— Почему она ещё не проснулась?

— Мы должны снова вызвать врача?

— Мне нужно сообщить об этом.

— Подождите ещё несколько минут.

«…»

Чьи-то слова бессвязно доносились до Лю Мань. Она не успела осмыслить происходящие, как огромная волна странных воспоминаний хлынула в её сознание.

Это были воспоминания девушки. Все эмоции, которые принадлежали незнакомке, бесчисленные лица, которые она видела, и множественные разговоры, в которых она участвовала. Лю Мань видела бетонные и кирпичные здания, автомобили и самолёты. Это был странный, но удивительный мир. Лю Мань никогда не подумала бы, что такой мир существует. Даже Чжи Гуай* не мог выдумать то, что было в этом мире. Как будто эта реальность была большим сном.

п.п.: Истории Чжи Гуая – это мистические и потусторонние романы, популярные на юге и севере, в династиях Вэй и Цзинь.

Она являлась тезкой этой девушки. Их обеих звали Лю Мань.

Она была принцессой, которая никогда не была признана и родилась в холодном дворце. И умерла она там же, в двадцать четыре года. За свою короткую жизнь она ни разу не выходила из парадных дверей дворца.

п.п.: Холодный дворец – это место, куда Император ссылал наложниц и жен, которые ему больше не нужны.

В тот год была холодная зима, она умоляла слуг принести хоть немного дров, но ей отказали. Хотя она являлась принцессой, её положение во дворце было ниже, чем у слуг. Из-за зимы и холода Лю Мань пришлось надеть всю свою одежду и спрятаться под тонким одеялом, дрожа всем телом. В ту тёмную ночь всё, что её окружало, было лишь холодом и тишиной. Тем не менее, она всё ещё слышала тихую музыку и приглушённый смех, доносящиеся издалека. Печаль наполнила её сердце, и её дыхание становилось всё тяжелее и тяжелее с каждой минутой. Девушка не знала от холода или от усталости, но в конце концов вскоре она потеряла сознание.

Она не была уверена, почему она видела сны, если уже была мертва. Сновидения были настолько реалистичны, как будто она действительно жила в них.

«Неужели это и есть подземный мир?»

Но воспоминания незнакомки говорили ей, что то что ей снилось, было её миром в будущем, просто две тысячи лет спустя. В этом мире Императоры, слуги, знатные семьи, хладнокровные войны и правило «вино и мясо лишь для богатых» стали историей. В это время люди жили в огромных высотных зданиях и путешествовали на автомобилях, метро, поездах и самолётах. Независимо от того, как далеко находится их пункт назначения, если они захотят, то всегда смогут добраться туда, самое большее, за день. Если люди хотели что-то купить или съесть, всё, что им требовалось, – это несколько кликов на электронном устройстве, и в мгновение ока они это получали. Это была эпоха мира. Эта цивилизация была особенной и удивительной, с вещами, создаваемыми каждое мгновение. Независимо от того, насколько ты беден или насколько среднестатистична твоя семья, если ты трудолюбив, ты сможешь хорошо жить.

Девушка, носившая то же имя, что и она, родилась в семье со средним достатком. Она жила с родителями, которым неплохо платили. Её отец работал в правительстве, но на самом деле не занимал высокого положения. А мать была домохозяйкой на полный рабочий день. Эта пара заботилась о дочери и давала ей всё, в чём она нуждалась. Она прожила до двадцати лет, ни о чём не заботясь. Но лишь до двадцати.

Воспоминания внезапно пропали.

Слегка смущённая Лю Мань медленно открыла глаза и уставилась на ослепляющую люстру, висевшую над её головой.

Этот мир был так хорош. В нём никогда не было темноты.

Когда девушка, стоявшая у кровати, увидела, что подруга просыпается, она радостно воскликнула:

— Маньмань, ты проснулась!

п.п: Мань – это её имя, Лю – фамилия, так что Маньмань – её прозвище.

Чужие воспоминания подсказали, что девушка перед ней была её соседкой по комнате в университете, Ли Сяожу. Точнее, обе девушки перед ней были её соседками по комнате.

Все трое являлись студентками второго курса Столичного Музыкального Университета и учились на факультете фортепиано.

— Маньмань, ты нас чуть до смерти не напугала, — сказала Ван Нина, стоявшая чуть поодаль. Она подошла всего на шаг и спросила: — Что случилось? Почему ты упала в обморок сразу после звонка?

«Звонка…» — Лю Мань вспомнила, что произошло, и промолчала.

Ли Сяожу ткнула пальцем в Ван Нина, а потом сделала ей знак не совать нос не в своё дело.

Ли Сяожу посмотрела на неё, с переживанием во взгляде. Лю Мань была самой весёлой девушкой среди них, но в этот момент её лицо было пустым. Когда она смотрела на них обоих, Сяожу казалось, что подруга не узнает их.

«Врачи сказали, что она потеряла сознание, потому что переволновалась. Они также сказали, что на самом деле это не такая уж большая проблема и что все будет хорошо. Но тогда почему она стала такой, когда очнулась?»

— Я... — Лю Мань на мгновение замолчала, чтобы привыкнуть к своему новому голосу. Подумав о том, что она собиралась сказать, она медленно произнесла: — Теперь я в порядке, прошу прощения за беспокойство.

Затем она посмотрела на своих соседок по комнате и спросила:

— Где я?

— В университетском медпункте, — ответила Ли Сяожу.

Услышав ответ, Лю Мань мгновенно села.

— Мне нужно домой.

— Ты уверена, что не хочешь, чтобы тебя снова осмотрел врач?

— Нет, я в порядке, — сказала Лю Мань и встала. Так как она шаталась, Ли Сяожу и Ван Нина пришлось помочь ей. На ней всё ещё была одежда, в которой она была до того, как упала в обморок. Пуховик был весь измят, лицо девушки было ужасно бледным. Нельзя было сказать, что она выглядит хорошо или что с ней все в порядке.

Лю Мань, не любившая близких контактов с незнакомыми людьми, попыталась оттолкнуть Ли Сяожу и Ван Нина, но потом внезапно осознала своё нынешнее положение и остановилась. Она теперь хранила в себе память первоначальной владелицы, но это не означало, что она впитала все её эмоции и личность. Как бы ни были близки эти два человека к старой Лю Мань, для нынешней они были, в лучшем случае, просто знакомыми.

— Мы проводим тебя, — Ли Сяожу всё ещё не могла успокоиться.

— Да, мы пойдём с тобой, — отозвалась Ван Нина.

Лю Мань на мгновение задумалась, а затем слегка кивнула.

Холодный воздух встретил их, как только они вышли из медпункта. Лю Мань подняла глаза и поняла, что сейчас зима – то же самое время года, когда она умерла. На огромных деревьях не было листьев, на пожелтевших газонах лежали кучи опавшей листвы. По дороге перед ними проходило множество людей, все в пуховиках и с уникальными аурами.

Лю Мань подняла обе руки вверх и попыталась поймать горячий воздух, который она выдыхала.

«Как чудесно».

Она, наконец, приняла тот факт, что она переселилась в другую эпоху и стала другим человеком, хотя всё вокруг неё всё ещё выглядело нереальным.

Дом Лю Мань находился недалеко от университета, всего в пятнадцати километрах. В это время дня почти не было движения, поэтому они смогли добраться до её дома вскоре после того, как сели в такси. Лю Мань жила в недавно построенном комплексе, предназначенном для семей рабочих.

За пределами комплекса была заметна припаркованная патрульная машина. Несколько полицейских, стоявших рядом с автомобилем, посмотрели на Лю Мань очень странными взглядами, когда она выходила из такси.

Лю Мань повернулась к двум девушкам, идущим рядом с ней. Она от всего сердца поблагодарила их:

— Большое вам спасибо. Я не хочу беспокоить вас ещё больше.

Девчата уже стояли у входа в дом, так что они не стали настаивать.

— Да, да. Передай от нас привет своим родителям.

Лю Мань кивнула и снова сказала «спасибо», прежде чем медленно войти в подъезд.

Ли Сяожу посмотрела ей вслед. Ей казалось, что Лю Мань стала совсем другой. Огромная пуховая куртка, которую она носила, всё ещё не могла скрыть, насколько слабой она выглядела. Но её шаги были поразительно лёгкими, как будто она носила не тяжёлые и длинные сапоги, а вместо этого шла босиком.

«Лю Мань и раньше так ходила?»

Она была сбита с толку, но не могла вспомнить, походку Лю Мань. Кто будет наблюдать и запоминать такие детали?

«Может быть, она слишком разволновалась. Возможно, Лю Мань выучила это на каких-то уроках», — вот что подумала Ли Сяожу.

Квартира Лю Мань находилась на четырнадцатом этаже. Выйдя из лифта, она отперла дверь своим ключом.

Все в комнате обернулись и посмотрели на нее, включая женщину и двух полицейских в форме.

Мать Лю Мань, Чжан Пэй, выглядела так, словно только что плакала. Ее глаза все еще были красными. Увидев дочь, она тут же встала с дивана. Ее глаза снова начали слезиться.

— Почему ты вернулась так поздно?

— На дороге была небольшая пробка, — Лю Мань скрыла подробности своего обморока. Она сняла ботинки и повесила пуховик, не то, чтобы медленно, но и не очень быстро.

— Эти два офицера здесь, чтобы расследовать ситуацию. Офицер Ван и офицер Чэнь. Твой отец, он…

Лю Мань кивнула головой. Она уже знала об этом.

Чжан Пэй звонила ей. Прошлой ночью отец Лю Мань, Лю Чэньюй, сел за руль после выпивки и в результате сбил курьера. Сегодня утром его арестовала полиция на работе, на глазах у всех, и теперь он находится под стражей. Именно по этой причине Лю Мань потеряла сознание.

Теперь все, что он заработал, может исчезнуть из-за этого инцидента.

Лю Чэньюй был родом из маленькой деревни. Он не только поступил в престижную школу, добившись этого своим собственным трудолюбием и волей, но и смог закрепиться в высококонкурентной столице. Потом он смог стать федеральным чиновником. У него была добродетельная жена и красивая дочь. Хотя его путь борьбы был действительно нелегким, он все еще был очень вдохновляющим.

— Офицер, вчера вечером Маньмань была на учебе. Она не имеет никакого отношения к инциденту с ее отцом, — сказала Чжан Пэй полицейским, потому что боялась, что это может принести дочери неприятности.

На самом деле, сразу после того, как Лю Чэньюй сбил курьера, он немедленно доставил его в больницу. Но мужчина был напуган тем, что он сделал, и после этого сбежал. Он не осмелился вернуться домой и остановился в отеле. Он не знал, что его арестуют на следующий день, когда он только приступит к работе.

Полицейские уже провели тщательное расследование, чтобы понять, что происходит, и у них не было никаких причин допрашивать Лю Мань. Уже смеркалось, и небо темнело. Они встали и собрались уходить.

— Спасибо за сотрудничество.

— Офицер, моему мужу будет вынесен приговор? — все же решила спросить Чжан Пэй после некоторого колебания.

— Это будет решать прокуратура и суд. Мы несем ответственность только за расследование. Все, что вы можете сейчас сделать – это ждать дальнейших новостей, — официальным тоном сказал полицейский. Они были очень опытны в этой области и сталкивались с самыми разными людьми. У большинства из них была такая же реакция, как у Чжан Пэй, так что их сердца не смягчились бы из-за нескольких женских слез.

Но самой подозрительной была реакция девушки. По сравнению со своей эмоциональной матерью она была словно каменная. Как будто она была просто прохожей, подслушивающей их разговор.

Но Лю Мань не была виновата в том, что не проявляла особых эмоций. Она еще ничего не испытывала к отцу первоначальной владелицы и не успела изучить правила этого мира. Ее разум все еще был в легком беспорядке.

После ухода полицейских в комнате воцарилась тишина. Чжан Пэй с тревогой присела на диван.

Женщина была возмущена поступком супруга. Пьянство было самой большой слабостью Лю Чэньюя. У него было много деловых встреч, и каждый раз, когда кто-то предлагал ему выпить, он соглашался. Чжан Пэй много раз говорила своему мужу остановиться, но он совершенно не слушал ее. Обычно мужчина вызывал такси, когда напивался. Но бывали моменты, когда он думал, что вовсе не пьян, и садился за руль. К сожалению, закон Мерфи* никто не отменял.

п.р.: Если что-нибудь может пойти не так, оно пойдёт не так.

Жизнь человека… Чжан Пэй боялась даже думать об этом. Поначалу женщина хотела поехать в больницу и посмотреть, насколько все плохо. Но она боялась, что члены семьи пострадавшего будут проклинать ее или даже изобьют в отместку. Поэтому она проглотила все свое сострадание и извинения.

Чжан Пэй не ждала, что Лю Мань будет утешать ее, потому что она очень хорошо знала собственную дочь. Они с мужем очень сильно любили своего ребенка и всегда заботились о том, чтобы девочке не о чем было беспокоиться. В результате чего она стала избалованной и привыкшей получать все что захочет, ее поведение никогда не было образцовым. Лю Мань никогда не испытывала серьезных проблем, и когда вдруг произошло такое большое событие, то ей, безусловно, было гораздо хуже.

Иначе с чего бы ей быть такой бесстрастной и просто стоять рядом с диваном? Должно быть, она слишком напугана!

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

После целого дня беспокойства и злости Чжан Пэй чувствовала себя измученной. У нее не было сил обращать внимание на мелкие детали перемен в дочери, потому что все, о чем она могла думать – это инцидент с мужем. Она сомневалась, что девушка придумает что-нибудь полезное, поэтому сказала:

— Когда приехала полиция, я закрыла Рассвет в твоей комнате. Она не ела целый день, так что тебе следует пойти и покормить ее.

Рассвет была маленькой кошкой, которую Лю Мань держала в качестве домашнего животного. Это была красивая кошка с золотистой шерстью. Золотой цвет постепенно переходил от позвоночника к животу, делая его похожим на сияющее солнце. В результате девушка назвала ее «Рассвет». Ей было всего пять месяцев, и ее купили в зоомагазине, когда та была еще малюткой, потому что Лю Мань умоляла об этом отца.

Поначалу Лю Мань очень заботилась о котенке и делала для нее все. Она даже повсюду таскала ее с собой. Но потом, поскольку она всегда интересовалась новыми вещами в течение короткого промежутка времени, и поскольку вокруг всегда было так много нового, она вскоре устала и даже стала презирать свою новую работу в качестве няни. В конце концов девушка просто оставила кошку на мать.

Главная спальня в доме принадлежала дочери, настолько ее ценили родители. Лю Мань толкнула дверь в комнату, и первое, что попалось ей на глаза, было золотой кошкой, которая стояла у входа. Животное робко уставилось на Лю Мань своими огромными зелеными глазами, словно стояло там целую вечность.

Лю Мань не понимала, что такое «золотая шиншилла» или «британская короткошерстная». Все что она помнила: давным-давно у ее соседки в холодном дворце, красавицы Юй, жила полосатая кошка – у нее были круглые глаза, словно стеклянные шарики. Хотя она была умна, но в то же время непослушна. Ее мех не был таким золотистым, но, тем не менее, выглядел красиво.

Поскольку два дворца были близко, полосатая кошка любила забегать к ним. Иногда она заходила в ее спальню и забиралась под одеяло, чтобы составлять ей компанию во сне. Это, казалось, делало те холодные дни немного теплее.

Но однажды эту полосатую кошку отравили.

Красавица Юй ужасно плакала из-за случившегося.

— Они действительно хотят, чтобы я умерла! — кричала она со слезами на лице. Вскоре после этого женщина тоже исчезла.

— Мяу, — позвала Рассвет чрезвычайно мягким голосом, прерывая воспоминания Лю Мань.

Девушка опустилась на колени и протянула руку. Котенок отступил назад, но не смог устоять от искушения. Она положила свою пушистую головку на ладонь Лю Мань и слегка потерлась об нее. Она ходила вокруг своей хозяйки, виляя хвостом. Она выглядела такой милой.

Лю Мань достала из шкафа упаковку кошачьего корма. Глаза Рассвет сразу же загорелись, когда она почувствовала запах кошачьего корма. Она безостановочно мяукала, пока шла к своей миске, и постоянно оглядывалась, чтобы посмотреть, идет ли за ней Лю Мань.

Котенок действительно умирал с голоду.

После того, как Лю Мань наполнила миску кошачьим кормом, Рассвет радостно сунула голову внутрь и начала есть, издавая хрустящие звуки.

Когда Лю Мань увидела, что она ест с таким аппетитом, то почувствовала, как ее сердце смягчилось.

Рядом со шкафами стояло черное пианино. Это была самая дорогая мебель в доме, и она сопровождала Лю Мань в течение пятнадцати лет. Сначала Чжан Пэй заставила свою дочь заниматься этим в качестве хобби. Но позже это стало навыком, который помог ей поступить в университет.

Лю Мань открыла крышку пианино и провела по клавишам длинными бледными пальцами. Она не могла устоять перед желанием просто сыграть несколько нот из-за воспоминаний тела. Для Лю Мань это был незнакомый музыкальный инструмент западного типа.

Единственным инструментом, на котором могла играть Лю Мань, был гуцинь. Еще одна соседка по холодному дворцу, наложница Сюй, научила ее играть на нем.

п.п.: Guqin (гуцинь) – это инструмент с семью струнами. Он широко использовался в Китае.

Родная мать Лю Мань умерла при родах. Когда император узнал об этом, он приказал слугам выбросить мертвое тело из дворца, а девочке дал случайное имя: «Мань».

О Лю Мань заботилась ее родная тетя.

Изначально сестер привели во дворец, потому что император был поражен их выступлениями: одна из близняшек была певицей, а другая – танцовщицей. Но затем девушек подставили ревнивые наложницы. В результате их обоих изгнали в холодный дворец. Император так и не дал им имена, поэтому все слуги называли их Чжао и Сяо Чжао.

В холодном дворце было так много людей, которые приходили и уходили. Таким образом, за исключением Сяо Чжао, которая относилась к ней как настоящая мать, единственной, кто сопровождал Лю Мань в ее жизни, была наложница Сюй.

Наложница Сюй отличалась ото всех. Она родилась в богатой семье и была очень умелой и хорошо образованной. Ее изгнали в изолированный холодный дворец только потому, что ее отец был коррумпирован. Лю Мань безмерно ею восхищалась. Навыкам игры на гуцине девочку также обучала наложница Сюй.

Благодаря защите наложницы Сюй и Сяо Чжао Лю Мань было немного легче жить в холодном дворце. Но, к сожалению, у хороших людей в этом мире довольно короткая жизнь. Все самые близкие ей взрослые умерли раньше нее.

Лю Мань уставилась на рамку с фотографией. На снимке Лю Чэньюй и Чжан Пэй с нежностью смотрели на девушку, которая стояла между ними и беззаботно смеялась.

Рассвет, казалось, почувствовала ее мрачное настроение. Она перестала есть, подбежала и осторожно потянула ее за брюки.

Лю Мань вздохнула и наклонилась, чтобы взять котенка на руки. Затем она тихо сказала:

— Разве ты не знаешь? Твоя хозяйка уже умерла.

Она села перед туалетным столиком, все еще обнимая котенка. Впервые увидев в зеркале свое новое тело, она поняла, что теперь выглядит совершенно иначе. В прошлом у нее была пара глаз с одним веком, а теперь веки двойные. Раньше у нее был милый маленький носик, а теперь высокая и прямая переносица; раньше у нее были маленькие губы, а теперь она стала обладательницей полных губ в форме сердца.

Такая яркая и красивая девушка. Она больше походила на принцессу, чем на обычную горожанку.

Туалетный столик был заполнен косметикой и средствами по уходу за кожей, а полка была заставлена духами известных брендов. Некоторые духи даже были не распечатаны. Также у ее предшественницы имелась своя гардеробная, в которой была аккуратно разложена вся одежда и обувь. Что, вероятно, заставило бы всех других девушек ревновать, так это туфли AJ, которые она коллекционировала, те заполняли всю стену. Некоторые из пар даже ни разу не носили.

Семья Лю не была безумно богатой. На самом деле они зависели только от зарплаты отца Лю. Просто родители тратили на дочь все свои деньги.

Немного позже Чжан Пэй позвонила своему старому другу, который был адвокатом. Он передал Чжан Пэй утешительное послание:

— Хотя Чэньюй действительно вел машину в состоянии опьянения, другой человек ехал по встречной полосе. Это очень важно для дела, и это приведет к тому, что приговор будет смягчен. Но еще, нужно брать в расчёт, что семейное положение этого курьера довольно плохое. У его родителей проблемы со здоровьем, у жены нет работы, еще у них трое маленьких детей, о которых он должен заботиться. Пострадавший, вероятно, был единственным кормильцем. На мой взгляд, ты должна поговорить с их семьей и извиниться. Возможно, ты даже могла бы сократить срок наказания, выплатив компенсацию.

Женщина кивнула. Но в то время она еще не понимала, что их семья не сможет позволить себе это.

Они поужинали поздно. Чжан Пэй была не в настроении готовить ужин, поэтому заказала любимое блюдо дочери: тушеную свинину с рисом.

Когда Лю Мань жила в холодном дворце, она ни разу не ела вдоволь. Сегодня ей наконец-то удалось наесться досыта, девушка была очень довольна. Она взяла на себя инициативу помочь убрать со стола.

— Я сделаю это.

Чжэн Пэй была ошеломлена. Ее дочь никогда не занималась домашними делами.

— Ты сегодня через многое прошла, так что иди и хорошенько выспись, — сказала Лю Мань, начиная убираться.

Чжан Пэй чувствовала себя странно. Она думала, что именно этот инцидент в конце концов заставил ее наивную девочку повзрослеть. Женщина была даже рада, что ее ребенок наконец-то повзрослел. Но в то же время цена за этот рост была слишком велика.

— Тебе тоже следует поспать. Тебе завтра еще в школу. Не беспокойся об отце. Всегда найдется решение.

Лю Мань кивнула.

В отличие от Чжан Пэй, которая всю ночь страдала бессонницей, первая ночь Лю Мань в этом мире была замечательной. Давненько она так хорошо не спала. Рассвет пробралась под ее одеяло, как и полосатая кошка, которой владела красавица Юй. Киса свернулась калачиком в самой удобной позе, обеспечивая свою хозяйку теплом своего тела.

Во сне она все еще была принцессой Лю Мань, застрявшей в холодном дворце. Болезненные выражения на женских лицах мелькали перед ней, одно за другим. Слуги саркастически называли ее «Ваше величество». Но Сяо Чжао, наложница Сюй и даже красавица Юй говорили ей, что она настоящая принцесса и настанет день, когда она наконец покинет холодный дворец.

Когда девушка снова открыла глаза, лучики солнца уже просачивались сквозь занавески на деревянный пол.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

В университет Лю Мань пришла незадолго до звонка. Она вошла в класс и сразу ощутила на себе взгляды перешёптывающихся одногруппников.

— Смотри, это она.

— Она очень даже красивая.

— Ещё бы, самая симпатичная девушка на факультете фортепиано.

— Подумаешь! Просто красивая цветочная ваза.* А кроме лица ничего особенного. Спорим, она умышленно потеряла сознание перед Тан Ту, притворившись такой слабенькой. Неужели она не понимает? Тан Ту уже заявил, что у него есть девушка, но она всё равно пытается его охмурить.

п.п: В китайском языке люди называют девушку цветочной вазой, когда она только выглядит красиво и больше ни в чём не хороша.

Лю Мань опешила. Она не могла припомнить, кто этот Тан Ту, но, поскольку для прежней владелицы тела он был очень важным человеком, она вскоре добралась до нужных воспоминаний.

Чего в художественной школе было в достатке, так это талантливых парней и девушек. Тем не менее, в этой конкретной группе одарённых личностей Тан Ту выделялся подобно яркой звезде. Он играл на скрипке и был очень красив собой. К тому же один известный режиссёр внезапно выбрал его на роль скрипача в своем фильме.

Сама роль была далеко не главной, но с выходом киноленты парень стремительно обрёл большую популярность. Даже большую, чем главный герой. Зрителей поразили невероятные актёрские способности и музыкальный талант Тан Ту. Долгое время молодой человек являлся единственной важной темой в новостях шоу-бизнеса. За пределами общежития его поджидали папарацци и фанаты. Он находился в центре внимания, куда бы ни шёл.

Учитывая всю его популярность в то время, если бы Тан Ту продолжил строить карьеру в развлекательной индустрии, он, вероятно, был бы чрезвычайно успешен. Но вместо этого парень отклонил все приглашения и решил вернуться в университет, чтобы продолжить заниматься музыкой.

Только этот поступок отнюдь не уменьшил его популярность, а наоборот, повысил её. Журналисты расхваливали его за то, что он не обзавёлся высокомерием и чрезмерной гордостью только из-за небольшого успеха в съёмках, а прилежно вернулся к учёбе. Как дополнительно сообщила пресса, причина такой невозмутимости Тан Ту наверняка крылась в том, что он был не из обыкновенной семьи, поэтому мгновенный успех вовсе не волновал его.

Лю Мань была на два курса младше. Большой поклонницей Тан Ту она стала ещё в старших классах школы. Именно ее кумир являлся главной причиной ее поступления в Столичный Музыкальный Университет.

С оценками у Лю Мань дела обстояли неважно, а оценка за урок культуры и искусств была настолько плохой, что без слёз и не взглянешь. Но она хотела учиться одном университете с Тан Ту, поэтому отгородилась от всего и на протяжении года изо всех сил ударилась в учёбу. К счастью, её усердие дало свои плоды, и ей с трудом удалось протиснуться в списки на зачисление.

Лю Мань полагала, что если пойдёт в этот университет, то приглянётся Тан Ту своим милым личиком и высоким стройным телом. Но она не осознавала, что многие других студентки были также безумно влюблены в него. На фоне этих девушек её так называемые «преимущества» выглядели слишком обычно.

Тан Ту всем говорил, что предпочитает девушек с большим талантом. Талант у Лю Мань действительно был, но её навыки игры на фортепиано и близко не соответствовали среднему уровню. Она играла даже хуже, чем Ли Сяожу и Ван Нина. В университете иногда устраивались небольшие концерты, но учителя ни разу не предлагали Лю Мань в них участвовать. Тан Ту, конечно же, был их любимчиком, и практически всегда ему доставался сольный номер.

В связи с этим Лю Мань так и не представилось возможности пообщаться с Тан Ту наедине. За два года учёбы она не перебросилась с ним и парой слов. Но были и хорошие новости – Тан Ту не состоял в отношениях, поэтому девушке казалось, что у неё таки имелся шанс. Однако буквально недавно эта мысль тоже оказалась ошибочной.

Около месяца назад кто-то сфотографировал Тан Ту в обнимку с девушкой. Девушка не смотрела в камеру, поэтому ее лица не было видно. Фотографию выложили на Weibo, где она стала самой обсуждаемой темой.

п.п.: Weibo – широко распространённая в Китае социальная сеть. Что-то среднее между инстаграмом и фейсбуком.

Когда все уже начали догадываться, кто эта девушка, Тан Ту создал пост, в котором признался, что больше не одинок. Но он так и не сообщил людям имя его избранницы, вместо этого он лишь обмолвился, что его девушка учится с ним в одном университете.

Она была знаменитой фигурой на факультете народной музыки, это знал каждый. Даже Лю Мань была наслышана о незаурядном таланте этой красавицы и о том, что она всем нравилась. Девушка идеально подходила Тан Ту, из-за чего Лю Мань казалось, что у неё даже нет права ревновать.

В последовавшие за этим событием дни фанатки Тан Ту весьма опечалились. Лю Мань, понимая, что теперь у неё не осталось шансов, долгое время находилась в подавленном состоянии. В те дни её не заботили даже еда и сон. Поэтому она сильно похудела, а в депрессии пребывала вплоть до того момента, как узнала, что её выпивший отец сбил кого-то насмерть.

Лю Мань не беспокоилась из-за перешёптываний и поторопилась найти место в классе, получив возможность сесть и прокрутить свои воспоминания. Воспоминания прежней владелицы тела о вчерашнем дне были вплоть до того, как девушка упала в обморок.

Вчера утром преподаватель отчитал её, сказав, что во время игры на пианино она не использует правильные техники и не выражает свои эмоции. Она очень злилась на саму себя, учителя и на Тан Ту. Это из-за него она была не в настроении и не могла даже хорошо сыграть на пианино.

Учитель оставил её одну в студии и сказал практиковаться. А ещё добавил, что с таким настроем она не сможет сдать экзамены в конце семестра и, вероятно, будет исключена из университета. Когда Ли Сяожу и Ван Нина увидели её такой, они решили попрактиковаться вместе с ней. Они тренировались до обеда, когда все ученики и учителя уже ушли.

Именно тогда позвонила Чжан Пэй. Пока речь её мамы становилась всё быстрее, Лю Мань оставила своих подружек и вышла из фортепианной комнаты, чтобы ответить.

Девушка продолжала витать в своих воспоминаниях и не заметила, как весь класс резко притих.

— Тебе уже лучше?

Внезапный мужской голос помешал Лю Мань просматривать прошлые события. Она подняла голову и, увидев красивое лицо, в то же мгновение опустила глаза.

В холодном дворце ей не доводилось видеть незнакомых мужчин, а находиться на таком близком к ним расстоянии и подавно. Прямо сейчас она даже чувствовала запах его туалетной воды.

Тан Ту увидел, как быстро покраснели её уши, а также то, как она опустила голову. Её взгляд метался в панике. В этот конкретный момент она словно не знала, куда деться.

Неужели такие застенчивые девушки еще существуют?

С самого детства Тан Ту не был обделён женским вниманием. Ещё подростком получив известность, у него, естественно, появилось много поклонниц. Его окружали самые разные девушки. Стоило ему только поманить их, как все бы подбежали и попытались его искусить. Но он поступал абсолютно противоположно – вовсе не обращал на них внимания. Из-за большого количества фанаток он обзавёлся высокими стандартами. Парень продолжал выбирать и исключать варианты, как если бы покупал продукты. А покупал он неизменно самое лучшее. Вот так, совсем недавно, он наконец-то утвердил свою первую официальную девушку.

В отличие от всех, Тан Ту не думал, что Лю Мань пыталась его охмурить. Вчера в середине дня он играл на скрипке, дело шло к вечеру. Он скоро выпускался, поэтому следовало начать подготовку к дипломному выступлению. Его предстояло сдать каждому студенту, чтобы окончить этот университет. Это было что-то вроде дипломной работы в обычных учебных заведениях.

Комната для занятий скрипкой располагалась этажом выше фортепианной. Спускаясь вниз, он как раз застал Лю Мань, которая разговаривала по телефону. О чём она говорила, он не слышал. Лишь видел её бледное лицо, покрасневшие глаза и льющиеся по лицу слёзы. Она выглядела напуганной, словно услышала нечто ужасное.

Договорив по телефону, девушка даже пары шагов не прошла, как её тело начало дрожать. Тан Ту понял неладное и ускорил шаг. Он уже почти поравнялся с ней, когда понял, что она падает в обморок.

После этого обе подруги Лю Мань тоже вышли в коридор и увидели её без сознания. Они не на шутку испугались. К счастью, машина Тан Ту была припаркована внизу, поэтому он взял девушку на руки и отвёз их в университетскую клинику. Многие студенты, обедавшие на улице, видели эту сцену.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Впрочем, Лю Мань была в отключке, пока всё это происходило. Она узнала Тан Ту в парне перед ней, но не ожидала, что вживую тот окажется даже красивее, чем образ, что был в «её» воспоминаниях. Теперь она поняла, почему ее предшественница так сильно его любила.

— Да, теперь всё хорошо. Извини, что вчера доставила тебе неудобства, вынудив отвезти меня в университетскую поликлинику, — благодаря шушуканью вокруг и его реакции Лю Мань уже разобралась в произошедшем. Ли Сяожу и Ван Нина, обе были девочками и не могли сами отнести бессознательного человека в медпункт. Стало быть, Тан Ту им помог.

Лю Мань сделала глубокий вдох и отбросила стеснение. Она подняла голову и посмотрела на молодого человека.

— Правда, большое тебе спасибо.

— Главное, что всё обошлось, — улыбнулся Тан Ту. Он взглянул в её светлые и ясные глаза, а затем неожиданно для самого себя услышал собственный голос: — Ты из факультета фортепиано?

Лю Мань кивнула.

— Как тебя зовут?

Прежде чем ответить, она на мгновение замешкалась:

— Лю Мань.

— Лю Мань… — повторил Тан Ту, — Не нужно меня благодарить, я просто случайно там оказался, — он беззаботно помахал рукой и вышел из аудитории.

Этот класс был только для второкурсников, а Тан Ту уже готовился к выпуску. В университет он приходил нечасто. Согласно слухам, с ним уже подписала контракт крупная корпорация. После выпуска он сразу же войдёт в мир шоу-бизнеса. Работать в сфере классической музыки нынче было действительно тяжело, а молодёжь отличалась чрезмерной неусидчивостью, из-за чего не могла сконцентрироваться на изучении классической музыки. Так что Тан Ту поступил очень разумно, решив стать актёром и музыкантом.

После ухода Тан Ту все в классе словно сошли с ума. Теперь каждый из присутствующих стал смотреть на Лю Мань ещё подозрительнее. Многие задавались вопросом: неужели Тан Ту пришёл сюда лишь для того, чтобы проведать её?

Лю Мань ощутила неведомое ранее давление. Она знала о свободе отношений между представителями противоположного пола. В этом мире, чтобы с кем-то встречаться, детям не требовалось просить разрешения у родителей. Если человеку кто-то понравился, они могли просто начаться встречаться. А в случае ссоры – разойтись. Никто не обязывал сохранять отношения. Но основные нормы всё равно сохранились: нельзя лезть в отношения других. Сующих нос в чужие отношения люди называли третьим лишним.

Было бы здорово, обладай люди в прошлом таким же мировоззрением. Тогда, быть может, её маму, тётю, госпожу Сюй, красавицу Юй и других женщин не постигла бы такая ужасная смерть...

Тем временем в класс зашли Ли Сяожу с Ван Нина. Они отыскали свою подругу, проследив за взглядами остальных студентов. Девушки подбежали к ней, едва сдерживая хихиканье. Особенно Ли Сяожу, чьи глаза улыбка превратила в тонкие щёлочки.

Парочка присела рядом.

— Тан Ту приходил к тебе! Давай колись. Вы с ним уже были знакомы раньше?

— Так и знала! Иначе зачем ему поступать так любезно и отвозить тебя в медпункт?

Две девушки трепались, поддакивая друг дружке. Недавно они выдвинули теорию о её влюблённости в Тан Ту. Лю Мань ведь утратила интерес к практике игры на фортепиано и пару раз пропускала занятия. А ещё плакала без причины и ела намного меньше обычного. Она похудела и выглядела очень слабой. Всё выглядело так, будто у неё увели предмет обожания.

Прежняя владелица тела спрятала эту тайну в глубинах своего сердца. Она была гордой, но всё равно держалась за эти безнадёжные отношения.

— Глупости, у Тан Ту уже есть девушка, — насупив брови, сказала Лю Мань.

Губы Ли Сяожу изогнулись.

— Если сможешь увести его у богини народной музыки, это будет чудом.

Тан Ту был широко известен своей красивой внешностью. Ли Сяожу в любом случае считала его наикрасивейшим парнем среди всех, кого ей доводилось видеть в своей жизни. Кто в их университете не был в него влюблен? Но она осознавала недостатки своей внешности, так ещё и слишком стеснялась просто находиться рядом с ним, ведь он, разумеется, даже не взглянул бы на неё. И когда девушка раздумывала о других кандидатках, единственной, кто не выглядела бы так плохо и могла стоять рядом с красивым Тан Ту, была Лю Мань.

Она до сих пор помнила свой первый учебный день в университете. Тогда она увидела Лю Мань, очень красивую даже без макияжа и в простеньком белом платье. Ли Сяожу не могла оторвать от неё взгляд. Уже после их знакомства девушка поняла, что личность и внешность подруги отличаются. Лю Мань была ленивой, самовлюблённой и чуть высокомерной. И всё же, Ли Сяожу хотела с ней дружить.

— Теперь он мне вообще не нравится, — сказала Лю Мань, тщательно подбирая слова, — когда я вижу его, даже сердце не стучит быстрее.

Ли Сяожу и Ван Нина приняли эти слова за шутку, пока не увидели искренность в глазах подруги.

Вообще, учитывая внешность Лю Мань, за последние несколько лет у неё безусловно могло появиться много поклонников и обожателей. Но она сама смотрела лишь на Тан Ту, а от всех остальных парней держалась на расстоянии. Были и те, кто хотел завести с ней разговор, но она неизменно их игнорировала. Спустя какое-то время ухажёры прекратили попытки привлечь её внимание, никто из них не мог вынести её скверный характер. В плане отношений с противоположным полом у Лю Мань всё складывалось крайне плохо – настолько сильно она отличалась от остальных милых девушек.

Видя, что подружки по-прежнему ей не верят, она пояснила:

— После обморока я всё обдумала. В мире столько парней, так почему я должна зацикливаться на этом конкретном? Я не хочу причинять себе боль, как и не хочу драться за него с другими поклонницами. Всегда найдётся тот, кто подойдёт мне лучше.

Даже если упустить тот факт, что она больше не являлась прежней Лю Мань и не любила Тан Ту, наличие у парня второй половинки уже само по себе заставило её оставить его в покое. Ей не хотелось следовать по стопам собственной матери. В прошлом они были вторыми женами, а в современном мире их бы назвали третьими лишними или, если сказать еще грубее, любовницами.

Ли Сяожу хотела ещё что-то добавить, но прозвенел звонок, и все утихли.

Учитель читал классу лекцию. Сначала все ловили каждое слово. Но спустя примерно минут десять Ли Сяожу и Ван Нина заскучали и погрузились в экраны своих телефонов, пряча их под партами. Лю Мань обернулась и увидела, что остальные ее одногруппники занимаются тем же самым.

Только сейчас девушка вспомнила: она ведь до сих пор не проверяла собственный телефон. Достав его из сумочки и включив, она увидела низкий процент заряда батареи. Осталось всего десять процентов.

— Божечки, ты вчера вообще его не заряжала? — легонько толкнула её Ван Нина. У нее было своего рода батарейное ОКР, потому она не могла спокойно смотреть на телефоны с разряженным аккумулятором.

— Я забыла.

— Забыла? Как вообще об этом можно забыть? Никто никуда не ходит без своего телефона! Телефон - это твоя жизнь! — для Ван Нина это было неслыханно.

Лю Мань пожал плечами. Она еще не полностью адаптировалась к своей новой личности и не успела узнать возможности смартфонов. Воспоминания ее предшественницы предоставляли ей возможность быстро освоить современные технологические устройства, но нужно было ещё привыкнуть их использовать. Её реакция всегда немного запаздывала.

Она вошла в WeChat и выяснила, что, за исключением нескольких сотен непрочитанных сообщений в общем чате их группы, больше ей никто не писал. Всё-таки друзей у неё было немного. В той же беседе хранилось и сообщение от куратора:

[@All Пожалуйста, не забудьте до конца сегодняшнего дня написать, какую композицию собираетесь исполнить на семестровом экзамене. Напоминаю, напоминаю, НАПОМИНАЮ: ваша оценка на экзамене в третьем триместре НЕ должна быть ниже 85 баллов.]

п.п.: WeChat - китайское приложение, немного похожее на WhatsApp или Snapchat, но отличающееся от Weibo.

Пролистав переписку, она увидела, что Ли Сяожу и Ван Нина уже сообщили о своих композициях. Поэтому, задумавшись на мгновение, девушка отправила последнее, что разучивала прежняя владелица тела.

Выживать в этом мире оказалось сложнее, чем она думала.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Следующие несколько дней у Лю Мань прошли совершенно обычно. Она ходила в школу, занималась игрой на фортепиано и готовилась к экзамену, очень стараясь соответствовать личности предыдущей хозяйки тела. Девушка не могла и не позволяла никому видеть разницу в своём поведении. Даже Чжан Пэй не понимала, что её собственная дочь уже совсем другой человек.

Вскоре наступили выходные, и Лю Мань с матерью, проконсультировавшись с адвокатом Сунь, приготовились навестить членов семьи умершего курьера. Лю Чэньюй находился под стражей в течение последних нескольких дней, и видеться ему разрешалось только с адвокатом. Другим родственникам Чжан Пэй ничего не сообщала. Во-первых, родители мужа были слишком старыми, поэтому она не хотела их пугать. А своих друзей и родных женщина оставила в неведении, поскольку боялась оказаться высмеянной.

Встречу назначили в маленькой комнатке восточного ресторана.

Захватив с собой 100 тысяч наличными, Лю Мань с матерью прибыли на место заранее. Их сопровождал адвокат Сунь.

Полное имя адвоката было Сунь Ии. В средней школе он учился вместе с Чжан Пэй, а нынче стал престижным юристом. Вместе с тем он заработал немалую известность в своей сфере и поддерживал хорошие отношения с бывшей одноклассницей и её семьей. Оба семейства часто контактировали.

Мужчина проинформировал Чжан Пэй о нескольких вещах, которые следовало помнить во время переговоров.

Лю Мань спокойно стояла рядом. Согласно воспоминаниям предшественницы, она не очень нравилась семье адвоката. Его жена, как и он сам, была круглой отличницей и работала в сфере правосудия.

Ребёнок у них был только один – Сунь Вэйвэй, её ровесница. Сунь Вэйвэй тоже училась на отлично, сдала вступительные экзамены и теперь продолжала грызть гранит науки в Столичном Университете. Как следствие близости этих двух семей, Лю Мань и она были одноклассницами в начальных и средних классах. Однако уровень интеллекта Сунь Вэйвэй на порядок превышал её собственный. Это особенно проявлялось во время экзаменов. Их результаты постоянно сравнивали, что очень раздражало предыдущую хозяйку тела.

Но внешне Сунь Вэйвэй выглядела неприметно, и это был единственный момент, поднимавший Лю Мань настроение. Однажды на экзамене по математике в средней школе Сунь Вэйвэй поставили высшую оценку, а Лю Мань отправили на пересдачу. Тогда бледная и ревнивая девушка сказала:

— Да ты уродина. Кому какое дело до твоих успехов в учебе?

Слова Лю Мань сильно ударили по самооценке Сунь Вэйвэй. Та сдерживала слёзы, пока не вернулась домой. А после громко разрыдалась на виду у своей матери.

С тех пор две семьи отдалились друг от друга. В старшей школе оценки Лю Мань были намного ниже ожидаемых, ввиду чего ей пришлось пойти в художественное училище. Больше она и Сунь Вэйвэй никогда не встречались.

Теперь, увидев, как адвокат Сунь всячески пытается помочь их семье, ей стало стыдно за прежнюю Лю Мань. Он не мстил, а вместо этого даже помогал им. Ему, вполне очевидно, не было дела до слов какой-то мелкой безмозглой дурочки.

Умершего курьера звали Ван Чуньхуа. Двадцатидевятилетний мужчина имел троих детей. Старшей дочери было семь лет, средней – пять, а младшему мальчику – всего два года.

На встречу с Чжан Пэй пришла жена Ван Чуньхуа, его мама и младший брат. Получив известие о кончине родственника, они приехали в столицу из своего родного города.

С появлением членов семьи Ван обстановка стала неловкой.

Глаза у жены были очень красными, и кто знал, причиной тому слёзы или гнев. Она смотрела на Чжан Пэй так, будто та была сообщником, помогавшим убивать её мужа.

Все извинения Чжан Пэй улетучились, когда она увидела этот взгляд.

Мать погибшего внезапно сорвалась на крик, хотя они ещё даже не начали говорить:

— Это вы виноваты, что мой сын умер такой ужасной смертью!

Она с грустью и злобой на лице била себя по груди обеими руками и кричала. Чжан Пэй испугалась её воплей и сделала шаг назад.

Лю Мань, однако, оставалась спокойной и совсем не боялась. В холодном дворце ей доводилось видеть много плачущих и кричащих женщин. Вот она и привыкла к подобному, оттого ей совсем не было страшно.

— Случившегося не вернёшь назад, поэтому вам нужно надеяться на справедливое судебное разбирательство, — вступился адвокат Сунь, пытаясь сгладить атмосферу, — Мы тоже не хотели этого, потому и назначили эту встречу, чтобы попытаться загладить наши ошибки.

Мужчина взглянул на Чжан Пэй, и она тут же подхватила:

— Да, верно. Мы действительно хотим извиниться за моего мужа. Примите наши извинения, мы невероятно соболезнуем вашей потере.

Лю Мань с Чжан Пэй вместе поклонились. Извинения были искренними и честными, ведь курьер действительно умер.

— Извиниться? Разве ваши извинения вернут моего брата? — сердито сказал Ван Чжихуа, брат Ван Чуньхуа. На вид он был примерно одного возраста с Лю Мань и носил очки в чёрной оправе.

Это стало толчком для госпожи Ван, матери погибшего. Женщина истошно завопила и разрыдалась:

— У моего старшего сына была такая трагическая жизнь. Чтобы помочь своим братьям и сёстрам с обучением, он пошёл на работу ещё до того, как сам окончил учёбу. Несколько лет он вкалывал, зарабатывая деньги на лечение отца в больнице. Наконец-то у него появилась жена, и его дни только недавно стали немного лучше, а теперь его убил твой муж!

От резких криков горюющей матери у Лю Мань округлились глаза.

Чжан Пэй взглянула на адвоката Сунь. Она не знала, что ей ответить.

Адвокат Сунь мысленно вздохнул. Переговоры ещё не успели начаться, но Чжан Пэй уже психологически проигрывала. Другая сторона полностью захватила контроль над ситуацией.

Он был знаком с Чжан Пэй почти тридцать лет и очень хорошо знал мягкость её характера. Женщина привыкла полагаться на своего мужа, всегда чего-то боялась и не имела твёрдой позиции. Это всё от матери частично переняла и Лю Мань. Она была трусливой, высокомерной и неспособной добиться чего-то значимого. Эти двое, дуэт мамы и дочери, ничего не могли сделать. Ему предстояло решить всё самому.

— Да, водитель совершил преступление, управляя автомобилем в нетрезвом виде, но и ваш сын тоже не совсем невиновен, — начал адвокат Сунь.

Лю Мань не знала подробностей произошедшего, поэтому внимательно слушала.

— Мой клиент не превышал установленную скорость и больше ничего не нарушал, кроме того, что выпил вина перед случившейся аварией. Ван Чуньхуа на очень высокой скорости выехал на встречную полосу и врезался на мотоцикле в машину моего клиента. Согласно отчёту дорожной полиции, мой клиент действительно тормозил во время происшествия, — продолжал говорить он.

Ван Чжихуа резко прервал заявление юриста Сунь:

— Чушь, мы уже видели полицейский протокол. Основная ответственность лежит на вашем клиенте.

— Это потому, что мой клиент вёл машину в нетрезвом виде, а к этому полиция в нынешнее время относится очень строго, — недрогнувшим голосом произнёс адвокат Сунь, — Я и семья моего клиента пригласили вас сюда не для споров, а для решения проблемы. У всех нас есть чёткое представление о том, как и почему произошло это событие. Более того, мой клиент не скрылся с места аварии. Он сделал всё, что мог, и отвёз Ван Чуньхуа в больницу. Но пострадавший скончался, из-за чего моему клиенту и его семье очень стыдно. Они сожалеют о случившемся и из искренних побуждений хотят выплатить компенсацию.

— И сколько вы готовы компенсировать? — внезапно заговорил адвокат с другой стороны, до этого времени хранивший молчание. Вместе с этим он прервал распри своих клиентов. Его ничуть не испугал тон адвоката Сунь.

Адвоката другой стороны звали Чжао Фэн. Он был очень молодым юристом, на вид только окончившим колледж. Впрочем, это не помешало его взгляду оставаться крайне проницательными. Он внимательно наблюдал за Чжан Пэй и Лю Мань с тех самых пор, когда вошёл в комнату. Будто анализировал их значимость.

Лю Мань не знала почему, но она прямо-таки ненавидела этот его взгляд.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

— Столько, сколько сможем осилить, — наконец пришла в себя Чжан Пэй, вспомнив ранние советы адвоката Сунь, и уточнила: — Пока сумма разумная, наша сторона готова сотрудничать. Сейчас у меня с собой сто тысяч юаней, я могу немедленно передать их вам. Всё-таки трое ваших детей должны ходить в школу и есть, — она положила деньги на стол.

При виде денег семья Ван успокоилась. Госпожа Ван тут же потащила наличку к себе. Она посмотрела на младшего сына, подав ему сигнал. Наверное, они заранее об этом договорились. После она сказала:

— На что хватит этой небольшой суммы денег? Неужели жизнь моего сына стоит всего сто тысяч? Насколько мне известно, ваш муж работает на правительство. Попав в тюрьму... он потеряет работу. Ваша дочь ведь учится в Столичной Музыкальной Консерватории на факультете фортепиано? Обучение наверняка обходится недёшево. У вас есть машина и дом в столице, значит, вы очень богаты, — в голосе госпожи Ван слышалась жадность. Она подняла левую руку и показала три пальца.

— Три миллиона, минимум.

п.п.: Столичная Музыкальная Консерватория – это университет Лю Мань.

— Откуда у нас столько денег? — вытаращила глаза Чжан Пэй.

Адвокат Сунь нахмурился.

Эти люди заблаговременно разузнали подробности о семье его клиента. Работа Лю Чэньюя, их место проживания, даже университет, в котором училась Лю Мань, – они обо всём этом знали.

Родственники погибшего прибыли в столицу лишь несколько дней назад. Как они собрали столько информации за такое короткое время?

Адвокат Сунь подумал об этом и посмотрел на своего «визави». Противостоящий правозаступник даже улыбнулся ему.

После происшествия Чжан Пэй изучила всё имущество своей семьи. У неё с мужем были накопления – около тридцати тысяч юаней. За машину она могла выручить ещё двадцать. Но эта сумма и близко не равнялась миллиону юаней! Лю Мань к тратам денег относилась бездумно, вот и покупала всё, что хотела. С такой дочерью пара не могла ни откладывать, ни экономить. Теперь Чжан Пэй сожалела о том, что так избаловала Лю Мань. Она даже не знала, куда дочь тратила все те деньги.

— Ваш дом находится в центре столицы, я прав? — Ван Чжихуа тоже учился в колледже столичного города, поэтому немного разбирался в ценах на недвижимость. — Продайте свой дом, и у вас точно будет нужная сумма.

Чжан Пэй, конечно же, запротестовала:

— А нам где тогда жить?

— Ну, это уже ваша проблема. Мой брат был так молод, ему предстояло прожить ещё долгую жизнь. И дети… Трое детей, которых нужно кормить. Как по-вашему с этим быть? Миллион юаней на ребёнка не так уж и много, — парировал Ван Чжихуа.

Жадные глаза семьи Ван полностью вывели Чжан Пэй из себя:

— Даже не думайте об этом, мы никогда не договоримся.

Женщина взяла Лю Мань за руку и обратилась к адвокату Сунь:

— Переговоры закончены, пойдём отсюда.

Она договорила и ушла, даже не взглянув на оставшихся. Лю Мань последовала за ней. Уже покидая комнату, девушка повернулась и мельком зыркнула на Чжао Фэна. На его лице была уверенная улыбка.

Первые переговоры закончились провалом.

Оказавшись вне поля зрения пострадавшей семьи, Чжан Пэй закричала:

— Они как вечно голодный лев! Три миллиона! Их сын вообще стоит три миллиона?!

Чжан Пэй взбесилась не на шутку, поэтому со злобы выкрикнула эти довольно неприятные слова.

Адвокат Сунь вздохнул:

— Не знаю насчёт Ван Чуньхуа, но Чэньюй точно стоит.

Его слова остудили её подобно ледяной воде.

Поскольку начальник Лю Чэньюя изо всех сил защищал своего подчинённого, хотя тот и находился под арестом, его ещё не уволили с работы. Именно этот человек устроил званый ужин перед той ночной аварией. Лю Чэньюй присутствовал там и пил вино от имени шефа.

Нынче начальник задействовал все свои связи и пытался замять инцидент. Но если семья Ван явится к нему на работу с разборками или новость об этом распространится в интернете, Лю Чэньюю уже никто не поможет.

Это больше всего не давало покоя адвокату Сунь, чем он тут же поделился с Чжан Пэй:

— С их адвокатом придётся тяжко. Молодые люди в наши дни действуют более продуманно, поэтому, раз он смог убедить семью Ван сходу запросить три миллиона, то наверняка уверен в успехе. Боюсь, у него есть козырь в рукаве.

Услышав вердикт, Чжан Пэй ощутила беспомощность и испуг:

— Какой козырь у него может быть?

— Правительственный чиновник выпил вина, сел за руль и убил курьера. Но виновный оказался слишком влиятельным, и семье погибшего неоткуда ждать помощи, — сказал адвокат Сунь, — Если они запустят интернет ботов для публикации новости с подобными заголовками, имидж Чэньюя рухнет.

Слушая всё это, Лю Мань сморщила брови.

Распространение негативных новостей ради жалости со стороны общественности. Такой метод успешно использовался и в древние времена. Люди поголовно считали соседей Лю Мань по холодному дворцу жестокими и страстно ненавидели живших там женщин. Но разве они оказались бы пожизненно заперты там, как ничтожества, будь они действительно такими хитрыми, какими их описывали окружающие?

— И что же мне делать? — Чжан Пэй беспомощно посмотрела на одноклассника, — В лучшем случае я могу выплатить пятьсот тысяч. Мы не можем продать дом.

— Я схожу в здание суда и прокуратуру. Посмотрим, что можно сделать, — адвокат Сунь недооценил сложность дела и теперь ясно осознал это. Личность Лю Чэньюя была слишком щекотливой. Государственный служащий, водящий машину после распития алкоголя, жертва мертва, бедная семья. Доказать что-то против такого сочетания ключевых факторов было бы невозможно.

Семья Лю Мань переехала в этот комплекс всего пять-шесть лет назад, здание отводилось в основном для бизнесменов. Площадь их дома насчитывала всего сто сорок квадратных метров, и в то время они купили его по очень низкой цене. Как ещё мог Лю Чэньюй обзавестись столь большим домом при своей зарплате?

Чжан Пэй определённо не пойдёт на продажу квартиры.

На следующий день Лю Мань с матерью посетили ломбард. Чжан Пэй принесла с собой все свои украшения, среди них и обручальное кольцо, подаренное мужем в честь их свадьбы. Сотрудники ломбарда оценивали стоимость каждого изделия. Несколько бриллиантовых колец, золотых ожерелий и браслетов, изумрудных украшений и пара комплектов серёг аккуратно лежали перед Лю Мань, которая смогла услышать цену, названную сотрудниками.

— Золото мы берём за семьдесят процентов от рыночной стоимости, а нефрит - за полцены. Так что, если вы согласны с такой комиссией, мы можем подписывать соглашение прямо сейчас.

— Нефрит только за половину? Это ведь изумруд! А это – настоящий нефрит Хэ Тянь. Когда я их покупала, они стоили очень прилично.

— Простите, госпожа. Рыночные цены сейчас очень нестабильны, и наша компания не может позволить себе убытки, если стоимость внезапно упадет. Поэтому на всякий случай мы всегда покупаем его за полцены, — очень отстранённо сообщил молодой человек.

Лю Мань видела, с какой болью Чжан Пэй смотрела на свои украшения. Это ведь были подарки от Лю Чэньюя на годовщины свадьбы и дни рождения.

Девушке стало особенно грустно. Она вспомнила, как страдавшая от болезни наложница Сюй в последние месяцы своей жизни продолжала продавать драгоценности, умоляя слуг лишь относиться к Лю Мань получше. Вспомнила она и её любящее, болезненное выражения лица, а также то, как наложница Сюй легонько погладила её по голове:

— Что же будет с тобой, когда я отойду в другой мир? Я только надеюсь, что эти слуги будут хоть немного благодарны после получения моих вещей.

Но реальность доказала лишь черствость их сердец.

В этот момент Чжан Пэй и наложница Сюй, казалось, слились воедино. Глаза девушки наполнились влагой. Она не знала, случилось это из-за любви прежней Лю Мань к своей матери или её чувств к наложнице Сюй.

В итоге за украшения им дали всего сто четырнадцать тысяч. Их цель в три миллиона по-прежнему казалась практически недостижимой.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Домой они вернулись очень поздно. Кошачья миска к тому времени уже опустела. Когда Лю Мань пошла взять еду из шкафа, выяснилось, что запасы почти закончилась.

Все карманные деньги ей давал отец. Но теперь Лю Чэньюя содержали под стражей, и ей даже кошачий корм было не на что купить. Посмотрев на Чжан Пэй, которая сидела в гостиной и, казалось, резко постарела на несколько лет, Лю Мань поняла, что ей нужно найти способ заработать самой.

Она заглянула в гардероб и увидела горы одежды вперемешку с обувью. Затем достала телефон, набрала сообщение и отправила его в групповой чат, в котором состояла вместе с Ли Сяожу и Ван Нина.

[Девчата, не знаете никого, кто мог бы купить подержанную обувь?]

Ответ пришел меньше чем через минуту.

[Нет, (._.) но вроде бы подобные вещи продают на XianYu.]

п.п.: XianYu – приложение для продажи и покупки подержанных вещей. Часто используется в Китае.

[Что? Ты вот так внезапно захотела продать свою обувь?] – спросила Ли Сяожу, печатая огромный вопросительный знак.

[Да, хочу продать свои AJ.]

[А?!]

[С ума сошла? Разве это не твоя самая любимая вещь во всём мире?]

Обе девушки сильно удивились. Им всем нравилась обувь от AJ, и они завидовали возможности Лю Мань покупать любую понравившуюся пару. Их собственных карманных денег не хватало на подобную роскошь. Они также бывали у Лю Мань дома и видели целую стену, заставленную грудой фирменной обуви. Тогда подруги приняли её за редкостную богачку

Вот почему обоих девушек повергло в шок её сообщение.

[Мне срочно нужны деньги]

Лю Мань не хотела, чтобы её подруги волновались и добавила:

[Да и не нравятся мне больше AJ. Только место дома занимают.]

[Что с тобой происходит? Сперва разлюбила Тан Ту, а теперь вообще обувь от AJ продать удумала. Серьёзно, что тебе нравится тогда?] — недоумевала Нина.

[Мне нравятся деньги.]

[…]

По совету подруг Лю Мань перефотографировала каждую пару обуви в наличии и выставила фото на XianYu с указанием даты изготовления и цвета. Всего получилось шестьдесят две пары. Когда она закончила, Рассвет уже заснула на её одеяле.

Той ночью Лю Мань так устала, что прижалась к кошке и мгновенно вырубилась.

Следующим днём был вторник. Она собрала вещи и поспешила на учёбу. В метро она держалась за поручни, пока проверяла, не написал ли ей кто в XianYu. Она не ожидала, что сообщений окажется так много.

[Вся обувь тридцать шестого размера?]

[Можно больше фоток четвёртой пары?]

[Такие новые? Они настоящие?]

[Я из твоего города. Можно приехать и посмотреть?]

Многие люди писали ей, поскольку её обувь выглядела поновее большей части, продаваемой на площадке, а цена составляла лишь половину от первоначальной. Многие коллекционеры бренда AJ шибко заинтересовались.

Она отвечала на каждое сообщение и осознала, что все интересуются, не поддельная ли это обувь. Девушка добавила в свой профиль:

[Я тоже коллекционирую брендовые вещи AJ, но семейные проблемы вынуждают их продать. Уверяю, эта обувь – не подделка.]

Спустя время после добавления информации ей написали очередной комментарий:

[У тебя много AJ и не меньше покупателей. Не все из нас живут в столице, поэтому будет сложно доказать каждому их подлинность. Может запустишь прямой эфир и покажешь на камеру все пары?]

«Прямой эфир?» —  удивилась Лю Мань. Согласно её воспоминаниям, прежняя владелица не смотрела видео в прямом эфире, у неё даже не было нужного приложения на смартфоне. В университете девушка обратилась за советом к двум лучшим подругам.

— Почему бы и нет, тут нет ничего страшного. Вот Сюй Цзыхань из параллели стримила игру на фортепиано и смогла заработать много денег, — Ли Сяожу не считала это проблемой.

Ван Нина скривилась от отвращения:

— С её-то навыками? Даже Маньмань играет лучше. В интернете она может только клянчить.

п.п.: Маньмань – прозвище Лю Мань.

Лю Мань чувствовала, что Ван Нина смотрела свысока на её навыки и презирала вообще все прямые трансляции. Она улыбнулась, но ничего не сказала.

— Но Маньмань, почему ты внезапно продаёшь свою обувь? У вас в семье что-то случилось? — обеспокоенно спросила Ли Сяожу.

Подруга подметила, что с момента того обморока Лю Мань изменилась. Она стала молчаливей, больше витала в мыслях, и её поведение стало другим. Ли Сяожу уже не раз видела её одну за репетициями в фортепианной комнате. И репетировала она усерднее, чем обычно. Девушка больше не обнимала их, а при попытке ухватить её за руку Лю Мань отстранялась. Казалось, она за ночь повзрослела.

— Не волнуйтесь, я просто осознала, что раньше тратила деньги бездумно и покупала кучу бесполезных вещей. Поэтому хочу остановиться сейчас, пока не стало слишком поздно. Разве я не говорила вам раньше? Сейчас мне очень нравятся деньги. Особенно то ощущение, когда держу их в руках.

— Ты можешь быть не такой приземленной?.. — Ван Нина потеряла дар речи, ведь они вроде как были студентками из факультета фортепиано.

— Чем ниже, тем интереснее.

Все трое рассмеялись, Лю Мань временно развеяла их сомнения.

Обсудив вопрос с подругами, девушка решила провести трансляцию завтра вечером с их комнаты в общежитии. Сначала она загрузила приложение для потоковой передачи. В нём создала аккаунт с никнеймом [Принцесса Мань] и запланировала трансляцию, указав своё имя пользователя на публичной странице XianYu.

На время стрима Лю Мань переоделась в джинсы, которые подходили под всё, а Ли Сяожу держала камеру так, чтобы снимать только ступни подруги.

— Почему нет зрителей? — после комментария Ли Сяожу количество смотрящих изменилось с ноля на единицу, — Есть, кто-то смотрит! Ник – Рев Дракона.

п.п.: имена пользователей на китайском языке сложно перевести, поэтому возможны неточности.

Ван Нина лишь закатила глаза.

— Тише! — тут же шикнула на неё Ли Сяожу.

Хотя их смотрел только один зритель, Лю Мань всё равно представилась:

— Привет, Рев Дракона, я продаю обувь от AJ на XianYu и сейчас приступлю к демонстрации своей коллекции.

Голос Лю Мань звучал несвойственно. Она немного нервничала и чувствовала себя неудобно. Вопреки присутствию всего одного зрителя, ей казалось, что на неё сейчас смотрят миллионы.

Для девушки, которую заперли в холодном дворце и ни разу не выпускали через парадную дверь, подобное было огромным испытанием.

— На сегодняшней демонстрации будет пять пар обуви. Я ношу тридцать шестой размер, то есть у показанных товаров он такой же.

Лю Мань открыла обувную коробку и достала первую пару. Ли Сяожу немедля принялась снимать её со всех возможных ракурсов. Спереди, сзади, сбоку, сверху и снизу. В этот момент к трансляции присоединился второй зритель.

Когда Лю Мань обулась, в зале наблюдателей присутствовало уже шесть человек.

[Вау, у неё красивые ножки] — написал первый комментарий один из зрителей под ником [Я тут ради обуви].

Ли Сяожу увидела это и ответила:

— Спасибо за комплимент Маньмань.

[Почему не показываешь лицо?] — продолжил тот же комментатор.

— Хи-хи, она стесняется, — объяснила Ли Сяожу.

Лицо Лю Мань немного покраснело, но она продолжала демонстрировать обувь:

— Я купила их в январе прошлого года за 1899 юаней и носила лишь дважды.

Она надела следующую пару и сделала несколько шагов по комнате.

Теперь было 11 зрителей.

Один человек попал на трансляцию случайно.

[Мальчик Отаку: Что здесь такое? Она хвастается ногами?]

[Я тут ради обуви: Показывает обувь.]

[Мальчик Отаку: Но ноги мне нравятся больше.]

По правде сказать, у Лю Мань действительно были красивые ноги: стройные и длинные. Джинсы идеально подчёркивали их изгибы, а приподнятые штанины открывали вид на безупречные лодыжки. Красота, да и только.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Поскольку Лю Мань стримила впервые, трансляция велась очень неорганизованно и длилась всего десять минут. Максимальное количество зрителей достигло лишь двадцати, но девушка гордилась и этим.

Наибольшей неожиданностью стало то, что на следующий день кто-то купил на XianYu одну пару её AJ, которую она вчера показывала в прямом эфире. Покупатель был подписан под ником [Рев Дракона], он же – её первый зритель на стриме.

Лю Мань завернула обувь в комнате их общежития и разборчиво написала номер телефона покупателя вместе с его адресом. Ли Сяожу светилась от восторга даже сильнее, чем её подруга:

— Кто-то действительно сделал покупку!

— Обувь в отличном состоянии, к тому же продаётся очень дёшево, так почему бы кому-то её не купить? — Ван Нина не думала, что этим стоит гордиться. Когда они вели прямую трансляцию, она передавала обувь Лю Мань. Держа в руках все те пары, она как бы и хотела взять их себе, но не имела привычки покупать подержанные вещи.

— Тогда давайте покажем сегодня десять пар обуви! — предложила Ли Сяожу.

— Но я взяла с собой только пять. Сегодня днём ещё нужно попрактиковаться в игре на фортепиано. У меня нет времени на столь долгие примерки, — голос Лю Мань звучал расстроенно, однако девушка отнюдь не ожидала, что её подержанные AJ возымеют такой спрос.

— Тогда сразу после занятий иди домой! И таскать с собой так много обуви тоже не нужно, ты ведь можешь вести онлайн трансляции из своего дома. А мы с Нина присоединимся к остальным зрителям и будем поддерживать активность в чате! — Ли Сяожу хихикнула.

Лю Мань и Ван Нина переняли весёлый настрой подруги.

До важного экзамена оставалось всего десять дней, то есть Лю Мань не могла терять время попусту и должна была приступить к отработке навыков. Из-за этого же экзамена все фортепианные залы бронировались заранее. Девушка не спешила с данным вопросом, поэтому ей досталась комната лишь на два более поздних часа, с пяти до семи вечера, когда основная масса студентов уже разошлась.

Она слилась с музыкой воедино, к тому же у неё остались воспоминания о прежней Лю Мань. Игра на фортепиано давалась ей легко, и девушка с каждой минутой практики становилась всё лучше и лучше. В добавок к этому, она самостоятельно открыла для себя парочку хитростей. Впрочем, заветные восемьдесят пять баллов по-прежнему оставались серьёзным вызовом.

В университете оценки ставились без каких-либо поблажек. В прошлом семестре Лю Мань завалила экзамен. Согласно правилам, при двух несданных экзаменах учёба продолжалась, а три уже означали отчисление.

Сейчас Лю Мань не хотела давать своей семье дополнительные поводы для беспокойства, поэтому ей оставалось лишь тренироваться усерднее.

***

Когда Тан Ту закончил заниматься в полседьмого, солнце уже клонилось к закату. Он отправил своей девушке сообщение через WeChat и решил перекусить.

Проходя мимо комнат для занятий на фортепиано, он услышал звуки чьей-то игры. Мелодия его не заинтересовала, но парень понял, что неизвестный исполнитель повторяет её вновь и вновь, хотя для него эта композиция казалась примитивной. Его одновременно удивила и позабавила мысль о том, как этот человек вообще поступил в университет.

Ради любопытства и желания узнать, кто же её играет, он подошёл поближе к аудитории и посмотрел через окошко в двери.

От увиденного Тан Ту оторопел.

В помещении сидела Лю Мань. Её осанка была прямой, а взгляд сосредоточился на нотах. Невероятная концентрация для исполнения столь простой мелодии.

Под воздействием тёплого, дурманящего света девушка словно переполнялась чувствами и напрочь отстранилась от окружающей её реальности. У неё были длинные, чёрные волосы, и сама она так и лучилась изяществом. Точно женщина из древнего Китая, сошедшая прямиком с картины.

На мгновение Тан Ту почувствовал ускоренное биение сердца. Но вскоре взял себя в руки и недоумевал, почему девушка, играющая на западном инструменте, заставила его поверить в то, что перед ним классическая восточная красавица.

Эта иллюзия не покидала голову парня, пока он не вышел из здания и не увидел свою девушку Шэнь Мочжэнь.

— Я же говорил тебе, что можешь поужинать без меня, — Тан Ту не заметил лёгкого раздражения в собственном голосе.

Шэнь Мочжэнь ничего не заподозрила. Она обняла парня и с усмешкой произнесла:

— Хотела сделать тебе сюрприз! Ты не рад меня видеть?

— Скажешь тоже, очень-очень рад, — Тан Ту наклонил голову и легонько поцеловал девушку в щёку. Шэнь Мочжэнь в ответ прижалась к нему. К счастью, на улице темнело, а в кампусе оставалось лишь несколько человек. В противном случае, если бы кто-то сфотографировал их вот так и выложил в интернет, кто знает, сердца скольких девушек вновь бы оказались разбиты.

— Давай сходим сегодня поедим что-нибудь из японской кухни. Рядом с универом буквально недавно открылся новый ресторан, на Yelp о нём много хороших отзывов, — предложила Шэнь Мочжэнь.

— Выбор за тобой. Ты решаешь, я соглашаюсь, — Тан Ту говорил в чуточку незаинтересованной манере.

Он как раз собирался повести прильнувшую к нему девушку к выходу из университетского двора, как увидел Лю Мань, которая неспешно вышла из здания с наплечным рюкзаком. Парень застыл на полсекунды, но этой краткой заминки хватило, чтобы естественные женские инстинкты Шэнь Мочжэнь забили тревогу.

Она посмотрела в том же направлении, куда смотрел он, и тоже увидела Лю Мань.

Идеальная пара глазела на неё настолько неприкрыто, что Лю Мань увидела их сразу, когда подняла взгляд. Она неумеренно и великодушно кивнула Тан Ту, ярко улыбнулась Шэнь Мочжэнь, да прошла мимо, внутренне думая о невероятной красоте его избранницы.

Её реакция была пренебрежительной или просто проявлением вежливости?

Тан Ту и Шэнь Мочжэнь тоже не очень поняли, поэтому от девушки последовал вопрос:

— Кто она?

— Второкурсница из факультета фортепиано.

Шэнь Мочжэнь тут же вспомнила слухи, витавшие среди студентов в течение последних двух дней. Кто-то сказал ей, что девушка из этого факультета добивалась Тан Ту, а он даже пришёл к ней в аудиторию лишь для того, чтобы увидеть. С тех пор внутри Шэнь Мочжэнь зародилась смесь ревности и гнева, но у неё и близко не хватало смелости расспросить его об этом.

Девушка изучала народную музыку с детства, особенно хорошо ей давалась игра на Гучжэне. За четыре года обучения в университете она неизменно удерживала первое место по успеваемости на своём факультете. Вдобавок к этому обладала женственной внешностью и стройным, нежным телом. Всякое её дело и слово всегда сопровождалось мягкостью и благочестием, а классическая, восточная красота девушки была известна каждому. Благодаря совокупности всех этих факторов Шэнь Мочжэнь часто удостаивали чести представлять свой факультет и путешествовать по миру с выступлениями официального оркестра консерватории. Как человека, который только собирался закончить учёбу, но уже имел подписанный контракт с Национальным Оркестром Народной Музыки, её ждало светлое будущее.

С Тан Ту она познакомилась ещё на первом курсе, в первый же учебный день. Не считая романтических отношений, о которых они объявили только сейчас, им предшествовали четыре года дружбы. Эти двое очень хорошо знали друг друга. Из-за этого остальные девушки, знакомые с Шэнь Мочжэнь, подавили своё недовольство и, в конце концов, перестали донимать Тан Ту, когда его избранницей стала именно она.

Только никто не знал, что Шэнь Мочжэнь, идеальной «богине» в глазах всех остальных, доводилось подавлять собственную гордость перед Тан Ту. Почти всегда она ставила его превыше себя. Быть может, он выбрал её второй половиной потому, что считал внимательной и разумной.

— Забудь ты о ней. Несколько дней назад она потеряла сознание в коридоре возле кабинетов для тренировок, и я отвёз её в клинику, а на следующий день навестил в классе, чтобы посмотреть, в порядке ли она, — тезисно объяснился Тан Ту, — Пойдём уже ужинать, я умираю с голоду.

— Да-да, пойдём, — Шэнь Мочжэнь опустила взгляд. Тан Ту дал ей объяснение, но не возможность задать другие вопросы. За эти четыре года к этому парню пытались приблизиться бесчисленное количество самых разных девочек, но ни одна из них не преуспела. Шэнь Мочжэнь всегда была чрезвычайно уверена, что если она продолжит оставаться с Тан Ту друзьями, то однажды понравится ему, как девушка. Так и случилось.

Но она не знала почему. Они только месяц назад предали огласке свои отношения, и тут, откуда не возьмись, появилась соперница, шансы которой отбить у неё Тан Ту были выше, чем у любой девушки за последние несколько лет. Шэнь Мочжэнь почувствовала лёгкое беспокойство и напряжение.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Тем временем Лю Мань и близко не догадывалась о беспорядочных мыслях, оккупировавших голову Шэнь Мочжэнь. Забыла она и о Тан Ту. Сейчас девушка возвращалась домой и беспокоилась о том, как бы не задохнуться в поезде метро, переполненном людьми, рабочий день которых как раз закончился

Когда Лю Мань оказалась дома, часы показывали восемь. Чжан Пэй приготовила для неё ужин. За едой девушка заявила:

— Мама, я собираюсь продать все свои AJ.

— Разве это не твои сокровища? Раньше ты даже нам с отцом не позволяла прикасаться к ним, — Чжан Пэй опешила.

— Это всё в прошлом, тогда я бездумно тратила деньги на всё подряд. Но теперь у папы проблемы, и я не могу сидеть, сложа руки. Мы трое – семья, я не позволю тебе тащить это бремя в одиночку.

— Не продавай их, за подержанную обувь много не дадут. Ни о чём не волнуйся, я придумаю, как нам быть, — чрезмерная любовь и забота Чжан Пэй о собственной дочери никуда не делась. Коллекционирование AJ было одним из немногих увлечений Лю Мань. Женщина, как сейчас, помнила её искреннюю улыбку при получении каждой новой пары AJ.

— Я уже продала одну пару сегодня и заработала тысячу юаней, — Лю Мань достала телефон, чтобы показать матери уведомление о переводе, — Смотри, объявление висит только один день, а покупатель уже нашёлся. Кстати, мои AJ очень легко продавать, их поклонники любят такие лимитированные версии.

Строчка «Успешный заказ и транзакция» вызвала немалое удивление в глазах Чжан Пэй. Раньше эта пара была самой любимой для Лю Мань, ещё и относилась к лимитированной коллекции. Ради оформления заказа на эту пару, её дочь не ложилась спать до полуночи. Чжан Пэй хотела сказать ей не отказываться от хобби, но увидела лёгкий блеск в её угольно-чёрных глазах.

Раньше в них плескалось безрассудство, своенравие и даже толика высокомерия. Но прямо сейчас это всё вытеснила чистая определённость. Такие глаза, как казалось Чжан Пэй, обладали магической силой, способной умиротворить её и вселить непоколебимую веру в их обладательницу. Сколь бы трудным и длинным ни был предстоящий путь, финал непременно наступит счастливый.

На лице Чжан Пэй расцвела крайне редкая в последние дни улыбка:

— Ой, всё-всё-всё. Тогда я не мешаю, ступай и делай, что считаешь нужным.

Покормив Рассвет и поменяв наполнитель в лотке, Лю Мань начала готовиться к онлайн-трансляции. Держателя для телефона у неё не было, поэтому она просто прислонила его к стопке толстых книг в центре стола. Девушка быстренько подкорректировала положение устройства, а затем, наконец, настроила почти идеальный угол обзора фронтальной камеры.

Ровно в девять часов вечера Лю Мань запустила трансляцию.

В списке зрителей первыми двумя появились [ХихиХаха] (Ли Сяожу) и [НАНА] (Ван Нина). Они уже заждались подругу.

[ХихиХаха: Привет, сестрёнка, наконец-то ты в сети!]

[ХихиХаха: Заставила нас ждать!]

[ХихиХаха: Начинай уже скорее, пожалуйста!]

«...»

Лю Мань никогда не подмечала за Ли Сяожу любовь к спаму, но её сообщения заполонили чат в мгновение ока.

[Я тут ради обуви: Ого, сестрёнка, ты сегодня стримишь дома?]

— Да, вернулась вот недавно с университета, — ответила она и краем глаза посмотрела на список зрителей. За исключением двух «подставных» зрителей, трое других были ей знакомы: [Я тут ради обуви], [Рев дракона] и [Мальчик Отаку]. Последний попал на вчерашний эфир случайно.

— Рев Дракона, я отправила тебе обувь сегодня. Если возникнут какие проблемы, когда она придёт на твой адрес, не стесняйся и пиши в любое время, — оповестила Лю Мань своего первого покупателя.

[Рев Дракона], ранее не проявлявший активность в чате, отправил сообщение:

[Хорошо, спасибо.]

В этот момент к трансляции присоединилась ещё парочка зрителей.

[Мальчик Отаку: Да у нашей стримерши не только красивые ножки, но и прелестная шея. (глаза-сердечки)]

В комнате работал кондиционер, поэтому Лю Мань надела обтягивающую голубую пижаму с длинными рукавами и штанинами. Положение телефона давало зрителям возможность видеть её не выше бледной, длинной шеи и заостренного подбородка. Иногда в камере также мелькали свисающие вниз волосы.

[Мальчик Отаку: Девушка, можешь показать нам своё лицо?]

[Мальчик Отаку: Если покажешь, я забросаю тебя за́мками.]

п.п.: За́мок – это один из подарков, который фанаты могут подарить стримерам, приобретается за реальные деньги. На них же и обменивается автоматически после получения адресатом.

Лицо Лю Мань снова покраснело, ей показалось, что зритель с ней флиртует.

[ХихиХаха: Отвали, извращенец! Она транслирует демонстрацию своих AJ.]

[Мальчик Отаку: Я хочу их увидеть, но не прочь поглядеть и на другую красоту.]

[Я тут ради обуви: Честно говоря, мне тоже любопытно, как выглядит наш стример.]

[НАНА: Покажи нам обувь!]

Комментарий Ван Нина послужил Лю Мань напоминанием.

— Сейчас вы увидите мою гардеробную.

Лю Мань взяла телефон и переключилась на заднюю камеру. Затем, войдя в упомянутую комнату, она медленно, сверху вниз, сняла стену, заставленную обувью от AJ:

— А вот и моя коллекция.

[Я тут ради обуви: Вау, она такая потрясающая, эффектная и красочная!]

[Энди моя эйфория: В доме этой девушки целая шахта!]

п.п.: так обычно говорят в Китае. В основном это несет более глубокий смысл. Ведь, если у тебя есть шахта, значит ты богат.

Увидев комментарий незнакомого зрителя, Лю Мань ответила быстро:

— Будь это действительно так, стала бы я продавать подержанные AJ?

[Фея Персик: Знаешь, а мне нравится твой стиль оформления интерьера. И обувь тоже нравится, только у меня 38-й размер, слишком большой. (плачущий смайлик)]

К настоящему моменту все зрители Лю Мань были женщинами. Ну, за исключением [Мальчика Отаку], само собой.

[Энди моя эйфория: Сестрёнка, а можешь получше показать третью пару обуви во втором ряду слева сверху?]

— Конечно, без проблем.

Лю Мань встала на цыпочки и потянулась за ботинками.

— Эта пара – одна из первых в моей коллекции. Я надевала её чуть чаще, чем другие, но на вид она довольно новая, — девушка начала снимать туфли крупным планом.

[Энди моя эйфория: Ва-а-а-а-ай, я очень-очень хочу эту пару AJ. Её выпуск состоялся, ещё когда я училась только в десятом классе. Тогда я тратила много времени, пытаясь заработать и сэкономить карманные деньги. И я таки скопила нужную сумму, но к тому времени она уже не продавалась. (негодующий смайлик)]

— Если ты действительно настолько сильно хочешь её купить, я могу сделать скидку. Всё равно ведь носила её далеко не один раз, — прямо и без утайки сказала Лю Мань, — Пусть будет 800 юаней.

Первоначальная цена составляла 2 488.

[Энди моя эйфория: Люблю прямолинейных людей.]

Откуда ни возьмись на экране появилась золотая карета. Внутри неё, в белых рубашках и чёрном мундире сидел дворецкий. Он взмахивал жезлом, с каждым движением которого падали бесчисленные звёздочки, образуя звёздный дождь.

[«Энди моя эйфория» отправила вам блаженную карету] — гласила красная, жирная строка, появившаяся в нижней части чата.

Это же уведомление выскочило и на экран.

[Божечки мои, да она настоящая богачка! А ещё говорила, что у тебя дома шахта. Вот у неё она точно есть. Только подумать, 500 юаней!]

Ли Сяожу, находившаяся по другую сторону экрана, не могла сдержать эмоции. Блаженная карета в приложении стоила 5 200 монет, а 10 монет равнялись одному юаню.

Лю Мань тоже не на шутку удивилась:

— Спасибо, Энди моя эйфория!

[Энди моя эйфория: Я уже сделала заказ на XianYu, не забудь завтра отправить.]

— Хорошо, без проблем.

— Мяу, мяу…

[Фея Персик: Ой, кажется, я слышала котёнка.]

Лю Мань посмотрела вниз и увидела Рассвет, которая сидела у её ног с поднятой вверх мордочкой. Её огромные, круглые глаза смотрели на хозяйку грустно и невинно, словно кошка просилась на руки. Всё-таки девушка не так уж часто уделяла ей внимание.

— Это моя кошка, — пояснила Лю Мань.

[Фея Персик: Так у тебя дома есть кошечка?]

[Фея Персик: Можешь показать её нам, пожалуйста? (◕‿◕)♡]

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Лю Мань подняла Рассвет и положила на кровать, направив на питомицу камеру телефона.

Две передние лапы кошки расположились на одеяле. Ушки настороженно торчали вверх, а сама она озадаченно разглядывала себя на экране устройства. Происходящее было ей в новинку.

[Фея Персик: У неё золотой окрас. Такая милашка!]

[Я тут ради обуви: Золотой окрас?]

[Фея Персик: Ага, встречается у британских короткошёрстых. Золотистые окрасы очень редкие, а ещё у чистокровных представителей зелёные глаза. Очень чистые, прямо как у этой. Её бездонные глазки такие красивые! (ღ˘⌣˘ღ)]

Судя по всему, этот человек хорошо разбирался в кошках. По крайней мере, объясняла она более чем доступно.

[Фея Персик: Как зовут твою кису?]

— Я назвала её Рассвет, — ответила Лю Мань.

[Фея Персик: Оу, и имя у неё тоже отличное. Рассвет завораживает город.* В будущем и наша Рассвет станет суперволшебной.]

п.п.: Рассвет завораживает город – просто китайская поговорка.

[Фея Персик: Сестрёнка, а можешь и впредь показывать свою кошечку на трансляциях? Я очень люблю котов. К тому же, далеко не у всех стримеров есть такая, с золотым окрасом.]

— Запросто! Но только если буду вести стрим дома, а не в общежитии. Там снимать её не смогу.

[Фея Персик: С тобой так легко общаться.]

На экране появилась анимация рук, образующих сердце, со знаком «x» справа от него. Число возле символа умножения продолжало увеличиваться, пока не остановилось на 33.

п.п: Ну-с, 33 по горизонтали напоминают губы. Но могут означать и сердечки.

[«Фея Персик» отправила вам карандашный графит.]*

п.п.: Рука, делающая знак сердца, и карандашный графит на китайском языке звучат похоже. Поэтому в программах зачастую пишут «карандашный графит», чтобы соответствовать вирусному интернет-сленгу.

Лю Мань увидела, что в её полку спамеров подарками прибыло, отчего сильно обрадовалась:

— Спасибо, [Фея Персик].

Вероятно, оба подарка, присланные Лю Мань, не остались без внимания алгоритмов стриминговой площадки, благодаря чему девушка поднялась в рейтинге. Теперь количество её зрителей резко увеличились до семидесяти.

Приумножилось и количество сообщений в чате.

Одни задавали вопросы про её AJ, а другие расспрашивали о кошке.

Лю Мань сообразила, что её домашняя питомица привлекает новых пользователей. Она внезапно осознала прелесть происходящего. Интернет и телефон давали ей возможность общаться со многими людьми, жившими далеко от неё. Вместе с тем она могла рассказывать о своей жизни, и все с радостью её слушали.

Лишь в одиннадцать часов вечера трансляция Лю Мань подошла к концу. В этот раз она немало заработала. Продала ещё одну пару AJ и получила кучу подарков.

Она обняла кошку и с радостью воскликнула:

— Отныне будешь мне помогать!

Рассвет, которая сама того не понимая, стала кумиром для многих фанатов кошек, изогнулась на кровати. Две её задние лапы продолжали изводить одеяло, но соприкасаясь с кожей Лю Мань она убирала коготки и просто лёгонько толкала хозяйку подушечками.

Лю Мань на эмоциях расцеловала её:

— Сперва купим тебе корма на заработанные сегодня деньги.

Она незамедлительно открыла Taobao, оформив заказ на почти семь килограмм кошачьего корма.

п.п.: Taobao что-то вроде китайского Amazon.

Перед сном Лю Мань открыла программу для прямых трансляций, потому что хотела посмотреть, как привлекают зрителей другие стримеры. Девушка знала – однажды все её AJ будут распроданы. На чём тогда ей зарабатывать деньги? Нужно было пристально изучить вопрос.

В приложении блогеры и танцевали, и делали макияж, и готовили, и пекли… В общем, от разнообразия занятий разбегались глаза.

Прошлый опыт жизни девушки в Древнем Китае по-прежнему преобладал над ней. Она ещё не была готова показать лицо на камеру.

Лю Мань перешла к стримеру, который занимал десятое место в рейтинговой таблице. Она щелкнула по его трансляции и увидела процесс рисования. Лицо человека оставалось вне кадра. Зрители могли наблюдать лишь руку с кистью и холст. Лю Мань отметила, что армия его поклонников составляла 70 000, а от количества отправленных подарков у неё глаза на лоб полезли.

Вот как в современности продавали картины?

Лю Мань внезапно окутало вдохновение, и девушка решилась. Она вновь открыла Taobao, потратила немного времени на поиски и, наконец, купила несколько вещей.

На следующий день, когда она пришла в школу, Ли Сяожу буквально светилась от счастья:

— Маньмань, ты невероятная! Люди уже на второй трансляции делали тебе подарки. Ты непременно станешь богиней*, главное не сдаваться и продолжать!

п.п.: Богиня не в прямом смысле. Скорее звездой прямых трансляций.

— Но у меня всего пятнадцать поклонников, — обречённо отозвалась Лю Мань.

— Любое начинание даётся с трудом. Вот увидишь, в будущем количество подписчиков будет расти с бешеной скоростью.

— Ты ведь даже лицо своё ещё не показывала. Те стримеры, которые на трансляциях демонстрируют свою внешность, используют фильтры и всё равно не могут выглядеть лучше тебя. Одно твоё личико покорит их всех, так что о поклонниках не беспокойся.

Ли Сяожу испытывала неподдельную уверенность в своей подруге. Сначала она считала прямые трансляции ненадёжными. Но увидев, насколько хорошо аудитория приняла Лю Мань, она стала думать, что в перспективе у девушки есть все шансы обрести популярность.

— На что ты там смотришь? И не перебиваешь меня, как обычно, — Ли Сяожу обратилась к Ван Нина: — Э? Это Тан Ту на фотке?

Ван Нина листала ленту Weibo.

— Фотографии Тан Ту и его девушки снова в топе популярности.

Поклонница парня сфотографировала их и выложила на своей страничке в социальной сети. Фотографии были сделаны в японском ресторане, и на этот раз лицо Шэнь Мочжэнь во всей красе предстало глазам публики.

В комментариях кто-то расписал прошлое избранницы Тан Ту.

[Самая красивая на факультете. Она также собирается стать профессиональным музыкантом. Её уму даже завидовать неловко.]

[Какая очаровательная пара! Куда уж нам до них. Блин.]

[Остаётся только пожелать им счастья. (плач)]

…

Несколько прозорливых фанатов узнали, где именно они ели, только по декорациям на заднем плане.

[Разве это не Ju Jiu Wu напротив музыкалки? Я ходил туда несколько раз, там неплохо.]

[Я видел это заведение на Yelp. Слишком дорого. Моя бедность повлияла на привлекательность еды.]

[Постойте. То есть, если есть там, можно встретить Тан Ту?!]

[Ага, мечтай. Там очень-очень дорого!]

…

В Weibo велось много дискуссий, и Ван Нина с удовольствием их зачитывала.

— Но эта Шэнь Мочжэнь и правда гениальная. Даже после выпуска из нашего университета непросто попасть в национальный оркестр. Но она получила предложение ещё до окончания учебы. Я действительно восхищаюсь её способностями.

Хотя Лю Мань и её подруги учились только на втором курсе, им уже приходилось задумываться о своём будущем. В отличие от обычных студентов, выпускникам художественных учреждений найти работу было труднее. Дипломник с отличными оценками мог пойти в огромный оркестр, как поступила Шэнь Мочжэнь. Даже просто хорошие оценки и образование могли выиграть их обладателю билетик в достойный оркестр.

Богачи своих детей отправляли в заграничные музыкальные консерватории, дабы те продолжали учёбу уже там. Для хорошистов существовал спасительный круг в виде аспирантуры, куда предварительно требовалось сдать экзамен. Но те, чьи оценки были особенно плохи, могли лишь молиться получить работу учителя игры на фортепиано.

Прежняя Лю Мань относилась к последней категории. В противном случае Лю Чэньюй не беспокоился бы о её будущем. Ван Нина и Ли Сяожу кардинально от неё отличались. Подруги получали блестящие оценки, и учились они прилежно. Их баллы по специальности смотрелись очень хорошо даже в рейтинговой таблице, однако первых мест девушки не занимали. Да и опыта у них не было, поэтому попасть в большой оркестр им будет не просто.

— В следующем году нашему университету официально исполнится восемьдесят лет… Вот бы нам разрешили выступить сольно на грядущем юбилее, — пробормотала Ван Нина себе под нос.

Услышав её слова, вечная болтунья Ли Сяожу замолчала. Выступить на концерте в честь восьмидесятилетия университета мечтал каждый студент факультета фортепиано. Если он хотел светлого музыкального будущего, конечно же.

Лю Мань, которая всегда отличалась внимательностью, уловила перемену в настрое подруг:

— Если у меня появится сотня поклонников, я плачу за еду в Ju Jiu Wu. Что скажете?

— Правда?

— Только чур, потом от своих слов не отказывайся! — вместе отозвались Ли Сяожу и Ван Нина.

Лю Мань залилась смехом:

— Обещаю!

Каждый студент художественного института хоть немного, но всё же обладал гордостью и высокомерием. Ли Сяожу и Ван Нина мирились со своенравным характером Лю Мань и дружили с ней, поскольку та плохо играла на фортепиано. Навыки девушки не шли ни в какое сравнение с их собственными. Да и не хотела она совершенствоваться. Лю Мань никогда не участвовала в соревнованиях и не воровала у них возможности. Только с такой подругой и при таком балансе в их комнате общежития мог царить стабильный треугольник отношений.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Лю Мань продолжала вести прямые трансляции каждый вечер на протяжении недели, и количество её подписчиков постепенно увеличилось до 40. В перерывах между рекламой своей подержанной обуви она показывала повседневную жизнь Рассвет.

Аудитория настойчиво требовала кошку в кадр. Лю Мань была не в силах им отказать.

В нормальных условиях Рассвет посещала лоток только дважды в день: утром и вечером. Когда Лю Мань ночевала дома, наполнитель меняла она сама, но, если девушка оставалась на ночь в общежитии, её подменяла Чжан Пэй.

Кошачий лоток стоял у Лю Мань в комнате, так Рассвет могла пользоваться им по вечерам. В ходе одной из трансляций питомица подошла к своему туалету и принялась рыть ямку в наполнителе. Звуки происходящего слышали и зрители. Видимо, их собственная жизнь проходила слишком скучно, из-за чего они решительно потребовали у Лю Мань направить камеру на главное действующее лицо в лотке.

Рассвет была очень изящной и скромной. Когда девушка проводила прямую трансляцию, кошка вела себя подобно прилежной госпоже и ровненько сидела на руках у хозяйки. Но при посещении туалетного лотка на мордочке питомицы появилась серьёзность.

[Фея Персик: У кисы запор?]

Она была особенно преданной поклонницей Рассвет и каждый божий день в одно и то же время ждала, пока Лю Мань появится онлайн.

[Мальчик Отаку: Ха-ха, она смотрит прямо как я, когда у меня запор.]

Лю Мань не знала, было ли тому причиной смешивание старого корма с новым, купленным на Taobao, но в последние пару дней походы Рассвет в лоток занимали заметно больше времени. Кроме того, она и мостилась долго, перерывая весь наполнитель, прежде чем приступить непосредственно к делу.

[Фея Персик: Посмотри на какашки Рассвет, нормальный ли у них цвет. Сейчас на улице всё холоднее и холоднее, как бы не заболела, бедняжка!]

Прочитав данный комментарий, Лю Мань тоже забеспокоилась. Она наклонилась и сгребла верхний слой наполнителя, чтобы рассмотреть фекалии. По форме и цвету они были нормальные, но на них присутствовала кровь.

[Где кошка, там и я: Божечки, почему там кровь?]

Эта девушка примкнула к группе поклонников Рассвет со вчерашнего дня, тогда же она и подписалась на Лю Мань.

[Фея Персик: Это ведь не из-за паразитов?]

[Где кошка, там и я: Не факт.]

[Фея Персик: Сестрёнка, лучше поскорее отнеси Рассвет в ветеринарную клинику!]

[Я тут ради обуви: Я только сейчас осознала, что держать кошку – всё равно, что заботиться о ребёнке.]

[Где кошка, там и я: Ещё бы, все пушистые комочки и есть маленькие дети.]

В этот момент на экране появилась серебряная волшебная палочка. Из её кончика выстрелил фейерверк, взорвавшись цифрой десять.

[«Фея Персик» отправила вам 10 волшебных палочек]

п.п.: вероятно, очередной подарок, который можно отправить стримеру и который обменивается на реальные деньги.

[Фея Персик: Сестрёнка, это на лечение. Завтра выходной. Пожалуйста, отнеси Рассвет к ветеринару.]

От мысли о наличии у кошки паразитов Лю Мань уже не думала о продолжении трансляции:

— Хорошо, мы сходим туда утром.

Закончив стрим, девушка обняла Рассвет. Кошка вела себя очень хорошо, она облизывала лапы и пальцы Лю Мань, словно пытаясь порадовать хозяйку.

Влажное и тёплое чувство возымело обратный эффект, Лю Мань начала переживать ещё сильнее.

Она взглянула на время в телефоне. Те показывали 22:01.

Ветеринарные клиники вообще работали в столь поздний час?

Она зашла на Yelp и в спешном порядке стала искать близлежащие клиники для домашних животных. Их квартира располагалась в жилой части города, где у многих были домашние питомцы. Вокруг находилось с полдесятка зоомагазинов и ветеринарных клиник. Большинство из них были открыты с девяти утра до девяти тридцати вечера, и только одна закрывалась в десять.

Девушка понимала, что этот магазин тоже, скорее всего, закрыт, но всё равно решила сходить туда, иначе попросту не смогла бы спокойно спать этой ночью. Если уж на то пошло, именно Рассвет составляла ей компанию с тех пор, как она переселилась в этот странный новый мир.

Не желая откладывать это дело, Лю Мань быстро накинула пуховик и с питомицей в руках скрылась за входной дверью. Чжан Пэй уже легла в постель, поэтому не заметила ухода дочери.

Температура этим вечером была очень низкой. В тот момент, когда девушка вышла из здания, порыв холодного ветра ударил ей в лицо, пронизывая до дрожи. Сейчас почти все уже готовились ко сну, улицы пустовали. Жёлтый свет фонарей удлинял тени от голых белых клёнов.

Лю Мань шла без остановок, следуя инструкциям Baidu Maps. Кошечка в её руках оставалась неподвижной, её лапы крепко вцепились в пижаму девушки. Рассвет боялась неизведанной ранее среды.

п.п.: Baidu – поисковая система в Китае. Китайский гугл. Baidu Maps эквивалентен Google Maps.

Клиника для домашних животных находилась чуть более чем в девятистах метрах от её квартиры. Шагала Лю Мань быстро, однако путь всё равно занял около десяти минут. Название клиники было очень уникальным и состояло из одного слова – «Zhan». Такое больше подошло бы пабу.

За стеклянными дверьми всё ещё горел свет, а на них висела надпись «открыто». Лю Мань облегчённо вздохнула.

Она распахнула стеклянную дверь, и первой её взгляду предстала стойка приёма посетителей. В помещении никого не было, но кондиционер работал, обогревая его на славу. Лю Мань огляделась.

— Здравствуйте, есть кто?

После недолгого шуршания из соседнего кабинета вышел молодой человек.

При виде его Лю Мань замерла, как вкопанная.

Раньше красивых парней вроде Тан Ту она считала исключительными. Но этот человек перед ней стал прямым доказательством того, что в реальном мире никого и ничто нельзя называть «самым лучшим».

Обе пары глаз уставились друг на друга. У человека напротив они были янтарного цвета. Цвета опавших, осенних листьев тех самых клёнов, которые встречались Лю Мань на пути сюда. Девушка не выдержала и перевела взгляд чуть ниже, где её взор ожидала не менее завораживающая форма губ. Они были светло-красные, как киноварь.

Рассвет, словно ощутив комфорт и тепло окружающей среды, начала ворочаться, в результате чего вырвалась из рук Лю Мань. Она приземлилась на пол и гордо вильнула хвостом. Когда её огромные глаза заприметили парня, кошка замяукала и побежала к нему на своих коротких лапках, совершенно забыв о хозяйке.

Тот поднял Рассвет и спросил Лю Мань:

— Очень красивая кошка, как её зовут?

Питомица тем временем демонстрировала вопиющее предательство, она послушно прижалась маленькой мордочкой к сотруднику магазина.

— Рассвет, — Лю Мань приняла парня за ветеринара и продолжила говорить: — В её лотке была кровь, и я боюсь, что у неё внутри есть паразиты. Я не могу ждать до завтра, а среди ближайших магазинов только ваш открыт до десяти, вот я и решила прийти, надеясь на удачу. Вы можете осмотреть её? Простите, пожалуйста, что явилась не в рабочее время.

— Ничего страшного, пойдём со мной, — сказал парень.

Внутри помещения имелось две двери. Он толкнул одну из них и включил свет. Было очевидно, что он уже собирался закрываться, но Лю Мань ему помешала.

В комнате у стены стояла череда шкафов. По другую сторону располагались полки из нержавеющей стали, а в центре комнаты – стальная платформа. Судя по всему, на ней только-только убрались.

Молодой человек расстелил на поверхности стола одноразовую, синюю медицинскую ткань и положил на неё Рассвет. Он надел медицинские перчатки, включил специальное освещение, используемое для операций, и внимательно осмотрел шерсть кошки. Он также проверил её рот, его руки двигались терпеливо и умело.

Пока парень проводил осмотр, он спросил Лю Мань:

— Она хорошо кушала в последние дни?

— Хорошо, даже очень. Я не заметила никакой разницы за прошедшие дни. Да и никаких других проблем не было, — Лю Мань снова описала экскременты питомицы.

Парень кивнул и достал мазок из бумажной коробки. Он присел, чтобы находиться на одном уровне с Рассвет, непрерывно поглаживая её по спине и подбородку.

— Хорошенькая Рассвет, послушная Рассвет, — приговаривал он чрезвычайно ласковым голосом.

И резко, практически молниеносно, воткнул мазок кошке в попу.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

— Мяу…

— Подожди меня пять минут, — сказал он Лю Мань и направился с мазком в другую комнату.

Растерянная Рассвет только сейчас осознала произошедшее и непрерывно мяукала. В её взгляде поселилось беспокойство, а глаза в частности выглядели так, будто с ней поступили жутко несправедливо.

Лю Мань поспешила её успокоить.

Спустя пять минут молодой человек вернулся со словами:

— В её теле нет паразитов. Я могу сделать операцию по их изгнанию, если ты всё ещё беспокоишься.

Его слова немного успокоили Лю Мань, но одновременно вызвали новую тревогу:

— Откуда тогда взялась кровь?

— Гематохезия бывает не только из-за паразитов. Причиной может быть, к примеру, диарея, но текущая проверка исключила и её тоже. Возможно, она ест слишком много сухого корма, или его качество не очень хорошее.

На словах о кошачьей еде Лю Мань мгновенно вспомнила недавнюю покупку.

— Я на днях купила ей новый корм.

— Того же бренда и вкуса, что раньше?

— Да. Просто упаковки выглядят иначе.

Лю Мань купила кошачий корм в том же магазине на Taobao, в котором его покупала ее предшественница. Данный магазин завозил товар из-за границы.

— Что за бренд?

Название было длинное, к тому же на английском. Лю Мань не могла вспомнить точно, поэтому зашла на Taobao через телефон и прочитала вслух:

— Cats’ Garden.

— Этот кошачий корм мог оказаться поддельным.

— Поддельным? Но у магазина куча хороших отзывов! — недоумевала Лю Мань.

Парень слегка рассмеялся, словно его позабавила наивность незнакомки:

— Сейчас многие зоомагазины в интернете продают поддельный корм для кошек, смешивая его с настоящим. Их волнуют только прибыль.

— Но это может привести к гибели многих питомцев.

— В мире множество некачественных вещей, большей частью которых пользуются сами люди. И вредят они им точно так же, как и домашним питомцам. Но прямо сейчас у нас есть только подозрения без каких-либо доказательств.

Лю Мань приуныла. Даже две тысячи лет назад многие люди ставили деньги превыше совести.

Оплатив счёт, она отсканировала QR-код перед магазином. На стойке приёма посетителей было написано «Юй Чжань», а название магазина – «Zhan». Любопытство Лю Мань, которая не любила слишком много говорить, подтолкнуло её спросить:

— Тебя зовут Юй Чжань?

Он кивнул:

— Верно.

— И это твой магазин?

Юй Чжань улыбнулся и снова кивнул:

— А разве не ясно?

Лю Мань не стала юлить:

— Просто ты выглядишь слишком молодо.

— Но я всяко старше тебя, — ответил Юй Чжань, улыбаясь, — Ты ведь учишься в старшей школе?

— На втором курсе университета.

Юй Чжань продолжал улыбаться:

— И впрямь молодая девушка.

Улыбка Юй Чжаня была очень привлекательной. Лю Мань казалось, будто её внезапно ослепил солнечный свет. Она ненавидела то, насколько быстро сдало позиции её лицо. Оно всё продолжало краснеть, хотя до этого девушка держала себя в руках.

Красный цвет проступил на ушах, затем медленно направился в область шеи. Белоснежные щёки девушки тоже пали его жертвой, покрывшись румянцем. Она слегка прикусила губу и отвела взгляд. Её длинные изогнутые ресницы застенчиво дрожали.

Юй Чжань догадывался, что её глаза под ресницами наверняка очень красивые.

Он внезапно сказал:

— Добавь меня в WeChat, тогда сможешь писать мне, если у Рассвет будут какие-то проблемы в будущем.

Лю Мань не стала слишком много думать и достала телефон. Она отсканировала QR-код Юй Чжаня в WeChat, предварительно зайдя в нужный раздел. К запросу на добавление в контакты девушка добавила:

[Это Лю Мань.]

п.п.: людей в WeChat можно добавлять, сканируя их QR-код, или по идентификатору/номеру телефона.

После подтверждения запроса Лю Мань вернула мобильник в карман и ещё раз поблагодарила парня, по-прежнему не в силах смотреть ему в глаза. Она приготовилась вернуться домой.

— В какой стороне ты живёшь? Я тоже ухожу и мог бы тебя подвезти. Время-то уже позднее, молодым девушкам небезопасно ходить в одиночку, — окликнул он её.

Лю Мань не хотела доставлять ему ещё больше неудобств и покачала головой.

— Не волнуйся, всё в порядке. Я живу недалеко отсюда и могу вернуться пешком.

— Рассвет только что сдала анализ кала. Ей лучше не находиться на холодном ветру.

Теперь Лю Мань не могла отказаться. Вот так просто Юй Чжань её уговорил.

Автомобиль ветеринара стоял на стоянке через дорогу. По воспоминаниям прежней Лю Мань плата за парковку в том месте была немалой. Если он оставлял там машину каждый день, то это парковочное место наверняка обходится дороже, чем аренда самого магазина!

Однако машина Юй Чжаня выглядела вполне обычно. Ею оказался низкопрофильный Volvo. Он подъехал к Лю Мань и вышел, чтобы открыть для неё дверь, чем польстил девушке. Но когда она вспомнила его терпение и мягкость в обращении с Рассвет, то решила, что он очень хороший человек. Благородный парень проявлял такую доброту ко всем.

— Пока езжай прямо, а на следующем перекрёстке поверни направо, — проинструктировала его Лю Мань, затем понурила голову, взяла котенка на руки и села на переднее пассажирское сиденье.

До её ушей донёсся лёгкий смех:

— Ты на полу золото увидела, что ли?

— Что? — она непонимающе посмотрела на него.

Юй Чжань смотрел прямо на неё с улыбкой на лице:

— Ты смотришь в пол с тех пор, как мы вышли из магазина и сели в мою машину. Я думал, может золото пытаешься высмотреть.

Румянец Лю Мань, который только недавно исчез не без её немалых усилий, снова вернулся. Она решила промолчать.

Юй Чжань не возражал, лишь его глаза стали ещё улыбчивее.

Автомобиль остановился перед комплексом. Юй Чжань посмотрел, как Лю Мань вошла на территорию, и поехал своей дорогой.

Вечер выдался очень длинным. Когда девушка закончила приготовления ко сну и легла на кровать, был уже почти час ночи. Наконец у неё появилась возможность достать телефон, первое уведомление было от Юй Чжаня, которого она недавно добавила.

[Ваш запрос дружбы был принят, можете поприветствовать собеседника.]

п.п: это автоматическое сообщение в ответ на добавление контакта в WeChat.

В мессенджере Юй Чжань был подписан своим именем. На фотографии его профиля стояла маленькая, белая собака очень распространённой породы. Китайская сельская собака, такие постоянно встречались на улице.

В моментах Юй Чжаня хранилось всего несколько записей. Первая, с фотографией его и аляски на фоне огромного лазурного океана, была опубликована год назад. Последний пост парень добавил месяц назад: с подписью «Я наконец осуществил свою мечту» и прикреплённым изображением всего магазина. Получается, он владел этим магазином только месяц.

п.п.: «Моменты» - раздел с сообщениями, доступными для просмотра каждому. Что-то вроде публикации в Instagram. А Аляска это порода собак.

Как раз в это время на её экране появилось уведомление:

[Ещё не спишь?]

Неожиданное сообщение пришло от Юй Чжаня, пока Лю Мань просматривала его моменты.

[Как раз собираюсь] — напечатала она и нажала кнопку «отправить».

[Мм, спокойной ночи.]

[Спокойной.]

На этом их переписка закончилась.

Следующим днём была суббота. Рассвет имела привычку кушать рано, поэтому Лю Мань вопреки своему желанию уснуть бы не смогла.

Она в полудрёме встала и собиралась насыпать кошачий корм в миску, как вдруг вспомнила вчерашние слова Юй Чжаня. Тут ей на ум пришла одна идея, и девушка успокоилась. Она подошла к шкафу, достала оба корма – старый и новый, и наложила каждый в отдельную ёмкость.

По внешнему виду они действительно отличались.

Новый кошачий корм был мельче старого, с более насыщенным цветом. Разнился он и степенью плотности, поскольку на ощупь казался грубее.

Лю Мань поспешно открыла Taobao и кликнула на раздел обслуживания клиентов. Она спросила прямо:

[Вы продаёте поддельный кошачий корм?]

[Дорогой клиент, все наши продукты приобретаются у официального производителя – Cats’ Garden. Все они прошли сертификацию, мы гарантируем их безопасность и качество. Для дополнительной уверенности можете взглянуть на знак защиты от подделки на упаковке…]

Лю Мань загрузила свою фотографию, где была видна разница между новым и старым кормом, но ответ особо не поменялся:

[Дорогой клиент, подобное возможно из-за разных партий продукции. Все наши продукты одобрены и являются официальными продуктами Cats’ Garden.]

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Лю Мань почувствовала бессилие.

[Я хочу подать заявку возврат.]

[Извините, но мы не принимаем открытый кошачий корм. Мне очень жаль.]

[Но он не такой, каким должен быть, почему вы отказываетесь вернуть мне деньги?]

Лю Мань злилась. Уход за кошкой требовал немалых денег, и кошачий корм в их магазине был дорогим. Целый пакет, который она купила, обошёлся ей в 500 юаней. Она не осмеливалась кормить им Рассвет, но и деньги нельзя было выбрасывать на ветер.

Её семья оказалась в плачевном финансовом положении, поэтому она больше не могла бездумно тратить деньги, как это делала ее предшественница.

[Если вы не вернёте мой платёж, я оставлю о вашем магазине негативный отзыв. Из-за вашего кошачьего корма у моей кошки вчера вечером была гематохезия!]

Ли Сяожу как-то говорила ей, что владельцы магазинов Taobao больше всего опасаются плохих отзывов. Лю Мань понадеялась на этот трюк, но не ожидала от противоположной стороны безразличной реакции:

[Вы вправе оставить негативную оценку, но она ничего не изменит. Наш продукт в полном порядке]

Служба поддержки больше не называла девушку «дорогим клиентом» и в холодной манере добавила:

[Гематохезия может быть вызвана многими причинами. У вас есть какие-либо доказательства, что эти проблемы именно из-за нашего кошачьего корма?]

После этого служба поддержки попросту перестала отвечать на её сообщения. Лю Мань долго возилась со страницей заказа и таки нашла кнопку подачи заявки на вмешательство Xiaoer в магазин Taobao. По итогу ей заявили, что процесс будет завершен в течение семи рабочих дней.

Но чем ей кормить Рассвет целую неделю?

Лю Мань вспомнила о Юй Чжане и немедля открыла WeChat.

[У тебя в магазине продаётся кошачий корм бренда Cats’ Garden?]

Только после отправки она поняла, что часы показывали всего 8 утра, и не следовало беспокоить его в столь ранее время.

Но через несколько секунд Лю Мань порадовали ответом.

[Есть.]

[Я хочу купить несколько упаковок.]

[Хорошо.]

— Маньмань, ты проснулась? — снаружи раздался голос Чжан Пэй.

— Да, уже встала.

Лю Мань отбросила телефон и открыла дверь.

— Мне нужно встретиться с дядей Сунь по поводу твоего отца, так что готовка сегодня на тебе.

— Ладно, — девушка замешкалась и спросила: — А папу ещё долго будут там держать?

Чжан Пэй вздохнула:

— Всё зависит от длительности разбирательств прокуратуры. Нам нужно побыстрее достичь соглашения с семьей Ван.

В это же время Сунь Ии связался с адвокатом оппонента. Как и ожидалось, адвокат Чжао намекнул, что младший сын семьи Ван сильно разозлился. Ему особенно нравилось размещать в сети посты во вкладках «Сообщество». Продолжение задержки не принесёт ничего хорошего ни одной из сторон.

Семья Ван не на йоту не отступится от требования выплатить им три миллиона. Но с другой стороны, если заплатить им указанную сумму и получить прощение, Лю Чэньюй сможет вернуться домой в течение года. Иначе его ждёт от трех до пяти лет тюрьмы.

Чжан Пэй не собиралась спасать мужа от заточения. Потеря им работы её тоже не беспокоила. Мужчина должен был нести ответственность за свои ошибки. Они всегда могли начать все сначала.

Но Сунь Ии сказал, что тюремный срок Лю Чэньюя станет несмываемым пятном на репутации Лю Мань. Она потеряет возможность получить государственную работу или даже сдать государственный экзамен.

Вот этого Чжан Пэй принять не могла. Она считала государственную должность неизменно лучшей работой для своей бесполезной дочери! Ей, как матери, следовало думать о будущем Лю Мань.

Чжан Пэй взяла сумку и вышла из дома. Лю Мань тоже не сидела без дела. Сначала она прибралась в комнатах, а затем начала заниматься на фортепиано.

Итоговый экзамен был назначен на следующий понедельник, и Лю Мань пришлось практиковаться даже в выходные. Она оттачивала навыки игры весь день напролёт. Перерыв устроила лишь на время обеда. Если бы не звонок из службы доставки, она бы продолжила тренироваться.

Курьерам не позволялось заходить на внутреннюю территорию. Некоторые курьеры оставляли посылки в складском помещении, а другие подбирали время, когда заказчик находился дома и пускал их внутрь.

Сотрудник сложил её пакеты сбоку. Всего их было пять. Лю Мань как раз закончила подписывать накладную и думала, каким образом отнести всё это в дом.

Вдруг позади послышался голос:

— Ты чего тут застыла?

Удивившись, Лю Мань обернулась и увидела Юй Чжаня. Погода на улице стояла хорошая, температура тоже не была слишком низкой, вот парень и вырядился в длинное светло-серое пальто. Высокое стройное тело, в руке поводок с аляскинским маламутом. Собака была чуть крупнее обычных и выглядела очень величественно. На пару с привлекательным хозяином эта двоица притягивала всеобщее внимание.

— Да вот думаю о том, какую коробку первой забрать в дом.

Молодой человек умилился честности собеседницы и тут же предложил:

— Давай помогу.

Впрочем, девушка покачала головой:

— Нет, спасибо, — она не хотела причинять ему дополнительные неудобства.

— Мне не сложно, просто буду считать это физическим упражнением. Вот, подержи собаку, — Юй Чжань не дал Лю Мань даже возможности отказаться и сунул ей в руку собачий поводок.

Он посмотрел на адрес её дома, расположил коробки в стопку от большой к маленькой, легко поднял сразу все и быстро зашагал к нужному зданию.

Лю Мань хотела остановить его, но аляскинская собака рванула вперёд, и ей пришлось бежать, чтобы не отстать от неё. С Юй Чжанем она поравнялась уже под множество ошеломлённых взглядов. Раньше люди считали богоподобными лица Тан Ту и его девушки, но сейчас настоящими богами для окружающих были Юй Чжань и Лю Мань. Они ведь даже не использовали макияж!

— Но на коробках пыль. Твоя одежда испачкается, — взволнованно пробормотала девушка.

— Я могу просто постирать её. Да и она дешёвая.

Голос Юй Чжаня звучал равнодушно, и Лю Мань поверила.

— Что внутри? — спросил парень.

— Канцтовары. Ручки там и всякое такое.

— Шариковые, гелевые или какие-то другие? Сколько всего ты накупила? Коробки довольно тяжёлые.

Юй Чжань сперва подумал о ручках для рисования, цветных карандашах и всяких красочных блокнотах, которые нравились маленьким девочкам.

— Нет, я купила кисть MengTian.

— Что это? — Юй Чжань о такой не слышал.

— Если простыми словами, то китайская кисть для письма. Вместе с ней там бумага и чернильница.

— А, китайская каллиграфия, значит?

— Ага.

Хотя Юй Чжань удивился, он всё же ожидал чего-то подобного. С первого взгляда на Лю Мань он понял, что она отличалась от других девушек, которых ему доводилось встречать ранее.

Её глаза не были глазами подростка. В них отсутствовали высокомерие и эгоизм. Вместо этого они содержали незаметное притяжение и благородство, хотя по-прежнему сияли. Так что, несмотря на обычную пижаму под курткой и растрёпанный вид, вокруг девушки всё равно витала очень женственная атмосфера.

Лю Мань не хотела слишком распространяться о покупке. Не по своей вине она купила эти кисти для заработка денег. Прямо как Ван Нина и сказала ей: вульгарна и недостаточно утончённая.

п.п: Ван Нина считает, что студенты, изучающие фортепиано, должны быть достаточно утончёнными. Поскольку Лю Мань сильно заботилась о деньгах, подруга не относила её к этой категории.

Аляскинский маламут вёл себя крайне умно. Зная, что хозяин флиртует, он шёл ровненько, не доставляя ему хлопот. Хвост питомца вилял, а большие черные глаза постоянно рыскали по сторонам.

Лю Мань заинтересовалась им и спросила Юй Чжаня:

— Это твоя собака?

— Да, его зовут Пол. Подобрал его два года назад.

— Неужели кто-то выбросил на улицу такого милашку, — Лю Мань ещё с прошлой жизни любила животных. Теперь, когда у неё самой была Рассвет, она не терпела жестокого обращения с домашними питомцами.

— Я нашёл его на своей лестничной клетке. Он сидел в ящике, дрожал от холода. Выглядел очень несчастным.

Лю Мань даже представила себе эту сцену, отчего немного погрустнела.

— Слава Богу, Пол встретил тебя. Ему повезло.

Юй Чжань засмеялся и сказал:

— Ага, встреча со мной обычно приносит удачу.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Доставив коробки в здание, Юй Чжань сказал ей:

— Ну вот и всё, дальше тебе придётся нести их самой.

Лю Мань тоже не собиралась приглашать его к себе:

— Спасибо.

Юй Чжань засмеялся:

— Сколько спасибо я уже услышал от тебя за сегодня.

Он щёлкнул пальцами, обращаясь к питомцу:

— Пошли, Пол.

Тот гавкнул и подошёл к нему. Его четыре лапы двигались очень грациозно, осторожно ступая по плитке на полу. В пустом коридоре даже не было слышно его шагов.

— О, по поводу кошачьего корма. Мне придётся завести в магазин немного. Будет удобно забрать его в понедельник?

Лю Мань знала, что старой еды Рассвет на два дня точно хватит.

— Конечно, только у меня экзамен в понедельник, поэтому я заберу его ближе к ночи.

— Что сдаёшь? — спросил Юй Чжань.

— Игру на фортепиано, я пианистка, — Лю Мань не стала лгать. Рядом с ним она чувствовала себя комфортно, так что он уж никак не мог быть ужасным человеком.

Юй Чжань удивился:

— Пианистка? Тогда понятно.

— Что понятно?

Юй Чжань улыбнулся, но ничего не сказал. Он подошёл к лифту и напоследок бросил:

— Удачи тебе на экзамене в понедельник.

— Она-то мне точно пригодится.

Когда Лю Мань закончила разбирать покупки, домой вернулась Чжан Пэй.

— Маньмань, я сегодня виделась с папой.

— Как он? — девушка поспешно вышла из спальни.

— Похудел, но в остальном здоров. Сказал не беспокоиться о нём. Условия в изоляторе получше, чем мы думали.

По воспоминаниям Лю Мань, отец её очень любил. Он бы и звёзды с небес ей достал в подарок, если бы мог.

— Мы обменялись лишь парой фраз, и меня выпроводили. Это ещё с учётом помощи со стороны дяди Сунь, — рассказывала Чжан Пэй, — Прямо сейчас у меня есть видеорегистратор и запись с камеры наблюдения. Там видно, что курьер сам врезался в машину. Твой отец тоже жал на тормоз.

— Но папа пил.

— Совершенно верно, выпивка рушит всё, — Чжан Пэй была очень зла на своего мужа, и в то же время беспомощна. — Один глоток вина стоил одной жизни и трёх миллионов.

— Сумму уже окончательно подтвердили?

— Ии и их адвокат хотели снова встретиться с семьёй Ван на следующей неделе. Может они передумают, — сообщила Чжан Пэй. Она знала о небольшой вероятности подобного, но для будущего дочери женщина была обязана собрать эти три миллиона. Чжан Пэй планировала взять в долг у своей семьи и устроиться на работу.

п.п.: мама Лю Мань – домохозяйка, то есть на работу, как таковую, не ходит. Ии – это Сунь Ии, также известный как дядя Сунь.

Чжан Пэй подошла к Лю Мань, погладив её по голове:

— Ты должна много трудиться, успешно закончить университет и заставить нас гордиться тобой, да…

п.п.: «да…» – что-то вроде опечаленного вздоха.

Со вздохом Чжан Пэй на сердце девушки словно упал валун. Она подняла руки и крепко сжала тощие ладони матери.

Девушка благодарила Бога уже только за второй шанс на жизнь. У семьи огромный долг? Подумаешь! Она была готова заменить свою предшественницу и помочь ее родителям. Таким образом она словно заглаживала вину перед ней за овладение её телом.

***

Понедельник, 8:30, фортепианный зал.

Группе Лю Мань отвели зал под номером два. Опоздать никто не рискнул, и все прибыли в комнату проведения экзамена за десять минут до начала. Трое наблюдателей уже сидели внутри, каждый на отведённом месте.

Прилежными студентами, коими являлись Ли Сяожу с Ван Нина, подобные проверки проходились в два счёта. Подруги чувствовали себя уверенно и не испытывали никакого давления, однако не могли не беспокоиться за Лю Мань, поскольку знали её уровень.

Ли Сяожу сказала:

— Забудь обо всём ненужном, просто сконцентрируйся на нажатии правильных нот, и тогда учитель точно не поставит плохую оценку.

Ван Нина подключилась:

— Обычно учителя и сами не хотят ставить плохой балл. Просто в прошлый раз ты делала слишком много пауз, вот и не сдала. А сейчас только вспомни, сколько времени ты уделяла тренировкам. Думаю, у тебя всё получится.

— Главное не нервничай. Я думаю, ты справишься без труда.

Психологически Лю Мань была крайне слабой. Она боялась выступать перед большой аудиторией. Когда взгляды людей концентрировались на ней, девушка безумно нервничала. Она бы и вступительный экзамен не сдала, не будь Тан Ту её «психологической поддержкой».

Лю Мань сама не знала, чего ожидать от своих результатов. Она боялась до смерти.

Навыки игры на гуцине она получила от наложницы Сюй, а зрительская аудитория в большинстве случаев состояла только из неё же и Сяо Чжао. Иногда звуки её музыки привлекали и других девушек, сосланных в холодный дворец. Как они все говорили, каким бы ангельским не было звучание её музыки, она всё равно будет играть только для подобных им, отверженным госпожам.

Ли Сяожу и Ван Нина выступали перед Лю Мань. Когда подошла её очередь, она услышала перешёптывания одногруппников:

— В любом случае хуже Лю Мань мы не выступим. Всё хорошо, всё хорошо, нам не о чем беспокоиться.

— Ха-ха, последнее место из университета не исключают.

— Но позорно-то всё равно было бы.

…

Вот такой видели Лю Мань её однокурсники.

Войдя в аудиторию, девушка сначала представилась трём учителям. Среди них она знала лишь двух. Одна была доцентом факультета фортепиано, а другая вела теорию музыки. Третью женщину средних лет с красивым макияжем Лю Мань раньше не встречала.

При появлении её у двери доцент и учитель теории музыки сразу же мысленно поставили ей низкую оценку. Кто не слышал о Лю Мань из факультета фортепиано? Самая красивая девочка на курсе являлась классической цветочной вазой.

— Я собираюсь исполнить произведение Грига «Butterfly».

Довольно лёгкая композиция для подростков, от которой комиссия не ждала ничего особенного. Кроме того, они уже немного подустали, поскольку прослушали десятки фортепианных выступлений перед Лю Мань.

— Можете начинать, — безразлично произнесла доцент.

Лю Мань села за инструмент и положила принесённые с собой ноты перед глазами. Она с неподдельным волнением провела взглядом по клавишам. Сделав глубокий вдох, девушка мягко занесла над ними руки.

Раздалась мелодия. Мелодия, которая до этого сотни раз звучала в ушах учителей. Очевидно, её игра ничем не выделялась.

Они уже в самом начале черканули несколько замечаний и поставили низкий балл в соответствующем листе, отчаянно желая закончить с ней, чтобы предоставить возможность следующему участнику.

Но женщина средних лет тихо сказала двум другим:

— Прислушайтесь, эта девушка довольно интересная.

Бабочка, полностью оправдывая своё название, была крайне романтичной композицией. Превосходные музыканты могли заставить слушателей представить солнечный свет и красивых бабочек, танцующих в цветочном поле.

После уверения зрелой женщины оба учителя затихли и слушали внимательно. Лю Мань играла на пианино плохо, а её пальцы ещё не наработали ни навыки, ни технику. И всё же каждая нота, каждый звук были сыграны совершенно верно. Ни одной ошибки. Лю Мань был похожа на мудрого и усердного в своей работе человека.

Похожа на бабочку с абсолютно обычной внешностью, но настойчиво летящую вперёд, без остановок и оглядок назад.

Учителя знали примерный уровень Лю Мань. Как знали и то, что для подобного она наверняка много работала и бесчисленное количество раз садилась за инструмент.

Поэтому они вычеркнули низкую оценку и отрицательные комментарии к её выступлению.

Наконец, закончив играть, Лю Мань поклонилась и поблагодарила экзаменаторов. Когда она направилась к выходу из зала, та самая незнакомая женщина окликнула её:

— Госпожа Мань. Подождите, пожалуйста.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Резко остановившись, Лю Мань повернулась к комиссии. Смотрела она с уважением и трепетом. Учителя казались довольно дружелюбными.

— Вы играете на других инструментах? — спросила её женщина.

Лю Мань не ожидала подобного вопроса от учителя, поэтому ответ дала не сразу.

— Я умею играть на гуцине.

Женщина удивилась.

— В смысле на гучжэне?

п.п.: в Китае гуцинь и гучжэн отличаются. И по сложности игры, и по древности инструмента, гуцинь намного превосходит гучжэн. То есть, в наши дни на этом инструменте играет немного людей.

— Нет, гучжэн – это гучжэн, а гуцинь – это гуцинь, — Лю Мань помотала головой.

— Простите, я плохо разбираюсь в народной музыке, — улыбнулась женщина, и в её глазах вспыхнул интерес, — Надеюсь, в ближайшем будущем мне представится возможность услышать вашу игру на гуцине.

После ухода Лю Мань доцент спросила женщину:

— Откуда вы узнали, что она может играть на других инструментах?

— Интуиция подсказала, конечно же. Ни за не поверю, что такая трудолюбивая и интересная девушка окажется такой же скучной, как выбранное ею произведение. Скорее всего, весь свой тяжёлый труд она вкладывает в другое занятие.

— Но мы никогда раньше не слышали, чтобы она играла народную музыку.

— У каждого есть козырь в рукаве, — внезапно на ум женщине пришла одна мыль, и она спросила: — Разве девушка Тан Ту не изучает народную музыку?

— Верно, она играет на гучжэне.

Женщина погрузилась в глубокие раздумья.

Лю Мань тем временем не знала о разговоре учителей. После выхода в коридор Ли Сяожу и Ван Нина сразу же потащили её на обед. Игра на пианино не на шутку изматывала, поэтому они все проголодались.

Поскольку учителя ставили оценки в процессе их выступления, все баллы были опубликованы во второй половине дня. Выложили их и в интернет. Лю Мань зашла на сайт, чтобы посмотреть.

86.

— Я прошла, я прошла, я прошла! Невероятно! — губы Лю Мань сформировали широкую улыбку. От радости ей захотелось прыгать, хоть в кои-то веки соответствуя своему возрасту.

Ли Сяожу и Ван Нина смеялись вместе с ней. Они давно не видели такой улыбчивой Лю Мань. Уже и позабыли эту её ребяческую сторону, к которой привыкли.

— Давайте отметим сдачу экзамена сегодня вечером, — предложила Ван Нина.

Лю Мань вспомнила о необходимости забрать кошачий корм у Юй Чжаня:

— Мне нужно быть дома в то время. Давайте отложим? Я заплачу за еду.

— Хорошо, мы обязательно запомним. Вместе с обещанием сводить нас в ресторан, когда у тебя станет 100 поклонников, ты должна нам уже два пира! — сказала Ли Сяожу с широкой ухмылкой.

Итоговый экзамен по специальности был самым важным. После него ещё шло несколько зачётов по общим предметам и один по теории музыки. Для их успешной сдачи требовалось лишь зазубрить учебник да методички учителей.

Лю Мань внезапно почувствовала себя намного более расслабленной, чем раньше.

По окончанию последней пары на сегодня она поняла, что на улице стояла только вторая половина дня, поэтому воспользовалась метро и направилась прямиком к ветеринарной клинике Юй Чжаня. За распахнувшимися стеклянными дверьми Лю Мань увидела, что все стулья для ожидания перед стойкой приёма посетителей занимали человек семь-восемь. Все они являлись женщинами, и при более пристальном взгляде становилась заметна их косметика и красивая одежда. Нынче была зима, но они всё равно вырядились в юбки и тоненькие кофточки.

Каждая держала своего питомца. Собаку, кошку, кролика… Несколько собак дико носились вокруг, из-за чего сцена казалась немного хаотичной.

Совершенно другая обстановка по сравнению с прохладой той ночи.

В отличие от них Лю Мань была одета гораздо проще. Лёгкий макияж, нанесённый с утра перед экзаменом по фортепиано, почти полностью стёрся. Поскольку девушка боялась холода, она по-прежнему укутывалась в чёрный длинный пуховик.

Женщина, похожая на медсестру за стойкой регистрации, окинула взглядом Лю Мань с её студенческой, забитой книгами сумкой, подошла к ней и спросила:

— Какая проблема у вашего питомца? У вас собака или кошка?

Лю Мань ответила:

— Я пришла за кошачьим кормом.

Но, к её удивлению, сотрудница заявила:

— У нас клиника для домашних животных, а не зоомагазин. Мы не продаём корм.

Уверенность на лице медсестры заставила Лю Мань на секунду засомневаться, не ошиблась ли она местом или, может, неправильно запомнила договорённость с Юй Чжанем.

Она выглянула из магазина, намереваясь взглянуть на вывеску, чтобы убедиться, что пришла в нужный магазин. Да, одно большое слово «Zhan» действительно располагалось над входной дверью. Она вошла снова и спросила:

— Вы точно не продаёте кошачий корм?

Медсестра ответила уже раздражённо:

— Точно, это клиника. Мы не продаём еду для домашних животных, не предоставляем душевые помещения и не стрижём.

Подобное ей доводилось говорить по несколько раз на день, что очень утомляло. Хоть они открылись всего месяц назад, общий рейтинг клиники уже был завален пятью звездами и свыше сорока комментариями. Каждый отзыв начинался с того, насколько хорош и горяч доктор. Многие клиенты завидовали ей, ведь она могла работать рядом с таким сексуальным начальником. Однако, что толку с его привлекательной внешности, если нет никакой возможности завести с ним отношения?

Увидев настрой медсестры, Лю Мань ушла. По дороге домой она достала мобильный и написала Юй Чжаню:

[Только что заходила к тебе в магазин. Медсестра сказала, что вы не продаёте кошачий корм.]

Знай она, что парень окажется таким ненадёжным, пошла бы лучше праздновать с одногруппницами.

Юй Чжань как раз закончил процесс стерилизации пуделя. Он снял перчатки, когда услышал вибрацию телефона. Источником беспокойства был WeChat. Хозяйка собаки, молодая женщина, тоже услышала это и с пристальным взглядом поинтересовалась:

— Можно добавить вас в WeChat? Если у моей собаки в будущем возникнут проблемы, я могла бы написать вам напрямую.

— Извините, но мой контакт в WeChat конфиденциальный. В случае проблем звоните по этому номеру, — ответил Юй Чжань, протягивая женщине визитную карточку с номером ветклиники.

Женщину отказ очень раздосадовал.

Её дом находился за много миль от этого места. Она приехала сюда только по настоянию одной из своих подруг. Та рассказала ей о недавно открывшейся ветеринарной клинике, начальник которой не только чересчур обворожителен и очень добр, но и обладает навыками настоящего врача. Вот женщина и потащила пуделя на стерилизацию именно сюда.

Увидев самого доктора, она лично убедилась в абсолютной верности слов подруги. Парень был настолько аппетитным, что она едва могла дышать. Операция прошла успешно, никаких осложнений у собаки не возникло. Доктор проявлял к ней большое терпение и всегда улыбался. Тем не менее, даже при таком раскладе её не покидало чувство отстранённости и дистанции между ними.

Женщина вынесла собаку в вестибюль. При виде других клиенток ей захотелось рассмеяться над собой. Она была круглой идиоткой. У мужчины-то наверняка имелись высочайшие требования к противоположному полу.

Прошло несколько минут, прежде чем Лю Мань получила ответ Юй Чжаня.

[Прости, медсестра новенькая, и ещё не успела тут освоиться. Я привезу тебе корм после работы.]

Девушка больше не злилась, поэтому ответила:

[Хорошо.]

***

После сдачи экзамена по игре на фортепиано Лю Мань ощутила облегчение. Она запустила трансляцию сразу после ужина. Девушка уже два дня как не стримила, так что, листая список зрителей, никого из знакомых поклонников она в нём не заметила. Скорее всего, они не ожидали от неё столь раннего появления в сети.

Через несколько минут на трансляцию зашёл [Мальчик Отаку].

[Мальчик Отаку: Где ты пропадала эти два дня? Я соскучился.]

— Я готовилась к экзамену, который сдавала сегодня утром.

[Мальчик Отаку: Я тоже студент, и только сегодня закончил курсы профессиональной подготовки. Принципы построения компьютеров. Знаешь, что это такое?]

— Вообще без понятия, хотя звучит сложно.

[Мальчик Отаку: Ха-ха, кстати, раз уж сейчас я единственный зритель, может покажешь своё лицо? Просто наклони камеру немного вверх, пожалуйста. Ну пожа-а-а-алуйста!]

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Однако его мечтам сбыться было не суждено. Как только он закончил печатать комментарий, к трансляции присоединился еще один зритель.

[Фея Персик: Сестрёнка, от тебя два дня вестей не было, я так волновалась! Ты уже сводила Рассвет к ветеринару? Узнала, что с ней не так?]

— Да, мы узнали. В её теле паразитов не обнаружили, проблема в кошачьем корме. Скорее всего, мне продали поддельный.

[Где кошка, там и я: В каком магазине покупала? Разоблачи их!]

[Рев Дракона: На Taobao продаётся много фальшивых вещей, это обычное дело в наше время.] – наконец дал о себе знать поклонник Лю Мань, который редко писал в чат.

— Они не признаются, что корм поддельный, и не желают возвращать деньги. Я уже попросила вмешаться штатного сотрудника.

[Фея Персик: Чтоб их, разве это не позор для магазина? Ну, то есть, они же продают поддельный корм для кошек и причиняют им вред. Как можно быть такими бессовестными?..]

[Я люблю коооотиков: Однажды я тоже купила плохой корм. Моего котёнка потом безостановочно рвало, он чуть не умер!]

Скорее всего, подобные инциденты были знакомы каждому любителю пушистых комочков, вот большинство фанатов и разразились комментариями. Даже те, кто до этого писал их нечасто.

[Я тут ради обуви: Но на кормах, вроде бы, обычно есть специальный знак на случай фальсификации. У меня самой нет домашнего животного, так что я не разбираюсь в этом. Не кидайтесь тапками, если я ошибаюсь.]

[Я Тинтин: Сейчас в магазинах нередко продаются как поддельные, так и настоящие. Достаточно проделать отверстие снизу упаковки, засыпать поддельный корм и всё. Искать поддельный знак будет бесполезно.]

[Блинчики: Вот-вот, и судиться с ними трудно, поскольку доказательств никаких не найдёшь. Тем более, если заказывать кошачий корм у поставщиков, которые возят его из-за границы. Я имею в виду, что обратиться к зарубежным компаниям напрямую и попросить их о проверке не получится.]

По мере развития данной темы поклонники злились всё сильнее. Злилась и сама Лю Мань.

Неожиданностью для девушки стало то, что обсуждение кошачьего корма позволило ей побить рекорд. Теперь трансляцию одновременно смотрело 200 человек, а количество её подписчиков подскочило до 97. Не считая Ли Сяожу и Ван Нина, эту парочку «ненастоящих» фанатов, достижение цели в одну сотню подписчиков было не за горами

И в тот момент на её телефоне пришло уведомление WeChat.

[Я в твоём доме, на первом этаже.]

Это было сообщение от Юй Чжаня.

Лю Мань предупредила своих собеседников:

— Мне привезли кошачий корм. Нужно спуститься и забрать его. Я ненадолго.

[Мальчик Отаку: Это что за курьерская компания работает в такое позднее время?]

Как раз, когда юноша, сидевший перед своим компьютером, закончил набирать свой вопрос, девушка на экране монитора встала, набросила куртку и вышла. Её красивая фигура и идеальные очертания силуэта поистине его шокировали.

— Нифига себе, эта стримерша настоящая богиня.

Его сосед по комнате одарил парня презрительным взглядом:

— У нас вообще-то экзамены итоговые на носу, а ты всё свои стримы смотришь.

Голос другого звучал равнодушно:

— Эти прямые трансляции очень скучные, в них ничего познавательного.

А третий мрачно добавил:

— Ага, только он всё равно умудряется получать более высокие оценки, чем мы, хотя только и делает, что глазеет на этих стримеров…

Трио одновременно повернулось к [Мальчику Отаку], который не сводил глаз с экрана своего компьютера и пускал слюни. Им оставалось только жаловаться на вселенскую несправедливость.

Когда Лю Мань вышла из лифта, она с первого взгляда увидела высокий силуэт. Узнать Юй Чжаня не составило труда. От него исходила уникальная аура, благодаря чему он никогда не терялся из виду, даже в толпе.

Завидев Лю Мань, Юй Чжань улыбнулся:

— Прости, что так получилось в клинике, и тебе пришлось уйти с пустыми руками.

Лю Мань заметила возле лифта запечатанную коробку немалых размеров и в замешательстве спросила Юй Чжаня:

— Но твоя медсестра сказала, что вы не продаёте кошачий корм.

— Вообще-то, это не совсем так. Мы время от времени производим его закупки. Просто она недавно работает и этого не знала, — солгал Юй Чжань. Его клинике не нужно было зарабатывать на продаже корма для домашних питомцев. Прибыли с головой хватало за счёт одних только бесконечных очередей хозяев, которые приносили на осмотр к нему своих питомцев.

А в тот день, когда Лю Мань спросила у него, не продаёт ли он кошачий корм, парень связался со своим другом из Гонконга, чтобы напрямую купить необходимый товар в их филиале компании. Лю Мань понятия не имела, что коробку перед ней доставили на самолёте прямиком оттуда. Юй Чжань попросил их поторопиться, тем не менее, двухдневная задержка была неизбежной, поскольку на проход таможни требовалось время.

— Не переживай, этот корм самый настоящий, — уверил её он.

Лю Мань даже и не сомневалась. Она, сама не зная, почему, безоговорочно верила словам своего нового знакомого.

— Большое тебе спасибо. Я снова доставила тебе хлопоты, — она чувствовала себя неловко.

— Ничего страшного, я всё равно проезжаю мимо твоей квартиры по пути домой, — он улыбнулся, — Как прошёл экзамен?

— Едва-едва сдала, — понурила голову Лю Мань в попытке спрятать застенчивое лицо. — У меня всегда так, я далеко не отличница.

Юй Чжаню тем временем открылся вид на волосы Лю Мань, собранные в пучок, и скреплявшую их, необычную заколку. Редко кто использовал такую. По крайней мере, Юй Чжань с подобным не сталкивался. Может быть, это произошло потому, что Лю Мань, готовясь ко сну, распустила основную часть слегка взъерошенных волос, а на затылке так и осталась округлая форма со шпилькой посередине. Несколько прядей свисали со лба, но были слишком короткими и непослушно ложились на щеки.

От непривычных чувств Юй Чжаню внезапно захотелось заложить эти пряди волос за уши девушки.

— Ты завтра не занята? Я тут подумал, может отпраздновать ужином сдачу этого экзамена?

Лю Мань непонимающе подняла голову. Её взгляд встретился с тёплыми глазами собеседника, из-за чего девушка ощутила лёгкое оцепенение, но поспешно покачала головой:

— Нет-нет, не стоит.

— Эх, с момента открытия клиники я работал каждый день. Даже на чашечку чая не находил времени. Теперь вот захотелось найти повод сделать перерыв и славно попировать. А одному идти в ресторан как-то неудобно, иначе буду выглядеть одиноким. Да и официантки вместе с другими посетителями наверняка бросали бы странные взгляды? О комфорте в такой обстановке можно забыть.

Лю Мань не была настолько глупой и сразу поняла скрытый смысл в его словах:

— Можешь позвать своих друзей и посидеть в их компании.

— Я вернулся в эту страну только в прошлом году, сразу после выпускного, а до этого учился в заграничном колледже. В общем, меня очень долго тут не было, так что все старые знакомые уже давно обо мне позабыли. А новых завести я ещё не успел.

Выслушав его рассказ, добродушная Лю Мань пожалела Юй Чжаня:

— Ну раз так, тогда ладно. Сходим поужинать вместе.

Парень улыбнулся, словно его афера удалась:

— Ловлю на слове. Завтра в пять я заеду за тобой в университет.

Он в одночасье развернулся и ушёл, не оставив Лю Мань возможности осмыслить последнее предложение и возразить.

Девушка не закрывала дверь квартиры после выхода, поэтому Чжан Пэй наблюдала сцену, как её дочь, которая только что спускалась вниз к курьеру, вернулась с огромной коробкой.

— Что это ты опять купила?

И только сейчас, когда Чжан Пэй спросила, Лю Мань поняла, что даже не заплатила Юй Чжаню за кошачий корм.

— Еду для Рассвет.

— Разве ты не покупала корм недавно?

— Тот оказался поддельным. Я уже подала заявку на возврат.

— Уже и кошачий корм подделывать начали? Чтоб им, этим аморальным бизнесменам… — женщина покачала головой. — А этот точно настоящий?

— Сто процентов.

Лю Мань принялась распечатывать бумажный ящик в гостиной. Место, где он был заклеен, всё ещё оставалось липким, поскольку именно там недавно находилась торговая накладная. Её, конечно же, оторвал Юй Чжань.

Внутри коробки обнаружилось четыре больших пакета кошачьего корма по пять с половиной килограмм в каждом. Прикинув, Лю Мань поняла, что такого количества Рассвет хватит на полгода как минимум.

Лю Мань достала упаковки, и из них выпал листок бумаги. На нём было написано несколько строк на традиционном китайском:

«Господину Юй:

Здравствуйте. Для меня большая честь продать вам наш кошачий корм. Если у вашего питомца возникнут какие-либо проблемы с этим кормом, свяжитесь со мной: *номер телефона*.

Менеджер Хуан».

Лю Мань не придала этому значения, поскольку наивно думала, что подобную послепродажную визитку получал каждый покупатель их компании. Она небрежно сунула бумагу в карман куртки.

Рассвет, учуявшая запах свежего кошачьего корма, выбежала из спальни. Она оживлённее обычного бегала кругами вокруг пакета с едой, ясно давая понять, что ей натерпится приступить к трапезе. Когда в доме появился тот ненастоящий корм, она вела себе гораздо пассивнее.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Пока Лю Мань кормила Рассвет и прятала кошачий корм, её телефон успел разрядиться.

К тому моменту, когда она наконец включила мобильник и снова подключилась к прямой трансляции, зрителей заметно поубавилось.

Она встала и решила убраться на столе. У первоначальной владелицы был целый ассортимент флаконов с самым разным содержимым, которые постоянно на нём валялись. Лю Мань рассортировала их по ящикам. Затем она бережно выложила на поверхность стола лист китайской бумаги для каллиграфии, которую недавно купила на Taobao. Рисовая бумага была молочно-белой и обладала уникальным запахом. Далее девушка положила тушечницу и стала тереть о неё кусок сухой туши, в результате чего менялась её консистенция, становясь пригодной для письма.

[Мальчик Отаку] как раз собирался выключить компьютер и, наконец, заняться подготовкой к экзамену. Мельком подняв взгляд на перечень своих подписок, он мгновенно осознал, что учётная запись с именем [Принцесса Мань] снова ведёт прямую трансляцию. Студент тут же бросил книгу обратно в стопку к остальным и опять прильнул к монитору.

— Чистейшая зависимость на лицо, — покачал головой первый сосед по комнате.

— Я как-то уже устанавливал это приложение для стримов. Многие девушки добивались внимание за счёт включения всяких бьюти-фильтров и дурацкого флирта. Мне надоело смотреть на это уже через несколько минут, и я удалил ту программу. Куда лучше читать книги, — второй сосед был очень эрудированным.

А вот третий не поддержал их настрой:

— Ребят, вам не интересно, что он вообще смотрит? Давайте глянем.

Двое других, поначалу не питавших любопытства, внезапно тоже заинтересовались, когда услышали предложение третьего сожителя. Троица подошла к [Мальчику Отаку] и посмотрела на экран его компьютера, но их взгляды встретил лишь стол с расстеленным белым листом бумаги.

— Что делает этот стример?

— Да я и сам не знаю, — юноша, как и они, не понимал, что происходит, — она обычно продаёт AJ на трансляции или снимает свою кошку. Почему она решила заняться чем-то другим прямо сейчас?

Кем была эта стримерша? Её лицо не попадало в камеру, они могли видеть только пару рук с необычно длинными и красивыми пальцами. Одна рука наливала воду в чернильный камень, а другая тёрла палочку туши.

— Она собирается продемонстрировать свои навыки каллиграфии?

Второй сосед по комнате немного изучал каллиграфию, когда был моложе, поэтому немного разбирался в этом.

— Ох, и сколько действительно умелых каллиграфов сидит в этом приложении, где низкосортные стримеры встречаются на каждом шагу? Она, похоже, мало знает о каллиграфии и пытается заработать на демонстрации своих скудных навыков.

Однако [Мальчик Отаку] не желал закрывать стрим и с интересом ждал, что же будет дальше. Ему казалось, будто он нашёл потрясающего стримера, а его интуиция подсказывала, что в будущем она непременно добьется популярности.

В отличие от других ведущих, каждая новая трансляция [Принцессы Мань] вызывала у него разные ощущения.

Его совершенно не интересовали AJ, но он с большим интересом наблюдал за её трансляциями по продаже обуви. Продавая, она ни разу не пыталась обмануть зрителей, как это делали другие люди. Девушка всегда говорила своим поклонникам, сколько раз носила конкретную пару, в каких местах та износилась, где слегка натирала, и в принципе насколько новой являлась. Словно в первую очередь хотела, чтобы обувь понравилась покупателю такой, какой она являлась на самом деле.

Часть зрителей принимали её за дочь невероятно богатых родителей. Оно и неудивительно – у девушки ведь имелась очень дорогая кошка в качестве домашнего питомца и целый склад AJ. Подросток думал иначе. На всех стримах девушка не показывала лица выше подбородка. На её шее и запястьях он ни разу не замечал украшений, а ногти были чистыми, без лака. И одежду одну и ту же она надевала по несколько раз.

Кто бы не говорил о невнимательности парней, он определённо ошибался. Способность этого студента подмечать разные детали была удивительной.

Не ускользнуло от его внимания и то, что нынешняя одежда на [Принцессе Мань] отличалась от той, которая была на ней до недавнего ухода.

Лю Мань переоделась в чёрную футболку и пару синих джинсов, решив, что так будет комфортнее писать. Холода в квартире не ощущалось, у них имелась отличная сплит-система.

[Мальчик Отаку: Ты умеешь писать каллиграфическим почерком?]

— Ага, я уже продала около десяти пар обуви, однажды распродам и все оставшиеся. Кошка иногда засыпает и отказывается принимать участие в стриме. А просто сидеть и болтать с вами, ребята, мне очень неловко, — Лю Мань нравилось общаться с [Мальчиком Отаку]. Иногда этот парнишка мог поддразнивать или флиртовать с ней, но по-серьёзному никогда не обижал.

[Мальчик Отаку: А что собираешься писать?]

Лю Мань задумалась на мгновение, после чего ответила со смешком:

— Узнаешь, когда закончу.

Парню показалось, что его сердце вот-вот растает, когда он услышал её сладкий смех.

На данный момент счётчик зрителей на её трансляции вновь показывал двести. То есть, их количество вернулось к нормальному показателю. Поклонникам обуви и кошки Лю Мань тоже было очень любопытно, чем она собиралась заниматься.

Девушка взяла кисть и пропитала её тушью:

— Я давно не занималась каллиграфией. Не смейтесь, пожалуйста, если всё будет очень плохо.

На последних словах она подняла кисть и безостановочно написала на бумаге семь символов.

[Блинчик: Что это за знаки? Не могу разобрать! (◎ ◎)ゞ]

[Мальчик Отаку: Ахахаха, да это же мой ник!]

п.п.: словосочетание «Мальчик Отаку» на китайском языке состоит из семи иероглифов.

Все зрители стали присматриваться к результату её письма. Хотя иероглифы сильно отличались от упрощённого китайского, они, тем не менее, немного напоминали «Мальчика Отаку».

[Фея Персик: Что это за шрифт такой? Похоже на рукопись с каких-то древних манускриптов. Хотя я в этом совсем не разбираюсь.]

[Рев Дракона: Это иероглифы печати.]

п.п.: Ещё в Древнем Китае у каждой династии были свои шрифты/почерк. «Иероглифы печати» – одни из таковых.

— Он прав, и эта печать царства Цинь ныне известная как малая печать, — ошеломлённо сказал второй сосед по комнате.

Студент ничего не знал о разновидностях этих шрифтов. Он просто продублировал в комментарии сказанное сокурсником.

— Да, это печать Цинь, — подтвердила Лю Мань, — Я не очень старалась, поэтому выглядит так себе. Не судите строго, пожалуйста, — девушка поняла, что ей следует практиковаться больше, поскольку нужно было отточить движения. Она ведь находилась в теле другого человека, как-никак.

Однако в ответ на скромность девушки, её засыпали сообщениями.

[Блинчик: 666.]

п.п.: «666» в Китае – это сленг, который означает комплимент умению/мастерству человека.

[Фея Персик: 6666.]

[Тайный Подросток: 66666.]

[Я люблю коооотиков: 666666.]

[Где кошка, там и я: 6666666, продолжаем, ребят, продолжаем.]

…

Зашевелились и зрители, которые обычно удерживались от обильных комментариев.

[Я тут ради обуви: Сходила за ночным перекусом, называется. Что у вас тут происходит? Почему вас так много в чате?]

На экране появился огромный серебристо-белый замок. Очертания замка сверкали, вверх постоянно взмывали разноцветные фейерверки.

Следом появилась и куча Сердец.

п.п.: Сердца и Дворец Мечты – очередные дорогие подарки.

[«Мальчик Отаку» отправил вам Дворец Мечты.]

[«Фея Персик» отправила вам Сердца.]

[«Рев Дракона» отправила вам Сердца.]

[«Пушистая кошка» отправила вам Сердца.]

…

Прямую трансляцию, будто по мановению волшебной палочки, смотрело уже целых 400 зрителей. Количество подписчиков Лю Мань перевалило за 100 и мигом прыгнуло до 184, полностью превзойдя ожидания девушки.

[Я Тинтин: Сестрёнка, а можешь и моё имя написать? Меня зовут Чэнь Тин.]

[О, мою одноклассницу зовут также.]

[И мою коллегу.]

[У моей двоюродной сестры тоже такое имя.]

п.п.: Предположительно, автор пытается показать размер аудитории Лю Мань. Мол, уже сейчас она разрослась настолько, что у многих её зрителей в жизни есть кто-то с именем Чэнь Тин.

…

Чат охватила атмосфера веселья и беззаботности. Люди в нём словно превратились в болтунов.

Лю Мань аккуратно вывела два иероглифа.

[Я Тинтин: Божечки! Выглядит потрясающе. Большое спасибо тебе, сестрёнка! (´♡‿♡`)]

По экрану пронеслась карета.

[«Я Тинтин» отправила вам карету]

[Если бы вы не говорили, что она пишет, я бы точно не разобрал её почерк. Какое несчастье…]

[Сейчас довольно мало людей умеют писать малой печатью.]

[Не знаю, хороша ли у неё каллиграфия с точки зрения профессионализма, но выглядит она потрясающе.]

[Думаю, я бы смогла так же, мне просто не хватает такой же кисти.]

[Не-а, тебе не хватает пары таких рук.]

[А я думал, что один обратил на них внимание. Её руки… просто прелесть! ]

[Не один. Я давно смотрю на них! У Принцессы Мань красивые руки, ничуть не хуже ног. Вот бы увидеть, как она выглядит.]

…

«Что мне написать дальше?» — мысленно спрашивала себе Лю Мань

Для неё письмо было средством от стресса, оно успокаивало и умиротворяло её разум. Как учила девушку наложница Сюй: чтобы очистить своё сердце от зла, сперва нужно успокоить мысли.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Подумав немного, она стала красиво выводить на бумаге несколько вертикальных строк справа налево:

«В этот чудесный вечер моя лодочка скользит по реке.

В этот чудесный день несёт она принца со мною в себе.

И нету презренья во взоре его, и безгранична его доброта.

Все мысли тут же смыло волненьем, лишь стоило принцу рядом предстать.

В горах есть деревья ветвистые очень,

Я обожаю тебя, но тайно, в сумраке ночи».

п.п: стихотворение, пришедшее из династии Цинь. Если интересно узнать о нём побольше, называется «越人歌».

Когда Лю Мань написала стихотворение, весь чат заполонили восклицания.

[!!!]

[На этот раз моё изумление нельзя выразить простым «666».]

[С нашей простотой нам остаётся только восхищаться.]

[Кто-нибудь понимает, что она пишет? Можете перевести?]

[Это «Песня о лодочнике Юэ» из южной поэзии. Этот шрифт слишком сложно распознать, я и сам опознал это произведение только по двум последним строчкам, просто они наиболее классические.]

Кто-то из зрителей сразу же нашёл полный текст песни и поделился им с остальными в чате.

[Я узнала что-то новое, значит день прошёл не зря.]

[Я даже не слышал о такой раньше.]

[А я и на упрощённом китайском не всё могу прочесть. (╯︵╰,)]

[Ребята, вы поняли? Кисть ни на секунду не останавливалась, значит эта девушка знает песню наизусть.]

[У неё очень аккуратный почерк. В наши дни редко встретишь такую девушку.]

[Она безоговорочно талантлива!]

Во время этой трансляции количество подписчиков Лю Мань росло на глазах, а её телефон непрерывно пищал. Причиной тому были звуки, издаваемые приложением всякий раз, когда на неё подписывался новый человек.

На момент завершения письма число её последователей выросло до 467, а количество людей, смотрящих стрим, перевалило за 1000! Комментариев стало слишком много, девушка даже не успевала на них отвечать.

Оно и верно. Прямые трансляции кошки и продаж AJ были обычным делом и ничем уникальным не выделялись. Однако каллиграфия в прямом эфире, ещё и печать Цинь… В данном приложении Лю Мань был первой, кто это транслировал.

Все до единого поклонники восклицали, что никогда ранее не видели подобного.

[Фея Персик: Кто-нибудь ещё помнит, что изначально нам понравились стримы из-за кошки?]

[Хахаха, я, наверное, единственная, кто постоянно смотрит на кису в углу.]

[Не единственная. Кошачий наблюдатель +1.]

[Кошачий наблюдатель +2.]

[Кошачий наблюдатель +3.]

…

Рассвет тем временем мирно спала, не зная, чем занята её хозяйка. Поев вечером, она свернулась милым клубочком и дремала в своём маленьком угловом домике. Сама того не осознавая, питомица стала симпатичным фоном для прямой трансляции.

[Я тут ради обуви: После такого долгого просмотра нет нужды в многословии. Я просто куплю пару AJ, чтобы поддержать нашего стримера!]

[Я Тинтин: Сестрёнка, а тебя нет в Weibo? Я вот искала, но не смогла найти твою страничку.]

Прочитав комментарий, Лю Мань вспомнила.

У ее предшественницы была учётная запись в Weibo, но она особо ею не пользовалась и не публиковала много сообщений, поэтому Лю Мань решила зарегистрировать новую.

Той ночью она завоевала более 400 подписчиков, а веселье в разделе чата ни на секунду не стихало. Одни зрители объясняли остальным значение написанной песни, другие анализировали уровень каллиграфии Лю Мань, а третьи продолжали расспрашивать о поддельном кошачьем корме.

Лю Мань была занята, пытаясь ответить каждому из них. Вскоре стрелка часов указала на двенадцать ночи, а утренний поход в университет никто не отменял.

Она обратилась ко всем:

— Сегодня уже поздно, я завершаю стрим! Завтра у меня, скорее всего, не будет времени, так что ждите мой стрим через день.

Дождавшись отключения прямого эфира, [Мальчик Отаку] неохотно выключил и свой компьютер. Затем он повернулся к трём соседям по комнате:

— Ну и как вам? Моя богиня не такая уж «ничтожная», как вы думали, да, парни?

— Хм-м, ну она действительно немного отличается от других «ничтожных» стримов, — ответил второй сосед. Вместе с этим он взял свой телефон, зашёл в APP Store и повторно установил то самое приложение: — Как называется канал этой стримерши? Я тоже хочу подписаться.

Студент лишился дара речи.

Как и оба других сожителя.

В итоге счётчик подписчиков [Принцессы Мань] увеличился еще на три пользователя.

Ведение прямого эфира не на шутку изматывало. Лю Мань плюхнулась на кровать и уснула сразу после прощания со зрителями. К счастью, на следующее утро у неё не было ранних занятий, поэтому девушка смогла понежиться в постели дольше обычного.

Днём у них проводился последний в семестре урок по теории музыки. Учитель собирался немного подготовить их к экзамену, поэтому пропускать пару было нельзя. Лю Мань вошла в аудиторию вместе со звонком. Пришли даже отъявленные прогульщики. Среди учащихся не нашлось никого настолько глупого, кто бы вздумал пропустить последнее занятие в семестре. Из-за наводнения студентов Лю Мань не могла отыскать Ли Сяожу и Ван Нина. Все места за партами в задней части кабинета были заняты, поэтому ей ничего не оставалось, кроме как сесть за одну из передних.

Она достала из сумки учебник и положила его на стол. В этот момент у двери появился преподаватель. Но не тот, который читал им этот предмет, а одна из вчерашних экзаменаторов. Женщина средних лет в ослепительной одежде и с лёгким макияжем.

— Добрый день всем. Господину Чжу пришлось отлучиться по личным причинам, так что я его подменю. Меня зовут профессор Цю, — представилась она за кафедрой.

Лю Мань услышала шёпот однокурсников.

— Её пригласили на факультет скрипки в качестве профессора.

Девушка не понимала. Почему предмет у пианистов заменяет приглашённый профессор с другого факультета?

Возможно, ей просто казалась, но она постоянно ловила на себе взгляды преподавателя. Правда, не знала, были ли они сознательными.

Женщина провела пару налегке. Учитель теории музыки отправил ей презентацию с необходимыми материалами, оттого занятие, которое обычно длилось сорок пять минут, закончилось уже через двадцать.

Всем нравились учителя, что сразу переходили к делу. Когда профессор Цю объявила конец пары, студенты по очереди покинули кабинет. Лю Мань заметила у выхода Ван Нина и Ли Сяожу, поэтому поспешно собрала вещи и начала догонять подруг.

— Лю Мань, можно тебя на минутку? — обратилась к ней профессор Цю. Уже второй раз за последние два дня.

Несколько задержавшихся студентов одновременно посмотрели на девушку. Им было интересно, откуда преподаватель на замену знала их сокурсницу.

Лю Мань последовала за женщиной в небольшой садок за зданием. По пути она всё переживала, что это, возможно, связано с её плохим выступлением на вчерашнем экзамене.

Цю Цзин увидела её посерьезневшее лицо и слегка хихикнула:

— Не волнуйся ты так. Я позвала тебя, просто чтобы предложить подработку.

Глаза Лю Мань практически засияли, когда она услышала о возможности дополнительного заработка. Именно в деньгах девушка больше всего нуждалась в настоящий момент.

— И что мне нужно делать?

— Скорее всего, ты уже знаешь, что я внештатный преподаватель на факультете скрипки. В молодости я окончила этот же факультет, но много лет назад перестала играть на скрипке. Вскоре у меня появилась новая профессия, и теперь я – заместитель управляющего в одной кино- и телекомпании нашей столицы, — Цю Цзин вручила Лю Мань визитную карточку, текст на которой гласил:

«Capital City Galaxy Film and Television Ltd., Заместитель генерального директора: Цю Цзин».

— Мы скоро начнём съёмки одного фильма, и нам нужен женский персонаж с навыками игры на пианино. Примерно на пять минут экранного времени.

Лю Мань удивилась. Вот почему профессора Цю включили в состав судей на вчерашнем фортепианном экзамене. Все приняли её за члена комиссии, а женщина на самом деле присматривала кандидатку для съёмок в фильме.

— Но я же не очень хорошо играю на пианино. Многие в этом лучше меня, — Лю Мань не принижала себя, она говорила правду. Раз профессор Цю выбирала человека с факультета фортепиано, то наверняка ожидала от кандидата хороших навыков владения инструментом.

Цю Цзин объяснила:

— Мы выбираем киноактрису, а не пианистку. Взвесив все аспекты, я считаю твою кандидатуру наилучшей среди имеющихся.

Заместитель была очень довольна Лю Мань. Во-первых, её внешний вид соответствовал ожиданиям женщины. Во-вторых, артистический темперамент Лю Мань отлично сочетался с персонажем. И это самое главное. Цю Цзин повидала множество хорошеньких девушек, умеющих играть на пианино, но ни одна из них не удовлетворила её. Именно поэтому она, уповая на удачу, вернулась в свой родной университет.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Цю Цзин была внимательным до деталей человеком. Фильмы, в которые она вкладывалась, иногда содержали куда больше деталей второстепенных персонажей, нежели главных, благодаря чему несколько ранее неизвестных актёров обрели популярность.

Кино, в котором снимался Тан Ту на первом курсе, тоже инвестировался ею. Более того, Цю Цзин и выбрала его на ту роль, чем в определённом смысле стала его благодетелем.

Лю Мань не на шутку заинтересовалась. Все деньги, что она заработала с прямых трансляций и продаж обуви, разом составили менее тридцати тысяч юаней. Если её мама договорится с семьёй Ван на этой неделе, тогда им однозначно придётся передать тем людям три миллиона. Она отчаянно нуждалась в дополнительных средствах.

Цю Цзин наверняка увидела это желание в глаза студентки, поэтому улыбнулась:

— Если ты в итоге получишь роль, мы заплатим тебе пятьдесят тысяч. Согласна на такую подработку?

Пять минут экранного времени… Пятьдесят тысяч юаней. Ей предложили невероятно щедрую сделку.

Только тупица отказалась бы от такого предложения.

— Согласна, я согласна, — Лю Мань энергично закивала головой.

Что Цю Цзин понравилось в этой девушке, так это её извечная открытость. Другие девочки-подростки, которых приводили к ней, носили множество масок. А сердца их переполняли жадные стремления, хотя они и притворялись простодушными.

— По планам съёмки начнутся под конец января. Пять минут этого персонажа не будут сниматься один дублем, он будет появляться на протяжении всего фильма, поэтому сцены разбиты на части. Пока ещё не известно точно, когда режиссёр хочет снимать каждую часть, в связи с чем нам нужно, чтобы ты была доступна на протяжении всех зимних каникул и, разумеется, весеннего фестиваля.

Для Лю Мань это не было проблемой. Её отца до сих пор держали под арестом, так что на грядущий праздник весны их семья не планировала никаких развлечений.

— Я буду доступна в любое время.

Цю Цзин кивнула:

— Добавься ко мне в друзья в WeChat позже. Отправь одну из своих обычных фотографий в полный рост. Она нужна, чтобы показать режиссёру. Идентификатор моего WeChat-аккаунта – это номер телефона, написанный на визитке.

— Хорошо.

— Если что, я не могу дать стопроцентную гарантию, что эта роль точно достанется тебе. Мне ещё нужно получить разрешение режиссёра и других продюсеров.

— Да-да, я понимаю, — Лю Мань мало знала о шоу-бизнесе. Однако девушка понимала, что, какая бы эра не стояла на дворе, выгоды шли рука об руку со сложными социальными связями. Взять для примера её отца, императора. У какой из его жён не было происхождения? Даже её матушка и тётя, рабыни, которые пели и танцевали, воспитывались во дворце, после чего их доставляли непосредственно императору. Вот и олицетворение власти.

Как и ожидалось, девушка была зрелой и многое понимала. Удовлетворение Цю Цзин только возросло. Она положила ладонь на плечо Лю Мань.

— В таком случае, жди от меня весточку.

Гладя в спину удаляющейся Цю Цзин, девушка почувствовала себя немного непрагматичной. Согласно воспоминаниям прежней Лю Мань, положение современных актёров отличалось от оных из её эры. Там они были рабами, а тут успешные представители этой сферы становились публичными фигурами. Актёры могли завоевать восхищение каждого. Великолепные, ослепительные и не обделённые вниманием поклонников, они зарабатывали огромные суммы и покупали самые современные автомобили с особняками.

— Маньмань, — донёсся до неё издалека крик Ли Сяожу. Лю Мань посмотрела в том направлении. Она увидела обоих подруг, которые плечом к плечу шагали к ней.

— Чего от тебя хотела профессор Цю?

— Ой, просто говорили о вчерашнем экзамене. Она любезно дала мне несколько советов по игре, — Лю Мань решила скрыть истинную причину встречи. Во-первых, всё ещё может поменяться, и она не получит роль. А во-вторых, она боялась, что девушки примут это за попытку завоевать популярность.

По навыкам игры на фортепиано Ли Сяожу и Ван Нина на голову превосходили Лю Мань, но роль предложили именно ей. Девушка не хотела ставить подруг в неудобное положение. Ли Сяожу была самой беззаботной в их компании и наверняка отреагировала бы адекватно. Но вот Ван Нина отличалась. У неё была довольно хорошая внешность. Девушка немного напоминала Линь Дайюй, типичного вида привлекательную девушку из скромной семьи. Она никогда не испытывала недостатка в ухажёрах и воздыхателях. Отличалась Ван Нина и боевым характером, не упуская возможности посоревноваться с Ли Сяожу.

п.п.: Линь Дайюй – хорошо известная вымышленная героиня, в Китае практически каждый слышал о ней. Очень сентиментальная и милая.

Ли Сяожу, понятное дело, не стала зацикливаться. Она, широко улыбаясь, взяла Лю Мань под руку.

— Последние пару дней мы не смотрели твои стримы, а этим утром я чисто со скуки открыла приложение и обнаружила, что у тебя уже больше 500 подписчиков! Может, пора выполнить обещание? Ты сама сказала, что сводишь нас в Ju Jiu Wu, когда подписчиков станет 100. Почему бы не поужинать в том ресторане прямо сегодня?

— Давайте перенесём на завтра? Просто я уже пообещала сходить на ужин с кое-кем другим, — сожалея, сказала Лю Мань.

— Ладно, идёт. Днём раньше, днём позже, — отозвалась Ли Сяожу, ей не было особого дела до конкретного дня.

К разговору, тем временем, резко подключилась Ван Нина:

— С кое-кем другим это с кем? Профессором Цю?

— Нет, конечно. Я иду с другом, — девушка недоумевала, почему первое предположение подруги было именно о профессоре. Она не осознавала, что та пристально смотрела на визитку в её руке, которую Лю Мань забыла спрятать.

Спасение пришло в лице сменившей тему Ли Сяожу.

— Так вот, откуда такое резкое увеличение поклонников? В последний раз, когда мы смотрели трансляцию, у тебя их было всего пару десятков.

— Приходи на следующий стрим и узнаешь.

В этот же момент её телефон издал сигнал. Девушка достала его и увидела новое сообщение в WeChat.

[Юй Чжань: Я у северных ворот университета.]

— Мой друг уже тут, — обратилась сразу к двоим Лю Мань, — Мне пора.

Ван Нина рывком взяла её под другую руку и с улыбкой спросила:

— Что за друг? Это парень, да?

Вопрос активизировал Ли Сяожу. Словно поняв что-то, она ухмыльнулась:

— Ну конечно же парень. Иначе зачем было бы откладывать наш ужин на завтра? Что ж, сначала свиданка, потом подруги.

Лю Мань покраснела.

— Не говори так, он просто друг.

— Да-да-да. «Просто друг». Мы с Нина всё равно не отстанем.

Это были не просто слова Ли Сяожу. Пока Лю Мань шла впереди, она и Ван Нина следовали за ней попятам. Северные ворота располагались очень близко к корпусу, поэтому Лю Мань ещё издалека опознала машину Юй Чжаня. Белый автомобиль сразу бросался в глаза. Лю Мань, хоть и не ясно, но всё же заметила стоявшего рядом с ней человека.

Она тут же ускорилась. Юй Чжань даже среагировать не успел, как девушка открыла пассажирскую дверь. Она безотлагательно сказала:

— Быстрее, садись.

Юй Чжань не понимал такого её поведения, но послушался и стремительно нырнул в машину.

Лю Мань облегчённо вздохнула.

— Что такое?

— Две соседки по комнате хотели поужинать со мной. Я сказала, что сегодня трапезничаю с кое-кем другим, вот они и захотели увидеть, с кем.

— Ну, пусть смотрят. Что в этом плохого?

— Нет-нет-нет, — протараторила Лю Мань. Красный цвет ещё не сошёл с её лица, и было непонятно, причиной тому являлся недавний спринт или очередное смущение. — Если нас увидят, проблем не оберёмся.

— Каких ещё проблем? — Юй Чжань явно не намеревался прекращать расспрос. Он не мог скрыть веселье в глазах.

Лю Мань уже начала злиться и сердито буркнула:

— Моя репутация будет запятнана!

Юй Чжань на мгновение застыл, после чего разразился хохотом.

— Над чем ты смеёшься?

Девушка смотрела на него подавленно. Её глаза увлажнились, словно внутри их были рудники. Сейчас они казались чистыми и прозрачными.

Юй Чжань испытывал глубокое влечение этой парой глаз, хотя внешне продолжал смеяться. Он поистине радовался встрече с этой девушкой.

И в тот момент он внезапно осознал… Она ему очень нравилась.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Лю Мань рванула слишком быстро, а дистанция была чересчур длинной. Подруги не могли чётко разглядеть лицо Юй Чжаня, однако поняли, что парень был высоким.

Ван Нина вздохнула с облегчением. Главное, что ужинала Лю Мань не с профессором Цю.

В то время как мысли Ли Сяожу захватили сплетни. Как она думала, этот парень наверняка являлся ухажёром Лю Мань. Она радовалась, что их подруга наконец избавилась от влюблённости в Тан Ту и постепенно принимала отношения с другими представителями противоположного пола.

Юй Чжань, приняв к сведению художественный темперамент Лю Мань, повёз её к музыкальному ресторану в центре города.

Обстановка в заведении была неплохой. У входа имелись зелёные растения, словно ресторан находился в лесу. Внутренние убранство отличалось чистотой и неформальностью. Стулья и столы были сделаны из дерева, на каждом столике стояли вазы с цветами. Весь потолок усеивали светильники в форме звёзд. Посреди ресторана располагался бар с разнообразием вин и других напитков, а в передней его части покоилась сцена. Время ещё было раннее, поэтому никто на ней не выступал.

Это место однозначно становилось любимым среди тех, кому нравилась литература и искусство. Лю Мань оно тоже понравилось, Юй Чжань видел любопытство в её глазах.

— Доводилось бывать тут раньше? — спросил он.

Лю Мань провела поиск в воспоминаниях, прежде чем дать ответ.

— Нет.

— А я приходил сюда уже несколько раз, и еда с обстановкой показались мне прекрасными, — говорил Юй Чжань и, подумав о чём-то другом, добавил: — Последний раз приходил совсем одни. После обеда это место больше напоминает чайный ресторан или кафе, а по вечерам – бар.

Лю Мань действительно заметила несколько одиноких посетителей, которые сидели по уголкам с ноутбуками.

Официантка отвела их к предварительно зарезервированному Юй Чжанем столику. Вид был идеален, они могли видеть всю сцену, но в то же время растительность вокруг позволяла оставаться скрытыми от взоров посторонних.

Официантка положила перед парой два разных меню, но парень все подвинул к Лю Мань.

— Заказывай, что нравится.

Девушка, тем не менее, возразила:

— Я тут в качестве твоей компании, так что заказывай еду на свой вкус.

— В компании друзей можно отбросить вежливость, — парировал он, глядя прямо в глаза собеседницы. — Или я не твой друг?

— Ну что ты. Я действительно считаю тебя другом, — на автомате выпалила Лю Мань. Однако, задумавшись об этом, девушке показалось, что она не знает Юй Чжаня так хорошо.

Парень, похоже, понял ход её мыслей и рассмеялся.

— Друзьям тоже нужно узнать друг друга получше. В будущем и ты познакомишься со мной поближе. Я не привередлив в еде. Другое дело напитки.

— Вообще-то, у меня тоже нет особых предпочтений, — промямлила Лю Мань. Поскольку Юй Чжань уже сказал столько всего, она поняла, что выбор блюд лежит на её плечах. Вся еда на картинках в меню выглядела аппетитно, поэтому девушка выбрала тарелку с рыбой, немного говядины и салат с овощей.

— Можешь заказать напитки, мне хватит чая, — она подвинула меню обратно к Юй Чжаню.

— Любишь пить чай?

— Не особо, просто не нравятся сладкие напитки. В принципе, мне не нравится всё слишком сладкое.

Когда Лю Мань жила в холодном дворце, проблемой было обычное, регулярное питание. О доступе к высококачественному чаю или сладким напиткам не шло и речи.

Будучи ребёнком, она, как и все её сверстники, очень любила сладости. Всякий раз, когда ей хотелось съесть немного конфет, её тётя Чжао шла и умоляла дворцовых служанок. Однажды, тогда ещё маленькая девочка увидела через окно, какие унижения та терпит и как пресмыкается ради одного только кусочка мальтозы. С тех пор она постепенно свела на нет свою любовь к сладкому.

Лю Мань склонила голову, чтобы скрыть печаль в своих глазах. Подняв взгляд обратно, она вновь стала позитивной и весёлой.

Правда, перемена в её настроении не ускользнула от Юй Чжаня.

— Тогда я тоже буду чай.

Время шло, и посетителей в ресторане становилось всё больше. На сцену поднялся певец с гитарой и начал петь студенческую народную песню. Беззаботность и певучесть мелодии легко изменила атмосферу во всём заведении. Лампы над столами отсвечивали желтоватыми оттенками, внося свой вклад в расслабленность лиц присутствующих. Неловкость между Лю Мань и Юй Чжанем, казалось, тоже исчезла.

— Рассвет нравится новый корм? — заговорил парень.

— Умм, теперь у неё отличный аппетит. О, точно. Скажи, сколько я должна тебе за него. Сейчас же переведу через WeChat.

— 800 юаней будет достаточно, — Юй Чжань назвал первую сумму, которая пришла ему в голову.

Лю Мань почувствовала подвох.

— Почему так дёшево?

Когда она покупала кошачий корм на Taobao, всего один пакет обходился ей в пять сотен юаней. Да, весил он на полтора килограмма больше, чем привезённый Юй Чжанем, однако парень доставил целых четыре упаковки.

— Всё дело в поставщике. Я продал тебе его по себестоимости, — объяснил он.

Лю Мань поверила его словам. Она взяла телефон, нашла Юй Чжаня в списке контактов WeChat и перевела обговоренную сумму.

Парень даже не достал свой мобильный, чтобы проверить, пришли ли деньги. Его это словно совсем не заботило.

Лю Мань вспомнила о вчерашнем наводнении посетителей в его ветеринарной клинике.

— Раз мы ужинаем, как насчёт твоей клиники?

— Деньги приходят постоянно, и работе нет ни конца, ни края. Но мне ведь нужно иногда отдыхать. Когда клиника только-только открылась, я был неопытным и едва не наворотил дел. Теперь клиника постепенно встаёт на ноги, и я подумываю о том, чтобы сделать вторник выходным.

— Почему ты решил стать ветеринаром?

Лю Мань считала эту профессию непопулярной. Никто бы и не предположил, что Юй Чжань работает ветеринаром. Не было необходимости много говорить о примечательном росте и выдающейся внешности парня. И одежду он подбирал всегда очень стильную. Сегодня, к примеру, сменил куртку на синее шерстяное пальто. Когда они сели за столик, Юй Чжань снял его и отложил в сторону. Под ним на нём была повседневная тёмно-серая рубашка и брюки. Сидя на деревянном стуле и откинувшись на спинку, он казался расслабленным и отчасти ленивым. Руки его выглядели лучше, чем у Лю Мань, будто он тоже играл на пианино. Девушка видела отчётливые суставы его пальцев, которыми он держал чашку.

— Я полюбил животных ещё с детства. В колледж поступил на экономическую специальность, но она мне никогда не нравилась. Затем, на втором курсе, я перевёлся на ветеринарный факультет. Так и шёл по этой стезе, вплоть до выпуска из магистратуры, — Юй Чжань отвечал на каждый вопрос Лю Мань без утайки. — А управлять клиникой для домашних животных я мечтал, когда был моложе.

— Я так тебе завидую. Твоя мечта стала реальностью, — ещё больше девушка завидовала его тону. Тому, как он мог говорить обо всём этом и делать всё, что хочется. Юй Чжань наверняка родился и вырос в прекрасной семье с хорошими родителями, которые потакали его капризам.

— Нечему тут завидовать, твоя тоже может стать реальностью, — Юй Чжань улыбнулся и спросил: — Какая у тебя мечта? Можешь мне рассказать?

Её мечта?

Непростой вопрос задал этот парень.

До недавних событий девушка мечтала лишь о возможности выбраться из холодного дворца. Она хотела стоять перед всеми, подобно другим принцессам, чувствуя себя благородной и гордой. Хотела очистить имена мамы и тёти. Хотела, чтобы все узнали об ещё одном ребёнке императора — Лю Мань.

Теперь она наконец покинула стены холодного дворца. Правда, оказалась в новой эре. Династия Хань исчезла более двух тысяч лет тому назад, и все, кто знал её или был с ней знаком, тоже исчезли. Что ей делать теперь, когда она так и не стала принцессой?

Юй Чжань увидел проблеск недоумения в глаза спутницы. Он почувствовал, что та, возможно, была не такой уж и беззаботной, какой казалась снаружи. У неё наверняка имелось немало секретов и переживаний.

— Моя мечта… Возможно, моя мечта в том, чтобы больше людей обо мне узнали, — пробормотала Лю Мань.

— Стань суперзвездой, тогда все во всём мире будут тебя знать, — пошутил Юй Чжань.

Лю Мань засмеялась вместе с ним.

— Ага, стать суперзвездой. Отличная мечта.

Они оба знали, что это шутка, и не принимали её всерьёз.

Как никогда и не предполагали, что однажды Лю Мань обратит эту шутку в самую настоящую реальность.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

К началу их трапезы исполнитель народной песни покинул сцену, а его место занял ведущий. Он был одет в ханьфу, и мгновенно привлёк внимание Лю Мань.

п.п.: Ханьфу – одежда, которую носили в династии Хань.

— Добро пожаловать и спасибо за то, что выбрали музыкальный ресторан ShiGuang. Тема музыки в этом месяце – национальные обычаи. Именно поэтому, чтобы ей соответствовать, на мне сейчас ханьфу. Начиная с сегодняшнего дня, каждый вечер в семь вечера на сцену будет выходить певец и исполнять посетителям старинную народную песню. Кроме того, запланированы и другие весёлые развлечения. Оставайтесь с нами!

Для привлечения новых клиентов этот ресторан каждый месяц выбирал тему, и певцы исполняли что-то связанное с ней. Не обходилось и без множества мероприятий. В прошлом месяце, к примеру, темой была Свинка Пеппа и Рождество. Всякий посетитель, кто приходил в заведение, получал свинку Пеппу в костюме Санты-Клауса после оплаты счёта.

Юй Чжань посмотрел на Лю Мань, которая изо всех сил старалась не смеяться. Он не мог не спросить:

— Чем тебя так позабавил ведущий?

— У него смешная одежда.

Парень взглянул на ханьфу организатора. Оно было тёмно-синим и едва ли отличалось от тех, что иногда встречались в телепередачах. На взгляд изящная, старинная одежда, его ничего в ней не смущало.

— С ней что-то не так?

— В нашей династии Хань, одежда всегда делалась так, чтобы левый отворот находился поверх правого и никогда не смотрел в левую сторону. А теперь присмотрись к его ханьфу.

Выслушав ликбез Лю Мань, Юй Чжань увидел, что отвороты ханьфу на ведущем в самом деле располагались слева. Ему стало любопытно.

— А можешь поподробнее об этом рассказать?

— Ну, если левый отворот находится над правым, это называется правый лацкан, и наоборот. Мы носим ханьфу с правым лацканом, и если ты видишь кого-то, кто носит с левым, то он пришёл из какого-то некультурного места. Если бы ведущий вырядился в ханьфу вот так и вышел на улицы династии Хань, его бы, скорее всего, арестовали.

п.п.: Под некультурным она имела в виду любое место за пределами Китая, где ещё не было такой цивилизации.

Юй Чжань засмеялся, прикрыв рот рукой.

— Посмотри, какая сейчас эпоха, это же просто тематический костюм. Думаю, никто кроме тебя и не заметит этой ошибки. И какие места ты считаешь некультурными? Я был в штатах, и в период династии Хань индейцы Северной Америки, вероятно, считались бы такими же некультурными. То есть, и США можно назвать некультурным местом?

— Я не совсем это имела в виду. Мне стало смешно только из-за этого несоответствия. Этот вид ханьфу не считается прямо-таки традиционным. Ты прав, это всего лишь костюм.

Девушка уже приняла свою новую личность и также полностью освоилась в воспоминаниях прежней владелицы. Теперь она могла оглянуться на древнюю династию Хань и себя в ней взглядом современного человека.

— У тебя, получается, старинные увлечения. Каллиграфия и теперь вот ханьфу, — Юй Чжань вырос в западном мире и не знал многого о культуре древнего Китая.

— Я от нечего делать научилась этому в интернете, — прокомментировала Лю Мань, стараясь выглядеть менее подозрительной.

За беседой пара не заметила, как на сцену вышла певица. Раздались выкрики посетителей, и атмосфера в заведении стала гораздо оживлённее. Ведущий воскликнул:

— Все знают, кто это?

— Да!

— Сяо Кэ, это Сяо Кэ!

…

— Ого, для сегодняшнего выступления они пригласили саму Сяо Кэ! Мы очень удачно решили сходить сюда сегодняшним вечером, — две посетительницы по правую сторону от Лю Мань не сдерживали восторженных возгласов.

Что за Сяо Кэ?

Лю Мань и Юй Чжань переглянулись, они оба пребывали в замешательстве.

Девушка обратилась к помощи телефона, введя соответствующий запрос в строчке поиска Baidu.

Согласно предоставленной поисковиком информации, Сяо Кэ была интернет-певицей, и только недавно обрела большую популярность. Обычно она пела песни, приближённые к стилю древнего Китая. Начинала девушка с загрузки видео в TikTok. И стремительно стала известной, когда люди открыли для себя её необычайно чистый голос и уникальные песни.

Прежняя Лю Мань изучала классическую музыку запада и ни разу не слушала интернет-музыку такого жанра, поскольку считала подобное «низким». Юй Чжань и о TikTok никогда не слышал, так что явно ничегошеньки не знал о всех тех виртуальных звёздах.

Сяо Кэ была невысокой, стройной девушкой. На сцену сейчас она вышла в розоватом ханьфу и выглядела миленько. Лю Мань бегло прошлась взглядом по её наряду, но не нашла каких-то серьёзных проблем в его дизайне.

— Привет всем. Меня зовут Сяо Кэ, и я счастлива, что меня пригласили выступить здесь, в музыкальном ресторане ShiGuang, — с первых же слов каждый убедился в приятном звучании её голоса. Она точно была певицей.

— Сейчас я исполню песню «Свободный Путник».

Объявленное название вызвало громкие крики по всему ресторану. Многие посетители принялись снимать Сяо Кэ на свои телефоны.

Лю Мань повернулась к сцене. Она тоже хотела услышать её пение.

«В северном море есть рыба одна.

Именем Кунь зовётся она.

О размерах её ходят разные слухи,

Правда, истину ведают только лишь духи».

Слова песни были взяты из «Свободного Путника» Чжуан Чжоу. У Сяо Кэ очень хорошо получалось писать музыку под строчки стихотворений. Именно эта песня принесла ей популярность. Её оригинальная работа в TikTok собрала более трёх миллионов лайков.

Обе девушки неподалёку от Лю Мань тоже начали подпевать.

— Как любопытно она переделала работу Чжуан Чжоу в песню. Мне очень нравится.

Лю Мань приложила ладонь к подбородку и тихо поделилась мнением. Всё её внимание было сосредоточено на Сяо Кэ, девушку восхитило её исполнение. Юй Чжань тем временем восхищался Лю Мань.

Чтобы привлечь больше внимания к сцене, все лампочки над столиками погасли. Однако, парень всё равно мог ясно видеть лицо своей спутницы. Её глаза под длинными ресницами сияли, отражая свет со сцены. Её нос был прямым и изящным, он двигался всякий раз, когда девушка раздражалась (насколько помнил Юй Чжань). Особенно ему нравились, как уголки её губ поднимались вверх во время улыбки. Казалось, даже самые незначительные вещи могли сделать её счастливой.

Выступление Сяо Кэ подошло к концу, и все начали аплодировать. На сцене вновь возник организатор.

— Теперь пришла пора мероприятий, которых все ждали. Сегодня мы случайно выберем одну из наших посетительниц для совместного выступления на сцене с Сяо Кэ.

— Ва-а-а-а-ай, я хочу, я! Выберите меня!

— Надеюсь, мне повезёт.

— Это без меня. Я ни петь не умею, ни танцевать. Мне хватит и автографа Сяо Кэ на её селфи.

…

Над сценой имелся огромный экран, на котором в настоящий момент появилось множество чисел. Каждое соответствовало номеру столика, Лю Мань и Юй Чжань сидели за четырнадцатым. Числа пришли в движения.

Посетители, затаив дыхание, сконцентрировались на экране. Каждая девушка надеялась на удачу.

Каждая, кроме Лю Мань, конечно. Её слабо заботило происходящее на сцене, а вот рис сам себя не съест. Ранее она только болтала и наблюдала за выступлениями на сцене, поэтому к текущему времени успела проголодаться. Юй Чжань взял палочки и последовал её примеру.

— Номер 14, номер 14, наш везунчик – номер 14!

Сильный свет ударил им в лицо. Он был настолько ярким, что Лю Мань не могла даже открыть глаза. Девушка ещё только пыталась осознать происходящее, когда красивая официантка в ханьфу направилась к их столику.

— Поздравляем вас, госпожа! Вы увидите Сяо Кэ с очень близкого расстояния!

Ответом на её заявление стало крайне озадаченное лицо.

Если отбросить факт растерянности этих двоих, официантка посчитала их безоговорочно лучшей парой среди всех, что ей доводилось видеть. Они, пожалуй, выглядели даже притягательнее, чем гости, которых они пригласили выступить в ресторане!

— Мне нужно идти? Могу я отказаться? — нерешительно спросила Лю Мань.

Официантка была потрясена. В этом ресторане проводилось много подобных мероприятий, но на её памяти ни одни посетитель ни разу не отказывался принимать в них участие.

— Госпожа, сегодня вам невероятно повезло. Все посетители хотели бы оказаться на вашем месте.

Лю Мань ощущала на себе взгляды с абсолютно всех направлений. Она безмолвно обратилась к Юй Чжаню. Парень обнадёжил её словами:

— Если правда не хочешь идти, тогда не нужно. Всё в порядке.

От тона Юй Чжаня ей полегчало. Его глаза излучали тепло, словно пытаясь сказать: «Пока я рядом, всё у тебя будет хорошо. Не бойся».

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Лю Мань снова посмотрела на официантку, затем оглядела посетителей, пытавшихся увидеть её сквозь зелёные растения. У неё не было другого выбора, кроме как встать со стула.

— Пожалуйста, следуйте за мной, госпожа.

— Сяо Кэ подготовит нашу счастливицу за сценой, это всего на минутку. Пока возвращайтесь к еде, а после мы продолжим смотреть за их выступлением, — объявил ведущий.

Официантка провела Лю Мань через проход для сотрудников, прямиком к закулисной зоне. В комнате девушке вручили сумку.

— Пожалуйста, переоденьтесь в то, что внутри этой сумки.

Лю Мань достала оттуда одежду. Ею оказалось белое ханьфу. Она пощупала ткань и сразу опознала в наряде «костюм», о котором говорил Юй Чжань.

— Давайте помогу вам, — предложила официантка.

— Нет, нет, я справлюсь сама.

— Такая одежда состоит из нескольких разных частей, её непросто надевать, — всё не сдавалась официантка. Она не верила, что Лю Мань сама сможет облачиться в это сложноструктурное ханьфу.

Лю Мань, впрочем, лишь засмеялась.

— Вообще-то, настоящее ханьфу надевать гораздо сложнее. А я это делала, и далеко не один раз.

Официантке пришлось покинуть помещение, чтобы позволить девушке переодеться.

Спустя пять минут Лю Мань открыла дверь и вышла, одной рукой приподнимая подол. Все сотрудники в коридоре повернули к ней головы и больше не смогли отвести взгляд. У некоторых из них от шока даже округлились глаза.

Сяо Кэ, появившаяся из другой комнаты, воскликнула:

— Какая милашка! Божечки мои. Ты просто создана для ханьфу, никто другой не выглядит в нём лучше тебя! — она оценила наряд Лю Мань со всех сторон, после чего подняла голову. — Даже без макияжа ты выглядишь великолепно. Сестрёнка, только не говори, что ты суперзвезда!

Из уст Лю Мань вырвался смешок.

— Я просто обычный человек, пришла сюда поужинать. Это ты суперзвезда.

Сяо Кэ надула губы.

— Я лишь интернет-певица, которая зарабатывает пением себе на жизнь. Какая уж из меня суперзвезда?

Честно говоря, Сяо Кэ стала очень известной ещё благодаря тому, как отреагировали зрители на её исполнение «Свободного Путника». Она уже подписала контракт со студией и теперь могла публиковать свои альбомы, как это делали профессиональные певицы.

Лю Мань очень умилила личность Сяо Кэ. В её голосе неизменно присутствовала толика самокритики. Не было ничего странного в том, что она придумала использовать работу Чжуан Чжоу и вложить в неё собственные мысли.

Официантка, уставившись на распущенные волосы Лю Мань, которые теперь свисали до плеч, заговорила с другой сотрудницей.

— Я же говорила тебе принести заколку для волос. Где она?

Коллега оказалась в неловком положении.

— Заколки закончились.

Поскольку нынешняя тема их заведения была связана с древними обычаями, то каждой официантке пришлось переодеться в ханьфу и использовать единообразные шпильки для волос.

В их разговор вмешалась Лю Мань.

— Просто дайте мне чистую палочку для еды, если можно.

Этого добра в любом ресторане всегда было полно. Менее чем через минуту девушке вручили то, о чём она попросила. На глазах у окружающих Лю Мань ловко закрепила волосы на затылке при помощи принесённой палочки. Она была само изящество и скромность, с какой стороны не посмотри. Всем девушкам, наблюдавшим за происходящим, их собственные руки в сравнении с её казались бесполезными.

Позади неё Сяо Кэ спросила управляющую:

— Она точно случайно выбранный посетитель, а не подготовленная актриса?

Администратор очень хорошо умела общаться с людьми и шутливо ответила:

— У ресторанных компаний финансирование мероприятий ограничено. Разве нам не пришлось бы заплатить целое состояние, решись мы пригласить такую прекрасную актрису?

Для второго выступления Сяо Кэ подготовила новую песню, «Думая о Тебе». Релиз в интернете ещё не состоялся, и сюда она пришла отчасти ради её рекламы. «Думая о Тебе» повествовала о девушке из древнего Китая, чьи мысли были обращены к ушедшему на войну мужу. Песня символизировала сильное желание мужчины вернуться домой и то, как его жена каждый день молилась богам.

Лю Мань во время исполнения Сяо Кэ требовалось исполнять роль заднего плана. Ей нужно было просто сидеть. Да, её стало единственной задачей. На девушку не падал свет, поэтому зрители могли видеть лишь её тёмный силуэт. Словно в театре теней. Она притворялась главной героиней песни. Пока Лю Мань сидела там, повёрнутая к зрителям правым боком, и глядела куда-то вдаль, казалось, будто она думает о своём муже.

Поскольку с посетителями взаимодействовала исключительно певица, ресторанная группа планирования придумала идеальный план. Они понимали, что среди пришедших женщин и девушек не все будут красотками, и далеко не каждой пойдёт ханьфу. А приходили всякие: худые и толстые, высокие и низкие, молодые и постарше… Не имелось никакой уверенности, что все они будут хорошо смотреться на сцене. Ввиду этого ресторан решил размыть их очертание и лицо. Ханьфу в любом случае было широким, так что отбрасываемые тени в итоге получатся примерно одинаковой формы. План отлично подходил под любую посетительницу, идеально вписывая её в сцену без всякой неловкости.

В то время, как никто не обращал внимания на затемнённую, заднюю часть сцены, туда взошла Лю Мань. Тогда же раздался шёпот одного из сотрудников:

— Ой, блин. Мы забыли про стул.

— Ничего. Я могу посидеть на полу.

Девушка приподняла рукава и опустилась на колени. Она двигалась плавно и естественно, а её характер казался очень спокойным. На этой маленькой и узкой сцене Лю Мань была совсем незаметной.

Этот же сотрудник какое-то время рассеяно глядел на неё, погрузившись в собственные мысли. Лишь спустя несколько мгновений он опомнился и дал знак светотехнику включить прожекторы.

В тот же момент свет ударил в область перед Лю Мань. Сяо Кэ возникла на сцене со своей гитарой. Со стороны зрителей Лю Мань в тот момент была не более, чем сгустком тени.

— Простите, что заставила вас ждать. Просто мне повезло насладиться кратким разговором с одной редкой красавицей за кулисами, — пошутила Сяо Кэ.

Публика знала, что под «редкой красавицей» певица имела в виду выбранную ранее посетительницу. Они не восприняли её слова всерьёз, посчитав их проявлением любезности. Вполне естественная реакция, учитывая, что Лю Мань тогда лишь имитировала тёмный фон. Она отнюдь не выглядела привлекательной, да и смотрел на неё, наверное, один только Юй Чжань.

Завершив свою речь, Сяо Кэ присела. Её правая рука умела поставила нужный аккорд на струнах гитары, и девушка начала петь:

«Осеннего ветра порывы оголяют деревья в саду.

А я всё безмолвно застыла, мужа много лет уже жду… »

Мелодия игралась только на гитаре, без сопровождения других инструментов, поэтому всё исполнение зависело от мастерства Сяо Кэ. Угрюмость и протяжность гитары в совокупности с душещипательным стилем песни в мгновение ока вызвали у слушателей эмоции.

«Отличное выступление», — так подумали все о песне Сяо Кэ.

Молодая часть аудитории, посетители и официантки, подоставали телефоны, чтобы запечатлеть происходящее на видео. Никто не хотел упустить ни единого момента, ни единой ноты этого невероятного концерта.

Сяо Кэ перешла к завершающей строчке.

«Скучаю и помню о нас, на твоё возвращенье надеясь».

Последняя нота прозвучала, и свет вернулся в помещение. Лю Мань, застывшая подобно статуе от начала и до конца, предстала глазам зрителей.

Посетители, которые приготовились аплодировать, замерли на своих местах, будто кто-то подал им тайных знак. Их взгляды метались между Сяо Кэ и Лю Мань, неспособные смотреть куда-либо ещё.

Лю Мань встала и поправила подол, вслед за чем в своём белом ханьфу направилась к певице. Каждый её шаг был воздушным, но в то же время твёрдым. Всякое действие девушки, в том числе и улыбка на лице, казались изящными. Все до единого посетители растерялись, как будто стали свидетелями ожившего пейзажа из древнего Китая.

Сяо Кэ повернулась и улыбчиво подмигнула. Она протянула Лю Мань руку. Две девушки, одетые в разного стиля наряды, стояли рядышком, у всех на виду.

— Вот почему я сказала, что мне повезло. Я действительно встретила персонажа из своей песни, — говоря это, Сяо Кэ повернулась к Лю Мань.

— Спасибо за «танец» к моему исполнению.

— Спасибо, что спела мне эту потрясающую песню.

Они обе сказали это одновременно. Затем, переглянувшись, девушки рассмеялись, чем только подогрели интерес окружающих.

— Снимай, снимай их. Этот момент станет знаменитым.

— Я чуть не забыла, что мы пришли сюда просто поужинать! Ещё немного, и я потеряю сознание.

— Блин, знай я, что тут будет такое, позвал бы своих друзей.

— Никто не знает, кто та девушка?

…

Пока все любопытствовали о Лю Мань, Юй Чжань уже оплатил счёт. Официантка любезно проводила его за кулисы.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Пока Лю Мань и Сяо Кэ направлялись за кулисы, многие сотрудники ресторана предпринимали попытки сделать фото, но, к сожалению, встретили препятствие в лице менеджера заведения.

Сяо Кэ очень хотелось пообщаться с ней подольше, но ей вскоре нужно было вновь возвращаться на сцену. Певица вручила Лю Мань свою визитку:

— На ней мой номер и идентификатор в WeChat, я хочу познакомиться с тобой поближе. Не забудь добавить меня в друзья!

— Хорошо, я обязательно добавлю, — это была уже вторая визитка, которую Лю Мань получила этим днем.

Затем она вернулась в раздевалку и сменила ханьфу на свою обычную одежду. За дверью ее уже ждал Юй Чжань. В руках парень держал ее куртку и рюкзак, а его радостный взгляд был направлен в глаза Лю Мань.

— Думал, тебе будет холодно, поэтому решил прийти.

Говоря это, он развернул куртку.

— Можешь теперь надеть.

Щеки девушки загорелись румянцем. Подобно марионетке, она позволила сделать это Юй Чжаню. Она сама просунула правую руку в один рукав, а затем и левую в другой. Парень помог застегнуть пуговицы и выпрямил отвороты. На протяжении всего процесса его лицо выражало спокойствие, а манеры оставались на высоте. Ни единого намека на дурную мысль.

Поскольку они находились прямо у дверного проема, рядом с коридорами, Лю Мань могла ощущать на себе пристальные взгляды окружающих. Она склонила голову еще ниже, на что Юй Чжань шутливо сказал:

— Куда подевалась та отважная Лю Мань со сцены?

— Это другое. Девушке и парню не подобает стоять так близко, — промямлила она тихим голоском, который смог расслышать только он.

— Тогда тебе стоит прилепить на лоб записку с надписью «Я очень робею рядом с представителями мужского пола. Пожалуйста, не подходите близко».

Парень совершенно очевидно ее смущал. Лю Мань приподняла голову, чтобы бросить на него взгляд. Ее красивые глаза были круглые и большие, словно у рассвирепевшей кошки. Юй Чжань ощутил внезапный порыв утешить эту кошку. Но, к сожалению, нужный момент еще не настал.

Прохожие видели в этих двоих флиртующую пару. Он улыбался и вел себя галантно, а она застенчиво оглядывалась. Парень и девушка идеально сочетались.

— Ее парень такой горячий, ух! — тихо пробормотала сотрудница.

— У меня такое чувство, будто нас кормят собачьей едой, но оно того стоит.

п.п.: «кормить собачьей едой» в Китае обычно так говорят, когда парочки в открытую флиртуют или показывают свою привязанность друг к другу, а окружающие их наблюдатели чувствуют одновременно и смущение, и зависть.

— Что ж, я с готовностью съем этот собачий корм.

— Да уж, они так хорошо смотрятся вместе, этот привлекательный парень и прекрасная девушка.

***

— Уже поздно, я тебя подвезу, — выдвинул предложение Юй Чжань.

Лю Мань к текущему времени вымоталась, поэтому не стала возражать.

Менеджер ресторана, хорошо умевшая находить общий язык с клиентами, передала Лю Мань визитную карточку и вместе с ней два скидочных купона.

— Это моя визитка и два купона на 90-процентую скидку. Очень ждем вас и вашего парня в нашем заведении вновь. Звоните мне в любое время, и лучшие места будут ваши.

Лю Мань на мгновение потеряла дар речи. Она хотела уточнить, что Юй Чжань не ее парень, но в то же время не чувствовала особой нужды объясняться перед этими людьми. Она взяла карточку и купоны, после чего поблагодарила менеджера.

Юй Чжаня очень порадовала ее реакция.

— Снаружи уже похолодало. Подожди у входа в ресторан, я подгоню машину, — сказал он ей.

Лю Мань согласно кивнула головой.

У официанток хватило смелости подойти к ней только после ухода Юй Чжаня. Они обратились к девушке с нотками осторожности и предвкушения в голосе.

— Вы какая-то суперзвезда или актриса?

Здесь, в столице, был огромный шанс повстречать знаменитость, особенно тех женщин-актрис из 18-й строчки шоу-бизнеса. Они были везде. Музыкальный ресторан ShiGuang тоже приглашал парочку таких для своих мероприятий и событий, но ни одна из тех девиц не соответствовала Лю Мань в плане изящности.

п.п.: Под 18-й строчкой она же имеется в виду. На первой стоят самые известные суперзвезды, такие как Том Холланд и другие актеры из Marvel, тогда как на 18-й находятся те, кто чаще всего снимаются в парочке телевизионных шоу, но не являются знаменитыми и даже не входят в рейтинг лучших.

— Нет, я всего лишь студентка.

Лишь после прояснения Лю Мань они заметили нежность на ее лице. На ее щеках, казалось, даже была небольшая пухлость, присущая детям. Она совсем не походила на тех опытных звездочек.

Тогда… может она была юной госпожой из какой-то невероятно богатой семьи?

— Хватит беспокоить посетителя. В ресторане сейчас полно дел, так что вперед за работу, — группа сотрудниц мигом разбежалась, когда их отчитала управляющая.

Затем она же сконфуженно улыбнулась Лю Мань.

— Давайте я вас проведу, — менеджер проявляла по отношению к ней максимальную дотошность, словно та была одной из их золотых VIP-клиентов.

Когда двоица оказалась снаружи, машина Юй Чжаня остановилась прямо перед ними.

Управляющая удивленно наблюдала, как парень вышел и открыл дверь для Лю Мань. В его глазах проглядывалась нежность, а действия были мягкими и сдержанными, будто он боялся, что она ударится.

Менеджер ресторана обладала неслабой смекалкой и отлично умела делать логические выводы. Юй Чжань уже бывал в их заведении довольно много раз. И хотя она не знала, кем он был на самом деле, сотрудница давно подметила, что парень всегда носил наипростейшую одежду самых престижных брендов. Она прямо-таки чувствовала его особенность и непохожесть на других. Вот почему официанткам было велено обстоятельно его обслуживать каждый раз – теперь их тяжелый труд, наконец, принес плоды. Сегодняшнее ее выступление с Сяо Кэ однозначно станет шикарной рекламой их заведения.

Оказавшись в машине, Лю Мань не смогла противиться зевку.

— Устала? — спросил Юй Чжань, посмотрев на нее.

— Угу, но было весьма интересно, — в голосе девушки слышались досада и восторг, — Я никогда не стояла перед таким большим количеством людей.

— Волновалась?

— Да, сначала. Но потом посмотрела, как уверенно ведет себя Сяо Кэ, поющая для всех свою песню, и вдруг поняла, что бояться-то нечего.

Юй Чжань засмеялся.

— Повезло, что рядом находилась Сяо Кэ и зарядила тебя храбростью.

Лю Мань нахмурилась, поняв подтекст его слов.

— Может хватит подкалывать меня?

— Не-а.

Она не хотела продолжать беседу.

Юй Чжань перестал дурачиться и уже серьезно спросил:

— Знаешь, какое у меня создалось впечатление, когда я впервые увидел тебя в ханьфу?

Лю Мань не издала ни звука, но у нее на лице так и было написано «И какое же?».

— Ты своим видом полностью соответствовала моему представлению принцессы.

Девушка изумилась.

— Какой принцессы?

— Принцессы из древних времен. Я не представлял ни конкретную династию, ни вид ханьфу. Для меня эти вещи – темный лес. Видимо, такой образ принцесс у меня сложился еще с детства, когда я смотрел исторические телепередачи и читал произведения. Это было просто мое ощущение. Мне казалось, что твой вид на сцене в точности подходил тому, какой я воображал себе внешность принцесс из Древнего Китая. Порхающее в воздухе платье, изящество и миловидность.

Юй Чжань просто искренне делился своими мыслями, но вовсе не догадывался, что попал в самое яблочко.

Лю Мань могла лишь улыбаться. Она ничего не ответила.

Когда они подъехали к ее дому, часы уже показывали десять вечера. Чжан Пэй как раз вышла из душа и удивилась возвратившейся дочери.

— А ты разве не должна была ночевать сегодня в общежитии? Ну ладно, раз ты тут, то нам нужно поговорить.

Она с напряжением на лице присела на диван и пригласила дочь расположиться рядом.

— Послезавтра мы опять встретимся с семьей Ван. Надеюсь, нам удастся подписать договор о ведении переговоров до конца года. Мы не сможем выплатить им деньги, какую бы сумму они не назвали. Поэтому я планирую заложить наш дом и взять кредит, тогда денег хватит. Еще мы внесем залог за твоего отца и придумаем, как нам быть дальше. Согласна?

Лю Мань кивнула.

— Да, вполне.

Тем не менее, Чжан Пэй продолжала на нее смотреть.

— Если мы не сможем выплатить банку кредит, у нас заберут наш дом. Возможно придется переехать в квартиру помельче или даже арендовать жилье. Против этого ты тоже не возражаешь?

— Конечно, нет. Я ничего не имею против аренды. Везде, где мы живем, одно и то же, — Лю Мань, разумеется, имела в виду холодный дворец. Чего ей было бояться здесь?

— Тогда хорошо. Я лишь надеюсь, что ты не станешь винить за это нас с отцом.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Чжан Пэй опустила взгляд, сейчас она испытывала довольно много эмоций. Женщина была очень рада тому, что ее дочь так повзрослела, но в то же время чувствовала, будто чем-то обязана девушке. Та же, в свою очередь, взяла у женщины расположившиеся на коленях ладони и присела перед ней. Она посмотрела Чжан Пэй прямо в глаза.

— Ты уже сделала многое. Я тоже член нашей семьи, тебе не нужно тащить все на себе в одиночку. С этого самого момента я тоже буду вносить свой вклад.

— Ты еще так молода. Даже не закончила университет, как же ты будешь вносить вклад? — в глазах Чжан Пэй ее дочь по-прежнему оставалась ребенком, который нуждался в опеке и защите.

— Я много стримила и к текущему времени успела заработать чуть больше тридцати тысяч юаней. Сегодня профессор из университета пригласила меня сняться в фильме. Если все получится, я заработаю еще пятьдесят тысяч, — Лю Мань рассказала матери все.

Чжан Пэй крайне удивилась.

— Стримила что? И в каком фильме ты собираешься сниматься?

— Обычно на трансляциях я продавала свои AJ или показывала Рассвет. Иногда общалась со зрителями. А насчет съемок я и сама толком не знаю. Нужно будет еще уточнить все это у профессора.

— Общалась со зрителями? В том общении нет ничего неподобающего? К тому же, ты не учишься на театральном факультете, и у нас нет социальных связей. Почему они выбрали на роль именно тебя? Как-то все слишком просто получается, — Чжан Пэй вспомнила заголовки новостей, которые недавно читала, поэтому поспешила добавить: — Не совершай ничего противозаконного ради денег. Твой отец уже в тюрьме, я не позволю тебе вляпаться в проблемы.

— Все в порядке, мам. Все мои поклонники ведут себя любезно, и мы можем общаться на любые темы, как настоящие друзья. А профессора университет пригласил на факультет скрипки. По совместительству она работает заместителем директора в кинокомпании. Меня выбрали, потому что в их фильме нужен персонаж с навыками игры на фортепиано.

После ответа дочери Чжан Пэй стала волноваться чуть меньше, однако все равно сказала:

— В наше время развелось много хитрых людей. Будь бдительна все время и не позволяй себя обмануть. Тебе стоит пойти со мной на переговоры послезавтра, там сама убедишься в моих словах, — Чжан Пэй радовалась способности Лю Мань зарабатывать деньги, только ее суммы были крайне малы по сравнению с тремя миллионами юаней.

Она не думала, что Лю Мань сможет добиться больших успехов за счет этих трансляций или второстепенной роли в каком-то фильме. Вместе с тем женщина и представить не могла, что автомобильная авария мужа станет поворотным моментом в жизни их дочери.

Разговор с Чжан Пэй только сильнее укрепил стремление Лю Мань зарабатывать деньги ради семьи.

Девушка достала две полученные за сегодняшний день визитки. Затем она открыла WeChat и по очереди предложила дружбу двум контактам. Никнейм профессора Цю был [Галактика Цю Цзин], а Сяо Кэ ничуть не уступал мимишности девушки – [Какао-Бобы]. После заполнения нужных полей Лю Мань отправила запросы.

Вслед за этим она переключилась на Weibo и вышла со старого аккаунта прежней владелицы. Чуть погодя был зарегистрирован новый. И вот так удача, логин [Принцесса Мань] оказался свободным.

На своей страничке она написала:

[Неизвестная ведущая трансляций, продавец подержанных AJ, хозяйка милой кошки, интересуюсь древними обычаями.]

В довершение девушка создала первый пост на стене. Им стала фотография Рассвет с высунутым языком.

Далее она отправилась в душ. По возвращению Цю Цзин и Сяо Кэ еще не приняли ее заявки в друзья. Weibo тоже оставался молчалив. Пока на нее никто не подписался, а на страничке не появилось ни единого комментария или лайка.

Все начиналось именно так. Лю Мань не стала слишком заморачиваться на этот счет и, поставив телефон на беззвучный режим, открыла учебник по теории музыки. Девушка начала готовиться к экзамену по информации, полученной от профессора Цю.

Спать она пошла только в половине первого.

Она совсем не ожидала, что на утро ее WeChat окажется забит сообщениями.

Никаких занятий на текущий день у нее не было. В первой половине дня Лю Мань планировала готовиться к экзаменам, обеденное время посвятить стримингу каллиграфии, а на ужин пригласить соседок по комнате на обещанный ужин в Ju Jiu Wu.

Проснувшись, она уже по привычке первым делом уделила внимание своей питомице: заменила наполнитель в лотке, подсыпала корма в миску и налила воды. Затем немного потискала этот пушистый комочек счастья и, наконец, стала приводить в порядок себя.

Когда со всем этим было покончено, Лю Мань посетила мысль все-таки проверить WeChat. Мало ли, может Цю Цзин и Сяо Кэ уже ответили на ее запрос дружбы. Когда она разблокировала телефон, то увидела пять пропущенных звонков, и все от Ли Сяожу и Ван Нина.

«Что случилось?»

Открывшийся WeChat встретил ее более чем шестью сотнями непрочитанных сообщений.

Сперва глазам Лю Мань предстал чат ее класса из старшей школы, где каждое сообщение адресовалось ей. Туда никто не писал уже миллионы лет, еще с тех пор, как все его участники разбрелись по разным колледжам да университетам.

[@Лю Мань. Где она? Куда она поступила?]

[@Лю Мань. Она – талантливая девушка в музыкальном университете. Ей будет слишком лениво даже ответить нам.]

[@Лю Мань. Эй, мы все-таки учились вместе полтора года.]

…

Изначально в старших классах Лю Мань изучала естественные науки. Тем не менее, экзамены она сдавала хуже всех. Лю Чэньюй, ее отец, абсолютно не видя надежды на успешную сдачу дочерью вступительных экзаменов, задействовал свои связи и перевел ее на второй курс музыкального факультета. После этого Лю Мань всецело посвятила себя изучению музыки. Она посещала множество внегрупповых и экспресс-курсов. Девушка не заводила ни друзей, ни подруг среди учащихся в ее классе, так что участниками этого группового чата были именно те люди. Но и на них она не обращала особого внимания. А в эту беседу ее добавил классный руководитель, не спрашивая у нее разрешения.

В чате уже давно стояла привычная тишина, но теперь в нем внезапно появились сотни непрочитанных сообщений, и все они, казалось, упоминали ее. Лю Мань пришла в замешательство и ничего не понимала. Она уже собиралась пролистать чат к началу, чтобы разобраться, с чего все это началось, когда одноклассник загрузил видео.

[Вот, я перешлю этот ролик, чтобы вы все во второй раз смогли им насладиться.]

Лю Мань нажала на файл. Им оказалось видео в TikTok со вчерашним выступлением Сяо Кэ. Тем самым, которое проходило в ресторане ShiGuang. Снимал ее один из зрителей за сценой, когда она пела «Думая о Тебе». Когда тот человек загрузил отснятый ролик в TikTok, оно за ночь набрало миллионы лайков. Все, кто был знаком с Лю Мань, тут же ее узнали.

Вообще, девушка поняла все по просмотру первой части видео. Однако, при виде последнего момента, где свет в заведении включили обратно, и она тоже взошла на переднюю часть сцены, даже сама Лю Мань слегка удивилась. Это действительно она?

Некоторые люди с посредственной внешностью отлично смотрелись в камере. Неважно, была ли то фото- или видеосъемка, с легким редактированием на ней они выглядели гораздо лучше, чем в реальности. То есть они обладали эдакой фотогеничностью. Другие же, наоборот, были примечательными красавчиками и красавицами в жизни, но не в объективе камер. На фотографиях они казались толстыми и смотрелись по-деревенски, абсолютно отличаясь от себя в повседневности.

Лю Мань повезло оказаться в первой категории. Она и в жизни имела симпатичную внешность, а на фотографиях и видео получалась еще привлекательнее.

Ее лицо выглядело трехмерным. Брови и лоб девушки выступали, как у большинства европейцев. Складка на веке смотрелась адекватно: была не слишком толстой, но и не чрезмерно узкой. Морщинки под глазами во время улыбки создавали естественную тень. Даже без макияжа глаза Лю Мань на видео казались огромными.

На протяжении выступления техническая группа освещала ее белым светом, чтобы тот соответствовал ее ханьфу. От этого ее кожа казалась похожей на гладкий, белый фарфор. А вся ее фигура напоминала белоснежную куклу, отчего создавалось впечатление, будто она сама излучает свечение.

Видео, разумеется, снималось с места, которое располагалось ниже сцены. Из-за этого Лю Мань получилась очень высокой и выглядела уникально. Неудивительно, что Юй Чжань сравнил ее с принцессой.

Если бы Сяо Кэ не была уже знаменитой и столь легкоузнаваемой, то она не выглядела бы так великолепно рядом с Лю Мань.

[Сначала я даже не узнала, что это Лю Мань.]

[А я опознал ее с первого взгляда] — этот же одноклассник отправил фотографию расслабленной Лю Мань еще со времен старших классов, — [Такая же симпатичная, как и раньше.]

[Но характер, похоже, другой.]

[О-о-о да. Этот ее характер. В старших классах он отличался.]

[Теперь при взгляде на нее создается впечатление, будто к ней трудно подойти или даже заговорить. (>_<)]

[В те времена она отстранялась от всех нас. Ну, за исключением @Сунь Вэйвэй.]

п.п.: Несколькими главами ранее упоминалось, что Сунь Вэйвэй – единственный ребенок адвоката Сунь. Она была лучшей подругой Лю Мань. Но их отношениям пришел конец, когда Лю Мань высмеяла ее внешность.

[Не упоминайте меня через @. Я ее не знаю.] — холодно ответила Сунь Вэйвэй и больше ничего не писала.

Пропасть, образовавшаяся между двумя девушками в подростковом возрасте, судя по всему, не исчезнет никогда. Увидев сообщение Сунь Вэйвэй, Лю Мань вышла из чата.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Другой групповой чат Лю Мань состоял из ее университетских сокурсников. Они тоже обсуждали то видео.

Ли Сяожу и Ван Нина не остались в стороне. Многие из непрочитанных сообщений пришли именно от них.

[То видео с твоим участием есть уже у всех из нашего универа. Все только о тебе говорят. Ты знаменита!]

[Кто-то вообще приехал к нашему общежитию, чтобы увидеть тебя. Это уже пугает.]

[Ты куда подевалась? Даже на звонки мои не отвечаешь.]

[Спишь еще, что ли? Веселый выдался денек?]

[Ответь сразу, как только прочтешь наши сообщения!]

…

Лю Мань отписала подругам и продолжила листать уведомления. В самом низу она увидела, что ее запрос дружбы профессору Цю был принят. Чуть выше находилось сообщение от Сяо Кэ. Та отправила ей игривый смайлик в качестве приветствия.

Они обе добавили ее в друзья чуть позже полуночи.

Девушка хотела отправить профессору Цю какое-то из своих повседневных фото, но вскоре выяснилось, что никаких достойных снимков у нее нет. Прежняя Лю Мань имела абсолютно другой вкус на моду, чем нынешняя. Та даже краситься начала еще до того, как перешла в старшие классы. Ее навыки нанесения макияжа были превосходны и сочетались с чертами лица. Стиль отчасти напоминал европейский. И все же, полностью отличался от предпочтений нынешней Лю Мань.

Лю Мань дорожила шансом, который ей дала профессор Цю. В раздумьях о макияже она пересела за туалетный столик. Стараясь соответствовать своему новому стилю, девушка нанесла легкий слой косметики.

Немножко тонального крема, чуть-чуть подрумянить щеки и вуаля – чистая бела кожа стала еще совершеннее. Сильно подводить глаза она не стала. Губных помад, кстати, от прежней Лю Мань ей досталась целая куча. Правда, среди всего разнообразия цветов Лю Мань выбрала только самый яркий оттенок. В ее детских воспоминания всплыло то, как Сяо Чжао, ее родная тетушка, нравилось наносить насыщенный красный пигмент. Она всегда сидела у двери и глядела в сторону дворца. Девушка то и дело говорила Лю Мань, что императору нравился именно такой цвет, и та, слыша это день за днем, тоже его полюбила.

Ее предшественница предпочитала слегка вьющиеся волосы. В доме даже имелись бигуди. Однако теперь девушке больше по нраву приходился торжественный стиль. Одну половину волос она оставила распущенной, а другую собрала в свободный пучок и скрепила шпилькой. Получилось элегантно.

Порывшись в шкафу, она нашла светло-желтое платье с длинными рукавами. Подол платья тоже был длинным. Он тянулся вниз, вплоть до лодыжек. Наряд больше напоминал классическое ретро. Лю Мань переоделась и с кошкой на руках покинула комнату.

Чжан Пэй удивилась такому одеянию дочери, на улице как-никак стояла зима.

— Ты зачем так вырядилась?

Лю Мань улыбнулась и протянула женщине смартфон.

— Это для фото. Помнишь, я вчера говорила, что нужно скинуть профессору несколько фотографий? Ни одной нормальной не нашлось, поэтому остается лишь сделать новые сейчас.

— Но ты так много фотографировалась в последнее время, отправь одну из них. Нет смысла делать все это, если по итогу тебя не выберут, — пробурчала Чжан Пэй, но телефон-таки взяла.

Выйдя из гостиной на балкон и сев на стул, Лю Мань лучезарно улыбнулась.

— Если я стану известной, то сделаю тебя своим агентом. Тогда тебе не придется искать работу в будущем.

Чжан Пэй притворно улыбнулась.

— Хватит уже витать в облаках. Ну, как мне тебя сфотографировать?

— Просто направь камеру телефона на балкон, только чтобы я и Рассвет попали в кадр.

Кошка только-только доела завтрак, сейчас ей больше всего хотелось активничать. Рассвет предприняла не одну попытку вырваться из рук Лю Мань, пока Чжан Пэй проводила фотосессию. Для удачного снимка пришлось постараться. Большинство фото получались размытыми из-за слишком подвижной питомицы.

Лю Мань тут же отправила изображение профессору Цю.

И буквально сразу получила от нее ответ.

[Фото пришло!]

Тем временем Цю Цзин сидела у себя в кабинете. Она смотрела видео в галерее и перевела взгляд на только что присланную фотографию Лю Мань.

Напротив нее, на диване, расположился еще один человек. Молодой и знаменитый режиссер, Е Цзыань.

Он обладал настоящим талантом, а мастерство приобрел за время учебы в колледже. Свой первый фильм он отснял, учась в магистратуре. На съемки ушло всего 300 тысяч юаней, а вот кассовые сборы принесли свыше 10 миллионов. После этого каждая работа Е Цзыаня имела успех. Все любители кино, видя его имя на вступительной заставке, уже понимали, что фильм, как минимум, не будет полным отстоем.

Е Цзыань был необычной личностью. Его образ мышления отличался от других, и душевное состояние было возвышенным. Он ненавидел закулисных актеров с ужасными навыками. Но, увы, именно они были чрезвычайно распространены в шоу-бизнесе. Благо, его фильмы гарантировали приличные кассовые сборы, поэтому инвесторам приходилось считаться с мнением самого режиссера.

Они уже вот-вот собирались начать съемки фильма с названием «Прислушайся к звуку ветра». Все актеры на роли главных персонажей были подобраны. При поддержке Цю Цзин вторая мужская роль без труда досталась Тан Ту. Тем не менее, Е Цзыаня такой расклад не устраивал. Он считал парня слишком красивым для выбранного персонажа.

Потому режиссер и пришел сегодня к Цю Цзин, желая обсудить вопрос подбора актеров. У них возникли противоречия касательно второстепенной женской роли.

Женина как раз сообщила ему, что собирается выбрать другую девушку перед пробами.

— Давайте пока не будем говорить об этом. Лучше гляньте на эту девушку и скажите, подходит ли она на роль Цзи Нин, — на этих словах она переслала ему в WeChat короткое видео и фотографию.

Е Цзыань даже не взглянул на телефон, а лишь строго заявил:

— Менеджер Цю, давайте прямо. Лично я считаю, что Цзи Нин – самый важный персонаж в сюжете. Да, экранного времени у нее немного, но именно она лежит в основе всей истории. Развитие все остальных персонажей крутится вокруг нее.

Цю Цзин согласно кивнула.

— Я знаю, ведь именно по этой причине актеры утверждены на все роли, кроме этой. Я вечность искала идеальную кандидатку, и вот недавно встретила девушку. Она учится в Столичном Музыкальном Университете, ее биография чиста. Девушка никогда не появлялась в шоу-бизнесе, но у нее есть шарм Цзи Нин.

Когда Е Цзыань услышал о чистоте биографии, он немного заинтересовался. Режиссер открыл WeChat и, как бы сделал любой другой на его месте, сперва воспроизвел короткое видео.

— Это она в розоватом ханьфу? — Е Цзыань нахмурился, Сяо Кэ однозначно не подходила на роль.

Цю Цзин с усмешкой покачала головой.

— Смотрите, смотрите, она появится чуть позже.

С появлением на сцене Лю Мань режиссер замер на мгновение и тихо пробормотал:

— Она отлично подошла бы для съемок фильмов о древнем Китае.

Затем Е Цзыань открыл фото. С него на мужчину смотрела девушка, сидевшая на балконе с золотистой кошкой на руках. Лучи восходящего солнца укрывали ее волосы и плечи. Половина лица была залита светом, впрочем, улыбка на нем все равно проглядывалась. В сочетании с красотой глаз вся сцена казалась одновременно безмятежной и теплой. Персонаж Цзи Нин, соответствуя своему имени, должен был быть тихой и спокойной девушкой. Именно такая была изображена на фотографии.

п.п.: На Китайском «Нин» по значению близко к спокойствию и безмятежности.

Даже известный своей серьезностью Е Цзыань не смог сохранить спокойствие при взгляде на фото Лю Мань.

— Вы наконец-то выбрали подходящего человека, Цю Цзин, — удовлетворенным голосом сказал он.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Больше Цю Цзин ничего Лю Мань не писала, а самой девушке не хватило смелости спрашивать об их решении.

После обеда она опять запустила трансляцию. Теперь в описании её странички появился логин нового аккаунта в Weibo. Зрителей было немного, большинство студентов в текущий период времени готовились к экзаменам. Впрочем, в списке смотрящих девушка всё же заметила несколько знакомых ников.

[Сестрёнка теперь и в Weibo есть! Пойду подпишусь.]

Уведомления о новых подписчиках в Weibo приходили постоянно. Лю Мань их не проверяла. Она разложила рисовую бумагу и планировала продолжить демонстрацию письма.

[Я тут ради обуви: Ты не стримила вчера вечером. Чем занималась? ( ﾟｏ⌒)]

— Я ходила поужинать с другом, а как вернулась домой, сразу пошла спать. Сегодняшним вечером, кстати, пойду пировать с двумя соседками по комнате, поэтому решила появиться в эфире пораньше. О, точно. Вчера ещё отправила тебе заказанную пару AJ. Не забудь их забрать!

Лю Мань просто коротала время за разговорами с аудиторией, когда на стол внезапно запрыгнула кошка. Её золотистая шерсть заслонила практически весь обзор камеры. Благодаря полученному от Юй Чжаню корму Рассвет в последние дни демонстрировала отличный аппетит, а её живот стал твёрдым и круглым. Впрочем, это изменение не мешало ей изящно вышагивать на виду у всех, совсем не пытаясь скрывать, что она теперь толстенькая кошечка с набитым животиком.

[Фея Персик: Ой, Рассвет такая милашка. (♡˙︶˙♡) Так бы обняла и затискала!]

[Блинчик: Кажется, она располнела. Видимо, с новым кормом, что купила сестрёнка, всё очень даже хорошо.]

[Я Тинтин: Кстати, сестричка, что с тем магазином поддельного корма? Ты написала им и вернула деньги?]

Этот вопрос напомнил Лю Мань об этом моменте. За эти дни с ней столько всякого произошло, что она забыла о возмещении.

— Сейчас проверю на Taobao.

Лю Мань открыла нужное приложение на телефоне и посмотрела переписку касательно возврата средств. Тем не менее, там её ждала строчка слов красного цвета.

[Ваш запрос на возврат был отклонён. Коллектив Taobao рассмотрел соответствующие доказательства и пришёл к выводу, что владелец магазина не виновен.]

Лю Мань не думала, что столь долгое ожидания ответа приведет к такому результату. Она попыталась дозвониться в службу поддержки, однако перед ней уже была очередь из двадцати человек, так что ждать требовалось не менее получаса. Taobao явно больше симпатизировал продавцам, нежели покупателям. А в данном случае у магазина ещё и рейтинг был на удивление высоким. Да и сам он выглядел крайне официально, словно прошёл все необходимые этапы с бумажной волокитой.

Так. Значит, сотни юаней оказались потрачены впустую?

Лю Мань ощутила беспомощность.

Переключившись обратно на программу для трансляций, она поделилась новостями с теми поклонниками, кто продолжал спрашивать о поддельной кошачьей еде.

— Taobao отклонили мой запрос. Похоже, мне остаётся просто принять такое невезение, — произнесла она, горько улыбаясь.

[Фея Персик: Ну и ладно. Считай, купила жизненный урок за несколько сотен юаней.]

[Я Тинтин: Здорово, что с кошечкой всё хорошо. Просто на будущее помни о возможной подделке корма и не покупай такой.]

[Блинчик: Как я и писала в прошлый раз. Эти бессовестные бизнесмены-продавцы, которые якобы продают корм из-за границы, подделывают кучу всего. И знаки, и разрешения. Даже если их раскроют, у них есть предостаточно способов уйти от ответственности. Нам даже нечего им предъявить, разве что обратиться за доказательствами напрямую к зарубежным компаниям. Но попробуй тут свяжись с ними, если ты самый обычный житель. Мы и посредника-то не найдём.]

[Давай тогда хотя бы покажешь тот магазин на стриме? Таким образом владельцы котов смогут избегать покупок корма в нём.]

[Кошачью еду бренда «Cats’ Garden» продают десятки тысяч магазинов, потому что их оригинальный товар имеет высокое качество. Продажа поддельного корма под их маркой принесёт куда больше денег. Даже если этот магазин закроется, кто знает, сколько останется других таких же.]

[Да и поклонников у [Принцессы Мань] только пару сотен. Она в Weibo только сегодня зарегистрировалась. На фоне всех покупателей кошачьего корма мы будем лишь каплей в море. Вряд ли кто станет её слушать.]

Каждый старался высказаться по этому вопросу, вследствие чего началась оживленная дискуссия. Лю Мань читала все комментарии в чате, и больше всего её внимание привлекло одно сообщение.

Посредник…

Лю Мань сразу вспомнила о записке, которую получила вместе с пакетами корма. Тот менеджер Хуан, может это он являлся посредником Cats’ Garden? Она старалась вспомнить, куда подевала тот листок.

— Мне нужно кое-что сделать. Стримить сегодня больше не буду, — поспешно сообщила девушка зрителям.

Тут дали о себе знать несколько поклонников каллиграфии:

[Так внезапно! То есть, никаких надписей ждать не стоит?]

[Я целую вечность ждал трансляцию!]

Лю Мань извинилась перед каждым из них лично, после чего остановила эфир.

Вся одежда, которую она носила, висела в шкафу. Она обшарила карманы всех до единой кофточки и штанов, пока не выудила записку.

Набрав номер на телефоне, она нажала кнопку вызова. На звонок ответили сразу, буквально на третий гудок.

— Hello.

Гонконгский акцент отсрочил ответ немного сбитой с толку Лю Мань.

— Алло, здравствуйте.

Человек по ту сторону, казалось, замешкался на мгновение, после чего заговорил по-китайски с явным акцентом:

— Здравствуйте. Можно узнать, кто это звонит?

— Я на прошлой неделе купила кошачий корм от Cats’ Garden и увидела в коробке лист бумаги с этим номером. Вы менеджер Хуан?

Единственный посредник у Cats’ Garden в Гонконге, Хуан Шитин, зачастую был крайне занят. Тем не менее, он понял, о чём говорит Лю Мань, ибо именно он поручил помощнику положить внутрь ту записку.

— Верно, это я. Как вас зовут, госпожа? — его голос заметно смягчился.

— Моё фамилия – Лю, — ответила Лю Мань, которой менеджер Хуан показался чрезмерно обходительным.

— Итак, госпожа Лю. Вам не понравился наш корм?

Оценив, как просто говорит другая сторона, Лю Мань попыталась ответить с максимальным уважением:

— Нет-нет, с кормом всё хорошо. Я звоню вам, чтобы уточнить несколько моментов.

— Спрашивайте, — Хуан Шитин был отличительно терпелив.

— Вы и ваша команда – официальный посредник Cats’ Garden?

— Разумеется. Мы – единственный посредник этого бренда в Гонконге. Каждая, продаваемая нами упаковка кошачьего корма производится на их официальных заводах.

К слову, компания Хуан Шитина к текущему времени сильно разрослась, и крайне мало людей сомневались в надёжности их продукции.

— А на материковом Китае есть другие их посредники?

— По ряду причин, одна из которых, таможня, в данный момент их нет. Все компании на континентальной части нашей страны, которые выставляют себя их посредниками, фальшивые. Вы купили поддельный продукт на материке?

Смышлёность Хуан Шитина позволила ему угадать реальную причину звонка Лю Мань.

Девушка ответила быстро:

— Да. Я купила кошачью еду в магазине, который выставлял себя официальным дилером этого бренда, и она оказалась поддельной.

Хуан Шитин, выслушав её, хмыкнул.

— Немало людей из материковой части приезжают в Гонконг, чтобы купить корм тут и зарабатывать на его продажах в своих городах. Правда, в больших количествах достать наш товар они не могут. Без предварительной договорённости с нами им разрешено покупать только по одной упаковке в супермаркетах Гонконга. По правде говоря, все те продавцы, заявляющие о своей возможности в любое время предоставить любое количество упаковок, попросту обманывают этим покупателей.

— Но на всех их пакетах в качестве доказательства пишется, что они получили разрешение от изготовителя.

— Подделка таких вещей не составляет труда. На деле никто не обращается к этим напечатанным Taobao доказательствам, чтобы найти и убедиться в реальности заводов в Новой Зеландии.

Теперь Лю Мань точно была уверенна в фальшивости того магазина. Но как ей достать надёжное доказательство?

— Магазин, в котором я покупала корм, отказался вернуть мне деньги. Даже сейчас у меня нет никаких улик. Вот я и надеялась получить их от вас. Не могли бы вы прислать мне доказательство?

Хуан Шитин покачал головой.

— Госпожа, вы ещё слишком молоды и совсем не понимаете, как ведётся бизнес. В наше время есть множество путей продать товар, но мы не являемся владельцами настоящих фабрик. У нас нет полномочий печатать копии доказательств. Подтвердить мы можем только подлинность наших собственных продуктов, но никак не тех, что продаются в других магазинах. Но я могу немного помочь вам. Дайте мне адрес своей электронной почты, мой помощник позже пришлёт вам письмо.

Услышав желание менеджера Хуан помочь, Лю Мань искренне его поблагодарила, хотя и не смогла добиться того, зачем звонила.

— Спасибо, спасибо вам большое!

— Кстати, вам больше не нужно переживать из-за возможных подделок кошачьего корма. Теперь, когда мы с вами знакомы, я могу поставлять вам проверенный корм Cats’ Garden в долгосрочной перспективе.

Лю Мань этот менеджер Хуан показался крайне общительным и, вместе с тем, очень щедрым. Она тут же ещё раз его поблагодарила.

Хуан Шитин завершил звонок и обратился к помощнику:

— Джон, дай мне список всех наших продуктов.

Упомянутый ассистент слышал только реплики своего начальника, оттого ему стало любопытно, с каким же важным человеком тот беседует. Шеф как ни в чём не бывало отвечал на вопросы о подлинности их товаров. Впрочем, спросить у него он не решился.

Лю Мань отправила сообщение с e-mail и примерно через полчаса получила в ответ письмо.

«Приветствую вас, госпожа Лю.

Меня зовут Джон, я помощник менеджера Хуан из филиала Cats’ Garden в Гонконге. Наша компания имеет полные права на продажу в Юго-Восточной Азии товаров вышеупомянутой новозеландской компании, которая занимается производством кошачьего корма.

С уважением, Джон.

Номер телефона: xxxxxxxxxxxx»

К письму было прикреплено два вложения. Лю Мань открыла первый файл и увидела таблицу. Там были перечислены названия всех продуктов Cats’ Garden, их тип, спецификации и состав. Эта информация не являлась тайной, её предоставил общественности сам изготовитель. В самом низу последней страницы стояла печать гонконгского филиала, доказывая тем самым достоверность списка.

Второе вложение было документом от Cats’ Garden на английском. Прежняя Лю Мань не владела им свободно, так что нынешней её знания помогли не сильно. Ушло немало времени, прежде чем девушка поняла большую часть документа. По сути, в нём заявлялось, что единственным подтверждённым посредником компании в Китае было их отделение в Гонконге. Сам документ опубликовали недавно, буквально в прошлом году. На нём стояла подпись председателя Cats’ Garden.

Разумеется, менеджер Хуан и его команда и раньше знали о наличии множества людей, выставлявших себя на Taobao настоящими посредниками, однако он и его филиал находились в Гонконге, а заводы так вообще – в Новой Зеландии. Они попросту не имели возможности положить этому конец, и заявление в конечном итоге осталось просто документом.

Лю Мань изучала файлы, параллельно выискивая связанную информацию в интернете. Это занятие отняло у неё всё дневное время, а результатом стало почти две исписанные страницы блокнота. Даже если она не добьётся возврата средств, девушка всё равно была настроена приложить все усилия и обрушить праведное наказание на магазин поддельного корма.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Когда Лю Мань, как и обещала, пришла к северным воротам университета встретить Ли Сяожу и Ван Нина, время уже клонилось к вечеру. Она собиралась угостить подруг ужином в Ju Jiu Wu.

До нынешнего времени девушка отнюдь не выделялась в этом заведении, сплошь и рядом переполненном талантливыми студентами. Зато сейчас, когда то видео с Сяо Кэ в TikTok сделало её популярной, многие начали узнавать её среди толпы учащихся.

Если мимо неё проходила группа из двух-трёх человек, один обязательно опознавал в ней ту девушку в белом ханьфу. Затем он (или она) поворачивался и делился восторгом с друзьями, после чего взглядами в Лю Мань стреляла уже вся компания.

— А это не та из нашего универа, которую мы видели в ролике в TikTok?

— Точно-точно та! Она практически не отличается от себя на видео. Такая миленькая.

— Ха-ха, а по мне, так в реальности она выглядит даже лучше. В ролике она кажется очень высокой. Наверное, это просто на фоне слишком низкой Сяо Кэ.

— Ну я не сказала бы, что она низкая, где-то 168 сантиметров или больше.

— Поговаривают, она самая симпатичная студентка на факультете фортепиано.

— Тогда почему мы не видели её ни на одном выступлении?

— У неё с оценками не очень. Какой толк в красивом личике, если ты даже не можешь сдать экзамены? — постепенно появились и насмешки с оскорблениями.

С момента поступления в университет у Лю Мань впервые появилось столько узнававших её людей. Девяносто процентов прохожих оборачивались, чтобы взглянуть на неё повторно, а 10 процентов были близорукими. Да и темнело уже.

Во избежание взглядов и разговоров с незнакомцами девушке доводилось держать путь менее оживлёнными дорогами, после чего она спряталась за большим дубом у университетских ворот. Резкое внимание к её персоне вовсе не сделало Лю Мань довольной или польщённой, ибо большинство тех людей являлись обычными искателями новых зрелищ.

Ли Сяожу и Ван Нина ещё не пришли. Лю Мань посмотрела время на телефоне. Внезапно мимо неё пронеслась компания людей и окружила двух человек. За этим последовали громкие крики и шумная болтовня.

Рядом с Лю Мань как раз проходили две девушки, явно удивлённые происходящим:

— Ого, сколько журналистов! Человек в центре наверняка Тан Ту.

— Ага, это он. Я его вижу! А рядом с ним Шэнь Мочжэнь.

— Ух, нечасто получается застать их вместе. Пошли посмотрим. Может тоже попадём в новости.

Две девушки под аккомпанемент собственного хихиканья поспешили влиться в толпу.

Если внимание к Лю Мань было просто отвлечением, позволявшим убить время, то к Тан Ту общественность относилась, как к настоящему кумиру. Она видела микрофоны в руках репортёров, камеры на плечах фотографов и поклонников, которые даже не учились в их университете.

Бесприветная и тихая обстановка возле северного входа на территорию учебного заведения в одночасье превратилась в подобие вечеринки. Рядом носились люди, пытаясь получше разглядеть происходящее, а проезжавшие этой дорогой машины непременно притормаживали.

Знаменитость Тан Ту прослеживалась без труда.

После регистрации в Weibo Лю Мань посетила страничку этого юноши. И увидела, что у него свыше восьми миллионов подписчиков! Восемь миллионов! Она о таком количестве не смела даже мечтать.

Для Шэнь Мочжэнь сегодняшнее занятие стало последним. Теперь от выпуска её отделяли только дипломный спектакль. Тан Ту приехал забрать её на ужин, которым они собирались отметить успешную сдачу итоговых экзаменов. Он был не в курсе, что кто-то прознал о его планах и привлёк всех этих журналистов.

К слову, раньше у Тан Ту не было такой гиперболизированной популярности.

Это всё просочившиеся новости о начале съёмок нового фильма Е Цзыаня, хотя официальные лица старались держать это в секрете. Все СМИ хотели собрать сливки за счёт новейшей информации. Поэтому, наслушавшись сплетен о том, что Тан Ту выбрали на вторую главную роль в киноленте, журналисты, неспособные добраться до режиссера Е, всё своё внимание сконцентрировали на Тан Ту.

— Вы действительно будете сниматься в новом фильме, который режиссирует Е Цзыань?

— Можете высказать свои мысли по поводу фильма и его предыстории?

— Ходят слухи, что инвесторами стали Galaxy Films. Вы подписали с ними контракт?

…

Стоя перед вопрошающими журналистами, Тан Ту просто улыбался. Больше внимания он обращал на защиту Шэнь Мочжэнь за своей спиной. Парень прикрыл её лицо руками, чтобы её не напугали вспышки камер.

Репортёрам, разумеется, была интересна и тема их отношений.

— Вы и госпожа Шэнь живёте вместе?

— Госпожа Шэнь планирует податься в шоу-бизнес после выпуска?

— Знакомство с родителями уже произошло?

…

Ответом Тан Ту на все эти вопросы было молчание. Он дождался своего агента и телохранителей, которые образовали ему и Шэнь Мочжэнь проход через толпу к автомобилю. За всё время парень не проронил ни слова, а голова Шэнь Мочжэнь оставалась неизменно опущенной. Лицо девушка пыталась спрятать за длинными волосами.

Когда все разбрелись кто куда, Лю Мань наконец-то увидела Ли Сяожу и Ван Нина. Они тоже стояли в той толпе наблюдателей. Девушки впервые увидели такое скопление журналистов и поклонников, вот и удивились.

— У него вторая мужская роль в фильме Е Цзыаня. Популярность придёт к нему, даже если он этого не хочет.

Ван Нина искренне считала, что, по сравнению с обычными студентами вроде неё самой, Тан Ту казался человеком, стоявшим на самой верхушке горы, тогда как они все находились у её подножья. Им оставалось лишь задирать головы вверх и восхищаться этим юношей. Возможно, упорный труд однажды и их вознесёт на ту самую вершину, только к тому времени Тан Ту взберётся ещё выше.

Ван Нина чувствовала несправедливость.

— Мы все из одного университета и изучаем классическую музыку запада. Никто не играет на инструменте лучше, но он попросту недостижим.

— Ну это не совсем так. Помнишь тот раз, когда Маньмань потеряла сознание, и он поспешил помочь? Он действовал совсем как простой парень, показав приземлённые чувства увлечённости и волнения. А сейчас вот к Шэнь Мочжэнь очень хорошо относился. Пытался защитить её и не отдал девушку на растерзание толпе. Он даже журналистам не позволил её снимать. Замечательный парень! Я так завидую Шэнь Мочжэнь! — Ли Сяожу, как всегда оставалась весьма позитивной и смотрела на всё оптимистично.

— Ну и что? — надменно поинтересовалась Ван Нина.

Лю Мань ничего не говорила. Машина Тан Ту была припаркована близко к её дубу. Агент и личная охрана парня отвели их к автомобилю, однако, когда никого не было видно поблизости, Тан Ту убрал руку от Шэнь Мочжэнь и первым сел в машину. Девушка заняла место в салоне только после него.

У Лю Мань никогда не было парня. Ни в этой жизни, ни в прошлой. Она мало что смыслила в отношениях пар, зато помнила, как две тысячи лет назад люди говорили, что энергичные и изящные молодые люди знают о скромности и учтивости, и что этот мир благоволит благородным мужчинам. Поведение Тан Ту по отношению к Шэнь Мочжэнь джентльменским не казалось.

— Но Маньмань сейчас на полпути к становлению интернет-звездой. Видео с ней в TikTok разошлось по нашему факультету, словно пожар. Ха-ха, кто бы мог подумать, что тебе так пойдёт ханьфу, — Ли Сяожу перевела тему на Лю Мань. — Тебе стоит заняться косплеем персонажей древнего Китая. Дяо Чань, к примеру, или Ван Чжаоцзюнь. Образ наверняка получится достаточно похожим!

п.п: Дяо Чань – одна из четырёх красавиц в истории Китая, в период трёх королевств была женой генерала Лу Бу. Ван Чжаоцзюнь тоже входит в эту четвёрку. Будучи служанкой во дворце, вышла за иностранного короля вместо принцессы.

— Наверное, можно было бы попробовать стать Ван Чжаоцзюнь, — пошутила Лю Мань.

Она встречалась с той женщиной раньше, когда ещё была ребёнком.

— Так, всё. Вы еще не проголодались? Пошли ужинать, я умираю с голоду, — Ван Нина потёрла живот. — Опустошим сегодня кошелёк Маньмань!

— У меня с собой много денег, лишь бы у вас места хватило съесть столько еды, — Лю Мань обменяла на деньги все полученные от поклонников подарки за время трансляций. Ещё у неё были суммы, которые она выручила за продажу своих AJ. В итоге у неё вышло чуть больше тридцати тысяч. С деньгами в карманах девушка чувствовала себя великолепно.

Троица болтала и смеялась, пока держала путь к Ju Jiu Wu.

Когда Лю Мань развернула меню, она на мгновение замешкалась, не зная, что стоит заказать. Если музыкальный ресторан, куда её водил вчера Юй Чжань был для обычных граждан, то Ju Jiu Wu явно предназначался для богатых посетителей. В ценнике практически на каждое блюдо красовалось трёхзначное число.

Ли Сяожу пробежалась взглядом по меню и, поколебавшись, обратилась к подруге.

— Может… пойдём в другой ресторан?

Ван Нина возразила:

— Официантка уже разложила все приборы, и чай нам тоже поставили. Люди поднимут нас на смех, если уйдём сейчас.

— Но… тут всё дорогущее, а мы бедные студентки, — прошептала Ли Сяожу, ткнув Ван Нина.

В их спор вмешалась Лю Мань:

— Я сказала, что угощу вас ужином, когда у меня появится сто подписчиков, и не собираюсь забирать свои слова назад. Выбирайте, что хочется, денег у меня хватит.

— Маньмань щедрая, — Ван Нина всегда считала семью Лю Мань богатой. Во-первых, та тратила уйму денег на любую покупку. Во-вторых, откуда ещё у неё могло взяться столько пар AJ? Значит, угостить их ужином дочь богачей уж точно сможет.

— Я всё, — заявила Ван Нина.

— Так быстро? — Ли Сяожу повторно заглянула в меню и выбрала два блюда подешевле.

Лю Мань же заказала одну порцию рамена.

Цены больно кусались – это верно, зато обслуживание было на высшем уровне. Никто из подруг не спешил приступать к трапезе. Подождав, пока всё заказанное окажется на их столике, Ван Нина и Ли Сяожу сделали фото каждого блюда и опубликовали их в моменты WeChat.

Подпись Ли Сяожу гласила:

[Благодаря моей ангельски-замечательной Маньмань у нас есть возможность вкусить здешние восхитительные блюда.]

Далее шли девять прикреплённых фотографий.

Ван Нин написала [Сегодня я тут], указав координаты Ju Jiu Wu и прикрепив похожую девятку изображений.

Лю Мань лайкнула обе публикации.

Как дал знать полученный счёт, еды они заказали почти на тысячу юаней.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Лю Мань не осталась в общежитии тем вечером и в одиночку отправилась домой на метро. Завтра её и маму ждала встреча с семьёй Ван.

Дом девушки находился чуть поодаль от выхода из метро, а примерно в это время для большинства наступал ночной перекус, так что вокруг ресторанов на улице толпилось немерено народу.

До Лю Мань донёсся аромат, и она остановилась у магазина с закусками Sha Xian.

Юй Чжань выгуливал свою собаку и, так уж получилось, проходил рядом с этим магазином. Ладно, на самом деле он издалека увидел знакомый силуэт, чей взгляд примагнитился к ресторанчику снеков Sha Xian. На улице стоял лютый холод, однако девушка, казалось, совсем не ощущала завывающий ветер. Она приподняла голову и в нерешительности изучала меню возле окошка.

— Ещё не ужинала?

От внезапно раздавшегося вопроса Юй Чжаня она едва не подпрыгнула. Лю Мань повернула голову и увидела рядом человека с собакой, абсолютно не понимая, сколь долго они там стояли.

Девушке стало неловко:

— Нет-нет. Я уже поела.

Юй Чжань издал слабый смешок.

— Но опять проголодалась?

— Не совсем…

Лю Мань толком-то и не поела. Той порции рамена за 150 юаней было недостаточно. За исключением маленьких кусочков лапши, которых не стало всего за несколько глотков, в тарелке плавало несколько кусочков мяса, креветок и рыбы. Лю Мань не отличалась хорошим аппетитом, но после того рамена голод продолжал о себе напоминать.

Что-то ещё она не осмеливалась заказывать в первую очередь из-за высоких цен. В сравнении с ними её баланс нельзя было считать таким уж большим. К тому же, эти тридцать тысяч она хотела доложить к маминым деньгам для выплаты долга.

Следовательно, увидев лапшу Sha Xian, она почувствовала голод, только беспокоилась, что не сможет съесть всю порцию и только зря потратит часть денег.

Юй Чжань хмыкнул и спросил:

— Хочешь устроить ночной перекус?

— Да.

— Что будешь есть?

— Лапшу.

— В этом ресторанчике подают большие порции. В одиночку ты всю не съешь, иначе точно поправишься.

— Это точно.

Иногда ей казалось, будто Юй Чжань задействует какие-то телепатические сверхспособности и читает её мысли.

— Раз так, давай составлю тебе компанию.

На этих словах Юй Чжань зашёл в помещение, не глядя на реакцию Лю Мань. Он спросил у владельца, можно ли впустить собаку, и, получив разрешение, приоткрыл дверь для Пола. Затем взглянул на неё. Парень стоял под освещением, а девушку укутывали тени. Улыбнувшись, он сказал:

— Так и будешь там стоять?

Лю Мань замерла, когда их взгляды встретились. Средь всех людей в памяти прежней владелицы этого тела на неё с таким выражением смотрел только Лю Чэньюй. Это выражение говорило о готовности человека терпеть любые её капризы. Только Лю Чэньюй любил её, как отец, а вот чего пытался добиться Юй Чжань?

— Порцию лапши с говядиной, — обратился парень к продавцу.

— Десять юаней.

Юй Чжань достал телефон и приготовился совершить транзакцию, как Лю Мань поспешно просканировала QR-код на стене заведения.

п.п.: Alipay – обширная платёжная онлайн-система в Китае. Благодаря ей можно просканировать QR-код и купить практически всё, что угодно, в Китае, лишь бы на аккаунте интернет-банка имелись средства.

— Десять юаней получено через Alipay, — автоматически огласила беспроводная колонка возле владельца.

Юй Чжань лишь хохотнул и не стал спорить с Лю Мань. Вместо этого он сказал ей:

— Найди местечко и садись.

Закуски Sha Xian для ночного перекуса обычно не готовили. Они не относились ни к барбекю, ни к жаркому. Магазин этот, в отличие от других ресторанов, был довольно малолюден. Заказывали тут в основном только жареный рис или лапшу из рисовой муки.

Свободных мест было много, поэтому Лю Мань заняла ближайшее. Юй Чжань сел напротив, а Пол разумно присел рядышком. Кобель был громадным, даже сидя он возвышался над столиком. Пол неустанно вертел головой, с любопытством изучая незнакомую обстановку.

— Ого-о, это хаски? — из ниоткуда возникшая девочка подошла прямо к нему. Судя по всему, она хотела погладить пса, но не решалась.

— Это маламут, а не хаски, — поправил её Юй Чжань, — Можешь погладить. Он дресированный и не кусается.

Незнакомка протянула руку и потихоньку дотронулась до подбородка Пола. Поняв, что тот не против, она осмелела и легонько погладила шерсть.

— Какой он милый, и шерсть мягкая! — воскликнула девчушка и, не совладав с желанием, погладила его ещё. Полу нравилось происходящее, он даже приподнял морду вверх, чтобы ей было удобнее чесать. Он и глаза закрыл от удовольствия, из-за чего казался крайне разумным.

— Братик, а чем отличается маламут от хаски? — спросила Юй Чжаня девочка.

— Просто посмотри на их телосложение. Хаски не бывают таких больших размеров. И по лбу тоже можно узнать. Если он больше напоминает букву «М», то перед тобой маламут.

Она присмотрелась к голове собаки.

— О, и правда, я вижу! Его лоб именно такой формы.

Юй Чжань усмехнулся и спросил:

— Тебе нравятся собаки?

Девочка резво кивнула головой, только в голосе слышалась досада:

— Правда, папа не разрешает завести хотя бы одну.

Тут сердито отозвался владелец, стоявший возле кассы:

— Нам нужно делами заниматься, откуда у нас время на заботу о собаке?

— Я сама могу о нём заботиться, — возразила девочка, повернув к нему голову.

— Это пока ты не в школе. Прямо сейчас у тебя на первом месте должна стоять учеба. Хватит каждый день интересоваться новыми вещами.

Вероятно, девочка была дочерью владельца этого магазина.

Та удручённо нахмурилась.

— Ты ещё молода, радуйся каждый день. Не нужно так грустить. У меня есть клиника для домашних животных недалеко от вашего ресторанчика, можешь приходить туда в свободное время. Мой пес почти всё время проводит там, — уверил её Юй Чжань.

Глаза девочки мгновенно засияли, когда она услышала его заявление.

— Правда? И я не помешаю тебе работать? — взволнованно отозвалась она.

— Нисколечко не помешаешь. Вообще, Полу очень одиноко, пока я работаю.

— Ага, значит тебя зовут Пол, — девочка коснулась головы пса, и тот в ответ прижался к её ладони.

— А как зовут тебя? — подключилась к беседе Лю Мань.

— Родители назвали Лу Линлин. Хожу в восьмой класс 40-й средней школы, — представилась она, — Родители владеют этим рестораном закусок Sha Xian. Здесь, в столице, они работают более десяти лет, а переехали сюда задолго до моего рождения.

п.п.: В Китае есть своя странность с нумерацией государственных школ. 1-я средняя школа – лучшая в городе, и чем больше номер, тем ниже качество заведения.

— И у вас сейчас зимние каникулы? — поинтересовалась Лю Мань.

— Ага, ещё с прошлой недели начались, именно поэтому я помогаю родителям.

Лу Линлин пристально всмотрелась в лицо Лю Мань, оно казалось ей всё более и более знакомым. Девочка попыталась вспомнить, видела ли эту симпатичную девушку раньше. Может она когда-то уже приходила к ним в магазин? Или они всё-таки никогда прежде не встречались?

Как вдруг к ней словно пришло озарение, и она внезапно осознала то, что тут же озвучила шокированным голосом:

— Ты... Ты та девушка из TikTok!

— Что ещё за TikTok? — Юй Чжань не имел ни малейшего понятия. Всё его время отнимала работа, а в свободную минуту он обычно выгуливал собаку или тренировался. Иногда ещё играл в видеоигры с друзьями. В поиске развлечений парень практически не обращался к социальным сетям и TikTok никогда не устанавливал. Вот и о популярном видео с Лю Мань он не знал.

— Братик, ты что, не её парень? Как можно совсем не знать об этом? Ты совсем плохо справляешься со своими обязанностями, — упрекнула его Лу Линлин.

Юй Чжань её критику принял смиренно.

— Ты права, я виноват. Нужно лучше о ней заботиться, — сказал он, после чего бросил взгляд на Лю Мань. В его глазах улавливался явный задор. Девушка как раз собиралась опровергнуть предположение их новой знакомой, когда Юй Чжань обратился к ней: — У тебя есть то видео? Покажешь мне?

— Да, оно на телефоне. Сейчас сбегаю за ним, — Лу Линлин поспешила на кухню, а в следующее мгновение уже стояла у их столика с телефоном в руках. — Видишь? Я даже лайк поставила и сохранила к себе в альбом.

Девочка воспроизвела ролик, и звучание «Думая о тебе» Сяо Кэ заполонило маленький ресторанчик.

— А-а, это видео, — Юй Чжань лично присутствовал на том выступлении, так что это его не удивило. Внимание парня больше привлекли три миллиона лайков под видео и комментарии пользователей.

— Я посмотрела его только сегодняшним утром и совсем не ожидала увидеть тебя в реальности под конец этого же дня. Всё как во сне, сестрёнка. Вживую ты выглядишь даже лучше! — Лу Линлин посмотрела на Лю Мань, а затем перевела взгляд на Юй Чжаня. Она поистине считала их отличной парой.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Большая часть комментаторов писали, насколько сильно Лю Мань напоминает представительницу древнего Китая. Вверху был закреплён один комментарий, который на данный момент собрал сорок тысяч лайков.

[Почему девушка привлекла внимание стольких людей, просто на краткое время показав своё лицо, хотя она не сказала ни слова и не продемонстрировала никакого таланта? За исключением миловидности, как я считаю, есть несколько причин, и все они кроются в деталях. Сперва, пожалуйста, присмотритесь к её волосам и тому, как она собрала их в пучок. Именно такие причёски обычно носили в Династии Хань. Кажется, что в этом ничего сложного, но на деле требуются навыки. В наше время немного людей умеют делать такой пучок, и взгляните на причёску Сяо Кэ. Вот это уже работа современных парикмахеров.

Во-вторых, поза. С самого начала она опустилась на колени. Это потому, что стулья получили широкое распространение только при Династии Сун. До этого люди сидели на полу. В «Книге обрядов» от людей требуется «сидеть, как трупы». Имеется в виду, что при сидении нужно вообще не шевелиться, смотреть прямо перед собой и казаться искренним. Пока Сяо Кэ пела, эта девушка сидела на месте с прямой спиной. Если она не занималась танцами профессионально, то я даже и не знаю, как объяснить то, что она сидела на коленях без единого движения на протяжении целых пяти минут. Думаю, её прошлое точно связано с танцами.

Далее она встала и подошла к Сяо Кэ. Они вроде бы стоят на одной линии, да? А кто-то заметил, что эта девушка на самом деле стоит на полшага позади певицы? Это было выступление Сяо Кэ, именно она являлась в нём главной, а девушка просто выполняла роль фона. И она точно знала, что не стоит становиться в центре внимания вместо Сяо Кэ. В наши дни такого рода манеры встречаются редко. А этой девушке их привили очень хорошо. Она родом как минимум из интеллигентной семьи.]

Юй Чжань тщательно ознакомился с отзывами. Читая хвалебные комментарии, даже он чувствовал, что Лю Мань уж точно не обычная девушка. Парень ведь и сам присутствовал на выступлении, но совсем не уделял внимания отмеченным деталям. Пожалуй, он просто был абсолютно несведущим в женщинах натуралом, поэтому его особо не заботил их макияж или причёска. Но даже так Юй Чжань мог чувствовать нрав и ауру разных людей. Отчасти это и стало причиной, почему Лю Мань так сильно его привлекала.

Лу Линлин уселась возле Лю Мань.

— Сестрёнка, тебе нравятся ханьфу?

— Вроде того.

Лю Мань понимала, что её жизнь в Династии Хань осталась в далёком прошлом, однако любовь к ханьфу была вполне нормальной.

— Можешь научить меня делать такой же пучок? У меня самой плохо получается.

— Конечно. Сейчас ты можешь попробовать освоить простую причёску с двумя пучками. А когда достигнешь брачного возраста, я смогу обучить тебя более сложным вариантам.

— Ух ты, звучит очень круто, — Лу Линлин подумала, что эта девушка пересмотрела телепередач по древнему Китаю. В её речи даже проскакивали древние словечки. — А во сколько лет наступает брачный возраст?

— В древнем Китае он наступал в пятнадцать.

— Значит, придётся подождать ещё один год…

В этот момент из кухни показалась женщина с огромной порцией лапши. Она поставила миску на их столик и с упрёком повернулась к Лу Линлин.

— Так, хватит беспокоить посетителей.

Лу Линлин показала язык, но все же последовала за матерью на кухню.

Лю Мань тем временем изучала большущую порцию лапши. Она явно содержала много макаронин, смешанных с минимум десятью кусками говядины, а на поверхности супа плавало немеренное количество кориандра и нарезанного лука. От лапши шёл пар, её вкусный запах мигом пробудил у девушки хороший аппетит. С другой стороны, никто не сумел бы расправиться с этой порцией самостоятельно.

— Ты будешь? Я съела порцию японского рамена за ужином, в меня точно не влезет вся эта лапша, — Лю Мань стыдливо посмотрела на Юй Чжаня. Она боялась, что парень отнесётся к её предложению неодобрительно.

Тот ничего не сказал, а просто пошёл к дезинфицированному шкафу за двумя парами палочек для еды и ещё одной миской. Он отложил себе часть лапши из большой тарелки и подвинул её к Лю Мань.

— Я всё равно не особо голоден. Ешь с большой миски, а я поем с маленькой. Хватит столько, сколько я оставил?

— Да, безусловно хватит.

Юй Чжань взял только немного вермишели, говядину и овощи он не трогал.

Аромат еды учуял и Пол. Он высунул язык и приблизился к столу, но подойти совсем вплотную так и не решился. Юй Чжань отлично его выдрессировал. Даже будучи голодным, пес никогда не проявлял непослушания.

Парень погладил питомца по голове.

— Я дам тебе покушать, когда вернёмся домой.

Пол его понял, отчего оскал собаки теперь больше напоминал улыбку.

Пара поглощала лапшу в тишине. Они не общались между собой и не издавали никаких чавкающих или других неэтичных звуков. Даже палочками о посуду не стучали.

Лу Линлин присела на корточки перед кухней и наблюдала за их трапезой. К ним каждый день заглядывало множество клиентов, но никто не ел настолько грациозно. Дождавшись, пока они разберутся с лапшой, девочка подбежала к ним с чистыми палочками в руке.

— Сестрёнка, прошу. Научи меня собирать волосы в пучок. Вот как у тебя на видео, с помощью палочки.

— Линлин, — в голосе матери слышались нотки гнева, — уже поздно, посетители хотят отдохнуть. И мы тоже закрываемся. Завтра с утра опять на работу.

Лу Линлин заметно испугалась тона матери, это было видно по втянутой шее.

— Давай научу в другой день. А сейчас добавим друг друга в WeChat, и там уже спишемся, — предложила Лю Мань.

— Я не пользуюсь WeChat, обычно сижу в Weibo. Как ты записана в Weibo, сестрёнка? Давай подпишемся друг на друга.

— Давай! — девушка согласилась.

Юй Чжань стал пользователем упомянутой соцсети давным-давно. Однако после регистрации он никогда больше туда не заходил. Площадка показалась ему скучной. Парень достал свой телефон и отыскал иконку приложения Weibo. Он так и не удалил его с тех пор, как оно автоматически установилось.

— Давай тоже обменяемся подписками, — обратился он к Лю Мань.

По итогу на её аккаунт [Принцесса Мань] подписалось ещё два человека.

Никнейм первого был [Я-я-я малышка Лу Бань]. На картинке профиля красовалась Лу Бань, персонаж игры Glory of the Kings.

Второй аккаунт именовался [Юй Чжань]. В качестве аватара парень поставил снимок сельского пейзажа.

***

Ранним утром следующего дня адвокат Сунь заехал за Лю Мань и Чжан Пэй. Встреча на сей раз была назначена в чайной. Женщина всю дорогу говорила с Сунь Ии, а Лю Мань вглядывалась в пролетавшие за окном пейзажи. Она не проронила ни слова.

Чжан Пэй сейчас больше всего хотела успешно подписать письмо прощения, тогда её муж избежит заточения в тюрьме, а за дочерью сохранится возможность устроиться на государственную службу. Они были самой обычной, ничем не примечательной семьёй. Ничего большего на благо своего ребёнка Чжан Пэй сделать не могла. А компенсация… Они её выплатят, они смогут.

Приехав к назначенному месту, Чжан Пэй и Лю Мань вошли в комнату вслед за адвокатом Сунь с его немалым чемоданом.

Семья Ван прибыла заранее. На этот раз от них присутствовала пожилая госпожа Ван и её младший сын, Ван Чжихуа. Ну и, само собой, тот молодой адвокат. Супруги погибшего видно не было.

Вероятно, к такому составу они пришли вместе с адвокатом Чжао заранее, семья была осведомлена о ситуации. Они не устраивали фарса и не кричали, как в прошлый раз.

Двое членов семьи Ван посмотрели на Чжан Пэй и её дочь с едва заметным напряжением на лицах.

Чжан Пэй заговорила первой:

— Где жена?

— Она дома, заботится о троих детях, — отозвалась пожилая госпожа.

— Вы оба можете принимать решения без неё?

Чжан Пэй считала, что мнение жены должно иметь наибольший вес. Та была первым опекуном троих детей, и женщина почувствовала бы облегчение, если бы деньги ушли детям.

Однако госпожа Ван с нетерпением выпалила:

— Она даже выразить мысль спокойно не в состоянии, да и не понимает ничего. Пусть лучше присматривает за детьми. Погиб мой сын, я его родная мать. Почему нельзя решать мне? Я главная в нашей семье, думаете, она посмеет не послушать меня?

Тон пожилой госпожи звучал неприветливо и властно, отчего Чжан Пэй потеряла дар речи. Но отношения в другой семье были их личным делом, её оно не касалось.

Лю Мань попыталась вспомнить ту женщину, чей муж умер. В памяти всплыла разве что пара красных от рыданий глаз и больше ничего. Ни одежды, ни внешности. В тот день она и в проходившей встрече участия практически не принимала. Просто отсиживалась в углу и ничего не говорила.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

— Сегодня я не собираюсь распыляться на другие темы. От этого мы все только сильнее устанем. Этот год подходит к концу, и моя семья планирует вернуться в наш родной город. Если бы мой первенец не погиб из-за вашего мужа, он вернулся бы вместе с нами. Последний день в году следует проводить в кругу семьи, но провести его с пустыми карманами нельзя, согласны? — как и ожидалось, пожилая госпожа вернулась к теме денег спустя несколько предложений, — Он был нашим единственным кормильцем и тем, кто позволял нам жить.

Во время первых переговоров всё прошло ужасно из-за тех криков и споров. Лю Мань тогда чувствовала себя неуютно. Сейчас же, выслушав речь госпожи Ван, она вдруг прониклась симпатией к погибшему Ван Чуньхуа.

Ему приходилось обеспечивать родителей, жену, детей и родных братьев с сёстрами. Вся их семья была сродни стае вампиров, которые высасывали из него всю энергию. Мужчине доводилось работать днями и ночами, из-за чего он, должно быть, и выехал на встречную полосу той ночью и врезался в машину. Лю Мань казалось, что даже если бы её отец не пил вино той ночью и ехал нормально, или вообще поехал другой дорогой, Ван Чуньхуа всё равно бы умер, столкнувшись с другим автомобилем.

Далее слово взял Ван Чжихуа.

— Не пытайтесь снизить сумму и тратить время впустую. В прошлый раз мы запросили три миллиона, и то предложение до сих пор в силе. Если хотите получить от нас подписанное письмо с прощением, заплатите нам эту сумму.

Чжан Пэй заранее настроилась на упрямство другой стороны. Адвокат Сунь сказал ей, что эти люди не ведают страха. Если тратить время и дальше, они могут запросить и четыре миллиона.

Чжан Пэй кивнула.

— Хорошо, но всю сумму мы сможем выплатить только в следующем году.

В предвкушении трёх миллионов, идущих к ним в руки, госпожа Ван и Ван Чжихуа вовсе не пытались скрыть своё счастье. Даже голос пожилой женщины стал добрее.

— Нас это устроит. Вам явно понадобится время, чтобы собрать столько денег. Мы не станем досаждать.

— В таком случае давайте составим уговор, — адвокат Сунь открыл свой кейс и достал оттуда простительное письмо, которое подготовил заранее, — За вычетом ста тысяч юаней, выплаченных вам Чжан Пэй в прошлый раз, мой клиент должен вам ещё два миллиона и девятьсот тысяч.

Ван Чжихуа замахал рукой.

— Нет-нет. Те сто тысяч нельзя учитывать.

Чжан Пэй непонимающе хлопнула глазами.

— Почему нельзя?

— Тем платежом вы выразили свои соболезнования и оплатили похороны моего сына. Нам, к тому же, и за услуги юриста платить приходится. Да и вообще, деньги нужны на всё, так что сейчас тех ста тысяч уже нет, — самоуверенно заявила госпожа Ван.

— Вы сами виноваты, что не согласились на сделку с тремя миллионами во время последней встречи. В этот раз наше предложение выросло до трёх миллионов и ста тысяч. Не согласитесь сейчас, и в следующий раз будет уже три миллиона двести тысяч. Посмотрим, сможете ли вы позволить себе такие задержки, — продолжила она.

Чжан Пэй очень устала видеть алчность другой стороны. Она не хотела сильно затягивать разговор с этой семейкой, поэтому стремилась побыстрее подписать договор и уйти, убраться от них подальше. Женщина обратилась к адвокату Сунь:

— Ладно, давай сделаем, как они говорят. Итак, в заключение, общая сумма, которую мы им возмещаем, составит три миллиона сто тысяч.

Адвокат Сунь тоже понимал, что вести дела с их противниками очень непросто. Уговаривать их было бесполезно, и даже если они пойдут в суд, судья тоже не знал бы, как с ними поступить.

В сопровождении таких мыслей мужчина закончил составлять простительное письмо и передал его своему коллеге.

— Можете ознакомиться.

Адвокат Чжао достал очки, надел их и внимательно, предложение за предложением, прочитал документ.

— Всю сумму они выплатят первого марта. Вас это устраивает? — спросил он своих клиентов.

Пожилая госпожа Ван что-то шепнула сыну, после чего сказала:

— Да, устраивает.

— Есть необходимость устанавливать штраф на случай нарушения условий договора? — снова обратился к ним адвокат Чжао.

Чжан Пэй издала холодный смешок.

— Все в моей семье выполняют данные обещания. Теперь, когда здесь присутствуют адвокаты обеих стороны, я заявляю, что мы заплатим всю требуемую сумму до первого марта. Нам нужно время, чтобы взять кредит в банке и заложить дом. Даже если мы нарушим условия договора, на сколько дней сможем его отложить? Пару дней? А смысл? Не забывайте, мы дадим вам на сто тысяч больше, чем договаривались.

Адвокат Чжао улыбнулся.

— Хорошо, думаю, вы тоже не посмеете пренебречь договором.

Под присмотром своих адвокатов Чжан Пэй, а затем и госпожа Ван написали на письме свои имена, дату и оставили подписи.

Всего было четыре копии договора. Чжан Пэй, пожилая госпожа Ван и оба адвоката – каждый из них получил один экземпляр.

После этого выражения на лицах обоих семей разительно изменились.

Госпожа Ван и Ван Чжихуа мгновенно оскалились и осыпали благодарностями адвоката Чжао прямо в присутствии Чжан Пэй и Лю Мань. Ван Чжихуа сказал подхалимским тоном:

— Спасибо вам большое. Не хотите пообедать с нами позже? Мы угощаем.

Адвокат Чжао отказался от их предложения.

— Благодарю, но моего внимания требуют и другие дела. Во второй половине дня нужно ехать к другому клиенту в северной части города.

— Тогда мы угостим вас, когда вам будет удобно.

Чжан Пэй уже ни слова не хотела говорить этой троице. Она взяла Лю Мань за руку, развернулась и направилась к выходу из комнаты.

Ван Чжихуа, похоже, был вне себя от счастья, так как выкрикнул:

— Постойте, — парень подошёл к Лю Мань и пристально к ней присмотрелся, — ты кажешься очень знакомой.

Лю Мань нахмурилась и отступила назад.

Ранее все его мысли были только о деньгах. Однако, прямо сейчас Ван Чжихуа осознал, что дочь этой семьи имела довольно миловидную внешность. Она казалась даже милее главной красавицы его учебного заведения.

Ван Чжихуа был второкурсником, совсем как Лю Мань. Он учился в среднеобразовательном столичном колледже и был единственным в семье, сумевшим поступить в заведение такого уровня. Все родственники им очень гордились.

Несмотря на их одинаковый возраст, время к Ван Чжихуа было гораздо нещаднее. Его глаза не были маленькими, но тусклыми, а ещё их так и переполняло высокомерие.

Лю Мань не первый год училась в музыкальном университете и за всё то время повидала много привлекательных парней. При виде Ван Чжихуа она чувствовала лишь отвращение.

— Пойдём, мам, нам пора, — обратилась девушка к Чжан Пэй.

Женщина покрепче сжала её ладонь, прошла мимо Ван Чжихуа и, не оглянувшись, вышла из помещения. Адвокат Сунь окинул парня взглядом со слабой улыбкой, чуть кивнул их адвокату и тоже ушел.

Госпожа Ван толкнула Ван Чжихуа.

— Теперь тебе нужно найти подружку. Перестань заглядываться на других девушек.

— Во-первых, я никогда раньше не видел кого-то настолько красивого в реальной жизни. Во-вторых, та девушка действительно показалась мне знакомой. Я, вроде бы, видел её где-то раньше, — парень всё ещё не мог прийти в себя.

Когда дело доходило до логических задач, адвокат Чжао проявлял себя очень хорошо. Он помог Ван Чжихуа провести анализ:

— Раз ты не видел её в реальности, но она кажется тебе знакомой, значит ты, естественно, натыкался на неё в виртуальном мире.

Его заявления тут же позволили Ван Чжихуа вспомнить.

— О, точно-точно. В интернете её видел. Я вчера смотрел в TikTok популярные в нашем колледже видео. Люди говорят, что она из музыкального университета. Значит, это она! На видео она выглядела, как суперзвезда!

— Ну! И почему ты не сказал мне этого раньше? — госпожа Ван принялась бранить младшего сына. — Раз так, они наверняка очень богаты. Какая жалость, что мы настояли только на трёх миллионах. Можно было просить больше, и они определённо смогли бы их выплатить.

Даже Чжао Фэн, их адвокат, почувствовал омерзение при виде скупости старухи.

Сам он, честно говоря, не был таким уж плохим человеком. Только недавно, в прошлом году, он закончил последний курс юридического университета и перебрался сюда из деревни. У него не было ни наработанных связей, ни влиятельных родственников. Для выживания в столице ему приходилось усердно трудиться и делать свою работу. Тем не менее, он всё же был новичком, так что адвокатская контора, в которой работал молодой человек, не давала ему прибыльных дел, вот и оставалось довольствоваться мелкими случаями бесполезных драк. Так было до тех пор, пока он не повстречал семью Ван.

Их дело являлось самой обычной автомобильной аварией, и важные сотрудники в их адвокатской конторе воротили от него носы. В итоге, случай поручили ему. В отличие от других пострадавших семей, эта сказала ему, что их не волнует, окажется ли другая сторона в тюрьме. Им вообще было на это плевать. Они хотели только денежного возмещения. Много денег, из которых, кстати, обещали заплатить ему дополнительно за его работу.

Чжан Фэн являлся посторонним в этом вопросе. Его не волновало безразличие другой стороны, он думал только о деньгах. Парень провёл кое-какое расследование насчёт семьи Лю Чэньюя и его подноготной. В общем, узнал о нём всё. Про его дом, машину и всё остальное вплоть до того, сколько он платил за ежегодное обучение дочери. Адвокат получил приблизительное представление о том, какая именно сумма окажется подъёмной для его семьи. Эти три миллиона были его предложением, а результат получился вполне ожидаемым. Их противница оказалась трусливой, она переживала о репутации мужа и будущем дочери. В итоге согласие на выплату большой суммы компенсации было подписано. Согласно контракту, Чжао Фэну от неё причиталось четыре процента, то есть где-то около сто двадцати тысяч юаней. По этой же причине семья Ван настолько упрямилась и не хотела учитывать те сто тысяч, полученные ранее.

Хоть ему и не нравилась эта семейка, они преследовали оду и ту же цель – деньги.

Чжао Фэн обратился к госпоже Ван:

— Мне пора идти. На данный момент моя задача выполнена. В следующий раз встретимся первого марта, после китайского Нового Года.

Он не хотел иметь никаких дел с их семьёй в такой праздничный день.

Пожилая госпожа и её сын понятия не имели о его размышлениях. Они проводили его до выхода из чайной и с большой благодарностью в сердце наблюдали, как он сел в такси.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Лю Мань направила камеру на правый нижний угол списка.

— Вот подпись председателя Cats’ Garden. Часть из вас точно усомнится в её подлинности, поэтому прошу меня послушать.

— Только что [Фея Персик] сказала, что никогда не встречала никого, кто бы продавал на Taobao упаковки по семь килограмм. Знаете, почему? Всем известно, что Cats’ Garden находится в Новой Зеландии. Там тёплый климат, поскольку страна окружена океаном. В течение всего года у них не бывает холодно, и в такой влажной среде кошачий корм хранится очень плохо. Местные в Новой Зеландии предпочитают не покупать его в больших объёмах, так что заводы редко производят упаковки по семь кило. Такие порции чаще всего отправляют в страны Европы с сухим климатом, оттого и в Китае их не увидишь.

[Фея Персик: Ага, теперь, после твоего объяснения, мне стало понятно.]

[Блинчик: То есть, все магазины, которые продают упаковки весом по шесть восемьсот – недобросовестные?]

Лю Мань кивнула.

— Именно так. Если видите корм, якобы сделанный Cats’ Garden, и он весит шесть килограмм и восемьсот грамм, – это подделка. Вот те, что продаются по три с половиной и пять с половиной, вполне настоящие. Я недавно купила такую упаковку и к корму нареканий не имею.

[Жуть какая. Пойду оформлять заявку на возврат.]

[Мой кот уже съел половину упаковки… И она весит шесть восемьсот. (/ω＼)]

[У меня есть кошка: И моя кошка питается кормом из такой же. Только у неё нету никаких проблем. Стример, я всё равно не верю твоим словам.]

Зрители по-прежнему относились к этому скептически.

Лю Мань продолжила говорить:

— У меня, понятное дело, есть и другие доказательства, — она достала другой файл, — Только не знаю, кто-то из вас слышал о Hong Kong Westland Trade Ltd.?

[Не-а.]

[Никогда не слышал…]

[Ну и к чему это?]

— Эта компания – единственный законный посредник Cats’ Garden в Гонконге, и больше посредников на материковом Китае у них нет. Я сумела связаться с их менеджером, и он сказал мне, что они не ведут никаких дел с компаниями на материке. Они даже с Taobao не связаны. Это только лишний раз подтверждает, что все процессуальные нормы и сертификации тех магазинов на Taobao – ненастоящие.

— Ещё я не знаю основные стоимости этих посредников, но Cats’ Garden ясно установили, что они должны продавать 5,5 килограмм кошачьего корма за минимум 150 новозеландских долларов. Если перевести в нашу валюту, это примерно 690 юаней. Я немного поискала в интернете и выяснила, что такие упаковки и по такой цене продаются в магазинах Гонконга, — Лю Мань на мгновение замолчала, вспомнив ту коробку с кормом от Юй Чжаня, которая стоила всего 800 юаней.

Видимо, слова девушки полностью противоречили пониманию и знаниям кошачьих поклонников, поэтому, когда она замолчала, чат тоже застыл на несколько секунд, а после посыпались сообщения.

[На Taobao упаковки по 6,8 кг. стоят всего 500 юаней!]

[Тогда это точно подделка.]

[Тем не менее, как же пугает подобное. Остались ли вообще добросовестные бизнесмены?]

[Больше я никому не доверяю.]

[Эти аморальные владельцы магазинов думают, что могут себе позволить творить подобное.]

[Я не поклонник кошек, но просто хочу сказать, что Китай очень хорошо делает подделки... Наверное, лучше всех в мире. Если есть фальшивые деньги, значит может быть и поддельный кошачий корм.]

На этот момент количество зрителей на трансляции Лю Мань достигло рекордного значения. Девушку смотрело более 2700 человек. Впрочем, это было немного в сравнении с другими известными стримерами, которые собирали десятки тысяч зрителей в считанные секунды. Зато для новичка в приложении такое достижение считалось крайне хорошим.

Некоторые зрители начали делиться своими историями о поддельном кошачьем корме, о том, как у их котов и кошек из-за него шла кровь, был понос, а ещё о случаях, когда приходилось срочно увозить питомцев в ветеринарную клинику. Чем дольше продолжались беседы на тему поддельного корма, тем злее они становились. В конце концов, все пришли в ярость.

— Значит так, если у кого ещё есть корм от Cats’ Garden весом в 6,8 килограмм, пожалуйста, поскорее избавьтесь от него. Кто знает, из чего делается эта подделка и какой вред она может нанести нашим питомцам. Некоторые кошки могут не показывать заметной реакции. Если у вашей чуть изменился цвет шерсти, в уголках глаз появились коричневые выделения или есть проблемы во время посещения лотка, не относитесь к этим проблемам легкомысленно. Вас не пугает то, что в организме вашего питомца находится что-то ядовитое и смертоносное, что будет находиться там ещё долгое время? Кошки не просто наши друзья, они часть нашей семьи. Я знаю, среди вас многие думают также. Вы цените кошек даже больше, чем самих себя.

— Если можете, воспользуйтесь предоставленным мною доказательством и найдите те магазины, где покупали свой корм. Они могут даже не признать этого, не вернут вам деньги или вообще проигнорируют, но мы определённо должны сообщить им, что узнали правду. В настоящее время Китай не уделяет достаточно внимания и контроля корма для домашних питомцев. Видимо, не считают его настолько важным. Я оспорила их отказ, но это не имело никакого значения, поэтому решила записать это сегодняшнее видео.

— Вы можете сказать, что стояло бы уже забыть об этом. Я не из тех, у кого много терпения, и сильного чувства справедливости у меня тоже нет. Я вообще довольно грубая. Исключая тот момент, что я хочу выразить свои чувства, ещё я хочу вернуть те 548 юаней. Ни у кого на заднем дворе не растёт денежное дерево, так с чего бы нам давать тем бессовестным магазинам то, чего они хотят? Почему мы должны позволять им использовать наши деньги, или даже деньги наших родителей, ради которых мы все так усердно работали?

Речь Лю Мань в конец подстегнула всех зрителей, наблюдавших за ней через свои мониторы.

[Мальчик Отаку: Сестрёнка, ты не грубая. В моём сердце ты волшебная.]

— Я уже связывалась с сервисной службой магазина, в котором купила корм. Они, разумеется, проигнорировали меня и ушли в офлайн, сказав, что их рабочее время закончилось. Я собираюсь продолжить наседать на них завтра и твёрдо намерена во всём разобраться.

[Фея Персик: В нынешнее время нам нужно больше таких людей, как ты, у кого есть смелость выражать свои чувства. Большинство на твоём месте подумали бы «Ну и ладно, всё равно это небольшие деньги. Просто буду внимательнее в будущем». Только они не думают о том, что другие попадут в ту же ловушку и пойдут по их же стопам. Нельзя заботиться только о себе, нужно помогать другим. Я дарю тебе сотню лайков за твои действия.]

На экране появилась анимация сердца.

[«Фея Персик» отправила вам 100 Сердец.]

п.п.: 100 Сердец – ещё один подарок на этой стримерской площадке, который можно обменять на реальные деньги.

[Пушистый Кот: Девушка права. Я не завтракаю, просто чтобы сэкономить больше денег на еду коту. А она в итоге оказалась поддельной. Если так пойдёт и дальше, я уж лучше буду покупать более дешёвый корм. Тот хотя бы настоящий.]

Лю Мань вспомнила ник [Пушистый Кот]. Его обладательница появлялась в чате и дарила ей подарки.

[Пушистый Кот] тоже училась на втором курсе, но ходила в университет в Шанхае. У неё был похожий на Гарфилда кот, которого она держала в комнате общежития. Девушка и три её соседки по комнате души в нём не чаяли. Цены на товары в Шанхае сильно кусались, поэтому, чтобы изнеженный питомец был доволен, каждая брала немного денег из своих расходов на проживание и старалась купить коту всё лучшее.

Аккаунт [Пушистый Кот] регистрировался в Weibo для её кота. Студентка выкладывала там много его милых фотографий. Коты, похожие на Гарфилда, всегда были толстыми, а их глупость казалась милой, благодаря чему они, как правило, привлекали больше поклонников, чем другие породы. [Пушистый Кот] уже обзавёлся почти двадцатью тысячами фанатов. Пусть его аккаунт и не равнялся известным, и прибыли с него шло мало, девушки, тем не менее, имели некое влияние среди своих подписчиков.

[Пушистый Кот] тоже подписалась на Weibo [Принцессы Мань]. Она сказала своим соседкам по комнате:

— Я опубликую видео [Принцессы Мань] на нашем Weibo, чтобы его посмотрели и наши поклонники. У многих из них есть свои питомцы. Бизнес по продаже поддельного кошачьего корма слишком чудовищный, а его последствия ужасны.

— Но где нам покупать кошачью еду? [Принцесса Мань] сама ведь сказала, что на материковом Китае Cats’ Garden дел пока не ведёт, значит у нас нет возможности купить её у законного посредника.

Сожительницы [Пушистого Кота] не знали, что делать.

Как и другие поклонники кошек, подписанные на Лю Мань.

[Я Тинтин: Сестрёнка, ты сказала, что купила настоящий кошачий корм от Cats’ Garden. Где ты его достала?]

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

[Я Тинтин] задала вопрос, который был на уме у всех в тот момент. Она являлась старой фанаткой Лю Мань. Чэнь Тин работала в обычном офисе и держала двух китайских садовых котов. Пусть они и не были самыми изящными питомцами, она всё равно обожала их обоих. Чэнь Тин зарабатывала вполне достаточно, чтобы позволить себе покупать заграничный кошачий корм. Она испробовала продукты многих брендов, поэтому множество раз сталкивалась с подделками.

Сейчас её домашние питомцы ели корм от Cats’ Garden. Продававший его магазин ей порекомендовал кто-то из группы в WeChat, посвящённой кошкам и их владельцам. Увидев упаковку весом 6,8 килограмм, она знала, что ей снова достался поддельный корм. Женщина уже обратилась к владельцу той группы с просьбой удалить из неё человека, продававшего поддельную еду для кошек.

[Я тут ради обуви: Хоть у меня и нет кота, но по мне, так пока важнее не искать, где можно купить корм, а проверить, нормальный ли он у вас прямо сейчас. Если у ваших котов и кошек начнут проявляться нехорошие симптомы, лучше отнести их в ветеринарную клинику.]

Лю Мань сказала:

— Корм, которым сейчас питается Рассвет, из ветеринарной клиники неподалёку от моего дома.

[Никогда раньше не слышала, чтобы клиники продавали кошачью еду.]

[Походу, делают это для дополнительного заработка.]

[Как бы там ни было, они не продают поддельную, значит хотя бы совесть у них есть.]

[Пушистый Кот: Сестрёнка, у меня есть страничка в Weibo. Можно я опубликую там твою трансляцию? Разумеется, анонимно.]

[Я Пинтин: Я тоже хочу разослать её по нескольким групповым чатам. В них наверняка есть немало обманутых людей.]

[Блинчик: И я хотела бы выложить стрим на Weibo. К тебе прислушаются немногие, но мы должны придать это огласке.]

[Энди моя эйфория: Тогда я помогу распространить это видео в TikTok. У меня там много подписчиков.]

[Энди моя эйфория] давненько не появлялась в чате трансляции. Она была вторым покупателем обуви у Лю Мань и после получения приобретённой пары AJ ничего не писала.

— Я чувствую, что тоже должен чем-то помочь, — сказал [Мальчик Отаку], расхаживая по комнате общежития. — После просмотра сегодняшней трансляции меня переполняет гнев.

— Забей, что мы вообще можем сделать? Слышал, что сказала [Принцесса Мань]? Большая часть магазинов на Taobao продают поддельный кошачий корм, и сама площадка ничего с этим не делает. Как и соответствующие ведомства нашей страны. Все они составляют одну цепь, цепь выгод. Прикоснись к любому звену, и тебя ждёт эффект домино, — прокомментировал второй сосед по комнате.

Третий сосед тоже чувствовал себя беспомощным:

— Парни, у нас нет котов, и нам всё равно на этих пушистых животных. Почему мы шатаемся тут и смотрим эти трансляции вместо подготовки к экзаменам?

— Если у тебя когда-нибудь появится девушка с любовью к домашним животным, тогда ты, скорее всего, этих слов ей не скажешь, — сказал [Мальчик Отаку] с презрением в голосе.

— И? [Принцесса Мань] твоя девушка?

— Иди в жопу. Она моя богиня, я никогда бы не посмел претендовать на роль её парня.

[Мальчик Отаку] не лгал. С самого начала он относился к [Принцессе Мань] как к божеству и не был настолько глупым, чтобы пытаться добиться этого самого божества. Более того, парень даже не знал внешности [Принцессы Мань].

Второму соседу пришла в голову идея:

— Думаю, мы можем загрузить её трансляцию на сайт нашего универа.

Они все учились в Столичном Университете, и система электронной доски объявлений была крайне популярной среди студентов.

— Отличная идея. Значит, решено, — хлопнул в ладоши [Мальчик Отаку].

[Рев Дракона: Меня невероятно восхищает твоя доблесть. Ты не боишься говорить всё это, не боишься владельцев тех магазинов. И времени немало потратила на сбор настоящих улик. Однако сейчас меня беспокоит, как бы они не попытались тебе отомстить.]

[Я тоже переживаю.]

[У них наверняка есть твой номер и адрес, которые ты указывала при совершении заказа.]

…

Аудитория начала чувствовать опасения.

Лю Мань, впрочем, на этот счет сильно не заморачивалась, ибо одну смерть ей уже довелось пережить. Кроме того, она была очень бедна и ничего не боялась. Даже её дом собирался отнять банк, а каждый фынь, который она пыталась заработать, откладывался для оплаты кредита. Перед лицом тотального разорения что ещё ей оставалось делать?

Ответила девушка философски:

— В моих карманах ни единой монеты, у меня осталась только моя жизнь. Но я верю в законы нашей страны и в службу столичной полиции. Недоброжелатели ничего мне не сделают. Я выхожу в эфир почти каждый вечер, а даже если какой и пропущу из-за дел, то буду поддерживать активность на Weibo, чтобы все знали, как у меня дела, и не боялись за мою безопасность.

[Отличный настрой, сестрёнка. Я тоже сейчас в столице и хочу прийти и защищать тебя.]

[И я в столице, давай пойдём вместе.]

[И я, и я тоже. Остальные, давайте с нами.]

…

Чат утонул в спаме.

Лю Мань знала, что комментаторы шутили, но их сообщения её очень тронули.

[У меня есть кошка: Стримерша, я тоже живу в столице. Ты можешь сказать мне адрес той ветеринарной клиники, где купила кошачий корм?]

Девушка уже собиралась произнести название клиники Юй Чжаня. Но вспомнила, как работающая там медсестра сказала ей, что они не продают корм. Вспомнила ещё и то, что заплатила за весь тот корм всего 800 юаней, поэтому не стала говорить.

После глубоких раздумий Лю Мань ответила:

— Скорее всего, тот магазин больше не продаёт кошачий корм и действует в качестве ветеринарной клиники. Позже я попробую связаться с посредником в Гонконге, может он придумает способ, как мы могли бы покупать еду своим питомцам.

[Пушистый Кот: Во-во, мы будем платить. Даже если они цену на сто юаней поднимут, я с радостью куплю такой корм. Лишь бы он не был поддельным.]

[Фея Персик: Сестрёнка, мы все рассчитываем на тебя в вопросе поставок безопасного корма для кошек.]

[Тут и добавить нечего. Никогда ещё в жизни я не видела такого хорошего стримера. Подарю тебе подарок.]

Под влиянием этой богатой фанатки анимации подарков начали появляться на экране практически в следующую же секунду. И поток их не прекращался: как только исчезала предыдущая, её место сразу занимала следующая.

Сказочные Кареты, Прекрасные Замки, Вычурные Одеяния, Банкеты и несчётные Сердца наряду с Волшебными Палочками. Эти красочные подарки на время ослепили Лю Мань. Девушка не знала, что благодаря такой их куче её аккаунт за несколько минут занял первую позицию в таблице лидеров данного приложения.

Картинку профиля, закрепившегося на верхушке топа, увидело больше пользователей, что привело к пополнению армии её зрителей. В тот момент их количество достигло отметки в 5000 человек.

Подписчиков же стало более 3000.

Ещё раньше, когда во время трансляции своего каллиграфического письма к ней за ночь присоединилось несколько сотен фанатов, она посчитала такой темп роста крайне стремительным. Сегодня девушка осознала, что таковым он и близко не был.

Она испытала чувство успеха, которое никогда ранее её не посещало. А тут ещё и завоевала доверие своих поклонников. Разумеется, Лю Мань не была святой, поэтому сильно радовалась, увидев сумму денег, заработанных за сегодняшний эфир.

Помимо этого, она думала о другом моменте. Её вдохновили слова [Пушистого Кота]. Сейчас, с учётом невозможности купить кошачий корм от Cats’ Garden в интернете, может у неё получится создать новый способ?

Если бы она смогла стать посредником с разрешением от Hong Kong Westland Trade Ltd., тогда и зарабатывать начала бы больше за счёт разницы в ценах.

И не вините её за желание делать что-либо ради хрустящих купюр. У девушки на плечах лежал огромный долг, и проводить эфиры она начала только из желания заработать. И вот прямо перед ней появился отличный шанс, за который нужно было ухватиться обеими руками.

Лю Мань в тот момент не ожидала, что реальные воздействия её трансляции придут не во время неё, а после.

Тем же вечером множество Weibo-аккаунтов, на каждом из которых имелось не менее десяти тысяч подписчиков, опубликовали видео с водяным знаком. А в описании сослались на [Принцессу Мань]. Это видео репостнул и небезразличный к кошкам человек с более чем миллионом подписчиков, что было просто невероятно.

На следующий день #Бессовестные-Бизнесмены-Продают-Поддельный-Кошачий-Корм-На-Taobao попали в список самых популярных тем в Weibo.

Между тем, и в TikTok появилось видео, содержащее моменты из трансляции Лю Мань.

Групповые чаты в WeChat с множеством любителей кошек тоже получили возможность посмотреть данную трансляцию.

Вот так стрим Лю Мань, во время которого она лишь хотела выразить свои чувства, стал абсолютным разоблачением продавцов поддельного кошачьего корма.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Ранним утром, на следующий день после разоблачения недобросовестных продавцов Лю Мань получила срочный телефонный звонок. Звонивший человек обошёлся без приветствия и не представился. Он начал сразу с вопроса в лоб:

— Это ты провела тот стрим?

Дремота Лю Мань тут же испарилась. Она мгновенно пришла в себя, услышав дерзкий и грубый голос.

Человек тот, судя по всему, был абсолютно уверен, что именно она опубликовала упомянутое видео. Он даже не стал дожидаться ответа, лишь продолжил:

— Мы вернули тебе 548 юаней, они уже переведены на твой Alipay. Пожалуйста, немедленно удали то видео из Weibo.

Он произнёс слово «пожалуйста», но голос его отнюдь не звучал просительно. Собеседник будто приказывал Лю Мань, после того как вернул ей деньги.

Девушка медленно спросила:

— Можно узнать, кто вы? — по правде сказать, она это уже знала, когда увидела, откуда поступил звонок.

— Я владелец «Винни Любит Домашних Питомцев». Моя фамилия – Чэнь.

— Ясно.

Безразличие в ответе Лю Мань не на шутку разозлило мужчину.

Полное его имя было Чэнь Дэшэн. Он занимался продажами на Taobao уже пять лет, его магазин был очень старым и имел два значка. Бизнес этого человека разросся настолько, что ему пришлось нанять немало профессиональных сотрудников. Сам же он вместо этого ушёл за завесу и в основном отвечал за другие дела. К примеру, за реальный физический магазин и закупку большего количества продуктов.

п.п.: В общем, действовал за пределами общественного внимания.

За счёт отличной репутации его магазина заказы поступали каждый день. Много заказов. Также у него было немало профессионалов, наблюдающих за соцсетями. Обычно они оперативно разбирались с обыкновенными отчётами, возвратами средств и плохими отзывами. Сам владелец таким вещам внимание не уделял вовсе.

Но этим утром менеджер по продажам в компании Чэнь Дэшэна прервал его сон звонком. Он сказал начальнику зайти на Taobao и Weibo. Когда тот открыл Weibo, он увидел в ленте видео с девушкой с молодым голосом. Лицо она не показывала. Вначале ролика девушка сразу назвала название его магазина, совсем не пытаясь его скрывать. Согласно её словам, она купила у них поддельный кошачий корм.

Увидев это, Чэнь Дэшэн осознал всю скверность ситуации. Он заглянул в самые популярные темы, где его глазам предстали: #Бессовестные-Бизнесмены-Продают-Поддельный-Кошачий-Корм-На-Taobao, #Бойкот-Винни-Любит-Домашних-Питомцев, #Не-Покупайте-Поддельный-Кошачий-Корм-На-Taobao. На социальной площадке имелись самые разные негативные новости.

Далее Чэнь Дэшэн посетил Taobao и перешёл на свою домашнюю страничку, где появились сотни запросов о возврате средств. Секция с комментариями едва выдерживала нагрузки, все отзывы в ней были негативными.

С сердцем у владельца никаких проблем не наблюдалось, но от возмущения его чуть не хватил инфаркт. Ещё даже не рассвело, а он уже обзвонил всех, кто, по его мнению, мог помочь. Однако, кто бодрствовал в такое время? Даже его сотрудники из службы поддержки клиентов пошли спать.

Больше Чэнь Дэшэн уже не ложился. Он с ещё несколькими подчинёнными часами анализировали содержание видео. Затем они прошлись по недавним заказам и подтвердили, что автором видео была [Госпожа Лю], которая дважды покупала у них кошачий корм.

Прежняя Лю Мань всегда использовала [Госпожа Лю] в качестве никнейма для покупок на Taobao. Реального имени она никогда не указывала.

Чэнь Дэшэн также раскопал и переписку между Лю Мань и службой поддержки, после прочтения которой сильно разозлился на ответственного сотрудника. Из-за тех 548 юаней они лишились почти всего. Владелец без слов уволил нерадивого подчинённого. Правда, похоже, забыл, что тот действовал согласно его собственным указаниям.

— Госпожа Лю, мы, деловые люди, предпочитаем заниматься делами мирно и получать при этом максимальную прибыль. С недавно полученным товаром возникла проблема. Простая случайность. Теперь мы возместили вам деньги, значит, ваша проблема решена. Больше нет причин делать наши отношения такими жёсткими, верно?

Чэнь Дэшэн осознал, что эта молодая девушка не была наивной добрячкой, оттого в его голосе наконец появились нотки мольбы.

— То есть, теперь вы признаёте тот факт, что я купила поддельный корм? — уточнила Лю Мань.

— Да, вы купили подделку, — Чэнь Дэшэн поспешил согласиться. — Вообще, какой сейчас магазин корма на Taobao может сказать, что никогда не продавал ничего поддельного, и это не будет ложью? Покупатели нынче стали суровее, а заводы за пределами страны производят только ограниченное количество товара. Мы не можем найти больше ресурсов для получения кошачьего корма. У Cats’ Garden есть слишком много людей, пытающихся стать их посредниками, а мы едва ли находим их продукты в супермаркетах Гонконга. Спустя какое-то время мы нашли немного, но распродали всё в течение недели. Но что это за бизнес, который живёт столь малый срок? У меня в компании 200 сотрудников, и каждый просто пытается зарабатывать на жизнь. Вы должны простить нас.

Чэнь Дэшэн выставил всё так, будто его действия были правильными.

Лю Мань засмеялась.

— Вы лгали своим покупателям, а теперь хотите прощения? А кто извинится перед нашими питомцами? Вы поступали так годами, зная о том, насколько важны владельцам их домашние животные. Вы бы стали кормить собственных питомцев поддельной едой?

— Да? Но вы и сами покупаете корм через интернет из-за собственных корыстных помыслов. Разве вы не стараетесь приобрести его по более низкой цене и потратить на своих питомцев меньше денег? Кошачий корм от Cats’ Garden вне зависимости от упаковки не будет продаваться по 600 гонконгских долларов. Об этом известно многим покупателям, только они всё равно стараются верить, что это им вот так повезло. Они предпочитают покупать поддельный корм, лишь бы он стоил дешевле. Ну и кого тут нужно винить? Нас, как владельцев магазинов, тоже очень несправедливо обвиняют.

— Верно, у меня собака. Я кормлю его едой, экспортируемой из-за границы. Я никогда не стал бы давать ему корм, который дешевле рыночной стоимости. Вы сами хотите быть обманутыми, и я скажу вот что. Там, где есть такие люди, найдутся и те, кто будет их обманывать. Если бы вы только пошевелили своими извилинами, когда делали заказы, то поняли бы, что никто не захочет покупать для вас настоящий кошачий корм за рубежом. Знаете, сколько стоит транспортировать его оттуда сюда? А арендовать склады для хранения? А нанять сотрудников для всей этой работы?

— Если учесть все эти моменты, то цена, которую вам пришлось бы платить за упаковку корма, взлетела бы до 1000 юаней в лучшем случае. Но будь она действительно таковой, вы бы продолжили покупать этот корм? Этот настоящий корм покупался бы ещё неохотнее. Так оно и происходит на Taobao. Вы не сравниваете качество, а только лишь цену. Если товар стоит дёшево, значит люди предпочтут его. Если бы мы не продавали поддельный кошачий корм, нас бы обскакали другие наши конкуренты, не оставив нам никакой возможности для выживания.

Чэнь Дэшэн дальше находил оправдания своим действиям и не только подчёркивал, как трудно и утомительно было выживать ему вместе с его делом, но и намекал, что самим клиентам нравились только дешёвые вещи, пытаясь переложить всю ответственность на них.

— По-вашему, это мы заставили вас продавать поддельный корм? — спросила Лю Мань.

Чэнь Дэшэн не ответил, но про себя согласился.

— Вы только о деньгах и думаете. Я уверена, что на настоящий корм даже по 1000 юаней за упаковку нашлись бы свои покупатели, и вы сумели бы зарабатывать. Только такого интереса, как к поддельному, не было бы, да? Ведь, чем меньше клиентов, тем меньше ресурсов. Тем не менее, вы всё равно смогли бы зарабатывать себе на жизнь. Но куда там, вам ведь хочется больше денег. Для людей вроде вас они важнее совести. А заботитесь вы только о своей собаке, на питомцев других людей вам плевать.

Лю Мань в точности озвучила мысли Чэнь Дэшэна. Он уже не хотел спорить с ней и очень сердито произнес:

— Госпожа Лю, вы действительно говорите прямолинейно, и я не хочу с вами спорить и дальше. Сколько мне вам заплатить, чтобы вы удалили то видео?

Лю Мань отозвалась легко и отчуждённо:

— Я не рассылала те ролики. Я даже трансляции свои не записываю. Всё сделали мои поклонники. У меня нет права указывать им, что делать.

— Давайте так. Мы сделаем всё согласно закону о защите прав потребителя и возместим клиенту 1000% от изначальной стоимости поддельного продукта. Мы выплатим вам 5480 юаней. А вы проведёте сегодня ещё один стрим, на котором скажете, что вчера ошиблись, и с моим магазином всё в порядке.

— Прошу меня простить, но я так не могу.

— Тогда 54 800 юаней? Вы ещё студентка, такой суммы вам хватит на долгое время, — Чэнь Дэшэн не прекращал попыток подкупить Лю Мань. Как вдруг он заговорил более строгим тоном, совместив его с неявными угрозами: — Девушка, вы ещё слишком молоды и не понимаете опасности общества. Что у вас есть для борьбы с нами? Поступая так, вы делаете врагом не только меня, но и других продавцов на Taobao. Вы не переживаете, что многие из них могут угрожать вам?

Голос Лю Мань не изменился, и она без колебаний ответила:

— Простите, я не могу предать свою совесть и лгать.

Собеседник завершил звонок, как только девушка произнесла это предложение.

Она же открыла Alipay и не удивилась 548 юаням от Чэнь Дэшэна. Затем Лю Мань залогинилась на Weibo, где первым делом увидела уйму уведомлений о новых подписчиках. Её аккаунт, который ранее был неизвестным, за одну ночь обрёл более 6000 подписчиков.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

На свой Weibo-аккаунт Лю Мань выложила лишь парочку милых фото Рассвет. Комментариев и лайков под ними было немного, их количество не доходило и до десяти. А репостов с её странички не делал практически никто. Теперь же под каждой её публикацией появились сотни лайков с комментариями. Репостить их тоже старались все и каждый.

[В общем, давайте все подпишемся на её аккаунт и будем комментить, лайкать и репостить её фото каждый день.]

[Сестрёнка, мы с тобой!]

[Ха-ха, я пришла с WeChat. Твою страницу сложно найти.]

[А я пришёл из TikTok. Увидел водяной знак на том видео.]

…

Лю Мань читала комментарии по порядку. Угроза Чэнь Дэшэна нисколечко не повлияла на её настроение, поэтому она искренне отвечала на каждое сообщение. Ей очень нравилось это чувство доверия и поддержки, она обожала взаимодействовать с другими.

***

Тем временем Юй Чжань встречал своих клиентов. Один знакомый посетитель спросил его:

— Ты видел обсуждения о поддельном кошачьем корме на Weibo?

Парень отрицательно покачал головой.

— Я слишком занят, чтобы сидеть в интернете, — очень уж загруженными выдались его выходные. И сегодня у него тоже дел было невпроворот. На протяжении всего утра к нему заглядывали десятки посетителей, и все, как один, приходили с просьбами проверить их кота или кошку. Длинная очередь сохранялась даже сейчас.

— Ладно, я просто хотел спросить у тебя, правду ли они говорят. Твоя работа ведь непосредственно связана с питомцами.

У Юй Чжаня проснулось любопытство.

— О чём? Можешь рассказать?

Клиент незамедлительно открыл видео на телефоне. Голос Лю Мань молодой человек узнал практически молниеносно. На экране также отображалась Рассвет, которая дремала перед камерой.

Юй Чжань отложил все текущие дела и сосредоточенно просмотрел видео.

Увиденное превзошло его ожидания. Лю Мань оказалась стримершой, которую знало довольно много людей. Она стала главной причиной столь массового наплыва посетителей с просьбой проверить их питомцев. Вероятно, их не на шутку взволновало её видео.

Глядя ему в лицо, посетитель опять спросил:

— Она говорит правду?

Юй Чжань вздохнул:

— Да. Ко мне приносили много питомцев, которые страдали от последствий питания поддельным кошачьим кормом из Taobao. Даже собаки были. К счастью, всё обошлось без летальных исходов.

— Не бизнесмены, а дьяволы. Для нас, владельцев домашних животных, питомцы в буквальном смысле наша жизнь, — у этого клиента жили кошка с собакой, и он волновался, что его питомцы тоже по недосмотру съедят поддельный корм.

Он спросил Юй Чжаня:

— На той трансляции ведущая сказала, что купила настоящий корм в ветеринарной клинике. Очень уж хотелось бы узнать, адрес. Реальным ветклиникам я как-то больше доверяю. А ещё, может теперь и ты подумаешь заняться продажами кошачьего корма? Если начнёшь, я точно буду покупать его у тебя.

Клиент сильно доверял моральному облику Юй Чжаня, но и подумать не мог, что именно его магазин упоминала на эфире та девушка.

— Я подумаю над этим, — ответил парень. В его тоне присутствовали нотки деловой вежливости. Честно говоря, он вообще не понимал, как Лю Мань удалось связаться с Hong Kong Westland Trade Ltd.

В тот момент к нему в комнату зашла медсестра с приёмной и сообщила:

— Директор, на вечернюю стерилизацию записали двоих собак.

Большинство хозяев домашних животных хотели стерилизовать своих питомцев до Китайского Нового Года и провести ещё один осмотр на случай, если что-то случится в новом году, ибо на определённый период все ветеринарные клиники закроются, и ветеринары будут отсутствовать.

В своём магазине Юй Чжань был единственным представителем данной профессии. С учётом медсестры с приёмной в заведении их работало всего двое. Вся нагрузка ложилась на плечи парня.

Виноват в этом, разумеется, отчасти был сам Юй Чжань, поскольку не придумал план получше. Он основал эту клинику, будучи ведомым своей мечтой, а не потому, что хотел зарабатывать на жизнь. Молодой человек редко мыслил, как бизнесмен, и никогда не считал ветеринарную клинику способом улучшения качества своей жизни.

Поэтому он сказал медсестре:

— Сообщи им, что сегодня всё время забито, и что слишком много людей приносят питомцев на осмотр. Мы не сможем принять их.

Медсестра на мгновение замялась. Она создавала расписание своему начальнику и знала, что, несмотря на множество людей в очереди на осмотр, время на стерилизацию дополнительных животных было. Тем не менее, спрашивать его об этом девушка не решилась.

— Хорошо, сейчас же им передам.

Клиент, стоявший рядом с Юй Чжанем, увидел усталость на его лице и сразу всё понял.

Пусть он и сам являлся мужчиной, но не мог не признать, что никого лучше этого парня в плане внешности он не видел. Почти 90% приходящих сюда со своими питомцами людей являлись женщинами. Некоторые животные даже не были больны. Представительницы прекрасного пола просто использовали их в качестве причины для того, чтобы прийти и увидеть Юй Чжаня.

Он похлопал того по плечу.

— Да, тебе точно не помешает иногда отдыхать. И мне уже давно любопытно: у тебя есть девушка?

Вопрос прозвучал чрезвычайно интересный, и медсестра максимально навострила уши, дабы послушать ответ своего начальника.

— Пока что нет.

— То-то. В противном случае где бы такой занятой человек нашёл время для прогулок со своей девушкой?

Юй Чжань засмеялся, но ничего не ответил. Этот клиент нередко приходил к нему в магазин, но парень знал только его фамилию – Е, а ещё возраст – 24 года. Самому Юй Чжаню, к слову, было столько же. Полгода назад господин Е закончил учиться в Англии и вернулся жить в столицу. Собаку и кошку он купил сразу по возвращении, и стерилизовал их никто иной, как Юй Чжань.

Они оба учились заграницей, вероятно оттого и общение между ними складывалось легко. Они уже взаимно добавились в друзья в WeChat. Господин Е оказался очень здравым человеком и регулярно приносил своих питомцев на осмотр. При каждой встрече они с Юй Чжанем подолгу разговаривали, правда только на поверхностные темы. Друзьями их назвать было нельзя.

Видя сильную занятость Юй Чжаня, господин Е больше не хотел его отвлекать. Перед уходом он ещё раз упомянул о кошачьем корме:

— Как я уже сказал, очень надеюсь, что ты серьёзно задумаешься над этим. На фоне покупок корма для питомцев в интернете я больше склонен покупать его у тебя. Реальные ветклиники, как минимум, создают у меня ощущение надёжности.

В тот вечер Лю Мань, расправившись с ужином, вернулась к себе в комнату и приготовилась начать эфир.

Внимание интернет-пользователей к ней достигло своего пика. Сегодня количество её подписчиков на Weibo перевалило за двадцать тысяч, хотя до этого было всего шесть тысяч.

И количество зрителей на стриме тоже поставило новые рекорд – восемь тысяч. Многие люди осыпали её комментариями и поторапливали начать трансляцию раньше, поэтому она перенесла начало на 7 часов вечера.

Сейчас как раз было семь. Лю Мань запустила прямой эфир. Он только начался, а её уже смотрело более двух тысяч зрителей. Заметив её появление, присутствующие начали комментировать.

[Сестрёнка, ты оказалась полностью права. Получить возврат так трудно… Служба поддержки мне даже не ответила.]

[У меня аналогичная ситуация. Я покупала корм в другом магазине, и при попытке связаться со службой поддержки они все отвечали заготовленными фразами, словно боты. Похоже, ни одного живого человека там нет.]

[Это только доказывает их вину.]

[Сегодня все массово запросили возврат средств в то же время. Может магазин не успевает помочь всем сразу.]

[Почему я не видел, как они «не успевают помочь всем покупателям сразу» раньше, когда такая массовость ещё не случилась?]

[Теперь видео с тобой разошлись по всему интернету. Будем надеяться, что никому больше об этом лгать не будут.]

[Я сегодня отнесла свою кошку в ветеринарную клинику на осмотр. К счастью, у неё никаких проблем не обнаружили.]

[Фея Персик: Сестрёнка, ты связывалась с Hong Kong Westland Trade Ltd.? Они могут предоставить нам всем возможность покупать кошачий корм?]

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

— Нет, ещё не связывалась, — ответила Лю Мань. — Сегодня воскресенье, они вряд ли работают.

[Фея Персик: Ой, точно. Я глупая.]

Поначалу на трансляции царила хорошая атмосфера. Зрители общались с Лю Мань по поводу кошачьего корма, собственных питомцев и всяких случаев, связанных с домашними животными.

Новый зритель с ником [Оставайтесь дома с котом] написал:

[Сестрёнка, мой кот уже долгое время питался поддельным кормом. Серьёзных проблем со здоровьем у него нет, но недавно я стал замечать, что его глаза стали тусклее.]

[Пушистый кот: Может тебе просто кажется. Иногда во время облачной погоды света становится меньше, из-за чего и глаза питомцев кажутся менее светлыми.]

[Оставайтесь дома с котом: Возможно, но даже при хорошем освещении они всё равно смотрятся болезненно.]

Большинство людей всегда судили ситуации на основании собственного опыта, и поскольку никто другой не сталкивался с такой проблемой, они все подумали, что этот пользователь слишком преувеличивал.

Лю Мань не могла придумать ответ на этот вопрос, поэтому также списала всё на разыгравшееся воображение зрителя.

[Нельзя скидывать всю вину на поддельный корм. В нём подделывают только бренд и фабрику, основные же составляющие преимущественно остаются неизменными. Даже в подделках содержатся все питательные вещества, необходимые кошкам, и большинство питомцев, которые их едят не должны испытывать никаких проблем.]

[Точно, бизнесмены просто хотят заработать денег за счёт репутации знаменитых брендов. Они не настолько бесчестные.]

[Мне кажется, эта стримерша просто-напросто выдумывает и преувеличивает реальное положение вещей. Она не может простить их из-за того, что они не вернули ей деньги. Именно она тут нечиста на руку.]

[А ещё касательно тех клочков улик, которые она достала неизвестно откуда… Нет никаких доказательств, что они официальны. Кто может сказать, что они настоящие? Подписи и штампы можно подделать.]

…

Внезапно на трансляцию ворвалось огромное количество зрителей. Их аккаунты были созданы в основном недавно, и слали они уйму негативной информации. Своим спамом эти пользователи захлестнули все предыдущие сообщения.

[Фея Персик: Сестрёнка, будь осторожнее! Похоже, это боты от владельцев тех магазинов. Я только что заходила на твою страницу в Weibo, там их тоже много.]

[Где модераторы? Блокируйте их, блокируйте.]

Лю Мань была единственным модератором на своих трансляциях. Её аудитория росла слишком быстро, она даже не успела найти других, кто следил бы за чатом.

[Мальчик Отаку: Сестрёнка, кликни на мой ник и назначь меня модером. Я разберусь с ними.]

[Фея Персик: И меня, и меня назначь! Я тоже хочу быть твоим модератором.]

[Рев Дракона: Я также могу этим заняться.]

…

Все старые поклонники Лю Мань выскочили, чтобы её поддержать, чем она была очень тронута.

Стример мог иметь максимум четырёх модераторов. Лю Мань выбрала на эту должность [Мальчика Отаку], [Фею Персик], [Рев Дракона] и [Я Тинтин].

Всего за пару минут боты наслали не одну сотню сообщений. Лю Мань с четвёркой новоиспечённых помощников немало времени потратили в попытке удалить их все, но не справлялись.

[Роговица кошачьих глаз содержит большое количество таурина, который оказывает стимулирующее действие на её фотосенсорные клетки. Тем не менее, сами коты неспособны вырабатывать таурин, но его много в мясе мышей. Следовательно, уличные коты и кошки получают его, охотясь на них. Домашние же способны восполнять запасы этого вещества только посредством кошачьего корма. Если питомец не получает таурин долгое время, роговица перестаёт адаптироваться. В серьёзном случае кот может ослепнуть. Думаю, в поддельном корме таурина нет вообще.]

Посреди спама внезапно возник длинный комментарий. Он состоял из множества терминов и сильно бросался в глаза. Сообщение содержало развёрнутый ответ на недавний вопрос [Оставайтесь дома с котом].

Лю Мань заметила ник его автора – [Я ветеринар]. Она перешла в его профиль, но у него не было ни аватарки, ни дополнительной информации о себе. Аккаунт был новым, зарегистрированным всего за 10 минут до написания данного комментария. Среди подписок находился только канал [Принцесса Мань].

[Фея Персик: Это бог, не иначе.]

[Оставайтесь дома с котом: Бог, как мне спасти ситуацию? Мой кот правда ослепнет?]

[Я ветеринар: Не переживай так сильно. Перестань давать коту поддельный корм. Если нет возможности покупать другой, есть вариант попытаться сделать свой. Океаническая рыба содержит много таурина, так что можешь купить сардину или лосося, куриное сердце, немного коровьей печени и отдельно их сварить. Затем смешай их с небольшим количеством моркови и листьями салата. Это позволит смягчить последствия.]

[Пушистый кот: А можно и нам использовать этот рецепт?]

[Я ветеринар: Конечно. Если пытаетесь сделать домашний кошачий корм, будет лучше добавить ещё фарш из свежей говядины и курицы. Можете включить сюда и разумное количество бобовой муки и крахмала, если позволяет финансовое положение.]

Его сообщения развеяли чувство срочности многих зрителей, ибо до сих пор никто не знал, где покупать хороший корм. Риску купить очередную подделку они предпочли сделать собственный.

Само собой, многие люди были заняты работой и делать еду своим питомцам ежедневно чисто физически не могли. Они больше надеялись на [Принцессу Мань], желая, чтобы она поскорее связалась с компанией-посредником из Гонконга.

[Господин Ветеринар, ты специалист?]

[Я ветеринар: Да, у меня есть сертификат ветеринара международного уровня.]

[Ничего себе! 666.]

[666666.]

[Теперь ясно, почему он расписал всё так заумно.]

[Господин Ветеринар, если в будущем у нас появятся другие проблемы с питомцами, можно обращаться к тебе?]

[Я ветеринар: Да, конечно. Я тоже поклонник Принцессы Мань. Буду онлайн почти на всех её вечерних трансляциях. Просто упоминайте меня в сообщениях через @.]

[Ха-ха, слава сестрёнке и её обаянию.]

[Во-во. Многие ветеринары рядом с моим домом ведут себя бездушно. Они обычно игнорируют все мои вопросы. Ведут себя так безразлично, будто единственные ветеринары на земле.]

[Отныне не нужно бояться. С возникающими вопросами можно просто идти к Принцессе Мань на стрим.]

Количество подписчиков на канале Лю Мань стремительно перебило планку в 100 000. Причиной тому стал, скорее всего, [Я ветеринар] и его сообщения.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

[А кроме разговоров о котах, у стримерши есть какие-то таланты, которые она могла бы показать нам?] — прокомментировал новоприбывший зритель.

[Быстро! Зови меня бро: Да. У нас нет питомцев, так что нам смотреть неинтересно.]

[Фея Персик: Зачем тогда смотрите?]

[Быстро! Зови меня бро: Ваш стример на первой строчке топа этого предложения, она выскочила нам в рекомендациях. Мы не хотим смотреть, но нам типа приходится. Тем не менее, я просидел тут уже долго и до сих пор не увидел, как она выглядит на самом деле. Да и других талантов не видать, а весь стрим становится очень шумным, как будто все тут испытывают злость или ещё что.]

[В последние дни все обсуждают поддельный кошачий корм. Логично, что и мы принимаем в этом участие.]

[Ну и чем выделяется эта стримерша? Мы только недавно смотрим, нам нужна причина, чтобы на неё подписаться.]

Среди зрителей Лю Мань почти ничего о ней не знали многие, поскольку популярность она набрала слишком стремительно. Большинству активным пользователям данного приложения, особенно пользователям-мужчинам, она была абсолютно неизвестной.

[Я Тинтин: Пф. Не недооценивайте её, ребят. Сестрёнка, покажи им один из своих талантов. Напиши несколько слов, пусть увидят.]

На последних эфирах Лю Мань была слишком занята для каллиграфии. Она посмотрела на время и поняла, что его вполне хватало.

— Погодите минутку, мне нужно подготовиться.

Девушка встала и пошла за кистью, чернилами, бумагой и чернильным камнем.

[А, то есть, она немного знает китайскую каллиграфию. Ну в этом ничего особенного нет.]

Когда Лю Мань впервые стримила своё письмо печатью Цинь, за этим наблюдало только 1000 зрителей. Сейчас же аудитория насчитывала 20 000 человек, и их количество продолжало расти.

Юй Чжань внимательно всматривался в экран своего телефона. Это он помог Лю Мань забрать посылку с приборами для каллиграфии. Он, как никто другой, жаждал увидеть её каллиграфическое письмо.

«Что лучше написать?» — Лю Мань задумалась, и ей на ум пришла переделанная песня Сяо Кэ «Свободный Путник». Она занесла кисть и склонилась над листом бумаги:

«В северном море есть рыба одна.

Именем Кунь зовётся она.

О размерах её ходят разные слухи,

Правда, истину ведают только лишь духи.

Есть и птица вне стен

По имени Пэн.

В небесах её большие габариты

Распростёрлись широко и деловито.

Парит она от досады,

Крылья её – меж туч эстакады.

Гонимая ветром, к югу она

Несётся словно морская волна.

Там вдалеке «небесный бассейн».

«Ци Се» – книга странных вещей…»

С первыми же написанными иероглифами в чате появилось сообщение:

[Она пишет «Свободного Путника» Чжоу Чжуана!]

Благодаря известности данной поэмы распознать ее было гораздо проще, нежели в прошлый раз. Многие зрители сразу же прочли строки.

Давние поклонники непрерывно забрасывали чат сообщениями, а экран стримерши – подарками.

Новые фанаты последовали их примеру, когда впервые стали свидетелями навыков каллиграфии Лю Мань. Сначала они спросили, в каком стиле она писала, а затем отправились на поиски отрывка «Свободного Путника». Благоговейный трепет никого не миновал стороной.

Время, между тем, шло, и все поклонники, как новые, так и старые, думали об одном и том же:

«Ничего себе!»

«Офигеть, офигеть, офигеть!»

«Она до сих пор пишет!»

Руки Лю Мань не останавливались ни на секунду. Она всё это время продолжала писать «Свободного Путника». Кончик кисти смещался ровно и гладко. Он всё порхал и порхал по поверхности листа бумаги.

Всего «Свободный Путник» состоял из 1982 иероглифов.

Мало того, что просто выучить это произведение наизусть уже было нелегко в современном мире, так среднестатистический человек ещё и иероглифы мог прочесть неправильно. Об их копировании не шло и речи.

Лю Мань, однако, писала всё по памяти. Девушка не использовала подручные средства, только собственную способность запоминать. Любому стало ясно, что она была близко знакома со «Свободным Путником».

Каждый зритель её эфира пребывал в шоке. В чате, который всё это время утопал в спаме, на мгновение наступило спокойствие, после чего хлынули бесчисленные сообщения вместе с подарками.

[Ну что, выкусил? Кто сказал, что наша принцесса ничего не умеет?]

[Ха-ха, ещё как выкусил. Думаю, во всём приложении не найдётся другого такого стримера, который сможет по памяти написать весь отрывок «Свободного Путника».]

[Быстро! Зови меня бро: Ладно, ладно, признаю. Я вёл себя, как придурок. Давайте отправлю несколько подарков. Новенькие, вы тоже присоединяйтесь.]

[«Быстро! Зови меня бро» отправил вам 100 Сердец.]

[«Наблюдаю за блаженством» отправил вам 100 Сердец.]

[«Стараюсь заработать денег» отправил вам 100 Сердец.]

[«Синий толстяк-цундэрэ» отправил вам 100 Сердец.]

[«Принц глубинного океана» отправил вам 100 Сердец.]

…

[Быстро! Зови меня бро] дал остальным хороший толчок, и каждый, следуя его примеру, стал отправлять Лю Мань подарки.

Что интересно, всякий раз, когда в прямом эфире появлялся подарок, платформа воспроизводила хороший звук, похожий на падение монет в копилку.

Динь, динь, динь, динь!

Словно огромные суммы денег летели в карманы Лю Мань. Но кисть в её руке не остановилась. Девушка даже головы не подняла. Похоже, она намеревалась завершить всю поэму.

Пока Лю Мань писала, она не включала фоновую музыку. Сама тоже ничего не говорила. Было довольно тихо, однако никто не скучал. Положение камеры телефона позволяло зрителям видеть только её тонкое запястье и его движения сверху вниз и справа налево. Каждое написанное девушкой слово будто переполнял смысл, все они впервые были написаны 2000 лет назад.

Большинство наблюдателей ничегошеньки не знали о каллиграфии, но они ощущали душевное состояния этой стримерши. Оно навевало умиротворение. Ещё буквально недавно они винили [Принцессу Мань] в беспорядках и шуме на стриме, а сейчас, в данный момент, каждый наслаждался спокойствием. Все споры и болтовня сошли на нет.

Одна часть зрителей засекала время, другая подсчитывала количество написанных иероглифов, а третья переводила их значение. Количество пользователей на трансляции, что отображалось в правом верхнем уголке экрана, продолжало расти скачками и почти достигло 30 000.

[Сорок три минуты.]

[Одна тысяча четыреста шестьдесят два иероглифа.]

[Осталось чуть больше 300 иероглифов, ещё немного.]

[Я видел много эфиров на других площадках, поэтому с уверенностью могу заявить: эта девушка – самая талантливая стримерша. Мы читали «Свободного Путника» в китайских учебниках, но там был только фрагмент, и очень немногие искали в интернете полную версию, не говоря уже о попытках её запомнить.]

[Кроме того, сестрёнка пишет символами печати. У меня много знакомых, кто изучает каллиграфию, но никто из них не учится писать малой печатью, насколько мне известно. Этот шрифт скоро станет забытым...]

[Все штрихи в каждом символе кажутся такими сложными, их очень трудно распознать. У меня просто нет слов, я восхищаюсь навыками этой стримерши.]

[Может она изучает каллиграфию в университете? Вроде бы, в некоторых заведениях есть факультеты каллиграфии.]

[Не, по-моему, раньше сестрёнка упоминала, что она учится на фортепианном.]

[!!!]

[Так она и на фортепиано играть умеет? Она что, собралась забрать все таланты себе?]

[Угу, на прошлых стримах в самом углу её комнаты можно было заметить фортепиано. Я только не понимаю, почему она ни разу не демонстрировала нам свою игру.]

[Мальчик Отаку: О, я помню её первый эфир из общаги. С ней были соседки по комнате. Хи-хи-хи, недаром они учатся в художественном училище. У всех троих очень красивые ноги.]

[ХихиХаха: Ты напрашиваешься на смерть, извращенец.]

— Хм, знакомый ник.

[Мальчик Отаку] на мгновение замешкался, но тут же ответил:

[Ты её соседка по комнате!]

[Юху, реальные подруги стримерши тоже тут!]

[Она наверняка тоже одарённая. Нужно поскорее на неё подписаться!]

[Сегодняшний стрим получается просто великолепным!

…

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Восторг зрителей сбил Ли Сяожу с толку. Она только разобралась с учебой и под вечер не знала, чем заняться. Вот и решила зайти посмотреть, как обстоят дела у Лю Мань.

Однако, когда девушка присоединилась к трансляции, она осознала, что популярность подруги во много раз превзошла ее ожидания и представления. Еще сильнее ее удивило то, что Лю Мань, неизменно известная только своей внешностью и отсутствием каких-либо навыков, писала каллиграфию. Она никогда не говорила им, что умеет это делать. Эта девушка была полна сюрпризов…

Вместе с тем Ли Сяожу не могла разобрать ни один из выведенных ею символов.

«…Если дерево не срубает топор,

То и всему остальному кора даст отпор.

Пусть при этом с него пользы и нет,

Зато не приносит оно тягот и бед».

Дописав последние слова, кисть в руке Лю Мань перестала двигаться, а сама девушка потерла уставшее запястье.

[Наконец-то закончила! Ты заслуживаешь букетов цветов.]

[Твоя каллиграфия просто супер! Ты исписала две рисовые бумаги, а мне незнакомо ни одно слово!]

[Мое восхищение к тебе словно река, которая мчится вперед и никогда не иссыхает. Только подарками я могу продемонстрировать, насколько сильно восторгаюсь тобой.]

[«Обращайтесь, если что нужно» отправил вам 100 Сердец.]

[«Бисквитное печенье» отправил вам 100 Сердец.]

[«Притон змей и крыс» отправил вам 100 Сердец.]

[«Огромные когти Хани» отправил вам 100 Сердец.]

…

Все вновь принялись одаривать Лю Мань подарками. В этой куче сообщений внезапно выделилось одно:

[«Я ветеринар» подарил вам 100 Сказочных Карет.]

…

Все резко замерли, перестав слать собственные подарки.

[Мне показалось?]

[Нет, не показалось, но теперь у меня дрожат руки.]

[Ох, бля. 100 Сказочных Карет! Никогда еще не видел, чтобы стримеру дарили столько за раз. Этот человек, похоже, богатейший богач!]

[Божечки! Анимация Сказочных Карет воспроизводится у меня на экране без остановки. Она что, будет показываться все 100 раз?!]

[Еще бы, куда нам до тех, у кого есть шахты во дворе. Теперь мои собственные подарки кажутся мне совсем мелочью…]

п.п. В ранних главах упоминалось, что Сказочная Карета стоила 5200 виртуальных монет, а 10 таких монет равны примерно 1 юаню. То есть, 100 Сказочных Карет = 52000 юаней. А еще «520» в Китае читается как «Я люблю тебя».

Опешили не только зрители, но и сама Лю Мань пребывала в шоке. Она тут же спросила у [Я ветеринара]:

— Ты неверно ввел количество?

[Нет, все верно. Я хотел отправить тебе 100 Сказочных Карет] — быстрыми и длинными пальцами напечатал эту строчку Юй Чжань. Он впервые пользовался данной стриминговой платформой и тщательно ознакомился с правилами касательно подарков. Самым дорогим подарком был Дворец Мечты, и стоил он 13 140 монет. Второй по дороговизне шла Сказочная Карета за 5200 монет.

Вообще, он мог и 100 Дворцов Мечты отправить… Только Лю Мань ни за что бы не приняла столько. Более того, не могла она принять и эти 100 Сказочных Карет.

— Твои подарки слишком дорогие, я правда не могу их принять.

Уголки губ Юй Чжаня поднялись вверх, такого ответа он и ожидал. Парень продолжил печатать:

[А кто сказал, что я даю тебе эти деньги просто так? Я собирался купить твою каллиграфическую работу. Скину тебе свой адрес, так что сможешь выслать ее мне. Пятьдесят две тысячи двести юаней за поистине великолепное произведение каллиграфии. Думаю, это очень даже немного. Оно того стоит.]

Его слова стали резким толчком для других.

[О нет. Почему я не додумался купить ее работу? Что если сестренка однажды станет знаменитостью? Тогда ее работа будет стоить уйму денег.]

[Да она уже сейчас стоит эту уйму…]

[Блин, кто-то уже успел… Ну все, следующую работу, которая получится у нее на стриме, закажу я.]

…

Вот так Юй Чжань успешно избавил Лю Мань от сомнений.

Завершив эфир, она нашла сообщение от [Я ветеринара] в соответствующем разделе приложения. Согласно адресу, жил он в центре города, где обитало большинство состоятельных людей. Лю Мань как-то слышала стоимость тамошних квартир. Каждый квадратный метр продавался по пятьсот тысяч юаней и более.

В понедельник девушку ждали два экзамена. Сдав их, она, начиная с обеда, официально отправится на зимние каникулы.

Лю Мань вышла из дома и направилась прямиком к месту их проведения. Места во время экзамена определили заранее, и ей досталось одно в заднем ряду. В голове у Ли Сяожу кружился целый ворох вопросов, который та хотела вывалить на подругу, но она сидела от нее слишком далеко. Девушка на протяжении всего экзамена несколько раз поворачивалась посмотреть на Лю Мань, на ее лице каждый раз присутствовало трудночитаемое выражение.

После завершения двух экзаменов Лю Мань, как и обещала, вместе с двумя соседками по комнате пошла в кафетерий.

Ли Сяожу не единожды открывала рот, словно намеревалась что-то сказать, но также молча его закрывала. Она посмотрела на стоявшую рядом Ван Нина, прекрасно зная, о чем та думала. В итоге ей так и не предоставилось шанса задать интересовавшие ее вопросы. Прошло много времени с тех пор, как они смотрели трансляции Лю Мань, и впечатление Ван Нина от эфиров осталось изначальным: ее подруга продавала AJ и показывала зрителям свою кошку; смотрело ее немного людей, и сами стримы казались тихими, хотя в них и присутствовала толика общения.

«Но когда трансляции Лю Мань обрели такую популярность?» — Ли Сяожу не могла придумать ответ на свои вопросы. Ночью прошлого дня она не на шутку изумилась. Тридцать тысяч зрителей, бесчисленные подарки и быстро пролетающие сообщения в чате. Она понимала, что Лю Мань сейчас была в самом настоящем ударе.

Девушка всегда верила в трансляции Лю Мань, однако совершенно не ожидала, что известность придет к ней за столь короткий промежуток времени.

Ли Сяожу было крайне любопытно, как подруга это сделала, но ей не хотелось спрашивать Лю Мань в присутствии Ван Нина. Личность последней была несколько буржуазной, как у отстраненного художника. В глубине души она никогда не относилась одобрительно к стримам, интернет-звездам и другим подобным вещам. Все они казались ей очень «низменными». Лю Мань она помогала в начале только из-за дружбы, а после ни разу не появлялась в списке ее зрителей. Спустя несколько дней девушка вообще удалила то приложение, посчитав, что оно только занимает место на телефоне.

Лю Мань, в отличие от Ли Сяожу и Ван Нина, большинство ночей была дома. Следовательно, две ее подруги куда больше времени проводили вместе. Ли Сяожу уже хорошо знала свою соседку по комнате и понимала, что та, узнай о степени популярности Лю Мань, чувствовала бы себя стесненно, и все это могло бы обернуться плохо.

Вот девушка и решила, что лучше расспросить обо всем через приватные сообщения в WeChat или сделать это с глазу на глаз после зимних каникул.

Лю Мань и близко не догадывалась о мыслях Ли Сяожу. Она доела обед с соседками, пожелала им счастливого нового года и направилась сразу домой, не заходя в общежитие.

Сейчас наступил период зимних каникул, так что студенты получили возможность расслабиться.

У Лю Мань же, наоборот, дел появилось только больше. Во второй половине дня она снова позвонила менеджеру Хуан.

Хуан Шитин сохранил номер Лю Мань. Он поздоровался с ней сразу после принятия вызова.

— Здравствуйте, госпожа Лю.

— Здравствуйте, здравствуйте, — отозвалась девушка.

— До меня дошли слухи о кое-каких невероятных поступках госпожи Лю.

Лю Мань на мгновение замолчала.

— Новости уже дошли до Гонконга?

— Теперь интернет очень развит. Не только Гонконг, даже Лос-Анджелес по другую сторону планеты узнает обо всем, стоит вам только опубликовать пост в интернете.

Хуан Шитин был чрезвычайно занятым человеком. Времени на сидение в Weibo у него, разумеется, не оставалось. Однако Лю Мань расшевелила этот улей настолько, что сейчас каждый из круга продавцов кошачьего корма в Китае знал о стримерше под ником [Принцесса Мань], которая разоблачила весь бизнес Материкового Китая, завязанный на поддельном корме для кошек.

Поскольку она при этом постоянно упоминала Hong Kong Westland Trade Ltd., то теперь занятость их службы поддержки клиентов на порядок возросла из-за входящих звонков. Звонившие в основном спрашивали о правдивости слов Лю Мань. Вдобавок увеличилось и количество продаж, продолжая расти дальше с каждым днем. Ежедневно оно практически умножалось на два, а компания их по уровню продаж превзошла всех конкурентов. Склады, где хранилось множество товара на Китайский Новый Год, почти опустели. Им пришлось заказать новую партию корма из Новой Зеландии.

Хуан Шитин и подумать не мог, что однажды проявленная им доброта обернется такой огромной выгодой для его компании. Они уже много лет воевали с посредниками материкового Китая, которые продавали поддельный корм. Слали электронные письма с предостережениями, угрожая решением вопроса в судебном порядке. Подключали даже адвокатов. Другая сторона, впрочем, не показывала ни капли страха, и бизнес их вполне себе процветал. Те люди не боялись посредников настоящего кошачьего корма, поскольку у них была поддержка покупателей.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Когда Хуан Шитин переслал файлы Лю Мань, это было скорее жестом утешения. Он и близко не надеялся, что молодая девушка чего-либо добьется. Но кто бы подумал, что она сумеет не только загнать продавцов поддельного корма в угол, а вместе с тем и поспособствует продвижению Cats’ Garden?

Хуан Шитин поручил своему помощнику зайти на Taobao для анализа ситуации. Те продавцы поддельной кошачьей еды, чьи дела всегда шли успешно, уже поснимали с продажи весь корм. Некоторые магазины и вовсе закрылись.

Сейчас ему даже с главного офиса в Новой Зеландии звонили и спрашивали о внезапном скачке в продажах в Восточной Азии.

Оттого настроение у Хуан Шитина было крайне хорошее. А к Лю Мань он стал обращаться еще лучше.

— Спасибо вам большое за рекламу нашей компании в интернете.

— Нет, нет, это я должна вас благодарить. Без ваших файлов мне бы никто не поверил.

— Ха-ха, да это пустяки, в тех файлах все равно нет никаких секретов. Они есть у всех сотрудников нашей компании, но никто ими никогда не пользовался, — Хуан Шитин засмеялся. — Госпожа Лю, вы, стоит полагать, звоните теперь по другому вопросу?

Лю Мань задумалась над тем, с чего стоит начать, после чего заговорила:

— В текущее время невероятно трудно достать корм от Cats’ Garden на материковом Китае. Почти все варианты, известные людям, влекут за собой проблемы. Большинство сейчас относится к подобным покупкам с подозрением и боится их совершать. На стриме я общалась со своими зрителями, и они все доверяют мне. Они очень надеются, что смогут покупать кошачий корм через меня. Поэтому мне интересно, могли бы вы предоставить мне необходимые ресурсы, чтобы я получила возможность продавать его через в материковом Китае?

Хуан Шитин хмыкнул и ответил:

— Знаете, сколько уже бизнесменов из материка за все время просили меня сделать их законными посредниками Cats’ Garden? Все они были старше вас, крайне образованными, владели известными компаниями, имели связи и знали, как управлять бизнесом. Никому из них я не дал разрешение, так почему должен дать его вам?

Хуан Шитин говорил по-прежнему очень мягко, но вопросы его, тем не менее, звучали резко и бесчувственно.

Лю Мань при этой атаке не замялась и отозвалась спокойно:

— Прежде всего я хочу стать лишь посредником в сети. У меня есть почти тридцать подписчиков на Weibo и более десяти тысяч в стриминговом приложении. С дальнейшими трансляциями их количество только возрастет. Большая их часть – потенциальные покупатели, а реальные права на посредничество вы можете дать кому-то другому или заняться этим самостоятельно. Во-вторых, вы сами бизнесмен, и наверняка ведь в первую очередь заботитесь о количестве возможных выгод. Думаю, я могу на 10% увеличить спрос на ваше предложение.

— По-моему, я не раскрывал вам подобных данных нашей компании.

— Надеюсь, вскоре это изменится.

Хуан Шитин опять засмеялся.

— Как для молодой девушки, у вас есть немалые амбиции. Похоже, вы шаг за шагом подталкиваете меня к нужному вам результату.

Лю Мань возразила, тоже засмеявшись:

— Я делаю только один шаг за раз и ничего не планировала. Если бы мои эфиры не были популярными, и меня саму никто не знал, я бы не звонила вам сейчас с этой просьбой.

— Для решения мне нужно провести встречу с другими руководителями компании. Прямо сейчас я никак не могу дать вам точный ответ. Кроме того, кошачий корм в нашем хранилище скоро будет распродан, а скоро Китайский Новый Год. Если мы решим дать вам разрешение на продажу корма нашей компании, первую партию продуктов вы получите только после Нового Года.

— Хорошо, я подожду.

Положив трубку, Хуан Шитин впервые скачал Weibo, чтобы посмотреть на аккаунт [Принцессы Мань]. Он даже сам зарегистрировался и подписался своим английским именем, Алекс. Ему пришлось. Иначе социальная сеть не позволяла просматривать большую часть содержимого страницы девушки.

Мужчина увидел комментарии подписчиков в поддержку [Принцессы Мань] и видео с ее эфиров, которые полностью изобличили продавцов поддельного кошачьего корма. Он тоже подписался на ее страничку, на всякий случай.

После глубоких раздумий Хуан Шитин позвал своего помощник к себе в кабинет и велел тому созвать совещание руководителей.

…

Прошлой ночью, когда [Я ветеринар] купил работу Лю Мань за немалую сумму, он натолкнул остальных зрителей на мысль о том, что ее символы печати были достойны коллекционирования.

Поэтому тем же днем девушка взялась за каллиграфию вновь. Эфир превратился в подобие аукциона, где каждый сравнивал, сколь много может заплатить.

Сегодня ее темой была «Книга песен Дая Ханьлу».

«Глядя на подножье далекой горы

При виде деревьев малых и больших,

Господин безмятежный стоял

И о мире всеобщем мечтал.

Чаши для вина узорами блестели,

Под ложкой золотой – хорошее вино,

Счастье из небес на землю прилетело,

Как господин и говорил умно.

Расправив крылья, скользил орел по небу голубому,

Умчалась в овраг рыба, лихо мельтеша хвостом.

Ох, безмятежный господин,

Почему б ему не обучить еще детин?

Сладкое вино налито до краев,

Стать жертвой красный бык готов.

Жертва эта – подношение богам,

Взамен на мир и счастье нам.

А деревьев сколько, глянь,

Часть их жители сожгут им в дань.

Какой спокойный, добрый господин,

Что духи божьи заглянут к нему с пучин.

Повсюду растет винограда лоза,

Оплетая ветки, кусты, древеса.

До чего безмятежен сей господин,

Что жертву приносит богам,

Не руша природы закон ни один,

Не примыкая к злым существам».

Чат заполонили сообщения в ту же секунду, когда Лю Мань начала писать эту поэму.

[Сегодня сестренка снова пишет что-то невероятное.]

[Я никогда не смогу прочесть письмо [Принцессы Мань] (╯︵╰,)]

[Ох, сегодняшние символы особенно тяжело распознаются, а писать их, похоже, еще сложнее!]

[Зато достаточно и того, что смотрятся они первоклассно. Мы просто неграмотные зрители. Давайте смотреть тихо.]

[Напиться вина и спеть: Я хочу купить это.]

Зритель с ником [Напиться вина и спеть] последовал вчерашнему примеру [Я ветеринара] и сразу подарил Лю Мань 10 Сказочных Карет.

[Шахтой я не владею и разбрасываться деньгами не могу. Это максимум, который позволил себе отправить. Сестренка, продай мне, пожалуйста, сегодняшнюю работу.]

[Только 10 Сказочных Карет… Тот бог, [Я ветеринар], отправил целых 100.]

[Ха-ха, может он отправил столько подарков из-за количества слов в «Свободном путнике». Не его вина, что их там так много.]

[Сдается мне, вы все не понимаете. Один-единственный символ, выведенный мастером-каллиграфистом будет стоить тысячу. Думаю, эта работа стримерши, вне зависимости от ее длины, всегда будет иметь большую денежную ценность.]

Подарки [Я ветеринара], похоже, установили нижнюю планку. Любые презенты других пользователей, уступавшие по стоимости, высмеивались.

[Член Южного Королевства: Если 10 Сказочных Карет достаточно для покупки такой хорошей работы, тогда я подарю тебе 15.]

[«Член Южного Королевства» отправил вам 15 Сказочных Карет.]

По центру экрана появилась полоса из жирных букв красного цвета, став преддверием анимации 15 карет.

[Быстро! Зови меня бро: Ну и? Всего на 5 карет больше, жмот. Гляди, сколько может отправить твой бро.]

[«Быстро! Зови меня бро» отправил вам 30 Сказочных Карет.]

[66666666666666666666.]

[Бро, тебе еще нужен младший брат?]

[Бро, я твоя младшая сестра, которая потерялась несколько лет назад.]

[Бро, я поменяю свою фамилию на твою, можно?]

…

В отличие от поклонниц-девушек, которым нравились милые животные, новые поклонники-парни больше предпочитали каллиграфию.

Вообще, в реальности она только им и нравилась. Части мужчин нравился чай, поэтому они покупали множество чайных сервизов, столиков, и всего остального, связанного с чайной церемонией. Было бы просто замечательно, если бы перед их чайными столиками висела серьезная каллиграфичная работа со словами, к примеру, «Десять тысяч лошадей скачут галопом» или «Жизнь благоволит усердным». Еще и перед друзьями можно было хвастаться такой работой, предварительно пригласив их на чаепитие. Так хозяин дома выглядел бы в их глазах крайне утонченной натурой.

[Мальчик Отаку], смотревший каждый эфир [Принцессы Мань], чувствовал себя подавлено, когда видел огромное множество дорогих подарков.

— Я тоже хочу работу [Принцессы Мань].

Пока он это говорил, его рука уже открыла раздел с подарками и он выбрал Сказочную Карету.

При виде происходящего первый и второй соседи по комнате резко схватили его за обе руки. Третий сосед убрал подальше телефон парня.

— Чувак, спокойнее, расслабься. Мы бедные студенты, а карета стоит более 500 юаней!

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Дописав весь отрывок из «Книги песен Дая Ханьлу», Лю Мань наконец-то подняла голову и стала листать комментарии в чате. Их было много, а подарков от зрителей – еще больше.

К тому моменту поклонники, отправившие Сказочные Кареты, активно спорили касательно того, кто купит сегодняшнюю поэму. Работа была всего одна, но претендовало на нее множество пользователей.

Лю Мань не имела варианта решения данного вопроса, когда в чате, в самом его верху, появилось длинное сообщение.

[Эй, Принцесса Мань: Привет, ведущая. Я сосед по комнате [Мальчика Отаку]. Мы – второкурсники Столичного Университета. [Мальчик Отаку] смотрит твои эфиры с самого первого дня, когда ты начала стримить. Он ни разу не пропускал твою трансляцию. Теперь он даже стал твоим модератором и всегда оставался самым верным твоим поклонником.]

[Эй, Принцесса Мань: Ему очень понравилась твоя каллиграфическая работа, но он обычный студент из простой семьи. Он не может закидать тебя Сказочными Каретами, как это делают другие выходцы из богатых семей, но он не раз отправлял тебе подарки на прошлых стримах, тратя на них личные сбережения. Ради всего этого, а также ради того, как он поддерживал тебя, даже просто смотря эфиры прямо перед экзаменами, не могла бы ты, пожалуйста, подарить ему одну из своих работ?]

Вслед за появлением данного комментария активность в чате забурлила с новой силой.

[Ого, даже лучшие студенты Столичного Университета смотрят ее трансляции. Я раньше и не думала, что стримерша настолько популярна…]

п.п: Здесь есть много отсылок к реальной жизни. К примеру, когда автор пишет «столица», она имеет в виду Пекин. Под «Столичным Университетом» подразумевается Пекинский Университет – одно из самых престижных учебных заведений в Китае. Автор не пишет точное название, ибо китайские читатели, очевидно, понимают подобные моменты и так.

[Да, этот человек прав, но так не совсем честно. Он не один преданный фанат [Принцессы Мань], и больше всего подарков отправили другие. Почему стримерша должна отправить ему свою работу, только потому что об этом попросили его соседи по комнате?]

[Во-во. Кто первый успел, того и тапки. Я вот думаю, что каллиграфическая работа должна уйти человеку, который отправит за вечер больше всего подарков.]

[Вы знаете, что он тут модератор? Осторожнее, а то кикнет вас из трансляции.]

…

Каждый вставлял в обсуждение свои пять копеек, но все это писали новые фанаты. Четыре модератора Лю Мань, включая самого [Мальчика Отаку] в беседе участия не принимали. Как и старые зрители.

Лю Мань тоже долгое время молчала. Она очень хорошо понимала: если не разрешить сложившуюся ситуацию сегодня, львиная доля зрителей может уйти.

После кратких размышлений девушка произнесла:

— Сегодня у меня начались зимние каникулы, и я могу вести эфир до двенадцати часов. Те, кто отправлял мне Сказочные Кареты, напишите до ночи свои адреса мне в личку. Я напишу еще несколько копий этой поэмы с утра и отправлю их вам. А сейчас я продолжу писать. И отныне, пожалуйста, перестаньте слать подарки, потому что эта работа будет непосредственно для [Мальчика Отаку]. Спасибо тебе за всю твою поддержку с самого начала.

Лю Мань, в отличие от других стримеров, никаких программ для изменения голоса не использовала. Он и без того звучал естественно и традиционно. Мягкость в нем тоже присутствовала. Казалось, словно она была способна успокоить ум любого, ибо каждый зритель враз утихомирился и перестал спорить.

Все внимательно наблюдали за тем, как девушка расстелила новый лист рисовой бумаги и продолжала тереть чернильную палочку о тушечницу для создания чернил. В какие-то моменты в обзор камеры попадал острый подбородок Лю Мань. Она, вероятно, заколола волосы на затылке, потому как далее их в кадре видно не было.

[Мальчик Отаку] оцепенело уставился на экран, глядя на ее подбородок и тонкие пальцы… Его соседи по комнате тоже не ожидали, что убедить [Принцессу Мань] получится так просто. Все четверо парней в комнате общежития отстранились от учебы и внимательно следили за действиями стримерши.

«Синий цвет получают из индигового растения, но он темнее, чем индиговое растение.

Лед образуется из воды, но он холоднее воды.

Дерево может быть настолько прямым, что составит одну линию с плотничьим шнуром.

Однако если дерево согнуть и сделать из него колесо, его кривизна будет соответствовать фигуре, которую рисует циркуль.

И как бы потом его ни сушили, оно не выпрямится обратно.

Это происходит потому, что сгибание сделало его таким.

Поэтому если дерево получает обработку по плотничьему шнуру, оно выпрямляется,

Если металл наталкивается на точило, он становится острым.

Если благородный муж много учится, каждый день проверяет себя и анализирует свое поведение, то обретает рассудительность и ясность ума, а в поступках перестает совершать ошибки».

Лю Мань написала фрагмент из «Призыва к обучению» за авторством Сюньцзы. Каждому эта часть поэзии была знакома, так что многие зрители могли процитировать ее даже без перевода.

Однако со следующего абзаца Лю Мань написала:

«Звук японского журавля пронесся по полю-трясине,

Рыба иногда заплывала в ручьи и ныряла в озера глубины.

Веселятся они в реке и саду, где сандаловые деревья растут,

А из горных минералов и руд создается нефрита продукт».

Это тоже был известный отрывок из «Книги песен», а последнее предложение даже стало знаменитой пословицей в современном мире.

После написания всего этого Лю Мань обратилась к зрителям:

— Я надеюсь, [Мальчик Отаку] и его соседи по комнате, а также мои другие поклонники, которые все еще учатся, будут стараться и усердно готовиться к экзаменам.

— Многие из вас знают, что я тоже студентка, и буквально недавно сдала последний экзамен в семестре. Я учусь на художественном факультете, поэтому умом не блистаю и не понимаю многого. Тем не менее, я обязательно сдам каждый тест, потому что всегда усердно занимаюсь и внимательно слушаю преподавателей на занятиях. Я приложу все усилия. Стримить получается, только когда есть свободное время. Да и вы наверняка смотрите меня, если не заняты. Этого уже достаточно, чтобы сделать меня счастливой.

— И еще хочу сказать [Мальчику Отаку]. Тебе очень повезло найти таких друзей. «Из горных минералов и руд создается нефрита продукт». Ты сможешь добиться большего, только если будешь прислушиваться к своим друзьям. Ваша дружба бесценна, не растрать ее.

— Из горных минералов и руд создается нефрита продукт, — прошептал себе под нос [Мальчик Отаку].

— Ой, в глаза что-то попало… — первый сосед заморгал.

— Сентиментальность хлынула внезапно. Боже, мы же взрослые люди, — третий сосед хмыкнул и закрыл трансляцию.

Второй только засмеялся:

— Это девушка и впрямь не похожа на остальных.

Душещипательная речь Лю Мань растрогала не только [Мальчика Отаку], но и многих поклонников из ее старой гвардии.

[Фея Персик: Я только сейчас осознала, что сестренка мало того, что фея, так еще и ангел. Ее слова такие теплые.]

[Я здесь ради обуви: Да, я уже купила AJ, но продолжаю как по графику появляться на ее стримах каждый день. Это уже стало своего рода привычкой.]

[Рев Дракона: Мне нравится наша сестренка-стримерша.]

[Энди моя эйфория: И мне. В два раза сильнее!]

[Блинчик: А мне в три!]

[Пушистый Кот: Мне в четыре!]

[Где кошка, там и я: Мне в пять!]

…

[Блин, эта стримерша чересчур веселая.]

[Угум, настолько веселая, что мне даже как-то неуютно.]

[Мне казалось, вообще все стримерши в этом приложении кокетничают и стараются надевать минимум одежды. Вот такую девушку встречаю впервые.]

[Наверное, у нее не очень хорошо с внешностью. Но достаточно и ее огромных талантов.]

[Да, если бы она была красивой, то не стала бы скрывать лицо так долго. Красивым личиком куда проще привлекать новую аудиторию.]

[Даже если она некрасивая, пусть так. Вы разве не слышали «Умный человек всегда ведет себя изысканно»?*]

п.п.: Вообще, это название книги. И на английском оно звучит как «One Who Is Filled with Knowledge Always Behaves With Elegance». На русский не переведено.

[Зато Бог довольно справедлив. К примеру, в моем универе те девушки, которые получают хорошие оценки, зачастую не выглядят красиво. И наоборот, у красивых не бывает хороших оценок.]

[Никто не идеален.]

[А я вообще перестал доверять внешности женщин. Достаточно нанести макияж, наложить фильтры, и любая станет красавицей.]

…

Все поклонники [Принцессы Мань], как старые, так и новые, даже не осознавая, сошлись во мнении, что их любимая стримерша не отличается красотой.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Старые поклонники Лю Мань в основном являлись молодыми девушками, а новые представляли по большей части мужской пол. Мужчины в своих речах были довольно грубыми, зато подарками забрасывали очень даже щедро.

Обладали они и правильностью. Когда Лю Мань попросила перестать дарить подарки, мужчины перестали.

Поклонницы же наоборот активизировались.

[«Фея Персик» подарила вам 52 Сердца.]

[«Я тут ради обуви» подарила вам 52 Сердца.]

[«Я Тинтин» подарила вам 52 Сердца.]

[«Рев Дракона» подарила вам 52 Сердца.]

[«Где кошка, там и я» подарила вам 52 Сердца.]

…

[«Мальчик Отаку» подарил вам 520 Сердец.]

[Мальчик Отаку: Спасибо тебе большое за эту работу специально для меня. Год подходит к концу, и у меня сейчас осталось лишь столько. Когда начнется второй семестр, я пойду на подработку, заработаю там больше и верну тебе все до фэня.]

[Мальчик Отаку] рассудительно набрал это сообщение, прежде чем его отправить.

Он был крайне смышленым парнем. Проще всего ему в подростковом возрасте давалась учеба. После легчайшего поступления в Столичный Университет он стал еще более расслабленным. Пропускал занятия, опаздывал, играл в компьютерные игры, смотрел стримы. А очень высокую оценку при этом получал, даже садясь за учебу в самый последний момент перед экзаменом.

Может, именно сейчас он осознал, что ему нужно становиться лучше. Нужно больше времени уделять учебе и учиться зарабатывать деньги. Парню нужно было оправдать надежды [Принцессы Мань] по отношению к нему.

По окончании эфира Лю Мань завалили приватными сообщениями. Первыми она отобрала адреса, по которым требовалось отправить каллиграфические работы. Остальные просили предоставить способы связи с ней.

[Фея Персик: Сестренка, мой ID в WeChat XXXXXXX. Можешь добавить меня в друзья, пожалуйста?]

Лю Мань исполнила ее просьбу без намека на сомнения. Никнейм поклонницы был просто [Персик].

Как только она отправила ей запрос на дружбу, [Персик] приняла его в ту же секунду.

[Ого, я просто надеялась на чудо. Не ожидала, что ты добавишь меня! Я так рада.]

Не успела Лю Мань ответить, как получила от нее еще одно сообщение.

[Сестренка, ты ходишь в столичный университет, да? Я тоже учусь в столичном, на последнем курсе. Факультет экономического управления в Университете Цинхуа. А в каком учишься ты?]

Столичный Университет и Университет Цинхуа считались лучшими во всей стране. Лю Мань и не думала, что [Фея Персик] тоже окажется успешной студенткой.

[Я учусь на факультете фортепиано в Столичном Музыкальном Университете. И это мне стоит называть тебя сестренкой, поскольку я еще второкурсница.]

[Ха-ха, «сестренка» это просто способ обращения к человеку, и не обязательно, чтобы он был старше. Можешь звать меня сестра.]

Довершила сообщение [Фея Персик] круглолицым смайликом.

Лю Мань все эти обращения из современного мира сильно запутали. Она не знала, как стоит ответить.

В то же время [Персик] продолжила:

[На последних стримах ты немного снимала Рассвет. Я смонтировала эти моменты и сделала из них небольшой ролик. Хочешь выложить его у себя на Weibo?]

Лю Мань была тронута и удивлена. Даже она сама не стала делать видео для своей кошки.

[Но разве это было не слишком хлопотно?]

[Ха-ха, да не особо. Я обожаю кошек, но родные не разрешают завести даже одну. Еще мне нравится редактировать видео. Если бы не семья, я пошла бы учиться на режиссера в Столичную Академию Кино. Нужно чем-то заниматься в качестве хобби. Сейчас, скину тебе получившийся ролик.]

[Спасибо тебе, серьезно. Спасибо большое.]

Лю Мань вообще не знала, что написать еще, помимо благодарности. Она очень сильно, от всего сердца, ценила усилия этой девушки.

Та ничего не ответила, зато по очереди отправила 11 коротких видео.

Ролики получились очень искусными, [Персик] запечатлела каждый момент молчаливой милоты Рассвет: зевки, потягивания, моргание, взгляд в пустоту, вылизывание шерсти… Поверх всего этого девушка наложила фильтр, благодаря которому видео получилось в более теплых тонах. На соединенных вместе с теплым светом клипах кошка смотрелась еще милее. И это при том, что она и без того была милашкой.

[У тебя отлично получилось.] — напечатала Лю Мань.

[Персик] ответила шутливо:

[Не хвали, а то еще зазнаюсь.]

Лю Мань загрузила на свою страничку Weibo все 11 полученных видео.

Юй Чжань тем временем был весь в делах. Он пропустил трансляцию девушки, оттого ощущал внутри некую пустоту и зашел проверить Моменты в WeChat Лю Мань. Ничего нового там не появилось. Тут парень вспомнил, что подписался еще на ее аккаунт в Weibo. Авторизовавшись, он по счастливой случайности увидел только что опубликованные видео.

Во время просмотра роликов с милой кошкой в главной роли уголки его губ беспрепятственно приподнялись вверх. Совершив некоторое количество нажатий, он репостнул все 11 видео.

За последние дни Лю Мань заработала почти сотню тысяч юаней исключительно на продаже своих каллиграфических работ.

Она выделила время и открыла счет в банке, переведя все сбережения на карточку. Получить их девушка могла в любое время, когда они ей понадобятся.

Затем была произведена закупка большего количества рисовой бумаги на Taobao, поскольку дальнейший заработок на каллиграфии был в ее планах. Чего Лю Мань не ожидала, так это получить сообщение от профессора Цю, которая не давала о себе знать столь долгое время.

[Здравствуй, госпожа Лю Мань. Ты завтра свободна?]

Девушка не смела заставить профессора ждать, поэтому ответ отправила незамедлительно.

[Да, свободна. Сейчас я всегда свободна, зимние каникулы ведь.]

[Пробы будут завтра в 10 утра. Приходи по этому адресу: проспект XXXX, здание Galaxy 186, этаж 23, аудитория 417.]

Лю Мань ограничилась простым ответом, задавать вопросы у нее не хватило духу.

[Хорошо, я приду вовремя.]

Профессор Цю больше ничего не писала.

Девушка так и продолжала смотреть на переписку между ними и погрузилась в собственные мысли. Она не знала, как лучше готовиться к этим пробам. Сперва ей захотелось обратиться за помощью к Ли Сяожу и Ван Нина, она уже и окошко группового чата открыла. Но затем, поддавшись сомнениям, так же быстро закрыла его.

Тем временем глазам предстал диалог с [Персик]. Спустя секунды раздумий девушка начала набирать:

[Доброе утро, сестра.]

[Персик] ответила ей сразу же.

[Оу, привет. Мне так неловко от этого официозного приветствия, зато нравится обращение. В чем дело?]

[Я просто хотела спросить тебя о том, как нужно идти на собеседование. У меня оно завтра.]

Лю Мань думала, что раз уж [Персик] готовилась к выпуску из университета, то наверняка имеет опыт поиска работы.

[Собеседование? С чего это тебя так внезапно будут собеседовать? Ты же вроде на втором курсе учишься.]

[Нашла подработку на зимние каникулы.]

[О-хо-хо… Мне казалось, что ты на одних только стримах достаточно зарабатываешь, но ты еще и подработку пытаешься найти! Ну и усердие.]

[Мне сейчас сильно нужны деньги.]

Лю Мань отнюдь не считала постыдным говорить подобное.

[Так-так… Дай-ка подумать. Честно говоря, у меня самой не так много собеседований было.]

Чуть позже [Персик] прислала следующее:

[Прежде всего, не опаздывай. На сколько назначили собеседование?]

[На 10 утра.]

[Тогда лучше приди туда в полдесятого.]

[Хорошо.]

[Тебе всего двадцать, так что не переусердствуй с макияжем. Достаточно, чтобы все смотрелось подходяще твоему возрасту.]

[Поняла.]

[Я раньше не устраивалась на подработку, но думаю, сейчас на них есть много желающих. Когда придешь туда, тебе, скорее всего, придется ждать. Во время ожидания не сиди в телефоне. Хоть в стену уставься, но никакого телефона.]

[Ну, с этим проблем у меня нет.]

Лю Мань никогда не испытывала телефонной зависимости.

[А, и на какую работу устраиваешься? Она относится к твоей специальности, фортепиано?]

[Вроде того.]

[Тогда больше никаких советов по поводу самого процесса собеседования я тебе дать не смогу. Просто не слишком нервничай, и все пройдет отлично.]

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Следующим днем Лю Мань прибыла к зданию Galaxy сразу после девяти, как и сказала [Персик].

Здание это было главным офисом Capital City Galaxy Film and Television Ltd. В сумме оно имело 37 этажей и выглядело громадным. Его можно было считать одним из знаковых сооружений города. Из-за того, что сюда постоянно приходило немало известных в шоу-бизнесе суперзвезд, дело не обошлось без охраны, которая не пускала внутрь посторонних. У каждого входа имелась группа безопасности и дверь с электронным замком.

Лю Мань только подошла к переднему входу, когда ее остановил подошедший дежурный, разодетый в чисто черную униформу.

— Отойдите, нам нельзя подпускать случайных людей к этому зданию, — охранник принял ее за очередную молодую девицу, которая пыталась увидеть своего кумира.

— Я сюда на собеседование, — объяснилась Лю Мань.

Так совпало, что Galaxy Film and Television как раз закончила подбор новых суперзвезд на тренинги, поэтому сторож нетерпеливо сказал:

— Не пытайтесь обмануть меня под таким предлогом. Собеседование на обучение новых знаменитостей закончились, а о других нам не сообщали.

Его слова озадачили Лю Мань. Она открыла WeChat, чтобы подтвердить верность адреса, затем обратилась к охраннику:

— Меня сюда позвала профессор Цю Цзин.

От услышанного имени мужчина резко переменился в лице. Он бросил еще несколько взглядов на гостью.

— А, так вы на пробы. Почему одни? Никто вас сюда не привез? Вы пришли пешком? Где ваша машина?

— У меня нет машины. Я приехала на метро, — терпеливо произнесла девушка.

— Странно, — пробормотал охранник, после чего добавил: — Вы слишком рано, но иногда это даже хорошо. Пройдите за мной, нужно внести в систему информацию о вас.

Лю Мань направилась за ним офис охраны и внесла свои данные в таблицу. Затем мужчина достал из ящика стола карточку.

— Это временный ключ от входной двери, теперь вы можете войти.

— Спасибо!

С карточкой в руках она пересекла небольшую площадь, прежде чем подойти ко входу в здание. По обе его стороны располагалась огромная парковка. На ней уже стояло множество разнообразных дорогих бизнес-автомобилей и минивэнов. Даже несколько спортивных машин имелось.

В это время люди только начинали работать. Немало сотрудников направлялись ко входу в здание. Они все казались такими мудрыми и взрослыми, что излучали особую ауру.

Лю Мань смешалась с толпой, зашла в лифт и покинула его по достижении 23-го этажа. Ступив на мягкий ковер, она огляделась. Девушка осознала, что не знает, как добраться до нужной аудитории.

Молодая женщина, тоже вышедшая из лифта, повернулась к ней и в итоге узнала. Она робко спросила:

— Вы Лю Мань?

— Да, это я.

— По-моему, менеджер Цю сказала, что назначила время на 10 часов. Почему вы так рано?

Лю Мань улыбнулась.

— Думаю, лучше прийти раньше.

Ее улыбка соединила в себе студенческую простоту, застенчивость и толику тактичности. У молодой женщины, которая повидала множество высокомерных и эгоцентричных знаменитостей, сложилось о ней положительное впечатление.

— Тогда идите за мной.

В качестве обуви она носила туфли на очень высоких и тонких каблуках. Впрочем, шагать быстро они ей не мешали. Лю Мань последовала за ней, ступая максимально широко. На ходу молодая женщина объяснила:

— Я помощница менеджера Цю, Чжоу Си. Пока что отведу вас в конференц-зал номер четыре и позову, как только появится менеджер Цю.

— Спасибо вам, сестра Си.

— Ну нужно благодарностей, это все считается частью моих обязанностей, — видя отношение Лю Мань, Чжоу Си испытывала счастье.

Она узнала о ней многое еще несколько дней назад. Цю Цзин упоминала о девушке довольно много раз и показывала ей фото Лю Мань, благодаря чему помощница опознала ее с первого взгляда.

Как только «Прислушайся к звуку ветра» подтвердили и собирались начать кастинг, компания вложила все свои ресурсы в этот фильм. Цю Цзин отложила все остальные пункты из своего расписания, дабы всецело руководить данным проектом. Сейчас все базовые приготовления для съемок были завершены. Оставалось только найти актеров для «Цзи Нин» и второй по важности женской роли.

Именно для последней по большей части и проводились сегодняшние пробы.

Лю Мань сидела в углу конференц-зала, смотря в окно. Само помещение было видным для людей из коридора, поскольку его стены являлись прозрачными. Занавески не опускали.

Подошедший вместе с инвестором Е Цзыань с первого взгляда заметил девушку внутри.

На ней было светло-серое пальто. Сидела она великолепно, с прямой спиной, а одежда сразу бросалась в глаза своей опрятностью и отсутствием складок. Ее ноги были сведены вместе и чуть повернуты в сторону, одна рука лежала поверх другой. Вся внешность девушки казалась очень естественной, словно делала она это вовсе не нарочно. В этот момент ее голова повернулась к окну, явив взглядам ретро-прическу на затылке. По ту сторону окна, на подоконнике стояли два воробья, они и привлекли внимание незнакомки.

Даже не имея возможности увидеть ее лицо, Е Цзыань все равно чувствовал, что глядит она на этих воробьев с крайней нежностью.

— Помню, в сценарии была сцена, где Цзи Нин во время занятия смотрит на птиц за окном. Именно так я ее себе и представлял, — задумчиво произнес режиссер.

Возле него стоял мужчина, один из продюсеров и по совместительству инвесторов «Прислушайся к звуку ветра». Звали его Гао Цзиньдун, но все в индустрии развлечений из уважения обращались к нему учитель Гао.

В молодости Гао Цзиньдун был известным актером. Он обладал традиционной и грациозной внешностью. Даже в свои пятьдесят с лишним лет он по-прежнему смотрелся привлекательно. Когда мужчина был моложе, его снимали в сложных фильмах и телешоу о национальных горах и реках. Заработав достаточно известности и денег, он ушел за кулисы, став инвестором.

Гао Цзиньдун хмыкнул.

— Эта девушка, похоже, из приличной семьи. Она подходит на роль Цзи Нин.

— Та, которую подобрала менеджер Цю тоже по слухам соответствует героине, — отозвался Е Цзыань.

— Затем я сегодня и здесь. Хочу лично увидеть ее, ибо вы двое редко в чем-то соглашаетесь.

Е Цзыань сверил время.

— Сейчас без двадцати десять. Все актрисы на вторую женскую роль должны уже прийти.

Кастинг на эту роль был назначен на полдесятого. Лю Мань, сидя в ожидании, и не догадывалась, что сейчас туда одна за другой прибыли известные звезды.

В отличии от нее, все они имели опытных водителей, которые доставили их сюда на минивэнах модели Альфард. Были у них и помощники, визажисты и представители. Все это выглядело очень демонстративно.

— Дядя Гао, — со спины двоицы раздался удивленный голос.

Гао Цзиньдун и Е Цзыань одновременно повернулись в сторону говорившей девушки.

Выглядела та вне всяких сомнений замечательно. Ясные глаза и белые зубы только подчеркивали этот радостный образ. Ее длинные вьющиеся волосы достигали талии, а их кончики были окрашены в серовато-желтый цвет. Одежду она носила чрезвычайно тонкую, даже в такую холодную погоду: кофточку с длинными рукавами в розовых и желтых цветах и джинсовую юбку, которая прекрасно подчеркивала ее сексуальные ноги.

Звали девушку Ян Хуаюэ, и она только недавно закончила Столичную Академию Кино. Впрочем, сниматься в фильмах она начала еще на первом году обучения. Поначалу она играла персонажей массовки или третьестепенных героинь. Первый фильм девушки инвестировал Гао Цзиньдун.

Ян Хуаюэ подбежала к нему.

— Дядя Гао, не думала встретить вас тут сегодня. Вы пришли, чтобы посмотреть мои пробы на вторую женскую роль?

Гао Цзиньдун улыбнулся.

— Да, так что покажи себя на все сто.

«Такая фальшь…» — подумал Е Цзыань.

Ему доводилось слышать немного об отношениях между Гао Цзиньдуном и Ян Хуаюэ. Ее отец приходился инвестору лучшим другом в детские годы, и девушка поступила в академию кино, воспользовавшись социальными связями этого мужчины. Незначительные роли во многих сериалах ей давали тоже из-за него.

Ян Хуаюэ, вероятно, решила, что фильмы принесут ей больше известности, чем сериал или телешоу, поэтому переключилась на съемки в кино. Га Цзиньдун действительно поддерживал ее, но кассовые сборы не совсем оправдали его ожидания, в результате чего он едва вернул вложенную сумму.

Именно по этой причине мужчина не горел желанием помогать Ян Хуаюэ на этот раз. А единственное объяснение, почему эта девушка появилась на текущих пробах, заключалось в том, что Цю Цзин не хотела вызывать у Гао Цзиньдуна неловкость.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

«Звук Ветра» мог показаться романтическим школьным фильмом, однако на самом деле основное внимание в нем концентрировалось все-таки на жанре триллера.

Главная героиня, Янь Сялань, родилась в обеспеченной семье. Она с рождения получала все, что хотела. Растили ее в Америке и отправили учиться престижное учебное заведение. Вдобавок девушка изучала фортепиано в известной консерватории. Как ни посмотри, жизнь у нее была идеальной. И в довершение всего природа наделила ее и умом, и красотой. Во время учебы в колледже она познакомилась с главным героем по имени Гу Цин, который собирался поступить в Американский колледж. Парень был умным, привлекательным, одним из лучших студентов на факультете биологии.

Встретились они на азиатской студенческой вечеринке. Янь Сялань прибыла туда в качестве особого гостя, где сыграла перед собравшимися на пианино. Ее мастерство и необычайная внешность поразили Гу Цина.

После вечеринки парень стал добиваться сердца Янь Сялань.

Девушка не испытывала недостатка в обожателях, что сделало ее чрезвычайно разборчивой. В каждом мужчине она пыталась отыскать недостаток. Только Гу Цин был идеальным, без единой отрицательной черты. Во-первых, он обладал отличными навыками в расчетах. Все его действия оставались в диапазоне, приемлемом для Янь Сялань. Он ни разу не говорил ей о своих чувствах публично, чтобы не смущать, и не приставал. Появлялся исключительно в самые подходящие моменты, создавая ощущение абсолютной случайности их встреч, благодаря чему не вызывал у девушки неприязнь. К тому же, как для китайца у него была вполне симпатичная внешность. А как для американца – высокое и сильное тело. Янь Сялань питала слабость к красавцам и не смогла противостоять привлекательности этого мужчины, не говоря уже о том, насколько хорош он был в учебе.

Они очень естественно стали парой. Ходили на свидания и жили под одной крышей. Гу Цин продолжил идти по научной стезе для получения докторской степени, а Янь Сялань закончила университет и стала пианисткой в группе. Все казалось идеальным, дело шло к свадьбе.

Однако, когда они захотели пожениться, возникла проблема.

Янь Сялань отправилась с возлюбленным в Китай, чтобы встретиться с его родителями и пожить в их доме.

Жилище ее избранника находилось в Шанхае. Им был двухэтажный дом, а его семья казалась финансово стабильной. Кроме родителей у Гу Цина еще была младшая сестра, Цзи Ань.

При первой встрече Янь Сялань отметила враждебность в ее взгляде, но всякий раз, когда она оборачивалась, выражение на лице Цзи Ань становилось милым.

На вопрос девушки, почему у него и сестры разные фамилии, Гу Цинь ответил, что Цзи Ань – его сводная сестра от мужчины, за которого его мать вышла, когда ему было двенадцать.

Речь Гу Цина звучала несколько бессвязно, будто он что-то скрывал.

Янь Сялань и сама начала замечать странности сразу после переезда в его дом.

Например, пятна крови на своей простыне, хотя месячных у нее не было. Пианино в здании начинало играть в полночь, но, когда они к нему подходили, то никого там не видели. А еще после возвращения в комнату она то и дело обнаруживала разбитое стекло.

Янь Сялань не испугалась. Все это она принимала за чьи-то шутки, поэтому особого внимания происходящему не придавала. Так продолжалось до тех пор, пока однажды девушка, спускаясь по лестнице, не споткнулась обо что-то и сломала ногу.

На крик сбежались все домочадцы. Прежде чем потерять сознание, она успела заметить страх в глазах матери Гу Цина. Отец выглядел опечаленным. И что хуже всего, на лице Цзи Ань застыла ехидная ухмылка.

Очнулась Янь Сялань в больнице, Гу Цин сидел рядом.

После внутренней борьбы с самим собой парень рассказал ей о еще одной младшей сестре по имени Цзи Нин, а вместе с тем и о том, что спальня, в которую поселили Янь Сялань, принадлежала ей. Цзи Нин умерла, когда ей было всего семнадцать лет.

…

— Благодарю всех, кто пришел пробоваться на вторую женскую роль Цзи Ань в «Звуке Ветра», — обратилась Цю Цзин к четырем молодым знаменитостям в конференц-зале №3. — Вы уже должны были прочитать сценарий и несколько понять персонажа Цзи Ань. А теперь, пожалуйста, произнесите представительную речь от ее имени.

Женщина провела взглядом по собравшейся четверке и остановила его на Ян Хуаюэ.

— Давай начнем с тебя, Хуаюэ.

— Хорошо, — девушка с уверенной улыбкой на лице встала.

Она прошла за Цю Цзин в соседнюю комнату.

Спустя пять минут туда отправилась вторая знаменитость, а за ней по очереди третья и четвертая.

Часы показывали одиннадцать, когда Чжоу Си пришла к Лю Мань с известием о начале проб.

[Персик] оказалась права. Они действительно заставили ее долго ждать. Впрочем, пока девушка ожидала, Чжоу Си вручила ей сценарий, и она уже ознакомилась с основным сюжетом фильма.

Лю Мань последовала за помощницей в просторную комнату со многими людьми внутри.

Пока она шагала, все на нее смотрели. Е Цзыань, Гао Цзиньдун и Цю Цзин занимали главные места.

Е Цзыань удивленно приподнял брови. Получается, ему приглянулась именно Лю Мань.

Гао Цзиньдун, находившийся чуть позади, тихо засмеялся.

— Теперь тебе не придется сожалеть. Это один и тот же человек.

— Просто случайное совпадение. Моя интуиция меня, вроде бы, ни разу не подводила.

— Тебе нужно довериться суждению Цю Цзин. Она бы не ошиблась в тех, кого выбрала.

Е Цзыань в ответ лишь кивнул, не продемонстрировав никаких эмоций.

Лю Мань, кроме Цю Цзин и Чжоу Си, никого в комнате не узнала. Помощница дала ей лист бумаги с напечатанными словами.

— Ознакомься. Если что не понятно, спрашивай у меня.

На листе было много слов. Они составляли диалог между персонажами, правда всего двумя. Цзи Нин и Цзи Ань. Материал содержал множество аргументов.

Профессор сказала:

— Лю Мань, отныне считай себя Цзи Нин и проведи перед нами диалог. У тебя есть пять минут, чтобы запомнить реплики. Не обязательно заучивать их досконально и произносить в точности каждое слово. Можешь просто говорить похожими словами.

Лю Мань кивнула головой и приступила к репетиции.

Пока она погрузилась в чтение, Ян Хуаюэ шепнула своему агенту:

— Ты знаешь, откуда взялась эта девушка?

— Не совсем. Она не выглядит знакомо, я никогда ее не видел. Похоже, одна из тех новых актеров, кого нашла менеджер Цю.

Ян Хуаюэ бросила на Лю Мань повторный взгляд.

— Внешне простая. Новые актеры могут быть только массовкой.

Она облегченно вздохнула. Сперва, когда Лю Мань вошла, девушка приняла ее за кандидатку на ту же роль, что и она сама. Ян Хуаюэ только что справилась с тремя другими знаменитостями и получила возможность сыграть вторую главную героиню. Ей не хотелось, чтобы у нее отняли эту возможность.

У Лю Мань была хорошая память. Она развила отличные навыки заучивания еще в холодном дворце. В комнате госпожи Сюй имелось огромное количество классических книг, за чтением которых она и коротала бессчетные скучные дни. Поэтому же, к слову, у нее и получалось писать столько классических поэм, не подглядывая в их текст в интернете.

Не прошло пяти минут, как она вернула лист бумаги Чжоу Си со словами:

— Я все.

Помощница удивилась:

— Так быстро?

— Скорость – это хорошо. Давайте тогда начинать, — решил Е Цзыань.

Лю Мань не знала этого мужчину, и Чжоу Си увидела недоумение в ее глазах. Понизив голос, она пояснила:

— Это Е Цзыань, режиссер. У него высокие ожидания.

Лю Мань с кивком вновь посмотрела на мужчину, чье лицо выражало исключительную строгость.

— Хуаюэ, ты готова? — обратилась Цю Цзин к Ян Хуаюэ.

— Еще с рождения, — девушка поднялась и пошла к центру комнаты.

Лю Мань последовала ее примеру, встав прямо перед ней.

Их взгляды на мгновение задержались друг на друге. Ян Хуаюэ показалась Лю Мань знакомой. Вероятно, это было из-за воспоминаний ее предшественницы. Все-таки девушка перед ней являлась знаменитой актрисой.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Ян Хуаюэ улыбнулась Лю Мань, но в следующую секунду эта улыбка перетекла в жалкое, умоляющее выражение лица.

— Сестра, у тебя такие хорошие оценки, внешность и навыки игры на фортепиано. Ты удивительный человек, ни в чем не испытываешь недостатка. Отдай мне брата, а?

Ян Хуаюэ вне всяких сомнений являлась профессиональной актрисой и сразу вжилась в роль. Лю Мань отреагировала за полсекунды, она прокрутила сценарий в уме, наполняя себя воспоминаниями Цзи Нин.

Точно так же, как девушка жила в теле Лю Мань, которую все знали, она переключилась на личность героини.

— Гу Цин – человек, а не вещь. Он сам принимает решения, и я за него решать не могу, — голос Лю Мань звучал холодно и легко. Она посмотрела на Ян Хуаюэ равнодушно, так, словно перед ней стоял истеричный ребенок.

Собеседница выпустила прохладный смешок:

— Как же, он всегда слушает тебя. Рядом с тобой ведет себя как верный пес.

— Неправда! — сердито прикрикнула Лю Мань.

— Хватит притворяться, я знаю, что ты считаешь нас недостойными быть семьей. Думаешь так и об отце, и обо мне. Ну да, та женщина забрала тебя в Америку, где ты прожила богатую жизнь. На твоем фоне я лишь ребенок в бедном районе. Я просто не понимаю. Как человек может быть настолько предвзятым? Я ведь тоже ее дочь. Но бог справедлив. Она умерла, получив по заслугам!

Глаза Ян Хуаюэ покраснели, и она уставилась на Лю Мань. Во взгляде ее читалась злоба, зависть и толика отчаяния.

Родители Цзи Нин и Цзи Ань развелись, когда те были еще детьми. Цзи Нин отправилась с матерью в Америку, а Цзи Ань с отцом, Цзи Лиго, остались в Китае.

Две девушки начинали с одного места, но все изменилось. После переезда в Америку их мать работала посудомойкой, но постепенно ей удалось открыть собственный ресторан. Она стала зарабатывать миллионы.

Условия жизни Цзи Нин улучшались с каждым днем. Девушка начала изучать фортепиано и танцы, а образование получила у лучших учителей.

Цзи Лиго, тем не менее, не добился вообще никаких улучшений. В итоге он лишился работы и разорился, живя с Цзи Ань в бедноте.

— Нахалка! Это непочтительно, имей уважение к старшим!

Лю Мань, которая всегда говорила тихо, внезапно перешла на повышенный тон. Ее строгость удивила Цю Цзин и Е Цзыаня – этого не было в изначальном сценарии.

Ян Хуаюэ растерялась, даже неосознанно сделала небольшой шаг назад.

— Мама родила нас и воспитала, несмотря на все трудности. Ты знаешь причину развода родителей, она не могла поступить иначе. Нельзя ее винить, не говоря уже о том, чтобы относиться пренебрежительно к тем усилиям, которые она в нас вложила. Лучше вини отца! Именно он заставил маму выбирать между нами двумя. Он запретил забирать нас обеих. За все свои несчастья ты можешь винить только его.

С каждой репликой тон Лю Мань становился все тяжелее и злее. На последних словах у нее даже не хватило дыхания, и присутствующие слышали лишь тяжелые вдохи.

Девушка уставилась на Ян Хуаюэ, а та пристально смотрела в ответ. Глаза Лю Мань переполнял гнев, тогда как у ее собеседницы они выражали удивительное безразличие. Взгляд Ян Хуаюэ внезапно скользнул вдаль, и она странно улыбнулась:

— Папа, почему ты здесь?

— Превосходно, — Е Цзыань поднялся с аплодисментами.

Цю Цзин и Гао Цзиньдун последовали его примеру и тоже начали хлопать.

Лю Мань увидела довольную улыбку на лице профессора Цю.

Е Цзыань, между тем, смотрел только на нее. Он уже с нетерпением ждал увидеть выступление этой девушки на съемках фильма.

Когда Лю Мань вышла из здания Galaxy с контрактом в руках, ей казалось, будто она была во сне. Пробы прошли слишком гладко.

После завершения их с Ян Хуаюэ исполнения профессор Цю и тот режиссер Е казались очень счастливыми. Профессор сразу велела Чжоу Си заняться оформлением бумаг и проинформировала Лю Мань о важных моментах перед началом съемок.

Сюжет фильма происходил в Шанхае. Два дня спустя ей предстояло посетить этот город. Теперь, когда девушка официально стала временной сотрудницей, Цю Цзин сказала ей, что кроме тех 50 000 юаней они будут оплачивать ее проезд и проживание, а еще платить по 400 юаней каждый день.

На выходе из здания тот недавний охранник увидел Лю Мань с контрактом и заговорил очень удивленно:

— Госпожа, у вас получилось подписать контракт с нашей компанией?

Взгляд мужчины казался чрезмерно преувеличенным, как будто он вживую увидел легенду. Лю Мань захотелось хлопнуть себя по лицу.

— Нет-нет. Это контракт лишь на временную подработку.

— Но и так уже хорошо, — отозвался охранник, показав большой палец.

Он не первый год работал на эту компанию и за все то время повидал много миловидных девушек. Их в этом месте было предостаточно, особенно во время кастинга. К ним приходили буквально горы суперзвезд, но для красавиц без богатой родни вероятность получить роль была ничтожно малой.

Тогда же перед Лю Мань остановилась белая машина, и изнутри открылась дверь. Из-за двери показалась голова Ян Хуаюэ:

— Тебе куда? Я могу подвезти.

Свои слова она подкрепила теплой улыбкой.

Лю Мань вернула такую же в ответ.

— Спасибо, но не нужно. Мне удобнее вернуться на метро.

Она выразила неохоту, так что Ян Хуаюэ принуждать не стала:

— Ладненько, увидимся послезавтра в Шанхае.

Машина быстро проехала мимо здания.

Ян Хуаюэ была очень знаменитой, и охранник сразу ее узнал. Он видел, как по-доброму она относилась к Лю Мань, словно считала ее кем-то важным. Значит, эта девушка наверняка была непростой. И происхождение у нее тоже уникальное?

По приходу домой девушка поделилась с Чжан Пэй и даже показала свой контракт.

Закончив читать условия, женщина наконец согласилась поверить, что ее дочь не наткнулась на мошенников, а попала в официальный фильм.

— У тебя же всего пять минут экранного времени. Зачем уезжать аж на двадцать дней? — Чжан Пэй нахмурилась. Так уж случилось, что этот период охватывал китайские праздники, и Лю Мань не получится провести Новый Год дома.

— Профессор Цю сказала, что мне нужно сработаться, особенно с главными актерами. Если они будут там, то ехать нужно и мне. Если их там нет, то мне все равно нужно присутствовать, — она процитировала слова Цю Цзин.

— А, так звезды там они, а ты просто массовка. И должна делать все, что скажут, — Чжан Пэй могла это понять. — Кто главные герой и героиня в этом фильме?

Лю Мань покачала головой.

— Я знаю только имя девушки на вторую женскую роль – Ян Хуаюэ, ну и режиссера Е Цзыань.

— О, я знаю обоих. Е Цзыань очень известный режиссер! Тебе уже повезло получить возможность показать свое лицо в одном из его фильмов, — усмехнулась Чжан Пэй.

Женщина пришла к выводу, что теперь ее дочери улыбнулась удача. Она вовсе не надеялась на то, что благодаря этой второстепенной роли с пятью минутами экранного времени та добьется хоть чего-нибудь. Женщина не могла предвидеть, что грядущие съемки станут началом славы Лю Мань.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

На следующий день, пока Лю Мань начинала готовиться к «рабочей поездке», Чжан Пэй вдруг вспомнила кое-что и заглянула в комнату дочери:

— Ой, Маньмань, тут такое дело. Я же собираюсь поехать к бабушке с дедушкой на каникулах. Что нам делать с Рассвет? Я никак не могу взять ее с собой.

Данный вопрос поставил Лю Мань в тупик.

Смышленая Рассвет пришла в комнату, словно зная мысли этой пары, потерлась о ноги обеих и игриво замурчала.

Девушка присела, взяв кошку на руки. Она почесала голову питомицы, и на мгновение задумалась, прежде чем выдвинуть идею:

— Можно оставить ее в ветеринарной клинике.

— Они присматривают за питомцами даже на Новый Год?

— Сейчас спрошу.

Лю Мань отправила сообщение Юй Чжаню в WeChat и подождала. Ответа не было. Тогда она нашла его номер среди своих контактов. Раздалось несколько гудков, после чего парень ответил.

— Что случилось? Рассвет поплохело?

Юй Чжань успел неплохо узнать девушку. Он знал, что та не стала бы связываться с ним, не будь дело в кошке.

— С ней все отлично. Я просто хотела спросить, не оказывает ли твоя клиника услуг по временному уходу за питомцами? Мне нужно уехать из столицы примерно на три недели, а присмотреть за Рассвет некому.

По другую сторону телефона Юй Чжань молчал секунды две, о чем-то размышляя. Спустя мгновение он сказал:

— Можешь оставить ее со мной. Когда ты уезжаешь?

— Самолет вылетает завтра в одиннадцать.

— Тогда можешь привезти Рассвет сегодняшним вечером.

— Хорошо, спасибо тебе. И еще вопрос касательно расценок…

— 20 юаней в день, — быстро выдал ответ Юй Чжань.

Лю Мань почти не разбиралась в стоимости услуг приюта. А Юй Чжань не стал говорить, что на время праздников обычная плата составляла около двухсот юаней за сутки.

После ужина девушка поместила Рассвет в переноску, насыпала туда немного корма и направилась в ветеринарную клинику Юй Чжаня.

Новогодние каникулы были уже на носу, и народу внутри стало заметно больше. Большинство владельцев домашних животных записывались на прием до каникул, чтобы убедиться в отсутствии проблем у своих питомцев.

Шел уже восьмой час, но в очереди все равно выстроилось много посетителей со своими любимцами.

Юй Чжань заранее предупредил медсестру в приемном отделении о Лю Мань, поэтому та позвала ее, как только увидела:

— Присядьте на минутку, я схожу за доктором Юй.

Далее сотрудница вошла в кабинет и вышла оттуда с Юй Чжанем через пять минут. Парень так и оставался в своей защитной медицинской одежде зеленого цвета.

На его лице проглядывались явные признаки истощения, но они разом скрылись за широкой улыбкой, появившейся при виде Лю Мань. Он подошел к ней и свободно взял у нее переноску и корм.

— Пошли со мной наверх.

Тогда Лю Мань и узнала о наличии в его магазине второго этажа и лестнице в конце коридора.

Пара поднималась по ступенькам друг за другом. Медсестра впала в транс, наблюдая за двумя силуэтами. Кто-то неожиданно дотронулся до ее плеча, заставив подпрыгнуть от внезапности. Когда она обернулась, ее глазам предстал знакомый посетитель. Сотрудница не смела злиться, поэтому лишь беспомощно сказала:

— Господин Е, вы меня до смерти напугали.

— Ну, ты шпионила за начальником. Боишься, что кто-то тебя за этим поймает, да?

— Мне просто любопытно.

— Честно говоря, и мне тоже. Это он со своей девушкой шел?

Медсестра нахмурилась.

— Не знаю. Она приходила однажды купить кошачий корм, но мы его даже не продаем! Я так ей и сказала, а начальник непонятно с чего решил меня отчитать… Сказал, что если корм хочет купить она, то мы однозначно его продаем. Я в прямом смысле лишилась дара речи.

Молодой человек рассмеялся. Он все не мог понять, почему Юй Чжань так внезапно заторопился, когда проводил осмотр его кошки. Обычно-то ветеринар оставался дотошным и терпеливым.

А тут оказывается, что дело было в визите любимой девушки.

Посетитель тоже увидел ее внешность. Она выглядела привлекательно и подходила Юй Чжаню. Однако, судя по словам медсестры, можно было сказать, что он еще не добился ее симпатии. Ветеринар не отличался особым мастерством в таких делах…

Наверху была уйма пространства. Одну комнату переделали под склад, другую оставили в качестве места отдыха, а третья принадлежала Полу. К последней парень и повел Лю Мань.

— Я всегда беру с собой Пола, когда прихожу на работу. Иногда гуляем с ним неподалеку.

Девушка кивнула. Немудрено, что она постоянно натыкалась на них возле своего дома.

Лю Мань огляделась, обстановка собачьей комнаты смотрелась красиво. У нее создалось впечатление, что все в ней продумано до мелочей. И кровать, и игрушки для собак, и достаточное количество собачьего корма.

Пол тоже был рад увидеть девушку. Он подошел и лизнул ее ладонь. Она же в ответ почесала ему голову и уши.

Юй Чжань положил переноску и кошачий корм в углу комнаты. Рассвет с Полом была еще не знакома. Робкая кошка забилась подальше в клетку, явно немного испугавшись. Парень не стал открывать ее временное пристанище, а вместо этого успокаивающе погладил питомицу снаружи.

Когда дело доходило до взаимодействия с животными, у Юй Чжаня проявлялись какие-то практически волшебные силы. Вскоре страха у Рассвет заметно поубавилось. С мяуканьем она легла на пол переноски, поджав под себя две передние лапки ради сохранения тепла. Смотрелось это очень мило.

При виде такого хорошего отношения кошки к Юй Чжаню на душе Лю Мань стало еще легче. Она спросила парня:

— Она просто останется тут?

— Нет, после работы заберу ее с Полом домой. Кошки более нежные существа, поэтому лучше держать ее в доме. К тому же ей и Полу нужно время попривыкнуть друг к другу, нельзя просто поместить их в одну комнату.

— У тебя не будет из-за этого слишком много хлопот? — Лю Мань и подумать не могла, что Юй Чжань заберет Рассвет домой. Так ему наверняка придется гораздо неудобнее.

Он с улыбкой покачал головой.

— Я и так забочусь о собаке, а это просто одна кошка. Да и разве ты не уезжаешь всего на три недели? Магазин во время каникул закрыт, так что мне будет нечем заняться.

— Ты не проведешь праздники дома?

— Моя семья за границей. Родственники расселились по всему земному шару, в одном месте собраться трудно. Прошлые годы мы лишь приезжали друг к другу в гости на один ужин. Эта трапеза не важна, потому что всем желающим туда не приехать. Ничего страшного не случится, если я не поеду.

Юй Чжань впервые заговорил о семье в присутствии Лю Мань. Ей его слова показались крайне формальными, в них не хватало эмоций, присущих родственникам. Девушка подумала, что парень просто привык к западной культуре, прожив долгое время в Америке.

— Твои родители по тебе не скучают?

— Они умерли, когда я был еще ребенком.

Лю Мань была в шоке. Ее лицо слегка скривилось, она пожалела, что подняла эту тему.

На лице у Юй Чжаня тем времени не виднелось никакой горечи. И именно он стал тем, кто успокаивающе заговорил:

— Нечего из-за этого грустить. Все мы однажды уйдем. Они просто отправились в рай раньше обычного.

Лю Мань хранила молчание, боясь снова заговорить о плохом.

Тогда Юй Чжань спросил ее с сильным интересом:

— Куда ты собираешься в эти дни?

— В Шанхай.

— На отдых?

— Нет, нашла подработку. Все двадцать дней я буду работать.

Парень нахмурил брови и спросил с суровостью на лице:

— Что за работа требует ехать так далеко? Ты едешь сама?

О Лю Мань у него сложилось мнение, как о простодушной девушке. Первая его мысль в точности повторила предположения Чжан Пэй, он испугался, что она наткнулась на мошенника.

Девушка ответила честно:

— Эту работу посоветовал мне профессор из университета. Я буду играть второстепенную роль в фильме. Завтра после прилета в аэропорт Шанхая кто-нибудь меня встретит.

— В каком фильме?

Лю Мань замялась, прежде чем сказать:

— Называется «Прислушайся к звуку ветра», больше пока ничего сказать не могу.

Помимо стандартного контракта она подписала и другой, который запрещал разглашать информацию до обнародования ее общественности. Девушка не могла разбалтывать любые сведения о фильме, даже название. Юй Чжаню она сказала только потому, что доверяла.

Парень кивнул и остановил дальнейшие расспросы. Новость о возможном становлении Лю Мань актрисой его не удивила. Он считал, ее внешность и характер превосходили многих нынешних суперзвезд.

— Так или иначе, путешествуешь ты одна, так что будь осторожна вечером. Безопасность – самое главное. По прибытию обязательно отправь мне свое местонахождение в WeChat, чтобы я знал, где ты. И о Рассвет не переживай, я о ней позабочусь.

Волнения Юй Чжаня исходили из самого сердца, благодаря чему она ощутила тепло.

Лю Мань хотела его поблагодарить, но тут их взгляды встретились. В его нежных глазах была нотка того, чего она не могла понять.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Прежняя Лю Мань бывала в Шанхае дважды, когда ездила покупать AJ, так что нынешней город не был полностью незнаком.

Профессор Цю проявила к ней доброту. Даже водителя к аэропорту отправила исключительно ради нее одной. Такой чести не удостоили даже большинство не самых известных звезд.

Водитель доставил Лю Мань прямиком к отелю и сказал, что ее комната уже готова, оплата за двадцать дней произведена, и осталось только поселиться.

Данный отель находился неподалеку от центра города. Пусть на ресепшене и не наблюдалось никаких звезд, дизайн и декорации гостиницы в целом соответствовали четырехзвездочному уровню. И одна ночь стояла недешево.

Лю Мань как раз закончила разбирать багаж, когда профессор Цю через WeChat позвала ее на обед.

На выходе из отеля ее уже ждала припаркованная машина с тем самым водителем.

Судя по адресу, ресторан находился не близко. Водитель отвез ее в очень уединенное место, расположенное в обветшалом и сером районе. По наружному виду Лю Мань никак не смогла бы принять это здание за ресторан.

Поднявшись на второй этаж по крайне узкой лестнице, она оказалась перед тяжелой и толстой дверью из дерева. Девушка постучала, на что изнутри ответили:

— Здравствуйте, вы кто?

— Лю Мань.

Дверь открылась. Мужчина в западном костюме склонился перед ней.

— Госпожа Лю, прошу входите.

Она так и сделала и, пока официант помогал снять верхнюю одежду, осознала уникальность этого места. Внутри первой привлекшей ее вещью стал ошеломляющий, дорогой запах, который ударил в нос. Затем Лю Мань заметила материал пола – цельное дерево. Стены пополам делили паркет и обои теплого желтого цвета. Декорации были ажурными и старомодными. Пройдясь по обстановке взглядом, она не смогла заметить ни мебели, ни других посетителей. По бокам широкого коридора располагалось шесть дверей. За каждой из них скрывалась комната. Этот ресторан обслуживал только шесть столиков во время приема пищи, и клиентам приходилось резервировать места заранее.

Официант открыл дверь, ведущую в комнату с названием «Si».

— Госпожа Лю прибыла.

Люди внутри посмотрели в сторону Лю Мань.

При виде Тан Ту, она удивилась. Молодой человек тоже не ожидал ее тут увидеть.

Он, как и прежде, был красивым, даже его удивленное лицо смотрелось привлекательно. В комнате было чуть жарковато, поэтому парень надел только легкую рубашку и брюки. Сидя на стуле, он закинул левую ногу на правую. Удобная, но одновременно несерьезная поза. Такой Тан Ту совсем не походил на знаменитость. Он наверняка сильно доверял профессору Цю, раз так расслабился.

Цю Цзин заметила их скрестившиеся взгляды и засмеялась:

— Похоже, мне не нужно вас знакомить. Вы, должно быть, уже знаете друг друга.

— Определенно знаем, — Тан Ту быстро скрыл свои эмоции, сменив их улыбкой. — Я удивлен, что «Цзи Нин» играет моя младшекурсница.

— И именно поэтому я хочу, чтобы вы поели вместе перед тем, как мы начнем съемки, так вы узнаете друг друга получше. Лю Мань раньше не принимала участия в фильме, вот ты и будешь давать ей советы и оказывать помощь. Вы ведь с одного университета в конце концов.

— Непременно. Съемки в одном фильме это судьба, не говоря уже о степени нашего знакомства. Я безусловно помогу, — с уверенностью заявил Тан Ту.

Лю Мань опешила. Она думала, что они не были знакомы …

Цю Цзин продолжила:

— Тан Ту будет играть Дуань Наньфэна. Актеру этой роли в любом случае нужны навыки игры на фортепиано.

Девушка озадачилась еще сильнее:

— Но разве он изучает не скрипку?

Тан Ту невольно хмыкнул.

— Я умею играть и на фортепиано. На первом и втором курсах даже ходил на факультативы. Ты этого не знала?

Весь университет был в курсе того, что он играл на скрипке и фортепиано, но последнее являлось лишь хобби, основное внимание уделялось скрипке. Прошлая Лю Мань знала об этом, но нынешняя давно выбросила из памяти эту бесполезную информацию.

Теперь опешил уже Тан Ту. Ну и кто там ему говорил, что Лю Мань на него запала? Он не заметил в ее глазах ни капли симпатии по отношению к себе. Девушка смотрела на него с безразличием, точно перед ней сидел прохожий.

А еще ироничнее было то, что персонаж Тан Ту – Дуань Наньфэн был влюблен в Цзи Нин, героиню Лю Мань.

Дуань Наньфэн являлся второй по важности мужской ролью в фильме. Он и Гу Цин учились в одном классе экспериментальной старшей школы Шанхая. Герой Тан Ту был лучшим учеником в классе и на всех тестах получал лучшие оценки, тогда как Гу Цин обычно довольствовался второй строчкой в списке успеваемости. В то время его так и прозвали «Вечно второй».

Помимо исключительных успехов в учебе богоподобные лица Дуань Наньфэна и Гу Цина привлекали девушек больше других. Черты Дуань Наньфэна были довольно строгими. Из-за своего происхождения он держался одиночкой и совсем не проявлял сострадания. Гу Цин же был красивым юношей, любил спорт, обладал хорошим характером и относился к окружающим с добротой. По этим причинам старостой класса выбрали именно его.

Гу Цин никогда не сходился во мнениях с Дуань Наньфэном. Он считал его своим самым главным соперником, только превзойти того по оценкам никогда не получалось. Дуань Наньфэн неизменно оставался спокойным и безучастным, так что толком и не воспринимал Гу Цина в качестве своего противника. Это была еще одна причина для зависти и злости последнего.

Раз он не мог получить лучшие оценки, то начал придумывать другие способы победить Дуань Наньфэна.

Эта зависть Гу Цина продолжалась до тех пор, пока в Китай из-за смерти матери не вернулась его сводная сестра Цзи Нин.

Когда парень увидел ее впервые, он был загипнотизирован. Цзи Нин была в расцвете своих лет, имела хорошую внешность и с рождения жила за границей, благодаря чему одними только движениями выделялась среди других.

Цзи Лиго связался с учителем, чтобы устроить девушку в класс к своему приемному сыну, Гу Цину.

Впервые ее увидел и Дуань Наньфэн, и на его извечно спокойном лице появилось ошеломленное выражение. Он продолжал пялиться на Цзи Нин, не в силах отвести взгляд.

Свидетелем этой сцены стал Гу Цин.

Он воспользовался тем, что жил с девушкой под одной крышей, чтобы ей понравиться. Вдобавок ко всему, у него был хорошо подвешен язык, как и талант льстить противоположному полу. Дуань Наньфэн злился, но ничего поделать не мог.

По мнению Лю Мань характеры Тан Ту и Дуань Наньфэна сильно отличались, но она не решилась высказать свою мысль вслух и лишь тихо села рядом с Цю Цзин. В огромной комнате они были только втроем. Профессор зазвонила в настольный колокольчик, и в течение минуты официантка подала им заранее заказанные блюда. Вскоре от бесчисленных тарелок с восхитительной едой на столе не осталось свободного места.

На каждой тарелке лежала лишь небольшая порция еды, правда сами блюда были большущими. Гарниры подавались необычные и изысканные. Вся еда так и лучилась дороговизной.

— Неудивительно, что этот ресторан в Шанхае, детали чрезвычайно буржуазные, — Тун Ту взял вилку, украшенную жемчугом. — Хотя мне все равно нравится, как едят мясо гордые северяне.

Цю Цзин на это закатила глаза.

— Дуань Наньфэн – человек высокого класса, а не «уличный хулиган», как ты.

Они не ожидали этого, но Тан Ту вдруг сел прямо. Он ровно поставил ноги, и стал гордым и официальным. Одной рукой парень по-прежнему держал вилку, а в другую взял нож. Затем он мастерски отрезал кусочек стейка. Все движения, во время которых он брал этот кусок вилкой, совершались с изяществом. Поместив еду в рот, он беззаботно произнес:

— Пожалуй, стейк из филе имеет лучший вкус, этот же отдает преснотой. В вашей же компании он кажется еще более пресным.

Тан Ту поочередно посмотрел на Лю Мань и Цю Цзин, в его взгляде содержался намек на отвращение и надменность.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

При взгляде на парня Лю Мань вздрогнула. Она повернулась к профессору Цю, но не ожидала увидеть на ее лице улыбку. Как вдруг в ее памяти всплыла эта фраза, это была реплика Дуань Наньфэна из сценария. Более того, в сценарии даже такая сцена присутствовала – после возвращения из США Гу Цин ел вместе с Цзи Ань и Дуань Наньфэном. Эдакий спектакль соперников.

Лю Мань не ожидала, что парень настолько быстро вживается в роль. Он в мгновение ока стал другим человеком. Это, что странно, ее напугало. Теперь ей перестало казаться, что Тан Ту непохож характером на Дуань Наньфэна. Такими и должны были быть хорошие актеры – способными оживить своего персонажа. Немудрено, что Тан Ту получил известность в столь юном возрасте. Он определенно обладал актерским талантом.

Цю Цзин захлопала, словно посмотрела хорошее шоу.

— Ты подобрал нужное настроение, продолжай в том же духе.

— Если мне придется делать это во время каждого приема пищи с вами, я так скоро умру от истощения, — Тан Ту намеренно опустил плечи. Теперь его поза стала горбатой и неподобающей.

Увидь его таким поклонники, у них наверняка бы отвисли челюсти. Даже в университете Тан Ту всегда выглядел превосходно, и осанка его неизменно была прямой. Он просто демонстрировал всем свой публичный образ.

Сейчас же можно было ясно увидеть, насколько парень доверял Цю Цзин, раз не стеснялся показывать ей эту свою несерьезность.

Значит наедине столь талантливый и красивый Тан Ту ничем не отличался от обычных сверстников. Лю Мань склонила голову и погрузилась в собственные мысли. Не удержавшись, она украдкой взглянула на него, однако осознала, что он тоже смотрит на нее. Молодой человек моргнул.

— Ха-ха, моя младшекурсница заглядывается на меня?

Краска вмиг хлынула к лицу Лю Мань.

— Нет, не заглядываюсь. Честно!

Эти ее яростные попытки опровергнуть действительность смотрелись в глазах Тан Ту чрезвычайно мило. Он вспомнил, как заходил в кабинет ко второкурсникам. Девушка и тогда вела себя также: ее шея и уши раскраснелись до цвета помидорин, и так и подначивали их укусить.

Парень глядел на Лю Мань не в силах отвести взгляд. Совсем как в сценарии, где Дуань Наньфэн впервые увидел Цзи Нин и полностью был ею очарован, а желания в его глазах стали неподвластны даже ему самому.

Цю Цзин прочитала происходящее и быстро осознала неправильность ситуации. Она обратилась к Тан Ту:

— Так, твоей семье и девушке не понравилось то, что тебе пришлось поехать в Шанхай на Новый год?

Прозвучавшее слово «девушка» окончательно вернуло парня к реальности. Он увидел серьезность на лице Цю Цзин, в ее глазах ясно виднелось предостережение. С неловким смешком Тан Ту ответил:

— Семья меня всегда поддерживает, особенно в вопросах работы. А Шэнь Мочжэнь на время каникул поехала в родной город.

Далее троица продолжала есть, периодически перекидываясь фразами. Все они неизменно касались фильма, и Тан Ту ни разу не выходил за рамки дозволенного.

После еды, прежде чем покинуть ресторан, он внезапно заговорил с Лю Мань:

— Эй, у тебя ведь нет моего WeChat? Раз мы теперь коллеги, давай добавим друг друга в друзья, так будет гораздо удобнее связываться.

Девушка без особых раздумий согласилась на это предложение.

Тан Ту же внутренне очень радовался, заполучив WeChat Лю Мань. Когда он поднял глаза, то заметил легкую улыбку профессора Цю.

Они с ней жили в лучших отелях, поэтому водитель сперва отвез обратно Лю Мань, а затем уже и их.

После того, как девушка покинула салон машины, Цю Цзин нацепила на лицо суровое выражение.

— Непостоянство в любви для мужчин – нормальное дело, особенно для таких талантливых и уникальных, как ты. Тем не менее, я не хочу, чтобы ты кружил голову Лю Мань. Эта девушка слишком наивная и не испытывала того, через что прошли мы. Она не такая, как другие женщины из шоу-бизнеса. Кроме того, ты и так проигнорировал наши указания и упрямо предал огласке свои отношения с Шэнь Мочжэнь. Так что теперь будь добр отвечать за собственное решение. Будь верен Шэнь Мочжэнь и вашим отношениям. Для актера самым важным сокровищем является его репутация. Я не хочу, чтобы бы при упоминании имени «Тан Ту» люди представляли плейбоя.

Пока его отчитывали, Тан Ту сидел с понуренной головой и молчал. Было непонятно, слушал ли он вообще нотации и предостережение Цю Цзин или полностью их игнорировал.

Церемонию открытия фильма назначили на утро следующего дня, и всем главным действующим лицам надлежало на ней присутствовать. Съемочная группа также собиралась пригласить прессу, дабы раскрыть новости, которые утаивались от общественности, и создать для фильма хорошую рекламу.

Следовательно, Лю Мань, актриса второго плана, осталась вне этого мероприятия. Она отлично поспала в отеле и проснулась только в четыре часа дня.

Разблокировав телефон, она увидела сообщение двухчасовой давности от Юй Чжаня:

[Ты уже в Шанхае?]

Девушка быстро напечатала:

[Да. Я спала, только сейчас увидела сообщение.]

Вслед за этим она отправила ему местоположение отеля.

Тот не ответил. Видимо, был занят делами в ветеринарной клинике.

Лю Мань зашла на Weibo. Сейчас у нее насчитывалось более 30 000 подписчиков, и количество их приближалось к 40 000. После разоблачения посредников поддельного корма никаких других известных эфиров у девушки не было, оттого и подписчики прибавляться не спешили.

Помимо милых фото Рассвет она иногда публиковала обычные ежедневные снимки.

Лю Мань раздвинула шторы. Ее номер находился на двадцать третьем этаже, благодаря чему открывал вид на верхушку Восточной жемчужины. Сегодняшний день радовал погодой. Небо оставалось голубым, а надвигающийся закат окрашивал края облаков оранжевыми оттенками.

Девушка направила телефон на телебашню, запечатлев дивной красоты зрелище на фотографии.

[Я в Шанхае.]

Написала она в посте на Weibo, прикрепив фото. Затем такое же сообщение и картинку добавила в моменты WeChat.

Многие комментарии поклонников в Weibo не заставили себя ждать.

[Стример, ты не ведешь трансляций уже целые три дня! Значит, поехала развлекаться в Шанхай?]

[Сестренка, это не круто. Веселишься там, а про нас забыла?]

[Принцесса Мань, ты будешь стримить сегодня вечером?]

[Точно, покажи нам вечерний вид реки Хуанпу. Я ни разу не бывал в Шанхае.]

…

Прочитав эти комментарии, Лю Мань решила устроить себе вечернюю прогулку. Вместе с появлением в ее голове такой мысли на экране телефона выскочило уведомление.

[Тан Ту: У тебя есть планы на вечер? Может хочешь прогуляться со мной? Я хорошо знаю Шанхай.]

Лю Мань не стремилась сближаться с Тан Ту, поэтому поспешила отказаться:

[Спасибо за предложение, но я немного устала и хотела бы отдохнуть в отеле.]

[Вот как, ну ладно. Хорошо отдыхай перед съемками, тебе понадобится много энергии.]

По прошествии всего нескольких минут публикацию Лю Мань в WeChat залайкали многие друзья. Первым среди них оказался Тан Ту. Второй лайк поставила [Какао-Бобы], Лю Мань добавила певицу в контакты, но так с ней и не переписывалась.

Очевидно, Сяо Кэ тоже это осознала. Она и стала отправителем первого сообщения в их переписке:

[Привет! Давненько не виделись. Сестренка, ты сейчас в Шанхае?]

[Ага, только вчера приехала.]

[Вот так совпадение! Я тоже тут. Сегодня вечером планирую провести эфир на пешеходной торговой улице. Пойдешь со мной, чтобы мне не было так одиноко?]

[С радостью! Я как раз думала, куда бы мне пойти.]

[Ха-ха, значит нам с самого начала суждено быть подругами. Я пришлю адрес. Стримить начну где-то в семь, так что можешь прийти после ужина. Эм-м-м-м... Не будь со мной никого, я бы поужинала с тобой.] — и завершила сообщение смайликом с выражением беспомощности.

Сяо Кэ прославилась тем, что транслировала исполнение своих песен на улице. Позже кто-то выложил видео с ней в TikTok, и она стала популярной.

Ныне известная девушка продолжала стримить свое пение в разных городах, когда была свободна от выступлений, о которых за нее договаривались агенты. Каждый ее стрим притягивал внимание множества фанатов. На улице быстро собиралась огромная толпа, их радостные возгласы слышались по всей округе.

Таких стримеров, которым нравилось проводить эфиры на улице, было немного. Многие интернет-звезды, обретя известность, предпочитали проявлять превосходство. В общем, строили из себя уникальных личностей. Сяо Кэ же охотно шла людям навстречу, чем и завоевала любовь молодежи.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

На ужин Лю Мань подкрепилась миской с лапшой, после чего на метро отправилась по полученному от Сяо Кэ адресу.

Она пришла раньше назначенного времени, но всю улицу уже переполняли толпы фанатов. По этой торговой зоне даже в обычные дни сновало предостаточно людей, а теперь к ним присоединилась еще и дополнительная группа поклонников певицы.

Место Сяо Кэ находилось в дальнем конце улицы. Но пусть ее там пока не было, вокруг уже собралось скопление людей. Лю Мань не могла протиснуться поближе к сцене.

Она прекратила попытки пробиться к сцене, нашла место, где людей было поменьше, и зашла в свой стриминговый аккаунт.

[Сестренка, наконец-то ты стримишь!]

[Вокруг столько людей. Сегодняшний эфир будет на улице?]

[Эм, а ты не подписан на ее Weibo? Она сейчас в Шанхае.]

[Как так-то? Почему ты вдруг туда поехала?]

Лю Мань ответила:

— Я пробуду тут еще двадцать дней.

[А Рассвет? Что с ней?]

— Оставила ее у друга.

[Сестренка, где ты? У тебя так шумно, что я даже не могу разобрать, что ты говоришь.]

— Я на торговой улице. Сяо Кэ скоро начнет петь в прямом эфире. Пришла на нее посмотреть.

[Вау, и Сяо Кэ там? Я хочу посмотреть на ее выступление!]

[Я тоже!]

[Она моя любимая интернет-певица. Она пишет хорошие песни!]

[А я ведь видела пост от Сяо Кэ в Weibo, в котором говорилось, что она собирается провести стрим на торговой улице Шанхая.]

[У нас самый лучший стример! Как нам повезло, что она пришла на ее концерт! Так мы сможем услышать пение Сяо Кэ.]

…

Лю Мань переключилась на заднюю камеру, направив ее на место, где будет выступать Сяо Кэ. Пока что несколько работников начинали устанавливать разное оборудование и просили часть толпы освободить место.

Сяо Кэ прибыла вовремя. Ее появление сопровождалось криками поклонников. Многочисленные поклонники, толкаясь, хлынули вперед. Благо, перед ними сразу возникли люди в черном, которые удерживали обезумевших фанатов в нескольких метрах от сцены.

На улице было холодно, поэтому певица надела длинный белый пуховик. Волосы ее были собраны в пучок, и теплая одежда никак не ухудшила миловидность девушки. Розовые тени для век и блеск на губах делали Сяо Кэ похожей на западную куклу. Но при виде гитары в ее руках каждый понимал, что перед ним находится не обычная привлекательная девушка, а та, которая также обладает талантом и многогранностью.

Имя Сяо Кэ звучало повсеместно. Она улыбнулась и поклонилась пришедшим, а глаза ее в это время бегали по лицам в толпе. Потребовалось немного времени, чтобы она отыскала отодвинутую в дальний край Лю Мань.

Лицо сощурившей глаза девушки украсила улыбка. Она помахала в направлении подруги и в ответ получила аналогичный жест.

Аудитория трансляции Лю Мань видела эту сцену с ее стороны.

[Чего? Почему мне кажется, что Сяо Кэ машет нам?]

[Я понимаю, что это все воображение, но мое сердце сильно стучит. Сяо Кэ улыбнулась мне! Это тааааааак мило!]

[Место, где стоит Принцесса Мань прямо-таки идеальное.]

На стрим к Лю Мань ворвались зрители-мужчины и тут же принялись заваливать чат комментариями. Большинству юношей нравилась Сяо Кэ и другие милые девушки. Выделялся среди них только [Мальчик Отаку], в его комментарии ощущалось упрямство.

[А мне эта Сяо Кэ не интересна. Мне нравится только сестренка.]

Лю Мань совсем не смотрела на сообщения в чате, ибо взгляд ее был направлен на главную виновницу происходящего.

Сяо Кэ начала свою речь:

— Спасибо огромное всем фанатам, которые пришли посмотреть мое выступление вживую, и тем, кто сейчас наблюдает за прямой трансляцией. Спасибо вам за поддержку. Я рада быть здесь и петь для всех вас.

Холод стоял действительно сильный, а ночные порывы ветра только усиливали его эффект. Пока Сяо Кэ говорила, из ее рта шел пар. Перчатки она не надела, отчего руки на уличном морозе начали краснеть.

Лю Мань тоже ощущала холод. Она потопывала ногами и держала телефон одной рукой, другую тем временем спрятала в карман, чтобы согреть. Спустя время руки менялись местами. Никого вокруг нее низкая температура не пугала, все собравшиеся были слишком заняты, снимая Сяо Кэ на камеры.

Певица не стала больше тратить время и без промедления открыла концерт. Начала с первых известных песен, параллельно играя на гитаре. Похоже, нужно было обеспечить дополнительный эффект, потому рядом с ней на электронном пианино играл другой человек.

Все песни Сяо Кэ были предрасположены к стилю древнего Китая, но понималась каждая легко. И запоминались они спустя всего несколько прослушиваний.

Поклонницы неподалеку от Лю Мань пребывали в особом восторге и подпевали изо всех сил. Когда песня достигала кульминации, петь начинали все зрители, создавая эффект хора из сотен людей.

Их пение разносилось далеко, благодаря чему многие прохожие и туристы из любопытства присоединялись к мероприятию. На всей торговой улице образовалась пробка, никто не мог ни выйти, ни войти.

На этом моменте количество пользователей на стриме Сяо Кэ достигло отметки в четыреста тысяч, тогда как у Лю Мань насчитывалось тысяч двадцать.

Исполнив пять песен подряд, интернет-знаменитость сделала перерыв. Она выпила чашку горячей воды и обратилась к поклонникам:

— Думаю, вы все уже слышали мою новую песню «Думая о тебе» и смотрели короткий ролик. В прошлом месяце я впервые спела ее на публике в столице. Там была одна красавица, которая выступила на заднем плане.

Сяо Кэ сделала интригующую паузу. С того времени прошел всего месяц, и многие, конечно же, до сих пор помнили то видео. Больше всего в нем запомнилась именно финальная часть, где под освещение вышла та изящная и торжественная красотка в ханьфу. Казалось, она пришла прямиком из древнего Китая.

Когда это услышала Лю Мань, у нее уже сформировалась догадка. Так вот почему Сяо Кэ пригласила ее.

Ее собственные зрители, между тем, оставались озадачены. Хоть большая их часть смотрела то видео и помнила упомянутую красавицу, однако никто не соотносил ее с Лю Мань. Все поклонники [Принцессы Мань] единогласно пришли к выводу, что их стримерша была талантливой, но не очень симпатичной особой.

— И нам повезло, ведь эта красавица сегодня тоже в Шанхае. Она здесь, в толпе. Давайте попросим ее выйти на сцену? — Сяо Кэ с озорством объявила об огромном сюрпризе.

От услышанного все машинально стали озираться по сторонам.

Лю Мань разоблачили в мгновение ока, и понуренная голова ее не спасла. Кто-то воскликнул:

— Она здесь! Она здесь!

Остальные практически синхронно направили взгляды в указанном направлении, подобно прожекторам мощностью в тысячу гигаватт.

Пользователи, смотрящие ее трансляцию недоумевали.

[А? Почему это все смотрят в эту сторону? Красавица стоит за сестренкой?]

[Похоже на то. Повезло Принцессе Мань, рядом с ней оказалась известная личность, когда она выбирала, где встать.]

[Дорогая сестренка, быстрее, поверни камеру. Я хочу увидеть красавицу и то, как она выглядит! С твоего места точно можно будет рассмотреть ее подробно.]

[Да-да. Давай, просто покажи нам красотку! Ты прямо возле нее стоишь, это редкая возможность. Так ты привлечешь еще больше поклонников на свой эфир.]

Тем временем самой Лю Мань было совсем не до чтения сообщений в чате. Все глазели на нее, а охрана заставила людей перед ней расступиться, сделав ей прямой проход к сцене.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

— Окажешь ли ты мне честь поучаствовать в выступлении еще раз? — приглашая Лю Мань, Сяо Кэ взглянула на пятьсот тысяч зрителей: присутствующих здесь и тех, что находились по ту сторону экранов.

Под столькими взглядами Лю Мань не смогла отказаться. Да и улыбку Сяо Кэ переполняла доброжелательность. Пусть певица и использовала ее для собственной рекламы, любой бы счел такую возможность шикарным шансом прославиться.

Лю Мань закрыла стрим, телефон положила в сумочку и зашагала прямо к сцене.

Мужчина, ранее игравший на цифровом пианино, уступил ей место. Лю Мань подсела к Сяо Кэ так, чтобы попадать в кадр камер.

[Ого! Какая красотка!]

[Еще бы, и, судя по всему, без косметики.]

[Наша Сяо Кэ никогда не пользуется фильтрами. У этой девушки богоподобная внешность.]

[Теперь ясно, почему то видео завирусилось. У всех есть глаза, так что мы способны увидеть настоящую красоту.]

[Значит, Сяо Кэ позвала ее, чтобы она снова побыла задним планом?]

[Задним планом? Помолчи, если не можешь написать ничего, кроме грубости.]

…

На Лю Мань тоже был большой черный пуховик, который она надела, опасаясь подхватить простуду. Он плотно укутывал ее, благодаря чему нежное лицо смотрелось еще миниатюрнее. Покрасневшие на холоде щеки походили на нанесенный румянец.

В прямой эфир Сяо Кэ влилась живость настоящей толпы. Лю Мань ощущала направленные на себя, бесчисленные взгляды и камеры. Их было гораздо больше, чем в прошлый раз, когда она выступала с Сяо Кэ в музыкальном ресторане. Если уж говорить начистоту, то внутри девушка немного нервничала.

Как вдруг ее руки коснулась холодная ладонь. Повернув голову, она увидела улыбчивую Сяо Кэ. Та подмигнула ей и тихим голосом произнесла:

— Не бойся, я с тобой.

Ее улыбка возымела эффект, и на лице Лю Мань появилась такая же, только более незаметная. Создавалось впечатление, будто распустился цветок сливы в холодный, зимний день.

[О мой бог. Она такая красивая, когда улыбается!]

[Эта улыбка любого сразит наповал!!!]

[Кто-нибудь знает, она суперзвезда?]

[Ну, я лично раньше ее не видел. Думаю, просто обычная прохожая.]

[… Ну-ка, сходи и найти такую среди обычных прохожих на улице.]

[В принципе, и среди них встречаются привлекательные люди, но с таким темпераментом крайне редко. Если бы ее не воспитывали в хорошем окружении, а в детстве не учили прилежные учителя, от нее бы не исходила эта аура.]

Сяо Кэ подобрала гитару и произнесла в микрофон:

— Я пригласила сестренку, потому что хочу вновь спеть с ней «Думая о тебе». Она мой талисман, и она мне очень нравится.

То видео в TikTok сделало «Думая о тебе» популярной еще до релиза, и все благодаря Лю Мань.

Произнесенные Сяо Кэ слова «мне она очень нравится» порадовали девушку. Сяо Кэ ей тоже нравилась. Временами девушки очень просто это признавали, а их обоюдное «нравишься» было незамысловатым. Бывало и такое, что их первое впечатление приводило к искренней дружбе.

Сяо Кэ закончила говорить и стала дергать гитарные струны. Из-под ее рук лилось вступление «Думая о тебе». Зрители только настроились слушать песню, как Лю Мань внезапно ухватила певицу за руку, помешав ей играть дальше. Сяо Кэ к этому оказалась не готова, из-за чего ее палец невольно дернулся и заставил гитару издать ужасный, режущий слух звук. Он прозвучал громко, чем ошеломил всех.

— Что она делает?

— Она пришла помешать?

— Завидует знаменитости Сяо Кэ, что ли?

…

Повсюду раздались недоуменные шепоты, а Сяо Кэ непонимающе уставилась на Лю Мань. Последняя объяснилась:

— Ты очень долго играла на гитаре, можешь отморозить пальцы. Тебе нужен перерыв.

Сяо Кэ подсознательно одернула руку, покачав головой:

— Не могу. Я в прямом эфире, так что нельзя делать паузу.

Платформа, на которой она вела трансляции, подписала с ней контракт. Девушка поддерживала качество своих стримов, а вторая сторона в свою очередь предоставляла для них лучшие места. В случае нарушения условий ей пришлось бы выплатить большую сумму компенсации платформе и компании, которые занимались выпуском ее альбомов. Для выполнения своей части контракта в последнем месяце ей доводилось постоянно путешествовать по стране, не имея возможности отдохнуть.

Люди видели только светлую сторону знаменитых людей, они не понимали, какие усилия те вкладывали в свою работу. Сяо Кэ прошла и испытала такую боль, какую многие даже не могли себе вообразить. Ей пришлось сильно постараться, чтобы из обычных людей выбиться на то место, где она находилась сейчас.

Лю Мань говорила нормальным голосом, так что благодаря работающим микрофонам зрители прямого эфира обратили внимание на красные от холода руки Сяо Кэ.

[Мне ее жаль. Она играла на гитаре так долго на этом сильном холоде.]

[Я сидела очень близко к экрану, но до сих пор этого не замечала! Я не заслуживаю называть себе поклонницей.]

[Сяо Кэ, не играй. Надень пару перчаток и спрячь руки в карманы, чтобы они согрелись. В этом стриме никакой спешки нет, ради твоей песни мы можем и подождать.]

[Полностью поддерживаю. У нас есть время тебя подождать.]

Зрители, наблюдавшие за эфиром из своих теплых помещений с обогревателями, действительно могли позволить себе ожидание. Однако этого же нельзя было сказать о тех, кто пришел посмотреть за выступлением вживую и стоял на холоде. Они все мерзли. Если Сяо Кэ будет жаловаться или решит отдохнуть, эта часть ее аудитории примет подобное не так радостно.

Руки Сяо Кэ почти задубели, особенно суставы пальцев. Она горько улыбнулась Лю Мань:

— Я должна продолжать.

Сейчас было критически важное время в ее карьере. Девушка только недавно подписала контракт с хорошим лейблом звукозаписи, а значит любая оплошность могла запросто разрушить ее будущее.

Лю Мань пролистала партитуру рядом с электронным пианино. Ноты для «Думая о тебе» там тоже были. Она бегло просмотрела их и предложила:

— Я буду играть на пианино, а тебе придется только петь. Так ты не против?

Сяо Кэ была совершенно ошеломлена. Она посмотрела в уверенные глаза Лю Мань и медленно кивнула. В контракте указывалось, что прямой эфир нужно довести до конца, однако в нем нигде не было пункта про необходимость играть на гитаре во время пения.

Лю Мань положила руки на клавиши пианино, чтобы прочувствовать ноты, вслед за чем попыталась сыграть вступление к «Думая о тебе». Поначалу стало ясно, что она не владела инструментом хорошо. Цифровое пианино отличались от обычных, тем не менее Лю Мань быстро привыкла к этой разнице и продолжила играть.

Она все-таки училась на факультете фортепиано. Пусть ее оценки были худшими в группе, зато наработанной техники для исполнения народной песни более чем достаточно.

Над окрестностями, ставшими шумными после вмешательства Лю Мань, резко повисло молчание. Все внимали игре девушки, правда не потому, что играла та хорошо, а из-за волшебности самой сцены.

Та, кто ранее выступала в качестве бесполезного заднего плана, вдруг начала играть музыкальное сопровождение для их любимой певицы абсолютно без подготовки. Это была импровизация, и для любителей даже текущий ее вариант выглядел прилично.

Зрители онлайн-трансляции тоже наблюдали со всем вниманием…

Под аккомпанемент Лю Мань Сяо Кэ начала петь:

Осеннего ветра порывы оголяют деревья в саду.

А я все безмолвно застыла, мужа много лет уже жду…

Ее пение идеально гармонировало с игрой Лю Мань, и вместе их исполнение звучало на удивление хорошо. Происходящее заворожило даже саму Сяо Кэ. Она посмотрела на Лю Мань, и та посмотрела в ответ. Обе девушки улыбнулись друг другу.

— Они такие милые! Совсем как пары в фильмах.

— Ах, точно. Одна высокая, а другая низкая. У одной темная кожа, а у другой светлая. Точно пара из комедии.

— Кроме того, вторая такая красивая и доброжелательная. А еще наделена искренностью и мудростью. Она волновалась о Сяо Кэ, когда ее прервала.

…

Ближе к концу, во время интерлюдии Сяо Кэ публично заявила:

— Сестренка, хочешь спеть со мной последний куплет?

В ответ на ее слова толпа разразилась аплодисментами и свистом:

— Спойте вместе, спойте вместе, спойте вместе!

По окончанию интерлюдии куплет начинался очень скоро. Времени на сомнения или раздумья у Лю Мань почти не было, поэтому она перевела взгляд на текст песни и запела вместе с Сяо Кэ:

Слезы мои в ожидании рассвета печалью стали глубокой.

Попрощались мы у моста, перед горой той, туманом укрытой, высокой.

Луна освещала залитое слезами лицо, а я вспоминала,

Что было, надеясь увидеть еще.

Лю Мань пела впервые. В ее прошлой жизни, в династии Цинь, ее тетя говорила ей, что она унаследовала голос от матери. Только ей так и не представилась возможность спеть перед кем-то.

В голосе девушки содержалось некое чарующее чувство. Чувство, прошедшее тысячи лет. Невзирая на грусть самой песни и жестокие порывы зимнего ветра, ее голос наполнял сердца слушателей теплом и надеждой. Зрители бессознательно начинали улыбаться, слушая пение обоих девушек.

[Очень-очень-очень хорошо!]

[Я слушал эту песню на повторе много раз, но это ее исполнение лучшее среди всех, что мне доводилось слышать.]

[Песня звучит настолько по-другому, когда вместо гитары играет электропианино.]

[Дело не только в инструменте, а еще и в том куплете, который они гармонично спели вместе.]

[Думаю, эта девушка усердно занималась музыкой. Никто не смог бы исполнить это произведение так хорошо без подготовки.]

[Так кто же она? И откуда взялась?]

…

Обсуждение на стриме шло своим ходом, а само выступление достигло своего апогея. Практически все на улице стояли неподвижно. Те, кто стоял подальше, до сих пор были поглощены музыкой и не могли вернуться к реальности. Находившиеся поближе тоже пребывали в трансе, но не столько от музыки, а из-за улыбки Лю Мань, которая словно сияла. Девушка была прекрасной и выглядела, как фея.

Аплодисменты всей уличной толпы звучали крайне громко и энергично. Они разрушили ночную тишину улиц и не прекращались довольно долго.

Той ночью Сяо Кэ и Лю Мань исполнили вместе три песни. Однако подпевала она только в «Думая о тебе», остальные просто играла на пианино.

Зрители испытывали дикий восторг. В конечном итоге Сяо Кэ и Лю Мань смогли покинуть эту торговую улицу под защитой телохранителей. Компания певицы выдала ей машину, и та предложила Лю Мань подвезти ее до отеля, на что последняя с радостью согласилась.

В салоне Сяо Кэ наконец перестала притворяться уверенной и сильной знаменитостью. Она истощенно откинулась на спинку сидения и прильнула к бутылке с теплым напитком.

— Я очень сильно устаю каждый раз, когда провожу такие эфиры.

— Есть догадки, сколько зрителей собралось на сегодняшнем? — агент Сяо Кэ тоже ехала с ними. Выглядела она на тридцать с лишним лет, носила очки и была очень взволнована, просматривая информацию на экране телефона.

Основываясь на своем опыте, Сяо Кэ предположила:

— Восемьсот тысяч?

Агент покачала головой.

— Девятьсот?

И снова отрицательное качание.

Сяо Кэ поморщилась.

— Ну блин, не меньше ведь, чем в прошлый раз? Шестьсот, что ли?

Агент засмеялась:

— Один миллион четыреста пятьдесят тысяч.

От неверия глаза девушки чуть не вылезли из орбит. Она резко вскочила и даже не почувствовала боли из-за удара головы о крышу машины. Затем Сяо Кэ приблизилась к Лю Мань и крепко ее обняла.

— Сестренка, ты мой самый настоящий талисман!

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Церемония открытия каждого срежиссированного Е Цзыанем фильма всегда проходила очень просто. В процедуре они неизменно придерживались требований инвесторов. Сегодня был первый день их съемок, и, ввиду присутствия там прессы, все причастные к фильму тоже пришли.

Только после того, как перед камерами появились четыре главных актера, Лю Мань, смешавшись с огромной толпой массовки, узнала, что на главную мужскую роль подобрали Цяо Синя, а на женскую – Фэн Цинъюй.

Поскольку Е Цзыань и Цю Цзин выразили единогласное желание видеть их в качестве главных героев, те занимали более высокую ступень, нежели Тан Ту и Ян Хуаюэ.

Цяо Синь прославился еще подростком. Демонстрировать свою актерскую игру он начал в двенадцать лет и стал юной знаменитостью. Бог благоволил ему, ибо с годами парень становился не непригляднее, а наоборот – красивее. Вырос он высоким, а во внешности его было кое-что особенное – две ямочки на щеках.

Сейчас Цяо Синю исполнилось всего двадцать пять лет, однако он уже успел сняться в сотне фильмов. Он был из тех знаменитостей, что сохраняли популярность дольше остальных. Тем не менее, несмотря на множество работ, у него так и не случилось ни единой, которая бы отличалась особой уникальностью. Большинство были средними, не слишком плохими, но и не слишком хорошими. Е Цзыань выбрал Цяо Синя за его хорошее актерское мастерство и внешность, подходящую описанию персонажа Гу Цина. У того тоже были ямочки.

Фэн Цинъюй раньше работала фотомоделью и на полпути сменила деятельность на актерскую. В последние несколько лет ее компания неслабо вложилась деньгами, чтобы сделать девушку популярной и обеспечить ее отличными ресурсами. Этот фильм являлся одним из них. Параметрами Фэн Цинъюй обладала прекрасными. Поскольку она была моделью, то и телосложение у нее было хорошим. Да и выглядела она очень мило, красавица дарила людям чувство свежести. Ее длинные волосы спадали на плечи, а лицо было небольшим. Глаза и брови не уступали в привлекательности остальным моментам, а сама девушка отличалась крайней стройностью. При взгляде на нее каждый чувствовал умиротворение, а еще у нее сформировалась большая группа поклонников.

Фэн Цинъюй занималась пианино с детских лет, поэтому умела играть на нем на среднем уровне. Разумеется, она не была способна играть как Лю Мань и Тан Ту, но подделать данный момент в фильме не составляло труда.

На церемонии открытия Е Цзыань проинформировал прессу касательно обстановки с новым фильмом. Он не стал раскрывать сюжет, лишь описал его как историю любви, в которой фигурировали тайны. Журналисты осознали тщетность попыток добыть ценную информацию, в связи с чем сделали несколько фотографий главных актеров для отчета.

Лю Мань стояла вместе с остальными представителями массовки, кто едва ли имел экранное время в фильме. Ни о какой популярности не шло и речи, журналисты совсем не обращали на них внимания.

После церемонии официально начались съемки. В первый день работы для Лю Мань не было.

Возможно по той причине, что Цю Цзин лично подобрала ее на роль, съемочная группа отправила человека, дабы тот показал ей площадку.

Основная часть фильма уделялась персонажам, когда те уже стали взрослыми. Почти все съемки велись в доме Гу Цина, главного героя. Один из друзей Е Цзыаня владел в Шанхае исторической виллой с садом. Он любезно предоставил дом для съемок.

Всего этажей на вилле было три. Один подземный и два надземных. Такой большой дом в центре Шанхая стоил дороже особняка. Расположенный посреди множества небоскребов, он выглядел выдающимся. Владелец немного переделал его и оградил снаружи забором молочно-белого цвета. Помимо этого, он украсил сад, высадив там множество вечнозеленых деревьев.

В сердце сада располагался большой мраморный фонтан со статуей посередине. Воспользовавшись плюсами ландшафта, владелец возвел толстые стены вокруг всей виллы, сада и газона, чтобы создать личный «мирок», из-за чего все это стало сокрыто от любопытных взоров обывателей. Эти же стены гарантировали конфиденциальность во время съемок фильма. У основных и задних входов стояла охрана, так что ни поклонники, ни журналисты внутрь пробраться не могли.

Прямо сейчас в саду происходили съемки сцены, где главный герой впервые привел домой героиню.

По сюжету это происходило летом.

Послеобеденная погода радовала, солнце ярко освещало вечнозеленые деревья. Никто бы и не подумал, что на самом деле реальная температура была равна нулю.

Фэн Цинъюй нарядили в одно лишь черное платье, которое было очень тонким и открывало многие участки ее тела. Шея, ключицы, руки и ноги девушки не имели никакой защиты от холодного ветра. Благодаря ее росту и худощавости наряд прекрасно смотрелся на ней.

Лю Мань вспомнила, что в сценарии на героине был точно такой же наряд, когда Янь Сялань впервые посетила дом семьи Цзи. Янь Сялань выросла в Америке и была довольно открытой, совсем как западные люди. Ей нравилось носить изящные одежды, особенно черные. Большая часть ее гардероба была этого цвета.

Однако по характеру Янь Сялань не являлась скучной особой. В действительности она обожала общение и любила заниматься спортом на открытом воздухе. Энергия из нее постоянно била ключом, что соответствовало публичному образу Фэн Цинъюй в мире шоу-бизнеса.

Девушка, будто бы совсем не ощущая холода, повернулась к Цяо Синю:

— Я впервые пришла к тебе домой. Думаешь, я понравлюсь твоим родителям? — Фэн Цинъюй испытывала легкое беспокойство, однако выражение на ее лице демонстрировало твердую уверенность.

Вот таким человеком и являлась Янь Сялань. Она была красивой, талантливой и родилась в хорошей семье. Девушка обладала всем, в том числе и внутренним стержнем. Единственный момент заключался в том, что она слишком много чувств вложила в отношения с Гу Цином, оттого и боялась его потерять.

Цяо Синь не ответил Фэн Цинъюй прямо, а вместо этого со сложностью во взгляде посмотрел на окно второго этажа. Затем парень положил руку на плечи девушки и нежно произнес:

— Не переживай, поладить с ними очень легко.

— Ладно, — с легким кивком отозвалась она.

Помощники Цяо Синя и Фэн Цинъюй быстро подошли к ним с пуховиками и кружками теплой воды.

Ян Хуаюэ уже была наряжена в свой костюм и ожидала в стороне. Она наблюдала за Лю Мань, которая разгуливала по округе и с любопытством все изучала.

Ян Хуаюэ была очень опытным человеком в кругу развлечений. При виде того, как новенькая разглядывала каждую деталь окружения, она вмиг ощутила себя старшей. Она поднялась на ноги с намерением завести с ней разговор.

Но тут ее ждало удивление. К Лю Мань сзади подошел Тан Ту, известный в шоу-бизнесе своей отчужденностью, и похлопал девушку по плечу. Повезло, что сейчас шли съемки главных героя и героини, поэтому все стояли у входа в сад. Этих двоих никто не видел.

Прикосновение Тан Ту напугало Лю Мань, которая с интересом озиралась по сторонам. Она обернулась и, увидев парня, бессознательно сделала шаг назад.

Такая реакция заставила Тан Ту чуть сморщить брови. От растерянности он спросил:

— Почему ты меня так пугаешься?

В нем поселилась сильная неловкость.

Лю Мань не пугалась его. Она видела, как во дворе университета Тан Ту и Шэнь Мочжэнь преграждали путь фанаты, и то, как его затрагивали популярные темы Weibo, собиравшие в своих комментарии десятки тысяч этих же поклонников. В последнюю их встречу, когда Лю Мань потеряла сознание, он лишь пытался помочь ей, однако все в университете решили, что она специально стремилась его соблазнить.

У себя в голове девушка очень четко осознавала, что технически она даже актрисой не являлась. Лю Мань не знала, как все отреагируют на нее, если репортеры сфотографируют ее вместе с популярным Тан Ту.

— Я тебя не пугаюсь, просто думаю, что мы не настолько знакомы, — она не хотела выставлять парня в плохом свете. Но так или иначе, встречались они всего несколько раз, и друг друга почти не знали.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

В голосе Тан Ту слышалась беспомощность:

— По сравнению с другими здесь мы считаемся знакомыми, — до этого он не взаимодействовал с Цяо Синем, Фэн Цинъюй и Ян Хуаюэ. Они даже не разговаривали ни разу.

— Я знаю, ты боишься того, что пресса накинется на тебя, но мы учимся в одном университете и снимаемся в одной команде. Нет ничего плохого в том, чтобы пообсуждать сценарий во время перерывов, да и стоим мы на приличной дистанции, — Тан Ту жестом руки показал на расстояние между ними. — Из такой безопасной отдаленности и твоего серьезного лица журналисты не смогут выцепить ничего интересного.

Лю Мань понимала верность его слов, поэтому чуть ослабила свою настороженность.

— Кроме того, охрана не пропустит сюда никого, а все причастные к съемкам подписали договор о неразглашении. Так что тебе не нужно бояться.

В этот момент Тан Ту впервые осознал немалое количество собственного терпения. Он придумал столько причин для простого разговора с девушкой. Но еще более нелепым был тот факт, что внутри он нервничал подобно семнадцатилетнему подростку, который никогда не видел мир. Он боялся получить от Лю Мань очередной отказ. Когда еще он, известный своей гордостью и равнодушием, так принижал свое достоинство?

Под натиском стольких причин для Лю Мань было неразумно продолжать и дальше от него ограждаться.

Видя, что она больше не ведет себя настороженно, Тан Ту облегченно улыбнулся. После этого он сказал:

— Может, ты не так уж и хороша в исполнении классики, но народные песни получаются у тебя отлично.

«А?» — Лю Мань выглядела озадаченной.

— Ну ты же ходила вчера на торговую улицу к интернет-певице?

— Откуда ты узнал? — удивилась она.

Теперь удивился уже парень.

— Разве у тебя нет Weibo?

— Есть, конечно, — Лю Мань достала телефон. Прошлой ночью она вернулась в отель после полночи, а сегодня пришлось просыпаться в семь утра, чтобы прийти сюда. У нее не было времени заходить на Weibo.

Тан Ту тоже залогинился. Месяц назад, когда Лю Мань смотрела его страницу, у него было восемь миллионов подписчиков, сейчас их стало уже девять. Парень обычно не любил создавать там собственные публикации, делал это раз в неделю. Зато ему очень нравилось листать ленту и репостить других.

В перерыве на обед он подписался на Сяо Кэ и продублировал ее последний пост.

[Сяо Кэ: Живой эфир прошлым вечером был ОБАЛДЕННЫМ. Даже грустные песни могут звучать радостно только благодаря тому, что там присутствовал мой талисман. Эта ночь была самой лучшей, я обожаю тебя, моя Богиня Ханьфу. (*≧ω≦*)]

Под публикацией Сяо Кэ прикрепила короткое видео с той частью, где Лю Мань вместе с ней исполнила «Думая о тебе».

У интернет-звезды было два миллиона подписчиков, однако это ее сообщение уже собрало более трех миллионов лайков, несколько миллионов комментариев и сотни тысяч репостов. Она также сделала популярный поисковый тэг – #БогиняХаньфу.

[А это разве не та самая красотка в Ханьфу из ресторана?]

[Да-да. Богиня Ханьфу умеет играть на пианино, при том очень хорошо. Повезло ей получить и внешность, и талант!]

[Ребят, а вам не кажется, что у нее еще и голос хороший? Ее стиль пения сильно отличается от Сяо Кэ.]

[Мне все равно больше нравится голос Сяо Кэ.]

[Ну так она и профессиональная певица, а Богиня Ханьфу, скорее всего, обычный человек-самоучка.]

[Ничего подобного. Богиня Ханьфу – студентка Столичного Музыкального Университета, ее одногруппники об этом уже говорили. Ее музыкальный профессионализм сильно превосходит Сяо Кэ.]

[Ого, теперь ясно, почему Сяо Кэ называет ее богиней.]

…

Все комментаторы были подписчиками Сяо Кэ.

Тем не менее, количество лайков под ее публикацией в Weibo превышало количество подписчиков. Причиной этому стал Тан Ту, который подписался на Сяо Кэ и репостнул ее запись.

В разделе комментариев к этому репосту его фанаты вели яростные обсуждения.

[Наш Туту опять подписывается на случайных людей.]

Многие знаменитости даже в сети вели себя крайне аккуратно, но Тан Ту отличался. Он полностью отбросил осторожность и считал Weibo исключительно приложением для пустой траты времени. Парень подписывался на любого, чей пост казался ему интересным. На текущий момент количество его подписок достигло 3000. Люди, на которых он подписывался не обязательно являлись суперзвездами или работниками искусства, среди них были представители разнообразных профессий. Поклонники Тан Ту уже привыкли к этому и не слишком удивлялись, когда видели его очередную подписку.

— О, так твой ник в Weibo [Принцесса Мань].

Девушка резко прикрыла экран телефона, отвернулась и недовольно бросила в ответ:

— И зачем ты подсматриваешь в мой телефон?

Молодой человек примирительно выставил руки перед собой.

— Я не подсматривал, а смотрел гордо и не скрываясь. Да и ник твой написан таким крупным шрифтом, что его только слепой не увидит. Это же просто Weibo, а не какой-то твой сокровенный секрет, так ведь?

Лю Мань кивнула.

— Ну-у, да.

— То есть, если ты не скрываешь там никаких тайн, то и придавать большое значение этому не нужно. Weibo – площадка, где каждый делится своей ежедневной жизнью, — говорил Тан Ту, пока его пальцы набирали в поисковой строке [Принцесса Мань].

На картинке ее профиля стояло фото пушистой мордочки Рассвет. Парень быстро пролистнул вниз. У нее было всего тридцать тысяч подписчиков, что казалось очень малым количеством. Записи девушки в большинстве своем состояли из видео и фотографий кошечек, а в меньшей – из рекламы обуви AJ.

— Значит, ты немного известна благодаря стримам. Теперь я понимаю, почему прошлым вечером ты отклонила мое предложение и нашла эту Сяо Кэ. Хорошо хоть она девушка, иначе я бы немного расстроился.

В голосе Тан Ту слышалась некая странность.

Он тут же продолжил:

— У тебя очень милая кошечка, — на этих словах парень без труда поставил лайк под милашным фото.

— Ой, и это видео с котейкой тоже классное. Можно я сделаю репост?

— Делай, если хочешь.

Лю Мань не видела причин отказывать ему в этом.

Ввиду небольшого количества подписчиков у [Принцессы Мань] лайки и комментарии Тан Ту остались незамеченными. Между тем, ситуация в кругу поклонников парня полностью отличалась. Они в ту же секунду увидели его репост.

[Ладно еще Сяо Кэ, но кто эта «Принцесса Мань»?]

[Я только что зашел к ней на страницу, она одна из тех, кто постит фотки своей кошки. Еще много стримит, но ни разу не показывала свое лицо. Ничего особенного, на Weibo таких много.]

[Это и странно.]

[Да ладно, Туту так вечно делает. Наверняка посчитал кошку милой и подписался.]

[Но эта кошка действительно чрезвычайно милая!]

Благодаря действиям Тан Ту на аккаунт Лю Мань подписалось более четырех тысяч человек.

Они вдвоем так и продолжали болтать да шутить с телефонами в руках. Ян Хуаюэ засвидетельствовала эту сцену от начала до конца. Перед сном она решила заглянуть в Weibo. После того, как роли всех актеров в «Звуке ветра» утвердили, они с Тан Ту подписались друг на друга. Именно он среди всех ее подписок делал больше всего репостов. Каждый день распространял случайные публикации, чем вечно захламлял ее ленту.

Глазам Ян Хуаюэ предстало видео Лю Мань с кошкой, которое он тоже репостнул. Она проверила время его публикации. Оно оказалось интересным, 3:30… А не тогда ли между Тан Ту и Лю Мань состоялась беседа? Вдобавок к этому он и [Принцесса Мань] подписались друг на друга.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

[Принцесса Мань] наверняка была аккаунтом Лю Мань, ведь их обеих объединяло слово «Мань».

Ян Хуаюэ просматривала ее аккаунт. Та девушка оказалась не особо известной стримершей. А одобрение Цю Цзин получила наверняка потому, что училась в Столичном Музыкальном Университете.

Звезды в интернете и реальности сильно отличались. Большинство интернет-знаменитостей были выходцами из обычных семей и не обучались профессионально, они обретали славу только благодаря способности развлекать людей. Ян Хуаюэ взаправду считала их низменными и не годящимися в подметки ей и другим обученным актерам.

Но даже при таких мыслях она все равно решила подписаться на [Принцессу Мань].

Только после ее подписки поклонники Лю Мань наконец-то почуяли что-то неладное. Девушка не выкладывала ничего нового, поэтому комментарии оставлять они могли лишь под ее недавним постом с фотографией Восточной жемчужины.

[Что сделала сестренка? Почему на нее за день подписались Тан Ту и Ян Хуаюэ?]

[Ага, но это еще не все. Тан Ту даже полайкал и репостнул ее записи!]

[Они же оба суперзвезды! Откуда их знает наша стримерша?]

[Какое счастье! Я подписан на Туту и «Принцессу Мань»!]

[Так говорят, что Тан Ту и Ян Хуаюэ снимаются в новом фильме в Шанхае. Сестренка тоже сейчас там. Может они где-то пересеклись?]

[Какого… Вероятность этого слишком маленькая.]

[Жаль, что сестренка сейчас не стримит, так можно было бы спросить сразу у нее. Еще я хочу узнать, почему она так резко выключила трансляцию вчера. После этого Сяо Кэ и Богиня Ханьфу выступали вместе! Сестренка стояла в таком хорошем месте, где все было отлично видно, а она взяла и прервала эфир. От злости я чуть не отписалась от нее.]

[Не злись, мы можем посмотреть их выступление на странице Сяо Кэ.]

[Впечатления все равно будут не те, как при реальном живом эфире.]

[Хм… Тан Ту также подписался на Сяо Кэ и видео ее переслал. Мне по-прежнему все это кажется странным.]

Подписчики [Принцессы Мань] все проанализировали, у них появилось несколько теорий, однако ни одна не допускала возможности того, что Богиня Ханьфу и [Принцесса Мань] являлись одним и тем же человеком.

Только [Я-я-я малышка Лу Бань] оставила комментарий:

[Очень странно. Слушайте, а вы не думаете, что сестренка и есть Богиня Ханьфу?]

Однако, ее сообщение успешно утонуло в тысяче других, так что никто его не заметил.

У Лю Мань не хватало времени на проведение эфиров или проверку своей страницы на Weibo. Завтра ее ждало участие в съемках, и она, будучи неопытной, была вынуждена заучивать сценарий.

Цзи Нин в фильме появлялась суммарно всего на пять минут. Это время делилось на четыре сцены, включая то представление соперниц между ее героиней и Цзи Ань, в котором Лю Мань учувствовала на пробах. Все эти сцены были из воспоминаний главного героя.

На следующий день Лю Мань собиралась сняться в первой сцене, где Цзи Нин возвращается из Америки и в первый день идет на учебу.

Декорациями служила Шанхайская экспериментальная средняя школа, куда в фильме ходили Гу Цин с Дуань Наньфэном.

Несколько дней назад школу закрыли на праздники, в связи с чем на территории заведения не было видно ни единой души. При содействии директора съемочную группу успешно пропустили внутрь, тогда они и приступили к подготовке и настройке оборудования.

Лю Мань прибыла заблаговременно. Визажисты и костюмеры были готовы. Е Цзыань хотел, чтобы сцены на территории школы отсняли в течение двух дней, поэтому девушка начала готовиться сразу после появления.

Когда костюм был готов, она вышла из комнаты отдыха, притянув к себе внимание всех членов съемочной группы.

На девушке было белое платье. В памяти Ли Сяожу она ошеломила ее именно в таком, и теперь продолжала впечатлять других.

Шелковистые черные волосы аккуратно лежали на ее плече, отражая безупречную фарфоровую кожу. Вероятно, на нее смотрело слишком много людей, из-за чего Лю Мань опустила длинные ресницы, чтобы прикрыть блестящие темные глаза и утаить в них свою робость и отчужденность. Тем не менее, уголки ее губ слегка поднялись, смягчая тем самым весь образ.

Каждый был ею очарован. Вопреки явно западному лицу она выглядела классической красавицей. От нее исходила аура изящности и великолепия.

Е Цзыань с кивком обратился к паре визажистов:

— Внешность супер. Отныне делайте костюм для Цзи Нин точно таким же.

— Хватит смотреть, за работу! — режиссер хлопнул в ладони, дабы пробудить народ от транса, в который они впали, глазея на Лю Мань. Долгое изумление испытали не только рядовые сотрудники, а даже повидавшие немало привлекательных девушек Тан Ту и Цяо Синь.

Последний спросил у Тан Ту:

— Ты учишься с ней в одном универе?

Тот в ответ лишь угукнул.

— Лю Мань наверняка там знаменита?

Тан Ту серьезно задумался, он вовсе не думал, что девушка была популярной. Он даже не знал ее раньше, и в концертах она участия не принимала.

— Может она просто предпочитает не пользоваться косметикой, — так парень объяснил ее прошлую анонимность.

Камера навелась на табличку с надписью «Аудитория №1 11-го класса», показав ее крупным планом.

Актер, играющий учителя, подошел к кафедре и обратился к шумному классу:

— Так, сделайте минуту тишины, пожалуйста. Сегодня у нас в классе появилась новая ученица.

На этих слова все ученики перевели любопытные взгляды в сторону двери, из-за которой выглядывал только клочок белого платья.

— Входи, Цзи Нин, — позвал учитель.

Цяо Синь в роли Гу Цина подпер подбородок ладонью. Ему было скучно, и никакого интереса он не проявил, ибо девушку ему представили еще дома.

Но когда Цзи Нин встала перед классом, парень все равно испытал потрясение.

— Привет всем. Я Цзи Нин и теперь буду учиться с вами, — сказала Лю Мань.

— Стоп! — объявил Е Цзыань. — Лю Мань, расслабься. Не волнуйся так сильно.

— Простите, режиссер Е, — она поспешно извинилась.

Она стояла в одном только тоненьком платье и уже дрожала от холода, однако ладони ее покрывал пот.

Е Цзыань проявил терпимость.

— Ничего, ты в первый раз принимаешь участие в съемках, так что волнение вполне нормальное. Просто влейся в окружение и попытайся вспомнить себя в старшей школе. Не смотри на камеры, притворись, что их тут нет.

Лю Мань кивнула. После двух выступлений с Сяо Кэ она избавилась от страха сцены. И все же находиться под прицелами камер ей было не по себе. Когда девушка видела камеру, ее конечности замирали.

Тан Ту и Цяо Синь сидели в классе с группой подростков из массовки. Все были в униформе, однако действия в фильме происходили под конец весны и вначале лета, поэтому несмотря на холод, Тан Ту притворился, что ему жарко и не застегивал кофту, а Цяо Синь закатал рукава. С первого взгляда никто не смог бы заметить разницу между ними и настоящими учениками старшей школы – красивые мужчины всегда выглядели моложе своего возраста.

Тан Ту видел, как нервничала Лю Мань. Он посмотрел на нее с сильным желанием поддержать.

Девушка тем временем сделала глубокий выдох и обратилась к Е Цзыаню:

— Режиссер Е, я готова.

— Отлично, давайте заново. Свет, камера, мотор!

Лю Мань в очередной раз прошла от двери к возвышению у доски.

— Привет всем. Я Цзи Нин и теперь буду учиться с вами, — она окинула класс взглядом и уверенно представилась.

— Стоп, — опять вмешался Е Цзыань. — Все не то. Смотри, Цзи Нин сейчас все равно, что сирота. Да, раньше она была уверенной девушкой, но теперь ее мать умерла, а отец считает ее обузой. Кровная младшая сестра терпеть ее не может, а мачеха ненавидит еще сильнее. Из прекрасной дочери она превратилась в ту, кто живет в доме, где никто ее не любит. Ты не привнесла в свою игру это чувство.

Немудрено, что весь шоу-бизнес считал Е Цзыаня талантливым, но беспощадным режиссером. Его ожидания к актерам были очень высокими.

— Понимаешь, что я имею в виду? — спросил он Лю Мань.

Та опустила взгляд.

— Да, понимаю.

Каждый решил, что она испугалась Е Цзыаня, однако девушка вспомнила далекие дни в холодном дворце. Когда скончалась госпожа Сюй, ей было тяжело.

Чувства Цзи Нин были похожими? Людей, которые о ней заботились, больше не стало. На смену разлетевшейся вдребезги гордости прошлого пришли бессилие и растерянность.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Этот день стал незабываемым для старшеклассников Шанхайской Экспериментальной Средней Школы. Настолько незабываемым, что даже к тридцати годам они продолжали помнить внешность той милой молодой девушки.

— Привет всем. Я – Цзи Нин и теперь буду учиться с вами.

На возвышении стояла девушка в белом платье. Такая повседневная одежда была только на ней, остальные носили униформу. Руководил этой школой пожилой директор, чтивший древние традиции, поэтому он запрещал девушкам носить платья. Он утверждал, что надевали их на учебу только гулящие и кокетливые, однако эта представительница прекрасного пола показала всем, что значит быть чистой и невинной. Румянец на ее щеках выглядел как естественная красная пудра. Нельзя было даже сказать, родилась эта девушка такой, или просто стеснялась перед столькими незнакомцами. Но тон ее звучал так уверенно!

Мягчайшие утренние лучи солнца сглаживали и фигуру новенькой ученицы, они заставляли ее казаться хрупкой и стройной. Красивейшей деталью в ней являлись глаза, совершенно черные, словно родник, в чистейшей воде которого проглядывалось дно. Любой в них мог заметить улыбку, тем не менее, даже она дополняла ее хрупкость и беззащитность.

Е Цзыань обратился к оператору:

— Выражение Лю Мань прямо сейчас идеальное, покажи ее крупным планом.

Эта красавица заставила всех парней замереть. Староста класса, Гу Цин, увидел, как все одноклассники пускали слюни на его «сводную сестру», и в нем внезапно вспыхнул гнев. Ему захотелось взять кусок такни и плотно обернуть им Цзи Нин. Так, чтобы никто не мог ее видеть.

Он огляделся и вдруг обнаружил, что Дуань Наньфэн – сильнейший его соперник, сидевший спереди, тоже не сводил глаз с девушки. Теперь тот, кто неизменно проявлял безразличие и не удостаивал красоток вторым взглядом, как по мановению волшебной палочки смотрел на нее горящими глазами.

Но тут Гу Цин кое-что вспомнил, и его губы хищно изогнулись.

Место новенькой учитель выделил в последнем ряду, у окна. Она заняла его как раз перед началом урока. Никакого особого интереса Цзи Нин не проявляла ни к занятию, ни к тем одноклассникам, что на нее заглядывались. Ее голова была повернута к окну, а во взгляде так и чувствовалась беспомощность.

— Хорошо, снято, — Е Цзыань щелкнул пальцами. — Десять минут перерыва, затем продолжаем.

В следующей сцене Лю Мань не участвовала, на сегодня ее съемки закончились.

Хоть она и играла очень хорошо, ее конечности сильно мерзли на холоде. Всем и так доводилось неоднократно ее ждать, поэтому девушка не хотела допускать дальнейших ошибок и притворялась, что все в порядке.

Во время вчерашних съемок Фэн Цинъюй тоже была в платье. Но она являлась важной персоной с настоящей помощницей. После каждой сцены та спешила подать ей пуховик, помогала его надеть, обеспечивала горячими напитками и следила за тем, чтобы актриса не простудилась.

Лю Мань же играла второстепенную роль, и до текущего момента многие члены съемочной группы даже не помнили ее имени. С памятью у них никаких проблем не наблюдалось, просто они не считали нужным тратить время на запоминание имени девушки, которая даже не являлась звездой восемнадцатого ранга.

п.п.: Суперзвезды в Китае классифицируются по неким рангам. Актеры первого, само собой, самые известные. Актеры восемнадцатого – массовка.

Лю Мань обняла себя руками и тихо покинула класс. Комната отдыха располагалась в другом конце коридора, там она хотела переодеться во что-то потеплее.

Внезапно кто-то накинул ей на плечи огромный пуховик, вместе с ним появился и аромат одеколона. Девушка вспомнила этот запах, именно его она учуяла, когда впервые встретила Тан Ту в университете.

Она удивленно оглянулась. Парень стоял в бело-синей школьной униформе, молния была по-прежнему расстегнута. От него ни на шаг не отходил помощник, который выглядел так, будто хотел что-то ему сказать.

Именно ассистент все время наготове держал теплую куртку Тан Ту, он же и накинул ее на него, как делал это всегда. Только он не ожидал, что его подопечный снимет пуховик, догонит ту новую актрису и лично наденет его на нее.

Произошедшее чрезмерно ошеломило ассистента. Удивился, к слову, не только он, а каждый член команды. Ранги Лю Мань и Тан Ту слишком отличались.

Он был известным человеком, значит и действия его должны были быть совершенными. Каждый поступок парня отражал его отношение. Получается, этим он выразил желание защитить эту девушку?

Как и ожидалось, Тан Ту улыбнулся зевакам и сказал:

— Она моя младшекурсница, профессор Цю хочет, чтобы я о ней заботился.

«Оу, то есть, она тоже являлась студенткой Столичного Музыкального Университета. И порекомендовала ее также Цю Цзин?» — присутствующие сразу все поняли.

После того, как Тан Ту упомянул Цю Цзин, участники съемочной группы перестали копать глубже. Даже сами подумывали начать получше относиться к девушке, раз она находилась в хороших отношениях с этим парнем и продюсером Цю.

Все это время Лю Мань стояла с понуренной головой, а в ответ на слова Тан Ту тихим голосом ответила:

— Спасибо.

— Со мной можешь отбросить эту учтивость, — отозвался молодой человек. — Сейчас я попрошу шофера отвезти тебя обратно в отель, там и отдохнуть сможешь. Еще лучше будет, если примешь горячую ванну.

— Нет-нет, я хорошо себя чувствую, — отказалась она, дополнительно жестикулируя руками.

— Решение уже принято. Завтра у тебя важная сцена в фильме. Что будешь делать, если заболеешь? Я просто не хочу, чтобы ты нас тормозила. Если задержишь производство фильма, режиссер Е по голове точно не погладит, — Тан Ту уже сказал столько всего, а она до сих пор отклоняла его предложение?

Водитель ждал прямо у школьного кампуса и выполнил приказ, как только парень дал отмашку.

Сам он после отбытия Лю Мань вернулся в комнату отдыха. Цяо Синь тоже вошел туда с двумя стаканчиками кофе, один из которых поставил перед Тан Ту. Позже их ждало шоу соперников с участием их персонажей, так что работать предстояло еще много.

— Ты так мило себя ведешь с той девушкой, — издал смешок Цяо Синь.

— Ну, она – моя МЛАДШЕКУРСНИЦА и в шоу-бизнесе оказалась впервые. Если не позабочусь о ней, профессор Цю всю ответственность за это скинет на меня, — парень отхлебнул кофе и произнес это неспешно, но без колебаний.

— Ну да, точно. Пусть мы и впервые снимаемся вместе, но я уже могу сказать, что харизма у тебя приятная. И знаешь, некоторые мужчины даже к собственным девушкам так хорошо не относятся, — бросил очередной камушек в огород коллеги Цяо Синь.

Он уже работал актером довольно долго, благодаря чему был наслышан о Тан Ту. Ходили слухи, что тот имел серьезное происхождение и полагался не только на Цю Цзин. Семья парня наверняка обладала высоким социальным статусом. Ну а как еще он мог оставаться популярным столько лет, снявшись лишь в одном фильме? Без какой-либо поддержки подобное не представлялось возможным.

Из-за этой же поддержки он и вел себя так отчужденно и возвышенно. После первой волны известности так вообще отклонил предложения малоизвестных режиссеров. Такой человек ни в жизнь не стал бы относиться к девушке по-особенному, просто потому что так сказала Цю Цзин.

Цяо Синь никогда бы в такое не поверил.

Держа в руках стаканчик, Тан Ту улыбнулся собеседнику, а взглядом словно говорил ему: «Не важно, поверил ты мне или нет. Это мое дело, и тебя оно не касается».

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Лю Мань едва избежала простуды. По приезду в отель у нее началось головокружение, поэтому она не стала обедать и сразу пошла спать. Дневной сон пошел на пользу ее состоянию.

Проснувшись, девушка снова потянулась за сценарием. Послезавтра ее ждали съемки во второй сцене, самой длинной. Ей нужно будет исполнить фортепианное произведение, наконец-то применив на практике свою специальность.

Сценарий также включал в себя партитуру, и это же произведение являлось саундтреком к фильму. Впрочем, слов к нему еще не было.

Лю Мань тихо напевала мелодию. Ближе к концу ее отвлек знакомый звук из WeChat.

После окончательного утверждения всех членов съемочной группы, помощник режиссера создал групповой чат – [Команда Звук Ветра] – и сообщал там о всех важных объявлениях режиссера или продюсеров. В группе в том числе находились все главные актеры и сам Е Цзыань.

На данный момент контакты Лю Мань пополнились только Тан Ту, Ян Хуаюэ и помощником режиссера.

Как и ожидалось, причиной звука стало объявление.

[Менеджер: @Всем. Ввиду недавних изменений в сценарии завтрашняя сцена с фортепиано переносится на послезавтрашнее утро.]

[Вас поняла!]

[Вас понял!]

Лю Мань поспешила ответить вместе с остальными: [Вас поняла!]

Помощник режиссера увидел ее сообщение и отправил ей приватное:

[Завтра вечером приходи в музыкальную аудиторию на третьем этаже. Вы с Тан Ту будете работать над композицией «Звук Ветра», чтобы подготовиться к фортепианной сцене. Ответь, когда получишь это сообщение.]

[Хорошо.]

В этот момент ей пришло еще одно уведомление. Это уже Юй Чжань прислал сделанную на свой телефон фотографию.

Лю Мань открыла снимок. Похоже, он был сделан на балконе квартиры многоэтажки. Рассвет распласталась на Поле, ее лапы свисали вниз, а глаза были прикрыты. Она вальяжно наслаждалась солнечными лучами, подставив под них свою пушистую спинку.

[Рассвет любит солнце.] — напечатала девушка.

Юй Чжань ответил как всегда быстро.

[Ей понравился мой балкон, и к Полу она тоже привыкла. Теперь уже хотя бы не пытается куда-либо сбежать, когда видит его в комнате. Судя по всему, они подружились.]

[Спасибо.]

[За что?] — Юй Чжань отправил смайл в виде милого, надутого личика.

Лю Мань молча улыбнулась и, последовав его примеру, тоже ответила смайлом, хотя пользовалась она ими редко. Выбор ее пал на небольшое желтое лицо с высунутым языком.

[Ты хорошо относишься к Рассвет. Я сама не вела себя с ней настолько хорошо.]

[Ну она послушная и милая, такие мне нравятся.]

Юй Чжань, будучи ветеринаром, не имел никаких предубеждений по отношению к животным, но больше всего любил преданность собак. Кошку на дом он брал впервые.

[И мне нравится Пол. Он верен тебе. Несмотря на крупный и свирепый вид снаружи, он очень дружелюбный.]

[Похоже, мы просто расхваливаем питомцев друг друга] — Юй Чжань отправил это сообщение, после чего прислал еще одно: [Ты сейчас работаешь? Надеюсь, я тебя не отвлекаю.]

[У меня немного сцен, в своей части я снялась еще с утра. Следующая будет послезавтра, так что времени еще много.]

[Ну и как это, быть актрисой? Коллеги хоть не обижают? Никто ни в чем не обвиняет? Не издеваются над тобой?]

Парень вывалил на нее сразу целый ворох вопросов.

Его забота отозвалась теплом в душе Лю Мань. Она невольно улыбнулась и продолжила печатать:

[Пока что все отлично. Я лишь незначительная массовка, а внимание всех приковано к главным актерам. Никому до меня и дела-то нет, какие уж там издевки? Большую часть времени я сижу в отеле. Да и на съемочной площадке в основном слоняюсь без дела. Но сегодня снимали первую сцену со мной, и режиссер прерывал меня несколько раз. Серьезный он человек, и ожидания у него высокие. Мне довелось понервничать, к счастью в итоге я все же смогла выполнить его требования, и он даже меня похвалил.]

[Что за режиссер такой?]

[Е Цзыань. Знаешь его? Он сейчас очень известный.]

[Не-а, не знаю.]

Юй Чжань не особо интересовался миром шоу-бизнеса, и имени этого никогда не слышал. Он открыл список своих WeChat-контактов и нашел среди них друга, который нынче жил в Шанхае.

[Ты знаешь, кто такой Е Цзыань?]

[?]

[!]

[Сегодня солнце взошло на западе, что ли? Чтобы такой чудила да сам мне написал! Так еще и спрашиваешь о режиссере. Неужто в фильме планируешь сняться? Учитывая твою привлекательность, главная роль запросто тебе достанется. Блин, как жаль, что крупнейшая звезда в компании папы и в подметки тебе не годится по внешности.]

[Значит, знаешь.]

Юй Чжань автоматически пропустил мимо ушей ненужную информацию от собеседника и сконцентрировался на самом важном.

[Мы с ним незнакомы, просто виделись пару раз. С нашей компанией он раньше никогда не сотрудничал, но о нем отзываются, как о добром человеке с хорошими моральными качествами и высокими ожиданиями к актерам. А чего ты спрашиваешь? В чем дело?]

[Ни в чем.]

[Я слышал, что сейчас Е Цзыань снимает фильм в Шанхае, вчера вот состоялась церемония открытия. Его фильм спонсируют Galaxy Films Ltd., и даже главных героев играют актеры ниже первого ранга. Обходятся съемки не сильно дорого, да и Е Цзыаню нравится так работать.]

Производство «Звука Ветра» стоило двадцать миллионов, и эта сумма считалась адекватной для фильма, где не требовалось использовать дорогие спецэффекты, однако друг Юй Чжаня считал данный бюджет слишком маленьким.

Услышав, что поладить с Е Цзыанем было не трудно, Юй Чжань расслабился.

[Мм, ясно. Ну все. Отключаюсь от сети.]

[Эй! Эй-эй-эй! Где твои манеры? Я хочу удалить тебя из друзей!]

[Зануда. Ты говорил это уже сотню раз еще с детства.]

Телефон Юй Чжаня издал сигнал, вместе с которым на экране появилось уведомление из Weibo. Он перестал отвечать другу, беспрерывно посылающему гневные смайлики.

Парень зашел в соцсеть. Среди его подписок имелось только одно имя – [Принцесса Мань].

Он перешел на ее страничку и увидел только что добавленную публикацию.

[Рассвет наслаждается солнечной ванной!] — к посту было прикреплено то самое фото, сделанное Юй Чжанем.

Получилось оно настолько милым, что сразу после выкладки собрало несколько сотен лайков.

[Откуда взялся этот Маламут? Они с Рассвет выглядят очень дружными!]

[Сестренка вроде говорила, что о Рассвет заботится кто-то другой. Ничего себе услуги по передержке, и даже собака находится рядом, когда она хочет поиграть или понежиться в лучах солнца!]

[Почему мне кошка с этой собакой кажутся парой? У них межвидовая любовь?]

[Сестренка, ты прям волны кошачьего корма нам посылаешь…]

[Собачьего, если быть точнее!]

п.п. В Китае не состоящих в отношениях людей называют «Одинокими Собаками». То есть, пары, которые демонстрируют у них на глазах свою любовь, словно машут перед ними собачьим кормом.

[Да какая разница. Я одинокий пес, и при виде всей этой милой любви у меня щиплет в глазах.]

…

Лю Мань сейчас не была занята, поэтому могла отвечать на комментарии подписчиков. Как раз тогда Weibo прислал ей два новых уведомления. Она их сразу и открыла:

[Юй Чжань поставил лайк и сделал репост вашей публикации.]

[Тан Ту поставил лайк и сделал репост вашей публикации.]

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Каждый год в честь дня собственного основания Шанхайская Экспериментальная Средняя Школа устраивала масштабный театр искусств – событие для певцов и танцоров, желающих продемонстрировать свои таланты. В этот день заведение открывало свои двери родителям всех учеников, и те с радостью туда приходили.

В программу прошлогоднего концерта от класса 11-A входила сольная игра Дуань Наньфэна на пианино. Он был звездой всего шоу и выиграл титул школьной травы.

В этом году программа их класса не изменилась. Никто не решался бросить вызов Дуань Наньфэну. Учитель планировал опять представить его сольное выступление, как вдруг вспомнил приемную анкету Цзи Нин, в которой говорилось, что девушка являлась практически виртуозом.

Таким образом соло Дуань Наньфэна стало дуэтом. Их совместную композицию назвали «Звук Ветра».

***

В музыкальной аудитории школы стоял рояль. Лю Мань пришла туда рано, в 6:30 утра. Вероятно, по этой причине встретила она там только двух болтающих членов съемочной группы.

Поздоровавшись с ними, она подошла к инструменту. Открыла крышку, пробежалась пальцами по знакомым черным и белым клавишам и сперва нажала несколько нот.

Затем девушка разместила партитуру на подставку, села и начала играть.

Как только из-под ее пальцев полилась мелодия, двое сотрудников перестали говорить и осторожно прислушались к игре Лю Мань.

По сравнению с классикой известных музыкантов, мелодия «Звук Ветра» была не очень техничной, без каких-либо сложных ритмов и переборов. Она больше напоминала легкую для понимания поп-песню, совпадающую со вкусами современных людей. Композиция имела ласковое звучание, однако присутствовали в ней и нотки печали. Они словно намекали на короткую жизнь персонажа Цзи Нин. Мимолетную, как порыв ветра.

Когда Лю Мань впервые сыграла ее от начала до конца, позади раздались чьи-то хлопки.

Она повернула голову, абсолютно не ожидая, что увидит там Тан Ту. Кроме него слушателями ее игры стал Е Цзыань и еще несколько сотрудников. Девушка быстро встала.

Рядом с режиссером стоял невысокий молодой мужчина в очках и с небольшой бородой. Он уставился на Лю Мань удивленным взглядом, осматривая девушку с ног до головы.

— Ой, подожди… А это разве не Богиня Ханьфу?

Е Цзыань растерялся:

— Что за Богиня Ханьфу?

— Режиссер Е, в сети ты время не проводишь, да? Несколько дней назад в Weibo набрало популярность одно видео. Эта леди взяла в нем на себя главную роль, и все в Weibo называют ее «Богиня Ханьфу», — мужчина сильно впечатлился Лю Мань.

У Е Цзыаня имелся аккаунт в этой соцсети, зарегистрированный его помощником. Однако он никогда им не пользовался, а публикации новые добавлял едва ли раз в пару месяцев. Не будь у него там миллиона подписчиков, его страница затерялась бы среди других неактивных.

— Оу, — Е Цзыань кивнул в знак понимания и спросил собеседника: — И как по-твоему она играет?

— Весьма неплохо! Ты же знаешь, я не очень требовательный.

Ситуация казалась важной, и Тан Ту познакомил Лю Мань с этим мужчиной:

— Это композитор «Звука Ветра», Сюэ Фэйюнь.

Она так и подумала. Пусть у Сюэ Фэйюня не было привычно хорошей внешности или красивой осанки, от него веяло творчеством, и выглядел он как композитор.

— Здравствуйте, наставник Сюэ, — подошла Лю Мань со словами приветствия.

— Нет, нет, нет. Я не заслуживаю называться наставником. Я просто продаю песни, — скромно отозвался Сюэ Фэйюнь и вновь пристально ее изучил. Мысленно он ликовал, потому как вживую эта девушка выглядела еще красивее, чем на том видео.

Позже она от других людей и из интернета узнала, что Сюэ Фэйюнь являлся очень известным композитором, с золотой медалью окончившим музыкальный колледж Беркли*. Это только в очередной раз доказывало, что не всегда стоило судить книгу по обложке.

п.п.: это крупнейший в мире независимый колледж современной музыки.

— В таком случае пусть они поработают вместе с Тан Ту. Если результат получится хорошим, сможем начать съемки уже завтра утром, — сказал Е Цзыань.

Сюэ Фэйюнь согласился соответствующим жестом.

— О, кстати, ты достал текст, который я говорил тебе найти? — спросил он режиссера.

Е Цзыань отозвался так, будто у него заболела голова:

— Я полностью погрузился в съемки этого фильма, времени совсем не было. Поговорим об этом позже, когда закончим со сценами.

Сюэ Фэйюнь пожал плечами.

— Как знаешь. Только потом меня не вини, если застопоришь прогресс фильма.

Е Цзыань перевел взгляд на Лю Мань и Тан Ту.

— Сегодня вечером вашу игру на пианино будет инструктировать Сюэ Фэйюнь. Делайте все, как он скажет.

На этих словах он поспешно удалился. Его дожидалось еще много людей в саду виллы, и мужчина не хотел тормозить процесс.

— Режиссер Е сказал, что вы оба из Столичного Музыкального Университета. Раз учитесь на музыкальных факультетах, значит мне не придется уделять особое внимание технике, — обратился Сюэ Фэйюнь к двоице, почесывая бороду. — Я написал эту мелодию после прочтения сценария, которым всецело насладился. Мое единственное требование к вам – работать в гармонии и завершить всю песню. Режиссер Е не любит накладывать на свои фильмы дубляж и хочет записать нужный звук во время съемок. Надеюсь, на завтрашних съемках вы сможете сработаться и успешно исполните композицию с первой попытки.

Молодой мужчина хоть и заявлял, что не очень требовательный, тем не менее, его условия были строгими. Не говоря уже о неопределенности «гармонии» и «завершить всю песню»! Отсутствие дубляжа означало, что завтра Лю Мань и Тан Ту придется сыграть настоящий концерт на фортепиано. Для пианистов-любителей и самоучек исполнить подобное было невозможно. Теперь стало ясно, почему профессор Цю искала актрису в их университете.

Тан Ту не видел в этом никакой проблемы, чего нельзя было сказать о Лю Мань. Ей никогда не доводилось бывать на настоящем концерте.

Парень увидел ее выражение. Он несколько раз подслушивал ее игру и уже знал уровень девушки, поэтому успокоил:

— Не переживай. Мы можем попрактиковаться вечером подольше, но сперва тебе нужно поверить в себя.

— Ладно, тогда давайте разделять и властвовать. Тан Ту, ты будешь играть припев и партии с изменением тональности. А ты, Лю Мань – оригинальную композицию, — говорил Сюй Фэйюнь, делая несколько пометок на партитуре. — Сейчас можете приступать к практике. Спрашивайте, если не получится понять или сыграть какие-то партии.

Тан Ту первым занял место перед роялем и с улыбкой повернулся к Лю Мань.

— Нужно сначала разогреться.

Парень начал играть «Звук Ветра». Из-под его пальцев полилась естественная и связная музыка.

Лю Мань изумленно повернула голову. Немудрено, что студенты их университета относились к Тан Ту, как легенде. Он попросту ею и являлся. А вдобавок к этому еще обладал привлекательной внешностью. Во время игры на пианино молодой человек словно сиял.

Послушав его почти совершенный «разогрев», никто и близко бы не подумал, что учится он на факультете скрипки.

Они оба играли на инструменте, который не являлся лучшим в их арсенале, однако Тун Ту значительно превосходил Лю Мань. Она даже представить не могла его навыки обращения со скрипкой.

Сюэ Фэйюнь тоже выразил удовлетворение, трижды подряд произнеся «Отлично».

Если по-отдельности эти двое играли хорошо, что будет, если их объединить?

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Лю Мань с Тан Ту сидели на одном стуле: одна на правой его половине, а другой – на левой. Над клавиатурой инструмента одновременно зависли четыре бледноватые и стройные руки, после чего начали играть.

Дуэт, никогда не практиковавшийся вместе ранее, как и ожидалось, взаимодействовал не очень хорошо.

Сюэ Фэйюнь остановил их посреди игры.

— Ритм не синхронизирован. Лю Мань, ты на один такт опережаешь Тан Ту. Ты ведь на фортепианном факультете учишься? К чему эта спешка?

В его словах крылась критика, и девушка покраснела.

— Простите.

— Не нервничай, — успокоил ее Тан Ту. — Играй потихоньку. Если испытываешь какие-то проблемы, говори мне, и я помогу их решить.

Тан Ту имел гораздо больше опыта в выступлениях. Он мог выступать перед большими толпами людей, да и сам обладал соответствующей аурой. Быть может, это и был характер музыкального лидера, что позволил Лю Мань постепенно успокоиться.

— Так, давай продолжим, — сказал парень.

— Хорошо.

Они вдвоем возобновили практику, и с четвертой-пятой попытки наконец-то достигли синхронности. До идеала оставалось еще далеко, но зато двоица хотя бы попадала в один такт и играла согласованно. Уши любителей уже были бы довольны их исполнением.

Несколько сотрудников даже принялись снимать их на свои телефоны.

— Меня все не покидает мысль, что мы что-то упускаем, — Сюэ Фэйюнь в краткой задумчивости почесал бороду, однако так и не смог понять недостающий момент. — Ладно, я не могу об этом думать. Уже темнеет, так что еще разок, и можете быть свободны. На завтрашних съемках играйте именно так.

Наступил следующий день. Настоящие съемки проводились в концертном зале Шанхайской Продвинутой Экспериментальной Средней Школы.

Посреди сцены установили рояль, а вокруг нее расположилось несколько видеокамер. Актеры и члены съемочной группы притворились зрителями, заполнив первые десять рядов.

Режиссер Е подал знак рукой и съемки начались.

На сцену взошел ведущий.

— Далее выступят ученики 11-А класса – Дуань Наньфэн и Цзи Нин исполнят фортепианный дуэт «Звук Ветра».

Свет притух.

Лю Мань ступила на сцену следом за Тан Ту. Даже несмотря на то, что локация использовалась для съемок, а не реального концерта, модель сцены казалась очень правдоподобной. Особенно, когда пара стояла неподвижно под падающим светом прожекторов. Они слепили Лю Мань, поэтому она не сдержалась и выставила руку перед глазами.

Нахмурившись, заместитель режиссера хотел прервать съемки, однако Е Цзыань остановил его:

— Нет, так смотрится более естественно.

Лю Мань с Тан Ту были одеты в подобающую одежду для выступлений. В качестве наряда для девушки подобрали вечернее платье фасона «хвост русалки», тогда как Тан Ту довольствовался белым смокингом. Визажисты не стали слишком усердствовать с макияжем, дабы актеры не выглядели чересчур взрослыми.

Парень так и вовсе выступал без него, впрочем, одни только приглаженные черные волосы делали его красивее обычного.

На лицо Лю Мань нанесли легкий слой косметики. Она со своими изогнутыми бровями и блеском в глазах выглядела невероятно прекрасной.

Они оба учились в музыкальном университете, потому вдобавок к хорошей внешности обладали артистичностью. Даже ненастоящая публика с нетерпением ждала начала концерта.

Тан Ту жестом пригласил Лю Мань сесть, и та первой заняла место на стуле перед инструментом. И только потом он сел рядом. Все эти детали они отрепетировали вчерашним вечером, благодаря чему теперь их поведение смотрелось крайне естественно.

Пара переглянулась, прежде чем молча перевести взгляды на партитуру.

Е Цзыань сказал видеооператору показать крупным планом их грациозные руки.

Мелодия для Лю Мань и Тан Ту уже стала знакомой. Она в который раз полилась из клавиш под их ладонями. «Звук ветра», подобно самому ветру проник в каждый уголок концертного зала и уши всех слушателей вокруг них.

Всем казалось, будто они попали внутрь сценария.

Цзи Нин была прекрасна и благопристойна, хотя виднелась в ней также и нотка глубокой, сокрытой печали.

В этой абсолютно новой среде она была совершенно одна, без единого, заботящегося о ней человека. Она подобно легкому ветерку рвалась ввысь, к небесам, уносясь куда-то далеко-далеко. Она была ветром, который неустанно взмывал к небесам – к ее матери.

Дуань Наньфэн, привыкший отлично играть сольные произведения, подключился к Цзи Нин без лишних размышлений.

Когда мелодия достигла своей кульминации, белый свет над ними осветил мирное лицо девушки, отбрасывая на пол тень, до невозможности похожую на силуэт древней молодой госпожи.

Тан Ту не сдержался и повернул голову, чтобы с глубокой любовью посмотреть на нее. Именно из-за этого одномоментного отвлечения он случайно сыграл не ту ноту.

Сценарий этого не включал, парень попросту забылся.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

— Да, да, да! Это оно, — Сюэ Фэйюнь восторженно вскочил со своего места. — Именно этого не хватало вчерашним вечером.

Тогда Тан Ту вызывал у него замешательство. Лю Мань поистине входила в состояние горя касательно своей семьи, когда играла, но что с парнем? Как ему было изобразить отчаянную влюбленность Дуань Наньфэна в Цзи Нин?

В этот момент последняя была по уши влюблена в Гу Цина, а гордый Дуань Наньфэн не считал достойным соперничать с ним под ярким солнцем. Печаль и борьба внутри его сердца отчетливо отображались и во взгляде.

Скорее всего, сам Тан Ту только сейчас понял, что был таким же, как его персонаж, и эмоции испытывал те же. В настоящее время он встречался с Шэнь Мочжэнь, однако после взгляда на Лю Мань парню стало ясно, что ему она уже нравилась. И это «нравилась» для него было незнакомым и странным чувством, которое никак не получалось усмирить.

Сюэ Фэйюнь обратился к Е Цзыаню:

— Вот как оно обернулось. Тан Ту оказался не обычной звездой с хорошей внешностью и без каких-либо актерских умений, как я предполагал ранее! И то, и другое у него на хорошем уровне, плюс он все время вел Лю Мань.

Е Цзыаню этот парень не нравился только потому, что попал в их команду посредством социальных связей, тем не менее, режиссеру пришлось признать его способности.

— Посмотри его первый фильм и поймешь, почему он популярен до сих пор. Среди нынешних молодых актеров он однозначно лучший.

Цяо Синь, в чьих съемках наступил перерыв, сидел позади режиссера в качестве зрителя. Для него слова Е Цзыаня звучали очень неудобно, ибо он начал сниматься еще с детства. Работал в индустрии развлечений более десяти лет, однако по-прежнему не завоевал большую известность. Тан Ту при этом был на три года младше и сыграл роль в единственном фильме, еще и второстепенную, но обрел куда большую популярность. Это ясно давало понять даже количество подписчиков на их Weibo-страничках. У Тан Ту их имелось девять миллионов, тогда как у Цяо Синя всего пять.

В глубине души последний понимал, что главная роль в текущем фильме досталась ему из-за его опыта. В противном случае ее отвели бы Тан Ту.

Фильмы Е Цзыаня всегда повышали популярность главных актеров, а Цяо Синь не хотел, чтобы его «соперник» в итоге стал еще известнее. Все-таки не он здесь играл главную роль!

Парень неотрывно смотрел на уже закончивших свою сцену Лю Мань и Тан Ту.

Ступеньки на площадку были чуть высоковаты. Тан Ту, судя по прыжку через них, пребывал в хорошем настроении. Затем он с протянутой рукой повернулся к Лю Мань и что-то сказал.

Та улыбнулась, покачав головой. Она приподняла подол платья и аккуратно сошла вниз. Ее осанка была прямой, в ней имелась присущая с рождения изящность.

С точки зрения мужчины, Цяо Синь признавал девушку очень красивой и привлекательной. Только вот он нутром чуял, что Тан Ту считал ее не просто своей младшекурсницей.

По его сведениям у Тан Ту была девушка. А если фанаты узнают, что их кумир оказался мерзавцем, полюбившим кого-то другого, а не свою девушку, то останутся ли они его поклонниками?

Съемки фортепианной сцены прошли весьма успешно и сумели оправдать требования Сюэ Фэйюня. Остальные актеры приготовились к собственным сценам, и только Лю Мань ушла на перерыв. Е Цзыань сказал ей, что при желании можно отправиться в отель на отдых, либо же остаться тут и понаблюдать за другими.

Девушка предпочла второй вариант. Две ее оставшиеся сцены состояли из множества эмоциональных всплесков и переживаний, поэтому ей нужно было учиться.

Следующим эпизодом снималось то, как Гу Цин, после просмотра замечательного дуэта Дуань Наньфэна и Цзи Нин, осознал чувства своего соперника к девушке и отправился искать его за кулисами.

Съемочная группа перенесла туда же все оборудование для дальнейших съемок.

Цяо Синь и Тан Ту встали на свои места.

— Начали, — дал отмашку Е Цзыань.

— Почему ты мне мешаешь? — Дуань Наньфэн нахмурился. В его глазах проблеснуло нетерпение, пока он изучал вставшего на его пути Гу Цина.

— Я за тебя радуюсь. Не ожидал, что ваш дуэт с Цзи Нин пройдет так хорошо, — фальшиво ответил тот и для вида похлопал в ладоши. Затем он странным тоном похвалил Дуань Наньфэн: — Ты лучший ученик в классе. Всегда такой умный, нравственный, красивый и спортивный. Все у тебя получается хорошо, но есть одно «но»: Как можно быть настолько идеальным? Похоже, сами небеса послали меня найти в тебе недостаток.

— Да? Значит, ты пришел похвастаться? — холодно усмехнулся Дуань Наньфэн.

— Чем мне вообще хвастаться? — впрочем, несмотря на сказанное, глаза Гу Цина светились неприкрытым превосходством. — Ой, точно. Цзи Нин сейчас живет в одном доме со мной, так что она и впрямь мой повод для гордости.

Слова «живет в одном доме» он особенно подчеркнул интонацией.

Дуань Наньфэн, неизменно отличавшийся хорошим контролем своих эмоций, понятное дело, только сжал кулаки:

— Она твоя сестра.

— Но все-таки не кровная. Я даже и не знал, что у приемного отца есть еще одна дочь. Красивая и всегда превосходящая ожидания. Она совсем не похожа на отчима. Повезло, что она вернулась в Китай, и судьба свела нас, — тон Гу Цина звучал торжествующее, после чего стал резким, как будто его обладатель хотел раздразнить собеседника: — Ты, кстати, знал, что наши с ней спальни находятся рядом? Мы видимся не только в школе, но и перед сном, а также с утра, когда просыпаемся. Мы практически все делаем вместе…

— Заткнись, — от Дуань Наньфэна повеяло холодом, его глаза пылали от гнева.

— Почему ты злишься? — Гу Цин приблизился к собеседнику, сделав это намеренно. Он был на четыре сантиметра выше, что позволяло ему смотреть на Дуань Наньфэна свысока. — Постой, неужто ты влюбился в Цзи Нин?

Последний молчал испепелял Гу Цина яростным взглядом.

— Слишком боишься признаться в этом? Или в том, что я наконец-то в чем-то тебя превзошел? Каково это, смотреть за тем, как твоя возлюбленная постепенно влюбляется в другого? В этот раз Бог в кои-то веки отвернулся от тебя и позволил нам с Цзи Нин взаимно понравиться друг другу…

— Да, она мне нравится, — речи Гу Цина все-таки вывели Дуань Наньфэна из себя. Его глаза покраснели, а сам он сорвался на крик: — Чем ты здесь хвастаешься?! Цзи Нин слишком простодушная, а ты банально льстишь ей сладкими словечками, пользуясь тем, что живешь с ней в одном доме. Однажды она это поймет.

— Поймет, что? Что кто-то в нее влюбился? Или что в нее влюбился лузер? — Гу Цин хмыкнул. — Захотел отнять мой лакомый кусок?

Дуань Наньфэн больше не смог сдерживаться, он занес кулак для удара и направил его в лицо Гу Цина.

— Ублюдок!

— Стоп, — Е Цзыань остановил их. Он обратился к обоим: — Этот удар смотрится слишком фальшиво. Тан Ту, твое подавление эмоций и внезапный взрыв выразились неправильно. Цяо Синь, твое выражение во время его удара тоже было неверным. Вот представьте, вы оба старшеклассники, вам всего по 16-17 лет. Вы неуживчивые, молодые и энергичные. Нельзя демонстрировать чрезмерную зрелось, разбавьте ее толикой ребячества.

Обычно удары по лицу в таких сценах имитировались или наносились только слегка. Цяо Синь был старше Тан Ту, и последний в любом случае не посмел бы ударить его сильно.

Они проигрывали эту сцену еще три раза, но Е Цзыаню все равно не нравилось, когда дело доходило до удара. Он начал злиться:

— Вы оба отличные актеры, так почему мы уже столько раз пытаемся снять эту сцену с ударом по лицу? Это уже четвертая попытка, а мы до сих пор не можем продвинуться дальше. Вы замедляете процесс съемок. Мы могли бы закончить со всем на территории школы уже сегодня, но из-за вас дело идет к тому, что придется задержаться здесь и завтра.

Строгий Е Цзыань становился страшным в гневе. На всей площадке повисла тишина, никто из причастных не решался даже лишний раз пошевелиться.

— Режиссер Е, я никогда не снимался в сцене, где требовалось кого-то бить. Мне непонятно, сколько силы нужно вкладывать в удар, — Тан Ту первым признал свою оплошность перед режиссером. — Я только что пытался ударить не по-настоящему, но вы говорите, что это все равно не то.

— Тогда не притворяйся и ударь Цяо Синя взаправду, — Е Цзыань наверняка слишком рассердился, раз приказал такое.

Оба действующих актера замерли.

Цяо Синь собирался возразить, но при взгляде в холодные глаза режиссера сдержал этот порыв. Честно говоря, основная проблема заключалась именно в нем, из-за чего приходилось останавливать съемки несколько раз. Парень попросту не мог продемонстрировать нужное выражение во время удара, в нем не хватало болезненности. Так что реальная загвоздка крылась в его актерском мастерстве, оно было недостаточно хорошим. Отчасти поэтому он так и продолжал быть звездой второго ранга после стольких лет работы в индустрии развлечений.

Цяо Синь промолчал, и Тан Ту тоже не был настолько глуп, чтобы опровергать приказ Е Цзыаня. Как-никак, это не его лицу предстояло получить удар.

Начался пятый дубль.

Кулак Тан Ту смачно столкнулся с лицом Цяо Синя. Он ходил в спортзал четыре раза в неделю, и хотя тело у него было худощавым, но под одеждой имелись мускулы. Даже задействовав всего половину своей силы, парень все равно повалил Цяо Синя на землю.

Тот же, прижав одну руку к лицу, уставился на Тан Ту, будто не мог поверить в случившееся. Вполне вероятно, только он один знал, продолжал ли играть или в самом деле был в шоке от силы, с которой его ударили.

Ян Хуаюэ, все это время ожидавшая за углом, подбежала к Гу Цину, чтобы помочь ему встать, прежде чем заговорить, чуть ли не плача:

— Брат, ты цел?

— Почему ты здесь?! — Гу Цин повысил голос.

До чего же стыдно было получить удар, особенно от Дуань Наньфэна, его противника. Еще и на глазах у сводной сестры. В сценарии Гу Цин излил весь свой гнев на Цзи Ань.

Она подслушала разговор между двумя парнями, из которого и узнала о его симпатии к Цзи Нин. Девушка почувствовала себя несчастной, потому как была влюблена в Гу Цина с самого детства. И теперь его холодный тон заставил ее заплакать.

Актерские навыки Ян Хуаюэ были на уровне, и ее слезы полились в нужный момент. В это мгновение она стала олицетворением бездолья и хрупкости.

Впрочем, плач девушки разозлил двух персонажей только сильнее.

Дуань Наньфэн хотел было повернуться и уйти, но Цзи Ань точно с ума сошла. Бросилась к нему, толкнула и стала осыпать ударами:

— У тебя нет никакого права бить моего брата!

Сила у нее явно была скудной. Дуань Наньфэн просто отмахнулся от нее как от надоедливой мухи.

— Аньань, — Гу Цин переживал за Цзи Ань и одновременно крикнул на одноклассника: — Дуань Наньфэн, вымести свои эмоции на мне. Тебе не стыдно так относиться к слабой девушке?

Тот подошел к нему, до сих пор продолжавшему сидеть на земле. Теперь они поменялись местами, и уже Дуань Наньфэн смотрел сверху вниз безразличными глазами. В них не было видно ни намека на дружелюбность к однокласснику.

— Если ты чувствуешь себя нормально, используя Цзи Нин против меня, тогда с какой стати стыдиться мне?

— Вот так! — криком вновь прервал их Е Цзыань, после чего добавил: — В этот раз все хорошо.

Цяо Синь поднялся с земли и вытер уголок губ тыльной стороной ладони. Лю Мань, которая наблюдала за происходящим со стороны, увидела у его рта следы крови, тогда как само лицо парня было красным. Увидела она и его взгляд в спину повернувшегося Тан Ту. Глаза Цяо Синя излучали не меньший холод и безразличие, чем это делал его «соперник» во время съемок.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Когда все сцены на территории школы были отсняты, Лю Мань получила три дня на подготовку и отдых.

С момента старта ее подработки ей пришлось приостановить стримерскую деятельность. Тем не менее, в свободную минуту она общалась с подписчиками на Weibo и по крайней мере давала им понять, что не слоняется без дела.

Фото Рассвет от Юй Чжаня в WeChat стали уже привычным ежедневным делом, как и кратенькие разговоры с ним. Иногда на фотографиях присутствовала только кошка, иногда романтизм атмосфере привносил Пол. Их все Лю Мань публиковала на Weibo.

Тан Ту, как правило, лайкал ее посты и изредка репостил к себе на страничку. Даже комментарии оставлял, по типу «какая милашка».

Когда он сделал так только первые два раза, его подписчики не обратили на это особого внимания, но теперь этот его ежедневный цикл лайк-репост-комментарий стал серьезной темой в их обсуждениях.

[Кто эта принцесса? Я подписан на Туту не первый год и впервые вижу, чтобы он так старательно продвигал кого-то в Weibo.]

[Да уж. Недавно у Принцессы Мань было немногим больше 30 000 подписчиков. Теперь их на четверть больше, и все благодаря нашему Туту.]

[Я искренне надеюсь, что это не какая-то случайная женщина, которая старается соблазнить нашего Туту.]

Нашлись среди комментаторов и те, кто специально упоминал в своих сообщениях Шэнь Мочжэнь с предупреждениями «присмотреться к своему парню».

Подписчики Лю Мань тоже не остались в стороне обсуждений.

[Фея Персик] написала ей в WeChat:

[Маньмань, ты знаешь Тан Ту?] — [Персик] перестала называть Лю Мань «сестренкой», когда узнала, что та младше ее.

Лю Мань не видела причин этого скрывать. Они ведь с [Персик] теперь стали подругами.

[Да, он мой старшекурсник.]

[!!!]

[Да-да, точно. Я только сейчас вспомнила, что Тан Ту тоже студент Столичного Музыкального Университета и, вроде бы, изучает скрипку.]

Как отмечалось ранее, при добавлении Лю Мань в WeChat [Персик] спрашивала ее об университете, но просто не связала этих двоих.

[Постой, в новостях шоу-бизнеса сейчас говорят, что Тан Ту снимается в новом фильме в Шанхае… И Ян Хуаюэ тоже. Там же проходит твоя подработка. Они оба ни с того, ни с сего подписались на тебя в Weibo. Только не говори мне, что твоя подработка связана с фильмами! (o_O) !]

[Ты предположила верно.]

[Божечки, становится все интереснее. Все считают твою внешность непримечательной. Но даже имея возможность зарабатывать деньги с ее помощью, ты все равно не стала этого делать и работала усердно.]

Девушку охватил в восторг, побудивший ее писать и писать.

[Тогда я должна спросить тебя. В тот день, когда Сяо Кэ вела эфир на улице, она всегда смотрела в твою сторону, и ты безо всяких объяснений оборвала трансляцию. Неужели может быть такое, что ты и есть та Богиня Ханьфу, которая выступала вместе с ней…]

Лю Мань впечатлило дедуктивное мышление собеседницы.

[Опять верно.]

[О моя Принцесса, о мой Бог, Господи Иисусе, как это так вообще! Ты такая красивая и талантливая. Нечестно, нечестно, нечестно! Зависть меня до смерти загрызет! А-а-а! ←~(Ψ▼ｰ▼)∈ ]

Затем от [Персик] посыпалась куча гневных и раздосадованных смайликов.

Лю Мань поначалу решила, что собеседница и впрямь злится, но чуть погодя получила от нее ряд уже смеющихся эмодзи.

[Ха-ха-ха, я единственная среди всех твоих поклонников, кто знает твою настоящую личность. Пусть они остаются в неведении. С нетерпением жду увидеть, насколько шокированы все будут, когда раскроют в тебе Богиню Ханьфу.]

[Персик] оказалась поистине заботливой фанаткой. Она не только сохранила личность Лю Мань в тайне, а еще и немедля зашла на Weibo, став защищать ее от приверженцев Тан Ту.

[Эй вы, тупые поклонники Тан Ту, не набрасывайтесь на мою маленькую принцессу. Старые подписчики Принцессы Мань знают, что она учится на факультете фортепиано в Столичном Музыкальном Университете. Они с Тан Ту знакомы в реале и помогают друг другу, как студенты одного заведения, но вы зачем-то выставляете ее девчушкой, которая пытается его соблазнить.]

Заявление [Феи Персик] привело в замешательство остальных подписчиков [Принцессы Мань]. Старые знали лишь то, что их кумир училась на факультете фортепиано, но о конкретном заведении и не догадывались.

[Она из Столичного Музыкального Университета? w(°ｏ°)w Невероятно!]

[Это заведение прозвали раем для студентов музыки в Китае. Все поступившие предельно талантливы.]

[Я подписалась на офигенную стримершу!]

[Теперь фаны Тан Ту не могут продолжать наговаривать на нашу Принцессу.]

[Именно, он всего-навсего лайкнул ее посты. Тоже мне большое дело, подууууумаешь.]

[Кроме того, сестренка ни разу не взаимодействовала с ним на Weibo и никогда не лайкала и не репостила его записи. Я только зашел посмотреть и осознал, что она даже не подписалась на него в ответ! Какие доказательства у вас, идиотов, есть в подтверждение своих слов касательно ее попыток соблазнить Тан Ту?]

[И вообще, наша принцесса не совсем… хороша внешне. Тан Ту она, скорее всего, даже и не нравится.]

[Согласно слухам, девушка Тан Ту отличительная красотка. Он же не слепой, чтобы ему нравилась наша стримерша.]

[Оставьте нашу стримершу в покое. Она просто показывает фотки своей кошечки. Может нас, фанатов, у нее и немного, зато командный дух наш ого-го, и всем нам она нравится. Даже без подписки вашего Тан Ту количество ее фанатов в итоге непременно бы достигло сорока тысяч.]

[Да. Пусть сестренка наша не красавица, но таланты тоже могу делать людей красивее! А учитывая ее способности, она однажды преуспеет.]

Незваные гости на странице Лю Мань не смогли продолжать шумиху, когда ее фанаты расписали то, какая она некрасивая. Все были наслышаны о красе Шэнь Мочжэнь, поэтому поклонники Тан Ту решили, что перегнули палку. Разве мог их кумир запасть на неприглядную девушку? Наверняка он просто делал ей услугу, поскольку они учились в одном заведении.

Но слухи по интернету все равно продолжали ходить.

[Она некрасивая, а назвалась принцессой. Н-да.]

[Вы не понимаете. Чем больше человек некрасив, тем увереннее считает себя принцем или принцессой. У нее нет обожателей или тех, кому она нравится, вот и представляет себе все это.]

[Ха-ха, ну ясно теперь, почему лицо нигде не показывает. Наверняка свиноматка.]

…

Лю Мань предпочла игнорировать лайки Тан Ту и клевету его поклонников. Она не стала отвечать ни им, ни их кумиру.

Иногда положение вещей становилось хуже, если не получалось их отпустить. Девушка не видела необходимости идти к Тан Ту и просить его не нажимать сердечки под ее постами. С ее стороны такой поступок был бы нереально глупым – парень ведь лайкал Рассвет, а не ее. Может ему просто очень нравилась ее кошка?

А на комментарии фанатов Тан Ту ей было более чем наплевать. Выплевываемая ими критика и явно мерзкие вещи не шли ни в какое сравнение с тем, что ей доводилось слышать в прошлом, в холодном дворце. Лю Мань лишь улыбалась при виде появляющихся сообщений, не принимая их всерьез.

Тан Ту тем временем не видел всего этого, поэтому не вмешивался. Он просто-напросто продолжал молча лайкать и репостить.

Тем не менее, факт именно такой их реакции не означал, что их примеру последуют другие.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Первым неудовлетворенным и стесненным человеком стала, конечно же, Шэнь Мочжэнь.

За ее профилем в Weibo следило всего 8 000 подписчиков. Она была отчужденным человеком и редко сидела в этой соцсети. Столько поклонников на нее подписалось по одной-единственной причине – она приходилась девушкой Тан Ту.

Ей приходили уведомление о всех сообщениях, в которых ее упоминали. Также она посетила Weibo, дабы увидеть, как именно Тан Ту взаимодействует с [Принцессой Мань]. Она знала, что ее собственный характер и характер ее парня отличались. Последнему нравилось листать Weibo и репостить самые разные публикации, но он никогда не дублировал столько постов из одной конкретной странички.

Один из подписчиков оставил под записью Шэнь Мочжэнь комментарий с вопросом, знает ли она эту [Принцессу Мань], ведь и она тоже училась с ней в Столичном Музыкальном Университете.

[Принцесса Мань] – Лю Мань.

В голове Шэнь Мочжэнь сразу же всплыли воспоминания о той девушке, от которой она ощутила угрозу.

От нахлынувшей тревоги ее руки сами инициировали звонок с Тан Ту.

Во время первого вызова тот еще не закончил сниматься. Шэнь Мочжэнь отправила ему сообщение через WeChat, но не получила ответ и на него.

Второй ее звонок заметил помощник парня. Когда тот закончил сцену, он сообщил ему об этом, но Тан Ту не перезвонил.

В третий раз она позвонила вечером, в период ужина. Тан Ту и другим людям из съемок в тот момент как раз доставили еду на вынос. Он взял свою часть в укромное место и, наконец, ответил.

— Я же говорил не связываться со мной, пока я работаю, — в его голосе слышалось явное раздражение.

Еще с самого первого момента их знакомства Тан Ту сказал ей, что не любит назойливых людей. Он не хотел отвлекаться во время съемок или отработки игры на инструменте. Шэнь Мочжэнь в то время не считала это проблемой. Она была независимой и умной девушкой, которая тоже хотела иметь свободное пространство в отношениях.

Следовательно, по прибытию в Шанхай для съемок Тан Ту оборвал все связи с ней и с того момента ни разу не звонил и не писал.

Шэнь Мочжэнь, наоборот, любила по вечерам отправлять ему заботливые сообщения, спрашивая в них, поел ли он и хорошо ли спал. Иногда парень ей отвечал, а иногда забывал заглядывать в приложение из-за необходимости заучивать сценарий. Вспоминал он об этом уже на следующей день, только писать ответное сообщение ему было слишком лениво.

Он никогда не пытался смотреть на происходящее с точки зрения Шэнь Мочжэнь, оттого и не знал, как сильно ее ранило подобное отношение. Порой ненамеренное игнорирование пугало похуже целенаправленного.

Шэнь Мочжэнь вовсе не была дурочкой. Со старта их отношений она понимала, что не нравится Тан Ту так уж сильно. Разве мог влюбленный парень забывать ответить на сообщение или звонок от объекта своей влюбленности? У него всегда находилось оправдание. Например, большая занятость. Только вот вне зависимости от объемов этой занятости он все равно находил время на приемы пищи и посещение уборной. Неужто так трудно было отправить в ответ хотя бы словечко?

В разговоре Шэнь Мочжэнь спросила Тан Ту:

— Почему ты не отвечаешь на мои сообщения в WeChat?

— Режиссер пытается не отставать от графика, поэтому все очень заняты, в том числе и я. У меня нет времени проверять WeChat, — и опять очередное оправдание. — А, кстати, когда ты звонила, я был на съемках, и не знал об этом.

— Ага, значит времени отвечать на мои сообщения у тебя нет, зато на лайки чьих-то постов в Weibo есть, — голос Шэнь Мочжэнь при этом звучал несколько слабо, и говорила она в нос, будто собиралась заплакать.

Но Тан Ту это не заботило, парень еще и в ответ стал допрашивать:

— Ты видела комментарии на Weibo? И приняла всерьез эти бренди людей, которым от скуки заняться нечем?

При других обстоятельствах девушка, будучи разумной и рассудительной, извинилась бы и продемонстрировала терпимость с желанием пойти на компромисс.

Но сейчас она устала. Шэнь Мочжэнь осознала, что всегда слепо угождала Тан Ту, не получая от него ничего взамен. Тот вел себя по-прежнему самовлюбленно, даже в ее присутствии. Она для него была подобна ручному зверьку. Так, для редкой возможности поиграться, когда он о ней вспоминал. Но в конце концов ручные зверьки были просто ручными зверьками. Всегда находились люди или вещи важнее их. Когда на Тан Ту наваливались дела, парень попросту напрочь забывал о ней.

Шэнь Мочжэнь родилась в семье музыкантов. По этой стезе пошли все родственники со стороны отца. Среди сверстников в семье у нее одной был музыкальный талант. В свою очередь, она была самым любимым ребенком своих родителей, благодаря чему неизменно получала лучшее образование, что позволяло ей обладать изяществом и внешностью.

У нее имелись своя гордость и пределы. И Тан Ту испытывал их уже бесчисленное количество раз. Так зачем ей было продолжать идти на уступки и просить измениться человека, которому она не нравилась с самого начала?

Четыре года. Они знали друг друга целые четыре года. Но Тан Ту хоть капельку изменился? Изъявлял ли парень желание измениться ради нее?

Человеческая природа плохо поддавалась переменам. И Шэнь Мочжэнь стала этому свидетелем.

В глубине души она уже знала ответ. Она осознала его задолго до текущего момента, просто прежде не хотела смотреть в лицо реальности.

— Тан Ту, давай расстанемся.

Тан Ту, чья жизнь, по его же мнению, шла просто отлично, и представить себе не мог, что одним днем будет брошен своей первой девушкой. После слов Шэнь Мочжэнь о желании расстаться, он надолго впал в состояние шока. Девушка больше ничего не говорила, и они вдвоем продолжали молчать, случая лишь дыхание друг друга.

Спустя несколько секунд молчания парень спросил ее:

— Ты тщательно это обдумала?

— Да, я прекрасно понимаю, что только что сказала, — Шэнь Мочжэнь действовала сейчас импульсивно, однако пренебрежение партнера являлось неизменной проблемой в их отношениях.

Ее добивалось множество обожателей, и немалая их доля соответствовала критериям девушки, поэтому о своем решении она не жалела. Быть может, они и не достигали уровня Тан Ту, зато хотя бы высоко ее ценили. Зачем тогда ей тратить свою энергию на того, кто даже не испытывает к ней симпатии? До этого Шэнь Мочжэнь вела себя глупо, поскольку чувство безумной влюбленности в Тан Ту не отпускало ее четыре года подряд. Но теперь наконец-то пришло время очнуться.

— Отлично, если хочешь расстаться, значит расстанемся, — послышался относительно спокойный голос парня, правда внутри он ощущал сильную досаду.

Они с Шэнь Мочжэнь дружили на протяжении четырех лет и в качестве пары провели два месяца. Он бы соврал, если бы сказал, что не испытывал к ней никаких чувств. По сути, она стала его первой любовью, ввиду чего столь поспешный разрыв отношений вызывал в сердце дискомфорт.

Впрочем, Тан Ту все равно смог ответить ей спокойно:

— Сейчас у меня съемки. Ты знаешь, насколько важен этот фильм для меня и моей карьеры. Если объявить новости о нашем расставании сейчас, они сильно повлияют на меня и съемочную группу.

— Я тебя понимаю и пока что оставлю этот момент конфиденциальным. Можешь сам объявить о расставании, когда захочешь. Я благодарна тебе за то, что ты сообщил общественности в Weibo о наших отношениях, как только мы начали встречаться, поэтому я не стану создавать тебе проблемы.

В деле с Тан Ту девушка по-прежнему оставалась очень тактичной. Они оба были мудрыми и взрослыми людьми: как сошлись, когда решили начать встречаться, так и не сомневались в текущем расставании.

Тем вечером Шэнь Мочжэнь в довершение всего дала волю слезам, которые держала внутри, а Тан Ту всю ночь ворочался с боку на бок, не в силах заснуть.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Другим человеком, которому не нравились лайки Тан Ту на публикациях Лю Мань, был Юй Чжань. Хоть он и знал об их совместных съемках в фильме, а также об учебе в одном университете. Но Лю Мань еще не являлась его девушкой, из-за чего любой мужчина рядом с ней вызывал у него беспокойство. Кроме того, именно он делал те фото Рассвет, поэтому лайки на них от Тан Ту выглядели несколько странновато.

Парень решил отказаться от дальнейшей отправки фотографий в WeChat Лю Мань. Он засел за собственный аккаунт Weibo, неиспользуемый еще с самого момента регистрации, и изменил картинку профиля на большую морду Пола, сделав это некой отсылкой к аватарке Лю Мань – изображению мордочки Рассвет.

Никнейм у него был [Юй Чжань], без особых раздумий вписанный в процессе регистрации. Теперь вместо него красовалось [Я ветеринар], а в разделе описания профиля появилось следующее:

[Работаю ветеринаром, владею собственной ветеринарной клиникой и являюсь хозяином Пола.

P.S. Пол – Маламут.]

После обновления профиля Юй Чжань стал загружать фотографии. К одной из тех, где Рассвет восседала на голове Пола он добавил подпись [Твоя ленивая кошка учится кататься на халяву.], упомянув в ней [Принцессу Мань].

Сегодня у Лю Мань наступил день отдыха. Пока ее взгляд был сосредоточен на строчках сценария, до ушей донесся звук оповещения из Weibo. С тех пор, как у девушки стало более десяти тысяч подписчиков, она каждый день получала множество упоминаний от случайных людей. Читать их все не представлялось возможным чисто физически, однако сейчас дел у нее особых не было, вот она и решила посмотреть.

[Я ветеринар]?

Лю Мань удивилась. [Я ветеринар] дарил ей очень много подарков на стримах. Он стал ее крупнейшим спонсором, и она, понятное дело, его не забыла.

Популярность этого пользователя на ее трансляциях уступала только самой [Принцессе Мань]. В таблице лидеров по отправленным подаркам он занимал первую строчку.

Ее зрители восхищались глубиной знаний парня в области ветеринарии и щедрыми подарками. Многие люди следили за ним в приложении для ведения эфиров. Единственным огорчающим их моментом было его редкое появление в сети.

Чего он так внезапно завел Weibo-аккаунт именно сейчас?

Лю Мань нажала на уведомление.

«Пол и Рассвет?! Стоп. Это что, Weibo Юй Чжаня?»

Юй Чжань был ветеринаром, владельцем ветеринарной клиники и хозяином Пола.

Девушка пролистала вниз. На этой странице более ранних постов не имелось, только эти опубликованные фотографии.

Значит, под ником [Я ветеринар] скрывался Юй Чжань?

Лю Мань подняла в памяти все воспоминания о действиях [Я ветеринара] на своих стримах и осознала, что он действительно показался ей знакомым. Вот почему он одаривал ее столькими подарками с самого начала – он ее знал.

Кроме того, парень подписал себя [Я ветеринар], давая крайне очевидный намек на настоящую личность. Он не пытался скрыть этого ради сохранения интриги.

Лю Мань совсем не чувствовала, что с ней просто шутили. Известие о связи между этим никнеймом и Юй Чжанем, наоборот, отчасти ее удивило, хотя и не слишком выбивалось из ожиданий.

Глубоко внутри она даже радовалась.

Парень в любом случае обладал харизмой, которую любили, как животные, так и ее поклонники.

Лю Мань не только лайкнула его публикацию, но и сделала репост с упоминанием автора и комментарием:

[Рассвет опять обижает Пола.]

Продублированная ею запись заставила подписчиков заметить этот неизвестный Weibo-аккаунт, в подписках которого числилась одна [Принцесса Мань].

[Это страница нашего Бога Ветеринара?]

[Похоже на то! Он и Принцесса Мань подписаны друг на друга, наша принцесса лайкнула и репостнула его публикацию!]

[Господин ветеринар тоже начал использовать Weibo?]

[Судя по пустому аккаунту, он только недавно зарегистрировался. Ребят, давайте подпишемся!]

[Превосходно! В будущем мне больше не придется переживать касательно поисков ветеринара.]

[Во-во, пока наша стримерша не вела эфиры, у нас не было возможности с ним связаться.]

[Она уже так долго не стримила, что я успела и по нему соскучиться.]

[Тем из нас, у кого есть коты, очень повезло! Наконец-то мы нашли место для решения проблем.]

…

Всего за считанные минуты количество подписчиков [Я ветеринара] выросло с одного человека до 809. Разумеется, все 808 новеньких перешли к нему от [Принцессы Мань].

[Погодите-ка, а ни до кого не дошло, что Я ветеринар знает нашу принцессу в реальной жизни?]

[Я это еще давно поняла. На Маламуте стоит ее Рассвет.]

[Сестренка постила много фоток Маламута.]

[Ой, а ведь точно. Пес очень миленький! (´♡‿♡`)]

[Я и не представлял, что он окажется собакой нашего ветеринара.]

[Помнится, сестренка говорила, что оставила Рассвет у кого-то перед вылетом в Шанхай. Получается, этот кто-то – господин ветеринар… (≧◡≦)]

[Только зачем она оставила Рассвет у него дома, а не в ветеринарной клинике? На странице господин ветеринар пишет, что он владеет одной.]

[Судя по фону, это точно не клиника для домашних животных. Это даже по убранству видно, все такое роскошное! Присмотритесь на кошачью башню позади Рассвет и этого Маламута. Я читал о такой в журнале, их делает шведский дизайнер, и стоит она 5 000 юаней! Станет ли ветеринарная клиника так тратиться на одну кошку?]

[Богатство соответствует стилю нашего ветеринара. До сих пор помню те его 100 Сказочных Карет за раз… (－‸ლ)]

[Ну и дорогущая… Мне тоже понравился этот кошачий домик, и я собирался присмотреть на Taobao такой же себе… По всей видимости, теперь о подобном мне остается только мечтать…]

[Он директор ветеринарной клиники! Владельцы магазинов всегда богатые, так что ничего странного тут нет.]

[Мне одной кажется, что в доме у ветеринара Рассвет живется лучше, чем с сестренкой? Получая заботу от такого профессионального специалиста, она наверняка чувствует себя, как в раю.]

[Еще и верный пес рядом с ней… Жизнь у нее куда лучше нашей, холостяцкой.]

…

Weibo-аккаунты [Принцессы Мань] и [Я ветеринара] вмиг вспыхнули активностью, чем привлекли внимание новых пользователей соцсети.

Лю Мань листала комментарии подписчиков, когда поверх приложения выскочило уведомление из WeChat.

[Юй Чжань: Ты хоть не злишься на меня?]

[А разве должна? (*ﾉ∀`*)]

Поняв ее хорошее настроение, Юй Чжань облегченно выдохнул. Он не хотел раскрывать свою личность так скоро. Планировал оставаться для Лю Мань загадкой и продолжать удивлять ее во время трансляций.

Однако при виде того, как часто она и Тан Ту взаимодействовали друг с другом на Weibo, парень ощутил потерю душевного спокойствия. Простые лайки и репосты Тан Ту побудили столько новых людей подписаться на него и Лю Мань, а Юй Чжаня тем временем все словно оттеснили в угол, полностью забыв. Хотя именно он делал все те фото.

Отныне Юй Чжань решил больше не слать фотографии в личные сообщения Лю Мань. Он собирался публиковать их на своей странице с упоминанием [Принцессы Мань].

Ему тоже хотелось взаимодействовать с ней в сети на глазах у всех!

Кто бы ни сказал, что голову от любви теряли только женщины, тот человек явно ошибся. Мужчины тоже вели себя по-детски.

Правда, Юй Чжань никогда бы не признался в своей ревности.

[Если имеешь в виду то, что скрывал от меня свой никнейм Я ветеринар, то наверняка знаешь – я не настолько немилосердная. Да и ты меня кучей подарков закидал. Я должна относиться к тебе, как к богатому покровителю, и уж точно не злиться.]

Милый ответ Лю Мань неподдельно осчастливил Юй Чжаня.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

[Откуда ты узнал, что я веду трансляции? (・_・ヾ]

[Один из клиентов показал видео, где ты разоблачаешь посредников поддельного кошачьего корма. Пусть там не было видно лица, я узнал тебя по голосу.]

В том, чтобы реальные знакомые девушки смотрели ее эфиры, не было ничего особенного. Но от осознания того, что Юй Чжань видел ее гнев во время разоблачения тех продавцов, ей стало малость неловко. Пусть он и находился по другую сторону экрана и не видел ее лица, оно все равно своевольно залилось краской.

[Я не ожидала такой популярности стримов, когда только начинала.]

[Ты отлично справилась.]

Комплимент от Юй Чжаня сделал Лю Мань счастливее. Зато следующее его сообщение стало для нее неожиданностью:

[Тем прямым эфиром ты непосредственно увеличила объем моей работы втрое. Клиентов было хоть отбавляй. ٩(◕‿◕｡)۶]

Девушка утратила дар речи. Ей стоило извиниться? Но больше работы означало больше денег, а это какой-никакой плюс. Поэтому у него и имелись средства на ворох подарков для нее. Следовательно, ничего плохого она не сделала?

В противном случае ей было бы неловко из-за получения от Юй Чжаня подарков на столь большую сумму.

[На твоих стримах я отдыхал, потому и слал те подарки. Стоят они не так уж много, поэтому забудь о неловкости.]

Лю Мань оказалась безоружной. Юй Чжань всякий раз в точности знал ее мысли, как будто жил у нее в голове. Сравнение ею же было признано плохим, но оно отражало реальное положение вещей.

[И каллиграфичные работы у тебя отлично получаются, кстати. Я уже нашел человека, который обрамил ее, чтобы можно было повесить в гостиной.]

Отправив это сообщение, Юй Чжань включил фронтальную камеру и отправил несколько фотографий упомянутой комнаты.

Когда он купил «Свободного Путника» Лю Мань, состоявшего из 1 982 иероглифов, то поместил два огромных листа рисовой бумаги в прочную деревянную рамку. Заняла она всю стену позади дивана.

Дом парня был оформлен в черно-белых цветах североевропейского стиля: серый пол, белые стены и черный диван. В окружении этого западного места теперь появилось каллиграфичное произведение из Династии Хань и сочеталось оно с ним отлично. Сама каллиграфия имела такие же черно-белые цвета, поэтому вписывалась в дизайн жилища Юй Чжаня. Любой при виде этой гостиной отметил бы хороший вкус ее владельца.

Чтобы окончательно унять переживания Лю Мань, он даже загрузил это фото на Weibo.

[Ого-гошеньки! Это та самая каллиграфическая работа, которую наш Бог Ветеринар купил за 100 Сказочных Карет?]

[Вся комната отличается от этой каллиграфии, но вписывается просто идеально! У него такой тонкий вкус!]

[Дом ветеринара смотрится очень стильно…]

[Наблюдая за тем, как наша принцесса писала это произведение, я подумал лишь, что она чрезвычайно хороша в каллиграфии. Но теперь, при виде обрамленной работы… мне хочется сказать только одно: это божественно!]

[Не то слово. Совсем непохоже, что почерк и этот формат принадлежал молодой девушке. Работа ничем не отличается от профессиональной!]

[Хотя даже не все профессиональные каллиграфы умеют писать иероглифами печати.]

[Когда она впервые на стриме взяла в руки кисть, я посчитал ее обманщицей, которая притворяется умелой. Позже она продемонстрировала уровень профессионала. Однако теперь, судя по появившемуся доказательству, эта девушка не просто профессионал, она – богиня. Я преклоняю колени от восхищения. (✧ω✧)]

[Ребят, как тот, кто учил каллиграфию в старшей школе, я уверяю вас, что запоминание иероглифов печати хоть малой, хоть большой, дается с наибольшим трудом. Но штука в том, что стримерша также писала произведения и в других стилях, более древних, которых я и в глаза никогда не видел раньше. Даже не знаю, способен ли мой учитель их узнать. Вроде бы это Династия Шан или Чжоу…]

[66666666666.]

[666666666666666666666…]

[Хоть я уже и выражала свое глубокое восхищение на ее стримах, после такого с радостью сделаю это снова…]

[С этих пор, даже если вы все скажете, что наша стримерша умеет писать на oracle*, я не удивлюсь)))]

п.р.: язык программирования.

…

Всего-навсего одно фото от Юй Чжаня дало очередной толчок популярности аккаунту Лю Мань и его собственному. Многие репостили запись с комментариями:

[Представляете, это написала девушка, еще не окончившая университет. И самое главное – учится она на факультете фортепиано!]

[Я тоже купил работу принцессы. Скоро покажу ее вам всем!] — прокомментировал ниже пользователь с ником [Быстро, зови меня бро!].

Несколькими минутами позже он опубликовал пост на Weibo. К нему также было прикреплено фото его гостиной со словами:

[Мое приобретение у Принцессы Мань. Ну разве оно не блестящее?]

[Быстро, зови мен бро!] потратил на это каллиграфичное произведение 30 Сказочных Карет. Он тоже был явно богат. На фото все элементы интерьера в его доме блестели и отдавали золотом. Под потолком висела крупная хрустальная люстра, а пол был сделан из мрамора. Имелось в комнате даже несколько деревянных балок в европейском стиле.

Посреди гостиной располагался невероятно роскошный, белый диван. Выглядел он так, словно место ему было во дворце. Работа Лю Мань висела позади дивана, однако обрамление отличалось от Юй Чжаня. [Быстро, зови меня бро!] использовал раму из чистого золота, очень яркую и показную.

[Еще как блестящее! Я скоро ослепну от всего этого золота.]

[Богатый парень, я подписался на тебя. Отныне я твой ученик!]

[Удивительно… Ее работы подходят даже показушным стилям.]

[Вот почему каллиграфия нашей стримерши такая хорошая. Она сочетается с практически любым оформлением.]

***

[Мальчик Отаку] всю ночь просидел за видеоиграми и в данный момент продолжал отсыпаться в своей кровати. Подаренная [Принцессой Мань] работа висела на стене его спальни. Он поместил ее в ту рамку, на которую хватило его небольшого количества карманных денег, и теперь мог любоваться ею каждый божий день. В эту пору ему на телефон позвонили. Парень недовольно сполз с кровати, с трудом дотянулся до источника шума и поднял трубку.

— Ты вообще в своем уме?! Зачем звонишь мне в такую рань? — прокричал юноша в телефон.

Собеседником его отказался второй сосед по комнате, заведший привычку просыпаться рано. Он кратко хмыкнул:

— Скорее заходи на Weibo. Твоя изумительная [Принцесса Мань] опять попала в рейтинг популярности.

п.п.: Попадание в рейтинг популярности на Weibo значит, что аккаунт Лю Мань стабильно посещался людьми и на короткий промежуток времени стал очень популярным.

Слова [Принцесса Мань] вмиг сняли сонливость [Мальчика Отаку]. Он второпях зашел на Weibo, где увидел наделавших шума поклонников девушки. Несколько богатых пользователей хвастались купленными у нее каллиграфическими работами, тогда как остальные неистово их комментировали и лайкали.

Каждый прилагал максимум усилий для увеличения популярности [Принцессы Мань]. Недавно количество ее подписчиков едва перевалило за 40 000. Теперь это число скакнуло до 46 000 и не думало останавливаться.

У него тоже была каллиграфическая работа Лю Мань. И он, как и несколько других ребят, имел возможность ею похвастаться!

[Мальчик Отаку] без секунды промедления сделал фото своей спальни, выложив ее на Weibo.

[Это произведение сестренки лучшее, потому что слова написаны искренне и в качестве подарка.]

[Мальчик Отаку] являлся модератором на стримах Лю Мань, ввиду чего многие ее подписчики следили и за его Weibo-аккаунтом. Все комментарии состояли из зависти и восхищения.

[И ты тоже решил похвастаться, плебей?]

[Не груби так. Он – студент Столичного Университета и учится чрезвычайно хорошо.]

[Я просто чувствую несправедливость. Принцесса Мань относится к нему по-особому.]

[Он из числа самых первых поклонников и, в том числе, модератор. Конечно, она относится к нему по-особому.]

[Разве это не доказывает, что работы принцессы достаются не только состоятельным людям?]

[Именно. Мы все ее любим, так что у нее должны быть хорошие моральные устои.]

Поскольку [Мальчик Отаку] ходил в множество кружков, он был подписан на разных профессоров и студентов из художественного факультета.

Один умудренный опытом, пожилой профессор очень заинтересовался, увидев опубликованное им фото. К несчастью, сейчас наступила пора зимних каникул, и связаться с [Мальчиком Отаку] было трудно. Профессор решил расспросить этого студента о произведении, как только начнется второй семестр.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

За свой первый день использования Weibo Юй Чжань обрел 5 000 подписчиков. У Лю Мань, когда она только зарегистрировала новый аккаунт, дела обстояли не так хорошо.

Впрочем, парня не волновало количество фанатов. Он радовался одному только желанию Лю Мань с ним взаимодействовать, ибо это значило, что она ценила его больше, чем Тан Ту.

Последний тем временем чувствовал себя скверно на протяжении всего дня из-за расставания с Шэнь Мочжэнь, а при виде этой сцены на Weibo так вообще впал в уныние. Значит, те фото, которые он осыпал лайками, делал другой мужчина? До чего же это было неправильно.

Таким образом начиная с того самого момента, Тан Ту перестал лайкать и репостить фотографии Рассвет.

Теперь, когда «Драма Тан Ту» осталась позади, поклонники [Принцессы Мань] перескочили с обсуждения ее каллиграфических работ на другие темы.

[Госпожа стримерша, ты уже давно не выходила в эфир.]

[Точно, стримила только в первый день в Шанхае, и то получилось все сумбурно. Еще и стрим оборвался посередине.]

[Я скучаю по твоему голосу! Целую вечность его не слышал!]

[Сестренка, чем ты занимаешься в Шанхае? У тебя совсем нет времени на трансляцию?]

[Фея Персик вроде бы говорила, что сестренка учится в Столичном Музыкальном Университете? Почему мы ни разу не слышали ее игры на фортепиано?]

[Я хочу послушать, как ты играешь.]

[Я тоже.]

[И я.]

[И я.]

[И я.]

…

К запросу присоединились даже одни из первых поклонников Лю Мань, вроде [Мальчика Отаку] и [Я Тинтин]. Первый вдобавок запустил на своей страничке голосование [Хотите услышать игру Принцессы Мань на фортепиано?] с вариантами ответа:

[1. Да.]

[2. Нет.]

[3. Все равно.]

По итогу в голосовании приняло участие 5 000 фанатов, 99% из которых хотели услышать ее игру. Проголосовал в том числе и [Я ветеринар], он тоже выбрал первый вариант.

Все поклонники обожали [Принцессу Мань]. С ее стороны не выполнить их желание наверняка было бы неразумным решением.

Лю Мань и сама хотела сыграть им на фортепиано, только не знала, где его найти. В этом и крылась проблема.

Девушка подумала о рояле в музыкальном классе Шанхайской Экспериментальной Средней Школы.

Таким образом, на третий день своего отдыха она ранним утром вышла из отеля, направившись к школе.

Все сцены на территории школы были отсняты еще три дня назад, и члены съемочной группы покинули локацию. Учебное заведение вновь окутала холодная тишина.

Сторож у входа вспомнил Лю Мань. Когда снималась фортепианная сцена, его пригласили в зал в качестве подставного зрителя, поэтому, завидев подошедшую девушку, он вел себя так, будто перед ним стояла суперзвезда. По его мнению, столь привлекательная особа с навыками игры на фортепиано действительно являлась суперзвездой.

— Актеры ушли. Что вы делаете здесь в одиночку? — недоумевал охранник.

Лю Мань ответила вежливо:

— Я хотела спросить, можно ли мне попрактиковаться в игре на фортепиано в вашем музыкальном классе?

— Конечно. Сейчас зимние каникулы, в школу никто не ходит. Музыкальный класс все равно пустует, — мужчина без особых раздумий открыл ворота для Лю Мань, после чего отвел ее к нужной аудитории. Только на выходе он спохватился:

— Ой, я ведь и имени вашего не знаю.

— Я Лю Мань.

— Можно взять у вас автограф? — сторожу было за тридцать, и на этих словах он стал неловко перебирать пальцами. — Не поймите меня неправильно. Это для моей дочери, она сейчас учится в шестом классе и любит суперзвезд. У нее день рождения в следующем месяце, вот я и захотел сделать ей такой сюрприз.

Улыбался охранник самой простой улыбкой, и любовь к дочери всецело выдавал его взгляд.

Лю Мань понравилась его улыбка, поэтому она кивнула.

— Я, конечно же, не против. Просто у меня почти нет никакой известности, и автограф мой не будет иметь ценности.

Собеседник в ответ поднял большой палец.

— Это вообще не проблема. В будущем вы безусловно станете популярной.

Три дня назад он сидел в концертном зале, наблюдая за игравшей на рояле Лю Мань. Мужчина, который бросил старшую школу, не смог придумать достойных прилагательных и описал эту девушку только одним словом – фея. Она ему понравилась, и он верил, что его дочь тоже проникнется к ней симпатией. Охранник вообще не учитывал ни известность Лю Мань, ни ценность ее автографов.

Достав небольшой блокнот с ручкой, он передал их ей.

Девушка спросила имя его дочки, прежде чем написать:

«Привет, Чэнь Ли,

Твой отец попросил меня поздравить тебя с днем рождения. Я надеюсь, ты вырастешь добросовестным, жизнерадостным и признательным человеком.

Ты непременно будешь хорошей дочерью и сильной, чистосердечной женщиной.

Лю Мань.

4-е февраля, 20ХХ.»

Мужчина заглянул в блокнот и поразился отточенности ее слов. Он ожидал увидеть там что-то простое, например, «С днем рождения» или «Хорошего дня». Еще больше его удивил почерк девушки, из-за которого он не удержался от комплимента:

— У вас просто отличный почерк!

В этой школе ежегодно устраивались выставки каллиграфии. Люди представляли всевозможные каллиграфические работы, написанные ручками и кистями. Лучшие из них вывешивались на всеобщее обозрение. Сторож работал здесь пятый год и посещал каждую такую выставку, благодаря чему научился отличать хорошие работы. Ему довелось повидать немало работ не меньшего количества учеников, однако небрежные строчки Лю Мань все равно его впечатлили.

Самой же девушке ее письмо не казалось достаточно хорошим. В прошлой жизни она пользовалась только кистями и писать ими у нее получалось гораздо лучше. Использовать для этого дела современные ручки ей было немного странно, и слова пожелания Лю Мань старалась сейчас выводить аккуратно. Ей наверняка требовалось больше практиковаться.

На данный момент эта поздравительная открытка стала ее первым автографом.

Охранник включил свет в аудитории и ушел. Класс со времен совместных тренировок Лю Мань и Тан Ту совсем не изменился. Разве что на подиуме лежало несколько разбросанных листов партитуры.

Она подняла один из них и увидела на нем ноты «Звука Ветра». Музыкальная композиция тоже считалась конфиденциальной информацией, поэтому девушка удивилась, кто настолько безответственно оставил их тут. Она вспомнила, что они с Тан Ту тем вечером все свои музыкальные листы забрали с собой.

Лю Мань сложила находки в стопку, вслед за чем они заняли место в ее сумке. Затем она достала телефон, положила его на рояль и авторизовалась на платформе для стриминга. Многие из ее поклонников привыкли засиживаться допоздна, поэтому сейчас наверняка еще отсыпались.

Однако были и те, кто в столь ранний час уже сидел в сети, как раз они и перешли к ней на стрим. Всего за две минуты количество зрителей стало больше тысячи.

[Вау, вот так сюрприз. Мы только-только жаловались о прекратившихся стримах Принцессы Мань, и она тут же начинает эфир!]

[Во-во. Когда я проснулся и увидел «в эфире» у нее в профиле, то решил, что это сон!]

[Получается, голосование на Weibo сделало свое дело. В будущем нам безусловно нужно устраивать побольше таких опросов!]

…

Лю Мань прочитала все сообщения в чате и невольно засмеялась:

— Доброе утро всем. С моего предыдущего стрима прошло немало времени. Я видела вчерашнее голосование, в котором вы выражали желание услышать мою игру на фортепиано, поэтому сегодня нашла место для эфира, где смогу исполнить вашу просьбу.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

[Мальчик Отаку] к этому времени, понятное дело, еще не проснулся. Его в очередной раз очень вовремя разбудил второй сосед по комнате в общежитии.

— [Принцесса Мань] собирается стримить свою игру на фортепиано, о чем ты без умолку болтал весь день. И я тебе напомню в самый последний раз. Если ты вздумаешь опять на меня накричать и не проявишь благодарности, я больше никогда не разбужу тебя к ее эфиру.

Краткое «би-ип» ознаменовало завершение телефонного разговора со вторым соседом-цундэрэ.

Его наполовину пришедший в себя одногруппник мгновение недоумевал. Затем юноша резко вскочил с кровати и, даже не удосужившись одеться, открыл приложение для стримов, откуда перешел на трансляцию [Принцессы Мань].

По другую сторону экрана Лю Мань уже заняла место за роялем.

— Фух! Успел, — он похлопал себя по груди, вздохнув с облегчением.

— Какое произведение вы хотите услышать? — девушка поинтересовалась мнением зрителей.

Ответы она получила разные.

Кто-то писал о композициях Бетховена и Моцарта, кто-то предпочитал современную легкую музыку, еще одна часть говорила, что не прочь послушать песни из XX века, которые принесли известность тогдашним исполнителям, а другая предлагала треки, популярные в интернете. Находились даже ценители европейской электронной музыки.

Лю Мань обреченно прокомментировала:

— Некоторые из этих произведений не предназначены для игры на фортепиано. По крайней мере, я пока что не могу их сыграть.

[Мальчик Отаку: Хватит донимать сестренку, она никак не сможет сыграть все ваши предложения. Давайте лучше создадим очередной опрос здесь, прямо на стриме, по которому поймем, что каждый хочет услышать?]

[В этот чат можно писать только сообщения. Каким образом тут сделаешь опрос?]

[Я буду называть базовую категорию, а вы все оставляйте ответы под моим комментарием. Так-с, кто-то хочет услышать классическую музыку, типа «К Элизе»? Сюда же входят и фортепианные концерты. Отвечайте: да или нет?]

[Нет.]

[Нет.]

[Нет.]

…

Зрителей вполне ожидаемо не интересовали эти общеизвестные композиции.

[Я тоже не хочу, поэтому пока отметаем эту категорию. Далее, хотите услышать произведения китайские или других стран? Пишите «Д», если голосуете за наши, и «Н» – если за зарубежные.]

[Д.]

[Д.]

[Н.]

[Д.]

…

[Большинство выбрало послушать китайскую музыку, поэтому забываем о музыке других стран. Теперь давайте чуть сильнее сузим выборку. «Д» – старые песни, «Н» – более новые.]

…

Спустя много раундов голосований они дошли до новых интернет-песен из TikTok. Такой ответ ни у кого не вызвал удивления, поскольку все любили такие распространенные песни, которые было легко петь.

Когда Лю Мань задумалась над этой категорией музыкальных произведений, ей на ум пришла Сяо Кэ. Та являлась единственной, известной ей интернет-певицей. По воле случая ей буквально недавно довелось выступать вместе с Сяо Кэ, и в памяти девушки еще сохранилась часть нот.

Как раз тогда один из поклонников написал:

[Тебе лучше сыграть одну из песен Сяо Кэ. Она сейчас очень популярна и в списке лучших интернет-певцов занимает первую строчку. Я все ее песни обожаю.]

[Нельзя так… Когда Сяо Кэ вела эфир на той торговой улице Шанхая, видео Богини Ханьфу, что вышла к ней на сцену, взорвало интернет. Мы ведь начнем сравнивать нашу Принцессу с ней, если она сейчас сыграет песню Сяо Кэ. Все же это неправильно. И неважно, кто из них лучше владеет инструментом.]

[Фея Персик: Значит, вы все думаете, что наша стримерша не может уделать Богиню Ханьфу?]

[Персик], знавшая личность [Принцессы Мань], написала это так, будто пыталась разыграть остальных.

[Ничего такого мы не думали.]

[У них разные стили. Для меня Принцесса всегда останется самой лучшей!]

[Да, сестренка. Так что не нужно бояться.]

При такой поддержке остальных Лю Мань ощутила за собой крошечную вину. Девушка понимала, что ей не следовало скрывать свою личность Богини Ханьфу, но внезапное открытие этой тайны фанатам, как она думала, вызвало бы у них неверие, и ее сочли бы лгуньей.

[Фея Персик], словно догадавшись о мыслях подруги, отправила ей в WeChat сообщение:

[Делай, что хочешь, но не раскрывай свою личность сейчас. Продолжай сохранять в себе эту загадку, понимаешь, о чем я? Все знаменитости из шоу-бизнеса любят так делать. Пусть оно так и остается. Ты смотрела ведь фильмы-триллеры, в которых под конец раскрывается вся правда, и зрители удивляются, но в то же время развязка соответствует их ожиданиям? Настоящие фанаты не станут тебя винить, а обрадуются и будут удивлены. Поверь мне.]

[Персик] писала очень убедительно, поэтому Лю Мань перестала переживать. Она доверилась ей.

В итоге девушка обратилась к зрителям:

— Раньше я писала «Свободного Путника» Чжоу Чжуана. А сегодня исполню одноименную знаменитую песню Сяо Кэ, — когда певица вела трансляцию на торговой улице, Лю Мань бегло пробежалась по партитуре этого произведения, но не аккомпанировала его.

[Отлично! Занимайте места в первом ряду!]

[Все, хватит спорить. Молчите и слушайте!]

[Принцесса Мань впервые продемонстрирует свои навыки игры на фортепиано в прямом эфире! Я начинаю запись экрана.]

Лю Мань больше ничего не сказала и занесла руки над клавишами. В ее голове возникли ноты «Свободного Путника». Она несколько минут думала о мелодии, после чего та полилась из-под кончиков ее пальцев.

В прошлый раз девушка подыгрывала Сяо Кэ на электронном фортепиано. Сейчас же она использовала профессиональный рояль, потому и результат звучал совершенно иначе.

Сольное исполнение и аккомпанировка сильно отличались. Тогда Лю Мань приходилось играть согласно стилю и ритму Сяо Кэ, зато теперь она могла импровизировать на ходу.

Распространенная и простая песня в ее исполнении стала изящной и возвышенной.

[Твоя игра кажется такой… классической. Я даже не узнала в ней «Свободного Путника», пока не услышала среднюю часть главной мелодии. Исполнение напоминает новогодний симфонический концерт, который я посещала в прошлом месяце…]

[Просто наша стримерша пересмотрела партитуру и добавила в нее исключительно фортепианные рефрены. Она и вступление поменяла, сделав его в диез-мажоре. Теперь эта песня звучит на фортепиано так, как и должна. Под такую мелодию подпевать не получится.] — просветил остальных один из зрителей, тоже обладавший навыками игры на клавишных инструментах.

[Теория музыки слишком мудреная, мне ее не понять. Зато я знаю, что эта песня звучит потрясно, и мне нравится слушать такие тихие мелодии наедине.]

[А мне нравится, как сестренка играет: она словно занимается каллиграфией. Полностью погружается в себя, и ее разум становится спокойным, как водная гладь. Почему-то это приносит удовлетворение и мне. Она такая безмятежная.]

[Когда я слушал эту песню прежде, у меня всегда возникало желание стать свободным героем, путешествовать по миру и попробовать все. Но теперь, после прослушивания версии стримерши, мне достаточно уже прожить обычную, простую жизнь со своей семьей.]

[Что мне делать? Я совсем не могу устоять перед девушками, которые играют на фортепиано.]

Все зрители выражали свои мысли касательно услышанного произведения. Как у множества читателей, прочитавших одинаковую книгу, появлялись тысячи разных идей и точек зрения, так и у них после прослушивания одной и той же песни имелись разные соображения.

Навыки игры Лю Мань на фортепиано действительно не удовлетворяли ее преподавателей, зато любители слушали ее спокойно, чего уже было достаточно. Большинство людей не умели определять, какая из разных композиций являлась качественнее. Если песня звучала хорошо, то и считали ее хорошей. В свою очередь, хорошие, но трудные для понимания произведения никто слушать не хотел.

Под элегантную мелодию вполне ожидаемым потоком посыпались подарки.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

[«Мальчик Отаку» подарил вам Сказочную Карету.]

Преданный поклонник Лю Мань стал первым в этой волне.

[«Быстро! Зови меня бро» подарил вам Сказочную Карету.]

[«Рев Дракона» подарила вам Сказочную Карету.]

[«Вишня» подарила вам Сказочную Карету.]

[«Счастливой любви» подарила вам Сказочную Карету.]

…

[«Я ветеринар» подарил вам Дворец Мечты.]

Ровненькая череда «Сказочных Карет» вновь была нарушена [Я ветеринаром].

С появлением этого пользователя все пришли в восторг.

[Бог Ветеринар с нами! ヽ(*・ω・)ﾉ]

[Ветеринар, я подписался на тебя вчера вечером!]

[Я тоже!]

[И я!]

[В смысле? У Я ветеринара есть аккаунт в Weibo? Почему я об этом не знаю?]

[Допотопный ты потому что.]

[Тогда допотопный не только он, я тоже упустил из виду взаимодействия между Принцессой и Богом Ветеринаром.]

[Но на него еще не поздно подписаться? В Weibo у него такой же ник, как и здесь?]

Не знавшие о [Я ветеринаре] фанаты активизировались, и количество подписчиков на Weibo-странице Юй Чжаня снова увеличилось.

После этого молодой человек отправил Лю Мань личное сообщение:

[Я хоть не ворую у тебя все их внимание?]

Лю Мань улыбнулась, прочитав между строк его беспокойство.

[Нет, конечно. Я рада, что ты онлайн.]

Успокоившись, парень перешел в комментарии прямого эфира.

[Я ветеринар: Мне очень понравилось произведение, которое ты сыграла. Надеюсь, в будущем будет больше стримов по игре на фортепиано.]

Богатый [Я ветеринар] с множеством обожателей выразил желание каждого. Фортепианные навыки Лю Мань оказались попросту слишком хорошими.

[Да, сестренка, играй для нас на каждом стриме!]

[Хотя бы одну композицию.]

[Угу-угу. Нам редко доводится слышать такие чарующие песни. (*¯ ³¯*)♡ ]

Лю Мань беспомощно отозвалась:

— Я пока что в Шанхае, и тут очень затруднительно играть на фортепиано. Когда вернуть обратно в Пекин, тогда и смогу делать это хоть каждый день.

[Надеюсь, сестренка вернется скоро. Я не только хочу больше насладиться ее игрой, но и по Рассвет соскучилась!]

[Но кстати, я живу в Шанхае, и место, откуда сейчас стримит сестренка, кажется мне знакомым.]

[Я это еще давно хотел написать. Скорее всего, это музыкальный класс Шанхайской Экспериментальной Средней Школы. Я там учился, и сегодня стримерша играла на рояле, заказанном школой из Германии десять лет назад. Всего в школе таких два: одно – вот это, а другое стоит в концертном зале.]

Среди зрителей обнаружилось много смышленых и догадливых поклонников. Лю Мань не знала, как им ответить.

[Странно. Разве сестренка не учится в универе Пекина? Почему она в этой школе?]

[И школа вроде бы закрыта на каникулы. Как ты прошла через закрытые ворота?]

[Так мало того, тебе еще и на фортепиано разрешили поиграть. Невероятно! Как ты это провернула?]

«…»

Лю Мань не могла ответить на посыпавшиеся вопросы и немного растерялась.

[Я ветеринар: На Weibo вы просили стримершу поиграть на фортепиано. Теперь, когда она исполнила ваше желание, вы начинаете ее расспрашивать и вмешиваться в личную жизнь. Она не хочет отвечать, так что хватит задавать дополнительные вопросы.]

[Я ветеринар] всегда общался со всеми любезно. Многие, узнав вчера о наличии у него Weibo-аккаунта, стали задавать вопросы касательно ухода за питомцами: об ингредиентах, необходимых для приготовления домашнего корма, о том, что делать, когда котенок простыл зимой или у попугаев стал плохой аппетит.

[Я ветеринар] всегда терпеливо отвечал на абсолютно все вопросы каждого пользователя в чате. Отвечал при этом четко и развернуто, благодаря чему завоевал доверие и восхищение людей.

Области его знаний было достаточно, чтобы нужные ответы получил каждый.

В результате у зрителей создалось о нем впечатление, как о добром и терпеливом старшем. Они единогласно предполагали, что только пожилой человек мог обладать столь хорошим багажом медицинских знаний, и вдобавок терпением отвечать на целый ворох разнообразных, странных вопросов.

Сейчас же этот старший, чьи сообщения всегда отдавали мягкостью, внезапно стал резким. Всем показалось, будто их отчитывает школьный учитель.

Те несколько поклонников, что задали вопросы перед его сообщением, перепугались не на шутку. Они собирались извиниться, но Лю Мань без предупреждения прекратила трансляцию.

«О нет. Стримерша на нас рассердилась?» — вот о чем подумал каждый в этот момент.

Однако, на самом деле Лю Мань заметила в дверном проеме Сюэ Фэйюня. Вот только она не знала, сколько времени он там стоял.

— Наставник Сюэ, что вы здесь делаете? — удивленно спросила девушка. В ее глазах проступила нотка неестественности, поскольку она несколько смутилась из-за того, что человек из съемочной группы обнаружил ее за проведением эфира в музыкальном классе.

— А мне вот интересно, что здесь делаешь ТЫ? — Сюэ Фэйюнь не ответил на ее вопрос, задав встречный. Он с улыбкой погладил свою бороду. — И я уже говорил не называть меня наставником. У нас разница в возрасте лет десять, а твое обращение звучит так, будто я старик. Хотя я куда лучше сошел бы за твоего старшего брата.

Сюэ Фэйюнь заметил стеснение Лю Мань, потому сменил тему:

— Ты только что вела эфир? Не стесняйся, сейчас молодые девушки постоянно это делают. Я хочу сказать, что каждому нужно чем-то заниматься, когда становится скучно.

Мужчина смягчил напряженность, и девушка начала объяснять:

— Приезд в Шанхай и съемки – это лишь моя подработка. Обычно я провожу трансляции.

— Значит, недавно на торговой улице ты выступала с той интернет-звездой, чтобы получить больше известности? Почему все называют тебя «Богиня Ханьфу»? Ты ведь не была тогда в ханьфу.

— Нет, Сяо Кэ наверняка не догадывается о моей стримерской деятельности. А встретились мы с ней случайно. Впервые это произошло в музыкальном ресторане, куда ее пригласили выступить в качестве специального гостя. Я ужинала там с другом, а заведение устроило мероприятие. Меня случайным образом выбрали для выступления вместе с ней, для этого потребовалось надеть ханьфу. Кто-то снял то выступление на видео и выложил в сеть. Я не знаю, когда именно, но все стали называть меня «Богиня Ханьфу».

В то время хештег #БогиняХаньфу был популярен в Weibo, только Сяо Кэ и [Принцесса Мань] не подписались друг на друга.

Сюэ Фэйюнь кивнул, после чего прояснил свою цель прихода в аудиторию:

— Моя копия «Звука Ветра» потерялась, и я обыскал, где только мог. Подумав, я вспомнил единственное место, в котором мог ее оставить. Сегодня дел у меня не особо много, вот и решил прийти поискать здесь.

Лю Мань тотчас вспомнила свою недавнюю находку. Она открыла сумку и достала оттуда листы бумаги A4.

— Вы это ищите? Я нашла их на подиуме.

— О, да, да. Все это время их искал, — Сюэ Фэйюнь ощутил облегчение. Он взял у нее ноты, бережно прижав их к груди, словно держал в руках сокровище. — Ух, я так переживал и теперь очень рад, что они нашлись. Если бы они затерялись в таком укромном и недоступном месте, это еще полбеды. Но в худшем случае эту мелодию мог найти кто-то посторонний и выложить ее в интернет. Тогда мне пришлось бы возместить убытки компании!

Хотя Сюэ Фэйюнь не назвал конкретную сумму, Лю Мань предположила, что число было бы немалым.

Мужчина оценил ее помощь в нахождении потерянных материалов, поэтому стал относиться к девушке чуть лучше.

— О, и кстати, какой у тебя ник на той платформе для трансляций? Есть аккаунт в Weibo? Я подпишусь и буду поддерживать твои эфиры в свободное время.

Страница Сюэ Фэйюня в Weibo была официально подтверждена, о чем свидетельствовала особая галочка возле никнейма*. Описание его профиля гласило:

[Композитор, музыкальный продюсер и исключительный выпускник Беркли.]

п.п.: получить галочку на Weibo очень трудно. Человек, таки сумевший ее получить, наверняка является очень известным или успешным.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Музыкальные композиторы и продюсеры уступали суперзвездам в известности по той причине, что обладали гораздо большим профессионализмом, нежели просто поющие вокалисты. Любители не понимали, чем они занимались, поэтому сообщество музыкальных композиторов оставалось неизвестным большинству обывателей. Подписчиков у Сюэ Фэйюня в Weibo было всего четыреста тысяч, однако даже такое их количество, само собой, значительно превосходило аналогичный показатель Лю Мань.

— [Принцесса Мань]? — мужчина хмыкнул при виде ее ника. — Немного претенциозный… — он вновь посмотрел на красивое лицо девушки и добавил: — Но тебе подходит.

Его откровение заставило Лю Мань покраснеть. Она не могла признаться, что в самом деле являлась принцессой. Никто бы ей не поверил, только приняли бы за невероятно самовлюбленного человека. Следовательно, в текущей ситуации оставалось лишь молча согласиться с озвученным комментарием.

После их взаимной подписки Сюэ Фэйюнь закономерно принялся листать публикации Лю Мань. Все они содержали милые фотографии ее кошки. В общем, контент, интересный молодым девушкам и соответствующий личности его владелицы.

Мужчина сподручно поставил несколько лайков под фото Рассвет, однако репостить их не стал. Но даже так нашлись прозорливые фанаты, которые заметили этот подтвержденный аккаунт.

[У сестренки новый богоподобный подписчик.]

[Я не слышала его имени, но, поискав информацию о нем в интернете, могу сказать, что он крутой.]

[Те, кому даже имя его незнакомо, похоже, с луны свалились. Сюэ Фэйюнь очень известный композитор, он написал песни многим популярным исполнителям, а еще фоновую легкую музыку для национальных документалок.]

[Вот так поездочка в Шанхай… На Weibo Принцессы Мань подписалось уже несколько знаменитых людей.]

[Может он подписался на нее не из-за этой поездки. Наша стримерша как-никак изучает музыку, есть вероятность, что она знакома с этим композитором. Вон даже Тан Ту – ее старшекурсник.]

…

Быстро пролистав ее страницу, Сюэ Фэйюнь сказал:

— После окончания съемок вам с Тан Ту еще нужно будет в дуэте исполнить «Звук Ветра». Для увеличения ажиотажа перед выходом фильма мы планируем опубликовать связанные с ним саундтреки. Вы вдвоем исполняете главную тему, и она, разумеется, тоже будет выпущена заранее. Это я заблаговременно тебе говорю, чтобы ты знала, к чему готовиться.

— Хорошо, — данный момент тоже являлся частью ее подработки, поэтому Лю Мань не стала возражать.

— Ну и ладно. В таком случае пойду я. Мне еще текст нужно найти и заключительную песню. От одних только мыслей об этом голова начинает болеть, — пожаловался Сюэ Фэйюнь.

Лю Мань сочла это странным. Он был композитором, следовательно, написание слов к мелодии ожидаемо являлось сложным делом, но зачем было искать саму заключительную мелодию, а не сочинить ее самому? Текущие мысли девушки выдавал ее озадаченный взгляд.

Собеседник не был обделен сообразительностью, позволившей ему догадаться о раздумьях Лю Мань.

— Я написал несколько песен и показал их нашему дорогому режиссеру Е, только ни одна из них его не удовлетворила. Он отмахнулся от всех, даже не проявив уважения к моей работе. А характер у меня вспыльчивый, так с чего мне продолжать сочинять композиции, если они ему не нравятся? Лучше уж найду подходящую в интернете, выкуплю на нее авторские права и сделаю из нее заключительный саундтрек.

Такой ответ удивил девушку.

— Но даже ваши песни не могут удовлетворить режиссера Е. Думаете, работы из интернета подойдут?

— Возможно и подойдут. В сети есть много талантливых дарований, их творчество умеет удивлять, — Сюэ Фэйюнь в задумчивости поглаживал бороду, прежде чем вдруг вспомнить ту песню Лю Мань, которую подслушал недавно. Стиль композиции соответствовал его требованиям. — Что за произведение ты играла пару минут назад? Звучало хорошо.

— Оно называется «Свободный Путник». Я немного изменила мелодию и ритмы, чтобы можно было играть на фортепиано. О, и эту песню написала интернет-звезда Сяо Кэ.

Сюэ Фэйюнь, словно задумавшись над чем-то, переспросил:

— Сяо Кэ? Та певица, которая пела рядом с тобой?

Лю Мань кинула.

— Да.

— А какую песню ты играла на том видео?

— «Думая о тебе». Самая новая из репертуара Сяо Кэ, — девушка не понимала, почему композитор так резко начал ее расспрашивать.

— Ее стиль и мелодичность очень подходят, но не знаю, понравятся ли они Е Цзыаню. Когда появится время, я дам ему послушать, — пробормотал Сюэ Фэйюнь себе под нос.

***

Мужчина был помешан на активности. Он жил в одном отеле с Е Цзыанем и, как только последней вернулся туда в полночь, постучался в дверь его номера.

— Режиссер Е, я нашел хороший вариант для нашей заключительной песни!

День у Е Цзыаня выдался загруженным, ввиду чего в отель он пришел без сил. Настроения слушать что-либо у него не было, даже говорить с композитором не хотелось от слова совсем.

— Пусть подождет до завтра.

— Нет, нет. Завтра у тебя опять будут дела, после чего в отель вернешься еще позже. Не откладывай на завтра то, что нужно сделать сегодня, и послушай эту песню.

Спорить с заупрямившимся Сюэ Фэйюнем было себе дороже, поэтому Е Цзыань раздраженно уступил:

— Ладно. Включи на своем телефоне.

Композитор немедля открыл заранее скачанный трек и воспроизвел его со словами:

— Эта интернет-песня называется «Думая о тебе».

От услышанного «интернет-песня» пренебрежение Е Цзыаня на порядок возросло. Интернет-звездам, интернет-песням и интернет-исполнителям и близко не светил путь в шоу-бизнес.

Когда Сюэ Фэйюнь сказал, что собирается найти интернет-песню для титров их фильма, режиссер принял это за шутку, подстегнутую гневом того момента. Он не ожидал, что мужчина настроился серьезно.

Дабы не вывести композитора из себя, Е Цзыань для порядка не стал выпроваживать его сразу и таки начал слушать песню, думая о чем-то своем. Но по мере ее воспроизведения его внимание все больше акцентировалось на исходящей из устройства мелодии, а под конец песня и вовсе всецело им завладела.

По выражению его лица Сюэ Фэйюнь понял, что композиция отвечала ожиданиям. После того, как она подошла к концу, он спросил Е Цзыаня:

— Ну как? Теперь наконец-то доволен?

— С мелодией все хорошо, но слова не соответствуют задумке фильма.

Режиссер никогда не умел угождать другим, да и лицо терять не хотел. Получить от него «все хорошо» уже было большим достижением.

— А как же «интернет-песни слишком ничтожные»? Теперь уже так не думаешь, да? Я вот до сих пор придерживаюсь того мнения, что талантливые люди есть везде, но они легко теряются среди других. Теперь сами небеса даровали мне это сокровище, — Сюэ Фэйюнь говорил гордо.

— Как ты нашел эту песню?

— Лю Мань посоветовала. Она лично знает певицу.

Композитор не стал озвучивать дополнительные объяснения, а Е Цзыань воздержался от дальнейших вопросов.

— Слова не писались для нашего фильма, так что вполне ожидаемо ему не соответствуют. Если тебя устраивает песня, я свяжусь с Сяо Кэ, ее автором, завтра. Тогда сможем поговорить о переделке текста под собственные нужды.

Е Цзыань мгновение молчал, прежде чем сказать:

— Говоришь, называется «Думая о тебе»? Поговори с этой певицей и узнай, может ли она изменить текст и название на «Думая о ней». Если да, то я даю добро на ее переработку.

Сюэ Фэйюнь, судя по всему, резко воодушевился:

— Конечно. Неудивительно, что ты первоклассный режиссер! Вмиг меня вдохновил.

Говорил он это не только ради лести, но и честно похвалил талант и вкус Е Цзыаня.

Медлить с подобным было нельзя. Сюэ Фэйюнь тотчас связался с Лю Мань, попросив у той контактную информацию Сяо Кэ.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Сяо Кэ как раз закончила свой третий эфир в Шанхае и уже собиралась отбыть из города, когда ее агенту позвонил Сюэ Фэйюнь.

Услышав имя представившегося человека, агент Сяо Кэ от шока решил, что ослышался.

Сюэ Фэйюнь был известным музыкальным продюсером. Молодой и талантливый автор песен писал их с восемнадцати лет. За последнее десятилетие он участвовал в сочинении более сотни популярных композиций. Каждая из них была классической, а ее исполнители становились звездами. У части сериалов и фильмов хромал сюжет, однако они все равно завлекали зрителя за счет написанных Сюэ Фэйюнем саундтреков.

Компания, на которую работал агент Сяо Кэ, была небольшим лейблом, под чьим крылом находились интернет-певцы и неизвестные третьесортные исполнители. Вся их репутация не стоила даже упоминания. В основном компания продолжала прибыльно функционировать за счет прямых эфиров и выступлений в различных заведениях. Выпускали альбомы они только для особенно хороших певцов и певиц, способных писать текст, сочинять мелодию и петь. Под эти критерии подпадала и Сяо Кэ. Все-таки, никто не стал бы покупать альбом неизвестного исполнителя, в результате чего компания потерпела бы только убытки, не говоря уже о дополнительно затраченных силах и времени.

На данный момент Сяо Кэ стала краеугольным камнем их компании, рогом изобилия в глазах руководства. Но даже так они совсем не ожидали получить предложение о ее сотрудничестве с официально признанным успешным музыкантом.

Агент в спешке постучался в номер Сяо Кэ.

— Дверь не заперта.

— Мы сегодня никуда не уезжаем, — сразу после поворота ручки сказал агент.

Свой багаж девушка уже разложила в два высоких чемодана, нынче стоявших рядом с ней. Она озадаченно спросила:

— У начальника для меня опять новая работа появилась? Я думала, мы договорились о том, что с завтрашнего дня у меня начинается отпуск на время Весеннего Фестиваля.

Агент едва сдерживал возбуждение:

— Нет-нет, шеф тут ни при чем, это касается твоего будущего. Только что мне звонил Сюэ Фэйюнь и попросил тебя встретиться с ним завтра. Можешь отправиться в отпуск, когда захочешь, и провести в нем столько времени, сколько душа пожелает. Но такая возможность выпадает раз в жизни, о подобном можно только мечтать.

— Сюэ Фэйюнь? — Сяо Кэ тихо повторила услышанное имя, после чего в голове всплыли нужные воспоминания, и она воскликнула в резком удивлении: — Тот самый Сюэ Фэйюнь, известный в индустрии как лучший музыкальный продюсер?

— Да, — Сяо Чжу, агент, тоже поддался восторгу. — Он сам нашел тебя для сотрудничества. Я работаю в этой сфере не первый год и никогда не видел, чтобы люди вроде него вели себя так почтенно. Сяо Кэ, ты сорвала джекпот.

Девушка опешила. Сейчас с ней происходило то, о чем она даже думать не смела. Сотрудничество с крупным музыкальным продюсером, Сюэ Фэйюнем. В то же время ее очень интересовало, каким образом столь известный человек вообще о ней узнал?

Агент мигом сообщил хорошие новости компании, и начальник велел Сяо Кэ соглашаться на любую просьбу композитора!

С Сюэ Фэйюнем во главе ее путь к славе станет гораздо проще.

Начальник разглагольствовал о том, как в один прекрасный день талантливые и прилежные люди будут обнаружены. И вот, такой день для Сяо Кэ наступил сегодня.

Ночь миновала, и Сюэ Фэйюнь встретился с певицей и ее агентом. Троица обсуждала переработку «Думая о тебе». Какие бы требования ни выставлял композитор, Сяо Кэ не прекращала кивать, отвечая незамедлительными «Да». Даже без предварительного напоминания начальника она в любом случае не посмела бы требовать что-то взамен.

Условия Сюэ Фэйюня, разумеется, были строгими.

Во-первых, Сяо Кэ требовалось за неделю написать слова для «Думая о ней», которые пройдут вычитку самого композитора и режиссера Е. Во-вторых, основной ритм сохранялся, но Сюэ Фэйюнь внесет в композицию свои изменения. В-третьих, за Сяо Кэ оставались авторские права на «Думая о тебе», а Galaxy Films становилась владельцем «Думая о ней». Следовательно, компания получала возможность использовать песню на свое усмотрение без каких-либо возражений со стороны девушки. В-четвертых, Сяо Кэ должна была принять участие в записи «Звука Ветра», и авторские права на саундтрек тоже оставались у компании. В-пятых, все надлежало хранить втайне. Без разрешения Е Цзыаня и Сюэ Фэйюня ей запрещалось раскрывать любую информацию о фильме и песнях.

Контракт на передачу авторских прав Сяо Кэ и Сюэ Фэйюнь подписали тем же днем.

Далее композитор передал девушке сценарий фильма со словами:

— Прочти и ознакомься с сюжетом. Не забывай, что текст песни должен основываться на нем.

— Хорошо, хорошо, — немедля отозвалась Сяо Кэ.

От размера свалившейся на нее удачи она испытала легкое головокружение. Певица немного вернулась к реальности, только когда ощутила в руках толстый сценарий.

— Наставник Сюэ, могу я…

— Да что такое, вы с Лю Мань сговорились называть меня то учителем, то наставником? Хватит так ко мне обращаться!

— Лю Мань?

При виде растерянности на лице Сяо Кэ на его собственном проступило еще большее недоумение.

— Ты не знаешь, кто такая Лю Мань?

— А кто она? — девушка ни разу не слышала это имя.

Сюэ Фэйюню это показалось странным.

— Вы с ней разве не подруги? Вас двоих сняли на видео, а недавно вы вели совместный прямой эфир. У нее есть твой WeChat и номер телефона, а ты говоришь, что без понятия, кто это? Вы меня разыгрываете?

По описанию мужчины Сяо Кэ мгновенно осознала, кого он имел в виду под Лю Мань. Ее Богиню Ханьфу.

Девушка засмеялась:

— Она моя подруга, просто я не знала ее реального имени.

В современном мире люди заводили друзей в интернете и обращались друг к другу по никнеймам или псевдонимам. Если собеседники весело коротали время за общением, было странно внезапно спрашивать о настоящем имени. У Сяо Кэ имелся только WeChat Лю Мань, где та подписала себя [MAN]. Она сочла ник отсылкой к английскому слову «man (мужчина)», и он ей даже казался крутым.

Сама Сяо Кэ в WeChat значилась, как [Какао-Бобы], оно же являлось и прозвищем. Даже «Сяо Кэ» – псевдоним. В действительности девушку звали Чжу Кэ, правда, начав публиковать песни онлайн, она редко пользовалась этим именем. По нему к ней обращались только члены семьи.

— Ну и молодежь пошла… Я поражен, — Сюэ Фэйюнь не мог подобрать слова. — Именно Лю Мань посоветовала тебя мне. Это ей тебе следует сказать спасибо.

Сяо Кэ замерла, а мужчина продолжил:

— Раз ты не знаешь Лю Мань, я любезно тебе ее представлю. Сейчас у нее зимние каникулы, и в качестве подработки она снимается во второстепенной роли в «Звуке Ветра». Учится на факультете фортепиано и раньше в мире шоу-бизнеса не появлялась. Я не знаю, попытается ли она продвинуться по этой карьере после экранизации фильма.

«Так вот почему она приехала в Шанхай», — подумала Сяо Кэ. Теперь ее мысли касательно одаренности Лю Мань получили подтверждение. С момента их первой встречи жизнь Сяо Кэ начала становиться успешнее.

После исполнения «Думая о тебе» в том музыкальном ресторане песня стала популярной. Девушка и ее компания неплохо на ней заработали.

При встрече Лю Мань во время эфира на торговой улице количество подписчиков Сяо Кэ в Weibo, TikTok и на стриминговой площадке увеличилось вдвое. Всего за один вечерний стрим она заработала триста тысяч юаней.

А теперь ей выразил признание сам Сюэ Фэйюнь. И случилось это тоже благодаря Лю Мань, которая буквально прокладывала ей путь к успеху в сфере музыки.

Сяо Кэ от всего сердца мысленно поблагодарила девушку и отныне стала считать ее замечательной подругой.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Сегодня Лю Мань предстояло сняться в ее третьей сцене.

Первой половиной действия являлось представление соперниц, которое они с Ян Хуаюэ разыграли на пробах. И хотя с этой девушкой она хоть немного но взаимодействовала, напряжение все равно ее не отпускало, поскольку во второй половине сцены сотрудничать требовалось с двумя старшими актерами.

Перед началом съемок Е Цзыань обратился к Лю Мань и Ян Хуаюэ:

— Просто играйте, как во время проб. Тогда Лю Мань добавила строчку от себя, и мне она показалась отличной. Я уже внес ее в сценарий.

Обе девушки к тому времени переоделись в бело-синюю школьную форму. Они были высокими и стройными, а форма – большой, благодаря чему ее длины хватало, чтобы прикрыть их ягодицы. Очертания фигур тоже оставались скрыты под одеждой. Получился эдакий хип-хоп стиль.

Визажист собрала волосы Лю Мань в высокий хвост и нанесла на щеки легкий слой розового румянца. Глаза остались без макияжа, так девушка выглядела простодушно и очень по-детски. Ее было совсем не отличить от семнадцатилетней школьницы.

Ранее Ян Хуаюэ красила волосы в серовато-желтый цвет, а после получения роли вернула им родной – черный. Также актриса собиралась распрямить их, поскольку обычно ходила с завитыми, однако Е Цзыань сказал, что хорошо и так. По сценарию, хотя Цзи Ань была младше своей сестры Цзи Нин, она всегда наносила более взрослый макияж.

Ян Хуаюэ распустила волосы и нанесла на лицо легкий слой косметики. Персиково-красная подводка глаз получилась броской, а еще она воспользовалась блеском для губ. Цзи Ань всегда была такой. Ей только и нравилось, что модно краситься, а учиться девушка совсем не хотела, закономерно занимая последнее место по успеваемости среди одноклассников.

Третья сцена происходила в доме Гу Цина и Цзи Ань.

Только теперь их домом являлась не первоклассная вилла с садом, которую десять лет назад видела Янь Сялань, главная героиня, а небольшой жилой дом. Где реквизиторы откопали это здание, оставалось загадкой, ибо выглядело оно ветхим и убогим.

Их квартира располагалась на третьем этаже. Лю Мань с Ян Хуаюэ поднимались туда по лестнице на носочках. На бетонных лестничных маршах отсутствовали ступеньки и виднелись трещины с сыростью. Стены от налипшей на них грязи казались практически черными, обои отваливались. Повсюду были расклеены листовки, а на пролетах валялся всевозможный мусор и старая мебель. В воздухе витало какое-то зловоние.

Раньше это место использовалось одной компанией в качестве общежития для своих сотрудников, но теперь стало просто небольшим отелем. Для съемок предстоящих сцен ответственные за них люди заранее заплатили его владельцам за возможность снимать в номерах.

Специалисты по реквизиту переделали номер на третьем этаже, чтобы показать, в какой бедности жила семья. Всего там было две комнаты и крошечная гостиная. Одна из комнат была спальней Цзи Лиго и Гу Цзюань, отца семейства и матери Гу Цина соответственно. Другая отводилась Цзи Ань. После приезда Цзи Нин, ее подселили к сестре. Для Гу Цина же отчим организовал небольшую кровать в гостиной.

Квартира могла «похвастаться» лишь старой техникой и сломанной мебелью. Даже простыни были ободраны. Никакой ценности содержимое этого дома не имело.

Ученики Шанхайской Экспериментальной Средней Школы наверняка и подумать не могли, что Гу Цин, популярная личность в их заведении, жил в таких условиях. Он ведь был таким прекрасным и солнечным парнем, получал хорошие оценки, умел играть в баскетбол. За последним занятием его видели очень часто, и кожа парня прямо-таки сверкала на солнечном свету. Он любил улыбаться, а когда смеялся, то на щеках появлялись ямочки. К нему неровно дышали все девушки в классе.

Умение говорить он развил куда лучше, чем Дуань Наньфэн.

Но дома у него даже не было личной комнаты. Немудрено, что кроме успеваемости и баскетбола Гу Цин ни в чем не выделялся. На репетиторов и внеклассные занятия требовались деньги. Дуань Наньфэн жил другой жизнью. Он никогда не стремился быть в центре внимания, родился в хорошей семье и умел играть на фортепиано. Поездки за границу и путешествия в любое время являлись для него привычным делом, Гу Цин такой возможности не имел и близко.

Свадьба между Цзи Лиго и Гу Цзюань случилась, когда Гу Цину было двенадцать лет, а Цзи Ань – 10. И еще большая нелепость заключалась в том, что женщина, приведя сына в дом к новоиспеченному супругу, поселила его в одной комнате с Цзи Ань. Спали дети тоже в одной кровати.

Так продолжалось два года.

Только после четырнадцатилетия Гу Цина родители осознали неуместность такого расклада. Они переселили парня в гостиную, а спальню оставили Цзи Ань, у которой как раз начался период полового созревания, естественным образом переросший в привязанность к Гу Цину. Весь ее мир вращался вокруг сводного брата, и у нее постепенно появилась к нему любовь, превосходящая ту, что обычно испытывали друг к другу родственники. Повзрослев, девушка начала считать Гу Цина только своим.

Но в это время из Америки вернулась ее старшая сестра Цзи Нин. Она внешностью привлекла Гу Цина, и они взаимно влюбились. Кроме того, Цзи Ань стала свидетелем того, как сводный брат подрался из-за Цзи Нин с Дуань Наньфэном. Девушка не могла подавить свою ревность и ощущение того, что она перестала быть брату самым близким человеком.

— Сестра, у тебя такие хорошие оценки, внешность и навыки игры на фортепиано. Ты удивительный человек, ни в чем не испытываешь недостатка. Отдай мне брата, а? — Цзи Ань уставилась на Цзи Нин, лицо ее демонстрировало мольбу и печаль. Был в нем даже легкий, скрытый намек на отвращение.

— Гу Цин – человек, а не вещь. Он сам принимает решения, и я за него решать не могу, — нахмурилась Цзи Нин, говоря холодным тоном. Она смотрела на Цзи Ань безразлично, как на ребенка, у которого случился приступ истерики.

Соперница хладнокровно оскалилась:

— Как же, он всегда слушает тебя. Рядом с тобой ведет себя как верный пес.

Цзи Нин сердито прикрикнула:

— Неправда!

Глаза Цзи Ань покраснели, пока она продолжала свирепым взглядом буравить собеседницу. Она смотрела на нее с гневом и ревностью, словно монстр.

— Хватит притворяться, я знаю, что ты считаешь нас недостойными быть семьей. Думаешь так и об отце, и обо мне. Ну да, та женщина забрала тебя в Америку, где ты прожила богатую жизнь. На твоем фоне я лишь ребенок из бедного района. Я просто не понимаю. Как человек может быть настолько предвзятым? Я ведь тоже ее дочь. Но бог справедлив. Она умерла, получив по заслугам.

— Нахалка! Это непочтительно, имей уважение к старшим! — Цзи Нин, неизменно отличавшаяся мягкостью и спокойствием, резко разозлилась. Теперь ее тон содержал строгость старшей сестры, но также и сильное разочарование.

Цзи Ань продолжала упрямо стоять на месте, все также не сводя глаз с Цзи Нин. Она не ответила на прозвучавший упрек.

— Мама родила нас и воспитала, несмотря на все трудности. Ты знаешь причину развода родителей, она не могла по-другому. Нельзя ее винить, не говоря уже о том, чтобы относиться пренебрежительно к тем усилиям, которые она в нас вложила. Лучше вини отца! Именно он заставил маму выбирать между нами двумя. Он запретил забирать нас обеих. За все свои несчастья ты можешь винить только его.

Лицо Цзи Нин покраснело, а тон с каждой репликой становился все тяжелее и злее. На последних словах у нее даже не хватило дыхания, и все присутствующие слышали лишь ее тяжелые вдохи.

Девушка уставилась на Цзи Ань, которая отвечала не менее пристальным взглядом. В глазах первой царил гнев, тогда как вторая оставалась на удивление безразличной и смотрела так, будто не признавала в ней свою сестру.

Затем ее взгляд скользнул за спину собеседницы, и Цзи Ань странно улыбнулась.

— Папа, почему ты здесь?

Удивленная Цзи Нин повернулась и увидела Цзи Лиго, тот уныло стоял у входа в комнату. Его лицо в тот момент было очень мрачным и каменным, в нем не проглядывалось никаких эмоций, а взгляд мужчины навевал сильную жуть.

***

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)

Он сказал Цзи Нин:

— После смерти твоей матери я любезно взял над тобой опеку и позволил жить под моей крышей. Также помог тебе перевестись в школу Аньань и даже договорился с учителем, чтобы тебя зачислили в класс к Гу Цину. Все это ради тебя. Никогда бы не подумал, что ты такого мнения обо мне. Что? Жизнь со мной – это страдания? А жизнь с матерью – счастье?

Девушка замотала головой:

— Нет, я не это имела в виду.

— Опять лжешь, — мужчина повысил голос и перешел на крик: — Ты совсем как мать, презираешь меня всем своим сердцем.

Цзи Лиго занес руку, собираясь дать ей пощечину.

Эту сцену, войдя в дом, застал вернувшийся с баскетбольной площадки Гу Цин. Он тотчас бросил мяч на пол и ринулся вперед остановить отчима.

— Дядя Цзи, послушайте. Она ведь тоже ваша дочь.

— Хорошо, отлично, — Е Цзыань объявил окончание съемок сцены. — У всех есть десять минут на отдых и попить воды. Визажист подойдет к Лю Мань и Ян Хуаюэ, чтобы поправить их грим.

Эта длительная съемка сильно утомила Лю Мань. Напротив нее, на такой же дряхлый реквизитный стул присела Ян Хуаюэ, протянув ей бутылку минеральной воды с соломинкой.

Они обе слишком вжились в роль, и теперь их лица были красными. Немудрено, что Е Цзыань велел сделать перерыв.

— Я вдруг испытала легкий страх, — сказала Ян Хуаюэ.

Лю Мань озадачилась:

— Почему?

— Когда я читала сценарий, то вполне нормально воспринимала роль злодейки. Но теперь при съемках роль Цзи Ань кажется мне гораздо более зловещей. Я переживаю, как бы у зрителей не сложилось обо мне плохое мнение после выхода фильма. Боюсь даже, что уже нынешние поклонники могут от меня отречься.

— Да ты что… Актерская игра это в первую очередь игра. Ты просто играешь роль, и это совсем не значит, что в реальной жизни ты такая же.

Лю Мань и Ян Хуаюэ не знали друг друга ранее, но последняя сделала первый шаг, добавив собеседницу в WeChat-друзья и подписавшись на ее Weibo. Лю Мань она показалась очень дружелюбной.

— Ты не понимаешь, поскольку это твои первые съемки. Мнение зрителей может запросто поменяться. Если кто-то о чем-то выскажется плохо, они поверят. И в хорошее тоже поверят. Актрису на роли протагониста будут считать праведной, а ту, что играет злодейку, воспримут скверно.

Цзи Лиго играл мужчина по имени Лу И. Его рассмешили слова Ян Хуаюэ.

— В этой индустрии так везде, нужно попросту привыкнуть. Хорошо хоть у зрителей недолгая память. Следующая роль актера перекрывает воспоминания о предыдущей, если только новая не является тоже злодейской.

Мужчина пошутил, заставив засмеяться уже Ян Хуаюэ.

— В этот раз я согласилась на эту роль ввиду неопытности. Но впредь не стану играть злодейку.

— Герои и злодеи всего-навсего персонажи, они ненастоящие. По-моему, исполнение роли злодея лучше способствует развитию актерских навыков. Как-никак положительные герои всегда одинаковы, а вот у плохих есть собственные критерии. Кроме того, тебе не нужно бояться. Посмотри на меня и госпожу Чэн. Не думаешь, что у нас в этом плане дела обстоят еще хуже? — произнес Лу И, который весьма гордился игрой плохиша.

Под госпожой Чэн он имел в виду Чэн Фэнлань. Эта актриса играла мать Гу Цина, Гу Цзюань. Она также принимала участие в текущей сцене и ждала снаружи комнаты.

Троица беседовала довольно громко. Чэн Фэнлань услышала их голоса и упоминание ее имени. Она лишь улыбнулась, но вмешиваться не стала, вместо этого продолжив разговор с помощницей и визажистом.

Чэн Фэнлань и Лу И являлись опытными актерами в возрасте примерно 45 лет и в большинстве своем играли роли более взрослых антагонистов. Лу И обрел наибольшую известность. Он успел появиться в сотнях фильмов и сериалов. Все китайские зрители знали его в лицо, однако не обязательно относились к нему с симпатией, поскольку мужчина еще с юности играл злодеев. Ему доставались настолько дьявольские персонажи, что дети при виде его лица начинали плакать от страха.

Тем не менее внутри съемочной группы Лу И уважали как актеры, так и другие сотрудники. Во-первых, он был старшим среди них и обладал наибольшим опытом. Во-вторых, мужчина не зазнавался, проявляя к другим доброту. Он постоянно болтал с младшими актерами, так что в реальной жизни совсем не походил на своих персонажей в фильмах и телесериалах.

Ян Хуаюэ со вздохом сказала ему:

— Моя героиня – младшая сестра, задушившая свою кровную родственницу, а отец и мачеха, которых играете вы с сестрой Чэн, согласованно скрывают правду о ее смерти и вводят в заблуждение полицию. После этого вы без угрызений совести получаете наследство, оставленное ей родной матерью, и продолжаете вести богатую жизнь. Мы втроем играем жестоких персонажей.

Лу И с невинным выражением лица лишь развел руками.

— Я привык играть куда более порочных злодеев, поэтому ничего такого не чувствую.

Лю Мань, слушавшая этих двоих со стороны, заметила:

— А для меня наихудшим персонажем является Гу Цин.

Ян Хуаюэ с ней не согласилась.

— Гу Цин неплохой, он единственный из всей семьи, кто поддерживал Цзи Нин. Она ему нравилась, и он всегда о ней помнил. Янь Сялань, главная героиня, с которой он оказался в итоге – копия Цзи Нин.

— По-моему, он поддерживал ее только для виду. Почему он ничего не сказал, когда отец заставил Цзи Нин купить садовую виллу на деньги, оставленные ей матерью? Не знаю, действительно ли она ему нравилась, но после ее смерти он с явной радостью пользовался наследием девушки для улучшения собственной жизни. По итогу ведь получилось, что Гу Цин отправился учиться в Америку с происхождением из предположительно «богатой семьи» и пытался добиться Янь Сялань исключительно за счет денег Цзи Нин. Он даже солгал Янь Сялань, когда ее жизнь, подобно жизни Цзи Нин, оказалась под угрозой. Дуань Наньфэн с другими полицейскими пришли обыскать их виллу, а он не поделился правдой даже с бывшим одноклассником. Скорее всего, любил он только себя самого.

Тон Лю Мань насквозь пропитывало презрение к Гу Цину. Она прочитала сценарий раз двадцать и запомнила почти каждого персонажа и реплику.

Поскольку Дуань Наньфэн отказался поверить в столь внезапный суицид Цзи Нин, он, обладатель лучших оценок и претендент на лучшее будущее, втайне от родителей подался в полицейскую академию, дабы выяснить правду. Спустя десять лет парень стал офицером полиции. На протяжении всего этого времени он неустанно искал доказательства, способные подтвердить виновность семьи Цзи в убийстве дочери.

— Да, Цзи Ань со своим отцом и матерью Гу Цина были плохими людьми. Но они хотя бы показывали другим свою злодейскую сущность безо всякой напыщенности. Только люди вроде Гу Цина прячут свое уродство внутри «праведной» наружности.

Выслушав мнение Лю Мань, Ян Хуаюэ мысленно вернулась к сценарию. Гу Цин там, естественно, не описывался таким образом напрямую. С другой стороны, в сценарии подчеркивалось, что главный герой не мог забыть о Цзи Нин даже после ее смерти. Не мог забыть о ней на протяжении десяти лет. Все то время у него не было девушки, пока он не встретил Янь Сялань. Она напоминала Цзи Нин внешне и характером, тоже играла на фортепиано и выросла в США. Да даже богатой была, совсем как Цзи Нин.

— После твоих слов он и мне кажется таким человеком, — Ян Хуаюэ неожиданно осознала правду. — Теперь, когда я об этом подумала, то считаю Гу Цина подонком. Он десять лет тратил деньги женщин. Сперва это была Цзи Нин, а теперь и Янь Сялань. Он настоящий утырок.

Лу И, ставший слушателем диалога между молодыми актрисами, хмыкнул:

— Я, как опытный дядя, и ваш старый «отец», скажу вот что. Никогда не встречайтесь с мужчинами, которые тратят деньги девушек. Таким вообще не следует доверять, ибо они лишены всяких моральных принципов.

— Вы не старый, брат И! А молодой и сильный, в самом расцвете лет! — игриво отозвалась Ян Хуаюэ.

Она пропустила его слова мимо ушей.

— Ха-ха, мне уже пятьдесят, и я гораздо старше вас всех, — Лу И знал, что девушка ему льстила. Он видел перед собой двух хорошеньких девушек с редкими талантами среди своего поколения. — У вас ведь нет парней, так?

Его вопрос поставил Лю Мань и Ян Хуаюэ в неловкое положение. Первая испытала неловкость, потому как прибыла в это время из древнего Китая и смущалась. Вторая же улыбнулась, хлопнув глазами.

— Конечно нет, быть может познакомите меня с хорошим кандидатом?

Лу И покачал головой.

— Поклонников у вас обоих наверняка хватит, чтобы обогнуть Землю! Просто выберите себе фаворита. Кроме того, нынче юные детишки вроде вас не проявят благодарности, даже если я потрачу все свое время на попытки найти вам хорошего парня.

Тема становилась все более личной, поэтому троица перестала ее развивать. Впрочем, никто не воспринял состоявшийся разговор всерьез.

Лу И ничем не отличался от обычных стариков, когда говорил о всяких бессмысленностях с Лю Мань и Ян Хуаюэ.

Цяо Синь тоже ожидал снаружи. Он был ровесником Ян Хуаюэ, но не проявлял намерений болтать с ней, вместо этого сидя в телефоне. Он ведь играл главную роль, вот и решил вести себя соответственно.

Троица обсуждала все подряд еще какое-то время, пока кто-то не пришел напомнить им о начале съемок следующей сцены.

Она состояла из двух частей, и Лю Мань ни в одной из них участия не принимала. Съемки первой осуществлялись в гостиной, а второй – в спальне Чэн Фэнлань и Лу И. Площадь спальни не превышала и восьми квадратных метров, в связи с чем двум видеооператорам пришлось стоять на кровати.

Первая часть началась.

После предшествующей ссоры во всем доме повисла гнетущая и серая атмосфера.

Гу Цзюань вернулась с купленными на ужин продуктами и осознала неладное. Дверь в комнату Цзи Ань была заперта, а в гостиной, на кровати Гу Цина, с подкуренной сигаретой сидел Цзи Лиго. По одну сторону от него стояла Цзи Ань, скрестив руки на груди, а по другую на кресле сидел нахмуренный Гу Цин. Все молчали.

— Так, рассказывайте, что происходит.

Цзи Ань фыркнула.

— Цзи Нин заперлась в спальне и не впускает меня.

Гу Цзюань догадалась о причине такого исхода:

— Вы опять ругались?

— Я уже просто не могу. Вы, обе девочки, грызетесь каждый день. Может хватит? Цзи Нин только переехала к нам, и тебе следовало бы проявить к ней больше терпения.

— Вообще-то она старшая, а я младше ее. Так что это ей нужно терпеть меня, — сердито пробурчала Цзи Ань, а затем добавила с нотками злорадства: — Цзи Нин наговорила всякого о папе у него за спиной. Он об этом узнал, и ей слишком стыдно выйти к нам. Кто ей виноват?

Гу Цзюань быстро отнесла сумку с покупками на общую кухню, вернулась в гостиную и потащила Цзи Лиго в их маленькую спальню.

На этом первая часть закончилась.

У Чэн Фэнлань было много реплик. Выйдя из спальни, она попила воды через соломинку и вернулась обратно.

Наступила вторая часть.

Женщина закрыла дверь, заперла ее на замок и принялась отчитывать мужа.

— Зачем ты воспринимаешь Цзи Нин так серьезно? Ты что, свинья?

Цзи Лиго до сих пор не отошел от досады, отчего отозвался со слышимой в голосе злостью:

— Ты не слышала, как она говорила обо мне. Она совсем не считает меня отцом, а всю мою доброту принимает за должное. Лучше бы у меня не было этой дочери, не было этой обузы.

Гу Цзюань зыркнула на мужа.

— Нет, ты точно свинья. Какая она тебе обуза? Цзи Нин – сокровище.

— В каком смысле?

— Ее мать неплохо жила в Америке, верно? Я слышала, что единственной ее родственницей является Цзи Нин, значит после смерти все ее деньги перешли к ней.

Цзи Лиго застыл. Его гнев постепенно рассеялся, уступив место задумчивости.

— Дети растут. Думаешь, нам подобает жить в таком бедном доме? — выражение и тон Гу Цзюань были очень коварными. Ей наверняка хотелось сказать это уже давно. — Не пытайся мне лгать. Я в курсе состояния твоей бывшей жены, и именно ты помогал ей растить Цзи Ань. Взять ее деньги на покупку жилища будет логичным поступком, согласен?

— Откуда ты об этом узнала? — Цзи Лиго нахмурился.

— Не стоит об этом беспокоиться. Теперь, раз Цзи Нин живет в нашем доме, меня можно считать ее матерью. Мы приняли ее, так что с ее стороны разумно будет малость нам отплатить. Я посвятила себя тебе еще до развода. Мы вместе уже более десяти лет, и развелась я только ради тебя. Десять лет обнищалости, я все их стерпела. И отношение мое к Аньань всегда было хорошим. Ну так что, может стоит мне за это отплатить?

— Честно говоря, я никогда не думал использовать те деньги. Она оставила их для Цзи Нин, — на лице мужчины проступила противоречивость. В нем до сих пор оставалась капля человечности и отцовской любви.

— А Аньань? Разве она не ее дочь? Не думаешь, что Аньань заслуживает лучшей жизни? Если она найдет парня и приведет его в эти развалины, он, по-твоему, согласится жениться на ней? Нет, нет и еще раз нет. Его происхождение непременно будет соответствовать нашему. Ее будущий муж тоже окажется из бедной семьи. Если одно поколение бедное, тогда и следующее родится в нищете. Не светит нам такими темпами хорошее будущее.

С каждым словом Гу Цзюань злилась все сильнее. Теперь она выглядела более расстроенной чем Цзи Лиго. Казалось, женщина серьезно думала о будущем падчерицы.

Хмурость на лице мужчины усугубилась.

Гу Цзюань видела, что ее попытки переубедить его не проходят бесследно, поэтому продолжила давить:

— Нам нужно переехать в новый дом хотя бы ради будущего Аньань. И Цинцин тоже не может продолжать спать в гостиной. Он принимает тебя за родного отца. Потом, когда обе наши девочки выйдут замуж и начнут жить в домах мужей, мы будем зависеть только от Цинцина. Если ты плохо поведешь себя с ним сейчас, то и он на старости твоих лет ответит тебе тем же. Сейчас у него хорошая успеваемость, но далее он пойдет в колледж, где понадобится больше денег. Ты растил его, так что знаешь, какой он. Если потратишься на Цинцина, тогда он отплатит тебе позже. Нельзя позволить Цзи Нин забрать все деньги и выйти за кого-то, тогда нам ничего не достанется! Ты вот веришь, что ее будущий супруг, незнакомый тебе человек, окажется лучше твоего сына и отношение к тебе проявит лучшее?

Гу Цзюань, ясное дело, знала Цзи Лиго и высказала вслух все его мысли.

Она взяла мужа за руку.

— Прямо сейчас тебе стоит пойти к Цзи Нин, извиниться и обсудить покупку нового дома.

— Сколько денег ты хочешь у нее занять? И где хочешь купить дом? — мужчина теперь всецело встал на сторону супруги.

Как и следовало ожидать, изречение оказалось правдой. Рядом с мачехой даже родной отец становился отчимом.

— Чем больше, тем лучше, конечно же. Следует купить виллу с садом, желательно в центре города. У нас в семье трое детей, к нам время от времени будут приезжать с визитами друзья и дальние родственники. В маленьком доме места точно не хватит.

Цзи Лиго был в шоке.

— Садовую виллу?! Да я за всю свою жизнь даже не думал о том, чтобы жить в такой. Все равно, что фантазировать о недостижимом.

— Тогда можешь начать думать о ней сейчас. В Америке Цзи Нин жила в такой. Не смотри на меня так и не спрашивай, откуда я об этом знаю. Сейчас тебе срочно нужно получить от нее деньги и купить дом.

— И снято, — остановил их режиссер Е.

Лю Мань и Ян Хуаюэ многому научились, наблюдая за двумя опытными актерами на площадке. А то, как ярко Чэн Фэнлань передала язвительное выражение лица Гу Цзюань, их особенно впечатлило.

Лю Мань восхищалась ею от всей души.

В следующей сцене ей предстояло играть наряду с профессиональными актерами, из-за чего она сильно нервничала. Девушка вновь просмотрела сценарий. Сейчас реплик у нее было больше, чем в остальных.

Лу И знал, что до этого фильма она нигде не снималась, поэтому провел ее по сцене.

— Поскольку Цзи Нин жила богато и мирно, она выросла более наивной, чем Цзи Ань. Настолько наивной, что не ведала про обман и по глупости высказала свои мысли о Цзи Лиго. Из-за своей глупости она позволила ему и Гу Цзюань убедить себя купить садовую виллу. Тебе не нужно намеренно выдавливать из себя эту «глупость». Просто играй обычно и естественно.

Под обсуждаемой «глупостью» Лу И не имел в виду отрицательное прилагательное. Он говорил о наивности, присущей девушкам, которые почти не разбирались в том, как устроен мир. В столь алчном и меркантильном нынешнем мире такая наивность весьма ценилась. И Лу И чувствовал, что Лю Мань, как и Цзи Нин, несла в себе частичку этой простоты. Теперь он понял, почему Е Цзыань на данную роль выбрал именно эту студентку.

Сам режиссер тем временем хлопнул в ладони и обратился к Лю Мань:

— Теперь и ты будешь в этой сцене. Играй так, как играла до этого. Давай постараемся отснять все с первого дубля.

Девушка кивнула. С возложенными на плечи ожиданиями она сделала глубокий вдох.

— Мотор!

Гнев Цзи Нин чуть отступил. Она отперла дверь, куда сразу ворвалась Цзи Ань. Последняя вытолкнула из комнаты сестру, захлопнула за ней дверь с громким «БАХ!», вслед за чем послышался щелчок замка.

Опешившая Цзи Нин стояла в коридоре. Гу Цин хотел утешить ее, однако в их доме были тонкие стены. Любые его слова тут же услышала бы Цзи Ань и родители. Парень не знал, когда они выйдут из спальни. Он стоял в узком пространстве без понятия, что делать.

Тем временем Гу Цзюань открыла дверь в их с Цзи Лиго комнату. Она выглянула наружу и увидела, как близко друг к другу находятся подростки. На краткий и незаметный момент ее брови нахмурились, прежде чем женщина подошла к падчерице со словами:

— Ох, твой отец наговорил тебе всякого лишь в порыве гнева. Но даже злость не является поводом, чтобы тебя ударить. Я уже все ему высказала, и он понимает свою ошибку. Теперь он хочет перед тобой извиниться.

Под конец последнего предложения, Гу Цзюань с очередным упреком повернула голову к мужу, который так и продолжал стоять в дверном проеме.

— Ну и чего ты застыл там, как истукан? Ты ведь хотел извиниться. Почему тебе теперь стыдно? Как можно стыдиться чего-то перед своим собственным ребенком? Если сказал или сделал что не так, нужно попросить прощения. Давай.

Гу Цзюань играла на превосходном уровне. Только недавно злившаяся Цзи Нин услышала эти слова и подняла взгляд. Ее глаза остановились на отце.

Было непонятно, то ли Цзи Лиго боялся разоблачения, то ли испытывал вину, но в любом случае девушка своими ясными глазами наблюдала, как он понурил голову и подошел к ней, не осмеливаясь смотреть ей в лицо.

— Это я виноват. Мне не следовало ругать или бить тебя. Прости меня, — сказал мужчина низким голосом.

Цзи Нин не могла вынести того, что кто-то старше нее извиняется перед ней со склоненной головой. Она тотчас сказала:

— Я тоже поступила неверно. У каждого есть свои трудности, мне не стоило тебя винить.

К разговору быстро подключилась Гу Цзюань:

— Вот-вот. Все просто разозлились во время ссоры и пустили в ход более скверные слова. Мы все семья, а вы двое – кровные родственники. Ни один конфликт не решается за ночь. Если ты больше не злишься, тогда мы можем отойти. У нас пятерых есть мирное будущее.

Женщина вложила руку Цзи Нин в ладонь Цзи Лиго.

— Ну все. Простите друг друга и забудем об этом небольшом конфликте.

Она подмигнула мужу. Тот замялся на мгновение, однако все равно сказал:

— Вас с Аньань разделили еще в детстве, тогда вам было всего по 5-6 лет. В том, что вы плохо уживаетесь сейчас, нет ничего необычного. Мы поселили вас в одну спальню, и, если так продолжится, вы наверняка будете ссориться друг с дружкой каждый день. Вы растете, и каждой нужно свое личное пространство. Мы хотим переехать в дом, который будет чуть побольше, но с тех пор, как меня уволили, я так и не нашел стабильную работу. Твоя тетя Гу никогда не устраивалась на обычную работу, а на всех подработках толком не зарабатывала. За эти годы мы в лучшем случае скопили всего пять тысяч юаней. Даже продав текущий дом и доложив их к полученной за него сумме, ничего получше мы не найдем. Разве что в деревне. Но оттуда тебе, Цзи Ань и Гу Цину будет сложнее добираться до школы.

— Мне очень жаль парня. Он спит в гостиной уже три года, а личного пространства у него не было с самого переезда в наш дом. Такой чудесный ребенок вынужден жить в таких условиях.

Обсуждаемый Гу Цин не понимал, к чему вели его родители. Будучи чутким ребенком, он сказал:

— Дядя Цзи, мне нормально жить в гостиной, я привык. И я не считаю свои условия плохими. Вам с моей мамой не нужно переживать из-за меня.

Гу Цзюань вовсю подавала ему знаки, и Гу Цин их увидел. Парнем он был умным, только не понимал, к чему это было, пока не услышал следующие слова отчима.

— В Америке ты вела хорошую жизнь в особняке. А теперь вернулась и вынуждена жить в столь бедном месте с нами. Тебе наверняка очень неудобно? — спросил Цзи Лиго, якобы заботясь о дочери.

— Нет, совсем нет. Когда дела у мамы шли плохо, нам доводилось ютиться и в более бедном доме, — быстро ответила девушка. Она попала в ловушку, расставленную Цзи Лиго и Гу Цзюань.

Последняя кивнула.

— Честно говоря, не важно, в каком месте мы живем, главное, что мы – семья, — на этих словах женщина вздохнула и, подняв руку, вытерла несуществующую слезу в уголке глаза.

— Аньань – твоя кровная сестра, но она, как и Цинцин, живет неблагополучно. Все соседи хвалили то, как хорошо эти двое выглядят и вежливо разговаривают. Их даже приняли в Шанхайскую Экспериментальную Среднюю Школу по оценкам, не потребовав от нас ни единого юаня. Увы, мы не способны улучшить качество их жизни.

Цзи Нин перед Цзи Ань несомненно проявляла высокомерие и гордость. Тем не менее, в их жилах текла одинаковая кровь, они были родными сестрами. Она не смогла бы смотреть, как Цзи Ань живет в нищете. Да и Гу Цин, так сильно ею любимый, спал на сломанной кровати в гостиной.

Она ведь действительно проживала в двухэтажной садовой вилле, когда была в Соединенных Штатах Америки. Та вилла включала в себя гараж, бассейн, палисадник и сад за домом. Когда Цзи Нин сравнила их текущий дом с той виллой, то признала, что отличались они как небо и земля.

Если человеку кто-то западал в душу, то он желал для него хорошей жизни. Как минимум не хуже той, которой жил сам.

Цзи Нин была слишком доброй, одни только чувствительно приподнятые брови демонстрировали ее мягкость. Гу Цзюань и Цзи Лиго незаметно переглянулись. У них вот-вот получится!

К текущему моменту Гу Цин уже ясно понимал замысел своей матери и отчима, но не вымолвил ни слова, продолжая стоять в стороне. Он наблюдал за тем, как задумчивая Цзи Нин замешкалась и приняла решение.

Наконец прозвучал ее ожидаемый вопрос, адресованный отцу:

— Сколько вам нужно на покупку нового дома?

Тот ответил:

— Есть дорогие дома, а есть и подешевле. Зависит от самого здания.

Цзи Нин, разумеется, вспомнила тот дом, где жила в Америке. Она уточнила:

— А двухэтажная садовая вилла в центре города?

Гу Цзюань, как будто бы в самом деле удивившись, воскликнула:

— Садовая вилла! Она дорого обойдется. Нам нужна лишь садовая вилла с четырьмя комнатами и кухней. Каждому ребенку по комнате и одной для нас с твоим папой будет достаточно.

Затем она якобы подумала о чем-то, что вынудило ее сказать:

— Иногда, когда в гости приходят взрослые, друзья или родственники, их негде уложить спать. Большое количество людей в доме приводит к проблеме в делении пространства. Садовая вилла звучит отлично, но цены на недвижимость в центре подскочили до шести миллионов.

Действия в фильме разворачивались в 1990-х годах в Шанхае, когда цены на дома еще не стали настолько непомерными, чтобы вводить людей в отчаяние.

— Не говори о таком. Давай посмотрим, сколько денег у нас сейчас есть, — Цзи Лиго притворно одернул жену.

Цзи Нин ответила:

— Я могу дать пять миллионов.

После окончания своей третей сцены Лю Мань была несколько опустошена, потому что ее чрезмерно поглотило происходящее на съемочной площадке.

Ведь дальнейшая часть жизни Цзи Нин обернулась настоящей трагедией.

Героиня потратила деньги на садовую виллу, ту самую, которую увидела Янь Сялань. Перед покупкой все согласились внести в договор на недвижимость ее имя, а также Цзи Ань и Гу Цина. Но в итоге оформили все на Цзи Лиго и Гу Цзюань. Причина заключалась в том, что Цзи Нин и двое других подростков еще не стали совершеннолетними, ввиду чего не могли владеть документами на дом.

Семья из пятерых человек переехала в новый дом, где у каждого из детей появилась собственная спальня. Именно в спальню Цзи Нин спустя десять лет заселили Янь Сялань.

Лю Мань ждала еще одна сцена, последняя. У нее оставалась всего одна неделя из этой поездки, остальное будет сниматься на той садовой вилле. В следующем месяце съемочная группа с актерами собиралась лететь в США и там доснимать часть с учебой главных героев в колледже.

Все съемки шли чрезвычайно успешно, за все время не случилось ни единого конфликта между актерами и персоналом.

Но сегодня главной героине, Фэн Цинъюй, предстояла фортепианная сцена в гостиной садовой виллы.

Янь Сялань имела привычку ежедневно играть на фортепиано. После приезда в дом возлюбленного, она сделала небольшой перерыв, однако пальцы сами тянулись к инструменту. Так уж получилось, что в гостиной как раз имелось одно, укрытое куском белой ткани. Выглядело оно так, будто на нем не играли очень давно.

Янь Сялань попросила у Гу Цина разрешения поиграть.

Молодой человек не возражал.

Девушка стянула белую ткань, под которой обнаружился пожелтевший под влиянием времени листок с нотами. Называлось произведение «Звук Ветра».

Янь Сялань была в процессе игры, когда недовольная Цзи Ань прибежала ее остановить.

Во время этой сцены Лю Мань на вилле не было, она отдыхала в отеле.

Когда Фэн Цинъюй подписывала контракт на съемки, актриса сказала, что игра на фортепиано с самого детства являлась ее увлечением. И что играла она на нем хорошо. Только в действительности девушка ни разу не притрагивалась к инструменту со времен старшей школы. Сыграть неизвестное произведение от начала до конца было трудно.

Перед началом съемок фильма Е Цзыань дал ей партитуру «Звука Ветра». Он предложил Фэн Цинъюй несколько раз попрактиковаться в игре, чтобы привыкнуть к мелодии.

Она же проигнорировала его наставление. Девушка имела известность, хорошие ресурсы и уйму фанатов. С самого начала съемок она толком не задерживалась в Шанхае. Актриса летала повсюду, поскольку к этому предрасполагал забитый график. Фэн Цинъюй была самой заносчивой среди всей команды. Когда сцены не предполагали ее участия, ее там не было. Когда ее участие в них требовалось, девушки тоже там не было. Всем приходилось подстраивать свое расписание под нее.

Иначе не получалось никак. Большинство членов команды знали о ее богатом покровителе, так что возражать ей ни у кого не хватало духу.

Теперь Фэн Цинъюй оставалось только сыграть, а она, сидя за инструментом, смотрела в пустоту перед собой.

— Цинъюй, ты там дремлешь во время съемок? Начинай играть, живее.

Это крикнул Е Цзыань. Его не волновало ни происхождение девушки, ни степень ее известности. Он был режиссером, самым главным здесь человеком, и всем надлежало его слушаться.

Фэн Цинъюй неуклюже улыбнулась.

— Простите, задремала.

Е Цзыань велел видеооператору вырезать эту часть.

— Давайте заново.

Не желая получить повторное предупреждение, девушка начала играть.

В итоге, стоило ей сыграть всего одну ноту, как Тан Ту с Сюэ Фэйюнем, то бишь знатоки музыки, переглянулись. Они оба поняли, что никакими навыками Фэн Цинъюй не обладала вовсе.

Сыграть требовалось одну песню. У нее же не только не получалось сделать это связно, так еще и наблюдались проблемы с позой, сидела она ужасно неправильно.

Эта сцена вывела Е Цзыаня из себя. Он заставил всю съемочную группу снимать ее с утра и до полудня. Дублей было бесчисленное множество. Ян Хуаюэ с Цяо Синем, которые тоже появлялись в этой сцене, тоже приходилось несколько раз начинать сначала.

Эпизод с Тан Ту был следующим. Следуя обычному графику, он смог бы отсняться в нем ближе к обеду. Но съемки до того времени по-прежнему не сдвинулись с фортепианной сцены Фэн Цинъюй, поэтому заместитель режиссера сказал парню отдохнуть в отеле и дождаться дальнейшей информации вечером.

Сюэ Фэйюнь, который был не в состоянии вытерпеть ужасную игру актрисы, ушел уже давно.

С такими темпами терпение закончилось бы даже у людей с огромным его запасом.

После бесконечного количества попыток Ян Хуаюэ, не сдержавшись, пожаловалась своему помощнику:

— Уровень игры Фэн Цинъюй на фортепиано просто отстой, его даже сравнивать нельзя с навыками Лю Мань и Тан Ту! Я понимаю, что есть профессионалы, а есть новички. Но она – главная героиня со множеством фортепианных сцен. Если так пойдет и дальше, то мне стукнет семьдесят, когда мы закончим!

— Тс-с-с, — менеджер оглянулась. — Говорите тише. Не позволяйте себе такого, здесь могут быть люди, которые подслушивают и обо всем ей докладывают.

— Чего ты так боишься? У нее есть происхождение, но и у меня тоже, — бесстрашная Ян Хуаюэ даже повысила голос.

Менеджер быстро прикрыла ей рот.

— Боже, Ян Хуаюэ, вы не знаете, к каким проблемам может привести длинный язык? Мы даже не знаем, кто за ней стоит, и чем более таинственны те люди, тем страшнее!

Ян Хуаюэ не могла понять. Она думала, что с поддержкой Гао Цзиньдуна, влиятельного инвестора, никто не посмеет ей навредить.

Девушка жутко сердилась на Фэн Цинъюй. Актерам было важно отдыхать, а она сегодня еще и в 6:30 проснулась, чтобы прибыть на съемочную площадку. Теперь же все шло к тому, что за сегодня ее съемки не закончатся и целый день окажется потрачен впустую. Знай она об этом заранее, то осталась бы сегодня отдыхать в номере.

Зрелище, как менеджер трясется перед ее «оппоненткой», еще сильнее разгневало Ян Хуаюэ. Это подтолкнуло ее открыть Weibo и быстро напечатать:

[Сегодня ужасный день, проведенный с пафосной «всезнайкой». Я плохо спала и плохо ела. Все плохо.]

К сообщению девушка прикрепила гифку «Я хочу умереть» и нажала кнопку «Отправить».

Ян Хуаюэ еще только двигалась по пути становления знаменитостью. Два миллиона ее подписчиков на Weibo не шли ни в какое сравнение с Фэн Цинъюй или Тан Ту. В этом плане ее обошла даже Сяо Кэ.

Обычно Ян Хуаюэ выкладывала новые посты раз в парочку дней. У нее имелась горстка закоренелых фанатов, которые ставили им лайки и писали комментарии в первые же секунды после публикации.

[Похоже, нашу маленькую Луну рассердили. Дорогая, не злись.]

[Кто посмел расстроить нашу маленькую Луну?]

[Наша маленькая Луна все еще должна находиться в Шанхае на съемках «Звука Ветра». Наверняка какие-то проблемы на площадке.]

[Ребят, а вам не кажется, что под «всезнайкой» имеется кто-то конкретный?]

[Главные актеры, режиссер, монтажеры… Может быть кто-угодно.]

[В новостях шоу-бизнеса помимо нашей маленькой Луны говорили о Фэн Цинъюй, Цяо Сине и нашем любимом Боге, Тан Ту! Лично я Тан Ту не подозреваю.]

[Согласен, он такой талантливый и никогда бы не стал притворяться «всезнайкой».]

[Цяо Синь тоже таким не кажется, он профессионал и образец для подражания во всей индустрии.]

[Еще менее вероятно, что она так о режиссере Е говорит, он как раз таки знает больше всех.]

[Значит, по итогу получается, что речь о Фэн Цинъюй?]

[Трудно сказать.]

…

Поклонники Ян Хуаюэ ввязались в яростную дискуссию. Большая их часть полагала, что недовольство любимицы было направлено на Фэн Цинъюй. Более смелые и вспыльчивые фанаты даже пошли на страничку последней, где в комментариях раскритиковали отстойное актерское мастерство и надменность.

Ее актерская игры и впрямь была слабенькой: об этом знали все в кругу шоу-бизнеса.

Фэн Цинъюй на полпути сменила карьеру с модельной на актерскую. По навыкам в новой области она всецело уступала Ян Хуаюэ, выпускнице театрального, и Цяо Синю, который актерствовал с самого детства. Однако девушка отличалась от актеров, вынужденных начинать с низов, поскольку изначально обладала отличными ресурсами. Фэн Цинъюй вообще никогда не играла в массовке. Даже третья женская роль ей доставалась редко. После стольких первых и вторых ролей она сильно зазналась, начав считать себя выдающейся актрисой.

Любой актер должен был проявлять скромность и продолжать совершенствоваться. Ничего страшного, если она не умела играть на фортепиано, пока имелась возможность этому научиться. Но зачем было об этом лгать?

Фэн Цинъюй обзавелась пятью миллионами подписчиков на Weibo, столько было и у Цяо Синя. Разве могли ее фанаты не отреагировать на поклонников Ян Хуаюэ, порочащих их кумира в комментариях?

[Ты откуда вылез? Как смеешь попирать нашу богиню?]

[Кто эта Ян Хуаюэ вообще такая? Да у нее нет права даже подавать обувь нашей красавице Юй.]

[Приходите критиковать без доказательств? Ну ясно, какие фанаты, таков и их кумир.]

[Кстати, полоумные, а как вы так взяли да определили, что Ян Хуаюэ написала о нашей красавице Юй?]

[Это вообще-то клевета. Красавица Юй может подать за это на Ян Хуаюэ в суд, и той тогда придется заплатить.]

Поклонники Ян Хуаюэ не были готовы отступать.

[Не будь это Фэн Цинъюй, наша Луна так бы и сказала. Но скандал идет, а она все молчит, значит изначально это подтверждает.]

[Прежде всего Фэн Цинъюй играет скверно, ясно вам? Смотреть на нее просто коробит, но увы, многие главные роли в шоу достаются ей. Иногда сюжет кажется мне стоящим просмотра, но стоит ее лицу появиться на экране, и я уже не могу продолжать смотреть шоу.]

[++++++ Всегда бросаю просмотр, когда вижу в сцене Фэн Цинъюй.]

[Мне так жаль нашу маленькую Луну, ей приходится работать вместе с Фэн Цинъюй.]

[Это точно, она даже спит и ест плохо. Наверняка сейчас очень несчастна.]

…

Подписчики обеих сторон закидывали друг друга оскорблениями так рьяно, что поисковый тег #Перепалка между фанами Ян Хуаюэ и Фэн Цинъюй# стал одним из самых популярных в соцсети.

Как только это произошло, его смогли увидеть все.

Обычные сотрудники в съемочной группе тоже частенько заглядывали на Weibo. Они все были подписаны как на Ян Хуаюэ, так и на Фэн Цинъюй. Каждый из них стал свидетелем бесконечных дублей, но несмотря на тайную поддержку Ян Хуаюэ, не решался оставлять комментарии в соцсети. Никто не хотел потерять работу! Им оставалось лишь поставить мысленный лайк публикации.

Цяо Синь тоже злился из-за того, как сегодня показала себя Фэн Цинъюй. Он полностью разделял мнение Ян Хуаюэ. Между тем парень не был настолько глуп и нетерпелив, чтобы публично презирать эту актрису в интернете. В будущем ему представится далеко не один способ выместить на ней свой гнев, так что набрасываться на нее прямо сейчас причин не было.

Тан Ту, заядлый пользователь Weibo, никогда бы не пропустил такую драму. Он тоже посчитал поступок Ян Хуаюэ очень глупым, но вместе с тем знал и о никудышных фортепианных навыках Фэн Цинъюй. Впрочем, открыто вставать на чью-либо сторону он, конечно же, не стал, потому лишь про себя восхитился храбрости Ян Хуаюэ.

Сама Фэн Цинъюй никак не реагировала, будто бы ничего и не случилось.

Первым Ян Хуаюэ позвонил ее агент, принявшись отчитывать ее, как только актриса взяла трубку.

Затем она получила звонок от Гао Цзиньдуна. Теперь в его голосе отсутствовала доброта, и говорил мужчина исключительно строго:

— Хуаюэ, если хочешь выжить в нашем обществе, нельзя делать, что вздумается. Чувствовать досаду и жаловаться – нормально, но в некоторых случаях, даже если ты права, а другой человек – нет, нельзя это объявлять во всеуслышание. Ранее я помог тебе из-за твоего отца. Твой путь шел гладко с самого начала. Ты не вовлекалась в скандалы, поэтому до сих пор не выросла, оставшись еще незрелым ребенком. Тебя не в чем винить, это моя вина. Я тебе не родственник, так что рядом буду не всегда. В будущем ты можешь полагаться только на себя, понимаешь?

Ян Хуаюэ поспешно ответила:

— Дядя Гао, теперь я знаю, что провинилась, — она уже осознала, насколько плохую создала ситуацию, и чувствовала вину с сожалением за неспособность сдержать тот порыв.

— Удали тот пост в Weibo, для заботы обо всем остальном я найду нужного человека. Притворимся, что этого никогда не было.

Закончив нравоучение, Гао Цзиньдун тягостно нажал отбой.

Ян Хуаюэ вновь зашла на свою Weibo-страничку. В этот момент до нее наконец-то дошло, что за исключением ее фанатов все остальные не вмешивались, наблюдая со стороны. Они все смотрели, как она и Фэн Цинъюй теряют репутацию. Цяо Синь, Тан Ту, Лу И, Чэн Фэнлань и даже Сюэ Фэйюнь. Никто из них не желал выступить и в открытую ее поддержать.

Ян Хуаюэ впервые ощутила на себе беспомощность. Пока не появилось очень неприметное уведомление из Weibo.

[Принцесса Мань лайкнула вашу публикацию.]

Потускневшие глаза Ян Хуаюэ снова загорелись.

Когда кто-то полностью терял надежду, временами ее мог вернуть самый обычный и сподручный лайк. Столь банального действия оказалось достаточно, чтобы вызвать у отчаявшегося человека чувство благодарности.

Лю Мань уже числилась в подписчиках Ян Хуаюэ. Она отдыхала в своем номере и увидела ее жалобу, пока листала ленту Weibo. Девушка наблюдала за всем процессом и разгоранием конфликта.

По одной только публикации Ян Хуаюэ она не смогла сказать, кого та имела в виду под «всезнайкой». Все сцены с участием Лю Мань отсняли в прошлом, тогда как съемки Фэн Цинъюй только начались. Они с ней не встречались ни на съемочной площадке, ни за кулисами. До сегодняшнего дня Лю Мань видела ее всего раз и то на церемонии открытия. Впрочем, даже если бы их поставили друг напротив друга, Фэн Цинъюй посчитала бы ее слишком ничтожной, чтобы заводить с ней беседу.

По правде говоря, единственная причина, исходя из которой Лю Мань решила лайкнуть пост Ян Хуаюэ и встать на ее сторону, заключалась в том, что фанаты Фэн Цинъюй называли ту «красавица Юй».

Для нее существовала только одна красавица Юй. Даже невзирая на то, что женщина умерла несправедливой смертью две тысячи лет назад, Фэн Цинъюй все равно не имела права брать ее прозвище.

Видя, как все называли ту актрису «красавицей Юй», Лю Мань испытывала сильный дискомфорт и печаль.

В конечном итоге Ян Хуаюэ решила удалить свой пост в Weibo. Взамен ему она тотчас создала красную праздничную публикацию:

[Новогодняя ночь уже близко. Желаю всем счастливого китайского Нового года!]

Поисковый тег #Перепалка Между Фанами Ян Хуаюэ и Фэн Цинъюй# был удален Гао Цзиньдуном, и все следы недавнего конфликта в Weibo также подтерли. Все вернулось на круги своя, будто бы ничего и не случалось, а воспоминания пользователей о том противоречии казались массовой галлюцинацией.

На следующий день Фэн Цинъюй продолжила сниматься, как обычно. Она даже перекинулась парой слов с Ян Хуаюэ в уборной, вовсе не выглядя сердитой.

Последняя вздохнула с облегчением. Конфликт, как ей казалось, наконец-то был исчерпан.

Тем не менее, реальность доказала ее чрезмерную неопытность.

После жалобы Ян Хуаюэ в Weibo прошло три дня. Был канун Нового года.

Лю Мань ранним утром получила несколько красных WeChat-конвертов.

Первый прислала мать, Чжан Пэй. Женщина перечислила дочке 1 000 юаней.

[Береги себя в Шанхае. Я встречаю Новый год в доме твоих бабушки и дедушки. У нас все хорошо, так что не переживай.]

Простое теплое сообщение содержало в себе море материнской любви.

Второй красный конверт был от Юй Чжаня, внутри которого обнаружились 100 юаней, дополненные простым «С Новым годом». Он еще прошлым вечером выложил невероятно милую фотографию Рассвет и Пола. Обоих питомцев парень вырядил в красные наряды, атмосфера снимка получилась праздничной. Искренний Пол во всю зубоскалил, словно улыбаясь, а Рассвет выглядела недовольной, потому как не любила носить одежду. Это для нее было сродни смерти. Лю Мань сделала репост той записи тем же вечером, и к нынешнему моменту под ним собралось несколько десятков тысяч лайков. А еще количество подписчиков [Я ветеринара] достигло 10 000.

Лю Мань отправила Юй Чжаню ответный красный конверт со 100 юанями.

Парень открыл подарок в тот же момент, после чего написал ей сообщение.

[Сегодня канун Нового года. Чем планируешь заняться?]

[В последние два дня все заняты на съемках. У нас нет ни праздничного настроения, ни специального уведомления от команды.]

[Понял.]

Юй Чжань ответил коротким сообщением и перестал писать.

Третий красный конверт был от Ли Сяожу. Одногруппница вложила туда 520 юаней и текстом: [Моей дорогой Маньмань. (*¯ ³¯*)♡]

Усмехнувшись, Лю Мань ответила подарком с 521 юанем. [Моей дорогой Сяожу. (*≧ω≦*)]

Четвертый конверт прислала Сяо Кэ. Певица подарила ей 2 000 юаней и настрочила восторженное сообщение: [Счастливого Нового года, моя богиня! Не жалуйся на маленькую сумму в конверте и не вздумай отправлять обратно! Я все равно не приму. (^_~)]

Раз Сяо Кэ так сказала, то Лю Мань, естественно, не стала слать ответный красный конверт. Девушки не нуждались в этой фальшивой вежливости.

Конверт от [Феи Персик] пришел пятым. Та всегда была щедрой, часто одаривая Лю Мань на стримах Сказочными Каретами. По этой причине девушка не видела ничего необычного в том, что получила 1314 юаней.

п.п.: В китайском есть разговорный язык, который все знают. 520, отправленная Ли Сяожу сумма, означает «Я люблю тебя», а 1314 – «До конца моих дней».

Лю Мань ответила конвертом с 1314,52 юанями.

Как только подарок был отправлен, на экране телефона выскочило уведомление:

[Тан Ту прислал вам красный конверт.]

Лю Мань нахмурилась. Притворившись, что ничего не видела, она оставила его без внимания.

Тем временем во всех групповых чатах, где она состояла, красные конверты летели целыми потоками. В отличие от университетского, в котором сидели бедные студенты, чат съемочной группы наводнили самые большие красные конверты.

Цю Цзин со словами «Счастливого Нового Года всем!» отправила подарок с 10 000 юаней. Аналогичные суммы поступили и от Е Цзыаня с Гао Цзиньдуном. Фэн Цинъюй и Цяо Синь прислали по 5 000 каждый, а Тан Ту с Ян Хуаюэ – по 3 000.

п.п.: Красные конверты в WeChat, которые отправляются в групповые чаты, отличаются от приватных. В групповых чатах отправители выбирают, сколько человек могут получить конверт, после чего система в момент открытия случайным образом дает пользователю определенную сумму денег. Например, вы может отправить конверт с 5 юанями и сделать так, чтобы открыть его могли только двое. Далее система произвольно переведет одному 3 юаня, а другому – 2. Либо же может случиться и такое, что один человек получит 1 юань, а другому достанется 4.

В рабочих групповых чатах каждый отправлял красный конверт согласно своей должности в съемочной группе. Когда важные лица слали конверты, остальные немедля пытался их открыть. В чате команды состояло более четырехсот человек, там была даже массовка, имевшая в фильме всего две реплики. Любой мог получить минимум пару сотен юаней, а везунчикам доставалось и несколько тысяч. Получать деньги таким образом было куда легче, чем зарабатывать их на съемках. В чате постоянно мелькали тысячи сообщений. Все, кому повезло открыть красные конверты, спамили смайликами и сообщениями по типу: [Спасибо, господин] или [Прекрасный день начинается с красного конверта].

Лю Мань была невнимательна и пропустила множество конвертов. Она пролистала историю чата и нашла несколько оставшихся подарков. В итоге ей удалось нажиться чуть более чем десятью юанями.

Пока девушка проверяла, сколько денег у нее осталось в WeChat, Цю Цзин добавила ее в новый групповой чат. Назывался он [Новогодняя Вечеринка]. В нем не насчитывалось даже 50 участников, однако их количество продолжало расти.

Управляющий этим чатом объявил:

[Сегодня мы планируем устроить вечеринку в секции «Принцесса Сисси» в ресторане на четвертом этаже отеля Quan Jing. Хотелось бы поблагодарить каждого за усердную работу в период зимних каникул, предназначенных для проведения отдыха с родными.]

Отель Quan Jing имел шесть звезд и располагался рядом с рекой Хуанпу. Цю Цзин, Тан Ту и другие главные актеры жили именно там.

Организация такой вечеринки в столь роскошном месте стоила невероятно дорого.

Затем от менеджера пришло еще одно сообщение:

[Если у вас нет времени, если вы заняты даже больше, чем наши продюсеры Цю и Гао, если не сможете присутствовать, тогда дайте нам знать в этом групповом чате сейчас.]

Вопрос был задан очень безжалостным образом. Разве посмел бы кто сказать, что не сможет прийти?

[Поняла!]

[Понял!]

…

Образовалась целая полоса, состоящая из «Понял!» или «Поняла!».

Лю Мань тоже отписалась.

На миг задумавшись, она нашла в WeChat Юй Чжаня и отправила ему сообщение.

[Менеджер только что сказал, что у нас будет вечеринка в отеле Quan Jing.]

Парень ответил мгновенно.

[Хорошо.]

Начало ужина назначили на шесть часов.

Самые важные члены съемочной группы жили в том же отеле, так что время как раз совпадало с их привычной трапезой. Отель, где поселили Лю Мань, находился не очень далеко от указанного места, но, помня о возможных пробах, она вышла из номера ровно в пять.

Весь четвертый этаж отеля Quan Jing занимал ресторан, разделенный на пять секций. Каждую из них назвали аналогично старым вестернам: «Принцесса Сисси», «Есения», «Унесенные ветром», «Касабланка» и «Римские каникулы».

Лю Мань заметила вывеску отеля издалека, еще когда ехала в такси. Всего в здании было 42 этажа, а размещалось она на берегу реки Хуанпу. В большинстве своем отель был отделан стеклом, ввиду чего казалось, будто он сияет под солнечными лучами. На территории отеля был даже частный сад. Раскинулся он на части речного берега, благодаря чему у постояльцев имелся личный участок для прогулок.

Такси остановилось у входа в гостиницу. Красивый официант в униформе открыл Лю Мань дверь.

— Прошу, госпожа.

В ресторане к ней сразу подошла официантка, спросив, куда она направляется.

Такое внимательное и дотошное обслуживание польстило Лю Мань.

Сегодня был Новогодний вечер, потому все столики в ресторане на четвертом этаже бронировались заранее. В каждую секцию имелся собственный вход и личный лифт, так что толкучки не наблюдалось. Такая структура гарантировала абсолютную конфиденциальность.

Лю Мань прибыла очень рано, однако была не первой.

Цю Цзин заказала шесть столов в секции. Само помещение оформили в красный цвет, цвет праздника. Даже в качестве цветов в вазы поставили красные розы. Смотрелось это вполне роскошно и показушно, но не безвкусно.

На спине каждого стула были таблички с именами. Ближние к передней части комнаты столики отводились главным актерам и тем, кто имел наиболее важное отношение к производству фильма. Лю Мань отыскала свое имя на одном из столов у выхода.

Перед приездом в отель она просмотрела список всех участников нового группового чата. Вся массовка, актеры, что притворялись случайными прохожими, и даже тот учитель с большим количеством реплик, чем у нее, приглашены не были. Единственная причина, почему сюда позвали Лю Мань, заключалась в Цю Цзин.

Главные актеры еще не пришли, поэтому Лю Мань не смела садиться за стол. Она вышла через одну из боковых дверей, прошлась до общей зоны четвертого этажа и собиралась провести себе мини-экскурсию по этому вычурному отелю.

Ей никогда не доводилось видеть такое место, ни в своей прошлой жизни, ни в воспоминаниях прежней владелицы тела.

В то же время перед отелем остановился Роллс-Ройс. Официанты по одному лишь взгляду поняли, что автомобиль принадлежал их начальнику.

К их удивлению, тот сидел не на заднем сидении, как обычно, а на переднем пассажирском. Мужчина сделал жест рукой, чтобы сотрудники не приближались, и открыл заднюю дверь лично. Он с улыбкой обратился к сидевшим внутри людям:

— Сегодняшним вечером вы мои ВИП-гости.

Когда оставалась еще пара минут до того, как часы пробьют шесть, большинство людей из съемочной команды уже собрались и заняли отведенные места.

Для участия в этой вечеринке Цю Цзин и Гао Цзиньдун прилетели в Шанхай во второй половине дня. Они оба сидели за передним столом. Е Цзыань расположился рядом с Цю Цзин.

Ян Хуаюэ имела связи с Гао Цзиньдуном, так что должна была сидеть возле него, но ее сместили на одно место, поскольку соседнее отвели человеку из отдела режиссуры. Еще кресла за передним столом достались помощнику режиссера, Фэн Цинъюй, Цяо Синю и Тан Ту.

Если бы присутствующие внимательно прошлись взглядом по всем местам, то заметили бы одно пустое за главным столом.

В съемочной группе было предостаточно людей, которые любили посплетничать. Помощница гримера, сидевшая по левую руку от Лю Мань, общалась с помощницей реквизитора.

— Кому это оставили место рядом с режиссером Е? Разве еще не все здесь?

— Я только что ходила посмотреть. На спинке кресла табличка с именем «Е Цзылян».

— Что за Е Цзылян? Ой, стойте-стойте-стойте. Нашего режиссера зовут ведь Е Цзыань?

— Угу, значит Е Цзылян – наверняка его брат.

Беседа между этой двоицей неизбежно доносилась до Лю Мань. Но к ней тема обсуждения никакого отношения не имела, вот она и не воспринимала ее всерьез.

Сюэ Фэйюнь, Чэн Фэнлань и Лу И сидели за вторым столом. Там тоже имелось пустующее место.

Как только стрелка часов указала на цифру шесть, в парадные двери вбежала знакомая Лю Мань девушка. Когда она вошла в секцию, ее шаги чуть замедлились и вскоре привели ее ко второму столу.

— Простите, брат Фэйюнь, простите. Я не специально опоздала, просто пробки сейчас ужасные, — Сяо Кэ извинилась пере композитором, словно боялась его разозлить.

— Садись уж. Ты пришла как раз к началу, это не считается опозданием.

Сяо Кэ быстро заняла соседний от Сюэ Фэйюня стул.

— Кто она? Выглядит незнакомо. Она вообще из команды? Почему я раньше ее не видела? — ассистентка гримера опять начала шептаться. — И чего это ее посадили за второй стол?

— По-моему, это известная интернет-певица. Как там ее? Эм-м-м-м. Точно, Сяо Кэ, ее зовут Сяо Кэ, — помощница реквизитора узнала девушку.

— А, да. Теперь, когда ты сказала имя, я ее вспомнила. Это та самая Сяо Кэ, я видела, как она поет в интернете. Странно… Почему интернет-певица пришла на вечеринку нашей команды? Она как-то связана с наставником Сюэ?

— Как знать. Ты и сама в курсе, насколько темный и загадочный мир шоу-бизнеса. Лучше давай не лезть в чужие дела и наслаждаться сегодняшним пиром.

Лю Мань тоже любопытствовала, почему Сяо Кэ появилась сегодня здесь, однако у нее хотя бы имелась догадка.

Е Цзыань посмотрел на время и обратился к Цю Цзин и Гао Цзиньдуну:

— Хватит ждать. Давайте отведаем здешних блюд.

Он подал знак официантке позади, и спустя минуту она начала расставлять еду по столам. Когда все было подано, режиссер поднялся с речью.

— Сегодня новогодний вечер, один из наиважнейших дней для нас, китайцев. Нам нужно выпустить фильм в прокат в ближайшее время, из-за чего не все смогут вернуться домой на Новый год. Я приношу вам глубочайшие извинения. Продюсер Цю и продюсер Гао знают, как усердно все трудились, поэтому прибыли из столицы сюда, чтобы провести этот Новый год с вами. Сегодняшним вечером мы – семья. Предлагаю за это выпить.

Е Цзыань осушил свою рюмку маотая одним залпом.

п.п.: Маотай – китайский крепкий алкогольный напиток, названный в честь городка Маотай в провинции Гуйчжоу, где его производят.

Собравшиеся поддержали его аплодисментами и криками «ура!».

Мужчина снова наполнил стопку и продолжил:

— Вторую рюмку давайте выпьем за наших продюсеров: Цю Цзин и Гао Цзиньдуна. Спасибо вам за поддержку этого фильма и за весь проделанный путь ради того, чтобы провести этот вечер с нами.

Выпив, он опять подлил в сосуд спиртное.

— В третий раз выпьем за всех присутствующих. Большое спасибо вам за неустанную работу в этом месяце, за проявление терпимости к моему плохому характеру, за отсутствие возражений, когда я вас ругал. Правда, не хотелось бы узнать то, как вы отзываетесь обо мне, когда я этого не слышу.

Последние его слова повлекли за собой взрыв смеха.

Когда Е Цзыань опрокинул третью стопку, на его лице проступил легкий румянец.

Затем он сел на место, и Цю Цзин поставила перед ним недавно поданную тарелку.

— Закуси, ты и так много выпил.

Помощница гримера рядом с Лю Мань сказала:

— Режиссер Е произнес тост за нас вначале, значит нам потом нужно ответить ему тем же. Ох, и нам придется пить вино. За главным столом столько людей сидит, что на тосты для всех них понадобится выпить не менее четырех литров…

Помощница реквизитора махнула рукой.

— Мы мелочь, главные не станут уделять внимания ни нам, ни нашим тостам в их честь. А еще нам бы вместо маотая пить красное вино, иначе ни в жизнь не выживем после стольких стопок!

— Просто произнеси тост режиссеру Е и главным продюсерам. Остальные столы можно и пропустить.

Таковой была деловая социальная активность, включавшая в себя стратегии и вежливость. Пока Лю Мань слушала эту пару, она оставалась в непонимании. Что в прошлой жизни, что в этой, девушка ни разу не оказывалась в подобных ситуациях. Да и красное вино тоже не пила.

Лю Мань знала, что тем традиционным принцессам во дворце жилось гораздо лучше, нежели ей. Они следовали за императором с самого детства, в связи с чем их обучали и предоставляли возможности получить опыт во многих подобных мероприятиях.

— Так, ладненько. Для начала немного сока, — сказала помощница гримера и уже было потянулась к центру стола за кувшином для упомянутого напитка. Лю Мань поднялась первой, взяла емкость с соком, сняла крышку и налила его двоим соседкам. Затем собралась услужить остальным.

Им это очень польстило.

— Спасибо. Мы сами себя обслужим.

Лю Мань работала с ними на протяжении двух недель, и они знали, что попала она сюда благодаря Цю Цзин. Нынче каждый зависел от социальных связей. Кроме того, даже Тан Ту защищал ее. Следовательно, хоть у нее в сценарии имелось немного реплик, сидевшие за одним столом люди не смели проявлять к ней презрение, а уж тем более не хотели, чтобы она разливала им напиток.

Впечатление, однако, у всех о ней сложилось хорошее. Девушка была скромной и никогда не капризничала касательно костюмов. Всегда старалась вести себя незаметно и ни разу ни с кем не ссорилась.

— Лю Мань, еще несколько дней и все сцены с тобой будут отсняты? — спросил кто-то за столом.

Она кивнула.

— Да.

— Значит, скоро сможешь расслабиться и провести остаток каникул дома.

Девушка горько улыбнулась. Даже по возвращению домой ей по-прежнему предстояло усердно работать ради денег.

Все ели и болтали. Атмосфера стояла очень мирная. В процессе трапезы люди с разных столов начали подниматься и произносить тосты. Первым делом они пили за здоровье сидящих за первым столом, а далее и в честь остальных.

Все в кругу шоу-бизнеса знали, что Сюэ Фэйюнь не пил вино. Сяо Кэ сперва поднялась выпить за Е Цзыаня, Цю Цзин и Гао Цзиньдуна. Далее, с логической точки зрения, ей следовало обратиться к Цяо Синю, Фэн Цинъюй, Тан Ту и Ян Хуаюэ, однако девушка проигнорировала четверку главных актеров, быстрым шагом направившись к Лю Мань.

Судя по восторгу на ее лице, она наверняка хотела прийти сюда давно.

— Моя богиня, мне нужно произнести тост в твою честь, — Сяо Кэ широко улыбалась, стоя перед Лю Мань. Ее глаза сияли.

Певица не состояла в съемочной группе и привлекла множество взглядов своим появлением в ресторане. Вот и сейчас, на виду у всех подбежав к Лю Мань, которая сидела за последним столом, она притянула всеобщее внимание.

— Где-то я уже это видел.

— Разве эта девушка не та интернет-певица… Сяо Кэ? Откуда она знает Лю Мань?

— Народ, присмотритесь к лицу Лю Мань. Видели ее где-нибудь?

— Божечки! Я только сейчас осознала, что Лю Мань – это Богиня Ханьфу из Weibo!

— Я тоже! Это все извечная занятость во время съемок. Мы не смогли узнать столь заметное лицо.

Вот почему Лю Мань была незаметной. До всех лишь в этот момент дошло, что она являлась Богиней Ханьфу.

И опять из-за Сяо Кэ девушка стала самой видной во всем помещении. Ее коллеги, работавшие с ней две недели, словно посмотрели на нее с другой стороны, будто рядом с ними сидел совершенно новый человек.

Лю Мань и Сяо Кэ всегда выступали без макияжа, и Богиня Ханьфу была популярна в интернете недолгий промежуток времени. Большая часть зрителей относилась к младшему поколению, которым нравилось смотреть прямые эфиры, ввиду чего Богиня Ханьфу не оказала влияния на общую толпу.

Большинство сотрудников в съемочной группе были в возрасте старше тридцати лет и являлись профессионалами шоу-бизнеса, поэтому не уделяли особого внимания интернет-трансляциям. Кроме того, на съемках Лю Мань всегда была накрашена и соответствующе одета. Она была Цзи Нин, и окружающие подсознательно принимали ее за этого персонажа. Да и вообще, ни у кого не было столько свободного времени, чтобы стоять и разглядывать второстепенных актеров.

— Лю Мань, я очень благодарна тебе за то, что ты появилась в моей жизни.

Это был первый раз, когда Сяо Кэ произнесла полное имя своей Богини. Теперь она уже не забавлялась с ней, называя ее «Сестренка», поскольку, как сообщил ей Сюэ Фэйюнь, Лю Мань была на три года младше ее.

Внешне милашка Сяо Кэ выглядела, ясное дело, очень молодо.

Ее тон пропитывала серьезность, а глаза переполняло восхищение, когда она подняла взгляд на Лю Мань.

Последняя поняла, о чем та говорит. Из слова Сяо Кэ она осознала, что Сюэ Фэйюнь уже начал сотрудничать с ней, а иначе, откуда бы еще эта девушка узнала ее полное имя, и зачем смотрела бы на нее, словно на кого-то невероятно потрясающего?

Сяо Кэ держала рюмку с маотаем. Под всеобщими взглядами она залпом выпила ее содержимое. Ее движения были смелыми и свободными, она ведь все-таки взобралась с самого низа индустрии.

За свою жизнь Сяо Кэ посетила самые разнообразные бары. Распитие вина, провозглашение тостов и необходимость выпивать полные бокалы – это то, чем ей часто доводилось заниматься. Все это являлось частью ее работы, так что она уже выработала большую устойчивость к спиртному. Банальная пара стопок была для нее плевым делом.

— Браво, браво! — кто-то начал аплодировать Сяо Кэ, и другие переняли его пример.

На таких социально-деловых мероприятиях она была незаменимой смелой женщиной. Певица начала эту цепочку тостов, которую подхватили и остальные, став провозглашать собственные речи.

Лю Мань повернулась с желанием налить немного красного вина, чтобы ответить Сяо Кэ взаимным тостом, но та ее остановила.

— Мне можно пить вино, а тебе не стоит. Даже от красного лучше воздержаться.

В представлении Сяо Кэ ее Богиня была непорочной, нетронутой, святой и хрупкой девушкой. Разве могла она позволить ей даже притронуться к вину?

На этих словах интернет-звезда налила в стакан Лю Мань сок и сказала:

— А вот это как раз самое то.

К тому моменту к ним со своим стаканом сока подошел Сюэ Фэйюнь, чокнувшись им с девушкой.

— Спасибо большое за рекомендацию Сяо Кэ. Она разрешила мои проблемы с финальной песней. И со словами к главному саундтреку тоже.

Лю Мань удивилась. Она догадывалась, что Сяо Кэ имела определенное отношение к производству заключительной песни, но то, что Сюэ Фэйюнь поручил ей еще и написание текста для главного произведения, стало для нее неожиданностью.

— И какой получился текст? — любопытство подтолкнуло ее спросить. Превосходная песня просто обязана была сопровождаться прекрасными словами.

Композитор моргнул.

— Я оставлю тебя в неведении. В любом случае увидеть текст тебе позволят только после меня, Сяо Кэ и режиссера Е.

Лю Мань еще пыталась осознать сказанное Сюэ Фэйюнем, когда услышала свое имя, произнесенное менеджером.

— Лю Мань, только ты не произнесла тост режиссеру Е!

На тот момент бокалы за Е Цзыаня и Цю Цзин подняли уже все. На лицах присутствующих проступило явное покраснение. Цю Цзин хоть и была женщиной, зато обладала лучшей стойкостью к алкоголю, чем даже Сяо Кэ. Деловым женщинам приходилось пить вино, если они хотели продвигаться по карьере.

После прозвучавшей фразы менеджера Е Цзыань посмотрел на Лю Мань.

Его взгляд сильно ее испугал, он всегда казался превосходящим и требующим чего-то. Она словно вновь оказалась на съемочной площадке, где требовалось ему повиноваться.

Во время таких ужинов тосты за начальников и руководителей были проявлением базовой вежливости. Таковыми ей приходились люди за столом Е Цзыаня.

Сюэ Фэйюнь заметил тревогу Лю Мань. Ей недоставало смелости и раскрепощения Сяо Кэ. Мужчина положил руки на ее плечи и сказал знающим тоном:

— Не бойся, это всего-навсего тост. Как скажешь, возвращайся обратно к нам, никто не станет к тебе придираться.

Лю Мань с кивком и стаканом в руке подошла к режиссеру и произнесла:

— Режиссер Е, спасибо вам большое за то, что наставляли и поучали меня.

Все первым делом обращались к Е Цзыаню. Всего там собралось свыше пятидесяти человек, так что, даже делая маленький глоток спиртного после каждого тоста, он все равно не смог бы держаться. Мужчина уже малость опьянел, его лицо покраснело, а все тело пропахло вином.

Е Цзыань продемонстрировал Лю Мань легкую улыбку, что делал редко. Он, кого все привыкли видеть суровым, с этой улыбкой смотрелся симпатично. Тридцатилетний режиссер был весьма молод, тем не менее то извечно понурое выражение заметно его старило.

— Дело не в моих поучениях. Ты сама исключительная личность, — сейчас Е Цзыань на все тосты отвечал только комплиментами. Ну а что еще, если не их, он мог говорить в новогодний вечер? Критику? Канун Нового года на то и был праздником, чтобы все радовались.

Лю Мань, которой редко доводилось слышать от Е Цзыаня похвалу в свой адрес, почувствовала себя крайне удачливой и почтенной. Ее губы изобразили слабую улыбку. В этой пьяной и пропахшей алкоголем толпе она была сродни чистому и нетронутому цветку лотоса.

На нее смотрели все. Одни с изумлением, а другие – со зреющими планами…

Цяо Синь вдруг сказал:

— Ты произносишь тост режиссеру Е с соком в стакане? Знаешь, как это выглядит со стороны? Остальные пили за него маотай или хотя бы красное вино. А ты пришла всего-то с соком, значит не уважаешь режиссера.

Стоявший рядом с ним Тан Ту нахмурился и ввязался в разговор, чтобы опровергнуть его слова:

— Лю Мань – девушка, и вполне логично, что она не имеет стойкости к алкоголю. Прояви больше лояльности.

Несогласие Тан Ту было именно тем, чего добивался Цяо Синь.

— Но разве продюсер Цю не женщина? А Цинъюй с Хуаюэ? И Сяо Кэ? Почему они могут пить вино, а Лю Мань – нет? Хочешь сказать, для тебя она отличается от других женщин? У всех есть хотя бы минимальная устойчивость к спиртному. Раз ты так хорошо знаешь Лю Мань, может произнесешь тост за нее?

Тан Ту вмиг осознал, что Цяо Синь намеренно бросил вызов именно ему.

Когда это он успел сделать его своим врагом?

Упомянутые Цю Цзин и Ян Хуаюэ опешили. Вскоре они поняли задумку Цяо Синя. Если Тан Ту выпьет за Е Цзыаня вместо Лю Мань под взорами всех, тогда люди начнут подозревать его в отношениях с ней. Нелегкую ситуацию создал им главный актер.

Цю Цзин собиралась сказать что-то с целью разрядить ситуацию, однако Цяо Синь продолжил:

— Продюсер Цю, вы выпили за этот вечер так много и опьянели лишь чуточку. Все мы знаем, что вы закончили тот же университет, где учатся Тан Ту с Лю Мань, и вы же привели к нам их обоих. Но будущее этих ребят зависит от них самих, вы не можете извечно находиться рядом. Насколько утомительно для вас будет помогать им во всем? Так они никогда не повзрослеют.

Цяо Синь не просто так являлся опытным представителем шоу-бизнеса. Говорил он складно, а в его словах не имелось ни малейшей лазейки. Он не дал Цю Цзин возможности спасти Тан Ту. Профессор лишь тихо вздохнула.

«Каким образом Тан Ту нажил себе такого врага?»

Цяо Синь поднял чистую рюмку, налив в нее маотай. Далее он вручил ее Лю Мань и заговорил тоном, способным убедить несовершеннолетнюю:

— Выпить это за здоровье режиссера Е будет более уважительно. Все это сделали. Всего одна рюмка, можешь даже выпить чуть меньше.

Эта стопка с алкоголем была ловушкой.

Если бы Лю Мань выпила маотай в честь Е Цзыаня, тогда ей пришлось бы выпить его же после тоста в адрес Цю Цзин, Гао Цзиньдуна и всех остальных. В противном случае она бы проявила к ним неуважение.

Сяо Кэ стояла в стороне от толпы и испытывала сильную тревогу. К сожалению, она не являлась частью съемочной группы и не имела надлежащего происхождения, то бишь вообще никак не могла повлиять на ситуацию. Девушка и так была благодарна Сюэ Фэйюню за приглашение на этот ужин. Никто не знал, сколько много врагов она обретет, если поможет сейчас Лю Мань.

Сюэ Фэйюнь тоже оказался беспомощным. Он был независимым композитором и работал с командой на условиях сотрудничества. Мужчина не имел права приказывать или останавливать кого-либо. Наряду с этим у него была аллергия на вино, и он даже притрагиваться к нему не мог. Это являлось еще одной причиной невмешательства композитора, а не то пить заставили бы и его.

Тан Ту уже начинал закипать. Его рука сжалась в кулак, и он в следующую секунду собирался выхватить рюмку у Цяо Синя.

Как вдруг к последнему потянулся кто-то еще, крепко сжав стопку в стройной ладони. Этим человеком, ко всеобщему удивлению, оказалась Ян Хуаюэ.

— Брат Цяо, нехорошо ставить девушку в трудное положение. Лю Мань даже моложе меня и еще не закончила учиться. Можно сказать, она еще ребенок! Я выпью за здоровье режиссера Е вместо нее. Поскольку я тоже девушка, то и проблем никаких быть не должно, верно говорю?

Цяо Синь даже подумать не мог, что Лю Мань выручит Ян Хуаюэ, совсем никак не причастный к этой ситуации человек. Актриса тем временем мужественно глядела ему в глаза. Она выразилась ясно. В этот раз девушка собиралась помочь Лю Мань.

Остальные зрители сочли этот ее поступок очередной глупостью, из-за которой она, как и в прошлый раз, обратит всех против себя.

Еще недавно улыбавшийся Гао Цзиньдун резко переменился в лице. Теперь он холодно смотрел на Ян Хуаюэ и собирался отругать эту до глупости бесстрашную девицу.

Фэн Цинъюй до сих пор оставалась в числе наблюдателей, но теперь со слабой улыбкой сказала:

— Я и не знала, что эта молодая девушка на роли Цзи Нин способна произвести глубокое впечатление! Похоже, она всем нравится, — на этом моменте она посмотрела непосредственно на Ян Хуаюэ и продолжила мягким голосом: — Хуаюэ.

Даже очень мягким голосом.

— Только что, когда я пила в твою честь, ты разве не говорила, что быстро пьянеешь? Я помню, ты сделала лишь маленький глоток. Но сейчас решила выпить целую стопку ради этой девушки? Неужто можешь контролировать степень опьянения в зависимости от того, за чье здоровье пьешь? Или ко мне и режиссеру Е ты относишься по-разному?

Фэн Цинъюй безжалостно создала для Ян Хуаюэ ловушку.

Последняя уж никак не ожидала подобного. В этот момент она попросту не могла придумать, чем ответить.

Да, буквально минутами ранее она специально отказалась пить в честь Фэн Цинъюй и сделала всего один формальный глоток. Несмотря на удаленные следы конфликта и споров в Weibo, Ян Хуаюэ все равно была недовольна главной актрисой. Та, разумеется, вела себя так, будто бы все нормально, когда они снимались в совместных сценах, однако это не означало, что она не ненавидела Ян Хуаюэ за ее недавний поступок. Фэн Цинъюй относилась к самому страшному типу людей. Все свои замыслы держала при себе и наносила удар в спину, когда человек ожидал этого меньше всего.

Пока она резко говорила с Ян Хуаюэ, все вокруг притихли.

Окружающие знали о недавнем фарсе между этими двумя актрисами. Они думали, что Фэн Цинъюй уже все простила, так что никто не ожидал от нее столь внезапного объявления войны. Получилось очень поразительно – война из Weibo переместилась в реальность. Люди и в соцсети-то только глазели на происходящее, а здесь и подавно решили остаться сторонними наблюдателями.

— Хуаюэ, тут ты не права. Почему бы не тебе сперва не извиниться перед Цинъюй, выпив эту стопку?

«Я не права?»

«С чего это я не права?»

«И почему вообще должна извиняться перед Фэн Цинъюй?»

Ян Хуаюэ испытала сильную несправедливость и обиду, но под пристальным взглядом Гао Цзиньдуна могла только мысленно негодовать, ничего из это не произнося вслух. Продюсер был ее лучом в мире шоу-бизнеса. Без него ее карьере пришел бы конец.

Ян Хуаюэ извинительно посмотрела на Лю Мань, лишь в мыслях сказав:

«Прости, я не могу помочь».

До чего же жестоким был этот мир? Всего два дня назад девушка дулась на всех из команды, кто проявлял к ней безразличие и безжалостность.

А сейчас она сам стала одной из них. Той, кто предавал другого человека ради собственной выгоды. Она бросила в беде единственную девушку, от которой получила психологическую поддержку в момент крайней беспомощности.

Ян Хуаюэ взяла ту рюмку из рук Цяо Синя, направившись к Фэн Цинъюй. Она улыбалась, однако в глаза ей смотреть не могла.

— Сестра Цинъюй, я была не права. И приношу за это свои извинения. Это мой тебе тост.

Затем, не дожидаясь ответа Фэн Цинъюй, закрыла глаза и разом выпила содержимое. Выпила, судя по всему, слишком быстро, из-за чего в итоге даже закашлялась, после чего тихо вернулась на свое место.

Фэн Цинъюй неотрывно следила за ней боковым зрением. В этот она напоминала ядовитую змею.

Цяо Синь ненавидел Тан Ту за не наигранный удар в той сцене. Фэн Цинъюй ненавидела Ян Хуаюэ за то высказывание в Weibo. Лю Мань же стала не более чем боксерской грушей для вымещения недовольства их обоих.

Е Цзыань был сообразительным человеком и с первого взгляда сумел заметить проблемы. Опьянел он лишь немного, и сейчас максимально здраво воспринимал окружение. Чего больше всего боялась команда? Развала, ставшего итогом несогласия и стычек людей. Вот и в команде Е Цзыаня сейчас главные актеры встали по разные стороны баррикад. В текущий момент он не мог принять ни одну из сторон. Ему еще требовалось доснимать фильм с каждым из них.

Тан Ту по-прежнему хотел помочь Лю Мань.

Цю Цзин схватила его за рукав и аккуратно покачала головой, словно говоря глазами: «Не заводись».

Парень разжал кулаки, сжал их обратно и в конечном итоге отступился. Взрослый мир не прощал подобного своеволия. Им правили могущественные и богатые. Цяо Синь и Фэн Цинъюй не были вегетарианцами. Если бы кто-то выступил против них сегодня, завтра они бы придумали парочку способов скверно им отомстить.

Лю Мань наблюдала за тем, как пытавшиеся помочь ей люди становились мишенями. От этого она испытывала неловкость и сильное чувство вины.

При этом девушка сказала с улыбкой на лице:

— Раньше я никогда не пила, поэтому не знаю, смогу ли. Но я попробую. Вдруг у меня хорошая устойчивость к спиртным напиткам?

В ее голосе слышались нотки неодобрения к самой себе, однако в то же время она выручала Тан Ту и Ян Хуаюэ, чьи попытки выручить ее закончились неудачей.

Видя, чем все обернулось для тех двоих, больше никто в помещении не решался прийти на помощь Лю Мань. Какая там помощь, все наслаждались подобным фарсом.

Лю Мань подняла пустую рюмку со стола и налила в нее маотай. До носа тотчас донесся запах спиртного, что неудивительно, учитывая известный напиток. Дышать стало чуть тяжелее, однако пахло хорошо. Лю Мань расслабилась и перестала медлить. Она планировала осушить содержимое стопки залпом, как это сделала Ян Хуаюэ.

Тогда же парадная дверь резко распахнулась, и в комнату вошли четверо мужчин. В помещении стоял шум. Многие уже давно покинули свои места и пили, произносили тосты, общались, заставляли пить других и смеялись. На них довольно долго никто не обращал внимания.

Только помощник Е Цзыаня увидел среди вошедших его младшего брата, Е Цзыляна.

— Режиссер Е, ваш брат пришел, — склонившись, прошептал ему на ухо ассистент.

К этому времени Е Цзыаню уже не было дела до тоста Лю Мань, поэтому он поднялся с места и поспешно зашагал навстречу Е Цзыляну. Режиссер являлся главным на мероприятии, центром внимания. Когда он начал двигаться, взгляды всех сместились к нему. Присутствующие с любопытством смотрели, куда он шел. Люди на вечеринке, казалось, пришли к молчаливому пониманию и постепенно успокоились. Остались только тихие шепоты с вопросами о личностях новоприбывшей четверки.

Один из них, с самого права, выглядел почти как Е Цзыань. Просто казался чуть моложе, и черты лица у него были помягче. Большая часть присутствующих никогда не видела брата режиссера Е, однако они смогли догадаться о родственных связях между этими двумя.

Человек слева выглядел посредственно, но даже так с головы до ног вырядился в одежду люксовых брендов. Он непреднамеренно поднял руку, демонстрируя дорогие часы на запястье. Бриллианты на них освещались хрустальной люстрой и сверкали на ярком свету, способные ослепить любого.

Самый привлекательный из группы шел посередине. Одежда его не так выделялась, как у мужчины слева, но фигура у него была хорошей: стройные и прямые ноги, ровная при каждом шаге спина, и простой наряд, отражающий его вкус. Короткие волосы отличались чистотой и свежестью, а все тело без особых изменений поддерживало изящную и грациозную осанку, что было изумительно.

Рядом с ним шествовал мужчина чуть пониже ростом. Они оба казались сверхлюдьми. Оба выглядели одинаково уникальными, и оба вели себя спокойно в равной степени.

При виде одного из них Лю Мань испытала шок и остолбенела. Она едва не уронила рюмку.

«Почему здесь оказался Юй Чжань?»

Парень тем временем обратил свой взгляд на нее. Улыбнулся притом так по-мальчишески, словно милая и забавная реакция Лю Мань оправдала его ожидания.

Ну разве не достаточно удивительным получился его новогодний сюрприз?

Пока все смотрели, Е Цзылян провел остальную троицу к главному столу.

— Прости за опоздание, брат.

— Только сейчас опомнился? Мы тут уже почти закончили с едой, и вино уже на исходе, — проворчал Е Цзыань, глядя на троих людей за его спиной. У него не представилось шанса задать свой вопрос, потому как со своих мест поднялись Цю Цзин и Гао Цзиньдун.

Выражение на лице последнего полностью отличалось от того холодного взгляда, которым он удостоил Ян Хуаюэ. Сейчас там проступила лучезарная улыбка, и он обратился к юноше рядом с Юй Чжанем.

— Что вы здесь делаете, президент Хэ?

Хэ Лушэнь улыбнулся.

— У меня с друзьями тоже заказан здесь ужин. Какое совпадение. Не ожидал встретить здесь вас, госпожа Цю, — обратился он к Цю Цзин. — Сегодня вы немного перебрали. У вас уже и лицо покраснело, но вы выглядите еще более сияющей и привлекательной.

Любой женщине нравилось получать комплименты от представителей противоположного пола. Слова Хэ Лушэня покорили сердце Цю Цзин. Улыбнувшись, она сказала Е Цзыаню:

— Так, давайте вас представлю. Это Хэ Лушэнь, заместитель генерального директора Huaguang Media.

Услышав слова Цю Цзин, все присутствующие испытали потрясение. В массе своей они не знали имени «Хэ Лушэнь», зато о Huaguang Media слышали все.

Хэ Хуагуан, основатель Huaguang Media, был легендой. Он начал с нуля и самостоятельно создал компанию, которая нынче охватывала более половины китайского шоу-бизнеса. Вместе с тем его детище стало первой отечественной кино- и телевизионной компанией, зарегистрированной в Америке.

Е Цзыань пожал руку Хэ Лушэню, пока тот намеренно его изучал.

Режиссер сильно смутился под таким взглядом и нарочно кашлянул.

— Ой, точно. Нужно же и вас представить, — Хэ Лушэнь показал рукой на известного мужчину рядом с собой, будто только вспомнил об этом, и сказал Гао Цзиньдуну с остальными: — Это Чэн Шэн, владелец отеля Quan Jing.

Отель Quan Jing? Разве не в нем сейчас проходила их вечеринка?

Этот человек был главным в этом здании. С виду он выглядел не старше тридцати. Всех невероятно впечатлила его молодая внешность.

Чэн Шэн привычным действием раздал свои визитки парочке человек, ведя себя как настоящий, опытный бизнесмен.

— Спасибо всем, что пришли в наш отель. Поскольку о вас хорошо отозвался мой друг, а он это делает нечасто, я дам вам 10% скидку на сегодняшний счет.

Цю Цзин и Е Цзыань проживали в отеле Quan Jing все это время и при этом ни разу не сталкивались с Чэн Шэном. Лично они его тоже не знали, поэтому не имели понятия, кого он имел в виду. Кто о них хорошо отзывался?

Е Цзыань тоже оказался в растерянности. Он посмотрел на своего опоздавшего брата и спросил:

— Откуда ты знаешь этих троих?

Е Цзылян с улыбкой развеял замешательство родственника:

— Помнишь, у меня есть двое питомцев? В последнее время я часто хожу в ветеринарную клинику для их осмотра. Это Юй Чжань, ветеринар и владелец той ветеринарной клиники.

Затем он показал на самого привлекательного мужчину в их троице.

Сегодня был судьбоносный день.

Родители Е Цзыаня и Е Цзыляна развелись рано, после каждый из них завел новую семью. С самого детства братья могли полагаться только друг на друга. К счастью, их будущее было многообещающим. Е Цзыань стал режиссером, а Е Цзылян учился по этой же специальности в Англии. По возвращению в родную страну он благодаря связям брата устроился помощником режиссера в отделе документального кино.

В этом году Е Цзыань не смог вернуться в столицу на новогодние праздники, но мужчина также не хотел оставлять брата одного дома, ибо тот только вернулся в Китай. Вот он и предложил Е Цзыляну прилететь на празднование фестиваля в Шанхай, попросив помощника заказать ему билет на самолет.

По воле случая Е Цзылян и Юй Чжань оказались на борту одного и того же самолета, а встретились перед вылетом в аэропорту.

Да, Е Цзылян был господином Е, тем самым вернувшимся клиентом Юй Чжаня.

Должность и род деятельности последнего малость уступали владельцу отеля и наследнику медиакомпании. Казалось, что он не соответствовал их уровню.

Но они все-таки повстречали этого человека впервые, а для будущих встреч не имелось никаких предпосылок. Так зачем было надумывать лишнего? В мыслях присутствующих промелькнула лишь вспышка сомнений.

В таком виде социальной активности требовалась самая обычная вежливость. Е Цзыань и остальные пожали руку Юй Чжаню, поприветствовав друг друга простым пожеланием счастливого нового года.

И все же уважения к нему они проявили меньше, чем при обращении к Хэ Лушэню и Чэн Шэну.

Е Цзылян продолжил объяснять:

— Наткнувшись на господина Юй, я осознал, что мы оба направлялись в Шанхай. Его друзья тоже забронировали места в этом отеле, в соседней секции «Римские каникулы».

Имелось также и несколько моментов, о которых он стыдливо умолчал. Парень прибыл в отель Quan Jing уже давно. Ему было известно о вечеринке Е Цзыаня в секторе «Принцесса Сисси», как и о времени ее начала.

Юй Чжань просто из вежливости спросил его, не хочет ли он поужинать с ними тремя, на что тот без раздумий ответил согласием. Так молодой человек и отправился в их компании к сектору «Римские каникулы».

По этой же причине на текущую вечеринку Е Цзылян пришел уже сытым.

Сам он был очень привлекательным и веселым парнем. В зале «Римские каникулы» он неплохо поел и выпил, параллельно здорово поболтав с Хэ Лушэнем и Чэн Шэном. С первым они обсуждали современное кино и проекты его брата, а со вторым – документальные фильмы об иностранных знаменитых отелях, их пропагандистских моделях и британских обычаях. После данной трапезы у Е Цзыляна появилось два новых друга.

Он чудом познакомился со столь влиятельными людьми и естественно захотел представить их брату, чтобы тот тоже оброс дополнительными социальными связями. Все это в итоге привело к текущей сцене.

Его благие намерения заслуживали восхищения, а надежды соответствовали большинству людей. Цю Цзин тоже хотела большего взаимодействия между Galaxy Film and Television и Huaguang Media, поэтому засмеялась:

— Сегодняшний вечер и впрямь судьбоносный, к тому же еще новогодний. Давай продолжим ужинать вместе по случаю воссоединения. Скажите официантам принести несколько блюд и бутылок вина. У нас тут намечается хороший разговор.

Тан Ту очень ясно уловил подтекст в речи продюсера. Он увел Ян Хуаюэ в сторону и тихим голосом сказал ей:

— Нужно пересесть за другой стол.

За столом умещалось десять человек. Одно из мест главного стола уже заранее было отведено Е Цзыляну, однако теперь, когда помимо него пришло еще три человека, кому-то, ясное дело, требовалось уступить им свои стулья.

Цяо Синь делать этого не хотел, поскольку был не прочь завести знакомство с двумя явно богатыми на вид личностями, и все же правила он знал, поэтому поднялся на ноги.

Теперь пришло время для больших шишек, так что про Лю Мань все забыли. От этого она вздохнула с облегчением.

— Маньмань.

Девушка, конечно же, узнала голос, хотя ранее не слышала от Юй Чжаня такого обращения к себе.

Она в растерянности повернула голову, и он посмотрел на нее. Великолепная хрустальная люстра делала очертания юноши немного размытыми и чуждыми, тем не менее улыбка на его лице по-прежнему оставалась знакомой.

— Ты тоже садись к нам, — сказал ей Юй Чжань.

Голос его прозвучал негромко.

Произнесенные слова услышали только люди у главного стола. Впрочем, для не заставившей себя ждать странной атмосферы этого оказалось достаточно.

Хэ Лушэнь вскинул брови и продемонстрировал многозначительную улыбку, а Чэн Шэн с любопытством стал изучать Лю Мань.

Двое мужчин смотрели очень пристально, отчего ей пришлось уставиться в пол.

При стольких присутствующих людях Е Цзылян заметил девушку только сейчас. Он пришел в восторг! Молодой человек, само собой, до сих пор помнил девушку, которая приходила в ветеринарную клинику. Она нравилась Юй Чжаню.

Теперь ему стало ясно, почему в самолете тот сказал, что летит в Шанхай отпраздновать Новый год с «другом». Под ним он имел в виду не тех двух богачей, а эту красотку.

Люди из съемочной группы повсеместно переглядывались. Гао Цзиньдун посмотрел на Цю Цзин, в его глазах будто застыл вопрос: «Кто стоит за Лю Мань?».

Профессор и сама пребывала в шоке. Среди присутствующих в этом зале она знала о ней больше всех, ведь именно она откопала ее в университете, впоследствии приведя на съемочную площадку.

Однако Цю Цзин была сильной деловой женщиной, которая многое повидала за свою жизнь. Ее ум и искушенность вскоре позволили ей все понять.

Лю Мань являлась обыкновенной студенткой с непримечательным происхождением. Женщина до сих пор помнила тот тяготеющий взгляд в ее глазах, когда речь зашла о зарплате в размере пятидесяти тысяч юаней.

Цю Цзин предположила, что Лю Мань завела личную дружбу с ветеринаром. Судя по всему, она, как и Е Цзылян, держала дома питомца и носила его в клинику Юй Чжаня. Все-таки профессия ветеринара позволяла обзавестись обширными социальными связями. Юй Чжань ведь тоже считался малым предпринимателем. Выглядел он хорошо и производил на окружающих приятное впечатление. Он мог общаться со всеми категориями людей.

В противном случае, будь у Лю Мань хорошие связи, например, тот же Хэ Лушэнь, разве ей понадобилась бы подработка в качестве массовки у них на съемках? Она бы наверняка уже давно стала главной героиней в известном фильме.

Е Цзыань с Гао Цзиньдуном думали о том же.

Свидетелями этой сцены стали Тан Ту и Ян Хуаюэ, пересевшие к тому моменту за второй стол. Во взгляде парня проглядывалось сильное непонимание. Он увидел того человека по имени Юй Чжань и ощутил в нем аналогичную привязанность к Лю Мань.

Ян Хуаюэ злорадно посмотрела на Фэн Цинъюй, которая продолжала сидеть на своем месте. Девушке казалось, что Бог услышал ее молитвы, раз внезапно устроил текущую сцену. Злодеи всегда получали по заслугам, как положено…

«Фэн Цинъюй, теперь ты понимаешь непостоянство. С определенными словами и поступками не стоит спешить слишком сильно. Никто не знает, как все обернется в следующий миг. Ха-ха, ты помогла Цяо Синю, когда тот принуждал Лю Мань выпить. А теперь тебе придется уступить ей место. Принимай свою расплату».

Фэн Цинъюй испытывала невероятную злость.

Huaguang Media планировали съемки фильма о войне в Восточной Хань. Почти все роли в нем должны были играть мужчины, женская имелась только одна, и то второстепенная. Агентство Фэн Цинъюй интересовала эта кинокартина. Как сказал ей менеджер, если она заполучит ту роль, то сможет перескочить со второго актерского ранга непосредственно к первому.

Следовательно, он неоднократно названивал ответственному за этот фильм человеку из отдела кино и телевиденья Huaguang Media в надежде достать Фэн Цинъюй необходимую роль, но в качестве ответа каждый раз слышал: «На данный момент мы должны определить кандидатов на специфические роли, а главные еще обсуждаются». Это был все тот же отказ, только в чуть более приемлемой форме.

У Фэн Цинъюй был богатый покровитель, и пожаловалась она ему сразу, только тот сказал, что в этот раз ничем ей помочь не сможет. Как он сообщил девушке, настоящим владельцем Huaguang Media являлся Хэ Лушэнь, а Хэ Хуагуан постепенно вышел из шоу-бизнеса. Первый больше нравился молодому поколению. О нем ходили слухи, как о человеке со странной личностью, которого трудно было использовать в личных целях.

Покровитель с агентом постоянно упоминали Фэн Цинъюй этого человека в последнее время, поэтому его имя плотно засело в ее памяти, однако актриса не ожидала встретить его на текущем мероприятии. Ей казалось, словно сам Бог предоставил ей эту возможность. Она могла бы подойти к Хэ Лушэню, обольстить его и благополучно заполучить роль.

Имея столь высокие надежды, девушка, разумеется, ни в коем случае не была намерена уступать место. Пересядь она за другой стол, то лишилась бы права даже обратиться к Хэ Лушэню.

Если бы не Ян Хуаюэ, Фэн Цинъюй уже и имя бы Лю Мань забыла. Она считала ее пустым местом. Разве посмела бы еще учащаяся студентка, которая впервые попала на съемки и получила второстепенною роль, в открытую требовать что-то у нее, главной актрисы?

А ее так называемая «поддержка» была попросту нелепой. Обычный ветеринар с небольшим количеством денег, в лучшем случае сумевший открыть только ветеринарную клинику. В Шанхае и столице жили толпы таких людей. Обычно Фэн Цинъюй не удостоила бы его даже взглядом, не говоря уже о приеме пищи за одним столом. Она искренне считала, что этот парень не имел права ужинать с ней.

Таким образом, свое место уступать она не собиралась.

Все это время актриса продолжала сидеть без каких-либо движений. Она сидела непреклонно, даже близко не планируя подниматься, словно никто ее не подгонял.

Наступила невыразимая неловкость.

На данный момент ситуация за главным столом образовалась следующая. Тан Ту, Ян Хуаюэ и Цяо Синь уже давно переместились за второй стол. Цю Цзин, Гао Цзиньдун, Хэ Лушэнь и Чэн Шэн стояли вместе одной группой, а Е Цзыань, его брат, помощник режиссера и видеорежиссер сформировали другую. Юй Чжань тем временем остановился рядом с Лю Мань по другую сторону круглого стола.

Среди них обособленно сидела только Фэн Цинъюй и этим ясно выражала свою позицию.

Молчание нарушил помощник режиссера:

— Я пересяду за второй стол.

Хэ Лушэнь искоса взглянул на Юй Чжаня, прежде чем резко сказать:

— Нет, в этом нет нужды. Нам еще нужно уделить внимание другим делам, а попировать вместе мы сможем и в другой раз.

Чэн Шэн тоже проницательно улыбнулся.

— Да, все ведь живут в Quan Jing, так что впредь еще свидимся.

Хэ Лушэнь не преминул добавить вежливый, благоприятный комментарий:

— Не переживайте о нас, продолжайте ужин. Ешьте и пейте вдоволь! Желаю всем вам счастливого Нового года и всего наилучшего.

Юй Чжань перестал проявлять вежливость к этим людям и не сказал ни слова. Он кивнул Хэ Лушэню и Чэн Шэну, после чего они втроем направились к выходу.

Для Цю Цзин и Гао Цзиньдуна останавливать их сейчас было далеко не лучшее время. Продюсеры лишь с жалостью наблюдали за уходом группы.

Пока они покидали зал, Хэ Лушэнь дразняще засмеялся. Он спросил Юй Чжаня:

— Сяо Чжань, ты почему никогда не рассказывал мне о той красотке «Маньмань»? Она что, очень медленная? Или ты имел в виду «дикая»?

п.п.: в китайском произношение «медленный» и «дикий» звучит аналогично «Мань».

Зная характер Хэ Лушэня, Юй Чжань понимал, что тот не отстанет. Скрывать юноше было нечего, потому он ответил без утайки:

— Ее зовут Лю Мань, «Мань» пишется женским иероглифом. У нее есть кошка, как и у Е Цзыляна. Она посещала с ней мою клинику.

— Ага-а, значит красавица с кошкой, — Хэ Лушэнь многозначительно засмеялся. — И вы встретились в твоей клинике? Она тебе нравится?

Молчание Юй Чжаня было принято за согласие.

— Девушка несомненно милая и красивая. А у тебя хороший вкус. Она тоже из шоу-бизнеса? — продолжал расспрашивать Хэ Лушэнь.

— Нет, она студентка факультета фортепиано в Столичном Музыкальном Университете и еще учится. На съемки попала в качестве подработки.

— Вот как, а в будущем планирует связать свою жизнь с телевиденьем? Нужна моя помощь?

Хэ Лушэнь говорил добросердечно. Того, что он подразумевал под «помощью», Лю Мань хватило бы для молниеносного скачка к статусу актрисы первого ранга.

Юй Чжаню же не понадобилось даже задумываться перед автоматическим отказом.

— Нет, не нужно. Не вмешивайся, это ее личное дело, и она позаботится о себе.

Чэн Шэн внимательно вслушивался в разговор этих двоих, когда Хэ Лушэнь похлопал его по плечу.

— Прости, брат. Сегодня новогодний вечер, а я вытянул тебя в нашу компанию.

— Да ладно. Мне ведь повезло познакомиться с ветеринаром Юй благодаря тебе. У меня два корги, и, если они заболеют, я первым делом найду Сяо Чжаня, который наверняка сможет сделать мне скидку, — Чэн Шэн превосходно соединил дальновидность с юмором, не оставив в стороне денежный момент.

До сегодняшнего вечера они с Юй Чжанем друг друга не знали, зато оба дружили с Хэ Лушэнем.

Чэн Шэн родился в богатой семье. Детство Хэ Лушэня прошло в столице, а с нынешним владельцем отеля он познакомился позже, когда с родителями переехал в Шанхай.

Весь бизнес семьи Чэн крутился вокруг сферы услуг: отелей, курортов и спа-центров. Управление всем этим отнимало очень много времени, а во время каникул занятость только возрастала. Их семья никогда не отмечала Новый год вместе. Все усердно зарабатывали деньги, не заботясь друг о друге.

Семья Хэ тоже была своеобразной. Годовщина свадьбы его родителей наступала за два дня до новогоднего вечера, в связи с чем во время каждого весеннего фестиваля супруги оставляли сына одного, а сами с удовольствием проводили медовый месяц за границей.

Юй Чжань очень хорошо знал о традициях в семье Хэ Лушэня, поэтому сегодня поинтересовался у него в WeChat, не хочет ли он встретиться и поужинать в канун Нового года. Скучающий друг, ясное дело, с готовностью согласился.

Юй Чжань также упомянул о желании провести вечер ресторане на четвертом этаже отеля Quan Jing в Шанхае, который по слухам был замечательным. Хэ Лушэнь тогда сразу вспомнил о другом своем приятеле, Чэн Шэне. Далее последовал соответствующий звонок, и вот так состоялась встреча этой троицы.

Чэн Шэн, как Цю Цзин и остальные, считал Юй Чжаня всего-навсего мелким владельцем заурядной ветеринарной клиники. Хэ Лушэнь о его происхождении рассказал немного, поделившись только тем, что они дружили с детства. Впрочем, Чэн Шэн отлично относился к его друзьям. Он обожал помпезность и не упустил возможности покрасоваться даже в этом случае. Навстречу Хэ Лушэню молодой человек отправился на собственном роллс-ройсе с водителем, после чего специально заехал и в аэропорт за Юй Чжанем. К слову, Е Цзыляна он тоже подобрал.

— Эй, нам стоит уйти, мы тут лишние. Сяо Чжань такой подлый. Видит только свою любовь, а друзей игнорирует. Он даже меня одурачил. Я-то думал, что он связался со мной исключительно из-за нашей дружбы, — Хэ Лушэнь говорил грустным голосом, однако глаза его задорно улыбались.

Честно говоря, сейчас он был счастлив. Юй Чжань, который долгое время оставался одиноким, наконец нашел кого-то, кто ему понравился.

После ухода Хэ Лушэня и остальных в зале съемочной группы повисла странная атмосфера, не позволявшая вернуть прежнюю активность. Оба братья Е казались приунывшими, Цю Цзин вообще не улыбалась, а Гао Цзиньдун неизменно поддерживал каменное лицо.

Больше никто не смел ни пить сам, ни принуждать к выпивке остальных. Все быстро закончили есть и стали расходиться по домам.

Лю Мань сидела на своем отведенном месте и собиралась уйти после своих руководителей – Цю Цзин и Гао Цзиньдуна.

В это же время ей в WeChat пришло сообщение от Юй Чжаня.

[Буду ждать тебя у заднего выхода из отеля.]

Пришедшее сообщение вызвало о Лю Мань улыбку. Подняв голову, она увидела, что в зале почти никого не осталось, и наконец поднялась с места сама. Тан Ту, который дожидался ее, тоже встал и подошел к ней со словами:

— Уже довольно поздно, давай подвезу тебя к отелю.

— Спасибо, но я откажусь. У меня еще есть планы с другом.

Лю Мань ничего такого не имела в виду, однако голос Тан Ту резко стал холодным и дерзким:

— С тем ветеринаром?

Девушка от такого тона опешила.

В понимании ее одногруппников Тан Ту являлся божественным существом. Любой бы испытывал трудности в попытке приблизиться к нему по критериям красивого лица, непревзойденного таланта и благородства.

Но для Лю Мань он казался обычным старшекурсником. Неизменно заботливый и улыбчивый парень всегда разговаривал мягко. Раньше он ни разу не общался с ней в таком тоне.

Лю Мань посмотрела на покрасневшее лицо Тан Ту, прежде чем взволнованно спросить:

— Ты пьян?

Молодой человек мигом осознал свою оплошность. Он взял над собой контроль и улыбнулся, вернув себе образ благородного старшекурсника.

— Похоже, я немного перебрал, извини, — после этого парень продолжил извиняться: — Прости, я мог бы выпить за режиссера вместо тебя.

Он испытывал вину. Ему не следовало бросать Лю Мань беззащитной только потому, что так ему велела Цю Цзин.

— Не страшно, в итоге мне все равно не пришлось пить. А вообще, мне до сих пор любопытно, какое вино на вкус, — девушка улыбнулась, полностью отражая колебания Тан Ту.

При виде ее улыбки тот ощутил дополнительный укол вины. Если бы он оказался чуть смелее и выступил в ее защиту, то мог бы сейчас пригласить ее на свидание, как сделал тот ветеринар. Из-за своей трусости он потерял право вмешиваться. Лю Мань сама решала, куда хотела пойти и с кем.

— Тогда будь осторожна, — голос Тан Ту прозвучал очень тихо.

Лю Мань кивнула.

— Пойду в комнату отдыхать, — он притворился, что сжимает рукой виски, которые начали болеть из-за выпитого алкоголя, а на деле пытался спрятать боль в глазах.

«Как оказалось, если мне действительно нравится девушка, я начинаю пугаться и тревожиться. Даже свое высокомерие сдержать не могу», — Тан Ту наконец осознал чувства Шэнь Мочжэнь, которая сильно любила, но так и не смогла покорить его сердце.

Лю Мань вышла из зала, где увидела ожидающих лифта людей. К ней подошел неприметный официант.

— Госпожа Лю, прошу пройти за мной.

Девушка вспомнила владельца этого отеля, пришедшего сюда вместе с Юй Чжанем, поэтому без лишних вопросов последовала за официантом.

Тот провел ее через два коридора и открыл дверь ключом, за которой обнаружился лифт.

— Можете воспользоваться этим лифтом.

Внутри все выглядело роскошно. Все четыре стены были зеркальными, три поручня украшали изысканные узоры в виде драконов, а пол устилали персидские ковры. Этот лифт разительно отличался от обычного.

Лю Мань предположила, что им пользовался сам владелец отеля.

Спуск на первый этаж прошел гладко, двери медленно разъехались в стороны, и в поле зрения Лю Мань возникло освежающее, улыбчивое лицо Юй Чжаня. Он стоял там подобно древнему рыцарю, ожидавшему прибытия своей принцессы.

Девушка невольно улыбнулась, однако затем вспомнила о чем-то и, нахмурившись, спросила:

— Но как же Рассвет и Пол, если ты сейчас здесь, в Шанхае?

Юноша неловко улыбнулся.

— Я знаю, насколько тебе важна Рассвет. Думаешь, я прилетел бы без приготовлений?

— Я накормил их перед вылетом и оставил достаточно воды на время своего отсутствия. А обратно вернусь завтрашним самолетом в десять утра. Ничего страшного не случится, если кошка с собакой побудут без еды всего одну ночь.

— Ты уезжаешь уже завтра? Так быстро? — Лю Мань недоуменно заморгала. — Но зачем тогда прилетел в Шанхай?

Юй Чжань лишь смотрел на нее и улыбался. В его темных глазах словно сверкали прекрасные звезды.

— Тебе разве не будет одиноко в новогодний вечер? Я здесь, чтобы составить тебе компанию. Просто потому, что тоже одинок.

Лю Мань молча уставилась в его глаза, которые затягивали ее словно бездонная черная бездна. Она в панике оторвалась от них, быстро склонив голову, и слушала необычайно быстрое и громкое биение собственного сердца.

В тот момент девушка не понимала, что именно такие ощущения испытывал человек, когда внезапно влюблялся.

— Ты не одинок, у тебя есть друзья, — она так и продолжала стоять с опущенной головой, а голос ее звучал невесело.

Юй Чжань засмеялся. Он в кои-то веки нашел смелость сказать что-то кокетливое, а Лю Мань не только ничего не поняла, так еще и проанализировала его слова, найдя в них лазейку. У него не оставалось выбора, кроме как прибегнуть к обману:

— Им пришлось вернуться домой к семьям.

Не желая далее погружаться в этот вопрос, а также для смягчения неловкости после своей неудачи в признании, Юй Чжань серьезно спросил:

— Ты, как успела наесться? Не хочешь дополнительно перекусить?

Она дотронулась до живота и честно ответила:

— Наелась. Точнее, выпила много сока. Теперь мне хочется чего-нибудь соленого.

По-другому и быть не могло. Еду на подобных мероприятиях подавали всего несколько тарелок вместе с вином. Лю Мань такая не понравилась, поэтому она только и могла, что пить сок.

— Значит, давай сходим на барбекю. По пути сюда я видел шашлычную у дороги, там до сих пор открыто.

В вечер перед Новым годом 99,9% магазинов с ресторанами не работали. Сейчас на этой улице не был закрыт только ресторан в отеле Quan Jing.

Юй Чжань говорил о магазине во владении кого-то из народности Хуэй, они не делали перерыв на новогодний вечер.

Небольшая шашлычная располагалась в глубоком переулке за отелем Quan Jing. Условия там были простыми: железные стулья, железные столы и облезлые белые стены. Зато в заведении всегда стояла чистота. Когда туда вошли Лю Мань и Юй Чжань, посетителей не было, только владелец и его жена.

Женой хозяина была женщина средних лет в хиджабе*. Увидев вошедших, она с энтузиазмом протянула им ламинированную бумагу формата А4, маленький белый листок и ручку. Это было меню, включавшее в себя кебабы, куриные крылышки на гриле, жареную говядину… Вся еда предназначалась для барбекю и стоила очень дешево.

п.р.: под словом «хиджаб» могут подразумеваться разные виды мусульманской одежды: накидка, покрывающая все тело, только лицо или только голову.

При виде исключительно одних названий Лю Мань вмиг ощутила голод. Она тут же сказала:

— Я хочу шашлык из баранины, куриные крылышки… эм-м-м, еще запеченную рыбу. Грибы и лук-порей на гриле тоже кажутся вкусными…

Помещение не отоплялось, так что и температура здесь почти не отличалась от улицы. Лю Мань съежилась на своем стуле и потерла руки, попытавшись согреть их теплым дыханием.

Пока она листала меню и выбирала желаемые блюда, Юй Чжань все записывал на бумаге. Его руки быстро замерзли от холода. Им обоим вне всяких сомнений было очень холодно, но сердца хранили тепло.

Юй Чжань поднял на нее взгляд, уточнив:

— Еще что-нибудь хочешь?

Лю Мань посмотрела на него большими ясными глазами, которые по чистоте и невинности не уступали Рассвет.

— А ты сам ничего не будешь заказывать?

— Я уже сказал принести все заказанное тобой в двойном объеме.

— Значит, ты тоже не наелся. Дорогое не всегда оказывается хорошим, да?

— Да. В любом случае жизнь рутинна. Даже богачам приходится заботится о ежедневных нуждах, — отозвался Юй Чжань, словно размышляя о смысле жизни.

Лю Мань согласилась с Юй Чжанем, и ее глаза засияли ярче прежнего.

— Тогда закажем еще две миски риса. Нужно встретить новый год на сытый желудок.

Перед уходом Чэн Шэн любезно поручил сотруднику отеля отвести Лю Мань к особому лифту. Учитывая это, разве мог он проявить скупость и не предоставить им с Юй Чжанем столик у себя в отеле? Там была элитная окружающая обстановка, достаточное отопление, великолепные ингредиенты и обширный вид – специальное место с видом на реку Хуанпу и набережную. В общем, идеальное место для свидания. Забронировать такое для ужина не могли даже богачи, которые возили девушек на своих первоклассных машинах.

Однако Юй Чжань отказался от данного предложения.

Он пригласил поужинать Хэ Лушэня, только не ожидал, что тот позовет с собой еще и Чэн Шэна. Вероятно, из-за ранней смерти родителей Юй Чжань еще с детства рос независимым и поддерживал эдакие одинокие отношения. Друзья его были теми, с кем он дружил с малых лет, только теперь все они выросли. Он понимал, почему Хэ Лушэнь хотел свести его с Чэн Шэном, тем не менее дружба не могла зародиться так быстро, да и не хотелось ему задолжать владельцу отеля слишком большую услугу.

Поскольку Лю Мань с Юй Чжанем были единственными посетителями, шампуры очень быстро заполонили их столик. Свежее и нежное мясо с овощами блестело под растительным маслом и молотым перцем чили. Ароматный дымок в холодном воздухе мгновенно пробудил у них аппетит.

Лю Мань глубоко вдохнула запах еды, достала телефон и начала делать фотографии.

В прошлый раз, когда они с Ли Сяожу и Ван Нина ходили поесть японскую кухню в Ju Jiu Wu, она ничего не фотографировала. Но сейчас девушка запечатлела на общем снимке все барбекю на столе.

Затем она выложила его на Weibo с подписью:

[Иногда человеку больше подходит что-то простое. Всем счастливого Нового года.]

Эта же фотография отправилась и в WeChat со словами «Всем счастливого Нового года».

В новогодний вечер WeChat-друзья Лю Мань принялись выкладывать в Моменты собственные праздничные ужины. У кого-то они были роскошными, а кто-то – приготовленными дома, но при этом все фотографии красочно передавали цвет, аромат и вкус. У Лю Мань же все ясно давало понять, что снимок она сделала в придорожном ларьке.

На страничках известных людей в Weibo уже начали появляться публикации с новогодними сердечными пожеланиями друг другу. Поклонники [Принцессы Мань] ждали очень долго и таки дождались ее записи с поздравлениями.

Но что это за фото она выложила?

Ее фанаты были не на шутку озадачены.

[Сестренка, сегодня новогодний вечер. Ты пошла есть барбекю в придорожной шашлычной?]

[Принцесса до сих пор в Шанхае? Ты не вернулась домой?]

[Посмотри на локацию под постом. Она точно в Шанхае.]

[Только не говорите мне, что это праздничный ужин сестренки.]

[Еды на столе вроде и много, но барбекю на Новый год вгоняет меня в чувство нищеты…]

[Эй, замолчи, а. Если не умеешь, то лучше вообще ничего не пиши. Это же Новый год, совсем ничего хорошего отправить не можешь?]

[Стримерша, ты одна в Шанхае? Никто из семьи не приехал к тебе?]

Лю Мань, листавшая комментарии к своей записи, при виде этих строк остановилась, ее глаза неотрывно глядели в экран, а сама она словно впала в транс. Девушка подумала о Лю Чэньюе, которого по-прежнему держали под стражей, об отправившейся в родной городок Чжан Пэй, а также вспомнила наложницу Сюй и Сяо Чжао, что покинули этот мир давным-давно.

Что в прошлой жизни, что в этой, у нее будто бы никогда и не было семьи. Она постоянно оставалась одна, ей пришлось привыкнуть к этому.

В этот момент [Принцессу Мань] внезапно упомянул [Я ветеринар].

[Этим барбекю ее угостил я. Это не праздничный ужин, а перекус после него.]

Вслед за сообщением [Я ветеринар] выложил фотографию. На ней были те же стол и еда, только с противоположной стороны.

Лю Мань резко подняла взгляд, и Юй Чжань, сидевший напротив, подмигнул ей, а далее пожаловался:

— Ты ведь очень счастливая. Почему они считают тебя жалкой? Неужто есть со мной барбекю так унизительно?

Девушка залилась громким смехом. Из-за холода ее щеки и нос покраснели, только глаза оставались чрезвычайно яркими, и она больше не отводила взгляд. Лю Мань с радостью и теплом смотрела на собеседника.

Тот заметил, что во время смеха она была невероятно красивой. К сожалению, девушка всегда вела себя сродни древней женщине и позволяла себе в лучшем случае только улыбку. Смеялась она, как это делало большинство современных девушек, крайне редко.

Юй Чжаню нравилась ее счастливая улыбка. Ему казалось, что облака наконец-то расступились перед лунным сиянием. Лю Мань будто освободилась от сдерживающих ее оков и беззаботно смеялась.

Она в конце концов обрела свободу.

Девушка сделала репост записи [Я ветеринара] и от себя дописала:

[Я не одна. Со мной @Я ветеринар.]

[!!!]

[w(°ｏ°)w]

[Что происходит?]

[Пахнет взрослыми отношениями?!]

[Абсурд. Нашей принцессе только двадцать! Я ветеринар – старик, это невозможно.]

Последний комментарий заставил Юй Чжаня застыть.

«Я – старик?»

«В каком это смысле?!»

Следующие сообщения вогнали его в еще большее уныние.

[Да сколько могут уже эти старики приставать к молодым девушкам? Почему в наше время это постоянно происходит?]

[Ого-го. То есть, господин ветеринар – седой дедуля? А мне всегда казалось, что ему где-то сорок.]

[По-моему, бог ветеринар не настолько старый. Ему наверняка пятьдесят, примерно как моему папе.]

[Даже так ему все равно не подобает быть с сестренкой. (︶︹︺)]

[Ну вы и даете, народ… Ветеринар – высоко уважаемый человек, а вы тут пишите всякую ерунду. Позже я напишу @Принцессе Мань, пусть удалит эти комментарии.]

[Интернет сейчас стал слишком грязным. Что это вообще за слухи такие пошли? Вы там всяких порно-рассказов перечитали, что ли? Если мужчина и женщина ужинают вместе, то они обязательно должны быть парой? Может они друзья, родственники или вообще знакомые по интернету.]

[Точно-точно. Я обожаю и Принцессу Мань и бога ветеринара. От этих дурацких комментариев меня прямо-таки злость берет.]

[Если вы выбесите Я ветеринара, и он из-за вас удалит свою страничку в Weibo, тогда я жалобы на всех вас набросаю! ヽ( `д´*)ノ]

[Господин ветеринар, если ты это видишь, пожалуйста, не обращай внимания на все те сообщения! (*_ _)人]

Как он мог притвориться, что ничего не видел?!

Юй Чжань едва сдерживался, чтобы не взорваться от недовольства.

Но, подняв голову, молодой человек увидел, насколько безудержно смеялась Лю Мань. Одной рукой она держалась за живот, а другой вцепилась в край стола. Из-за смеха девушка даже ровно сесть не могла.

— Ох, не-не-не. У меня уже живот болит, ха-ха-ха, — она видела мрачное лицо Юй Чжаня и хотела подавить смех, однако сделать это не получилось.

Ее фанаты вообразили стариком такого симпатичного парня!

От сильного смеха Лю Мань даже прослезилась. Вытирая слезы, она выдохнула, пытаясь успокоиться.

Пока Юй Чжань наблюдал за ней, он перестал сердиться и лишь бессильно вздохнул.

— Пусть говорят, что вздумается. Для меня даже выгоднее, что они называют меня папой и дедулей, так я получаюсь старше их.

Юноша не возражал бы, даже называй они его динозавром. Лишь бы Лю Мань продолжала счастливо улыбаться.

Лайк с комментарием под публикацией Лю Мань оставила и Сяо Кэ.

[При виде заставленного барбекю стола у меня слюнки текут! Где это? Хочу заглянуть туда в следующий раз.]

Лю Мань ответила ей в личку, отправив местоположение.

Певица отправила смайлик с поцелуем.

Ли Сяожу с Ван Нина тоже лайкнули пост подруги.

Первая написала:

[Никогда не сомневалась в уникальности и тонком вкусе моей Маньмань. Барбекю в новогоднюю ночь, это ж надо!]

Вторая же спросила:

[Ты до сих пор в Шанхае? Почему так долго? Чем вообще занимаешься?]

Обе девушки знали о пребывании Лю Мань в Шанхае еще до того, как та опубликовала в WeChat фотографию на фоне города, однако поначалу они думали, что их подругу туда потянуло желание путешествовать и коллекционировать AJ. Прежняя Лю Мань дважды посещала Шанхай ради брендовой обуви, о чем Ли Сяожу и Ван Нина, разумеется, знали.

Только они не могли понять, почему в этот раз покупка затянулась на две недели? Почему было не встретить Новый год дома?

В голове у Ван Нина зародились подозрения.

Лю Мань ответила:

[Я здесь на подработке, а в столицу вернусь на следующей неделе.]

Ван Нина продолжила расспрос:

[Что за подработка?]

[Ли Сяожу: Нана, хватит докучать своими вопросами. Можешь хоть иногда не лезть человеку в душу?]

[Ван Нина: Я думаю, что между хорошими подругами секретов быть не должно.]

[Ли Сяожу: У меня просто нет слов касательно этой особенности твоего характера.]

Видя подозрения со стороны Ван Нина, Лю Мань дополнительно убедилась в своем решении не рассказывать о подработке на съемках фильма.

Доступ к WeChat-моментам девушки имела также ее мать, в связи с чем и она увидела публикацию.

Чжан Пэй сразу же ей позвонила. Когда телефон оживился, Лю Мань сказала Юй Чжаню:

— Мама звонит.

Молодой человек кивнул и, поднявшись со своего места, отошел на несколько шагов, чтобы дать ей личное пространство.

Лю Мань подняла трубку, откуда раздался встревоженный женский голос.

— Маньмань, где ты сейчас? Почему ты не сидишь в отеле в такое позднее время?

— Я пошла на барбекю в ресторанчике за отелем, скоро вернусь.

— А кто там с тобой ест? Коллеги по актерскому составу?

— Да, нас тут много, так что не переживай. Тем более, это центр Шанхая, здесь очень безопасно.

Лю Мань соврала из благих намерений успокоить Чжан Пэй.

— Ты еще у бабушки с дедушкой?

— Да, здесь с нами семьи твоих дяди и тети. Мы отлично проводим время, слышишь, как шумят?

Лю Мань улавливала шум, звуки детских хлопушек и беседы взрослых.

— Раз ты с коллегами, тогда больше не отвлекаю. Обо всем остальном поговорим, когда вернешься в столицу, — сказала женщина.

— Хорошо, — после секундной паузы отозвалась Лю Мань. — С Новым годом, мам.

По коже Чжан Пэй пробежали мурашки, а в уголках глаз по непонятной причине проступили слезы.

— И тебя с Новым годом, моя крошка.

Лю Мань закончила разговор, и Юй Чжань вернулся обратно. Он не стал спрашивать, почему семья оставила ее в Шанхае одну.

Не стал он интересоваться и тем, почему при разговоре с матерью вид у спутницы был исключительно серьезный и уважительный, без каких-либо намеков на теплые семейные отношения.

Он понимал, что у каждого имелись свои трудности, о которых человек не хотел распространяться.

Когда пара расправилась с барбекю, часы пробили полночь.

Вскоре они вышли из заведения, и их встретила безлюдная и тихая улица. Не было видно ни пешеходов, ни других источников шума. Даже машины проезжали крайне редко. Юй Чжань пытался поймать такси, чтобы Лю Мань смогла вернуться в отель, однако спустя долгое время ничего не получилось. Затем он достал телефон, дабы заказать транспортное средство онлайн, но и там количество людей в очереди превышало сотню.

Оставив попытки, парень сказал ей:

— Тебе лучше переночевать в Quan Jing.

Хэ Лушэнь заранее забронировал там номер для Юй Чжаня.

Вот так они с Лю Мань и направились обратно в гостиницу.

Юй Чжань подошел к стойке регистрации в надежде снять еще одни номер, но сотрудник с сожалением отказал ему:

— Простите, господин. Все номера заняты.

Новогодним вечером многие приглашенные на ужин в отеле Quan Jing, в том числе и часть членов съемочной группы, забронировали себе комнаты заблаговременно. Все-таки многие подвыпили, да и такси поймать было нелегко. Кроме того, в преддверии нового года постояльцев у отеля было больше, чем в обычное время.

Юй Чжань оглянулся на Лю Мань, которая безучастно посмотрела на него в ответ. При виде ее невинных глаз он со вздохом спросил:

— Может переночуешь в моем номере? Друг забронировал мне многокомнатный номер, там есть и спальня, и гостиная с диваном. Можешь спать в спальне, а я лягу на диване. Если боишься, закроешь дверь на замок.

Лю Мань была простодушной, но не глупой. Будь сейчас на месте Юй Чжаня другой мужчина, даже Тан Ту, она бы отказалась. Только Юй Чжань ощущался для нее иначе, поэтому девушка не верила, что он замышляет что-то плохое. Она без колебаний согласилась на его предложение.

Номер Юй Чжаня располагался на самом верхнем этаже.

Лю Мань представляла себе комнату с одной спальней и гостиной, ожидая увидеть относительно небольшое и тесноватое помещение.

Но стоило Юй Чжаню открыть дверь, и она осознала, что еще многого не видела в этом мире. Парень слишком поскромничал в описании.

Взору девушки предстала гостиная площадью 100 квадратных метров. Просторные апартаменты включали в себя два этажа, панорамные окна по обе стороны и изысканные, роскошные элементы интерьера. Громадный диван посреди гостиной оказался даже шикарнее того, что стоял в доме ее богатого подписчика – [Быстро, зови меня бро!].

Эту комнату язык не поворачивался назвать гостиной. Это был целый зал. Лю Мань казалось, что в плане роскоши он превосходил даже опочивальню императора.

Спальня находилась напротив входа в гостиную, их отделяла прочная деревянная дверь.

Теперь улетучились остатки ее переживаний. Им может и предстояло ночевать в одном номере, но их разделяло не менее десяти метров расстояния. Всякое ощущение тесноты полностью отсутствовало. Даже части сожителей приходилось находиться «ближе», чем ей с Юй Чжанем. Последний, к слову, ничем себя не стеснял, вызвавшись спать на диване. Здесь тот казался гораздо удобнее, чем кровати в посредственных домах. Позади дивана стоял небольшой не распакованный чемодан, наверняка принадлежавший Юй Чжаню.

Парень посмотрел на стрелки, которые показывали первый час ночи, и сказал:

— Уже поздно, нужно ложиться отдыхать. Если хочешь, в спальне есть ванная, а я воспользуюсь той, что в гостиной.

«М-м-м, в номере и ванных комнаты было две. Мир богачей вполне ожидаемого отличался от обычного», — вздохнула про себя Лю Мань.

Ванная не уступала по показушности всему остальному. Позолоченные краны, и сама ванна возле окна с видом на реку Хуанпу… Лю Мань уже представляла, как приятно будет лежать здесь в теплой воде.

Впрочем, прямо сейчас делать ей этого не хотелось. Она только ополоснулась под душем, вытерлась и переоделась в халат.

Девушка открыла дверь из спальни. Юй Чжань сидел на диване и смотрел в телефон. Услышав шорох, он повернул голову и увидел Лю Мань в белом халате с подолом до щиколотки. Она не мыла голову, поэтому закрепила длинные волосы высоко на макушке. Лицо девушки смотрелось чрезвычайно маленьким и изящным, а вокруг глаз имелись розоватые тени, походящие на естественный румянец. Пар после душа еще окутывал ее. Лю Мань напоминала распустившийся гибискус.

У Юй Чжаня пересохло в горле. Он неловко кашлянул и отвел взгляд.

— После душа ложись сразу спать.

Стоявшая в дверном проеме Лю Мань нахмурилась и спросила:

— А ты еще не планируешь? Тебе ведь завтра с утра на самолет нужно.

— Я схожу в душ, когда ты пойдешь спать. Не думай обо мне, иди отдыхай.

— Ладно, спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

— О, кстати, — уже закрыв дверь, Лю Мань чуть приоткрыла ее и высунула голову в гостиную. Под теплым освещением она моргнула более темными, чем обычно, глазами, неотрывно и решительно глядя на Юй Чжаня.

— У меня уже давно вертится один вопрос, — вопреки мягкости голоса, во взгляде девушки явно виднелась настойчивость, а также удивление с оттенком замешательства.

Юй Чжань к тому времени оправился достаточно, чтобы смотреть на нее спокойно. Он поднялся с дивана и подошел к Лю Мань, их разделяла толстая дверь. Юноша глазами скользнул вниз по щели в приоткрытом собеседницей препятствии, а она тогда же подняла опущенную голову. Их взгляды на секунду встретились, после чего они оба посмотрели в разные стороны.

Юй Чжань негромко засмеялся.

— Ну спрашивай уж тогда. Я честно отвечу на любой.

Он ожидал услышать от Лю Мань вопрос о том, почему у него было столько денег, и откуда они взялись.

В итоге прозвучавшие слова стали полной неожиданностью.

— Почему в отельном ресторане ты назвал меня «Маньмань»?

Юй Чжань вздрогнул. У него не было хорошего ответа.

— Хм, а как мне стоит тебя называть? Лю Мань? Госпожа Лю? Сокурсница Лю? Может, «сестренка», как твои фанаты? Или Принцесса Мань?

Девушка хоть и понимала, что он так шутит, тем не менее все равно покраснела.

Она даже начала воображать сцену, где Юй Чжань публично называет ее «сестренкой». И в ее представлении прозвучало это так, будто он был уличным бродягой. А «Принцесса Мань» так вообще казалась несусветной странностью. Она хоть и переместилась из прошлого, но люди в современном мире не называли друг друга принцессами. [Мальчик Отаку] назвал бы подобное обращение совершенно нелепым и безумным.

Юй Чжань засмеялся.

— Да уж, наши интернет-ники в реальной жизни звучат глупо как для их владельцев, так и для тех, кто произносит эти слова. Хочешь, чтобы все из вашей съемочной группы засвидетельствовали такую неловкость?

Лю Мань уже давно выяснила, что этот парень отлично читал ее мысли, поэтому не удивилась, когда он в очередной раз продемонстрировал свою способность.

— Сама посуди, ни одно из обращений тебе не соответствует. Если назову тебя «Лю Мань» или «Лю», буде казаться, будто я твой начальник или учитель, но и «сокурсница Лю» тоже не подходит, ведь я уже не студент. Тогда остается «госпожа Лю»? Ха-ха, — Юй Чжань не сдержал смех, — похоже, дальше мне объяснять не нужно.

— Я подумал, что семья и друзья зовут тебя «Маньмань». А мы вроде как тоже дружим, поэтому мне кажется нормальным такое обращение. Оно удобное и естественное, — на этих словах он пристально посмотрел на Лю Мань своими ясными глазами и продолжил непривычно нежным голосом: — Или ты против, чтобы я называл тебя «Маньмань»?

Видя полный надежд и вместе с тем слабый взгляд юноши, Лю Мань чувствовала, что отрицательный ответ будет равносилен преступлению, притом ужасному.

Девушка боялась рассердить Юй Чжаня, поэтому виновато произнесла:

— Нет, нет. Я не против. Просто мне было непривычно, поскольку услышала от тебя такое обращение впервые.

— Значит, отныне я буду звать тебя так, Маньмань, — он произнес очень мягко, словно напоминая ей о чем-то.

Она в ответ лишь кротко угукнула.

Юй Чжань улыбнулся.

— А мои друзья зовут меня «Чжань». Надеюсь, теперь и ты станешь говорить также. Раз я уже считаю тебя своей подругой, то и ты видишь во мне друга?

— Конечно! Разумеется, ты мой друг, — быстро ответила Лю Мань.

— Тогда зови меня просто «Чжань», ладно? — его голос по-прежнему звучал нежно, излучая практически чарующую энергию.

Девушка произнесла очередное «угу», после чего очень тихо добавила:

— Чжань.

Ее уши словно обрели независимость и своевольно покраснели.

Теперь Юй Чжань ощутил удовлетворение и расслабленность. Он был рад.

Его окутала такая сильная радость, которой он никогда не испытывал ранее. Это чувство, как ему казалось, на голову превосходило вкус от обладания кучами золота. Значит, вот какой была любовь. Он будто парил в небесах, посерди облаков, и его сердце трепетало.

Юй Чжань склонил голову, подавшись всем телом чуточку вперед в попытке оказаться поближе к Лю Мань. Он знал о ее стеснительности, поэтому действовал осторожно. Взгляд парня задержался на ее покрасневших ушках, когда он поинтересовался:

— Может еще какие вопросы есть?

Лю Мань впервые оказалась к нему так близко, благодаря чему уловила аромат его одеколона. Он отличался от богатого запаха Тан Ту. Юй Чжань излучал крайне легкий аромат горных цветов глубокой зимней ночью. Чтобы его учуять, приходилось нарочно на нем концентрироваться.

— Я получила все ответы, которые хотела услышать. Больше ничего придумать не могу.

— Когда придумаешь, всегда буду рад ответить на них в WeChat, — со смешком прокомментировал Юй Чжань.

— М-м-м, похоже, я задержала твой поход в душ.

— Ничего, схожу сейчас. А тебя пора спать.

Он выпрямился в полный рост и теперь оказался на голову выше Лю Мань. Затем он попятился, не желая отводить от нее взгляд.

— Доброй ночи, Маньмань.

— Доброй ночи, Чжань…

Пара вновь обменялась пожеланиями, однако ощущения при этом разе отличались от предыдущего, словно в них появилось нечто неописуемое.

— А, и… — снова окликнула его Лю Мань.

От радости Юй Чжань вмиг застыл на месте.

— У тебя появился новый вопрос?

Скромно улыбнувшись, девушка покачала головой.

— Сегодня я отлично провела время. Спасибо, что остался со мной. Это не банальная учтивость, поэтому не запрещай мне благодарить тебя.

— Теперь ты можешь спокойно говорить мне спасибо, — текущая благодарность звучала иначе, чем те угодливые «спасибо», произносимые ею при первой их встрече.

— Сегодня ты счастлива, и я благодаря этому чувствую себя еще счастливее.

В итоге они наконец разошлись спать и отлично отдохнули.

Утром следующего дня, когда проснулась Лю Мань, Юй Чжань уже ушел. В гостиной было чисто, на диване не осталось ни единой помятости. Не зная этого точно, девушка никогда бы не подумала, что здесь ночевал кто-то еще.

Перед уходом он отправил ей сообщение в WeChat.

[Я уже еду в аэропорт. Обязательно напиши мне перед возвращением в столицу.]

Лю Мань с телефоном в руках подошла к панорамному окну гостиной.

Утренний туман над рекой Хуанпу еще не развеялся, но солнце уже постепенно поднималось за далеким горизонтом. Его оранжевые лучи пробивались сквозь облака, медленно разгоняя туманность. Обнажалось голубое небо. Подняв взгляд, Лю Мань смотрела на него счастливыми и удовлетворенными глазами.

Первый день после новогоднего вечера для всех из команды стал выходным. На второй все они вернулись к съемкам. Последнюю сцену Лю Мань назначили на вечер в садовой вилле.

Согласно сценарию события происходили сразу после того, как Цзи Нин потратила все деньги на покупку дома у прежних владельцев, а также мебели и других элементов интерьера. Пятеро членов семьи переехали в новое жилище.

Комната Цзи Нин, самая большая во всей вилле, находилась в конце коридора на втором этаже, у девушки был свой личный шкаф и ванная. Рядом с ней, по другую сторону, заселилась Цзи Ань. Комната Гу Цина оказалась дальше всех от Цзи Нин, его спальня располагалась в противоположной стороне.

Поначалу они втроем уживались отлично, пока не наступила одна ночь. Гу Цин позвал Цзи Нин поговорить в саду, где у них случилась ссора. Тогда парень не удержался и обнял ее. Цзи Ань в то время находилась у себя в спальне. Она не спала, поэтому все увидела и из-за ревности потеряла рассудок.

Когда сестра вернулась к себе в комнату, она тихо пошла за ней. Там Цзи Ань ее и убила, задушив веревкой.

Весь вчерашний выходной день Лю Мань думала о том, как будет играть в этой сцене.

Небо скрылось за непроглядной темнотой, и пришло время ее выхода.

В саду уже ожидали четыре установленные камеры, плюс еще две на втором этаже. Все они с разных ракурсов должны были снимать разговор между Цзи Нин и Гу Цином.

Лю Мань переоделась в пижаму бежевого цвета. Визажист намеренно взъерошила ей волосы так, словно она только проснулась.

Первая сцена началась в ее спальне.

Лю Мань лежала в кровати под тонким одеялом. Специалист по реквизиту уже перевел настенные часы, и теперь вместо реальных 19:00 они показывали час ночи.

— Всем занять позиции, — огласил Е Цзыань. — Снимаем.

В дверь неожиданно постучали.

Очень сонная Цзи Нин села на кровати. Протерев глаза, она посмотрела на время.

— Ниннин, можешь выйти на секунду? — из коридора послышался намеренно приглушенный голос Гу Цина.

Девушка взяла тонкую куртку, лежавшую рядом с кроватью, накинула ее и открыла дверь.

Там стоял Гу Цин. На нем тоже была пижама, только волосы не выглядели растрепанными. Очевидно, спать он не ложился.

— Зачем ты пришел так поздно? Если хочешь что-то сказать, поговорим завтра в школе, — прошептала Цзи Нин, опасаясь быть услышанной другими. Она хотела закрыть дверь, однако Гу Цин ей не позволил. Одной рукой он придержал дверь, а другой схватился за Цзи Нин и вытянул ее в коридор.

— Хорошо, Лю Мань, выйди с кадра. Следующая сцена! Ян Хуаюэ, твой выход, —громко произнес Е Цзыань, не теряя времени.

Ян Хуаюэ, как и двое других актеров одетая в пижаму, вошла в спальню Цзи Ань.

Оператор направил камеру в дверной проем ее комнаты.

— Начали, — режиссер дал отмашку, и действие началось.

Дверь приоткрылась изнутри, образовав небольшую щель. Из нее наружу смотрели холодные темные глаза. Оператор на семь секунд показал их крупным планом.

Глаза Ян Хуаюэ специально затемнили глубоким оттенком туши для ресниц. С приглушенным светом смотрелось очень даже пугающе. Девушка медленно повела взгляд слева направо, якобы наблюдая за проходом по коридору Гу Цин и Цзи Нин.

Сцена закончилась.

Затем группа перешла к съемкам того, как Цзи Ань наблюдала за двумя членами семьи из окна. Режиссер, оператор и остальной персонал быстро переместились в сад на первом этаже.

— Хуаюэ, не стой прямо посередине окна, подвинься чуть ближе к левой части рамы. Спрячься наполовину за занавесками, — велел ей Е Цзыань через рупор.

Лю Мань ждала в саду в пуховике. Она тоже смотрела в сторону окна на втором этаже. Нынешний образ Ян Хуаюэ показался ей страшным: длинный ночной халат белого цвета и непричесанные, растрепанные волосы, что доставали до груди. Актриса стояла прямо перед окном, точно призрак в белом одеянии.

В сценарии спустя десять лет такая Цзи Ань напугала и главную героиню, Янь Сялань.

— Режиссер Е, так нормально? — крикнула Ян Хуаюэ находившемуся внизу Е Цзыаню.

Тот ответил одобрительным жестом.

Съемки начались.

Ночь была темной и туманной, поэтому во втором окне справа на втором этаже виднелся только белый силуэт. Камеру подняли вверх, чтобы приблизить к нему и получше показать очертания человеческой фигуры. Там стояла Цзи Ань, чье лицо по бледноте не уступало ее ночному халату. Ее взгляд был прикован к определенному месту в саду, а перекошенное и наполненное ненавистью выражение вызывало отвращение.

Затем она словно о чем-то подумала. Девушка отступила вглубь своей комнаты, и ее силуэт исчез.

— Хорошо, — Е Цзыань просмотрел только что отснятую часть. — Скажи монтажерам сделать цветокоррекцию, и свет по-прежнему слишком яркий.

— Да, господин, — мигом отозвался помощник.

— Цяо Синь, Лю Мань, выходите на площадку.

Услышав распоряжение, Лю Мань быстро скинула пуховик. К ней тут же подошел стилист, чтобы поправить складки на ее костюме. Сцена, в которой девушке предстояло сняться с Цяо Синем, была чуточку необычной.

Согласно сценарию, их разговор длился две минуты, но Е Цзыань сказал, что в конечном итоге монтажер возьмет только первые три секунды и последние двенадцать, то есть в сумме получится пятнадцатисекундная сцена. Их голоса также планировали заглушить, поскольку происходящее являлось фрагментом из воспоминаний Цзи Ань. В этом также заключалась одна из подсказок последней части фильма, и события должны были сопровождаться жестами. В снимаемую издалека сцену не включали голоса и любые другие звуки.

Тем не менее Е Цзыань все равно хотел, чтобы Лю Мань и Цяо Синь отыграли полный диалог, произнося все прописанные реплики. Как он сказал, в этом имелся смысл, ибо так сюжет получится более связным, и вдобавок пара актеров лучше привыкнет к обстановке.

Режиссер заранее спланировал, где они будут стоять, и нарисовал на земле метки. Лю Мань встала на свою, оказавшись лицом к лицу с Цяо Синем.

Это была их первая совместная сцена, она же являлась и единственной.

— Хорошо помнишь реплики? — внезапно спросил ее главный актер.

Лю Мань не ожидала, что он заведет с ней беседу. Она не забыла, как Цяо Синь поставил ее в трудное положение, вынуждая пить на вечеринке два дня назад.

Она не хотела иметь с ним ничего общего. Мужчина, бросающий вызов невинной девушке, в ее глазах выглядел несуразным.

Между тем ее подработка почти подошла к концу, и Лю Мань хотелось завершить все нормально, потому она все же ответила:

— Да, хорошо помню.

Цяо Синь собирался сказать что-то еще, когда его взгляд скользнул чуть ниже, к груди Лю Мань. Сквозь слишком тонкую бежевую пижаму можно было разглядеть нижнее белье. Режиссер и зрители, само собой, этого бы не заметили, потому как наблюдали за ними через камеру, а вот стоявший прямо напротив Цяо Синь все видел. Лю Мань была хорошенькой девушкой с чистым и простодушным характером. В этой бежевой пижаме она смотрелась очень привлекательно.

Цяо Синю в своей карьере доводилось сниматься со многими красавицами, но он не мог не признать нешуточную пленительность Лю Мань. Дело здесь было не в любви, а в физиологическом влечении.

Лю Мань не имела понятия о гнусных мыслях, возникших в голове партнера по съемкам.

Когда Е Цзыань велел начинать, она вмиг вжилась в роль своего персонажа, тогда как актер напротив промедлил.

— Цяо Синь, ты в облаках витаешь? Почему не действуешь, как должен? Где выражение? Все не так, — сурово отчитал его режиссер.

Тот с ненавистью стиснул зубы. Он до сих пор не простил Е Цзыаня за тот приказ Тан Ту ударить его по-настоящему, тем не менее ему пришлось подчиниться.

— Простите, режиссер Е. Сонливость напала.

— Давайте заново. Оба отнеситесь к сцене серьезно. Мотор.

Гу Цин потянул за запястье Цзи Нин из ее спальни в сад за домом. Раздраженная девушка высвободилась из его хватки.

— Что с тобой такое? Сейчас час ночи, зачем ты приволок меня сюда? — она уставилась на парня.

Он пристально глядел в ответ, на его красивом лице отсутствовали эмоции.

Цзи Нин толкнула его.

— Говори, или я иду обратно.

Когда ее голос утих, она обошла Гу Цина, собравшись вернуться в комнату. Тот резко притянул ее к себе и вопросительно сказал:

— Ты сегодня ходила с Дуань Наньфэном в лес за школой?

— Откуда ты узнал? — Цзи Нин нахмурилась.

— О чем вы говорили? И что там делали? — продолжал парень. Судя по всему, он не намеревался ее отпускать, пока не получит ясные ответы.

От такого отношения девушка возмутилась:

— Откуда столько вопросов? Мне теперь отчитываться перед тобой каждый раз, когда я хоть слово скажу другому парню?

Гу Цин холодно хмыкнул.

— Не пытайся соскочить с темы. Зачем ты пошла за Дуань Наньфэном в тот лес? — его голос стал тяжелее, а в глазах проступила искорка жестокости. Казалось, он был готов ударить, если Цзи Нин откажется отвечать.

Она в испуге попятилась назад, однако далеко отступить не смогла. Гу Цин до сих пор держал ее за руку.

— Теперь тебе начал нравиться он?

Услышав это, девушка вмиг перестала злиться. Она посмотрела ему прямо в глаза и мягким голосом произнесла:

— Неужели ты настолько не ценишь мою симпатию к тебе? Почему не можешь просто доверять? В лес мы с Дуань Наньфэном ходили обсуждать городское выступление, в котором будем представлять школу в следующем месяце.

Гу Цин испытал порыв счастья и притянул Цзи Нин в свои объятия.

— Просто я слишком тобой дорожу. Ты мне нравишься, — сказал он ей на ухо.

— Хорошо, снято, — произнес Е Цзыань.

В ответ на слова режиссера Цяо Синь немедленно отпустил Лю Мань. Правда его правая рука, намеренно или же нечаянно, слегка коснулась ее ягодиц.

Тело девушки напряглось еще сильнее.

Цяо Синь хмыкнул. В отснятой сцене он чувствовал, какой напряженной она была в его объятиях. Юноша едва смог продолжить играть. Е Цзыань тоже это заметил, впрочем, останавливать их не стал. Сцена в любом случае снималась издали, так что после обработки никто ничего не заметит.

Цяо Синь понизил голос так, чтобы его услышала только Лю Мань.

— Тебя никогда не обнимал мужчина? — многозначительно спросил он.

Она же не захотела отвечать на этот слишком личный вопрос. Ей осталось сняться только с Цзи Ань, поэтому теперь девушка не боялась оскорбить Цяо Синя.

Именно поэтому она без слов развернулась и ушла.

Парень остался стоять в шоке.

Его только что проигнорировали?

Да среди безызвестных актрис абсолютно все старались ему угодить.

А эта массовка без влияния и денег посмела его задеть? Она что, не хотела больше остаться в шоу-бизнесе?

Лю Мань тем временем прошла в комнату отдыха, чтобы поправить грим, где рядом с ней присела Ян Хуаюэ. Два визажиста быстро помогли им нанести макияж и подготовиться к следующей сцене.

Поначалу никто не говорил, и всю комнату укутывала тишина. Слышались только звуки визажистов, использовавших средства для грима.

Как раз тогда Ян Хуаюэ неожиданно спросила:

— Цяо Синь только что тебя лапал?

«!!!»

Две сотрудницы переглянулись. Выражения на их лицах остались прежними, и движения не замедлились, однако уши внимали каждому слову. Услышанное их не удивило. Первым правилом существования в этом бизнесе было держать язык за зубами. И все же им очень хотелось послушать разговор.

Ян Хуаюэ задала вопрос настолько прямо, что Лю Мань не знала, как ответить. Все-таки в комнате они находились не одни.

В итоге она ничего не сказала.

Ян Хуаюэ знала о ее излишней замкнутости, решив, что Лю Мань наверняка слишком стесняется.

Вот и решила продолжить сама:

— Я видела. Цяо Синь положил руку тебе на ягодицу.

«!!!»

«!!!»

Визажисты, наносящие в это время основу под макияж, едва не позволили рукам предательски соскользнуть.

Лицо Лю Мань стало свекольно-красным, и даже тональная основа не помогла скрыть цвет.

— Цяо Синь поступил просто отвратительно, но даже не покраснел. Так почему краснеешь ты?

— Он лишь легонько коснулся. Может, случайно, — тихим голоском отозвалась Лю Мань.

— Да-да, — Ян Хуаюэ холодно фыркнула. — Профессиональным актерам вроде нас приходится сниматься в сценах, где мы находимся близко друг к другу. Не важно, что это: объятия, поцелуй или постельная сцена. Мы всегда знаем, когда остановиться, и помним о необходимости соблюдать осторожность в своих действиях, поскольку нельзя преступать черту. Цяо Синь знает о твоей неопытности и сделал это намеренно. Постыдился бы.

Ян Хуаюэ взбесилась из-за случившегося даже сильнее, чем Лю Мань, и последней еще и пришлось ее успокаивать:

— Ну и пусть. Я все равно не собираюсь его разоблачать. После сегодняшнего вечера мы с ним все равно никогда больше не пересечемся.

— Если в будущем другой мужчина попытается тебя полапать, не бойся и дай ему пощечину.

Затем Ян Хуаюэ резко повернулась к стоявшим позади визажистам.

— Никому ни слова об услышанном.

Обе женщины быстро пообещали держать язык за зубами. Они были предельно добросовестны и могли сохранить этот секрет.

Лю Мань такая Ян Хуаюэ, которая пыталась ей помочь, казалась милой.

Однако стоило начаться съемкам следующей части, и эта ее миловидность улетучилась.

На улице стояла глубокая ночь, когда Цзи Ань открыла дверь в спальню сестры.

Звезды и луну на небе прятали за собой унылые и мрачные облака. Было очень темно. В этом кромешном мраке девушка мягкими и беззвучными шагами подошла к кровати Цзи Нин.

Последняя к тому моменту спала с закрытыми глазами. Уголки ее губ были чуть приподняты, словно ей снился мирный и хороший сон.

Цзи Ань уставилась на эту улыбку. Последняя частичка сомнений и страха в ее глазах преобразовалась в беспощадную ненависть. Она распрямила веревку в левой руке и накинула ее на шею Цзи Нин.

Та вмиг проснулась от нехватки кислорода. Она чувствовала, как что-то сдавливает ей горло, не позволяя дышать. Открытые глаза девушки видели только темноту и чей-то силуэт.

Цзи Нин подсознательно старалась оттянуть веревку от шеи, тем не менее человек затянул ее еще туже. Цзи Ань жаждала ее смерти. Лицо старшей сестры стало бледнеть, а руки теряли силу, пока в конце концов не рухнули рядом с телом. Все произошло настолько быстро, что перед смертью Цзи Нин не получила ни малейшей возможности позвать на помощь.

После этого все сцены в «Звуке ветра» с участием Лю Мань завершились.

Как только режиссер остановил их, Ян Хуаюэ мигом бросила веревку и беспокойно дотронулась до шеи Лю Мань.

— Как ты?

— В порядке… — она не смогла договорить, прервавшись на приступ сильного кашля.

— Прости! Прости меня, — начала извиняться актриса.

Ради правдоподобности, на которой настаивал Е Цзыань, она не сдерживалась, когда душила Лю Мань. Включился свет, и на шее последней обнаружился красный, почти рассеченный до крови след.

— Я попрошу помощника отвезти тебя в больницу, — сказала девушка.

Лю Мань покачала головой.

— Нет, я правда в порядке. Просто нужно нормально поспать.

Ян Хуаюэ открыла рот словно в попытке не согласиться с ней, однако оказалась перебита Е Цзыанем:

— Хуаюэ, переодевайся и наноси грим. Следующий выход через пять минут.

Она не позволила себе ослушаться режиссера. Напоследок смогла лишь сказать Лю Мань:

— Пообещай связаться со мной, если будет плохо.

Та ответила кивком.

Ян Хуаюэ уже сделала несколько шагов, после чего опять повернулась.

— А, и не забывай меня, когда вернешься в столицу.

Лю Мань улыбнулась.

— Не переживай, я не забуду.

— Тогда до встречи. А сейчас прощай, — актриса бросила на нее последний взгляд. У нее было предчувствие, что они скоро встретятся снова.

Лю Мань смыла грим, переоделась в свою одежду и ушла со съемочной площадки. Перед этим Е Цзыань сказал ей, что она может вернуться домой завтра.

Режиссер остался очень доволен ее игрой за прошедшие двадцать дней. Девушка ни разу не опоздала, никогда не портила съемки остальным и не поднимала шум. Она не была посредственной, как массовка в своем большинстве.

Прежде чем отбыть, Лю Мань поблагодарила Е Цзыаня и остальных причастных, начиная с помощника режиссера и заканчивая визажистами.

Для других актеров съемки по-прежнему продолжались. Уход Лю Мань, девушки на второстепенной роли, многими остался незамеченным.

Зато после ухода среди сотрудников разошлись слухи: главный актер, Цяо Синь, воспользовался и полапал новенькую во время съемок, а она, несмотря на недовольство, не решилась жаловаться.

Источником этих слухов стали никто иные, как те две визажистки. В итоге о случившемся узнала вся съемочная группа.

Лю Мань не услышала тогда в гримерке, как Ян Хуаюэ сказала им «никому ни слова об услышанном». Актриса тогда надеялась, что те распространят новости и пристыдят Цяо Синя.

Ян Хуаюэ все понимала: Лю Мань была скромной тихоней, поэтому не имела смелости пожаловаться на парня, который поступил неподобающе. Вот она и решила сама отомстить за нее, создав Цяо Синю трудности.

В отель Лю Мань вернулась чуть раньше полуночи. Затем забронировала билет на самолет, чтобы вылететь в столицу сразу на следующий день, и вспомнила просьбу Юй Чжаня, поэтому написала ему:

[Я прилечу завтра.]

Тот ответил ровно через две секунды:

[Во сколько?]

Лю Мань проверила билет.

[В 17.45.]

[Хорошо, счастливого пути.]

Девушка легла спать, а собираться в дорогу начала уже после пробуждения. Она сделала фотографию своего белого чемодана, выставив ее в Weibo с подписью: [Возвращаюсь в столицу во второй половине дня!]

[Наконец-то сестренка вернется! *слезы счастья*]

[Я так долго этого ждала, что сейчас расплачусь. Наша принцесса летит домой!]

[То есть, наша любимица сможет вернуться к ежедневным стримам?]

[Конечно! Мне по-прежнему сильно хочется услышать ее игру на фортепиано.]

[Я жуть как соскучилась по Рассвет.]

[И я! Мы видим ее только на фотографиях в Weibo. Хочется уже увидеть кошку в движении!]

[Сестренка, а сегодня вечером трансляцию запустишь? Ответь-ответь-ответь, пожалуйста-позязя…]

Лю Мань ответила только на этот комментарий, написав:

[Раз ты так просишь, тогда запущу!]

[Супер!!! Мы все будем ждать!]

***

Выселившись из номера, девушка покинула отель с чемоданом в руке и собиралась вызвать такси до аэропорта. Тогда же перед ней притормозил черный фургон.

С пассажирского места вышел невысокий, худой юноша. Лю Мань видела его раньше в садовой вилле, он являлся помощником Тан Ту. Как подсказала ей память, звали его Сяо Ма.

Он подошел к ней.

— Здравствуйте, госпожа Лю Мань, я помощник Тан Ту, Сяо Ма. Тан Ту попросил меня подвести вас до аэропорта.

Первой реакцией девушки был, конечно же, отказ.

— Нет, не нужно. Я сама могу вызвать себе такси.

Тан Ту наверняка увидел ее запись в Weibo, оттуда узнав о сегодняшнем отбытии.

На ее ответ Сяо Ма произнес:

— С начала Нового года прошло всего три дня, и погода хорошая. Сейчас час пик. Такси придется ждать какое-то время, особенно в центре города. Посмотрите сами, если не верите мне.

Лю Мань достала телефон. Очередь на поездку в настоящий момент ожидало сорок семь человек.

— Если станете дожидаться очереди, ваш самолет скорее всего улетит еще до того, как вы прибудете в аэропорт, — Сяо Ма просто передавал слова Тан Ту. — Я знаю, вы переживаете. Но в машине никого нет, кроме меня и его водителя. Тан Ту сейчас на съемках. Просто воспринимайте нас, как обычное такси, можете даже заплатить нам за поездку, когда прибудем в аэропорт.

Слова Сяо Ма звучали для Лю Мань разумно. Если она заплатит, тогда не останется должна Тан Ту.

Только вот… Какое еще такси было таким роскошным и комфортным?

Услышав от девушки согласие – разумеется, неохотное – Сяо Ма переглянулся с водителем, вслед за чем боковая дверь машины автоматически открылась. Помощник жестом пригласил Лю Мань сесть в салон:

— Прошу, после вас.

— Спасибо.

Подвеска транспортного средства была высокой, и невольной пассажирке пришлось ухватиться за ручку, чтобы забраться внутрь. Сяо Ма сделал вид, будто помогает ей сзади, но до девушки не дотронулся.

Когда она пристегнулась, молодой человек занял переднее пассажирское сидение. Водитель завел фургон, и они взяли курс на аэропорт.

Поездка сопровождалась молчанием.

Так они и добрались до пункта назначения. Лю Мань посмотрела в интернете примерную цену за поездку от отеля до аэропорта.

— У вас есть Paypal?

Сяо Ма изумился. Он лишь небрежно предложил ей оплатить проезд и не ожидал, что она отнесется к этому серьезно.

Тем не менее юноша открыл платежную систему и вскоре получил 200 юаней.

После этого он наблюдал за тем, как Лю Мань скрылась в аэропорту. Водитель спросил его:

— Сколько заплатила та девушка?

— 200.

— Поездка стоит 150. Она добавила 50 в качестве чаевых? — сострил шофер.

— Нет, чаевых она оставила не 50, а все 200 юаней. Так, давай едем на перекус, сегодня вечером Тан Ту наверняка будет занят.

— Отличная мысль!

Прилетев в столицу, Лю Мань забрала свой багаж и вместе с другими пассажирами направилась к выходу. Там она увидела стоявшего в толпе Юй Чжаня.

Парень тоже ее заметил. Улыбнувшись, он замахал рукой, дополнительно привлекая внимание.

Две девушки, прилетевшие сюда тем же самолетом, что и Лю Мань, стали переговариваться между собой:

— Глянь на того молодого человека. Такой красивый!

— Я заметила его еще издалека. Думала, это какая-то знаменитость, но теперь, когда мы подошли ближе, мне так не кажется.

— Как по мне, так он даже красивее некоторых звезд. Актеров же гримируют специально для фильмов, а потом и во время монтажа делают так, чтобы они смотрелись красивее, но этот парень стоит прямо перед нами. У него отличная фигура. О безупречном лице я вообще молчу. Непримечательной девушке будет неловко находиться рядом с ним. Интересно, кто вторая половинка этого бога в человеческом теле.

Она только-только закончила делиться своим мнением, как осознала, что девушка с белым чемоданом идет прямо к объекту их восхищения.

Две незнакомки наблюдали за ней не моргая.

Лю Мань приблизилась, и Юй Чжань поспешил взять ее багаж.

— Не устала?

Улыбнувшись, она покачала головой.

— Я проспала допоздна и проснулась только в десять.

Парень не решался представлять, как Лю Мань при этом выглядела. Его сердце замерло, поскольку ему очень хотелось увидеть ту сцену…

Он попытался себя отвлечь:

— Ты не удивлена, что я приехал тебя встретить?

— А разве ты не это имел в виду, когда посылал мне сообщение?

Лю Мань не была глупой. Юй Чжань прилетел из столицы в Шанхай специально, чтобы провести с ней новогодний вечер, его намерения читались, как открытая книга.

Девушка испытывала хорошие чувства к этому человеку. Поэтому она решила позволить событиям идти своим чередом, не став его отвергать.

Только Лю Мань не знала, были ли те хорошие чувства к Юй Чжаню любовью между мужчиной и женщиной. Ранее она никогда не испытывала любви.

Поскольку ее держали вместе с другими девушками и женщинами, за все прежние двадцать четыре года ей не доводилось видеть настоящего мужчину.

Юй Чжань, разумеется, ничего не ведал о сложном прошлом своей спутницы. Знал он только одно – ему предоставили шанс на развитие отношений, и он не собирался его потратить впустую.

— Подожди меня тут пару минут, я подъеду на машине, — произнес он, после чего быстро удалился в сторону подземной парковки.

Придерживая чемодан одной рукой, Лю Мань зашла в интернет через телефон.

Тогда же из аэропорта вышли те две девушки.

— Ты разве не хочешь взглянуть на внешность его девушки? Вот она, красотка!

— Девушка божественного мужчины может быть только богиней, никак иначе.

— Кстати о богине, она не кажется тебе знакомой?

— Кажется, конечно. Мы только что видели ее в самолете.

— Нет-нет. Помимо самолета. Ее лицо точно мелькало где-то раньше.

Юй Чжань подогнал свой неприметный автомобиль, притормозив рядом с Лю Мань. Он вышел из машины, положил чемодан девушки в багажник и по-джентльменски открыл ей пассажирскую дверь. Дальше Юй Чжань помог ей пристегнуться. Каждое его движение совершалось настолько естественно, будто он всю жизнь только этим и занимался.

Обе незнакомки очень завидовали. Особенно тому нежному взгляду, который видели в глазах парня, когда тот смотрел на Лю Мань.

Машина так и уехала под их пристальным вниманием, и одна из девушек охнула.

— Точно, теперь я вспомнила! Она – Богиня Ханьфу!

Время шло к вечеру. В салоне транспортного средства Юй Чжань поинтересовался у Лю Мань, как будет лучше: поехать за Рассвет или сперва где-нибудь поужинать.

Девушка соскучилась по своей кошке, поэтому предпочла первый вариант.

Впрочем, Юй Чжань все равно пытался переубедить ее.

— Тебе ведь в любом случае придется поужинать. Неужто планируешь взять Рассвет с собой в ресторан?

— В моем доме она чувствует себя отлично, и с Полом они хорошо сдружились. Если так внезапно ее забрать, они оба опечалятся.

Парень умел приводил аргументы.

— Раз уже сам все решил, зачем тогда было спрашивать? — Лю Мань надулась.

На Юй Чжаня накатило легкое бессилие.

— Думал, выберешь ужин, а ты пошла против логики.

«…»

Многочисленные беглые взгляды, брошенные им в ее сторону, позволили понять, что сердилась девушка только для виду. Вздохнув с облегчением, он продолжил говорить:

— Возле моего дома много ресторанов, но в основном все западные. Хочешь отведать блюда западной кухни?

«Западной кухни?»

Лю Мань стала копаться в воспоминаниях, в результате чего нашла среди них сырое мясо, овощи, сыр, масло и еду со странным вкусом.

— Нет, у меня аппетит Хань, — очень резко отозвалась она.

Юй Чжань слышал о китайском аппетите, но, что имелось в виду под «аппетитом Хань», не знал.

«Может, вкусовые пристрастия представителей Хань?»

п.п.: Вполне вероятно Лю Мань имела в виду династию Хань, а Юй Чжань подумал о: Хань – этническая группа сино-тибетской языковой семьи. Занимает первое место по численности среди народов Земли, является крупнейшей народностью в Китае, в специальных административных районах КНР Гонконг и Макао, а также на Тайване и Сингапуре.

— Есть и китайский ресторан, но ехать придется чуть дольше, — Юй Чжань свернул за поворот, направив машину по другому маршруту.

Его дом находился в шикарном районе с роскошными зданиями и ресторанами. Он повез Лю Мань в китайское заведение, сделанное в стиле сада под открытым небом. Заняв столик на последнем этаже с огромными стеклянными окнами, они могли лицезреть все вечернее столичное небо. Внизу светились неоновые вывески, а над головой – мерцали звезды. Место несомненно подходило для романтических ужинов.

К сожалению, все мысли Лю Мань были о ее питомице, оттого она не замечала романтичной атмосферы. Она сконцентрировалась на еде и не говорила ни слова. Усилия Юй Чжаня остались незамеченными.

После трапезы он доставил ее к своему дому. Лю Мань знала его адрес, поскольку ранее отправляла ему свою каллиграфическую работу. Но только приехав туда лично и увидев все своими глазами, она наконец поняла, почему в воспоминаниях прежней Лю Мань это место описывалось, как «богатый район».

В многоквартирном доме Юй Чжаня была установлена трехуровневая система безопасности.

Первый уровень – металлические врата европейского стиля. Они автоматически разъехались, когда машина подъехала ближе. За ними обнаружился небольшой сад, посреди которого расположились три высоких жилых дома по тридцать этажей в каждом.

Второй уровень представляло собой устройство для распознавания лиц у въезда на парковку. Врата открылись, только когда Юй Чжань прошел эту проверку. Дизайн подземной парковки тоже не остался без внимания. Даже стены и пол были выложены дорогой керамической плиткой.

На последнем, то есть третьем, уровне безопасности требовалось пройти проверку по отпечатку пальца перед лифтом. Благодаря Юй Чжаню с этим не возникло никаких проблем, и они вошли внутрь, где при нажатии кнопки опять требовался отпечаток.

Он сказал Лю Мань:

— Каждый этаж здесь занимает одна квартира, перемещаться между этажами можно только с помощью лифта, поэтому тут столько систем безопасности.

При виде всего этого девушке казалось, что она всю жизнь провела в далекой от цивилизации пещере. Подобной роскоши не видела не только она, переместившаяся в нынешнюю эру из древнего Китая, но и прежняя владелица тела.

Жилище Юй Чжаня находилось на верхнем этаже здания. Стоило дверям лифта открыться, и к стоявшей в нем двоице ринулось темное пятно. Девушка в испуге отпрыгнула назад, а Юй Чжань же, словно предвидев это, встретил собаку распростертыми объятиями.

Пол с высунутым языком безудержно облизывал лицо хозяина.

— Так, все-все. Хватит меня слюнявить, — вопреки явному недовольству, пса он отталкивал от себя аккуратно и мягко.

Питомец тяжело дышал и глядел на Юй Чжаня с покорностью.

— Мяу… — Рассвет тоже заявила о своем присутствии!

Посмотрев вниз, Лю Мань увидела у своих ног кошку, которая оказалась там совершенно незаметно. Она подняла мордочку, глядя на девушку ясными мерцающими глазами, а затем стала тереться о штаны хозяйки, чье сердце едва не растаяло от умиления.

Лю Мань склонилась, чтобы подхватить Рассвет на руки.

Кто бы ни говорил о готовности котов забыть своих хозяев ради еды, он ошибался.

Питомица, жившая у Юй Чжаня в шикарных условиях, отлично помнила свою настоящую хозяйку. Она резко схватила лапками ее палец и принялась покусывать. Отпускать его она явно не хотела.

— Мое маленькое солнце, — одновременно с этими словами Лю Мань поглаживала ее свободной рукой.

— Соскучилась она по тебе за три недели.

Отвязавшись от Пола, Юй Чжань подошел почесать и Рассвет. Та довольно прикрыла глаза и приподняла мордочку, подставляя ему подбородок.

Судя по всему, он очень часто ее так баловал.

А еще теперь кошка безусловно принимала Юй Чжаня за своего второго хозяина.

Пара вместе с питомцами вошла в гостиную. Ее убранство полностью соответствовало тому фото, «Свободный Путник» по-прежнему висел на стене. Вживую каллиграфическая работа изумляла гораздо сильнее, чем на снимке. Такое великолепие могла вместить в себя только гигантская гостиная Юй Чжаня.

Лю Мань с Рассвет на руках встала перед собственным творением и долгое время в него вглядывалась.

— Иногда я тоже так смотрю. Стою перед стеной и восхищаюсь этой работой, рассматривая ее слово за словом. Я бы поискал непонятные в интернете, только там есть мало информации о символах печати, — раздался позади нее голос Юй Чжаня.

— Ты очень необычно написала некоторые слова. К примеру, «Южный». В интернете две точки этого иероглифа разделены посередине, но ты их соединила. Мне очень хочется узнать, почему. На каникулах я даже в библиотеку ходил с этим вопросом.

Заинтересовавшись, Лю Мань повернулась к нему.

— И как, узнал?

В ответ Юй Чжань отрицательно покачал головой.

— Может в неудачное место пошел.

От такого внимания к своей работе и ее признания она испытывала счастье. Девушка объяснила:

— «Южный» я написала печатными символами.

Юй Чжань растерялся.

— Печатными? В смысле символами из Индии?

п.п.: В китайском «печатный» по звучанию похоже на «Индия».

Лю Мань захотелось смеяться.

— Уж в чем в чем, а в культуре древнего Китая ты совершенно не разбираешься.

— Ну, оно и понятно. Я же говорил тебе, что уехал за границу еще ребенком, после чего познавал западную культуру, — признал свое несовершенство Юй Чжань. — Так, и что это за печатные символы такие?

— Они выгравированы на штампах, например, штампе императора или королевы. Там и используются.

— Спасибо за просвещение, — парень поклонился на древнекитайский манер. — Мое восхищение к тебе подобно бурлящей реке.

Лю Мань было странно получать от него такое официозное отношение.

— Пустяки.

Бумажное производство в династии Хань не являлось таким продвинутым, как у последующих поколений. Дефицитная бумага стоила дорого. В холодный дворец ее почти не закупали. Чтобы дать тогда еще маленькой Лю Мань возможность изучить китайские иероглифы, госпожа Сюй поначалу просила ее макать кисть в воду и выводить их на полу. В подростковом возрасте она училась вырезать их на дереве или камне с помощью ножа, а затем и писать кисточкой на шелке.

Слова Юй Чжаня хоть и звучали шутливо, но парень поистине восхищался Лю Мань. Будучи такой юной, она уже обладала необычайно редкими талантами.

На другой стене гостиной висели часы. Они всегда издавали звук при наступлении каждого нового часа.

Ди-инь.

Юй Чжань повернул к ним голову.

— Ровно десять.

Лю Мань удивилась:

— Как?! Уже десять?

— Твой рейс задержался минут на двадцать, и один час мы потратили на дорогу оттуда до центра города. Затем пятнадцать минут искали ресторан, ужин в котором занял сорок минут. Тогда приехали сюда, игрались с питомцами и говорили на тему каллиграфии. Время летит незаметно.

На лице девушки проступила хмурость.

— Но я обещала подписчикам выйти сегодня в эфир.

Следующие слова собеседника стали для нее неожиданностью.

— Можешь запускать его в любое время. Хоть прямо сейчас.

«Стримить в квартире Юй Чжаня?» — Лю Мань колебалась.

Она впервые пришла к нему в гости, да и вести отсюда трансляцию… А как же учтивость?

Тем не менее, если бы она поехала домой сейчас, то времени на эфир у нее бы не осталось. И как тогда отреагировали бы фанаты? Обвинениями о невыполнении данных обещаний? Девушка и сама не любила тех, кто бросал слова на ветер.

В конце концов страх потерять поклонников взял верх над нерешительностью.

Она утешала себя тем, что в худшем случае доставит Юй Чжаню лишь незначительные неудобства. Никаких других проблем в стриме из его квартиры Лю Мань не видела.

Из-за висевшего на Weibo поста о предстоящем эфире многие фанаты [Принцессы Мань] ждали ее появления еще с семи часов вечера. В итоге они просидели перед экранами своих устройств один час, два часа, а затем и три.

К десяти часам вечера в их сердцах разрослось чувство досады.

Как раз тогда иконка профиля их любимицы засветилась, ознаменовав ее появление в сети.

Сердца поклонников тоже засияли.

[Наконец-то, сестренка. Я уже почти подумала, что ты нарушишь свое обещание.]

[Принцесса, я целых три часа ждал! Устал уже очень.]

[Сестренка – надежный человек. Скорее всего, возникли какие-то накладки.]

…

Десятый час сопровождался пиком активности на стриминговых площадках. К эфиру [Принцессе Мань] за считанные секунды присоединилось более 4 000 зрителей, и они по-прежнему продолжали прибывать.

Подписчики стали переписываться между собой, однако стримера не было ни видно, ни слышно. Неустановленная камера снимала серый пол.

[Та-ак, я помню, что пол в доме сестренки деревянный. Она сейчас не у себя?]

[Может не вернулась в столицу и до сих пор в Шанхае?]

[Что с нашей принцессой? Я переживаю.]

…

Лю Мань расположила смартфон на столе. Для этого она прибегла к старому методу: прислонила его к стопке книг. Юй Чжань тем временем наблюдал за ее умелыми движениями со стороны и предположил, что делать это ей приходилось часто.

— Все, я с вами, — ее голос прозвучал в эфире, и в следующее мгновение все увидели столь знакомый подбородок.

[Сестренка пришла! Уррра! Ура-ура-ура!]

[С Новым годом!]

[Желаю тебе в Новом году много удачи и заработать на стримах кучу денег!]

[Наша принцесса надела такую красивую кофту! Рисунок лося очень миленький.]

Благодаря усердно работающему кондиционеру в квартире Юй Чжаня стояла жара. Девушке довелось скинуть куртку, оставшись в стареньком свитере, который прежняя Лю Мань носила еще в старшей школе.

Юй Чжань зашел под своим ником [Я ветеринар] и тоже присоединился к трансляции. При виде этого комментария он отвлекся от экрана и тайком взглянул на упомянутого лося на груди девушки.

Зверушка и впрямь была очень милой.

Лю Мань тем временем начала говорить:

— Я тоже всем вам желаю счастливого Нового года. Простите, что так припозднилась со стримом.

[Мальчик Отаку: И вовсе ты не припозднилась. На зимних каникулах я обычно около 3-4 ночи ложусь.]

[Мое почтение модератору.]

[И как ты еще не умер от истощения?]

…

[Стоп-стоп-стоп, ничего не пишите. Ваши комментарии мешают нормально видеть.]

[Откуда взялся этот дурак? Теперь нам всем ничего не писать, лишь бы ты что-то там смог рассмотреть?]

[Модераторы, забаньте этого ненормального.]

[Да хватит писать, блин! Посмотрите на фон за стримером. Разве он не такой же, как на том фото гостиной у Я ветеринара?]

Как только это сообщение появилось в чате, взгляды зрителей переместились на фон. Каллиграфическая работа, деревянное обрамление, шикарный черный диван и серый пол, продемонстрированный им в начале трансляции…

[Боже, сестренка в доме бога ветеринара!]

[Кто-нибудь объяснит, что здесь вообще происходит?]

[Принцесса и ветеринар уже настолько знакомы? Они живут вместе!]

[Не пиши такие гадости. Хватит говорить, что они вместе.]

[Хм, сестренке и богу нечего скрывать, а иначе стала бы она стримить из его дома так открыто?]

[Согласна. Я и сама остаюсь ночевать у подруг или двоюродных сестер, когда засиживаюсь у них до ночи.]

[Я ветеринар: Рейс стримера задержался, из-за чего забирать у меня Рассвет она приехала поздно. Чтобы исполнить обещание, она решила стримить отсюда.]

Объяснение [Я ветеринара] вмиг все прояснило.

[А, точно. Рассвет временно жила у ветеринара, так что первым делом после возвращения сестренка поехала за ней!]

[Что скажете теперь, те, кто писал всякие грязные домыслы? Выпейте лучше лекарство для мозга.]

[Мальчик Отаку: Как же это мило. Сейчас поздний вечер, а сестренка перенесла перелет из Шанхая. Ты наверняка устала, но все равно не забыла об обещании и стримишь для нас, несмотря ни на что. Меня совесть загрызет, если я не отправлю тебе подарок! Три других модератора здесь? Давайте закидаем ее подарками.]

[Мальчик Отаку подарил вам 100 Сердец.]

[Фея Персик подарила вам 100 Сердец.]

[Рев Дракона подарила вам 100 Сердец.]

[Я Тинтин подарила вам 100 Сердец.]

Все четыре модератора [Принцессы Мань] стали первыми в этой волне, вскоре другие зрители последовали их примеру.

Пока они занимались отправкой подарков, камеру лизнул большой язык. Поклонники успели рассмотреть вблизи сам язык, часть белых зубов, а также сверкнувшую слюну… Затем их взорам предстали две большие темные ноздри, которые что-то обнюхивали.

[Это маламут бога ветеринара.]

[Его вроде бы зовут Пол.]

[Привет, Пол!]

[Пол такой миленький! Гораздо милее, чем на фотках.]

[Мне просто кажется или он ведет себя глуповато?]

[Маламуты – одни из наиболее примитивных собак, так что ничего странного тут нет.]

[Ну хоть телефон не опрокинул. Пол заметно умнее хаски.]

[По-моему, теперь вместо котов мне начинают нравится собаки.]

[А я люблю и Рассвет, и Пола!]

Зрители продолжали общаться, и Рассвет, которой сильно не нравилось одиночество, запрыгнула на стол, словно намеренно искала смысл существования. Ее проворные лапки легли на спину Пола, а в следующее мгновение кошка уже восседала у него на голове. После этого пушистая особа там и улеглась, притворившись неподвижной горой. Отъеденный двойной подбородок питомицы закрыл собаке глаза, в связи с чем тот попытался его облизать вытянутым языком.

[О-о-о-о-ой, я сейчас заплачу от умиления!!!]

[Они таким смышленые!]

[Только посмотрите на эту взаимную любовь… Мое сердце не выдерживает.]

[Народная Милашка: Более послушной собаки я не видела.]

[Народная Милашка подарила вам 2 Сказочные Кареты].

[Народная Милашка: Сестренка, это подарки Полу! Купи ему от меня корма и еды, пожалуйста. Заранее спасибо!]

[У Пола другой хозяин. Нужно было перевести деньги богу ветеринару.]

[Но он же не стримит.]

[Народная Милашка: Ничего страшного. Пусть деньги ему передаст сестренка. Бог ветеринар, наверное, сейчас рядом с ней.]

Ее сообщение активизировало остальных зрителей.

[Бог ветеринар, бог ветеринар, ты возле Принцессы? Можешь показать свое лицо?]

[Принцесса и свое-то не показывала, так с чего бы это делать ему? Просто помаши рукой в камеру.]

[Или скажи что-нибудь.]

[О да, нам все до смерти любопытно.]

…

Видя все эти заинтересованные комментарии, Юй Чжань посмотрел на Лю Мань, словно спрашивая ее «Что мне сделать?». Как-никак, стрим вела она.

Девушка очень всех удивила, обратившись к нему дразнящим тоном:

— Дядя, все хотят услышать твой голос, скажи что-нибудь.

«!!!»

Юй Чжань не был рад от слова совсем.

Зрители на стриме принялись писать в чат еще активнее.

[Вау, так и знал! Бог ветеринар – мужчина средних лет!]

[Я и это раньше говорил. Он наверняка старый.]

[Похоже, они не встречаются.]

[В отношениях нет ничего хорошего. Взять вот любую интернет-пару, у всех них начиналась эта любовь-морковь, а в итоге только расставания и разводы. Зато те, кто стримил, как друзья или подруги, неизменно стали всемирными знаменитостями.]

[Я тоже надеюсь, что Принцесса и Бог будут парой. Тогда мы сможем наблюдать на стримах как Рассвет, так и Пола. Ну разве не круто?]

[Моя интуиции подсказывает, что они оба в будущем обретут большую популярность. Запомните этот пророческий комментарий.]

[Жду не дождусь, когда он сбудется!]

[Я тоже!]

…

Юй Чжань видел в том числе и эти сообщения, выражавшие ожидания наряду с благословлениями. Его приунывшее сердце постепенно оттаяло. Точно, пусть фанаты приписывают ему хоть какие возраст и внешность.

С ним «стариком» Лю Мань будет заливаться радостным смехом. Она смогла бы стать более популярной, а он в свою очередь получил бы возможность проводить с ней больше времени. Он не оставался без собственной выгоды!

Таким образом, Юй Чжань подошел к девушке со спины, и, намеренно понизив голос, притворился пожилым человеком.

— Добрый вечер, поклонники Принцессы Мань! Я впервые говорю что-то в прямом эфире, поэтому и не знаю, что сказать. Желаю всем отличной весны и успешного года!

[У бога отличный голос!]

[Его голос такой низкий, что вызывает во мне тревогу.]

[Он действительно звучит, как уже достаточно взрослый мужчина.]

[Вы на что до сих пор надеетесь!]

[Как-то не похож он на старика в плане телосложения.]

Юй Чжань стоял за Лю Мань, в связи с чем все его тело оставалось скрытым. Тем не менее зрители видели очертания его силуэта. Прежде всего им стало ясно, что он был довольно высоким. Лю Мань в сидячем положении едва доставала ему до живота. А во-вторых, вытянутые вдоль тела руки выглядели отлично.

[Руки нашего бога такие же красивые, как у Принцессы! Они оба худощавые.]

[Ну, наш бог все-таки ветеринар, а ветеринары считай хирурги, им операции приходится делать. Почти у всех хирургов руки хорошие.]

[Столь хорошая фигура у мужчины средних лет впечатляет.]

[Печалька. Будь он на 10 лет моложе, я бы точно бегала за ним!]

[Солнышко, хватит читать фантастические романы.]

…

Прозвучавший голос [Я ветеринара] утолил интерес всех зрителей. Теперь каждый из них поверил, что восхищение и почитание к нему с [Принцессой Мань] было вызвано их талантами и умениями.

В остальной части эфира главными действующими лицами опять стали Рассвет и Пол. Поклонники наблюдали за питомцами на своих экранах и хорошо проводили время.

В своей квартире Юй Чжань хранил много игрушек для питомцев. Любая из них занимала собаку с кошкой на долгое время. Гостиная его к тому же отличалась просторностью и объемом, благодаря чему домашние животные могли гоняться друг за другом, либо просто вместе играть.

Сейчас Рассвет казалась Лю Мань счастливее, чем у нее дома.

Время незаметно перевалило за полночь.

Юй Чжань посмотрел на часы.

— Маньмань, пора отдыхать.

Говоря это, он забыл изменить голос. К счастью, сказанная фраза прозвучала негромко.

[Вы все это слышали? Бог произнес «Маньмань» так тепло.]

[От слов так и повеяло нежностью. Бог ветеринар наверняка очень добрый человек! Можно даже предположить, как нежно он заботится о домашних животных.]

[Ага, значит прозвище сестренки — «Маньмань». Я запомню, хе-хе!]

…

Лю Мань обменялась со зрителями пожеланиями добрых снов, после чего завершила трансляцию.

Тогда Юй Чжань спросил ее:

— Твои родители дома?

— Нет, мама у бабушки с дедушкой, поэтому сейчас ее в столице нет. А отец… — Лю Мань замялась, — он в командировке.

Ее ложь прозвучала совсем не убедительно. Впрочем, спрашивать дальше он не стал.

— Раз в данный момент никого из твоих родных нет, можешь остаться на ночь у меня, а завтра я подвезу вас с Рассвет.

Девушка приняла предложение. Она не видела причин упрямиться и тащить кошку домой в столь поздний час. Более того, они с Юй Чжанем уже ночевали в одном номере. Сейчас с ее стороны было бы слишком несуразно спорить касательно того, что мужчине и женщине не подобает находиться наедине.

К тому же, квартира Юй Чжаня имела куда большую площадь, чем тот номер в отеле Quan Jing.

Здесь имелся всего один этаж, зато комнат было четыре. Самая большая принадлежала Юй Чжаню. В одной располагался его рабочий кабинет, другая отводилась Полу, а оставшаяся – специально для гостей. Несмотря на самые маленькие размеры последней, по площади она не уступала спальне Лю Мань в ее собственном доме.

Рядом с гостевой располагалась ванная, а мебель в комнате заметно превосходила аналогичную из недавнего отеля. Все выглядело новым.

Юй Чжань открыл для девушки дверь, позволив легкому цветочному аромату вырваться наружу. Оглядываясь, Лю Мань из любопытства спросила:

— Тут никто еще не жил? Так чисто и идеально, даже пылинки ни одной нет.

Парень тем временем занес в комнату ее чемодан. Подняв голову, он сказал:

— Обычно все мое время отнимает ветеринарная клиника, поэтому на домашние дела его не остается. Я нанимаю работников для уборки квартиры каждые вторник, четверг и субботу. Но да, в гостевой комнате ты будешь первым жильцом. Честно говоря, никого не было не только в ней, а в принципе у меня дома. За исключением работников и меня самого, конечно же.

Эти слова Юй Чжань говорил с улыбкой, и тон его звучал нормально, тем не менее Лю Мань все равно ощутила сильное одиночество собеседника. Хорошо хоть Пол всегда составлял ему компанию.

Совсем как Рассвет ей, когда она только переместилась в этот мир.

Той ночью девушка выспалась прекрасно. Ей ничего не снилось. Хоть кошка и осталась со своим новым четвероногим другом и не пришла на кровать к совей хозяйке, Лю Мань знала, что за дверью находился Юй Чжань.

Следующим днем она собрала вещи, приготовившись отправиться домой.

Рассвет, похоже, уже понимала, что ее вскоре разлучат с Полом. Она быстро спряталась под диван, отказываясь оттуда вылезать, вне зависимости от того, как ласково ее звала девушка. По другую сторону лаял маламут, таким образом тоже выражая свой протест.

В конце концов все разрешил Юй Чжань. Первым делом он успокоил пса, почесав тому морду и погладив по спине, а затем прошептал что-то на ухо. Пол вмиг перестал шуметь, только понурил голову и уселся на задние лапы. Выглядел он крайне расстроенным и печальным.

Рассвет, которая успела сильно к нему привязаться, показала из-под дивана мордочку и в тот же миг оказалась поймана затаившемся Юй Чжанем.

— Мяу… — питомица яростно извивалась, однако парень совершенно неожиданно прижал ее к себе обеими руками и поцеловал в лоб.

Кошачьи глаза превратились в два больших круга, а сама она перестала шевелиться. Рассвет послушно замерла в руках Юй Чжаня и перевела на Лю Мань обиженный взгляд.

Сердце девушки смягчилось, из-за чего она едва не сказала Юй Чжаню, что решает оставить питомицу здесь. Тем не менее разум возобладал над эмоциями. После каникул у Юй Чжаня появится много дел, и он наверняка не сможет уделять время даже прогулкам с Полом.

Парень заметил внутреннюю неопределенность Лю Мань.

— Можешь приносить Рассвет ко мне в клинику или сюда в любое время, если хочешь, чтобы она поиграла с Полом.

Девушка вздохнула.

— Только так они и смогут видеться.

Ее дом пустовал более десяти дней. Перед отъездом Чжан Пэй плотно позакрывала все окна и двери, однако слой пыли на полу и мебели скопиться все равно успел. Лю Мань прибралась в своей спальне, дала Рассвет корма с водой и закрыла ее в ванной. Далее пришел черед убраться и в остальных комнатах.

Их в доме тоже насчитывалось четыре. Одна принадлежала ей, другая – родителям, третья была для работы или учебы, а оставшаяся отводилась для гостей.

Уборку Лю Мань начала с гостевой и рабочей комнат, постепенно перейдя и в родительскую.

Пока Лю Мань протирала столешницу перед зеркалом, ее взгляд зацепился за приоткрытый ящик. Она попыталась его задвинуть, но безуспешно – слишком много вещей скопилось внутри, из-за чего он застрял. Девушке пришлось потянуть за ручку в обратную сторону. Она переборщила с силой, и на пол упала тетрадь.

Лю Мань поспешно подняла ее и планировала бросить на нее лишь беглый взгляд, но ее привлекло содержимое.

«Денег в банке: 320 тыс.;

Украшения: 140 тыс.;

Машина: ?

Одолжила у мамы: 50 тыс.;

Одолжила у брата: 50 тыс.;

Одолжила у сестры: 50 тыс.;

Одолжила у друга, Сунь Ии: 150 тыс.;

Одолжила у друга A: 20 тыс.;

Одолжила у друга B: 20 тыс.;

Одолжила у друга C: 20 тыс.;

Кредит в банке: два миллиона…»

Тетрадью оказалась бухгалтерская книга Чжан Пэй.

Женщина записывала в нее все долги с тех пор, как ее муж оказался за решеткой.

Помимо адвоката Сунь, она заняла по 20 тысяч у трех других друзей. Машину Лю Чэньюя изъяли, поэтому было неизвестно, когда ее вернут.

Лю Мань подсчитала. Вместе с двумя миллионами, полученными в банке под залог дома, до необходимой суммы им не хватало еще 180 тысяч юаней.

У нее самой имелось примерно 150 тысяч.

Требовалось достать еще тридцать.

Сегодня было 19-е февраля. До 1-го марта, то есть, дня выплаты денег семье Ван, оставалось чуть меньше десяти дней.

Лю Мань вспомнила о своей зарплате в размере 50 000 за съемки, но никто не говорил ей, когда конкретно она сможет их получить.

Разблокировав телефон, она нашла в WeChat контакт помощника режиссера и спросила об этом у него.

Тот ответил.

[Я отвечаю за выплаты только массовке. У тебя другой случай, потому что ты подписала контракт непосредственно с компанией. Тут нужно спрашивать у кого-то из Galaxy Films.]

Лю Мань знала контакт только одного представителя той компании — Цю Цзин, заместителя генерального директора. Даже практически ничего не смысля в мире бизнеса, она все же понимала, как невежливо будет писать заместителю о зарплате во время еще не окончившихся каникул.

Тем не менее девушка не видела другого выхода.

[Здравствуйте, профессор Цю. Когда я смогу получить зарплату?]

В тот момент Цю Цзин проводила время со своей семьей. После целого года работы женщине представилась редкая возможность отдохнуть парочку дней. Пришедшее сообщение от Лю Мань вызвало на ее лице хмурость.

Муж спросил у нее:

— Что такое? Проблемы в компании?

— Помнишь, я рассказывала тебе о той девушке, которую встретила, когда вернулась в свой университет?

— Конечно, ты постоянно ее восхваляла.

— Она спросила меня, когда получит зарплату.

— Куда она так спешит? Ваша компания в любом случае все ей выплатит. И почему, кстати, она спрашивает по поводу денег тебя? Это же все равно, что фермер просит владельца земли ему заплатить. Как-то грубо это.

— Я сама впервые с таким сталкиваюсь. Разочаровала меня эта девочка. Ока оказалась еще жаднее, чем я думала.

— Может у нее в семье все плохо с деньгами, и она хочет жить получше.

Цю Цзин вспомнила о том, как Лю Мань, не заботясь о своей безопасности, ночью пошла на барбекю с тем ветеринаром. Она и впрямь казалась бедной. Такая пустая трата внешности и характера.

— Я дала ей один шанс сняться в фильме, но больше дел с ней иметь не намерена.

Ответ от Цю Цзин пришел спустя полчаса.

[Финансовый отдел компании еще в отпуске, они смогут заплатить тебе по возвращению.]

Лю Мань продолжила спрашивать: [Когда они вернутся?]

[Ты получишь деньги в начале марта.] — это сообщение женщина печатала с сильным раздражением.

Финансовый отдел всегда затягивал с выплатами. Кроме того, после возвращения с отдыха никому работать особо не хотелось. Зарплату к началу марта наверняка можно было не ждать.

Только вот Лю Мань ждать не могла вообще.

[Профессор Цю, не могли бы вы, пожалуйста, заплатить мне раньше? У меня в семье проблемы, мне срочно нужны деньги.]

Цю Цзин ответила через пять минут.

[Обратись к моей помощнице Чжоу Си. Ее WeChat 187XXXXXXXX.]

Девушка отправила ей запрос на добавление в контакты, и та приняла его в ту же секунду, поскольку Цю Цзин уже заранее ей позвонила, сказав взять 60 тысяч юаней из резервного фонда компании и отдать их Лю Мань. В эту сумму входило 50 тысяч зарплаты, 8 тысяч суточных и еще две – оплата проезда.

Чжоу Си даже в замешательстве спросила:

— Полная стоимости билета на рейс из Шанхая в столицу составляет менее двух тысяч. Даже с учетом поездки в такси.

— Просто заплати ей! — раздраженно воскликнула Цю Цзин.

Она больше не хотела иметь дел с такими людьми, которые усложняли людям жизнь из-за денег.

Через день Чжоу Си перевела на PayPal Лю Мань 60 000 юаней.

Через неделю после новогодней ночи домой вернулась и Чжан Пэй, привезя с собой занятые у родителей 150 000. После каникул она не только не поправилась, а, наоборот, заметно исхудала.

Местом рождения женщины был небольшой городок на окраинах столицы. Ее родители, вырастившие помимо нее сына и еще одну дочь, жили там до сих пор. Она попросила у них денег сразу после случившегося с мужем. Во время этой поездки Чжан Пэй намеревалась взять наличку, а еще хотела одолжить у друзей или подруг.

Однако из родного города женщина уехала больше двадцати лет назад. После свадьбы с Лю Чэньюем она уволилась с работы, став домохозяйкой. Со своими родственниками, подругами или одногруппниками она связывалась редко. На просьбы дать в долг они в основном отвечали ей чем-то, вроде: «Ты разве не удачно вышла замуж? Твой муж государственный служащий и зарабатывает неплохие деньги, ты даже сама работу оставила. Зачем тебе нужен заем?»

В общем, взаймы давать не хотел никто.

Чжан Пэй продолжала вести учет занятых денег. Банк под залог дома выдал ей только два миллиона, поэтому требовалось достать где-то еще 180 000! Она не знала, к кому обратиться.

Мысли об этом донимали ее на протяжении обратного пути в столицу.

Родители ее мужа уже умерли. У него осталось только две ныне замужних сестры, с которыми Лю Чэньюй почти не общался. Чжан Пэй не испытывала особых надежд на получение от них хоть какой-то суммы.

Те немногие друзья Лю Чэньюя приходились ему коллегами. Они оборвали с ним все связи после случившегося происшествия.

По итогам тщательных раздумий Чжан Пэй пришла к выводу, что в текущей ситуации можно положиться только на Сунь Ии. Он работал юристом, а его жена – судьей. Их семья всегда жила в хороших условиях. Сунь Вэйвэй, их дочь, постоянно демонстрировала превосходство над Лю Мань во время учебы. Родители никогда не нанимали ей репетиторов, ни разу не договаривались о ее дополнительных занятиях и ни единого юаня не заплатили за поступление дочери в Столичный Университет. В семье у Чжан Пэй все складывалось иначе. Для предоставления Лю Мань одной только возможности изучать фортепиано ей пришлось отдать десять тысяч юаней. А помимо него были также траты на ее увлечения, любовь к одежде, косметике и коллекционированию обуви.

Сунь Ии прекрасно осознавал их семейные проблемы. Он добровольно занял им 150 000 юаней. Если бы Чжан Пэй попросила его о дополнительных 180 тысячах, адвокат бы точно ей не отказал.

Поскольку срок выплаты почти наступил, она решила позвонить ему прямо во время дороги.

По ту сторону трубки Сунь Ии сказал, что сперва хочет обсудить все со своей женой и перезвонит позже. Не прошло много времени, когда женщина получила сначала столь ожидаемый звонок, а затем и слова согласия.

Ей уже поскорее хотелось вернуться домой, дабы поделиться хорошими новостями с дочерью.

Тем не менее ответ последней заставил ее растеряться.

— Мам, сейчас же перезвони дяде Сунь. Скажи, что деньги у нас есть, и те сто восемьдесят тысяч больше не нужны, — она показала ей свой счет в PayPal. — Шестьдесят тысяч мне заплатили за съемки, а остальное – со стримов.

Чжан Пэй застыла в шоке. Она недоумевала, как легко зарабатывались деньги за счет проведения прямых трансляций.

— Ты не делала ничего незаконного? — женщине не хотелось подозревать Лю Мань, но спросить было нужно.

Ее дочь посмотрела очень серьезно.

— Клянусь. Каждая монета заработана честно и законно.

У Чжан Пэй все равно осталось недоверие. Всего за два месяца девушка скопила 150 000? С каких это пор деньги зарабатывались так просто?

Впрочем, среди ее проблем положение мужа находилось на первом месте. Теперь у них имелись деньги, и ситуация заметно улучшилась. Она позвонила Сунь Ии в присутствии Лю Мань.

Адвокат на звонок ответил тоже под взглядами семьи.

Его жена, Вэй Ин, спросила:

— Кто это был?

— Снова Чжан Пэй, — с момента их разговора прошло всего полчаса. — Сказала, что у них появились деньги, и больше ничего не нужно им занимать.

Вэй Ин удивилась.

— Где она так быстро достала сто восемьдесят тысяч?

Удивление Сунь Ии казалось еще большим.

— Говорит, Лю Мань пошла на подработку, и там ей заплатили двести с чем-то тысяч.

В ответ на это жена издала смешок.

— Не верю.

— А я верю.

Супруги одновременно посмотрели на свою дочь.

— Ты разве не перестала дружить с Лю Мань? — спросила Вэй Ин.

— Дружба не имеет никакого отношения к тому, что я верю в ее способность заработать такие деньги.

Сунь Вэйвэй носила очки в золотой оправе. Из-за ее сильной близорукости линзы в них вставили большие и толстые. В итоге очки занимали едва ли не половину лица девушки. Глаза, ввиду узкого их разреза, были небольшими, а переносица – невысокой. Ношение таких очков удобно скрывало эти недостатки. Сунь Вэйвэй с малых лет приходилось усердно учиться, поэтому волосы у нее со временем стали заметно реже. Она их очень ценила и давно уже перестала ходить с распущенными, извечно собирая те в конский хвост.

В старшей школе Лю Мань обозвала Сунь Вэйвэй уродиной. Однако сейчас та походила на вполне нормальную девушку. Благодаря проведенному за книгами времени от нее веяло утонченностью. Присмотревшись к ней получше, любой посчитал бы ее весьма привлекательной.

Сунь Вэйвэй пояснила:

— В данный момент Лю Мань популярна в интернете. Все зовут ее «Богиня Ханьфу». Она дважды выступала с интернет-певицей, и те ролики посмотрело очень много людей.

— Оу, а ты пристально следишь за происходящим, — поддразнил свою дочь Сунь Ии. — Я думал, ты намерена ненавидеть ее до конца жизни.

— Зачем мне грузить себя теми пустяками из старшей школы? Я просто не общаюсь с ней и все, — Сунь Вэйвэй пожала плечами. — И, как мне кажется, с тех пор она стала другой.

— Конечно другой, она зарабатывает кучу денег, — подключилась к обсуждению Вэй Ин. Только было неясно, сказала она это в качестве комплимента или критики.

Вэй Ин не забыла, как ее дочь рыдала после того случая с обзывательством. Женщина не собиралась прощать наглую девчонку.

Правда она все же согласилась, чтобы ее муж одолжил им денег. Вэй Ин умела разграничивать помощь нуждающейся семье и унижение ее дочери со стороны Лю Мань в подростковом возрасте.

Это только лишний раз подтверждало поговорку: Яблоко от яблони недалеко падает.

Вэй Ин и Сунь Вэйвэй обе знали разницу между личным обидами и тем, что попросту нужно сделать.

— Но если так подумать, на какой подработке платят такие суммы? — спросила Вэй Ин мужа.

— Чжан Пэй говорила взволнованно и ни о чем особо не рассказала. Думаю, она и сама не понимает, что там за работа. Упомянула только какие-то стримы. Я уже слишком стар, чтобы понимать нынешнюю молодежь.

Слова отца заставили Сунь Вэйвэй впасть в глубокие раздумья.

Не так давно студент факультета компьютерных наук в ее университете загрузил на сайт заведения вырезку из прямого эфира стримера. Его темой являлось разоблачение продавцов поддельного кошачьего корма. Соседка по комнате Сунь Вэйвэй, у которой был кот, лайкнула тот ролик. Вдобавок к этому она подписалась на стримера и постоянно о той говорила.

Сунь Вэйвэй запомнила ник стримера: [Принцесса Мань].

Соседка уговорила ее посмотреть несколько стримов вместе. Ведущая хоть и не показывала своего лица, однако вызвала у девушки знакомое чувство. Основываясь на ее голосе и телосложении, Сунь Вэйвэй заподозрила в ней Лю Мань. Однако не была уверена на все сто.

Больше всего ее сбивало с толку каллиграфия [Принцессы Мань].

Сунь Вэйвэй почти ничего об этом не знала, но все равно ясно видела наличие у стримера серьезной, хорошей базы в каллиграфии. И развить это за краткий промежуток времени наверняка не представлялось возможным.

Они с Лю Мань перестали дружить шесть лет назад. За то время ни одна из них не сказала другой и слова.

«Неужели она научилась каллиграфии за шесть лет? Лю Мань с ее недалеким умом вообще способна на такое?»

В памяти Сунь Вэйвэй также засело и то видео с игрой бывшей подруги на фортепиано под пение Сяо Кэ. В тот момент та казалась исключительной и талантливой.

Поскольку девушка знала ее очень глупой, она задавалась вопросом, не мутировали ли гены Лю Мань.

После успешного сбора миллиона юаней Чжан Пэй пошла с дочерью в банк.

Она еще до начала каникул подписала с менеджером кредитный контракт на два миллиона, заложив ради этого их единственный дом.

Начиная со следующего месяца, их семье придется возвращать банку по 8 900 юаней 15-го числа каждого месяца на протяжении следующих 25 лет. Если оплата по кредиту не будет поступать три месяца подряд, банк оставлял за собой право отнять у них дом и выставить его на продажу.

— Когда отпустят папу? — опять спросила у матери Лю Мань.

Чжан Пэй и самой очень хотелось знать, когда к ним вернется глава семейства.

— Дядя Сунь еще перед каникулами отправил письмо о прощении в прокуратуру и суд. Скорее всего, они до сих пор его не проверили, поскольку праздники не закончились, да и сама процедура длинная. Без понятия, сколько придется ждать завершения процесса, но в ближайшее время твой отец навряд ли получит свободу.

Теперь у Лю Мань при каждом слове «процедура» кололо в сердце. В разговоре о зарплате Профессор Цю тоже упоминала что-то такое. Тем не менее она все-таки выплатила ей деньги очень быстро…

Процесс мог завершиться как поскорее, так и затянуться надолго. Все зависело от проведения процедуры. Лю Мань не покидало чувство, что слово «процедура» ее маме сказали исключительно для того, чтобы та отстала.

— А нельзя договориться об ускорении процедуры? — уточнила Лю Мань.

— Как тут договоришься? Есть закон, и при попытке его нарушить тебя ждет примерно то, что происходит с твоим отцом.

Ответа на это у Лю Мань не нашлось.

1-го марта Чжан Пэй перечислила три миллиона юаней на банковский счет, предоставленный семьей Ван, и взяла квитанцию об операции в качестве доказательства.

Следовательно, 15-го марта им предстояло вернуть банку первые 8 900 юаней.

У Лю Мань еще оставалось 30 000, поэтому в ближайшие три месяца нужно было не волноваться. Но что дальше? Да и одолженные у друзей и родственников 360 000 тоже надлежало вернуть как можно быстрее.

Поэтому девушка решила во что бы то не стало выйти на стабильный доход в размере не менее 10 000 юаней в месяц, тогда ее семья смогла бы выплачивать кредит ежемесячно.

Доход с прямых трансляций напрямую зависел от присылаемых зрителями подарков. Их количество обуславливалось исключительно настроением, поэтому такой заработок являлся крайне нестабильным и переменчивым. В результате длительных раздумий Лю Мань приняла решение возложить надежды на получение прав для сетевой торговли кошачьим кормом Cats’ Garden.

Она взяла на себя инициативу позвонить менеджеру Хуан во второй раз.

Хуан Шитин понял ее намерения, как только имя девушки отобразилось на экране его телефона.

Перед каникулами он провел совещание со старшим управляющим звеном компании на тему выдачи прав посредничества на материковом Китае. Одна половина присутствующих решила дать шанс идее о назначении своим посредником стримера на материке, другая же сочла предложение абсурдным.

Ввиду приближения Нового года, дел в компании было много. В то время запасы кошачьего корма Cats’ Garden в Гонконге закончились, и разногласий касательно предложения возникло слишком много, потому Хуан Шитин отложил вопрос на будущее. Первым делом он занялся другими моментами, из-за чего решение о выдачи прав на посредничество совсем не продвинулось.

Подняв трубку, мужчина с улыбкой сказал:

— Госпожа Лю, с Новым годом.

— И вас с наступившим.

По бодрому голосу менеджера Хуан Лю Мань решила, что с ее просьбой все прошло хорошо, поэтому осторожно и с оптимизмом спросила:

— Можете, пожалуйста, сказать, как в компании отнеслись к моему недавнему предложению официально разрешить мне продажу кошачьего корма в сети?

— На встрече половина участников выразила несогласие, поэтому я не стал вам звонить, — честно ответил ей Хуан Шитин. — Вы по-прежнему настаиваете на этом?

— Да, я хочу стать официальным посредником. Теперь у меня есть достаточно фанатов с котами для начала, и я гарантирую вам стабильные продажи. Прошу, дайте мне шанс, а если ничего не получится за один-два месяца, то можете хоть под суд меня отдать. Если решите, что возникли проблемы, или я продаю недостаточно, можете в любое время отозвать выданное разрешение, — пыталась убедить его Лю Мань.

Хуан Шитин был подписан на Weibo [Принцессы Мань]. На каникулах он от нечего делать иногда заглядывал на ее страничку. Насколько менеджер помнил, при первом просмотре у нее имелось всего 20 000 подписчиков, тем не менее сейчас их количество увеличилось до 50 000. Мужчина думал, что Лю Мань и на одних только стримах сможет зарабатывать прилично, даже если не станет их посредником. В то же время, учитывая текущий рост ее популярности, девушка имела неплохие шансы на удовлетворение своего запроса.

— Честно говоря, лично я склонен дать вам эту возможность. Но проблема в наличии несогласных, чье мнение я также должен учитывать. В основном они против потому, что вы еще студентка и не имеете образования, а значит и места работы. Если только не найдете бизнесмена, который за вас поручится, — на этих словах в голову Хуан Шитину пришла неожиданная мысль. — Например, господин Юй. Если он согласится поручиться за вас, тогда ни у кого в компании не останется возражений. Советую вам поговорить с ним и в случае успеха перезвонить мне.

«Господин Юй?..» — Лю Мань подумала о той записке в коробке. На ней менеджер Хуан написал «Господину Юй».

«Юй Чжань знаком с ним лично?»

Девушка немедля позвонила Юй Чжаню, завершив текущий разговор.

— Ты знаешь менеджера Хуан? — прозвучал в трубке ее поспешный вопрос.

Юй Чжань оказался в сильном замешательстве.

— Какого менеджера Хуан?

— Из Hong Kong Westland.

До парня быстро дошло, что речь шла о человеке, который помог ему достать корм для Лю Мань.

— Лично не знаю, но у нас, скорее всего, есть общий друг. А с чего ты так внезапно им интересуешься?

Лю Мань все ему рассказала.

Выслушав большой поток информации, Юй Чжань поразился:

— Ничего себе ты замахнулась. Хочешь стать посредником Cats’ Garden.

— Менеджер Хуан сказал, что даст мне разрешение, если ты согласишься за меня поручиться.

— Я-то могу, только лучше нам будет отправиться в Гонконг и встретиться с этим менеджером лично. Ты свободна? Занятия уже начались?

— Университет на каникулах до четвертого числа. Сегодня только первое, поэтому парочка дней свободных имеется.

Юй Чжань слышал срочность в голосе Лю Мань, но никак не мог понять, почему она рвалась стать посредником так рьяно, словно это была ее спасительная соломинка.

— У тебя есть разрешение на въезд и выезд для путешествий в Гонконг и Макао? Если нет, тогда на его получение понадобится время.

— Есть, — девушке повезло, что ее предшественница являлась помешанной фанаткой AJ и посещала Гонконг просто ради пополнения своей коллекции.

Лю Мань перезвонила менеджеру Хуан. Юй Чжань оказался прав: мужчина действительно хотел встретиться с ними для обсуждения дальнейших подробностей.

— Когда купите билет, пришлите мне номер рейса и время прибытия. Я пришлю за вами машину с водителем.

Дело не терпело отлагательств, в связи с чем Юй Чжань в тот же день купил два билета на рейс до Гонконга.

Лю Мань сообщила о предстоящем путешествии Чжан Пэй.

Женщина сильно удивилась:

— Каникулы почти закончились, тебе скоро на учебу. Почему ты так внезапно летишь в Гонконг?

— Я планирую зарабатывать в качестве посредника на продаже кошачьего корма. С компанией уже договорилась.

Удивление Чжан Пэй стало еще сильнее.

Она понимала, что после инцидента с мужем всецело посвятила себя решению его проблем и перестала обращать внимание на дочь. Но когда Лю Мань успела превратиться в практически неузнаваемого человека?

Интернет-стример. Актриса на подработке. А теперь еще и посредник по продаже кошачьего корма. С каких пор ее дочь стала настолько исключительной? Неужто ее заставили повзрослеть их нынешние сложные условия?

— Ты летишь туда одна?

Лю Мань хотела сказать о Юй Чжане, но не стала, поскольку Чжан Пэй вряд ли бы согласилась, узнав, что рядом с ней будет один мужчина и никого больше.

— Да, одна. Я уже оставалась в Шанхае двадцать дней, и ничего не случилось. К тому же, меня там встретят, плюс я вернусь через два дня. Не переживай, мам, я не буду ослаблять бдительность.

— Лети, раз хочешь. Только обязательно напиши, как прилетишь туда.

С разрешением от матери Лю Мань сразу пошла собираться к себе в спальню. Чжан Пэй смотрела в ее скрывшуюся за дверью спину со сложными эмоциями в глазах.

Самолет вылетал вечером, в десять минут седьмого. Юй Чжань тем временем позаботился о Поле и в четыре часа поехал к дому девушки.

Она только десять дней назад вернулась из Шанхая, а теперь без отдыха запланировала полет в Гонконг. Ее расписание получилось плотным, из-за чего дел прибавилось и у Юй Чжаня.

В девять сорок вечера они прибыли в аэропорт Гонконга. Вскоре после выхода из самолета Лю Мань позвал мужчина с сильным гонконгским акцентом. Его звали Джон, и он работал помощником менеджера Хуан. Они вдвоем ждали их снаружи. На встречу один из них надел черную футболку, а другой — серую.

Хуан Шитин обещал ей прислать водителя с машиной, однако Лю Мань и подумать не могла, что менеджер прибудет лично.

В Гонконге стояла жара. С начала марта все здесь сменили свой гардероб на шорты и футболки. Лю Мань с Юй Чжанем сняли свои куртки и решили переодеться в отеле, дабы Хуан Шитину не пришлось долго ждать.

Придя на место встречи, они огляделись вокруг и быстро обнаружили двоих мужчин в тех же футболках.

Судя по всему, те тоже их заметили, потому как первыми пошли навстречу.

Мужчина в серой футболке выглядел старшим. Он был невысоким и чуть полноватым, с его лица не сходила широкая улыбка.

— Госпожа Лю, господин Юй, здравствуйте. Я Хуан Шитин.

— Здравствуйте, я Лю Мань, — подойдя ближе, произнесла девушка.

Юй Чжань же вежливо кивнул и скромной улыбкой подарил людям ощущение весеннего ветра.

— Юй Чжань. Здравствуйте.

«Немудрено, что он – выходец из семьи Юй. Воспитание на высшем уровне», — подумал Хуан Шитин.

Его «девушка» тоже выделялась. Она выглядела цветущей и невинной, но не безвкусной. В ней всецело преобладала скромность, а величественная осанка делала ее похожей на дочь из престижной семьи.

По первому впечатлению Хуан Шитин обоим дал максимальную оценку.

Затем мужчина показал на тощего юношу с более темным оттенком кожи и в черной футболке.

— Это мой помощник, Джон.

Группа вежливо обменялась приветствиями.

Время близилось к вечеру, и Хуан Шитин отправил пару непосредственно к отелю Four Seasons, где Джон заранее забронировал им номера. Они договорились о времени, когда помощнику нужно будет заехать за ними, чтобы отвезти на встречу в Hong Kong Westland.

Попрощавшись с Хуан Шитином у входа в отель, Юй Чжань посмотрел на ключ-карту в руке Лю Мань, которую прежде дал ей Джон.

— Они сняли только один номер. По всей видимости, приняли нас за пару. Н-да, недопонимание…

К лицу девушки хлынул жар. Юй Чжань предвидел ее стеснительность и засмеялся.

— Подожди минуту на диване, я сниму второй номер.

Кивнув, Лю Мань послушно села. Пока она смотрела на удаляющуюся фигуру парня, краснота на ее лице только усугубилась.

Поскольку они не бронировали номера одновременно, селиться довелось на разных этажах. Юй Чжань оставил Лю Мань комнату на том, что повыше.

Он провел ее до двери и напомнил:

— В случае чего звони мне, я сразу приду. И не вздумай выходить, не предупредив меня заранее.

— Я уже не ребенок. Думаешь, потеряюсь? — запротестовала девушка.

Юй Чжань протянул руку и неожиданно погладил ее по голове, совсем как Рассвет или Пола. После этого со смешком добавил:

— Ты точно ребенок.

Лю Мань онемело наблюдала за тем, как он повернулся и пошел к лифту. Она до сих пор ощущала на макушке тепло от его ладони. Сама того не осознавая, девушка сильно с ним сблизилась.

Однако Лю Мань не знала, сколько часов Юй Чжань взывал к своей смелости ради этого прикосновения. Он потому сразу и убежал, что боялся наблюдать, как злится из-за его поступка чопорная девушка.

С облегчением парень выдохнул только в лифте. Он смотрел на правую руку и по-прежнему оставался в том моменте: волосы Лю Мань по мягкости соответствовали шерсти Рассвет. Ему хотелось погладить их еще.

На следующий день их привезли к Hong Kong Westland – та располагалась на 22, 23 и 24 этажах офисного здания на центральном кольце города.

По дороге туда Джон вкратце представил им компанию.

Лю Мань всегда считала менеджера Хуан обычным управляющим по продажам, оттого и сильно удивила его помощника своим недопониманием. Как оказалось, Хуан Шитин являлся главным в их компании. То есть, девушке следовало бы обращаться к нему «главный менеджер».

п.п.: Либо же «главный управляющий», «директор предприятия», «главный руководитель» и т.д.

Их агентство занималось продажей товаров для домашних животных за рубежом. Компания Westland сбывала продукцию не только от Cats’ Garden, а также и от двух других предприятий из Новой Зеландии: одно из них тоже производило корм для питомцев, тогда как другое являлось ветеринарным.

Джон провел Лю Мань и Юй Чжаня непосредственно к кабинету генерального менеджера на 24-м этаже. Хуан Шитин встретил их сразу. Они втроем сели лицом к лицу, а Джон, подав им чай, ушел.

После приветствий они перешли к официальной беседе, поскольку встретились все-таки ради решения деловых вопросов. Хуан Шитин задал Лю Мань четыре вопроса:

Первый – таможенный налог. Кто будет платить за перевозку кошачьего корма через таможню на материке?

Второй – перевозка. Им понадобится отправлять корм партиями для последующей продажи непосредственно самой Лю Мань? Или она будет отсылать заказы компании, а уже они – товар покупателю из Гонконга?

Третий – цена. К примеру, пяти с половиной килограммовый пакет корма Cats’ Garden стоил в Гонконге 563 юаня. Обычно посредники получали этот продукт от Westland за 465 юаней. Лю Мань во время разговора сказала менеджеру Хуан о возможности поднять итоговую цену на 10 процентов, то есть до 512 юаней. Хуан Шитин попросил ее увеличить ее еще на пять, чтобы получилось 535 юаней. В этом вопросе мужчина твердо стоял на своем, потому что, как считали другие исполнительные лица компании, Лю Мань должна была платить именно 15 процентов для становления их официальным посредником кошачьего корма на материковом Китае. То есть, за это девушке придется заплатить, и на более низкую цену другие руководители соглашаться не планировали.

По итогу получалось, что Лю Мань сможет зарабатывать только 28 юаней с каждой проданной упаковки.

п.п.: 28, потому что от стандартной цены (563) отнимается сумма, которую будет получать компания (535).

Поскольку Хуан Шитин задал вопрос о таможенном налоге и поставил его первым в списке, значит явно хотел повесить на Лю Мань и эту заботу. Но, если ей придется платить и их, то итоговая сумма за упаковку наверняка окажется выше, чем 563 юаня!

И четвертый вопрос – деньги. Лю Мань будет платить за продукцию до ее отправки компанией или после продажи?

Вскоре Хуан Шитин понял, что просит от нее многого, и пошел на уступку:

— Вне зависимости от вашего выбора, наша компания возьмет на себя расходы за транспортировку на первые три месяца.

Лю Мань все время думала, как ей ответить.

Юй Чжань не давал ни советов, ни своего мнения. Текущее дело всецело принадлежало ей, и он не хотел влиять на ее решения.

Хуан Шитин выставил крайне строгие условия, в результате чего девушка могла обсуждать только два момента: перевозку и оплату. Она ответила:

— В данный момент у меня нет места для хранения товара, поэтому я буду отправлять вам заказы с адресами клиентов, а вы – отправлять корм сразу им.

Хуан Шитин согласился.

— И денег я тоже не имею, то есть заплатить вам наперед нет возможности. Я могу переводить вам их только после того, как покупатели получат товар и совершат оплату. Платить буду в конце каждого месяца. Скажем, 28-го числа. Вас так устроит?

На это Хуан Шитин ответил:

— Нас, бизнесменов, больше всего пугают встречи с людьми вроде вас. Вы хотите получить продукт вперед, но некоторые люди отказываются платить.

— Я не из таких. Я хочу сделать наше сотрудничество долгосрочным, так зачем мне забирать у вас ваши деньги? — поспешно уверила его Лю Мань.

Генеральный менеджер бросил взгляд на Юй Чжаня. Не поручись это человек за нее, он бы ни в жизнь не согласился на такие условия.

Девушка заговорила вновь:

— Прошу, доверьтесь моей нравственности.

— Ха-ха, хорошо, пока я вам поверю, — Хуан Шитин усмехнулся. — Финансовый отдел нашей компании подбивает итоги 29-го числа каждого месяца. Ваши деньги должны поступить к нам не позднее 28-го, иначе вам придется заплатить за нарушение условий контракта. Компенсация составит 0,1 процента от потерянной нами прибыли за каждый день задержки платежа. Вам все понятно?

С учетом того, что мужчина заговорил о штрафе за нарушение контракта, Лю Мань поняла – он согласен получать оплату после отправки ей кошачьего корма. Она ответила:

— Да, мне все ясно, и я согласна с компенсацией.

— Хорошо, теперь мы достигли взаимопонимания, — Хуан Шитин позвонил Джону. — Скажи юридическому отделу быстро составить контракт на сетевое посредничество и договор поручения. Прежде чем нести мне, покажи юристу.

— Хорошо, босс.

Как только он закончил разговор, Лю Мань спросила:

— Мы можем подписать контракт сегодня?

Хуан Шитин в ответ продемонстрировал удивленную улыбку.

— Госпожа Лю, к чему такая спешка? Контракт будет готов в лучшем случае завтра или послезавтра.

— Тогда мы останемся здесь еще на день и уедем после подписания, — внезапно заговорил неизменно молчавший Юй Чжань.

Из ответа Хуан Шитина он понял, что процесс затянется, и контракты не будут готовы даже через два дня.

Его же собственные слова явно дали понять о необходимости подписать все завтра.

Генеральный менеджер посмотрел на него с уважением.

— Хорошо, мы подпишем их не позднее, чем завтра.

Он угостил их традиционным гонконгским обедом в чхачханьтхэн, расположенном в самом центре города.

п.п.: Чхачханьтхэн — разновидность дешевых заведений быстрого общественного питания, распространенная в Большом Китае, в особенности в Гонконге, Макао, Тайване и Гуандуне.

Во время трапезы Лю Мань узнала, что Хуан Шитин был катонцем, родился в Новой Зеландии и все свое детство провел за границей. Ему, как и Юй Чжаню, с малых лет сильно нравились животные, только подался он не в ветеринары. После окончания университета мужчина пошел к Cats’ Garden, желая присоединиться к их отделу исследований.

Скопив достаточный капитал, он вернулся в Гонконг и основал свою компанию. Благодаря социальным связям с Cats’ Garden в Новой Зеландии Хуан Шитин стал посредником в продаже их продуктов.

Перекус подошел к концу, и Хуан Шитин поручил помощнику отвезти пару обратно в отель. Затем он позвонил Сун Цзюньчжэ – тому самому человеку, от которого он в прошлом принял заказ на четыре упаковки кошачьего корма для Юй Чжаня.

— Молодой господин Сун, сегодня у меня появился новый деловой партнер, и за это я должен поблагодарить вас.

Для Сун Цзюньчжэ эти слова стали неожиданностью.

— Почему меня?

Во время совершения звонка Хуан Шитин по умолчанию решил, что Сун Цзюньчжэ знал о прилете Юй Чжаня в Гонконг. Но, судя по тону собеседника, это было совсем не так, оттого он осторожно спросил:

— Вы разве не знаете? Господин Юй здесь, в Гонконге.

— Юй Чжань в Гонконге?! — Сун Цзюньчжэ ожидаемо удивился. — Когда он прилетел?

— Вчера вечером.

— Черт! Как он мог не предупредить меня? Мы с ним что, уже не друзья?

Хуан Шитин слышал, как по то сторону трубки Сун Цзюньчжэ выражал свое недовольство.

— В каком отеле он остановился?

— Four Seasons. Только-только туда вернулся.

— Хорошо, спасибо. Как-нибудь угощу тебя ужином.

Сун Цзюньчжэ быстро положил трубку, поручил шоферу взять роскошную машину и в спешке направился в гостиницу.

В это время Лю Мань с Юй Чжанем готовились посетить Бухту Виктория, Виктория-Пик и другие места. Они как раз вместе выходили из отеля, когда их перехватил только что вышедший из машины Сун Цзюньчжэ.

Юй Чжань уважал девушку, поэтому держался от нее на определенном расстоянии. А примчавшийся мужчина так и вовсе ее не заметил, поскольку был слишком взволнован.

Он подошел непосредственно к Юй Чжаню с недовольством на лице. Последний тем временем удивленно смотрел на приятеля.

— Что ты тут делаешь?

— Ха-ха, мне нельзя здесь находиться? — Сун Цзюньчжэ холодно хмыкнул. — Если сам к тебе не приду, ты уж точно меня не навестишь.

Юй Чжань испытал легкую неловкость. Он бы точно позвонил другу и поужинал с ним, если бы прилетел в Гонконг один. Но с ним была Лю Мань! Ясное дело, молодой человек напрочь позабыл о Сун Цзюньчжэ.

Он абсолютно точно относился к тем, кто отказывался от лучших друзей ради девушки.

Сун Цзюньчжэ только сейчас заметил симпатичную особу, стоявшую позади Юй Чжаня.

«!!!»

Он был потрясен, а его глаза, подобно фонарям, сканировали Лю Мань от головы до пят.

«Внешне красивая. Светлая кожа. Черные волосы. Стройная талия. Длинные ноги. Хм-м, изгибы на груди тоже впечатляют размерами».

«Идеально!»

Именно такие девушки ему нравились!

Стоп. По всей видимости, она была женщиной Юй Чжаня, значит ему предстояло восхищаться ею только секунду.

Его друг совсем не изменился. Высокие стандарты остались при нем.

Юй Чжань с рождения не состоял в отношениях, и первая же его девушка походила на богиню.

Испугавшись изучающего взгляда, Лю Мань спряталась за спиной своего спутника.

— Сун Цзюньчжэ, Маньмань застенчивая, хватит ее сканировать.

— Ага, значит Маньмань, — Сун Цзюньчжэ тянул слова и говорил к девушке, которую закрывал собой Юй Чжань. — Привет Маньмань. Я Сун Цзюньчжэ, друг Юй Чжаня.

Из-за спины последнего показалась только ее голова и раздался тихий голос:

— Здравствуйте. Можете звать меня Лю Мань.

В глазах Сун Цзюньчжэ ее робость смотрелась невероятно мило.

Юй Чжаню очень не понравился взгляд приятеля.

— Возьми себя в руки. Ты не видел красоток, что ли?

На что получил двусмысленный ответ:

— Никогда не видел красотку рядом с тобой.

Лю Мань смогла поднять только одно значение его слов. «Юй Чжань никогда не встречался с девушкой?»

Она не знала, почему, но от этого осознания внутри ей стало чуточку теплее.

— Похоже, вы собрались на прогулку? Куда направляетесь? — Сун Цзюньчжэ решительно настроился стать третьим лишним. — Маньмань впервые в Гонконге? Какие места хотите посетить? Так уж получилось, что сейчас я свободен, поэтому побуду вашим гидом.

Лю Мань стала первым человеком, которому предложил провести экскурсию наследник Song Tai Real Estates, однако она совсем этого не оценила.

Юй Чжань прекрасно знал характер Сун Цзюньчжэ и понимал — сегодня тот от них не отстанет, поэтому смиренно сел в шикарный автомобиль вместе с девушкой.

В салоне машины Юй Чжань спросил друга о том, как тот прознал о его прилете в Гонконг.

Сун Цзюньчжэ ответил:

— Мне Алекс сказал. Мы с ним неплохо знакомы.

п.а.: В ранних главах уже упоминалось, что английское имя Хуан Шитина – Алекс.

Лю Мань только через много лет предстояло узнать о семье Сун, которая владела офисным зданием, где располагалась компания Hong Kong Westland.

Машина доставила их к Бухте Виктория, и троица вышла на улицу.

Юй Чжань планировал чудесную романтическую прогулку по пляжу в компании Лю Мань. Сейчас же они шли втроем.

Девушку Сун Цзюньчжэ только раздражал. Он всю дорогу болтал с другом, ибо не виделся с ним два года. В последний раз они контактировали, когда Юй Чжань покупал кошачий корм для Лю Мань.

Последняя не понимала, о чем те вели речь. Сун Цзюньчжэ плохо владел северокитайским, потому, пребывая в заметно приподнятом настроении, часто переходил на кантонский диалект или вообще на английский. Юй Чжань отвечал ему тоже на английском, тогда как Лю Мань его почти не знала.

Вот так они и брели по пляжу. Девушка замедлила шаг, чтобы двое идущих впереди мужчин получили больше пространства.

Сама она начала восхищаться видами Бухты Виктория. Морской ветер прогонял все облака, позволяя лицезреть голубое небо и наслаждаться открытым зрелищем. Гавань завораживала, по водной глади в разные стороны скользило множество лодок, а по земле непрерывно ходили люди разных рас. У Лю Мань возникло непреодолимое желание запечатлеть все на фото.

Она достала телефон, направила на бухту и попыталась охватить все небоскребы, морскую воду и голубое небо. Среди кучи фотографий девушка выбрала самую лучшую на ее взгляд и опубликовала на Weibo.

[Сделана в Бухте Виктория.]

[Посмотрите на локацию у сестренки в Weibo. Теперь она в Гонконге.]

[Сестренка, что ты там делаешь?]

[Может… она поехала туда по вопросам кошачьего корма Cats’ Garden?!]

Среди ее поклонников всегда находились те, кто демонстрировали поразительную догадливость.

Лю Мань создала еще один пост в качестве ответа своим подписчикам:

[Прямо сейчас я в Гонконге и уже провела переговоры о получении прав посредника с руководителем Westland. Скоро все смогут покупать на 100% настоящий кошачий корм Cats’ Garden у меня!]

[Принцесса супер! (✯◡✯)]

[Специально ради этого сестренка даже преодолела путь к Гонконгу.]

[И, похоже, она станет настоящим, официальным посредником, а не одной из тех частных, незаконных помощников.]

[Я слишком боялась снова купить поддельный корм, поэтому пришлось целый месяц готовить своей кошечке домашний! Наконец-то освобожусь от этой готовки!]

[Ха-ха, владельцы котов и кошек теперь могут перестать волноваться о покупке поддельной еды для своих питомцев.]

[Когда сестренка собирается открыть продажу? Я хочу стать ее первым покупателем!]

…

Weibo-страничку [Принцессы Мань] переполняли веселые и радостные комментарии.

Юй Чжань с Сун Цзюньчжэ между тем продолжали идти вперед и далеко не сразу заметили отставшую Лю Мань. Обернувшись, они оба увидели, как она смотрит в экран телефона. Девушка, казалось, увидела что-то смешное, в результате чего прикрыла рот ладонью и засмеялась. Ее обдувал морской ветер, непослушно трепля волосы. Она подняла голову ему навстречу и в такой позе выглядела так, будто сошла с картины.

Двоих мужчин изумила красота представшей глазам сцены. Сун Цзюньчжэ спросил у Юй Чжаня:

— Из какой она семьи? — он мысленно прошелся по всем знакомым семьям с фамилией «Лю», но ни в одной из них не было ребенка по имени «Лю Мань».

В ответ друг покачал головой.

— Она не одна из нас, обычная девушка.

— Я тебе не верю, — Сун Цзюньчжэ совершенно не поверил его словам. Ни одна заурядная семья не смогла бы воспитать в ребенке такой характер.

— Моя ветеринарная клиника недалеко от ее дома, и я его видел, так что знаю лучше всех.

— Тогда это попросту необъяснимое чудо, — Сун Цзюньчжэ был впечатлен. — А, ну еще бы. Учитывая твои ожидания, только такая тебе и понравилась.

Затем телефон в руки взял уже Юй Чжань. Он включил камеру и сфотографировал девушку, что стояла неподалеку.

Сун Цзюньчжэ наблюдал за действиями друга с удивлением.

— Ты что делаешь?

— Фотографирую, — Юй Чжань просмотрел сделанные фото. Они ему не понравились, поэтому он сделал новый снимок.

«…»

Сун Цзюньчжэ не находил слов.

Он встречался с толпами девушек, но никогда не фотографировал ни одну из них. Да и Юй Чжань в прошлом говорил, что не любит ни делать селфи, ни снимать на камеру кого-то другого.

— Когда это ты начал увлекаться фотосъемкой?

Парень задумался.

— Просто недавно осознал, что это прикольно.

Он на протяжении всех каникул устраивал Рассвет с Полом целые фотосессии. Пробуя всевозможные углы и ракурсы, Юй Чжань обнаружил в себе небольшой талант к фотосъемке. Его опубликованные в Weibo записи многие репостили к себе, а часть пользователей даже просила у него снимки высокого качества для установки на рабочий стол.

Сун Цзюньчжэ молча наблюдал за тем, как друг сделал еще с десяток фотографий, прежде чем нашел удовлетворительную. Затем он установил ее в качестве заставки и, глядя на нее, принялся глупо хихикать.

Перед Сун Цзюньчжэ сейчас стоял самый настоящий ребенок…

Этим своим желанием снимать каждое движение девушки Юй Чжань только лишний раз доказывал, что она ему очень нравится.

Лю Мань наконец-то опомнилась и поспешила догнать ушедшую вперед двоицу.

— Простите, простите. Я выкладывала пост на Weibo, — она пыталась отдышаться.

— Здесь много людей. Если мы случайно потеряем тебя, Юй Чжань будет сильно переживать, — со смешком отозвался Сун Цзюньчжэ. Он резко притянул Лю Мань так, чтобы она встала посередине, между ним и Юй Чжанем.

— Ну ладно, мы хоть и увлеклись беседой, но о тебе бы не забыли.

Комбинация из красивой, утонченной девушки и двух привлекательных мужчин закономерно привлекла немало внимания. К счастью, смотрящими преимущественно являлись туристы. Местных почти не было, благодаря чему Сун Цзюньчжэ никто не узнал. Фотожурналисты, падкие на возможность его заснять, и не подумали бы отправиться в Бухту Виктория с надеждой обнаружить наследника здесь.

Он тем временем изъявил желание устроить вечеринку по случаю воссоединения, потому как празднование Нового года, к сожалению, осталось позади. В итоге они втроем отправились к его вилле на Пик Виктория.

— Вы ведь и планировали посетить бухту и пик? Что ж, план выполнен, — заметил Сун Цзюньчжэ.

Он жил один и в общей сложности содержал штат из пяти слуг и поваров. Его невероятно роскошный дом не нуждался в описании. Повара заранее приготовили все блюда, и к их приходу еду уже подали на стол.

— Маньмань доводилось бывать на новогодней вечеринке в Гонконге? — с теплой улыбкой обратился Сун Цзюньчжэ к девушке.

Та отрицательно покачала головой. Перед ней стоял целый ряд различных блюд: лобстеры, крабы, морские ушки… Все казалось предельно дорогим.

— Позволь их представить. Этого лобстера звать «Ликующий», блюдо из краба называется «сплошным золотом», из змеи — «горой золота», из морских ушек — «успехом», из рыбы — «процветанием», а вот эти миндалевые шарики — «блаженное воссоединение»...

Все до единого блюда на столе имели свое осмысленное имя, а каждая их порция обходилась в такую цену, что позволить себе подобное смогли бы немногие. Разве потянул бы кто оплату столь умелого повара, не говоря уже о стоимости ингредиентов?

С гостями Сун Цзюньчжэ обращался очень заботливо и учтиво. Он знал, что Лю Мань немного его побаивается, в связи с чем во время трапезы расслабленным и веселом тоном рассказывал ей о том, как проводят Новый год жители Гонконга. Не забыл упомянуть и о новогодних пособиях, которые давали друг другу представители одного поколения. На этих словах хозяин дома из ниоткуда достал красный конверт, протянув его девушке.

Она не решилась принять такой подарок.

Но тут вмешался Юй Чжань:

— Можешь взять, не бойся. Это его Ли Шифэн* тебе, просто часть традиции. В любом случае денег внутри немного.

п.п.: Ли Шифэн в Кантонском диалекте означает «красный конверт».

Сун Цзюньчжэ добавил:

— Считай это обычным подарком в честь нашей первой встречи. Кроме того, ты прилетела издалека, так что я никак не могу отпустить тебя без подарка. Если будешь чувствовать за собой должок, можешь сделать мне ответный, когда увидимся в следующий раз.

Под убеждениями уже двоих мужчин Лю Мань пощупала красный конверт на толщину. Судя по ней, денег там было немного, поэтому она его взяла.

По возвращению в свой номер в отеле девушка открыла конверт, где обнаружилось десять местных купюр, каждая по 1000 гонконгских долларов.

п.п.: То есть, (на нынешний момент) каждая по 816 юаней, или по 128 долларов США.

***

На следующий день Лю Мань в восемь утра разбудил звук WeChat-уведомлений.

В полусонном состоянии она нащупала телефон и зашла в мессенджер. Писала ей [Фея Персик]:

[Быстрее заходи в Weibo. Спамеры от торговцев поддельным кошачьим кормом увидели твою вчерашнюю публикацию и за ночь написали целую кучу гадостей. Поудаляй их комментарии, а если нет времени, тогда убери возможность комментировать.]

Лю Мань тотчас зашла в Weibo, где ее глазам в самом деле предстали тысячи комментариев. Они полностью отличались от вчерашних сообщений поклонников, поскольку содержали много негатива.

[Она просто в Гонконг полетела. С чего вы взяли, что она будет продавать настоящий кошачий корм? Ну и тупицы. Такой шум наделали из обычной фотографии с путешествия, под которой очень кстати оставлена локация.]

[Может она даже локацию подделала и скачала фотку с Baidu.]

[По-моему, стример водила нас за нос с самого начала, в том числе и с тем якобы праведным разоблачением поддельного корма. Просто денег хочет срубить, вот и все.]

[Сейчас на Taobao меньше поддельного корма, можете идти покупать прямо там. Зачем платить больше этому стримеру? Ребят, вы правда такие тупые, и вам некуда девать денег?]

[Во-во, на Taobao много надежных представителей.]

…

Масса проснувшихся с утра фанатов [Принцессы Мань] встала на ее защиту.

[Убирайтесь, бессовестные посредники.]

[Представители НЕ надежные. Они такие же мошенники, только называются по-другому.]

[Стример предоставляет услуги всем и заслуживает за это денег! Да, мы богатые тупицы и хотим платить ей. Вон отсюда, бесчестные посредники.]

[Принцесса, пришли еще пару фоток, пусть эти обманщики убедятся, что ты в Гонконге и занята получением прав на посредничество.]

[Да, пришли еще. Открой им глаза на правду и докажи свою невиновность.]

…

Те спамеры закидывали ее комментариями глубокой ночью, когда других новостей в соцсети наверняка не было, благодаря чему страница [Принцессы Мань] только набрала популярности. Вместо ожидаемых отписок количество ее поклонников неустанно росло.

Лю Мань не видела необходимости удалять те недоверчивые сообщения. Как и написала одна из поклонниц, отвечать им следовало фактами.

[Фея Персик] в столице едва не умирала от испытываемой тревоги. Наступил полдень, но все негативные комментарии остались на своих местах. Она вместе с группой таких же преданных поклонников опровергала писанину спамеров, только тех появлялось все больше и больше, и их попытки защитить своего кумира попросту терялись на фоне общего негатива.

Как раз тогда на Weibo-странице [Принцессы Мань] появилось новое фото.

На нем было множество шикарных офисных зданий, а подпись гласила: [Теперь я здесь.]

Многие люди хоть раз да посещали Гонконг раньше, оттого без труда распознали деловой центр, расположенный в сердце города.

Тем не менее никто не понимал смысл подписи. Несколькими минутами позже Лю Мань выложила еще один снимок с теми же словами: [Теперь я здесь.]

Этот снимок девушка сделала возле стойки регистрации компании. Прямо по центру фотографии стояла красивая женщина в униформе, похожая на главную героиню кантонского телесериала, а пальцами показывала сердечко. Позади нее на стене висела надпись на традиционном китайском: «Hong Kong Westland Ltd».

[Я помню эту компанию. На видео сестренка говорила, что их агентство – единственное в Восточной Азии, кому разрешено продавать кошачий корм Cats’ Garden.]

[И я такое помню.]

[Наша стример пошла прямо к ним в компанию.]

[И женщина из приемной кажется дружелюбной и готовой идти навстречу!]

…

Все обсуждали новую фотографию, тем не менее [Принцесса Мань] не отвечала на новые комментарии.

Прошла еще парочка минут, и она прислала очередной снимок с неизменным текстом.

В этот раз Лю Мань крупным планом сфотографировала кружку чая. Рядом лежала стопка документов, и поклонники хоть и с трудом, но все же смогли прочесть надпись на традиционном китайском: «Контракт о правах на перепродажу кошачьего корма Cats’ Garden из Новой Зеландии».

[Божечки. Стример сфоткала нам сам контракт.]

[Даже интересно, какими сплетнями на этот раз ответят спамеры.]

[Принцесса становится посредником! Не представителем! Этот контракт гарантирует качество товара. Теперь все могут доверять ей и покупать корм у нее.]

[Ага. Я и без этого доверяла стримеру.]

…

С тех пор прошло полчаса, поэтому подписчики перестали ждать от [Принцессы Мань] продолжения той череды фотографий. Следовательно, новый снимок с таким же заголовком «Теперь я здесь» удивил их еще сильнее.

Он запечатлел рукопожатие мужчины и женщины. Их лица остались вне кадра, ввиду чего пользователи видели только одежду и непосредственно сами руки. Судя по всему, после успешного подписания контракта стороны отметили его по-деловому.

Поклонники распознали [Принцессу Мань] по ее одежде и осанке.

Но кем был мужчина напротив нее?

Вскоре девушка дала ответ на вопрос, который не давал покоя им всем.

Она отметила в новой записи пользователя с ником [Алекс_ХуанШитин] и дописала: [Это главный менеджер Hong Kong Westland Ltd., господин Хуан Шитин. Если у кого-то остались подозрения касательно моих прав посредника, можете в любое время обратиться лично к нему.]

Когда они подписали контракты, мужчина под настойчивыми уговорами Лю Мань переименовал свой профиль в Weibo и заполнил его нужной информацией. Вроде и банальное дело, тем не менее девушке оно очень помогло. К тому же, главный менеджер с радостью согласился помочь.

После того, как Лю Мань упомянула Хуан Шитина, он добавил на свою страницу первую запись: [Приветствую всех. Я Хуан Шитин. Сегодня наша компания официально назначила @Принцессу Мань посредником в продаже кошачьего корма новозеландской компании Cats’ Garden.]

Написав «Спасибо» в комментариях, девушка сделала репост его публикации.

Через пару-тройку секунд его лайкнул и репостнул [Я ветеринар].

Многие подписчики сразу перешли и подписались на главную страницу Хуан Шитина. В качестве поддержки настоящего кошачьего корма они также оставляли под его постом свои лайки с комментариями.

До этого на новом аккаунте менеджера числилось всего два подписчика: [Принцесса Мань] и [Я ветеринар]. Теперь их количество резко прыгнуло до 3000.

Те наводившие шумиху спамеры потухли подобно огню под обильным дождем. Им пришлось оставить тщетные попытки.

По итогу всего события у Лю Мань стало 70 000 подписчиков.

4-го марта студенты Столичного Музыкального Университета вновь выходили на учебу. Лю Мань взяла билеты на последний самолет из Гонконга в столицу и до дома добралась в час сорок ночи.

В общежитии она была уже в восемь утра.

Музыкальный университет ничем не отличался от других учебных заведений. В первый день семестра студентам предстояло отчитаться перед старостами своих групп, которые записывали их имена в список, после чего передавали данные кураторам.

Согласно школьным правилам, Лю Мань следовало вернуться в университет накануне вечером, потому как на следующий день староста уже планировал передать список дальше.

Ли Сяожу сообщила ему о прибытии подруги, как только ее увидела.

[@Староста, Лю Мань заехала в общежитие.]

Тот отправил ожидаемый ответ: [Я передам кураторам.]

Ван Нина принялась упрекать Лю Мань:

— Даже если тебе так сильно хотелось посидеть дома, все равно нельзя приходить в универ в последнюю секунду. Вдруг кураторы не проявят понимания и отметят тебя отсутствующей?

Ли Сяожу выразила несогласие:

— Она же не занятие пропустила. Мы ведь только собираемся на первую утреннюю пару. Ты раздуваешь из мухи слона. И вообще, мы с самого начала каникул с ней не виделись, а ты сразу же стала ругать ее при встрече. Ты ее подруга или как? Лучше бы спросила, почему она так задержалась.

Такая тирада заставила Ван Нина замолчать.

Лю Мань заметила, что Ван Нина стала относиться к ней несколько иначе. Ее тон был полон возражений и недовольства как сейчас, так и во время переписки в новогодний вечер.

Создавалось впечатление, будто она была бельмом на глазу у Ван Нина.

Впрочем, Лю Мань отказалась от попытки вразумить подругу или затеять с ней спор. Она решила общаться с ней в прежнем позитивном ключе.

Троица направилась к учебному корпусу вместе. Пока они шли, студенты постоянно и с восторгом тыкали на Лю Мань пальцами.

— Смотри-смотри, это «Богиня Ханьфу»!

— Это та интернет-знаменитость, что выступала вместе с Сяо Кэ.

— Она и вживую красотка.

— Мы уже ее знаем. Ближе к концу семестра она надела Ханьфу перед выходом на сцену к Сяо Кэ. Видео с ней стало популярным, и с тех пор Сяо Кэ называет ее «Богиней Ханьфу».

— По-моему, она отлично подыграла Сяо Кэ в исполнении «Думая о тебе».

— Ну, а чего еще ждать от студентки факультета фортепиано.

— Она красивая, еще и пианистка хорошая. Ее популярность вполне логична.

Как и следовало ожидать, после того выступления с Сяо Кэ на торговой улице в Шанхае популярность Лю Мань значительно скакнула вверх. За ней прочнее закрепилось прозвище «Богиня Ханьфу». Теперь ее знал весь университет.

Ли Сяожу шагала рядом с ней, высоко подняв голову и выпятив грудь. Как ей казалось, она вполне могла гордиться тем, что приходилась одной из лучших подруг «Богине Ханьфу».

Ван Нина же шла уныло, с опущенным к земле взглядом. Именно фраза «Богиня Ханьфу» звучала для нее сейчас наименее приятно.

Лю Мань, практически наихудшую студентку их курса, считали «хорошей пианисткой»?

Что за вздор. На ее игру могли повестись только любители.

И с какого черта все называли ее «Богиня Ханьфу»? Она стала популярной только потому, что родилась с чуть лучшей внешностью, чем у большинства. Если бы рядом с Сяо Кэ крутились неприглядные девушки, вроде Ли Сяожу, певица в глазах зрителей казалась бы гораздо симпатичнее. Окажись Ли Сяожу вместо Лю Мань, никто не стал бы называть ее Богиней, и популярность она бы тоже не обрела.

Ван Нина всех окружающих людей считала беспросветными идиотами. Почему никого не интересовали люди с достойными навыками и талантами? Под конец последнего семестра факультет фортепиано сформировал рейтинг своих студентов. Ван Нина оказалась на 7-м месте, Ли Сяожу — на 15-м, а Лю Мань — на 102-м. Всего студентов на их факультете было 132. Лю Мань лишь по чистому везению набрала 86 баллов на практическом экзамене, а также получила хорошие оценки по теории музыки и другим общим занятиям. В противном случае ее рейтинг оказался бы еще ниже.

На фортепиано она вне всяких сомнений играла ужасно.

А эти глупые нетизены вознесли ее до статуса богини.

Такая реальность казалась Ван Нина попросту несуразной.

Первой парой для студентов факультета фортепиано поставили английский язык.

В первый день после каникул учиться никто не хотел. Часть присутствующих дремала, кто-то сидел в телефонах, а остальные приглушенно болтали с соседями по парте. Внимания на преподавательницу никто не обращал.

Она, впрочем, и сама не горела желанием учить студентов нормально: просто читала написанное в учебнике и надеялась уйти поскорее после звонка. Бубня нудный текст, она со скуки осматривала аудиторию и с большим удивлением увидела, как внимательно слушает ее красивейшая студентка группы и даже пишет конспект.

Женщина преподавала английский данной группе уже три семестра. Сейчас наступил четвертый семестр, он же являлся последним. Ей хорошо запомнилась эта студентка по имени Лю Мань, которая училась в 3-й группе факультета фортепиано.

Запомнилась девушка, прежде всего, своей впечатляющей внешностью. Однако была еще одна причина: Лю Мань все три семестра подряд проваливала экзамен по английскому языку.

Для специальностей, связанных с инструментальной музыкой, они в большинстве своем проводились под конец каждого семестра. В первом и втором семестрах Лю Мань пришлось идти на пересдачу, а в третьем она провалилась, набрав 59 баллов. В итоге та звонила преподавательнице и со слезами на глазах жалобно умоляла об одном дополнительном балле.

Ввиду своей мягкосердечности та не выдержала плача студентки, поэтому добавила ей ту единичку, необходимую для успешной сдачи.

Но сейчас Лю Мань все свое внимание уделяла занятию, резко выделяясь на фоне остальных. Учительница английского обрадовалась. Похоже, в этом семестре девушка решительно настроилась сдать экзамен как подобает.

Ван Нина боковым зрением наблюдала за усердием подруги и мысленно хмыкнула. Лю Мань серьезно возомнила себя знаменитостью? Да она же явно всего-навсего притворялась прилежной ученицей, ибо боялась, что кто-то сфотографирует ее и выставит в интернет то, как она бездельничает на паре. Только вот кому будет дело до этой мелкой интернет-звезды через пару дней?

Ван Нина без всякой на то причины испытывала к Лю Мань большую неприязнь. Любое действие и поступок подруги казались ей показушными.

Однако мнение других Лю Мань не заботило. Увидев то, как свободно разговаривали на английском Юй Чжань с Сун Цзюньчжэ, она решила выучить этот язык.

Современное время было эрой глобального взаимодействия. Разве смогла бы она составить конкуренцию другим, не зная хотя бы английского? В детстве ей очень нравилось слушать рассказы госпожи Сюй о Чжан Цяне, который путешествовал по западу в качестве посла и открыл Шелковый путь. Лю Мань завидовала его возможности разъезжать по миру. Ей хотелось быть такой же, выехать из Китая и посмотреть на мир за его пределами. Хотелось изучить разные культуры.

Занятие закончилось только к полудню. Поскольку сегодня был первый день учебы после каникул, студенты хлынули из корпуса подобно рою пчел. Они толпами направились в столовую.

Теперь Лю Мань утратила возможность свободно посещать общественные заведения, как делала это раньше. Куда бы она ни шла, всегда находились желающие на нее поглазеть и сфотографировать. Нелегкой выдавалась жизнь интернет-знаменитости.

В столовой и так было не протолкаться, а тут еще и Лю Мань притягивала к себе новых людей. Ван Нина с Ли Сяожу, тоже не знали, как попасть внутрь. Они даже в очередь встать не могли, о совершении заказа не шло и речи.

Ван Нина вдруг сказала обеим подругам:

— Сюй Цзыхань недавно приглашала меня пообедать. Я пойду к ней, до встречи, девчат.

Примечание автора: В прошлых главах говорилось, что Сюй Цзыхань — тоже студентка фортепианного факультета, но учится в параллельной группе, нежели Лю Мань.

Договорив, она не дождалась ответа и нырнула в толпу. На ее лице проступало легкое раздражение.

Ли Сяожу не на шутку растерялась.

— Когда это Ван Нина успела так подружиться с Сюй Цзыхань? Она же раньше ей не нравилась.

Лю Мань тоже подмечала необычное поведение подруги за сегодняшний день.

Она с улыбкой обратилась к Ли Сяожу:

— Своей очереди здесь мы явно не дождемся, давай лучше перекусим в другом месте. Я еще с прошлого семестра должна угостить тебя, как раз сегодня и верну должок.

— Ой, а я уже и забыла, — подруга, ясное дело, очень обрадовалась предстоящему бесплатному перекусу. Она взяла Лю Мань под руку. — Идем-идем-идем. Попируем на славу! Жаль только, что Нина ушла.

На этот раз они не пошли в дорогущий Ju Jiu Wu. Ли Сяожу выбрала ресторан Sichuan.

В течение всей трапезы Лю Мань непрерывно что-то печатала в телефоне. Ее пальцы не останавливались ни на секунду.

— Опять дела [Принцессы Мань]? — поинтересовалась Ли Сяожу.

Девушка ответила кивком. Она не хотела скрываться от подруги.

— Продажа кошачьего корма в качестве посредника.

— О, я видела в Weibo. Ты вчера была в Гонконге, — Ли Сяожу усмехнулась. — Тем твоим «Теперь я здесь» все словно заразились.

Поскольку вчера Лю Мань поэтапно выкладывала фотографии во время подписания контракта с Hong Kong Westland и использовала подпись «Теперь я здесь», фанаты последовали ее примеру и теперь вся ее страница оказалась завалена аналогичными комментариями.

[Теперь я здесь. (фото университета)]

[Теперь я здесь. (фото какой-то городской достопримечательности)]

[Теперь я здесь. (фото супермаркета)]

[Теперь я здесь. (фото общественного туалета)]

…

Засевшая в головах фраза всего за одну ночь завирусилась в сети. Ее копировали не только подписчики [Принцессы Мань], но и многие другие. Когда они писали комментарии под публикациями своих кумиров, то непременно добавляли «Теперь я здесь» и фото места, где находились.

Когда на стол подали все блюда, Ли Сяожу сделала фото и опубликовала его на своей странице.

[Теперь я здесь. Я с @Принцессой Мань.]

— Маньмань, я тебя отметила. Подпишись на меня, — призвала ее Ли Сяожу.

Девушка зашла в Weibo.

Никнейм Ли Сяожу был [ХихиХаха]. Она очень редко использовала Weibo для общения. Чаще заходила почитать новости или сплетни. Подписчиков у нее, разумеется, почти не было.

И сама она подписалась только на одного человека — [Принцессу Мань].

Лю Мань подписалась в ответ, лайкнула фото и сделала репост.

[Что за ХихиХаха?]

[Мальчик Отаку: Точно! Точно! Она живет в комнате общежития вместе с нашей Принцессой.]

[О, значит и она умеет играть на фортепиано! Я подпишусь.]

[И я тоже.]

Аккаунт [ХихиХаха] не являлся основным у Ли Сяожу. Изначально там имелось всего девять неактивных подписчиков, а с подпиской Лю Мань их стало десять. Проверка после перекуса показала число 259.

— Вау, а с тобой выгодно общаться, — воскликнула девушка. — У тебя такие активные фанаты, даже на меня подписались.

Лю Мань и сама это осознавала. Ее поклонники подписывались на всех, кто имел к ней какое-то отношение. Неужто фраза «любовь к человеку охватывает и ворон над его домом» оказалась правдивой?

п.п.: Иными словами, если человек любит кого-то, то ему становятся интересны все люди и вещи, связанные с этим кем-то.

— Может я и сама однажды прославлюсь за счет твоей популярности.

Говоря так, Ли Сяожу просто шутила. Разве могла она хоть на секунду серьезно допустить осуществление этой мечты?

Вернувшись к вечеру домой, Лю Мань почистила кошачий лоток, насыпала в миску Рассвет свежего корма, поужинала и поспешила начать стрим.

— Добрый вечер, ребята. Перед началом эфира я хотела бы сделать быстренькую рекламу. Мои подписчики на Weibo уже знают о моем стремлении стать посредником в продаже кошачьего корма. Теперь этот вопрос решен.

— Начиная с сегодняшнего вечера, у вас всех есть возможность покупать любой кошачий корм Cats’ Garden прямо у меня на трансляции. Я продаю три типа упаковок: 3,6 килограмма, 5,5 и 7,2. Есть со вкусом курицы, морской рыбы, оленины, говядины, а также со смешанными. Даже самый привередливый в еде кот будет доволен.

— Моя Рассвет больше всего любит аромат курицы, так что я рекомендую покупать его. Он и наиболее выгодным получается.

— Те, кто только к нам присоединились, если не услышали, что я только что сказала, загляните ко мне в Weibo. Там есть таблица со всеми видами кошачьего корма.

[Сестренка, сколько стоит каждая упаковка?]

— 609 юаней, 809 юаней и 989 юаней в порядке увеличения веса. Если хотите купить корм со вкусом морской рыбы или оленины, придется доплатить 50 юаней.

Лю Мань только начала свой бизнес, оттого и не осмеливалась слишком задирать цены. Понимая, что фанаты пойдут сравнивать их с расценками в Гонконге, девушка дважды все перепроверила. Взять, к примеру, упаковку весом в 5,5 килограмм. Hong Kong Westland продавали ее ей за 665 гонконгских долларов. Таможенный налог составлял примерно 80. Чтобы его высчитать, требовалось из 665 вычесть 500 и полученный результат (165) разделить на 2. Если прибавить полученные 80 гонконгских долларов налога к базовым 665, то стоимость одной такой упаковки получалась почти 750. Она уже заметно превышала цену в Гонконге (690).

п.п.: Почему именно 500 вычитается, непонятно. Получается, от закупочной стоимости берут только ~25% (но это лишь мое предположение), а затем от них еще 50%, и это примерно равняется таможенному налогу.

Неудивительно, что никто на материковом Китае не горел желанием податься в посредники. Здесь все обходилось дороже.

Желая поначалу завлечь клиентов, Лю Мань разумно решила зарабатывать на упаковке по 60 юаней.

п.п.: Несколько глав назад писал об этом. Для простоты считайте 1 гонконгский доллар почти равным 1 юаню.

[Я Тинтин: Супер! Дешевле, чем я себе представляла. Я уже заказала две упаковки по 5,5 кг.]

[Пушистый Кот: А я собираюсь купить 3,6 кг со вкусом морской рыбы. Посмотрим, понравится ли Гарфилду.]

[Блинчик: Беру 7,2 кг с курицей. Для меня это самый разумный выбор. У нас в северо-западной части Китая воздух сухой, так что корм будет храниться нормально.]

…

Все старые поклонники [Принцессы Мань], у которых дома имелся кот или кошка, сделали заказы с целью ее поддержать.

На стриминговой площадке была функция корзины. Зрители могли покупать любой рекламируемый стримером продукт, кликнув на ее иконку в нижнем левом углу. Возможность совершить покупку представлялась им и вне эфира. Кнопка с корзиной размещалась на странице стримера.

Лю Мань уже вписала в настройки все виды, упаковки и цены кошачьего корма. Продажа на текущей платформе отличалась от Taobao, поскольку здесь никто не выступал независимым гарантом качества. Как только зритель совершал оплату заказа, его деньги переводились непосредственно стримеру на аккаунт, после чего тот мог обменять валюту сайта на реальную. Площадка брала 1% комиссии и 2% налога. Эти сборы как раз перекрывали разницу в курсе между гонконгским долларом и юанем.

Такой способ оплаты был очень невыгодным для покупателя, поскольку существовала высокая вероятность оказаться обманутым. Площадка учла этот момент и выдавала функцию корзины далеко не каждому стримеру. Запрос на ее получение могли подать только обладатели пятого уровня и выше.

Всего уровней имелось тринадцать: от нулевого до двенадцатого. Новые, недавно созданные аккаунты получали, естественно, нулевой. Для достижения первого уровня требовалось набрать 100 подписчиков. Для достижения второго — 1000. 5000 для третьего, 10 000 для четвертого, 50 000 для пятого, 100 000 для шестого, 500 000 для седьмого, 1 000 000 для восьмого, 5 000 000 для девятого, 10 000 000 для десятого, 50 000 000 для одиннадцатого и 100 000 000 для наивысшего, двенадцатого уровня.

Подписчиков у [Принцессы Мань] было немногим больше 50 000, что и позволило ей подойти под минимальные требования для получения функции корзины.

Сяо Кэ, стримившая с этого же приложения на торговой улице в Шанхае, достигла 9-го уровня со своими пятью миллионами фанатов.

Скорее всего, просмотр живых эфиров не являлся самым популярным способом проводить свободное время и развлекаться, ибо трафик на выбранной Лю Мань площадке был скромным. Девушка еще не видела здесь ни одного стримера с 12-м уровнем, да и 11-х насчитывалось не более десятка. Правда, каналами теми владели не интернет-звезды, а уже состоявшиеся знаменитости, которые запускали трансляции для простого общения с поклонниками.

[Сестренка, а можно узнать, когда придет корм?]

[Да-да-да. Тоже хотела спросить. У меня осталось совсем немного, не знаю, протянет ли мой кот до приезда доставки.]

[Кстати, да. Какая служба доставки будет его развозить?]

…

Лю Мань ответила:

— Кошачий корм отправляют из Гонконга, первая поставка выедет в лучшем случае завтра, а в худшем – к этим выходным. Для гарантии безопасности и эффективности мы решили пользоваться службой доставки Shunfeng. При прохождении таможни могут возникать задержки.

[Уф, значит высылают прямо из Гонконга. А я думал, сестренка сама будет отправлять корм покупателю.]

[Доставка из Гонконга — это, конечно, хорошо, но обычно ждать приходится долго.]

[Мне нужно срочно. Можешь отправить мне первой?]

[Не торопи ее! Сестренка только начала вести бизнес. В будущем она разберется во всех аспектах, и доставлять будут быстрее.]

…

Первые продажи кошачьего корма прошли, как и первый стрим. Лю Мань столкнулась с множеством проблем, только теперь у нее была поддержка и помощь со стороны поклонников. Все смогли войти в ее положение и понять девушку.

Фанаты отнеслись к [Принцессе Мань] с уважением. По итогу дня она приняла в общей сложности 29 заказов. То есть, в первый же день заработала более 2000 юаней, чему очень радовалась. Составив таблицу заказов, девушка отправила ее на электронную почту Джона.

Тот переслал данные на склад компании. Два сотрудника собрали нужное количество упаковок, согласно полученному списку, и отправили их в тот же день.

На второй день Лю Мань успешно передала 53 новых заказа. Сотрудникам склада пришлось задержаться на работе, чтобы успеть все собрать до ночи.

На третий день Лю Мань успешно передала 60 новых заказов. Половину из них не отправили.

На четвертый день девушка успешно передала 89 новых заказов. Тогда был выходной, в связи с чем сотрудники склада не работали.

К понедельнику заказов скопилось безумное количество. Управиться с ними вдвоем не представлялось возможным, и работники пошли с жалобами к вышестоящему начальству.

— Наша основная обязанность по-прежнему заключается в осмотре продукции, или теперь мы должны с утра до ночи рассылать кошачий корм? Пакуем эти заказы, пакуем, а нам еще каждую неделю нужно забирать с порта товары, отправленные из главного офиса в Новой Зеландии. У нас нет времени даже на выполнение первоначальных обязанностей. При таком количестве заказов нужно нанять еще хотя бы троих человек.

Их слова быстро передали Хуан Шитину. Поначалу он согласился отправлять корм из Гонконга, потому как не верил, что неопытная в бизнесе девушка со скромным количеством подписчиков будет присылать слишком много заказов.

Похоже, он просчитался. Лю Мань оказалась неожиданно хорошим рекламщиком.

Зачастую скрытые проблемы получалось обнаружить только после их появления на практике. Главный офис Новой Зеландии не мог похвастаться большими размерами, а нанять людей в Гонконге стоило очень дорого. Хуан Шитин попросил финансовый отдел тщательно подсчитать расходы.

От них пришел следующий вердикт: Если компания наймет на работу еще троих рабочих исключительно ради Лю Мань, а она продолжит передавать не более 100 заказов в день, их компания ничего не заработает.

Именно поэтому у Лю Мань в тот же день посреди пары зазвонил телефон.

п.п.: Юху-у! Сто глав позади! Можно сказать, «юбилейчик» :) Спасибо тем, кто читает, ставит лайки и комментирует! Э-э-э… как это не комментирует? :( Не надо так! Если история вам нравится, поделитесь, пожалуйста, мнением в комментариях на странице проекта. Да и если не нравится, тоже поделитесь. Хотя, если не нравится, но дочитали до этой главы, то это странно, хм.

Лю Мань под взглядами остальных в спешке вышла из аудитории с телефоном в руках.

— Госпожа Лю, нам нужно обсудить проблемы перевозки и хранения, — учитывая занятость их обоих, Хуан Шитин сразу перешел к делу.

— По той причине, что количество заказов от тебя растет с каждым днем, наши работники на складе не успевают с ними справляться. Мы еще не разослали все заказы с 7-го марта. Если так пойдет и дальше, у нас будет копиться их все больше и больше, что приведет к еще большему замедлению поставок. Покупатели потеряют терпение ждать, а это, в свою очередь, отразится на твоем бизнесе. Именно поэтому тебе следует изменить метод и быстро арендовать склад, а мы будем присылать тебе кошачий корм партиями. Сократим затраты как времени, так и энергии.

Хуан Шитин высказался яснее некуда. Он и его компания были слишком заняты для рассылки заказов Лю Мань. Вот они и решили поставлять весь кошачий корм ей разом, остальные заботы оставляя девушке.

— Менеджер Хуан, пожалуйста, можете сделать исключение? У меня не получится найти склад для хранения кошачьего корма за такое короткое время, — да и если бы у нее имелось такое место, она являлась бы в нем единственным работником притом, что посещение университета никто не отменял. Кто бы занимался отправкой кошачьего корма покупателям?

— У тебя есть два дня. Предоставь мне точный адрес склада. Через два дня мы прекратим рассылать товары покупателям.

Хуан Шитин и без того сделал для Лю Мань немало. На сегодняшний день его компания отправила сотни посылок, но не получила в оплату ни юаня. Он занимался бизнесом, а не благотворительностью. Мужчина попросту не мог предоставить девушке столь огромное преимущество.

Но где ей было найти склад за два дня?

Лю Мань оказалась малость озадачена. Первым делом она посредством сообщения попросила Ли Сяожу сказать преподавателю о ее дальнейшем отсутствии на занятии.

После завершения разговора с девушкой Хуан Шитин почувствовал, что говорил слишком резко. В беспокойстве за нее он, серьезно все обдумав, позвонил Юй Чжаню.

К тому времени Лю Мань уже покинула территорию университета. По тротуару она шла с мыслями проконсультироваться у агента по недвижимости. Тогда ее застал врасплох очередной телефонный звонок. Как гласила надпись на экране, вызывал ее Юй Чжань.

— Не переживай о поисках склада. У меня есть один подходящий. Приди ко мне в клинику, и я покажу. Посмотрим, понравится ли тебе.

Его предложение было как нельзя кстати. Лю Мань так обрадовалась, что даже и не задумалась, каким образом он узнал о ее проблеме. Она немедля направилась к станции метро, а оттуда и к ветеринарной клинике Юй Чжаня.

Теперь в учреждении не было толп посетителей, как это происходило в период каникул. Желающих прийти туда по-прежнему хватало, просто Юй Чжань установил новые правила касательно предварительной записи.

«Личный осмотр: Наша ветеринарная клиника проводит осмотр только пяти питомцев в день. Стерилизация: два питомцев в день. Вакцинация и проверка на инфекционные заболевания: пять питомцев в день. Другие услуги: пять питомцев в день».

«Без предварительной записи на прием наша клиника оставляет за собой право отказать вам в лечении вашего питомца».

Но вся работа, связанная с инъекциями и переливаниями, выполнялась медсестрой, поэтому здесь не было никаких ограничений на количество домашних животных в день. Также под ограничение не подпадали питомцы, нуждающиеся в лечении и уходу после родов. И, разумеется, вне правил проходили те, у кого возникали резкие, серьезные заболевания. Хотя последнее случалось редко.

Юй Чжань опубликовал эти новые правила на Yelp и заказал у рекламной компании печать объявления, которое нынче висело на стене позади регистратуры. С момента внедрения и оглашения новых инструкций в ветеринарной клинике воцарилась тишина. Все приходили в назначенное время, согласно предварительным записями на прием, благодаря чему длинных очередей больше не наблюдалось.

Когда Лю Мань добралась до клиники, Юй Чжань инструктировал неопытную медсестру по прививкам для Шартрез*. Главная комната, где раньше выстраивались в очередь клиенты, теперь стала помещением для переливания крови.

п.п.: порода кошек.

— Нужно использовать спирт 75%. Кожа кошек чувствительна к настойке йода, так что не используй ее в качестве дезинфектора, — серьезно напомнил он.

— Кошачья кожа отличается от человеческой. Внутренняя часть мягкая и гладкая, поэтому нельзя колоть вот так прямо. Смотри, как нужно. Сперва легонько возьмись за участок кожи на задней части шеи, чтобы образовалась небольшая складка, и только затем вводи иглу. Но не слишком глубоко, достаточно всего три-четыре сантиметра.

Медсестра внимательно слушала и кивала головой. Она училась в медицинском колледже, однако там делали акцент на уходе за больными людьми, а не животными. Вот почему Юй Чжань никогда раньше не позволял ей вмешиваться в его работу.

Сотрудница работала на него уже два месяца. Она многому научилась, наблюдая за его действиями, в результате чего ветеринар принялся учить ее большему, чтобы медсестра могла помогать.

После инструкций начальника девушка успешно сделала прививку. Стоявшая в стороне хозяйка кошки улыбнулась со словами благодарности.

Лю Мань во второй раз увидела Юй Чжаня за работой. В первый он брал анализ у Рассвет.

Во время работы парень становился крайне серьезным и сдержанным, он забывал обо всем вокруг. Ветеринар не проверял телефон и не отвлекался на посторонних, потому как нес ответственность за каждую доверенную ему жизнь.

Попрощавшись, хозяйка шартреза вышла из клиники с питомицей на руках. Только тогда Юй Чжань наконец увидел Лю Мань, которая уже давно за ним наблюдала. Он улыбнулся.

— Подожди меня, я переоденусь.

Узнавшая ее медсестра поздоровалась с ней и вернулась к своему месту за стойкой регистрации.

Лю Мань думала, что Юй Чжань отвезет ее к складу, поэтому уж никак не ожидала от него слов:

— Склад прямо по соседству.

Здания на этой улице имели 6,7 метра высоты. Большинство были спроектированы и построены с двумя этажами. Рядом с ветеринарной клиникой располагался ресторан, и оба его этажа отводились для посетителей. Впрочем, популярным он так и не стал, в связи с чем всегда оставались пустующие столики. Владелец заведения хотел сдать в аренду второй этаж, чтобы получать дополнительный доход.

Поскольку ресторан находился рядом с клиникой, то Юй Чжань знал владельца лично.

Он уже сообщил ему обо всем заранее. Прямо сейчас время приема пищи еще не наступило, поэтому у сотрудников ресторана был перерыв. Заведение пустовало, и молодой человек повел Лю Мань сразу на второй этаж.

К нему вел отдельный вход с лестницей слева от парадных дверей. Площадь его по размерам не уступала второму этажу ветеринарной клиники и составляла 100 квадратных метров. Благодаря отсутствию внутренних стен зал казался крайне просторным. Всего в комнате насчитывалось десять столиков со стульями.

Лю Мань прошлась по помещению, открыла окна и осталась довольна открывшемся с них видом. Место было близко к ее дому. В случае чего она могла бы быстро добраться сюда.

— Сколько стоит аренда? — этот вопрос волновал девушку больше всего.

— Четырнадцать тысяч, хотя для остальных – шестнадцать.

На фоне других ценников за аренду в их районе четырнадцать тысяч считались адекватным требованием. Более того, безусловным преимуществом текущего места являлась его большая площадь.

Тем не менее Лю Мань оно все равно казалось слишком дорогим. Увидев ее нерешительность, Юй Чжань сказал:

— Если не нравится, можем поискать что-то другое.

— Нет, это достаточно хорошее, — она вздохнула. — Как же сложно начинать бизнес.

Парень невольно хмыкнул.

— Поначалу все кажется сложным, но со временем становится проще.

Он тотчас связался с владельцем ресторана для подписания договора. Фамилией мужчины оказалась Ван, а сам он выглядел лет на сорок. При виде достаточно юной девушки в качестве арендатора он удивленно спросил:

— Зачем тебе понадобилось такое помещение?

Лю Мань ответила честно:

— Для хранения товара.

— Какого товара? — арендодатель имел право знать.

— Кошачьего корма.

— А, значит твоя работа связана с господином Юй, и вы оба работаете в сфере с животными. Хорошо тогда, хорошо, — владелец был доволен, ему не хотелось сдавать помещение странным людям.

Таким образом, он с радостью подписал контракт с Лю Мань и даже по доброте душевной отказался от залога. Однако ей все равно требовалось заплатить аренду на три месяца вперед, что составляло сорок две тысячи юаней.

Лю Мань еще не снимала деньги со своей корзины на стриминговом канале, так что сейчас у нее на руках было только тридцать тысяч. Она сказала:

— Арендодатель Ван, вы не против, если сейчас я заплачу вам тридцать тысяч, а остальное добавлю в течение двух дней?

Тот бросил взгляд на стоявшего в стороне Юй Чжаня и улыбнулся.

— Конечно, госпожа Лю – подруга господина Юй, значит я тебе доверяю. Завтра я соберу сотрудников, пусть уберут всю мебель, чтобы она не мешалась на складе. Если есть какие вопросы, не стесняйся обращаться ко мне.

— А можно оставить стол и четыре стула? — как казалось Лю Мань, они бы ей не помешали.

— Без проблем. Если понадобится больше, только скажи.

Она наконец успешно арендовала свой склад, тем не менее за один день лишилась всех сбережений. А за следующие несколько дней продажи кошачьего корма ей еще предстояло погасить долг.

И все же самой главной проблемой девушки было отсутствие работников.

Она только приготовилась пропустить завтрашние занятия и подыскать кого-то в центре занятости, а Юй Чжань уже продумал все ее проблемы.

— Не переживай, для тебя сейчас главное – учеба. С поиском работников я разберусь.

Двумя днями позже он позвонил ей с известием о двух откликнувшихся людях.

Оба оказались мужчинами под 50 лет. Одного посоветовала медсестра. Он приходился ей родственником и приехал в столицу после каникул в надежде найти работу. Другого Юй Чжаню представил господин Ван. Тот работал у него в ресторане, но попал под сокращение, ввиду ненадобности такого количества сотрудников.

В эти же дни Чжан Пэй, как и Лю Мань, уходила с дома ранним утром и возвращалась к ночи. Она пыталась найти работу.

Женщина окончила колледж. До становления домохозяйкой она работала бухгалтером. Правда, из-за двадцатилетнего перерыва все знания и навыки уже давно позабылись. Еще и немолодой возраст вносил свою лепту, поэтому с поисками все складывалось не лучшим образом.

Сегодня ей довелось повстречаться с очень холодным сотрудником по кадрам.

— Люди вашего возраста не обладают большим набором навыков. Зачем тягаться с молодыми? Советую найти работу в ресторане, убираться там или посуду мыть. В нашей же компании вы в лучшем случае можете рассчитывать на должность уборщицы.

Чжан Пэй слишком устала, чтобы думать, был ли этот «добрый» совет злонамеренным унижением. Она очень долго не работала, из-за чего внешний мир казался ей пугающим.

Неужто ее и впрямь не ждало ничего лучше, чем место уборщицы?

По возвращению вечером домой Лю Мань увидела Чжан Пэй, которая тихо сидела на диване и оцепенело смотрела в пустоту перед собой. Подойдя ближе, она заметила покраснения в глазах женщины.

— Мам, что-то случилось? — прозвучал ее взволнованный вопрос.

Голос дочери вернул Чжан Пэй к реальности. Она словно только сейчас заметила присутствие Лю Мань.

— Когда ты вернулась? И почему я не слышала никакого шума?

В уголках ее глаз виднелись слезы. Лю Мань вытерла их тыльной стороной ладони и нежно спросила:

— В чем дело, мам?

Ее мягкое и заботливое действие стало последней каплей, заставившей Чжан Пэй разрыдаться.

— Я бесполезная! Не могу ни работу найти, ни даже хоть одну монету заработать, а над нами висит необходимость выплачивать миллионный кредит! Что мне делать? Я бесполезный отброс общества!

— Бесполезная? Кто вообще тебе такое сказал? И какой еще отброс? Ты моя мама, ты носила меня на руках, учила говорить и ходить. Когда папа задерживался на работе, именно ты приходила за мной. Каждый день. До единого. Именно ты начала откладывать деньги на мою карьеру пианистки. Ты дала мне лучшее образование. Ты самая лучшая мама. Мама, которая любит меня больше всего на свете.

Теперь глаза покраснели и у Лю Мань. Сейчас в ее сознании подобно фильму воспроизводились детские воспоминания изначальной хозяйки тела. Эти же воспоминания говорили ей, какой самоотверженной матерью была Чжан Пэй, ради воспитания дочери бросившая даже работу.

Девушка осознала, что при смешивании ее души и воспоминаний прежней Лю Мань она могла испытывать те же эмоции. Например, уважение и благодарность по отношению к женщине перед собой.

Последняя обняла ее. Поглаживая дочери волосы, она все продолжала шептать:

— Моя Маньмань, моя Маньмань… — поток слез по-прежнему не прекращался, увлажняя плечи Лю Мань.

Спустя какое-то время Чжан Пэй отпустила ее и достала несколько салфеток, чтобы вытереть лицо. Затем заговорила чуть спокойнее:

— В последние дни я искала работу по всему городу, но общество, судя по всему, не ценит домохозяек.

Чего она не ожидала, так это следующих слов Лю Мань:

— Тебе не нужно устраиваться на работу и ходить на нее. Я как раз хотела кое о чем тебе рассказать.

— О чем?

— Я стала посредником в продаже кошачьего корма через интернет. Для этого пришлось арендовать склад рядом с нашим домом и нанять двух сотрудников для упаковки заказов. Я хочу, чтобы ты стала моим бухгалтером и руководила наемными работниками.

Лю Мань уже столько раз удивляла Чжан Пэй, что теперь новость об аренде склада вообще ее не шокировала. Тем не менее она все равно спросила:

— Сколько же там упаковок корма, раз тебе пришлось арендовать склад?

— Вчера из Гонконга отправили двести коробок, внутри которых в сумме тысяча упаковок.

«Тысяча упаковок!»

Теперь Чжан Пэй испытала шок.

Лю Мань постепенно стабилизировала свой статус, избавившись от изначальной беспомощности. Она заказала на Taobao принтер, скотч, сотни упаковочных коробок и другие материалы для пересылки.

Под ее тщательным руководством все шло хорошо.

В день, когда в столицу доставили 200 коробок с кошачьим кормом, Лю Мань нашла грузовик, привела двоих постоянных работников и еще пятерых временных. Так они и доставили весь товар из пристани на склад.

Складское помещение прошло через двойную уборку, благодаря чему в нем не осталось ни единого грязного пятнышка. Вымытый кафельный пол буквально сверкал, а все хранилище теперь и близко не походило на ресторан. 200 ящиков с кошачьим кормом заняли большую часть свободного пространства. Количество хоть и казалось большим, однако не прошло и половины месяца, как весь товар был распродан. Фанаты [Принцессы Мань] своими действиями демонстрировали то, насколько сильно нуждались в настоящем кошачьем корме.

Лю Мань не только выплатила банку 8 900 юаней 15-го марта, но и как раз вовремя, то есть 28-го числа, перевела нужную сумму Hong Kong Westland.

Убедившись в возможности зарабатывать на продаже кошачьего корма, Чжан Пэй очень воодушевилась. Она, как обычный работающий человек, каждый день уходила на склад в восемь утра и возвращалась домой только к девяти вечера.

Оставленные владельцем Ван стол со стулом стали для Чжан Пэй рабочим местом. Лю Мань даже предоставила ей компьютер для ведения бухгалтерских записей.

Поскольку женщине ежедневно приходилось входить и выходить через лестницу владельца, они с ним успели неплохо познакомиться. Зная, что она приходилась мамой Лю Мань, он относился к ней хорошо. Еду для Чжан Пэй и двоих других работников он подавал лично прямо с кухни.

Как сказал ей владелец Ван, Лю Мань уже заплатила за питание на месяц вперед.

Чжан Пэй не придала этому особого значения и поверила его словам.

Также она познакомилась с господином Юй из ветеринарной клиники по соседству.

Встретились они в неспокойный день, тогда как раз собирался дождь. Два работника, как и Чжан Пэй, пришли на работу без зонтов. Она позволила им уйти пораньше, а сама осталась привести в порядок складское помещение, после чего тоже собралась домой.

Но кто же знал, что дождь начнется, не дав пройти ей и сотни метров? Женщина развернулась и только собралась направиться обратно, как от барабанивших по голове капель ее защитил зонтик.

Она подняла удивленный взгляд. Ее глазам предстал молодой, привлекательный мужчина, что заставило удивиться лишь сильнее.

В тот момент Чжан Пэй подумалось, не вызвал ли дождь у нее галлюцинации. Ей казалось, словно она вновь стала шестнадцатилетней девушкой с одной любовью на уме.

Будучи молодой, женщина в самом деле мечтала стоять вот так под зонтом с красивым парнем.

На ее побледневшем лице проступил румянец. Она застыдилась собственных мыслей: у нее ведь был муж и дочь! И мужа она любила очень сильно! Но право восхищаться симпатичными парнями было у любой женщины любого возраста, верно?

Красавчик тем временем представился приятным голосом:

— Здравствуйте, тетушка. Я владелец ветеринарной клиники по соседству, меня зовут Юй Чжань. Слишком сильный дождь пошел, я вас подвезу.

Скромное «тетушка» и его вежливость очень польстили Чжан Пэй.

— Нет-нет, мой дом совсем близко, всего десять минут ходьбы.

— Но дождь нешуточный, под таким можно промокнуть до нитки и за пару минут. Можете тогда посидеть у меня в клинике, выпить горячего чаю и переждать непогоду.

Женщина приняла его предложение, поэтому пошла с ним к его клинике.

Лю Мань тем временем взяла в одну руку свой зонтик, а в другую – запасной. Она поспешила к Чжан Пэй. Поднявшись по ступенькам к складу, девушка никого там не нашла. Свет был выключен.

Куда же пошла женщина? По пути сюда она тоже ее не видела.

Встревоженной Лю Мань подсознательно захотелось пойти к Юй Чжаню и спросить у него. Когда она оказалась перед входом в его клинику, то тотчас увидела с ним свою мать. Они сидели лицом к лицу на небольшом диванчике напротив стойки регистрации. У обоих в руке была кружка с чаем, и беседа, судя по всему, велась очень радостная.

При виде дочки Чжан Пэй очень разволновалась, взяла ее за руку и сказала:

— Маньмань, начальник Юй увидел сильный дождь и любезно позволил мне укрыться от него здесь, — затем она обратилась к молодому человеку: — Начальник Юй, а это моя дочь, Лю Мань.

Лицо у последней сделалось слишком странным, она не знала, как реагировать на происходящее. Размышляя, стоит ли ей притвориться, что она не знакома с Юй Чжанем, или все-таки признаться в их длительной дружбе.

Мужчина тем временем незаметно подмигнул ей и, словно видя Лю Мань впервые, воскликнул:

— Ваша дочь такая красивая, точно в вас пошла. Никогда бы не подумал, что у вас есть такая взрослая дочка!

Улыбка Чжан Пэй растянулась до ушей. Каждой матери нравилось слушать комплименты в адрес своих детей, а также – комплименты их собственной молодости и красоте!

Она ответила взаимностью:

— А вы не только симпатичный, но и выдающийся. Всего на парочку лет старше Маньмань, а уже открыли ветеринарную клинику. Вашим родителям повезло с таким хорошим сыном.

Лю Мань, которая знала о почивших родителях Юй Чжаня, изменилась в лице. Чжан Пэй не следовало этого говорить. Однако парень продолжал улыбаться, и выражение его лица ни на йоту не отличалось от предыдущего.

На обратном пути Чжан Пэй неустанно нахваливала Юй Чжаня перед Лю Мань, говоря о его привлекательности, великодушии, юности и перспективности.

Девушка не пропускала эти комплименты мимо ушей. Она и сама думала так же. Юй Чжань был превосходным человеком. О нем у всех автоматически складывалось хорошее впечатление.

С тех пор среди знакомых Юй Чжаня появилась и Чжан Пэй. Они в обязательном порядке начали здороваться каждый день, когда виделись. Кроме того, Юй Чжань стал приглашать женщину на чаепитие каждые три дня.

После определенного периода продаж ник [Принцесса Мань] стал синонимом подлинному кошачьему корму от Cats’ Garden. Покупатели убеждались в его неподдельности, хвалили и советовали своим знакомым. Те в свою очередь рекомендовали собственным друзьями, благодаря чему все больше и больше людей узнавало о [Принцессе Мань]. Все стекались к ней. Одни подписывались на стриминговый канал, а другие следили за страницей Weibo. В итоге количество ее подписчиков преодолело отметку в 100 000.

Теперь свои дни Лю Мань проводила в университете. После каникул прошел всего месяц, а занятия иногда растягивались на весь день. Вечером ей приходилось посещать склад, где она помогала матери вести учет товаров и осуществлять расчеты. Этих дел хватало для достаточной занятости. Основное содержание прямых трансляций касалось продажи кошачьего корма и привлечения новых клиентов. У каждого человека был своей предел сил и энергии. Вот и Лю Мань, которая не являлась суперменом, не могла писать каллиграфию и играть на фортепиано, занимаясь всем остальным.

В этот день она, как обычно, заканчивала обрабатывать все свежие заказы в прямом эфире. Сразу после завершения стрима ей пришло WeChat-сообщение от [Феи Персик].

[Фея Персик: Это WeChat Мальчика Отаку. Он очень просил, чтобы ты его добавила.]

[Мальчик Отаку] стал одним из первых модераторов на ее трансляциях, в связи с чем Лю Мань, ясное дело, удовлетворила его просьбу. Она тут же добавила в друзья полученный контакт, именовавшийся как [К Луне Вместе с Ветром]. Свежесть этого никнейма сильно отличалась от странного псевдонима на ее канале для стримов.

Узнав о добавлении в друзья, юноша вскоре написал ей:

[Привет, сестренка. Это Мальчик Отаку. Мое настоящее имя – Цзян Чэнфэн. Я второкурсник Столичного Университета, учусь на факультете компьютерных наук. У меня к тебе есть срочное дело, но рассказать о нем нужно лично. Мы можем завтра встретиться?]

От такой внезапной просьбы Лю Мань даже растерялась.

По истечению пары минут Цзян Чэнфэн прислал второе сообщение:

[Понимаю, моя просьба очень безрассудная и неожиданная, но дело правда крайне срочное. Оно касается твоих каллиграфических работ. Я ничего плохого не замышляю, честно. Если беспокоишься или боишься, что я какой-то мошенник, можешь прийти с подругой или другом.]

Девушка ответила быстро:

[Я не считаю тебя плохим.]

[В таком случае, давай встретимся, ладно? В Starbucks, что возле главных ворот твоего университета. Завтра в 6 вечера, как раз после занятий. Там вокруг будет много знающих тебя людей, то есть ты будешь в безопасности.]

Собеседник привел много аргументов, да и, судя по важности формулировки, ситуация и впрямь сложилась срочная. После раздумий Лю Мань решила согласиться.

Цзян Чэнфэн по другую сторону экрана облегченно выдохнул, прежде чем написать:

[Тогда до встречи.]

Лю Мань не знала точных намерений Цзян Чэнфэна. Следовательно, на всякий случай позвала с собой Ли Сяожу. Та очень удивилась, узнав, что они идут на встречу к знакомому из интернета.

— Ты идешь к тому, кого ни разу не видела! Это так невероятно и неожиданно. Совсем на тебя непохоже!

Лю Мань прикрыла рот подруги и заозиралась по сторонам. Сейчас у них была пара физкультуры. На текущий семестр они обе выбрали баскетбол. И единственная причина такого выбора девушек заключалась в легкой сдаче экзамена по нему.

Ван Нина же предпочла теннис с Сюй Цзыхань.

Ли Сяожу потащила Лю Мань под свободное баскетбольное кольцо.

— Что это за человек? Ты его знаешь?

— Его ник [Мальчик Отаку]. Может помнишь такого.

— Ух ты, конечно помню. Это же тот извращенец, который постоянно пялился на наши ноги? И ты решилась встретиться с таким? Ты в своем уме?

Ли Сяожу потянула Лю Мань за руку.

— Я против этой встречи.

— Но я уже согласилась, и будет некрасиво нарушать обещание. Кроме того, [Мальчик Отаку] не кажется мне плохим человеком.

— Что с тобой сделал этот бизнес на прямых эфирах, — Ли Сяожу пристально вгляделась в изящное лицо подруги. — Так, ладно. Раз хочешь увидеться с ним, тогда пойдем. А я буду тебя защищать. Он не посмеет ничего сделать перед нашим универом и уж тем более в моем присутствии.

На следующий день в 17:50 Лю Мань с Ли Сяожу покинули территорию университета и пошли в Starbucks. В это время на улице было полно студентов, у которых тоже закончились пары. Толпы сновали повсюду. К счастью, Лю Мань ловила на себе куда меньше взглядов, чем раньше.

В этом месяце никаких новых появлений «Богини Ханьфу» не состоялось. Слухов о себе ради популярности она тоже не создавала. А новые видные интернет-звезды появлялись ежедневно. Постепенно пользователи сети о ней позабыли.

В добавок к этому Лю Мань являлась студенткой. Одногруппники имели возможность часто видеть ее на территории университета, поэтому уже успели на нее насмотреться.

Тем временем Цзян Чэнфэн прислал ей сообщение:

[Я уже пришел. Стою за фонарным столбом перед Starbucks. На мне джинсы, черная куртка и темно-синие очки в металлической оправе.]

Лю Мань огляделась. Затем она заметила худощавого парня, который соответствовал описанию. Он стоял под фонарем с небольшой сумкой в руках. Похоже, ему было неловко находиться посреди такого количества студентов, из-за чего он изредка пинал камни под ногами. Время от времени он поднимал голову, засматриваясь на птиц в небе.

Странным этот человек совсем не казался.

Пока девушки шли к нему, Лю Мань отметила привлекательность его лица.

Ли Сяожу проследила за ее взглядом и удивленно воскликнула:

— Не может быть! Это и есть [Мальчик Отаку]?

Лю Мань кивнула.

— Скорее всего.

— О, могу только сказать, что не стоит судить книгу по обложке. С внешностью у него все хорошо, но в интернете он ведет себя, как извращенец. Так странно…

Цзян Чэнфэн ощутил на себе взгляды двух девушек. Он повернулся к ним и исключительно под влиянием мужских инстинктов первым делом заприметил красивую Лю Мань.

Парень мысленно чертыхнулся.

«Эта девушка разве не Богиня Ханьфу?!».

А [Принцессой Мань], значит, была… девушка в свитере? Теперь ему стало понятно, почему Сяо Кэ продолжала смотреть прямо на нее в день своего эфира на торговой улице. Как оказалось, [Принцесса Мань] дружила с «Богиней Ханьфу».

Цзян Чэнфэн изучал Ли Сяожу.

Ее нельзя было назвать некрасивой. По росту она примерно соответствовала «Богине Ханьфу». И в плане фигуры тоже ей не уступала, имела длинные красивые ноги и черные волосы. Разве что чуть крупноватое лицо и губы несколько выбивались из образа. Большие и яркие глаза смотрелись очень мило. Как минимум, ему она очень понравилась.

Сердце Цзян Чэнфэна стучало все быстрее. Ему хотелось добиться любви этой [Принцессы Мань]. Но парень считал ее своим божеством! Разве мог он ухаживать за объектом своего восхищения?

Пока его ум донимали противоречивые мысли, обе девушки оказались перед ним.

— Ты [Мальчик Отаку]? — недружелюбным тоном спросила Ли Сяожу.

Цзян Чэнфэн тотчас кивнул и быстро ответил своему «божеству»:

— Д-да, сестренка. П-привет.

От волнения он начал заикаться, а смотреть прямо в глаза Ли Сяожу у него и близко не хватило смелости. Эта его робость и осторожность удивила обеих девушек, они посчитали парня отчасти милым.

Сам же Цзян Чэнфэн считал себя трусом. Ему нравилось красоваться и бахвалиться перед своими друзьями, а спорить с другими людьми в интернете он мог ночами напролет. Но стоило ему предстать перед понравившейся девушкой, и его полностью сковывала робость.

Лю Мань заметила румянец, проступивший у него на лице.

В мире действительно существовал более неуверенный в себе человек, чем она сама!

Ну разве мог такой парень быть злодеем? Лю Мань и Ли Сяожу расслабились, после чего последняя спросила:

— Зачем тебе понадобилась Маньмань?

— Я все расскажу, когда мы зайдем в Starbucks…

Цзян Чэнфэн резко прервался посреди ответа. Его взгляд сместился с Ли Сяожу к красотке, на которую он не смел смотреть прямо. В глазах читались озадаченность, озарение, паника и шок. Подняв дрожащую руку, парень показал пальцем на Лю Мань.

— Т-т-ты… Ты настоящая [Принцесса Мань].

При виде столь бурной реакции девушка не нашлась, что ответить.

Ли Сяожу ответила за нее:

— Конечно, а ты только понял? Совсем дурак? Принял меня за [Принцессу Мань].

Над ним, похоже, сами небеса решили поиздеваться.

[Принцесса Мань] оказалась «Богиней Ханьфу».

Цзян Чэнфэн испытал легкое головокружение. Его тело покачнулось, словно он вот-вот упадет в обморок. Ли Сяожу, помня, как подобное случилось с Лю Мань, быстро его придержала.

— Ну и ну, ты чего такой тщедушный? Это просто встреча. Держи себя в руках, — сказав это, девушка подумала, что не стоит еще сильнее давить на больного, поэтому продолжила более мягко: — Ты как?

Держась за фонарный столб, Цзян Чэнфэн сделал глубокий вдох.

— Все хорошо, спасибо. Я в норме. Простите, у меня близорукость. Я плохо вас разглядел и немного обознался.

Ли Сяожу отпустила парня.

— Надо же, тебе еще хочется идти на разговор в Starbucks?

От этих слов его сознание тотчас прояснилось, в результате чего он искренне произнес:

— Еще бы, конечно. Это чрезвычайно важно.

Таким образом, они вошли в заведение.

Все трое заказали по чашке кофе. Лю Мань с Ли Сяожу попросили принести его горячим, а Цзян Чэнфэн сказал добавить льда. Также из меню девушки выбрали десерты. Заплатил за этот перекус никто иной как парень.

Когда они расселись за круглым столом, Цзян Чэнфэн сделал бодрящий глоток холодного кофе и вспомнил сказанные профессором слова. Ему снова пришлось собрать каждую крупицу своей смелости, чтобы посмотреть на красивую девушку, в компании с которой он испытывал столь сильную неловкость.

— Мне придется объяснить все с самого начала. На зимних каникулах я опубликовал на Weibo фото с твоей каллиграфической работой. Просто хотелось похвастаться перед другими фанатами, — на этих словах Цзян Чэнфэн смущенно засмеялся.

— Так получилось, что ее увидел один профессор из моего университета, и его заинтересовала твоя работа. Насколько дней назад он даже попросил меня о встрече с тобой.

— Очередная встреча? Со сколькими еще людьми нам нужно увидеться?

— Ли Сяожу, Цзян Чэнфэн ничего плохого не замышляет.

— Ладно-ладно. Продолжай, — Ли Сяожу надула губы.

— Я не смог тогда рассказать профессору, кто ты, поскольку и сам этого не знал, вот и решил сперва сам встретиться с тобой и немного пообщаться. Честно говоря… Я никогда еще не встречался вживую с другом из интернета, так что для меня это впервые, — парень засмущался.

В музыкальном университете училось очень немного таких же застенчивых парней. Тем, кто изучал исполнительные виды искусства, приходилось выступать на сцене с молодости, благодаря чему они обретали отвагу и способность сохранять спокойствие. А еще те парни ежедневно видели стольких девушек, что давно к ним привыкли, и ни один из одногруппников Лю Мань никогда так перед ней не робел.

Впрочем, девушкам нравились стеснительные. У Лю Мань и Ли Сяожу создалось хорошее впечатление о Цзян Чэнфэне. Последняя даже смотрелась совершенно иначе, стоило ей любезно улыбнуться.

— Что ж, давай я тогда представлю тебе [Принцессу Мань]. Ее настоящее имя Лю Мань, и она учится на втором курсе факультета фортепиано. Еще она «Богиня Ханьфу».

Свой вопрос Цзян Чэнфэн озвучил машинально:

— А кто тогда ты?

Ли Сяожу растерялась.

Вместо нее с легкой улыбкой ответила Лю Мань:

— Это Ли Сяожу, моя одногруппница и соседка по комнате.

— Да, так и есть. Но зачем обо мне-то спрашивать, — недоуменно прошептала подруга.

«Ли Сяожу…» — мысленно произнес ее имя Цзян Чэнфэн.

Далее он обратился к Лю Мань:

— Можно поделиться реальными данными о тебе с моим профессором?

Не видя ничего такого в его просьбе, она согласилась.

— Надеюсь, ты не откажешься встретиться с ним, если он захочет. Он весьма известный профессор в нашем университете. Пожилой, очень грамотный и с хорошей репутацией. Его уважают все студенты. Я и не ожидал, что он подписан на мой Weibo и станет специально искать меня.

Лю Мань кивнула. Ей польстила инициатива такого человека встретиться с ней.

Сделав еще один глоток кофе, Цзян Чэнфэн наконец-то смог спокойно смотреть на двух девушек перед собой. Даже говорил он уже не так тихо.

— Вы, творческие студенты, совсем другие. Красотки на каждом шагу. В нашем университете красивая девушка – редкость. Мои соседи по комнате умерли бы от зависти, если бы узнали, что я пошел на перекус сразу с двумя красавицами, — сказал он, перебирая пальцами. Угодливо улыбнувшись, парень спросил: — А можно вас сфоткать, чтобы потом перед ними похвастаться?

Лю Мань с подругой переглянулись. В итоге Ли Сяожу сказала:

— Только если не будешь выкладывать в интернет.

— А в WeChat-моменты можно?

— Конечно.

Цзян Чэнфэн поднял телефон и направил камеру на собеседниц. У Ли Сяожу неплохо получалось позировать. Она слегка повернула голову и наклонилась к Лю Мань, прислонив палец к уголку губ. [Принцесса Мань] же смотрела в камеру с чашкой кофе в руке. Обе девушки лучезарно улыбнулись: одна продемонстрировала свои белые зубы, а другая чуть поджала губы.

После этого парень льстиво обратился к Ли Сяожу:

— Можно добавить тебя в WeChat? Раз мы встретились сегодня, значит, можем считаться друзьями?

Ли Сяожу вновь растерялась. Она не ожидала, что Цзян Чэнфэн заметит ее на фоне Лю Мань. В подобных ситуациях девушка всегда оставалась незамеченной, и представители противоположного пола напрочь ее игнорировали.

Обрадовавшаяся Ли Сяожу притворилась безразличной:

— Ну если ты так хочешь, тогда давай.

Говоря это, она открыла свой QR-код для WeChat.

Цзян Чэнфэн просканировал его и при виде надписи «Контакт успешно добавлен» радостно улыбнулся.

Возвращаясь на метро к своему университету, он добавил сделанное фото в WeChat-моменты. Справа на нем сидела Лю Мань, неоспоримая красотка. И все же она не затмевала присутствия Ли Сяожу по левую руку от себя. Последняя была осведомлена о недостатках в своей внешности и прикрыла одну сторону лица, благодаря чему казалась очень игривой.

Фотография милых девушек в моментах Цзян Чэнфэна стала очень популярной.

[Вау, так вот почему ты пропустил последнюю пару. Ходил на романтическую свиданку с девчонками!]

[Какая из них твоя девушка? Или обе?!]

[Ну ты и крут, сразу две девушки.]

[Бред! Я отказываюсь верить, что эти красотки хоть какую-то симпатию к тебе испытывают. Давай колись. Как ты их обманул?]

[Посмотрите на фон. Похоже, это Starbucks перед музыкальным универом.]

[Нифига себе, неудивительно, что девушки такие хорошенькие. Цзян Чэнфэн, ты наверняка отлично провел время.]

[А еще девушка справа очень похожа на «Богиню Ханьфу».]

[И мне так кажется… Но откуда Цзян Чэнфэн вообще может ее знать?]

Парень глядел на все эти комментарии, и его переполняла гордость. Он объяснил им:

[Да, я ездил в Столичный Музыкальный Университет на кофе с двумя красивыми студентками из факультета фортепиано. Красавица справа – Богиня Ханьфу. (Юху!)]

[!!!]

[Цзян Чэнфэн, на твоем месте я бы сегодня в общежитие не возвращался.]

[Мы больше не друзья. Пока-пока!]

[Все инструменты готовы. От какого хочешь умереть? (кухонный нож)]

…

Лю Мань и Ли Сяожу разошлись у входа в метро. Первая поехала домой, а вторая пешком вернулась в общежитие.

Войдя в комнату, она первым делом увидела Ван Нина. Та слабо улыбнулась.

— Слышала, после пар вы с Лю Мань ходили на встречу к парню из другого университета.

Ли Сяожу удивилась.

— Откуда ты знаешь?

Ван Нина пропустила вопрос мимо ушей и продолжила спрашивать:

— Кто он?

— Друг Маньмань.

— Что за друг? Почему я не видела его раньше? Он ее парень? Тот самый, который в последний раз забирал ее с университета на ужин? По-моему, тот был на Вольво. Парни с такой машиной в нашем возрасте точно богатые.

Девушка приняла Цзян Чэнфэна за Юй Чжаня.

— Тебе самой не надоело вечно задавать столько вопросов? Почему тебя это так сильно волнует? — Ли Сяожу несколько вывел из себя допрос соседки. — Я уже сказала, он друг Маньмань. Об остальном ничего не знаю. Если тебе так интересно, спроси у нее сама.

— Зачем тогда ты тоже пошла туда, раз он ее друг? Наверняка много о нем знаешь, только не хочешь делиться со мной.

Утратив дар речи, Ли Сяожу закатила глаза.

— Сама виновата, что не выбрала баскетбол вместе с нами. Никто не заставлял тебя тусоваться с Сюй Цзыхань и другими ребятами. А теперь винишь меня за то, что Лю Мань не хочет тебе чего-то рассказывать?

Ее реакция взбесила Ван Нина. Девушка вмиг погрустнела и замолчала, после чего вышла из комнаты, громко хлопнув дверью. Звучное «БАМ!» слышал, вероятно, весь этаж.

Следующим днем Лю Мань зашла в аудиторию и заметила неладное между Ли Сяожу и Ван Нина. Раньше они сидели рядом и даже занимали ей место.

Тем не менее сейчас Ли Сяожу обнаружилась за партой в дальнем углу. Выглядела девушка очень одинокой.

Ван Нина сидела с группой студенток, которые поглядывали на Ли Сяожу, показывали на нее пальцами и смеялись.

С началом нового семестра Ван Нина все больше общалась с Сюй Цзыхань и остальными. Но обычно Ли Сяожу находилась рядом. Сегодня все казалось слишком ненормальным.

Завидев Лю Мань у входа в аудиторию, Ван Нина сказала что-то своим новым подружкам, чем вызвала несколько вспышек смеха.

Лю Мань быстрым шагом подошла к Ли Сяожу. Там же и села.

Подруга была явно расстроена.

— Вы с Ван Нина поссорились? — тихо спросила ее она.

— Не произноси это имя. Меня от нее уже тошнит!

Поначалу Лю Мань подумала об обычных девичьих разногласиях, однако Ли Сяожу притянула ее к себе и сказала на ухо:

— Впредь держись подальше от Ван Нина. Я обнаружила огромные недостатки в ее характере.

Открытая и беззаботная Ли Сяожу не приняла всерьез ни вчерашнюю перепалку, ни громкий уход подруги.

Но придя на пару сегодня утром, она услышала, как ее одногруппницы сплетничали о тайной влюбленности Лю Мань в Тан Ту. Они обсуждали то, как она раньше пыталась его соблазнить, а еще связалась с каким-то богатым парнем не из их университета, и называли девушку падкой на деньги. Прозвище «Богиня Ханьфу», по их мнению, Лю Мань придумала себе сама для увеличения популярности.

Но больше всего Ли Сяожу удивило то, что студентки факультета фортепиано охотно верили в подобные слухи.

Во-первых, они своими глазами видели, как Тан Ту приходил в аудиторию специально к Лю Мань. Во-вторых, вчерашним вечером она на глазах у многих заходила в Starbucks с парнем из другого университета. И в-третьих, они знали о ее навыках игры на фортепиано. Лю Мань не была таким уж хорошим пианистом и ничего невероятного во время выступления с Сяо Кэ не сделала. Любой ее одногруппник или одногруппница могли добиться того же эффекта. Единственным достоинством девушки являлось красивое личико. Вся ее интернет-популярность действительно казалась следствием работы спамеров.

Ли Сяожу не хватило духу рассказать обо всем этом Лю Мань. Тем не менее те беспардонные слова сами постепенно расходились по их факультету подобно вирусу.

Лю Мань ничего о них не знала.

Спустя два дня Цзян Чэнфэн сообщил ей о желании профессора встретиться, и они назначили время.

Девушка, как и обещала, пришла в Столичный Университет.

Поскольку заведение входило в топ лучших страны, обстановка, атмосфера, культура и преподавательский состав здесь разительно отличались от музыкального университета. Восемьдесят процентов учащихся носили очки, тогда как в учреждении Лю Мань проблемы со зрением испытывали не многие.

Она оказалась на территории круглых отличников и не переставала поражаться!

Одни студенты ходили с большими тяжелыми рюкзаками на спинах, а другие носили учебники в руках. Все двигались очень быстро, будто спешили успеть на занятия. С одногруппниками Лю Мань все обстояло иначе: некоторые вообще не брали с собой учебники, а некоторые обращалась к ним только в преддверии экзаменов. Им было слишком утомительно получать знания из книг. Музыкальные способности, к примеру, зависели от природного таланта и практики. А что давала зубрежка книжных записей?

Музыка и учебные дисциплины сильно отличались, как ни крути.

Сунь Вэйвэй тоже поступила в Столичный Университет, поэтому ее предшественница ни разу не ступала на его территорию. Не только из-за гордости, а еще по причине самоуничижения. Она знала, что кроме красивой внешности ничего не могла противопоставить бывшей подруге.

— Сестренка! — окликнул ее Цзян Чэнфэн.

Повернувшись, девушка увидела перед собой запыхавшегося парня. Судя по всему, он к ней бежал.

— Прости-прости. Нас задержали на паре.

— Ничего. Я сама только что пришла.

— Уф, тогда хорошо, — Цзян Чэнфэн попытался выровнять дыхание. — Пойдем. Отведу тебя на кафедру литературы.

Литературный факультет Столичного Университета охватывал многие специальности, а значит он имел большое значение. Профессор, который хотел встретиться с Лю Мань, работал заместителем заведующего кафедрой. Его звали Су И, и имел он еще одну должность – заведующий кафедрой каллиграфии Столичного Университета.

Цзян Чэнфэн повел Лю Мань по территории учебного заведения, совершая множественные повороты для сокращения пути. Когда они проходили через березовую аллею, в область видимости девушки попало старинное здание.

Оно отличалось зеленой глазурованной черепицей и резными расписными колоннами. На камне у входа были вырезаны два знаменательных зверя, а само сооружение смотрелось величественно и чарующе, почти как уголок императорского дворца.

В стороне от дверей Лю Мань увидела табличку с надписью, сделанной канцелярским почерком:

«Кафедра каллиграфии Столичного Университета».

Цзян Чэнфэну, студенту факультета компьютерных наук, уже доводилось бывать здесь несколько раз. Он привел девушку к знакомому кабинету заведующего кафедрой.

— Я подожду снаружи, — сказал парень перед дверью.

Лю Мань тихо постучалась.

— Войдите, — прозвучал старческий голос.

Открыв дверь, девушка увидела седовласого мужчину с кистью в руке. Он пристально смотрел на нее глазами, способными видеть превратности мира.

По дороге сюда Цзян Чэнфэн рассказал Лю Мань о профессоре Су. Это был очень известный каллиграф и ученый, специализировавшийся на канцелярских и обычных письменах. За свою жизнь он внес бесценный вклад в каллиграфию и изучение цивилизации древнего Китая. О нем знали даже за рубежом. Преподавание у студентов являлось лишь одной из его профессий.

Табличку у входа написал он лично.

В этом году Су И исполнилось уже 84 года, тем не менее он все равно настаивал на ежемесячных публичных факультативах для студентов. Там пожилой мужчина учил их основам каллиграфии, пытаясь завлечь молодое поколение в данную сферу.

Факультатив могли посещать учащиеся любого факультета, они же и прозвали его «Самый сложный факультатив для посещения». И все же на всех занятиях до единого в аудитории не оставалось пустых мест. Студенты занимали пространство даже в коридоре и между сиденьями. Поучиться к нему приходили в том числе и молодые преподаватели.

Поскольку Цзян Чэнфэн смотрел прямые эфиры Лю Мань по каллиграфии, у него появился к ней определенный интерес. Ему хотелось попасть на занятие к профессору Су, однако до сегодняшнего дня парню чудовищно не везло.

— Здравствуйте, профессор Су, — с благоговением в голосе произнесла Лю Мань.

Су И улыбнулся.

— Ты Лю Мань? Манера речи тебе соответствует.

Он узнал девушку еще до того, как он представилась.

— Прошу, садись, — профессор указал на диван за письменным столом.

Лю Мань поблагодарила и села с прямой спиной.

Положив свою кисточку для каллиграфии на подставку, Су И занял место напротив нее.

— Я видел твою каллиграфическую работу на Weibo, и у меня появилось к тебе несколько вопросов. В этом деле я человек упрямый, так что не успокоюсь, пока не найду ответы. Именно поэтому помощник по моей просьбе нашел Цзян Чэнфэна и попросил привести тебя сюда.

Вел себя профессор очень любезно, а в его тоне явно слышалось любопытство. Он не давил на Лю Мань своим преклонным возрастом, но и не стыдился демонстрировать неосведомленность перед более молодым поколением.

Девушка от такого проявила еще большую покорность.

— И какие вопросы?

— Кто тот каллиграф, что научил тебя писать иероглифами печати? Оуян Шисуй? Чжан Чжихай?.. — Су И на одном дыхании назвал ряд имен. Все эти люди, как и он сам, являлись известным каллиграфами в сфере иероглифов печати.

Первый вопрос профессора Су лишил Лю Мань дара речи.

На мгновение задумавшись, она сказала:

— Мой учитель – обычная женщина. Я не знаю ее полного имени, только фамилию, Сюй. Я звала ее госпожой Сюй.

«Надо же, учителем этой девушки оказалась женщина!»

Су И не позволил своему удивлению проступить наружу и поспешно спросил:

— Где сейчас госпожа Сюй? В столице?

Лю Мань покачала головой.

— Он из Чанъаня и уже давно покинула этот мир.

Во вздохе мужчины слышалось сожаление и беспомощность.

— Даже небеса завидуют гениям… Она была таким одаренным каллиграфом, однако оставалась неизвестной как при жизни, так и после смерти. К счастью, у нее осталась ты, ее ученица, способная передать ее учения и навыки.

В душе Лю Мань считала навыки госпожи Сюй безусловно наилучшими. Однажды в разговоре с красавицей Юй она узнала, что до вхождения во дворец госпожа Сюй считалась самой одаренной женщиной в Китае.

— У нее остались какие-то работы? — с надеждой во взгляде спросил Су И.

Лю Мань снова покачала головой.

— Все сгорело.

— Ох, — с губ профессора сорвался очередной тягостный вздох. — Ну ладно. Тогда я спрошу о другом. Ты ведь изучала раньше иероглифы печати, правильно?

Су И был знатоком, видевшим то, чего Юй Чжань поначалу не мог понять.

— Да, я начала с них свое обучение.

— И поэтому некоторые символы настолько отличаются от современных. Но в наше время иероглифы печати пишутся все равно не так.

Су И поднялся, взял с полки папку и открыл ее.

Он велел своему аспиранту увеличить все написанные Лю Мань иероглифы до размера А4 и распечатать каждую на отдельном листе.

Династия Хань существовала более 2000 лет назад, и в те времена производство бумаги еще не было настолько развито. Писали и вырезали люди в основном на шелке и камнях. Несмотря на часть сохранившихся бумаг, после работы исследователей многие символы получились измененными.

Су И со своими студентами долго их изучали и даже отправились в отдел археологических исследований на поиски сопоставимой информации. Они заметили, что способ написания печатных символов походил на бронзовые надписи, используемые в ранней западной династии Хань для гравировки утвари.

— Ты начинала с бронзовых столовых приборов западной династии Хань? — задал профессор свой третий вопрос.

Лю Мань оставалось только утвердительно кивнуть. Разумеется, это было не так, тем не менее она никак не могла объяснить, откуда научилась писать древние иероглифы.

— Твой учитель жила в древней столице, то есть у тебя была возможность видеть их принадлежности… Я прожил почти столетие, и не разу не сталкивался с такой ситуацией, — Су И по-прежнему не отошел от шока.

Знания Лю Мань были попросту слишком неизученными. Чтение и письмо символами печати уже считалось трудной задачей, а применение их в каллиграфии и вовсе требовало огромного осмысления.

Вот почему Су И настолько уважал госпожу Сюй. Как ему казалось, она дала начало новой ветке в области каллиграфии. Поскольку у него не имелось возможности определить ее, он дал письму Лю Мань сложное название – иероглифы печати на бронзовой посуде западной династии Хань.

— Можешь прямо сейчас написать мне несколько символов? — спросил у нее профессор.

— Конечно.

Перед рабочим столом Су И стоял еще один – деревянный, который использовался только для каллиграфии. На нем лежали все необходимые письменные принадлежности. Перед приходом Лю Мань он сам за ним практиковался, и выведенные им символы еще не успели высохнуть.

Су И сказал:

— Можешь закончить то, что я начал.

Девушка посмотрела на его работу. Он писал цитату из «Сочинения Мэн-цзы».

«У благородного мужа есть три отрады, и в них не заключается бытие императором. Первая отрада: здравие обоих родителей, благополучие всех братьев».

Су И не просто проверял ее навыки каллиграфии, он также хотел убедиться в наличии у нее реальных знаний.

— Могу я использовать эту кисть? — спросила Лю Мань, указывая на ту, что до сих пор была влажной.

— Конечно, — честно говоря, эта изящная деревянная кисть являлась у профессора любимой. Он никому не разрешал к ней прикасаться.

Лю Мань взяла инструмент в руку, макнула в тушь и без малейших раздумий дописала:

«Вторая отрада: глядеть в небеса без угрызений совести, глядеть вниз и ни перед кем не испытывать вины».

«Третья отрада: повстречать талантливых учеников и обучить их».

Эти предложения крепко отпечатались у нее в памяти. Она не останавливалась ни на секунду.

Древний текст словно прошел сквозь само время и спустя две тысячи лет ожил вновь прямо на глазах у Су И. Пожилой мужчина, как ему казалось, испытал признательность и был взбудоражен. Как Мэн-цзы и писал, он надеялся повстречать больше талантливых учеников, чтобы за отведенное на жизнь время передать им свои знания.

«А эта молодая госпожа настоящий гений!»

Профессор и представить бы не смог существование настолько осведомленного и исключительного дитя, если бы не увидел его воочию.

Су И озвучил новый вопрос, как только Лю Мань отложила кисть.

— Ты хочешь стать моей ученицей?

На несколько секунд повисло молчание, Лю Мань лишь недоуменно смотрела на профессора.

— Но я не студентка вашего университета.

— Мое желание принять заключительного ученика не имеет никакого отношения к университету.

п.п.: В Китае понятие «заключительный ученик» означает, что он у своего наставника является последним. То есть после него учитель до конца своей жизни новых не примет, в связи с чем заключительный ученик появляется, когда наставник скоро умрет или решает отойти от дел.

Су И хотел удержать при себе эту сведущую девушку, поэтому продолжил говорить:

— Ты, вероятно, умеешь писать только иероглифами печати. Я могу научить тебя и другим. Например, официальному и уставному письменам. Я, смею даже сказать, один из лучших! Людей, умеющих писать этими двумя шрифтами лучше меня, можно пересчитать по пальцам одной руки.

Лю Мань была впечатлена. Она и впрямь хотела изучить другие написания иероглифов. Сейчас она умела писать более абстрактными и сложными для чтения символами. Следовательно, их современное общество не очень жаловало. Ей следовало вооружиться более простыми и современными способами письма.

Пока профессор смотрел на нее взглядом полным надежд и предвкушения, девушка медленно кивнула.

— Профессор Су, я хочу стать вашей ученицей.

Су И засмеялся.

— Хорошо, хорошо, хорошо, — трижды повторил он и захохотал вслух, словно помолодел на 10 лет.

— Боюсь, ты мой последний ученик. Давай упустим сложные обычаи, необходимые для принятия в ученики, и начнем нашу совместную работу с этого листа бумаги, — сказал профессор, подразумевая цитату Мэн-цзы, которую только что дописала Лю Мань.

Внизу под выведенными словами Су И добавил:

«Наставник Су И».

Лю Мань сразу все поняла, взяла кисть и тоже написала:

«Ученица Лю Мань».

Они вдвоем вместе завершили это «Сочинение Мэн-цзы», произведение, которое позже было продано за миллиарды юаней, и написали свои имена.

Су И и Лю Мань договорились встречаться для занятий в каждую субботу с 8 до 12 утра в этом самом месте.

Девушка вышла из кабинета, и ожидавший в коридоре Цзян Чэнфэн любопытно спросил:

— О чем говорил с тобой профессор Су? Ты очень довольная.

Цзян Чэнфэн наверняка предположил, что Су И похвалил каллиграфию Лю Мань, а ее саму назвал талантливой или сказал что-то примерно такое же по смыслу.

Тем не менее Лю Мань, к его удивлению, ответила:

— Он сделал меня заключительным учеником.

Парень разинул рот, изобразив губами букву «О».

Лю Мань пришла сюда просто на краткую встречу с профессором. Каким образом она стала его заключительным учеником?

Столь известный и авторитетный профессор Су был преподавателем, каллиграфом и уважаемым человеком в глазах не только Цзян Чэнфэна, но и всего столичного университета.

Насколько знал парень, кафедра каллиграфии принимала только аспирантов, и то всего лишь двоих в год. Но и они становились именно что студентами, а не учениками. Слово «ученик» имело совсем другое значение. Профессор Су вне всяких сомнений собирался стать личным учителем Лю Мань и давать ей частные уроки.

Насколько же впечатляющей была эта девушка, раз заполучила такого наставника!

Парень осознал, что его богиня оказалась самым настоящим богом. Она была способна добиться всего желаемого. Добиться притом с отличным успехом.

Рисованием и каллиграфией зрителей привлекали многие стримеры, только все они оставались любителями и никогда не получали признания от профессионалов. Людьми вроде Лю Мань известный каллиграф восхищался редко, а в ученики принимал ей подобных еще реже.

Затем Цзян Чэнфэну вспомнилось, какой популярностью пользовалась трансляция [Принцессы Мань] у покупателей кошачьего корма. Поначалу все считали ее желание продавать корм не более чем обычными словами. Никто не ожидал, что она в самом деле полетит в Гонконг и станет посредником.

Цзян Чэнфэн считал эту девушку волшебницей. Она с легкостью делала сложнейшие для других вещи.

[Принцесса Мань] была его интернет-кумиром, а теперь стала и кумиром в реальности. Здесь она оказалась слишком исключительной, даже лучше виртуальной [Принцессы Мань].

Восхищение, уважение и сильное впечатление исходило из глубин сердца Цзян Чэнфэна.

Он вызвался устроить Лю Мань экскурсию по их университету. Погода сегодня была хорошей. Апрель только начался. Дул нежный ветерок, росла трава, вокруг летали соловьи. Отличное время для прогулки.

Лю Мань, которой не доводилось бывать здесь раньше, тоже решила, что осмотреться не помешает.

Цзян Чэнфэн относился к той категории отличников, которым не нравилось учиться. Высокие оценки он получал только благодаря своей хорошей памяти. С ее же помощью парень и запомнил каждое дерево, тропинку и здание в своем университете. Когда он рассказывал о том или ином его достоянии, слова сами слетали с языка. Цзян Чэнфэн оказался лучшим гидом, нежели большинство других, с кем Лю Мань доводилось иметь дело.

Относился он к своей экскурсии со всей серьезностью, а девушка в ответ внимала каждому его слову. Сейчас, к примеру, парень показал на здание в стиле Советского Союза.

— Это главный корпус кафедры литературоведения. Также здесь проводятся кружки по изучению гуманитарных наук…

Пока он это говорил, из здания в сопровождении разговоров и смеха вышло шесть студентов. Впереди группы шли парень с девушкой. Оба, как и Цзян Чэнфэн, носили очки. Парень выглядел заурядно или, если говорить точнее, безобразно. Только «безобразно» в хорошем смысле этого слова, что и придавало ему привлекательности. Может такое впечатление возникало из-за его уверенности и живости в общении с другими.

Девушка тоже не относилась к категории симпатичных. Ее волосы были собраны в высокий хвост, а большие очки перекрывали немалую часть лица. Смотрела она утонченным взглядом, всем телом излучая тягу к знаниям. В этот самый момент она ярко улыбалась и говорила что-то парню.

Лю Мань долгое время вглядывалась в девушку. Та показалась ей знакомой.

Студентка заметила этот взгляд и повернула голову. Стоило ей увидеть Лю Мань, и улыбка мигом сошла с ее лица.

— Вэйвэй, что такое? — спросил ее тот безобразно-привлекательный парень.

Все посмотрели в сторону, куда повернулась девушка. Там стояли Лю Мань и Цзян Чэнфэн.

Один из парней в их компании узнал последнего, удивленно обратившись к нему по имени:

— Цзян Чэнфэн, а ты что здесь делаешь?

Цзян Чэнфэн ответил честно:

— Подруга заглянула к нам в универ, а я ей тут все показываю.

Затем он понизил голос, обратившись только к Лю Мань:

— Он тоже из факультета компьютерных наук. Его зовут Фан Хао.

Она кивнула.

Остальных Цзян Чэнфэн и сам толком не знал. Обычно он сидел в общежитии и все свободное время тратил на видеоигры, либо просмотр стримов. Парень редко принимал участие в коллективных мероприятиях. В клуб древней китайской цивилизации он записался только потому, что факультативный курс профессора Су, куда ему не посчастливилось попасть, не имел других альтернатив. Тем более там, в отличие от клуба каллиграфии, не предъявляли никаких требований.

Но Цзян Чэнфэн все-таки учился на факультете компьютерных наук. Ему совсем не нравилось изучать цивилизацию древнего Китая. Впрочем, он и не изучал. Просто ходил туда ради единственной возможности поговорить с профессором Су. Парень и на Weibo преподавателя подписался, никак не ожидая, что тот подпишется на него в ответ.

Позже Цзян Чэнфэн покинул клуб.

Девушка в очках подошла к Лю Мань. Будучи на голову ниже, ей приходилось смотреть на нее снизу вверх. Она не улыбалась, но и не демонстрировала неприязни. Студентка без каких-либо эмоций произнесла:

— Давно не виделись, Лю Мань. Похоже, ты меня уже и не помнишь?

Традиционный хвост, эти толстые линзы и не такой уж неприятный взгляду узкий разрез глаз…

Теперь Лю Мань ее узнала.

Извиняющимся тоном она ответила:

— Твоя внешность сильно изменилась, я только сейчас тебя узнала. Прости.

— То есть, ты меня знаешь? — девушка, словно пыталась в чем-то убедиться, посмотрела Лю Мань прямо в глаза с последующим вопросом: — И кто я?

— Сунь Вэйвэй, — та осторожно выговорила ее имя и снова добавила: — Прости.

Сунь Вэйвэй отреагировала сложной улыбкой.

— Ты тоже изменилась.

Прошлая Лю Мань никогда бы не посмотрела на других с таким мирным выражением, и извиняться перед ней бы не стала. Ее неизменно сопровождали гордость и высокомерие. Сунь Вэйвэй хоть и дружила с ней в прошлом, тем не менее больше походила на прислугу, что всегда выполняла поручения Лю Мань. В то время девушка принимала такие отношения за дружбу.

Так продолжалось до того дня, когда ее балл оказался намного выше оценки Лю Мань, в результате чего последняя не выдержала и обозвала ее уродиной. Тогда Сунь Вэйвэй и осознала, кем ее в действительности считала Лю Мань, и перестала с ней дружить. Но больше всего ее печалило то, что после прекращения дружбы та так и не извинилась.

Это «прости», которое подруга из прошлого произносила сейчас, казалось запоздалым извинением за поступок многолетней давности.

Сунь Вэйвэй была озадачена. Общаться они перестали шесть лет назад, тем не менее виделись в старшей школе каждый день. Все то время Лю Мань продолжала демонстрировать свой напыщенный эгоизм. Что сподвигло ее на такие перемены после поступления в университет? Сейчас она ощущалась совершенно другим человеком.

— Ты ведь не Богиня Ханьфу? — мысли Сунь Вэйвэй прервал тот одновременно безобразный и привлекательный парень.

— Похоже, это она.

— Глаза очень знакомые.

— Вот почему мне сначала показалось, что я ее где-то видел.

…

Фан Хао, студент с факультета Цзян Чэнфэна, похлопал того по плечам.

— Ну ничего себе, Цзян Чэнфэн. Ты дружишь с Богиней Ханьфу и даже пригласил ее сюда. Почему я раньше не замечал в тебе такого потенциала?

После того, как парень опубликовал то фото с Лю Мань и Ли Сяожу, ему не раз доводилось слышать подобные слова. Он как никто другой знал, хвалили ли его все те люди или насмехались над ним.

Пусть Цзян Чэнфэн входил в десятку лучших учеников на своем курсе и учился на круглые пятерки, для окружающих он оставался «невидимкой», интровертом и замкнутым в себе парнем, который предпочитал сидеть за компьютером. Ему нравилось исследовать виртуальный мир, и дружил он только с тремя соседями по комнате. По этой же причине он выбрал себе ник [Мальчик Отаку].

Фан Хао никак не мог поверить, что Цзян Чэнфэн пригласил погулять Богиню Ханьфу. С таким же успехом свинья могла жениться на принцессе.

— По-моему, Богиня Ханьфу учится в музыкальном универе. Ты прямо туда поехал и дожидался ее у входа? Твоя храбрость достойна похвалы. Ты очень потрудился, чтобы заполучить такую девушку.

Парень продолжал подшучивать над Цзян Чэнфэном, однако тот не отвечал. Единственную реакцию демонстрировало его лицо, выражение на котором ухудшалось с каждой секундой.

Слово неожиданно взяла наблюдавшая за происходящим Лю Мань.

— Мы друзья по интернету.

«А?»

— Когда мы начали дружить, я еще не стала Богиней Ханьфу.

«А?»

— А в реале мы впервые встретились позавчера, — Ли Сяожу объяснила ей значение фразы «встреча в реале».

«А?»

Фан Хао только хлопал глазами.

В сознании этих одаренных умом личностей процесс развития дружбы между Лю Мань и Цзян Чэнфэном вырисовывался очень неполноценным. Однако слова девушки придали ему шутливости.

Сунь Вэйвэй не сдержалась и начала смеяться. Как и парень рядом с ней, а затем и все остальные.

Цзян Чэнфэн повеселел и усмехнулся.

— Фан Хао, я знаю, ты крутой, но иногда преуспевают и неудачники. Ты должен понимать эту логику.

Они не были одногруппниками, а просто знали друг друга и, к тому же являлись противоположностями. Фан Хао учился посредственно, зато пользовался большой популярностью. Он обладал приятной внешностью и приличным ростом. А еще умел петь, играть на гитаре и многое другое.

На последнем студенческом мероприятии парень исполнил песню о любви Чжан Сюэю. Кроме того, он принимал активное участие в жизни многих клубов, благодаря чему обзавелся обширными знакомствами. Они только учились на втором курсе, а Фан Хао успел повстречаться с тремя девушками.

На его фоне Цзян Чэнфэн был пустым местом. Одним словом, отаку.

Он молча стоял рядом с Лю Мань, испытывая душевный подъем. У него даже в мыслях не было встречаться с этой богиней, а вот похвастаться – другое дело.

Пф! Подумаешь, много девушек было! Качество важнее количества! Богиня Ханьфу превосходила десятки тысяч!

Еще бы, если поискать в Столичном Университете, то только одна девушка из десяти тысяч оказалась бы равной Лю Мань в плане исключительности.

Фан Хао негодовал. На него свысока смотрел неудачник. Ему утерли нос, заставив испытывать сильный стыд.

Тогда безобразный парень обратился к Сунь Вэйвэй:

— Ты тоже дружишь с Богиней Ханьфу?

Та опровергла его слова:

— Раньше мы учились в одном классе. Просто знаем друг друга, не более того.

— Этого уже достаточно. Тебе больше не нужно переживать о поиске подходящего актера и переписывать сценарий. Мы нашли богиню, так что попроси ее нам помочь.

Сун Вэйвэй оказалась в сложной ситуации.

Ей не хотелось упрашивать Лю Мань. Она никогда и ни за что не стала бы это делать!

Но просьбу эту озвучил объект ее обожания…

Девушка вела внутренний спор сама с собой, мысленно готовясь ее исполнить. Она убеждала себя, что это часть работы, и что делает она это ради других.

Ее любовь стояла для нее на первом месте. Сунь Вэйвэй не могла ему отказать.

В итоге она неохотно обратилась к Лю Мань:

— Лю Мань, раз ты тут, я представлю тебе ребят. Мы шесть членов [Веселого котелка] в TikTok.

— [Веселого котелка]?

Лю Мань слышала это название впервые.

А вот Цзян Чэнфэн понял, о чем идет речь.

— О-о-о. То есть, это вы [Веселый котелок]?

— А что это? — спросила у него Лю Мань.

— [Веселый котелок] – это новый аккаунт в TikTok, который сейчас очень популярен. Туда выкладывают короткие ролики с реальными сюжетами о студенческой жизни. Получается у них очень забавно и со смыслом, всем в общежитии нравится. Мы все подписаны на их TikTok. Я как раз недавно услышал, что аккаунт принадлежит кому-то из нашего универа.

На этих словах Цзянь Чэнфэн вспомнил одно конкретное видео. Он присмотрелся к безобразному парню и удивленно сказал:

— Теперь я вспомнил. Ты Ши-Сэмпай!

Ши-Сэмпай был главным персонажем одноименной серии роликов [Веселого котелка], которую они снимали в последнее время. События показывались от первого лица, и он играл роль студента-неудачника. В столичном университете он встречался с интересными людьми и попадал в различные ситуации. Среди них имелось множество уморительных случаев, не понаслышке знакомых всем студентам.

Чтобы подчеркнуть свое чудачество и милую безобразность, и без того безобразный Ши-Сэмпай дополнительно использовал косметические средства. Цзян Чэнфэн именно поэтому и не узнал его сразу.

— Ха-ха, мне нравится Ши-Сэмпай, — сказал он. — В тех роликах я словно себя узнаю.

Парень напротив улыбнулся.

— Главное, чтобы вам нравилось смотреть. Первостепенная причина создания нами [Веселого котелка] – вызывать у зрителя смех.

— Вы очень талантливые, раз придумываете столько смешного контента.

— Каждый предлагает свои идеи, но Сунь Вэйвэй делает наибольший вклад. Сценарий к «Ши-Сэмпай» написала тоже она, — безобразный парень щедро похвалил таланты Сунь Вэйвэй.

Услышав такие слова в свой адрес от обожаемого человека, девушка малость засмущалась, тогда как Лю Мань впечатлилась бывшей подругой.

Она помнила, как родители Сунь Вэйвэй заставили ее поступить на правовой факультет. То есть, она писала настолько смешные сценарии, одновременно с этим находясь в серьезном окружении. Лю Мань впечатлило то, как успешно эта девушка справлялась с учебой и любимым увлечением.

Сунь Вэйвэй тем временем показала на парня рядом с собой, вслед за чем представила его:

— Это Хэ Цисы, создатель [Веселого котелка].

— Я работаю над сюжетами. Фан Хао отвечает за технические моменты.

Далее она по очереди показала на оставшихся троих.

— Ван Шэн занимается съемкой и монтажом. Чжан Цзяоцзяо обеспечивает реквизит и грим. Чэнь Хань делает субтитры и фоновую музыку. [Веселый котелок] был создан только в прошлом семестре, и в команде нас пока шестеро.

Помимо второкурсников Сунь Вэйвэй с факультета права и компьютерщика Фан Хао, все остальные учились на третьем курсе факультета китайского языка. Хэ Цисы был отличником и пользовался популярностью на своей кафедре. Вопреки неприглядной внешности, таланты парня делали его предметом восхищения многих девушек.

— Сейчас мы планируем снимать восьмую часть «Ши-Сэмпая». Для нее нам нужен кто-то красивый, но у нас все не получалось найти подходящего актера. Уже вот хотели переписывать сценарий, но Хэ Цисы считает, что ты подходишь. Может согласишься нам помочь? — сказала Сунь Вэйвэй.

Она понимала, что Хэ Цисы выбрал Лю Мань не только за внешность, но и из-за достаточно известного в интернете статуса «Богини Ханьфу».

[Веселый котелок] только начал набирать популярность, и подписчиков у них было чуть больше 120 тысяч. Основную их массу составляли студенты Столичного Университета, только они никак не могли потягаться с реальными интернет-звездами из TikTok, аккаунты которых насчитывали миллионы, а то и десятки миллионов подписчиков. Участие Богини Ханьфу в их ролике непременно привлекло бы к ним большой поток новых зрителей.

Сунь Вэйвэй пришлось признать, что внешность Лю Мань даровали сами небеса.

В настоящий момент всё время Лю Мань занимал её плотный график. Где ей было достать свободное для участия в видеосъёмках?

Однако просила её об этом Сунь Вэйвэй.

Когда их семья столкнулась с проблемой, адвокат Сунь помогал им круглосуточно и безвозмездно. Чжан Пэй стоило только его попросить, как он без раздумий одолжил ей сотни тысяч юаней.

Лю Мань запомнила эту доброту.

Вспомнив о ней сейчас, она согласилась, чем вызывала всеобщее удивление, поскольку никто не ожидал от неё столь быстрого положительного ответа.

Фан Хао сказал:

— Только учти, наш аккаунт в TikTok пока не приносит прибыли. Тебе придётся работать добровольно, не получая ничего взамен. То есть, мы не сможем заплатить тебя за съёмки.

Лю Мань кивнула в знак понимания.

— Ничего страшного. Это же для короткого ролика, так что времени много не займёт.

Обрадовавшийся Хэ Цисы поспешно прокомментировал:

— Значит, договорились. Обычно мы снимаем видео на выходных, но сейчас точное время сказать не могу. Давай добавим друг друга в WeChat, и я тебя извещу уже там.

Девушка показала всем QR-код, и его просканировали все, кроме Сунь Вэйвэй, к которой она и обратилась мягким голосом:

— После старшей школы я завела новый аккаунт. Тебе тоже следует добавиться в контакты.

Сунь Вэйвэй растерялась. У неё-то и старого WeChat-контакта Лю Мань не было, так зачем ей было добавлять себе новый? Но, будучи смышлёной, она поняла намёки бывшей подруги. Последняя умоляла её это сделать.

Спустя секунду молчания девушка достала телефон, в результате чего в её WeChat появился новый контакт. Это значило, что шесть лет их разбитой дружбы подошли к концу.

После посещения Столичного Университета в свой собственный Лю Мань не вернулась. Она направилась прямиком к метро в сторону дому, к своему складу.

Её бизнес по продаже кошачьего корма уже наладился, и фанаты постепенно успокаивались после того сумасшедшего потока заказов вначале. Кошачий корм не расходовался быстро. Некоторые покупали сразу несколько упаковок, вес которых в сумме доходил до десятков килограмм. Такого количества хватало на много месяцев вперёд.

Сейчас Лю Мань приходило примерно 60 заказов в день. После вычета расходов на аренду склада, перевозку, воду с электричеством и зарплаты сотрудников она подсчитала, что в будущем сможет зарабатывать по 50-60 тысяч юаней в месяц.

Для повышения продаж требовалось привлекать к своим стримам и странице в Weibo внимание большего количества людей. Такой вопрос стоял перед бессметными интернет-знаменитостями. Пока на ум Лю Мань не приходили хорошие идеи, в связи с чем рост подписчиков опять остановился.

Вчера менеджер Хуан поручил подчинённым отправить новую порцию кошачьего корма из Гонконга. Теперь на складе не осталось свободного пространства, и, когда девушка туда зашла, Чжан Пэй с ноутбуком в руках сверяла каждую коробку согласно списку. Коробки были открыты для осмотра. За сегодняшний день им поступило около сорока заказов, так что работа спешки не требовала. Двое сотрудников ушли пораньше.

При виде Лю Мань мама спросила её:

— Ты редко приходишь сюда так рано. Уже поела?

— Да, в университете, — Цзян Чэнфэн угостил её в столовой своего университета.

— Впредь, если также рано уйдёшь с занятий, заходи поесть сюда, а затем уже домой вести прямой эфир. Ли пытается сидеть на диете, поэтому не ест, так что одна порция у нас всегда остаётся, и выбрасывать её очень жаль. Не стоит нам быть расточительными, ты ведь потратилась на ежемесячное пропитание, — Ли являлась одной из их работниц.

— Что ещё за «ежемесячное пропитание»? — Лю Мань пришла в замешательство. Она знала о порциях ужина для мамы и сотрудников, но думала, что заказывала их именно Чжан Пэй.

— Но владелец Ван сказал, что ты наперёд заплатила за еду для меня и двух сотрудников. Официанты обслуживали нас каждый день, — женщина тоже недоумевала. — То есть, ты ничего не заказывала?

— Ой, да-да-да, это я заказала. Просто забыла из-за кучи дел.

— Ну вот. Ни один владелец не стал бы по доброте душевной давать нам еду за бесплатно.

Лю Мань издала лишь небольшой смешок.

Перестав обсуждать данный вопрос, она осталась с Чжан Пэй раскладывать товар до десяти часов вечера. Перед уходом девушка сознательно бросила взгляд на ветеринарную клинику по соседству. Там за стеклом она увидела, как медсестра провожала последнего клиента. Юй Чжань, скорее всего, задержался, чтобы убраться в помещении.

На миг задумавшись, Лю Мань достала телефон и набрала сообщение: [Спасибо за заказ еды.]

Юноша ответил быстро: [Пожалуйста.]

Двумя днями позже ей написал Хэ Цисы. Они собрались приступить к съёмкам в субботу и просили прийти в час дня на восточную спортивную площадку. Также сказали надеть красивое платье.

Таким образом, субботним утром красавица Лю Мань отправилась на кафедру каллиграфии профессора Су для первого занятия.

Девушка в длинном светло-зелёном платье забрела в древнего вида здание с красными стенами и жёлтой черепице. Проходившие рядом студенты рассеяно пялились на её исчезающий силуэт.

У двоих аспирантов профессора Су, как и у остальных преподавателей, были выходные. В гигантском корпусе остались только она и Су И.

К первому уроку с Лю Мань профессор Су отнёсся со всей серьёзностью. Он подготовился заранее, переработав свою презентацию для учащихся и добавив в неё ещё больше информации: Происхождение официального письма, изменение письменности, выдающиеся каллиграфы в истории. Во время их частного урока пожилой мужчина обнаружил весьма странную загвоздку.

Знания Лю Мань в области истории казались неполными.

Она очень хороша знала события и классическую литературу до начала западной династии Хань. Девушка могла рассказать о всех книгах, классике, обрядах, музыке, стрельбе из лука, верховой езде и письме. Тем не менее в истории после западной Хань она оставалась профаном, не говоря уже о чтении стихов из династий Тан и Сун.

Лю Мань не могла даже сказать названия всех династий в хронологическом порядке. Только пробормотала о правлении Тан, Сун, Юань, Мин и Цин.

Профессор Су не догадывался, что узнала она о них исключительно из памяти прежней Лю Мань, которая любила посачковать и проспала все уроки истории. Прежде чем стать студенткой художественного заведения, девушка сперва попыталась поступить в обычное и с тех пор ни разу не брала в руки учебники по этому предмету.

Как казалось Су И, она была персонажем, жившим в «Стране Персикового Цвета» Тао Юаньмина.

«Неосведомлённость о создании династии Хань, вне зависимости от пришедших ей на смену династий Вэй и Цзинь».

Он написал это предложение и обратился к Лю Мань:

— Ты знаешь, откуда это?

Она смущённо покачала головой.

Профессор озвучил новый вопрос:

— А о Тао Юаньмине слышала?

Лю Мань тщательно просматривала воспоминания текущего тела.

— Да, он вроде поэт из династии Тан, — подсказали ей они.

Су И: «…»

Мужчина вздохнул.

— Тао Юаньмин жил в восточной Цзинь. Он родился через триста лет после конца западной династии Хань.

От сильного стыда Лю Мань захотелось провалиться сквозь землю.

— Похоже, тебе ещё многое предстоит узнать. Путь длинный, и я возьму на себя много обязанностей, — Су И глядел на неё, будто видел перед собой неизвестное создание, и не знал, можно ли назвать её невежественной.

Су И сказал:

— Я встречал многих людей, которые невероятно хороши в одной области, но полностью не осведомлены во всём остальном. Только вот никогда не слышал о том, чтобы человек на отлично знал конкретную династию и совсем не разбирался в других. Насколько же в таком случае госпожа Сюй восторгалась культурой западной Хань?

В итоге Су И прочитал Лю Мань лекцию по истории Тао Юаньмина, а также северной и южной династиях Вэй-Цзинь, в которых жил поэт.

Сама Лю Мань жила в последние годы западной династии Хань. В то время она уже чувствовала упадок национальной мощи. Император, её отец, снизил военные налоги, став более варварским и жестоким. За два года до её смерти в холодный дворец ссылали всё больше наложниц. Слуги и служанки вершили самосуд, отбирая у них еду и одежду. Было не счесть всех тех женщин, умерших там от истощения и холода, среди которых оказалась и она.

Поэтому, услышав о хаосе, что царил в мире на протяжении сотен лет после западной династии Хань, Лю Мань не испытала никаких эмоций, несмотря на весьма жестокую историю. Теперь она оказалась простым наблюдателем. Разрушения в этих странах, их радости и печали, стали просто маленькими параграфами в книгах по истории. В девушке не зародилось чувство замещения. Даже когда она услышала от профессора Су о конце западной династии Хань, это её не тронуло. Человек не мог вечно вспоминать прошлое, ему нужно было стремиться смотреть вперёд.

Урок каллиграфии незаметно стал лекцией по истории. Профессор Су ни словом не обмолвился о каллиграфии, зато дал Лю Мань множество знаний о прошлом их страны. Иного выхода у него не оставалось.

После занятия Су И взял экземпляр «Трёхсот танских поэм» из своей библиотеки. Он дал его Лю Мань.

— Когда вернёшься домой, внимательно прочти. На следующем уроке мы поговорим о династии Тан, и только попробуй тогда сказать мне, что не знаешь даже, кто такие Ли Бай и Ду Фу.

— Знание истории — краеугольный камень в изучении каллиграфичного письма. Тебе предстоит не только прочесть эти классические стихи, но и их запомнить. Я буду случайным образом проверять предложения на каждом занятии. Когда выучишь наизусть танские поэмы, мы перейдём к династии Сун.

— Да, хорошо, — Лю Мань не смела возражать.

Она как раз вспомнила, что Цзян Чэнфэн называл профессора Су каллиграфом и исследователем китайского языка. Пожилой мужчина изучал и специализировался на классике всех династий.

Девушка, которая знала только династию Цинь и всех её учёных, на его фоне казалась полунеучем.

Су И тоже ощущал бессилие. На него взвалилось тяжёлое бремя, поскольку эта замечательная ученица появилась на старости лет. Но эй, он уже принял её, и жалеть о решении было поздно. Профессор должен был во имя чести позаботиться об этом наполовину несведущем, талантливом дите и развить её задатки.

К нему на урок Лю Мань пришла с маленькой сумочкой, куда толстая книга «Триста танских поэм» не помещалась, в связи с чем ей пришлось нести её в руках. После обычного перекуса в столовой Столичного Университета она, как и договаривалась с ребятами, пришла на восточную спортплощадку.

Место занимало большую область, охватывая беговые дорожки, поле и корты для тенниса и баскетбола. По выходным сюда приходили многие студенты.

Куда ни глянь, везде были люди. Лю Мань не имела понятия, где искать Сунь Вэйвэй и остальных, отчего решила ей написать: [Я на месте.]

Через минуту Сунь Вэйвэй ответила: [Мы тебя видим. Обернись.]

Лю Мань повернула голову, после чего увидела, как шестеро уже знакомых студентов машут ей руками.

— Вот уж и впрямь интернет-звезда. Она просто стоит, а кажется, будто сошла с картины, — завистливо прокомментировала Чжан Цзяоцзяо, гримёр.

— У неё настолько совершенное лицо, что тут даже грим никакой не нужен. Вэйвэй, ты ведь знаешь её с детства? Она делала пластиковую операцию? Такие большие глаза, двойное веко и высокий нос? Это всё как-то изменяли? Да и подбородок кажется чуть ненастоящим.

Чжан Цзяоцзяо тоже училась на лингвистическом факультете вместе с Хэ Цисы. Внешность у высокой девушки была лучше средней, и её относили к категории красоток. Ей очень нравилось работать с косметикой, она являлась непрофессиональным гримёром. На выходных Чжан Цзяоцзяо изредка заглядывала подрабатывать в фотоателье. При виде красивых женщин она первым же делом задавалась вопросом о вмешательстве в их внешность пластического хирурга.

Сунь Вэйвэй не знала, как ответить на её вопросы.

— Могу тебе со всей честностью заявить, что так она выглядела всегда с тех пор, как пошла в садик. Всё это у неё точно с рождения.

— Значит, сами небеса ей благоволят.

Сунь Вэйвэй вспомнила умственные способности Лю Мань в школьное время и не совсем согласилась с утверждением подруги.

Парни в их компании тоже глазели на красавицу. Рассматривание таких женщин лежало в основе мужской природы. К тому моменту девушка успела к ним подойди и спросить Хэ Цисы:

— Такое платье подойдёт?

Прекрасно одетая Богиня Ханьфу поразила даже извечно красноречивого Хэ Цисы, заставив его оробеть. Он просто кивнул, прежде чем неоднократно повторить:

— Подойдёт, подойдёт. Оно отлично подходит.

Описание в сценарии Сунь Вэйвэй гласило: «Богиня, сияющая от красоты».

Они уже неделю искали подходящую кандидатку среди красавиц своего университета. Таковых там училось немало, только развить особенность «сияющая» было слишком трудно.

Немудрено, что Богиня Ханьфу стала интернет-звездой. Её сияние было невероятным.

Пока она стояла неподвижно, подул лёгкий весенний ветерок. Её длинное светло-зелёное платье чуть приподнялось, а тёмные шелковистые волосы создавали резкий контраст с белоснежной кожей. Перед группой студентов предстала прелестная фея.

Восхищение прекрасным было заложено природой в каждом человеке.

Первым опомнился Ван Шэн с тяжёлой камерой в руках. Он с толикой удивления в голосе спросил Лю Мань:

— Зачем ты принесла «Триста танских поэм»?

На что та ответила:

— Это мне учитель дал для чтения на досуге.

— И тебе хочется тратить на это свободное время? — Лю Мань и «серьёзное чтение книги» были для Сунь Вэйвэй антонимами. С таким же успехом солнце могло взойти на западе. Она помнила, как по итогам целого семестра в средней школе тетрадь Лю Мань выглядела новенькой, словно её и не открывали ни разу.

Но что ещё нелепее, девушка с книгой «Триста танских поэм» в руке казалась Сунь Вэйвэй не показушной, а той, кому нравится чтение.

Бывшая подруга взволновалась. Неужто у неё, как и у Лю Мань, начались проблемы с головой?

Тогда же заговорил Хэ Цисы:

— Раз все здесь, давайте начинать. Вэйвэй, подержи пока книгу.

Отозвавшись кратким «да», Сунь Вэйвэй исполнила просьбу и взамен дала Лю Мань обычный лист бумаги.

— Это сценарий для восьмой серии «Ши-Сэмпая».

Ограничение максимальной длины ролика в TikTok составляло 40 секунд. Соответственно, их сценарий был куда короче и лаконичнее, чем у Е Цзыаня.

Роль Лю Мань оказалась очень простой: от неё требовалось всего-навсего пройти по тропинке.

Помня о её IQ в прошлые времена, Сунь Вэйвэй объяснила ей сценарий так, будто боялась, что та сама понять его не в состоянии.

— Значит, ты отойдёшь от турника. Иди неспешно и сделай пафосное лицо, как раньше. Далее подсознательно подними голову. Ты всё поняла?

Лю Мань кивнула.

— Да.

После 20 дней работы на каникулах с профессиональным режиссёром и актёрами она набралась немного опыта.

Чжан Цзяоцзяо нанесла на лицо Хэ Цисы лёгкий грим. В отличие от прелестной Лю Мань, он с ним смотрелся ещё безобразнее. У него было большое дурацкое лицо, тёмная кожа, опухшие глаза, кривой нос и нарочито окровавленные губы. Несмотря на трудности с описанием словами всего этого безобразия, парень всё равно умудрялся выглядеть уморительно.

Популярность в TikTok

Подобные кратенькие ролики явно не требовали особой профессиональной подготовки, благодаря чему все просто заняли свои позиции и начали съёмки:

Хэ Цисы подошёл к перекладине и сделал вид, что подтягивается. Ши Сэмпай, персонаж, которого он играл, был неисправимым неудачником. Всего после двух подтягиваний у него началась одышка.

Ван Шэн направил камеру прямиком в его потное, покрасневшее лицо.

Парень по имени Чэнь Хань, закадровый голос, спросил:

— Ши Сэмпай, ты уже всё? Не хочешь продолжить тренировку?

Ши Сэмпай вытер пот со лба, после чего ответил с раздражением в голосе:

— Уф, нет, ну их, эти тренировки. Чёрт, как я устал.

Повествователь спросил снова:

— Но как ты без них собираешься покорять сердце девушки? Им всем нравится восемь кубиков пресса.

Ши Сэмпай закатил глаза. Получилось невероятно гадко, и вместе с тем забавно.

— Дурацкие ухаживания, у меня нет никакого желания покорять девичьи сердца.

— То есть, ты и на свидания не собираешься ходить?

Ши Сэмпай неловко засмеялся.

— Пха, в этом я тоже не заинтересован?

— А что тогда тебе интересно?

Парень скорчил гримасу, якобы говоря «Я здесь единственный #прогрессивный человек», вслед за чем ответил:

— Учиться, спать, есть, сидеть в инете и играть в комп.

Рассказчик захлопал в ладоши и продолжил раздражающим девичьим голосом:

— Ой, Ши Сэмпай такой банальный.

Тогда камера Ван Шэна резко повернулась к красивой девушке. Красавица прогуливалась на глазах у Ши Сэмпая. Её взгляд смотрел в небеса гордо, тем не менее сама она лучилась чистотой и изящностью, точно безупречная богиня.

Самоуверенность так и застыла на лице парня, постепенно сменившись гнусным взглядом извращенца. Он не сводил с красавицы глаз.

Девушка подняла руку и нежно заправила волосы за уши, а затем мило улыбнулась, словно почувствовала взгляд Ши Сэмпая.

Из его рта потекли слюнки, а он всё смотрел на проходящую рядом красавицу.

И тут парень принялся подтягивать так безумно, как если бы его напичкали стероидами.

Опять раздался закадровый голос:

— Ты же говорил, что с тебя хватило тренировок.

— И ты правда поверил мои словам? Дурак, что ли? — ответил на это Ши Сэмпай.

Экран стал чёрным, серия закончилась, и пошли титры.

«Ши Сэмпай: Хэ Цисы

Закадровый голос: Чэнь Хань

Сценарист: Сунь Вэйвэй

Видеооператор: Ван Шэн

Визажист: Чжань Цзяоцзяо

Монтаж: Фан Хао

Особый гость: Богиня Ханьфу»

После просмотра предыдущих роликов «Весёлого Котелка» люди сразу листали к следующему видео, однако в этот раз они дожидались конца титров. Кто-то даже пересматривал его заново, поскольку не успел прочесть имена.

[НифигаШИчки себе! Это реально Богиня Ханьфу.]

[Вот, а я говорил, что это она. Поверить не могу, мои соседи по комнате мне не поверили! Если они такие слепые, сделаю им скрин в качестве доказательства.]

[«Весёлый котелок» просто отпад, они даже Богиню Ханьфу сниматься пригласили!]

[Хаха, у Ши Сэмпая наконец-то появилась цель в жизни.]

[«Ши Сэмпай» 8 серий ни с кем не встречался. Наверняка в 9-й попытается приударить за Богиней Ханьфу. Тогда ещё через 7-8 выпусков нас начнёт мучить их романтика.]

[Ты его видел? Да у него и за 100 серий ничего не получится.]

[А ты так пишешь, будто сам лучше него.]

[Вот именно, Ши Сэмпай хотя бы смешной. Вообще, после этих 8 серий мне он кажется немного привлекательным.]

[Тебе бы к окулисту сходить, бро.]

[Лучше прекращай смотреть столько этих видео, а не то тебе разобьют сердце. Я вот гораздо симпатичнее Ши Сэмпая! Но рядом со мной всё равно нет Богини Ханьфу. (плачет)]

…

С момента выкладки восьмой части «Ши Сэмпая» в Tiktok прошло меньше часа. Под ним за это время собралось более 10 000 комментариев и 500 000 лайков. Кроме того, они активно продолжали расти.

Фан Хао, ответственный за монтаж, был в шоке. За всё время существования «Весёлого котелка» они опубликовали свыше 30 видео. Среди них самым популярным стал мини-сериал «Ши Сэмпай». Каждое видео стабильно набирало 100 000 просмотров и 5000 комментариев. Уверенное первое место среди них занимала третья часть с 300 000 просмотров и более чем 10 000 лайков.

И всё же такой результат был достигнут за четыре дня.

Так что глядя на текущие показатели нового ролика, Фан Хао немедля сделал скриншот и с восторгом отправил его в групповой чат «Весёлого котелка».

[К нам идёт популярность, к нам идёт популярность!!]

Остальные и не думали, что благодаря нескольким секундам присутствия в кадре Богини Ханьфу, ролик взлетит до небес. Всего за час на них стремительно подписалось 50 000 человек.

Известность Богини Ханьфу превзошла все ожидания команды, или возможно причиной случившемуся послужил сильный контраст между девушкой и Ши Сэмпаем, который заставлял зрителей умиляться и цеплял их столь странным контентом.

«Весёлый котелок» публиковал по одному видео вечером каждого вторника. В это время Лю Мань общалась на стриме со своими зрителями.

Как вдруг [Мальчик Отаку] написал в чат: [Сестрёнка, Богиня Ханьфу опять набирает популярность в TikTok.]

[Фея Персик: Хаха, я тоже видела. Ролик супер смешной получился.]

Только они вдвоём среди всех поклонников девушки знали о её личности Богини Ханьфу. Их небольшое «представление» в чате пробудило любопытство у остальных.

[О каком это ролике говорят модеры?]

[Я только что посмотрел его, оно от «Весёлого котелка». Богиня Ханьфу снялась с безобразным Ши Сэмпаем! Ну и умора!]

[У Богини Ханьфу есть аккаунт в TikTok? Модер, скинешь ссылку, плиз? Я тоже хочу посмотреть?]

[Нету у неё там аккаунта, её даже в Weibo нет. Она просто появляется в роликах других.]

[Рев Дракона: Вы на стриме Принцессы Мань. Обсуждать других интернет-звёзд запрещено, иначе забаню.]

[Я Тинтин: Пфф, типичные парни. Не могут даже сдержаться, когда дело заходит о горячих цыпочках. Какое отношение эта Богиня Ханьфу имеет к нашей сестрёнке, что вы только о ней и говорите? Вас точно нужно кикнуть!]

Эти два модератора собирались забанить наглецов на прямой трансляции.

Но кто бы мог подумать, что их стример взволнованно скажет:

— Я тоже хочу посмотреть ролик.

[Рев Дракона: …]

[Я Тинтин: …]

Лю Мань свернула программу для прямых эфиров и зашла в TikTok. Раньше у неё не было даже этого приложения, и установила она его после съёмок, поскольку хотела увидеть конечный результат.

Тогда же и подписалась на аккаунт «Весёлый котелок». Девушка вспомнила, что в то время количество их подписчиков составляло 120 000, тогда как сейчас показатель превысил 170 000. Лю Мань нажала на самое новое видео. В качестве его превью было фото Ши Сэмпая с тем извращённым взглядом, которым он смотрел на Богиню Ханьфу.

Лю Мань тоже не смогла противиться обложке и кликнула на ролик. В нём явно поработали над монтажом, сценами, цветокоррекцией и самими героями. Обработаны были в том числе и их голоса. На Лю Мань монтажёр наложил лёгкий свет, придав ей эффект сияния, благодаря чему она появилась в сцене словно фея. Над головой у неё проглядывался едва заметный нимб, на фоне которого Ши-Сэмпай смотрелся ещё безобразнее. Будто лягушка, что возжелала жениться на лебеде…

Девушка открыла комментарии. В глаза сразу бросился первый, закреплённый в самом верху: [Я жуть как хочу врезать Ши-Сэмпаю!]. Его лайкнули 140 000 зрителей.

[Я уже так долго живу без отношений, что даже у Ши-Сэмпая подмечаю привлекательные черты лица] — гласил второй комментарий, собравший 100 000 лайков.

[Ты что, сатана?]

[Не так долго, а слиииишком долго.]

[Иди погрусти о том, что твой комментарий не самый популярный.]

[Хочешь сводить Ши-Сэмпая в аноректальное отделение?]

В третьем комментарии с 80 000 лайков писали: [Они похожи на супружескую пару.]

[Прошу, женитесь друг на друге сейчас же.]

[Я тоже думаю, что они хорошо смотрятся вместе. *усмешка*]

[Как и ожидалось, интернет-звёзды подходят друг другу!]

Четвёртым по популярности комментарий был: [Красота одного из них не уступает картине. А другой… народный муж.]. 70 000 лайков.

[Серьёзно? Народный муж?..]

[Эй-эй, убери-ка своего мужа отсюда. Богиня Ханьфу моя!]

[Ребята, вам специально платят за то, чтобы вы убивали меня смехом?!]

…

Лю Мань и сама не могла оправиться от смеха. Остроумие интернет-пользователей не знало границ. В итоге комментарии стали интереснее самого видео. Она также поражалась слаженной работе шестерых человек. У Сунь Вэйвэй получился отличный сценарий. Несмотря на, казалось бы, заурядные диалоги, в итоговом ролике они получились очень смешными.

Не стоило забывать и Хэ Цисы, который гениально вживался в роль столь энергичного персонажа. Всего один взгляд на его лицо, кричавшее словно от порки, мог вызвать у зрителя раздражения, но в то же время ему хотелось смотреть дальше. У смотревших буквально руки чесались от желания вытащить главного героя из экрана и избить.

Прошла всего одна ночь, а видео развирусилось по всему TikTok.

На начало второго дня лайков под ним имелось уже 4 миллиона. То есть, оно стало популярнее даже того выступления Сяо Кэ и Богини Ханьфу в музыкальном ресторане.

В комментариях многие спрашивали TikTok-аккаунт последней, потому как поиск по запросу «Богиня Ханьфу» выдавал только поддельные и мошеннические страницы.

Цзян Чэнфэн написал ей в WeChat: [Сестрёнка, тебе стоит завести аккаунт в TikTok. Твоего появления там ждут едва ли не все.]

В это время Лю Мань сидела на паре «Камерный ансамбль». Этот новый основной предмет включили в их программу с наступлением текущего семестра.

Название «Камерный ансамбль» говорило само за себя. Оно подразумевало выступление ансамбля в помещении, классе или небольшом музыкальном зале. В зависимости от музыкальных инструментов он делился на просто фортепианную полифонию или сочетание фортепиано с другими инструментами.

Преподавал предмет у Лю Мань и её группы самый молодой профессор на их факультете, Чжу Сиян. Он только в прошлом году получил докторскую степень по игре на фортепиано за границей и, вернувшись в Китай, устроился преподавателем в их университет.

В этом году ему исполнилось всего двадцать девять лет. Мужчина был худощавым с приятной внешностью.

Сегодня Чжу Сиян проводил своё первое занятие. Когда он зашёл в аудиторию, студенты приняли его за старшекурсника из другого факультета, который ошибся классом. Профессор попросту выглядел слишком молодо.

Он прошагал непосредственно к лекторской кафедре и представился:

— Я буду преподавать «Камерный ансамбль» для вашего факультета в этом семестре. Меня зовут Чжу Сиян.

Как только прозвучало это приветствие, девушки из группы сразу же принялись довольно аплодировать.

— Какой красивый учитель.

— И с виду совсем молодой.

— Талантливый и симпатичный юноша.

…

Этими и другими подобными фразами они перебрасывались между собой приглушёнными голосами.

Восхищались Чжу Сияном в том числе и Лю Мань с Ли Сяожу. Последняя прошептала:

— Я о нём слышала, он вернулся в Китай совсем недавно, под конец прошлого года. На бакалавра, кстати, учился в нашем универе, а степень магистра и доктора наук получил уже в американском Беркли. В день Нового года он, вроде бы, выступал на концерте с фортепианным соло, которое показывали по телеку. И в инете тоже есть видео.

Американское Беркли…

Лю Мань вспомнилось описание Weibo-страницы Сюэ Фэйюня. Значит, их новый преподаватель закончил тот же университет, что и композитор?

Через несколько рядов от Лю Мань и Ли Сяожу сидела Ван Нина, сосредоточенно глядя на Чжу Сияна. Ей нравился такой типаж мужчин. Красивый, взрослый и успешный в карьере, не говоря уже о должности преподавателя и пианиста.

Учителя легко вызывали восхищение у своих студентов, тем более такие привлекательные и видные. Ван Нина не хотела отводить от него взгляд.

Чжу Сиян сказал:

— У меня практически нет опыта, и сегодняшнее занятие у меня первое на должности преподавателя. Я расскажу вам о методе оценке нашего курса.

— Ещё никто из учителей не говорил об оценивании на первой паре, — прошептала Ли Сяожу.

— Курс называется Камерный ансамбль, и основное внимание в нём уделяется, естественно, ансамблю и практике. Мы сможем закрыть всю теорию за малое количество занятий, так что они закончатся довольно быстро. Университет выделил нам всего один месяц, то есть 16 пар, но 8 кредитов, что составляет большую их часть в семестре.

— Полагаю, за прошедшие два года вы все играли на одном фортепиано вдвоём, на двух фортепиано одновременно или подыгрывали другим инструментами в большей или меньшей степени. Если свести наш курс к чему-то подобному, это будет банально. Но, согласно учебному плану, в этом семестре Камерный ансамбль включили и в программу других факультетов по западным музыкальным инструментам. Я пообщался с руководителями их кафедр и планирую совместно провести концерт камерного ансамбля для оценки квалификации каждого студента в форме живого выступления.

— Для этого каждому из вас нужно будет найти партнёра для исполнения программы. Например, если вы выберете фортепианный квинтет, тогда придётся обратиться к студентам из факультетов скрипки, альта и виолончели.

В аудитории поднялся гул.

— Учитель, такое для нас слишком сложно.

— Я вообще никого не знаю из скрипачей и альтистов, а на виолончели играет всего парочка знакомых студентов. Да и не особо знакомых, честно говоря.

— Да, где мы найдём людей для совместной игры?

…

— Я лишь привёл пример. В вашем выступлении необязательно должно принимать участие пять человек. Можете выбрать трио, квартет, секстет… или даже нонет. То есть, минимум три музыканта. Неужели с вашей популярностью всё настолько плохо, что вы не сможете скооперироваться втроём? И не стыдитесь обращаться к студентам из других факультетов. Подумайте об этом с другой стороны: им ведь тоже придётся искать вас для совместной сдачи экзамена.

п.п.: Трио — три человека, квартет — четыре, секстет — шесть, нонет — девять.

Ли Сяожу подняла руку.

— Учитель, у менять есть три вопроса.

Чжу Сиян не возражал.

— Я слушаю.

— Если собирать трио, можно, чтобы два участника играли на фортепиано?

Профессор кивнул.

— Да. Двум людям из трёх можно, также, как и троим из четырёх, и так далее. На отличающемся инструменте должен играть хотя бы один из собранной команды.

— Тогда второй вопрос. Нам разрешается кооперироваться только со струнными и духовыми инструментами? Или можно искать людей из других факультетов? Например, гитарного или народной музыки.

— Камерный ансамбль пришёл к нам из придворной музыки западных аристократов. В теории, лучше бы в основном использовать западные классические инструменты. Однако нынешнее общество разнообразно. Я считаю, что в ансамбле может принимать участие один другой инструмент. Но подчёркиваю, только один, — молодой Чжу Сиян и мыслил по-современному.

— Тем не менее, в факультетах гитары и народной музыки нет нашего предмета. Следовательно, здесь всё зависит исключительно от вашей харизмы.

— Что касается выбора музыки, то здесь ни я, ни другие преподаватели вас не ограничивают. Можете исполнять в классическом стиле или современном. Главное организовать всё должным образом. Для экономии времени у каждой песни будет временной лимит. Любое ваше выступление должно длиться не дольше пяти минут.

Ли Сяожу спросила снова:

— Тогда третий вопрос. Как мы узнаем, что сдали успешно? Вы будете оценивать по аплодисментам зала или сформируете рейтинг по качеству выступления?

Чжу Сиян сказал:

— Студентка, вы только что озвучили два вопроса подряд, то есть их уже не три, а четыре. Я отвечу по порядку. Касательно третьего вопроса, вас будут оценивать десять преподавателей и профессоров из разных факультетов.

Лю Мань вспомнила своё участие в регулярном экзамене факультета под конец прошлого семестра. Там в судьях сидело всего три преподавателя… В этом же оценивании речь шла о десяти…

Услышав о столь строгом методе оценки, вся аудитория принялась жаловаться.

— Вам главное сыграть полную композицию от начала до конца. В таком случае учителя вряд ли будут намеренно ставить вас в неловкое положение и занижать оценку. Всё-таки время на вашу подготовку сильно ужато, — Чжу Сиян смягчился и дал студентам надежду. Он хотел донести до них мысль о том, что нужно прежде всего выйти на сцену и отыграть представление, тогда ни у кого не будет претензий.

Теперь горестные вздохи сменились облегчёнными.

— Отвечая на четвёртый вопрос, ваши выступления, конечно же, будут ранжироваться. Надеюсь, все отнесутся к подготовке серьёзно и не окажутся на последнем месте в рейтинговом списке.

Когда речь зашла о рейтинге, все вновь занервничали.

Как это было понимать? Он же только что сказал им лишь отыграть выступление. Так зачем понадобилась рейтинговая система?

Ни один из этих гениальных пианистов не желал оказаться на нижней строчке.

— Я только что подчеркнул, что теории в нашем курсе немного. Всё зависит от практики. Мы можем пройти содержимое учебника примерно за шесть учебных часов. Остальные десять я дам вам на репетиции и планировку. Выступление состоится в начале мая, после Дня труда, так что, пожалуйста, не затягивайте с приготовлениями. А сейчас мы начнём занятие. Если у кого-то остались вопросы, задайте мне их после пары, — Чжу Сиян открыл презентацию.

Когда прозвенел звонок, к нему стеклись все студенты. Они уточняли моменты касательно выступления, копировали себе презентацию и просто восхищались столь симпатичным молодым человеком. Ли Сяожу неприятным взглядом проводила побежавшую вперёд Ван Нина и обратилась к Лю Мань с лёгкой иронией:

— Впервые вижу, чтобы Ван Нина так положительно относилась к противоположному полу. Профессор Чжу безусловно очень привлекательный.

В общежитии именно Ван Нина лучше всех умела общаться с парнями и имела больше всего ухажёров, только ей никто из них не нравился. Наиболее проницательным моментом в Ван Нина было то, что она не относилась к ним так равнодушно, как прежняя Лю Мань. Девушка постоянно оставляла им маленькую надежду на отношения. Таким образом, на праздники, День Святого Валентина, Китайский День Влюблённых и Рождество она неизменно получала горы подарков.

Лю Мань сперва подумала о хорошем аспекте:

— Может она просто не поняла что-то и пошла спросить?

Ли Сяожу:

— Да-да.

Подруги вышли из аудитории и собиралась отправиться в столовую. Тогда же большую группу студентов, в основном студенток, в коридор выпустил и соседний кабинет. Все они с пребольшим восторгом смотрели на Лю Мань.

— Гляньте, Богиня Ханьфу.

— Я только что смотрела то видео с ней и сразу же встретила в реальной жизни. Чудеса и только.

— В том видео совсем не преувеличивали. Она действительно красивенькая.

— Старшая Мочжэнь немного лучше неё.

— Я думаю, что наоборот.

— Хватит спорить. У них разные стили, и они обе очень исключительные, каждая особенна по-своему.

Услышав эти слова, Лю Мань посмотрела на произнёсшую их девушку. Ею оказалась привлекательная и классическая красотка, самая приметная среди остальных.

Та заметила этот взгляд, лучезарно улыбнулась в ответ и бодро зашагала вперёд.

— Привет, Богиня Ханьфу. Я давно восхищаюсь твоим именем.

Ли Сяожу усмехнулась.

— Ты его хоть знаешь? Её имя точно не Богиня Ханьфу.

Маленькая красотка поперхнулась от её слов, но не расстроилась и сохранила на лице улыбку.

— Конечно же я не знаю её настоящее имя, но мы можем познакомиться прямо сейчас. Я Вэнь Фанфэй, второкурсница из факультета гучжэна.

Лю Мань вспомнила, что Шэнь Мочжэнь училась на выпускном курсе этого же факультета. Теперь ей стало ясно, почему эти студентки уважительно называли её «старшая».

— Я Лю Мань, а это Ли Сяожу. Мы тоже со второго курса, только факультет фортепиано, — представилась девушка в ответ.

Кивнув, Вэнь Фанфэй спросила её:

— У тебя есть TikTok? Вчера вечером я посмотрела твоё видео с «Ши-Сэмпаем» и долго пыталась найти твой аккаунт, но так и не смогла.

— Я там пока ещё не регистрировалась, — ответила Лю Мань.

— Тогда можно добавиться к тебе в WeChat? Напиши мне, когда создашь аккаунт в TikTok, — с надеждой попросила новая знакомая. — Я обожаю видео с тобой.

Многого она не требовала, поэтому Лю Мань согласилась без возражений. У неё появилась возможность завести новую подругу.

Две девушки обменялись WeChat-контактами.

Вэнь Фанфэй заметно обрадовалась, когда подтвердила наличие у себя в мессенджере Богини Ханьфу. Её одногруппницы ждали её неподалёку, и она сказала Лю Мань:

— Сейчас мы идём на обед. Если я напишу тебе что-то, обязательно отвечай!

Последняя улыбнулась.

— Я отвечаю на все сообщения до единого, вне зависимости от того, кто мне их пишет.

— Ну и круто! Пока-пока.

Наблюдая за уходом девушки из факультета гучжэна, Ли Сяожу вдруг вспомнила о камерном ансамбле и радостно заговорила:

— Пока мы только думали, как обратиться к другим факультетам за помощью, эта Вэнь Фанфэй сама появилась перед нами. Всё получилось просто и беззаботно! Давай найдём её и предложим присоединиться к нам. Выступление трио с сочетанием фортепиано и гучжэна, то есть восточной и народной музыки, будет занятным. Найдём подходящую композицию, переделаем, и хорошие оценки у нас в кармане.

— Только Вэй Фанфэй ещё не согласилась.

— Судя по её одержимым попыткам добавиться к тебе в друзья, она точно согласится, — Ли Сяожу ни капельки не сомневалась. — Сейчас тебя можно назвать маленькой интернет-звездой. Одна только мысль об этом приводит меня в восторг!

Ли Сяожу тоже видела ролик «Ши-Сэмпая» прошлым вечером. Можно без преувеличения утверждать, что все студенты в столице знали о «Весёлом котелке», «Ши-Сэмпае» и Богине Ханьфу. Эти двое стали самыми популярными личностями среди студенческой общины.

Турник, который использовался в съёмках восьмой части «Ши-Сэмпая», стал местной достопримечательностью. Возле него делали селфи студенты не только Столичного Университета, а и других заведений. Также они приходили туда заснять подтягивания на видео для последующей выкладки в TikTok. В соцсети уже появились первые похожие ролики.

— После того, как пообедаем, быстрее регистрируйся в TikTok, — напомнила подруге Ли Сяожу. — Тебе подвернулась редкая возможность прославиться. Интернет-звёзды зарабатывают здесь много денег.

Стоило словам «зарабатывают много денег» прозвучать, как выражение Лю Мань вмиг изменилось.

— Нет, я сделаю это сейчас.

Ли Сяожу не понимала, чем так сильно её возбудила.

Две девушки нашли пустой кабинет, сели за партой и спокойно приступили к делу.

Лю Мань открыла TikTok, нажала [Регистрация] и ввела в поле для ника «Богиня Ханьфу». На экране появилась красная надпись: [Извините, выбранный никнейм уже занят.]

Она придумала другой. «Настоящая Богиня Ханьфу». Её опять встретила красная надпись: [Извините, выбранный никнейм уже занят.]

— Не-е-ет, ты слишком опоздала. Такой ник уже кто-то выбрал, — Ли Сяожу осознала насущную проблему. — Надо подумать.

Лю Мань тем временем быстро придумала решение:

— Все эти ненастоящие аккаунты, как Вэнь Фанфэй, то есть знают только Богиню Ханьфу, но не моё настоящее имя.

На этих словах девушка ввела для своей учётной записи новое имя «Богиня Ханьфу Лю Мань» и наконец увидела зелёную галочку.

— Ты правда хочешь использовать в интернете своё реальное имя? — удивилась Ли Сяожу.

— Но имена ведь и нужны для того, чтобы к нам по ним обращались. Да и в универе столько студентов, моё имя наверняка уже не секрет.

Кроме того, после премьеры фильма «Звук Ветра» люди в любом случае смогли бы узнать его в титрах. Она всего лишь раскрывала его пораньше, без каких-либо отрицательных моментов.

Ли Сяожу приняла логичность доводов подруги и наблюдала за тем, как та нажимает кнопку регистрации и отправляет форму с данными. В результате на экране появилось новое содержимое: [Регистрация прошла успешно, теперь вы можете публиковать видео.]

— Тебе нужно загрузить ролик в качестве доказательства, что ты настоящая Богиня Ханьфу, — оглядев пустой кабинет, Ли Сяожу сказала: — Давай снимем здесь. Никто не усомнится в реальности видео, если оно будет снято в Столичном Музыкальном Университете.

Лю Мань включила фронтальную камеру, но была остановлена подругой:

— Давай снимать буду я. В задней камере лучшее качество.

Студенты учебных заведений и более молодые их сотрудники использовали обеденный перерыв на перекус и просмотр парочки роликов в TikTok, таким образом отдыхая от предшествующих им пар.

Вот и сейчас многие из них листали видео, как вдруг на их экранах появилось лицо Богини Ханьфу. Она стояла в кабинете на фоне окна, через которое проникал полуденный свет, образуя вокруг девушки яркий контур.

— Привет всем, я [Богиня Ханьфу Лю Мань] и очень рада появиться на этой площадке. Спасибо всем за поддержку. Отныне я буду загружать видео на этот аккаунт. Если я вам нравлюсь, подпишитесь и поставьте лайк, пожалуйста. Спасибо!

Недоумевающим зрителям пришлось посмотреть ролик не менее двух раз, чтобы всё осознать.

Это была реальная учётная запись неподдельной Богини Ханьфу!

Несмотря на все попытки тех ненастоящих страниц ей подражать, они бы никогда не смогли загрузить видео с её настоящим лицом. Благодаря высококачественной камере оно казалось безупречным. Зрители даже могли отчётливо сосчитать количество волосков в бровях или ресницах девушки и рассмотреть её зрачки. Они у неё были очень глубокого коричневого оттенка.

Как ей удавалось оставаться настолько красивой без косметики!

Под конец ролика Богиня Ханьфу изобразила лёгкую улыбку, чем растопила сердца всех.

Каждый считал, что она улыбается ему лично!

Зрители моментально перешли на её главную страницу, но там их встретило одно единственное видео.

Невзирая на досаду, они всё равно нажали [Подписаться] и поставили лайк.

А также написали комментарий!

Первый, сделавший это человек, едва не разрыдался от счастья.

[Я первый!]

[Чёрт, всего на полсекунды опоздал!]

[Да блин, дурацкий медленный инет! Так и хочется телефон разбить.]

[Богиня Ханьфу, посмотри сюда! Заметь мой комментарий, прошу заметь мой комментарий!]

[Я уже подписался, поставил лайк и написал коммент. Я всегда буду тебя поддерживать.]

[Богиня, больше не улыбайся так часто. Боюсь, из-за этого мои стандарты так вырастут, что я не смогу найти девушку. *плачет*]

…

Учётная запись [Богиня Ханьфу Лю Мань], вероятно, поставила рекорд в TikTok по количеству подписок за столь короткий промежуток времени. Всего за минуту их стало свыше 3000.

А на видео собралось более 10 000 лайков.

Спустя пару минут ей пришло системное уведомление: [Новая подписка от: популярная учётная запись «Весёлый котелок».]

[Весёлый котелок] тоже оставил комментарий: [Поздравляю богиню Ши-Сэмпая с регистрацией в TikTok. Надеюсь, тебе здесь будет весело.]

Сообщение в одночасье залайкали тысячи человек.

Несколькими минутами позже система обрадовала Лю Мань очередным уведомлением: [Новая подписка от: популярная учётная запись «Сяо Кэ».]

[Я неожиданно узнала, что теперь у сестрёнки есть TikTok. Восхитительно! *игривое лицо*] — написала певица под роликом.

Её комментарий автоматически был закреплён наверху.

Сяо Кэ начала свою карьеру в TikTok и свои авторские песни публиковала тоже здесь. У неё было десять миллионов подписчиков, в связи с чем учётная запись считалась одной из самых важных. В TikTok она могла запросто привлечь внимание десятков тысяч людей. Оставленное сообщение стало неоспоримой поддержкой для Богини Ханьфу.

Благодаря подпискам от подтверждённых аккаунтов [Весёлый котелок] и [Сяо Кэ] личность [Богини Ханьфу Лю Мань] безоговорочно подтвердилась. К ней стеклось ещё больше пользователей интернета.

Ли Сяожу, которая наблюдала за происходящим со стороны, пребывала в шоке.

— Имя «Богиня Ханьфу» слишком резонансное. Ты сказала всего сколько там? Два предложения? Беру свои слова назад. Ты не маленькая интернет-звезда, а самая настоящая большая!

В этот момент ей в WeChat написала Вэнь Фанфэй: [Я видела твоё видео в TikTok и уже подписалась! PS: Ты супер милая.]

Поначалу Лю Мань посчитала новую знакомую внешне старомодной, но на деле та оказалась очень весёлой девушкой. Улыбнувшись, она ответила: [Спасибо, ты тоже очень милая.]

Когда они с Ли Сяожу пошли в столовую за перекусом, уже был час дня. Большая часть учащихся к тому времени пообедала, тем не менее Лю Мань своим появлением всё равно привлекла множество взглядов.

— В будущем тебе нужно будет надевать маску перед выходом на улицу, — подшутила над ней подруга.

— Я ещё не настолько знаменита.

Лю Мань вспомнился прошлый семестр, когда журналисты у университетских врат преграждали путь Тан Ту и Шэнь Мочжэнь. Вот какая популярность была у настоящих знаменитостей.

— Так, давай после обеда найдём Вэнь Фанфэй и поговорим об ансамбле, — сказала Ли Сяожу. — Лучше побыстрее заняться подготовкой. Как говорится, «новая метла чисто метёт». Вот и этот новенький господин Чжу не даст нам никаких поблажек, если мы сами не постараемся.

— Ты слишком переживаешь, времени ещё месяц.

— Месяц пролетит так, что и оглянуться не успеем. Я ни с кем вместе не играла, да и ты тоже. Так нам ещё и трио сделать сказали. Нужно практиковаться комбинировать нашу игру на фортепиано и подобрать подходящую песню. На это уйдёт куча времени.

— Честно говоря… — Лю Мань замялась, но таки решила сказать: — На каникулах я уже играла вместе с Тан Ту. У нас был фортепианный дуэт на одном фортепиано.

«?!»

«!!!»

Ли Сяожу оторопела.

— Похоже, я ослышалась… С кем ты говоришь играла вместе?

Лю Мань не собиралась и дальше утаивать всё от подруги, поэтому сказала ей честно:

— На зимних каникулах профессор Цю дала мне подработку, роль массовки в кино. Тан Ту в том фильме играет вторую главную роль, и у нас с ним была сцена с фортепианным дуэтом. В общем, у меня есть опыт совместной игры на фортепиано.

— Стоп-стоп-стоп-стоп, дай я успокоюсь, — Ли Сяожу обалдевала. — То есть, когда профессор Цю повела тебя куда-то после экзамена в прошлом семестре, она попросила сняться в кино? И ты за те 20 дней в Шанхае сначала выступала в дуэте с Сяо Кэ, а затем снималась в фильме с Тан Ту, и даже играла вместе с ним? А теперь хочешь сказать, что следующим шагом планируешь успешно увести Тан Ту у Шэнь Мочжэнь?

Последнее предложение Ли Сяожу явно напугало Лю Мань. Она огляделась вокруг, чтобы проверить, никто ли не уделяет внимание их разговору, после чего проговорила приглушённым голосом:

— Чушь! Я просто снялась вместе с ним. После возвращения в Шанхай мы не общались.

— Теперь понятно, почему в тот период он не только подписался на твой Weibo, а лайкал и репостил многие твои фотки, — все вопросы Ли Сяожу получили ответ, и она притворилась недовольной.

— Прекрасно, Маньмань. Не ожидала я от тебя такого. Ты меня вообще считаешь подругой? Могла бы хоть словом обмолвиться.

— Я не знала, как вам рассказать. Боялась, что Нина рассердится.

— Она рассердилась и перестала с нами дружить вне зависимости от того, рассказала ты ей или нет, — каждый раз, когда речь заходила о бывшей подруге, Ли Сяожу начинала злиться. — Я вообще в шоке с неё. Возвращается в общагу поздними вечерами и со мной в комнате вообще не разговаривает. Что ж, это её дело. Я тоже перестала с ней общаться. Думаю, стоит вообще пойти к куратору и попросить о переселении в другую комнату.

— Ну, она не плохой человек. Просто слишком стремиться быть лучшей, — Лю Мань ничего не могла поделать с разрывом этой дружбы.

Ли Сяожу холодно хмыкнула.

— В мире нет по-настоящему плохих людей. Устраивать геноцид готовы разве что единицы. Но всё равно нельзя «распускать слухи» у человека за спиной, так она только усложняет нам жизнь.

Лю Мань не поняла:

— В каком смысле «распускать слухи»?

Вмиг закрыв рот, подруга перестала говорить на эту тему. Вместо этого она поторопила Лю Мань:

— Ну всё, давай пиши Вэнь Фанфэй. Спроси, свободна ли она во второй половине дня. Нужно встретиться и всё обсудить.

Под таким натиском девушке оставалось лишь отправить соответствующее сообщение: [Привет. Ты свободна чуть позже? Нам с Ли Сяожу нужна твоя помощь кое с чем.]

Вэнь Фанфэй ответила незамедлительно: [О, после обеда у меня как раз нет пар, так что свободна в любое время.]

Они договорились встретиться всё в том же Starbucks за территорией университета.

В учебном заведении сейчас не был час пик, так что кофейня пустовала. За дальним столиком сидели три девушки с исключительными натурами. Перед каждой стояла чашка кофе.

Лю Мань рассказала Вэнь Фанфэй всё о Музыкальном Ансамбле, чем вызвала у неё изумление:

— Так вот почему вы попросили помочь…

Ли Сяожу добавила:

— Если думаешь, что тебе такое не подходит, просто скажи. Не переживай, мы можем найти кого-то ещё.

Вэнь Фанфэй молча сделала несколько глотков кофе. Судя по всему, она тщательно раздумывала над их просьбой, и Лю Мань с Ли Сяожу её не торопили. Спустя пару минут студентка наконец ответила:

— Для начала можно попытаться. Я изучаю гучжэн 14 лет и никогда не играла в паре с фортепиано. Если мы попробуем, и вам не понравится результат, тогда обратитесь к другому человеку. Кроме того, мне в настоящее время нужно готовиться к выпускному концерту старшей Мочжэнь, и времени на репетиции с вами будет немного.

— Не волнуйся так. Я рада уже только тому, что ты решила помочь, — быстро отозвалась Ли Сяожу. Крупный камень тревоги в конце концов свалился с её сердца.

Лю Мань тоже не считала это проблемой, тем более, что она не чувствовала такой необходимости спешить. Девушка сказала просто:

— Спасибо.

Вэнь Фанфэй довольно улыбнулась.

— Поблагодарите после сдачи экзамена.

Лю Мань и Ли Сяожу нашли третьего человека и теперь им предстояло выбрать подходящую песню.

Ли Сяожу вдруг воскликнула:

— Может «Влюблённые бабочки»? В оригинале там играет китайская флейта. Музыка для фортепиано у нас есть, так что нужно всего-навсего переделать произведение под гучжэн, а далее можно сжать изначальную версию до пяти минут.

— О, да-да, — Вэнь Фанфэй охотно одобрила предложение. — «Влюблённые бабочки» — классическая и удовлетворительная композиция, она точно подойдёт. Вам требуется играть только пять минут, значит и уровень сложности по большей части снизится. Нам главное хорошо сработаться, и вы точно пройдёте практическое испытание.

«Влюблённые бабочки» были очень известным произведением. Как подсказали Лю Мань воспоминания, прежняя хозяйка тела тоже играла его на фортепиано. Девушка вспомнила мелодию, которую в самом деле можно было исполнить на фортепиано и гучжэне. Она кивнула:

— Я тоже не вижу никаких проблем.

Таким образом, троица согласилась выбрать «Влюблённые бабочки» в качестве композиции для своего выступления.

— Я собираюсь найти в библиотеке более известную фортепианную партитуру для «Влюблённых бабочек», сократить её и разделить на две разные партии: свою и Маньмань, — обратилась Ли Сяожу к Вэнь Фанфэй. — Затем пришлю тебе партитуру, и ты уже пересмотришь её под гучжэн. Совместные репетиции нужно начать как можно быстрее.

Вэнь Фанфэй сказала:

— Хорошо, без проблем. Я уже практиковалась с этой композицией и хорошо с ней знакома. Теперь нужно лишь посмотреть, как вы планируете разделить партии и тогда можно будет переделать свою.

В качестве благодарности за её помощь Лю Мань с Ли Сяожу угостили новую знакомую ужином в ресторане. Они хорошо провели время за разговорами.

После ухода Вэнь Фанфэй Ли Сяожу сказала Лю Мань в полушутливом тоне:

— Похоже, Бог увидел, что Ван Нина перестала с нами дружить, и свёл нас с Вэнь Фанфэй. Мы всегда сможем завести новых друзей.

Тем же вечером, когда Лю Мань вышла в прямой эфир, она сыграла зрителям «Влюблённые Бабочки» на фортепиано.

[Похоже, сегодня у Принцессы хорошее настроение.]

[Я тоже так думаю. Грустная композиция «Влюблённые Бабочки» в её исполнении звучит едва ли не радостно.]

[Сестрёнка, у тебя появился повод для радости?]

Лю Мань улыбнулась и сказала:

— Ещё бы. Даже два повода. Во-первых, я завела новое знакомство.

[С парнем? Или у тебя новый друг?]

[О нет! У сестрёнки теперь есть парень! Я первый выражаю неодобрение!]

[У какого же мужчины настолько хорошая внешность, чтобы подцепить нашу Принцессу?]

[Я отказываюсь верить. Ни один мужчина на земле не пара Принцессе.]

[Да уж. Ребят, куда вы полезли-то. Стример не говорила, что новый знакомый — мужчина. Может она имела ввиду подругу?]

[Сестрёнка, так друг или подруга?]

Лю Мань решила не утаивать правду:

— Подруга.

Все поклонники вздохнули с облегчением.

Наевшаяся корма Рассвет запрыгнула на стол, чем привлекла всеобщее внимание. Зрители вмиг позабыли о втором радостном поводе Лю Мань.

Учётную запись [Богиня Ханьфу Лю Мань] в TikTok она зарегистрировала вчера днём, однако на неё уже подписалось 100 000 человек! Пользователей там сидело гораздо больше, чем на стриминговой площадке!

На её Weibo-странице на данный момент было 110 000 подписчиков, а стриминговый канал, где она вела ежедневные трансляции, скопил 120 000.

Она не понимала, что главную роль в этом мире играла внешность. [Принцессу Мань] считали неприглядной, тогда как Богиня Ханьфу была красавицей. Поклонники [Принцессы Мань] любили её за характер и моральные принципы, а половина из подписчиков Богини Ханьфу наверняка являлись извращенцами.

Однако огромный вклад в скорость набора подписчиков в её TikTok сделала и Сяо Кэ. Интернет-певица специально прибавляла ей популярности. Она даже ролик днём сняла, в котором специально призывала своих подписчиков найти аккаунт Богини Ханьфу и подписаться.

У самой Сяо Кэ имелось 10 миллионов подписчиков в TikTok, так что даже один процент от этого количества считался огромной аудиторией.

Прямую трансляцию Лю Мань закончила в одиннадцать часов вечера, но мама ещё не вернулась с работы. Девушка начала волноваться. Она заблокировала телефон и пошла прямиков к складу. Пока лифт спускался на первый этаж, ей пришло WeChat-сообщение от Чжан Пэй.

[Я пошла на ночной перекус в ресторане Shaxian с начальником Юем. Не переживай.]

Лю Мань испытала смешанные чувства.

Отношения между её мамой и Юй Чжанем становились всё лучше.

Девушка подошла к упомянутому заведению, где сквозь панорамное окно увидела, как два человека сидели друг напротив друга и улыбчиво общались. Перед ними стояли миски с горячими блюдами и пепси. Простая строгая трапеза.

— Сестрёнка, привет, — дочка владельца ресторана, Лу Линлин, с первого взгляда узнала Лю Мань и радостно выбежала к ней на улицу. — Я видела тебя в TikTok и подписалась. И все мои одноклассники с подругами тоже подписались.

Лю Мань вспомнила эту милую девчушку и улыбнулась.

— Спасибо.

— Сестрёнка, а почему ты не носишь ханьфу?

— Ну они предназначены для выступлений, а не для обычного ношения.

— Неправда. Ты что не знаешь? Ханьфу везде популярны. Их надевают многие люди. Пару недель назад, когда цвели вишни, на Weibo выкладывали кучу фоток в ханьфу на их фоне. И смотрелись они очень красиво! Я тогда ещё подумала, что Богиня Ханьфу под такой вишней была бы самой красивой и впечатляющей! Но жаль, сезон цветения уже закончился.

Лу Линлин не замолкала:

— А ещё другие интернет-звёзды любят фотографироваться. Затем они редактируют фотки и накладывают на них фильтры, чтобы привлечь фанатов. Скромной остаёшься только ты. Тебя даже в TikTok недавно не было. Я, как поклонница, надеюсь увидеть много твоих красивых фоток в будущем.

Девочка дала Лю Мань совет.

Последняя почтительно его приняла:

— Хорошо, когда у меня появится свободное время, я начну делать фото.

На её последних словах из заведения как раз вышли Чжан Пэй и Юй Чжань. Мама с интересом спросила:

— Что за фото ты начнёшь делать?

Вместо девушки ответила Лу Линлин:

— Фото интернет-знаменитости. Я не знаю, как вам объяснить, тётушка. Вы не поймёте.

Чжан Пэй не рассердилась и ответила со смешком:

— Ох, молодёжь, уже на каждом шагу этот ваш интернет-сленг используете. А я всё старею и уже не могу следить за новомодными трендами.

— Я не это имела ввиду, вы не старая, — зная, что высказалась неправильно, Лу Линлин поспешила убежать в ресторан.

— Раз моя дочь сама пришла ко мне, то тебе больше не нужно меня провожать, — обратилась к Юй Чжаню довольная Чжан Пэй. — После случившегося с моим мужем она стала очень толковой и всеми силами пытается в одиночку заработать денег для семьи. Если бы не её продажа кошачьего корма в интернете, мы бы точно не смогли выплачивать ежемесячный кредит. Теперь у нас стабилизировался доход, и больше нет нужды переживать о том, что банк заберёт у нас дом.

Юй Чжань пристально посмотрел на Лю Мань и ответил:

— У вас хорошая дочь.

Девушка тем временем опешила. Мама рассказала ему о проблемах их семьи!

Они попрощались с юношей и пошли домой. По дороге Лю Мань спросила:

— Ты рассказала всё Юй… начальнику Юю?

— Только немножко, ничего такого. Начальник Юй добрый человек, и я верю, что он не станет распространять слухи, — у Чжан Пэй сложилось чрезвычайно хорошее впечатление о Юй Чжане.

— Он первым завёл об этом речь?

— Нет, что ты. Вечером, когда начальник Ван угощал нас ужином, там был и начальник Юй. Спрашивать начал именно господин Ван. Он решил, что я разведена, поскольку на работу всегда приходили только мы с тобой.

Постоянное отсутствие отца семьи действительно вызывало вопросы.

— И как ты ответила?

— Сказала, что мы с мужем в хороших отношениях, просто он поехал в длительную командировку. Начальник Ван продолжал задавать ещё много вопросов, явно посплетничать хотел, и это очень раздражало, даже поесть спокойно не получалось. После десяти часов я собралась домой и тогда же наткнулась на начальника Юя, который как раз закрывал клинику. Он и предложил сходить на ночной перекус. Я действительно проголодалась, поэтому не возразила. Во время еды мы говорили о всяком, и я случайно проговорилась. Касательно кредита объяснила ему только причины и последствия.

Чжан Пэй совсем не переживала о том, что теперь Юй Чжань знает про их семейные секреты. От него не чувствовалось того коварства, как от начальника Вана. К тому же, он работал ветеринаром. То есть, относился по-доброму даже к животным, а значит к людям тем более. Тот юноша не стал бы замышлять против них плохое.

Несмотря на всё это, главным вопросом Лю Мань стал:

— И как отреагировал начальник Юй?

Чжан Пэй призадумалась.

— Да вроде бы остался таким, как прежде, разве только повёл себя так, будто что-то осознал. Может просто понял, почему мы так усердно работаем.

Как бы то ни было, самой Лю Мань казалось, что Юй Чжань пригласил её маму на перекус исключительно ради получения информации.

Чжан Пэй отнюдь не догадывалась о намерениях Юй Чжаня и вообще считала его отличным человеком.

— Я бы и не узнала этого, если бы не пообщалась с ним. У начальника Юя есть много скрытых качеств! Он всего на четыре года старше тебя, но уже получил международный сертификат квалифицированного ветеринара, что само по себе слишком невероятно…

Лю Мань же только и оставалось слушать похвалу мамы в его адрес по дороге домой.

Когда они зашли в дом, она отправила Юй Чжаню прямолинейное сообщение: [Ты обманул мою маму!]

Юй Чжань ответил через секунду: [Я только хотел выяснить, почему вы нагружаете себя до такой сильной усталости.]

Лю Мань не отдыхала на протяжении всех каникул. После того, как учёба возобновилась, она днём посещала пары, а под вечер проводила прямые трансляции. Затем шла помогать маме на складе. По выходным у неё тоже не было времени на обычные встречи, а на днях девушка создала TikTok для Богини Ханьфу.

Юй Чжань видел и запомнил всё это.

Он напечатал: [Это же всего три миллиона. Я помогу тебе вернуть деньги...]

И стёр всё, даже не дописав.

Юноша сильно злился.

Другие девушки могли зарабатывать деньги на стримах только для покупки сумочек или косметики известных брендов, а она старалась расплатиться с семейными долгами. Для него три миллиона юаней не являлись большой суммой, зато в обычной семье такие деньги считались огромными. Они заложили свой дом, и, если банк перестал бы получать выплаты вовремя, мать с дочерью могли бы в любое время оказаться без крыши над головой.

Теперь Юй Чжаню стало ясно, почему Лю Мань так спешила получить права на продажу кошачьего корма от Westland. Всё это объясняло положение их семьи.

Ей было всего двадцать лет, но бремя на её плечах значительно превышало возраст. Юноша и представить не мог, как пережили они с мамой то первое время, когда отец убил кого-то и оказался арестован. Как она стремилась взвалить эту семейную тяжесть на свои хрупкие плечи?

Юй Чжань хотел ей помочь… Это не составило бы ему труда.

В результате она бы перестала так мучиться и изматывать себя каждый день. Он мог дать ей счастливую отрадную жизнь.

Но мог ли так с ней поступить?

Юноша задавал этот вопрос сам себе.

У него даже не хватало смелости заговорить с ней о кредите.

Он точно знал, что она разозлится, если поднять эту тему. Лю Мань не была какой-то хрупкой девушкой, которая полагалась на мужчин, а желала работать сама — точно крепкое дерево, чьи корни прочно вцепились в почву.

Она была слишком сильной, независимой и имела собственные мысли. Он не мог вмешиваться.

В тот момент, когда Юй Чжаня укутали сложные и меланхоличные эмоции, Лю Мань прислала новое сообщение: [И кто сказал тебе, что я устаю? Я чувствую себя не уставшей, а наоборот — счастливой. Каждый день моей жизни проходит осмысленно.]

Онемевший юноша уставился на это сообщение и внезапно улыбнулся, как если бы лёгкий ветерок разогнал сгустившиеся тучи.

Ну и славно. У неё получится выплатить весь кредит самостоятельно.

Юй Чжань ответил вопросом: [Ты счастлива, потому что сегодня у тебя случилось что-то хорошее?]

[Угум, я встретила новую подругу в университете из факультета гучжэна. Мы планируем в следующем месяце дать совместное выступление.]

[Что за выступление? Мне можно прийти посмотреть?]

[Этого итоговое оценивание для завершения курса, называется «Концерт камерного ансамбля». Наш актовый зал, скорее всего, откроют для всех желающих, так что да, можно прийти.]

[Значит решено. Приду и буду за тебя болеть.]

На следующий день стриминговое приложение запустило рекламную акцию. С 10 до 12 часов утра любой продаваемый на платформе продукт имел безоговорочную скидку в размере 5%.

За те два кратких часа кошачий корм заказали 174 человека, в связи с чем у Чжан Пэй и её подчинённых резко прибавилось работы.

К счастью у Лю Мань в тот день было всего две пары. После них она немедля пришла на склад, чтобы помочь.

Ввиду сильной занятости четыре человека не успевали даже перекинуться парой слов или попить воды. Они работали, пока не стемнело. Когда курьер забрал последнюю партию товаров, Лю Мань первыми домой отпустила двух сотрудников.

Они же с Чжан Пэй продолжили работать. Мама вела подсчёты, а дочь проверяла запасы.

Рекламная акция получилась слишком эффективной, и они мигом опустошили склад. Им пришлось запросить у менеджера Хуана новую поставку кошачьего корма как можно скорее.

После завершения всей работы часы уже показывали девять вечера. Мама с дочкой были уставшими и голодными. Они поужинали, но голод всё равно давал о себе знать.

— Мам, давай сходим на перекус, — предложила Лю Мань.

Чжан Пэй согласилась.

— Пошли в ресторан Shaxian. Я хочу съесть миску лапши с говядиной, — проголодавшаяся женщина уже воображала этот заказ.

Спустившись вниз, они вдвоём синхронно посмотрели в сторону соседской ветеринарной клиники, где увидели знакомого мужчину, который сидел на диване у стойки регистрации. Лю Мань вспомнила его. Он был младшим братом режиссёра Е Цзыаня. Его, вроде бы, звали Е Цзылян.

Он тоже её заметил. Мужчина поднялся и улыбнулся ей через окно.

Лю Мань ответила взаимной улыбкой.

Их нельзя было назвать хоть сколько-то знакомыми людьми, так что и поговорить о чём-либо они не могли. Лучшим способом приветствия оставалась только улыбка.

Ресторан Shaxian находился всего чуть более чем в трёхсот метрах от склада. На подходе Чжан Пэй и Лю Мань увидели у двери Лу Линлин, которая спорила со своей мамой.

Лишь подойдя ближе, девушка заметила кота на руках у Лу Линлин.

— Повторяю в последний раз: быстро выброси его, — с отвращением проговорила её мама. — Неизвестно где лазил этот бездомный кот. У него точно есть вши и блохи. И грязный он с морды до хвоста, только глянь на эту шерсть.

— Тебе его совсем не жалко? — упрямо отозвалась девочка. — Он не выживет на улице.

— Значит так тому и быть. Кроме него есть много бродячих котов, ты можешь пожалеть их всех? — голос мамы звучал безразлично, однако она размышляла трезво.

— Мы тут пытаемся вести бизнес, а ты играешься внутри с грязным уличным котом. Думаешь, при виде него клиенты захотят к нам идти? У нас с твоим отцом каждый день дел по горло, так что времени нет ни на котов, ни на собак. Если бы ты училась лучше, то мы может и согласились бы его оставить. Забыла уже о своих оценках в последнем семестре? Думаешь, у тебя будет время возиться с котом весь день напролёт? Самое важное сейчас — учиться и ходить в школу.

Мама отчитала Лу Линлин, и последняя склонила голову. Продолжая держать кота в рука, она поглаживала его и не могла заставить себя с ним расстаться.

Женщина, однако, потянулась к ней, забрала бродячего питомца из рук и без раздумий бросила на землю.

— Сказала же, у него в шерсти есть вши и блохи. Зачем ты всё равно к нему касалась? Сегодня не пойдёшь спать, пока не примешь душ.

Когда здоровый кот падал с высоты даже головой вниз, он благодаря рефлексам очень ловко приземлялся на четыре лапы без каких-либо повреждений.

Тем не менее этот ударился о бетонный пол с соответствующим звуком и остался неподвижным.

При виде этого Лю Мань поспешно подбежала к нему, присела и взяла на руки.

Дышал кот очень слабо. В попытке открыть глаза у него получилось лишь чуточку приподнять веки. Не имея времени на объяснения, девушка побежала с ним в клинику к Юй Чжаню.

Опешившая Лу Линлин сразу последовала за ней.

Чжан Пэй бросила осуждающий взгляд на маму девочки.

— Вам не обязательно так плохо относиться к коту. Каким бы грязным он ни был, это всё равно живое существо.

Выражение лица у мамы Лу Линлин нельзя было назвать хорошим.

Чжан Пэй тоже переживала о жизни кота, поэтому развернулась и пошла обратно, решив не говорить этой женщине других банальных вещей.

Вбежав в ветеринарную клинику с котом на руках, Лю Мань тотчас крикнула:

— Чжань!

Такой срочности в её голосе Юй Чжань никогда ранее не слышал. Он не мог продолжить текущую работу и выбежал из кабинета, где увидел девушку с бездомным котом.

«Хорошо, с ней всё в порядке», — подумал он со вздохом облегчения, но при виде кота его брови вновь нахмурились. — Давай его мне.

Лю Мань поспешно передала питомца.

Юй Чжань всего после единственного взгляда на него обратился к Е Цзыляну:

— Этот уличный кот в тяжёлом состоянии, так что осмотр Мелона придётся приостановить, — Мелоном звали его кота.

Тот и сам видел положение уличного животного. Он ответил тоном ещё более срочным, чем говорил Юй Чжань:

— Давай! Спаси его. Мелона можешь оставить.

Ветеринар внёс кота в другую комнату. Лю Мань с медсестрой пошли за ним.

Лу Линлин тоже хотела, однако её остановил Е Цзылян:

— Девочка, давай подождём вместе снаружи.

Юй Чжань положил уличного кота на стол и провёл уже привычный осмотр его состояния. По его выражению Лю Мань видела, что ситуация отнюдь не хорошая.

— У этого кота серьёзное кожное заболевание и кошачий лишайник. Также в ушах есть клещи, — опять прикоснувшись к животу пациента, мужчина обратился к медсестре: — Подготовь анализ крови и рентген.

Она немедля исполнила инструкцию.

В начале своего бизнеса Юй Чжань во имя профессионализма и авторитета клиники приобрёл за рубежом набор ветеринарного рентгеновского и ультразвукового оборудования.

Их заведение на данный момент проработало почти три месяца. Аппарат УЗИ проверил уже более двадцати беременных питомцев, а к рентгену пришлось прибегать всего единожды — когда ему принесли собаку с переломом правой задней лапы.

Одно только решение его использовать вновь говорило об опасности ситуации, которая сложилась для кота.

Вскоре рентгеновский снимок был готов.

При виде результата все три находящихся в комнате человека онемели.

В животе и желудке кота оказалось много неизвестных серебряных палочек. Они имели разные размеры и лежали вразброс. Лю Мань смогла насчитать от двадцати до тридцати штук.

Она в шоке спросила:

— Это же не могут быть иглы?

— Могут. Это они и есть, — констатировал Юй Чжань.

— Что за бессовестность, — медсестра не сдержалась от критики подобного обращения. — Человеку, который это сделал, рано или поздно воздастся.

— Нам нельзя медлить, нужно срочно достать иглы, — сказал ей юноша. — Готовимся к операции.

Поскольку дело свелось к хирургическому вмешательству, Лю Мань не могла оставаться рядом.

Она вернулась в главный зал, где её ждала Чжан Пэй.

— Как уличный кот? — спросила мама.

Девушка покачала головой.

— Я не знаю. Нужно ждать, пока закончится операция.

Е Цзылян забрал своего Мелона. Им оказался белоснежный персидский кот с гетерохромией и очень роскошной, изысканной шерстью. Он разительно отличался от находившегося на операции уличного питомца.

Лу Линлин с покрасневшими глазами готовилась вот-вот расплакаться.

Лю Мань приобняла её за плечи.

— Не вини себя, ты не виновата.

Они вчетвером ждали результатов операции в главном зале. Говорить никому не хотелось, в связи с чем тихую атмосферу разбавляли лишь редкие «мяу» Мелона.

Ожидание получилось длинным — операция заняла полные два часа.

Когда Юй Чжань вышел, его сразу окружили. Под нетерпеливыми взглядами всей четвёрки он сказал:

— Кот в норме.

Тревога мгновенно покинула сердца каждого из них.

— Что это у тебя? — Е Цзылян заметил в его руке медицинский поднос с множеством ржавых игл в крови.

— Кто-то склонил кота проглотить эти тонкие иглы. Они прошли по пищеварительному тракту и воткнулись в желудок и брюшную полость. Кот мучился и не мог есть, поэтому был настолько ослаблен. В его организм не поступала пища, что привело к такому исхуданию.

— О Боже, что за зверство.

У Е Цзыляна, взрослого мужчины, сжалось сердце. Он невольно покрепче прижал к себе Мелона. Любой владелец кота не выносил видеть страдание других котов.

Чжан Пэй долгое время помогала Лю Мань заботиться о Рассвет, поэтому тоже сильно к ним привязалась.

— Как он сейчас?

— Операция прошла успешно. Все иглы теперь изъяты. Всего было 32. В надлежащих условиях кот постепенно восстановится.

— Спасибо, спасибо вам, — в плаче поблагодарила его Лу Линлин.

Юй Чжань нежно её утешил:

— С ним теперь всё хорошо, так что тебе нужно улыбаться. Почему ты плачешь?

— Да, я не должна плакать, — Лу Линлин вытерла слёзы, подняла голову и широко улыбнулась. Она опять обратилась к Лю Мань: — Сестрёнка, и тебе тоже спасибо. Вы все добрые люди, я очень вам благодарна.

Лю Мань положила ладонь ей на голову, и её сердце, смягчившись, наполнилось теплом.

К тому времени на улице стоял поздний вечер. В клинику пришла мама девочки. В этот раз она не посмела отчитывать дочь снова и добрым голосом сказала:

— Уже слишком поздно, тебе завтра в школу. Пошли, нужно возвращаться домой.

Лу Линлин больше не нарушила приказ своей матери.

Перед уходом она спросила Юй Чжаня:

— Можно мне теперь посмотреть на кота?

Он ответил согласием.

Питомец ещё находился под наркозом и спал с закрытыми глазами.

Грязную чёрную шерсть чуть сбрила медсестра, и теперь в тех местах обнажался слой светло-розовой кожи. Выглядел кот очень тощим и необычайно маленьким. У него выступали кости задней лопатки, а места кожных заболеваний и лишая были обработаны медицинским средством. Оно имело желтовато-коричневый цвет, потому и кожа тоже окрасилась в такой. После извлечения клещей из ушей животного ветеринар провёл дезинсекцию. Питательный раствор и лекарство в игольной суспензии медленно проникали в его тело через маленькие лапы.

Лу Линлин посмотрела на него в медицинском инкубаторе, и взгляд её смягчился.

Она очень жалела, что ей не разрешили оставить его в качестве домашнего питомца.

Сфотографировав его на смартфон, девочка покинула клинику вместе с мамой.

Лю Мань и Чжан Пэй тоже вернулись домой после того, как подтвердили, что кот в порядке.

Е Цзылян поместил Мелона в переноску и собрался уйти. Юй Чжань сказал ему:

— Прости, ты первым записался на приём. Осмотр Мелона сегодня пришлось прервать. Можешь прийти ко мне завтра, либо могу сделать два следующих осмотра бесплатными.

— Нет-нет, ты что, — Е Цзылян замахал рукой. Он предпочитал поддерживать дружбу с Юй Чжанем и не хотел пользоваться этой возможностью. — Я приду завтра, заодно проведаю уличного кота.

Попрощавшись со всеми, Юй Чжань решил остаться в клинике на ночь, поскольку переживал о новом пациенте. Пребывая здесь, он мог в любой момент наблюдать за его состоянием.

В шесть часов наступившего утра его от сна в комнате отдыха на втором этаже разбудили громкие движения у соседней двери.

Стены второго этажа доделывались в здании позже и не обладали звукоизоляцией. По соседству с его комнатой отдыха находился склад Лю Мань.

Неужто туда пытался залезть вор?

Юй Чжань насторожился. Он поспешно спустился вниз, на ходу накинув одежду. Перед выходом на улицу, юноша забежал в операционную взять скальпель.

Дверь на склад ожидаемо оказалась открыта. Юй Чжань получше спрятал скальпель в рукав и осторожно вошёл внутрь.

Внутри обнаружилось несколько открытых коробок с кошачьим кормом, и упаковками был устлан весь пол. Спиной к Юй Чжаню стояла знакомая фигура, склонившись над одной из них в поисках чего-то.

— Маньмань? — удивился он.

Лю Мань выпрямилась, повернула голову и тоже поразилась.

— Как ты узнал, что я здесь?

— Я не пошёл ночевать домой и остался в соседней комнате. Услышал шум и подумал, что на склад пробрался вор, но, как оказалось, ложная тревога, — юноша тайком спрятал скальпель в карман.

Лишь тогда Лю Мань обратила внимание на его помятую одежду и беспорядочные волосы. Очевидно, он прибежал сюда, как только проснулся.

Улыбнувшись, девушка сказала:

— Я переживала за состояние кота. Проснулась сегодня очень рано и решила, что анестезия уже наверняка прошла, и он проголодался. У тебя в клинике ведь нет кошачьего корма, а просто давать ему питательный раствор не очень хорошо. Тогда мне вспомнилось, что менеджер Хуан с последней партией товара дал небольшую коробку консервированного жидкого корма для пробной продажи — его я и пришла поискать.

— И как поиски? Нужна помощь?

Лю Мань кивнула.

— Я проверила все нижние коробки, но там его нет. Наверняка должен быть в верхних, но я туда не достаю. Так что да, твой рост пригодится.

Юй Чжань закатал рукава и без слов принялся поднимать и передвигать коробки. Он пыхтел и совсем не проявлял игривости.

Юноша работал, не покладая рук. Спустя время он нашёл описанную Лю Мань коробку с консервами. Когда Юй Чжань поставил её на пол и собирался открыть, девушка сказала:

— Бери всю, коту нужно много питательных веществ.

— Разве менеджер Хуан не дал её тебе для пробной продажи? Ты не собираешься добавлять её в ассортимент товаров?

— С этим можно повременить. Вот появится в будущем достаточно средств, тогда и куплю непосредственно у менеджера Хуана.

Юй Чжань не стал вмешиваться в её решение.

Он перенёс корм к себе в клинику, и Лю Мань, закрыв склад на замок, отправилась следом. Пара навестила уличного кота.

К тому времени питомец и впрямь проснулся. Надетый ему на голову ветеринарный воротник не позволял зализывать раны. Он открыл круглые зелёные глаза, глядя на двух людей через оргстекло медицинского инкубатора.

Из-за чрезмерной худощавости его глаза казались необычайно большими и жалостливыми. Лю Мань сказала:

— У Рассвет глаза такие же зелёные.

— Видимо, они одинаковой породы, оба британские короткошерстные, только у этого серебристый окрас. Ему, наверное, меньше года, — Юй Чжань имел основательный опыт и мог моментально определить породу.

Единственное отличие между серебристым и золотым оттенками заключалось исключительно в цвете шерсти. Как и подразумевало название, у одного она была серебристо-белой, а у другой — светло-золотой. Этот породистый кот с 90-процентной вероятностью имел хозяина, но тот выбросил его на улицу.

У Лю Мань вмиг загорелись глаза.

— Давай назовём его Луносвет. Хоть ему и сбрили шерсть, но она отрастёт и, думаю, будет красивой и серебряной, как свет луны.

— Ты хочешь взять его себе? — спросил Юй Чжань.

— Ну, мы с мамой сейчас сильно заняты. Я не имею возможности проводить время с Рассвет. Ей очень одиноко дома на протяжении всего дня, поэтому просто хочу найти ей компаньона. Да и котов мы все любим, так что мама не будет возражать.

Юй Чжань и сам планировал оставить этого бедного кота. И, поскольку девушка предложила его приютить, то он, естественно, одобрил её желание.

Тогда же со стороны входной двери к ним донёсся робкий голос:

— Братик, сестрёнка.

Два повернувшихся взгляда наткнулись там Лу Линлин с портфелем на плечах.

— Я шла в школу и заметила, что у вас открыто, поэтому заглянула, — прошлой ночью девочке спалось плохо, её особенно донимали переживания о коте.

— С ним всё очень хорошо, — Юй Чжань поманил её к себе. — Ещё пару дней, и он очухается.

Лу Линлин посмотрела на питомца через стекло. Маленькое животное тихонько мяукнуло им от голода.

Лю Мань поднесла консервы, и ветеринар открыл крышку инкубатора.

— Корми его маленькой ложечкой.

Консервированный корм был в жидкой форме. Девушка зачерпнула его ложкой и только-только поднесла её к мордочке кота, как тот сразу слизнул и проглотил всё содержимое. Он совсем изголодал за прошедшее время.

Лу Линлин открыла портфель и достала из небольшого внутреннего кармана несколько стоюаневых банкнот, передав их Юй Чжаню.

— Столько денег хватит на лечение кота?

Юноша хмыкнул.

— Весь уход за мой счёт, тебе не нужно платить.

— Но его нашла я… — школьница продолжала перекладывать вину на себя.

— А я принесла к Чжаню, — с улыбкой дополнила её Лю Мань. — Ты не сможешь оплатить стоимость лечения, так что быстрее спрячь деньги обратно и купи себе на них вкусняшек.

— Сестрёнка, ты оставалась с ним всю ночь? — Лу Линлин озвучила новый вопрос.

— Нет, что ты. Оставался Чжань, а я пришла утром, — ответила девушка.

Когда Лу Линлин увидела, как коту нравятся консервы, она решила, что такие продаются в ветеринарной клинике, поэтому закономерно спросила Юй Чжаня:

— Сколько стоит этот консервный корм? — если для кота не найдётся хорошего хозяина, ему даже в здоровом состоянии придётся дальше бродяжничать на улице и подвергаться издевательствам со стороны недобрых людей.

Поскольку за уход платить не требовалось, то девочка решила взять на себя хотя бы расходы на питание. Родители каждую неделю давали ей карманные деньги. Их количества должно было хватать на покупку больших объёмов обычного и консервного кошачье корма.

Юй Чжань ответил:

— Это новый продукт, который она собирается продавать через интернет. Пока бесплатный.

Лу Линлин давно подписалась на Weibo [Принцессы Мань], поэтому знала о её интернет-бизнесе.

— Спасибо, сестрёнка.

— Не стоит благодарностей, — Юй Чжань улыбнулся. — За пару минут до твоего прихода она вызвалась взять кота себе и назвала его Луносвет. Он её новый питомец, так что забота о нём — естественное дело.

Лу Линлин приятно удивилась.

— Ого, круто, — от радости ей захотелось запрыгать на месте. Она посмотрела на Лю Мань с восхищением в глазах. — Ты такая классная, сестрёнка.

После этих слов девочка также обратилась и к Юй Чжаню:

— И ты, братик. Вы просто супер.

— Ты нам тоже нравишься, — Лю Мань продемонстрировала лёгкую улыбку.

***

Луносвет восстанавливался в клинике на протяжение целой недели. Лю Мань навещала его каждый вечер и видела, как он оправляется от слабости, а его шерсть быстро отрастает.

На наступивших выходных она поместила кота в переносную коробку и отнесла его домой.

Когда девушка с новым питомцем в руках переступила порог своего дома, их взорам предстала Рассвет, которая стояла в прихожей и пристально глядела на переноску большими чистыми глазами. Выражение у неё было чуть любопытным и отчасти настороженным.

Сидевший внутри коробки Луносвет тоже её заметил.

— Мяу…

Рассвет мяукнула в ответ.

Сделав круг вокруг переноски, кошка подошла и принюхалась.

Луносвет лежал за пластиковой решёткой и тоже задействовал своё обоняние, стараясь что-то учуять.

Он неотрывно смотрел на Рассвет, и в глазах обоих представителей кошачьих отражалось сильное любопытство друг к другу. К счастью, признаков неприязни они не показывали.

При первой встречи с Луносветом Рассвет повела себя очень дружелюбно.

Лю Мань не выпустила Луносвета с переноски сразу же. Юй Чжань рассказал ей, что нового питомца нужно определённый период подержать изолированным от других, чтобы предотвратить распространение паразитов или кожных болезней.

Как-никак, Луносвет страдал от них изначально, и никто не мог гарантировать, что он полностью излечился даже после недели лечения.

С этой же целью девушка специально купила ему переноску, поместив кота внутрь. Сквозь щель в решётке она почесала ему мордочку.

— Прости, но тебе придётся месяц оставаться внутри.

Луносвет пугался всего, словно переживал опять оказаться брошенным. Когда Лю Мань сказала сидеть внутри, он послушно забился в угол. Новый питомец не противился и не шумел, просто смотрел на неё покорным взглядом.

Согласно словам Юй Чжаня, размеры Луносвета и Рассвет должны были быть примерно одинаковыми. Обычно коты вырастали значительно крупнее кошек, но этот наоборот уступал Рассвет. Длительное недоедание сказалось на его физической форме.

Впрочем, роли это не играло, потому как Лю Мань занималась продажами кошачьего корма! Следовательно, у неё дома он никогда бы не закончился!

Аппетит у Луносвета был что надо. Рассвет из наполовину заполненной миски могла съесть только одну часть, тогда как кот съедал всё. Лю Мань не сомневалась, что с такой прожорливостью ему не понадобится много времени, чтобы потолстеть до уровня Рассвет.

Тем вечером девушка проводила очередной стрим, где и представила зрителям нового члена своей семьи. Она направила камеру на Луносвета в переноске.

— Это Луносвет. Бездомный кот, которого я только сегодня взяла к себе.

Все поклонники пришли в восторг:

[Ах, у сестрёнки теперь новый котик!]

[У него такие красивые глаза.]

[Но он какой-то худой.]

[На его шкуре нет шерсти.]

[По ощущениям Рассвет гораздо бодрее, чем он. Мне его жалко.]

[Вы что, не слышали стримера? Она же сказала, это бездомный кот. Кто-то видел на улице толстых котов?]

[Сестрёнка, но почему ты держишь его в клетке? Так нельзя.]

[Принцесса Мань] не успела объясниться, потому что вместо неё ответила [Фея Персик]:

[А вы разве не знаете? Это обычная штука. Когда нового питомца берут домой, их всегда изолируют от остальных домашних животных. Не важно, кот это, собака или кто-то ещё, они могут заразить чем-то остальных.]

[Я Тинтин: Да-да. Мы второго кота тоже месяц держали в клетке, прежде чем выпустить.]

[Пушистый Кот: Очевидно же, что у него кожная инфекция, иначе ему бы не сбривали шерсть. На коже даже видны следы медицинских препаратов.]

[Блинчик: Благодаря своим зелёным глазам и серебристо-белому хвосту с чёрными кольцами, это наверняка чистокровный кот с серебристым окрасом. Похоже, подцепил инфекцию после того, как его бросил прежний хозяин.]

Сведущие фанаты хором объяснили этот момент остальным.

Лю Мань не стала подробно останавливаться на том, как повстречала Луносвета. Зрители подумали, что она, скорее всего, просто нашла его на улице, а тот оказался чистой породы и с кожным заболеванием. Большинство также решило, что взяла девушка его к себе из-за жалкого вида.

[Принцесса такой хороший человек.]

[В последний раз один кот шёл за мной до самого дома. Только родители, к сожалению, запрещают мне заводить питомцев. Этому уличному коту сильно повезло встретить тебя, сестрёнка.]

[Сестрёнка просто замечательная, и ей за это воздастся.]

[У Рассвет в будущем появится компания!]

[Одиночеству Рассвет теперь пришёл конец, но что тогда с Полом бога?]

[Я всегда считала Рассвет и Пола парой! Луносвет третий лишний!]

[Рассвет и Луносвет из одного вида. Межвидовое размножение ни к чему хорошему не приведёт.]

[То-то же. Рассвет и Луносвет. Их имена отлично сочетаются! Они оба из британских короткошерстных кошек, так что пара из них тоже совершенная.]

…

Зрители постепенно отклонились от темы, и общение приобретало всё большую вовлеченность. Их мирную атмосферу резко прервал один комментарий:

[Бродячих котов на улицах полно, и в большинстве своём это китайские садовые. Почему стример взяла не одного из них, а специально приютила чистокровного? Она так неявно проявляет своё презрение к садовым котам или отдаёт предпочтение чистокровным породам других стран, потому что они более популярные и красивые? Любители котов должны относиться к ним одинаково, нельзя дискриминировать их по породе. Я никак не могу назвать стримера таким уж хорошим человеком. Ты только используешь котов, привлекая с их помощью внимание к себе и увеличивая свою популярность. А ещё таким образом хочешь заработать побольше на продаже корма.]

Ввиду того, что [Принцесса Мань] нешуточно навредила интересам продавцам поддельного кошачьего корма, к ней на эфиры постоянно заходили спамеры. Они показывались и давали о себе знать, когда на них не обращали внимания.

[Фея Персик] без разборов забанила того человека.

[Пришёл сюда лишь бы создать проблемы.]

[Стример, не смотри на этого, продолжай.]

Несмотря на поддержку основной массы поклонников, нашлись и те, которые мысленно согласились с комментарием спамера. Они начали подвергать сомнениям действия [Принцессы Мань].

[Стример, тебе стоит относиться ко всем котам одинаково.]

[Почему ты захотела завести котов? Просто хочешь воспользоваться ими для привлечения внимания к себе?]

[А тебе правда нравятся коты? Ты же много зарабатываешь, так почему бы не взять китайского садового?]

Отправитель каждого негативного комментария тотчас банился четырьмя модераторами прежде, чем успевал подробнее изложить свою точку зрения.

Канал [Принцессы Мань] всегда был популярен, и она ещё ни разу не теряла подписчиков. Но, как показала страница с их количеством после завершения прямой трансляции, от неё отписалось более трёх тысяч человек.

Количество подписанных людей вернулось обратно к 110 000.

Модераторы забанили всего десятерых, так каким это образом число сократилось на столько?

Лю Мань всё не могла понять, почему те зрители на неё набросились. Из-за неприязни к Луносвету, или им в принципе не понравилось то, что она приютила уличного кота?

Следом за таким падением поклонников остальные принялись утешать [Принцессу Мань] в комментариях на её Weibo-странице.

[Никакие они не фанаты, пусть валят.]

[Может это всё ушли сами спамеры.]

[Спамеры не отступят так просто, у них задача оклеветать стримера. Они ни за что не уйдут.]

[Что за дураки подняли такое волнение из-за бездомного кота. Какая разница, кого приютила Принцесса — китайского садового или чистокровного? Обвинение её в том, что она не взяла садового, просто бред. Тогда у меня к ним встречный вопрос: Они хоть какого-то кота забрали себе домой с улицы? Или хотя бы подкармливают их?]

[Верно, а то только писать горазды. Стример же на реальном примере показала, что помогла уличному коту.]

[Кучка тупиц, вот и всё.]

…

Те, кто отписался, тоже принимали участие в споре:

[Я отписался, потому что не согласен с действиями Принцессы Мань. У неё на стриме теперь каждый неугодный комментарий считается спамом?]

[Думаю, стример не белая и пушистая, скорее всего она использует эту ситуацию, чтобы похвастаться своей добротой и состраданием. Просто пользуется симпатией фанатов, набирает популярность и повышает продажи кошачьего корма.]

[Вот да, согласна. У неё уже есть Рассвет, так зачем вдруг подбирать кота с улицы? Нельзя верить её словам без доказательств. Тот кот такой маленький и тощий, на нём даже шерсти нет. С первого же взгляда видно, что ему не хватает питательных веществ. А она решилась выставить напоказ его жалкий вид вместо того, чтобы получше заботиться? Говорите, не хочет подзаработать денег?]

[Да, Принцесса Мань притворяется! Она выставляет напоказ, какой бедненький этот кот! У неё есть время показать его на камеру, но нет на то, чтобы покормить? Может это она «помогла» ему выглядеть вот так?]

[Честно говоря, изначально мне нравился этот стример. Но после старта продаж кошачьего корма она вообще перестала демонстрировать свои таланты, а занималась только рекламой еды для котов. Это мне сильно не понравилось. Не у всех её подписчиков есть коты, и не все хотят покупать у неё корм. У неё мысли только о заработке, я очень плохо отношусь к такому.]

…

У отписавшихся людей было много причин и поводов. Поклонники [Принцессы Мань] приняли их точку зрения.

Неужто [Принцесса] пыталась продавать кошачий корм за счёт человеческой жалости?

Впервые за всё время никто из её поклонников не пытался доказать невинность девушки в Weibo и не вступался за неё. Помимо парочки непоколебимых сторонников, остальная масса молчала.

У Лю Мань словно замерзло сердце. Ранее она ни разу не испытывала такое безразличие своих фанатов. Их переубедили очень легко.

Когда девушка им нравилась, они называли её «сестрёнка» или «принцесса». Те люди превозносили её до статуса феи всевозможными комплиментами и дарили на стримах дорогие подарки.

Но, когда симпатии не стало, одна часть безжалостно прекратила с ней общение, словно вовсе её не знала, а другая отписалась от страниц и перестала заглядывать туда, а также на прямые трансляции.

Лю Мань понимала, что для адаптации к современной эре ей требовалось приспособиться к неустойчивой природе фанатов. Она не могла понять мысли всех, как не могла и гарантировать, что в будущем не вызовет у кого-либо гнев своими словами или действиями.

Если расстраиваться при каждом подобном случае, то жизнь её будет недолгой.

Так что лучшим способом справиться с происходящим являлось игнорирование. Ей даже не хотелось читать те комментарии.

Лу Линлин частенько сидела в Weibo для общения под ником [Я-я-я малышка Лу Бань]. Она любила делиться там событиями из своей жизни. Например, выкладывала видео с процессом игры в «Короля Славы» или приготовленной родителями едой. Было ей всего четырнадцать лет, но в подписчиках числилось свыше 2 000 человек.

Школьница никогда не смотрела стримы Лю Мань, зато была подписана на её Weibo-страницу и считала себя самой-самой фанаткой. Она ежедневно листала новости от [Принцессы].

Во время этой информационной войны Лу Линлин видела поддержку от реальных поклонников Лю Мань и противостояние им со стороны фальшивых.

Она невероятно разозлилась.

Как смели эти люди пятнать репутацию сестрёнки!

Девочка решила доказать невиновность [Принцессы Мань] посредством собственных показаний.

Тем самым вечером Лу Линлин засиделась допоздна, поскольку писала длинную статью, которую в полночь опубликовала у себя в Weibo.

[Я-я-я малышка Лу Бань: Мне 14, я обычная восьмиклассница. Мои родители управляют рестораном Shaxian. По вечерам после уроков я прихожу им помогать. Вечером 2-го апреля я вышла на улицу вынести мусор и обнаружила рядом с урной еле живого кота. Мне стало очень его жаль, поэтому взяла на руки и вернулась в ресторан вместе с ним. Его увидела мама и стала меня отчитывать. Сказала выбросить обратно, потому что у него есть вши. Я упрямо отказалась, из-за чего она сердито забрала кота и бросила на землю.

В то время к нам поужинать пришли сестрёнка со своей мамой. Они увидели, как моя мама повела себя с котом (я люблю свою маму, но она поступила плохо), и сестрёнка тревожно взяла его на руки, после чего побежала с ним в соседскую клинику. Вы даже представить не можете, как быстро она побежала, хотя с виду казалась худой и слабой. Я едва за ней поспевала. И это притом, что пробегаю 800 метров за три минуты и десять секунд.

Когда мы прибежали в ветеринарную клинику, сестрёнка отдала кота братику. После осмотра он обнаружил у него в животе большое количество иголок, тех, которыми мы шьём одежду. Кто-то специально скормил их коту, поэтому бедненький не мог ничего есть. Бессовестно, согласитесь? В итоге за два часа хирургической операции братик достал все иголки. По его словам, кот даже мяукать нормально не мог. Думаю, вы понимаете, насколько больно ему было.

На следующий день я опять пошла в клинику, тогда ещё даже седьмой час утра не наступил. К моему удивлению, там уже присутствовали и сестрёнка, и братик. Братик остался с котом на всю ночь, а сестрёнка заглянула с утра, чтобы принести кошачьего корма. Всем известно, что она его продаёт. Благодаря бесчисленным упаковкам с кошачьей едой коту не довелось голодать.

Как раз тогда она и решила взять его себе и назвать Луносветом. Через неделю (вчера), когда состояние питомца пришло в норму, сестрёнка наконец смогла забрать его домой. Сама я не смотрела её вчерашний стрим, но знаю, что она показывала Луносвета зрителям. Ей просто хотелось поделиться тем, как ему повезло избежать смерти.

Я не понимаю, почему кто-то сомневается в доброте её намерений приютить уличного кота, и почему люди пишут обвинения в притворстве и умышленном выставлении напоказ того, насколько он жалкий. По-вашему, она могла знать, что кот окажется рядом с мусорками у ресторана моих родителей? Могла специально привести туда на ужин свою маму и «случайно увидеть» тот инцидент? Ну бред же.

Если она притворялась благодетелем, зачем было в шесть часов утра спешить на склад, чтобы найти там корм для Луносвета? Или посещать его в клинике на протяжении всей недели?

Что это за вопросы такие «почему она взяла чистую породу, а не китайского садового»? Луносвет случайно оказался породистым. Я верю, что сестрёнка взяла бы его, даже будь он садовым.

Вы вините её за заработок денег посредством выставления напоказ уличного кота. Я как-то не вижу, чтобы она начала зарабатывать больше, зато вижу, как она кормит питомца кормом, предназначенным для продажи. Разве это не идёт ей же в убыток?

Это всё, что я знаю о том, как Принцесса Мань приютила уличного кота Луносвета. Клянусь своей моралью, всё написанное выше я видела собственными глазами. Я написала только правду, и если в моей записи есть хоть малейшая неправдивая деталь, то пусть Бог убьёт меня ударом молнии.

Вместе с тем советую вам не брать питомцев просто потому, что они миленькие. Вы в ответе за тех, кого приручаете, и нельзя выкидывать их на улицу, когда они надоедают. Вы знаете, как страдают бездомные коты и собаки? Такие действия бесчеловечны, и Бог за это накажет.

Надеюсь, все смогут любить и заботиться о своих питомцах. Они ведь не просто наши друзья, а часть семьи.]

После публикации большого текста в Weibo [Я-я-я малышка Лу Бань] прикрепила к нему фотографию ослабленного Луносвета. Того, каким он был сразу после операции. Девочка подписала её следующим образом:

[Это фото Луносвета, когда ему сделали операцию. @Принцесса Мань, @Я ветеринар, огромное вам спасибо. Луносвет возродился благодаря вам.]

Как только эти два поста появились на странице [Я-я-я малышка Лу Бань], они вызвали сильную реакцию у её подписчиков.

К утру следующего дня показание и фото [Я-я-я малышки Лу Бань] уже собрало 100 тысяч лайков, свыше 10 тысяч комментариев и столько же репостов.

[Я долго плакала после прочтения.]

[Те люди, которые «праведно» обвиняли вчера Принцессу, покажитесь и примите заслуженное наказание!]

[Прости, Принцесса, мне не следовало сомневаться в тебе.]

[Я знаю, что был неправ.]

[Почему стример не рассказала эту историю в прямом эфире?]

[Если бы рассказала, вы бы начали подозревать её в том, что она всё сочинила и притворяется благодетелем. Оклеветали бы за попытку предстать в лучшем свете лишь для повышения продаж кошачьего корма, и ситуация бы гораздо ухудшилась.]

[На этом снимке Малышки Лу Бань Луносвет такой несчастненький! Только кожа да кости. Когда сестрёнка стримила, он, вроде бы, смотрелся заметно полнее, даже мордочка была более круглой.]

[Это полностью показывает, как сильно Принцесса о нём заботится. Она кошатница! Искатели неприятностей намеренно опровергли её утверждения, и даже я поддалась воздействию их попыток. Ребят, вы даже не представляете, сколько сил нужно тратить на заботу о питомце в таком болезненном состоянии.]

[Вот-вот, после всего того потока подозрений и недоверия можно сказать «а сами то что?». Так и хочется посмотреть, как бы в такой ситуации повели себя сами спамеры. Хаха, может, вы ничем не отличаетесь от тех паршивых хозяев, бросающих своих питомцев, и тоже выбросили бы кота на улицу, когда тот бы вам надоел.]

[Принцесса — замечательный человек, и её ждёт мирная жизнь.]

[Все хорошие люди получат воздаяние за свою доброту.]

[Самый крутой человек тот, у кого доброе сердце.]

[В посте ещё упоминается «братик». Похоже, он тоже хороший человек. Так или иначе, он два часа оперировал Луносвета, чтобы достать все иголки, и остался сидеть с ним всю ночь. По-моему, его можно назвать добросердечным!]

[Да, братику тоже воздастся.]

[Эй, вы заметили, что Малышка Лу Бань отметила и поблагодарила Бога Ветеринара? Он и есть этот «братик»?]

[Думаю, им может оказаться молодой ветеринар, нанятый Богом Ветеринаром в его клинику.]

[Согласен. Бог Ветеринар старый, так что никак не может быть юношей.]

[Мне внезапно начали нравиться ветеринары. По-моему, они все относятся к другим с добротой, а я люблю парней с чистым сердцем.]

[Я хочу узнать адрес клиники Бога Ветеринара…]

[Да, где она находится?]

[Будь то сестрёнка, братик или Бог Ветеринар, их мораль безоговорочно заслуживает восхищения и уважения. Надеюсь, все дважды подумают перед тем, как в следующий раз начинать обвинять их просто потому, что так делают другие. Сначала нужно получше разобраться в ситуации, а не ранить равнодушными словами сердца тех, кто нам нравится.]

…

Тем вечером, после ужина, [Принцесса Мань] ответила в Weibo [Я-я-я малышке Лу Бань]: [Спасибо тебе, девочка. Правда я не настолько достойна восхищения. Просто сделала всё возможное, чтобы помочь Луносвету. И я верю, что другие на моём месте поступили бы точно так же, ведь у большинства людей в этом мире добрые сердца.]

Её ответ был залайкан более, чем 50 000 пользователей.

[У сестрёнки такой классный менталитет. Даже несмотря на недопонимание со стороны других, она ни разу не пожаловалась и продолжает уверенно верить в человеческую доброту.]

[Это признак благородства. Она не грызётся с невежами.]

[Я вот-вот влюблюсь в Принцессу, но я девушка. *плачет*]

…

[Малышке Лу Бань] написал и [Я ветеринар]: [Помощь нуждающимся животным — долг ветеринаров. Это наша обязанность.]

[Как же это высказывание красит Бога Ветеринара.]

[Естественная обязанность врачей — спасать людей, тогда как ветеринары ответственны за лечение животных! Все эти люди как святые.]

[Угу-угу, люди и животные живут на Земле вместе. Любая жизнь бесценна, и никто не имеет над ней превосходства.]

…

Weibo [Малышки Лу Бань] кардинально изменил мнение касательно [Принцессы Мань], а также позволил восполнить недавнее падение количества подписчиков и даже повысить его до 180 тысяч. Новые люди подписались в том числе и на [Я ветеринара], там они составили 80 тысяч. Среднее значение заказов кошачьего корма, которое оставалось на одном уровне, наконец выросло от 60 до 90. С тех пор Лю Мань получила возможность зарабатывать на 50% больше.

Юй Чжань пошутил, что, возможно, им действительно воздалось за спасение Луносвета.

Вопрос воздаяния мог решать только Бог, поэтому не Лю Мань было в него вмешиваться. После случившегося она усвоила лишь то, что в следующий раз не стоит расстраиваться из-за слов поклонников. Лучшим вариантом встретить негатив являлось спокойствие и контроль над эмоциями.

Впрочем, по итогам этого фарса фанаты [Принцессы Мань] оказали своему стримеру ещё большее доверие. Теперь другим было сложнее сбить их с пути.

С того самого дня Лю Мань на каждой трансляции показывала состояние Луносвета, а помимо того загружала фотографии с ним в Weibo. Люди своими глазами наблюдали за тем, как кот набирает вес и ежедневно становится энергичнее, а его серебристо-белая шерсть отрастает обратно. Со временем ему предстояло покинуть клетку и свободно взаимодействовать с Рассвет, а после и стать очередной знаменитостью в интернете.

Ждало всё это его, конечно же, в более далёком будущем.

А тем временем в пятницу, когда балаган в Weibo сошёл на нет, Лю Мань пришло WeChat-сообщение от Сунь Вэйвэй с просьбой сняться в девятой серии «Ши-Сэмпая». Встречу, как и в тот раз, согласовали на час дня субботы. Прежним оставалось и место — Столичный Университет. Лю Мань предупредили надеть голубые джинсы и белую блузку.

Девушка снова согласилась на предложение без раздумий. Она всё равно каждую субботу ходила на занятия к профессору Су в их университет, а сами съёмки ролика много времени не занимали. Кроме того, участие в выпусках «Ши-Сэмпая» поднимали её собственную популярность в TikTok. В общем, предложение было беспроигрышным.

Лю Мань пришла на обусловленное место как раз вовремя. В этот раз она держала в руках другую книгу: «Сборник поэзий Сун и песен Юань».

Теперь ни один парень из команды «Весёлый Котелок» не посчитали Богиню Ханьфу утончённой. Они подумали, что она глупым образом выставляет напоказ свои знания.

Между ними была ведь договорённость приступить к съёмкам в обед, а она притащила с собой книгу с мудрёным названием. Что это было, если не глупое хвастовство? Она что, собиралась мельком прочесть парочку поэзий династии Сун или песен Юань в кратких промежутках между разными сценами?

Разумеется, во время подобных мыслей никто из ребят не знал, что Лю Мань пришла в Столичный Университет ещё с утра и изучала каллиграфию у профессора Су.

Сама девушка, которая постоянно вертелась в делах, не дочитала «Триста танских поэм». Она лишь едва преодолела половину книги и не ожидала, что профессор Су даст ей в нагрузку «Сборник поэзий Сун и песен Юань».

На будущее Лю Мань решила брать с собой рюкзак, потому как профессор наверняка одолжит ей ещё какую-то книгу.

Поскольку команда пыталась привлечь больше внимания за её счёт в качестве особого гостя, Хэ Цисы, обладатель высокого эмоционального интеллекта, не высказывал своих мыслей по поводу того, что его раздражало решение Лю Мань опять принести с собой книгу. Он даже польстил ей:

— Не зря ты стала Богиней Ханьфу. Любишь читать древнюю поэзию. На твоём фоне даже я чувствую себя неотёсанным варваром.

— Если ты варвар, то кто тогда мы? Пять полных неудачников?

Слова Сунь Вэйвэй рассмешили остальную четвёрку.

— Цисы, ты и так уже чересчур выдающийся. Тебе мало? — с завистью в голосе сказал Чэнь Хань, закадровый голос их команды. — Я вот бы очень радовался, если бы получил твой ум.

Хэ Цисы усмехнулся.

— А я бы с радостью обменял свой ум на твою физическую форму и внешность.

Чэнь Хань был самым привлекательным парнем в их команде. Этот статус ему даровали его большие глаза, густые брови и отличительный рост. По прикидкам Лю Мань он был чуть выше Юй Чжаня, почти 190 сантиметров.

— Тогда меняемся. Подумаешь... Длинные ноги в наши дни никакое не преимущество. Девушки предпочитают умных парней, которые умеют льстить другим и могут угождать, — Чэнь Хань приуныл. Он тоже учился на факультете китайского языка в группе Хэ Цисы. Последнего избрали старостой, и, несмотря на его неприглядность, в него всё равно умудрялись влюбляться десятки девушек из университета.

А длинные ноги и хорошая внешность Чэнь Ханя ещё ни разу не обеспечили ему романтические отношения. Ни единая девушка не взяла на себя инициативу познакомиться с ним первой.

Личная жизнь Хэ Цисы по яркости не уступала Фан Хао. Второй сменил уже трёх девушек, тогда как у первого было две. Сейчас они в отношениях не состояли.

— Ошибаешься. Ты разве не знаешь, что всё в современном мире зависит от внешности? — возразил Хэ Цисы.

— Ну да, ну да. Если не веришь мне, спроси вот у Сунь Вэйвэй и Чжан Цзяоцзяо, кто им больше понравится: красивый мужчина или образованный и утончённый.

Упомянутая Сунь Вэйвэй ответила решительно:

— Любить красивых мужчин — банально. Если внутри у них ничего нет, то есть, сами они скучные и ничего из себя не представляют, тогда одной привлекательности надолго не хватит. Мне такие со временем перестанут нравится, и я охотнее предпочитаю утончённых мужчин.

Чжан Цзяоцзяо ответила капризно:

— Для меня на первом месте мужчины умные. Я визажист, поэтому даже некрасивого смогу сделать привлекательным.

Все засмеялись.

И Лю Мань в том числе. Она посмотрела в сторону Сунь Вэйвэй и заметила, как та, не моргая, прилипла взглядом к Хэ Цисы.

«Значит, он ей нравится», — подумала девушка и отвернулась. Тем не менее в её поле зрения попала Чжан Цзяоцзяо, которая смотрела на того же парня.

Лю Мань слегка нахмурилась.

Сценарий девятой части «Ши-Сэмпая» оставался привычно прямолинейным: Повстречав Богиню Ханьфу в восьмом эпизоде, Ши-Сэмпай не смог выбросить её из головы. Он настроился добиться её, поэтому хотел пересечься с ней там, где она ходила каждый день.

Чтобы произвести на Богиню Ханьфу хорошее впечатление, парень под стать ей переоделся в белую рубашку и светло-голубые джинсы. Даже нанёс на волосы немного лака для пущей крутости, однако его внешность в сочетании с лицом в кадре с трудом поддавалась описанию.

Забавы ради, команда купила белую рубашку размера XXXL. Слишком длинные рукава Ши-Сэмпай закатал до локтей, а несоразмерный подол заправил в штаны.

При виде наряда Хэ Цисы даже Лю Мань не сдержалась и схватилась за живот от смеха.

— Кто подал такую идею? — из любопытства спросила она.

— Вэйвэй. У неё таких навалом, — парень улыбнулся и окинул взглядом упомянутую девушку.

Та робко склонила голову, когда услышала комплимент от своего мужского идеала.

В памяти Лю Мань Сунь Вэйвэй была несколько зубрилкой. Она только и делала, что читала и занималась учёбой. Судя по её нынешнему поведению, девушка, должно быть, влюбилось.

Оставалась только понять, нравилась ли она Хэ Цисы.

— Ну что там, начинаем уже снимать? — спросил Ван Шэн, видеооператор.

Задумавшись на секунду, Хэ Цисы, обратился к остальным:

— Мне кажется, для Богини Ханьфу будет слишком скучно идти по дорожке с пустыми руками. Почему бы ей не читать по пути этот «Сборник поэзий Сун и песен Юань»?

Ван Шэн хотел возразить со словами «получится чересчур показушно», но из-за возможного недопонимания со стороны Богини Ханьфу оставил своё мнение при себе.

— Я за, — сказала Сунь Вэйвэй. — Так она будет вести себя более естественно, когда Ши-Сэмпай споткнётся.

И вот, официальная съёмка началась:

Богиня Ханьфу предстала в кадре в белой блузке и голубых джинсах. Она медленной походкой шла по территории университета и читала книгу.

Ши-Сэмпай следил за ней тайком, прячась за стволом дерева. Он собирался выбежать и познакомиться с девушкой, когда та подойдёт поближе, но из-за сильного волнения споткнулся о корни. Герой ролика распластался на земле прямо перед Богиней Ханьфу.

От удивления она замерла на месте.

Ши-Сэмпай поднял голову, к его лбу и носу прилипли листья с грязью.

— Ой… прости, я поскользнулся.

Богиня Ханьфу чуть поджала губы и улыбнулась.

— Ничего страшного.

На этих словах она обошла парня и продолжила прогулку.

Видео завершилось чёрным экраном с теми же титрами.

[Нифига себе. В этой части Ши-Сэмпай и Богиня Ханьфу надели одинаковую одежду, словно парочка!]

[Кто там в прошлый раз назвал их мужем и женой? Покажись и встреть свою смерть.]

[Одинаковые белые рубашки и голубые джинсы. Они шикарно смотрятся на Ши-Сэмпае… Только эти жирные волосы всё портят. Очень умно.]

[Красивые люди будут выглядеть красиво даже в мусорных мешках. А вот безобразные… Хехе…]

[Почему Богиня Ханьфу в каждой части улыбается Ши-Сэмпаю? Получается, он ей тоже нравится?]

[Ставлю пять цзяо на то, что в итоге он станет её парнем.]

п.п.: 10 цзяо = 1 юань.

[Поддерживаю. Ставлю столько же.]

[Моя ставка — 1 юань на его провал.]

…

Все пользователи сети делились мнениями и питали большие надежды на мини-сериал «Ши-Сэмпай», потому как интересовались, преуспеет ли главный герой в становлении парнем Богини Ханьфу. Когда девятая часть оказалась в TikTok, эффект получился аналогичным предыдущему. Лайки и просмотры росли стремительными темпами. Хештег #Ши-Сэмпай-И-Богиня-Ханьфу стал стандартным в поиске.

Сунь Вэйвэй воспользовалась временным пиком популярности и создала страницу с названием «Весёлый Котелок» в Weibo, после чего прошла верификацию, получив официальную галочку. Описание к учётной записи гласило: «Официальная Weibo-страница Весёлого Котелка из Столичного Университета. Основной контент: «Ши-Сэмпай». Желающие поддержать, свяжитесь с нами по следующему номеру: 186XXXXXXXX.»

Девушка хотела отметить там Богиню Ханьфу, но выяснилось, что у неё в этой соцсети, похоже, не было аккаунта. Неужто Лю Мань совсем не пользовалась Weibo? Сунь Вэйвэй этот момент показался странным.

В знак благодарности за добровольное участие в съёмках она добавила её в групповой чат «Счастливого Котелка», где изначально состояли шестеро человек.

Девушка также переслала Лю Мань парочку закадровых видео, чтобы та опубликовала их у себя и таким образом повысила популярность.

В итоге было выбрано три ролика, где рассказывалось о том, как они обсуждали сценарии, и как Хэ Цисы накладывал грим и надевал костюм. Затем Лю Мань выложила их на свою страницу [Богиня Ханьфу Лю Мань].

[Эй, а актёр Ши-Сэмпая не такой уж безобразный без макияжа.]

[В этом приближённом кадре он смотрится отлично.]

[Ну ещё бы! Он же специально делает свою внешность безобразной, чтобы получилось смешнее.]

[Говорят, он круглый отличник из факультета китайского языка Столичного Университета, ещё и очень одарённый.]

[Все шестеро, упомянутые в титрах, учатся в Столичном Университете, да?]

[Угум, их группа «Весёлый Котелок» основана его студентами.]

[Похоже, среди них только Богиня Ханьфу из Столичного Музыкального Университета.]

[666666. Удивительно, что у отличника настолько развито чувство юмора.]

Когда «Ши-Сэмпай» обрёл популярность, Хэ Цисы, который до этого был лишь отдалённо известным на литературном факультете, прославился, как один из самых нашумевших знаменитостей их университета. После просмотра мини-сериала «Ши-Сэмпай» к нему на факультет заглядывали студенты других, чтобы просто посмотреть, действительно ли Хэ Цисы такой безобразный и развращённый в жизни.

А по итогу открывали для себя очень привлекательного и харизматичного парня.

Вот так у него появилось ещё больше поклонниц. Незнакомые женские аккаунты добавлялись к нему в WeChat каждый день.

Пятеро остальных закадровых участников «Весёлого Котелка» были гораздо менее известны Хэ Цисы. За исключением уже знакомых с ними людей, аудитория TikTok не обращала внимания их именам.

Дети коллег Сунь Ии и Вэй Ин заметили имя Сунь Вэйвэй, когда смотрели «Ши-Сэмпая» в TikTok, о чём впоследствии рассказали родителям. Те в свою очередь выразили Сунь Ии и Вэй Ин восхищение их дочкой, поведав им о том, как она создала знаменитый в интернете аккаунт «Весёлый Котелок», и о её перспективном будущем. Ещё добавили, что теперь все знают про их команду, а дети и вовсе фанатеют от её роликов.

Сунь Ии и Вэй Ин тотчас скачали TikTok и нашли страницу с названием «Весёлый Котелок». У него было более 460 тысяч подписчиков! Затем родители перешли к просмотру видео.

«Ой, а это разве не Лю Мань?»

Взрослые переглянулись.

Когда их дочь усела опять подружиться с Лю Мань?

— Неудивительно, что Чжан Пэй рассказывала о прославившейся в интернете дочке и её уйме фанатов, — сказал Сунь Ии. — Я почитал комментарии. Пишут, «Весёлый Котелок» обрёл популярность только благодаря присоединению к ним Лю Мань.

Вэй Ин хмыкнула.

— Похоже, она заметно повзрослела и знает, что нужно быть благодарной.

— Со временем все взрослеют. Нельзя относиться к Лю Мань по-другому просто потому, что она сделала в детском возрасте, — Сунь Ии не соглашался с обращением жены к дочери знакомых. — Я осознаю, насколько сейчас рада Вэйвэй, и это наверняка благодаря Лю Мань. Вот тебе и доказательство, что теперь она стала хорошей девушкой. Да и Вэйвэй не глупая. Будь Лю Мань такой же плохой, как и в прошлом, Вэйвэй даже говорить бы с ней стала.

— А ещё вчера мне звонила Чжан Пэй. Говорит, попытается к следующему месяцу вернуть нам сто тысяч.

Вэй Ин удивилась.

— Они заработали столько так быстро?

Сунь Ии улыбнулся.

— Что ещё раз показывает, насколько созрела Лю Мань.

Обсуждаемая девушка понятия не имела о том, что ей удалось изменить о себе мнение семьи Сунь.

Пока «Ши-Сэмпай» достигал новых высот популярности в интернете, они с Ли Сяожу поспешно взялись за подготовку к Музыкальному Ансамблю. До официальной аттестации у них оставалось менее трёх недель.

Начиная с текущей, девушки решили уделять два часа в день на отработку своего произведения в репетиционных комнатах.

Сегодня они только закончили репетицию и вышли из помещения, как столкнулись с Ван Нина и Сюй Цзыхань. Те тоже как раз завершили практическую отработку.

Атмосфера повисла неловкая.

В прошлом они были лучшим подругами, однако Ван Нина в один миг отказалась от той дружбы.

Бывшая подруга вела себя по-прежнему отчуждённо и никогда не смотрела на Лю Мань и Ли Сяожу прямо.

В результате неловкость довелось нарушать Сюй Цзыхань. Она спросила:

— Сколько человек будет в вашем выступлении?

Ли Сяожу общалась с ней раньше, потому ответила и сейчас:

— Три.

— Вы нашли только одного дополнительного? — девушка намеренно изобразила удивление. — Я как-то и не слышала о других трио. Насколько знаю, остальные ребята сформировали группу как минимум из четырёх участников. У нас вот будет секстет, получилось привлечь четверых людей из факультетов струнных и духовых инструментов. Две скрипки, виолончель и кларнет.

— Вы, значит, наверняка очень хороши, — Ли Сяожу ощущала в её похвале иронию.

Сюй Цзыхань ожидаемо продолжила:

— Пусть я и сама иногда запускаю стримы, чтобы подзаработать, но возможность погрузиться в виртуальность и продолжить карьеру интернет-звезды кажется какой-то нереалистичной. Так мало того, это не идёт на пользу развитию. Мы так-то студенты на факультете фортепиано, и наша главная задача — учёба и практика. Ещё нам нужно обзаводиться в университете социальными связями, которым вредит слишком странный нрав. Если мы дружим и попадём в один оркестр после выпуска, то и там сможем помогать друг другу.

Студентка подразумевала и высмеивала Лю Мань за отсутствие социальных связей.

Ли Сяожу хотела оспорить эти слова, тем не менее подруга одёрнула её и заговорила сама:

— Да, ты полностью права.

Сюй Цзыхань не нашлась чем ответить на позицию Лю Мань.

— Слышала, вам помогает Вэнь Фанфэй из факультета гучжэна, — резко вмешалась в их разговор Ван Нина. Внешне могло показаться, что ей не было дела до бывших подруг, однако на деле она навела немало справок. — Вы знаете, что она из факультета Шэнь Мочжэнь, только на два года младше?

Ли Сяожу ненавидела своеобразный тон Ван Нина.

— И что?

— Ничего.

От такого Ли Сяожу разозлилась только сильнее.

Ван Нина оставила её задыхаться от безмолвия и пошла с Сюй Цзыхань дальше.

Вэнь Фанфэй взаправду состояла в хороших отношениях с Шэнь Мочжэнь. Они не просто учились на одном факультете, а и имели одного учителя — обе были ученицами знаменитого гучжэн-исполнителя, профессора Вэй Ваньжу.

В конце мая Шэнь Мочжэнь собиралась организовать личный сольный концерт гучжэна. Он также должен был стать её выпускным выступлением. Для помощи она пригласила парочку подруг, среди которых оказалась и Вэнь Фанфэй.

Готовясь к концерту Шэнь Мочжэнь, последняя уже взяла на себя весомую ношу. Тем не менее всё равно согласилась помочь Лю Мань и Ли Сяожу. Такое решение демонстрировало её доброту и то, что ей нравится Богиня Ханьфу. Девушка была хорошей.

После получения от Ли Сяожу нотных листов Вэнь Фанфэй нашла свободное время переделать фортепианную версию «Влюблённых Бабочек» в гучжэнную. Во время репетиций в зале она, помимо произведения, предоставленного Шэнь Мочжэнь, отрабатывала также этих «Влюблённых Бабочек».

Одногруппница услышала её игру, в связи с чем спросила:

— Слушай, это старшая Мочжэнь дала тебе вторую композицию для игры на концерте?

— Ой, нет. Я буду выступать трио со студентками из факультета фортепиано и помогу им пройти тест.

— А, ясно. Это же выступление по предмету Музыкальный Ансамбль? Слышала, он уже в печёнках сидит у учащихся на фортепианном, струнном и духовом факультетах. Предмет ещё новый профессор ведёт.

Вэнь Фанфэй кивнула.

Её одногруппница удивилась.

— Западные инструменты редко играют с нами, народниками. А кто тебя попросил? Из какой они группы? Просто интересно, знаю ли я их.

Вэнь Фанфэй не стала ничего скрывать и сказала:

— Ли Сяожу и Лю Мань с третьего курса фортепианного факультета.

— Лю Мань. Знакомое имя.

Вэнь Фанфэй услужливо напомнила:

— Это Богиня Ханьфу.

— Да, да, точно, это она, — выражение одногруппницы сделалось трудночитаемым. — Я её знаю, но не из-за прозвища Богиня Ханьфу, — она склонилась к уху Вэнь Фанфэй, прежде чем продолжить: — Фанфэй, ты слишком простодушна. Не позволяй другим себя одурачить.

Последняя в ответ нахмурилась.

— В смысле?

— О Лю Мань ходит дурная слава, она больше всего любит деньги. Сначала скупала много пар AJ и дорогущей косметики, но под конец прошлого семестра ей понадобились деньги, из-за чего пришлось распродать обувь. Мы до сих пор не знаем, то ли Лю Мань богачка, то ли просто всё время таковой притворялась.

— Нельзя говорить о ней так просто потому, что ей нравится покупать дорогие вещи, — выразила своё несогласие Вэнь Фанфэй.

— Это ещё не всё, — одногруппница улыбнулась и продолжила манипулирующим тоном: — Есть и другая, самая главная причина, почему Лю Мань так известна на своём факультете. У неё неясные и туманные отношения со старшим Тан Ту.

Выражение лица Вэнь Фанфэй тотчас изменилось.

— Я видела, как хорошо ты дружишь с старшей Мочжэнь, поэтому не хотела говорить этого раньше, чтобы не расстраивать. Но весь факультет фортепиано знает о том, как Лю Мань соблазняла Тан Ту. Многие даже сами видели, как старший Тан Ту приходил к ней в аудиторию просто на неё посмотреть. Не думаешь, что она очень недобросовестный человек? Знает о девушке Тан Ту и всё равно пытается его соблазнить.

— Но старший Тан Ту и старшая Мочжэнь в хороших отношениях, и я ни разу не слышала о каком-либо конфликте между ними, — Вэнь Фанфэй чувствовала, что не стоит верить словам одногруппницы без доказательств.

— Ну, верить или нет, решать тебе. Если решительно настроилась помочь Лю Мань, я тебя никак не отговорю. Но если над тобой начнут насмехаться, не вини меня, что не предупредила.

Одногруппница ушла, оставив Вэнь Фанфэй в репетиционной комнате наедине. Девушка смотрела на гучжэн перед собой, однако настроение играть пропало. После секундных раздумий она решила поговорить с Шэнь Мочжэнь.

Последняя давно готовилась давать концерт в университете. До её выпускного оставалось два месяца, в связи с чем это последнее время она проводила на территории учебного заведения. Студентка не желала тратить это время впустую.

Шэнь Мочжэнь была любимой ученицей Вэй Ваньжу. Её родители и бабушки с дедушками обрели большую известность, как музыканты, и она сама тоже демонстрировала отличительные успехи. За четыре года в университете девушка всегда находилась на первой строчке по успеваемости в своём факультете, благодаря чему ей предоставлялись определённые привилегии. Она не только получила комнату в общежитии, но и личное помещение для репетиций. Её гучжэн всегда хранился там, так что у неё в любой момент имелась возможность прийти и поиграть.

И, в отличие от других старшекурсников, выпускные концерты выдающихся студентов, таких как Шэнь Мочжэнь и Тан Ту, были гораздо масштабнее, чем у остальных. Большая концертная площадка, больше учителей и зрителей.

Репетиционная комната Шэнь Мочжэнь тоже располагалась в этом здании. Вэнь Фанфэй поднялась на седьмой этаж и подошла к комнате с табличкой «личная», висевшей на двери. Внутри в тот момент играла музыка, поэтому Вэнь Фанфэй постучалась только после того, как композиция закончилась.

— Кто там? — голос у Шэнь Мочжэнь был крайне мягким и нежным.

— Старшая, это я, Вэнь Фанфэй.

Дверь открылась изнутри, и перед младшекурсницей предстала изящная миловидная девушка.

Почему Вэнь Фанфэй так сильно нравилась Богиня Ханьфу? Потому что та имела много сходств с Шэнь Мочжэнь: они обе имели ретро темперамент.

Шэнь Мочжэнь училась играть на гучжэне с трёх лет и приличное китайское образование по классической музыке получала с самого детства. Она родилась в семье музыкантов, в результате чего её действия и манера общения строго следовали семейным устоям. Со временем осанка и жесты девушки естественным образом стали напоминать драгоценную богатую дочь из древних времён.

Вэнь Фанфэй никогда не слышала о том, чтобы Богиня Ханьфу умела играть на народных инструментах. Она не понимала, почему Лю Мань, изучающая фортепиано из западной культуры, обладала похожим с Шэнь Мочжэнь темпераментом?

Неужто однокурсница сказала правду? Лю Мань притворялась такой и копировала Шэнь Мочжэнь лишь для соблазнения Тан Ту?

Старшекурсница заметила встревоженный вид Вэнь Фанфэй и впустила её в репетиционную комнату. Закрыв дверь, она спросила:

— Не получается что-то сыграть из партитуры?

Как думала Шэнь Мочжэнь, девушка пришла к ней обсудить композицию для выступления.

Вэнь Фанфэй покачала головой и вела себя так, словно не знала, уместно ли озвучивать свой вопрос. Затем посмотрела старшей в лицо.

— Старшая, мне нужно кое-что спросить. Только пообещай, что не будешь злиться.

Шэнь Мочжэнь улыбнулась.

— Чем это ты можешь меня рассердить?

Ей правда нравилась эта младшекурсница. Она была талантливой и прилежной, не говоря уже о доброте. Именно поэтому среди множества студентов на своём факультете Шэнь Мочжэнь для участия в выпускном концерте выбрала только её.

Волнение Вэнь Фанфэй чуть поубавилось, и она сказала:

— Мне нужно помочь двум девочкам из факультета фортепиано с их выступлением в начале мая.

— Ну и отлично. Они, кстати, редко хотят взаимодействовать с нашим факультетом.

— Только одну из них зовут Лю Мань.

Сказав это, Вэнь Фанфэй пристально смотрела за реакцией Шэнь Мочжэнь. Когда последняя услышала имя Лю Мань, улыбка ожидаемо сошла с её лица.

Младшая девушка выпалила:

— Значит, слух правдив?

— Какой слух? — вопросом на вопрос ответила Шэнь Мочжэнь.

— Кое-кто сказал мне, что Лю Мань соблазняла старшего Тан Ту и пыталась разрушить ваши отношения, — Вэнь Фанфэй говорила это с опаской, словно боялась разозлить старшекурсницу.

К её неожиданности, та залилась таким смехом, как если бы услышала самую смешную в мире шутку.

Вэнь Фанфэй взволновалась.

— Что с тобой, старшая Мочжэнь?

До сегодняшнего дня ни единый человек не был в курсе того, что они с Тан Ту уже расстались. Они отлично скрывали свой секрет.

Шэнь Мочжэнь со смехом дотронулась до лба Вэнь Фанфэй.

— Ты такая простодушная. Зачем так легко верить в подобные ложные слухи?

— Но ты, вроде, знаешь о Лю Мань, и…

Собеседница не дала ей договорить:

— Да, знаю. И о ней с Тан Ту слышала.

Вэнь Фанфэй округлила глаза и сердито сказала:

— Это ведь неправда, да?

Шэнь Мочжэнь покачала головой. Если Лю Мань проявила инициативу соблазнить Тун Ту, тогда почему он сразу же не сошёлся с ней после разрыва предыдущих отношений?

Всё было ясно. Бог влюбился в фею, однако фея не собиралась принимать его любовь. Тан Ту испытывал безответную любовь к Лю Мань, только ей он изначально никогда не нравился.

Шэнь Мочжэнь чувствовала сильную иронию. Такой весь из себя надменный Тан Ту однажды ударил в грязь лицом. Так ему и надо! Девушка этому очень радовалась.

Соответственно, она не только не ощущала неприязни по отношению к Лю Мань, а и была ей признательна. Ведь та обломала Тан Ту, который был в расцвете сил.

Шэнь Мочжэнь хотела даже встретиться с Лю Мань и узнать её получше. Увидеть, что это за девушка такая, раз сумела полностью ослепить Тан Ту.

Тем не менее вся ситуация касалась только их двоих, потому она не могла рассказать Вэнь Фанфэй. Кроме того, ей требовалось держать обещание и не раскрывать факт расставания с Тан Ту.

Шэнь Мочжэнь сказала:

— Слух неправдивый. Могу тебе гарантировать, Лю Мань и Тан Ту невинны, и она никогда его не соблазняла.

Вэнь Фанфэй увидела искренность в глазах Шэнь Мочжэнь.

Она думала, что даже если её старшая была настолько великодушной, то всё равно не стала бы так по-глупому защищать свою соперницу.

— Так что расслабься и можешь участвовать в их выступлении. Ты ведь уже пообещала, значит постарайся. Готовься к их трио, я не буду мешать.

Слова Шэнь Мочжэнь полностью рассеяли беспокойство Вэнь Фанфэй. Последняя восхищалась своей старшей и полностью ей доверяла.

Раз даже она сказала ей помочь им, то девушка решила приложить ещё больше усилий к репетициям. Вэнь Фанфэй переделала партитуру «Влюблённых Бабочек» без единого проблемного места. Она ещё и Шэнь Мочжэнь попросила пройтись по ней глазами, чтобы улучшить детали.

Вечером четверга Лю Мань, Ли Сяожу и Вэнь Фанфэй играли «Влюблённых Бабочек» вместе.

Поскольку передвинуть фортепиано не представлялось возможным, то Вэнь Фанфэй принесла свой гучжэн к ним из своей репетиционной комнаты. Его вес составлял от 25 до 30 килограмм, и на спине девушки он казался огромным, особенно учитывая её среднее телосложение.

Два здания располагались более чем за километр друг от друга. Вэнь Фанфэй проделала по сути 3-4 круга примерно по 400 метров каждый с 25-килограммовым гучжэном на спине. Когда она добралась до фортепианной комнаты, всю её спину укрывал пот.

Лю Мань и Ли Сяожу почувствовали к ней благодарность и сочувствие.

— После репетиции мы поможем тебе отнести гучжэн обратно.

Вэнь Фанфэй только усмехнулась.

— Да ничего страшного. Я с детства этот гучжэн таскаю, так что уже привыкла. Для меня он и вовсе не тяжёлый, с ним я могу улучшать физическую форму по пути домой. Даже в спортзал ходить не нужно!

Она достала стопку нотных листов из сумочки и передала их двум девушкам.

— Это я переделала композицию под гучжэн. Посмотрите?

Ли Сяожу ответила:

— Нет, не нужно. Всё равно мы не сможем прочитать партитуру гучжэна. Мы полностью в тебя верим, и аранжировка устраивает нас, если она устраивает тебя.

Лю Мань тоже кинула. Она хоть и понимала музыку, но не хотела заставлять Вэнь Фанфэй считать её властной.

— Ну тогда давайте сыграем разок вместе и исправим недочёты в игре, — сказала Вэнь Фанфэй.

Все три девушки сели за соответствующие инструменты.

Они уже договорились касательно того, как будут играть согласно своим партиям. Вэнь Фанфэй надлежало начать, а Ли Сяожу — подключиться к ней для игры основной мелодии. После четырёх тактов должна была заиграть и Лю Мань. Ей предстояло сыграть вспомогательную часть, а подруге — продолжать основную мелодию. В кульминации Вэнь Фанфэй снова задействовала свой гучжэн, а Лю Мань тем временем переходила на более низкие ноты, чтобы случайно его не заглушить. Самую классическую и красивую часть композиции они собирались сыграть втроём.

Под конец две фортепианистки затихали, а произведение заканчивалось сольной игрой Вэнь Фанфэй.

Первая репетиция прошла весьма гладко, и никаких принципиальных проблем не возникло. Может, причиной тому были их схожие характеры и серьёзное отношение к предстоящему концерту.

Помимо всего прочего, Ли Сяожу и Вэнь Фанфэй уже являлись лучшими студентками своих факультетов. Даже если они и хотели допустить глупые ошибки, их пальцы им этого не позволяли. Они были очень умелыми и хорошо владели своими инструментами, поскольку изучали их с детства. Каждую клавишу и струну эти двое знали, как свои пять пальцев.

А Лю Мань больше не нервничала, как во время совместной игры с Тан Ту. Они с Ли Сяожу уже попрактиковались несколько раз заранее, и она исправила замеченные подругой ошибки. В общем, игра Лю Мань на фортепиано годилась.

Однако трио не могло пройти просто за счёт демонстрации своего мастерства одним человеком. Его исключительность не означала, что таковая вся группа. Профессиональные жюри больше внимания уделяли тому, как они взаимодействовали, и теперь трём девушкам предстояло поработать над разумным использованием своего времени и попрактиковаться в идеальном сочетании всех трёх партий, чтобы они звучали безупречно. Речь шла не о мастерстве, а о наличии общего понимания без слов.

— До выступления у нас осталось меньше двух недель, а с понедельника по пятницу — пары. Фанфэй тоже очень занята, так что не может приходить сюда каждый день с гучжэном, — Ли Сяожу обращалась к Лю Мань. Она очень волновалась, что они не успеют.

Вэнь Фанфэй сочувственно сказала:

— Я могу приходить по четвергам и пятницам. Почему бы не репетировать каждый вечер в четверг и пятницу, а также утро субботы? Получится по 15 часов практики в неделю, а за две — 30. Этого должно хватить.

— А у тебя пальцы выдержат играть по 5 часов на день? — взгляд Ли Сяожу остановился на ногтях девушки. — «Наверняка ведь неудобно, когда эти штуки врезаются в пальцы».

Она видела, как Вэнь Фанфэй поправляла их пару раз.

п.п.: Имеются в виду накладные ногти, которые музыканты надевают для защиты настоящих во время игры на гучжэне.

— Я часто практикуюсь с утра до ночи. Для меня это обычное дело, — девушка ничего такого в этом не видела. — Да и с накладными ногтями нет ни боли, ни усталости. Вот в древности да, людям приходилось терпеть боль, когда они дёргали струны родными ногтями.

— Могу только представить, — Ли Сяожу взглянула на свои пальцы и мысленно поблагодарила родителей, которые в детстве разрешили ей изучать фортепиано вместо гучжэна.

Впрочем, даже пятичасовую игру на фортепиано нельзя было назвать лёгкой. У пианистов начинали болеть пальцы, плюс приходилось прикладывать силу.

В противном случае никто бы не произносил знаменитый девиз: «Одна минута на сцене — десять лет работы». Ни один музыкальный инструмент не осваивался легко.

Лю Мань вспомнила, что в её прошлой жизни в династии Хань не существовало такой вещи, как «накладные ногти». Мадам Сюй раньше отращивала длинные ногти, особенно когда играла на своём инструменте. Из-за длительного пребывания в холодном дворце и недостаточного питания они у неё были недостаточно толстыми и хрупкими. Они часто ломались. Тогда она продолжала играть пальцами, в результате чего на всех десяти имелись толстые мозоли.

Лю Мань никогда не удавалось отрастить длинные ногти, и они у неё были такими же тонкими, как у Мадам Сюй. Струны она всегда зажимала пальцами и до сих пор помнила боль первых уроков.

После каждой тренировки Сяо Чжао давала ей смочить их в ледяной воде.

— Маньмань, ты слышала? — Ли Сяожу прервала поток ностальгических воспоминаний подруги.

Лю Мань вернулась в реальность.

— Что?

— Ты что, задремать умудрилась? — хмыкнула Ли Сяожу. — Мы с Фанфэй только что пообещали продолжить тренировку завтра в семь вечера. Нам нужно предупредить учителя, чтобы зарезервировал эту комнату. Думаю, одну нам выделят, сейчас всё-таки ещё не экзамены, и свободных есть много.

— Меня всё устраивает, — отозвалась Лю Мань.

— Ладно. Скоро помещения для репетиций закроют на ночь, так что пора идти, — Ли Сяожу посмотрела в смартфон. — Ой-ой, уже 10 часов. Маньмань, может, переночуешь в общежитии? Лучше не ходить по улице так поздно.

Лю Мань кивнула. Поскольку все её предметы первой необходимости по-прежнему оставались в общежитии, она могла остаться на ночь.

— Только сперва нужно проводить Фанфэй к её общежитию.

Вэнь Фанфэй поспешно замахала рукой.

— Не стоит. Я и сама дойду.

— Ни за что, ты же такая красивая. Вдруг какой-то стрёмный чувак утащит тебя в лес? Мы обязаны тебя защитить! — полушутя сказала Ли Сяожу.

Безопасность в их университете, к слову, была на высшем уровне.

Улыбнувшись, Вэнь Фанфэй перестала отказываться от предложения.

Перед уходом из здания они прошли рядом с кабинетом учителя. Ли Сяожу обратилась к знакомой женщине:

— Госпожа, мы придём завтра вечером. Можно оставить гучжэн в комнате на 5-м этаже? И можете ещё запереть комнату, пожалуйста?

— Без проблем, — ответила та и, взяв ключи, отправилась наверх.

Общежития для студентов из факультета народной музыки располагались по другую сторону университета. Трое девушек общались по пути и вскоре добрались до нужного здания. Перед прощанием Вэнь Фанфэй чувствовала, что будет скучать по Лю Мань и Ли Сяожу. Ей хотелось, чтобы их встреча случилась раньше.

Чутьё подсказывало ей, что у Лю Мань имелся опыт в игре на народных музыкальных инструментах.

Это чувство у девушки появилось во время сегодняшней репетиции. Она произвольно использовала термины, понятные только для играющих на гучжэне, и Лю Мань всё прекрасно понимала. Ли Сяожу, притом, лишь хлопала глазами. Когда они общались, Вэнь Фанфэй целенаправленно подвела разговор к теме гучжэна и упомянула игровой и аппликатурный методы. Ли Сяожу промолчала и вообще ничего не поняла, тогда как Лю Мань смогла ответить и поговорить на эту тему.

Она ведь играла на фортепиано.

Почему тогда так хорошо знала музыкальную теорию гучжэна?

Вэнь Фанфэй вернулась в свою комнату, и её всё не покидало это сомнение.

Университет по-разному относился к народникам и изучающим западные инструменты. Студентов из факультета гучжэна селили в одну комнату вчетвером, а пианистов — втроём. Шэнь Мочжэнь со своей личной комнатой являлась исключением. Такую привилегию во всём заведении предоставили только ей и Тан Ту.

Сожители Вэнь Фанфэй спросили её:

— Ты куда ходила-то? И вернулась так поздно.

— Практиковалась на гучжэне.

— С теми двумя девушками из факультета фортепиано? С той Богиней Ханьфу?

Изначально соседки по комнате, как и Вэнь Фанфэй, тоже всей душой восхищались Богиней Ханьфу. Тем не менее прямо сейчас на их лицах мелькало отвращение.

— На днях мы много всякого наслушались о Богине Ханьфу из фортепианного факультета и хотим сказать тебе, что старший Тан Ту…

— Не нужно ничего говорить, я всё знаю, — перебила их девушка.

Соседки удивились.

— Знаешь и всё равно хочешь играть с ними? Не боишься, что старшая Мочжэнь будет против?

Вэнь Фанфэй ответила спокойно:

— Я уже поговорила с ней. Она сказала, что всё это просто слухи.

Три девушки опешили.

В то же время Вэнь Фанфэй осознала неладное. До неё дошло, что Лю Мань обливали грязью все вокруг, кроме Шэнь Мочжэнь. Почему количество сплетен о ней на факультете гучжэна постоянно росло с тех пор, как она решила помочь Лю Мань?

***

Ли Сяожу и Лю Мань тем временем тоже вернулись в своё общежитие. По дороге туда последняя позвонила Чжан Пэй, предупредив о ночёвке вне дома.

В последний раз она ночевала здесь ещё в конце прошлого семестра.

Они с Ли Сяожу проскочили в общежитие практически в последний момент перед закрытием.

В то время Ван Нина сидела на стуле и делала маску для лица. Её кровать стояла у двери, и, когда по ту сторону послышался шум, она знала, что это вернулась Ли Сяожу. Тем не менее девушка даже не пошевелилась, явно не намереваясь помочь бывшей подруге.

Ли Сяожу открыла дверь.

Ван Нина оглянулась в сторону дверного проёма. При виде Лю Мань она испытала шок.

— Что здесь делает она? — вопрос адресовался Ли Сяожу.

Последняя так рассердилась, что ответила со смехом:

— Это также и её комната, в чём проблема?

— Она же перестала жить здесь после прошлого семестра. Я думала, её не устраивают такие скудные условия, — Ван Нина опять заговорила своим неестественным тоном.

Поскольку Лю Мань уже давно начала ходить на пары из дома, бывшая подруга складывала купленную на Taobao одежду и обувь на её столе.

Лю Мань любила чистоту. В прошлом семестре она специально обустроила свою часть комнаты. Теперь же в прошлом чистый стол больше напоминал мусорную свалку.

Девушка, которая всегда отличалась терпеливостью и пониманием, внезапно разозлилась. Она спросила у Ван Нина прямо:

— Чем именно я тебе не угодила?

Последняя перестала с ней дружить совершенно внезапно, поэтому Лю Мань думала, что ничего плохого не сделала.

Этот вопрос стал последней каплей в недовольстве Ван Нина, и её резкий ответ не заставил себя ждать:

— Мы обе, Ли Сяожу и я, твои подруги, но ты всегда предпочитала её и никогда не рассказывала мне того, чем делилась с ней. В прошлом семестре я спросила, о чём тебя попросила профессор Цю, но ты отмолчалась. На зимних каникулах я спросила, что ты делала в Шанхае, и ответа тоже не последовало. Ты пошла в Starbucks встречаться с парнем из другого универа и предпочла взять с собой Ли Сяожу, а мне и словом не обмолвилась. Ты правда считаешь меня подругой?

Ван Нина училась в художественном заведении и даже в состоянии сильного гнева не позволяла себе использовать в адрес Лю Мань невежественные ругательства. Она продолжала прислушиваться к голосу разума, её тон оставался спокойным, и голос не дрожал. Девушка злилась по-настоящему, но вместе с тем считала, что к ней относились плохо.

Лю Мань начала задаваться вопросами: Была ли это её вина? Неужто она первой бросила Ван Нина?

Ли Сяожу возразила:

— Если бы Маньмань рассказала всё то тебе, твоё недовольство и зависть проявились бы только сильнее. Ты вечно слишком любишь сравнивать, и, если мы хоть на чуточку превосходим тебя по оценкам, начинаешь сходить с ума. Ты всегда надеешься нас подавить.

— Не меняй тему и просто скажи. Скажи, о чём профессор Цю попросила Лю Мань? Скажи, зачем Лю Мань летала в Шанхай? — Ван Нина неприветливо хмыкнула. — Ну вот, видишь. По-прежнему не хочешь ничего мне рассказывать.

Ли Сяожу повелась на уловку бывшей подруги и бездумно выпалила:

— Будто я этого боюсь. Хорошо, тогда слушай! Профессор Цю пригласили на наш экзамен особым гостем для поиска актрисы в её фильм. Она выбрала Маньмань, и Маньмань полетела в Шанхай сниматься. А тот парень из Столичного Университета — просто знакомый из интернета, в той встрече ничего такого нет. Ты всё себе надумала.

«Съёмки в фильме…»

«На факультете фортепиано столько людей. Почему выбрали именно Лю Мань?!»

«Что в ней хорошего, помимо внешности?»

«Я гораздо лучше её в любом аспекте».

Ван Нина поддалась новой волне негодования. В её глазах потемнело, а в ушах стоял звон. Она чувствовала, будто сердце пылает в огне.

Как оказалось, Ли Сяожу хорошо её знала. Узнав правду, бывшая подруга возненавидела Лю Мань ещё сильнее.

Последняя не видела ни намёка на дружелюбие в глазах Ван Нина, только безразличие и зависть.

Ну и ладно. Больше она попросту не могла оставаться в этой комнате.

Лю Мань обратилась к Ли Сяожу:

— Думаю, лучше мне пойти домой.

Затем она открыла шкаф и принялась складывать одежду и вещи в рюкзак. Девушка уже всё решила. Пока здесь будет жить Ван Нина, она ни шагу не сделает в это общежитие.

— Уже одиннадцать вечера. Ка ты собираешься добираться домой? — Ли Сяожу хоть и соглашалась, что Лю Мань неуместно ночевать в их комнате, однако она не хотела, чтобы подруга возвращалась домой посреди ночи ещё и сама.

— Я вызову такси.

— Нет, даже лицензированные службы такси могут быть опасны.

Ли Сяожу остановила Лю Мань, отказываясь её отпускать.

В тот момент её смартфон внезапно издал звук уведомления от WeChat.

Девушка достала устройство и увидела три сообщения Юй Чжаня. Все три были вопросами:

[Почему ты сегодня не пришла на склад?]

[Ты не идёшь домой?]

[Собираешься ночевать в университете?]

Лю Мань быстро написала ответ: [Нет, иду домой прямо сейчас.]

Юй Чжань отписал спустя две секунды: [А где ты? Я приеду за тобой.]

В Столичном Музыкальном Университете существовало правило. Машинам запрещался въезд на территорию заведения в дневное время, однако ночью, если они записывались на охранном посту, их пропускали.

Лю Мань обратилась к Ли Сяожу:

— За мной приедет друг, я подожду его на улице.

Ли Сяожу подхватила её за руку.

— Я подожду с тобой.

Две девушки покинули комнату и перестали обращать внимание на присутствие Ван Нина.

Университет не очень заботило, будут ли студенты проживать в своих комнатах на протяжении учебного года, поэтому многие из них арендовали жильё за его пределами. Именно благодаря этому, когда Ли Сяожу попросила коменданта открыть запертые на ключ входные двери, сославшись на возникшие дела, женщина выпустила их без вопросов.

Девушки далеко не отошли и ждали сразу у входа в общежитие. Глядя на рюкзак с вещами Лю Мань, со стороны могло показаться, будто их выселили.

После конфликта с Ван Нина настроение у обеих было неважным. Длительный период молчания нарушила Ли Сяожу.

— Зря я сказала Ван Нина о твоих съёмках в кино.

— Ничего. Его однажды покажут в кинотеатрах, так что рано или поздно она бы и сама узнала.

— Не знаю, почему, но меня не покидает тревожное и зловещее предчувствие, — сказала Ли Сяожу, приложив одну руку к груди. — Я сильно волнуюсь, что Ван Нина будет распускать слухи по всему универу. А если что-то плохое дойдёт и до Фанфэй… Выступлению нашего камерного ансамбля ничего ведь не навредит, да?

— Фанфэй не из тех людей, кто легко верит другим. Я верю в её моральность.

— Надеюсь, ты права.

Через двадцать минут в поле зрения девушек показалась Volvo Юй Чжаня.

— Маньмань, твой друг… — дальнейшие слова так и не покинули её грудь.

Потому что она увидела, как из машины вышел Юй Чжань.

Ли Сяожу готова была поклясться, что не видела более красивого мужчины с самого рождения, даже среди знаменитостей по телевизору. Она и в лицо ему посмотреть не решалась, поскольку поразилась уже от одного быстрого взгляда на общую внешность. Девушка подсознательно соотнесла её с изображением принца.

«Боже, что за слащавая мысль», — она восхищалась его красотой.

Юй Чжань подошёл к ступенькам. Лю Мань не распространила на него своё плохое настроение и улыбнулась со словами:

— Спасибо, что приехал за мной. Это моя соседка по комнате и лучшая подруга, Ли Сяожу.

Затем она представила ей Юй Чжаня:

— А это мой друг — Юй Чжань.

— Привет, — юноша мило улыбнулся, будто каждая подруга Лю Мань была и его подругой тоже.

Ли Сяожу глазела на его лицо вблизи. Эта улыбка… Он улыбался прямо ей…

Беззаботная девушка неожиданно зарделась.

«Красивые мужчины проблемные. Красивые мужчины проблемные».

Тот профессор Чжу Сиян, который понравился Ван Нина, и в подмётки не годился этому человеку.

Ли Сяожу воззвала ко всей своей отваге, чтобы посмотреть Юй Чжаню в глаза и произнести «Привет», прежде чем молниеносно склонить голову. Она струсила.

Юноше эта девушка показалась милой, потому что каждая её мысль выражалась у неё на лице. Не зря Лю Мань с ней дружила. Они обе были непорочными и простодушными.

— Спасибо, что подождала с Маньмань в такое позднее время. При возможности угощу тебя ужином, — сказал Юй Чжань.

Ли Сяожу поспешно закивала головой.

— Всё в порядке, не нужно. Правда, не нужно.

Собеседник чуть усмехнулся.

— Ты подруга Маньмань, так что я обязан пригласить тебя на ужин. Заодно и появится хорошая возможность стать друзьями.

Этот тон. И эти слова. Такие мог сказать только парень Маньмань, да?

«Ему наверняка нравится Маньмань».

Вскоре у Ли Сяожу зародилась теория, и она мысленно хихикнула. Девушка вмиг изменила прежний ответ:

— Конечно, конечно! Нам нужно поужинать вместе. Почему бы тебе не угостить меня, Маньмань и Фанфэй в тот день, когда мы закончим наше выступление?

Юй Чжань сподручно попытался вытянуть из неё информацию:

— А когда оно будет?

— Преподаватель сказал, либо 9-го, либо 10-го мая. Где-то между утром и второй половиной дня. То есть, возможны четыре варианта, но там порядок определяется случайно, и точного времени нашего участия мы пока не знаем.

— Так уже почти май.

— Угу. Когда они сделают распределение и скажут нам результаты, я тебе сообщу. Кстати, у девушек непомерный аппетит, так что прибереги кошелёк.

Раз этот человек пытался добиться Маньмань, то ему предстояло подружиться с её подругами. Ли Сяожу отбросила прежнюю трусливость и осмелела. Решалась даже отпускать шутки.

Лю Мань тайком дёрнула подругу за подол рубашки со спины, однако та лишь молча отмахнулась от её руки, как если бы прогоняла досаждающих пчёл.

Юй Чжань не смог не улыбнуться при виде этого милого взаимодействия.

— Уже поздно, тебе стоит вернуться в общежитие, — Лю Мань поторопила Ли Сяожу и затолкала её в дверной проём позади них.

Подруга сопротивлялась и попутно кричала Юй Чжаню:

— Ты мужчина и должен держать слово. Не забудь угостить нас ужином!

Он жестом показал «окей».

— Конечно, я ведь пообещал.

Наконец-то спровадив Ли Сяожу обратно в общежитие, Лю Мань вышла на улицу и спросила Юй Чжаня:

— Ты правда собираешься угостить нас едой?

— Я всегда держу обещания и не беру слов обратно, — юноша смотрел ей прямо в глаза, отвечая несколько обиженным тоном. — Ты с моими друзьями уже виделась. Хочешь сказать, мне нельзя видеться с твоими?

— Нет, что ты, — Лю Мань опять попалась на его уловку. — Ты тоже можешь общаться с моими, если хочешь. Всё-таки в этом нет ничего такого.

Юй Чжань гордо улыбнулся.

— Давай продолжим разговор в машине. Мне ведь прежде всего домой тебя отвезти нужно.

— Подвези к любому ближайшему отелю. Сегодня я сказала маме, что не приду домой и останусь в университете. Думаю, она уже спит. У неё выдался очень нелёгкий день, и я не хочу её будить.

Она заранее запланировала остаться в общежитии, но вдруг передумала.

Юй Чжань нахмурился в попытке сделать предположение. Он практически сразу заметил большой рюкзак у её ног списал случившееся на ссору с соседкой по комнате.

Тем не менее лезть с расспросами не стал. Мужчине не подобало встревать в девичью ссору. От него требовалось лишь оберегать Лю Мань.

— Ты девушка, тебе небезопасно оставаться одной на ночёвку в отеле. Может, поедем ко мне? Всего на одну ночь, а завтра я отвезу тебя обратно на учёбу. Ты ведь уже как-то гостила у меня.

В его логике не было ни единой ошибки.

Юй Чжань преждевременно заготовил всевозможные причины в ответ на отказ Лю Мань.

В результате она, недолго думая, сказала:

— Ну ладно.

Куча его аргументов оказалась не нужна.

У Лю Мань не оставалось сил ему возражать. Она всё время после ужина провела за отработкой игры на фортепиано и сильно устала. А после этой перепалки с Ван Нина разум в принципе отказывался мыслить.

Девушка согласилась со всеми словами Юй Чжаня.

Он поднял её очень увесистый рюкзак и положил его в багажник.

Забравшись в машину, Лю Мань наконец смогла полностью расслабиться. Её начало слегка клонить в сон, а Юй Чжань тем временем с жалостью смотрел на последствия её занятости.

— Можешь вздремнуть. Мы скоро приедем.

Лю Мань отозвалась вялым «угу». Голос девушки звучал очень тихо, его почти не было слышно.

Чуть погодя юноша в очередной раз повернул к ней голову. К тому моменту девушка уже крепко спала.

______

Всем привет! Команда переводов веб-новелл и ранобэ K.O.D. ищет редакторов, а также переводчиков с английского, китайского и корейского! Если вы владеете любым из этих языков, то вы можете пройти тест и вступить в команду.

K.O.D. — дружная и организованная команда. Поможем на каждом шагу и всему научим. В свободное плавание не пускаем и всегда будем курировать и помогать.

Для вступления в команду необходимо:

✓ Иметь компьютер или другое устройство для работы

✓ 18+, но если вы уверены в себе, можете подать заявку и не соответствуя возрастной границе

✓ Пройти тест.

После прохождения теста и испытательного срока (максимум месяц, но может быть и раньше, если вы хорошо справляетесь с обязанностями) вы получите бесплатный доступ ко всем проектам команды. Также вы начнете получать доход с проекта.

Подать заявку вы можете написав нам в ВК в сообщения группы. Команда для общения с ботом — начать. https://vk.com/webnovell

Когда они остановились на светофоре, Юй Чжань потянулся к заднему сидению, чтобы достать оттуда подушку в форме U. Затем он аккуратно отклонил голову Лю Мань вперёд и подложил её ей под шею.

Девушка чуть нахмурилась. Решив, что разбудил её, юноша вмиг убрал руки, однако она лишь тихо что-то проворчала, после чего ритм дыхания опять вернулся в норму.

Юй Чжань вздохнул с облегчением. Его взгляд невольно сместился к её лицу, к этим длинным ресницам, закрытым глазам, прелестному носику и чуть поджатым губам. Если бы она не спала, он бы никогда не посмел смотреть на неё вот так.

Юноша мог даже представить, как Лю Мань с округлыми от недовольства глазами и покрасневшим лицом отчитывает его за развратничество.

В спящем состоянии эта девушка выглядела не менее безупречно, чем в бодрствующем, словно всю жизнь тренировалась быть такой правильной.

На светофоре загорелся зелёный, и Юй Чжань перестал осматривать Лю Мань, всё внимание сместив на дорогу. Он хотел вести машину максимально плавно, чтобы не потревожить её сон ни единым толчком.

Она тем временем спала хорошо. Ей даже снился сон, в котором не было ничего и близко неприятного, как ссора с Ван Нина. Во сне девушка видела себя, Сяо Чжао, госпожу Сюй и красавицу Юй за совместным фуршетом. Госпожа Юй любила есть мороженое, в связи с чем взяла несколько Haagen-Dazs. Сяо Чжао предпочитала раков, о чём свидетельствовала лежавшая перед ней куча их панцирей. Красавица Юй ела только вегетарианскую пищу, потому что хотела поддерживать тело в хорошей форме.

— Госпожа Сюй, вам нельзя больше мороженого. Если есть слишком много холодного, будут проблемы с пищеварением. Возьмите лучше суп.

— Тётушка, а вам стоит отстраниться от крабов. У них есть токсины, от которых у вас начнётся изжога.

— Красавица Юй, вы и без того в отличной форме. Ваша талия такая тонкая, что её почти не видно! Вам, как женщине, лучше чуть поправиться. Поешьте немного мяса, ладно?

Юй Чжань смутно слышал сонный голос Лю Мань. Несмотря на очень тихое бормотание, он всё равно сумел расслышать парочку имён.

Госпожа Сюй?

Тётушка?

Красавица Юй?

Юноша беззвучно хмыкнул. Она во сне попала в Древний Китай?

Пока Лю Мань наслаждалась едой с тремя женщинами, кто-то дотронулся до её плеча.

— Маньмань, мы приехали. Можешь продолжить спать позже, когда поднимемся в квартиру.

Мужской голос звучал так приятно и нежно. А ещё знакомо.

Стоп, а разве он принадлежал не Юй Чжаню?

Юй Чжань, что, тоже пришёл к ним на фуршет?

— Чжань, чего тебе хочется поесть? Давай положу на тарелку, — искренне спросила всё ещё спящая девушка.

Он растерялся и не дал никакого ответа.

Посмотрев на неё повторно, юноша осознал, что глаза у Лю Мань оставались закрыты, и она по-прежнему спала. Он не смог сдержать усмешку, а его сердце умилилось только сильнее. Юй Чжань продолжил легонько трясти её за плечо.

— Поедим вкусностей в другой раз.

Лю Мань наконец проснулась. Открыв глаза, она пребывала в недоумении и не понимала, где находится. После того, как девушка протёрла глаза, к ней вернулось больше сознания, что позволило вспомнить, как Юй Чжань забрал её с университета на машине.

Она оглянулась вокруг. Снаружи салона была подземная парковка. Ещё и настолько роскошная, что засела у неё в голове.

— Мы уже на парковке! Так быстро.

Из-за сна время, по ощущениям Лю Мань, прошло быстрее.

— Ночью на дорогах машин немного, и пробок нет, вот мы и приехали без задержек, — ещё одна причина раннего прибытия заключалась в том, что Юй Чжань хотел дать Лю Мань возможность хорошо отдохнуть.

Он открыл дверь, подошёл к багажнику и достал её рюкзак.

Лю Мань тоже вышла на улицу.

— Что у тебя тут? Тяжёлый, — Юй Чжань ощущал немалый вес багажа.

— Немного одежды с общежития и мои принадлежности.

— Ты больше не собираешься там жить?

Лю Мань кивнула.

— Я не могу, — вздохнув, она решилась заговорить с парнем о Ван Нина. — У меня есть две соседки по комнате. Сегодняшним вечером дружба между мной и второй соседкой полностью осталась в прошлом.

Юй Чжань знал её характер. Если она говорила «полностью в прошлом», это значило, что она больше никогда в этой жизни не будет связываться с той соседкой.

— Что она такого натворила, из-за чего ты настолько в ней разочаровалась?

Верно. Юй Чжань понял, что при упоминании девушкой соседки в её голосе проступал не гнев, а только разочарование. Как ему показалось, раньше она считала её лучшей подругой.

— Она слишком много себе надумывает, так что мы с Сяожу никак не можем и дальше мирно с ней дружить, — сказала Лю Мань. — Ей не нравится моя известность в интернете под именем Богиня Ханьфу, как и факт моей поездки в Шанхай для участия в съёмках фильма. Прямо сейчас любой мой поступок она принимает в штыки.

— Жаль, что ваша дружба закончилась. Настоящие друзья хотели бы друг другу лучшего будущего, — Юй Чжань чувствовал лёгкое волнение. — Попытайся держаться от неё подальше, если можешь.

— Конечно. Поскольку теперь я перестану появляться в общежитии, то пересекаться мы будем только на парах. Там много студентов, и мне нужно всего лишь перестать с ней разговаривать.

— Сегодня ты так сильно задержалась в университете, чтобы порепетировать композицию?

— Угум. Нам и завтрашним вечером придётся это повторить.

— Опять допоздна там будете, значит. В таком случае, завтра я тоже заеду за тобой, — Юй Чжань говорил с полной серьёзностью, а затем добавил: — Если откажешься, я всё равно приеду!

Но разве могла Лю Мань отказаться после всех его слов?

Во время второго появления дома у Юй Чжаня она больше не чувствовала себя незнакомо. Даже когда Пол, как и в прошлый раз, подскочил к ним сразу после открытия двери лифта, девушка осталась стоять на прежнем месте. Улыбнувшись, она наблюдала за тем, как собака бросился в объятия своего хозяина и облизывал тому лицу.

Юй Чжаню понадобилась пара дополнительных минут, чтобы от него отделаться.

Лю Мань погладила Пола по голове, а он в ответ послушно прижимался к её ладони. Питомец с высунутым наружу языком мило выдыхал горячий воздух и облизывал руку девушки.

Последняя внезапно встревожилась.

— А как Пол отреагирует на Луносвета? Он будет с ним враждовать за Рассвет?

У Пола с Рассвет сложились очень хорошие отношения.

Юй Чжань засмеялся.

— Не выдумывай, Пол не такой жадный. Он щедрый и добродушный пёс, так что Луносвет ему тоже понравится. Может, будет чуть ревновать, тогда я подыщу ему жену.

Лю Мань тоже залилась смехом.

— Точно. Рассвет с Луносветом уже стали парой, и Полу тоже стоит забыть об одиночестве.

Девушка ещё какое-то время поигралась с собакой, после чего её остановил Юй Чжань:

— Всё, хватить его чесать, у тебя завтра пары. Сходи в душ и ложись отдыхать.

Юй Чжань не хотел отнимать ещё больше её драгоценного времени, которое она могла потратить на отдых. Он отнёс рюкзак в гостиную и сказал:

— Можешь воспользоваться своими вещами и одеждой в этой сумке. Чтобы было удобнее, оставь их у меня дома. В университет-то ведь в любом случае их не потащишь, верно? Тем более, шкаф в этой комнате всегда пустует, а пространства много. Его спокойно хватит для твоих вещей.

Лю Мань ощущала логичность в его словах, тем не менее что-то не давало ей покоя.

Она оставляла вещи здесь только на время. Никаких проблем не возникнет, если забрать их домой в другой раз.

Девушка раздумывала.

По итогу же этого «другого раза» так никогда и не наступило. Точнее говоря, Юй Чжань ни разу не дал ей возможности забрать вещи домой.

В связи с этим, позже у него появилось её нижнее бельё, пижама, полотенце, лосьон и косметика…

Лю Мань могла приходить к нему на ночёвку в любое время с лёгкой сумочкой, не испытывая при этом никаких неудобств или дискомфорта.

Она словно стала членом его семьи.

Ранним утром следующего дня Юй Чжань отвёз Лю Мань в университет. В дневное время машинам не разрешали въезжать на его территорию, поэтому ему довелось высадить её у северных ворот.

— Пришли мне местоположение репетиционной комнаты вечером, я подъеду прямо туда, — напоследок сказал юноша.

Кивнув, Лю Мань склонилась и поторопила человека в машине:

— Всё, езжай в клинику, пока не упустил клиента.

Юй Чжань улыбнулся, протянул руку и коснулся макушки головы девушки. Она не стала отстраняться. Юноша не воспринимался ею как извращенец, тем не менее ей нравилось находиться к нему так близко. Такое волшебное чувство Лю Мань испытывала только единожды, в отеле Гонконга. Этот случай стал вторым.

Её тонкие и мягкие волосы были очень приятными на ощупь.

Когда Юй Чжань вдоволь насладился, он неохотно убрал руки, посмотрел на Лю Мань и озвучил наставническим тоном:

— Сконцентрируйся на парах и репетиции. Обязательно избегай любых контактов со своей соседкой по комнате и вечером дожидайся моего приезда.

— Да, хорошо, — девушка и сама не хотела видеться с Ван Нина.

Она не могла оскорблять или вступать в словесную перепалку с бывшей подругой, однако прятаться от неё её ведь никто не запрещал?

Юй Чжань отъехал от университета после того, как Лю Мань скрылась в толпе студентов.

Сегодня у неё были две пары Камерного Ансамбля. Ввиду строгих экзаменационных правил Чжу Сияна никто не решался прогуливать его занятия.

В час пик сегодняшнего утра были пробки, и Лю Мань опоздала. Хоть звонок на пару ещё не прозвенел, преподаватель уже стоял за трибуной. Девушка тихо вошла в аудиторию через заднюю дверь.

Она не замечала, как на неё украдкой поглядывал Чжу Сиян.

Раз учитель ничего ей не сказал, девушка направилась к заднему ряду, где всегда сидела Ли Сяожу. Сейчас рядом с ней пустовали два места, одно из которых и заняла Лю Мань.

Подруга прошептала:

— Твоя чрезмерная храбрость идёт тебе во вред. Все студенты боятся и уважают профессора Чжу, и мы приходим рано, чтобы показать ему своё почтение. Похоже, ты пришла последней, — продолжая говорить, она махнула рукой вперёд. — Ван Нина опять на первом ряду уселась, и все понимают, зачем.

Раньше Ван Нина говорила, что любые студенты, спешащие занять передние места, либо ботаники, либо умственно отсталые.

Теперь получилось, что она унизила саму себя.

На каждой паре Камерного Ансамбля Чжу Сияна девушка садилась за первый ряд. Периодически его занятия проходили в музыкальной аудитории. Там он лично садился за фортепиано, демонстрируя студентам свою игру. В таких случаях Ван Нина всегда старалась занять ближайшее к нему место.

Чжу Сиян был мужчиной. Разве мог он не замечать, как на него постоянно и с восхищением глазеет девушка?

Ещё более излишними были частые и до банальности простые вопросы от Ван Нина. Она притворялась искренней и охотливой к знаниям. Девушка благополучно добавила Чжу Сияна в WeChat, так они и познакомились.

Ли Сяожу не знала, может, ей просто казалось, однако её все не покидало чувство, что Чжу Сиян и Ван Нина постоянно друг с другом заигрывают.

Прозвенел звонок, и пара официально началась. Чжу Сиян открыл презентацию:

— Есть ещё студенты, которые не сообщили, какую выбрали композицию? Не затягивайте с этим, пожалуйста. На этом слайде отображены уже выбранные. Внимательно посмотрите и сразу скажите мне, если заметите какие-либо упущения или ошибки. Я сразу же всё подкорректирую.

На большом экране списком отобразились названия музыкальных произведений каждой группы.

В общей сложности на фортепианном факультете училось 132 студента, разделённые на четыре группы.

Для предстоящего выступления студенты этих групп формировали объединения из одного, двух или трёх человек и взаимодействовали с учащимися на других факультетах. Лю Мань проверила количество. В списке уже имелось 53 композиции, выбранные одними только фортепианистами, и это не учитывая тех объединений, в которых её одногруппники не состояли. Концерт намечался беспрецедентный.

Произведение Лю Мань, Ли Сяожу и Вэнь Фанфэй тоже нашлось в перечне.

«Группа №13, секстет, «Воспоминания о Флоренции»: Ван Нина и Сюй Цзыхань (факультет фортепиано); два человека (факультет скрипки); один человек (факультет виолончели); одни человек (факультет кларнета).

Группа №52, трио, «Влюблённые Бабочки»: Ли Сяожу и Лю Мань (факультет фортепиано); Вэнь Фанфэй (факультет гучжэна).»

— Номера здесь просто для моего удобства. Чем меньше номер, тем больше участников в ансамбле, и наоборот. Это не порядок ваших выступлений.

Может, все пришли к мнению, что с большим количеством человек в группе выступать будет не так страшно. А может, другие факультеты очень хотели поиграть вместе с изучающими фортепиано. Ка бы там ни было, по итогу почти все сформировали квинтеты или секстеты, тогда как трио оказалось всего два. В одном из них состояла Лю Мань.

Несколько студентов подняли руки и указали на ошибки в списке, после чего Чжу Сиян сразу же на месте делал исправления.

— Ещё есть замечания? Если нет, тогда будем использовать этот список как стандарт. По нему мы в следующий вторник будем тянуть жребий, который определит порядок выступлений.

Когда пара подошла к концу, Лю Мань заметила, как Ван Нина направилась к трибуне. Она помогла Чжу Сияну отключить проектор и разобралась с документами. Действовала при этом умело и естественно, словно была его помощницей.

Ли Сяожу удивилась:

— Капец, я прямо-таки впечатлена её умением подкатывать к мужчине. Неужто профессор Чжу настолько ей приглянулся?

— Возможно, симпатия тут вообще не при чём. Профессор Чжу уделяет большое значение концерту Камерных Ансамблей. Значит, в университете точно считаются с его мнением. Разве ты не говорила, что он, помимо всего прочего, очень выдающийся пианист?

— К концу текущего года университет готовит грандиозный музыкальный концерт в честь своего 80-летия. Такой влиятельный профессор наверняка без проблем сможет порекомендовать исключительную студентку для сольного выступления на сцене.

Ответ Лю Мань послужил Ли Сяожу напоминанием.

— Ты права. Недавно все начали обсуждать эту новость. А ещё я слышала, что юбилейный концерт не приглашает выступать знаменитых выпускников, как делал это в прошлые годы, а только тех, кто либо учится здесь сейчас, либо получил диплом в течение двух последних лет. Они выберут самые крутые выступления, чтобы создать больше возможностей для молодых людей проявить свои таланты в таком конкурентом кругу музыкантов. О боже, я только теперь поняла коварство Ван Нина. Я даже и не думала о юбилейном концерте, а она уже сейчас строит планы на полгода вперёд.

Полгода были ерундой. Лю Мань вспомнила группу знакомых женщин из дворца. Часть из них с рождения учили посвящать всю жизнь императору и королевской власти. Они жили исключительно для мужчин и их семей.

Во время съёмок девушка слышала сплетни об актрисах, вроде Фэн Цинъюй. По словам одной визажистки, её текущий статус тоже был достигнут благодаря влиятельному мужчине.

За две тысячи лет феодальная династия сменилась равноправным обществом, наука и технологии развивались стремительными темпами, а люди размножались поколение за поколением. Однако система работала по старому принципу.

Лю Мань не знала, как реагировать. Она сказала Ли Сяожу:

— Прямо сейчас нам нужно готовиться к выступлению. Просто забудь о ней.

Вечером Лю Мань и Ли Сяожу снова встретились с Вэнь Фанфэй в репетиционной комнате и, как и в прошлый раз, прозанимались там до десяти.

Юй Чжань приехал в 10:40.

К тому времени Вэнь Фанфэй как раз ушла по своим делам, поэтому с юношей они не пересеклись.

— Как жаль, что ты не застал Фанфэй. Ей стоило остаться, познакомилась бы с парнем Маньмань, — дразняще произнесла Ли Сяожу.

— Что? С парнем? Не говори чепухи, — Лю Мань почувствовала себя крайне неловко. Она бросила быстрый взгляд на Юй Чжань и увидела, как тот улыбается, словно кот, который только что поймал мышь. Поскольку он явно не намеревался объясняться, продолжить пришлось ей самой: — Чжань просто мой друг.

— Ой, ой. Прости-прости. Значит, я не так всё поняла. Ошиблась и не сдержала язык за зубами. Вы с таким привлекательным господином Юем просто друзья, — говоря это, Ли Сяожу хихикала и отнюдь не выглядела сожалеющей. — Угу-угу, просто друг, который приезжает забирать тебя два дня подряд, хотя в такое время мог бы уже спать. Почему у меня нет настолько хорошего друга? Ох. Моя жизнь — отстой.

Ли Сяожу демонстрировала отличительную наблюдательность.

Лю Мань же лишилась дара речи.

Её с Юй Чжанем отношения находились в неоднозначной стадии, и отгораживал их буквально один призрачный листик бумаги. Всё зависело от того, когда юноша захочет его проткнуть. Из-за своего типажа сама Лю Мань ни в коем случае не планировала признаваться первой.

Ли Сяожу сейчас отлично им подсобила. Юй Чжань мысленно показал ей большой палец, одновременно размышляя над тем, что угостить её одним ужином будет недостаточно. Он должен был сводить поесть эту девушку хотя бы дважды.

Между тем, юноша понимал, что на Лю Мань давить не стоит, поэтому ответил Ли Сяожу с невинностью в голосе:

— Ты и правда неверно нас поняла. Мы с Маньмань знакомы недавно и приходимся просто друзьями.

Хе-хе…

Та в ответ мысленно закатила глаза. То есть, согласно его словам, если они будут знакомы подольше, то просто друзьями быть перестанут?

Впервые этого привлекательного мужчину она увидела прошлым вечером и из-за бьющего ключом восторга не обратила внимания на его машину. Сегодня же, приглядевшись к ней получше, девушка осознала, что это та самая Volvo, которую они с Ван Нина видели в прошлом семестре, когда Маньмань ездила на ужин.

Следовательно, стоявший перед ней человек начал добиваться Лю Мань ещё тогда. Чего-чего, а терпения и упорства ему было не занимать.

Сперва Юй Чжань отвёз Ли Сяожу обратно к общежитию, после чего доставил домой и Лю Мань.

«Галантный», — Ли Сяожу поставила в уме первую галочку.

«Умеет водить», — поставила вторую.

«Ой, и работает ветеринаром».

Прямо сейчас она общалась с Юй Чжанем в машине и узнавала, как тот познакомился с Маньмань. Профессия ветеринара считалась хорошей. Насколько знала девушка, в современное время ветеринары могли зарабатывать много денег, а начальник ветеринарной клиники — тем более. В будущем Маньмань как минимум не требовалось переживать о базовых потребностях. Ли Сяожу поставила очередную галочку.

В предстоящем мульти-факультетном ансамблевом концерте для второкурсников Столичного Музыкального Университета предстояло принять участие множеству студентов из более чем десятка разных специальностей. Итоговое число участников почти достигало тысячи человек. Многие публиковали разнообразные приглашения к себе в команду посредством Weibo, BBS и WeChat-Моментов.

Теперь этап формирования групп подошёл к концу, и настала пора репетиций. Многие выставляли фото и видео из них в интернет просто ради хвастовства. Такие встречались как в Weibo, так и в TikTok.

Каждый профессионально владел своим инструментом, поэтому даже во время практики играл на гораздо более высоком уровне, чем любители. Таких роликов было вполне достаточно, чтобы впечатлить обычного человека!

Пользователи сети писали хвалебные комментарии и лайкали те видео. Комментариев такой крутой и демонстрационный контент собирал десятки тысяч.

Видео подобного рода создали изящную художественную тенденцию в университетском обществе не только столицы, но и всего Китая. Заголовок #Концертный-Ансамбль-Столичного-Музыкального-Университета# молниеносно стал популярным.

Один пользователь написал в Weibo: [В молодости у меня был сосед, которого родители заставляли каждый день изучать фортепиано, а я тогда просто валял дурака. Очень радовался в то время, что мои родители ни к каким отстойным инструментам меня не принуждают. Но при виде столь отличной игры от людей моего возраста во мне пробуждаются восторг и сожаления о прошлом решении. Пока я бездельничал, другие усердно работали. Они заслуживают быть такими выдающимися.]

Другой пользователь поделился своим мнением: [Раньше классическая западная музыка казалась мне до жути скучной, и во время её прослушивания я всегда хотел спать. Но эти студенты из музыкального университета заставили меня осознать, что классика тоже может стать очень модной и крутой благодаря аранжировкам. Она словно излучает энергию юности нового столетия, и я уже подсознательно ею наслаждаюсь.]

Третий пользователь написал: [Как круто, что я тоже учусь в столице. Говорят, концерт пройдёт 9-го и 10-го мая, то есть в четверг и пятницу. Хотя это и не выходные, но я всё равно хочу прийти посмотреть! Будет жарко. Кто-нибудь хочет пойти со мной?]

Под его комментарием появилась уйма ответов с желанием посетить мероприятие. Ради этого люди даже брали отгулы на работе.

Примечание Автора: Ранее упоминалось, что этот неофициальный концерт будет бесплатным и безбилетным. Любой мог просто прийти и слушать. Поначалу Чжу Сиян даже переживал, что из-за слишком длинного концерта зрительский зал будет пустовать. Однако теперь наибольшим беспокойством намечался чрезмерный наплыв слушателей.

В субботу Лю Мань пошла на регулярный урок каллиграфии.

Профессору Су наблюдал за тем, как она дописывала произведение. Оставшись удовлетворённым, он с улыбкой спросил:

— В твоём университете будет студенческий концерт?

Лю Мань удивилась. Эта новость дошла даже до профессора Су?

Пожилой мужчина, казалось, прочитал её мысли и улыбнулся.

— У меня есть старая подруга, она там профессор гучжэна. Её фамилия Вэй, а полное имя — Вэй Ваньжу. Знаешь такую?

Девушка покачала головой.

— Я из фортепианного факультета, поэтому ничего не знаю о профессорах народной музыки.

Профессор Су сказал:

— Она рассказала мне, что все ваши студенты, изучающие западную классику, в последнее время серьёзно заняты, и в представлении предстоит выступать даже второгодкам. Тогда я вдруг осознал, что ты тоже на втором курсе, вот и спрашиваю из соображений удобства.

— Да, все готовятся, поскольку от выступления зависят оценки по предмету. Это одновременно концерт и соревнование, так что каждый прилагает максимум усилий.

Чжу Сиян никогда не заявлял прямо о награде для лучших, тем не менее все понимали, что первой команде с высокой долей вероятности позволят сыграть на юбилейном концерте в честь 80-летия университета.

Таким образом, теперь они готовились не только к зачёту, а и боролись за это место. Как только студент выступал на юбилейном концерте, ему больше не приходилось переживать за своё будущее после выпуска.

Профессор Су проявил к Лю Мань серьёзную заботу:

— И как проходит твоя подготовка.

— Мы готовы, — они с Ли Сяожу всё равно не метили на первое место. Им было достаточно просто сдать зачёт.

— Ваньжу сказала, что концерт пройдёт через неделю. В следующую субботу можешь на занятие не приходить, лучше сконцентрируйся на подготовке. Упущенный урок нагоним в воскресенье, — профессор Су серьёзно уважал другие аспекты жизни Лю Мань.

Но о безвозвратном прогуле его занятий не шло и речи!

Девушка поспешно его поблагодарила.

— Ладно, хватит отвлекаться от дела. Продолжим.

Страница книги Рассказ принцессы: как стать интернет-звездой после переселения в интернете

Table of Contents

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 7

1 - 8

1 - 9

1 - 10

1 - 11

1 - 12

1 - 13

1 - 14

1 - 15

1 - 16

1 - 17

1 - 18

1 - 19

1 - 20

1 - 21

1 - 22

1 - 23

1 - 24

1 - 25

1 - 26

1 - 27

1 - 28

1 - 29

1 - 30

1 - 32

1 - 33

1 - 34

1 - 35

1 - 36

1 - 37

1 - 38

1 - 39

1 - 40

1 - 41

1 - 42

1 - 43

1 - 44

1 - 45

1 - 46

1 - 47

1 - 48

1 - 49

1 - 50

1 - 51

1 - 52

1 - 53

1 - 54

1 - 55

1 - 56

1 - 57

1 - 58

1 - 59

1 - 60

1 - 61

1 - 62

1 - 63

1 - 64

1 - 65

1 - 66

1 - 67

1 - 68

1 - 69

1 - 70

1 - 71

1 - 72

1 - 73

1 - 74

1 - 75

1 - 76

1 - 77

1 - 78

1 - 79

1 - 80

1 - 81

1 - 83

1 - 84

1 - 85

1 - 86

1 - 87

1 - 88

1 - 89

1 - 90

1 - 91

1 - 92

1 - 93

1 - 94

1 - 95

1 - 96

1 - 97

1 - 98

1 - 99

1 - 100

1 - 101

1 - 102

1 - 103

1 - 104

1 - 105

1 - 106

1 - 107

1 - 108

1 - 109

1 - 110

1 - 111

112 Популярность в TikTok

1 - 113

1 - 114

1 - 115

1 - 116

1 - 117

1 - 118

1 - 119

1 - 120

1 - 121

1 - 122

1 - 123

1 - 124

1 - 125

1 - 126

1 - 127

1 - 128

1 - 129

1 - 130

1 - 131

1 - 132

О книге