь осмотрел герб из костей и сплошной тьмы.

Хотя, у Виктора был помощник. Двойник его самого, променявший тяжелую броню на униформу чумного доктора.

Его [Двойник].

[Двойник] был клоном, созданным заклинанием VIII уровня, с тем же именем, с дубликатом оборудования и подпитываемым частицей его души. И хотя он сохранил большую часть его Перков, дубликат имел только половину его статистики, с медленной скоростью терял Очки Жизни и Специальные Очки и не мог их восстановить. Он не мог ни получать опыт, ни создать второй клон самого себя.

К счастью, память клона возвращалась к Виктору, как только он исчерпывал свои очки здоровья, поэтому он вдвое сократил время на бумажную работу и исследования. Визирь практически передал задачу сбора информации от [Жатвы] своему двойнику.

Поздравляю! Как могущественный монстр и офицер селекционной политики Вайнкера, вы заработали личный Перк [Минибосс]!

[Минибосс]: Вы навсегда получаете +120 Очков Жизни, +40 Специальных Очков, +4 ко всем другим статам, а ваши Перки, личные или, как монстра, наносят на +10 больше урона.

А?

Это прозвучало немного оскорбительно, но и приятно.

Однако, он заметил, что Система теперь открыто считала его монстром, а не человеком. Было ли это из-за его класса [Рыцарь-Монстр: Красный Дракон]? Или потому, что он медленно отдалялся от своих человеческих корней?

— Или — и то, и другое?

Виктор поднял от стола глаза и увидел сидящую на краю богиню Камиллу.

— Я вижу, ты не дождался нашего урока, — сказала его наставник, осматривая экстрапланарную лабораторию. — Ты уже выучил несколько лучших заклинаний этого уровня.

— Жаль ,что [Двойник] не может набирать уровни или опыт, — сказал Виктор. Хотя он обнаружил, что клон может изучать новые заклинания и позже передавать эти знания обратно ему. — Потому что это сделало бы превосходное заклинание фантастическим.

— Я же говорила тебе, что на уровне VIII нарушилось равновесие, — ответила божество. — Классы истребителей становятся лучше в убийстве людей, а мы, заклинатели, лучше убиваем законы физики.

— Я чувствую в этом скрытый намек на классицизм.

— Я не порочу другие классы. Я бы не зашла так далеко, если бы Джести или Веран не прикрыли мои слабости, и наоборот. Тем не менее, я всегда думала, что для творческих людей классы заклинателей предлагают больше возможностей.

Возможно. Виктор только сейчас вспомнил свои встречи с Фурибоном и Акхенапепом. Первый мог остановить время, второй — в одиночку уничтожить команду [Эпического] уровня.

— Как только ты достигнешь потолка в [Синоптике], ты сможешь использовать заклинания уровня IX, возможно, даже уровня X с другими классами — Она улыбнулась смущению Виктора. — [Мориарти] — это, как швейцарский нож, универсальный класс со многими мощными способностями, но ничего, что могло бы увеличить магию. [Дьявольский Повеса] однако…

И Виктор, и его [Двойник] одновременно застонали.

— А вы знали? — спросил оригинал у Камиллы. — Насчет [Отмычки]?

— Джести был нашим единственным [Жнецом], и всякий раз, когда я пыталась свести его с симпатичным темным эльфом, он на полпути бросал свидания, чтобы построить смертельную ловушку для Митры. Если оглянуться назад, это звучит немного подозрительно…

— Есть какой-нибудь способ это обойти?

— Физическая защита, но с твоей нынешней силой… — Камилла сочувственно посмотрела на Виктора. — Есть более постоянное решение, но я сомневаюсь, что оно будет принято из-за твоей высокой Живучести и регенерации. С твоими Перками и статистикой ты стал слишком силен для стандартных методов.

Визирь что-то проворчал, к великому удовольствию своего патрона. — Виктор, ты к этому привыкнешь. Я содержу гарем, и у меня тоже в твоем возрасте были несчастные случаи. Ты не должен позволить этому тебя остановить.

— Ты начинаешь говорить, как Вайнкер, — пожаловался Виктор.

— Ну, Джести предложил переключиться на игру, основанную на Династии, и… — богиня спохватилась. — Ты скоро столкнешься с фоморами, и тебе нужно как можно больше уровней. [Синоптик] достигнет десяти, [Всадник Хаоса] тоже, и я думаю, что [Мориарти] заканчится на двадцати. Тебе нужно будет заполнить остальные.

— Я уверен, что есть и другие способы…

— Виктор, — она бросила на него понимающий взгляд. — Ты знаешь, что есть только один способ взять уровни в классе [Дьявольский Повеса]. А на твоем уровне практически невозможно получить уровень в новом классе.

Виктор перевел дыхание. “БИИП.”

— Именно поэтому ты так усердно работал, чтобы получить этот класс, не так ли?

Да, но он не понимал ужасных последствий, когда это делал!

Кармическая ирония не ускользнула от него. Визирь выбрал один из самых трудных и сильных классов, чтобы лучше трахаться, но он не мог поднять его уровень, не рискуя получить через восемь месяцев еще больше неприятностей.

— Я все равно попробую получить новый класс, — сухо ответил Виктор. — Я дал обет воздержания.

Он предпочел бы иметь меньше детей, чем больше уровней. Его агонизирующий кошелек его отблагодарит.

— Посмотрим, как долго это продлится, — сказала развеселившаяся Камилла, а затем взглянула на Герб Души и сменила тему. — Это то, что я думаю?

— А знаешь, что самое ужасное? — Спросил Виктор. — Что эту штуку можно было сделать, никого не убивая. Чтобы достичь того же результата достаточно было крошечного количества крови и костей. Мэг Мелл просто воспользовался самым жестким из доступных решений.

— Но без этого устройства сила фоморов будет ослаблена.

— У них их несколько, — ответил Виктор. — Из того, что я собрал из [Жатвы] и лакомых кусочков, которые рассказал мне Джек, я думаю, что у них есть, по крайней мере, пять. А может, и больше.

Нравится им это или нет, но как и до них драконы, фоморы с классовыми уровнями останутся фактом Аутремонда.

Камилла некоторое время молчала, обдумывая возможные последствия. — Тебе нужно выучить больше заклинаний, — заявила она.

— Что-нибудь, что могло бы помочь мне в выращивании животных?— Спросил Виктор. — Потому что мы собираемся приветствовать тысячу драконов, а у нас недостаточно скота, чтобы их всех прокормить.

Его нынешнее решение состояло в том, чтобы открыть порталы на элементные планы и заманить пищу в Мурмурин, как это было, когда в День Хвастовства Вайнкера драконы проедали себе путь через Хэппилэнд.

— Клоны, — ответила Камилла с улыбкой. — Клоны решают все.

— Ты не будешь снова и снова скармливать меня гостям Вайнкера, — предупредил [Двойник] Виктора.

— Я и не собирался! — ответил оригинал.

— Мы с тобой одна персона, я знаю, как ты думаешь!

— Урок подождет, — прервала его Камилла. — Я вернулась, главным образом, потому, что добилась успеха в твоей просьбе.

Виктор вскинул голову. — Ты можешь вылечить проклятие Киа?

— Хотя я предпочла бы нечто более приятное, чем помощь [Паладину], — сказала она с горечью в голосе, — я убедила Сэн дать тебе аудиенцию. Хотя сначала мне пришлось подкупить ее галлоном вурдалачьей водки…

— Аудиенция мне? Не Киа?

— Нет, она не хочет видеть богоотступницу, — сказала богиня и добавила с тихим сарказмом: — Интересно, почему?

Так что у Виктора был шанс поспорить с богиней и убедить ее отменить свое решение. Пришло время проверить эти новые бонусы Харизмы. — Итак, где и когда?

— В ее планарном царстве, и прямо сейчас.

— А это не может подождать? — Спросил Виктор. — Я знаю, что прошу многого, но у нас война-

— Это не может ждать, — твердо ответила Камилла. — В прошлый раз, когда мы разговаривали, она хотела утопить страну Бекеле, так что, одного океана виски вполне достаточно.

— [Терраформировать: Суши, Равнины]!

Когда Вайнкер посреди пустыни выкрикнул эти волшебные слова, прямо перед ним возник экран.

Сколько Специальных Очков вы будете использовать? 50 Специальных Очков в радиусе пятидесяти метров.

— Все!

Потрачено 1800 Специальных Очков.

В мгновение ока прекрасная магия дракона распространилась по всей земле, захватив область радиусом почти в два километра.

Перед Вайнкером и его тренерами сухая, безжизненная пустыня мгновенно превратилась в луга. Аппетитный Малфи, Трупоторговец Жюль, Невкусная Эллисон и ее союзник Голем из фольги только присвистнули, когда у них под ногами выросли растения, а песок превратился в плоский грунт. Эффект расширялся под солнцем, пока не достиг своего предела, превратив область посреди бесплодного ландшафта в зеленый анклав.

Вы превратили поле [Пустыня] в поле [Равнина]. Атаки [Растений], [Ветра] и [Земли] будут усилены; существа, ориентированные на землю, получат бонус к проверке Ловкости.

Это зрелище поразило всех присутствующих миньонов. Невусная Эллисон, в частности, громко радовалась, держа у ног свой портативный бонсай. — Поразительно!

— Роло очень счастлив, — согласился голем. — Роло говорит, что нам нужно больше болот и лесов на западе, и больше травы на востоке…

Император Мурмурина выслушал похвалу, поздравляя себя с блестящей идеей. Поскольку конклаву требовалось больше пахотных земель, а Вайнкеру нужно было быстро поднимать уровень, дракон решил использовать Перки [Геоманта], чтобы восстановить всю пустыню.

Он съест двух коров за один укус.

К сожалению, хотя он мог продолжать преобразовывать пустыню весь день, его резерв Специальных Очков(СП) после этой демонстрации силы был почти пуст.

— Мне нужен мясной сок! — приказал дракон, чтобы вернуться к работе. Трупоторговец Жюль подал хозяину бочонок, но Вайнкер не смог распознать вещество. Пахло мятой, ягодами и химикатами. — Что это, миньон?

— [СПероиды], — ответил упырь. — Ваше Величество попросили нас помочь ему с поднятием уровня, и мы с Малфи разработали учебную массу.

— Действительно, — сказал Вкусный Малфи, указывая на один из ящиков, полных странной еды и безделушек. Еще один, прямо рядом с ним, содержал не блестящие энергетические камни. — Это ускорители статистики. Чрезвычайно редкие и ценные предметы, которые могут увеличить любой стат, кроме Очков Жизни и Специальных Очков, с улучшением +2. Они стоят целое состояние и поставляются в очень ограниченном количестве, но нам удалось собрать довольно много.

— [Шпинат Силы], [Конфеты Мастерства], [Салат Ловкости], [Молоко Живучести], [Порошок Интеллекта], [Батончики Харизмы], [Амулет удачи], — добавил Трупоторговец Жюль.

— Они запрещены на официальных соревнованиях, — сказала Эллисон. — И Ваше Величество после потребления может получить только общий бонус +10. Каждый усилитель стата, потребляемый после этого порога, тратится впустую.

— Что все еще эквивалентно десяти уровням в росте чистой статистики, — сказал Роло.

Вайнкер сразу же заметил в этом сценарии что-то очень, очень неправильное.

— Миньон, — он посмотрел на Вкусного Малфи осуждающим взглядом. — Если они такие дорогие, как вы могли позволить себе мне их купить?

Если он осмелился снять деньги со счета Вайнкера девять-девять-десять…

— Легко, благодаря блестящему решению Вашего Величества выкачать море виски! — объяснил дьявол, очень собой довольный. — Продавая его через Ночные Клинки, мы загнали в угол всю незаконную контрабандную деятельность!

— А затем из разъяренных конкурентов сделали нежить и отправили их работать в золотые рудники, — сказал Трупоторговец Жюль. — Мурмурин в данный момент, в основном, печатает доллары Вайнкера, даже после того, как Ваше Величество получит вашу долю.

Ах, да! Вайнкер почти забыл об этом плане. — Снизилась ли смертность гномов от драконов?

— Хм, я полагаю, хотя и не понимаю, как это можно отследить? — Ответил Вкусный Малфи.

Вайнкер еще раз поздравил себя. Ведь его план был доказательством того, что можно зарабатывать деньги, не истощая самых важных природных ресурсов.

Миньонов.

— Все эти ускорители статов предназначены для нас с Человечком Виктором? — Спросил Вайнкер с большим интересом. Хотя это не увеличивало его ежемесячную стипендию, но больше удачи, в частности, означало больше предметов от монстров.

— Ну, — Невкусная Эллисон почесала затылок, — я предложила оставить немного [Порошка Интеллекта] для Горыныча, хотя бы из-за его… недостатка…

— Моя идея состоит в том, чтобы для Вашего Величества сочетать постоянную диету ускорителей статов со [СПероидами], — объяснил Жюль. — Поскольку [СПероиды] временно повышают восстановление Специальных Очков, Ваше Величество должны периодически потреблять их всякий раз, когда вы их исчерпываете, практикуя свой Перк [Терраформирование].

— Мы с Роло будем контролировать этот процесс, чтобы в долгосрочной перспективе сохранить экологический баланс, — сказал он. — Но я верю, что, впервые за многие столетия, Ишфания снова позеленеет.

— Что означает больше пастбищ для скота. Кивнул Вайнкер. — Сколько у вас [СПероидов]?

— Достаточно, чтобы Ваше Величество занималось геомантией в течение четырех часов, — ответил Трупоторговец Жюль.

— Этого недостаточно, миньон. Соберите все. — Поскольку его лакеи, по-видимому, не поняли его замысла, дракон восхитительно выпятил грудь. — Я не остановлюсь, пока не переделаю всю эту пустыню по своему представлению.

— Ваше Величество хочет одним махом преобразить всю Ишфанию? — Спросила Невкусная Эллисон.

— В отличие от человека, ни один дракон не отступает перед лицом невзгод! — хвастался император. — Вы сказали, что червь Саблар виноват в недостатке зелени? Тогда я не успокоюсь, пока не докажу, что я один решаю судьбу моей империи!

— Это… — Дриада с трудом подбирала слова, а затем повернулась к Трупоторговцу Жюлю и Аппетитному Малфи. — А это можно сделать? Математически?

— Ты сомневаешься во мне, миньон? — Спросил Вайнкер, находя ее неверие в него тревожным.

— Если мы в короткие сроки соберем все доступные зелья СП, — размышлял Трупоторговец Жюль. — Нам также нужно будет заказать аварийное производство, но, теоретически, у нас его достаточно.

— Ваше Величество, если вы можете это сделать, я… — Эллисон сложила свои маленькие ручки вместе. — Я не смогу сдержать свою радость. Это будет мечта, ставшая явью.

— Не спрашивай, могу ли я это сделать, — милостиво ответил Вайнкер, — но — когда я это сделаю.

— Роло не успокоится, пока работа мерзкого Акхенапепа не будет отменена, — ответил голем. — Но Роло будет вам очень благодарен. Как и богиня.

— Хэппилэнд тоже выиграет от этого. — кивнул Малфи. — Его больше не будут обвинять в «зеленой отмывке». Наоборот, мы поможем сделать пустыню снова зеленой, а затем будем эксплуатировать ее вновь обретенные природные ресурсы.

— Хватит болтать, — заявил Вайнкер. — А теперь добавь в смесь неблестящие камни, и я покажу природе, кто здесь хозяин.

Его миньоны нахмурились.

— Камни силы, — уточнил Вайнкер. — Мне нужно еще больше увеличить силу своего дыхания.

— Ваше Величество, я рассмотрел ваше недавнее улучшение вашей атаки дыханием, — кашлянул Трупоторговец Жюль, — я не уверен, что потреблять силовые камни вообще хорошая идея. Вы можете взорваться, умереть, а может быть-

— Я — дракон, — напомнил им об этой вечной мудрости Вайнкер. — Добавь светящиеся камни в мой сок СП.

Трупоторговец Жюль благоразумно открыл второй ящик, открыв ассортимент силовых камней. — Какой элемент, Ваше Величество?

— А почему не все? — Спросил Вайнкер, желая добавить в свое дыхание больше элементов.

— Ваше Величество, позвольте мне на минутку поговорить вместо Виктора. — Невкусная Эллисон скорчила странную гримасу, которую дракон счел отличной имитацией пессимизма своего Визиря. — Это невероятно опасно! Вы не можете смешивать камни силы противоположных элементов!

Поразмыслив, Вайнкер признал, что она права. Не следует смешивать золото и серебро. — Добавь золотых, — приказал дракон Трупоторговцу Жюлю. — Те, что с идеальным цветом.

— Камни [Света], Ваше Величество?

[Свет]? Ах, это была та стихия, которой владела проклятая фейри! Конечно, она испортит все золотое в мире!

Вайнкер обдумывал, какой элемент добавить к своему дыханию, пока на ум не пришла одна кандидатура. — Нет, — он передумал. — Добавь [Мороз].

— Отличный выбор, — похвалил Трупоторговец Жюль. —Это покроет вашу зависимость от [Огня].

И пусть соперник Вайнкера хоть немного отомстит ему из могилы.

Наконец, Трупоторговец Жюль добавил камни в смесь. Дракон схватил бочонок и на глазах у обеспокоенных миньонов. выпил все его содержимое

Полный энергии, дракон взглянул на бесконечную пустыню, выпятил грудь и показал мускулы. Он чувствовал, как в его животе смешиваются камни и наркотики, превращаясь его желудком в абсолютное оружие масс-

Проверка Живучести…

Провал!

— Что?! — огрызнулся Вайнкер на Систему за эту очевидную ошибку.

Вы страдаете от [Нестабильной Магии] в течение двадцати четырех часов! Ваша магия и дыхание будут вести себя хаотично!

Как-то странно?

Это не казалось таким уж неуправляемым…

Когда Камилла телепортировала их в жилище Сэн, Виктор едва сдержал рвоту. Это место провоняло алкоголем и соленой водой!

Причина была в том, что он плавал в них обоих.

Как и подобало ее портфолио, царство Сэн было подводным баром под волнами. Декорации напоминали Виктору затонувший корабль с рыбами, плавающими в дыре в потолке. Медузы давали свет, а механический осьминог выполнял роль бармена, подавая богине-русалке солнечные коктейли. Оставалось загадкой, каким образом содержимое не всплывало.

Что касается самого Виктора, то у него не было проблем с дыханием или плаванием. Вода казалась невесомой и имела вкус соленого пива, в то время как его огненная броня выпускала вокруг него пар.

— Это недостойно вашего божественного положения, Сэн! — Виктор заметил спорящего с Сэн огненного человека, мраморного короля с короной из пламени и солнцами вместо глаз. Сэн сидела возле карты на стойке, мужчина стоял. — Оба проклинают моего избранника за ничтожную ошибку и угрожают утопить его страну!

— Н-ничтожную? — пожаловалась русалка-осьминог, покраснев от гнева. Она казалась совершенно пьяной. — А как бы ты отреагировал, если бы избранный Десджестера проигнорировал твою божественность?!

— Я бы проигнорировал его, но не опустился до такого уровня ребячества. — Огненный король, казалось, был готов продолжить спор, когда внезапно заметил вновь прибывших, и пристально посмотрел на богиню нежити. — Камилла.

— Митра.

Вы получили тяжелые повреждения [Молнией].

Виктор почувствовал явное напряжение между этими двумя, особенно когда богиня лицемерно улыбнулась. — Все еще борешься с уничтожением Ночных Земель?

— Все еще пытаешься сдвинуть с мертвой точки свою бессмертную революцию? — спокойно ответил солнечный бог, хотя Виктор чувствовал, что за этим стоит явная враждебность. Действительно, неудачный разрыв.

— Виктор, пожалуйста, оставь нас, — сказала Визирю богиня-покровительница, и ее рука коснулась его плеча, как когти охотящегося ястреба. — Надеюсь, ты будешь защищать свою подругу лучше, чем ее божество-покровитель.

Визирь мудро и молча оставил двух враждующих божеств позади и подошел к Сэн. Как только он это сделал, они начали яростно спорить; русалка подняла руку, и оскорбления каким-то образом заглушились фоновым шумом.

— Хм… Привет? — Сказал Виктор, садясь рядом с Сэн.

— Виктор! — ответила она, явно счастливая его видеть. — Мой защитник! Ты один никогда не сомневался в моей божественности!

На самом деле, Визирь сомневался в этом, но, в отличие от Киа, он потрудился проверить, прежде чем сделать комментарий. Не то чтобы он упомянул об этом вслух. — Благодарю вас за аудиенцию, Леди Сэн.

— Как же я могла отказать? Ты и Вайнкер среди моих любимых смертных! Вы покончили с рабством в Новом Свете, направо и налево сокрушили феодальные правительства и даже завершили первое мировое турне по Аутремонду!

О, все может пойти лучше, чем он ожидал! — Если так, то не могли бы вы…

— Я знаю, почему ты здесь, Камилла мне сказала, — ответила Сэн, стараясь говорить с достоинством. — Только тот, кто способен распознать мое величие, может проявить достаточно заботы, чтобы защищать эту грешницу.

Я тут ради команды, Киа, подумал Виктор, явно не впечатленный. Я делаю это для тебя.

— Но я поклялась, что потоплю ее страну за ее богохульство! — Богиня показала ему карту, указывая пальцем на восточную страну, — Я не монстр, так что я на самом деле не утоплю, не утоплю ее. Просто выпущу небольшой поток в середине. Никто не умрет!

Визирь нахмурился. — Она не оттуда.

Сэн помолчала. — Ч-что ты имеешь ввиду?

— Вы указываете на Империю Эверсун, а Киа из Гардмейна, — сказал Виктор, указывая пальцем на карту. — Это не та страна.

Сэн ничего не ответила. Ее рука потянулась за коктейлем, и она проглотила его так же, как Вайнкер поглощал непослушных слуг.

— Кроме того, она — реинкарнированный человек с Земли, — добавил Виктор, вспомнив свои немногочисленные беседы с [Паладином]. — По-моему, она родилась в Эфиопии, а потом переехала в Великобританию. Так что, технически, если вы хотите потопить ее страну происхождения-

— БВАУХА!

Виктор от неожиданности отступил на шаг назад, когда Сэн внезапно разрыдалась.

— Я облажалась! — она плакала на собственных руках, уткнувшись лицом в прилавок. — Я опять облажалась! Во-первых, они запретили мне сидеть за столом после того случая с морем виски, а теперь еще и это!

— Все… все в порядке, — попытался успокоить ее Виктор, положив руку ей на плечо. — Ошибки случаются даже у богов.

Проверка Харизмы…

Провал!

Что?!

— Даже смертные жалеют меня! — закричала Сэн еще громче, а осьминог-бармен сразу поставил бутылку пива на расстоянии вытянутой руки от богини. — Я — богиня… богиня! Почему меня никто не уважает?

… она была тщеславна.

Внешне царственная и уверенная, но неуверенная внутри; она не хотела жалости или сочувствия. К счастью, если приключения Виктора в Аутремонде и научили его чему-то, так это тому, как обращаться с такими величественными созданиями.

— Я имел в виду, что такой поступок вполне объясним, Ваше Благочестие. Вы действуете на уровне, слишком высоком для понимания смертных.

Льстить ей до смерти!

— В-ваше Благочестие? — Сэн подняла голову, в ее голосе звучали одновременно радость и смущение.

— С большой буквы, — весело ответил Виктор. — Ваши фанаты могут заметить разницу.

Проверка Харизмы прошла успешно! Ты польстил самолюбию Сэн!

— Я имею в виду, что вы контролируете все моря Аутремонда, миллионы, миллиарды существ! Как можно ожидать, что вы вспомните страну происхождения одного смертного, когда решаете судьбу мира?

— Т-ты говоришь это только для того, чтобы я почувствовала себя лучше, — неуверенно ответила она.

— Но разве это становится менее правдивым? — Ответил Виктор, зная, что она действительно хочет больше похвалы, а не меньше. — Если я напоминаю вам о ваших исключительных успехах, то это что, лесть? Или история?

Проверка Харизмы прошла успешно! Это было не очень трудно!

— Вы богиня или нет? — Визирь продолжал соблазнять рыбу своей приманкой.

— Да, но… я не помню, как я ею стала, — смущенно призналась Сэн. — Я была пьяна, когда поднималась.

— Неужели? — Виктор удивленно заморгал. — Это еще более удивительно.

— Р-реально? — Сэн растерянно на него посмотрела. — Каким образом?

— Ага, значит, вы даже не пытались! — Искренне сказал Виктор. — В моем случае я обрушил Небеса, когда пил грибное вино. Я думал, что облажался, и я это сделал… но оглядываясь назад, я также горжусь собой.

— Что?!

Каким-то образом потрясенный голос Митры эхом отозвался в фоновом шуме Сэн. Визирь изо всех сил старался не обращать на него внимания и сосредоточиться на русалке.

— Да, я имею в виду, — Виктор перевел дыхание. — Разве это не впечатляет, что я случайно преуспел, за одну ночь и совершенно один, там, где вся Хэппилэнд проваливалась веками? Представьте, если бы я не был под кайфом. Это была бы настоящая бойня!

— Да! — Сэн сжала кулак. — Я тоже стала богиней, совершенно того не желая!

— И разве это не впечатляет, когда другим, чтобы сделать то же самое, потребовались столетия усилий? Да, они усердно трудились, но вы, ваше благочестие? Все дело в таланте.

Проверка Харизмы прошла успешно! Ты поцеловал задницу Сэн, и ей это понравилось!

Ей это очень понравилось!

— Ты прав, — поняла Сэн, и ее жалость к себе сменилась энтузиазмом. — Я богиня, нравится им это или нет. Я не должна в себе сомневаться.

— Да, — согласился Виктор. — И именно поэтому я пришел просить ее благочестие, чтобы она смилостивилась над одним из ее тайных поклонников.

[Жнец] чувствовал, как его спину сверлят горящие глаза, но он игнорировал это в пользу миссии.

— Киа молилась тебе с конца Столетней Войны, — возразил Виктор. — Когда она взяла бутылку, чтобы утопить свое горе, ты думаешь, она искала наставления Митры? Нет. Когда она смотрела на дно своего бокала, она искала вас, Ваше Благочестие. Вас.

— Это просто смешно! — Виктор услышал, как вслед за ним крикнул Митра, но Камилла тут же втянула его обратно в их ссору. Визирь смутно слышал, как она угрожала убить вампирским сифилисом тысячу [Паладинов], и еще немного после этого.

— Я… — теперь Сэн явно смутилась. — Когда ты так говоришь, то это очень подло с моей стороны.

— Я уверен, что она может пойти на квест, чтобы показать, как ей жаль, — мягко сказал Виктор.

— Может быть, мы обсудим это на заднем дворе? — сделала предложение Сэн. — У меня есть телевизор, и почти пришло время для последней серии «Грандрейк, Охотник на Принцесс».

Сердце Визиря екнуло. — Настоящий телевизор? — Он не видел ни одного с момента своего перевоплощения!

— Да! Я получаю все каналы Земли, и могу смотреть на большую часть Аутремонда! За исключением областей, которые блокируют другие боги. — Она стала раздраженной. — Чертовы зашифрованные каналы.

— Знаете что? — Сказал Виктор, когда бармен подал ему коктейль, а Камилла и Митра все еще угрожали друг другу священными войнами. — Это будет очень приятно.

Тяжело дыша, Вайнкер поднял руки и в шестидесятый раз пустил в ход свою магию. — [Терраформирование: Суша]!

Под ногами его и его миньонов по пустыне распространилась его сила, но, вместо зеленой травы, песок превратился в яркий, разноцветный сахар. Слева показался холмик сливок, справа-шоколадное озеро. По всей земле, рядом с лакричными деревьями и булыжниками торта, цвели леденцовые цветы.

За несколько секунд площадь превратилась в рай для пекарей.

Вы превратили поле [Пустыня] в поле [Сладкая страна]! Вы увеличили местные показатели [Диабета]!

Кулинарные способности будут значительно улучшены-

— Ну, почему?! — Пожаловался Вайнкер, прерывая сообщение. — Как это все время происходит?!

Он в течение нескольких часов пытался сделать пустыню зеленой, но только для того, чтобы сделать ее разноцветной!

Дракон окинул взглядом позади себя прежний трансформированный ландшафт — лоскутное одеяло плавучих островов, снежных гор, подземелий из металлической фольги и прочих аберраций. Хуже того, ему ни разу не удалось создать золотую страну, достойную его правления!

— Очевидно, [Нестабильная Магия] Вашего Величества создает поля наугад, — объявила Невкусная Эллисон, поворачиваясь к остальным миньонам. — У нас было до сих пор, сколько, тридцать различных типов полей?

— В общей сложности у нас есть четыре [Затерянных Леса], три [Кристаллических Пещеры], одно [Магическое Озеро], два [Плавающих Острова], одна [Фабрика Снаряжения], два [Онсэн], один [Могильный Каньон]… — Вкусный Малфи продолжал читать список, радуясь следующему пункту, — одно [Демоническое Святилище]!

— Мы все еще не уверены, как работают узлы [Космическое Пространство] и [Аутрелун], — добавил Трупоторговец Жюль.

— Ваше Величество, так больше продолжаться не может, — возразила Невкусная Эллисон. — Местный климат будет в полном хаосе!

— А Роло доволен этим, — ответил фермер, он открыл сахарную землю и обнаружил, что внутри нее растет моти. — Роло может обрабатывать эту землю!

— Наши граждане приветствовали бы больше типов окружающей среды, — сказал Трупоторговец Жюль. — Но я согласен с Элисон. Добавление такого количества различных полей рядом друг с другом создаст экологические проблемы в будущем.

— Я не остановлюсь, — решил Вайнкер. — Я сказал, что не остановлюсь, пока не вышвырну пустыню из своей империи, и я не пойду на компромисс!

Даже перед лицом такого количества тортов!

— Ваше Величество, я понимаю ваши чувства, честное слово, — продолжала спорить Невкусная Эллисон. — Но что произойдет, если [Кислотное Озеро] вызовет ядовитый дождь, распространяющийся через [Рай Слизи] и [Фабрику Снаряжения] поблизости? Мы не можем контролировать всю экосистему!

— Человечек Виктор может, — ответил дракон, доверяя своему главе персонала справляться со скучными миньонами. — Он это сделает.

— О, хорошая идея, — кивнул Трупоторговец Жюль. — С его уровнями [Синоптика] он мог бы создавать магические погодные условия.

— Но [Контроль Погоды] имеет только ограниченную продолжительность, — указала Эллисон.

— Нет, если будут применены [Постоянные Чары], — ответил упырь. — Он должен быть достаточно высокого уровня, чтобы их скастовать.

— Именно так наши Корпоративные Лорды скрывали изменение климата, — добавил Малфи.

— И еще раз, я хочу напомнить всем, что нет никаких научных доказательств того, что высвобождение некротической магии в атмосфере отрицательно влияет на окружающую среду, — сказал Трупоторговец Жюль.

Дриада подняла палец, опустила его и вдруг поняла, что с логикой Вайнкера спорить нельзя. — Высокоуровневая магия абсурдна.

— Вселенная подчиняется моей императорской воле! — громко объявил дракон, проглотив свой [СПероидный] бочонок и вытерев рот. — Дальше!

Виктор так скучал по телевизору… А у Сэн был полноразмерный плазменный экран!

«…и вот почему ни один Охотник на Принцесс не отправляется на охоту на холодный север без камуфляжа,» — объяснил Грандрейк за ширмой, он, скрываясь под покровом снега, следовал за группой гигантов. Почему дракон разговаривал сам с собой, оставалось загадкой, но это делало телевизор хорошим. — “Если я сделаю неверное движение, они заметят мое теплое дыхание и нападут. Ибо ледяные великаны-принцессы наполовину рыцари, наполовину великаны… но стопроцентны епринцессы!”

— Ого, я и не думал, что в этом мире вообще существуют ледяные великаны, не говоря уже о принцессах, — заметил Виктор, деля диван с Сэн. Оба склонились над ним, как пара нерях, со стаканом спиртного в руке и остатками пиццы с рыбой в углу комнаты.

— Демократическое изменение климата разрушило их естественную среду обитания, — сказала Сэн.

— Но разве вы не богиня революций и свободы? — С любопытством спросил Виктор. — Почему вы смотрите передачу о спасении устаревших монархий от вымирания?

— Предосудительное удовольствие, — призналась Сэн. — Я ненавижу дворян, поэтому мне нравится смотреть, как Грандрейк их ловит.

— А ты знаешь, что Вайнкер спас меня от большей части его нынешнего «заповедника дикой природы»? — Виктор улыбнулся. — Он положил их в мешок, как конфеты!

— Мешок? — Сэн расхохоталась.

— А потом он попытался вызвать драконьего ветеринара!

Оба обменялись своими диковинными историями о своих приключениях в Аутремонде, от побега Виктора из дома Лоли до помощи Сэн инопланетянам после аварии НЛО. — … и он попытался возместить ущерб ракушками!

— Неужели? — Виктор не мог удержаться от смеха. — Это же смешно!

— Да, город никогда не был прежним после того Мексиканского противостояния с Молниевой Пушкой, — сказала русалка. — Я думаю, именно там Лунный Человек получил часть своего портфолио, посвященную Хаосу. Затем был большой столб света и пуф, он в Валгалле.

— А он был достаточно высоко, когда вознесся? — Спросил Виктор, глядя в свой бокал с коктейлем, и Сэн кивнула, сдерживая слезы веселья. Черт, по сравнению с этим его собственное наркотическое путешествие выглядело сдержанным. — Кроме того, алкоголь работает? Я должен быть невосприимчив к этой дряни.

— Только не в моем планарном царстве! — Богиня и Визирь подняли тосты. — Где, черт возьми, ты был, лучшая слизь?

— Хэппилэнд, — ответил Виктор. — А где была ты, лучшая русалка?

— Ну же, не будь продажной девочкой, — рассмеялась она, но тут же погрустнела. — Я ничего не понимаю. Как другие боги получают так много хороших последователей, чтобы с ними тусоваться?

— Что вы имеете в виду? — Виктор нахмурился, — разве вы уже не супер популярны?

— Нет, я как раз перед Сабларом и Лунатиками и связана с Изенгрим! — Проворчала Сэн. — Да, Камилла сексуальна и задумчива, с этим ее внешним очарованием, но давай, возьмем Митру? У него не задница, а копье! Так почему же все двуногие его любят?

— Ну, нужно Митре отдать должное, — сказал Виктор, хотя и сомневался, что они когда-нибудь поладят. — Он появился, чтобы лично защищать одного из Избранных, когда у него, вероятно, есть дюжина более важных задач. Я не помню, чтобы Дайс когда-нибудь делал то же самое для меня.

Может быть, он был суров и жесток, но Митра явно заботился о том, чтобы помогать людям. Виктор это уважал.

— Я тоже пытаюсь помочь! — Пожаловалась Сэн. — Я пытаюсь, но всегда облажаюсь!

— Ваше благочестие, — сказал Виктор, поняв ее проблему. — Вы не можете заставить людей поверить в тебя, если сначала не поверите в себя сами.

Она посмотрела на него так, словно он небрежно поведал ей древнюю вселенскую тайну.

— Что вам нужно, ваше благочестие, так это, чтобы кто-то постоянно напоминал вам, как вы удивительны и заботливы, — сказал Виктор, вспомнив урок Вайнкера о воспитании юных драконят. — Пока величие не станет для вас второй натурой. Вы «облажались», и я использую этот термин свободно, потому что вы верите, что так и будет.

— Но-

— Ваше Благочестие. — Он поставил стакан на диван, взял ее руки в свои и посмотрел ей прямо в глаза. — Верьте в себя… ибо я верю в вас.

Она так покраснела, что он почти мог видеть исходящий от ее лба пар.

Проверка харизмы прошла успешно!

Каково это на вкус — лизать сапоги? Потому что у нее восемь ног!

— Виктор… — Сэн замолчала, и одно из ее щупалец коснулось его бедра.

Если она спросит » Тебе нравится Хентай?», я телепортируюсь.

— Хочешь быть моим пророком?

О, спасибо Дайсу! — Да! — поспешно ответил Виктор, пока она не передумала и не попросила чего-нибудь непристойного; он был достаточно пьян, чтобы согласиться на эту работу. — Но, откровенно говоря, я уже служу половине пантеона и Вайнкеру.

— Я знаю, быть пророком, это все равно, что быть закадычным другом, — сказала Сэн, очевидно, слишком пьяная, чтобы осознать бесчувственность своих слов. — У тебя большой опыт!

Он почувствовал, как что-то обожгло его бедро в том месте, где Сэн его коснулась. Возможно, новый символ.

Он почувствовал, как что-то обожгло его бедро в том месте, где Сэн его коснулась. Возможно, новый символ.

Поздравляю! Вы заработали личный Перк [Избранный Сэн].

[Избранный Сэн]: Когда вы повышаете уровень, у вас есть дополнительный 10-процентный шанс получить очко Мастерства или Ловкости. Вы можете дышать и выживать под водой, и вы всегда получаете бонусы водной местности; вы невосприимчивы к негативному воздействию алкоголя на здоровье, но можете напиться.

Черт возьми. Он стал профессиональным лакеем.

— Твоя первая миссия будет заключаться в наблюдении за искуплением Киа Бекеле, согласно догматам моей веры, — сказала Сэн, пытаясь говорить как достойное, всепрощающее божество, но совершенно не преуспев в этом. — А потом ты будешь напоминать всем, что я великая и заботливая богиня, пока я сама в это не поверю.

— Я так и сделаю, — сказал Виктор, принимая это как плату за снятие проклятия Киа.

Кто-то постучал в дверь телевизионной комнаты. Судя по голосу, это была Камилла. — Виктор!

— Да, вампирская Мама?

— Мы уходим! — Должно быть, она, наконец, перестала спорить с Митрой.

— Можно мне сюда приходить? — Спросил Виктор у Сэн. Он был бы не прочь почаще встречаться с русалкой; она была очень веселой, и у нее был телевизор.

— В любое время! — Ответила Сэн и переключила каналы.

Виктор подошел к двери и увидел, что Камилла и Митра ждут его с другой стороны. Бог справедливости оставался неподвижным, как статуя, а покровительница [Жнецов] скрестила руки на груди и выглядела готовой убить кого-нибудь на месте.

— Ты продвинулся в деле твоего друга [Паладина]? — спросила она Виктора.

— Да, — сказал он. — У меня есть полномочия решить это дело.

— Хорошо, — ответила Камилла, свирепо глядя на Митру. — По крайней мере, мой избранник выполнил свою работу.

Виктор искренне надеялся, что его дружба с Киа никогда не пойдет по тому же пути, что у этих двоих.

— Спасибо, — сказал бог справедливости Виктору, игнорируя Камиллу. — Я благодарен вам за ваше доброе дело.

— Я получу от этого какой-то Перк? — спросил Визирь, испытывая судьбу.

— Ты уже его получил, — ответил Митра, прежде чем телепортироваться. — Не жадничай, когда поступаешь правильно.

Что ж, теперь Виктор был наполовину драконом. Жадность была частью этого пакета.

— И он удивляется, почему я его бросила, — сердито ответила Камилла, и махнула рукой. В мгновение ока Виктор снова оказался в лаборатории карманного измерения, где его [Двойник] возился с Гербом Души.

— Ты в порядке? — спросил Визирь темную эльфийскую богиню, чувствуя ее гнев и разочарование.

— Нет, — ответила она, быстро меняя тему разговора. — Виктор, у тебя бьли Грандрейк и расслабление с Сэн?

— Мы смотрели документальный фильм, но нет, мы не расслаблялись таким образом.

— Хорошо, потому что, даже если я и ценю тебя, я не пойду туда, куда Сэн пошла первой. У меня есть стандарты, и мне нужно выпустить пар прямо сейчас.

Визирь замер. — Что это значит?

Камилла посмотрела на Виктора, потом на операционный стол лаборатории, потом снова на него.

[Герпес], [Сифилис] и [Бородавки Суккуры] отменяются [Избранный Кибелой]. Внимание: вы получили суперэффективный урон от потери крови! Ваши Очки Жизни упали ниже одной трети!

Поздравляю! За ваши подвиги очарования вы заработали четыре уровня в [Дьявольский Повеса]! Вы заработали Перки [Проклятие Диармуида] и [Магия Эмоций I].

+120 Очки Жизни, +10 Специальные Очки, +4 Жизнестойкость, +2 Мастерство, +4 Ловкость, +3 Интеллект, +8 Харизма, +1 Удача!

[Проклятие Диармуида]: техника, 60 СП. Вы можете заставить свое обнаженное лицо стать проклятым на пять минут, что проявляется как пятно на вашей щеке. В течение этого времени любой, кто смотрит на ваше лицо, должен преуспеть в проверке Харизмы или станет одержимым вашим лицом, отбросив все, чтобы только на него смотреть. Это эффект [Проклятия], который будет воздействовать на жертву до тех пор, пока она не будет снята магическим образом.

[Магия Эмоций I]: Вы можете изучать и применять заклинания уровня I; кроме того, вы можете изучать заклинания с дескрипторами [Разум] или [Эмоция], даже если у вас нет доступа к их соответствующей специализированной школе. Это складывается с другими перками доступных уровней, которые вы можете получить от других классов.

Уже давно наступила ночь, и проклятая Луууна поднялась в небо, когда Вайнкер пустил в ход свою магию… в сотый раз?

По правде говоря, он сбился со счета.

— [Терраформирование: Суша]!

И снова пустыня подчинилась его воле, вплоть до каменного берега, отделяющего ее от моря. Песок был покрыт слоем мха, а вокруг росли гигантские грибы размером с деревья и дома.

Вы превратили поле [Пустыня] в поле [Грибной Лес]!

[Растительные] существа получат повышение всех характеристик, эффекты [Растение] и [Яд] будут значительно усилены. Физические недомогания будут длиться вдвое дольше.

— Дальше, — объявил Вайнкер, недовольный тем, что он еще не создал поле [Золотая Ферма].

— Ваше Величество, следующего нет, — ответил голем Роло.

— У меня осталось достаточно энергии, — гордо заявил дракон.

— Ваше Величество, следующего нет, — повторило существо из фольги. — Это был последний клочок пустыни в Ишфании. Мы достигли границы.

Его подруга-дриада смотрела на океан со странным, безмятежным выражением лица. — Дело сделано, — сказала она, чувствуя тяжесть собственных слов. — Дело сделано.

Вайнкер перевел дух, поднял руки и прокричал в море незыблемую истину:

— ВАЙНКЕР ЛУЧШИЙ ДРАКОН!

Поздравляю! За то, что вы самостоятельно, за один раз, изменили всю Ишфанию, вы заработали четыре уровня в [Геомант]! Вы заработали классовые Перки [Терраформирование: Немагические Ландшафты] и [Чудо Природы].

+120 Очки Жизни, +80 специальные Очки, +3 Мастерство, +2 Ловкость, +4 Интеллект, +3 Харизма, +1 Удача!

[Терраформирование: Немагические Ландшафты]: 50 СП в радиусе пятидесяти метров. Вы можете постоянно терраформировать область вокруг себя в следующие [Поля]: [Лес], [Болото], [Пустыня], [Холм], [Снежная Страну], [Равнина], [Тундра], [Скальная Гора], [Ледяная Гора], [Вулкан], [Берег Моря], [Озеро], [Цветочный Сад], [Каньон] и [Оазис]. Вы должны быть на земле, чтобы активировать этот эффект. Это заменяет [Терраформирование: Суша].

[Чудо Природы]: техника, 100 СП. Вы можете использовать окружающую природную энергию, чтобы увеличить на два уровня все ваши характеристики и вылечить любое, влияющее на вас физическое заболевание. Чтобы активировать эту технику, вы должны быть на земле на естественной почве.

Благодаря вашим уровням в [Геомант] и [Селекционер Подземелий], вы можете объединить оба класса в престижный класс [Король-Рыбак]!

— А где остальные мои миньоны? — спросил дракон, поскольку упырь и демон исчезли. Его раздражало, что только двое из его лакеев были свидетелями его триумфа.

— Малфи заснул, а Жюль обновляет карту страны, — ответила Эллисон. — У него впереди много работы.

— Работа Акхенапепа в Ишфании отменена, — сказал Роло, глядя на далекую землю за морем. — Другие страны остаются покрытыми песком Саблара, но сегодня? Сегодня мы хорошо послужили богине.

— Я перевоплотилась, чтобы восстановить тебя и эту землю, Роло, и половина работы уже сделана, — ответила Эллисон со слезами на глазах. — Прости, это… для меня это действительно эмоциональный момент.

— Плачь слезами радости, мой слуга, — разрешил ей Вайнкер. — Сегодня я исполнил твое желание. Ибо я добр и великодушен.

В конце концов, он плюнул в глаз этому червю Саблару и превратил свою империю в место, где все существа могли жить, чтобы ему служить.

Но словно для того, чтобы испортить ему настроение, на горизонте собрался накрывший море шторм. Дракон приготовился снова похвалиться, но вдруг понял, что облака летят прямо на него.

— Это не естественный шторм, — понял Вайнкер, когда давление в воздухе усилилось. Он сразу понял ситуацию. — Миньоны, прячьтесь.

— Но-

— Прячьтесь, — более твердо ответил дракон, и голем с дриадой отступили. Невкусная Эллисон слилась с гигантским грибом, спрятавшись внутри растения, а Роло двинулся за него. Вайнкер отказался выделять средства на оживление миньонов

Вскоре после этого дракона окружила стая крылатых фальшивых принцесс, возвещая о прибытии своего гигантского вождя. Фоморский титан смотрел на дракона со спины своего летающего коня.

— Проклятие Драконов. — Вайнкер посмотрел на него сердитым взглядом.

— Рыцареубийца, — ответил король Вотан, и его копье сверкнуло дикой молнией. — У тебя есть десять минут.

— Мне понадобится меньше десяти минут, чтобы уничтожить тебя, Вотан! — Воскликнул Вайнкер Рыцареубийца, угрожающе расправляя крылья.

—Похоже, ты забыл, чем закончились наши последние физические встречи, — ответил повелитель бурь, едва сдерживаясь. —Ты бы погиб в этом кратере, если бы в последнюю минуту тебя не спас твой слуга. Хотя я приветствую возможность свести наши счеты, я здесь, прежде всего, для того, чтобы сдержать свое слово.

— Твое слово? — спросил дракон, удивленный тем, что за этим не последовало никакой молнии. Король Вотан никогда не говорил долго и всегда сражался до победного конца. Так почему он остановил свою руку на этот раз? — Чего стоит слово фейри?

— Клятву, однажды данную, я никогда не предам, — ответил Король Вотан, и один из его крылатых союзников, как ворона, приземлился ему на плечо. — Хотя я и не давал клятвы сам, твой «главный миньон» согласился освободить душу моей Валькирии Сигрун, если я поклянусь говорить мирно в течение десяти минут. Сейчас девять, я бы сказал.

Что это за вздор? Человечек Виктор никогда бы не стал действовать за спиной своего друга.

Вайнкер на мгновение задумался, не был ли это волшебный трюк, но не увидел в нем никакой пользы. Если уж на то пошло, то фоморы зря потратили время на потенциальную внезапную атаку.

Проверка Интеллекта прошла успешно.

Если только… может быть, это был трюк со стороны Человечка Виктора, чтобы им было легче победить фейри. Он всегда был хитер.

— Миньон! — взревел Вайнкер. — МИНЬОН! ВЕРНИСЬ СЮДА!

Отвечая на его зов, Человечек Виктор телепортировался прямо перед своим повелителем драконов.

И что это была за сцена! Его миньон сбросил одежду, чтобы упиваться драконьей наготой, а из двух дырок на его шее обильно капала кровь. От него пахло летучими мышами и диким размножением.

— ЭКСКАЛИБУР! — крикнул он с блаженным лицом, ползая на четвереньках с двумя поднятыми хвостами — длинным драконьим и крошечным человечьим.

Собравшиеся погрузились в молчание, и блаженство на лице человечка сменилось стыдом.

— [Экстренный Телепорт]! — Крикнул Друг Виктор, касаясь руками талии. — Черт возьми, мои вещи!

— О боже… — пробормотала одна из валькирий, и несколько летающих принцесс зачарованно уставились на нижние части тела Человечка Виктора. Вайнкер также заметил, что из гигантского гриба выглядывают глаза Невкусной Эллисон.

— Я вижу, что твой раб достиг уровня [Берсерка], — задумчиво произнес Король Вотан. — Отличная стратегия.

— [Золотые Панталоны]! — Человечек Виктор произнес заклинание, и на нем появились золотые штаны твердой магии, защитив его маленький хвост. — Ваше Величество, пожалуйста, в следующий раз сделайте сначала предупреждение!

— Миньон, я тоже голый, и ты не видел, чтобы я устраивал из-за этого сцену, — с величайшей мудростью ответил Вайнкер.

Его друг открыл рот, закрыл его, затем посмотрел на своего повелителя дракона новым взглядом. — Ваше Величество обнажены, — пробормотал он. — Ваше Величество все это время были голым.

— Миньон, я всегда был голой силой, — ответил Вайнкер.

— Да, я знал, но не понимал.

— Миньон, мы, драконы, не стыдимся выставлять напоказ перед всеми свою природную красоту. Это вам, человечкам, нужно прятать свою неуверенность под одеждой.

— Семь минут, — сказал Вотан, размахивая копьем и начиная терять терпение. — Говори или дерись.

— Миньон, — сказал Вайнкер своему главе персонала. — Фейри делает вид, что ты заключил с ним сделку, чтобы освободить на время одну из его ложных принцесс.

— Формально, я разговаривал только с Валькирией, но… — Человек Виктор, глядя на Вотана, поднялся на ноги, а затем посмотрел на самого Вайнкера. — Ваше Величество доверяет мне в этом вопросе?

— Друг Виктор, теперь ты должен знать ответ на этот вопрос. Ты — мой самый ценный компаньон, и я тебе безоговорочно доверяю.

Если бы у него была какая-то идея, то Вайнкер поддержал бы ее или, по крайней мере, оправдал сомнения.

— Благодарю вас, — поклонился Человечек Виктор и повернулся к фомору. — Лорд Вотан, я просил вас поговорить с нами перед боем, потому что считаю, что нам вообще не нужно сражаться.

Заявление удивило Вайнкера почти так же, как и Вотана. Неужели он ожидал, что фомор станет миньоном? Если так, то он ошибся.

— Вы напали на нас, чтобы предотвратить войну, — возразил глава персонала. — Потому что вы верили, что Ваше Величество представляет собой величайшую угрозу для вашей расы.

— Да, — ответил Вотан.

— Так и есть! — хвастался Вайнкер.

— Нет, это не так! — выкрикнул Человечек Виктор, к большому удивлению обоих титанов. — Самая большая угроза для фоморов — это сами фоморы!

Король Вотан хранил полное молчание, но над Человечком Виктором навис его единственный глаз. Вайнкер приготовился наброситься на фомора, если тот сделает хоть малейшее угрожающее движение в сторону его человечка.

— Это вы, фоморы, ведете бессмысленные, дорогостоящие войны с людьми, драконами, со всеми, кто не принадлежит к вашей так называемой ”расе господ», — сказал Человечек Виктор. — Конечно, народы нашего мира часто ссорятся, но разумные виды умудряются веками жить в мире. А почему бы и не фоморам?

— Лев не заключает мира с овцами, — ответил Король Вотан. — Таков закон природы.

— Вы ошибаетесь. Львы должны убивать, чтобы есть. Но вам не нужно убивать или нападать на другие расы, чтобы выжить. Вам вообще не нужно убивать! Дело в том, что единственное, что поддерживает этот цикл разрушения, это ваше социопатическое эго! — Лицо Короля Вотана оставалось ледяной маской. — Вам нужны доказательства? Один из ваших родственников снимает в Мурмурине чертову комнату, пока мы тут разговариваем!

— Что? — Вайнкер свирепо посмотрел на своего миньона, возмущенный тем, что фейри устроил свое логово рядом с его собственным.

— Джек — живое доказательство того, что наши виды не должны убивать друг друга, — продолжал Человечек Виктор. — Может быть, Гербы Душ и были порождены великим злом, но они даровали вам добрые души. Они наделили фоморов способностью меняться, учиться, заботиться; мы видели это в вулкане.

Валькирия на плече Вотана неловко пошевелилась, в то время как остальные двинулись, чтобы защитить своего хозяина. Вайнкер не мог не видеть в них отражение своих собственных миньонов.

— Все, о чем я вас прошу, Король Вотан, это чтобы вы поразмыслили о своих старых обычаях и подумали, какую пользу они принесли твоей расе.

— Новый Народ завоевал земли, принадлежавшие моим сородичам, — сказал Король Вотан. — Они продолжают это делать.

— Потому что вы продолжаете пытаться вернуть утраченную славу, вместо того, чтобы признать, что мир изменился, — ответил Человечек Виктор. — Вы можете заключать договоры с другими расами и королевствами. Разделите мир по справедливости. Или вы можете продолжать эту вечную войну и видеть, как ваши королевства сокращаются столетие за столетием.

— Клан Мелл никогда не остановится, — сказал Король Вотан. — Возможно, ты и прав, мудрый человечек, что наш вид мог бы сосуществовать, но королева фейри никогда не станет слушать. Она убьет или будет убита.

—Тогда покончите с этим психопатом, — сказал Человечек Виктор. — Мы видели, как вы действовали в вулкане. Вам было не все равно. Вы заботились о ком-то менее сильном, менее могущественном, чем вы сами. Мы убили многих из них; вы хотите потерять еще больше?

Валькирии с вызовом подняли копья, но Вотан, останавливая их, поднял руку. — Я дал клятву, — напомнил он.

— Вы обещали королеве фейри принести голову Его Величества, — сказал Человечек Виктор, — Но никогда не обещали отделять ее от тела. Я говорю, что вы сдержите свое слово до последней буквы.

Хотя он никогда бы не заподозрил своего друга в измене, Вайнкеру пришлось дважды подумать о его предложении.

Проверка Интеллекта прошла успешно!

— О, блестящий миньон! — ухватил мысль Вайнкер. — Он должен привести меня к этой фальшивой змеиной мерзости, чтобы я мог ее уничтожить!

Единственный глаз Короля Вотана сузился. — Это нарушает дух моей клятвы.

— Но уважает букву и позволяет тебе от всего этого уйти. Если повезет, мы даже сможем уничтожить Одиуз до конклава, и эта бессмысленная война закончится прежде, чем начнется.

— Конклав? — Лордь Фомор опасно напрягся, его пальцы затрещали молниями. — Рыцареубийца, что ты наделал?

— Твои собратья-фейри пролили кровь драконов, чтобы привести в действие свои Гербы, — угрожающе прошипел Вайнкер. — Виновные познают огонь и гнев.

Мысль о войне драконов и фейри, казалось, разрывала сердце Вотана на части. С одной стороны, Проклятие Драконов заслужил свой титул и жаждал конфликта, достойного его мастерства; но Вайнкер также заметил в его взгляде намек на беспокойство. Его терзало сознание того, что его раса, которой угрожала опасность, вполне может вымереть.

— Ваше Величество, — произнесла Валькирия, обращаясь к своему господину. — Отметка в десять минут уже прошла.

Лорд фоморов не стал нападать. Вместо этого он повернулся к Вайнкеру. — Лорд Рыцареубийца, ваш слуга изложил свою точку зрения. Что вы можете сказать по этому поводу?

Вайнкер задумчиво обдумал этот вопрос.

Он был так же удивлен, как и драконоубийца, когда Человечек Виктор изложил свою точку зрения. Они обсуждали возможность заключения мира с фейри.

Прежний он, завоевавший эту землю ради более крупной сокровищницы, счел бы это предложение жалкой мечтой и пустой тратой времени. Новому Вайнкеру, однако, было еще кое-что сказать.

— Ненавижу вас, фейри.

Человечек Виктор сделал испуганное лицо, но Вайнкер проигнорировал его и удвоил.

— Вы коварны, порочны и обращаетесь со своими миньонами очень жестоко. Однажды мы заключили мир, но вы никогда не переставали злоупотреблять милостью моего рода. Ты угрожал убить меня еще до того, как началась эта вражда с Мелл Одиуз, и я подозреваю, что ты планировал возобновить нашу войну на долгое, долгое время. Я не отзову конклав, и Клан Мелл будет уничтожен.

Вайнкер обозначил короткую паузу, тяжелую от опасности. Король Вотан разочарованно пожал плечами и поднял свой [Гунгнир].

— Однако, — сказал он, прерывая Проклятие Драконов. — Я создал драконью утопию, где все существа могут жить в мире. Даже монстры с проклятой планеты Луна, чью злую природу невозможно даже постичь. Было бы лицемерием отрицать подобное отношение к себе подобным. Если вы, фейри, согласитесь подтвердить древний мир, который связал наши два вида, и на этот раз будете уважать его, то я приберегу свое суждение только для злой Мелл Одиуз и ее союзников. Остальная часть вашего рода будет оставлена в покое.

— А если нет? — Спросил Вотан. — Если не будет воли к миру?

— Если нет, то клянусь, что я, Вайнкер Рыцареубийца, опустошу все ваши мелкие королевства и уничтожу их одно за другим. Вы никогда больше не подниметесь, чтобы угрожать моему роду и его миньонам. Потому что я не остановлюсь, пока ваша сила не будет разрушена навсегда. — Вайнкер выпустил дым из ноздрей. — Так или иначе, третьей войны фейри и драконов не будет.

Напряжение в воздухе стало почти невыносимым, обе стороны смотрели друг на друга. Голем Роло выглянул из своего укрытия рядом с Невкусной Эллисон, оба готовые вступить в драку при первых признаках движения; Человечек Виктор не решался произнести заклинание, а Валькирии смотрели на своего повелителя, ожидая его команды.

Вайнкер знал, что Вотан нанесет удар. Драконоубийца понимал только насилие; он дышал им, жил ради него. Идея компромисса была ему чужда.

Но он не стал нападать.

Уже одно это потрясло Вайнкера, который понял, что перед ним не тот зверь, который всю свою жизнь посвятил отмщению за уязвленную гордость, после того как Грандрейк его победил. Это существо в форме Вотана, казалось, воевало, но только с самим собой.

Дракон мог прочесть на лице фомора внутренний конфликт. Борьба между порочным инстинктом, заставляющим его довольствоваться только кровавой победой, и голосом разума, предлагающим лучший образ действий.

Король Вотан обрел душу и изменился.

— Хм. — В глазах лорда фоморов появилась печальная тень. — Я действительно считаю, что путь моего рода неправильный. Я признаю это. Вот почему я не хотел иметь ничего общего с войной Мелл и их мерзкими фермами. Я намеревался убить тебя, выполнить свою клятву и полностью игнорировать войну, но ясно, что я больше не могу сидеть в стороне.

Вайнкер уже приготовился вызвать свой [Сверкающий Театр], но он неверно истолковал намерения фомора. Вотан посмотрел на горизонт, как будто мог что-то за ним разглядеть. Возможно, он понимал, что сейчас примет самое важное решение в своей жизни.

— Покажи мне.

— Показать тебе что, Драконоубийца? — спросил Вайнкер.

— Место, которое ты создал. Эту «утопию», где мой вид может на равных жить с новым народом. Покажи мне его, и тогда… Тогда я увижу.

— Ваше Величество… — одна из валькирий затихла.

— Сегодня не будет битвы, мои Валькирии, — сказал лорд фоморов, и его конь издал громовой звук. — Впрочем, будет ли она завтра… все будет зависеть от того, сколько стоит твое слово, Рыцареубийца.

— Тогда приезжайте в Мурмурин и удивляйтесь, — гордо ответил Вайнкер.

Король Вотан ничего не сказал и направил свое копье на север, в сторону столицы V&V. Его лошадь понесла его в этом направлении, а стая Валькирий последовала за ним.

— Святая Хэппилэнд, это сработало, — с облегчением выдохнул Человечек Виктор. — Это сработало.

— Ты сомневался в этом, миньон? — Спросил Вайнкер, а в это время Эллисон и Роло вышли из своих укрытий.

— Да, да, я сомневался! — признался человечек. — Я боялся, что это все равно закончится дракой.

— Как бы то ни было, я верю, что вы оба поступили правильно, — сказала Невкусная Эллисон. — Даже если это не сработает, попробовать стоило.

— Мы должны представить ему Феликса, — сказал Вайнкер, поскольку ему пришла в голову одна мысль. — Такое изысканное, утонченное создание может только помочь перевернуть фейри с ног на голову.

Человечек Виктор ничего не сказал, и дракон покосился на своего драгоценного друга. — Миньон, что ты от меня скрываешь?

— Я его съел!

Вайнкер нахмурился, а его лакей рухнул на колени, раздавленный тяжестью своего греха.

— Я его съел! — Признался Человечек Виктор, заливаясь слезами. Однако дракон не мог сказать, были ли они от радости или от горя. — Я съел его дважды, и он был такой вкусный!

— Миньон, я очень недоволен, — отчитал Вайнкер главу персонала, разочарованный его поведением. — Почему ты съел Феликса?

— Потому что я его ненавидел! Я так его ненавидел!

— Миньон, иногда ты должен игнорировать свои чувства и использовать свой разум, — упрекнул его Вайнкер. —Ты должен был сначала съесть орков.

Человечек Виктор перестал плакать и посмотрел на своего партнера своими большими, очаровательными глазами. — Ваше Величество не сердится, что я съел кота?

— Друг Виктор, есть миньонов ниже по пищевой цепочке — твое право, — объяснил Вайнкер. — Но ты должен научиться расставлять приоритеты. Ты начинаешь с моих наименее любимых миньонов, а заканчиваешь теми, которые мне нравятся больше. Я должен был давно объяснить тебе эти тонкости.

Вайнкеру определенно следует составить список миньонов, чтобы очистить затуманенный разум своего друга. Он поместил Человечка Киа в середину, рядом со змеем, а Бесполезного Круассана опустил на самый низ…

— Если ты когда-нибудь съешь Лунного Ветерана Базз Желе, когда у тебя будет альтернатива, я никогда тебе этого не прощу, — заявил Вайнкер, прежде чем понял, что его что-то в этой ситуации беспокоит. — Друг Виктор, как ты можешь есть одного и того же миньона дважды?

— У котов в Аутремонде девять жизней, Ваше Величество, — объяснила Невкусная Эллисон. — Они автоматически оживают через день после смерти.

Когда на нее упал пристальный взгляд Вайнкера, дриада сделала шаг назад, не подозревая, что наступила на великое открытие.

— Миньон, это меняет все, что я только что сказал! — провозгласил дракон. — Миньонам больше не придется есть меньших, чтобы избежать голода! Вместо этого они могут съесть одного, девять раз возобновляемого! Это спасет тысячи жизней!

Вайнкер поклялся.

У каждого из его солдат будет свой кошачий паек.

Виктор не так представлял себе свой первый сеанс «УЗИ» в качестве будущего отца. С другой стороны, он вообще не ожидал, что у него такой будет, особенно в клинике для упырей и нежити.

— Как видите, — объяснил Жюль, проецируя свое заклинание прорицания на белую стену напротив кровати пациента. — Живой плод по сравнению со стандартным гуманоидом развивается ускоренными темпами, вероятно, из-за ее дьявольской природы. Поскольку демоны «рождаются» готовыми сражаться, мы должны предположить, что маленькая Бранинья, по крайней мере, должна при рождении уже уметь ходить.

— Она собирается выбраться? — Спросила лежавшая в постели Изабель, а Виктор сидел рядом с ней, держа ее за руку. — Браниньо был невыносимо нетерпелив, и мне пришлось выгнать его пораньше.

— Маловероятно, учитывая ваше сопротивление физическим повреждениям.

Виктор слегка отключился, а Жюль углубился в детали морфологии демонов. Портрет дочери на стене не давал ему покоя: крошечный ребенок с крыльями, хвостом и острыми ногтями. Что-то, что должно было бы его встревожить, но на самом деле?

По правде говоря, она была самой красивой в мире.

— У нее твой хвост и твои крылья, — заметила Изабель.

— И все остальное у нее тоже есть, — заметил Виктор. — Но я думал, что она будет наполовину Гуманоид, а не наполовину Дракон.

— Драконья кровь очень сильна, — сказал Жюль. — Она обязана каким-то образом о себе заявить. На самом деле, она может даже унаследовать какой-то вид драконьего дыхания.

— После этого, Дорогой, я хочу, чтобы ты меня побаловал, — сказала Изабель, поглаживая пальцем по его щеке. — Потому что я тоже хочу тебя побаловать.

— Я подготовил лучший курорт для отдыха, — ответил он.

К несчастью для него, она прицелилась чуть выше. — Тебе недостает честолюбия. Хотя последнее поветрие — это бои адских псов, но я не согласна ни что другое, кроме как гладиаторские игры в мою честь.

— Что? — Виктор запаниковал. — В разгар войны?

— Дорогой, мы говорим о твоем наследнике и обо мне, — напыщенно ответила она. — Приведи тарасков поменьше, тех, которых ты разводил, и пусть они сражаются для моего развлечения.

— Я… я посмотрю, что можно сделать, — уклончиво ответил он.

— Мистер Виктор. — Суккубы Виктора вошли в комнату, окружив пленницу, которую он опознал как Сигрун, главную Валькирию Вотана. По крайней мере, тот факт, что теперь он был их «эксклюзивным» работодателем, означал, что они работали телохранителями полный рабочий день. — Мы поймали ее на том, что она что-то вынюхивала.

— Я пришла не для того, чтобы угрожать, — запротестовала Валькирия. — Лорд Вотан просил нас вести себя прилично.

— Тогда почему ты здесь? — Спросил Виктор, слегка нервничая из-за своих нерожденных детей в здании.

Проверка Харизмы прошла успешно.

— Мне было любопытно, — призналась Сигрун. —Мы — Валькирии, мы никогда…

— Боевая Дева? — Виктор прищурился, когда она оставила висеть на волоске свою фразу.

Она пристально посмотрела на него и отвернулась. — Я не понимаю, как женщина-воин может смириться с таким унижением, — заявила она, глядя на Изабель Мор. — Как ты можешь сражаться в таком состоянии?

— С помощью заклинаний [Мгновенная Смерть] и серы, — ответила архидьявол с холодным презрением. — Но, обычно за меня сражаются другие.

Валькирия скрестила руки на груди, не находя подходящего ответа.

— Мистер Виктор, — заговорила одна из его марилит. — Поскольку мы все собрались в одной комнате, возможно, мы сможем обсудить медовый месяц.

Визирь замер. — Медовый месяц?

— Часть соглашения заключается в том, что к нам относятся с заботой официальных любовниц, — ответил змееподобный демон. — Поскольку наша компания имеет сильный корпоративный дух, мы решили создать союз и поровну разделить наши привилегии.

— Таким образом, мы хотим официальный романтический медовый месяц, чтобы отпраздновать наше новое, эксклюзивное партнерство, — добавила суккуб. — Мы подумали, что роскошная групповая поездка на элементный план воды будет более, чем адекватной.

— Не беспокойтесь о расчетах стоимости всех дорогих обедов, массажей, спа и т. д., мы сделали это за вас.

— Вы знаете, что мы скоро объявим войну Прайдену? — Спросил Виктор с тяжелым сарказмом.

— Мы понимаем политический климат, вот почему мы согласились отложить это на после вашей неизбежной победы, — весело ответила марилит. — Но мы хотим забронировать пораньше.

— Мы также хотим больше эмоциональной заботы, — добавила крылатая демоница. — Мы хотим, чтобы нас рассматривали не только, как объект вожделения; мы хотим, чтобы у каждой из нас были свидания, обеды, интимные эмоциональные связи… наша ценность для клиента почти так же важна, как и деньги для нас.

Виктор вздохнул. К своему стыду, он не помнил имен и половины из них, так что ему предстоял долгий путь.

— О, кстати, это мне напомнило! — Заговорил Жюль. — Тест Линетт на отцовство дал положительный результат. Она согласилась не предъявлять обвинения в обмен на пенсию, загородный дом в Мурмурине и официальный титул.

— Что? — [Жнец] чуть не отскочил назад, зная, какую агонию испытал его бюджет. — Еще одна, другая выплата алиментов? Я не видел ее больше семи лет!

— Дорогой, если эта крестьянка доставляет тебе проблемы, мы можем ее заочистить, — радостно предложила Изабель.

— Никто никого не чистит! — Твердо ответил Виктор.

— Беру свои слова обратно, — сказала Сигрун, наблюдая за происходящим. — Мужчина, очевидно, в этой ситуации самый несчастный.

— Виктор! — Дверь спальни широко распахнулась, и в комнату вошла рассерженная гоблинша. — ТЫ ПРЕДАТЕЛЬ!

Почему у него было такое чувство, что день становится все хуже? — Гоблина, клянусь, я собирался тебе рассказать-

— У тебя будет ребенок от нашей учительницы? — Гоблина свирепо посмотрела на Визиря, а затем яростно оттолкнула со своего пут удивленную Сигруни. — И ты не сделал меня крестной матерью?! Я думала, мы друзья!

—Мы хотели объявить об этом при более благоприятных обстоятельствах, — ответила Изабель, считавшая гоблина своим вторым самым любимым учеником в школе. — Может быть, даже организовать встречу выпускников, чтобы посмотреть, как далеко все продвинулись.

— Все в порядке, я прощаю вас обоих, если я буду крестной матерью, — отмахнулась гоблин, мгновенно очарованная животом Изабель. — Так вот почему у тебя всегда были высокие оценки по [Дьяволизму], Вик?

— У меня были частные уроки, — признался он.

— Я собираюсь избаловать ее до чертиков, — выпалила Гоблина. — Я подарю ей на первый день рождения ружье, чтобы она могла стрелять в мятежников, как только научится целиться.

— О, это очень заботливо с твоей стороны, — ответила Изабель с улыбкой. — Виктор сказал мне, что ты завоевала свою первую страну? Я набираю для моей Браниньи лучших тренеров, возможно, тебе будет интересно взять ее в ученики, когда она достигнет совершеннолетия?

— Я с удовольствием покажу ей, что к чему!

Виктор вдруг понял, что его дочь может вырасти в окружении дурных влияний. — О боже, посмотрите на время, — сказал он, стремясь поскорее покинуть комнату. — Мне нужно навестить Шоколатин.

— Твоя вторая жена, — сказала Изабель, как-то странно на него посмотрев, — Дорогой, ты помнишь, что Бранинья — твоя наследница? Я уверена, что она будет рада иметь единокровных братьев и сестер, пока они помнят, что она старшая и первая в очереди. Ты же знаешь, как развиваются декадентские дворы, полные интриг.

Он прошел достаточно курсов, чтобы знать, что хочет любой ценой избежать подобной ситуации. — Я позабочусь, чтобы все поладили, семья в первую очередь, — ответил Виктор, хотя разговор немного испортил ему настроение.

Он перешел в другую палату клиники, где обнаружил на кровати Шоколатин в сопровождении нежити и Эллисон. — Привет, красавчик, — сказала ему дриада.

— Привет, Вик. — Шоколатин помахала ему рукой, призрак как раз наложил на нее заклинания обнаружения.. — Не рановато ли для магикографии? Я всего несколько недель беременна.

— Они просто проверяют возможные биологические проблемы ранней стадии, — ответил он. — Я имею в виду, что ты оборотень, а дети — слизеоборотни и драконооборотни. Могут быть осложнения, например, дети пережевывают выход.

— О, а мы можем навестить моего брата, когда они закончат? Значит, он знает, что скоро станет дядей? — она его почти умоляла. — Ты знаешь, что он поселился с Сейворюз на темной стороне Лууууны?

Да, он слышал. Узнав эту новость, Чарлин ворвалась к нему в кабинет, взбешенная тем, что ее ненавистный бывший муж так счастливо устроился. Виктор был почти уверен, что это дает идеи, без которых сейчас он мог бы обойтись. — Конечно, — сказал он и скривился.

— Вик? — Спросила Шоколатин, когда он подошел к Эллисон с другой стороны. — Что-то случилось?

— Мне придется снять тебя с моего перка [Черный Всадник].

Оборотень промолчала, удивленно моргнув, а потом быстро его поцеловала. — Вик, ты прикоснулся к ней первой, — сказала Шоколатин, разочарованно опустив ухо. — Ты заменяешь меня ею?

— Нет! — поспешно ответил он, обнимая ее. — Но Шок, с этого момента все будет только хуже. Я не хочу подвергать тебя опасности.

— Я [Украшенная Гербом], Вик, — гордо ответила она. —Я сама могу о себе позаботиться.

— Я знаю, — сказал он. — Но ты больше не одна.

Шоколатин прикусила нижнюю губу, но поняла причину. — Тогда выбери кого-нибудь, кто сможет помочь, — сказала оборотень. — Как Эл или Чарлин!

— Я рассмотрю тех, кто обладает лучшими боевыми способностями, — пообещал он. — И буду продолжать посещать тебя всякий раз, когда могу.

Они обнялись, но на этот раз это было скорее грустно, чем утешительно.

Когда он вышел из комнаты и приготовился телепортироваться, Эллисон остановила его, закрыв дверь, чтобы не услышала Шок. — Вик, — сказала она. — Тебе явно нездоровится.

— Неужели это так очевидно? — спросил он. По правде говоря, его грызло напряжение, связанное с поддержанием мира, управлением своей новообретенной семьей и подготовкой к войне.

— Я жрица, — ответила дриада, держа его за руку. — Люди приходят ко мне, когда им нужно довериться или снять напряжение. Я могу быть твоим психотерапевтом, если тебе это нужно.

— Я не уверен, что ты должна спать со своим психотерапевтом.

— В церкви Кибелы это часть процесса исцеления, — ответила дриада, подтверждая то, что он всегда подозревал о церкви хиппи. — Я знаю, что ты используешь физическую близость, чтобы справиться с давлением своего положения, но в твоем случае я считаю, что тебе нужно ухо. Мы можем просто поговорить. Я буду слушать и не стану осуждать.

Он задумался, а затем тяжело вздохнул. — Я бы предпочел поговорить, — признался Визирь. — С кем-то, кто поможет разгрузить ношу.

— Тогда поговори со мной-

— Селекционер Далтон!

Стены клиники задрожали, снаружи донесся гулкий голос. Виктор и Эллисон тут же бросились к окну и, открыв его, увидели прямо перед собой голубого молниевого змея. — Лорд Грандрейк? — Виктор моргнул.

— Мир в тебе нуждается! — закричал змей. — Я пересек море, чтобы искать твоей помощи!

— Фоморы атакуют Голдорадо? — запаниковала Эллисон.

— Нет. — Грандрейк покачал головой. — Я не могу найти Грибного Принца, все остальные эльфийские королевские семьи более инбредны, чем Змеи, а орочьи самцы слишком глупы для размножения. Многие из наших плененных принцесс за два поколения могут вымереть.

О, хорошо. Да здравствует демократия!

Подожди, подожди. — Ты же не хочешь сказать…

— Я слышал чудесную новость, — подтвердил Грандрейк. — Ты можешь разводить полудраконов, и это делает тебя чуть ли не лучшим после истинного принца. Ты можешь усилить истинную принцессу с помощью совершенных драконьих генов.

Виктор и Эллисон обменялись взглядами.

— Селекционер Далтон, следуй за мной, — провозгласил Грандрейк, словно излагая перед [Жнецом] некое великое пророчество избранного. — Следуй за мной в Голдорадо! Ты должен исполнить свое предназначение!

Виктор кивнул раз, другой и произнес два слова.

— [Экстренный Телепорт]!

Чтобы почтить Сэн и снять напряжение перед Конклавом, Виктор организовал в ее честь турнир по Покеру Монстров.

На центральной площади собралось бесчисленное число монстров, чтобы поиграть или понаблюдать за битвами. Предприниматели-демоны и орки быстро установили трибуны и импровизированные бары, чтобы обслужить всех, прогоняя запасы виски и тараскской еды.

Сам Вайнкер играл, используя в качестве своей руки женщину-орка; поскольку в турнире участвовали команды из двух человек, чтобы способствовать сотрудничеству, дракон играл вместе с призванным Горынычем. Удивительно, но их противники, Роло и Джек, казалось, держались самостоятельно, в основном благодаря упорным попыткам Змея своими большими руками разыграть крошечные карты.

А король Вотан стоял рядом, молча наблюдая за происходящим. В то время, как некоторые из его Валькирий смешались с жителями Мурмурина и, казалось, ладили, никто не осмеливался сломать лед с могущественным фомором.

Пробираясь сквозь толпу под прикрытием заклинания [Совершенной Невидимости], способного скрыть даже запах его тела и звук шагов, Виктор, заметив возле стойки бара Киа, решил пока оставить фоморов в покое. — Ты перестала играть? — спросил он [Паладина], и сел рядом. — Я думал, ты прыгнула на подножку Покера Монстра.

— Вик, это ты? — она огляделась вокруг, — Ты невиди-

— Тише! — ответил он, положив руку ей на плечо. — Грандрейк преследует меня уже несколько часов и он невероятно проницателен. Он всегда меня находит.

Это было безумием. Как может гигантское существо так хорошо устраивать засаду на кого-то в сотую часть своего роста?

Киа как-то странно посмотрела на него, вернее, в его сторону, но ничего не сказала. — Я вышла со своим партнером в четвертьфинал, но Роло и его «друг» фейри нас уничтожили.

— Похоже, у них все хорошо, — удивленно сказал Виктор. Он мог пересчитать по пальцам количество игроков, выживших после первого раунда против Вайнкера.

— Роло играет сломанной колодой [Фермерская Земля], и Джек почти такой же противный. Я даже не знала, что [Растения] конкурентоспособны. — Киа взглянула на Вотана с намеком на паранойю. — Как тебе удалось убедить двух фоморов вести себя прилично?

— Вини за Джека Шоколатин и пять проверок харизмы за Вотана, — ответил он. — Ты беспокоишься?

—Да, беспокоюсь. Я провела, сражаясь с ними, десять лет. — И все же Виктор воспринял тот факт, что до сих пор не вспыхнула драка, как хороший знак. — Я еще хотела спросить, верны ли слухи о пророке Сэн?

— Да, — сказал он, — я сделал это для тебя.

— О, Вик. — Она скорчила гримасу, полную сочувствия. — Ты продал свое тело ради меня?

— Нет! — Черт возьми, Виктор не решал все свои проблемы проституцией! — Я просто согласился помочь распространить ее веру после того, как она положила свое щупальце на… ну, ты знаешь, неважно.

— Как это… — [Паладин] покачала головой. — А как вообще функционирует твоя беспорядочная любовная жизнь?

— Помимо банкротства, вызванного алиментами, ревностью, политикой и попытками найти время для всех? — Он испустил тяжелый вздох. — Это гораздо более утомительно, чем я думал. Как и Мурмурин, без меня уже началась бы война за сохранение мира. Управлять большой семьей очень трудно.

— С одной стороны, я испытываю к тебе сострадание, но, с другой стороны, ты сам это на себя навлек.

— Я знаю, — ответил Виктор. — Но я не думал, что все будет так плохо. И теперь, когда все знают, что у меня могут быть дети-полудраконы, меня преследуют. Это даже хуже, чем после того, как Вайнкер победил Брэндона Мора.

— Я знаю, каково это, — сказала Киа. — Преследовать цель и понимать, что это не то, что хотел. Со мной тоже так было.

Виктор покачал головой, желая изменить свое мнение. — А как же твоя личная жизнь?

— Вообще-то, — она погладила себя по волосам, — я встречалась с несколькими парнями.

— Неужели? — он посмотрел на нее с любопытством, но она, поскольку он был невидимым, вероятно, ничего не заметила.

— Да, есть тот полуорк [Паладин] Изенгрим и тот красивый темный эльф, с которым я играю в Покер Монстров, — объяснила Киа. — На самом деле, это все благодаря тебе. Поскольку каждая плодовитая женщина-монстр в Мурмурине сейчас охотится за тобой, отсутствие вариантов, кроме меня, заставило парней набраться смелости и подойти ко мне. Это очень странная подстава.

— Ты преувеличиваешь.

— Вик, серьезно, существует ли женское существо в возрасте от десяти до-

— От восемнадцати.

— Между восемнадцатью и тридцатью годами в Мурмурине, с которым ты не спал или которое не пыталось залезть к тебе в штаны?

— Что ж, легко. Ты.

Киа, казалось, немного на это обиделась. — Вик, ты никогда не делал мне предложение, потому что я [Паладин], — она сделала короткую паузу, — или потому что я черная?

— О нет, я нахожу тебя очень привлекательной, — заверил ее Виктор. В какой-то момент в Схоломансе он даже попросил своего стажера-суккуба полиморфизироваться в… ну… — Просто, честно говоря, ты прямолинейный [Паладин] на службе у смертельного врага моей богини-покровительницы, и у нас совершенно противоположные взгляды на жизнь.

Кроме того, Камилла уже была расстроена из-за телепортации Виктора Вайнкером в последнюю минуту, и у него не было намерения злить ее еще больше. — Я бы предпочел, чтобы в моей жизни сейчас было меньше женщин, а не больше, — признался Виктор.

— Да, не принимай близко к сердцу, когда я говорю, что спонсируемый Адом завоеватель тоже не в моем вкусе, — ответила Киа. — Теперь, когда у меня есть поклонники, с которыми я могу поладить, я не уверена, кого из них выбрать.

— А почему не обоих? — Виктор задал простой вопрос, прежде чем понял, во что ему обошелся такой образ мыслей. Старые привычки умирают с трудом.

— Я не охотник за юбками, как ты, Вик, — ответила Киа, хотя и без всякого осуждения. — Мне нужен человек, на которого я действительно могу положиться, поскольку мой последний серьезный бойфренд на Земле убил нас обоих. Качество над количеством.

Да, это означало бы меньше головной боли. — Ты помнишь задание архитектора подземелий? — Внезапно сказала Киа.

— То, что показалось тебе подозрительным?

— Я спросила у Шарлин, и, кроме того, узнала, какая преступная церковь это спонсирует, — сказала она со злой усмешкой на лице. — Я узнала, что призом в этом году является артефакт [Сюжетная Броня].

Виктор слышал об этом. — Ты хочешь, чтобы мы участвовали?

— Это может быть нашим последним шансом получить уровни перед сражением с Одиуз, и мы могли бы использовать такой сильный магический предмет.

Кстати об уровнях… Виктор призвал бутылку вина и поставил ее на стойку. Киа никак не отреагировала.

Визирь внезапно понял, что до сих пор действует заклинание невидимости, и снял его с бутылки. На этот раз Киа скорчила гримасу.

— Это бутылка из царства Сэн, которая напоит тебя, но не снимет проклятия. Ты должна использовать его, чтобы заработать уровень в одном из избранных классов Сэн. — К счастью, он наложил свое вето на [Рыбака]. — [Пьяный Дебошир]. Если ты преуспеешь, как пророк Сэн, я подтвержу, что ты искупила свое отступничество.

— А если я это сделаю, проклятие будет снято? — спросила она, глядя полными надежды глазами на человека за прилавком. — Принесите мне, пожалуйста, горшочек жира!

Виктор недоумевал, почему она заказала именно это, пока не появилась грудастая барменша-орчиха. Киа выпила всю бутылку в один ряд, разбила ее, и погрузила руки в жир. Затем она скатала в него стеклянные осколки. — Это не очень [Паладин], — удивленно сказал Виктор.

— Но это очень [Пьяный Дебошир], — ответила она с диким лицом, алкоголь, казалось, подействовал. — И я больше не могу пить соленую воду. Я сделаю все, что потребуется.

Что же он натворил? Что же он натворил?

Молча отойдя от того, что он ожидал увидеть, как драку в баре эпических масштабов, Виктор подумал, не стоит ли ему подойти к Вотану, пока Титан и его отряд Валькирий не составили собственное мнение о Мурмурине. Визирь не всегда будет присутствовать, чтобы сгладить ситуацию, и для того, чтобы его план сработал, лорд фоморов должен был выбрать мир по своей собственной воле.

И все же он останется здесь на случай, если случится катастрофа.

— Селекционер! — Виктор замер, повернув голову и увидев, что Грандрейк заглядывает ему через плечо. — Селекционер Далтон, я снова тебя нашел.

Как же так? Как дедушке удалось к нему подкрасться?! Этот мамонт был больше шестидесяти футов длиной, а заклинание невидимости еще действовало!

— Селекционер Далтон, может быть, ты и хитер, как принцесса-русалка, но я охотился на гораздо более хитрых принцев-

Хвастовство Грандрейка внезапно прекратилось, когда дракон заметил Короля Вотана. Атмосфера мгновенно наполнилась окружающим электричеством, когда два древних врага посмотрели друг на друга.

…

Хм, Харизма проверяет входящие..

Где-то в Новом Свете, на горе Голли Вудс,

Через несколько месяцев после битвы при Эльдорадо.

Сидя на троне в самой глубокой и темной комнате своей темницы, Фурибон был вне себя от возбуждения.

Наконец-то его вклад был признан!

— Привет всем, добро пожаловать на очередной выпуск Подземелье Сегодня, — заговорил в парящее зеркало высокий, крупный красный демон, передавая изображение в Хэппилэнд. — Я ваш ведущий Пепито, и сегодня мы берем интервью у фаворита Премии Мертвеца в этом году, главного соперника самого Вайнкера Рыцареубийцы… лича Фурибона!

— Бывший соперник. Мы забыли друг друга. — Фурибон присмотрелся к демону повнимательнее, и тот показался ему смутно знакомым. —Разве не вы были диктором на арене Брэндона Мора?

— Да, я потерял работу вскоре после того, как Вайнкер съел публику, — сказал демон. — Но после шести месяцев отчаяния и бездомности я вернулся, чтобы штурмом взять мир монстробизнеса!

Приятно было видеть, что все, уцелевшие при старом режиме Ишфании, начали с нового листа, даже Мисс Мор. Это только подтвердило уверенность Фурибона в том, что месть — бессмысленная трата времени. В конце концов, если бы он потратил все свое время на подготовку гибели Рыцареубийцы, он бы не осуществил свою мечту построить знаменитую темницу.

— Мистер Фурибон, ваше подземелье, «Гробница Фурибона», было номинировано на Премию Мертвеца в пяти категориях, включая «Самое Смертоносное Подземелье», «Лучший Минибосс Поддержки», «Лучший Босс Подземелья», «Лучший Дизайн Подземелья» и «Лучший Звуковой Дизайн Подземелья». Поскольку это ваша первая официальная работа, вы должны чувствовать гордость.

— Я очень горжусь, — ответил Фурибон. — Особенно лучшим звуковым дизайном. Моя команда изо всех сил старалась загнать всех этих крыс в стены. Подземелье — это больше, чем место, это — атмосфера. По правде говоря, я намеревался участвовать в этом еще год назад в моем Замке Мурмурин, но…

— Рыцареубийца?

— Рыцареубийца. — Жаль, он очень гордился своим черным зверем минибоссом. —Правда, что я стал авантюристом и прославился, сражаясь со злыми [Мультяшными] монстрами, населяющими Голли Вуд. Но, в глубине души я всегда останусь любителем подземелий.

— Ну что ж, тогда у вас может появиться новый шанс противопоставить свою страсть Вайнкеру Рыцареубийце! Знаете ли вы, что он, как ожидается, будет участвовать в качестве одного из членов команды авантюристов, вместе с суперзвездой [Паладином] Киа Бекеле.

Фурибон усмехнулся. — Очень смешно.

— Это не шутка.

Лич сделал долгую паузу, пока не понял, что демон говорит серьезно. — Я никогда не думал, что буду испытывать сочувствие к [Паладину Митры], — признался лич, обдумав последствия. — Я надеюсь, что она в безопасности.

— Чтобы продемонстрировать свой проект подземелья, Фурибон и его команда согласились дать нам полную, живую демонстрацию, — объявил демон, немедленно меняя тему. — Давайте познакомимся с нашими участниками.

— [Магический Шар Фурибона], — Фурибон произнес заклинание собственного дизайна, и появившийся перед ним призрачный хрустальный шар показал комнату перед входом в подземелье. Его товарищи по команде собрались в большом каменном зале, отделенном от первого коридора подземелья фиолетовым энергетическим барьером со статуей дракона рядом.

— Сара Диллон, — дьявол-комментатор указал на покрытую черным мехом женщину-зверька. Она несла патронташ, полный бомб, зелий и карт для Покера Монстров. — Человек-крыса [Алхимик] [Игрок], чья абсурдная удача защищает ее от всего!

— Это не удача, это судьба, — запротестовала человек-крыса, когда до нее через прорицающее зеркало донесся голос демона. Она служила Фурибону в качестве партнера по тренировкам перед финальным поединком с Рыцареубийцей.

— Марти Орклинг, экстраординарный убийца гоблинов.— Неофициальным лидером отряда был могучий орк, закованный в железные доспехи и владеющий магическим луком. — [Лучник] [Наемник], он сочетает в себе боевую эффективность с острым тактическим умом.

— Только потому, что мои классы имеют низкий рост Интеллекта, не означает, что я глуп, — заявил орк.

Затем демон указал на самого красивого члена группы, розововолосую эльфийку, одетую, как танцовщица живота; ее красота соперничала со смертоносностью ее сабли. — Дженни Старфлауэр, наполовину [Бард], на четверть [Фехтовальщица] и на четверть [Танцовщица]. Машина убийств, стильно убивающая зло.

— Я би-нейтральная, так что могу идти в обе стороны, — ответила эльф.

— И, наконец, Мистер Раптор. — Последний, похожий на ястреба член команды, повис на своем посохе с подавленным выражением лица. — Птица-человек [Колдун] и [Жрец Кости], главная причина, по которой его команда выжила, несмотря на их суицидальные намерения.

— До сих пор, — мрачно пожаловался Птица-человек . — БИИП тебя, Фури.

— У меня есть [Панацея], я могу вылечить тебя почти от чего угодно, — спокойно ответил Фурибон. — И ты еще должен мне свою жизнь, за ту историю с Эльдорадо.

— Да, но я думал, что мы оплатим тебе отпуск или что-то в этом роде. Не давать же тебе бесплатный сеанс пыток!

— Раптор, ты преувеличиваешь, — сказала Дженни. — Конечно, Фури капризничает, но он никогда не зайдет так далеко.

— Но он прав, цель подземелья не в том, чтобы развлекаться, — прошептал Фурибон репортеру-дьяволу, достаточно тихо, чтобы его команда не услышала. — Это значит эмоционально истощить волю авантюристов, уничтожить их физически и морально. Я предпочитаю старомодный подход к созданию каждой комнаты, чтобы усилить боль.

— А что ты тогда скажешь о новом движении «рандомизированных подземелий разбойников»? — спросил его демон. — В последние годы они добились больших успехов, особенно в борьбе с непредсказуемыми драконами-авантюристами.

— Они только писаки! Подземелье — это искусство! Каждая комната должна быть изысканно оформлена, иначе она не будет запоминающейся! — У лича действительно была ловушка, вызывающая случайных монстров высокого уровня, но это был всего лишь одноразовый трюк. — Что касается драконов, то я нашел самую надежную защиту от их набегов в подземелья.

Его команда уже осматривала барьер, Марти пустил стрелу, но снаряд распался при соприкосновении. Они повернулись, чтобы рассмотреть статую дракона, и заметили дыру во рту и надписи, написанные на челюстях.

2500 золотых монет на человека.

— Я заставляю их платить.

— Нам придется заплатить за вход?! — Пожаловалась Дженни.

— Каждый раз, — ответил Фурибон через магический шар. — И даже на демонстрацию я не дам вам бесплатных билетов.

— После всего, что мы пережили вместе? — Пожаловалась Сара. — Ты предатель!

Вся команда громко протестовала и пыталась найти путь через барьер, не заплатив. Напрасно; только заклинатель в собственной лиге Фурибона мог хотя бы надеяться пробиться.

Что же касается остальной части подземелья, то он построил его из лучшего материала. Даже драконы не могли сквозь него прорваться, а многочисленные магические защиты отменяли излюбленные тактики, такие как телепортация, неосязаемость…

— Это, чтобы заставить их действовать, — объяснил Фурибон демону, когда его команда закончила платить дань, так и не прорвавшись сквозь барьер. — Проблема авантюристов в том, что они разведывают подземелья. Они входят, убивают монстров, выходят, лечатся, а потом возвращаются. Назначая денежный штраф каждый раз, когда они входят, я заставляю их брать на себя обязательство закончить подземелье с одной попытки.

Это также оплачивало содержание подземелья.

И ловушки не были дешевыми.

Фурибон очень гордился своим смертельным курсом.

Магически удлиненный пространственной магией, этот невероятно длинный коридор был чудом инженерной мысли. Как только команда вошла внутрь, они запустили главную ловушку: катящийся валун полетел прямо за ними. Поскольку коридор уходил вниз в землю, как и все подземелье, они быстро обнаружили, что у них нет другого пути, кроме как идти вперед.

Валун был сделан из Звездного Металла, самого мощного сплава на Аутремонде, и был абсолютно невосприимчив к магии. Его нельзя было телепортировать, переместить или остановить. Он мог раздавить даже неосязаемые существа.

И Фурибон поджег его маслом.

Конечно, лич хотел, чтобы его претенденты боролись за свою жизнь, поэтому он заминировал весь коридор. Его бедная команда отчаянно мчалась через него, пытаясь уклониться от заклинаний, наложенных на них заминированными жезлами, спрятанными в стенах. Молнии, огненные шары, кислота… некромант не пожалел денег.

— О, я вижу, что кто-то любит классику! — сказал демон, когда Сара запустила скрытую в земле дыру и едва держалась, свисая с края; ловушка могла бы удержать гуманоида, но недостаточно большая, чтобы остановить валун. — Это что, змеиная яма?

— Отчасти. Я обнаружил, что змеи в ямах в конечном итоге едят друг друга и голодают, если их не кормить постоянным запасом мяса.

— Вот почему ловушки древних гробниц имеют тенденцию разрушаться, ребята, они никогда не были созданы, чтобы длиться последние сто лет, — сказал демон своей дьявольской аудитории. — Даже Акхенапепу, который был рекордсменом по количеству наград за одно подземелье с Башней Саблара, пришлось превратить своих змей в нежить.

— Я тоже думал о нежити, но потом мой товарищ по команде Марти предложил инновационное решение, — объяснил Фурибон, приближаясь к яме. — Роботы.

— Роботы?

При айфри-дом.су ближайшем рассмотрении яма оказалась полна извергающих кислоту механических змей. Они зашипели на крысо-человека, ее союзник орк пытался ее вытащить, но валун раздавил их обоих.

— Роботы-змеи, роботы-акулы, робопаразиты, — объяснил Фурибон. — Все экологически чистые големы, которые могут выдержать испытание временем.

— Значит, твои товарищи по команде оказались в ловушке между молотом и наковальней? — рассмеялся демон, но Фурибону было не до смеха. — Таким образом, вы отрицаете утверждения о том, что автоматизация големами приводит к потере рабочих мест?

— Я чувствую, что автоматизация големов дополняет рабочую силу подземелья, а не заменяет ее, — сказал Фурибон, хотя он был благодарен за снижение стоимости рабочей силы.

— Почему ты никак не умрешь, глупая тварь-меч?! — Прорычала эльфийка Дженни, отчаянно колотя ножом визжащего экскалитрапа. Зверь прижимал жреца Раптора к земле, в то время как остальные члены команды удерживали в стороне еще два сундука-мимика.

Мудро проигнорировав все «бесплатные припасы», которые на их пути оставил Фурибон, (все они были отравлены), группа не устояла перед соблазном комнаты, полной сундуков. — Я удивляюсь, как авантюристы не додумались до такой хищнической тактики, — сказал дьявол-комментатор. — Кто-то уже должен был разработать заклинания, чтобы отличать сундуки от мимиков.

— Это не поможет, — сказал лич достаточно громко, чтобы его услышала команда. — Каждый сундук в первой половине подземелья — это мощный мимик, невосприимчивый к магическому обнаружению.

— Каждый сундук? — Возмущенно пожаловалась Раптор.

— Все до единого, и каждый сильнее предыдущего, — ответил Фурибон, а затем прошептал демону-комментатору. — Но во второй половине сундуки с сокровищами подлинные и полны могущественных сокровищ.

— Но если претенденты ожидают, что все сундуки будут мимиками, разве они не проигнорируют их? — спросил демон, стараясь говорить достаточно тихо, чтобы команда оставалась в неведении.

— Именно. Я хочу, чтобы они игнорировали подлинные сокровища, чтобы потом чувствовать сожаление и плакать горючими слезами, когда осознают правду.

— Это блестяще по своей жестокости.

— У одного друга есть поговорка, — сказал лич. — Они так обречены, что это становится искусством.

К этому времени группа уже успела убить мимиков, не получив никакой добычи. Они заработали только ключ от следующей комнаты.

Осторожно, опасаясь ловушек, орк Марти открыл ближайший замок, а, когда дверь открылась, быстро отступил. Он поднял лук и прицелился в то, что ждало его за порогом.

Только чтобы найти невинную утку. Птица посмотрела на орка, который в замешательстве нахмурился.

Глаза Дженни-эльфийки расширились от ужаса. — Марти, пристрели утку.

— Что? — спросил лучник в ответ. Глаза птицы наполнились садистским блеском.

— Пристрели эту БИИПскую утку!

Монстр крякнул и бросился на группу. Но лучник оказался гораздо быстрее, он чисто инстинктивно отреагировал и застрелил птицу.

БУМ!

Мощный взрыв пламени и перьев, сотрясая всю комнату, отбросил Марти к противоположной стене.

— Ч-что это было? — Спросила Раптор, бросаясь к своему союзнику, чтобы исцелить.

— [Утка-Самоубийца]! — Крикнула Дженни. — Они взрываются при контакте, защищаясь, нанося около трехсот урона [Огнем]!

— Подожди, они убивают себя в качестве механизма выживания? — Спросила Сара. — Разве это не саморазрушительно?

— Зато хищники вокруг них очень быстро вымирают, — весело ответил Фурибон.

Дженни вздохнула. — Марти, просто стреляй в уток, когда увидишь.

Фурибон нажал на своем троне кнопку, открывая в комнате стену с сокровищами.

Из теней на команду авантюристов смотрели десятки птичьих глаз, зловещие крякающие звуки эхом разносились по подземелью.

После потери рук и глаз, после перенесенных ран и унижений, команда, наконец, добралась до настоящей сокровищницы.

Их ждал клад, достойный Рыцареубийцы, гора золота, драгоценных камней и магических предметов, погребенных в склепе размером с городской квартал.

Но как только они вошли, двери комнаты за ними закрылись. Авантюристы приготовились к битве, и тогда гора монет сдвинулась и приняла гуманоидную форму. Сокровище обрело руки и ноги, чтобы лучше сокрушить воров.

[Мифический Монетный Голем] минибосс.

— [Отчаяние]! — Орк Марти приготовил свой лук, наделив его всей своей мощью; его стрела превратилась в обжигающую ракету огненного света, которая поразила голема со скоростью пушечного ядра.

К великому изумлению Фурибона, стрела пронзила голема насквозь и взорвала его одним ударом. Снаряд продолжил свой путь и, ударившись о потолок хранилища, разнес его вдребезги.

— Я знал, что Фури сделает что-то подобное, когда мы доберемся до сокровищницы, — похвастался Марти, когда минибосс рухнул, — поэтому я взял море стрел [Убийца Ремесла].

— Я наделила их алхимической силой еще до того, как мы сюда пришли, — добавила Сара, поднимая только что ампутированную левую руку. — Видишь? Ты так предсказуем, Фури!

— Что ж, это разочаровывает, — признал Фурибон. Никогда не следует недооценивать авантюристов. — Но вы еще не закончили.

Он нажал в своем троне на новый механизм, и план всего подземелья изменился. Новые области пришли на смену старым, ловушки перестроились, и смертельный курс принял свою истинную форму.

— Сейчас вам нужно выбраться из подземелья, — объяснил лич. — Бросив вызов его второй половине!

— Я потеряла руку, Фури! — Пожаловалась Сара. — Это не смешно!

— Я же сказал, что вылечу тебя физически и эмоционально. — Он даже отложил огромный банковский счет, все свое состояние и все выигрыши, полученные в дни приключений, чтобы финансировать, если понадобится, экстренное возрождение. Даже если Фурибон никогда не признается в этом… он полюбил эту группу неудачников. — Но даже если мы и др…

— Друзья, — сказала Дженни. — Это называется друзья, Фури.

— Да, да, — лич смущенно откашлялся. — И все же, ради справедливости, я должен относиться одинаково ко всем претендентам.

— В таком случае… — жрец Раптор достала спрятанный под одеждой кулон. — Ты не будешь жаловаться, если я воспользуюсь этим!

Фурибон замер, узнав предмет. — Нет…

— [Амулет Истинного Возврата], — объяснила Раптор. — Он телепортирует нас обратно в наше убежище и игнорирует блоки телепортации! Это стоило мне всех моих денег!

— О, может быть, хозяин подземелья забыл залатать эту единственную слабость? — спросил дьявол-комментатор.

— Я не ожидал этого, — признался Фурибон. Амулет был достаточно мощным, чтобы обойти его собственную защиту. — Но это ничего не меняет.

Хотя его последний трюк будет иметь немного меньший эффект.

— Итак, берите все, что сможете унести, и давайте телепортируемся, — сказала священник своей команде. — Я установила точку телепортации прямо перед барьером.

— А где мой [Бездонный Мешок]? — Пожаловалась Сара, проверяя патронташ.

— Думаю, что его взорвали утки, — ледяным тоном ответила Дженни, хватая все золото, что могла. Остальные принесли два мешка и наполнили их золотом до краев. Достаточно насытившись подземельем, они очень хотели сбежать, и как можно скорее.

Жрец активировала амулет, и его сила обошла даже могущественную магическую защиту Фурибона. Группа исчезла из сокровищницы, телепортировавшись обратно ко входу.

Фурибон направил свой магический шар вслед за группой, как раз тогда, когда сработала его последняя ловушка.

— Что за… — глаза Раптора расширились от ужаса.

К большому ужасу группы, их, с таким трудом завоеванное золото, потеряло свой блеск.

В ту секунду, когда они пересекли барьер, отмечающий границу подземелья, они запустили заклинание на случай непредвиденных обстоятельств. Одна последняя шутка, предназначенная наказать авантюристов за их жадность и научить их ценить благоразумие.

Через секунду все их золото стало темно-серым.

— Свинец. — Глаза орка Марти превратились в пустые провалы отчаяния. — Это все свинец.

— Золото превращается в свинец, когда его вынимают из подземелья, — сказал Фурибон. — Самые лучшие вещи в хранилище были ничем не примечательными.

Этот трюк был причиной того, что он в первую очередь разработал заклинание [Превращения Золота в Свинец].

Он ожидал, что первые искатели приключений, обнаружившие эту особенность, будут плакать. Но, вместо этого, они молча стояли вокруг своей никчемной добычи, их лица были бледны, а взгляд лишен надежды. Они не издали ни звука и не кричали от отчаяния.

Они просто сломались.

— Красиво. — Дьявол кивнул сам себе. — А что вы ответите людям, обвиняющим вас в пристрастии к свинцу?

— Я признаю, что это стало… — Фурибон с трудом подбирал слова, — преступным удовольствием.

И все же, глядя на свою уничтоженную команду, он чувствовал боль в грудной клетке. Что говорило о многом, поскольку у него не осталось сердца.

— Я угощаю вас всех поездкой в Лас Веганос — сказал Фурибон через магическую сферу. — Я оплачу ваши карточные счета.

— И ты пригласишь нас в Левиафан Суши? — Дженни посмотрела на него с надеждой.

Фурибон вздохнул. — Да.

— О, у меня слезы на глазах, — сказал дьявол-комментатор. — Хотя бы ради камеры.

— Надеюсь, вам понравилась эта демонстрация страстного дизайна подземелья, — сказал Фурибон. Он не мог дождаться, когда получит свою первую Премию Мертвого.

— Действительно, дорогие зрители, это подземный бегемот, который, несомненно, уничтожит всех конкурентов, — сказал демон в свое зеркало, а затем снова повернулся к Фурибону. — Поскольку у нас есть пять минут до окончания интервью, не могли бы вы поделиться с нами своими мыслями о новой Драконо-Фоморской войне?

Фурибон задумался над этим вопросом, прежде чем понял, что понятия не имеет, о чем говорит демон. — Прошу прощения?

— Что вы можете сказать о решении Вайнкера Рыцареубийцы созвать Конклав драконов и сжечь Прайден дотла?

Ох.

Ох, наконец-то это случилось.

Первый инстинкт Фурибона заключался в том, чтобы полностью игнорировать этот вопрос. Ничего хорошего не выйдет из общения с Рыцареубийцей и Далтоном, даже если они хорошо проведут время; у него будет гораздо меньше головной боли, если он останется в своем собственном полушарии, далеко-далеко от Мурмурина.

Однако до него доходили слухи. Что фоморы набирали уровни и собирали оружие для войны. Опыт столетней войны научил его, что бессмысленные конфликты ни к чему хорошему не приводят, но он чувствовал, что на этот раз все может закончиться иначе.

…

Может быть, ему стоит заглянуть туда на всякий случай.

Возможно, это самая сложная битва, в которой Вайнкер когда-либо участвовал. В этот момент у него был самый большой клад, но его враги были сильны, а его миньон был слаб.

— Змей! — Рявкнул Вайнкер на Горыныча, который никак не мог решить, какую карту разыграть в Покере Монстров. — Чего ты ждешь?!

— Горыныч беспокоится, — ответил Змей, на его поле не было защиты, чтобы уберечь свою последнюю монету от армии злобных [Морковных Воинов]. — Горыныч ненавидит овощи!

— Ты можешь это сделать! — поощрял трехголового инбредного дракона Кошмарный Конь Нуарсер. — Пошевели головами!

Змей заколебался, а затем неуклюже разыграл миньона. — Я вызываю самого симпатичного [Черного Кролика], 5-го уровня!

На поле появилась иллюзия могучего рогатого кролика. После финальной битвы с Забытым, Вайнкер решил нанять гнома-миньона [Иллюзиониста], чтобы оживить поединки. При виде злобного зверя кобольды завопили от страха, особенно, когда он, благодаря своим особым способностям, поглотил [Морковного Воина].

Съев миньона [Растение], [Черный Кролик] зовет на помощь! — Сказал Горыныч, и на поле появился [Белый Кролик Инаба]. — Уровень 10!

— Мой [Тыквенный Король] сильнее! — Бесславно похвастался фейри Джек, и его увенчанный короной слуга-тыква издал маниакальный смешок. — Я накормил его [Батончиками Силы]!

— В следующий раз Роло превратит этих кроликов в овец, — добавил его партнер голем.

Вайнкер отказывался признать свое поражение, особенно против дуэта Роло-фейри, но ему пришлось признать, что ситуация была ужасной. Перк

[Фермерская Земля] Роло позволял ему вызывать [Овощных] монстров каждый ход, а силой их наделял [Тыквенный Король] Джека. Хотя ничего впечатляющего, но подавляющее число [Морковных Воинов] были силой сами по себе.

Если бы Вайнкер мог сотворить свое заклинание [Лучшее Дыхание Дракона] и испепелить поле…

Попытка прорицания отменена [Зловещей Тайной].

— Ты пытаешься читать мои карты?! — Вайнкер сердито посмотрел на Джека. Он знал, что не может доверять фомору в честной игре!

— Джек никогда не жульничает, — возразил фейри. — Он никогда не нарушает данного им слова вести себя прилично.

— Хм, это ничего не изменит, — ответил дракон, уверенный в своем превосходстве. Затем он повернулся к миньону, отвечающему за вытягивание и удерживание его карт, а публика в это время его подбадривала. — Я верю в свою колоду! Вытащи-

Вайнкер остановился, почувствовав в воздухе враждебность и молнии.

Он взглянул на источник слева от себя и увидел, что король Вотан и Грандрейк пристально смотрят друг на друга.

— Наконец, Грандрейк. — Лорд фоморов приготовил свое копье, его Валькирии летали вокруг него, как эскорт миньонов. — Как долго я ждал этого момента.

Грандрейк молчал, а Вайнкер приготовился вмешаться даже после того, как его фаворит вытащил его выигрышную карту.

— Однажды, ты победил меня и забрал мой глаз, — заявил Вотан, указывая на свой шрам кончиком копья. — Веками пламя мести питало мой гнев. Я готовился, тренировался и оттачивал свои навыки, пока не стал достаточно сильным, чтобы за себя отомстить. Настал день расплаты. Око за око.

— Прошу прощения, — наконец заговорил Грандрейк, нахмурившись. — Кто ты такой?

Последовало короткое молчание.

— Ты не помнишь меня, — сказал Король Вотан, и его гнев сменился разочарованием.

— А я должен? — растерянно спросил дракон.

— Ты лишил меня глаза, когда я пытался вызволить Принцессу Титанию из твоего логова.

Грандрейк присмотрелся к Вотану повнимательнее, пытаясь его узнать.

Но ему не удалось.

— После первой десятки вы, рыцари фейри, начали сливаться воедино, — признался Грандрейк.

Лицо короля фоморов оставалось каменной маской, но он с трудом скрывал свое разочарование. Очевидно, Вотан приложил больше усилий к этому соперничеству, чем Грандрейк, который сокрушил фоморов, а затем быстро об этом забыл.

— Так по-драконьи, — восхищенно сказал Вайнкер. Действительно, забыть о своих врагах было лучшим способом их победить.

— Я — Король Вотан, — настаивал фомор. — Правитель Асгарда и Лапонии.

— А, Вот-Ах! — Грандрейк кивнул, наконец вспомнив о Проклятии Драконов. — Ты был тем очаровательным ребенком, которого я тогда ударил! Боже мой, ты вырос в прекрасного рыцаря!

— Ваше Величество? — Валькирия посмотрела на своего безмолвного создателя. — Мы атакуем?

— Эта встреча доставляет мне гораздо меньше удовольствия, чем я ожидал, — признался король фоморов, явно не зная, как продолжить.

— Я был бы рад снова дать тебе пощечину, но мне нужно найти селекционера Далтона, — ответил Грандрейк, быстро отпуская фомора перед лицом гораздо более важных проблем. — От него зависит судьба бесчисленных принцесс.

— Я не могу позволить вам монополизировать моего главу персонала, Грандрейк, — перебил Вайнкер своего товарища-эколога. — И хотя я забочусь о сохранении принцесс, Друг Виктор очень расстроен своим нынешним выводком. Он уже один раз переродился, и я не позволю ему сделать это снова.

— Я понимаю, Вайнкер, но ты можешь представить себе мир без эльфийских принцесс? Выживание вида превосходит желания одного миньона!

— Может быть, — согласился Вайнкер. — Но Друг Виктор вовсе не миньон. Он будет размножаться, когда захочет.

— Благодарю Вас, Ваше Величество! — Голос Человечка Виктора эхом отдавался в толпе миньонов, хотя Вайнкер не мог точно определить его местонахождение.

— Ты больше не будешь игнорировать меня, змей, — прогремел Король Вотан, поднимая свой [Гунгнир] к горлу Грандрейка. — Я требую возмездия. Я вызываю тебя на смертельный поединок.

— Я не потерплю ничего подобного, — ледяным тоном ответил Вайнкер. — Но если вы хотите уладить это дело, я с радостью буду в вашем споре третейским судьей. Но вы будете драться цивилизованным способом.

— Битва миньонов? — С надеждой спросил Грандрейк. — Прошла целая вечность с тех пор, как она у меня была!

— Я имел в виду нечто более эпическое, — ответил Вайнкер, а затем взглянул на свою собственную битву в Покере Монстров.

Его мудрым, провидческое предложение было встречено отрицанием и мракобесием. — Нет, — ответил Вотан. — Это просто смешно. Я не собираюсь улаживать обиду карточной игрой.

— Карточная битва, — настаивал Вайнкер. — И я это тоже делал. Я заключил мир с Забытым, самым злым существом, когда-либо ходившим по Аутремонду, в эпическом матче Покера Монстров за судьбу мира.

В конце концов, сокровищница Вайнкера была его миром.

— Я не играю, — надменно ответил Вотан. — Я — воин.

— Если ты боишься проиграть, то можешь просто признать это, — ответил Вайнкер. — Никто не будет безжалостно издеваться над тобой, кроме меня.

Проверка Харизмы прошла успешно!

Пройдя тест 150 харизмы благодаря вашим предметам, вы получили четырех сталкеров!

— Король Вотан ничего не боится, — ответил лорд фоморов. Миньоны замерли от хитрого трюка Вайнкера. — Но я не стану улаживать обиду карточной игрой.

— Покер Монстров — это не азартная игра! — Ответил Вайнкер, защищая свое новое увлечение. — Это игра стратегии, хитрости, мужества и славы! Только квадратный корень интеллекта может постичь его глубину!

Какими бы страстными ни были его слова, Король Вотан сомневался. Однако, он благоразумно остался верен своему слову не причинять беспокойства Мурмурину. — Я соглашусь на честное испытание чемпионом, — наконец, сказал фомор Грандрейку. — Мои Валькирии против твоих слуг.

— А, наконец-то цивилизованный фейри. — Змей кивнул. — Я приведу свои силы защиты от рыцарей. Они были обучены сражаться с ложными принцессами, а это будет хорошей проверкой их способностей.

Попытка прорицания отменена [Зловещей Тайной].

Вайнкер фыркнул, возвращаясь к своей партии Покера Монстров, гадая, кто же это мог пытаться шпионить за ним прямо сейчас.

Ничего себе, кризис предотвращен! И на этот раз Виктору не пришлось играть роль посредника.

Визирь почувствовал некоторое облегчение, стоя на крыше дома и оставаясь невидимым. Хотя до окончания празднества он оставался инкогнито, он позволил себе немного отдохнуть.

Попытка прорицания отменена [Мини-Кругом против Больших Прорицаний].

Черт побери, неужели Грандрейк прошел уровни в классе заклинаний, ориентированных на предсказание?

Говоря о заклинаниях, теперь, когда он получил доступ к уровню IX, было одно заклинание, которое он давно хотел испытать.

— [За Варудо]!

Время остановилось.

Виктору казалось, что мир покрыт фиолетовой линзой, приглушающей все цвета. Звук внезапно исчез, люди перестали двигаться, а Вайнкер так и не закончил разыгрывать свою карту.

— Хорошо, — сказал Виктор. — Я мог бы сотворить несколько заклинаний в-

Время возобновилось, мир пришел в норму.

Виктор разочарованно повис на своей косе. Заклинание действительно длилось десять секунд, вместо того чтобы растянуться намного дольше.

— Вик! Вик!

Голос Киа звал его снизу. Виктор посмотрел вниз и увидел внизу своего друга [Паладина], пьяного, окровавленного и выглядящего ужасно. — Подожди, ты меня видишь?

— Я слышала, как ты выкрикивал свое заклинание, болван! — ответила она, явно пьяная, как Хэппилэнд. С силой и мастерством, которых он не ожидал от кого-то в ее состоянии, рыцарь быстро поднялась в дом, чтобы к нему присоединиться. Она протянула руку и коснулась его лица. — Вот ты где!

— Это мой нос… — пожаловался Виктор, а потом она случайно ткнула пальцем ему в глаз. — Эй!

— Прости! — Киа извинилась, садясь рядом с ним и одновременно ухитрившись схватить его за плечо. — Почему ты от меня прячешься?

— Я не прячусь от тебя, я прячусь от всех, — ответил он. — Я просто хотел немного тишины.

— Тишина — это для тех, кому не весело! — Ну, ее нынешнее состояние нарушало картину идеального Паладина, которую она обычно проецировала, но, по крайней мере, она казалась довольной собой. — Вик, я, я получила уровень! Я получила уровень, и я могу попробовать пиво! Я ударила минотавра и гигантского кальмара, и это сделало свое дело!

— Это замечательно, — ответил он, хотя и беспокоился о ее похмелье. — Только не оскорбляй больше Сэн.

— В глубине души я знала, кем она была, но ненавидела это! — Выпалила Киа, обнимая его за плечи. Это напомнило ему старые университетские вечеринки, когда его товарищи напивались до такой степени, что начинали болтать ему всякую чушь. — Я ненавидела это, потому что, когда я смотрела на Сэн, я видела себя!

Понимая, что она пьяно признается ему во всех своих грехах, и не оставит его в покое, Виктор вздохнул и похлопал ее по спине. — Все в порядке, Киа. Все нормально.

— Вик, я просто говорю, что однажды мы будем драться, и это будет великолепно, но мне тоже будет грустно. Потому что мне весело тусоваться с тобой и Вайнки? Могу я называть его Вайнки?

— Нет, ты не можешь, и я не хочу с тобой драться.

— Вик, ты мой Саскэ, — сказала она ему с тем, что могло сойти за серьезное лицо. — Я Наруто, а ты будешь моим Саскэ. Мы будем сражаться, я тебя побью, и тогда ты будешь искуплен.

Что за Хэппилэнд? Может быть, в глубине души она чувствовала то же самое? — Избить кого-то, чтобы он с тобой согласился, это не искупление, — возразил он. — это издевательство!

— Я тоже испугалась, когда мой парень въехал нашей машиной в машину, — ответила она, явно его не слушая. — Но я продолжала думать и поняла, что это не машина, а грузовик. Он въехал в грузовик, или это грузовик нас атаковал? Теперь я знаю правду, Вик. Я знаю правду.

— Что грузовики хотят нас убить? — Пошутил Виктор. Он вспомнил, как Эллисон упоминала, что какой-то грузовик убил ее при странных обстоятельствах, отправив в Аутремонд.

— Только не грузовики, Вик! — Ответила Киа, и ее глаза были такими лихорадочными, что она казалась одержимой. — Грузовик! Это всегда один и тот же грузовик! Это заговорщический грузовик, который отправляет людей в другие миры! Я все время предупреждала Кевина, но он никогда мне не верил!

Виктор усмехнулся.

Но в его сердце закралось сомнение, и он попытался вспомнить, как умер.

Он был убит в переулке, пытаясь защитить девушку от ограбления, это точно. Тем не менее, Виктор изо всех сил пытался разобраться в воспоминаниях, которые последовали за этим: люди собирались вокруг его тела, он в полубреду истекал кровью; звук машины скорой помощи, увозящей его в больницу; ощущение смертельного удара, посылающего его тело в полет, и фары, мчащиеся на него, чтобы-

…

— Нас всех убил один и тот же грузовик? — крикнул он, и несколько человек посмотрели на крышу. Поскольку видна была только Киа, они, вероятно, решили, что она сошла с ума.

— Это Трак-кун, — выпалила Киа. — Это машина серийный убийца, Вик. Машина серийный убийца!

Дело в том, что на данном этапе его жизни это не слишком удивило бы Виктора. — И все же я не собираюсь с тобой драться, — ответил он. — Я не святой, признаю это, но разве я не могу просто признаться тебе в своих грехах, а потом вернуться к этому, как цивилизованный человек?

— Это не путь [Паладина], — ответила она. — Хотя я бы с удовольствием включила и выключила переключатель. Не добрая часть, а законная.

— Разве нет гибкого эквивалента хорошего класса? — Предположил Виктор. — Опять же, до сих пор Митра так и не наказал тебя за то, что ты с нами связалась.

— Да, я его спрашивала. Он считает вас, ребята, необходимым злом, и, так как это делает меня счастливой, он дает мне некоторую свободу действий. Он ужасно тупой, но очень милый. Ты знаешь, что Гардмейн хочет помочь против Прайдена?

— Неужели? — Виктор поднял голову. — Откуда ты это знаешь?

— Кевин прислал мне сообщение. Митра хочет нового крестового похода, а король Роланд хочет остановить Дикую Охоту. — Она закрыла лицо рукой, а затем снова обрела осанку. — Нам очень нужна эта [Сюжетная Броня], Вик. Очень толстая.

— Мы займемся состязанием в подземелье, когда у нас будет время, — пообещал он, зевая. — Черт, я хочу спать. Сегодняшний день был изнурительным.

— О? — Киа нахмурилась, — у меня экран. Кто-то пытался меня разглядеть.

— Кто-то пытается подсмотреть за нами обоими? — Виктор понял. Кто бы мог подумать-

Проверка Интеллекта прошла успешно.

Фоморы. Это могли быть только фоморы, но почему? Зачем им знать, где они находятся?

— Эй, смотри! — Киа указала на небо. — Там наверху новая звезда!

Визирь взглянул на зеленоватую огненную падающую звезду, летящую с запада.

— Что за Хэппилэнд? — Удивился Виктор, а звезда, казалось, становилась все ближе и ближе, направляясь к замку Вайнкера на горе Мурмурин. Они были не единственными, кто заметил это явление. Вотан и Грандрейк, наблюдавшие за схваткой между Валькирией и кобольдом, оба взглянули на него; фомор, казалось, был озабочен больше, чем змей. Даже Вайнкер прервал свой победный танец над последней карточной битвой и поднял глаза.

Проверка Удачи-

— Вик, ложись! — Закричала Киа, прижимая его лицо к крыше, ее рефлексы взяли верх. Яркая звезда упала на северный склон горы, противоположный Мурмурину.

Последовавшая за этим вспышка была ослепительной.

Земля содрогнулась, по воздуху прокатилась чудовищная ударная волна, и все городские окна разом взорвались. Вику показалось, что вся страна содрогнулась. Миньоны от внезапного взрыва закричали, хотя гора защитила город от взрыва; даже Вайнкера потряс мощный взрыв, хотя он и держался. Вотан потрясенно смотрел на точку удара, и его единственный глаз от удивления расширился.

Сам Виктор с ужасом наблюдал, как загорается ночное небо.

Позади горы Мурмурин вспыхнула гигантская, похожая на гриб, масса огня. Как страшное предупреждение о грядущих событиях.

Его замок! Его прекрасный замок!

Вайнкер вместе с Горынычем летели высоко в небе, его сердце было полно беспокойства и заботы о его прекрасном, с трудом завоеванном логове, элитных миньонах, которые его окружали, и о его чудесных сокровищах в подвалах. Не обязательно в таком порядке.

К счастью, когда он перевалил через вершину горы, то обнаружил свой замок невредимым, защищенный алым барьером. Та же самая защита, которая когда-то защищала Забытого от гнева дракона, теперь спасла клад.

Однако, он не мог сказать то же самое об остальной части горы.

В результате взрыва часть ее обрушилась, и лава упала с горы в сторону моря неподалеку. Земля светилась зеленым светом и расплавленными осколками силового камня, а воздух был забит пылью, от которой зудели глаза. В том месте, куда попало оружие, в горе осталась зияющая дыра, достаточно большая, чтобы покрыть весь Мурмурин, если бы оно попало в город.

И хотя оружие промахнулось, оно выпустило в атмосферу тонны отравленного дыма. — [Контроль Погоды: Ясное Ннебо], — бросил Человечек Виктор, сидя на спине Горыныча. Прежде, чем ядовитое облако смогло поглотить Мурмурин, оно рассеялось без следа.

Пока его миньон справлялся с погодой, Вайнкер нырнул вниз, чтобы вблизи увидеть разрушения.

Вы входите в поле [Чернобыль]. [Огненные], [Ядерные], [Земные] и [Ядовитые] атаки будут значительно усилены.

Не-[Нежить], [Элдрич], [Чужой], [Насекомое], [Элементаль] и [Искусственный] типы будут терять 10 Очков Жизни в минуту, если они не защищены от [Ядерной].

Проверка Живучести прошла успешно. Недуг [Облученный] отменен.

Ему придется использовать [Геомантию], как только его магия, наконец, стабилизируется. Однако, разрушительная сила взрыва лишила его дара речи. Это было не Копье Ветра Брэндона Мора и даже не могучий [Рагнарок] Вотана. Вайнкеру потребовалась бы, по меньшей мере, минута непрерывной ковровой бомбардировки, чтобы нанести такой урон.

А падающая звезда сделала это в мгновение ока.

— У них есть ядерные заряды, — прошептал себе под нос глубоко напуганный Человечек Виктор, сидя верхом на Горыныче с рыцарем Киа за спиной. — Стрелы света.

— У них есть ракеты, — нахмурившись, добавила Рыцарь Киа. — Есть идеи, откуда они ее запустили?

— Чтобы запустить ракету, они использовали силовые камни, — сказал Человечек Виктор, указывая на осколки, усеявшие горный ландшафт. — Наши заклинатели отследили магию до точки ее происхождения. Прайден.

Конечно, трусливые фейри расстреляли его замок, не опасаясь возмездия. Не надолго, пообещал себе Вайнкер, не надолго.

— Некоторые МБР могут поражать цели на расстоянии более десяти тысяч километров, — сказала Рыцарь Киа, хотя Вайнкер не все до конца понимал. — Почему они просто не открыли портал в Мурмурине и не сбросили бомбу?

— Ну, мы вложили деньги в… — Человечек Виктор спохватился, когда Вайнкер глянул на него, — я приказал Агартанцам и Хэппиленду установить в городах империи V&V защиту от враждебной телепортации. Они пресекают любую попытку открыть портал от несанкционированных миньонов или членов V&V. Мы также установили противовоздушную оборону, но очевидно, ракета двигалась слишком быстро, чтобы они могли ее сбить.

— Мудро придумано, Человечек Виктор, — похвалил Вайнкер своего главу персонала, а затем попытаться понять, что же произошло.

Проверка Интеллекта прошла успешно.

— Они нацелились на меня, — понял Вайнкер, пытаясь разобраться в цепочке событий. — Но промахнулись.

— Может быть, у них и есть ядерное оружие, но нет инфраструктуры, которая позволила бы им поражать цели со смертельной точностью, — сказал Человечек Виктор. — У них нет GPS, карт, знания местности…

— Ты думаешь, именно поэтому они пытались за нами следить? — Пробормотала Рыцарь Киа. — Чтобы точно определить наше местоположение?

— Я думаю, что сначала они попытались разглядеть Его Величество, потому что хотели убить его лично, — объяснил Друг Виктор своему собрату-человеку. — Потом они попытались напасть на меня, потому что я всегда рядом с Вайнкером. Когда они не смогли найти меня, они попытались найти тебя, Киа, а когда и это не удалось, они потеряли терпение и запустили бомбу в примерное местонахождение Мурмурина.

— Но зачем использовать силовые камни? Если у них есть ядерная бомба, у них должен быть весь ракетный пакет.

— Ну, либо у них есть МБР, но они не знают, как их использовать, и поэтому переключили боеголовку на копию Копий Ветра Мора, либо…

— Или?

— Или они пытаются сделать свое собственное ядерное оружие, и это был тестовый запуск.

[Паладин] сделала короткую паузу, затем, наконец, заговорила. — Я отправляюсь в Гардмейн, я запрошу флот вторжения и вызову мою старую партию. Если фоморы создадут ядерный арсенал, под угрозой окажется весь континент. Ни одна страна не будет защищена от бомбардировок.

— Щит замка сумел защитить его от взрыва, — сказал Человечек Виктор. — Может быть, он мог бы разработать общегородскую версию?

— Да, найди его, — наконец заговорил Вайнкер, хотя ему очень не хотелось произносить эти слова.

Его слова шокировали даже самого верного друга. — Ваше Величество, вы согласны обратиться за помощью к Фурибону?

— Я ненавижу это так же сильно, как и ты, Человечек Виктор, — ответил Вайнкер с мрачной серьезностью. — Но если он может защитить от этих стрел моих подданных, то безопасность моих миньонов имеет приоритет.

Его решение выбило из колеи его лучшего миньона.

Это были необычные времена.

Это была война, и все шло своим чередом.

Даже вызов Забытого.

После катастрофы население Мурмурина было сильно потрясено. Вайнкер решил успокоить их речью, но сначала он призвал к себе в сокровищницу всех своих элитных миньонов и союзников. Его военный совет собрался, чтобы обсудить угрозу, и такие гости, как Грандрейк, тоже были приглашены высказать свое мнение.

Возмездие Ч2

— Теперь я понимаю, почему ты созвал Конклав, юный Вайнкер, — нахмурился старший дракон. Редко можно было видеть, чтобы его что-то беспокоило. — Никогда прежде я не видел такой разрушительной силы вне полета змея, а я проснулся еще до того, как эти боги-люди вошли в этот созданный драконами мир.

— Значит, вы поддержите мое дело? — спросил Вайнкер. Многие драконы уважали Грандрейка, как мудрого старейшину и предтечу охоты на принцесс.

— Да. — кивнул Грандрейк. — Ты можешь рассчитывать на мою поддержку в грядущей войне, юный король.

— Мы не можем ждать Конклава, — заговорила Рыцарь Киа. — Мы должны атаковать Прайден немедленно.

— Чем скорее мы высадимся на берег Прайдена, тем лучше, — согласился гном Марбре. — Фейри не настолько глупы, чтобы бомбить собственный дом.

Вкусный Малфи, сомневаясь, прочистил собственное горло. — Я разрываюсь. С одной стороны, наши активы полностью подвержены финансовому краху, но с другой стороны, я ожидаю обвала рынка, если мы атакуем берега без дополнительной поддержки.

— Я созову встречу выпускников, — предложила Изабель Мор, стоя рядом с закованным в броню Человечком Виктором. — Я уверена, что они примут участие в завоевании.

— Да, большая часть моего класса хочет править миром, а не сжигать его, — сказал Человечек Виктор. — Джая и Гоблина уже согласились помочь.

— Как обнадеживающе, — нахмурившись, ответила Рыцарь Киа. — Но я стою на том, что сказала. Нам нужен Гардмейн, и я могу их мобилизовать. Если мы атакуем с нескольких фронтов, фоморы не смогут развернуть свое оружие и взорвать нас.

— Это всего лишь гипотеза, — возразила Невкусная Эллисон. — Нам нужен более надежный метод борьбы с бомбами.

Проверка Интеллекта прошла успешно.

— У нас есть два, — объявил Вайнкер, привлекая к себе их внимание, — Человечек Виктор может изменить погоду, чтобы послать их стрелы прочь, а я могу сбить их своим дыханием.

— Это может сработать, но Мурмурин останется без защиты, пока вас не будет, Ваше Величество, — сказал Трупоторговец Жюль.

— Миньоны, которые не смогут сражаться или внести свой вклад в военные действия, будут эвакуированы на планету Луна, — объявил Вайнкер. — Это место настолько темное, что даже фейри не осмелятся на него напасть.

— Верно, даже ракеты не в состоянии ее достичь, — сказала Невкусная Эллисон, — или, по крайней мере, я надеюсь, что не смогут?

— [Чернобыльское] поле останется нетронутым для стильно ранних гостей драконов, чтобы они могли сами увидеть новообретенную угрозу фейри, — объявил Вайнкер, теперь в общем режиме. — До тех пор, пока не будет завершен Конклав, и я не уничтожу ее с помощью [Геомантии], область будет признана непригодной. Человечек Виктор позаботится о том, чтобы дым не загрязнял местность.

— Будет сделано. — кивнул Человечек Виктор. — Ваше Величество, на помощь какого количества драконов мы можем рассчитывать, если Конклав пройдет успешно?

— Все десять десятых, — ко всеобщему замешательству ответил Грандрейк.

— Миньон Виктор, мы, драконы, ненасытные существа, — объяснил Вайнкер. — Чтобы оставаться в отличной форме, нам нужно много коров и жира. К сожалению, этот мир слишком мал, чтобы вместить всех нас, поэтому в своей гениальности мы нашли решение. Мы впадаем в спячку на века, часто на тысячелетия.

— Понятно. — кивнул Трупоторговец Жюль. — Таким образом, популяция добычи может вернуться к устойчивому уровню. Но, учитывая аппетит Вашего Величества…

— В данный момент активна только одна десятая часть нашей расы, — подтвердил Вайнкер. — Конклав — это такой момент, когда неспящие драконы собираются, чтобы проголосовать за пробуждение остальных девяти десятых спящих, с целью войны. Мы поем песню старшего змея, и вся наша раса движется, чтобы уничтожить своих врагов.

— Например, как в случае с насекомыми, поедающими золото, — добавил Грандрейк. — Пусть их зло никогда больше не запятнает Аутремонд.

— Но если только одна десятая всех драконов активна, это означает, по крайней мере… — Человечек Виктор попытался подсчитать цифры. — Десятки тысяч?

— Достаточно, чтобы стереть с карты Прайден, — подтвердил Вайнкер. — Есть там стрелы света, или нет.

Остальная часть дискуссии была сосредоточена на методах защиты Мурмурина, эвакуации гражданских лиц в ожидании нападения — либо на проклятую Луну, либо в подземное царство Агарты, как предлагал Марбре. В течение нескольких месяцев ожидая нападения, армия Вайнкера была готова ко всему.

Они не позволят фейри выиграть войну, будь то на земле или в их сердцах.

Наконец, Вайнкер приказал своему флоту миньонов в ближайшие дни готовиться к высадке. Рыцарь Киа вернется в Гардмейн, чтобы призвать на помощь свой род, а Империя V&V призовет всех своих союзников присоединиться к силам вторжения.

— Что-нибудь еще? — Спросил Вайнкер, собираясь распустить совет, и пойти успокоить население.

— Да, — сказал Человечек Виктор. — Снаружи ждет Король Вотан. Думаю, он принял решение.

Как раз вовремя.

Вайнкер вместе со своим миньоном телепортировался из замка, найдя на одной из башен замка Драконоубийцу с Валькирией на плече. Фоморы с презрением смотрели на опустошенный горный склон.

— Всемогущая стрела, которая может поражать цели издалека, в то время как использующий ее остается в безопасности от любой контратаки. — Вотан покачал головой. — Это трусливое оружие, недостойное воинов.

— В моем мире оно используется как средство устрашения, — сказал Человечек Виктор. — Оружие настолько разрушительное, что угроза его применения принуждает к миру.

—Ясно, что Одиуз занимается не угрозами, — сказал лорд фоморов.

— И это беспокоит тебя, Драконоубийца? — угадал Вайнкер. — Мое предложение остается в силе.

Его бывший соперник задумчиво скрестил руки на груди. — Я не смогу доставить тебя в крепость клана Мелл в Прайдене, не собрав на твою голову всю силу моего рода, — сказал он. — Но есть место, где я могу выполнить свою клятву.

Вайнкер оставался неподвижен, как и его глава персонала.

— У клана Мелл есть дверь в тот мир, который вы называете Землей, — объяснил Король Вотан. — Они использовали его для захвата рабов и рабынь, когда Мэг Мелл еще не был выслан за создание Системы. Его дочь восстановила его десятилетия назад. Я могу привести тебя туда и заманить королеву фейри на поединок.

— А где дверь? — Тут же спросил Человечек Виктор.

— В темном лесу, в области между Зимними Королевствами и страной Тсария. Я могу открыть его кольцом. Потом… — Повелитель фоморов покачал головой. — Я не стану поднимать оружие против своих соплеменников, но если ты сдержишь свое обещание ограничиться местью клану Мелл, я тебя не стану останавливать.

— Ваше Величество, мы должны сломать эти врата, пока они не протащили еще больше оружия, — сказал Человечек Виктор своему повелителю дракону.

— Это врата в твой родной мир, миньон, — заметил Вайнкер. — Может быть, единственные. Ты действительно уверен, что хочешь закрыть их навсегда?

— Мой дом рядом с тобой, — ответил его друг, согревая сердце дракона. — Моя семья, наверное, уже переехала. И я буду спать более крепко, зная, что Одиуз не сможет им угрожать.

— Пока она жива, ворота можно восстановить, — холодно заметил Король Вотан.

— Ты не поможешь.

— Когда? — Проскрежетал Вайнкер.

— Чем скорее я покончу с этой бессмысленной борьбой, тем лучше.

— Ты не сможешь вечно оставаться нейтральным, — ответил Вайнкер, получив новое представление о своем смертельном враге. — У мерзкой Одиуз есть только рабы или враги. Если ты не будешь ей служить, она тебя убьет.

Проверка Харизмы прошла успешно.

Несмотря на этот посыл, Король Вотан остался с каменным лицом. — Может быть, она и попытается, — согласился он. — Но она все равно моя родня.

Вид на первом месте. Вайнкер не знал, как к этому относиться.

— Человечек Виктор, приготовься, — сказал дракон. — Мы телепортируемся к этим воротам, как только я закончу свою речь.

Фейри слишком долго нападали на его владения.

Пора дать им попробовать их собственное лекарство.

Новая тактика Ч1

— [Взрыв Стихий], — Человечек Виктор, готовясь к войне, заколдовал своего хозяина косой, — [Кислотная Мантия Верана], [Отсроченная Спешка]…

Ваши атаки стихиями [Огонь], [Вода], [Земля] и [Ветер] в течение получаса будут значительно усилены. Вы получите преимущества заклинания [Спешка] в течение десяти минут. Вы приобрели на час иммунитет к [Кислоте] и при физическом контакте нанесете урон [Кислотой].

— Ты закончил? — Спросил король Вотан, окруженный стаей Валькирий. Он уже почти полчаса наблюдал, как Вайнкер и его миньоны баффают друг друга.

— Скоро, — ответил Вайнкер после того, как Человечек Виктор произнес свое последнее заклинание, и проверил свою новую потенциальную комбинацию классов.

[Король Рыбак]: Легендарное воплощение нации, ее народа, ее земли, ее радостей и печалей. Специальности: Создание Монстров, Геомантическая Магия и Лидерство. Основной рост в Очках Жизни, Специальных Очках, Живучести и Харизме. Затронут Перк [Выращивание Монстров].

Хорошо. Если бы это затрагивало такие ценные Перки, как [Геомантия], он отказался бы от слияния. Вайнкер благословил эту комбинацию, чувствуя, что это будет его последнее повышение класса.

Выбор зарегистрирован. Ваш [Селекционер Подземелий] и [Геомант] слились в [Король Рыбак].

[Выращивание Монстров] меняется на [Гений Места].

[Гений Места]: Вы близко знакомы с регионом, которым управляете, что позволяет вам интуитивно чувствовать постигающие его бедствия. Кроме того, все ваши характеристики повышаются на один уровень, когда вы сражаетесь в пределах границ своей страны.

— Вы уверены, что не хотите сначала предупредить Гардмейн? — Спросил Человечек Виктор Рыцаря Киа, которая настояла на том, чтобы присоединиться к битве.

— Я хочу увидеть эти врата своими глазами, — ответила [Паладин], заканчивая активировать свои собственные Перки. — И если Одиуз там, вам понадобится вся помощь, которую вы можете получить. Вы все помните стратегию нападения из засады? Все невосприимчивы к огню и кислоте?

Вайнкер кивнул. После последней катастрофической битвы с Одиуз его миньоны разработали стратегию, как загнать фейри в угол и не дать им сбежать. Заманить врага в ловушку, сменить поле боя, идти прямо на командира. Самое могущественное заклинание Человечка Виктора будет сигналом к началу атаки.

На этот раз больше никаких игр.

— Ты поедешь верхом на Горыныче, а я — на Нуарсере, — сказал Человечек Виктор, садясь на своего кошмарного коня. — Я поменял лошадь моего [Черного Всадника], проверил потенциальную синергию с [Кроличьей Чумой] Вашего Величества и предупредил всех Перком [Этюд в Багровых Тонах]. Они готовы.

— Ой, а ведь Горыныч хотел показать хозяину свои новые [Рейнджерские] Перки, — пожаловался Змей, когда [Паладин] забралась к нему на спину. — Киа хорошая, но она не хозяин!

Вайнкер был в некоторой степени счастлив, что его глава персонала увидел неестественную ошибку в попытке оседлать Змея, но ясно, что Рыцарь Киа останется по колено в грехе. — Открой ворота, Драконоубийца, — почти приказал Вайнкер лорду фоморов, а затем обратился к силе земли. — [Чудо Природы].

Его тело просветлело, когда естественная энергия переместилась от почвы к его конечностям.

Все ваши показатели были повышены на два уровня. Ваше состояние [Нестабильная Магия] полностью снято.

— Я не подчиняюсь ничьим приказам, — ответил Вотан, но все же открыл огромное кольцо-портал фейри, достаточно большое для группы. — Двигайся вперед, Рыцареубийца. Я закрою шествие.

Вайнкер шел первым, готовый при первых признаках нападения выпустить поток драконьего огня, в то время как Человечек Виктор и Рыцарь Киа следовали за ним на своих конях. Король Вотан и его слуги шли последними.

В одно мгновение дракон покинул пределы своей империи, направляясь в самое сердце темного леса.

Даже под утренним солнцем местность казалась мрачной и темной, а листва настолько густой, что сквозь нее с трудом пробивался даже солнечный свет. Трава под его когтями превратилась в ядовитые сорняки, а красноглазые плотоядные деревья с голодом смотрели на присутствующих человечков. Однако само присутствие Вайнкера заставило их в страхе отступить назад.

Перед ними стоял трон из почерневшего дерева и шипов, от которого пахло мерзким полу-Фурибонским фейри, и огромные каменные ворота. Вайнкер сразу же узнал в них фоморский дизайн и гнусную работу Мэг Мелла.

Завершая шествие вместе со своими солдатами, Король Вотан замкнул за собой кольцо. Затем он ударил копьем по земле, и по лесу эхом разнесся громовой звук. Птицы разлетелись во все стороны, и в лесу воцарилась зловещая тишина.

Перед группой открылось новое кольцо-портал, в которое вошел дудочник-крысолов, поддерживаемый двумя металлическими гигантами. Эти две машины сразу напомнили Вайнкеру голема из фольги, которого он превратил в лом в Зимних Королевствах. Но эти были обтекаемыми, проворными металлическими рыцарями с крыльями, мечами света и пушечными щитами. Фейри разрисовали их серебром и золотом, словно в насмешку над самой сутью сокровищницы. Каждая машина могла сравниться размерами с самим Вайнкером.

Что же касается дудочника, то император узнал бы этого убийцу драконов где угодно.

Мелл Лин.

Мелл «Гамелин» Лин

Украшенный Гербом Души Фомор (Фейри / Растение)

Уровень: 50 (Элдрич Дудочник 25/Некромант 15/Лорд Паразитов 10)

Сильный против: Всех статусных недугов, Критических Ударов, Некромантии, Звука, Болезни, Фейри, Растения, Тьмы, Яда, Мгновенной Смерти, Физических атак.

Слабый против: Убийцы Фейри, Убийцы Растений, Дракона, Огня, Звездного Металла.

Злобный и трусливый Дудочник из Гамелина, брат Мелл Одиуз и источник чумы, свирепствующей на континенте. Его музыка может воскрешать мертвых, развязывать эпидемии и вызывать монстров; он пытался убить вас и Вайнкера десятки раз, и теперь остро осознает, что терпение его гораздо более опасной сестры к его неудачам иссякает. То, чего этому дурному семени недостает в храбрости, он с лихвой восполняет хитростью и пронырливостью.

Понял? Плохое семя, сорняки? Потому что он наполовину [Растение]!

Продвинутый [Бард] с некоторыми отвратительными [Выступлениями], хорошим колдовством, способностями призыва… но уязвимостями, которые легко использовать. Однако Виктор нахмурился, когда его взгляд обратился к големам. Как он и опасался, они были всего лишь прототипом. Сколько их может быть у фоморов?

— А где Одиуз? — Спросил Вотан, с презрением глядя на чудовищного дудочника.

— Она занята планированием уничтожения меньших рас, и послала меня забрать твою дань. — Крысолов свирепо посмотрел на Вайнкера. — Почему он до сих пор жив? Только не говори мне, что ты хочешь убить его на моих глазах, по-воински?

— Одиуз попросила, чтобы я принес ей его голову. Так как ты представляешь ее интересы, я это сделал.

Крысолов, казалось, был по-настоящему шокирован таким ответом, как будто сама мысль о том, что Вотан обернется против него, была немыслима. — Ты предал высшую расу?

— Я не предал себя, — ответил Вотан с холодным презрением. — Я выполнил свою клятву.

— Тогда ты знаешь, каковы будут последствия. — Дудочник впился взглядом в Вотана, и атмосфера стала еще более напряженной, чем прежде. — Твое королевство за это сгорит. Только если ты убьешь их сейчас, моя сестра не заметит этого предательства.

— Я приветствую ее вызов, — равнодушно ответил лорд фоморов и открыл собственный портал. — Но я не верю, что ты проживешь достаточно долго, чтобы мне угрожать. Война порождает войну. Вернемся в Асгард, мои Валькирии.

Девы-воительницы кивнули и пересекли портал. — Прощай, Рыцареубийца, — сказал Вотан, в последний раз кивнув Вайнкеру.

Дракон что-то проворчал, но ответил тем же. Лорд фоморов исчез и свернул за собой кольцо портала, оставив две группы смотреть друг на друга.

— Я его не понимаю, — сказал крысолов, — зачем искать смерть ради принципов? Даже с душой это выше моего понимания.

И чтобы подчеркнуть свои слова, он немедленно попытался открыть кольцо-портал и убежать.

— [Сверкающий Театр]! — Прорычал Вайнкер, и огромная клетка золотой энергии покрыла куполом большую часть леса.

Бамп.

Мелл Лин ударился лицом о собственный портал, не в силах его пересечь. Он коснулся его рукой, а затем внезапно понял, что это [Сверкающий Театр] мешает ему убежать. — О, — сказал он и повернулся лицом к группе. — Ты действительно хочешь сразиться со старым добрым Гамелином?

— Ты говоришь так, словно мы должны бояться битвы, — дразнил его Вайнкер. — Ты, трусливая крыса, потратил годы, пытаясь этого избежать.

— Может быть, но ты же знаешь, что говорят, Рыцареубийца. — Мелл Лин поднес к губам дудку, собираясь сыграть мелодию. — Загнанная в угол крыса укусит кошку. Я думал, что наше дружеское предупреждение прошлой ночью этому тебя научит.

— Ты не только угрожаешь целым нациям бомбами, которые лучше оставить на складе, но и являешься источником чумы, опустошающей континент, — поняла Киа, и ее взгляд стал твердым, как сталь. — Ты никуда не пойдешь.

— Чума… одна из моих лучших идей, не так ли? Интересно, сколько слез было пролито в этом году?

Новая тактика Ч2

Рыцарь подняла свой меч, но фомора защитили два голема, атмосфера становилась еще более электрической. Виктор быстро просмотрел их.

Талос Титан

Продвинутый Голем Талос (Искусственный / Фейри)

Переменная сильных и слабых сторон (зависит от [Изменения Барьера]).

Окончательная версия Голема Талоса, избранных солдат Мелл Одиуз и орудий разрушения. У этих безжалостных автоматов душа и свободная воля подавлены из-за проблем доверия Одиуз. Эти смертоносные машины могут наносить урон [Драконоубийца], менять свои слабые стороны, чтобы адаптироваться к любой текущей угрозе, летать и оснащены магически усиленным Земным оружием.

Радуйся. Ты больше не имеешь дела с обычными тупицами.

— Ваше Величество, они более могущественны, чем те, с которыми мы сражались в Зимних Королевствах, — предупредил Виктор Вайнкера. Хотя план требовал, чтобы они сначала нацелились на дудочника, и несмотря на то, что с тех пор, как они сражались с прототипом, они получили сорок или около того уровней, этих двух големов нельзя было недооценивать.

— Големы, предназначенные убивать, ну, в общем, все что угодно, — задумчиво произнес Мелл Лин. — Но, в основном, драконов. В Прайдене их тысячи.

— Даже миллион таких не защитит тебя от меня, — предупредил Вайнкер, более сосредоточенный, чем когда-либо его видел Виктор. И, все же, обе группы держались в напряженном противостоянии, не зная, кто сделает первый шаг.

— Если мы будем здесь сражаться, земные врата не выживут. — Дудочник передал магию через свои пальцы. — Смотрите, что вы упускаете.

Пока Виктор поднимал косу и почти уже подал сигнал, гигантские каменные ворота медленно открылись.

Вместо того, чтобы показать остальную часть темного леса позади них, местность за порогом оказалась ужасно знакомой, Виктор видел ее на фотографиях. Огромный туристический пейзаж под серым небом, покрытый кругом огромных друидических камней. Видение то появлялось, то исчезало, словно мир за порталом был всего лишь иллюзией.

— Стоунхендж, — сказала Рыцарь Киа, удивленная не меньше самого Виктора.

— Ты ведь родом из этого места, не так ли? — Спросил Мелл Лин. — Ты можешь вернуться. Твои близкие ждут тебя на другой стороне.

— Я вижу только круг из камней, — невозмутимо ответил Человечек Виктор. — У меня был курс по [Злому Искушению], ты знаешь, ты получил проходные уровни.

— Ты уверен, человечек?

Изображение Стоунхенджа изменилось, открытое поле природы сменилось знакомой квартирой.

Глаза Виктора широко распахнулись, когда в поле зрения появилась знакомая пара людей. После почти десяти лет, проведенных в Аутремонде, как в Схоломансе, так и за его пределами, он почти забыл, как они выглядят. Длинные каштановые волосы и это материнское лицо, становившееся строгим всякий раз, когда она подталкивала его к занятиям; этот суровый человек, чьи уроки были подобны урокам Дяди Бена, а его сын всегда делал вид, что слышит, но никогда им не следовал.

Они готовили что-то так же, как и всегда, как будто он никогда не уходил.

— Мама? —  Выпалил Виктор. — Папа?

— Видите ли, я изучал вас обоих, Бекеле и Далтона. И хотя открытие ворот истощает, мы можем просто отлично видеть все, что угодно. — Гамелин одарил их злобной ухмылкой. — И я знаю, где живут ваши семьи.

Мелл Лин взмахнул рукой, и портал раскололся надвое, второе видение сосуществовало с напоминанием о собственной жизни Виктора. Киа замерла, когда за порталом появился двойник Моргана Фримена, который учил пятилетнего ребенка ловить рыбу.

— Твоя мать умерла от горя, Бекеле, — дразнил Мелл Лин [Паладина]. — В твоей смерти она винила себя. Потому что она позволила тебе встречаться с этим глупым парнем. Что касается твоего отца, то твоя смерть забрала то, что никогда не вернется. Посмотри на него, пытающегося заполнить пустоту новой семьей, новым ребенком… тебе не грустно смотреть на это?

— Заткнись, — ответила Киа, угрожающе сжимая меч. —Ты думаешь, что сможешь напугать нас, угрожая им?

— О, вовсе нет. Нет, я открываю вам это, как предложение мира. Если вы отпустите меня без боя, я открою вам дверь и позволю к ним присоединиться. Неплохая сделка, а?

— Не слушайте его лжи, миньоны, — сказал Вайнкер, напрягаясь, как леопард, готовый наброситься на свою жертву, но все еще ожидая сигнала Виктора. — Его обещания — не более, чем жестокие шутки.

— Я искренен в своей доброте, — мягко возразил Мелл Лин. — Почему бы вам не вернуться к бессмысленной, нормальной жизни и не оставить нас, аборигенов Аутремонда, сражаться в наших собственных войнах? Уходите. Возвращайтесь к своим близким.

Виктор сразу же заметил в словах фейри что-то странное.

Проверка Интеллекта прошла успешно.

— Ты сказал «нормальная жизнь”, — сказал [Жнец], догадываясь, что он имеет в виду. — На той стороне система не работает в полной мере. Там мы бессильны.

— Вы переоцениваете себя, — насмехался над ними Мелл Лин, поигрывая дудкой. — Вы всегда бессильны. Ты же знаешь, что мою сестру невозможно победить. Сопротивление бессмысленно.

— Громкие слова от труса, который убегал от меня каждый раз, когда мы дрались, — ответил ничуть не удивленный Вайнкер.

Поэтому, конечно, когда он увидел, что его аргумент не сработал, дудочник сразу же нацелился в самое сердце. — Неужели ты настолько жесток, что позволяешь своей собственной крови страдать, не зная, как тебе выжить? — сказал он, глядя особенно на Киа. — Люди этого мира не нуждаются в тебе… но те, кто находится за этим порталом, нуждаются. Неужели ты настолько эгоистична?

Виктор понимал умом и сердцем, что фомор играет с ними, наживаясь на их эмоциональных слабостях. Но, хотя ему всегда казалось, что он ушел навсегда, вид его родителей, живых и здоровых, заставил Визиря колебаться.

Они казались такими близкими и, в то же время, такими далекими.

— Нет, — ответила Киа, сначала нерешительно, а потом более твердо. —Нет. Нет.

Виктор переглянулся с ней и сразу понял, о чем она думала.

Даже если бы ей очень хотелось вернуться в свой мир и к отцу, она ни за что не бросила бы эту планету на Одиуз.

Что касается Виктора…

— Но, почему? — Спросил Гамелин, искренне озадаченный реакцией Киа. — Я не понимаю.

— Почему? У меня есть шестнадцать причин для этого! — Крикнул Виктор и послал сигнал. — [За Варудо]!

Вайнкер тут же бросился на Мелл Лина, хотя, прежде чем он успел до него дотянуться, время сместилось.

Когда время возобновилось, стал заметен эффект заклинаний Человечка Виктора. Ядовитые облака покрывали темный лес, как внутри его [Сверкающего Театра], так и снаружи. Могучая фигура затмила големов, он возвышался даже над Вайнкером. Когда они сражались, к драке присоединился новый, дружественный голем.

Погодные условия изменились на [Кислотный Дождь]. Каждый человек, подвергшийся воздействию дождя, получит непрерывный [Кислотный] урон, причем урон удвоится для [Растений]. [Кислотные] и [Ядовитые] эффекты будут усилены, в то время как [Растительные] и [Жизненные] эффекты будут ослаблены.

Его [Отсроченная Спешка] активировалась, увеличив скорость вдвое. Вайнкер прошел мимо големов, защищающих Мелл Лина, и ударил его кулаком в лицо. Его сжатый кулак был так же велик, как и сам фомор, и это заставило его врезаться в каменные двери его собственного портала. Портал в ответ замерцал и стал расплывчатым и нечетким.

— Рабы! — зарычал дудочник, уклоняясь от другого [Кулака Победы]. Удар Вайнкера создал небольшую воронку. Мгновенно, все хищные деревья вокруг начали двигаться, вырываясь с корнями и, как сетями, размахивая ветвями. Те, что находился снаружи арены, яростно царапали ее, а те, что находился внутри, со всех сторон атаковали миньонов Вайнкера; и даже капли кислоты, плавящие их кору, их не задерживали.

— Фермы Роло! — Так голем Роло ответил и на зов Человечка Виктора, и на брошенный ему вызов. [Фермер] ускорился, пробивая себе путь через каждое растительное чудовище между ним и Гамелином; каждое его движение разбивало стволы.

Големы Мелл Лина двинулись, чтобы перехватить Вайнкера и защитить своего хозяина, но их остановила более крупная фигура. Они посмотрели вверх.

Еще выше.

[Император Тараск] издал звериный рев, бросив на лес огромную тень; даже големы едва доставали ему до пояса.

Пока Киа призывала свой [Солнечный Суд], чтобы испепелить растительных монстров, а Горыныч атаковал голема сзади, Человечек Виктор присоединился к Тараску, атакующему другого. Титан-рептилия был настолько огромен, что легко, как игрушку, поднял машину и яростно прижал ее к стене [Сверкающего Театра]. Весь ландшафт дрожал, а его ноги с каждым шагом сокрушали десятки древесных монстров.

[Талос Титан] использовал [Изменение Барьера: Ядовитый Змей].

[Титан Талос] стал невосприимчив к [Кислоте] и [Яду].

Ядовитый кислотный дождь стекал по броне голема, не в силах причинить ему вреда. Однако он не мог затронуть и собственных союзников Вейнкера, защищенных защитными заклинаниями.

Не имея никого, кто мог бы его защитить, Мелл Лин внезапно телепортировался на место в нескольких метрах от самого Вайнкера, к его большому удивлению.

— А, вижу, ваша арена блокирует порталы и телепортацию наружу, но не внутрь или в ее пределах, — заметил дудочник, поднося свой музыкальный инструмент к губам и стараясь оставить как можно больше места между собой и Вайнкером. — Идите, мои слуги. [Щит Паразитов].

Из травы под ногами Мелл Лина, образовав чудовищный барьер, выползла орда черных крыс размером с кошку.

Новая тактика Ч3

Хотя Вайнкеру ничего не хотелось больше, чем разбить или испепелить дудочника, он помнил о стратегии и придерживался ее. Вместо этого он вцепился в землю и призвал свою магию, оставив дудочника на попечение Роло.

— [Терраформирование: Немагические Ландшафты, Вулкан]!

В ответ на приказ Вайнкера сквозь землю просочилась магма и подожгла траву. Почти все растения в радиусе мили загорелись, деревья-монстры от боли завыли, когда мир стал для них враждебным. Некоторые крысы умирали от жары, но большинство выживало в огне, используя трупы своих собратьев в качестве кровавого защитного слоя.

Тем временем, Мелл Лин приготовился спеть песню, но Роло успел схватить его за плечо. Даже с его врожденным сопротивлением физическим атакам, удар заставил фомора истекать золотой кровью из рта.

Занимаясь терраформированием земли, Вайнкер взглянул на своих союзников, чтобы увидеть их продвижение. Кислотный дождь и магма, от которых его миньоны были защищены, быстро свалили большинство древесных монстров. Остались только големы.

Один из них под потолком арены и среди кислотных облаков вступил в воздушную схватку с Рыцарем Киа и Горынычем; машина пыталась пронзить змея своим клинком, а он и Рыцарь Киа отвечали элементным дыханием и световыми лучами соответственно. Обе стороны были под [Спешкой], но голем принимал больше урона, чем давал.

Другая машина ужасно сопротивлялась Тараску, который был занят тем, что рвал его одной только грубой силой. Человечек Виктор даже оставил рептилию, чтобы тот сам заботился о своей добыче и пошел помочь Роло из Фольги.

— Роло помнит, как вы сожгли его поля, — сказал [Фермер] Мелл Лину, не обращая внимания на крыс, кусающих его за лодыжки, а затем ударил фомора один раз по лицу, а потом еще дважды. — Роло использует твой труп в качестве удобрения.

— Я не помню всех своих жертв, — ответил дудочник, когда его слуги-паразиты сумели замедлить голема, утопив его под своей огромной массой, и дав Мелл Лину короткую передышку. Фомор поднес к губам свой музыкальный инструмент и заиграл мелодию. — Но все они помнят меня.

Когда песня эхом разнеслась по пылающему полю боя, из трубки Мелл Лина вылетела орда больных зеленоватых призраков. Они выглядели как жертвы чумы, больные люди, зверолюди и другие существа, которые с резким звуком выкрикивали свою неприязнь к живым.

[Гамелинская Мелодия] Мелл Лина вызывала призраки его жертв.

Роло закрыл лицо руками, но не смог остановить атакующий его со всех сторон поток призраков. Он не мог поразить нематериальных противников, а крысы затрудняли его движения. Сидя на спине своего кошмарного коня, Человечек Виктор бросился на помощь, он начал целиться в призраков своей косой, пожирая их души.

— Ты уверен, что Кибела не слишком рассердится?! — крикнул Визирь [Фермеру]. В это время Вайнкер закончил терраформирование местности, а Тараск целиком проглотил остатки своего последнего врага.

— Старые деревья должны сгореть, чтобы зацвели новые семена, — ответил Роло, а когда исчез последний призрак, снова обратил свое внимание на Мелл Лина. Его роль в битве заключалась в том, чтобы занять вражеских заклинателей в ближнем бою, не давая им построить защиту от нападения других миньонов.

Однако львиная доля работы выпала на долю Вайнкера. Даже его любимый Человечек-миньон стремился только выиграть время, чтобы он мог развязать свою ошеломляюще мощную атаку.

Крысы образовали вокруг Мел Лина барьер из плоти, и он начал петь резкую, ужасающую панихиду, окружая себя сверхъестественной силой.

[Колыбельная Азатота] Мелл Лина вызо-

— Сегодня ты не встретишься с великодушным драконом, фейри! — Взревел Вайнкер, когда сцена была готова. — Ты стоишь лицом к лицу с Великим Бедствием этого Века! [Геомантия]!

Геомантия активирована! Тип Поля: Вулкан.

Эффект: [Извержение].

Все внутри [Сверкающего Театра] вспыхнуло ослепительным пламенем.

Защищенные заклинаниями от огня и кислоты, только Вайнкер и его союзники пережили магический огненный шторм; некоторые, как Роло из Фольги, были отброшены силой взрыва, но жар не смог причинить им вреда.

Тем временем, все крысы Мелл Лина мгновенно испарились, как и последний вражеский голем. Песня фомора была пронизана воем боли, его деревянная кожа горела от обжигающего пламени, а волшебная трубка таяла в его руках.

Вы нанесли огромный урон [Огнем]!

Каменные ворота от мощного взрыва разлетелись вдребезги, разбрасывая во все стороны радужные молнии. Само пространство, казалось, разрывалось на части, превращаясь в неустойчивую трещину, то появляясь, то исчезая, а затем рухнуло на себя.

Окруженный пеплом, дракон повернулся к последнему стоящему врагу. Эта сцена напомнила ему о его первой стычке с Вотаном, чей могучий [Рагнарок] разбил Пиггибэнк и сбросил дракона вниз, прежде чем тот смог отомстить. Змей должен был поблагодарить Драконоубийцу за то, что тот научил его этой тактике.

И все же, одинокий, агонизирующий, со всеми своими собравшимися вокруг него врагами, Мелл Лин продолжал петь.

В ответ на его гнусную песню внутри [Сверкающего Театра Вайнкера] появилось еще больше трещин в пространстве, но это были черные дыры, открывающиеся в самое сердце Ада.

Свинцовая сторона Лууууны!

Фиолетовые щупальца, большие, чем башни драконьего замка, вынырнули из расщелин и метались вокруг. Тараск зарычал на вызов, но тут же был схвачен за горло и конечности, борясь с невидимым чудовищем, еще большим, чем он сам. Еще одно щупальце схватило Роло сзади и швырнуло на землю.

Вайнкер выпустил в новых врагов дюжину огненных шаров, но Человечек Виктор сосредоточился на дудочнике. — Не обращайте внимания на призванных, бейте призывателя! — крикнул [Жнец] и обрушил на фомора [Взрыв Аида]. Мелл Лин отпрыгнул в сторону, отчаянно напевая и чуть не спотыкаясь о пепел.

Спустившись с небес, Рыцарь Киа и Горыныч нырнули к фомору. Щупальце остановило змея на полпути, но Паладин спрыгнула с его спины и добралась до фомора.

Слэш!

Одним взмахом клинка Рыцарь Киа отсекла фомору правую руку, которая держала дудку. Мелл Лин издал яростный рык, но его мелодия была прервана, трещины сомкнулись и разрезали щупальца. А фомор попытался увернуться от смертельного удара клинка [Паладина]…

… только чтобы приблизиться к Вайнкеру.

— Подожди! — Фомор в отчаянии поднял последнюю руку. — Пожалуйста, я могу-

Вайнкер раздавил его кулаком, заткнул рот и пригвоздил к земле.

Когда порталы закрылись, Горыныч приземлился рядом с группой, а Тараск радостно лакомился щупальцами. — Мы победили! — обрадовался змей, и Роло похлопал его по боку. — Горыныч помог!

— Ты пытался убить меня во сне, Мелл Лин, и причинил вред драконам, когда они не могли сопротивляться, — сказал ему Вайнкер. — Твоя смерть не будет достойной. Человечек Виктор.

Глава персонала поднял косу.

— «Старый добрый» Гамелин может умереть… — Ответил Мелл Лин, сверкая глазами, полными ненависти, и ударил левой рукой по земле.

— Приведи приговор в исполнение, — приказал Вайнкер своему Визирю.

— Но никогда в одиночку!

Человечек Виктор обезглавил его одним ударом. Как и Мэг Мелла. Изуродованная душа Гамелина испустила последний крик. Когда ее втащили в призрачную косу, его тело превратилось в пепел, вернувшись к проклятой земле, которая дала этому паразиту жизнь.

Жестокая, односторонняя битва продолжалась менее пяти минут; и когда Вайнкер отменил [Сверкающий Театр], он понял, что не получил ни единой раны.

Поздравляю! За организацию своих миньонов и приведение их к ошеломляющей победе вы заработали уровень в [Кайзере]!

+30 Очки Жизни, +10 специальные Очки, +1 Сила, +1 Жизнестойкость, +1 Мастерство, +1 Ловкость, +1 Харизма!

Даже Система, казалось, нашла это слишком легким.

Проверка Удачи не удалась.

Глаза Человечка Виктора расширились от ужаса, когда на том месте, где Мелл Лин ударился о землю, он увидел светящуюся надпись. Зеленая руна.

— Нам нужно эвакуироваться! — крикнул он. — Прямо сейчас.

Проверка навыков прошла успешно.

Вайнкер сразу понял почему, когда поднял глаза к небу. Он увидел ее, нацелившуюся на их место, даже когда облака ее скрывали.

Падающую звезду.

— [Золотая Дорога]! — Вайнкер открыл путь к своему сокровищу, и его миньоны бросились в портал… за одним исключением. — Эй ты, пролезай!

Тараск посмотрел вверх, на ракету, но это не произвело на него никакого впечатления, и он вернулся к лакомству из оставшихся щупалец.

Вайнкер почти использовал [Альфа-Магнетизм (Чешуя)], чтобы заставить его идти, но понял, что у него не так много времени. С большим раздражением он пересек портал и закрыл его за собой, как раз перед тем, как упала бомба.

Выйдя из Темного Леса в теплые пределы склепа Вайнкера, группа с облегчением вздохнула. — Вот это да… все прошло хорошо, — сказал Человечек Виктор, и его лошадь издала горделивое хмыканье. — Эпическая Вечеринка, а?

— С нами был Тараск, — сказала Рыцарь Киа со спины Горыныча и нахмурилась. — Где же он?

— Проверь его, миньон, — приказал Вайнкер. Он знал, что это существо почти неуязвимо, но все же беспокоился о его безопасности.

— [Магическое Зеркало Камиллы], — произнес Человечек Виктор, и перед ним появилось призрачное зеркало. Поверхность сменилась изображением Темного Леса… вернее, того, что от него осталось.

Последнее проклятие Гамелина стерло с лица земли большую часть этого района, превратив мили леса в дымящиеся кратеры. Тонны обломков и пламени поднялись в атмосферу в форме гигантского гриба, что свидетельствовало о готовности фейри, если понадобится, уничтожить их собственный дом. Рядом с пеплом Гамелина появился радужный герб — трофей, ожидающий, когда заявят о себе победители.

И среди опустошения, ничуть не потрепанный, Тараск был занят тем, что пировал поджаренными щупальцами.

Однако он светился еще зеленее, чем раньше.

— Ну, — сказал Человечек Виктор, — думаю, что уровень заболеваемости раком в ближайшее время не снизится.

Сбор Ч1

Итак, Конклав Драконов начался с прибытия ранних гостей.

Вайнкер, Грандрейк, Человечек Виктор и Горыныч собрались на месте встречи прямо за Мурмурином, на травянистом поле, достаточно обширном, чтобы вместить армию драконов. Тысячи миньонов уже были на работе, готовя еду и напитки для гостей, а летающие змеи все прибывали и прибывали.

Когда мерзкий Мелл Лин был повержен, а Земные Врата уничтожены, новая война между фоморами и драконами в огне и пламени уже началась. Но настоящая битва будет решаться здесь.

— Миньон. — Вайнкер повернулся к Человечку Виктору, который оставил свою косу какому-то миньону для изучения. — Ты уверен, что никакая падающая бомба не испортит этого собрания?

— Противоракетная Защита Исэкай полностью готова, Ваше Величество. —

[Жнец] показал на холмы рядом с лугами, где размещались ракеты гномов.

Система в своем дизайне была просто великолепна. Самоубийцы — члены Эзотерического Ордена Исэкай, желая, подобно своему основателю, воплотиться в этой мифической Японии, запускали ракеты и разбивали их о любую приближающуюся бомбу задолго до того, как они достигали земли. Вайнкер не только защитит свои берега от нападений, но и поможет естественному отбору отсеять своих самых глупых миньонов.

— Укрепите также дверь моего хранилища, — сказал Вайнкер. — Я проснулся сегодня утром и обнаружил, что паук-охотник пьет мой пот и обещает, что мы созданы друг для друга. Я должен был ее съесть.

— У меня та же проблема, но это — интересное решение. У меня есть амулет для уменьшения харизмы, он должен помочь со сталкерами.

— Миньон, с чего бы мне быть менее харизматичным? Особенно, в такое время? Нет, лучше есть захватчиков приватности по одному.

— Надеюсь, все пройдет хорошо, — покачал головой его человечек. — Я не уверен, что регенерация тарадронтов и наши фермы закусочных кошек смогут угнаться за аппетитом гостей.

— Тарадронты? Почему не их отец? — спросил Вайнкер. Растолстев на трофеях последнего набега, Тараску было бы полезно немного похудеть.

— Поскольку [ИмператорТараск] теперь настолько радиоактивен, что убивает почти все, что находится поблизости, я никого не рискну кормить его плотью, даже родственников Вашего Величества. Мы даже не можем больше держать его в Дронтосаде, не рискуя жизнью персонала или наших дронтов; нам повезло, что ведущая сторона граждан Луны может с ним справиться для нас.

Хорошо. Это сделает его еще более эффективным против фейри, хотя он будет держаться подальше от других миньонов.

— Селекционер Виктор, я плохо слышу твой голос, — нахмурился Грандрейк. — Ты можешь повторить, но громче?

Император тут же нахмурился, так как уважаемый [Охотник на Принцесс] изо всех сил пытался понять его Великого Визиря. — Похоже, звуковой барьер богатства догоняет тебя, Селекционер Виктор, — сказал Грандрейк. — Ты должен работать над своим сокровищем.

— Но Человечек Виктор — настоящий миньон! — протестовал Вайнкер. — По умолчанию, он находится за пределами звукового барьера богатства!

— Да, именно поэтому я все еще слышу его, но только в среднем классе.

Вайнкер запаниковал от такого откровения. — Миньон, — он повернулся к Человечку Виктору, который со стыдом смотрел себе под ноги. — Ты… ты беден?

— Ваше Величество, я многим людям плачу алименты, — признался бедный Визирь. — С гонорарами за юридические услуги, моим поместьем и моими исследованиями… Я выхожу за пределы моей одной-одной-десятой.

Помимо того, что Вайнкер никогда не потерпит, чтобы его глава персонала был нищим, его беспокоило кое-что еще. — Человечек Виктор, так вот почему ты не хочешь размножаться? Потому что большее число детей, чем у тебя сейчас, сделает тебя еще беднее?

— Это… одна из причин. Я признаю это… если Ваше Величество… — Человечек изо всех сил пытался найти правильные слова, — что, если бы Ваше Величество могли… увеличить мою одну-одну-десятую…

— Миньон, ты просишь меня о… — Вайнкер с трудом выговорил это из своего горла. — Прибавке к жалованью?

Человечек Виктор медленно кивнул, выглядя, как щенок, ожидающий, что его вышвырнут.

Повышение зарплаты? Это было безумие, даже для Человечка Виктора! Каждый дракон знал, что когда один миньон получает повышение, каждый другой бездельник хочет тоже его получить! Повышения были началом забастовок, войн миньонов!

Но если Человечек Виктор отказался размножаться, потому что ему нужно было больше золота, чтобы баловать свое потомство, то это в долгосрочной перспективе уменьшит ресурсы Вайнкера, потому что его лучший лакей породит меньше миньонов. Если все его слуги следовали тому же правилу, то это объясняло их тусклую плодовитость.

Дракон обдумывал этот вопрос с большой осторожностью, его разум терялся в сложной математике, которую мог понять только такой разум, как у него.

Если вторая одна-одна-десятая означает еще одного миньона, который может дать ему девяносто восемь процентов своего заработка… тогда, учитывая огромное количество богатств, ожидающих дракона, общее конечное богатство будет, в общем, больше, чем если бы Вайнкер поддерживал свои обычные ставки! И если бы скорость размножения удваивалась с каждой добавленной одной десятой, то общее число выросло бы экспоненциально до бесконечности!

Проверка Интеллекта прошла успешно!

Вы открыли для себя окольные пути долгосрочного инвестирования!

— Человечек Виктор, да будешь ты свидетелем шестой заповеди, которую я передам нижнему миру, — обратился Вайнкер к духу щедрости Старшего Змея. — Что отныне все мои миньоны имеют право на одну-десять-десятую их заработка.

Это заявление вызвало изумленные возгласы, как у Человечка Виктора, так и у Грандрейка. — Ваше Величество имеет в виду полную десятую часть? — спросил его глава персонала, слишком потрясенный, чтобы полностью понять щедрость своего хозяина. — Мы можем оставить себе десятую часть нашего заработка?

— Да, одна-десять-десятую, — сказал Вайнкер, великодушно поднимая голову и ожидая похвалы за свое великодушие.

— Ты уверен, молодой Вайнкер? — Удивленно переспросил Грандрейк. — Это … этого никогда не было за всю историю драконьего рода.

— Я не дракон, который повторяет кого-то, — ответил Вайнкер. — Провидцы рискуют, чтобы изменить мир к лучшему. И для себя тоже.

— Я определенно могу сказать, что, в моем случае, все изменилось к лучшему! — Обрадовался Человечек Виктор, едва не целуя безымянный палец Вайнкера в знак обожания. — Преклоняюсь перед добротой Вашего Величества!

— Селекционер Виктор, я слышу тебя лучше, чем когда-либо, — обрадовался Грандрейк. — Ты вошел в Свободный-Мир-ранобэ диапазон громкости миллионера.

— Ну да, если я оставлю себе хотя бы десятую часть того, что заработаю… — Человечек Виктор сжал кулак. — О боги, теперь я чувствую себя намного легче!

— Тише, миньон, будешь хвастаться моим соперникам, когда они прибудут, — сказал ему Вайнкер, когда приземлились первые драконы.

Как и ожидалось, его близкие родственники прибыли раньше всех, а племянница и кузен обрадовались встрече с ним.

— Дядя! — Джоли уткнулась носом в Вайнкера, теперь на каждом дюйме ее тела была прекрасная золотая броня. К несчастью, она несла на спине Кобольдов Рейнджеров, поскольку Рыцарь Киа оставила свои обязанности. — Посмотри на меня, я стала настоящим [Рыцарем]!

— Я так горжусь тобой, — сказал Вайнкер, и поклялся, что, как только праздник закончится, он побалует свою племянницу. — Какой у тебя уровень?

— Сорок первый!

— Мы так гордимся тобой, Джоли, — сказал второй гость, Гениалиссимус. В отличие от племянницы, он нес своего главу персонала, как подобает дракону, в руке, а спину приберег для своего сына Куражье. — Великий Грандрейк, для меня большая честь снова встретиться с вами.

— Ах, юный Гениалиссимус, я помню, как ты был крошечным отродьем своей матери! — кивнул сам себе старший дракон, затем взглянул на Куражье. — Я вижу, ты поймал свою собственную королеву драконов, чтобы произвести потомство!

— Д-Деньги! — Ответил Куражье, слишком напуганный старшим драконом, чтобы сказать что-нибудь связное. — Я — деньги!

— Ваше Величество, если все идет хорошо, могу ли я телепортироваться на несколько часов? — Спросил Человечек Виктор, когда драконы обменялись обильными любезностями. — Киа уже уехала просить помощи у Короля Гардмейна Роланда, а мне нужно кое с кем встретиться в Хадмере.

Ну вот, государственная политика рождаемости Вайнкера уже принесла свои плоды! — Иди, размножайся, миньон! Я позову тебя, если понадобится!

— Благодарю вас, Ваше Величество, — сказал Человечек Виктор, поклонился и в клубах дыма телепортировался.

К сожалению, не успел Человечек Виктор уйти, как новая форма в небе испортила Вайнкеру настроение.

Единственная проблема с Конклавом заключалась в том, что были приглашены все драконы.

Сбор Ч2

Единственная проблема с Конклавом заключалась в том, что были приглашены все драконы.

— Змей! — Обрадовался Горыныч, когда на траву приземлился фиолетовый женский член его вида. Она была даже более инбредная, чем лошадь Человечка Виктора, с молочными железами и волосами.

— Кузен, что эта штука здесь делает? — Спросил Гениалиссимус, а Грандрейк просто повернулся спиной, игнорируя появившуюся.

— Я — драконс! — соврала самка змей, она не умела даже хорошо говорить. — Я имею прав быть сдеся!

— Это правда? — Растерянно спросила Джоли. Из-за ее возраста некоторые неприятные аспекты собрания были от нее скрыты.

— Младшие родственники драконов, такие, как разумные дрейки и змеи, лоббировали право участвовать в Конклаве, — признался Вайнкер. — Мы предоставили им право присутствовать на дебатах, как и нашим главам персонала.

— К счастью, змеи не имеют права голоса, Джоли, — сказал Гениалиссимус. — Они — угнетенное меньшинство.

— Но если бы мы могли голосовать всеми нашими сремя холовами, нас было бы польше, чем вас! — пожаловалась самка-змей.

— Посмотри на себя! — смеялся над тварью Вайнкер. — У тебя есть волосы! Ты так инбредна, что у тебя есть волосы!

— Пока я жив, Змеи никогда не будут голосовать! — поклялся Гениалиссимус. — Что еще, дать право голоса вивернам? Неужели никто больше не видит этого скользкого пути?

Вайнкер ожидал, что Горыныч будет жаловаться или скулить, но змей был совершенно очарован новоприбывшей и набросился на нее. — Горыныч находит тебя красивой!

— Шпасибо! — ответила самка, инбредный ужас, ее три головы встревожились. — Мой племянник — мой ждедушка!

— У меня тоже! — Горыныч завилял хвостом. — Ты — само совершенство!

Вайнкер повел себя, как подобает дракону, он не обратил на них внимания и приветствовал прибывших новых гостей.

Поздравляю! За то, что вы ехали рядом со своим хозяином и открыли первую битву войны, вы заработали один уровень во [Всадник Хаоса]! Вы заработали классовый перк [Красный Всадник]!

+30 Очки Жизни, +1 Сила, +1 Живучесть, +1 Мастерство, +1 Ловкость, +1 Интеллект, +1 Харизма.

[Красный Всадник]: Вы и движения вашего коня никогда не нарушаются эффектами [Поля] или [Погоды]; кроме того, находясь верхом на монстре, вы и ваше существо игнорируете все формы снижения урона и сопротивления [Физическим] атакам, включая броню (вы не игнорируете иммунитет). Вы можете добавить в свою конюшню двух монстров.

Наконец, все его [Избранные] льготы компенсируют рост его самого низкого класса!

Всю свою жизнь Виктор помнил, как в самом начале своих приключений защищал от Скорчеров портовый город Хадмер; тогда ему было меньше двадцати лет, и он едва выжил в напряженной битве с двумя бандитами. Некоторые из Рейнджеров Кобольдов даже погибли, и ему пришлось принять [Некромантию], чтобы вернуть их обратно.

Как далеко он зашел с тех пор. Портовый город нисколько не изменился, не считая того, что восстановил дома, разрушенные Скорчерами и битвами V&V; но Виктор определенно изменился.

Окруженный статуями трех стражников, со снятым шлемом, Визирь постучал в дверь гостиницы Линетт. Горожане покинули улицу, увидев [Жнеца], либо потому, что не узнали его… либо потому, что узнали.

— Иду, — произнес женский голос за порогом, затем открылась дверь. — Да?

— Линетт, — сказал Виктор. — Давненько не виделись.

Больше года для нее, восемь для него.

Как и весь город, она почти не изменилась. Она была все той же грудастой трактирщицей, с длинными светлыми волосами, собранными в конский хвост, и изумрудными глазами. На ней было платье и кулон с символом Шеши, который соответствовал жадности ее покровительницы.

— Виктор? Виктор Далтон? Прости, я почти не узнала тебя на мгновение, и… — она прищурилась на статуи вокруг него. — Почему тебя окружают оцепеневшие стражники?

— Я думаю, что с моими горящими доспехами, крыльями и драконьим хвостом они приняли меня за кого-то другого. Они придут в себя через несколько часов.

— Понятно, — сказала трактирщица, окончательно удивленная. Она оглядела его с головы до ног, очень впечатленная его устрашающей внешностью. — До меня доходили слухи, но…

— Можно мне войти? — спросил он. — У меня осталось всего несколько часов до того, как мне придется телепортироваться обратно в V&V.

— Конечно, — сказала она, приглашая его войти и закрывая за ними дверь. К его большому удивлению, гостиница была почти пуста.

— Трудные времена? — Спросил Виктор.

— Нет, но я на некоторое время закрыла гостиницу, — призналась Линетт. — До меня дошли слухи о новой войне с Прайденом, поэтому я отправляюсь на восток, в Барин, пока фейри не начали набеги на наши берега.

Разумный выбор. — Вообще-то я пришел обсудить это и нашего сына.

— Когда ты попросил меня размножаться вместо денежного вознаграждения, я так рвалась к этому, что забыла принять обычные меры предосторожности, — призналась она. — Думаю, мне повезло. Другие варианты были… не очень хороши.

— У них не было моей привлекательной внешности?

— Они не были богачами и главами государств, — резко ответила она. — Я была готова сама растить Армана, но получать со стороны лишние деньги — это хорошо. Я могу накопить богатство, чтобы купить у Шеши вечную молодость, вместо того чтобы в одиночку платить за образование моего сына.

Арман. Красивое имя. — Я могу это устроить. — Он показал ей свой знак [Избранного]. — Я уверен, что она от моего имени сделает тебе скидку.

Глаза Линетт расширились от удивления. — Ты был избран богиней?

— С тех пор прошел почти год, — сказал он и показал ей другие отметки. — Больше половины пантеона.

Она посмотрела на него так, словно секунду назад он был совсем другим человеком. — Какой у тебя уровень?

— Семьдесят восьмой. — Она чуть не задохнулась. — И у нас на хранении также есть новый [Героический Герб].

Это, вероятно, пойдет для Эллисон, чтобы иметь среди своих офицеров [Эпического] целителя, но пока ничего не решено.

Теперь он мог сказать, что у Линетт проснулись инстинкты торговки. — Есть ли в вашей империи вакансия? — Спросила она неожиданно.

— Актуальная вакансия?

— Виктор, честно говоря, лично ты меня не интересуешь, но твои деньги интересуют. — По крайней мере, она не скрывала своих мотивов. — Могу сказать, что пребывание в Вайнкере открывает много возможностей. Я также отличный организатор, торговец, трактирщик…

— [Трактирщик]? — Виктор поднял голову. — Класс?

— Топ, — гордо ответила она.

— Ну, у меня есть карманное измерение, где это может пригодиться. — И скоро это будет самое безопасное убежище на Аутремонде для нее и многих других людей. — Могу я сначала повидаться с сыном, прежде чем мы что-нибудь обсудим?

— Конечно. Он спит наверху.

Она провела его в комнату с детской кроваткой. И в центре всего этого — его сын.

Виктор не впервые видел совершенного человеческого ребенка, но после того, как он в течение нескольких недель видел демонов и драконов-оборотней, это было освежающее зрелище; и несколько неудивительно, учитывая время. Младенцу, должно быть, было чуть больше полугода, крошечное создание с едва заметным намеком на волосы, мягкие и влажные.

Когда ребенок открыл свои большие зеленые глаза, Виктор обнаружил, что его переполняют странные чувства, которых он никогда раньше не испытывал.

— Арман, а вот и твой папа, — сказала Линетт, обнимая его. — Вот, Виктор. Возьми его.

Немедленно отключив все заклинания и врожденные защитные механизмы, которые могли повредить ребенку, особенно огненные эффекты, Виктор осторожно взял ребенка на руки, не в силах произнести ни единого слова. Сын поднял на него глаза, смущенный, но несколько успокоенный.

Арман Далтон.

Его сын.

В этот момент все страхи и тревоги Виктора по поводу того, чтобы быть родителем, исчезли. Весь стресс, накопленный из-за управления сумасшедшими женщинами в его жизни, был снят с его плеч. Даже его давние сомнения по поводу разрушения Врат Земли покинули здание.

Все сменилось чистым блаженством.

— Я собираюсь убить их всех.

— Что? — Удивленно спросила Линетт.

— Всех, кто угрожает моим прекрасным детям, — сказал Виктор, хихикая над своим очаровательным сыном. — Я убью их, подниму трупы, как игрушки нежити, и заставлю их танцевать на собственной могиле.

Поздравляю! Вы разблокировали [Режим Злого Папы]!

Парни ваших дочерей будут встречаться с ними с кошмарными трудностями.

— Тебе это понравится, да? — Маленький Арман в ответ на жестокую улыбку отца издавал милые детские звуки. — Тебе понравится, что я убью фейри, которые пугают тебя по ночам, а?

Родительская любовь часто пробуждала в людях все самое лучшее.

В случае Виктора это было самое худшее.

Конклав Драконов Ч1

Прошла целая вечность с тех пор, как Вайнкер видел столько драконов, собравшихся в одном месте. Это собрание сделало его День Хвастовства похожим на маленькое семейное сборище!

Повсюду, насколько хватало глаз, драконы со всех уголков Аутремонда пировали в великом братстве чешуи; не только величественные истинные драконы, но и армии их меньших собратьев, таких как грубые виверны, крошечные дрейки, змеи и даже бескрылые линнормы.

Дракон Жизни разговаривал с Ядовитым Драконом, первый даровал жизнь траве, которую последний испортил одним своим присутствием; стая виверн играла в какую-то настольную игру с главами персонала различных видов; Гениалиссимус и его обширная семья, от его супруги Блайтсвамп до их детей, слушали рассказы Джоли о защите Эльголдорадо от рыцарей-браконьеров; даже Сифу Мудрый Нефрит пробрался на это собрание, рассказывая дракончикам свои методы культивации.

Сотни драконов в одном месте опустошили бы сельскую местность, но тысячи за одну ночь могли бы уничтожить империю Вайнкера. К счастью, собранные тарадронты и морские коктейли с виски утолили голод гостей, хотя император жалел миньонов, которым предстояло после этого убирать.

И все же, чем скорее закончится Конклав, тем лучше.

— А где Горыныч? — Спросил Вайнкер у Гениалиссимуса, потеряв из виду своего прирожденного фаворита. Не то чтобы он когда-нибудь заботился о безопасности змея, но… он мог бы, в конечном итоге, привлечь на этом собрании неправильное внимание.

— Размножается в западных лесах, — объяснил его кузен с презрительной усмешкой. —Оказалось, что самка-змей и он были братом и сестрой по браку, и природа взяла свое.

— О. — Хорошо для него, — предположил Вайнкер.

Грандрейк откашлялся и испустил могучий рев, заставив собравшихся замолчать, и привлек к себе тысячи взглядов.

— Юные змеи, я рад встретиться со всеми вами на этом пятом издании Конклава Драконов! — Заявил Грандрейк. — В самом деле, последний раз это было более пяти тысяч лет назад. Мало кто из вас тогда был жив и бодрствовал! Я очень горжусь нашим видом, который выдержал испытание временем и правил Аутремондом со справедливостью, великодушием и просвещенной жадностью!

Все присутствующие драконы взревели в ответ, и этот звук был настолько оглушительным, что Вайнкер мог поклясться, что получил [Звуковой] урон.

— Как самый старший из присутствующих змеев, я, Грандрейк, буду вершить дебаты, — заявил знаменитый [Охотник на Принцесс], не встретив протеста. — Молодой Вайнкер созвал это собрание, чтобы обсудить новую войну между Фоморами и Драконами, но, согласно правилам Конклава, любой участник может настаивать на своих предложениях. Он будет обсуждаться ассамблеей, которая не распустится до тех пор, пока не решит все вопросы. Если вы хотите предложить что-то, скажите это сейчас или замолчите навсегда.

Вайнкер вздохнул, зная, что его собственное требование, несмотря на срочность, будет рассмотрено в последнюю очередь. Но Конклав был учреждением, которое восходило к тем временам, когда среди них летал Старший Змей, и его традиции должны были соблюдаться.

— Я штребую, чтобы мы, змеи, виверны и дрейки, и все драконидсы, все получили прав голоса! — змей говорил с ужасной грамматикой, поддерживаемый меньшими драконами. — Равенство для всех стипов [Дракон]! Долой дракошпсихов!

— Никогда! — Закричал Гениалиссимус, и его рев стал громче.

— Отклонить! — закричали одновременно все истинные драконы. — Оклонить!

— Нет! — В ужасе ответил Вайнкер. Это было бы анархией и размыло границу между истинными драконами и драконидами!

— Предложение единогласно отклонено, — сказал Грандрейк перед лицом подавляющего отрицательного ответа, и змей разочарованно опустил три головы. — Но вам, по-прежнему, разрешено вносить предложения и участвовать в дебатах.

— Я, я! — Джоли подняла руку. — Можно я!

— Да, Юная Джоли?

— Мы должны обсудить права миньонов! — заговорила Джоли, и все, кто ее знал, немедленно обвинили племянницу Вайнкера в каттлетаризме. — Да, миньоны разумны, и есть их ни за что нельзя!

— Согласен, — сказал Вайнкер, ко всеобщему удивлению. Он сразу же успокоил их насчет своего режима питания. — Я не каттлерианец, и хотя я все еще их ем, когда это необходимо, но считаю, что у миньонов есть души, а значит, и права.

— У всех миньонов? — Спросил Грандрейк, застигнутый врасплох этим прогрессивным видением.

— Кроме эльфов, которые, как коровы, едят траву, — уточнил Вайнкер, и большинство драконов согласно закивали.

Однако многие оставались в сомнении. — Права миньонов субъективны и предоставлены индивидуальной воле их повелителя-дракона, — возразил огненный дракон. — В намерения Конклава не входит лишать нас этого права, дарованного нам Старшим Змием!

— Я категорически не согласен, — ответил Гениалиссимус, его человеческий глава персонала прятался в его тени. — В своих путешествиях с Человечком Генрихом я встречал много драконов, которые использовали этот предлог, чтобы оскорблять своих миньонов. Боже мой, я видел, как змей жизни избивал своего главу персонала тролля клюшкой для гольфа! Не ел, а бил! Мой бедный сын был почти травмирован.

— Они же миньоны, они не отличают верх от низа!

Это замечание, к большому удивлению Вайнкера, было встречено оглушительным свистом. — Моя новая карьера дракона-авантюриста научила меня ценить хороших миньонов и не принимать их, как должное, — заговорил ледяной дракон. — Попустительствуя злоупотреблениям, мы посылаем ужасное сообщение нашим драконятам.! Подумайте о драконятах!

— Как [Паладин Леоне], я говорю, что мы должны ратифицировать декларацию прав миньонов! — добавил серебряный дракон. — И, чтобы сохранить мои классовые привилегии, и потому, что мы должны защищать тех, кто слабее нас.

— Каттлетарианец! Кто-нибудь, бросьте в него корову!

— Я не потерплю никаких коровьих метаний! — Грандрейк обрезал короткие дебаты. — Все, кто за пересмотр прав миньонов, скажите золото, все, кто против, скажите свинец.

После большого количества золота и немного меньшего количества свинца, Грандрейк, к большому удивлению Вайнкера, включил это предложение в повестку дня. Оказалось, что образ жизни авантюриста, который он вдохновлял, многим его сородичам открыл глаза.

— Следующий? — Спросил Грандрейк.

— Я также хочу сделать предложение по поводу будущей охраны принцесс, — заговорила черный дракон Блайтсвамп. — Новые прорывы в природе принцессности и разрушение их родной монархической среды от рук глобальной демократизации должны быть решены.

— Я поддерживаю это предложение, — сказал Грандрейк, и многие драконы выразили свое согласие с ревом золото. — Предложение внесено в повестку дня.

— Мы должны обсудить стандарт блеска! — заговорил Ледяной Дракон. — Как член движения «серебро прежде всего», я говорю, что золото больше не должно быть стандартом накопления богатства.

— Свинец! — зарычал в ответ Вайнкер, подражая большинству южных драконов. — Свинец, свинец, свинец!

— Предложение отклонено, — сказал Грандрейк, и разногласия утонули в водовороте «свинца». — Кто-нибудь еще?

Когда никто больше ничего не мог предложить, старейший змей определил повестку дня. — Мы начнем с обсуждения прав миньонов, потом предложения по принцессам и, наконец, объявления молодым Вайнкером войны фоморам. Что касается вопроса о миньонах, то первое, что я считаю, мы должны рассмотреть, это…

Грандрейк наблюдал за собранием.

— У всех ли миньонов есть душа?

От последовавших хаоса, криков и рева Вайнкер вздохнул.

Это будет долгое собрание.

Шесть часов спустя, ближе к вечеру.

После бесчисленных дебатов, свидетельств глав персонала, тайных клятв, компромиссов, дуэлей чести и несчастий Конклав, наконец, был готов рассмотреть окончательный проект Декларации Прав Миньонов.

Вайнкер откашлялся и проглотил бочонок воды, предложенный его миньонами-кобольдами. Страстно отстаивая свое видение прав миньонов, он нуждался в освежении.

— Мне очень жаль, что твое предложение запретить есть миньонов не осуществилось, Джоли, — утешил Гениалиссимус его опечаленную племянницу. — Но мир драконов не готов к каттлетаризму. И я не думаю, что это когда-нибудь произойдет.

— Когда-нибудь, они поймут, — поклялась она, не позволяя разочарованию взять верх. — Когда-нибудь.

В конце концов, Вайнкер решил, что она должна назвать это победой. И хотя каттлетаризм не прижился, многие драконы изменили свое мнение о том, чтобы относиться к миньонам, как к простым инструментам. Достаточно, чтобы почувствовать некоторое сочувствие к их врожденным слабостям и, таким образом, предоставить им щедрую защиту.

— Юная Джоли, пожалуйста, прочти окончательный вариант Декларации Прав Миньонов, — сказал Грандрейк, протягивая помощнику свиток, полный изменений.

Племянница Вайнкера прочистила горло и с достоинством прочла документ. — Статья 1, все миньоны рождаются свободными и средними по достоинству и правам, но ниже драконов в естественном порядке. У них у всех есть души (кроме эльфов). Статья 2, все миньоны имеют право на долю их клада, после вычитания их пожизненной дани своим повелителям-драконам. Даже повелители-драконы не откажут им в этой доле, которая установлена как минимум в одну-одну-десятую, но может быть увеличена до одной-десять-десятой, если этого пожелает повелитель дракон. Между миньонами (за исключением эльфов, у которых нет души) не должно быть никаких различий.

Вайнкер кивнул сам себе, хотя ему было немного грустно, что Конклав не принял полностью его революционное предложение один-десять-десятых. Шаги дракончика, подумал он. Шаги дракончика.

И все же он был так горд, что его племянница прочла это историческое заявление.

— Статья 4, рабство является оскорблением института миньонов и должно быть запрещено во всех его формах… статья 9, ни один миньон не может быть произвольно съеден без уважительных причин, за исключением случаев голода. Статья 10, все миньоны имеют право на справедливое и публичное слушание их беспристрастным повелителем-драконом или их главой персонала, если их хозяин отсутствует… статья 14, повелители-драконы должны обеспечить своих миньонов в обмен на их лояльность и пожизненную дань; это включает защиту от посторонних, доступ к пище, всеобщую занятость и здравоохранение миньонов… Статья 16, все миньоны имеют право размножаться с любым другим миньоном без ущерба для себя…

Конклав Драконов Ч2

- Золото или свинец? - прорычал Грандрейк, когда Джоли закончила читать.

В конце дня две третих драконов проголосовали за декларацию, состоящую из двадцати статей и закрепляющую права миньонов.

- Принято, - сказал Грандрейк. - Следующей будет любовь всей моей жизни, сохранение принцесс!

По сравнению с напряженными дебатами, которые предшествовали этому, освящение принцесс как исчезающего вида было принято единогласно, наряду с ограничениями на браконьерские сезоны, чтобы они могли восстановить достаточную популяцию. Многочисленные обещания обеспечить убежище Грандрейка очень порадовали старого змея.

- Золото, золото, золото!

- Я... - Грандрейк растерялся и едва не расплакался. - Простите за эту вспышку, но наблюдать, как поколение драконов так основательно взялось за охрану природы... это просто мечта.

- Без твоих усилий, Грандрейк, мы не смогли бы продвинуться в социальном плане как раса, - сифу Джейд похлопала старшего змея по спине. «Ты был сифу* для всех нас в какой-то момент».(П.п. Сифу имеет 2 значения: 1) учитель/наставник; 2) мастер своего дела)

Грандрейк на мгновение успокоился, а затем взял себя в руки. - Наконец, - обратился он к организатору этого собрания, - мы выслушаем предложение молодого Вайнкера начать новую войну против расы фоморов».

Приготовившись к выступлению, Вайнкер вдруг понял, что ему следовало бы внести предложение о запрете употребления слишком большого количества гномов. Слишком поздно, подумал он.

На мгновение дракон замолчал, поняв, как важно молчание для привлечения внимания. Убедившись, что все обратили на него внимание, Вайнкер начал свою давно отрепетированную речь.

- Многие из вас знают меня как Вайнкера Рицареубийцу, Великого Бедствия этой эпохи, - начал он по-драконьи, с хорошим хвастовством. - Некоторые были свидетелями моего прошлогоднего дня хвастовства, когда я открыл существование забытой системы, созданной драконом.

Многие кивнули в ответ, и, к его радости, оказалось, что действия императора принесли ему много доброжелательности среди сородичей.

- Сегодня я созвал вас, потому что, хотите вы того или нет, наша раса находится в состоянии войны, - сказал он, вытянув левую руку в сторону горизонта и горы Мурмурин. - Придя сюда, вы увидели часть моей любимой горы, превращенную в пылающую пустошь. Всего одна стрела вызвала все эти разрушения!

- Что?

- Невозможно!

- Стрела? Настоящая стрела?

- Они отскакивают от нашей чешуи!

- Юный Вайнкер говорит правду, - проговорил Грандрейк, подчеркивая серьезность ситуации. - Я видел это своими собственными глазами. Стрела света, обладающая силой целой драконьей стаи!»

- Это лишь одно из орудий, которые фоморы разработали для охоты на нас, - продолжил Вайнкер. - Они вырастили великих миньонов из металла, наслали чуму на наших приспешников и даже похитили крылатых, чтобы украсть их драконью силу!

- Я могу это подтвердить, - заговорила серебряная драконица Сноусвип, рядом с которой стоял ее младший брат Винди. Император узнал в нем одного из дракончиков, которых он и миньон Виктор спасли в Зимних королевствах. - Если бы Вайнкер и его глава персонала не вмешались, мой брат был бы убит, а его кровь собрали бы как коровье молоко!

- Я спас его, но не смог спасти всех, - с сожалением признал Вайнкер. - Мой соперник, Ледяной Клык, и его собратья Магнифик и Саффисант... были убиты в бою королевой фей Мелл Одиуз.

- Я всегда знал, что он инвалид, - Гениалиссим пожал плечами.

- Это не так! - Вайнкер зарычал, удивив своего кузена. – Смерть – это не врождённый дефект!

Его слова были встречены жутким молчанием.

- Смерть - не дефект, - выпалил Вайнкер страшную правду. - Смерть - это естественная особенность. Каждый дракон страдает от нее.

Блайтсвамп тут же закрыла уши своих детей, словно могла защитить их невинность. - Гениалиссим, скажи что-нибудь! - запаниковала она. - Он твой кузен!

- Я тоже чуть не умерла, - пролепетала Джоли, к всеобщему удивлению. И все же, несмотря на признание этой постыдной правды, она осталась при своем мнении. - Я чуть не умерла, много раз.

- Но ты не умерла, - заметил другой дракон. - Это доказывает, что ты здоровый дракон.

- Не проецируй свою слабость на всю нашу расу! - прорычал морозный змей.

- Все драконы могут умереть! - Вайнкер повернулся налево и увидел, что Горыныч и его сородичи возвращаются. Все его волосы были растрепаны. - Боже, каждый змей знает об этом!

- Да, Большой Ви должен был спасти Горыныча, - Горыныч попытался помочь, но эффект получился обратный.

- Вайнкер, когда змей с тобой соглашается, ты должен понимать, что говоришь глупости, - возразил Гениалиссим.

- Многие из вас забыли, но были времена, когда мы, драконы, не были абсолютными хозяевами этого мира, - к всеобщему изумлению, Грандрейк встал в позу, - были времена, когда фоморы боролись с нами за господство. Времена, когда мы умирали так же часто, как и убивали. Времена, когда мы голодали, потому что не следовали системе спячки.

- Смерть - не дефект, - продолжал Вайнкер. Узнав от Ледяного Клыка, он решил превратить правду в призыв к оружию, а не в постыдную тайну. - Смерть - это естественное свойство, дарованное нам Старшим Змеем, чтобы мы не успокаивались! Должны ли мы отрицать ее? Нет. Должны ли мы бояться ее? Нет! Истинный дракон не игнорирует смерть, а смотрит на нее с презрением!

- Фоморы пытаются принести нам смерть? - Вайнкер поднял кулак. - Я предлагаю ответить на этот жест драконьим огнем!

Несмотря на успешную проверку харизмы, его слова были встречены с разногласиями. Некоторые змеи, казалось, были готовы принять мысль о том, что смерть естественна, но многие другие продолжали отрицать ее, даже среди членов собственной семьи Вайнкера.

- Я не убеждён в том, что смерть - это естественное явление, - ответил Гениалиссим, и многие драконы кивнули в знак поддержки. - Но я согласен с тем, что феи давно нуждаются в порке.

- Фоморы разнесли чуму среди моих учеников, - заявил сифу Нефрит в поддержку предложения. «Выжили только те, кто платил за мои семинары, но отсутствие здоровых учеников стоило мне денег! Возмездие!»

- Мы должны уничтожить фоморов! - предложил Земной дракон, и многие другие кивнули в знак поддержки. - Они никогда не следовали нашим договоренностям и нарушили перемирие. Давайте сожжем их леса с орбиты, чтобы не было третьей войны.

- Нет, - заявил Вайнкер. - Мы не должны заходить так далеко.

Его ответ вызвал шепот и бормотание в толпе.

- Я тот, кто созвал это собрание для войны, - подтвердил Вайнкейр. - Но недавние события научили меня, что сосуществование с феями, хотя и трудное, может быть вполне достижимым.

- Мир?

- Он серьезно?

- Фоморы ничего не знают о мире!

- Мой глава персонала, борясь с родительской мудростью, преподал мне великий урок, - продолжал Вайнкер. - Иногда можно победить врагов, заключив с ними мир. Настоящий мир, а не перемирие, которое мы приняли за мир. Я вывел Фурибона, Убийцу Золота, на чистую воду и забыл его, фомор теперь живет в мире среди моих приспешников, и даже Вотан Убийца Драконов решил опустить оружие и уйти».

Его слова удивили собравшихся, которые привыкли бояться Вотана как злобного драконоубийцу. Мысль о том, что он заключил с ними мир, была столь же шокирующей, как и то, что они узнали сомнительную тайну Луны. И хотя Забвение Фурибона было более известным событием, его подтверждение заставило многих драконов пересмотреть то, что они считали само собой разумеющимся.

Хотя он еще не мог убедить свой вид в неизбежности смерти, Вайнкер мог научить их милосердию.

- Мира не будет, пока остается мерзкая Мелл Одиуз, ибо она желает лишь полного уничтожения Аутремонда, но, возможно, впервые с тех пор, как мы начали воевать, фоморы и драконы смогут сосуществовать. Пусть и неосознанно, но мы даровали феям души, а значит, и возможность перемен. И хотя путь может быть нелегким, мы должны его пройти. Война - да, но не на истребление, а справедливая, против клана Мелл и тех, кто их поддерживает!

Проверка харизмы...

Успешно!

И вот его предложение было принято под бурные аплодисменты.

- Война! - Слово разнеслось по собранию. - Война! Война! Война!

- Золото! - крикнула Джоли в знак поддержки. - Золото! Золото!

Поздравляем! За управление драконьим конклавом и убеждение своего вида в необходимости войны с Мелл Одиуз вы заработали два уровня в [Кайзер]! Вы получили перк [Возвышенное дыхание дракона]!

+20 SP, +2 СИЛ, +2 ОЖ, +2 МАСТ, +1 ЛОВ, +2 ИНТ, +1 УДЧ.

[Возвышенное дыхание дракона]: Техника, 100 SP. В течение часа вы можете менять базовый элемент своего дыхания, если ваш выбор связан с типом истинного дракона (например, вы можете выбрать дыхание [Мороз] или [Яд], но не [Время]). Если вы захотите сменить стихию еще раз, вам придется каждый раз платить за SP.

Достигнув двадцатого уровня в [Кайзере], вы достигли максимума в этом классе! Вы больше не можете получать в нем уровни, но получили способность [Змеиный монарх].

[Змеиный монарх]: Ваше драконье величие приносит удачу вашим союзникам. Все союзники в радиусе 120 футов от вас получают +5 к любым проверкам, которые они делают, и иммунитет к критическим ударам.

Искупив главный недостаток своего вида в достоинство, ваш перк монстра [Драконье высокомерие] превратился в вариант [Честь дракона]!

- Мои братья и сестры, давайте споем песню Старшего Змея! - прорычал Вайнкер, напевая про себя.

- Блестяшки

Следуя его примеру, все драконье племя запело - от самой маленькой виверны до величайшего дракона.

- О, мои блестяшки!

- Так сверкают, мои голубки!

- Золотой до глубины души, Наш клад!

- Так прекрасно, так блаженно!

По всему Аутремонду распространилась паника, когда странный звук эхом разнесся по всему миру.

Пески в пустыне Мертвого моря сдвинулись, окаменевшие камни трескались изнутри.

Птицы улетали с болот, когда из их глубин появлялись огромные фигуры.

Горы содрогнулись, когда из пещер, расположенных глубоко подо льдом, появились великие титаны.

Повсюду небо потемнело от их количества, взмывшего в небеса.

Вся раса драконов пробудилась и устремилась к Придэйну.

Пророк напрокат

Был вечер, и он был словно под кайфом от чувства любви!

Так думал Виктор Далтон, работая над новой смесью в своей лаборатории, и его сердце было полно счастья. Никогда еще он не был так продуктивен, так энергичен, так внимателен! Тепло в груди подпитывало его весь день, он заканчивал многолетние исследовательские проекты за несколько часов, пока ждал вызова Вайнкера.

— Я так счастлив! — воскликнул Виктор, появившись из ниоткуда.

— Я тоже! — с таким же энтузиазмом ответил его клон, в то время как Линетт вытирала пыль в карманном измерении на заднем плане. Со временем оно будет считаться магическим трактиром со всеми вытекающими отсюда преимуществами. — Мы должны поделиться словом!

— Да! — Виктор заглянул в кричащие души в своей косе, держа ее одной рукой, а другой – свое новое зелье. — Я так счастлив! Я настолько счастлив, что смог бы освободить всех вас, даже если никогда этого не сделаю! Но я мог бы!

Ничто не могло испортить его день!

— Смертный!

Его тело переместилось из личного измерения в другое, но вместо того, чтобы оказаться перед Вайнкером, как он ожидал, [Жнец] столкнулся с разгневанными божествами.

Мраморный храм вокруг визиря напоминал ему загробную прихожую, к которой он привык после своих многочисленных смертей. Однако это место явно было частью рая, если доверять золотым облакам и сияющему свету вокруг Виктора. В центре комнаты была нарисована гигантская карта Аутремонда, границы которой смещались сами собой.

Два гиганта, одним из которых был Митра, а другим – сияющий рыцарь, которого Виктор узнал как Леоне, наблюдали за собранием смертных героев.

— Вик, — Киа кивнула ему, одетая в полный доспех и поддерживаемая, судя по всему, небольшой группой элитных искателей приключений. Виктор узнал темно-эльфийского колдуна, с которым он познакомился на Дне хвастовства в Вайнкере, – Кевина. — Нам нужно обсудить...

— Киа, у меня есть сын! — крикнул Виктор, прерывая друга. — Я так счастлив!

— О, поздравляю, — сказала она, радуясь за Виктора, но не так сильно, как сам отец.

— Его зовут Арман, и он везде писает! — восторгался визирь своим отпрыском. — Но он так хихикает и так очарователен, что я всегда его прощаю!

Паладин не знал, что ответить, а божества и крестоносцы растерянно смотрели на эту сцену. — Ладно...

— У нас есть более неотложные дела, смертный, — заговорил Митра, его голос был мрачным и властным.

— Более неотложные дела? Говори за себя! — ответил Виктор, нахмурившись под шлемом. — Подожди, как ты вообще смог призвать меня в свое планетарное царство? Я думал, что для этого вам нужно сначала заявить обо мне.

— Мы арендовали тебя на тридцать минут, — ответила Леоне, не став уточнять. В то время как Митра просто сохранял нейтралитет, богиня, похоже, не была рада видеть визиря.

— Ты здесь по приказу моего избранника, Виктор, — Митра указал пальцем на карту Аутремонда, — Чтобы посмотреть, как мы можем справиться с этим.

Визирь взглянул на карту и понял, что она полностью анимирована. Тысячи крошечных драконов летели из всех уголков карты к континенту Мистраль, сходясь к его берегам.

— Сколько же здесь драконьих миниатюр, — сказал Виктор, прежде чем соединить точки. — Конклав сработал!

— Более шестидесяти тысяч драконов и их меньших сородичей направляются в Прайден*, и ожидается, что большинство из них достигнет острова через три дня, — пояснил Митра.

(П.п. Теперь будет Прайден, потому что мне так больше нравится)

— Повсюду царят хаос и смятение, — ответила Леоне, вызывая десятки фантомных изображений. Собравшиеся наблюдали сцены, как люди, зверолюди и эльфы кричали от страха, а над их городами пролетали десятки драконов. Дрейки, виверны и змеи следовали за своими более крупными сородичами, попутно забирая коров и коз. — Большинство стран считают, что наступил конец света, и напряженность достигла своего апогея.

— Тем временем Прайден остается полностью скрытым от нашего божественного зрения и прорицания, — добавил Митра. — Мы приказали начать крестовый поход против Мелл Одиуз еще до того, как ее нападение на Империю V&V раскрыло существование ее световых стрел. Сейчас мы лишь ускорили его.

— Король Роланд Гардмейн и Барсино Барина согласились оказать нам поддержку, — пояснил Кевин. — Мы вновь собрали Сияющий крестовый поход и созвали всех элитных искателей приключений, которые участвовали в последней битве с королем Балауром. В общем, весь цивилизованный мир выступил против Прайдена.

— Шестьдесят тысяч драконов, — пробормотал Виктор.

— Да, и драконов, — сказала Леоне, явно не обрадованная таким развитием событий. — Если фоморы не уничтожат мир, то это сделает их голод. Они опустошают сельскую местность на своем пути, пожирая весь скот, который им попадается!

— Мы уже были вынуждены отправить всех гномов под землю ради безопасности мира — сказал Митра. — Аутремонд не переживет пьяного буйства драконов.

— Этот конклав был катастрофой, — пожаловалась Леоне, явно более твердолобая, чем ее товарищ, — драконы и так устраивали подобные беспорядки, но такого размаха не было со времен крестной войны!

— Ничего страшного, мы затопим остров после того, как сравняем его с землей, — непринужденно ответил Виктор. — Мы утопим их арсенал, как Атлантиду.

Его решение было встречено растерянным молчанием.

— Мой друг Джаджа разбудил своего хозяина Дагона, а он умеет уничтожать цивилизации, — весело объяснил Виктор. — Мы ударим по клану Мелл отовсюду, а потом потопим всю их крепость. Проблема решена, и мои дети будут в безопасности.

— Это кажется несоразмерным, не говоря уже о безответственности, — сказал Митра.

— Это единственный способ быть уверенным, — Однако Виктор внезапно остановился, вспомнив о чем-то важном. — Киа, большинство моих детей — монстры и полудемоны. Ты же не собираешься стать для них паладином, когда все закончится?

— Что ты имеешь в виду? — Рыцарь нахмурился, поскольку атмосфера стала прямо-таки гнетущей. — Почему температура повышается?

— Потому что, Киа, ты мой друг, но они – мои дети. Они для меня на первом месте, и я сделаю всё, чтобы защитить их, — он смотрел на нее с огнем Хэппиленда во взгляде. — Все, что угодно.

— Вик, я в долгу перед тобой за проклятие Сенг, — успокоила его Киа, хотя и была глубоко встревожена вместе со всеми присутствующими. — Я не собираюсь наказывать твоих детей, не поссорившись с тобой. Даю вам слово.

— Хорошо, — ответил визирь, успокаивая себя. — Потому что я в первую очередь отец, а во вторую – дружелюбный военачальник, похищающий души.

— Ты не будешь угрожать моему Избранному в нашем присутствии! — прогремел голос Леоне, ее глаза сверкали от ярости.

— А что, ты хочешь причинить вред моим детям? — Виктор оскалился в ответ.

Богиня, казалось, была удивлена таким вызывающим ответом и немного обижена. — Нет, конечно же, нет. Я рыцарь, я не причиняю вреда детям.

— Хорошо для тебя, потому что если кто-то будет им угрожать, — Виктор зловеще посмотрел на сияющие Небеса вокруг себя. — Я буду очень недоволен.

Наступило короткое молчание.

— Понятно? — спросил Виктор, отсутствие реакции его обеспокоило.

— Киа, ты дружишь с этим психом? — спросил Кевин у своего товарища по команде.

— Обычно он совсем не такой, — ответила Киа, смутившись. — Я не понимаю, что происходит. Похоже, у него биполярное расстройство!

— Отцовство свело его с ума, — сказал Митра, ничуть не смущаясь. — Его карма и так была на пределе, но следить за ней становится все труднее.

— Такое уже случалось в прошлом? — спросил его собственный паладин.

— Бесчисленное количество раз, — Леоне посмотрела на своего собрата по божеству разочарованным взглядом. — Я же говорила, — но бог солнца проигнорировал ее. — Киа, Виктор, вы будете работать над платонической дружбой после того, как мир будет спасен от разрушения. Мы скоординируем свои действия, чтобы помочь драконьему десанту через три дня, но до тех пор мы должны обеспечить порядок среди гражданского населения и защитить берега Мистраля от возмездия фоморов.

— Магический щит, созданный Фурибоном для защиты своего замка, можно распространить на все побережье или хотя бы на крупные города, — кашлянул маг Кевин, убирая последнее обсуждение под ковер, — если мы сможем его переделать.

— Почему вы не спросили его напрямую? — спросил Виктор у божеств.

— К сожалению, лич находится под защитой Дезджестера, по крайней мере, на время этого... этого отвратительного состязания в подземелье, — проворчала Леоне.

— Вот тут-то ты и пригодишься, — пояснил Митра. — Используй свои привелегии Избранного, чтобы ходатайствовать от имени всего мира. Нам также понадобится твоя помощь, чтобы утихомирить драконов и не дать ситуации выйти из-под контроля.

Почему все всегда поручали ему грязную работу?

— И еще, как далеко вы продвинулись в разработке противоядия от чумы? — спросила Киа.

— О, оно у меня уже есть! — Виктор показал им зелье в своей руке. — Мне пришлось изрядно попортить душу Мелл Лина, чтобы заставить его признаться, но оно того стоило!

Лицо Киа опустилось, но глаза Митры мгновенно засияли. — Тогда отдай ее мне, Виктор, — сказало божество, — я прикажу своей церкви бесплатно распространить ее среди населения. У меня есть религиозная инфраструктура, чтобы быстро распространить такое лекарство.

— Вайнкер хотел продавать его по завышенной цене, — заметил Виктор, не обращая внимания на оскорбленные ответы. — Знаете что, я могу отдать его, но при одном условии.

— Ты... — Леоне, казалось, готова была наброситься на него, но Митра заставил ее замолчать, положив руку ей на плечо.

— Я хочу получить ответ на один вопрос, — прочистил горло Виктор. — Где Миэль?

— И это все? — спросил Митра, ожидая большего. Но визирь не хотел идти на то, что, как он чувствовал, станет его последней битвой, не решив этот нерешенный вопрос. — Тогда в таком случае...

Дзинь!

Звук раздался не в воздухе, а в голове Виктора.

— Время уже вышло? — нахмурившись, спросила Леоне. — Прошло едва ли двадцать минут!

Прежде чем визирь понял, что его поразило, мощная сила оторвала его от Небес и бросила в огромную кузницу латуни и стали. Сотни големов и призрачных гномов формировали пушки на почти бесконечном сборочном конвейере, бесконечно трудясь над созданием оружия. Из окон открывался вид на окружающий мир – металлическую крепость, парящую среди вулканического, адского ландшафта.

— А, Виктор, как раз вовремя — Гномья богиня Веран поменялась местами со своей более небесной коллегой, большая часть ее тела была скрыта под каким-то костюмом голема. — Рада видеть, что обслуживание клиентов на высоте.

— Леди Веран? — Виктор моргнул, его броня и иммунитет защищали его от окружающего жара. — Где мы находимся?

— Это мое планетарное царство, на стыке между элементальными планами Огня и Земли, — пояснила богиня. — Для моей лучшей работы мне нужны и тепло, и материалы. Я впервые сдаю в аренду пророка, но Шеша сделала мне выгодное предложение, и, учитывая начало войны, я не смогла устоять. Давайте используем отведенное нам время с пользой.

— Я не понимаю.

— Я арендовала тебя на два часа, — сказала Веран так, словно это все объясняло. Когда она поняла, что Виктор по-прежнему ничего не понимает, она щелкнула пальцами, и к ней подлетел имп, который нес какой-то примитивный ноутбук.

Визирь взглянул на экран.

Виктор моргнул, наблюдая, как имп прокручивает целый сайт с его собственным лицом. Тексты и картинки рассказывали о его прошлых достижениях, а видеоролик с Шешей предлагал слушателям свою идею.

— Вам нужен Моисей, а природа дала вам Христа? Вы хотите развивать свой культ в эти неспокойные времена, но у вас нет подходящего человека? Одобренный половиной пантеона и имеющий почти восьмилетний опыт работы профессиональным пророком, Виктор Далтон – идеальный помощник, способный справиться с любой поставленной перед ним божественной задачей. Ведь что такое пророк, как не приспешник бога?

Виктор в отчаянии опустил брови.

— Арендуя время, выделенное моим Избранным, пока другое божество не обратилось к нему с просьбой, ты сможешь получить лучшее из того, что есть на рынке Избранных, за справедливое вознаграждение в размере...

— Эта идея пришла ей в голову во время нашего последнего заседания за столом, — пояснил Веран, прежде чем Виктор успел услышать о цене. — Поскольку многие боги не могли договориться, когда ты должен им служить, Шеша создала эту систему распределения твоего времени. Поскольку она редко пользовалась тобой и выиграла время, отведенное Дайсэ за столом, теперь она сдает свое время в аренду тому, кто больше заплатит...

...

Виктору следовало бы расстроиться, тем более что он, скорее всего, не получит за это денег.

Но он был так счастлив стать родителем, что не позволил этому тяготить себя. — Зачем я вам нужен?

— Мне нужен советник для нового оружия, — объяснила богиня, показывая ему чертежи огромной пушки. — С учетом грядущей войны драконов с фоморами и этих новых стрел света моей церкви нужен толчок. Этот континентальный конфликт – мой шанс испытать новое, и я это сделаю! В частности, есть идея большой рельсовой пушки, которая никак не выходит у меня из головы...

— А как насчет чего-то более инновационного? — предложил визирь. — Что-нибудь такое, чего они никогда не увидят?

— Например, пушку поменьше?

Полтора часа спустя Виктор уже предлагал Верану оружие.

— ...И тогда, когда солнце заслоняет все, кроме наших армий, все слепы, — объяснил визирь. — Поскольку большинство наших войск способно видеть в темноте, это дает нам огромное тактическое преимущество.

— Тогда мы наконец-то сможем достать из хранилища эти устрашающие ночные очки для дневных солдат.

— А с вечной ночью дети-полувампиры смогут спокойно гулять днем. Это оружие полностью безопасно для детей.

— Ты много думал об этом, — сказала богиня, хотя они оба усердно работали над концепцией.

— С тех пор как полдня назад у меня родился сын, я подумываю о мировом господстве, — пояснил Виктор, а Веран промолчала. — Большинство моих детей – полудемоны, а это значит, что по своей природе они будут мишенью для героев и паладинов. Следовательно, единственный способ создать мир, где они смогут жить в безопасности, – это захватить его первыми.

— С помощью военной мощи? — с энтузиазмом спросил Веран.

— С помощью интриг, экономического могущества и подавляющей военной мощи. — Виктор поднял косу. — Империя V&V станет самой могущественной страной, где мои дети будут расти в безопасной, дружественной семье обстановке!

— Именно такое отношение я хочу видеть в пророке! — Верана направила металлический указательный палец ему в лицо. — Виктор, ты принят на работу! Я хочу видеть тебя в своей церкви!

На его правой руке появился символ огненной плети, присоединившийся к другим знакам.

— Любой предмет? — спросил Виктор, накачиваясь. — Даже кроватку для оборотня?

— Любой предмет, если у вас есть необходимые материалы и если ты не обращаешь внимания на маленькую вероятность разрушительного, катастрофического провала. — Веран проверила веб-сайт. — Посмотрим, смогу ли я продлить сеанс мозгового штурма оружия еще на час...

Постойте, если он мог что-то создать, то, может быть... Может быть, даже Герб Души? Раз уж их можно делать без вреда для драконов, то, если у него есть навыки, необходимые для создания устройства, Виктор мог бы создать свою собственную этическую версию.

— О, твоя следующая встреча с Джести по поводу новой идеи династии Далтонов, которую он хотел предложить нам после того, как мы закончим текущий кампанию — Войну. Думаю, он не слишком рассердится, если наша текущая встреча затянется еще на десять минут.

— Династия Далтон?

— Очень интересная концепция. Каждый из нас выбирает ребенка Далтона и ведет его, пока он накапливает «очки престижа». Династия с самым высоким престижем в конце кампании побеждает. — Изенгрим претендует на твоих детей-оборотней, а я буду вести твою старшую дочь через выбранную мной Гоблину. Однако Кэм хочет играть нежитью и огорчен отсутствием прогресса на этом фронте, а Кибела хотела бы получить потомка Элисон в качестве своего подопечного. Пока что игра представляет собой лишь смутную концепцию, но она набирает обороты.

— Нежить? — Виктор напрягся. — Вы, боги, обсуждаете убийство моих детей?

— Что? Нет, нет...

— Потому что если кто-то из вас попытается убить моих детей и оживить их в виде нежити, я вознесусь в Валгаллу только для того, чтобы нагадить на ваш игровой стол!

— Кое-кто тебя опередил, и на уборку Атлантиды ушли месяцы, — ответил Веран. — Не волнуйся, Виктор. Кэм просто хочет, чтобы ты смирился с появлением полувампирского отпрыска или, может быть, полуупыря.

— О, — успокоил себя Виктор. — Хорошо. Я знал, что Камилла никогда не сделает ничего, что могло бы поставить под угрозу наши полноценные отношения, но на минуту потерял контроль. Теперь я родитель.

— Да, хотя я слышала, что ты очень переживал по этому поводу.

— Это было до того, как у меня появился ребенок! — Как будто он всю жизнь был невротиком и получил вакцину только после встречи с Армандом. — А что насчет других богов?

— Шеша хотела бы сыграть за Арманда, — сказал Веран. — Кости будет бросать его избранники, а Лунный человек планирует направлять того, кто еще не зачат.

Отлично, все его дети будут под защитой божеств и никогда не будут бороться так, как Виктор до встречи с Вайнкером. — А что насчет Сенг? Кого она выбрала?

— А что с ней? — ответил Веран. — Она не приглашена.

— Она должна, — Виктор защищал богиню-русалку, серьезно относясь к своей роли пророка. — Она заявила на меня права, и она довольно милая, если узнать ее поближе.

Богиня-карлица посмотрела на него так, словно он сошел с ума. — Хочешь, чтобы Сенг стала наставницей одного из твоих детей?

Виктор открыл рот, потом задумался. — ... да?

— Нет, не хочешь.

— Она никогда не обретет уверенности в себе, если ей никто не будет доверять, а все мои дети нуждаются в божественной защите, — возразил Виктор, на этот раз более твердо. — Дайте ей шанс.

Веран на мгновение замолчала. — Твои похороны, — ответила она. — А теперь о заговоре от солнца...

Интерлюдия: Полет драконов

— Миньон! МИНЬОН!

Нахмурившись, с темными кругами под глазами, Эллисон открыла дверь своего дома и столкнулась с большой группой испытывающих жажду драконов

Даже если она жила с Роло на фермах на окраине города, весь район был переполнен драконами всех видов - от недавно пробудившихся истинных драконов до говорящих виверн. Большинство новоприбывших спали под Мурмурином, поднимаясь лишь тогда, когда конклав Вайнкьюра начинал петь свою ужасную музыку.

Удивительно, но столица империи V&V восприняла прибытие сотен, если не тысяч новых драконов относительно спокойно. Сама Эллисон уже привыкла к этим безумным событиям и отложила достаточно мяса, чтобы ненадолго удовлетворить прожорливую орду.

— Миньон, — напыщенно оглядел дриаду голубой бескрылый вирм, которого Эллисон определила как змееподобного [Линнорма]. Существо было не так велико, как Вайнкер, но при желании могло проглотить жрицу целиком. — Где гномы?

— Пардон? — повторила дриада, изо всех сил стараясь не заснуть. Шум их конклава был слышен до самого Мурмурина и испортил ей ночь. Трудно заснуть, когда слышишь, как драконы спорят о том, стоит ли им запретить есть эльфов.

Эта проклятая песня! Даже сейчас Вайнкер и его соотечественники напевали ее с усердием, которое заставило бы покраснеть гиперкапиталистов. Это можно было бы стерпеть, но, как оказалось, вся раса драконов была глуха!

— Мы знаем, что у вас есть гномий погреб, — прохрипела виверна, облизывая клыки. — Мы чувствуем его запах.

— Если вы прячете гномов в своем подвале, выдайте их прямо сейчас, — надменно приказал линнорм.

— Зачем вам гномы, я думала, у них есть души? — сухо ответила Элисон.

— Я бескрылый! — прорычал Линнорм. — Я отказываюсь плыть через океан, не наевшись досыта! Там холодно, и соль пачкает мою чешую!

— Да, вам, прислужникам низшего класса, не понять наших страданий и бремени управления миром! — жаловался молодой фиолетовый дракон размером с Джоли.

— Когда я не спал, у каждого дракона, стоящего своего клада, был гномий подвал! — жаловался другой линнорм. — Ты впадаешь в спячку на шесть веков – и все снижают свои культурные стандарты! —

— В моем подвале нет гномов, — солгала Элисон. — У нас нет гномьего подвала, и все агартцы сбежали под землю, когда вы начали просыпаться.

— Тогда почему твои стены пахнут ими? — хмыкнул синий Линнорм, словно гончая, охотящаяся за кроликом.

— Я – жрица Кибелы, богини наслаждения, — объяснила дриада, хотя ей было противно использовать эти стереотипы. — Я устраиваю оргии миньонов в своем подвале. Среди них были и гномы, и они оставили после себя стойкий запах.

— О, вы разводите миньонов? — тут же переменил тон Линнорм. — Правда, от тебя сильно пахнет...

— В этом городе миньонов нет гномьего погреба? — пожаловалась говорящая виверна. — Клянусь Старшим Змеем, мы проснулись в глуши!

— Если вам когда-нибудь понадобится избавиться от лишних гномьих детей, зовите нас, — сказал Линнорм. — В наше время дефицита мы возьмем все, что можно съесть.

— Конечно, — с фальшивой улыбкой ответила Эллисон и закрыла дверь, пока рептилии отправились донимать другой дом. Убедившись, что они ушли, дриада направилась к лестнице, ведущей в подвал. Десятки гномов и фомор Джек прятались в темноте, ожидая окончания бури.

— Они ушли? — обеспокоенно спросил Марбре, пока его соотечественники рыли туннель, чтобы сбежать на родину.

— На некоторое время, — успокоила их Эллисон. Это была уже пятая группа за сегодня, но, к счастью, ни у одного дракона в живых не было ни одного достойного показателя навыка.

— Агартанская раса в большом долгу перед вами, — сказал Марбре, приложив руку к груди. — Усреднительная революция не забудет ваш вклад, товарищ Эллисон.

— Спасибо. Вам что-нибудь нужно? Боюсь, они останутся на некоторое время.

— А кошки остались? — откровенно спросил Джек. — Джек завис!

***

Насвистывая себе под нос, с чашкой кофе в руке, Фурибон вышел из своей базы в подземелье навстречу утреннему солнцу. Его база занимала большую часть горы, возвышавшейся над Холли Вудс, а вход в нее находился на вершине, откуда открывался невероятный вид на западный океан.

Сидя в шезлонге, лич смотрел на солнце, попивая свой напиток. Не то чтобы он, будучи нежитью, мог попробовать его на вкус. Фурибон пил кофе в основном для того, чтобы почернеть оставшимися зубами и получше напугать детей. Смутное ощущение теплой жидкости, проникающей в его внутренности, было одним из его маленьких удовольствий, помимо раздражения людей.

Однако его мирный утренний ритуал был прерван посторонним шумом.

— О, мои Блестяшки! Так сверкают, мои блестяшки!

Песня доносилась с востока, ужасный шум доносился прямо из недр Ада.

— Что это? — пробормотал про себя лич, когда на горизонте появились летающие фигуры, следующие за песней обратно к источнику.

Секунду спустя над горой пронеслась целая стая драконов.

Сотни, тысячи жадных ящеров ревели в безумной какофонии над обителью лича. Драконы, виверны, змеи – целый зверинец, затмевающий своим количеством небо, пел эту ужасную мелодию.

Какое-то время лич просто наблюдал за этим зрелищем в жуткой тишине, его рука тряслась вокруг кружки с кофе «непонятый гений». Затем виверна издала звук, похожий на голубиный писк, и слева от шезлонга Фурибона упала отвратительная белая субстанция.

Часть помета попала на рукав лича.

— Сарат! — Фурибон повернул голову и крикнул в сторону входа в подземелье. — Сарат!

— Да, Фури? — отозвался изнутри его товарищ по команде.

— Где моя свинцовая броня?!

— Я ее выбросил! — ответил раткин.

— Что? — лич чуть не выпрыгнул из своего шезлонга. — Почему? Зачем ты это сделал?

— Потому что мне от него кошмары снятся!

— И потому что ты больной на всю голову, Фури! — присоединился к перепалке один из его товарищей по команде, Раптор.

— Прямо над нами армия драконов! — сердито ответил лич, указывая пальцем на небо.

— Так почему бы тебе не обратить все их скопища в свинец?! — гневно закричал Раптор. — Уверен, они улетят!

Фурибон вздохнул, глядя на драконов, поющих о золоте на весь мир.

— Ненавижу эту планету, — пробормотал лич.

Ничто здесь не стоило всех этих хлопот.

***

Вся ее жизнь вела ее к этому моменту.

Из окон штаб-квартиры «Ночных клинков» в Гардмейнском городе Ноблкур, защищенная от солнца зонтиком, Шарлин Эннуи цинично наблюдала за хаосом. Когда-то от вида тысячи драконов, пролетающих через город по пути к западным берегам, ее бы хватил удар.

Сегодня же она видела в этом лишь возможность для бизнеса.

Большинство драконов прилетали из других мест, но некоторые спали под городом веками, разрушая дома, когда просыпались. Население в основном эвакуировалось в сельскую местность, крича о своей жизни; каждая коза, корова или курица, оказавшаяся в поле зрения, была истреблена хищными рептилиями. Большинство городских домов были опустошены, их покинули запаниковавшие жильцы.

Что и делало этот день идеальным для преступных предприятий.

— Итак, действуем по плану, — объяснил один из ее лейтенантов собравшимся Ночным Клинкам, показывая им карту города, лежащую на центральном столе комнаты. — Сначала банки и дворянские поместья, затем все пригороды. Если блестит, забирайте. Если не блестит, все равно забираете, на всякий случай.

— Вы не будете грабить бедные районы, — уточнила Шарлин. — Слишком много работы ради небольшой выгоды, а мы не монстры. Вы также будете совершать набеги на гильдию искателей приключений за [Гербами].

Вайнкер хотел их побольше, и она это обеспечит.

— Распространите эти приказы по всем отделениям Ночных клинков на континенте, — приказала Шарлин. — Помните, что это не воровство, а перераспределение богатства. Мы забираем у богатых, чтобы набить свои собственные пустые карманы.

Собравшиеся преступники разом кивнули, а затем приготовили свои инструменты для набега. Однако Шарлин подошла к самому молодому из присутствующих убийц, крошечному ящерице с позитивным настроем и впечатляющей родословной убийц.

— Не ты, Потирон, — сказала Шарлин. — У меня есть для тебя работа. Личная.

— Работа? — Крошечный убийца был просто в восторге. — Кто, где?

— Мой бывший, на Луне.

— Мило, обожаю экзотические места для убийств!

— Я могу провести тебя туда и обратно, — сказала Шарлин. — Но в остальном ты будешь сам по себе, к тому же нельзя, что бы это отследили, и тем более, что бы след вёл обратно ко мне.

— Хорошо, у вас есть особый способ казни? — начал записывать наемный убийца. — Всё, что есть на столе, включая акул. Иначе меня четвертуют.

— Мне не нужна его смерть, я хочу, чтобы его нынешние отношения были разрушены, — ответила Шарлин. После того что он сделал, она хотела, чтобы он страдал еще больше, а не умирал.

— Оу, — убийца не пытался скрыть своего разочарования. — Нельзя даже нескольких случайных жертв?

— Он встречается с твоей тетей Сейворюз, — проигнорировал его нытье вампир, — но она слишком хороша для Круассана и заслуживает лучшего. Это для ее же блага.

Шарлин не могла позволить драконьему апокалипсису встать на пути мелкой мести.

***

Сегодня все молились Саблару.

Глубоко внутри пирамиды своего избранника Ахенапепа червеобразный бог обнаружил, что его драгоценное социальное дистанцирование прервано молитвами бесчисленных смертных по всему миру. Они просили избавить их от апокалипсиса, устроенного драконами, неба, падающего на голову, и прочей чепухи.

Похоже, с наступлением апокалипсиса Саблар обрел новую популярность.

— Хватит, — жаловался бог разрушения, яростно колотя телекинезом по кнопкам своей Нинтендо. Он боролся с могущественным боссом, а люди не находили ничего лучше, чем беспокоить его.

Им это даже не помогло бы. Он был богом разрушения, а не милосердия.

Хотя он поддерживал фоморов в этом конфликте, Саблару был безразличен исход. Кто бы ни победил, он нанесет огромный ущерб. И даже если бы драконы были призваны для спасения смертных, они оставили бы после себя огромный хаос.

Снова сверхурочная работа. — Сколько из них просят уничтожить кого-то или что-то?

Хорошо. Качество превыше количества. — Отфильтруй все молитвы, не связанные с разрушением и землей, в папку «Молитвенный спам». Остальные я изучу позже, — Саблар гордился тем, что проявляет личный интерес к своим поклонникам.

Воистину, быть богом - неблагодарное занятие.

— Ответь на все молитвы спамеров, сказав им, чтобы вместо этого они обратились к Лунному человеку, — прохрипел Саблар. — Только он может спасти их.

Наконец голоса смолкли, позволив богу червей насладиться тишиной и покоем.

По крайней мере, до тех пор, пока экран его игры не стал черным.

Саблар подождал несколько секунд перед телевизором, прежде чем понял, что его SNES испустила последний вздох. Как всегда, энтропия взяла верх.

Но теперь он не мог играть.

Саблар не мог отмотать время назад и восстановить свою игру, но и не мог создать новую. Это отменило бы энтропию и противоречило бы всему, во что он верил. Он всегда мог призвать Ахенапепа, чтобы тот починил его, но его пророк занимался важными делами в Прайдене.

Он мог вызвать ремонтника, но...

...

Слишком много работы.

Он просто вызовет землетрясение.

***

Где-то в Прайдене армия големов без устали трудилась над строительством величайшего в мире замка.

Крепость с острыми башнями головокружительной высоты, сделанная не из камня, а из стали. Ее укрепленные рунами навесные стены были настолько толстыми, что могли выдержать драконий огонь. Комнаты внутри были рассчитаны на великанов и элиту расы фоморов; конюшни могли приютить тысячи сказочных зверей и чудовищных летунов; в башнях гнездились летающие големы, добавлявшие последние штрихи.

Кром Круах. Высшее творение клана Мелл.

На его строительство потребовалось столько ресурсов, что сельская местность на многие мили была очищена от материала. Целые леса были опустошены, все до последней капли древесины использовалось для топлива в кузницах, извергающих необходимую сталь. Дым застилал огромные пространства острова, заслоняя небо.

Такие разрушения радовали Мелл Одиуз, которая наблюдала за строительством в своем гуманоидном обличье.

Кром Круах был не только дворцом, но и орудием. Его башни укрывали оружие, которое усыпит низшие расы, вырвет их души из тел и завершит цикл неудач одним последним актом уничтожения.

Даже сквозь магическую защиту, делавшую Прайдена почти непроницаемым, она слышала песню драконов. Но ей было все равно. Скоро, очень скоро музыка закончится. За ней последует симфония криков, последний вопль всего живого в Аутремонде.

А потом, наконец... тишина.

— Миледи? — Франк Анарк, один из священников Саблара, посланный поддержать ее военные усилия, преклонил колено позади нее. Она чувствовала запах его теплой души, созревшей для поглощения. Как трудно было подавить свою жадность... — Вотан предал тебя.

— Как это? — спросила фея, немного удивившись, но не сильно. У Драконоубийцы никогда не хватало смелости поставить смертных на место.

— Он пощадил Рыцареубийцу и привел Мелл Лина к своей смерти.

— Мне нет дела до Мелл Лина, — равнодушно ответила Одиуз, не отрывая глаз от своего замка. — А как же мои големы?

— Их барьер сработал, и хотя они какое-то время держались на ногах, им не удалось сравниться со змеем и его союзниками, — пессимистично возразил священник.

— Все, что может сражаться с Рыцареубийцем, уничтожит всех, кто меньше [эпических] искателей приключений, — ответила Одиуз, у которой были тысячи таких големов. Они были ее величайшими творениями, лишенными свободы воли, из-за которой многие слуги фоморов восставали.

Люди на Земле были правы. Бездумные дроны не задают вопросов о приказах, и она могла сделать их столько, сколько нужно.

— Однако перед смертью Мелл Лин активировал [Руну наведения], — добавил хрономант, возможно, полагая, что Одиуз убьет его, если он не принесет хороших новостей.

— Отлично. — После успешного испытания против фермы насекомых Вайнкера повышение точности стрел стало ее главной задачей. — Добавь царство Вотана к целям Крома Круаха и прикажи Ахенапепу и Раване подготовить берега к вторжению.

— Как пожелаете, — ответил Фрэнк Анарк, после чего телепортировался прочь.

Песня драконов была слышна по всему миру, и им нужно было продержаться еще несколько дней, пока ее замок не восстанет. Она ответит на этот шум огнем и яростью.

Еще несколько дней, и она окрасит эту голубую планету в красный цвет.

Последний сайдквест

— Итак, если я правильно понял, вы хотите получить совет, как изменить представление смертных о вас? — спросил Виктор у богини Кибелы, делая заметки, пока они сидели на грибных тронах вокруг грибного стола.

— Большинство смертных помнят меня только как богиню удовольствия? — пожаловалась она, ее лицо и тело были скрыты под белым колпаком. — Я не могу избавиться от этого стереотипа, и он меня беспокоит. В тех редких случаях, когда смертные отмечают мое внимание к природе и лесам, они представляют себе лишь дикие оргии в лесах; даже мое раннее покровительство Митре, когда он был смертным [Паладином], было забыто. Я подумала, что у тебя, как у профессионального пророка, могут быть идеи, которые помогут репутации моей церкви... стать лучше.

— Это правда, что такой стереотип широко распространен, — признал Виктор, и это была главная причина, по которой он вообще решил поклоняться ей.

Как и следовало ожидать от Кибелы, леса и природные места составляли большую часть ее планетарного царства, причем особое внимание уделялось грибам. Виктор нашел их нынешнее место, похожее на рощу, довольно расслабляющим после предыдущих измерений. Особенно после посещения царства Дезджестера.

Столько ловушек...

— Что-то не так? — спросила Кибела, и Виктор вздрогнул, вспомнив тот сеанс пророчества. — Это уже слишком?

— Ничего страшного, — сказал визирь, поправляя свой грибной трон. Растение пискнуло, когда он это сделал, чем немало его шокировало. — Совсем ничего.

— Я также хотела бы извиниться за нашу последнюю встречу, — с теплотой сказала богиня, один только вид ее лица чуть не убил [Жнеца]. — Я рада, что тебе удалось пройти через Камакибелу.

— Я сам попросил об этом, к тому же класс [Дьявольский угодник] стоил того, — ответил Виктор. — Если говорить о твоем состоянии, то у меня, возможно, есть решение.

— Его нет, — ответила Кибела с тяжелым вздохом. — Я испробовала все, чтобы решить эту проблему. Но я благодарна тебе за внимание, Виктор.

— Благодаря захваченной душе Маг Мелла я получил представление о Гербах Душ, Черных Гербах, а также о том, как они взаимодействуют с душами, — возразил Виктор. — Ты говорила, что до вознесения обладала харизмой Людвика?

Богиня кивнула. — Мой нынешний показатель харизмы - результат использования класса [Божество], который увеличивает мои первоначальные показатели.

— Значит, он повышает только первоначальный показатель харизмы. — Как и предполагал Виктор. — В таком случае, вы не пробовали амулет, как у Людвика?

— Да, но они не могут повлиять на божество. На меня не может подействовать ни один нечестивый эффект.

— Тогда я полагаю, что с моими нынешними знаниями, ресурсами и вашей помощью я смогу создать версию артефакта, который снизит ваш изначальный показатель харизмы. Возможно, этого будет достаточно, чтобы компенсировать инфляцию от вашего класса [Божество].

Это было не сложнее, чем создать Герб Души, или Черный Герб. Последний, в частности, был... не читом, а использованием системы. Он пассивно усиливал магию, а затем усиливал душу пользователя, чтобы вызвать специфичный класс и набор личных перков. К сожалению, [Сказочный зверь] не позволял пользователю получать опыт после этого, оставляя его на текущем уровне.

В целом это означало, что, хотя правила системы нельзя нарушить, в них есть лазейки, которыми можно воспользоваться.

— Если у тебя получится, я буду тебе благодарна, — ответила Кибела, а затем с цинизмом добавила. — Но я по-прежнему настроена скептически.

Что ж, Виктору нравились его шансы. — Я считаю, что для твоего имиджа тебе нужно добавить больше престижа твоим жрецам.

Это оскорбило богиню. — Ты хочешь сказать, что служить под моим началом непрестижно?

— Вовсе нет, миледи, — быстро ответил Виктор, принимая почтительный тон. В отличие от Сенг или Вайнкера, Кибеле не нужно было льстить, но она ожидала уважения. — Но они слишком доступны. В первый раз, когда я встретил Элисон, мы не смогли договориться о дружеском свидании, потому что она была занята организацией оргий оборотней. Если вы будете слишком мягкими со своими поклонниками, то они будут воспринимать вас как должное.

— Но я верю в свободную любовь и счастье для всех, — ответила Кибела. — За исключением Саблара и его поклонников, которых я поражаю бесплодием.

— Ну, я...— Виктор нахмурился. — Подожди, вы можешь это сделать?

— Виктор, я богиня земледелия, а значит, и плодородия. Я могу включать и выключать его для любого смертного. — Ее пальцы судорожно сжались в едва заметном смущении. — Так я проклинаю людей, которые меня раздражают. Тебя, Виктор, Я не могу сделать бесплодным - я слишком много ставлю на твою семейную линию.

— О нет. Я бы попросил об этом, прежде чем заводить детей, но теперь, когда я понимаю, что они милые и замечательные, что я их люблю и хочу как можно больше...— внезапно успокоил себя Виктор, прежде чем разразиться очередной отцовской тирадой. — Но разве нет способа включать и выключать его? Это избавило бы от многих головных болей.

— Я не понимаю.

— Леди Кибела, посмотрите на меня, — Виктор протянул руки. — Я легкодоступен.

Богиня сделала небольшую паузу, как будто он заявил, что Земля круглая. — Я знаю. Именно поэтому я заявила о тебе.

— Но с тех пор, как я стал таким, все начали воспринимать меня как нечто само собой разумеющееся и хотят получить от меня кусочек, — возразил Виктор. — Поначалу это было лестно, но теперь мне приходится буквально клонировать себя, чтобы завершить важную работу. У вас та же проблема: вы и ваши жрецы такие добрые, что вас воспринимают как должное.

Богиня переместилась в своем кресле, чувствуя себя немного неловко. Мои жрицы и последователи могут сказать «нет» приятным утехам. Я твердо верю в право согласия. Проблема в том, что люди обращаются к моим жрецам только за этим, а не за другими услугами.

— Именно поэтому я предлагаю разделить различные религиозные службы, — сказал Виктор. — Время для благословения полей, время для предоставления древних знаний и так далее... Это позволит вам отсеять ложных поклонников, заинтересованных только во внутренних занятиях, и удовлетворить потенциальных последователей, заинтересованных в других аспектах вашего портфолио.

Богиня молча обдумывала предложение.

— Вместо того чтобы жрицы постоянно оказывали всем услуги, я предлагаю сделать священную проституцию особым случаем раз в месяц, — настаивал Виктор. — Сделайте религиозную службу большой церемонией, где молящиеся должны следовать строгому протоколу, чтобы получить древнюю мудрость, благословить поля, чтобы получить плодородие, а в конце устроить извращения.

Это сработало с оракулами греков. Кибеле оставалось только поступить, как все цивилизации, скопировать их и переиначить их идеи.

— Значит, вы предлагаете повысить мой божественный престиж, сделав доступ к моим жрицам чем-то редким и эксклюзивным? — спросила богиня, и Виктор кивнул. — Ты знаешь, что слишком похож на Шешу?

— Может быть, но разве это делает ее менее правдивой? — Виктор улыбнулся в шлеме, точно уловив ее проблему. — Вы хотите, что бы люди вас любили, или уважали?

Кибела кивнула сама себе с новым энтузиазмом. — Церемония, на которой будут чествовать все мои портфолио, не зацикливаясь на одной области...

Виктор понимал, что для кого-то это всегда будет лишь удовольствием, но для нее это был лучший шанс изменить свой образ. Как насчет «Воссоединения зеленых рук» в качестве названия вашей церемонии?

— Как насчет «Сутры Кибелы»? — ответила богиня, заставив Виктора прищуриться за шлемом; к сожалению, она приняла его молчание за что-то другое. — «Сутра Кибелы» - это оно.

Реформация ее имиджа должно было стать тяжелой и трудной войной. — Что касается вопроса о рождаемости, то я не то чтобы не хочу новых детей сейчас, но хочу знать, когда и с кем они у меня будут. Эксклюзивность и редкость.

— В таком случае, если вы не хотите ребенка, вам нужно просто сказать безопасное слово, — сказала Кибела. — Выкрикни мое имя.

Ну, разве это не неловко? Но, по крайней мере, это избавило его от занозы в ноге. — Спасибо, леди Ки...

Пинг!

Кибела выглядела весьма удивленной. — Но время еще не вышло!

— Миньон... миньон... миньон!

Даже боги не смогли помешать Вайнкеру призвать Виктора на свою сторону, и его тело было вырвано из планарного царства Кибелы и возвращено в скопище его друга.

— Миньон... — прошептал Вайнкер, сидя на своем золотом кладе. — Вот ты где... вот ты где, миньон...

— Ваше величество? — Виктор нахмурился, удивленный голосом своего хозяина. — Почему вы говорите шепотом? К нам прислушиваются?

— Я пел полтора дня... — прохрипел Вайнкер, массируя рукой шею. — У меня болит горло...

Полтора дня? Проклятье, пантеон не дает ему ничего сделать.

Словно в ответ на его мысли, Киа телепортировалась в хранилище во вспышке яркого света, проигнорировав почти все магические защиты, которые они установили. — Спасибо, что подвезли, леди Леоне! — крикнул паладин, а затем повернулся к членам V&V. — Вот и вы.

— Миньон Киа... исцели мой золотой голос... — приказал Вайнкер, и сияющий рыцарь наложил на дракона заклинание [Полное исцеление]. Через секунду дракон снова мог нормально говорить. — Лучше. Теперь я снова могу петь!

— Нет! — Киа запаниковала, к большому неудовольствию Вайнкера. — Ваше Величество и так уже всю планету облетел!

Наконец-то, после стольких лет, проведенных в окружении драконов, она научилась с ними обращаться. Почти.

— Миньон, почему я должен лишать мир этого удовольствия? — напыщенно спросил дракон.

— Если Ваше Величество повторит это, то потеряет свой блеск! — Виктор пришел ей на помощь. — Пожалуйста, не превращайте эту нетленную память в нечто обыденное! Пусть барды споют для вас!

— Отличная идея, миньон, — сказал Вайнкер. — Прикажи Розовому Рейнджеру создать новую военную песню, чтобы вдохновить мои войска на путь к нашей неизбежной победе.

Возможно, это было еще хуже.

— У нас как раз достаточно времени до вторжения в Прайден, чтобы выполнить этот сайдквест в подземелье, — сказала Киа, все еще полная решимости получить свой приз, — и получить [Сюжетную броню].

— Я тоже получил божественное задание принять в нем участие, — добавил Виктор. — Хотя бы для того, чтобы встретиться с одним из номинантов.

— Значит, решено, — объявил Вайнкер, воодушевленный идеей получить приз и размять ноги. — Мы завершим этот квест сразу после того, как я приму золотой душ.

Вайнкер был в отличном настроении, чтобы в последнюю минуту отправиться на поиски.

Он не только улучшил условия жизни прислужников по всему миру, но и Конклав прислушался к его мудрым словам и пробудил дремлющих драконов по всему миру. Это было утомительное, изнурительное испытание, и дракон наслаждался тем, как его скопище прижимается к его чешуе.

Его глава персонала и рыцарь Киа тщательно подготовились к этому приключению, полностью экипировав себя доспехами и оружием. Визирь преклонил колени перед Вайнкером, держа в руках косу, и молил своего божественного приспешника о том, чтобы квест достался им.

— Пожалуйста, лорд Дезджестер, не могли бы вы вызвать нас на конкурс в подземелье? — Миньон Виктор закрыл глаза, словно прислушиваясь к невидимому голосу. Чем больше он слышал, тем меньше ему это нравилось. — Мне обязательно это говорить? Она ведь рядом со мной. Это было бы невежливо.

— Он хочет, чтобы ты оскорбил Митру в моем присутствии, не так ли? — спросила рыцарь Киа, скрестив руки. — Прежде чем ты это сделаешь, я напомню тебе, что мой бог любезно согласился на твою эгоистичную просьбу.

— Эй, я ничего не имею против Митры лично: не моя вина, что мои и твои покровители не ладят.

— Миньон, займись этим, — приказал Вайнкер. Это был их последний поход перед последней войной между драконами и фоморами, а не спор между миньонами.

Друг Виктор вздохнул и поднял свою косу [Урожай]. — К черту закон, и паладинов тоже.

Как только он произнес эти слова, вспышка яркого света поглотила всю троицу.

Вас насильно телепортируют! [Неподвижный] активирован...

[Неподвижный] отменяется [Дезджестер].

В мгновение ока Вайнкер оказался посреди песчаной, похожей на купол арены из твердых камней, и был должным образом встречен тысячами приветствий. Слева от него в гневе корчился рыцарь Киа, а справа стоял миньон Виктор.

Отделенные от троицы высокими стенами, трибуны были заполнены сотнями замаскированной нежити, агартцев, зверолюдей, нечисти и других существ. Дракон даже заметил в верхних рядах странную нагу, которая первоначально предложила им пройти квест.

— Приветствую всех! — Вайнкер взглянул на мыс, возвышающийся над ареной. Там на тронах сидел ворон, бронированный гном и эльф-вампир, причем первая из них говорила с шармом шоумена. — Наконец-то, я думал, что в этом году у нас никогда не будет достойной команды искателей приключений! Я знаю, что нынешние времена - тяжелое время для индустрии подземелий, драконы разрушают их направо и налево...

— В наши дни рынок приключений меняется очень быстро, — добавила гномика и погрозила кулаком. — Но это означает, что наши инженеры должны внедрять инновации и адаптироваться.

— Я в восторге от нашего нынешнего выпуска, — добавила темная эльфийка и поцеловала друга Виктора; визирь ответил ей тем же, к немалому раздражению рыцаря Киа. — Тем более что наши соперники - не кто иные, как могущественные V&V!

— Кто еще?! — Вайнкер гордо выпятил грудь, приветствуемый зрителями. — Вот величайший дракон в мире и самый совершенный приспешник!

— И Киа Бекеле, — добавил ворон, и зрители освистали паладина, поняв, что она недостойна быть миньоном.

— Митра защищает нас от этого безумия, — прошептал рыцарь Киа, стараясь сохранить достоинство.

— Боюсь, молитвы здесь не помогут, если только это не молитвы о смерти! — сказал ворон, хлопая в ладоши. — Смогут ли эти трое пережить все лучшие ловушки наших архитекторов? Вы узнаете это, если будете следить за новым выпуском... премии Deadie Awards!

Стадион разразился радостными криками, а Вайнкер наслаждался их обожанием.

— Это соревнование будет показано всем нижним планам в режиме реального времени благодаря нашему сотрудничеству с соучредителями из Инферкорп и Мор Хелкорпорейт, — объявил птицечеловек, и вокруг группы Вайнкьюра появились летающие зеркала. — Я - Дезджестер, а это -Камилла и Веран; вместе мы - Ужасная Тройка.

— Хотя мы спонсируем это мероприятие и следим за тем, чтобы все соблюдали правила, выбор лучшего подземелья остается на усмотрение команды V&V, — взяла слово темная эльфийка Камилла. — Пока что в этом году было номинировано всего несколько подземелий. Если вся команда выживет, она получит денежный приз и...

— Сколько? — Вайнкер сразу же задал важный вопрос, желая услышать магическое число.

— Миллион золотых монет! — В ответ на огромный восторг Вайнкера и зрителей, гномика прокричала: — Наряду со знаменитым артефактом, ужас владык всего мира... ужасающая [Сюжетная броня]!

— Давайте представим наших номинантов! — Арлекин щелкнул пальцами. — Их число недавно сократилось до двух, после того как конкуренты исчезли при «загадочных обстоятельствах»!

Перед Вайнкером и его приспешниками вспыхнули два столба пламени, а затем появились знакомые лица. Первым был темный облик Забытого, его древнего и ныне игнорируемого врага, злобного лича Фурибона. Второй - гоблин с почерневшими ногтями и в багровом плаще.

Лич самодовольно помахал собравшимся рукой, а затем заметил Вайнкура и застыл на месте. Гоблин при виде дракона просто ойкнул. Тварь показалась ему смутно знакомой, как та, которую они встретили в империи Тейкоку...

— О, привет, Фурибон! — Виктор дружелюбно помахал личу рукой, пораженный злобным обаянием нежити. — Давненько не виделись! Нам нужно поговорить как можно скорее.

— Во-первых, наш фаворит, — объявил Дезджестер рокочущим голосом. — Лич Фурибон…

— Нет, — сразу же заявил Забытый, покачав головой раз, потом два. — Просто нет. Я сдаюсь.

— Я тоже! — закричал гоблин в красном плаще, борясь за свою жизнь.

— Мудрый выбор! — ответил Вайнкер, хотя публика не разделяла его взглядов. Все зрители начали освистывать номинантов.

— Вы отказываетесь от номинации вашего подземелья на премию Deadie Awards? — спросил Арлекин у номинантов, больше всего недовольных. — Мы не терпим отступников в этом конкурсе. Поверните назад, и вы больше никогда не будете номинированы!

Сомнения одолевали Фурибона, но гоблин упорствовал. — Я сдаюсь!

Вайнкер прищурился, теперь он был уверен, что где-то уже видел эту тварь...

...

Его старый глава персонала, который бросил его во сне!

— Это был ты! — Вайнкер зарычал с таким гневом, что вся арена задрожала. — Ты трусливый, ни на что не годный гоблин! Это все время был ты!

— Верните меня! — взмолился гоблин, когда Вайнкер открыл рот, чтобы съесть коварное создание. — Отправьте меня обратно!

ЧОМП!

Челюсти Вайнкура сомкнулись на пустом месте - гоблин в последнюю секунду успел телепортироваться.

— Веран, ты мог бы дать ему закончить трапезу, — укорил Бог Смерти закованного в броню гнома, — Это было бы уместно в данной ситуации.

— Джести, он отец моей избранницы, — возразил Веран. — Ты знаешь, как я ценю семью.

— О, это наводит меня на мысль, что годовщина вашей свадьбы на следующей неделе, верно? — спросила темная эльфийка из трио у своего коллеги. — Я почти закончил создание [Зомби-клоунов].

Арлекин кашлянул, заставляя двух своих коллег сосредоточиться. Сам Вайнкер зарычал от досады, но успокоил себя тем, что знает, где живет этот коварный гоблин. — Фурибон, дай нам ответ. Мне бы не хотелось отменять это состязание, так что сделай правильный выбор.

Все смотрели на лича, в том числе и разъяренный Вайнкер. Казалось, он зажат во внутреннем конфликте, споря сам с собой. — Рыцареубийца...— пробормотал он. — Но моя награда! Но Рыцареубийца... но никаких соревнований!

— Фурибон, если тебя это успокоит, лично я здесь в основном для того, чтобы серьезно поговорить о щите, который ты установил вокруг замка Мурмурина, — сказал Человечек Виктор. — Мы можем сразу перейти к нему, не разгромив сначала ваше подземелье.

— Правда? — спросил лич, явно желая провести в их присутствии как можно меньше времени.

— Миньон, о чем ты говоришь? — Вайнкер укорил своего главу персонала. — Я не откажусь от миллиона монет!

— Я бы тоже хотела получить [Сюжетную броню], — сказал Рыцарь Киа.

— В таком случае мы можем обсудить этот вопрос, пока будем осваивать твое подземелье, Фурибон, — сменил тон Человечек Виктор, пытаясь спасти приз в миллион монет. — Это будет похоже на то, как мы напали на твой замок во время Войны кладов.

— Это не поможет тебе в твоем деле, — злобно прошипел лич. — Нисколько.

— Но на этот раз мы сделаем все правильно!

— Мы сделаем все по правилам, — утверждал человечек Киа. — Быстро и эффективно.

— Он так и сказал, — проворчал ворон, и рыцарь бросил на него взгляд.

— Не смей отказывать мне в миллионе монет, Забытый, — предупредил Вайнкер. — Может, я и забыл о твоих прошлых проступках, но не напоминай мне о том, почему я презирал тебя в первую очередь.

— Сделай это! — кричала толпа, — Сделай это! Сделай это!

В конце концов Забытому не оставалось ничего другого, как подчиниться воле народа. — Хорошо, — сказал Фурибон, а затем резко махнул рукой в сторону толпы. — Но вы сами виноваты. Мы обсудим этот вопрос со щитом, пока вы будете страдать в Гробнице Фурибона... Болезненном подземелье!

Подземельный вальс

— Никогда! — Вайнкер зарычал почти сразу же, его голова ударилась о потолок, заставив весь зал содрогнуться. — Никогда!

— Это зло, — добавил друг Виктор, рассматривая барьер, преграждающий им путь в глубины подземелья, и поднося к лицу летающее зеркало. Это была фиолетовая копия щита вокруг замка Мурмурина. — Наверняка он как-то поднял цену.

Вайнкер думал, что Забытый исправился после того, как поставил в первом зале своего подземелья статую дракона. Но вместо этого лич устроил извращенную насмешку, заставив благородных и великодушных драконов принести себя в жертву!

Лич не отказался от своих старых трюков. Более того, он стал еще хуже!

— Уже парализовало от нерешительности? — Голос Фурибона эхом отразился от стен: Забытый скрылся в глубинах своих владений, а V&V были телепортированы ко входу. В безопасное от гнева дракона место.

— Драконы не платят! — заявил Вайнкер, активируя [Очищение заклинаний] и пытаясь пробиться сквозь барьер. Вместо этого поле вокруг него ударилось о магическую защиту, словно два куска брони, столкнувшихся друг с другом, и один не смог пробить другой.

— Неужели ты думал, что я не придумаю, как обойти этот перк, после того как ты использовал его, чтобы захватить мой замок? — В голосе Фурибона слышалось самодовольство.

— Я пробью потолок и обойду его, — прорычал в ответ дракон, не желая сдаваться перед лицом свинцового дьявола.

— Ваше величество не сможет этого сделать, — сказал человечек Виктор, вместе с рыцарем Киа осматривая магическую защиту. — Я проанализировал ее с помощью заклинаний, и она образует купол вокруг подземелья.

— Ты можешь отключить его? — Рыцарь Киа спросила визиря. — Ты ведь теперь можешь применять заклинания IX уровня? Этот барьер должен быть того же уровня.

Смех Фурибона эхом разнесся по подземелью. — Уровень X, [Паладин]! Уровень X!

— Даже если бы это было так, мне потребовались бы месяцы, чтобы создать счетчик, — ответил глава персонала. — Разве у вас нет встроенной антимагии? Я думал, что [Святые] могут игнорировать большинство заклинаний.

— Я уже пыталась, — ответила паладин. — Если он может противостоять [Очищению заклинаний] Вайнкера, то никакая антимагия его не пробьет.

— В таком случае... — Человечек Виктор небрежно перешагнул через барьер и перешел на другую сторону, ничуть не пострадав. — Та-да!

— Что за... — голос Забытого стал почти смущенным. — Как ты это сделал?

— [Скелетный ключ], — самодовольно ответил человечек Виктор, переиграв лича. — Благодаря ему я считаюсь приглашенным для целей любой магической защиты. Он доставил мне несколько проблем, пора бы и пригодиться.

— Я учел антимагические эффекты, но не перки, играющие на условие входа... — ворчал про себя Фурибон. — Я исправлю это.

— Ты сможешь провести нас, приспешник? — спросил Вайнкер, и его друг покачал головой. Видимо, его перк считал его только «приглашенным».

Похоже, ради приза в миллион монет дракону ничего не оставалось, как пойти на компромисс.

— Человечек Киа, — с тяжелым сердцем сказал змей, глядя в глаза хрупкому, недостойному существу. — Заплати за меня.

Паладин была настолько ошеломлена тем, что Вайнкер соизволил дать ей цель жизни, что ее крошечный разум не смог справиться с просьбой. — Простите?

— Я не паду духом перед жадностью Забытого! — заявил Вайнкер. — Мы не можем позволить ему выиграть войну за наши сердца. Так заплати за меня.

— Почему я? — Рыцарь Киа протестовала, направляя свой клинок на друга Виктора. — Почему не он? Это его работа!

— Портить меня — твоя судьба! — Ее дерзость раздражала Вайнкера. Он постоянно давал ей шансы проявить себя в качестве прислужницы, но она всегда разочаровывала. — В отличие от тебя, у друга Виктора есть дети, о которых нужно заботиться.

— Да, я только что получил прибавку к родительской зарплате, — ответил тот и посмотрел на потолок. — Эй, Фури, твое заклинание - это усовершенствованная версия [Духовного щита]?

— Я им вдохновлялся, — ответил хозяин подземелья. — Хотя я удивлен, что ты знаешь это заклинание. Очевидно, ты изучал магию с тех пор, как мы разошлись в разные стороны.

— Раз он может покрыть целое подземелье, как ты думаете, сможет ли он защитить город?

— Может быть. Насколько велик город, о котором мы говорим?

Пока Человечек Виктор и жестокий лич спорили о заклинаниях, Вайнкер не сводил глаз с рыцаря Киа. Он смотрел на нее суровым, сосредоточенным взглядом, как родитель на непослушного ребенка.

— Ребята, можно мне... — Рыцарь Киа прочистила горло, окончательно осознав, что на этот раз от своего долга не уклониться, — Можно мне занять немного денег?

— Нет, — категорично заявил Вайнкер.

— Киа, ты не можешь заплатить? — спросил глава персонала, удивленный скупостью женщины. — Это всего лишь пять тысяч, десять, если ты заплатишь за Вайнкера. Это не должно быть такой уж большой проблемой.

— У меня сейчас маловато денег, но я расплачусь с вами, как только смогу, обещаю!

Проверка харизмы... Провал!

Рыцарь Киа звучала неубедительно!

Друг Виктор благоразумно усомнился в ее словах и оценил финансовый риск. — Насколько мало?

Рыцарь Киа сделал смущенное лицо. — ... меньше нуля.

— Ты в долгах?! — ответил визирь, заставив паладина вздрогнуть.

— Не говори так вслух, они ведут прямую трансляцию в ад! — запротестовал рыцарь.

— Я так и знал! — крикнул Вайнкер, не заботясь о том, чтобы пристыдить ее. — Вот почему Грандрейк не мог тебя услышать!

— Киа, как ты можешь быть в долгах? — Друг Виктор был в растерянности. — Ты же Сияющий рыцарь! Величайший герой страны!

— У меня благородный удел, но блуждающий алкоголизм - это не устойчивый образ жизни!

— Но нам заплатили целое состояние, чтобы мы завоевали Джей...— Человечек Виктор остановился, когда рыцарь бросил на него взгляд. — Ах да, ты же не участвовала.

— Это на твоей совести, — заявил Вайнкер. — Это наказание Старшего Змея за то, что ты не умеешь распоряжаться деньгами.

Вместо того чтобы принять эту мудрость как шанс исправиться, паладин придерживалась своих безумных заблуждений. — Я лучше буду жить в бедности, чем получу награду за неэтичное поведение.

— Знаешь что? Хорошо, — сказал Человечек Виктор, прежде чем Вайнкер успел безжалостно ее высмеять, — я одолжу тебе десять тысяч, чтобы ты смог оплатить гонорар себе и Его Величеству.

— Сколько я тебе должна? — Рыцарь Киа недоверчиво прищурилась.

— Никакого ростовщичества, никаких процентов... хотя я могу взять твою душу в залог...—

— Не дави на меня, Вик.

После того как рыцарь Киа заплатил Вайнкеру за вход, группа спустилась по тесной лестнице в подземелье и быстро вышла в огромный, невероятно длинный подземный коридор. Путь шел вниз, и вниз, и вниз...

Клик.

Когда они прошли треть пути вниз, что-то тяжелое упало прямо позади троицы. Вайнкер оглянулся через плечо, чтобы посмотреть назад. — Что это?

Огромный огненный валун размером с самого дракона упал позади них, скатываясь вниз и угрожая раздавить группу.

Не имея возможности развернуться из-за тесного пространства, Вайнкер лениво поднял хвост и устремился к валуну...

И взбить!

Камень с громким звуком ударился о задний вход, впившись в камень. Пламя лизнуло чешую Вайнкер, наполнив ее приятным ощущением.

— Серьезно, ловушка с валуном? — спросил Человечек Виктор, явно разочарованный. — Это клише!

— Я знал, что так будет, — жаловался голос Фурибона. — Я знал, что так будет, и все равно позволил им уговорить меня...

— Погодите, это же Звёздный метал, — рыцарь Киа подошла к Вайнкеру, чтобы внимательнее рассмотреть камень. Ее лицо покраснело от возмущения. — У тебя тонны Звёздного метала. Самого ценного материала в мире, сверхэффективного против фоморов... и ты использовал его, чтобы сделать валун-ловушку?

После этого Фурибон выдержал долгую паузу. — И снова моя артистическая душа остается неоцененной. Увы, даже если вы остановите мой камнепад, вам не выжить в этом коридоре смерти...

— Класс! — воскликнул Человечек Виктор, обнаружив спрятанную в стенах ловушку. — скипетры-ловушки! Кто хочет одного?

— Отдай их мне, приспешник, — сказал Вайнкер, всегда жаждавший пополнить свою коллекцию новыми безделушками.

— Я уверена, что впереди есть яма, — сказала рыцарь Киа, медленно продвигаясь вперед и проверяя землю своим клинком. — Держись позади меня, я справлюсь.

Друг Виктор тем временем развлекался тем, что обезвреживал магические ловушки. — Жезл [Ужасное Увядание]! Я всегда хотел такой!

Разочарованный вздох Забытого был музыкой для ушей Вайнкура.

Затем последовал непринужденный вальс по подземелью, и Вайнкер не спеша оценивал архитектуру каждой комнаты. Хотя о мерзком Фурибоне лучше было забыть, дракон вынужден был признать, что у него есть талант к созданию тесных помещений.

— Восемь из десяти, склоняюсь к девяти, — решил Вайнкер, когда он и его приспешники прошли сквозь стену, усеянную горгульями. Статуи ненадолго оживились, чтобы остановить их, заметили дракона, а затем благоразумно вернулись на прежнее место. — Приверженность к идеальной симметрии кажется мне головокружительной, но этому подземелью очень не хватает более теплых цветов. Например, красного и золотого.

Звук крыс в стенах был приятным штрихом, хотя и вызывал у него чувство голода.

— О, волшебная палочка [Большой металлической единицы], — обрадовалась рыцарь Киа, увидев груду магических предметов, которые нес в руках Человечек Виктор. — Я думал, никто не может колдовать напрямую? Могу ли я...

— Не трогать, пока ты не заплатишь свой долг.

[Паладин] ударила визиря по руке, а затем открыла двери в следующую комнату. К сожалению, по драконьим меркам они оказались очень маленькими, и Вайнкеру пришлось протискиваться сквозь них.

— Три из десяти! — прорычал Вайнкер, с трудом добираясь до половины пути. — Это подземелье не подходит для драконов!

— Это особенность конструкции, — насмехался над ним голос Фурибона. — Достаточно высокий, чтобы пропустить большого дракона, но тесный, чтобы сделать его как можно более неудобным!

Его жестокость не знала границ!

В конце концов, Человечеку Виктору и рыцарю Киа пришлось проталкивать его, а спина Вайнкер уперлась в потолок.

К счастью, его усилия были вознаграждены: перед ним оказалась дюжина сундуков с сокровищами - бедные, одинокие сундуки, ждущие заботливого дракона, чтобы разграбить их.

Лишь рыцарь Киа, впав в отчаяние, продолжала сомневаться и выхватила меч. — Это попахивает мимической ловушкой.

— Конечно, не подходите, — сказал Человечек Виктор. — Я хорошо с ними лажу.

Услышав его слова, один из сундуков тут же прыгнул в сторону Виктора, испугав рыцаря Киа. Визирь посмотрел на оживший предмет, излучая тепло и заботу.

Мимика почти с надеждой спросила: — Папа?.

Человечек Виктор задохнулся. — Дети!

— Папа! — Все сундуки в комнате отрастили ноги и бросились к Визирю. — Папа!

В знак отцовской привязанности Жнец бросил свои жезлы и косу на рыцаря Киа, а затем бросился обнимать любящие груди. — Я усыновляю тебя! — Друг Виктор визжал, как маленькая девочка, а мимики мурлыкали от счастья. — Я усыновляю вас всех!

— Видишь, приспешник? — Вайнкер пристыдил рыцаря Киа, который наблюдал за этой сценой со странным лицом. — Вот как выглядит истинное братство миньонов. Это то, чего ты никогда не испытаешь!

— Достаточно! — Фурибон зарычал, и стены открылись.

Рыцарь Киа тут же принял боевую стойку, а друг Виктор был слишком занят, обнимая мимиков. Свирепое кряхтение эхом прокатилось по залу, когда из потайных ходов появились утки. Их глаза горели гневом и первобытным желанием увидеть мир в огне.

Дракон в комнате ликовал. — Наконец-то бесплатный шведский стол!—

Затем утки заметили Вайнкера... и слюну, стекающую в пасть змея. Выражение лиц птиц превратилось из жестокого в презрительное.

От многодневного пения дракон очень проголодался, а от жареной утки он никогда не отказывался.

В итоге друг Виктор усыновил половину монстров в подземелье, после того как Вайнкер съел всех остальных. Утки, в частности, были такими острыми и вкусными, что дракон решил разводить их с кошками, чтобы наслаждаться их поеданием снова и снова.

— Знаете, я беспокоилась, что это будет болезненное подземелье, но пока что это очень приятный и расслабляющий опыт, — сказала Киа, и за Человечеком Виктором, как дети в детском саду, потянулся шлейф монстров. — Я бы вернулась как-нибудь .

— Я тоже! — Человечек Виктор несет на плече мурлыкающую крошечную металлическую слизь.

— Нет! — раздался сердитый голос Фурибона. — Нет!

— Тихо, — приказал Вайнкер своим приспешникам, старым и новым. — Я чувствую запах золота.

Спустя некоторое время они наконец добрались до клада подземелья!

И какое же это было сокровище! Горы монет, драгоценных камней и блесток, запечатанные в хранилище, которое было даже больше, чем у самого Вайнкер! От одной мысли о том, что все это богатство добавится к его собственному, его сердце наполнилось радугой!

Но как только вся группа вошла, и дракон не успел принять золотую ванну, как дверь за ними закрылась. Монеты сдвинулись с места сами собой...

— Нет... — Вайнкер в панике покачал головой, когда скопище приняло форму гуманоида. — Невозможно!—

Он столкнулся с главной защитой от драконов. Живое скопище!

Человекоподобный монетный голем бросил вызов V&V - чудовище покрупнее тех, что защищали клады самого Вайнкера. Существо сияло великолепием миллионов монет и драгоценных камней, столь же ужасных, сколь и блестящих.

Вайнкер не мог причинить вреда настоящему золоту, не мог вынести того, что совершит сам.

Поэтому ему ничего не оставалось, как бросить на это дело нищего.

— Рыцарь Киа, сделай это! — приказал он и отвернулся, когда паладин со злобной ухмылкой бросилась вперед. Дракон не мог вынести вида последующей бойни.

И все же он слышал каждый тошнотворный момент. Каждое столкновение бедности с богатством, каждый удар меча, разрубающий монету пополам. Во время всего этого Человечек Виктор похлопывал своего хозяина по руке, чтобы успокоить его.

Минутой позже, движимая желанием облегчить свой долг, рыцарь Киа расправилась с несчастным кладом. Она будет нести этот грех и чувство вины всю свою жизнь.

— Все готово? — спросил Вайнкер, отводя взгляд, пока глава персонала не заверил его, что все в порядке. Дракон посмотрел на оставленные ему сокровища, утешаясь тем, что золото облегчит его израненное сердце.

Вайнкер сразу же насторожился. — Забытый, ты опять затеял свою старую шалость?

Лич подождал мгновение, прежде чем ответить. — Нет...

— Он не меняет золото на свинец, - сказал Человечек Виктор, осмотрев клад, но тут же изменил свое мнение: — Потому что это уже свинец, превращенный в золото. Заклинание просто возвращает монеты в их первоначальное состояние, как только они преодолевают определенный периметр.

— Логично, — сказал рыцарь Киа. — Такое подземелье, как это, должно быть безумно дорогим. Я бы удивился, если бы у Фурибона было достаточно средств, чтобы содержать его и позволить себе такое большое сокровище.

— Ты можешь в любой момент превратить свинец в золото, Забытый? — Вайнкер был возмущен. — Зачем? Зачем ты вообще использовал свою силу для свинца? Ты мог бы спасти Луну!

Фурибон вздохнул в знак истинного и полного поражения.

— Просто возьмите вещи и уходите.

Сюжетная броня

После многих радостей и побед Вайнкер и его приспешники наконец добрались до «комнаты босса», как называл ее Человечек Виктор.

Не в силах пережить сокрушительное поражение в Войне за клады, Забытый воссоздал свой старый тронный зал до мельчайших деталей. Дракон узнал бронированные статуи с каждой стороны, цепи, свисающие с потолка... ах, ностальгия.

Фурибон наблюдал, как группа врывается в его логово, и рухнул на свой трон. Орда слизней, мимиков и различных приспешников ввалилась в комнату, сотрясая тишину шумной какофонией.

— Дети, пожалуйста, успокойтесь! — Человечек Виктор свистнул, и его новообретенные приспешники в религиозном молчании уставились на него. — Сейчас мы находимся в комнате босса, где самый могущественный монстр в округе ждет, чтобы убить искателей приключений. Если вы не будете вести себя хорошо, Фурибон съест вас!

— Я возмущен этой клеветой на мою персону, — прохрипел лич, в то время как слизерины трусили за своим защитником-визирем.

— Вот уж правда, в кои-то веки ты съел не только детей-миньонов, но и детские монеты! — обвинил его Вайнкер. Пусть его и забыли, но никогда не простят!

Рыцарь Киа, однако, едва сдерживала свое волнение. — Я так жду финальной битвы! Смогу ли я одолеть его? Паладин против лича, так и должно быть!

— Фури, ты сделал себя последним боссом? — Человечек Виктор спросил Забытого.

— Да, но меня это уже не волнует, — ответил Фурибон, с видом полного поражения восседая на своем троне. — Ты победил. Ты победил! Теперь ты доволен?

— Да ладно! — пожаловалась рыцарь Киа, жаждущая драки. — Всего лишь короткая битва! Теперь ты не сможешь отступить!

— Босс был с вами с самого начала, — лениво оправдывался лич. — Встретившись лицом к лицу со своими страхами, вы победил его.

Очевидно, Вайнкер разрушил надежды и мечты нежити. Он был сломлен, но больше никогда не станет маскировать свинец под золото. Это удовлетворило змея, но не рыцаря Киа, которая освистала лича. — Верни деньги!

— Ты насмехаешься над моей темницей! — пожаловался Фурибон. — Вся эта работа по созданию самого тяжелого, самого болезненного опыта, который когда-либо могла познать партия искателей приключений... пропала даром!

— Фури, время подземелий, бросающих вызов людям, закончилось с появлением драконов, —возразил Человечек Виктор. — И это прекрасно. Мы, искатели приключений, ходим в подземелье не для пыток, как бы это ни называлось; мы ходим в подземелья, чтобы повеселиться, получить лут и уровни!

— Если уж на то пошло, я наслаждалась сегодняшним днем вплоть до этого момента, — добавила рыцарь Киа, ее глаза с тоской смотрели на трон. — Ностальгия заставила меня вновь пережить ранние годы приключений.

— Хотя это подземелье и не соответствовало моим стандартам, оно было вполне проходимым, — пренебрежительно ответил Вайнкер. — Утки - это плюс.

Призрачный взгляд Фурибона вспыхнул, когда дракон унизил его подземелье, но вместо того, чтобы выпустить смертоносные заклинания, он просто вздохнул. — У меня не осталось сил на гнев.

— Ну же, просто речь босса, — умолял Человечек Виктор, держа в руках металлическую слизь. — Для детей. Ради детей.

Столкнувшись с сотней приспешников, глядящих на него своими милыми, восхитительными глазками, Фурибон не мог не подчиниться. Бормоча под нос несуществующее дыхание, он поднялся со своего трона, в его костлявых пальцах потрескивала темная магия.

— Вы зашли дальше, чем следовало, смертные! — В голосе Фурибона звучала сила самого Хэппиленда, наводящая ужас на слизеринцев. — Но вы еще не встретили Фурибона. Ваше путешествие окончено, крохотули. Пора... умирать!

Вся орава миньонов разразилась слезами и криками.

Фурибон снова опустился на свой трон, довольный тем, что травмировал так много детей.

Странный звук разнесся по подземелью: летающие зеркала, наблюдавшие за участниками во время всего их приключения, двигались кругами вокруг трона.

— Время для финального голосования, — прозвучал через устройства голос Камиллы.

— Я думал, что это подземелье будет трагедией, но потом понял, что это комедия, — добавил Дезджестер. — Даже лучше!

— Пусть наши участники вынесут свой окончательный вердикт, — закончила Веран. — Оцените это подземелье по шкале от одного до десяти.

— Десять из десяти! — радовался Человечек Виктор, поглаживая плачещго мимика. — Он милый, семейный и пугает детей на всю жизнь. Мы должны учить наших детей тому, как устроен реальный мир, ради их блага.

Рыцарь Киа колебалась, но оставалась профессионалом. — Девять из десяти. Это был правильный баланс между расслабляющим опытом и силовым трипом. Отсутствие финального босса подпортило мои ожидания, но я бы все равно вернулся.

— Ммм... — Вайнкер заколебался. С одной стороны, Фурибон построил свою темницу с особой жестокостью, и дракон никогда не смог бы поставить десятку месту, за вход в которое нужно платить. Убийство невинного живого клада тоже не могло остаться безнаказанным.

И все же дракон вышел отсюда с новыми приспешниками, отличной наградой и сытым брюхом. В частности, утки принесли Фурибону несколько очков.

— Шесть из десяти, — поставил окончательную оценку Вайнкер. Пусть не говорят, что император был немилосерден к своим бывшим врагам.

— Шесть из десяти? — В пустых глазницах Фурибона зажглось пламя гнева. — Шесть из десяти, змей?!

— Это не самая худшая пещера, в которой я был, но и не самая лучшая, — защищал свое дальновидное суждение Вайнкер.

Однако Фурибон в своей злобе ответил на эту мудрость не смирением, а гневом. — Измени свой голос, вирм! — приказал лич. — Ни одна моя темница не получит столь низкую оценку!

— Ничто не может изменить разум дракона, Забытый!

— Сыграем! — Фурибон щелкнул пальцем, и между его троном и драконом материализовался стол. — Десятка - если я выиграю, ноль - если проиграю!

— Ну давай! — прорычал в ответ Вайнкер. Человечек Виктор, всегда наготове, порылся в подсумках доспехов и достал колоду своего хозяина.

И вот Вайнкер сразился с достойным его боссом.

После матча века по покеру монстров группа была телепортирована обратно на арену, где Грозная тройка вручала награды. Только Фурибон дожил до этой церемонии, поддерживаемый своей группой приключенцев и архитекторов подземелий.

Судя по невинным улыбкам, которые были на лицах команды Фурибона, Виктор догадывался, что произошло с остальными участниками. На войне и на телевидении все было честно.

— Поздравляю, Фурибон, — объявил Шут Смерти, вручая личу пять золотых статуэток, каждая из которых представляла паладина, умирающего забавным и неожиданным образом. Ты получил награду Deadie Award в номинациях «Самое смертоносное подземелье», «Лучший вспомогательный минибосс», — «Лучший босс подземелья», «Лучший дизайн подземелья» и «Лучшее звуковое оформление подземелья».

— Как? — спросил лич, в голосе которого звучало одновременно удивление и некоторое удовлетворение. — Даже если в конце я отомстил за свою честь, они уничтожили труд всей моей жизни по гаданию на живых существах!

— Я отомщу личу... — пробормотал про себя Вайнкер, все еще злясь после проигрыша в покер монстров. Дракон сражался с ожесточением, но даже карточные сердца не смогли одержать верх над разъяренным личем.

Какая захватывающая дуэль, подумал Виктор. Он запомнит ее на всю жизнь.

— Все твои соперники либо погибли, либо сбежали, — объяснила Камилла. — Поскольку только ты был достаточно храбр и силён, чтобы пережить присутствие V&V в вашей жизни, ты победил по умолчанию. Ваш поединок в Монстр-покере стал самым просматриваемым в истории игры.

— На премии «Мертвецы» мы награждаем решительность. — Веран похлопал лича по спине. — Фурибон, эта команда уничтожила почти всех, с кем столкнулась, но ты? Ты выжил, чтобы снова и снова противостоять им.

— Полагаю, вы обязаны делать это вечно, — весело добавил Дезджестер.

— Я должен чувствовать себя оскорбленным. Должен. Это несправедливая победа. Затем Фурибон забрал призы. — Но вы правы. Я заслужил эти награды.

Виктор не обращал особого внимания на поздравительные речи и аплодисменты. Он был слишком занят, ухаживая за сотней своих новых очаровательных слизеринцев и подбирая для каждого из них имена.

Жан-Пьер Бокси; Боксонаро; Слимелла; Глунин; Мистер Джеллидан; Стикер; Эммануэль Мани...

Джуниор и Базз Джелли так хорошо проведут время со всеми этими новыми друзьями!

— Где моя награда? — потребовал Вайнкер, прервав речь птицелова о том, как Фурибон разрушил все его надежды настолько, что ему это стало нравиться. — Я пришел за наградой, но не вижу ее!

Грозная тройка обменялась взглядом, сделав странные лица; они словно боялись того, что последует за этим. — Отдайте её нам, — сказала Киа, капризничая, как ребенок. — Вы не сможете его остановить.

— Обещание есть обещание, паладин. — Камилла нахмурилась в ответ, оскорбленная.

— Я не чувствую себя особенно обязанным соблюдать соглашение, но у меня есть чутье, что ты как-нибудь все испортишь, — ответил Дезджестер, резко взмахнув рукой в сторону пустого места справа от себя. — Вот она... [Сюжетная броня]!

Тут же появился самый ужасный предмет одежды из когда-либо созданных.

Его едва ли можно было назвать доспехами - он был сделан из пунцовой сложенной бумаги. Это отвратительное гигантское оригами выглядело как рыцарские доспехи, включая шлем, но казалось, что оно в любой момент может развалиться на части. На каждом сантиметре были нацарапаны слова, словно кто-то использовал в качестве основного материала дрянные романы.

— Эта штука никого не защитит, - констатировал Вайнкер очевидное. Кроме того, что она была сделана из сложенной бумаги, в ней были дыры везде, где их не должно быть. — Я могу сжечь его углями!

Не будучи уверенным, Виктор на всякий случай проанализировал его с помощью [Eye for Treasure].

Сюжетная броня

Качество: S+ (Основной артефакт)

Материал: Плохо написанные романы и злодейские слезы чернил.

Выносливость: ?/?

Защита: Физическая +1 и магическая +1 за друга и истинного верующего.

Вес: Ароматный.

Бонус: +500 удачи ко всем проверкам, чтобы не умереть. Может носить только человек с хорошей кармой, иначе бонусы превратятся в штрафы (доспехи будут выявлять мошенников с кармой).

Старинный доспех, который носили барды, отважные парни с фермы, нуарные детективы и бесчисленное множество других маловероятных героев, избранных судьбой. Пока вы носите его, это снаряжение защищает вас от смерти, хотя вы можете быть побеждены, особенно если это повысит напряжение повествования. Если вы каким-то образом умрете, надев [Сюжетную броню], то вскоре возродитесь, получив прибавку к статам и обретя новую решимость.

Однако броня заставит владельца произносить банальные фразы в неподходящий момент. Вы предупреждены.

+500 удачи?!

— Многие наши ученики в Холомансе сомневались в силе этих доспехов, и это им дорого обошлось, — пояснила Камилла, заметив изумление Виктора. — Нам потребовалось много боли и усилий, чтобы утвердить её.

— С учетом того, что фоморы ведут себя неважно, лучшего пользователя, чем ты, им не найти, — сказал Дезджестер, хотя он откровенно игнорировал присутствие Киа.

— Что касается другой части приза. — Веран щелкнула пальцами. — Один миллион монет!

С небес хлынул золотой дождь, осыпая все тело Вайнкера. Зрители просто ахнули, дракон издал радостный рев и покатился по земле, а монеты посыпались с его чешуи.

— [Подглядывающий щит Леоне]. — Из ниоткуда вокруг Кии появилась примерочная, бархатные занавески защищали ее скромность от толпы, и она схватила [Сюжетную броню], чтобы надеть ее.

Пока Вайнкер и Киа развлекались, а Ужасная Тройка обращалась к толпе с предложением о следующем годе, Виктор подошел к Фурибону. — Не обидишься, если я заберу всех слизеринов с собой? — спросил визирь у своего своеобразного «стокгольмского друга».

— Нет, ты показал мне, что я должен придерживаться классики. Я заменю их бездумной, плотоядной нежитью и безжалостными големами. — Фурибон телепортировал свои награды прочь, опустошив руки. — Я задумался над тем, что ты мне сказал, о том, что эпоха тяжелых, болезненных подземелий закончилась. Возможно, в этом есть доля правды.

— Твоя гробница будет иметь больший успех как туристический аттракцион на тему ужасов, — предположил Человечек Виктор.

— Я пурист* до мозга костей, — сказал Фурибон, прежде чем сменить тему. — Так... вы вторгнетесь в Прайден?

(П.п. Пуризм - повышенная требовательность к сохранению классической эстетики, изначальной чистоты, строгости стиля, приверженности канонам в языке, искусстве, спорте и тому подобное)

— Нам нужна любая помощь, особенно для защиты населенных пунктов от их стрел, — возразил Виктор. — Даже твой валун из Звёздного метала будет очень полезен, если мы сможем перековать его в оружие. Я хочу спросить, присоединишься ли ты к нам?

Лич замолчал, глубоко задумавшись. Вероятно, задумчивая нежить размышляла о том, насколько хлопотно помогать Вайнкеру в сравнении с шансами Одиуз на победу.

— Мир, опустошенный фоморами, я бы не назвал своим домом, — наконец заговорил Фурибон. В отличие от предыдущих случаев, Виктору не пришлось даже проверять харизму, чтобы убедить его. — Я отказываюсь сражаться бок о бок со змеем, но... я внесу свой вклад.

Киа вскоре вышла из своего убежища, сменив металлические доспехи на бумажные. Она не заметила, как на ее спине появилась надпись Дезджестера «пни меня».

— Как ощущения? — спросил Виктор, удивляясь, как он вообще может держаться на ее коже.

— Одним словом – неудобно. — Паладин заставила себя улыбнуться. — Ну же, попробуй! Попробуй убить меня!

— Нет, пока ты должна мне деньги, — напомнил ей Виктор. Теперь, когда он владел ею финансово, она никогда не посмеет тронуть его детей.

Вайнкер тем временем внезапно перестал играть со своими монетами и посмотрел на рыцаря с надеждой в глазах, словно ее слова пробудили древний инстинкт, похороненный годами. — Ты просишь о самоубийстве, приспешник?

Киа положила руки на талию и открыла рот. И хотя это был ее голос, слова принадлежали одержимому. — Опасность - мое второе имя!

Вайнкер немедленно поднялся, чтобы попытаться испепелить паладина...

Только для того, чтобы споткнуться о груду монет.

Виктор наблюдал, как его лучший друг со страшным грохотом рухнул на левое плечо, разбрасывая золото во все стороны. Вся толпа затихла, а Дезджестер явно старался не рассмеяться.

Издав грозный рев, Вайнкер поднялся на ноги и перешел к физической силе. Он поднял руку и попытался разбить очень самодовольного [паладина], как жука.

— Я буду защищать своих друзей! — прокричала Киа, не в силах контролировать свой рот.

БУМ!

Что-то отклонило ладонь Вайнкера, когда он обрушил ее на Киа, отклонив удар. Вместо этого вирм ударился о ближайшую трибуну, отправив в полет ближайших зрителей.

Вокруг Киа образовался щит из голубой энергии, отразивший атаку. — Что это? — спросил Фурибон, анализируя защиту с помощью магии.

— Сила дружбы, — вздохнула Камилла. — Она подпитывает броню, наряду с любовью, желаниями и надеждой.

— Иногда дружба проявляется в виде физической силы, — добавил Дезджестер, с отвращением глядя на сцену. — Хотя это случается только с героями и никогда с нами.

— О да, я научился этому в Холомансе, — вспомнил Виктор. — Вот почему вы всегда советовали убивать остальных членов партии раньше, чем вождя?

— Чья дружба? — пожаловался Вайнкер. — Она - рыцарь Киа, у нее нет друзей!

— Вера Джоли дает мне силы! — Рыцарь Киа произнесла записанную строчку, отчего Вайнкер покраснел и попытался разбить ее. И снова щит света защитил ее от вреда.

Эта броня была невероятно мощной.

— Мы не просто команда, — говорила Киа, повторяя зарифмованные фразы, пока Вайнкер упорно пытался убить ее - и всегда безуспешно, — мы семья!

Перед концом

В Мурмурине, за день до вторжения в Прайден, драконы играли в очень громкую игру.

— Открыть огонь! — объявил Вайнкер, и два десятка истинных драконов выпустили свои дыхания в кратер. [Огонь], [Мороз], [Молния], [Яд], [Земля]... почти все известные драконьему роду стихии были использованы, превратив цель в восхитительное шоу света и разрушения. Земля дрожала на многие мили, приспешники разбегались во все стороны, а одна фигура стояла посреди разрушений, не шелохнувшись.

— Дядя, ты можешь причинить ей вред! — запротестовала Джоли, единственная из присутствующих драконов, отказавшаяся от участия.

— Этого я и добиваюсь! — ответил Вайнкер с уязвленной гордостью. — Больше силы!

— Кузен, у меня есть пианино! — сказал Гениалиссим, приземлившись рядом с Вайнкуром и демонстрируя черный, полуразбитый музыкальный инструмент манлинга. — Я нашел пианино!

— Бросьте в нее!

Так и поступил его кузен, запустив музыкальный инструмент как снаряд. Линнормы и змеи, лишенные воображения, подражали своим истиннорожденным собратьям, бросая валуны, камни, дома, деревья... а в одном случае даже корову.

— Не бросать коров! — рыкнул Вайнкер, пытаясь сохранить цивилизованность поединка. Горыныч пристыженно опустил голову, извиняясь за то, что родился.

Наконец пыль осела, и драконы разочарованно застонали.

Их цель была жива.

Рыцарь Киа, ничуть не пострадав, продолжала бормотать какую-то чушь, стоя в одиночестве среди руин и разрушений. Она прикрыла корову своим телом, как и положено истинному прислужнику.

— Поздравляю, Киа! — щебетала Джоли, подбадривая своего неудачливого главу персонала.

— Верь в себя! — Рыцарь Киа ответила, но слова уже не принадлежали ей. — Я верю в тебя!

В то время как Вайнкер упорно продолжал стремиться преодолеть эту [Сюжетную броню], многие драконы начали сомневаться. — Должно же быть что-то, что на нее подействует! —жаловался император. Они занимались этим уже шесть часов!

— Он защищает ее только от смерти и прямого урона, — заметил Гениалиссим. — Что, если мы бросим ее в Лууууууууну? Или попросить миньона телепортировать ее?

— Нет! — запротестовала Джоли.

— Нет, — поспешно сказал Вайнкер. — Даже она не заслуживает такой ужасной участи.

Даже если Человечек Виктор послал на эту далекую темную планету множество приспешников, чтобы защитить их от мести фей, Вайнкер втайне думал, что они обречены на участь, худшую, чем смерть. Он надеялся, что им удастся сохранить рассудок достаточно долго, чтобы он смог съесть Одиуз.

Что делал Забытый? Неужели он не мог превратить этот проклятый свинцовый шар в золото?

— Ребята, это было забавно, но я снимаю броню, — сказала рыцарь Киа, покидая кратер, —иначе от этих линий у меня будет диабет.

— Может быть, мы сможем навредить ей таким образом, — предложил дракон. — С помощью силы этого «диабета».

— А как насчет элемента [Жизнь]? — Гениалиссим спрашивает: — Кто-нибудь здесь дышит раком?

Пока его коллеги-драконы обсуждали, как лучше преодолеть [Сюжетную броню], Вайнкер решил немного передохнуть и проконтролировать свою армию. Завтра должен был состояться полет драконов и сил V&V, которые высадятся у берегов Прайдена. День Вайнкера.

День В!

Готовясь к этому историческому событию, его приспешники собрались на огромных кораблях у берегов или взошли на борт копий Piggy Bank II. Каждый солдат, от самого крошечного кобольда до самого могучего упыря, нес на спине откормленную кошку. Вайнкер сожалел, что у него не было времени разводить этих кошек с коровами, но утешался тем, что ни один прислужник не умрет от голода.

Всех остальных приспешников, тех, кто не мог сражаться, эвакуировали через порталы в Хэппиленд, на планету Луна или в другие безопасные зоны. Если бы не присутствие драконов, Мурмурин превратился бы в город-призрак. Только монстры, необходимые для военных действий, оставались позади, чтобы поддержать основную армию.

Одним из них был тролль Барнабас, которого Вайнкер призвал в свой замок вместе с гоблинами-кузнецами - гномы ушли под землю, чтобы избежать жажды пьяных змеев.

— Ваше Величество, — поклонился тролль, когда Вайнкер приземлился перед входом в его замок, — мы вам нужны?—

— Да, приспешник. Ибо я хочу, чтобы мой клад всегда был при мне.

Хотя эта мысль едва приходила ему в голову, дракон понимал, что может погибнуть в этом конфликте. В отличие от Ледяного Клыка, он не мог смириться с тем, что оставит свой клад и умрет вдали от с таким трудом добытого богатства.

— Вы хотите, чтобы мы создали [Бездонный мешок]? — спросил тролль Барнабас. — Они часто едят то, чем их кормят.

Одна только мысль о том, что из кошелька посыплются монеты, приводила Вайнкера в ужас. — Нет. Я хочу носить свой клад на себе. Чтобы всегда чувствовать золото и драгоценные камни на своей чешуе; чтобы они всегда были в поле зрения, чтобы я мог защищать их до последнего вздоха, если понадобится.

— Итак... — Тролль Барнабас почесал горло. — Вы хотите, чтобы я забрал весь ваш клад и сделал из него доспехи?

Это было новое, инновационное драконье решение по управлению кладами. Вайнкера не удивило, что приспешник не понял его замысла, потому дракон поделился своими рассуждениями.

— Эта [Сюжетная броня] мощная, но выглядит нелепо, — говорит Вайнкер. — Мой клад - самый прекрасный, самый совершенный из всех существующих. Его яркость ослепляет сильных и убивает слабых на месте! Если бы я надел его, то стал бы непобедимым. Я был бы... сияющим!

И хотя Вайнкер никогда бы не признался в этом публично...

Его истинным богатством была его империя и приспешники, которые следовали за ним.

Именно они приносили золото, именно они умирали, чтобы подпитывать вечное богатство Вайнкера. Так же, как Человечек Виктор был жемчужиной его состояния, каждый приспешник был монетой, которую дракон должен был беречь.

Вайнкер должен был напоминать своим приспешникам, за что они стоят. Вид его клада, сияющего на его лице, должен был поднять их боевой дух и привести к победе; другие драконы тоже должны были понять, что они сражаются за выживание драконьего образа жизни. Они должны победить любой ценой.

Состояние Вайнкера станет не просто кучей богатства.

Он станет золотым символом!

— Ты возьмешь мой клад, мой прекрасный клад золота и драгоценностей, — сказал Вайнкер. — И из него ты сделаешь для меня [Доспехи из клада]. Что-нибудь более блестящее, чем [Сюжетная броня], что будет напоминать Рыцарю Киа о ее врожденной бедности. Я хочу, чтобы он был готов завтра на рассвете.

В отличие от [паладина], Вайнкер уже знал, какие мудрые фразы ему следует произнести.

К моменту окончания войны все будут бояться власти золота!

***

Круассан хорошо себя зарекомендовал.

Ожидая перед домиком, построенным из останков пауков размером со слона, и обнимая Шоколатинку, Виктор не спеша изучал лунную колонию империи V&V.

На первый взгляд, это была самая обычная деревушка, только построенная в свинцовой долине и с голубой планетой Аутремонд в небе над головой. У поселенцев были фермы, хотя они выращивали странные инопланетные деревья, а вместо коз разводили щуплых черных ужасов. На центральной площади деревни пульсировал портал в Мурмурин, куда переходили новички в поисках убежища вдали от войны.

Виктор узнал среди жителей деревни несколько знакомых лиц, в основном тех, кого он сослал сюда за время своей карьеры визиря. Однако он заметил необычного поселенца, сидевшего на скамейке в компании головоногих.

— Виктор! — Людвик Ван поднял руку на своего бывшего ученика, у которого на боку сидел чудовищный, похожий на кальмара ужас. Одно из щупалец существа ласкало волосы [Дьявольские грабли], а другое касалось его левой ноги. — Приятно было встретить тебя здесь!

— Как погляжу, времени ты зря не терял! — крикнул в ответ Виктор.

— Все это время я пытался найти счастье в мужчинах и женщинах, — сказал Людвик, глядя в сто глаз своей новой возлюбленной. — Но, как оказалось, бесполый космический кальмар полностью удовлетворяет меня.

— О, милый! — ответила мерзость на своем ужасающем языке р'льехан, держа Людвика за руку своим щупальцем. — У меня от тебя псевдоподии вспотели!

Виктор благоразумно сосредоточился на коттедже, не имея ни малейшего желания смотреть вживую японский порнофильм. — Ну же, ну же! — Шоколатин не могла усидеть на месте, яростно стуча в дверь. — Что он делает?

— Шок, расслабься, — сказал Виктор, похлопав ее по руке, чтобы она успокоилась.

— Ничего не могу с собой поделать, — ответила она, ее глаза налились кровью, как у наркомана, находящегося под кайфом. — Все мои статы выросли здесь! Мне все время хочется выть!

Видя ее в таком состоянии, Виктор подумал, не стоит ли оставить ее на время у брата. По словам Джулс, это не повредит малышам, но она была слишком возбуждена с тех пор, как они ступили на Луну.

Изабель уже вернулась в Хэппиленд, а остальные члены семьи Виктора были рассеяны по планетам или приняты в его собственном карманном измерении. Он предпочитал избегать присутствия всех в одном месте, как для их безопасности, так и для предотвращения ревности.

Наконец, ящерица Сэйворюз открыла дверь. — Вик, Шок, моя любимая пара! — обрадовалась она, увидев их. — Я так рада видеть вас снова!

— Я тоже, Сав, — сказал Виктор. За последние несколько месяцев после инцидента с «Ночными клинками» она почти не изменилась, хотя и сменила свою одежду авантюристки на фартук и поварской колпак. Визирь в какой-то мере простил ей предательство, как и Круассану, но все же приговорил их обоих к общественным работам.

— Проходите в дом. — Хозяйка позволила паре войти в дом и закрыла дверь. Жнец почувствовал восхитительный аромат рыбы и меда, когда его провели в столовую. — Я уже обустроила комнату Шоколатинки наверху. Я даже сделала четыре колыбели, каждая разного цвета!

Главная комната напомнила Виктору убежище охотника. На стенах вокруг обеденного стола гордо красовались трофеи прямо из научно-фантастических фильмов семидесятых годов - от головы ксеноморфа до стоглазых пауков.

Оказалось, что Круассан должен был дорого сражаться, чтобы защитить это сообщество.

Кстати, об оборотне: он ждал их с нетерпением. — Сестренка! — Круассан тут же обнял сестру, как будто не видел ее много лет. По сравнению с прошлой встречей с Виктором, оборотень стал выше, тяжелее и носил костюм из меха какого-то розового существа. — Добро пожаловать домой!

— Ты слишком сильно сжимаешь меня, брат!— пожаловался Шоколатин, хотя ему явно было приятно такое внимание.

Затем мужчина-оборотень повернулся к своему зятю, хотя атмосфера стала значительно холоднее. — Виктор, — нейтрально произнес он.

— Круассан, — ответил Виктор тем же тоном и пожал ему руку. В этом рукопожатии не было теплоты, но не было и враждебности. Вода под мостом.

Однако кое-что другое сильно беспокоило визиря. — Сав?

— Да, Вик?

— Почему в вашей столовой находится связанный ребенок? — спросил визирь, указывая на закованную в цепи крошечную человекоподобную ящерицу, насильно усаженную на край стола.

— Глупышка, он - главное блюдо! — Шоколатин ответила с улыбкой, к ужасу Виктора.

К счастью, его шурин успокоил Виктора. — Я нашел его, когда он пробирался в дом и пытался запустить в мою ванну космическую акулу. Он был хорош и скрытен, но пауки ему не по зубам...

Взгляд Круассана блуждал, как у ветерана войны, переживающего травмирующее воспоминание. — Пауки... ползали повсюду... Лунные жители, они следили...

— Космическая акула? — хмуро спросил Виктор, усаживаясь за обеденный стол рядом с Чоком. — Я слышал о песчаных акулах, но космические?

— Есть космические и песочные версии всех морских существ, — говорит Сэйворюз. — Например, лунные кальмары.

— Да, но... — Хотя Виктор уже привык к странностям - достаточно, чтобы непринужденно обсуждать их за обеденным столом со связанным в углу ребенком-убийцей, - космическая рыба перешла черту. — Не знаю, похоже, что бог где-то поленился.

— У них было НЛО... — сказал Круассан, полностью погрузившись в ужасные воспоминания: — У них было НЛО, и они были пьяны... но это была не моя тележка! Это не моя тележка!

— Брат? — спросила Шоколатин, встряхивая Круассана от приступа посттравматического стресса.

— Простите, — сказал старший оборотень, приходя в себя. Он несколько раз покачал головой, затем уселся в кресло и продолжил предыдущий разговор, как будто между ними ничего не было. — Я бы съел маленького Потирона, но он, видимо, племянник Сав— .

— Ты был непослушным ребенком, Потирон, — отругала Сэйворюз пленника. — Никакого десерта для тебя!

— Я не пытался никого убить, тетя! — возразила крошечная рептилия, явно больше сожалея о десерте, чем о попытке убийства волка. — Просто шрам на всю жизнь, ну и, может быть, немного увечий.

— Шарлин попросила его разрушить наши отношения и заставить меня страдать, — вздохнув, объяснил Круассан. — Она никогда не позволит мне пережить это.

— Ты пыталась съесть ее, — заметил Виктор, хотя и не был согласен с ее методами мести.

— Разве в нашей семье не все пытались съесть парня или девушку? — ответил Шоколатин. — Вик, именно так начались наши отношения!

Ах да, она собиралась сделать из него рагу в первую их встречу. Виктор забыл об этой детали. — Я поговорю с Шарлин, — сказал визирь Круассану. — Эти попытки прекратятся, обещаю.

Он не мог допустить, чтобы эти события переросли во вражду.

— Обязательно. — Шоколатин кивнула. — Никто не причинит вреда моему дорогому Круассану, кроме него самого!

— Буду признателен, — сказал Круассан, проигнорировав замечание. — Дело в том, что я заслужил ее презрение за попытку съесть ее, да, и я понимаю, что она чувствует. Я примирился с тем, что испортил нечто потрясающее.

— Это позволило тебе встретиться со мной, — попыталась подбодрить его Сэйворюз, и оборотень тонко улыбнулся в ответ. Эта демонстрация шокировала Виктора, который никогда не мог представить Круассана... более мудрым? Дружелюбным?

Со времени их последней встречи оборотень [Рейнджер] определенно вырос. Управление исправительной колонией сотворило с ним чудеса.

— Ты можешь попытаться исправить свое прошлое, — предложил Виктор, но скорее для себя, чем для Круассана.

— Я пытался, — ответил оборотень-самец, горестно нахмурившись. — Но... она не хочет меня прощать и, очевидно, никогда не простит. Когда дверь остается закрытой с другой стороны, нужно уходить, а не пытаться открыть замок.

— Вы все такие негативные! — сказала Сэйворюз, заставляя всех сесть вокруг стола идеально симметрично, даже своего пленника. — Мы собрались здесь, чтобы отпраздновать прекрасную новость.

— Да, Виктор, спасибо, что оплодотворил мою невинную сестру, — сказал Круассан с резким сарказмом. К счастью, Шоколатин был слишком доволен бесплатной едой, чтобы обращать на это внимание. — А как насчет Шарлин? Ты тоже оплодотворил мою бывшую?

— ... пока нет, — ответил Виктор, понимая, что ему ужасно повезло. — Насколько я знаю.

Круассан некоторое время ничего не говорил, явно недовольный невнятным ответом. — Ты и близко не подойдешь к моей одинокой матери-одиночке.

— Согласен. При условии, что ты будешь защищать Шоколатин, пока меня не будет.

— О, Вик, — Шоколатин прислонилась головой к плечу Виктора, а Круассан остался в кислом настроении, но на краешке его губ появилась тень улыбки. — Жаль, что я не могу присматривать за тобой в Прайдене.

— Я бы тоже хотел держать тебя рядом, — ответил Виктор, почесывая ее за ушами. Однако он остановил Сэйворюз прежде, чем она успела передать ему столовые приборы. — Я не останусь на ужин.

— Виктор, я приготовил космического детеныша кита, — жаловалась Сэйворюз. — Ты знаешь, насколько они редки и как трудно их поймать?

— Законно ли охотиться на китов? — спросила Шоколатин, заботясь об окружающей среде. — Не то чтобы меня это останавливало, когда я голодна, но...

— В космосе - да! — радостно ответил Сэйворюз.

— У Вайнкера запланировано уровневое сафари, и он требует моего присутствия рядом с нашими элитными воинами, — оправдывался Виктор. — Это может быть их последний шанс безопасно повысить уровень и эволюционировать в более могущественные формы.

Даже Эллисон согласилась принять участие, хотя это мероприятие оскорбляло ее чувства. Только Фурибон не стал участвовать - лич был занят установкой щитов вокруг крупных городов Гардемагена.

Кто-то постучал в дверь. — Вы кого-то ждете? — спросил Виктор у Сэйворюз, которая покачала головой. Визирь поднялся из-за стола, воспользовавшись возможностью позволить братьям-оборотням догнать его.

Виктор открыл дверь и увидел на пороге ангела.

— Мистер Виктор.

Визирь застыл на месте, когда перед ним предстало старое лицо, которое он не видел целую вечност. Белокурый ангел с непарными крыльями и очаровательным лицом, застывшим в невыразительной маске.

— Миэль! Я так счастлив...

— Господин Виктор, я здесь только потому, что меня попросил сам лорд Митра, — быстро ответил ангел с безличным профессионализмом. — Я не намерена встречаться с вами дольше, чем это необходимо.

Виктор замер от такой холодной реакции, но в какой-то степени ожидал ее. Он решил не терять времени. — Я просто хотел извиниться, — сказал он, — за свою аферу.

— Мистер Виктор, я не осуждаю вас за мошенничество.

Она нет? Это удивило Виктора. — Не осуждаешь?

— В каком-то смысле, думаю, я всегда знала, но отрицала, — призналась ангел, стыдливо соединив пальцы. — Я немного порылась в себе и поняла, что, возможно, я была немного... немного испорчена.

Да уж. Бессердечный ангел должен был выдать себя.

— Но мистер Виктор, вы солгали мне, злоупотребили моим доверием и разрушили мою репутацию на глазах у всех Небес, — продолжила Миэль. — Может, я и была назойлива с вашей кармовой страховкой, но все, чего я хотела, - это спасти вашу душу и подтолкнуть вас к добрым делам. Я должна была видеть в вас то, чем вы являетесь: кармовой раковиной.

— Я сделал доброе дело, — оправдывался Виктор, хотя это оправдание показалось слабым даже ему самому. — Я имею в виду, я разоблачил небесную коррупцию. Разве это не должно считаться хорошим поведением?

— То, что ваши действия привели к добру, мало что значит, если ты не ожидал такого результата, — ответил Миэль. — Если вы пытаетесь кого-то убить, то даже если у вас не получилось, вы все равно хотели причинить кому-то вред. Нельзя отделить действие от намерения, и, хотя вы, возможно, и сделали что-то хорошее, мистер Виктор, это редко было сделано из альтруизма.

— Ладно, я не идеальный и даже не хороший человек, — признал Виктор. — У меня нет того, что нужно, чтобы стать кем-то вроде Киа. Но я пытаюсь исправить свои ошибки и взять на себя ответственность за них.

У него было много забот, но пока Виктор считал, что делает успехи. Он взял на себя ответственность за своих детей, помог Киа справиться с ее проблемами, убедил Фурибона установить защитные щиты вокруг крупных городов, нашел лекарство от чумы и действовал за спиной Вайнкера, чтобы сделать его свободным... Может, он и не был святым, но и не дьяволом.

— Вы стараетесь совершенствоваться, — согласилась Миэль, — я тоже, особенно под руководством лорда Митры, но я не хочу искушений. Ваша компания старается, и мне этого достаточно.

— Я понимаю, — ответил Виктор и замолчал. Он хотел задать ей так много вопросов. Что она делала с тех пор, как покинула Небеса? Хорошо ли она устроилась? Где она теперь работает?

Но он ничего не сказал.

Он чувствовал, что их прежняя дружба безвозвратно ушла в прошлое... и как бы больно ему ни было, он должен был уважать право Миэль на личное пространство. Даже если это причиняло ему боль, она существовала не для того, чтобы он был доволен собой.

Он должен был отпустить ее.

— Вот лекарство от чумы Хамелина, — сказал Виктор, отыскал в подсумках доспехов зелье и протянул его ангелу. Она держала флакон в своих безупречных руках, словно он даровал ей святое сокровище. — Я хотел, чтобы оно было у тебя.

— У меня? — спросила она, удивление пробилось сквозь ее безэмоциональную маску.

— Я надеюсь, что из этой заварушки выйдет что-то хорошее... и что ты извлечешь из этого пользу, — сказал Виктор. — Не знаю, искупит ли это тот позор, который я на тебя навлек, но это мое самое заветное желание.

Он был должен ей по крайней мере столько.

Губы Миэль исказились в выражении беспокойства, но она быстро вернула себе самообладание. — Я буду молиться, чтобы вы не умерли в Прайдане, господин Виктор.

Больше ей нечего добавить, и она распахнула крылья, сияющие ореолом.

— Миэль, — сказал Виктор, и его старый страховой консультант не пожалел нескольких секунд. — Спасибо за то, что дал мне возможность закончить дело. Если уж на то пошло... ты была замечательным плечевым ангелом.

Она на секунду замешкалась, а затем коротко и окончательно кивнула ему.

Ангел исчез во вспышке света, не сказав ни слова, оставив Виктора наедине с холодной тишиной Лууууууны.

В сумерках Вайнкер перешел через портал в Далтонию, где рядом с пером дронта его ждали приспешники и ближайшие союзники.

Младший Экскалитрап, который нес на спине Базза Джелли и дюжину слизевых детей; Санитар Жюль и Вкусный Малфи, которым не терпелось начать; Невкусная Эллисон и Фольгированный Роло, которым не хотелось этого; Рейнджеры кобольдов и его прекрасная племянница Джоли; Мышь Шарлин и Рыцарь Киа, которая поменяла [Сюжетную броню] на свою обычную; даже Горынычу и его другу-лошадке разрешили участвовать.

Человечек Виктор телепортировался, завершив набор миньонов Вайнкера. — Извините за опоздание, — извинился он. — Шок просто не хотел меня отпускать.

— Мы понимаем, приспешник, — ответил Вайнкер, и дракон принял последний золотой душ, прежде чем отпустить тролля Барнабаса по своим делам. — Нам всем нужно время в кладе, чтобы подготовиться к суровым испытаниям.

Словно в ответ на желание хозяина, через ограду загона выглянул дронт, предлагая свое тело для удовольствия дракона.

— Неужели нет другого выхода? — спросила Эллисон, тронутая таким проявлением самопожертвования. — Убивать беспомощных животных - это... Я понимаю, что нам нужны эти уровни, но у меня во рту остается кислый привкус.

— Он прожил хорошую жизнь, — ответил Вайнкер. — Это птица, от которой родилось так много слизней.

— А этот выглядит беспомощным? — Мышь Шарлин направила атам на свирепого дронта, лежащего на траве.

— Нам нужно избавиться от гибридов, — убеждал дриаду Человечек Виктор. — Мы сохраняем местную экосистему, а не вредим ей.

— Это мой последний шанс на повышение, — добавил Вкусный Малфи, явно самый воодушевленный из всей группы.

— Я всегда хотел проверить, можно ли поднять [Дронтов Опыта] как нежить— . Санитар Жюль соединил руки. — Для удвоения опыта.

Как и Вайнкер. Как и Вайнкер.

День V

- Национальный клад, Текст песни.

Встаньте, миньони Земли!

Встаньте, пленники страха!

Жадность грохочет в своем вулкане!

Это золотое извержение!

Из свинца сделаем монеты,

Верные слаймы, встаньте, встаньте!

Феи потеряют все!

Мы - миньоны, мы - клад!

Одержимая патриотизмом, Розовая яростно набрасывала строки своей новой песни на листе, как капля крови падает с неба.

Убрав блокнот в рюкзак, бард подняла глаза к штормовому небу, где, несмотря на морской ветер, собирались багровые тучи. Сквики, ее серый, перекормленный кот, очаровательно мяукал на её спине. У каждого кобольда-рейнджера был такой мешок с мехом и мясом, пристегнутый к их припасам, чтобы они не могли сбежать. Розовая до сих пор помнила урок о том, как их готовить.

— Помните, даже если они слишком толстые, чтобы бегать, не рискуйте! — объясняла Шоколатин на кулинарном семинаре, используя в качестве примера свой личный рацион Феликса. — Поскольку они всегда возрождаются в десяти метрах от места своей смерти, ставьте ловушки на всякий случай!

Несмотря на то, что она внимательно слушала инструкции, Розовая не была уверена, что сможет заставить себя съесть что-то настолько милое.

Вместе с другими рейнджерами-кобольдами и их динозавром Брахиозавром она в данный момент находился в корабле-имитации, который нес их в сторону Прайдена. По правде говоря, лишь немногие из кораблей, составлявших армаду V&V, были деревянными или металлическими; большинство из них были монстрами, мимиками или неживыми лодками, созданными из костей поверженных врагов. Морские чудовища, рыболюди и глубоководники возглавляли силы вторжения, направляя их через течения. Все они отваживались на штормовое море, и титанические волны разбивались о их корпуса, когда в поле зрения появлялись темные берега Прайдена.

Армада была разделена на несколько флотов, один из которых, в частности, почти полностью состоял из нежити. Они окружали могущественного императора Тараска и его выводок полукровок, плывя подобно отряду акул, ибо нежить сопротивлялась радиоактивному присутствию этого семейства. Над ними стаи монстров окружали копии Копилки, собственного гномьего самолета Его Императорского Величества; в целом же армии Императора исчислялись сотнями тысяч.

Мысль о Его Величестве, который до сих пор отсутствовал, заставляла Розовую волноваться, но вид других героев вселял в нее надежду.

Возглавляя воздушные силы, лорд Виктор, величайший из приспешников, наколдовал кровавые тучи, сидя на спине Горыныча - да пребудет с ним мерзкий змей. Вместо воды небо пролило кровавый дождь, чтобы обеспечить прикрытие флоту и позволить уязвимой нежити вроде вампиров действовать днем.

Его соперница, паладин Киа, вела человеческий флот из Гардмейна на восток; к отчаянию кобольдов, она ехала в битве на своем собственном хозяине, императорской племяннице Джоли. Хотя они уже привыкли к этой странной причуде племянницы, в этот тяжелый момент они предпочли бы оказаться на ее стороне.

Вот уже показался остров-крепость Прайден.

Розовая не могла назвать то, что предстало перед ней, берегом. Каменные стены и черные башни возвышались на острых скалах, а черные шипы покрывали пляж, не позволяя обычным кораблям приземляться. Внутренние районы острова были защищены магическими щитами, а в небе свободно разгуливали гигантские птицы, призраки и злые духи.

Вот оно. Святилище фоморов, мерзких злодеев, которые не переставали угрожать Его Величеству с момента его пробуждения.

— Одна минута, приготовиться к снятию рампы! — крикнул Красный, повернувшись лицом к ветру. — Двигайтесь быстро и очистите эти дыры от фей!

— У нас нет пандуса! — в панике закричал Синий, его стресс взял верх.

— Мы обречены! — Желтый завыл на ветру, и корабль-имитатор издал ответный рев.

— Я знаю, но я просто хотел это сказать! — крикнул в ответ Красный. — Пандус, а не обреченные!

— Выпендрежник, — пожаловался Черный и ткнул пальцем в небо. — Они здесь!

Песня золота и блеска переполняла шум моря, когда его певцы ныряли сквозь кровавые облака.

Могучие драконы, вызванные Конклавом, спустились на Прайден, словно веселый полет ястребов. Тысячи драконов, дрейков и виверн пели и обменивались любезностями, настолько уверенные в своей неизбежной победе, что относились к этой войне, как к забавной вечеринке. Их смелость и уверенность в себе подбадривали кобольдов.

— Видишь?! — сказала она Желтому, который продолжал разглагольствовать об обреченности. — Нам нечего бояться! На нашей стороне величайший из повелителей монстров!

— Сейчас будет уборка! — хвастался Черный. Только Красный сохранял нейтралитет, сосредоточившись на предстоящей миссии.

Столкнувшись со своими драконами-уничтожителями, фоморы ответили, выпустив свои собственные армии. Существа пересекали границы фей по воздуху, чтобы сразиться с захватчиками в небе: от гигантских птиц с металлическими клювами до крылатых големов. Численность была равной с обеих сторон, хотя силы фоморов двигались организованными формациями.

Сразу же, без предупреждения, началась битва.

Розовая не видела, кто напал первым, но через несколько секунд небо взорвалось ослепительной вспышкой огня, молний и льда. Драконы обрушили свои элементальные дыхания на крылатых големов, а более мелкие виверны и дрейки набросились на птичьих боевых зверей. Мечи сталкивались с чешуей, над армадой гремели взрывы, а рев разносился по дикому морю.

Розовая могла только смотреть в благоговейном ужасе, как драконы, которым поклонялся ее род, разбивают войска фей, сокрушая големов, а их приспешники с изумлением наблюдают за происходящим внизу. Останки боевых зверей падали в море, а дрейки добирались до укреплений и пытались прорваться сквозь заслоны.

Черный был прав. Хотя Розовой было бы грустно не петь свой новый гимн, она могла бы смириться с обязанностями уборщицы.

И тут с запада полетела стрела света и со скоростью, превышающей скорость ветра, ударила черного дракона в грудь.

Ослепительная вспышка озарила небо, а страшный взрыв заставил содрогнуться всю армаду. То же самое оружие, которое едва не уничтожило Мурмурина, взорвалось посреди драконов, далеко над флотом, и разлетелось во все стороны. Облака разлетелись, боевые звери и виверны испарились, драконья плоть расплавилась. Золотая песнь Драконьего конклава была заглушена ужасным шумом.

Труп сгоревшего дракона упал в море слева от корабля рейнджеров и затопил мимическую лодку целиком.

Розовая закричала от ужаса, подражая большинству своих товарищей по команде, когда огромные чешуйчатые существа сотнями падали в море, чтобы их выбросило на берег или утащило в пучину под водой.

Оставшиеся в живых драконы отреагировали сначала с ужасом, а затем с яростью. Они направили на врагов свое дыхательное оружие, обдав их огнем и холодом.

Но ход битвы внезапно изменился. Големы начали отбиваться от дыхания драконов, а их мечи рассекали чешую как масло. В укреплениях открылись дыры, в которых показалась тяжелая артиллерия. Когда армада приблизилась на расстояние выстрела, они начали стрелять в ее сторону.

— Пригнитесь! — крикнул Красный, заставляя свою команду согнуть спину, когда свинцовые снаряды врезались в корпус их корабля. Их брахиозавр был ранен и издал стон боли, когда из его чешуи потекла кровь.

Артиллерия стреляла злыми свинцовыми пулями в прислужников и ядрами из энергетического камня в драконов. Битва уже ничем не напоминала ошеломляющую победу драконов в Мурмурине, случившуюся более года назад. На этот раз драконы гибли не меньше, чем убивали, и море стало золотым от крови. Когда флот миньонов подошел на расстояние выстрела, защитники фей нацелились на них, выпустив в них злые свинцовые пули.

— Мы все умрем!— Черный кричал, как маленький ребенок.

— Я умер однажды, я не хочу умирать снова! — Синий закричал еще громче.

— Эй! — крикнул Красный, пытаясь успокоить свою команду. — Эй!

СЛАП! СЛАП! СЛАП!

Рыжий дал пощечину каждому члену своей команды, закончив Розовым. — Наращивайте обороты! — крикнул он, заставляя их сосредоточиться и даже заставив замолчать паникующую кошачью пайку. — Кто вы - миньоны или нытики?

— Но, но, они же убили драконов! — сказал Черный, его бравада была посрамлена. — Они находятся на вершине пищевой цепи! Они не могут умереть!

— Все, во что я верил, неправильно! — закричал Желтый, чем заслужил еще одну пощечину.

— Они сражаются и умирают за нас! — Красный направил мушкет на храбрых драконов, которые продолжали атаковать, даже неся большие потери. — Это то, чем всегда рисковал Его Величество, когда защищал нас от личей, вампиров, извергов и мерзостей! Теперь вы окажете честь своему повелителю монстров и стране трусостью... или победой?

Вдохновляющие слова Красного и успешная проверка харизмы привели команду в чувство. —Желтый, лечи зорд! — начал приказывать их лидер. — Розовая, ты поешь, Синий, ты накладываешь баффы. Черный - со мной в авангарде. Мы возьмем эти берега ради клада!

—Ради клада! — дружно сказали кобольды, и их рационы динозавров и кошек издали панические стоны.

Над ними появились воздушные силы миньонов, помогая драконам в сражениях. Летающие дьяволы и вампиры одолевали големов, а змеевидная махина лорда Виктора прокладывала путь вперед.

Это был конец. Розовая знала это до глубины души, когда кошачьи пайки разом мяукнули.

Последняя битва!

Кобольд-бард перевела дыхание, а затем запела мелодию, которую сочинила для этого исторического дня.

— Это последняя борьба.

Давайте объединимся, и завтра

Клад

Это будет гонка миньонов!

— Увидимся на пляже... — крикнул Красный, стреляя из мушкета в небо, в то время как его кошачья рация яростно пыталась вырваться из своих оков, — или в Хэппиленде!

У них было огнестрельное оружие.

Виктор понял это, так как от его брони [Шкура Молоха] пули отскакивали. В укреплениях открылись отверстия, в которых виднелись пулеметы, минометы и пушки; хотя их конструкция напоминала визирю фильмы о Второй мировой войне, в них чувствовалась архаичность, поскольку они были модифицированы с помощью рун и частей големов.

Виктор мысленно бил себя по рукам. Конечно, у фоморов было огнестрельное оружие, у них были ядерные бомбы. Провезти это оружие контрабандой и массово производить его с помощью магии было бы проще простого. Оставалось надеяться, что классовый уровень и врожденная мощь монстров Мурмурина смогут компенсировать технологическое неравенство.

После того как ядерная бомба уничтожила большой драконий отряд - хотя Виктор знал, что за ним последует еще много других, - фоморы начали обрушивать ад на силы вторжения. Их тяжелая артиллерия сосредоточилась на воздушных силах, особенно на крупных целях, таких как змеи и самолеты, а менее разрушительное оружие вроде пулеметов - на кораблях, пытаясь перебить кобольдов, вурдалаков и других приспешников. Пока что из-за погоды и расстояния им с трудом удавалось попасть хоть во что-то, но высадка превратится в кровавую бойню, если оборона не будет уничтожена.

Пока что Виктор сосредоточился на поддержании [Кровавого дождя] с [Контролем погоды], как для усиления нежити во флоте, так и для защиты от радиоактивных осадков ядерной бомбы. Он заметил ракету, прилетевшую с запада, но телепатический отчет Киа через перк [Алое исследование] сообщил ему, что второй снаряд был выпущен по ее собственному флоту. Необходимо было определить место, откуда фоморы запустили свои ядерные снаряды, иначе их потери будут накапливаться.

Драконы были сильны и не позволяли артиллерии поразить морские силы, отбивая все пушки, кроме самых разрушительных, начиненных энергетическими камнями, но ядерное оружие уничтожило сотни из них. Визирь вдруг осознал, что Вайнкер - чудовище, даже среди себе подобных.

Пока войска V&V занимали оборону фоморов, а Виктор командовал ими сверху, Система наконец сочла нужным вознаградить его за всю кровь дронтов на его руках.

Поздравляем! За жестокую расправу над милыми и беспомощными гибридами [Дронтами Опыта] и за то, что вы попали в Хэппиленд, вы заработали три уровня в [Синоптик] и два уровня в [Всадник хаоса]! Вы заработали классовые перки [Несущий град], [Дьявольский маг III] и [Черный всадник]!

+150 HP, +40 SP, +5 STR, +5 VIT, +5 SKI, +4 AGI, +7 INT, +5 CHA, +8 LCK.

[Несущий град]: Заклинание, 100 SP в час. Вы можете пассивно менять погоду: [Кровавый дождь], [Дождь из слизи], [Кислотный дождь], [Огненный град], [Призрачный шторм] и [Чумной ветер]. Кроме того, пока способность активна, вы можете переключаться между каждым из них по своему желанию, не тратя SP. Если заклинание, например [Контроль погоды], пересиливает [Несущего град], ему нужно сосредоточиться на этом заклинании, иначе ваша способность вновь проявит себя.

[Дьявольский маг III]: Вы можете изучать и применять заклинания на три уровня выше вашего текущего. Вы также можете изучать и применять заклинания с чертами [Зло], [Изверг] и [Погода], но только те, которые равны или ниже вашего текущего уровня доступа; если они принадлежат к эксклюзивной школе магии, то считаются как если бы вы выполнили остальные требования. Заменяет [Дьявольский маг II].

[Черный всадник]: Техника, 80 SP в минуту. Вы создаете вокруг себя поле на расстоянии десяти футов, которое поглощает HP и SP; это эффект [Высасывания]. Кроме того, заклинания VI уровня и ниже будут отменены и поглощены, если только вы не хотите, чтобы они подействовали на вас. Если вы сражаетесь верхом, ваше животное тоже проецирует поле. Вы можете добавить еще двух зверей в свою конюшню [Черный всадник].

Достигнув десятого уровня в [Синоптик], вы достигли максимума в этом классе! Вы больше не можете получать уровни в нем, но получили способность [Магия гнили].

[Магия гнили]: Когда вы произносите заклинания с чертами [Некромантия], [Дьяволизм], [Зло], [Души] и [Погода], вы можете либо [Ускориться] (произнести второе заклинание одновременно с обычным), либо [Усилить] (удвоить их силу и продолжительность), удвоив расход SP.

Хаха! — Уровень Х, я иду!

Сохраняя пассивную активность шторма, Виктор начал вызывать дополнительные подкрепления, открывая врата в Хэппиленд. Из разломов появились полчища летающих демонов, которые присоединились к драконам, сражаясь с големами и боевыми тварями фоморов.

Первым пролетел Малфи, которого Виктор наконец-то повысил до [CEO Демонжук]. Инсектоид трансформировался в большую форму, точнее, разделился на части. Вместо единой сущности он теперь выглядел как живой рой голубых ледяных мух, организовавшихся в крылатого падшего ангела девяти футов ростом.

Хотя за спиной у них была величайшая армия монстров, которую когда-либо собирали, Виктор мог сказать, что это будет долгий и трудный день.

А что делал Вайнкер? Он должен был быть в авангарде вторжения, а не исчезать после Далтонии.

—МИНИОНЫ!—

Вот он и пришел.

Падая сквозь тучи кровавого дождя, словно сияющая звезда, окруженная пламенем перка [Огненная корона], Вайнкер Рыцареубийца объявил всем о своем присутствии.

Но вместо того, чтобы гордо демонстрировать свою багровую чешую, император вирмов теперь носил доспехи, столь же показные, как и его гордость. Почти каждый дюйм тела дракона, за исключением глаз и пасти, был защищен тяжелыми пластинами из золота, инкрустированного драгоценными камнями. Крылья и брюхо были защищены драгоценными камнями, когти покрыты серебром, а на кончике хвоста Виктор мог поклясться, что заметил рапиру, с которой началась вся эта заварушка. Несмотря на жар, исходивший от тела Вайнкура, доспехи не плавились, удерживаемые мощной магией.

— Я ВЕРНУЛСЯ! — прорычал Вайнкер, гордо летя прямо на поле воздушного боя.

В целом, вирм выглядел потрясающе.

Его лицо было скрыто под шлемом, но Виктор не мог не улыбнуться. Его лучший друг знал, как сделать вход.

Они все смотрели на него!

Вайнкер издал грозный рев, его приспешники радовались его блеску, а враги трусились в страхе.

[Победный рев] активирован! Сила каждого врага в радиусе слышимости понизилась на одну ступень!

Поздравляю! Вы убили беспомощных птиц! За этот смелый, отважный поступок и компенсацию в виде нового артефакта [Доспехи клада] вы заработали четыре уровня в [Короле-рыболове]! Вы получили классовые перки [Символ надежды] и [Мантия исцеления].

+120 HP, +80 SP, +1 STR, +8 VIT, +3 SKI, +2 AGI, +3 INT, +4 CHA, +2 LCK.

[Символ надежды]: Пока ваше здоровье выше 25% HP, все ваши подопечные чувствуют себя бодрее, получая бонус +6 к STR, VIT, AGI, CHA и LCK. Если вы падаете ниже 25 % HP, ваши подопечные получают штраф -6 к тем же атрибутам; если вы умираете, штраф становится постоянным.

[Мантия исцеления]: Все ваши союзники в радиусе двадцати метров от вас получают положительный эффект [Регенерация]. Кроме того, эффекты исцеления помогут им восстановить вдвое больше обычных HP.

А Вайнкер только начинал.

— [Заряженное дыхание]! — Он собрал всю свою мощь в брюхо, снаряды фей отскакивали от его [Доспехов клада], а пламя расплавляло любого зверя, подошедшего слишком близко. Дракон спикировал вниз, прямо на оборонительные укрепления, и открыл пасть.

Он выпустил ядерное дыхание, такое горячее, что оно стало зелено-белым. Взрыв испарил сторожевую башню, разрушил магическую защиту и вызвал ослепительный взрыв, столь же впечатляющий, как стрела феи света.

Вайнкер съест любого, кто с ним не согласится.

Через несколько секунд в брешь влетели драконы, которые вошли в земли фей, чтобы опустошить их. Големы Одиуз двинулись на перехват захватчиков, и хотя Вайнкер разбил многих из них, многие из его собратьев не справлялись с этими существами. Их металлические клинки могли рассекать драконью чешую, и на одну уничтоженную фольгу приходилось две новые.

Несмотря на то что дракон был в ярости от вида гибели сородичей, Вайнкер испытал огромную гордость, увидев, как его приспешники высаживаются на берегах Прайдена. Император тарасков прибыл первым, сметая все на своем пути и пробиваясь сквозь оборонительные стены. Его порождения тарадронты последовали за ним, разрывая на части гигантских солдат и боевых зверей; рептилии продолжали двигаться вперед, прокладывая кровавый путь в Прайден.

Свирепый, ветеран Луны Базз Джелли был первым на передовой, перепрыгнув через спину Тараска и не обращая внимания на его радиоактивное воздействие. Хотя в Далтонии он не получил [Повышение мука], металлическая слизь обладала огромной силой, достигнув 50-го уровня!

Пули отскакивали от его тела, когда Базз Джелли во всеуслышание заявлял о своей патриотической гордости. — ЗА ИМПЕРИЮ!

Его отважный отец-младший последовал за ним, превратившись в могущественную [Мимическую хижину ведьмы] на Далтонии. Эскалитрап превратилась в живой дом высотой более пяти метров, его стены, похожие на деревянные, опирались на шесть ног с руками. Окна превратились в глаза, а дверь - в клыкастую пасть, из которой на пляж высыпались сотни слизи. Одной рукой могучая мимическая хижина орудовала мечом, а другой накладывала на своих подопечных защитные заклинания.

Линнормы и другие существа появились из океана и вторглись на берег, а корабли миньонов успели высадиться. Их встретил град выстрелов - мерзкие феи использовали свинец против своих врагов-драконов; хотя многие захватчики пали, другие устремились вперед, подстегиваемые видом сияющего Вайнкьюра.

Сегодня дракон и миньон знали, что сражаются не ради золота, славы или веселья.

Они сражались за сам образ жизни драконов!

Снова зарычав, Вайнкер сделал круг в небе и приготовился к ковровой бомбардировке фей, чтобы защитить своих приспешников.

Он не успокоится, пока не одержит победу.

Так началась последняя война между драконами и фоморами: в огне и золоте! Вместе наш добрый император Вайнкер и его величайший приспешник возглавили войну, чтобы надрать феям задницы!

Но им обоим не было известно...

Что это их последнее совместное приключение.

Высадка на сушу

Ничто не могло причинить ему вреда.

Пули, мортиры и пушечные ядра отскакивали от толстой брони Вайнкера, пока дракон разрушал крепостные стены острова. Никто не мог устоять перед мощью настоящего клада.

— Я - золото, которое преследует твой свинец! — громко провозгласил дракон, обрушивая сторожевую башню, и камни посыпались на берег, раздавив крошечных двойников, стоявших на ней. Позади него на берег приземлились корабли-миньоны, воспевая имя Вайнкера, а его успех подбадривал драконов в небе.

Само присутствие дракона превращало даже самого крошечного кобольда в самовосстанавливающуюся машину для убийства и наполняло их оружие святой энергией. Хотя артиллерийские залпы замедлили их продвижение, они продолжали идти вперед, уничтожая всех фей, которым не повезло встать на пути.

Вайнкер приземлился на землю и возглавил атаку, прикрывая своих солдат своим телом, пока они рушили артиллерию; ведь настоящий дракон идет впереди.

Стая из четырех крупных сказочных гончих вышла из-за фресок, чтобы напасть на вирма и остановить его буйство. Не дрогнув, Вайнкер встретил их стремительными ударами, разрывая зверя пополам каждым выпадом.

Когти доспеха были усилены серебром, холодным железом и старметаллом - второсортными, неблестящими металлами, но сплавами, которых феи боялись больше, чем золота.

А еще лучше, что с каждого убийства монстры роняли какой-нибудь предмет! Золотая статуэтка, драгоценный камень, меч!

В сочетании с [Любимцем толпы] Вайнкер становился богаче с каждой жертвой. — Я - сияющее сердце Вселенной! — прорычал он после уничтожения стаи гончих, опьяненный своей жадностью. — Величайший финансовый волшебник в мире!

Это были новые хвастовства, неизвестные драконьему роду, но они вполне устраивали дальновидного императора.

За несколько секунд Вайнкер проделал значительную брешь в оборонительных укреплениях, в одиночку уничтожив большую часть защитной артиллерии. Без подавляющего огня рабы фей уже не могли помешать большей части флота Вайнкера выйти на берег. Мимические и костяные корабли разбивались о берега, высыпая на них приспешников.

Трупоторговец Жюль возглавил когорту нежити, подкрепив ее заклинаниями, а Невкусная Эллисон и Роло из фольги возглавили вторую группу. Упырь взмахнул рукой и выпустил импульс некромантической энергии, подняв сказочных зверей как гончих нежити, не прикасаясь к ним; голем просто направился к укреплениям, пробил их и пошел дальше; а Нетерпеливая Элисон исцелила кобольдов, вернув им здоровье, и вызвала на помощь существ из твердого камня.

Сверху Человечек Виктор обрушил громовые молнии на оставшиеся воздушные силы фей, окруженные вампирами Мышки Шарлин и извергами из Хэппиленда. Быстро стало ясно, что ход битвы меняется, и не в пользу фей.

И вот, когда стены были разрушены, из лесов фей за укреплениями появилось чудовищное подкрепление. Батальон одноглазых огров, двойников и оживших деревьев набросился на наземные войска V&V.

К досаде Вайнкера, все крошечные двойники носили с собой копии бутылки Мота. При виде драконов они открывали их, втягивая в себя воздух; Император Мурмурин тут же активировал [Очищение Заклинаний], вспомнив свою последнюю схватку с Мышкой Лаврой.

Некоторые из сородичей Вайнкера не разделяли его железной воли и защиты от колдовства: их массивные тела засасывало в крошечные кувшины; остальные отступали, но скорее от удивления, чем от страха.

— Ни одна бутылка не удержит дракона! — крикнул Вайнкер, подбадривая их, а затем выпустил свое могучее дыхание на двойников, чтобы освободить своих собратьев. Гиганты и ожившие деревья попытались обойти его с флангов и перебить, но его приспешники встали на защиту Вайнкера, одолев более крупных монстров.

Бравада дракона вдохновила его сородичей, и они поддержали его воздушной бомбардировкой. Через несколько секунд дождь из огня, молний, кислоты и других элементов обрушился на подкрепление драконов, заставив их спасаться бегством вглубь острова. К сожалению, двойники с бутылками успели скрыться, предпочтя жестокую поимку победе в битве.

Одновременно с этим раздался страшный шум - шторм обрушился на берега. Сверху опустилась дюжина длинных металлических стрел. Копья ветра.

— Миньоны, за мной! — приказал Вайнкер, сбив несколько снарядов, но этого оказалось недостаточно. Они обрушились на все поле боя, выпустив мощные порывы ветра, превратившие твердый камень в пасту.

В отличие от стрел света, эти снаряды не опустошали весь регион и не убивали драконов мгновенно, но они причиняли боль. Они беспорядочно падали на землю, не обращая внимания на дружественный огонь, поражая и драконов, и великанов. Взрывы превращали кобольдов в кровавые лужи, разрывали на части ожившие деревья и заставили нескольких драконов сломать крылья и совершить вынужденную посадку.

На минуту весь мир Вайнкера превратился во взрывы, кобольдов и упырей, прячущихся за его могучим телом или под ним. К его ярости, многие из его слуг не успели вовремя укрыться и падали как мухи: регенерация [Целительной мантии] не смогла защитить их от столь мощной силы.

Когда бомбардировка закончилась, пляж стал похож на опустошенную поверхность проклятой планеты Луна.

— Кобольд повержен! — закричал Розовый рейнджер, оказывая помощь раненому Красному рядом со своими товарищами по команде. — Кобольд повержен!

Они снова убили кобольдских рейнджеров?!

Человечек Виктор и его змеи летели к источнику атаки, но едва избежали того, чтобы быть сбитыми; из самого моря вылетали новые снаряды - непрерывный дождь разрушений.

— [Блестящий театр]! — Вайнкер вызвал золотую клетку вокруг берега, защищая своих оставшихся в живых приспешников от повторной бомбардировки. Даже его могучая арена содрогнулась от мощной атаки. К сожалению, дракон не мог активировать свои более разрушительные способности, не рискуя попасть под дружественный огонь. — Человечек Виктор, сделай это!

— Я стараюсь! — кричал в ответ его глава персонала, а Горыныч яростно пытался сохранить жизнь своему всаднику, делая круги в небе и уворачиваясь от копий ветра.

Внезапно нападение закончилось так же внезапно, как и началось: под водой прогремел взрыв. Вокруг источника атаки собралась стая акульих зверолюдей, а из-под воды показалась темная фигура: знакомое лицо возглавляло подкрепление амфибии.

— Джаджа! — Человечек Виктор крикнул сверху, и острый слух Вайнкера уловил его среди шума битвы.

— Вик, ты сын млекопитающего! — Акуловод поднял копье, подпрыгивая на волне. — Без меня ты не потопишь ни одного острова!

Могучие щупальца подняли плененного монстра над морскими волнами, и Вайнкер наконец увидел нападавшего.

Дельфин.

Гигантский дельфин из черного металла с железной башней на спинном плавнике. У существа были крошечные металлические ноги, безглазый металлический рот и отверстия по всему телу.

Из воды наполовину вынырнуло существо, державшее в плену металлического дельфина, - оно было почти таким же большим, как сам Вайнкер. Чудовище выглядело чем-то вроде гигантского кентавра с верхней половиной деформированного зеленого, похожего на рыбу звероподобного существа и нижней половиной кракена. Его ужасающий вид внушал страх прислужникам на берегу, но присутствие Вайнкера успокаивало их.

— Лорд Дагон, лорд Вайнкер! — крикнул акулист через поле боя. — Лорд Вайнкер, это лорд Дагон, первое отродье Лунного человека!

Огромная рыба издала вопль, ее щупальца изо всех сил пытались зацепить гигантского металлического дельфина. Дагон попытался выбросить его на берег, где он не мог сдвинуться с места, но гигантская машина в ответ выпустила залп снарядов из отверстий на спине.

Дитя Лунного Человека издало вопль, когда снаряды едва не снесли ему лицо, и отбросило дельфина назад; машина погрузилась обратно в море, а звероподобные акулы устремились за ней. Дагон издал рык и вернулся в глубину вместе со своими слугами.

При виде этого воздушные силы Прайдена запаниковали и отступили, за исключением големов. Но и тогда машины оказались в меньшинстве и были быстро уничтожены драконами и войсками Человечка Виктора.

— Действовать! — приказал Вайнкер, расстягивая [Блестящий театр] и позволяя своим войскам двигаться дальше вглубь страны. — Не дать никому сбежать! Верните бутылки с драконьим переплетом!

Берега принадлежали ему, а вскоре и весь остров.

Битва закончилась победой, хотя и дорогой.

Они захватили пляж и, таким образом, точку высадки на Прайден; но берега были покрыты трупами, разрушенными кораблями, частями големов, кратерами и руинами. Драконы приняли на себя основную тяжесть этой бойни, как от ядерной бомбы, так и от воздушных бомбардировок, но и Империя V&V зарегистрировала тысячи погибших.

— Столько работы, — вздохнул Виктор, в то время как Жюль уже вовсю трудился над поднятием умерших в качестве нежити; восстановив свой [Черный Грааль], визирь скоро поможет ему. Эллисон тоже присоединилась, но вместо этого занималась исцелением раненых: с новыми уровнями ее групповые заклинания исцеления стали достаточно эффективными, чтобы помочь многим быстро восстановиться.

Однако она опоздала к нескольким миньонам.

— Он был слишком молод! — Розовая плакала над останками Красного: рейнджеры-кобольды образовали поминки вокруг тела своего лидера; Копье Ветра раздробило половину его груди. Базз Джелли держал поминки, неся флаг Империи V&V и напевая песню War of the Hoard. — Он был слишком молод!

— Почему она так себя ведет? — спросил Виктор, недоумевая. — Я имею в виду, что он просто умер. Это не конец света.

Сине-желтые могут подтвердить, что с этой командой это случилось не в первый раз.

— После первого воскрешения смерть потеряла свой блеск, — прокомментировала Эллисон, хотя ее слова звучали лишь наполовину серьезно.

— Розовая сказала, что долг [Барда] - устроить трагическую сцену смерти, — ответил Черный, в то время как его товарищ по команде продолжал плакать над трупом Красного. — Ей так и не удалось сыграть свою, шеф, так что она наверстывает упущенное.

О. Хорошо.

Пока Вайнкер и большинство выживших драконов зачищали остатки сил Прайдена на севере, Виктор поднял группу гоблинов как [Восставших] с помощью своего [Черного Грааля]. Это привлекло к нему гораздо больше внимания, чем он думал, из маловероятных источников.

— Начальник штаба Вайнкера может лечить смерть миньонов! — кричал один из Линнормов, словно средневековый крестьянин, преклоняющийся перед открытием электричества.

— Не могу поверить, что за время моей столетней дремоты ремонт миньонов настолько продвинулся... — изумленно пробормотал истинный дракон. — А как же свинцовое отравление, приспешник Вайнкера? Нашли ли они лекарство?

— В некотором роде, — ответил визирь, и драконы зашептались между собой, размышляя над этим чудесным открытием. Виктор не осмелился рассказать им о заклинании [Превращение золота в свинец].

— А как насчет врожденного дефекта дракона? Его можно исправить?

Это был следующий приказ Виктора. Найдя первый труп дракона, который ядерная бомба испарила не полностью, визирь залил его черной кровью.

... почему? Потому что душа дракона не была привязана к Хэппиленду? При всей своей жадности и гордыне он мог бы подумать иначе.

Как бы то ни было, Виктор попытался воскресить труп как обычную разумную нежить с помощью [Реаниматора], но получил синий экран смерти.

Душа не найдена?

Все было точно так же, как после смерти Снежного Клыка.

Виктор нахмурился, а когда понял, что Джулс не возражает против того, чтобы выращивать миньонов, убитых боевыми зверями и огнестрельным оружием. Может, все дело в том, что этот вирм был убит ядерной бомбой? Другие драконы были уничтожены големами Одиуса, что-то мешало вырастить и их? Он должен проверить это как можно скорее.

Но в целом, в отличие от того, о чем шутил Виктор, оказалось, что многие люди сегодня останутся мертвы.

Отсутствие успеха удручало и присутствующих драконов: они смотрели на количество жертв и трупы своих собратьев с трусливым выражением лица. Виктор догадался, что большинство из них впервые стали свидетелями бойни такого масштаба.

Киа выбрала этот момент, чтобы приехать верхом на Джоли. — Вик, я так рад, что вы добрались, — сказала паладин, слезая со спины дракона. Многие из присутствующих вирмов в ответ отвернулись от новичков, словно отрицая само их существование; Виктор догадался, что в ближайшее время они не станут делить автобус с миньонами.

— Привет, это Лунный папа, — сказал темный эльф Кевин, приземлившись рядом с паладином. В отличие от Киа, он прилетел с помощью собственных магических средств.

Виктор тут же оказался рядом с ним. — Лунный папа? — спросил он Кевина, вторгаясь в его личное пространство. — Почему ты так говоришь? Думаешь, у меня есть скрытый ребенок?

— Успокойся, Вик, он просто пошутил! — Киа оттащила его от своего взволнованного товарища по команде.

— О, — успокоил себя визирь, разочарованный. — Не пугай меня так. Как прошла ваша битва?

— Мы понесли тяжелые потери, но наша армия добралась до Эссекского эквивалента, — пояснила Киа. — Король Роланд основал там постоянный опорный пункт, и мы ждем подкрепления.

Согласно собранным ими картам, Придайн занимал территорию, которая на Земле была бы Великобританией и Ирландией, а флот V&V высадился в Хэмпшире. Два больших острова, оба сильно укреплены. Логово Одиуз могло располагаться на любом из них, и, учитывая, как трудно взять одну область даже при поддержке драконов, завоевание страны было бы нелегким делом.

Пока что союзные войска намеревались совершить клещевой маневр и закрепить за собой южную часть Прайдена. Это облегчило бы продвижение на север и организацию высадки на втором острове.

— Я отомщу за твою смерть! — Розовая громко рыдала над трупом Красного, а потом вытерла слезы. — Я закончила, вождь.

— Это была отличная сцена смерти, Розовая! — сказала Джоли изданию [Бард], сразу поняв ситуацию. Она даже притворно расплакалась из-за гибели Красного.

Виктор потратил секунду, чтобы обрызгать Красного своим [Черным Граалем]. Тело восстановилось, и лидер кобольдских рейнджеров поднялся на ноги ничуть не хуже. — Я так рад, что живу в стране, где смерть - это временное неудобство, — заявил Красный. — Спасибо, вождь.

— Не благодарите меня, — ответил Виктор. — Поблагодарите свою страховую компанию Deathcare.

— Полагаю, это исключает самоубийство как постоянное решение проблемы, — проворчал маг Кевин, подталкивая Киа локтем.

— Революцию в неживой природе не остановить, — прочистил горло Жюль с оттенком самодовольного удовлетворения.

А вот от Возрождения я проголодался, - сказал Красный, с голодом глядя на перекормленную кошку Розовой.

— Сквики нам помог! — защищала своего кота Бард. — Он защитил меня от взрыва!

— Сквики - это еда! Он должен умереть!

У Виктора возникло ощущение, что они только что устроили что-то вроде геноцида кошек, и он почувствовал угрызения совести. — Что-нибудь известно о подводной лодке, которая нас атаковала? — спросил визирь у своих коллег-ископаемых, отправив им отчет через [Алый кабинет]. — Десантные силы Джаджа пустились в погоню, но были вынуждены отступить, попав в засаду морских чудовищ.

— Согласно моим предсказаниям, это русская подводная лодка класса «Тайфун» , превращенная в голема с помощью магии, — объяснил Кевин, привлекая к себе взгляды. — Неужели на Земле никто не занимался ОМП?

— Нет, — ответила Эллисон с легким осуждением. Виктор тем временем ахнул. Фоморы оживили атомную подводную лодку в качестве голема? Неудивительно, что они смогли поразить Мурмурин через полконтинента!

— Эти штуки могут вмещать до двадцати баллистических ракет, каждая из которых имеет десять ядерных головок, — продолжил маг. — Короче говоря, их ракеты выпускают десять более мелких снарядов через определенную точку, чтобы поразить больше земли. При разумном применении весь арсенал, вероятно, мог бы уничтожить все цивилизованные земли Аутремонда.

— Даже ракеты, использованные против нас Хамелином, не подходили под эту категорию, — заметила Киа. — Все они, включая ту, что была нацелена на Мурмурин, представляли собой модифицированные духовые копья с одной ядерной боеголовкой.

— Тогда... — Виктор замолчал, опешив. — Где же настоящие ракеты?

[Доспехи клада]

Качество: S+ (Основной артефакт)

Материал: Различные металлы (золото, серебро, старметалл, холодное железо...), драгоценные камни и камни силы.

Выносливость: ∞/∞

Защита: Физическая +50/Магическая +50

Вес: 57 тонн.

Бонус: [Металл] иммунитет (кроме адамантина и старметалла)/[Дракон] только/вес делится на десять, если его носит настоящий красный дракон/урон от дыхательного оружия +25/+20 к проверкам на выпадение предметов или денег.

Массивные магические доспехи, созданные из легендарного клада Вайнкера Найтсбейна и усовершенствованные с помощью магии и камней силы. Этот массивный доспех в форме дракона слишком тяжел для любого, кроме могучего вирма, хотя его магия не мешает ни полету, ни передвижению.

Помимо высокой защиты, доспехи клада обладают несколькими способностями. По желанию, при успешной проверке Харизмы (это эффект [Полиморф]) он может попытаться трансмутировать материю в золото при прикосновении, но только в количестве, равном весу доспеха; раз в день владелец может призвать расплавленное золото из Элементальной плоскости Земли в виде потока, сосредоточенного вокруг доспеха; доспех невосприимчив к металлическому оружию, кроме сделанного из адамантина и старметалла.

Наконец, когти и хвост доспеха усилены холодным железом, серебром и старгеталлом; таким образом, [феи] становятся особенно уязвимыми для физических атак владельца.

F&D

Дерево. Дерево. Дерево.

О, еще одно дерево!

— Приспешники, феи не знают, что такое ландшафтный дизайн! — рычал Вайнкер, пролетая над гигантским, непроходимым лесом из дубов и ольхи. Миньон Виктор следовал за ним на спине Горыныча, а рыцарь Кия - верхом на своем грифоне, поменяв [Сюжетную броню] на обычную одежду на тот день, когда она уже не сможет выносить ужасные линии артефакта.

Вайнкеру стоило немалых усилий, но он убедил Джоли вести отряд миньонов дальше на запад, а не тащить на спине эту жалкую поделку рыцаря. Даже после принятия Декларации прав миньонов многие из его сородичей смотрели на поведение племянницы с осуждением.

— Все их леса выглядят одинаково! — продолжал жаловаться Вайнкер, хотя стая его сородичей была занята тем, что украшала его своими смертоносными дыханиями; каждого из них сопровождала группа летающих приспешников на случай, если фоморские рабы устроят засаду с бутылками, связывающими драконов. Дальше на запад по прямой двигался Император Тарасков, он и его выводок пожирали все на своем пути.

Как оказалось, они не были разборчивы в том, кого или что они едят.

— А Горыныч может помочь с переделкой? — спросил змей, желая порадовать настоящего дракона. — Горыныч хорошо рисует лица!

— Ммм, я ничего не жду, но я позволю тебе показать мне твоё искусство змейки.

— Спасибо, Большой Ви! — Горыныч, затаив дыхание, принялся выводить большой рисунок. В результате получился отвратительный шар со ртом и глазами, окрашенный в желтый цвет от углей.

К большому беспокойству императора, его глава персонала до сих пор хранил молчание. — Миньон?

— Изабель родит в ближайшее время! — встревоженно воскликнул Человечек Виктор, поразив всех присутствующих. — Я пропущу рождение дочери, если эта война продолжится!

— Где Одиуз? — Рыцарь Киа ворчала про себя, такая же неугомонная. — Прошло уже три дня с момента высадки, а от нее не осталось и следа!

— Мы сражались с бесчисленными рабами, — прохрипел Вайнкер. — И ни один фомор не осмелился бросить мне вызов. Вражеские приспешники самоубийцы, но их хозяева скрываются от моего гнева.

— Я воспринимаю это как предупреждающий знак, — сказала рыцарь Киа, повернувшись к человечку Виктору. — Есть новости о душах драконов?

— Жюль успешно воскресил дракона, убитого големами, - ответил Великий визирь. — Только существа - как драконы, так и прислужники, - испаренные ядерным взрывом, не могли быть возрождены вообще.

— Одиуз, должно быть, заколдовал боеголовки, — предположила паладин. — Остается вопрос... куда делись пропавшие души?

Вайнкер догадался, где именно, и это привело его в ярость.

Захватив побережье Придайна, Империя V&V и драконья армия - при поддержке своих гардеманских приспешников - продвинулись вглубь территории фоморов, уничтожив леса, истребив легионы боевых зверей и создав форпосты по всей южной части острова. Однако ни повелители фей, ни их дельфиньи рабы не явились, чтобы противостоять драконьей армии, опустошающей их дом. Ни одна новая стрела света не упала с небес. А рабы, заточившие сородичей Вайнкера в бутылки, сумели сбежать.

— Мы находимся недалеко от места, где на Земле должен быть Стоунхендж, — сказала рыцарь Киа. — Поскольку это место в нашем мире имело значение для фоморов, я полагаю, что его аналог в Аутремонде тоже должен быть таким.

— Там. — Человечек Виктор указал на одинокую поляну среди моря деревьев.

Это место сразу же напомнило Вайнкеру о его битве с Мелл Лин и о мире за Земными вратами. В центре зоны пульсировал жизнью круг из резных белых камней, окруженный кошками и драконами.

Группа вирмов, среди которых был Гениалиссим, лежала на спине возле костей опытных коров. Вайнкер тут же приземлился рядом, подражая своим приспешникам. — Кузен! — Дракон бросился к своему родственнику. — Что случилось?

— Слишком остро... — пожаловался Гениалиссим, явно страдая от отвратительного несварения желудка. По крайней мере, у него хватило ума не брать с собой на фронт детей. — Соус...

— Слишком много... — простонал другой дракон, парализованный. — Это было слишком...

Что за ужасное существо могло так опустить его сородичей?

Вайнкер почувствовал запах остатков трапезы, а затем его взгляд остановился на центре каменного кольца.

Судя по всему, это было что-то вроде кошачьего заповедника: сотни животных сделали этот странный храм своим домом; судя по их откормленному виду, раньше они были пайком для прислужников, а потом дезертировали. Они собрались вокруг одинокого фиолетового кота в сапогах и причудливой шляпе с перьями.

Мохнатое существо готовило в котелке сладкий вкусный соус и махало лапой новоприбывшим. — О, привет! — сказал он медовым, сладким голосом. — Вы пришли за бесплатной едой?

— [Озарение монстра], — сказал Человечек Виктор, как только увидел фиолетовую кошку.

— Бесплатная еда? — спросил Вайнкер, узнав запах соуса. — Может быть, это...

— Мой секретный семейный рецепт — особого соуса для гостей — с гордостью пояснил кот в сапогах. — Твои собратья-вирмы не смогли устоять перед ним!

Ядовитый соус... При воспоминании об этом сладком, восхитительном вкусе у Вайнкёра потекли слюнки.

Как она могла привести драконов к гибели, когда она дала Вайнкеру его первый личный перк и приятные воспоминания? Эта мысль вернула его к ранним, беззаботным дням искателя приключений, когда на его плечи не легла судьба всего драконьего рода. То, что его собратья-вирмы не могли ни вынести, ни оценить вкус, сильно разочаровало Вайнкера.

— Ну же, сделай глоток! — соблазнял Вайнкера фиолетовый кот. — Я угощаю!

— Вы, кошки, всегда были отличными хозяевами — заявил дракон, радуясь встрече с цивилизованным существом в этой дикой стране.

— Святой Хэппиленд... — Человечек Виктор поднял свою косу с вершины Горыныча. — Это не кошка! Это фомор с классовыми уровнями!

Фомор? Невозможно, от него и не пахло... хотя дракон не стал бы сравнивать его с феей, которая могла бы устроить такую пакость, а своему начальнику он доверял безоговорочно. — Наконец-то! — сказала рыцарь Киа, спустившись со своего грифона и обнажив меч. — Я думала, они все сбежали!

— Фомор? — Кот прочистил горло и забеспокоился: — Человечек, будь серьезен! Может ли фомор предложить драконам восхитительный, вкусный соус?

Схема внезапно стала понятна Вайнкеру. — Ты подлый негодяй! —прорычал дракон, вытянув когти. — Ты принял облик прекрасной кошки, чтобы сбить моих сородичей с пути своим соусом и украсть их кошачий корм!

— Подождите, подождите, дайте мне объяснить! — запротестовал фиолетовый кот, отступая назад, когда группа приготовилась разбить его висок в пыль; остальные кошки трусливо спрятались за ним. — Я не фомор, а будущий кот!

— Будущий? — Вайнкер нахмурился, недоумевая.

— Кошачье сопротивление отправило меня в прошлое, — объяснил сказочный пушистик, рассказывая свою необычную историю. — В будущем кошки были почти истреблены драконами, а их потомки, чтобы выжить, стали еще более совершенными существами!

— Это просто смешно, — сказал Человечек Виктор. — Вы не можете ожидать, что мы в это поверим!

— Разве это не более правдоподобно, чем фомор, принимающий облик бедной, одинокой кошки?

Проверка интелекта...

Успешно!

— Не сходится, лжекот, — сказал Вайнкер, сразу же обнаружив брешь в его лжи. Если ты вернулся в прошлое и изменил его, то у твоего нового «я» не должно быть причин возвращаться в прошлое. Это паранормальное явление.

— Парадокс, ваше величество, — сказал Человечек Виктор. — Это называется временной парадокс.

— А может, отправившись в прошлое, кот привел в движение события, которые заставили его отправиться в прошлое, создав временную петлю, доказывающую, что свобода воли бессмысленна. — Все повернулись к рыцарю Киа, которая немного смутилась от такого внимания. — Мне нравятся задумчивые истории о путешествиях во времени.

— Лично я верю в параллельные вселенные, — сказал Человечек Виктор, используя слова, которые не понимал даже его хозяин.

— Кроме того, я уверена, что единственное существо, способное путешествовать во времени, - это Саблар, а он ленивый засранец, — добавила рыцарь Киа, угрожая фиолетовой кошке своим клинком. — Даже хрономанты не способны на такое, а ты явно не из таких.

— Есть ли у Горыныча в будущем сестра-дочь?— - спросил Змей у фиолетового кота, пропустив мимо ушей логические доводы Вайнкера.

— Ты умрешь в одиночестве! — Вайнкер вернул змея к реальности, и меньшая рептилия опечалилась. — Что касается тебя, лживая кошка, то я отвечу на твою ложь пламенем!

— Эй, эй, не надо насилия! — жалобно заскулил фиолетовый котик, поднимая лапы в знак капитуляции. — Я пошутил! Шутил! Черт, обычно у драконов мозги от растерянности застывают, когда я им это говорю, но в наше время все скептики...

— Я начал с интеллекта, равного квадратному корню из шестидесяти четырех, — гордясь своим гением, заметил Вайнкер. — Твоя хитрость не сравнится с моей.

Рыцарь Киа, однако, была больше всего разочарована трусостью феи. — Я еще не встречала фоморов, которые бы сдавались... — пожаловалась она. — Не то чтобы ты выглядела впечатляюще.

— Я - Каит Сит, сказочный король кошек, — запротестовал крошечный фомор, и его пушистые собратья мяукнули в ответ. — Я не участвовал в этой войне, но эти кошки - мой народ и потомки. Я не позволю вам, вирмы, съесть их.

— Теперь я понимаю, откуда взялось высокомерие кошек, — размышлял Человечек Виктор, а потом нахмурился. — Ты - Фомор-душегуб, а значит, получил душу от Одиуза. Это не внушает доверия.

— Да, да, я получила душу от Герба Души и была не прочь полакомиться человечиной... но потом поняла, что это угрожает моему кошачьему народу, а он мне дорог больше, чем я думала, — призналась кошка, а затем бросила взгляд на Вайнкера: — Вы, вирмы, хуже всех! Вы поработили мой народ и превратили их дар девяти жизней в проклятие!

— Меня возмущает этот термин, — защищал Вайнкер свой выбор армейского рациона. — Это война, а война требует отчаянных мер. Кошки - это решение проблемы драконьего голода, и их страдания спасут бесчисленные жизни миньонов!

— Ты не должен был есть кошек, дракон! — запротестовал Кейт Сит. — Мы создали скот, чтобы ты отстал от нас! Придерживайся коров!

— А теперь, пушистик, забудь о себе, — сказал Вайнкер. — Старший Змей создал весь скот, чтобы мы, драконы, могли им питаться.

— Фоморы создали коров, кошек и всех существ этого мира, — солгал кот сквозь клыки, подняв лапу. Взмахнув когтями, кот вызвал из земли красивую, мяукающую корову. — Видишь?

— Я слышал об этой способности фоморов, но впервые вижу ее в действии, — пробормотала рыцарь Киа, пораженная этим простым трюком.

— Мы, драконы, можем сделать то же самое! — запротестовал Вайнкер, пытаясь сохранить лицо. — Просто мы никогда не утруждали себя, ведь Старший Змей и так наполнил мир щедрыми приспешниками.

— Сомневаюсь, — язвительно ответил Кейт Сит.

— Ты называешь меня лжецом? — Вайнкер ответил, строго глядя на кошку-фею. — Ибо ты начинаешь говорить как еда.

— В этом-то и вся проблема, — сказал Кейт Сит, мужественно удерживая взгляд дракона. — У моих кошек есть чувства! Вы не можете есть их снова и снова!—

— Погодите, если вы можете создавать жизнь, то зачем Маг Меллу понадобилась драконья кровь, чтобы создать Герб Души и, соответственно, душу? — спросил Человечек Виктор, придя в замешательство. — Разве вы не можете создать душу из ничего?

— Мы, фоморы, можем оживлять предметы, растения и животных, — объяснил Кайт Сит, немного расслабившись после того, как Вайнкер удержался от желания съесть его. — Но мы не можем создавать души. Они приходят откуда-то еще.

— От драконов, — констатировал Вайнкер, а Кейт Сит пожал плечами.

Человечек Виктор воспринял эту информацию с большим благоговением. — Драконы, — пробормотал он про себя. — Души приходят от драконов.

— Очевидно, приспешник.

— Нет, ваше величество, разве вы не видите? — Визирь посмотрел в глаза своему господину. — Когда-то фоморы и драконы уживались вместе!

Что? Что за ерунда привела его к такому выводу? — Невозможно, — заявил Вайнкер. — Мы, ладящие с феями? Пф...

— Подумайте об этом, ваше величество, — настаивал Человечек Виктор. — Мы знаем, что только драконы и фоморы являются истинными уроженцами Аутремонда. Если фоморы могут даровать только жизнь, но не души, то как вы объясните все виды разумных существ, обитающих в этом мире? Не все они, подобно нам, людям, были похищены из других миров.

— Потому что мы их сделали! — Кейт Сит лгал, неправомерно хвастаясь своим видом.

— Мы создали мир первыми! — возразил Вайнкер.

— А что, если... — размышлял вслух Человечек Виктор, цепляясь за свою безумную теорию. — Если драконы владеют магией душ, то, возможно, они даруют фоморам души, а фоморы в обмен создают существ, которыми питаются драконы? Это объяснило бы всех бегающих вокруг монстров. — Система связывает классовые уровни с душой, которая была в компетенции драконов, но активировалась она только тогда, когда Кости, фоморский разумный артефакт, отправлялся в поход. Для активации системы требовалась магия обоих видов.

— Это немного надуманно, Виктор, — в кои-то веки Рыцарь Киа сказала что-то разумное.

— У вас есть лучшее объяснение? — прохрипел Человечек Виктор.

— Это Грузовик-кун, — ответила она с твердой уверенностью, - — Все сводится к Грузовику-куну.

— Это теория заговора, — ответил Вайнкер, отмахнувшись от нее. — Насколько помнят старейшины вроде Грандрейка, мы, драконы и феи, воевали друг с другом.

— Это спор для другого раза, — согласилась рыцарь Киа. Она прижала свой сияющий меч к горлу Кейта Сита, прежде чем он успел среагировать, — лезвие Звёздного метала было в дюйме от того, чтобы пустить кровь. — Нам нужно найти Одиуз, пока она не использовала свой ядерный арсенал.

— Ты не найдешь ее там, — прорычал Кайт Сит. — Это колыбель феи, моя колыбель, а не логово.

— Колыбель? — Человечек Виктор нахмурился.

— Это одно из мест, где Старейший, прародитель всех, вдохнул жизнь в первых фоморов, — гордо мяукнул лжекот. — Дикая магия этого места часто дарит жизнь многим из нас на Самайн.

— Если Одиуз нет, то где же она? — угрожающе спросила рыцарь Киа.

Пушистик тут же нашел возможность поторговаться, как это делают феи. — Вы оставите моих кошачьих детей в покое, если я расскажу вам?

— Ты просишь слишком многого! — прорычал Вайнкер. — Ты просишь меня сопоставить спасение всей расы миньонов с этой информацией!

— Если мы не найдем Одиуза, ваше величество, то не будет и расы миньонов, о которой можно было бы заботиться, — возразил Человечек Виктор. — Время не на нашей стороне.

Мммм... его приспешник снова оказался прав. Вайнкер представлял себе множество вариантов селекции, способных решить проблему драконьего голода, но ни одного, способного выжить в радиоактивной пустоши.

— Отлично, — сказал дракон. — Я, Вайнкер Рыцареубийца, клянусь объявить кошкоедство вне закона, как только война будет выиграна.

Он заменит их гибридами-полутарасками.

— Видишь, не так уж и сложно, — ответил Кайт Ситх, гордясь собой. — Остальные фоморы высаживаются на борт «Кром Круаха» на западном острове. Насколько я понял, он должен стартовать в ближайшее время

— Кром-что? — спросил Вайнкер.

— Летающий замок, с помощью которого, по словам Мелл Одиуз, она уничтожит все живое в Аутремонде. — Каит Ситх сделал небольшую паузу, так как молчание затянулось. — Алло? Я думал, она уже достаточно об этом рассказала.

Вайнкер выпустил дым из ноздрей. — Объяснись, лживая кошка.

— Одиуз построил для фоморов ковчег, полный этого чудо-оружия, — с тяжелым презрением пояснил Кайт Ситх. — Он поднимется в небо, а затем зальет всю землю пламенем. Только те, кто находится на борту замка и Прайдена, будут спасены от разрушения, поэтому я стараюсь доставить как можно больше котов на остров до истечения срока.

Дракон и его приспешники обменялись напряженными взглядами. — Можно ли это сделать? — Человечек Виктор спросил рыцаря Киа. — Взорвать весь мир?

— Если замок сможет запустить недостающие ядерные ракеты и достигнет определенной орбиты, он сможет с большой вероятностью поразить все крупные населенные пункты Аутремонда одновременно, — в ужасе признал паладин. — Даже если некоторые города уцелеют благодаря щитам Фурибона, наступившая ядерная зима опустошит их.

— Вот почему мы до сих пор сражались только с троллями, — пробормотал Человечек Виктор себе под нос, — Они не пытаются победить, а просто тянут время, пока не уничтожат нас всех.

— Феи скорее сожгут мир, чем позволят нам, драконам, получить его? — прорычал Вайнкер, пораженный, но не удивленный их безумием. Он повернулся к пушистому фомору. — Ты, кошка, приведешь нас к нему.

Фиолетовый кот колебался, раздумывая. Вероятно, он оценивал шансы Вайнкера на успех в сравнении с шансами Одиуза, и ему явно требовалась помощь, чтобы увидеть свет.

— Я поклялся своей драконьей честью прекратить охоту на таких, как ты, — возразил Вайнкер. — Сделала ли что-то подобное мерзкая фея Мелл Одиуз? Думаю, нет, ибо ничто и никогда не удовлетворит ее жажду крови! Она не остановится на убийстве драконов, ведь она питается самой жизнью! Пусть твои кошачьи дети девять раз удовлетворят ее жестокость, но в конце концов они тоже умрут!

Проверка харизмы...

Успешно!

— Хорошо, — сказал Кайт Сит, хотя и нерешительно, — я проведу вас к «Кром Круаху».

Решение с помощью пряжи

— Как ты делаешь святую воду? — спросил [Клон] Виктора у оригинала. — Ты кипятишь ее!

Сидя на зубастом стуле рядом со столом в форме языка, визирь поднял глаза от свитков и карт и посмотрел на своего клона, который ожидал одобрения. Каит Сит спал на подушке в углу, получив молоко и постоянный запас еды за помощь в достижении логова Одиуз, а рядом кипела кровь в [Черном Граале].

Виктор предпочел бы уже добраться до Кром Круаха, но потребуется время, чтобы мобилизовать всех их союзников. Зная королеву фей, она бросит в бой все, что у нее есть, и даже Вайнкер понимал, что ему нужна любая помощь. На этот раз они не могли позволить себе отступить.

Ведь если бы они потерпели неудачу, не осталось бы ни одного мира, который можно было бы спасти.

— Не думаю, что ее матери это понравится, — признался Жнец. — Даже если она против политкорректности в Хэппиленде, Иза обидится.

— Выслушайте меня, у меня есть вариант получше, — кашлянул клон, прежде чем выпустить бомбу. — Если ребенок отказывается спать во время сна, виновен ли он в сопротивлении отдыху?

Деревянный дом, в котором они жили, казалось, стонал, и, вероятно, так оно и было.

Летучая мышь, воспользовавшись случаем, забралась в открытое окно. Армия V&V разбила на улице ночной лагерь, пробираясь через западные границы Прайдена.

— Виктор, что ты делаешь? — спросила его летучая мышь, прежде чем превратиться в Шарлин. Должно быть, она вернулась со своего последнего задания — разведать территории фей, чтобы предотвратить засады.

— Отрабатываю шутки для рождения Браниньи, — пояснил Виктор, не обращая внимания на отсутствие теплого приема со стороны аудитории. — И изучаю магию уровня X.

— Дети? — раздался голос в доме, испугав Шарлин.

— Пока нет, — ответил Виктор. С тех пор как Младший превратился в [Мимикрирующую ведьмину хижину], визирь превратил своего бывшего питомца в ходячую командную палатку. Это была не только отличная защита, но и перк [Логово ведьмы], снижающий стоимость SP всех заклинаний, наложенных внутри, в два раза. Идеальное место для отработки новой магии.

К несчастью, в доме была одержимость детьми, которая соперничала с одержимостью самого Виктора.

Вышло как-то не так, подумал визирь, пока Шарлин сидела на краю стола, закинув ногу на ногу. В этой позе она напоминала вампиршу из рекламы — Сумерек— . — Какие заклинания ты теперь можешь произносить? — спросила она Виктора. — Видя, на что способны заклинания IX уровня, я с трудом могу представить себе силу заклинаний X уровня.

Не знал этого и Виктор, пока ему на глаза не попались эти свитки.

Заклинания уровня X были столь же абсурдны, сколь и редки. Поскольку очень немногие заклинатели достигали этого уровня, было открыто всего несколько заклинаний такого уровня. Благодаря богам, поддерживающим его, Виктору удалось заполучить в свои руки лишь несколько из них, и даже тогда ему не хватало специализации, необходимой для создания лучших из них.

— [Идун], — прочитал Виктор свиток Шарлин. — Дарует цели тысячу лет вечной молодости. [Красная луна], ритуал X уровня, доступный только поклоняющимся Лунному человеку и Избранным, вызывает лунное затмение, доводящее всех, кто видит Луну, до [безумия] на одну ночь. [Частный мир], превращает область пространства в частный мир. [Король в желтом], уровень X [Выступление], вызывает эльдрическое божество Хастура, чтобы уничтожить город...

— Ты можешь дарить вечную молодость по первому требованию? — спросил вампир, сразу же почуяв удобный момент. — Ты мог бы продавать эту услугу, чтобы финансировать военный бюджет.

— Наши финансы и линии снабжения настолько плохи?

— Не так плохо, как я думала, — сказала она. — Миньоны стали намного продуктивнее с тех пор, как их вырастил Вайнкер, а наш любимый дракон продолжает накапливать новые предметы.

Доспехи [Hoard Armor] были настоящим современным банкоматом. Почти каждое существо, убитое Вайнкером, теперь что-то давало.

— Но я бы не хотела, чтобы война длилась долго, — сказала вампир, — наши чудовищные войска лучше захватывают позиции, чем удерживают их, а затяжной конфликт приведет к тому, что наши военные усилия рухнут сами собой. В частности, наши союзники — драконы, несмотря на свою мощь, представляют собой кошмар с точки зрения логистики, когда речь идет о пропитании.

— Это продлится не больше недели. — Либо Одиуз взорвет их всех, либо они убьют ее первой. — Какова ситуация на фронте?

— По словам Киа, армия Гардмейна должна соединиться с нашей через два дня, чтобы успеть пересечь море между восточным и западным островами Прайдена, — пояснила вампир. — Завтра мы выйдем к западному морю. Что касается плохой стороны, то войска Грандрейка и Джоли задержались. Я слышал, они столкнулись с серьезным сопротивлением.

— Нам есть о чем беспокоиться? — Вайнкер был готов бросить все ради спасения племянницы, даже если бы Базз Джелли и рейнджеры-кобольды были назначены для ее защиты.

— Я послала Жюля на помощь, — ответила она. — А в их группе есть Тараск. С ними все будет в порядке.

— Шарлин, мы не можем решить все наши проблемы, бросив на них Тараска, — ответил Виктор, и вампирша улыбнулась. — Есть какие-нибудь признаки субмарины?

— Нет, — покачала она головой, — ни Акхенапепа, ни любого другого повелителя фоморов.

У Виктора возникло четкое ощущение, что очень и очень скоро им предстоит марафон суровых сражений. — Прискорбно, но все равно, хорошая работа. Информация — ключ к победе, а твоя разведка пока что на высоте.

— Спасибо, — сказала она, радуясь, что ее работу оценили. — А еще я оценила, что ты убедил Вайнкера повысить нам зарплату. Теперь у меня столько денег, что я не знаю, что с ними делать, если мы выиграем эту войну.

— Играть на деньги? Пожалуйста, найди себе новое хобби, кроме как разрушать жизнь Круассана.

— Для этого ему не нужна моя помощь, — ответила она, хотя явно была недовольна компромиссом, на который ее вынудил пойти Виктор. — Ты обещал мне три недели отпуска в год и что будешь проводить со мной больше времени, если я откажусь от своей вендетты; пока что я не вижу выполнения ни одного из этих обещаний. Я чувствую себя преданной.

— Мы на войне, — заметил Виктор.

— Я знаю, мы оба заняты, — сказала Шарлин. — Но мы можем взять вечер, чтобы расслабиться. Возможно, в будущем никто из нас не сможет насладиться моментом.

— Я не собираюсь умирать, и ты тоже, — сказал Виктор.

— Я не это имела в виду, — ответила она. — Вы с Вайнкером на пути к божественности. Если вы спасете мир, что может случиться потом?

Вальгалла.

— Мы с Вайнкером поклялись вместе стать богами, — сказал Виктор. — Но я никогда не думал, что мы сможем достичь этого. Для меня это было похоже на несбыточную мечту. Ведь Митре потребовались десятилетия, чтобы достичь 99-го уровня?

— Я слышал, что Саблару потребовалось два года, чтобы вознестись, хотя для этого он уничтожил несколько стран и островов. Я почти уверен, что он — половина причины исчезновения [Дронтов опыта].

— О, значит, мы не ступаем на новую землю, — проворчал Виктор, и вампир усмехнулась. — Я не задумывался над этим. Я всегда считал, что мы с Вайнкером найдем решение в последнюю минуту.

— Ты должен предусмотреть такую возможность, — ответил вампир. — Без вас двоих эта империя рухнет, а со времен Митры ни один бог не управлял страной напрямую. Большинство людей [эпического] уровня погибают, либо пытаясь стать богом, либо погибая от рук других людей [эпического] уровня, пытающихся достичь 99-го уровня.

Да, на таком уровне сражения с другими [эпическими] искателями приключений были одним из немногих способов попасть в Вальгаллу, помимо додоцида. Возможно, именно поэтому Акхенапеп объединился с Одиуз, чтобы получить возможность покончить с миром и на волне крови добраться до Вальгаллы. — Ты беспокоишься о моей безопасности, Шарлин? — Да, — признала она, хотя и сделала вид, будто ей все равно. — Ты единственный человек, который может управлять этим бардаком в стране. Все, что я хочу сказать... пожалуйста, имейте запасной план.

Виктор скрестил руки, задумавшись. — Я подумаю об этом.

— Да, подумай, — сказала она, а затем превратилась в туман и оставила его одного.

Вскоре после этого его [Черный Грааль] закончил реструктуризацию крови в своей чаше.

— Эй, — позвал Виктор Кейт Сита. — Эй, кот! —Что?! — сердито прорычал фомор, когда его дремота прервалась. Несмотря на свою сказочную природу, существо почти во всем вело себя как домашний кот.

— Могу я попросить тебя об услуге? — спросил Виктор. — О войне?

— Я же говорил тебе, что Мелл Одиуз может закрыть мои кольца фей в ту же секунду, как я их открою. Я подведу тебя так близко, как смогу, но после этого ты будешь предоставлен сам себе. — Кот мяукнул и улегся на подушку. — Я уже слишком много раз умирал, и не собираюсь рисковать своей шеей ради вас, смертных.

Виктор в какой-то мере мог с этим согласиться. — Мне нужна только информация и совсем немного работы с вашей стороны.

— О, я вижу, к чему все идет. — Фомор немного обиделся, что низкий полудракон спрашивает что-то у кошки. — Хочешь, я научу тебя секрету моих девяти жизней?

Сможет ли он это сделать? Благодаря [Ученику монстров] Виктор мог изучать перки монстров, даже если сам не подвергался нападению первым. В частности, Барнабас научил его [Регенерации тролля], исцелив визиря «тролльским способом».

Болезненно.

Виктор с удовольствием научился бы регенерации Тараска, которая, возможно, сделала бы его непобедимым, но зверь не обладал высшим разумом, необходимым для обучения, не говоря уже о понимании классов и повышении уровня. Возможно, это было замаскированное благословение.

Боги, разумный тараскский [волшебник] был бы ужасен.

— У меня уже есть свой метод возрождения, — сказал Виктор, гордясь своей черной чашкой. — Нет, у меня есть кое-что другое на примете.

— А что я получу взамен? — ответил кот, нагло почесывая живот. — Я - Кот . Я не такой, как вы, люди. Моему эволюционировавшему, бессмертному телу нужно восемнадцать часов сна, чтобы работать, а вы задерживаете мой отдых.

Виктор взял в руки яркий клубок красной пряжи.

Фомор смотрел на предмет большими, завороженными глазами. — Отдай его мне, — приказал кот Виктору, как капризному ребенку, протягивая свои крошечные лапки. Конечно, фее было лень подниматься с подушки и брать вещь силой. — Отдай мне его, человечек!

— Почему ваш вид преследует Одиуз? — спросил Виктор, протягивая перед животным клубок пряжи.

— Потому что им нужна сила Герба Души,— ответил кот язвительным, снисходительным тоном, словно разговаривал с медлительным ребенком. А люди удивлялись, почему Виктор ненавидит кошек. — Не то чтобы драконы добровольно отдавали нам свою кровь.

Не так ли? Чем больше он думал об этом, тем больше убеждался, что между драконами и фоморами когда-то существовали некие симбиотические отношения. Их врожденная магия, казалось, слишком дополняла друг друга, даже если змеи забыли о своей собственной.

Судя по тому, что он видел, их кровь даже была одного цвета. Совпадение?

— Хорошая вещь, — сказал Виктор, доставая из Черного Грааля свой самодельный [Герб Души]. — Я наполовину дракон.

Его творение было всего на треть меньше, чем у Маг Мелла, но работать должно было так же. Даже Каит Сит мгновенно распознал его силу.

— Мой [Черный Грааль] может производить черную кровь с теми же свойствами, что и гуморы настоящего дракона ,— пояснил Виктор. — Пока артефакт остается, вы, фоморы, можете получать души, никого не убивая и ничем не обязанные Одиузу.

— Что ты хочешь, чтобы я с ним сделал? — спросил фомор, его игривость сменилась серьезностью.

— Я хочу, чтобы ты рассказал эту информацию своим сородичам, всем, кто сомневается в этой войне или геноциде Одиуз. Тем из вас, у кого есть душа, а значит, и совесть; и тем, у кого души еще нет, но кто достаточно прагматичен, чтобы понять, что этот крестовый поход закончится лишь нашим взаимным уничтожением. Несите слово, покажите им этот герб и скажите, что есть другой путь. Она не является вашим единственным выбором и никогда им не была.

— Зачем ты это делаешь, человечек? — спросил фомор — Кот , искренне недоумевая. — Мой род сделал ужасные вещи с твоим.

— Потому что я верю, что люди могут измениться и что все виды могут сосуществовать вместе, если приложат к этому усилия, — сказал Виктор. — Мы с Вайнкером создали место, где монстры могут жить вместе. Со временем, благодаря торговле и дипломатии, они смогут сосуществовать и с людьми. Я действительно считаю, что это единственный способ разорвать порочный круг войны.

— Слишком поздно, — смиренно покачал головой Кейт Ситх. — Ваши сородичи никогда не простят нас. Они не смогут переступить через века смерти и угнетения. Я видел это, мяу. Ваш народ ненавидит нас.

— Думаю, со временем они смогут жить дальше, — сказал Виктор. — Не все, потому что люди сложны, а старые обиды умирают с трудом. Но я думаю, что большинство даст миру шанс. Если вы займете позицию.

Германия творила ужасные вещи во времена нацистского режима, но страна исправилась и десятилетиями поддерживала мир в Европе. Возможно, Виктор ошибался, надеясь, что все может измениться к лучшему... но он никогда не простит себе, если хотя бы не попытается.

Кейт Ситх долго-долго молчал. — Ты наивен, человечек, — наконец заговорил он. — Твоя идея обречена на провал.

— Ты сказали, что твои товарищи последовали за Одиуз, потому что она могла предложить им власть.

— Но они бы убили таких, как вы, бесплатно, — ответил кот. — Они страстно ненавидят вас, потому что вы, смертные, слабее нас, и все же вы много раз побеждали наш род. Мои нелюдимые собратья питались их ненавистью больше времени, чем требуется вашим королевствам, чтобы подняться и упасть; души помогли им измениться, но не настолько.

— Ты думаешь, что у Одиу больше добровольных сторонников, чем невольных?

— Да. И даже если тебе удастся убить королеву фей, они не перестанут пытаться уничтожить тебя.

К сожалению, он был прав. Обретение души сделало клан Мелл еще более жестоким. На каждого Вотана или Джека приходился один Гамельн; перемены должны были стать выбором, и не все фоморы были готовы его сделать.

Но все же между попыткой заключить мир и тотальным геноцидом... Виктор всегда выбирал первое. Даже Вайнкер пришел к мысли, что мир возможен, а визирь доверял своему другу.

Каким-то образом этот дракон изменит мир.

— Но ты все равно попробуешь мою идею? — спросил Виктор у кота. — Даже если ты думаешь, что она не сработает?

— Да, мяу. Обязательно. За пряжу.

Виктор бросил его коту, и тот принялся вертеть его в руках.

Как сказал один мудрый человек, Alea Iacta Est.

— Эй, я придумал, — внезапно сказал [Клон], переживая момент эврики. — Как ты меня называешь, если на мне корона и [Пояс гендерных изменений]?

... о нет, пожалуйста, нет.

— Королева Виктория!

Линия

Вайнкер чувствовал это всеми костями. Королева фей Мелл Одиуз была неподалеку.

Ее дурной запах наполнял воздух, разносимый ветром.

Пройдя через густые леса Прайдена, Вайнкер и его могучая армия достигли западных берегов острова, разрушив его оборонительные стены с тыла. Тысячи приспешников и драконов выстроились в ряд, когда за чистым багровым горизонтом показался рассвет. Акулы и их гигантская рыба-хозяин заняли море, чтобы помочь переправить войска на другой берег.

— Вот оно, мяу, — объявил Кайт Сит, ставя свои крошечные лапки на песок. — Пересеките воды, и вы увидите.

За бушующим морем Вайнкер наблюдал второй, меньший остров, укрепленный мощными магическими щитами. От этих далеких берегов поднимался дым, словно целые леса сгорели, чтобы разжечь аппетит гигантской кузницы; в воздухе витал запах радиоактивных испарений и пыли.

— Как скоро замок отправится в полет? — спросил Человечек Виктор у кота, стоявшего рядом с хозяином, пока тот вызывал темные облака, чтобы вампиры и другие боящиеся солнца существа могли передвигаться. Сам он был окружен элитными миньонами и рыцарем Киа в полной [Сюжетной броне].

— Мяу, она сказала, что через два дня, но это было до твоего приезда. Она еще не поднялась, но, возможно, скоро поднимется. — Кайт Сит подняла глаза на императора драконов. — Не забывай о своем обещании.

— Я выполню свою клятву, — ответил Вайнкер пушистику. — После победы в войне твой мяукающий вид выйдет на свободу.

— У тебя тоже есть своя роль в этой неразберихе, Кайт Сит, — сказал Человечек Виктор сказочной кошке.

— Мяу, не ждите, что из этого что-то выйдет, — ответил фомор и показал им всем свой королевский зад. — Удачи, люди-ярлыки. Высший вид, конец связи.

Фомор открыл кольцо фей и исчез, оставив за собой армию.

Его тело защищало тепло [Доспехов клада], а блеск усиливало солнце, и император повернулся лицом к своим войскам.

Никогда еще дракон не вел за собой столь странную пеструю компанию приспешников и союзников. Кобольды, гоблины, оборотни, фанты, нежить, гноллы, тролли, пауки, тарадронты, гномы, орки, слизни... за время его странствий гильдия V&V превратилась в великую и страшную силу, в орду, собирающую всевозможных монстров. Многие драконы, среди которых были его кузен Гениалиссим, Грандрейк и многие другие, присоединились к гильдии под руководством Вайнкера. Скоро их станет еще больше, и они будут стекаться по небу, когда император даст сигнал к последней битве.

К ним присоединится и человеческая Гардмейнская армия, и группа Джоли... Хотя Вайнкер втайне надеялся, что его племянница останется в безопасности и позволит дяде принять на себя всю тяжесть этого разрушительного конфликта.

Его люди с тревогой смотрели на Вайнкера, но никто не решался заговорить. Напряжение было ощутимым.

— Миньоны, — прочистил горло Вайнкер. — За этими берегами нас ждет последняя битва.

— Я благодарю вас за то, что вы последовали за мной так далеко, — проговорил Вайнкер из глубины души. — Чуть больше года назад, когда я восстал из сна, чтобы увеличить свой клад, я и представить себе не мог, что буду стоять здесь, перед вами. Хотя я знал, что приспешники будут стекаться под мои знамена и безоговорочно служить мне... Вы все заставили меня гордиться вами. Вы сражались вместе со мной против бесчисленных врагов, от Забытого до кузнечика Брэндона Мора. Вместе мы разгромили злобного Мота и Мышки Лавер, а на их пепелище построили великий город! Мы покорили Восток и Запад, пока не создали великую империю, над которой никогда не заходит солнце! Мне потребовалось много времени, чтобы понять это, но мой клад был создан не только из монет и драгоценных камней. Он был сделан из вас, приспешники.

Дракон кивнул своим лакеям, у которых на глазах выступили слезы.

— Вы - мой клад! Все вы!

В ответ на его заявление раздались крики и возгласы. Его приспешники радостно захлопали, а присутствующие драконы кивнули в знак поддержки.

— Сегодня мы вместе с моими собратьями-змеями выступим единым фронтом против угрозы, нависшей над всеми кладами! — Пока Человечек Виктор накладывал баффы на своего хозяина, Вайнкер продолжал отстаивать свою точку зрения. — Завтра в новом мире взойдет яркий рассвет! В котором драконы и миньоны смогут жить в мире и собирать свои клады! Мир, свободный от свинца! Мы возьмем этот остров штурмом и разнесем замок фей в пух и прах...

— [Za Warudo]!

На секунду Вайнкеру показалось, что к ним присоединился Забытый, но голос был другим. Знакомый, но другой.

Время словно остановилось на секунду, а когда возобновилось, Вайнкер повернул голову за спину, чтобы посмотреть в лицо армии.

В небе собралась огромная сила големов, превосходящая ту, что помешала им приземлиться на Прайден, — рой стали и мечей. Оркские и человеческие жрецы этого червя Саблара скакали на летающих боевых тварях, призывая чудовищ и смертоносную магию. Под морем прогремели взрывы, и акулу Джаджамбе мощной детонацией выбросило на берег.

Металлический дельфин, атаковавший Вайнкера при первом приземлении, поднялся из волн, покрытых кровью рыболюдей, и его копья Ветра были готовы взмыть в небо.

Эти трусы даже не дали ему закончить свою речь!

— Кто-то запустил защиту от телепортации, — объявил Виктор, в то время как рыцарь Киа выхватила свой клинок. — Они пытались телепортировать ядерную бомбу к нам в остановленное время.

Только злобный ум мог придумать такую разрушительную стратегию, и Вайнкер мельком увидел ответственного. На спине Дельфина сидела древняя, покрытая рунами мумия - злобный враг из ушедшей эпохи. Нежить, во второй раз убившая его приспешника и стоившая Вайнкеру целого состояния.

Мерзкий Акхенапеп, — узнал его Вайнкер и испустил яростный рев. — Миньоны, к оружию! Драконы, ко мне!

Когда его могучий рев и хлопанье крыльев эхом разнеслись по небу, драконье племя ответило. Горизонт заполнился армией крыльев и когтей, стекающейся на последнюю битву.

С запада прилетели новые драконы, некоторые из них были размером с самого Вайнкера; первобытные великие вирмы, дремавшие под землей веками, тысячелетиями! Их крики превратились в какофонию, заглушив гул летающих машин.

— [Черный всадник: Нуарсер], — крикнул Человечек Виктор. В мгновение ока под ним появился темный конь - [Жнец], готовый жать и рвать. — Киа, ты готова?!

— Накама Десу! — ответила она, забравшись на спину Горыныча, а затем забралась в доспехи.

— Миньоны, я разобью Дельфина, а вы похороните мумию! — приказал Вайнкер, отбивая запущенное в него Копье Ветра метким огненным шаром.

Он будет защищать свой клад.

Время расплаты.

Когда он изменил погоду: с неба посыпались электрические слизи и зарядили облака электрической энергией, Виктор увидел, что вокруг него воцарился хаос. С одной стороны в ход пошли заклинания и элементальные дыхания, с другой - пули и снаряды. Из-за хаотичности обеих армий создавалось впечатление, что на поле боя сошлись две орды диких варваров, чтобы вступить в яростную схватку.

— Элисон, Роло, за мной. — Виктор подхватил дриаду, подняв ее на спину Нуарсера, а затем наложил заклинание на стального голема. — [Ветряной плащ].

Ветряной плащ окружил голема, сделав его легким, как перышко. Голем сделал несколько шагов, готовясь совершить прыжок веры; на этот раз он был полон решимости покончить с Акхенапепом, своим создателем, раз и навсегда.

— Ну и каков план, красавчик? — спросила Элисон, слегка обеспокоенная. Она не забыла о своей смерти от рук фараона.

— Роло говорит, что мы покончим с этим сегодня. Роло не позволит ему снова превратить зелень в пустыню.

— Элисон, лечись и сосредоточься на баффах; остальные пойдут в атаку. — Затем Виктор наложил на себя несколько заклинаний. — [Дождевик], [Спешка].

В течение десяти минут вы будете восстанавливать 1/8 HP каждую минуту и ходить по воде. Время реакции и скорость передвижения значительно увеличиваются на десять минут.

Активирован [Белый всадник]! Ваши баффы распространятся на вашего призванного монстра!

Водяная пелена окружила Виктора и Нуарсера, а ее огненные копыта превратились в пар. — Поклонитесь мне! — ревела лошадь, следуя примеру Вайнкера и преследуя подводную лодку, бегущую по бурному морю. Элисон схватила Виктора за талию, чтобы удержаться. — Поклоняйтесь мне, черви! Я - богиня лошадей!

В то время как подводная лодка начала погружаться в море, когда к ней приблизились Вайнкер и Киа, Акхенапеп вызвал песчаную бурю ниже пояса и с ее помощью полетел прямо на Виктора. Но вместо того, чтобы наложить заклинания на своего бывшего ученика, мумия вызвала собственное подкрепление. — [Хронопризывание: Птеродактили]!

Как только он произнес эти слова, в открытом море открылись разрывы во времени, через которые телепортировалась стая летающих динозавров шириной шесть метров. Акхенапеп выглядел немного обеспокоенным: очевидно, он предпочел бы вызвать монстров среди армии V&V, а не перед ней.

Если бы Виктор не разблокировал уровень IX и выше, у него могло бы получиться.

Роло, получив импульс, на большой скорости выпрыгнул из берегов. Благодаря заклинанию, наделившему его силой, он подпрыгнул на сотни метров в воздух и приземлился на спину птеродактиля, с силой оттолкнув зверя, держа его за шею. Элисон сосредоточилась на наложении баффов, повышая показатели Виктора, пока его кошмарный конь мчался по открытому морю, уворачиваясь от летящих динозавров.

— Полагаю, эти чары - твоих рук дело? — Акхенапеп спросил Виктора, держась на безопасном расстоянии от своих врагов; очевидно, он понимал, насколько группа превосходит его в физическом бою. — Ты стал силен, культист. Жаль, что ты выбрал не ту сторону.

— Видимо, пережив твои последние уроки, я обрел необходимый уровень, чтобы надрать тебе задницу! — ответил Виктор, поднимая свою косу. — [Черный всадник: Император Тарасков]!

В мгновение ока Виктор телепортировал радиоактивного Тараска прямо над головой Акхенапепа - огромный тяжеловес обрушился на гораздо меньшую цель.

Используя ту же оборонительную стратегию, что и в битве за Эль-Дорадо, мумия перепрыгнула через время, и тараск упал в пустоту. Через секунду Акхенапеп появился вновь, едва увернувшись от удара когтями гигантской светящейся радиоактивной рептилии.

Даже под защитой Эллисон Виктор заставил Нуарсера оставить между ними и Тараском некоторое расстояние. Гигантский радиоактивный псевдояпонский ящер, сражающийся с буквальным верховным жрецом ядерного бога... поэтично, в некотором роде.

— Какое совпадение, я тоже получил несколько уровней. — Увидев, как Тараск зарычал и открыл рот, чтобы проглотить его, Акхенапеп хлопнул в ладоши и вызвал предмет. Самое страшное оружие из всех.

Грязный чайник.

— [Печать сдерживания великого зверя]!

Могучая сила потянула Тараска к Акхенапепу, вместе с тоннами воды и некоторыми призванными динозаврами. Нуарсеру удалось вырваться из зоны действия устройства, а Роло прыгал от динозавра к динозавру, как Супер Марио. А вот императору тарасков не повезло: вихрь затянул его внутрь чайника и быстро запер внутри.

Как только чудовище было обуздано, Акхенапеп захлопнул крышку, а затем небрежно выбросил чайник в море. — Стратегия двадцать восемь: я всегда буду держать опасных монстров в надежных клетках. [Ловкость].

— Да ладно! Ты знаешь, сколько детей эта штука оставила после себя? — пожаловался Виктор. — Сколько монстров ты только что осиротил?

В ответ мумия попыталась осыпать его дождем золотых стрел, заставив визиря и его приспешников бежать. Тело фараона стало излучать зеленую ауру, загрязняя воздух ядерной энергией.

Все существа, находящиеся рядом с Акхенапепом, теряют 2 максимальных HP в секунду, кроме [Нежити], [Элдритча], [Пришельцев], [Насекомых], [Элементалей] и [Искусственных].

Если ваш текущий HP превысит новый лимит максимального HP, у вас появится [Радиоактивная опухоль].

Активирован [Дарвинист]! Вы будете считаться [Элдричем] для целей эффекта!

Элдритч? Должно быть, это проявилась его внутренняя слизь. — Вы держитесь? — спросил визирь у Элисон и Нуарсера.

— Пока что моя магическая защита действует, — ответила дриада. — Но он может развеять ее в любой момент.

Тем временем Вайнкер вступил в бой с подводной лодкой вместе с амфибийными силами V&V, уничтожив «Копья ветра» прежде, чем они успели поразить его своим дыханием. Киа и Горыныч, доверяя дракону, что он справится с супероружием, переключили внимание на Акхенапепа и сбили его с ног.

Отбиваясь от его радиоактивной ауры, паладин подняла клинок и попыталась пронзить фараона. Хрономанту не оставалось ничего другого, как отказаться от нападения на Виктора, чтобы защититься от нового претендента.

Виктор рассказал Эллисон свой план сражения, пока Киа и Акхенапеп исполняли смертельный воздушный танец. — Мы идем на молнию.

— Ты уверен? — спросила она, глядя на облака, а затем на противостояние Вайнкера с подводной лодкой. — Мы рядом с морем, мы рискуем попасть под дружественный огонь.

— Бафни меня на точность, — ответил визирь. К сожалению, Акхенапеп был слишком опасен и слишком высокого уровня, с радиоактивной аурой, которая со временем только ослабляла его сопротивление. Его нужно было убить быстро.

Кивнув, дриада наложила на Визиря заклинания, необходимые для подготовки к смертельной атаке. — [Защита от молнии], [Ускоренная молния]; [Пронзающая молния], [Ускоренная точность].

Борясь с паладином, пытавшимся нанести ему урон, Акхенапеп свернул пространство внутри своей руки, создав небольшую черную сферу. — [Черная дыра].

Он запустил сферу в Кию и Горыныча, и снаряд вырос с теннисного мяча до размера грузовика. Атака притягивала к себе все, кому не повезло оказаться вблизи горизонта событий, — от призывателей Хрономанта до самых облаков. Сам Роло сумел оттащить своего нынешнего динозавра подальше, перегруппировавшись с Виктором и Эллисон.

Киа повезло гораздо больше.

Ее [Сюжетная броня] излучала голубой свет, образуя сферу вокруг рыцаря и Горыныча. Щит и черная дыра столкнулись, слившись, как инь и янь, после чего обе магии резко исчезли, а паладин и ее змей остались невредимы.

— Что случилось? — спросила Элисон, удивленная не меньше самого Акхенапепа.

— Дружба - это чистый позитив, а [Черная дыра] создается из негативной энергии, — понял Виктор. — Сумма связей Киа, усиленная [Сюжетной броней], создала обратную полярность, которая аннулировала черную дыру!

Дриада на мгновение замолчала. — В этом нет никакого смысла! — запротестовала она.

— И все же это так!

— Справедливость восторжествует! — крикнула Киа, все больше и больше стыдясь своей речи. — Простите, обычно я совсем не такая! — Заколдованный доспех, — понял Акхенапеп, узнав артефакт; однако, в отличие от того, что мог бы подумать Виктор, он звучал увереннее, чем раньше, а не хуже. — Очень хитрая защита, но с очевидной слабостью.

— От этого меня тошнит? — Киа нахмурилась и вызвала [Солнечный суд].

— Ты защищен от смерти, герой, — размышлял Акхенапеп, уворачиваясь от столба света, — и только от смерти.

Ур-фараон полетел к паладину, Горыныч открыл три рта, чтобы нацелить на него элементальное дыхание, но мумия телепортировалась прямо перед грудью Горыныча и ударила его в живот. — [Толчок времени].

ПУП.

Кия и Горыныч выскочили из небытия со странным, нелепым звуком.

Виктор увидел красное. — Что ты сделал?! — Я переместил их дальше во временной поток, — ответил Ур-Фараон, гордясь своей хитростью. — Позже они снова появятся в том же месте, целые и невредимые... и окруженные поражением.

— Как долго? — спросила Эллисон, ужасаясь внезапной потере одного из своих сильнейших воинов. В ответ мумия направила на них взрыв радиоактивной энергии, не желая сообщать противнику никакой тактической информации. Нуарсеру удалось увернуться, а Виктор сосредоточился на грозе над головой.

Бедная Киа, это было самое жестокое, что могла сделать с ней мумия: заставить ее отказаться от участия в очередной эпической битве. Даже [Сюжетная броня] не могла компенсировать ее ужасную удачу.

Роло, получив некоторый контроль над своим птеродактилем, приготовился атаковать своего создателя, но Виктор взглядом остановил его.

Флюгер был готов.

— Я слышал, ты тоже поймал фею, культист, — сказал Акхенапеп, готовясь выпустить еще одну [Черную дыру], на этот раз в визиря. — Но тебе следовало держать Мота в цепях. Хорошо продуманное желание могло бы спасти тебя.

— Душа Маг Мелла знала больше, чем то, как создать Крест души, — уверенно ответил Виктор. — Он владел магией фей, в частности, заклинаниями, настолько мощными, что ни один человек не мог их наложить... до нескольких уровней назад.

Шторм из слизи достиг своего апогея, неся в себе молнии, необходимые Виктору для создания этой высшей техники. Элисон защищала лицо, накладывая заклинания [Защита от молнии] на себя и Роло.

— Вот оно! — Виктор взмахнул косой, как когда-то Вотан копьем. — Высшая молния, гарантирующая победу!

— Невозможно, — удивленно пробормотал Акхенапеп, а затем попытался пропустить время и уклониться: — Время ле...

— [Рагнарок]!

Гром поглотил Акхенапепа целиком, и все море ярко вспыхнуло.

Стрелы света

В небе гремели взрывы, но свет Вайнкера ослеплял всех. — [Сияющее Величество]!

Дракон излучал священный свет клада на сабларианских язычников, испепеляя тех, кто был ближе всего к нему, и расплавляя даже их могучих боевых големов. Падающая звезда, превратившаяся в змея, сносила все на своем пути, прокладывая золотую дорогу для своих собратьев; за ним Грандрейк и Гениалиссим возглавили атаку рептилий, обрушивая на превосходящих их по силе врагов потоки элементального дыхания.

Последняя линия обороны фоморов не могла противостоять ярости драконов. Но они с самоубийственным упрямством держали оборону, сражаясь насмерть за хозяев, которые отказывались рисковать своими никчемными жизнями.

Металлический Дельфин, которого его приспешники называли атомной подводной лодкой, оставался самой большой угрозой для объединенных армий миньонов, которую представляли фоморы. Но, в отличие от прошлого раза, он не выпустил в союзников Вайнкера ни одной Стрелы Света; главным его оружием сегодня были Копья Ветра и другая артиллерия.

Усвоили ли феи урок? Или же они исчерпали все свои наступательные возможности, сражаясь с повелителем рыб, лордом Дагоном, во время их предыдущей встречи?

Нет. Должно быть, феи держали свои стрелы в резерве в своем скрытом замке, отправив субмарину как овцу на заклание; последняя, последняя решительная защита, чтобы остановить продвижение армии V&V.

Закончив очищать небо, чтобы обезопасить своих приспешников, Вайнкер позволил своим сородичам взять на себя воздушный бой и вернулся к атаке на субмарину. Машина вступила в ожесточенную схватку с амфибийными силами Империи V&V - от рыболюдей до чудовищных кальмароподобных переселенцев с ужасной планеты Луна. Они были быстры и сильны, но их скорость могла защитить их только от шквала пушечных ядер и ракет, которые субмарина выпускала во все стороны.

Заревев от нетерпения, Вайнкер нырнул вниз, чтобы обстрелять подводную лодку своим дыханием; машина, подпитываемая простым, но эффективным интеллектом, нырнула вниз, в безопасную морскую воду. Огненные шары дракона превращали волны в кипящие облака пара, и некоторые из них могли даже попасть в цель, но океан обеспечивал защиту, которую трудно было преодолеть.

Что может сделать Вайнкер? Использовать геомантию, чтобы изменить море, поднять камень со дна океана? Для этого ему придется сесть на мель, и это лишит его морские силы их собственной страховочной сети.

Нет. Он встретится с металлическим зверем в его гнезде и вызовет его на поединок на земле.

Дракон нырнул вниз, уворачиваясь от артиллерии, и упал в воду, как гарпун; его чешуя ударилась о волны и пронзила соленую воду. Акулы последовали за своим императором - существа плыли почти с такой же грацией, как и сам Вайнкер.

Вайнкер продолжал спускаться, пока не достиг подводной расселины, куда отступила субмарина. Мгновенно заметив врага, аппарат выпустил дюжину торпед в сторону дракона.

Словно великолепный водяной змей, Вайнкер ловко уворачивался от торпед, обходя голема по кругу. Его водные приспешники, тем временем, перешли на фронт, атакуя субмарину лоб в лоб, пуская в нее молниеносные копья. Эта сцена напомнила дракону тех глупых рыцарей, которые пытались пощекотать его своими нелепыми мечами-зубочистками.

Бесполезно... но отвлекает.

Это дало дракону возможность, которую он не упустил: переместился под корпус субмарины и схватил ее руками.

С огромной силой Вайнкер попытался поднять Дельфина снизу, бросая вызов законам физики.

Проверка на прочность...

Успешно!

Но невозможное было не для драконов.

Даже под водой хлопанье его огромных могучих крыльев могло пронести Вайнкера через все. Они позволяли ему отталкиваться, пока даже акулы не отступали, и дракон нес свою добычу к поверхности.

Не удержав равновесия, "Дельфин" начал разрушаться под тяжестью собственной массы, хотя Вайнкер поднимал его все выше и выше. Дракон вынырнул из волн и поднял гигантского голема над землей.

Затем, набрав скорость, Вайнкер швырнул субмарину в далекие берега, словно те самые стрелы, которые он обрушил на дракона. Машина упала на землю с катастрофическим треском, вздымая во все стороны пыль, но уцелела. Даже когда Вайнквер обрушил огонь на ее железную шкуру, голем поднялся на крошечных механических ножках и попытался вернуться в море; его стальная шкура покраснела от жара, но оставалась слишком прочной, чтобы Вайнквер смог пробить ее насквозь.

Но дракон был хитер и все предусмотрел заранее. Пора активировать одно из его новых преимуществ.

— [Возвышенное дыхание дракона: Ледяной клык].

При следующем вдохе из глотки Вайнкера вырвалось не жаркое, ядерное пламя, а снежная буря, такая же ледяная, как у его ушедшего соперника Ледяного Клыка. После обжигающего жара мороз повредил металлическую шкуру, сделав ее хрупкой.

Поняв, что последний рывок уничтожит чудовище, Вайнкер приготовился совершить переворот.

— [Возвышенное дыхание: Земля]!

Когда он еще раз сменил стихию, дыхание Вайнкера превратилось из ледяного в земное. Вместо ледяной метели из его глотки посыпались острые камни, каждый из которых был достаточно толстым, чтобы разрубить дерево пополам.

Ослабленный нагревом и заморозкой, дождь снарядов разрушал шкуру дельфина, пробивая его металлическую кожу так же легко, как стрелы - плоть млекопитающего. Шквал камней разрезал металлического монстра пополам, взрывы разрушили его тело и разнесли сталь во все стороны.

Когда пыль осела, субмарина голема напоминала выпотрошенную рыбу, мертвую и дымящуюся.

— Я - змей бесчисленных дыханий! — Вайнкер взвился к небесам, снова одержав победу.

— Ты потратил слишком много времени, Рыцареубийца.

Прошло несколько секунд, прежде чем Вайнкер узнал голос и его источник. — Драконоборческая фея, — прошипел он. — Покажись.

Глупый дракон, — раздался голос Одиуз из спинного плавника "Дельфина" и спрятанных там крошечных динамиков. — Ты считаешь, что загнал меня в угол, хотя все, что ты сделал, служило моему замыслу.

— Тогда ты, должно быть, очень хорошо умеешь проигрывать, — с гордостью ответил Вайнкер.

— Ты собрал моих врагов в одном месте, включая драконов всего мира... чтобы я мог убить вас всех разом. Ваши души наполнят мое брюхо, вызвав прилив крови, на которой я отправлюсь в Валгаллу. Мертвые в этом конфликте уже почти сделали меня богиней. Мне просто нужно... последнее чудо.

Звук доносился с далекого острова, за пределами магической защиты.

Виктор вынужден был признать, что у Вотана были веские причины отдать предпочтение Рагнароку как выбранному заклинанию: оно убило Акхенапепа одним ударом, в то время как до этого оно не справилось с эпическим мечом Киа или [Заряженным дыханием] Вайнкера.

Жаль, что он не прижился.

Как и ожидалось, через несколько секунд после того, как могучая молния испарила его, мумия вновь появилась на том же месте невредимой. Паря под силой песчаной бури, он наложил на себя могущественное заклинание. — [Большая печать: молния].

Тем временем Виктор и Элисон все еще ехали на спине кошмара Нуарсера, который мог бегать по морской воде так же легко, как по траве; хотя у них не было преимущества полета Акхенапепа, они превосходили его в скорости и маневренности. В качестве поддержки голем Роло скакал над ними на захваченном птеродактиле.

Голем [Фермер] и его лошадь попытались разбить Акхенапепа, нырнув вверх, но мумия успела прыгнуть, чтобы избежать атаки. Когда он появился вновь, нежить сразу же сократила расстояние между собой и врагами, а Виктор и Роло отправились в погоню на своих верховых лошадях: один над целью, другой под ней.

— [Листовой шторм]! — Пока Виктор сосредоточился на преследовании мумии, Эллисон произнесла заклинание у него за спиной. Она направила свои пальцы на Акхенапепа над ними, выпустив мощный шторм из листьев и зеленой энергии.

— [Пространственный разрез]!

Указательным пальцем Акхенапеп разорвал саму реальность, создав движущуюся трещину в ткани самого пространства. Прореха, не превышающая трех метров, прорезала бурю листьев, воду, сам воздух. Это была быстро движущаяся горизонтальная черная дыра, стирающая все, чему не повезло оказаться на ее пути; лезвие чистого небытия.

Конь Виктора быстро уклонился от удара, отпрыгнув в сторону, даже когда клинок отклонился от курса, но атака продолжалась еще долго. Лезвие прорезало голема-фею, разрубив его пополам, и обезглавило плавающую в воде рыбу; клинок прорезал берег, прочертив на песке тонкую линию, а затем продолжил путь мимо Виктора. Возможно, он продолжит свой смертоносный путь до самого Гардмейна, пересечет землю и закончит свое путешествие в кромешной тьме космоса.

Хотя атака оказалась неэффективной, Виктор мог только одобрить инициативу Эллисон. Капсула [Хрономант] позволяла Акхенапепу возвращаться после смерти, разматывая время, если у него было достаточно SP для подпитки перков. Чем больше мумии приходилось применять мощные заклинания, тем быстрее истощались ее резервы.

Конечно, не успела эта мысль прийти ему в голову, как Ур-фараон разрушил надежды Виктора. Один из свитков, составлявших повязки его мумии, засиял ярким светом, а руны исчезли.

...

Этот оптимизирующий ублюдок! И он тоже смотрел на Виктора с самодовольством!

Однако звук боевых рогов вселил в него надежду.

С востока надвигалась новая армия: конница на земле, ее кони били по песку; грифоны, летающие маги и пегасы в воздухе. Их копья ударили во фланг фоморов, а летающие войска поддержали драконов.

Все они с гордостью носили белые доспехи и флаг Митры.

— Гардмейнская армия! — Эллисон ликовала позади Виктора, явно радуясь подкреплению.

Союзник Киа, темный эльф-архитектор Кевин, покинул основную часть армии, чтобы сразу же отправиться на помощь визирю. Он направил ладонь на Акхенапепа и произнес заклинание. "[Усиленная полярная метель]!"

Из руки архимага вырвался мощный луч голубой энергии, который превратился в мощный замораживающий взрыв. Акхенапеп [прыгнул во времени] еще раз, чтобы увернуться, но атака прошла сквозь него и превратила в лед весь морской простор.

— Где Киа? — спросил темный эльф-архимаг, подлетая к Виктору и Эллисон, в то время как их лошадь с изяществом скользила по новой льдине. Акхенапеп вновь появился на другой стороне импровизированной арктической площадки, зависнув над льдом в нескольких метрах от группы.

— Он телепортировал ее! — запротестовала Элисон.

— Что? Опять это? — Очевидно, для союзников Киа это не было новостью. Акхенапеп быстро прервал их обсуждение, собрав в ладони [Черную дыру]. — Босс рейда?

— Босс рейда. Акхенапеп. Невозможно убить его, не истощив SP, а у него есть предметы, чтобы их восстановить. — Виктор покачал головой. — Я вижу не много вариантов.

— У меня есть тактика. Та самая, с помощью которой мы уничтожили всех высокоуровневых заклинателей, — ответил Кевин, приземлился на лед и соединил руки, чтобы выпустить могущественное заклинание уровня X. — [Усиленный пожиратель магии].

Ощущение пустоты охватило Виктора, и почти все его магические усиления исчезли. Водяная мантия Нуарсера, позволявшая лошади ходить по морю, исчезла сразу же; огненные копыта кошмара вновь обрели яркость, медленно растапливая лед под ногами.

«Черная дыра» Акхенапепа распалась в его руке, а песчаная буря, несущая его над землей, исчезла. Мумии удалось приземлиться на ледяное море, хотя атака Кевина лишила его радиоактивной ауры и других улучшений.

Именно поэтому он, этот умный ублюдок, сначала превратил море в лед. Чтобы дать им возможность стоять на воде.

Учитывая уровень Акхенапепа, Виктор сомневался, что кто-то другой смог бы реализовать эту стратегию: кто-то с уровнем ниже [Эпического] не смог бы повлиять на мумию. Но даже в этом случае Кевин явно оптимизировал свои перки или снаряжение, чтобы повысить силу своей антимагической способности.

Даже лишенный своей непреодолимой арканной мощи, Акхенапеп оставался смертоносным бойцом и могущественной мумией. Едва поднявшись на ноги, он с поразительной скоростью бросился на Кевина, явно намереваясь сломать ему шею и снять магическое поле, прежде чем его настигнут физические бойцы. Поскольку для активации его возрождения требовалось SP, он впервые оказался по-настоящему уязвим.

Виктор догадался, что команда Киа обычно доверяла ей добить ослабленного заклинателя, но в ее отсутствие эта обязанность легла на плечи визиря.

Хотя она и замедлилась без своих баффов, кошмарная лошадь Виктора все равно двигалась быстрее Акхенапепа. Лошадь настигла мумию прежде, чем та успела приблизиться к Кевину.

К счастью, билд Виктора может быть самым разным... многие его перки не требовали SP для активации. И как артефакты, и коса, и доспехи по-прежнему работали отлично.

Словно грузовик, мчащийся к беспомощной бабушке, Виктор наехал на Акхенапепа и ударил его своей косой [Урожай].

Проверка ловкости...

Не удалось!

К удивлению Виктора, мумия, продемонстрировав некоторые из своих уровней Мошенник, нырнула под призрачный клинок и продолжила бежать к Кевину. Визирь поспешно заставил свою лошадь развернуться, но тут же понял, что не успеет догнать своего бывшего наставника.

К счастью, это был рейд-босс... а рейд-босс никогда не бывает одиночным.

Над головой Акхенапепа выросла тень: он был в дюйме от того, чтобы схватить Кевина и размозжить ему череп.

— РОЛО РАЗБИВАЕТСЯ!

Акхенапеп едва успел поднять глаза, как на его спину приземлился голем из ржавого железа, раздробив его покрытый пылью позвоночник. Удар был настолько сильным, что лед под ними раскололся.

— Освободи меня, голем! — приказал Акхенапеп, не в силах пошевелиться под тяжестью и мощью голема. — Я всегда относился к твоему роду с добротой!

Роло, который явно не слышал о сорок восьмой стратагеме визиря, схватил беспомощную мумию и швырнул ее прямо в сторону Виктора. Визирь высоко поднял свой клинок, а Эллисон подбадривала его.

Акхенапеп принял свою судьбу с мрачной покорностью за секунду до того, как клинок ударил его по лицу. — Я был лучшим учителем, чем думал.

Виктор обезглавил Ур-Фараона, заточив душу мумии в косе Жатвы - единственном месте, где Саблар не сможет его оживить. Не имея ни баффов, ни необходимых SP для подпитки способности, оружие убило Ур-Фараона одним ударом.

Однако победа Виктора была недолгой: грохот потряс море и весь мир.

С огромным грохотом он вынырнул из-за далекого острова, накрыв море своей страшной тенью.

Его вид и появление на время прекратили бой, парализовав всех присутствующих существ. Даже Вайнкер, который ничего не боялся, замер в изумлении.

Возвышался огромный замок - предзнаменование конца.

Массивная крепость из стали, стекла и шипов по своим размерам не уступала владениям Вайнкера. Наверное, весь Мурмурин мог бы уместиться в ее толстых стенах. Поверхность крепости покрывали пушки и гарпуны, управляемые големами, а каждый дракон на многие мили мог учуять зловоние фоморских лордов внутри сооружения.

Сам замок покоился на летающей скале, почти такой же большой, как он сам, оснащенной стальными цилиндрами размером с холм; все они выпускали белые горячие потоки огня, поднимая всю конструкцию ввысь.

Пурпурный щит окружал огромную крепость, подпитываемый воплями попавших в ловушку душ. Его зловещая энергия очистила небо от грозовых туч Человечка Виктора, лишь окрасив его в красный цвет. Вампиры и солнцебоязненные существа немедленно укрылись или загорелись.

Через несколько секунд замок, поднятый своими огненными пропеллерами, поднялся в небо, разрушив защищавшие его остров от нападения чары. Его пламя и дым испаряли все, кому не повезло оказаться поблизости, — от боевых зверей до пегасов-наездников.

Вайнкер погнался за замком, намереваясь его разрушить. Его собратья последовали его примеру, обрушив свои дыхания на замок, пока он был еще в пределах досягаемости; их атаки легко отражались щитом.

— Убейте их всех! — приказала Одиуз, и ее голос эхом отразился от крепости.

Одна из башен замка выпустила стрелу света, и щит на мгновение приоткрылся, чтобы пропустить ее.

Осознав опасность, Вайнкер тут же полетел за снарядом и попытался взорвать его своим пламенем.

Но все было напрасно. Когда огненный шар приблизился к нему, ракета распалась на десять маленьких стрел, каждая из которых несла в себе смертоносную силу.

Вайнкер сделал все возможное, чтобы уничтожить их прежде, чем они обрушатся на его приспешников, но они были быстры: гораздо быстрее, чем копья ветра, быстрее, чем звук, быстрее, чем мог двигаться любой другой дракон. Семь из них взорвались в небесах, оросив небо светом, но еще три избежали уничтожения: они были слишком близко, чтобы безопасно взорваться.

Никто из его сородичей не мог остановить их, и Вайнкер тоже. Даже если дракон уничтожит их с такого близкого расстояния, взрыв испарит его солдат.

Было только одно решение, как их спасти.

Вайнкер летел прямо на ракеты и в последнюю секунду произнес роковые слова. — [Блестящий театр]!

Вокруг него образовалась золотая арена - золотая сфера радиусом более мили...

Поймайте ракеты в ловушку вместе с императором драконов.

Огромный красный змей зарычал и взорвал снаряды огненной струей, когда они оказались в дюйме от его лица.

Мир вспыхнул ярким светом, и свет поглотил Вайнкера целиком.

Цельнометалический Джелли

Такая большая...

Базз Джелли смотрел на карту мира со светом в своих крошечных глазках. Территории Империи были окрашены в золотой цвет, потому что это был самый лучший цвет, а все остальное - в серебряный, потому что они были недостаточно богаты.

Империя была так мала... но она блистала истиной. Однажды Прайден станет частью Империи.

Однажды весь мир станет Империей!

Базз Джелли не терпелось захватить всех остальных, особенно Гардмейн. Экскалидад был бы так горд, увидев, как слизеринец триумфально перепрыгивает через их замок!

Удовлетворив свое любопытство, [Космонавт] спрыгнул со стола с картами и присоединился к остальным приспешникам в военной палатке. Это были кобольды-рейнджеры, герои войны Империи; они были такими большими по сравнению с крошечной слизью, хотя и не такими огромными, как дракон!

Вместе они сформировали элитный эскадрон под командованием имперской принцессы Джоли Драгон, племянницы доброго императора Вайнкера. Вскоре их полк присоединится к основной армии и завоюет замок злой феи Мелл Одиуз.

Но сегодня... они были выбраны для особой миссии.

В палатку вошла замаскированная нежить, и приспешники выстроились перед своим начальником. Жюль Рапас был командиром упырей, курировавшим их отряд, личным адъютантом имперской принцессы и начальником подменного штаба. Генерал-упырь.

— Спасибо, что пришли, — обратился вурдалак к собравшимся приспешникам. — Вы - лучшие из имеющихся у нас миньонов, а это очень важная миссия.

— В чем дело, командир? — спросил Красный Рейнджер, самый опытный из группы.

— Это спасательная операция, но не буду врать, — ответил упырь, выкладывая на стол несколько чертежей, — шансы не в нашу пользу.

Миньоны смотрели на стол и анимированные картинки на нем. Базз Джелли сразу же узнал на одном из рисунков своего собрата - он родился во время того же [Слизевого дождя]. — Молестер! Розовый растлитель!

— Его зовут рядовой Молести. — Вурдалак Жюль кивнул, показывая группе фотографию розовой слизи и дронта, любующегося закатом. — Отец и мать сотен особей, рядовой Молестия - один из наших лучших селекционеров, и у него прекрасные отношения с гаремом дронтов на Далтонии. Тем не менее он без колебаний ответил на призыв V&V, оставив свою семью, чтобы защитить родину от захватчиков-фейри.

— Так мило... — сказала Розовый рейнджер после того, как они со слизью стали одного цвета.

Вурдалак показал им фотографию Молестии с зелеными щеками и банданой на крошечной голове. На другой фотографии слизеринец садился на ракету «Меч». Базз Джелли все еще злился, что ему не предоставили свою собственную ракету для пилотирования во время вторжения.

— Во время операции «Привал» рядовой Молестия был призван в ряды врага вместе с карликовой ракетой под названием «Воин Рэмбо», —пояснил вурдалак. — В его задачу входило совершать жестокие акты саботажа и наводить ужас на фоморских боевых зверей с помощью селекционной войны. Мы полагали, что, будучи ветераном Дальтонийской кампании, рядовой Молести может действовать без присмотра и присоединиться к основной армии. Мы ошибались.

Вурдалак показал им новый рисунок, на этот раз изображавший опустошенное стадо сказочных гончих, разбитое и поверженное. Похоже, по лагерю прошелся торнадо. — Мы потеряли след рядового Молестии в логове стаи боевых зверей к востоку от нашего местонахождения, где он в одиночку вывел из строя боевую группу из тридцати человек и засеял их своим выводком.

— Каков его уровень? — спросил Красный Рейнджер, впечатленный резней.

— Раньше он был тридцатым, в основном в классах, ориентированных на живучесть и ловкость, но перед посадкой на ракету получил Крест, — пояснил вурдалак. — Война - быстрый источник экспы, поэтому он, вероятно, достиг сорокового уровня и перешел в класс, ориентированный на верховую езду.

— Сорок, — повторил Базз Джелли, не так давно преодолевший этот уровень. Хотя он с удовольствием получил бы больше уровней [Космонавта], ему пришлось остановиться на [Артиллеристе]. Во время вторжения в Базза было направлено столько огнестрельного оружия, что слизь потом несколько часов выплевывала пули.

Вурдалак Жюль показал им точку на карте, а затем рисунок орка в дурацких доспехах. — Мы полагаем, что рядовой Молестия был загнан в угол и, если его не схватят, окажется в ловушке в восточном регионе. К сожалению, согласно нашим вампирским сведениям, этот район находится под контролем Франка Анарка, мелкого [хрономанта] и [жреца] Саблара.

— Он крадет принцесс! — прорычала Розовый Рейнджер, придя в ярость.

— А теперь он украл нашу слизь, — серьезно сказал Синий Рейнджер.

— Его Величество просил не оставлять ни одного приспешника, — сказал вурдалак. — Как его командир, я обязан спасти Молестию. Ничто не заставляет вас следовать за ним. Предупреждаю, что это может оказаться самоубийственной миссией. Принцесса Джоли скоро должна будет вернуться к Его Величеству, и поэтому у нас не будет подкрепления.

— Мы, рейнджеры-кобольды, умрем за свою страну. — Красный рейнджер кивнул. — И половина из нас так и поступила.

— Хорошо, потому что смерть - это всего лишь шаг в правильном направлении, — сказал вурдалак, его неживые глаза смотрели на каждого приспешника по очереди. — Поможете ли вы мне вернуть рядового Молестию его семье?

— Сэр, да, сэр! — сказали все рейнджеры разом.

— За империю! — поклялся Базз Джелли. — Молестия возвращается домой!

Проплутав до ночи по лесу вместе с домашним динозавром рейнджеров, приспешники остановились под сенью деревьев и улеглись у костра. Вурдалак Жюль удалился в темноту, молясь своей богине Камилле об успехе, а кобольды-рейнджеры зажарили кошку.

— Хочешь таракана с котом? — Повар, Желтый Рейнджер, предложил Баззу Джелли.

Слизь покачала своей крошечной головкой, ведь она питалась только разбитыми надеждами врагов Империи. Желтый рейнджер пожал плечами и протянул ногу Розовому рейнджеру. Бард с отвращением отступил. — Я не буду есть Сквики, — пожаловалась бард. — Лучше я буду голодать!

— Да ладно, это уже третий раз, когда мы съели твоего кота, —запротестовал повар. — Ты станешь худой и хрупкой, если будешь пропускать приемы пищи.

— Хотите еще одну ситуацию с шестым рейнджером? — спросил Синий Рейнджер у менестреля.

— Мы не говорим о шестом рейнджере, — ответил Черный рейнджер, глядя на своего товарища по команде. — Шестого рейнджера никогда не было.

— Шестой? — спросил Базз Джелли, и все рептилии смущенно отвели глаза. Так загадочно! — Но вас же пять!

— Это... — Красный Рейнджер покачал головой и побледнел, его дыхание участилось. — Это ужасная история.

— Это не наша вина. — Черный Рейнджер покачал головой, очевидно, погрузившись в воспоминания. — Это была война!

— Он был серебряным, — сказал Розовый Рейнджер. — Он был милым, но...

— Он был надоедливым, — вклинился Синий Рейнджер. — Можешь сказать это, он мертв.

— Его звали Скраппи, — сказал Красный Рейнджер Баззу Джелли. — В Эль-Гольдорадо леди Джоли доверила нам охрану заповедника принцесс, но рыцари продолжали прибывать. Поэтому мы наняли нового кобольда, чтобы он помогал нам в разведке. Мне показалось, что у него подходящий характер и цвет кожи.

— Мы говорили ему, что он должен сменить имя своего миньона на Серебряный, чтобы соответствовать теме команды, но он отказался! — крикнул Желтый Рейнджер, дрожа. — Он был невыносим! Непослушным! Всегда пытался занять место в центре внимания!

— Это был несчастный случай! — Черный Рейнджер, тем временем, все еще терялся в своих воспоминаниях. — Я не хотел... Я не хотел этого!

— В какой-то момент злобный человеческий оруженосец запер нас в пещере, закрыв выход валуном, чтобы сбежать с принцессой, — сказал Красный Рейнджер, глядя на поджареного кота. — Мы не могли выбраться.

— Мы провели несколько дней в пещере, пытаясь выкопать выход, — продолжал Синий Рейнджер. — Розовой приходилось петь нам ужасные песни, чтобы мы не упали без сознания от усталости. Но Скраппи... Скраппи не помогал, он только жаловался!

— Ты знаешь о пищевой цепочке? — спросил Красный Рейнджер у Базза Джелли, который послушно кивнул. — Мы составили список между собой. Кто первым пожертвует собой ради блага Императора. Мы никогда не думали, что сами будем это делать, но... мы умирали с голоду. Мы все посмотрели на Скраппи, и он понял.

— Мне, как нежити, не нужно было есть его, чтобы выжить, — признался Синий Рейнджер. — Но я ненавидел его. Я ненавидел его.

— Я всегда хотел узнать, каков я на вкус, но боялся попробовать. Он на вкус как телятина. — Желтый рейнджер посмотрел в глаза Баззу Джелли, его взгляд был полон ужаса. — Мы на вкус как телятина! Как скот!

— Он был милым, — у Розового рейнджера на глаза навернулись слезы. — Но он бегал недостаточно быстро.

— Это была война, — повторял Черный Рейнджер. — Это была война!

— Когда через несколько дней после этого лорд Грандрейк раскопал нас, не осталось ничего, из чего можно было бы вырастить Скраппи, — мрачно сказал Красный Рейнджер. — Даже костей не осталось.

...

— И это все? — спросил Базз Джелли, ожидая чего-то более впечатляющего. Это было частью курса Мурмурина, без всякого каламбура. Шоколадин рассказывала слизеринцу множество подобных историй. — Принцесса была спасена?

— О? — Красный Рейнджер кивнул. — О да, да, так и было. Лорд Грандрейк заманил оруженосца в ловушку с помощью фальшивого легендарного меча в камне. Они просто не могут устоять перед такими

— Как Экскалидад? — спросил Базз Джелли, сразу же очарованный этой частью истории.

— Это было немного по-другому, — объяснил Красный Рейнджер. — Представь себе мышеловку, только вместо сыра в ней меч. Сквайр попытался ее вытащить, и тогда…

Звук чего-то, брошенного рядом с костром, прервал беседу.

— Уважаемые живые и нежить, — сказал вурдалак, бросая среди приспешников парализованного гуманоида с белой кожей. — Посмотрите, кого я поймал, шпионящего за нами.

— Я не буду говорить! — кричал пленный двойник, связанный крепкими веревками и стоящий на коленях на траве.

— Мы знаем, что тебе известно местонахождение базы фей сопротивления, — сказал вурдалак безликому пленнику. — У нас есть способы заставить тебя говорить— .

— Я не буду! Что бы ты ни сделал со мной, Фрэнк сделает это дважды!

— Пощекочите его, — приказал Красный рейнджер, а Синий и Черный рейнджеры похвастались перьями додо. Они яростно защекотали ноги двойника, чтобы сломить его волю.

Но спустя тридцать минут гуманоид ни разу не рассмеялся!

— Луна! — Базз Джелли показал двойнику рисунок, который он нацарапал ртом и мелками, пробуя свой клей на допросе этого врага государства. — Луна!

— Что это, пейзаж свинцового цвета? — Оборотень пожал плечами. Вид Луны его не трогал.

— Проклятье, он был обучен методам допроса. Красный Рейнджер покачал головой. — У нас нет выбора. Розовая, достань банджо...

— Ты уверен? — Черный Рейнджер спросил своего лидера, немного испугавшись. — Он может не выжить!

— Я беру на себя всю ответственность, — сказал вурдалак. — Кроме того, мы можем воскресить его как нежить, если он умрет от шока. Розовый рейнджер, заставь его говорить.

— Какие песни мне играть? — спросил бард, угрожающе подняв банджо над рабыней-феей.

— [Реквием по личу], [Страсть Змея], [Вайнкерио и Виктория]. Если после этого он не заговорит, то уже никогда не заговорит.

Розовая Рейнджер прочистила горло, и ее товарищи-миньоны защитили уши руками. А Базз Джелли - нет, потому что у него не было рук.

Слизь прислушалась, когда бард начал трио песен: сложная музыка, сложные слова. Базз Джелли был слишком мал, чтобы понять их понять. Не зная ни биологии млекопитающих, ни биологии рептилий, слизеринец не уловил большинства слов.

Они звучали отвратительно.

Даже когда песни погружали мир в непроглядную тьму, двойник упорно сопротивлялся, оставаясь безмолвным, как могила. В итоге Розовая Рейнджер закончила свое выступление без жертв.

Это первый случай в истории ее музыки.

— Он может сопротивляться пению Розовой, — прокомментировал Синий Рейнджер, удивленный психической устойчивостью раба. — Какая железная воля.

— Полагаю, он просто лишил себя слуха, — заметил вурдалак. — Это проблема оборотней...

Базз Джелли задумался, а затем нашел решение: один из своих наименее используемых перков. — [Элдрич Зонд]!—

В пространстве открылся разлом, и из него выплыла инопланетная яйцеобразная машина. Существо напомнило Баззу Джелли кальмара: под его днищем извивались металлические щупальца, каждое из которых заканчивалось лезвиями или острыми когтями. В центре конструкции мигал один стеклянный глаз, сканируя группу.

— Вхожу в режим общения с низшими существами. — Голос зонда перешел на веселую запись. — Тонкая снисходительность: доброе утро, углеродные формы жизни! Мы пришли с миром!

— Ты можешь заставить этого двойника говорить? — спросил Красный Рейнджер, удивленный странным видом этого существа.

— Радость: определение местоположения зонда. Вставляю зонд в отверстие. — Яйцеобразное тело машины открыло металлическую руку с острым предметом на конце. Она попыталась засунуть его в лицо двойника, но безуспешно. — Разочарование: первичное отверстие отвергнуто. Энтузиазм: обнаружено второе отверстие, пожалуйста, займите позицию.

— Эй, что ты... — Щупальца зонда перевернули двойника на грудь, обнажив его спину.

— Едва сдерживаемый садизм: положение принято, — прожужжал [Зонд Елдрича], выравнивая свой странный механизм по бесполезному пустому пространству между ног двойника. — Безудержный садизм: подготовка к введению.

— Подождите, подождите, остановитесь! — запаниковал двойник. — Я заключенный, у меня есть права!

— Командир, мы подписали какую-нибудь конвенцию о военнопленных миньонах? — спросил Красный Рейнджер, явно обеспокоенный процессом допроса. Очевидно, он не понимал, что у повстанцев нет прав!

— Да, но мы его не уважаем, — непринужденно ответил упырь. Казалось, ему было интересно, что произойдет дальше.

— Жестокое ликование: начало насильственного введения.

— Нет, подождите, я расскажу! — взмолился двойник, прежде чем зонд успел коснуться его. — Я расскажу вам все!

— Стоп! — приказал Базз Джелли, и машина прервала процесс зондирования.

— Разочарование: процедура прервана? — зонд сменил мелодию, болтая острым предметом, как конфеткой. — Наглая ложь: это совсем не больно.

— Фрэнк загнал слизеринца в угол в старом храме! — После этого двойник закричал еще сильнее: — Проблема в том, что слизь заняла снайперскую позицию с украденным арсеналом, и мы не можем подойти, не получив пулю, а когда мы посылаем призывы на разведку, она делает с ними детей! Зная Фрэнка, он наверняка скоро взорвет это место!

— Нельзя терять времени, — сказал Красный Рейнджер, показывая фее-троллю приблизительную карту местности. — Где этот храм?

Когда двойник рассказал им обо всем, зонд попятился назад, явно разочарованный. Базз Джелли решил подбодрить его. — Скоро большая битва! — сказал слизеринец. — Нужна помощь!

— Надежда: убийство неполноценных форм жизни - моя радость в жизни. Политически корректное извинение: Я не считаю, что углеродные формы жизни по своей природе неполноценны. Некоторые из моих лучших друзей - углеродные.

— Спасибо за помощь, мистер Джелли, — поблагодарил слизеринца вурдалак, пока рейнджеры продолжали допрос, заставляя слизеринца падать в обморок от гордости. — Скажи мне, почему ты вступил в V-армию?

— Я патриот! — Базз Джелли кричал с национализмом. — Лучшая империя!

— Ты хороший слизеринец, — ответил Жюль. — Это правда, что Империя V&V - самая прогрессивная страна в мире. Благодаря ей я снова стал мечтать. После того как Вайнкер разрешил использовать труд нежити, я больше не мог сидеть сложа руки и смотреть, как паладины Гардмейн распространяют свой заговор Негатива, понимаешь?

— Негативный заговор? — спросил Базз Джелли. Это звучало очень серьезно!

— Они пытаются оклеветать Неживую промышленную революцию, выбрасывая в атмосферу огромное количество Негативной энергии, — пояснил вурдалак. — Они говорят, что это мы, нежить, негативно влияем на окружающую среду, потому что угрожаем их монополии на жизненную сущность.

— Жизненную сущность?

— Паладины могут исцелять только живых существ, а нежить они этим вредят. Когда большинство людей и искателей приключений живы, это делает их бесценными. Но что будет, когда все станут нежитью? Думал ли ты об этом?

Базз Джелли покачал своей крошечной головой. Все это звучало так сложно, а Джелли был солдатом, а не мыслителем. Может быть, это связано с «эльфо-капитало-буржуазным заговором», о котором все время твердили гномы.

— Паладины - думали, — сказал упырь. — Леди Камилла тоже. Поступай, как она: когда паладин предлагает тебе свою жизненную сущность, отказывай ему. Скажи «нет» .

— [Паладин] нет. — Базз Джелли кивнул. — Нежить - да.

Вурдалак погладил слизеринца по голове, как хороший солдат.

Прячась за деревьями и кустами, миньоны наблюдали за вражеским лагерем.

Поскольку приближение требовало скрытности, имперские солдаты оставили динозорда позади, а вурдалак Жюль защитил их заклинаниями иллюзии. Оставив двойника, они незаметно продвигались по лесу и достигли окраины старого каменного храма, построенного посреди поляны.

Рядовой Молестия соорудил перед зданием баррикаду из деревьев и трупов фоморских боевых зверей. Группа из двух десятков орков, вооруженных до зубов и носящих символы бога червей Саблара, осаждала территорию.

— Это Фрэнк Анарк. — Красный Рейнджер указал на предводителя орков, высокого гуманоида в тяжелых доспехах. Он был большим и страшным, как и все повстанческие отморозки. — Мы можем взять его.

— Придется, — ответил вурдалак, наблюдая за действиями солдат лагеря. — Они явно собираются начать штурм.

[Элдрич Зонд], который следовал за Баззом Джелли, подбадривал их. — Пассивная агрессивность: вы замечательные люди, было бы жаль, если бы кто-то из вас трагически погиб.

Тем временем орки потеряли терпение, и Фрэнк Анарк подтолкнул одного из своих приспешников вперед. Слабый вражеский приспешник прочистил горло, и рядовой Молестия выглянул из-за баррикады.

— Сдавайся, слизь! — крикнул приспешник орков в храме. — Ты окружен!

— Никогда не сдаваться! — Молестия перепрыгнул через баррикаду и выпустил пулю в армию, каким-то образом владея винтовкой, хотя у нее не было рук. Приспешник орка был вынужден укрыться. — Первая кровь! Первая кровь!

Орки ответили стрелами, а рядовой Молестия спрятался за баррикадами.

— Как тебе удается задерживаться из-за слизи? — Фрэнк Анарк набросился на своего подчиненного. — Мы должны подняться на борт [Кром Круаха] в течение шести часов, иначе все мы останемся на мели! Ты хочешь пропустить салют с VIP-мест?!

— Я, я не знаю, сэр!

— К черту все, я выведу танк! — Лидер зарычал и скрылся в большом шатре

Базз Джелли не знал, что такое танк, но звучало это потрясающе.

— Это плохо, — сказал Красный Рейнджер, обращаясь к вурдалаку Джулсу. — Что нам делать, командир? Без потерь мы не пройдем.

— Базз Джелли, спасайте и эвакуируйте рядового Молестию, — приказал вурдалак, а затем повернулся к рейнджерам. — Приведите динозавра, а я тем временем отвлеку их. Как бы то ни было.

— Спасите Молестию! — Базз Джелли выскочил из укрытия. — [SpaceZ]!

Активировав свой перк, слизь ускорилась, превратившись в неудержимое пушечное ядро. Прежде чем орки успели отреагировать на появление новичка, Базз Джелли пролетел сквозь них со скоростью пули, разорвав одного гуманоида на кровавые ошметки, а затем прошел сквозь баррикады. Он приземлился прямо за ними, проделав небольшую дыру в защите.

— Джелли! — Рядовой Молестия обрадовался, увидев своего друга. Розовый растлитель дышал своим маленьким ртом странной огненной палочкой, держа винтовку наготове. — Пришел!

— Друг! — радостно ответил [космонавт], глядя на палку. — Что это?

— Последняя сигарета, — грустно ответил Молестия, выпуская дым из своего крошечного рта. — Низкое HP. Не выживу.

— Семья ждет! — Базз Джелли пытался подбодрить своего собрата. — Сражайся за них! Сражаемся вместе!

— Это не ваша битва! — запротестовал Молестия, готовый в последний раз выступить за свою страну. — Задержитесь! Спасите Джелли!—

— Нет! Ты друг!

Мощный взрыв разнес баррикаду, отбросив обоих слизеринцев назад.

Когда Базз Джелли пришел в себя, защитный барьер уже рухнул, и вражеские орки отступили, уступив место огромной машине. Она выглядела как куб из металла со странными округлыми колесами и стальным хоботом, выходящим сверху.

Железный слон!

— Поприветствуйте моего маленького друга! — раздался голос Фрэнка Анарка изнутри машины. — [Повышение ловкости], [Ускоренное ускорение]!

Огромное транспортное средство неслось прямо на них, двигаясь с невероятной для такой громадины скоростью.

— Оставьте Джелли! — Молестия запаниковала, не в силах отпрыгнуть в сторону. Розовая слизь стала совсем пудовой от шока!

— Несем тебя домой! — настаивал Базз Джелли, с силой неся вторую слизь на спине. — В Дронтолэнд!

Космонавт отпрыгнул в сторону, увернувшись от очередного снаряда, и выбежал из храма на поляну. Танк преследовал их на огромной скорости, круша деревья и миньонов в своем безумном бешенстве, а его металлический ствол выпускал снаряды в убегающих слизней.

Вурдалак смело вступил в схватку, словно впитывая хаос, и обрушил некромантический шторм на вражеский лагерь. Орки падали замертво, а потом воскресали в виде нежити, образуя вокруг некроманта оборону, а [Элдрический зонд] вступал в бой.

— Притворная приветливость, — заявил вызванный союзник Базза Джелли, угрожая вражеским миньонам своими щупальцами. — Я с нетерпением жду, когда смогу досконально изучить вас сегодня.

Оркские приспешники тут же окружили их, и в лагере воцарился хаос.

Базз Джелли продолжал бешено мчаться вперед, а вокруг ветерана Луны гремели взрывы. Деревья разлетались на куски, а земля под ними превращалась в дымящиеся кратеры, когда с неба падали снаряды. Машина не обращала внимания на вурдалака, полностью сосредоточившись на уничтожении слаймов.

Но как бы быстро Базз ни прыгал, он не мог обогнать танк, в котором находилась еще одна слизь. — Недостаточно быстро! запаниковал рядовой Молести. — Джелли уходи!

— Никогда! — Базз ответил, меняя тактику. Он добрался до дерева, которое еще стояло, и переместил Молестию за него, чтобы укрыться. — Оставайся там! Бей его!

— Самоубийство!

— Герои никогда не умирают! Пообедаем в Хэппиленде! — хвастался Базз Джелли. Крошечная слизь закрыла глаза, подумав об Экскалидаде и его клейких братьях и сестрах, которые ждут ее дома, а затем бросилась в бой.

Желе столкнулось с металлическим монстром, который мчался прямо вперед. — [SpaceZ]! — крикнула слизь, превращаясь в пулю. Мир вспыхнул ярким светом, когда [Космонавт] на полной скорости устремился к толстой шкуре танка.

Что произойдет, если пуля из металлической слизи попадет в машину, в двести раз превышающую ее по размерам?

Он отскочил назад.

Базз Джелли упал на землю, как подпрыгивающий мячик, а из двух крошечных отверстий в передней части танка вырвались струи огня. Металлическая слизь вздулась и защитила дерево, за которым спрятались ее собратья, поглощая жар.

Танк выстрелил в желе один раз, потом два, и снаряды нанесли ему тяжелые повреждения. Но слизь мужественно терпела боль.

Миссия заключалась в спасении рядового Молестии, и Базз Джелли не подведет! Армия V&V рассчитывала на это!

Когда танк приготовился еще раз взорвать его своим хоботом, космонавт наконец увидел возможность. Используя [SpaceZ], Базз Джелли снова запустил себя в большую машину. На этот раз он нацелился на пушку, пробив ее.

KABOOM!

От взрыва Базз Джелли ударился о кору дерева, а снаряд танка взорвался в середине пушки. Металлический ствол превратился в стальные ошметки, и машина покатилась от полученных повреждений.

Базз Джелли скорчился на траве, тяжело раненный и с трудом передвигающийся.

— Переверните его! — приказал Фрэнк Анарк изнутри машины. — Переверните его и отправьте в загробный мир Японии!

Базз Джелли беспомощно смотрел вверх, когда семидесятитонная машина устремилась прямо на него. После стольких приключений и множества неизведанных миров это был конец. В его голове промелькнула семейная фотография его слизевой семьи, и [Космонавт] приготовился закрыть глаза и ждать рокового крушения.

Розовая слизь прыгнула перед Баззом Джелли, борясь с собственными ранами, но не желая сдаваться.

— Нет! — крикнул Базз Джелли. — Беги!

— Защищаю тебя! — Рядовой Молести ответил, мужественно глядя на танк и прикрывая своего товарища. — За империю!

Оба слизня столкнулись со смертью: металлический титан готовился перевернуть их.

Триумфальный крик динозавра разнесся по лесу, как победные трубы.

Ломая деревья под своими огромными лапами, золотистый брахиозавр, которого оседлали рейнджеры-кобольды, топтал все деревья на своем пути. Чудовище набросилось на танк сбоку, а Розовый Рейнджер запела «Гимн клада» , чтобы придать ему сил.

БАМ!

Динозавр на полной скорости врезался в танк и тот разлетелся на куски! Металлические детали и экипаж орка разлетелись, когда их машина взорвалась в ничто.

— Что за...

Динозавр схватил Фрэнка Анарка пастью в полете, прежде чем орк успел закончить фразу, набрал обороты своей длинной шеей и швырнул [Хрономанта] к горизонту.

Орк взлетел к небесам, словно ракета-меч, но ему не хватило меча, чтобы достичь луны. Вместо этого он упал и разбился еще дальше в лесу Прайдена.

Тем временем вурдалак в одиночку расправлялся с орками с помощью некротических взрывов, воскрешая мертвецов в нежить. Эльдрич-зонд преследовал трусливых ратников, нацелив на них свою острую штуковину. — Цель: вы существуете, чтобы умереть!

Почувствовав, что раны затянулись, а адреналин покинул тело, рядовой Молестия рухнул на спину.

— Молестия! — Базз Джелли бросился на помощь своему товарищу, не давая [Розовому растлителю] превратиться в лужу. — Ты в порядке?

— Жив, — ответил другой слизеринец, улыбаясь. — Нужна сигарета. И проститутки.

В итоге только вурдалак Жюль остался недоволен результатом.

— Это было самоубийственное задание, — сказал вурдалак, разочарованно скрестив руки. — Но никто не погиб!

Темнейший час

Пока ракеты взрывались в небе, Виктор наблюдал, как в небесах появляется новое солнце. Солнце золотого света, содержащее мощный взрыв, в центре которого находился дракон.

Он ярко вспыхнул, а затем разлетелся на осколки, эхо взрыва разнеслось по атмосфере, и все стекло на многие мили разом взорвалось. Море покрылось рябью, а небо очистилось от туч. Небеса стали багровыми: погодный эффект Кром Круаха превзошел эффект Виктора.

С неба упала дымящаяся фигура, похожая на падшего ангела.

Вайнкер.

На секунду показалось, что мир на мгновение остановился. На поле боя воцарилась тишина, все замерли в благоговении перед взрывом, жертвой Вайнкера и падением дракона.

[Символ надежды] превратился в отчаяние! -6 к STR, VIT, AGI, CHA и LCK!

— За ним! — приказал Виктор своей лошади, спешиваясь и забывая обо всем на свете. Лошадь переключила внимание и помчалась так быстро, что Эллисон едва удалось избежать того, чтобы ее сбросили с нее. Вскоре Вайнкер упал бы на берег. — Быстрее!

— Я пытаюсь! — жаловался его Кошмар.

— Не пытайся, а делай! — Виктор активировал [Ралли Миньона], чтобы заставить лошадь ускориться, и мир стал размытым. Эллисон прижалась к его спине, в то время как далекая форма Вайнкера упала на землю.

Тем временем Кром Круах продолжал свое восхождение, колоссальная ракета стремилась к солнцу. Шок от падения Вайнкера рассеялся, и драконы, и смертные вернулись к сражениям. Грандрейк собрал стаю древних массивных змеев, чтобы атаковать замок напрямую, за ними последовали гномьи летающие машины и пегасы Гардмейна.

Грандрейк и могучие драконы обстреляли крепость из своего дыхательного оружия, выпустив разрушительный поток молний, пламени, льда, камней и всех известных драконьему роду стихий. Большинство этих чудовищ по силе соперничали с Вайнкером до того, как он вошел в Систему, а пегасы Гардмейна помогали им заклинаниями и баффами.

Их удары отскакивали от барьера, защищающего замок, как вода, разбивающаяся о гору.

Никто не обладал достаточной огневой мощью, чтобы пробить щит.

— Ваш чемпион пал. Это конец.

Голос Одиуз, доносящийся из замка. Ее слова, наделенные магической силой, разнеслись по полю боя; это была последняя речь перед Армагеддоном.

— Менее чем через два часа мой замок достигнет верхних слоев атмосферы этого мира и заслонит солнце над вашей головой. Мои стрелы света обрушатся на все ваши города по всему Аутремонду. Мурмурин, Ноблекур, Оногоро, Кукулькан... все они будут стерты с лица земли испепеляющим светом. В одно мгновение они исчезнут, оставив после себя лишь пыль. Они перестануть существовать.

Виктор не обращал внимания на ее безумные бредни, хотя многие люди вокруг него потеряли надежду: кобольды дрожали от страха, гардмейнские солдаты стояли неподвижно, как статуи, слаймы собирались в тесные группы в страхе.

Другие, такие как Грандрейк и драконы, оказались слишком упрямыми, преследуя замок и продолжая штурм, но летающая крепость продолжала свое восхождение и вскоре опередила их.

Не обращая внимания на все остальное, визирь бросился к месту падения Вайнкера.

— Океаны будут кипеть. Кожа Земли будет опалена, пока ее расплавленная кровь не хлынет со всех гор мира. Низшие расы закричат разом, а затем все умолкнут; радиоактивные облака будут душить выживших, пока не погаснет последняя жалкая жизнь. Прижимайте к себе своих любимых, ибо скоро вы присоединитесь к ним в моем животе. Я буду пировать вашими душами и разобью двери Валгаллы, а мои сородичи отвоюют этот мир из вашего пепла. Это будет конец низших рас... и новое начало для фоморов.

— Мы - фоморы! — хвасталась Одиуз. — Мы - главная раса! Высшие хозяева мира!

Нуарсер резко остановился у края кратера посреди песка. Вокруг него собрались миньоны, от Шарлин до Малфи, но никто не осмеливался войти в него.

Эллисон наложила на группу заклинание [Массовая защита от ядерного излучения], и Виктор спрыгнул с лошади как раз в тот момент, когда заклинание начало действовать. Он бросился внутрь кратера, к своему лучшему другу.

Это зрелище привело Виктора в ужас.

Доспехи клада, как могущественный артефакт, пережили ядерный взрыв, хотя и раскалились настолько, что превратили песок под ними в стекло. Пси-камни и корона, которую носил император, испарились, а кольцо на его пальце вплавилось в броню.

Но дракон, скрывавшийся под регалиями, был сварен заживо. Его чешуя испарилась, глаза высохли. Гноящаяся плоть была выставлена на всеобщее обозрение вместе с высохшими венами.

Рядом с Камиллой Виктор мог видеть кости. Кости Вайнкера!

Однако трупное чудовище все еще дышало, слишком упрямое, чтобы умереть.

— Он все еще жив, — сказал Виктор, тревожно дыша, и дриада присоединилась к нему вместе с Малфи, Шарлин и несколькими другими элитными людьми, защищенными от радиации.

— Он умирает — Элисон побледнела, ужаснувшись состоянию дракона. — Радиация...

— Барнабас. — сказала Шарлин, защищаясь от солнца зонтиком. — Когда он разрабатывал броню, то на всякий случай добавил под золото скрытые свинцовые листы. Возможно, они уменьшили урон от ядерного оружия.

Виктор сомневался, что это имело какое-то значение: Вайнкер был настолько силен, с таким количеством HP и жизненной силы, что ему удалось выстоять после этой разрушительной атаки. Точно так же, как однажды он выдержал мощный [Рагнарок] Вотана.

Но почему дракон не регенерирует? Виктор подошел ближе, чтобы активировать свои самые полезные способности.

— Мелл Одиуз прокляла ракеты, — запаниковал Виктор. — Мои перки не могут его исцелить!

— [Милость Кибелы]! — Эллисон выпустила свое самое мощное исцеляющее заклинание, но и оно не смогло обойти подавляющую силу Мелл Одиуз.

— Вайнкер! — Гениалиссим, двоюродный брат Вайнкера, летел к своему родственнику. Хлопая крыльями, он разбрасывал песок во все стороны, пока его собрат боролся за жизнь. — Кузен! Миньоны, помогите мне наложить на него заклинания!

Все, кто мог произносить заклинания, немедленно делали это с такой же решимостью, как и сам Гениалиссим.

К отчаянию Виктора, ничего не помогало.

Вайнкер выдыхал все медленнее и медленнее, как огромный кит, ожидающий смерти на берегу.

Темный эльф Кевин в панике телепортировался среди них. — Все, у нас нет времени! Вы слышали Одиуз, у нас есть только короткий промежуток времени, чтобы разбить этот замок, или мир сгорит в огне! Я телепортирую столько летунов, сколько смогу, поближе к щиту, а если меня прикроют огнем, возможно, я смогу открыть...

— Я не оставлю своего лучшего друга умирать! — Виктор зарычал в ответ, прерывая его.

— Мир...

— Он - мой мир!

Эта вспышка застала всех врасплох, заставив даже Кевина замолчать.

— Большую часть, — добавил Виктор. Он все еще будет сражаться, чтобы защитить своих детей и близких от надвигающегося апокалипсиса, но Вайнкер... — Я не оставлю его. Помоги или уходи.

Темный эльф оскалился в ответ, но ничего не сказал. Он понимал, что, поскольку Киа на некоторое время выбыла из строя, он не может позволить себе отправиться на поле боя без всех воинов [эпического] уровня.

— [Разъединение]! — Виктор произнес самое могущественное заклинание, способное снять проклятия.

— [Пожиратель магии]! — Кевин помогал ему неохотно, хотя и старался сократить радиус действия до Вайнкера и не накладывать дебафф на всех остальных. Но даже антимагическое заклинание, поставившее Акхенапепа на колени, не смогло одолеть проклятие Мелл Одиуз. — Мне очень жаль. Оно слишком сильно, даже для меня.

— Должен же быть какой-то выход! — запаниковал Виктор. —Заклинание, артефакт...

— Виктор.

Голос Камиллы прервал визиря.

Перед ним предстали богиня, Митра, Леоне, Шут Смерти, Шеша, Лунный человек... титаны, затмевающие своим присутствием даже драконов; Эллисон и Роло склонились перед Кибелой, а вся гардеманская армия - перед Митрой и Леоне.

В самом деле, явился почти весь пантеон, и Виктор узнал единственное божество, с которым еще не встречался, - белого оленя Изенгрима. Присутствовала Сенг, причем трезвая, и только Саблар отсутствовал на этом сборище.

Ничто так не объеденяет людей, как конец света.

— Вы можете это остановить? — взмолился Виктор, но его надежды тут же развеялись.

— Если мы будем действовать напрямую, например, исцелять Вайнкера, Саблар опустошит сам Аутремонд землетрясениями и излучениями, — мрачно ответила Кибела. — Он нанесет такой же ущерб, как и Одиуз, если не больше.

— Это в руках смертных, — ответила Камилла, явно расстроенная: даже ее любимая нежить не переживет последующего ядерного уничтожения. — Мы не можем ничего сделать, кроме как поддержать их.

— Говори за себя, — сказал Митра, глядя на Виктора. — Ты уже повысил уровень?

— Нет, но...

Митра не дал визирю договорить, подняв руку. Мгновенно на его шее и шее Элисон появилась метка.

Подумайте только, она появилась на шее у каждого. У каждого солдата, у каждого монстра, у любого существа, кроме дракона. Даже Шарлин, вампирша, которую Митра ненавидел, получила метку Избранного.

— Черт возьми, Саблар, ты заставил меня согласиться с Митрой! — сказал Дезджестер, нехотя накладывая свою метку на нескольких человек, включая Шарлин. Остальные боги, увидев, что два врага пришли к согласию, последовали их примеру.

— Прокати меня для моего избранника! — попросил Дайс у Лунного Человека. — Молись за двадцать!

— Новый ждет, — загадочно ответил Лунный человек.

— Продажи для всех, — сказала Шеша, явно недовольная таким поворотом событий, но соглашаясь участвовать.

— Я должен был сделать это давным-давно! — сказал белый олень, нанося свой знак на плечо Виктора, как и на плечо Эллисон. — Защити мою жрицу и сделай ее счастливой!

Даже Леоне присоединилась к групповым усилиям и передала свой знак Виктору, хотя явно ненавидела его.

У них были такие кости.

Поздравляем! Вы заработали персональные перки [Избранный Митрой], [Избранный Изенгримом] и [Избранный Леоне]!

[Избранный Митрой]: Когда вы повышаете уровень, у вас появляется дополнительный 10-процентный шанс получить очко харизмы или силы. Вы также невосприимчивы ко всем эффектам [Огня] и [Святости], кроме тех, что вызваны Митрой или его слугами.

[Избранный Изенгримом]: Когда вы повышаете уровень, у вас есть дополнительный 10-процентный шанс получить очко HP или ловкости. Вы можете говорить и понимать [зверолюдей], и они всегда благосклонны к вам.

[Избранный Леоне]: Когда вы повышаете уровень, у вас появляется дополнительный 10-процентный шанс получить очко жизненной силы или навыка. Вы получаете 30-процентный бонус к опыту, когда завершаете квест или убиваете монстра.

Поздравляем! За то, что вы доказали, что являетесь коллективной шлюхой аутремондийского пантеона, и победили Акхенапепа верхом на лошади, вы получили три уровня в [Всаднике хаоса] и два уровня в [Злобном Воре]! Вы получили классовые перки [Бледный всадник], [Всадник Аида] и [Знак ведьмы]!

+150 HP, +10 SP, +4 STR, +5 VIT, +4 SKI, +5 AGI, +3 INT, +5 CHA, +3 LCK.

[Бледный всадник]: Вы и ваш конь получаете иммунитет к [Мгновенной смерти]; пока вы верхом, каждое враждебное существо, смотрящее на вас, должно успешно пройти проверку на харизму или получить [Некрофобию]. Вы можете увеличить свою конюшню монстров на два.

[Всадник Аида:] Пока вы сражаетесь верхом, ваш конь не умирает, если его HP доведено до 0; вместо этого он продолжает подпитываться вашей жизненной силой, а весь дополнительный урон, который он получает, переходит к вам. Если вы сойдете с коня, пока его HP остается на уровне 0, или погибнете сами, он умрет мгновенно. Вы можете пометить неограниченное количество монстров в качестве своих лошадей.

[Знак ведьмы]: во время акта страсти с желающим существом вы можете пометить его демонической багровой меткой. Пока он носит метку, цель получает бонус к харизме, равный вашему уровню [Злобный вор], и доступ к школе заклинаний [Дьяволизм]. У одного существа может быть одновременно активна только одна [Ведьмина метка]. Пока эффект сохраняется, вы можете телепатически общаться с объектом на любом расстоянии и использовать на нем заклинания [Сон] и [Эмоции] без проверки. Метка может быть снята только мощным заклинанием [Молитва] или вашей собственной волей.

Недостаточно. Недостаточно!

— А как насчет драконов? — спросил Виктор, заметив, что ни один из вирмов не получил метку. — Заявите о них!

— Мы... не можем, — признался Митра.

— Это запрещено, — добавила Камилла.

— Кем? — спросил Виктор, боги остались немыми. Он повернулся к Шеше. — Ты можешь исцелить Вайнкера и не выходить за рамки своего глупого божественного договора!

— Виктор, стоимость...

— Все, что у меня есть! — заявил Виктор. — Моя жизнь! Я продам свою душу!

Шеша покачала головой с мрачной покорностью.

Как бы это ни пугало Виктора, боги сделали все, что могли.

— Все, — прочистил горло Кевин, в то время как Гениалиссим готовилась к неохотному взлету. — Время на исходе.

— Я... всем приготовиться к экстренной телепортации, — сказал Виктор своим подчиненным. — Я... я останусь с ним.

— Виктор... — Эллисон попятилась.

— Я присоединюсь к вам, — сказал визирь, не сводя глаз с Вайнкера. — Иди!

Все обменялись взглядами, а затем разошлись: либо бежать за Кром Круахом, либо готовиться к телепортации. Даже Гениалиссим ушел, хотя и бросил последний взгляд на кузена, оставив визиря наедине с умирающим Вайнкером. Боги растворились в воздухе, возможно, чтобы проведать Саблара, хотя Камилла перед возвращением на небеса ненадолго положила руку на плечо Виктора, чтобы утешить его.

Виктор рухнул на колени, оставшись рядом с умирающим другом.

Вайнкер видел сон.

Это был сон в кромешной тьме, как ночь без звезд. Было холодно, холоднее, чем в самом жестоком из Зимних королевств. Это был сон без звуков, без картинок, без тепла.

Мечта о свинце.

Тьма звала его. В конце дракона ждала холодная пустота, обещающая уничтожение.

Это была... смерть?

Именно так ощущалась смерть? Ужасно? Одинокой? Пустой?

Его приспешник уже не раз проходил через это... И все же, когда его разум растворился в небытии, дракон почувствовал странное умиротворение.

Еще два года назад старый Вайнкер рычал бы и ревел от злости; не то чтобы он рисковал жизнью ради спасения своих слуг, его не волновала бы жестокость Одиуз. Он бы дремал, собирал золото и смотрел, как горит мир, скучая лишь по скоту.

Какая-то часть его души считала, что его приспешники сделали его мягким.

Другая считали, что это сделало его лучше.

Вместо того чтобы почувствовать ярость от такого поворота событий, Вайнкер ощутил... ничего? Как в тот краткий миг, когда он впал в спячку; краткий миг, когда его сознание отключилось.

Вот только пробуждения после этого не будет. Дракон знал это глубоко внутри себя. И его это вполне устраивало.

Вайнкер собрал величайший, красивейший клад в мире и умер, чтобы защитить его. Как и положено настоящему дракону. Он спас своих сородичей и слуг от смерти и дал им шанс продолжить борьбу.

Вайнкер уже давно смирился с тем, что может умереть. Он больше не боялся смерти, пока она имела значение.

Он надеялся, что с его племянницей, кузиной и главой персонала все в порядке. Он надеялся, что все его приспешники выживут. Они были сильны, они были его.

— Пожалуйста, Вайнкер...

Голос его приспешника.

Это было лишь далекое эхо, слабое, но отчетливое.

— Ты должен быть непобедимым!

Так и было! Вайнкер съел тысячи людей, и в конце концов ни один не смог превзойти его в битве. Даже Вотан Драконоборец не смог довести дело до конца.

— Пожалуйста, не уходи...

Если бы Вайнкер исчез сейчас, погрузившись в темноту, он бы ни о чем не жалел. С каждой секундой тяга становилась все сильнее, жизнь ускользала. Смерть была ужасной, но странно спокойной.

— Ты сделал меня кем-то, — умолял его приспешник. — Я был неудачником, пока не наткнулся на твою пещеру, и если бы тебя там не было... я бы остался таким же. Ты так часто спасал меня... ты спасал так много людей, так много раз...

Тело Вайнкера давно онемело, но на мгновение он почувствовал, как в нос ему потекла теплая жидкость. Она пахла солью.

Слезы.

Его глава персонала плакал по нему.

— Пожалуйста... — умолял Человечек Виктор. — Я не думаю, что смогу продвинуться дальше без тебя... Я... я просто помощник. Сколько бы людей ни думали иначе... именно ты всегда двигаешь все вперед.

Ну, да. Это была работа дракона.

— Я должен был умереть...

Миньон, ты уже слишком много раз умирал.

Каждый раз это обходилось Вайнкеру в целое состояние!

— Мы дали обещание достичь Вальгаллы вместе... пожалуйста...

Вальгалла?

Абсолютная вершина мира. Наивысшая честь, которую может оказать созданная драконами Система.

Он обещал своему приспешнику, что вместе они действительно станут богами... и Вайнкер не был лжецом.

Когда жалкие слова его друга отдавались эхом в пустоте, в памяти Вайнкера вспыхнули воспоминания. Они вернули его к первой личной встрече со смертью в Нагастане. Тогда он столкнулся в бою с мерзким Одиузом.

Настоящий дракон не трусит перед лицом смерти.

Настоящий дракон смотрел на нее во все глаза, а потом дышал на ее жалкое лицо!

Нет, нет, он не мог позволить себе упасть в эту темную бездну! Он был Вайнкером Рыцареубийцей, Первым в своем имени, Великим Бедствием Эпохи, Защитником Клада! Император Мурмурина, Ишфании и Альбайнских гор! Покоритель Порта Вайнкер, Эль Голдорадо и Тейкоку!

Воспоминания Вайнкера вспыхнули с того самого момента, как Человечек Виктор разбудил его. Он вспомнил уничтожение Скорчеров и Войну кладов; оба поединка с Брандоном Мором и завоевание Ишфании; битву с големом в Зимних королевствах и уничтожение Батлинга Лавера; он победил Вотана Драгоноборца, приручил Тараска и отправил Мелл Одиуз в бега!

Сама земля склонилась перед его волей!

Даже если бы он мог умереть... он отказался бы!

Он дал обещание, и так много людей рассчитывали на него!

Тьма медленно отступала, сменяясь странным белым пространством, когда Вайнкер усилием воли заставил себя ожить.

Чувства снова заполнили его тело. Прежде всего острая, неописуемая боль; зуд, намного хуже, чем все, что он когда-либо испытывал, повсюду! Даже глазам было ужасно больно!

Если говорить о его глазах... белизна медленно сменялась темно-серыми очертаниями. Солнце, тень замка, бронированное лицо.

— Ты загораживаешь солнце, — сказал Вайнкер своему приспешнику, когда его глаз восстановился настолько, что мог видеть цвета.

— Черт! — Его приспешник обхватил его за шею, слезы текли по шлему. — Черт! Я думал, тебе конец!

— Друг Виктор, история этого мира - моя история, — с гордостью заявил Вайнкер. — Конечно, она не может закончиться так!

— Не шути так! — Его приспешник схватился за косу, вытирая слезы.

За то, что вы выдержали три ядерные атаки, чтобы спасти своих подданных и вернуть себя к жизни, вы заработали три уровня в [Король-рыбак]! Вы получили перк класса [Авалон].

+90 HP, +60 SP, +2 STR, +6 VIT, +3 SKI, +3 AGI, +2 INT, +3 CHA, +1 LCK.

[Авалон]: Техника, 100 SP, длительность 10 минут. Вы испускаете завесу шириной в сто футов, защищающую вас и вашего союзника от всех негативных недугов.

— Я не шучу, Виктор, — ответил дракон, и его кости обрели плоть. Он начал подниматься на ноги, его когти топтали землю.

Его человечек сделал короткую паузу, отступив назад в замешательстве. — Вы забыли про человечка, или миньона, ваше величество.

— Я не забыл, — ответил Вайнкер. — Виктор, ты был мне не просто приспешником или даже главой персонала. Ты был моим самым верным другом. Одной из половин V&V. Мы двое - лишь половинки единого целого; грозные по отдельности, непобедимые вместе. Никто не заставлял меня гордиться тобой больше, чем ты.

— Ваше Величество...

— Вайнкер, — ответил дракон. — С большой В. Я вижу разницу.

Его друг поднял глаза, пораженный такой честью, затем кивнул. — Вайнкер, мы летим к замку?

— И да, и нет. — Вайнкер покачал головой, когда его чешуя наконец отрастала, возвращая ему здоровье. — Сегодня мы сразимся в последний раз, так или иначе... так что давай сражаться как один, как и было задумано.

Вайнкер расправил крылья, как только они достаточно восстановились, чтобы нести его.

— Поднимайся.

В своем тронном зале в сердце Кром Круаха фея Мелл Одиуз покоилась на троне в человеческом обличье, изнывая от разочарования. Экраны над ее головой показывали каждый город мира, каждую цель для ее последнего буйства. Скоро она будет лично наблюдать за концом всего живого на Аутремонде, кроме фоморов; точно так же, как она с восторгом наблюдала за самоубийственным падением Рыцареубийцы.

Это должен быть момент восторга и триумфа. Тысячи людей пали, их души питали ее духовное ядро. Каждая отнятая жизнь наполняла ее новой радостью, и она с содроганием думала о том, что будет чувствовать, когда ее стрелы сотрут с лица мира низшие расы.

Это был бы идеальный момент чистого блаженства. Веха на пути к личному счастью.

Ничто другое не доставляло ей удовольствия. Она не испытывала ни к кому любви, даже к своим собратьям-фоморам; королева фей гордилась тем, что принадлежит к расе мастеров, но ее сородичи были лишь орудиями, которыми можно было пожертвовать и отбросить, если они окажутся ненужными. Ей не нужны были ни друзья, ни рабы, ни золото, ни роскошь. Она не любила никаких других занятий, относясь к ним как к рутинной работе.

Убийство обезьян, эльфов и всех этих мяукающих детей удовлетворило бы ее, но только на время. Одиуз никогда не перестанет проливать кровь, никогда не захочет остановиться. Она прокладывала путь убийств через самые звезды, пока не оставалось ничего. И только когда все вокруг станет черным-черным и не останется никого, кто мог бы удовлетворить ее, она остановится.

Мелл Одиуз страдала от пустоты в сердце, которую могла заполнить только смерть.

Почему же тогда она чувствовала себя обделенной своим триумфом?

Каждая бомба отправляла души прямо к ней. Из бутылок с драконьим переплетом было извлечено все содержимое, и королева Фомора смогла поглотить души бесчисленных змеев и рабов. Вся эта мощь должна была вознести ее прямо в Вальгаллу и позволить ей обрести счастье в качестве тринадцатой богини Аутремонда.

Даже Система была согласна с ней, когда она просматривала экран со статистикой.

— Открой путь, — в десятый раз прохрипела Мелл Одиуз.

Одно и то же сообщение, снова и снова. — Почему? — сердито спросил фомор. — Что для этого нужно? Почему мне отказывают в вечном счастье, которое принадлежит мне по праву?

Недостойная? Она, высшее существо, превосходящее и фоморов, и драконов?

Кто это решил? Сила, создающая богов из обезьян и червей?

Она была готова поселиться на опустошенном Аутремонде, прежде чем искать счастья на Земле, но реакция Системы привела ее в ярость на первобытном уровне. Мелл Одиуз была рождена существом, превосходящим всех остальных, и убила бесчисленное множество людей на пути к вершине мира. Конечно, она обходила обычные каналы, собирая души, но это лишь доказывало ее хитрость и силу.

Никто не мог отказать ей в счастье.

Будущая богиня повернулась к куче [Черных гербов], изготовленных для усиления ратников. Она запасалась ими впрок, полагая, что они помогут ей обманом достичь 99-го уровня, если другие планы провалятся. Возможно, сейчас было самое время.

— Враг приближается, Ваше Величество, — раздался в громкоговорителях голос одного из командиров.

Низшие расы оказали последнее жалкое сопротивление. Как странно, но она с удовольствием наблюдала, как свет надежды покидает их глаза, прежде чем вырвать их. — Сколько?

— Тысячи, но... один дракон ведет наступление так быстро, что столкнется с нами задолго до остальных.

Одиуз уже знала, кого именно, еще до того, как приказала одному из экранов показать ей. Все они показывали огромную фигуру, преследующую Кром Круаха, пронзающую облака со скоростью, которую даже фомор был вынужден признать впечатляющей.

Багровый дракон в золотых доспехах.

Рыцареубийца. Живой.

Как всегда, он взял с собой Виктора Далтона, но не в руке, как обычно.

Вместо этого дракон нес на спине своего раба-человека.

Только им одним, благодаря заклинаниям и ловкости, удалось догнать Кром Круаха, в то время как все остальные отстали. Они были наконечником стрелы, чтобы пробить трещину в щите, пока драконы и глупцы шли следом.

Всегда они. Всегда эти двое, на каждом шагу. Всегда мешали ей добиться успеха. Всегда мешали ее счастью, превращая его в горечь и пустоту.

Мелл Одиуз никогда не почувствует себя цельной, если рядом будут эти двое.

Разум драколича прояснился, и путь в Валгаллу стал ясен.

— Отправьте за ними наши оставшиеся войска, — приказала Одиуз, готовясь к превращению в могучего [Драколича] и использованию [Черных гербов]. Она проложит себе путь в Вальгаллу, нравится это Системе или нет. — Запустить обратный отсчет для запуска ракет.

— Сколько войск мы отправим, Ваше Величество?

— Все.

Конец игры

Вайнкер всегда с презрением относился к змеям, которые позволяли оседлать себя, как к скотам, недостойному называть себя настоящими драконами.

Но когда он нес Виктора по небу, а их армия не могла угнаться за его огромной скоростью, Вайнкер понял, что ошибался. Его верный друг чувствовал себя на его спине не как ложный хозяин, а как продолжение самого императора драконов.

Теперь, полностью оправившись от полученных ран, Вайнкер использовал кольцо [Спешка] и нацелился на солнце - тень Кром Круаха поднималась к небесам. Крепость была быстрой, но дракон оказался быстрее и быстро сократил разрыв.

— Вот они идут, — сказал Виктор, готовя свою косу.

В магическом щите, защищающем замок, открылись крошечные отверстия, словно в сыре. В них влетела целая армия летающих мышей, жаждущих умереть от рук Вайнкера.

Некоторые из них были големами, но основную часть армии составляли фоморы. Спрятавшись за всеми своими приспешниками, пока не измотали их всех, повелители фей наконец соизволили появиться. Они представляли собой хаотичный зверинец ужасов и кошмаров: призрачные всадники на скелетных огненных конях, злобные колдуньи, пожирающие детей, тигроголовые предки ракшасов, великаны и извращенные феи, вопящие от крови, их тела отяжелели от незаконно приобретенной магии.

Дикая охота.

Сотни, тысячи фоморов были направлены против V&V, пикируя на них, как стая голубей, пытающихся одолеть ястреба. Каждый из них мог сравниться с одним взрослым змеем и был бичом для всех миньонов.

У Вайнкера было только одно слово, чтобы дать определение оппозиции.

— Посредственность! — крикнул дракон, как свой боевой клич. — Приспешник, поддержи меня, пока я прокладываю путь, вымощенный кровью фей!

Его приспешник тут же начал колдовать. — [Договор с архидьяволами]!

Когда Виктор превратился в демона, его класс [Всадник хаоса] распространил трансформацию на самого Вайнкера. Его доспехи растянулись, чтобы соответствовать трансформации: его размер увеличился вдвое, чешуя превратилась в расплавленную лаву, а на кончике хвоста выросла голова дракона.

Баффы вашего всадника распространяются на вас!

Вы наделены демонической силой. Ваш тип временно изменился на [Дракон/Демон], и ваши атаки [Огнем] будут наносить дополнительный [Несвятой] урон!

— Огненная корона, — активировал Вайнкер, его тело пылало адским огнем.

— [Несущий град: Огненный град]! — крикнул Человечек Виктор, меняя погоду, которая не поддавалась даже спецэффектам замка. Вокруг дуэта образовались огненные облака, из которых посыпался дождь пламени и расплавленных снарядов.

Для посторонних Вайнкер предстал во всем своем пылающем величии, как метеор, проносящийся сквозь огненную бурю. И подобно метеору, дракон не останавливался, даже когда кричащие воины дикой охоты оказывались в пределах досягаемости его когтей. Звезда не отклонилась от своего курса.

Вместо этого Вайнкер пробивался сквозь врагов.

Авангард Дикой Охоты сложился, как бумага или вода, разбившаяся о гору. Их големы разлетались на куски, когда Вайнкер наносил по ним удары, а их мечи ломались о его броню. Одно лишь его прикосновение сожгло плоть могучего дуллахана: безголовый всадник и его воины упали навзничь в огненную бурю вслед за V&V.

Они даже не замедлили его.

Повинуясь приказу своего партнера, Друг Виктор наложил на себя заклинания, распространяющие эффект на Вайнкера.

Именно к этому привели их соответствующие классовые построения V&V. Две непобедимые силы стали одной.

Вайнкер быстро потерял счет всем улучшениям, ибо ему не нужны были высшие мысли. Он доверял своим драконьим инстинктам, наделенным силой Системы, призванной служить ему.

Уничтожив авангард, Вайнкер продолжил свое неумолимое восхождение, а фоморы в ответ задействовали свои собственные классы. — В то время как бойцы ближнего боя отваживались на огненную бурю, чтобы сразиться с Вайнкером в ближнем бою, маги накладывали на своих союзников заклинания — [Огнестойкость]! Прямо на него летел гигантский ракхас, тигроподобный гуманоид поднял рунический клинок, чтобы пронзить шкуру дракона.

В ответ Вайнкер открыл рот и выпустил поток адского пламени. Фомор потерял ориентацию, не видя сквозь пламя, и не смог увернуться от кулака, нацеленного ему в лицо. Удар дракона разорвал ракшаса пополам одним ударом, и обе половинки упали в океан под ними. За морем он услышал раскаты приближающегося грома...

Когда все новые и новые существа пытались замедлить восхождение V&V, Вайнкер разил их всех когтями и клыками; благодаря [Щиту мастера] и своим улучшениям змей исцелялся быстрее, чем они успевали причинить ему вред. Возможно, они и представляли угрозу до того, как он получил уровень, но сейчас они доставляли не больше хлопот, чем могучие рыцари-человечки.

Вскоре засохшая кровь дюжины фоморов забрызгала его золотые доспехи, и Вайнкер с Виктором оказались в теплой жидкости.

— Я - СВИНЕЦ, КОТОРЫЙ ПРЕСЛЕДУЕТ ВАШИ КОШМАРЫ! — хвастался Вайнкер.

Напуганные этим первобытным видением ужаса, более мудрые феи отступили и начали произносить наступательные заклинания. В ответ на его собственный огонь они обрушили на него камни размером с замок, резкие ветры фей, лучи золотого света и грубые силы стихий.

Хотя большинство атак отскакивало от дуэта, некоторые все же царапали их. На этот раз фоморы заставили Вайнкера отклониться от курса, и дракон ответил огненными шарами, пытаясь найти проход через противника.

— [Za Warudo]!

Когда время ненадолго замерло, Вайнкер подумал, что это дело рук Виктора.

Но тут он увидел, как двое из фоморов превратились в свинцовые статуи, пробив брешь в обороне противника. За спиной врага прогремел взрыв, из ниоткуда посыпались метеориты и ударили в лицо фоморам, а призрачная фигура несколько раз подряд телепортировалась в их ряды.

Вайнкер понял, кто пришел на помощь: он телепортировался через полмира, чтобы напасть на фоморов из засады сзади, как однажды садистски расправился с драконьим скопищем.

Летающий лич, превращенный заклинанием в призрачную тень, открыл второй фронт позади фей.

Воспользовавшись ситуацией, Вайнкер заставил фей рассеяться, вернувшись к своему восхождению. На этот раз замок и его багровый щит скоро окажутся в пределах досягаемости.

— Фьюри! — крикнул Виктор, когда лич подлетел к ним, и в кои-то веки Вайнкер был рад видеть своего скелетного заклятого врага. — Ты пришел!

— Потому что ты не можешь заткнуться телепатически! — раздраженно ответил Забытый, лениво парируя атаку какой-то ведьмы.

— Конечно, он пришел, но не по доброй воле, — предупредил Вайнкер друга Виктора. — Он не сможет преобразовать мир, чтобы вести его за собой, если он будет разрушен!

— Ты... ты, змей, серьезно... — Фурибон закричал от злости, что его мерзкие намерения были разоблачены. Но он снова продолжал лгать. — После всего, что ты заставил меня сделать, чтобы защитить твои города, я ни за что не позволю тебе все испортить! —

— Ты пришел, потому что тебе не все равно, — сказал Виктор, поддавшись лживому обаянию лича. — Мы любим тебя такой, какой ты есть, Фьюри.

— Заткнись, Далтон, я ненавижу вас обоих. — Забытый вновь сосредоточился на битве. — Ты сможешь пробить щит замка, или мне придется все делать самому?

— Лети назад и смотри! — ответил Вайнкер, готовя [Заряженную атаку]. — Сначала щит, потом крепость!

— Дело в том, что если мы уничтожим его, то рискуем взорвать ядерные бомбы на борту, — ответил друг Виктор. — Мы не только погибнем, но и радиоактивные осадки опустошат весь мир.

— И как это может быть ужасно? — Вайнкер уставился на бессердечного Фурибона и пожал плечами. — Может, вытолкнуть его за пределы атмосферы в пустоту космоса?—

Дракон подумывал бросить замок на проклятую планету Луна, но там жили его приспешники.

— Я могу создавать карманные измерения, - ответил Виктор. — Складывать само пространство. Если мне позволят сосредоточиться, я смогу запечатать Кром Круаха внутри одного из них; это сдержит ядерную детонацию.

— Тогда думай быстрее, — ответил лич, пока фоморы реорганизовывались. Феи погнались за группой, зажав троицу между замком и своими силами.

В этот момент звук далеких молний стал настолько мощным, что Вайнкер услышал, как под ним собираются тучи, отталкивая огненный град его друга. Фоморы ненадолго прекратили свою атаку, так как воздух наполнился непреодолимым давлением.

Перед глазами Вайнкера появилось знакомое сообщение.

Могучая молния упала среди фоморов, поразив одного из них насмерть.

С востока прибыла вторая армия фей, меньшая, чем первая, но более смертоносная. Во главе шел король Вотан на своем летающем коне, за ним следовали валькирии; за ним Джек О'Лантерн нес огненные тыквы, а рядом с Кейт Сит проносилась по небу гигантская летучая мышь. Других фоморов Вайнкер не узнавал - от громовержцев до мотыльков и кошмарных титанов из раскаленных молний. За ними следовала буря, дождь, гром и ливень.

Они пришли не для того, чтобы помочь своим сородичам. Вместо этого они сразу же вступили в бой с Дикой Охотой с беспощадной жестокостью, посеяв хаос в их рядах.

— Сработало, — прошептал Виктор, когда силы Вотана набросились на их преследователей, к всеобщему удивлению. — Они послушались!

— Предатели! — закричала на новоприбывших последовавшая за Одиуз карга-фомор, но одна из тыквенных бомб Джека взорвалась у нее перед носом.

Ситуация для защитников Одиуз только ухудшилась, так как бегство драконов и армий миньонов, преследующих Вайнкера, наконец настигло сражающихся. С запада шла армия человечков, возглавляемая темным эльфом и королем-человечком Роландом, оседлавшим виверну. — За Гардмейн! — крикнул он, подняв топор, когда боевой клич его приспешников стал оглушительным.

— Дядя! — Прекрасная племянница Вайнкера, Джоли, первой из драконьего полета достигла Дикой охоты, облачившись в сверкающие серебряные доспехи. Как и ее дядя, она несла на спине группу приспешников: кобольдов-рейнджеров, санитара Жюля и Базза Джелли. — Время паладинов!

— За империю! — Крошечный Базз Джелли первым вступил в схватку, спрыгнув со спины своего хозяина и приземлившись на лицо фомору, перепрыгивая с одной феи на другую. Рейнджеры-кобольды и санитары Джулс остались на спине Джоли, дополняя ее дыхание заклинаниями, песнями и пулями.

Грандрейк ревел, ведя за собой драконов, которые обстреливали Дикую Охоту, и небо взорвалось оргией разрушений. Летающие приспешники Вайнкера и пегасы Гардмейн произнесли заклинания, открывая врата в само пространство. Через них хлынули сотни извергов и голубеподобных ангелов, заполонивших фоморы.

Слуги Одиуз были могучи, но драконы могли с ними сравниться, и приспешники одолели их числом. Приказав своим валькириям создать оборонительный периметр у себя за спиной, король Вотан покинул свою орду и присоединился к команде Вайнкера.

— Рыцареубийца, Далтон, — вежливо поприветствовал Вотан обоих членов V&V, нахмурившись при виде лича, которого он не узнал. Благодаря увеличению размеров Вайнкера могучий титан выглядел ребенком рядом с драконом.

— Я думал, ты хочешь довести дело до конца, а не брать в руки оружие против своих сородичей? — спросил друг Виктор у повелителя фоморов, потрясенный его присутствием.

— Но Каит Сит сообщил мне, что Мелл Одиуз пометила мое королевство для уничтожения. Есть битвы, в которых воин должен сражаться не за себя, а за других. — Повелитель грома приготовил копье. — Скажи, куда деваются фоморы, когда умирают?

— Не знаю, — ответил Вайнкер, закончив восстанавливать дыхание.

— Тогда давайте выясним это вместе.

Вайнкер не мог не согласиться. — [Заряженная атака]!

Открыв пасть, дракон выпустил самый мощный луч, который когда-либо производил; сначала он принял форму потока адского пламени, а затем вырос в солнечную вспышку, которая могла бы посрамить само солнце. Взрывная волна разрасталась вширь и могла бы проглотить гору; из-за сильной отдачи Виктору пришлось ухватиться за шею партнера, чтобы его не отбросило назад.

Могучий луч адского пламени разбился о багровое поле Кром Круаха, и некоторое время защита держалась: магия фоморов против магии драконов. И все же, словно феи, склонившиеся перед истинными властителями мира, барьер прогнулся.

Через несколько секунд луч пронзил щит, разрушив одну из башен замка и расплавив его стальные укрепления. Когда Вайнкер закончил и перевел дух, в защитном щите открылось большое отверстие. Достаточно большое, чтобы пропустить его.

— Сейчас! — Виктор крикнул, когда щит начал закрываться сам собой, и Вайнкер тут же проскользнул сквозь трещину. Вотан и Фурибон последовали за ним, и барьер закрылся за ними прежде, чем кто-либо еще смог последовать за ними. — Ваше величество, вы знаете, что мы могли бы проскользнуть через него с помощью моего [Скелетного ключа]?

— Настоящий дракон не проникает внутрь с черного хода! — ответил император, выстроив против него артиллерийскую оборону замка. — Он заявляет о своем присутствии всем!

— [Дыхание Сосателя Душ]!

Взрыв призрачной энергии разорвал стены соседней башни слева от Вайнкера, нацелившись на дракона. [Дракон и его наездник уклонились от атаки. Взрывная атака мгновенно испарила более медлительного Фурибона, так показалось Вайнкеру: душа лича не улетела в брюхо его разрушителя, как у Айсфанга. Должно быть, он телепортировался в последнюю секунду. Тем временем Вотан пришпорил коня и уселся на металлической башне, подняв свой Гунгнир.

Из дыры появился последний враг, меньше Вайнкера, но гораздо более извращенный. Скелет, оскорбляющий драконий род и питающий ненависть и зависть, она летала над башнями своего замка, наблюдая сверху за Вайнкером и Вотаном. Как и ее враг, в бою она носила свой клад, прикрыв грудь импровизированной броней из черных гребней, связанных вместе. Крики плененных душ эхом отдавались в ее сердцевине.

— Одиуз, — сказал король Вотан без всякого уважения.

— Я разберусь с тобой в свое время, предатель расы. — Глаза Мелл Одиуз полыхнули безжалостной жестокостью, а затем она переключила все свое внимание на то, чему и должна была уделять. — Ты зашел гораздо дальше, чем следовало, Рыцареубийца. Далеко, очень далеко, но все закончится здесь. Время умирать.

А затем, не тратя лишних слов, Драколич распахнула свою скелетную пасть, в конце ее горла блеснул свет. Вайнкер заревел как дракон, в его пасти мерцало пламя.

Их дыхания столкнулись в катастрофическом шторме энергии, и небо ярко вспыхнуло.

Дрейфующие огни

Сражаться на спине настоящего дракона было для Виктора воплощением мечты.

Сражаться с [Драколичем] было сущим кошмаром.

Вайнкер уже сообщил визирю об истинном облике Мелл Одиуз, но увидеть этот ужас во плоти было совсем другим делом. Фомор превратился в полусгнивший скелет дракона размером с Вайнкера, его кости были оживлены нечестивой энергией. Черные гербы, покрывающие ее сердцевину, лишь усиливали ее угрожающую ауру - жуткие доспехи, не уступающие золотым регалиям Вайнкера.

Даже с Фурибоном и королем Вотаном за спиной Виктор чувствовал себя таким же беззащитным перед этим чудовищем, как и перед Ахенапепом в Эльдорадо. Сам воздух задыхался от гнетущей ауры монстра, ее притяжение звало его душу к окончательной гибели.

Вы вошли в зону [Прожорливый сифон] [Драколича] Мелл Одиуз! Ваша связь с [Черным Граалем] прервана! Если вы умрете в зоне его действия, ваша душа будет поглощена! [Устрашающая аура] отменена.

Внимание: До запуска ракет осталось десять минут! Если вы не успеете победить Мелл Одиуз за это время, Аутремонд будет уничтожен!

Если сама Система напрямую предупредила их об этом, значит, ситуация не может стать еще хуже!

Вотан со своим конем стоял на одной из многочисленных башен Кром Круаха, Вайнкер, Виктор и Фурибон летали среди стальных конструкций гигантского замка, а Мелл Одиуз расположилась над всеми ними, на границе , где щит отделял замок от внешнего мира. За пределами замка бушевала битва: армия V&V сражалась с последними последователями Одиуз.

— Прикройте меня! — крикнул Виктор, поднимая косу для заклинания. На VIII уровне можно было сформировать собственное карманное измерение, а на X уровне визирь мог создать полуфункциональную мини-плоскость существования со своими правилами - достаточно большую, чтобы поглотить замок размером с Кром Круах. — Мне нужно время, чтобы произнести заклинание карманного измерения и сдержать взрыв!

— Как долго? — Фурибон телепортировался рядом с дуэтом V&V и начал баффать себя, в то время как король Вотан немедленно поскакал за Драколичем на лошади, мчась через воздушную зону размером с Мурмурин. Впервые с тех пор, как Виктор встретил его, в голосе лича звучал неподдельный страх, его кости были более хрупкими, чем обычно.

На полное заклинание ушло несколько часов, но Виктору не нужно было заканчивать его полностью. Ему нужно было лишь выполнить первую часть - свернуть пространство вокруг замка в свое собственное меньшее измерение. Оно сдержит ядерный взрыв, как [Глиняный театр] Вайнкера защищает его армию от ракет.

Однако крепость и территория, удерживаемая барьером, были размером с город; перебросить все это место в другое измерение было бы серьезным испытанием для заклинателя.

— Задержите ее как можно дольше, — сказал Виктор, не найдя решительного ответа, — и следите, чтобы она меня не прерывала!

— Пять минут, — ответил Фурибон. — Она разорвала мою связь с [Филактерией], и это истощает мою магию.

— Пять минут? — спросил Вайнкер, а затем похвастался, что взлетел в воздух среди башен Кром Круаха. — Четырёх хватит с лихвой, чтобы уничтожить эту мерзкую фею! —

Это был дух.

Виктор начал произносить заклинание, полностью сосредоточившись на том, чтобы направить магию через свою косу, в то время как остальные двинулись в бой.

К этому моменту Вотан уже сравнялся с Мелл Одиуз, который смотрел на вероломного фомора, как на дерьмо прислужника. На заднем плане раздался гром, и, когда глаза драколича засветились магией, на поверхности Кром Круаха повсюду появились горящие контуры.

Звёздометаллический болт из баллисты полетел прямо на коня Вотана, со сверхзвуковой скоростью пронзив его сердце. Атака одним выстрелом сбила зверя с ног, и он упал вместе с удивленным всадником на землю замка.

Башни Кром Круаха сдвигались, как часы, и планировка крепости менялась сама собой. В стенах открылись дыры, в которых виднелись артиллерийские пушки, баллисты со звездным наконечником и архаичные лазерные лучи. Все они были направлены против Вайнкера и его союзников.

— Держись, друг Виктор! — Вайнкер едва успел крикнуть предупреждение, прежде чем нырнул вниз, уклоняясь от артиллерийского залпа; сверхъестественные способности Виктора позволяли ему оставаться привязанным к напарнику, даже когда змей петлял вокруг башен, но это отнюдь не делало его удобным.

Вайнкер сумел уклониться от атаки, но был вынужден переместиться ближе к земле Кром Круаха, чтобы избежать артиллерии, подобно истребителю, умело уклоняющемуся от противовоздушной обороны. Таким образом, контроль над небом остался за Мелл Одиуз - ястребом, наблюдающим за борьбой голубей внизу.

Визирь потерял Вотана из виду, и фомор был вынужден бежать пешком, чтобы избежать дождя пуль и сомкнувшихся над ним стен Кром Круаха. Фурибон тем временем оставался рядом с змеем и сосредоточился на защите Виктора; он часто вызывал свой [Барьер Анти-Вайнкера], чтобы блокировать взрывы, которых дракон не успевал избежать.

Вместо того чтобы самой перейти в наступление, Мелл Одиуз осталась в небе над группой и наложила на себя бафф. — [Перевоспитание]! — крикнула драколич, ее ядро сияло под броней из черных гребней. — [Потребление души]!

— [Сканирование]! — Фурибон быстро кастует на Мелл Одиуз, и ее статистика становится доступной для всеобщего обозрения.

Повелитель Мелл Одиуз

Тип: Душегуб с драконьей кровью (фея/дракон; также считается нежитью, когда это выгодно).

Уровень: 99 (Драколич 10, Призматик 10, Тиран 10, Повелитель Смерти 30, Техномансер 30, Королева Фей 9)

HP: 7665/6666

Слаб к Звёздному металу и Холодному Железу.

— Уровень 99? — крикнул Виктор, его концентрация ослабла при виде ужасного зрелища.

— Я на пороге божественности, и твоя смерть станет моим апофеозом, — гордо заявил Мелл Одиуз, а затем призвал крошечные летающие черные призмы. — [Призматические осколки].

— Жульничество! — прорычал Вайнкер, расплавив огненным шаром баллисту Starmetal. — Я называю это жульничеством! Ты ни за что не заработаешь больше уровней, чем я, за более короткое время!

В ответ Мелл Одиуз послала в дракона свои осколки, призмы выпустили в его сторону огненные лучи света. Не имея возможности использовать [Очистка Заклинаний], не нарушив при этом заклинания Виктора, Вайнкер использовал окружающую обстановку в своих интересах, переместившись за одну из стен Кром Круаха, чтобы укрыться. Однако передышка была недолгой, так как все новые и новые орудия продолжали обстреливать V&V, вынуждая змея постоянно находиться в движении.

Далее последовала игра в постоянном движении, когда Вайнкер и Фурибон перемещались среди башен и лабиринтоподобных укреплений Кром Круаха. Всегда избегая артиллерийского огня, но так и не найдя возможности переместиться в небо над замком и напрямую угрожать Одиуз.

Пока его команда защищала его, Виктор начал заклинание уровня X [Личный мир], потратив необходимое количество SP и начав ритуал. Он начал расширять свою магию, чтобы захватить территорию вокруг Кром Круаха, готовясь превратить ее в отдельную плоскость. Наложить заклинание вообще было бы крайне сложно, но сделать это в разгар битвы было настоящим подвигом.

Но даже когда лазер попал Вайнкеру в ногу, Виктор продолжал сосредатачиваться. Камилла учила не бросать дело.

Почему же [Избранный Митрой] не может защитить от [Свет]? Он же был богом солнца, черт возьми!

Более того, у Мелл Одиуз, полоска HP увеличилась в десять раз.

И она продолжала расти.

Вайнкер зарычал от боли, когда болт из Звёздного Метала пронзил его [Доспехи клада] с левой стороны, разрушив чешую и пронзив плоть.

Дракон убрал болт рукой, его плоть регенерировала благодаря [Щиту Мастера] всадника, но защита замка не давала ему передышки.

Повсюду их преследовали автоматические машины и миньоны! Даже когда он кружил над укреплениями Кром Круаха и поливал огнем его артиллерию, призматические осколки преследовали и бомбардировали Вайнкера лучами света!

Улицы и стены замка двигались сами по себе; стальные барьеры поднимались, когда он обнаруживал путь к отступлению, укрепления закрывались, когда он находил линию огня для стрельбы из баллисты, и так далее.

Сама земля сражалась с ними!

— Забытый, сделай что-нибудь! — приказал Вайнкер личу, взорвав огненным шаром призму, стреляющую лазерами. С помощью трансмутации лич превратил механическую защиту в свинец, превратив смертоносные машины, стреляющие Звёздным Металом, в бесполезные статуи. В это Мелл Одиуз увеличила свой запас HP до астрономического уровня, не переходя в атаку; после того как Вайнкер нанес ей оглушительный удар во время их последней встречи, она пересмотрела всю свою стратегию, чтобы держать его на расстоянии. — Свалите эту трусиху, чтобы я могла ее уколоть!

— Саблар, вероятно, пометил её, сделав невосприимчивой к эффектам [Времени], — ответил Фурибон, едва успев телепортироваться с пути пушечного ядра. — Мое [Za Warudo] только парализует тебя, а я не могу нацелить свои заклинания, когда со всех сторон нас обстреливают эти орудия!

В ответ на пожелание Вайнкера молния поразила королеву фей.

Он отскочил от нее, но важна была именно мысль.

Поспешив, король Вотан вышел из глубин замка, весь в ранах. Болты и пули с Звёздного Метала пробивали дыры в его могучем теле, проливая золотистую кровь. Таким израненным он не выглядел со времен последней схватки с Вайнкером.

Однако король фоморов жаждал битвы. Он перепрыгивал через артиллерию, голыми руками отрывал пушки от стен, а копьем разбивал баллисты. Призматические осколки перестали преследовать Вайнкера и переключились на фомора, выпустив в него лучи света.

Проявляя высочайшее мастерство и рефлексы, король фоморов уклонялся от всех атак с кошачьей ловкостью, а острие его Гунгнира разбивало все приближающиеся к нему осколки.

Это было похоже на то, как торнадо проносится по городу, оставляя за собой лишь перевернутые стальные конструкции и обломки. Непреодолимая сила, погубившая многих могущественных драконов, а однажды едва не погубившая и самого Вайнкера.

— [Высший гром: Убийца драконов]! — крикнул Вотан, готовя свой Гунгнир. — [Усиление молнии]!

Атаки [Молнии] короля Вотана будут игнорировать сопротивление и наносить дополнительный урон [Истребитель драконов]!

Элемент [Молния] значительно усилен!

Вотан Драконоборец заработал свое имя, убивая змеев; конечно, его мастерская тактика должна сработать и на половине одного из них.

— Вотан! — прорычала Мелл Одиуз, не меняя тактику [Сверхисцеление]. Над ней гардмейнские маги пытались обойти щит, защищающий Кром Круаха, и вступить в бой, но им не удавалось пробить магическую защиту. — Ты смеешь предавать меня?! Предать главную расу?!

— Я не предавал себя — ответил Вотан, направляя молнию через свое оружие.

— И все же ты помогаешь этим животным против своих же сородичей! [Раб души]!

Души проскользнули сквозь нагрудную броню Мелл Одиуз, приняв форму трех призрачных драконов... и змея.

Это оказалось неудачным выбором, так как Вотан молниеносно превратил их в небытие. — Повелитель фоморов продолжал наделять себя магией, а Одиуз посылала за ним все новых нежитей. Однако на этот раз копье повелителя фоморов поразило их, словно они были твердыми.

Твердая бумага.

Тем временем Фурибон создал барьер вокруг Вайнкера и Виктора, защищая группу от натиска снарядов. Однако, хотя он не получил ни одной раны, тело Забытого разрушалось. — Фурибон? — спросил Вайнкер и, к своему удивлению, почувствовал некоторое беспокойство.

— Как у нежити, ее [Прожорливый сифон] высасывает мою жизненную силу, — объяснил лич. — У меня осталось не так много времени, рыцарь.

Никто, кроме самого Вайнкера, не имеет права делать лича несчастным!

— Тогда прикрой меня, — сказал змей, зная, как разрушить этот замок. Ему нужна была лишь короткая передышка и место, где можно на несколько секунд закрепиться.

— Ты даровала нам души, Одиуз, — сказал Вотан королеве фей, уничтожая всех призраков, которых она посылала, а пойманные души возвращались в ее сердцевину. — Ты даровала нам силу, большую, чем ты можешь себе представить; силу смотреть дальше своих первобытных потребностей, заботиться о существах, которым повезло меньше, чем нам. Силу стать настоящими королями. Силу сражаться без страха.

— Ты называешь это силой? — презрительно ответила Мелл Одиуз, ее тело излучало свет. Секунду спустя она выпустила лучи во все стороны, словно горящая звезда, и их лучи испепелили ее собственную крепость, обрушив ее укрепления. Вайнкер и Фурибон тут же переместились в укрытие, где только могли. — Ты страдаешь от той же болезни, что и драконы, Вотан. Ты забыл себя и позволил еде овладеть тобой!

— Это твоя ошибка, — ответил повелитель бури, отражая лазеры копьем. — Никто не должен ни над кем доминировать; это не неизбежный закон природы и не привилегия сильных. Далтон и Рыцареубийца показали мне это. Мы раскрываем свой истинный потенциал, когда уважаем друг друга. Когда мои валькирии становились сильнее в своем желании защитить меня, я тоже находил силы в защите своих творений.

Драколич сделал небольшую паузу, пытаясь понять, к чему он клонит.

— Кто сражается с тобой в твой последний час, Одиуз? — спросил Вотан, и шквал атак на несколько секунд утих, пока королева фей обдумывала мудрые слова повелителя бури. — Машины? Големы? У вас нет желания защищать кого-либо, поэтому никто не станет рисковать собой, чтобы спасти вас. Вы заполняете пустоту в своем сердце кровопролитием, как когда-то это делал я, но, конечно, какая-то часть вас должна понимать, что это только полжизни.

На краткий миг Вайнкер подумал, что речь Драгоноборца, возможно, немного повлияла на королеву фей. Возможно, не настолько, чтобы заставить ее пересмотреть свое безумие, но хотя бы посеять в ее черном сердце сомнения.

Но в этом злобном звере не было места ни сомнениям, ни состраданию.

Вместо этого глаза Мелл Одиуз сверкали презрением и жестокостью.

— Вы слабы, — с отвращением произнесла она. — Вы, мой отец, Мелл Лин... Вы все слишком слабы, чтобы обрести настоящее счастье, и вынуждаете меня брать все в свои руки. Хватит с меня разочарований. Я убью тебя, Вотан. Я убью всех вас, и фоморов, и низшие расы, пока не останусь одна, в тихом мире. Этой вселенной нужен только один я.

Она возобновила атаку шквалом лазеров, нацеленных исключительно на мудрый фомор.

Вотан, величайший из своей ничтожной расы, отражал атаки копьем. — Даже если ты преуспеешь, другие будут продолжать противостоять тебе, — предупредил он. — Потому что мы научимся не бояться тебя.

— Давайте проверим эту решимость на прочность. — Мерзкая фея вытянула руки и произнесла могущественное заклинание. — [Гигантификация]!

Тело Мелл Одиуз увеличивалось в размерах, пока не затмило башни ее собственного замка; даже с его усилениями Вайнкер казался маленьким по сравнению с ней. Слой призматического света покрывал ее кости, словно броня.

Что касается ее HP...

Вайнкер не испытывал страха, но вид этого числа заставил его задуматься.

Колоссальный драколич приземлился на стальную землю, отчего весь Кром Круах содрогнулся, и тут же попытался растоптать Вотана. Лорд фоморов увернулся, и ее ноги сокрушили одну из артиллерийских платформ замка. Охваченная яростью, великанша преследовала своих меньших сородичей, опустошая собственное логово и не обращая внимания на Вайнкер.

Ужасная ошибка. Воспользовавшись передышкой, которую дал ему щит Забытого, Вайнкер приземлился на землю и закрепился на Кром Круахе.

Затем он обратился к своему лучшему перку.

— [Геомантия]!

Геомантия активирована! Тип поля: Кром Круах.

Эффект: [Короткое замыкание].

Импульс молнии пронесся по замку, сжигая цепи, питающие его. Артиллерия и баллисты дико палили во все стороны, но воля, управлявшая ими, исчезла; болты энергии испепеляли призмы, разбивая их вдребезги, а весь замок скрипел, как сломанные часы.

Напряжение потрясло обоих фоморов, ненадолго ошеломив Мелл Одиуз, а Драгонбейн проигнорировал молнию. Вотан поднял свой Гунгнир и направил окружающее электричество, как он когда-то делал с бурями.

— [Рагнарок]!

Ослепительная вспышка настигла Вайнкера, а мощнейшая молния ударила Одиуз прямо в грудь.

Она даже не вздрогнула.

Громовой удар нанес ей определенный урон, и будь Одиуз менее сильным змеем, он мог бы убить ее одним ударом; но Драколич так выросла, а ее запас HP был так огромен, что атака едва ее ошеломила.

Однако после сильнейшей атаки Вотан оказался на волосок от гибели, что оставило его открытым для ответного удара, а Вайнкер и Фурибон были слишком далеко, чтобы помочь.

Быстрая, как змея, гигантская рука Одиуз схватила Вотана и подняла его над землей. Затем она разбила фомора о мостовую Крома Круаха, как император Таррасков поступил с самим Вайнкером в империи Тейкоку.

В этом поединке не было ни чести, ни тактики; только сырая, голая дикость. Внутренний зверь в Одиуз был выставлен на всеобщее обозрение - бешеный зверь в извращенной форме мертвого дракона.

Бросив вызов, Драгоноборец направил копье ей в грудь, но Черный Герб отразил удар. Оружие задело ее сердцевину, не причинив особого вреда, и оказалось вмонтированным в выведенную из строя пушку.

— Это конец, — сказала Мелл Одиуз, схватив гунгнир в свои пальцы; из-за разницы в размерах он был похож на зубочистку. — Умри.

— Такой трус, как ты, умрет тысячью смертей, — вызывающе ответил король Вотан, встречая смерть по-драконьи, — я отведаю ее лишь однажды и ни о чем не пожалею.

Драколич подняла Гунгнир и со всей силы ударила Вотана его же собственным оружием в лоб. Копье с жутким звуком перевернулось с одного бока на другой.

Глаза Вайнкера расширились от шока, когда тело драконьего Вотана обмякло. Эхо далекого грома внезапно смолкло.

Затем драколич открыла пасть и сожрала повелителя фоморов целиком, а его останки и оружие исчезли в ее глотке. Зловещее зрелище ужаснуло Вайнкера, которому и в голову не приходило есть себе подобных. Она обращалась с представителями своего вида как... как с едой!

— Твоя очередь, — сказала Мелл Одиуз Вайнкеру, и чудовищный титан посмотрел на него, а затем на Фурибона. — Ты опоздал, чтобы что-то изменить.

— И ты тоже! — ответил друг Виктор, его коса наполнилась магией. — [Личный мир]!

Эффект был мгновенным.

Пространство вокруг защитного щита Кром Круаха прогибалось, вокруг него ширились трещины в самом существовании. Тьма хлынула наружу, реальность свернулась сама собой. Звуки битвы вокруг замка становились все слабее, когда Кром Круах переместился из этого измерения в другое.

— Нет! — Мелл Одиуз зарычала, отбрасывая стальную башню, чтобы освободить линию огня, и конструкция рухнула набок. — Ты не остановишь меня, Рыцареубийца! Не сегодня!

— Могу и буду, фея! — прорычал в ответ Вайнкер, оправившись от своего проявления геомантии.

Фомор атаковала дыханием духа - жутким потоком разбитых душ в форме смертоносного луча. Дракон и его всадник улетели прочь, в открытые небеса, которые раньше занимала фея.

— [Метеоритный дождь]! — произнес лич, следуя за Вайнкером и призывая огненные камни, чтобы поразить драколича. Хотя атака геомантии Вайнкера не уничтожила Кром Круах, это заклинание довершило дело. Огромные размеры Мелл Одиуз не позволили ей уклониться, но уровень ее HP был настолько высок, что она почти не получала урона.

Но им не нужно было убивать ее. Она будет навечно запечатана в собственном замке, чтобы никогда и никому больше не угрожать.

Фомор издала рев чистой ярости, а предметы на ее груди засияли проклятым светом. — [Черные гребни]! Дайте мне вашу силу! Откройте мне путь к победе! —

Отвечая на ее призыв, гребни засверкали нечестивой энергией, как когда-то у Бэтлинга Лавера. Пространство-время начало трескаться вокруг [Драколича], ее магия столкнулась с магией друга Виктора.

— [Ускоренный телепорт]! — крикнул Фурибон и быстро исчез, прежде чем оказался в ловушке пространственного эффекта. Оба члена V&V попытались сделать то же самое, используя свои перки для телепортации, прежде чем оказаться в ловушке рядом с феей.

— [Магелла... —

Слишком поздно.

Черная дыра поглотила их всех, и мир Вайнкера погрузился во тьму.

Последняя битва

Виктор однажды принимал наркотики.

Это был сюрреалистический опыт, который разрушил дружбу, сделал его героем Хэппиленда и позволил смертному попасть в царство богов. Высшее понимание Вселенной через грибы.

Это не подготовило его к нынешней поездке.

Виктор почувствовал, как его душа отделилась от тела, а плоть захватили чужеродные ощущения: вселенная закручивалась и сворачивалась. Черная дыра, поглотившая его, Вайнкера и Кром Круах, превратилась в коридор из клубящегося света. Дух Виктора двигался внутри хаотичной радуги, а его разум подвергался информационной бомбардировке.

В этом странном пространственном коридоре мелькали образы. Видения Хэппиленда, Неба и Земли; картины девяти царств, соединенных гигантским деревом, древнего города, которым правит нежить-мерзость; смутный, незаконченный дизайн колоссальной машины, постоянно перезагружающейся; вид команды людей, гарпий и минотавров, плывущих по бескрайнему океану, мастеров боевых искусств, медитирующих вокруг черного лотоса, альтернативной Земли, где зелья могут дать силу править миром.

Виктор слышал, как многие называли Аутремонд перекрестком между реальностями. Теперь он понимал, почему. Видения продолжались, начиная от картин миров из самых диких произведений научной фантастики и заканчивая фантасмагорическими измерениями, которые не имели абсолютно никакого смысла для его человеческого разума.

Эти видения были лишь проблеском бесконечной вселенной, в которой Аутремонд был лишь маленьким уголком.

Казалось, что путешествие растянулось на целую вечность, сгустившуюся в считанные секунды, и закончилось так же внезапно, как и началось.

Душа и тело Виктора вдруг без предупреждения ресинхронизировались, вернув ему пять органов чувств и управление движением. Свет бесконечного коридора сменился звездным небом, а спина Вайнкера - какой-то мраморной платформой.

Благодаря своей удаче визирь врезался в нее лицом вперед.

— Уф... — Виктор услышал, как рядом с ним жалуется Вайнкер: дракон приземлился рядом со своим всадником. Какое бы пространственно-временное путешествие они ни пережили, оно сняло с них некоторые бонусы, вернув дуэту их первоначальные смертные формы. Возможно, у их заклинаний просто закончился срок действия во временном коридоре.

— Ваше величество, вы в порядке? — спросил Виктор своего друга, поднимаясь на ноги.

— Да, — ответил дракон, тряся шеей и лапой, и тоже поднялся на ноги. Придя в себя после аварийной посадки, Вайнкер посмотрел на небо. — Где мы, друг Виктор?

Визирь не имел ни малейшего представления. Он огляделся по сторонам, и чем больше видел, тем больше впечатлялся.

Дуэт приземлился на большую круглую мраморную платформу размером с футбольный стадион, бесцельно парящую в пустоте космоса. Звезды на небе светились странными и яркими цветами - от зеленого до фиолетового. Багровые туманности завихрялись в форме бурь и ураганов, а созвездия перестраивались в невероятно сложном танце. Солнца, словно метеоритные дожди, падали на горизонт, а чудесные космические авроры дарили свет.

Прекрасно. Просто прекрасно.

Виктор отвернулся от чужого неба и осмотрел платформу: земля была покрыта древними изображениями, высеченными на камне. Большинство из них представляли собой сцены с драконами и фоморами или древними существами, которых визирь не всегда узнавал. На одной резьбе были изображены Грозные Трое, противостоящие армии ангелов; на другой - сияющий Митра, побеждающий фомора, такого же могучего, как Мелл Одиуз. У каждого бога была сцена, посвященная его успеху и демонстрирующая эпический подвиг.

Огромные ворота высотой тридцать метров, сделанные из инопланетного черного металла, стояли посреди платформы, закрытые и запертые.

Что это было за место?

Ему ответило системное уведомление.

... невозможно.

— Друг Виктор, ты говорил, что для доступа сюда нужно достичь 99-го уровня, — сказал Вайнкер, получив такое же уведомление.

— Я так и думал, но мы еще недостаточно высокого уровня, — ответил Виктор. — А вот Мелл Одиуз была. Должно быть, она случайно втянула нас, когда пыталась достичь божественности.

— Удалось ли ей это? — настороженно спросил Вайнкер. Фомор нигде не было, как и ее замка, но если ей удалось стать божеством...

— Я не знаю. — Драколич пыталась пробиться силой, и у Виктора возникло ощущение, что Система не очень-то хорошо относится к потенциальным обманщикам. — Может, она умерла.

Визирь попытался проверить, удалось ли ему запечатать Крома Круаха до наступления апокалипсиса, но его магия отключилась.

— [Экстренный телепорт]. [Магеллан]. — Виктор нахмурился. — [Вызов суккуба].

Это было суровое правило. Виктор жалел искателей приключений, забравшихся так далеко, но лишенных какой-либо помощи со стороны. — Я не могу нас вывезти, — сказал визирь своему напарнику-дракону. — Мы здесь застряли.

— Застряли? Мы там, где должны быть, друг Виктор. — Вайнкер уверенно двинулся к воротам, драматично подняв руки, чтобы открыть их. — Здесь наше место!

Вот только двери не сдвинулись с места.

— Я сказал, что здесь наше место, — повторял Вайнкер, безрезультатно надавливая на дверь. Дракон все больше расстраивался, так как двери отказывались открываться.

Виктор попытался помочь, зная, что его [Скелетный ключ] поможет ему преодолеть любой магический замок. Но ни его слабые руки, ни его перк не могли преодолеть эти двери.

Уровень недостаточен. Вы не можете достичь [Апофеоза].

Только тринадцатый может пройти.

— Тринадцатый бог? — спросил Виктор.

— Я проделал столь долгий путь не для того, чтобы меня останавливали закрытые ворота! — Вайнкер зарычал, безрезультатно колотя по дверям. Эти ворота не мог открыть никто до 99-го уровня, а V&V не хватало нескольких десятков.

Что же делать, если дуэт не может ни пройти через ворота, ни вернуться домой с помощью магии? Баффы Вайнкера и множество заклинаний, наложенных быстро, истощили запас SP Виктора, и у него осталось совсем немного вариантов.

Подождите. Почему они до сих пор не повысили уровень? Если они победили Одиуз и запечатали ее ядерный арсенал, они должны были...

Леденящий холод наполнил его кости.

— [Темнейший страх], [Ускоренная пронзающая магическая стрела].

Атака обрушилась на Виктора прежде, чем он успел выкрикнуть предупреждение.

Когда его связь с Черным Граалем прервалась, и он не смог защитить от него свою душу, заклинание фомора укоренилось в его духе и истощило его.

А затем, прежде чем визирь успел обернуться, снаряд прошел сквозь его спину, пробил доспехи и вонзился в сердце.

Его тело онемело, глаза расширились, и он рухнул на землю. Виктор услышал удивленный возглас Вайнкера, и Визирь закрыл глаза.

Взгляд Вайнкера стал красным, когда тело его друга рухнуло на землю, а в спину ему вонзилась золотая стрела.

— Виктор! — крикнул дракон, подхватив безжизненное тело своего друга. Он тут же попытался исцелить его. — [Исцеляющая мантия]!

— Я же говорила, что мне нравится мысль убить его снова.

Дракон повернулся к источнику голоса, из его ноздрей шел дым.

Мелл Одиуз пролетел над платформой, спрятавшись внизу, вне поля зрения, в последнюю минуту.

Черные гребни на ее груди исчезли, и она вновь обрела свой прежний размер, как и Вайнкер, но путешествие сквозь пространство повлияло на нее впечатляющим образом. Большая часть ее плоти была очищена, осталось лишь скелетное тело, питаемое духовным пламенем. В грудной клетке обнажилось ядро, из которого доносился шепот тысяч страдающих душ. Когда в ее пустых глазницах вспыхнули искры чистой, неразбавленной ненависти, Вайнкер подумал, что она больше похожа на воплощение смерти, чем на гниющего дракона.

[Сканирование] Забытого было все еще активно, показывая полоску HP.

К сожалению, она не пришла в норму.

— Только ты и я, Рыцареубийца, — заявил скелетный ужас, приземляясь на мраморную землю лицом к Вайнкеру. Оба противника, не имея соответствующих габаритов, были равны по размеру. — Как и должно было быть.

Судя по ликующему лицу [Драколича], она наверняка получила подобное уведомление. — Вот почему ты смог попасть сюда, — прошептала Одиуз, обращаясь к самой , и ее голос наполнился злобой. — Ты не новый бог... Ты - мое испытание Вальгаллой. Мой последний вызов.

— Нет, — прорычал в ответ Вайнкер, укладывая тело своего приспешника за спину для последующего оживления. — Это ты – моё испытание.

Не говоря ни слова, оба противника открыли последний бой своим дыхательным оружием.

Священное ядерное пламя и поток измученных душ столкнулись в мощном взрыве, окутав арену облаком дыма. Вайнкер немедленно активировал [Очищение Заклинаний] и [Огненная корона], покрыв свое тело пламенем и защитой от заклинаний.

— Невосприимчивость к огню! — Драколич наложила на себя заклинание, пока пыль падала вниз, а пламя Вайнкера лизало ее тело, не нанося урона. Почему она решила защититься от этой стихии, несмотря на огромный запас HP, дракон не понимал.

Неужели она верила, что Вайнкер сможет истощить его в затяжном бою?

Если так, то она была права.

Вайнкер тут же бросился в ближний бой с Одиуз, к ее презрению. Вместо того чтобы сразиться с ним в физическом бою, как она сделала это с Вотаном, она призвала свою самую мерзкую способность. — [Поработитель душ].

Драколич попятился назад, когда ее грудная клетка на мгновение раскрылась, и два порабощенных призрака появились, чтобы бросить вызов Вайнкеру от ее имени.

Могучий громовой король фоморов с копьем-молнией и дракон-мороз, которого Вайнкер когда-то называл своим соперником.

Это был грязный трюк, призванный ослабить его сердце и дух, но дракон остался непоколебим. Он даст обоим последнюю, славную смерть, которую заслужили оба его достойных соперника.

— [Блестящий театр]! — Вайнкер накрыл платформу золотым куполом, чтобы лучше использовать пассивный бонус арены, который давало ему домашнее поле; он остановил расширение купола у края платформы, не позволяя Одиуз покинуть его. — [Кулак Победы]!

Оба призрака бросились на него, пока Одиуз поспешно закрывала грудную клетку: призрак Вотана атаковал Вайнкера молнией, а Айсфанг - ледяными сюрикенами. Замороженные снаряды растаяли, не успев попасть в его чешую, но молнии удалось обойти [Очищение Заклинаний], и это было больно.

Его раны, полученные во время предыдущей битвы, остались, но Вайнкер сражался и с худшими шансами. Он сразился с обоими призраками в ближнем бою, выпустив когти из Звёздного металла. Все его битвы, все испытания, все повышения в классе должны были подготовить его к этому дню, к этому последнему испытанию перед божественностью.

И Вайнкер не дрогнул.

Недостаток огневой мощи призрак Ледяного Клыка восполнил ловкостью, увернувшись от мощного удара. Однако призрак Вотана получил удар в лицо: [Кулак Победы] позволил Вайнкеру поразить бесплотную цель. Его жалкий призрак, недостойный тех великих деяний, которых он добился в жизни, рассыпался в прах, и его останки вернулись в холодные объятия похитителя.

Вотан спросил Вайнкера, куда отправляются фоморы после смерти. Хотя он и презирал Драгоноборца, император поклялся, что предложит ему лучшую загробную жизнь, чем живот Одиуз.

Ледяной Клык, более упорный, продолжил атаку, покрыв свои призрачные когти острыми магическими сосульками. Лед выдержал контакт с [Огненной короной] и пронзил [Доспехи клада], и оба дракона пустились в смертельный танец когтей. С той же глупой свирепостью, которую Ледяной Клык проявил к Мелл Одиуз, он теперь обрушился на Вайнкера.

— [Сверхисцеление]! — Одиуз воспользовалась возможностью пополнить свой эффект повышения HP, пока Вайнкер отбивался от своей жертвы. Жизненная сила красного дракона медленно истощалась по мере того, как продолжался бой, а ее собственная только росла. Если бы она вступила с Вайнкером в рукопашную схватку, ее колоссальный запас HP поставил бы его в невыгодное положение.

Но она этого не сделала.

Вместо этого она трусливо осталась на безопасном расстоянии и сосредоточилась на поддержке своего слуги. — [Магическое подавление].

Ее слабая магия не могла затмить настоящий клад!

Однако инстинкт подсказывал Вайнкеру, что что-то не так. Одиуз без колебаний вступила с Вотаном в ближний бой, и ей не следовало опасаться этого, имея запас жизненных сил. Что-то было не так.

— Как насчет того, чтобы заставить тебя в следующий раз сразиться с собственным рабом? — Одиуз захихикала, но ее смех сменился растерянностью. — Подождите, а где он? Где его душа?—

Драколич бросил взгляд на то место, где Вайнкер оставил тело своего друга, и ничего не обнаружил.

Когда Вайнкер оттеснил Айсфанга к ближайшей стене Сияющего Театра, тень перепрыгнула через спину Одиуз и ударила ее сзади по ребрам. Драколич издала удивленный и яростный рык: враг подкрался к ней, пока она сосредоточилась на Вайнкере.

— Виктор! — Вайнкер узнал своего друга, когда тот приземлился на землю, но призрак Айсфанга не позволил ему оказать помощь. Красный дракон попытался уменьшить его маневренность, но призрачная рептилия оказалась скользкой, как угорь. — Ты жив!

— Как? — Одиуз попыталась раздавить главу персонала рукой, как таракана, но у нее это получалось слишком медленно. Каждая неудачная попытка еще больше раззадоривала ее. — Как?!

— Это называется [Последняя проблема], — насмехался над ней друг Виктор, уворачиваясь от призрачного дыхания феи и отпрыгивая в сторону. — Тебе следовало посещать семинар Акхенапепа!

Вейнкер вдруг вспомнил, что этот перк позволял его начальнику выживать с одним HP... а «Антиисцеление» Мелл Одиуз не позволяло ему восстановиться. Один удар прикончил бы его.

— Виктор, отступай! — приказал дракон; поскольку он не мог поразить Айсфанга в физическом бою, он готовился избавиться от его призрака с помощью атаки по области действия.

Но его приспешник не пожелал прислушаться к его мудрости и перешел в наступление, прыгнув в воздух. Более крупная Одиуз отступила назад и защитила свое тело руками, но Друг Виктор, мастерски продемонстрировав драконье мастерство, использовал свои крылья, чтобы проскользнуть мимо ее защиты. Он снова ударил косой в грудь [Драколича], призрачное острие обогнуло грудную клетку и ударило в сердцевину под ней. Фея издала рев ярости и унижения, как раздосадованный лев, которого укусила блоха.

— Их два, ваше величество! — крикнул друг Виктор, что-то осознав, когда приземлился на землю. — У нее два...

Без предупреждения Одиуз раскрыла пасть и обдала визиря своим ужасающим дыханием. На этот раз атака оборвала жизнь его главы персонала: тело упало на спину вместе с косой. Его душа вышла из трупа, но была быстро поглощена мерзким сердцем Одиуз.

— Тебе следовало остаться внизу, Далтон, — сердито проворчала фея.

Взгляд Вайнкера ожесточился. — [Сияющее Величество]! —

Его тело излучало свет во все стороны, испаряя призрак Ледяного Клыка и заставляя его вернуться в ядро Одиуз. Вспышка не могла повлиять на фею из-за ее иммунитета к [Свету] и астрономической жизненной силы.

— [Душа раб-]

В ответ на это Вайнкёр открыл рот, как только она раскрыла грудную клетку. — [Возвышенное дыхание: ветер]!

Его пламя превратилось в торнадо и обрушилось на Одиуз, застигнув ее врасплох. Драколич поспешно закрыла грудную клетку, защитила себя броней из сплошного света и начала излучать нечестивую яркость.

Два? Что два? Почему его приспешник пожертвовал собой ради такого глупого, самоубийственного шага? Зачем было целиться в сундук? Вайнкер наблюдал за Мелл Одиуз и полоской HP над ее головой, пытаясь разобраться в ситуации... и заметил нечто странное.

Почему максимальное количество HP у Одиуз уменьшилось, а ее основной бар увеличился? Вайнкер помнил, как Вотан пас ядро и истощил его количество...

...

Максимальное количество HP Одиуз уменьшилось, когда Вотан поразил ее ядро. После этого она стала полностью избегать ближнего боя. Она наложила [Неуязвимость к огню] не потому, что думала, что Вайнкер может уничтожить ее тело, а потому, что область его действия может повредить что-то еще более ценное.

Двое из них.

— Два запаса HP. — Переведя дыхание, Вайнкер понял, что хотел сказать ему приспешник. — У тебя два резерва HP, один для тела, другой для ядра!

Как и мерзкий Фурибон, тело Одиуз было всего лишь приманкой, которую она могла оживить по своему желанию! Она могла увеличить HP тела, но ядро, вместилище ее души, всегда оставалось уязвимым. Атаковать тело было пустой тратой времени и сил, отвлекающим маневром.

Страшный блеск в холодных глазах драколича подсказал Вайнкеру, что он угадал верно.

Она тут же расправила скелетные крылья и взлетела, а Вайнкер устремился за ней. Одиуз попыталась проделать дыру в [Глянцевом театре] своим дыханием, но она не была императором Тарасков. Ее духовная атака отскочила от гордых золотых стен.

Однако дыхание [Ветра] Вайнкера ударило в нее со всей силы. Пока она защищалась телом, острый поток воздуха пронзил ее ребра, задев сердцевину.

Как он и предполагал.

— Кольцо феи, откройте! — Одиуз зарычала, расстроенная тем, что ее фоморная магия не помогла ей. Вместо того чтобы ответить противнику, она продолжала пытаться уклониться и отдалиться от него, произнося заклинания. — [Телепорт]! [Экстренный телепорт]!

— Со всей твоей силой, — с презрением пробормотал Вайнкер, продолжая преследовать ее, — все, о чем ты можешь думать, - это сбежать?

Даже душа не может излечить трусость!

— [Призыв големов]! — Одиуз судорожно попыталась вызвать подкрепление, но поняла, что осталась одна и загнана в угол. — [Морриган].

Ее светящееся тело разделилось на множество воронов из света, каждый из которых превратился в копию драколича. Все они разлетелись по [Блестящему театру], сбив с толку Вайнкера. Неужели она изменила форму?

Нет. Это была всего лишь иллюзия. Дым и зеркала - удел фей, и Вайнкер привык к их уловкам. Дракон сосредоточился на своем остром слухе, способном отличить М от м...

Вайнкер определил, кто из них настоящий: слева от него на землю приземлилась Одиуз, собирая свет. Он тут же нырнул в ее сторону, вытянув когти.

В ответ Одиуз разрушила свои иллюзии и нанесла сокрушительный удар. — [Дождь разрушения]!

Ее тело взорвалось мощной вспышкой света, испуская лучи во все стороны. Вайнкер едва успел защитить лицо руками, как на него обрушился мощный удар.

Шальные лучи света попали в крылья Вайнкера и пробили их, заставив дракона совершить вынужденную посадку. Он сумел приземлиться на ноги, но тут же стал мишенью для еще более смертоносных лучей: атаки были настолько мощными, что пробивали его [броню клада] и чешую под ней.

Внимание: Вы потеряли четверть своего HP!

Критическое здоровье! [Бравый бык] активирован! Сила резко повышена!

Луч почти свалил Вайнкера, но дракон отказался встать на колени, его Перк и отчаяние придали ему сил. Даже когда его тело истекало галлонами золотистой крови на мраморный пол, он не желал показывать слабость.

— Я родилась высшим существом, — высокомерно заявила фея, продолжая наносить шквал ударов. Как всегда, Одиуз оставалась на безопасном расстоянии, не давая Вайнкеру возможности воспользоваться своим преимуществом. — Сила фоморов и драконов, слабости ни тех, ни других! В моих жилах течет кровь создателей мира! Все будут бояться моего имени!

— Я не боюсь тебя, фея, — ответил Вайнкер, его глаза сияли. — Это ты боишься меня. [Геомантия]!

Геомантия активирована! Тип поля: Вальгалла.

Эффект: [Богоподобная искра].

Мощная божественная энергия наполнила плоть и кости Вайнкера, его чувства обострились, а сила возросла. Приток силы, превосходящий все, что он когда-либо испытывал.

Мир словно замедлился, а чувства и ловкость Вайнкера усилились. Лучи, казалось, двигались со скоростью слизняков.

Сперва дракон уклонился от луча, нашел проход и шагнул к драколичу. Когда запаниковавшая Одиуз возобновила атаку, он уклонился от лучей, сократив разрыв между двумя противниками.

— Ты всегда боишься смотреть мне в глаза! — прорычал Вайнкер. —Так же, как ты боялась друга Виктора!

— Я ничего не боюсь! — ответила Мелл Одиуз, неистово пытаясь осыпать Вайнкера светом и дыханием, но все время промахиваясь. Со стороны казалось, что дракон говорит медленно, как глупый змей. — Ибо никто не в силах убить меня!

— Ты всех боишься! — крикнул в ответ Вайнкер, быстро набирая высоту. — Почему ты пытаешься истребить все расы миньонов, если ты такая могущественная? Конечно, они не должны представлять для тебя угрозы!

Фея всегда пряталась и убегала. Она пряталась за целой армией, тратя всех своих приспешников, пока они не кончались. Она создавала оружие, чтобы поражать столицу Вайнкера на расстоянии, не подвергая себя опасности. При любой угрозе, вместо того чтобы встретить опасность, она пыталась от нее убежать.

Под всей своей мистикой и ужасом, который она пыталась внушить, Одиуз была трусихой. Она распространяла смерть, потому что боялась своей собственной.

Мерзкая фея запаниковала, когда дракон сократил расстояние между ними, и использовала свой последний козырь. Она быстро раскрыла грудную клетку, высвобождая из своего резерва еще одну душу.

Крылатый полудракон и единственное существо, которому Вайнкер никогда не причинит вреда.

Император драконов моргнул, когда перед ним предстал призрак его друга.

— Повинуйся, раб! — приказала Мелл Одиуз, тут же закрывая ребра, чтобы заслонить слабое место. — Убей своего хозяина!

На лице призрака появилось выражение решимости. И тогда Вайнкер понял. Почему Друг Виктор без страха расстался с жизнью, уже столько раз вкусив смерть.

Одиуз была не единственным специалистом по отлову душ.

Вдруг вместо того, чтобы атаковать, призрак друга Виктора, к удивлению Одиуз, влетел обратно в ядро. Драколич издала рев боли и удивления, а ее сердце испустило вспышку жуткого света.

Вместо шепота души внутри Одиуз начали кричать. Призрачные отражения драконьего Вотана, Ледяного Клыка, бесчисленных змеев и погибших приспешников образовали хор мертвых, заглушивший рев их похитителя.

Друг Виктор создал артефакт под названием [Черный Грааль], чтобы хранить свою душу и захватывать чужие. Он знал, как устройство, подобное ядру Одиуз, работает изнутри... и как использовать его уязвимые места.

Вайнкер сомневался, что этот внутренний конфликт продлится долго, но Виктор с готовностью пожертвовал своей жизнью, чтобы дать дракону мимолетное тактическое преимущество. Это была смелая и рискованная авантюра, полностью основанная на доверии. Железные узы, закаленные в слезах, смехе и крови, но более прочные, чем замок самой феи.

Борясь с этим внутренним бунтом, Мелл Одиуз не смогла продолжить обстрел, позволив Вайнкер сократить разрыв.

Со всей силой и яростью дракон ударил ее в грудь, и от его удара задрожала платформа. От удара Одиуз отбросило к стене [Сияющего театра], а ее ядро стало утекать.

Сверхэффективный урон!

HP: [532166/3917].

Вытянув когти в страшном стиле, Вайнкер начал со всей скоростью наносить удары Одиузу. Его руки двигались быстро, как пули, золотые стены дрожали, когда драколич оказывался зажатым между наковальней и молотом.

В каждый удар Вайнкер вкладывал весь свой гнев и желание победить. Каждый коготь нес в себе гнев за смерть друга, печаль за жестокую гибель Айсфанга и ярость за жестокость феи по отношению к его приспешникам. Один удар мог сравнять с землей целый замок, а Вайнкер обрушил на него десятки таких ударов.

Драколич попыталась укусить его за шею, но Вайнкер отбил ее, выпустив клыки. Он сосредоточил свою ярость на груди и бил по ней, пока все ребра не разлетелись вдребезги. Ее кости выгнулись назад с тошнотворным звуком; такой же звук издало тело Вотана, когда Одиуз сразила его.

— Клад! — Вайнкер нашел свой боевой клич, без устали тыча ей в сердце. — Клад, клад, клад, клад!

И хотя в его словах звучала боль от того, что он потерял свое золото из-за ее планов, его разум в основном помнил всех приспешников, которых она убила в их бесконечной вражде. Каждая трещина в ее сердцевине делала его ближе к освобождению их запертых душ, и эта мысль подстегивала его сильнее, чем [Геомантия].

Не имея возможности защититься, драколич почти рухнула на землю, удержанная от падения лишь импульсом атаки. Золотая стена в ее спине треснула, а из ядра потекла энергия.

Оба столбика HP падали с полной скоростью, один быстрее другого, пока ядро Одиуз не оказалось в одном тычке от разрушения.

Вместо этого Вайнкер схватил ядро и вырвал его из раздробленной грудной клетки драколича, и тело нежити рухнуло на мраморную землю. Бедсивие этой эпохи накапливал в себе энергию, намереваясь раз и навсегда уничтожить это чудовище.

Вайнкер поднял ядро над головой и открыл пасть.

— Нет, — прошептала Одиуз, ее изломанное скелетное тело с трудом двигалось без ядра. — Если ты заберешь мою душу, я потеряю... все...

— Ты ничего не заслуживаешь, — ответил Вайнкер. — [Заряженная атака]!

Ядерная энергия накапливалась в глотке дракона, вырываясь наружу потоком разрушений.

Разрушительная сила ударила в сердцевину Одиуз, когда она издала последний крик, и свет Вайнкера ослепил всю Вальгаллу.

Вальгалла

Ядро Мелл Одиуз взорвалось в потоке света.

Когда дыхание Вайнкера стихло, скелетное тело [Драколича] рассыпалось в пыль: смерть, которую она распространяла на других, наконец-то забрала ее. Останки ядра расширились, приняв форму кричащей женщины с фиолетовой энергией; мерзкая искусственная душа Мелл Одиуз, напрягшаяся от разрушения своего сосуда.

Жестокий призрак издавал вопли агонии, пока ее тело росло, росло и росло...

Пока, наконец, с последним воплем ее душа не разорвалась на части. Словно проткнутый изнутри воздушный шар, ее сущность рассеялась и позволила всем порабощенным духам вырваться наружу. После этого взрыва духовной энергии [Блестящий театр] Вайнкера рухнул сам на себя, и на арену посыпалась золотая пыль.

Сотни, тысячи призраков разбежались во все стороны, наконец-то освободившись от ее железной хватки. Драконы, прислужники, человекообразные и все виды, известные Вайнкеру, наконец обрели свободу и устремились к месту своего последнего упокоения.

Несколько призраков последовали за ним не сразу. Золотая душа короля Вотана резко кивнула в знак уважения Вайнкеру, единственному врагу, которого он уважал, и ускакала на своем коне в загробный мир воинов.

Еще один ледяной призрак налетел на Вайнкера - старое лицо, с которым дракон так и не помирился.

— Айсфанг, — узнал Вайнкер змея, склонив голову в знак уважения. — Мы никогда не сможем свести счеты... но знай, что я никогда не забуду тебя, моего единственного соперника. Пусть Старший Вирм подарит тебе еще одну жизнь, чтобы мы снова сразились.

Дух Айсфанга скорчил гримасу, но, когда Вайнкер отдал ему дань уважения, морозный змей попрощался с ним, заключив мир со своим соперником.

Души змеев склонились перед Вайнкером, как и прислужники, пока, наконец, не осталась только одна душа.

— Виктор, — Вайнкер протянул руку к призраку своего главы персонала, и тот ответил ему жестом. С его [Кулаком Победы] дракон должен быть в состоянии коснуться его.

Но, увы, призрак Друга Виктора распался в небытие, когда его палец оказался в сантиметре от когтя партнера, и растворился в эфире.

Вайнкер наблюдал за происходящим, измученный, истекающий кровью и угрюмый.

Поздравляем! За спасение Аутремонда от ядерного уничтожения, ведение великой коалиции к окончательной победе и победу над новорожденным божеством Мелл Одиуз на официальном суде [Вальгалла] вы заработали четыре уровня в [Король-рыбак] и пять уровней в [Генерал-колдун]! Вы заработали классовые перки [Плодородные ноги], [Анклав], [Экзорцизм II], [Большое сопротивление магии] и [Салемский суд]!

+270 HP, +130 SP, +5 STR, +10 VIT, +4 SKI, +6 AGI, +3 INT, +9 CHA, +6 LCK.

[Плодородные ноги]: Заклинание, 100 SP в час. Когда вы ступаете по земле, с каждым шагом вы создаете существо [Растение]. Растение выбирается случайным образом и может быть от розы до разумного существа вроде [Бузинного дерева].

[Анклав]: Один раз в день вы можете объявить территорию в радиусе одной мили от себя частью своей территории. Эта территория будет считаться вашей землей/нацией при использовании ваших преимуществ.

[Экзорцизм II]: Вы можете применять [Экзорцизм] до уровня II. Это заменяет [Экзорцизм I].

[Большое сопротивление магии]: Вы получаете устойчивость к [Магии] (сюда входят все заклинания и подобные эффекты, но не техники и не магическое оружие), и на вас не действуют заклинания VI уровня и ниже, если вы сами того не пожелаете. Это заменяет [Малое сопротивление магии].

[Салемский суд]: Техника, 80 SP. Вы обвиняете одну цель в пределах видимости, чтобы она призналась в своем колдовстве и понесла наказание. Если у них есть уровни в классе заклинателей и они провалили проверку харизмы, их SP уменьшается до 0, и они получают урон HP, равный потерянному количеству. Вы тратите стоимость техники, даже если ваша цель не является заклинателем.

Поздравляем! Получив карту [Король-рыбак], вы заработали перк [Воплощение Святого Грааля].

[Воплощение Святого Грааля]: Ваша кровь обладает целебными свойствами. Воздействие вашей крови оказывает тот же эффект, что и зелья исцеления: пинта восстанавливает 500 HP; нежить вместо этого получает урон. Вы не можете исцелиться, выпив собственную кровь.

Вы достигли 99-го уровня. Теперь вы можете войти в [Вальгаллу] и попытаться совершить [Апофеоз].

99-й уровень. Наконец-то божественность стала досягаемой.

Но все это было бесполезно, если рядом не было его лучшего друга.

Вайнкер повернулся к телу Виктора и отключил баффы - битва закончилась. Дракон бережно взял в руки останки своего верного напарника, включая косу, а затем направился к воротам в центре платформы.

На этот раз двери сдвинулись с места, как только Вайнкер до них дотронулся. Оттуда раздались сразу пять женских дружелюбных голосов.

— Входите!

Врата расширились, открыв портал в другое пространство. По странной вселенной плыла золотая лестница, ведущая наверх. Дракон поднялся по ней, неся на руках своего мертвого друга. Если Вайнкеру придется стать богом, чтобы воскресить его, то так тому и быть!

Императору не потребовалось много времени, чтобы добраться до вершины - золотой платформы, еще большей, чем та, на которой он сражался с Одиуз.

Там его ждала могучая драконица, с царственным волнением восседавшая на своей королевской попоне.

Эта тварь превосходила Вайнкера размерами и величием, ведь она была даже больше таррасского императора. На каждой из ее пяти голов красовалась замысловатая корона, демонстрирующая ее глаза, похожие на драгоценные камни. Размах ее крыльев мог повергнуть в страшную тень целый город, а ее золотые когти своим блеском позорили даже [Доспехи клада]. Ее чешуя, вместо того чтобы выбрать один цвет, постоянно менялась между всеми цветами, как живая радуга.

Эта сущность была образцом драконьей расы, вобрав в себя все лучшие черты всех чешуйчатых существ Аутремонда. От нее произошли все представители самого богатого вида на свете - от змеев до линнормов и истинных драконов.

Легендарный Старший Вирм.

Все это время Вайнкер знал, что все сложится именно так. Кто, как не высший змей, мог создать эту систему, созданную драконом? Кто еще мог принять Вайнкера и возвести его на законное место верховного существа, наблюдающего за всем творением? Красный дракон высоко поднял голову, готовясь к великой чести, которая будет ему оказана.

Затем заговорил Старший Вирм, разрушив иллюзии Вайнкера.

— Поздравляю, дитя мое! — произнесло существо, из каждой головы которого, как у бессловесного животного, вылезли языки, разрушив видимость величия. К своему ужасу, оно вдруг напомнило Вайнкеру Горыныча. — Я - добрый Старший Вирм! О да!

Вайнкер застыл в шоке: все его мировоззрение рушилось на глазах.

— Я так счастлива! — проговорило существо, виляя хвостом, как собака. — Один из моих дракончиков наконец-то выжил!

Вайнкер молча смотрел на ее поведение, на многочисленные головы, на вспышку глупости в ее глазах и вдруг понял ужасную правду.

Старший Вирм...

Старший Вирм был Змеем!(П.П. Я хз как теперь жить. Я решил, как и предыдущий переводчик, использовать слово змей вместо вирм, а тут оказывается, что это разные понятия. Кароче суть в том, что Старший Вирм надо было переводить как Старший Вирм)

— Моя жизнь была построена на лжи! — жаловался Вайнкер, потрясенный представшей перед ним ересью. — Бог... бог - это Змей!

— Все драконы равны перед моими глазами! — добродушно сказал божественный предок всех змейов. — Неважно, сколько у них голов!

Вайнкер чувствовал себя пристыженным и грязным, что произошел от... от этого существа, но сумел сдержать свой ужас. Даже если писания были ужасно неправильными, это... это существо было его предком, а значит, заслуживало уважения. Он не мог позволить себе устроить сцену, когда его начальник останется мертвым в его руке.

— Прошу тебя, о великий Старейшина Змей! — Вайнкер положил тело своего приспешника перед божественным Змеем в качестве подношения. — Можешь ли ты воскресить из мертвых моего начальника?

— О да! — Старший Вирм взмахнула рукой, призывая древнюю драконью магию. — Зиппити Заппата!

Жизнь снова потекла внутри Друга Виктора, а его глава персонала задыхался.

— О боги! — сказал человечек, вскочив на ноги от неожиданного оживления. — О боги, там был грузовик! Где грузовик?!

— Друг мой, ты вернулся! — Вайнкер был так счастлив, что забыл о себе и прижался к своему приспешнику. Друг Виктор немного смутился, но ответил жестом на жест, обняв дракона за нос.

— Он такой милый! — восхищалась Старший Вирм идеальным приспешником Вайнкера, пристально разглядывая его своими пятью головами. Друг Виктор от удивления сделал шаг назад. — У него такие красивые крылья!

— Я его хорошо воспитал и обучил, — заявил Вайнкер, демонстрируя свою грудь: гордость за выбранного партнера была сильнее отвращения. — Его гены безупречны, и он бесчисленное количество раз доказывал свою состоятельность.

— Подождите, подождите, это же сердце Вальгаллы? — Друг Виктор растерянно огляделся по сторонам. — Источник Системы?

— Друг Виктор, разве я не говорил тебе, что Система была создана драконами для драконов? — Вайнкер ответил, прежде чем склониться перед Старшим Змеем. Божественная змея или нет, но ее силу и доброту невозможно переоценить. — Благодарю тебя за это бесплатное возрождение, о Великий Старейшина Змей.

— Я делаю это каждый раз, когда умирают мои миньоны! — ответил гигантский змей.

— Ваши приспешники? — спросил Виктор, звуча подозрительно.

— О да, они стесняются незнакомцев! — Старший Вирм прочистила горло и начала призывать своих слуг по-драконьи. — Миньоны! Миньоны! МИНЬОНЫ!

Двенадцать гигантов телепортировались вокруг платформы.

Вайнкер сразу же узнал среди них мерзкого червя Саблара, который не пытался скрыть своего разочарования. Разрушительное божество, должно быть, пожелало, чтобы на месте ее разрушителя стояла мерзкая Мелл Одиуз. Остальных Вайнкер смутно узнавал по статуям, выставленным в храмах, которые ему доводилось посещать, - от царственного короля-человека Митры до жадной Шеши.

Большинство из них выглядели так, словно хотели оказаться где угодно, только не здесь.

— Да, — заговорили все боги разом, со стыдливыми лицами, — Ваше Величество?

Друг Виктор молча смотрел на каждого из них, большинство смущенно отворачивали голову. Темная эльфийка, богиня Камилла, покраснела от застенчивости, а русалка изо всех сил старалась избежать взгляда главы администрации. Только гигантский кальмар и гигантская игральная кость не выглядели обеспокоенными, в основном потому, что казались затерянными в своих собственных маленьких мирах.

— Боги? — Друг Виктор спросил Старшего Вирма, его голос был лишен всяких эмоций. — Боги - твои слуги?

— Что такое бог, — делилась мудростью Старший Вирм, — как не приспешник дракона?

— Но почему? — Друг Виктор по-прежнему глубоко отрицал. — Зачем ты вообще создал Систему? В чем смысл жизни?

— Чтобы сделать драконов богаче и могущественнее! — гордо ответила Старший Вирм.

Друг Виктора рухнул на колени, уничтоженный до глубины души.

Вайнкер гордо улыбнулся, подтверждая неопровержимую истину. Он мог бы похвастаться своей правотой, но это было бы дурным тоном. Вместо этого дракон постарался выглядеть самодовольным и напыщенным.

— Все это время... — пробормотал про себя друг Виктор. — Все это время...

— Мне очень жаль, Виктор, — извинилась Камилла, закрывая лицо рукой. — Мы подумали, что наши смертные последователи будут плохо думать о нас, если узнают.

— Мы подавляем память, когда можем, — сказал белый олень.

— Погодите, так вот почему вы не можете делать Избранными драконов? — Друг Виктор поднял голову, многие боги медленно кивнули.

— Драконьи Избранные запрещены до скончания веков! — Старший Вирм гневно ударила хвостом по платформе, отчего та затряслась.

— Ты был самым близким к лазейке, — сказал Виктору бог-ворон с большой косой.

— О, тебя избрали? — Старший Вирм наблюдала за полудраконьим приспешником с любопытством, как глупый ребенок за игрушкой. — У тебя так много отметин!

— На данный момент не хватает только Саблара, — сказал друг Виктор, взглянув на червяка.

Старший Вирм оглядел их с пяти сторон, а затем полностью сосредоточился на Сабларе. — Миньон.

— ...Да? — с тревогой спросил бог червей, зная, что последует дальше.

— Отдай ему, — ворчал Старший Вирм. — Отдай ему!

— Нет, ты не можешь заставить меня сделать это! — взбунтовался миньон-червь. — Он украл душу моего избранного!

Старший Вирм уставился на него своими десятью глазами, как родитель на непослушного ребенка. — Отдай ему, приспешник! Дополни набор!

Не выдержав пристального взгляда, Саблар повернулся к Виктору, и его многочисленные глаза замигали от ярости. Под доспехами главы персонала блеснул свет, а затем быстро исчез.

— Я вас ненавижу, — жаловался бог червей. — Как же я вас всех ненавижу.

— Лучше бы мне получить за это особый перк, — сказал друг Виктор, оправившись от своего еретического откровения. — Неужели... мир спасен? Мы победили?

— Ну конечно! — Вайнкер похвастался за них обоих, подняв кулак. — А ты сомневался в этом, друг Виктор?

— Мелл Одиуз уничтожена, ее душа унесена в эфир, а ты успешно запечатал Кром Круах, — сказал бог-человечек Митра. — За это тебе наша искренняя благодарность.

— О да! — вернулась к серьезным вопросам Старшая Змейа, прочистив пять глоток. — Вайнкюр Рыцареубийца, ты доказал, что достоин [Апофеоза]!

То, что она неправильно произнесла его собственное имя, раздражало Вайнкера, но дракон сохранял царственное спокойствие и самообладание. — О Великий Старший Вирм, если божественность означает стать прислужником, то я не могу этого принять, — заявил император, которого эта сцена заставила пересмотреть свои взгляды.

— Нет, нет, все в порядке! Они никогда не должны были становиться богами-миньонами! Система была создана для вас... — Божественный Змей сделал небольшую паузу: — И фей.

Вайнкер тут же замер. — Великий старейшина Змей, не ты ли создал Систему для драконов?

— Да, но я создала систему вместе с Элди, моим лучшим другом, — ответила богоподобная Змея. — Он фея, но он супер-пупер милый! —

— Старший? — спросил друг Виктор, соединяя точки. — Первый из фоморов?—

— Да! Он всегда был злым и одиноким, поэтому я дал ему душу, а он создал миньонов, чтобы я никогда не чувствовал голода. Мы оставили Аутремонд нашим детям, и мы создали Систему, чтобы они могли расти вместе!

— Погодите, значит, драконы создали только половину мира? — спросил Вайнкер, все его мировоззрение рушилось с каждым новым предложением. — А вторую половину создали феи?

— О да! — Старший Вирм кивнул. — Но наши дети не ладили друг с другом и дрались, поэтому мы их отшлепали! Элди забрал души своих фей, а я - магию своих драконов! Потом мы ушли, чтобы создать новые миры и системы, но я тайком отправил души в другие виды, потому что это было бы несправедливо по отношению к ним.

— Похоже, они не выучили урок, — сказал друг Виктор, выдвинув странную теорию на этот счет. Теперь настала его очередь выглядеть самодовольным.

— Фоморы и драконы никогда не были проинформированы о Системе до того, как они распались, — сказал Митра. — Из-за своего высокомерия и лени они никогда не стремились стать сильнее, а значит, не предпринимали шагов, необходимых для ее активации.

— Говори за себя, человечек! — ответил Вайнкер. — Позволить себе ничего не делать - это самое чистое проявление богатства и власти!

— Конечно, — с тяжелым сарказмом ответил Митра. — В любом случае, Система дремала, забытая и неактивная, пока Кости случайно не подключился к ней и не активировал ее.

— Бросьте меня! — умолял гигантский кубик в углу. — Бросьте меня для DLC!

— Нас попросили хранить секреты Вальгаллы при себе и как можно меньше вмешиваться в жизнь обоих первобытных видов, — добавила богиня-миньон в капюшоне. — К лучшему или худшему, они должны были найти свой собственный путь к величию.

— У тебя есть два варианта, дитя мое! — сказал Старший Вирм. — Я могу либо сделать тебя богом-управляющим этой Системы, либо переродить тебя.

— Во-первых, Ее Величество может реинкарнировать вас в другом месте, в мире с более высоким уровнем сложности, где вы сможете продолжить свое развитие, — говорит Камилла. — Ваш уровень обнулится до 1, но вы сохраните имеющиеся навыки и найдете испытания, достойные вашей колоссальной силы.

— Многие кандидаты в Боги были адреналиновыми наркоманами, которых больше интересовали приключения, чем божественность, — с нежностью сказал бог-громовержец. — Я почти жалею, что не последовал за ними, но, увы, без моего соперника было бы невесело.

— Я не помню, чтобы получал такое предложение, — сказал миньон-русалка.

— Я тоже, — отозвался гигантский кальмар.

— Потому что вы были пьяны и под кайфом, соответственно, — раздраженно пробурчал Митра.

— Подождите, а сколько всего миров и систем? — спросил друг Виктор.

— Бесчисленное множество, приспешник моего дитя, — ответил Старший Вирм с мудростью и добротой. — Я могу создавать Системы, но это могут делать и многие другие! Нас сотни, и у каждого из нас много планет, над которыми нужно работать! Это так много работы, что мне нужно делегировать ее!

— Миры с более высокой сложностью проблематичны и требуют больших затрат, но они обеспечат вам вызов, — продолжила богиня гномов.

— Но не таких больших, каких обеспечил Кости, — сказал Старший Вирм. — Он несправедлив, а его создатель – не дракон.

— Как вариант, — кашлянул Митра. — Ты можешь получить уровень [Божества] и присоединиться к пантеону.

— Таковы правила, — сказала Старший Вирм. — И я говорю, что тебе следует взять божественность.

— Почему? — спросил Вайнкер, все еще недоверчиво.

— Система никогда не была создана для работы с нами, — сказала Камилла, а затем добавила: — К сожалению.

— Изначально она была создана для драконов и фоморов, — сказал Митра. — Даже когда мы возносимся, наше влияние на неё ограничено. Если использовать терминологию Избранных, мы - модераторы, но не администраторы.

— Но если ты вознесешься, то сможешь обновить систему! — сказала Вайнкеру Старший Вирм. — У меня никогда не было времени, потому что я управляю сотнями таких систем, некоторые из них очень сложные, но ты мог бы улучшить ее!

— Можно добавить расовые классы, — сказал белый олень, — чтобы все уравновесить!

— И что? — Митра прочистил горло. — Каков твой выбор, Вайнкер Рыцареубийца?

Дракон посмотрел на Старшего змея и ее двенадцать приспешников, не зная, что и сказать, но обрадованный предложением. Наконец-то он мог занять место верховного правителя Аутремонда, сделав весь мир своим владением.

Затем он посмотрел на своего главы персонала, о котором еще не было сказано ни слова, и в его голове зародилось сомнение. — А как же друг Виктор? — спросил дракон.

Печальное выражение пяти лиц Старшего вирма сразу же подтвердило опасения Вайнкера.

— Мне очень жаль, дитя мое, - сказал Старший Вирм. — У него нет необходимых уровней. Мне придется отправить его обратно вниз.

— Что? — запротестовал друг Виктор.

— Почему? — Вайнкер сердито фыркнул, но тут же успокоился. Проявлять гнев в присутствии предка, даже Змея, было ниже его достоинства. — Он помогал мне во всем! Мы вместе победили армии фей!

— Я умер уже в четвертый раз! — добавил Виктор.

— Да, но ты не заработал столько опыта, сколько Вайнкер, — сказал Митра. — Именно Рыцареубийца победил Одиуз и сделал большую часть работы. А ты, Далтон... ну... ты был помощником во всем этом.

— Ладно, может, я слишком многого прошу, но почему бы не повысить мой уровень? — предложил Виктор. — Вайнкер мог бы бесплатно давать благородные уровни, нет?—

— Нет, или твоя душа превратится в шар! — предупредил Старший Вирм.

— Что ее величество...

— Ее Величество! — укорила Митру Старший Вирм, который, как подозревал Вайнкер, теперь был ее главой персонала. — С большой «В»! Я могу отличить!

— Ее Величество имеет в виду, что уровни, статы и перки создают нагрузку на душу, и кто-то должен получать их естественным путем, — пояснил Митра с напряженным лицом. — Искусственное повышение уровня с помощью подвигов и лазеек приведет к тому, что душа станет нестабильной, как вы видели в случае с Мелл Одиуз.

— Как тот парень, который пытался получить бесплатный уровень от каждого авторитетного класса, — сказала гигантская русалка, похожая на кальмара. — Его душа превратилась в воздушный шарик и улетела.

— Это было забавно и неожиданно, — хихикнул вороненок среди них.

— Мелл Одиуз взлетела до 99-го уровня, злобно вытягивая опыт из других душ и используя устройства вроде [Черных гребней], не заработав ни одного из своих уровней, — продолжил Митра. — В конце концов это разорвало ее нестабильную душу на части. Если бы ей удалось добраться до этого места... ее вознесение могло бы обрушить Систему, если не хуже. Несколько свободных уровней - это хорошо, особенно если вы получили их рано, но если их больше, вы рискуете поставить под угрозу само свое существование.

— Именно для этого существуют гербы и жесткие ограничения на увеличение статов, — объясняла жадная Шеша. — Гербы, в частности, ограничивают безудержную инфляцию опыта; они помогают оценить, действительно ли человек заработал навыки, необходимые для дальнейшего повышения уровня.

— И... — пробормотал про себя друг Виктор, держась за косу: — Я слишком высокого уровня.

— Вы стали настолько могущественны, что ни один из подвигов, потрясающих мир, не даст вам достаточно опыта для повышения уровня, — сказала Камилла. — Даже [Дронтов Опыта] не хватит. Я бы хотела, чтобы ты был среди нас и на моей стороне, но пока этого не может быть.

— Тогда я отказываюсь от божественности, — твердо заявил Вайнкер, услышав достаточно.

— Ваше Величество... — Друг Виктор замялся.

— Мы с моим человечеком дали обещание вознестись вместе, как две половинки единого целого, — ответил Вайнкер. — Если мы не можем вознестись вместе, то верните нас в мою империю, чтобы я мог править ею, пока мой человечек не будет готов.

— Я не могу, — твердо сказал аСтарший Вирм. — Правила для всех. Даже для одного из моих детей.

— Когда я вошел сюда, я еще не был 99-го уровня, — заметил Вайнкер. — Почему меня нельзя вернуть в мое скопище миньонов?

Старший Вирм обдумала его слова, увидев в них мудрость.

— Я могу вернуть вас обоих в Аутремонд, — сказала прародительница драконьего рода, хотя в ее голосе прозвучала грусть от такого поворота событий. — Я буду считать это твоим вариантом реинкарнации, дитя мое. Но ты не сможешь вернуться сюда. Божественность - это не вращающаяся дверь.

— Подождите! — заговорил друг Виктор. — Можно мне побыть наедине с Вайнкером, пока он не принял решение?

Старший Вирм кивнул аи разрешила им уединиться на пути дракона.

Повернувшись спиной к дуэту.

— Миньоны, повернитесь! — приказала она божествам. — Миньоны!

— Это нелепо, — жаловался Митра, но все равно повиновался, как и все остальные.

— Поверните меня налево! Прокатите меня под углом!

Когда, наконец, все приспешники повернулись - Кости оставалисьвне поля зрения в объятиях гигантского кальмара, - Виктор поднял глаза на своего партнера. — Вы уверены, что хотите отказаться, Ваше В... —

— Вайнкер, — напомнил дракон своему другу. — Ты более чем заслужил эту привилегию, Виктор.

— Вайнкер, ты уверен, что хотите отказаться? — Друг Виктор сказал. — Конечно, после твоего вознесения мы не сможем вместе отправиться в приключения, но иногда мы все равно сможем проводить время вместе. Это не так уж плохо, я делаю это постоянно. Ты мог бы принести много пользы там, наверху, и сделать так, чтобы весь этот бардак не повторился. Может быть, ты даже избавишься от класса [Драколич], прежде чем появится новая Мелл Одиуз.

— Нам придется поговорить об этом, Виктор... — Камиллу заставил замолчать другой приспешник, надувшись.

— Я хочу сказать, что этой планете нужен кто-то ответственный за рулем, а не двенадцать человек, которые тянут его во все стороны, — продолжал Друг Виктор, а некоторые из других божественных приспешников жаловались на заднем плане. — И... может быть, дружба слепа, но я не могу представить никого, кто бы лучше тебя подходил для этой работы.

— Друг Виктор, что ты скажешь о нашем обещании? — рассуждал Вайнкер. — Что мы будем подниматься вместе?

— Я все еще могу подняться и присоединиться к вам позже, — ответил [Жнец], хотя, судя по голосу, его немного пугала предстоящая задача. — Поскольку мы спасли мир, мне, возможно, придется немало потрудиться, чтобы добраться до Валгаллы в одиночку. Но я это сделаю.

Вайнкер наблюдал за своим напарником, пытаясь понять его рассуждения. И он увидел это в его глазах, скрытых шлемом.

Его прислужник желал Вайнкеру добра... даже когда не мог следовать за ним. Вайнкер достиг конца своего пути, что символизировало повышение его уровня; его прислужник знал, что даже если дракон будет какое-то время наслаждаться управлением своей империей, он всегда будет стремиться к большим богатствам и высотам. Аутремонд стал слишком мал для Великого бедствия этой эпохи, и он будет возмущен тем, что остановился на месте.

Другу Виктору было неприятно оставлять своего хозяина позади, но он понимал, что иногда роль главы персонала заключается не в том, чтобы стоять рядом со своим драконом.

Иногда их роль заключалась в том, чтобы наблюдать за тем, как они улетают к новым богатствам, и управлять тем, что осталось позади.

— Миньон, — сказал Вайнкер с тяжелым сердцем. — Преклони колено.

Виктор безропотно подчинился, темный рыцарь склонился перед своим господином.

— Обещай мне, — сказал Вайнкер. — Обещай мне под честное слово свое и мое, что однажды ты вознесешься. Что ты воссоединишься со мной и будешь стоять рядом со мной в небесах, как и на земле.

— Клянусь, — заявил Жнец.

— Пообещай мне, что позаботишься о моем кладе, — продолжал Вайнкер. — О моем кладе приспешников и земель. Обещай мне, что посадишь на трон мою племянницу Джоли и будешь вести ее с верностью. Обещай мне, что будешь править справедливо и придерживаться тех же ценностей, которыми жил я. Обещай, что будешь заботиться о моей семье и защищать ее, как это делал я.

— Клянусь, — повторил бывший визирь, и теплая жидкость потекла по его шлему.

— Меня сейчас вырвет.

— Заткнись, Саблар, — ответил другой приспешник, но дракон не узнал, какой именно.

— Обещай мне, что будешь размножаться, — добавил Вайнкер, не обращая внимания на посторонний шум. — Чтобы у тебя были богатые потомки, которых у меня никогда не будет. Обещай мне размножаться до тех пор, пока мир не наполнится твоими хорошими генами, чтобы все драконы могли однажды получить приспешника твоего уровня.

— Я... я мизинцем клянусь..., — это было менее охотно, но все же искренне.

— И наконец... — Вайнкер опустил голову, чтобы прошептать как можно тише. — Не рассказывайте моему роду о... — Он взглянул на спину старейшины Змея и вздрогнул: — Об этом.

— Я клянусь.

Хорошо. Драконье племя еще не было готово.

Удовлетворенный, Вайнкер кивнул. — Тогда я освобождаю тебя от рабства в качестве моего главы персонала. Когда-нибудь мы снова встретимся здесь на равных. А пока... гордись мной.

Как он всегда делал.

— Это... — Друг Виктор поднял голову, чтобы в последний раз перед вознесением взглянуть на своего смертного хозяина: — Это прощание, Вайнкер?

— Нет, Виктор, — ответил Вайнкер, когда свет Вальгаллы поглотил их обоих.

— Это прощание.

Поздравляем. Вы получили уровень в [Божестве].

Выбраны домены: [Драконы], [Лидерство], [Богатство], [Рост].

Ваш путь смертного завершился.

Но ваша история только начинается.

Вайнкер «Лучший дракон» Рыцареубийца (Пред-Вознесение)

Уровень: 99 (Августус 30, Генерал-колдун 19, Кайзер 20, Король-рыбак 30)

Тип: Дракон.

Группа: V&V.

Очки здоровья

7,625

Специальные очки

2200

Сила

184

Живучесть

159

Навык

93

Ловкость

115

Интелект

77

Харизма

171

Удача

108 (+10)

Персональные перки

Классовые перки

Атомное дыхание драконьего огня

Рожденный в пурпуре

Невосприимчивость к огню

За императора

Живучесть красного дракона

Король игр

Честь дракона

Династия

Драконья чешуя

Любимец толпы

Суперчувства

Суперкрит

Радар девственных принцес

Очистка заклинаний

Малая устойчивость к ядам

Сжигание ведьм

Друг мёртвых

Большая устойчивость к магии

Насмешка

Экзорцизм II

Эпик

Решимость охотника

Эль Президент

Стипендия

Магеллан

Владелец подземелья (Замок Мурмурина)

Усилители статов +10 (все статы)

Кулак Победы

Призыв миньона (Виктор Далтон)

Имперская власть

Малефическая тайна

Сочувствие монстрам

Заряженная атака (Дыхание дракона)

Победный рев

Зеркальная шкала

Огненная корона

Неподвижный

Показать

Золотой душ

Сияющее величество

Золотая дорога

Геомантия

Выращивание монстров

Терраформа: Немагические местности

Понтифик Максимус

Malleus Maleficarum

Инсинератор

Мастер тишины

Блестящий театр

Улучшенная гибридизация

Кроличья чума

Альфа-магнетизм (шкалы)

Разводчик минибоссов

Чудо природы

Возвышенное дыхание дракона

Владыка Змей

Символ надежды

Исцеляющая мантия

Авалон

Плодородные ноги

Enclave

Салемский процесс

Воплощение Святого Грааля

Оставленное позади

Виктор проснулся, прижавшись спиной к песку, под шум соленой воды и разбивающихся волн.

Он поднялся на ноги, его раны закрылись, а доспехи полностью восстановились. При беглом взгляде на окружающую обстановку выяснилось, что он был телепортирован на пляж Прайдена, возможно, в нескольких милях от места финальной битвы. Армия V&V захватила небеса, прогнав последние остатки армии Одиуз.

Прошло несколько минут, прежде чем Виктор полностью пришел в себя и вспомнил, что только что произошло. Он помнил, как сражался с Одиуз в Вальгалле, как его оживил гигантский змей и...

Драконы торжествующе ревели в небе, а небеса полыхали огнем. Виктор поднял голову и увидел это.

На небе появилось новое созвездие в форме дракона; огненные звезды образовали знакомую корону, возвестив всем о рождении нового бога.

Реальность окончательно запала Виктору в душу.

Они победили.

Битва была окончена.

А Вайнкер исчез.

Поздравляем! За то, что вы обманули Мелл Одиуз и помогли своему хозяину победить ее с помощью коварного плана, вы заработали три уровня в [Мориарти]! Вы получили классовый перк [True Crime Profiler]!

+30 HP, +20 SP, +3 STR, +2 VIT, +3 SKI, +3 AGI, +6 INT, +3 CHA, +3 LCK!

[Настоящий криминальный профиллер]: При успешной проверке интеллекта вы можете составить идеальный профиль жертвы, с которой вы даже случайно знакомы. Вы всегда знаете, когда они лгут вам, даже если они используют магию, чтобы замаскировать свои намерения, и можете предсказать их действия с высокой степенью успеха. Кроме того, вы сразу же узнаете о своей жертве один порочащий факт.

Вы заработали персональный перк [Избранный Сабларом]! За то, что на вас претендует весь пантеон, вы также получили персональный перк [Пантеист]!

[Избранный Сабларом]: Когда вы повышаете уровень, у вас есть дополнительный 10-процентный шанс получить прибавку к силе или живучести. Вы невосприимчивы ко всем эффектам [Времени] и [Земли], кроме тех, что вызваны самим Сабларом, и больше не стареете.

[Пантеист]: Вы не можете получать урон от заклинаний [Молитва] и перков с божественной силой, кроме тех, что используют [Божества].

Как бы подчеркивая, что ему не приснилось, Виктор почувствовал, как чешется его левая ладонь. Сняв перчатку, он обнаружил на коже след в виде дракона.

Вы заработали перк [Избранный Вайнкером].

[Избранный Вайнкером]: Когда вы повышаете уровень, у вас появляется дополнительный 10-процентный шанс получить прибавку к силе, харизме или удаче. Скорость выпадения лута и вероятность найти сокровища увеличивается вдвое.

Спасибо, приятель.

Это зрелище оставило горько-сладкий привкус во рту Виктора, напомнив ему, что в будущем он будет предоставлен сам себе. Три уровня привели его к девяносто первому уровню и предстоял еще долгий путь к божественности. Но визирь дал обещание, и он его выполнит.

Над Жнецом пронеслась огромная тень, вернув его к реальности.

— Вик! — Подхваченная Горынычем, Киа Бекеле приземлилась прямо перед ним и тут же слезла на песок. Доспехи, в которые она была облачена, остались невредимыми, сила дружбы защитила ее от любых ран. — Вик, наконец-то!

— Хозяин! — обрадовался Змей, увидев своего всадника. — Горыныч так испугался!

— Киа? — спросил Виктор, понимая, что время действия [Толчка времени] Акхенапепа, должно быть, истекло.

— Я пришла так быстро, как только смогла! — в отчаянии сказала паладин, подняв меч и предвкушая битву. — Где Одиуз? Где она? Где она?

Ах, бедная девочка. Виктор попытался смягчить слова, но без этого было не обойтись. — Она мертва.

— Она мертва? — В голосе Киа звучало одновременно и облегчение, и ужасный страх. — Мертва как нежить или...

— Мы победили ее, запечатали ее апокалиптический замок, а Вайнкер стал богом. — Виктор направил косу на небо и чудо своего друга. — Все кончено.

Когда-то одно предложение полностью уничтожило Киа Бекеле, ввергнув ее в пучину слез и отчаяния. Опустившись так низко, как только могла, рыцарь сумела подняться к нормальной жизни через кровь и слезы.

Слова Виктора вернули ее на дно колодца.

— Я пропустила финальную битву, — сказала паладин, ее взгляд был полон. — Я пропустила последнюю битву.

— Киа, все в порядке, — попытался успокоить ее Виктор, положив руку ей на плечо. — Мы найдем другую.

Его слова остались без внимания: паладин шла по пляжу на автопилоте и бормотала про себя, пока внутри нее копились эмоции. Затем они внезапно взорвались без предупреждения.

— БЛИИИИН! — Киа громко ругалась, ее доспехи заставляли ее смешивать семейные фразы с оскорблениями. — «Охана» означает семья! Сгинь эта броня! СГИНЬ!

Не успел Виктор даже запротестовать, как Киа начала снимать [Сюжетную броню] и бросать ее на песок, и ее ярость взяла верх над скромностью. — К черту эти доспехи! — кричала она, — К черту эти линии! К черту их!

— Горыныч может спеть песню, чтобы ее развеселить, — предложил Змей. — А Горыныч может спеть песню?

— Это любезно, но не думаю, что поможет, — заявил Виктор, пока Киа пинком отправляла проклятые доспехи в море. Как оказалось, под магической защитой на ней было надето черное белье, но визирю было видно практически все.

Может быть, это был адреналин, усталость от всех этих испытаний или просто вид этого совершенного тела амазонки, но... в общем, его мысли улетучились.

Киа и он молчали с минуту, пока в голове паладина не зародилась идея. — Виктор, — она посмотрела ему прямо в глаза, ее взгляд был наполнен последней надеждой на самореализацию.

— Киа, — он посмотрел на нее, понимая, что сейчас или никогда.

Они сказали это одновременно.

— Ты хочешь сражаться/размножаться?

На следующий день в лагере, разбитом среди остатков земель Одиуз, был организован большой саммит между победителями Войны Прайдена. Главным представителем драконьей расы был выбран Грандрейк, который вел дебаты в том же стиле, что и Драконий конклав. Каждый участник - от Джаджамбе до Верховного лидера Уравнителей - получил право голоса.

Виктор сообщил Джоли о ее новом повышении до императрицы Мурмурина, и племянница Вайнкера приняла это назначение с изяществом и немалыми слезами; однако, не имея явного опыта в «драконьем империализме», она более или менее оставила Виктору всю работу. Несколько часов императрица драконов и великий визирь сидели за каменным столом рядом с главами государств, а в открытом небе над ними сияло созвездие Вайнкера.

По правде говоря, Виктор уже проделал большую часть работы, пока у власти находился Вайнкер. Теперь же, когда его племянница была слишком молода, чтобы править, все стало официально. Тот факт, что бывший император драконов стал богом и наделил его полномочиями, только укрепил ореол Виктора в глазах посторонних.

В итоге Джоли официально повысила Виктора в звании с Великого визиря до Великого регента. Акхенапеп был бы горд.

Вайнкер продемонстрировал свою новую божественность, избрав несколько элитных приспешников, хотя лично он не появлялся. Вероятно, дракон был занят тем, что привыкал к своей новой божественности и управлению системой, оставив Виктора разбираться с делами в мире смертных.

В целом саммит прошел лучше, чем ожидал Виктор. Хотя король Гардмейн Роланд, его союзники и некоторые агрессивные драконы надеялись навсегда покончить с угрозой фоморов, Виктору, Джоли и Грандрейку удалось отговорить их от прямого геноцида, согласившись обеспечить мирный переход общества. И, если понадобится, подкрепить это силой.

Прайден сохранит свою независимость, а власть будет предоставлена фоморам, помогавшим союзникам во время войны; хотя страны-победительницы построят крепости и отправят послов, чтобы убедиться, что в этом нет никакого подвоха. Страна будет демилитаризована, ее арсенал уничтожен, а главных сторонников Одиуз будут судить на материке.

Империя V&V предоставит выжившим феям этические Гербы Души, позволяющие им развить душу и сострадание. В обмен на это фоморы давали обязательную клятву не нападать на своих соседей и выплачивать компенсации за войну, если взамен их оставят в покое.

И вот, впервые с начала цивилизации, фоморы заключили мир со всеми остальными. На изменение их культуры могут уйти десятилетия, но Виктор, как и Мурмурин, надеялся, что когда-нибудь они станут торговыми и мирными соседями.

Однако Кейт Сит не удалось объявить кошачью еду вне закона на всем континенте, хотя Джоли и выполнила обещание своего дяди запретить ее в Империи. Невозможно побеждать каждый раз.

— Нам следует делать это чаще, селекционер Виктор, — заявил Грандрейк, а Джоли ратифицировала договор. Киа, сменив [Сюжетную броню] на свою обычную, стояла на страже рядом с императрицей, но так далеко от Виктора, как только возможно; она смущенно отводила глаза, когда их взгляды встречались.

— Конклав для решения наших вопросов? — спросил все еще не оправившегося от пощечины паладина Виктор у Грандрейка.

— Возможно, когда-нибудь международный конклав миньонов приобретет престиж вдвое меньший, чем наш собственный, — размышлял старый дракон. — Под законным руководством дракона-модератора.

— Я мечтаю, чтобы однажды миньоны сами распорядились своей судьбой, — с гордостью заявила Джоли, после чего передала документ Джаджамбе. Для пущего эффекта акула подписал документ своей кровью. — Клянусь, что однажды драконы и миньоны станут равными!

— Вы говорили о магии души, лорд Грандрейк, — заговорил Виктор, которого больше забавляли революционные идеи Джоли. — Я получил подтверждение от высших сил, что она когда-то существовала.

— Если она действительно существовал, то её можно выучить заново, — сказала принцесса-охотница. — Я понимаю ход твоих мыслей, приспешник Вайнкера. Ты считаешь, что это может послужить основой для долгосрочного мира с феями.

— Мир через торговлю. — Виктор кивнул.

Гениалиссим, который наблюдал за дискуссиями, не принимая в них реального участия, по-прежнему сомневался. — Воистину странные времена мы переживаем, — сказал он. — Мы хотим подружиться с феями, а драконы могут умереть как миньоны.

— Ты пересмотрел свою позицию, юный Гениалиссим? — спросил Грандрейк своего младшего товарища.

— Признаю, мои убеждения пошатнулись, — сказал дракон. — Но то, что сделал мой кузен, встретившись лицом к лицу со смертью и пробив когтями путь к победе... это вдохновляет. Возможно, это не такой уж плохой способ жить.

— Если вы верите, что драконы могут умереть, то считаете ли вы, что фоморы тоже могут измениться? — с любопытством спросил Виктор.

— Нет, — ответил дракон. — Но я испытываю осторожный оптимизм. Мы должны хотя бы попытаться.

— Дядя хотел бы именно этого, — кивнула Джоли.

— Я уверен, что он гордится всеми нами, — ответил Грандрейк, но тут же перешел к своей экологической программе. — Но он гордился бы еще больше, если бы ты серьезно относился к своим обязанностям селекционера, селекционер Далтон.

Виктор вздохнул. К сожалению, теперь, когда он был признан регентом и не был женат, главы других государств не так уж деликатно обращались к нему по поводу династических союзов. Сам король Роланд Гардмейн превозносил красоту и ум своей племянницы в каждом разговоре, который они с Виктором вели до сих пор. — Я сыт принцессами по горло, лорд Грандрейк.

Хотя, возможно, это поможет ему отшлифовать [Дьявольские Грабли] и снова присоединиться к Вайнкеру...

...

Может быть, когда его нынешние дети подрастут и смогут посещать Холоманс.

Оставив Джоли на попечение Киа и вернувшись в лагерь, Виктор обнаружил, что его ждут многочисленные друзья. Малфи, Жюль, Базз Джелли, рейнджеры-кобольды, Роло, Шарлин, Эллисон, Кошмар Нуарсер... В общем, множество союзников, которых он собрал за время своих странствий.

— Привет, красавчик, — сказала дриада, радуясь его приходу. Шарлин тем временем несла чайник, в котором Акхенапеп запечатал императора тарасков; Джаджамбе, должно быть, помог вернуть его. — Как все прошло?

— У нас мир во всем мире, — объявил Жнец. На заднем плане он заметил, как Младший и его слаймы подружились с Гардмейнцами: мимическая Ведьмина хижина то и дело пихала детенышей слизеринцев в руки людей, восторгавшихся их миловидностью. Чуть поодаль гномы-уравнители рассказывали солдатам о ценности уравнения, призывая их свергнуть эльфийскую буржуазию.

Ничто так не способствует укреплению дружеских связей, как общая война.

— Это правда, что ты подрался с Киа Бекеле? — спросила Шарлин, подняв бровь. — Это не похоже на мир.

— Паладины не могут смириться с тем, что их монополия на целительную магию закончилась, — пожал плечами Жюль. Похоже, упырь был почти счастлив услышать об этом злоключении.

Виктор вздохнул, все еще морщась от ран. — Когда паладин и некромант проводят слишком много времени рядом, у них начинаются незащищенные проверки Харизмы. А когда некромант проваливает проверку Харизмы, несмотря на все свои абсурдные бонусы, это превращается в незащищенные проверки Силы.

Элисон хихикнула, явно позабавленная отказом. — Дело не в количестве харизмы, Вик, — сказала она с мудростью. — Дело в том, с кем ты пробуешь. Некоторым вещам не суждено быть.

По правде говоря, хотя он смирился с рождением детей, даже стал желать этого, - Виктору хватало женщин в его жизни. Несколько неблагополучных семей, которыми нужно управлять, проводить больше времени с Шарлин и возможность создания династических союзов - это уже было бы непросто.

Никогда не думал, что скажет это, но он не возражал против того, чтобы хоть раз оказаться во френдзоне.

— Есть новости о Фурибоне? — спросил Виктор, переживая за капризного лича.

— Он не появлялся со времен битвы в замке, — сказала Шарлин. — Подозреваю, что он выжил, но восхождение Вайнкера отпугнуло его.

Неудивительно. Теперь, когда Вайнкер стал верховным божеством Аутремонда, лич будет оглядываться назад до конца своих дней.

— Так каков план, красавчик? — Элисон сменила тему.

— После того как мы разберемся с этим беспорядком, я планирую стабилизировать Империю и основать Церковь Вайнкера. — Без жадного стремления красного дракона и детей на подходе у Виктора больше не было причин продолжать приключения. Он мог сосредоточиться на строительстве королевства, обеспечить сохранение завоеванного Империей и заселить Новый Свет в своем собственном темпе. — Мы создадим институты, будем развивать международную торговлю, создавать союзы, реорганизуем крестьянство, сделаем школу обязательной...

— Приятно слышать, — перебила его Шарлин. — Но я полагаю, она спросила о вашем плане того, что мы будем делать прямо сейчас.

Говоря это, вампирша смотрела на собравшуюся армию драконов, чей голод превратил сельскую местность в пустую кладовую. Пока что им хватало фоморских зверей и скота, чтобы прокормиться, но за день они съедали больше, чем население Мурмурина за год.

— О, — ответил Виктор. — Ну что ж, мы устроим пир, чтобы порадовать наших союзников-драконов и убедить их после этого вернуться ко сну. Затем нам придется придумать, как пережить последующий голод.

Лично визирь считал, что голод драконов может привести к большему числу жертв, чем ядерные бомбы.

К счастью, его друзья уделили больше внимания празднованию, чем печальным, ожидаемым последствиям.

— Я согласна, что праздновать надо, — с улыбкой сказала Эллисон, счастливая так, как Виктор ее никогда не видел. Избежав ядерного уничтожения и добившись мира во всем мире, она пребывала в веселом настроении. — Мы выиграли войну, Вайнкер - бог, а ты вернулся к нам живым. Одного этого было бы достаточно, чтобы повеселиться.

— Может быть, мы могли бы организовать бои гладиаторов из нежити? — предложил Жюль. — Это будет честью для Вайнкера и принесет славу нежити.

— А как насчет того, чтобы гладиаторы сражались с демоническими зверями? — предложил Малфи. — Подумайте о пиаре.

— Роло справится с обоими!

— Вечеринка! — Базз Джелли прыгнул на место. — Бой бродяг! Бой бродяг!

— Шеф, шеф! — Розовый Рейнджер вскочила на место. — Могу я попросить вас кое о чем? Не могли бы вы рассказать о своих приключениях с Его Божественным Величеством?

— Ты хочешь написать о них книгу? — спросил ее Красный Рейнджер.

— Самый лучший и самый точный из всех. — Бард кивнула. — Священная книга Его Божественного Величества.

Может, Виктор и не заслужил божественной славы... но жизнь там, внизу, была не так уж плоха.

Не успел Жнец открыть рот и пригласить всех выпить, как в их сторону поспешно бросился посыльный. — Господин Виктор! — крикнул имп. — Это случилось! Это случилось!

Глаза Виктора расширились. — Мне нужно идти!

Он открыл портал в Хэппиленд так быстро, как только мог.

Когда Виктор приехал, Изабель уже кормила грудью их дочь.

От этого зрелища искатель приключений застыл на месте, ведь это было самое прекрасное, что он когда-либо видел. Его госпожа сидела на королевской кровати, обнаженная, и кормила бледного младенца в пурпурном шелке. Вместе с Гоблиной присутствовали его демонические наложницы, вероятно, помогавшие при родах. Военачальник гоблинов был просто в восторге от нового полудемона.

— Дорогой. — Изабель улыбнулась своему спутнику, и оба обменялись страстным поцелуем.

— Вик, я так рада за тебя! — сказала Гоблина, показывая подруге усовершенствованный позолоченный пистолет: — Я принесла ей подарок, чтобы она могла стрелять в крестьян издалека!

— Милая, — сказала Изабель крошечному малышу на руках, глядя на новоприбывшего своими большими голубыми глазами. — Это твой отец.

Ваш отец. Виктору пришлось сдержать порыв. — Твой папа, — сказал он. — Я твой папа, Бранинья.

— Папочка... — тихим голосом прошептала маленькая полудемонша, уже умея составлять слова. Он винил в этом кровь демона в ее жилах.

Одно это слово заставило Виктора взвизгнуть. — Можно? — спросил он мать, замирая от предвкушения.

— Да. — Изабель передала ему ребенка. — Но будь осторожен, мы еще не зачали запасную.

— Я буду защищать ее так, как будто от этого зависит моя жизнь, — ответил Виктор, после чего с величайшей осторожностью понес мягкую крошечную малышку.

Существо в его руках было таким легким и в то же время таким прекрасным. Кожа у нее была почти такая же бледная, как у матери, а глаза - человеческие. Кроме этих очаровательных черт, у нее уже была копна темно-платиновых волос, антенны и крошечные оранжевые крылышки; несомненно, его маленькая принцесса вырастет в такое же пленительное создание, как и ее мать.

Время словно замерло, пока Виктор носил своего второго ребенка, своего наследника и свой свет. Он молча поклялся, что защитит ее от всех бед и позаботится о том, чтобы она росла в лучших условиях, чем он сам.

Вайнкер дал ему шанс вырастить ее. Он не должен был упустить этот шанс.

— Папа, — прошептала Бранинья.

— Да? — Виктор улыбнулся дочери, готовый исполнить любое ее желание.

— Я хочу пони! — завизжала она. — Из ада!

— Все, что ты хочешь, милая, — сказал Виктор, целуя ее в лоб. — Все, что ты хочешь.

Ему предстояло сделать так много работы, но будущее еще никогда не казалось светлым.

Конец

Второе издание выпуститься в полночь.

Готовясь к этому моменту, Вайнкер Рыцареубийца, Великое бедствие всех веков, верховный бог пантеона а, король мира - и Албанских гор - собрал двенадцать своих богоподобных приспешников в своем планетарном царстве.

Известное также как [Дракотопия], это было самое прекрасное место во вселенной, и дракон никому не позволил бы сказать ему обратное. Здесь находился клад мирового масштаба, достойный его вновь обретенного величия. С момента своего вознесения Вайнкер стал еще больше - теперь он был на полпути между смертным размером и размером Старшего Вирма, возвышаясь над своими приспешниками. Возможно, со временем он превзойдет даже своего прародителя.

Пол и стены его царства были сделаны из золота, а потолок - из драгоценных камней. Серебряные столбы, поставленные из уважения к павшему Ледяному Клыку, образовывали круг вокруг показного трона Вайнкера; дракон поставил перед ним большой стол с картой а, чтобы он мог лично наблюдать за занятиями по цивилизации а.

Каждый из его приспешников откликнулся на его призыв и собрался за столом; явился даже червеподобный Саблар, который никогда не переставал жаловаться по любому поводу. Конечно, он пытался уклониться от своих обязанностей; в ответ Вайнкер съел его однажды и пригрозил сделать это навечно, когда насекомое возродилось в Вальгалле на следующий год. Червь понял смысл пищевой цепи и свое место в ней и больше никогда не оспаривал власть дракона.

— Ваше величество, — заговорил миньон Митра, самый надежный из его божественных лакеев. — Мы готовы.

— Ваше Божественное Величество, — настаивал Вайнкер, желая возвыситься над смертным величием; после всех своих трудов он заслужил самовосхваление. — Миньоны, я собрал вас, чтобы представить вам плоды моих трудов и подготовить к следующей кампании, которую мы начнем завтра.

С момента своего восшествия на престол Вайнкер неустанно трудился над обновлением старой Системы и направлял своих приспешников на завершение предыдущих кампаний по развитию Аутремонда; он объединил две группы игроков в одну, заставил Червеподобного Саблара посещать сессии и поддерживал мир. Теперь ожидание закончилось.

Вайнкер наблюдал за всеми своими приспешниками, пока все они не уселись и не стали ждать, когда он начнет. Бог драконов прочистил горло, мысленно прорепетировав свою эпическую речь.

— Прошло шестнадцать лет, шестнадцать лет, — настаивал Вайнкер, — с тех пор как я, Вайнкер Рыцареубийца, Великое Бедствие этой эпохи, вознесся, чтобы стать правителем всего творения.

— Скорее, солнечной системы... — начала рыцарь Леоне.

— Всего творения! — огрызнулся Вайнкер, заставив глупого рыцаря замолчать. — Прошло шестнадцать лет, и время малых народов закончилось. Наступила эра империй! Величайшая из них - Империя V&V, самая могущественная и процветающая нация в мире, которая поклоняется мне превыше всего на свете!

Прислужники слушали его с большим вниманием, ведь они знали, как он гордится своей страной. Ведь он постоянно напоминал им о ее величии на каждой встрече.

— Возглавляя армии моей прекрасной племянницы, императрицы Джоли, король-блудник Виктор расширил свои границы до самого Нового Света. В других местах другие страны выросли в размерах и силе: Гардмейн, Барин, Таотен, Тейкоку и Нагастан. Феи, теперь уже искупленные, заняли свое место, а драконы-авантюристы правят небом. Долгие годы здесь царил мир, но теперь под чешуей кипит напряженность!

Вскоре империя V&V сокрушит всех своих конкурентов.

И однажды весь мир станет V&V!

— Аутремонд уже готов к обновлению своей системы, разработанному мной, — похвастался Вайнкер. — В него войдут революционные идеи, такие как расовые уровни, новые классы, улучшенная прогрессия опыта, больше возможностей для накопления богатства и так много контента, что вы можете только мечтать о том, чтобы изучить его весь! Конечно, справедливости ради стоит отметить, что драконы будут стартовать с самыми высокими уровнями и лучшими способностями, но миньоны останутся вполне жизнеспособными.

Баланс не должен мешать реализму.

Кроме того, Вайнкер наконец-то восстановит функцию [Магия драконов], которую убрал Старший Вирм, вернув им исконные способности к созданию душ, а феи при рождении также получат душу, что поставит их на одну стартовую линию со всеми остальными. Проблемы, с которыми столкнулась первая система, вскоре уйдут в прошлое.

— Теперь, чтобы открыть второе издание созданной драконами Системы Аутремонда, мы запустим завтра кампанию Династии Далтон вместе с новыми правилами. Я ожидаю, что вы продолжите влиять на мир через своё портфолио и церкви, но каждый из вас также выберет избранного для тестирования новой системы. Вы выберете ребенка Далтона, прекрасного отпрыска моего идеального главы персонала, который вскоре присоединится к нам за этим столом. Вы будете направлять их в течение...

Вайнкер заколебался, прежде чем остановиться на продолжительности сна. — Пятидесяти лет. Пятьдесят лет, и победит тот ребенок, который в конце наберет наибольшее количество очков престижа.

Он окинул взглядом каждого приспешника. — Итак, все ли вы выбрали себе претендента на звание чемпиона?

Почти все сразу кивнули, кроме Саблара, который заслужил взгляд Вайнкера. — Миньон-червь...

— Я не хочу играть в эту дурацкую игру! — Червеподобный Саблар жаловался, как всегда.

— Миньон... — Вайнкер окинул его взглядом, и гигантское насекомое надулось. — Ты будешь общаться, нравится тебе это или нет!

— У Виктора сто восемьдесят восемь детей, если считать всех слизеринцев, которых он усыновил, — сказал Жадный Шеша. — Ты должен найти среди них кого-нибудь, соответствующего твоим своеобразным вкусам, Саблар.

Количество естественных детей среди них сильно разочаровало Вайнкера. Дракон заставил своего начальника поклясться размножаться, но годы и семейная жизнь укротили его дух размножения. И все же качество превышало количество. — Червеподобный Саблар, выбирай или уходи.

— Брось меня! — настаивали Кости. — Брось меня, что бы найти своего аватара!

Поняв, что ему не избежать обязанностей приспешника, червеподобный Саблар вздохнул. — У него есть ребенок-фомор? Или один с уровнем [Хрономанта]?

— Думаю, один из его природных сыновей имеет уровень в этом классе, — ответила Нетерпеливая Кибела.

— Этого достаточно, — ответил червь, выбирая своего кандидата.

— В моем случае я меняю свой выбор на Браниньо II, — сказала гном Веран.

Это заставило зрителей вздрогнуть. — Ты больше не играешь за Браниньу? — спросил Ворон Дезджестер, пораженный переменой. Гном осыпала ребенка подарками с самого ее рождения.

— Она получила уровень [Паладина], — в ярости продолжала гном Веран. — [Паладина]! Ее крестная и мать в ярости и разочарованы, но не так сильно, как я!

Рыцарь Леоне, казалось, получал извращенную радость от такого поворота событий. — О, в таком случае я сам заявлю на нее. Может быть, в этой семье есть надежда.

— Мой протеже еще не родился, — сказал Лунный человек.

— Ты уверен? — спросила Кибела. — Твоё потомство начнет жить на шестнадцать лет позже. Это большой разрыв в очках престижа, который нужно восстановить.

— Хуже, чем выбор Сэнг, быть не может, — с презрением сказала Камилла, глядя на русалку.

— Я же говорила, это был несчастный случай! — Русалка Сэнг жаловалась, краснея: — Мы оба были пьяны, и мы смотрели «Брачные привычки принцессы Грандрейка» и... —

— Я не позволю оскорблять потомство под этой крышей! — прогремел Вайнкер, хотя и признал, что его любимый приспешник мог бы продемонстрировать более высокие стандарты разведения.

— Мой избранник будет самым могущественным, — пророчествовал Лунный человек, — и с самыми высокими показателями.

— Проклятый метагеймер... — пожаловался Дезджестер.

— Хорошо, — сказал Вайнкер кальмару. — Но если ты ошибаешься, то будешь играть оборотня.

Разобравшись с этим вопросом, Вайнкер просмотрел правила и последние действия своих миньонов, убедившись, что они не нарушают его «Устав деонтологии богоподобных миньонов». — Дракон ограничивал их влияние портфолио, церквями или Избранными, следил за тем, чтобы вселенная работала вовремя, и заботился о том, чтобы драконы и миньоны всегда находили достойные их приключения.

— Второе издание, — вспоминал миньон Митра. — Поначалу меня беспокоила эта божественная организация, но я всем сердцем поддерживаю новый порядок.

— Ты просто счастлив, что кто-то еще нас дисциплинирует, — улыбаясь, обвинила соперника Камилла. На нарушителей правил жаловался только Ворон с косой, который уже много лет был нарушителем. Вайнкер не раз подозревал его в измене за спиной, но бог преступников всегда находился там, где не было улик.

— До сих пор трудно поверить, что мы провели годы, играя порознь, — говорит Неистовая Кибела. — Сейчас все идет более гладко, баланс мира смещается от бушующего хаоса к нейтралитету.

— Кто еще, кроме дракона, может достичь божественного мира? — Вайнкер ответил, хотя и был рад положительному приему. Дракон много работал над тем, чтобы его божественные приспешники лучше ладили друг с другом, и видеть, как они беседуют за столом, согревало его сердце.

Ознакомившись с правилами, Вайнкер отпустил пантеон, ожидая, что завтра в первом часу ночи они вернутся, чтобы начать кампанию. Пока же императору драконов предстояла встреча с судьбой.

Сегодня вечером у Виктора был последний шанс достичь божественности до обновления, и Вайнкер ждал этого шестнадцать лет.

С балкона императорского дворца Мурмурина, опираясь на косу и облачившись в инфернальные доспехи, Виктор взглянул на ночное небо и изумленно моргнул. Одинокая желтая сфера сверкала в темноте, окруженная звездами.

Лууууна превратилась в чистое золото.

— Когда это случилось? — Виктор спросил Жюль, который предупредил его первым.

— Двадцать минут назад, — ответил некромант. — Круассан прислал нам магическое сообщение; судя по всему, все произошло в мгновение ока, вероятно, благодаря заклинанию уровня XII.

Самый высокий уровень заклинаний... и как раз перед запланированным обновлением системы. Неужели Фурибон, как и Виктор, пытался в последний момент быстро набрать уровни? Визирь был рад услышать новости от лича - нежить исчезла на шестнадцать лет, но время для этого было очень странным.

Эта мысль вызвала у Виктора легкую ностальгию, и его взгляд устремился на город, над которым возвышался замок. Исчезла крошечная деревушка, которую они с Вайнкером когда-то завоевали; Мурмурин превратился в Рим для чудовищ, где жили миллионы людей. Драконы сосуществовали с орками и мимиками, как и в стране Гардмейн и Барин; железнодорожные дороги связывали город с другими городами, образуя кровеносную систему нации; в небе вместе с вирмами начали появляться дирижабли, связывающие колонии империи в Новом Свете с материком. Виктор неустанно работал над развитием и расширением этого места, пока V&V не сравнялась с Испанской империей в период ее расцвета.

— Полагаю, Вайнкер будет весьма доволен, — сказал Великий визирь. — Но в остальном, повлияли ли изменения на наши колонии?

— Нет, ни плотность, ни масса луны не изменились; я полагаю, Фурибон изменил только поверхность луны. Это может повлиять на фауну, но неприятности будут минимальными. — Жюль прочистил горло. — Императрица была чрезвычайно довольна, но она продолжит свой ежегодный тур по фермам големов, как и планировала.

Хорошо. Джоли выросла в заботливого и ответственного правителя, почти такого же любимого, как и ее дядя. Хотя она много времени проводила в приключениях, молодой дракон обязательно проверяла, как идут дела у ее подданных, когда она возвращалась из очередного похода. — Что еще на повестке дня?

— Между Изабель Мор и Шоколатин де Жеводан существует внутренний спор по поводу планирования семьи.

Опять? Виктор не смог подавить вздох. Надеюсь, это был его последний рабочий день, и он потратит его на разжигание очередной вражды. — Я разберусь с этим.

Когда они покинули балкон и перешли в тронный зал, Виктор задумался о своей роли в созданной им великой бюрократии.

Визирь в основном проводил время либо за границей с дипломатическими миссиями, либо управляя своей семьей, что в наше время он воспринимал как благо. За последнее десятилетие институты Мурмурина научились управлять страной самостоятельно, не всегда полагаясь на его непосредственное участие. Империя Вайнкера переживет их с Виктором отсутствие, что шестнадцать лет назад казалось невозможным.

В тронном зале, где когда-то находился Фурибон и где теперь вершит суд Джоли, стоял трон размером с дракона и золотой статуей Вайнкера. Сам Виктор часто садился на него, когда Джоли была занята приключениями за границей, хотя он никогда не был удобным. Рыцари-слизняки, приемные дети Виктора, стояли на страже императрицы в качестве элитной гвардии, их клейкие лица прикрывали металлические шлемы и липкие мечи.

Он обнаружил, что Шоколатин и Изабель вцепились друг другу в горло, а Киа оказался посередине.

Виктор хотел бы, чтобы это была метафора, но это было не так, тем более что они привели на собрание своих детей. Шоколатин превратилась в огромного волка, которого поддерживали две красные виверны и два малиновых королевских слизня. Изабель вызвала клинок ветра, а десятилетний Браниньо II играл с адским пламенем, пока его старшая сестра Бранинья наблюдала за происходящим, скрестив руки.

Киа и слизеринские стражники стояли между обеими группами, отчаянно пытаясь успокоить их.

— Что за шум? — прогремел Виктор, его присутствие мгновенно ошеломило всех. Даже с помощью запечатанной души Акхенапепа, у него ушли годы на то, чтобы правильно выговорить «злого повелителя». К его стыду, потенциальные герои, пытавшиеся его убить, дали визирю не слишком устрашающее прозвище.

Король-шлюха из Мурмурина.

— Папа! — Все дети улыбнулись его присутствию, мгновенно расслабившись. Шоколатин вернула себе человеческий облик, переодевшись в крестьянку с красным капюшоном; контраст с Изабель, облаченной в дорогие шелка и драгоценности, был невообразим. Одна представляла простых монстров, другая - инфернальную аристократию. Однако и те, и другие пользовались его заклинанием X уровня [Идон] и тысячей лет вечной молодости, которую оно давало; чтобы покрыть прожорливую черную дыру, которую они называли национальным бюджетом, Виктор часто продавал заклинание иностранцам.

К сожалению, то, что начиналось как простая вражда между различными сторонами его расширенной семьи, переросло в политическую вражду. Поскольку Виктор был примерным семьянином, предоставляя своим любовницам и детям государственные должности, группировки внутри его семьи укрепились в политическом ландшафте империи.

Киа пыталась уравновесить их влияние, поскольку императрица прислушивалась к ее советам, но чаще всего она отправлялась в приключения за границу, и в самой Империи у нее было мало союзников.

Однако в данном случае конфликт был скорее личным, чем политическим.

— Вик, она хочет занять мое место в завтрашнем семейном планировании! — Шоколатин обвиняюще указал пальцем на Изабель. — После того как я уже все подготовила с Элом!

— Дело срочное! — ледяным тоном ответила Изабель. — О его наследнике.

— Ты имеешь в виду его будущего наследника, мама? — размышлял Браниньо II, укоризненно глядя на сестру. Если Бранинья была похожа на свою маму, то ее младший брат унаследовал тип [насекомое/дракон]. Он вырос в человекоподобного багрового мотылька с чертами дракона и в своем возрасте уже получил уровень [Принц демонов].

Это было все равно что наблюдать за вторым пришествием Брэндона Мора, вот только стыдливый король демонов и вполовину не был таким жадным и компетентным, как собственный выводок Виктора. В десять лет полудракон-полумотылек уже планировал мировое господство, в чем его отец винил наследие крыс.

— Сегодня наша шестнадцатая годовщина! — пожаловалась Шоколатин Виктору. — Ты обещал, что мы сделаем что-то особенное!

— Да, папа, ты же говорил, что мы можем пойти в Страну подземелий! — жаловался его старший сын, Брио; в отличие от мамы, дети Шоколатин сохранили свои формы, будучи более близки к своей звериной природе.

— Я хочу попробовать Гробницу Фурибона! — настаивал его сын-верблюжонок Трюффе, запрыгивая на место. — Глунин сказал, что у них есть взрывающиеся утки!

— И мы его посетим, — пообещал Виктор, пытаясь заключить мир. — Мы полазим по подземельям, я обещаю.

— Это отстой, — пожаловалась Бранинья. Она выросла в красивую молодую женщину, почти точное копирование своей матери, хотя их характеры не могли отличаться ещё больше.

— Дорогой. — Изабель нахмурилась, ее взгляд стал ревнивым. — Когда ты закончишь уговаривать свой зверинец, возможно, мы поговорим о твоей истинно рожденной дочери.

Шоколатин и ее дети с убийственной яростью смотрели на королеву демонов, а Виктор поднял косу, чтобы предотвратить битву. — Все мои дети равны перед моими глазами, — предупредил он Изабель, одарив ее суровым взглядом.

— Мне очень жаль, — сказала она без малейшей искренности.

— В чем дело? — спросил Виктор, желая поскорее покончить с этим делом. Почему эти двое всегда были на волосок от драки, когда находились в одной комнате? Он должен был переместить их в противоположные регионы империи, чтобы предотвратить резню!

— Мама хочет, чтобы я сменила класс [Паладин] на [Темный рыцарь], вот почему! — пожаловалась Бранинья.

— Что не так с этим классом? — с любопытством спросил Брио. Сам он стал [Паладином Изенгрима], к большому удовольствию своей мамы.

— Ни одна моя дочь никогда не станет паладином! — сердито ответила Изабель.

— Было бы неплохо, — сказал Браниньо II. — Только мой родной брат был бы достоин стать моим вечным соперником и держать меня в тонусе, пока я претендую на свое законное место...

— Тетя Киа - одна из них! — перебила паладин своего брата, а рыцарь благоразумно промолчал. — И ваша деспотичная марионетка - императрица драконов тоже!

— Бранинья, я могу принять твой выбор класса, но я не потерплю разговоров о демократии под этой крышей, — предупредил Виктор свою дочь. — Я потратил годы на то, чтобы превратить эту страну в кумовскую олигархию, где мои дети, приемные или нет, все богаты и влиятельны. Я не допущу, чтобы ее оспаривали изнутри!

Виктор никогда не был бы хорошим человеком, но он был семьянином, черт возьми!

Бранинья скрестила руки, а Изабель бросила на Виктора разочарованный взгляд. — Нам нужно поговорить с ней, Виктор, как родителям. Если не завтра, то сегодня.

Виктор внутренне поморщился, устав от всего Хэппиленда. — Сегодня я не могу, а на завтра я уже пообещал, — сказал он, повернувшись к Жюлю, в то время как Шоколатин зацокала языком на Изабель. — С кем мне предстоит провести время через два дня?

— Через два дня у вас свободный день в году, сэр.

Виктор внутренне вздохнул. — Через два дня у нас будет семейный разговор, Изабель.

Это не удовлетворило королеву демонов, которая стиснула зубы, но это был лучший компромисс, который она могла найти. Однако Браниньо II был гораздо более воодушевлен. — Папа, ты не мог бы научить меня [Спешке] после того, как закончишь ругать сестренку?

— Ты уже научился произносить заклинания третьего уровня? — спросил Виктор, глядя на то, как его впечатлительный сын напыщенно кивает. — Я так горжусь!

— И я тоже, — добавила Изабель, немного успокоившись, а затем взяла детей за руки и телепортировалась прочь.

— Она мне не нравится, — сказала Шоколатин Виктору. — Разве ты не можешь отложить ее в сторону? Так у нас будет больше времени.

— Ну-ну, ты уже знаешь мой ответ, — ответил Виктор, который уже бесчисленное количество раз вел этот разговор. Шоколатин надулась от ревности, заставив визиря вздохнуть. Некоторые вещи никогда не меняются.

— Я бы не отказался показать Бранинье веревки [паладина], мама, — возразил Брио, что заставило Виктора слегка прищуриться. Хотя их матери совсем не ладили друг с другом, его дети познали ценность родственных связей.

Когда Шоколатин и дети ушли, довольные результатом, Виктор вдруг заметил, что Киа смотрит на него странным взглядом. — Что?

— Я просто рада, что меня никогда не втягивали в этот публичный бардак, который ты называешь личной жизнью, Вик.

— Ты не говоришь, — отчеканил он, а Жюль промолчал. За долгие годы упырь привык к подобным сценам размолвки.

Киа покачала головой, положив руку на меч. — Я могла бы взять Бранинью под свое крыло в качестве оруженосца. Мы с ней ладим лучше, чем она с матерью.

Это привело бы Изабель в ярость, даже если бы Браниньо II оказался тем самым повелителем демонов, которого она всегда хотела видеть в роли своей сестры.

С другой стороны, демонесса ненавидела Киа, чьим «добрым» советам Джоли отдавала предпочтение перед советами Изабель. Если Виктор представит это как уловку, чтобы увезти паладина и укрепить свое политическое влияние, его госпожа может соблазниться на жертву.

— Думаю, я смогу ее убедить, — сказал Виктор, хотя для этого ему пришлось бы применить все свое обаяние. — Но если все получится, тебе придется покинуть Империю как минимум на год.

— Что? — Киа поморщилась. — И куда мне идти?

— Ты сказала, что тебе хочется еще одного всплеска адреналина? — Виктор весело улыбнулся. — Я слышал, что Австралия Аутремонда - место, полное высокоуровневых монстров...

Киа не решалась оставить Джоли без ее доброго совета, но Виктор сделал свое предложение. Ей стало неспокойно, и она ухватилась за возможность найти себе занятие по душе.

Еще один семейный кризис предотвращен. По правде говоря, Виктор чувствовал, что драма продолжится и после его вознесения.

— Чувствуешь себя готовым? — Виктор спросил Жюля, и некромант последовал за ним, когда тот вышел из тронного зала. — Если я добьюсь успеха, ты займешь пост Великого визиря.

Упырь кивнул: он готовился к этому почти год. — Я ценю оказанную мне честь, Виктор, но мне все же интересно, почему ты выбрал именно меня.

— Честно говоря, ты самый надежный человек во всей Империи, - а это о многом говорит, - и ты единственный, кто не привязан ни к какой фракции. Если кто-то и сможет всех рассудить, то это будешь ты.

— Я... ну, я надеюсь на это. — Некромант резко кивнул своему старому другу. — Империя будет скучать по тебе, Виктор. Если ты преуспеешь, мы поставим еще одну статую в твою честь.

— Надеюсь, рядом с самим Вайнкером. — Визирь улыбнулся и обнял своего преемника. — Удачи тебе в этом деле, Жюль.

С этими словами он удалился в свои апартаменты, где уже находилась Кибела. — Виктор, — сказала она, ее голос был мелодичным и теплым. — Я хотела спросить, не оставишь ли ты меня сухой.

Виктор знал, что лучше не презирать богиню удовольствий, по чьим наставлениям он жил. — Устройство готово, миледи, — сказал он. — Но вы уверены? Вы могли бы опробовать его с кем-нибудь еще.

— За эту услугу и за все, что ты сделал для моего дела, я с радостью помогу тебе достичь божественности, — ответило божество. — Ты хорошо впишешься среди нас.

— Как там Камилла? — с тревогой спросил Виктор, к которому богиня относилась холодно с тех пор, как много лет назад произошел инцидент с русалкой.

— Она все еще злится из-за Сэнг. Возможно, со временем вы сможете помириться, но... вам стоит провести несколько десятилетий порознь.

Виктор знал, что в тот день он выпил слишком много пива, но когда Сэнг пожаловалась, что Камилла заводит интрижки со своими поклонниками, а к ней никто не хочет прикасаться...

Визиря всегда интересовало, каким был последний совет Людвика. Теперь он знал.

По крайней мере, это заставило богиню-русалку окончательно протрезветь.

Визирь удалился в свои покои, где хранилось магическое ожерелье, над которым он работал последние годы. Его последняя надежда на божественность перед тем, как обновление изменит все.

Из-за требований к опыту на это ушли годы, но Виктору удалось докачаться до 98-го уровня. [Мориарти] было мучительно сложно поднять, для этого требовались многолетние планы завоеваний и политические маневры; что касается [Дьявольских граблей] , то даже инцидент с русалкой дал ему всего один уровень.

Теперь, когда на сегодня запланировано обновление, Виктор должен был действовать быстро. Визирь был предупрежден своими божественными покровителями, что его общий уровень может быть снижен, чтобы соответствовать новому, более справедливому балансу, и ему придется работать еще десятилетие, чтобы подняться. Либо он вознесется сегодня, либо ему придется ждать новой попытки апокалипсиса.

С уровнем [Дьявольские грабли] 9 визирь видел только одну возможность добраться до Вальгаллы раньше срока.

— По моим расчетам, это ожерелье должно ослабить вашу харизму на сто пятьдесят - двести пунктов, — сказал Виктор, передавая его Кибеле, которая надела его на шею. — Это сделает возможным смотреть на вас и прикасаться к вам.

— Должна предупредить тебя, что я веками обходилась без него, — ответила богиня, переполненная предвкушением. — Если это сработает, я буду громко радоваться.

Виктор глубоко вздохнул, готовясь либо к успеху, либо к смерти, когда богиня подняла капюшон.

За полчаса до обновления.

Вайнкер терпеливо ждал перед дверями Вальгаллы, с ностальгией глядя на мраморную площадку вокруг себя. Казалось, прошло всего ничего времени с тех пор, как он ценой огромных усилий одолел здесь мерзкую Одиуз, а для дракона шестнадцать лет - это всего лишь миг. Вернее, должны были быть.

Почему это казалось таким долгим? Потому что он так долго был разлучен со своим другом? За шестнадцать лет произошло столько всего... Даже мерзкий Забытый искупил свою вину, использовав свои силы для очищения проклятой планеты Луна.

И теперь, когда минуты тянулись, Вайнкер думал, не придется ли ему ждать еще дольше.

Но тут вспышка света наполнила его надеждой.

— Экскалибур!

Друг Виктор телепортировался на глазах у Вайнкера, обнаженный ниже пояса, с косой в одной руке и бронированными штанами в другой. Должно быть, он схватил их в последнюю секунду перед телепортацией.

— Сработало, — объявил визирь, задыхаясь от усталости. — Сработало!

— Прошло много лет, друг мой, — проговорил Вайнкер, очень довольный. — Добро пожаловать обратно!

— Слишком много времени прошло, Вайнкер, — глубоко поклонился друг Виктор, а затем поспешно надел обратно свою нижнюю одежду. — Прошу прощения за задержку, но достичь 99-го уровня было непросто.

— Миньон, тебе не за что извиняться, — ласково сказал Вайнкер. — Ты выполнил все свои клятвы и заставил меня гордиться тобой. Ты будешь извиняться только в том случае, если не сможешь оставаться на моей стороне.

— Мне еще предстоит пройти испытание? — спросил Виктор, закончив одеваться. — Я готов.

— Старая Система скоро сгенерирует его, — спокойно ответил Вайнкер, — а может, и нет.

Возможно, Старший Вирм в своей бесконечной мудрости признает, что шестнадцать лет борьбы Вайнкера без своего начальника были настоящим испытанием. Или что Виктор заслужил свое место среди приспешников дракона.

— Вам понравится второе издание системы Вайнкер, — с гордостью сказал божественный император.

— Я уже заметил увеличение количества выпавшего лута, — усмехнулся его глава персонала.

— Одна десятая, — ответил Вайнкер.

Его старый напарник сделал небольшую паузу, осмысливая слова дракона. — Погоди, ты хочешь сказать, что мы получим только десятую часть награбленного?

— Щедрость начинается с себя, — мудро ответил Вайнкер.

Между ними повисло молчание. В конце концов человечек захихикал, а император вирмов улыбнулся от удовольствия. — Некоторые вещи никогда не меняются, — размышлял визирь.

— Я понимаю, почему время тянулось так долго, — заявил дракон, его сердце согревала их старая дружба. — У меня много приспешников, но только один друг. Стоять на вершине скопища - великолепное ощущение... но и одинокое.

— Никогда не поздно, - утешил его визирь. — Первый раз всегда самый трудный.

Это правда. Потому что в следующий раз он будет не один. А после обновления у Вайнкера наконец-то появится время навестить свою смертную семью, похвалить Джоли за работу, проведать детей Гениалиссима... Дракон жаждал долгожданного отпуска. И скоро он его получит.

Все в мире было правильно.

Пока старый, давно забытый голос не разрушил теплую атмосферу.

— [Za Warudo]!

Время в Валгалле остановилось на пять секунд, но ни Вайнкер, ни его приспешник не пострадали.

Психологический эффект, однако, опустошил дракона, особенно когда он телепортировался на платформу, точно призрак из темного, забытого прошлого.

Он был точно таким же, как в старом кошмаре дракона, - несокрушимым образцом зла. Но со временем он стал еще хуже: свинцовый костюм поверх пыльных костей, мощные перстни-артефакты на каждой руке и фальшивая корона на голове. Его пустые глаза излучали скуку, зло, давно похороненное, но так и не уничтоженное до конца.

Нет...

Внезапно все стало понятно. Почему Забытый притворился искупителем, превратив проклятую свинцовую Луну в золото. Почему он оставался незамеченным в течение многих лет, заманивая Вайнкера в ложное чувство безопасности и готовясь к последней жестокости.

Гневный рев дракона разнесся по всей Валгалле, разрушив остановку времени.

“ФУУУУУУУУУРРРРРРРИИИИИИИИБББББОООООННН!”

— Фьюри? — Виктор отреагировал скорее с удивлением, чем со злостью, хотя и поморщился от рокочущего голоса своего старого друга. — Что ты здесь делаешь?

— Как я мог не явиться? — прохрипел лич, его тело трещало от магии. — После удовлетворения всех моих амбиций как я мог отказаться от возможности снова унизить Рыцареубийцу?!

— Не говори мне...

— Ты не станешь богом, Виктор! — Колдун-нежить резко поднял руки, из его пальцев вырвались молнии и осветили божественное царство. — Я Стану!

— Ты ждал шестнадцать лет, пытаясь стать богом в то же время, что и я... — Друг Виктор замолчал, пораженный безумным упорством своего заклятого врага, — только чтобы в последний раз досадить Вайнкеру?

У лича не было губ, но зубы, казалось, превратились в жестокую улыбку.

— Мне больше нечем заняться.

Его зло не знало границ, как и его скука.

Вашему миньону бросил вызов финальный босс Фурибон!

Вот это враг!

— Миньон! — крикнул Вайнкер, и Виктор приготовил свое оружие, чтобы сразиться с главным врагом V&V. — Надрать ему задницу!

— Ты снова попадешь в мою косу, Фьюри! — крикнул Виктор.

— Или я запечатаю тебя в ней! — прорычал лич в ответ, произнося заклинание. — [Метеоритный дождь]! —

И бог драконов наблюдал, как заклинания сталкиваются с заклинаниями, коса с посохом, искры озаряют Вальгаллу. Взрывы сотрясали платформу, реальность разрывалась на части, когда Система готовилась вступить в свою новую фазу.

Так закончилось первое издание Аутремонда.

Из золота и свинца.

[Эпилог игры], [Титры] и [Послесловие]

Дракон Джоли - Императрица драконов

Дракон Джоли, первая из тех, кого так зовут, провела половину своего правления, занимаясь приключениями, а вторую половину - справедливо управляя империей V&V. Особое внимание она уделяла улучшению условий жизни прислужников, даже тех, кто жил за границами империи, и не переставала пропагандировать свои скотоводские взгляды. Хотя это вызывало презрение со стороны других драконов, ее подданные обожали ее; со временем она стала известна как — Джоли Справедливая.

Шоколатин де Жеводан - Повар-монстр

После вознесения Виктора Далтона Шоколатин делила свое время между воспитанием детей, распространением веры Изенгрима и работой в качестве посла между Империей V&V и человеческими народами, в чем она оказалась удивительно искусна. Хотя ее прославили за помощь монстрам в ассимиляции в цивилизованных обществах, сегодня она известна в основном как новатор в кулинарном искусстве. Несмотря на ироничный запрет в Империи V&V, ее рецепт фаршированного Гарфилда остается деликатесом во многих странах.

Акхенапеп - бессмертный советник

Акхенапеп так и остался запертым в косе Виктора Далтона, сколько бы Саблар ни выступал за его освобождение; когда Виктор вознесся, артефакт был возвращен Мурмурину и стал официальной регалией Великого Визиря. Призрак извлек максимальную пользу из своего положения, давая безжалостные советы правительству и помогая формировать структуру империи V&V. Оставив после себя наследие, маньяк-нигилист испытывал странную ностальгию и гордость.

Круассан и Сейворюз – Жители Луууууны

Несмотря на полное помилование, Круассан и Сейворюз так и не вернулись в Империю. Они прожили остаток жизни на золотой Луууне, защищая зарождающиеся колонии от гигантских пауков, эльдрических ужасов, работорговцев с Ленга и всех, кто осмеливался угрожать их народу. Круассан, в частности, смирился и стал любимым дядей для своих племянников и племянниц, часто беря их с собой на охоту за пришельцами.

Линетт - коварная трактирщица

Используя свои связи в правительстве и деловую хватку, Линетт сколотила целое состояние, став одной из самых богатых женщин Мурмурина. Она оставалась лучшей в классе торговца, добиваясь открытия Империи для международной торговли. Ее старший сын Арманд взял пример со своего отца Виктора и стал печально известным дебоширом. В конце концов он отправился в далекий бандитский город Лас-Веганос, решив сделать себе имя.

Жюль Рапас - визирь вурдалаков

Жюль Упырь сменил Виктора Далтона на посту Великого визиря Мурмурина после его восхождения на престол. Он проявил своё умеренное влияние, никогда не отдавая предпочтения ни одной фракции и работая над поддержанием мира как внутри страны, так и за ее пределами. Единственным исключением стала Неживая революция, которую он поддерживал любой ценой, заработав не менее пяти покушений со стороны ревностных инквизиторов. Он всегда обвинял в этих нападениях некий туманный заговор [паладинов], хотя никогда не находился в пределах слышимости императрицы.

Гениалиссим, Генри и Барнабас - Дракон Инкорпорейтед

Гениалиссим объединился с троллем-кузнецом Барнабасом, чтобы расширить свое предприятие по производству драконов и снабжать ими всех искателей приключений по всему миру. В конце концов их объединение превратилось в мощный конгломерат, тесно связанный с Церковью Шеши. Гениалиссим никогда не переставал зацикливаться на оптимизации классов и оставил работу миньонов Генриху, пока тот занимался своими последними прихотями; магический опыт дракона в итоге затмил даже знаменитого архимага Нострадама.

Элисон - Мать Грина

Оставаясь пожизненной союзницей Шоколатин, с которой она вела общее хозяйство, Эллисон никогда не интересовалась имперской политикой и вместо этого заняла свое законное место верховной жрицы Кибелы в Империи V&V. Она нашла счастье в развитии хиппи-подобной, экологически чистой общины в сельской местности империи и успешно перевела имидж своего культа в сторону от оргий... хотя ее личная жизнь была отравлена постоянными слухами о некоем инциденте с козой.

Шарлин - повелительница вампирских преступлений

Шарлин постепенно превратила «Ночные клинки» из банды убийц в «легальный бизнес-клуб» , чье влияние распространялось даже на легендарный город Лас-Веганос в Новом Свете. Говорят, что на пике ее могущества ни одно преступление на континенте Мистраль не происходило без ее одобрения, а ее имя внушало страх каждому негодяю, что принесло ей личное покровительство самого Шута Смерти. Шарлин оставалась верна Империи V&V, снабжая ее информацией и работая в тени, чтобы саботировать ее врагов за рубежом.

Изабель Мор - Повелительница демонов

После восшествия Виктора на престол Изабель Мор осталась одним из главных игроков как в Империи V&V, так и в Хэппиленде: то, что ее первый сын не смог сделать силой и пустыми хвастовствами, она сделала с помощью дипломатии. Вместе с бывшими наложницами демонов она создала лигу корпоративных баронов, прочно укрепившихся в империи V&V. Изабель всегда вынашивала планы посадить своих детей на трон Мурмурина и убедить дочь Бранинью отказаться от мечты стать паладином; пока что ей это не удалось.

Нуарсер - Божественный кошмар

Нуарсер Кошмар служил своему всаднику с великой верностью и язвительной преданностью, даже после обретения божественности. Хотя кобыла всегда жаловалась на то, что ее перегружают работой, Нуарсер также хвасталась, что только бог может правильно управлять ею в бою. Она неустанно работала над своим уровнем и в конце концов достигла своей мечты - стала [Всадником Хаоса]. На каком существе она ездила в бой... это секрет, который лучше не разглашать.

Император Тарасков и Дронты Опыта - Ужасающие гибриды

Император Тарасков был освобожден из заточения в Далтонии и, кроме того, что иногда буйствовал, остался там. Его присутствие защищало местных Дронтов Опыта от браконьеров, что позволило птицам восстановить свою популяцию. Однако ужасающие гибриды тарадронтов и дронтоберов вырвались из Далтонии и распространились по материку, став бичом искателей приключений по всему Аутремонду.

Базз Джелли - отважный космонавт

Базз Джелли продолжал служить своей стране с патриотическим рвением, и когда Империя решила возобновить свою космическую программу в поисках новых земель и ресурсов, крошечная слизь была первой на борту. В общей сложности Базз Джелли пережил семь космических полетов, пять крушений, три межзвездных конфликта и основал две новые колонии. Крошечный слизеринец всегда настаивал на том, что его персональные ракеты должны быть в форме меча, а его склизкий роман с рядовым Молестией послужил источником вдохновения для многих романов.

Марбре - революционер-усреднитель

Гном Марбре оставался советником правительства Мурмурина, хотя присутствие голодных драконов заставляло его регулярно брать отпуск. Подчиняясь указаниям своего верховного лидера, дуэргар укреплял имперский союз со своей родиной Агартой и работал над «усреднением» поверхностного мира. Одним из его величайших успехов стало введение обязательного обучения в Школе Усреднителей в колониях Империи, что позволило распространить идеалы революции за пределы страны.

Джек О'Лентерн и Кейт Сит - Дружелюбные соседи-фоморы

Кейт Сит, король кошек, нигде не селился и отстаивал права кошек по всему у, особенно в тех странах, где они становились деликатесами, эксплуатируемыми ради своих девяти жизней. Джек О'Лентерн остался пожизненным жильцом Шоколатин де Жеводан, его причудливая личность и дружелюбное присутствие постепенно смиряли людей с идеей пацифистских фоморов. Обе феи стали известны как символы того, что феи изменились.

Вайнкер-младший - Защитник желе

После вознесения своего хозяина Вайнкер-младший стал первым [жрецом] Виктора Далтона, неся всем слизеринцам послание о семье, дружбе и любви. Мимическая ведьмина хижина расширила свои желейные убежища за пределы Империи, поедая всех, кто пытался ей помешать, но при этом прилагая все усилия, чтобы обеспечить брошенных слизеринцев обожаемыми семьями. Сегодня слаймы соперничают с кошками и собаками по популярности в качестве домашних животных, особенно среди поклонников V&V.

Роло - фермер с завышенным уровнем

Роло покинул империю V&V, чтобы продолжить свою грандиозную работу по превращению пустыни в зеленую, и поселился неподалеку от Башни Саблара. За последующие десятилетия голему удалось превратить этот монумент зла в процветающий оазис и торговый центр между Нагастаном и западом. Когда Роло спросили, намерен ли он достичь 99-го уровня, он ответил, что все приходит со временем, но только одна овца за раз.

Рейнджеры-кобольды - щиты империи

Исполнив свою мечту о величии, кобольды-рейнджеры продолжили защищать империю V&V от тех, кто мог бы ей угрожать, став героями, увековеченными в песнях. Они вдохновили многие кобольдские команды последовать по пути Сентая, что привело к эпохе рептилий-авантюристов, почти такой же насыщенной событиями, как и возвышение их драконьих владык. Однако Розовый Рейнджер никогда не прекращала писать, и ее анонимные работы стали почитаться как ересь культами V&V, которые так и не смогли полностью искоренить их.

Гоблина - Крестная мать гоблинов

Правя империей Тейкоку, Гоблина продолжала расширять свою орду на востоке и доказала, что гоблины тоже могут быть безжалостными владыками. Многие герои восстали против ее растущей империи, и хотя им не удалось победить ее, они сумели замедлить ее экспансию - особенно когда ее протеже Бранинья начала выступать против ее деспотичной диктатуры. Как добрая крестная мать, Гоблина приняла это как должное, полагая, что это всего лишь подростковый период, из которого полудемон еще вырастет.

Малфи & Миэль – Плоские продавцы

После долгих усилий и благодаря чудесному лекарству от чумы Гамелина Миэль удалось восстановить репутацию Небес среди смертных. Она была назначена генеральным секретарем Небес, очистив их от коррупции, и вступила в ценовую войну со своим коллегой из Хэппиленда, Малфейсантом, которая длилась десятилетия. Говорят, что со временем они стали уважать друг друга и могли обмениваться любезностями так же легко, как и покушениями.

Грандрейк и Горыныч - Спасители принцесс

Найдя себе сестру-жену и родив множество неродных детей, Горыныч стал активистом-принцем, борясь за защиту королевских династий от разгула демократизации. Он нашел неохотного союзника в лице Грандрейка, который со временем потеплел к Змею и даже научился его слышать. Они основали крупнейшее убежище принцесс в новом мире, создав безопасную гавань для вымирающих монархий - этот шаг получил всеобщее одобрение драконов и критику всех остальных.

Киа - Сияющий рыцарь

Киа и императрица Джоли остались друзьями и искателями приключений на всю жизнь. Вместе они пережили множество приключений, заселили новые земли, охотились на легендарного Грузовика-куна и победили возрожденного Оркнуба, когда тот вновь поднялся, чтобы угрожать миру. Считается, что многие из самых спорных решений императрицы, такие как ограничения на публичные казни, были вдохновлены ее рыцарским советником. В конце концов Киа взяла принцессу Бранинью под свое крыло и обучила ее [паладину] в надежде, что однажды она сможет обуздать гниющее зло империи; но она так и не смогла смириться с тем, что пропустила финальную битву.

Фурибон - Забытый

После легендарной финальной битвы с V&V злобный Фурибон полностью исчез из исторических записей. Одни говорили, что он навсегда запечатан внутри старой косы Виктора [Урожай], другие - что он покинул , чтобы отравить другие королевства проклятием свинца. Как бы то ни было, он оставался противоречивым персонажем: его поносили как величайшего врага Вайнкера, но прославляли как спасителя Лууууууны. Его подземелье, Гробница Фурибона, и по сей день остается легендарной точкой приключений.

Виктор и Вайнкер - богоподобная пара

Виктор Далтон воссоединился со своим лучшим другом Вайнкером в Валгалле в качестве бога [миньонов], [монстров], [аморальности] и [душ]. После этого их почти никогда не видели порознь: Вайнкер возглавлял пантеон Аутремонда на вершине своего всемирного клада, а его верный приспешник был рядом с ним. Бог драконов никогда не оставался без новой блестящей идеи, как, например, создание второй серебряной луны, когда у драконов закончились неизведанные места для завоевания; и его глава всегда был рад воплотить ее в жизнь.

Дети Далтона - Дети Спиноффа

Ну...

Об этом мы расскажем в другой книге.

Автор, гейм-дизайнер и интернет-дракон - Maxime J. Durand, он же Void Herald.

Бета-тестер и глава персонала - Daniel Zogbi.

Постоянный художник и верный приспешник - Гарби Зухайер.

И отдельное спасибо всем моим покровителям на Patreon за поддержку этой истории до самого ее завершения!

Сюрприз! Не ожидали слайд-эпилога и титров в стиле RPG?

Мне всегда нравились подобные концовки в таких играх, как Fallout, Dragon Age или Fire Emblem, где слайды показывали, чем занимался каждый отдельный персонаж после основной концовки. Я подумал, что вполне уместно закончить LitRPG подобным эпилогом. И последняя мета-шутка.

В любом случае, Дракон Вайнкер официально завершена. Это была адская поездка длиной в несколько лет; попытка совместить сатиру на ЛитРПГ в духе One Punch Man с цельной сюжетной линией о личностном росте жадного дракона. В итоге я сделал то, чего не ожидал, например, организовал кампанию по настольной RPG в стиле Вайнкер на Discord.

Я благодарю всех вас за добрые сообщения в прошлой главе и рада, что вам понравилась эта история до самого конца. Хотя я держу открытыми двери для спин-оффа, действие которого будет происходить в е (как вы можете видеть из упоминаний о детях Далтона и открытой судьбе Фурибона), приключения V&V закончены. Если я и вернусь к этой вселенной, то только с другими героями, хотя V&V и их спутники, конечно, будут появляться в эпизодах. В конце концов, они теперь боги Аутремонда.

Многие призывали меня сделать Вайнкер более продолжительным, но... короче говоря, я считаю, что то, что тянется слишком долго, в конце концов теряет то, что делало его особенным с самого начала. Система уровней Вайнкера должна была довести персонажа с 1-го по 100-й уровень, и я всегда предполагал, что большой Ви в конце концов закончит свое путешествие в качестве божества. История, которую я хотел рассказать, закончена; я бы предпочел, чтобы Вайнкер навсегда осталась хорошей, а не потеряла свой блеск, как Simpson, или не сгорела на полпути, как это было с Magik Online.

Надеюсь, вам понравилось все путешествие, и концовка доставила вам удовольствие. Это было мое единственное желание.

И, как говорится, на этом все, друзья! Спасибо за все, и пишите скорее!

Voidy Void

Страница книги Дракон Вайнкер в интернете

Table of Contents

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4.1

1 - 4.2

1 - 5.1

1 - 5.2

1 - 6.1

1 - 6.2

1 - 7.1

1 - 7.2

1 - 8.1

1 - 8.2

1 - 9.1

1 - 9.2

1 - 10.1

1 - 10.2

1 - 11.1

1 - 11.2

1 - 12.1

1 - 12.2

1 - 13

1 - 14

1 - 15.1

1 - 15.2

1 - 16.1

1 - 16.2

1 - 17.1

1 - 17.2

1 - 18.1

1 - 18.2

1 - 19.1

1 - 19.2

1 - 20.1

1 - 20.2

1 - 20.3

1 - 21.1

1 - 21.2

1 - 22.1

1 - 22.2

1 - 23.1

1 - 23.2

1 - 24.1

1 - 24.2

1 - 25

1 - 26.1

1 - 26.2

1 - 27.1

1 - 27.2

1 - 28.1

1 - 28.2

1 - 29.1

1 - 29.2

1 - 30

1 - 31.1

1 - 31.2

1 - 32.1

1 - 32.2

1 - 33.1

1 - 33.2

1 - 34.1

1 - 34.2

1 - 35.1

1 - 35.2

1 - 35.3

1 - 35.4

1 - 36.1

1 - 36.2

1 - 37.1

1 - 37.2

1 - 38.1

1 - 38.2

1 - 39

1 - 40.1

1 - 40.2

1 - 41.1

1 - 41.2

1 - 42.1

1 - 42.2

1 - 43.1

1 - 43.2

1 - 44.1

1 - 44.2

1 - 45.1

1 - 45.2

1 - 46

1 - 47.1

1 - 47.2

1 - 48.1

1 - 48.2

1 - 49.1

1 - 49.2

1 - 50.1

1 - 50.2

1 - 51.1

1 - 51.2

1 - 52.1

1 - 52.2

1 - 53.1

1 - 53.2

1 - 54.1

1 - 54.2

1 - 55

1 - 56

1 - 57.1

1 - 57.2

1 - 58.1

1 - 58.2

1 - 59.1

1 - 59.2

1 - 60.1

1 - 60.2

1 - 61.1

1 - 61.2

1 - 62.1

1 - 62.2

1 - 63.1

1 - 63.2

1 - 64.1

1 - 64.2

1 - 65.1

1 - 65.2

1 - 66.1

1 - 66.2

1 - 67.1

1 - 67.2

1 - 68.1

1 - 68.2

1 - 69.1

1 - 70

1 - 71.1

1 - 71.2

1 - 72.1

1 - 72.2

1 - 73

1 - 74.1

1 - 74.2

1 - 75.1

1 - 75.2

1 - 76.1

1 - 76.2

1 - 77.1

1 - 77.2

1 - 78.1

1 - 78.2

1 - 79

1 - 80.1

1 - 80.2

1 - 81.1

1 - 81.2

1 - 82

1 - 83.1

1 - 83.2

1 - 84

1 - 85.1

1 - 85.2

1 - 86.1

1 - 86.2

1 - 87

1 - 88

1 - 89.1

1 - 89.2

1 - 90.1

1 - 90.2

1 - 91.1

1 - 91.2

1 - 92.1

1 - 92.2

1 - 93.1

1 - 93.2

1 - 94.1

1 - 94.2

1 - 95.1

1 - 95.2

1 - 96.1

1 - 96.2

1 - 97.1

1 - 97.2

1 - 98.1

1 - 98.2

1 - 99.1

1 - 99.2

1 - 100.1

1 - 100.2

1 - 100.3

1 - 101

1 - 102

1 - 103

1 - 104

1 - 105

1 - 106

1 - 107

1 - 108

1 - 109

1 - 110

1 - 111

1 - 112

1 - 113

1 - 114

1 - 115

1 - 116

1 - 117

1 - 118

1 - 119

1 - 120

1 - 121.1

1 - 121.2

1 - 122.1

1 - 122.2

1 - 123.1

1 - 123.2

1 - 124.1

1 - 124.2

1 - 125.1

1 - 125.2

1 - 126.1

1 - 126.2

1 - 127.1

1 - 127.2

1 - 128.1

1 - 128.2

1 - 129.1

129.2 Возмездие Ч2

130.1 Новая тактика Ч1

130.2 Новая тактика Ч2

130.3 Новая тактика Ч3

131.1 Сбор Ч1

131.2 Сбор Ч2

132.1 Конклав Драконов Ч1

132.2 Конклав Драконов Ч2

133 Пророк напрокат

134 Интерлюдия: Полет драконов

135 Последний сайдквест

136 Подземельный вальс

137 Сюжетная броня

138 Перед концом

139 День V

140 Высадка на сушу

141 F&amp;D

142 Решение с помощью пряжи

143 Линия

144 Стрелы света

145 Цельнометалический Джелли

146 Темнейший час

147 Конец игры

148 Дрейфующие огни

149 Последняя битва

150 Вальгалла

151 Оставленное позади

152 Конец

153 [Эпилог игры], [Титры] и [Послесловие]

О книге