После окончания колледжа Лю Яньян нашла себе работу по садоводству в парке. Она уже три года занимала свой пост, завоевав благосклонность руководства, держа гордо голову и старательно выполняя свою роль.

Теперь, когда ей было уже 26 лет, она быстро присоединилась к рядам оставшихся женщин, не вышедших замуж. Ее семья волновалась, и часто устраивала для нее свидания вслепую. Сегодня Яньян планировала встретиться с одним после работы — она была невероятно раздражена от простой мысли об этом.

Она закончила обед и воспользовалась оставшимся временем перерыва, чтобы выпить глоток воды и почитать роман на своем телефоне. Она читала этот веб-роман уже три дня. Он назывался «Сбежавшая наложница».

В романе главная героиня часто оказывалась во всех необъяснимых неприятностях, и сюжет был довольно банальным и мелодраматическим. Тем не менее, написано было хорошо, и сюжет стремительно развивался, полностью удерживая внимание Лю Яньян во время поездки.

Сегодняшний сюжет достиг своего апогея. Главный герой наконец отвоевал свою опять сбежавшую невесту, но она предъявила ультиматум, что она не собиралась делиться своим мужем с гаремом, полным женщин. Поэтому главный герой сделал большой резкий жест и уволил всех своих жен и наложниц.

Но эти женщины изначально вели счастливую и беззаботную жизнь. После этого бедствия, которое, казалось, спустилось из ниоткуда, они были глубоко потрясены, некоторые горько плакали после получения мрачной вести. В конце концов, им разрешили остаться после появления старой мадам. Однако в результате некоторые из женщин горько ненавидели главную жену, и таким образом начался путь к мести.

Все виды ядов пролетали сквозь воздух, когда использовались всевозможные схемы и сюжеты. Хотя главная героиня была невинной, наивной девушкой, ей удалось проложить путь сквозь все покрытые шипами препятствия, опираясь на ее щит, главного героя с невероятной ловкостью и боевыми способностями.

И сегодня одна из второстепенных женских персонажей, маленькая наложница, которая никогда даже не держалась за руки с главным героем, была выставлена на наказание за ее роль в интрижке против главной героини. Главный герой приказал её убить, избив до смерти в качестве примера для остальных.

Сцена была чрезвычайно горькой и совершенно жестокой. Это была поистине изюминка всей книги.

Лю Яньян была погружена в прозу и рассеянно потянулась за чашкой воды, чтобы утолить жажду. Тем не менее, вместо этого ее рука столкнулась с кактусом на столе, и неумолимые шипы сразу же сделали в руке кровавые отверстия.

Она нахмурилась, наблюдая, как по ее руке течет струйка крови.

По какой-то необъяснимой причине капля крови, казалось, падала с ее пальца в ледяном темпе. Она могла проследить всю траекторию, прежде чем она приземлилась на стол. Это было не так, как работала наука! Она хотела моргнуть, но не могла закрыть глаза.

Капля крови наконец приземлилась на стол, но он полностью изменился. Изначально это был хорошо изношенный офисный стол, нарисован как искусственное дерево, но теперь он каким-то образом превратился в стол из палисандра? Он даже выглядел как массивная древесина. Такой стол стоил от пары тысяч до десяти тысяч!

Лю Яньян моргнула. Когда у нее сложилась привычка становиться легкомысленной? Окружающая среда казалась размытой, когда ее голова закружилась. Она даже начала галлюцинировать.

«Ах, госпожа Сюй, как вы укололи себе руку?» Внезапно возле Лю Яньян прозвучал голос. Это так испугало ее, что она дернулась и полностью опомнилась.

Она изумленно открыла глаза. Разве это комната для отдыха, в которой она провела три года? Это была комната, оформленная в античном стиле — подождите, кто так украсил их дом? Сколько денег все это стоило?

Но это была просто комната, почему рядом ходила молодая девушка, одетая как в древние времена? Что здесь происходит, это было мифическое переселение, о котором все говорили?

«Госпожа Сюй, госпожа Сюй, что с вами случилось?» Девушка в древней одежде, казалось, очень беспокоилась. Она дважды слегка подтолкнула Лю Яньян, прежде чем увидеть, как ее глазные яблоки задвигались и она начала заикаться: «Г-где, где я?»

Девушка рассмеялась в испуганных рыданиях, опустившись на колени на полу, когда она ответила: «Госпожа Сюй, пожалуйста… пожалуйста, не пугайте эту служанку! Что с Вами случилось?»

Госпожа Сюй? Служанка?

Была ли она в древних временах?

Лю Яньян поспешно встала, ей нужно было подтвердить ее теорию. Она выбежала из маленького двора. Этот двор был наполнен антикварными вещами, и оформлен в классическом стиле.

В середине двора стоял павильон, аккуратно обставленный каменными столами и сиденьями. Куда бы она не смотрела, она не смогла найти телефонные кабели, флуоресцентную краску, никаких электрических ламп, никаких современных вещей вообще!

Боже мой, она действительно переместилась!

Она должна была отправиться на свидание вслепую, это было просто слишком внезапно! Она попала в древние времена после того, как укололась кактусом, может кто-нибудь, пожалуйста, рассказать ей, что это за причудливый метод переселения?

Глубоко вдохни, оставайся спокойной, оставайся спокойной. Поскольку я смогла сюда попасть, это значит, что есть способ вернуться. Я не попала в аварию и не упала с лестницы. Мое тело там просто как персик, я уверена, что смогу вернуться.

«Госпожа Сюй, вы плохо себя чувствуете? Вы хотите, чтобы эта служанка позвала врача?» Девушка в древнем платье прибежала снова, ее выражение все еще было безумным.

«Госпожа Сюй?» Она, похоже, слышала это имя раньше. Она сказала подсознательно: «Бай Сянсю?»

«Что случилось, госпожа Сюй? Что-то не так с вашим почетным именем?» — спросила молодая девушка, вытирая свежие слезы на своем лице.

«Сяо Ши?» Лю Яньян уже начала всхлипывать. Она уставилась на девочку, надеясь, что она откажется от своего имени. Тем не менее, она кивнула, а ее лицо было переполнено испугом.

Лю Яньян внутренне проклинала свою неудачу. Из всех людей, в которых можно было переселиться, она перешла в тело второстепенной героини, которую избили до смерти, госпожу Сюй! Это заставило ее плакать в душе, но у нее не было слез.

Все ее существо потеряло энергию, когда она упала в кучку на землю. Сяо Ши продолжала плакать, раздражая Яньян. Она кивнула головой со смирением: «Э, Сяо Ши, ты можешь перестать плакать?»

«Но эта служанка боится того, как себя ведет Госпожа Сюй.» Сяо Ши было всего тринадцать или четырнадцать лет. Для нее было нормально бояться.

«Ладно ладно, я в порядке… но сначала помоги мне.» Лю Яньян подняла руку. Она тоже хотела плакать, но не могла даже найти способ.

Сяо Ши поспешно подняла свою хозяйку и повела ее присесть на кровати. Кровать была довольно твердая. Хотя на ней было много одеял, она все еще не была так хороша, как матрас.

«Возьмите немного воды, Госпожа.» Сяо Ши принесла чашку воды для Лю Яньян, вынимая платок, чтобы вытереть свои слезы после того, как ее хозяйка взяла чашку.

Лю Яньян окончательно успокоилась, выпив немного воды. Она чувствовала, что ей нужно изменить сюжет романа, чтобы ее не избили до смерти. Любой способ умереть был прекрасен, но это было особенно трагично. Она чувствовала себя подавленной, когда вспоминала, что написано в романе.

«Сегодня в усадьбе было что-нибудь интересное?» В книге время было эфемерным, поэтому она могла только определить, сколько времени прошло от событий романа.

«В ответ Госпоже Сюй, все были заняты организацией новой площадки в эти дни и готовят ее ко дню рождения старой мадам. Все были очень заняты, поэтому ничего нового не произошло.»

Сяо Ши была довольно напугана, но теперь, наконец, вздохнула с облегчением, когда ее хозяйка вернулась в норму.

День рождения старой мадам еще не наступил. Это означало, что прошло меньше месяца, с тех пор, как главный герой стал принцем не по королевской крови. Он только вернулся с поля битвы.

Слава богу, главной героине еще предстоит дебютировать, а Лю Яньян была далеко от смерти. Пока она не создавала проблем или не поднимала суету, она могла бы прожить свои дни, если бы спокойно опустила голову. Всегда можно найти способ вернуться в свой мир, пока она жива.

Она махнула рукой и заговорила с должной манерой: «Ты уволена. Мне здесь не нужны твои услуги.»

Лю Юньян пришлось заботиться о себе с юности. Ей действительно не хотелось, чтобы кто-то ждал ее руки и ноги, передавал ей воду и подготавливал одежду. Она не была ребенком!

После нескольких дней радумий Лю Янъян решила, что теперь она будет вести себя как Бай Сянсю. Она определенно не могла позволить никаким деталям ускользнуть и позволить другим понять, что она не Бай Сянсю.

Разве не все романы так пишут? Любая перерожденная женщина, которая хотела оставаться в безопасности, должна была вести себя как их первоначальная хозяйка. Отныне ее имя было Бай Сянсю. Она должна была убедиться, что она реагировала, когда люди называли ее имя. Было бы ужасно, если бы она этого не сделала.

Она сидела у зеркала, запоминая свое лицо и повторяя в уме свое имя. Однако, разве она не выглядела слишком хорошо, чтобы быть второстепенным женским персонажем?! Раньше она видела бесчисленную красоту; Тех, у кого была косметическая хирургия, и тех, кто её не делал, красавиц в Интернете, красавиц в искусстве и знаменитостей по телевизору. Но ни одна из них не могла сравниться с внешностью этого женского персонажа!

Ранее, в книге упоминалось, что Бай Сянсю была самой красивой из наложниц мужского персонажа, поэтому она не хотела проиграть главной героине. Вот почему и была ей наиболее противна.

Она сразу поняла почему, думая об этом сейчас. Человек, родившийся с такой красотой, естественно, был бы тщеславным. Даже если она не думала, что может очаровать всех мужчин в мире, смотреть сверху вниз на женщин с внешностью хуже, чем у нее, было довольно нормально!

Ах, какая жалость. Она родилась с такой красотой, но не была главной героиней. Она вздохнула, но тут же встала перед зеркалом и с радостью посмотрела на свое отражение. После перерождения, самым счастливым для нее, была ее новая внешность.

Она продолжала внимательно следить за фигурой, любуясь своим лицом. Ей было всего пятнадцать лет, но у нее уже была соблазнительная аура. Красивый бюст, тонкая талия и длинные ноги; О господи, она краснела от взгляда на свое тело?

Сяо Ши выбрала этот момент, чтобы сдвинуть ширмы. Увидев ее Госпожу Сюй только в нижнем белье, бесстыдно поворачиваясь таким образом, чтобы взглянуть на ее собственное отражение, она была настолько потрясена, что бросила медный таз на пол и изумленно уставилась на нее.

«…» Казалось, эта ситуация была довольно неудобной. Бай Сянсюй потерла нос, слегка кашляя, улыбнулась и сказала: «А, быстро, помоги мне. Я чувствую, что на моей спине есть жук.»

Сяо Ши наконец опомнилась и поспешно осмотрела спину хозяйки. В конце концов, она не нашла жука, сказав с недоумением в голосе: «Здесь ничего нет?»

«А, это, должно быть, одежда. Почему бы мне не переодеться в другой наряд?» Она облегченно вздохнула, когда Сяо Ши ушла, чтобы принести новую одежду. Она больше не должна так поступать, люди здесь очень консервативны.

Внутренний двор Бай Сянсю называли Зимним садом. Это был самый изолированный двор среди резиденций четырех благородных наложниц. Старая мадам определила ее сюда по какой-то причине. Хотя она имела довольно хорошую репутацию и происходила из семьи литераторов, она была слишком красива. Боясь, что ее сын будет загипнотизирован ее красотой после возвращения с поля битвы, старая мадам приказала ей жить в самом дальнем дворе.

Ее намерение состояло в том, чтобы оттолкнуть ее дальше от сына, так как она получает его благосклонность только после того, как три других женщины уже получили свою долю. К тому времени у ее сына было бы достаточно опыта с женщинами, чтобы быть невосприимчивым к ее прелестям.

На этом этапе необходимо было объяснить несколько вещей. В рассказе, в то время как у мужского персонажа была репутация плейбоя, который имел дело с бесчисленными женщинами и даже с насильственным уклоном, он был, фактически, девственником. Так устроила все старая мадам. Когда Бай Сянсю читала эту историю, она не чувствовала ничего особенного в этом. Однако теперь, она была весьма благодарна старой мадам.

Было бы лучше, если бы ей не нужно было встречаться с мужским персонажем. Что, если он убьет ее раньше, чем ожидалось? Она очень боялась этого. Однако в книге были некоторые вещи, которые не были ложью.

Как и ожидалось, у женского персонажа была аура главного героя, против которой нельзя было защищаться. Даже восхитительный внешний вид Бай Сяньсю игнорировался и считался обычным для зрителей. Мужчины в этой книге действительно были слепы.

Похоже, всем нравились невинные цветы. Кто хотел бы держать злую женщину рядом? Они, вероятно, крепко бы не спали! Бай Сянсю заставила себя перестать думать об этом. Как бы внушительно она ни выглядела, ей приходилось думать о том, как вернуться. Быть трудолюбивым маленьким садовником было бы лучше. Быть женщиной, главным или второстепенным женским персонажем, действительно не устраивало таких, как она, которые играли с грязью пока росли.

Но как она могла вернуться?

Она подняла палец. Часть, где она укололась кактусом, уже зажила. Иногда она болела, но не влияла на ее движения. Глаза Бай Сянсю внезапно вспыхнули. Она попала сюда после того, как укололась кактусом. Разве это не значит, что она могла вернуться, если найдет кактус и снова уколется?

Как только у нее возникла эта мысль, ей все равно, был ли это фантастический полет или нет. Она позвала Сяо Ши. Когда Сяо Ши, посреди вышивания, услышала, как хозяйка позвала ее, она тут же вошла.

По какой-то причине ее хозяйка была довольно странной в эти два дня. Она говорила мягким тоном и вела себя как хорошо воспитанная барышня, но теперь ее действия были такими же грубыми, как грязь. Даже ее голос стал намного громче. «Госпожа Сюй, у вас есть какие-то указания для меня?» с опаской спросила Сяо Ши.

«Похоже на то. У нас есть кактусы в резиденции?» — взволнованно спросила Бай Сянсю, ее глаза ярко сияли. Тем не менее, она забыла о ее способности убивать ее нынешним обликом. Для Сяо Ши это было похоже на то, что лицо ее хозяйки расцвело, как сто цветов. Не готовая к этому, она была мгновенно ошеломлена.

«К-к-кактусы? Что это?» Все, о чем она могла думать, это то, что ее хозяйка была сейчас слишком красива, слишком сияющая. Она не смела смотреть на нее, что она должна делать?

Что это?

Она вспомнила, что кактусы были привезены в Китай где-то во время династии Мин. Хотя это была всего лишь история, она написана о старых временах. Были ли вообще вокруг кактусы?

«Тогда, как насчет огненных ладоней?» Бай Сянсю не беспокоилась о неловкости Сяо Ши и попыталась использовать другое название кактусов с некоторыми сомнениями. В давние времена некоторые люди называли кактусы «огненные ладони».

«Я никогда о таком не слышала.» После того, как Сяо Ши закончила говорить, она поняла, что ее хозяйка сразу же рухнула в поражении. Выражение ее хозяйки изменилось с прежнего высокого настроения на уныние. Это заставило ее сердце болеть.

Она поспешно попыталась утешить ее, сказав: «Госпожа Сюй, эта служанка … если у нее будет время, я спрошу об этом. Возможно, кто-то знает.»

Она заметила, что ее хозяйка снова превратилась из заброшенного щенка в оживленную девушку, когда закончила говорить. Улыбка Бай Сянсю была ослепительной, когда она кивнула: «Тогда я побеспокою Сяо Ши.»

Сердце Сяо Ши почти не могло биться последовательными ударами, и она чуть не рухнула на пол. Выслушав с большим трудом, как ее хозяйка описала внешний вид кактуса, она поспешно вышла, похлопывая свое бьющееся сердце, как она думала — Хотя госпожа раньше была красавицей, она казалась лживой, как живопись. Если честно, у нее была такая же жизнь, как красивая цветочная ваза.

Однако нынешняя хозяйка дико отличалась. Ее выражения были настолько яркими, что ее жесткое лицо зажгло жизнь. Как девочка, ее сердце дергалось, наблюдая за ней. Если бы мужчины смотрели на нее, разве они не сходили бы с ума? Это было бы плохо. Ей пришлось бы защищать свою хозяйку. Она не могла позволить ей оскверниться другими мужчинами.

Как только Сяо Ши укрепила свое решение, она отправилась спросить о кактусах для Бай Сянсю. Каждый раз, когда она возвращалась и видела разочарованное выражение хозяйки, ей казалось, что она нанесла серьезный удар.

Она видела, что дух ее хозяйки медленно падает, как будто она заброшенное маленькое животное. Ее хозяйка смотрела на Сяо Ши с такими слезливыми глазами, что у нее болело сердце. Она не могла не предложить: «Госпожа Сюй, почему бы нам не отправиться на пристань и посмотреть? Но, нам нужно разрешение старой мадам, прежде чем мы сможем покинуть резиденцию.»

«Пирс?» С удивлением спросила Бай Сянсю.

«Да! На пирсе всегда есть какие-то иностранные товары. Возможно, этот предмет может быть там.» Сяо Ши никогда бы не посмела предложить такую идею, если бы ее хозяйка была такой, как раньше. В глубине этой суматохи, как легко было просто уйти при малейшей прихоти? Сяо Ши была убеждена, что она очарована своей хозяйкой.

Точно! В романах обычно есть такое развитие сюжета. Бай Сянсю погладила свой подбородок, разжигая решимость выйти. Кто знает, какие странные вещи она встретит? У нее было такое ощущение, что ее появление здесь было просто слишком большим сюрпризом.

Большинство людей либо страдают какой-то комой, либо даже умирают, прежде чем переродиться. В ее случае ничего плохого не было. Она была совершенно здоровой. Как она могла оказаться в этой клетке с судьбой обреченной быть пушечным мясом?

Бай Сянсю пришлось несколько раз ходить по кругу, прежде чем она смогла вернуть себе самообладание. Получить разрешение старой мадам на выход, эта задача имела слово, которое могло бы описать ее трудность: «Ха!». Эта старая мадам была очень консервативной и ненавидела даже мысли о том, что женщины ее сына будут бегать вокруг, привлекая пчел и бабочек. Вот почему у нее были плохие отношения с женским персонажем. Даже если бы все четыре новые наложницы не вступали бы в какие-либо отношения с господином, они все равно не смогли бы выйти из своего двора до самой смерти. Дрожь пробежала по ней, когда ее мысли остановились. Эта старая мадам была феодальной старой боевой птицей, Бай Сянсю не должна привлекать неприятностей!

«Как ты думаешь, старуха позволит мне выйти?» Честно говоря, старуха не была такой старой, ей только 40 лет. Конечно, на публике её называют «Старая мадам», а имя «старуха» использовалось только наедине.

Сяо Ши покачала головой. Характер старой мадам был строгим, так что в особняке редко кто-нибудь вызывал суету или не соблюдал правила. Сяо Ши была уверена, что без уважительной причины старая мадам не даст её хозяйке разрешения выйти. Когда Бай Сянсю увидела выражение Сяо Ши, она хихикнула. Смех заставил слой мурашкек пробежать по коже вниз по спине Сяо Ши.

Через час Сяо Ши держала кусок вышивки, сидя у порога. Ее глаза были зафиксированы на углу ворот недалеко от нее, она задумалась. Прямо мимо этих ворот был извилистый коридор, который вскоре приближался к внешней стороне. Это был вход, который продавцы и торговцы часто использовали для поставок или других задач. Интересно, а если Мадам Сюй и правда уйдет в одежде девушки-слуги?

Сяо Ши явно хотела остановить свою хозяйку, но её бедное сердце растаяло только от её подмигивания. Она не могла не вздохнуть, ведь была заворожена моментом слабости. Те старые изречения о роковой красоте действительно были правдивы!

Бай Сянсю действительно ушла, и еще хуже, сделала это так легко. Торговцы использовали много тележек для перевозки товаров, поэтому в каждой тележке была одна очень большая корзина с продуктами. Она без затруднений проскользнула в одну из корзин и легко спряталась. Но когда торговец повернул за угол, он услышал где-то голос, кричащий: «Стой!»

Торговец не ожидал, что рядом кто-то окажется, и поспешно остановил тележку. Он повернулся, глядя на корзину. С листьями овощей, прилипшими к ее голове, Бай Сянсю небрежно вылезла из корзины, не обращая внимания на свое сбитое с ног состояние. Ее прекрасное лицо разразилось улыбкой, когда она заговорила с честно выглядящим сорокалетним мужчиной: «Извини старший брат, я одолжила твою корзину, чтобы выбраться. Позволь мне объяснить, почему.» Она уже все продумала, прячась в телеге.

В рассказе отец ее хозяйки заболел. Но, разве можно покинуть владения лорда, как ей хотелось? Поэтому она заняла место хозяйки, чтобы пойти к отцу. Она даже вытащила серебряный таэль и отдала его торговцу. Не думайте, что она была идиоткой, чтобы свободно доставать деньги только потому, что она была новенькой в этом древнем времени. Подкупить кого-то, кому она не доверяла серебром? Это явно были игры со смертью.

Она сделала это именно потому, что торговец, которого звали Сан Сиер, был хорошим сыном. Он поставил своё благочестие как сына на высшую степень. Фактически, путь, которую она использовала, также использовала героиня книги, которая планировала бежать из поместья, когда нашла Сан Сиера. Затем она использовала дорогу, которой он доставлял продукты, чтобы несколько раз покинуть благородное поместье и не быть обнаруженной.

Главной героине еще предстояло сделать ее великий выход. Поэтому, когда Бай Сянсю раньше выходила на воздух и наткнулась на Сан Сиера, она его узнала. Вот почему она осмелилась спрятаться в его тележке, ведь он был описан в книге как очень мягкий персонаж.

Сан Сиер ошеломленно посмотрел на таэль серебристого цвета. Тем не менее, его сердце было очень уверенным, что девушка перед ним лжет. Единственного взгляда на ее внешний вид было достаточно, чтобы подвергнуть сомнению ее личность девушки-слуги. Как она могла быть служанкой? Она была явно хозяйкой! Но, от нетерпеливого маневра, он подумал, что может она лично захотела посетить своего отца.

В древние времена люди очень редко использовали здоровье своих родителей как шутку. Таким образом, он очень быстро поверил в её ложь. В конце концов, он сказал: «Тогда давай быстрее поедем. Я… Моя корзина будет здесь днем.» Смысл был ясен, он будет здесь днем, если она захочет вернуться в поместье. Как и ожидалось от хорошего человека! Бай Сянсю широко улыбнулась ему и сказала: «Тогда спасибо, Большой Брат Сан.» Затем она надела огромную шляпу с вуалью, которую заранее приготовила, и направилась к пристани.

«Неужели она будет в порядке?» Внешний вид этой женщины был слишком ошеломляющим. Хотя она носила завуалированную шляпу, она не могла скрыть необычность ее фигуры от глаз людей. Сан Сиер был немного обеспокоен. Как честный и сыновний человек, он искренне беспокоился о ней, не испытывая никаких других чувств.

Бай Сянсю не понимала, что ее ложь раскрыта. В сумке еще было немного серебра. Она спросила о месте причала и поспешила вперед. В результате она быстро добралась до места назначения. Однако из-за скорости, с которой она шла, она слегка вспотела к тому времени, когда дошла до пирса. Добавляя завуалированную шляпу, в которой ей пришлось идти, ей было очень душно.

Но она знала, что если снимет шляпу, сразу же вызовет волнение. Она могла использовать ее только как подобие опахала. Когда она ходила вокруг, обмахивая себя, она обнаружила, что в доках было немало людей. Большинство из них мужчины, женщин было мало и встречались они далеко друг от друга.

Рядом с доками был крошечный маленький базар. Как современный человек, который видел живописные сады и достопримечательности, раздавленные массами людей, количество людей в доках было всего лишь пустяком для счастливого туриста — е, Бай Сянсю вполне адаптировалась. Тем не менее, она не забыла, почему пришла сюда сегодня. Она вошла на базар и начала смотреть на выставленные товары.

Все товары были действительно новинкой, но, как современного человека, мало что могло вызвать ее интерес. Поскольку ее мысли были исключительно заняты «кактусом, кактусом», она обращала внимание только на любую флору, которую смогла найти. Она искала вверху и внизу, и много раз спрашивала, но в конце концов не смогла найти никого, кто знал бы о кактусах или похожих растениях. Она не могла не почувствовать глубокое разочарование. Она огляделась, чтобы закончить экскурсию по этому месту. Казалось, что сегодня урожай пуст.

Внезапно она услышала тихий голос: «Помогите!» Это звучало так, будто голос принадлежал маленькому ребенку, голос которому не хватало сил.

Бай Сянсю была поражена. Она крутилась во все стороны, глядя повсюду на источник голоса, но не обнаружила в окрестностях никаких маленьких детей. По ее словам, это была галлюцинация от беспокойства. Качая головой, она обернулась, чтобы уйти. Но в тот момент она снова услышала этот слабый, жалобный крик о помощи.

Это не должно быть плодом ее воображения. На этот раз ей показалось, что голос раздался снизу. Поэтому она неторопливо опустила голову и начала внимательно разглядывать толпу, уклоняясь от забытых убежищ и углов. Полностью поглощенная поиском источника крика, она не обращала внимания на группу людей, направляющихся к ней. Она также не заметила, что толпа вокруг нее начала отступать от группы, оставляя ее вопиющим образом осматривать местность с опущенной головой. Это определенно была странная сцена!

Сун Цзяоюэ получал такое внимание каждый раз, когда выходил, поэтому он шел вперед, не обращая внимания на то, что было перед ним. В результате он столкнулся непосредственно с маленькой фигурой, на которой была очень большая завуалированная шляпа и совершенно не знающая об окружающей атмосфере. Она опустила голову и явно что-то искала. Даже после столкновения с ним эта фигура нетерпеливо оттолкнула его и сказала: «Иди иди, не слышал ли кто-то зов о помощи?» Голос был как у очень молодой девушки, но он действительно не слышал призыва о помощи.

Он чувствовал, что ее действия были чрезвычайно интересными. Он спросил: «Молодая леди, вы что-то ищете? Вам нужна моя помощь?»

«Я ищу кое-кого…» Бай Сянсю подняла голову, но ее слова застыли в горле. Сцена перед ней была такой ослепительной, что она почти забыла о крике помощи. Человек перед ней был одет в белый парчовый халат, его волосы удерживала золотая корона. Сдержанная и элегантная осанка дополняла его изысканное и красивое лицо. Вместе с этим, его одежда подчеркивала благородную ауру, которая лучилась из его тела. Ей почти казалось, что она смотрит на необыкновенно редкую красоту, которую не может закрыть даже ее завуалированная шляпа.

Но, когда ее взгляд приземлился на орнамент нефрита, висящий на его талии, ее живот сжался. На нефритовом орнаменте между драконом и фениксом была надпись «Сун». Разве этой ценной вещью не владел основной второстепенный мужской персонаж в романе?

В «Сбежавшей наложнице лорда» было немало второстепенных мужских персонажей просто потому, что попытки побега женщины приводили к её встречам на дороге всевозможных людей. Единственный, кого она не встречала во время своих путешествий, был основной второстепенный мужской персонаж, воплощение душевности, Сун Цзяоюэ. Его персонаж был похож на его имя, пустынную, благородную яркую луну. И все же он в конце концов оказался совершенно одиноким.

Он родился с высоким статусом в правившей династии как первый сын высокопоставленного ученого Суна Кантри, и был единственным сыном старшей принцессы. В пятидесяти третьем году шестидесятилетнего цикла он получил звание ученого номер один. В результате все приветствовали его как сэра Цзяоюэ! Этот сэр Цзяоюэ был единственным человеком, чей статус был наравне с главным героем.

Сердце Бай Сянсю сжималось при его виде, потому что этот человек когда-то угрожал настоящей Бай Сянсю из романа, как только узнал, что она преследовала женского персонажа! Конечно, этого еще не было. Прямо сейчас она, казалось, смотрела в изумлении на мужского персонажа, когда на самом деле ее мысли просто исчезли.

«Мне очень жаль, кх-кх… Я задумалась о чем-то.» Как неудобно! Когда она избавится от привычки увиливать в сторону? Что, если он ошибочно примет ее за безумную дуру?

Сун Цзяоюэ не возражал. Напротив, он думал, что ее реакция была совершенно нормальной. Но Бай Сянсю не интересовалась взаимодействием с мужским персонажем. Было более важно выяснить, кто просит о помощи. Внезапно она заметила кусок ткани за туфлями мужского персонажа. Изнутри выглядывал странный черный колючий предмет.

Она почувствовала, как ее сердце застучало быстрее, когда она слегка отодвинула мужчину в сторону. «Уступите дорогу, уступите дорогу.» Ей почудилось? Может ли это быть…

Сун Цзяоюэ ожидал, что эта молодая девушка будет стеснительной, но, к своему большому удивлению, его отбросили в сторону. Следующее, что он понял, она сидела на корточках на земле, почтительно и осторожно, глядя на кучу тряпок. Углы его рта не могли не подергиваться. С каких это пор он был менее важен, чем куча отброшенной ткани? Он планировал уйти, но у странных выходках этой девушки была магнитная тяга, которая его привлекала. Он не знал почему, но хотел остаться и посмотреть, что она делает.

Конечно же, она осторожно подняла тряпку, прежде чем вскрикнуть в приятном удивлении. «Нашла! Я не ожидала, что на самом деле найду его.» Она протянула руку, чтобы схватить пучок, но быстро вскочила с криком.

Сун Цзяоюэ не мог не сплести брови. Было ясно, что у объекта есть шипы, но она все равно пыталась взять его рукой. Эта девушка слишком небрежна. Посмотрите, как она исколола руку… хм? Сама Бай Сянсю казалась испуганной и неподвижно смотрела на кровь, вытекающую из руки. Она ничего не делала, чтобы закрыть раны. «Мисс, мисс… ваша рука серьезно ранена?»

Он помог ей прийти в себя, но это только напугало девушку и она отступила на несколько шагов. В ней уже не было прежней радости, но она отчаянно покачала головой. «Пустяки.»

«Эта штука полна болезненных шипов, могли бы вы ее оставить,» — предупредил он, увидев, что она снова потянулась к ней.

На этот раз девушка подняла тряпки вместе с предметом. Хотя она все еще находилась в плохом настроении, она поблагодарила его, подняла связку рваных лохмотьев и спросила: «Могу я спросить, кому принадлежит этот предмет? Я хочу купить его.»

Сун Цзяоюэ хотел рассмеяться. Было очевидно, что кто-то выбросил его, но эта девушка все еще была так честна. Тем не менее, он не мог заставить себя усмехнуться, увидев кровь на её руках. Эта девушка действительно не ценила себя. Конечно, кто-то выбросил растение. Оно было из торгового каравана, который вернулся из далекой пустыни. Поскольку они боялись солнечных ожогов, они разорвали часть этого местного растения, которое, как говорили, облегчало боль от солнечных ожогов. Когда они добрались до места назначения, не было необходимости в такой колючей штуковине, поэтому ее выбросили, пока эта девушка не нашла ее.

Сун Цзяоюэ быстро узнал обо всем после осторожного запроса. Девушка, которая фактически забрала растение, не сказала ни слова. Как только она услышала, что он никому не нужен, она взяла предмет и ушла, не дав ему второго взгляда. Сун Цзяоюэ не мог не потирать лицо. Он всегда считал, что его присутствие приветствуется, но сегодня он не смог сравниться с уродливым, страшным растением. Он не мог удержаться от мягкого смеха. Похоже, действительно были женщины в мире, которые не были заинтересованы во внешности, силе и влиянии. Тогда, чего хотела эта женщина?

Девушка, которая нечаянно заслужила описание, что она ничего не любит, была на самом деле очень обычной. Она обожала рассказы о принце и его Золушке. К сожалению, она знала, что это просто рассказы. По сравнению с ними, она бы лучше вернулась к реальности. Только после того, как она укололась, независимо от количества пролитой крови, она поняла, что не вернется. Это осознание оставило ее потрясенной, и она не могла думать ни о чем другом.

С большой заботой она принесла кактус туда, где Сан Сиер остановил свою телегу и подождала, пока он не появится. Они оба ничего не сказали, когда она забралась в корзину и вернулась в поместье. Его помощь гарантировала, что все прошло гладко. Она благополучно устроилась в своем Зимнем саду к тому времени, когда старые женщины-слуги пришли осматривать задние дворы.

Сяо Ши почти плакала от беспокойства, но тут же помогла ей переодеться и расчесать волосы. Тем не менее, она встревожилась, увидев странное колючее растение, которое ее хозяйка принесла домой. «Найди для меня цветочный горшок, я собираюсь посадить его.» Поиски кактуса забрали столько сил, что даже если укол не смог отправить ее домой, она все еще хотела, чтобы он жил!

Сяо Ши могла только пойти за горшком. Она смотрела, как ее хозяйка использовала палочки для еды, чтобы поместить растение в грязь, затем полила его перед тем, как поставить у окна. Когда она закончила, то просто уставилась на него и задумалась.

«Ах, Госпожа Сюй, ваша рука!» Почему так много ран? Сяо Ши поспешно нашла какую-то мазь и размазала ее по разрезам, укоризненно добавив: «Госпожа, вы действительно о себе не заботитесь!» Эта маленькая рука была такой нежной и деликатной, но ее хозяйке было все равно, что она укололась.

«Это не важно. Тебе не нужно суетиться, оно не болит.» Она привыкла к укалываниям после ухода за домашними растениями и цветами.

Сяо Ши приняла ее беззаботность к несчастью. Затем она вспомнила, что господин был занят с тех пор, как вернулся, и не заметил ни одной из своих жен на задних дворах. Ее хозяйка обладала такой внешностью, но была вынуждена оставаться самой крайней. Даже мысли было достаточно, чтобы заставить ее мучительно жаловаться. Между тем, Бай Сянсю думала о том, что она будет делать дальше. Наконец она нашла кактус, но он не вернул ее обратно. Что делать?

«Спасибо.»

«Пожалуйста,» — рефлекторно сказала Бай Сянсю, — «’ Пожалуйста?’ Хозяйка Сюй, о чем вы говорите?» После того, как она применила мазь к рукам своей хозяйки, Сяо Ши готовилась налить чай, когда вдруг услышала слова хозяйки.

Бай Сянсю сказала. «…Ты не говорила мне спасибо?» Она действительно слышала, как кто-то поблагодарил ее. Но, подумав об этом, она поняла, что у Сяо Ши не было причин благодарить ее. Она снова что-то слышит?

Сяо Ши покачала головой. «Госпожа Сюй, вы, должно быть, устали, гуляя весь день. Почему бы Вам немного не отдохнуть?»

«Хорошо!» Может быть, она правда была слишком измучена? Бай Сянсю решила ненадолго прилечь.

Вскоре после этого старые женщины-слуги блуждали группами по три и пять человек. Старая мадам не требовала, чтобы наложницы уважительно относились или угождали ей, но она по-прежнему уделяла пристальное внимание передвижениям разных наложниц. Поэтому, на каждый из дворов были отправлены патрули.

Старые служанки следовали за старой мадам с юности. Каждая из них была проницательной, способной и опытной. Всякий раз, когда они приходили, они просто садились и обменивались несколькими любезностями, прежде чем уйти, спросив об их комфорте.

Они были вежливы, но на самом деле приходили, чтобы выяснить положение дел, прежде чем отчитаться перед старой мадам. Было бесполезно говорить им, что у кого-то не хватает одежды или еды. Скорее всего, они жаловались на таких наложниц.

Сяо Ши утверждала всем пришедшим, что ее хозяйка плохо себя чувствует и спит. Старые служанки не утруждали себя рассмотрением вопросов, выходящих за рамки этого, и быстро ушли. Тем не менее, через час пришел гонец, с вызовом для Бай Сянсю. Видимо, Старая мадам и лорд были в переднем зале и хотели поговорить о чем-то важном.

В результате, Сяо Ши была вынуждена потрясти Бай Сянсю. Рассеянно одевшись, она любопытно рассуждала об этом неожиданном развитии: «Уже так поздно. Что им нужно от меня в такое время?»

Сяо Ши прошептала: «Видимо, у кого-то будут серьезные проблемы. Я не совсем уверена в деталях, но вы узнаете, когда придете.»

Зная, что когда она видела мужского персонажа, Бай Сянсю становилось очень неудобно. Но уродливая невестка никогда не могла избежать встречи со своей свекровью! Они жили под одной крышей, поэтому должны были встретиться. Она не беспокоилась о том, что мужской персонаж связан с ней, ведь его эго было слишком высоко для этого.

Когда какая-то женщина убегала, чтобы избежать устроенного брака, все, о чем он заботился это её возвращение обратно. В других случаях он не проявлял интереса к наложницам. В результате, она практически ничего от него не ожидала. Реально, он, скорее всего, даже не посмотрел бы на нее дважды.

На самом деле, ей было немного любопытно. Когда она прочла роман, она считала, что мужской персонаж очень хорош. Очевидно, иначе она бы не читала. Теперь, когда она была настоящим зрителем, было бы неплохо задуматься о горячем мужчине.

Размышляя об этом, она позволила Сяо Ши одеть и убрать ее. Впоследствии Сяо Ши медленно поддерживала ее, когда они направлялись на передний зал. Передний зал был главным залом заднего двора; Именно там Старая мадам занималась делами.

Хотя наложницами были законные жены, так как мужской персонаж только вернулся с битвы, и они только переехали в новый дом, наложницам еще не назначили надлежащего персонала. Обычно каждой наложнице назначают слугу и младшего слугу. С тех пор, как прибыла госпожа Сюй, ей еще не была назначена младшая служанка.

Что касается носильщиков или подобных мелочей, то Старая мадам была единственной с этой привилегией. Наложницам, во время путешествия, можно полагаться только на свои ноги. Когда Бай Сянсю шла к переднему залу, она не могла не любоваться пейзажем. В глубине души, трепет наполнял ее сердце. Красота древних садов определенно была несравнима с садами в её реальном мире.

Она не могла не замедлиться, чтобы посмотреть на завораживающее зрелище. Сяо Ши начала волноваться, пытаясь её поторопить: «Госпожа Сюй, Старая мадам просила нас прийти, и нам нельзя опаздывать. Пожалуйста, поспешите.»

Бай Сянсю не могла найти недостатка в этих словах. Она решила поторопиться, подняв юбку одной рукой. Ей пришлось, ведь юбка была слишком длинной и не давала нормально ходить. Сяо Ши начала сильно потеть по бокам. Она запаниковала: «Опустите! Пожалуйста, оставьте юбку. Это слишком деликатно, госпожа!» Недавно она заметила, что ее хозяйка становится все более и более непринужденной. Не только поведение, ее речь не была столь же формальной, как и раньше.

Бай Сянсю сморщила брови и возразила: «Ты хочешь, чтобы я была изящной и одновременно быстро ходила. Почему бы тебе просто не поставить колеса под моими ногами? Так я смогу быстро передвигаться и не поднимать свою юбку.»

«Госпожа Сюй, вы снова делаете смешные заявления. Зачем устанавливать колеса на чьи-то ноги?» Сяо Ши терпеливо ответила, держась за руку своей хозяйки. Сяо Ши волновалась, что ее хозяйка наступит на юбку и снова упадет. Она спотыкалась из-за платья бесчисленное количество раз за последние несколько дней.

«Эй, я…» Бай Сянсю снова чуть не упала. К счастью, Сяо Ши твердо держалась за нее. Она не могла не сердиться и злостно сказала: «Тот, кто изобрел эту длинную юбку, явно пытался разрушить жизнь женщин. Его труп заслуживает того, чтобы его били сто раз. Сто раз!» Кто-то мог споткнуться и разбить себе голову, верно? К счастью, Сяо Ши держалась за меня. Или еще, я могла разбить нос и у меня опухло бы лицо.

«Говорите осторожно, пожалуйста, будьте осмотрительней, госпожа. Ваша служанка здесь, чтобы поддержать вас. Мы пойдем медленнее.» Сяо Ши почувствовала себя беспомощной перед непредсказуемым характером ее хозяйки. Она могла только задобрить её медленной ходьбой. Бай Сянсю не оставалось выбора. Как говорится, «если ты в Риме, делай так, как делают римляне».

После того, как они прошли, вошли пять человек, укрываясь от прерывистого дождя. Среди группы, двух хозяев и трех слуг, Сун Цзяоюэ прикрывал лицо веером, но его глаза улыбались: «Женщина из гарема принца Ли в порядке. Это… жестоко.» И она хотела бить труп сто раз. Она и так тяжело дышала с этим крошечным телом. Вероятно, она даже не смогла бы поднять кнут.

Лун Хен, титулованный принц Ли, застыл. Хотя он был красив, он не мог скрыть своего холодного поведения. Комментарий Сун Цзяоюэ вызвал у него некоторое смущение: «Извините, что заставил вас увидеть это.» Хотя они были друзьями, то, что они только что видели, слегка повлияло на его мужскую гордость.

Но она была просто наложницей, о чем она думала? И бить мертвое тело для разгрузки? Он бросил бровь на слугу позади него: «С какого она двора?»

«Это была госпожа Сюй из Зимнего сада. У ее семьи… репутация литераторов.» Слуга почувствовал, что он, должно быть, слышал что-то не то! Как могла леди с литературной семьи болтать о том, как бить труп? Это было странно чудовищно.

Лун Хен больше ничего не сказал. Он поднял руку, чтобы показать на расстоянии: «У меня некоторые семейные проблемы, мудрый младший брат. Пожалуйста, иди в павильон и отдохни там.»

«Хорошо. Но сегодня ты угостишь меня вином.» Сун Цзяоюэ и Лун Хен были легендами в гражданских и военных вопросах, соответственно, и в императорском дворе. Они также были друзьями, поэтому относились друг к другу очень небрежно. Лун Хен кивнул и направился к переднему залу после того, как отправил Сун Цзяоюэ.

Когда он прибыл, все уже собрались в зале. Он поймал взгляд женщины, которая чуть не упала раньше, госпожи Сюй, и заметил, что ее голова висела низко, настолько низко, что казалось, она не сможет опустить её ещё ниже. Она была сосредоточена на кончике носа, который был сосредоточен на ее рту, и ее рот был сосредоточен на сердце. Она выглядела очень искренне и хорошо себя вела. Если бы он не был свидетелем этой сцены снаружи, он определенно бы повелся на ее бесхитростную внешность. Но ее внешний вид действительно был исключительным. Хотя все женщины во дворе были привлекательными, не было никого, кто мог бы превзойти ее красоту.

Этот тип женщин был катастрофой. Любая историческая книга скажет ему об этом. Он отвернулся и направился, чтобы встретить старую мадам «Мама.» Затем он сел рядом с ней и холодно посмотрел на юную леди перед ним, которая дрожала, стоя на коленях.

Бай Сянсю не знала, что происходит. Но она взглянула на мужчину, когда никто не обращал на нее внимания.

Ого!

Разумеется, мужской персонаж был идеальным сочетанием богатства, внешности и жесткости. На нем была вышитая черная парча, но она не прятала ни одной части его тела. Несмотря на ошеломляющее одеяние, он выглядел ничуть не женственным. У него была аура солдата, и он был супер, супер крутой. Плохо, что он слишком холоден и слишком крут. Она была очень трусливой и побоялась смотреть дальше.

Она также посмотрела на старую мадам. В ее сороковых годах старая мадам, казалось, предпочитала выражения, которые парили вокруг холодной стороны. Вместе, дуэт матери и сына выглядели как пара айсбергов. С этими двумя, температура в комнате сразу же упала, как воздух от кондиционера, дрейфующий по ее пальцам. Чувство было ужасное. Бай Сянсю задыхалась и продолжала смотреть на муравьев, не смея поднять голову.

Мужской персонаж был талантливым и крутым. У него был собственный ореол света как главного героя. Но она ни на что не решалась надеяться. Она слишком боялась быть избитой до смерти.

Пока она думала, старая служанка рядом со старой мадам заговорила: «Я уверена, что вы все знакомы с ней. Сиер хорошо себя вела, когда служила старой мадам. Вот почему ее отправили служить господину. Тем не менее, у этой маленькой суки были скрытые мотивы и она осмелилась вмешаться в его фимиам. Кто господин? Он шел по линии жизни и смерти на поле битвы. Вы думали, что сможете обмануть его этим дешевым трюком?»

«Старая мадам, Высочество, эта служанка никогда не посмеет снова сделать что-нибудь подобное! Пожалуйста, пощадите меня!» Честно говоря, Сиер действительно любила принца Ли. Кого может не привлекать такой мужчина, как он?

Она вправду подделала фимиам, потому что изначально хотела быть первой из его женщин, кто разделит с ним постель. Она просто хотела получить свою любовь и заботу. Тем не менее, неожиданно он сразу заметил это изменение и арестовал ее, вытащив перед старой мадам.

Это должно было быть личным делом. Но старая мадам решила, что дело важное. Сиер могла сказать, что ее шансы на выживание быстро снижались с каждой секундой, но ей приходилось делать все возможное. Сейчас она встала на колени и усердно билась лбом о землю. От постоянных резких ударов кожа на лбу треснула.

Бай Сянсю почувствовала смутный рывок. Но все происходило слишком быстро, и она не смогла собрать свои мысли.

Когда она задумалась, пытаясь понять это, старая мадам заговорила, ее голос был ледяным: «Мой сын сражался за жизнь и членство в этой стране. Теперь, когда он вернулся, ему приходится сталкиваться с махинациями в своей семье? Абсолютно неприемлемо! Слуги, избейте ее до смерти, прямо здесь.»

«Старая мадам, пожалуйста, пожалейте меня! Спасите меня!» Но, очевидно, никто не собирался ее слушать.

Несколько старых бойцов немедленно подошли и удержали ее. Также подошли двое взрослых мужчин, одетых в рабочую одежду. Каждый из них держал стержень толще, чем рука. Они оба нерешительно посмотрели на старую мадам для подтверждения.

Старая мадам снова заговорила: «Никто не смеет отвести взгляд. Я хочу, чтобы вы все были свидетелями этого. Это то, что постигнет любого, кто попытается навредить нашей семье. Начинайте!» Палки начали хлопать по девушке, как только она отдала свой приказ.

Девушка кричала и вопила в агонии, когда начали появляться лужи крови…

Бай Сянсю почувствовала, как ее ум онемел. Она больше всего боялась такого сценария. Она никогда не думала, что должна будет стать свидетелем древней пытки в первые дни своего прибытия.

Жизнь была погашена, просто так. Но она ничего не могла сделать. Она не могла даже слушать или наблюдать.

Хотя девушка виновата, ее можно было просто изгнать или отправить в тюрьму. Этот вид наказания вызывает у меня болезненные чувства. Что касается старой мадам и принца Ли, они сидели на своих местах, спокойно, как скала. Они даже пили чай.

Это было явно общество «человек съедает человека». Она определенно к нему не принадлежала.

Бай Сянсю не знала, как ей удалось уйти. Честно говоря, большинство женщин там либо упали в обморок, либо их вырвало от этой сцены. Она была единственной, кто смогла уйти. Она даже поддерживала Сяо Ши, которой тоже стало плохо.

Сяо Ши почувствовала себя намного лучше после того, как её вырвало. Но она подумала, что с ее хозяйкой серьезно что-то не так.

Все остальные испугались. Но ее хозяйка, похоже, потеряла свою душу. Она продолжала идти вперед, но это был не путь к Зимнему саду…

Бай Сянсю не понимала, что с ней происходит. Внезапно, она увидела, как пол становился все ближе и ближе. К счастью, появилась рука, поднявшая ее. Рука была теплой на ощупь, слегка успокаивая ее ледяное сердце. Она медленно подняла голову, рассеянно заметив белую парчу, которую носил мужчина. Ее реакция была автоматической, «Спасибо.»

Сун Цзяоюэ почувствовал, что что-то не так, когда протянул руку женщине, которая еле стояла на ногах. Её температура никак не была близка к нормальной человеческой температуре! Она замерзала, и ее лицо было совершенно бескровным. Она больше не выглядела как живой человек.

У него просто было ощущение, что, если бы она сейчас упала, она, возможно, исчезла. Но по какой-то причине ее несчастная фигура выглядела такой знакомой. Особенно ее голос…

Он почувствовал боль в сердце. «Это вы, хм?»

Но, к сожалению, она, похоже, не заметила его и продолжала идти. Сяо Ши могла только последовать за своей хозяйкой, направляя Бай Сянсю обратно в Зимний сад, когда горничной стало лучше.

Бай Сянсю стало очень плохо, когда она вернулась. Она даже начала галлюцинировать. В какой-то момент ей показалось, что она вернулась в современный мир как зритель. Она увидела, что ее бессознательное тело перевозят в машине скорой помощи. Она вернулась в свое тело в больнице, а рядом с ней стояла кучка врачей. Родители держали ее за руку с изможденными взглядами на лицах.

Она улыбнулась и успокоила их: «Я в порядке. Не волнуйтесь. Я в порядке. У меня просто был кошмар.» Ужасный случай просто оказался реалистичным кошмаром. Она не хотела этого принимать.

Ее родители вздохнули с облегчением и громко позвали доктора: «Доктор, подойдите! Моя дочь проснулась!» Но к тому времени, когда доктор пришел, она снова погрузилась в бессознательное состояние, вернувшись к ее реалистичному сну.

После инцидента старая мадам прочитала лекцию Лун Хэну. Она сказала ему, чтобы он начал действовать, и не позволял другим женщинам придумывать неуместные мысли. У него уже было четыре наложницы, живущие в доме. Если бы он просто спал с ними, тогда другие женщины, естественно, потеряли бы свою мотивацию, чтобы делать подобное.

Лун Хэн пообещал, но на самом деле это так не выглядело. После того, как он покинул резиденцию своей матери, он отправился пить с Сун Цзяоюэ. Лун Хэн едва занял свое место, когда Сун Цзяоюэ спросил: «Я слышал, что принц Ли просто избил служанку до смерти?»

«М-м.» Принц Ли был очень раздражен интригами горничной.

«Старая мадам все еще действует так быстро и решительно, но она пугает прекрасные цветы с вашего заднего двора.» Он описал свою встречу с госпожой Сюй. «Не могу поверить, что ты позволил им смотреть. Ты должен учиться быть нежным по отношению к женщинам.»

«Нежным к женщинам? Когда женщины решают стать порочными, даже мужчины не могут с ними конкурировать. Во время моего пребывания на поле боя вражеский лагерь часто посылал много красивых женщин в наши лагеря, чтобы они представляли себя военными проститутками. Помогла ли нежность тем людям, которые умерли под ними? Цзяоюэ, ты всегда был слишком мягко настроен по отношению к женщинам.»

Лун Хэн редко так много говорил, но его тон был настолько жестоким, что Сун Цзяоюэ озадачили его слова. Он быстро поднял свою чашку с вином и сменил тему: «Давай больше не будем об этом говорить, а лучше выпьем.» Они двое редко видели друг друга, поэтому приподняли чашки и выпили.

Лун Хэн был немного пьян, когда вернулся в свою резиденцию. Но когда он вспомнил, как пришлось отнести к карете Сун Цзяоюэ, он почувствовал, что все еще неплохо справляется.

Когда он приехал в свой дом, паж протянул ему полотенце: «Старая мадам оставила распоряжение о том, что сегодня вечером вы должны посетить одну из четырех наложниц…»

Слэп. Лун Хэн раздраженно хлопнул полотенцем по столу. Она приказывает даже в таких делах? Он ходил по комнате, как зверь в клетке, прежде чем вспомнил, что раньше сказал Сун Цзяоюэ: «Пойдем в Зимний сад.»

Честно говоря, он не был знаком со зданиями в царском комплексе. Он только слышал о Зимнем саде, и это было совсем недавно. Паж бросился зажечь фонарь и указывал дорогу. Они двое направились к Зимнему саду, пробираясь сквозь залы. Маршрут был немного долгим, но пейзаж более чем компенсировал это.

Когда они прибыли в Зимний сад, они увидели, что посторонние люди бегают туда-сюда. Слуга быстро остановил одного из них, расспросив: «Кто вы, люди? Почему вы в саду госпожи Сюй?» Уже была глубокая ночь!

Паж остановился у двери и ответил: «Мы из аптеки в комплексе. Хозяйка Сюй заболела. Врач здесь, чтобы взглянуть на нее.»

«Какая болезнь?» Лун Хэн нахмурился. Она правда больна? Она не смогла справиться даже с небольшим испугом? И она говорила, что хотела бить труп, так что это были простые разговоры хм!

«… врач еще не вышел… ваш слуга приветствует Принца.» Слуга-медик наконец понял, кто стоял перед ним и опустился на колени. Было слишком темно, чтобы сказать это раньше.

Лун Хэн хотел немедленно уйти, но, будучи главой этой резиденции, он почувствовал, что должен хотя бы проявить некоторую озабоченность. Поэтому он подождал, пока не появится врач. Врач упал на колени, как только увидел его. Прошло некоторое время, прежде чем Лун Хэн смог получить диагноз врача, что госпожа Сюй была больна только из-за чрезмерного испуга. Ей станет лучше после принятия успокаивающего лекарства.

Но на самом деле, врач не посмел сказать ему, что у госпожи Сюй не было пульса, когда он прибыл. Он понятия не имел, как она снова ожила.

«М-м.» Лун Хэн небрежно ответил и приказал своему пажу принести некоторые сытные продукты. Затем он решил вернуться.

Он быстро забыл об этом инциденте. Хотя у госпожи Сюй было потрясающее лицо, он никогда не интересовался красивыми женщинами. Лун Хэн никогда не мог забыть, что чем красивее женщины-убийцы, тем больше мужчин они могут убить.

Что касается Бай Сянсю, она, наконец, почувствовала себя лучше через несколько дней после того, как заболела. Ее разбудил очень слабый голос.

«Я так хочу пить. Я правда хочу выпить воды, Мастер. Я хочу выпить воды.»

«Воды…» Подсознательно пробормотала она.

«Госпожа Сюй. Вы, наконец, проснулись! Вы хотите воды, да? Сейчас.» Сяо Ши бросилась налить чашку воды своей хозяйке. Она осторожно помогла ей подняться и напоила чашкой воды. Тревога Сяо Ши продолжалась до тех пор, пока ее хозяйка не выпила всю чашку, а затем быстро расплакалась: «Вы чуть не испугали свою служанку до смерти, госпожа!»

Бай Сянсю села и огляделась по сторонам. Она сразу поняла, что не перенеслась обратно. Посмотрев на кактус, она сказала: «Дай ему немного воды.» В последние несколько дней она плохо себя чувствовала и не могла даже вспомнить, когда в последний раз его поливала.

Сяо Ши сразу исполнила просьбу, налив воды в кактус. Через некоторое время Бай Сянсю услышала счастливый голос: «Спасибо.»

«Пожалуйста,» инстинктивно ответила она, а затем подпрыгнула. Сколько раз у меня была эта галлюцинация? Это действительно нелогично!

«Госпожа Сюй, что там?» Она видела, как ее хозяйка, которая много дней провела без сознания, внезапно спрыгнула с постели и очень долго смотрела на кактус в одном нижнем белье! Смотря на него, ее хозяйка вдруг спросила: «Эй, какой ты вид злого духа?»

Сяо Ши была ошеломлена: «…» Затем она внезапно выбежала и громко закричала: «Кто-нибудь быстро! Позовите врача из аптеки! Госпожа Сюй… что-то не так с госпожой Сюй!»

Бай Сянсю чувствовала только головную боль. Почему это со мной что-то не так? Я в абсолютном порядке!

«Я не демон, я кактус. Я Маленький Огонь,» — раздался пушистый голос. Бай Сянсю в испуге сделала несколько шагов назад. Теперь она совершенно и полностью уверена, что с ней что-то не так. Почему еще бы она почувствовала, что этот кактус правда с ней разговаривал?

«Ты… ты… это не имеет никакого отношения к тебе, я чувствую, что должна посетить доктора.» Она вернулась к своей кровати и легла на спину, ее конечности распались, когда она ждала, пока придет доктор. Однако она быстро почувствовала себя немного недостойно, поэтому накрылась одеялом.

«Госпожа, Маленькому Огню сегодня действительно хорошо. Маленький Огонь хочет загорать,» — голос, казалось, звучал с детской радостью. Бай Сянсю была убеждена, что ее болезнь усиливается.

Врач шел во двор слишком долго. Он был пожилым человеком, поэтому они не очень придерживались формальностей. Бай Сянсю быстро выбросила руку, почти безумно: «Доктор, у меня галлюцинации, как будто кто-то говорит со мной. Быстро проверьте, не сошла ли я с ума.»

Губы старого доктора дрогнули. Сумасшедшая, которая так быстро и с готовностью призналась, что она сумасшедшая. Это во-первых. Проверив пульс, он улыбнулся: «Госпожа Сюй уже в основном выздоровела. Вам нужно только принять лекарство, и все будет хорошо.»

Врач вздохнул, я бросился сюда, чтобы увидеть, что с человеком о котором шла речь, все хорошо. Он быстро выдал лекарство, собрал свою сумку и ушел.

Бай Сянсю лежала на кровати, говоря: «Доктор, пожалуйста, не уходите, я действительно больна.» Голос в ее голове ответил: «Я не кто-то, я Маленький Огонь. Я Маленький Огонь, Маленький Огонь — кактус.»

Кто-нибудь, когда-нибудь слышал о кактусе, который мог говорить? По крайней мере, она не слышала.

Сяо Ши тоже не понимала, что делать в этот момент, но, по крайней мере, она могла, наконец, успокоиться, услышав, как доктор сказал, что с ее хозяйкой все в порядке. Действительно, ее госпожа, вероятно, показывала некоторые аномалии, потому что так испугалась. Возможно, она вернется в норму после небольшого отдыха.

Бай Сянсю была «сумасшедшей» в течении двух дней, и только после того, как о ней распространились слухи, она сама наконец приняла реальность. В конце концов, это был только пушистый кактус, который мог говорить, и что-то, что она могла слышать. Пока она будет притворяться, что ничего не слышит, разве она не будет совершенно нормальным человеком?

Так как Маленький Огонь действительно был кактусом, он был кактусом, который ничего не знал. Он спал около двадцати часов в день, и бодрствовал только четыре. Поэтому она также не сильно беспокоилась из-за этого. Теперь ее беспокоило другое. Она не смогла вернуться домой даже после того, как ее укололи кактусом. Имело ли это какое-либо отношение к местоположению и времени?

В тот день, она попыталась уколоть себя в том же месте и в то же время, но не смогла вернуться, даже когда пошла кровь. Значит ли это, что ей придется ждать тот же день в следующем году? Спросив Сяо Ши, она узнала, что этот день был немного иным, потому что это был ежегодный фестиваль Призраков.

Неужели она действительно должна ждать этого часа на Призрачном Фестивале в следующем году, прежде чем она сможет снова уколоть себя и вернуться? Но через год ее уже изобьют до смерти. Она была на пороге паники; Сцены с того дня были свежими в ее разуме.

Ей определенно нужно было найти способ избежать этого. В течение года ей обязательно нужно найти толстое бедро, чтобы обнять. Таким образом, даже если она не сможет вернуться, по крайней мере, она могла бы жить хорошей жизнью, верно? (Обхват бедер означает найти защитника / патрона. Этот перевод был проведен более буквально, поскольку юмор вписывается в тон MC)

Что касается поиска красивого парня с древних времен и пережитого славного романа, это было слишком непрактично. Лучше бы она не думала об этом. Но чье бедро она должна обнять?

Главный мужской персонаж —

Точно нет. Голова Бай Сянсю сразу же закрутилась в сучки, когда она подумала о нем.

Старая мадам —

Определенно нет. Эффект от мысли о ней был таким же, как от ее сына, принца Ли.

Когда она подумала об этом, она же видела главного второстепенного мужского персонажа, Сун Цзяоюэ, так как она перешла сюда.

Сун Цзяоюэ был на самом деле нежным человеком как внутри, так и снаружи. Если бы кто-то сказал, что главный герой был огнем, тогда он вода. Если кто-то скажет, что главный герой — пылающее жаркое солнце, тогда он — холодная, спокойная луна. Между тем, его семейное происхождение также было неплохим, оставаясь наравне с главным героем. Другие мужчины, второстепенные персонажи слишком слабы; Даже если ей удастся успешно соблазнить их, они никогда не смогут противостоять главному герою.

Если бы Сун Цзяоюэ мог просто так вывести ее из этих отношений с главным героем. Он был искренне предан, когда дело доходило до его чувств. Если он влюбится, он проигнорирует всех остальных, включая наложниц, которые в настоящее время живут с ним, как и мужчин. Сун Цзяоюэ был также известен тем, что был очень нежным по отношению к женщинам. Он определенно не сделал бы ничего на подобии избиения их до смерти. Поэтому, как она считала, похоже, это было единственное бедро, которое она могла обнять.

Что касается метода обнимания, то это может быть только через метод дарения себя ему. Что, она должна подружиться с мужчиной, как в наше время? Чисто платоническая дружба между мужчинами и женщинами редко встречается в современной эпохе, а тем более в древности.

Рассмотрев вещи в течение долгого времени, Бай Сянсю окончательно решила преследовать Сун Цзяоюэ, помогая ему избавиться от его одинокой судьбы, а также обеспечить безопасность себе, чтобы ее не избили до смерти. Мужской персонаж только и думает о том, как бы выбросить свою кучу наложниц. Если бы кто-то попросил его, не мог ли он немедленно передать ее на блюдечке Сун Цзяоюэ своими руками?

Вопрос был: как преследовать его?

Причина, по которой Сун Цзяоюэ понравился женский персонаж, заключалась в ее таланте. Он был глубоко восхищен ее пением, услышав ее, когда она сыграла на инструменте в доме главного героя. Поэтому Сун Цзяоюэ любил женщин не за их внешность, а из-за их талантов. Бай Сянсю погладила свой подбородок. В чем лежат ее таланты? В конце концов, она только знала, как ухаживать за цветами и растениями!

Но если она хотела приблизиться к Сун Цзяоюэ, она должна сначала обладать талантом. Это самый важный фактор.

Немного подумав, она сначала решила просмотреть все стихи и еще что-то там. Она могла подтвердить свои выводы тем, что она знала об истории, и посмотреть, есть ли какие-то переселяющиеся пожилые люди, которые уже давно закончили плагиат и украли все стихи, о которых она знала. В противном случае, если бы она случайно показала стих позже, а другие все обвинили ее в плагиате, это было бы действительно трагично. Поэтому она стала внимательно читать, подражая тому, как она училась во время своих вступительных экзаменах в прошлом.

Увидев, как ее хозяйка ежедневно погружалась в книги, читала с утра до вечера и была одержима до такой степени, что даже не чистила волосы или не мочила лицо, Сяо Ши интересовалась, действительно ли эти книги настолько хороши?

Она думала, что нормальные дни вернутся, когда ее хозяйка закончит с книгами. Но кто знал, что она также начнет работать над своим почерком. Она делала это с утра до ночи, и так утомляла себя, что привязывала кисть к пальцам и продолжала писать.

Никогда еще не видя свою хозяйку такой самоотверженной, Сяо Ши действительно сильно испугалась. Между тем, слуги снова распространили слухи о госпоже Сюй, что с того дня, как она испугалась безумного дьявола, ее поведение становилось все более и более неустойчивым.

Два месяца этого безумного графика прошли до того, как принц Ли услышал слухи. После того, как старая мадам рассказала ему об этом, она упомянула: «Я позже пошлю некоторых людей, чтобы взглянуть на нее. Если она действительно глубоко сумасшедшая, я отправлю ее в храм, чтобы отдохнуть. Возможно, сила Будды поможет ей оправиться.»

Кивнув, Лун Хэн согласился. Все это казалось немного нереальным, когда он выходил из обители старой мадам. Жизнерадостная и умная девушка сошла с ума, как же это? После короткого колебания его шаги повернули на избитый путь к Зимнему саду.

Несмотря на то, что началась осень, сегодня было пятно жаркой погоды. Но Лун Хэн давно привык к пылающей жаре и относился к ней так, как будто это был обычный воздух.

Расположенный в таком отдаленном уголке, и его хозяйка в настоящее время сошла с ума, неудивительно, что никто не смел приблизиться к Зимнему саду. Его окрестности были очень тихими, с редким бризом, который освежал и охлаждал прохожего всего лишь на мгновение, прежде чем оставить его задыхаться в невыносимой жаре.

Лун Хэн подошел к двери Зимнего сада. Когда его слуга собирался постучать в дверь, из резиденции вырвался легкий ветер и принес с собой бумагу, на которой были написаны некоторые слова. Лун Хэн протянул руку, чтобы схватить ее, но прежде чем у него появилась возможность взглянуть на надписи, послышался голос изнутри: «Госпожа Сюй, часть листов выдул ветер.»

Затем последовал несколько унылый голос, который ответил: «Легкий ветер не может понять мои слова, так почему он ворует то, что я пишу? Вот отморозок…»

«Госпожа Сюй, пожалуйста, обратите внимание на свои слова. Я пойду за листами.» Сяо Ши не могла понять, почему слова ее хозяйки становились все более грубыми?

«Не нужно; Это всего лишь куски хлама.» Люди внутри больше не говорили, но Лун Хэн слышал ясность в ее словах. Как она могла быть сумасшедшей? Он остановил слугу от стука в дверь и повернулся, чтобы уйти.

Уходя, он обнаружил, что у него в руках все еще есть лист бумаги. Подошел слуга: «Ваше Высочество, ваш покорный слуга выбросит его для вас!» Он поспешно подошел к своему хозяину, когда увидел его желание выбросить бумагу.

Лун Хэн небрежно вручил ему бумагу. Все-таки, та женщина сказала, что это куски хлама. Но когда слуга взял у него лист бумаги, он неосмотрительно взглянул на него и произнес несколько слов: «Десять лет он точил свой меч, холод стали…» Бумага исчезла из его рук, прежде чем он смог ясно увидеть остальную часть содержимого.

«Верни.» Он призвал слугу остановиться. Вернув лист бумаги, он разгладил его. Только тогда он ясно увидел стихи, написанные на нем.

«Десять лет он точил свой меч, холод стали еще не проверен. В этот день уже знал господин, у чужих нерешенных проблемах?» Рукописный текст был тонким и красивым, очевидно, писала женщина. Но какая женщина могла написать такое героическое стихотворение? Возможно, она копировала чужую работу, но кто мог это сделать? Откуда могла девушка из семьи литераторов узнать такой героический образ?

Лун Хэн изучал боевые искусства с юности, а затем присоединился к армии, героическая атмосфера, к которой он стремился от всего сердца. Жаль, что в культуре, которая любила красивые стихи, такое стихотворение из холода и мечей не писали в течении очень долгого времени. Он считал, что истинные мужчины уже вымерли в этом мире. Он никак не ожидал, что он столкнется с таким стихотворением в этих обстоятельствах.

Ему это очень понравилось, но он не мог найти оправдания, чтобы повернуть назад и спросить об этом женщину. Поэтому он решил тайно отправить людей проверить, когда возникнет шанс.

На другой стороне двери Бай Сянсю все еще размышляла. Она склонялась к этим героическим стихам, но, к сожалению, Сун Цзяоюэ они особо не нравились. Она вспомнила, что ему по душе те немногие, более декоративные и художественные фразы. Если бы она случайно произнесла одну или две из них, это могло бы привлечь его внимание. Однако люди здесь боялись быть знаменитыми, как свиньи боятся быть толстыми. Если бы ее репутация распространилась повсюду, разве она не оказалась бы такой же, как главный женский персонаж, завязывая мужчин толпами и толпами?

Поэтому ей пришлось подумать о плане, как отправить стихи Сун Цзяоюэ, не позволяя никому постороннему узнать об этом. Было бы лучше не писать любовные стихи. Бай Сянсю наконец сумела написать с толком, но как добраться до него, теперь проблема. К счастью, появилась возможность.

Мужской второстепенный персонаж Сун Цзяоюэ приехал с визитом, вместе с ним был молодой двоюродный брат, с которым она столкнулась в Зимнем Саду. Бай Сянсю была очень этому рада. Вот, наконец! Если бы она не заставила его что-то предпринять, это действительно ослабило бы ее тяжелую работу за последние два месяца!

Но как только пришел этот мальчик, его внимание привлекли пирожные с мармеладкой. Он пожирал их одну за другим. Я сказала: «Молодой Мастер, вы из крупной семьи, у вас есть все это в собственном доме, вы пришли в мой дом, чтобы съесть все сладости?»

Сначала она увидела, как этот малыш блуждает по улице, и намеренно впустила его, услышав, как кто-то назвал его «Молодой мастер Цуй». Даже после того, как она узнала его личность, она все еще немного смеялась, увидев, что только две ее пироженки выдержали снос. Она не придумала, как заставить его взять стихотворение, которое она закончила писать!

В этот момент снаружи заговорил слуга: «Молодой мастер Цуй, сэр Сун просит вас вернуться и не нарушать спокойствие в поместье Принца.»

Этому Молодому Мастеру Цуй было всего семь лет. Он небрежно вытер руки и сказал: «Я знаю». Наконец, ему с трудом удалось найти и взглянуть на самую красивую сестру, особенно старшую сестру с такими восхитительными пирожными с мармеладом, он был недоволен тем, что ему приказали вернуться, прежде чем смог все съесть.

Увидев, как этот ребенок пристально смотрит на ее пирожные, Бай Сянсю подумала о схеме. Она поспешно подошла к столу, из которого достала лист бумаги, используя обратную сторону, чтобы завернуть пирожные: «Так как они вам очень понравились, вы можете съесть их на обратном пути. Используйте бумагу, чтобы завернуть пирожные и не испачкать руки.» Когда она увидела, как Молодой Мастер Цуй протянул руку, чтобы принять сверток, она тайно подарила себе двенадцать лайков в свое сердце.

Молодой мастер Цуй взял сверток, поглаживая маленькую руку красавицы. Хотя он был молод, он был рано развит и любил красавиц, поэтому он решил месяц не мыть руку.

Слуги сумели вытащить маленького мальчика из Зимнего Сада с большим трудом. Он правда ел пирожные, когда шел, даже говоря: «Еда красавицы тоже восхитительна, только ее цветы немного уродливы. У них есть шипы.»

«Молодой Мастер Цуй, сюда пожалуйста. Будьте осторожны, не упадите.»

Сердца слуг в усадьбе чуть не разбились. Этот ребенок уже знал, как смотреть на красавиц в таком молодом возрасте. Если бы он был немного старше и вот так вторгся во двор гарема Принца, разве в накаание слуги не были бы избиты до смерти?

Крошки выпадали из его рта, пока  Молодой Мастер Цуй шел, и он использовал какую-то бумагу, чтобы снять их с одежды.

Стихотворение, которое Бай Сянсю так старательно вспоминала и написала с огромным усилием, было размыто и разорвано, осталось всего несколько слов. Оно было почти неузнаваемо. Когда Молодой Мастер Цуй достиг Сун Цзяоюэ и принца Ли, он тут же бросился в объятия своего кузена, ухмыляясь: «Кузен, кузен, я видел такую потрясающую красавицу.»

Увидев, что весь его рот был полон крошек, Сун Цзяоюэ сказал: «Где твои манеры?» Затем он протянул руку и вытер своего младшего кузена носовым платком. Этот маленький кузен любил прилипать к нему с детства. Сегодня он уже планировал заключить сделку в комплексе принца Ли. Однако его младший кузен просто настаивал на том, чтобы пойти за ним. Раньше он был маленьким тираном в семье, он просто не мог успокоиться ни на миг.

Молодой Мастер Цуй поднял остатки пирога перед ним, славно завершая свою миссию. Только предмет квеста уже был полностью разрушен: «Смотри, красивая сестра даже дала мне съесть пирожные. Они такие вкусные! Кузен, ты должен попробовать.» Он поднял кусок, когда заговорил, и положил его на губы Сун Цзяоюэ.

Сун Цзяоюэ криво усмехнулся, протягивая руку, чтобы забрать пирожное из его руки и положить обратно на стол. «Знаешь, я не ем сладкого.»

Лун Хэн сказал: «Отведи Молодого Мастера Цуй вымыть руки.» С кремом на руках у этого добродушного друга он, должно быть, давно пережил психическое расстройство.

Отдав инструкции, он небрежно взглянул на этот беспорядочно укушенный пирог, желая попросить слугу очистить стол, но остановился, когда ему показалось, что ниже написаны некоторые нечеткие слова. Этот почерк почти казался… знакомым. Его сердце непроизвольно колотилось.

Сун Цзяоюэ тоже увидел, что его лицо замерло. «Этот маленький мошенник, он, должно быть, взял записи какой-то наложницы в твоем гареме, чтобы замотать свою еду.» Он потянулся за листом бумаги, собираясь избавиться от него.

«Тебе не нужно пачкать руки, пусть слуги прояснят это!» По какой-то причине Лун Хэн не хотел, чтобы Сун Цзяоюэ увидел, что написала эта женщина.

Сун Цзяоюэ действительно боялся запачкаться. Он улыбнулся и откинулся назад, его руке было комфортно с этой стороны. Пришла пара слуг, используя небольшой совок, чтобы убрать пирожные. В этот момент они перевернулись вверх ногами. Пирожные перевернулись, а слова поднялись вверх, остальная часть предложения одновременно попала в глаза двух мужчин. Однако они были разбиты, заставляя чувствовать себя так, как будто они смотрели вниз на кучу облаков.

«Осенняя легкая холодная картина… ловит потоки светлячков. Небесная ночная прохлада… звезда звериного пастушка.» Стихи были прекрасными и утонченными, но, к сожалению, они оба не знали передней или задней половины их продолжения.

«Какая жалость,» сердце Сун Цзяоюэ болело, когда он молча винил грубость и беспечность своего кузена, разрушившего такое превосходное стихотворение.

В то время как у него зудело сердце, он не мог показать это внешне. В конце концов, эта женщина была наложницей его хорошего друга, и он не сделал бы ничего, что выходило бы за пределы своих границ.

Временно взволнованный, он быстро подавил такие мысли, улыбаясь: «Я никогда не думал, что дом Брата Лун будет обладать такой талантливой женщиной. Это кажется настоящим благословением для тебя.» Он больше не упомянул стихотворение и девушку, отдаленно притворяясь, что этого никогда не было.

Тем не менее, Лун Хэн, любитель заговоров, не мог не думать, что здесь было нечто большее, чем кажеться. Отпустив Сун Цзяоюэ, он несколько раз постучал по столу. Почему оказалось, что «сумасшедшая» женщина стала немного тревожной в наши дни? Несмотря на то, что он ясно знал, что она женщина его собственного гарема, он все еще колебался какое-то время, прежде чем отправиться к ней самому.

Зимний Сад действительно находился в слишком удаленном месте. Он не видел практически никого на своем пути. Когда он прибыл, в дверях не было даже охранника. Он слышал, что все в резиденции получили пожилых женщин-слуг и стражников. Как они упустили эту резиденцию?

Логически говоря, его мать не должна была совершить такую ошибку. Однако он не знал, что старая мадам действительно отправила людей. Но, боясь, что они будут препятствием для ее планов, Бай Сянсю отказалась и отправила их назад из-за того, что страдала от сумасшествия, заявив, что она слишком напугана, чтобы видеть посторонних.

Поскольку никто не охранял дверь, а он был хозяином этого места, не было бы проблем, если бы он вошел!… Правильно? Лун Хэн задержался на улице некоторое время, прежде чем, наконец, проскользнуть.

Ситуация внутри заставила его морщить брови. Это было действительно грязно и неряшливо. На земле была беспорядочно разбросанная бумага, а на полу размазаны сухие чернила.

Владелица этого места сидела за своим столом, ее волосы растрепались, как будто она задумалась над чем-то глубоким. Маленькая горничная стояла на коленях на полу, вытирая понемногу чернила и говоря, как будто обижаясь: «Я уже говорила Вам не класть чернильницу на край стола, Госпожа, теперь смотрите, весь пол покрыт чернилами…»

Подождите, почему здесь мужская обувь. Уже так поздно, как здесь может быть мужчина?

Сяо Ши медленно подняла голову и увидела перед собой ненормально холодный и красивый вид. Она сразу опустилась на колени: «Это … эта скромная служанка приветствует Ваше Высочество…»

«Ваше Высочество? Какое высочество? Сяо Ши, тебе нужно прекратить играть. Даже если бы сам король был здесь, это стихотворение, мне все равно пришлось бы…» Ее слова замолкли, когда она поняла, что перед ней на самом деле стоит мужчина.

Она постучала по голове и протерла глаза, сказав: «Сяо Ши, иди снова к врачу. Я опять галлюцинирую, что мне делать?»

Сяо Ши была почти в слезах от испуга. Ее хозяйка действительно писала стихи, и превратилась в дурочку. Этот человек явно стоял прямо перед ее глазами — как он мог быть галлюцинацией?

Между тем, Лун Хэн был полностью лишен дара речи. Он был так похож на галлюцинацию? Или она действительно жаждала его прибытия? Подумав таким образом, его сердце смягчилось и он сказал: «Так вы служите своей хозяйке? Почему здесь грязно и неряшливо?»

Независимо от того, любил ли мужчина женщину, он, естественно, был бы рад, если бы она думала о нем. Закончив свои слова, он продолжал смотреть на нее. Она правда не выглядела как женщина, которая хотела бы привлечь его внимание. Даже если бы она это сделала, он не считал бы это слишком ненавистным.

«Ваше высочество, это вправду его высочество? Ах…» Бай Сянсю не была талантливым человеком, и яростно изматывала свой мозг, чтобы придумать стихи. Наконец она опомнилась, и из ее губ вырвался трагический крик, когда она поняла, что не поприветствовала Принца.

По крайней мере, эти формальности были тем, что она уже узнала. Но прямо сейчас, возможно, потому, что она была слишком взволнована, она споткнулась о стул, на котором сидела. Она упала на землю, после чего ее пронзила острая боль. Она слегка заикалась: «Привет… Приветствую Ваше Высочество?»

Это нужно говорить так, верно?! Проведя все эти несколько дней в мыслях о том, как соблазнить мужчину, второстепенного персонажа, а также в мозговом штурме стихов из нескольких стихотворений, ее интеллектуальная мощь действительно была доведена до максимума.

Она не могла не восхищаться своими преподавателями. Знали бы они, что их знания собираются пересечь миры? Все стихи были плагиатом и она украла их так гладко! Но для нее, даже воровство стихов уже заставляло разум достигнуть грани взрыва. Она действительно не понимала этого поворота событий, который происходил перед ней. Попытка соблазнения мужского второстепенного персонажа не показала каких-либо результатов, так почему пришел главный герой?

Собственно, прежние мысли Лун Хэна, из-за которых он сюда пришел, уже исчезли, как дым на ветру. Во-первых, состояние этой женщины было достаточно хорошим доказательством для того, чтобы сделать вывод, что она не была в особенно ясном состоянии. Во-вторых, учитывая, насколько беспорядочна и хаотична эта комната, случайным образом взятый лист бумаги для обертки подарка, также было вполне возможно. Он поднял лист бумаги, увидев полное содержание этого стихотворения. Углы рта невольно дернулись. Использовала ли она это стихотворение для улучшения своего почерка? Она писала его много раз.

По правде говоря, он правильно догадался. Бай Сянсю действительно тренировала свой почерк, пытаясь вспомнить стихи! Однако, когда Лун Хэн увидел дрожь женщины, что терпела боль без крика, он должен был сказать: «Поднимитесь!»

Бай Сянсю хотела плакать, но у неё не было слез. Она осталась на коленях, не двигаясь ни на дюйм, подняв голову, чтобы взглянуть на Лун Хэна, прежде чем снова опустить её. Это короткое выражение вызвало спазм в сердце Лун Хэна. Он сделал с ней что-то не так, чтобы увидеть такое негодование в ее глазах?

«Что такое, вы хотите, чтобы этот Принц помог вам?» Его внешность была холодной. Несмотря на то, что он чувствовал, что женщина перед ним заслуживает его жалости и любви, он понятия не имел, как реагировать.

Первоначально он думал, что она опустит голову и попросит прощения или что-то еще. Разве это не была обычная реакция большинства женщин? Тем не менее, кем была Бай Сянсю хм? Она обычно жила среди цветов и растений, никогда не используя свой мозг. Даже если бы она знала, как послушно себя вести, она уже полностью онемела перед мужским персонажем.

Смотря на это мило, реакция была одним из простых страхов. Но если смотреть прямо, это был простой испуг до той степени, что она растеряла все мысли. Опустив голову, она ответила, немного обижаясь: «В ответ на вопрос Его Высочества, это не значит, что наложница не хочет вставать. Это… Я не могу. Мои ноги, похоже, онемели.»

«…» Лун Хэн снова потерял дар речи. На сколько эта женщина была хрупкой? Перед этим, когда она увидела, что кого-то избили палками до смерти, она была в шоке более двух месяцев. Теперь, когда она немного опустилась на колени, она потеряла способность встать. Чувство беспомощности внезапно напало на него, когда он приказал Сяо Ши: «Помоги своей хозяйке.»

Сяо Ши поспешно подошла, чтобы поддержать свою хозяйку. Поскольку она применила слишком много силы, она фактически подняла Бай Сянсю за талию. Сердце Лун Хэна снова смягчилось. Эта женщина была слишком легкой. Даже маленькая горничная смогла поднять ее.

Она была такой же легкой, как перо? Внезапно он услышал, как Сяо Ши в шоке воскликнула: «Госпожа Сюй, госпожа Сюй, что с Вами?» Она трясла фигуру, которая уже застыла в её объятиях, наблюдая, как она падает.

Ошеломленный, Лун Хэн спросил: «Что случилось?» Глядя на висящую голову в объятиях горничной, похоже, она упала в обморок?

Что, правда? Да, она хрупкая, но хрупкая до такой степени? Просто постоять на коленях ей достаточно, чтобы упасть в обморок?

«Почему ты стоишь? Иди, найди врача!» Лун Хэн быстро переступил, забрав в объятия Бай Сянсю. Он думал об её объятиях раньше, но кто знал, что его желание так быстро исполнится? Вот только, она правда была очень легкой.

Не только легкой, она также была очень мягкой. Не только мягкой, но и очень ароматной. Как она вообще представляла какую-либо угрозу? Казалось, что все кости в ее теле могут сломаться, даже если он просто проявит минимальное количество силы.

Увидев, что Принц взял ее хозяйку в свои объятия, Сяо Ши была на мгновение ошеломлена, но быстро опомнилась и побежала в аптеку за доктором.

Лун Хэн положил её на кровать во внутренней комнате. Спальня этого Зимнего Сада была не слишком просторной. Для него, по крайней мере, было достаточно места только развернуться, слишком маленькая до жалости. Кровать тоже была не очень большой, но после ее размещения на кровати оставалась большая часть пространства. Разве женское тело такое маленькое? Он накрыл ее своим телом, обнаружив, что его тело полностью покрыло ее.

Его сердце не могло не нагреться, особенно из-за этого очаровательного лица. Точно так же в голове появились воспоминания о поле битвы. Он облился холодным потом, поспешно сел и сморщил брови.

Действительно, всякая красивая женщина была наказанием. Она была слишком опасна. Он больше не хотел смотреть на нее, поэтому ушел из Зимнего сада, и тень была его единственной компанией на обратном пути.

По правде говоря, Бай Сянсю упала в обморок только на мгновение. К тому времени, когда она проснулась, мужчина уже склонился над ней, пристально глядя на нее. Даже закрыв глаза, она все еще чувствовала запах плотного мужественного мускуса, что почти заставило ее сердце перестать биться. Она была так напугана, что не смела даже дернуться. Ей было непонятно, к чему ведет мужской персонаж. Это было совершенно иначе, чем в сюжетной линии!

В рассказе главный герой не стал связываться с какой-либо из его наложниц, прежде чем он встретил женского главного персонажа. Так как так вышло, что она внезапно оказалась под ним?! Хотя достаточно скоро вес на ней исчез и мужчина вышел. Она отпустила дыхание, которое держала в себе, с облегчением задыхаясь, «Айя! Он испугал меня до смерти. Может он что-то выпил?»

Она вытерла пот со лба. Как и ожидалось, самым страшным здесь был главный герой. Она удвоила свою решимость продолжать свой план с второстепенным мужским персонажем. Однако недавно она переутомилась, а уровень сахара в крови был немного низким. Неужели она несколько раз упала в обморок? Пока она сидела там, размышляя, Сяо Ши прибыла с врачом на буксире.

Сяо Ши заметила, что Принц уже ушел, инстинктивно вздохнув с облегчением. Она тут же начала ругаться за это. Она должна была быть разочарована тем, что Принца больше здесь не было. Ее хозяйка была наложницей Принца, так что это было бы только благословение ее хозяйки, если бы он проявил к ней благосклонность.

Однако она не могла не чувствовать себя расстроенной, глядя на свою нежную хозяйку. Принц был таким возвышающимся, мощным военным. Она боялась, что ее хозяйка не сможет принять… Лицо Сяо Ши покраснело, когда ее мысли начали блуждать.

Бай Сянсю начала принимать современную медицину. В последние дни она даже не увидела тени мужского персонажа. У нее было ощущение, что он пришел к ней, потому что старая мадам давила на него. Но почему он не пошел ни на один из других дворов? Может быть, он пришел, потому что она была слишком напугана?

Никогда не следует угадывать мнение мужчины. Независимо от того, как много ты думаешь, правильный ответ никогда не откроется. Так как он был ее предвестником гибели, было бы лучше не слишком хорошо разбираться в нем. Что касается нее, ее стихотворение, похоже, не соблазнило второстепенного мужского персонажа Сун Цзяоюэ. Так получилось, что слава была самой важной? Она вздохнула и продолжала думать о другом методе его соблазнения.

Точно! Скоро будет день рождения старой мадам. Второстепенный мужской персонаж обязательно там появится, но главной героини не будет, потому что она больна. Поэтому она передаст картину, которая привлечет внимание главного героя и второстепенного мужского персонажа. Я не могу допустить, чтобы Сун Цзяоюэ заметил главную героиню. Мне нужно немного побороться. Я знаю, что не смогу превзойти женского персонажа. Но в противном случае, позже будет очень сложно восстановить его сердце.

Когда Бай Сянсю оправилась, она направила всю свою энергию на размышления о лучшем подарке для старой мадам. Очевидно, что о картине не может быть и речи. Она была экспертом только когда дело доходило до садоводства. Она очень долго обдумывала это, прежде чем спросить Сяо Ши: «Где мы можем найти корни деревьев в комплексе?»

«А? Корни деревьев? Госпожа Сюй, зачем они вам?» Сяо Ши чувствовала, что ее хозяйка в последнее время становилась все страннее и страннее. Болезнь, вызванная ее испугом, по-видимому, еще не исцелилась.

Бай Сянсю загадочно улыбнулась: «С-e-к-р-e-т~!»

Смущенная Сяо Ши могла только покориться: «Боюсь, что они есть только на кухне.» Корни деревьев используются для костров.

«Пойдем, посмотрим.» Бай Сянсю поставила свою чашку и решила прогуляться с Сяо Ши. С тех пор, как она перешла на это место, она всегда пряталась внутри своего маленького двора и редко выходила. Конечно, она сразу привлекла внимание, когда покинула свой двор не только из-за своей внешности, но и из-за того, как оделась.

Бай Сянсю была современным человеком, поэтому к ее одежде добавились некоторые современные элементы, такие как макияж и аксессуары, что отличались от других. Слияние древности и современности было и умным, и очень важным. Однако она уже забыла о своем ошеломляющем виде. Улыбка озарила ее лицо, когда она радостно напевала частушки до кухни. Слуги на кухне на мгновение остановились, чтобы поглазеть на нее. Как могла красивая и очаровательная Мадам Сюй прийти в такое грязное место, как кухня?

Сяо Ши видела, что ее хозяйка забывается и делает все по-своему беззаботно. Сяо Ши торопливо помешала своей хозяйке, прежде чем она успела броситься на кухню и сказала: «Госпожа Сюй, с вами может кто-то столкнуться, если Вы будете так ходить. Почему бы Вам не отдохнуть в павильоне? Ваша покорная слуга вызовет кого-то, чтобы справиться с этим вопросом.»

Как хлопотно! Тем не менее, Бай Сянсю была вынуждена сесть в павильоне. В скором времени прибыла тетушка и с милейшей улыбкой заговорила с мадам Сюй, «Госпожа Сюй, какие будут инструкции для нас, что заставили прийти вас в это грязное место?»

В заднем дворе царского комплекса было не так много наложниц, и все они только недавно переехали. Поэтому слуги были очень осторожны по отношению к ним, потому что им еще нужно было понять их хозяйку.

Бай Сянсю заговорила с ответной улыбкой, увидев, что отношение тетушки было хорошим: «Значит так… Я ищу корни деревьев. Чем страннее внешний вид, тем лучше. Может, тетушка сможет сделать для меня что-то подобное?»

Тетушка потерялась от этих слов, но вскоре оправилась: «Конечно, но комната с дровами грязная и беспорядочная. Может лучше, если я попрошу кого-то принести несколько для вас?»

«Вы не знаете, какие корни дерева я хочу. Лучше, если я пойду сама. Вы можете просто найти кого-то, чтоб показать мне путь.»

Бай Сянсю была очень вежливой и выглядела очень красиво, когда улыбалась. Она произвела на тетушку очень хорошее впечатление. Хотя ее просьба была немного странной, у тетушки не было никаких проблем: «Тогда, пожалуйста, просто следуйте за мной. Я буду впереди. Пожалуйста, сюда Мадам Сюй.»

Бай Сянсю следовала за Сяо Ши, пока не добралась до комнаты с дровами. После того, как она покопался в комнате некоторое время, Бай Сянсю, наконец, нашла то, что искала. У нее были слуги, которые перенесли это в её Зимний Сад. Ее сердце было удовлетворено, и она попросила кухню приготовить некоторые из ее любимых блюд, прежде чем вернуться.

Слуги были сбиты с толку. Изнеженная, красивая и очаровательная мадам хотела съесть обычную пищу? Что это? В конце концов, они были слугами и просто загнали себя вопросами. Они могли только приготовить и отправить блюда по ее просьбам.

На обратном пути Бай Сянсю и ее группа слуг столкнулись с принцем Лун Хэном. Увидев их, несущих древесный пенек, он нахмурился: «Почему вы все это несёте?»

«В ответ Вашему Высочеству, Мадам Сюй лично приказала нам донести эту вещь до Зимнего сада. Мы не знаем, что она будет с ней делать.» Слуги были на одном колене, опустив голову, когда отвечали.

Лун Хэн был сбит с толку. Она была хрупкой дамой, которая упала в обморок, сделав только один шаг. Что она хотела сделать с такой громоздкой вещью? Хотя он нашел эту идею странной, он не остановил их. Он ушел, оставив эти слова: «Тогда, вам по дороге!»

Он хотел пойти сегодня, чтобы найти подарок для дня рождения своей матери, и беспокоился о том, что ей подарить. Глядя на этот пень, который смутно напоминал стол, он вспомнил, что его мать любила чай. Было бы неплохой идеей подарить ей набор чайных принадлежностей.

Место, которое ранее было заполнено бумагой и чернилами, теперь было заполнено древесной стружкой после того, как туда занесли сырой деревянный пень. Сяо Ши лично стала свидетелем того, как ее хозяйка схватила кучу столярных инструментов и начала снимать стружку, выравнивать, вырезать и размалывать пень.

Она волновалась! Она боялась, что ее хозяйка получит травму от этих тяжелых инструментов. К счастью, ее хозяйка, казалось, уже занималась раньше такого рода работами и оставалась на удивление невредимой.

Бай Сянсю разговаривала сама с собой: «Ах! Это называется резьбой по дереву.»

«Госпожа Сюй, с кем Вы разговариваете?» Подозрительно спросила Сяо Ши.

«Ни с кем. Я разговаривала сама с собой.» Правда в том, что она разговаривала с Хоером, кактусом. У него, казалось, было десять тысяч вопросов, и он все время задавал вопросы обо всем.

Обычно ей не нравилось отвечать на них, так как она боялась, что ее односторонний разговор может создать впечатление, что она сумасшедшая. Однако, если она была одна, она иногда отвечала одним словом. Она просто не заметила, что Сяо Ши пришла с чаем, и ее услышала слуга.

«Что такое резьба по дереву?» — подозрительно спросила Сяо Ши. Удивительно, но и кактус, и Сяо Ши задали тот же вопрос.

Бай Сянсю улыбнулась и ответила: «Вы оба узнаете, когда я закончу.»

«О!» Сяо Ши кивнула. Подождите, что она имела в виду под «вы оба»? Кто был другим человеком? Может, это Принц?

Казалось, что у ее хозяйки до сих пор на уме был Принц. Она не могла не почувствовать волнения ее хозяйки, когда подумала об этой ночи.

«О, сколько еще дней до дня рождения старой мадам?» Она готовила подарок так долго, это действительно казалось трудным делом!

«Осталось еще три дня,» — ответила Сяо Ши.

«Хорошо, у меня еще достаточно времени.» Хотя для резьбы по дереву потребовалось очень много времени, она специально выбрала кусок дерева, у которого уже была большая часть готовой формы, поэтому для него не потребуется слишком много работы до готового продукта. Он будет готов после того, как она нанесет на него лак, и легко сделает это сама.

Бай Сянсю все-таки искренне подготовила этот подарок. После того, как она закончила резьбу и живопись, даже Сяо Ши была очень удивлена. Она спросила: «Это действительно для старой мадам?»

«Да, как тебе?» Глядя на свою законченную работу, Бай Сянсю элегантно крутила гравюрный нож в одной руке, другой рукой водя по краю изделия, очень гордясь тем, что она сделала.

Сяо Ши кивала, пока ее голова почти не упала. Почему она не знала, что ее хозяйка обладала такими навыками после службы ей в течении стольких лет? Но это было великолепно! Старая мадам наверняка посмотрит на её хозяйку в другом свете, как только она представит этот подарок. Бай Сянсю была очень довольна и пошла выбирать одежду, которую она наденет в тот день.

У нее очень красивое лицо, поэтому, даже если она появилась без макияжа, все ровно должно быть привлечет много внимания. Тем не менее, она была очень мотивирована, чтобы смягчить свою внешность, так как старая мадам это ненавидела. Хотя она хотела соблазнить Сун Цзяоюэ, она также не хотела, чтобы ее избили до смерти, пока она не преуспела в своем плане.

Она выбрала светло-голубое платье, которое не казалось слишком случайным вместе с красным наружным жилетом, не слишком выделяющимся, а также не слишком мягким. В конце концов, это был счастливый рассказ, и ей пришлось соответсвовать старой мадам.

В качестве украшений для головы она решила выбрать лишь несколько шпилек. Она чувствовала, что ее волосы и так уже были очень тяжелыми. Если бы она добавила кучу аксессуаров, у нее, вероятно, рано или поздно заболел бы позвоночник.

Сяо Ши вздохнула. Черты лица хозяйки слишком выдающиеся. Сегодня она одевается настолько сдержанно, что она беспокоится о том, что ее обвиняют в соблазнении мастера.

«Потрать немного денег и попроси слуг об этом позаботиться. Лучше чтоб они его не уронили,» — объяснила Бай Сянсю, прежде чем встать. Взглянув на свое отражение в бронзовом зеркале, она подумала, что, хотя она пыталась одеться сдержано, это лицо было просто слишком привлекательным. Почему оно выглядит так прекрасно? Может быть, потому, что у нее не было ореола женского главного персонажа?

Собственно, Бай Сянсю тоже знала это из книги, что у наложниц этой эпохи на самом деле вообще не было прав. В то время как она была драгоценной наложницей, вступившей в семью законным способом, она все еще была просто наложницей.

На этот раз четыре наложницы фактически не имели права сидеть на банкете ко дню рождения старой мадам. Они собирались туда только чтобы подарить подарки и должны были уйти после прибытия женщин из семьи. (Официальные, законные жены и дочери)

Только если старая мадам, председательствующая на банкете или принц Ли, Лун Хэн, согласятся на это, им разрешат остаться. Но она вспомнила из романа, что им не разрешили. Поэтому было прекрасно, что она подарит свой подарок и привлечет внимание мужчины, второстепенного персонажа. Помимо этого, больше нечего было ожидать. Представление подарков должно было произойти до того, как прибудут посторонние, поэтому им придется рано выйти.

Мужчины и женщины должны были собраться перед старой мадам, так что, возможно, она сможет увидеть этого мужчину, второстепенного героя Сун Цзяоюэ. Бай Сянсю почувствовала, что внутри нее начинает пузыриться. В конце концов, она выбрала его и будет спасена им, если ей это удастся, так что она может быть даже… Нет, она не должна думать ни о чем другом. Возможность обеспечить свою безопасность была уже очень хорошим результатом.

На этот раз они снова направились к передней гостиной, возле главного зала. Многие гости уже собрались, но большинство из них входили в состав комплекса или были родственниками семьи.

До того, как принц Ли получил свой титул, семья Лун Хэна была чрезвычайно большой. Его родословная процветала больше всего, но обладала наименьшим количеством людей.

Отец Лун Хэна тоже был генералом, много лет провел на поле битвы. Хотя у него было два сына от наложниц, они не смогли выжить, также у него была дочь от наложницы, что уже много лет была замужем. (Дети от наложниц уступали по социальному статусу надлежащим детям, рожденным от законной жены, но все же лучше, чем незаконные дети от женщин, которые никогда не выходили замуж)

Между тем его жена, урожденная Лю, которая была нынешней старой мадам, родила ему только одного сына Лун Хэна. Получив несравненно высокое положение общего принца для своего сына, старая мадам, которая приложила много усилий и много страдала в воспитании этого сына, заслужила всеобщее уважение. На этот раз даже нынешний король отправил поздравительный подарок, который давно уже висел в главном зале. Это была Картина Столетнего Долголетия. (Ему был присвоен титул принца, но он не обладал королевской кровью и не находился на линии преемственности)

Сразу после того, как они прибыли, Бай Сянсю и других три наложницы проинструктировали сначала встать на колени и отдать дань уважения этой Картине Столетнего Долголетия, чтобы не упускать из виду правила. Поэтому, даже не увидев старую мадам, Бай Сянсю пришлось сначала встать на колени и отдать должное Столетнему долголетию, а затем уже пойти отдать должное старой мадам.

Колени этих древних было действительно жалко. За столь короткий промежуток времени она уже преклонила колени дважды. Когда она мысленно жаловалась на эту необычную пытку, она услышала, как кто-то объявил: «Прибыл Его Высочество!»

Она закатила глаза на небо. Означает ли это, что ей придется снова отдать кому-то свое почтение?

Действительно, Лун Хэн сел после того, как искренне поприветствовал свою мать, после чего наложницам пришлось встать на колени и поприветствовать своего мужа.

«Все вы, вставайте. Сегодня здесь нет посторонних людей.» Старая мадам сегодня выглядела намного лучше, чем когда она призывала кого-то избить палками до смерти, но ее авторитет оставался прежним. Бай Сянсю все еще боялась ее, даже не осмеливаясь поднять голову.

Ее нельзя было ругать за то, что она была робкой. Выросшая в современном обществе, горожанка, которая даже не видела убийства кур или уток, была потрясена внезапным испытанием. Когда кого-то избивали до смерти, это было не легко стереть с памяти.

Бай Сянсю поднялась с тремя другими наложницами, пытаясь казаться настолько незаметной, насколько это возможно. Но как только она села, она услышала веселый голос старой мадам: «Цзяоюэ тоже здесь. Не стой, проходи, проходи, садись. Как твоя мать поживает в последнее время? Она придет позже?»

Глаза Сун Цзяоюэ случайно скользнули по тонким фигурам четырех женщин, прежде чем он засмеялся: «В ответ на вопрос старой мадам, естественно, моя мать придет. Просто она давно не покидала дом, поэтому я боюсь, что пройдет какое-то время, прежде чем она появится.»

Старая мадам рассмеялась: «Это правда. Говоря об этом, мы не видели друг друга несколько месяцев. С тем, насколько мы заняты различными делами наших комплексов, мы не садились за разговоры в течении долгого времени. Если не по этому поводу, я боюсь, что она вообще не захочет приехать!»

Сун Цзяоюэ только улыбнулся, вежливо обменявшись небольшим разговором со старой мадам. Пока это продолжалось, главный герой с холодным лицом ничего не сказал. Он даже не двигался. Казалось, что это действительно похоже на то, как было написано в романе, он берег свои слова, как золото! Бай Сянсю только надеялась, что сможет быстро представить свой подарок и уйти. Те, кто должен был быть здесь, уже были здесь.

Как раз, когда она думала об этом, старый слуга за старой мадам рассмеялся: «Старая мадам, смотрите, жены и женщины все ждут, чтобы пожелать вам долголетия. Разве вы не попросите их подойти?»

Смысл этого заключался в том, что время шло, и наложницам нужно было быстро переходить к представлению подарков, чтобы показать свою искренность, прежде чем уступить официальным женам и дочерям.

«Да, пусть они подходят!» Старая мадам улыбнулась.

Углы губ Бай Сянсю дернулись. Она давно знала, что позиции наложниц в древние времена были очень низкими, но это было правда похоже на рабынь, не так ли? Процес дарения подарков был похож, как нищие, просят милостыню. Это заставило ее почувствовать себя подавленной.

Однако, кто просил её переносится и не стать главной героиней? Это была жалоба, которую ей пришлось нести, даже если она этого не хотела. Значит, нужно просто сидеть и ждать. Весной, летом, осенью и зимой она была самой последней. Более того, они также поставили одну кузину в очередь, которая тоже была одной из второстепенны женских персонажей романа, персонаж которой страдала судьбой хуже смерти, несмотря на то, что не умерла в конце.

Бай Сянсю взглянула на нее из любопытства. Роман писал, что у нее была фигура и взгляды Линь Дайю, только, к сожалению, у нее была чрезвычайно ядовитая личность. Что это за женщина? Она действительно хотела увидеть её своими глазами. (Одна из главных героев классического китайского романа Цао Сюэцина «Сон Красной комнаты». Она изображается как образованная, умная и красивая молодая женщина, хотя иногда и умственно и физически слабая)

После всего лишь одного взгляда она решила, что та была такой же игрушкой для битья, как она. Она не дожидалась бы вида Сестры Лин, если бы она не была пушечным мясом.

Согласно обычной доктрине, определенно нет способа, чтобы кто-то вроде нее мог стать главной героиней. Хотя у нее была красивая фигура и красивые черты, у нее была суровая манера говорить. Какому мужчине она понравится? Тем не менее, она не сказала ничего плохого перед старой мадам, просто осыпая ее поздравительными словами. После того, как она рассказала свою пьесу, она приказала горничной рядом с ней представить свой подарок. Но почему-то эта горничная споткнулась и упала.

Маленькая кузина неохотно улыбнулась: «Посмотри на себя! Ты, как правило, довольно умна, как ты вдруг стала такой глупой? Быстро встань, чтобы не запачкать обувь кузена.» Сказав это, она кашлянула дважды, прежде чем снова заулыбаться. Даже слепой сможет увидеть презрение в этой улыбке. Само собой разумеется, что она явно насмехалась над служанкой за то, что она надеялась подняться и украсть сердце принца Ли. В противном случае, почему она так упала? Но это была ее личная служанка. Разве эта персона не слишком неприятна?

Бай Сянсю скрестила брови. Она никогда не была хороша в межличностных отношениях, но она не собиралась наносить удары другим людям нарочно. Ей не нравились подобные люди, какие бы ни были их мотивы. Она отвела взгляд и ее глаза случайно пересеклись с глазами главного героя в одно и то же время. Х-х-хe, он правда смотрел в ее сторону!

Она была так напугана, что почти соскользнула со стула. Она быстро опустила голову, чтобы посмотреть на свои ноги и слишком боялась взглянуть на кого-нибудь еще какое-то время. Только после того, как две наложницы весеннего и осеннего дворов закончили представлять свои подарки, она успела взглянуть на Сун Цзяоюэ.

Он действительно был второстепенным персонажем номером один. Его внешность, социальный статус и расположение были настолько хороши. Не говоря уже о том, как он проявит глубину своей любви. Независимо от того, что произойдет, по крайней мере, она не была бы избита до смерти, если бы он мог вытащить ее отсюда. Но признает ли он ее дар? Сможет ли она вырвать хотя бы небольшое количество внимания от женского персонажа?

Она была обескуражена, когда вспомнила, как женский персонаж захватила мысли главного героя и второстепенного мужчины, никогда не появляясь лично. Было ли верно, что любые второстепенные женские персонажи, которые соревновались с главным женским персонажем, были обречены на жалкую смерть?

«Госпожа Сюй, настала ваша очередь. Госпожа Сюй…» Она была в порядке, но почему она снова отвлеклась? Лоб Сяо Ши взорвался от пота, прежде чем она наконец подарила своей хозяйке беспощадный удар.

Бай Сянсю вскрикнула, потирая плечо, когда небрежно смотрела на Сяо Ши. Почему эта девушка использовала такую силу, чтобы толкнуть меня? Затем она увидела, что Сяо Ши дергает подбородок в сторону старой мадам и разразилась холодным потом. Только тогда она поняла, что настала ее очередь подняться. Урк, хорошо, пора представить подарок.

Сначала она готовилась довольно тщательно, но в конце концов она отвлеклась. К тому времени, как она вскочила на ноги, собаки сбежали с её мыслями, и она полностью забыла речь, которую придумала. Она могла только заикаться: «Я желаю старой мадам удачи, столь же обширной, как восточные моря, и старости, как южные горы.» Эти слова были гнилыми в их клише. Сун Цзяоюэ наверняка упустит ее. Что теперь? Ей действительно хотелось плакать.

У Бай Сянсю была привычка подвешивать голову и ломать руки, когда она нервничала. Прямо сейчас у нее был только платок, поэтому она сжимала его взад-вперед, когда неловко нагнулась и отдала свое уважение.

Тем не менее, поскольку она была красавицей, эти движения просто казались приятными как для глаз, так и для ума. Во взглядах наблюдателей, Бай Сянсю в этот момент была чрезвычайно восхитительной и застенчивой. Казалось, что это почти заставляло ее сказать, что это превратилось в жестокое наказание.

Пальцы старой мадам дрожали. Эта женщина действительно была слишком красива. Даже она почти не могла смотреть, как она страдает. Она сузила брови и украдкой сморела на сына, только чтобы найти облегчение, увидев, что у него нет реакции. Воистину, он был похож на своего отца, человека, которого не превозносили женские прелести. Таким образом, она заговорила. «Ты проявила заботу.»

Бай Сянсю только осмелилась выпрямиться после этого и ответила: «Эта наложница приготовила подарок для старой мадам. Сяо Ши, пусть они внесут его!»

Внесут?

Сун Цзяоюэ удивился. Все остальные подарки были представлены или даны, но почему она должна вносить его? Эта милая наложница была, конечно, забавной. Ее поэзия была интересной и ее личность. Он слегка улыбнулся в глазах, когда он поставил свою чашку в сторону, чтобы посмотреть вперёд, желая увидеть, что внесут.

Лун Хэн вспомнил об этом сломанном корне дерева. Может быть, она все еще сумасшедшая и хотела подарить его матери корень дерева в подарок? Со всеми присутствующими гостями и посетителями он действительно начал думать о том, как вывести ее из этого беспорядка. Огромный предмет, покрытый красным шелком, принесли, когда каждый терялся среди своих вопросов и мыслей. Любопытно было даже старой мадам. Как правило, девицы и жены дарили вышитую конфуцианскую классику, картины или каллиграфию. Что именно ей дарит наложница?

Бай Сянсю подошла, чтобы лично снять красный шелк. Как ремесленник ей не нравилось быть центром внимания, но она очень любила когда оценивали ее произведения искусства. Таким образом, когда чайный стол был раскрыт перед глазами каждого человека, она отступила в сторону.

«Это…» Глаза старой мадам загорелись. Ей действительно нравился чай, особенно хорошо сделанные чайные сервизы и чайные столы, но это был ее первый раз, когда она видела такой странный и благоприятный чайный стол. На первый взгляд она могла сказать, что он был сделан из корня дерева. Стол держался на трех необычно сформированных, но элегантных толстых ногах, в то время как его поверхность была очень гладкой и глянцевой. Хотя его форма не была полным кругом, она напоминала форму рисунка для долголетия, shou (壽). Он и так был очень хорош, но вырезанный вокруг Shou небесный журавль с персиком долголетия на спине был непревзойденным. Стол стоял там, как художественный шедевр, радуя глаз и ум, даже когда он демонстрировал свою практическую ценность.

Когда она подумала об этом, если посетителям будет подан чай на этом столе, это действительно дало бы лицо его владельцу. Старая мадам никогда не думала, что у этой маленькой девочки такое соображение. Казалось, она действительно хотела встать на ее сторону. Когда она посмотрела на девушку, она ожидала увидеть её счастливой от того, что её подарок был хорошо принят или, по крайней мере, в отличном настроении! Но эта молодая девушка уже отступила в сторону, ее лицо было полностью красным, и она крепко сжала платок между пальцами. Она очень нервничала. С этим она совсем не выглядела, как кто-то, демонстрирующий высокомерие со своим даром, и больше похожа на оленя, готового болтать.

Нет, взгляд старой мадам был хорошим. Когда она увидела эти пальцы, она подняла брови и сказала: «Ты показала сердце, но ты избалована. Не травмируй пальцы. Слуга, дай Бай Сянсю охлаждающую мазь.»

«Конечно,» — ответила пожилая женщина-служанка.

Бай Сянсю уже чувствовала, что сдерживается таким внимательным взглядом, но теперь, когда Старая мадам обнаружила ее раненные руки, она ещё больше разнервничалась. Она торопливо спрятала руки и заговорила, как маленький белый цветок. «Эта наложница лишь немного поранилась.» (Маленький белый цветок — образ красивой, нежной, эмоциональной женщины, которая легко плачет)

Половина этого исходила от беспокойства, а другая — от притворства. Прочитав роман, она предельно знала предпочтения старой мадам. Женщина была более добродушной к послушным, нежным и симпатичным девушкам, поэтому она ненавидела главную героиню и её непослушную природу, и ей не нравились те, кто обладал слишком большими амбициями. Бай Сянсю боялась старой мадам, поэтому, конечно, она найдет способ оставить хорошее впечатление. В результате она плавно исполнила свою роль.

В то же время она бросила взгляд на второстепенного мужчину, она увидела, что его глаза застыли на столе. Сун Цзяоюэ был слишком сложным для соблазнения. Вы должны позаботиться о создателе стола! Это был ее мотив, хорошо? К сожалению, Сун Цзяоюэ не смотрел на нее с самого начала. Чтобы облегчить осмотр стола, он встал и пошел к нему. Почти непреднамеренное «Э-э?» вышло, когда он осмотрел его еще более внимательно.

Лун Хэн спросил: «Что там?» Он возражает против подарка? Он думал, что стол неплох. Было уже очень хорошо, что женщина не сошла с ума и вместо этого не принесла корень дерева.

«Эти рисунки такие крошечные; Как они были созданы?» Сун Цзяоюэ указал на крылья небесного журавля, глядя прямо на Бай Сянсю.

Бай Сянсю была взволнована, когда привлекла внимание своей цели, второстепенного мужчины. Но это было немного не по теме. Она хотела рассказать о своем стихотворении внешнему миру, чтобы он мог услышать об этом, но почему он больше беспокоился о том, как она вырезала персонажей на дереве? Это был технический вопрос, ей надо ответить?

Естественно. Она знала, что второстепенному мужчине нравятся интеллект и креативность женского персонажа, а также немного невинности, как маленький белый цветок. Поэтому, она заговорила мягким и изысканным голосом. «Я вырезала их иглой.»

«Иглой?» Сун Цзяоюэ взглянул на руки Бай Сянсю. Она сделала такую большую жертву ради празднования дня рождения старой мадам. Похоже, она нарочно хотела сделать большой показ перед принцем Ли! Он видел свою долю женских уловок в домашнем хозяйстве, поэтому все, что он сделал, это улыбка, не сказав ни слова.

Что!

Бай Сянсю не знала, что она сделала неправильно. Почему второстепенный мужской персонаж, который раньше казался таким заинтересованным, вернулся туда, где он сидел?

Это была старая служанка, которая улыбнулась, когда подошла: «Как говорит Молодой Мастер Сун, эти слова действительно маленькие. Глаза старой слуги хороши, и я все еще вижу их. Это стихотворение… интересно, интересно.»

Старая мадам рассмеялась: «Давайте послушаем.»

«Что, что, что можно сделать!» Прочитав полпути, она перестала говорить, поразив старую мадам и других. Что она пыталась сказать словами «что можно сделать», когда кто-то праздновал свой день рождения?

Даже Лун Хэн положил чашку и внимательно слушал. Тем не менее, он также не был возмущен, углы его губ были подняты вверх вместо этого. Он чувствовал, что, будучи членом своего гарема, она потратила много усилий на что-то для его матери, так что не о чем беспокоиться. Даже если бы она использовала какие-то небольшие схемы в процессе, пока она не придерживалась менталитета, причиняющего вред другим, это все еще находилось в его границах.

Эта бабушка продолжала: «Что можно сделать с солнцем и проливным дождем? Проливной дождь желает старой мадам долгой жизни, долголетия, которая превосходит даже проливной дождь.»

Это стихотворение было одним из тех, что Бай Сянсю видела раньше в Интернете, вспомнив об этом, так как она сочла его интересным. Придя сюда и желая, чтобы второстепенный мужской персонаж принял к сведению ее таланты, она подумала что-то сделать с этим чайным столом.

Подумав очень долгое время, она окончательно изменила это стихотворение, чтобы его можно было увидеть и рассказать другим. Тем не менее, она не думала, что сам второстепенный мужской персонаж действительно обнаружит его. Его реакция была немного иной, чем то, к чему она стремилась. Она вспомнила, что из книг, увидев картину женского персонажа, все были очень тронуты ею. Может быть, это стихотворение не смогло привлечь его внимания? Или она изменила его до такой степени, что оно полностью отличалось от того, каким было раньше, что его художественная концепция была полностью извращена?

Нетнетнет, что мне делать? Этого мужского второстепенного персонажа слишком сложно соблазнить! Бай Сянсю уже была на крючке и быстро разволновалась. Она начала беспокоиться, что ее показ маленького белого цветка сегодня был напрасным.

Немного обескураженная, она намеревалась дождаться, пока старая мадам не вышвырнет их, маленьких наложниц, прежде чем провести мозговой штурм другого плана. Но кто знал, что старая мадам действительно будет исключительно терпимой, поскольку она сказала: «Вы тоже можете остаться. Просто убедитесь, что не забыли своё место.»

Эй, что ты делаешь, мистер Плотлайн? В романе написано, что наложницы должны были уйти. Почему они могут остаться? Почему же все пошло не так? (Я так поняла, что мистер Плотлайн это автор)

Но остальные три наложницы были очень счастливы, потому что, когда ещё обычные наложницы получили бы возможность посетить такой огромный банкет? Это также показало уникальность их позиций. С другой стороны, Бай Сянсю была просто уставшей. События, которые только что произошли, подорвали ее умственную силу.

Не спрашивайте, почему она так бесполезна. Раньше она ассоциировалась только с цветами и растениями. Для нее, битвы с умом, испытания мужества и еще чего-то на самом деле слишком тяжелы для её разума.

Лун Хэн все молчал. Для него, какой бы талантливой ни была женщина, оказавшись на таком высоком уровне здесь, при таких обстоятельствах, она определенно сделала это не просто так. Но почему она так молчала, опустив голову и, казалась, очень измученной, когда сидела рядом. Казалось, она хотела исчезнуть.

Что касается уважаемого второстепенного мужского персонажа, то на самом деле Сун Цзяоюэ не заметил ее уникальности, так как она была наложницей его друга, он определенно не мог приблизиться к ней. Несмотря на то, что он действительно хотел узнать все это стихотворение, казалось, что такая возможность не придет сегодня вечером. Каждый со своими тяжелыми мыслями, присутствующие дожидались, пока остальные гости не представят свои подарки, мужчины и женщины расходились вскоре после прибытия.

Наложницам не нравились официальные и важные события, но теперь, когда у остальных троих был такой шанс, они, естественно, старались выглядеть элегантно и скромно, поскольку они искали признания различных мадам и юных дам. Однако их целью были все официальные жены и дочери, и даже тонкая облицовка вежливости не могла скрыть презрения в их глазах к этим наложницам.

Когда Бай Сянсю молча пила чай рядом, Сяо Ши мягко посоветовала ей со стороны: «Госпожа Сюй, почему бы вам не поговорить с разными мадам? Было бы по-другому, если бы вы получили признание.»

«Что будет по-другому?» С любопытством спросила Бай Сянсю. Ее цель не имела ничего общего с этими мадам, дамами или чем-то еще, поэтому ей было все равно, что они думают о ней. Тем не менее, был кто-то, кого она заметила, и это была мать женского главного персонажа, красавица, чьи схемы были чрезвычайно глубокими.

В настоящее время ей всего тридцать лет, она была изящной в своем роде, с улыбкой оглядываясь на всех, кого она видела. Однако Бай Сянсю знала, что эта женщина определенно не такая простая, как она казалась. Она не жалела усилий для брака своей дочери, наконец, выбрала мужчину, главного героя Лун Хэна, ни по какой другой причине, кроме его потенциала. Ее взгляд на людей был чрезвычайно уникальным, просто она не думала, что ее дочь абсолютно не согласится на этот брак.

Мать, которая думала только о своей семье, естественно, имела дочь, которая была чрезвычайно вольна во всем. Честно говоря, эта пара матери-дочери была на самом деле пара нарушителей спокойствия. Если бы женский персонаж не был окончательно вытолкнут и съеден* главным героем, кто знает какие проблемы они могли бы вызвать. (* — эвфемизм для секса)

Когда она читала роман, Бай Сянсю на самом деле не питала никаких хороших чувств к этой мадам. Увидев ее сейчас, она почувствовала, что, по крайней мере, ее внешность была очень привлекательной. У нее была очень гладкая личность, которая, казалось бы, могла составить беседу с любыми мадам. Она была особенно сердечной по отношению к старой мадам, снова и снова называя ее старой сестрой, даже достав живопись женского персонажа, чтобы показать ей.

Собственно, она тайно украла эту картину. Ее дочь была полностью против этого брака, так как она слышала различные плохие слухи о мужском персонаже.

Да, нет сомнений. Женский персонаж на самом деле человек, очень слабый, чтобы сплетничать. Она была также немного идиоткой и первоклассной нарушительницей спокойствия, которая любила строить из себя невиновную после того, как что-то наделала.

Тем не менее, она наконец-то увидела молодых дам из основных семей старых времен. Они кажутся довольно опытными, все они умеют улыбаться, не раскрывая зубов.

Изначально она думала, что в последние несколько дней она уже была достаточно ласковой, но увидев их, она поняла, что получила какой-то учебный материал. Казалось, что у нее все еще есть выход! Почему она это сделала? Это объяснялось тем, что второстепенный мужской персонаж нравился женщине, которая была немного глупой, немного невинной и немного похожей на святую мать из рода белого цветка, но также по-настоящему была дамой из большой семьи.

Подождите, мать главного женского персонажа должна была представить подарок перед главным героем. Почему он был представлен до того, как появился главный герой? Разве этот сценарий не слишком далек от того, каким он должен быть? У нее же нет причин делать это сейчас!

Как раз, когда она чувствовала, что ситуация изменилась, старая мадам получила картину и сказала: «Это действительно хорошая картина. Слуга, позови Принца.»

Принц Лун Хэн пришел вместе со своим лучшим приятелем Сун Цзяоюэ.

Это было естественно. Они двое знакомы ещё с тех пор, как были молодыми, а второстепенный мужской персонаж не был слишком формальным даже в царском комплексе. Это в конечном итоге обратилось против него, так как его медленно привлекла главная героиня. Из-за этих будущих событиях Бай Сяньсю была очень обеспокоена. На самом деле, иметь мысль о краже девушки мужского персонажа, что это было, если не самоубийство!

К счастью, главный мужской персонаж в конце не хотел своей жизни.

Вернее, поскольку она не дочитала, было только ощущение, что главный герой не хотел жить. Даже до сих пор, способность назойливого женского персонажа вызывать неприятности, навредила бы Сун Цзяоюэ до смерти.

Пройдя через список людей, которых главный женский персонаж оскорбила в романе, Бай Сянсю не могла не сдержать голову, чувствуя, что она физически расширяется. С одной стороны, она ощущала физическую боль главного героя и психическую боль второстепенного мужского персонажа. Сколько умственной и физической силы у них было, чтобы иметь дело с таким женским персонажем… это должно было быть на уровне святого.

Лун Хэн был приглашен старой мадам, чтобы посмотреть на то, что якобы прислала его невеста. Он не любил картины, поэтому не думал об этом, взглянув на неё. Он не знал, кто его невеста, но, взглянув на эту картину, он подумал, что она талантливая женщина.

Сун Цзяоюэ тоже похвалил картину, прежде чем улыбнуться и отступить в сторону. Хотя картина была хорошей, она была не такой ошеломляющей, как деревянная скульптура.

А? Похоже, что события расходились с историей.

Казалось, что ее приход действительно произвел несколько волнений, но она понятия не имела, эти изменения к лучшему или к худшему. Она также не знала, что старая мадам начала замечать ее после того, как она представила свой подарок.

Если бы Бай Сянсю начала работать над своим положением после этого скудного показа своих навыков, старая мадам была полностью готова подавить её дух. То, чего не ожидала старая мадам, было то, что Бай Сянсю оставалась хорошей. Она даже не пыталась вникать в разговоры этих мадам и барышень. Даже когда появился ее сын, она не пыталась втиснуться, чтобы получить свою милость; Казалось, она была честной.

Старая мадам довольно устала управлять задним двором и хотела найти помощника, чтобы помочь ей после того, как ее невестка вышла замуж. Однако, если бы она нашла нарушителя спокойствия, то задний двор вряд ли остался бы мирным. Среди четырех Благородных наложниц, только Бай Сянсю была похожа сегодня на самого привлекательного кандидата.

Лун Хэн последовал за взглядом матери и тоже взглянул на девушку, которая только что захватила центр внимания, представив этот впечатляющий подарок. Эх…

Она сидела очень далеко, и даже была скрыта под тенью колонны. Она просто смотрела, как гости мелькают, пока пила чай, похоже, без намерения присоединиться к ним. Самое главное, эти глаза были такими же спокойными, как вода, без какого-либо желания. Он не мог не заметить, что это странно. Девочка с глазами, свободными от желания, была довольно редким зрелищем.

После того, как все гости подарили свои подарки, пришло время начать банкет. Когда начался банкет, Бай Сянсю стала еще более унылой. Она выросла со своими бабушками и дедушками, набожными буддистами. В результате они употребляли только вегетарианские блюда в первый и пятнадцатый день каждого месяца. После стольких лет это была укоренившаяся привычка, и даже ее переселение не нарушило ее. Кстати, банкет состоялся пятнадцатого числа.

Сяо Ши знала о её привычках после двух месяцев служения своей хозяйке. Она не могла не прошептать: «Госпожа Сюй, я должна упомянуть об этом слугам?»

Бай Сянсю покачала головой и сказала: «Не надо. Сейчас не стоит выделиться. Я просто возьму некоторые вегетарианские блюда.»

В этой династии банкеты проводились за небольшими квадратными столами вместо больших. Перед каждым гостем ставят небольшой стол. На него ставят четыре или пять блюд. Затем гости выбирали те, которые им нравились, и помещали их в небольшую тарелку. Когда приходит время для следующего раунда блюд, предыдущий раунд убирают.

Это был так называемый свободный поток банкета. Это было очень расточительно, но было очень важно соблюдать гигиену. В отличие от уважаемых гостей, наложницы сидели по-другому. Бай Сянсю делила стол с наложницей Осеннего сада. Она была великолепной красавицей, но ее внешность все еще бледнела по сравнению с Бай Сянсю. Поэтому, она была к ней не очень дружелюбна.

Блюда были быстро поданы. Она не просила Сяо Ши положить еду в её миску. Вместо этого она просто взяла несколько вещей, таких как китайская капуста и тофу, и поместила их на тарелку.

Через некоторое время Лун Хэн подошел, чтобы сопровождать старую мадам за едой. Он был ее единственным сыном, и старая мадам, естественно, была очень счастлива. Они двое поделились столом, но не много говорили друг с другом.

Однако Лун Хэн не мог не взглянуть на девушку из Зимнего сада, чтобы обнаружить, что ее уже сжимали до конца стола. Девушка, с которой она делила свой стол, уже заняла более половины доступного пространства, и это выглядело так, как будто Бай Сянсю вытесняли. Хотя блюда только что были поданы, она уже использовала свой носовой платок, чтобы вытереть рот, похоже, уже справившись с этим раундом. Глядя на ее тарелку, более половины еды остались нетронутыми. У этой девушки аппетит кошки?

Банкет все еще продолжался, но Бай Сянсю вытеснили до такой степени, что она не могла комфортно сидеть. Она чувствовала, что, поскольку ее подарок уже представлен, нет необходимости продолжать сидеть здесь и страдать от того, что его вытесняют остальные трое. Она позвала сидящую рядом пожилую служанку и попросила узнать у старой мадам, может ли она уйти раньше, используя оправдание, что она плохо себя чувствует.

Старая мадам могла ясно сказать, что ее вытесняют, поэтому она кивнула и позволила ей уйти. Она также заставила слуг сказать остальным троим уйти. Действуя так свободно перед уважаемыми дамами, не заботясь о своих собственных позициях, они позорили семью принца. После этого ей нужно будет строго дисциплинировать их.

Таким образом, Бай Сянсю и Сяо Ши покинули банкет в соответствующем интервале. Они медленно прогуливались, но когда шли, они заметили подозрительного слугу перед ними. Он был довольно низким человеком и скрывался за деревом, чтобы что-то увидеть.

С другой стороны, медленно шла толпа людей, Лун Хэн был первым. Она не думала, что он заставит людей ходить по двору, оставив старую мадам. Как неторопливо от него! Тем не менее, с ним были все уважаемые гости. Помимо Сун Цзяоюэ, были также несколько других молодых и красивых джентльменов.

Хотя Лун Хэн был довольно холодным, у него было множество друзей. В суде он хорошо ладил со всеми сторонами. Она не хотела, чтобы их видели, поэтому она перешла к этому подозрительному слуге. Была поддельная гора, которая прекрасно служила ее целям, блокируя вид этих людей.

Когда слуга услышал, как кто-то приближается сзади, он обернулся и заметил волшебную красоту, приближающуюся к нему. Он не мог не взглянуть на неё, а потом растерянно сказал: «Какая красивая, как фея…»

Когда он закончил говорить, он и красавица перед ним были поражены.

Один из них был поражен из-за красоты человека перед ним. Не только она была красивой, она была одета элегантно, но не безрассудно. Увидев ее, у кого-то наверняка будет хорошее впечатление. Другая была поражена, потому что она могла сказать по его голосу, что этот слуга был женщиной. Глядя снова на «его» внешность, а затем на «его» горло, Бай Сянсю сразу поняла, что этот «он» определенно «она».

«Ты…» Сяо Ши не закончила вопрос, когда кто-то, а именно ее собственная хозяйка закрыла ей рот. Затем этот слуга положил руку на «его» рот и сказал: «Будь немного тише.»

После того, как «он» закончил говорить, «он» засмеялся и сказал: «Я… этот слуга… помогал мадам что-то достать, но потерялся на пути. Этот слуга ищет ее сейчас и боится, что другие узнают.»

Это было явно оправдание. Бай Сянсю пристально посмотрела на эту подозрительную девушку. Казалось, что ей около четырнадцати или пятнадцати, с хорошими и милыми чертами лица. Особенно эта пара водянистых и красивых глаз выглядела так, словно слезы могли закапать в любой момент. Эта девушка была симпатичной и достойной второго взгляда. Тем не менее, этот смелый шпионаж, это было не то, что сделала бы хорошо воспитанная молодая мисс.

«А что ты разглядываешь? Я никому не скажу.» Бай Сянсю сочла это любопытным, и у нее было подозрение, которое она должна была проверить. Увидев, что ее хозяйка опустила голову, Сяо Ши последовал за ней и присела на корточки, и было странно, что ее хозяйка спрашивала об этом. Нет, она явно использовала утвердительный тон.

«Я… только слышала, что принц Ли очень страшен, как демон. Я хотела посмотреть, не страшен ли он, как говорят слухи.» По какой-то причине эта таинственная девушка не могла не сказать правду, когда смотрела на такую красавицу.

Угол губ Бай Сянсю дернулся. Теперь она была более уверена. В книге был только один человек, который имел бы такой внешний вид и делал бы такие действия. Это была легендарная главная героиня. Она не думала, что та заглянет к своему жениху. В рассказе не упоминалась эта часть. Он только описал, как она подтвердила, что главный мужской персонаж был чрезвычайно жестоким по отношению к женщинам и упаковал ее сумки, чтобы выгнать.

Возможно ли, что она подтвердила это, подглядывая?

Однако, хотя принц Ли был впечатляющим персонажем, который мог спокойно приговорить кого-то избить до смерти, он обычно нормально обращался с женщинами. По крайней мере, она никогда не слышала о том, чтобы он лично избивал их.

Бай Сянсю не собиралась сражаться с женским персонажем за главного героя. Она все еще надеялась, что они быстро погрузятся в любовь и бросятся в хэй*, пока больше не смогут встать. Поэтому, она попыталась сказать несколько слов в защиту мужского персонажа. (* — эвфемизм для секса)

Но, как только она собиралась сделать это, с другой стороны искусственной горы пришли двое слуг. Они явно не видели сутулых женщин, а также главного персонажа и других, которые только что прошли мимо, так как они счастливо разговаривали между собой. Потом они остановились там и начали говорить тише, как будто они боялись, что их кто-то услышит.

Хотя мир в романе невозможно контролировать; Сценарий внутри действительно мог измениться из-за ваших мыслей и восприятий!

«Я слышал, что прибыла семья Сиер. Выбрав сегодняшний день, они здесь, чтобы выяснить все со Старой Мадам?»

«Это верно; Они действительно смотрят вниз на Принца и Старую Мадам. Принц уже отдал приказ, чтобы их утащили, прежде чем они вошли. Я услышал, что потом, мужчину почти избили до смерти.»

«Говоря об этом, Сиер действительно жалко. Она просто хотела подняться на высокую ветку, и какая горничная в поместье не мечтает об этом? Даже те его наложницы и юные дамы за пределами двора тоже надеются на тот день, когда смогут приблизиться к Принцу, не говоря уже о горничных. Только на этот раз ей не повезло и она заплатила ценой своей крови…»

«Да, Принц был слишком жестоким, так поступить с простой девушкой…»

«Это не редкость. Я слышал, как люди говорили, что, когда он воевал, Принц захватил женщин у врага и заставил их служить его подчиненным, пока они не умерли…»

«Правда?!»

«Я слышал это от солдат, как это может быть ложью?»

Когда Бай Сянсю слушала эти сплетни, она посмотрела на лицо главной героини напротив нее. Ее лицо медленно изменилось от розового до бледного и от бледного до белого, совершенно бескровного. Когда двое слуг ушли, она тут же заговорила о мужском персонаже без колебаний.

Хотя женский персонаж все равно будет захвачена, когда убежит, все они достигли счастливого финала до того, как её выбросили из поместья? Правильно, хотя старая мадам умоляла их в этот момент, ей нужна была стратегия выхода, которая не включала ее возвращения в эту страшную усадьбу! Ей абсолютно необходимо было соблазнить второстепенного мужского персонажа, чтобы он к ней пришел тогда.

Чтобы запланировать свое будущее, она тут же махнула рукой: «Ты не должна прислушиваться к их бредовому разговору. Эта служанка была убита палками, потому что она навредила Принцу, в то время как вопрос о армии определенно не соответствует действительности. Принц особенно заботится о женщинах в комплексе… ну, это неправильно, он очень холоден, но он не случайно избивает или убивает их, как ему нравится!» Эй, эй, эй, почему глаза женского персонажа смотрели ей за голову, даже показав выражение страха?

Глядя рядом с ней, даже Сяо Ши стояла на коленях, отчаянно дергая за одежду своей хозяйки. К сожалению, она была слишком поглощена объяснением женщине, которую она заметила. Бай Сянсю могла почувствовать холод в ее сердце, в то же время глубоко веря в закон природы, что, когда появляется женский персонаж, обязательно происходят плохие вещи.

Когда ее голова неистово повернулась, она обнаружила, что главный герой, мужской второстепенный персонаж и другие молодые мастера все стоят за ней. Их выражения изменились, но внимание было полностью сосредоточено на ней.

Как бы она ни была спокойна, Бай Сянсю чувствовала, что в этот момент она стала хромой и могла упасть на землю. Ее лицо показало глубокий и полный шок, и было ясно, что она не вернет свой дух за короткий промежуток времени.

Лун Хэн слегка нахмурился. Раньше, когда он прислушивался к ее горячей защите, он действительно что-то чувствовал. Хотя ему не нужна такая защита, его поразила мысль, что эта женщина, похоже, понимает, а также совсем немного доверяет ему. Это было неплохо.

Увидев, что ее хозяйка так потрясена, Сяо Ши поспешно подошла, чтобы поддержать ее, хотя ее собственное сердце разрывалось от волнения: не волнуйтесь, пока вы опять не заболели, вам же только недавно стало лучше!

Бай Сянсю опустилась на колени с поддержкой Сяо Ши, ее голос дрогнул: «Ваше Высочество.» Не ошибайтесь, это было не из страха, а от шока, гнева и беспокойства за женского персонажа. Неужели она все еще сможет убежать, когда смотрят так много людей? Но она явно слишком много думала. Незадолго до того, как мужской персонаж имел шанс открыть рот, чтобы спросить о подлинной личности женского персонажа, последняя уже прыгнула в воду пруда позади нее.

«Аах! ХOOOЛодная…» Это была главная героиня; Если бы она замерзла и заболела, что, если мужской персонаж найдет это как предлог для гнева на нее?

Бай Сянсю протянула руку, словно чтобы остановить ее. Ей действительно не хотелось, чтобы что-то подобное происходило, потому что она не хотела, чтобы ее избивали с помощью палок из-за чего-то подобного. Знаете, избиение до смерти было психологической тенью в ее сердце. Его нельзя было так легко стереть.

«Вы узнаете этого слугy?» С ясностью в глазах и сердце, Лун Хэн давно получил четкое представление об этом слуге, когда тот смело смотрел на него раньше. Или, можно сказать, что когда слуга шел к ним раньше, он определенно смотрел на него более пристально. Этот человек был точно не из его комплекса, в котором он был уверен. Эта сила глаз была подготовлена армией. Даже если бы среди его личной охраны, в которой было приблизительно десять тысяч человек, появилось одно незнакомое лицо, он мог бы указать на него одним взглядом. И по фигуре этого человека, он определенно не был слугой.

«Нет, я его не узнала.» Не смея признаться, что она узнала главную героиню, Бай Сянсю торопливо покачала головой, чтобы избавиться от отношений между ними. Однако, из ситуации ранее, главный женский персонаж действительно была лучшей в разжигании неприятностей, поскольку она очень запаниковала.

«Ох? В таком случае, почему вы разговаривали с ним так долго?» Вообще-то, он знал, что они делали. Очевидно, это были пустые разговоры с его слугами, которые они подслушивали, но почему она объясняла это простому слуге? Разве она знала, кто этот человек, или были какие-то другие секреты?

«Эм, эта наложница и тот слуга… просто случайно встретились, скрываясь, когда мы услышали, как эти люди извергают ложь. И эта наложница… действительно не знает его. Я только чувствовала, что он… не казался плохим человеком.» Лучше не говорить о главном женском персонаже, если бы этот старый долг раскопали в будущем, это было бы преступлением, за которое ее можно было избить палками до смерти!

«Кагх, точно… Я видела, что этот парень, казалось, испугался и убежал, и не похоже, что он причинит кому-либо вред.»

Среди этих мужчин молодой мастер плавно следил за словами Бай Сянсю. Однако его настоящие внутренние мысли были: Ваше Высочество, вам лучше не посылать войска, чтобы выследить свою невесту!

Эй, на самом деле кто-то говорил за нее! О, подождите, это говорят о главном женском персонаже. Бессознательно поднимая голову, Бай Сянсю только что увидела паническое выражение в глазах этого молодого мастера. Оглянувшись, она решила, что этот человек, похож на женского персонажа и только что высказавшийся о ней, явно был единственным старшим братом главной героини, одним из самых больших пушечных кормов в книге!

Размышляя, как даже после того, как он умер за свою сестру, женский персонаж все еще продолжала свою игру, убегая от Принца, она действительно чувствовала, что действия этого старшего брата не стоили того! Красивый, добрый и послушный. Если бы у нее был такой старший брат, даже она хотела бы остаться в этом мире еще несколько лет. Жаль, что все это принадлежало главному женскому персонажу, она действительно испытывала различные эмоции зависти, ревности и ненависти.

Тихонько протянув свой взгляд, когда она задержалась на лице второстепенного персонажа Сун Цзяоюэ на 0,1 секунды, Бай Сянсю обнаружила, что он тоже смотрит на нее. Она не могла не напрячься, значит ли это, что ее заметили? Однако, когда она опустила голову, она поняла, что его взгляд уже переместился в пруд, и она почувствовала, как холод снова задел ее сердце. Похоже, что сияние главного женского персонажа было действительно слишком сильным, и она не могла оттянуть сердца этих людей.

«Ох? Этот принц чувствует, что преступники должны быть уничтожены. Мужчины, быстро захватите человека, который только что сбежал! «

Лун Хэн тоже не был слепым, как он мог не понять того, что смогла увидеть Бай Сянсю? Он не думал, что знаменитая мисс Линь на самом деле будет такой смелой, фактически открыто перейдя к усадьбе Ли и даже поговорит с этой женщиной. Однако сегодня его настроение было очень хорошим, поэтому он ненадолго отпустит ее!

Женщиной, которую отпустил главный мужской персонаж, была Линь Цяньци, и в настоящее время она являет собой жалкую фигуру, пытаясь спрятаться от погони людей принца Ли. Однако было ясно, что она провела свое исследование, как убежать из комплекса принца. Выпрыгнув из воды, она проскользнула в деревянную хижину, которую она установила, и снова переоделась в одежду женщины.

Как только она вернулась к образу женщины, преследователи потеряли цель и стали бесцельно вращаться. Все шло гладко, но она чувствовала себя подавленной. Разве ее жених не был слишком жестоким? Он приказал забить девушку до смерти. Хотя он родился с красивой внешностью, он притворялся, что был тем, кем он не был, и это пугало ее. Кроме того, женщина, с которой она разговаривала, была его наложницей. Она не думала, что та будет такой красивой. С такой красивой наложницей, разве он будет на нее смотреть после брака? Определенно нет, подумала она. После того, как она закончила переодеваться в женскую одежду, она вернулась домой.

Когда она вошла во внутренний двор, ее встретила белоснежная фигура. Вздрогнув, она собиралась уйти, когда белая фигура заговорила: «Младшая кузина, ты все еще будешь убегать?»

«Э, старший кузен, как ты узнал, что это я?» Линь Цяньци повернулась, с улыбкой на лице.

«Как я мог ошибиться? Я сказал тебе, что не стоит провоцировать принца Ли, но ты все равно пошла. Ну и как? Ты удовлетворена своим женихом? Основываясь на взглядах, он занял первое место.» Цзи Чжаншу почти задыхался, когда говорил. Он обожал свою младшую кузину и не думал, что его тетя на самом деле будет сватать её с этим убийцей с холодным сердцем.

На лице Линь Цяньци появилось страдание, прежде чем она бросилась в объятия своего старшего кузена, плача. «Кузен, этот человек… он действительно страшен. Он убил кого-то, не моргнув глазом, он на самом деле избил девушку до смерти. И… и женщина из его заднего двора прекрасна и добра. Он даже не взглянет на меня. Что мне делать, что мне делать? Я не хочу выходить за него, я не хочу.»

Цзи Чжаншу похлопал ее по голове, его сердце болело за нее. Он нежно сказал: «Я знаю, я обязательно помогу тебе.»

«Кузен, не мог бы ты помочь мне избежать этого брака? Я просто хочу спрятаться на некоторое время, и мне больше не нужно будет выходить за него замуж.»

Ее слезы просочились в его одежду, и Цзи Чжаншу почувствовал еще большее сожаление к ней. Беспомощно, он сказал: «Хорошо, я сделаю для тебя все.»

Лин Цяньци благодарно кивнула, прежде чем продолжать прятаться и плакать в объятиях Цзи Чжаншу. Когда она подумала о резком взгляде принца Ли, она определенно почувствовала дискомфорт во всем теле.

Бай Сянсю в настоящее время села за пределами своей комнаты. Недавно она садила растения в саду своего двора, когда у нее было время. Тем не менее, погода была слишком холодной, поэтому она не смогла посадить слишком много растений. После того, как она устала возиться с ними, она вернулась, чтобы поговорить с кактусом Хуэром. Затем она обнаружила, что из тела Хуаэра вырастает мягкий побег. Собирался ли он отделиться?

«Зудит, это действительно зудит…» Хуэр не привык к новорожденному побегу и продолжал жаловаться, что ему зудело.

«Просто потерпи. Как только он станет больше, у тебя будет компаньон.» Бай Сянсю почувствовала, что голос Хуэра немного возмужал, но все еще был детским.

«Я стойкий. Хуэр терпит. Но Хуэр хочет почувствовать ветерок, хочет солнечного света.» Хуэр всегда мило относился к Бай Сянсю. У нее не было другого выбора, кроме как перенести его на подоконник и открыть окно, чтобы Хуэр мог искупаться под солнечным светом и ветерком. Однако было еще холодно, поэтому, как только она открыла окно, холодные ветра ворвались, чтобы укусить ее. Сяо Ши сказала: «Ах, госпожа Сюй, нельзя. Вы простудитесь!»

«Все в порядке, держи окно открытым. Закрой его чуть позже.» Она ушла, чтобы вымыть руки, отдав указание.

Последние несколько дней были для нее довольно утомительными, поэтому она просто хотела отдохнуть. В результате она уже лежала в постели, когда солнце ещё не село. Хотя, она не сняла с себя одежду, она просто отдыхала, пытаясь вспомнить, когда в книге упоминалось о женщине, которая тайно шпионила за принцем Ли, Лун Хэном. Однако, после того, как женский персонаж ушел, не пришло ли время начинать свой план по бегству?

Она вспомнила, что сегодня был день, когда главные герой и героиня назначали дату брака. В конце концов, это будет в марте следующего года! Но она умрет в мае того же года. Она должна уехать до мая. Рассматривая планы и прогресс романа, она немного уснула, пока не пришел Лун Хэн.

Он был немного счастлив, когда услышал, как эта женщина сегодня защищала его репутацию. В качестве подходящего ответа на провокацию его невесты он подумал о том, чтобы подойти к ней, чтобы посидеть некоторое время. Конечно, это было не так просто, как просто сидеть. Он принес подарки и даже хотел провести с ней ночь перед тем, как уйти. Идея принести подарки была предложена его слугой. Хотя он чувствовал себя неловко, потратив немного усилий на свою первую женщину, но он почувствовал, что должен это сделать.

Кто бы мог ожидать, что его встретит такой потрясающий вид, как только он войдет? Сяо Ши развалилась на столе и спала, а Бай Сянсю лежала на кровати, полностью одетой. Хотя пол был чистым, окно было оставлено открытым. Он не мог не удивиться этому беззаботному отношению. Хотя она была наложницей, она также была хозяйкой. Разве она не слишком осторожно относилась к своей служанке?

С досадой в сердце он приказал: «Закрой окно.»

Его слуга вышел на улицу и поспешно подошел, чтобы закрыть окно. Однако, он слишком поспешил и не заметил кактуса Хуэра и сильно уколол ладони. «Айя…» Слуга не знал, что у этой вещи были такие страшные шипы и на самом деле закричал от испуга.

Когда он укололся, слуга инстинктивно ударил бедного Хуэра, который перегнулся и упал на пол. Цветочный горшок разбился на мелкие кусочки, и он вскрикнул от боли: «Госпожа, спасите меня…»

«Что такое, что случилось? Спасти кого?» Бай Сянсю внезапно проснулась и испугалась. Она увидела, как Хуэр упал на землю, и в ее сердце мелькнула боль, когда она побежала поднять его.

«Ты, остановись, у этой вещи есть шипы.» Лун Хэн увидел, что она бежала двумя белыми босыми ногами, без колебаний двигаясь к этому странному растению. Увидев, что она собиралась схватить ее своими руками, не заботясь о том, не пострадает ли она, он поспешно призвал ее остановиться.

Она застыла от его слов, медленно повернувшись ему навстречу. В ее глазах появилась путаница, она взглянула на него, прежде чем встать на колени с поклоном: «Приветствую Ваше Высочество.»

Почему здесь главный мужской персонаж? Г-н Плотлайн, вы можете сделать ещё больше путей?

«Поднимись!» Лун Хэн немного рассердился на действия этой женщины. Однако, увидев, что она не встает, и продолжает собирать кусочки цветочного горшка, он возмутился, не правда ли, что я не так важен, как странное маленькое растение? Таким образом, он сказал: «Оно так опасно! Почему бы просто не выбросить его!»

«Вы не можете! Оно тоже живое, вы не можете просто убить его вот так.» Бай Сянсю разволновалась и почти защитно обнимала кактус. Как мать-курица, защищавшая своих птенцов, она пристально смотрела на него.

Мизерное количество привязанности Лун Хэна было полностью стерто в одно мгновение. С броском рукавов он сказал: «Тогда просто живи с ним всю оставшуюся жизнь!» Разве она не отругала его только что? Почему она так смотрит на меня из-за этого маленького растения. Эта женщина довольно дерзкая.

Он обиженно ушел, смущая Бай Сянсю и Сяо Ши. Еще долго после этого, они думали, что им это приснилось.

«Госпожа Сюй, это правда приходил Его Высочество? Я видела это?»

«Наверное, нет?» Что случилось с главным мужским персонажем? Или, может быть, история просто не упомянула об этом? Это было потому, что Лун Хэн пришел и ушел так внезапно, что Бай Сянсю просто подумала, что мужской персонаж вызывал проблемы и пренебрегал любыми другими возможностями.

Лун Хэн был подавлен. Его невеста действительно смело пробралась в особняк, чтобы подслушивать какие-то глупости и даже прыгнула в воду перед множеством людей. Это полностью подорвало его достоинство. Затем он наконец нашел женщину, которая будет говорить за него, но было ясно, что он не так важен, как растение, которое она выращивала.

Возмущенный, он вернулся в свою комнату. Однако он услышал, как кто-то сказал, что его мать зовет его, поэтому он нахмурился.

Увидев, что выражение ее сына не подходит, она улыбнулась: «Разве ты не ходил к Баи? Почему ты так быстро вернулся?» Она не возражала против того, чтобы ее сын стал больше ходить к ней, но разве он не вернулся слишком быстро?

Лун Хэн был довольно подавлен по поводу всего происходящего, но по какой-то причине его поразила необходимость защитить ее: «То место довольно холодное и тихое, и похоже, она правда больна.» Он имел в виду, что так как она была больна, он не мог взять ее силой, как хотел!

Старая мадам немного улыбнулась и ничего не сказала. Она ответила: «Холодно и тихо? Ты защищаешь ее сейчас, но знаешь ли ты, что по ее собственному желанию там так мало людей? Раньше она воспользовалась оправданием безумия, чтобы всех убрать, это была не моя идея сурового наказания.» Он даже не остался с ней на ночь и уже говорил за нее. К счастью, этот чайный стол был полезен. Это было идеальное совпадение с тем, что подарил ее сын, в противном случае она не была бы сейчас такой спокойной.

Лун Хэн немедленно сказал: «Мама, твои поступки руководствуются только соображением.» Он больше ничего не сказал, как будто ничего не случилось. Старая мадам вздохнула. Ее сын всегда был осторожен, так как был молод, но с тех пор, как он вернулся с поля битвы, она не могла догадаться, о чем он думает. Он только что высказал намек на свои истинные эмоции, только чтобы быть избитым до его первоначальной формы её словами. Если бы она знала раньше, она бы не дразнила его.

У мужчин в этом мире уже было три жены и четыре наложницы в его возрасте. Ради этой семьи он пошел в армию, когда ему было около десяти лет. Хотя ему удалось вернуть титул принца с его усилиями, его надлежащее дело было отложено. Прямо сейчас, было достаточно сложно просто заставить его коснуться женщины, даже отправив женщину в его комнату, ничего не случалось. Нелегко было заставить его дважды пойти к мисс Бай, но он всегда выходил с недовольным выражением. Она не знала, чем мисс Бай рассердила его, но завтра ей придется дать ей несколько указаний. Дамы действительно не понимали, как служить мужчине, особенно эти добродетельные наложницы. После принятия решения о ее действиях на следующий день и беседе с Лун Хэном, через какое-то время она отправила кого-то, чтобы сопроводить его обратно.

Старая служанка рядом с ней улыбнулась: «Эта служанка видит, что наш Принц честный, а не как те свободные джентльмены, которые причиняют беспокойство повсюду.»

«Нехорошо, если он слишком честный. Даже если он женится на этой мисс Линь, с такими действиями я буду ждать внуков ещё очень долго.» Старая мадам была беспомощна.

Старая служанка сказала: «В этом доме четыре прекрасных дамы. Через полгода даже лед растает, а тем более хладнокровный молодой человек, как он. Посмотрите на это, разве он не ходил к Хозяйке Сюй последние несколько дней? Эта служанка видит приближающееся время просветления. Как только он будет просвещен, ваш первый внук не за горами. Если вы слишком беспокоитесь, тогда поместите больше красавиц рядом с его комнатой, мы посмотрим, как долго он сможет держаться.»

Однако старая мадам хорошо поняла сына. Она покачала головой и горько улыбнулась: «Я понимаю своего сына, он слишком напряжен. Это было прекрасно, когда он был молод и мало знал. Однако теперь, когда он знает о многих вещах и привык видеть этих женщин на поле битвы, ему будет трудно заставить себя не остерегаться.» Размышляя об этом, она вздохнула и сказала: «Иди и найди мне хорошо обученных слуг. Особенно тех, кто знает много о птицах и пчелах.»

Старая служанка молча посмотрела на мгновение, прежде чем пришло осознание: «Вы хотите обучить эту мисс Бай? Это хороший выбор, она выглядит довольно честной. Она также очень красива.» Ей также нравился принц и старая мадам. Старая служанка была умным человеком и сразу же отправилась искать подходящего учителя.

На следующий день Бай Сянсю вызвала старая мадам. Ее сердце было настороже. Ей не удалось соблазнить второстепенного мужского персонажа и каким-то образом спровоцировала этого старого предка, которая была главной причиной ее смерти. Она задавалась вопросом, что случилось, почему ее вызвали так внезапно? Она осторожно зашла вместе с Сяо Ши и встала у порога, почтительно ожидая, чтобы ее вызвали на аудиенцию.

Через мгновение вышла старая служанка, чтобы провести их. Она поспешно дала очень формальное торжественное приветствие. Старая мадам и старая служанка сбоку оба были поражены. Это была обычная встреча; Не было необходимости в таком чрезмерном приветствии, это был не особый случай. Старая мадам властно сказала: «Поднимитесь!» Она действительно хотела смеяться, но она сдержала спокойное поведение.

«Спасибо, старая мадам.» Бай Сянсю поддержала Сяо Ши, когда она встала. Затем она встала в стороне, не осмеливаясь даже поднять голову. Она даже не решилась сесть. Однако она заметила чайный стол, который она приготовила. Он фактически стоял в середине внутренней комнаты старой мадам, с очень ценным по виду чайным набором на нем. Похоже, она часто использовала их.

Как и ожидалось от старой мадам, которая родилась в знати, ее вкус был безупречен.

Старая мадам снова сказала: «Садись,» прежде чем Бай Сянсю села.

Она не могла не нахмуриться. Она хотела дать ей несколько указаний, но как Бай Сянсю сможет ей помочь, если она такая трусливая?

Она все еще хотела дать ей шанс, поэтому сказала: «Его Высочество пришел сюда вчера и сказал, что Зимний сад немного холоден и тих. Подумав, я согласилась с его мыслями. Вас не может быть только двое все время. Если посторонние узнают, они подумают, что мы пытаемся наказать вас! Я отправлю нескольких слуг в ваш двор!»

Что? Она пыталась соблазнить второстепенного мужчину. Как ей это сделать с еще несколькими парами глаз? Однако было бы не очень хорошо, если она отвергнет предложение старой мадам, поэтому она собрала все свои соображения и сказала.

«Эта наложница благодарна добрым намерениям старой мадам. Однако вы знаете, что эта наложница не могла хорошо спать, часто болела и была подавлена. Если придут оживленные девушки, это может сделать их несчастными. Может быть, некоторые устойчивые старые слуги были бы хорошим выбором?» Было нормально для нее, чтобы представить эту просьбу, не так ли?

Старая мадам кивнула. Эта наложница не просто покорно подчинилась ее воле, но и не ударила ее по лицу. Самое главное, их желания были как-то синхронизированы, так что это было похоже на убийство двух зайцев одним выстрелом. Ее мысли заставили ее улыбнуться, когда она сказала: «Вы очень внимательны к ним. Тогда как хотите! Тем не менее, я уже выбрала для вас старую служанку. Она была изначально слугой в моей семье. Она немного бедная, и она была замужем уже три раза, но теперь она счастлива.»

«Да, как хочет старая мадам.» Слова старой мадам были немного странными, но опять же, она на самом деле не понимала много нюансов в её словах.

Старая мадам знала, что она не понимает, и продолжила: «Хотя у нее была тяжелая жизнь и она выходила замуж за трех мужчин, каждый из них относился к ней очень хорошо. Учитесь у нее.» После этого она положила свою чашку и сказала: «Я слышала, что Принц вчера отправился к вам?»

Услышав, что старая убийца упомянула младшего убийцу, защита Бай Сянсю полностью поднялась. Она поспешно сказала: «Да!» Ты, старушка, что ты пытаешься сказать?

Старая мадам сказала: «Чего мы, женщины, хотим в нашей жизни, мисс Бай? Несомненно, это хорошо служить нашему мужчине и оставить место в его сердце. Вы так не думаете?»

«Старая мадам, вы совершенно правы.» Верно, твоя голова. Мужчины не рассчитывают на эту чертову вещь. Если бы она не пыталась избежать смерти, она бы просто покинула этот особняк и отправилась в путешествие, кто заботился об отношениях?

«Принц — ваш мужчина, поэтому не хорошо, если он приходит и уходит по ночам. Послушайте учения старой служанки, и вы узнаете, как заставить вашего мужчину остаться.» Старая мадам не заботилась о неловкости мисс Бай. Так как рано или поздно она будет женщиной ее сына, старая мадам должна была сказать это.

Однако, услышав это, Бай Сянсю не чувствовала себя хорошо. Она внутренне подумала, что именно пытается сделать старая мадам? Сутенер своего сына? Ей казалось, что она просто проглотила гигантскую муху и почувствовала, что не может дышать. Ее лицо было таким красным, что оно не могло быть ещё краснее. Половина из этого была застенчивость, а другая половина — гнев.

Но, подумав о смерти в ближайшем будущем, она опустила голову и согласилась. Я согласна с этим, но если ваш сын не придет, то что я могу сделать? В любом случае, сюжет собирался развиваться прямо сейчас. Он собирался преследовать свою бегущую супругу, и ей просто нужно было действовать осторожно, как ее второстепенный персонаж.

Конечно, когда ей нечего делать, она все равно должна пытаться соблазнить второстепенного мужчину. Даже если бы она не возилась с главным женским персонажем, кто знает, превратится ли она в пушечное мясо, оставаясь здесь?

Старая мадам была очень довольна ее девичьей реакцией. Кто бы не хотел, чтобы их сын женился на чистой и симпатичной женщине? Она быстро позвала Старую Служанку Е*. После того, как их представили друг другу, она позволила им уйти. (* — определенный тип старых слуг бабушек, которых называют «(фамилия)-мама»)

Бай Сянсю знала, что эта старая служанка принадлежала старой мадам. В результате она относилась к ней очень любезно. Бай Сянсю устроила для нее комнату и не назначала ей какую-либо работу. Но эта Е-мама пришла с заданием. Ее задача состояла в том, чтобы научить госпожу Сюй, как заманить Принца в постель.

Поскольку она хотела угодить своей новой хозяйке, точно так же, как недавно назначенные чиновники всегда чесались, чтобы оставить свой след, Е-мама сразу начала свои уроки. В любом случае, наложницам на заднем дворе не было чем заняться. Их единственной целью было, прежде всего, дождаться, когда хозяин переспит с ними, и, надеяться, что в результате выйдет сын или дочь. Основываясь на госпоже Сюй, она могла сказать, что старая мадам нарочно хотела ее продвинуть. Поэтому она улыбнулась в тот момент, когда увидела ее, надеясь оставить хорошее впечатление. Но она была очень удивлена. Хотя комната Бай Сянсю была простой, ей, конечно, хватало личных штрихов.

Атмосфера была очень духовной, и это в первую очередь благодаря растениям в разных уголках. Помимо одного растения, которое она не могла назвать, все остальное было очень восхитительно для глаз. Она отлично поработала с декором, а также не было других ароматов, когда вы заходите. Неудивительно, что Принц уже приложил усилия, чтобы прийти дважды.

Но Бай Сянсю была смущена этими так называемыми уроками. Что было в первом уроке изготовления подарка для мужчины? Е-мама сказала, что независимо от того, насколько богат человек, он не может быть высокомерным всегда. Если мужчина получит женский дар, это сделает его счастливым. Поэтому она должна вручить ему подарок.

Бай Сянсю была немного подавлена, но у нее не было выбора. Поскольку ей приходилось иметь дело с этим, она начала учиться рукоделию. Удивительно, но, возможно, у бывшей хозяйки ее тела действительно были некоторые навыки, поэтому она делала все хорошо. Но рукоделие заняло много времени, поэтому Е-мама приходила каждый день, чтобы немного обучить ее. В оставшуюся часть времени она сидела на одной стороне, делая пару туфель.

Бай Сянсю начала метаться и крутиться ночью. В глубине души она задавалась вопросом, почему второстепенный мужской персонаж еще не прибыл. В романе говорилось, что он каждый день приезжал в резиденцию Принца. Были и времена, когда он блуждал без главного героя. Если нет, то как еще он мог наткнуться на женского персонажа? Может быть, его здесь не было, потому что нет женского персонажа? Нет!!

Ей нужно было соблазнить второстепенного мужчину. Она определенно хотела покинуть это место. Ей было очень неловко, что ее свекровь посылала слугу, чтобы научить ее, как соблазнить мужа, и она не сможет удержаться надолго.

Хотя Бай Сянсю могла показаться глупой, она ясно знала, почему старая мадам делала это. Мужской персонаж был очень ответственным и прилежным человеком. Он всегда был на линии фронта. Ему потребовалось семь или восемь лет, чтобы получить титул простого Принца, и он мог быть передан его наследникам. Сначала он был дворянином в имперском городе, и теперь он был членом королевской семьи. Его подход был совершенно иным!

Естественно, некоторые вещи пришлось отложить, чтобы подняться на его позицию. Например, он все еще был девственником. В романе, когда главный герой отдал свою девственность женскому персонажу, это действительно ужасно смущало. Думая о том, что мужчины в других романах всегда задабривают и лгут, чтобы получить свое. Но этот мужчина? У него было сердце, но он понятия не имел, куда положить руки. Когда она читала, Бай Сянсю смеялась и пугала этим старых людей, с которыми она работала. Они думали, что с ней что-то не так!

Думая о сюжете из романа, Бай Сянсю подумала, что старая мадам была очень мудрой. Она хотела, чтобы мужчина впервые получил опыт. Иначе было бы ужасно неловко для него, когда он столкнется с его настоящей женой. Кроме того, было бы нецелесообразно, чтобы старая служанка учила жену, как соблазнить мужчину. Однако наложница была другой. Если что-то пойдет не так, они могут просто продать или избить ее до смерти, и никто не будет об этом заботиться.

В конце концов, она все еще использовалась в качестве пушечного мяса!

Чем больше она думала об этом, тем более депрессивной становилась. Это будет неправильно, если она попытается соблазнить главного героя, но если она этого не сделает — растратит усилия старой мадам. Она может легко найти причину, чтобы избить ее до смерти. Для нее, это было бы так же легко, как наступить на несколько муравьев.

Обдумав какое-то время, она решила что-то вышивать, ожидая ее возможности. Она делала ставку на тот факт, что возможность повысится, когда второстепенный мужской персонаж будет бродить в резиденции главного героя!

Сроки дня оказались на несколько дней. Она почти закончила свое творение. Это была пара милых уток мандаринок. Очень простенько. Е-мама не была впечатлена, но навыки вышивки Бай Сянсю были ограничены, поэтому ей пришлось это сделать. Она не заставила Бай Сянсю тратить свои усилия. Когда хозяйка закончила с утками мандаринками, старая бабушка начала делать из них парфюмерную сумку.

Когда Е-мама фиксировала свою работу, Бай Сянсю закрыла глаза на три минуты и начала бормотать про себя. Единственным, кто слышал ее, был Хуэр. Она пробормотала: «Я так устала. Так устала. Когда придет второстепенный мужчина?»

«Что это за второстепенный мужчина?» — спросил Хуэр милым тоном. В последнее время он был очень хорошим. Самое главное, у него было много жизненной силы, поэтому все было хорошо даже после падения.

«Второстепенный мужчина — это не вещь. Его зовут Сун Цзяоюэ.» Его имя звучит так мило. Когда я смогу вас соблазнить?

«Брат Сун, что ты делал в последнее время… си, си,…. Садись…»

Внезапно Хуэр заговорил как главный герой. Это правда. Обычно мужчины говорили очень медленно, словно ему нужно было пробовать каждое слово, прежде чем выплюнуть его, и Хуэр, казалось, делал именно это.

«А? Откуда ты это знаешь?» Бай Сянсю была потрясена. Она не думала, что у Хуэра есть способность подражать людям.

Хуэр ответил: «Я слышу их. Часть меня все еще находится в пальце этого человека. Но скоро это исчезнет.»

«Этот человек?» Это должно быть слуга Лун Хэна, потому что он пытался поднять Хуэра, и укололся одним из шипов. Это было удачей! Почему она до сих пор не понимала этого?

«Тогда, где он сейчас? В этот момент?» Приходил ли второстепенный мужской персонаж? Она чувствовала себя немного взволнованной и сожалела, что не спросила раньше. Возможно, он мог быть здесь несколько раз за прошедшие пару дней!

«Он прибыл прежде, чем вы начали говорить о нем,» — отрезал Хуэр, чувствуя себя прекрасно, потому что смог помочь своей хозяйке.

«Хуэр, ты слишком изумительный! Могла бы я одолжить твой шип?» Она хотела вставить шип в главного героя, чтоб в следующий раз, когда Сун Цзяоюэ будет рядом, она сразу узнала об этом.

«Будет немного больно, но все в порядке, если это то, чего хочет Хозяйка!» — громко сказал Хуэр. Но он не думал, что его хозяйка захочет вытащить весь шип! «Ой, ой!»

Это должно быть очень болезненно! Бай Сянсю немедленно остановилась. Она поняла, что использовать этот удар удачи будет очень сложно. Она не хотела причинять Хуэру столько боли.

«Хозяйка, шипы наверху не болят.» Хуэр не мог двигаться, поэтому он мог только направить ее словами.

О да, верхние шипы должны защищать его! Конечно, они не будут болеть. Бай Сянсю, казалось, что-то придумала. Она улыбнулась и сказала: «Подожди.»

Она выбежала на улицу и увидела, как Е-мама работает над парфюмерной сумкой. Служанка уже вырезала форму раньше, когда Бай Сянсю вышивала. Теперь она просто шила и зацикливала.

Бай Сянсю побежала к ней: «Е-мама, это парфюмерная сумка?»

«Я почти закончила.» Почему она так активна? Е-мама закрепила ремень на парфюмерной сумке и протянула ей. Бай Сянсю улыбнулась: «Я собираюсь положить внутрь специи. Мне больше не нужно вас беспокоить, Е-мама.»

Е-мама никогда не видела госпожу Сюй такой упреждающей с момента ее прибытия. Действительно ли это была хорошая вещь для женщины, чтобы быть настолько бодрой? Что, если она не понравится Принцу? Оставив Е-маму с ее размышлениями, Бай Сянсю вернулась в комнату с парфюмерной сумкой. Она наполнила ее травами, а также положила шип, который вытащила из Хуэра.

Предполагалось, что парфюмерный мешок будет носиться все время. Значит, она узнает, когда прибудет Сун Цзяоюэ. Это было еще более полезно, чем камера наблюдения из современного мира!

Она сияла и целовала парфюмерную сумку. Е-мама, похоже, увидела это и не могла не подумать, что сердце этой госпожи Сюй точно выбрало Принца, но то, как она выражает чувства, немного чрезмерно.

Бай Сянсю не могла не заботиться о том, что думали другие люди. Она поспешно оделась и спросила Е-маму: «Мама, вы думаете, было бы хорошо, если бы я дала это лично Принцу?»

«Конечно, было бы! Я скажу вам, что, если у Принца нет никаких дел, на которых нужно присутствовать сегодня, он должен быть в Ароматном саду!»

Е-мама очень надеялась, что мадам Сюй сможет выполнить задачу самостоятельно. По крайней мере, внешность мадам Сюй, когда она весело рассмеялась, была очень соблазнительной, не говоря уже о чем-то еще. Какой мужчина мог выдержать это?!

Бай Сянсю была вне себя от радости. Она не могла упустить этот случай. Она должна была заставить второстепенного мужского персонажа запомнить ее. Она внутренне сжала кулак, а затем отправилась готовить подарки, которые она уже собрала. Она больше не могла беспокоиться о секретных сделках. В любом случае, второстепенный мужской персонаж был не таким уж значительным, чтобы говорить об этом. История уже подробно объяснила его личность, поэтому она не боялась. Как говорится, не откусывайте больше, чем можете съесть, но помните, что удача любит смелых. Если бы она продолжала ничего не делать, она не смогла бы привлечь второй взгляд Сун Цзяоюэ, не говоря уже о спасении от определенной смерти. Она уже готовила этот подарок довольно долгое время, но не имела возможности представить его. Ее подарок также был помещен в небольшой сумочке, но он был совсем не похож на парфюмерный мешок. Когда она была готова, она привела Сяо Ши с собой.

С точки зрения Е-мамы Бай Сянсю даже выглядела несколько героической, когда она вышла.

Бай Сянсю всегда была немного пассивной. Мальчик-одноклассник долгое время преследовал ее в дни средней школы, но она все еще не поняла его мотивы, даже когда подросла. Когда она наконец поняла, он уже женился и имел детей. С ее личностью, она так вела себя только после прибытия в древние времена и из-за своего страха быть избитой до смерти.

Декорации в комплексе принца стали еще более красивыми. Хотя деревья начали увядать в золотисто-желтый цвет, можно было найти определенную красоту в пустынном пейзаже. Но в настоящее время Бай Сянсю не могла оценить декорации. Опираясь на Сяо Ши за советом, она пробралась в Ароматный сад, ее сердце было беспокойным.

Хотя принц Ли был генералом, он также хорошо читал, с довольно изящными вкусами. Этот Ароматный Сад был расположен возле искусственного озера с фонтанами и странными формами скальных образований. Это выглядело чрезвычайно грандиозным, проникнутым древней и грандиозной красотой. У входа было написано двустишие смелой каллиграфией, которая взмывала, как драконы, и танцевала как фениксы, чрезвычайно приятные для глаз.

Она тайно восхищалась видением главного героя. В конце концов, он был главным мужским персонажем, кроме того, что ему нравилось убийство, у него все еще было немало хороших качеств.

Слуга, стоящий снаружи, остановил их: «Мадам Сюй, позвольте спросить, что вы здесь делаете?»

«У этой наложницы есть кое-какие дела и хотелось бы увидеть Принца. Возможно, у него есть время?» Это был современный способ говорить. Она не знала, как она должна была попросить встретиться с человеком в древние времена.

Слуга был поражен. Эта мадам Сюй довольно прямолинейна.

Он знал, что Принц проявил к ней больше интереса, чем к другим трем наложницам, поэтому он почтительно ответил: «Пожалуйста, подождите минуту, госпожа Сюй. Этот слуга пойдет и спросит у Принца.» Он повернулся и ушел.

Принц Ли попивал чай с Сун Цзяоюэ внутри. Не имея ничего лучшего, они начали анализировать текущую ситуацию в суде, поскольку оба они были активны в этом кругу.

Слуга вошел и сказал: «Принц, госпожа Сюй просит аудиенцию.»

Лун Хэн поднял бровь и, разумеется, почувствовал радость в сердце. Хозяйки Весеннего, Летнего и Осеннего садов приходят искать его хотя бы раз в день, пытаясь получить его благосклонность, отправив суп или воду. Это первый раз, когда наложница из Зимнего сада искала его.

Однако он держал строгое лицо и сказал: «Разве ты не видишь, что у Принца гость? Пусть она подождет.»

Слуга замер на мгновение, испугавшись. Разве Принц не сказал: ‘Пусть она вернется?‘ Заставляя ее ждать… означало, что он хотел, чтобы она встретила его? Похоже, он действительно по-другому относился к госпоже Сюй по сравнению с другими. Слуга вернулся, чтобы передать сообщение, не сказав ничего другого.

Как Сун Цзяоюэ мог не увидеть интерес своего друга? Какой мужчина не любил красавиц? Однако, смотреть, как он беззаботно действует, тоже было интересно. Он сделал глоток чая, прежде чем спросить: «Почему бы нам не поиграть в китайские шахматы?»

Лун Хэн поднял голову, чтобы взглянуть на него. Его любовные глаза слегка прищурились, и они выглядели очень очаровательно. Он, естественно, родился с красивым лицом, но его глаза были чрезвычайно завораживающие. Он выглядел еще красивее, чем женщины.

Сун Цзяоюэ любил красивые вещи, поэтому он скорее восхищался глазами своего друга и даже рисовал их довольно часто в картинах на лицах красавиц. Тем не менее, он никогда не посмел бы признать это вслух, иначе он мог бы быстро пробить его мечом. Он должен был быть слепым, чтобы не видеть следа нежности, которая мелькала среди этих обычно ледяных холодных глаз. Поэтому он просил его сыграть в шахматы — это просто способ усложнить все для Лун Хэна.

Однако, увидев, что эти глаза снова замерзли, разрушив чувство красоты, которое только что исходило из них, Сун Цзяоюэ встал и сказал: «Давай забудем об этом. Если я прерву твое свидание с красавицей, я боюсь, что мы не сможем продолжать дружить.»

Он мягко улыбнулся, заставив Лун Хэна, чьи заботы были разоблачены, быть совершенно неспособным отреагировать. К счастью, они поняли друг друга и попрощались, прежде чем разойтись.

Бай Сянсю с беспокойством ждала снаружи. Она хотела зайти к второстепенному мужскому персонажу, но слуга на самом деле заставлял ее ждать.

Она еще больше разволновалась, когда увидела, что Сун Цзяоюэ вышел издалека. Хорошо, они смогут увидеть друг друга, но что она могла сделать с этим одним взглядом? Нет, она не могла позволить ему уйти именно так.

В тот момент отчаяния IQ Бай Сянсю заняло место, и она предпочла использовать довольно неортодоксальный метод. Когда слуга сказал: «Госпожа Сюй, Принц приглашает вас войти», она поспешно сделала несколько шагов вперед и случайно «упала».

Нехорошо, что красавица упала, поэтому Сун Цзяоюэ, естественно, потянулся, чтобы поймать ее. Он почувствовал боль от его ладони, как будто там что-то было. Как только он подумал, что это странно, красавица встала и взглянула на него один раз своими прозрачными глазами, прежде чем уйти.

Этот взгляд заставил его сердце пропустить полминуты. Хотя у него дома было несколько женщин, они не могли сравниться с ее внешностью. Госпожа Сюй имела выдающуюся красоту, но, что более важно, у нее была эта особая аура. Она казалась нежной, но у неё была какая-то искренняя наивность, которая могла очаровать любого человека. Но что она передала ему только-что?

Подождав, пока она уйдет, он незаметно заглянул в руку и в тупике посмотрел на предмет, лежащий на ладони. В его сердце поднялась ярость. Как эта женщина могла оставаться рядом с его другом? Он хотел разоблачить ее, но все еще колебался, прежде чем сделать движение руками и сказать низким тоном: «Безрассудно вызывать неприятности!»

Ах?

Все в замешательстве смотрели на него. Они не понимали, к чему это было направлено. Затем он открыл свою руку прямо перед Бай Сянсю, некоторые кусочки ткани и белый дым вылились из его рук.

Это… это, должно быть, легендарная внутренняя сила! В рассказе также говорилось о Сун Цзяоюэ как об эксперте, но его сила не могла сравниться с главным героем. Он фактически уничтожил ее дар, и это восклицание было явно направлено на нее!

Бай Сянсю молчала. Он не говорил об этом, но он уничтожил его, даже не глядя, так что похоже, что отправка подарков не сработает. Бай Сянсю так боялась, что она побежала в Ароматный сад, ее сердце билось как барабан. Было ли это нормально, что она не сумела соблазнить второстепенного мужского персонажа и даже заставила его ненавидеть ее?

Чувствуя сумасшедшее биение в сердце, она направилась к главному герою. Оформление этого Ароматного сада было чрезвычайно щедрым. Хотя он был отремонтирован, он был отлично декорирован в старинном стиле.

Главный герой, Лун Хэн, сидел за письменным столом, казалось, очень внимательно читав книгу. Он даже не поднял голову, услышав, как кто-то вошел, просто спрашивая: «Что случилось?»

Бай Сянсю на самом деле не искала его по какой-либо конкретной причине, она все еще оправлялась от умственного удара, который дал ей второстепенный мужской персонаж. Она достала из рукава ароматный мешочек и положила его на стол. Но этот ароматный мешок выглядел немного незнакомым её глазам. Глядя на него внимательно, она увидела, что это была небольшая сумочка, в которой она связывала закладки.

Боже! Она хотела найти блок тофу и убить себя им. Она отдала не тот подарок! Кто-то скажет мне, как я должна сейчас справиться с этой ситуацией! Я жду в Интернете, поспешите поспешите!

Э-э-это…

Неудивительно, что второстепенный мужчина раздавил свой подарок в клочья. Лично вышитая пара уток мандаринок, должно быть, была для него чем-то оскорбительным. Думая, что он увидел двуликую женщину, которая достала ему ароматный мешочек, вышитый мандаринками! Это было довольно великодушно, что он не заговорил об этом.

Бай Сянсю хотела плакать. Как она могла быть такой глупой? Что ей теперь делать? Она начала втягивать сумочку в руки. Однако человек, сидящий за столом, не собирался позволять ей это делать. Он положил свою книгу и сказал: «Что это?»

Она была на полпути назад, чтобы спрятать ее в кармане, когда главный герой увидел ее. На данный момент у нее не было другого выбора, кроме как положить ее обратно на стол. Но настроение Бай Сянсю было чрезвычайно сложным, и она не понимала, как она должна реагировать. В дополнение к тому, чтобы потерять все мысли, когда главный мужской персонаж смотрел на нее своими персидскими цветками, она произнесла дрожащим голосом: «П-подарок для вас. Я ухожу…» Из-за ее беспокойства она забыла свою личность как наложницы и выскочила из комнаты, как только её ум прояснился.

Сяо Ши последовала за ней. Она понятия не имела, что происходит с ее хозяйкой. Все, что она знала, было то, что ее хозяйка выбежала из особняка в тупик. Она побежала за ней: «Госпожа, не торопитесь! Будьте осторожны, чтобы не упасть!»

«Такая взбалмошность, какая нехватка этикета!» Он был совершенно сбит с толку, глядя на маленький серый мешочек на столе. Что она ему дала? Сначала он почувствовал, что ей не хватает этикета, но он почему-то не мог обвинить ее в том, что она пришла, когда он посмотрел на вещь на своем столе. Между тем, слуга показался странным. Почему она убегает, как будто за ней гончие? Однако, когда он увидел, что его хзяин уставился на серое обертывание, он не мог не спросить: «Ваше Высочество, это должно быть подарок Госпожи Сюй для вас. Интересно, что может быть внутри?»

Кто бы дал кому-нибудь серый, заостренный мешок в подарок? Разве люди обычно не дарили другим ароматную сумку? «Подарок?» Итак, причина, по которой она приходила сюда, была дать ему подарок, прежде чем ее преодолеет застенчивость? Мозг Лун Хэна автоматически заполнял дыры в ее поведении. Затем он медленно открыл серый мешок.

Неожиданно серая сумка содержала закладку ручной работы. Благодаря элегантному деревянному базовому цвету она была украшена несколькими лепестками и зелеными листьями, которые создавали изысканную картину. Ниже были написаны несколько слов красными чернилами, как стихотворение. Письмо было посредственным, но стихотворение — превосходным.

«Хорошая история не станет хуже, если ее расскажут дважды, глубокое размышление и прочтение приведет к близким чувствам.»

Он был застигнут врасплох. С тех пор, как он вернулся, его остальные три наложницы действительно все время раздражали его. В течении всего дня, если это не суп ручной работы, так какой-то ароматный мешочек. В основном он просто выбрасывал все сразу после получения. Что касается супов и бульонов, если это не был отбор женьшеня, то было что-то еще чрезвычайно питательное. Он был здоров, но даже здоровое тело не сможет выдержать все это чрезмерное питание! Поэтому ни одна из этих вещей не поймала его сердце. Что касается этой изысканной закладки, ее можно использовать, когда он читает. Самым главным было хорошее, короткое стихотворение, которое было очень значимым.

Чем больше он смотрел на закладку, тем больше ему нравилось. Он не ожидал, что даже ее дар будет более умным, чем у трех других женщин. Затем он вспомнил, что люди обычно ждали, когда они подарят ему подарок, чтобы побаловать себя и показать ему свою нежную привязанность. Почему она убежала?

«Хозяйка Сюй кажется очень ранима…» Как слуга мог не увидеть, что его хозяину понравилось то, что он увидел? Таким образом, он выступил от имени госпожи Сюй. Вспоминая, какой смелой она была раньше, каким образом она стала ранимой?! Могла ли она притворяться? Тем не менее, он знал некоторые вопросы между мужчинами и женщинами во дворе, поэтому он адаптировал свои слова и обратился к сердцу своего хозяина. В конце концов, это принесло бы ему пользу.

Как и ожидалось, Лун Хэна сразу подбодрили его слова. Хотя его леди была ранимой, она все же дала ему подарок. Это было явно для того, чтобы выслужиться перед ним! Один угол его рта скользнул вверх незнакомым способом. Прошло немало времени, перед тем как у него сложилось хорошее впечатление, что кто-то его одобряет, но он немедленно возобновил свое бесстрастное лицо. Он быстро изменил тему: «Это короткое стихотворение хорошее, но каллиграфия требует много практики. Отправь к ней старую служанку, чтобы сказать ей, что ее каллиграфия нуждается в большей практике.»

А? Кто так реагирует? Кто-то посылает вам подарок, и вы заставляете его практиковать каллиграфию? Слуга ответил с улыбкой: «Ваше Высочество, у госпожи Сюй редко бывает такое намерение, разве вы не хотите ответить взаимностью?»

«Ответить взаимностью?» Лун Хэн впивался взглядом. Стражник сразу хихикнул и опустил голову.

«Это всего лишь бесполезная вещь. Забудь об этом. Отправь маму с моими словами. У меня сегодня назначена встреча с людьми за пределами особняка. Что касается завтрашней ночи… я пойду к ней.» Он слегка закашлялся, сказав последние слова, прежде чем продолжить строгим голосом: «Для чего ты здесь стоишь? Ты ждешь, когда я повторю это во второй раз?»

Все тело слуги дрожало. Затем он сразу же выбежал, чтобы выполнить приказы, тайно смеясь внутри. Неудивительно, что его хозяин не хотел посылать обратный подарок. Он хотел отдать себя госпоже Сюй в качестве подарка! Этот подарок был действительно намного лучше, чем что-либо еще.

Лун Хэн ничего не сказал, но Бай Сянсю была слишком подавлена сообщением, которое она получила. Разве она не подарила ему подарок? Почему он придет завтра вечером? Что еще он придумал? Я думаю, что катание по простыням неминуемо! Глупые подарки! Разве он не мог просто дать ей денег? Она больше всего любила деньги! В случае, если она не сумеет соблазнить второстепенного мужчину и ее отправят подальше, разве ее жизнь не была бы лучше с деньгами?

Что касается этого ужасного существа, которое было главным героем, она пыталась спрятаться как можно дальше от него. Почему он все еще приближался к ней? Она не понимала, совершенно не понимала. Она прижала голову, чувствуя отчаяние.

Сяо Ши помогла ее хозяйке подняться, будучи совершенно озадаченной. Она спросила: «Госпожа Сюй, у вас болит голова?»

«Хм! У меня болит голова!» Болит до смерти!

Сяо Ши поддержала свою хозяйку на кровати. Затем она спросила со странным тоном: «Разве Его Высочество забыл, что завтра он должен сопровождать Старую Мадам в Храм Лун Хуа, чтобы помолиться?»

«Помолиться? Ты уверена, что это завтра?» Завтра был День Будды в Храме Лун Хуа. Большая статуя Будды, на которую многие из дворянства пожертвовали, была недавно завершена, и всех высокопоставленных людей пригласили на церемонию открытия.

Если бы не план Лун Хэна посетить ее, она бы совсем забыла об этом. Но похоже, что реальная сюжетная линия, наконец, начнется. Главная героиня воспользовалась этим событием, чтобы убежать, бросив церемонию открытия в хаос. Между тем наложницы Лун Хэна не пошли, поскольку не получили приглашений. Поэтому Бай Сянсю не беспокоилась о завтрашнем дне. Она планировала остаться дома и посмотреть шоу, когда оно развернется перед ней. Она не думала, что это мероприятие также послужит вниманием к главному герою. Казалось, что ей очень повезло. Она сможет убежать от рук неизбирательного гормонального выпуска мужского персонажа.

Единственное, чего она не понимала, — почему такой маленький подарок вырвал на нее его сердце, направленное на главную героиню? Теперь это было слишком легко…

Тем не менее, ей не нужно было волноваться, потому что, начиная с завтрашнего дня, главная героиня убежит, бросит вызов его сильному эго. Отныне его ум будет постоянно заботиться о ней и будет наполнен мыслями о том, как поймать ее. Эта игра лисицы и зайца медленно превратит их обиды в любовников с сильными узами привязанности. Пока что-то происходит по этим линиям, она будет в порядке. Если они впадут так глубоко в любовь друг к другу, ей можно даже не убегать. Лун Хэну не придется тратить время на все эти движения.

Поскольку завтра не нужно было приветствовать Принца и думать о том, как избежать потери целомудрия, у Бай Сянсю была прочная ночь сна. Тем не менее, был кто-то еще, кто провел вечерние выпивки, прежде чем вернуться посреди ночи.

Мужчины редко пили мало, когда собрались вместе. Поэтому Лун Хэна пришлось отнести к себе в комнату. Он потер голову и спросил: «Что-нибудь случилось дома?»

«Ничего. Только Старая Мадам спрашивала, когда мы уезжаем завтра?» Старшая горничная рядом с ним вручила ему похмельный суп.

«Завтра?» Казалось, он что-то забыл.

«Завтра — День Великого Будды в храме Лун Хуа. Ваше Высочество, разве вы не соглашались сопровождать Старую Мадам в храм?» Она улыбнулась в ответ Лун Хэну.

Ах. На самом деле он полностью забыл о храме Лун Хуа. Но, похоже, он вспомнил, что завтра у него будет другое назначение. Это верно! Он пообещал этой женщине, что зайдет в ее комнату.

Однако путь к храму Лун Хуа довольно далекий, поэтому ему, вероятно, придется остаться там на ночь. Тогда разве это не значит, что его обещания, это просто пустой разговор? Это была крайняя потеря лица, чтобы мужчина сделал пустое обещание женщине. Он не мог не нахмуриться, когда говорил: «Иди в Зимний сад и скажи Хозяйке Сюй подготовить свой багаж. Завтра мы уедем вместе.» Поскольку он не может так просто уйти, увести ее с собой был его способ успокоить ее. В конце концов, у таких женщины, как она, было только несколько возможностей покинуть резиденцию.

Е мама постучала в дверь Зимнего сада посреди ночи. Она вошла, чтобы объяснить, что Хозяйка Сюй должна отправиться на свиту в храм Лун Хуа на следующее утро. Е мама была так рада, что она продолжала благодарить Будду.

Сяо Ши тоже была счастлива. Хотя она чувствовала, что принц Ли страшен, жизнь была бы хороша для ее хозяйки в будущем, если бы она смогла получить его нежную любовную заботу. Когда это случится, ее хозяйка тоже с гордостью поднимет голову, когда посетит дом своих родителей.

К сожалению, Бай Сянсю, после того, как она услышала о планах на следующий день, почувствовала слабость. Сюжет явно шел не так. Она не сделала ничего особенного с тех пор, как прибыла в этот мир, за исключением, возможно, погони за второстепенным мужским персонажем. Но почему постоянно в ситуациях, ей приходилось взаимодействовать только с главным героем?

Что касается второстепенного мужского персонажа, как только она вспомнила, как он превратил ее мандаринок в тряпки, ее сердце стало холодным. Вероятно, он уже считал, что она легкомысленная женщина. Она должна объяснить это ему. В противном случае ее единственный выход исчез бы, как дым на ветру. Было бы неплохо выйти и в этот раз. Она воспользуется этой возможностью, чтобы прояснить вопрос с помощью главного героя.

Мысли пробегали милю в минуту, она ворочалась и крутилась в постели, не в силах заснуть. Она зажгла фонарь и начала вырезать больше цветов и листьев, чтобы создать еще одну закладку. Поскольку у нее была практика с последней попытки, она была очень хорошо сделана. Бай Сянсю поместила ее в книгу, чтобы надавить на нее. Закончив, она, конечно же, решила, что не позволит другой стороне снова стереть это в порошок.

К тому времени, как она закончила, она потратила много сил и легко заснула. Но казалось, что она спала только мгновение, когда Сяо Ши снова разбудила ее. Оказывается, Принц хотел ехать рано. Е-мама и Сяо Ши действительно поднялись еще раньше и уже собрались. Они даже заставили ее искупаться в горячей воде, прежде чем они ушли, чтобы проявить уважение к Бодхисаттве.

Они договорились о том, чтобы маленькая карета прибыла, как только она была готова. Когда Бай Сянсю вошла в карету, кто-то спросил ее: «Госпожа Сюй, вы принесли буддийские писания, которые Старая мадам сказала вам переписать?»

«А?» Бай Сянсю не поняла. Когда Старая мадам приказывала ей переписывать буддийские писания и когда у нее было время их переписать?

Е-мама тут же сказала: «Они со мной. Копия еще не завершена, Хозяйке придется продолжить после того, как мы доберемся до храма Лун Хуа.»

«Эй! О!» Бай Сянсю быстро кивнула, когда Е-мама впилась в нее глазами-кинжалами. Никто больше не задавал никаких вопросов и не разговаривал, поэтому они все молча сидели в карете. С тремя женщинами карета была немного тесной, но не слишком. Сяо Ши спросила с любопытством, когда все были в карете: «Е мама, что только что было?»

Е-мама улыбнулась и ответила: «Это благодаря Принцу. На этот раз он действительно приложил большие усилия.» Когда она посмотрела на невежественный вид двух женщин, сидящих напротив нее, Е-мама внутренне закатила глаза. Как они могут быть такими глупыми? Неужели эта женщина действительно сможет соблазнить принца?

Смирившись, она изложила свой ответ: «Есть еще три человека, которые приезжают из семьи, кроме госпожи Сюй, и они не так хорошо себя ведут, как вы. Если бы они знали, что вас привезли из-за принца, разве это не вызвало бы беспокойства? Если что-нибудь случится, хуже всех будет, вероятно, вам.» Бай Сянсю дрожала с головы до ног; Женщины, стремящиеся к благосклонности, чрезвычайно страшны.

Так как она заболела и припала к постели после того, как девушку-служанку забили до смерти, а затем сошла с ума, она не имела большого контакта с тремя другими женщинами. Однако, если для нее не будет веских оснований следовать за старой мадам и принцем в храм Лун Хуа, она станет публичным врагом номер один, когда вернется. Но что это за Буддийские писания?

Е-мама была на пороге разрушения, когда увидела, что Бай Сянсю все еще не совсем поняла. Она суммировала все: «Его Высочество сказал слугам, что у вас очень красивая каллиграфия, поэтому Старая мадам позволила вам переписать Буддийские писания от ее имени и доставить в храм Лун Хуа, чтобы посеять хорошую карму. К сожалению, вы просто не совсем успели, поэтому вам нужно отправиться в путешествие.»

«Ох! Значит вот как.» Бай Сянсю сразу кивнула, но почувствовала, что мужской персонаж ведет себя слегка ненормально. Он не только хотел взять ее с собой, но даже попытался оправдаться. Может, он влюбился в меня?

Она начала смеяться вслух, когда ее мысли достигли этого момента, заставив Сяо Ши и Е-маму смотреть на нее, как на призрака. После того, как она почувствовала, что рассмеялась, она лаконично сказала: «Ничего, я только чувствую себя очень счастливой.»

Как удручающе. Предполагалось, что главному герою нравится смелая и интересная главная героиня. Почему я ему нравлюсь?

Она всегда проявляла себя очень робко и трусливо, а также была невероятно скучной личностью. Если главный герой принял ее к сведению, это было просто потому, что все любят красоту. Когда он увидит женского персонажа, естественно, он узнает, кто более важен.

После раунда размышлений она почувствовала, что идея о том, что она нравится главному герою, была совершенно абсурдной. Она выбросила свои мысли и сосредоточилась на наслаждении пейзажем снаружи. Она была напряженной и имела конкретную цель, когда выходила первый раз, поэтому у нее не было свободного времени, чтобы полюбоваться ее окружением. Теперь у нее была возможность заглянуть в декорации из маленького окна ее экипажа. Тем не менее, она не могла подняться к полупрозрачной тканевой завесе, чтобы посмотреть на улицу, потому что Е-мама наблюдала за ней, как ястреб!

Путь к храму Лун Хуа был длинным, и многие дворяне тоже направлялись туда, сгущая дорогу. Одна семья за другой, все медленно продвигались вперед. Бай Сянсю почти заснула в карете, когда прогресс замедлился до ползания. Когда она кивала носом, из фронта появились новости. Одно из колес благородного экипажа было неисправно и требовало ремонта.

Рядом была сменная станция. Поэтому старая мадам решила там отдохнуть. В конце концов, она не могла долго терпеть ветхое путешествие в карете в ее преклонном возрасте.

Бай Сянсю была наложницей, поэтому пришла к старой мадам после того, как вышла из кареты. Хотя Бай Сянсю не очень хорошо разбиралась в некоторых вопросах, она все еще прилагала все усилия, потому что рядом с ней была Е-мама, которая вела ее. Старая мадам была немного рада видеть ее такой серьезной и добросовестной, но все еще не могла понять решение ее сына взять Бай Сянсю с собой.

На этот раз семья Лин тоже может прийти на церемонию открытия, и, возможно, это было бы не самым подходящим, если бы они узнали, что он привез наложницу. К счастью, эта госпожа Сюй хорошо себя вела и знала свое место, поэтому нечего было беспокоиться. Старая мадам только надеялась, что семья Лин не попытается создать никаких проблем.

Старая мадам очень устала. Ее бедра горели после долгого сидения в карете. Несколько девочек-слуг массировали ее маленькими деревянными молотками, но казалось, что они полностью неэффективны в облегчении боли. Увидев дискомфорт старой мадам, Бай Сянсю взяла на себя инициативу. «Старая мадам, эта наложница знает несколько методов массажа. Хотите попробовать навыки своей наложницы?»

«Ох? Хорошо, попробуй!» Старая мадам села.

Бай Сянсю ответила: «Мне нужно, чтобы вы легли на кровать, так мои навыки были бы полезными.» Было ли плохой идеей заставить старую мадам с древних времен лежать на животе? Она осторожно опустила голову, опасаясь, что ее отшлепают.

Старая мадам улыбнулась и сказала: «Я не знаю, как ты узнала эти странные трюки. Подойди, помоги мне лечь.» Она была очень раздражена ее болью, поэтому была готова попробовать все. У Бай Сянсю были отличные массажные навыки, и старая мадам быстро заснула под ее массажем. Казалось, что она очень устала. Бай Сянсю молча оставила ее, желая прогуляться.

Горничная и Е мама рядом со старой мадам не ожидали, что у Бай Сянсю будет такая способность. Они улыбнулись и позволили ей выйти. В конце концов, она не видела окрестностей после того, как спустилась с кареты. Держать такую молодую девушку все время в карете было едва ли приятным!

Бай Сянсю ушла, полностью ожидая прогулки, чтобы расслабиться, и, когда она взглянула вперед, наткнулась на врага своей жизни: главного героя. Удивительно, но рядом с ним была другая фигура, казалось, что и второстепенный мужской персонаж тоже пришел. Когда последний увидел Бай Сянсю, его брови сошлись вместе, он повернул лицо и отказался смотреть на нее.

Это отвратительно!

Как и ожидалось от главного героя, эти глаза цвета персика были сосредоточенны на ее теле некоторое время, прежде чем он спросил: «Как старая мадам?»

Е-мама ответила: «Старая мадам устала. У нее болела талия и спина, но госпожа Сюй сделала ей массаж, и она заснула.»

Е мама говорила добрые слова от ее имени? Но мне это действительно не нужно, правда! Бай Сянсю тайно бросила горький взгляд на Е маму, прежде чем опустить голову и молчать.

Мама нашла это странным и поправила рукава. Она сказала что-то не так?

Однако Принц выразил удовлетворенное выражение и сказал: «Этот Принц пойдет посмотреть. Цзяоюэ, делай, как тебе угодно.»

Сун Цзяоюэ намеревался сначала побывать с ним у старой мадам, и он не ожидал, что она спала. Таким образом, он сказал: «Сначала я уйду,» уходя без единого взгляда.

Нет! Если он уйдет сейчас, у нее не будет другого шанса. Бай Сянсю сразу обратилась к Е маме и сказала: «Мама, эта наложница хотела бы выйти на улицу… сделать это.»

Мама сразу поняла. Увидев, что она хорошо служила старой мадам и не пыталась казаться хозяйкой, она легко ответила: «Тогда идите, будьте осторожны. Не забудьте одеть шляпу*.» (* — имеется ввиду особая шляпа с вуалью)

«Поняла.» Бай Сянсю была человеком с современной эпохи, поэтому у нее была идея равенства, особенно в отношении пожилых людей. Таким образом, она всегда улыбалась всем, без отношения хозяйки с этой эпохи.

Она всегда чувствовала, что сможет вернуться в свой мир. Она не была похожа на тех, кто пришел до нее, готов принять обстоятельства, как только они прибыли сюда. По сравнению с этим местом она бы предпочла свою прежнюю жизнь, выращивая цветы и сажая растения с безмятежным сердцем. Ей пришлось бороться за этот результат. Твердо собрав свой дух, она сжала кулаки и последовала за Сун Цзяоюэ.

Эта сменная станция была не очень большой для обеспечения дома отдыха для уважаемых гостей, но очень тихой.

Рядом с ней была только Сяо Ши, поэтому она впилась взглядом в нее и сказала: «Жди здесь.» После того, как она сказала это, она сделала умоляющую мимику и пошла за Сун Цзяоюэ.

«Сэр Сун, пожалуйста, подождите.» Ее голос был очень мягким, но Сун Цзяоюэ, услышав ее, начал идти еще быстрее. Она не сдалась и сказала: «Извините, вчера это было недоразумение.»

Сун Цзяоюэ остановился, чтобы повернуться и посмотреть на нее. Он задавался вопросом, какое недоразумение стоит за даром уток мандаринок. Воспользовавшись случаем, когда он все еще был поражен, Бай Сянсю подошла к нему и заговорила, оставив между ними три шага: «Эту ароматную сумку меня заставила отправить Принцу Старая Мадам.»

«О?» Сун Цзяоюэ нахмурился. Как то, что предназначалось Принцу оказалось в его руках?

«Вообще-то, в тот день я приготовила для вас еще один подарок, но из-за странных обстоятельств я отдала вам не тот подарок.» Чтобы все быстро решить, она проигнорировала, согласился он или нет, и просто передала этот пункт его слуге. Поскольку она лично не помещала это в его руки, он не смог бы на нее напасть.

Затем она повернулась и поспешно ушла, не заботясь о взгляде Сяо Ши. Однако, поскольку она шла слишком быстро, она чуть не упала на землю в момент небрежности.

Сяо Ши понесла огромный страх и поспешно поднялась, чтобы не допустить ее падения. К счастью, служанке удалось вернуть ее обратно, прежде чем она действительно упала. Она не могла понять наглых поступков мадам Сюй, но она подумала, что говорить о делах своей хозяйки было нехорошо, поэтому она могла только сдержать сомнения в своем сердце.

Слуга взглянул на своего хозяина. Как он должен обращаться с горячим картофелем в руках? Боясь, что кто-то их обнаружит, Сун Цзяоюэ ничего не сказал и вернулся в карету. Они услышали, что дорога была очищена, и все готовились снова отправиться.

Слуга спросил из-за кареты: «Сэр, мы должны выбросить это?» Он не ожидал, что наложница принца на самом деле будет такой наглой.

Сун Цзяоюэ захотел сначала его выбросить, но, подумав о том, как она отчаянно пыталась объяснить вещи, казалось, что у нее нет каких-то самонадеянных идей. «Принеси это сюда.»

Слуга почувствовал, что красавицы действительно были сущностью, которую трудно отвергнуть. Даже утонченный человек, такой как его хозяин, не мог избежать ловушки красоты. Таким образом, он передал эту книгу. Это правда была книга, и даже учебная.

Сун Цзяоюэ, естественно, знал, что его настоящий подарок должно быть в книге. Какое возможное использование было у этой отправленной книги?

Угол подарка выглядывал со страниц. Используя тонкие пальцы, чтобы открыть книгу, он увидел внутри чрезвычайно интересную закладку. На ней было написано стихотворение: «Если вы не учитесь усердно, когда обладаете черными волосами, вы можете пожалеть об этом, когда волосы станут белыми.»

Он не мог не испугаться. Независимо от того, как вы на это смотрели, это было не то, что женщина отправила бы к мужчине, к которому у нее были намерения. Неужели он действительно ошибался? Или она боялась, что ее ненавидят и отправила этот подарок, чтобы наверстать упущенное?

В любом случае эта фраза была легко понята и имела глубокий смысл. Это было очень полезно в качестве закладки. Немного помолчав, он принял ее. Он просто надеялся, что она больше не переступит границы. Тем не менее, было очень мало девушек, которые были настолько наглыми, чтобы отправить ему подарок без причины.

Говоря об этом, они не очень много взаимодействовали. Была только одна возможная причина, почему она отправила подарок, выразить признание таланту Сэра Сун Цзяоюэ. Когда он думал об этом, это была единственная причина. Похоже, эта девушка была также человеком, которая восхищалась талантом. Если бы она не восхищалась талантом, почему еще она отправила бы ему подарок? Тем более, что он мужчина?

Сун Цзяоюэ по-прежнему задавался вопросом, почему наложница внезапно отправила ему подарок из синего цвета без причины, когда карета начала двигаться. Хотя подарок был абсолютно безобидным, мысль, стоявшая за ним, была не такой невинной, как казалось? Он почти решил выбросить его, когда его мысли вращались, как водяное колесо, но в конце концов он решил сохранить его. Ведь, закладка действительно была изящным подарком.

Бай Сянсю изо всех сил старалась ради позитивного взаимодействия с ним. Она могла использовать этот вид безмозглого и прямого метода. Ей было все равно, злился он или нет, ей пришлось подумать о том, что она должна сделать для следующего шага.

Сяо Ши наблюдала за ней в карете. Е-мама не смогла выдержать толчков и ударов кареты и была отправлена обратно в особняк Принца. Сяо Ши посмотрела на Бай Сянсю со слегка покрасневшими глазами, желая спросить, но не осмеливалась.

«Прекрати смотреть на меня так. Когда я в последний раз я отправилась искать Хуэра, сэр Сун помог мне, поэтому я подарила ему подарок в благодарность.» Бай Сянсю лгала, не пропуская ни единого удара. На самом деле, она даже не знала, узнал ли ее Сун Цзяоюэ.

Сяо Ши все еще смотрела на нее: «Но вы не можете быть такой…» Она не могла заставить себя сказать слово «наглой». Разве это не секретный обмен?

«Ты знаешь, что я не могу рассказать никому о том, что произошло в тот день. Но если бы сэр Сун не помог мне, на меня бы напали головорезы. Этот подарок довольно мал для помощи, которую он мне оказал в тот день.» Бай Сянсю использовала свой рукав, чтобы набросить его на абсолютно сухие глаза. Несмотря на это, прошел долгий путь к получению сочувствия Сяо Ши. Теперь она думала, что ее хозяйка не сделала ничего плохого, так как приемник действительно сделал ей большую услугу.

«Тогда не делайте больше так!» Если что-то подобное произойдет снова, она умрет от страха!

«Мм, конечно, не буду.» Она тоже испугалась. Это был просто обычный подарок, но она должна была опасаться многого. Жить в древние времена было так утомительно.

Они, наконец, добрались до храма Лун Хуа после упорной езды в карете. Монахи храма были необычайно заняты всеми благородными гостями, которые приезжали. Среди всех их гостей этот общий Принц был довольно популярен. В конце концов, в этом городе было не так много семей с властью, деньгами и происхождением. Женщин-гостей быстро отвезли в большой гостевой дом. Этот гостевой дом с двадцатью или около того комнатами будет их размещением на ночь.

Они не ожидали, что семью Лин разместят по соседству, где находились главные женщины, Лин Цяньцзи и Мадам Лин. Они на самом деле поселили их так близко друг к другу, и это была ночь, когда главная героиня убежала. Бай Сянсю собиралась взять переднее сиденье на шоу? К сожалению, она просто хотела уйти от них так, как только могла, поэтому она не стала бы вмешиваться. Помимо второстепенного мужчины, она не хотела беспокоиться ни за одного из них.

Церемония должна была начаться в полдень. На самом деле женщины не собирались идти на церемонию, потому что там будут только мужчины. Женщины собирались сидеть в комнате для медитации, воспевая буддийские писания. Именно там старая мадам познакомилась с Лин Цяньци, главной героиней. Она была настоящей красавицей, когда была одета в женскую одежду. Тем не менее, Бай Сянсю положила палец на щеку и в частном порядке подумала, что она перегоняет главную героиню с большим отрывом, когда дело доходит до взглядов.

Старая мадам, казалось, была довольна Лин Цяньци, поэтому обе стороны завязали разговор. Книга не описывала эту часть во многих подробностях, вместо этого, начиная с момента, как Лин Цяньци пыталась избежать своего брака. Что касается Бай Сянсю, хотя она была неожиданным гостем, она все еще была второстепенным персонажем. Ее позиция была даже ниже, чем у старшей кузины Юй Сяошу. Она была сжата в сторону, пока у нее почти не было места, чтобы встать. Хотя она была красавицей, она изо всех сил старалась не привлекать внимания, и ей удалось не привлечь ревнивых взглядов.

Юй Сяошу тщательно смотрела на главную героиню Лин Цяньци. Ее глаза смотрели на Лин Цяньци, как будто она хотела разорвать ее на куски, в то время как Лин Цяньци бросала, казалось бы, невольные взгляды на Бай Сянсю.

Что с ее больным выражением? Я ничего ей не сделала!

Может этот красивый второстепенный женский персонаж, превратилась в пушечное мясо, потому что главная героиня завидовала ее внешности? Чем больше Бай Сянсю думала об этом, тем больше она считала это возможным. Она наклонила голову и спрятала свое беспокойное лицо. На самом деле, мадам Лин была не слишком довольна тем, как хозяйка Принца справлялась с вещами. Ведь они привезли маленькую наложницу на такой грандиозный случай. Однако, видя, как она хорошо себя ведет, держась позади группы, ничего не говоря, она казалась мягкой, и не стала бы запугивать ее дочь.

Она погладила руку дочери, указав, что ей не нужно беспокоиться. Затем она взглянула на одну из девушек-слуг рядом с ней. Девушка поймала взгляд и тихо вышла из толпы.

Лин Цяньци прекрасно знала, к чему стремилась ее мать. Она не могла не нахмуриться и тихо сказала: «Мама, не волнуйся за нее, она хороший человек.» Она даже помогла ей в комплексе Принца и не раскрыла ее личности.

«Не волнуйся, я просто проверяю ее.» Мадам Лин мягко улыбнулась. Она действительно беспокоилась за свою дочь. Ее дочь слишком добрая и наверняка рано или поздно привлечет к себе неприятности. Она должна была устранить всех врагов за свою дочь, прежде чем она выйдет замуж в этом доме.

Хотя Бай Сянсю не слышала их разговора, она, казалось, понимала, что произойдет, потому что взгляд главной героини с некоторой жалостью скользнул к ней. Глаза г-жи Лин были полны злобы, и из-за угла ее рта была видна ярость.

Эта мадам Лин, вероятно, паниковала, увидев, что ее, маленькую наложницу, привезли сюда. На этот раз Бай Сянсю не повезло.

Должна ли она сопротивляться?

Наверное, нет. Если бы она сражалась в таком великом случае, она могла бы вызвать гнев этого дуэта матери и сына, которому нравилось убивать людей с помощью палок. Кроме того, второстепенный мужской персонаж любил маленькие белые цветы в святом материнском комплексе. Тогда главную героиню привлекла его жалость после издевательств над старой мадам и наложниц в доме Принца. Это жалость была тем семенем, которое проросло в глубокую любовь.

Внезапно она почувствовала прикосновение к ее талии. Она повернула глаза к небу, прежде чем обернуться. На самом деле, она уже поняла, что за ней что-то есть, и она врезалась в это, когда повернулась.

Мягкий толчок внезапно стал сильным. Из рук девушкит опрокинулся лоток, посылая содержимое на землю. На этот раз все присутствующие застыли в испуге.

Две фигуры Будды и стеклянные молитвенные бусины упали на землю, разбившись на мелкие кусочки. Нефритовый Будда, который девушка приготовила, но не успела бросить, все еще был в ее руках. Тем не менее, каждый мог видеть, что то, что осталось было наименее ценным. То, что было на земле, стоило более тысячи серебряных слитков!

Увидев, как все вовремя не смогли отреагировать, Бай Сянсю торопливо опустилась на колени и с ужасом посмотрела на старую мадам. «Старая мадам, эта наложница не специально; Это действительно было не специально. Я почувствовала, как кто-то толкнул меня сзади, поэтому я обернулась. Я не думала… Я не думала…» Все должно быть хорошо, если она заплачет и признается в своем преступлении, верно? Понимаете, она была так напугана, что все ее тело дрожало.

Старая мадам нахмурилась. Ее сердце остыло, когда она увидела кусочки на земле, и эту служанку мадам Лин, что стояла в замешательстве. С таким большим пространством по сторонам, она все еще ходила за наложницей Бай и даже столкнулась с ней. Это явно сделано специально.

Она была просто наложницей, нужно ли быть такой ограниченной? Неужели ее сыну не разрешат иметь других женщин рядом с собой, если дочь Мадам Лин вступит в ее семью?

«Как ты могла быть такой беззаботной?» Тон старой мадам был жестоким, но ему не хватало упрекающего тона, с которым она обычно говорила.

Сердце мадам Лин заболело. Эта бесполезная горничная Хуаэр, она обязательно продаст ее, как только они вернутся домой! Она ничего не могла сделать правильно.

Хуаэр тоже могла видеть, что что-то не так со взглядом ее хозяйки, поэтому она поспешно встала на колени и сказала: «Мадам, я, я… я не делала это нарочно, я… я не думала, что она вдруг повернется.»

«Говори яснее!» Резко крикнула мадам Лин. Услышав это, Хуайер успокоилась: «Это все ее вина! Если бы она не обернулась так внезапно, эта служанка не упала бы и не сломала эти ценные сокровища. Госпожа, пожалуйста, помогите мне!»

«Это была не я, это несчастный случай.» Бай Сянсю тайно ущипнула ногу, и слезы автоматически вылились. Плачущая красавица привлекла всеобщую жалость.

Особенно главная героиня. Ее сердце колотилось сочувствием, она сказала: «Мама, они не сделали это нарочно, почему бы нам не забыть об этом!»

Мадам Лин посмотрела на нее. Как она могла родить такую никудышную дочь? Она уже вложила несколько тысяч серебряных слитков, чтобы отбросить глубины этой наложницы, поэтому она доберется до конца! Она нахмурилась и приказала: «Мужчины, уведите Хуаэр. Когда мы вернемся, я буду иметь с ней дело. Что касается этой из дома Принца… Что вы должны сказать за себя?» Она взглянула на Бай Сянсю, но все, что она делала, это крик и взгляд к старой мадам по милости. Похоже, она была очень напугана.

Мадам Лин презрительно улыбнулась. Она не думала, что наложница будет такой мягкой и бесполезной. Если бы она знала раньше, она бы не стала ее испытывать. Она подумывала об использовании дешевого нефритового Будды для этого теста, но кто бы знал… Чем больше она смотрела на эти предметы, тем больше болело ее сердце. Она не могла не тереть зубы. Сегодня она должна заставить эту наложницу заплатить.

Старая мадам не говорила, а просто показала жалость на своем лице. Хотя Юй Сяошу не любила Бай Сянсю за ее внешность, ее презрение к законной будущей жене Лин Цяньци было еще больше. Решив добавить масла к огню, она улыбнулась и сказала: «Кто знает, а если она специально натолкнулась на мадам Бай?» Она резко отрешилась, и все посмотрели на Лин Цяньци. Этот человек даже не вошла в их дом, но она уже угрожала наложницам. Разве это было не слишком рано?

Но старая мадам сказала: «Замолчи. Мадам Лин, это была неуклюжесть г-жи Бай, которая привела нас к этому вопросу. Эта старшая сестра извиняется перед вами от ее имени. Семья принца Ли компенсирует вам эти вещи.»

Что, семья Принца не обанкротиться?

Это было совсем неважно. Бай Сянсю явно хотела сделать семью Лин банкротами. Поэтому, она тут же заговорила: «Эта наложница не сделала это нарочно. Мадам Лин, будет прекрасно, если вы просто накажете меня. В противном случае эта наложница может дать все свои активы семье Лин в качестве компенсации.»

Старая мадам не ожидала, что она предложит все свои активы. Эта дама поистине слишком честная. Это хорошо и означало, что у нее, вероятно, нет никаких скрытых мотивов.

Голова Лин Цяньцзы не могла быть ниже, чем тогда. Она прошептала: «Не нужно. Не нужно. Это простой несчастный случай. Правильно, мама?!»

Мадам Лин могла сказать, что эта наложница слабачка. К сожалению, цена, которую они заплатили, довольно высока. Кроме того, слова маленькой суки из дома принца вытеснили это за пределы разумного. Если бы она продолжала настаивать на наказании, это только разрушило бы имя ее собственной дочери. Поэтому она заговорила: «Забудьте об этом. Резиденция Лин может позволить себе такую потерю. И, как сказала моя дочь, это был несчастный случай. Моя дочь такая любезная и терпимая… даже к слугам.» Она махнула рукой, чтобы показать, что все в порядке, но это было притворство. Она не ожидала, что старая мадам воспользуется этой ситуацией.

Старая мадам улыбнулась и сказала: «Мадам Лин и мисс Лин щедрые и добрые. Если мы продолжим говорить о компенсациях, это испортит дружескую атмосферу. Как насчет этого, невестка Бай?»

Старая мадам очень разозлилась. Но это предложение очень точно сказано. Мне это нравится! Но ей не понравилась следующая строка, потому что старая мадам сказала: «Невестка Бай, так как вы совершили проступок из-за небрежности и потери этикета в этом великом событие, идите в малый зал Будды во дворе и скопируйте Священные Писания, как наказание. У вас не будет ужина. Возвращайтесь завтра!»

«Да.» Копирование Священного Писания было не совсем суровым наказанием. Поэтому испуганная Сяо Ши подняла Бай Сянсю, и они обе направились в зал Будды. Небо уже стало темным. Бай Сянсю вдохнула ледяной воздух и прошептала Сяо Ши: «Иди и укради нам пару закусок. Мы съедим их тайно ночью, поэтому нам не нужно будет голодать.»

Сяо Ши глубоко вгляделась в глаза ее хозяйки, думая, вы идете на наказание. Как вы можете быть такой хитрой?! Увидев, что лицо ее хозяйки не показало никаких признаков страха, Сяо Ши не могла не покачать головой и вздохнула. Сердце ее хозяйки достигло новых высот смелости! Итак, Сяо Ши вернулась в дом, чтобы украсть несколько закусок, а затем отправила свою хозяйку в зал Будды. Поскольку Бай Сянсю была единственной, кого наказали, она могла ждать только снаружи.

После долгого сидения небо стало полностью черным, и воздух охладился до чего-то похожего на позднюю осень. Бай Сянсю сочувственно позвала: «Сяо Ши, иди и подожди внутри дома. Ты услышишь меня оттуда, если я позову тебя. Иди. Это храм. Здесь ничего не произойдет.»

Сяо Ши сначала отказалась. Однако воздух становился все более холодным, поэтому в конце концов она послушала хозяйку и ушла.

Бай Сянсю была единственным человеком в зале Будды. Она была очень сосредоточена, когда копировала писания. Старая мадам тайно послала кого-то посмотреть, но вскоре они ушли, увидев, что Бай Сянсю выполняла свою задачу так внимательно.

Бай Сянсю в конце концов устала от копирования и решила немного поспать на столе. Она только закончила уборку, когда услышала, как дверь открылась. Маленькая тень вошла, принося с собой дуновение прекрасного аромата.

«Кто вы?» У этого человека были волосы, поэтому он не был монахом. Но человек был одет в монашескую одежду и имел мужскую прическу.

«Это госпожа Сюй? Это я, Лин Цяньцзы.» Тихо сказал монах с волосами.

Вот черт. Это главная героиня.

Бай Сянсю сразу встала из-за стола в знак приветствия: «Мисс Лин, что вы здесь делаете?» Главная героиня лично пришла к ней, поэтому ей пришлось тепло приветствовать ее. Она предложила ей занять место и полностью проигнорировала ее странный стиль одежды.

Красавица была ещё более красивой под свечами. Лин Цяньцзы почти ослепла от улыбки Бай Сянсю. Кроме того, ее отношение было очень дружелюбным. Не было ни малейшей ревности или ненависти.

Именно она была невестой ее мужчины, но даже эта маленькая кузина смотрела на нее с ненавистью в глазах. А эта наложница была гораздо более великодушной. Для сравнения, она заставила ее и ее мать казаться очень грязными и презренными.

«Извините за то, что произошло сегодня. Вы не должны были быть наказаны за это,» — неловко сказала Лин Цяньцзы.

«Не беспокойтесь об этом. Я была невнимательной, и это была не ваша вина.» Бай Сянсю знала о намерениях главной героини. Она, должно быть, показала, что поведение ее матери слишком возмутительно и хочет извиниться за нее. Тем не менее, она не могла винить свою мать, поэтому это прозвучало и выглядело немного неловко.

Как и ожидалось, человек перед ней был красив изнутри и снаружи. Лин Цяньцзы чувствовала себя еще более опозоренной и не могла поднять голову.

Она тихо прошептала: «Принц должен хорошо относиться к вам. Хотя я его невеста, он мне не нравится. Но моя семья отказывается отменить свадьбу, поэтому у меня нет выбора, кроме как уйти. Я желаю вам и ему счастья.»

Что? Она все еще убежит сегодня? Если она собирается убегать, зачем она пришла сюда, чтобы поговорить со мной? О да, она пришла, чтобы извиниться.

Бай Сянсю не имела ничего против главной героини, но все же чувствовала, что ею слишком легко управлять и ей не хватает собственного мнения.

Если бы она осталась, то, возможно, главный герой больше не появился бы в ее Зимнем саду. Это было бы хорошо. На самом деле, было бы лучше, если бы главная героиня сразу показала, что она не довольна главным героем. Тогда он может начать преследовать ее. Поэтому Бай Сянсю должна казаться еще более доброй, чтобы Лин Цяньцзы поняла, что попав в их семью, она не представляет для нее никакой угрозы. Итак, Бай Сянсю схватила ее руку: «Это из-за того, что вы услышали от слуг? Они все говорят глупости. Не верьте им.»

«Ах… вы… вы говорите о том дне, в тот день…» Лин Цяньцзы не ожидала, что Бай Сянсю увидит ее маскировку с последнего раза. Она начала паниковать. Если бы этот инцидент распространился, ее мать, вероятно, лично избила бы ее до смерти.

Бай Сянсю держалась за ее руку и продолжала говорить с ней с отношением святой матери: «Не волнуйтесь. Я никому не говорила об этом, даже Принцу. Честно говоря, я просто догадалась, что в тот день все было так. Вы так заботились о Принце, что нарядились в слугу и искали его. Но только после того, как я увидела вас сегодня, я поняла, что это действительно были вы.»

«Спасибо, что сохранили это в секрете, но дело не только в том, что я забочусь о Принце!» Лин Цяньцзы выглядела нехорошо. Пока они разговаривали, они понятия не имели… что их слова на самом деле слышали двое мужчин снаружи. Это были главный герой и второстепенный мужской персонаж. На самом деле они двое были здесь, чтобы посетить старую мадам. Это было не специально. Старая мадам ничего им не сказала, потому что чувствовала, что мужчины не должны вмешиваться в дела тыла.

Но когда они уходили, Старая служанка Е жаловалась, насколько жалко ей хозяйку. Хотя девушка была медленной и глупой, у нее было хорошее сердце. Поэтому она хотела показать невесту Принца в плохом свете, прежде чем она выйдет замуж в их доме. Вот почему она рассказала им все о наказании и всю историю. Хотя Лун Хэн, казалось, не заботился, в глубине души он совершенно ясно понял, что происходит.

Тогда, Сун Цзяоюэ не придумал ничего лучшего и улыбнулся: «Я слышал, что мисс Лин талантливая девушка. Я не ожидал, что она будет такой властной.»

«М-м.» Лун Хэн ничего не сказал и продолжил идти. Сун Цзяоюэ мог только следовать за ним. В любом случае, они только что закончили есть. Но куда они шли?

Через некоторое время они прибыли к окраинам малого буддийского зала. Они смогли увидеть две гибкие фигуры, сидящие внутри, от дерева, на котором они стояли. О, так он хотел посетить свою наложницу. Сун Цзяоюэ собирался уйти, когда услышал разговор.

Они двое изучали боевые искусства, поэтому их слух был намного выше, чем у большинства людей. Они смогли услышать весь разговор. Они не ожидали, что мисс Лин тайно придет посетить Бай Сянсю. Началась битва между женой и наложницей?

Неожиданно они не сражались. Вместо этого они говорили очень искренне, особенно Бай Сянсю. В тот день она увидела личность мисс Лин. Сун Цзяоюэ подумал, что только три человека смогли узнать ее в тот день.

Одним из них был Лун Хэн, вторым — брат мисс Лин, а третий был он сам. Удивительно, но госпожа Сюй тоже была очень умна. Кроме того, она не была злой. Она даже помогла будущей хозяйке дома скрыть свои планы. Была ли эта женщина доброй и приемливой, или ее намерения были глубоко скрыты?

Ветер заставлял температуру все снижаться и снижаться, но Принц Ли все ещё оставался там, слушая. Сун Цзяоюэ был вынужден сопровождать его, но на самом деле это тоже вызывало у него интерес. О чем говорят две талантливые женщины? Однако, слушая, не была ли тема этой беседы немного странной?

Внутри зала две барышни, одна с ореолом главной героини, другая перенесенная женщина, второстепенный персонаж, две фигуры, которые никогда не должны были мирно сидеть вместе, на самом деле разговаривали очень подробно. Главной темой была крайняя неудовлетворенность главной героини в отношении этого брака, особенно из-за страха перед Принцем Ли.

Глаза Бай Сянсю расширились от недоверия. Разве эта женщина не слишком легко доверяет, создав личность главного героя сразу после слухов, которые она услышала? Хотя это было развитие, которому суждено было случиться, как кто-то, кто читал роман, Бай Сянсю все еще очень любезно могла объяснить ей некоторые вещи.

«Собственно, мисс Лин ошибается. Принц — очень сентиментальный и преданный человек. Как он мог делать такие вещи по отношению к женщинам?» Сражения и всякая всячина не так просты, как все считали.

На поле битвы женщины были похожи на мужчин. Только мужчины сражались доблестно и открыто, в то время как женщины использовали метод представления себя и попытки убийства, сосредоточившись на убийстве генералов. Принц Ли убивал людей открыто на поле битвы, в этом не должно быть никаких ошибок!

«Нет, прекрасно, что он убивал людей на поле битвы, но, как человек, склоняющий женщин по разным вопросам, а также позволяющий своим подчиненным обращаться так с женщинами, это просто неправильно.» Лин Цяньцзи, казалось, собиралась заплакать. Почему эта урожденная Бай казалась так упрямо преданной? Что было хорошего в этом человеке?

«Мисс Лин, вещи, которые происходят на полях сражений, не так просты, как мы думаем. Кроме того, как такой честный человек, как Принц Ли, мог позволить своим подчиненным делать подобные вещи? Я думаю, что, поскольку эти женщины вторгаются в мир войны, они должны нести свои собственные последствия. Вы не должны слушать слухи других. Принц тот, кто заслуживает веры в него до конца своей жизни.» Она с осторожностью успокаивала главную героиню, только желая, чтобы она выражала сильные чувства к главному герою, а затем смело следовала за ним, чтобы Бай Сянсю могла вырваться без необходимости соблазнять второстепенного мужского персонажа.

Кто знал, что эта маленькая леди была очень упряма. Она плакала: «Вы его женщина. Вы, естественно, говорите за него. Но снаружи, по слухам…»

«Слухи, слухи, как вы могли им поверить? Подумайте, как принц Ли отбивал могущественных врагов и защищал нашу родину. Число раз, когда он подвергался травмам в течение нескольких непрерывных лет войны, больше, чем количество риса, который мы съели в те дни. Я не знаю, кто намеренно распространяет эти лживые слова во внешнем мире, но они действительно заставляют меня онеметь. Если бы он был виноват, то Император, естественно, что-то предпринял бы, но видели ли вы, что кто-нибудь выдает какие-либо доказательства? Если нет, то почему мы должны оскорблять героя, который так защищал нашу родину?» Она намеренно говорила о необычной доблести мужчины.

Фактически, эти слова были тем, что Сун Цзяоюэ должен был сказать на будущем банкете о главном герое. Она решила использовать эти слова раньше времени. Посмотрим, что ты скажешь, услышав все это!

Главная героиня была тронута, оглядываясь на нее некоторое время, прежде чем сказать: «Но тем не менее, он убивал людей…»

«Какой генерал никогда не убивал в империи? Или какой чиновник никогда не убивал другого, мисс Лин? Вы должны понять, что иногда убивающие могут быть хорошими людьми. Настоящие злодеи не те, кто убивает людей защищая страну, а те кто хочет разжечь неприятности за спинами других.» Она чувствовала, что с этой маленькой дамой было немного сложно общаться. Разговаривая с ней так долго, почему она еще не развила этот маленький кусочек хороших чувств к главному герою? Мало того, что у нее не появились хорошие чувства, она начала плакать…

Углы губ Бай Сянсю дрогнули, когда она сказала: «Ладно, не стоит из-за этого плакать. Вы правда собираетесь сбежать?»

«Да, но можете ли вы держать это в тайне для меня?» Мисс Лин ожесточила решимость уйти, все ее тело дрожало, когда она думала о холодных глазах, которые этот человек навел на нее в поместье Принца Ли.

«Вы… вы правда не думаете, что можете ошибаться? Он хороший человек, и вам суждено выйти за него замуж. Почему вы должны бежать и прятаться, только усложняя ситуацию для обеих семей?» Поскольку она не смогла правильно подать репутацию Принца Ли, она ещё могла использовать семью, чтобы немного на нее напасть.

Лин Цяньци вздохнула, сказав: «Моя мать заботится только об интересах семьи. Как она будет заботиться о моих чувствах… У меня… Живущей в столице в семье чиновников, нет свободы.»

Услышав эти слова, Бай Сянсю чуть не закатила глаза. Даже если у вас нет свободы, даже если эта маленькая дворянская дочь выйдет замуж в семье, она все равно будет официальной женой. Тогда что делать тем, кто вдруг стал наложницей? Тоже бежать?

«Мисс Лин, вы все равно останетесь главой семьи после замужества, а я…» Она тоже вздохнула.

«Извините, я не сделала это нарочно. Однако я уже решила уйти. Пожалуйста, не пытайтесь остановить меня.» Когда она говорила, кто-то слегка постучал в заднее окно храма.

Мисс Лин обрадовалась, сразу же бросившись к окну. Это было неправильно! Может быть, кто-то помогал ей убежать? Этого не было описано в романе. Она увидела мужчину за открытым окном.

Бай Сянсю поспешно потянулась к ней, сказав: «Мисс Лин, это неправильно. Как бы вы ни ненавидели принца, вы не должны уходить с другим мужчиной.»

Эти слова определенно не должны были навредить репутации мисс Лин, поскольку она действительно беспокоилась за нее. Было ли хорошо, что она сбежала с мужчиной? На это смотрят с высока даже в современную эпоху, не говоря уже о древних временах. Кто бы мог подумать, что мисс Лин будет обладать таким мужеством? Но как Бай Сянсю могла знать, что ее слова непреднамеренно показали главную героиню в плохом свете, так как главный и второстепенный мужские персонажи под деревом нахмурились.

Размышляя о том, как эта мисс Лин могла захотеть сбежать с другим мужчиной, лицо принца Ли показало намек на холодную улыбку. Казалось, что в семье Лин правда развивалась проблема с дисциплиной.

Было ли это хорошей идеей для нее встретиться с таким странным мужчиной? Если бы не тот факт, что он не хотел встречаться с этой невестой, он, возможно, уже давно выбежал.

Когда человек снаружи услышал слова Бай Сянсю, его лицо мгновенно помрачнело, когда он сказал: «Я здесь, чтобы отправить свою кузину. Мадам, пожалуйста, не говорите лишнего.»

Так это был двоюродный брат, другой мужчина, второстепенный персонаж. Ему очень нравился этот кузен, но его сердце было слишком злым, и в характере была проблема. К счастью, он не похитил в конце главную героиню.

Но разве он не похищал ее сейчас? Если бы Бай Сянсю была похожа на бабочку, вызывающую эффект пульсации, было бы действительно плохо, что она отправила главную героиню в объятия ее кузена, вырвав только небольшой лоскут ее крыльев. «Мисс Лин, вы не можете уйти. Что будет после этого с лицом дома Принца, вызывая семью Лин… Ах…»

Когда главная героиня вытащила голову, двоюродный брат потерял терпение, вытащив ее всю наружу, не задумываясь.

В конце концов, Бай Сянсю сильно ударилась, когда столкнулась с уступом окна перед ней, а лоб сильно пострадал, когда она потеряла дыхание, так как ударилась о угол стола рядом с ней.

К тому времени, как она оправилась, кузен уже забрал главную героиню в быстрый побег. Ее рука все еще была в вытянутом положении, и Бай Сянсю оттянула ее только после долгого времени, думая, что сюжет все еще слишком силен. Независимо от того, как он отклоняется, вопрос о сбежавшей жене не был остановлен. Главный герой, вы должны быть сильным! Дорога преследования вашей жены по-прежнему требует больших усилий с вашей стороны. Эта сестра будет мысленно вас поддерживать.

Но как Бай Сянсю могла знать, что главный герой под деревом уже давно потерял дар речи от эмоциональной и энергичной защиты Бай Сянсю?

Хотя он не заботился об этих слухах, он не слышал, чтобы кто-то говорил такие слова перед ним раньше. Говорить, что он не тронут, было бы ложью и говорить, что уши не горячие, и его сердце не бьется быстро, тоже будет ложью. Его разум был в хаосе какое-то время, и он даже не понял ничего, что произошло в зале после этих слов.

Испытав много битв за жизнь и смерть, у принца Ли по логике должно быть невозмутимое сердце, как неподвижная вода. Однако у него просто не было никакого сопротивления этим вопросам. Он прищурился, чувствуя, что этот храм и все его окружающая среда были… красивыми, как сон или иллюзия.

В это время Сун Цзяоюэ был тоже ошеломлен великими словами женщины внутри. Девушка, которая могла видеть все так ясно, была уже крайне редким случаем, но то, что еще реже — женщина, которая использовала бы эти слова, чтобы убедить будущую хозяйку поместья вступить в брак.

Кто в столице не знал о предстоящем браке принца Ли и мисс Лин?

Cемейству Лин тоже можно было считать замужество выше их статуса в этом союзе, репутация принца Ли после возвращения с войны была не очень хорошей. Особенно по поводу жестокого обращения с женщинами, изначально завистливые дамы с разных семей думали, что им очень повезло, раз не пришлось женить свою дочь с таким зверем.

Тем не менее, Сун Цзяоюэ знал, что все это ложные обвинения.

Однако, по ее словам, он понял, что широта зрения этой женщины не была обычной, даже указывая, что кто-то намеренно вызывает слухи. Это уже не то, о чем могла бы подумать обычная умная женщина, и, кроме того, она все еще была наложницей.

Услышав, как мисс Лин убежала, а Госпожа Сюй, похоже, ранена, он осторожно погладил плечо принца Ли, но все его тело напряглось, прежде чем повернуться и уйти, как будто он ничего не слышал. Видя, что лицо Принца Ли на самом деле нормальное, а его шаги нисколько не взволнованы, Сун Цзяоюэ не мог не нахмуриться. Неужели его действительно это не тронуло? Как говорили, легче завоевать страну, чем найти женщину, которая вас понимает.

Имея такого человека, это было бы величайшим счастьем для мужчины! Однако его друг был так холоден, о чем он только думал?

Так почему Лун Хэн был таким холодным, и о чем думал? Его кулак был крепко сжат. Только когда он вернулся в свою комнату и спокойно попрощался с Сун Цзяоюэ, он выпустил вздох, который держал все это время, или, точнее, полностью проснулся. Он понятия не имел, как он только-что оттуда вернулся, так как его сердце билось очень быстро.

Сидя в одиночестве в своей комнате, он не мог успокоить свой разум, даже когда медитировал и распространял свой ци. Его ум был наполнен словами, сказанными этой женщиной, ее голосом, как легкий ветерок в его мозгу, сплетающимся и легко рассеивающимся.

Изначально Лун Хэн хотел успокоить свое сердце и не думать об этом, но как он не мог понять, что потрясение, которое она принесла ему сегодня, не было чем-то, что может легко исчезнуть? Наложница так защищает его перед главной женой и, самое главное, верит в него до такой степени!

Если бы это был мужчина, он бы не чувствовал, что это было что-то странное, потому что они либо глубоко знали принципы внутри, либо обладали видением, достаточно широким, чтобы видеть вещи явно за пределами их поверхности. Однако, как женщина, приехавшая из научной семьи, узнала об этих политических вопросах?

Но она просто верила в него, даже полагая, что эти слухи распускают посторонние наблюдатели, обладавшие некоторыми скрытыми мотивами. Женщина, предпочитающая верить такому человеку, нравилась ли она ему?

Он думал раньше, что женщина, которая осталась дома, никогда не узнает, были ли слухи истинными или ложными. Таким образом, он чувствовал, что как только он жениться, он должен найти способ объяснить это своей жене. В конце концов, она была кем-то, с кем бы он проводил всю свою жизнь, он должен был заставить ее поверить ему, несмотря ни на что, не так ли? Однако сегодня он обнаружил, что есть женщина, которая верила в него без объяснений.

Но почему его невеста решила не верить в него? Она была явно благородной дамой, родом из семьи чиновников, и как ее видение уступало женщине из обычной семьи? Как он должен завтра встретиться с наложницей? Она подарила ему подарок, так что он тоже должен дать ей подарок в ответ?

Он был несравненно противоречив, потому что эти вопросы действительно слишком трудные для человека, который раньше никогда не касался таких отношений.

Однако в это время он также полностью забыл вопрос о том, что его невеста убежала. Он на самом деле бросил эту мысль за девять небес и не заметил ее вообще. Только на утро второго дня он вспомнил, что вчера вечером он посетил эту женщину, в то время как она, похоже, была наказана ночью без еды. К нему подкралось странное чувство вины, и он поспешно послал своего слугу найти ее, посылая ей завтрак, если она еще не ела. Сун Цзяоюэ прибыл после того, как Лун Хэн отправил слугу. Он тоже плохо спал всю прошлую ночь. Хотя он не думал слишком много, в его сердце, казалось, что-то тянуло, давая ему очень неудобное чувство.

«Настоятель уже долго ждет. В то время как мы двое — светские люди, мы не можем заставлять его ждать.» Сказав это, он улыбнулся, увидев, что у его друга, похоже, сердце, сделанное из стали. Неужели он не беспокоился о ее травмах? Тем не менее, с его личностью, казалось, он не должен упоминать об этом. Поэтому он подавил эти мысли.

Но как только они вышли, слуга вошел извне, сказав несколько отчаянно: «Ваше Высочество, госпожа Сюй получила ранения и лежит в кровати, не в силах встать.»

«Ранена снова?» Принц Ли не думал, что утром он услышит эту новость, и он не мог не нахмуриться: «Позволь мне взглянуть, ты можешь извиниться за меня перед аббатом.» Он поспешно ушел, сказав это.

Сун Цзяоюэ смеялся: «Не то, чтобы у него не было никаких чувств по этому поводу, он на самом деле не слышал, что произошло. Как странно.» Подумав, он покачал головой, собираясь помочь ему со старым монахом.

Лун Хэн не думал, что эта женщина получит травму так легко. Разве она не была красавицей, а красавицы разве не сильные? Он нахмурился, протягивая руку, чтобы открыть дверь в комнату, в которой она отдыхала.

В его мыслях она была его женщиной, и вопрос со вчерашнего дня действительно заработал ей место в его сердце. Поэтому он толкнул дверь, не слишком думая. Он не думал, что эта комната отличается от его комплекса. Она очень крошечная, и кровать было видно, как только открываешь дверь. Сяо Ши как раз применяла лекарство для своей хозяйки на кровати. Место, которое она вчера ударила и получила травму, — это область под ее шеей и чуть выше груди.

Это место было совершенно голубовато-черным, и когда Сяо Ши применяла лекарство, ей пришлось открыть одежду ее хозяйки и даже слегка надавить на грудь.

Заманчивый свет ее обнаженной красоты просочился в комнату, полностью заполонив все пространство. Добавляя это к исключительной красоте Бай Сянсю, ее фигура женского второстепенного персонажа, была действительно очень хороша. Несмотря на то, что она не была полностью раскрыта, этого было достаточно, чтобы заставить Лун Хэна полностью напрячься, вся кровь кипела, когда он поспешно повернулся и захлопнул дверь.

Её шея была белой, как нефрит, эти глубокие долины, с дрожащими снежными белыми пиками, которые почти ослепили его. У него не было такого чувства, даже когда шпионки отдавались голыми, пытаясь соблазнить его. Почему он так реагировал на нее, даже одетую?

Увидев его в таком состоянии, слуга поспешно повернул голову, когда они двое почти столкнулись. Он с любопытством спросил: «Что случилось с госпожой Сюй?»

«Ты что-нибудь видел?» Лун Хэн внезапно уставился на лицо слуги, сузив глаза.

«Этот слуга ничего не видел.» Слуга почувствовал, что, если он скажет, что он что-то увидел, хозяин его не пощадит. Лун Хэн тоже не знал, откуда этот гнев, поскольку он просто чувствовал, что, если бы ее видели другие при таких обстоятельствах, он определенно убил бы этого человека. Сяо Ши случайно чихнула в доме, чувствуя на спине холод.

По сравнению с ними, Бай Сянсю было гораздо менее сложно. Как современный человек, она часто носила более открытую одежду и более короткие юбки, поэтому не слишком много думала об этом.

Кроме того, она на самом деле тоже не заметила слишком много сейчас. Это джентльменское появление Лун Хэна, вызвало у нее чувство удовлетворения, но ей было очень интересно узнать о цели его визита, поэтому она надела свою одежду и указала Сяо Ши глазами.

Немного устроив кое-что в комнате, Сяо Ши открыла дверь, приседая в приветствии: «Приветствую Ваше Высочество, Госпожа Сюй приглашает вас.»

Лун Хэн вышел из себя. Его женщина на самом деле скрывала что-то ради кого-то другого. Проведя долгие годы в армии, у него было четкое различие между правильным и неправильным, а также врагом и союзником. Он ясно знал ценность совершения великих дел. Союзники никогда не лгали и не держали секретов друг от друга. Это было главным, почему он так плохо отреагировал.

Однако, увидев свою мать, он успокоился. Гарем отличался от поля битвы, и она не была его солдатом. Кроме того, для той, кто так верил в него, логически говоря, она не скрывала бы от него ничего, если только…

Когда он стоял в сомнениях, Сун Цзяоюэ бродил вместе с другими, смеясь вместе с ними: «Мы видели Старую мадам, и моя мать собирается уезжать завтра. Как насчет тебя?»

«Мы планируем сделать то же самое. Сегодня было очень много людей; Почему бы нам не вернуться завтра вместе?» — ответил Лун Хэн, но его брови не разворачивались.

Как мог Сун Цзяоюэ не понять, что что-то было в него на уме, поэтому осторожно спросил: «Твоя наложница сильно ранена?» Когда он говорил, люди рядом с ним разошлись. Даже люди Лун Хэна отступили, внезапно найдя другие вещи, которые нужно сделать или обсудить наедине.

«Она… в порядке!» Так как они были друзьями, Лун Хэн не раздумывал слишком долго, прежде чем сказать ему правду.

«Ох? Я никогда бы не подумал, что двоюродный брат мисс Лин такой неучтивый человек, чтоб не просто помочь своей кузине сбежать, но даже ранить Госпожу Сюй,» Он видел, что Лун Хэн стал суровым, прежде чем успел закончить разговор, его глаза переполнились целью убийства.

«Это был он? Как он навредил… этой женщине?» Не думая, что его друг знает, что случилось, он остановился и спросил.

Сун Цзяоюэ был ошеломлен, и ответил вопросом на вопрос: «Вчера вечером, ты не слышал?»

Лун Хэн был ошеломлен на мгновение, только теперь понимая, что он сам присутствовал, когда она вчера вечером получила травму.

Только из-за того, что он был так взволнован, обстоятельства не вошли в его уши. Его сердце запаниковало, он слегка кашлянул: «Я тогда торопился вернуться и ничего не слышал.»

Сун Цзяоюэ не знал, что случилось с его другом прошлой ночью, поэтому рассказал о событиях предыдущего дня. Связав все, что он только что услышал, и ее поведение, Лун Хэну не сложно было угадать, что эта женщина полностью скрыла свои собственные раны ради репутации мисс Лин. Если о ее побеге узнают, ее имя будет полностью разрушено. Бегство от брака и скрытие с другим мужчиной, были двумя совершенно разными понятиями!

«Она, она фактически скрыла факт того, что ее случайно ударил мужчина снаружи ради мисс Лин?» Довольно глупо, но также очень преданно.

Лун Хэн никогда не считал, что преданность может быть признаком, присущим женщинам. По какой-то причине он действительно чувствовал, что немного восхищается ею. Поскольку он неправильно понял ее, он должен найти способ компенсировать это. Лун Хэн позвал слугу, желая что-то сказать, но проглотил слова, когда обнаружил, что его друг все еще здесь. Вместо этого он сказал: «Пойди и посмотри, поправилась ли госпожа Сюй, она до сих пор не отдала свое уважение Старой мадам!» Вот черт, она же ранена. Но он не мог вернуть слова, которые только что сказал.

Как Сун Цзяоюэ мог не понять, о чем он думает? Глядя на жесткое выражение своего друга, он знал, что больше не должен оставаться здесь. Он поспешно сказал: «Мне нужно сопровождать свою мать, для чтения Священных Писаний. Я уже ухожу.»

После того, как его люди отошли, он не мог не рассмеяться. Его друг действительно был очень странным, явно обеспокоенный тем, что он сказал ей отдать свое уважение. Если бы она действительно пошла это делать, его сердце, вероятно, болело бы до смерти. Однако это было нормально. Тот, кто получил такую женщину, которая его так сильно увлекла, вероятно, тоже почувствовал бы боль за нее! Она была явно ранена, но решила скрыть это ради семьи принца и семьи Лин, даже если ее муж неправильно понял. Такая женщина была действительно достойна восхищения.

Как только Сун Цзяоюэ ушел, Лун Хэн немедленно повернулся, чтобы остановить слугу рядом с ним, но понял, что этот маленький человек уже бежал в комнату, где жила Бай. Я никогда не видел, чтобы он бегал так быстро, почему он так усердно работает сегодня? Он нахмурился, и использовав свою технику полета, остановил слугу, сильно потрясая этим маленьких монахов.

Они никогда не видели, чтобы кто-то бежал так быстро, и ветер его прохода фактически сдул все из их рук. Что делать? Предметы, что улетели, это еда, которую они приготовили для женщин, проживающих в этом дворе.

Слуга в испуге вскочил. Что он сделал, чтобы вызвать такой сильный гнев Принца?

«Не нужно идти,» Он облегченно вздохнул. Позволим ей отдохнуть. Однако, оглядываясь назад на монахов, которые убирали вещи на земле, он должен был спросить: «Что это такое?» Это выглядело, как какая-то каша и маленькие гарниры. Кто еще в этом дворе не ел? Можно было понять даже не спрашивая, что это была Бай.

«В ответ Вашему Высочеству, это завтрак для Госпожи внутри. Мы слышали, что она в срочном порядке нуждается в этом из-за того, что ей нужно принимать лекарства.» Зная, что гостей, останавливающихся здесь в течение этих двух дней нельзя злить, монах осторожно ответил. Это была ее еда, и ей нужно принять лекарство после еды, поэтому ее завтрак нельзя откладывать.

«Подготовьте еще одну порцию и отправьте ей,» отношение Лун Хэна к монахам можно считать вежливым, но его тон не содержал никакого смирения. Монахи не стали обижаться, ведь такие важные люди неизбежно обладали бы надменным самолюбием.

«Ваше Высочество, еда уже была разделена между дворами и мы больше не можем принести. Боюсь, что, при подготовке еды будет небольшая задержка.» Они ответили честно, но откуда-то почувствовали какой-то холод.

«Шуер, спустись с горы и быстро купи еды,» Шуер знал некоторые из методов полета, поэтому он должен вернуться очень быстро.

Шуер был тем слугой. Он уставился на него, чувствуя, что он втянут во что-то, но не совсем понял. Отряхнувшись от своих мыслей, он кивнул в ответ и постучал по земле, мчась вниз по горе.

Только спустившись с горы, он понял, что его хозяин не дал ему денег. У него тоже не было много, хватило только на несколько мясных булочек. Если он принесет такую еду, он будет изрублен на две половины своим хозяином… если бы он знал об этом раньше, он бы попросил больше денег у своей матери!

Пять больших мясных булочек должно хватить на двоих, правильно?

Когда он вернулся, его хозяин был в том же положении, будто ожидая его. Его хозяин ничего не спросил по прибытии: «Пойдем!» Он пошел вперед, оставив Шуера без выбора, кроме как следовать за ним.

Бай Сянсю действительно была голодна, но монах так и не принес пищу после долгого ожидания. Лекарство, которое принесла Сяо Ши, было уже немного холодным. Она нахмурилась: «Эта служанка пойдет посмотреть.»

Открыв дверь, она увидела Лун Хэна с поднятой рукой, чтобы постучать. Она не могла не взглянуть в шоке на мгновение, прежде чем поспешно опуститься на колени: «Ваше Высочество.»

Лун Хэн вспомнил неловкую сцену раньше и как раз собирался постучать. Но кто знал, что на этот раз его прервет паника слуги. Он не мог не нахмуриться: «Почему ты так спешишь?»

«Это вина служанки, пожалуйста, простите меня, Ваше Высочество,» Сяо Ши была в ужасе, поспешно кланяясь, пока говорила дрожащим голосом.

У Лун Хэна не было времени говорить с такой служанкой, как она. Он проигнорировал ее и вошел. Видя, что Бай Сянсю привстала с постели, он сказал: «Ты ранена, не нужно вставать. Шуер, отдай еду Госпоже.»

Услышав слово «Госпожа», Шуер понял, что его хозяин по-другому относился к этой госпоже Сюй, но то, что он купил, казалось, немного не подходило. Тем не менее он положил мясные булочки на край стола, раскрывая их…

«…» У Лун Хэна было чувство, что он хочет уничтожить этого слугу и скормить его собакам.

«…» Бай Сянсю почувствовала, что завтрак, принесенный Принцем, действительно уникален, и она понятия не имела, с чего начать. Как это можно съесть? Я отчаянно нуждаюсь в ваших мнениях, жду онлайн!

Что она должна делать?

Она почувствовала аромат мясных булочек и ее пустой желудок мгновенно заурчал. Но перед ней сидел мужчина. Если бы она использовала руки, не было бы это немного неуместно? Плюс, человеком напротив был принц, который перебирал всевозможные причины, чтобы убить ее в будущем. Если она не начнет сейчас есть, он, наверное, подумает, что она решила, что он положил в них яд. Потом…

Просто мысли о том, что следовало бы дальше достаточно, чтобы напугать ее до смерти. Если ей нужно выбрать между смертью сейчас или смертью в будущем, она в конечном счете выберет последнее. Возможно, она могла бы избежать смерти вообще.

Бай Сянсю стиснула зубы и потянулась за булочкой, принимая решающий укус. На самом деле, Лун Хэн собирался сказать Шуэру найти посуду. Честно говоря, Шуэр хотел принести ее даже без приказа. Но прежде, чем любой из них смог сделать что-нибудь, они заметили, госпожа Сюй смело взяла мясную булочку и начала ее есть.

Челюсть Шуэра почти упала. Что касается Сяо Ши, она упала на колени и не смела встать. Бай Сянсю искренне боялась, когда первый раз откусила. Но в тот момент она попробовала начинку. Мясо с древних времен полностью отличалось от того, как люди готовили его в наше время. Это никогда не происходило с ней в прошлом, но такой начинки она ещё не ела.

В наше время, мясные булочки были как-то сильно обработаны. Они были мягкие, водянистые и у них не было насыщенного вкуса мяса, а больше вкус как химических веществ. Кто знал, что они с ними делают? Но в древние времена, начиненные булочки были другими. Начинка была чисто свинина. К ней ничего не добавляли. Тесто было сделано из натуральной муки, и тоже не было никакого другого вкуса. Когда она укусила булочку, из нее доносился только небесный запах.

Синяки на груди пытали ее в течении всего дня. Она уже давно проголодалась. Плюс, она не съела много вчера вечером. Как может маленькая, растущая наложница сама справиться с этим? После того, как она съела одну булочку, быстро принялась за вторую, а затем третью…

Поскольку она уже съела одну или две, съест ли она еще несколько, не имеет значения! Твердо убедив себя в этом, она смело съела все пять мясных булочек.

Трое наблюдавших за ней стояли в страхе. Пять больших мясных булочек! Как ей удалось так много съесть? Хотя они были не такими большими, для дамы это было огромное количество. Хотя Лун Хэн специализировался на холоде, без эмоций в выражениях, он был довольно искусным в том, чтобы излагать причины в своем уме. Он подумал, что женщина с такими размерами, естественно, никогда так не ела. Должно быть, потому, что он принес булочки, она показала ему свое лицо и жестоко съела их все. Она должна быть переполнена!

Он посмотрел на ее изумленное выражение и захотел рассмеяться. Он сказал: «Пойдем.»

«Пойдем?» Пойдем куда? Но она не осмелилась спросить. Она вытерла руки и последовала за ним.

«Лекарство.» Лун Хэн нахмурился. Очевидно, ты должна принять лекарство после еды.

«Ох.» Бай Сянсю встала с большим чувством и выпила всю миску лекарства, словно сделав выстрел. Затем она использовала носовой платок, чтобы вытереть рот, когда послушно смотрела вниз. Это действие означало, что мы можем уйти.

Лун Хэн хотел взять ее на прогулку, чтобы переварить еду. Но когда они выходили, он заметил, что она идет очень медленно. Тогда он понял, что она все еще ранена. Поэтому он приказал Сяо Ши: «Поддерживай свою хозяйку. Удостоверься, что она не упадет.»

Сяо Ши бросилась к Бай Сянсю. Она не могла понять, почему принц не злиться. Разве он обычно не испытывал отвращения от грубого или ненадлежащего поведения? Кроме того, ее хозяйка была в порядке, но он хотел, чтобы она ее поддержала. Она знала, что ее хозяйка ранена, но это было не так серьезно, чтоб она была не в состоянии ходить. И куда именно принц повел их? Оказалось, что принц никуда их не повел. Он просто вывел их на прогулку по маленькому двору. Ни она, ни ее хозяйка не осмелились сказать ни слова. Они просто послушно следовали за ним. Через некоторое время Бай Сянсю поняла, что они идут гулять. Помогает ли он мне переварить еду? Но почему чувствуется, что мы щенки, а он хозяин?

В этот момент прошли люди. Смешанная группа, казалось, была группой образованных чиновников среднего класса.

Бай Сянсю быстро сообразила и не узнала никого. Поскольку она была просто наложницей, она определенно не могла выделяться и строить из себя большую шишку. Поэтому она продолжала смотреть вниз, играя роль щенка в совершенстве. Но когда она посмотрела вниз, она заметила, что за ними стоит улыбающаяся фигура. Это был второстепенный мужской персонаж.

Ай, как мне теперь его соблазнить? Ее мысли начали вращаться, и она небрежно споткнулась и упала.

«Ах…» Сяо Ши мгновенно стала настороже и попыталась подтянуть ее. Но поскольку грудь Бай Сянсю была ранена, этот буксир заставил ее вскрикнуть от боли. Сяо Ши так испугалась, что больше не смела помогать своей хозяйке и оставила Бай Сянсю на земле.

Сун Цзяоюэ изначально хотел поприветствовать своего друга и уйти. Но он не ожидал, что госпожа Сюй упадет, когда он приблизится сзади. Она была поистине красавицей. Даже когда она споткнулась, она споткнулась красиво. Мало того, что она прекрасна, то, как она держала свою грудь, напомнило ему об исторической красавице Сиши и ее легендарных сдвинутых бровях. Его сердце странно заболело. Эта женщина была слишком привлекательной!

Еще больше сердце болело у Лун Хэна. Он обернулся и сердито закричал на Сяо Ши: «Ты даже не можешь позаботиться о своей собственной хозяйке! Иди и прими наказание.»

Он всегда ненавидел неуклюжих людей, особенно когда он специально приказал ей быть осторожной и поддерживать хозяйку. Но она не справилась! Сяо Ши была в ужасе, когда опустилась на колени, всхлипывая: «Ваше Высочество, простите меня! Пожалуйста, простите меня!»

Бай Сянсю очень любила Сяо Ши. Она явно была ещё ребенком.

Она только что сделала небольшую ошибку; Они бы не избили ее до смерти, не так ли? Она была в ужасе, когда подумала об этом, и тоже опустилась на колени: «Пожалуйста, простите Сяо Ши, Ваше Высочество! Это я виновата. Я не шла нормально.» Бай Сянсю посмотрела в глаза Лун Хэна. Контакт с глазами был очень важен, когда просишь милостыню. Глаза у нее были водянистые и наполнены мольбой.

Лун Хэн нахмурился и заговорил: «Встань!» Была ли служанка достойна того, что она опустилась на колени? Она была слишком доброй.

Сун Цзяоюэ думал так же. Однако в глубине души каждому человеку нравилась невинность женщины, которая напоминала белый цветок лотоса. Они ничем не отличались.

«Спасибо, Ваше Высочество.» Бай Сянсю вздохнула с облегчением. Сяо Ши даже не посмела сказать спасибо, когда подняла Бай Сянсю.

Сун Цзяоюэ наконец подошел к ним: «Мать планирует полюбоваться цветами в заднем дворе. Вы хотите присоединиться, Ваше Высочество?»

Лун Хэн обычно не интересовался этим видом деятельности. Но, глядя на Бай Сянсю, которая сейчас похлопывала свое платье, он решил, что она талантливая девушка. Поэтому он, наконец, открыл рот и произнес: «Конечно.»

Сун Цзяоюэ прошел, но госпожа Сюй и ее слуга не двигались. Казалось, она колебалась, ее глаза постоянно бегали. В конце концов, она сказала: «Ваше Высочество, я не пойду. Моя личность не подходит для этого собрания.» Она была только наложницей. Если бы она пошла с группой официальных жен и дочерей, люди смотрели бы на нее сверху вниз. Она ненавидела, как они смотрят на людей. Не похоже, что они были намного сильнее или лучше других.

Сун Цзяоюэ был впечатлен. Он не думал, что кто-то такой смелый, как она, будет так умен. Наличие такой женщины в заднем дворе, безусловно, было благословением. Такая добродетельная жена означала меньше хлопот для мужа и семьи.

Лун Хэн заметил восхищенный взгляд Сун Цзяоюэ. Его раздраженное и расстроенное сердце смягчилось, снова успокоившись. Так значит, она делала это для него! Поэтому он сказал: «Пойдем.»

Очевидно, что Бай Сянсю хотела пойти, так как это означало, что она могла бы провести больше времени с второстепенным мужским персонажем! Хотя ей не нравились эти неприятные взгляды, она могла просто игнорировать их. Кроме того, это принц, сказал ей идти с ним. Она осмысленно посмотрела на Сяо Ши, и они обе послушно последовали за ними.

Изначально Сяо Ши хотела заставить ее догнать принца. Но кто была Бай Сянсю? Она прочитала книгу, ладно? Она знала, что Сун Цзяоюэ предпочитал сдержанных женщин, но не могла быть слабой в критические моменты.

Сун Цзяоюэ был странным человеком, предпочитающим женщин, которые были невиновными белыми цветами лотоса, но ненавидел, кто просто притворялся таковыми. Как она должна была изображать такое поведение? Она размышляла над этим противоречием, поскольку она следовала за группой, не высовываясь. Ее грудь больше не болела, возможно, согрелась от активности.

Она много не говорила по пути. Старая мадам семьи Сун, а также дамы и барышни не смотрели на нее сверху вниз, хотя и не проявляли никаких признаков желания дружеских отношений.

Только после этого она поняла, что наложница действительно не имеет никакой власти. Хотя это немного отличалось от того, что было написано в романе, с их случайным избиением или убийством, их фактические позиции не сильно отличались.

Бай Сянсю не возражала, так как она просто любовалась пейзажем, слушая, как дамы семьи Сун иногда читают стихи, поэмы или иногда даже поют песни.

Перед ними стоял Павильон Ноги Будды, построенный вокруг очень большого следа, что, по слухам, когда-то оставил Будда. Об этом она слышала раньше, когда сидела сбоку. Она подумала, что история довольно интересная, поэтому внимательно слушала ее.

Будучи мужчинами, Лун Хэн и Сун Цзяоюэ, естественно, не стали участвовать в их разговорах. На подходящей дистанции они шли и разговаривали друг с другом. Лун Хэн подсознательно повернулся, чтобы посмотреть на эту женщину. Увидев, как она вскинула голову в сторону, когда тихо слушала рассказ, она выглядела довольно симпатичной в его глазах.

«Трудно найти того, кто тих, и просто так устраивает твои вкусы. Неудивительно, что ты привел ее сюда,» Сун Цзяоюэ вытащил что-то, чтобы покормить рыбу в пруду. Они прыгали туда-сюда в соревновании, чтобы вырвать еду. Лун Хэн не говорил, но Сун Цзяоюэ продолжил: «Как ты думаешь справиться с вопросом мисс Лин? Поймать их на горячем невозможно, поскольку этот двоюродный брат уже вернулся.»

Они думали, что мисс Лин только убежала и не скрылась с другим мужчиной, ведь кузен просто помог ей в этом.

Она попросила о помощи своего двоюродного брата вместо родного. Это ясно показало, что отношения между ними были экстраординарными. Но, убежав сама и позволив кузену, помогавшему ей сбежать, вернуться, похоже, мисс Лин действительно не имела никаких других намерений по отношению к своему двоюродному брату.

«Он вернулся?» Его рука с треском раздавила изначально очень прочную деревянную статую, углы рта поднялись с легкой улыбкой. Навредил одной из его близких и посмел вернуться!

«Это принадлежит храму Лун Хуа, немного сдерживай себя. В противном случае это может стать ошибкой, если ты отпугнешь красавицу.» Редко, имея возможность подразнить своего друга, Сун Цзяоюэ не собирался легко упускать такой шанс.

Он не думал, что этот приговор на самом деле заставит Лун Хэна на мгновение задуматься. Лун Хэн снова повернулся, чтобы взглянуть на женщину, которая продолжала внимательно слушать рассказы. Ее храбрость не так уж велика, может быть, мне действительно нужно сдерживать себя?

Те женщины на поле битвы не оставили на нем хорошего впечатления, и женщины, с которыми он встречался с самого раннего детства, были чрезвычайными интригантками, их боевое мастерство не уступало ни одному мужчине. Только его мать одна занялась своей долей в подавлении наложниц с детства. Какое дело она не совершала? Поэтому, с тех пор, как он был молод, он видел женщин как существ с жалкими внешними проявлениями, но чрезвычайно ядовитыми сердцами, им совершенно ненужна защита мужчин. Они были, возможно, даже сильнее, чем мужчины.

Однако, Бай полностью изменила его мысли. Он мог видеть ее только как маленького белого кролика, постоянно скрывающегося сбоку. Ее храбрость была низкой до такой степени, что она была жалкой, а ее лицо невообразимо хрупким. Казалось, она была сделана из нефрита, и рассыпется в пыль и дым, если он будет немного небрежным.

«Враги встречаются по узкой тропинке.» Сун Цзяоюэ слегка улыбнулся, его подбородок указывал на группу людей, медленно приближающуюся с другого конца пути.

Сняв свое внимание с Бай Сянсю, Лун Хэн обнаружил, что эти люди на самом деле принадлежат к семье Лин. Он очень внимательно рассмотрел вопрос мисс Лин. Что касается того, почему мадам Лин не ушла, она тоже найти местонахождение ее дочери. Однако, она не смогла найти ее и поэтому пришла сюда, чтобы уйти от своих разочарований.

«Хммм?» Лун Хэн издал шум, а затем повернулся, чтобы посмотреть на рыбу, будто не заметив прихода своей будущей свекрови.

На самом деле, мадам Лин не думала, что здесь будет столько людей, и даже принц Ли. Но сейчас уже слишком поздно менять направление. Преднамеренно избегать их, только приведет к их подозрениям. Она абсолютно не могла допустить, чтобы Лун Хэн что-то обнаружил. В противном случае репутация ее дочери будет полностью разрушена.

«Значит, это Принц и сэр Сун,» Улыбаясь, она слегка повернулась к двум мужчинам, которые поприветствовали ее в ответ. К ее облегчению, похоже, они все еще были в неведении. Она повернулась, чтобы поприветствовать мадам Сун. Рот Бай Сянсю дернулся. Как к нормальным людям попала такая личность как Бай, и теперь способна только стареть рядом в одиночестве, хм? Однако это тоже было хорошо. Это место для нее не подходит, потому что она не только боялась боли, но и боялась смерти.

Когда она как можно больше сводила к минимуму свое присутствие собираясь выпить глоток чая, она слышала, как мадам Лин осторожно заговорила нейтральным тоном: «Разве это не наложница Бай из усадьбы Принца Ли? Вы тоже здесь, хм?»

Ах! Из-за неожиданного упоминания о ней, Бай Сянсю случайно выплюнула этот глоток горячего чая, закашлявшись, пока даже слезы не вышли из ее глаз. Она вытерла их платком, пытаясь подавить кашель, когда сделала половину реверанса: «Приветствую, мадам Лин.» Кашель взволновал рану на груди, поэтому она поспешно нажала на нее и села.

Тем не менее, мадам Лин восприняла эту манеру как предел невежливости, она ведь не только закашляла, когда та говорила с ней, но даже села, прежде чем она закончила говорить. Это явно означало пренебрежение к Мадам Лин.

Она не могла не прикрыть рот и рассмеяться: «Я слышала, что наложница Бай из семьи ученых. Естественно, что вы довольно робкая. Это была моя ошибка. Я не должна была так напугать вас,» Слушая, это казалось великодушным и задумчивым на поверхности, в то время как в действительности она тайком издевалась над ней за то, что она не смогла правильно вести себя в важной ситуации.

Бай Сянсю была ошеломлена. Она издевалась? Она неосознанно повернулась, чтобы взглянуть на второстепенного мужчину, а вместо этого обнаружила, что они оба смотрят на них. Она отвернулась, усмехнувшись: «Ничего особенного, мадам Лин слишком много думает.» Затем она попыталась уйти в сторону. На самом деле, ее характер был не очень хорошим, но она не хотела забывать действовать как белый цветок лотоса перед второстепенным мужским персонажем.

Однако мадам Лин, похоже, не хотела отпускать ее, начав хвалить свою дочь перед мадам Сун, вздыхая, когда разговаривала с ней: «Да, эта девушка слишком мягкая. Я боюсь, что она будет издеваться над моей дочерью после того, как она выйдет замуж.»

Бай Сянсю потеряла дар речи. Она никогда не думала о том, чтобы запугивать ее дочь! Если она не будет издеваться над Бай Сянсю, это уже будет отличной ситуацией!

Как Мадам Сун могла не понять, что подразумевает Мадам Лин? Она нахмурилась. Почему г-жа Лин сегодня так себя ведет, фактически срываясь на простой наложнице? Ее сын и принц Ли были друзьями, и она не хотела, чтобы отношения ее семьи с Принцем Ли ухудшались. Хотя эта женщина была всего лишь наложницей, если принц Ли ее не любил, зачем он ее вытащил? Не желая следовать намерениям Мадам Лин, но также не желая оскорбить ее, она рассмеялась: «Доброта — это сила.»

Видя, что ее не поддерживают, мадам Лин продолжала настаивать: «Эх, жаль, что мужчинам нравятся некоторые соблазнительные женщины.» Она немного помолчала: «Просто как бы они не были соблазнительны, они никогда не станут официальными женами, вы не согласны, мадам Сун?»

Углы глаз Мадам Сун невольно подергивались. Должна ли ты быть такой? Хотя принц Ли, возможно, не слышит, так как стоит далеко, почему ты так сильно давишь на других. Разве ты не боишься, что он может испугаться жениться на твоей дочери?

Бай Сянсю продолжала притворяться, что временно исчезла. В конце концов, ее имя не упоминали. Но, мадам Лин все еще смотрела в ее сторону. Независимо от того случайно ли, это заставило всех этих мадам и молодых леди, которые ненавидели противных, соблазнительных наложниц, с любопытством начать на нее смотреть.

Она чувствовала себя очень задушенной, сосредоточившись на этом. Если бы она просто откинулась назад и продолжала игнорировать их, разве люди не подумали бы, что она идиотка? В то время как она действительно хотела остаться вне поля зрения, она почувствовала, как в ней поднялась жара.

Она начала рассматривать способы борьбы с мадам Лин. Она сразу же отбросила идею о столкновении голов. Мало того, что она сделает посмешищем усадьбу Принца Ли, это также заставит второстепенного мужчину ненавидеть ее. Если это произойдет, ее единственный путь спасения исчезнет, как дым на ветру. Не говоря уже о том, что если она снова вызовет гнев главного героя, ее могут избить до смерти по возвращении в поместье Принца Ли. Но что ей делать?

Она подумала о главной героине и о том, что ее самая сильная техника от издевательств, казалось, была слезами. Ну, она была временно в тупике, поэтому могла бы попробовать этот метод. Но начать плакать было определенно неправильным, и это привело бы к тому, что ее отругали. Итак, она повернула голову в сторону, чтобы ее лицо не было видно и попыталась выпустить несколько слез, прежде чем она наложила на уголки глаз свой носовой платок.

За спиной стояли второстепенный мужской персонаж и главный герой. Даже если они не могли ее услышать, они, несомненно, видели ее. Она также не хотела, чтобы они пришли к ней на помощь, она просто хотела немного жалости. Мужчины и женщины были одинаковы, легко рождали любовь от жалости. Второстепенный мужской персонаж, вы обязательно должны меня заметить!

Красавицы были красавицами. Даже их спины были достаточно хороши, чтобы очаровывать сердца людей. Увидев, что плечи двигаются и двигаются, этого было достаточно, чтобы вызвать сильную душевную боль!

Это были не только мужчины, но и женщины. Они не думали, что другая сторона на самом деле не убежит от гнева или начнет плакать, а просто отвернется. Совершенно естественное движение, но даже мадам Сун нахмурилась, чувствуя, что мадам Лин переборщила. В конце концов, наложница была просто маленькой девочкой, почему Мадам Лин так к ней относилась? Она действительно обладает узким сердцем и думает, что она родом из большой семьи!

«Мадам Лин, пожалуйста, простите меня, у нас есть дела, и мы не можем долго оставаться,» — она махнула рукой, мадам и молоденькой даме семьи Сун, которая была рядом с ней. Увидев, что они собираются уходить, Бай Сянсю перестала притворяться, что плачет, поспешно протирая глаза, чтобы они выглядели очень красными, на самом деле вытирая несколько слез, так как она сделала это очень резко. Она поспешно встала, ее поддерживала Сяо Ши. У горничной тоже, вероятно, было представление о ее страданиях, поскольку у нее тоже были слезы, стекающие по лицу. Тем не менее, она поддерживала свою хозяйку, будто это ее долг!

Бай Сянсю знала, что ее трюк сработал, потому что она ясно видела симпатию в глазах разных дам и барышень. Красавицам действительно удавалось добиться успеха в том, что они делали. Как только она почувствовала себя счастливой, она услышала, как кто-то сказал позади нее: «Подойди, иди сюда.»

Этот голос, Принц Ли?

Бай Сянсю оглянулась с недовольным лицом. Она сразу почувствовала, что она относится к этому слишком небрежно, фактически забывая скрыть свое выражение. Отчаянно успокаивая свой разум, она переделала свое выражение и быстро подошла.

Однако то, как это видел главный герой, было совершенно другим. С его точки зрения, человек перед ним был очень жалким, ее глаза были красными, а выражение обиженным. Она явно подвергалась издевательствам, но сразу скрыла свои истинные чувства, потому что боялась, что он будет волноваться. Это действительно заставило его сердце болезненно сжаться.

Да, он почувствовал сильную боль.

Оглянувшись на мадам Лин, он потянулся к руке наложницы и повел ее к переднему двору. Сун Цзяоюэ тоже чувствовал, что эта женщина была достойна душевной боли. Она действительно была слишком слабой, но также знала, как думать за других, пока они слабы. Неудивительно, что его друг очень любил ее.

Он чувствовал себя счастливым за него, не прерывая их, когда проследовал за своей матерью и ушел. По дороге, мадам Сун сказала: «Эта мадам Лин действительно слишком много себе позволила. Вы это слышали?»

«Каждое слово.» Сун Цзяоюэ улыбнулся.

«Если бы вы смогли услышать это издалека, то принц Ли…» Мадам Сун нахмурилась. У нее появилось ощущение, что этот брак между семьей Лин и поместьем Принца Ли ещё увидит несколько штормов.

Сун Цзяоюэ кивнул, и огляделся, чтобы проверить или нет никого по близости, и сказал низким тоном: «Даже без мадам Лин, с мисс Лин уже трудно справиться. Она сбежала от брака.»

«Что?!»

Мадам Сун издала испуганный крик, но тут же успокоилась и сказала: «Ха, действительно, поведение дочери отражает темперамент ее матери. Я думала предложить им брак от твоего имени в начале, но семья Лун получила это в конце концов. Теперь, когда я думаю об этом, правда, это случайное везение.» Сун Цзяоюэ не произнес ни звука. Хотя он действительно уклонился от этой скорби, его другу не так повезло.

Что касается мадам Лин, она сильно разозлилась, так как ее дочь убежала из-за того, что не согласилась с этим браком. Она чувствовала, что во всем виноват принц Ли, взяв с собой простую наложницу, у которой не было даже подобия на манеры, и поэтому ее дочь не могла выйти из ярости. Она изначально хотела проучить ее, но кто бы мог подумать, что принц Ли фактически заберет эту женщину прямо перед ее глазами, даже ведя ее за руку. Последний гвоздь в гробу состоял в том, что, когда он ушел, его взгляд был очень холодным, заставляя ее невольно задрожать.

Неудивительно, что ее дочь нашла этого человека страшным, он действительно страшен. Однако, оскорбив их семью Лин простой наложницей, возможно, было хорошо, что ее дочь сбежала. Ей хотелось посмотреть, как усадьба принца Ли уберет этот беспорядок. Она больше не беспокоилась о том, что другие узнают о побеге ее дочери. Она просто скажет, что принц Ли пристрастился к наложнице, проигнорировав свою жену, и все будет разрешено.

Самой противоречивой сейчас была Бай Сянсю, внезапно взявшись за руки с главным героем. Будучи схваченной такими мощными и опасными руками, она почувствовала, что ее нынешняя ситуация очень страшная, очень неудобная. Ей хотелось плакать, но что ей делать?

Она только надеялась получить немного жалости. Почему возникла такая ситуация?

Может он очень зол на нее за то, что она оскорбила мать главной героини и утащил ее, чтобы убить? Этого не должно быть, правильно? Это храм, и казалось, что они еще даже не влюбились!

«Оу, оу… больно…» Другая сторона шла слишком быстро, и она не могла догнать его. Мало того, ее рука болела от захвата, и грудь тоже начала болеть. Она закричала, когда больше не смогла терпеть. Изначально она думала, что другая сторона просто проигнорирует ее, но он замедлил шаги.

Не ожидая внезапного снижения скорости, она врезалась прямо ему в спину, потому что пыталась не отставать от него. Это была сцена прямо из фильма, но она не смела следить за гордостью: «Почему вы вдруг остановились?» Она взялась за нос, выпуская нежный стон.

Лун Хэн не думал, что она будет ходить так медленно, и его ум уже давно был потрясен ощущением такой мягкой, гладкой маленькой руки. Из-за этого он бессознательно шел немного быстрее, не подумав, что он причиняет ей боль. Когда он услышал ее крик протеста, он отчаянно замедлил ход, в результате чего ее мягкое тело врезалось в его спину, и все его тело застыло.

С ним все было нормально, не нормальным был только нос Бай Сянсю. У нее тело хрупкой, слабой девушки, как такое могло вызвать внезапное столкновение? Из ее носа вытекало что-то горячее. Удивительно, красная полоска появилась на задней стороне этой прозрачной белой руки, когда она протянула руку, чтобы вытереть нос. Что, я такая жалкая, что получила носовое кровотечение просто от столкновения с кем-то?

Лун Хэн не думал, что ее тело действительно было таким хрупким, чтобы увидеть кровь от небольшого столкновения. Он был ошеломлен на мгновение, не зная, что делать дальше с этим «бумажной» девушкой.

Бай Сянсю почувствовала, что хочет кричать от смущения. Как она могла получить кровотечение из носа перед мужчиной!? Она сразу же достала свой платок, чтобы закрыть нос, а затем отвернулась, чтобы никто не видел крови.

Но главный герой, похоже, является ее врагом от природы. Холодный голос разрушил тишину: «Мы сначала вернемся и найдем врача.» Когда он говорил, Бай Сянсю почувствовала, как все ее тело стало невесомым, когда она зевала. Ее забрал на руки, как принцессу, главный герой, который убьет ее в будущем! Как она должна реагировать?! Она ждет в Интернете срочные ответы! Срочно! Крайняя необходимость! Как выяснилось, у нее не было достаточно времени, чтобы сформировать реакцию, прежде чем ее осторожно положили на кровать, и вскоре ее уже приветствовал прибывший врач.

Простое кровотечение из носа отправило около половины храма в тревогу, потому что Лун Хэн нес ее в поисках маленького монаха, когда большинство монахов отдыхали в полуденном зале. Бай Сянсю почувствовала глубокое чувство желания отказаться от себя. Носовое кровотечение явно прекратилось, но она все еще использовала носовой платок, чтобы закрывать лицо, боясь взглянуть на доктора. Изначально было бы прекрасно, если бы она умылась, но главный герой продолжал смотреть на нее. Он не отпустил ее с кровати!

В результате доктор увидел лицо Бай Сянсю, когда оно было покрыто кровью. Он осмотрел ее, прежде чем сделать вывод, что проблема разрешилась. Все, что ей нужно было сделать, это умыться и не сталкиваться с такими жесткими объектами в будущем.

Бай Сянсю взглянула на «жесткий объект», который стоял к ней спиной, выглядывая в окно. Она кивнула и сказала: «Я понимаю, большое спасибо.» Между тем, забытый «жесткий объект» размышлял о том, что он не ожидал, что она будет так вежлива с обычным доктором. Ее личность не была наполовину плоха. Просто она была слишком слабой.

Сяо Ши, наконец вернулась, чувствуя себя очень расстроенной из-за забрызганного кровью лица Бай Сянсю. Она поспешно принесла немного воды, чтобы очистить лицо своей хозяйки, ее движения были легкие и нежные, из-за страха ранить ее снова. Но после мытья она заметила, что кожа на кончике носа ее хозяйки по-прежнему красная.

«Мадам Сюй, у вас здесь немного красный нос. Я пойду за лекарством.»

«Нет необходимости, это всего лишь незначительная травма.» Она возразила. В конце концов, этот дьявольский человек все еще был здесь, и она понятия не имела, что он планирует.

«Используй это лекарство для своей хозяйки,» Лун Хэн поставил на стол бутылочку и счел неловким долго задерживаться в женских комнатах, поэтому повернулся и вышел.

Сяо Ши поспешно взяла бутылку с лекарством в руки, прежде чем открыть ее и понюхать. «Мадам Сюй, пахнет очень приятно. Как насчет того, чтобы немного намазать. Это тоже показатель благожелательных чувств принца к вам.»

Будет ли он обижаться, если она не примет эту доброту? Когда ее мысли побежали туда, она быстро кивнула головой, поэтому Сяо Ши помогла ей применить лекарство. После этого они обе вздрогнули. Это лекарство было фактически прозрачным, но покраснело после применения. Мало того, что оно было красным, его также было трудно смыть. Было очень больно, когда они пытались использовать силу и вычистили его. Еще раз, Бай Сянсю пришла к выводу, что главный герой, безусловно, был ее пожизненным проклятием. Как она могла столкнуться с таким человеком?

К счастью, ей удалось спрятаться, используя предлог для лечения ее травмы, пока не пришло время вернуться в столицу. Всякий раз, когда ей нужно было выходить на улицу, она носила головной убор, чтобы никто другой не мог видеть ее.

Она чувствовала себя подавленной, погрузившись в карету для поездки домой. Поскольку с экипажем кузины случилась проблема, им пришлось ехать в одной карете. Как только Бай Сянсю забралась внутрь и сняла головной убор, эта кузина разразился грубым смехом. Смех подстрекал всех людей за ее пределами. Бай Сянсю сжала нос, ничего не объясняя, ее лицо было красным, когда она смотрела в сторону.

«Что вы сделали с носом?» Хотя Юй Сяошу ненавидела эту чересчур красивую девушку, она не обращала на нее внимания, считая, что она хорошо себя ведет и легко запугивается. Она поддерживала превосходную атмосферу перед этой девушкой, даже когда говорила.

Сяо Ши очень не любила эту кузину со стороны матери. Она временно жила в доме, но не уважала ее хозяйку вообще, потому что старая мадам пристрастилась к ней. Несмотря на то, что все в мире преданные, старая мадам не позволила ей стать ее невесткой.

Она может не знать всей картины, но она чувствовала, что статус кузины не может сравниться с ее хозяйкой. Дело не в том, что ее личность была гораздо благородней.

«Сначала была маленькая ранка и она превратилась в это после того, как я использовала какое-то лекарство,» — сказала Бай Сянсю.

Напротив нее, выражение кузины Юй Сяошу сразу же стало противным. Она сердито сказала: «Вы… вы намазали красную жемчужину на лицо? Что такого драгоценного, что старший кузен отдал ее вам! Разве что, вы украли ее?»

Украла?

Она была немного удивлена, узнав, что это лекарство такое дорогое. Но разве это было не слишком, чтобы обвинять ее в воровстве таким громким голосом? Она нахмурила брови и ответила: «Леди кузина шутит. Как эта наложница осмелится взять вещи принца?»

«Я знаю, что вы не посмеете взять вещи брата. Подождите, это неправильно! Если вы не украли его, то мой кузен дал его вам? Разве вы не знаете, что оно было даровано императором? Одна бутылка стоит тысячи таэлей!»

Юй Сяошу была в ярости. Ее старший кузен дал этой женщине нечто столь ценное! Неужели его поразила ловушка красавицы?

Неожиданно женщина, которая услышала эти слова, была еще более озабочена, чем она сама. Бай Сянсю сразу обратилась к Сяо Ши: «Скорее, верни этот предмет принцу. Мы не можем использовать что-то столь драгоценное!»

Это было всего лишь покраснение, поэтому использовать что-то, что стоит тысячи таэлей для лечения, было немного расточительным. Более того, это дал ей главный герой, поэтому в будущем ее могут обвинить в преступлении. Лучше не путаться и не создавать себе проблем!

Сяо Ши тоже была ошеломлена, но не посмела задержаться перед ее беспокойной хозяйкой. Она взяла бутылку с лекарством и спрыгнула с экипажа, обнаружив, что Лун Хэн пересел на лошадь. Она окунулась в реверанс, прежде чем сказать: «Ваше, Ваше Высочество, Госпожа сказала этой служанке вернуть вам лекарство. Она использовала его с отличными эффектами.»

Лун Хэн слышал слова из кареты, так как же он мог не знать мысли своей кузины? Но кто знал, что этот предмет, так напугает женщину, чтобы она немедленно вернула его ему! Она действительно была слишком труслива.

«Продолжайте использовать его, если оно помогает.» Он ничего больше не ответил, но пошел к карете старой мадам и сказал несколько слов. Впоследствии старая служанка пригласила Ю Сяошу в экипаж старой мадам.

Сяо Ши, похоже, что-то поняла. Значит, принц защищает ее хозяйку! В противном случае он бы этого не сделал. Но Бай Сянсю не решилась снова коснуться бутылки с лекарством. Она только сказала: «Когда мы вернемся, мы поместим его в шкаф без других вещей. Мы должны убедиться, что оно не упадет.» Она явно подразумевала, что они действительно не могут позволить себе такую потерю. Поскольку они не могли вернуть его, они могли только заботиться о нем.

Тем не менее, за пределами кареты, Лун Хэн почувствовал, как его обмывает тепло, когда услышал эти слова. Он никогда бы не догадался, что эта маленькая девочка почитает его до такой степени. Она даже хотела так хорошо заботиться о своем простом подарке, насколько разумна и хорошо себя ведет!

В результате он провел весь путь в хорошем настроении, и ехал за каретой Бай Сянсю, как эмиссар, защищающий женский цвет. Старушка-служанка улыбнулась, увидев это из кареты старой мадам, «Мадам Сюй, похоже, молодец. Как я вижу, принца влечет к ней понемногу.»

«Прекрасно просто играть с наложницей. Но, похоже, он не воспринимает это всерьез. Маленькая мисс семьи Лин действительно бесчувственна.» Старая мадам уже получила плохую новость. Невероятно, что эта девушка убежала от брака.

Тайно были отправлены люди, чтобы найти ее, так как новость заставила бы ее сына потерять лицо, если бы его разоблачили. Однако, какая стена в мире не имела трещин? Эта новость может распространиться по всему городу к моменту их возвращения. Она также немного сожалела о своем решении. Она всегда считала, что это красивая девушка, красивая и талантливая, но девушка уже подшутила над ними, даже прежде, чем выйти замуж. Если бы она знала раньше, она бы нашла девочку из маленькой семьи, чтобы женить ее сына, тем самым предотвращая ущерб его репутации.

Было не так много поводов в поездке, и не так много возможностей для взаимодействия с Сун Цзяоюэ. Он несколько раз подъезжал к Лун Хэну, но они только обменивались несколькими словами, каждый раз уезжая. Ай, путь к соблазнению второстепенного мужского персонажа действительно все дальше и дальше. Она почувствовала себя немного подавленной и прислонила голову к окну кареты, когда она наехала на камень.

«Аах…» Почему колеса кареты из дерева? Она действительно скучала по современным автобусам.

«Что случилось?» Спросил низкий голос.

«Ничего, я просто случайно ударилась.» Как он смог услышать такой тихий шум? Это действительно было нечто.

«…» Она так легко травмируется, что дать ей «Красную жемчужину» было совершенно правильным выбором. Лун Хэн ехал на своей лошади, но его мысли были о том, что произойдет после того, как они вернутся домой. Он был настроен взять эту женщину, и мысль о мисс Лин заставила его холодно рассмеяться. Женщина, которая вступала в сговор с посторонним мужчиной, чтобы убежать, была не той, кем он интересовался, тем более, что тот самый мужчина навредил его женщине.

Говоря об этом, Цзи Чжаншу, кажется, возвращался с семьей Лин. Вероятно, они были прямо впереди! Те, кто осмелился тронуть его людей, должны были заплатить цену. Он произнес несколько слов к человеку рядом с ним, который сразу куда-то отправился. Тем временем он вернулся к старой мадам и сказал: «Мама, там очень красивый пруд. Мы можем немного там отдохнуть. Ваш сын может поймать вам какую-то дичь; Это будет лучше, чем дорожные пайки.»

«Зачем эти проблемы? Хотя дикие животные в горах, безусловно, ароматные, тебе не нужно рисковать своей безопасностью.» Старая мадам, естественно, беспокоилась о сыне.

«Твоего сына не было много лет и он никогда не сопровождал мать на прогулке. Это редкий шанс.» Лун Хэн очень хорошо читал настроения своей матери, поэтому его слова ударили прямо в ее сердце. Старая мадам была тронута, как она могла отказаться от добрых намерений своего сына, поэтому кивнула в знак согласия. Кто знал, что сначала они там найдут кого-то еще, и никого иного, как семью Сун? Сун Цзяоюэ очень любил эти прозрачные, чистые воды пруда и также рекомендовал их Лун Хэну.

По прибытии, эти две семьи соединились и смешались. Поскольку они были снаружи, было мало формальностей.

Как сторонник правил, Бай Сянсю не осталась на стороне старой мадам. Они нашли ровный участок земли, чтобы установить их складные стулья и устроили деревянный стол, хорошее место для питья чая. Из пруда вытащили воду и отварили, чтобы сделать сладкий, ароматный чай.

Мадам Сун взглянула на Бай Сянсю и шляпу с вуалью, а затем сказала: «Эта мадам не нуждается в чрезмерной осторожности, здесь нет посторонних. Вы можете снять шляпу.»

«Все в порядке. Эта наложница заранее получила незначительную травму. После применения медицины есть некоторые части, которые довольно неприглядные,» — она слегка улыбнулась после того, как заговорила. Хотя вуаль могла скрыть ее яркий красный нос, но никак не её улыбку и прекрасные черты.

Мадам Сун очень восхищалась ею. По ее опыту, на задних дворах были девушки, которые могли бы дать ей душевное спокойствие. Раньше она видела других троих наложниц в усадьбе принца, но они оставляли гораздо менее благоприятные впечатления, чем та, что была у нее на глазах. Когда женщины нашли свои места, с мужской стороны вспыхнул смех. В группе Сун Цзяоюэ был младший брат, рожденный от наложницы, который поклонялся герою Лун Хэну. Он настаивал на том, чтобы следовать за ним, когда услышал, что Лун Хэн уезжает на охоту.

Сун Цзяоюэ дразнил его: «Это уже достаточно хорошо, если ты сможешь не отставать на коне. Будь осторожен, чтобы не получить травму и не напугать мать, когда вернешься.»

Молодой брат смущенно улыбнулся и сказал: «Я просто посмотрю издалека. Ваше Высочество, вы не должны списывать меня со счетов. Собственно, этот маленький брат практиковал стрельбу из лука несколько лет. Я часто слышал, что вы можете разделить лист ивы стрелой на расстоянии 100 шагов и одновременно стрелять тремя стрелами равномерно. Я всегда хотел, чтобы мой старший брат устроил просмотр, чтобы расширить мое видение, но никогда не было шанса. Эта возможность, наконец, представилась мне сегодня, поэтому, даже если я упаду на смерть, я упаду счастливым человеком.»

Мадам Сун была довольно терпимой и щедрой для своих членов семьи. Более того, этот младший брат рос возле нее с тех пор, как его мать скончалась. Она улыбнулась его словам и сказала: «Как я воспитывала сына с личностью короля демонов?»

Старая мадам улыбнулась и сказала: «Хэн’ер, возьми младшего брата и ступай. Будь осторожен, чтобы не навредить ему.»

«Да.» Лун Хэн поднялся на лошадь. Поскольку он любил своего боевого коня и не хотел утомлять его мелочами, он выбрал одного из дома на этот раз. Всадник на вершине его лошади сидел прямо под солнечным светом, поистине напоминающий лихого и безудержного героя, который вдохновлял на благоговение и поклонение.

Сун Цзяоюэ был одет в белый цвет во время езды на белом коне и выглядел как принц из легенд, чрезвычайно ослепительно для глаз. Они двое поскакали в лес, когда Бай Сянсю тяжело вздохнула. Главная героиня, вы действительно живете, не зная удачи. Эти двое мужчин настолько прекрасны, и вы все же сбежали, вы ненормальная?

Когда она прочла роман, она не знала, что главная героиня воспользовалась помощью ее кузена, чтобы убежать. Если бы она это сделала, она определенно не поддержала бы ее. Хотя двоюродный брат не сбежал с ней, новость все равно погубила бы ее имя, если бы она распространилась. Нужно забыть об этом, все будет хорошо, пока она не скажет. Она уже сделала все возможное, чтобы помочь ей.

«Это позор. Принц лично отправился на охоту, но сегодня ваш день воздержания от мяса.» Сяо Ши принесла немного воды для Бай Сянсю, чтобы помыть руки. Поскольку она должна была сделать шоу и лично приготовить несколько небольших блюд.

Для нее это было непросто. Когда она училась в колледже, она тайно возвращала свои порции, чтобы готовить в общежитиях, потому что еда в столовой была ужасной. В то время все друзья любили ее до смерти. Ее овощные блюда были известны во всех общежитиях колледжа.

«Ничего, я просто не буду их есть,» — сказала Бай Сянсю. Сегодня присутствовали мадам Сун и Сун Цзяоюэ, поэтому она должна показать свои навыки. Но они не принесли много ингредиентов, поэтому она взяла небольшую корзину и отправила Сяо Ши выбрать несколько съедобных диких трав. Как человек, который часто работал с такими растениями, она точно знала, что можно было безопасно съесть.

Когда они вернулись со своей добычей, другие уже установили котелок. Бай Сянсю своими руками старалась подбирать, выщипывать и готовить овощи, очень тщательно и подробно. Однако было слишком много неприятностей, когда ее лицо было покрыто, поэтому она временно отложила шляпу.

Сделать огромный котелок с овощами было непростой задачей. К счастью, ей нужно было подготовить его для разных Господ и Хозяек. Даже с объединением семей их численность не превышала 10 человек, поэтому было очень легко. Используя имеющиеся ингредиенты, она приготовила два горячих и два холодных овощных блюда, а также, в одном использовала полевые цветы в качестве гарнира. Они были не только съедобными, но и довольно аккуратными.

Когда Лун Хэн и Сун Цзяоюэ вернулись со своими зайцами и дикими фазанами, они увидели видение волшебной красоты, одетую в длинный фартук, используя один рукав, чтобы вытереть ее пот, а другая рука готовила еду. На ее лице даже была счастливая улыбка, а выражение светило нежным теплом.

Такая сцена загипнотизировала 9 из 10 наблюдающих мужчин, и трое из них были ослеплены. Но когда она подняла глаза, этот ярко-красный нос настолько бросался в глаза, что младший брат семьи Сун не мог сдержать хохота. Когда он засмеялся, за ним последовал Сун Цзяоюэ.

Девушка, которая подняла голову, чтобы увидеть, как они смеются, была явно немного смущена. Она не понимала, почему они вообще смеются, но выражение ее лица только заставляло их сердца дрожать. Используя древние термины, она была настолько милой, что казалась глупой.

Лун Хэн тоже был человеком. Углы его губ не могли не подняться вверх, прежде чем он бросил капающий, кровавый объект и сказал: «Позаботься об этом.» Когда он спешился со своей лошади, женщина наконец поняла, почему они смеются. С красным лицом она поспешила к крючку, чтобы надеть шляпу, ее взволнованная фигура заставила губы Лун Хэна изогнуться еще больше.

Он всегда был привлекательным мужчиной, но многие не замечали этого факта, так как его выражение всегда было таким деревянным. Но эта улыбка была похожа на замерзшую гору, таящую, чтобы раскрыть чудеса весны. Все женщины семей Лин и Сун глазели на него.

Старая мадам тоже была ошеломлена. Она не могла вспомнить, сколько лет прошло с тех пор, как она видела улыбку сына. Старушка-служанка рядом с ней была, естественно, счастлива за нее, но они обе были достаточно рассчитаны, чтобы контролировать свои выражения. С другой стороны, мадам Сун потеряла спокойствие. Обычно она была очень устойчивым и спокойным человеком, но с удовольствием принимала хорошее питание. В современных условиях она была обычным гурманом. Почувствовав запах этого специального аромата издалека, она не смогла даже усидеть, ее живот грохотал.

Сун Цзяоюэ понял свою мать и узнал из ее ерзания, что она голодна. Он слегка улыбнулся, и слуги приготовили все как можно быстрее. Он предположил, что мадам Сюй, которая была занята готовкой, также получила мясо, но она опустила голову и сказала: «Мне жаль, но эта наложница не знает, как готовить мясные блюда.»

Все слуги были удивлены. Она приготовила такие хорошие овощные блюда, но не умела готовить мясо? Судя по ее изысканным взглядам, она, похоже, не из нищей семьи. К счастью, пара слуг знала, как его готовить, поэтому не нужно было много времени, чтобы подготовить два мясных блюда. Люди были, естественно, менее конкретны в деталях снаружи, поэтому в общей сложности восемь блюд и один суп вскоре были сделаны и помещены на стол.

Всего было три стола. Как только посуда ударилась о поверхность, мадам Сун срау взяла кусок из цветочной пластины по вкусу. Затем она закрыла глаза в блаженстве.

«Вкус и аромат цветов деликатно смешиваются с овощами, эту вкуснятину нес чем сравнивать. Мадам Лун, тебе, конечно, повезло. Ты должна позволить мадам Сюй остаться со мной в течении нескольких дней и научить слуг на кухне, как готовить вегетарианские блюда.» Она серьезно относилась к своему предложению, хотя знала, что старая мадам, вероятно, не согласилась бы так легко.

Эти старые сестры могли спокойно и неуклонно справляться с вещами, но они очень защищали их пищу. Если у одной из них было что-то хорошее, они редко делились этим с другой. Они были очень стойкими. Как и ожидалось, старая мадам улыбнулась и сказала: «Это всего лишь пустяковое умение. Как это можно показать публично? Если ты захочешь его съесть, я попрошу ее приготовить и отправить вам, чтобы проявить уважение к старшим.»

«Прекрасно, хотя это будет неудобно для мадам Сюй,» мадам Сун была довольно откровенной, совсем не считая себя аутсайдером. Губы Сун Цзяоюэ дрогнули, когда он слушал сбоку. Когда дело доходило до еды, его мать была очень толстокожей.

С другой стороны, Бай Сянсю была очень рада. С одной стороны, у нее теперь есть предлог, чтобы вступить в контакт с второстепенным мужчиной. С другой, кто-то наслаждался ее готовкой. Она не могла не сказать поспешно: «Все в порядке. На самом деле, этой наложнице не нужно ничего делать. Если есть какие-нибудь вегетарианские блюда, которые мадам Сун захочет попробовать, просто попросите кого-нибудь рассказать этой наложнице. Если я буду знать, как его сделать, я обязательно приготовлю и отправлю Вам.»

Эти слова были сказаны так хорошо. Углы губ Мадам Сун изогнулись так сильно, что собирались высунуть глаза. Старая мадам и мадам Сун были давними друзьями, так как бы она не поняла мысли Мадам Сун?

Увидев ее улыбку, она напоминала ей об их юности, поэтому она не могла не погладить свою подругу. «Ты старушка, ты становишься все менее и менее респектабельной в своем возрасте.»

«Разве ты не такая же? Ты даже не сказала мне, когда приобрела такую хорошую невестку. Так много для того, чтобы быть вежливой,» Мадам Сун не стала спорить со своей старой сестрой, но обратила свое внимание на еду, поместив некоторые вегетарианские блюда на тарелку. Когда она ела, она почти проглотила свой собственный язык.

Сун Цзяоюэ не мог больше смотреть на свою мать и смущенно улыбнулся Лун Хэну, сидящему напротив него. За столом их было не так много, только трое мужчин. Но было вино, так что они ели медленно. Логически говоря, все они должны были есть мясо после того, как поймали какую-нибудь дичь, но решили сначала попробовать овощное блюдо.

Сун Цзяоюэ был довольно замкнутым, поэтому, попробовав, только кивнул головой. Вкус был неплох. Его младший брат был моложе и сыном наложницы, поэтому никогда не был очень сдержанным, даже в юности. Одного вкуса было достаточно, чтобы заставить его удивиться вслух. «Вкусно, даже вкуснее, чем блюда, сделанные монахами храма Лун Хуа!»

Лицо Лун Хэна было совершенно спокойным. Она сама приготовила эти блюда на всех и поэтому, должно быть, устала. Было бы лучше, если бы она готовила меньше в будущем, даже если бы это было для мадам Сун. Когда он обернулся, чтобы взглянуть на нее, он обнаружил, что она тихо ест рис. Она только время от времени брала некоторые овощи и даже не прикасалась к мясу. Даже если молодая леди из большой семьи должна вести себя элегантно и изысканно, она не должна голодать, верно?

Как раз когда он задумался, эта кузина уже спросила вместо него: «Почему бы вам не взять что-нибудь из этих двух тарелок мяса? Их добыл старший кузен.» Другими словами — ты действительно позоришь его. Ты даже не дотронулась до того, что принес твой муж, что тебе не нравится?

У Бай Сянсю была привычка воздерживаться от мяса в первый и пятнадцатый день месяца. Хотя, строго говоря, она все еще могла есть мясо, она делала все возможное, чтобы избежать контакта с ним в течение этих двух дней. Со временем ее живот и ум стали привыкать к этому. Если в те дни она прикасалась к мясу, ее тело чувствовало дискомфорт. У нее было либо расстройство желудка, либо боль в животе.

Но так как Ю Сяошу сказала эти слова, казалось, было невозможно не съесть его. Таким образом, она положила кусок в свою миску и закончила его только после того, как прошло много времени. Сяо Ши сморщила брови, увидев, что она ела с трудом, и быстро принесла чашку воды.

Брови Бай Сянсю соединились, хотя это было новое тело, все еще казалось, что есть реакция на употребление в пищу мяса в первый и пятнадцатый дни. Например, прямо сейчас ей стало не по себе, съев только один кусок мяса. Она даже не могла есть ее рис. Но у нее не было плохой привычки отбрасывать наполовину съеденный рис, поэтому она заставила себя доесть его.

Юй Сяошу весело поела, не понимая, почему Бай Сянсю съела мясо с таким кислым выражением на лице.

После того, как все съели такую вкусную еду, они захотели отдохнуть, прежде чем продолжить свой путь. В это время прибежал солдат провинциального правительства, держа в руках небольшое красное знамя. Он был одет в доспехи и носил меч, и его внезапное появление напугало женщин. Лун Хэн сделал несколько шагов вперед и сдвинул брови. «Наглец! Не смей сделать еще одного шага вперед.» Солдат тут же опустился на колени, подняв над головой официальную записку, и пристально смотря на землю, заговорил.

«Принц Ли, в лесу Гимо на дорогах общего пользования, внезапно появились бандиты. Они напали и ограбили группу министра Лина. Они не только украли деньги и товары, но и ранили нескольких человек. Они даже взяли сэра Цзи в заложники и бежали с ним. Мадам Лин знала, что вы рядом, и написала это письмо, чтобы попросить о помощи.»

Лун Хэн хладнокровно засмеялся, приняв и прочитав письмо. Затем он сказал: «Вы должны знать, что этот принц пришел сегодня только с семейными стражами. Как мне противостоять этим бандитам из леса Гимо? Однако я верю, что этим людям были нужны только деньги. Попросите мадам Лин возвращаться и ждать, скоро будут новости.»

Солдат провинциального правительства отошел после его слов, но осмотрел войска, когда уходил. Действительно, с ним было не так много бытовых солдат, всего около дюжины. У этих разбойников было около 30 человек в группе, так как могли эти десять или около того солдат сопротивляться им? Более того, принцу пришлось бы оставить несколько человек, чтобы защитить семью, поскольку дороги были не очень безопасными. Подумав, как передать сообщение, он повернулся и сразу же ушел так же быстро, как пришел.

Сун Цзяоюэ улыбнулся, когда подошел к Лун Хэну, чтобы тихо сказать. «Из того, что я понимаю, бандиты из леса Гимо — твои…» разведчики, с глубокими познаниями боевых искусств. Но он не сказал этого вслух, прежде чем Лун Хэн слегка закашлял. «Э-э… я никогда не вмешивался в дела боевых искусств.» Затем он обернулся, чтобы сообщить новости старой мадам.

Старая мадам сдвинула брови. «Как семья Лин столкнулась с такой неудачей? Эти бандиты действительно слишком смелые. Нам тоже нужно следить по пути назад. Не стой тогда, отправляй кого-нибудь, чтобы посмотреть, прежде чем другие начнут придираться.»

«Да,» Лун Хэн, естественно, отправил бы кого-нибудь, чтобы спросить, но это просто запрос. Что касается этого Цзи Чжаншу, как он мог «спасти» его, не удостоверившись, что он достаточно натерпелся?

(* — Внешний мир, где можно найти приключения и испытания)

Оставляя в стороне, как семья принца Ли и семья Сун добирались в столицу, мадам Лин действительно испугалась. В настоящее время она пыталась успокоиться на курьерской станции и пила лекарства миску за миской. Когда она услышала, что принц Ли не придет им на помощь, она разбила миску о землю, отбросив кусочки и сердито закашляла. «У него есть военная мощь, чтобы раздавить их, почему он так испугался нескольких нищих воров?»

Старая служанка, сообщившая новости, ответила: «Они сказали, что принц Ли привел где-то 10 или около того бытовых охранников. Им нужно защитить старую мадам на обратном пути, из-за этого они не смогли прийти нам на помощь.»

«Разве он не должен быть грозным? Он даже не заботится о вопросах, связанных с его будущей женой, какой бесполезный негодяй.» Мадам Лин была очень сердита. Она точно знала, какой человек ее старшая сестра. Если что-нибудь случится с ее сыном, у семьи Лин не будет ни дня покоя!

«Мадам, не спешите. Такие слова…» Мадам действительно была нетерпеливой. Если бы такие слова достигли ушей принца Ли, разве планы свадьбы не превратились бы в пыль? Их собственная молодая мисс не оставила людей с душевным спокойствием. Если что-то будет так испорчено, ее репутация рухнет, и никто не захочет ее.

Мадам Лин была слишком озабочена и быстро повернулась к напоминанию старой служанки. «Неважно, мы все еще должны рассчитывать на него. Попросите кого-нибудь отправить ответ, просто скажите, что мы рассчитываем на его помощь в этом вопросе.»

Старая служанка отправилась передать сообщение, хотя мадам Лин была достаточно злой, чтобы заболеть от язв желудка. Она могла только просить принца Ли, который держал в руках военную мощь, о помощи, иначе это было бы бесполезно, даже если бы она вернулась и рассказала мужу.

Что касается принца Ли, Лун Хэна, он вообще не беспокоился. Его поведение только заставило Сун Цзяоюэ покачать головой и улыбнуться. «Я действительно хочу знать, как эти люди будут относиться к Сэру Цзи.»

«Зуб за зуб.» Лун Хэн сказал только три слова, но Сун Цзяойэ смог ответить только: «Боюсь, это не так просто.»

«Она женщина.» Лун Хэн больше не говорил, но он уже дал понять. Поскольку другой осмелился напасть на его женщину, последствия будут печальными.

Внезапно он увидел, как маленькая карета мадам Сюй останавливается в стороне. Поняв, что это странно, он спросил своих людей: «Что происходит?» Почему карета внезапно остановилась, что-то случилось?

Молодой слуга Шуер поспешил выяснить, только чтобы увидеть как Сяо Ши выдвинула голову и спешила сказать: «Иди скажи принцу, что нет ничего плохого. Мадам Сюй болит живот и она хочет выпить горячей воды.»

«Может позвать врача, чтобы узнать, в чем проблема?» Спросил Шуер, находя это странным.

«Мадам сказала, что это привычка, потому что она всегда ест вегетарианские блюда в первый и пятнадцатый день месяца. Так как сегодня она нарушила свою привычку, это стало результатом. Пока она пьет горячую воду, все будет в порядке,» — Сяо Ши подумала, что ее состояние тоже странное. В прошлом ее хозяйка не была такой!

Услышав все, Шуер вернулся, чтобы сообщить своему хозяину. Лун Хэн нахмурил брови, не подозревая о таком состоянии. Он сказал: «Попроси кого-нибудь вскипятить для нее воды и побыстрее.»

Вода вскоре была готова. Лун Хэн не мог оставить экипаж старой мадам, чтобы ухаживать за ней. В противном случае люди будут указывать на него пальцами. Когда люди делали замечания мужчине, они говорили, что он был романтичным или любил красоту. Но те же самые слова были крайне неприятны, когда дело касалось описания женщины.

К счастью, семья Сун была позади них, поэтому он оставил Сун Цзяоюэ присматривать за ней. Сун Цзяоюэ, естественно, был готов это сделать. Его собственная мать все еще хотела съесть ее готовку.

На самом деле ему не нужно было присматривать за ней. Вода была готова быстро, и она выпила ее, прежде чем медленно поехать за караваном семьи Сун. Когда они доберутся до столицы, имение принца, естественно, отправит кого-нибудь забрать ее. Обычно Сун Цзяоюэ путешествовал в группе. У них было много женщин, поэтому они, естественно, путешествовали немного медленнее. И это не помогало. Чем больше женщин было, тем больше было вопросов!

Смотрите, ещё одна маленькая наложница, которой нужно облегчиться.

Женщине был очень неприятен этот процес; По крайней мере, еще три человека должны были пойти с ней. Поиск места, прежде чем позаботиться о проблеме, занимает много времени. Когда она вернулась к своей карете, и они собирались снова отправиться, к ним подошел караван с противоположного направления. Казалось, что это купеческая группа, поэтому обе стороны уступили противоположный край дороги, прежде чем продолжить.

Кто знал, что как только они стряхнут плечи, в воздухе поднимется дым? Сун Цзяоюэ сразу почувствовал что-то и закрыл нос. «Все, будьте осторожны! Этот дым вызывает замешательство!» Сун Цзяоюэ знал эти трюки в Цзяньгу. Он думал, что они сделали перерыв, но кто знал, что они подготовили все для внезапного нападения?

У этой торговой группы было около 10 человек, и все они были специалистами высокого уровня. Однако все они сидели в карете. В противном случае он бы давно их заметил. Он был достаточно проницателен, чтобы привлечь к себе нескольких подчиненных, которые поспешили защитить женщин. Неожиданно, враги полностью проигнорировали их, и все бросились на Сун Цзяоюэ.

Они действительно хотели убить его, но боевые искусства Сун Цзяоюэ не были слабыми. Он не упал так легко, сумев защитить себя.

Бай Сянсю была очень обеспокоена внутри своего экипажа. Выпив немного горячей воды, она собиралась отдохнуть, как вдруг обнаружила странный аромат. Только когда она размышляла над этим запахом, запах лекарств красной жемчужины стал более ощутимым. С легким дуновением она почувствовала, как запах Красной Жемчужины убрал ее мгновенное головокружение. Затем она огляделась и обнаружила, что Сяо Ши растянулась на земле. Протянув руку, она поняла, что последняя упала в обморок.

Что случилось? В сонливом состоянии она слышала, как второстепенный мужчина упоминал что-то о путанице и дыме. Кто-то отравляет их наркотиками? Но, похоже, все в порядке. Она коснулась своего носа и задумалась, может ли эта красная жемчужина стать противоядием для транквилизатора? Спокойно, она подняла оконные шторки и увидела, что второстепенный мужчина сражается, отводя своих противников глубже в лес.

Вероятно, он был обеспокоен тем, что они навредят мадам Сун и всем остальным, но что с ним? Он, должно быть, вдохнул какой-то дым. В противном случае, почему у него такой трудный бег? Она вспомнила такую сцену в романе. Поскольку второстепенный мужчина в прошлом сражался с несколькими злодейскими фракциями в Цзяньху, они пришли искать мести.

Их цель состояла в том, чтобы убить его, но поскольку второстепенный мужчина обладал хорошими навыками боевых искусств, ему удалось уклониться от беды. Однако, поскольку он пережил эту скорбь, главная героиня, которая скрывалась в окружении злодейской фракции, решила спасти его. Тогда, он не знал, кем она была, но узнал после ее прибытия в комплекс принца. С того времени это было похоже на погружение в грязь, из которой он не мог выйти.

Это действительно отличный сюжет, поэтому она не могла позволить главной героине возглавить ключевой момент. В любом случае, второстепенный мужчина в конце концов позаботится обо всех врагах, поэтому все, что ей нужно было сделать, это потом его забрать.

Более того, она действительно беспокоилась о его состоянии!

Бай Сянсю видела, что большая часть людей рухнула, хотя те, кто не убежал, пошли делать отчет. Она сорвала юбки и спрыгнула с кареты, направляясь к горам. Раньше она была грубым человеком, и часто бегала по холмам в поиске всевозможных цветов и растений. Она была очень хорошо знакома с горами.

У нее были всевозможные методы, чтобы избежать этих убийц, следуя их тропе. Несмотря на то, что она не могла бежать очень быстро, враги тоже не могли, так как хотели убить или навредить своей жертве. Вдалеке она увидела, что второстепенный мужчина действительно дрогнул. Его зрение уже стало туманным, а на его плече, разрез покрасил кровью половину его тела.

Ее сердце охватил ужас. Она увидела, что из Цзяньгу осталось только двое мужчин. Один из них атаковал его в лоб, а другой стрелял со скрытым оружием издалека. Те блестящее оружие без колебаний двинулись к Сун Цзяоюэ. Казалось, на этот раз ему будет трудно избавиться от них.

Бай Сянсю не могла больше прятаться. Она вдруг закричала: «Будьте осторожны!» В результате, Сун Цзяоюэ действительно повысил бдительность, услышав ее слова. Он поставил своего противника за собой, чтобы заблокировать два летящих кинжала, но другой мужчина ударил его в живот, заставив с болью на лице упасть на колени.

Между тем другой враг поднял кинжал. Бай Сянсю выбежала без раздумий. Она планировала оттолкнуть Сун Цзяоюэ после того, как противник отправит в полет ещё один кинжал. Но кто знал, что она побежала так вовремя? Этот летящий кинжал ударил прямо ей в плечо.

Так больно. Бай Сянсю столкнулась с Сун Цзяоюэ, медленно рухнув.

Он поймал ее с лицом, полным шока. Бай Сянсю почувствовала, что она может умереть, поэтому было бы правильно сказать несколько волнующих слов до ее смерти. В конце концов, она была, наконец, в непосредственной близости от второстепенного мужчины. Но ее рана была слишком глубокой, чтобы сделать что-то грандиозное. Поэтому она лежала в его руках и втягивала то, что могло быть последним ее дыханием, прошептав: «Пока вы в безопасности.» Она правда не смогла больше ничего сказать, но она не думала, что ее слова так заметно расшевелят Сун Цзяоюэ.

«Мадам Сюй, мадам Сюй, вы…» Его руки становились необъяснимо теплыми. Когда он взглянул на них, он обнаружил, что они покрыты кровью. Это была ее кровь, вызванная кинжалом, который она приняла за него! Он резко вытащил кинжал, застрявший в ее теле, и бросил его к последнему члену Цзяньгу. Он готовил очередной удар, когда движение Сун Цзяоюэ внезапно закончило его жизнь.

Сун Цзяоюэ планировал взять ее и уйти, но он чувствовал себя все более и более запутанным. Прямо в этот момент он увидел, что Бай Сянсю протягивала бутылку лекарства, несмотря на то, что ей было слишком больно, чтобы говорить. Когда он открыл бутылку, он обнаружил, что это Красная Жемчужина.

Красная жемчужина была лекарством, которое могло не только лечить раны, но и детоксифицировать мириады ядов. Это было особенно эффективно против препаратов, вызывавших обморок. Похоже, что принц рассказал ей о эффектах лекарства. Он поспешно открыл крышку и втянул воздух, после чего его разум мгновенно прояснился.

«Мадам Сюй, я возьму вас, чтобы оказать первую помощь прямо сейчас. Мадам Сюй, мадам Сюй…» Как бы он ни звал, эта красивая женщина не отвечала. Она потеряла сознание. Нет, он не мог допустить, чтобы с ней что-то случилось. Он определенно не мог!

Сун Цзяоюэ чувствовал, как его сердце дрожит в этот момент. Осторожно держа ее в объятиях, он вернулся к каравану так быстро, на сколько смог. Вдалеке он видел, как Лун Хэн возвращается с людьми на помощь.

Как только он расслабился, он едва избежал обморока. Но он не мог. Если они оба потеряют сознание, это может повлиять на ее репутацию. Но она рисковала жизнью, чтобы спасти его, как он мог позволить ей страдать?

Сун Цзяоюе стиснул зубы и заставил кого-то вернуть ее в карету. Затем он сделал несколько шагов, прежде чем упасть на землю.

Лун Хэн подбежал, чтобы помочь ему, его голос был тревожным. «Где эти люди?»

«Все мертвы. Мадам Сюй ранена, сначала спаси ее.» После того, как он задумался над этим последним вопросом, он упал в блаженное бессознательное состояние.

Вздрогнув, Лун Хэн вручил Сун Цзяоюе подчиненному, прежде чем подойти к карете. Он увидел Бай Сянсю в крови, лежащую неподвижно, ее лицо было белое от потери крови, а дыхание почти исчезло.

Его сердце болело, когда он бросился к ней. Если бы он знал, что это произойдет, он не оставил бы ее здесь. Кто заботился о том, что говорили другие люди, пока она была в безопасности? Игнорировать домыслы других, найти ей врача было самым важным. Со всем, что было сделано и закончилось, не было известно, умрет ли она от чрезмерной кровопотери.

Скорость Лун Хэна была очень быстрой. Он мгновенно нашел врача в соседнем городе. Не было времени для вопросов, касающихся мужских и женских приличий, когда врач осмотрел рану и вздрогнул: «Она не опасна для жизни. Кинжал уже вынут. Она просто потеряла слишком много крови и нуждается в спокойном отдыхе. Ей нельзя двигаться, иначе…»

«Если нет никакой опасности, почему она еще не проснулась?» — спросил Лун Хэн сморщив брови.

«Потому что она потеряла слишком много крови. Я верю, что она проснется через некоторое время.» Доктор объяснил, когда занялся пациентом, который только что прибыл. На этот раз это был фактически принесенный подчиненным, Сун Цзяоюэ. Они оба были тяжело ранены, поэтому не могли ждать возвращения в столицу.

Во-первых, Сун Цзяоюэ мужчина. Добавьте это к его навыкам боевых искусств и преднамеренной защите его жизненно важных областей, он проснулся менее чем через час. После перевязки ран он смог встать и ходить по комнате. Естественно, он первым делом спросил о Бай Сянсю. Он успокоился только когда услышал, что ее жизнь вне опасности.

Как раз когда он вздохнул, с холодным лицом появился Лун Хэн. «Что именно там произошло?»

Месть из Цзяньгу обычно не включает похищение женщин и детей. Поэтому, остальная часть семьи Сун была в порядке, они просто потеряли сознание. Но почему Бай Сянсю была единственной, кто оказалась раненой? Очевидно, это было скрытое оружие, поэтому он не верил, что все так просто.

Неожиданно, Сун Цзяоюэ почувствовал приступ чувства вины на его совести. Он открыл и закрыл рот, прежде чем сказать: «Это был я, я причастен к ранению мадам Сюй, потому что она пришла дать мне Красную Жемчужину.»

«Красная Жемчужина? Правильно, она может устранять эффекты веществ, которые вызывают обморок. Хотя, как она узнала? Я не говорил ей,» — Лун Хэн сморщил брови.

Сначала Сун Цзяоюэ опешил, но быстро понял, как она узнала. Она не потеряла сознания, потому что на ее носу была намазана Красная Жемчужина. Таким образом, в тот момент она догадалась, что Красная Жемчужина может развеять эффект обморока. Редко можно найти такую умную девушку в этом мире.

«Она это выяснила,» — криво усмехнулся Сун Цзяоюэ, прежде чем продолжить. «Когда она бежала за мной, ее заметил эксперт и в результате ранил. Но, благодаря ей, я получил Красную Жемчужину и восстановил свои способности для сохранения жизни.» Он был очень искренен, когда говорил. «Это все благодаря мадам Сюй. Но такие дела действительно слишком сложны. Ради ее доброго имени я могу сказать посторонним только то, что ее схватили в действии.» Он сдержал слова, которые сказала Бай Сянсю, прежде чем упала в обморок. Слова были похожи на заклинание, повторяющееся в ушах, когда она потеряла сознание.

Так было и сейчас, как будто время остановилось в тот момент.

Лун Хэн был спокоен, когда ответил: «Ты поступил правильно, хотя я никогда не ожидал, что такие второстепенные игроки из Цзянху будут иметь мужество, чтобы убить человека, назначенного имперским судом.»

«Я отправил вооруженные силы, чтобы подавить десять отделений их организации, поэтому они вернулись, чтобы убить меня. Похоже, они действительно не хотят жить мирной жизнью.» Сун Цзяоюэ получил приказ императорского двора расследовать несколько побегов, заработав гнев некоторых людей в Цзяньху.

Лун Хэн взглянул на него и сказал: «На этот раз я одолжу тебе войска.»

«Ха, с вашими войсками, они определенно станут более послушными.» Его смех пронзил травму, заставив брови сморщиться от боли. Он подумал о бессознательной и раненой мадам Сюй. Как больно ей будет после того, как она проснется?

Сможет ли женщина вынести это?

Его брови снова сморщились от мыслей, когда служанка засунула голову, сказав. «Кто из вас Сэр Лун? Мадам из вашей семьи уже бодрствует, но она продолжает говорить, что ей больно.»

«Что?» Лун Хэн был счастлив услышать, что она проснулась, но встревожился при упоминании боли. Его шаги неосознанно оживились, когда он направился к ее комнате. Сун Цзяоюэ тоже волновался, но он сделал только два шага, прежде чем остановиться. Он не имел права войти в ее комнату.

Похоже, все, что он мог делать, это ждать. Как только он успокоился, он вспомнил слова, которые она ему сказала. Он не обратил на них внимания тогда и не думал, когда с тревогой пытался спасти ей жизнь. Но теперь память об этих словах принесла ему бесконечное двусмысленное тепло. Почему женщина говорила ему об этом в такой опасной ситуации? Может быть, она…?

Невозможно, невозможно. Она наложница Лун Хэна, и он был тем, кто не мог даже появиться в ее мыслях.

Когда Лун Хэн поспешил в комнату Бай Сянсю, она лежала на боку со сморщенными бровями, а со лба капал пот.

Больно, это действительно больно. Она стиснула зубы, увидев, как к ней приближается тень. Подняв голову, она увидела Лун Хэна. Она почувствовала себя немного смущенной. Трудно сказать, был ли это сон. Она ожила, но почему перед ней Лун Хэн, а не второстепенный мужского персонаж!

«Сильно болит?» — неловко спросил Лун Хэн. Увидев ее, его сердце заныло, но он не мог перенести эту боль вместо нее.

«Болит…» Бай Сянсю было больно до слез. Она не прилагала особых усилий, чтобы перестать бояться. Независимо от того, кто был рядом с ней, она хотела опереться на него и вести себя как избалованный ребенок. Только тогда ее сердце успокоилось.

«Я… знаю, что вам больно. Терпите.» Лун Хэн не знал, как ей помочь, и просто присел на край кровати, взяв ее за руку. Неожиданно Бай Сянсю крепко схватилась за него. Как будто она могла избежать боли, просто держа его руку в смертельной хватке. Лун Хэн позволил ей держаться, не двигаясь. По правде говоря, сейчас она совсем не выглядела красивой, просто очень хрупкой и слабой. Это цепляло самую мягкую часть его сердца.

Она даже делала это перед ним, желая успокоиться. Этого никто никогда раньше не делал. Его сердце забилось в надежде, чтобы она быстрее поправилась. Вскоре после этого дочь доктора принесла лекарство, ей помогали старые служанки, посланные от имени принца. Но Бай Сянсю было больно, она не хотела вставать, чтобы выпить лекарство.

Две пожилые служанки подошли и заговорили: «Ваше высочество, почему бы вам сначала не выйти? Мы присмотрим за ней.» Давление, которое он создавал здесь, было слишком велико, что делало невозможным прием лекарства!

Лун Хэн вскинул брови и сказал: «Просто хорошо сделайте свою работу.» Две пожилых служанки кивнули и принялись ухаживать за Бай Сянсю, чтобы она приняла лекарство. Но как уговорить ее встать? Наконец, Лун Хэн был вынужден добавить: «Не шумите и примите лекарство.» Его манера была немного строгой, из-за чего Бай Сянсю очень обиделась. Она сморщила брови и отвернулась, чтобы не обращать на него внимания.

«…» Лун Хэн уже привык, что она слушает каждое его слово. Но когда она внезапно так поступила, он был на мгновение ошеломлен. Но он быстро понял, что она просто играла в раздражение. Он никогда прежде не уговаривал девушку, поэтому застыл. Но эти две пожилых служанки так долго не выдержали. Наконец, им удалось уговорить ее выпить лекарство, которое, казалось, облегчило боль. Она сделала несколько замечаний о том, насколько ей больно, прежде чем заснуть.

Лун Хэн вздохнул, пока говорили две служанки. «Ваше Высочество, нам нужно натиреть тело мадам. Мы не знаем, будете ли вы…» Будет ли он здесь стоять и смотреть? Лун Хэн почти задохнулся от воздуха, застрявшего у него в горле. Он слегка покашлял, прежде чем уйти.

На самом деле, он хотел остаться, но у него не было навыков сохранять спокойствие, поэтому он просто решил уйти. Тем не менее, немного подумав, он вернулся, чтобы сказать: «Не приняйте ей боли.» К тому времени уже была видна половина ее руки, ровно белая и стройная, как корень лотоса в воде.

Он раньше видел женские тела, но он питал столько подозрений о них на поле битвы, что его мысли никогда не блуждали. Но перед ним теперь была его женщина, та, которую он видел в выгодном свете. Естественно, возникли странные мысли, которые он не мог сдержать.

Неудивительно, что женатые солдаты в казармах прятались в углу, когда писали письма домой. Когда они писали эти письма, на их лицах появлялись яркие выражения, казалось, что они думали о времени, когда воссоединятся со своими женами! Тогда он находил их бесполезными, но теперь он почувствовал, что это был признак истинного мужчины! Он все еще молод, но он был настолько занят достижением своих целей, что впервые подумал о вопросах мужчин и женщин.

Он стоял с руками за спиной в маленьком внутреннем дворе возле клиники, думая, как прошло драгоценное время. Внезапно раздался ужасный крик. Без сомнения, он исходил из комнаты Бай Сянсю.

«Что происходит?» Сказал он сердито. Он просил их не причинять ей вреда, но почему они сделали ей больно?

«Все в порядке, у мадам просто был кошмар,» — крикнула пожилая служанка изнутри. Ее нельзя обвинить в том, что она не контролировала свою громкость, глубокий голос принца действительно испугал их всех.

Кошмар? Правильно, она была леди из будуара, откуда у нее мог быть опыт насилия и кровопролития? Должно быть, она давно испугалась. В прошлый раз она даже немного с ума сошла, увидев, как служанку избили до смерти. На этот раз она могла бы стать безумной, не так ли?

Подумав об этом, он не смог стоять на месте, и сразу же нашел врача, чтобы прописать ей успокаивающие лекарства. Его волнение и все, что произошло в комнате Бай Сянсю, было известно Сун Цзяоюэ, который был всего лишь на несколько комнат дальше. Шок в его сердце не уступал, Лун Хэну.

Он поднял брови и решил отправить несколько хороших лекарств, как только он доберется до дома. Хотя в имениях принца они тоже есть, это была еще одна его благодарность!

Тем временем Бай Сянсю нахмурила брови. Какой кошмар? Она проснулась, потому что ей стало больно, ясно? Ее крик привязали к кошмару, прежде чем она даже открыла глаза. Эти старушки действительно боялись, что их обвинят. Но из-за этого их действия стали еще более мягкими. Они позаботились о ней в наибольшей степени своих возможностей.

К счастью, Бай Сянсю была молода и быстро поправилась. Ко второму дню она почувствовала, что травма не болит так сильно, как раньше, хотя рука все еще была онемевшей и раздутой, как будто стала опухшей. На этот раз у нее был ясный разум, когда главный герой пришел увидеть ее снова. Его выражение было деревянным, как будто она задолжала ему денег, но он все равно подошел к ней и спросил: «Вы в порядке?»

«Я в порядке, болит уже совсем немного.» Теперь, когда она была полностью спокойной, она показала свою игру привлекательной женщины перед главным героем.

«Боль…. Вы привыкнете к ней.» Лун Хэн действительно не знал, как утешать других, особенно женщин. Поэтому, все, что он мог сделать, это говорить по своему опыту, но другой человек, похоже, не понял.

«А? Вы можете привыкнуть к боли?» Поскольку этот парень был военным, он, вероятно, чувствовал боль много раз, потому что часто был ранен!

Но утешение от принца, действительно придало её лицу небесный уровень. В конце концов, она пострадала не из-за него. Когда ее мысли пошли сюда, она почувствовала вину и отвернулась. «О, эта наложница понимает.»

«Мм, хорошо, если это так.» Эй, что я говорю? Лун Хэн громко взревел в своем сердце, но в его выражении не было и следа от этого. Он оставался равнодушным, продолжая смотреть на нее… В конце концов комната стала совершенно неподвижной, в воздухе висела явно неловкая тишина.

В этот момент Бай Сянсю развалилась внутри. Почему главный герой еще не ушел, хотя стало так неудобно? Он подозревал, что она скрывает чувства к второстепенному мужчине? Он размышлял, как ущипнуть ее до смерти между своими пальцами? Этого не должно быть. Не важно, что она приняла на себя кинжал для второстепенного мужчины. Он бы не смотрел, как кто-то умирает, не помогая ему, верно?

«Где Сяо Ши?» Она попыталась найти тему, надеясь, что он не думает, как ее убить.

«Вернулась в комплекс.» Долговечная привычка Лун Хэна заключалась в том, чтобы никогда не использовать два слова в объяснении ситуации, если это можно сделать одним. Но было ясно, что после его слов молчание снова стало неудобным. Он был немного недоволен, когда встал и сказал: «Отдохните еще один день, прежде чем мы отправимся домой.»

«Эта наложница поняла,» — сказала Бай Сянсю, когда увидела, что он собирается уйти. Возвращение домой было бы более комфортным, чем пребывание здесь. По крайней мере, он не мог бы постоянно бегать к ней, на глазах у всего дома.

Но где второстепенный мужчина? Эй, я спасла тебя. Ты ничего не собираешься сказать? Где твоя совесть?

Его нельзя было сравнить с главным героем, который, по крайней мере, успокоил ее. Хотя его методы довольно странные, говоря такие вещи, «вы привыкнете к боли»! Правильно, его слова только тогда утешали ее. Вот почему его выражение было таким странным? Почему главный герой успокаивал ее!

Сердце Бай Сянсю довольно сильно шумело, как будто сюжет романа полностью сошел с рельсов. Прямо сейчас главный герой должен был наполовину ненавидеть, наполовину увлечься главной героиней и отправлять людей во всех направлениях, чтобы найти ее. Почему он терял время в таком месте? Может это потому, что ранили второстепенного мужчину, а он и главный герой всегда были вместе?

Какой беспорядок. Она решительно протерла голову, чувствуя, что у нее недостаточно мозгов, чтобы справиться с этим.

«Ах…» После движений рукой, ее плечо снова начало болеть. Это действительно тяжелая рана!

Так, она лёжа провела еще один день, прежде чем смогла наконец встать и ходить. Тем не менее, каждый шаг приносил сильную боль, поэтому все, что она смогла сделать, это прошаркать ногами несколько кругов в комнате, прежде чем кто-то пришел провести ее в подготовленную карету. Не было никакого способа, чтобы такой большой и роскошный экипаж мог вписаться в задний двор медицинской клиники, поэтому, когда она подняла голову и увидела, что ворота во дворе разобраны, она почувствовала себя обескураженной!

На этот раз она, наконец, увидела, второстепенного мужчину. Его рана тоже не была легкой, но он мог свободно передвигаться. Воистину, те, кто практикуют боевые искусства совсем другие. Ей все еще нужен был кто-то, что бы помочь выйти из комнаты.

Когда Сун Цзяоюэ увидел Бай Сянсю, он почувствовал, как его сердце сжалось. Ему нужно поговорить с ней. Если она рассказала или намеренно скрыла что-то, возможно, принц Ли сразу почувствовал это. Он подошел к ней с куском бумаги, спрятанным между двумя пальцами. Когда он вспомнил, как она смело дала ему не тот дар, он задался вопросом, сможет ли он также. Вернее, он спрашивал себя, хватит ли ему храбрости, как хватило ей.

«Мадам Сюй стало лучше?» Это был последний шанс, который он мог бы использовать, в то время как Лун Хэн разворачивал своих людей.

«Да, мне уже намного лучше. А как насчет вас, Сэр Сун?» Бай Сянсю выдохнула. У него все еще есть сердце!

«Совсем хорошо. Сегодня мы возвращаемся в столицу. Хотя дорога не за горами, я все еще прошу, чтобы мадам Сюй позаботилась о себе.» Он немного наклонился вперед, но только потом понял, что трудно даже дотронуться до нее.

«Большое спасибо за напоминание, молодой сэр,» мадам Сюй неосознанно отогнула спину, забыв, что она ранена. Внезапная боль заставила ее тихонько заскулить, и Сун Цзяоюэ поспешил помочь ей. Их ладони встретились сквозь ткань рукавов, прежде чем поспешно разойтись. В эту секунду его сердце, казалось, перестало биться.

Тело Бай Сянсю тоже оказалось явно жестким, хотя она быстро восстановилась. Она бережно поднялась на несколько шагов и приготовилась залезть в карету, когда услышала, как позвал главный герой: «Подождите.»

Она только подняла ногу, когда ее сердце уже подступило к горлу. Даже Сун Цзяоюэ застыл на месте. Он уже все решил; Если кто-нибудь что-нибудь обнаружит, он возьмет всю вину на себя.

Его и ее взгляды необъяснимо встретились, до того как отвернуться. Почему это было похоже на тайную любовь? Бай Сянсю почувствовала себя бодрее после такого взгляда. По крайней мере, второстепенный мужчина не убежал от страха быть обнаруженным. Психологически говоря, люди меньше боялись, когда делали что-то пугающее вместе. По крайней мере, так шли мысли. Изначально у нее был озноб от главного героя, но теперь она слегка расслабилась.

Тем временем подошел Лун Хэн и посмотрел на двух старых служанок. «Почему вы не помогаете своей хозяйке?» Они были не такими уж старыми, всего около тридцати лет каждая. Они быстро склонили головы и опустились на колени, чтобы молить о пощаде. Лун Хэн воспользовался возможностью поддержать Бай Сянсю, прежде чем вскинуть брови. «Почему ваше тело такое холодное?»

«Эта наложница… эта наложница не знает.» Ты меня испугал. Но она не могла этого сказать.

«Наверное это от слишком большой потери крови. Вы еще не поправились,» — объяснил Лун Хэн.

«Ах…» Он поднял ее на руки перед столькими людьми. Лицо Бай Сянсю сразу же покраснело, но из-за чрезмерной потери крови она все еще выглядела довольно бледной.

Лун Хэн положил ее в карету, прежде чем сесть на противоположную сторону. Эта карета изготовлена на заказ, и была особенно мягкой, поэтому казалось, что она сидит на диване. Любопытная Бай Сянсю чувствовала что-то здесь и там. За ее головой лежала мягкая подушка, поэтому ей не нужно было бояться удариться и снова получить травму.

Лун Хэн поднял шторы и увидел, что Сун Цзяоюэ еще там. Он сказал: «Тебе помочь?»

Сун Цзяоюэ сморщил брови, а затем повернулся и быстро залез в свой экипаж.

Только тогда Лун Хэн опустил занавески и сказал: «Мы можем отправляться.»

Кучер тронулся, но Бай Сянсю не ощущала сильных вибраций. Даже если они и были, она заставляла себя переносить их, потому что в ее ладони скрывалась тайна. У нее появился шанс заглянуть в этот лист бумаги только когда они остановились на полпути, чтобы отдохнуть, и Лун Хэн ушел. На нем была написана всего лишь одна строка, с описанием того, как она попала в засаду, пытаясь отдать лекарство Сун Цзяоюэ. Вот и все.

Так оно и есть. Он боялся, что она скрыла факты от Лун Хэна. Но главный герой все еще доверял второстепенному мужчине и не спрашивал ее, что случилось в тот день. Собственно говоря, мужчины, главный и второстепенный, все еще были очень хорошими друзьями. Если бы между ними не пробежала главная героиня, они бы не разругались друг с другом.

Она надеялась, что ее собственные дела не вызовут разрыва между ними. Тем не менее, она не была так уверена в этом, как прежде, до того, как главный герой изменился. Как только он это сделал, сюжет тоже странно поменялся. Кто знал, когда он снова вернется? Она продержалась всю дорогу, пока они не вернулись домой. Поскольку она только скромная наложница, ее никто не встречал.

Более того, Лун Хэн не был тем человеком, который утруждал себя ради нее. Как только они вошли в город, он вылез из кареты и поехал вперед на своей лошади. В результате он вернулся домой, чтобы увидеть всех там, оставив ее тихо вернуться в Зимний сад.

Она отдыхала целый день, и никто, кроме врача, не мешал ей. Хуэр был очень рад ее возвращению. За эти несколько дней его побег вырос и был размером с палец. Сам он был большой, как ладонь. Несмотря на отвращение, Е-мама заботилась о нем. Хуэр сравнил счет, сообщив о всех жалобах, которые сказала ему Е-мама. Он был слишком уродлив, у него было слишком много шипов, почему г-же Сюй понравилось подобное, и так далее.

Бай Сянсю хотела смеяться. Неожиданно ей показалось, что она вернулась домой. Это чувство действительно неприемлемо, как это место могло быть ее домом?

Когда она спокойно читала, кто-то постучал в ворота. Сяо Ши выбежала, чтобы открыть двери, прежде чем зайти и сообщить: «Мадам Сюй, к вам пришли старшая мадам Весеннего сада и вторая мадам из Летнего.»

«О, впусти их!» Так как они уже пришли к ней, она не могла просто прогнать их. Бай Сянсю положила свою книгу и медленно встала.

От ее раны остался шрам, иногда он сильно зудел, но она не могла почесать его. Ей нравилось прислоняться к стулу и осторожно тереться, чтобы облегчить ситуацию. Теперь, когда она начала двигаться, рана снова зазудела, поэтому она не могла удержаться, откидываясь назад в последний раз. Но ее нынешняя поза была далеко не приемлемой. В этот момент вошла легкая и воздушная старшая мадам и вторая мадам. Их внешность действительно слишком уступала ей. Люди, берущие наложниц, естественно ценили их за красоту. Но, несмотря на это, они не должны выглядеть слишком обычными для поместья.

Старшая мадам, хотя и была довольно пухлой, имела естественную изящную нотку женственности. У нее всегда была легкая улыбка, когда она видела других, легко оставляя о себе хорошее впечатление. Она родом из богатой купеческой семьи, у них были деньги, но не было власти. Вот почему они присоединились к семье принца. Хотя семья наложницы не могла считаться семьей жены, эти отношения все еще могли дать немного привелегий.

Что касается Второй мадам, ее отец был младшим должностным лицом седьмого ранга. Она была дочерью наложницы, выбрана завистливыми сестрами, потому что ее дата рождения считалась случайной. Даже сейчас эти сестры пытались найти способ войти в имение и воспользоваться шансом выйти замуж в более высоком статусе.

Это все заранее ей рассказала Е-мама, но Бай Сянсю не понимала, почему они к ней пришли с неожиданным визитом. Войдя, они принесли с собой атрибуты своего богатства, обе одетые в дорогие платья. Их приход сопровождало что-то, что сразу заставило Бай Сянсю чихнуть.

Она давно перестала использовать такую глупую вещь, как ладан, когда начала углубленно изучать растения. Неожиданный аромат благовоний, смешанный с древним румянцем, который окутывал двух мадам, был немного тяжелым. Их дикий и контрастный аромат набросился на ее ноздри и заставил их чесаться.

Это почувствовала не только она. Сяо Ши тоже привыкла к природным ароматам Зимнего сада и не могла ничего поделать, незаметно отворачиваясь, чтобы почесать нос.

«Какой ветер направил этих двух сестер? Пожалуйста, поторопитесь и присядьте.» Они все наложницы, поэтому, несмотря на то, что они были старшими и младшими сестрами, их статусы были равны. Поэтому, она просто немного поклонилась, не вставая, чтобы поприветствовать их.

Обе посетительницы сели, и старшая мадам, улыбнувшись, начала разговор: «Четвертой сестре уже лучше? Я слышала, что вы были серьезно ранены.»

«Уже ничего серьезного. Все нормально, пока я стараюсь не прикасаться к ране.» Ее лицо еще не восстановило свое естественное свечение, оставаясь бледно-белым. У нее не было возможности поесть что-нибудь особенно питательного, с тех пор как она вернулась, но ее состояние было в полном порядке.

Обе мадам скривились. «Смотрите, смотрите, Четвертая Сестра действительно прекрасна. Болезнь только сделала вас сродни болезненной Сиши*. Не говоря уже о мужчинах, даже женщин волнует ваша внешность.» (* — четыре великие красавицы Китая, предоставленные королем Гоу Цзянем Юэ в качестве наложниц королю Ву, чтобы успешно уничтожить страну)

Да, они действительно хвалили меня. Должна быть причина. Бай Сянсю всегда боялась старой мадам и принца, но у нее не было таких оговорок к этим двум. Поэтому, с ними было не очень сложно справиться.

«Как это может быть? Две старшие сестры тоже обладают выдающимся изяществом.» Она улыбнулась, махнув рукой, указывая Сяо Ши налить чай. Когда Сяо Ши уходила, она взглянула на Е-маму, которая сразу поняла намек. Они обе вышли, чтобы спокойно обменяться несколькими словами на улице.

«Ты знаешь, почему они здесь?» — спросила Е-мама.

«Это не похоже на что-то хорошее,» Сяо Ши чувствовала, что у этих двух властных, разодетых женщин определенно плохие намерения.

«Следи за ними в первую очередь. Я пойду и найду Его Высочество, если они будут шуметь.» Принц неоднократно предупреждал ее, что если с мадам Сюй случится что-то плохое, она столкнется с судьбой, гораздо более ужасающей, чем она могла себе представить.

«Хорошо, я прослежу. Вы тоже слушайте снаружи. Если что-то пойдет не так, не стесняйтесь позвать Его Высочество!» Сяо Ши знала, что принц по-своему относился к ее Госпоже. Хотя он не приходил с момента ее возвращения, он посылал кого-то, чтобы присматривать за ней.

После того, как они закончили говорить снаружи, Сяо Ши приготовила чай и вошла в комнату, только чтобы увидеть выражение ее хозяйки немного странным. Улыбка с намеком на насмешку, она впервые видела такое выражение на лице хозяйки. Что-то случилось?

Увидев это странное выражение, она услышала смех старшей мадам и ее слова: «Четвертая сестра тоже должна это знать. Когда молодая мисс из семьи Лин войдет в дом, наша еда и напитки будут зависеть от ее настроения. На данный момент мы можем только сохранить свои позиции, получив милость от Его Высочества.» Закончив, она отхлебнула чай. Почти сразу ее пальцы невольно задрожали. Она родом из семьи торговцев, поэтому очень хорошо знала чаи.

Хотя она не критиковала никого с тех пор, как вступала в имение, чай, который им посылали, был просто высококачественным чаем с жасмином или зеленым чаем высшего сорта. Но здесь, у четвертой мадам, был чай Пуер самого лучшего качества. Простого глотка было достаточно, чтобы остался затяжной аромат на губах. Между ними была разница не на один уровень.

Вторая мадам не узнала чай, поэтому она только думала, что он очень ароматный: «Хм? Чай у Четвертой сестры немного отличается от нашего. Что это за чай?»

«Я не совсем уверена.» Это была правда. Она никогда не обращала особого внимания на дегустацию чаев, тем более, что ее чай изменился только недавно.

«Очень вкусный,» Вторая мадам выпила еще глоток. «Как сказала старшая сестра, сейчас мы все как кузнечики на веревке, поэтому нам нужно держаться вместе.»

«Ох? Третья мадам думает также?» Почему пришли только эти двое?

«Третья мадам? Нет, нет, она приличная дочь, рожденная от наложницы из дома чиновника пятого ранга. Как она будет такой же, как мы? Более того, семья Лин и семья Третьей мадам — даже дальние родственники, поэтому мисс Лин, естественно, будет относится к ней лучше, чем к нам.» Старшая мадам посмотрела на Бай Сянсю, как только закончила говорить. Увидев, что у нее нет реакции, она конечно подумала, что Бай Сянсю слишком мягкая. Все, что она для нее сделала, это красивое лицо. Если мы сможем привлечь ее, мы получим много преимуществ.

Бай Сянсю только дважды засмеялась, когда размышляла — А кто здесь на одной веревке с вами, ребята? Я собираюсь убежать.

Старшая мадам просто вздохнула, наблюдая, как Бай Сянсю опустила голову. «Мы знаем, что сейчас младшая сестра пользуется поддержкой, и как она могла восхищаться мной или Второй сестрой? В конце концов, Его Высочество еще не ступал в наши комнаты.»

Они здесь, чтобы скулить и жаловаться? Даже если Принц и входил в комнату Бай Сянсю, он никогда ничего не делал!

«Если так? Тогда, что эти две сестры имеют ввиду?» Для чего они здесь?

Вторая мадам была более глупой, поэтому сказала: «Четвертая сестра была тяжело ранена, поэтому я боюсь, что вы не сможете служить Его Высочеству пару дней. Будет еще хуже, если Старшая Третья мадам найдет шанс нанести удар.»

«Мы со старшей сестрой поговорили, и мы хотели бы, чтобы вы позаботились о нас. Если вы можете, добавьте несколько хороших слов о нас перед Его Высочеством. Таким образом, даже когда мисс Лин станет официальной женой, Его Высочество по-прежнему будет испытывать чувства к нам троим. Тогда она не сможет полностью подавить нас.»

Бай Сянсю открыла рот настолько широко, что забыла закрыть его. Эти двое хотели, чтобы она свела их с Принцем? Хотя главный герой был деспотичным и пугающе свирепым, он не был тряпкой. По крайней мере, он очень серьезно относился к своим чувствам, так как он мог небрежно лезть в чужие кровати? Она едва избегала взгляда на них, но сдерживалась, хотя улыбка немного пролезла.

«Что, неужели Четвертая Сестра не согласна? Или, может быть, вы хотите монополизировать милость Его Высочества? Хехех, Четвертая Сестра, я не ругаю Вас. Я не буду говорить о том, что все вороны в мире черные, но есть ли кто-нибудь, кто не любит окунаться в разные бассейны? Не говорите мне, что вы на самом деле рассчитываете сохранить свое тело таким же чистым, как нефрит?»

«Не говоря уже о том, что когда однажды мисс Лин войдет в дом, я боюсь, что даже кто-то одобренный как вы, будет продан. Почему бы всем не быть одинаковыми? Это лучше, чем кто-то делает из вас пример. Мы же думаем о вас!» — мягко сказала старшая мадам, ее слова подразумевали, что она тоже приняла Бай Сянсю. Это даже звучало так, будто что-то значило.

Губы Бай Сянсю перевернулись. Она не была какой-то женщиной какого-то лорда, поэтому кого волновало, были ли они все воронами или воробьями? Поэтому она сказала: «Слова старшей мадам верны. Но я боюсь, что его светлость не будет приходить сюда еще некоторое время. Когда он все таки придет, я найду способ выразить хорошие слова о вас.» Сначала нужно с ними согласиться. Разве это не хороший вариант, согласиться и ничего не делать после этого? Тем не менее она не ожидала, что Е-мама ушла ещё до разговора, чтобы найти принца Ли.

Когда она ходила, ее сердце бешено пульсировало. Старая мадам и боялась и ненавидела возможность объединения наложниц, чтобы нанести вред официальной жене. Если она узнает, будет ли она строго наказывать их? Даже принц Ли вряд ли их пощадит.

Старшая и вторая мадам обменялись взглядами. Как и ожидалось, эта женщина была слабачкой. Она так легко согласилась!

Вторая мадам начала ходить по комнате. Она обнаружила разноцветное стеклянное украшение рядом с кактусом. Это был простой глобус, но он сиял на солнце ослепительным светом, добавляя комнате цвет и красоту. Цветное стекло было довольно редким продуктом в древние времена, поэтому и довольно дорогим. Должно быть принц подарил его ей. В припадке ревности она подняла его и начала играть, улыбаясь. «Редко можно увидеть что-то подобное; Где его взяла младшая сестра?»

«Принц послал кого-то принести его. Хозяйке нужно пить ночью лекарства, и одной свечи не достаточно.» Сяо Ши немного беспокоилась. Если что-нибудь случится с предметом, посланным Его Светлостью, мадам Сюй определенно будет наказана.

«Ой? Его Высочество действительно придал этому много значения!» Вторая мадам сделала вид, что вернула объект на место, но целенаправленно позволила ему выскользнуть из руки и упасть на землю.

«А-а-а-а!» В то же время она издала пронзительный крик, так как из-за своих движений наткнулась рукой на кактус. Неожиданно шипы проникли в ее плоть. Подняв руку, она вскрикнула: «Что это?!»

Сяо Ши бросилась к кусочкам цветного стекла. «Ах, Вторая мадам, это подарил мадам Сюй Его Светлость!»

«Что? Я просто была немного неосторожна. Ваша госпожа еще не говорила об этом, так почему ты, простая служанка посмела заговорить?» Вторая мадам махнула рукой, как из-за сильной боли от шипов, прежде чем враждебно посмотреть на кактус. «Почему Четвертая Сестра выращивает такое ужасное растение? Вам лучше его выбросить.» Говоря, она подошла, чтобы взять кактус.

Чувствуя опасность, Хуэр вдруг закричал: «Спасите меня, госпожа! Спасите меня!»

Бай Сянсю стиснула зубы. Раньше она видела бесстыжих людей, но они никогда так не возмущались. Разбив ее вещь, она даже захотела выбросить ее Хуэра. Неужели она думает, что меня так легко запугать?! Она резко поднялась и сократила расстояние между собой и второй мадам несколькими шагами, используя силу, чтобы оттолкнуть ее в сторону и защитить Хуэра. «Вторая мадам, что вы делаете? Его выращиваю я, а не вы.»

Второй мадам стало неудобно после того, как ее толкнули, но когда она увидела, что Четвертая мадам так разволновалась из-за пустяка, она не могла не улыбнуться. «Я просто беспокоюсь за вас. Это признак моих добрых намерений. Разве младшая сестрица не заметила, что я укололась?» Она говорила, отдернув руку, чтобы показать ей раны, хотя их даже не было видно.

«Очень жаль, что Вторая мадам укололась, но этого не случилось бы, если бы вы сами не подошли. Он не похож на собаку, которая бегает вокруг и кусает людей.» У каждого свой спусковой крючок. Этот кактус мог говорить с ее сердцем и был единственным в своем роде. Он принадлежит ей. Если Бай Сянсю нужно будет уколоться через год и отправиться домой, она не может допустить, чтобы ему навредили.

Мягкая и податливая мадам Сюй полностью изменила свой настрой. Старшая мадам подумала, что неразумно слишком много ее провоцировать и рассмеялась. «Забудь об этом, разве это не просто укол? Подойди, дай мне посмотреть, может я помогу младшей сестре достать шипы.» Когда она закончила говорить, она заставила Вторую мадам сесть и начала искать шипы в руке.

Они были полны глубокой сестринской привязанности, но для Сяо Ши, ситуация только ухудшилась. Ее хозяйка сама вскочила с кровати, чтобы защитить кактус, хотя последние несколько дней она опиралась на других, чтобы просто ходить. Поэтому, она бережно поддержала ее и спросила: «Мадам Сюй, как вы?»

«Сяо Ши, я думаю, что что-то не так.» Услышав это, Сяо Ши заглянула ей на спину и увидела, как просачивается темно-красная кровь.

«Ах, рана снова кровоточит. Вы должно быть опять разорвали ее. Вернитесь в постель и лежите.» Это все вина двух пришедших мадам. Если бы они не пришли, ее хозяйке не пришлось бы так много страдать.

Когда старшая и вторая мадам увидели внезапное кровотечение, они перестали искать шипы. Ни одна из них не думала, что ее травма была настолько серьезной. Тем временем, Е-мама решила проверить ситуацию и войти, после чего сказала: «Мадам Сюй, Его Светлость послал доктора и медсестру, чтобы помочь вам… Айя, что случилось?» Ее сердце разволновалось, увидев хозяйку лежащей на кровати в холодном поту от боли.

Затем она заметила беспорядок на полу и сердито упрекнула: «Ах ты девченка! Как ты заботишься о своей госпоже? Если она испугается или поранится, как ты объяснишь это Его Высочеству и Старой Мадам? Ты действительно не волнуешься о ней.»

У нее не было возможности отчитать старшую и вторую мадам, поэтому ей пришлось использовать Сяо Ши как козла отпущения. Сяо Ши чувствовала себя оскорбленной, но ничего не могла сказать. Она знала, что Е-мама на самом деле не целилась на нее, поэтому ничего не говорила. Вместо этого она просто позволила нескольким слезам каскадом упасть по ее щекам.

«Почему ты плачешь? Доктор скоро будет здесь. Ах, мадам, если вы не против. У нас не так много места, и сейчас придут люди, чтобы осмотреть хозяйку и применить лекарства. Боюсь, вас это напугает, так почему бы вам не…» Они до сих пор не поняли. Все они будут наказаны за плохое поведение; Ее правда разозлили эти два неприятных демона.

Е-мама изначально была одной из людей старой мадам, поэтому обе мадам не осмелились опровергнуть ее слова. Они обменялись взглядами, прежде чем подняться и уйти.

Доктор и медсестра прибыли, как только они ушли. Поскольку врач давал указания снаружи, медсестра меняла лекарство Бай Сянсю. Ее движения были очень легкими, но Бай Сянсю все же чувствовала боль. Она лежала на кровати, бормоча в агонии и совершенно не осознавала, что вошел ещё один человек. Единственный человек в комплексе, который без предупреждения заходил в ее комнату, это был Лун Хэн, который услышал ее стоны боли, как только вошел. Он взглянул на доктора.

Врач немедленно встал на колени и заговорил. «Я слышал, что рана открылась на длину пальца. К счастью, она не была заражена, поэтому сейчас о ней заботится медсестра. Не волнуйтесь Ваше Высочество.»

«Встань!» Он хотел взглянуть, но почувствовал, что это будет слишком внезапно. В конце концов, у них двоих еще нет реальных отношений. Что еще более важно, он волновался из-за того, что она каким-то образом испугается.

Как только он обернулся, он увидел на земле разбитую цветную стеклянную сферу, которую он подарил ей. Когда он вспомнил двух женщин, что покидали помещение, он задался вопросом, связаны ли они с этим инцидентом. Тогда может эти дамы виноваты в происшедшем? Похоже, что они слишком быстро забыли кровавую сцену. Его губы изогнулись, когда он засмеялся.

Рядом с ним доктор все еще стоял на коленях, очень испугавшись. Он дрожал, даже не осмеливаясь поднять голову. Из всех рассказов, которые он слышал о принце Ли, больше всего выделялся слух, что смех принца Ли провозглашал дождь из крови. Но принц Ли засмеялся совсем не надолго. Лун Хэн вспомнил, что эта женщина бессмысленно испугалась в последний раз, когда они избили кого-то до смерти. Сможет ли она вынести еще один раз?

Он отбросил осколки цветного стекла и сел на стул, чтобы подождать, пока не появится медсестра. Она быстро опустилась на колени при виде принца Ли, и он спросил о состоянии раны.

Медсестра отвечала на его вопросы один за другим, прежде чем он позволил ей с доктором уйти. Вскоре после этого вышла Е-мама с корзиной, заполненной кровавыми повязками. Сердце Лун Хэна дрогнуло от этого вида. Он видел кровь раньше, но почему он чувствовал себя так неловко, увидев ее кровь?

«Что случилось?» Спросил он, глядя на пол.

«Ваша служанка прибыла, когда это уже случилось. Сяо Ши должна знать подробности,» — ответила Е-мама.

Лун Хэн кивнул. «Ох?» Он поднялся и пошел за складную ширму. Там был керамический стул, покрытый вышитой крышкой, он сел на него.

Бай Сянсю было все равно. К счастью, когда она заговорила, она была полностью укрыта постельным бельем. «Ваше Высочество, ничего не случилось.»

Лун Хэн взглянул на Сяо Ши, которая больше не позволила своей хозяйке сказать ни слова, объясняя все, что происходило от начала до конца. Он ничего не сказал после прослушивания, и тихо сидел, как гигантская гора перед двумя женщинами. Наконец, Бай Сянсю не смогла больше этого терпеть и спросила: «Ваше Высочество, вам что-то нужно?»

Лун Хэн посмотрел на Бай Сянсю. Она лежала на кровати, повернув голову в его сторону. Хотя ее маленькое лицо было немного бледным, эти мокрые, розовые глаза вызывали только нежную привязанность. Он не мог не рассмеяться, когда сказал: «Я жду, чтобы услышать твои добрые слова о них.»

Выражение Бай Сянсю было сначала озадаченным, а затем изумленным. После этого, в конечном итоге, она безмолвно смотрела на Лун Хэна, пока ее лицо не превратилось в красную свеклу. Этот парень, несомненно, слишком много себе позволяет! Лун Хэн удивился, наблюдая, как ее лицо меняет выражения. Он чувствовал, что эта девушка слишком невинна и симпатична. Все ее чувства ясно отражались на ее лице.

К сожалению, над такими искренними людьми рано или поздно начинают издеваться.

Он не сдержать легкого кашля, увидев ее покрасневшее лицо. Он не смог больше сидеть в этой комнате, пахнущей медициной, и сказал, «Хорошо отдохните,» прежде чем встать и уйти.

Сяо Ши и Е-мама проводили его, а затем выпустили коллективное дыхание. Все говорили, что мысли женщин похожи на попытки найти иглу на дне моря, но похоже, что мысли мужчин еще сложнее. Возможно, Его Высочество скрывал чувства к своей наложнице, но он никогда не сидел здесь долго, когда приходил в гости. Он только немного смотрел, прежде поспешно уходить . Возможно, у него не было никаких чувств, но он не посещал никого из других мадам. Было очень трудно его понять.

Тем не менее, Бай Сянсю почувствовала облегчение. Гигантский мужчина, торчащий в ее комнате, только заставлял ее чувствовать давление большой горы. Когда он ушел, ее мышцы расслабились, и только тогда она почувствовала боль от раны. В результате было послано сообщение о том, что мадам Сюй провела бессонную ночь, плача от боли.

На следующее утро та, кто сообщила эту информацию, помогала Бай Сянсю принимать лекарства. Ее миссия заключалась в том, чтобы помочь мадам Сюй соблазнить принца. Хотя она не могла быть слишком очевидной, она все же могла помочь со стороны.

Разве рано утром не приходил доктор? Он ушел, убедившись, что с ней все в порядке. Е-мама теперь была уверена, что у принца все еще есть чувства к их хозяйке. Как только ее рана заживет, разве они не будут двигаться вместе и разжигать огонь*? (* — эвфемизм для громкого, страстного секса и / или отношений)

Поняв правду о ситуации, она сообщила об этом старой мадам, которая в свою очередь думала, что этой мисс Бай не повезло. Она либо пугалась из-за глупостей, либо была ранена хулиганами. К счастью, у нее хороший характер. Е-мама высоко оценила ее, только упоминая, что она казалась немного угловатой и неуклюжей, без каких-либо амбиций.

Быть глупой это ещё нормально, и не иметь амбиций?! Ведь ее сердце может сравниться с сердцем будущей леди в доме, спасая свекровь от боли беспокойства по поводу младших членов семьи. В последнее время здоровье старой мадам становилось все хуже и хуже, поэтому похоже, что ей нужно будет все объяснять и обучать Бай Сянсю после того, как ее рана заживет.

Бай Сянсю была молода. Благодаря тщательной заботе, которой она была обеспечена, и ее юным способностями к восстановлению, она практически вернулась в норму через десять дней. За те десять дней Сун Цзяоюэ отправлял людей с подарками, выспрашивая о ней. Но, из-за привязанности к приличиям, все подарки доставлялись принцу для их передачи дальше.

Второстепенный мужчина, вы слишком справедлив и честен! Бай Сянсю чувствовала все меньше и меньше уверенности. Она даже приняла на себя кинжал за него, но так и не увидела никаких результатов. Он все еще был в неведении о ее намерениях? Она стиснула зубы. В следующий раз она должна найти шанс, чтобы вытащить его в открытую. Если он заинтересуется, она продолжит. Если нет, она приготовится спокойно остаться здесь в течении года, а затем уколется кактусом, чтобы вернуться.

В это время старая мадам позвала ее к себе. Небрежно одевшись, Бай Сянсю медленно отправилась в путь с Е-мамой и Сяо Ши.

Хотя ее рана зажила за эти 10 дней, ее лицо заметно уменьшилось с потерей веса. Она покачивалась, пока шла, выглядя нежно и прекрасно, но также очень жалостно. Но даже вопреки этому, красавицы оставались красавицами, независимо от времени и места.

Лун Хэн сидел на своем высоком кресле, его сердце трепетало, наблюдая, как она медленно пробирается. Его поразила мысль, что она хороший индикатор ветра. Если бы ветер был слишком сильным, ее бы давно унесло! Он только тихо выдохнул, когда она отдала свое уважение и села. Он внимательно посмотрел, когда старая мадам наклонилась вперед. Она могла сказать, что Бай Сянсю поправилась совсем недавно, и поэтому спросила: «Вы когда-нибудь читали книги, когда были дома?»

Почему она спрашивает о книгах?

Бай Сянсю моргнула. «Да, я читала.» Никто не поверит ей, даже если она скажет нет. Она родом из семьи литераторов.

Выражение Лун Хэна было спокойным, но внутри он думал, что она не только читала книги, но и ее стихи тоже неплохие. Она одаренная молодая женщина-ученый!

Старая мадам снова спросила: «А вы изучали арифметику?»

«Немного изучала.» Как было бы стыдно, если бы современный человек не знал математику? Итак, Бай Сянсю собиралась ответить, хотя понятия не имела, почему старая мадам спрашивала ее об этом.

«Тогда принесите их, дайте ей посмотреть,» — улыбнулась старая мадам, сигнализируя глазами. Старая служанка принесла три связанных тома и передала их Бай Сянсю.

Бай Сянсю из любопытства открыла один из томов и быстро поняла, что внутри. Это учетная книга расходов на недвижимость. Она быстро положила ее и сказала: «Старая мадам… это, вы…» Что она имела в виду? Она снова решила убежать как можно быстрее. Женщины в романах боролись и били себя до крови за возможность взять на себя ответственность за семейные счета. Она не хотела, чтобы ее так быстро избили!

Старая мадам попивала чай и медленно говорила: «Мадам Бай, вы уже некоторое время находитесь в поместье, так что знаете, что оно было дано нам несколько лет назад. Его Величество сделал нам одолжение и даровал наследие принца Ли, но это по-прежнему относительно новая резиденция. Поскольку вокруг меня не так много полезных людей, и в последнее время состояние моего тела ухудшается, мне нужен кто-то, кто поможет мне позаботиться о некоторых делах.»

«Тело старой мадам — это само определение здоровья и вообще не нуждается в каких-либо помощниках.» На этот раз Бай Сянсю ее перебила, опасаясь, что она превратится в няню-экономку, если слишком медленно отреагирует. Она правда не хотела выполнять эту задачу. Старая мадам точно определила ее качества, соответствующие этому посту. Она была честной, терпимой и послушной, человеком, который не был алчным или смутным.

«Это то, что я увидела в вас. Вы не такая, как другие, которые сражаются и соревнуются за пустяки, пока не испортили свою репутацию, как барышни известных аристократических семей. Независимо от того, мне понадобится кто-то, кто поможет мне в конце концов.»

«У этих трех наложниц изменчивые личности, и они, вероятно, не знают арифметики. Возьмите их и посмотрите. Если вы ничего не поймете, попросите Фен-маму и Сяо-маму помочь вам. Я взяла их из своего родительского дома, так что они довольно много знают о состоянии этого имения.» Старая мадам не позволила ей отказаться, и она не оставила места для отказа в своих словах.

«Тогда большое спасибо старой мадам за милость.» Похоже, она должна выполнить эту работу, несмотря ни на что. Если так, она может только молча принять это. В любом случае она сидела без дела, поэтому просмотр нескольких бухгалтерских книг не слишком ее утомит.

К сожалению, она не ожидала, что старая мадам хотела лично проинструктировать ее, поэтому долго с ней разговаривала. Что-то о том, как нужно разделять расходы между внутренним и внешним имуществом, в то время как личные расходы принца имеют наименьшее ограничение, потому что у мужчин снаружи есть социальные обязательства.

На самом деле, все это было очень сложно. Несмотря на то, что она работала в садоводстве, она, естественно, умела выбирать и торговаться за цветочную отделку. Постоянный поток таких расходов не представлял для нее никакого труда. Ей потребовалось некоторое время, чтобы послушать, понять и все запомнить. Ее понимание было на несколько пунктов выше, чем у обычной женщины.

Старую мадам весьма поразили ее ответы. Как можно ее считать глупой? Она явно очень сообразительна. Похоже, ее глупость применяется только к личным отношениям.

Лун Хэн был достаточно терпелив, чтобы выслушать все от начала до конца, не прерывая их пока играл чашкой в руках. Когда они почти закончили, он сказал: «Давайте поедим!»

Итак, уже обед?

Бай Сянсю готовилась вежливо уйти, когда Старая мадам неожиданно сказала: «Оставайтесь с нами!»

Это не правильно. Вы, ребята, поедите, пока я буду смотреть, вы, ребята, заправитесь, пока я буду стоять. Как унизительно. Хотя я не голодна, вы не должны так мучить кого-то! Но такова судьба наложницы в древние времена. Она молча опустила голову. Другого пути не было. Кто просил ее переселяться в наложницу?

Когда все было поставлено на стол, молодые и старые служанки помогли старой мадам прополоскать рот, прежде, чем сесть за стол.

Лун Хэн прошел через те же действия, прежде чем взяться за свои палочки для еды, и положить несколько кусочков в чашу старой мадам. Затем он бросил взгляд на Бай Сянсю.

Может, он и не говорил, но старая мадам все поняла. Если сын позаботился о заполнении тарелки матери, наложнице не нужно было беспокоиться о том, чтобы позже служить старой мадам. Улыбаясь, она сказала: «Вы тоже садитесь. Здесь нет чужаков, так зачем беспокоиться об этикете? Более того, ваша травма еще не полностью зажила, вы не должны утомлять себя.»

«Большое спасибо Старой Мадам.» Было здорово, что ей не пришлось стоять, но она все еще нервничала, сидя перед этими двумя. Она даже не следила, что ест и быстро опустошила миску риса прежде, чем осознала это.

Как она могла знать, что их губы продолжали дергаться, когда она ела? У матери и сына были одинаковые мысли, наблюдаая, как она ест свой рис. Эта леди насколько робкая, что она даже не посмела прикоснуться к гарнирам и просто ела рис. Разве она не боялась задохнуться от своей паники?

К сожалению, чтобы сохранить свое достоинство, они не очень много говорили. Но взгляды на нее, почему-то заставили их почувствовать себя довольно расслабленными.

Бай Сянсю не знала, что ее внешность очень забавляла мать и сына перед ней, но после еды она не чувствовала беспокойства. Она попрощалась и в сопровождении Фэн-мамы и Сяо-мамы отправилась обратно в Зимний сад. Смирившись с судьбой, она начала читать бухгалтерские книги. Ее задача была довольно простой. Подсчитать учетные записи и выбрать любые подозрительные расходы.

Как кто-то из современной эпохи, скорость Бай Сянсю при чтении бухгалтерских книг и подсчет всего этого, заставили двух старых слуг чрезвычайно удивиться. Самое главное, она делала умственные расчеты и даже не касалась счетов.

Кроме того, не только ее расчеты оказались правильными, но она также быстро указала на какие-либо подозрительные записи. За одну ночь она закончила все три книги, не пропустив ни одной строки. Такая скорость не проиграет даже профессиональным бухгалтерам. Самое главное, хотя она сделала все очень хорошо, она не была высокомерной. Она задавала вопросы двум старым служанкам со смиренным отношением, как будто ничего не понимала.

Она даже поужинала с ними, вместо того, чтобы приказать им готовить для нее отдельно. Хотя это был простой жест, она не командовала над ними, как хозяйка, и с ней было очень легко. Конечно, это все благодаря Е-маме. Все они были слугами старой мадам, поэтому обе старые служанки обратили внимание на ее похвалу о госпоже Сюй.

Три старых служанки начали выпивать вовремя ужина, вспоминая о прошлом. Бай Сянсю любила слушать такие старые истории, так как они были связаны с имением князя Ли и старой мадам.

Она не думала, что старая мадам близкая подруга нынешней вдовствующей императрицы и что они отлично ладили. Семья Лун состояла не только из этой ветви, но и из другого отделения в столице. Это сделало семью Лун одной из великих семей.

Но было непонятно, почему эта ветвь отделилась от основной семьи, и похоже, это произошло без их согласия. Когда три старых служанки счастливо болтали, она просто сидела рядом и слушала, иногда даже наливая им вино.

Это продолжалось до тех пор, пока Сяо-мама внезапно не ударила по столу и сказала: «Если бы семья Лин за спиной не получила пользы, когда семья Лун разделилась, старой мадам не пришлось бы устанавливать это обязательство для принца. Аи, у мисс Лин репутация талантливой женщины без всякой на то причины…»

«Ладно, хватит болтать, ты пьяна.» Фэн-мама подтолкнула ее. Только тогда они трое поняли, что выпивают и ведут себя так свободно под крышей хозяйки, и даже так долго ее беспокоя. Все они повернулись, как одна, и встретили пару сверкающих глаз, которые наблюдали за ними, захватывающе мигая. В уголке ее рта даже была видна улыбка. Свет фонаря рельефно показывал ее красоту. Добавив внешность к ее отношению к ним, в их сердцах никак не могла появиться ненависть.

Увидев, что ее подслушивание обнаружено, Бай Сянсю смущенно сказала: «Эта наложница просто наблюдала, как вы трое хорошо ладите, и мне стало немного завидно.»

Была очередь Сяо-мамы смущаться, она ответила: «Мы просто так живем вместе, здесь нечему завидовать.»

«Нет, вы все живете в счастье. Разве вам не повезло встретить столь великодушную хозяйку, как Старая Мадам?» Кто не знал, как нужно хвалить? Тем более, что эти трое людей служили старой мадам. Ее слова обязательно дойдут к ней.

Она пыталась проложить путь к спасению. В случае, если второстепенный мужчина не оправдает ее надежды, ей прийдеться стремиться к благосклонности матери и сына. Хотя в наши дни она никогда не меняла работу, ей это и не нужно было. Она добилась хороших отношений со своими колегами, и начальство не хотело ее отпускать.

Познакомившись с такой хозяйкой, как эта девушка, у нее и трех старых служанок была шумная ночь. Через некоторое время слуги наконец ушли на свои кровати. Придя на следующий день к старой мадам, у них не хватало слов похвалы для Бай Сянсю, когда они отдавали книги.

Однако они знали, как правильно формулировать свои слова. Они только сказали, что у старой мадам или принца хорошая интуиция, и что госпожа Сюй не просто хорошо выглядит, но также довольно умная девушка и тому подобное. Конечно, они также передали похвалу, которую упомянула госпожа Сюй. Хотя лицо старой мадам мерцание посетило лишь на мгновение, внутри она была очень счастлива.

Лун Хэн волновался, поэтому пришел к старой мадам. Он не мог просто так прийти во внутренний двор Бай Сянсю, как он хотел, потому что это только заставит людей вилять языком. Но никто ничего не подумает, если он посетит свою мать.

Войдя в комнату все, что он услышал, было комплиментами. Старая мадам взяла одну из учетных книг и сказала: «Она быстро вычислила их, но ее почерк…» немного убогий.

Конечно, Лун Хэн знал о ее почерке. Его можно было назвать изящным только в крайнем случае. Он улыбнулся и сказал: «Если этот почерк кто-то увидит, они будут очень смеяться. Давайте добавим для нее завтра ещё один урок!»

«Но, в нашем имении нет старых слуг, которые умеют хорошо писать,» — честно сказала Сяо-мама.

«Я сделаю это лично.» Лун Хэн давно хотел найти оправдание, чтобы приблизиться к ней, но не мог найти подходящей причины. Разве это не оправдание, которого он ждал? Хотя он ничего не мог сделать, пока ее рана все ещё беспокоила ее, простого общения было вполне достаточно. Это был первый раз, когда он так хотел познакомиться с дамой, будто маленький мальчишка.

Старая мадам не могла дождаться их близости друг к другу и сказала: «Ладно, твой почерк очень хорош. Тем не менее, она еще не оправилась от раны, поэтому позаботься о ней.»

Молодые люди были склонны к волнениям. Если она снова получит травму, это будет плохо. Старая мадам все еще рассчитывает на свою помощницу!

«Я знаю.» Лун Хэну казалось, что он перевернул новый лист. Впервые в жизни его можно было назвать нетерпеливым. Не более четырех часов спустя он прибыл в Зимний сад. Войдя, он увидел, что Бай Сянсю лежит. Она днем училась управлять домашним хозяйством и как справляться с делами каждой из мадам.

На самом деле она уже знала, что кто-то придет учить ее каллиграфии, но не знала кто именно. Старые служанки вели себя таинственно и не упоминали личность ее учителя. Когда она ждала, Сяо Ши объявила о прибытии принца. Она поспешно встала для приветствия: «Добрый день, Ваше Высочество. Что-то случилось?»

По какой-то причине она больше не чувствовала страха, который изначально испытывала к нему, возможно, из-за недавнего общения. Тем не менее, она все еще не хотела слишком приближаться к нему, поскольку у нее было ощущение обреченности, если она случайно его спровоцирует.

Лун Хэн протянул руку, чтобы помочь ей, и сказал: «Есть одно дело. Присаживайтесь, будем учить вас писать.»

«А? Ах…» Учителем каллиграфии на самом деле оказался принц? Неудивительно, что глаза трех старых служанок были такими странными. Они ждали его!

Она подошла к письменному столу и послушно села. Однако в ее выражении не было большой радости. Она могла только опустить голову и скрутить носовой платок, чтобы могучий принц не увидел ее мысли.

Но, с точки зрения Лун Хэна, она явно стеснялась. Из его сердца неистово вырвалась радость, и он подошел, чтобы сесть рядом с ней. Стул от этого письменного стола мог легко разместить двоих людей. Сегодня случилось так, что на его поверхности сидели два человека.

Бай Сянсю испугалась, поэтому тихо попыталась сдвинуться в сторону. Лун Хэн очень нервничал, чувствуя запах ее тела на таком близком расстоянии. Ему казалось, что он нагревается. Когда он поспешно встал, чтобы снять пальто, он вдруг услышал стон.

Повернувшись, Бай Сянсю уже пересела на край стула, и так испугалась когда он встал, что упала.

«…» Угол губ Лун Хэна бессознательно дрогнул. Он такой страшный? Или она слишком нервничает?

Сяо Ши увидела, что ее хозяйка упала и быстро подошла помочь ей, но, взглянув на Лун Хэна, застыла на месте. Он потянулся к Бай Сянсю с добрыми намерениями и сказал: «Встаньте, какие манеры вы показываете, сидя на полу?» Он хотел быть нежным, но, к сожалению, не знал, как это сделать.

Кто хочет сидеть на полу? Бай Сянсю немного поколебалась, прежде чем наконец положить руку на ладонь мужчины. Его тело было горячим на ощупь. Разве большинство романов не описывали мужские руки как слегка прохладные? Почему его рука такая теплая?

Она тут же отдернула руку, словно ее обожгли в момент, когда она коснулась его ладони. Но, видя, что его рука вообще не двигалась, казалось, что опасности не было. Она медленно положила руку ему на ладонь.

Она выглядела как маленький котенок, который пробует свою еду. Сердце Лун Хэна почти перестало биться, и он еле сдержал желание втянуть ее в объятия и слегка погладить. Если бы он сделал этот шаг сейчас, он только отпугнул бы ее, точно так же, как маленькое животное, которое только что ослабило бдительность. Поэтому, Лун Хэн сдержался. Подтянув ее, он больше не двигался и сказал: «Продолжим!»

«Хорошо!» Практика ее каллиграфии была очень болезненной, особенно с главным героем, сидящим рядом с ней. Этот аромат, столь уникальный для мужчины, наполнял воздух, поэтому она не могла успокоиться, хотя очень хотела!

Мужчина безмятежно показывал ей, как писать, мазок за мазком. Иногда он даже держал ее за руку, чтобы научить правильному способу писать. Внутри она все время жаловалась: «Главный герой, что с тобой? Что ты здесь делаешь, если ты сейчас должен искать главную героиню!» Откуда она могла знать, что Лун Хэн тоже неловко себя чувствовал в их нынешней ситуации?

Он никогда не был так близок к женщине с самого детства. И главное, он должен быть очень осторожным, будто она что-то очень хрупкое. Он был человеком с сильным характером, нетерпеливым и импульсивным. Но, будто столкнувшись с каким-то животным, которое в любой момент может испугаться, он мог только подавлять свои импульсы. Посидев там совсем немного, он уже выпил три чашки чая.

У каждого из них были свои мысли, поэтому в этом раунде каллиграфической практики не было большого прогресса. По прошествии приличного количества времени кактус Хуэр заговорил: «Ла лала лала ~, госпожа, эти две плохие женщины вернулись. Женщина с кусочком меня внутри сказала, что на этот раз она покажет вам хорошее отношение. Она сказала, что не позволит вам использовать благосклонность принца, чтобы делать все, как вам нравится. Она говорит, что вы бесстыдны, пытаясь помочь старой мадам с управлением семьей. Как бесстыдно! Вы все еще простая наложница, даже если они дают вам золотую бумагу. Другая плохая женщина велела ей успокоиться и получить благосклонность принца, прежде чем что-то делать.»

Эх…

Они собирались начать какую-то супружескую политику и схемы?

Но, принц был здесь прямо сейчас. Они даже неоднозначно записывали слова, сложив руки. Если бы женщины увидели эту ситуацию, это было бы ужасно неудобно. Но вскоре после первой мысли, появилась вторая.

Она ведь наложница принца. Интимная связь с ним вполне разумна, так что, если бы другие увидели это? Кроме того, они не будут внезапно входить, конечно, слуга объявит о прибытии. Кроме того, независимо какие мотивы они преследовали сегодня, им пришлось бы бежать поджав хвосты, как только они увидят здесь принца. Ей нечего бояться.

Ее мысли постепенно укрепились, она успокоилась и позволила мужчине обхватить ее руку, когда они писали каллиграфию.

Но она забыла, что в Зимнем саду очень мало слуг. После того, как старые служанки научили ее всему, что могли, они вернулись к своим изначальным постам. Кто бы остался здесь, чтобы стать бельмом на глазах принца? Что касается Сяо Ши, чай в комнате закончился, из-за чего она пошла вскипятить воду и заваривать чай. Она ещё не вернулась.

Таким образом, во время этой любопытной обстановки две хозяйки из Весеннего и Летнего садов сумели в полной мере проникнуть в ее комнаты.

Первая наложница даже улыбалась, когда вошла: «Айо, внутренний двор нашей сестры довольно тихий, даже слуга не объявляет… объявл…» Она проглотила следующие слова, когда нагнулась в приветствии, скрепя зубами «Эта наложница приветствует Его Высочество.»

Сейчас белый день, а они так близко друг к другу. Она действительно была лисой, которая специализировалась на соблазнении мужчин. Вторая наложница тоже увидела ситуацию и поспешно нагнулась в приветствии.

В одно мгновение две пары хозяек и слуг стояли на коленях. Они были наложницами, поэтому даже дома они должны были официально приветствовать хозяина. Правильно, хотя принц был их мужем, он также был их хозяином. Лун Хэн молчал. Его хорошее настроение пропало, как щелчок пальца.

Его личность всегда была довольно взрывоопасной, и он никогда не проявлял большой нежности к женщинам. В этот момент, характер, который он подавлял, вышел наружу и он отбросил кисть.

Но, поскольку он был мужчиной, он не поставил их на свои места. Лун Хэн просто холодно сказал: «Не ходите просто так вокруг, если у вас нет дел. Все вы, возвращайтесь!»

Старшая наложница была умна и поспешно согласилась. Но вторая была самой красивой из четырех, второй после Бай Сянсю. Как она могла отказаться от этого якобы золотого шанса?

У них и так ограниченные шансы лично встретиться с принцем в тылу. С того времени, как он вернулся в поместье, они встретились два или три раза.

Она сделала очень жалкое выражение и сказала: «Ваше Высочество, это не значит, что мы пришли просто так. Если бы во дворе Младшей Сестры было достаточно слуг, мы бы так не ворвались. Эта наложница не ожидала, что Ваше Высочество будет в комнате Младшей Сестры средь бела дня, поэтому мы и наткнулись на вас.»

Старшая наложница внутренне проклинала ее как идиотку, как только услышала ее слова. Это нормально, если ты отругаешь только мисс Бай, но принц тоже здесь! Разве ты не имела ввиду, что он слишком развратно себя ведет средь бела дня?

Как и ожидалось, выражение Лун Хэна перешло от плохого к угрожающему. Он отложил в сторону соображения о разговорах о нем, флиртуя с Бай Сянсю, но вторая наложница буквально дала ему пощечину, говоря об этом таким образом. Она действительно полностью потеряла свое достоинство как человек.

Он главный герой романа и хладнокровный генерал, ему было присвоено звание принца Ли. Он осторожно сдерживал характер, чтобы не напугать маленькую трусиху, Бай Сянсю, но теперь все его стыд и разочарование вырвались, как недавно закрытая плотина.

«Серйозно? Похоже, вы знаете, что напали на принца, так почему вы все еще на коленях? Слуга! Проводи вторую наложницу и старшую наложницу на наказание в соответствии с правилами имения!» Человек, которого он назвал, был секретным телохранителем, которого он держал рядом с собой. Обычно он оставался в тени, но приказы принца были для него абсолютными.

Услышав приказ Лун Хэна, он ушел позвать старых слуг и служанок. Первая наложница встала на колени и просила пощады с пепельным лицом: «Принц, пожалуйста, помилуйте эту наложницу. Эта наложница вернется к себе и больше не придет к Младшей Сестре.»

«Заткнись!» Сердито крикнул Лун Хэн. Его аура убийцы полностью подавила всех присутствующих. К сожалению, Сяо Ши выбрала не тот момент, чтобы войти с чаем и была поражена взрывом ауры. Она так испугалась, что невольно уронила чайник.

Бай Сянсю немного напряглась, когда задалась вопросом, обожгла ли Сяо Ши руку. На самом деле, она не испугалась принца, а была полностью увлечена следующим действием Сяо Ши, потому что девушка только что опустилась на колени на пролитый чай.

Но Лун Хэн так не думал. Он знал, какой он был, когда выходил его характер. Ни один человек во всей армии не мог уйти от боя. Глядя на двух женщин, стоящих на коленях перед ним, он знал, что они уже напуганы, не так ли?

Мисс Бай была робкой с самого начала; сейчас она тоже испугалась? Он тайком взглянул на ее лицо и увидел на нем бледный цвет. Ее широкие и энергичные глаза сдерживали слезы, которые не осмеливались скатиться со щеки. Ее взгляд был нацелен на дверь, а руки постоянно сжимали платок. Это было очевидно. Она явно боялась его.

«Уведите их. Просто уведите их! Не позволяйте больше им говорить глупости.» Он махнул рукой, и старые слуги, которые только что вошли, быстро вытащили двух наложниц. Дальше, Лун Хэн сказал: «Проводите наложниц к их дворам для наказания. Удостоверьтесь, что они запомнили — не нужно приходить сюда без причины.»

«Мы все поняли.» Старые слуги ушли, забрав двух наложниц. Вся комната была очищена в мгновение ока.

Бай Сянсю взглянула на Сяо Ши и тихо сказала: «Быстро вставай и закипяти немного чая, чтобы принц успокоился.» Когда она встала, Бай Сянсю увидела, что Сяо Ши не проявляла никаких признаков боли в своем выражении. Поняв, что Сяо Ши, скорее всего, не пострадала, Бай Сянсю расслабилась.

Лун Хэн взглянул на Бай Сянсю, которая, похоже, выглядела скорее как лист ивы, дрейфующий по ветру. Он не был очень решительным, когда сказал: «Вы… попрактикуетесь пока самостоятельно. Мне нужно вернуться.» Поскольку она не могла расслабиться, когда он был рядом, было бы лучше, если бы он ушел. Поэтому, он покинул комнату с разочарованием в каждой складке своего лица. Но даже Бай Сянсю могла сказать глядя на его спину, главный герой был немного обескуражен.

Но он помог ей. Это правда, потому что иначе над ней бы издевались эти две наложницы. Честно говоря, характер главного героя довольно неплох. В противном случае она бы не читала этот роман. Что касается того, почему она всегда пряталась от него, причина только в ее второстепенной роли. Именно она легко его разозлила, подобно тому, что только что сделали старшая и вторая наложница.

В романе ее персонаж побеспокоил главную героиню, и к ней применили домашние правила. Тогда она не была избита тростью, а получила удачи в центр ладоней. Каждое наказание было по пятьдесят ударов. Это довольно жестоко. Бай Сянсю протерла свой центр ладони. Она молча пожелала двум наложницам удачи. Надеюсь, их руки не будут избиты до тех пор, пока не опухнут, как копыта свиньи.

После того инцидента, как старшая и вторая наложницы были наказаны, они стали гораздо более искренними. Кроме того, старая мадам тоже стала очень довольна ею. Постепенно она обучала ее и назначала больше работы.

Все началось с раздачи ежемесячных выплат. Впервые она увидела перед собой сундуки серебряных таэлей. У нее даже закружилась голова. В общей сложности было три сундука, и даже для мужчин было бы довольно сложно их перенести! Зарабатывать на жизнь было непростой задачей. Она отвечала только за раздачу денег, и уже сильно устала.

Сяо-мама прибыла рано утром и ждала ее. Как только она почувствовала прекрасный аромат в воздухе, она поняла, что это мадам Сюй. Она подошла, чтобы поприветствовать ее: «Мадам Сюй, вы наконец-то здесь! Просто присядьте и посмотрите. Удостоверьтесь, или мы раздаем правильную сумму.»

«Спасибо за всю вашу тяжелую работу.» Бай Сянсю знала, что не сможет найти недостатков в их работе. Причина, по которой они попросили ее прийти — просто проверить сумы.

Все знали, что принц относится к мадам Сюй по-другому. Кроме того, на нее очень полагалась старая мадам. В результате они не осмелились показывать какое-либо неуважение. Все выстроились в ряд и были в восторге, когда смотрели на хозяйку.

Четвертая наложница была естественной красавицей. Когда она села перед ними, казалось, что она просто наполнена изяществом и выдержкой. Она вообще не была пугающей. Фактически, элегантность выделяла ее среди всех остальных.

Каждая ветвь семьи отправила представителей для получения жалования. Бай Сянсю выделила каждой из них свою справедливую долю. В этот момент, всхлипывая, подошла молодая служанка. Она не переставала кланяться в ее сторону. Бай Сянсю знала, что она не несет ответственности за обычных слуг. Эта молодая девушка, должно быть, была допущена старыми слугами. Скорее всего, старая мадам хотела ее проверить.

«Что случилось? Почему ты плачешь?» Голос у нее был спокойный, без следа дрожи. Даже если ей было правда жаль ее, она не могла этого показать. Недавно она узнала, что хозяева должны воздерживаться от какого-либо волнения в любых обстоятельствах.

Молодая девушка заговорила: «В ответ четвертой хозяйке имя этой служанки Юньер. Я из Дворца Даствинда. Я попала в поместье примерно полгода назад. Вчера я узнала, что с моей семьей случилось несчастье. Многие люди умирают от голода. Мой отец, мать, а также мои младшие братья и сестры пришли ко мне за помощью, прося денег на выживание. Пожалуйста, Четвертая Хозяйка, пожалуйста, дайте мне чуть больше денег в этом месяце. Ваша служанка готова работать, как бык, чтобы отплатить за вашу щедрость и доброе сердце!»

Проходить через подобное было так угнетающе. По крайней мере, девушка, похоже, не лгала. Но Бай Сянсю все ровно должна была спросить: «Мама, это правда?»

Сяо-мама глубоко вздохнула: «Это из-за наводнений в Чжэцзяне. Они вызвали голод среди населения.»

«Тогда дайте ей дополнительную оплату за полгода!» На самом деле, она хотела дать больше, так как деньги все равно не принадлежали ей, но это казалось неправильным.

Юньер ушла, пробормотав свою благодарность сквозь слезы. Бай Сянсю прошептала несколько слов Сяо Ши. Она кивнула и ушла.

Как раз когда Юньер собиралась вытащить деньги, чтобы отдать своей семье, ожидающей снаружи резиденции, другая молодая служанка дернула ее за руку и прошептала: «Юньер, да? Моя хозяйка знает об обстоятельствах твоей семьи и хотела, чтобы я тайно дала тебе это. Возьми их для своей семьи!» Она положила два серебряных таэля в руку Юньер и повернулась, чтобы уйти.

Юньер была тронута. «Пожалуйста, поблагодарите за меня мадам Сюй.»

Сяо Ши улыбнулась и сказала: «Не думай об этом. Мадам Сюй понимает твою семейную ситуацию. У нее не так много сбережений, поэтому она могла помочь только этим.»

Юньер снова поблагодарила ее и поспешно ушла. Сяо Ши заметила, что в резиденцию вошел сэр Сун Цзяоюэ, когда собиралась вернуться и сообщить все своей хозяйке. Она поклонилась и поздоровалась с ним: «Приветствую Сэр Сун.»

Сун Цзяоюэ увидел, что только что произошло, но ничего не сказал об этом. «М-м, ты служанка мадам Сюй, верно?»

«Да,» — вежливо ответила Сяо Ши.

«Как ее рана?» Сун Цзяоюэ беспокоился все это время, но боялся спросить Лун Хэна, вдруг он неправильно поймет его намерения.

Сяо Ши знала, что сэр Сун имеет какое-то отношение к ране ее хозяйки, поэтому считала, что то, что он спрашивает, вполне нормально. Она ответила: «Ей немного лучше.»

«Это хорошо. Иди и присмотри за ней!» Сун Цзяоюэ не мог сказать слишком много. Он использовал свою мать в качестве предлога посетить ее сегодня. Сяо Ши не слишком много думала и ушла.

После этого, Сун Цзяоюэ попросил своих подчиненных расспросить детали у молодой служанки. Когда он узнал о добрых делах Бай Сянсю, его впечатление о ней еще больше улучшилось.

Бай Сянсю понятия не имела об этом. Если бы она знала, что ее добрый поступок поможет ей привлечь второстепенного мужского персонажа, она бы дала больше.

Закончив раздачу ежемесячных выплат, Бай Сянсю вернулась к отдыху. Но как только она легла, ей сказали пойти к принцу. Она была в замешательстве. По ее мнению, она должна была быть просто красивой вазой, безделушкой, второстепенным женским персонажем, которая всегда искала чем ей заняться. Но почему кто-то постоянно стучит в ее двери?

У нее не было выбора, кроме как встать и направится во двор принца. Войдя, она заметила второстепенного мужского персонажа. Ее глаза сразу же показали радость, но она быстро опустила взгляд из-за страха, что главный герой заметит это.

Но он не заметил. Его голова была наполнена мыслями о ее здоровье, так как Лун Хэн знал, что она была занята весь день. Он беспокоился, что ее тело не сможет справиться с большим, поэтому резко приказал: «Садитесь!»

Но Сун Цзяоюэ заметил каждое ее слово и движение. Когда он увидел, как в ее глазах вспыхнула радость, его сердце раскололось. Она…? Он быстро подавил свои блуждающие мысли, когда выдвинул Лун Хэна на передний план своего разума, этого выдающегося человека среди мужчин.

Лун Хэн был мужчиной самого высокого калибра. Будучи талантливым в боевых искусствах, он также имел положение и статус намного выше, чем он сам. Почему бы ей не отбросить своего мужа в пользу него, Сун Цзяоюэ?

После того, как она села, Лун Хэн сказал: «Мадам Сун попросила сэра Суна принести вам это укрепляющее средство. Кроме того, у них есть к вам одна просьба.»

«Как мило со стороны мадам Сун. Интересно, какая просьба?» Просьба? Что могла просить г-жа Сун? Ее любопытные глаза сосредоточились на Сун Цзяоюэ. По какой-то причине его палец задрожал, и его сердце начало биться нерегулярно, как будто он внезапно заразился странной болезнью.

Сун Цзяоюэ глубоко вдохнул и сумел сделать нейтральное выражение. Он выглядел немного неловко, когда слегка покашлял и заставил себя заговорить: «Недавно в нашу резиденцию приехала почетная монахиня и приготовила некоторые вегетарианские блюда. Она их готовила с юности в храме Даоса. Попробовав эти блюда, мать сказала, что навыки монахини не так хороши, как ваши. Удивительно, но монахиня отказалась принять этот результат. Она потребовала, что хочет узнать, как вы готовите.»

«О, я поняла. Какое блюдо?» Бай Сянсю подумала, что это очень странно. Почему мадам Сун пригласила монахиню готовить вегетарианскую еду? Но посмотрев на выражение Сун Цзяоюэ, она что-то заподозрила. Скорее всего, мадам Сун просто хотела съесть ее блюда.

Сун Цзяоюэ рассмеялся и немедленно вручил лист бумаги Сяо Ши, чтобы передать Бай Сянсю.

Бай Сянсю увидела на листе список блюд, которые она готовила в тот раз. Под ними были методики по их приготовлению, но они отличались от ее методов.

«Мои способы приготовления отличаются от способов монахини. Сяо Ши, принеси мне кусок бумаги и кисть.» Она решила записать свои собственные методы.

Лун Хэн опередил ее: «Шуер, принеси бумагу и кисть.»

Шуер повиновался и принес предметы. Бай Сянсю взяла кисть, и когда она собиралась начинать писать, главный герой вдруг выпалил: «У вас неправильная поза…»

Вввушш!

Бай Сянсю боялась этого человека, и ей стало страшно, когда кто-то внезапно прервал ее мысли. Ее рука дернулась, когда она вздрогнула, и дорогая кисть вылетела с руки. Она сразу подумала, что это плохо, и бросилась подбирать ее. Удивительно, но она была даже быстрее, чем Шуер.

Шуер уже наклонился, чтобы подобрать кисть, но не ожидал, что Бай Сянсю бросится мимо него и сама ее подберет. Что она за хозяйка? Почему она не следует нормальному поведению? Так как она подобрала кисть сама, что мне теперь делать?

Но он быстро вернулся к работе. Кисть засунули в его руки с зашифрованным вопросом: «Взгляни и проверь, не сломана ли она?!»

Он неловко взял кисть, чтобы осмотреть, но быстро принял к сведению темное лицо своего хозяина. Он решил избавиться от этого горячего картофеля и сказал: «Все в порядке. Она не сломана.»

Бай Сянсю вздохнула с облегчением. Она, конечно же, не смогла бы компенсировать принцу потерю этой дорогой кисти. Она поспешно извинилась за свой проступок. «Простите. В следующий раз я буду более осторожна.» Она определенно в следующий раз не бросит ее на пол.

«…» Лун Хэн действительно был в недоумении. Он понятия не имел, что ей сказать. Сун Цзяоюэ, стоящий рядом, почувствовал, как дрожит его сердце.

Почему мадам Сюй так боится принца? По логике, они женаты. Хотя она только наложница, ей не нужно так бояться?! Если только…

Внезапно Сун Цзяоюэ вспомнил, что Лун Хэн долгое время испытывал отвращение к женщинам после того, как вернулся с поля битвы. Когда бы они ни отправились в бордель, Лун Хэн приходил в ярость, когда женщины вдруг садились к нему или пытались приблизиться. Хотя он, казалось, был нежным по отношению к мадам Сюй, кто знает, что действительно произошло за кулисами?!

Сун Цзяоюэ еще раз взглянул на нее и заметил, как она измучена. У нее не было такого сладкого и очаровательного выражения, как у женщин, которых любили их мужчины. Он сам мужчина и имеет несколько женщин в своем заднем дворе. Как он мог не понять ее состояния?

Бай Сянсю заняла свое место и начала медленно записывать рецепты. Но она все еще боялась того, что только что испытала. Она ощутила на себе взгляд главного героя, поэтому изо всех сил старалась писать правильно. К тому времени, как она закончила, на лбу блестели маленькие жемчужины пота. Бай Сянсю сказала: «Будет не совсем понятно, если только посмотреть рецепты. Почему бы мне не приготовить блюда, чтобы вы могли взять их с собой, сэр Сун?»

«Это не очень хорошая идея. Ваша рана еще не зажила.» Сун Цзяоюэ с тревогой встал. Он не пытался быть вежливым; он просто не хотел, чтобы ее перегружали.

Но Бай Сянсю уже решила. Она отдала свое почтение и ушла, склонившись. Лун Хэн хотел остановить ее, но она ушла так быстро, что он не успел придумать, как это сделать.

Лун Хэн приподнял брови, говоря Шуеру: «Предупреди людей на кухне. Я не хочу, чтобы мадам Сюй поранилась.»

«Понял.» Шуер быстро ушел. Он вернулся через некоторое время и сказал: «Мадам Сюй закончила готовить блюда. Она хочет знать, Сэр Сун хочет их забрать сейчас или позже?»

«Я отвезу их домой сейчас. Мой… ахем…» Он встал, чтобы поклониться Лун Хэну. Он не закончил говорить, как Лун Хэн все понял. Они были друзьями с детства. Как он мог не знать, что мать его друга была жадным гурманом? Лун Хэн давно об этом знает. Он просто помахал своему другу, чтобы ему было удобно уйти.

Бай Сянсю была взволнована, когда услышала, что Сун Цзяоюэ немедленно собирается взять у нее контейнер с едой. Она нетерпеливо ждала снаружи. Поскольку Лун Хэн знал об этом, не похоже что она делала что-то скрытое за его спиной.

Она заметила, что Сяо Ши все еще шла позади, поэтому сказала: «Сяо Ши, я должна была положить немного кориандра на еду, чтобы усилить вкус, но забыла. Не могла бы ты принести мне несколько веточек? Скорее.» Сяо Ши не стала расспрашивать ее и быстро ушла. Собственно, причина, по которой Бай Сянсю сказала ей уйти, заключалась в том, что она заметила, как приближается Сун Цзяоюэ.

Сун Цзяоюэ заметил уход Сяо Ши издалека. Его сердце не могло не подпрыгнуть. Он повернулся к слугам позади него: «Подождите меня вон там.»

Слуги немного удивились, но не осмелились ничего сказать и молча отступили.

Когда она подошла, Сун Цзяоюэ немного нервничал. Его ладони начали потеть. Похоже, увидев как он колебался, Бай Сянсю сама подошла к нему. Она протянула ему контейнер с едой и покраснела.

«С-сэр Сун. Н-на самом деле, я отношусь к вам… иначе, чем к другим. Я…. внутри есть блюдо, которое я приготовила специально для вас. После того, как вы его съедите, вы все поймете.»

Он в изумлении уставился на нее, прежде чем понял, что она уже обернулась. Она быстро пошагала вперед и уже через несколько шагов задыхалась. В этот момент вернулась Сяо Ши и сказала: «Вот кориандр, который вы просили, Госпожа.»

«Сэр Сун уже забрал блюда. Пойдем. Не хорошо, если другие нас увидят.»

«Ой. О…» Как он так быстро пришел?

Наблюдая в оцепенении, как они уходят, он тоже быстро ушел. Только войдя в свой экипаж, он открыл контейнер для еды и увидел, что помимо блюд, которые он заказал, была добавлена тарелка с двумя булочками.

Он долго думал, но не мог понять, что в этом особенного. Он не потрудился помыть руки, прежде чем положить одну из булочек в рот. В тот момент, когда он раскусил ее, его лицо стало ярко-красным. Он почувствовал, что его сердце собирается выпрыгнуть из груди. Снаружи она выглядела как обычная булочка, но внутри был необычный ингредиент, сердце животного.

Смысл очевиден. Она была готова отдать ему свое сердце и хотела, чтобы он это понял. И он правда понял ее чувства. И ее шепот: «Пока вы в порядке…» после того, как закрыла его от оружия, нежные взгляды и вспыхнувшие щеки, когда снова увидела его.

Все ее действия указывали на то, что у нее к нему особые чувства. Кроме того, она смело выражала их. Обычно он думал, что женщины, которые так себя ведут, слишком бесстыдны. Как она смеет пытаться соблазнить других мужчин, если она наложница принца?

Но что, если ей понравился кто-то другой, потому что принц не хорошо

к ней относится? Это было вполне возможно. Она только пыталась показать свои чувства. Не похоже, что она действительно что-то с ним делала, верно?

Но что с ним?

Почему его сердце застыло?

Сун Цзяоюэ молча съел другой кусочек теста. Он не знал, как определить вкус. Это было слишком сложно. Он не мог не вздохнуть. Несмотря ни на что, у них двоих не может быть будущего. Это невозможно. Она жена Лун Хэна, а Лун Хэн его хороший друг.

Если бы Лун Хэн был абсолютно не заинтересован в ней, то, возможно, Сун Цзяоюэ мог бы попросить своего друга отдать ее ему. Но Лун Хэн явно относился к ней иначе, чем к остальным. Если Сун Цзяоюэ безрассудно попытается украсть его любовь, их дружба закончится.

Сун Цзяоюэ положил крышку на контейнер и молча закрыл глаза. Казалось, он увидел снежный пейзаж, который растаял, прежде чем у него появилась возможность вдохновиться его красотой. Он сожалел, но у него не было другого выбора.

Между тем, второстепенный женский персонаж Бай Сянсю все еще с нетерпением ждала ответа в Зимнем саду. Ничего не поделаешь. Это первый раз, когда она призналась парню во второй жизни; естественно это было напряженно.

Поскольку Бай Сянсю слишком нервничала, она плохо ела и не спала. На самом деле она была довольно спокойным человеком в современной эпохе, но с тех пор, как пришла в древние времена, она часто становилась беспокойной или раздраженной без причины. На самом деле это была не ее вина. Это все незнакомый мир со случайным риском избиения до смерти.

Ожидая несколько дней, она начала помогать с большинством вещей вокруг имения. Старая мадам была весьма довольна ее новообретенным энтузиазмом. Лун Хэн дважды посетил ее, но только немного сидел рядом, прежде чем уйти, не сделав ничего дурного.

Что творится с главным героем? Он целенаправленно рассказывал ей, что нашли старшего двоюродного брата главной героини, и что его довольно сильно избили. На самом деле она чувствовала себя удовлетворенной этой новостью, потому что этот мужчина причинил ей серьезные травмы.

Это послужило ему наказанием. На самом деле было бы даже лучше, если бы его избили так, чтобы мать не узнала. Но почему главный герой пришел рассказать ей эту новость? Может, он знал, что мисс Лин посетила ее комнату, когда уходила?

Ее тело дрожало. Как и ожидалось, главный герой не был тем, с кем она должна бороться. Может быть, он пришел к ней, чтобы спросить о главной героине? Это было странно, он никогда ничего не спрашивал.

Она откинула одеяло и повернулась, лежа на кровати, неспособная заснуть. Было довольно холодно ночью, поэтому в результате она простудилась.

На следующий день у нее начало болеть горло. Именно тогда семья Сун вернула коробки для еды. Внутри даже был подарок. Открыв его, чтобы посмотреть, она нашла коробку с закусками.

Бай Сянсю разволновалась. Получит ли она наконец ответ? Она поспешно вытерла руки, подняла и сразу же съела кусочек.

«Мадам Сюй, пожалуйста, не ешьте так быстро. Эти закуски следует есть с чаем.» Сяо Ши налила чаю для Бай Сянсю во время разговора. Однако, повернув голову, она увидела, что из глаз мадам Сюй текли слезы, когда та смотрела на закуски на столе. Ее выражение казалось немного одиноким и даже содержало несколько следов печали…

«Мадам Сюй, что случилось?» Испугавшись, Сяо Ши поспешно бросилась расспрашивать хозяйку.

Прямо сейчас сердце Бай Сянсю было в полном беспорядке. Она потерпела неудачу в обоих случаях, когда пыталась признаться, всецело и абсолютно. Было ясно, что она не могла ожидать, что второстепенный мужчина спасет ее из этого положения. Во всех закусках, которые он послал, не было никакого сердца.

Не желая сдаваться, она открыла все закуски, но, в конце концов, все они были пусты. У него действительно нет сердца! Она приняла за него нож и собиралась сделать ещё так много, но в конце концов, не смогла справиться его этим прекрасным лицом.

В итоге, она может полагаться только на себя, чтобы выжить в имении принца. Однако ей нужен был новый план, новый покровитель, чтобы спасти ее от определенной смерти. Кто остался, кто может быть ее следующей надеждой?

В тот момент в ее голове появилось слишком много идей. Ее мысли вращались, пока она не почувствовала, что ее разум опустел. Бай Сянсю услышала, как Сяо Ши крикнула от того, что она потеряла сознание.

Сяо Ши очень испугалась и поспешно закричала: «Е-мама, Е-мама, быстро идите за врачом! Мадам Сюй упала в обморок!»

Е-мама тоже испугалась. Тело мадам Сюй сделано из бумаги или что? Она только выздоровела и встала с постели несколько дней назад и снова потеряла сознание? Тем не менее, она все ровно побежала звать врача. Независимо от того, заботился ли принц о мадам Сюй или нет, она послала кого-то, чтобы сообщить и ему.

В этот момент Лун Хэна сопровождал Сун Цзяоюэ. Они оба пили чай, когда Сун Цзяоюэ рассеянно сказал: «Чиновник Сю пытается найти способ отследить этих бандитов. Будь осторожен, чтобы не дать ему никаких доказательств.»

«Людей, которым я приказал обо всем позаботиться, не могут найти даже люди в Цзяньху, так как этот идиот сможет что-нибудь найти?» Лун Хэн ухмыльнулся, его холодная аура стирала Сун Цзяоюэ и посылала озноб по всему телу. Какая женщина сможет ему противостоять, если он хоть немного не изменится?

Если бы эта деликатная женщина увидела его сегодня, какая у нее была бы реакция?

Когда он думал об этом, снаружи зашла старая служанка и сообщила: «Ваше Высочество, там служанка передает сообщение снаружи. Она говорит, что мадам Сюй внезапно потеряла сознание.»

Рука Сун Цзяоюэ задрожала. Половина чая вылилась из чашки и обожгла его руку, но он даже этого не понял. Он почувствовал лишь боль в сердце, когда искал подходящую реакцию.

Тем временем Лун Хэн уже вскочил на ноги, шагая к Зимнему саду: «Они вызвали врача осмотреть ее?»

«Они уже нашли одного, но не могут понять, почему она упала,» — ответила старая служанка, следуя за ним.

Сун Цзяоюэ на мгновение колебался, прежде чем последовать за ними. Боясь, что Лун Хэн не поймет его, он добавил: «Должно быть, это вызвали ее старые раны. Это моя вина.»

Лун Хэн предположил, что он пошел из-за чувства вины. Как только они достигли Зимнего сада, Сун Цзяоюэ не мог пойти дальше и остался ждать снаружи. Тем временем Лун Хэн уверенно вошел. Закуски были разбросаны по всему полу, и Бай Сянсю лежала без сознания в своей постели.

Ее лицо было очень бледным, а выражение ненормально спокойным. Несмотря на то, что она спала, казалось, что в ней нет жизни. Напряжение завязывало его сердце, пока он не спеша не подошел к ней. Его пальцы нежно опустились на ее лицо в поиске знака, любого знака. Только убедившись, что у нее есть постоянное дыхание, он расслабился.

Когда доктор наконец пришел, громовое выражение принца напугало его. Без каких-либо подсказок он быстро пошел, чтобы проверить пульс Мадам Сюй. Затем доктор нахмурился и сказал: «Мадам упала в обморок, потому что простыла и слишком много думала. Она должна проснуться после приема лекарства и отдыха.»

Услышав это, Лун Хэн подумал и обратился к Сяо Ши: «Что в последнее время беспокоило мадам Бай?» Возможно, мать дала ей слишком много работы?

Сяо Ши покачала головой и сказала: «Нет… Совсем нет. Мадам Сюй ни о чем не беспокоилась эти несколько дней.» На самом деле у нее действительно было что-то, что ее беспокоило, но Сяо Ши не выдала тайну своей хозяйки.

Лун Хэн нахмурился. Внезапно он вспомнил, какой странной была ее реакция, когда он рассказал ей об Официальном Сю, как будто она ждала, что он что-нибудь спросит. Она казалась немного озадаченной, пока не отправила его. Возможно, она догадалась, что он уже все знает и боялась, что он спросит ее об этом? Может, она много думала об этом вопросе, потому что не могла говорить о нем?

Чем больше он думал об этом, тем больше убеждался. Он начал винить себя за то, что был так небрежен. В будущем он не должен упоминать при ней неуместные вещи.

Врач прописал какое-то лекарство, отправив Сяо Ши заварить его. Лун Хэн послал Шуера сообщить Сун Цзяоюэ о состоянии мадам Сюй, прежде чем сесть рядом с кроватью. Он следил за ней, пока она спала.

Она не была такой опасливой, когда спала, поэтому он мог сесть как можно ближе. Это первый раз, когда он хотел быть так близко к женщине.

Мысли Сун Цзяоюэ отличались от мыслей Лун Хэна. Она была в полном порядке и не падала в обморок, пока не поела? Он слышал, что она даже плакала, тогда разве…

У него больше не было причин продолжать стоять у Зимнего сада, и он вернулся в поместье Сун. В ту ночь, он как будто потерял свою душу, потерял себя в вине и вел себя как сумасшедший пьяница.

Мадам Сун беспокоилась и ругала слуг: «Как вы заботитесь о молодом хозяине, если позволили ему выпить столько вина?»

Сун Цзяоюэ сдерживал свою мать и горько улыбался: «Это потому, что я ее отпустил. Я бессердечный, у меня нет сердца. Если ты мне не веришь, прикоснись и посмотри?»

Мадам Сун нахмурилась. Она никогда не видела, чтобы ее сын так себя вел? Он с детства был беззаботным; никогда раньше не показывая себя с такой стороны. Она утешала его, как могла, «Кто сказал, что мой сын бессердечен! У моего сына есть сердце. Перестань вести себя как сумасшедший. С тобой все будет хорошо.»

Как Сун Цзяоюэ мог такое слушать? «Откуда у меня сердце? Где оно? Не лги мне… Ха-ха … У нее есть сердце, это она…» Он качался на ногах, когда рассмеялся, начал идти и рухнул на пол. Когда слуги поспешили к нему, они были ошеломлены исходящим мягким храпом от упавшей кучи, которая была Сун Цзяоюэ.

Мадам Сун допросила слуг, но они не знали ничего о странном поведении своего хозяина. Она могла только объяснить его пьянство, предположив, что он чем-то огорчен. Но, узнав на следующий день, что он сделал, Сун Цзяоюэ разразился холодным потом.

Было уже достаточно плохо, что он сошел с ума. Если бы он случайно выпалил о ней, как бы все на нее смотрели? Как бы принц смотрел на нее? Отныне он никогда не будет так пить, чтобы попытаться убрать свое волнение.

Никто не ожидал, и даже сама Бай Cянсю, что она выпадет из жизни на два дня.

Она спросила себя, когда проснулась. Когда она стала настолько слабой, что не смогла выдержать даже небольшой удар? Ее отвергли. Разве она не могла с этим справиться, чуть больше съев и выпив? Как современная женщина, она, конечно же, переживала разрывы отношений и раньше!

После того, как она успокоила свое эмоциональное «я», она взяла миску с лекарством у Сяо Ши и выпила ее в печали. Подняв голову, она заметила мужчину, сидящего на стуле в своей комнате. Его волосы растрепались, и на нем был только подшерсток, накинутый на плечи.

Что за черт? Он пытается дразнить меня? Она закончила тем, что выплюнула лекарство, которое еще не проглотила. Затем она так энергично закашлялась, что вместе с лекарством выступили слезы. Лун Хэн нахмурился, но не двигался. Все, что он сделал, это сказал: «Почему ты стоишь? Принеси воды.» После его слов Сяо Ши бросилась принести воду.

Бай Сянсю выпила все за один раз. Ей казалось, что она только что вернулась к жизни. Она взяла у Сяо Ши носовой платок и вытерла рот. А затем изо всех сил пыталась выпрямить свою одежду, когда слабо сказала: «В-ваше высочество…» Она собиралась сойти с кровати, чтобы поприветствовать его.

«Вы прощены. Вы только что проснулись. Я не хочу, чтобы вы снова потратили все силы.» Лун Хэн не ожидал, что ее так напугает его присутствие. Он не смел двигаться, пока не успокоился. Затем он подошел к ней и спросил: «Вам хоть немного лучше?»

Бай Сянсю не могла приспособиться к ситуации. Длинные волосы и одежда Лун Хэна, предназначенные для отдыха в доме, придали ему потустороннюю красоту. Его глаза персикового цвета казались менее ледяными. Может ли это означать, что он оставался в Зимнем саду все время, пока она была без сознания? Как это возможно? Тем не менее, правда была перед ней. К ее удивлению, он сказал: «Раз уж вы проснулись, поешьте. Подготовьте еду!»

Сяо Ши с тревогой бросилась подавать приказы. Что касается Бай Сянсю, она вырвалась из своего испуганного состояния и немного задрожала: «В-ваше высочество, вы… вы еще не ели?»

«Нет. Мать беспокоилась, что вы слишком истощены. Она специально сказала мне остаться здесь, чтобы наблюдать за вами. Если бы что-нибудь случилось, я позвал бы имперского врача.»

Он подразумевал, что был здесь всю ночь? Бай Сянсю знала, что Зимний сад не очень большой. Единственной комнатой, в которой мог разместиться гость, была комната рядом с ней. Но кровать очень маленькая. Он такой большой, как он смог в ней спать?

В то же время она подумала о том, насколько старая мадам заботилась о ней. Она должна попытаться завязать с ней более тесные отношения. Возможно, тогда она сможет продержаться до следующего года и не умрет. Или, может, она вернется в современный мир к следующему году.

Но сейчас ей приходилось иметь дело с человеком, который был перед ней. Честно говоря, принц был довольно порядочным человеком. Он не был очень холоден к ней. Может, он то бедро, которое стоит обнять? Однако ее статус был особенным. Если бы она хотела обнять его ногу, ей пришлось бы заниматься с ним сексом или чем-то еще.

Как женщина с нормальным взглядом на мир, ценности и жизнь, она считала, что секс должен появиться после любви и брака. Для нее это было немного неприемлемо, если бы она занималась сексом до любви и брака. Кроме того, она только что пережила большое горе. Она не могла сразу принять другого мужчину.

Это правда. Хотя она просто пыталась соблазнить второстепенного мужского персонажа, но кто не будет упадать за таким нежным и красивым мужчиной? Она не выбрала его просто так. Будь то чтение романа или их первая реальная встреча в жизни, у Бай Сянсю было хорошее впечатление о Сун Цзяоюэ. Но печальная реальность заключалась в том, что ее отвергли.

Он сделал четкое заявление, вернув пустые закуски. Это означало, что, хотя у нее были чувства, чтобы что-то начать с ним, он не отвечал на них. Это было невозможно. Поскольку он не хотел быть с ней, не было смысла настаивать. Тем не менее, ее сердце не могло не болеть. Изначально она вспоминала эти немыслимые отношения после того, как проснулась. Но так как принц Ли здесь, его присутствие не позволяло ей думать ни о чем другом.

Они ели не вместе. Она — сидя на кровати, он — за столом. Пищу красиво поставили перед ней на маленький стол из главного стола. Она сидела недалеко от Лун Хэна. Они были достаточно близки, чтобы видеть выражение лиц друг друга. Хотя они не разговаривали, атмосфера была чрезвычайно странной.

По неизвестным причинам Бай Сянсю чувствовала, что за не тайно следят. Но всякий раз, когда она поднимала глаза, она видела, что принц Ли увлеченно ест. Это мое воображение? Нет. У меня хорошая интуиция, ладно? Какой он, принц Ли? Она не в его вкусе. Его тип — главная героиня! Она была мужественной, добросовестной и безвредной, как белый цветок лотоса.

«Он вспотел. Мужчина вспотел. Воздух не хороший…» — внезапно сказал Хуэр. Кажется, я не чувствую запаха пота.

Бай Сянсю почти задохнулась и кашлянула вслух. Температура в комнате была не очень высокой. Почему принц Ли потел? Она тайком взглянула на него и заметила, что его щеки слегка покраснели. Но он, похоже, не вспотел.

Предполагая, что Хуэр все усложнил, она посмотрела на него. Но Хуэр настаивал: «Он вспотел! И сердце часто бьется. Хуэр может это чувствовать!» Поскольку Лун Хэн сидел рядом с Хуэром, он мог его ощущать.

Бай Сянсю не думала, что это очень важно. Мужчины часто потеют. Это было нормально. Возможно, он съел пряное блюдо или что-то еще. На столе были пряные блюда, но они не выглядели такими уж пряными. Может, Лун Хэн не привык к такому? Или может он чувствителен к специям? Она отметила это в своем сердце и решила, что ей нужно знать, что она должна сделать, чтобы угодить этому начальнику. В конце концов, она не хотела причинять себе неприятности.

Разве она могла знать, что на Лун Хэна не повлияли специи. Он потел, как сумасшедший, потому что нервничал. Его спина была почти полностью пропитана потом.

Бай Сянсю сидела на противоположной стороне от него. Ее отворот был открыт, и шнур, который держал зеленое нижнее белье, был чрезвычайно очевиден. Кроме того, ее кожа была такой же чистой и белой, как нефрит, и время от времени ее глаза дрейфовали к нему. Всего этого было достаточно, чтобы заставить его сердце вспыхнуть от волнения и не позволить спокойно съесть его еду.

Когда она была без сознания, он был совершенно спокоен. Но как только она открыла глаза, он почувствовал, что больше не может оставаться здесь. Он не мог спокойно спать снаружи. Поэтому после обеда он быстро сменил одежду и ушел. После принятия душа он был намного спокойнее, но все еще беспокоился о здоровье Бай Сянсю. Он приказал врачу проверить ее и почувствовал облегчение только после того, как врач сказал, что с ней все в порядке.

Он снова пошел к ней. Но почему-то он не мог оставаться спокойным рядом с Бай Сянсю. Поэтому, немного посидев, он снова ушел. Тем не менее, он захотел увидеть ее снова менее чем за час. Это необыкновенное чувство мучило его. Итак, он закончил тем, что попросил Сун Цзяоюэ отправиться с ним на охоту. Может, уйти на несколько дней поможет.

Что касается Бай Сянсю, она чувствовала себя намного лучше. Поэтому, привела Сяо Ши с собой, чтобы позвать старую мадам. Спросив о ее здоровье, старая мадам лично выбрала для нее еще троих горничных. Их имена были Бяоюэ, Бяоцинь и Бяоюй.

Их больше не считали молодыми, и старая мадам лично их обучила. В будущем они будут помогать Бай Сянсю управлять делами семьи. В то же время она могла сказать, что ее сын не устоит перед Бай Сянсю. Кажется, он спал в ее комнате в эти дни. Но из того, что она слышала, он, вероятно, волновался о ее травмах. Поэтому сдерживался, потому что не был уверен, справится ли она с ним.

Как мать, она хорошо знала сына. Если он был с Бай Сянсю, это означало, что он, вероятно, не будет уделять никому из своих наложниц никакого внимания. Итак, теперь она возлагала все свои надежды на Бай Сянсю.

Сегодня мадам спросила о ее травмах и вызвала знающую старушку, чтобы осмотреть ее. Мама сказала, что Бай Сянсю довольно хорошо лечили, и хотя остался шрам, он смотрелся не слишком отвратительно.

Старая мадам продолжала хвалить сына, думая, что дни, когда она сможет взять на руки внука, приблизятся после того, как он вернется. Тем не менее, всякий раз, когда она думала об этом, ее настроение мгновенно становилось кислым, с напоминаем о мисс Лин.

Независимо от того, сколько скрытых или откровенных расследований она открыла относительно местонахождения мисс Лин, никто, похоже, не знал, куда она сбежала. Особняк Лин тоже не помог, только изложив заявление о том, что она пошла в храм, чтобы помолиться за благополучие своей матери. В городе уже ходили слухи; кто поверит, что мисс Лин все еще молилась за свою мать? Ее собственный сын внезапно исчез, а когда она поднимала эту тему, его брови крепко скреплялись.

Она знала, что у ее сына отвращение к своей невесте, которая еще даже не входила в ворота своего дома. Он знал, где мисс Лин на самом деле. Но просто не хотел ее искать.

Так не могло продолжаться всегда. Она знала, что за последние двадцать лет ее сын прожил несчастливую жизнь и нуждался в чем-то, чтобы быть счастливым. Именно поэтому она была очень снисходительна к отношениям между ее сыном и урожденной Бай. Как было сказано, девушка выглядела умной и успокаивала разум старой мадам.

Известие о полном выздоровлении Бай Сянсю уже скоро дошло до уха Лун Хэна. Даже Сун Цзяоюэ заметил в тот день поднятую линию его губ. Он не мог не спросить: «Разве ты не говорил, что сегодня у тебя большие планы? Зачем возвращаться после нескольких ударов?»

«В семье кое-что произошло.» Лун Хэн больше не объяснял, и уже поспешно пробирался домой в отличном настроении. У Сун Цзяоюэ не было выбора, кроме как пройти за ним, увидев, что его друг ушел, больше ничего не сказав. Может, что-то действительно произошло? Когда Лун Хэн вошел в резиденцию, он спросил у Шуэра: «Какая сегодня дата?»

Шуэр ответил: «В ответ моему господину, сегодня 7-й день месяца.» Затем он увидел, как принц взмахнул рукой, приказав: «Отнеси дикую утку и оленя мадам Сюй. Скажи ей, что я буду ужинать у нее сегодня вечером. Остальную часть отнеси старой мадам.»

Когда слуги начали исполнять его приказания, Лун Хэн сообщил старой мадам, что вернулся и пошел в свою резиденцию, принять теплую ванну. Обычно он никогда не уделял пристального внимания при мытье тела, но на этот раз он полностью помылся. Закончив принятие ванны, он хорошо почистил зубы, не заботясь о том, какое сейчас время. Он проверил свое отражение в зеркале и подумал: «Этого достаточно?»

Шуер почувствовал, что даже его коренные зубы болят. Это первый раз, когда он видит своего господина в таком состоянии. Принц не нервничал даже когда его вызывал император. Все это для того, чтобы просто посетить эту женщину? Но когда он подумал о том, какое худое лицо было у его хозяина, когда он дошел до нее, Шуэр не смел ничего сказать. Вместо этого он обнадеживающе сказал: «Кто сможет сравниться с превосходным обаянием хозяина? Если бы хозяин вышел так в город, все девушки ворковали бы и кричали, краснея от смущения!»

Лун Хэн чувствовал себя очень довольным собой. Ожидая заката, он просто сидел на своем стуле и пытался скоротать время с книгой. Но это небо явно не спешило темнеть!

С большим трудом он дождался, пока небо не потускнеет, прежде чем отправиться в одиночку в Зимний сад. Он даже не взял с собой Шуера. Человек в Зимнем саду уже давно приготовил ужин и ждал, глядя на кактус.

Она задавалась вопросом, он идет сюда, чтобы сделать со мной сегодня то или это? Сюжет слишком сильно изменился. Ничего не должно происходить между этими двумя персонажами до того, как придет главная героиня!

Но если он действительно хочет сделать то или это, я должна отказаться или просто покориться ему?

Бай Сянсю очень волновалась, но в конце концов решила позволить главному герою делать все, что он захочет. В любом случае второстепенный мужской персонаж не интересовался ею, и ее мысли постоянно возвращались к горничной, которую избили до смерти. Подумайте об этом, как закрепиться на бедре главного героя!

Как только она зацепится за него, ей больше не нужно будет соревноваться с главной героиней. Через год она сможет вернуться домой. Бай Сянсю потратила свою энергию, пытаясь успокоить себя, когда все продумывала. Но независимо от того, насколько она успокоилась, когда появился принц, ее сердце забилось, как бас-барабан. Ее напряженное лицо покраснело, а пульс участился. Просто и явно, она испугалась.

Увидев ее малиновое лицо, принц принял ее реакцию как застенчивость. По правде говоря, он тоже был немного смущен. Для человека, который никогда не пробовал прелести женщин, он с нетерпением ждал своего первого раза, но он также неизбежно испытывал странное, нервное чувство. Он даже немного испугался. Возможно, из-за инстинктов мужчины он немного расслабился, увидев ее такой застенчивой. Он сел после входа в резиденцию и спокойно сказал: «Присядьте и поужинайте со мной.»

Она не была женой, поэтому эта молодая леди приняла во внимание пристойность и спокойно села позади, поставив себе собственные блюда. Он будет делать с ней то и это, поэтому было бы не очень хорошо, если бы они сели далеко друг от друга. По мере того, как его мысли достигали этого конкретного момента, на его щеках медленно скользила малиновая волна заката. Он поспешно снял пальто и сел, не смея взглянуть на лицо Бай Сянсю.

Бай Сянсю предельно понимала его конечную цели, поэтому тоже не решилась взглянуть на лицо принца. Они оба просто уставились на посуду, поставленную на стол, и начали тихо есть.

Блюда были вкусными. Ее слуги уделили подготовке особое внимание, так как ингредиенты предоставил принц. Они были визуально привлекательными, ароматными и вкусными. Было позорно, что их подали двум людям, которые не ощущали ни запаха, ни вкуса, и понятия не имели, что они едят.

После того, как неуклюжая безмолвная еда закончилась, атмосфера сразу стала в десять раз неудобней. Неопытный Лун Хэн яростно пытался вспомнить, вы же не делаете дела сразу после еды, верно? Разве не нужно сначала развить соответствующее настроение? Поэтому его лицо стало более серьезным, так как ум агрессивно работал, думая о начале беседы.

Бай Сянсю была такой же, скомкав носовой платок в руке почти в шар, она все еще не знала, что делать. Когда она увидела цвет его лица, ей показалось, что он не собирается уходить. Она это знала.

Поскольку она готова к этому, она будет немного сильнее и не оставит плохого впечатления. Когда придет время…

Подождите, а что на Земле она оставила плохое впечатление? Как можно оставить хорошее впечатление в этих вопросах? Она понятия не имела, ладно? Как бы то ни было, разве все не говорят оставить этот вопрос мужчине…

Она слегка приподняла голову. Она была права в первый раз, этот мужчина действительно был довольно холодным и красивым! Однако его лицо было немного чрезмерно структурировано и, казалось, было слишком жестоким — настолько жестоким, что другие не могли обнаружить в нем ни капли нежности.

Но эта пара увлекательных глаз придала ему большую жизнь. Всякий раз, когда он смотрел на нее, она чувствовала волны романтики, исходящие от него, как будто она была непомерной красавицей.

О нет, нет. Главный герой был главным героем, ладно. Ей казалось, что он пугается, когда обычно не осмеливается пристально смотреть на нее. Теперь, когда она тщательно оценивала его, она поняла, что он ещё более утонченный экземпляр мужчины, чем второстепенный мужской персонаж.

Единственная проблема заключалась в том, что она не смела пировать на этом банкете, предназначенном для главной героини. Что, если он однажды поймет, что главная героиня его настоящая любовь; разве это не значит, что она будет намного ближе к своей смерти? Но если она отвергнет его, хотя у него чувства к ней, она все еще будет копать себе могилу. В этот момент она начала принимать свою судьбу, но ее сердце все еще вращалось между двумя взглядами. Быть активной и пассивной — две совершенно разные концепции, она понимала это сейчас.

К счастью, принц не захотел ничего с ней делать. Вместо этого он сказал: «Как проходит ваша каллиграфия? Почему бы вам не написать для меня несколько слов?»

«Конечно.» Бай Сянсю выдохнула и пошла за письменный стол, чтобы написать несколько слов. Но, подняв голову, она обнаружила, что Лун Хэн уже прошел перед ней.

Они были очень близко, и она сразу же очень разнервничалась и поспешно сделала шаг назад. Но Лун Хэн уже привык к ее странным реакциям. Он также пришел к необычному представлению о том, что она навредит себе, если впадет в панику. Поэтому, он взял ее за плечи, между ними был стол, когда он тихо крикнул «Не двигайтесь.»

Инцидент закончился падением Бай Сянсю. Она споткнулась о стул и начала падать назад. В то же время, не задумываясь, Лун Хэн достиг ее плеча. Ее не столь долговечная одежда мгновенно разорвалась со слышимым разрывающимся звуком.

Одежда была довольно удручающей в древние времена, так как ее нужно было носить слоями. Появилось белое верхнее и зеленое нижнее белье. Это зацепило Лун Хэна, чистая белая вспышка ее затылка почти заставила его дойти до предела силы воли. Он вытянулся и поднял ее, бросившись в спальню, не заботясь, были ли рядом с ним люди.

Бай Сянсю застыла и не знала, куда идти, даже если она хочет плакать. Она могла только наклонить голову и уклониться от взгляда на него, сжимая две руки в кулаки. Так, она выглядела очень забавно. Лун Хэн внимательно посмотрел на нее, осторожно положив на кровать. Даже настолько волнуясь, он все ещё мужчина. Он чувствовал, что все его тело напряглось от энергии, и нет места, чтобы выпустить его эмоции.

Бай Сянсю еще больше разнервничалась, чем он. У нее потели ладони, дыша быстро и тяжело, а лицо так горело, что на нем можно было практически кипятить воду. Но, поскольку прикрыться чем либо было невозможно, единственное, что она могла сделать, это закрыть глаза. Независимо от того, что он сделает, нечего было бояться, пока она не откроет глаза.

Она почувствовала, как что-то упало на ее лицо. Это была капля воды? Она не слишком много думала и протянула руку, чтобы стереть ее, и почувствовала, что она теплая. Главный герой не мог плакать, не так ли? Какой мужчина заплачет в такой ситуации? Должно быть, это его пот, похоже, я не единственная, кто нервничает! Это заставило ее почувствовать себя немного более расслабленной, пока она не вспомнила сцену страсти между главным героем и мисс Лин из романа. Она могла только предположить, что у нее будет трагическая ночь.

Честно говоря, по современным меркам было бы вполне нормально, если бы почти двадцатилетний парень никогда не держал за руку девушку. Такие парни были бы сейчас в колледже и, скорее всего, у них никогда раньше не было подруги.

Тем не менее, люди в древние времена созревали гораздо раньше и выходили замуж довольно рано. Возраст Лун Хэна уже считался «старым», но он по-прежнему вел себя совсем как подросток. Это выглядело так, будто все сказанное — правда; он на самом деле мало знал о взаимоотношениях между полами. Нет, еще хуже — больше похоже на то, что у него не было ни малейшего понятия об этом.

Бай Сянсю еще больше испугалась. Хотя было здорово, что главный герой чист, она вот-вот умрет от боли, когда ее каждый раз дергают и толкают, и она может только плакать.

Лун Хэн мог сказать, что ей было больно, и сделал все возможное, чтобы его движения были мягкими. Но, учитывая обстоятельства, ее ошеломительное лицо и тело усиливали подавляющее давление на его последнюю черту самоконтроля. Когда все было сказано и сделано, он все еще оставался мужчиной. Когда дело доходило до такого, самоконтроль мужчины становился практически нулевым.

Внезапно, не зная точно, что произошло, на его пальцах распространилось чувство тепла. Это было знакомое чувство, которое он испытывал бесчисленное количество раз на поле битвы. Увидев, что было на его руке, на него будто вылили ведро с ледяной водой, пробирая его до костей и охлаждая сердце.

Кровь…

Он ранил ее!

Бай Сянсю все это терпела с плотно привинчеными к нему глазами. Внезапно, эти слова застали ее врасплох. Опомнившись, она поспешно подняла свою смятую одежду. Она была уникальной, завораживающей красавицей, когда ее взъерошенные волосы распались и прильнули к ее телу. И все же углы ее глаз покраснели, и она выглядела довольно жалкой. Лун Хэн не мог оторвать от нее глаз.

В настоящий момент главный герой не мог думать ни о чем другом, кроме беспокойства. Хотя ему нравилось, как она сейчас выглядит, этого было недостаточно, чтобы поднять его дух. В конце концов, он не чудовище. Он не стал бы побеждать того, кто уже получил ранения.

«Ранил?» Ее голос был немного хриплым, что породило обновленное пламя в теле Лун Хэна. Он не мог больше оставаться, поспешно оторвавшись от постели и скользнув по его одежде. На кровати была лужица крови, где они двое болтали. Он не мог не схватить простыни и сказать: «Там кровь, Вы должно быть ранены.» Но, глядя на ее очаровательные, прозрачные глаза, он не мог понять что не так.

Он хотел дотронуться до нее, но боялся, что снова навредит, поэтому с тревогой позвал охранников с улицы: «Помогите, позовите доктора.»

«Это не…» Она начала протестовать, но казалось, что охранники снаружи уже спешили на помощь.

Лицо Бай Сянсю внезапно покраснело. Как только она успела подумать об этом, она быстро поняла, что произошло. У нее начались месячные! Она подсчитала даты — разве они не должны были начаться через несколько дней?! Но даже несмотря на то, что она знала, что происходит, главный герой не получил ни малейшего намека. Глядя на нее в панике и увидев, что она не отвечает на его вопрос, он сказал: «Передвиньтесь немного, и дайте посмотреть, где вам болит.»

«Я… я не ранена.» Если бы она сказала правду в такой ситуации, разве главный герой не захотел бы разрезать ее пополам? Она была слишком напугана, чтобы рассказать ему, поэтому подумала, что ей лучше опустить голову, зацепиться за простыни и сидеть там, не зная, что делать. Хотя она знала, что Лун Хэн беспокоится о ней, она действительно не могла сказать ему что-то столь неловкое.

Однако ее действия заставили Лун Хэна только ещё больше разволноваться. Он подошел к ней и потянул к себе. «Позвольте мне взглянуть на вас. Я обещаю, что на этот раз я буду более мягким.» Так не могло продолжаться; нужно выяснить, где находится рана, не так ли?

«Нет, не нужно, я в порядке. Тело этой наложницы в порядке…» Ваа! Она была на грани слез. Ситуация и так достаточно неудобная для девушки ее возраста. Как может великий лорд, как вы, не понимать, что происходит? Вы можете оставить меня простым нелюбимым женским персонажем?

Увидев, как она плачет, Лун Хэн немного успокоился и отступил. Он сжал руку в кулак. «Пожалуйста, простите меня, я не знаю своих сил.»

Эх?

Бай Сянсю была настолько застигнута врасплох, что на мгновение забыла заплакать и с удивлением посмотрела на Лун Хэна. Он просто так извинился перед ней, не так ли? Тот самый принц с ледяным лицом, человек, которого называли «Жестокий призрак», действительно извинялся перед ней?

Или, может, он не был таким безжалостным в конце концов! Она вытерла слезы. Теперь ей прийдеться это решить, иначе, когда появится доктор, это станет еще более неудобно. Поэтому она тихо сказала: «Это не вина Вашего Высочества, у этой наложницы… вы знаете что.»

Она сразу почувствовала, что может рухнуть на пол, сказав эти слова, но хуже было то, что она чувствовала, что Лун Хэн все еще вопросительно смотрит на нее краем глаза. Только тогда она поняла, насколько он был чистым листом, когда дело касается девушек.

Она не могла не вздохнуть и сказала: «Это… бывает у женщин каждый месяц, поэтому, вы должны помыть руки, хорошо?» На его руках все еще были следы крови. Это заставило ее посмотреть на жизнь, как на испытания!

Лун Хэн все еще колебался, думая про себя: Что бывает у женщин каждый месяц? Наконец, казалось, он проснулся, и покраснел темно-красным. Даже Бай Сянсю смогла это увидеть.

Почему у нее вдруг сложилось впечатление, что главный герой был довольно симпатичным, когда смущался? Нет, нет, нет, не обязательно, что он смутился, может он разозлился? Посмотрите, он настолько зол, что все его лицо покраснело.

Лун Хэн больше не мог стоять на месте. Он обернулся и позвал: «Приведите сюда Сяо Ши!» Что он имел в виду, он хотел, чтобы она вошла и разобралась с ситуацией.

Сяо Ши быстро бросилась к ней, крича: «Мадам Сюй, вы в порядке? Его Высочество причинил вам боль?» Это была самая вероятная возможность. Как могла тонкая мелочь, подобная ей, оказаться лицом к лицу с человеком, родившимся и выросшим на поле битвы?

«Не говори глупостей, поторопись и протяни мне ежемесячную подушку. Кроме того, помоги мне переодеться. Быстрее, скоро прибудет доктор.» Бай Сянсю отодвинула ширму и поспешила встать с кровати. Ей нужно привести себя в порядок, прежде чем кто-нибудь придет, иначе она станет посмешищем.

«Хах?» Умственные способности Сяо Ши были ограничены, поэтому ее голова вращалась кругами в течении минуты. Она знала, что ее хозяйка должна была служить принцу в постели с тех пор, как он был здесь, но ее месячные начались в такой критический момент. И вот принц ушел, позвал врача и стоял снаружи с мрачным видом крайней серьезности…

Подумав об этом, у нее внезапно появилось желание задушить эту хозяйку. Или, если не ее, то это ежемесячное кровотечение. Оно должно было начаться хотя бы на несколько дней позже! Но это бесполезно. Ее хозяйке пришлось менять одежду, а также простыни. Сяо Ши не могла сделать это самостоятельно, поэтому позвала Бао Цинь и Бао Ю. Бао Юй только что отправилась искать врача.

Хотя Бай Сянсю ещё прибегала к их помощи, в сложившихся обстоятельствах казалось, что единственный выход — позвать их, чтобы сменить простыни.

Но как только две девушки вошли и увидели пятна крови на кровати, им было трудно не задуматься над ситуацией. Их лица сразу же покраснели, как помидоры. Должны ли они оставить все для старой мадам, чтобы увидеть хорошие новости или пойти и выстирать их?

Они, естественно, знали о состоянии принца, так как служили старой мадам уже некоторое время. Иначе, их бы сюда не отправили.

Когда они вспомнили, как принц принес мадам Сюй, будто она была не что иное, как крошечная чашка чая, их умственные способности быстро истощились, и они не могли заставить себя ответить. Как долго это продолжалось? Разве все не слишком быстро закончилось?

Сяо Ши стояла возле ванной, когда увидела, что две старшие сестры просто тупо смотрят на простыни. Она тихо сказала: «Сестры, поторопитесь и смените простыни. Доктор скоро придет.»

«Сменить? Ах, да, сменить…» Они еще не могли нормально реагировать и только сняли простыни, чтобы заменить их новыми. Они как раз справились, когда Бай Сянсю вошла внутрь в новом наборе одежды, ее лицо все еще было немного бледным. Она держалась за живот, а Сяо Ши поддерживала ее по пути к кровати.

Сяо Ши, наконец, помогла своей хозяйке лечь на кровать, когда вошел доктор. Он проверил пульс Бай Сянсю и спросил: «У Четвертой мадам менструация?»

«Да, только что началась.» Ответила Сяо Ши со стороны.

Бао Цинь и Бао Ю в конце концов опомнились от шока, вызванного короткой… выносливостью принца, но затем погрузились в новый шок от месячных мадам Сюй и лица принца, которое было темным от гнева.

После того, как доктор проверил пульс мадам, он сказал, что дело только в том, что ее чрево слишком холодное и нуждается в добросовестной заботе. Он поклонился принцу после того, как выписал какое-то лекарство и поторопился уйти. Несмотря на то, что он не поднимал голову на протяжении всего процесса, он все еще чувствовал чрезвычайно холодную атмосферу в комнате. Он почти не дышал!

Когда все было улажено, Бай Сянсю грызла совесть и в конце концов она решила извиниться. Она бы умерла быстрее, если бы не сделала этого. Она соскользнула с кровати и попыталась выглядеть как можно слабее и нежнее, когда вышла, при поддержке Сяо Ши. Но, выйдя на улицу и увидев, что принц огляделся на ее кактус с ледяным выражением лица, у нее, естественно, ослабли колени. Это моя единственная надежда вернуться домой! Не возмещайте свой гнев на нем…. даже если он вас раздражает!

«Ах, мадам Сюй… вы в порядке?» Сяо Ши отпрянула назад. Когда Бао Юй и Бао Цинь подбежали сзади, они втроем, наконец, подняли ее, объединив свои усилия. Каждая из них разразилась холодным потом.

Лун Хэн, «…» Может ли кто-нибудь рассказать ему, все ли девушки такие слабые в это время? У нее даже не было сил прямо стоять. Что он должен делать?

«Присядьте! Вы, служанки, вы должны прилагать больше усилий для служения вашим хозяевам. Идите и принесите супа.» Что еще она может есть? Он не знал и не мог спросить. Он мог только отдавать приказы в уклончивом тоне.

Бао Цинь быстро отправилась на кухню. На самом деле, в это время, вероятно, никто не собирался готовить питательный суп, но какой у нее был выбор? Игнорировать приказы принца? Таким образом, пока Бао Цинь искала повара, половина комплекса узнала о месячных Бай Сянсю. Бай Сянсю была твердо уверена, что на следующий день она не сможет вырваться из своего двора из-за страха встретиться с чьим-либо вниманием, но она ничего не сказала и только послушно ответила: «Спасибо за заботу, Ваше Высочество.»

«Ночи сейчас холодные, ложитесь спать по-раньше!» Он очень беспокоился, но убегал от испуга. Он решил, что никогда и никому об этом не расскажет. Лун Хэн выпрямил одежду и ушел. Он хотел остаться на ночь, но не мог. Дело не в том, что он обращал внимание на разговоры о ежемесячном кровотечении женщины, отрицательно влияющие на удачу. Нет, это было потому, что он еще не был достаточно знаком с Бай Сянсю. Он знал, что ей будет неловко, если он останется. Он мог только вернуться и дать слугам сосредоточиться на заботе о ней. Самое важное для нее — хорошо отдохнуть и восстановить здоровье.

Бай Сянсю почти опустилась на колени. Кто бы подумал, что у Лун Хэна будут моменты сострадания? Самое главное, что Хуэр в порядке. Он уже испугался пустяковой глупости. «Госпожа, хозяйка, этот человек такой страшный! Его аура настолько смертельна! Он собирается убить вас, а затем убить Хуэра…» Он даже заплакал от испуга. Она начала мысленно его успокаивать, когда Сяо Ши утащила ее в постель.

Когда Лун Хэн вернулся, стражники испугались. Разве он не сказал, что собирается провести ночь в Зимнем саду? Что он здесь делает, вместо того, чтобы завершить свой союз посреди ночи? Но никто не осмеливался спросить его, и Лун Хэн плюхнулся на кровать, не сказав ни слова. Он думал, что еще семь дней…

Врач сказал, что большинству девушек требуется три-семь дней, прежде чем их тело станет чистым. Но Лун Хэн почувствовал, что для Бай, семь дней будет совершенно недостаточно. Необходимо не меньше десяти! Тогда пусть будет десять. Не то, что бы он не мог дождаться. В любом случае, он уже получил что-то для непрятностей. Сон не шел, так как мысли о том бледном нежном теле продолжали мучить его.

Но, кто мог подумать, что старая мадам узнает об этом. Когда он посетил свою мать на следующий день, старая мадам, казалось, только что закончила что-то говорить мамам. Она сразу же остановилась, когда увидела, что ее сын прибыл, но подергивание в углу ее губ показало ее подавленное желание смеяться.

Лун Хэн застыл у двери, а затем сказал: «Твой сын уйдет, чтобы не заставлять тебя страдать от подавленных эмоций.» Очевидно, его мать узнала о прошлой ночи и смеялась над ним! Он чувствовал себя очень подавленным, но все еще беспокоился о Бай, поэтому приказал слугам передать ей некоторые лекарственные травы.

Он думал, что она останется дома и отдохнет, но слуга, который доставил травы, вернулся и сообщил, что она отправилась в Сандаловый двор по какому-то дело. «Что она делает, почему не отдыхает?» Он не выходил весь день, потому что чувствовал, что потерял лицо из-за вопросов прошлой ночи. Хотя слуги ничего не говорили, они, вероятно, внутри разрывались от смеха. Но она, она ушла! Лун Хэн впал в депрессию из-за этой новости.

Слуга ответил: «Сандаловый Двор вчера купил несколько рулонов ткани. Их должны были доставить для пошива одежды Старой мадам и других, но старшая мадам сказала, что с тканью что-то не так, поэтому мадам Сюй отправилась посмотреть.»

Такие вопросы были в ее компетенции. У него не было никакого ответа, кроме: «Следите за ней. Попросите ее отдохнуть, если она устанет и скажите, что это мой приказ.»

«Поняли.» Слуги разошлись.

Лун Хэн волноваться, потому что боялся, что она не сможет справиться со всем этим. Слуги послушно сообщили, что ему не нужно беспокоиться. Госпожа Бай отправила ткань обратно с несколькими словами и заказала новые. Она дала старшей мадам еще один рулон из благодарности и взяла его из своей доли.

Кто бы мог подумать, что она неплохо занимается делами? Никто, ничего не сможет сказать о том, что она сделала. Он был очень доволен, но также чувствовал, что она сплоховала в обмене. У каждой было два рулона ткани, а у нее — только один.

Раздумывая, он направился на улицы города. Лун Хэн все еще не понимал своих действий, когда прошел мимо нескольких магазинов, продающих ткань. Почему он сам это делает? И почему, прогуливаясь так долго, он чувствовал, что ни одна из этих обычных тканей не достойна ее нежной кожи?

Он просмотрел еще несколько магазинов, прежде чем наконец нашел рулон кружевного атласа далеко от центра. Было бы замечательно, если бы она носила одежду, сделанную из этого. Он заплатил пятьсот таэлей за один рулон и с радостью отправил его в Зимний сад. Лун Хэн считал, что она будет необыкновенно счастлива, но не подумал, что его действия повлекут за собой ряд шуток.

Дамы Зимнего сада обошли вокруг рулона кружевного атласа, в оцепенении уставившись на него. Принц приказал своей наложнице пошить из него одежду, но все женщины знали, что, хотя кружевной атлас роскошный, он не подходит для одежды, так как слишком мягкий. Его можно использовать только в украшении или нижнем белье. Что принц подразумевал под своим приказом?

У девушек была дилемма. Бай Сянсю нахмурилась: «Что мы сделаем?» Конечно, она поставила бы этот вопрос всем, ведь она не родилась и не росла в древнем Китае.

Сяо Ши ответила: «Мы не можем сделать что-то столь мягкое для верхней одежды. Как насчет юбки?»

«О такую мягкую юбку слишком легко споткнуться.» Ответила Бао Цинь.

Что они должны сделать?

«Как насчет того, чтобы сделать из атласа набор нижнего белья? Определенно будет здорово.»

Бай Сянсю пощупала ткань и подумала, что она обладает некоторой эластичностью. Было бы хорошо сделать из нее более короткие шорты и нижнее белье. Тем не менее, этот рулон ткани предназначался для одежды, поэтому она решила использовать для своей идеи только остатки.

А нижнее белье считается надлежащей одеждой? Тем не менее, эти девушки-служанки, похоже, понимали немного больше, чем она. Бао Цинь хлопнула в ладоши и сказала: «Тогда мы сделаем внутреннюю одежду. Ее будет удобно носить ночью и летом не будет жарко.»Сяо Ши все еще путалась. «Тогда что мы скажем принцу?»

Бао Цинь ухмыльнулась. «Не похоже, что принц это не увидит. Я порошу Е-маму намекнуть принцу, и он не будет винить мадам Сюй.»

Бао Цинь была умной девушкой. Уходя, чтобы рассказать все Е-маме, она приглушенно засмеялась. «Я знаю, что сказать. Вы все просто делайте одежду. Постарайтесь закончить сегодня вечером, чтобы она могла ее надеть.»

«Да. Спасибо, Е-мама, за помощь.»

Бао Цинь вернулась к остальным, чтобы обсудить образец. Сначала, их мнения сильно расходились. Какую внутреннюю одежду они могли бы сделать с этой тканью? Но, мадам Сюй уже давно решила. Когда она озвучила свои идеи, они были уникальными и нетрадиционными.

Бао Цинь и остальные полагали, что это ее способ привлечь принца, поэтому они не указали на очевидное. Вместо этого они достали ножницы и приступили к работе. Рукоделие Бай Сянсю было ниже среднего, но, наблюдая за их работой, у нее появились некоторые идеи. Она начала шить собственную версию современных шорт. Тем не менее, она не знала, что Е-мама сказала принцу исключительно двусмысленные слова, поэтому он не обвинял Бай Сянсю.

Лун Хэн не знал, для чего этот кружевной сатин, поэтому его уши начали гореть, как только он услышал слова Е-мамы. С легким кашлем он сказал: «Вы можете делать, что хотите. Не нужно объяснять это принцу.»

Он собирался дать ей что-то, из чего можно сделать роскошную одежду, но никак не предполагал, что он даст ей что-то для нижнего белья. Неудивительно, что ткань была настолько приятной. Будет чудесно, если она будет носить ее рядом с кожей. Ее кожа была сродни свежему очищенному яйцу. Чем больше он думал об этом, тем сильнее он чувствовал внутри…Е-мама дразнила его дальше, рассмеявшись. «Но мадам Сюй уже сказала, что принц будет первым, кто увидит ее в этой одежде. Слуги приложили все усилия, чтобы выбрать лучший вариант!»

Когда Лун Хэн подумал о ее соблазнительном теле, а затем об одежде из кружевного атласа, он внезапно почувствовал, как его ноздри нагреваются. Чувствуя что-то нехорошее, он поспешно махнул рукой. «Принц все понял, вы можете идти!»

Е-мама точно могла сказать, что принц не станет обвинять наложницу и ушла с восторгом. Откуда она могла знать, что когда она уйдет, Лун Хэн попадет в затруднительное положение? Когда он снял свою руку с носа, он увидел, что ладонь покрыта свежей кровью…

«Ах, Ваше Высочество, почему у вас идет носом кровь?» Шуер испугался, но только слышал, как принц холодно остановил его.

«Тише, принеси холодной воды. Не говори никому.» У других людей носом шла кровь, потому что они были больны. Он понимал, что дело не в болезни, а в этой женщине.

Возможно, другие люди не выдержали бы до такой степени, но с юности он был дисциплинированным и редко хвастался своими подвигами. После обучения в армии он был еще менее склонен к наглым поступкам. Даже будучи мужчиной, на него не влияют внешние ограничения в отношении этих вопросов. Более того, он таил стопроцентную настороженность по отношению к другим даже после возвращения с поля битвы, особенно к женщинам.

Смерть на поле бытвы была совершенно нормальной, но видя, как его товарищей убили в его собственном корпусе, у него появилось душераздирающее, удручающее чувство, которое со временем полностью не исчезло. В результате ему было очень трудно доверять людям, особенно женщинам. Строго говоря, он мог найти другую женщину в своем имении, поскольку она не была его единственной. Но приближение к ним уже раздражало.

Шуер не мог больше смотреть, но понял, что происходит, когда его хозяин смыл кровь. Он слегка кашлянул и сказал: «Ваше Высочество, Третья Мадам снова послала суп. Должен ли я попросить кого-то подогреть его и принести сюда?»

«Ты думаешь, что принц хочет потолстеть? Выбрось его.» Если он продолжит кормить себя дальше, возникнут большие проблемы. Чтобы избавиться от лишнего импульса, Лун Хэн решил отправиться на окраину города и потренировать своих солдат.

Император проявил сострадание к его многолетним боям и не дал ему много дел по возвращении в столицу. В результате он всегда бездельничал. Тренировка солдат, вероятно, единственная большая задача, которой он мог заняться, поэтому поехал в военные казармы.

Как только он прибыл, казармы были обречены. Сначала они были тронуты, увидев принца, практикующего фехтование, и бегали по бокам, пока он не залился потом. Но все они — новобранцы. Как они могли вынести его сверхчеловеческие упражнения, которые подталкивали человека к его пределу?!

Прошло всего несколько дней, прежде чем многие из них сдались от истощения.

В результате человек, ответственный за военные казармы, спокойно нашел Лун Хэна и улыбнулся. «Ваше Высочество, эти несколько дней солдаты объединили свои сердца, чтобы усердно тренироваться. Но многие из них из крестьянских семей и у них слабые тела. Сейчас им нужно отдохнуть, прежде чем они смогут продолжать тренировки. Почему бы вам не вернуться в поместье и немного отдохнуть?»

Он здесь, чтобы забрать жизни этих новобранцев? Поскольку они уже тренируются, живут в казармах, и им не нужно разворачивать войска в данный момент, почему принц старается изо всех сил?Лун Хэн готовился вернуться, но его голос стал холодным, услышав эти слова. «Они слишком слабы, дайте им перерыв на день. А потом продолжайте, как обычно.»

«Да…» человек на страже избегал рвоты кровью. Он присоединился ко всем остальным, бегающим в эти последние несколько дней, и был почти на последнем дыхании.

Только тогда удовлетворенный Лун Хэн покинул казармы. Неожиданно, но первое, что он увидел, было то, что послала семья Лин. Видимо, Министр Лин пригласил его! Он холодно улыбнулся. Значит ли, что этот мужчина, больше не мог ждать?

Лун Хэн не сказал многого, и поехал на согласованное место встречи в столице, Таверну Хуаян, место сбора элегантных гостей и литераторов. Он широко зашагал по ступенькам, его доспех изменил лицо владельца на бледно-белое.

Владелец лично привел его к Министру Лину, прежде чем немедленно потребовать, чтобы кто-то приготовил блюда. Хотя этот молодой человек красив и привлекателен, он был слишком внушительным. Было очевидно, что с ним лучше не шутить!

Министр Лин встал по прибытии Лун Хэна, его научная, изысканная аура раскрыла его культурное воспитание и социальное положение. Он протянул руку и сказал: «Достойный зять не посещал суд эти несколько дней, в казармах было много дел?»

«В большинстве случаев только лишь некоторые несущественные вопросы. Я могу узнать, по какой причине Министр Лин пригласил меня сюда?» Лун Хэн не вежливо, но сразу спросил, как только сел.

Лицо Министра Лина застыло. Любой мог сказать разницу между ’достойным зятем’ и ’Министром Лин’.

Но, по правде говоря, их семья Лин действительно укрывала тайну в отношении принца Ли. Поэтому, Министр Лин улыбнулся и сказал: «Не нужно беспокоиться, достойный зять. Есть некоторые домашние дела, которые я хотел бы обсудить с вами, я не знаю, можете ли вы попросить выйти своих людей?» Он взглянул на Шуэра, стоящего за Лун Хэном, указывая, что он будет говорить только когда слуга уйдет.

Лун Хэн помахал рукой, и Шуэр отступил в соответствии с установленным обычаем. «Пожалуйста, говорите, Министр Лин.» Лун Хэн налил себе чашку чая. Поскольку его официальная позиция была выше, чем у Министра Лина, ему не нужно было держать перед ним какое-либо лицо.

Министра Лина можно было назвать старым лисом, который много лет дрейфовал в суде. Он сказал: «Достойный зять, Цяньцзы была испорчена моей женой и мной с детства. Несколько дней назад она пошла в храм, чтобы помолиться о благословениях своей матери, но по пути назад поддержала идею своей служанки и пошла по неправильной дороге. Она потеряла все контакты с имением.» Он сделал паузу, чтобы проверить выражение Лун Хэна, его сердце стало холодным, когда он увидел, что оно осталось без изменений. Значит, он уже знает.

«Хотя мы отправили слуг искать ее, это не дало никакого результата. Но у достойного зятя есть войска, и чтобы доказать свою власть, он может подключить их по мере необходимости. Могу я попросить вас сделать шаг на встречу, чтобы найти и вернуть ее?» Министр Лин был очень вежлив. Его дочь слишком давно пропала. Если она не вернется, кто знает, какие слухи будут летать вокруг нее в столице. К тому времени ее имя и репутация будут полностью разрушены.

Конечно, Лун Хэн понял его мысли. Если бы он не знал, почему мисс Лин убежала от брака, он, вероятно, просто улыбнулся бы, но он слышал ее слова, в тот день.Не доверившись своему будущему мужу только из-за нескольких слов других людей, она охладила его сердце. Даже если она была его будущей женой, он считал ее чрезвычайно раздражающей. К счастью, у него в доме была женщина, которая верила в него безоговорочно. Даже если он был в ярости, не было необходимости спорить о том, чтобы вытащить эту невежественную маленькую девочку. Жаль, что она не могла дать ему несколько дней отдыха. Она даже не вернулась после побега.

Или, может, она не смогла вернуться?

«Поскольку министр Лин просит, этот принц отправит людей на расследование. Однако нецелесообразно афишировать такой вопрос, поэтому запрос нужно сделать втайне. Как думаете?» Лун Хэн поднял чай и наблюдал за столом, полным аппетитных блюд.Еда в бараках с другими солдатами, не была чем-то особенным, но в эти дни он постоянно думал о вкусе овощных блюд мадам Сюй. На этот раз он не мог вернуться с пустыми руками. В конце концов, он беспокоился о ее теле, не так ли?Лун Хэн не мог сидеть сложа руки, когда думал о ней, поэтому встал, как только услышал, что министр Лин согласился на его слова. «Есть ли у министра Лина ещё вопросы?»Выражение министра Лина стало неприятным. Разве одного вопроса не достаточно? Похоже, военные люди — это военные люди, даже их речь небрежна и беззаботна. Его сердце почувствовало дискомфорт при мысли о том, что его собственная дочь выйдет замуж за такого человека. «Больше ничего.»«Тогда я вас покидаю.» Но спустившись по лестнице, он вспомнил тот стол. Хотя имение принца хорошо и бережно обращалось с каждой из его женщин, она всегда испытывала страдания, потому что отвечала за счета домашних хозяйств. Она никогда не осмеливалась наслаждаться йотой большего внимания по сравнению со всеми остальными.Когда ей не хватало вещей или оставалось меньше чего-то, она брала это из собственных денег или вещей. Вероятно, она боялась быть расточительной даже в еде! Размышляя об этом, он остался, чтобы лавочник приготовил несколько блюд, и он мог принести их домой.

Бай Сянсю чуть было не пострадала от небольшого внутреннего воспаления. Угол ее губ треснул, а на лице появилось несколько прыщей. Она коснулась ее симпатичных щечек. Хотя они не повлияли на ее красоту, зрелище все еще было удручающим.Она не могла не вздохнуть. Неужели принц чувствовал в глубине души, что нехорошо убивать людей избиениями? Значит, он хотел убить ее сладостями? Его питательные тоники раскормят пациента, пока у нее не будет избытка веса. Это слишком вредно. Она коснулась прыщей и ее настроение снова упало.Избыток внутреннего тепла, похоже, подавил человека. Еще более удручающим был тот факт, что главный герой вскоре должен был вернуться. Разве это не означает, что они будут продолжать то, что случилось в тот день? Она чувствовала себя совершенно нездоровой от этой мысли.Неожиданно все, что он сделал, это отправил к ней кого-то с разными блюдами, прежде чем отправиться по делам. Он даже не навестил ее. Что-то было не так в этой ситуации. Она предположила, что он ушел на кровать другой наложницы, когда больше не смог терпеть. Но все избегали ее вопросов или давали ей смутные ответы.Это было странно. Обычно все спешили отвечать на ее вопросы, но почему сейчас все они уклоняются? В их взглядах даже было выражение «жалости», поэтому Бай Сянсю могла только моргать. Тем не менее, она не была полностью без идей. Ночью она вытащила один из шипов кактуса и засунула его в рукав Е-мамы, пока не услышала причину. Как выяснилось, только несколько старых служанок знали в чем дело. Даже Сяо Ши ничего не знала.Е-мама и другие старые служанки собрались вместе выпить немного вина и поболтать, когда начали перечислять ошибки мисс Лин.Хуэр передавал все их слова, а Бай Сянсю чесала волосы и слушала. По правде говоря, Хуэр действительно не понимал вопросов человеческих отношений, поэтому мог только дословно говорить слова как одна из программ для чтения в Интернете. В его речи не было никаких эмоций или ощущений, но Бай Сянсю была рада его слышать. Она чуть не повыдергивала свои волосы, когда увлеклась подслушиванием.Как выяснилось, эти старые служанки слышали от старой мадам, что принц был в полном порядке на обратном пути, пока не поймал ветер мисс Лин, попавшей в неприятности на улице. Поэтому, он пошел ее искать.Бай Сянсю чуть не плакала, и дошла до точки, что была готова благословить главную героиню. Она предположила, что мисс Лин, наконец, начала действовать, чтобы увести главного героя, хотя опоздала на два месяца. Все будет работать до тех пор, пока он уйдет. Так намного лучше, чем его приставание к ней. Кроме того, пока главная героиня сойдется с главным героем, она сможет обнять бедро старой мадам, спокойно ожидая следующего года, чтобы отправится домой.Она могла сказать, что старая мадам любила тихий и послушный тип девушек. Но как только ты создашь неприятности, ты будешь наказана. Такому боссу довольно легко потакать. Фактически, она была немного похожа на ее старого менеджера в современном мире.Когда больше нечего будет делать, она приготовит несколько блюд, чтобы показать свое уважение, а затем сделает все, как любит старая мадам. Она станет такой способной подчиненной, что они не смогут вырвать ее, когда придет время. Так она и сделает. Пренебрегая терпением и сдержанностью, она будет ждать и возлагать все свои надежды на кактус Хуэр.

Расчесывая волосы, она лежала на кровати и вдруг кое-что поняла.

Поскольку главный герой задержал поиски мисс Лин на два месяца по сравнению с романом, это означало, что до этого он ее не беспокоил. Если это так, значит другой второстепенный мужской персонаж и главная героиня уже делали то и это?Они не должны были. В конце концов, главная героиня должна сохранить свою чистоту для главного героя. В противном случае он почувствовал бы, что она предала его, как бы он ни был щедр. Кто знает, его любовь может даже обрести садомазохистский поворот.Еще долго раздумывая, она поняла, что это тоже неправильно. Второстепенный персонаж не был похож на Сун Цзяоюэ. Если Сун Цзяоюэ — скромный юный лорд, то он — зверь в человеческом обличье. В конце концов, он был из цзянху, и, естественно, делал все, что хотел. Очень редко он оставлял женщин с их девственностью. Более того, он обладал высокими навыками боевых искусств. Если он хотел что-то украсть или кого-то убить, хрупкая главная героиня не могла никак сопротивляться.

Тогда, значит…

Она начала беспокоиться о главной героине. Если эта девушка не будет относиться к себе должным образом или чувствовать, что не стоит себя беречь, они обе будут обречены.Бай Сянсю могла сказать, что мотивы главного героя к ней тоже нечисты. Нет, они были крайне нечисты. Просто вспомнить ту ночь было достаточно, чтобы ей стало жарко и она разволновалась. Она прикрыла себя и хотела спокойно поспать, но уснула только посреди ночи.

Главный герой, которого она боялась, тоже не спал. Прямо сейчас, он стоял на высокой горе, глядя в сторону столицы с досадой в сердце. Изначально он думал, что сможет вернуться в столицу и увидеть мягкую и ароматную красавицу, но был перехвачен последними новостями. То, что мисс Лин фактически поместили под домашний арест.Похоже, что тот другой мужчина очень любил ее. Всех людей, которых он послал, немедленно обнаружили и даже убили на месте. После того, как были найдены трупы, он отправился вместе со своими людьми, чтобы расследовать происшедшее, но обнаружил, что его противники сменили логово и оставили место пустынным.«Сожгите всё!» Мисс Лин, безусловно, вызывает много проблем. Она не знала боевых искусств и мало что понимала о мире, но осмелилась сбежать. Затем она оказалась в логове воров. Достать ее оттуда, вероятно, будет сложно.Он мог спасти ее, но когда эта задача совпала с временем, которое он мог провести с мадам Бай, он почувствовал себя немного расстроенным. Из-за своей враждебности он хотел, чтобы у нее наступило трудное время. Поэтому, на следующий день по улицам и аллеям столицы распространились новости, что мисс Лин убежала с другим мужчиной.

В этот момент в пещере плакала мисс Лин, которая использовала старую одежду для маскировки под деревенскую девушку.Перед ней стоял красивый мужчина со скрещенными руками, холодно хихикая: «Ну разве твой жених не силен, хм? У него действительно хватило смелости сделать это. Эта земля стоила не менее тысячи таэлей!»«Не обвиняй его, это все моя вина… Позволь мне уйти, и я непременно попрошу Его Высочество передумать, и не нападатьна тебя!» Когда ещё Лин Цяньцзы страдала от таких обстоятельств? Сначала она подумала, что было бы интересно путешествовать с мужчиной, с которым она столкнулась в Цзяньху. Однако со временем она соскучилась по дому и хотела вернуться. Но он ей запретил.«Нападать? Я охотно сдался. Я не хотел идти на Имперскую армию. Но у меня есть тысяча способов сделать его жизнь несчастной. Ты веришь мне?» Этот человек подошел к Лин, поднял ее подбородок и крепко поцеловал в губы. Она такая милая, но жаль, что всегда защищает этого человека.«Не причиняй ему вреда, он только пытается вернуть меня…» Лин Цяньцзы всхлипнула и попыталась отойти, но мужчина вообще не слушал ее. Он держал свою печать на ее маленьких губах, не давая ей говорить дальше.Женщины легко поддаются властным мужчинам, и этот человек был красив в своей тирании. Хотя его внешность не такая привлекательная, как у принца, она чувствовала, что он относится к ней достаточно хорошо. Но у людей в Цзянху были свои способы решать дела. Хотя она еще не привыкла к некоторым их манерам, она была слишком пленена им, чтобы уйти.«Ты… прекрати!» Несмотря на всю ее силу, Лин Цяньцзы не смогла оттолкнуть его.«Ты хочешь, чтобы я остановился? Но разве твой жених относится к тебе так, как я? Цяньцзы, твое сердце из стали? Ты очень хорошо знаешь, как я к тебе отношусь! Дай это мне прямо сейчас.» В этом был он; он сделал бы все, что бы его разум не затуманивался.Но Лин Цяньцзы не могла позволить ему это сделать. Возможно, она не знала многого о делах между мужчинами и женщинами, но прекрасно понимала, что не может закрыть глаза на то, что было предназначено для супружеских пар. Она начала изо всех сил пытаться освободиться, крича: «Нет, Ло Юньчжэн, отпусти! Не заставляй меня…»Ло Юньчжэн ухмельнулся ей на ухо: «Цянцзы, мы всего лишь в одном шаге от этого. Какую часть твоего тела и твоего бутона я не пробовал?» Он поднял ее за задницу и положил на валун, готовый снять свою одежду.С ветром пришли звуки беспорядков. Мужчина разозлился, когда его внимание отвлекли. Он схватил их одежды и с недовольством выскочил из пещеры с леди в руках.

Лун Хэн примчался вскоре после того, как они ушли. Он поднял верхнюю одежду мисс Лин с пола пещеры и холодно усмехнулся. Значит, они уже сделали это, хм? Очень хорошо, этот мужчина из Цзянху действительно не много думает обо мне.Несмотря на то, что у него были моменты, когда он не хотел жениться на мисс Лин, его могли заставить, если бы две семьи высказали сильное возражение, но она не создала никаких проблем. Глядя на текущую ситуацию, казалось, что она потеряла целомудрие и, следовательно, была нежелательной невестой.Несмотря на это, ему все равно придется найти ее, так как он дал обещание министру Лину. Самое меньшее, что можно было сделать, это предотвратить любой ущерб репутации министра.Симпатию Лун Хэна к этой женщине уже давно унесло ветром. Вместо того, чтобы держать свою теплую, мягкую женщину дома, он был здесь, страдая от холода. К тому же, было нелегко схватить хитрого лидера бандитов Ло Юньчжэна. Лун Хэну пришлось использовать свои скрытые силы в Цзяньху, чтобы отследить этих двоих.В ту ночь Лун Хэн отследил укрытие в маленьком городке. Место было чрезвычайно одичалое, любимое место сбора преступников. Весь город был в грязном беспорядке, со всем готовым к покупке и продаже. Проститутки и сомнительные девушки приходили и уходили, а похотливые звуки и крики исходили из всех уголков. Для хорошо воспитанной благородной леди, такой как мисс Лин, было довольно сложно остаться в таком месте, но, возможно, она не могла уйти, хотя хотела.Он проскользнул мимо охранников впереди и увидел тусклый свет в заднем дворе, с несколькими охранниками снаружи.Эти стражники выглядели довольно серьезно, когда стояли на страже. В отличие от других, они не сплетничали или не вызывали неприятностей в пьяном оцепенении. Подозрения Лун Хэна росли. Он незаметно избежал глаз охранников и поднялся на крышу.Он был сильным в боевых искусствах и знал некоторые стили Цзянху. В конце концов, в армии были учителя для всего.Об этой технике шпионажа он тоже узнал в армии. Лун Хэн аккуратно убрал одну из кровельных черепиц. Особенно важно было сделать все необходимое для этого трюка. Если нет, его заметят снизу.Сроки тоже имели решающее значение, и он должен осторожно продумать каждый шаг, чтобы люди снизу ничего не узнали.Лун Хэн никогда не думал, что маленькие приемы, которые он подхватил из прихоти, пригодятся. Он криво усмехнулся. Когда он аккуратно убрал плитки, показалась сцена, которая должна была появиться только в его брачную ночь.Его невеста, Лин Цяньцзы, была под худым мужчиной на кровати. Она не могла двигаться, и ее одежда была неопрятной. Ее глаза были наполовину закрыты, и она кусала губы, выглядя очень соблазнительно.Хотя мисс Лин родилась с хорошей внешностью, она не сравнима с внешностью мадам Бай. С его точки зрения, у нее не хватало красивых черт лица, например, ее ноздри были особенно большими. Насмешливо фыркнув, он наблюдал, что сцена проходит довольно холодно.Она выглядела так, будто сопротивлялась, но была слабой, без малейшей силы движений. Мужчина действительно ничего не сделал и отпустил ее, немного потискав. Тем не менее, он продолжал говорить: «У таких благородных дам, как ты, очень хорошая кожа, такая прекрасная и нежная.»«Пожалуйста, не делай этого, я… потеряю всю репутацию, когда вернусь.» Лин Цяньцзы прикрыла лицо от стыда, всхлипывая и выглядя очень обиженной.«Зачем ты плачешь? Если бы я захотел что-то сделать, так бы и было. Возможно, ты даже уже носила бы ребенка. Если бы не твой молодой возраст, и принуждение, раз ты не хочешь наносить вред своему телу, я бы чувствовал душевную боль, даже если бы ты ее не чувствовала. Прекрати говорить мне, что хочешь вернуться домой, пока я не передумал. Я мог бы взять тебя здесь и сейчас, помешав вернуться домой.» С этими словами он ущипнул щеки Лин Цяндзы и заставил их покраснеть.Ло Юньчжэнь постепенно становился возбужденным, и его руки начали блуждать. Он не спешил взять ее, так как мог иметь любую женщину, которую хотел в Цзянху. Но она была весьма особенной.«Ты не можешь этого сделать, мы еще не пара, как ты мог…»«А почему нет? Все распространяют слухи о том, что ты сбежала с кем-то в Цзянху. Твоя репутация уже лохмотья. Почему бы не оправдать ее и пойти со мной? Я буду хорошо с тобой обращаться.»«Что… Как…?» Лин Цяньцзы потеряла дар речи, широко раскрыв глаза.

Лун Хэн был достаточно нетерпелив, и захотел отправиться прямо домой, но почему-то он оказался перед Зимним садом вместо своих покоев.Только когда он уже стоял в Зимнем саду, он понял, что сильно ранен. Он даже не сменил свои окровавленные штаны, так что если он напугает всех до смерти, если так войдет? После некоторого колебания он, наконец, обернулся, но неожиданно столкнулся с Бай Сянсю и остальными. Они возвращались после выполнения различных обязанностей. Прогуливаясь, она давала указания своим слугам: «Дом нашего принца всегда был прост и без особого присмотра. Мы не запрашиваем роскошь, поэтому выбираем практичные материалы и избегаем дорогих. Также…. Ах… кровь… кто-нибудь быстрее, помогите!»Бай Сянсю нельзя винить за ее шок. Любой, кто вдруг увидел бы пропитанного кровью принца, отреагировал бы так же. Ее реакцию действительно можно считать довольно хорошей, поскольку двое из служанок испугались до криков и слез.До этого, Лун Хэн был не в духе, но, услышав, что ее крик о помощи ради него, он расслабил свое сердце. Он махнул рукой и сказал: «Вам не нужно беспокоиться. Это просто легкая рана; достаточно позвать врача.»Бай Сянсю сразу же приказала: «Приведите врача, быстро.» Разве это легкая рана, если так много крови? Похоже, его нога была повреждена, но он стоял без дрожи.«Вам не нужно беспокоиться. Это было самое близкое место, когда я вошел, так что просто уберите комнату, чтобы принц немного отдохнул!» Он сам начал входить внутрь. Как могли Бай Сянсю и остальные женщины придумать какой-либо подтекст? Одна из служанок пошла привести комнату в порядок, в то время как другие ушли искать врача.Тем не менее, Лун Хэн сделал только два шага, прежде чем остановиться. Он не понимал, почему раньше он не чувствовал боли, но обе ноги теперь онемели и не реагировали, после входа в Зимний сад. Принимая во внимание эту деталь, Бай Сянсю подошла к нему, увидев, что никто другой не посмел подойти. «Вам нужна эта наложница, чтобы поддержать Вас?»Губы Лун Хэна сжались. Только что, она была довольно грозной, отдавая приказы, почему она вдруг стала мягкой и робкой? Тем не менее, видеть ее в сознании, а не упавшей в обморок, редкое зрелище, поэтому он расслабился.Но он выглядел бы слишком слабым, если бы такого большого мужчину, как он, поддерживала хрупкая женщина. Поэтому он просто ответил: «Все нормально.»Возможно, он не чувствовал необходимости быть сильным, когда она рядом, но ноги предали его, в результате чего на следующем шаге он зашатался. К счастью, крошечная пара рук уже была там, чтобы поддержать его. Сладкая и мягкая фигура, как лелея, как нефрит, внезапно приблизилась к нему и заставила напрячься. Странно, он явно ничего не чувствовал, когда увидел полупокрытое тело Лин Цяньцзы, но Ее руки лишь тронули одежду, когда он почувствовал себя не в своей тарелке.Неясно, или внезапный всплеск крови достиг его ноги, или он просто онемел, чтобы что-то понимать. В любом случае ее поддержка помогла ему войти в дом, где он сел на кровать.Он весь в крови. Как она будет спать на ней в будущем? Но помимо этой кровати в Зимнем саду не было других. Комната по соседству была пригодна для жизни, но была определенно не для лечения травм. Остальные комнаты были зарезервированы для слуг, поэтому хозяин, как он, естественно, не мог туда попасть.Когда он расстроился, Е-мама помогла приготовить кровать, спросив, пока работала. «Почему травма настолько серьезная? И как вы оказались в Зимнем саду?»Ее быстрые вопросы позволили Бай Сянсю понять, что Зимний сад — внутренний двор, ближайший к краю комплекса. Как он мог быть самым близким для него? Этот двор расположен дальше всего от входа.Лун Хэн не врал на этот счет. «Естественно, это потому, что я вошел с заднего двора. Такие травмы могли сильно встревожить Старую мадам. Не рассказывайте ей, пока я не сменю одежду и не применю лекарство. Тогда ещё не будет слишком поздно.»Он тайком взглянул на Бай Сянсю. Увидев, что она казалась спокойной, он продолжил. «Сядьте. Вы все можете успокоиться, это пустяки.»Как могла Бай Сянсю сидеть? Между тем, Е-мама сказала: «Вашу одежду нужно сменить. Мы попросим кого-нибудь принести чистую одежду из покоев принца!»«Я позову кого-нибудь.» Похоже, Бай Сянсю действительно беспокоилась. Вместо того, чтобы использовать статус наложницы, чтобы позвать кого-то, она собралась идти сама. Более того, она забыла назвать себя «этой наложницей».По какой-то причине, чем больше она волновалась, тем спокойней чувствовал себя Лун Хэн. Его травма уже ощущалась намного легче даже до прибытия врача. Тем не менее, он потерял много крови, и его цвет лица был почти призрачным. Когда доктор наконец пришел, чтобы дать ему лекарство и написать рецепт, у него были проблемы с удержанием сознания. Шуер помог ему переодеться, прежде чем Лун Хэн упал в обморок.Е-мама взглянула на Бай Сянсю, которая сжимала свой платок, садясь на кровать. Ничего не поделаешь, такая девушка, как она, в любом случае испугалась бы. Тем не менее, она должна была спросить и убедиться. «Мадам Сюй, мы все таки не можем скрыть что-то подобное от Старой мадам. Как насчет…»«Пока не ходите туда, давайте подождем, пока не проснется принц. Старая мадам будет слишком напугана, когда увидит его в таком состоянии. Как насчет этого, давайте попробуем приготовить суп, чтобы пополнить энергию принца и помочь ему оправиться от кровопотери?» Даже Бай Сянсю была встревожена цветом лица человека на кровати, не говоря уже о Старом Мадам. Разве она не испугалась бы бездыханного вида злобной старой мадам? Прямо сейчас, она была ее защитой, поэтому Бай Сянсю абсолютно не могла понести какие-либо неудачи.Е-мама не ожидала, что эта наложница будет настолько тщательна в своих мыслях, но кивнула головой в знак согласия.На кухне не было намека на происшедшее, там только получили известие, что мадам Сюй хотела подкрепить свое тело. Так как некоторое время они уже делали это по приказу принца, они не скупились на ингредиенты, которые бросали в суп.Вскоре после этого, накрытую миску супа для наполнения энергией и восстановления крови уже принесли для потребления.Е-мама и Бай Сянсю по очереди кормили Лун Хэна. Как ни странно, у него не было реакции, когда его кормила Е-мама, но когда наступила очередь Бай Сянсю, он внезапно открыл глаза.Лун Хэн долгое время провел на полях сражений и естественно держал сердце настороже. Но он не ожидал, что почувствует запах неуловимого аромата, даже прежде чем откроет глаза. Это очевидно, запах той женщины. Когда он попробовал суп, которым его мягко кормили, его сердце нагрелось. Открытые глаза Лун Хэна все еще держали намек на намерение убивать, но со следами незаметной мягкости.Жаль, что Бай Сянсю была так поражена его открытыми глазами, что чуть не уронила всю миску супа в сторону. Он все еще был мужчиной, а ведь все было сказано и сделано. Когда он проснулся, лежа у нее на руках, это было немного неловко, поэтому она быстро вручила миску Е-маме, прежде чем сесть.Сделав это, она почувствовала что-то неудобное у нее на груди. Посмотрев вниз, она поняла, что кончик его носа зарылся в ее грудь. Наконец, она больше не смогла сдержаться и поспешно отодвинула руки назад. К сожалению, это привело к тому, что неподготовленный принц Ли врезался в подушки. К счастью, его голова не пострадала. Более того, ее позиция в то время была довольно соблазнительной, поэтому он не возражал против ее неуважения.Хотя действия были несколько болезненными, он все еще терялся, думая о том, что делать. Возможно, суп был виноват; возможно, юношеская кровь Лун Хэна начала кипеть от волнения. В любом случае его явно красное лицо было гораздо менее бледным, чем раньше.Увидев его улучшенный цвет лица, Бай Сянсю попыталась избежать неловкой ситуации, сказав: «Идите скажите Старой мадам. Просто скажите, что была легкая травма, не упоминая ни о чем другом.»Лун Хэн оставил свои заботы в покое, наблюдая за ее внимательным мышлением. После того, как он сравнил свои действия с Лин Цяньцзы, он глубоко почувствовал, что, несмотря на знаменитое имя старой мадам, ее глаза были закрыты, когда она выбрала для него эту жену. Почему эта двушка пришла ей в голову? Так называемая богатая молодая мисс не была такой же послушной или разумной, как девочка из бедной, скромной семьи. Более того, размышляя, он бессознательно потер нос, и понял, что у этой женщины есть несколько впечатляющих дополнений.

Бай Сянсю не случайно заметила, что Лун Хэн потирал нос. Ее рука, держащая чай, дрогнула, разлив половину чая. К счастью, он был не очень горячий, чтобы обжечь ее. Тем не менее, ее сердце задавалось другим вопросом, страдая от беспокойства, думает ли главный герой о ней.На самом деле, в этом нет ничего плохого. Главный герой — красивый и сильный, а также умелый… кх-кх, она же не просто так читала этот роман. У него было много качеств, которые привлекали людей. Но в конце концов, независимо от того, сколько у него было хороших качеств, он оставался главным виновником ее смерти!Как девушка с исключительной памятью, она ясно помнила девушку-слугу, которую избили до смерти, и почувствовала себя просто ужасно. Все ее мысли, правильные или неправильные, разбросались позади этих воспоминаний. Внезапно подбежала Сяо Ши, и посмотрела на руку хозяйки с огорченным видом. «Мадам Сюй, ваша кожа такая нежная, вы наверное обожглись. Быстрее подуйте на нее.»«Зачем дуть? Пойди, возьми Красную Жемчужину» Лун Хэн не хотел говорить, но должен был, когда эта служанка продолжала дуть, не останавливаясь.Сяо Ши собиралась взять мазь, когда Бай Сянсю остановила ее. «Ненужно. Я не обожглась, поэтому нет необходимости тратить ее. Выйди и посмотри, старая мадам должно быть уже в пути.» Разве обеспокоенная мать не прибежала бы сюда, чтобы увидеть раненного сына?Сяо Ши кивнула и ушла. Кто-то должен был встретить старую мадам, когда она придет. Как только она ушла, Лун Хэн сказал: «Хотя вы отвечаете за домохозяйство, не будьте так строги к себе. Если вам что-то нужно, просто скажите мне. Как я могу позволить вам в чем-то нуждаться?»«Огромное спасибо Ваше Высочество!» Она казалась ошеломленной неожиданной услугой, но придерживалась установленного этикета.На этот раз Лун Хэн чувствовал себя довольно подавленным от того, как она всегда держала дистанцию от него. Разве она не видит его чувствах к ней? Принц начал размышлять по этому поводу и понял, что на самом деле трудно сказать это другому человеку.Ближе всего они были, когда встретили друг друга с полной искренностью, но прежде чем они смогли сделать это, у нее началось «кровотечение». Позже из-за его нервозности продолжились короткие встречи и длительные расставания. Будут ли они когда-либо в интимных отношениях, если у них такой стиль общения?По мере того как его мысли достигли этого момента, он погрузился в плохое настроение. В это время в комнату вошла старая мадам, в ее глазах стояли слезы, смотря на драгоценного сына. Ее голос задохнулся, когда она заговорила: «Ты, дитя, ты уже не так молод! Почему ты продолжаешь искать повсюду проблемы? Где тебя ранили? Дай матери посмотреть.»Пока она говорила, старые служанки помогли ей сесть, а Бай Сянсю быстро доставили ещё одно место. Старая мадам села и развела руки, но была слишком напугана и не знала, куда их положить.Бай Сянсю сказала со стороны: «Рана принца на ноге. Доктор уже применил лекарство и сказал, что это просто рана. Хорошо, что она не дошла до костей, поэтому он просто потерял много крови. Он будет в порядке, немного восстановившись.»Услышав это, Старая Мадам немедленно взглянула на ноги своего сына под одеялами, но ее остановила протянутая рука Лун Хэна. «Мама, я все время получал серьезные травмы и не очень. Еще одна не имеет никакого значения.»«Эти серьезные травмы и не очень были получены на поле битвы. Это столица; где тебя так ранили? Ты даже не смог вернуться через внутренний двор и никого не позвал. Ты собираешься сказать мне или нет?!» Старая мадам действительно волновалась, ее голос становился все громче. В конце концов, она почти кричала, не обращая внимания на всех, кто ее слышал.Лун Хэн не рассердился, но махнул рукой, чтобы освободить людей, которые не были там нужны. Старые и молодые служанки все поняли и медленно отступили наружу с поклоном. Бай Сянсю тоже хотела уйти, но Лун Хэн сказал: «Мадам Бай, налейте чаю.»Значит, он не отпускает ее? Правильно, теперь, когда все остальные ушли, некому будет им прислуживать, если она тоже уйдет. Она налила две чашки чая и положила их на столик рядом со Старой мадам. Затем она моргнула. Теперь я ухожу?Старая мадам не заботилась об этом, и спросила: «Это что-то, что другие не должны знать? Может, это из-за девушки из семьи Лин?» Ее сын ушел, чтобы найти ее, и вернулся с ранами. Если это не связано с ней, то с кем тогда?Лун Хэн ничего не скрывал, раскрыв всю историю от начала до конца. Хотя он нашел девушку неприятной, он не сказал, как ее подталкивали под этого мужчину из Цзяньху, или что она была почти обнажена.Старая мадам сильно ударила по столу, услышав, что он говорит. Ударных волн было достаточно, чтобы чашки перевернулись. Бай Сянсю волновалась, что она сожжет руку и тихо подобрала чашку, ожидая, пока она успокоится.Лун Хэн оставался спокойным, когда пил чай, не моргнув глазом. «Она слишком много сделала.»Не слишком много, а что-то совершенно вне рамок романа. Но, честно говоря, этот номер два, второстепенный мужчина, был довольно грозным, хотя его навыки в боевых искусствах несколько уступали Лун Хэну.Тем не менее, что же наделала главная героиня? Разве она не могла понять, что происходит? Она действительно помогла человеку, который похитил ее, в результате чего травмировали главного героя. Как она может понравиться ему после чего-то подобного? Надо признать, это действительно похоже на главную героиню. Маленький белый цветок, который не мог выбрать приоритеты. Но разве не из-за этого все мужчины упадали за ней? Когда это изменилось?Возможно, это из-за главного героя. Кто знает, как он узнал об обстоятельствах, стоящих за женщиной, убежавшей в тот день. Может, он изменился.Другими словами, если что-то подобное произошло до того, как главный герой начал испытывать к ней чувства, это было похоже на добавление мороза поверх снега. Если так будет продолжаться, история полностью изменится. Сможет ли она по-прежнему знать, что будет дальше?Бай Сянсю скручивала носовой платок, когда стояла сбоку. Как только история ушла из ее рук, что она должна делать? Продолжать искать защитника или искать способ сбежать?Нет, бежать некуда, как только она покинет имение принца. Даже просто выжить станет задачей геркулеса. Более того, у нее все еще была возможность вернуться, уколовшись кактусом в тот же день, когда она пришла. Если она покинет это место, попасть сюда опять будет тяжелее, чем в первый раз. Хотя история изменилась, мужчины и женщины были все те же. Она продолжит хорошо служить защитнику и избегать проблем, но может стать объектом ревности. Что может случиться после этого? Самоубийство? Она не могла в это поверить.Сделав свой выбор, она продолжила слушать, но случайно поймала на себе взгляд Лун Хэна. Их взгляды встретились в воздухе, но они оба отвели глаза, прежде чем смогли появиться искры.Старая мадам возмущалась, когда говорила. «Женщина, которая нарушает общественную порядочность, не может войти в нашу семью. Я сейчас же откажусь от этого предложения о браке.»«Боюсь, все не так просто. Министр Лин и Мадам Лин, естественно, понимают состояние публичной позиции их дочери. Если мы сейчас отменим брак, это полностью уничтожит ее репутацию. Поэтому они определенно возразят или задержат эту идею.» Вывод Лун Хэна был трезвым и практичным, но подняв глаза, он уловил удивленный, недоверчивый взгляд мадам Бай. Кажется, она не думала, что он отклонит предложение о браке.Правильно, эта женщина была совершенно добросердечной. Ни у кого в поместье не было такого особого качества, когда речь заходила о конкретном лакомом кусочке. Когда наводнение разрушило дом слуг, она втайне даже отдала свои деньги. Если у любого из слуг были проблемы, она обязательно помогала им. Она действительно была сострадательным, бесстрастным человеком, который никого не обидел.Но он получил раны после возвращения от той другой женщины. Разве она не должна беспокоиться о нем, прежде чем о других? Поэтому, Лун Хэн сейчас завидовал жалким и неразумным людям.

Бай Сянсю не знала какие мысли проносились через его голову, иначе ее челюсть отскочила бы от пола. Разве она добрая? Это правда, что она помогла этим слугам, но это было просто ради видимости; только чтобы улучшить отношения между начальством и подчиненными. Как современная девушка, даже если бы она не знала об этом, ее родители напомнили бы ей!Будь то друзья или WeChat, они бы научили, как быть человеком, который не раздражает других. Добавляя к этому ее всегда мирную позицию, она редко кого-то раздражала. Из-за этого впечатление от нее, как от хорошего самаритянина, только усилилось. Собственно, она никогда не считала себя особенно хорошим человеком. Конечно, она также не была злодеем.Старая мадам до безумия любила своего сына, а его будущая жена навредила ему, даже не войдя в их семью. Кто знал, что может произойти, когда она сделает первый шаг через дверь? Эта девушка станет предвестником неудачи ее сына! Она не должна была устраивать этот брак. Но теперь, когда все сделано, факт остается фактом, что отменить этот брак нелегко, как сказал ее сын! Оставив в стороне доверие императора к министру Лин, было бы достаточно проблем с леди Лин.«Этот вопрос… сильно оскорбляет тебя.» Старая мадам подумала об этой бесстыдной невестке, прежде чем взглянуть на воспитанную девочку рядом с ней. Эта девушка недавно помогла ей со многими вещами. Самое главное, она не была ни тщеславенной, ни безрассудной, и имела хороший характер.Она была близка к слугам и никогда не думала о том, чтобы задирать нос только потому, что у нее было немного власти. Она относилась ко всем одинаково, но не брала себе деньги в качестве награды за тяжелую работу. Такие девушки встречаются довольно редко. Очевидно, что ее сын пришел сюда, потому что доверял ей. Как это могло произойти просто потому, что ее двор ближе всего?Хотя он действительно уделял слишком много внимания простой наложнице, лучше было сосредоточить внимание на этой мисс Лин. Он ушел всего на несколько дней, прежде чем вернулся в крови! Если он должен жениться на этой звезде неудачи, было бы лучше, если бы кто-то рядом с ним мог позаботиться о нем. Изначально старая мадам хотела, чтобы ее сын перешел в другое место, чтобы отдохнуть, но когда заметила, что он украдкой смотрит на девушку, скромно сидящую в стороне, она покачала головой и сказала. «Тебе не удобно оставаться здесь. Почему бы нам не позвать кого-то поднять тебя?»Потом она сделала паузу, чтобы увидеть выражение его лица. Видя, что он даже не поднял бровь, она добавила: «Но каждое место здесь можно считать твоим домом. С такими ранами тебя будет трудно переместить, поэтому побудь здесь два дня!»Старая мадам поджала губы. Так трудно попытаться получить от него хоть малейшую реакцию! Время изменило её симпатичного и послушного сына на того, кто действовал в одну сторону, и думал о другом. «Жаль только человека, которому придется присматривать за таким пациентом, как ты.»Как Бай Сянсю могла жаловаться? Даже если бы она это сделала, то только в глубине души. На поверхности она притворилась великодушной. «Это совсем не проблема. Помочь принцу — мой долг.»Почему вы не попросите главную героиню сделать это? Ах да, точно. Прямо сейчас главные герой и героиня противоречили друг другу. На самом деле, в романе писалось, что они часто не соглашались, хотя и не до такой степени, чтобы главный герой хотел отказаться от брака. Он всегда был преследующей стороной. Независимо от того, сколько хлопот вызывала его маленькая жена, он все равно принимал все без сомнения. Она надеялась, что история не изменится до такой степени, что ситуация измениться до неузнаваемости. Как только это случится, она не будет знать, как и с чем бороться.Старая мадам поговорила с Лун Хэном еще немного, пока не почувствовала, насколько он устал. Она неохотно отозвалась, убеждая Бай Сянсю заботиться о нем, прежде чем наконец ушла.Бай Сянсю ответила, что обязательно выполнит эту задачу, но ее сердце неистово думало о том, как оказаться подальше от работы. Если бы она не могла этого сделать, она бы просто отказалась. Она предположила, что слуги могут позаботиться обо всем, так почему же Она должна этим заниматься?Но этот парень просто не позволил ей отдохнуть. Даже когда дело доходило до еды, она должна была служить ему. Кроме того, чтобы пойти в уборную, о которой заботился Шуер, она должна была постоянно быть рядом!Всякий раз, когда она уходила, ее возвращала одна или две старые служанки, которые указывали принести принцу то или это. Она могла только кротко сидеть рядом с принцем на кровати, когда он откидывался назад, читая книги. Чай и напитки всегда были под рукой, так что больше нечего было делать. В конце концов, она взялась за вышивку, которую раньше изучала, и начала вышивать. Поскольку жизнь в древние времена была поистине скучной, были необъятные районы для изучения рукоделия.Тем временем Лун Хэн вообще не читал, а просто держал книгу в качестве прикрытия перед восхитительной красотой. Она выглядела довольно красивой, когда тихо сидела там, как живописная картина. Но подождите, почему она внезапно застыла и вскрикнула?«Как можно быть такой небрежной? Идите сюда; позвольте мне взглянуть.» Лун Хэн нахмурил брови, когда позвал ее, независимо от того, хочет она этого или нет.Раньше Бай Сянсю проводила свои дни с растениями. Хотя у нее были контакты с мужчинами, ни один из них не был так молод, как Лун Хэн, или обладал такой необычайно героической натурой. Самое главное, его аура была слишком сильной.Она немного колебалась, прежде чем ее сердце и тело послушно потащили ноги к нему. Она еще стояла на расстоянии, когда протянула свой палец, с кончика которого капнула кровь. Она поспешно повернула голову в сторону, как будто пыталась избежать виселицы перед ней.У Лун Хэна не было никаких скрытых мотивов, только честное намерение проверить глубину ее раны. Но после того, как он увидел, что она достаточно «застеснялась», чтобы захотеть зарыться в землю, он неожиданно схватил ее за палец. Было очевидно, как ее тело застыло, после того, как он в озорной шутке засунул ее палец в рот.Мягкое и деликатное ощущение, которое он тщательно держал в руке, и слегка раздражительный вкус во рту, заставил лицо Лун Хэна нагреться, но он успокоился, увидев, что она выглядела еще более взволнованной, чем он.Он продолжал дразнить ее. Пока ее лицо, и рука, и даже кожа на руке не стала розовой. Даже тогда он не отпустил. В комнате больше никого не было, давая ему достаточно времени, чтобы делать то, что ему нравилось. Тем не менее, его нога все еще была ранена, иначе он бы на этом не остановился.«П…. пр …. принц, вы… отпустите эту, эту наложницу.»Что делает главный герой? Неужели его гормоны внезапно разбушевались? Мало того, что он держал во рту ее палец, он также дразнил ее, играя будто с кошкой. Как очень хорошая девушка, которая никогда не действовала глупо, она почти не могла это выдержать. Что ей теперь делать? Что делать, ведь ее ноги стали слабыми? Разве это тело не слишком чувствительное? Или его действия просто очень стимулировали?

Ах…

Она ничего не понимала; у нее просто было подавляющее желание бежать. Но Лун Хэн держал ее руку, ни крепко, ни свободно. Но такой силы как у нее было недостаточно, чтобы избежать его действий. Ей хотелось плакать, но не было слез, как вдруг она услышала голос спасителя снаружи. «Ваше Высочество, здесь Старшая мадам. Она спрашивает, можно ли ей зайти, чтобы поухаживать за вашей раной.»Старшая мадам была наложницей из Весеннего сада. У Бай Сянсю сначала было нехорошее впечатление о ней, но она быстро начала пересматривать свое мнение об этой женщине. У нее, конечно, было изысканное чувство времени. Бай Сянсю была близка к тому, чтобы упасть на колени.Взглянув вниз на кровать, она увидела недовольный взгляд главного героя. Его хватка ослабла, позволив ей наконец вырвать руку с красным лицом. «Я, нет, эта наложница пойдет встретить Старшую мадам.»Лун Хэн нашел ее взволнованную, бегущую фигуру очень забавной. Уголки его губ медленно поднялись вверх. Кто бы мог подумать, что дразнить женщин будет так забавно? Вернее, дразнить было забавно только ее. Но другие женщины…Он посмотрел на свою ногу и решил, что лучше, если другие женщины не станут ее касаться. Помимо этой женщины, все остальные были либо раздражителями, либо угрозами. Теперь, появилось еще одно препятствие.На самом деле он с уверенностью мог сказать, что не хотел ее видеть, но из-за внезапности вовремя не сказал этого. Тем временем нервная мадам Бай выбежала, чтобы встретить гостью. В этой ситуации не было другого выбора, кроме как встретить эту другую женщину.

Старшая мадам не ожидала, что мадам Бай лично ее встретит, тем более что у нее будет возможность увидеть принца. Правило, он не любил видеть остальных. Иногда он даже выбрасывал подарки, которые они отправляли.Недавно она разгневала принца из-за мадам Бай, поэтому ожидала, что мадам Бай на этот раз вызовет трудности для нее или что принц будет ее преследовать! Тем не менее, она была дочерью купца и умело разбиралась в схемах, поэтому просто улыбнулась и сказала: "Я не достойна, чтобы четвертая мадам выходила лично втречать меня. Принц - наш самый главный приоритет. Как его рана?""Намного лучше. Старшая мадам, пожалуйста, заходите." Бай Сянсю относилась к ней как к спасителю, когда поспешила пригласить ее внутрь.Неожиданно главный герой вернулся к своей персоне из романа, как только старшая мадам вошла в комнату. Его выражение было бесстрастным, и он просто приподнял бровь, обращаясь к ней с уважением. "Это всего лишь незначительная проблема, почему вы рыскаете тут и там? Вернитесь и оставайтесь во дворе; не бегайте вокруг все время."Точно-точно-точно, это нормальная личность главного героя! Совершенно бесчувственный к своим наложницам, он не слушал и не спрашивал ничего о них. В конце концов, он их освободил. На самом деле его нельзя было обвинить в том, что он так хладнокровен. Старая мадам привезла этих женщин домой, поэтому он, естественно, должен был принести некоторые жертвы ради любви к главной героине! Он решил пожертвовать этими женщинами. На самом деле они все еще могли выйти замуж после того, как их отправили обратно. Просто они не могли расчитывать на наследие принца, вот и все.Старшая мадам сразу почувствовала, как ее лицо горит от унижения. Она осторожно ответила: "Ваше Высочество, эта наложница просто услышала, что Четвертая Мадам плохо спала в прошлые дни, поэтому я хотела ее увидеть. Я не рыскала.""Я не знал, что у вас такие хорошие сестринские отношения." Заговорив, он взглянул на мадам Бай, чье лицо было наполнено удивлением. Она тоже, похоже, не знала когда ее отношения со старшей мадам стали такими теплыми.Лун Хэн покачал головой. Эта мадам Бай действительно слишком простая. Если бы она попыталась пойти против этих женщин, ее, вероятно, сожрали бы, пока не осталось ничего. К лучшему или худшему, он был ее мужчиной, поэтому должен немного защитить ее."Ваше Высочество, маленькая Четвертая Сестра - очень милый человек. У кого в этом поместье с ней плохие отношения?" Хвалить нынешнюю могущественную Мадам Бай тоже было способом оставить принцу хорошее впечатление.Как оказалось, настроение Лун Хэна действительно улучшилось, услышав ее похвалу. Ему нравилось слышать, как другие хвалили мадам Бай и даже ощущал необъяснимое чувство гордости. Он сам не был уверен с чем это связано.Но ему все еще мешала эта женщина, выступающая в качестве препятствия, поэтому он коротко сказал: "Я знаю. Если вы действительно хотите ей помочь, тогда позаботьтесь о деле Лю Дацзы!" Закончив, он посмотрел на мадам Бай. Она помогала Старой мадам с домашними обязанностями, поэтому у нее была определенная власть. Что она почувствует, если эту власть вырвут из ее рук?Это был хороший способ задеть ее, но он обнаружил, что выражение лица, о котором идет речь, даже не дернулось. Вместо этого она, казалось, думала, что это хорошая новость, ведь ей помогут, так что не было никакой необходимости воевать за что-либо вообще. Он действительно пытался создать ссору, когда это невозможно. Он не должен был пробовать задеть мадам Бай, ведь ее сердце уже достаточно чистое, чтобы заставить его отбросить все заботы.Старшая мадам, естественно, была счастлива внезапно получить поручение. С тех пор, как она прибыла в это поместье, она совершенно ничем не занималась. Было очевидно, что новое имение нуждается в людях для управления самыми разными делами, но Старая мадам была твердой и стойкой в своей осторожности и не призывала помочь никого из новых наложниц. В конце концов, она наконец решила воспитать помощника, но это была не старшая мадам.Услышав указания принца, она согласилась позаботиться о деле Лю Дацзы, не потрудившись узнать, хочет ли этого мадам Бай или нет.Дело Лю Дацзы не было ни простым, ни сложным. Раньше он был подчиненным отца Лун Хэна. Он следовал за Лун Хэном на протяжении многих лет, поэтому, когда семейные владения разделились, он тоже пришел с ним.За последние пару лет он привык к тому, что воспитывался в имении принца и хвастался этим. Добавляя к этому тот факт, что его сыновья управляли различными вещами в имении, он стал еще более необузданным и бессовестным.Он получал ежемесячное жалование, даже если ничего не делал. Он покупал алкоголь, не отдавая ни копейки своей жене и детям. К тому же, чем старше он становился, тем делался более бестолковым. Мужчина, которому уже более пятидесяти лет, по-прежнему ходил на вечеринки с поющими девушками и даже привел девочку из борделя, чтобы она стала его наложницей.Жена Лю Дайцзы была служанкой старой мадам. Когда она увидела, что он стареет и позорится, она отправила свою служанку сообщить старой мадам. Старая мадам почувствовала, что ей неудобно заниматься этим делом, поэтому передала его Бай Сянсю. У Бай Сянсю тоже усложнилась ситуация, поэтому утром она только вскидывала брови, когда кормила кашей Лун Хэна. Лун Хэн узнал от нее детали, после нескольких вопросов, и быстро передал трудную задачу старшей мадам.Старшую мадам не волновала сложность полученной задачи. Она была еще молода, от 16 до 17 лет. Как она могла сравниться с Бай Сянсю, которая читала бесчисленные книги в современном мире и была способна сохранить самообладание? Таким образом, после того, как она получила это поручение, по имению распространились новости, пока об этом не узнали все. Некоторые люди завидовали, в то время как другие считали это странным. Третьи наливали себе чашку чая и ждали, когда начнется шоу.Бай Сянсю была одной из тех, кто ожидал начала шоу. Сейчас она пила чай и задавалась вопросом, как старшая мадам справится с этим делом.С этим Лю Дайцзы нелегко справиться. Каждый раз, когда он открывал рот, он начинал говорить об отце Лун Хэна. Когда его загоняли в угол, он беспорядочно ругался, поэтому нетерпеливому человеку или кому-то, не привыкшему к таким ситуациям, будет трудно с ним справиться. Если вы решите опровергнуть его слова, люди снаружи могут сказать, что семья принца не печется о своих старых подчиненных или что-то подобное. Тогда их обвинят в том, что они не проявляют благосклонности к бывшим слугам.Но, уговорить вмешаться мадам Лю было невозможно. Более того, если бы она пошла жаловаться старой мадам, она определенно была бы недовольна. Итак, Бай Сянсю обратила внимание на человека, лежащего на кровати, с черными волосами, спадающими вокруг. Он помогает мне?На самом деле, он был достоин второго взгляда. Его холодно красивое лицо казалось чрезвычайно серьезным и респектабельным, когда его волосы были завязаны, но когда они вот так свободно спадали, он был довольно завораживающим. Это было особенно верно, когда он снова и снова поднимал голову, чтобы найти искру тепла в этих бездыханных глазах.

Ах...

Неужели она так долго смотрела на него? Ее лицо покраснело, прежде чем она склонила голову и продолжила вышивать, но было слишком поздно. Лун Хэн давно обнаружил, что она тайно шпионит за ним. Его сердце тоже волновалось, поэтому только после того, как она опустила голову, он спросил: "Как бы вы разобрались с делом Лю Дайцзы?" Вообще, он не должен слишком много спрашивать о внутренних делах хозяйства, но он очень интересовался ее взглядами."Я... пока не думала об этом." Бай Сянсю говорила правду, хотя ее слова были несколько безрассудны, из-за чего она опять слегка покраснела.Лун Хэн засмеялся, звук, похожий на лед, исчез, как тает снег. Даже Бай Сянсю, которая никогда не думала, что она наложница, чувствовала себя ослепленной. К счастью, она не опускала иглу вниз, когда он улыбался, иначе она, несомненно, уколола бы палец.Сердце Лун Хэна согрелось, увидев ее застенчивый вид, и он отбросил одеяла, чтобы сойти с кровати, надеясь подойти к ней. Если бы он мог прикоснуться к ее покрасневшему лицу, он уверен, что яркая кожа была бы очень приятной.Но как только он встал, его брови сморщились. Бай Сянсю тоже поднялась на ноги и крикнула Шуеру. Принц не должен вставать с постели во время выздоровления, кроме как облегчиться или что-то подобное. Тем не менее, даже в таких случаях он нуждался в Шуэре. Зовя Шуера, она быстро удалилась. В ее комнатах была внутренняя каморка, которая использовалась для умывания, полоскания рта и для удобства в ночное время. Оно была разделена только складным экраном, поэтому ей пришлось скрыться в боковой комнате.

Войдя, Шуер увидел черное лицо принца. Прежде чем он даже открыл рот, чтобы спросить, нужно ли принцу в туалет, он встретился с ужасающим взглядом. Он испугался и поспешно упал на колени."Убирайся." Чувствуя себя немного удрученным, Лун Хэн откинулся на кровать. Он не знал, как что-то начать с этой женщиной; ее мысли никогда не были на той же странице, что и у него.Он, очевидно, хотел быть ближе к ней, но не ожидал, что она отреагирует достаточно быстро и найдет повод убежать. Но подождите, это не правильно, она не должна убегать. Как не посмотри, он был ее мужчиной; кто боялся бы сблизиться со своим мужчиной?

Следовательно...

Какая глупая девушка. Лун Хэн беспомощно покачал головой и откинулся на спину. Почему она не может быть похожа на других женщин и немного побаловать его? К нему же не трудно добраться!

Но, когда он снова посмотрел на свою ногу - что было хорошего в том, чтобы угодить раненому!? Хотя он не стремился к совершенству, он все равно не хотел, чтобы его первый раз быстро закончился из-за травм.

Подождав два дня, его нога, наконец, достаточно зажила и он начал ходить. Пока еще была какая-то затяжная боль, все было впорядке. Но он привык жить во дворе Бай Сянсю и не хотел уходить. Два дня, которые он прожил здесь, дали ему идею переселить ее в обитель по-больше.

Это место изначально было очень мало, даже до того, как она начала сажать цветы и растения, которые занимали довольно много места. Хотя воздух здесь действительно свежий, оно не было достаточно величественным для такого мужчины, как он. Прежде чем он смог найти шанс поговорить об этом с Бай Сянсю, которая делала все возможное, чтобы подражать молчаливой скульптуре, к ней ворвалась старая служанка. "О нет, госпожа! Босс Лю вошел во внутреннюю резиденцию и утверждает, что хочет убить Первую мадам."

"А? Убить? Что случилось?" Она неосознанно взглянула на главного героя. Он был тем, кто приказал Первой мадам позаботиться о проблеме. Теперь, когда что-то пошло не так, что будет?

"Говорите четче, что на самом деле произошло?"

Лун Хэн уселся на кресло, его выражение было похоже на того, кто ожидает хорошего шоу, когда угол его рта поднялся. Эту проблему изначально было трудно решить, и, к счастью, ее передали кому-то другому. Давайте посмотрим, как она справится с этим, когда человек даже ворвался во внутреннюю резиденцию!

Сидя рядом с ним, Бай Сянсю не могла не увидеть его улыбку, что предавала его развлечение. Она не могла не вздрогнуть. Неудивительно, ведь он главный герой! Он весь темный и злой внутри!

На самом деле, хотя автор в романе упомянул, что у главного героя доминирующий темперамент, но по правде говоря, он не вел себя так со всем и всеми. Он был хитрым и расчетливым, используя при этом других. Он специально создал неприятности Первой мадам?

Но, когда старая служанка закончила рассказывать об инциденте, Бай Сянсю почувствовала, что не он ее подставил, а она сама себя подставила. Получив поручение, она нагло позвала Босса Лю и выговорила все ему в лицо. В конце концов, она хозяйка и должна вести себя соответствующим образом.

Босс Лю совершенно не каялся, но ничего не мог сделать. Плохо себя чувствуя, он разбил бутылку, как только вернулся домой, завершая все большой дракой с Мисс Лю, даже подняв на нее руку. Мисс Лю никогда не думала, что ее настигнет такое неумолимое словесное и физическое насилие. Ей было слишком больно в душе, и она пошла искать Первую мадам, зная, что старая мадам не станет этим заниматься.

Первая мадам решила вмешаться в их дела и фактически приказала продать наложницу Босса Лю.

Результаты удовлетворили Мисс Лю, но очень разозлили Босса Лю. Он не осмелился найти «Первую мадам» и вместо этого пошел к своей жене. Разборки началась и закончились плохо, поскольку Мисс Лю была избита до черно-синего цвета кожи несколькими ударами и толчками. Даже их сын не мог его оттащить. Избиения было недостаточно, чтобы выразить гнев Босса Лю, и он немедленно выбежал, чтобы найти свою наложницу.

Оскорбление бросило Мисс Лю в эмоциональное отчаяние, посреди ночи она выпила крысиного яда и сразу скончалась.

Когда Босс Лю вернулся домой, он все еще был полон гнева и негодования. Он думал о том, чтобы расспросить Мисс Лю, где его наложница, чтобы заплатить выкуп и вернуть ее обратно, но когда он толкнул тело, оно уже окоченело.

В этот момент он запаниковал. Его сыновья, которые примчались домой, услышав эту новость, начали ругали его за сделанное. В ответ он выдвинул вину на первую мадам, которая занималась этим делом.

Как простая наложница она зашла слишком далеко со своим вмешательством. Она стала причиной, что кто-то выпил яд, совершив самоубийство. Босс Лю жестко себя вел, но всегда принимал власть как бывший солдат семьи. Теперь, когда его семья разрушена, а жена умерла, ему нужно было на кого-то выместить злость, и первым человеком, который пришел на ум, была та властная Первая мадам, которая всегда стояла перед ним.

Она была просто молодой леди, но несколькими случайными словами смогла разрушить его семью. Этот инцидент, конечно, нельзя было пропустить без какого-либо оправдания. Таким образом, когда его семья разрушилась, Босс Лю полностью потерял какое-либо подобие самоконтроля. Он ворвался во внутреннюю резиденцию с ножом в руках.

Во внутреннюю резиденцию запрещалось входить с ножами, но охранники понятия не имели, что Босс Лю пришел сделать что-то плохое. Они подумали, что он шел к своему сыну и разрешили пройти без дальнейших церемоний.

Кто бы мог подумать, что когда он войдет, сразу начнет размахивать ножом, угрожая разрезать первую мадам на куски?

Сейчас его задержали рядом с Летним садом первой мадам. Затем кого-то отправили, чтобы сообщить об инциденте принцу и госпоже Бай, которая отвечает за домашние дела.

Бай Сянсю нахмурила лоб; это, безусловно, сложная задача!

Как кто-то из современного периода, она смотрела на Босса Лю сверху вниз. Он уже был в возрасте пятидесяти лет, и все же ударил жену, которая была с ним на протяжении половины своей жизни. Какой отморозок! Но эта первая мадам переборщила со своим авторитетом. Ты просто наложница! Почему ты не видишь, где твое место!?

Старая мадам и принц были настоящими хозяевами этого дома. Ей было разрешено справиться с инцидентом, как она того хотела, но она всегда была и будет инструментом их воли, действуя от их имени. Чтобы решительно продать наложницу другого человека, даже старая мадам дважды подумала бы о таком действии.

"Эта наложница пойдет и посмотрит." Поскольку инцидент уже произошел, как полномочному представителю, у нее не было выбора, кроме как пойти туда.

Тем не менее, Лун Хэн не позволил ей уйти. Босс Лю бросился в резиденцию с ножом в руках. Хотя теперь его задержали, что произойдет, если он опять взбесится и напугает ее?

Он молча выругался. Он не должен был ранить ногу ради этой Лин Цяньцзы; теперь он не может даже остаться рядом с ней, чтобы защитить ее. Он взглянул на Шуэра: "Сопроводи четвертую мадам. Если этот Босс Лю снова начнет создавать неприятности, немедленно устрани его."

"Да, Ваше Высочество." Шуер несколько лет тренировался в боевых искусствах, и, хотя он был далек от своего хозяина, его умений было более чем достаточно, чтобы справиться с кем-то вроде Босса Лю. Более того, он прекрасно понимал, что четвертая мадам была любимицей принца, поэтому он не смел относиться к этому вопросу легкомысленно.

Затем Бай Сянсю, Сяо Ши, Е-мама и Шуер отправились в Летний сад первой мадам. Прийдя туда, они обнаружили, что главные двери плотно закрыты, и Босс Лю лежит прижатый к земле. Из потока проклятий, которые доносились из его уст, он, очевидно, отказывался сдаваться.

Это был первый случай, когда Бай Сянсю услышала, как кто-то из древнего времени проклинает или даже использует неприличные слова. Слова, такие как шлюха, сука и корова, бросались просто безотносительно. Сердце Шуэра немного подпрыгнуло, когда он увидел, как четвертая мадам нахмурилась.

Быстро перевернувшись к Боссу Лю, Шуер нанес ему тяжелый удар и яростно крикнул: "Что за вульгарности ты здесь кричишь?! Пришла четвертая мадам. Если ты скажешь что-нибудь плохое, береги свою голову."

Единственным человеком в этом доме, который имел право приговаривать людей к обезглавливанию, был принц, и все знали, что великолепная госпожа Бай была его любимицей. Никто не посмеет оскорбить ее.

Босс Лю, наконец, прекратил проклинать, но все же возмущенно воскликнул: "Неважно, кто здесь, им все равно придется говорить! Из-за этой суки внутри умерла моя жена, а мои сыновья уходят! Моя семья просто испарилась."

Oх, отморозок, разве семья распалась не из-за вашего поведения? Разве ваша жена захотела бы умереть, если бы вы не привели наложницу в почти 50 лет? Разве не из-за этого ушли ваши сыновья?Тем не менее, Бай Сянсю мудро не дала этим словам вырваться, просто сказав: «Босс Лю, я уже знаю о ваших семейных делах. Но что значит ваше поведение в поместье и крики об убийстве? Разве вы не должны заниматься похоронами?»Кто-то принес вышитый табурет для Бай Сяньсю, и она изящно села. Семья впервые увидела эту сторону г-жи Сюй, и у них возникла одинаковая мысль. Этот человек смертный? Она явно фея! Неудивительно, что принц так любит ее, а! Какому мужчине не понравится женщина, у которой есть красота и ум?Что касается старшей мадам, они начали качать головами. Она уже открыла рот, чтобы говорить.Несколько мгновений назад она явно испугалась. Теперь, когда пришел кто-то, кто будет на ее стороне, она осмелела и вскрикнула: «Это варвар; он убил свою жену, избив ее, и теперь поднимает нож, чтобы убить меня, невинного человека!» Старшая мадам почувствовала себя очень обиженной. Почему она встретила такого безрассудного человека, когда впервые отвечала за дело?«Сестра, пожалуйста, больше ничего не говорите.» Сказав такие слова, она хочет, чтобы эта ужасная ситуация продолжалась дальше?Как и ожидалось, Босс Лю начал яростно возмущаться, и его речь стала более грубой в сторону первой мадам. «Если бы ты, сука, не убеждала ее, разве она могла бы все это сделать? Почему бы принцу не продать тебя и почувствовать, как это!»

Значит, вопрос наложницы еще остался в его голове.

Бай Сянсю мягко сказала: «Хватит, комплекс принца — это не то место, где можно кричать и устраивать сцены. Если вы продолжите, вас накажут дубинками.» Посмотрев на Босса Лю, Бай Сянсю указала в его сторону. «Не давите на него так; пусть он поднимет голову.»Когда Босс Лю почувствовал, что его плечи ослабли, он сразу поднял голову. Раньше он никогда не видел четвертую мадам принца, но этот один взгляд убедил его, что его жизнь была потрачена впустую.Мужчина должен жениться на на такой красивой молодой женщине, как перед ним, чтобы по-настоящему счастливо прожить жизнь!

Как жаль…

Но что-то не так. Было много слухов о том, что у четвертой мадам мягкий темперамент. Тогда почему этот глубокий взгляд из глубины поднял панику, заставляя его сердце быстро биться!Он поспешно опустил глаза и даже не осмелился взглянуть прямо на нее.«Пожалуйста, займитесь этим, четвертая мадам.» Он много лет следил за Лун Хэном, поэтому знал, кого можно обижать, а кого нет. Четвертую мадам, основываясь только на выражении ее лица, обижать нельзя.«Чему я могу помочь вам? Вам нужно хоронить жену, а вы здесь устраиваете сцену. Ай…» — вздохнула Бай Сянсю. Она не умела хорошо притворяться, но хорошо научилась в течении нескольких месяцев с момента ее прибытия. Такие навыки лучше всего изучаются под давлением.

«Это все из-за женщины внутри! Вы должны отомстить за мою жену!»

Фуух….

Бай Сянсю не могла не усмехнуться. Хотя ей не нравилась первая мадам, больше она не любила таких подонков. Несмотря на это, у него был определенный момент. Если бы первая мадам не поддержала Мисс Лю с такой счастливой убежденностью, его жена определенно не решилась бы продать наложницу так легко.С одной стороны слуга старой мадам, с другой старая служанка. Было понятно, что первая мадам решила помочь жене Босса Лю. Но, к сожалению, они никак не думали, что Босс Лю окажется таким проблемным нарушителем спокойствия.«Босс Лю, разве старшая мадам принесла нож, чтобы убить вашу жену или заставила ее выпить яд? Если бы вы не привели наложницу, разве она захотела бы совершить самоубийство, чтобы покинуть этот мир? Мужчины должны брать ответственность за свою вину, но вы сваливаете всю ответственность на старшую мадам. Разве ваши щеки не горят от унижения?» Ее слова были настолько проницательными, что даже Лун Хэн, который никогда не выходил из спокойствия, чувствовал себя посторонней арматурой.Он всегда чувствовал, что у нее слишком мягкая личность, поэтому не смог спокойно сидеть и ничего не делать. Он остановился, когда увидел, что она более или менее контролирует ситуацию. Он чувствовал, что на самом деле было бы плохо, если бы мужчина появлялся и вмешивался в дела тыла, поэтому сел в соседнем павильоне, чтобы посмотреть. Он мог бы сделать своевременный ход, если бы что-нибудь случилось.Только Шуер понял, что происходит, когда оглянулся. Он быстро перевел взгляд на другое место, смертельно испугавшись. Но он обнаружил, что принц все еще смотрел на него, из-за чего ноги и живот Шуэра начали дрожать.Лун Хэн отвел взгляд от Шуэра. Он почувствовал, что на данный момент наложница Бай была красиво резкой, но все еще видел след спокойствия среди ее хладнокровности. Даже если она выглядела грозной, он все еще чувствовал, что она просто блефует. Способность вести себя так была результатом ее прекрасного воспитания.

Ладно, иногда мужчины были настолько уверены в себе, что скорее наткнутся на стену, чем развернутся. К сожалению, Лун Хэн был таким человеком и никогда не признавал этого.

Он тихо наблюдал, пока она не справится с вопросами, прежде чем уйти. Пока он продолжал слушать, Босс Лю оставался неубежденным. «Мадам Сюй, вы должны говорить разумно! То, что мужчина, берет наложницу, столь же естественно, как закон неба и принципы земли. Неправильно для замужней женщины слишком много следить. Я не держал ее в голоде, и следил за ее комфортом с горничными и старыми слугами. Почему она не могла принять другую женщину?»Бай Сянсю поняла, что через этого человека совершенно невозможно пройти. Но он представлял собой образ мышления всех людей в этом мире. Поскольку их карманы росли, росло и их желание иметь еще несколько женщин. Если бы они этого не сделали, их друзья сказали бы, что они подкаблучники.«Оу? А вы когда-нибудь думали, какой это опыт для нее? В конечном счете, быть отброшенной после траты всей жизни с вами? Никто не может помешать вам найти наложницу, но вы не можете презирать свою собственную жену!»«Она родила и воспитала детей для вас и помогла вам управлять семейными делами. Все, что она хотела, любить друг друга и держаться друг друга всю оставшуюся жизнь. Но вы держитесь с другой девушкой и сравнили ее с экономкой, какая женщина примет это спокойно и без гнева? Старшая мадам совершила ошибку, но вы тоже виноваты.»Она продолжала, не давая Боссу Лю возможности говорить. «Теперь вы ворвались во внутреннюю резиденцию поместья принца без власти и оспариваете власть принца. Будет трудно успокоить публичный гнев, если вы не будете наказаны. Отныне вы больше не живете в имении принца. Вместо этого найдите место за пределами, чтобы правильно прожить всю оставшуюся жизнь. Старшая мадам тоже ошиблась. Я накажу ее и верну вашу наложницу. Теперь вы можете провести свои дни вместе с ней.» Бай Сянсю махнула рукой, указывая, что люди могут унести Босса Лю.Босс Лю не думал, что когда-нибудь наступит день, когда его выгонят. Он был ошеломлен на мгновение, прежде чем с негодованием разразился.«Вы, женщина, вы слишком бессердечны! Вас на свете ещё не было, когда я шел за старым мастером на север и на запад, чтобы завоевать земли? И теперь вы хотите выгнать меня; Я никогда не видел таких неблагодарных людей, как вы!»Бай Сянсю почти рассмеялась в гневе. Но она сохраняла самообладание и не проявляла страха. «Ха, что вы имеете в виду, говоря что я неблагодарна? Вы подразумеваете принца? Поскольку вы так говорите, давайте разрешим все счета.» Она поднялась на ноги и сделала несколько шагов вперед: «Вы — старый охранник семьи. Интересно, помните ли вы, какое наказание должны получить, ворвавшись во внутреннюю резиденцию, размахивая ножом? Шуер, помогите Боссу Лю вспомнить.»Шуер сразу заговорил. «Если принц или старая мадам не решат иначе, те, кто в частном порядке принесет смертоносное оружие и ворвется во внутреннее поместье, будут избиты до смерти, брошены в могилу и не будут удостоены погребения.»«И какое наказание за преступление оскорбления хозяина внутренней резиденции?» Бай Сянсю хорошо знала об этих правилах из страха перед случайным нарушением и, в результате, ее неизбежной смертью.

«Удаление языка и пятьдесят ударов тростью.» Чтобы облегчить собственное наказание, Шуер сделал все возможное, чтобы помочь Бай Сянсю. Из-за чего казался довольно внушительным.«Этих двух причин достаточно, чтобы оставить вас без всех частей тела. Неужели у нас нет благодарности?» Бай Сянсю взглянула на Босса Лю. Она хотела быть жестокой и делала все возможное, чтобы показать убийственное намерение в своем взгляде, но забыла, что она сладкая и кокетливая красавица. Единственный взгляд на нее чуть не заставил Лун Хэна потерять душу, поскольку все его тело охватила лихорадка.На самом деле он хотел, чтобы эта красавица снова и снова смотрела на него! Те чрезмерно соблазнительные глаза были нежными и полными очарования; этого было достаточно, чтобы сердце мужчины пропустило несколько ударов!Как мог Босс Лю поверить, что такая деликатная, довольно молодая девушка была способна убить кого-нибудь? Кроме того, она была только наложницей. Даже если бы она раньше спала с мастером, она все равно не настоящая хозяйка дома. Он не мог согласиться с этим результатом, ведь всегда чувствовал, что принц не будет относиться к нему слишком бессердечно, потому что он старый друг отца принца.Он действительно не планировал ничего делать с ней; В конце концов, она была женщиной принца. Он не мог себе многого позволить.Хотя он так думал, внезапно бросившись вперед, принц, шпионящий за ситуацией, принял все совершенно по-другому.Даже если это был старый подчиненный его отца, Босс Лю показывал слишком много желчи. Он даже осмелился прикоснуться к ней. Лун Хэн не был импульсивным человеком, но если он все-таки завелся, кто-то закончит с кровотечением. У него не было подходящего предмета под рукой, поэтому он ударил ладонью по каменному столу, разбив его на куски. Быстро вспыхнув, он схватил один из кусков и швырнул его в Босса Лю.К счастью, он сдержал свои силы, иначе Босс Лю умер бы на месте. Несмотря на это, кусок камня попал в его ногу, заставив его рухнуть на землю, и взрыветь, как зверского демона.Внезапное насилие и быстрое зловоние от крови было слишком тяжелым. Даже кости виднелись из его ноги, а кожа свободно кровоточила.Как обычный городской житель современного мира, Бай Сянсю не привыкла видеть столько крови. Было совершенно ясно, что она испугалась, так как паника была написана на ее лице.Сердце Лун Хэна вздрогнуло при виде ее панического выражения. Он тут же выругался за то, что был настолько импульсивным. Она знаменита своей робостью, это, вероятно, испугало ее. Его сердце дрожало, прежде чем он оттолкнул каменный стол и скрылся оттуда. Сердце все еще бесцеремонно билось, даже когда он сел на землю. Он не боялся миллиона вооруженных сил врага, но почему он боится ее печального взгляда?Тем не менее, она не должна понять, что именно он это сделал, верно?!Было бы лучше, если бы она не узнала. В будущем он должен убедиться, что никто ей не сообщил об этом. Иначе, она могла просто предположить, что он жестокий, порочный человек!Тем временем Бай Сянсю была весьма благодарна человеку, который спас ее. Хотя Босс Лю был избит до жалкого состояния, тогда он выглядел так, словно собирался убить ее. Если бы кто-то не сделал этот ход, ее, возможно, задушили бы.Но оглядевшись, она увидела только двух управляющих, что стояли в павильоне, оказавшись перед дилеммой. Казалось, они хотели уйти, но все ровно крепко стояли там. Заметив ее взгляд, они поклонились в приветствии. Так как сейчас смотрели в их сторону, мадам Сюй смотрела на их хозяина, а они просто украшения.Но почему ее взгляд опирался на них? Была даже небольшая, но благодарная улыбка. Разве она не благодарит не того человека? Она должна поблагодарить принца, подумали они, развернувшись посмотреть на него…

И увидели только пустое место.

Куда пошел принц? Когда он исчез? Живой человек исчез прямо перед их глазами. У них по спине пополз холодный пот.Бай Сянсю не могла рассказать, что они дрожали, поэтому сказала: «Уберите этого человека. Выбросьте его из поместья после того, как его раны перевяжут.» Это была самая высокая степень ее снисхождения.Боссу Лю было так больно, что казалось он вот-вот упадет в обморок. Он понятия не имел, что происходит, когда его выводили, оставляя следы крови.Бай Сянсю, наконец, поняла, в чем ее проблема. С тех пор, как она увидела, как девушку служанку избили до смерти, она приобрела тенденцию чувствовать себя болезненно при виде крови. Неудивительно, что она всегда чувствовала головокружение и слабость, когда наступали месячные. Сайчас была такая же ситуация.Когда она покачивалась на месте, Сяо Ши с тревогой бросилась вперед, чтобы поддержать ее. «Мадам Сюй, держитесь. Ваша служанка сейчас позовет врача.» Может, она снова испугалась, подумала Сяо Ши. Им нужно искать врача только из-за ее чувства слабости?«Не нужно, просто отведи меня на прогулку вокруг цветников. Мы вернемся, когда мне станет лучше.» Бай Сянсю протянула ей руку, и Сяо Ши поддержала ее шаткие шаги в сад. К этому времени погода стала очень холодной, но Бай Сянсю просто сидела на ледяной каменной скамье, так как она помогла ей успокоиться.Чувствуя себя огорченной, Сяо Ши сказала: «Как это может быть хорошо? Вы заболеете.»«Это не проблема. Подойди ближе, Сяо Ши, дай мне опереться на тебя.» У нее действительно было головокружение, и она могла только опираться на Сяо Ши, чтобы восстановиться.«Что с вами….. случилось?» Тонкий голос, наполненный намеком на другое чувство, поднялся из-за пределов, поразив Бай Сянсю, и она тот час же села. Даже если это была «тайная любовь», она все еще была ее первой и той, кого она очень хотела в прошлом. Хотя больше не было никакой надежды, она когда-то хотела выйти за него замуж. Таким образом, Бай Сянсю почувствовала себя неловко с этим новым вторжением.Другой человек казался еще более беспокойным, и тоже волновался. Изначально он пришел, чтобы проведать раненого Лун Хэна, и узнал только что он восстанавливается у мадам Сюй.Этого единственного предложения было достаточно, чтобы оставить его сердце взволнованным и беспокойным, поэтому он не смог войти в Зимний сад. Он собирался гулять, пока его сердце не успокоится. Но вместо этого он попал на нее!Ему было очень неудобно при виде ее пепельного лица. Его сердце охватила боль, поэтому он подошел присмотреться. Когда он увидел, что она подняла голову, он почувствовал, что она стала намного стройнее и выглядела еще более жалкой, чем раньше. Глаза с красной окантовкой выглядели так, будто могли в любой момент пролить слезы.

Брови Сун Цзяоюэ поднялись и он спросил: «Что случилось?»«Ничего…» Бай Сянсю действительно подумала, что это не большая проблема и не стоит о ней упоминать.«Мадам Сюй очень испугалась…» Сяо Ши не относилась к Сун Цзяоюэ как к постороннему человеку, так как он был хорошим другом ее хозяина и часто появлялся в поместье. И характер у него был хороший, с ним было легко говорить и не было никаких табу.«Почему она испугалась?» Сун Цзяоюэ подсознательно предположил, что жестокий характер Лун Хэна, должно быть, поразил ее снова. Он не мог не почувствовать себя огорченным из-за нее.«Я не испугалась…» Бай Сянсю подумала, что нехорошо говорить о делах, но девушка служанка рядом с ней не могла сдержаться от недовольства.«Это был просто слуга, который чуть не ударил мадам Сюй. Управляющие сломали ему ногу, и кровь была повсюду…» Она взглянула на Бай Сянсю, закрыв рот. На самом деле, Сяо Ши плохо себя чувствовала из-за своей хозяйки, но она не могла найти способ ей помочь.Бай Сянсю почувствовала, что собирается утонуть в пронзительном взгляде Сун Цзяоюэ. Она быстро встала и сказала: «Пойдемте…» Она не могла вернуться назад; у нее слишком сильное головокружение!Ее тело дрогнуло и упало назад. Сяо Ши подняла руку, чтобы поймать ее, но не смогла дотянуться. Как только они обе собирались упасть, Сун Цзяоюэ поспешно протянул руку, чтобы поддержать их.Он был практиком боевых искусств и быстро двигался, поэтому поймал обеих женщин возле своего тела. Но человек, которого он держал, была Бай Сянсю, которая держалась за Сяо Ши. Сладкое и заветное тело, столь же тонкое, как нефрит, наполнило его объятия, тело человека, о котором он думал эти последние ночи. Сун Цзяоюэ чувствовал, как сжалось его сердце, когда все тело застыло.

Аромат, исходящий от тела Бай Сянсю, отличался от аромата других женщин. Он был свежим и чистым, как сосна, бамбук или кипарис, аромат, который можно было найти только в горах. Духи из румян были настолько легкими, что почти не ощущались. Откуда взялась такая девушка, настолько сладкая и мягкая, что у нее даже не было костей?

Он подсознательно усилил хватку, опасаясь, что она упадет.

Стоявший в стороне слуга обнаружил, что ситуация не в порядке. Мы в поместье принца! Он мог сказать, что его хозяин был очарован и тронут. Если что-нибудь случится, разве это не оскорбит строгого и сурового принца? Поэтому он поспешил сказать: «Служанка Старшей сестры, почему ты не встаешь? Сэр, вы не пострадали?»Сун Цзяоюэ с горечью засмеялся, когда отпустил мадам Бай. Тем не менее, у него и так болело сердце, тупой болью, которая никогда, казалось, не ослабевала. Если бы это было возможно, он хотел держать ее всю оставшуюся жизнь.Сяо Ши действительно испугалась и вскочила, как заяц. «Мадам Сюй, вы в порядке? Эта служанка причинила вам боль?»«Я в порядке. Сэр Сун был ранен?» Когда Бай Сянсю увидела Сяо Ши, она поспешила встать и послушно отступила, что заметно отличалось от ее прежнего поведения, когда она хотела быть ближе к нему.На данный момент Сун Цзяоюэ, казалось, понимал, почему почувствовал следы беспокойства, когда они впервые встретились. Это потому, что она тайно смотрела на него.На самом деле он не привык к ее отсутствию внимания, но в то же время он начал уважать эту женщину. Она могла выразить свои чувства так же, как и спрятать их, приспосабливаясь к обстоятельствам. Огромная разница по сравнению с ним!Сун Цзяоюэ чувствовал, что был человеком, который мог только поднять кого-то и никогда не отпускать. «Я в порядке, но вы… должны заботиться о себе.» Его ответ был вежливым, но смущенным, и он больше не смел смотреть ей в лицо.

Бай Сянсю сразу изменила тему. «Почему пришел сэр Сун?»Сун Цзяоюэ тоже мгновенно ответил. «Естественно, чтобы проведать принца. Ему уже лучше?»«Да, ему уже намного лучше, пожалуйста, идите сюда,» — сказала Бай Сянсю. Она все время чувствовала горячий взгляд сэра Суна. Но должно быть эй это всего лишь казалось. В конце концов, он ведь ничего не чувствовал? У него не было к ней чувств. Ей тоже не следует думать слишком много, иначе это превратит все в беспорядок.Она вела его вперед, как хозяйка дома, а Сун Цзяоюэ наблюдал за ней сзади. Ее фигура была стройной и красивой, а ее длинные волосы послушно складывались на голове, показывая безупречно белый затылок.Этой красавице мадам Сюй, конечно же, не было равных. Никто не сможет игнорировать ее, столкнувшись с ней! Даже Лун Хэн, его ледяной друг, не стал исключением. Он только надеялся, что он сможет полюбить ее хоть немного нежно.Вскоре они прибыли в Зимний сад. Двери во двор были широко открыты, так как в гости приходило много людей, ведь здесь отдыхал принц. Бай Сянсю вошла первой и обнаружила, что принц все еще сидит на своей кровати, читая книгу. Она понятия не имела, что он уходил, и заговорила: «Ваше Высочество, прибыл сэр Сун, чтобы навестить вас. Я не знаю, или…» Он должен войти или вы должны выйти?Было очевидно, что травмированный пациент не должен выходить, но она понятия не имела, что его недавние упрямые действия усугубили его травму до такой степени, что он не мог ходить.«Пусть он войдет, вы можете идти отдыхать.» Позаботившись о делах, она не сразу вернулась, а вместо этого столкнулась с Сун Цзяоюэ? Он не знал, почему, но его сердце снова сжалось. Ему было неловко!Вскоре после этого кто-то впустил Сун Цзяоюэ. Он уже давно оправился к своему обычному «я» и улыбнулся, как только вошел. «Где ты получил все эти раны?» Пока он небрежно входил, его глаза все еще бегали по всем уголкам комнаты.Раньше здесь была ее спальня, разве нет? Но почему здесь так много цветов и растений, что казалось странным? Тем не менее, они пахли очень красиво, как будто он снова вошел в сад в полном расцвете весны. Его настроение мгновенно улучшилось, когда он присел рядом с Лун Хэном, чтобы посмотреть на своего друга. Перевернутые углы его губ доказали, что их владелец был счастлив.Лун Хэн сказал только несколько слов: «Это всего лишь незначительная травма. Посмотри на себя, ты приходил в поместье с тех пор, как оно было построено. Как ты мог заблудиться в Летнем саду?»«В Летнем саду?» Черт, он, должно быть, все неправильно понял. Сун Цзяоюэ поспешно улыбнулся и сказал: «Как я мог не знать, где находится Летний сад? Ты недооцениваешь мою память. Я слышал, что ты лечишь свои раны в другом месте, поэтому я пошел в обход. По дороге мне довелось встретиться…» — он сделал паузу, увидев, что зрачки Лун Хэна жестоко сжались.Сун Цзяоюэ внутренне сжал кулаки. Лун Хэн правда ценил ее, поэтому продолжил: «Было похоже, что Мадам Сюй вот-вот упадет в обморок, поэтому я немного поддержал ее, прежде чем мы пошли сюда.» Лучше было показать, как он держал ее, не пытаясь чего-то скрыть, иначе кто-то мог использовал его в качестве предлога для сплетен в будущем. В конце концов, нельзя быть уверенным, что в тот момент их никто не видел.«Упадет в обморок?» Лун Хэн рассердился, хотя на его лице не было и следа злости. Как мужчина, он, естественно, отказался быть чьим-то посмешищем, но его сердце наполнилось тревогой.«Да. Давай не будем говорить об этом. Твои раны, вызваны… этой особой из семьи Лин?» Сун Цзяоюэ намеренно изменил тему и увидел, что выражение Лун Хэна полностью изменилось. Честно говоря, мисс Лин была действительно впечатляющей, если смогла заставить лицо его друга так измениться.Это была неприятная тема. Очевидно, что Лун Хэн не хотел говорить о деталях. Дальше они поболтали какое-то время и Сун Цзяоюэ встал. Он никогда обычно не пользовался вещами в этой комнате, но его внимание привлекло определенное растение. Это растение было покрыто шипами. Молодая леди, которую он встретил на берегу моря, забрала что-то такое, верно?

«Что это?» Любому было бы интересно узнать об этом.

«Хуэр… нет, это кактус,» Лун Хэн спрашивал об этом, но мадам Бай назвала растение по-имени. Он слегка покашлял. Он потерял долю достоинства, назвав его как своего друга?«Кактус? Это цветок? Или растение?» Он потянулся, чтобы прикоснуться к нему, но Бай Сянсю слышала их разговор из-за двери.

«Не трогайте его.» В противном случае он уколеться и потечет кровь.

Пальцы Сун Цзяоюэ остановились очень близко к растению, его сердце колотилось. Она беспокоилась за него? Но разве она не боялась, что Лун Хэн рассердится, если она будет вести себя так очевидно? Обернувшись, он увидел, что выражение Лун Хэна не похоже на что-то необычное. Кажеться, он очень ей доверяет. Или, может, он знал, что она поведет себя так, потому что была добросердечной. Правильно, она всегда была доброй девочкой.Сун Цзяоюэ убрал свою руку. «Большое спасибо. Но я не уверен, как используется этот кактус?»Она правда та молодая девушка с пристани. Тогда она отдала бы все, чтобы заполучить эту вещь, как будто она ей очень понравилась.«У кактусов сильные навыки выживания. Изначально они росли в пустыне и могли использоваться для лечения ожогов. Кроме того…» Урк, когда она заговорила о растениях, она не могла остановиться. На секунду там, Бай Сянсю почти забыла о своем статусе. К счастью, она не сказала слишком много и вскоре закрыла рот, немного смутившись.Сун Цзяоюэ был очень счастлив. Хотя они были разделены занавеской, впервые он говорил с ней так долго. Его сердце наполнилось восторгом.

Лун Хэн чувствовал себя все более и более неловко, до такой степени, что ему пришлось сесть.Бедный главный герой никогда не любил женщину в своей жизни, поэтому понятия не имел, что в этот момент его съела ревность. Но Сун Цзяоюэ был восприимчивым типом, который, по крайней мере, знал больше о женских делах, чем Лун Хэн. Он был достаточно понятливым, чтобы перестать задавать вопросы и развернуться с улыбкой.Раздраженный Лун Хэн сказал: «Мадам Бай, отдайте это растение сэру Суну, раз оно ему так нравится.»Бай Сянсю опешила. Хуер был ее опорой, она точно не могла его отдать. Сун Цзяоюэ не захотел отбирать ее фаворита, поэтому махнул рукой и сказал: «Не нужно, как я могу отнять у мадам любимое растение…»Лун Хэн сожалел о своих словах после того, как он это сказал. Как он мог не знать, что мадам Бай заботилась об этом кактусе? Когда другие приближались к нему, она тщательно защищала его. Если бы он заставил ее отдать кактус кому-то другому, он наверняка упал бы в ее в глазах. Но так как он уже это сказал, он не мог отменить свои слова, поэтому заговорил: «Тогда попросите ее найти для вас другой кактус.»Бай Сянсю выдохнула. По крайней мере, ей не нужно отдавать своего драгоценного милого кактуса. Но где она должна найти ещё один? Посреди ее мыслей она услышала Хуэра: «Мне он нравится. Дайте ему одну из моих ветвей.»Бай Сянсю очень боялась, что принц заставит ее искать другой кактус. Что еще более важно, она не была уверена, где его можно найти. Предложение Хуэра было совершенным, поэтому она сказала: «На самом деле, есть другой способ. Сяо Ши, принеси мне горшок с грязью.» Кактус легко пересадить, поэтому не нужно волноваться.Сяо Ши сделала все, что попросила Бай Сянсю. В эти дни она выступала в качестве помощницы хозяйки в посадке цветов и уже изучила всевозможные навыки. Она даже привыкла поливать их все время. Положив почву, она взяла Хуэра в комнату своей хозяйки, как было приказано.Бай Сянсю проверила ножницы, и почувствовала, что они немного плохо режут. Было бы хорошо, если бы это был обычный кактус, но Хуэр мог говорить и даже кричать о помощи! «Будет больно?» Спросила она тихим голосом.К сожалению, она не знала, что эти двое были искусными в боевых искусствах и имели чувствительные уши. Они услышали все ее слова. Губы Лун Хэна невольно затряслись. Она правда спрашивала растение, будет ли ему больно. Эта мадам Бай заставила мужчину потерять дар речи.Сун Цзяоюэ рассмеялся, но прикрылся кашлем. Затем он повернулся, чтобы поговорить с Лун Хэном о бессмысленных вопросах.Лун Хэн поддержал разговор, хотя все еще беспокоился об этой молодой девушке в своем сердце. Он сказал, что она упала в обморок. Это потому, что она испугалась? Но об этом было трудно говорить, пока его друг здесь.Сердце Бай Сянсю болело, когда она отрезала побег, который пророс от Хуэра. Хотя он сказал, что это больно, он выглядел очень счастливым, потому что это важное звено для воспроизведения кактусов. Выдохнув, Бай Сянсю посадила мягкий побег и немного полила водой. Проверив, все ли в порядке, она отдала его Сяо Ши. Внезапно ей показалось, что она подняла домашнее животное и отдала его, хотя оно еще не могло говорить.Сун Цзяоюэ был очень счастлив получить это растение, полное колючек. Он неоднократно выразил свою благодарность, прежде чем начать уходить.«Сэр Сун, этот кактус отличается от других растений. Его нужно поливать каждые два-три дня, поэтому не лейте слишком много.» Не залейте его до смерти.Сун Цзяоюэ согласился с каждым пунктом. Он хотел спросить, есть ли у нее какие-нибудь другие советы, но Лун Хэн сказал: «Шуэр, почему ты стоишь снаружи? Проводи сэра Суна.»

«Да, Ваше Высочество,» — ответил Шуэр, прежде чем сопроводить человека.

После чего Лун Хэн добавил: «Ей, почему ты замешкалась? Иди позови врача.»

Бао Цинь не могла не спросить: «Ваше высочество, но ваша нога…»«Нога принца в порядке. Разве ты не слышала, что хозяйка упала в обморок? Чего ты ждешь?» Эти слуги действительно слишком недогадливы.Бао Цинь была огорчена. Их хозяйка вернулась отлично себя чувствуя и даже посадила растение для кого-то еще. Куда пропала обморочная часть?«Нет необходимости, теперь этой наложнице намного лучше,» — подошла Бай Сянсю. Это была лишь небольшая слабость, так что теперь ей правда стало намного лучше.«Вернитесь и приляжте. Здесь есть другие люди, которые присмотрят за мной.» Он чувствовал себя виноватым. Если бы его собственная импульсивность не привела к тому, что он сломал ногу Босса Лю, она бы так не испугалась.«Тогда большое спасибо принцу за вашу заботу.» Закончив, Бай Сянсю отправилась отдыхать. Сейчас, она чувствовала себя не очень хорошо.Она отдохнула совсем немного до того, как пришел доктор, чтобы спросить ее симптомы. Услышав, что это только головокружение, он решил, что у нее недостаток крови, поэтому выписал рецепт на лекарство.Эти богатые молодые дамы в древние времена практически питались медициной. Ей стало плохо, как только она услышала слово «лекарство». Но принц сидел рядом, поэтому она не могла отказаться. Нет выбора, прийдеться его пить!Она пила лекарство только в течении двух дней, прежде чем принц оправился от травм. Она могла наконец попросить не пить таких горьких напитков. Тем не менее, он остался у нее. Это было очень удручающе.

Семья Лин, наконец, сделала сегодня свой шаг, отправив питательные продукты. Глядя на вещи, распростертые на столе, Бай Сянсю не могла не почувствовать, что они немного опоздали. В конце концов, травмы их спасителя почти зажили, когда пришли эти предметы.«Хм… вы можете все забрать.» Лун Хэн даже не смотрел на них, когда ходил по комнате. Хотя его шаги выглядели несколько неловко, трудно было увидеть какие-либо аномалии без пристального внимания.Этот парень все еще довольно стойкий, хм? Он заслуживает того, чтобы его называли военным. Но как она могла съесть эту кучу питательных добавок?Лун Хэн сделал два круга, прежде чем заговорил со слугой, который отдал подарки. «Вернитесь назад и скажите семье Лин, что принц благодарит их за то, что вспомнили, как он получил рану.»«Это…» Это не хорошо, не так ли? В конце концов, они его родственники. Но, увидев, что во взгляде принца не было никаких признаков шутки, слуга мог только отступить и сделать то, что ему сказали.

Выражение лиц семьи Лин, естественно, помрачнели, получив сообщение. Слуга вернулся, чтобы передать слова принца министру Лину и мадам Лин. Министр Лин бросил свою чашку и сказал: «У него есть смелость упомянуть о его травме, после того, как он доставил мою дочь! Рана на голове до сих пор не зажила. Она все еще его будущая жена, не мог ли он защитить ее получше?»Мадам Лин была возмущена до слез. «Моя бедная дочь была брошена на задний двор, избита и измучена, со множеством травм на теле! Как ее мать, я почти умерла от сердечной боли при ее виде. Эта девушка фактически настояла на том, чтобы не говорить ему ни слова, и только поблагодарить за ее возвращение. Вы так возвращаете людей? Было очевидно, что он просто оставил ее там. Такой холодный кусок льда! Если бы я знала раньше, я бы не обручила ее с ним.»«Не плачь. Мы уже решили по поводу за этого мужчину. Когда у меня завтра будет время, я поговорю с ним о том, как должен вести себя муж.» Министр Лин был в ярости. Если бы не его дочь, постоянно умоляющая его поблагодарить этого мужчину, разве он сердился бы из-за таких пустяков, как отправка подарков?«Ты должен тщательно отчитать этого мальчика. Не дай ему смотреть на нашу дочь сверху вниз!» — сказала Леди Лин, раздувая пламя со стороны.Но министр Лин только ответил: «Ты не должна слепо потакать нашей дочери. Ты должна быть жесткой, где это необходимо. На этот раз она тоже была неправа.» Возможно, у их дочери была хорошая дальновидность, чтобы убежать от брака, увидев, что она должна доверить себя Лун Хэну на всю оставшуюся жизнь. Но брак уже решен. И кроме того, с этим союзом они неплохо поднимались по социальной лестнице.

В последние дни столица была довольно оживленной, из-за различных слухов относительно семьи Лин и усадьбы принца Ли, летящих со всех сторон. В конце концов, когда мисс Лин была найдена после ее исчезновения, принца Ли ранили в этом процессе. Это, естественно, подпитывало спекуляции вокруг инцидента. Более того, оба они были редкими образцами с точки зрения взглядов в столице, и этот брак был очень ожидаемым. Но теперь об этом стало довольно трудно говорить.Некоторые даже заключили пари, что принц Ли возьмет на себя инициативу, чтобы отвергнуть этот брак. Он не мирился ни с чем, даже с песком в глазах. Исчезновение мисс Лин было большим ударом по его гордости.Но этот вопрос не имел ничего общего с Лун Хэном, который был среди удовольствия от конфликта с Бай Сянсю. Их нынешняя ситуация была очень похожа на съежившегося белого кролика, стоящего против полностью поправившегося большого серого волка. Белый кролик пытался скрыться каждый день, но, казалось, что вокруг его горла была прозрачная веревка, что отталкивала его назад, когда он пытался убежать.Большой серый волк хотел съесть это горячее блюдо в любую секунду, но был немного нерешительным, потому что раньше такого не делал. Прошло время, и тупик продолжался, пока Лун Хэн наконец смог предстать перед судом. Ему было немного неловко продолжать дразнить ее дальше и вернулся в свой внутренний двор.Фактически, он, наконец, продумал свои планы. Теперь, когда он увидел истинную форму этой мисс Лин, он не допустит этого брака, несмотря ни на что.Но перед тем, как выдвигать этот вопрос мадам Лин, он должен получить одобрение как императора, так и императрицы. Таким образом, прекращение брака не было чем-то, что можно сделать небрежно. Во-первых, ему нужно согласие императора.Лун Хэн не был тем, у кого были только мускулы без капли мозга. В противном случае имперская армия не осталась бы в его руках. Он не думал, что как только он войдет во дворец, император попросит его и министра Лина остаться.

Бай Сянсю уже приготовила обед для Лун Хэна, и, к большому сожалению, была готова отдать ему свое тело этой ночью. Она не была дурочкой. Глаза большого серого волка Луна, днем все больше и больше вспыхивали. Он определенно думает о том, как рано или поздно ее съест. Вероятно, только из-за его раны на ноге она до сих пор оставалась нетронутой.Теперь, когда этот человек сегодня пошел в суд, время ее восхищения было недалеко. Съев его обед здесь, а потом выпив немного вина за ужином …И после этого она будет трагически разорена.Подумав об этом, лицо Бай Сянсю покраснело, и ее сердцебиение ускорилось. В то время как она уже приняла решение, думая об этом чужом чувстве, которое стимулировало ее тело той ночью, и, помня о чувстве присутствия этого мужчины, ее горячее тело так разволновалось, что его было нелегко успокоить.Это плохо. Вероятно, она одержима дьяволом. В противном случае, почему у нее такие мысли? Она держалась за лицо, довольно изумленная реакцией своего тела. У нее даже было искушение броситься и уколоться кактусом, чтобы успокоиться. Тем не менее, Хуэр, стоявший рядом заговорил: «Госпожа, ваше лицо очень красное. Вы сгорели на солнце?»«А разве можно сгореть в комнате?» Бай Сянсю немного смутилась. Она бросилась умыть лицо, прежде чем немного помахать на него. Даже она сама не знала, чего ждет. Она просто нервничала.Когда ей показалось, что нужно снова умыться, снаружи прибежала Е-мама и ее выражение перевернулось: «Хозяйка Сюй, беда.»Когда эта классическая фраза, наконец, использовалась на ней, Бай Сянсю слегка улыбнулась. «На самом деле, я в порядке.»Ее ответ потряс Е-маму, прежде чем она поняла, что ее хозяйка шутит. Иногда ей казалось, что она не может идти в ногу с темпом этой хозяйки. Иногда, когда она шутила, не было ни одного человека, который бы улыбнулся в ответ.«Э-э, что случилось?» Увидев, что Е-мама стоит в оцепенении, Бай Сянсю почувствовала, что не может нормально общаться с ней. На данный момент, поскольку она хотела прожить здесь должным образом несколько месяцев, она считала, что нужно наладить с ней хорошие отношения, а не жить как чужие люди.Но было легче сказать, чем сделать, поскольку она не могла найти общих тем и интересов, когда пыталась приблизиться к ней. То, что ей казалось забавным, оставляло ее в изумлении и непонимании, в то время как то, что она считала забавным, оставляло ей то же самое. Ладно, разрыв времени не так легко преодолеть. Ей нужно будет медленно учиться.Услышав, что ее хозяйка наконец вернулась в норму, Е-мама сказала: «Это принц. Я не знаю почему, но после его возвращения он был очень зол. Выкинул со двора стражника и теперь он заплывает кровью. Сейчас Принц разрушает все в военном дворе. Похоже, он в абсолютной ярости.»«А?» Она всегда считала, что Лун Хэн был немного тираничным и слегка шовинистичным, он редко вымещал свое настроение на других людей. Почему он внезапно вредил другим? Что случилось, почему он так зол? Несмотря на то, что он не покидал усадьбу за последние пару дней из-за раны, он всегда вел себя мирно!«Эта старая служанка тоже не знает, почему, но никто не смеет сейчас подойти к нему. Головные боли старой мадам снова усилились от стресса. Она попросила эту старую служанку попросить вас взглянуть.»Думая о тех сценах, Старая Служанка Е. не могла не дрожать. Как женщина, которая обычно находилась в глубине внутренней резиденции, где она могла такое видеть?Она знала, что принц был могущественным, но даже выйдя замуж и служив мужчине половину своей жизни, она никогда не видела ничего подобного. Лун Хэн одним ударом разрушил камень, который служил монтажным блоком, а бедный стражник стоял с другой стороны опоры. Принц проявил милосердие, если стражник не умер мгновенно.Увидев, что никто больше не осмелился приблизиться, старая мадам действительно попросила ее привести госпожу Сюй. Что могла бы сделать такая хрупкая красавица? Что, если она получит травму? Но старая мадам всегда была умной и проницательной. У нее должны быть свои причины, почему она попросила Е-маму привести ее.«Меня, взглянуть?» Зачем? Бай Сянсю нахмурилась. Я тоже боюсь, ах!Старая служанка Е некоторое время колебалась: «Это решение старой мадам.»Она должна идти, потому что старая мадам приказала. Этот человек не ударил бы женщину в его ярости, не так ли? Тем не менее, она была очень напугана!Е-мама провела ее к военному двору. Ноги Бай Сянсю уже дрожали, хотя это было больше из-за расстояния, которое она только что прошла.У военного двора была тяжелая дверь у входа, которая сейчас была закрытой. Крики порывов ветра прошли через дверь. Они хотели приблизиться и посмотреть, но оттуда вылетело скрытое оружие, как только они подошли к ней. Прежде, чем у нее появился даже шанс увидеть, что прошло через дверь, Бай Сянсю уже почувствовала, как боль прошла копьем в ее голове.«Ах…» Раздался низкий крик, поскольку она могла только оплакивать, как ей не повезло. Эй, почему среди трех человек, стоявших там, я единственная получила травму!Сяо Ши отреагировала первой. «Как вы? Ах! Оно красное!»«Что вы здесь делаете?» Лун Хэн подошел, тяжело дыша, так как его предыдущий гнев рассеялся, как дым, одним ее криком. Он не знал, почему так произошло, и тем более не заметил, что углы его рта невольно поднялись от ее голоса.Тем не менее, его лицо быстро нахмурилось, когда он узнал, что она получила ранение. Он шагнул, чтобы взглянуть на нее. Однако, опустив голову, он не мог ясно видеть. В спешке он использовал пальцы, чтобы поднять подбородок.

Па!

Лицо Бай Сянсю подняли, чтобы посмотреть на него. Она ощущала огромное давление из-за их разницы в росте. Самое главное, с этой точки зрения, холодные контуры его лица были действительно привлекательными. Когда ее сердце быстро забилось, она слегка положила руку на область раны. Из-за боли ее брови морщились.Боль колола сердце Лун Хэна, когда он резко отпустил свою хватку, сказав: «Не приходите сюда в будущем, прежде не предупредив меня. По крайней мере, отправьте кого-нибудь, чтобы сообщить о своем прибытии.»Стоящая в стороне, Е-мама была ошарашена. Это их принц Ли? Если она правильно помнит, он раньше говорил, что женщины не должны так легко приближаться к военному двору. Даже старая мадам редко сюда приходила.

Семья Лун была семейством генералов и в ней давно сформировалась привычка, что женщины занимаются внутренними делами, а мужчины отвечают за дела внешние. Женщины не должны были спрашивать о делах мужчин, в то время как мужчины также не должны слишком много спрашивать о внутренних делах. Это правило передается уже несколько поколений. Поэтому, несмотря на ее головную боль, старая мадам не смогла остановить своего сына.Поэтому, она без колебаний бросила Бай Сянсю на передний план. Во-первых, она была наложницей. Даже если бы она выступила против правил, ее бы просто наказали по законам семьи. Во-вторых, она близка к принцу, поэтому, возможно, этот вопрос уйдет без последствий.Следуя за старой мадам в течении стольких лет, разве вы бы не поняли ее намерения? Просто она не думала, что принц действительно будет относиться к законам семьи, как к пустому месту, даже попросив ее сообщить о прибытии в следующий раз.Означает ли это, что Хозяйка Сюй может прийти снова? Е-мама почувствовала, что это уже не просто вопрос близости. Но она проглотила такие слова. Рано или поздно наложница, которую так высоко оценивает ее муж, превзойдет главную жену.Если бы этот вопрос распространился, независимо от того, есть ли у низ намерения войти в их семью, эта дама из семьи Лин тоже должно быть подумает о способе борьбы с этой нежной наложницей.Е-мама не была бессердечной. С давних пор у нее возникли некоторые чувства к Бай Сянсю.Она не была щедрой или зачаровывающей наложницей, но у нее настолько очаровательная внешность, что она нравилась всем, кто ее видел. Когда люди видели, насколько она чиста и симпатична, они чувствовали, что она намного лучше, чем те женщины, что скрывают множество схем.Просто здесь, без защиты Принца, рано или поздно ее съедят другие. Сейчас все выглядит спокойно, но ещё не распространился вопрос о пристрастии принца к ней… Но разве он ещё не распространился?Е-мама кивнула, глядя на свою хозяйку. У принца уже не было такого злобного отношения, как раньше, будто не он только что был в ярости.«Почему вы сюда пришли?» Лун Хэн не знал, почему, но он забыл о своей душе, полной огня, ведь теперь, увидев ее, будто ничего не случилось.«Я просто хотела спросить — вы уже ели?» Бай Сянсю держалась за голову из-за боли.Лун Хэн не мог видеть раны, когда ее голова находилась в таком положении, поэтому он немного волновался. Он хорошо знал свои силы, простого броска камня было достаточно, чтобы убить кого-то. Но поблизости были другие, поэтому он перекатился с ноги на ногу, прежде чем сказать: «Попросите кого-нибудь убрать здесь.»Слуги от страха отошли на расстояние более ста метров, так что только Е-мама и Сяо Ши были достаточно близко, чтобы услышать его приказ. Сяо Ши повернулась, чтобы уйти, чувствуя, что нехорошо просить старую служанку бегать в ее возрасте. Она также видела, что травма ее хозяйки была не слишком серьезной, и после нанесения какой-то мази все будет в норме. Тем не менее, она услышала холодный голос Лун Хэна и обернулась: «Приведите сюда больше людей. Идите тоже!»Он, естественно, имел в виду Е-маму, которая на мгновение стояла ошеломленная, прежде чем уйти. Она не могла не склонить голову перед напряженным взглядом принца Ли.Как Бай Сянсю могла понять, что ее предали за один глоток времени? Она чувствовала себя немного в панике от присутствия мужчины перед ней.Он был слишком силен. Особенно увидев беспорядок, который стал причиной его ярости, она почувствовала, что даже избиение людей до смерти палками было немного мягким. Убить человека одним ударом, вот что действительно ужасно! Кроме того, Принц только выздоровел. Она могла лишь подозревать, что к его ногам добавили железные доски ещё при рождении!Ее лоб пульсировал от возмущения из-за того, что ее игнорировали. С самого начала она поняла, что ее ум уплыл перед человеком, который мог в любой момент забрать ее жизнь. «Ах…» Немного подняв брови, она бессознательно откинулась назад. Но он крепко схватил ее за подбородок. Тепло его руки прерывалось легкой росой пота, доказательством того, что он действительно занимался какой-то энергичной деятельностью, прежде чем появиться перед ней.Лун Хэну стало легче после взгляда на нее. Казалось, это была только поверхностная травма. Ее кожа такая приятная. Чем больше он смотрел, тем больше восхищался. Он также был очарован ароматом, который ее окружал.Ему было очень тяжело переносить это, когда он скрывался в ее комнате в последние несколько дней. Однако ее отстраненность, сознательная или нет, заставляла его чувствовать, что она его боится. Хотя было правильно, что жена уважает и боится своего мужа, но в конце концов, они должны быть вместе. Продумав все, он почувствовал, что эта женщина была его. Он мягко притянул ее и наклонился губами, желала она того или нет.Сердце Бай Сянсю почти выпрыгивало, когда этот мужчина тиранически держал ее за талию одной рукой, а другой за подбородок. Она думала, что это определенно будет трагедией с неудобно сильными поцелуями. Но она ошибалась. Этот страшный принц Ли лишь слегка поцеловал ей лоб, прежде чем поднять голову, с выражением восхищения на лице. «Вернемся и приложим немного мази перед обедом.»Бай Сянсю была ошеломлена. Такое развитие на самом деле кажется немного неправильным а? Но что именно неправильно? Только когда Лун Хэн вел ее впереди, она заметила покрасневшие кончики его ушей. Может, этот мужчина стеснялся?

Но ведь это не так, верно?

Не может быть, правда?

Это невозможно, не так ли?

Но она видела все своими глазами, и содержание романа бросилось ей в голову, чтобы заполнить ситуацию.Лун Хэн был очень властным человеком, человеком, который обладал всеми качествами мужчины. Тем не менее, он был девственником, изменив это только после встречи с главной героиней.Его холодность и молчание, а также его жестокая, безжалостная личность, казалось, рассеялись с ветром в тот момент. Она даже почти забыла, что умрет в его руках. Это потому, что его реакция была очень милой.Как современная женщина, она знала, что таких застенчивых мужчин очень мало и встречаются они редко…Главный герой неплох, не так ли? Жаль, что он был для главной героини. Независимо от того, что она ошиблась вначале, и он ее обвинил, Лун Хэн все равно простил бы ее в конце.Хотя они временно разделились из-за нее, трудно сказать, что они не будут вместе в будущем. У них еще много времени! Ее разум немного поплыл, Бай Сянсю следовала за ним, чувствуя только, что образ его спины был широким и безопасным, как у реального мужчины.

Бенг!

Столкновение!

Некая особа, которая снова была ранена, почувствовала, как сломался ее нос, когда она опустила голову и пролила еще несколько слез боли. Дело не в том, что она хотела плакать, это была естественная реакция этого тела.Повернувшись, Лун Хэн обнаружил, что его, похожая на нефрит женщина, присела на землю после столкновения с его спиной. Вскинув брови, он протянул ей руку. «С вами все в порядке? Где болит?» Подняв ее, он убрал руку, потому что она могла снова испугаться.

На его руке приземлилась одна слезинка.

Сердце Лун Хэна болело от этой слезы, когда он снова поднял подбородок и нахмурился. «Вам… даже ходить небезопасно.» Ты правда так за меня беспокоишься.Ее нос был красным, а брови слегка морщились. Красавицы в этом состоянии были настолько очаровательны. Раньше он никогда не был ошеломлен такой женщиной. Он должен был действительно ненавидеть красивых женщин, подобных этой. Но он не удержался и поцеловал ей кончик носа.Собственно, было похоже, что он хотел поцеловать ее в губы. Просто он боялся напугать этого маленького кролика, делая это снаружи. Что, если она спрячется в углу и будет дрожать от страха, если он слишком сильно напугает ее? Что ему тогда делать?

Кончик ее носа был мокрым и горячим, когда его коснулось приятное и нежное ощущение. Бай Сянсю почувствовала, что этот поцелуй был еще более двусмысленным, чем поцелуй в губы.Ее лицо сразу же покраснело и она перестала двигаться. Бай Сянсю подняла голову, чтобы посмотреть на него, но ее тело слегка покачивалось! На самом деле, нельзя ее винить. Это тело, похоже, сверхчувствительное к таким вещам. Кто просил ее быть красавицей и второстепенной женщиной!У второстепенных женщин не было высокого эмоционального IQ, поэтому ее реакция считалась нормальной. Но Лун Хэн не знал об этих фактах и предположил, что снова испугал ее. Тем не менее, она была такой милой, что он не мог устоять, слегка ущипнув ее лицо. «Сегодня вечером я останусь у вас.»Бай Сянсю почувствовала, как ее ударила молния. Хотя она уже все решила, как может девушка принять это, когда он заявляет это так открыто? В конце концов, она все еще молодая девушка, которая никогда не испытывала такого раньше. Независимо от того, насколько она спокойна или сконцентрирована, она больше не могла стоять на месте. Она закрыла лицо руками, испуганно краснея.Это не ее вина. Разве мужчины ухаживали за женщинами, глядя на них таким прямым взглядом? Он отдавал приказы в качестве командующего армией! Бай Сянсю никогда не сталкивалась с такой напряженной ситуацией. Трудно справиться, когда она охватила ее полностью. Разве комфортно быть таким откровенным? Принц, что вы делаете? Ей трудно сталкиваться с такими вещами, понятно?Пробежав полпути к Зимнему саду, Бай Сянсю почувствовала, что сделала что-то не так. Возможно, ее побег оскорбил главного героя. Она потерла ладонью высушенные листья деревьев, думая, не должна ли она вернуться и извиниться. Но ее сердце было ненормально безмолвным по отношению к такому серьезному мужчине.Вернувшись, она не сможет обойти препятствие в своем сердце. Но если она не вернется, ее могут избить до смерти?

Все ведь не так серьёзно, правда?

Оставив в стороне ее проблемы, принц так запутался в своих собственных проблемах, что превратил пространство между бровями в вертикальные складки. Разве она не должна быть в восторге и застенчиво кивать головой, когда он сказал что-то подобное? Почему она убежала?

Я ее чем-то обидел?

Но он не сделал ничего вопиющего, не так ли?

Нет, это было неправильно. Только что, он дважды поцеловал ее. Может она подумала, что он легкомысленный и филигранный?Верно, она ведь еще девочка. И это нормально, если она подумала, что ее используют. Какая девушка будет вести себя так, как мисс Лин, которая все еще держала лицо перед ним, после того, как убежала?Он позаботится о ней сегодня вечером, поэтому завтра они могут быть такими же близкими, как им нравилось. Когда его мысли достигли этого момента, он начал идти за ней. Он все равно должен пообедать!Как оказалось, он прошел не так далеко, прежде чем наткнулся на девушку, гладившую листья деревьев. Углы губ Лун Хэна поднялись, когда он сказал: «Пойдемте!»В конце концов, она убежала не далеко. Но ей не следовало так небрежно срывать подобные листья, она могла повредить руки.Бай Сянсю была очень угрюмой на обратном пути и просто следовала за знакомой фигурой к Зимнему саду.Но Лун Хэн был в отличном настроении. Он собирался сегодня вечером съесть мясо! Чтобы сохранить свою выносливость, он много съел за ужином: три полных чаши риса, прежде чем отправился почистить рот, чтобы не измучить его девушку. Он должен оставить хорошее впечатление, так как это первый раз. Иначе, что, делать в будущем, если она будет считать его объятия отвратительными?Доев, Лун Хэн вышел попрактиковаться в боксе и размять тело. Когда он вернулся, то увидел, как Бай Сянсю сидит у окна. Она даже не реагировала, когда Сяо Ши позвала ее. Увидев, что он вошел, ее лицо мгновенно стало ярко-красным.

Она поспешно наклонила голову, выглядя очень застенчивой.

Лун Хэн почувствовал, как поднимается жар, от простого взгляда на нее. У него на лбу выступил пот, когда он стянул рубашку и сказал: «Подготовьте воду, этот принц хочет принять ванну.»Все в комнате опешили от этих слов. Еще даже не стемнело, а принц уже хотел… сделать это?Лун Хэн не думал об этом, но когда заметил все странные выражения в комнате, сразу все понял. Его лицо стало малиновым. К счастью, мужчины были более толстокожими. «Ну же идите!» — закричал он. Сцена очистилась мгновенно.Бай Сянсю тоже хотела уйти, но Лун Хэн сказал: «Вам не нужно утруждать себя. Идите отдыхать в комнате.» Значение этих слов было ясным: идите в комнату и ждите, я найду вас после ванны.Бай Сянсю почти выбежала, но вдруг обнаружила, что человек блокирует ей дверь. Он сделал это специально, верно? Бай Сянсю перебирала свой носовой платок и бросила на него яркий взгляд, когда он обернулся.Но так случилось, что Лун Хэн поймал ее взгляд, когда повернулся. Он не думал, что она смотрит на негон. Это почти заставило его душу покинуть тело. Он думал, что сегодня ему предстоит есть мясо, но сразу после ванны вошел Шуер и сказал: «Принц, пришел кое-кто из поместья Сун.»

Кое-кто из поместья Сун?

Лун Хэн ответил: «Пусть он ждет снаружи.»Он снова почувствовал, что Зимний сад слишком мал. Нет даже места для приема гостей. Он всегда был здесь, но что, если бы другой посторонний мужчина ворвался и наткнулся на нее? Она была такой робкой; разве она не испугалась бы до безумия?Лун Хэн подумал о том, чтобы перевести ее в другое место, но был уверен, что она не согласится. Ей нравилось жить тихо и не конкурировать с другими, поэтому она, вероятно, не захочет уходить.В итоге он увидел молодого слугу семьи Сун, мальчика, который часто сопровождал Сун Цзяоюэ. Как только он вошел, мальчик очень церемониально поклонился Лун Хэну и сказал: «Приветствую принца Ли.»«Поднимись» Лун Хэн махнул рукой. Он не спешил узнать, почему пришел этот слуга.Но этот слуга был довольно тупым и сказал: «Принц, это послание от нашего старшего молодого хозяина, который сказал мне приехать к вам. Завтра будет 70-летний юбилей нашего Старого Хозяина. Он всегда хотел перевестись в буддизм и считал это идеальным шансом. Поэтому, он пригласил нескольких великих мастеров из гор председательствовать на церемонии.»«Это хорошие новости. У Старого Мастера есть определенная свяь с буддизмом,» — размышлял Лун Хэн. Они планировали провести вегетарианский банкет?«Но хотя семейная кухня обладает некоторыми навыками, они совершенно беспомощны перед вегетарианскими блюдами. Теперь, когда мы пригласили этих храмовых монахов, наша мадам не довольна тем, что мы можем предложить. К счастью, она вспомнила, что четвертая мадам принца умеет готовить вегетарианские блюда, поэтому она хотела бы пригласить ее дать несколько указаний.» Слуга страдал от давления, будто на нем лежала гора, после того, как он закончил говорить. Он больше не мог стоять на коленях, что делать?Кубок в руке Лун Хэна страдал от его ужаса. Это попытка «украсть» его человека? Этого не будет! «Она плохо себя чувствует, поэтому я боюсь, что нам придется отказать мадам Сун.»Закончив, он услышал призыв Шуэра извне: «Здесь Мисс Хуаер. У Старой мадам есть какие-то дела?»Хуаэр была личной служанкой Старой мадам и она очень любила ее. Шуер вошел внутрь, чтобы спросить Лун Хэна о его намерениях. Лун Хэн махнул рукой и сморщил брови.Очень вероятно, что старшая служанка Старой мадам пришла из-за вегетарианского банкета. Хуаер вошла и поклонилась Лун Хэну с совершенным этикетом. Ее легкая улыбка была очень вежливой. С первого взгляда было очевидно, что ее лично обучала Старая мадам.Улыбающаяся Хуаер сказала: «Принц, у Старой мадам есть сообщение. Старший сэр Сун уже сообщил ей о ситуации в семье Сун. Это постное дело имеет большое значение, поэтому их семья не может потерять лицо.» Они знают, что тело мадам Сюй не совсем впорядке, поэтому не хотят вызывать какие-либо трудности. Даже Старший сэр Сун сказал, что им нужны только несколько указаний. Они не заставили бы ее готовить лично. «Таким образом, Старая мадам желает, чтобы Хозяйка Сюй приготовилась уехать для ознакомления Старшего Сэра Суна с ситуацией.»

Бам! Лун Хэн ударил кулаком по столу, напугав Хуаер, а слуга семейства Сун потерял дар речи. Подслушивая внутри, Бай Сянсю сжала маленькие кулаки и горячо думала: согласитесь, согласитесь. По крайней мере, это спасет меня от поедания на несколько дней. Но, услышав, как Лун Хэн хлопнул по столу, она почувствовала, что этот сильный главный герой, вероятно, собирается удержать ее здесь. В конце концов, жирное мясо было почти у его губ, поэтому он не мог позволить ему улететь.Но после долгой паузы он рассмеялся и сказал: «Поскольку это просьба Мадам Сун, мы, естественно, должны помочь. Но почему твой хозяин не пришел ко мне, а вместо этого обратился к Старой мадам?»Слуга спокойно вздохнул, отвечая: «Старший молодой мастер пошел искать вас, но так и не смог найти, поэтому пошел к Старой мадам.» Еще нужно было обсудить некоторые вещи со Старой мадам, по вопросам относительно внутренней резиденции, правильно?Лун Хэн изогнул бровь. Сун Цзяоюэ был хитрым, поэтому он не смог распознать какой-либо лжи. Но очевидно, что он знал, что Лун Хэн не согласится, поэтому обратился к Старой мадам. Он не имел права говорить о вопросах внутренней резиденции, пока Старая мадам не согласиться. Все, что он мог сделать, это подчиниться, скрипя зубами.Но почему он так ненавидел расставание с ней? Почему беспокоился, что ее там обидят?Выражение Лун Хэна стало мрачным, когда он сказал: «Иди, скажи мадам Бай собирать вещи!» Его сердце уже немного опустело, хотя она еще даже не ушла.Бай Сянсю внутренне радовалась победе, прежде чем покорно упаковать вещи и выйти. Во-первых, она поклонилась Лун Хэну, а затем Старой мадам. Выслушав ряд указаний от Старой мадам, она наконец забралась в кресло кареты семьи Сун и покинула поместье принца Ли.Сердце Лун Хэна казалось свинцовым, когда он наблюдал за отъездом маленькой кареты из задних ворот. Отражая сердце, его лицо тоже стало темным. Ноги привели его к Старой мадам. Она спросила, почему он вернулся домой с таким настроением. Лун Хэн ничего не скрывал, рассказав ей о том, что мадам Лин видя, как репутация ее дочери в столице становится все хуже и хуже, обратилась к овдовевшей императрице, чтобы защитить брак.Поскольку вдовствующая императрица и мадам Лин в какой-то степени были родственниками, она согласилась. В результате император вызвал его с намерением сыграть в миротворца, поэтому Лун Хэн мог забыть об отказе от брака. Несчастный, угнетенный Лун Хэн вернулся домой, чтобы высвободить злость.Старая мадам тоже приподняла брови. «Мадам Лин довольно быстра со своими уловками. Она действительно призвала на помощь вдовствующую императрицу. Ну, хорошо, используя императора для подавления нашей семьи, она планирует насильно засунуть свою дочь на наш путь?»Лун Хэн сказал: «Поскольку отказ невозможен, тогда мне придется жениться на ней.»«Лун Хэн.» Старая Мадам схватила руку Лун Хэна. Его дни были тяжелыми с детства, и теперь, когда он вырос, он не мог даже жениться так, как ему нравится. Изначально она думала, что мисс Лин образованная и хорошо воспитанна, поэтому муж и жена могли относиться друг к другу с любезностью, вместо того, чтобы притворяться.Лун Хэну было все равно. Это только должность официальной жены, поэтому, если император не отпустил его, он поставит мисс Лин на место. Поскольку у него все еще есть мадам Бай, это была не полная потеря. Но сейчас она убежала в семью Сун.Его сердце задохнулось от этой мысли, поэтому он сказал: «Если это все, ваш сын уйдет.»«Уже поздно, оставайся здесь и поешь перед уходом!» Старая мадам чувствовала себя виноватой. Она отослала женщину своего сына, поэтому, если бы она не попросила его остаться, он ел бы в одиночестве?«Нет, я попрошу Сун Цзяоюэ выйти куда-то выпить.» Сказав это, он ушел с улыбкой.Старая мадам подождала, пока он не уйдет, прежде чем ударить по столу со смехом. «Этот мальчик, он никогда не страдал от потери, так как был молод. Он просто отправил наложницу, а уже планирует напиться со Старшим сэром Суном до потери сознания.»Старая служанка рядом с ней тоже засмеялась. «Всем известно, что сэр Сун опрокинется всего от одной чашки. На этот раз, ах, наш принц, скорее всего, отправился искать мести.»«Наверное. Просто посмотри, они проигнорировали всех своих поваров, чтобы пригласить мадам Бай. Хотя ее вегетарианские блюда действительно вкусные, они даже не спрашивали сможет ли она. Она любимая моего мальчика. Да, поскольку мы не можем избавиться от этой ужасной невестки, хорошо иметь любимого человека.»Хотя посторонние смеялись, когда мужчина балует наложницу и пренебрегает женой, но все будет приемлемо. Кроме того, эта мисс Лин действительно сплошная проблема. Слухи на улице становились все более неприятными. Старая мадам боялась, что в брачную ночь ничего не останется, кроме чистых белых простыней. Даже если там будет кровь, ее, вероятно, подделают, чтобы она смогла исправить свою репутацию — подумала Старая мадам с холодной улыбкой.Чем больше она думала, тем злее становилась. «Вдовствующая императрица смотрит слишком односторонне. Это правда, что мадам Лин — ее родственница, но почему она не помнит, что мы были друзьями детства?»Старая служанка уговаривала ее со стороны: «Может быть, она не совсем поняла ситуацию, поэтому подумала, что брак между двумя семьями не стоит так случайно ломать. Может, поэтому она сыграла миротворца, чтобы решить проблему?»«Она может и хороший человек, но мой сын будет страдать за это,» — сказала Старая мадам с горькой улыбкой.«Может Старая мадам попробует попросить императрицу?» — спросила старая служанка со сморщенными бровями.«У императора золотой рот и слова-жемчужины — каждое его высказывание несет большой вес. Какая польза от того, чтобы снова умолять?» Старая мадам прижала руку к голове и сказала: «Пусть все идет своим чередом!»

Между тем, Бай Сянсю доставили в поместье Сун через боковую дверь. Сейчас у нее больше нет чувств к Сун Цзяоюэ. Она отложила его в прошлое. Будучи современной девушкой, она могла забрать вещи и отложить их, как захочет, так что все, на что она надеялась, это прожить несколько комфортных дней без принца Ли.На самом деле, она уже не считала его страшным, но чувствовала, что пребывание мужчины и женщины в уединенной обстановке рано или поздно приведет к неприятностям. Она до сих пор играет роль второстепенной женщины. Если она не будет осторожна, то отправиться в свой изначальный финал.Даже если она не достигнет этого финала, когда-нибудь настанет день, когда она сможет вернуться к реальности, тогда настоящая Бай Сянсю может умереть или вернется ее изначальная душа. Если ее душа вернется, начнется безумие. Но она понятия не имела, что всю дорогу на нее смотрел другой человек.С того момента, как она села в карету и покинула поместье принца Ли, до того, как вошла в дверь поместья Сун, его глаза не оставили ее ни на секунду. Его сердце переполнялось чувствами, потому что он даже подумать не мог, что наступит день, когда он привезет ее домой из наследия принца.Он заметил, как слуга помог ей подняться, пока боковая дверь не закрылась. Эта фигура была такой же стройной и утонченной, как раньше. Даже если это была только ее спина, эта форма была гораздо приятнее для глаз, чем любые другие девушки. Губы Сун Цзяоюэ изогнулись в улыбке, ведь этого единого взгляда было достаточно, чтобы удовлетворить его.Как раз, когда он развернулся, его слуга заговорил. «Старший молодой мастер, принц Ли пригласил вас выпить.»Сун Цзяоюэ сжал губы. Возмездие, безусловно, наступило быстро. Если он не пойдет, Лун Хэн определенно найдет другой способ, чтобы вытянуть его. Если он пойдет, то точно напьется. Но раз это было неизбежно, нужно было идти.

В конце концов, его принесли двое людей. Лежа пьяным на кровати, он схватил ближайшего к нему человека и спросил: «Она в порядке?»Человек, который стоял рядом с ним, естественно, хорошо его знал. Она помогла вытереть пот со лба и спросила: «Кто «она»?»«Бай Сянсю… Четвертая мадам.» Он знал ее имя, но никогда не говорил его вслух.Человек рядом с ним опешил, но поспешно ответил с усмешкой. «Мадам Сюй? Ее захватила мадам, как только та вошла в поместье. Сначала мадам осмотрела кухню, а потом еду. Ее мучили здесь и там, и только недавно она пошла отдыхать!»«Иди к матери и скажи, чтоб не утомляла ее. У нее… хрупкое тело.» Его голова ужасно болела, поэтому все, что он мог сделать, это схватить этого человека и сказать пару слов, прежде чем заснуть в пьяном оцепенении.

Человека рядом с ним был звали Ю Сэ, главная служанка Сун Цзяоюэ и первая женщина, которая у него была. Хотя ее забрали в его комнаты, она все еще была только головной служанкой из-за отсутствия официальной жены.Как она могла не понять его нынешнее положение, когда увидела это состояние?Зная предпочтения старшего молодого мастера, он не был одним из тех, кто хотел просто любую женщину. Если бы не несколько сестер, которые служили ему с детства и были умны и сообразительны, он бы не принял их в свой дом, несмотря ни на что. Но как они могли не понять, как он себя чувствует? Даже если он взял их, это не значит, что он сделал это для себя. Скорее всего, он был знаком с ними и просто пожалел их.На этот раз все было иначе. Сун Цзяоюэ действительно выпалил имя женщины, и эта женщина не кто иная, как наложница принца Ли. Ю Сэ подумала, что в те дни старший молодой мастер вел себя по-другому. Мало того, что он прекратил проводить время с девушками в своих комнатах, он часто ходил с унылым лицом. Но все обрело смысл, когда она собрала все вместе.Она резко вдохнула. Было бы хорошо, если бы молодой мастер обожал молодую женщину из другого дома. Он мог спасти себя от проблем, если бы попросил о ней вместе с мадам Сун. Но статус этой особой женщины слишком уникален. Похоже, что старшему молодому мастеру придется смириться со своими страданиями. Ю Сэ прекрасно знала, какой он человек.Тем не менее, Ю Сэ могла только держать мысли в своем сердце. Если бы она высказалась об этом вслух, старший молодой хозяин был бы смущен до гнева. Поэтому, она притворилась, что ничего не понимает и просто привела его в порядок, прежде чем задвинуть занавески и сесть отдыхать в стороне.

……

Когда Сун Цзяоюэ проснулся на следующий день, он явно был менее мягким, чем раньше. Он вызвал служанку и спросил: «Кто помог мне лечь спать прошлой ночью?»Маленькая девочка ответила: «Это была старшая сестра Ю Сэ.»«Позови ее.» Он всегда стремился к самоограничению, но не мог снизить свою бдительность, когда был дома. Это было очень кстати прошлой ночью. Он помнил о том, что произошло раньше, но кто знает, что он говорил после того, как вернулся домой? Если что-нибудь распространится, она придумает из этого худшее.Она была такой деликатной, так как она сможет вынести такую новость о нем?Думая, он заметил маленькое растение у окна. Хотя зеленый и незрелый саженец очень радовал глаз, он был крошечным, и все его тело покрывали шипы. Он действительно не понимал, почему она относится к такой вещи, как к сокровищу.Сун Цзяоюэ тепло улыбался, даже когда Ю Сэ вошла в комнату. Это заставило ее сердце забиться быстрее. С тех пор, как он принес это растение, старший молодой хозяин лелеял его как сокровище. Он даже сам поливал его и никогда не позволял никому из них прикасаться к нему.

Может…

«Ю Сэ, ты со мной уже десять лет, верно?» Сун Цзяоюэ невольно перенес свой взгляд на нее, с немного суровым выражением.Ю Сэ опустилась на землю с ударом. Она, естественно, знала, что, хотя старший молодой мастер казался сентиментальным, он был совершенно безжалостен. Он определенно отстранил бы ее от службы, если бы нашел причину. Это правда, что он не просто продаст ее какому-то слуге или отдаст случайному человеку, учитывая их прошлое. Тем не менее, он найдет способы, чтобы она больше не появилась перед ним.«Да, старший молодой мастер.» Ю Сэ испугалась, но ответила очень осторожно.«Тогда, прошлой ночью…» Сун Цзяоюэ начал говорить, а Ю Сэ быстро подхватила.«Старший молодой мастер заснул, как только вернулся. Он не просыпался всю ночь.»Сун Цзяоюэ улыбнулся и кивнул головой. «Понятно. Тебе не нужно вставать на колени, так что поспеши и помоги сделать меня презентабельным!» Он не настаивал на этом, зная, что, даже если он что-то сказал прошлой ночью, это не распространиться дальше.После того, как он освежился, его первым делом было полить этот крошечный зеленый кактус. Сегодня был третий день, как он его принес, поэтому, вероятно, он хотел пить. После полива растения он отправился прямо к мадам Сун. Пока он будет со своей матерью, он рано или поздно увидит ее.Даже если это будет только взгляд — уже хорошо. Он не стал бы просить большего.Но по случайному совпадению он прибыл как раз вовремя, чтобы услышать, что его мать отправилась во двор Сотни Ароматов и поспешил за ней. Он был удивлен, увидев его мать издалека. Ее крошечная фигура была окружена горсткой слуг и старых горничных, а рядом с ней были расположены несколько странных ингредиентов.

Например, сорняки…

Полевые цветы…

И другие неизвестные растения…

Сун Цзяоюэ едва избежал смеха вслух, но смотрел, как она выбирала цветы и растения, наполнена внутренней уверенностью в себе.Подойдя ближе, он услышал, как она говорит. «Не называйте их сорняками. Они могут улучшить вкус. Их редко можно найти в этом сезоне, поэтому их нельзя замораживать. Поместите их в не слишком теплую и не слишком холодную комнату. Помимо растений для гарниров, самое главное — это свежесть овощей. Кроме того, вы должны заранее поставить пропитываться бобы. Как только это будет сделано, мы можем начинать готовить все на сегодняшний день?» Бобы составляли большинство вегетарианских блюд, поэтому, конечно, ей нужно все проверить и убедиться.К тому времени Сун Цзяоюэ уже подошел к Мадам Сун. Увидев своего сына, она поспешно приложила палец к губам, чтобы показать, что он должен молчать. Затем она указала на Бай Сянсю, мол сейчас она осматривает ингредиенты, поэтому не следует ее беспокоить. Сун Цзяоюэ не ожидал ничего меньшего, поэтому стоял в стороне, не говоря ни слова. Наблюдая за ней, она просматривала много разных вещей, не присаживаясь или даже пила чай. Он начал волноваться.

«Мама, почему бы немного не отдохнуть?» — напомнил он со стороны.

Только тогда г-жа Сун сказала: «Правильно. Мы обещали Старой Мадам, что не будем утомлять ее помощницу. Но я действительно завидую; как она нашла такую трудолюбивую девушку! Она сделала приготовления для шестнадцати разных блюд. Мадам Сюй, подойдите и отдохните. Остальное вы можете посмотреть позже.»Как только слова вышли из ее уст, мадам Сун почувствовала горький взгляд, повернулась и чуть не выплюнула чай. Она не сказала ничего неприятного, не так ли?Но Бай Сянсю подошла, выгнув носовой платок, когда говорила. «Приветствую Сэра Суна.» Затем она посмотрела на мадам Сун с жалким видом. «Госпожа Сун, боюсь, я не собрала сто блюд.»Они пригласили Бай приготовить разные блюда, но как бы она ни старалась, не могла сделать сотню.Г-жа Сун сморщила брови. Хотя она отвечала за домохозяйство, она лучше работала с книгами счетов, чем лично принимала на себя ответственность за еду и ингредиенты. Теперь они оказались в затруднительном положении. Если бы они могли делать только около восьмидесяти некоторых блюд, этого было бы недостаточно, чтобы сохранить лицо. «Что же делать? Завтра начнется банкет.»«На самом деле, мы могли бы справиться с этим, если постараемся, но у нас может не хватить ингредиентов,» — сказала Бай Сянсю.«Я могу собрать некоторые ингредиенты, и мы приготовим больше блюд,» — поспешил сказать Сун Цзяоюэ. Он тоже хотел участвовать. Мадам Сун ничего не подозревала. В конце концов, это день рождения старого мастера, поэтому сын, естественно, должен прилагать определенные усилия.

«Какие еще блюда мы можем приготовить?» Спросила мадам Сун, садясь.

«Я хочу взять маринованные персики…» — сказала Бай Сянсю. «Ну, свекла с персиками, тип холодного блюда. Тогда мы можем замариновать овощи с тофу. Здесь у нас нет никаких маринованных овощей, поэтому нужно отправить кого-то в усадьбу принца, чтобы взять их в Зимнем саду. У меня там их много. Еще есть горькая дыня с яйцом. Если мы красиво ее оформим, должно получиться презентабельно. Еще есть ароматный пряный корень лотоса, который можно использовать в каком-то блюде.»Закончив, она увидела, как мадам Сун и ее сын в шоке смотрят на нее, и начала краснеть. «Что… что такое?»Мадам Сун улыбнулась. «Я никогда не думала, что в ваших мыслях так много блюд. Я раньше даже не слышала о них.»«Это все обычные блюда.» Разве они должны быть так тронуты? Разве не вы попросили меня помочь? Если бы я не могла помочь, когда вы так заняты, тогда зачем мне было приходить? Бай Сянсю всегда считала себя искренним человеком, который серьезно относится к работе.

Но блюд до сих пор не хватало. Более того, они должны заранее подготовиться к банкету. В противном случае, семья Сун потеряет лицо. Из храмов пришли несколько мастеров, но обычно они готовили для старших и младших монахов. Независимо от того, насколько хорошо они готовили, их знание вегетарианских блюд было ограничено. Кроме того, кухни этого времени не были оборудованы, чтобы приготовить сто разных вегетарианских блюд. Поэтому, когда мадам Сун пришла к Бай Сянсю, первая приняла правильное решение. Хотя Бай Сянсю не делала раньше некоторые блюда, она могла легко все продумать, что тоже очень помогло.Старый мастер был более чем доволен. Его изначальная идея состояла в том, чтобы согласиться на 50 блюд, если они не могут придумать 100. Но как только пришла мадам Бай, количество их блюд выросло до 80, поэтому он был наполнен дикими амбициями.Мадам Сун увидела, что она сидит погруженная в себя и поняла, что мадам Бай серьезный человек. Она ласково сказала: «Не нужно спешить. Потратьте время, чтобы подумать. Если вы слишком устанете, ваша свекровь сойдет с ума из-за меня!»«Мм, я хочу прогуляться по теплице. Может придет вдохновение.» У Бай Сянсю тоже было чувство приличия. Она не стала бы суетиться в семье Сун, она просто старательно делала бы свое дело. Она поклялась превратить пятьдесят блюд в сотню!«Это…» Вдохновение? — подумала мадам Сун. Это была не живопись или поэзия, тогда зачем нужно вдохновение?С другой стороны, Сун Цзяоюэ считал, что ее мозг должен быть полон разных мыслей. Потому что она не могла придумать что-то в таких насущных обстоятельствах, ей нужно было вдохновение. Он не мог не сказать: «Как насчет того, чтобы я и старая служанка составили мадам Сюй компанию?»Мадам Сун вскинула брови, чувствуя, что это не совсем подходит. Но слуги будут сопровождать их. Если что-нибудь случится, это будет плохим отношением к имению принца Ли.Сун Цзяоюэ сказал: «Теплица очень далеко. Я провожу ее, прежде чем вернуться.»«Хорошо. Будьте осторожны,» Мадам Сун подумала, что это имеет смысл. Хотя теплица находилась в усадьбе, была довольно далеко. Вероятно, потребуется некоторое время, чтобы дойти туда. Было бы нехорошо, если бы кто-то, занимаясь своими делами, столкнулся с гостем. В конце концов, в усадьбе были люди не только из их семьи. Итак, Сун Цзяоюэ подготовил карету, чтобы отвести Бай Сянсю в теплицу.Бай Сянсю крутила свой носовой платок, думая о различных блюдах. Сун Цзяоюэ посвятил себя тому, чтобы сопровождать ее весь путь. Они прибыли достаточно скоро. Сун Цзяоюэ планировал обменяться несколькими словами с Бай Сянсю, но как только она сошла с кареты, стала женщиной действия, которая появилась в теплице.Сун Цзяоюэ остался позади с кривой улыбкой. Он не ожидал, что она, как женщина, сможет так легко избавиться от своих чувств. В то время он был тем, кто отверг ее, но теперь он должен был навлечь на себя проблемы. И по какой причине?Он собирался уйти, услышав крик тревоги. Он поспешно раздвинул шторки и заглянул внутрь, увидев Бай Сянсю на земле, а Сяо Ши упала на нее сверху. Ее лицо было довольно бледным, как будто она испытывала боль.У Бай Сянсю было прекрасное лицо, поэтому она выглядела еще более хрупкой и очаровательной, когда подняла брови. У него не было времени подумать, и он поспешил протянуть руку и вытащить Сяо Ши. «Поспеши и встань, ты раздавишь ее.»Сяо Ши понимала это и поспешно поднялась на ноги, прежде чем посмотреть вниз. «Мадам Сюй, вы в порядке?»«Нога…» Ее нога была вывихнута.Сжавшись от боли, Бай Сянсю хрипло проговорила и села. «Я говорила тебе быть осторожной при ходьбе. Посмотри, как ты споткнулась?» Она никого не винила, но протянула руку, чтобы ее подняли, так естественно, на сколько это может быть.Это не помогло. Современные женщины не относились к таким деталям подробно, поэтому она сказала человеку, который помог ей только: «Спасибо.» После тщательного взгляда она поняла, что это был Сун Цзяоюэ, который стоял на месте, словно думая о чем-то.«Попробуйте быть осторожней. Здесь много ям и бугорков по дороге. Почему бы не вернуться и немного отдохнуть? Как ваша нога?» Сун Цзяоюэ наконец оправился, его рука ощущала следы ее прекрасной и изысканной кожи. Это заставило его сердце биться быстрее.«Все в порядке, мы будем осторожней.» Бай Сянсю одарила его небольшой улыбкой, прежде чем вернуться к осмотру теплицы древних времен.Несмотря на то, что у них нет технологии удержания тепла, как в современных теплицах, овощи здесь росли очень хорошо. По крайней мере, было более чем достаточно, чтобы удовлетворить потребности поместья. Поместье принца было намного больше, чем здесь. Когда у нее будет время, ей тоже нужно будет сходить посмотреть. Было бы неплохо получить небольшую оранжерею для выращивания растений. Таким образом, у нее было бы много зелени, чтобы смотреть на нее даже в зимнее время.Пройдя по кругу, она придумала еще несколько блюд, и некоторые слуги подготовили ингредиенты. Сун Цзяоюэ помогал на стороне, пока они, наконец, не остановились на ста блюдах, когда уже стемнело.Хотя она не много работала физически, Бай Сянсю устала до изнеможения. Добавляя к этому болящую ногу, она сошла сторону, чтобы отдохнуть, протерев ее уксусом. Вскоре было объявлено, что две главные служанки старшего молодого мастера собираются прийти. На самом деле, она уже знала, что эти две служанки были наполовину наложницами. Когда они вошли, она увидела, что их волосы действительно свернуты на головах. Скорее всего, они были женщинами спальни для Сун Цзяоюэ.Обе служанки были очень красивыми. Увидев ее, они улыбнулись, неся изысканную ауру. Бай Сянсю почувствовала, что ее поразило и она подумала, что для второстепенного мужчины, было нормально отвергнуть ее.Хотя у нее было красивое лицо, она не чувствовала, что у нее есть какая-то аура. Она действительно слишком уступала этим двум. В любом случае, все было кончено, поэтому не имело значения, нравилась она ему или нет. Хотя ей все еще было немного неловко в присутствии второстепенного мужчины, она могла оставаться с ним друзьями, так как ни о чем таком не думала.Как только эти две служанки сели, они спросили, устала ли она и привыкла ли она к жизни здесь. Затем они представились как Ю Сэ и Бай Хэ. Старшему молодому мастеру действительно повезло. У него уже есть две красивые женщины, несмотря на то, что они так молоды.У Бай Сянсю не было никаких ненужных мыслей, поэтому она не вела себя как обычно. Улыбаясь, она вежливо сказала: «Не к чему привыкать. Я и так целый день сижу в усадьбе.»«Точно. Старшей сестре повезло. Говорят, что старая мадам действительно зависит от вас.» Бай Хэ улыбнулась, когда кто-то поднял корзину с фруктами. «Эти фрукты принесли из жертвенных приношений. Старший молодой мастер сказал, что вы набожная буддистка, поэтому попросил принести вам что-нибудь по вкусу. Приятно было бы дотронуться к божественной ауре.»Бай Хэ была жизнерадостным оратором, бойкой и эффектной, поэтому Бай Сянсю улыбнулась и сказала: «Они все хороши. Но я не набожная буддистка, а просто ем вегетарианские блюда в первый и пятнадцатый день месяца.»«Вы так много знаете о еде вегетарианцев. Амитабха, хорошо, что вы не верующая. В противном случае, разве мы не будем платить за вежливость в бодхисаттве?» Бай Хэ увидела, что у Бай Сянсю была красивая внешность и дружелюбный характер, поэтому не стеснялась, когда говорила.Ю Сэ толкнула ее и рассмеялась. «Эта служанка была испорчена молодым мастером. Не обвиняйте ее в отсутствии манер.»Бай Сянсю знала, что люди прошлого редко шутили о богах и будде, поэтому не ожидала, что она будет такой смелой. «У меня нет табу. Как правило, никто не шутит со мной в поместье принца, поэтому я старая и хрупкая для своего возраста.» Это была правда. Поскольку она отвечала за дела поместья, все держали ее в почитании и благоговении. Сяо Ши была довольно близка с ней, но слишком хорошо себя вела и очень плохо шутила.

Что касается старой служанки Е и остальных, она не смела шутить с таким. Что, если узнает старая мадам?Бай Хэ потянула ее за рукав и сказала: «Как я и говорила, я чувствую, что близка с вами, как только вас увидела. Гораздо больше, чем с другими, которых я знаю уже более десяти лет. Жаль, что вы не останетесь здесь навсегда.»Испуганная Ю Сэ разразилась холодным потом. Беззаботные слова этой служанки могут вызвать проблемы, если кто-то с плохими намерениями их подслушивает.К счастью, другая сторона не думала об этом и легко ответила: «Тогда я буду часто вас посещать. Мы будем похожи на сестер.»Только тогда Ю Сэ посмела заговорить. «Эта девушка абсолютно непонятна. Мы были вместе в течении 10 лет, но она мгновенно отказалась от моих чувств.»Бай Хэ потянула ее и громко рассмеялась. «Как это? Просто я не могу быть такой… точно, как вас зовут? У вас есть учтивое имя?»Женщины в этот период обычно имели учтивые имена, данные им мужьями или хозяевами. Бай Сянсю подумала, что Лун Хэн не такой, чтобы давать ей учтивое имя, поэтому сказала: «У меня его нет. Просто зовите меня по имени, с каким я родилась, Сянсю.»

«Но это не вежливо,» — поспешила сказать Ю Сэ.

«Все нормально. Я могу называть вас двух Ю Сэ и Бай Хэ.» В наше время было нормально называть друзей по имени.«Точно, точно. Только старшая сестра Ю Сэ является приверженцем правил. Давайте все перейдем на имена рождения.» После этого, Бай Хэ начала рассказывать о своем поколении. Бай Сянсю была на самом деле моложе их на два месяца, что превратило ее в младшую сестру! И так они продолжали болтать до обеда.Бай Сянсю заставила их остаться поесть и выпить вина. После четных попыток отказаться, молодые женщины неизбежно, в конечном итоге, пили и ели, сидя все вместе. Бай Хэ быстро согласилась, а Ю Сэ безжалостно тянула ее в течении долгого времени, но без успеха, была вынуждена остаться.«Иди скажи старшему молодому мастеру, что старшая сестра Ю Сэ и я говорили с сестрой Сюй, пока не остались на обед. Мы немного задержимся.» Бай Хэ поручила маленькой служанке рядом с ней доставить сообщение, прежде чем вернуться на свое место. Затем они трое начали пить.Бай Сянсю не могла пить белое вино, потому что считала, что оно слишком пряное, поэтому могла делать только небольшие глотки. С другой стороны, Бай Хэ была раскованной, и одним глотком выпивала крошечные чашки.Семья Сун хорошо относилась к гостям. Как только они узнали, что женщины Старшего Мастера Суна остались поесть, они отправили много хороших блюд и вина. Как только Бай Сянсю выпила две чашки, она почувствовала себя немного подвыпившей.«Больше нет, хватит . Если я выпью больше, я напьюсь,» — махнула она рукой. У этого тела действительно было плохое сопротивление алкоголю. Ее голова кружиться от двух чашек!Бай Хэ все еще четко мыслила и сказала: «Младшая сестра Сюй выпила только несколько глотков, а говоришь, что уже пьяна? Из того, что я знаю, те, кто говорят, что они пьяны, обычно трезво мыслят. Иди сюда, давай споем. Это так скучно, просто пить вино.»«Петь? Но я ничего не знаю.» Бай Сянсю слишком много выпила, поэтому ее настоящая глупая личность показала себя. Она прижалась и потерлась головой о плече Бай Хэ и говорила чрезвычайно жалким голосом.«Айойо, старшая сестра Ю Сэ, посмотри! Я не могу ничего сделать с младшей сестрой Сюй, которая так впилась в мои объятия, не говоря уже о том, что ее принц вернулся домой. Неудивительно, что все слухи твердят, что он говорит о тебе, как о своей любимой!» Бай Хэ тоже слишком много выпила и начала шутить о Бай Сянсю.Но Бай Сянсю покачала головой. «Нет, нет, нет. Старшая сестра Бай, двое из трех вещей неправильные.» Она указала пальцем и говорила надутым тоном, заставив Ю Сэ покраснеть.Она подумала: неудивительно, что старший молодой мастер продолжает думать о ней. Когда она так мила и избалована, выглядит очень мило. Даже такая женщина, как она, чувствовала, что ее уши покраснели и сердцебиение ускорилось при ее виде, не говоря уже о мужчине. И после ее следующей фразы восприятие Ю Сэ снова изменилось. Казалось, что даже у абсолютной красавицы были трудные дни.Бай Сянсю помахала пальцем и сказала: «Номер один, этот принц не мой, а мисс Лин. Номер два, слухи на улице только догадки и не могут быть правдой. Более того, какая ему польза от простой наложницы?»Услышав это, Бай Хэ втянула воздух. «Выпьем за нас, сестер.» В будущем она будет наложницей. Возможно, что как только придет новая жена, ее просто продадут!«Выпьем…» На этот раз Бай Сянсю не упоминала о том, что была пьяна и пила от души. Но как только она закончила глоток, ее тело упало на кровать.

Сяо Ши испугалась и подошла посмотреть. «Моя хозяйка заснула.»Бай Хэ рассмеялась. «Разбуди ее, чтобы выпить. Я ещё так не напивалась!»Но Ю Сэ не позволила ей так кричать. Она потянула Бай Хэ со всей силы. Вернувшись во внутренний двор и войдя в комнаты, она обнаружила, что Сун Цзяоюэ все еще был наверху. Он казался бессмертным с распущенными волосами под лунным светом, и смотря на луну. Когда он поймал запах алкоголя после ее прибытия, он сморщил лоб и спросил: «Вы пьяны?»Как только Бай Хэ увидела мастера, она сразу протрезвела и послушно повернулась. На самом деле она все еще боялась этого молодого мастера, поэтому просто кивнула и сказала: «Ваша служанка и Младшая сестра Сюй были как старые друзья, как только встретились, так что… мы остались и выпили немного вина.»Сун Цзяоюэ хорошо знал, что Бай Хэ любит выпить, и сказал: «Вы ее напоили?»

Бай Хэ кивнула головой. «Мм…»Ю Сэ быстро высказалась. «Мадам Сюй проявила хороший характер и настояла на том, чтобы мы остались. Таким образом, мы немного выпили. Неожиданно ее стойкость к алкоголю оказалась ниже нашей, поэтому она уснула. И, кажется, ей не плохо.»Сун Цзяоюэ посмотрел в глаза Бай Хэ. «Можете идти отдыхать. Меньше пейте в будущем.»

«Хорошо.» Бай Хэ поспешно согласилась, прежде чем уйти.

Но Сун Цзяоюэ задержал Ю Сэ и тихо спросил: «У нее хороший характер? Она видела вас только один раз и уже пила с вами?» Хотя его тон был мягким, было ясно, что ему очень любопытно поведение Бай Сянсю.Ю Сэ ничего не скрывала и рассказала все, о чем они говорили, пока выпивали. Сун Цзяоюэ восторженно слушал. Он подумал, что было бы замечательно, если бы он тоже мог сидеть с ней и неторопливо болтать во время питья.Но как только он услышал ее слова о том, что Лун Хэн предназначен мисс Лин, и что его привязанность к ней — это просто слухи, он вздохнул. Он думал, что ее дни в имении принца были приятными, но, возможно, это не так.«Мадам Сюй определенно еще не ни с кем не напивалась, потому что не знает ни одной песни.» Ю Сэ подумала, что она слишком послушна. Похоже, жизнь в имении принца была очень строгой. Несмотря на то, что у семьи Сун тоже была строгая внутренняя дисциплина и семейные правила, слугам, подобным ей, разрешали пить или читать поэзию, когда им больше нечего было делать.«Принц скрытный и спокойный, а его методы холодные и суровые. Это было…» Трудно для нее. Если бы он тогда принял ее чувства, возможно, она научилась бы жить свободной и легкой жизнью с этими служанками.Ю Сэ не могла понять, о чем думает молодой хозяин, и только сказала: «Теперь, когда она помогла семье Сун и мадам посылает подарки, Старая мадам обязательно посмотрит на нее в новом свете, верно?»«М-м!» Сун Цзяоюэ кивнул. «Что ты подумала о ее образовании, когда вы разговаривали?»«Конечно, оно хорошее. Иногда она случайно рассказывала то, о чем стоит долго размышлять!» Ю Сэ любила читать книги, поэтому эти слова показали ее высокое мнение о Бай Сянсю.

Ю Сэ немного подумала, прежде чем улыбнуться. «Ваша служанка спросила мадам Сюй, какая разница между монахами и обычными людьми. Она сказала: «Они говорят не о человеческих вопросах, когда встречаются с людьми, а люди не имеют никакого значения в человеческом мире». Молодой мастер, разве вы не считаете, что эти слова гениально умны?»Глаза Сун Цзяоюэ загорелись, когда он сказал: «Было что-нибудь еще?»Ю Сэ снова немного подумала и сказала: «Да; она рассказала историю вашей служанке.»«Какую историю?» Сун Цзяоюэ поднялся с кровати, улыбнувшись, когда услышал ее слова о Бай Сянсю. Его все больше и больше привлекало ее внутреннее я. В этом мире было много красивых женщин, но мало кто был красив и талантлив. Те, кто были талантливыми и интересными, были так же редки, как золотая жаба.Так получилось, что Бай Сянсю была именно такой женщиной, потому что история, о которой она рассказала Ю Сэ и Бай Хэ, была не чем иным, как женщины у подножья горы — тигрицы!1Сун Цзяоюэ не мог перестать смеяться, услышав это: «Она… где она это слышала, это правда… на самом деле…»Когда он подумал о маленьких монахах на церемонии в буддизме, которые ничего не знали, но притворялись, что уже делали это, он еще сильнее чувствовал, что эта история правдива и забавна.Ю Сэ тоже заговорила. «По сравнению с ней истории вашей служанки больше не интересны.»«Правда?» Теперь, когда Сун Цзяоюэ все узнал и насмеялся, он махнул рукой. «Почему ты ещё не пошла спать?»«Молодой мастер, вам не нужен кто-нибудь, чтобы служить вам сегодня ночью?» — лицо Ю Сэ покраснело. Дело не в том, что она хотела провести с ним время, просто она боялась, что он навредит своему молодому телу, если будет так упорствовать.Сун Цзяоюэ сурово посмотрел на нее и сказал: «Уходи!» Как он мог развлекаться с другими женщинами, когда Она в его поместье? Она была той же тигрицей у подножия горы и к этому времени уже закралась в его сердце.

Между тем, некий принц Ли, все еще мучительно забывал о своих чувствах, шагая по комнате. Прошло два дня с тех пор, как он начал странно себя вести. Он не мог заставить ее выйти из своей головы. Единственное времена, когда он перестал думать о ней, когда ему пришлось отправиться в суд. В остальном, он мог думать только о том, чтобы быть рядом с ней.

Но ее здесь не было.

Е-мама приходила каждый день, чтобы сообщить о ситуации в поместье Сун Старой мадам. Она всегда возвращалась с похвалой, например, как она нравится мадам Сун, или как ею восхищались наложницы Сун Цзяоюэ, или как она делала все возможное для семьи Сун, или что она не потеряла лицо наследия Принца.Лун Хэн не заботился ни о чем из этого. Было бы прекрасно, даже если бы она подняла спор и перевернула имение Сун. Так она могла бы вернуться раньше! Но сегодня Е-мама вернулась и сказала, что она неплохо справляется в поместье Сун, и что Старой мадам и Принцу не нужно волноваться.Лун Хэн сморщил брови. Может все так ‘хорошо‘ потому, что она не хочет возвращаться? По совпадению, Старая мадам чувствовала себя достаточно хорошо, чтобы присутствовать на вегетарианском банкете, и он сразу же подскочил от возможности увидеть ее: «Тогда я тоже пойду!»«Что?» Старая мадам чуть не уронила чашку из руки. К счастью, старая служанка сумела поймать ее, прежде чем содержимое могло обжечь кого-нибудь. Она слегка покашляла и взглянула на сына. Хотя ее губы дрогнули, ей удалось сдержать улыбку. Человек с такой нестабильной аурой, как он, хотел посетить вегетарианский банкет. Разве все челюсти в столице не упадут от этой новости?«Почему ты так удивлена? Я пойду вместо тебя, так что они ничего не смогут сказать.» Лун Хэн не думал, что лишился какого-либо лица, главным образом потому, что его всеобъемлющая цель заставила его игнорировать все остальное.Старая мадам сделала суровое лицо. «Хэн, как бы ты ни был несчастен с мисс Лин, она станет твоей официальной женой, когда пройдет в нашу дверь. Мадам Бай всегда будет наложницей. Ты должен помнить, что наложница — служанка, а жена — настоящая…»Прежде чем она закончила, Лун Хэн фыркнул и встал, его лицо покраснело от ярости. «Если она хочет стать чьей-то официальной женой, она должна вести себе подобающе. А ее постыдные способы… забудь об этом, ты должна сначала позаботиться о выздоровлении. Не сердись на пустяки.»Он почти выпалил детали того, как в тот день нашел мисс Лин под другим мужским телом. Кто знал, может они делали это раньше. Если новости этого дня распространяться, она, вероятно, больше не сможет выйти замуж. Кроме того, он должен был оставить себе туз в рукаве при любых обстоятельствах. Он только хотел выполнить императорский указ, и привести этого человека в свой дом в качестве украшения. Если его будут принуждать к чему-то большему, он не против распространить этот инцидент, пока все не узнают.Старая мадам почувствовала, что ее сын что-то скрывает, критический момент, из-за которого он не хочет жениться на мисс Лин. Должно быть, это было то, что он узнал, спасая ее. Но она не могла узнать правду, если он сам не захочет сказать. Если женитьба на мисс Лин заставила его так возмущаться, почему бы не следовать его пожеланиям!Он мог бы любить того, кого хотел. Большие домашние хозяйства имели свою долю враждующих мужей и жен. Но настоящий сын должен быть от официальной жены. В этой ситуации… ну,Старая мадам ничего не говорила. Ее сын все еще был спокойным и уклончивым, когда дело касалось этих вопросов, поэтому ей не нужно было беспокоиться об этом.

Перейдя в поместье Сун, Бай Сянсю сейчас наблюдала за сбором овощей, а также направляла поваров на кухню. Хотя все должно быть готово в полдень, приготовление ста разных блюд требовало как минимум двух рабочих кухонь. Не обращая внимания на боль в голове, после сна, она начала ходить между двумя кухнями, как только проснулась. Иногда она сидела в центральной комнате и немного отдыхала, но ее постоянно вызывали. Бай Сянсю все время была скрупулезна в своей работе, поэтому когда кто-то задавал ей вопрос, она шла проверить все лично.«Мадам Сюй, вы должны немного замедлиться, иначе упадете.» На кухнях было так много рук, что ее чуть не сбил молодой слуга с дровами.Лицо Ю Сэ побелело от шока. Ее хозяин будет волноваться, если она упадет. Ей утром было дано указание помочь мадам Сюй на кухне, но она никак не ожидала, что та будет такой прилежной, трудолюбивой наложницей, которая лично контролирует каждую проблему.«Все в порядке, все в порядке. Вкус этого блюда не совсем правильный. Нельзя давать слишком много соли с овощами, но мало — тоже плохо. В этом слишком мало соли.» Бай Сянсю помахала Ю Сэ, чтобы она не волновалась. Одна из ее рук лежала на ладони Сяо Ши, а другая указывала на блюдо, которое она только что понюхала.«Да, мадам Сюй. Я подготовлю другую тарелку для пробы, прежде готовить большой горшок.» Кивнул повар.«Хорошо быть осторожным,» — кивнула Бай Сянсю, похвалив тщательное отношение повара. Это заставило его старое лицо покраснеть. Почему он чувствует себя так хорошо, что его хвалит красавица?Закончив здесь, Бай Сянсю быстро пошла на кухню монахов. Все здесь были великими мастерами, каждый из них был спокойным и сдержанным. Когда Бай Сянсю вошла, некоторые даже приветствовали ее буддийскими приветствиями. Несмотря на то, что они были заняты приготовлением пищи, у них еще было время подумать о таких вещах. Они действительно живут как монахи.«Великий Мастер, вам нужна здесь помощь?» Они успеют сделать все вовремя, если будут такими спокойными?«Нет, все в порядке, нам не нужна помощь. Покровительница, можете заниматься своими делами!» Великий Мастер рассмеялся, увидев посетителя. В конце концов, монахи не могли слишком привыкнуть к отношениям с женщинами.«Да, да. Тогда занимайтесь, Великие Мастера. Просто дайте мне знать, если вам что-нибудь понадобится.» Бай Сянсю сделала буддийский жест и ушла. Это был такой напряженный день!Некоторым людям нравилась ее суетливость, в то время как другие чувствовали себя подавленными. В этом случае подавленная сторона была не кем иным, как управляющий кухни Фан. Ничего подобного не случилась с тех пор, как он занял позицию управляющего. Все относились к нему с большим уважением.Но с тех пор, как прибыла эта Бай Сянсю, он стал наблюдателем. По какой-то причине все спрашивали мадам Сюй вместо него, когда у них возникали вопросы, даже если речь шла о дровах. Казалось, что они относятся к ней как к своей хозяйке. Она была здесь, только чтобы помочь. Так почему она думает, что она здесь босс?Он тяжело улыбнулся и подошел: «Мадам Сюй, посмотрите сюда. Вы не очень хорошо знакомы с этими кухнями, так почему бы вам не отдохнуть внутри? Я могу обо всем позаботиться.»

1 — ссылка на китайскую поп-песню, в которой старый монах предупреждает молодого монаха, что женщины у подножия горы тигрицы. Молодой монах счел любопытным, почему «тигры» были очень милыми, пока старый монах не сказал ему, что эти тигры были самыми страшными. Именно тогда молодой монах понял, что одна из тигриц попала в его сердце.

Е-мама была так напугана, что начала дрожать. Хотя она была замужней женщиной из внутренней резиденции в течении многих лет, ей все еще было трудно сопротивляться убийственной ауре, что исходила от принца Ли. Аура, которую он приобрел на поле боя, заставила ее лицо побледнеть. Из-за беспорядка в сердце она забыла остановить его.Когда он открыл дверь, она подумала, что они уже муж и жена. Чего же бояться? Если он увидел, то увидел. Поэтому, она протянула руку, чтобы заблокировать дверь двум мужчинам-слугам позади него.Лун Хэн не думал о слугах, что не вошли за ним, а просто толкнул дверь и вошел внутрь. Изначально эта комната использовалась в качестве зоны отдыха для поваров. В наружной комнате было место для приготовления чая и отдыха, а середина была разделена висячей занавеской, вышитой пейзажной живописью. Выйдя на улицу, он увидел на входе несколько пар вышитых ботинок.Ему было все равно, кто внутри, и он отодвинул занавеску. Там царил хаос. Толпа людей окружала пару крошечных белых ног, указывая и жестикулируя. Все застыли с появлением высокого мужчины, и сразу уступили ему путь.Этот путь закончился на разогретой кирпичной кровати, на которой сидела Бай Сянсю. Она понятия не имела, кто пришел, потому что люди его закрывали, но когда она услышала, как девушки внезапно замолчали, она поняла, кто это. Бай Сянсю подняла глаза и увидела перед собой принца ее семьи.Она была современной женщиной, поэтому у нее не было никаких оговорок о том, что он видел ее ноги. Но ее женственная бдительность позволила ей заметить, как глаза Лун Хэна явно потемнели при виде ее ноги. Она поспешно подняла ноги и отсела назад, но он уже вышел из толпы. Его рука быстро схватила ее за лодыжку, а голос сказал: «Не двигайтесь.»Лицо Бай Сянсю сразу же стало красным, как рулон шелка. Понятно, что он был неспокойным раньше, но почему он вдруг стал таким смелым? В комнате было много людей…

Людей?

Стоп, куда они все ушли? Сердцебиение Бай Сянсю мгновенно участилось. «Все в порядке. Я просто немного потянула ее.»«Если есть какие-то дела, пусть этим займутся слуги. В противном случае, зачем их держать?» Его тон был суровым, и Бай Сянсю почувствовала, что ее отчитывают. Она смутилась, опустив голову. Лун Хэн слышал холод и тяжесть своего голоса. Вероятно, это причина, по которой она боялась его!Ему хотелось подняться на нее сверху, глядя на ее вишнево-красные губы. Но это было поместье Сун. Он сдержал желание и бросил взгляд в другое место. «Сейчас вам здесь нечего делать, поэтому я попрошу кого-нибудь вас отправить!» Лун Хэн был чрезвычайно склонен защищать свою собственность.Он предположил, что эта робкая и послушная женщина немедленно кивнет головой и согласится, но ее следующие слова были полной неожиданностью. «Но, как я могу это сделать?» Бай Сянсю пожалела о своих словах, как только произнесла их. Как она смело сопротивляется принцу Ли? Разве она не должна его бояться? Когда она подумала о своих методах, ее сердце задрожало.

Она предположила, что будет наказана и прикусила губу, опустив голову.

«Почему?» Над ее головой раздался холодный голос. Главный герой был очень высоким, поэтому она была ниже его, даже когда они сидели на кровати.Бай Сянсю изо всех сил старалась укусить губу, выдерживая боль, чтобы успокоиться. Она признавала, что боялась смерти, но из-за этого она не могла потерять все свое самоуважение! Она была современной женщиной с собственными принципами, когда что-то делала. «Я… эта наложница не любит ломать обещания.»«Вы…» Лун Хэн понял, что у него не нет никакой возможности переубедить ее. Это было не только потому, что она бросала ему вызов, но и из-за ее упрямой и стойкой личности.Она была такой маленькой и слабой, но знала, что нужно держать свое слово. Она не мужчина, так зачем ей что-то подобное? Его сердце яростно билось в груди. Он чувствовал, что пришел к совершенно новому пониманию этой внешне нежной, но внутренней честной женщины. Из-за волнения, его сердце начало биться быстрее.«Так вот в чем дело, тогда позаботьтесь о себе.» Он повернулся, чтобы уйти, но его сердце не могло успокоиться.«Хорошо.» Бай Сянсю наблюдала, как Лун Хэн отступил назад и с облегчением выдохнула. Он не наказал ее, как странно! В этом обществе, где мужчин уважали, наложница была не чем иным, как игрушкой и слугой. Они могли легко выгнать их прочь, продать или даже убить. Поэтому, после того, как испуг оставил ее в холодном поту, она почувствовала благодарность главному герою. Он не был даже наполовину плохим; он не убил ее за эти слова. Поистине было позором, что он принадлежал главной героине.

Сейчас ситуация слишком сильно отличалась от канона. Судьба ничтожного персонажа, подобного ей, никогда нигде не упоминалась. В рассказе даже не говорилось, нравилась ли она Старой мадам. Изначально в сюжете была второстепенная героиня, использующая всевозможные идеи, чтобы создать проблемы главной героине. Она задумала и провела множество способов, чтобы соблазнить главного героя.Но сейчас казалось, что главный герой сам пытался соблазнить ее. Что делать? Главного героя невозможно игнорировать. Даже если он не казался очень мягким или нежным, просто его взгляда ‘если я хочу, чтобы ты была моей, нет смысла убегать‘, было достаточно, чтобы заставить ее дрожать.Но все ещё есть главная героиня, и ему нужно только тело второстепенного женского персонажа, или он действительно питал к ней чувства? Как это возможно? Они почти ничего не делали вместе, и у нее нет никаких сторон, которые могли бы привлечь его. Бай Сянсю сидела на кровати некоторое время, пока не пришла Сяо Ши, чтобы применить лекарство.

Вскоре она могла немного прогуляться. Прогресс на кухне достиг того уровня, когда ей нечего было исправлять. Сун Цзяоюэ отправил своих двух горничных сопровождать ее, поскольку собрание буддистов было редкой торжественной церемонией. Хотя она была наложницей, она также была гостем, который должен был принять участие. Но женщины не могли стоять спереди на открытом воздухе, поэтому они собрались вокруг семейного зала для поклонения. Если бы было достаточно тихо, они могли даже услышать, как великие мастера читают лекции по буддийским принципам внутри зала. Сун Цзяоюэ был довольно предвзятым к Бай Сянсю и подготовил маленькую комнату только для нее, чрезвычайно изысканную и со вкусом. Она могла спокойно оставаться там, слушая буддийские лекции.Когда Бай Сянсю слушала разговор великих мастеров, она не могла не задаться вопросом, почему оказалась в другом мире. Она скрестила ноги, чтобы сесть на коврик, закрыв глаза, и повернула в руках молитвенные бусины. Даже сейчас она нашла ситуацию почти невероятной. Почему она попала сюда и как она вернется? Или, может, она останется здесь и не сможет вернуться?

Это роман или реальность, ее прошлая жизнь или нынешняя?

Возможно, она слишком глубоко задумалась, размышляя над этими вопросами, потому что не заметила, как вошел Сун Цзяоюэ.Он был ошеломлен зрелищем, которое увидел. У этой женщины было очень привлекательное лицо, но когда она закрыла глаза и села так, она была такой же достойной и безмятежной, как небесное существо. Ее поза и лицо были прекрасны, в то время как тишина вокруг нее была красотой, которая вырвалась из пошлости смертного мира.Почему раньше он не замечал эту сторону? Изначально он думал, что она всего лишь легкомысленная, ветреная женщина. Но теперь казалось, что она совсем не близка к этому типу.Она еще молода, но обладала глубокими знаниями и интеллектом. Она прекрасна, но не была надменной из-за этого. Она также не использовала свою красоту, чтобы соблазнять мужчин.Даже когда она восхищалась им, все было очень хорошо. Кроме того, смело давая ему подарок, все, что она делала, просто часто смотрела на него… И этот взгляд исчез с тех пор, как он отверг ее. Из этого он мог понять, что она не цеплялась за мужчин, и была решительной. Тем не менее, ее чувства к нему, должно быть, были подлинными, иначе она не страдала бы так долго.Сейчас, он хотел спросить ее: что она видела до сих пор? Что она наконец поняла?

Сун Цзяоюэ глупо смотрел на нее. За последние двадцать лет он никогда не был ошарашен, глядя на женщину. Даже Ю Сэ позади него смотрела с пристальным вниманием, но ей удалось прийти в себя достаточно быстро, чтобы нанести удар своему хозяину в решающий момент. Он быстро успокоился и воспользовался возможностью взглянуть на нее. Эта возможность, естественно, была связана с Лун Хэном.Он знал, что Лун Хэн не сможет так быстро пробиться, поэтому поспешно бросился вперед, прежде чем прибыл его приятель. Мало того, он не ожидал увидеть его здесь так быстро.Сун Цзяоюэ только вернул хладнокровие, когда услышал звук шагов позади себя. Он поспешно обернулся и улыбнулся: «Почему ты так медленно, я думал, что ты будешь здесь намного раньше? Я даже потрудился сделать это мирное место для тебя, не говори мне, что ты заблудился?»Мисс Лин, должно быть, задержала Лун Хэна. Сун Цзяоюэ услышал от своих подчиненных, что мисс Лин хотела встретиться с принцем Ли наедине, но так и не нашла возможности. Поэтому он это устроил.Только он не ожидал, что мисс Лин сможет остановить его на столь короткое время.Лун Хэн сам не знал, почему был в таком плохом настроении, когда вошел в комнату и сказал: «Пустяки.» Когда он увидел Бай Сянсю, она уже встала, намереваясь предложить ему сесть. «Ваша нога травмирована, сидите!»Увидев холодный взгляд на лице Лун Хэна, когда он сел, Сун Цзяоюэ сказал: «По слухам, этот Великий Мастер обладает непревзойденным знанием буддийских учений, вы оба можете потратить свое время, чтобы узнать их.»Он не планировал уходить. В конце концов, он должен сопровождать своего друга, слушая учения буддизма. Когда он сел, комната, занятая тремя хозяевами и тремя слугами, успокоилась. В воздухе повисла необычайно ненормальная атмосфера.Бай Сянсю почувствовала, что давление, с которым она столкнулось, было тяжелым, как гора. Она действительно не могла понять, почему эти двое мужчин втиснулись в эту маленькую комнату, чтобы послушать буддийские учения. Неужели им не хватает места снаружи? Но настало время молчать. Она могла только терпеть, нервно сжимая свой платок, а ее глаза метались туда и сюда. Она абсолютно не понимала, что должна делать. Но ее нынешнее выражение очень понравилось Сун Цзяоюэ; ему вообще нравилось видеть ее различные выражения. Она была исключительно красивой, независимо от того, какое у нее было лицо.С другой стороны, Лун Хэн чувствовал себя довольно удушающе и тревожно в своем сердце. Он не знал, или это из-за вопроса с мисс Лин или из-за чего-то еще. В результате ни один из присутствующих в комнате не услышал ни слова о том, что говорил Великий Мастер, и неловкая атмосфера сохранялась до появления ещё одного незваного гостя.И это была Лин Цяньцзы, главная героиня оригинального романа.Она слышала, как девушка-служанка сказала, что Лун Хэн прошел мимо храма, но никого там не нашла. Поэтому она собиралась остановить его, чтобы лично поблагодарить за спасение. В конце концов, ее отец крайне неохотно отправил ему подарки.Она не ожидала, что принц Ли уйдет в тот момент, как увидит ее, и не даст ей сказать ни слова. Лин Цяньцзы была также вспыльчива, как и он, и пришла в ярость от его возвышенного отношения. Она преследовала его, пытаясь выяснить, почему он так недоволен.Кто бы мог подумать, что ее прибытие приведет к оцепенению трёх человек внутри? Она сама была поражена, когда вошла в комнату. Ее взгляд сначала упал на нежную и утонченную женщину, настолько красивую, что заставляла ее чувствовать себя неполноценной.Лин Цяньцзы изначально относилась к ней как к другу, но, вернувшись назад, ее старший двоюродный брат неоднократно рассказывал ей, что эта женщина была не такой простой. Казалось, что принц Ли сразу узнал об их побеге в тот самый день, когда они это сделали, и он даже тайно усложнил жизнь ее старшему двоюродному брату.Кроме того, причина, по которой он смог понять местонахождение Лин Цяньцзы, состояла в том, что принц заранее знал ее положение. Но, сколько людей знали о ее тайне?Ее старший кузен не мог предать ее; как она могла не знать, как он к ней относится? Как бы она ни смотрела на нее, единственным человеком, которого она могла подозревать, была эта красивая женщина. Она наложница Лун Хэна, поэтому точно была рядом с ним. Лин Цяньцзы не думала, что, когда она будет относиться к ней как к другу, Бай Сянсю использует такие методы, чтобы навредить ее старшему кузену.Лин Цяньцзы подняла брови, когда ее мысли зашли в тупик. Не обращая внимания на Бай Сянсю, она повернулась к Лун Хэну и сказала: «Принц Ли, вы успокоились, чтобы послушать то, что я должна сказать?»Вот дерьмо, когда я провоцировала эту благородную мисс? Почему в ее глазах была такая горечь, когда она взглянула на меня? Этот взгляд сразу же вызвал у Бай Сянсю тревогу. Волна нервозности, которая последовала за этим, также не была абсолютно необоснованной. В конце концов, женщина, вскинувшая бровь, была причиной ее будущей смерти!Наполнившись опасениями, на ее лице появилось робкое выражение. Только дурак не боялся бы перед лицом Грозного Жнеца.Но весь обмен со стороны увидел Сун Цзяоюэ. Он не мог не беспокоиться, покусывая губы. В будущем ей будет еще труднее, если ее отношения с главой семьи испортились. Он перевел взгляд на Лун Хэна, опасаясь, что его привлечет мисс Лин. Если это случится…Что касается Лун Хэна, он воспользовался возможностью, чтобы подойти к мисс Лин, которую всегда считал отвратительной. «Пожалуйста, уважайте Великого Мастера, излагающего буддизм и воздержитесь от чрезмерного выражения.»Красивое лицо мисс Лин сразу же покраснело, еще больше возмутившись. Это была ее вина за попытку избежать брака, но значит ли это, что он прав? Он ясно знал о ее местонахождении, но не взял на себя инициативу спасти ее раньше. Он даже ждал, пока этот человек не повредит ей глаза, прежде чем появиться!Она просто хотела сблизиться с ним. В конце концов, их брак стал настоящим. Кто бы мог подумать, что он не только откажет ей в возможности говорить, но, глядя на нее, он был таким, как говорили слухи, властным и безжалостным! Она вытеснила свой гнев и нашла место присесть. Таким образом, в комнате возникла неловкая четырехсторонняя атмосфера.Бай Сянсю почувствовала, что давление, с которым она столкнулась, продолжало расти. Не выдержав, она встала и приветствовала мисс Лин. В конце концов, она будет будущей мадам семьи; она не могла пойти против нее!Откуда она могла знать, что сердца двух мужчин одновременно, болели за нее. Одному было больно при виде такого очевидного представления покорности. Вероятно, она сделала это из-за мыслей о своем будущем. Такой осторожный образ жизни, не желая оскорбить будущую главу дома, был поистине слишком суровый для нее. Этой ситуации можно было избежать, если бы он раньше воспользовался возможностью, чтобы привести ее в свою семью.Второй беспокоился о ее ноге. Стоять, когда ее нога раздулась до такой степени, определенно было больно.Самая важная реакция исходила от Лин Цяньцзы. Неожиданно она просто с трудом кивнула головой и бросила свирепый взгляд на Лун Хэна. Его губы были скручены под чрезвычайно опасным углом. Под его пронзительным взглядом женщина опустила голову. Это было, когда он протянул руку и прижал Бай Сянсю на ее место.На этом месте могли разместиться два человека. Одним был Лун Хэн, а другой Бай Сянсю. Сун Цзяоюэ и Лин Цяньцзы сидели на стульях на равном расстоянии друг от друга. Было ясно видно, что отношения между сидящими на одном и том же месте были самыми близкими из всех остальных.К счастью, вокруг не было других людей, поскольку четверо человек в комнате проявляли терпение и ждали окончания учения Великого Мастера.Давление, которое ощущала Бай Сянсю, было настолько сильным, что весь ее лоб покрылся потом. Изначально она намеревалась вежливо уйти. Даже слепой мог сказать, что главным героям нужно обсудить свои чувства наедине. Но когда она поднялась, странный взгляд главного героя заставил ее отступить. Его взгляд был таким пронзительным, что ее буквально приковало к стулу. Все, что она поняла, что Лун Хэн не позволяет ей уйти. У нее было чувство, что если она это сделает, определенно спровоцирует его гнев.Бай Сянсю понимала, по сравнению с провокацией главного героя, оскорбление главной героини, она может искупить. Но, если она спровоцирует главного героя, ее варианты погаснут, как свеча на ветру. Взвесив все за и против, она стиснула зубы и откинулась назад.Лун Хэн был очень доволен ее послушным поведением. Это продолжалось до тех пор, пока мисс Лин, была не в силах больше это вынести и еще раз сказала: «Принц Ли, могу ли я… остаться с вами наедине…»«Мисс Лин, этот принц еще не женился на вас.» Значение его слов было предельно ясным: они ещё не женаты, так зачем им оставаться наедине?Лицо Лин Цяньцзы превратилось в свеклу, услышав его слова. Они обручены, но все же он отказался остаться с ней. Этот негодяй из Цзяньху был совершенно другим. Он постоянно преследовал ее и приставал, несмотря на ее постоянные отказы. Подлец зашел так далеко, что даже ворвался к ней в спальню.

Правильно, как она может соревноваться с такой великолепной женщиной, что уже рядом с ним? Нежная, красивая и разумная, его женщина была лучше нее в каждом аспекте.Лин Цяньцзы могла признать, что немного ревновала, но этому человеку уже суждено было стать ее мужем. Кроме него, она не могла выйти замуж ни за кого другого. Она даже не могла убежать. Женщины были слабым полом, и поэтому она могла только страдать от этой несправедливости. «Я только хотела извиниться за тот день.» Что касается того, за что именно были извинения, она никогда не скажет вслух.«Нет необходимости,» Лун Хэна по-прежнему переполняла обида по поводу раны ноги, из-за которой ему пришлось страдать, и ситуация, в которой он был свидетелем, опять наполнила его сердце отвращением.Лин Цяньцзы была ранена этим ответом, ее унылые глаза перешли на Бай Сянсю. Бай Сянсю смутилась, заметив ее взгляд. Она все еще была невинна и просто оставалась в стороне, не так ли? Я ничего ей не сделала, правда? Она хотела сказать главной героине несколько хороших слов, но не решилась даже двигаться, когда увидела лицо главного героя.

Что с ним? Они сейчас посреди ссоры?

В книге действительно упоминалось, что они много ссорились, расходились и сходились снова и снова, но все это было обусловлено огромным интересом главного героя к главной героине. Но глядя на эту ситуацию, где его интерес к ней? Она смогла его разглядеть!Бай Сянсю посмотрела влево и вправо, решив, наконец, закрыть рот. В глазах Сун Цзяоюэ, ее выражение проявляло нервозность или даже испуг, когда они были пойманы посреди двух сторон. Не зная, кому помочь, а кому нет, ей в будущем будет только труднее.Он слегка покашлял, нарушив эту неловкую атмосферу: «Мы подготовили шоу, после учений монахов, и мы сможем увидеть его, если займем места. Кто-то из вас пойдет в сад Лотоса?»Сад Лотоса был недавно создан старым мастером специально для этой вегетарианской встречи. Он полностью разрушил и перестроил весь сад, добавив в него буддийский зал, в котором он будет дальше жить.Буддийский зал вмещал несколько десятков столов. Посередине две стороны разделял экран, позволяя мужчинам и женщинам сидеть отдельно. Был еще один буддийский стол, где великим мастерам и монахам будет подана вегетарианская еда.Старый хозяин сидел с Великими Мастерами, и в зале не было много женщин-гостей. Пришедшие женщины, были в основном благочестивыми буддийскими дамами. Молодые девушки или невестки встречались редко.Возвращаясь в неуклюжий квартет, Сун Цзяоюэ наконец вышел из комнаты с большим трудом, и они прибыли в сад Лотоса. Там, наконец, они разделились.Бай Сянсю пришлось идти с мисс Лин. Лун Хэн волновался, чувствуя, что такая мягкая, хрупкая наложница Бай может многое потерять, если ей придется ходить с этой мисс Лин. К этому времени он фактически полностью забыл, что мисс Лин его главная жена, а Бай Сянсю никто, только наложница.Бай Сянсю была такой же унылой. Почему взгляд Лин Цяньцзы был таким странным, особенно когда она смотрела на нее, с ненавистью и обидой, заставляя ее чувствовать себя так неловко? Мелкие волосы на ее руке извивались от непрекращающегося взгляда, поэтому ей нужно было что-то сказать. «Мисс Лин, как вы поживали с тех пор, как мы в последний раз встречались?»Лин Цяньцзы почувствовала укол в сердце, как будто ее предали, но она ответила. «Все отлично. Я просто чувствую, что принц, скрывает какое-то недоразумение обо мне.»«Принц, у него… просто немного ледяная личность. Не обращайте внимания на это.» Бай Сянсю продолжала выступать за Лун Хэна, как и раньше, чтобы не оказаться избитой. Она подумала, что уже достигла славного звания «Самая пригожая наложница».Но Лин Цяньцзы больше не хотела ей верить. «Правда, мадам Бай? Тогда, не могли бы вы помочь мне объяснить принцу, что я очень благодарна ему за спасение, но так как наш брак неизбежен, прошу не причинять мне трудностей и моему двоюродному брату и другим людям в будущем,» закончив свои слова на одном дыхании, она повернулась и вошла в комнату.Бай Сянсю была полностью ошеломлена, наблюдая, как мисс Лин входит в комнату. Она стояла в шоке от святых действий главной героини. Одно дело, что она связалась с другими мужчинами, но она даже не позволила своему жениху ревновать. Разве это не слишком?Так как она не знала, что главный герой сделал с главной героиней, если эти слова не вызовут его гнев до точки убийства, он, вероятно, будет плевать кровью. Что она имеет в виду говоря, что он ничего не может поделать с ситуацией, и поэтому глумится над ним? Он может только протирать нос и думать, что ему не повезло?Она почесала голову. Эти слова действительно трудно передать. Но Мисс Лин уже попросила об этом. Если бы оно не дошло до ушей главного героя, разве она не была бы виновницей? Из соображений безопасности, она решила передать эти слова главному герою, как только появиться возможность. А какая реакция у него будет, это не ее проблемы!Бай Сянсю подняла глаза в небеса, молясь, чтобы любые неприятные проблемы между главными героями оставались вдали от нее. Через несколько месяцев она сможет вернуться домой. Кого тогда будут заботить склоки любовников?Сделав вид послушной наложницы, она слегка погладила свое лицо и медленно вошла в зал. Будучи наложницей, даже если бы она помогала кому-то, ее все равно нельзя было признать открыто. Собственно, это место было способом мадам Сун, дать ей хорошую репутацию. У большинства наложниц даже не было бы шанса появиться на таком крупном событии.Например, несмотря на то, что они занимались этим делом в собственном доме, женщины Сун Цзяоюэ не получили места. Они могли только служить другим стоя в стороне. Например, Ю Сэ Сун Цзяоюэ послал служить ей. Несомненно, семейство Сун очень уважало ее. В противном случае они не дали бы ей место, и не отправили бы людей заботиться о ней.Проведенное шоу было отличным выступлением, а также классической историей буддизма, убеждением людей быть добрыми и не совершать зла. Как кто-то, кто читал истории с юных лет, Бай Сянсю была очень спокойной и сдержанной, но некоторые из других женщин были действительно поглощены им. Этого следовало ожидать, так как таких шоу обычно не делали. Их могли увидеть только на буддийских собраниях.Бай Сянсю разделила стол с несколькими дамами. Это жены низкопоставленных чиновников, но они были очень достойны из-за своей внешности и манер. Казалось, они много размышляли о том, как будут присутствовать на этом собрании, по крайней мере, не отставая от других с точки зрения внешнего вида.Для сравнения, Бай Сянсю оказалась намного проще одетой. Она не любила аксессуары древних времен, они были слишком тяжелыми. Хотя они выглядели красиво, носить их было действительно утомительно. Но, чтобы не допустить потери лица принца Ли, она помещала в волосы какие-то ценные аксессуары, хотя они все таки немного уступали хорошо одетым мадам.Бай Сянсю не думала о таком, но вместо этого заметила мадам. Она закрыла свой маленький рот и спросила посреди перерыва между шоу: «Интересно, из какой семьи эта мадам? Я никогда не видела вас раньше.»Бай Сянсю слегка улыбнулась, Сяо Ши помогла своей хозяйке, ответив со стороны: «Это четвертая мадам усадьбы принца Ли.»«О, так это четвертая мадам. Вы правда хорошенькая.» Пока ее губы произносили эти слова, ее мысль шла в другом направлении. Ну и что, что ее внешность настолько соблазнительна, она ведь просто наложница. Как могла простая наложница появиться здесь? Как это устроило семью Сун? Хотя здесь сидят невысокопоставленные дамы, все равно возмутительно делить стол с наложницей!Как могла Ю Сэ не заметить мысли мадам, и тут же вмешалась: «Четвертая мадам действительно замечательная, она великий спаситель усадьбы Сун.»Бай Сянсю знала, что Ю Сэ говорит за нее, но она все равно не занимала должность наложницы. Можно сказать, что с самого начала она никогда не считала себя кем-то из этого мира.

Ю Сэ больше ничего не сказала. Очевидно, она хотела передать, что Семья Сун была обязана этой четвертой мадам, и поэтому ей было выделено место. Ее присутствие служило доказательством, и если бы дамы захотели пожаловаться на это, они бы отрицали достоинство семьи Сун.Естественно, после этого никто не стал создавать проблем Бай Сянсю, но их взгляды все еще тянулись к ней. Все, независимо от пола, любили смотреть на красивых мужчин и женщин. Возможно, некоторые женщины ревнуют, но есть и те, кто любит смотреть на красавиц.Черты лица Бай Сянсю были как у тех красавиц, что могли свергнуть королевства и города. Особенно с потусторонней аурой, за которой она не выдавала ни малейшего намека на свой более низкий статус. Она просто безмятежно сидела там, не проявляя слишком большой реакции на истории о слезливых расставаниях и радостных воссоединениях. Это было похоже на старого монаха, сидевшего в торжественной обстановке, источая достойную, спокойную ауру, модель человека с высоким статусом.На самом деле, Бай Сянсю просто было неловко, потому что она не знала, как все оценят сто вегетарианских блюд.Ю Сэ тайно восхищалась Бай Сянсю, услышав, что она из маленькой научной семьи. Единственный, кто имел какие-либо достижения в ее семье, был отец, но пока он сдавал имперские экзамены, он не обладал значительной силой, даже не получив незначительной должности в качестве лица седьмого ранга. Как старшая дочь этой семьи, если бы не ее выдающиеся взгляды на жизнь, ей было бы трудно попасть в поместье принца Ли.Но ее поведение здесь не было ни самонадеянным, ни беспокойным, и фактически не намного уступало дочерям из известных семей. В поместье Сун было много дам, но не было никого, кто мог бы сравниться с ней по своему характеру и поведению.Столкнувшись со многими провокационными взглядами, она оставалась спокойной и сдержанной. Даже когда она стояла перед принцем и молодым мастером, она, похоже, не собиралась вести себя иначе, как будто ее тело было там, но разум уже далеко ушел. Обучаясь вместе с молодым мастером с юности, знание Ю Сэ было вполне образцовым, но она чувствовала, что еще далека от Бай Сянсю в плане зрелости!

По приказу Ю Сэ, слуги начали раздавать блюда.

Сначала были поданы шесть закусок, горничные разных мадам поспешно помещали еду в чаши своих хозяек. В этих событиях женщины не только соревновались друг с другом лично, но и пытались утвердить господство через своих горничных.Хотя Сяо Ши можно считать горничной второго ранга, она была еще молода и испытывала недостаток опыта. Ее движения были немного паническими. Когда ее рука задрожала, на стол упала еда. Бай Сянсю не винила ее и даже не думала об этом.Она не пыталась соревноваться с другими мадам; это просто казалось совершенно бессмысленным для нее. Она быстро взяла палочки и поместила еду в свою миску, сказав остальным: «Мы не должны выбрасывать ее.»Сделать блюдо было нелегко. Она точно знала об этом, даже если другие не догадывались.Лицо Сяо Ши покраснело. Где можно найти такую хорошую хозяйку? Несмотря на то, что она была простой наложницей, это было своего рода благословением — иметь возможность служить ей. Услышав ее слова, Сяо Ши удвоила свои усилия.Ю Сэ слегка улыбнулась, получив общее представление о том, почему ее молодой мастер был так очарован этой мадам. Не слепо обвиняя свою служанку, которая поступила неправильно, а помогая ей разобраться в беспорядке, она действительно оказалась очень редкой и доброй натурой.После некоторого времени блюда убрали, при этом были поданы шесть новых блюд. Все начали обсуждать еду после дегустации первых двенадцати блюд. Хотя это вегетарианская еда, она превосходна по вкусу, и действительно отличается от того, что они обычно ели.Как эти благочестивые буддийские мадам могли раньше не есть вегетарианскую пищу? Но все они считали, что эта еда простая и безвкусная. Но сегодня все было по-другому, они никогда раньше не видели столько разнообразия. Блюда были очень приятны на вкус и, следовательно, хорошо воспринялись.Как главный планировщик этих вегетарианских блюд, Бай Сянсю бесшумно выдохнула. Так же, как раньше она собирала встречи в саду, она все время нервничала и спокойно выдыхала только когда сад закрывался. Задание выполнено! В конце концов, она могла успокоиться, хотя это была  даже неоплачиваемая работа.У Бай Сянсю есть маленькая привычка — она была довольна только тогда, когда то, что она делала, нравилось всем. Поэтому она не очень заботилась об оплате. Ей не нужно было покупать еду или одежду в ее нынешней жизни, и у нее нет ничего, что она хотела бы купить.

Это было не так как в наше время, когда она хотела купить дом, машину и…

Тем не менее, подумав об этом сейчас, быть обеспеченной мужчиной — не так уж плохо. Конечно, было бы лучше если бы этот мужчина не был причиной ее смерти.«Мадам Сюй, мадам Сюй…» Когда она успела задуматься во время еды? Ю Сэ немного рассердилась, слегка улыбнувшись, глядя на Бай Хэ, которая пришла передать сообщение.Бай Хэ громко посмеялась, заставляя Бай Сянсю вырваться из ее задумчивости и спросить: «Сестра Бай Хэ, почему ты пришла?» Она даже встала, когда сказала это.Бай Хэ прижала ее, чтобы она села обратно и улыбнулась: «Великий Мастер за столом Старого Мастера похвалил тебя, и Старый Мастер отправил меня выразить его благодарность.»«Нет необходимости в такой вежливости; для меня большая честь, услышать похвалу Великого Мастера. Передай ему эти слова.» Было уже хорошо получить похвалу от Великого Мастера. Бай Сянсю не пробовала раньше многих вегетарианских блюд в монастыре, оставаясь там всего несколько дней, но она тоже думала, что еда не была особенной. Хотя блюда, о которых она размышляла, не требовали большого количества специальных ингредиентов, они улучшались на протяжении многих поколений, поэтому стали необычными. Стоимость ресурсов исходила из их редкости, и это было также для еды.Моментальная новизна принесла каждому новый опыт, и именно поэтому появились такие комплименты. Бай Хэ улыбнулась: «Посмотри на свой счастливый вид. Я сейчас вернусь.»

«Правильно.» Как она могла быть не счастлива? Бай Сянсю все держала в себе.

Ей нужно было жить сейчас, чтобы вернуться в свое время через год. Перед этим она должна была сохранять как можно более низкую позицию, не поднимая лишних вопросов и никого не провоцируя. Поэтому она подавляла свою радость как можно больше. Тем не менее, она все еще чувствовала себя немного эмоциональной, когда увидела, что эти блюда подаются и убираются одно за другим. Сотня блюд. Все гости выражали свое удивление.Если бы это было летнее время, с фруктами, дынями и полными урожая полями, это было бы не удивительно. Но, сбор ста вегетарианских блюд в это время года, когда новый урожай еще не появился, заставило увидеть все в другом свете.Семья Сун сохранила свое лицо, а Старый Мастер так обрадовался, что не переставал улыбаться.Лун Хэн тоже гордился, не думая, что наложница Бай была такой талантливой. Тем не менее, ей придется хорошо отдохнуть, чтобы ее нога восстановилась.Сидя за тем же столом, что и он, Сун Цзяоюэ чувствовал, что эти блюда были наполнены глубоким смыслом, как и ее личность. Если бы не она, разве это собрание буддистов было бы таким грандиозным событием?Во-первых, это был день рождения Старого Мастера. Это было то, что нужно -празднование в широких масштабах. Во-вторых, он пригласил нескольких Великих Мастеров и официальных лиц с семьями. Вещи, которые касались чести семьи, естественно, нельзя воспринимать легкомысленно.Между тем, у мадам Сун тоже были причины для этого. Пять сыновей семьи Сун уже завели свои семьи и ушли. Старый Мастер оставался в доме своего младшего сына, отца Сун Цзяоюэ. Те другие семьи Сун всегда приходили искать неприятностей. На этот раз она верила, что они не только сейчас закроют им рот, а что этого вопроса будет достаточно и в будущем.

Сегодня г-жа Сун была очень счастлива. Многие посетители спрашивали, где она нашла такого шеф-повара, но она не давала им прямого ответа, так как четвертая мадам была только наложницей. Разгласка принесет ей неприятности. Более того, она могла сказать, что четвертая мадам была очень разумным человеком. Поэтому мадам Сун не хотела причинять ей неудобств.Она только описывала шеф-повара, когда кто-то из монастыря спрашивал о нем, и сумела сохранить это в секрете. Но, мадам Сун решила, что обязательно вернет ей благосклонность наедине, по крайней мере, так, чтобы в усадьбе принца не нашли в ней недостатков. Кроме того, принц сам пришел посмотреть на четвертую мадам. Это само по себе было явным свидетельством того, насколько он ценит ее.Женщины-гостьи ели мало. К их огорчению, они наелись к тому времени, когда подали только половину еды. Но они все ровно сидели в ожидании новых блюд. Если на их тарелки попадет хорошее блюдо, они съедят хотя бы по кусочку.По мнению Бай Сянсю, эти мадам ели как котята. Почти все ложили свои палочки для еды после одного укуса каждого блюда. Сама Бай Сянсю хотела кушать, но ей приходилось повторять за этими дамами. Независимо от того, насколько она была голодна, она не могла много есть. К счастью, ей удалось немного перекусить.

После того, как все наелись и напились, были предложены чай и пироги.

Сделав два глотка чая, Бай Хэ снова подошла к Бай Сянсю с улыбкой: «Младшая сестра Сюй… Мадам Сюй, Старый Мастер спрашивает, или вы свободны. Он хочет встретиться с вами снаружи.»Великий Мастер и Старый Хозяин не были людьми, которые обычно разговаривают во время еды. Поэтому вышли из-за стола, когда уже поели.Бай Сянсю немного смутилась от удивления, которому она позволила проскользнуть, когда ее попросили встретиться со Старым Мастером. Но Бай Хэ быстро добавила: «Старший молодой хозяин и принц тоже ждут снаружи!»Они всё съели. Это слишком быстро! Бай Сянсю вспомнила, что, хотя это праздник, он был основан на храмовой кухне. Поскольку на таких праздниках вина не разрешалось, для мужчин было нормально закончить еду быстрее. Бай Сянсю кивнула в сторону мадам, сидевших с ней, прежде чем выйти из зала вместе с Сяо Ши.Лун Хэн нахмурился, когда увидел, что она еще хромает. Но, поскольку Старый Мастер хотел встретиться с ней, он не мог проявить своего превосходства. В конце концов, Старый Мастер был старшим. Поэтому он сказал Сяо Ши: «Внимательно поддерживай свою хозяйку.»Лун Хэн подумал, что ему нужно будет обучить Сяо Ши, прежде чем он отправился к Старому Мастеру. Естественно, Сун Цзяоюэ тоже его сопровождал. Собственно, дедушка не просил встречи с Лун Хэном. Должен ли он так беспокоиться? Хорошо, я признаю, что тоже волнуюсь.Лун Хэн и Сун Цзяоюэ шли впереди, а дамы за ними. Из-за того, что Бай Сянсю была не так далеко позади, они могли видеть тень ее фигуры на земле. Она шла в очень красивой позе, покачиваясь, как ива. Увидев это, Сун Цзяоюэ слегка улыбнулся. В это время Лун Хэн заговорил: «У дедушки не очень хороший характер. Будьте осторожны, когда будете с ним говорить.»«Дедушка — хороший человек.» Сун Цзяоюэ боялся, что Бай Сянсю испугается, поэтому поспешил бодбодрить ее.Бай Сянсю послушно ответила, но никто не знал, она ответила Лун Хэну или Сун Цзяоюэ. На самом деле она не боялась. У нее был некоторый опыт работы с пожилыми людьми. Понимаете, ей ведь даже удалось наладить отношения со старой мадам.Самое главное, один из двух мужчин перед ней был тем, кого она тайно любила. Их пути уже разошлись, но Бай Сянсю могла сказать, что на этот раз Сун Цзяоюэ смотрел на нее по-другому. Сначала она думала, что он так поступает, потому что жалеет ее, но со временем поняла, что ошибалась. Сун Цзяоюэ, казалось, неосознанно приближался к ней, как будто все было запланировано.Тем не менее, чем больше Бай Сянсю думала, тем больше чувствовала, что это невозможно, потому что две женщины со стороны Сун Цзяоюэ всегда навещали ее. Если бы у Сун Цзяоюэ были другие планы, разве он позволил бы этим женщинам встретиться с ней? Бай Сянсю пришлось признать, что она действительно не понимала логики людей древности.Что касается второго, у него была внешность и стиль, которые соответствовали ее вкусу, но он был чужим мужчиной. Независимо от того, куда побежали мысли Бай Сянсю, она знала, что этот мужчина никогда не будет принадлежать ей. Самое главное, что описание того, как он убил ее в книге, было слишком кровавым.Она должна признать, что в этих древних дворах убить кого-то было просто игрой, тем более для людей на более высоких позициях. И ничего нельзя поделать с тем, что главный герой был генералом, который не стал бы ни малейшим образом отрицать этот призыв.Всякий раз, когда Бай Сянсю сталкивалась с этими двумя мужчинами, она всегда испытывала слабость. Те, кто шел впереди нее, волновали сердце любой женщины! Бай Сянсю никогда ни с кем не встречался раньше, так что не странно, что она сейчас себя так чувствует.Если надолго задуматься, и убежать мыслями куда-то далеко, можно забыть обратить внимание на свои шаги. Бай Сянсю серйозно работала и нуждалась в полной сосредоточенности при выполнении любой задачи. Теперь, когда она была отвлечена своими мыслями, было вполне естественно, что она споткнулась. Тело начало свой незапланированный спуск на землю. Тем не менее, у всех людей был инстинкт самосохранения. Чтобы защитить свой жизнерадостный нос от раздробленности, она, естественно, хотела найти что-то, за что можно было ухватиться, и в течении секунды, за которую она должна была что-то придумать, смогла добраться только до ноги человека спереди.Ничего не поделаешь. В конце концов, на этой ноге было слишком легко удержаться!Но в итоге, она так и не упала на землю. Фактически, в тот момент, когда она зацепилась за ногу, кто-то потянул ее за одежду. Падение и поднятие произошли в течении секунды. Как могло маленькое тело Бай Сянсю справиться с таким ускорением?Все ее тело стало слабым, и волнами нападало головокружение. Прижав руку к голове, она покачнулась. Как и ожидалось, у нее не только внешний вид, но и тело второстепенной героини. Разве хорошо быть такой хрупкой?Истина доказала, что независимо от того, была ли она второстепенным персонажем или главной героиней, она всегда лучшая в глазах того, кто ее любит.Сильная рука полностью успокоила ее тело, и энергичное сердцебиение немедленно очистило ее голову. Даже не думая, она знала, что этот запах, щекочущий ее нос, принадлежал Лун Хэну. Это он поймал меня? Он грубый человек, но теперь притворяется кем-то хорошим. Однако, она чувствовала себя в безопасности.Тело второстепенной героини было чрезвычайно мелким. Когда ее подняли на руки, ее голова оказалась на груди. Во многих отношениях эта позиция была очень неоднозначной. Бай Сянсю сразу покраснела и подняла голову, когда произнесла приглушенным голосом: «Спасибо.»Подождите секунду, здесь что-то не так. Лун Хэн поднял ее и понес, так за чью ногу она схватилась?

Эта нога была довольно толстой. Может…

С раскрасневшимся лицом Бай Сянсю подняла глаза и увидела второстепенного персонажа — Молодой мастер Сун Цзяоюэ, нахмурился и покраснел.Вот черт. Я была отвергнута, когда хотела удержаться на его ноге. Теперь, когда я случайно обняла его ногу, как я должна реагировать в этой ситуации? Самое главное, второстепенный персонаж! Покажи хоть какую-то реакцию! Если он останется с таким глупыми лицом, как я смогу извиниться? (Говоря про удержание на ноге в первом предложении, имеется в виду получить его покровительство, защиту. Из-за этого и неловкость ситуации)«Мои извинения.» Независимо от того, какой картина казалась другим, извинение было абсолютно обязательным.В этот момент Сун Цзяоюэ оправился от шока и поспешно ответил: «Я в порядке. А вы?»«Я тоже.» Бай Сянсю действительно хотелось плакать, но она не могла пролить даже слезы в этой ситуации. Зачем упоминать, что только что произошло… Бай Сянсю действительно хотелось просто стукнуть себя. Можно ли случайно коснуться ноги человека? Посмотри, каким мрачным и угрюмым стало лицо Лун Хэна… Я умру здесь… Я больше не могу смотреть на него, что мне делать?«Пойдемте!» Несколько слов Лун Хэна вытащили Бай Сянсю из бездны ее мыслей. Она подумала, что Лун Хэн просто отрубит ей руки в качестве наказания за то, что она обняла чьи-то ноги. Слава богу, они остались на месте. Но она все ровно чувствовала себя странно нервной.

Никто не знал, Лун Хэн рассердился или разнервничался, когда поспешно протянул руку, чтобы поддержать Бай Сянсю. Он действительно был поражен, когда она упала, но он не думал, что она протянет руку, чтобы схватить бедро Сун Цзяоюэ!Он когда-то видел, как женщины врага делают что-то подобное с подчиненными. Но, конечно, они делали это специально, и тогда он только презирал их за свои действия, с готовностью посмотреть хорошее шоу. Но откуда взялось это сердцебиение, когда ее тело коснулось другого мужчины? И почему он захотел сразу разделить их?Он чувствовал, что страдает от странной болезни, источник которой, он не мог определить. Но был уверен, что должен пристально следить за ней в будущем, чтобы она не влезала в объятия другого человека.Лун Хэн начал идти, но Сун Цзяоюэ остался на месте, даже когда расстояние между ними стало более десяти шагов. Ю Сэ пришлось тихо заговорить: «Молодой мастер, мы должны идти.»Но ее сердце болело. В конце концов, она была женщиной молодого мастера. Несмотря на то, что он не был властным или похотливым в этом отношении, она все ровно была рядом с ним. Когда она увидела, что он так взволнован от случайного прикосновения другой женщины, у нее появились малейшие следы ревности. Похоже, что, как бы мы ни старались, мы никогда не войдем в сердце молодого мастера. Вот почему он поддерживает между нами дистанцию.Сун Цзяоюэ очистил голову и сделал большой шаг, чтобы догнать тех двоих. Он не ожидал, что этого маленького случайного прикосновения будет достаточно, чтобы вывести его разум из-под контроля. Как будто он был зависим.Как мужчина, он никогда так себя не чувствовал, даже когда в первый раз спал с женщиной. Фактически, он ведет себя сейчас как неопытный мальчишка, который никогда не знал женщину!Ее маленькая рука была такой горячей, как будто она хотела поджечь его тело. Интересно, каково держать ее в объятиях? Нет, ему нельзя об этом думать! Она его хорошая подруга и женщина его хорошего друга. Сун Цзяоюэ подавил волнение в сердце и быстро прошел вперед, ведя их в буддийский зал, в котором жил Старый Мастер.

Старый мастер был в прекрасном настроении. Хотя он носил мантию монаха, у него не было даже намека на возраст. Только его лицо было немного покрасневшим, из-за чего другие почувствовали, что что-то упустили.

Но, возможно, он просто сияет здоровьем!

Бай Сянсю не долго думая сделала реверанс для Старого Мастера и двух Великих Мастеров, сидевших перед ней.Старый мастер онемел. В его возрасте он был хорошо подготовлен, и мог оглянуться назад на сумасшедшие вещи, которые делал в юности, но никогда не видел такую особенную девушку. Он кивнул; неудивительно, что его невестка хвалила эту девушку. У нее действительно отличная внешность.»Принц Ли, это ваша четвертая мадам?» Помимо его внука Сун Цзяоюэ и нескольких горничных, которые выполняли соответствующие приказы, был ещё принц Ли. Хотя Старый мастер был старше принца Ли, его звание было немного выше, не говоря уже о том, что Старый мастер вышел на пенсию и теперь проживает дома. Недостаток принца Ли в соблюдении формальностей также указывал на их дружеские отношения.Тем не менее, Старый мастер все равно не заботился о нем, возможно, из-за его жестокой ауры. Но принц Ли хорошо выбрал свою четвертую мадам. Она спокойная, как вода, а еще скромная. В целом, хороший ребенок. Из одного взгляда в ее глаза, было видно что в ней нет никаких атрибутов светского мира. Даже великий мастер Хуэй Гуан кивнул, сидя возле Старого хозяина.«Это Великий Мастер Хуэй Гуан из Монастыря Вечного Мира, и Великий Мастер Хуэй Шоу из Монастыря Божественного Дракона.»«Приветствую двух Великих Мастеров.» Так как Бай Сянсю никогда не видела здесь Великих Мастеров, она просто формально их поприветствовала. Но у нее была странная мысль — она надеялась, что два мастера — это своего рода эксперты, которые могли бы знать, как ей вернуться в свой мир. Поэтому взглянула на них, когда села.Оба Великих Мастера немного старше по возрасту. У Великого Мастера Хуэй Гуана была небольшая борода, а у Великого Мастера Хуэй Шоу — чистое и круглое лицо. Великий мастер Хуэй Гуан слабо улыбнулся: «Не хочет ли мадам войти в мой монастырь?»«Ах?» Бай Сянсю долго ждала, когда они скажут, что она не из этого мира, но вместо этого услышала… предложение о найме? Этот результат был настолько далек от ее ожиданий, что она немного растерялась. Что мне теперь делать?Даже Лун Хэн и Сун Цзяоюэ были ошеломлены. Разве все они не говорили, что Великие Мастера холодно равнодушны? Почему он вдруг сказал, что хочет взять в ученики женщину?Мастер Хуэй Гуан продолжил: «Мадам, вы можете этого не знать, но в мире есть какой-то человек, который рождается с близостью к Будде. Этот старый монах чувствует, что вы одна из таких людей.»«Ладно…» Бай Сянсю думала, что ее нынешние взгляды приведут к тому, что ей будуть аплодировать, когда она станет артисткой в современном мире, но она никогда не думала, что вместо этого ее пригласят стать монахиней в древности. Некоторое время она была в недоумении. По какой-то причине она бросила взгляд на Лун Хэна и почувствовала, что его лицо было таким ледяным, что он мог использовать его для выстрелов из легких стрел. Ей пришлось склонить голову, думая, что будет лучше, если она уделит этому монаху как можно меньше внимания.Тем не менее, старый монах, казалось, решился продолжить этот раговор с ней. «Если вы захотите, как насчет того, чтобы бы вернуться со мной на гору Вечного Мира?»Лун Хэн не смог больше терпеть. Если он ничего не сделает, его женщину похитят и отправят в монастырь! Он хлопнул рукой по столу и сказал тихим голосом: «Мастер Хуэй Гуан, она уже замужняя женщина.»Тем не менее, ответ Хуэй Гуана был таким. «Замужняя? Женщина выходит замуж, когда вступает в завет с Буддой, и куда она пойдет, там будет ее дом. Но, мадам, какое место вы считаете домом?»Бай Сянсю была сбита с толку вопросом Старого Мастера. Она замолчала и смотрела на него. Его глаза, казалось, смотрели сквозь нее, бросая ее сердце в смятение. Она действительно не рассматривала усадьбу принца Ли как свой дом, и не чувствовала, что она принадлежит этому миру вообще, но кто бы мог подумать, что этот Великий Мастер увидит это? Или он просто красноречиво произнес слово «замужняя»?Лун Хэн только видел, как на лице обычно нежной Бай Сянсю, появились следы нерешительности. Она на самом деле колебалась и даже встречала взгляд Великого Мастера, будто всерьез размышляла. Его сердце почему-то застыло, когда из его тела внезапно вырвалась сильная аура, вливая в этот буддийский зал атмосферу поля боя.Великий Мастер Хуэй Гуан не испугался, в то время как Великий Мастер Хуэй Шоу произнес короткую часть буддийского писания, а затем закрыл глаза для дальнейшей медитации. Старый мастер нахмурился и сказал: «Принц Ли, пожалуйста, усмирите свой гнев.»Он действительно боялся, что этот человек убьет обоих Великих Мастеров, если впадет в ярость. Бай Сянсю также содрогнулась. Она хотела пойти домой, а не входить в монастырь, поэтому наклонила голову и послушно сказала: «Большое спасибо за милость Великого Мастера. Поскольку эта молодая девушка вышла замуж, я следую за своим мужем. И мой дом там, где я вышла замуж.»Великий мастер Хуэй Гуан только слабо улыбнулся. «Почему вы говорите ерунду? Я готов подробно объяснить вам Священные Писания, но я не знаю, есть ли место для меня в усадьбе Ли… ««Прошу извинить меня, Великий Мастер, но усадьба Ли — светское место и там нет подходящее места для Великого Мастера, как вы.» Лун Хэн говорил сквозь стиснутые зубы. Если бы он мог убить его, он бы наверняка уже сделал это.«Ох? Очень жаль. Почему мадам не останется на несколько дней? Я могу ответить на любой ваш вопрос.» Хуэй Гуан не сдавался, проявив необычайную решительность.Лун Хэн, наконец, больше не смог сидеть и встал на ноги. Этот Великий Мастер завидует ему, не так ли?!

Он хочет обмануть юную леди и превратить ее в буддийскую монахиню? Неужели ей так плохо в усадьбе Ли, что она захочет стать монахиней?!Сун Цзяоюэ поспешно потащил Лун Хэна назад, улыбаясь Великому Мастеру Хуан Гуану, «Великий Мастер, хотя у вас есть уникальное понимание людей, мадам Бай уже замужем. Более того, ее сердце не отбросило светский мир. Как Великий Мастер может заставить кого-нибудь уйти в монахи?»Неожиданно Хуэй Гуан вздохнул и сказал: «Реинкарнация в светском мире столь же эфемерна, как пузыри в воде. Эта мадам — одна из редких людей, рожденных в этом мире с близостью к Будде. Зачем вам снова ввязываться в дела этого мира? Как жаль.»«Большое спасибо за слова Великого Мастера.» Она никогда не думала о том, чтобы уйти и стать монахиней. Если бы это отправило ее обратно в ее мир, она была бы рада пойти.

Но, к сожалению….

Но, к сожалению….

Великий мастер Хуэй Гуан произнес имя Будды и сказал: «Этот старый монах никогда не сдастся.»Уголки губ Бай Сянсю дрогнули. Он очень странный! «Великий Мастер, вы очень преданны.»Она издала дружеское напоминание, но знала, что ее слова заставят Великого Мастера Хуэй Гуана громко рассмеяться. Он ответил: «Верно, верно. Леди действительно выделяется из масс.»

«Эх…»Бай Сянсю немного опешила. Она просто произнесла несколько слов. Как это могло выделить ее из масс?Старый мастер тоже потерял дар речи. Он просто хотел воспользоваться возможностью встретиться с Великим мастером и похвалить четвертую мадам. Так почему Великий Мастер Хуэй Гуан все время ею восхищается? Он приложил много усилий, чтобы пригласить Великого Мастера, но ни один из великих мастеров не пригласил его жить в храме и читать для него Священные Писания Будды.Внезапно Великий Мастер Хуэй Шоу кашлянул и наклонился в сторону. Удивительно, но он все больше и больше наклонялся, пока не упал. Вздрогнув, все подбежали к нему.«Великий Мастер! Что случилось, Великий Мастер?» Старый мастер первым подошел к нему. Он тоже постоянно задыхался, возможно, из-за своего беспокойства. Внезапно он покраснел и вырвал.Что происходит? Сун Цзяоюэ оперативно поручил кому-то позвать доктора. Все влетели в шквал действий и перенесли их на диван в боковой комнате рядом с залом.Бай Сянсю чувствовала, что ситуация очень странная. Как могло стать плохо одновременно обеим здоровым мужчинам? Но странно не только это, воздух пронизывал сладкий аромат. Что это за запах? Раньше она не обращала на него внимания, но теперь заметила и подняла голову.Этот зал Будды был удивительно украшен многими горшками с цветущими тюльпанами. В этом сезоне очень редко можно было видеть эти цветы, не говоря уже о том, что они были в полном расцвете.Подождите секунду, таких цветов в древности не было! Но у нее нет времени обдумать этот вопрос, вспомнив более важную информацию, которую она когда-то узнала о тюльпанах. Хотя эти цветы были очень красивыми, само растение содержало в себе некоторое количество яда.Возможно, это не стало бы проблемой, если бы это было одно растение. Тем не менее, в этой закрытой среде росло много цветущих тюльпанов, что делало ситуацию пессимистичной. Она вспомнила, что симптомы отравления тюльпанами проявляются в виде боли в груди, тошноты, одышки и даже потери сознания. Но она не знала, поверит ли кто-нибудь в ее слова, если она скажет это прямо сейчас.Доктор прибыл, когда она боролась сама с собой. Проверив пульс двух стариков, он покачал головой и объяснил: «Их сердцебиение в полном хаосе. Пожалуйста, простите мою некомпетентность. Я не могу определить, почему они были поражены одновременно и с одинаковыми симптомами.»Сун Цзяоюэ стало тревожно. В это время пришли еще два мастера семьи Сун, чтобы увидеть отца.Теперь в комнате было пять человек. Присутствие в помещении стало смешанным, и циркуляция воздуха замедлилась еще больше. Даже Бай Сянсю почувствовала, что ее дыхание слегка напрягается, когда ее нос наполнился запахом тюльпанов.Она поспешно использовала свой носовой платок, чтобы прикрыть нос и искала место, где можно спрятаться. К сожалению, теперь в комнате собралась беспорядочная толпа, которая не имела к ней никакого отношения, но она каким-то образом скрылась за высоким Лун Хэном.Характер главного героя был отлит из типичных главных героев. В его личности всегда оставался один момент, который не давал другим его игнорировать.Бай Сянсю была благодарна ему. По крайней мере, он не проигнорировал ее, и защищая, боялся, что другие это заметят, поэтому молча отреагировал своей позицией. Он мог быть шовинистическим и озабоченным, но знал, как проявлять внимание.

Но к сожалению, он принадлежал главной героине.

Замявшись, она обнаружила, что у всех пятерых мужчин появились мрачные выражения. Оказалось, что это было обычным делом, что цвет лица отца был ненормальным. Они четверо повернулись и стали критиковать своего младшего брата.Их младший брат, Сун Хуэй, был отцом второстепенного мужчины, Сун Цзяоюэ. Он был помощником министра, третьим должностным лицом. У него есть какое-то физическое сходство с сыном, но его брови часто плотно сдвигались, свидетельствуя о его строгой натуре.Среди населения была распространенная практика, согласно которой младший сын отвечал за заботу о родителях после раздела семьи, и в тоже время он все унаследовал. Старый мастер работал чиновником всю свою жизнь, поэтому накопил много имущества.Когда семья Сун разделилась, другим четырем братьям должно было отойти больше имущества, чем им выделили. Но Старый мастер подумал, что его младший сын достиг многих успехов, и старшему внуку стоило бы дать больше, поэтому он даровал своим другим сыновьям мало земли.Естественно, четверо братьев были крайне возмущены таким положением вещей. Но они не осмелились спорить со своим отцом. В результате это возмущение было выпущено в Сун Хуэя. В те годы, когда семья встречалась, братья никогда хорошо не относились к Сун Хуэю.Сун Хуэй на самом деле не хотел имущества своего отца или его дел, но Старый мастер сказал, что эти сбережения отложены для Сун Цзяоюэ, поэтому и принял их.Сначала он не думал, что его братья будут препираться с ним. Но это оказалось печальной ошибкой.Основная причина заключалась в том, что у его четырех братьев не было реальных достижений от их имени, и они воспитывались отцом с юности. Таким образом, они стали блудными добродетелями. У них не было никаких планов заработать деньги, а только, как их потратить. Даже если бы у них была гора золота, они все равно бы ее потратили.Это было когда Сун Хуэй понял намерения Старого хозяина. Разделение семьи было необходимо, чтобы дать им возможность достичь самодостаточности. В конце концов, он старел и не мог поддерживать своих четырех старших сыновей всю оставшуюся жизнь.Тем не менее, Сун Хуэй не ожидал, что они будут показывать свою обиду, критикуя его перед принцем Ли! К счастью, принц Ли, похоже, не был заинтересован в делах других людей. Он просто сидел в стороне, принимая чай от своей наложницы.Фактически, Лун Хэн хотел развернуться и уйти, но, поскольку состояние Старого хозяина было неизвестным, его уход заставил бы Сун Цзяоюэ слишком много думать. Их дружба длилась много лет, и он, естественно, отличался от других. Будет только нагрузка на эту девушку, которая должна стоять позади него на своей раненой ноге.Когда вошли пятеро братьев Сун, они сначала увидели своего отца и Великого Мастера Хуэй Шоу перед тем, как приветствовать принца Ли. Хотя Лун Хэн был принцем не королевской крови, он оставался единственным официальным лицом, получившим титул принца в императорском дворе.Старший брат не мог сдержать своего нетерпения после приветствия. Он спросил доктора: «Скажите мне, что вы имеете в виду, говоря что не можете найти причину этого недуга? Они оба в таком состоянии, но вы все ровно ничего не можете понять, почему?

Доктор нахмурился и ответил: «Это не похоже на болезнь.»«Если это не болезнь, тогда что? Вы хотите сказать, что это яд?» Второй старший брат хладнокровно улыбнулся, это явно что-то означало.Сун Хуэй нахмурился и сказал: «Второй брат, откуда в нашем доме может быть яд?»Сун Цзяоюэ сейчас отражал выражение своего отца, но между его сморщенными бровями появились следы холода. Его дяди так разговаривают перед посторонними! Ему было очень трудно чувствовать близость к этим людям с таким поведением.

Этот третий брат Сун был абсолютным бездельником. Его глаза ни на секунду не покидали Бай Сянсю, с тех пор, как он вошел. Для него встреча с такой красавицей, как она, была редкостью. Как можно не засмотреться?Бай Сянсю почувствовала непоколебимую пару горящих глаз, уставившихся на нее, заставляя все тело почувствовать дискомфорт. Она подняла голову, и увидела незнакомого мужчину средних лет, которого не знала, и он смотрел прямо на нее. Увидев это, она почувствовала себя невероятно неловко, поэтому предупреждающе на него посмотрела. Тем не менее, ее взгляд был… вежливо выразительным и больше напоминал мягкий взгляд, волнующий эмоциями, чем какой-либо угрозой. Если говорить честно, это был такой соблазн, который нисколько не угрожал, и взгляд, что мог бы заставить ослабнуть половину мужского тела.Третий брат Сун смотрел на нее, очарованный и озадаченный, когда его душа постепенно ускользала от его тела. Но потом внезапно он почувствовал, как по его спине пробежал холод. Повернув голову, его глаза встретились с леденящим взглядом принца Ли.С дрожью, он отвлек свое внимание и подсознательно выпалил: «Ну, а что тогда? Что, если кто-то захотел рано получить свое наследство и использует эту возможность, чтобы сделать свой ход.»Эти слова были слишком грубыми, и даже Бай Сянсю вскинула брови. У этого человека наверняка нет мозгов. Кто будет так разговаривать со своим младшим братом? Конечно, Сун Хуэй сердито ответил: «Третий брат, что ты имеешь в виду?»Третий брат Сун фыркнул, и понял, что его собственные слова были немного нахальными. Он неожиданно сказал, что было в его голове.Старший брат Сун добавил: «Тогда объясни, как мог совершенно здоровый человек внезапно заболеть?»Лицо Сун Хуэя вспыхнуло от гнева. Он сделал глубокий вдох, но это не помогло подавить его. Тут вмешался Сун Цзяоюэ: «Просто этот врач не может понять в чем дело. Слуги! Позовите другого врача.»Фактически, Бай Сянсю не была уверена, что все от яда тюльпанов, поэтому не решилась сказать ни слова. Единственное скольжение языка поставило бы ее на фронт и центр откровенно размахиваемой враждебности и напряженности, поэтому она не могла не сомневаться. Слуги семьи Сун быстро разбежались, и в скоре пришли два врача.Но они все ровно не смогли найти источник болезни. Теперь все были в панике, и четыре брата Сун допрашивали Сун Хуэя без паузы, требуя объяснений, несмотря ни на что.Сун Цзяоюэ был младше, поэтому, естественно, уже не мог вмешиваться и не прекращал волноваться. Бай Сянсю тоже почувствовала боль в груди. Она вытерла пот со лба. Несмотря на то, что спина Лун Хэна была направлена на нее, он тоже почувствовал себя неуютно. На самом деле, видя, как братья спорят, это заставило бы любого почувствовать дискомфорт, не говоря уже о такой молодой леди, как она. Поэтому он встал, чтобы сказать: «Ладно, если нет способа найти причину болезни здесь, я пошлю за Королевским врачом. Он обязательно найдет причину.»Сун Хуэй с облегчением выдохнул: «Итак, давайте оставим решение Его Королевскому Высочеству.»По какой-то неизвестной причине он почувствовал тяжесть в в груди, когда выдохнул. Он протянул руку и сжал грудь.«Отец, что случилось?» Почувствовав, что с отцом что-то не так, Сун Цзяоюэ поспешно поддержал его. Сун Хуэй помахал своим людям. Он предположил, что это просто реакция от гнева, который проходил через его тело из-за препирающихся братьев. Он не обращал на это большого внимания.Тем не менее, Бай Сянсю уделила этому пристальное внимание. Она знала, что, если уедет с Лун Хэном, двое, лежащих на полу, останутся там. Неужели они действительно умрут от яда? Ее взгляд скользнул, а шаги остановились.Лун Хэн услышал, что она перестала идти за ним, и хмуро посмотрел на нее. «Почему вы не идете?»Внезапно он увидел, как она подняла голову и взглянула на него. Этот единственный взгляд передал ему не что иное, как глубокое чувство решимости. Ее жемчужные белые зубы впились в ее нижнюю губу. Она глубоко вздохнула и слегка подняла голос: «Ваше Высочество, пожалуйста, подождите.»

Лун Хэн уже ждал. Он не мог не спросить: «Почему?»Бай Сянсю повернулась, и встретила пару теплых глаз, в которых была улыбка. Он пробормотал имя Будды, когда она обернулась, словно зная, что она предпримет это конкретное действие. Сердце Бай Сянсю задрожало, но она стиснула зубы и сказала: «На самом деле эта наложница когда-то слышала о таких симптомах.»Третий брат Сун ослаб, когда услышал, как заговорила красавица. «Это результат действия яда?»Ладно. Это был третий брат Сун и он понятия не имел, как говорить, когда увидел красивое лицо.Бай Сянсю продолжила: «Это, безусловно, яд.» Ее слова привлекли к ней всеобщее внимание, в результате чего она почувствовала себя немного неловко.Хотя Сун Цзяоюэ показалось это немного странным, он, по крайней мере, не верил, что она обвинит отца, как и его троих дядей, поэтому сказал: «Мадам Сюй, пожалуйста, продолжайте.»Получив поддержку Сун Цзяоюэ и Лун Хэна, стоящего за ней, уверенность Бай Сянсю значительно усилилась. «Их отравил не человек…»Третий брат Сун не мог дождаться, чтобы снова прервать ее. «Странно. Если это не человек, тогда что это может быть?»Бай Сянсю сделала глубокий вдох. У этого человека действительно нет никаких манер. «Это цветы.» Поскольку они не были вежливы, почему она должна? Итак, она подняла грудь и громко заговорила. Ее слова были ошеломительными, и даже сами врачи нежно усмехнулись.Они вообще не обнаружили яда в пульсах пациентов, но у этой женщины есть наглость утверждать, что это яд и, более того, из цветов. Что за шутки.Бай Сянсю знала, что ее попросят объяснить сказанное, и даже мысленно подготовилась к этому. Но почувствовав себя неуютно от этих обвинительных и презрительных взглядов, она захотела убежать как можно дальше.В это время раздался голос. «Ох? Скажите нам, почему вы думаете, что цветы отравили людей?» Это был принц Ли. Его голос пронзил воздух, как копье. Даже мягкое слово могло привлечь внимание всех в комнате.Бай Сянсю было все равно, он пытался помочь себе или ей своими словами, она просто почувствовала его поддержку.«Это тюльпаны.» Ее длинные тонкие пальцы указывали на неизвестные цветы, усеянные вокруг зала.«Очень смешно, как цветок может быть ядовитым?» — вздохнул Старший брат Сун.«В тюльпанах есть такой тип ядовитого вещества, который поражает людей со слабыми телами. Если они вдыхают его достаточно долго, их дыхание ускорится, и они испытают одышку. В более серьезных случаях они могут даже упасть в обморок,» — ответила Бай Сянсю.«Как это может быть?» Второй брат Сун вообще ей не поверил. Но не только он, никто ей не поверил.Тем не менее, следующие слова Бай Сянсю заставили толпу замолчать: «Дело не в том, верите вы мне или нет, нам нужно справиться с проблемой, не так ли? Приоритет здесь заключается в спасении жизней.»Заявление было явно к месту, и Сун Цзяоюэ быстро ответил: «Точно. Значит, вы… Мадам Сюй, что вы предлагаете?»«Принц Ли, это ваша наложница, правильно? Не могли бы вы научить ее не говорить глупостей в такие критические моменты?» Старший брат Сун засмеялся, отвергая слова Бай Сянсю, как шутку.Внимание всех снова привлек принц Ли. Он стоял, сложив руки за спиной, и чрезмерное чувство власти присутствовало даже при небольшом подъёме губ. В тот момент никто не мог противостоять такой харизме. Словно ожидая неизвестного сигнала, все замолчали.

Престиж был результатом совершения крупных дел, но разделялся на разные типы. Император обладал престижем императора, а министр имел престиж министра.Был один вид престижа, который сочетал в себе характеристики высокого ранга и закалку огнями битвы.Принц Ли, Лун Хэн, был именно таким человеком. Он вышел из семьи генералов и был благородным с рождения. Позже он командовал армиями, и говорили, что генерал на поле битвы не был связан приказами государя! Если он игнорировал даже команды суверена, легко можно понять, насколько велика его власть.

Поэтому, не все могли выдержать такое величественное присутствие.

Даже Бай Сянсю, современный человек, на мгновение почувствовала, что его аура слишком внушительна, потому что по телу пробежали мурашки. Она не оборачивалась, поэтому не могла понять, как он сейчас выглядит.«Бред? Что? Вы считаете, что спасать жизни неправильно, или это еще одна схема?»Мало кто осмелится опровергнуть слова принца Ли. Братья Сун открыли рот, но слова не вышли. В конце концов, слова Лун Хэна заставили их замолчать. Если бы они осмелились сказать что-нибудь еще, они выглядели бы очень коварно.Когда Лун Хэн увидел, что никто не собирается говорить снова, он заговорил к Бай Сянсю: «Что вы стоите? Спасение людей важное дело.»Тело Бай Сянсю дрогнуло от этих слов и она ответила: «Их грудь сильно напряжена и у них есть одышка. Сначала нужно убрать все эти цветы и открыть окна для проветривания.»После того, как она закончила говорить, слуги быстро последовали ее приказам. Тюльпаны вынесли в короткие сроки, а окна распахнулись. С открытыми окнами старикам, страдающим от судорог грудной клетки, стало немного лучше. Сун Хуэй был среди тех, кто испытал тяжесть в груди, и теперь немного больше поверил этой мадам.Его брови медленно расслабились, он сказал: «Что еще нужно сделать, мадам Сюй?»Бай Сянсю с облегчением вздохнула. «Нужно вытереть лицо пострадавших влажным полотенцем, и помочь им прийти в себя. Но используйте теплую воду, а не холодную.»После того, как слуги сделали, что им сказали, цвет лиц людей на диване действительно стал немного лучше.Сун Цзяоюэ успокоился. Его сердце поразило удивление, когда он наблюдал, как Бай Сянсю раздает указания.В этом мире было много типов женщин, но таких как она, умных и проницательных, он видел редко. Возьмем, к примеру, Лин Цяньцзи, она знала много стихов, была прекрасна и ее часто называли самой талантливой женщиной в городе. Но что насчет этой женщины перед ним? Она была неизвестна публике до замужества и все так же оставалась тихоней.Ее внешность более красива, чем у Лин Цяньцзи. Она умела готовить вегетарианские блюда и очень много знала. Она действительно, как жемчужина, покрыта пылью. Если бы он узнал о такой женщине раньше, он лично пошел бы к ней делать предложение. К сожалению, теперь она чужая наложница.Как только его страдание начало увеличиваться, он услышал, что Старый мастер проснулся на диване. Немного покашляв и выплюнув глоток мокроты, он стал выглядеть намного лучше. Но все ровно тяжело дышал: «Это правда душило меня.»

Сун Хуэй поспешно шагнул вперед и сказал: «Отец, тебе сейчас лучше?»Старый мастер ответил: «Немного лучше. Почему Великий Мастер Хуэй Шоу ещё не проснулся?»Великий Мастер Хуэй Шоу проснулся, как раз когда они о нем заговорили. Судя по ситуации, они действительно отравились токсичным ароматом тюльпанов.Бай Сянсю вздохнула с облегчением, наконец убедившись, что не ошиблась. Если бы она не смогла спасти их после задержки, тогда ее вина была бы огромной. Попив чая, Старый Мастер, естественно, спросил о ситуации. Узнав, что Бай Сянсю спасла его, он слегка улыбнулся. Но услышав, что его сыновья поссорились между собой после того, как пришли его проведать, он поднял брови и холодно сказал: «Почему вы все еще здесь? Убирайтесь!»

Четверо братьев Сун были беспомощны, и ушли, чтобы избежать его гнева.

Старый мастер обратился к Бай Сянсю: «Я не ожидал, что вы знаете эти цветы. Я случайно заметил их, когда был на улице, и просто подумал, что они элегантны. Вот почему я поместил их сюда. Я не думал, что в них есть яд. Похоже, их нужно уничтожить.»«Не нужно…. Тюльпаны все ровно хорошие цветы. Просто не держите их внутри в большом количестве. Если посадить их на улице, они создадут приятный пейзаж.» Бай Сянсю думала, что тюльпаны по-прежнему остаются красивыми цветами. И проблем не будет, если выращивать их небольшими участками.Увидев, что она хочет сохранить цветы, Старый Мастер не мог не улыбнуться. «Если они вам так нравятся, просто возьмите их. Я больше не осмелюсь их выращивать.»«Тогда большое спасибо Старому Мастеру.» Вздохнув, Бай Сянсю поблагодарила пожилого человека. Но Великий Мастер Хуэй Гуан не отпустил ее.«Мадам, вы могли уйти всего лишь минуту назад. И все же, почему вы вернулись?» Улыбнувшись, спросил старый монах.Бай Сянсю хотела взглянуть на него и сказать: «Откуда я знаю?». Но теперь, под бдительным взглядом стольких людей, и, самое главное, убийственного бога, стоящего за ней, она могла только сказать: «Естественно, потому что думала о методах.»«Мадам, разве вы не боялись, что станет хуже?» Улыбка Хуэй Гуана ни капли не дрогнула, когда он говорил.«Я не могла смотреть, как Старый Мастер и Великий Мастер Хуэй Шоу страдают.» Разве это не очевидно? Как монах мог такого не понять?

Но Хуэй Гуан сказал: «Это общая судьба с Буддой.»«В этом мире есть несколько не предопределенных людей.» Бай Сянсю не могла больше сдерживаться и возразила.Выражение Хуэй Гуана не изменилось, поскольку он продолжал улыбаться, но больше не говорил. Бай Сянсю была на мгновение поражена, а затем погрузилась в глубокую мысль. В этом мире было очень мало тех, у кого судьба не пересекается с Буддой, но это не значит, что все должны уйти в монахи. Да, всего лишь минуту назад она почувствовала, что у нее есть смелость. Ее лицо покраснело. Когда все посмотрели на нее, она еще больше смутилась.Боясь, что Великий Мастер Хуэй Гуан будет говорить о чем-то еще, Лун Хэн сказал: «Все уже решилось. Почему вы не уходите?»Бай Сянсю тихо ответила и покорно последовала за Лун Хэном. Тем не менее, Сун Цзяоюэ стало жаль, что его друг был так холоден. Она такая добросердечная девочка. К ней следовало относиться с мягкостью и заботой. Его сердце немного болело, но он ничего не мог с этим поделать.Наблюдая, как Бай Сянсю уходит, Хуэй Гуан пробормотал одно из многих имен Будды. Великий Мастер Хуэй Шоу слабо сказал: «Ты очень редко такой активный.»Хуэй Гуан ответил: «Очень редко можно увидеть кого-то столь умного. Жаль, что у нее все еще есть связь со смертным миром.»

Хуэй Шоу засмеявшись сказал: «Не все могут оставить мирские дела.»Кивнув головой, Хуэй Гуан сказал: «И мы с тобой не исключение, не говоря уже о ней.»Два великих мастера некоторое время отдохнули, а затем ушли собираться. Неожиданно один из них вернулся в монастырь. Другой отправился в усадьбу Ли, чтобы попросить милосердия. Это станет историей еще на один день.Бай Сянсю пришло время возвращаться, и она отправилась прощаться с мадам Сун. Она также некоторое время прощалась с Ю Сэ и Бай Хэ. Освободилась она, когда уже наступила ночь. Лун Хэн и его люди с тревогой ожидали у входной двери. Он мог вернуться один, но ему было не по себе оставлять ее здесь одну.Подождав какое-то время, вернулся слуга, сообщив что Старый мастер снова почувствовал слабость. В результате они попросили мадам Сюй пойти к нему и боялись, что она не сможет вернуться сегодня вечером.Лун Хэн чуть не размазал слугу прямо о землю. Его женщина не врач! Какая польза от ее присутствия? Но он беспокоился о ней, и не хотел возвращаться один. Она слишком знаменита в этой семье. Подумав об этом, он приказал своим людям вернуться в усадьбу Ли к Старой мадам. Он решил остаться.

Естественно, оставаясь, требовалось какое-то оправдание. Следовательно, бедного Старого хозяина снова взяли в качестве оправдания.Лун Хэн сказал остальным, что слишком беспокоится о Старом хозяине и чувствует, что лучше вернуться и взглянуть на него. Тот факт, что Старый мастер недолюбливает Лун Хэна, плавно затушевывался, когда он это объяснял.Что касается полностью красного лица Старого мастера, оказалось, что особой проблемы в этом нет. Врач поставил диагноз — проблемы с сердцем, и написал рецепт, прежде чем уйти.Неожиданно Старый мастер спросил мнение Бай Сянсю. Внимательно осмотрев его, она заметила округлость тела и темный малиновый оттенок его лица, она не могла не вспомнить о распространенном несчастье современности — высоком кровяном давлении.Она, конечно, не врач, и не могла выписать рецепт, не говоря уже о том, что в этот период времени даже не было фразы «высокое кровяное давление». В результате она ответила: «Эта наложница знает домашнее средство, которое принесет пользу старому телу. Лучше всего принимать его ежедневно, чтобы укрепить ваше тело.»«Ох? Молодая девушка, похоже, вы немного разбираетесь в этом.» Жаль, что она наложница этого мужчины. Как было бы прекрасно, если бы она была моей внучкой?Раньше Старый мастер никогда не относился благосклонно к генералам, считая их грубыми и невежественными. У мальчика с семьи Лун, по-видимому, были некоторое знания и талант, но его способ решения проблем с юности всегда был грубым, с применением силы для достижения результатов. Подумав, что этот мужчина владеет такой симпатичной маленькой девочкой — Старый мастер начал испытывать жалость.Бай Сянсю не знала каких-либо специальных средств или чего-то подобного, она просто хотела уменьшить кровяное давление Старого дедушки. Поэтому, она сказала: «Попросите кого-нибудь измельчить сельдерей и выжать из него сок. Пейте его каждый день. Относитесь к этому соку, как к воде. Если вам не понравится его вкус, добавьте к нему немножко сахара.»«Сельдерей?» Старик нахмурился. Он не любит этот овощ. Но, увидев, что Бай Сянсю хочет помочь ему изо всех сил, он решил поверить ей и сказал: «Тогда давайте попробуем.» Он вызвал нескольких слуг и отдал им приказ.Бай Сянсю расслабилась и вздохнула. Пока Старый мастер может упорствовать, его здоровье должно поправиться. Дальше она упомянула несколько растений, которые хорошо подходят для размещения в помещении. Слуги Старого мастера это все записали.Сун Цзяоюэ сопровождал ее на протяжении всего этого процесса. Раньше он только намекал на привязанность к Бай Сянсю, но теперь полностью превратился в безумного дурака. Несмотря на то, что рядом с ним было много женщин, она была действительно слишком уникальной. Как жаль, что его друг тоже остался сегодня вечером. Их обоих устроили в одной комнате для гостей.Этот факт на самом деле грыз его. Он взглянул на своего друга, который спокойно сидел в стороне и пил чай. Как он смотрит на нее?Поскольку Старому дедушке нужен был отдых, Бай Сянсю и Лун Хэна провели во двор, который был устроен для них. Слуги семьи Сун давно убрали гостевой дом и приготовили воду для ванны.Они разделились, чтобы искупаться. Бай Сянсю вышла немного позже, потому что нервничала. Она могла сказать по однмому взгляду, что волосы Лун Хэна уже высушили слуги. Он сидел сбоку с книгой в руке. Сегодня он много помог ей, и Бай Сянсю подумала, что ей следует выразить свою благодарность.Но, если двое людей остаются в одной комнате, в любое время могут произойти некоторые «плохие» вещи. Ее нервозность уже отодвинула вопрос о том, чтобы поблагодарить Лун Хэна в дальний уголок ее разума.Лун Хэн рассеянно держал свою книгу, взглянув на нее, когда она вошла в комнату, закончив принимать ванну. Один этот взгляд заставил слова «врожденное чувство соблазнения» появиться в его голове. Несмотря на то, что снаружи он казался строгим и дисциплинированным, это тело было слишком привлекательным для глаз, и тем более для глаз мужчины.Он не думал об этом днем, когда на ней была толстая одежда. Но теперь, когда она отбросила свою внешнюю одежду и осталась только в тонкой ночной рубашке, ее изгибы тела стали заметны. Она излучала сексуальность, особенно когда распустила волосы, что заставило его хотеть крепко схватить ее в свои руки и изнасиловать.Лун Хэн почувствовал, что горячий огненный шар начал сжигать его тело. Чувство неудобства начало нагревать его, как будто он взорвется, если ничего не сделает. Тем не менее, он ничего не мог сделать сегодня вечером.Согласно обычаям древности, когда мужчина и женщина были в доме другой семьи в качестве гостей, и особенно супружеской пары, они не могли сделать «это» на кровати другой семьи, даже если они разделяют одну кровать.Это считалось крайне неучтивым. Если бы они не могли вытерпеть, тогда они должны оставить после себя медь под кроватью. Это как бы означало, что они арендовали кровать для использования, используя ее не бесплатно. Это помешало бы им принести несчастье в дом принимающей семьи.Только он боялся, что оставив медь уходя, вызовет смех у других. Лун Хэн был мужчиной, и на него это никак бы не повлияло, но Бай Сянсю не должна от этого пострадать.По правде говоря, она была просто наложницей и не нуждалась в поддержании чести. Но она помогала усадьбе в их делах, и принесла честь своей семье делами в семье Сун. Если бы на нее навались другие люди, они неизбежно в конце концов указывали бы на нее пальцами во время работы.Подумав, «это» может подождать еще один вечер. Но, почему она так заманчива?Тем более, что он хотел только мирно заснуть. Но ей было неловко, и ее мысли были написаны на лице. Очевидно, она думала, что он сделает что-то по отношению к ней, из-за выражения страха и застенчивости. Может, она не знала, что это почти вопиющее соблазнение? Лун Хэн больше не смел смотреть на нее, опасаясь, что не сможет удержаться от чего-то плохого.Бай Сянсю казалось полдня сомневалась, пока Лун Хэн, наконец, не сказал: «Гасите свет и давайте спать.»Что? Мы будем спать? Но как это возможно? Его глаза были переполнены огненным хищным желанием, и он заставил ее дрожать от единственного взгляда. Не может быть, что они будут делать «это», погасив свет, верно?Бай Сянсю поползла на кровать, ее тело дрожало, когда она легла. Она вздохнула от своей жалкой судьбы. У нее даже не было времени влюбиться после переселения, прежде чем ее заставили кататься на простынях. Но, взглянув на широкую спину Лун Хэна, она успокоилась, подумав, что он на самом деле надежный мужчина. Возможно, после сна он будет относиться к ней немного по-другому и окажет ей некоторое внимание.Даже после того, как главная героиня вошла в их дом, пока Бай Сянсю не допустила смерти своими действиями, и маловероятно, что она умрет! В конце концов, предыдущая Бай Сянсю чувствовала несправедливость, ведь хотя она была красивее главной героини, главный герой не обращал на нее ни малейшего внимания.Из-за этого она придумывала всевозможные способы, чтобы пригласить его спать с ней, почти попросив оказаться под его телом. Она даже напоила наркотиком главного героя, героиню и себя.В конце концов, ореол главных героев позволил мужчине и женщине сохранить девственность, и она оказалась в безобразном бардаке. Она стала ступенькой для улучшения привязанности главных героев, и когда она перестала быть полезной, ее безжалостно приговорили к смертной казни.То, что окончание было настолько трагичным, в значительной степени связано с ее идиотским поведением. Поэтому, пока она придерживалась своих первоначальных намерений и не имела никаких неправильных мыслей по отношению к главному герою, у нее должна быть возможность без проблем спасти свою жизнь.

Как бы там ни было, он просто спит рядом с ней!

Он очень удивительный мужчина, и никто не мог найти его недостатков, будь то внешний вид или «способности». В наше время такой человек был бы большой знаменитостью или председателем какой-то крупной компании. Она не потерпит никаких потерь во время сна рядом с ним. Она чутко лежала на кровати, крепко сжимая простыни с героическим выражением, как будто она была готова умереть ради праведной причины.

Вскоре, огни погасли. Лун Хэн вел себя довольно неожиданно. Лежа на кровати, он не двинулся ни на дюйм.Бай Сянсю лежала спиной к нему. Она даже не осмелилась взглянуть на него. Но через какое-то время он все еще не двигался, и она наконец кое-что поняла. Все это, потому что они находятся в резиденции другого человека? Его персонаж на самом деле более скромный, чем она думала изначально?Чувствуя облегчение, она заметила, что, несмотря на то, что занавески опущены, через них проскальзывает серебристый лунный свет и нежно освещает комнату. Она даже могла видеть цветы и сорок, вырезанных на деревянной кровати.В старые времена сороки считались благоприятным символом. Она протянула руку и осторожно провела ею по резьбе. Ручная работа была искренне впечатляющей. В ее резиденции тоже были вырезаны сороки, но не такие изысканные, как резные фигурки на этой кровати. Она не была уверена, спал Лун Хэн или нет, просто его дыхание было немного нерегулярным из-за нее.Несмотря на то, что он не первый раз спал рядом с ней, она никогда раньше не слушала его дыхание. Только теперь она заметила, что мужчины делали такие большие, стабильные и глубокие вдохи. Она начала дышать вместе с его ритмом.Внезапно, и это действительно было внезапно, горячая рука сжала ее плечо. Оказавшись врасплох, все ее тело начало дрожать.Лун Хэн знал, что она испугалась. Его сердце тоже было наполнено тревожностью. Но так как он не мог заснуть, почему не сделать что-то увлекательное? Просто прикоснуться к ней и немного посмотреть, не будет считаться неучтивостью… не так ли? С этой мыслью он выпрямил ее хрупкое тело и обхватил руками маленькое, слегка паническое лицо.Лунного света, который доходил до комнаты, было достаточно, чтобы увидеть панику в ее взгляде. Контроль в ее очаровательных глазах превратился в лохмотьях, когда он наклонился для поцелуя. Ее губы были такими мягкими, что он не мог не захотеть большего. Он начал посасывать ее губы, притягивая ближе к себе.Да, он действительно сосал ее губы. Он даже немного грыз их. Сердцебиение громом раздавалось в ее ушах, из-за чего ей стало очень некомфортно. Но понемногу он успокоился. Он замедлился, стал менее грубым, и начал вести себя очень нежно, почти бережно. Его мягкость опьянила ее настолько, что она забывала дышать.Или, возможно, ее опьянило из-за нехватки кислорода. Ее разум все больше расплывался, когда они целовались. Такое головокружение… Ее ум уплывал все дальше и дальше. Затем она почувствовала холод на коже. Он, должно быть, снял с нее одежду.Бай Сянсю почувствовала, что ей нужно бороться, но, честно говоря, ее сердце уже сдалось. Она знала, что борьба все равно не поможет ей в этой ситуации. Да. Нужно сдаться! Может, ей будет легче, чем она думала.Затем она почувствовала, как большая сильная грудь приземлилась на ее груди, и по спине спустился толчок электричества. Она не могла не застонать во время поцелуя.

Я не могу больше этого терпеть!

Я правда больше не могу!

Лун Хэн поднял свое тело с кровати. Думать о том, что он сможет отхватить только кусочек и лечь спать, было такой идиотской идеей. Изначально он думал, что это будет приятным опытом, но это было скорее сродни пыткам. Удержать себя перед такой заманчивой красавицей было слишком сложно. Это была крайняя пытка, вот что это было. Неловкость трудной ситуации, и необходимость сдерживать себя, сводила его с ума.Этого не будет. Этого действительно не будет. Он должен взять ее, и он должен взять ее прямо сейчас. Она даже не сопротивлялась. Она лишь подвинула свое тело, почувствовав дискомфорт. Для вожделенного, затуманенного разума Лун Хэна, это было не что иное, как приглашение. Лаская ее шелковистые длинные ноги, он хотел перейти к следующему этапу.В мире не было ничего, что могло бы его сейчас остановить. Но как раз в этот момент, за секунду до того, как он безудержно погрузился в нее, он почувствовал, что маленькая, беспокойная рука ущипнула его за плечо. Было не больно, но это что-то значило. Время было слишком неуместным. Для него этот безболезненный зазор служил предупреждением о том, что он сделал что-то не так.Лун Хэн поднял голову и начал тяжело дышать. Это было действительно неразумно. В спешке он почти совершил неправильный ход. Не нужно было так спешить. В любом случае, завтра вечером они будут дома. Он все равно завтра сможет ее заполучить.Как он мог заставить ее чувствовать стыд за себя в будущем, просто из-за того, чтобы немного повеселиться? Эта мысль была похожа на ведро с холодной водой, и он резко поднялся с кровати, одевая халат. Ему нужно было остудить голову, и поэтому он вышел на прогулку без единого слова.Что касается Бай Сянсю, находившейся в тумане, внезапное отсутствие давления на ее тело поразило ее. Теперь все, что она чувствовала — холодный воздух на ее обнаженной коже. Она потянула одеяла, когда ее разум начал восстанавливаться. Как только она снова смогла думать, первая мысль, что поразила ее — теперь она похожа на жалкий образ.Что, черт возьми, с ней только-что случилось? Разве она не отталкивала его от отвращения? Почему ей это понравилось?Только, разве он не был слишком грубым? Почему у нее так болит в груди и бедрах? Она приподняла бровь и тут же потянула халат, прижимаясь к своей стороне. Но, успокоившись, она внезапно почувствовала необходимость сходить в туалет. Ее тело показалось странным. Чрезвычайно странным. Будто оно опустело.Она тихо направилась в соседнюю комнату, чтобы воспользоваться туалетом. Когда она вернулась, Лун Хэна еще не было. Куда он ушел посреди ночи? Конечно же не решать этот вопрос самому…. правда?Ее лицо покраснело от этот мысли, и она быстро спряталась под одеялом. Сначала она подумала, что сегодня ей будет трудно заснуть. Но ей не потребовалось много времени, прежде чем ее одолела сонливость, и она заснула. Возможно, то, что только что произошло, утомило ее больше, чем она думала.Когда Лун Хэн вернулся, она уже крепко спала. У него не было другого выбора, кроме как принять ванну снова, потому что он был потным от тренировки, которую только-что сделал, чтобы остыть. Приняв ванну, он наконец улегся в постель. Но, снова оказавшись рядом с ней, он опять почувствовал это притяжение. В конце концов, у него не было выбора, кроме как согласиться на одни объятия и заснуть.

Даже все его сны были о ней.

Но ему показалось, что он лишь закрыл глаза, когда ему уже нужно было вставать на утренний суд. Обычно он просыпался в это время, но сегодня у него была небольшая проблема. В конце концов, он лег вчера около полуночи. Было бы странно, если бы он не встал немного позже. Тем не менее, человек, спавший рядом с ним, похоже, видел сладкий сон. Он не мог разбудить ее, увидев, что она спит с этим мирным выражением на лице.Он тихо встал и на цыпочках вышел из комнаты. Шуер был снаружи и помог ему переодеться в придворную одежду. Освежившись он поговорил с Сяо Ши: «Когда твоя хозяйка проснется, скажи ей, что я лично заберу ее после своей утренней встречи. Просто скажи ей подождать меня.»Он чувствовал себя неловко, позволяя другим приходить за ней. Поскольку у него было свободное время, он мог сделать это сам. Сяо Ши согласилась, даже сделав ему несколько заверений. Она была уверена, что принц должно быть глубоко влюбился в ее хозяйку. Смотрите! Он даже хочет лично ее забрать!Что касается Бай Сянсю, то на самом деле она проснулась вместе с Лун Хэном. Просто она не знала, как смотреть ему в лицо. Она сделала вид, будто все еще спит и не открывала глаза. Она ждала, пока он уйдет, прежде чем наконец встать. Она покраснела от воспоминаний прошлой ночи.Когда Сяо Ши вошла в комнату, она увидела покрасневшее лицо своей хозяйки и «великолепные» следы на ее шее. Она покраснела вместе с ней и помогла освежиться и одеться.Может, потому что кожа Бай Сянсю более нежная, «грубые действия» Лун Хэна из прошлой ночи, оставили на ней целый ряд следов. Случайное прикосновение Сяо Ши вызвало у нее некоторую боль, но не сильную.Но у нее все еще были свои мысли. Лун Хэн был, несомненно, военным офицером, поэтому имел властную силу. Она также вспомнила сцены в романе об «игре» главных героев. Несмотря на то, что он был как можно более мягким, главная героиня все время страдала. Согласно этой книге, она не могла встать с постели два или три дня после того, как они сделали «это» впервые.Эта мысль заставила ее содрогнуться. На самом деле вчера вечером не произошло ничего необычного. Если бы они действительно сделали «это», разве не осталось бы психологического рубца? Но даже так, она с нетерпением ждала этого. Ведь как женщина, она могла считать мужчиной среди мужчин, только такого главного героя, как Лун Хэн!

Столкнувшись со своими мыслями, идущими по неприемлемому пути, Бай Сянсю решила принять меры: сильно ударила себя по лицу. Сяо Ши вскочила в испуге, а жемчужная шпилька чуть не вылетела из ее рук.Она разволновалась при виде покрасневшего лица своей хозяйки. «Госпожа Сюй, почему вы ударили себя по лицу?»Бай Сянсю протерла щеку и сказала: «Просто так. Я просто почувствовала небольшой зуд, вот и все.»На самом деле она держалась. Ей нужно придерживаться своих первоначальных намерений и не позволять себе соблазнить главного героя. Лун Хэн со вчерашнего дня действительно был слишком привлекательным. Несмотря на то, что она не осмелилась пристально взглянуть на него, вид этих крепких мышц и твердой груди еще не ушел из ее памяти.Она никогда не видела такого «мужчины среди мужчин» в наши дни. Как правило, на глаза попадалось множество мелких подделок, и вряд ли кто-нибудь из них мог легко с ним сравниться. Раньше она была на нескольких слепых свиданиях или встречалась с некоторыми ребятами, которые еще учились в университете. Но она чувствовала себя среди них слишком неловко, тем более, что их тела были настолько стройными, что ее талия была шире, чем у них. Она не думала, что когда-нибудь почувствует себя в безопасности, если ей придется провести свою жизнь с таким слабым человеком.Но у Лун Хэна было что-то замечательное. В одежде он казался худым, но выглядел гораздо более мускулистым, когда раздевался. Даже взгляда на его спину было достаточно, чтобы почувствовать волнение.Вот почему она ударила себя; она была слишком смущена своими мыслями.Сяо Ши расчесала ей волосы и вымыла их, пока Бай Сянсю сидела после завтрака, ожидая прихода Лун Хэна. В это время в комнату вошла горничная. Она сказала, что сейчас будут выбрасывать цветы, и попросила ее выбрать несколько для себя.Естественно, что люди выбирают для себя растения. Поэтому Бай Сянсю отправилась в теплицу, которую раньше посещала вместе с Сяо Ши. Поскольку слуги не могли оставить тюльпаны в их предыдущем месте, ведь они могут причинить вред людям, они просто перенесли их туда.Теплица была довольно большой, с хорошей вентиляцией. Поэтому никто не отравится от токсичных гликозидов в тюльпанах. Тем не менее, Сяо Ши беспокоилась, и не хотела туда идти.«Ты остаешься снаружи,» — сказала Бай Сянсю. «Я пойду одна. Все будет хорошо.» Бай Сянсю могла видеть, как испуганная Сяо Ши ожидала входа в теплицу, поэтому решила оставить свою робкую служанку ждать снаружи.«Нет, не хорошо! Что, если что-то случится с госпожой Сюй? Что мне тогда делать? Я должна пойти с вами!»Бай Сянсю улыбнулась, увидев, какое смелое лицо сделала Сяо Ши. Она осторожно ущипнула нос своей горничной, прежде чем сказать: «А ты знаешь что выбирать? Я пойду одна. Все будет хорошо, там не так много людей, и у меня есть ткань, чтобы прикрыть лицо. Кроме того, некоторые из растений уже выбросили. Там не много цветов.»«Тогда позвольте мне сопровождать вас.» Несмотря на то, что Сяо Ши была напугана, она хотела остаться рядом со своей хозяйкой.Она все еще казалась такой молодой для Бай Сянсю, что она на этот раз ущипнула ее за лицо. «Просто подожди здесь. Если там будет слишком много людей, мы все можем отравиться.»Сяо Ши приняла это последнее заявление. Некоторое время она колебалась, прежде чем наконец решила остаться снаружи.Бай Сянсю в одиночестве вошла в оранжерею. Мальчик отвечал за переноску растений, и брался за горшки, на которые она указывала. Тем не менее, он должен был убедиться, что горшок сохраняет надлежащую температуру. Для перемещения горшка в ближайшую теплую комнату отсюда необходимо минимум пятнадцать минут.Поскольку поток воздуха в теплице был прекрасным, Бай Сянсю не чувствовала дискомфорта. Кроме того, здесь были и другие растения, которые помогли смягчить уровень токсичности в воздухе.Совершенно неожиданно один из тепличных столбов внезапно щелкнул и с треском упал. Мальчик-слуга, отвлекшись,  даже не заметил, как его прихлопнуло к земле.Бай Сянсю в шоке вскочила. Она хотела пойти проверить его состояние, но почему-то ее нога внезапно вступила в пустоту, и она начала падать вниз.«Бай Сянсю!» Она услышала, как кто-то кричит. Тогда, похоже, кто-то схватил ее. Но, прежде чем она посчитала себя слишком удачливой, она услышала еще один ужасный грохот и, казалось, вокруг нее рухнул весь мир.После этого она погрузилась в бессознательное состояние; проснувшись, она не знала, сколько прошло времени. Что случилось? Она подумала про себя. Почему так много пыли?Бай Сянсю покашляла с большим трудом. Казалось, что-то было в ее глазах, и она едва могла видеть из-за слез. Она почувствовала, как чья-то рука мягко прошла по ее спине. «Вам уже лучше?»

«Сэр Сун?»

«Да, это я.»

«Что случилось?» Она несколько раз покашляла и хотела протереть глаза.

Она почувствовала, как Сун Цзяоюэ сунул ей в руки платок. «Осторожно протрите глаза. В них, должно быть, много пыли.»«Большое спасибо.» Бай Сянсю тщательно провела носовым платком по глазам и действительно почувствовала себя немного лучше. Хотя еще немного болело, по крайней мере, теперь она могла видеть. Они оба оказались в глубокой яме. Очень глубокой, и она…Бай Сянсю, наконец, понял, что что-то не так. Кажется, прямо сейчас она на ком-то сидит. Неудивительно, что она не пострадала; кто-то оказался мясной подушкой во время ее падения. Она поспешно встала, почувствовав сильную боль.«Двигайтесь медленней,» — сказал Сун Цзяоюэ, помогая ей подняться. «Падая, вы повредили свою талию.»«Талия? Неудивительно, что немного болит.» Она потянулась, чтобы коснуться талии, и почувствовала кровь на руке. Ей стало дурно. Она ранена?«Не нужно волноваться. Это просто царапина.» Сун Цзяоюэ поддержал ее. Будучи хорошо подготовленным в боевых искусствах, он не пострадал. Но, когда они падали, он не смог полностью ее уберечь. В результате она расцарапала гвоздем талию.Пока одежда Бай Сянсю покрывала ее рану, он не мог сказать, насколько она серьезна, но кровотечения не было. Несмотря на это, у него в сердце появилось чувство вины. Он был рад, что выбрал этот момент для встречи с ней, но все же упрекнул себя за то, что не смог защитить ее должным образом.Бай Сянсю собралась в кучу, прежде чем заметить, что полностью покрыта сажей и пылью. В этом отношении Сун Цзяоюяэ был не лучше. И вскоре она обнаружила, что человеком, на котором она только-что сидела, был тот слуга, который упал раньше. Она подпрыгнула при его виде. «Он в порядке, не так ли?»«Он просто без сознания. Все будет в порядке.» Сун Цзяоюэ снял шарф и хотя подозревал, что он недостаточно чист, немного покрутив его, сказал Бай Сянсю: «Оберните его вокруг талии.»Бай Сянсю кивнула, протягивая руку, чтобы взять его. Но, с приглушенным стоном, она поняла, что ее рука довольно сильно болит.«Ваша рука…» Сун Цзяоюэ схватил ее за руку, наплевав на формальности, и увидел, что она опухла до размера булочки.«Должно быть, вы поранили ее, когда падали,» — сказал он. «Возможно, вы хватались за землю. Простите мою дерзость, но могу ли я помочь вам обернуть шарф вокруг вашей талии?» Он беспокоился, что ее в рану может попасть пыль. Покрыть ее шарфом — единственный метод, которым он мог помочь.«Все нормально. И, спасибо.» Бай Сянсю подняла руки, указывая на то, чтобы он помог ей обернуть шарф.Сун Цзяоюэ был ошеломлен, а его сердце задрожало; он не думал, что она будет такой смелой. Тем не менее, он обернул шарф вокруг ее талии и перевязал платком запястье. По крайней мере, ей не будет так больно.Помогая ей, Сун Цзяоюэ покрылся потом. Аромат ее тела был слишком приятным, что вызвало у него какие-то нечистые мысли. Это не хорошо. Он определенно должен держаться подальше от нее. Сначала он подумал, что она разразится слезами, поняв, что произошло. Или, по крайней мере, ей станет немного некомфортно. Но она вела себя гораздо спокойней, чем он ожидал.«И, как нам вернуться?» — сказала она. «Что это за место?» Сун Цзяоюэ на мгновение был в шоке. Наконец он понял, почему она побежала и приняла за него тот клинок. Она не была такой мягкой, как предполагала ее внешность. Она была сильной. Чрезвычайно сильной.

Такой необыкновенный характер у женщины, вызвал в сердце Сун Цзяоюэ странные движения. Оно начало бешено биться, без видимой на то причины.Ее очарование отличалось от обычных симпатичных женщин на улице. По сравнению с ней они просто казались вульгарными. Она была совершенно естественной, так что он никогда не сможет связать ее со словом «вульгарность», но он не в силах ее игнорировать.Глядя на нее, в голове Сун Цзяоюэ возникли нечистые мысли, а его сердцебиение невольно ускорилось. «Дело не в том, что я не могу подняться. У меня есть некоторые незначительные достижения в технике легкости. Я могу взять вас на руки и выпрыгнуть отсюда. Просто это может быть слишком грубо.»«Какая разница грубо это или вежливо? Важнее выбраться отсюда.» Какие же проблемные эти люди с древних времен. Говорят о вежливости и грубости среди спасения жизни? Кроме того, никто нас не видит.Сун Цзяоюэ раньше уже понял, что у нее чистая, а также смелая и простая личность, и она обладает мужеством людей из цзяньху. Только из-за этой оценки он посмел сказать что-то подобное. В противном случае он просто подпрыгнул бы сам и заставил кого-то подтянуть ее. Но, в конце концов, он не хотел отказываться от возможности приблизиться к ней.Просто он не думал, что у Бай Сянсю не будет ни малейшего подозрения или сомнения, и она сразу же согласится на его слова. На самом деле, если бы она хоть немного опровергла его или засомневалась, он боялся, что его сердце остановится. Возможно, он не смог бы снова поднять голову перед собой, чувствуя, что его слова были слишком грязными. Но она этого не сделала, и ее лицо было наполнено искренностью.Хотя он ненавидел себя за это, он не мог остановить ожидание, которое пробудилось в его сердце. Мужчины всегда испытывали недостаток в воздержании к женщинам, особенно когда находились в непосредственной близости к ним. Поэтому, хотя Сун Цзяоюэ был джентльменом, он не мог избавиться от этого желания. «Тогда, мои извинения за оскорбление.»Бай Сянсю на самом деле думала, что было бы хорошо если бы ее обняли и вытащили отсюда. В наше время совершенно не нужно было много думать о таких вещах. Но по какой-то неизвестной причине, когда она подняла голову и встретила взгляд Сун Цзяоюэ, она почувствовала, как будто ее ошпарили.Правильно, его глаза были слишком впечатленными, так что даже Бай Сянсю могла понять, что нравится этому мужчине. Но, если это правда, почему он тогда отверг ее? Подумав об этом, она снова успокоилась, немного усмирив стук в груди и позволила ему взять себя в объятия.Сердце Сун Цзяоюэ безумно стучало. Он собрался как мог, но все ровно неизбежно впал в панику. Он всего лишь молодой человек лет двадцати. По возрасту Бай Сянсю была даже старше его на несколько лет. Поэтому, как бы он ни хотел это скрыть, его нервозность все ровно проявлялась. Например, в легкой дрожи его рук или биении сердца, которое почти выпрыгивало из груди. Специально или нет, но он слегка наклонился, чтобы понюхать аромат ее шеи. Когда он обнял ее, Бай Сянсю почувствовала, что это объятие было слишком мягким. Таким нежным, что у нее могли появится совсем другие мысли.На нее напало непонятное чувство нервозности, ее тело сжалось внутрь еще больше. Вид ее спины заставлял его хотеть охватить ее все сильнее и сильнее.

Нет, он хотел не просто обнимать ее, а идти дальше.

Но он не мог, нынешней ситуации было уже достаточно. Ему нельзя переусердствовать.Сун Цзяоюэ наконец коснулся ее плеча, теплого и мягкого. Он осторожно потянулся к ней, медленно обнимая. Процесс, казалось, был похож на медленный боевик. Когда Бай Сянсю почувствовала, как ее сердце прыгнуло вверх, он крепко обнял ее, говоря на ухо: «Не бойтесь, я собираюсь начать.»Пфф! Бай Сянсю почти вырвала три литра крови. Просто прыгай вверх, к чему говорить такие неоднозначные вещи? Начать что?«М-м.» Объятия были слишком нежными, и она не могла проклинать что-то подобное. Она просто ждала, когда он соберет свою энергию, и выпрыгнет из этой глубокой ямы.Когда ее ноги, наконец, снова коснулись прочной почвы, она выдохнула с облегчением. Руки Сун Цзяоюэ, казалось, несколько не хотели отпускать ее. Она не знала, была ли это галлюцинация или нет, но, похоже, она услышала, как из-за спины прозвучал вздох.Она резко повернулась назад, но выражение Сун Цзяоюэ было исключительно нежным, и он улыбнулся: «Вы в порядке?»

«Да…» Значит это была галлюцинация.

Сун Цзяоюэ радовался в своем сердце. Он хотел позвать кого-то, чтобы вытащить упавшего слугу, но увидел большую фигуру недалеко от них, как только начал идти.Значит он, наконец, вернулся, и как раз искал их. Они были хорошими друзьями, но по какой-то причине он чувствовал, что Лун Хэн сейчас немного бледный. Тем не менее, он пришел, потому что эта женщина была его. Ни один мужчина не оставит такую женщину на улице. Сун Цзяоюэ хорошо знал об этом.Он чувствовал себя чрезвычайно опустошенным, но все же улыбался: «Ты как раз вовремя. Мадам Сюй ранена, и боюсь, что я виноват. Мы не думали, что заброшенный подземный погреб может внезапно рухнуть.»Другой мужчина прошел мимо него, как порыв ветра, подлетая к Бай Сянсю: «Как вы умудряетесь так легко наносить себе вред, где именно…»Его взгляд сосредоточился на талии, обернутой мужским шарфом светло-голубого цвета. Если рана не серьезная, почему она обернута шарфом? Запаниковав, Лун Хэн протянул руку и обнял ее, сказав: «Нужно немедленно найти врача.»«Ах, ой…» Бай Сянсю с болью застонала. Хотя его движения нельзя считать грубыми, и он видел травму талии, он упустил из виду ее руку. Все тело Лун Хэна застыло и он не смел больше двигаться.

Сун Цзяоюэ сразу закричал: «Ее рука…»Только теперь Лун Хэн увидел, что одна из ее рук была придавлена его грудью, и он поспешно расслабил хватку. Бай Сянсю, наконец, спасла свою руку — белую, нежную и покрасневшую, как большая булочка.

«Медленно,» — напомнил Сун Цзяоюэ, направляя их через обломки. Впоследствии он быстро наказал дворецкого, ответственного за эту область, двадцатью ударами тростью и выбросил его из Поместья Сун.Они нашли женщину-врача, чтобы она взглянула на Бай Сянсю. Это была просто небольшая царапина от гвоздя. Кожа едва роздерлась, и рана была совсем не серьезной. После применения лекарств и перевязки руки она могла свободно передвигаться. Но как долго Лун Хэн будет позволять ей оставаться в Усадьбе Сун? Он тут же договорился о перевозке, чтобы увезти ее.Отправляя их у своей двери, Сун Цзяоюэ собирался сопровождать их дальше, когда получил определенный предмет. Это был его шарф, отправленный через Шуера. Это была идея Лун Хэна, он не хотел, чтобы у нее оставалась вещь другого мужчины. Голубой шарф окрашивала ее кровь. Ухватив его рукой, он криво усмехнулся, а затем повернулся и ушел.Он спрятал шарф, но из-за каких-то семейных вопросов вернулся через два часа, и понял, что он исчез. Он в панике крикнул: «Ю Сэ, кто из вас брал шарф из моего шкафа?»Бай Хэ сразу примчалась, услышав, как он крикнул, потрясенная на мгновение, прежде чем ответить: «Это я… я увидела, что шарф очень грязный, поэтому взяла его, чтобы отмыть.»«Ты, кто позволил тебе брать мои вещи?! Я был слишком снисходителен к тебе в последнее время? Никто из вас больше не относится ко мне как к хозяину, не так ли?? Вы распоряжаетесь моими вещами, как вам захочется!» Он не хотел, чтобы кто-то прикасался к нему, но теперь, когда все, что осталось от нее смылось, зачем ему хранить его?

Несмотря на то, что она много лет служила Сун Цзяоюэ, Бай Хэ никогда раньше не видела его таким злым. Она настолько испугалась, что ее лицо лишилось всякого цвета. Понимая, что он слишком драматизировал из-за своей ярости, Сун Цзяоюэ махнул рукой и раздраженно сказал: «Уходи!»Сила оставила его, когда он тяжело сел на кровать. Эта девушка исчезла. Какой толк от ее обрывков вокруг?Почему он держится за эти обрывки. Она ведь теперь хранится в объятиях другого мужчины?

По правде говоря, Бай Сянсю сейчас ограничивалась своей постелью. Подобно смертельно больному пациенту, Сяо Ши тщательно поила ее водой. Лун Хэн не приходил, но послал одну из мам, чтобы следить за ней, с инструкциями не трогать ее и оставить в покое. Даже старая мадам отправила ей лекарство.Бай Сянсю была немного ошеломлена таким вниманием. Она чувствовала, что это всего лишь незначительная травма, которая вызывала у нее небольшой дискомфорт. Она только легла, когда вошел слуга и сообщил, что подготовлена зимняя одежда для обитателей усадьбы. Он также спросил, когда ее следует раздать. Это нужно сделать как можно скорее, так как становится холодно.Бай Сянсю позвала в свою комнату служанку. Это была молодая мама, и довольно красивая. Спросив, Бай Сянсю узнала, что ее зовут Сан Хун, раньше она была горничной домашнего хозяйства, и довольно знаменитой. Было сказано, что она служила Лун Хэну с юности. По всем правам, она должна была быть одной из его женщин.Но Лун Хэн присоединился к армии и оставил ее в своем дворе. Затем старая мадам выдала ее замуж за своего слугу по неизвестной причине. Спустя полгода после брака ее муж умер. Вот почему она одновременно была мамой и вдовой.Губы Бай Сянсю дрогнули. Наконец она вспомнила, кто эта женщина. В романе была второстепенная героиня, которая была одержима главным героем. У нее была довольно трагическая смерть. В конце концов, она его соблазнила, когда он был пьян после битвы с главной героиней.

Какой формой жизни был главный герой?

В романах авторов-женщин главный герой обычно был лояльным и имел чувства только к главной героине. Даже если он спал с другой женщиной, он все равно оставил бы ее без угрызений совести. Автором этого романа тоже была женщина, а главный герой просто ненавидел общаться с другими женщинами. Он чувствовал, что это оскорбляет главную героиню. И как ему должна понравится девушка, из-за которой он допустил такую ошибку?Вдову отправили в деревню, но она все время возвращалась и даже навредила главной героине, которая часто убегала из резиденции. Те, кто вредили главной героине, явно подвергались гневу главного героя. В результате он продал ее в бордель. Каково было леди, когда она попала в бордель в качестве проститутки, после жизни в усадьбе?За год она стала тенью своего бывшего «я». Она бежала из борделя и стала нищей, в конце концов умерев с голоду перед главными героями, которые были на свидании в сельской местности.Такой сюжет был очень распространен в романах, подкрепляя ее понятие, что на самом деле главные герои отличались от других. Не даром у них ореолы главных героев! Второстепенная героиня, недавно появившаяся перед ней, разделила почти ту же судьбу, что и Бай Сянсю из романа. Но ситуация Бай Сянсю из романа была еще хуже. Она потерпела неудачу даже до того, как просто взялась за руки с главным героем.Она не знала, как обращаться с этой женщиной. Но, судя по тому, как мама посмотрела на нее, она увидела ее неприкрытую ревность.Сан Хун была очень красивой и привлекательной, потому что уже созрела, как женщина. В романе также было указано, что у Сан Хун была плохая репутация в усадьбе, и из-за нее умер не только ее муж, а намного больше мужчин.«Лучше всего, если мы раздадим зимнюю одежду как можно скорее, чтобы все смогли увидеть или она им подходит. И мы успеем перешить ее, если что-то будет не в порядке.» Бай Сянсю сидела на кровати и разговаривала с Сан Хун.Сан Хун отвела свой взгляд и улыбнулась. «Мадам Сюй много думает о слугах. Сейчас мы начнем выдавать зимнюю одежду. Мы должны за чем-то проследить?»«Ничего особенного, я верю в ваши способности. Просто не теряйте и не забывайте ничего, что могло бы заставить других жаловаться.» Бай Сянсю думала, что это лишь небольшое дело, поэтому легко оставила его на Сан Хун. Это ведь не сложно, правда?Согласившись, Сан Хун вышла, и из-за двери послышалось смягченное всхлипывание. Бай Сянсю нахмурилась; это падение было очень странным! Она смотрела со спины и не видела, чтобы мама наступила на юбку или что-то еще. Может ли кто-нибудь рассказать ей, что происходит с Сан Хун, раз она так странно упала? Но она сразу же все поняла, когда из-за двери раздался голос. «Это ты?»Ах, понятно. Пришел главный герой. Неудивительно, что она упала так трагично. Послышался сладкий голос Сан Хун. «Сэр, нет, Ваше Высочество! Как вы себя чувствуете в последнее время? Сан Хун, Сан Хун очень долго вас не видела.»Голос был таким сладким, что был похож на сахарную пудру. Бай Сянсю схватила стоящую сбоку воду и выпила несколько глотков. Сяо Ши тоже была недовольна. Она посмотрела на улицу и подняла свою хозяйку, шепча на ухо Бай Сянсю: «Эта лиса — соблазнительница!»Бай Сянсю слегка подтолкнула Сяо Ши локтем и медленно подошла, чтобы встретить своего гостя. На самом деле она не хотела видеть, как эта женщина вешается на Лун Хэна. Она почувствовала отвращение от этого поступка и почти не могла смотреть на сцену. Но она не думала, что Лун Хэн закончит все очень быстро, и похоже, он потряс этим Сан Хун. Второстепенной героине никогда не суждено стать главной героиней. По крайней мере, так она подумала, когда слегка опустилась в приветствии: «Приветствую Ваше Высочество.»«Разве я не говорил вам отдыхать?» Неуклонно ответил Лун Хэн, бросив взгляд на ее руку. Казалось, что Бай Сянсю не применяла к ней никакой медицины, так как она все еще была опухшей, как большая булочка. Почему эта девушка такая экономная? Разве я не сказал ей применить Красную Жемчужину? Почему ее рука все еще чистая?Он потянулся и схватил ее за руку, поразив Бай Сянсю. Что он хочет от моей травмированной руки? Она с удивлением посмотрела на принца Ли.Лун Хэн отвел ее обратно к кровати и сказал Сяо Ши: «Принеси мне Красную Жемчужину.»Сяо Ши ловко выполнила приказ. Лун Хэн сам выдавил немного мази и натер ее руку, так сильно поразив Бай Сянсю, что ее лицо побледнело.Она только что выразила свою решимость быть хорошим второстепенным персонажем! Почему главный герой так с ней сближается? Две большие руки намазывали ее опухшую маленькую руку. Это было как больно, так и немного ошеломляюще — она не знала, как встретиться с ним взглядом, и ее лицо сморщилось, когда она пыталась найти ответ.Лун Хэн почувствовал, что она сейчас казалась довольно интересной, но ее опухшая рука теперь была ярко-красной. Это выглядело немного пугающе и неуместно.Бай Сянсю почувствовала слабость при виде красного, и она чуть не рухнула на кровать, когда у нее закружилась голова. О нет. Наконец она вспомнила, что ей становилось плохо при виде крови, и даже немного кружилась голова от красного цвета!

Лун Хэн держал ее руку, в результате чего ее одежда испачкалась в красный цвет из-за остатка Красной Жемчужины на его руках. Но почему люди заботятся о таких вещах? Он только выпалил: «Почему она снова падает в обморок? Позовите врача, поторопитесь!»Внезапно эта маленькая красная рука схватила его. С дрожащим голосом Бай Сянсю сказала: «Нет… не нужно. Будет достаточно перевязать мою руку.»Но как Лун Хэн мог ей поверить? И вскоре доктор сделал свое заключение.Это был доктор из внутреннего усадьбы. Он вздохнул от волнения из-за хрупкости этой мадам Сюй. Похоже, его вызывали к ней каждые 3-5 дней. Но что он мог сделать? Она была красавицей и, как известно, принц ею восхищался! Но закончив проверку, он понял, что у мадам нет никаких болезней.Внезапно доктор прозрел. Могла ли она притворяться, чтобы получить благосклонность принца Ли? Он нахмурился. В этот момент он мог только подыграть своим хозяевам: «Слабость четвертой мадам связана только с усталостью. Нет ничего серьезного.» Он быстро написал рецепт и некоторые добавки. Не похоже, что они могут причинить ей вред.Лун Хэн скрестил брови. Его изначальным планом было наброситься на нее сразу после того, как они вернуться домой. Ее тело сейчас было слишком слабым, а рука и талия ранены. Как бы он не хотел уступить своим инстинктам, на этот раз ему придется сдержаться. Он уже много раз переживал это и немного привык. Помогало то, что на самом деле он не спешил наброситься на нее, как совсем недавно. Напротив, он просто хотел быть рядом с ней.Бай Сянсю не нравилось пить лекарства. На самом деле она задавалась вопросом, почему доктор определил ее фобию вида крови как телесную усталость? Она начала сомневаться в навыках врача.Сначала Лун Хэн хотел уйти, увидев, что она ложится отдыхать, но у него не было никакого представления о том, что делать после этого. Он обернулся вокруг ее тесных покоев и решил остаться. Он сел в стороне и взял книгуБай Сянсю почувствовала дискомфорт, и теперь на ее одежде даже был красный отпечаток руки! После долгого размышления она тихо поднялась. Прежде чем Сяо Ши смогла что-то сказать, Лун Хэн сказал глубоким голосом: «Ложитесь.»Бай Сянсю откинулась назад и снова закрыла глаза, но не могла заснуть. Это не только из-за красного отпечатка руки, но и из-за биологического процесса. Ей нужно было воспользоваться туалетом. Но принц был слишком строг! Он приказал ей лечь, как только она поднялась. Если это продолжиться, она будет вынуждена мочиться на кровати! Итак, она перевернулась на другую сторону, а ее лицо превратилось в свеклу. Несколько раз она хотела встать и сказать с невозмутимым лицом, что ей нужно сходить в туалет.

Но это слишком неловко!

Было бы хорошо сказать, что Лун Хэн просто обычный человеком. Но он тот парень, который хотел наброситься на нее. Если бы она сказала, что ей нужно воспользоваться туалетом, прежде чем он набросится на нее, разве он не слишком расстроится?Терпи… Терпи… но, в конце концов, биологические процессы просто невозможно терпеть. Чувствуя себя беспомощной, она села, а ее лицо стало ярко-красным.

«Ложитесь…»

«Ваше Высочество, ваша наложница хочет… хочет…»

«Хочет что?»«В туалет.» Бай Сянсю почувствовала, как отчаянно тянет голову к стене. Этот принц слишком недогадливый!Лун Хэн на мгновение был в шоке, а затем ответил без лишних эмоций. «Идите!»Бай Сянсю почувствовала себя, как студентка, которая просит разрешения пойти в туалет, а затем выходит из класса с всеобщим вниманием. Сначала она просто шла, но выйдя из комнаты, практически пробежала весь путь.На самом деле туалет был рядом с ее комнатой. Но поскольку в ее спальне сейчас мужчина, она не решалась им воспользоваться! После туалета она попросила Сяо Ши привести ее во внутреннюю комнату, чтобы переодеться. Только после этого она почувствовала облегчение и вернулась в свою комнату, чтобы полежать. Теперь ей стало намного комфортнее.Но как только она легла, вошел человек, и сообщил, что Старая мадам упала в обморок. Лун Хэн был потрясен, услышав эту новость, и тотчас же ушел. Бай Сянсю тоже не смогла просто лежать там и быстро пошла за ним к резиденции Старой мадам.После того, как они прибыли в резиденцию, Старая мадам, видимо, уже пришла в себя. Насколько они могли сказать, эта проблема со здоровьем постоянно повторялась и происходила каждый раз, когда у нее падала температура. В романе это объяснялось более подробно. Старая мадам должна была ехать на юг, чтобы выздороветь. Именно тогда Лун Хэн повел главную героиню поиграть и повеселиться в одно место. Именно там она познакомилась с другим мужчиной, второстепенным персонажем.Бай Сянсю давно забыла, куда они ходили. Поскольку со Старой мадам ничего плохого не случилось, она подумала, что беспокоиться не о чем. Но все же он должен соблюдать правила приличия. Когда она прибыла, три другие наложницы уже давно были на месте.После того, как Лун Хэн вошел в резиденцию, остальные три наложницы вернули своих слуг и уже поклонились. Он даже бровью не повел, заходя в комнату. Старая мадам нуждалась в тишине и отдыхе. В результате они могли только смотреть снаружи.Бай Сянсю знала свое место, поэтому не пошла за ним. Она остановилась у двери, чтобы подождать снаружи. Она была четвертой мадам, поэтому, следуя правилам, села на четвертом месте.Не прошло и пары минут, как Вторая мадам щелкнула своим языком и сказала: «Младшая сестра, ты должно быть ранена! Твои руки серьезно повреждены.»

«Это пустяки,» — ответила Бай Сянсю, подняв руку и слегка встряхнув ее.

Вторая мадам рассмеялась и сказала: «Младшая сестра, ты неожиданно хорошо переносишь боль. Но, наверное, из-за тебя болит сердце нашего принца.»Бай Сянсю нахмурилась. Неужели сейчас подходящее время говорить о таких вещах, когда внутри лежит Старая мадам? Она отличается от этих женщин. С тех пор, как она прибыла в этот мир, она старалась жить с особой осторожностью. Теперь все изменилось. У нее не было выбора. Кто сказал, что ей не хватает ореола главной героини?Поэтому она слегка улыбнулась и сделала вид, что стесняется. Она надеялась, что Вторая мадам вспомнит о своем месте и не будет продолжать разговор. Иначе, у Старой мадам появится причина наказать ее.К сожалению, она недооценила силу женской ревности. Они вчетвером вошли в резиденцию примерно в тот же день. Но из-за того, что Бай Сянсю была самой красивой среди них, она всегда подвергалась дискриминации. Они не ожидали, что принц полюбит ее сразу после своего возвращения. Мало того, что он часто ходил в ее резиденцию, он даже не потрудился взглянуть на остальных. Для женщины это означило полное поражение. Как они могут с этим смириться?Поэтому они должны придумать и создать ей проблемы. Они не виноваты в том, что им слишком скучно и нечего делать.«Я слышала, что тебя ранили в резиденции семьи Сун. Как они могли допустить это?» Вторая мадам вздохнула. Она думала, что весь инцидент был довольно странным. Это лишь незначительная травма. Почему поместье Сун и Лун Хэн пытались скрыть этот секрет?У нее были сильные информаторы, но она так и не узнала, как мадам Сюй получила ранения. Может там произошло что-то ещё? Ходили слухи, что в тот день мисс Лин тоже была в том районе. Главная жена, которая еще не присоединилась к семье и избалованная наложница; разногласия между ними неизбежны.Эти трое мадам действительно хотели, чтобы началась война. Они могли бы понаблюдать за хорошим шоу. Конечно, из-за битв кто-то пострадал бы. Но независимо от того, кто в конце концов пострадает, эти наложницы все равно будут счастливы.«Это просто несчастный случай.» Бай Сянсю тоже женщина. Несмотря на то, что она не была хороша во внутренней политике, она все еще могла представить себе, что они готовили в своих головах.Если они хотели услышать от нее какие-то сплетни, то недооценили ее. Об этом инциденте нечего рассказывать. Поскольку и семья Сун, и принц держали рот на замке, она не могла говорить об этом. Три мадам уже подготовили свои уши и были готовы слушать, но не ожидали, что Бай Сянсю скажет только пару слов. Похоже, нет возможности продолжить разговор об этой теме!

В этот момент вышел врач. Он вправду был очень обескуражен. Две мадам этой усадьбы, которые были на самом деле довольно здоровы, заболели одна за другой. Это доставило ему не мало хлопот, как доктору.

Старшая мадам поспешно подошла к доктору, когда увидела, что он уходит. «Доктор, как Старая мадам?»

Губы Бай Сянсю дернулись. Почему у нее появилось ощущение, что Старшая мадам и Старая мадам — мать и дочь? Они даже не ладили. Смотрите, доктор, очевидно, испугался этой упреждающей Старшей мадам. Он проанализировал отношения между этими двумя, так почему Старшая мадам, казалось, так волнуется. Он слегка покашлял и сказал: «У Старой мадам хроническая болезнь. Она не может выдержать холода от смены времени года.» Затем он перешел на более профессиональный жаргон, прежде чем уйти.

Четверо людей посмотрели друг на друга. Наконец Старшая мадам улыбнулась и сказала: «Младшая сестра, Старая мадам всегда любила тебя. Было бы неплохо, если бы ты проведала ее от нашего имени?»

Бай Сянсю потеряла дар речи. Она задавалась вопросом, эти люди тоже сюда переместились. Почему они еще более невежественны, чем она? Где эта часть знаний о том, что наложницам нужно выжить? Если вы войдете в комнату без разрешения хозяев, будет много проблем. Или они чувствуют, что слишком долго живут и хотят сократить свою жизнь?

Она уже давно смирилась с ролью второстепенного женского персонажа, поэтому убедилась, что хорошо знает все тонкости после прибытия сюда. Она смертельно боялась сделать ошибку до возвращения в свое время. Даже если принц к ней не холоден, и хорошо относится Старая мадам, она в конце концов всего лишь второстепенный женский персонаж. У нее нет никаких ожиданий.

«Старшая мадам шутит. Кто будет входить, если хозяйка не позвала? Лучше подождать пока не вызовут.»

«Младшая сестра по-настоящему осторожна. Принц и Старая мадам не обвинят тебя, даже если ты это сделаешь. Все думают о ней, как младшая сестра может быть такой безразличной? Старая мадам всегда относилась к тебе, как к своей дочери!» В улыбке Старшей мадам скрывался нож. Она была на неизвестном уровне, но явно намного выше, чем Вторая мадам.

Бай Сянсю не чувствовала себя хорошо от этого поворота событий и не была настроена заплатить Старшей мадам комплиментом. Последние слова натолкнули ее на мысль, что она бессердечна и вероломна. Было немного трудно выпрыгнуть из ямы, которую копала Старшая мадам. К счастью, ее реакция была довольно быстрой, и она с улыбкой ответила: «Старшая мадам действительно говорит смешные вещи. Как эта наложница осмелится стать дочерью Старой мадам? Мне такая удача не светит.»

Она не сказала, пойдет туда, или нет. Вместо этого осторожно отклонила атаку Старшей мадам. Когда они обменялись словесными ударами, вышла Хуа Сюэ, служанка Старшей мадам, и сказала с улыбкой: «О, мадам все еще ждут здесь. Сегодня так холодно, вы не замерзли? Старая мадам только что проснулась, и с ней все в порядке; вы все можете возвращаться!»

Старшая мадам не осмелилась оставаться высокомерной. Она только сказала: «Слава Богу, что все хорошо. Тогда мы успокоимся и вернемся в свои дворы.»

Хуа Сюэ кивнула и повернулась, чтобы взглянуть на Бай Сянсю. «Четвертая мадам, пожалуйста, подождите немного. Старая мадам попросила вас войти, чтобы она могла дать вам несколько указаний.»

«Хорошо.»

Какие указания? Бай Сянсю вошла с очень обеспокоенным выражением. Она увидела Старую мадам, лежащую рядом с печкой с пепельным лицом. Принц Ли стоял рядом с ней с обычным выражением.

Она нахмурилась, поклонилась и спросила: «Как Старая мадам себя чувствует?»

«Намного лучше. Подойдите, сядьте. Я хочу вам кое-что рассказать.» Старая мадам поманила ее рукой и предложила сесть. Бай Сянсю села рядом с ней, кротко и скромно. Она ничего не спрашивала и ждала, пока Старая мадам что-то скажет.

Старая мадам заговорила спокойным, устойчивым голосом: «Моя болезнь от холода и нападает на меня каждый раз, когда меняется сезон. Врач намеревается заставить меня пожить на юге в течение нескольких дней, пока я не поправлюсь. Но я должна передать вам эту усадьбу, готовы ли вы взять на себя такую тяжесть?»

Бай Сянсю немного испугалась, услышав это. Она могла понять идиому, что самая выдающаяся будет нести основную тяжесть атаки. Она опустилась на колени и сказала: «Я всего лишь наложница. Но какое у меня есть право и привилегия управлять усадьбой Ли? Боюсь, я допущу много ошибок.»

Старая мадам не торопилась поднимать ее. Она излучала доброжелательную ауру и сказала: «Я знаю вас, вы слишком консервативны. Но вы сможете защитить богатство и сохранить нашу честь. Это хорошо. Когда я раньше покидала усадьбу, я всегда оставляла маму, которая заботилась о делах хозяйства. Но, поскольку мы переехали сюда только недавно, я немного волнуюсь, так как это первый раз, когда я отсюда уезжаю.» Она сделала паузу, а затем продолжила: «Должен быть кто-то, кто будет держать форт в поместье , Вы уже считаетесь хозяйкой, просто приложите немного больше усилий. Я заставлю их делать все остальное, так что работа вас не утомит.»

Бай Сянсю ясно все поняла. Эта компания нуждалась в почетном директоре, поэтому ее собирались поставить на эту должность. Избежать этой работы было невозможно. Отказ сильно расстроит Старую мадам. Она могла только кивнуть головой и согласиться. «Надеюсь, я не подведу Старую мадам.»

«О чем вы? За последние дни я могу сказать, что у вас стойкий характер, но доброе сердце. Доброта и жестокость нужны для работы со слугами. Они будут идти рука об руку с вами. Не нужно беспокоиться. После того, как Хен’ер вернется от меня, вы сможете спросить все, что не понимаете и он поможет вам справится.» Старая мадам закончила давать инструкции и кивнула Хуа Сюэ. Горничная подошла и мягко помогла Бай Сянсю подняться.

Бай Сянсю не знала, что сказать. Какой смысл его спрашивать? Она собиралась попросить, чтобы ее избили до смерти? Она больше всего этого боится. У нее крыша поедет только от одного волнения.

Лун Хэн подумал, что она все еще колеблется из-за страха. «Вы просто слишком робкая. Чего вы боитесь с официальной печатью в ваших руках? Пусть те, кто не примет вашу власть, найдут меня.»

Смысл слов заключался в том, что она могла действовать так, как посчитает нужным, поскольку власть передали ей. Но Старая мадам почувствовала, что его слова были несколько надменными.

Эти слова не имели бы значения, если бы Бай Сянсю была главной женой. Но нельзя давать слишком много власти простой наложнице. Если распространиться слух, что он разрушил жену из-за фаворитизма, это будет очень плохо для его репутации. Старая мадам слегка покашляла, прежде чем сказать: «Никто не сможет ослушаться вас, если вы будете помнить свое положение. Пока возьмите официальную печать, и я оставлю ключ от склада у Хен’eра. Вы можете просить у него все, что нужно.»

Лун Хэн нахмурился. Она должна была стать экономкой, так почему ключ отдают ему? Зачем такие предостережения? Эта маленькая девочка совсем не хитрая; она похожа на котенка. Она полностью потеряется, если ее немного напугать. Но, подумав об этом, неважно, у кого остался ключ. Он может отдать его ей лично, и если мать спросит его об этом, он сможет замаскировать все как слишком большую занятость в семейных делах.

Лун Хэн ничего не сказал, когда его мысли достигли этого момента. Тщательно посмотрев на нее, он увидел, что Бай Сянсю не проявила разочарования и не расстроилась, когда ей не вручили ключ от склада. Она правда не сражалась за это и не задумывалась о себе.

Старая мадам отдала Бай Сянсю официальную золотую печать и рассказала о некоторых вопросах, которые нужно было решить. Старая мадам также передала подготовку к предстоящей поездке в руки Бай Сянсю, рассматривая это как испытание ее способностей, прежде чем она отправиться в путь.

Бай Сянсю слушала со всей серьезностью, но не слишком хорошо разбиралась в этих новых задачах и обязанностях. Поэтому собрала нескольких мам, которых знала с самого начала, для небольшой встречи. Только в этот момент она поняла, сколько будет тяжких испытаний и скольких правил нужно придерживаться, прежде чем женщина из большого домохозяйства сможет покинуть дом. Это действительно опыт открывающий глаза.Прежде всего, каждая благородная семья в столице и других областях имела знаки различия. Знак семьи принца Ли — орел, вышитый на синем треугольном флаге. Поскольку Лун Хэн принц, у его флага была золотая отделка. В нижней части флага размещался дракон, из-за чего вся картина выглядела устойчиво и величественно.Тем не менее, Бай Сянсю очень боялась глаз этого орла, они напоминали ей глаза Лун Хэна. Ей всегда казалось, что в его взгляде скрывается острый клинок.Вернемся к теме, если женщины из этого имения были просто обычными членами семьи, или когда некоторые кузины ехали в гости, с правой стороны кареты устанавливали только флаг с вышитыми фамильными знаками и без золотой отделки. Флаг становится не особенно заметным, но если смотреть внимательно, можно узнать, чьей семье принадлежит эта карета.Но если Старая мадам покидает поместье, нужно соблюдать еще много правил. Она — главная дама в поместье, и поэтому ее экипаж украшают вышитыми флагами с красной отделкой. Здесь красный означает статус официальной жены. В обычных домашних хозяйствах никто не мог носить красный цвет, кроме незамужней дочери или официальной жены.Конечно, впереди еще было много моментов. Бай Сянсю пришлось думать о том, кого взять в поездку, что приготовить и что собрать. Если Старая мадам будет недовольна ее организацией, она будет близка к отправке в темницу.Чтобы сделать свою начальницу счастливой, Бай Сянсю поддерживала талию и использовала опухшую руку, чтобы делать всевозможные приготовления. К счастью, у нее были хорошие отношения с этими мамами, и они в конечном итоге помогли ей. После того, как подготовка была завершена, она поняла, что ей тоже нужно готовиться к переезду.Как она могла это позволить? Зимний сад — одно из требований для ее возвращения! Она может терять сознание, может истекать кровью, но абсолютно не может уйти оттуда! «Положите эти вещи. Не двигайтесь. Кто, кто захотел, чтобы я переехала в Абрикосовый сад?»Абрикосовый сад был отделен от резиденции Лун Хэна только одной стеной. Эта резиденция в будущем будет принадлежать главной героине. Если ей предстоит сейчас туда переехать… они хотят, чтобы я поскорее умерла или как?Е-мама рассмеялась и сказала: «Естественно, это Его Высочество. Он сказал, что Зимний сад слишком мал и далеко находится. Управлять делами здесь будет слишком неудобно.»На самом деле каждый слуга знал, что принц делает это, чтобы поднять ее статус. Вот почему он хотел вывести ее из Зимнего сада.«Я поняла. Я поговорю с Его Высочеством. А пока, вам не разрешается переносить вещи. Вы поняли?» Бай Сянсю почувствовала, что люди с давних времен слишком властны. Когда она читала роман, она чувствовала, что такой мужчина будет очень надежным. У нее могло быть все, что она хотела, даже не потребовав усилий. Ее жизнь была бы без забот и волнений. Но у этого мужчины есть недостаток, который был очевиден при взгляде в прошлое. Он никогда не будет обсуждать с ней вопросы, прежде чем принять решение. Он делает все по собственной воле и всегда убежден в правильности своих решений.Мысль о повышении статуса или уходе из Зимнего сада никогда не приходила ей в голову. Я определенно должна убедиться, что он это понимает. У Бай Сянсю не было уверенности в опровержении приказов Лун Хэна. Но она чувствовала, что, поскольку это имеет отношение к ее возвращению, она определенно не может сдаться. Она продолжала думать, пока шла, и в конце концов отправилась в резиденцию Лун Хэна.Так как она быстро шла, она немного задыхалась к моменту прибытия. За пределами резиденции все были заняты делами. Один из слуг вел лошадь и готовился оседлать ее. Лун Хэн собирался сопровождать свою мать в усадьбу на юге и готовился к поездке.Он был аккуратно одет в черное боевое одеяние, его талия, застегнутая поясом дракона, вышитого золотой нитью, придавала ему глубокий вид, словно он был наполнен силой. Как леопард, каждая складка его тела, казалось, источала строго контролируемую энергию, энергию, которая могла взорваться, чтобы убить врага в любое время.От его вида, у Бай Сянсю ослабли колени. Но она стиснула зубы и подошла к нему. Неожиданно Лун Хэн нанес двойной удар, увидев ее лицо, его губы начали расплываться в улыбке, подобной мечте.Лицо Лун Хэна было настоящим подарком с небес. Он казался одним из доминирующих руководителей, но становился добрым и великолепным мужчиной, когда улыбался. Это заставило ее сердце дрожать и таять.Бай Сянсю, ранее наполненная тревогой, внезапно почувствовала небольшое облегчение от простой улыбки. Она быстро подошла к нему и осторожно поклонилась. «Эта наложница приветствует Ваше Высочество.»«Не нужно. Не нужно быть такой вежливой в собственном доме.» Лун Хэн был в хорошем настроении. Она пришла проводить его, перед отъездом. Глядя на то, как она торопилась, он почувствовал необычное тепло, окутывающее его сердце. Эта девушка не только глубоко поверила в его характер, но и, похоже, слишком полагалась на него. Как мужчина, он не мог не почувствовать непреодолимой гордости. Но, кроме того, он чувствовал себя так тепло, будто над ним ярко сияло солнце.«Ваше Высочество, пожалуйста, будьте осторожны в путешествии.» Даже если он доброжелательно и нежно улыбался, ей не хватало храбрости высказаться. Что я делаю? Бай Сянсю обвинила себя за то, что была такой робкой. Но, видя, что выражение в его глазах стало еще более мягким, она сказала: «Ваше Высочество, есть ещё кое-что.»Мозг Лун Хэна был в крайнем хаосе после ее кокетливой манеры. Если бы окружающие люди на них не смотрели, он бы со страстью обнял ее. В этот момент, какой бы ни была ее просьба, даже если бы она попросила убить кого-то, он согласился бы без малейшего колебания.

«Что такое?»«Собственно, ваша наложница… у вашей наложницы есть привычки. Если я перееду в другое место, у меня могут возникнуть проблемы со сном. Поэтому я не хочу уезжать из Зимнего сада. Ваше Высочество, можно ли вашей наложнице остаться в Зимнем саду?» В этот момент, она так нервничала из-за Лун Хэна, что даже ее уши были горячими, а сердце безумно колотилось.«Хм?» Лун Хэн скрестил брови. Абрикосовый сад был так близко к его резиденции, но она не хотела туда переезжать. Она пытается скрыться от него? При мысли об этом, его хорошее настроение почти исчезло.Как Бай Сянсю могла не заметить изменения в его настроении? Она задрожала и сказала: «Ваша наложница несколько чувствительна к холоду, а большие здания, как правило немного холоднее. Кроме того, теперь, когда ваша наложница только приняла такую важную работу, разве внезапный перезд не вызовет сплетни? Как насчет того, что бы мы подождали с перездом до лета следующего года?»«Кто посмеет сплетничать? Переезжайте немедленно.» Лун Хэн приказал холодным голосом. Он не хотел даже прислушиваться к каким-либо оправданиям.Неожиданно Бай Сянсю еще больше разволновалась. Как будто у нее не будет дома, куда можно вернуться после того, как она переедет в другую резиденцию.Поэтому она быстро опустилась на колени и сказала: «Ваше Высочество, пожалуйста, позвольте вашей наложнице остаться в Зимнем саду.» Она уже испробовала все свои отговорки, а теперь стиснула зубы и не отступала.«Вы… смеете ослушаться приказа?!» Лун Хэн не ожидал, что у нее хватит смелости сделать что-то подобное. Некоторое время он был ошеломлен и сразу рассердился.С глаз Бай Сянсю почти падали слезы, но быстро их убрав, она сказала: «Ваша наложница не смеет. Но эта наложница умоляет ваше высочество разрешить остаться ей в Зимнем саду.»«Мисс Бай,» — прорычал Лун Хэн. Он видел, что она явно боится, но не отступает. Люди вокруг тоже упали на колени. Атмосфера внезапно стала чрезвычайно напряженной.Тело Бай Сянсю начало дрожать после его гнева. Несмотря на то, что она стояла на коленях, все равно казалось, что она скоро упадет в обморок.Лун Хэн думал о том, как наказать ее. После стольких лет в армии не было ни никого, кто отказался бы следовать его приказам. Неожиданно он нашел такого человека в своем собственном имении, и, кроме того, это была такая слабая девочка, что он мог с легкостью убить ее. Она специально это делает? Она хочет унизить его перед множеством людей!

Лун Хэн крепко сжал кулаки. В его голове пробегало множество наказаний, но ни одно из них не казалось подходящим для нее. В его глазах Бай Сянсю была просто слишком деликатной. Она настолько слаба, что ни одно из наказаний ей не подходит.Наконец, когда каждый начинал испытывать трудности с дыханием от беспокойства, пронизывающего воздух, он сказал: «Хорошо, тогда вы останетесь там навсегда.» Это можно было бы назвать своего рода наказанием. Несмотря на этот приказ, он все еще кипел. Он тут же сел на лошадь и закричал: «Я подожду Старую мадам на улице. Вы все можете продолжать свои дела. Почему вы еще на коленях?!»

Плохое настроение не оставило ни капли мягкости в его манере речи.

Бай Сянсю почувствовала облегчение, когда звук копыт исчез. Из-за этого она снова потеряла равновесие, но, к счастью, рядом стояла Сяо Ши и поймала ее. Сяо Ши было немного досадно и она пожаловалась: «Мадам Сюй, чего вы хотели добиться этим?»«Я не знаю.» Это было слишком страшно! Главный герой, безусловно, главный герой! Атмосфера стала пугающе невыносимой, когда он рассердился. Все было так, как в романе. Даже главная героиня боялась его, когда он злился, что уж говорить о ней, второстепенном персонаже!К счастью, главный герой не наказал ее. Только вздохнув с облегчением, она поняла, что ее спина была холодной. Затем она обратила внимание, что ее спина была пропитана, потому что она разразилась холодным потом.Сяо Ши помогла ей отправить Старую мадам. На тот момент Старая мадам знала, что Бай Сянсю разозлила ее сына.Старая мадам не интересовалась вопросами между мужчиной и женщиной. Сначала она думала, что эта дама уже покорила сына и была способна обернуть его вокруг пальца. Но неожиданно, он еще не упал в слепую яму любви. Это хорошо. Ей стало легче, когда она это узнала.Что касается путешествия Старой мадам, Бай Сянсю уже подготовила все необходимое. Ее нельзя было винить в небольших ошибках. Старая мадам чувствовала слабость из-за болезни, поэтому не слишком много думала о таких вещах. Она оставила с ней своих людей, и отправилась в путешествие в более теплые края.Как только Старая мадам уехала, Бай Сянсю обернулась и поняла, что у всех слуг был совсем другой настрой. Казалось, она попала на поле битвы. Очень специфичное поле битвы.Она незаметно сжала кулаки. Поскольку я уже приняла задание, я выполню его в меру своих возможностей!Неожиданно, с поместьем Принца было не так просто справиться, как она думала изначально. Во-первых, нужно было уладить дела, за которые отвечала Старая мадам. Только после того, как ей передали власть, она поняла, что все более проблематично, чем предполагалось.Прежде всего, руководитель домохозяйства нуждался в определенном уровне знаний в литературе. Как доказательство, некоторые приглашения пришли с такими искаженными формулировками, что она задумалась, как бы не стукнуть написавшего. Другим навыком, который пользовался большим спросом, была математика. Даже отвлекшись на одну секунду, можно потеряться в разных расчетах.Она не могла понять, почему эти мадам или наложницы в романах сражались за то, что бы отвечать за домохозяйство. Может им некуда было деть избыточную мозговую силу? Это причина, по которой они хотели заняться этой трудной задачей?Она задавалась вопросом, сколько лет жизни у них уходит на выполнение этой трудной работы. Она приподняла брови, перелистывая бухгалтерскую книгу. Наконец, справившись с половиной, она почувствовала, что ее лоб сморщился от постоянно нахмуренного взгляда. Ей нужна была помощь Сяо Ши, даже чтобы подняться. Она шагала по кругу вокруг комнаты, а затем увидела тень человека, который ждал ее снаружи.Это был главный управляющий поместьем — Лун Шутин. Он один из бесчисленных мужских персонажей в романе. Поскольку их было слишком много, второстепенных мужчин, его популярность была нигде, сравнивая с топ-списком. Даже главная героиня не поняла, что он был тайно влюблен в нее до самого конца истории.Он не стар, только 25-26 лет, с обычными чертами лица. Он изначально был ученым, который не сдал имперские экзамены. На обратном пути в свою деревню он почти попрощался с жизнью в попытке покушения. Но его спас Лун Хэн. Так как у него были некоторые способности, он остался в поместье и работал в качестве распорядителя. После того, как они переехали в новое имение Принца, его повысили до должности главного управляющего.Поскольку он сирота, у него не было родителей, чтобы помочь устроить брак. Поэтому, он до сих пор был холостяком. Добавляя к этому привередливый характер и какое-то высокомерие из-за личности ученого, большинство женщин не соответствовали его стандартам. Старая мадам пыталась представить ему некоторых служанок, но он отверг их всех.Именно он принес ей бухгалтерские книги. Немного просмотрев их, она почувствовала, что главный управляющий посматривает на нее. Если честно, была причина, по которой она это чувствовала. Хотя он принес последние бухгалтерские книги, это не полный набор. Он принес только счета расходов имения.Вот почему Бай Сянсю устала на них смотреть. В некоторых изъятиях указывалась только дата снятия денег и сколько денег использовалось, но никаких других конкретных деталей. Поскольку они были разделены экраном, Бай Сянсю прошла еще два круга, прежде чем сказать: «Главный управляющий, у меня здесь только общие бухгалтерские книги по имению, но никаких конкретных бухгалтерских книги по делам за его пределами. Скажите, как я должна увидеть ситуацию в целом?»Чашка в руках Лун Шутина дрожала. Он действительно немного посматривал на эту маленькую наложницу с заднего двора, место, которое, казалось, ценило красоту превыше мозгов. Традиционно большинство людей придерживалось стереотипа, что наложница — всего лишь игрушка для мужчин.Он родился в приличной семье и находится здесь, потому что состояние его семьи уменьшилось. Если бы Лун Хэн не спас его, он, вероятно, уже давно умер в какой-то чужой стране. Хотя Старая мадам дала ему указание временно отдать свои обязанности этой наложнице, у него всегда складывалось впечатление, что она простая женщина, которая заслужила восхищение Принца только своей красотой и не имеет выдающихся способностей.Увидев, что она попросила остальные бухгалтерские книги, он рассмеялся и сказал: «Четвертая мадам, бухгалтерские книги не по имению, довольно сложны. Может, когда вернется Старая мадам…»Сегодня день для ежемесячных проверок, и я должна урегулировать вопрос с непогашенными счетами. И я могу сделать это только проверив книги на несоответствия. Он имеет ввиду, что не доверяет мне, говоря что-то подобное?«Поскольку Старая мадам доверила мне все дела, ваше поведение кажется неуместным, главный управляющий.»

«Нет, я просто не хотел утомлять вас работой, мадам.»«Я боюсь, что, если не закончу задачи, которые мне доверила Старая мадам, она будет утомлена работой, после своего возвращения.»«…» Лун Шутин положил чашку на стол. Слова Четвертой мадам были упорядоченны и логичны. Она не похожа на девушку без мозгов. Может, позволить ей взглянуть на остальные книги? Пока она не испортит счета все будет в порядке. В конце концов, женщины из тыловых резиденций, никогда не разбирались в вопросах не касающихся их имений. Поэтому он спокойно ответил: «Тогда я попрошу кого-нибудь принести остальные книги.»Вскоре появились бухгалтерские книги по делам за пределами имения за текущий месяц. Их было более 10, с подробными сведениями обо всем.Бай Сянсю действительно ненавидела изучать эти книги, но у нее не было выбора. Чтобы получить благосклонность Старой мадам, ей придется правильно закончить задачи, которые на нее были возложены. Итак, она начала серьезно изучать их. Она пошла умыть лицо, когда добралась до средины. Сложные бухгалтерские книги оставляли головокружение.Когда она, наконец, закончила сопоставлять квитанции со счетами, она поняла, что в имении было немало дел в столице. Но некоторые из расходов довольно странные.Она указала на страницу баланса и сказала: «Этот магазин вообще ничего не приносит. Почему мы тратим столько денег каждый месяц, чтобы он работал?»Лун Шутин был ошеломлен. Он не думал, что она заметит этот магазин. Он сделал очень хлопотную работу, чтобы попытаться скрыть учет, и Старая мадам была чрезвычайно скрупулезной в том, чтобы держать этот магазин в тайне. Он не мог поверить, что она его заметила. Поскольку Бай Сянсю спросила, он мог только ответить. «На самом деле этот магазин не входит в активы имения. Это магазин из старого поместья, до того, как семья Лун раскололась.»«Тем не менее, не многие люди в старом поместье хорошо справляются с управлением делами. И, Старая мадам тайно посылает деньги в магазин каждый месяц в надежде, что они будут поддерживать свое дело и не придут в поместье Принца, чтобы вызвать проблемы.»«О, я понимаю.» Она поддерживала их финансово, но пыталась скрыть этот факт от всех. Старая мадам, должно быть, приложила немало усилий для поддержания этого статус-кво.«Значит, Принц не знает об этом. Правильно?» Внезапно в голове Бай Сянсю появилась мысль. Если бы Принц знал об этом, им не пришлось бы возиться с этими счетами.Лун Шутин не только понял, что Четвертая мадам хорошо читает книги, но и быстро мыслит. Когда она впервые подняла этот вопрос, он подумал о том, чтобы попросить ее сохранить секрет от Принца. Но теперь это, похоже, ненужно!

«Верно. Вот почему Старая мадам немного подделала свои учетные записи.» Он внимательно осмотрел их окружение, смысл его действий был очень ясен.«Сяо Ши, не говори об этом Принцу. Поняла?» Бай Сянсю не совсем понимала ситуацию, сложившуюся в старом имении семьи Лун. Поэтому все, что она могла сделать, это подавить этот вопрос и сохранить его в секрете. Поскольку и Старая мадам, и Лун Шутин хотели скрыть правду, ей не нужно об этом упоминать.Изучив книги, она узнала, что у имения есть дела в двух других префектурах, кроме столицы. Их бухгалтерские книги ежемесячно доставляются в наследие Принца для проверки, а затем возвращаются в соответствующие места.Эти бухгалтерские книги один раз уже проверил Лун Шутин и записал каждый вопрос по счетам. Бай Сянсю все просмотрела, и ей больше нечего было добавить. Лун Шутин был точно таким же, как описано в романе — абсолютно способным человеком.«Тогда я оставлю вам все остальное. Только, как вы справитесь с проблемой таверны в провинции Юэ?»В книгах она была обозначена как выгодное предприятие, но его прибыль колебалась около 100 таэлей каждый день без особых изменений. Разве это не похоже на совпадение? Другие предприятия вытягивали более 200 таэлей в день. Логично говоря, таверна должна была быть одним из самых прибыльных предприятий.Лун Шутин кивнул головой и сказал: «Боюсь, что лавочник там больше не будет выполнять свою работу. Я лично займусь этим делом.»«Отлично. Тогда закончим на сегодня с бухгалтерией. Или есть ещё какие-то вопросы, связанные с имением?» У Бай Сянсю разболелась спина от чтения всех этих бухгалтерских книг. Ей действительно хотелось отдохнуть до конца дня.Тем не менее, неумолимый голос Лун Шутина разрушил ее надежды: «На данный момент нет других важных вопросов, но скоро день рождения кузины. Могу я узнать, что я должен приготовить для нее?»Бай Сянсю почувствовала раздражение, как только упомянули эту кузину. Хотя прошло всего несколько дней с тех пор, как она вернулась, ее враждебность по отношению к кузине ещё не уменьшилась. У нее с ней были не самые лучшие отношения, поэтому отправить подарок довольно сложно.Во-первых, она не знала, что любит кузина. Во-вторых, даже если бы Бай Сянсю знала, что ей может понравиться, она боялась, что кузина все равно все выбросит, так как подарок придет от нее.Бай Сянсю посмотрел на Лун Шутина, который небрежно сидел на улице и улыбался: «Главный управляющий внес большой вклад в имение Принца. Даже сам Принц об этом часто упоминает!»Вклад, при чем здесь это? Лун Шутин относился к этим словам как к комплименту, потому что не понимал, что произойдет дальше. «Вы мне льстите.»«Тогда вопрос отправки подарка кузине не должен быть слишком сложным для главного управляющего, хм? Почему бы вам не позаботиться об этом!» Бай Сянсю смущенно моргнула. Не похоже, что он заметил ее озорное выражение.Лун Шутин почти выплюнул чай. Сначала она отвлекла его конфетами, а затем свалила на него всю трудную работу?

Он не ожидал, что девушка на десять лет моложе его попытается использовать такую схему. Его первый инстинкт состоял в том, чтобы отвергнуть ее, но потом он вспомнил, что отношения между ними были действительно немного сложными. Поэтому он ответил: «Если это приказ Четвертой мадам, тогда я не могу отказаться от ответственности. Но мне нужно заняться вопросом замены главного повара. Как насчет…»

Бай Сянсю заскрипела зубами. Ах, скользкий старый лис. «Ладно. Я возьмусь за этот вопрос!»Лун Шутин улыбнулся и сказал: «Значит, будет так, как вы говорите. В таком случае я уже ухожу.» После разговора он встал, поклонился и вышел из комнаты.Когда Бай Сянсю выходила, она могла видеть только его спину. У этого человека была изможденная фигура, в отличии от мускулистого и стройного Лун Хэна. Его тело, возможно, было средним, но окружено атмосферой ученого. Даже его походка отличалась элегантностью, которая могла быть только у ученого. Он выглядел бы лучше, если бы немного поправился. Он, должно быть, слишком устал от интриг, чтобы набрать хоть какой-то вес.Она мягко надулась, ведь была вынуждена работать с таким расчетливым человеком, как он. Ей казалось, что она всегда была слишком пуританской личностью. Если она будет работать с кем-то вроде него, она боится, что все время будет занята подсчетом денег для них, даже после того, как ее продадут.Сяо Ши всегда беспокоилась о своей хозяйке. Почему на нее навалилось так много дел? Она не могла просто жить легкой жизнью, как другие мадам, у которых вообще не было чем заняться.

«Пойдем, посмотрим!»

«Пойдем куда?»

«На кухню, конечно!»Действительно, главного повара нужно заменить, а выбрать правильного кандидата очень сложно. Нужно сказать, что работа главного повара довольно легкая и хорошо оплачиваемая и поэтому кандидатов было очень много! Итак, хозяйка и служанка прибыли на кухню в небольшой карете.Хотя поместье построено совсем недавно, оно размещалось на старой территории, предоставленной императором и объединенными землями, которые были восстановлены немного позже. Из-за этого даже поход на кухню превращался в путешествие. Конечно, это относится только к главной кухне. В каждой отдельной резиденции были небольшие кухни. В противном случае, блюда всегда подавались бы холодными.Главную кухню в основном использовали управляющие, или когда в усадьбе планировались большие события. Большинство основных ингредиентов хранилось именно здесь. Как только Бай Сянсю прибыла на кухню, все вышли поприветствовать ее. Узнав, что Старая мадам и Принц покинули поместье, они наслаждались моментом лени.Но Четвертая мадам была другой, потому что ее оставили здесь как хранительницу дома. Они только что получили известие, что вопрос о замене главного повара оставили на нее. Поэтому у всех этих людей были свои скрытые мотивы. Даже те, кто смотрел на нее свысока, все равно вышли ей навстречу.Бай Сянсю выглядела очень любезно, но внутри ей было очень неловко, когда она вошла в главную комнату кухни вместе со всеми. Внутри стояла отапливаемая кирпичная платформа, а также старомодный квадратный стол, который вмещал восемь человек. Как только она вошла в комнату, ее пригласили занять место рядом с платформой. Взяв мягкую подушку, чтобы сесть, она почувствовала тепло и уют.Бай Сянсю захотела построить такую платформу и в своем Зимнем саду. Иначе, даже лекарство против холода, едва сможет помочь ей пережить предстоящую зиму.Там было немало кухонных управляющих. Поскольку она сегодня здесь по определенному делу, все сидели за столом, не заботясь о гендерных вопросах.Во-первых, предыдущая управляющая передала свои ключи Бай Сянсю. Ей пришлось прекратить работу на кухне, так как она заболела кожной болезнью. Тем не менее, она не могла не чувствовать некоторую грусть из-за потери такой чудесной работы под конец жизни.Бай Сянсю увидела, что у нее слегка красное лицо и отслаивается слой кожи. Глядя вниз, ее руки закрывали перчатки, и если она не ошибалась, на них что-то росло. Неудивительно, что ей пришлось отказаться от своей работы. Эту болезнь невозможно скрыть, даже если бы она этого захотела.Бай Сянсю оставалась такой же нежной, как обычно, и сказала: «Бабушка Лю, спасибо вам за всю тяжелую работу прошлых лет.»Бабушка Лю не ожидала, что она скажет что-то подобное, и у нее на глазах появились слезы. С одной стороны, она не хотела отказываться от работы, но с другой стороны, чувствовала, что последние несколько лет очень много работала.Затем Бай Сянсю сказала: «Сяо Ши, возьми 20 таэлей и передай их Бабушке Лю. Рассматривайте это как личный дар благодарности от меня!»Какой личный дар благодарности. Разве звучит не здорово? Старая мадам перед отъездом оставила Бай Сянсю некоторыми «фонды», которые можно было использовать в качестве вознаграждения или чего-то еще.Изначально эти деньги должны были появляться из ее собственных карманов, потому что у нее была возможность немного с экономить здесь и там, управляя домом. Тем не менее, так получилось, что в личности Бай Сянсю не было ни капли жадности. Старая мадам знала, что у нее мало денег, поэтому и оставила небольшую сумму.Но Старая мадам не знала, что ее сын тоже дал Бай Сянсю немало денег. Кроме того, Бай Сянсю никогда бы их не потратила. У нее были свои мысли. Если у нее не получится вернуться в свое время и она больше не сможет жить в поместье, она тайком скроется. Этот план требует немалых денег для реализации.

Тем не менее, Бай Сянсю также понимала, что ускользнуть тайком намного сложнее, чем она могла себе представить. Вот почему она решила использовать этот путь только в крайнем случае, когда ее спина будет прижата к стене. Увидев, что бабушка Лю получила свои двадцать таэлей, Бай Сянсю провела ее, а затем взглянула на людей, сидящих в комнате. По правде говоря, каждый из них играл на кухне не последнюю роль. Они были более чем квалифицированы, чтобы стать главным поваром.Но она не знала никого из них. Поэтому улыбнулась и поздоровалась со всеми словами: «Я уверена, что все знают — я здесь первые. Ии, я до сих пор с вами не знакома…»Среди толпы встала одна решительная женщина. Ей было лет тридцать, и она казалась довольно дружелюбной.«В ответ Четвертой мадам, фамилия вашей покорной служанки после свадьбы — Байю, и все называют меня второй невесткой Байю. Поскольку Четвертая мадам не знакома со всеми, позвольте мне всех представить!» Она улыбнулась и указала на окружающих ее людей.На эту кухню было назначено более дюжины слуг. Миссис Байю не проявляла никаких признаков предвзятости при представлении любого из них, и не скрывала ничего из их прошлого. После представления она даже налила всем чаю. Она казалась самой молодой из группы. Часто ли она выполняла такие задачи из-за отсутствия старшего?Но Бай Сянсю она нравилась. Итак, она сказала: «Миссис Байю, даже если вы расскажете мне мельчайшие подробности обо всех, я все равно никого из них не знаю. Как насчет того, чтобы я оставила вам должность управляющего?»Что? Все были шокированы, особенно миссис Байю. Хотя в имении работали и другие члены ее семьи, они были не более чем обычными администраторами. Она только что закончила свой третий год работы на кухне. Все остальные, кто присутствовали здесь, работали дольше, чем она. Более того, разве назначение на должность главного повара должно решаться так легко?«Я знаю, что у каждого есть свои сомнения. Чтобы развеять их, как насчет того, чтобы мы поступили таким образом? Миссис Байю, у вас будет пробный период в течение месяца. Если вы не сможете выполнить обязанности, вас заменит другой человек. С вами все в порядке?» Бай Сянсю была современным человеком. Она неосознанно навязала свои современные ценности в этой ситуации.Откуда взяться такому понятию, как пробный период в старину? Миссис Байю была в восторге. Ей даже не снилось, что она сможет получить такую уважаемую должность за столь короткий период работы. Но, поскольку перед ней появилась такая возможность, она будет держаться изо всех сил. Поэтому она почтительно поклонилась и сказала: «Поскольку Четвертая мадам оказывает такое доверие этой служанке, естественно, я справлюсь.»Бай Сянсю понравился ее смелый характер. Она улыбнулась и кивнула, сказав: «Тогда вопрос решен. Ключ останется у вас на месяц. Мы поговорим снова, когда будут ясны ваши результаты. Но не бойтесь, если кто-то не будет слушать ваши приказы или исправлять ошибки. Если такое случится, я найду этого человека и поговорю с ним с ним по душам.»Пфф… Миссис Байю не ожидала, что Четвертая мадам знает, как шутить, и начала смеяться. Но в отличие от нее, другим было трудно смеяться в этот момент. Они не осмелились высказать свои возражения, потому что не знали наверняка, какой у Четвертой мадам характер. Она казалась доброй, но все же оказалась не такой уж и слабой. Иногда, когда ее взгляд мелькал над ними, он не выглядел как взгляд дамы, которая никогда не видела мир.Несмотря на то, что Бай Сянсю была неосведомленным домашним человеком по современным стандартам, она получила образование и знала культуру, которые развивались в течение тысяч лет. Сама ее сущность отличалась от них. Она прекрасно понимала, что решение кухонной проблемы таким легким путем, быстро приведет к появлению людей за спиной, которые откажутся подчиняться.Кроме того, она не ожидала, что кто-то пожалуется главному управляющему сразу после ее ухода. Такие предложения, как «Эта Четвертая мадам выбирает людей самонадеянно и безрассудно» и «Ее вообще не волнуют мысли подчиняющихся ей людей!» бросались отовсюду.«Она говорила очень эксцентрично и даже придумала что-то вроде пробного периода.»«Пробный период?» Какая хорошая идея! Почему я никогда не думал об этом! Если бы магазины за пределами имения использовали такой метод для найма людей, можно было бы заранее оценить индивидуальную трудовую этику. Нелегко было увольнять плохих рабочих после того, как их уже наняли.Лун Шутин взял книгу в руки и сказал, с морозным взглядом на лице. «Значит, вы критикуете решения хозяйки за ее спиной? Если принц узнает об этом…» Он оставил скрытую угрозу висящей, изменив тему разговора.

«Поскольку Старая мадам оставила все решения на Четвертую мадам, это значит, что она ей доверяет. Если у вас есть другие мнения, которыми вы хотите поделиться, вы можете рассказать их Старой мадам, когда она вернется. Я просто главный управляющий, и не могу ей приказывать, что делать.» После того как он разогнал кухонных администраторов, он почувствовал, что действительно недооценил Четвертую мадам.

Фактически, он тоже планировал передать должность миссис Байю. Привлекательная и аккуратная, ее навыки кулинарии не были особенными, чтобы издеваться над ними. Но поскольку у нее было не так много полномочий, как у других, неизбежно, что некоторые люди не приняли ее. Он не ожидал, что Бай Сянсю решит этот вопрос так быстро. Похоже, у нее довольно проницательный взгляд.Закончив оценивать навыки Четвертой мадам, ему сообщили о главном. Хуже того, инцидент был связан с мадам, которую он только что хвалил. Она пошла в склад где хранятся постельные принадлежности и одежда, чтобы решить некоторые вопросы, но была охвачена огнем!Лун Шутин испугался до смерти, когда услышал новости о пожаре. Нужно было помнить, что Четвертая мадам может и просто наложница, но она единственная, на кого посмотрел Принц, вернувшись с поля битвы. Если с ней что-то случится, жизнь Лун Шутина будет единственным возмещением, которое можно признать приемлемым. Он бросил все и побежал к месту хранения постельного белья и одежды. В спешке он не дослушал полного сообщения. Бай Сянсю и Сяо Ши уже оказались в маленькой комнате, окруженной горящим пламенем. Но с ними была заперта ещё одна служанка, та, что привела этих двух, посмотреть на зимнюю одежду.В этот момент Бай Сянсю чувствовала себя невероятно неудачливой. В производстве зимней одежды возник вопрос. По-видимому, внешний слой выглядел прекрасно, но внутренняя набивка была сделана из ивовых сережек. Как это может быть приемлемо? Она так рассердилась, что пробежала сюда всю дорогу, чтобы посмотреть. Она узнала, что набивка в некоторых одеждах для слуг действительно была сделана из ивовых сережек.Хлопок и сережки были на расстоянии друг от друга. Если бы им пришлось носить это зимой, разве они не замерзли бы насмерть? Хотя большинство людей в этот период относились к своим слугам хуже, чем к собакам, они все еще люди!Но она не ожидала, что ее нос поймает запах дыма, как только она войдет в комнату, чтобы осмотреть товар. Как раз, когда она задалась вопросом, откуда исходит дым, внезапно в комнату ворвалось пламя! Хранилище заполнилось огнем и его невозможно было остановить.Когда Бай Сянсю заметила, что даже дверь была в огне, в ее глазах появилась паника. Она все еще хотела вернуться домой! И совсем не имела желания умирать в таком месте! Но пламя уже их окружало. Бежать будет сложно. Обратившись к двум девушкам, рядом с ней, Бай Сянсю громко приказала: «Прикройте нос и опуститесь.»Большинство людей в пожаре погибает в результате удушья от дыма, а не от огня. Поэтому, в такой ситуации лучше опуститься ниже и закрывать нос и рот. Присев на пол, она заметила что-то в углу комнаты. Это был бассейн с водой, емкость для стирки и увлажнения одежды. Хотя вода была грязной, она не будет смотреть дареному коню в зубы.Бай Сянсю мгновенно перешла от паники к восторгу. Она быстро взяла несколько халатов и погрузила их в воду, пока они полностью не пропитались. Затем она бросила один из халатов на Сяо Ши и настояла: «Держись крепко за халат и выпрыгивай из окна!»«Окно… но окно тоже горит…» Ноги Сяо Ши дрожали, когда она повернула голову, чтобы посмотреть на бушующее пламя, которое облизывало окно. Но почему Бай Сянсю заботится о своей робости в такой момент? На карту поставлены более важные вещи! Она схватила соседний стул и швырнула его в окно. В тот момент, похоже, она превратилась из богини красоты в богиню войны. Прежде чем Сяо Ши смогла оправиться от шока, ее потащили к окну. Сильным толчком по спине ее отправили в полет из окна!

После того как Бай Сянсю вытолкала Сяо Ши из комнаты, она прикрыла свой нос мокрой одеждой, потому что немного начала кашлять. Огонь стал слишком сильным и уже начал ранить горло. Во время вдоха, у нее начиналось чувство жжения. Оглядевшись, она увидела, что огонь уже пробился к потолку. Повернувшись, она крикнула другой служанке. «Почему ты стоишь?! Убирайся отсюда…»

Прежде чем она успела закончить свои слова, над горничной рухнул швейный стелаж. На нее внезапно приземлилась куча пылающей одежды.

Бай Сянсю была ошеломлена. На мгновение она колебалась. Должна ли она спасти ее? Если Бай Сянсю попытается это сделать, она может попасть в ловушку и не найти выхода. Тем не менее, вопль боли всё для неё решил. Бай Сянсю стиснула зубы и побежала к ней.

Отодвинув ногами кучу горящей одежды, она накрыла служанку мокрым халатом, и потащила к окну. Ее рука обуглилась в этом процессе, но она не могла тратить на время на раздумья в такой ситуации?

«Прыгай…» Хрипло прокашляв эти слова, она накрыла себя влажным халатом. Одна за другой они выпрыгнули из окна. Как раз когда ее нога прошла в окно, стелажи позади нее полностью рухнули. Она выпрыгнула в самый последний момент. Задыхаясь, Бай Сянсю просто лежала на земле. Свежий воздух был таким вкусным после дыма.

Ее тело ужасно болело. Она не знала, было ли это из-за прыжка или из-за травм от огня. В этот момент она расслышала голос Сяо Ши, которая кричала к ней. Она открыла глаза и, увидев ее, облегченно вздохнула; Сяо Ши была невредимой.

Но казалось, что волна облегчения была последней, что смогло принять ее тело, и она сразу упала в обморок. После того, что казалось бесконечным оцепенением, похоже, она вернулась в свое время. Пока она была занята взглядом на свой телефон, она вдруг услышала, как кто-то назвал ее имя: «Яньян, не засыпай здесь! Погода сегодня холодная!»

«Хорошо, капитан Ли.» Она небрежно ответила. У нее немного кружилась голова, и она была в замешательстве относительно своего местонахождения. Странно, кажется, мне звонил другой человек. Кто бы это мог быть?

«Мадам Сюй. Госпожа. Прошу вас, пожалуйста, проснитесь!»

Звуки плача. Какие приятные. Кто бы это мог быть?

О, я вспомнила. Это она. Это Сяо Ши.

Ее глаза медленно открылись и она увидела Сяо Ши, стоящую на коленях у ее кровати.

«Почему ты плачешь…» Почему ее голос оказался таким хриплым? Бай Сянсю скрестила брови. Инцидент начал появляться в ее сознании. Казалось, она сделала что-то удивительное, смелое, будто спасла кого-то, но также сумела повредить себя, выпрыгнув из окна. Она даже обожгла руки. Это ведь не серьезная рана? Она медленно подняла руки и заметила, что их перевязали плотным слоем ткани.

Ее воображение сразу же превратилось в самые темные ужасы. Слезы стали хорошо видны в ее глазах, когда она говорила голосом, приближающимся к рыданиям: «Моя рука уничтожена? И мое лицо…»

Для такой прекрасной красавицы, как она, было бы не справедливо, все это потерять!

Сяо Ши быстро успокоила ее: «Нет, все в порядке. Доктор просто немного переборщил, когда перевязывал вас. Ваши руки в порядке, и лицо тоже.»

Тем не менее, Сяо Ши чувствовала большое огорчение, глядя на состояние своей хозяйки. Если бы не хозяйка, она наверняка сгорела бы заживо в постельном белье и одежде. К счастью, ее хозяйка была в порядке. Иначе ей пришлось бы платить за свои проступки собственной смертью.

После того, как Бай Сянсю заметила, что Сяо Ши вскрикнула, она протянула свои перемотанные руки, чтобы немного утешить ее. Затем она спросила: «А как насчет другой служанки? С ней всё хорошо?»

«У нее были травмы несколько по-серьезней, но врач сказал, что она поправится. Единственное, что у нее останется шрам на лбу, но это не должно быть слишком большой проблемой.» Эта служанка теперь практически относилась к своей хозяйке, как к богине. Как только ее раны перевязали, она подошла и встала на колени рядом с резиденцией Мадам Сюй. После этого она приходила каждый день только для того, чтобы низко поклониться своей хозяйке, прежде чем убежать.

«О, я поняла. Как долго я была без сознания?» Почему у меня такое слабое тело? Такое чувство, что все кости переломаны.

«Вы спали два дня. У вас даже была высокая температура. Вы напугали меня до смерти.» Объясняя, Сяо Ши почти плакала.

«Глупый ребенок. Со мной все будет хорошо.» В глазах Бай Сянсю, Сяо Ши действительно была просто ребенком.

Что касается Сяо Ши, она уже привыкла к игре во взрослую своей хозяйки, поэтому не приняла ее слова близко к сердцу. Она только вытерла лицо и повернулась к двери: «Сестра Бао Цинь, мадам Сюй уже проснулась. Разве мы не должны первым делом накормить ее кашей?»

«Да. Пожалуйста, мадам, подождите немного.» Бао Цинь ответила из-за пределов комнаты. Затем раздались звуки шагов. Она, должно быть, пошла за кашей.

Но, несмотря на кратковременное отсутствие внимания, как только Бай Сянсю попыталась встать с постели, Сяо Ши немедленно, но осторожно сдержала ее: «Мадам Сюй, вам нельзя так безрассудно вставать…»

«Но я хочу в уборную.» Бай Сянсю приложила много усилий, чтобы, наконец, встать на локоть. Но все это было напрасно, когда Сяо Ши осторожно опустила ее обратно. Она потеряла дар речи от этой защищенности.

«Но вы еле двигаетесь. Почему вы не попросили Сяо Ши принести вам ночной горшок?»

«Не нужно.» Это было бы слишком неловко. Бай Сянсю подперлась и пошла в соседнюю комнату с помощью Сяо Ши. Но чуть не упала, когда посмотрела в зеркало, мимо которого проходила.

Почему в зеркале мумия? Что врач сделал со мной? Она не помнила, что бы была ранена во многих местах. Что, черт возьми, случилось, раз она так выглядит? Они же не перевязывали ее под юбкой, верно? Она чувствовала себя подавленной.

«Мадам Сюй, не бойтесь. Эти раны… перевязала Сяо Ши. Так как рядом не было женщины-врача, так что…» Лицо Сяо Ши покраснело. Бай Сянсю сразу поняла, что причина ее вида, связана с тем, что ее бинтовал непрофессионал. Она больше не беспокоилась о том, что ее зажарили, как свинью. Получив некоторое облегчение от вызова природы, она поняла, что, хотя всё тело на самом деле болит, она все ещё может им управлять.

Через мгновение доктор привел женщину-врача, чтобы проверить ее раны. Женщина-врач сказала ей, что не должно быть никаких последствий, если Бай Сянсю будет регулярно менять свои повязки. Даже ее самая серьезная рана должна оставить только мелкий беловатый шрам. Волноваться не о чем.

Бай Сянсю и не беспокоилась. Она не планировала использовать свое лицо или тело, чтобы соблазнять мужчин. Ничего страшного, если бы кое-где остались пятна.

Самым насущным вопросом было то, что вся хлопчатобумажная одежда сгорела, что правда ее огорчало . Чтобы сделать эту одежду снова, потребуется не менее полутора месяцев. К тому времени погода, вероятно, сильно ухудшится. Даже если бы она позволила слугам самим изготовить одежду, ей нужны хотя бы какие-то материалы!

«Позовите главного управляющего.» Ей казалось, что ее голос превратился в сломанную цитру. Слушать было просто ужасно.

«Мадам Сюй, сначала вы должны поесть…» Бао Цинь принесла в комнату кашу. Хотя Бай Сянсю почувствовала слабость, она не хотела ничего есть, потому что сильно болело горло.

«Мадам Сюй, вам нужно хоть что-то съесть. Как ваше тело сможет справиться с работой?» Сяо Ши была на грани слез.

Не имея выбора перед этими слезливыми глазами, Бай Сянсю проглотила две ложки каши. Проглатывая еду, казалось, что ее горло горит. Было так больно, что по щекам почти потекли слезы. Хуер тоже чувствовал боль, как и его хозяйка. «Хуеру тоже больно, когда хозяйке болит.»

Бай Сянсю не ожидала, что наступит день, когда ее будет успокаивать кактус. Она не могла не рассмеяться. Главный управляющий Лун Шутин вошел как раз, когда она смеялась. Хотя их разделял экран, он мог видеть, что она ест.

Вопреки явному счастью мадам, в его сердце быстро поднялась паника. Некоторое время назад она была прекрасна, но теперь превратилась в мумию. Когда принц вернется, не будет конца наказанию, которое ему назначат! Самое главное, эта хозяйка была потрясающей. В такой тяжелой ситуации ей удалось спасти обеих служанок. Хотя, если бы она сгорела заживо, его наказанию просто не было бы предела.

Он также не ожидал, что его вызовут сразу же после того, как она проснется. Если он правильно догадался, она, должно быть, вызвала его, чтобы обсудить вопрос о хлопчатобумажной одежде. Но, он забыл о другой проблеме. Поскольку он уже посетил место пожара, он был на сто процентов уверен, что этот пожар… не был случайным! Это был поджог!

Кто-то, кто осмелился сделать поджог в имении Принца, был настолько смелым, чтобы почти смертельно ранить свою хозяйку, и его не отпустят просто так. Но сейчас, мадам внутри была настолько хрупкой, что он опасался, что новость может смертельно ее ранить. На этот раз было бы лучше промолчать.

«Управляющий, что нам делать с одеждой? Сейчас мы больше не можем позволить себе задержек… кха-кха…» Бай Сянсю подумала, что он не смог услышать ее слова. Даже она сама с трудом их различала.

Но на самом деле ее слова были столь же ясны, как колокол. Он быстро ответил: «Это может быть немного сложно. Я постараюсь сделать все возможное, поэтому мадам Сюй не должна волноваться. Просто успокойтесь и поправляйтесь.»

«Мм, тогда постарайтесь сделать это как можно скорее. Погода становится холоднее, пока мы говорим, поэтому, если мы слишком задержимся, кто-то может простудится.»

«Да.» Она довольно добросердечна. Лун Шутин ушел, как только согласился, и действительно сделал все, что мог. Но все крупные швейные мастерские были заняты, поэтому никак не могли принять такой огромный заказ, который нужно было завершить за столь короткое время.

Бай Сянсю оправилась в течение двух дней, прежде чем ее тело достигло подобия здоровья. Хотя она могла говорить, ее голос все еще омрачался повреждениями от дыма. Тем не менее, Е-мама что-то вспомнила; Принц и Старая мадам уже должны были приехать. Разве они не стоит написать им письмо из дома?

«……» Бай Сянсю не знала, что писать, когда подняла кисть.

Сяо Ши стояла рядом и нерешительно сделала предложение. «Прежде чем Принц ушел, вы разозлили его. Почему бы не…»

Бай Сянсю запнулась, когда поняла. Поскольку она обидела своего начальника, ей придется найти способы исправить ситуацию. Что, если он вернется и выплеснет на нее свою ярость? Будет ли это ее трагической судьбой? Продержавшись какое-то время, она была вынуждена признать поражение.

Подняв кисть, она написала строку из безымянного стихотворения:

Нам было сложно случайно встретиться,

И время разлуки для нас одинаково.

Надо мною луна не так ярко светится,

И сто цветов свою прелесть утратило.

Эти строки выражали ее мысли, будто она скучала по нему и была очень грустной после его ухода. Она не писала остальные строки, потому что их было бы слишком много; она не хотела передавать сообщение, в котором она не может жить в разлуке с ним. После поэзии она добавила несколько строк о ситуации в поместье. Но она не упоминала о пожаре или о том, что получила ожоги.

В конце концов, не стоит их беспокоить такими вещами! Она должна подождать, пока не решит главный вопрос с одеждой, прежде чем представить отчет.

Немного подумав, она решила, что было бы правильно проверить место происшествия. По крайней мере, она должна увидеть, есть ли что-нибудь спасенное от огня. Надеюсь, не полностью все разрушено, иначе это действительно будет потерей. С такими мыслями, проносившимися в ее голове, Сяо Ши и Бао Цинь сопроводили ее наружу, где увидели служанку, стоящую на коленях прямо возле ее комнаты.

«…» Она же не какая-то святая, так почему ей поклоняются?

Бао Цинь улыбнулась. «Она, безусловно, пунктуальна, приходит сюда снова и снова.»

«Кто она?» — с недоумением спросила Бай Сянсю.

«Это ее вы спасли в пожаре,» — напомнила Сяо Ши.

Значит это была она. Неудивительно, что она приходит воздать должное.

«Э, как тебя зовут?» Спросила Бай Сянсю, когда подошла. Она не хотела, чтобы служанка стояла на коленях; это было слишком неловко.

Служанка подняла голову, чтобы увидеть Бай Сянсю. Ее лицо тоже травмировалось, лоб покрылся красным ожогом. Это было не очень заметно, но действительно отразилось на ее красоте. Сердце горничной дрожало, когда она снова прижала лоб к земле. «Мадам Сюй, эта служанка Сяо Хуан благодарит вас за спасение моей жизни. Но эта служанка сильно вас огорчила.»

«Сяо Хуан, значит? Ты мне не навредила. Встань, дитя, не стой на коленях.» Бай Сянсю протянула ей руку, но служанка отказалась вставать и продолжала стоять перед ней на коленях.

«Мадам Сюй, пожалуйста, позвольте этой служанке остаться рядом с вами и служить вам. Даже если это будет грубая работа на открытом воздухе, все равно хорошо. Эта служанка — сирота с юности, но вы единственная в этом мире увидели во мне человека.» Бай Сянсю почувствовала, что служанка немного преувеличивает, но похоже, не собирается отступать. Если дело только в этом, она могла бы остаться. Не то чтобы Бай Сянсю нужны были горничные. Но, она выглядела довольно жалко, и рана на ее лице еще не зажила.

«Хорошо. Сяо Ши, договорись о том, чтобы она работала в Зимнем саду!» Когда Сяо Хуан услышала это, она была так тронута, что снова выразила свою благодарность, став на колени. В результате Бай Сянсю крайне смутилась и подняла ее на ноги.

«Не будь такой вежливой. Поднимайся и подлечи свои раны прежде, чем приступить к работе! Мой Зимний сад невелик, поэтому я боюсь, что тебе придется вытеснить кого-то другого.» Она выглядела не намного старше своих сверстников, и была примерно того же возраста, что и Сяо Ши. Услышав эти слова, Сяо Хуан была чрезвычайно тронута и продолжала благодарить ее без паузы.

Бай Сянсю опять смутилась от этой благодарности. Отправив ее, она привела Сяо Ши и Бао Цинь к хранилищу постельного белья и одежды. Огонь превратил его в пепел, но что-то показалось немного странным. Она стояла и смотрела на здание, пока кое-что не поняла.

Сяо Ши спросила: «Госпожа, вы в порядке?»

Бай Сянсю указала на склад одежды. «Это очень странно.»

Сяо Ши тоже внимательно посмотрела. «Что странно?» Пожар оставил ужасные последствия. Если бы не бдительность ее хозяйки, они могли бы сгореть заживо.

«В этом хранилище было две комнаты. Всем известно, что внутри есть одежда, поэтому, естественно, никто не стал бы разжигать огонь в помещении.»

«Таким образом, наиболее вероятная возможность заключается в том, что здание загорелось от огня снаружи. Но внутренняя комната, где мы держим постельные принадлежности, сгорела больше всего. Возможно, это место, откуда начался пожар.» Бай Сянсю проанализировала увиденное.

«Я не ожидал, что мадам Сюй тоже поймет это. Тем не менее, ваши слова совершенно точны.» Лун Шутин подошел сзади, как раз вовремя, чтобы поймать ее слова. Он правда не ожидал, что женщины из внутренних палат могут иметь такое понимание и правильный анализ. С этого места начался пожар.

«А, главный управляющий.» Почему он здесь?

Она действительно была красавицей. Даже будучи раненой, она все еще осталась такой же элегантной и прекрасной, как всегда. Что еще более важно, у нее есть интеллект, а также внешность. Неудивительно, что Принц в неё влюбился.

«Значит, все признаки указывают, что это произошло не случайно?»

«Верно. Но этот инцидент ещё нужно расследовать. Я прошу, чтобы мадам Сюй вернулась в свою резиденцию, поскольку отдых для вас сейчас более важен.»

«А что по вопросу с одеждой?»

«Я уже отправил кое-кого поспрашивать в различных магазинах. Сейчас, я жду новостей.»

«М-м, тогда я попрошу вас расследовать причину этого пожара!» Бай Сянсю знала, что есть определенные вещи, в которые она не могла вмешаться, даже если чувствовала негодование. Конечно, она тоже была озадачена. Почему кто-то пытался сжечь ее, если она никого не обидела?

Если они не смогут найти виновника, как ей оставаться в этой усадьбе? По крайней мере, ради выживания она не может позволить такому человеку скрываться рядом с ней.

«Мадам Сюй, кто, по вашему мнению, хочет убить Сяо Хуан?» Сяо Ши дала волю своему любопытству, когда они шли.

«А?» При чем тут Сяо Хуан? Разве они не пытались убить ее?

«А кого же, кроме нее? Может, они хотели убить вас… о нет!» Сяо Ши сразу замолчала. Она не знала, кому хватило смелости попытаться убить мадам Сюй. Даже если она простая наложница, она хозяйка в этом поместье и женщина, которой восхищается и уважает Принц.

«Зачем кому-то убивать маленькую служанку, как она? И использовать так много усилий для достижения цели? Более того, им не нужно было тащить меня в хранилище, чтобы убить служанку; это не имело бы смысла.» Если бы кто-то хотел убить служанку, они бы изменили свои планы, как только увидели там Бай Сянсю. Но этого не сделали, что доказывает — целью была именно она.

Глаза Сяо Ши расширились от страха, а лицо стало белым. «Мадам Сюй, мы должны отправить кого-нибудь, чтобы рассказать Принцу о том, что вам кто-то угрожает.»

Бай Сянсю почувствовала, как ее руки крепко сжались. Даже Бао Цинь была очень потрясена и согласилась со словами Сяо Ши.

«Он… Принц очень занят, поэтому нам не нужно рассказывать ему о таких мелочах.» Он рассердился, когда уходил. Вероятно, он не обратил бы внимания, жива она или мертва. Она не была главной героиней, поэтому слишком высоко думая о себе, она может очень больно упасть. Кроме того, даже узнав всё, ему было бы трудно вернуться!

«Не нужно спешки. Убийство тоже требует отваги. В следующие несколько дней они ничего не сделают.»

«Мадам Сюй, как вы можете так говорить?» Сяо Ши была готова заплакать от волнения. Как может ее хозяйка быть настолько небрежной в таком деле? По правде говоря, не то чтобы Бай Сянсю была такой бесстрашной, просто она чувствовала, что может полагаться только на себя. Лун Шутин тоже был не простым персонажем, поэтому, возможно, понял суть.

Несмотря ни на что, сейчас главное — одежда. Она уже разозлила одного босса, поэтому не может позволить себе разозлить второго.

Лун Шутин расследовал пожар, поэтому она возьмет на себя ответственность за одежду. Хотя крупные мастерские не принимали заказы, но они все равно могут найти несколько мелких швейных мастерских, чтобы все успеть. Это просто потребует времени и рабочей силы.

Она не знала кого-либо компетентного в этом вопросе, на кого можно было положиться, поэтому покинула поместье в карете, чтобы самой искать мастерские. Но как только Лун Шутин узнал об этом, он все равно отправил человека, который был хорошо знаком со столицей, чтобы помочь ей. В течение дня поиска им удалось найти несколько нужных магазинов.

В имении Принца было более 100 человек, которые нуждались в теплой одежде. У всех мастеров и наложниц была одежда, сделанная слугами, поэтому по крайней мере им не нужна одежда из этих мастерских. Но наступал сезон хлопковой одежды, поэтому все мастерские были завалены работой. Кроме того, материалы из наличия были не самого хорошего качества.

Пройдя несколько магазинов, у Бай Сянсю появилась идея. Она сама может купить материалы, а мастерские просто сделают одежду. Фактически, это займёт больше как времени, так и энергии, но это была действительно хорошая идея. Ошибки тоже будут менее вероятными. Поэтому, Бай Сянсю несколько дней уезжала рано утром и возвращалась поздно вечером, пока, наконец, не закончила работу.

Каждую ночь она тащила свое усталое тело назад. Отпустив ночью карету, она вернулась в поместье пешком вместе с Сяо Ши и Бао Юэ. Сидя в карете весь день, она почувствовала, как все ее тело онемело.

Три женщины грели свои руки и выглядели довольно истощенными. Бао Юэ чувствовала себя еще более неловко, потому что это был ее первый день. Раньше Четвертую мадам и Сяо Ши сопровождала Бао Цинь. Но она заболела, и Бао Юэ заняла ее место. Сначала она подумала, что было бы интересно покинуть поместье, но передумала, просидев в карете весь день. Они разминали свои талии, когда услышали внезапный, громкий крик со стоном.

Все трое были взрослыми девушками и, поэтому, очень чувствительными к таким звукам. Они покрылись холодным потом, обменявшись взглядами. Должны ли они спрятаться? Но это было неправильно. Они отвечали за домашние дела, поэтому не должны убегать в такой ситуации. Старой мадам это не понравится.

Но, разве они должны следить за такими делами?

Секретные связи и подобные вещи были удручающими.

Голос становился все громче, пока они стояли, парализованные нерешительностью. Кажется, женщина сопротивлялась, когда тихо сказала: «Мы не можем делать это здесь, Брат Цюань. Перестань.»

«Но где еще мы можем сделать это в поместье Принца? Почему ты волнуешься? Мы должны… жить весело каждый день.»

Бай Сянсю посмотрела на луну и тяжело закатила глаза. Если бы вы, ребята, не вызвали столько шума, мы бы прошли мимо, и это могло быть простой любовной интригой между слугой и служанкой. Но вы просто должны были сказать такие слова, чтобы все могли услышать. Хуже того, один из голосов явно принадлежал третьей мадам из Осеннего сада, в то время как другой — охраннику по имени А Цюань.

Она знала их обоих, но никогда не думала, что они будут вместе.

И что теперь? Поймать прелюбодеев в акте или отпустить их?

Если она поймает их, то, согласно правилам имения Принца, ее будут избивать до смерти, а его продадут. Но это решение основывалось на том, служила ли женщина хозяину до этого и имела ли она какие-нибудь достойные поступки от своего имени. Если она никогда не служила хозяину или не имела достойных поступков, наказание будет более суровым.

Пока Бай Сянсю рассматривала варианты, А Цюань почувствовал тревогу и крикнул: «Кто там?» И выбежал. Увидев, кто перед ним, он, прежде всего начал прикрывать человека позади него. «Уходи.»

«Ты…»

«Это Четвертая мадам, уходи.» Казалось, он хотел защитить Третью мадам. Бай Сянсю почувствовала уважение к этому человеку, и встала впереди, чтобы выиграть время для ухода женщины. Было очевидно, что он хочет помочь ей сбежать.

Эта женщина должна была уйти, верно? Бай Сянсю не хотела вникать в подробности. Если кто-то из них убежит, она может наказать только одного. Все закончится хорошо, если только его не забьют до смерти.

«А Цюань, ты признаешь свои ошибки?» Заметив красные глаза А Цюаня, она подумала, что он попытается заставить их замолчать, убив их, но вместо этого он упал на колени. «А Цюань признаёт свои ошибки. Четвертая мадам, отпустите ее, не глядя на вопрос?»

Он признал свои ошибки, несмотря на то, что его обвинителями были всего три девушки. Он мог просто убить их и убежать! Ее мысли все еще вращались вокруг этого момента, когда проходила группа охранников. Увидев ситуацию, они все подбежали поглазеть, а нет, защитить их троих.

Бай Сянсю нашла ситуацию очень нелепой. Люди, любящие свою работу, делают ее очень аккуратно. Тот же принцип применяется к подпольным любовникам. Они выбрали время и место, убедившись, что их никто не услышит.

Охранники поместья всегда сменялись во время своих обходов, и это место было достаточно далеко от них, чтобы их не услышали. Если бы эти трое не возвращались так поздно или хотя бы не пошли по короткому пути к Зимнему саду, охранники не нашли бы этих двоих. Любовники действительно были профессионалами.

Пфф! Сейчас не время думать о таких вещах. Бай Сянсю посмотрела на охранников и сказала: «Схватите этого охранника. Заприте его в Саду Покаяния.»

В Сад Покаяния запирали мастеров, наложниц или слуг, совершивших плохие поступки. Это было равносильно задержанию, и правонарушителей обычно закрывали на два-три дня. Если их преступления были достаточно тяжелыми, они также получали телесные наказания.

Несколько охранников узнали А Цюаня и заметили его растрепанную одежду. У него было свободное время, но он бесцельно блуждал по садам. По одному взгляду все догадались, за чем его застукали…

Они не обратили на это внимания. Как правило, те, кого поймали во время акта со служанками, обычно были в паре с девушкой. Поэтому они просто схватили его, прежде чем взять под стражу. В этот момент изнутри раздался голос: «Пожалуйста, не уводите Брата Цюаня. Это все моя ошибка.» Заговорив, Третья мадам вышла из-за деревьев. Она уже поправила свою одежду и выглядела как обычно, но теперь ее лицо было покрыто слезами. Как только она вышла, она сразу опустилась на колени рядом с А Цюанем.

Глаза Бай Сянсю расширились. Она думала, что это просто классический случай с одинокой женщиной в усадьбе, но реальность, похоже, доказала ей обратное. На самом деле это была настоящая любовь.

Разрушить пару влюбленную пару было тяжким преступлением; посмеет ли она потупить так жестоко? Но в древности, особенно в таком патриархальном обществе, ее, вероятно, разрежут надвое если Лун Хэн узнает, что она помогла ему одеть зеленую шляпу*. (* — имеется ввиду измена, и что он будет носить рога)

Подумав о том, что Лун Хэн и так на нее злится, Бай Сянсю с трепетом задрожала.

Бай Сянсю знала, что Третья мадам родом из хорошей семьи. Именно по этой причине у нее сложилось впечатление, что любовь Третьей мадам к дешевым маленьким трюкам исходила из ее воспитания как истинной благородной дочери. Но теперь похоже, она нашла свою настоящую любовь! Даже если Лун Хэн был самым выдающимся мужчиной, кто-то, кто нашел настоящую любовь, как она, вероятно, даже не посмотрит на него!

«Приведите их в Зимний сад. Не позволяйте никому распространять слухи об этом вопросе.» Быстро подумав, Бай Сянсю повела их с собой в Зимний сад. К счастью, это место было немного отдаленным, поэтому по пути их никто не заметил. Чтобы гарантировать молчание охранников, она впервые решительно высказалась. «Даже не думайте, что останетесь с языками, если я услышу хотя бы один намек на сегодняшнее дело.»

Тем не менее, она нуждалась в охранниках, так как А Цюань сам был охранником. Что, если он рассердится и навредит людям в Зимнем саду в припадке гнева?

В конце концов, им все равно придется разобраться в делах дня. Она уселась в центре комнаты, и А Цюань упал перед ней на колени. «Четвертая мадам, прошу вас, пожалуйста, отпустите Су’ер. А Цюань будет вашей коровой и лошадью даже в загробной жизни, чтобы отплатить вашу доброту.»

Поскольку А Цюань был слишком взволнован, он внезапно прыгнул вверх. Бай Сянсю не знала, что он пытался сделать, но у нее внезапно появилось плохое предчувствие. Она тут же закричала: «Остановите его!»

Ее громкий голос имел огромный эффект. Ближайший охранник бросился остановить А Цюаня по ее приказу. Чудесным образом охранник действительно сумел помешать ему разрезать себя.

Ты шутишь, что ли? Он пытался обменять свою жизнь на нее?

Не нужно было превращать ситуацию в страшную. Она действительно была робким человеком, который не выдержал бы испуга. Бай Сянсю уже не знала, что с ним делать. Слабым голосом она сказала: «Свяжите его. Если он действительно хочет убить себя, мы можем поговорить об этом позже. Третья мадам, э-э… нет, леди Цзян, что вы можете сказать от себя?»

Леди Цзян тоже испугалась. Ее сознание находилось в полном хаосе. Она опустилась на колени и поползла к Бай Сянсю, как будто она была палачом на грани вынесения смертельного приговора.

«Мадам Сюй, пожалуйста, отпустите его! Собственно, это не его вина. Он был просто идиотом. Я следовала желанию моего отца и стала наложницей Принца, но я не ожидала, что он пойдет за мной. Это моя вина; это была моя вина!»

Между ними была история. Естественно, Бай Сянсю должна была узнать об этом. В конце концов, всё закончилось тем, что она слушала рассказ, как богатая девушка и слуга узнавали друг друга, и в конце концов влюбились. Хотя Бай Сянсю думала, что история действительно банальна, она чувствовала, что они правда любят друг друга. Даже если одна половина пары была слишком слаба и не осмелилась бросить вызов своему отцу, вернее, не осмелилась бросить вызов обществу.

Она не могла обвинять в этом Леди Цзян. Она сама не решалась так поступать, когда только переселилась сюда, не говоря уже о тех, кто здесь был всё время! Что касается мужчины, он защищал ее только втайне. Но в конце концов, они оба не смогли больше этого терпеть и сделали то, чего не должны были делать.

Если между мужчиной и женщиной есть любовь, это неизбежно.

В оригинальном романе Принц постоянно избегал своей невесты. Но, после того, как главный герой понял, что влюбился в главную героиню, он увлекся идеей заполучить её тело. Ни один день не проходил без этих мыслей, которые постоянно вторгались в его разум. Его мозг наполнялся такими мыслями, независимо от того, видел он ее или нет.

Может ли так быть? Она вдруг подумала о том, как главный герой смотрит на нее. Это было, конечно, немного странно. Неужели он любит меня?! Невозможно. Нет. Она определенно позволяла себе слишком далеко бродить по касательной.

Она не могла позволить себе думать о таких неактуальных вещах. Решить вопрос перед ней было более важно. Но, посмотрев на двух душевных влюблённых, жалобно стоящих на коленях, ей нелегко было ожесточить свое сердце.

Да, она была действительно наивна. Она думала, что управлять древним домом будет не так уж сложно. Но она забыла, что люди из старины и современные люди имели совершенно разные ценности. В древние времена человеческие жизни не рассматривали как священную вещь. Даже женщины из внутренних имений не смягчали своих ударов, когда наказывали слуг.

Современные люди уделяли больше внимания жизни из-за их образования. Только извращенцы и т. д. считали жизнь других людей само собой разумеющимся. Бай Сянсю была успешным продуктом современного стиля образования. На самом деле она не хотела пачкать свои руки кровью. Она всегда чувствовала, что девочки, которые сражались и убивали после того, как перешли в прошлое, были довольно невероятными, но она не могла так поступать, даже если бы хотела.

Она не была Святой Матерью, и не была Мэри Сью. Она просто чувствовала, что убить двух людей просто потому, что они были влюблены или  чтобы продемонстрировать свою власть над домом, было просто слишком варварским!

Нужно было понять, что небеса все видят. Мораль и этика — выбор, который каждый человек должен сделать сам по себе. Она не могла убить кого-то именно так. Бай Сянсю нерешительно посмотрела на них, поглаживая свой подбородок. В конце она сказала: «Запереть их в Саду Покаяния.»

Подумав еще раз, она добавила: «Закройте их вместе, чтобы они могли покаяться в своих проступках.»

Толпа вокруг нее была в шоке. Если их закроют вместе, разве это значит, что их незаконная любовная интрига была успешной. Почему они должны раскаиваться в своих проступках? В конце концов, молодая девушка действительно была просто молодой девушкой. То, как она справилась с этим вопросом, было действительно неуместным. Но она их хозяйка. Ее приказы абсолютны.

Когда их уводили, их глаза сияли благодарностью, Бай Сянсю тоже чувствовала, что не справилась. Что, если они решат совершить двойное самоубийство? Но какое это имеет к ней отношение? Оставив их живыми, она уже показала им неограниченную доброжелательность.

Как только их увели, высказались люди, которые не согласились с ее решением. Е-мама долгое время была рядом со Старой мадам, и поэтому знала способы своей хозяйки справляться с вещами.

Как она могла выдержать, когда увидела, что Бай Сянсю отпустила бесстыдную пару? Более того, преступница осмелилась посмотреть на другого мужчину за спиной Принца. Она не просто не убила их, а ещё и дала возможность провести время друг с другом! Как это может быть уместно?! Но поскольку ее хозяйка рассматривала дело перед толпой, она, естественно, должна была сдерживаться, поэтому ничего не говорила, пока все были там. Когда остальные ушли, она использовала время, пока готовила постель, чтобы всё сказать: «Мадам Сюй, несмотря ни на что, наше поместье по-прежнему является уважаемым домом. Хотя мы всего лишь семья военных чиновников, у нашей семьи всегда была строгая репутация. Если этот вопрос распространится на улицы, я боюсь, что это разрушит доброе имя нашего имения.»

«Ммм, Е-мама говорит правду.»

Хорошее имя, мой зад. Подождите, пока главная героиня приведет свой легион бойфрендов. Тогда ваше имение станет точкой сбора любовников — троих, четверых, пяти и шести. Тогда вы не сможете даже найти свое доброе имя. Какая бы репутация у вашей семьи не была, она будет валяться у входной двери, ладно?! Ваша Старая мадам так рассердится, что едва не постучит в двери неба! Что такое маленький скандал, по сравнению с этим?!

Е-мама продолжала говорить: «Ваше наказание тоже немного снисходительно. Вы могли просто продать Третью мадам… нет, я имею в виду, леди Цзян, а затем избить мужчину до смерти. Он всего лишь слуга, которого первоначально продали в поместье.»

Пффф, они правда всё делают именно так? Почему я не удивлена!

Бай Сянсю некоторое время смотрела на Е-маму. Она была такой хорошей старой служанкой, но все же ей не хватало определенной… человеческой доброты?

Леди Цзян Су’эр была только в подростковом возрасте. В современном мире она была бы старшеклассницей. В этом отношении охранник тоже не был очень старым. В лучшем случае ему восемнадцать или девятнадцать лет. Оба они очень молоды. Не слишком ли жестоко продавать её в бордель, чтобы она стала проституткой на всю оставшуюся жизнь, а паренька казнить?

«Мама, вам когда-нибудь приходило в голову, что, даже если объединить их годы, цифра не превысит 40? Это правда, ваш путь решения будет простым и прямым. Но вы в конечном итоге разрушите жизнь двух бедных душ.» Она медленно встала и сказала: «Сегодня был изнурительный день, и я слишком устала. Вы все можете идти отдыхать!»

Е-мама ничего не ответила. Она подумала, что хозяйка еще слишком молодая и робкая. Если она останется такой, она будет совершенно неподходящей, чтобы стать опорой домашнего хозяйства. Похоже, в конце концов, нужен кто-то вроде Старой мадам. Но дело не в том, что она обвинила Бай Сянсю в ее решениях. Она просто чувствовала, что ей нужно лично наказать грязную пару так, как они этого заслуживают.

У Е-мамы был свой план по поводу этой ситуации. Чтобы не осложнять жизнь мадам Сюй, она решила взять всё на себя и показать бесстыжей парочке реалии этого мира. Она вернулась в дом и достала две бутылки оставшегося яда, а затем быстро отправилась в Сад Покаяния.

Прибыв на место, она неожиданно увидела Бао Юэ, сидящую перед дверью. Когда она заметила Е-маму, Бао Юэ улыбнулась и сказала: «Мама, почему вы пришли сюда посреди ночи?»

«Ничего особенного. Я просто хотела преподать урок той парочке. На этот раз они действительно перешли черту. Они позорят своих хозяев, подобрав такое время для своих шалостей! Что, если Принц узнает об этом отвратительном деле когда вернется, и обвинит твою хозяйку?»

Кажется, мадам Сюй решила их защитить. Она даже послала сюда Бао Юэ, самую честную и преданную среди служанок, чтобы охранять их.

Бао Юэ кивнула. Она согласилась с точкой зрения Е-мамы. Но ей были даны прямые указания, поэтому могла только осторожно охранять дверь. «Извините, Мама, хозяйка сказала, что никто не должен распространять слухи или увеличивать серьезность проблемы. Вот почему никому нельзя их видеть.»

Е-мама улыбнулась и сказала: «Но им нужно есть, верно? Почему бы мне не подать им некоторые блюда, которые я принесла.»

«Е-мама, пожалуйста, не усложняйте приказ этой служанке. Желания моей госпожи очень ясны, и она не хочет, чтобы кто-то приблизился к ним.» Бао Юэ была не самым умным человеком, но одной из ее сильных сторон была честность. Иначе её бы не выбрали, чтобы помогать мадам Сюй управлять домашними делами.

Старая мадам очень хорошо умела определять правильные таланты. Даже с умными и предупредительными слугами, такими как Бао Цинь и Бао Ю, нужен был кто-то, кто был бы верным и честным. Бао Юэ именно такой человек.

У Е-мамы не было выбора, кроме как вернуться. Но в то же время она начала смотреть на эту мадам Сюй в новом свете. Хотя она может показаться честной, она, конечно, не глупа. В противном случае она не послала бы кого-то охранять это место. Е-мама не знала, что планировала Бай Сянсю, но чувствовала, что ей обязательно нужно написать письмо Старой мадам, чтобы сообщить об этом. В противном случае, если Бай Сянсю не обратит внимания на проблему и запятнает имя домашнего хозяйства, она не знала, как будет дальше смотреть в глаза Старой хозяйки.

Вскоре после того, как эта мысль прошла через ее разум, она попросила отправить письмо, чтобы сообщить Старой мадам, но Бай Сянсю тоже об этом узнала.

Хотя Е-мама очень долго находилась в усадьбе, Бай Сянсю тяжело работала, чтобы заполучить приязнь людей в имении. Например, служанка, которая всегда была рядом с Е-мамой, очень близка с Бай Сянсю.

Бай Сянсю узнала о намерениях Е-мамы во время праздного общения с горничной. Бай Сянсю потянулась за волосами, когда неистово подумала. Ей нужно было держать ситуацию в тайне, насколько она только может. Если Старая мадам узнает об этом и напишет письмо, Бай Сянсю будет вынуждена убить их независимо от ее желаний. Не у кого было попросить о помощи в этом мире, и у нее нет других идей. Но подождите… это не совсем так. Ей на ум пришел один человек, который мог бы ей помочь, даже если она крайне неохотно питала эту идею. Добродушный мужчина, второстепенный персонаж!

Она помнила, что он был идеалистом в романе, особенно когда влюбился. Ученые в древности наслаждались любовью. Они считали, что любовь и похоть были совершенно разными сущностями и могли быть разделены.

Сун Цзяоюэ был таким человеком. Он всегда отделял вещи очень четко, и всегда считал любовь чрезвычайно важной. Важнее всего. Разумеется, такой человек мог бы посочувствовать заключённой паре. Может, она могла бы попросить помощи у него?

Да. Конечно, она может попросить его о помощи. Другого варианта у неё попросту нет. Но остался вопрос, кого она должна попросить отправить письмо? Немного подумав, она вспомнила, как в последний раз выскочила из поместья. Возможно, стоит снова попытается это сделать.

После некоторого обсуждения с Сяо Ши она послала информацию, что заболела еще раз. Переодевшись в одежду служанки, она ждала продавца Сан Сиера у задних ворот. Она снова забралась в телегу и тихо скрылась внутри.

Когда Сан Сиер вернулся, он обнаружил, что его тележка была немного странной. Но так как эта прекрасная служанка раньше уже использовала его тележку, он подумал, что это, вероятно, снова она. Он действительно не хотел беспокоиться о вопросах усадьбы. Тем не менее, он бросил на неё кучу ненужных листьев капусты, чтобы прикрыть ее.

Единственными овощами, которые он доставлял в поместье, были капуста и морковь. У него больше ничего не было. Но, к сожалению, для Бай Сянсю листья капусты снова были гнилыми! Бай Сянсю потеряла дар речи от своей неудачи. Все, что она хотела сделать, это спасти нескольких людей. Неужели это так сложно?

Наконец она вышла на улицу, долгое время страдая от гнилых листьев капусты. Как только она поняла, где находится, она немедленно сбросила листья. Сан Сиер откинул на поводья. «Мисс, пожалуйста, спуститесь с телеги!»

Бай Сянсю поспешно слезла. Она беспомощно надела покрытую вуалью шляпу. «Спасибо. На этот раз у меня очень срочные дела, поэтому я приношу свои извинения, и теперь я должна уйти.»

Она бросила серебряный таэль в тележку со слышимым стуком и улыбнулась ему, прежде чем начала бежать. Она помнила, где находилось поместье Сун. Это было не так уж далеко от того места, где она сейчас, но и не совсем близко. Но время поджимает, а ей нужно вернуться к вечеру.

Как только она прибыла в поместье Сун, страж ворот сказал, что Сун Цзяоюэ отправился в таверну «Взгляд на луну». Она почувствовала себя подавленной, когда услышала это. Она только что проходила мимо той таверны, и теперь ей придётся бежать весь путь назад.

Она топнула ногами и начала бежать обратно. Но слишком торопясь, она фактически влетела в кого-то, когда повернула за угол. Бам! Она сбила кого-то со всей силы.

В момент удара единственное, о чём она могла думать, это насколько злой будет другая сторона. Но она не ожидала, что человек будет настолько крепким, что она просто отскочит от него. Неужели мне так не повезло? Она потянулась, чтобы защитить голову, но вместо этого случайно ударила свою завуалированную шляпу.

«Ах…» Падать будет больно.

Неожиданно другой человек обнял ее за талию, и ее тело упало в его теплые объятия. Сильное сердцебиение, освежающий запах и плоская грудь. Основываясь на росте и груди, человек, который обнимает ее, должно быть мужчина. Более того, это был очень молодой человек. Он также казался очень застенчивым. Потому что просто случайное объятие, подобное этому, заставило его сердце биться так быстро, что даже Бай Сянсю могла почувствовать его волнение. Но разве он не должен соблюдать приличия и помочь ей? Почему его объятие длилось вечность?

Он мог позволить себе всю жизнь обнимать ее, но она не могла! У нее есть люди, которых нужно спасти!

Она быстро восстановила равновесие и встала, чтобы сказать: «Спасибо. И уххх… извините за это. У меня есть срочное дело, поэтому извините за то, что так поспешно убегаю.»

Она наклонилась, чтобы забрать свою завуалированную шляпу, но рука таинственного мужчины уже подняла ее. Он вернул ей шляпу и сказал: «Вы правда в порядке?»

Этот голос. Это он? Она подняла голову, чтобы проверить и, конечно же, это он! Она схватила руку Сун Цзяоюэ и сказала: «Это вы! Сун Цзяоюэ! Как хорошо, что я вас нашла!»

Сун Цзяоюэ, похоже, сидел у окна таверны, когда увидел, как эта девушка быстро вспыхнула на улице. Хотя он заметил только проблеск фигуры, он хорошо знал, кто это. Он преследовал ее по прихоти, и, к его удивлению, это была она! Она действительно пришла искать его, от чего он удивился и почувствовал недоумение. Но, услышав, что ей нужно срочно его увидеть, он не мог не обрадоваться. Ему уже было все равно, он держал ее крошечные руки и сказал: «Вы…»

«Пожалуйста, помогите мне.» Моргая, сказала Бай Сянсю. Она не знала, почему, но его взгляд казался чрезвычайно страстным. Из-за этого ей подсознательно захотелось убежать. Итак, она торопливо отодвинула руку и сказала: «Извините, я только-что немного запаниковала.»

«Не волнуйтесь об этом.» Ее маленькие руки были такими теплыми, как она сама. Сун Цзяойэ осторожно посмотрел на нее, будто увидел драгоценное сокровище. Он хотел погладить ее маленькое лицо, которое было наклонено вниз, но таких мыслей нельзя допускать.

Несмотря ни на что, она пришла попросить о помощи, и, скорее всего, это была чрезвычайная ситуация. Он мог так много сказать о ее блестящих, прозрачных глазах. Сун Цзяоюэ чувствовал, как его сердце тает, когда он встретил ее взгляд. Он спросил: «Для чего вам нужна моя помощь?»

«Это…» На самом деле, о таких вещах сложно говорить таким леди, как она. Ее поведение было слишком смелым по старым временам. Однако она стиснула зубы и описала инцидент от начала до конца. Затем она снова посмотрела на Сун Цзяоюэ, надеясь, что он согласится помочь.

Сун Цзяоюэ не ожидал, что она расскажет ему о секретных делах имения Принца, а затем посмотрит на него с таким выражением. Она явно не честно играет! Он сразу начал паниковать и кивнул, прежде чем даже спросить, какая именно помощь ей нужна. Но сразу же пожалел о своих действиях; эту проблему довольно сложно решить.

Но, увидев радостное выражение на ее маленьком лице, он не мог отказаться. Он только спросил: «Итак, какая помощь вам нужна от меня?»

«Э-э…» Она наклонила голову и моргнула. Она не слишком хорошо знала этот мир, поэтому у нее действительно не было хорошего решения для этой проблемы. Она надеялась, что второстепенный персонаж будет иметь представление, но, в конце концов, казалось, что у него тоже нет ни малейшего намека на решение. Ну, это тоже не было неожиданностью. Измена в современную эпоху могла бы закончится в каком-то зале суда, и все в конце концов вернутся домой, к своим матерям. Обвинения в обществе тоже не были бы слишком серьезными.

Но такой же сценарий в древние времена нельзя проработать так небрежно. Это было место, где добросовестность и честность сопровождались письмом на каждом углу. Но, конечно, богатых можно было бы назвать кокетливыми, когда они делали такие вещи, но когда слуги это делали, их называли подлыми и низкими.

Это было просто непостижимо!

Сун Цзяоюэ знал, что у нее на самом деле нет никаких идей, когда заметил ее противоречивое выражение. «Как насчет этого? Если они действительно хотят быть вместе, организовать это не так сложно.»

«Правда?» Бай Сянсю почти плакала от волнения. Услышав, что по его словам это не совсем невозможно, она почти окаменела напротив него и внимательно прислушалась.

Сердце Сун Цзяоюэ безумно стучало. Его чувства к ней стали почти неудержимыми после того, как он узнал о ее доброй природе. Он слегка вздохнул, когда заговорил: «Вы должны завтра сказать, что намереваетесь продать Третью мадам, а затем пусть доверенная служанка найдет работорговца. Я пошлю кого-нибудь за ней в задний переулок.»

«Отправив служанку вы можете объявить, что передаете мужчину суду. Они, несомненно, отправят его на арест. Я сообщу надлежащим людям, прежде чем это произойдет, и они приговорят его к изгнанию. Затем мы сможем отправить их обоих в другое место, где они смогли бы жить вместе.»

«Отличная идея. Это правда такая замечательная идея. Огромное вам спасибо…» Бай Сянсю наконец нашла повод улыбнуться. Хотя план был прост, единственным человеком, способным придумать такой план, был он. Его план требовал связей со всеми видами фракций внутри столицы. Без реальных знакомств и богатства добиться этого невозможно.

Сун Цзяоюэ не мог не улыбнуться, увидев улыбку на ее лице. Он вдруг заметил, что что-то застряло у неё в волосах. Он беззастенчиво вытащил это, но быстро понял, что на самом деле это кусок листа капусты. Хуже того, листья капусты были практически гнилыми. Некоторое время он стоял, ошеломленный, а затем спросил: «Как вы выбрались из поместья?»

Бай Сянсю была взволнована его нежным действием. Если бы он не отверг ее раньше, она, вероятно, хотела бы снова соблазнить его и занять свое влияние, чтобы выскользнуть из поместья! Она неловко покашляла и сказала тихим голосом: «Я выскользнула из поместья, спрятавшись в телеге торговца овощами.»

Лист уже был в его руках. Какое объяснение она могла бы сейчас придумать?

Сун Цзяойэ поднял брови. Он быстро сказал: «Вы действительно слишком смелая. Поспешите вернуться в поместье. Мы рассмотрим этот вопрос, используя мой план. Вы можете оставить все мне. Если кто-нибудь узнает, что вы сделали, вас обязательно…»

Его сердце дрожало от одной мысли. Он хорошо знал, на что способен Лун Хэн. Если он будет расследовать это дело, он наверняка узнает, что она выскочила из поместья. Даже если бы он этого не сделал, Лун Хэн все равно узнал бы, что именно он помог ей. Если Лун Хэн когда-либо услышит о их встрече наедине, девушка, которая сейчас находится перед ним, вероятно, больше не будет жить.

«Когда вернетесь, напишите письмо и отправьте Сяо Ши в резиденцию Сун. Никто не должен знать, что вы уходили из поместья.» Он сделал паузу и продолжил: «О, точно. Торговец овощами вам очень помог. Как дама из поместья, вы не можете поблагодарить его. Я пошлю человека, чтобы дать ему серебро в знак благодарности!»

Хмм?

То, что он сказал, кажется неправильным?

Нет. На самом деле, его слова кажутся немного знакомыми! Она вдруг вспомнила сюжет из романа. Нет, скорее, назвать это знакомой линией будет более точно.

В этом разделе в романе описывалось, как главная героиня рассказала кому-то, что она часто использовала Сан Сиера, чтобы удобно проникать в поместье. После этого Сан Сиера, похоже, тайно кто-то убрал.

Да, этой линии было достаточно, чтобы уничтожить его, и все потому, что кто-то боялся, что Сан Сиер расскажет о тайном свидании главной героини. Тогда это был человек перед ней — Сун Цзяоюэ.

Не может быть… правда? Она вспомнила, что в романе он тоже самое спросил главную героиню, а затем Сан Сиера не стало. Главная героиня не знала об этом. Лун Хэн уже тогда знал, что она скрылась из поместья, поэтому никто больше не искал Сан Сиера.

Ах, в этом виноват феодализм. Хотя он, очевидно, джентльмен, он все еще не проявляет милосердия, когда ему нужно убить человека. И почему ты спрашиваешь имя Сан Сиера таким нежным голосом? Ты думаешь, я такая же тупая, как и главная героиня?

Вернее, если бы она не читала роман, она могла бы серьезно поверить в то, что он хотел поблагодарить Сан Сиера вместо нее. Никто никогда не подозревал, что такой человек, как он, может быть жестоким, чтобы убивать без угрызений совести. «Хе-хе… в этом нет необходимости. Я уже наградила его. Кроме того, он не знает мою личность.» К счастью, она не раскрыла ему свою личность, в отличие от главной героини, которая рассказала ему всё.

Сун Цзяоюэ обратил внимание, что ее глаза бегают влево и вправо. Она догадалась о моих намерениях? После того, как он заметил, что ее выражение действительно это показало, он вздохнул. Эта дама добрая и умная. Какая редкость.

Умные люди обычно понимают, что для достижения величия они не должны вмешиваться в мелочи. Поэтому они никогда не будут беспокоиться о вещах, которые могут позволить себе игнорировать. Но эта дама другая. Она была умной, но никогда не навредила бы другой жизни. Она была умной, но никогда не использовала свои умственные способности для своей выгоды. Вместо этого она использовала их, чтобы помогать другим и помогать им получать свое счастье.

Но она думала когда-нибудь о своём счастье?

Нет. Она действительно думала об этом раньше. Вот почему она пыталась сама связаться с ним. Но он оттолкнул ее и сам отрезал ее чувства ещё в зародыше.

«Я провожу вас назад, и не причиню ему никакого вреда. Вы можете доверять моим словам.» О, как он хотел, чтобы она поверила его словам.

Хотя он не знал этого, но Бай Сянсю на самом деле ему поверила, так как роман изображал его как принципиального человека с убеждениями. Хотя позже он сделал некоторые плохие вещи для главной героини, он никогда не возвращал свои слова обратно. В противном случае Бай Сянсю не выбрала бы его в качестве своей цели в первую очередь. Он был не единственным мужским второстепенным персонажем, которого могла выбрать убегающая главная героиня, и, по крайней мере, он не был единственным, кто имел авторитет и высокое имя.

С таким невероятным главным героем, такой привлекательной главной героиней и таким большим количеством слов, как могла продолжаться история, если бы второстепенные мужские персонажи были мгновенно убиты и не имели собственной важности?

Она слегка кивнула: «Я верю вам, но не нужно сопровождать меня. У них есть график поставок, поэтому его корзины не будет на месте, если я вернусь слишком рано. Мне придется подождать, пока он вернется.»

Значит ли это, что мы сможем побыть вместе еще немного? Сун Цзяоюэ был в восторге, когда услышал ее слова. «Если это так… п-почему бы нам не найти место, где никого нет? Нас могут увидеть, если мы останемся здесь.»

Сун Цзяоюэ чувствовал себя немного виноватым после того, как озвучил свое предложение. Тем не менее, Бай Сянсю внезапно похлопала себя по голове, как будто только что была просвещена его словами. «Почему я не подумала об этом? Правильно. Куда мы пойдем? Я не слишком хорошо знакома с внешним миром.»

Большинство женщин из усадьб не ожидали, что когда-нибудь покинут свой дом, живя как можно более защищённой жизнью. Поэтому, не странно, что она незнакома с внешним миром.

Естественно, Сун Цзяоюэ взял на себя роль гида и думал показать ей какое-то красивое и элегантное место. Поскольку Бай Сянсю тоже образованный человек, как насчет этого? Подумав, он сказал: «Перед этим вы должны надеть шляпу и вуаль.»

«Ах. Конечно.» Бай Сянсю ничего не подозревала. Если бы она знала, что у него был мотив провести с ней больше времени, она, вероятно, дернула бы его за рукав и сказала: «Вытащите меня из усадьбы Принца! Пожалуйста!»

К сожалению, она совершенно не обращала внимания на его чувства. Она думала, что второстепенный персонаж просто пытается найти такую слабую девушку, как она. Итак, она последовала за ним с ясными глазами и высоко поднятой головой. Незадолго до того, как она увидела, как он вошел в магазин, чтобы нанять для неё носилки.

«Я могу ходить пешком.» Хотя она только что пробежала весь путь сюда, ее нынешнее тело не слишком устало. Это действительно нормально, что я буду сидеть на носилках, пока он будет идти пешком весь путь туда?

«А как насчет найма лошади?» — спросила Бай Сянсю, немного застенчиво.

«Ха-ха. В этом нет необходимости.» Сун Цзяоюэ засмеялся, когда прикрыл рот веером. Зачем карета если это место находится всего в нескольких улицах отсюда? Эта дама сейчас так мила.

«На самом деле, мне тоже не нужны носилки. В прогулке есть свои преимущества.»

«Здесь очень много людей. Я не хочу, чтобы вас кто-то толкнул.» Слуги Сун Цзяоюэ немного покашляли, когда они болтали. Он повернулся к ним, его голос был суровым: «Не нужно меня ждать. Идите, занимайтесь своими делами.»

Слуги не смогли сдержать тревогу на своих лицах. Что значит, они не должны ждать своего хозяина? Именно они должны нести ответственность и подвергаться наказанию, если с ним что-нибудь случится! «Старший молодой мастер. Столица чревата опасностью. Как насчет…»

«Иди. Вон!» — прорычал Сун Цзяоюэ. Но, понимая, что Бай Сянсю все еще слышит его из носилок, он тихонько покашлял. «С какой опасностью я могу столкнуться? Поспешите назад! Вы оба!»

Хотя манера речи была очень нежной, его взгляд был диаметрально противоположными. Стражники были потрясены этой разницей между его словами и лицом. Но, увидев на обочине носилки, они наконец поняли, почему их хозяин так поступает. У него было свидание. Неудивительно, что они обидели его, когда предложили служить. Быстрый взгляд друг на друга затвердел их решение; они уходят. Они не могут позволить себе оскорбить Старшего молодого хозяина дома.

Итак, Сун Цзяоюэ тепло приветствовал свое драгоценное время с Бай Сянсю. Еще лучше, что Бай Сянсю не подозревала о его мотивах при отправке слуг. Ведь она здесь тайком. Он, естественно, должен обязательно ограничить круг свидетелей.

На самом деле, именно это и думала Бай Сянсю, размышляя о причине отправки слуг. Ее даже тронул его жест. Без ведома для неё самой, Сун Цзяоюэ рассматривал это рандеву как прекрасное свидание. Полностью не обращая внимания, она следовала за ним в счастливом настроении с его двора до места под названием павильон Беймо.

Павильон был построен в красиво оформленной, элегантной обстановке, позднем осеннем стиле, который обладал своей уникальной привлекательностью. Ряды красных кленов усеяли двор как поле хризантем, смешанных вместе, чтобы создать великолепный вид. В отличие от нормы, комнаты в этом павильоне не были тесно связаны друг с другом и вместо этого оставляли достаточное расстояние.

Комната, в которую их определили, была очень просторной. На письменном столе аккуратно красовались четыре сокровища учёного (пишущая кисть, чернильница, чернильная плита и бумага). В стороне располагались цитра, шахматная доска, каллиграфические куски и картины. Гости могли любоваться картинами или создавать стихи и другие произведения искусства, наслаждаясь едой.

Все место было спроектировано для клиентов. Обслуживание тоже это отражало, поскольку официанты никогда не прерывали своих гостей, только спрашивая, от каких блюд им следует воздержаться. Затем менеджер создавал меню по своему усмотрению, используя широкий выбор доступных блюд. Затем еда спокойно подавалась во внешнем зале без уведомления клиента, чтобы избежать беспорядков.

Бай Сянсю не ожидала, что в столице есть такое место. Его владелец настоящий бизнесмен. Вернее, казалось, что у него были современные навыки мышления и управления. Возможно, именно поэтому он смог превратить обычный бизнес в таверне во что-то уникальное.

Но это место, скорее всего, довольно дорогостоящее. «Такое приятное место. Здесь должно быть очень дорого, правда?»

Сун Цзяоюэ не ожидал, что она спросит о таком. Сделав глоток чая, он беззаботно сказал: «Не так уж дорого. Только 100 серебряных таэлей.»

Бам! Бай Сянсю шлёпнула стол. «Что?! 100 таэлей?! Такая непомерная цена! Все, что я получаю, это 10 таэлей серебра каждый месяц. Здешний хозяин должно быть смеётся по всему пути в банк, разве нет?» После того, как она закончила говорить, она пробормотала про себя. «Со всем везением, я смогла бы заплатить только за два блюда. Какое страшное место.»

Я думала, что 200 таэлей серебра уже большая удача, но это же просто как арахис для внешнего мира! К счастью, главный герой дает мне деньги и дарит подарки время от времени. В противном случае, разве я не умру от голода на улицах с таким жалким количеством денег, если что-нибудь случится?!

Сун Цзяоюэ был ошеломлен. Он чётко услышал, что она пробормотала, и не мог не удивиться. Ему стало жалко её. Он не ожидал, что человек отвечающий за все дела усадьбы, будет получать такое небольшое количество серебра. Но откуда он мог знать, что Бай Сянсю говорила только о маленькой сумке денег, которую она унаследовала от изначальной владельцы тела? Если бы она добавила сумму денег, которую дал ей главный герой, на самом деле она была довольно богатой.

Но, несмотря на ее богатство, она не решалась использовать деньги, которые получила от главного героя. Она только принимала деньги и откладывала их, ничего не трогая.

Сун Цзяоюэ захотел вытащить часть своих денег и отдать ей. Но, как только он потянулся к рукавам, он не мог не почувствовать, что это будет слишком нахально. В конце концов, у него не было никаких оправданий, чтобы дать ей деньги. Без особого выбора он вздохнул и достал руки из рукавов. «Блюда здесь правда довольно вкусные. Не стесняйтесь, попробуйте. В конце концов, нам ждать до позднего вечера.»

Бай Сянсю кивнула головой и сказала: «Подобная возможность возникает не часто. Я не должна оставить ни единого куска пищи.»

Еда здесь слишком дорога. Я должна много съесть, чтобы отбить его деньги.

Сун Цзяоюэ не смог помешать себе расколоть её серьезное отношение ко всем этим вещам.

Но, когда такой красивый мужчина, как он, смеялся так открыто, он стал тревожно привлекательным. Настолько, что Бай Сянсю была поймана в оцепенение, когда повернулась, чтобы увидеть, как он смеется. Внезапно осознав, что она, возможно, слишком долго смотрела на него, она неловко наклонила голову вниз и смотрела на землю.

Но как мог Сун Цзяоюэ не заметить ее застенчивости? Он не мог остановить страсть в своем сердце от превращения в пламя. У нее все еще есть чувства ко мне? Тогда может…

Нет. Ну и что, что у нее есть чувства? Она наложница моего друга. Поскольку Лун Хэн относится к ней по-другому, разве это не похоже на измену с женой, если я попрошу его отдать мне Бай Сянсю? Он сжал кулаки и изменил тему разговора. «У меня есть вопрос. Что вы думаете об этой картине?»

Сун Цзяоюэ встал и привел ее к картине. На ней была высокая гора и текущая река. От неё даже исходило некоторое величие.

«Эта картина…» Бай Сянсю была подавлена. Она совершенно не разбиралась в картинах! Ее знания ограничивались только рисованием цветов, травы и людей. Единственная причина, по которой она научилась рисовать, потому что хотела нарисовать деревья бонсай. Она научилась рисовать людей, когда ходила в художественную школу в течение месяца, и ей приходилось заниматься с эскизным классом.

Поэтому, как она может знать о картинах, изображавших пейзажы? Она только кивнула головой и сказала: «Картина действительно очень хорошо сделана. Боюсь, что такой пейзаж может существовать только на картине!»

Неожиданно ее слова в точности отразили мысли Сун Цзяоюэ. Он не мог не поднять брови, когда немного разволновался. Неужели она… действительно его родственная душа?

Как могла Бай Сянсю знать, что второстепенный персонаж на самом деле теперь будет рассматривать ее как свою вторую половинку? Она только подумала, что сказала глупость.

Но Сун Цзяоюэ не видел этого. Он всегда считал ее талантливой женщиной, которая не только привлекательна, но и полноценна. Он не мог не наполнить свой голос восхищением и увлечением: «Интересно… Не могли бы вы что-то нарисовать?»

До подачи еды ещё оставалось время. В этот неловкий период они ничего не могли сделать. Но Бай Сянсю оказалась в затруднительном положении. Она на самом деле не умела рисовать. Она знала, как это делать, но используя древесный уголь. В этом мире существовала вещь с древесным углем, но её использовали в виде пигментной кисти для бровей. Этого не должно быть здесь, верно? Большинство людей не станут таким рисовать.

Бай Сянсю ошиблась, потому что там была пигментная кисть! Она случайно увидела её краем глаза на письменном столе. Этот босс всё тщательно продумал. Обычно никто не использовал пигментную щетку для рисования, а только для случайного выделения краев картины. Она никогда бы не подумала, что перед её глазами появится пигментная кисть. Она нашла это увлекательным, и поэтому повернулась, чтобы спросить: «Почему бы мне не нарисовать вас?»

«Нарисовать… Вы хотите сказать, что нарисуете меня?» Он не думал, что она предложит такую идею. На его губах бессознательно сформировалась улыбка, когда он кивнул. Если она хочет нарисовать его портрет, он заберёт рисунок в свою личную коллекцию, как только она закончит.

Он молча сидел на краю подоконника, позволяя ей использовать свой облик для рисования. Из того, что он мог видеть, казалось, что она не привыкла к использованию пигментной кисти. Ему также было любопытно, почему она не рисует кистью для каллиграфии и как она его рисует. Из-за её взглядов, его сердце трепетало с по-настоящему трогательным чувством. Если бы он мог провести так всю вечность, это, несомненно, было бы благословением.

Изначально он думал, что ей понадобится хотя бы час, чтобы закончить картину, если бы она использовала кисть для каллиграфии. Кому-то особенно дотошному, даже двух или трех дней было бы недостаточно для завершения картины.

Вопреки его ожиданиям, она закончила рисунок, прежде чем все блюда были поставлены на стол. Она проверила готовую работу, зажав подбородок, и сказала: «Я закончила. Я не знаю, хотите ли вы взглянуть или нет. Не думаю, что хорошо получилось.»

Конечно, картина будет плохой. У нее не было ластика, чтобы исправить области, где она допустила ошибки. Она всего лишь нарисовала грубый эскиз, используя жесткие линии, но, к счастью, ошибок было не так много.

«Могу я взглянуть?» Сун Цзяоюэ нашёл текущую ситуацию довольно странной. Он никогда бы не подумал, что они двое смогут ладить так гармонично, как сейчас.

Сначала он думал, что сделает что-то странное из-за своего волнения, но откровенная дружеская манера помогла ему избавиться от конкретных мыслей о ней. Он никогда не думал, что мужчины и женщины действительно могут общаться друг с другом в частном порядке. Когда эта мысль перешла ему в голову, он жаждал дней, когда он мог бы быть с ней ещё дольше. Он мог бы проводить с ней дни именно так, естественно и мирно, как любящая супружеская пара.

Тем не менее, когда он рисовал эту схему, его омыла волна неожиданности. На первый взгляд рисунок выглядел довольно просто, но он, казалось, точно захватывал элементы его души. Если бы этот рисунок был обрамлен на стене, все, кто его знал, определенно смогли бы понять, что человек на чертеже именно он.

Некоторое время он удивленно смотрел на картину. Эта техника рисования была довольно странной; он, конечно, никогда не видел ничего подобного.

«Я не знал, что ваша семья так много учится. Этот метод рисования действительно превосходен. Это на самом деле выглядит как настоящий человек! Я никогда бы не подумал, что пигментную кисть можно так использовать.» Сун Цзяоюэ был так взволнован, что не хотел отпускать рисунок.

«Я рада, что вам нравится.» Бай Сянсю немного смутилась, когда её хвалили. Она теребила свои волосы и спросила: «Теперь мы можем поесть?»

«Да, конечно. Можно я возьму эту картину как подарок?» Несмотря на то, что он попросил ее сделать рисунок с самого начала, из вежливости он спросил ещё раз.

«Конечно, вы можете взять её!» Она же не могла забрать портрет другого мужчины в поместье Принца. Если кто-то узнает, они смогут использовать это, чтобы доставить ей неприятности!

«Большое спасибо! Давайте поедим!» Сун Цзяоюэ быстро поблагодарил её и так аккуратно отложил чертеж, что его можно было принять за драгоценное сокровище. Потом он повесит его к себе на стену.

На столе стояли еда и напитки. Бай Сянсю только ела, не касаясь алкоголя. С другой стороны, Сун Цзяоюэ только пил, склонив голову, не говоря ни слова. Настроение между ними немного изменилось, но, к счастью, еда быстро закончилась.

Бай Сянсю тоже воспользовалась этой возможностью, чтобы немного пересмотреть детали плана с Сун Цзяоюэ. Когда она почувствовала, что пришло время, она встала и ушла. Сун Цзяоюэ, естественно, хотел проводить её обратно, но Бай Сянсю не согласилась на его просьбу.

«Если я смогла сама выйти, значит смогу и вернуться. Не нужно провожать меня обратно.»

Она боится, что я сделаю что-то человеку, который помог ей выбраться из поместья, не так ли? Она очень осторожна. Сун Цзяоюэ был слишком смущен, чтобы сказать что-нибудь еще. Тем не менее он тихо пошел за ней; он успокоится только когда она благополучно вернётся домой.

Он никогда бы не догадался, что молодая леди выберет крутой путь назад. Она ходила по кругу очень долго. В конце концов, возможно, она тоже устала от маршрута окольного пути, и подошла к повозке, стоящей у дороги. Сун Цзяоюэ беспомощно улыбнулся. Почему она так себя ведёт? Он определенно сдержал бы свое обещание.

Следующая сцена перед его глазами развеяла все его мысли о возможности сдержать обещание. Мужчина на самом деле поместил подошедшею юную леди среди овощей, и даже наложил на неё больше продуктов. Вот почему у неё на волосах была капуста! Ей правда было нелегко выйти из усадьбы хотя бы раз.

Он надеялся, что она сможет спокойно вернуться в усадьбу Принца. Со слегка тревожным сердцем он вернулся и начал устраивать оставшиеся дела.

Бай Сянсю была уже знакома с усадьбой Принца и поэтому не так волновалась, как прежде. Она благополучно вернулась в свою комнату без неожиданных сюрпризов. Переодевшись с помощью Сяо Ши и завязав волосы, она сказала: «Приведи ко мне эту пару.»

Сяо Ши, естественно, всё поняла и попросила кого-то их привести. Бай Сянсю увидела, что они, похоже, знают, что их ждёт, и спросила: «Вы знаете, что поступили неправильно?»

Третья мадам, Цзян Суйер склонила голову и сказала: «Да. Большое спасибо мадам Сюй, что помогли нам вчера. Мы готовы полностью принять наше наказание.» В конце концов, только благодаря терпимости Бай Сянсю они смогли провести прошлую ночь вместе.

Бай Сянсю ответила: «Раз так, вы согласитесь на свою судьбу, если я завтра продам вас из особняка Принца?»

«Да…»

«Суйер.» «Ах Цзян.»

Разве это не та замечательная любовная сцена, которая заставляет выплеснуть все эмоции? Она выдохнула и сказала: «А Цюань будет передан властям за обман своих хозяев, будучи слугой. Вы согласны с этим?»

«Да.» Они оба теперь начали ценить последние минуты своей совместной жизни, держа друг друга за руки.

Бай Сянсю не хотела быть ослеплённой такой любящей нежностью. Причина, по которой она быстро решила этот вопрос, заключалась в том, чтобы закрыть рот Е-мамы.

Когда в тот день кто-то передал новости Е-маме, она сказала: «Наказание слишком легкое, она дала им способ выжить. Мадам Сюй слишком добрая.»

Она была молодой леди, и как ей казалось, этого наказания вполне достаточно. В некоторой степени удовлетворенная, Е-мама указала, что больше не хочет заниматься этим вопросом. Но, Бай Сянсю не успокоилась. Она наклонилась над кактусом и тихо сказала.

«Хуэр, что ты скажешь? Какой будет их судьба с этого момента? Будут ли они вместе в конце?» Их история не описывалась в оригинальном романе. Или, может, если бы она не перенеслась сюда, никто бы не узнал, что Третья мадам связана с А Цюанем.

Но винила ли себя Бай Сянсю? Она просто чувствовала беспомощность, и захватывающие события дня ее измучили. В результате она задремала прямо на столе, лицом к Хуэру.

Неожиданно она попала в сон, сразу после того как заснула. Во сне они продали Цзян Суэр как рабыню в соответствии с планом Сун Цзяоюэ. Но, отчаявшись, она проглотила шпильку в повозке. Умирая, ее последними словами было: «А Цюань, встретимся в следующей жизни!»

Что касается А Цюаня, во сне его передали властям и приговорили к ссылке. В тюрьме он внезапно вырвал копье у ближайшего охранника и разрезал себе грудь, оставив слова: «Суер, я знаю, что с тобой случилось. Мы… станем мужем и женой в следующей жизни.»

Бай Сянсю вздрогнула от шока. Что это было? Ей приснился кошмар? Но, не слишком ли он реалистичный? Тем более, что она даже знала их мысли и ошалела, когда увидела хлынувшую красную кровь.

Как это может быть? Разве это не просто сон? Возможно ли испугаться крови во сне? Бай Сянсю задумчиво смотрела на кактус, размышляя о своём сне. Каким-то образом в ее сердце выросло чувство страха. Хотя это был только сон, чем больше она думала о своем положении, тем больше верила, что они действительно могут это сделать. Их загнали в глубь отчаяния, и они будут стремиться к следующей жизни.

Люди из старины всегда были более суеверны, чем современные люди. Кроме того, одна из них считала, что ее собираются продать для проституции, а другой полагал, что ему вот-вот снесут голову. Поскольку они никогда не смогут быть вместе, следующий логический шаг для них вполне может быть вступлением в следующую жизнь.

Этого не будет. Этого определенно не будет. Бай Сянсю начала паниковать. А если что-то из ее сна сбудется? Разве все их планы не будут напрасны?

Она определенно должна уведомить эту пару ослеплённых любовью. Очевидно, что не будет пользы для планирующих, если в конце концов она спасет трупы?

Она шагала от одного конца своей комнаты к другому, но внезапно была поражена прозрением, когда увидела выпечку на своём столе. Она выхватила кусочек близлежащей шелковой ленты и быстро написала сообщение. Затем она аккуратно засунула ленту в тесто и сказала Сяо Ши, чтобы она подала выпечку вместе с ужином и вином.

Сяо Ши внимательно её выслушала и послушно подала ужин и вино Цзян Суэр и А Цюаню. Она поставила поднос и сказала: «Это подарок от Четвертой мадам. Считайте это вашим последним приемом пищи. Она заставит охранников уйти через мгновение, чтобы вы, могли спокойно поесть.» Затем, с тоном скрытого смысла, она продолжила: «Это выпечку лично подготовила мадам. Вы оба должны быть ей благодарны и съесть побольше.»

Закончив свои слова, Сяо Ши подмигнула Цзян Суэр, пока охранники не обращали внимания и сказала: «Вы должны благодарить Четвертую мадам за вашу нынешнюю свободу и комфорт, поняли?» Закончив свой приговор, она изящно фыркнула и ушла.

После её ухода, Цзян Суер уставилась на А Цюаня, крепко сжав его руку. У них еще есть шанс на спасение?

Люди за дверью действительно вскоре ушли, и Цзян Суер начала есть выпечку. Неожиданно она наткнулась на кусок с шелковой лентой внутри ее первого укуса. На ленте было написано всего несколько слов. «Ваше спасение уже устроено, не волнуйтесь. Но вам нужно будет кое-что выполнить.»

«Мадам Сюй… Мы всегда будем помнить ваше великодушие в наших сердцах.» Цзян Суэр и А Цюань, естественно, были рады услышать, что они будут спасены. Они повернулись лицом к лицу и, расплакавшись, опустились на колени, обнимая друг друга. Снаружи пошли слова, что они должны быть благодарны мадам Сюй, что смогли провести их прошлую ночь вместе перед окончательной разлукой.

Бай Сянсю, успокоившись, смогла спокойно уснуть. Она крепко спала до самого полудня следующего дня, прежде чем встала. Е-мама уже всё для неё приготовила и спросила, не собирается ли Бай Сянсю отпустить их обоих.

Естественно, Бай Сянсю безоговорочно согласилась и сказала: «Сяо Ши, выйди на улицу, найди работорговца и договорись о продаже Третьей мадам!»

Е-мама нахмурилась и заговорила: «Сяо Ши не слишком хорошо разбирается в таких вещах. Почему бы вам не позволить этой старой служанке…»

«Сяо Ши уже не маленькая. Ей еще многое предстоит узнать. Мама, вы не должны так потакать ей.» Цель Бай Сянсю была очевидной. Она хотела чтобы Сяо Ши была ее доверенным подчиненным, поэтому ей нужно кое-что изучить.

Е-мама больше не останавливала ее, понимая мотив. Кто не хотел бы иметь компетентного подчиненного, которому можно доверить щепетильные вопросы?

Итак, Сяо Ши отправилась на поиски этого человека с головой, полной замешательства. Каким-то образом ей удалось наткнуться на повозку, заполненную девушками. Поинтересовавшись, она поняла, что владельцем повозки на самом деле был известный работорговец, который приехал в поместье, чтобы продать некоторые товары!

Естественно, Сяо Ши привела его обратно в поместье. Е-мама ничего не заподозрила даже после того, как вышла, чтобы лично приветствовать его. Цзян Суер продали работорговцу за пятьдесят таэлей и она с готовностью уехала с ним.

В тот же момент А Цюаня передали судебным чиновникам. После суда во второй половине дня его приговорили к пограничной службе в провинции Шу. Обычно в эмиграции люди сталкивались с довольно тяжелыми проблемами. Также было неизвестно, сможет ли дочь дворянина, как Цзян Суэр, адаптироваться к новой жизни. Более того, Бай Сянсю пришлось столкнуться с еще одним сложным вопросом — информирование семьи Цзян о том, что случилось с их дочерью.

Не думайте, что все заканчивалось после того, как кто-то продавал дочь другой семьи. Необходимо было получить доказательства. К счастью, у неё было письменное признание, написанное руками Цзян Суэр и А Цюаня, и она послала человека, чтобы пригласить мать Цзян Суэр в поместье.

Происхождение Цзян Суэр довольно неплохое, так как ее отец чиновник пятого ранга. Но, поскольку она была ребенком наложницы, мать, которая пришла в поместье, не являлась ей родной матерью. Несмотря на то, что их дочь оступилась, она по-прежнему жена чиновника пятого ранга. Приглашая члена чужой семьи, Бай Сянсю, как наложница, должна показать им своё уважение. Кроме того, Бай Сянсю никогда не выступала в роли важной персоны, поэтому, пригласив г-жу Цзян в поместье, она первым делом обменялась с ней любезностями.

Но мадам Цзян четко знала своё место. Она поняла, что её так неожиданно пригласили в поместье из-за серьезной проблемы. Более того, они даже отправили ответственное лицо, чтобы поговорить с ней. Хотя Бай Сянсю была только наложницей, на данный момент она представляла собой поместье Принца Ли. Поэтому г-жа Цзян была очень вежлива, когда спросила: «Интересно, почему вы меня пригласили…» Это должно быть связано с этой гнусной девкой Суер.

Разумеется, Бай Сянсю попросила слуг передать ей два признания. Выпив немного чая, она улыбнулась и сказала: «Наше поместье уже справилось с вопросами, касающимися этого человека. Но, если вы хотите ее спасти…»

Она оборвала своё предложение. Обычно, когда дама делала что-то скандальное в поместье своего мужа, ее собственная семья относилась к этому как к огромному позору и оскорблению их доброго имени. Очень немногие попытаются спасти их.

Мадам Цзян была в ярости. У этой суки с низким статусом действительно не было никакого стыда. Она ушла и сделала что-то, что запятнало фамилию Цзян! К счастью, принца Ли не было рядом. Она даже представить не могла масштабы своего наказания в его руках. «Давайте просто рассмотрим вопрос в соответствии с пожеланиями мадам.»

Она не могла и не говорила ничего лишнего. Даже если усадьба Принца приговорила бы Цзян Суэр к смерти, семья Цзян могла только закрыть рот. Особенно, когда дело дошло до этого А Цюаня. Не то чтобы семья не знала об этих прошлых отношениях. Просто они не ожидали, что он последует за ней в поместье Принца и унизит семью.

«Тогда мы закончим этот вопрос, и все будет обработано нашим имением. Разумеется, для репутации нашей семьи ни одна третья сторона не должна узнать об этом. Чтобы успокоить свою семью, вы можете просто сказать, что Третья мадам скончалась от внезапного приступа болезни. Как это звучит?» У Бай Сянсю на самом деле не было слов. Независимо от того, насколько хорошей была семья Цзян Суер, в конце концов она только наложница. Она была не чем иным, как инструментом для своей семьи, чтобы выслужить какую-то услугу тем, кто находится на более высоком уровне в жизни. Её безжалостно отбросили после единой ошибки.

Внезапно ей в голову пришла мысль о семье Бай Сянсю. Будут ли они вести себя так же, как семья Цзян, если она окажется на месте Цзян Суэр? Это было бы довольно удручающе.

Эта мысль лишь промелькнула в голове Бай Сянсю. Она не настоящая Бай Сянсю, поэтому ей не нужно с грустью думать об этом.

Похоронная процессия Третьей мадам началась с усадьбы Принца Ли в короткий срок, и, как человек, ответственный за домашнее хозяйство, Бай Сянсю, естественно, должна была сопровождать гроб из усадьбы. Когда она сидела в карете, которая следовала за гробом до городских ворот, она немного волновалась. Это первый раз, когда она ушла из поместья. Но проехав городские ворота, Бай Сянсю обнаружила, что в земле за стенами нет ничего особенного.

Солдаты охраняли двое невероятно впечатляющих врат. Они не останавливали поток транспорта в и из города, и в толпе перемешались мужчины, женщины, пожилые люди и дети. Я тоже буду частью этой толпы? Хотя люди, которые переселяются, обычно пытаются воспользоваться своей возможностью и жить жизнью в полной мере, но обстоятельства заставили ее опустить голову и стремиться к безопасному возвращению.

Она решила, что вернувшись в усадьбу должна найти мужчину для женитьбы. Независимо от того, насколько выдающиеся здесь мужчины, она всегда чувствовала себя неуместно. Некоторые время её мысли занимал второстепенный мужской персонаж, она была одержима им днем и ночью. Раньше она никогда не уделяла мужчине столько внимания. Но к сожалению, они оказались просто прохожими, такими же как те, что идут через городские ворота.

Они собирались вернуться после того, как гроб вышел из городских ворот, когда внезапно увидели необычную процессию. Что сделало её необычной? Все люди шли с впечатляющим видом военнослужащих. Их лидер ехал на высокой крепкой лошади, от которой зрители были в восторге. Не из-за фигуры, а чисто белой шерсти, без единого изъяна. У сидящего на нем был еще более впечатляющий вид, он был одет в черные одеяния, а волосы аккуратно подняты и удерживались золотой короной*. (* — короны в древнем Китае не были похожи на западные. Это были маленькие, металлические круги, которые использовались как перевязки волос для мужчин)

Он был холодно красив и увлекал выдающимся талантом. Всех сразу же привлекла его необычайная важность, когда он вошел в город, и охранники у ворот ему поклонились. «Мы приветствуем принца Ли, добро пожаловать в город.»

Принц Ли тут же заметил карету своей усадьбы, но не знал, кто сидит внутри. Карета украшалась одинаково независимо от того, кто был внутри. Поэтому, направив свою лошадь вперед и увидев Сяо Ши, он удивился. Что она делает за пределами города? Если кто-то поднял тему о том, как Бай Сянсю бросила ему вызов, он на самом деле так не злился. Его волновали только те две строки из стихотворения, которое он прочитал её письме. Он чувствовал, что поступил неправильно, оставив её в недоумении. С ее телом могло случится что угодно, если бы её отравили. Разве не говорят, что женщины глупы и любят слишком много думать?

Он не знал, как реагировать, когда она внезапно появилась, поэтому медленно поехал за каретой до усадьбы. С другой стороны, внутри кареты был еще больший конфликт. Хозяин дома вернулся, и она обидела его, прежде чем он ушел. Должна ли она проявить инициативу, чтобы указать на какую-то доброжелательность? С этой целью она подняла занавес экипажа и сказала тихим голосом: «Вы вернулись, Ваше Высочество.»

Лун Хэн понятия не имел, что сказать, когда увидел, как осторожно она себя ведёт. Он хмыкнул, пришпорив лошадь к галопу и направился вперёд.

Он все еще зол! Да ладно, он же мужчина, почему он так долго злится? Но, подумав об этом, она действительно бросила вызов его авторитету. Теперь, когда он вернулся, он также узнал, что одна из его наложниц убежала с другим мужчиной. Это, безусловно, создало бы плохой настрой. Несмотря на то, что он в итоге избавился от всех женщин ради главной героини, это совсем другое дело, что одна из его женщин завела роман.

Мало кто из мужчин древних времен смог бы такое стерпеть, поэтому она была немного обеспокоена, что принц Ли захочет тщательно изучить этот вопрос. Тогда Цзян Суэр и А Цюань будут в опасности. Ей придется справиться с этим вопросом настолько спокойно, насколько это возможно, и отвлечь его, чтобы он не думал о его расмотрении.

С таким настроем она последовала за этим злобным мужчиной, вернувшимся в поместье без внешнего признака обиды. Но она не ожидала, что главный герой пойдет прямо в свою резиденцию и даже не посмотрит на неё. Бай Сянсю была подавлена. Похоже, она должна сначала растопить морозное поведение главного героя, или ей сильно достанется, когда его гнев рухнет на нее. Она задрожала, вспомнив о гибели оригинального персонажа.

Нет! Я должна заставить его получить лучшее впечатление обо мне! Хорошо, тогда она приготовит что-нибудь для него. Хотя она специализировалась на вегетарианских блюдах, не было ничего плохого в приготовлении мясных блюд, тем же способом, что и вегетарианских.

Решив, Бай Сянсю поспешила на кухню. Она сделала сама четыре блюда, и отправила их при помощи Сяо Ши. Хотя она не отправила вместе с блюдами слова извинения, он же поймёт ее намерения, да? Да?

С другой стороны, она не догадывалась, что тема ее мыслей ушла в другом направлении, потому что он собирался смыть пыль с дороги, а затем прийти к ней. Казалось, это лучший вариант, вместо того, чтобы жить в непонимании его намерений. Но когда он закончил купание и высушил волосы, она пришла к нему. Лун Хэн был в восторге и чувствовал, что слишком много думает. Она вообще не сердилась на него!

Он вышел, чтобы поздороваться с ней, даже не расчесывая волосы. Кто бы мог подумать, что она пришла с едой, и приготовила её сама? Этот очевидный жест, чтобы угодить ему, согрел его сердце. Он сел, светясь, и заговорил, когда увидел, что она осталась стоять: «Вы еще ничего не ели, верно? Присядьте, поешьте со мной.»

У Бай Сянсю случилось умственное кровотечение из носа. Почему этот мужчина с влажными волосами, источает причудливую сексуальность! С ней что-то не так? Он так хорошо пахнет! Это было чистое, обнаженное соблазнение!? Она сразу села, услышав его приглашение, не намереваясь больше обижать этого человека.

Лун Хэн не остановился, увидев, что она так послушно реагирует. Слуги поднесли им две винные чаши и он лично налил ей вино. «Выпейте с этим Принцем.»

«Хорошо.» Но что делать, если ей не понравиться вино? Она подняла чашу, чтобы сохранить прилежность Принца. Он откинул голову назад и выпил чашу, но пряность алкоголя поразила её кашлем после небольшого глотка.

Лун Хэн нахмурился; как он мог забыть, что, наслаждаясь крепким ликёром, она была просто девушкой и не могла с ним справиться. Посмотрите, каким красным стало её лицо! «Шуер, принеси нам немного вина, которое могут пить девушки.»

Шуер кивнул и ушел, думая; солнце сегодня встало с запада! Иначе, как Принц мог подумать о женщине?

Жаль, что Бай Сянсю не смогла даже глотнуть недавно принесенного вина. Этот маленький глоток вначале обжег её горло настолько, что было больно даже говорить. Лун Хэн понятия не имел, что делать с этой хрупкой девушкой. Что можно сделать, так как она ему нравится?

Нравится?

Он остановился, когда в его сознании появилось это слово. Он никогда не думал, что наступит день, когда ему понравится женщина. Но было неплохо, что этой женщиной оказалась она. Он не чувствовал себя слишком противоречивым, когда смотрел на тихую девушку перед собой: «Останься на ночь.»

Бай Сянсю сразу почувствовала головокружение, и прижала ладонь ко лбу. Итак, она нагнулась и волосы упали на сторону, вот и настал этот момент? Но она не подумала, что ее движения покажут травмы на ее лбу и руке. Лун Хэн схватил ее за руку и вскочил на ноги: «Что здесь произошло?»

Он только вернулся домой и, очевидно, ничего не знал о пожаре.

«Ничего ничего!» Что происходит, она слышала в его голосе волнение?

Бай Сянсю, наконец, приняла к сведению ее собственную руку. Несмотря на то, что она в основном зажила, темная рана еще не очистилась, а окружающая кожа потемнела. Ее лоб был в подобной ситуации, поэтому она использовала челку и ткань, чтобы прикрыть его.

Она была уверена, что в тот момент, когда покрытие отодвинулось, любой мужчина, который увидит это, потеряет аппетит. Она размышляла о том, должна ли она объяснить причину ожога, но она боялась, что главный герой неправильно поймет её объяснения.

Кто-то хотел убить ее из мести после того, как он уехал всего лишь на пару дней. Чтобы оставить ему хорошее впечатление о ней, она только покачала головой и промолчала. В любом случае, он все равно узнает правду рано или поздно. Есть только различие в сроках, когда он это сделает. Что же думали другие люди, ей было все равно.

«Эта рана от ожога. Более того, прошло уже пару дней, когда это произошло. Почему вы не упомянули об этом в своих письмах? Как так вышло?» Лун Хэн хрипел, но, увидев, что она не хочет говорить об этом, признал, что ситуация должно быть чрезвычайно серьезная. Он крикнул Шуеру: «На что ты смотришь? Приведи сюда Лун Шутина!»

Шуер поспешно выбежал наружу. Выражение его хозяина было слишком страшным, ужасая до такой степени, что он споткнулся и упал, когда летел к выходу. Этот управляющий, как правило, довольно умный. Почему такая прекрасная мадам была ранена всего за несколько дней? Это невероятная неудача?

Лун Шутин, естественно, знал, что Принц рано или поздно вызовет его, когда вернется домой. Он сделал глоток чая и встал одним гладким, элегантным движением. Его следующий шаг был безумным рывком к резиденции Лун Хэна.

Казалось, Принц действительно хорошо относился к Четвертой мадам. Он сразу же начал расспрашивать о пожаре после возвращения, и даже не поинтересовался судьбой Третьей мадам. Что касается того, почему Принц смог догадаться, что речь шла о пожаре, это простой вывод.

Если бы Принц беспокоился о вопросе Третьей мадам, он позвал бы мам, которые работали в поместье или охранников, которые справлялись с этим вопросом. К тому времени, когда он позвал к себе управляющего, прошло уже пару часов после его возвращения. Очевидно, он был очень зол из-за пожара.

На самом деле, управляющий тоже был в печали, так как ещё не обнаружил никаких подсказок за последние несколько дней. Он понятия не имел, что говорить, когда Принц спросит его. Когда он пришёл, стол уже был убран. Раздраженный Принц Ли ходил взад-вперед, сложив руки за спиной.

Его волосы были распущены, и спадали по плечам. Казалось, Принц хотел отдохнуть, но не ожидал, что в его имении произойдёт такое крупное дело. Эта чрезвычайно умная мадам Сюй теперь покорно стояла в стороне, ее голова опустилась, когда она играла с волосами перед ее грудью. В общем, похоже, ей было очень стыдно.

На первый взгляд, от них обоих создавалось впечатление, что наложница Бай была угнетенной женой, а принц Ли угнетал её. Но у нее не было никаких ранений на теле, и её одежда была аккуратной и опрятной. Оказалось, независимо от того, насколько сердитым будет Принц Ли, ситуация с бытовым насилием не произойдет.

Кроме того, почему у Лун Шутина ощущение, что Принц Ли был плохо воспитан? Он не мог продолжать стоять, увидев своего хозяина и опустился на колени: «Лун Шутин приветствует Его Высочество.»

«Поднимись. В чем причина этих ран? Расскажи Принцу о событиях, только в деталях.»

Лун Хэн был очень подавлен. Бай Сянсю не ответила, когда он спросил ее в первый раз. Она повернула голову в сторону во второй раз и тихо сказала: «Разве вы не знаете, когда придет главный управляющий?»

Что касается третьего раза…

Он не осмелился спросить в третий раз, так как боялся, что она испугается. В действительности, независимо от того, как он смотрел на второстепенного женского персонажа Бай Сянсю, она выглядела как белый лотос. Добавьте к этому её деликатность и хрупкость. Её глаза невольно покраснели, как у маленького кролика, когда она расстроилась. Она действительно была очень привлекательна.

Лун Хэн не мог бы продолжать спрашивать, даже если бы у него было железное сердце. Он мог только подождать того, кто будет говорить, и этим неудачником оказался Лун Шутин.

Лун Шутин вопросительно посмотрел на девушку. На самом деле она не жаловалась ему и не просила Принца о защите! Как странно. Разве она не должна прижиматься к нему, требуя внимания? Без другого варианта, он мог только объяснить всю последовательность событий, связанных с пожаром.

Лун Хэн спокойно слушал до конца. Когда он услышал, что Бай Сянсю спасла в критический момент двух служанок, что стало основной причиной тяжелых ран, он глубоко посмотрел на эту, казалось бы, очень слабую девушку. Она действительно очень добрая. Это колоссальная слабость человека.

Но это было хорошо. Он мог бы заполнить эту слабость. Лун Хэн медленно развязал кровожадность в своем характере. Лун Шутин застыл от шока, когда получил полное влияние. Казалось, что Принц презирал человека, который нанес вред Четвертой мадам. Итак, он рассказал результаты своего расследования, а затем опустился на колени: «Это была моя вина, я не смог защитить мадам. Пожалуйста, накажите меня.»

«Если дело было преднамеренным и запланированным, это не твоя вина. Что касается мадам Бай…» Он повернул голову, но другая сторона опустила глаза и играла со своими волосами, как будто не слышала, чтобы он говорил с ней.

«Мадам Бай.» Как она может отвлекаться с такой серьезной проблемой? Она была тяжело ранена, и, по слухам, пролежала пару дней без сознания. Неужели она так испугалась, что становилась все более рассеянной?

Собственно, Бай Сянсю не специально была невнимательной. Скорее, она была совершенно не знакома с двумя словами «Мадам Бай». Начнем с того, что Принц Ли редко с ней разговаривал. Даже если он это делал, он редко использовал имена, а вместо этого часто просто говорил «вы». Теперь, когда он вдруг назвал ее «мадам Бай», как она должна была понять, что он разговаривает с ней?

Несмотря на то, что она подняла голову, потому что другой человек громко разговаривал, у нее все еще было пустое выражение лица. Увидев ее пепельное и пустое лицо, Лун Хэн решительно верил, что она, глупо испугалась. Её очень легко напугать! Он изначально хотел спросить, кого она обидела, но у него не хватило сил спросить об этом, увидев ее состояние. «Возвращайтесь к себе и отдохните. Хорошо отдохните и лечите свои раны.»

Он хотел, чтобы она осталась, но как он мог это сделать, увидев степень ее страха? Так он стал бы похожим на тех мужчин, что угнетают своих жён. Во-вторых, ему нужно выяснить, кем был нападавший, и не дать этому страшному человеку больше оставаться в усадьбе. Из всех людей, преступник хотел навредить именно ей. Ему не удастся сохранить свою жизнь. Мало того, что он умрёт, Лун Хэн дарует ему тяжелую и страшную смерть.

Лун Шутин быстро и бережно отнёсся к словам Лун Хэна и назвал имена с максимальной вероятностью быть виновником. Метод Лун Хэна заключался не в том, чтобы расследовать этот вопрос, а подвергнуть пыткам любых подозреваемых. Но он оставил строгий приказ о том, что Бай Сянсю не должна об этом знать.

Поэтому, когда она спряталась в Зимнем саду и крепко спала, Лун Хэн вызвал для личного допроса Первую и Вторую мадам. Он уже знал о деле Третьей мадам, но не видел никакого смысла думать о ней дальше. Он только хотел выяснить, кто ранил Бай Сянсю.

Из его самых диких ожиданий, у этих двух женщин было наибольшее желание причинить ей вред. В конце концов, он начал с тех, кто работал с постельными принадлежностями и одеждой. Лун Хэн не отдыхал, допрашивая каждого из них. Его хорошо обучили в армии, и он был уверен, что люди не смогут безупречно лгать перед ним.

Было уже поздно, но он не отказался от поиска. Фактически, он размышлял, что, если он не сможет выяснить, кто это, он просто выбросит всех подозрительных работников из поместья, чтобы ей было хотя бы немного безопасней.

Ночное небо становилось всё темнее и темнее.

Лун Хэн не показывал унции ярости, потому что был безжалостен. Он прошел через поле битвы, и был окрещён кровью и огнем. Хотя ему немного незнакомы сентиментальные чувства, он понимал, что в его венах бушует волнение. Эти чувства были странными и далекими от него, человека, пробиравшегося к жизни через реки крови. В то же время он думал, что эти чувства действительно трудно получить. Наконец, казалось, что у него сейчас есть всё, но кто-то хотел саботировать его.

Как Лун Хэн мог оставаться спокойным? Он сгорал от нетерпения, чтобы вытащить виновника и подвергнуть его пыткам. В этот момент в его резиденцию вошла стройная и изящная женщина. У нее была заманчивая фигура и тонкая, очаровательная внешность. Ее темперамент напомнил ему кое-кого, кто первым делом краснеет, тихую Четвертую мадам, наложницу Бай.

Их поведение было очень похожим, поэтому его выражение медленно начало расслабляться.

Он сидел, наблюдая, как она вошла, и понял, что знает, кто она. Этот человек -Сан Хун, она была его личной служанкой, прежде чем он пошел в армию.

Она опустилась в приветствие, ее глаза нежно смотрели на него, пока ее тело скользнуло в заманчивую позу. Расстояние между ними тонко сузилось. Обнаружив аромат её тела, Лун Хэн подсознательно почувствовал, как его живот затягивается. Его лоб нахмурился. Казалось, этот аромат может заставить мужчин ослабить контроль над их желаниями, но этого было недостаточно, чтобы заставить его сходить по ней с ума. Он не стал упрекать её, но начал думать о ней с некоторым презрением.

Почему прилежная дама использует такой нечистый аромат на своем теле? Она явно пыталась соблазнить мужчин. Он испытал множество подобных происшествий на поле битвы, поэтому его особенно оскорбили такие действия. Но у нее было хорошее положение, поэтому он протянул руку и сказал: «Ты можешь подняться!»

С глазами, покрытыми слезами, Сан Хун немедленно извинилась за свои ошибки, как только поднялась на ноги. «Это ошибка вашей служанки. Если бы эта служанка не попросила Четвертую мадам прийти в склад одежды, поняв, что есть проблема с хлопком, Четвертая мадам не получила бы таких серьезных травм.»

«Хватит плакать. Просто расскажи мне, что произошло от начала и до конца.» Сан Хун начала рассказ об инциденте после того, как Лун Хэн с большим нетерпением махнул рукой. То, что она сказала, было правдой; Лун Хэн не заметил никаких изъянов в её истории. Но почему она всё время смотрела вниз? Даже если она пыталась показать скромность и приличия перед мужчиной, она же применила такой недобросовестный аромат на теле. Неужели уместно теперь так себя вести? Он больше не мог чувствовать этот аромат, потому что он напоминал ему о Бай Сянсю. Это заставило его захотеть прижать её к постели и взять так, как он сам этого захочет. Когда у него появлялись такие мысли, казалось, что каждая сильная клетка в его теле возбуждалась, заставляя его кровь трепетать и поджигать его сердце.

Этого не будет. Этот способ слишком жесток. Он должен сдерживаться, ведь так он может замучить девушку до смерти? Его сердце кровоточило даже если бы она укололась иголкой, не говоря уже о смерти. Отвлекшись от своих мыслей, он рассеянно махнул рукой: «Можешь идти. Я хочу отдохнуть.»

Но он не ожидал, что она будет такой смелой, чтобы предпринимать что-то в его сторону. Ее первоначальное намерение состояло в том, чтобы обнять талию Принца Ли, потому что талия мужчины не была местом для случайного касания. Как это прикосновение могло не обернутся в плохую сторону для неё? Но она не рассчитывала на военный опыт принца Ли; он не мог оставить свою бдительность ни на мгновение. Он даже не позволял домашним животным, которым он не доверял, легко прикасаться к нему, не говоря уже о женщине.

Итак, появилась странная поза.

Принц Ли не понимал здравого смысла и положил ладонь на голову женщины. Что касается нее, она протягивала обе руки, ожидая, чтобы ее обняли. К сожалению, у Принца Ли было больше навыков, чем у нее, поэтому он использовал свои руки, чтобы заблокировать ее движение. В конце концов, ей даже не удалось схватить его за один палец. Принц Ли немного подергивал брови и уклонился.

Бам! Сан Хун громко упала на пол.

Это неожиданное событие. Похоже, Принц стал намного более безжалостным по сравнению с тем, когда уходил. Хотя к нему и тогда не легко было приблизиться, он никогда бы не обидел такую красивую молодую женщину.

Но сейчас…

Девушка упала лицом на пол, ошеломленная ударом. Во время оцепенения она была почти уверена, что ее нос был разбит. Вскарабкавшись на ноги, она увидела кровь по всему полу и быстро зажала нос обеими руками. Сначала она планировала провести ночь с Принцем, так как мадам Сюй все еще была слишком ранена, чтобы утешить его потребности. Тем не менее, как она могла догадаться, что в конечном итоге окажется на земле с синяками и разбитым лицом?

Она чувствовала себя ненормально обиженной и хотела повернуться, чтобы уйти, чтобы Принц не видел ее нынешнего уродливого состояния. Неожиданно, когда она встала, чтобы повернуться, позади раздался голос: «Хун, ты здесь, чтобы добровольно стать моей подстилкой?»

Сан Хун не могла поверить своим ушам, когда сжала кровоточащий нос руками. С каких это пор, принц Ли стал таким просветленным? Кроме того, что-то случилось с этим мужчиной, который не хотел мяса, которое свисало прямо перед ним? Она уже была так активна. Но так как он внезапно задал такой вопрос, может, наконец-то его осенило?

Сан Хун стала чрезвычайно возбужденной. Она быстро вытерла нос рукавами и сказала с испуганным голосом: «Ваше Высочество…»

Она сказала «Ваше Высочество» так кокетливо, что Лун Хэн почувствовал, как гусиные комочки поплыли по всему его телу.

Ему было так отвратительно, что любые импульсивные мысли, которые он имел раньше, из-за ее аромата, рассеялись на ветру. С определенной точки зрения, эта женщина действительно достаточно компетентна, чтобы делать такое.

«Ты хочешь сделать что-нибудь для Принца?» Лун Хэн внезапно подумал о возможности и задал пробный вопрос.

Неожиданно ее тело на секунду замерло, а затем она продолжила с причудливой вибрацией в голосе: «Конечно. Эта служанка сделает всё, что пожелает Его Высочество.»

«Вот как? Тогда убери кровь с пола и убирайся отсюда.» После сказанного Лун Хэн махнул рукавами и ушёл. Его мысли ничуть не задержались на ней.

Но, вернувшись в свою комнату, он немедленно приказал расследовать ее дела. Она казалась просто еще одной вдовой, но она не должна была быть такой смелой. Хотя ее реакция сейчас действительно была подозрительной, она спасла ей жизнь. Если бы он не подумал, что за этим есть что-то большее, её, вероятно, уже увели бы, чтобы избить палками. Если бы она действительно была причиной этого инцидента, её не ждёт что-то настолько простое, как смерть.

Лун Хэн сумел поспать той ночью примерно четыре часа, прежде чем вернулся его человек. Он опустился на колени перед Лун Хэном и передал все от начала до конца. Вены Лун Хэна начали пульсировать. Он приказал: «Немедленно запереть этого человека! Я хочу лично допросить ее!»

Но его человек вернулся вскоре после того, как он ушел. «Она сбежала. Я послал за ней нескольких мужчин.»

«Она неожиданно сообразительна. Но я верю, что такая маленькая девочка, как она, не сможет от вас убежать, не так ли? Ведь какая от вас тогда польза?»

Мужчина быстро ему поклонился. Им придётся поймать эту девушку. Или иначе, как им продолжать работать здесь, если они потеряют лицо перед хозяином? Итак, Сан Хун успешно поймали в течение часа. Ее нос был сломан, из-за чего все лицо выглядело деформированным.

Какая нежная и очаровательная внешность? Какой сладкий и кокетливый вид? В этот момент она была совершенно противоположна этим вещам. Было бы комплиментом сказать, что она выглядит как призрак.

Углы губ Лун Хэна дрогнули. «Говори. Я могу дать тебе шанс на жизнь, если ты всё признаешь.»

«Ваше Высочество, эта служанка не имеет представления о том, что подразумевает Его Высочество.» Сан Хун не была глупой. Ей нельзя признаваться.

Лун Хэн не спешил. Он неторопливо сел в сторону и холодно посмотрел на Сан Хун. «Сан Хун, у этого Принца сотни и тысячи способов убедить тебя, что жизнь более невыносима, чем смерть. Ты хочешь попробовать некоторые из них?»

«Ваше Высочество, эта служанка действительно ничего не сделала. Пожалуйста…»

«Слуги, сначала отрубите ей пять пальцев на ногах.» Лун Хэн не терял дыхания. Он очень хорошо знал, какая часть тела болит больше всего, когда отрезана. Но внезапно его ударила мысль. Если он накажет её в поместье, разве из-за криков не поползут слухи? Будучи главой домохозяйства, наложница Бай, несомненно, узнает об этом, не говоря уже о чем-либо еще.

Она очень робкая. Разве слухи не напугают её до смерти? Поэтому, когда Сан Хун начала в ужасе кричать, он тут же сказал: «Заткните её.»

Итак, когда рот Сан Хун был набит, что она не смогла издавать ни единого звука, её пять пальцев были отрублены. Как девушка, подобная ей, могла выдержать такую боль? Она сразу же потеряла сознание.

Она хотела вопить когда проснулась, но как ей это сделать с завязанным ртом?

Поскольку она боялась боли, она изначально планировала сознательно умереть. Но не ожидала, что они заткнут ей рот, не оставив возможности говорить. Более того, Лун Хэн намеревался заставить ее страдать ещё больше. Поэтому, прежде чем она могла признаться, он позаботился о том, чтобы отрубить ей еще пять оставшихся пальцев.

Сан Хун билась в припадке крайней агонии, как будто ее печень и желчный пузырь были разорваны на части. Она упала на колени с глухим ударом, прежде чем они собирались отрубить ей пальцы. Только после этого Лун Хэн наконец сделал жест, чтобы убрать её кляп.

Вернувшись в Зимний сад, Бай Сянсю не знала, что все это происходит. У нее было время поспать в постели.

Проснувшись на следующее утро, её немедленно уведомили, что одна из небольших мастерских, с которыми она договорилась, уже отправила товар. Поспешная работа была завершена в рекордные сроки, и около десяти одежд были доставлены в поместье. Она проверила товар лично и оплатила счет-фактуру, после проверки, что качество изготовления соответствует номиналу. Хотя они отправили только около десяти предметов одежды, она все равно раздала их слугам.

Слуги, которые получили одежду, чувствовали, что она в этом году очень теплая, и благодарили Четвертую мадам с комплиментами, прежде чем уходили.

Лун Хэн вернулся, закончив свое дело. На обратном пути он заметил, что у всех слуг были необычайно счастливые выражения на лицах после того, как они получили зимнюю одежду. Это было редкое зрелище. Разве это не просто какая-то одежда? С его точки зрения, казалось, что между этими предметами и зимней одеждой предыдущих лет нет никакой разницы.

Он услышал разговор между Е-мамой и Бай Сянсю, как только вошел внутрь. Чем больше он слушал, тем больше чувствовал, что Бай Сянсю очень милый и добрый человек.

«Мадам Сюй, вы должно быть заплатили им своими деньгами. В противном случае, эти кусочки хлопка не были бы такими теплыми.»

«Это всего лишь незначительная сумма.»

«Это просто одежда для слуг. Они не стоят ваших денег.»

«Это люди, работающие в имении Принца. Если им будет тепло, они, естественно, будут усерднее работать. Вы так не думаете, Е-мама?» Люди в прошлом действительно любили призывать к своим рангам старшинства. И каждый раз, Бай Сянсю безмолвно этому поражалась.

Бай Сянсю почувствовала, что у нее все больше и больше качеств белого цветка лотоса, доброго и красивого снаружи, но с интригами внутри. Но ей действительно не нравилась иерархическая система, в которой слуг рассматривали как меньших людей. Ключевым человеком, вокруг которого всё вращалось, был Лун Хэн. Она не знала, что он сейчас делает.

Вчера он узнал об инциденте, и я задаюсь вопросом, как он собирается справиться с ним? Он нашел человека, который пытался убить меня? В этот момент вошел кто-то извне. К ее удивлению, это был не кто иной, как Принц Ли, Лун Хэн. Зачем он сюда пришёл? Это же жильё слуг, верно?

Как и ожидалось, все встали. Бай Сянсю, сидящая на нагретой платформе, тоже резко поднялась, но, сделав это, она возвышалась над всеми, вдвое выше, чем самый высокий человек в комнате. Чувствуя, что это немного неуместно, она могла только опуститься. Но сидеть тоже не подходяще. И вот, в панике, она решила встать на колени на разогретой площадке.

Платформа отличалась от кровати, поскольку была чрезвычайно твёрдой. Поэтому внезапно опустившись на колени на платформе, это ничем не отличалось от внезапного падения коленями на пол, заставляя ее мучиться от боли.

«Ауч…»

«Вы… Нет необходимости в таких формальностях.» Лун Хэн протянул руки, чтобы нежно ей помочь. В комнате было слишком много людей, поэтому ему было не слишком удобно держать ее за руку и помогать ей. Тем не менее, кто бы все же осмелился оставаться в комнате, когда развивается такая ситуация? Все вышли из комнаты один за другим.

«Ты все еще не встаешь?» Только когда все вышли из комнаты, Лун Хэн подошел, чтобы помочь ей. Он обнял ее и потащил к краю платформы. Из-за того, что Бай Сянсю была такой маленькой, этот небольшой импульс подтолкнул всё её тело в его объятия. Ее лицо было настолько мягким, а тело очень нежным. Ее аромат бросился ему в нос.

Упав в его объятия, она была похожа на соломинку на спине верблюда; как будто что-то в его сердце внезапно сломалось. Он жестоко поднял подбородок и опустил голову, чтобы поцеловать ее. Поцелуй можно было назвать только тираническим. Он впился в Бай Сянсю со всей силой, стоящей за его сдержанным желанием, оставив ее запыхавшейся всего за несколько секунд. Поцелуй был настолько сильным, что она оказалась в каком-то бреду.

Его крепкие объятия и заботливый жест потянулись к ее сердцу. Что мне делать, если мое сердце останавливается? Мой мозг потерял способность мыслить. Что я делаю? Единственное движение, которое смогла сделать Бай Сянсю, было то, что она осторожно ударила что-то ногами, потому что из-за края платформы ей было очень неудобно.

Но Лун Хэн почувствовал, что такое действие соответствует его намерениям. Он поднял ее, отнес к центру платформы и осторожно положил. Затем он наклонился и прижал её.

О, Боже мой!

Группа слуг, которые все еще оставались снаружи, были очень удивлены действиям своего хозяина. Они не ожидали, что он на самом деле будет таким нахальным. В таком месте….

Может, Принц хочет сделать ‘это’ с Четвертой мадам в это время дня? Как он нетерпелив? Логически говоря, они должны были зайти внутрь, чтобы остановить их. Как они могли позволить этому случиться в поместье, пока солнце еще не село? Тем не менее, никто не был достаточно смел, чтобы зайти внутрь и остановить их.

Но пока они не решались, другим пришлось. Кто-то пришел сообщить о прибытии министра Лина, когда другие нервно стояли вокруг. Поскольку министр Лин приехал лично, Принц, естественно, тоже должен приветствовать его лично. Без особого выбора Шуер вошёл в комнату и крикнул: «Ваше Высочество, Лин Шаншу просит встречи.»

Твой тесть здесь. Прекрати дурачиться со своей наложницей. Если бы министр Лин увидел это, он бы наверняка упал в обморок от гнева.

Лун Хэн на секунду застыл. Он ясно слышал, что сказали со стороны. Но красавица перед его глазами уже захватила его сердце, хотя он еще не получил ее в полном объеме. Когда он поднял голову, чтобы взглянуть на лицо Бай Сянсю, он сразу почувствовал, как все его тело сжалось.

Эта девушка слишком завораживает! Она слегка прищурилась с опьяненным выражением на лице. Ее одежда была наполовину распущена, и эта чувственная картина была в значительной степени соблазнительной и дразнящей. На самом деле он немного неохотно отпустил её, но его гость уже ждал снаружи, и было бы плохо заставлять его ждать дальше.

«Я ненадолго пойду к нему навстречу. Возвращайся в Зимний сад, и дождись меня. Не занимайся другими вещами.» Лун Хэн неохотно поднялся на ноги и прибрал свою одежду. Выходя из комнаты, он увидел, что девушка все еще лежит на платформе, как будто парализованная.

Он попросил Сяо Ши войти и склониться к своей хозяйке, прежде чем ушел. Затем, чувствуя себя немного подавленным, он поспешил встретиться с коварным министром Лином, который, по слухам, очень защищал своих детей. Он был человеком, который никогда не будет исследовать правду, независимо от того, что сделали его дети. Он только слепо прикрывал их.

Должно быть, произошло какое-то чрезвычайное происшествие, иначе министр Лин никогда бы не спустился с высокой лошади, чтобы лично прийти и позвать его. В последнее время он был занят, так что не беспокоился о семье Лин. Он не ожидал, что эта проблема снова вернется в его голову.

Увидев его лично, Лун Хэн заметил, что в последнее время у министра Лина, должно быть, была своя доля проблем. Серая окраска располосовала его бакенбарды, и под глазами были видны признаки темных кругов. Вероятно, он нормально не спал последние несколько ночей.

«Слуги, налейте немного чая.» Лун Хэн был в раздраженном настроении, так как его прервали посреди его… действия. Ему пришлось отложить свою маленькую красавицу, чтобы встретить этого старика. Никто не будет в хорошем настроении, если окажется в его ситуации.

Лун Хэн хорошо знал этот момент. У каждого в личности есть оттенок необдуманности. В противном случае, почему древние говорили, что даже кролики кусают, когда окажутся под давлением?

Несмотря на то, что Бай Сянсю, как маленький кролик, какой бы тихой и симпатичной она ни казалась, всегда будет время, когда она не сможет удержаться. Просто он не думал, что это проявится, пока она спит. Чувство сладости появилось после того, как его ударили, и он решил больше ей не мешать. Если хочешь спать, тогда спи!

«Нагрейте комнату немного больше,» — необдумывая приказал Лун Хэн.

Челюсть Сяо Ши на мгновение упала, прежде чем она закрыла рот и ответила: «Ваше Высочество, если слишком разогреть, можно легко пострадать от чрезмерного перегрева тела.» Если бы там была не её хозяйка, она никогда бы не осмелилась это сказать.

Принц Ли посмотрел на нее, но не последовал своему предыдущему приказу. Нехорошо, если он, мужчина, останется здесь спать со своей наложницей! Поэтому он немного подумал, прежде чем решил лично подготовиться к отъезду. В усадьбе есть несколько вопросов, о которых должен был позаботиться управляющий, и ему нужно оставить инструкций о том, как с ними справиться.

Когда все приготовления были завершены, он снова отправился в Зимний сад, наконец, увидев человека, которого хотел увидеть. Но она выглядела довольно нервно при его присутствии, и даже столкнулась со столом когда шла. Принц Ли потер голову. Если возможность упущена, это не получиться так легко снова. Поэтому он решил сегодня её отпустить.

Бай Сянсю тоже почувствовала себя подавленной. После того, как её поцеловали, она проспала большую часть дня, так как её мозгу не хватало кислорода. Она просто не могла собраться в кучу, увидев этого мужчину снова. Особенно из-за того, что он был очень нежным, и ее ум придумал несколько фантазий.

В конце концов, она считалась довольно старой в современном обществе, давно достигла брачного возраста. Когда её обнял такой мужчина, главный герой романа, это было воплощением её снов. Подумайте, это главный герой! У него был одержимый вид, сильная фигура, проницательные знания, а также высокое положение. Он действительно высокий, богатый, красивый и властный генеральный директор из древних времен. Если он не нравился девушке, то с ней явно что-то неладное.

Бай Сянсю всегда считала себя хорошей девочкой с нормальными принципами. Естественно, были времена, когда ее сердце билось за приключениями. Но, успокоившись, она снова подумала об этом проклятом мистере Плотлайн. До сих пор она молча терпела удары, что и было причиной отсутствия её прогресса. Но если он снова станет заигрывает с ней, она определенно не сможет контролировать ситуацию. И хотя она ругала себя за похотливость, она также ругала себя за то, что была слишком смехотворно смелой. Она осмелилась заставить главного героя думать о ней и совсем не боялась, что её может обнаружить и мгновенно убить главная героиня, которая войдет в имение в один прекрасный день.

Она постоянно совершала ошибки, потому что была слишком противоречивой. Она думала, что именно действия Бай Сянсю привели к тому, что она не понравилась главному герою, но он фактически приказал ей останется. Хотя, он попросил ее пойти в соседнюю комнату. Какое это всё имеет значение?

Она уже собиралась отдыхать, когда увидела главного героя. Он уже, казалось, принял ванну: «Садись, давай немного поговорим.»

Какая честь, главный герой действительно хотел пообщаться с ней? Бай Сянсю села, слегка взволнованная, и хотела услышать, что этот обычно устойчивый, холодный главный герой хочет сказать. Но даже через некоторое время он так и не заговорил.

Он не говорил, пока она случайно не зевнула от усталости. «Упакуй свой багаж, когда у тебя будет время. Завтра в полдень мы отправимся на горную виллу Красного Клена.»

«Вилла Красного Клена?» Звучит очень знакомо! Бай Сянсю задумалась, прежде чем вспомнила. Разве эта Вилла Красного Клена не была местом в романе, где главные герои закрепили свою любовь?

В романе говорилось, что главный герой хотел провести некоторое время наедине с главной героиней. Поэтому насильно привел ее в это конкретное место после того, как Старая мадам отправилась в теплые края, чтобы тайно провести с ней время.

Тогда главная героиня все еще сильно сопротивлялась ему. Поэтому Лун Хэн тиранически запер ее внутри, проведя целый день вместе с ней. В конце концов, человек из Цзянху, второстепенный мужской персонаж, тоже нашел путь туда, и в результате произошел конфликт. Поскольку это было связано с событиями на более раннем этапе, Бай Сянсю не очень хорошо об этом помнила.

Просто это странно. С таким расхождением, почему он все ровно туда едет? Даже так, Бай Сянсю немного испугалась. Может ли быть, что среди всего этого хаоса всё сойдется к своему изначальному пути? Тогда она не обречена ни на что? Я очень хочу плакать. Поэтому она спросила очень деликатным тоном: «Могу я спросить, почему мы едем на виллу Красного Клена?»

Кто знал, что лицо главного героя потемнеет, когда она это спросит? Он внезапно встал и начал ходить по комнате.

Этот вопрос был позором, а не тем, о что стоит упоминать. Но, он ясно понимал, что не может скрывать это от неё, потому что больше не относится к Бай Сянсю, как к постороннему человеку в своем сердце.

«Лин Цяньцзы не такая хорошая, как ты думаешь. Она… снаружи…» Такое грязное дело было действительно неуместно упоминать ей. Как девушка из семьи ученых, как она могла быть столь «способной», как мисс Лин, чтобы найти мужчину меньше, чем через день после бегства? Этот мужчина хорошо известен как бабник, но кто бы мог подумать, что он станет одержим благородной мисс, подобной ей?

«Что с ней случилось снаружи?» Бай Сянсю хотела услышать какие-то сплетни о главной героине, поэтому быстро моргнула и спросила.

«Когда она убежала, её спас человек из Цзянху. И этот мужчина… влюбился в нее с первого взгляда. Он постоянно появляется в усадьбе Лин и вызывает проблемы. Возможно, нам придется привезти ее к нам, но тебе не о чем беспокоиться. Просто подумай, как отправиться в путешествие.» Он действительно не имел большого желания говорить о чем-либо в отношении этой женщины, но хотел больше поговорить с Бай Сянсю. Взглянув на ее фигуру под свечами, она была просто воплощением красоты.

Кто сказал, что красавицы ни к чему не годятся? По крайней мере, они хороши для восхищения, правильно?

Ой, похоже, одним из тех, кто раньше ненавидел красавиц, был именно он.

«Разве её не жалко?» Это были не настоящие мысли Бай Сянсю. Она сейчас думала, что главную героиню действительно нашел тот второстепенный мужской персонаж. Если это так, тогда все немного хаотично. Этот мужчина, похоже, использовал практически все части тела главной героини, кроме этого последнего шага. Размышляя, это скорее потеря для мужчины.

Кроме того, в романе, чтобы заполучить главную героиню, он даже собрал многих экспертов по боевым искусствам из Цзяньху, чтобы выступить против Принца Ли, заставив императорский дворец и людей из Цзяньху, взглянуть друг на друга как на ненавистных врагов. Это вызвало много проблем для Принца Ли при дворе. Через некоторое время после случившегося, его даже лишили власти командующего над солдатами.

Размышляя, она нахмурилась. Увидев это, сам главный герой почувствовал слабую ревность. На самом деле её беспокоит такая женщина. Ей правда её жалко? Если бы она просто покорно оставалась дома, каковы были бы шансы встретиться с таким человеком? Кроме того, её двоюродный брат, вероятно, тоже остался бы честным. Кто знает, как она сейчас испорчена.

«Не нужно жалеть эту женщину. Если у тебя есть время, можешь полить растения…» и провести время с этим Принцем. Но у него не хватило смелости открыто сказать такие слова.

«Полить… растения?» Принц, почему вы так ненавидите главную героиню? Неужели это родилась ревность? Но не похоже, что это так. Больше похоже, что она действительно его раздражает. В оригинальном романе Лун Хэн был принципиальным человеком с сильными мнениями по многим вопросам.

Будь то дело страны или семьи, у него была личность, которая не позволяла другим легко влезать. Просто он был неопытным в области отношений, возможно, не зная, как с ними бороться, поэтому часто вел себя немного наивно и прямо, возможно, даже жестоко.

Лун Хэн тоже был подавлен. Почему он попросил ее полить растения? Тем не менее, он не думал, что Бай Сянсю, будет настолько милой, чтобы ответь: «Не хорошо слишком часто поливать растения.»

Закончив говорить, она увидела острый взгляд Принца Ли. Она поспешно отвернулась, и сквозь неё пробежал страх: «Я пойду отдыхать.»

Она практически побежала в соседнюю комнату, после чего разделась и быстро уложилась в постель.

Лун Хэн тоже больше ничего не сказал. Было бы прекрасно, если бы она больше не спрашивала об этой женщине. На следующий день он продолжил подготовку к раннему отъезду. Он действительно подавал большие надежды на поездку в горную виллу Красного Клена, хотя чувствовал себя подавленным при мысли о том, что снова увидит ту женщину,

Бай Сянсю уже оправилась от травм, но ее кожа все еще выглядела довольно бледной. Она спрятала руку под бахромой. К счастью, рукава женщин в древние времена были очень длинными, и она могла полностью скрыть свою только зажившую кожу.

И почему ей пришлось разделить экипаж с Лун Хэном? Он, непринуждённо сидящий в зеленой одежде, мешал ей даже дышать. Не было никакого способа его обойти. Он главный герой, и его аура настолько сильная, что от неё никуда не скрыться. К сожалению, в карете больше никого не было. Как Лун Хэн мог не воспользоваться этим? Он поманил её: «Присядь сюда.»

Я не собираюсь туда идти! Я не собираюсь просто так там сидеть!

Бай Сянсю подумала так, но не смогла даже пошевелиться. В конце концов, Лун Хэн, источник её еды и одежды. Что она могла сделать, если он рассердится и решит убить ее?

Поэтому у нее не было выбора, кроме как пересесть. Она ведь не знала, что он немедленно потянет ее маленькую руку, как только ее задница коснулась мягкой подушки.

Она сначала подумала, что её будут использовать по всему пути к горной вилле Красного Клена, но он просто мягко погладил рану на её руке. Она выглядела довольно бледно и казалась крайне хрупкой.

«Ожоги, должно быть, серьёзные, верно?»

Она была в шоке. Он обеспокоен ее травмами? «Они не болят. Тогда я думала только о том, чтобы спасти девушку, поэтому не чувствовала боли.» Эти слова шли от ее сердца, и ненамеренно производили хорошее впечатление на мужчину. Когда она так нервничала, ни одно из сказанных ею слов, не прошло через фильтр ее мозга.

«Глупая.» Лун Хэн тихонько сжал ее пальцы, а затем посмотрел на улицу. «Тогда пусть эта девушка хорошо тебе служит!»

Он слышал, что та девушка была очень благодарной. После того, как служанка узнала кто её спас, она постоянно преклонялась своей спасительнице и теперь осталась в Зимнем саду, чтобы служить ей. Но он не видел ее, когда приходил навестить Бай Сянсю. Наверное, она хорошо знает свое место.

«Её зовут Сяо Хуан и она довольно послушна.» Бай Сянсю нашла несколько случайных слов, чтобы поддержать прекратившийся разговор, и повернулась в сторону.

Лун Хэн нашел ее довольно интересной, когда она была такой, и продолжил гладить её руку. Он практиковал боевые искусства круглый год, так что обе его руки были покрыты мозолями. Поэтому после того, как он немного погладил ее руку, трение породило довольно много тепла, которое через некоторое время начало печь.

Бай Сянсю забрала руку, сморщив брови и тихо сказала: «Ваше Высочество.» Поскольку она шла против его желаний и боялась его гнева, она сказала это как можно мягче.

«Что такое?» Лун Хэн почувствовал, что ему действительно повезло, что он научился боевым искусствам. В противном случае было бы невозможно услышать ее слова.

«Больно.»

Лун Хэн был ошеломлен на мгновение, прежде чем уменьшил силу рук. Рука этой девушки сделана из бумаги? Почему она такая хрупкая? Ему нужно будет следить за своими действиями.

После прибытия в горную виллу Красного Клена у них будет все свободное время после дела мисс Лин. Лун Хэн почувствовал, что должен успокоиться! Но, если он ничего сейчас не сделает, будет страдать всё это время. Поэтому он заставил ее сидеть у него на бедре, держа ее тонкую талию, и остался вполне доволен именно этим.

Но с движением кареты он сразу почувствовал дискомфорт. Нет, если быть более точным, ему было очень комфортно, удобно до такой степени, что он хотел бы что-то сделать. Но ничего не мог, и, поэтому, почувствовал себя как под пытками. Наконец, не имея больше выбора, он смог только посадить её на сиденье рядом с ним, держа её за руку, когда смотрел в сторону.

Лицо Бай Сянсю уже превратилось в свеклу. Её правда сейчас обнимал мужчина; настоящий, настоящий мужчина. У него также есть правильная реакция; она не сможет забыть об этом.

Она уже могла предвидеть свои дни, что во время пребывания на вилле закончатся дни её девичества. Какой бы ни была красивой вилла Красного Клена, ее мысли полностью потеряются от боли и потери целомудрия. Конечно, в глубине души было и небольшое ожидание.

В конце концов, в глубине души она была женщиной. Если бы у нее не было подобных мыслей с таким прекрасным образцом мужчины рядом с ней, то она, несомненно, страдала от какого-то гормонального дисбаланса, или производство мужских гормонов уже было настолько сильным, что она почти стала мужчиной.

К сожалению, она не была такой. Ее тело абсолютно здоровое, как и её душа, как у обычной стандартной женщины. Поэтому думать о таких вещах все равно должно быть нормально. Ее нельзя считать похотливой, не так ли?

Она все еще думала о таких случайных, неприличных мыслях, когда карета въехала в горную виллу Красного Клена. Она пришла в себя только когда поняла, что главный герой подает ей руку, а за ним рядом стоят слуги.

Черт, что это за ситуация? Рука Бай Сянсю дрожала, когда была поражена стремлением прекратить подобное интимное поведение, потому что в этом мире неприемлемо даже, чтобы муж и жена держались за руки и шли по дороге. Но, как наложница, может вот так принять его руку. Неужели правда нормально показывать их близость? Что, если это возмездие?

Но её руку уже схватили, прежде чем она смогла вытащить ее, и Лун Хэн покорно сказал: «Будь осторожна, ты только-что чуть не столкнулась с дверью.»

А правда, как она шла? Она казалась усталой и ошеломленной в экипаже, и всё почти закончилось столкновением с дверью. У него не было выбора, кроме как взять ее за руку и провести самому.

Мозг Бай Сянсю был настолько перегружен, что она находилась в полном шоке. Она даже не думала, что главный герой будет так активно защищать ее, даже предложив свою руку! Разве это не просто замечательно? Их домочадцы, а также слуги из горной виллы Красного Клена всё видели. Этого действительно нельзя отрицать.

Местные слуги, естественно, заранее подготовили комнаты. И конечно знали о прибытии своего хозяина.

В этом мире, особенно в старые времена, наложницы значительно отличались от главных жен. Если бы куда-то приехала главная жена, ее можно было устроить в той же комнате, что и главу семьи. Но для наложниц всё по-другому.

Они всегда были просто слугами мужа и отводились в дальнюю комнату, отношение к ним было несколько лучше, чем у обычных слуг. Комната, выделена для Бай Сянсю, была на самом деле довольно хорошей, с новыми одеялами.

Бай Сянсю вышла из комнаты после краткого осмотра. Сейчас должно быть обеденное время. Она устала сидеть в карете весь день.

Но первые слова Сяо Хуан, когда она появилась, похоже, прервали это ожидание: «Мадам Сюй, Принц отправился навстречу своему другу, оставив приказ, чтобы вы пообедали, не дожидаясь его.»

«Другу?»

Может это тот второстепенный мужской персонаж?

Она вспомнила, что главная героиня столкнулась с другим второстепенным персонажем, чрезвычайно образованным и талантливым. Он полюбил её после того, как увидел её стихи. Но по истинной личности он оказался шпионом другой страны, а его конечной целью — убийство главного героя.

Кажется, главный герой знал об этом, но хотел получить некоторую информацию об этой стране через шпиона. Поэтому Принц намеренно пригласил его остаться в вилле Красного Клена под видом талантливого человека.

Этот человек был необычайно злобным, совершив немало вещей, чтобы в конечном итоге заполучить главную героиню. Но, к сожалению, она дочитала только до того места, где скончалась Бай Сянсю, поэтому не знала, действительно ли он заполучил главную героиню.

Но сейчас он только начинал в неё влюбляться.

Просто она обнаружила, что этот мужской персонаж чрезвычайно неприятный, так как он был искусен в искусстве яда. Казалось, что первая близость между главными героями появилась с помощью его наркотиков? Несмотря на то, что он был похож на честного человека, он был фактически скрытым демоном.

Действуя как свинья, которая хочет сожрать тигра, он появлялся днем в одном обличье, а ночью совершенно в другом.

Кроме того, страна, из которой он приехал, была несколько похожа на страну Мяоцзян в современных романах в Усиа с совершенно разными обычаями брака. Все были достаточно опытными в использовании ядовитых насекомых. В общем, это было очень уникальное место.

К счастью, главный герой придерживался строгого режима спиртовых лекарств от своего мастера, начиная с юного возраста, и был полностью неуязвим перед ядами. Его врагам нужно было искать другой способ убить его и поэтому сюда отправили этого мужского персонажа. Тем не менее, у главного героя, были подозрения после работы с ним, и он не был полностью уверен в подлинной личности этого второстепенного персонажа, верно?

Ужин был подан, когда Бай Сянсю задумалась. Проголодавшись от дневных нагрузок, она не могла переварить много еды. Рядом с ней немного нервничала Сяо Хуан, так как это был её первый выезд с хозяйкой. Собственно, ей также было очень любопытно, почему хозяйка взяла с собой её и Сяо Ши, а более опытную Е-маму оставила в поместье.

Этот вопрос постоянно ее мучил, но она не решалась спросить.

«Сяо Хуан, ты хочешь что-то мне сказать?» Эту девушку оказалось еще проще читать, чем Сяо Ши.

Сяо Хуан вздрогнула, но быстро выпалила: «Эта покорная служанка неуклюжая, и не понимает, почему хозяйка взяла её с собой.» Даже если она не хотела брать маму, в поместье остались сестры Бао Цинь и Бао Юэ.

«Разве ты не говорила, что никогда раньше не покидала усадьбу? Так что ты здесь, чтобы немного проветриться.»

Бай Сянсю на самом деле думала, что с этой редкой возможностью покинуть усадьбу Ли, она не хотела брать с собой всех, кто мог бы ее ограничить, особенно Е-маму. Если бы мама поехала с ней, она бы определенно потащила Бай Сянсю соблазнять Принца, как только это-будет возможно.

Она не сможет оттолкнуть Принца, если не захочет облазнять его. Если она будет дальше с ним флиртовать, она уверена, что это закончится для неё трагедией.

Принц Ли вернулся после ужина. Войдя, он казался крайне несчастным, его лицо напоминало замерзшую тундру северного полюса.

«Вы ели?» Думая, что от раздраженного главного героя ей лучше держаться подальше, Бай Сянсю собиралась уходить и вернуться в покои, и думала, что он уже ел.

«Пока нет.»

Нет, так не должно было быть! Она же была в шаге от побега? Так что Бай Сянсю пришлось поручить горничным нагреть блюда и служить им. На самом деле, если в Принце Ли было что-то хорошее, то его было очень легко спрятать. Он не был слишком придирчивым к еде и ел все, что ему подадут.

Но сегодня было ясно, что он внутренне кипит. Бай Сянсю неоднократно слышала, как ее мать произносила определенную фразу, когда приходила домой. Сегодня, по какой-то причине, эта фраза бессознательно вышла: «Есть, когда сердишься не хорошо для тела!»

Пфф. Что что что? Неужели ей нечего делать? Почему она сказала это главному герою, который был почти легендарным из-за своей черствости? Она никогда бы не подумала, что главный герой будет шокирован, резко подняв голову, чтобы посмотреть на нее.

Бай Сянсю подумала, что он будет придираться к ней. Она ведь просто наложница, как она посмела сказать Принцу, что ему делать? Но произошло неожиданное, когда он улыбнулся, и его губы скрутились вверх. Он действительно просто улыбнулся, просто так! Она была ошеломлена, когда присела. Всё точно так, как описывал роман, улыбка главного героя совершенно завораживающая.

Даже главная героиня попала в эти сети и не смогла вырваться. Естественно, это удвоилось для второстепенного женского персонажа, такого как Бай Сянсю, которая никогда не видела много красивых мужчин, и на самом деле даже не видела многого в мире.

Ее лицо тихо превратилось в свеклу. Как Принц Ли мог оказаться в настроении есть свой обед? Его мысли быстро пошли к желанию съесть её. Но атмосфера сейчас была довольно трогательна. Немного удушающее несчастье в его сердце бессознательно и естественно рассеивалось ветром. Он не знал, что у этой маленькой девочки будет такая скрытая способность. Он не мог не спросить: «Откуда ты узнала, что этот Принц сердился?»

Он действительно хотел, чтобы она понимала его. И действительно хотел понять ее. У Лун Хэна никогда не было сильного желания узнать кого-то подобного. Он почувствовал, что его сердце снова начинает выходить из-под контроля.

«Эта наложница… эта наложница не знала, что вы злитесь, не знала этого вообще.» В романе главный герой был очень разъярен, когда главная героиня догадалась, что на него влияют его дела. Поэтому она немного боялась, потому что отношения между ней и главным героем были очень похожи на отношения между диким зверем и маленьким белым кроликом.

«Бай…» Он не знал, почему, но этот обычный способ обращения внезапно стал неловким. Или, может, совсем не интимным. Желая уменьшить расстояние между ними, он немного покашлял, и долго колебался, прежде чем попытаться: «Сян… Сян…»

«Сян?» Бай Сянсю наклонила голову в сторону, думая, что она неправильно услышала.

«Сегодняшний обед действительно ароматный.»* Лун Хэн затаил дыхание. Это всего два слова; как получилось, что он не смог вытянуть их из своего горла? (* — ароматный, такое же слово, как часть её имени «Сян»)

Бай Сянсю улыбнулась: «Хорошо, что Принцу нравится.»

Поев, Лун Хэн, естественно, знал, что ему нужно делать. Он жадно взглянул на Бай Сянсю, прежде чем сказать: «Тебе нужно отдохнуть.»

«Хах, хах?» В этом нет смысла. Так не должно быть. Отдыхать вместе, в это время?

Кажется, что главный герой сдерживался уже давно. Как он мог отказаться от такого золотого шанса после того, как наконец получил его? Может, с ним что-то не так? Но это невозможно. Это было ясно указано в романе.

Помимо небольшой сдержанности в вопросах постели, с главным героем всё было в порядке. Мало того, он на самом деле был довольно опытным. Поэтому, как он мог дать этому шансу проскользнуть скврозь его пальцы?

Бай Сянсю нельзя винить в таких мыслях. Прочитав бесчисленные романы, она помнила, что люди всегда не могли контролировать себя в такие моменты!

Хотя в романах всё немного преувеличивали, было сказано, что искусство исходит из жизни. По крайней мере, должна быть хотя бы некоторая степень правды. Если это так, тогда почему он теперь сдерживается? Может, это связано с его предыдущим гневом? Или это новоприбывший мужской персонаж, или…

Пока она раздумывала, кто-то вошел извне: «Ваше Высочество, эта новую служанку уже отправили. Они послали сюда человека, чтобы четвертая мадам устроила ей место.»

«Разве я не просил тебя привести ее ко мне? Похоже, ты забыла правила после долгого пребывания на вилле Красного Клена.» Лун Хэн нахмурился. Пока он не сказал Бай Сянсю, что мисс Лин приедет сюда, он не хотел, чтобы эти двое встретились. В его глазах Бай Сянсю была похожа на новорожденный бутон, очень нежный и хрупкий. Между тем, мисс Лин была похотливой женщиной и крайне испорченой.

Эти двое были полярными противоположностями в его уме. Итак, чтобы защитить этот маленький бутон в его сердце, чтобы она медленно расцвела в красивый цветок и произвела семена, он должен избавиться от этого пятна на своей стороне. Он был именно таким человеком. Он никогда не менял принятого решения.

После появившихся чувств к наложнице Бай, в его сердце не осталось места для другой женщины.

Лун Хэн всегда был серьезным человеком. Если он занимался боевыми искусствами, он сосредотачивался исключительно на тренировке. Он не остановится, пока не станет лучше. Когда он учился, он занимался только учебой и должен был занять место ученого. Так он и достиг своего нынешнего положения. В противном случае, какими бы хорошими не были его истоки, он не смог бы получить титул Принца, не обладая королевской кровью.

Поэтому главный герой был полностью посвящен одним отношениям. Не было никаких способов соблазнить его.

Это подробно объяснялось в романе. К сожалению, Бай Сянсю полностью сосредоточилась на том, чтобы избежать смерти с тех пор, как попала сюда. Все ее усилия и мысли перешли к тому, как ей выжить в древние времена. У нее просто не было времени, чтобы думать о проблемах отношений. Это привело к тому, что она выглядела крайне глупо в этой области. Тем не менее, она понимала, что главный герой немного отличается от того, как его изображали в романе. По крайней мере, его отношение к ней было совершенно иным.

Тем не менее, она сейчас рассматривает себя просто как гостя, не желая принимать участие в сердечных делах как можно дольше. Это потому, что другая сторона — главный герой и рано или поздно появится главная героиня.

Бай Сянсю начала думать об этом, и почувствовала, что это очень странно.

Почему Принц так заботился о служанке? Может, он в тайных отношениях с кем-то, кроме главной героини? Это совершенно невозможно, не так ли? Роман всегда повторял и подчеркивал, что главный герой был полностью предан своей любви!

Бай Сянсю моргнула, растягивая шею и глядя на улицу, по-видимому, очень обеспокоенная этой служанкой. Тем не менее, она не думала, что ее выражение улучшит впечатление о ней самого принца Ли. Маленькая леди все еще беспокоилась о нем. В противном случае, что может означать такой взгляд?

«На что ты смотришь?»

«Нет… ничего.» Кто же эта служанка?

«Поскольку ее уже привезли сюда, пригласите её кто-нибудь, чтобы Четвертая мадам посмотрела! Маленькая леди определенно ревнует.» Он и правда не мог скрыть этого от нее. Что, если она станет слишком много думать об этом? Подождите ка, он не может позволить им быть вместе.

Бай Сянсю обнаружила его поведение еще более непонятным, поскольку она направлялась в кресло, на которое указал Лун Хэн. Маленькая леди в облике горничной вскоре появилась. Один ее профиль отбросил все сомнения Бай Сянсю. Кем может быть эта чистая, как белый цветок лотоса, девушка, с таким мягким, нежным телом, если не главной героиней?

Она бессознательно встала, но ее правое плечо почувствовало сильное давление, когда главный герой сдержал ее на месте своей рукой. Что, в чем смысл этого принц Ли? Это же главная героиня с несравненно ярким ореолом. Вы позволите простой наложнице сидеть, оставив её стоять. Как мы сможем нормально общаться дальше с таким прецедентом?

Это определенно было бы невозможно. Она могла рассказать, просто посмотрев в глаза главной героине, как ей было неприятно. Даже если они еще не женились, эти двое были фактически заняты. Бай Сянсю просто наложница, и не должна была сидеть. Но, когда взгляд главного героя переместился к ней, неся с собой слой льда, у Бай Сянсю не было выбора, кроме как сесть прямо, будто она сидела на кровати с иглами. По её спине медленно пополз холодный пот.

Дело не в том, что она робкая, но главная героиня скоро войдет в усадьбу Принца Ли. Когда это произойдет, она целенаправленно станет усложнать жизнь Бай Сянсю? Что тогда ей делать? Но кто бы мог подумать, что главная героиня окажется здесь под видом горничной? Что вообще здесь происходит?

Принц Ли был самым уведомленным в этом вопросе и поджал губы: «Если Вам нечего больше сказать, вы можете идти.»

Все оставшиеся без его взгляда остались в комнате, и даже Сяо Ши и Сяо Хуан были вытеснены взглядом Принца. Его взгляд был действительно свирепым. Даже крошечного щелчка его глаз уже было достаточно, чтобы все поняли, что они должны делать.

Между тем, Бай Сянсю была крайне противоречивой. Главная героиня стояла в комнате, а она все еще сидела. Когда все ушли, она поднялась на ноги с улыбкой: «Так это мисс… мисс Лин…»

Принц Ли не хотел, чтобы это произошло. В его сердце была Бай Сянсю. Эта мисс Лин занимала эту должность только своим именем. Он также знал, что одобрение наложницы и отказ от главной жены недопустимы. Если бы действия последней были немного лучше, он бы тоже этого не сделал.

Она пряталась здесь от беспорядков какого-то случайного человека, но кто знал, сколько раз этот мужчина из Цзянху посетил ее комнату до того, как его обнаружили. Эта девушка была действительно испорченной. Независимо от того, насколько чисто и прилежно она сейчас была одета, его впечатление о ней уже не могло быть хуже.

Он не мог допустить, чтобы его женщина выражала слабость перед так называемой хозяйкой дома.

«Сянсю, присядь.» Он облегченно вздохнул. Наконец он смог сказать это вслух. «Вы тоже сядьте, мисс Лин.»

Отчуждение было легко разглядеть.

Лин Цяньцзы изначально не соглашалась на этот брак. Но, он был одобрен как императором, так и вдовствующей императрицей, и значит это решение практически невозможно изменить. Министр Лин много раз говорил ей, что если она действительно хочет сопротивляться браку, пострадает вся её семья.

И Лин Цяньцзы сдалась. Кроме того, она почувствовала, что принц Ли не так уж плох, раз отправился спасать её. Но, каков был смысл этих действий: использовать наложницу, чтобы опозорить её? Она впервые почувствовала, что Бай Сянсю на самом деле очень раздражает.

Когда Лин Цяньцзы раньше видела Бай Сянсю, она была прекрасна, и Лин Цяньцзы почувствовала какой-то диссонанс, как будто одежда, которую одевала Бай Сянсю, была хорошей, но не принадлежала ей. Но теперь, вся её суть, похоже, уже полностью слилась с ее нравом. Улыбаясь, она казалась исключительно блаженной, хотя ее улыбка была очень сильной.

Бай Сянсю сидела молча. Главный герой, ты специально вызываешь у неё ненависть ко мне?

Лин Цяньцзы села, хладнокровно говоря: «Интересно, где меня поселит Ваше Высочество?»

Служанка это лишь прикрытие. Она больше не хотела, чтобы её беспокоил тот мужчина.

«Поскольку вы пришли сюда под видом служанки, вы станете служанкой во внутреннем дворе Воплощения Весны, и будете отвечать за сад.» Углы губ Лун Хэна слегка свернулись вверх. Холода в этой улыбке было достаточно, чтобы по телу пробежала дрожь.

«Ваше Высочество, как вы можете…» Лин Цяньцзы понятия не имела, в каком она окажется положении. Она вскинула брови и громко спросила его.

«Мисс Лин, вы хотите, чтобы все здесь видели вашу личность? Тогда, усадьба Принца Ли потеряет лицо.» Голос Лун Хэна был довольно холодным, холодным до такой степени, что Лин Цяньцзы задрожала.

Она слегка прикусила нижнюю губу, а на глазах засияли слёзы: «Я… я понимаю.»

Бай Сянсю не могла вмешаться. Но мисс Лин перед ней была действительно слабой и беспомощной, почти до жалости. Она — главная героиня, и ее уровня достаточно, чтобы внушать мужчинам свои желания! Бай Сянсю заметила возможность искупить себя перед ней. Возле неё стоял чайник. У нее с главным героем был налит чай, а у главной героини нет. Поэтому Бай Сянсю взяла чайник, желая налить ей чашку. Но, когда она собиралась встать, Лун Хэн снова нажал на нее.

Ва, главный герой, что ты пытаешься сделать? Бай Сянсю явно хотела жить счастливо с главной героиней, но почему вдруг между ними встал мужчина?

Ореол главной героини очень важен. Мало того, что у главного героя есть ореол, у него также была способность убивать людей. Поэтому, под силой главного героя, Бай Сянсю бессильно упала, больше не смея двигаться. Она задумчиво посмотрела на чай, но не решилась выпить его, хотя ей очень хотелось пить. Она боялась, что главная героиня может возмутиться. Несмотря на появление главной героини — белого цветка лотоса, она была очень мелкой фигурой.

Если ей не нравился кто-то, она тихонько бросала несколько слов в разговоре с главным героем или с мужчинами, второстепенными персонажами, шепча им свои секреты.

Объект ее неприязни не прожил бы месяца, его либо отравили, либо избили до смерти. Их конец не мог быть более трагичным. Поэтому ореол главной героини состоял из главного героя и второстепенных персонажей. Если у вас нет никаких способностей или каких-либо специальных навыков, лучше не вступать с ней в конфликт.

Господство. Это было чистое господство!

Наконец она увидела тираническую сторону главного героя. Бай Сянсю не знала почему, но он никогда не ругал её с тех пор, как вернулся с войны. Может ли быть так, что его агрессивная сторона появляется только рядом с главной героиней?

Бай Сянсю стояла рядом, задаваясь вопросом, что она должна сделать в этой ситуации. Она почувствовала недоумение и с жалостью посмотрела на главную героиню. Но, в глазах принца Ли, они двое соревновались над тем, кто выглядит более жалко.

Это не заняло много времени, прежде чем его сердце выбрало одну из сторон. Во-первых, образ Бай Сянсю, которая была более слабой, уже был у него в голове. Во-вторых, взгляды Бай Сянсю были на более высоком уровне, чем у Лин Цяньцзы. Более того, она смотрела большими прозрачными глазами, которые вызывали к ней больше сочувствия.

Лун Хэн погладил руки Бай Сянсю и сказал: «Мисс Лин, Вам следует отложить отдых; у вас есть работа. Ах, да, отныне ваше имя будет… Сянсю, почему бы не придумать имя для неё?»

Холодный пот начал обливать лицо Бай Сянсю, как водопад. Она хотела плакать, глядя на главного героя, когда даже её руки дрожали. Он, конечно, оскорбил главную героиню этим предложением. Рано или поздно она умрет ужасной смертью. Эй, вы, ребята, можете просто поссориться между собой! Зачем втягивать в это второстепенного персонажа, такого как я?

Как может Лун Хэн продолжать высмеивать Мисс Лин, видя, как она испугалась? Он мог только сказать: «Тогда Вас будут называть Юань! Слуги! Проведите горничную Юань во Двор Воплощения Весны, для работы садовником.» После того, как он закончил говорить, кто-то вошел, чтобы сопроводить главную героиню.

Бай Сянсю крайне расстроилась, когда увидела обиженный и неохотный взгляд главной героини. На этот раз она действительно вляпалась. Соответственно, ее настроение тоже стало кислым. Её лицо потемнело, и она упала духом.

Лун Хэн чувствовал себя отдохнувшим после мести мисс Лин, но девушка рядом с ним была крайне грустной. Поскольку он проявлял большую самоограниченность, он не торопился заставить ее что-либо делать с ним, если её ум настолько явно чем-то занят. Но даже если он не спешит, это не значит, что он вернется в свою комнату и будет спать один. На сколько это было бы скучно? Поэтому принц Ли решил остаться в комнате Бай Сянсю. Но в ней только одна огромная кровать, без боковых комнат.

Бай Сянсю всё ещё чувствовала себя подавленной. Ей придется подготовиться к тому, что её насильственно съедят после принятия ванны, а затем трагически принять свою жизнь наложницы. В конце концов, она современная женщина, как она могла захотеть стать любовницей? Но она не ожидала, что Лун Хэн на самом деле будет только спать. Он сразу понял, почему она не решалась лечь в постель. «Почему ты еще не в постели?»

Бай Сянсю внезапно вздрогнула. Она не могла понять, почему она так его боится. Но я просто я! Так что я могу с этим поделать? У неё не было выбора, кроме как снять обувь и залезть в постель. Затем она быстро подняла одеяло и нырнула под него.

Хорошо, продолжай! Мне придется рано или поздно это испытать! В любом случае, они на самом деле уже давным-давно должны были совершить этот поступок. При нормальных обстоятельствах она уже считалась поздним цветком.

Она закрыла глаза и крепко сжала одеяло, готовясь к тому, что должно было произойти.

Несколько мгновений спустя огни погасли. Последовало ощущение, что человек поднимается на постель. Жгуче горячий и мускулистый мужчина… Она неосознанно немного вздрогнула, как будто ее ошпарили.

Она подумала, что дальше Лун Хэн потянется за ней, но, несмотря на её ожидания, он не сдвинулся ни на дюйм. В этом нет никакого смысла. Разве он не должен был наброситься на неё, как зверь, как только залез в постель? Так как это было написано в романе. Может, он пытается как-то подготовиться?

Бай Сянсю медленно открыла один глаз, чтобы взглянуть на него, а затем сдалась, и открыла другой глаз. Она видела только черный силуэт спины главного героя, которая выглядела очень соблазнительно, когда его длинные волосы спадали, как водопад.

Какая польза от того, что у мужчины такие длинные, красивые волосы? Странно, почему он так покорно лег спать? Разве он не должен подталкивать меня к ‘этому’? Или может сценарий настолько сильный, что он должен поддержать свою чистоту ради главной героини? Или это потому, что я недостаточно привлекательна для него?

Мучительно размышляя над этим вопросом, она услышала приглушенный голос с другой стороны кровати: «Молчи и ложись спать. Ты можешь… отдаться мне, когда не будешь этого боятся.»

Бай Сянсю по необъяснимому ощущению почувствовала, как ее сердце начало странно биться, как будто выбивало какой-то ритм. Ба-дамп… Ба-дамп… Она медленно потянула одеяла к себе, собрала их в руке и ответила: «Ммм.»

Главный герой, вы на самом деле такой заботливый. Теперь она ясно это увидела. Не имеет значения, как она боялась его раньше, но теперь у нее появилось небольшое доверие. Может, он на самом деле не такой уж безрассудный человек? Подумав об этом, если бы второстепенные женские персонажи в романе не пытались нанести вред главной героине или не пытались найти способы лезть в постель к главному герою, зачем ему было бы их убивать или избивать?

Он не коснулся ни одного волоса на голове главной героини, очень любил и заботился о ней. Более того, он даже мирился с ней, хотя она вырвалась из-под контроля в последующих главах. В конце концов, он действительно был не таким уж плохим человеком. В заключение она была благодарна за то, что он сегодня для неё сделал. Она лежала, глядя в потолок, даже не утруждая себя перевернуться на свою сторону. Ей не потребовалось много времени, чтобы погрузиться в глубокий сон.

Но, в отличие от неё, Лун Хэн не мог спать. Рядом с ним лежала молодая и соблазнительная девушка, и к тому же его собственная наложница! Для такого мужчины, как он, физически невозможно было просто лечь и погрузиться в мертвый сон, только если он не был импотентом. Или евнухом.

Но он, очевидно, не был евнухом! Он здоровый, молодой и энергичный мужчина! Хотеть, чтобы он просто тихо заснул, ничего с ней не делая, было тяжелее, чем заставить его умереть.

Но он не смел прикоснуться к ней. Было бы невероятно досадно, если бы он напугал ее посреди ночи. Поэтому, он заставил себя просто лечь и вести себя как труп. На самом деле ему удалось это только до полуночи. Лун Хэн поднялся, чтобы отправиться на прогулку и вернулся, умыв лицо.

Бай Сянсю выглядела чрезвычайно красивой под мерцающим лунным светом. Её чистый, жемчужно-белый цвет лица таял в лунном свете. Он мягко провел пальцами по ее коже и лег лицом к ней, дыша с ней в унисон. Может, потому, что у нее было такое спокойное выражение, или, может, из-за прекрасного аромата, который она излучала. Как бы то ни было, его веки вскоре начали падать, и он медленно заснул.

В ту ночь он необычайно хорошо спал. Казалось, что он играет с Бай Сянсю среди поля цветов и несёт её. Её тело пахло столь ароматно, и он даже начал смело касаться ее укромных мест. Заметив, что она не сопротивляется, он начал ласкать ее еще больше. Она даже издавала восхитительные стоны…

Подождите. Что-то не так. Звук явно шел от его уха. Лун Хэн немедленно открыл глаза, и то, что он увидел перед его глазами, почти заставило его сосуды взорваться.

Бай Сянсю лежала на нём, в то время как он обнимал ее талию одной рукой. Другая рука на самом деле ласкала её задницу, а не грудь, как он видел во сне.

Судя по обстоятельствам, она, должно быть, хотела встать с постели, взобравшись над ним, но вместо этого он обнял ее. И из-за сна он сделал с ней некоторые непростительные вещи.

Маленькой леди было так стыдно, что ее лицо покраснело, как самый красный шелк. Она старалась изо всех сил вырваться, как червячок. Тем не менее, она не смогла убежать от его демонических рук даже после всех усилий. Молча, она раскидывала мозгами, чтобы придумать выход из этой ситуации.

У нее было ощущение, что Лун Хэн проснулся. Она резко подняла голову и встретила его глаза. Бай Сянсю сразу же вспыхнула. Она говорила с приглушенным голосом: «Отпустите меня. Прямо сейчас!»

Лун Хэн отпустил и… Бам. Красавица вырвалась из его объятий и упала на землю. Но она только вызвала небольшой шум и тут же встала, быстро куда-то убежав. Кажется, это… комната для умываний, место, где моются и справляют физические потребности в течении ночи.

Когда Лун Хэн неподвижно лежал на кровати, выражение лица Бай Сянсю в его мыслях было еще свежим. Она просто хотела перелезть через него, чтобы получить доступ к туалетному шкафу, но он каким-то образом захватил ее во время этого процесса. Затем она не смогла вырваться из его рук после того, как он лапал и долго терзал ее. Вспоминая досадный и сердитый взгляд на ее лице, он не мог остановить себя от истерического смеха.

Когда человек, сидя в туалете и делая свои дела, услышала истерический смех, исходящий из другой комнаты, она расстроилась. Она стиснула зубы от унижения и разочарования, почти потеряв дар речи. Он виноват в том, что она только что чуть не описалась над ним!

Чертов, Лун Хэн! Он должен быть её заклятым врагом! Он отвечал за ее смерть в романе, и теперь он хотел задушить ее до смерти даже во сне! В конце концов, он не хороший человек! Она не должна была вчера так хорошо к нему относиться. Она чуть не потеряла все свое достоинство перед ним! Она не знала, было ли это из-за негодования или из-за позора, рожденного от его смеха, но выйдя из комнаты, она так покраснела, что все ее лицо пылало огнем. Она не могла даже поднять голову.

Тем не менее, Лун Хэн ничего ей не сказал. Его смех уступил место спокойному взгляду. Бай Сянсю так же безмерно уставилась на него. Она тихо проворчала: «Почему вы на меня смотрите?»

Лун Хэн был ошеломлен. Эта женщина, должно быть, действительно рассердилась. Даже то, как она говорила, было явным презрением. Тем не менее, он все еще чувствовал, что так она выглядит удивительно симпатично. Она уже больше не боялась его, как прежде, и, наконец, стала более естественной возле него. Обычно он был бы недоволен, если бы кто-то так неуважительно относился к нему. В конце концов, он родился с гордостью в своих костях, и эту черту не так легко изменить.

Но Бай Сянсю отличалась от других. В будущем они собираются вступить в тесные отношения. Если бы она всегда боялась, ему было бы трудно положить на нее руки? Вероятно, лучше подождать, пока их чувства не станут более глубокими, прежде чем они…

Когда его мысли продвигались дальше по определенному пути, его руки внезапно остановились, надев одежду. С каких это пор у него появились такие странные мысли? С юности он был сосредоточен только на своем боевом обучении и редко обращал внимание на сентиментальные чувства к девушкам. Он вошел в армию вскоре после обучения и постепенно начал терять интерес к женщинам. Он почувствовал только презрение в первый раз, когда женщина попыталась соблазнить его. Однажды он даже стал свидетелем бесстыдного поступка женщины, но он нисколько не зашевелился от этого зрелища, потому что тогда она сидела на одном из его подчиненных.

С тех пор он никогда не показывал ни малейшей жалости к какой-либо женщине. По крайней мере, пока не встретил ее.

Она, казалось, постепенно меняла его впечатление о женщинах, и теперь его понятия тоже изменились. Он хотел не только ее тело и ее внешность. Он хотел, чтобы она наполнила свое сердце мыслями о нем, а не страхом. Он не знал, подходила ли эта идея для продолжения такого плана, но это плавучее чувство в его сердце было довольно комфортным.

У него, казалось, появились другие цели, вместо того, чтобы просто наносить удары по своим врагам. Эта новая цель полностью отличалась от его любых военных действий. Независимо от того, насколько трудно или невозможно было то, что он собирался получить, но он будет упорствовать до конца. Поскольку у него появилась новая цель, он должен взять на себя ответственность, чтобы разбить оборону! Эндшпиль состоял в том, чтобы добиться победы в битве!

Он продолжал медленно одевать свою одежду, когда его мысли достигли этого момента, и заметил, что какая-то маленькая дама боролась со своим халатом, как будто ее жизнь была на грани. Казалось, ее гнев еще не рассеялся.

По неизвестным причинам он начал идти к ней и накрыл ее верхнюю одежду через плечо. Оба они были ошеломлены на минуту. Принц помогает своей наложнице? Разве это не странно?

Но вскоре они сформировали собственное мнение об этой ситуации. Бай Сянсю считала, что он это делает, потому что хотел извиниться за то, что сделал сегодня утром. Что касается принца Ли, он считал, что вполне приемлемо, чтобы он надел пальто на свою собственную женщину. Почему бы и нет? Были мужчины, которые помогали своим женщинам делать брови в древние времена. То, что он сделал, не выходит за рамки. Когда его мысли остановились на этом моменте, он даже исправил ее позу, чтобы завязать пояс.

Морозное выражение на его лице, с легким намеком на тепло в глазах, поставило Бай Сянсю в довольно неловкое положение. Скажи мне. Почему, черт возьми, ты помогаешь мне перевязать пояс с таким суровым взглядом? Это ужасно страшно. Но по какой-то причине Бай Сянсю все еще чувствовала себя немного тронутой его действиями. Она потянула свою одежду и сказала: «Я… я могу сделать это сама. Ах, э-эта наложница должна была сказать, что она может сделать это сама.»

«Тебе не обязательно быть такой формальной, если мы вдвоем.» Доминирующее, но ласковое поведение Лун Хэна немного испугало Бай Сянсю. Это было почти так, как будто они оба уже сделали ‘это’ вчера. Но их отношения явно были совершенно невинными. Они даже не держались за руки…

За исключением неловкого инцидента сегодня утром, конечно.

Подумав об этом, что же ему снилось? Он схватил и зажал мою задницу… Я так старалась вырваться из его хватки, что моя задница до сих пор болит. Может там ушиб?

Но она не осмелилась смотреть на свою задницу перед Лун Хэном. Она могла только терпеливо ждать, пока полностью не оделась, прежде чем позвать слуг. Когда Сяо Ши и Сяо Хуан вошли в комнату, они так улыбались, что их лица превратились в маленькие запеченные булочки. Сяо Ши даже шла, будто гуляла по воздуху, особенно после того, как заметила, что ее хозяйка на самом деле в порядке.

Почему они такие? Она просто поела с ним, и они ничего не сделали. Разве эти девчонки не слишком невинные? Очевидно же, что простыни чистые! Разве они не видят этого? Куда они вообще смотрят?

Но ей не следовало ничего объяснять, пока рядом Лун Хэн. Поэтому она могла только позволить им вести себя так как есть. Она беспомощно села на туалетный столик, но даже это стало еще одной причиной для большего недоразумения. Она тут же вскрикнула и инстинктивно вскочила, как только ее задница коснулась стула. Определенная область все еще болела. Звук ее крика можно было описать только как крик наполненной силой души.

Лун Хэн был чрезвычайно ошеломлен после того, когда увидел, как она подскочила, и еще больше застыл, увидев ее раздраженное и расстроенное выражение. Он подумал о том, где ей болит, и слегка покашлял: «Принеси для своей хозяйки мягкую подушку.»

Черт возьми. Выражения девушек выглядели еще более кокетливо после слов Лун Хэна. Бай Сянсю сначала не подумала об этом, но из-за их взглядов она так смутилась, что ее лицо уже не могло покраснеть ещё больше. Ее сердце быстро забилось, но так и не замедлилось через некоторое время.

Но, что случилось с Принцем Ли? Почему он тоже смеется, и так нежно? Разве он ещё недостаточно смутил меня?

Может из-за того, что над ней так беспощадно утром поиздевались но обычно слабый белый кролик наконец рявкнул. Она собрала свои силы с каждой унцией удовольствия, которую она могла собрать, и одарила Лун Хэна мощным, злобным взглядом. Тем не менее, Бай Сянсю не знала, что её лицо так и не стихло. На самом деле её злобный взгляд превратился в кокетливый.

Лун Хэн не ощутил ни малейшей угрозы. Вместо этого ее взгляд так сильно разогнал его сердце, что ему пришлось покинуть внутреннюю комнату.

После того, как Шуер закончил помогать Лун Хэну, служанка спросила, будут ли они завтракать. Естественно, Лун Хэн сказал «да». Бай Сянсю начала вспоминать то, что она только что сделала, когда был подан завтрак, и подумала, не перешла ли она грань. Но, поскольку он, на этом не зацикливался, почему она должна беспокоиться? В любом случае, он был не прав.

Эти двое вскоре снова воссоединились за завтраком. На стол поставили кашу и сладкие пирожные. Поскольку она была голодна от всего, что случилось утром, ей удалось съесть две миски каши, пока она не наелась.

Ее тело из современного мира могло съесть на завтрак четыре булочки и миску каши. Хотя прошло какое-то время с тех пор, как она перешла сюда, она все еще не привыкла к своему новому телу. Одна из причин потому, что ее нынешнее тело обычно ест как птичка. Сегодня, по очевидным причинам, было исключение. Она потерла живот и решила прогуляться. В любом случае, она не могла просто сидеть. Ее задница все еще болела.

Лун Хэн изначально планировал сопровождать Бай Сянсю при осмотре достопримечательностей. Вся причина, по которой он привез её сюда в первую очередь, состоит в том, что он хотел, чтобы она повеселилась. К сожалению, незадолго до того, как они смогли отправиться на прогулку, он получил известие, что что-то случилось с Лин Цяньцзы. Она заболела.

Никто бы даже не посмотрел на ней, если бы она была обычной служанкой. К сожалению, она не просто еще одна служанка. У Лун Хэна были бы большие неприятности, если бы она умерла от болезни. И поэтому у него не было выбора, кроме как посетить её.

Он не мог позволить своей робкой девушке посетить мисс Лин вместо него. Основываясь на том, как Бай Сянсю боялась и почтительно относилась к будущей официальной жене, он волновался, что она просто опустит голову перед мисс Лин. Несмотря на то, что он чувствовал, что это очень вежливо и она держится перед ней должным образом, и это было мерой ее уважения к нему, он считал, что это потеря достоинства, когда его женщина действует именно так.

Поскольку она его женщина, он обязан защитить ее от всего. Он не хотел, чтобы она слишком жертвовала своими чувствами ради других. Ведь она его женщина, она должна жить с высоко поднятой головой и никогда не должна кланяться другим.

Лун Хэн думал, как мужской шовинист. Но Бай Сянсю не знала об этом. Она была слишком занята, рассматривая кленовые листья. Она слышала, что листья клена очень красивые, но не ожидала, что их красота будет столь невероятно завораживающей.

Она вдруг заметила высокую фигуру под деревом. У него было очень привлекательное тело. Жесткость мужчины, смешанная с нежной красотой женщины. Можно было только догадываться, что он красивая женщина. Ух… точнее, красивый мужчина.

Если бы это была какая-то другая перерожденная девушка, было бы любопытно, как выглядело его лицо. Но кем была Бай Сянсю? Она не хотела встретиться в аду с этим человеком, ведь уже знала, кто он из романа. Итак, как только она даже заметила его спину, она тут же топнула по тормозам и сделала выражение экстренной ситуаций на лице.

Этот человек уже услышал звуки позади. Ему стало любопытно, кто это, и он обернулся, чтобы взглянуть. Но все, что он увидел, — это убегающую леди, что тащила за собой двух служанок. Судя по ее профилю, он пришел к выводу, что она на самом деле красавица.

Странно, почему она убежала, прежде чем даже увидела мое лицо? Какая странная женщина. Если моя догадка верна, она должна быть самой благоприятной наложницей Лун Хэна. Я слышал, что он брал ее с собой, куда бы ни пошел. Хотя она только женщина из тыла, я все равно могу использовать её. Поэтому он мягко спросил: «Мисс, вы потерялись на вилле Красного Клена? Может, я смогу помочь вам?»

Твою мать. Почему он использует те же слова, что и раньше, для флирта с главной героиней в романе? Дорогой, разве у тебя нет других способов пикапа?

«Нет.» Бай Сянсю бросилась вперед, продолжая идти, даже не потрудившись обернуться, чтобы посмотреть на него.

«…» Что случилось с этой женщиной? Разве она не слишком странная? Он не хотел сдаваться. Поэтому встал, «Мисс, вы не думаете, что ведете себя немного неуважительно?»

Бай Сянсю не могла заботиться о том, ведет ли она себя неуважительно или нет. Она едва смогла не пуститься в бега, чтобы уйти от него. Но она забыла, что этот человек был фактически воплощением демона, и никто не мог предсказать, как он будет думать и действовать. Она была занята ходьбой, когда внезапно почувствовала боль в коленях. «Ах!» Она упала на пол.

Он, должно быть, саботировал ее! В противном случае, с ее нынешними навыками быстрой ходьбы, она не могла так легко упасть! Он саботировал ее, прежде чем они даже встретились! Это было крайне удручающе.

Хуже того, этот человек даже бросился к ней, притворяясь, что беспокоится о ней. Он спросил нежным голосом: «Мисс, вы в порядке? кха кха…»

Тупое воплощение демона. Почему ты ведешь себя как слабый симпатичный мальчик, когда ты на самом деле здоровый тигр? Меня сейчас стошнит от тебя… Но это чувство прекратилось после того, как она увидела его лицо, подняв голову. Она определенно почувствовала, что неприятности исчезают. Это потому, что он действительно очень красив. Настолько красив, что казался почти не реальным. Он был не только красивым, но и изысканным. У него даже кожа как нефрит. Короче говоря, до тех пор, пока у вас есть основные стандарты красоты, вы не смогли бы ненавидеть его после того, как увидели. Скорее, вы даже проявили бы признаки привязанности, симпатии и даже опоры на него. Но это была всего лишь маскировка дьявола под симпатичного мальчика. Очень сложно увидеть что-то кроме этой маскировки.

«Я в порядке.» Она не приняла руку, которую он протянул ей. Вместо этого она протянула свою руку Сяо Ши. Неожиданно ее служанка посмотрела на мужчину в оцепенении! Бай Сянсю пришлось осторожно ущипнуть ее. Хотя Бай Сянсю была немного возмущена, у нее не было выбора, кроме как признать его красоту. Если бы он носил женскую одежду, он, вероятно, не потерял бы свою нынешнюю внешность с точки зрения красоты.

«Мисс, вам не нужно паниковать. Я остановился здесь, как гость, и могу помочь вам найти путь назад.» Он сделал вид, что не знает кто она и обращался с ней так, как будто она просто еще один посетитель, которого поселил владелец.

По правде говоря, вилла Красного Клена на самом деле знаменитое место, известное своими достопримечательностями. Многие писатели и художники посещали это место в течение нескольких дней, отправляя просьбы об этом.

«В этом нет необходимости.» Она не могла объяснить, почему, ведь была слишком занята, пытаясь стряхнуть его с хвоста.

Тем не менее, человек воспользовался этим шансом, чтобы сказать еще несколько слов. Он улыбнулся и сказал: «Меня зовут Дуань Юньинь. Я не подозрительный человек. Я только хотел показать вам выход по доброте сердца.» Глаза Дуань Юньиня слегка блестели. Женщина перед ним такая редкая красавица. Тем не менее, ее отношение было немного отрешенным.

Было похоже, что он какой-то бушующий зверь, поэтому она инстинктивно пыталась убежать в тот момент, когда увидела его? Большую часть времени даже официальные жены больших семей хотели побеседовать с ним после того, как увидели, не говоря уже о наложнице, такой как она. Даже если он ничего не делал, они все равно стекались к нему из-за его привлекательности.

Она довольно необычна. Казалось, она хочет спрятаться от него. Не говоря уже о том, что он пришлось прижать акупунктуру вокруг ее колена, хотя он ничего ей не сделал. Похоже, она не знает никаких боевых искусств, поэтому и не заметила, верно?

Он вдруг подумал о другой возможной причине. Неужели Лун Хэн уже заметил его истинную личность и велел ей держатся от него подальше? Если это так, то Лун Хэн был не только сильным в боевых искусствах, но и одним из самых умных людей в своем поколении. Его планы на будущее были почти безупречны. Поэтому он считал, что должен прекратить делать что-либо, что может привлечь к нему внимание Лун Хэна.

«Ну, тогда мисс, я просто уйду. Пожалуйста, будьте осторожны на обратном пути.» Дуань Юньинь нежно поклонился ей, исполняя часть своей убедительной игры.

Тем не менее, Бай Сянсю очень хорошо знала, что он только притворяется. Хотя она не понимала, почему он ушел, она почувствовала облегчение, что он решил прекратить приставать к ней. Тем не менее, Лун Хэн видел все его махинации. Он нахмурил лоб. Бай Сянсю действительно обладает красотой, которая может заставить бесчисленных мужчин желать ее. Хотя она все время соблюдала приличия, поддерживая дистанцию, и была явно спокойнее, чем две служанки рядом с ней, ей все равно удалось привлечь его.

Хотя Дуань Юньинь — человек со многими талантами, он всегда был очень самодисциплинирован. Никогда не было никаких слухов о том, как он обманывал женщин с тех пор, как переехал. А вот, его отношение к Бай Сянсю сегодня было определенно ненормальным.

«Сэр Дуань, сегодня вы свободны?» Лун Хэн вышел из своего укрытия и медленно пошел к нему.

Дуань Юньинь с улыбкой ответил: «Я не хорошо себя чувствовал последние два дня, так что не мог посмотреть на листья клена. Но если осень пройдет, такого вида уже не будет.»

Лун Хэн положил одну из рук за спину и холодно ответил: «Спасибо за вашу заботу. Эта дама — один из членов семьи усадьбы Принца Ли.»

Улыбка Дуань Юньиня углубилась: «Правда? Неудивительно, что она вела себя так сдержанно.»

Взгляд Лун Хэна впился в лицо Дуань Юньина, прежде чем он повернулся и посмотрел на красные листья клена. У этого человека действительно очень очаровательная внешность.

Лун Хэн не мог не почувствовать некоторую досаду, потому что видел их обоих вместе. Он не понимал этих чужих для себя эмоций, что на самом деле были ревностью. Все, что он мог думать, это то, что он ненормально ужасно себя чувствует.

Как правило, Лун Хэн и Дуань Юньин долго разговаривали, когда встречались, пытаясь исследовать друг друга. Тем не менее, сегодня Лун Хэн не был настроен для этого. Все, что он хотел сделать, это закрыть Бай Сянсю, чтобы она не встретила других мужчин.

Но это был момент импульса. Когда они вернулись, он сразу смягчил свою позицию, увидев ее маленькое лицо. Он только слегка коснулся ее щеки и спросил: «О чем ты сейчас думаешь?»

Бай Сянсю не услышала его, потому что была слишком занята, пытаясь вспомнить события в романе. Она понятия не имела, что он вошел в комнату. Она вернулась к реальности только когда испугалась руки, что касалась ее щеки. Она столкнулась с Лун Хэном и спросила со всеми своими мыслями в голове: «Что вы сказали?»

От её озадаченного взгляда Лун Хэн не мог найти слов , поэтому немедленно продолжил: «Может, ты хотела бы выйти на прогулку?»

«Конечно!» Выйти на прогулку определенно будет лучше, чем постоянно сидеть в комнате. По крайней мере, она может прятаться от его военного взгляда, когда они будут снаружи. Итак, Лун Хэн отбросил все плохие чувства, которые у него только что были, и вывел свою женщину на прогулку.

Он искренне наслаждался прогуливаясь с ней. Несмотря на то, что погода была немного прохладной, ветер, дующий в его лицо, очень освежал.

«Апчхи!» Бай Сянсю чихнула. В последние дни погода стала холоднее. Неудивительно, ведь зима была почти рядом.

Потребовалось некоторое время, прежде чем Лун Хэн наконец опомнился. Он приказал слугам: «Пойдите, возьмите пальто для своей хозяйки.»

Сяо Хуан немедленно убежала, чтобы принести пальто, услышав его приказ. Лун Хэн снял свое внешнее пальто и накинул ей на плечи. После этого он повернул голову и посмотрел в никуда, как будто совершенно не осознавал, что он только что сделал.

Разве это не просто ход его благородства? Для современного человека это был бы еще один способ показать свою заботу. Почему этот мужчина такой застенчивый? Немыслимо! Но я должна признать, что он действительно заботливый человек. Хотя он не похож на нежный тип мужчин, он на самом деле очень внимателен к своим женщинам.

«О, как мисс Лин себя чувствует?» Она подсознательно захотела найти тему для беседы, но не ожидала, что главный герой сразу же нахмуриться, услышав имя главной героини. Это из-за силы сюжета между двумя главными героями? Несмотря на то, что они до сих пор расходились со сценарию, они все еще переплетены друг с другом до такой степени, что она смогла даже повлиять на его настроение.

«Не вспоминай её.» Его хорошее настроение испарилось, особенно когда он вспомнил, что она сказала ему, как только он посетил ее. «Ваше Высочество, пожалуйста, проявите милосердие! Я больше не могу выносить наказания!»

Разве это не просто одна ночь в комнате для слуг? Он пока даже не пытался усложнить ей жизнь. Не было никаких непосильных хлопот, а также никаких недобросовестных действий по отношению к ней. Тем не менее, по ее жалобам, она показала, что он злоупотреблял ею. Лун Хэн взбесился и яростно выбежал, услышав ее жалобы.

Бай Сянсю была ошеломлена. Что она сделала, чтобы спровоцировать его? «Мы должны вернуться в поместье, когда ее состояние улучшится.»

«М-м.» Услышав довольно мягкий ответ Бай Сянсю, он понял, что, вероятно, она боится вернуться в поместье. Кто захочет вернуться в место, где кто-то активно пытается тебя убить? «Тебе не нужно волноваться. Я уже решил дело с человеком, который пытался причинить тебе вред. Ты можешь быть спокойна, когда мы вернемся.»

«Что? Кто это был?» Бай Сянсю было очень любопытно. Кто тот человек, что умудрился навредить ей? И почему? Как с ним обращались? Неудивительно, что ей было любопытно. Но она также не хотела слишком подробно разбираться в деталях. Она просто надеялась, что он расскажет ей какой-то итог ситуации.

Но как Лун Хэн мог рассказать ей что-нибудь страшное, когда она такой хрупкий маленький кролик в его глазах? Поэтому, он ответил: «Почему такая женщина, как ты, должна так много знать? Просто живи спокойно в заднем дворе. Посмотрим, кто еще посмеет причинить тебе вред!»

Бай Сянсю с недоверием моргнула. Какой шовинистический мужчина. Действительно ли нормально защищать свою наложницу до такой степени? Главная героиня теперь служанка! Ты должен волноваться за неё!

«Что не так? Ты думаешь по другому?» Лун Хэн почувствовал, что она немного не удовлетворена его ответом.

«Нет.» Даже не думай, что я не смогу узнать, кто этот человек, если ты не скажешь. Я пойму, когда узнаю, кто пропал, когда мы вернемся в поместье.

Бай Сянсю не очень хотела, чтобы главный герой рассказывал ей об этом, что вызвало у мужчины большое облегчение. В конце концов, он был основным источником всех неприятностей. Сан Хун уже призналась, что пыталась убить Бай Сянсю, потому что завидовала, что она стала его фавориткой. Она хотела заменить Бай Сянсю. Лун Хэн не мог понять, почему женщины так думают. Разве их мозги затормозили в развитии? Какой смысл пытаться заменить другого человека собой? Они бы получили только краткий период благосклонности. Кроме того, он не просто ослеплен похотью. Разве у него когда-нибудь была проблема с различием между женщиной, о которой он заботиться, и женщинами, на которых ему наплевать?

Зачем ему искать замену, чтобы утолить свои печали, если он может просто защитить оригинал от вреда? Он не хотел оставлять никаких сожалений в будущем.

После битвы он больше всего ненавидел сожаление. Любая форма сожаления возникла бы, если бы он приказал своим людям жертвовать своей жизнью. Поэтому он никогда не позволял себе совершать такую ошибку.

Казалось, сегодня будет ночь, когда у него с Бай Сянсю всё получится. Он решил преследовать всех в радиусе одной мили, после того как вспомнил, что произошло предыдущие два раза, когда он пытался ее взять. На этот раз он определенно не допустит, чтобы кто-то их беспокоил. Любой, кто попытается это сделать, будет сильно наказан.

Но вопрос о ее месячных до сих пор волновал его, из-за предыдущего удивления. Он мысленно подсчитал даты, когда шел в свою комнату. Несмотря на то, что он мужчина, ему вообще не было стыдно за то, что он записывал заметки о ее месячных. У него очень хорошая память. Он подсчитал, что прошло примерно 10 дней с момента ее последних месячных. Разве это не прекрасная возможность, наконец, сделать это? Поскольку он старательно устранил любую возможную причину беспокойства и даже потратил день на свои отношения с Бай Сянсю, он считал, что наконец пора извлечь плоды своего труда.

В результате в тот вечер он раньше принял ванну, и готовил всевозможные приготовления к хорошему времени провождения.

Угол губ Бай Сянсю так сильно дергался, что все ее лицо почти спазмировалось. Хотя у Принца было холодное выражение на лице, как обычно, даже она могла сказать, что сегодня у него в глазах было чувство счастья. Неожиданно оказалось, что она тоже с нетерпением ждет его, увидев это выражение лица!

Почему, черт возьми, я с нетерпением жду этого? Что со мной не так?! Он мужчина главной героини! Рано или поздно она будет спать с ним! Если она узнает, что его первой женщиной на самом деле была я, разве она не возненавидит меня на всю оставшуюся жизнь?

Но она не знала, что главная героиня действительно болеет в постели и бесконечно кашляет. Лин Цяньцзы искренне чувствовала, что ее жених жестоко обращается со своей невестой, когда кашляла и кашляла. Почему он заставил дочь из благородной семьи стать служанкой? Она даже порезала руку, когда была вынуждена убирать двор. Почему в нем нет ни малейшего намека на жалость? Она ведь рано или поздно станет его женой!

Какая жажда… Ей нужно выпить воды. Она решительно приподнялась, чтобы достать чашку холодного чая на столе. Но это было слишком далеко, она не могла дотянуться до того места, где она была. Поэтому наклонилась еще немного и ….

Бам! Она упала коленями на землю и не могла не застонать от боли. Чашка чая все еще была вне ее досягаемости, но она чувствовала, как будто находилась на расстоянии в тысячу миль от неё.

Не выдержав, она заплакала.

Кто-то вдруг вручил ей чашку чая. Голос упал на ее уши: «Разве ты не навредила себе, слушая их и скрываясь от меня? Ты была готова просто замерзнуть и умереть с голода, если бы я не стал искать тебя?»

«Это ты, Ло Юньчжэн.» Он появился перед ней, когда она была почти бессильной. В ее сердце расцвел кусочек тепла. Из всех людей вокруг нее этот человек был единственным, кто искренне заботился о ней.

Ло Юньчжэну было больно видеть Лин Цяньцзи в таком состоянии. Он не ожидал, что Принц Ли будет так к ней относиться. Он поднял ее и положил на кровать, мягко дав ей немного воды.

«Ты уйдешь со мной, или хочешь остаться здесь, чтобы он по тебе топтался?»

«Я… я должна остаться здесь.» Император обвинит ее семью, если она уйдет с ним. Она не могла быть такой эгоистичной.

«Ты… Хорошо. Я встречусь с этим человеком, чтобы вразумить его.» Ло Юньчжэн действительно не хотел вовлекаться в дела с человеком, связанным с императорским двором, но его горящего гнева было достаточно, чтобы он отказался от своей осторожности.

«Ло Юньчжэн. Не ходи к нему. Он никогда не отпустит тебя.» Она предельно ясно знала, насколько могущественным был Принц Ли. Ее тело дрожало каждый раз, когда она его видела.

«Ты его боишься?» Ло Юньчжэн засмеялся, мягко лаская ее маленькое лицо. Затем он обернулся и выпрыгнул из окна.

«Ло Юньчжэн…» Как это могло случиться? Он пошел навстречу этому человеку лоб в лоб! Я не смогу жить, если с ним что-нибудь случится. Она больше не могла успокоиться, так как ее мысли быстро вращались в голове, поэтому она вытащила из кровати свое ослабленное тело и начала осторожно идти вперед, шаг за шагом.

Ло Юньчжэн был очень силен в боевых искусствах. Он прибыл в резиденцию Принца Ли за несколько прыжков. Но, только приземлившись на крышу, он понял, что Принца здесь нет. Ло Юньчжэн задумался.

Куда мог сбежать его высочество, если его нет в резиденции? Учитывая, что почти ночь, он может быть… Он начал ухмыляться. Мужчина все-таки мужчина в конце концов. Неудивительно, что он не может приручить змею в своих штанах.

Ло Юньчжэн изменил направление и направился в сторону маленькой резиденции. Но по пути он не мог не найти ситуацию очень странной. Почему охранники и слуги так далеко? Может это ловушка?

Тем не менее, он много путешествовал в Цзяньху. Несмотря на здоровую дозу паранойи, он также смелый и бесстрашный человек. И вот, он пробрался к главной спальне дома.

Он тихо приземлился на крышу, затем перевернулся и свесился вверх ногами, чтобы заглянуть внутрь. В то же время он использовал палец, чтобы сделать дыру в бумажном окне, и заглянул в комнату.

Та маленькая девочка Цяньцзы всегда говорила, что не может конкурировать с этой женщиной, она поистине красавица. Только одна ее фигура могла поджечь сердце каждого мужчины. Более того, у нее даже было провокационное лицо, которое теперь наполняла сдержанность, когда она дернула за ворот своими руками. Это было похоже на то, что она просто ждет, когда мужчина ее изнасилует.

Ло Юньчжэн тоже мужчина. Человек с историей. Поэтому он проглотил глоток слюны, когда увидел ее такой. Эта маленькая девочка Цяньцзы была абсолютно права. Она прекрасна настолько, что никто не может сопротивляться попытке взять её. Но если это зависит от меня, я бы, наверное, просто забыл о ней, проведя с ней ночь. Ло Юньчжэн не осмелился бы оставить такую красивую женщину, как Бай Сянсю рядом с собой. Он боялся, что она обманет его.

Он видел, что даже Принц Ли не смог ничего поделать и неудержимо смотрел на неё. Лун Хэн потянулся к ее рукам, оттащив их, чтобы он мог посмотреть на ее красоту под свечами. Это удивило Ло Юньчжэна. Он думал, что Лун Хэн пойдет прямо по главному курсу.

Это было прекрасно. Он мог подождать, пока они не достигнут критической точки, прежде чем совершить попытку убить его. Ло Юньчжэн тоже мужчина. Он точно знает, когда бдительность будет на самом низком уровне.

Когда девочку принесли на кровать, он заметил, что она на самом деле немного сопротивляется, нежно пытаясь оттолкнуть ухаживания Лун Хэна. Женщины. Мужчинам достаточно добавить немного настойчивости, чтобы они снизили свою защиту. Он висел там, скрестив руки на груди и наблюдал за происходящим. В конце концов, кому не понравится смотреть на тело красавицы?

Внезапно Принц Ли сел и бросил одеяло поверх задыхающейся женщины. Он потушил свечу пальцем.

Черт. Он обнаружил меня. Ло Юньчжэн не ожидал, что Принц Ли по-прежнему будет наблюдать за окружающей обстановкой в тот конкретный момент.

По правде говоря, как Ло Юньчжэн мог знать, что плачевный Принц Ли был таким бдительным сейчас, потому что его так много раз пресекали раньше? И вот теперь он следил за любым звуком и движением вокруг, прежде чем нырнуть в бой. Вот почему он действительно всё понял. Скрепя зубами в отчаянии, он резко вырвался из комнаты после того, как погасил свечи.

Бай Сянсю все еще не поняла, что происходит. Она только почувствовала порыв ветра в ее комнате, когда выползла из тяжелых одеял. Затем она поняла, что Принц Ли, который был занят её соблазнением, исчез.

«…» Пффф!! Бай Сянсю сразу рассмеялась. Сколько раз это происходило? Даже если он был настроен как святой, я думаю, что он все равно захочет разорвать этого человека на клочки! Но он действительно невезучий! Даже мне его немного жалко.

Если что-то подобное произойдет еще несколько раз, разве это не оставит ему какое-то посттравматическое стрессовое расстройство?

Подождите. Что-то не так. Обычно он не спешил так, даже если его кто-то прерывал. Может, это убийца или что-то в этом роде? Она не знала, почему, но на самом деле немного волновалась за него. Она поспешно выскочила из постели и побежала к окну, чтобы посмотреть, что происходит.

И вдруг, она увидела пару людей, сражающихся в воздухе. Они на самом деле, по-настоящему сражались! Во время сражения, не произносилось ни одного слова. Из-за грозовых фонарей снаружи, сцена хорошо освещалась. Она могла видеть своими глазами, как они, похоже, не пропускали ни одного удара. Казалось, что Лун Хэн сейчас в опасном положении.

Она сжала свою руку на подоконнике, когда ее ладони начали потеть от нервозности. Несмотря на то, что она была уверена в мастерстве главного героя, она не могла не волноваться, потому что не знала, кто этот человек. Ее мозг был в таком волнении, что она забыла проанализировать ситуацию. Все, что она могла, это молиться за безопасность главного героя.

Но, наблюдая за их битвой в течение определенного времени, её нетерпение так росло, что она почти хотела перевернуть стол. Как он может быть в порядке? Они явно сражаются на смерть! Лун Хэн получил кулаком в лицо, но так же жестоко наказал другого. На самом деле, она даже слышала звуки его костей, растрескивающихся от удачного удара Лун Хэна.

Мужчины были безжалостны, когда сражались. Разве кто-нибудь не пострадает, если это продолжиться? Бай Сянсю была настолько в панике, что ей понадобилось некоторое время, чтобы понять одно. Они же на территории Принца! Какая от нее польза, если она панически наблюдает, как они сражаются? Она должна позвать кого-то на помощь!

После этого, она выпрыгнула из окна. Она знала, что ей придется бежать достаточно далеко, чтобы позвать на помощь, потому что Принц отослал всех, чтобы никто наконец не мешал во время их близости. Ей придется кричать очень громко, чтобы привлечь к себе внимание.

У нее не было никаких сомнений, что ее мужчина не закричит о помощи. Глядя на то, как они заняты сражением друг с другом, она была уверена, что он никогда не обратится за помощью из-за гордости. Итак, она выбежала, в одном внутреннем слое одежды. Пройдя до нужного расстояния, она решила закричать ко двум дальним охранникам, стоящим под фонарем.

Но кто-то вдруг закрыл ей рот, прежде чем ее голос смог выйти. Бай Сянсю чуть не испугался. Она не ожидала, что у убийцы будет сообщник! Внезапно она почувствовала мягкое пушистое ощущение на спине. Хотя этому человеку удалось прикрыть рот, она чувствовала, что у него действительно не было сил. Ей удалось немного оттолкнуть его.

Разве его сообщник не слишком слаб? Когда Бай Сянсю обернулась, она была в шоке, обнаружив, что пособник, лежащий на земле, был на самом деле женщиной! Главная героиня лежала на земле, только во внутренней одежде. Она покашляла: «Не… Не зовите на помощь.»

Главная героиня, что-то не так с твоим мозгом?! Даже если ты не подозреваешь, что Принц Ли главный герой, разве он не твой жених? Теперь, когда кто-то хочет убить его, ты хочешь остановить его наложницу, что прибежала просить о помощи?

Ситуация была слишком хаотичной. Бай Сянсю протерла её голову, когда угол ее рта дернулся. «Дорогая, ты ударилась головой, когда была ребенком?»

У Лин Цяньцзи всегда было впечатление, что женщина перед ней была нежной леди, потому что ее действия были слишком мягкими, и она всегда казалась безоговорочно доверяющей своему мужчине. Из-за этого она всегда чувствовала себя плохо, сравнивая себя с Бай Сянсю.

Но ее выражение так сильно изменилось в этот момент. Ее глаза стали необычайно решительными. Лин Цяньцзы была ошеломлена этим изменением и тупо сидела там, не в состоянии что-то сказать.

К настоящему времени, Бай Сянсю уже поняла, что происходит. Человек, сражающийся с Лун Хэном, был на самом деле второстепенным мужским персонажем номер три, Ло Юньчжэном, человеком из Цзянху. Он очень сильный мастер боевых искусств и даже умел использовать грязные трюки. Только подумайте, главная героиня не давала ей закричать о помощи против такого человека!

Бай Сянсю почувствовала себя побежденной материнским поступком главной героини. Она чувствовала себя такой побежденной, что больше не боялась её. Бай Сянсю сразу обернулась, чтобы позвать на помощь, но не ожидала, что главная героиня изо всех сил остановит ее. Она ущипнула талию Бай Сянсю: «Не зовите на помощь! Если позовете… Он точно умрет!»

Ее снова начало раздражать поведение святой матери главной героини, этот акт белого цветка лотоса. Главная героиня не могла отличить хорошее от плохого в этих вопросах! Что вообще у неё в голове?

Бай Сянсю, наконец, поняла, что ее жалкий маленький вид белого лотоса может быть отправлен обратно действиями главной героини. Она потратила столько усилий, чтобы добраться сюда, но так и не обратила на себя внимания двух мужчин, и ничего не получится, если ее покровитель получит травмы, потому что она позволила главной героине остановить ее, чтобы предупредить других.

Поэтому ей было все равно, что она не главная героиня. Она схватила руку главной героини и отбросила её. «Убирайтесь. Если я не позову на помощь, Принц тоже будет в опасности.»

«Невозможно. Он Принц Ли. Он может защитить себя.»

«Вы сошли с ума! Принц Ли — человек, а не настоящий бог войны.» Бай Сянсю была взволнована. Увидев, что главная героиня все еще хочет наброситься на нее, она просто ударила ее руку. Она не хотела причинять вред главной героине. Она только хотела оттолкнуть ее, но не думала, что ее движения будут немного быстрее обычного в этих отчаянных обстоятельствах. Она на самом деле попала ей по лицу, и ее слишком длинные ногти случайно оставили кровавую царапину на лице главной героини.

Черт возьми! На сей раз я действительно волнуюсь. Бай Сянсю была уверена, что главный герой и все другие второстепенные мужские персонажи будут охотиться за ней. Тем не менее, Бай Сянсю не ожидала, что главная героиня схватит ее за руки с когтями, пока она стоит в шоке. Во время этой мягкой борьбы рука Бай Сянсю тоже была ранена ногтями главной героини.

Две женщины, вероятно, не ожидали травм с другой стороны, и поэтому обе были ошеломлены. Тем не менее, разум Бай Сянсю был поглощен мыслями о спасении Принца, поэтому она убежала, не подумав о ее имидже. Она кричала, пока бежала: «Помогите!!»

Она долго таила дыхание, поэтому ее крик раздался огромным эхо. Охранники в конце концов услышали ее крик и побежали к ней. Лун Хэн тоже слышал ее и подсознательно взглянул в ее сторону. В результате этого он увидел, что Лин Цяньцзи тянет Бай Сянсю за спину, пока она кричит о помощи. Это первый раз он увидел, как Бай Сянсю делает что-то изо всей силы, поэтому его можно простить за то, что он на мгновение потерял свою бдительность.

Когда он пришел в себя, удар другого человека был слишком близок, чтобы уклониться. Лун Хэн быстро использовал свою ладонь, чтобы смягчить удар, но все же он получил внутреннюю травму и выплюнул глоток свежей крови.

Сердце Бай Сянсю сжалось, увидев, как он падает. Это было не потому, что он ей нравился! Это потому, что она чувствовала, что недавно он защищал ее и никогда не причинял ей вреда. Даже если он для неё не друг, он не просто незнакомец. Значит, это нормально, что она немного беспокоится о нем, верно?

Поэтому она стряхнула главную героиню и побежала к Принцу. Главный герой был для нее гораздо более важным, чем она.

Те охранники уже подбегали к ней, когда Бай Сянсю побежала. Лин Цяньцзи громко позвала Ло Юньчжэня: «Быстро уходи…» Охранник прижал меч к её горлу, когда она процедила эти слова. Она не смела больше двигаться.

Третий второстепенный мужчина Ло Юньчжэн, почувствовав, что он действительно получил небольшое преимущество в ситуации. Он повернулся и убежал. Бай Сянсю, с другой стороны, уже подбежала к Лун Хэну. Когда она увидела, что с угла его рта стекает кровь, она с ужасом побледнела. Она понятия не имела, чем может ему помочь.

Неожиданно взгляд в глазах Принца Ли ничуть не ослаб. Он только сказал: «Я в порядке» и встал. Он вытер кровь из угла рта вытянутым рукавом. «Верни ее туда, откуда она появилась, и следи за ней. Если кто-нибудь придет искать ее, убей их. Без исключений.»

«Может позвать врача, чтобы он осмотрел ваши травмы? Похоже, они не такие уж легкие… Ах…» Принц схватил руку Бай Сянсю, раскрыв кровавые царапины.

«Это она сделала?»

«Это был несчастный случай. На самом деле я тоже поцарапала мисс Лин.» Она опустила голову. Вы чувствуете себя плохо из-за меня, не так ли?

Принц Ли на самом деле плохо себя чувствовал и сказал: «Давай вернемся в дом.»

После того, как пришел доктор, он поставил диагноз о некоторых незначительных внутренних травмах у Принца Ли. К счастью, Принцу нужно было только немного отдохнуть. Услышав это, Бай Сянсю расслабилась и почувствовала, что ее действия были немного чрезмерными. Она даже поцарапала лицо главной героини. Несмотря на то, что главный герой не обвинял ее, она чувствовала, что различные второстепенные мужские персонажи рано или поздно будут мстить ей.

Это также включало главного героя перед ее глазами, но она молилась, чтобы он помнил, что она только что сделала, чтобы спасти его, и поэтому не примет это дело близко к сердцу. Тем не менее, ей лучше напомнить ему об этом. Поэтому она подождала, пока цвет лица Принца Ли немного улучшился, прежде чем вдруг упасть перед ним на колени.

«Извините, Ваше Высочество. Я только что поцарапала госпожу Лин, потому что волновалась, что Вам причинят вред. Пожалуйста, дайте мне знать, каково будет мое наказание.»

«Ты… Встань!» Лун Хэн понятия не имел, что с ней делать. Почему она такая робкая? С каких это пор он собирался обвинять ее в том, что произошло? Кажется, у этой женщины действительно есть место в его сердце.

Бай Сянсю засомневалась, но потом увидела, что ее покровитель закрыл глаза и слабо сказал: «Она просто случайный человек здесь. Зачем тебе мучиться из-за нее? Не нужно так её бояться.»

Что значат эти слова? Бай Сянсю не могла поверить своим мыслям. Что именно он имел в виду? Может, он уже рассматривает Бай Сянсю как свою женщину? Несмотря на это, она не могла расслабиться, потому что кто знает, когда умирающие угли любви между главными героями однажды вспыхнут снова?

Но стоит упомянуть, что ей действительно понравилось то, что сказал главный герой, настолько, что она вздохнула с облегчением. Казалось, что усилия, которые она так долго влаживала, в итоге окупились. Наконец она получила похвалу и признание своего покровителя. Оглядываясь назад, это был вид мышления, который у неё был, когда она только начала работать!

Но главный герой был намного красивее, чем ее предыдущий покровитель. На самом деле она слегка застыла, просто взглянув на его профиль, когда он медитировал. Она совершенно не обращала внимания на то, что Сяо Ши надела на нее верхнюю одежду. В конце концов она положила голову себе на руки и заснула за столом, наблюдая за ним.

Группа слуг не посмела нарушить медитацию своего хозяина, поэтому все молча собрались в стороне. Когда Лун Хэн закончил циркулировать свой ци во всем теле, он заметил, что маленькая женщина, которая вела себя очень впечатляюще сегодня, на самом деле заснула на столе. Его сердце смягчилось при её виде, и он осторожно поднялся с кровати, взял её на руки и понес к кровати. Он накрыл ее одеялом, а затем лег рядом с ней.

Но ничего не делал. Он только гладил ее волосы, думая, что она, очевидно, робкий человек, но сегодня она сделала что-то такое смелое, чтобы помочь мне. Кажется, у меня есть место в ее сердце.

Лун Хэн слегка поцеловал ее лоб. Несмотря на то, что он был в ярости, из-за того что тот человек пришел найти его, этот вопрос уже отступил в дальний угол его головы, когда он увидел, как усердно она его защищала. Маленький взрыв счастья действительно развернулся в его сердце, когда он снова слегка поцеловал ее гладкий лоб. Его губы расплылись в улыбке. Несмотря на то, что он ничего не сделал, тепло в его сердце стало еще глубже.

Бай Сянсю неспокойно спала в ту ночь. Ей снился странный сон, в котором огромная кошка преследовала ее, потому что хотела лизнуть. Кошка облизала ее так тщательно, что не прекратила, даже когда все ее лицо было покрыто слюной. В следующий момент сон переключился на монстра, давившего на её грудь. Она почувствовала, что ее душили до такой степени, что она не могла отдышаться.

Проснувшись на следующий день, она почувствовала себя такой уставшей, будто поднялась на гору. Что-то не так. Кажется, на мою грудь что-то нажимает. Она посмотрела вниз и увидела, что на ней лежит рука мужчины. «Ах…»

В этот момент ее нельзя было обвинять в чрезмерной реакции, потому что все это время она спала одна. Все бы удивились, если бы кто-то вдруг заснул рядом с ними. Более того, этот человек был явно мужчиной. Она ясно видела мышцы на руке сквозь тонкие внутренние одежды.

Бай Сянсю не ожидала, что главный герой так смело будет спать рядом с ней. Разве это не слишком удивительно! Поэтому ее нельзя обвинить в том, что она вскрикнула от недоумения!

К счастью, большая рука покрыла ее рот на половине крика. Лун Хэн сел с недовольным видом на лице. Он даже ничего не сделал, неужели нужно так кричать? Она сделала это так, будто он издевался над ней. «Успокойся. Это я.»

Он увидел, как в ее глазах дрогнули эмоции и она заметно расслабилась. В тот момент он понял, что она вела себя так не потому, что боялась его, а потому, что не знала, кто вдруг оказался рядом с ней. Теперь ей стало менее страшно.

Лун Хэн был очень доволен её реакцией и отпустил руку. Затем он встал и оделся. На самом деле, Бай Сянсю должна была это сделать. Но, видя, что она похоже сбита с толку, он и не думал, что она сможет это сделать. Тем не менее, Бай Сянсю действительно чувствовала, что должна помогать ему одеваться. В конце концов, она его наложница. Одежда и многое другое подготовлены заранее и нужно только накинуть это на его тело.

Чтобы прислужить своему покровителю, она встала и подошла к нему. После этого она взяла пояс и подняла его перед собой. Угол губ Лун Хэна потянулся вверх, когда он взял пояс из ее рук и пристегнул к талии. Сделав это, он сказал: «Иди и оденься.»

Бай Сянсю согласилась и побежала к своему шкафу. Она достала одежду и беспорядочно накинула её на свое тело. В любом случае Сяо Ши и остальные придут позже и помогут ей расправить одежду.

Лун Хэн часто слышал, как люди говорили, что смотреть на красоту под ярким светом было восхитительной формой наслаждения. Но он не знал, что соблазнительный вид полусонной красавицы утром еще более приятный для глаз. Под ярким светом на красоте были видны все пятна, но лицо Бай Сянсю было идеальным, независимо от того, под каким углом на него смотреть.

Поэтому люди чувствовали себя чрезвычайно комфортно, глядя на нее и всегда думали, что она очень соблазнительна, независимо от того, когда это было. Более того, эта женщина его! Этот факт, казалось, торжествовал над каждым другим вопросом в его голове. В мире не было ничего, что сделало бы его таким же счастливым, как этот факт. По этой причине он почувствовал, что сегодня у него будет очень хорошее настроение.

Эти двое надели только верхнюю одежду, так как им все еще нужны были слуги, чтобы приодеться как следует. Увидев, что в помещении есть хозяйка, обе служанки вошли внутрь. Они присоединились к усадьбе Принца, когда были ещё совсем молодыми, поэтому немного знали о вопросах служения людям.

Они подали им завтрак, когда хорошо приодели.

Лун Хэн планировал взять Бай Сянсю на прогулку после завтрака. Но как только они вышли, они увидели несколько монахов, стоящих снаружи. Удивительно, но одним из монахов был тот, с кем он был знаком; этот старый монах Хуэй Гуан. Он тот, кто сказал, что Бай Сянсю близка с Буддой и пытался забрать ее в монахини. Уголки губ Бай Сянсю дрогнули. Значит ли это, что у меня действительно очень сильная близость с Буддой?

У Лун Хэна было очень холодное выражение лица. Настолько холодное, что Бай Сянсю бессознательно закуталась в свой плащ, чтобы рассеять внезапное падение температуры. У нее было ощущение, что этот старый монах доставит ей неприятности.

«Ах, леди-покровительница. Это же судьба.»

«Да, это, должно быть, судьба.» Бай Сянсю улыбнулась, когда заговорила, но её мысли больше были на — мы что обижены друг на друга! Но почему она чувствует, что судя по реакции Принца, после внезапного появления второстепенного мужского персонажа, двое мужчин сражаются за одну женщину?

К сожалению, этот мужской персонаж слишком стар, и он боролся, чтобы заставить ее стать монахиней. Что происходит с этим смехотворным набором? Она предпочла бы, чтобы появился чрезвычайно выдающийся мужской персонаж и украл её, чтобы сделать ее своей женой!

«Есть ли причина, что великий мастер здесь?» Тон Лун Хэна был настолько холодным, что его слова почти превратились сосульки. Несмотря на это, Хуэй Гуан все еще сохранял спокойную улыбку. В некотором смысле его буддийское воспитание было действительно весьма похвальным.

Даже Бай Сянсю не могла не восхищаться им, за этот безудержно равнодушный образ, стоя рядом с Лун Хэном. Этот старый монах действительно не так уж прост. Но, когда говорил старый монах, его слова были настолько ясными и простыми, что Бай Сянсю почти закатила глаза перед всеми. Она решительно воздержалась от этого, когда вспомнила, что акт закатывания глаз был чрезвычайно вульгарным в древние времена.

«Я пришел просить милостыню.» Хуэй Гуан улыбнулся и произнес одно из имен Будды, оставаясь перед Бай Сянсю.

«Сяо Ши, дай великому мастеру десять серебряных таэлей…» Она немедленно отправила Сяо Ши выполнить свой приказ. Чем дальше были монахи, тем лучше. Бай Сянсю была очень обеспокоена тем, что она замерзнет на смерть, ещё до наступления зимы.

«Слуги, дайте великому мастеру сто серебряных таэлей и попросите его держаться подальше от этой области в будущем.» Снова раздался холодный голос Лун Хэна. Это действительно заставляло людей почувствовать прохладу, как будто они ели зимой замороженную грушу.

Хуэй Гуан все еще улыбался и явно не воспринимал этот отчуждающий и холодный тон Лун Хэна близко к сердцу. «Большое спасибо Принцу Ли и леди-покровительнице. Если леди-покровительница свободна, пожалуйста, приходите в храм Юннинга. Этот старый монах лично встретит вас.» После того, как он произнес еще одно имя Будды, он стоял и ждал, пока Бай Сянсю согласится на его просьбу.

Лун Хэн был абсолютно уверен, что если бы у него появился меч в руке, он бы определенно разрезал голову этого старого монаха, чтобы посмотреть, что он на самом деле думает. Этот проклятый монах заставлял женщину из его заднего двора уйти и стать монахиней! Может, он не заметил человека, стоящего рядом с ней, который все еще ждал, чтобы связать с ней свою любовь?! Он на самом деле — бельмо на его глазу. Поэтому, он двинулся вперед и закрыл Бай Сянсю от его взгляда: «Великий Мастер, у нас еще есть вопросы, которые нужно решить, так что, к сожалению, мы больше не сможем сопровождать вас. Извините.»

«Я не думал, что настанет день, когда великий мастер не сможет пригласить гостей в свой храм.» Расслабленный смех сопровождался появлением второстепенного мужского персонажа Дуань Юньина. Казалось, он вернулся из поездки за пределами виллы только сейчас. Несмотря на то, что он был одет в простой белый халат с головы до ног, это неожиданно выглядело чрезвычайно великолепно.

В конце концов, он был мужским божеством. Мало того, что у него прекрасная внешность, его вкусы в одежде тоже очаровательны. Но столь завораживающий человек, как и он, это не тип Бай Сянсю. Ее тип — настоящий мужчина, как главный герой. Либо кто-то вроде второго второстепенного мужского персонажа, Сун Цзяоюэ, который был действительно добрым и нежным. У нее не было никакой симпатии к такому необычайно красивому человеку, как этот Дуань Юньин. Вероятно, это было связано с его отношением к главной героине в книге или его отношением ко всем женщинам в целом. Он был очень красив и знал, как выгодно пользоваться женщинами.

Можно сказать, что вначале у него не было чувств к главной героине. Даже после того, как она перенеслась сюда, она не могла разобрать, когда он влюбился в главную героиню.

Его так называемая страсть была просто влечением мужчины к женщине и желанием разделить с ней постель. Он использовал это чувство, чтобы поиграть с ней. Конечно, главная героиня была глупой. Она относилась к нему как к хорошему человеку даже после того, как он играл с ней, как с маленьким белым кроликом. Когда главный герой отправился спасать ее, она сказала, что все это было лишь недоразумением.

Бай Сянсю посмотрела на небо и протяжно вздохнула. Она действительно не понимала, как развился мозг главной героини. Как она не заметила такое прозрачное притворство? Он действительно просто хотел использовать ее, чтобы убить главного героя. Кроме этого, он больше ничего не нашел в ней. Даже когда он был с ней, разве у него не было тайных отношений с другой женщиной?

В тот момент один силуэт вошел в ее поле зрения. Бай Сянсю невольно кивнула, когда память вернулась к ней. Точно! Она же та необыкновенно красивая женщина, у которой были тайные отношения с Дуань Юньинем. Она была похожа на женщину со смешанной кровью, девушка что только что спустилась с телеги.

Подождите минутку. Бай Сянсю снова потерла глаза и посмотрела на эту женщину. Почему она выглядит как женщина, описанная в книге со всех сторон? Разве это не иностранный второстепенный женский персонаж из романа, которая соблазнила главного героя, будучи близкой подругой второстепенного мужского персонажа рядом с ней? Разве она не Яйя, также известная как красавица номер один за пределами пустыни?

Точно! На самом деле она должна была появиться в это время. Также похоже, главная героиня неправильно поняла что происходит между ней и главным героем из-за этого. В результате недоразумения она сильно ревновала без причины. В конце концов, главный герой увез прочь главную героиню на определенный период времени.

Мастер Хуэй Гуан слабо улыбнулся, а затем загадочно произнес имя Будды. «Мирские дела, секуляризм — разве вы ещё не достаточно насмотрелись?» Когда эти слова висели в воздухе, он повернулся, взял деньги и ушел.

Бай Сянсю знала, что слова предназначались ей. Поскольку она читала роман и знала о сюжете, ей было трудно избежать роли наблюдателя, который смотрит шоу, когда она столкнулась с персонажами и событиями. Это было похоже на телешоу в реальной жизни. Так называемые мирские дела и светская жизнь? Если она выпрыгнет из этой жизни, это поможет ей вернуться?

Когда она обдумывала свои слова, кто-то схватил ее за руку. Твердые мозоли на этой ладони окутали ее маленькую руку, заставляя ее нахмуриться от дискомфорта. Тем не менее, эта рука ослабила свою хватку, как только она немного пришла в себя.

В это время мужской второстепенный персонаж шел вместе с женским второстепенным персонажем. Казалось, он крайне недоволен дамой, которая делает что хочет. «Яйя, разве я не говорил тебе не выходить? Это Центральные равнины.»

Как и ожидалось, это Яйя. Леди, о которой идет речь, только слегка улыбнулась в ответ. Ее внешность была чрезвычайно заметной, поскольку она другой расы. Никто не мог сказать, основывался ли автор на характере этого персонажа от японской знаменитости смешанной крови, которая была популярна из-за своих сэлфи, или таким родился персонаж в мыслях автора. Так или иначе, она была очень похожа на этого человека. В своей чистоте она носила намеки на очарование, и они были практически идеальными, когда она стояла рядом с мужским второстепенным персонажем Дуань Юньинем.

Но ее личность тоже казалась наивной. Она практически прыгнула перед Лун Хэном, глядя на него, словно ошеломленная, и затем блестяще улыбнулась: «Ах, это вы тот великий герой с удивительными способностями? Яйя любит героев больше всего! Я приглашу вас выпить со мной, хорошо?»

Боже мой, она просто полна энергии.

Может мне кто-нибудь сказать, я точно перешла в древний Китай? Почему эта девушка так ревностно приглашает мужчину выпить вина? Мужской второстепенный персонаж, почему вы молчите и не контролируе ситуацию?

Когда ее взгляд встретился с мужским второстепенным персонажем, она неожиданно обнаружила слабую улыбку, которая как будто открыто приглашала других, сформировать о нем хорошее впечатление. Он беспомощно вздохнул и сказал: «Яйя, Принц Ли не из пустыни. Такой этикет не допустим в Центральных Равнинах. Иди сюда, быстро.»

«Что за допустим, недопустим, хах? Мне больше всего нравятся такие герои!» Она бросилась на Лун Хэна, как маленький воробей, будто влюбилась в него с первого взгляда.

Но Лун Хэн слегка уклонился, из-за чего она пролетела мимо. Ее прекрасные глаза вспыхнули, как будто она обиделась.

Главный герой пользуется грандиозной популярностью! Красавица просто бросилась на него вот так вот? Но, она что, слепая? Почему она не заметила, что Бай Сянсю, его наложница, все еще стоит рядом с ним?

Чувство игнорирования было не совсем комфортным. Бай Сянсю осторожно двинулась вперед, готовясь объявить о своем присутствии. Но как раз тогда она увидела, как Яйя холодно взглянула на неё, как будто пронзила стрелами. Несмотря на то, что выражение главного героя было холодным, этот тип холода не был наполнен злобой. Но холод в глазах этой женщины был наполнен враждебностью, презрением и даже некоторой злобой.

Что случилось? Бай Сянсю не сделала ничего, чтобы оскорбить ее. Бай Сянсю, человек из современного времени и, естественно, она не будет бояться женского второстепенного персонажа. Итак, она поправила талию и стала ждать намерений Яйи.

Но она не представляла, что этот женский персонаж не будет идти по общему маршруту. Яйя снова проигнорировала ее и попыталась искусить Принца своей полуобнаженной грудью.

Вот черт! Эта Яйя отбросила Бай Сянсю, как больную кошку, не так ли? Несмотря на то, что Бай Сянсю всегда была женским персонажем, единственными людьми, которых она когда-либо боялась, был главный герой и старая мадам, так как этим двум суждено было убить ее. Но, так как она одна из второстепенных женщин, почему Бай Сянсю должна её боятся, каким бы холодным не был ее взгляд?

Она открыто воровала её мужчину! Несмотря на то, что Лун Хэн только недавно назвал Бай Сянсю по имени, но ей всё ровно было отвратительно видеть эту сцену, которая сейчас происходит перед ней. Итак, она внезапно стала между Лун Хэном и Яйей. Это случилось как раз когда Яйя хотела снова броситься на Лун Хэна, и Бай Сянсю протянула руки, чтобы задержать эту женщину.

Это вызвало большое недоразумение.

Бай Сянсю хотела только прижать руку к Яйе, но в спешке ее руки оказались в неправильном месте, на её груди. Вау, у нее есть подкладки! Но почему дно такое мягкое? Девушки, похоже, не станут использовать подкладку в груди, не так ли?

На самом деле, до того, как она пришла в этот мир, она обнаружила, что древние люди были не слишком консервативны. Единственными по-настоящему консервативными были мисс из благородных домов. Обычным девушкам или работающим дамам очень нравилось красиво выглядеть, и поэтому способы украсить грудь были в моде.

Кто знает, где Е-мама узнала это умение, но она хотела наполнить грудь Бай Сянсю. В конце концов, Е-мама отказалась от этой идеи, когда Бай Сянсю однажды сняла свою внешнюю одежду и с гордостью заявила: «Реальная вещь все же лучше.»

Поэтому у нее было всё настоящее. Другая сторона этого не делала, но на ощупь чувствовала себя вполне комфортно.

«Ах, что ты делаешь?!» Рука Яйи защищала ее грудь, и она шагнула назад. Если бы не ее другая цель, она, вероятно, уже ударила бы Бай Сянсю. Но не было необходимости конкурировать с женщиной, которой суждено умереть, даже если ее появление было неожиданным.

«Я, извините, я не знала, что будет такое совпадение. Но, поскольку мы обе женщины, это не потеря для вас!» Видя явное возмутительное выражение Яйи, Бай Сянсю продолжила: «Почему бы вам не потрогать меня взамен?»

«Не нужно этого делать…» сказал Дуань Юньинь.

«Глупости!» Громко крикнул Принц Ли и потянул её обеими руками, чтобы посадить в конную повозку.

Углы губ Бай Сянсю дрогнули. Что это было? Казалось, он хотел насильственно взять ее под стражу.

Дуань Юньинь сказал: «Ваше Высочество, пожалуйста, простите за это недоразумение. Моя двоюродная сестра родом из пустыни и не знакома с обычаями Центральных Равнин. Четвертая мадам, пожалуйста, простите ее.» — Он слегка закашлялся, когда закончил говорить.

Большая фигура главного героя полностью затеняла ее, прежде чем Бай Сянсю получила возможность любезно ответить. Она немного отошла, чтобы освободить место для него.

Он слегка прищурил глаза и сказал: «Ничего страшного.»

«Тогда, Ваше Высочество, могли бы вы позволить кузине этого подчиненного провести здесь ночь? В конце концов, девушка, проводящая ночь снаружи, вызывает беспокойство.»

«Как хочешь.» Принц Ли действительно был неразговорчивым и молчаливым, но его выступление сегодня было довольно удовлетворительным. По крайней мере, Бай Сянсю почувствовала, что он очень квалифицированный человек.

Но приговор остается тем же. Было стыдно, что он принадлежит главной героине. Это совершенно бесполезно. Почему этот белый лотос становится все более раздражительным для её глаз? Но самое главное, куда Принц Ли везет ее?

Неожиданно он привез ее на охоту.

Неужели охота для неё подходит? Почему он оставил ее в горном лесу на полпути, а потом пошел на охоту в одиночку?

Пока она стояла в недоумении, она увидела слуг, которым Принц Ли приказал устанавливать горшки и сковородки, разложить маты и ставить на стол различные предметы. На первый взгляд это очень удобно. Были подготовлены даже фрукты.

Бай Сянсю была одета в тяжелый, толстый плащ и сидела на коврике, наслаждаясь ветром глубокой осени и чувствовала себя действительно комфортно. Она не сможет постоянно выходить на улицу, когда наступит зима. Разве она сейчас не часть картины на этом склоне горы, покрытом кленовыми листьями?

Бай Сянсю была очень, очень довольна своим телом. Она всегда хотела найти способ себя нарисовать. Если бы она могла это сделать на фоне пейзажа, тогда было бы еще красивее!

Зачем думать, нужно действовать, поэтому у Бай Сянсю была подготовлена кисть, чернила и бумага. Когда все было готово, она выложила бумагу на стол и подумала, что же нарисовать. На этот раз это был не эскиз, а картина из ее воображения, поэтому потребовалось время, чтобы это нарисовать. Она не торопилась. Во всяком случае, главный герой не скоро вернется со своей охоты.

На самом деле она настолько увлеклась своей живописью, что Принца Ли встретил ее вид усердной живописи, когда он вернулся. В его глазах, рядом с каким бы шедевром она ни стояла рядом, она всегда будет красивее. Итак, он передал свою добычу слугам, чтобы они очистили её и подготовили. Он развалился у входа, тихо наблюдая за ее рисованием, будто никогда не видел такой красивой сцены.

Сяо Ши и Сяо Хуан следили за ней в стороне. Они, казалось, знали очарованный взгляд, который Принц использовал, когда смотрел на их хозяйку, поэтому они двусмысленно улыбались друг другу. Взгляд Принца заставил их повернуть головы в сторону, со страхом смотреть дальше.

Бай Сянсю немного устала после рисования, и поэтому подняла голову, чтобы посмотреть, как проходят мимо слуги. Перед ней оказалась очень оживленная сцена, наполненная людьми, убивающими ягнят и цыплят. Поскольку она обычно жила в поместье, она забыла, что у нее есть проблема обморока при виде крови. Несмотря на то, что она видела всё это довольно далеко, ей стало не по себе.

Она слегка прижала ладонь к голове и почувствовала головокружение. Сяо Ши поспешно пошла за водой. Лун Хэн тоже почувствовал что-то неладное и подошел к ней. «Что-то не так?»

«Голова кружится. Кровь.»

«…» Лун Хэн махнул рукой и приказал слугам: «Сделайте это в другом месте». Как он забыл? Она же чрезвычайно чувствительна к вопросам, которые касаются крови. Слуги поспешно доставили предметы в другое место, чтобы продолжить свою работу, и вскоре после этого очистили мясо. Как ни странно, Бай Сянсю не боялась мяса, которое было очищено должным образом, хотя оно все ещё слегка окрашивалось кровью.

Она подумала, что вся проблема в её голове, и сама хотела справиться с этим, но Лун Хэн отстранил ее. «Иди отдохни. Я всё сделаю.»

«А?» Почему у нее такое чувство, что она что-то пропустила?

Лун Хэн больше ничего не объяснял. Он на самом деле помыл руки и начал обтирать и резать мясо. Его техника была аномально отработана, а движения довольно изящны.

Кроме того, что он хотел сделать?

Она быстро поняла это, так как он сунул мясо в огонь и фактически начал жарить мясо. О Боже, главный герой неожиданно подготовил пикник!

В книге не было зафиксировано это событие, несмотря на то, что его внешность явно показывала, что он не мучается, похоже, очень хорошо всё понимая. Бай Сянсю понимала его в этот момент. В конце концов, он много лет провел в армии, ещё бы он не знал, как это делать?

Просто у него не было возможности сделать что-либо подобное, когда он вернулся из армии. Тогда почему он это сделал сегодня? Может, для нее?

Как это возможно? Должно быть, он затеял какую-то игру.

Но на это всё ровно не похоже. Слабое тепло поднималось в сердце Бай Сянсю, когда она смотрела, как он готовит. Независимо от того, делает он это для нее или нет, он все равно привел ее сюда.

Вероятно, в этом мире было не так много людей, которые имели привилегию принять участие в пикнике, с мясом лично обжаренном Принцем Ли. В конце концов, он главный герой — жестокий, в глубине ласковый и властный Принц Ли из «Сбежавшей супруги». Она сделала несколько шагов назад, чтобы подумать об этом.

Подготовка всей пищи не заняла много времени. На тарелке Бай Сянсю была пара очень маленьких кусочков мяса. Кусочки отображали превосходные навыки Принца владения ножом, и тарелку лично принес Принц. Сяо Ши была так тронута, что чуть не рыдала. Принц действительно слишком добр к своей наложнице.

У Бай Сянсю внезапно возникло ощущение, что она вернулась к современности, которая хвасталась гендерным равенством. Она протянула руку и поспешно положила кусочек себе в рот. Мясо было с ароматом современного барбекю, но еще более ароматным, чем в наше время. Она энергично кивнула, продолжая есть и ослепительно улыбалась. «Это вкусно, очень вкусно.»

Лун Хэн наблюдал, как она разговаривает во время еды. Несмотря на то, что это было явно неприлично, вид не был отталкивающим вообще и на самом деле она довольно милая. Он протянул руку и слегка смахнул кусок красного перца с ее щеки.

Лицо Бай Сянсю покраснело, и она протянула рукава, чтобы яростно вытереть рот.

«Не используй так много силы. Ты протрешь дыру…» Лун Хэн сел рядом с ней. Вопреки его достойному образу в резиденции, он сидел, скрестив ноги рядом с ней, завернув рукава, и использовал свои палочки для еды, чтобы брать куски мяса, запивая вином. Он выглядел в высшей степени расслабленным.

Она не осмеливалась попытаться понять его, и только чувствовала, что он всего лишь один из тех персонажей в Пекинской опере, полностью лишенный собственной личности. Но сейчас он выглядит так реально.

Бессознательно, она на самом деле немного задумалась, глядя на него. Когда Лун Хэн повернул голову, он увидел, что какая-то женщина смотрит на него в оцепенении, ее глаза впиваются в его лицо. Он не мог не протянуть руку, чтобы протереть свое лицо, а его выражение стало немного озадаченным.

Его реакция заставила Бай Сянсю засмеяться. Только она не понимала, что ее улыбка теперь была ярче и реальнее, чем раньше. «На вашем лице ничего нет.»

«Твоя улыбка сейчас очень красивая.»

Бай Сянсю замерла в шоке, ее лицо снова покраснело. Черт возьми, главный герой хвалил ее улыбку! Он не хвалил даже главную героиню. Но все же хорошо, что она очень сообразительный человек. Она немедленно остановила мысли, которые угрожали вырваться.

«Благодарю вас за вашу похвалу.» Бай Сянсю съела совсем немного мяса и чувствовала себя слишком наполненной на данный момент. Она потерла живот, и случайно вырвалась недостойная отрыжка. Она мгновенно закрыла рот, ее лицо стало таким красным, что покраснение стало еще краснее.

Лун Хэн сердечно рассмеялся, увидев ее лицо. Он накрыл все её тело плащом и сказал на ухо: «Плащ достаточно толстый, чтобы никто не мог услышать.»

Бай Сянсю почти плакала по какой-то причине. Она в этом мире очень долго, так долго, что почти поверила, что именно здесь она проведет остаток своих дней. Но, кроме Сяо Ши, это первый раз, когда она встретила другого человека, который действительно заботился о ней.

Она отчаянно сжала пальцы под плащом. Было немного больно, но она наконец смогла подавить свою отрыжку. Лун Хэн тоже наелся. Поскольку он выпил немного вина, он решил попрактиковаться в навыках копья.

Его оружие — копье, которое всегда висело на его поясе. Обычно оно разделялось на две части. Только когда оно было нужно, он вытаскивал его, нажимал на пружину и соединял две части вместе.

Бай Сянсю все еще была в плаще и скрутилась в шарик, когда услышала свист ветра возле ушей. Сяо Ши слегка подтолкнула ее, тихо сказав: «Мадам Сюй, мадам Сюй, Его Высочество тренируется с копьем.»

Хотя Бай Сянсю знала, что в этом мире каждый человек знал немного боевые искусства, она никогда не видела ничего, кроме этой битвы ночью. Сняв плащ, она была заворожена, так красиво!

К счастью, она построила фундамент всех видов соответствующих реакций в этом мире, поэтому в конце концов не закричала. Тем не менее, она кричала внутри, жаждая фото на память, как поклонница, встретившая своего кумира. К сожалению, у нее не было телефона. Она могла только восхищаться и немигая смотреть на эту редкую сцену древнего боевого искусства.

Из какого материала было изготовлено это копье? Почему все тело было черным? Почему он так красив, когда размахивал копьем? Бай Сянсю была близка к потоку слюны при виде его танца перед ее глазами.

Из-за корейской поп-культуры современным людям обычно нравилось то чрезвычайно завораживающее, слабое свежее мясо, которое казалось более женственным, чем девочки. Но она просто не могла заставить себя полюбить таких мужчин, так как она не чувствовала себя в безопасности рядом с ними. Мужчины должны иметь внешний вид и поведение мужчин, и должны быть такими же красивыми, крутыми и стильными, как этот мужчина перед ней.

Очень жаль, что он не ее. Но это не мешает ей смотреть на него целый день. В конце концов, это действительно редкая сцена!

Самое главное, этот мужчина оглянулся и улыбнулся ей после одного особого выпада с его копьем. Этот взгляд ударил ее, как невидимая маленькая стрела, попав прямо в сердце. Оно заболело и онемело.

Но это не конец. Он, казалось, придумал какую-то неожиданную фантазию. Он вернулся, чтобы схватить кувшин вина, неся копье в одной руке, а кувшин в другой. Он пару раз размахнулся копьем, а потом выпил пару глотков вина. Казалось, он пытался показать стиль пьяного копья.

Бай Сянсю могла точно сказать, что он в прекрасном настроении, и поэтому не могла не начать аплодировать. Только когда она вернулась позже той ночью, она поняла, что немного вышла за борт. Ее ладони сильно покраснели от хлопания, но Принц Ли тоже был немного пьян.

Однако она была очень счастлива.

Это самый счастливый день с тех пор, как она пришла в этот мир. Она посмотрела на Принца Ли, положив голову на одну руку и закрыв глаза, чтобы восстановить энергию, чувствуя, что это похоже на первый день, когда она действительно узнала его.

Они вернулись обратно в резиденцию и слуги помогли Принцу Ли сменить одежду. Она также вернулась в свою комнату и привела себя в порядок. Сяо Ши принесла миску супа, когда она села, и сказала: «Мадам Сюй, суп для отрезвления готов. Вы передадите его Принцу?»

Отлично, эта великая сваха снова начала действовать.

Тем не менее, она на самом деле хотела увидеть, как сейчас себя чувствует Принц Ли. Обычно говорили, что у людей с высокой стойкостью к алкоголю, нет ужасных личностей. Его поведение было хорошим во время поездки в конном экипаже, но она не знала, будет ли это по-прежнему иметь место после возвращения в комфорт его собственного дома.

«Хорошо.» Она лично принесла суп в комнату Принца Ли в вилле Красного клена. Это был красивый индивидуальный внутренний двор, тихий, с великолепными красными кленовыми листьми в лучах ночи.

По какой-то причине она по-прежнему испытывала небольшое беспокойство, поэтому сказала Сяо Ши: «Оставайся здесь. Я могу пойти сама.» Сяо Ши кивнула. Она просто подумала, что ее хозяйка стесняется, и поэтому не остановила Бай Сянсю.

Когда Бай Сянсю вошла, она почувствовала, что стоящие снаружи стражники выглядели немного неуверенными. Когда она захотела, чтобы они сообщили о ее прибытии, они не пошли внутрь, желая, чтобы она вошла сама.

Странно, что с ними случилось? Бай Сянсю не очень обрадовалась. Начнем с того, что у главного героя было много причуд. Вероятно, он чувствовал себя досадно, выпив слишком многого и не хотел, чтобы к нему приближались люди.

Но она была ошеломлена от глупого вида, который приветствовал ее глаза после того, как она вошла. Что здесь происходит? Почему здесь Яйя? И почему она и Принц обнимаются? Должна ли она спрятаться или… скрыться в этой ситуации?

К сожалению, так как она сильно нервничала, она наткнулась на дверную раму, когда повернулась и стукнулась супом в своих руках. Шум заставил Лун Хэна поднять голову и опустить руки. Его свободная верхняя одежда упала с его движениями, показав чрезвычайно хорошо сложенное тело. Но его глаза казались немного омраченными. Он нахмурился, увидев Бай Сянсю, «Сянсю?»

Фактически, он назвал ее имя естественным образом в каком-то неизвестном месте. Только, если человек в дверном проеме это она, тогда кого он обнимает? Наконец он увидел лицо таинственного человека, когда посмотрел вниз.

Он даже не подумал об этом, когда отбросил ее от себя, с криком: «Почему это ты?!» Он раньше был в оцепенении и только чувствовал, что кто-то обнял его сзади. Думая, что единственная, кто мог бы обнять, была Бай Сянсю, он не отклонил ее объятий.

Более того, его восприятие было гораздо более чувствительным после выпивки, но голова не очень ясной. Итак, он крепко обнял свою предполагаемую Бай Сянсю и планировал сделать что-то еще, когда вошла настоящая Бай Сянсю. Когда его мысли застыли, он разразился холодным потом по всему телу и мгновенно протрезвел.

С другой стороны, Яйя была отброшена назад и не могла не нахмуриться. Почему это произошло? Она ясно помнила, что Лун Хэн, как предполагалось, сегодня слишком много выпил, и поэтому почти закончил бы отношения с мисс Лин в оцепенелом замешательстве. Конечно, если бы хозяин не остановил их тогда, они бы уже были вместе. Вот почему она воспользовалась этой возможностью, ведь Лин Цяньцзы заболела. Она не смогла бы выйти и побеспокоить их, когда была прикована к постели.

Мастер не стал бы останавливать ее, так как она говорила ему, что сможет сделать это хорошо.

В своей предыдущей жизни она тоже приходила к Лун Хэну, чтобы закончить миссию. Со временем она постепенно влюбилась в него, так как он оказался отличным человеком и великолепно внимательным к своей женщине. Это было очень противоположно холодности других мужчин.

Даже стать наложницей такого человека уже неплохо. По крайней мере, ей больше не нужно будет любить других мужчин для миссий. Но она не ожидала, что потерпит неудачу, и эта судьба даст ей еще один шанс. На этот раз она не проиграет! Небеса дали ей такую возможность, чтобы она могла быть вместе с Лун Хэном.

Только, она не ожидала, что в этот раз Бай Сянсю тоже будет здесь. Она помнила ее как женщину, которой не нравились люди. Несмотря на то, что у нее был титул наложницы, Лун Хэн никогда не любил ее.

Она также не ожидала, что Бай Сянсю присоединится к нему в его поездке. Это было чрезвычайно неожиданно, но Яйя не считала Бай Сянсю угрозой вообще, потому что она умрет менее чем через год.

Но Яйя не думала, что Бай Сянсю прервет их прямо в гуще событий. Яйя считала, что Лун Хэн будет рад принять ее, поскольку она чувствовала, что ее шанс наступил, когда она услышала, что у Лун Хэна не было гармоничных отношений с этой мисс Лин. Оказалось, что эта возможность была только мимолетной. Она сердито посмотрела на этого мужчину после того, как ее отбросили. Он в настоящее время прижимал руку к своему лбу.

«Убирайся!» — взревел Лун Хэн, прежде чем подойти к Бай Сянсю. Он открыл рот, но не знал, что сказать.

Бай Сянсю глупо испугалась, и подумала, что она прервала его хорошее время, и он закричал ей, чтобы она ушла. Она вскочила на ноги, чтобы отправиться наружу, но была быстро захвачена со спины в его крепкие объятия.

«Я говорю не тебе. Ты останься.» Его голос был заметно более мягким, заставив Бай Сянсю замереть от шока.

Яйя не хотела сдаваться: «Ваше Высочество, вы были явно очень пылкими совсем недавно…»

«Убирайся! В противном случае и ты, и твой двоюродный брат сейчас же исчезнете из этого места.» Он изначально хотел немного поиграть с этими людьми, которые пришли к нему со скрытыми мотивами. Но если это навредило его маленькой женщине, то этот случай имеет совершенно новое значение.

Яйя, естественно, знала, что если она разрушит планы своего хозяина, у нее не будет хорошего конца. Она уже испытала это однажды в своей предыдущей жизни. Итак, у нее была еще одна цель найти Лун Хэна, и это должно было заставить его избавиться от этого человека. Она нахмурилась, но все же послушно ушла, сжав зубы.

Когда она ушла, Лун Хэн развернул Бай Сянсю и наконец увидел, что это действительно она. Его предыдущие действия определенно привели к ее непониманию. Почему он чувствует себя настолько виноватым?

Но он не знал, как объясниться, несмотря на свою вину. Он только немного поднял ее и перенес на кровать.

Он пытается что-то сделать под видом пьяного? Бай Сянсю хотела противостоять его движениям. Но, прежде чем она смогла это сделать, оттолкнув его в грудь, как большинство женщин в романах, она внезапно чихнула. И снова, и снова…

Фактически, все, что хотел Лун Хэн, — это отдохнуть на своей кровати и доказать ей, что он действительно не интересуется этой женщиной. Но что происходит? Почему она вдруг начала чихать, просто посмотрев на него? Хуже того, ее чихание было настолько сильным, что на глазах выступили слезы!

Он только что был очень пьян, но за это короткое время протрезвел. Он не мог не нахмурится, когда увидел чихание, которое раздирало ее тело: «В чем дело?»

«Это… Ах-Чу! На вашем теле какой-то слишком сильный аромат. Ах-Чу!» Это тело поражают всевозможные странные болезни. Гемофобия, страх боли, а теперь и аллергия на некоторые виды аромата!? Какого черта. Это какое-то требование для всех второстепенных женских персонажей? Должен быть предел в том, насколько хрупкими и ничтожными они могут быть! Какой мужчина в этом мире захочет, чтобы его женщина была такой хрупкой, как бумага?

Несмотря на ее желание стать сильнее, так получилось, что Принц Ли любил слабых женщин, подобных ей. Он вырос в среде, где каждый мужчина и женщина были жестокими и сильными, не нуждаясь в защите других. Даже если некоторые из них были физически слабыми, они более чем компенсировали это интеллектом. Женщина с таким слабым телом и боевой силой, которая явно окуналась в негатив, была действительно редким видом. Поэтому, он не мог удержаться от желания защитить её.

Когда он заметил, что она почти упала в обморок от чихания, он нахмурил брови и понюхал себя. У него на самом деле был очень острый запах.

«Слуги, подготовьте ванну для Принца.» Слуги, которые ждали снаружи, немедленно бросились внутрь. Даже самый медленный и самый глупый человек среди них слышал нетерпение и холодность в голосе их хозяина.

У Лун Хэна не было другого выбора, кроме как неохотно отступить в нескольких шагах от Бай Сянсю и немедленно вымыться после того, как слуги подготовили ванну. Когда он закончил и вернулся в свою комнату, он увидел, что Бай Сянсю уже ушла. В его сердце поднялась волна депрессии. Думаю, объяснения могут подождать до завтрашнего дня. Хотя, где и как мне начать ей всё это объяснять?

Подождите. Почему такой взрослый человек, как он, должен объяснять что-то своей наложнице? И почему он ломает себе голову, чтобы найти хороший повод оправдаться перед ней?

Через несколько минут после того, как он лег в постель, он снова сел. Должно быть, из-за того, что она ему настолько доверяла, ей больнее по сравнению с другими женщинами! Он только хотел объяснить ей вещи, чтобы она не слишком много думала и не наносила вред своему телу! Да! Это хорошая причина!

Не зная об этом, Принц Ли нашел себе разумный повод сделать кое-что, что могло бы заставить его потерять достоинство. Только тогда он наконец был доволен и закрыл глаза, чтобы заснуть. Первым делом утром он все объяснит Бай Сянсю.

Но сон ускользал от тех, кто находился на другой стороне виллы. Вернувшись, Яйя сразу же была наказана, когда дала отчет о том, что сделала.

«О, какая послушная. Что ты держишь в своем свинячьем мозге? Эта девушка Бай Сянсю более разумная, чем ты, в душе и сердце. Ты должна поучиться у нее и понять, какова истинная нежность! У тебя может быть фигура лисицы, но личность не менее привлекательна, чем у упрямого мужчины.»

Когда Дуань Юньинь читал лекцию Яйе, он также снимал одежду по одному слою за раз. Закончив, он продолжил свою лекцию, положив лицо ей к уху и ласкал ее тело. «Ты так привыкла быть шлюхой, что не можешь дождаться, когда будешь покоиться в постели мужчины. Сейчас сейчас. Этого не будет. Просто взгляни на мадам Бай. Она по-прежнему ведет себя как девственница, хотя ею, вероятно, пользовался этот мужчина бесчисленное количество раз. Вот как ты должна соблазнять мужчин. Тебе нужно больше скрывать грудь. Что касается твоих ног…»

Он дал Яйе много причин, почему она должна вести себя более сдержанно и застенчиво, потому что он очень ясно видел, что Лун Хэн ничуть не интересовался смелыми женщинами. Бай Сянсю и мисс Лин — робкие и слабые, поэтому, возможно, они должны подойти к делу с этой точки зрения.

Дуань Юньинь был человеком, который жаждал красивых женщин. Он решил научить Яйю манерам Бай Сянсю и рухнул с ней на простыни. Тем не менее, все время он продолжал свои инструкции: «Твой голос тоже неправильный! Как ты должна стонать? Помнишь свой первый раз?»

Яйя прищурилась, и по ее щекам потекли слезы. Она стонала и плакала одновременно. «Нет. Нет. Больно! Не могли бы вы немного помедлить?»

«Твои стоны должны быть спокойнее. Запомни. Ты должна стеснятся.» Дуань Юньинь очень сильно шлепнул её по спине, из-за чего ее белоснежная кожа быстро стала черно-синего цвета. Внезапно ему в голову пришла идея, и он ухмыльнулся: «Ты можешь либо пытаться соблазнить Лун Хэна своими методами, либо заставить его женщину сердиться на него. В любом случае, я уверен, на этот раз ты не подведешь меня, верно? Ммм?»

«Я могу это сделать. Я определенно могу. Мастер, Яйя сейчас страдает. Сейчас Яйя действительно страдает.»

«Какая гнусная девка,» — ухмыльнулся Дуань Юньинь. Он не волновался, чтобы помочь ей закончить. Он сразу же взял штаны, как закончил сам, и восстановил свой вид невинного белого кролика. Он сел рядом и прищурился. «Убери все и сама убирайся!»

Как Яйя могла сказать ему «нет»? Она прибрала место и сразу же ушла.

После того, как она ушла, Дуань Юньинь решил тайно понаблюдать за старшей дочерью семьи Лин. Сначала он думал, что она будет подходящей кандидаткой для него. Но он не ожидал, что она так сильно заболеет, как только прибудет в это место.

Лун Хэн поставил охранников во дворе, но как могли эти стражи остановить его? Не заметив никого, он сумел обкурить одного из охранников и прыгнул на крышу комнаты Лин Цяньцзи. Понимая, что в ее комнате нет ничего необычного, он осторожно пробрался. Мисс Лин заметила его темную фигуру и тихо спросила со своей кровати: «Это ты?»

Похоже, она ошибалась. Он не двигался и продолжал стоять спиной к ней. Хм… У старшей дочери семьи Лин действительно привлекательный голос. Он немного хриплый, что делает его довольно очаровательным. Учитывая, что в комнате нет ни одного луча света, она не должна видеть меня, даже если я приближусь к ней!

Он решил подойти к ней, когда его мысли достигли этого момента. Он не ожидал, что Лин Цяньцзи будет настолько активна, что схватит его и даже обнимет.

«Мне очень жаль, Юньчжэн. Ты ранен? Это моя вина. Но я все ровно не могу уйти с тобой. Потому что… Потому что император обвинит мою семью, если я покину это место. Итак, у меня нет выбора, кроме как выйти за него замуж.» Лин Цяньцзи не могла ясно мыслить из-за своей болезни. Вот почему она ошиблась в человеке, который залез в ее комнату. Это была ее первая попытка взять на себя инициативу, чтобы обнять его, поэтому она также немного нервничала.

Вот как должна выглядеть женщина. Они должны быть мягкими и робкими. Разве я не буду дураком, если не воспользуюсь ею, пока могу? Дуань Юньинь поднял ее и положил на кровать, резко поцеловав.

Лин Цяньцзи думала, что он Ло Юньчжэн, и поэтому много не размышляла. Она целовала и ласкала его бесчисленное количество раз, поэтому позволила делать то, что ему нравилось.

Дуань Юньинь целовал ее с ног до головы. Но, когда он собирался сделать еще один шаг, он заметил, что Лин Цяньцзи вообще не сопротивляется. Мало того, что она не проявляла никакого сопротивления, она даже зашла так далеко, чтобы сказать: «Юньчжэн. Юньчжэн! Просто возьми меня. Я ни о чем не буду жалеть!»

Дуань Юньинь сразу же потерял к ней интерес. Между ней и Яйей нет никакой разницы, если ее так легко заполучить. Итак, он приложил палец к ее губам и слегка повернулся. «Ваше поведение убивает любой интерес, который у меня к вам был.»

Он схватил ее за руку. «Ваш личный предмет сейчас в моих руках. Когда придет этот человек по имени Юньчжэн, скажите ему, чтобы он нашел меня в деревянном сарае у реки. Мне есть что ему сказать. Если он не придет в течение трех дней, я передам ваше нижнее белье Принцу Ли. Судя по его настроению, как вы думаете, что он с вами сделает?»

Лин Цяньцзи мгновенно побледнела. Что она только что сделала с этим человеком? Она почти стала его женщиной. «Не… Кто ты? Ты не Юньчжэн…»

Лин Цяньцзи крепко сжала простыни. Тем не менее, черная фигура исчезла с быстрым мерцанием. Она дрожала, когда одевалась, все время удивляясь, почему что-то подобное с ней происходит? Почему?!

Принца Ли даже не волновало, жива она или нет. И мадам Бай, которая всегда относилась к ней как к другу, тоже, похоже, не беспокоилась о ее благополучии.

«Юньчжэн, Юньчжэн, Юньчжэн. Пожалуйста, спаси меня от этого несчастья…» Линь Цяньцзи начала тихо плакать. Она обняла одеяла, лежа на кровати и звала Юньчжэна.

Внезапно сверху раздался голос. «Что случилось? Ты наконец поняла, какой я хороший?» Кем еще может быть этот человек, кроме Ло Юньчжэна, с этим игривым смехом и мошенническим, но теплым тоном?

Лин Цяньцзи резко подняла голову и была потрясена, увидев его перед кроватью. На этот раз она ясно поняла, что это действительно тот человек, которого она звала. В тот момент ей было все равно, на сколько изящной была её фигура, все, что она хотела, это броситься в его объятия.

Ло Юньчжэн был поражен, насколько она активна. Он был в восторге от того, что решил рискнуть сегодня вечером и пришел к ней в гости. Только он почувствовал что-то неладное, когда обнял ее. Почему благородная дочь семьи министра спала голой, не заботясь о скромности?

Он нахмурил брови и быстро оттолкнул ее в лунный свет. И, конечно же, благодаря своему мощному зрению на фоне боевых искусств, он заметил следы, оставленные после веселья между мужчиной и женщиной.

Этот вид наполнил его сердце яростью. Глаза налились кровью, он схватил ее за плечо и яростно встряхнул: «Кто это был?! Кто тот человек, что сделал это!?»

«Нет! Это не то, что ты думаешь…» Лин Цяньцзи догадалась, что он, должно быть, заметил состояние, в котором она находилась. Она поспешно накрыла себя одеждой и спряталась от него.

«А что же это тогда?! Кто это сделал!?»

«Н-нет… Не будь таким. Мне страшно! Ты причиняешь мне боль!» Почему все мужчины так к ней относятся? Даже Ло Юньчжэн не стал исключением.

«Ха-ха… Я причинил тебе боль?! Боль? Ты даже чувствуешь боль? Все это время я полагался на тебя, уважал и даже любил. Но ты решила просто отдаться другому человеку? Хорошо. Хорошо! Я покажу тебе настоящую боль!» Ло Юньчжэн немедленно прижал ее весом своего тела. В одно мгновение он обрушил всю свою ярость на хрупкое тело Лин Цяньцзи.

Лин Цяньцзи была просто защищенной девушкой из богатой семьи. Откуда у неё силы сопротивляться? Немного времени прошло, прежде чем она потеряла с ним девственность. Он завязал ей рот носовым платком и она даже не могла двигаться. Она могла только принять наказание. «Почему?! Почему?! Почему…» Ее сердце продолжало повторять один и тот же вопрос, но никто не мог дать ей ответ.

Ее тело было разорвано, и из неё свободно вытекала кровь. Она могла только беспомощно позволить мужчине, которому доверяла больше всего, разорить ее. Она не могла оказать ни малейшего сопротивления. В конце концов, даже ее слезы иссякли. Она чувствовала, что скоро умрет, но все еще не могла понять, почему все закончилось именно так.

Ло Юньчжэн наконец понял, что что-то неладно с девушкой под ним, когда его гнев утих. Он был слишком яростен минуту назад и напал на нее, не подумав. Теперь он наконец понял, что все действительно не так, как ему казалось. Хотя он использовал платок, чтобы заткнуть ей рот, чтобы она не кричала, она, казалось, не притворялась, что кричит от боли. Он тут же поднялся, чтобы подтвердить свои подозрения, и увидел красное пятно на простынях, несмотря на то, что комната была слабо освещена лунным светом.

Он чувствовал, как мороз охватил его сердце. Она, очевидно, все еще была чистой и невинной девушкой! Что я только что наделал!? «Прости. Я не должен был быть таким жестоким…»

Почему она не отвечает? И почему ее дыхание настолько слабое? Ло Юньчжэн приблизился к ней и понял, что она потеряла сознание. Ее цвет лица был призрачно-белым и не показывал никаких признаков жизни. Он был поражен ужасом, когда увидел состояние, в котором она находилась. Первое, что ему пришло в голову — унести ее, чтобы обратиться за помощью.

Но какую помощь он мог искать? Из-за его травмы, это уже трудная задача, что он прокрался сам по себе, не говоря уже о переносе другого человека. Кто-то обязательно их заметит. Если это случится, он точно подставит ее и причинит ей вред. Поэтому, у него не было выбора, кроме как искать другой выход.

После того, как он рассмотрел все возможности, он поставил свою цель на одного человека. Хотя он не слишком знаком с ней, он решил обратиться за помощью именно к ней, потому что, основываясь на простом описании Лин Цяньцзи, она казалась добродушным человеком. Он должен попробовать. Если она откажется помочь, тогда он может просто убить ее на месте.

Он помог Лин Цяньцзи одеться после того, как сменил простыни. Подтвердив, что больше никаких доказательств не осталось, он выскочил из комнаты. Когда он добрался до ее квартала, он был застигнут врасплох. Принц Ли должно быть дорожит своей игрушкой. Количество охранников, окружающих ее помещения, на самом деле не меньше, чем у Лин Цяньцзи!

К счастью, его уровень боевых искусств был высоким, и он ударил по акупунктуре горничную, которая стояла под огнями за пределами квартала Бай Сянсю. Затем он тайком пробрался в её комнату.

Ло Юньчжэн никогда раньше не видел Бай Сянсю. Хотя лампы в ее комнате были потушены, он мог сказать, что она действительно красавица, просто взглянув на ее фигуру под одеялами. Он подошел ближе к её постели и осторожно подтолкнул.

У человека на кровати был чуткий сон. Хотя она казалась немного сонной, она проснулась сразу после этого толчка. «Сяо Ши, зажги свечи и иди сама в боковую комнату. Я не пойду с тобой.»

Оказалось, что Сяо Ши была очень робкой. Она не решилась пойти ночью в туалет, когда настала ее очередь стоять на страже за пределами комнаты. Ей даже понадобился кто-то, чтобы сопроводить ее в боковую комнату.

«Четвертая мадам. Кажется, вы хорошо выспались.» Внезапно в комнате раздался незнакомый мужской голос. Бай Сянсю сразу выпрямилась. После того, как она заметила, что мужчина пытается приблизиться к ней, она тут же поддержала себя руками, и ударила его ногой.

Хотя она была только садовником в наше время, она знала кое-что о самообороне, тем более, что она помнила техники, которые узнала во время военной службы. Тем более, она сменила свое тело на другое, и теперь вероятность столкнуться с насильниками ещё больше, когда она стала красавицей. Несмотря на то, что она всегда сохраняла свой имидж, она не спеша практиковалась в самообороне каждый раз, когда была одна.

И теперь она действительно встретила насильника! Незнакомый человек, который проскользнул в ее комнату посреди ночи, определенно не был хорошим! Зачем же я всё время тренируюсь, если сейчас не ударю его!?

Хотя Ло Юньчжэн очень опытный в боевых искусствах, он всё таки ранен. Добавьте к этому тот факт, что он сильно злился, а потом занимался энергичной деятельностью, после чего чувствовал себя довольно истощенным. Более того, его впечатление о женщинах из благородных домов и имений заключалось в том, что они слабые по сравнению с другими. Хорошим примером этого была дочь семьи Лин. Это была действительно слабая девушка, которую он мог запугать в любое время.

Что касается Бай Сянсю, большинство слухов заявляло, что она нежная и очаровательная, хрупкая красавица. Он никак не ожидал, что она сможет дать отпор, особенно когда ее удар пришелся именно среди нежных семейных драгоценностей, которые он только что использовал, и их еще нужно было привести в порядок. Он не мог не наклониться от боли.

Кто эта жестокая женщина? Я вошел не в ту комнату? Женщина также знала, что делать. Она сразу же спрыгнула с кровати, как только увидела, как он наклонился и явно собиралась обратиться за помощью.

Ло Юньчжэн быстро раскрыл рукав и ударил ее по нужным точкам. Если бы он не сделал то же самое со служанкой на улице, она, вероятно, уже услышала бы, что в комнате что-то случилось. Если бы это произошло, спастись было бы в два раза сложнее. Увидев, что она больше не может двигаться, он медленно выпрямился и дважды обернулся на полу с пораженным взглядом на лице. Прошло немало времени, прежде чем он наконец почувствовал облегчение от боли.

Ло Юньчжэн никогда не испытывал такой большой потери от рук женщины за всю свою жизнь. Его лицо стало абсолютно черным, когда он шел к Бай Сянсю. Сейчас она закрыла красивые глаза и почти, казалось, наивно и невинно спросила, кто он и почему он здесь.

Ло Юньчжэн понял смысл в ее взгляде и был очень шокирован, осознав, что можно обмениваться взглядами. «Мадам Бай, у меня есть просьба. Я отпущу вас, если вы сможешь с ней справиться. Если нет, тогда…» Он злобно посмотрел на нее и измерил ее грудь рукой. «Я разорву вашу одежду и выброшу вас на улицу.»

Казалось, она была очень напугана, со слезами, грозящими свалиться с ее глаз, но внутри, она на самом деле думала: он явно думает обо мне как о каком-то маленьком ребенке, если угрожает выбросить меня на улицу! Но ей сейчас нужно было слушать его, или он, скорее всего, что-то с ней сделает.

Она вначале не поняла, кто он, но этот мошеннический тон был подозрительно подобен второстепенному мужскому персонажу Ло Юньчжэну. Почему Ло Юньчжэн в её комнате? Все охранники мертвы? Звук небольшого патруля, идущего снаружи, дошел до её уха. Похоже, они не мертвы, а скорее противник слишком искусен.

Увидев, что ее взгляд был в основном спокойным, Ло Юньчжэн предположил, что она действительно честная и слабая женщина, и поэтому продолжил: «Идите прямо сейчас и попросите врача осмотреть мисс Лин. Не говорите никому о диагнозе, или я немедленно убью вас.»

Угрозы было недостаточно, чтобы успокоить его заботы, поэтому он бросил лекарственную таблетку ей в рот. «Это яд, и вы получите противоядие, как только закончите этот вопрос, и обещайте, что вы ничего не будете говорить. Если вы раскроете этот вопрос Принцу Ли, ваш конец будет…» Он сделал резкое движение перед своим горлом, его смысл был предельно ясен.

Было похоже, что Бай Сянсю собиралась рыдать от испуга. Она жалобно посмотрела на Ло Юньчжэна, доказывая, что она не будет создавать проблем. Ло Юньчжэн расслабился и протянул руку, чтобы освободить ее акупунктуру: «Идите!»

Бай Сянсю кивнула и осторожно спросила: «Вы позволите мне надеть мою одежду?»

«Одевайтесь!» Она казалась довольно разумной и послушной, и не собиралась создавать проблем. Ему было бы легче, если бы она действительно пригласила врача осмотреть мисс Лин.

«Что случилось с моей служанкой?» Бай Сянсю немного волновалась за Сяо Ши. Она все время сидела снаружи!

Ло Юньчжэн сказал: «Я только нажал на некоторые ее точки. Вам нужно закончить этот вопрос. С ней ничего не случится.»

Бай Сянсю заговорила тихо, с задумчивыми глазами: «Но разве это не будет подозрительно, если я пойду без служанки?»

Ло Юньчжэн застыл. Сначала он подумал, что она беспокоится за свою служанку из-за доброты. Но неожиданно, она действительно начала сотрудничать и приносить ему идеи. Он не мог не кивнуть. «Потряси ее, и она проснется.»

Это был способ дразнить девушек, особенно девочек, которые ничего не понимали в боевых искусствах. Их выражения всегда были забавными, когда они видели его дело. Как и ожидалось, Бай Сянсю пошла посмотреть на Сяо Ши, и выражение ее лица стало изумленным, когда она увидела, как были запечатаны точки ее слуги. Конечно же, она пошла, приводить в чувства свою служанку.

Ло Юньчжэн использовал палец, чтобы разблокировать акупунктуру Сяо Ши и потряс ее.

Бай Сянсю изумленно воскликнула. «Она действительно проснулась!»

Ло Юньчжэн нашел это несколько смешным. Она на самом деле была простой девушкой. И она, и Лин Цяньцзы были только благородными мисс, которые привыкли оставаться в своих резиденциях. Он махнул рукой в темноту, указывая, что она может идти.

Бай Сянсю, естественно, ушла. Не уйти было бы феноменальным поступком глупости. Она потащила Сяо Ши и сказала: «Пошли. Давай посмотрим на сад.»

«Ах, но уже так поздно!»

«При осмотре сада, кому какая разница, поздно сейчас или нет. Пойдем быстрее.» Бай Сянсю потащила Сяо Ши. Ее хозяйка несла фонарь и бросилась к главной героине поздно вечером. Немного пройдя, Бай Сянсю внезапно сказала: «Сяо Ши, иди найди врача. Скажи, что он мне нужен, но я буду в той части сада.»

Сяо Ши почувствовала, что этот приказ был странным, но затем заметила, что ее хозяйка пишет на ладони слова. Она умела читать, поэтому кивнула и отправилась на поиски врача. Но когда она нашла его, Сяо Ши также разбудила одного из слуг и заставила его отчитаться перед Принцем.

Бай Сянсю некоторое время ждала в саду, пока наконец не увидела Сяо Ши, которая пришла с доктором. Только тогда она решилась войти вместе с ними. Но когда они вошли в комнату, она внезапно заговорила, когда ей пришла в голову новая идея: «Оставайся снаружи. Не следуй за мной.»

Сяо Ши ничего не понимала, поэтому могла только согласиться и остаться на страже.

Бай Сянсю лично привела доктора к комнате Лин Цяньцзи. Когда она вошла, у нее пахло странным запахом. Она никогда не пахла так раньше, но не чувствовала себя слишком хорошо. Она не знала, что врач был опытным человеком. Он слегка нахмурился и угрюмо сказал: «Вы можете зажечь свечу?»

Бай Сянсю кивнула, но не вызвала слугу. Вместо этого она сама зажгла свечу на столе. Затем она взглянула на мисс Лин и почувствовала, что ее безжизненность была немного странной и страшной. Она подошла, чтобы снять одеяла. Взгляд главной героини мгновенно передал то, что с ней случилось.

Хотя одежда Лин Цяньцзы была аккуратной, очевидно, что кто-то одел ее. Кроме того, эта вещь выглядывала из-за затылка её шеи, разве это не огромный засос?

О Боже, какой человек был таким порочным? Мало того, что он сделал это с больной и слабой благородной мисс, но он также оставил после себя многие знаки любви. Эти знаки вообще не были забавными. Они были очень болезненны, когда их оставили. Это доказало, что тот неизвестный человек не был нежен вообще.

Что касается того, откуда она знала, разве это не из-за Принца Ли и… эти… не-такие-уж ласковые действия? Хотя он выглядел чрезвычайно властно, он не оставлял никаких лишних следов на ее теле. Это были самые незначительные пятнышки, которые исчезали на следующий день.

Но в случае с мисс Лин эти знаки, вероятно, не исчезнут еще три-пять дней. В этот момент она все еще не верила, что мисс Лин потеряла свое целомудрие, так как считала, что события в романе очень трудно изменить. И, главная героиня, похоже, проделала немало дел с главным героем, прежде чем дойти до конца, но они всегда воздерживались от завершения дела.

На этот раз они, вероятно, тоже не сделали этого, верно?

Доктор подошел и слегка проверил пульс. Он испытывал крайнее презрение к этой служанке. Девочка-служанка на самом деле сделала это в резиденции! Она действительно не знала, какой это позор.

«Как она?» Бай Сянсю спросила доктора, когда увидела, что он молча смотрит на нее долгое время, с необычайным выражением на лице.

«У этой дамы началась лихорадка, но так как она была с мужчиной, она ранила свое влагалище. Если я не ошибаюсь, оно… все еще кровоточит. И поэтому ей нужно лечение. Я дам ей рецепт. Ей нужно принимать это постоянно.» Доктор не раскрыл презрительного выражения на лице, потому что хозяйка была рядом с ним, но эта женщина полностью опустилась в его глазах.

«Что? Вы сказали, она, она…» Бай Сянсю почувствовала головокружение, но не из-за того, что сказал доктор, а потому что сюжет действительно ускользнул от нее. Это чувство совсем нехорошее.

Оставив в стороне, внутреннюю борьбу второстепенного женского персонажа Бай Сянсю, в этот момент главный герой снова встретил второстепенного мужского персонажа.

Когда они увидели друг друга, это было похоже на двух врагов, когда их глаза сверкнули кровью лишь от одного взгляда. Лун Хэн был в ярости, что этот человек посмел вторгнуться в комнату Бай Сянсю посреди ночи. Это слишком высокомерно!

Но Ло Юньчжэн думал, Черт, я попал в ловушку этой молодой леди! Я отчетливо видел, что она шла в сторону Лин Цяньцзи. У нее была только девушка-служанка, которая ходила к врачу. Я никогда бы не подумал, что у неё хватит смелости попросить служанку позвать Лун Хэна. Я четко видел, как она вошла в дом врача и после этого не выходила.

Что это доказывает? Это доказывает, что молодая леди фактически не боялась того, каким ядом он её накормил, и сделала что-то за его спиной. Хорошо, он высоко оценит ее лояльность Лун Хэну. Но она действительно неожиданный человек, который рискует своей жизнью!

Никто не был бы счастлив после того, как его одурачили. Поэтому, когда они встретились, они даже не поздоровались друг с другом, прежде чем начать сражение. Конечно, Лун Хэн не звал с собой людей. Он боялся, что этот вопрос распространится и навредит репутации Бай Сянсю. Следовательно, эти двое людей сражались, как в последний раз.

Тем не менее, боевые навыки Лун Хэна были на порядок выше, чем у Ло Юньчжэна. Совсем скоро Принц начал одерживать победу над ним. Ло Юньчжэн поспешно убежал, но был быстро обнаружен охранниками. Стрела ударила его плечо во время хаотического побега. Он стонал от боли. Если бы не броня на его теле, скорее всего он бы умер здесь.

Он не знал, где очутился после этого безумного бега, поэтому просто извивался в соседней комнате. Он не ожидал найти тихо сидящего в комнате человека. Когда этот человек увидел Ло Юньчжэна, он не был удивлен, но вместо этого улыбнулся. Ло Юньчжэн прищурился. Кажется, он попал в логово волка.

С другой стороны, Лун Хэн сходил с ума от волнения и бросился в сад, где была Бай Сянсю. Этот человек, должно быть, приходил к мисс Лин, а затем попросил Сянсю обратиться к врачу. На самом деле, он изначально поставил охрану, чтобы не впустить Ло Юньчжэна, но это было только для шоу. Охранники, расположенные там, были не такими сильными. Он также знал, что невозможно запретить Ло Юньчжэну войти, если он действительно этого захочет.

Казалось, этот персонаж стал ьаким таким смелым из-за этой женщины, и, честно говоря, на самом деле это было бы хорошим развитием, если бы он её забрал. Но Лун Хэн не думал, что Ло Юньчжэн будет ввязываться туда, где была собственная женщина Лун Хэна, после того как вошел на его территорию. Если бы он навредил ей, то Лун Хэн полностью уничтожил бы его.

Он волновался, когда шел. Он не ожидал, что его маленькая женщина окажется такой грозной. Она фактически сообщила ему о ситуации, написав это на ладони для Сяо Ши, и та передала сообщение, когда была у врача. Это не было чем-то, что можно было бы отбросить как маленький вопрос. Обычный человек только паниковал бы после того, как ему угрожали. Это очень сложная задача, думать о путях бегства.

Честно говоря, тот факт, что она придумала и выполнила этот план так легко со своей служанкой, было уже достаточно, чтобы убедить Лун Хэна в ее самообладании под давлением. Более того, Ло Юньчжэн хотел дождаться новостей в ее резиденции. Это значит, что он не посмел легко сделать ход и, вероятно, наблюдал за ними издалека. Он не думал, что в конце концов попадет в ловушку Бай Сянсю.

Как только он собирался зайти внутри, он увидел, что Бай Сянсю выходит вместе с доктором. Она видела, как он идет издалека. Как хороший подчиненный, Бай Сянсю поспешила спросить: «Ваше Высочество, вы не ранены?»

Сердце Лун Хэна согрелось от ее беспокойства и он слегка покачал головой. Однако, как только он повернул голову, чтобы заглянуть внутрь, Бай Сянсю сразу ответила. «Она в порядке. Только ее состояние ухудшилось.» Она сигнализировала врачу глазами, когда говорила.

Врач уже пообещал, когда они были внутри, что никому скажет об этом. Увидев ясные сигналы из ее глаз, он заикнулся: «Это просто простуда.» Да, а как же.

Лун Хэн поднял бровь. «О?» Он перевел взгляд на Бай Сянсю и увидел, что она повернула голову в сторону, отводя взгляд. Это было явным признаком виновной совести.

«Тогда как насчет тебя?» Она, казалось, была в порядке снаружи, но с ее робкостью должна быть еще одна причина, по которой она могла спокойно справиться с этим делом. Он думал, что она мгновенно покачант головой и скажет: «Я в порядке.»

Но его полностью застало врасплох, когда Бай Сянсю моргнула и ответила: «Он накормил меня ядом и сказал, что если я не буду делать, как мне сказали, или если я скажу кому нибудь об этом, то я…» Ее слова затихли и она скопировала действие Ло Юньчжэна, провела пальцем по своему горлу.

Когда он услышал эти слова, сердце Лун Хэна почти остановилось. Как она может использовать такой тон, когда говорит о таком большом деле? «Доктор, следуйте за этим Принцем.»

Он поднял Бай Сянсю на руки, когда его лицо застыло в холодной маске. Он принялся бежать, направляясь прямо к своей резиденции.

«Вы не туда направляетесь. Кажется, что…» О, Боже! Выражение на лице главного героя такое страшное! Она сразу же опустила голову, как страус, и не решилась говорить дальше.

Лун Хэн положил ее на свою большую кровать и взглянул на доктора. Палец доктора дрожал после того, как он взял пульс Бай Сянсю. Он посмотрел на Лун Хэна: «Она действительно была отравлена, но вашему покорному слуге недостает медицинской экспертизы. Следовательно, я не могу понять, какой именно яд использовался.»

«Ты…» Лун Хэн знал, что от попыток заставить доктора что-то сделать, толку не будет. Движением руки, он попросил уйти этого человека. Он несколько раз прошел по кругу, как раненый леопард, прежде чем направиться к Бай Сянсю. Он смягчил голос: «Не волнуйся. Я найду способ нейтрализовать яд.»

Яд, пришедший из Цзянху, нуждается во внимании врача из Цзянху. Он должен разбираться в этом больше, чем остальные.

«Мм, я верю вам.» Бай Сянсю кивнула. Она действительно верила Лун Хэну, так как роман когда-то описывал сюжетную линию, где главную героиню отравил второстепенный мужской персонаж. В конце концов, главный герой нашел кого-то, чтобы вылечить яд.

Несмотря на то, что этот процесс был мучительным, результат в конечном итоге оказался хорошим. Более того, благодаря возможностям главного героя, он сможет найти кого-то, чтобы вылечить яд очень быстро. Она вспомнила, что этот яд не был серьезным. Это только заставит человека чувствовать слабость, как будто из его головы ушла вся кровь.

Главная героиня находилась в постоянном оцепенении, но впечатления главного героя и Дуань Юньиня о ней стали еще лучше. Дело не в том, что она этого не хотела, а в том, что ей не нравилось, что ей угрожает этот злодей. Кроме того, если бы она послушала его, он мог бы использовать ее для большего количества целей.

Хотя Бай Сянсю всегда хотела жить спокойно и проводить свои дни дома, у нее был надменный темперамент и предельная линия — ей не нравилось, когда ее использовали другие. В начальной школе её использовал один ученик, чтобы запугивать другого ученика. Это, в конце концов, привело к тому, что этот ученик попал в автомобильную катастрофу. Хотя в конце концов все закончилось хорошо, с тех пор, она ненавидела тех, кто хорошо к ней относился, но пытался использовать.

Ло Юньчжэн сказал, что даст ей противоядие, как только она выполнит его просьбу, но когда она посмотрела ему в глаза, она знала, что этого никогда не произойдет.

Подпольные отношения между главной героиней и Ло Юньчжэнем еще не ясны. Если бы она втянулась в этот беспорядок, она, скорее всего, была бы убита.

Но она понятия не имела, что ее немедленное решение очень сильно повлияет на сердце главного героя. В этом мире есть кто-то, кто верит в него до такой степени! Она смотрела на него таким чистым взглядом, как маленькая дурочка, без каких-либо подозрений или сомнений.

Это верно. Так было и раньше. Его невеста не верила в него вообще, как кто-либо из людей во всем городе. Только она была непоколебимой, защищая его.

Армия Лун Хэна из тысяч людей и лошадей верила в него, потому что он был их генералом. Его подчиненные верили в него, потому что он был их лидером. Но он никогда не чувствовал, что это его эмоционально затрагивало, в отличии от доверия женщины, которая до сих пор не имела никакого реального отношения к нему.

Он протянул руку и обнял Бай Сянсю, чтобы успокоить. Его объятие было немного болезненным, но она не избегала его.

«Вам не нужно помогать ей держать тайны. Что там случилось?»

«Н-н-н-ничего не случилось?»

Она все еще хотела помочь ей скрыть правду! Лун Хэн почувствовал, как в его сердце поднялся гнев, но он ничего не мог с ней поделать. Эта маленькая девица понимает, что значит быть верной, несмотря ни на что. Вот такая она и поэтому затрагивает сердца людей.

Точно. Теперь он понял, действительно и полностью, что у него есть чувства к ней. Тем не менее, это было немного нервно, потому что это первый раз, когда он почувствовал привязанность. Кроме того, сейчас нужно думать не об отношениях с ней, а о том, как избавить ее от яда. Он положил ее на кровать и сказал: «Сегодня ты отдохнешь. Этого человека еще не поймали, поэтому он по-прежнему чрезвычайно опасен.»

«М-м.» Бай Сянсю кивнула, её нахлынула волна головокружения. Состояние, в котором она находилась, было похоже на опьянение. Комната вращалась.

Лун Хэн немедленно приказал своим подчиненным найти знаменитого доктора из Цзянху. Он также приказал непрерывно искать местонахождение Ло Юньчжэна. Ему не нравилось, когда его держали в неведение, особенно в отношении вопросов, которые именно она хотела от него скрыть.

Он вызвал предыдущего доктора и просто потребовал выговорить три предложения, прежде чем доктор встал на колени перед ним, раскрыв всю правду. Лун Хэн побледнел, когда услышал правду от доктора. Ло Юньчжэн фактически нарушил его территорию, чтобы совершить такие грязные вещи! Этот хулиган действительно смотрит на него сверху вниз!

Но на данный момент его первым приоритетом было рассеять яд из тела Бай Сянсю, поэтому он отпустит Ло Юньчжэна с крючка. Что касается этой женщины, его люди могут о ней позаботиться!

Его подчиненные были довольно искусны сами по себе и быстро нашли врача. Даже так, поиск занял два дня. Это было неважно, так как у Лун Хэна все еще было несколько детоксицирующих таблеток, которые он мог давать ей каждые пару часов.

Когда Лун Хэн в последний раз видел Бай Сянсю, она еще чувствовала себя хорошо. Когда он вернулся после суеты, ей нужна была поддержка Сяо Ши, чтобы даже сесть и попить воды. Только, что это за яд, чтобы так быстро давать эффект? Логически говоря, Ло Юньчжэн не мог использовать на ней чрезмерно мощный яд, потому что ему ещё нужно было использовать Бай Сянсю, чтобы заботиться о женщине от его имени.

«Как ты себя чувствуешь?» Если бы ситуация была слишком опасной, он просто взял бы её на руки и направился бы к врачу сам.

Бай Сянсю ответила: «Я в порядке. Я просто чувствую сильное головокружение, когда пытаюсь выпить воды сама.»

Она говорила плавным голосом с выражением и поведением, которое показывал пьяный человек. Что это за яд? Лун Хэн, который был довольно опытным и знающим, на самом деле не слышал о таком яде раньше.

К счастью, скоро прибудет доктор. Тогда она должна быть вне опасности. Сейчас он может просто дать ей детоксицирующую таблетку. Он дал пилюлю Сяо Ши, которая скормила ее Бай Сянсю.

Бай Сянсю уже чувствовала сильное головокружение. После того, как лекарство вошло в ее рот, ей стало еще хуже. Её даже немного тошнило.

Мама вошла с чаем и как раз успела увидеть Бай Сянсю. Казалось, Принц слегка волновался, когда стоял рядом и наблюдал за ней. Сяо Ши, с другой стороны, испугалась до такой степени, что начала плакать. Но у старой мамы была совершенно другая реакция. Она, кстати, сразу почувствовала радость.

«Быстро! Не гладьте ее слишком сильно. Слуги, принесите питьевой воды для дамы.» Она быстро положила чай и попросила питьевой воды, чтобы Бай Сянсю могла прополоскать рот. Когда она увидела, что Бай Сянсю почувствовала себя немного лучше, мама положила ее обратно на кровать. «Мадам Сюй, у этой служанки есть вопрос.»

«Да?»

«Сколько времени прошло с вашей последней менструации? Нужно ли нам вызвать врача, чтобы он осмотрел вас?» Мама родила нескольких детей и была очень опытной. Следовательно, она думала, что для женщины, проявление рвоты и головокружения, является признаками беременности.

Бай Сянсю удивилась, услышав этот вопрос. Кто мог объяснить ей смысл слов этой мамы? Почему появился вопрос о ее менструациях только потому, что её вырвало? Это явный признак того, что её отравили, ладно?

Мама этого не знала. Увидев, что Бай Сянсю широко раскрыла глаза и не сказала ни слова, старая мама подумала, что Бай Сянсю внезапно поняла, что она говорит. Мама поклонилась Принцу и сказала: «Принц, вы хотите, чтобы доктор осмотрел её?»

Сердце Лун Хэна все еще колотилось, когда он услышал, как мама спрашивает о таких вещах. Но, когда она вспомнила доктора, он сказал: «Он был здесь всего лишь минуту назад.»

Мама сразу разволновалась. Она не посмела спросить сурового Принца, и обратилась к Сяо Ши, которая была рядом с ней.

«И как она? Когда старая мадам узнает об этом, она будет так счастлива!»

«А? Она что, что?» Сяо Ши небрежно посмотрела на нее, когда ей задали этот вопрос. Она была еще молода и раньше не испытывала этих проблем. Она, естественно, не реагировала на то, что должно было быть у Бай Сянсю.

«Естественно, маленький Принц…» Видя, что Сяо Ши все еще не понимает, мама впилась взглядом в нее и сказала: «В животе Мадам Сюй.»

«Ах…» Сяо Ши поняла и быстро сказала счастливым голосом: «Мама, вы говорите, что у мадам Сюй в животе маленький принц? Мадам Сюй… Поздравляю, поздравляю!» Она была слишком взволнована, потому что под ребенком предусматривается, что маленькая наложница, такая как Бай Сянсю, получила бы определенный статус в усадьбе Принца. Если бы новая главная жена захотела продать Бай Сянсю в будущем, это было бы очень сложно сделать. Тем не менее, это также, несомненно, подразумевает, что жена держала бы на неё зуб. Когда придет время, ее хозяйке, возможно, придется немного побороться.

Бай Сянсю приложила все силы, чтобы закатить глаза, когда Сяо Ши качалась взад и вперед между счастьем и беспокойством. Бай Сянсю все еще девочка. Откуда взялись эти разговоры о том, что она беременна?

Сам Лун Хэн тоже понимал смысл слов мамы и знал, что эти двое все неправильно поняли. Но он чувствовал себя неловко в ситуации и слегка покашлял. Только тогда эти два взволнованных человека немного успокоились.

Он посмотрел на Бай Сянсю, молча попросив ее объяснить ситуацию. Он провел с ней несколько ночей. Если он скажет, что между ними ничего не произошло, никто ему не поверит. Но он так и не смог развить этот вопрос; он мужчина в конце концов. Он смутился бы, если бы что-нибудь сказал.

Несмотря на то, что у Бай Сянсю было головокружение, она чувствовала, что беспомощный Лун Хэн сейчас очень забавный. Она не могла не отвернуться, пытаясь подавить свой смех. Через минуту она улыбнулась и сказала: «Вы все ошибаетесь. В животе ничего нет. Я просто приболела.»

Мама нахмурилась и сказала: «Может мне стоит заставить врача прийти ещё раз и посмотреть?»

«В этом нет необходимости. Доктор уже осмотрел меня, и я не бер-, все в порядке.» Она молодая женщина. Ей было очень неловко говорить о таких вещах, особенно потому, что среди них был мужчина.

Мама могла только сдаться, но выражение ее лица показало, что она чувствовала, что не должна сдаваться. Может, мадам на ранней стадии беременности?

«Достаточно. Вы можете уйти. Не мешайте хозяйке отдыхать.» Лун Хэн наконец нашел возможность выгнать их из комнаты. Если бы он этого не сделал, то взгляд мамы провозглашал бы его бессилие с каждой секундой. В конце концов, если бы он взял ее сразу после возвращения в усадьбу, тогда действительно была бы возможность, что она родила бы своего ребенка в этот момент.

Но этот яд может повлиять на ее благополучие. После того, как Сяо Ши все убрала и ушла, он сел рядом с ней и спросил о том, что Ло Юньчжэн сделал с ней, а также о том, что он ей сказал.

Несмотря на то, что у Бай Сянсю было головокружение, она все говорила правдиво, в том числе о том, как она попросила его разбудить Сяо Ши, а также как она послушно позвала доктора к мисс Лин от его имени.

«То, что ты сделала, это очень правильно. Только, есть некоторые вещи, которые ты не можешь скрыть от меня, даже если захочешь, понимаешь?» В конце концов, он ее мужчина. Мисс Лин уже была запятнана, но Сянсю все еще хотела помочь ей скрыть это. Неужели Сянсю хотела, чтобы он женился на нечистой женщине?

Бай Сянсю была довольно проницательной, так как перенеслась в этот мир, или, вернее, можно сказать, она и раньше была таким человеком. В противном случае она бы не бросилась так смело в поток сложного современного общества. Она тут же тихо сказала: «Просто мне её очень жаль.»

Лояльность не стоила многого. Она хорошо притворялась там, где нужно притворяться. Она не смогла скрыть того факта, что главная героиня уже сделала дело с кем-то еще, даже если хотела. Кроме того, она не могла спать с главным героем, чтобы помочь ей найти свое счастье. Она наложница главного героя, а не героини.

Сейчас она была немного подавлена. Если главная героиня потеряла целомудрие, как эти два человека могут сойтись в будущем? Это древние времена, а не современная эпоха. Мужчины не могли закрыть на это глаза.

«Её жалко. Ха… она сама это на себя навлекла. Прими лекарство. Тебе больше нельзя подниматься.» Лун Хэн поднял перед собой таблетку, но как он собирался скормить её ей?

Бай Сянсю тоже не знала, как ей съесть таблетку? У нее было слишком сильное головокружение, чтобы встать, и она также боялась, что если она снова встанет, её вырвет. Она изо всех сил пыталась встать, но потерпела неудачу. Лун Хэн наконец прижал руку к её рту, когда увидел, что она не может встать.

Язык Бай Сянсю облизнул его руку, и таблетка упала ей в рот. Лун Хэн почувствовал на ладони тепло и поспешно поднял руку вверх. Тем не менее, он подумал, что больная Бай Сянсю невероятно привлекательна, что заставляло его хотеть наброситься на нее и поцеловать несколько раз.

Но другая сторона была отравлена, поэтому он мог только сопротивляться своему побуждению. Поскольку он не очень хорошо понимал, что это за яд, он беспокоился о том, чтобы оставить ее в комнате самой. Даже если возле нее есть служанки, он все еще чувствовал, что что-то может случиться. И поэтому, ночь они провели в одной комнате.

Но они не знали, что в другой комнате создается еще один план. У каждого из них были свои собственные потребности, поэтому было достаточно легко составить схему.

Когда на следующий день прибыл знаменитый врач из Цзянху, этот конкретный вопрос произошел почти случайно.

Знаменитые доктора из Цзянху были в какой-то степени эксцентричными. Они особенно ненавидели, когда другие наблюдали за лечением пациентов. Хотя Лун Хэн обезумел, ему все равно пришлось придерживаться правил. Для людей из Цзянху, их врожденная свирепость была чем-то, что никогда не изменится.

Лун Хэн ждал снаружи. Он вдруг что-то подумал и повернулся в сторону: «Продолжайте следить за Дворцом Весеннего воплощения. Даже муха не должна туда пролететь.» Он приказал своим персональным охранникам сделать это. Если другие хотели использовать его временную слабость, чтобы войти, у них будут неприятности.

Подождите, почему в комнате вообще нет звуков движения? Как она? Это звучит не так как надо. Даже если она не издавала шума, он все равно должен был слышать ее дыхание. Почему он ничего не слышит прямо сейчас?

Он стиснул зубы и шагнул вперед, открыв дверь. Неожиданно, в комнате не было ни одного человека. Он никак не ожидал, что знаменитый доктор из Цзянху будет связан с Ло Юньчжэнем. В противном случае, какой у него был мотив воровать ее?

«Давайте в погоню.» Он не думал дважды, прежде чем возглавить группу для преследования этого доктора. Глядя на ситуацию, доктор, вероятно, сбежал через окно, чтобы встретиться со своими подельниками на улице. Кто это был, кто пришел к этому знаменитому доктору из Цзянху на помощь? Самое главное, какой тип методов использовал Ло Юньчжен для управления врачом?

Когда его догнал охранник, он холодно приказал: «Объясняй!»

Охранник молчал, прежде чем сказать: «Этот подчиненный знает свои ошибки. Я сразу же узнаю, как ему угрожали и как использовали.»

«Тогда иди. Если не узнаешь, кто это сделал, не возвращайся.»

«Понял.» Охранник повернулся и ушел, используя приемы Цзянху.

Лун Хэн побежал, отдавая команды своим личным охранникам. Он не мог позволить кому-либо еще узнать об этом, потому что, если кто-то узнает, ее репутация будет разрушена, несмотря ни на что.

В это время Бай Сянсю проснулась от комы. Она была окутана тьмой. Над ее головой стояла фигура. Когда эта фигура увидела, что Бай Сянсю проснулась, даже не колебаясь она нанесла ей удар.

Ублюдок! Бай Сянсю почти плакала от боли. Однако, судя по размеру руки и тому, как она двигалась, другая сторона должна быть женщиной.

Она не обидела ни на одну женщину за это время. Кто она? Ах, точно, почему этот доктор захотел навредить ей? Он просто проверял ей пульс, так почему она вдруг потеряла сознание от нажатия на ее акупунктуру?

Сюжетная линия, точно, сюжетная линия…

Она хотела найти помощь в сюжетной линии, чтобы понять ее текущее положение, но ее лицо слишком сильно болело. Мало того, что это было больно, но эта женщина также ударила её по другой стороне лица. Бай Сянсю была на грани обморока. Она забыла о сюжете и вдруг села, откидываясь назад, чтобы увернуться. Глядя на размытую тень перед кроватью, она сказала: «Стоп. Ты похитила меня и принесла сюда, не просто для того, чтобы побить, не так ли? Что бы ты ни делала, просто скажи это. Было бы неплохо, если бы ты не сделала ничего лишнего.»

Хотя Бай Сянсю боялась Лун Хэна в поместье, это не значит, что она все еще притворяется слабой в это время. В конце концов, Лун Хэна здесь нет, так для кого притворяться?

Эта женщина слегка засмеялась и использовала явно поддельный голос, чтобы сказать: «Ты просто двуликая сука. Ты все время прикидываешься?»

Эта женщина знала ее. Кроме того, её тон был наполнен ненавистью.

«А кто в этом мире не носит маску? Если ты боишься даже позволить мне услышать твой настоящий голос, тогда разве ты не более жалкая, чем я?» Бай Сянсю на самом деле вздохнула с облегчением. Если эта женщина хотела скрыть от нее свой голос, это означало, что она не хотела навредить жизни Бай Сянсю. Но это не слишком хорошо. У нее было ощущение, что она каким-то образом заменила положение главной героини. Но сейчас не время обдумывать эти вещи. Ей нужно было изо всех сил пытаться получить какую-то информацию от этой женщины.

«Ты просто наложница. Не важно, насколько хорошо ты притворяешься, в конце концов тебя все равно… Зачем мне вообще об этом говорить? Было бы хорошо для нас обоих, если бы ты немного больше себя показывала.»

Этот надменный тон, как будто она все знает, это отношение… Бай Сянсю коснулась своего лица. Если она не перенеслась в роман, то, по крайней мере, возродилась! Только роман — рассказ о древнем Китае. Там же не было персонажа, перенесенного из другого мира или возрожденного?

Но, так как она сама сюда попала, трудно было полностью уклониться от возможности возрождения кого-то другого.

Поскольку они были знакомы с ней, у Бай Сянсю было неожиданно хорошее представление о том, кем была противоположная сторона. Это Яйя, второстепенный женский персонаж, которая несколько дней назад полностью проигнорировала ее, но затем проявила к ней ненависть. Ей казалось, что она тогда была немного странной, но не успела подумать, что с ней не так. Но теперь она поняла. Она проигнорировала её, потому что знала, что Бай Сянсю будет избита до смерти. Кто будет думать о действиях того, кому суждено умереть?

И она вела себя намного теплее к Лун Хэну, чем было написано в книге. Она вспомнила, что в книге ей очень понравился ее хозяин Дуань Юньинь, и он использовал ее для соблазнения главного героя. В конце концов, она всегда придерживалась приказов своего хозяина.

Но потом она поняла, что главный герой немного привлекательнее, так как его преданность заставила ее почувствовать, что этот тип мужчин очень редкий в мире. Очевидно, это произошло только потому, что ее хозяин разбил ей сердце, и она изменила свой любовный интерес. Но, в конце концов, главный герой не обратил на нее особого внимания.

Итак, почему этот второстепенный женский персонаж создает проблемы другому второстепенному персонажу? Поскольку они обе были пушечным мясом, почему она относится к ней, как к врагу? Это неправильно, главная героиня уже была в этом состоянии. Было бы немного сложно, если бы главный герой влюбилось в неё. Яйя относится к ней, как к предполагаемой сопернице в любви?

Честно говоря, ты второстепенный женский персонаж, которая обрела второй шанс благодаря возрождению, так почему ты не можешь что-то продумать, а? То, что принято насильно, никогда не будет сладким. Независимо от того, насколько ты страстна, все бесполезно, если главный герой не обращает на тебя внимания. Кроме того, зачем ты захватила другого второстепенного женского персонажа? Это для тебя какая-то забава?

Пока она размышляла, на её груди внезапно появилась рука. Воу-воу-воу!! Не может быть, это что, прелюдия к изнасилованию? Что случилось с этим женским персонажем? Она схватила меня, чтобы изнасиловать?

«Извращенка!» Это было единственное, что могла сказать безмолвная Бай Сянсю, после долгого ошеломления.

Яйя не знала, что Бай Сянсю уже догадалась о ее личности. Она только знала, что била ее по лицу, пока та кричала. Кто мог знать, что Бай Сянсю была более смышленой, чем предполагала Яйя, и что она даже решится принять меры! Яйя не ожидала, что ей в ответ тоже полетит пощечина, но жжение на щеке показало, что это все таки произошло. Она была на мгновение ошеломлена. Что случилось с благородной дамой, этим нежным и робким существом? Неужели Лун Хэн и все остальные, а также ее собственный мастер, оказались слепыми?

Она так любила его в своей прошлой жизни, но он оказался с этой женщиной, не задумываясь о ней. Теперь, когда эта жизнь закончилась, она не надеялась на него в этой жизни. Она только ненавидела его из глубины своего сердца.

Но кто бы мог подумать, что, хотя Лун Хэн не защищал мисс Лин, как в прошлом, она не вызвала интереса хозяина. Причина в том, что она не была той, кто поймал взгляд Лун Хэна, а на этом месте вдруг оказалась простая наложница, которую он так легко убил раньше.

Кто бы мог подумать, что теперь эта наложница будет такой? Она не создавала неприятностей и не использовала свою красоту, чтобы соблазнить мужчин для попытки убить мисс Лин. И она не вызывала ненависти у Лун Хэна. Теперь Лун Хэн любил ее за хрупкую красоту, и слуги продолжали нахваливать, насколько она хорошая и добрая. Но теперь похоже, это не так.

Яйя холодно засмеялась. Поскольку эта наложница была лицом к лицу с ней, кому нужна её доброта? Почему бы не привести ее внешность в соответствие с её внутренним миром? Яйя щелкнула пальцем.

Бай Сянсю почувствовала внезапный сквозняк на лице и потянулась к своей щеке. Даже в тусклом свете она могла видеть, как по её руке потекла кровь.

Разрушено. Ее лицо должно быть разрушено. Эта женщина осмелилась испортить ей лицо! Бай Сянсю, наконец, вспомнила эту сцену. Это эпизод, в котором главная героиня была изнасилована!

Главные герои прекрасно проводили время на вилле Красного клена. Хотя Ло Юньчжэнь нарушил их спокойствие, их отношения все еще достигли определенного прогресса. Именно в это время третий второстепенный мужской персонаж, Дуань Юньинь, появился с маленьким белым кроличьим сердцем и большим серым волчьим хвостом. Он вызвал жалость главной героини и привлек ревность главного героя. Затем, Дуань Юньинь использовал Яйю, чтобы заставить главную героиню ненавидеть главного героя, а затем соблазнил ее убежать с виллы.

Главная героиня сталкивалась со всевозможными опасностями, когда была вдали от главного героя. Она была захвачена Дуань Юньинем и Яйей, как только покинула территорию и её использовали для угроз главному герою.

Он приложил огромные усилия, чтобы спасти ее, прошел через мечеть, убийц, ядовитые пески и т. д. Так она сейчас страдает от имени главной героини? То есть Лин Цяньцзы сейчас спокойно сидит на вилле, а её будут пытать.

Этот маленький белый кролик, второстепенный мужчина, сделал свою долю пыток главной героини, как скрытно, так и открыто. Он почти вызвал у нее синдром Стокгольма. Тем не менее, он был третьим мужчиной, который видел ее обнаженной. Первым — главный герой, вторым — Ло Юньчжэн, а третим был он.

Ни за что! Она не хотела, чтобы этот извращенец увидел ее обнаженной! Но сейчас, похоже, её пытает Яйя.

«Твоя грудь довольно небольшая. В тебе нет ничего хорошего, кроме лица. Ты ничто, если у тебя его нет!» Яйя хотела продолжить, но боль внезапно сокрушила ее тело, и она упала на землю с мучительным криком и постоянными спазмами. «М-мастер… простите меня! Мастер, простите меня!»

Дверь открылась и вошла тусклая фигура. Казалось, он из царства бессмертных, покрыт туманом. На нем была маска из цветущих персиков, и на ней было написано стихотворение. Это выглядело довольно элегантно.

Дуань Юньинь. Она догадалась, кто он, даже не видя его лица. Или можно сказать, что она уже знала, кто он, и не нужно было догадываться. Похоже на то, что у Яйи была болезненная поза из-за того, что её отравили.

«Убирайся.» Холодный голос исходил из-за маски, заставляя Бай Сянсю дрожать.

«Учитель, пожалуйста, дайте мне противоядие.»

Плоп. Маленькая фляга приземлилась на землю, когда Дуань Юньинь сказал: «Выпей через час. Это твое наказание.»

«Да.» Яйя выползла, стиснув зубы. Она на самом деле выползла.

Хотя Бай Сянсю не понимала, что происходит, она могла только догадываться об этом. Неудивительно, что Яйя положила глаз на Лун Хэна после возрождения. Ее решение было понятным. Стабильный, верный главный герой и пугающий, извращенный маленький белый кролик. Она тоже выбрала бы главного героя, точно так же, как выбрала мужчину, второстепенного персонажа, вместо главного героя, когда только попала сюда. Это было потому, что второстепенный персонаж был гораздо более безвредным; главный герой просто слишком опасен в сравнении с ним. Но теперь, похоже, она немного скучала по главному герою, потому что он, казалось, был единственным, кто мог ее сейчас спасти.

Или, я могу спастись сама…

Бай Сянсю не двигалась ни на дюйм, даже когда смотрела, как подходил Дуань Юньинь. Главная героиня тоже уклонялась в романе, но в конце все таки была прижата. Хотя это было сделано, чтобы вылечить ее раны, второстепенный персонаж воспользовался ситуацией.

Дуань Юньинь был очень удивлен. Просто эта женщина слишком спокойна. Настолько спокойна, что у него возникли проблемы с пониманием того, какова ее истинная личность. Он знал личность Яйи. Она никогда бы не навредила женщине перед собой, если бы не была в ярости. Он хотел использовать Бай Сянсю для некоторых своих целей, но теперь казалось, что это будет не так просто, как он думал.

«Ты хочешь вернуться к нему?»

«Да.»

Он, естественно, имел в виду Лун Хэна, но для нее это было немного странно. Почему второстепенный персонаж не воспользовался ситуацией, чтобы запугать ее, а затем сделать с ней то, что сделал с главной героиней? Почему сюжет снова изменился? Бай Сянсю была немного озадачена и не могла не нахмуриться. Она понятия не имела, о чем думал этот извращенец.

Извращенец сменил свою гипнотизирующую фигуру, когда медленно приблизился, слегка потянув волосы и улыбнулся: «Почему бы вам не спросить, кто я? Разве вы не думаете, что все это довольно странно?»

Хотя ее взгляд был спокойным, он казался еще более непостежимым, чем океан, оставляя одного человека неспособным вглядываться в ее мысли. Эта женщина не так проста, как кажется. Было не так много людей, которые не боялись бы, столкнувшись с такой ситуацией, но вот она, просто стояла. Она смотрела на него без единого намека на страх, несмотря на то, что по её лицу текла кровь.

Бай Сянсю уже чувствовала себя слабой. У нее снова проявилась гемофобия, ах!

По правде говоря, у нее было очень сильное головокружение, и все ее тело было не в лучшем состоянии, но она решительно сопротивлялась обморокам и держалась в вертикальном положении. Таким образом, по мнению Дуань Юньиня, она была не такой слабой, как он ожидал. На самом деле она казалась довольно упрямой. Она явно испугалась, но кусала нижние губы и не произнесла ни слова.

«Вы даже не хотите говорить со мной? Ну, тогда вы хотите знать, что Лун Хэн думает о вас?» Его лицо было достаточно близко, чтобы почти коснуться ее носа, он слегка опустил палец в кровь, стекающую по ее лицу, и поднял его к губам. В эту же секунду выскочил язык и облизал палец.

Бай Сянсю дрогнула и почти закричала: «Мама, спаси меня! Тут извращенец…»

«Вы действительно не хотите знать?» Когда его лицо приблизилось снова, Бай Сянсю переборола свою тошноту и сказала: «Я… не хочу знать. Отойдите немного и не подходите так близко.»

«О?» Почему она не хочет знать? Ему казалось, что он все меньше и меньше понимает эту женщину. Его лицо не было грубым, но она вела себя так, будто старалась изо всех сил избегать его. Она даже бороздила брови и беспомощно двигалась. Она не была напугана и определенно точно не боялась. Поэтому Дуань Юньинь схватил ее подбородок и дернул ее лицо к себе. Посмотрим, как она спрячется от этого.

Откуда он мог знать, что Бай Сянсю уже чувствовала головокружение и тошноту? Это внезапное движение заставило ее почувствовать себя еще хуже и, не в силах остановить желудок от взбалтывания, она закричала и вырвала. Хотя она ничего не ела, и вырвала только воду, кому понравиться, что на него вырвут? Даже с быстрой реакцией Дуань Юниня, он был надолго ошеломлен, прежде чем ответить.

Выйдя из оцепенения, его немедленный рефлекс заключался в том, чтобы ударить Бай Сянсю по лицу. Но ее лицо уже было поцарапанным, поэтому пощечина случайно плеснула немного крови на его собственное лицо, что сделало его особенно отвратительным. Но у него действительно не было методов борьбы с бессознательным человеком.

Разъяренный, он, наконец, обернулся и бросился прочь. Ему срочно нужно было очистить себя прямо сейчас и принять ванну, иначе этот запах сведет его с ума.

Но как только он ушел, Бай Сянсю, которая изначально слабо лежала на кровати, изо всех сил старалась сесть. Она стиснула зубы и вытерла кровь с лица. Несмотря на то, что ее голова болезненно пульсировала, она перенесла это. Согласно сюжету, это должна быть гостиница в каком-то заброшенном районе. Они бронировали весь задний двор.

Здесь главную героиню изуродовала Яйя и, наконец, она сбежала после всех сложных ситуаций с второстепенным мужским персонажем. Когда она убежала, хотя… Бай Сянсю начала читать роман очень давно и не отставала от выхода новых глав; она почти забыла о событиях, которые произошли на ранней стадии.

Правильно, восле выхода из этой комнаты должно быть отверстие для собаки, идущее к левой стороне…

Сюжет должен был пройти так: после того, как главная героиня пробралась через отверстие для собаки, её спас молодой человек. С помощью этого молодого человека она благополучно вернулась в семью Лин.

На самом деле, она неправильно подумала, что главный герой не пришел ее спасать, и бросила его, вернувшись домой. Конечно, у нее не было возможности вернуться домой в одиночку и ее сопровождал второстепенный мужской персонаж. И этим персонажем был не кто иной, как ужасный извращенец Дуань Юньинь в его невинной форме кролика. Главная героиня умоляла его хранить тайну от главного героя и отвезти ее в семью Лин.

Дуань Юньинь, казалось, беспомощно согласился с ее просьбой, тогда как на самом деле он воспользовался возможностью, чтобы показать ей свою «нежную и страстную сторону», которая захватила сердце главной героини его флиртами.

Подводя итог, этот процесс был очень штампованным.

Не сумев взять главную героиню во время путешествия, Дуань Юньинь начал беспокоиться. Увидев, что главный герой уже наверстывает упущенное, а другой второстепенный мужчина, Ло Юньчжэн, вызывал проблемы на стороне, Дуань Юньинь решил сначала сделать это дело, а затем позаботиться о последствиях. Таким образом, появилось еще одно клише. Он набросился на нее и приготовил ловушку.

Схема была довольно простой. Во-первых, он получил тело главной героини, заставив главного героя думать, что это сделал Ло Юньчжэн. Затем, когда двое мужчин сражались друг с другом, он воспользовался случаем, чтобы убить главного героя. Однако его сюжетная защита была слишком сильной, и он выжил. В конце концов, после серии последовательных встреч, он все же получил главную героиню.

Бай Сянсю пыталась игнорировать запах крови, пронизывающий воздух, сосредоточившись на том, чтобы вспомнить сюжет. Подумав, что она вспомнила и судя по ее нынешней ситуации, она поняла, что убежать будет немного сложнее.

Дуань Юньинь должен был просто охранять снаружи. Единственная причина, по которой главной героине удалось убежать, заключалась в том, что она использовала свою ауру главной героини, чтобы украсть лекарство у Дуань Юньиня, которое случайно оказалось наркотиком.

Поскольку у Бай Сянсю не было наркотика, она могла думать только о других методах. Когда солнце село, в комнате тоже потемнело, так как свечей не было. Вскоре кто-то вошел в комнату — казалось, что он принес еду. Когда Бай Сянсю оглянулась, она вспомнила, как он описывался в романе. Молодой парень был описан как немой, и даже не знал никаких боевых искусств. Поскольку ты не знаешь никаких боевых искусств, я могу только сказать — прости.

Бай Сянсю действовала так, словно хотела встать с постели, а затем с криком упала рядом с кроватью. Хотя этот человек был только проходящим персонажем, роман написал, что он был добрым человеком. Поэтому, он быстро подбежал, чтобы помочь ей подняться.

«Хм, извини, ах, младший брат.» Бай Сянсю стиснула зубы. Она действительно не хотела оставаться здесь, чтобы над ней многократно поиздевался извращенец. Будучи раздетой, помытой и подвергаться приставанию… Если главный герой поймет, что ее тело было испорчено другим мужчиной, это заставит ее почувствовать, что она полностью отбросила свои принципы.

Нефритовый элемент в ее руке внезапно ударил немого по голове. Она подумала, что он упадет в обморок, как описано в книгах, но он просто приглушенно хрюкнул, а затем схватился за голову. Он повернулся к ней со слезами на глазах, словно удивляясь, почему она ударила его.

Бай Сянсю закатила глаза в небеса. Без иного выбора, она воспользовалась тем, что немой удивился, и опрокинула его на простыни.

«Не шуми, или я тебя убью.» Ее голос был холодным, несмотря на то, что она не привыкла угрожать людям. Ее руки тоже не подвели ее, проворно стряхивая его и с силой разрывая простыни. Каким-то образом ей удалось связать его и заткнуть ему рот. Хотя он был немым, она все еще боялась, что он может издавать какие-то звуки.

Наконец она успешно сбила маленького парня, связав ноги. Уложив его, она надела одежду мальчика и связала волосы. Конечно, она также использовала часть воды в комнате, чтобы умыть лицо. Когда прошло какое-то время, кровь прекратила течь.

После этого напряжения она сильно вспотела. Это тело действительно слишком слабое. Она, честно говоря, не могла понять, почему предыдущая Бай Сянсю не могла спокойно жить. У нее было такое слабое тело, но она все же хотела сразиться с главной героиней за главного героя!

Увидев, что небо потемнело, она взяла ящик для еды и ушла. Она держала голову вниз, ни с кем не говоря по пути. Так как прохожие знали, что она немая, они и не начинали с ней разговаривать.

Но в этот момент к ней начали приближаться две фигуры. Одним из них был цветок персика, замаскированный Дуань Юньинь, который переоделся после купания, а другой была завуалированная Яйя.

К сожалению, тачка была слишком тяжелой для нее. Вскоре ее ладони начали дрожать от боли, когда она цеплялась в трясущиеся ручки тачки. Тем не менее, она упорствовала, пока не вышла из городских ворот.

Она только что поинтересовалась расположением виллы Красного клена. Согласно указаниям, она будет на месте, когда проедет 2,5 километра от города к горе. На гору взбираться нелегко, но она может выбросить тачку, когда достигнет подножия горы.

После всех неприятностей, с которыми она столкнулась, чтобы вытолкнуть ее из города, она изо всех сил старалась держать тачку под контролем, но слишком устала, а ее руки уже потеряли всю силу. В конце концов, тачка вырвалась из ее рук и на кого-то натолкнулась.

«Извините, мне очень жаль. Вам не больно?» Она наклонила голову, извиняясь, но замерла, услышав над ней голос: «Ваш голос, кха-кха…»

Черт возьми. Ей все таки не удалось уйти! Она была так близка к возможности подняться на гору. Бай Сянсю подсознательно подняла тачку и повернулась, чтобы уйти, но этот человек уже крепко схватил ее за руку.

Она понимала, что теперь скрыться невозможно. Она стиснула зубы, когда обернулась. Она притворилась чрезвычайно невинной и пролила несколько слез, когда заговорила. «Вы… сэр Дуань. Вы искали меня?»

Глядя на ее внешность, Дуань Юньинь ненавидел ее со страстью. Он не ожидал, что на самом деле случайно наткнется на нее на обратном пути на виллу Красного клена.

Он уже отказался от ее поиска. Он старался изо всех сил, но не думал, что она может так хорошо спрятаться. Она действительно была довольно искусна в этом и выглядела так неряшливо, что вообще была неузнаваема. Если бы не ее голос, он, возможно, просто упустил бы ее сейчас.

Ну, это тоже было хорошо. Поскольку она сама натолкнулась на него, она не сможет обвинить его в невежестве. Вот только ее нынешний вид убил его аппетит к ней.

«Мадам Сюй, вы сильно пострадали. Принц даже послал всех своих людей, чтобы найти вас. Мир снаружи слишком опасен. Почему бы нам не найти место, где можно спрятаться, пока я найду возможность тайно отправить вас обратно на виллу Красного клена?» Дуань Юньинь чувствовал запах овечьего навоза, цепляющегося за ее тело; это было невероятно отвратительно. Этого не будет! Первым делом сначала нужно вымыть ее. С такой внешностью он не хотел брать её, независимо от того, насколько он голоден.

Как Бай Сянсю могла не знать о конфликте в его уме? Хотя Дуань Юньинь казался очень спокойным и устойчивым, его сердце должно раздираться между отвращением и зудом, чтобы начать действовать!

Судя по тому, как сильно дрожала его рука, он быстро проиграл битву, чтобы скрыть свою внутреннюю суматоху. Хорошо, раз он хочет взять ее в постель так срочно, почему бы не помочь ему? Бай Сянсю ухмыльнулась внутри и внезапно упала в его объятия, дрожа, как лист на ветру: «Хорошо, все будет так, как вы говорите. Но, чтобы Принц знал, что я в безопасности, мы могли бы сначала отправить ему письмо?»

Грудь Дуань Юньиня взлетела. Он был в нескольких дюймах от того, чтобы вырвать. Бай Сянсю сдерживала смех, но все таки боялась, что он действительно набросится на нее, поэтому поспешно отошла, чтобы сделать очень застенчивый вид.

Дуань Юньинь схватился за грудь, и произнес сдержанные, болезненные слова: «Пожалуйста, идите сюда.» Он действительно пытался сдержаться. Он отпустил руку Бай Сянсю и, похоже, не хотел ее удерживать. Бай Сянсю осторожно вздохнула с облегчением. Казалось, теперь она будет в безопасности. Однако, все изменится, как только она приведет себя в порядок. Скорее всего, он захочет немедленно бросить ее на простыни и посадить в нее паразита.

Ее снова привезли в город. Поскольку его личность уже была открыта, и из-за беспокойства, что она что-то заподозрит, Дуань Юньинь, естественно, не стал надевать перед ней маску персикового цветка. В романе он думал также и остался с главной героиней с личностью маленького белого кролика.

Ладно, раз он так ненавидит ее нынешнюю внешность, она сделает все возможное, чтобы сохранить ее. Если она не сможет победить в схватке, она станет для него противной! Я готова поспорить, что он не заставит меня принимать ванну! Несмотря на то, что ее нынешняя внешность очень отвратительна, она могла только продолжать оставаться такой. К счастью, сама она ничего не чувствовала, так как привыкла к запаху.

По правде говоря, она просто пыталась убедить себя в этом. Она действительно воняла. Но так будет лучше! Она опустилась к воде, которую набрали для нее, и посмотрела на свое отражение. На нее смотрело искалеченное лицо, покрытое грязью.

Даже она ненавидела это отражение, не говоря уже о любом мужчине. В частности, рана на ее лице была ужасной. Она не глубокая, но ужасно болела.

Ей очень нравилось это лицо. Жаль, что оно изуродовано, но все в порядке. Как только она вернется к главному герою, он будет искать методы, чтобы помочь ей исправить это. Она вспомнила, что это так же происходило с главной героиней, но она задавалась вопросом, будет ли ему так же отвратительно, и станет ли он держать с ней дистанцию?

Кто-то вдруг постучал в ее дверь. Если она правильно догадалась, это, скорее всего, снова помытый Дуань Юньинь. Хорошо, тогда она будет продолжать отвращать его. Так или иначе, пока больше делать нечего.

Бай Сянсю оттачивала свои актерские способности до исключительного уровня, так как начала жить в усадьбе Принца. Даже если бы она не могла выключить его и включить, как переключатель, она была в союзе со своей прежним «Я».

Она открыла дверь и внимательно осмотрелась. «Сэр Дуань? Пожалуйста входите!»

Дуань Юньинь не мог не нахмуриться, когда запах ударил в его нос, как только он открыл дверь. После всех неприятностей, которые он переборол, чтобы помыться снова, почему она все еще такая? Он думал, что она справится раньше него.

Но, Дуань Юньинь сейчас играл роль очень слабого ученого, поэтому ему приходилось симулировать деликатность и слабость в меру своих способностей. Он слегка покашлял и сказал: «Мадам Сюй, почему вы еще не помылись? Слуги не служат вам должным образом?»

«Это не так. Сначала войдите, и я вам все скажу.» Бай Сянсю затащила его внутрь, хотя знала, что он возненавидит ее за это. Она была вполне счастлива и почти дрожала от восторга, просто представляя себе, как переживает его внутреннее я. Действительно, Бай Сянсю почувствовала, что она становится немного странной. Может все те, кто подвергался жестокому обращению, в конечном итоге тоже становятся извращенными?

В общем, она поняла, что она сейчас именно такая. Она не сдалась этому извращенцу, а скорее отчаянно контратаковала. Хотя ей придется немного поразмыслить, ему тоже будет нелегко.

Все тело Дуань Юньиня напряглось после того, как его втянули. Он почти забыл дышать в тот момент. В его сердце появилось желание убить, но он не мог сделать это прямо сейчас, поэтому подавил его.

Он успокоился и заставил себя улыбнуться. «Почему вы все еще…?»

«Это потому, что эта наложница была похищена из виллы Красного клена несколькими злодеями и была вынуждена переодеться. Эта группа чрезвычайно извращена, и они постоянно преследуют меня. Если я верну свой первоначальный облик, я боюсь, что причиню вам неприятности. Поскольку сэр Дуань — ученый, лучше быть осторожным.» Бай Сянсю объяснила все, как будто говорила о погоде. Дуань Юньинь был в тупике и не мог ничего ответить. Во-первых, едкий запах медленно ел его внутренности. Во-вторых, казалось, что его только что назвали извращенцем.

Он заставил себя слегка улыбнуться. «Я не ожидал, что мадам Сюй так тщательно рассмотрит вопрос. Но, вы же будете страдать от этого.»

Он не мог опровергнуть ее слова, так как Бай Сянсю отметила, что он «ученый». Это была его личность перед Лун Хэном. Он использовал лекарство, чтобы скрыть свой ци, чтобы Лун Хэн не видел его.

Опять же, как бы он осмелился упомянуть что-нибудь еще перед этой лукавой женщиной? Эта женщина была почти противоположностью честной и нежной женщины из слухов. Она тщательно спланировала свой побег шаг за шагом со всеми схемами. Как могла себя так вести хорошая и нежная женщина?

Дуань Юньинь вздохнул и посмотрел на нее с серьезным выражением на лице. Каждый её ответ был очень откровенным, но было ясно, что все они поддельные. Почему она может вести себя так откровенно? Откуда он мог знать, что такие акты самозащиты были очень даже нормальными в мире, в котором первоначально жила Бай Сянсю? Люди в современном мире не только не почитали силу, но и все защищали себя масками, которые снимались только перед членами семьи.

С тех пор, как Бай Сянсю прибыла сюда, она вела себя так, будто не может вернуться домой и работает весь день. Из-за этого ее актерские способности значительно улучшились. Дуань Юньинь чувствовал, что не может ничего увидеть за ее внешним видом. Но это также стало причиной того, что она заинтересовала его ещё больше.

Но, быть заинтересованным в ней было одно, а его нападение с таким запахом, совершенно другим. Самое удивительное, что другая сторона, по-видимому, не знала, как тошнотворно она заставляет чувствовать себя других людей. Она все также думала, что она красавица и все время приближалась к нему.

Если бы она вела себя так раньше, он определенно был бы счастлив, потому что если красавица так себя ведет, это явно означает, что он ей нравится. Он взял бы ее, даже не прибегая к афродизиаку. Тем не менее, он сейчас действительно не мог чувствовать себя счастливым. Он был на грани рвоты всякий раз, когда она приближалась.

«Тогда нам нужно быстро вернуться к Принцу, не так ли, сэр Дуань?» Бай Сянсю снова подошла к нему, как будто была очень напугана. Дуань Юньинь тут же отшатнулся от испуга, а затем тихо начал кашлять.

«Сэр Дуань, вы все еще плохо себя чувствуете? По словам Принца, вы никогда не были в хорошем состоянии здоровья. Я думаю, вы, должно быть, устали от моих постоянны поисков. Почему бы вам не позволить мне сделать вам массаж, чтобы расслабить ваши мышцы и кости?» Она протянула к нему руки, когда заговорила.

Глядя на эти черные пальцы с неприятным запахом, Дуань Юньинь чувствовал, что не может больше здесь находиться. Он поспешил откинуть руку и сказал: «Я бы не стал… Мне лучше вернуться и отдохнуть.»

У Бай Сянсю, наконец, вырвалась улыбка, когда она смотрела, как Дуань Юньинь выбегает через дверь. Жалко, что ее лицо слегка болело, поэтому она не могла слишком широко улыбнуться. Но даже тогда в глубине души она все еще была очень счастлива. Она медленно легла на кровать, совсем не боясь, что он побеспокоит ее сегодня вечером. Она только надеялась, что так будет и завтра. Только тогда она смогла бы вернуться к безопасности и послушанию.

Она спокойно уснула, а Дуань Юньинь немедленно ещё раз принял ванну до полуночи. Он чувствовал, что этот неприятный запах все еще держится вокруг него даже после того, как он помылся и использовал ароматную воду, в надежде избавиться от запаха. Кто-то толкнул окно в этот момент и приложил меч к его горлу.

Дуань Юньинь холодно хмыкнул, не двигаясь ни на дюйм. «Что это значит?»

«Это должно быть то, о чем я тебя спрашиваю. Ты предложил работать вместе. Но, ты бросил своего партнера и убежал? Ты должно быть догадываешься о результате моего оскорбления.»

«Неужели галантный герой Ло считает, что Лун Хэн настолько прост в обращении? Его мысли настолько тщательны, что я даже не ожидал этого. Он поставил секретных охранников вокруг мисс Лин, охранников настолько сильных, что мои люди, какими бы они ни были, никогда не пройдут мимо них.»

«Тогда как насчет нее? Так как ты собираешься обменять заложников, почему бы тебе не привести ее?»

«Она убежала.» Дуань Юньинь чувствовал себя странно подавленным. Они полностью уничтожили все свои ранее заложенные планы. Одно дело, если бы было трудно справиться с Лун Хэном, но он не ожидал, что такая женщина, как она, не оправдает его ожиданий.

Сначала он спас Ло Юньчжэна с намерением выиграть обе стороны. Они похитили бы по одной женщине каждый и выполнили бы свой собственный план соответственно. Ло Юньчжэн использовал свои отношения с Цзянху, чтобы заставить врача похитить Бай Сянсю и передать ее ему. Затем Дуань Юньинь должен был прокрасться в резиденцию мисс Лин и увезти ее. Но в этот план были внесены некоторые изменения. Он никак не ожидал, что Лун Хэн действительно подумает о мисс Лин до такой степени, что поставит вокруг нее скрытых охранников. К счастью, он быстро отступил. Если бы нет, то вполне возможно, его заставили бы раскрыть свое истинное лицо.

Он не хотел использовать яд перед Лун Хэном, иначе было бы очень возможно, что Принц найдет что-то, следуя подсказкам, которые оставил после себя Дуань Юньинь. Он хотел посадить паразита в ее тело, прежде чем обменять заложников, но никогда бы не подумал, что Бай Сянсю сбежит.

Таким образом, его план был сорван, но теперь он ничего не мог с этим поделать. «Разве мисс Лин не твоя цель? Моресо, эта женщина прямо рядом со мной в этот самый момент. Если ты хочешь взять ее с собой, чтобы обменять заложников, делай, как тебе будет угодно.»

«Рядом? Тот нищий?!» Ло Юньчжэн был ошеломлен. Он вообще не поверил словам Дуань Юньиня.

«Да. Ты знал, каким почти безупречным был план, когда мы его придумали. Я и так старался изо всех сил и даже спас твою жизнь. Даже если мы потерпим неудачу, ты ведь ничего не потеряешь, верно?»

«Хах! Ты держишь меня за дурака? Я помог тебе вывести ее, но ты нарушил свое обещание помочь мне обменять заложников. Мы не знаем, что Принц собирается сделать с мисс Лин.»

«В конце концов, она его невеста. Думаешь, он что-нибудь сделает с ней? Во всяком случае, я могу заверить тебя, что эта женщина не сохранит свою целомудренность до возвращения. Подумай об этом, я воздам тебе долг. Или ты сам хочешь сделать это?»

Ло Юньчжэн был ошеломлен на мгновение, но быстро восстановился. «Я никогда не думал, что ты почувствуешь… Хорошо. Поскольку все сложилось так, пусть будет по твоему. Я могу задержать обмен заложников на несколько дней.»

«Хорошо. Когда придет время, ты можешь украсть ее подальше от меня.»

«Тогда хорошо насладись ею.» Ло Юньчжэн кивнул головой. Он был очень доволен таким результатом. Не было ничего особенного в том, чтобы отложить обмен на несколько дней. Он был невероятно доволен возможностью вернуть женщину, которая обманула своего мужа, к Принцу. Он не знал, что это за человек, но в этот момент те, кто хотел пойти против Лун Хэна, были его друзьями.

Он отбросил меч и ушел.

Дуань Юньинь размышлял, наблюдая за угасающим силуэтом Ло Юньчжэна. Он должен найти завтра способ заманить Бай Сянсю в постель. Правда доказала, что мечты прекрасны, но реальность довольно скудная.

Что касается Ло Юньчжэна, он отправился обратно на виллу Красного клена и оставил сообщение о том, что через три дня они встретятся в Таверне «Падение листья клена», чтобы обменять заложников.

Он планировал сразу уйти, но Лун Хэн отправил обратное сообщение, используя свой внутренний ци. «Ло Юньчжэн, разве ты не хочешь увидеть, как она сейчас?»

Ло Юньчжэн только завершил свои отношения с мисс Лин и, естественно, чувствовал, что она отличается от других женщин. Кроме того, он чувствовал себя немного виноватым за то, что сделал с ней, и нахмурился. Он четко знал, что, возможно, попадет в ловушку Лун Хэна, если вернется. Но он стиснул зубы и встал перед окном.

Бесчисленные копья тут же прижались к его горлу, но он не боялся. Он холодно сказал: «Ты думаешь убить меня, или хочешь, чтобы твоя женщина умерла?»

Лун Хэн толкнул дверь и вышел. Ло Юньчжэн мгновенно ощутил тяжелый вес на всем своем теле. Он никогда бы не подумал, что яростный Принц Ли будет таким страшным человеком.

«Говори, где она?»

«Сейчас она в порядке. Ты можешь подготовить обмен заложников через три дня. Как насчет мисс Лин?»

«У нее все хорошо.» Лун Хэн холодно прищурил губы и поманил его пальцем. Перед ними предстала совершенно слабая и вялая Лин Цяньцзы. Она все еще была без сознания, но можно было увидеть, что сейчас она больна и явно не в хорошем состоянии.

«Что ты с ней сделал?!» Яростно взревел Ло Яньчжэн.

«Это сделал не я, а ты. Если Бай Сянсю не вернется ко мне целой и невредимой, то, я знаю людей, которым мисс Лин будет хорошо служить.» Лун Хэн больше не мог терпеть эту ситуацию. Если Бай Сянсю не вернется в безопасности, он действительно сделает то, что даже он не может себе представить.

«Ты… корми ее, чтобы поправлялась. Мы обменяем заложников через два дня.» Ло Юньчжэн мгновенно изменил предложенную дату на один день. В конце концов, женщина не в его руках. В случае, если что-то пойдет не так, он не вынесет издевательств Лун Хэна над мисс Лин.

Уголки губ Лун Хэна дрогнули. С простой волной его руки старые бабушки перетащили Лин Цяньцзы обратно в комнату. Они относились к ней так, словно она была всего лишь мертвой собакой.

«Как ты можешь так к ней относиться? Разве она не твоя невеста!» Ло Юньчжэн был человеком из Цзянху и не мог стоять так открыто. Его прежнее спокойствие исчезло, и он почти бросился вперед, чтобы начать с Принцем смертельную битву.

«Хахаха! Это самая смешная шутка, которую я слышал за последнее время. Ло Юньчжэн, тебе лучше приглядеть за Бай Сянсю. Или… Я уверен, что ты слышал о моем характере. Я хочу, чтобы ты знал, почему мне было дано прозвище «Ли*».» Он холодно распустил рукава и вернулся внутрь. Слуги закрыли за ним дверь, разделяя двух мужчин. (* — значение — мощный, сильный и строгий)

Внутри Лун Хэн смог наконец вздохнуть с облегчением, когда был уверен, что другой человек больше его видит. Он с трудом опустился на стул и сжал кулаки так сильно, что начала течь кровь, которая вскоре просочилась ему в рукава.

Это такое облегчение, что она в порядке. Я так… волновался, что с ней что-то могло случиться, когда мы внезапно потеряли контакт. Он даже не понимал, как паниковал и волновался последние два дня, из-за того, что ее не хватало. Он едва спал и съел только щепотку еды. На поле боя он пытался спать так часто, сколько мог. Но теперь он не мог сомкнуть глаз, как бы ни старался.

Охватив лоб руками, он сказал себе, что ему нужно потерпеть только следующих два дня. Фактически, он мог бы настоять на том, чтобы провести обмен заложников уже завтра, но боялся, что другая сторона может заметить его отчаяние. Если бы они это учуяли и подняли ставку с еще более смехотворными требованиями, он был бы в плохом положении. На самом деле, если бы какие-то посторонние узнали, что он меняет свою невесту на наложницу, его бы осуждали за противоречие естественному порядку. Он не боялся этого осадка, но был уверен, что это поставит Бай Сянсю в трудное положение.

Глядя на тускло освещенную луну, Лун Хэн погрузился в свои мысли. У нее тоже долгая и бессонная ночь? Или… она подвергается пыткам? Она ведь такая хрупкая, интересно, сколько времени ей потребуется, чтобы оправиться после такого испытания.

Но как он мог знать, что девушка, о которой он беспокоился, бессердечно спала, как бревно? Она замерзла, голодала и не спала вчера, и теперь спокойно уснула, зная, что этот человек считает ее слишком грязной и не тронет ее. И вот, после целой ночи отдыха, проснувшись, она была очень возбуждена и хорошо отдохнула. Ее настроение стало еще лучше после удовлетворительного потягивания, несмотря на пульсирующую рану на лице. Причина была проста. Если она будет преследовать этого человека в нынешнем виде, он вернет ее даже раньше, чем нужно!

Бай Сянсю рассмеялась внутри, когда ее мысли пошли в этом направлении. Она спокойно смотрела, как кто-то доставил завтрак. Она только прополоскала рот, прежде чем сесть за стол. Она даже не потрудилась вымыть лицо. Она не слишком беспокоилась о том, что он может напоить её наркотиком. Не похоже, что Дуань Юньинь позарится на нее, пока она так выглядит. Судя по ее изуродованной внешности и неприятным запахам, исходящим от нее, Бай Сянсю была уверена, что он не восстановит желание взять её после одной ночи пребывания вдали.

Заметив, что Дуань Юньинь все еще не прибыл, чтобы посмотреть, как она позавтракала, она улыбнулась. Если гора не придет ко мне, несмотря на мой призыв, тогда я пойду к горе! И вот, она подошла к комнате Дуань Юньиня и несколько раз постучала в дверь, все это время воняя, как овечий навоз.

Поскольку она была в прекрасном настроении, ее удары были очень громкими и слышимыми.

Сердце Дуань Юньиня сразу же опустилось в пятки. Он не хотел встречаться с этой женщиной, несмотря ни на что. В частности, в начале дня он хотел позавтракать у себя в комнате. Однако, даже если он не пошел к ней, это не значит, что она не придет к нему. Она пришла, и даже ее стук был громким и энергичным. Как может слабая девушка, которая даже не может подержать цыплят, быть такой дерзкой?

Как она может быть такой дерзкой, чтобы рано утром постучать в дверь мужчины? Он действительно не хотел срывать свой завтрак. Итак, он использовал носовой платок, чтобы прикрыть нос и рот и открыл дверь, все время кашляя. Несмотря на все это, он не мог остановить себя от потуг, когда увидел пятна крови на ее лице и ее жалкий вид. Он тут же покашлял несколько раз, чтобы скрыть свое явное отвращение.

«Мадам Сюй. Чем могу помочь вам?»

«Разве мы не должны немедленно уходить, чтобы встретиться с Принцем?» — спросила Бай Сянсю. Она хотела показать себя как особый вариант белого цветка лотоса. Красота была самой важной характеристикой, которой должен обладать человек, пытаясь вести себя как белый цветок лотоса. Когда элемент красоты был отнят, действие белого цветка лотоса меняется и становится очень неприличным. Фактически, это делает человека довольно страшным и отвратительным. Даже самой себе она казалась отвратительной в этой форме, не говоря уже о мужчине, второстепенном персонаже, который никогда бы не приблизился к женщине, если она недостаточно хороша.

Но он тоже не был слабым человеком. Несмотря на то, что ему были противны ее действия, Дуань Юньинь все еще элегантно ей улыбался.

«Не волнуйтесь. У меня уже есть кое-кто, кто связался с Принцем. Вам не нужно так спешить.»

«Ох? Но разве не было бы легче нам пойти к нему, а не отправлять другого человека, чтобы уведомить его? Я не думаю, что мы должны волноваться, что кто-то узнает меня в нынешнем затруднительном положении.»

То, что она сказала, было правдой. Дуань Юньинь всецело полагал, что даже Лун Хэн, вероятно, не узнает Бай Сянсю, даже если её поставить прямо перед ним. Внезапно ему пришла в голову мысль. Будет ли Лун Хэн по-прежнему любить ее, если увидит Бай Сянсю в нынешнем состоянии? Если Принц потеряет к ней интерес, то в чем смысл спать с ней?

Несмотря на ее первоначальную радость, Бай Сянсю внезапно почувствовала, как холод пробежал по ее позвоночнику. Ее сердце затрепетало на секунду, когда появилось плохое чувство. Похоже, что все должно было измениться к худшему. Она стиснула зубы. Кажется, что с этим человеком не так легко справиться. Она не могла предсказать, что он собирался сделать, что вызвало холодный ветер, пронзающий ее сердце.

«Мадам Сюй. Вы не должны вести себя так импульсивно. Нужно планировать, прежде чем действовать.» Его маленький белый вид кролика снова поднял доблестный облик, когда он попытался спокойно поговорить с ней.

Тем не менее, Бай Сянсю была уверена, что он на самом деле планирует что-то. Если это так, то каким должен быть мой следующий шаг? Должна ли я попытаться убежать снова и найти путь обратно к Принцу? На этот раз он, вероятно, заметит мои действия. Хм… Может, я должна попробовать быть безрассудной? Поскольку я больше не могу заботиться о сохранении своего образа, почему я должна продолжать вести себя перед ним, как какая-то невинная девушка?

«Нет! Я должна увидеть Принца! Я хочу увидеть его! Сейчас! Если вы не согласитесь с этим, я сама вернусь к нему!» Она разыграла акт плача и бросилась в истерику. Если это не сработает, она будет угрожать забрать свою жизнь. Это был детский шаг, который она ни разу не использовала в своей жизни, и не была уверена, действительно ли он сейчас сработает.

Нужно было понять, что люди сейчас ненавидели ее действия, особенно ее бесстыдно настойчивое отношение. Это еще больше усугубило его презрение к идее использовать ее для своих планов. Исходя из того, насколько уродливым был ее внешний вид, Лун Хэн, вероятно, тоже захочет выбросить ее!

Поскольку дошло до этого, я мог бы просто обменять ее на другого заложника. Тогда Ло Юньчжэн будет у меня в долгу. Наступит день, когда мы сможем разобраться с Лун Хэном, так как мы оба этого хотим.

«Поскольку мадам Сюй так хочет увидеть Принца, я думаю, мы можем начать наше путешествие прямо сейчас.»

«Правда? Вы такой добрый!» Акт доказал свою эффективность! Бай Сянсю вздохнула с облегчением.

Тем не менее, Дуань Юньинь все еще беспокоился, что она попытается убежать. Поэтому, он взял ее с собой, даже когда ушел нанимать конную коляску. Он нанял очень маленькую повозку, Бай Сянсю сидела внутри, а Дуань Юньинь — снаружи. Он не планировал самому ехать к Вилле, он просто не мог выдержать запаха, который волнами катился от нее. Поэтому решил занять место снаружи и взять на себя задачу кучера.

Таверна «Падение листья клена» находилась всего в пяти милях от виллы Красного клена. Тем не менее, ему все же пришлось найти способ отсрочить свое путешествие на день, потому что Ло Юньчжэн отправил ему письмо с уведомлением, что время обмена было увеличено всего на один день и сказал ему быстро сделать свои дела с Бай Сянсю.

Даже мысль о том, чтобы просто положить на неё руки, отвратила его до конца. Поэтому он решил, что отложить путешествие на день достаточно просто.

Дуань Юньинь всегда был расчетливым человеком. Итак, на полпути, он начал сильно кашлять. На самом деле он вправду кашлял с довольно большим количеством крови!

Любопытное существо, которым была Бай Сянсю, естественно, должно было высунуть голову, чтобы понять, что происходит. Когда она увидела состояние, в котором находился Дуань Юньинь, она потеряла весь цвет лица и воскликнула: «Вы хорошо себя чувствуете?» Ей было очень любопытно, как ему удалось выкачать столько крови.

«Это… это всего лишь моя старая болезнь.» Дуань Юньинь тут же начал вести себя так, словно собирался упасть в обморок. Все это было сделано, чтобы вызвать у нее сочувствие и не продолжать путешествие.

Но как он мог знать, что эта женщина больна на голову? Она вытащила руки из повозки и потащила его внутрь. Ее следующие слова были наполнены заботой: «Тогда мы должны немедленно найти Принца! Только он может вас спасти!»

Дуань Юньинь был настолько шокирован, что его челюсть чуть не упала на пол. Какого черта? Эта женщина относится к Принцу как к какому-то богу? Все еще застыв в недоумении, он не отреагировал, когда Бай Сянсю внезапно села на сиденье экипажа и взяла поводья. Быстрая хватка ее запястий послала поводья, прилипшие к лошади. От внезапной боли лошадь бросилась в яростный спринт.

Дуань Юньинь больше не мог оставаться спокойным. Он стиснул зубы и ударил пальцами по ее акупунктурам. Когда она упала в обморок, он забрал ее обратно в повозку. Это был опасный и безрассудный ход, но он, наконец, достиг своего предела. Почему она не может думать как нормальный человек? Как я должен использовать ее, если она так себя ведет? Более того, он не мог обменяться заложниками с Лун Хэном. Единственным человеком, подходящим для этой задачи, был Ло Юньчжэн. Нужно было найти способ передать ему сообщение, прежде чем он уступит своему желанию сломать ей шею.

Тогда давайте сделаем так. Он отпустил поводья, чтобы успокоить лошадей. Затем он повернул повозку и направился к деревянному коттеджу, который приготовил заранее. Затем он схватил Бай Сянсю за халат и бросил на пол.

Дуань Юньинь не волновался, замерзнет ли она, если будет лежать на полу. Он также не хотел разблокировать её акупунктуры, потому что не мог предсказать, что она будет делать, если он оживит ее. Нехорошо блокировать точки человека на длительное время. К сожалению, он сейчас слишком ненавидел Бай Сянсю, чтобы заботиться о том, все ли с ней будет хорошо.

Небо начало темнеть. Он знал, что Ло Юньчжэн скоро прибудет, поскольку такое у них было соглашение. И он подумал, что, вероятно, не имеет значения, оставит ли он ее немного раньше. Что касается этой женщины, он никогда не простит себя, если позволит ей вернуться к Лун Хэну, не отомстив ей. В конце концов, он всегда был мстительным человеком. Итак, он достал круглую таблетку и съежился, прежде чем открыть ей рот, чтобы накормить ее.

Таблетка, которую он только что дал ей, называлась «Три дня опьянения», и она была сделана специально для женщин. Даже монахиня стала бы воплощением очарования после того, как проглотит эту таблетку. Помимо этого, таблетка также заставляет женщин источать запах мускуса, который соблазняет мужчин, если они будут в непосредственной близости от женщины слишком долго. Под воздействием афродизиака даже свинья станет привлекательной. Естественные дела между мужчиной и женщиной стали бы неизбежными. Самое главное, что ни мужчина, ни женщина не поймут, что они находятся под воздействием афродизиака, и подумают, что ними просто овладела похоть.

Если все получится хорошо, Ло Юньчжэн потратит немало времени на Бай Сянсю в течение следующих нескольких дней. Если он потеряет контроль над своими желаниями, это непременно приведет Лун Хэна в ярость. Хотя первоначальные планы Дуань Юньиня, возможно, провалились, война между Цзянху и имперским судом вскоре начнется. Теперь это то, на что он мог рассчитывать. Что касается этой безмозглой женщины… Она для него не большая потеря.

У него на самом деле было очень хорошее впечатление о ней, когда он впервые ее встретил. К сожалению, их недавние взаимодействия разрушили всю ее привлекательность. Он даже чувствовал, что его никогда больше не привлечет к ней, даже если она вернется к своему оригинальному облику.

Эффект таблетки вскоре стал проявляться, и загрязненное лицо Бай Сянсю стало мерцать, а ее температура повысилась. Дуань Юньинь холодно засмеялся и выскочил из коттеджа.

Но он не ожидал, что Бай Сянсю придет в себя от холода примерно через восемь минут после его ухода. Температура в коттедже была настолько низкой, что она замедляла ее кровоток и вырвала ее из бессознательного состояния. Однако после пробуждения ей стало немного неловко. Она чувствовала себя очень перегретой, особенно в нижней части живота. Она чувствовала необъяснимое желание сходить в туалет.

Она нашла подходящее место в деревянном коттедже и вошла, чтобы облегчиться. Несмотря на все это, ее желание вообще не прошло. Но у нее в приоритете должно быть спасение! Она попыталась открыть двери и окна, но обнаружила, что все они заперты снаружи.

В комнате было мало света, и она не могла слышать движения в непосредственной близости. Тогда должно быть все в порядке, если она попытается пробиться через дверь. Она не стала бы ждать, пока кто-то ее спасет.

Этого сценария не было в оригинальном романе, поэтому она не знала, что будет дальше. Она не знала, что с ней случится, если она продолжит ждать в этом коттедже. Более того, у Дуань Юньиня обязательно должен быть план последующих действий, если он запер ее здесь. Ей стало страшно.

Просматривая весь коттедж, она не могла найти ни одной вещи, которую могла бы использовать, чтобы разбить окна. Она вот-вот хотела поднять стол, когда вдруг услышала, как открылась дверь. Бай Сянсю мгновенно лишилась костей и плюхнулась на пол со всей скоростью, которую могла собрать. Она не знала, кто вошел, и решила принять это решение, чтобы предотвратить ненужный конфликт.

Она услышала звуки шагов и мужской голос. «Какая увертливая девочка. Очень жаль, что все закончилось именно так.»

Это Ло Юньчжэн! Каковы эти двое мужчин, второстепенные персонажи? Бай Сянсю не смела двигаться. Она чувствовала, как он поворачивает ее, чтобы она поднялась вверх. Ло Юньчжэн сделал несколько шагов назад. «Что это за зловоние? Дуань на самом деле спал с тобой, когда ты так выглядишь? Какая огромная… жертва.» Он, кажется, старался изо всех сил, чтобы отомстить Лун Хэну.

«Хм. Но, если немного принюхаться, чувствуется приятный запах.» Будучи молодым человеком, Ло Юньчжэн никогда не старался держать себя под контролем, когда дело доходило до таких вещей. Естественно, это не заняло много времени прежде, чем он опустился в легкое оцепенение от мускуса, созданного «Тремя днями опьянения».

Бай Сянсю было еще хуже. Ее тело стало еще жарче, когда она поняла, что Ло Юньчжэн приблизился. Ее состояние ухудшилось, когда он коснулся ее. Что он хочет со мной сделать?

К счастью, Ло Юньчжэн смог сохранить контроль над частью своего здравомыслия. Вернее, ему просто не удалось уступить желанию, когда она так выглядела. Однако он был еще лучше, чем Дуань Юньинь. По крайней мере, он отнес ее на кровать. Затем он сел на стул и задумался над завтрашним обменом.

Он решил держать ее взаперти в течении дня и ночи. Между тем, он будет наблюдать за ситуацией в Таверне «Падение листья клена». Хотя таверна была его территорией, лучше было быть в безопасности, чем потом сожалеть. Более того, Лун Хэн уже поймал доктора из Цзянху, и не было никакой гарантии, что доктор не расскажет какие-либо его планы. Ло Юньчжэн больше не мог сидеть, пока размышлял над слабыми точками своего плана. Он направился в таверну сразу после того, как закрыл коттедж.

Бай Сянсю встала после того, как он ушел и снова пошла в уборную. На этот раз она заметила, что что-то определенно не так. Ее тело было, безусловно, немного выключено.

Внезапно в глубине ее сознания промелькнуло воспоминание. В романе был афродизиак под названием «Три дня опьянения», который потребляла главная героиня. Эффект от наркотиков был довольно сильным. Женщина под воздействием афродизиака бессознательно соблазняла каждого мужчину в своем окружении. Более того, эффекты препарата не прекратятся, пока она не переспит с мужчиной.

Однако афродизиак не был слишком ужасным. Препарат вряд ли повлияет на женщину, пока она не вступит в контакт с мужчиной. Таким образом, большинство женщин даже не заметили, что они были под наркотиками. Как только ошибка была сделана, они заходили так далеко, что думали, что все это связано с природой!

Может Дуань Юньинь сделал это, потому что знал, что придет Ло Юньчжэн, и хотел, чтобы я отдалась ему? Ни за что! Даже если я забуду на мгновение, что он спал с главной героиней, я его ненавижу, он такой хулиган!

Если честно, Ло Юньчжэн был свободным человеком. Однако более точное его описание, вероятно, будет включать слово любвеобильный. Хотя он был чрезвычайно увлечен главной героиней в романе, он был прирожденным дамским угодником. Это связано с тем, что он являлся частью Цзянху. Он никогда не отказывался побаловать себя, если женщина предлагала себя ему.

Однако его чувства к главной героине были настоящими. Вот почему он относился к ней иначе, чем к другим.

Хотя роман упомянул некоторые его искупительные черты, он не мог скрыть тот факт, что был на самом деле полным куском мусора. На Бай Сянсю, например, он не произвел хорошего впечатления. Точнее, у нее не было никаких хороших впечатлений от любого из мужских персонажей, кроме Сун Цзяоюэ. Однако сейчас не время размышлять над чем-то подобным. Если она действительно была отравлена «Тремя днями опьянения», ей обязательно нужно найти противоядие. Или…

Главную героиню вылечил сам главный герой! Что я должна использовать для лечения? Она хотела плакать, но ей не хватало слез. Тем не менее, она не могла позволить Ло Юньчжэну или Дуань Юньиню добиться успеха, несмотря ни на что. Просто она была заключена в тюрьму внутри деревянного коттеджа, и до сих пор взлом замков казался невозможным.

Бай Сянсю снова порылась в доме. На этот раз она нашла поджигатель, для зажигания масляных фонарей. В ее голове вскоре появился план. Сначала она выглянула наружу, чтобы понять, как дует ветер. Сейчас не слишком ветрено, так что это не поможет разжечь огонь. Затем она быстро побежала к туалету, чтобы окунуть свой платок в воду. Этого было бы достаточно, чтобы покрыть ее рот и нос.

Как только ее приготовления были завершены, она разбила масляный фонарь на дверь коттеджа. Затем она использовала поджигатель, чтобы поджечь дверь. Она вбежала в соседнюю комнату, чтобы укрыться, когда огонь взмыл сильнее. Понадобилось немного времени, чтобы огонь прожег отверстие в двери. Наверное, сейчас самое подходящее время. Она подняла квадратный стол и бросила его в дверь. В коттедже раздался громкий взрыв. Когда дым очистился, она увидела свою работу. Ей на самом деле удалось открыть дверь!

Бай Сянсю была в восторге. Так как она уже прыгала через пылающее окно, она уже не колебалась. В конце концов, пламя не навредит ей, если она будет двигаться достаточно быстро. Итак, она подняла юбки и ворвалась в спринт. Она преодолела дверь одним прыжком и не пошатнулась, когда сбежала из деревянного коттеджа. Она продолжала свой головокружительный темп, когда бежала к вилле Красного клена. Это место было ее единственным спасением. Если она не вернется туда, ей придется навсегда отказаться от возвращения домой.

Нет. Неужели мне не удастся вернуться в свое время, если я не вернусь на виллу? Таким образом, Бай Сянсю решила, что она вернется на Виллу независимо от того, с какими трудностями ей придется столкнуться на пути. Бай Сянсю продолжала успокаивать себя, когда бежала. Тем не менее, небо скоро потемнело, делая дороги более трудными для передвижения. У нее не осталось выбора, кроме как найти место где спрятаться.

Она помнила только место под названием «Падение листья клена» впереди нее. Это была таверна, специально предназначенная для чиновников и дворян, чтобы отдохнуть и поделиться стихами, когда они приходили полюбоваться пейзажем. Вилла Красного клена не намного дальше от этого места. Бай Сянсю успокоилась, пока отдыхала. К несчастью для нее, когда она нашла утешение, небеса начали рассыпать на землю хлопья снега.

Черт! Беда действительно никогда не приходит одна! Разве это не похоже на проливной дождь, когда течет крыша? Ей хотелось смеяться, но ее горло охрипло. Если ее догадка была правильной, последние несколько дней ее тело прошло физическое наказание холодом.

В настоящий момент она чувствовала себя как воплощение неудачи. Если бы она сейчас выпила чашку с водой, она бы, наверное, захлебнулась.

Снег внезапно перестал падать на нее, когда над ней открылся зонтик. Нежный голос, похожий на небесные мелодии ночного неба, упал на нее. «Возьмите зонт. Вот еда и серебро.»

Перед ней неожиданно появилась куча вещей, словно по волшебству. Бай Сянсю была на мгновение ошеломлена. «Подождите минутку…»

Ей хотелось перетянуть нижний край пальто Сун Цзяоюэ, но он слишком торопился и не повернулся, чтобы посмотреть на нее. Он ответил только: «Я спешу. Пожалуйста извините меня.»

Он меня не узнал? Ну, я не могу сказать, что виню его. Кто, черт возьми, узнает меня, когда я так выгляжу? Его боевые искусства тоже слишком глубоки. Прошло всего пару секунд, но он уже ушел! Он даже не дал мне времени, чтобы остановить его…

Но что-то не так. Куда он собрался посреди ночи, когда бушует метель? Направление, в котором он бежит… может, он направляется к горной вилле? Ее первоначальный план состоял в том, чтобы отдохнуть, прежде чем продолжить свое путешествие. Однако, так как Сун Цзяоюэ оставил ей несколько сухих пайков, она решила поесть и продолжить поход. Поскольку ей стало холодно, она все равно не была уверена, что сможет ходить, если отдохнет до завтрашнего утра.

Печенье из резиденции Сун было очень вкусным. Оно было сладким и ароматным. Он также не скупился на деньги и дал ей десять таэлей серебра. Конструкция зонтика была действительно прочной. К сожалению, он слишком быстро ушел и не дал ей достаточно времени, чтобы поговорить с ним.

Бай Сянсю была мотивирована продолжать идти вперед после такой чудесной встречи с Сун Цзяоюэ. Если случайно она сумеет догнать его, она могла бы рассказать ему о своей истинной личности! Затем она, по крайней мере, вернется к главному герою! Несмотря на то, что это разрушит впечатление Сун Цзяоюэ о ней, все будет хорошо. В конце концов, она уже была отвергнута им. Поскольку она раньше помогала резиденции Сун, он, вероятно, все еще относился бы к ней как к другу.

Дружеские отношения это хорошо. По крайней мере, она могла попросить его о помощи, когда нуждалась в ней.

С учетом этого она подняла свой темп и продолжила движение вперед. Хотя ее решение продолжить движение звучало просто, это было дальше от истины. Она не знала боевых искусств, поэтому ей потребовалась целая ночь ходьбы, прежде чем она добралась до места назначения.

Она была полностью измотана и к тому моменту, когда пришла, была на грани краха. Это, должно быть, таверна «Падение листья клена». Мне лучше отдохнуть. Я могу помыться, прежде чем вернуться к Лун Хэну. Она не думала, что Лун Хэн сможет узнать ее так, как она выглядела в настоящее время. Было бы приятным сюрпризом, если бы он не отвратился от нее. Это было хорошо перед другими мужчинами. Однако главный герой снабжал ее едой и укрытием. Она не могла показать ему свою уродливую сторону.

Когда она наконец прибыла в таверну, она узнала, что они ещё не открыты для посетителей, потому что она прибыла слишком рано утром. Однако из заднего входа неожиданно вышел рабочий. Казалось, он отправился на рынок.

Она осторожно проскользнула через тот же задний вход, когда тот человек был достаточно далеко. Ей нужно теплое место, чтобы отдохнуть и утолить жажду. В любом случае, у нее были деньги в сумке, поэтому она не волновалась.

Прямо за задним входом была кухня. Когда она протиснулась через дверь, она заметила, что в печи уже развели огонь. Она быстро побежала к плите, чтобы погреться, найдя мгновенное облегчение. В горшке была горячая вода. Не заботясь о том, кипит ли вода или нет, она тут же наполнила миску и выпила ее. Опасаясь, она вздохнула с облегчением. Внезапно она услышала голос извне, который сказал: «Разве вода еще закипела? Гость хочет принять ванну, так что подавай горячую воду. Запомни. Это гость в номере два.»

Бай Сянсю была ошеломлена и хотела найти место, чтобы спрятаться. Однако человек снаружи продолжал: «Смотри. Ты собираешься брать воду или нет? Если нет, я приду и сделаю это сам. Шутки в сторону. Поднимайся!»

«Кха кха. Понял.» Бай Сянсю замаскировала свой голос, а затем начала наполнять ведро водой.

Это странно. Почему человек принимает ванну так рано утром? Какой странный гость. Она, естественно, не собиралась приносить воду для этого гостя, но у нее внезапно появились мысли о том, чтобы принять ванну. Итак, она наполнила ведро до краев горячей водой. Однако, куда ей отнести воду, чтобы она могла вымыться? Это хорошее место, но было бы неприятно, если бы кто-то вошел, пока она принимает ванну.

Как насчет пустой комнаты? Гости не приехали, так как еще раннее утро. Бай Сянсю подняла ведро и вышла из кухни, избегая других. К счастью, вокруг не было много людей. Пока она шла, она также принимала к сведению номера.

В старые времена были свои порядки. Если комната для гостей занята, за пределами комнаты вешали красную табличку. Если комната пуста, табличка была зеленого цвета.

Бай Сянсю наконец нашла комнату с зеленой табличкой, висящей снаружи. Как только она собиралась войти в комнату с ведром воды, она услышала голос из соседней комнаты: «Наконец-то появилась вода? Вы можете зайти!»

Бай Сянсю сразу напряглась, услышав этот голос. Она чувствовала неприятность. Почему история так сильно отклонилась от сюжета? Почему здесь главная героиня? Если она здесь, то главный герой тоже? Если да, то где он?

Он не может быть в комнате главной героини, правда? Но какая другая причина объясняла бы ее потребность в горячей воде так рано утром? Бай Сянсю почувствовала себя немного неловко от этой мысли. Однако она не хотела, чтобы главная героиня вызвала какие-либо проблемы, поэтому принесла ведро с водой на переднюю дверь и мягко постучала.

Дверь открылась, раскрыв главную героиню во всей красе.

Теперь ее цвет лица выглядел намного лучше. Она была красивой, когда болела, и теперь выглядела еще более хрупкой и плачевной после выздоровления от серьезной болезни. В ее походке была даже какая-то грациозность, заставляющая ее выглядеть чрезвычайно. Как и было написано в романе, она стала еще более привлекательной после того, как стала женщиной. Было похоже, что она пережила метаморфозу. Единственная проблема заключалась в том, что эту конкретную трансформацию вызвал не главный герой.

Обе были ошеломлены на мгновение, когда увидели друг друга. Как второстепенный женский персонаж, Бай Сянсю была потрясена, потому что поняла, что перед ней действительно стоит главная героиня! Что касается Лин Цяньцзы, она была в шоке от такого грязного и противного человека. Чувствовалось даже сильное зловоние, пронизывающее его тело!

Как настоящая главная героиня, она не просто зажала нос и начала кричать, как сделали бы многие в этой ситуации. У нее было доброе сердце, так что все, что она сделала, это вскинула брови и удивилась, почему высококлассная таверна наняла человека, который так выглядит? «Налейте воду в ванну!»

Бай Сянсю кивнула головой и, соответственно, налила воду. Это была невероятно трудная задача. К сожалению, главная героиня продолжила. «Принесите мне еще несколько ведер воды. Убедитесь, что в следующий раз вода будет горячей.»

Руки Бай Сянсю начали дрожать. Все, что она хотела сделать, это найти место для принятия ванны. Почему вместо этого она принесла воду другому человеку? Какого бога она обидела? Без большого выбора она кивнула и вышла из комнаты.

Главная героиня остановила Бай Сянсю. «Подождите минутку.»

О нет. Она меня узнала? К счастью, главная героиня только положила кусочек серебра в руки Бай Сянсю и дружески улыбнулась. В этот момент Бай Сянсю смогла изобразить лицо молодого человека, затронутого добротой главной героини. К сожалению, Бай Сянсю совсем не была молодым человеком.

Тихо согласившись с просьбой, Бай Сянсю вышла из комнаты и оказалась лицом к лицу с мамой. Однако, вероятно, было бы более правильным назвать ее раздраженной и сердитой бабушкой. Она вошла в комнату и сразу же сказала: «Юань’ер. Пойдемте со мной. Его Высочество хочет видеть вас.»

«Это… Я всю ночь потела. Я хотела принять ванну, прежде чем встретится с ним.» Линь Цяньцзы испытывала такое сожаление, что хотела умереть, особенно после того, как услышала, что Принц Ли хочет ее увидеть. Он был ее женихом, а она потеряла девственность с другим мужчиной.

Это не было бы проблемой, если бы эта женщина хранила все в секрете. Вместо этого она ушла и рассказала все Принцу, позаботившись о ее травмах. Возможно, он не выговорил это ей прямо, но его отношение к ней было очевидным показателем, что он все знал. Каждый раз, когда он видел ее, все злобные слова, которые выходили из его рта, всегда ударялись прямо ей в сердце.

Лин Цяньцзы ненавидела его, но не винила. В конце концов, она больше не была чистой и незапятнанной Лин Цяньцзы из прошлого. Придя к соглашению с этим фактом, она отчаянно сдержала слезы. Хотя она была благородной дамой из уважаемой семьи, ей теперь приходилось вести себя почти как сдержанной служанке. К несчастью для нее, бабушка ответила, закрывая рот и нос: «Знайте свое место! Его Высочество не должен вас ждать. Поскольку он просит вас прийти сейчас, немедленно идите к нему! Никто из нас не хочет нести ответственность, если вы опоздаете.»

Лин Цяньцзы всегда боялась Лун Хэна. Она не хотела принимать ванну, услышав слова бабушки и быстро оделась прежде, чем уйти с ней. Ей пришлось одеваться, если она хочет получить хотя бы щепотку любви и жалости Принца Ли. Если бы он показал ей хоть какую-то привязанность, она больше не колебалась бы стать его женщиной и остаться с ним навсегда.

Они в спешке ушли. Бай Сянсю уже покинула комнату, чтобы продолжить поступок послушного слуги, но она знала, что не может допустить, чтобы этот шанс проскользнул через ее руки. Они собирались встретиться с Лун Хэном! Итак, она тайно последовала за ними, чтобы посмотреть, куда они направились. Ее больше не беспокоило принятие ванны. Любые недоразумения растворятся, если она просто покажет свою личность, когда встретится с Лун Хэном лицом к лицу. Не имело значения, как ее нынешний вид повлияет на его привязанность к ней. По крайней мере, он будет ее билетом обратно в поместье.

Бай Сянсю не могла больше заботиться о сохранении образа и продолжала двигаться за Лин Цяньцзы. Однако, она не знала, что Лун Хэну давно соощили о ее присутствии.

Он приставил шпионов к комнате Лин Цяньцзы. Лун Хэн первым узнает, если появится кто-нибудь подозрительный. Он не спал прошлой ночью, так как сегодня был день обмена заложниками. И поскольку его шпион сообщил, что возле Лин Цяньцзы появился очень подозрительный человек, он принял решение передать ее здесь.

Во время этого процесса он продолжал получать сведения о том, что подозрительный человек начал следовать за ними. Однако этот человек, похоже, не знал о секретных охранниках в окрестностях. И из-за неряшливого облика человека охранники не могли определить его пол.

«Ты не должен слишком беспокоиться. Я уверен, что она… ладно.» Человек, который говорил, был Сун Цзяоюэ. Когда он услышал о том, что произошло, он ехал сюда всю ночь напролет из столицы. Его обычная белая одежда теперь была покрыта грязью и пылью, придавая ему растрепанный вид, который на самом деле сделал его еще более привлекательным.

Холодный взгляд Лун Хэна вспыхнул, когда он продолжал сидеть, выглядя как король ада. Он являл собой пугающее зрелище. Никто не осмеливался смотреть ему в глаза, потому что казалось, что он в любой момент заберет всю их жизнь. «Если этот человек сделает какие-то подозрительные действия, когда придет, прежде всего покалечьте его.»

Солнце взошло уже довольно давно. Они удивительно невозмутимы. Лун Хэн сжал кулаки. Независимо от того, как этот подозрительный человек связан с Ло Юньчжэном, это необходимость его искалечить. Им не поздоровится, когда он в плохом настроении!

С другой стороны, Лин Цяньцзы не знала об этом. Ни она, ни мама не знали, что за ними хвост. Войдя в комнату, они увидели, как Лун Хэн холодно смотрел на них, а угол его губ поднялся опасно высоко.

Волна слабости взорвалась у Лин Цяньцзы, и она почти рухнула на землю. Бай Сянсю не спешила войти в комнату. Инстинкты и напряжение, которые она разработала за последние несколько дней, сказали ей, что к ней медленно приближается опасность. Однако мужчина, которого она искала последние пару дней, был прямо перед ней. У нее не было выбора, кроме как сыграть в азартную игру. Она бросилась вперед и увидела, что Лун Хэн сидит прямо в центре комнаты. Рядом с ним сидел Сун Цзяоюэ.

Она почувствовала облегчение. Когда она собиралась объявить свою личность, человек слева от нее внезапно бросился вперед и замахнулся мечом на ее ноги.

Бай Сянсю была напугана. Она не могла даже двинуться, чтобы избежать атаки. Она хотела кричать о помощи, но знала, что крик не спасет ее от нынешнего положения. Движения этого человека были слишком быстрыми, настолько, что у нее хватило времени только, чтобы улыбнуться в слабой грусти. Я и так обезображена, и теперь я потеряю ноги. Какой ужасное переселение!

Приняв свою судьбу стать калекой, она услышала громкий голос: «Останови свою руку!»

В то же время ее поймали в теплые и широкие объятия. Стон акцентировал молчание, которое упало после того, как ожидаемая боль не приземлилась на ее ноги. Она была ошеломлена. Прежде чем она смогла открыть глаза, она услышала над головой голос: «Как ты сюда попала?»

Это Лун Хэн! Как он узнал меня? Бай Сянсю удивленно уставилась на него. Она даже забыла о страхе, который только что ощущала. Она могла только смотреть вверх на точеный подбородок Лун Хэна. Он не смотрел на нее влюбленными глазами, но она могла сказать, что в них была определенная озабоченность. Он вскинул брови, но это явно не вызывало беспокойства.

Хахаха… Она плакала снаружи, но почему-то смеялась внутри. С тех пор, как она попала в этот мир, ей пришлось скрывать свое истинное «я» и жить с поджатым хвостом, заправленным между ее ног. В конце концов, она превратилась во что-то похожее на сгусток ужаса, когда встретилась с первым кризисом в ее жизни.

Бай Сянсю уже почти поверила, что никто в этом мире не признает ее как поразительную красавицу, второстепенного женского персонажа. Ведь даже Сун Цзяоюэ и главная героиня проигнорировали ее. В итоге, ее узнал главный герой, которого она боялась и активно избегала. Разве это не вершина иронии?

Однако то, что тронуло ее больше всего, это чувство облегчения, которое пришло после предсмертного опыта. Бай Сянсю больше не заботилась о том, ненавидит ли Лун Хэн запах, исходящий от нее, или понравится ли ему обнимать ее или нет. Она верила, что, поскольку он узнал ее, ей было удобно подобраться к нему, пока она в его руках. В конце концов, она девушка, женщина. И так, Бай Сянсю вытянула руку и потянулась к подолу одежды Лун Хэна своими грязными руками и всхлипнула, не заботясь о своем имидже.

Лун Хэн очень волновался, когда узнал ее, но когда он увидел, как она плачет, он точно знал, что с ней все в порядке. Кроме того, разве обмена заложниками не будет? Почему она здесь одна?

У него не было времени задать ей эти вопросы, потому что всхлипывание женщины полностью не контролировалось. Он даже не мог найти возможности поговорить. Он тихо вздохнул и позволил ей выплакать глаза. Ей очень повезло, что он среагировал так быстро. В противном случае Бай Сянсю потеряла бы обе ноги. Единственный вопрос теперь заключался в том, что его подчиненный теперь лежал холодный на полу и, казалось, получил сильные травмы. После быстрого взмаха его руки, кто-то пришел, чтобы унести этого подчиненного.

Сун Цзяоюэ тоже узнал Бай Сянсю в этот момент. Она была тем человеком, которого он встретил на снежной дороге, но не понял, кто она. Теперь он смог собрать всю ситуацию, когда присмотрелся к ней. Это была слабая и деликатная Бай Сянсю!

Вчера они встретились, но он оставил ее на холодной и замерзающей дороге. Его сердце болезненно заныло, когда он понял это, и сожаление начало проползать над ним. Глядя на них, обнимающих друг друга, неловкое чувство в его сердце становилось все сильнее и сильнее.

Сун Цзяоюэ наконец понял, почему. Его чувства к ней становилось все труднее и труднее подавлять. Прямо сейчас барьер в его сердце стал очень тонким. Если кто-то прорвет в нем дыру… В этот момент раздался голос: «Поскольку она сейчас в твоих руках, отдай дочь министра!»

Когда Ло Юньчжэн вернулся в деревянный домик, высокие огни уже охватили его. Он думал, что она покончила жизнь самоубийством из-за обезображивания. Ему даже в голову не приходило, что ей удалось сбежать. Однако, даже если она убежала, как ей удалось найти дорогу сюда? Разве тот человек или я когда-либо упоминали, куда мы ее забираем? И я не могу поверить, что знаменитый Лун Хэн может обнимать ее, когда она выглядит так отвратительно! Он даже обнимает ее обеими руками! Он конечно весьма внушителен под определенным углом.

Бай Сянсю дрогнула и зарылась в объятия Лун Хэна, когда услышала его голос. По правде говоря, на самом деле она не боялась Ло Юньчжэна. Она просто хотела отомстить им обоим. Хотя она чувствовала себя немного виноватой за использование главного героя, ему, по крайней мере, нужно узнать, что она пережила! Она только собиралась сказать правду и таким образом нарушить их планы. Это научит их думать, что ее легко запугать! Она чуть не умерла, а теперь страдает от этого афродизиака, называемого «Три дня опьянения»!

На самом деле, это было действительно неловко. Закончив плакать, ее дыхание затянулось, а она продолжала обнимать главного героя. К счастью для нее, его разум ещё не прояснился, потому что дело пока не закончилось. В противном случае он обязательно заметил бы запах, который она излучает. Если все будет развиваться, как оригинальная история… Она начала дрожать после такой мысли.

Как я могу попасть на простыни с главным героем, когда так выгляжу? Сама Бай Сянсю почувствовала себя недостойной для мужчины, когда размышляла об этом. Она хотела уйти, но Лун Хэн ей не позволил. Мысль о том, что она опозорит его, даже не приходила ему в голову.

«Кажется, я не припоминаю, чтобы ты передавал ее мне. Рассматривая текущую ситуацию, я даже не верю, что мне нужно проводить с тобой обмен заложников. Кроме того, у тебя, похоже, нет выхода.»

Ло Юньчжэн тихо рассмеялся. «Ты действительно думаешь, что можешь заставить меня уйти?»

«Ваше Высочество. Причина в том, что они решили провести обмен заложников в этом месте?» — сказала Бай Сянсю, любезно напоминая главному герою. Несмотря на то, что роман ничего не упоминал об этом месте, она считала, что Ло Юньчжэн и Дуань Юньинь определенно не такие люди, чтоб не придумать другой план или даже два, на случай непредвиденных обстоятельств.

Они говорили об обмене заложниками? Лун Хэн действительно намеревался обменять мисс Лин на меня? Что он делает? Он действительно менял жену на наложницу? Что это за таинственное чувство? Вероятно, лучше, если я не буду переусердствовать.

Лун Хэн приказал. «Слуги. Уведите и охраняйте их.»

Естественно, под «ними» он имел в виду мисс Лин и Бай Сянсю. Именно в этот момент Ло Юньчжэн начал смеяться, как хулиган. «Подожди ка. Ты можешь забирать эту женщину, но мисс Лин останется здесь. В конце концов, она не хочет быть с тобой. Разве это не так, мисс Лин?»

Лин Цяньцзы содрогнулась. Ситуация со временем ухудшилась. Это правда, что она не хотела быть с Лун Хэном, но это было только потому, что он не интересовался ею. Он даже не посмотрел бы на нее, если бы мог помочь. И все же он относился к этой женщине совершенно по-другому. Он обнимал ее, как сокровище, хотя теперь она выглядела такой отвратительной.

Что касается нее, ее изнасиловали, и силой отняли девственность. И теперь преступник даже пришел сюда, чтобы забрать ее силой. Лин Цяньцзы захотела покачать головой, но у нее не хватило смелости сделать это. Этот человек был слишком непредсказуем. Она не знала, каким будет его следующий шаг. Тем не менее, она не посмела кивнуть, поскольку там был Лун Хэн.

Лун Хэн ухмыльнулся и ответил: «Если ты хочешь ее, можешь пойти в резиденцию Лин и попросить за ее. Но если ты хочешь вырвать ее у меня из рук… Это невозможно.»

«Гм. Зачем беспокоиться? Поскольку у тебя уже есть в руках одна женщина, я уверен, что ты можешь позволить себе передать мисс Лин мне. В конце концов, она моя…»

«Заткни свой рот!» Лин Цяньцзы разволновалась. Она тут же закричала, чтобы прервать его.

Эти двое ненавидят и любят друг друга? Бай Сянсю внезапно почувствовала, как приблизился холодный взгляд. Она была ошеломлена от ее явной ярости. Она взглянула на Лин Цяньцзы и задалась вопросом, когда она обидела эту благородную даму.

Казалось, хулиган заметил намерение Лин Цяньцзы скрыть правду. Поскольку он родился и вырос в Цзяньху, понятие чистоты женщины было для него гораздо менее значимым. Он ухмыльнулся и ответил: «Перестань думать об этом пустяке и просто иди сюда. Будто женщина в его руках не играла с другими мужчинами!»

Несмотря на то, что Ло Юньчжэн был окружен людьми Лун Хэна, он публично осудил Бай Сянсю, не жалея слов. Он определенно ненормальный. Бай Сянсю опять стояла в шоке. Когда это она была с другим мужчиной? Более того, каждый мог ясно понять, что пытался сказать этот человек. Он говорил не только о Бай Сянсю, но и о Лин Цяньцзы.

Что за черт? Разве это не рассердит Лун Хэна? Разве он не подразумевает, что Лун Хэну поставили рога и жена, и его наложница? Бай Сянсю хотела вернуть честь Лун Хэну. Если бы ее посчитали изменницей в дополнение к тому, что ее изуродовали раной на лице, главный герой определенно избил бы ее до смерти. Неважно, было ли у него раньше о ней хорошее впечатление.

Более того, поскольку она так много пережила, она больше не хотела, чтобы над ней постоянно издевались. Весь вопрос оставил неприятный вкус во рту. Итак, она подошла к Лун Хэну со своим пугающим лицом и посмотрела прямо ему в глаза: «Ваше Высочество. Не слушайте его вздор. Ваша наложница по-прежнему чиста и незапятнанна.» Когда прозвучали ее слова, она резко сорвала правый рукав. Все могли увидеть ярко-красную точку целомудрия на локте, означающую, что она еще не потеряла девственность.

Некоторые вещи с древних времен были довольно впечатляющими, как точка целомудрия. Если бы не она, все было бы довольно проблематично. Выражение лица Лун Хэна явно стало намного лучше, чем раньше, но он все равно не знал о тех болях, которые она пережила, чтобы сохранить свое целомудрие. Горячий палец коснулся раны на ее лице. «Глупость.» Лун Хэн говорил слегка резким тоном, когда накидывал на нее халат.

Как только халат был на плече, Лун Хэн вскочил, чтобы вовлечь Ло Юньчжэна в бой. На этот раз он не удержался и приказал всем своим людям напасть на него движением руки. Но Ло Юньчжэн не боялся. Быстрым движением пальца он вызвал нескольких товарищей-экспертов из Цзянху с этажей выше.

Вот почему он не боялся! Лун Хэн ухмыльнулся при виде подкрепления и сказал: «Ты действительно думаешь, что эти несколько человек смогут остановить войска Принца Ли?»

«Похоже, ты подготовился с самого начала!» Ло Юньчжэн не хотел терять людей без необходимости, поэтому взглянул на Лин Цяньцзы и сказал: «Я приду за тобой ночью.»

«Нет! Я больше не хочу тебя видеть…» Лин Цяньцзы поспешно отошла, размахивая руками. Из ее выражения она казалась крайне испуганной.

Единственным ответом Ло Юньчжэна был свист, когда он выпрыгнул из окна. Его люди внимательно следили за ним, выставив свирепый арьергард. Лун Хэн не преследовал их, потому что Бай Сянсю, которая стояла рядом с ним, внезапно качнулась и рухнула на землю.

Бай Сянсю не хотела терять сознание, но за последние пару дней она пережила слишком много трудностей. Но было бы не правильно по отношению к этому телу, если бы она не упала в обморок.

Как Лун Хэн мог преследовать Ло Юньчжэна, увидев ее без сознания? Он тут же отнес ее на кровать и осторожно положил. После этого он вызвал врача, чтобы осмотреть ее.

Когда Бай Сянсю очнулась снова, она лежала на кровати внутри виллы Красного клена. Она была чистой и аккуратной, хотя ее лицо немного болело. Потянув руку к ране, она поняла, что кое-что изменилось. Так как в древности не было пластыря, наложенные бинты делали ее немного страшной.

Сяо Ши и Сяо Хуань стояли в передней части кровати. Они обе плакали до такой степени, что их глаза были похожи на грецкие орехи. Изначально она думала, что они по-классике спросят: «Мадам Сюй, вы хорошо себя чувствуете?» Когда она проснулась.

Однако, вопреки её мыслям, немедленная реакция Сяо Ши заключалась в том, что она склонила голову и крикнула на улицу: «Ваше Высочество, мадам Сюй пришла в себя.»

После этого огромная тень покрыла одну сторону кровати. Узлы в ее сердце немного ослабли, когда тень покрыла ее. Она подняла голову, чтобы посмотреть на человека, который подошел. Почему его глаза немного красные? Неужели он плохо спал из-за нее в эти дни? Ее сердце колотилось. Раньше она никогда не была в отношениях, и это было слишком невыносимо для женщины, под воздействием яда «Три дня опьянения». Все ее тело сгорало от его мужественного запаха. Что ей делать?

«Ваше Высочество…» Она изо всех сил пыталась встать, но кто-то мгновенно оттолкнул ее. Его тепло на мгновение обожгло Бай Сянсю, в результате чего ее лицо превратило свеклу. Она больше не осмеливалась бороться с ним.

Лун Хэн сказал: «Не нужно вставать. Как твое тело?»

«Я в порядке.» Её изуродовали, но взгляд в его глазах не изменился. Хотя и редко, он все равно смотрел прямо на нее!

Лун Хэн сделал паузу и сказал: «Не волнуйся. Я попрошу кого-нибудь обработать твои раны.»

«Ваше Высочество, вы теперь презираете эту наложницу из-за разрушенного лица?» Фактически, говорить, что ее лицо было разрушено, это немного чрезмерно. Та женщина только поцарапала ее лицо длинными ногтями и оставила длинный след. Рана была не такой глубокой, чтобы увидеть кость. Если применить надлежащее лечение, она вряд ли будет настолько уродливой, чтобы Бай Сянсю не могла показать свое лицо публике. Тем не менее, определенно останется шрам. Любой мужчина, который любит красавиц, был бы против, если бы увидел у женщины шрам на лице.

Лун Хэн никогда не заботился о внешности других. Другими словами, у него никогда не было хорошего мнения о красивых женщинах из-за опыта на поле битвы. Следовательно, для него не имело значения, было ли ее лицо покрыто шрамами. Он расстраивался, глядя на этот шрам только потому, что чувствовал, что ему очень неловко, как мужчине, у которого украли его женщину прямо из под носа.

«Бред какой то. Позаботься о своих травмах.» Он на самом деле не был джентльменом вообще! Если бы он сейчас проявил к ней хоть немного нежности, она бы с радостью бросилась ему в руки! Тем не менее, она почувствовала, как дрожь пробежала по ее спине, когда ее разум вызвал образ нежного Лун Хэна. Глубоко внутри сердца, она чувствовала, что его поведение сейчас очень кстате.

Несмотря на то, что Лун Хэн не спрашивал ее о тех вещах, что произошли после того, как она пропала без вести, она все еще хотела усложнить жизнь Дуань Юньиню и Яйе.

Бай Сянсю уже пришла к выводу, что Яйя перерожденная женщина. Вот почему она могла говорить с таким высокомерием и гордостью. Возрождение всегда создавало чип на плече, потому что такие люди знали сюжет. Вот почему у них было надменное отношение к тем, кого они видели насквозь. Но Бай Сянсю не понимала, что такого она знает, что могло бы оправдать ее высокомерие. Она читала роман, и автор даже ответил на её комментарий, но Бай Сянсю все равно не осмеливалась совершать большие шаги. Разве Яйя не боялась сгореть?

Кроме того, мастер этой женщины — извращенец, ему это было бы приятно. Если говорить откровенно, он повернут на контроле. Если кто-то освободится от его контроля, он будет преследовать этого человека, пока снова не наденет ошейник. Из-за этого, он изначально хотел контролировать главную героиню. Его яд не повлиял на нее, так как главный герой неожиданно оказался бенефициаром. Что касается её самой, она была в еще большей опасности. Следовательно, она хотела, чтобы главный герой поведал, насколько велика опасность, прежде чем сделает шаг. По крайней мере, этот вопрос смог связать их.

«И кстати, сэр Дуань спас меня. Надеюсь, он не в опасности!» Она рассказала обо всем, что произошло, и, естественно, хотела подчеркнуть, как Дуань Юньинь «случайно наткнулся на нее» по дороге. Она вела себя как маленький белый цветок и коварно связала: «Ой, я правда смогу показать направление, когда увижу дорогу. Жаль, что сэру Дуаню пришлось защищать меня, ведь он такой сердечный и честный человек. Из-за меня он столкнулся с опасностью. Ваше Высочество, вы должны спасти его!»

Лун Хэн не мог не посчитать это подозрительным, внимательно выслушав сказанное. Он на мгновение подумал и отметил, что мало кто смог бы узнать Бай Сянсю, если она выглядела так, как вернулась сегодня. Поскольку Дуань Юньинь узнал ее, естественно, он хотел защитить ее, но процесс был немного странным. Хотя Лун Хэн на самом деле только что получил письмо о Бай Сянсю от Дуань Юньиня, в нем не упоминалось, где её искать. Кроме того, письмо пришло немного поздно, так как оно только что прибыло.

«Я знаю, что делать.» Ему не понравилось слушать, что она беспокоится за другого мужчину, и уже молча решил, что будет гнать этого Дуань Юньиня далеко, далеко, вне зависимости от обстоятельств.

Но Бай Сянсю почувствовала, что не оказала достаточного давления на этот вопрос и удвоила свои усилия. Поэтому она слегка коснулась своего лица. «Больно…»

«Опиши женщину, которая поцарапала тебя?» — спросил Лун Хэн холодным голосом.

Он действительно заботился о ней! Он наконец задал этот вопрос! «Эта женщина немного пугающая. Она… кажется, сумасшедшая! Более того, она ненавидит эту наложницу с удвоенной силой. Будто я что-то украла у нее. На самом деле, похоже, она знает вас, Ваше Высочество. И она даже знает боевые искусства!»

Лун Хэн кивнул, когда задался вопросом, кто подходит к этому описанию. Бай Сянсю попыталась напомнить ему. «У нее красивая фигура и очень ароматный запах. Но в ней было что-то странное. Ее глаза, казалось, сияли бледным оттенком синего…»

В ее глазах блестел оттенок синего? Лун Хэн не был идиотом. Когда этот момент привлек его внимание, как он мог не понять личность этого человека!

Лун Хэн не любил выносить вещи извне в тыл. Это была его многолетняя привычка, и он не хотел беспокоить девушку сразу после возвращения. Она лежала поникшая, а ее лицо лилось цветом. Он действительно не знал, как утешить ее.И почему она так хорошо пахнет после того, как пропала на такой короткий промежуток времени? Более того, аромат отличался от ее обычного аромата. Он не мог понять в чем дело, но это было довольно мучительно. Он хотел сблизиться с ней, даже в присутствии других людей.Бай Сянсю чувствовала, как он быстро приближается к опасной дистанции. Учитывая, что она и так лежит в постели, ей некуда было бежать, но ее выражение стало немного неловким. Она и так в затруднительном состоянии, почему он приближается?Ах, точно! Три дня опьянения! Должна ли она упоминать об этом? Но, судя по его выражению, он захочет вылечить ее от яда, как только она скажет ему! Он точно сделает это самым прямым способом, но сможет ли он действительно съесть ее, когда будет в этом состоянии? «Ваше Высочество, мое лицо…»

Это состояние уже становилось пугающим.

Лун Хэн нахмурился, внутренне обвиняя ее в нарушении атмосферы. Но какая женщина не заботилась бы о своем лице? Значит, он неправильно понял ее слова как одной женщин, которая глубоко заботится о своей внешности. «Это ведь просто лицо, почему тебя это так волнует? Я найду кого-нибудь, чтобы осмотрели тебя.»Он остался в раздраженном настроении, но стоя на ветру с открытым воротником, наконец успокоился. Однако, прежде чем у него появилась возможность сделать что-либо еще, он получил сообщение о том, что Дуань Юньинь вернулся и сейчас получает лечение от тяжелых травм. Поскольку кто-то заранее рассказал ему о Дуань Юньине, Лун Хэн нахмурился. Этот человек не простой персонаж, и, вероятно, им следовало провести тщательное расследование. Что касается женщины с ним…Как раз когда Лун Хэн размышлял об этой женщине, она предстала перед ним, опустившись на колени со слышимым грохотом. «Ваше Высочество, пожалуйста, спасите моего кузена! Он… он тяжело ранен. Ему будет трудно выжить.»«Подними голову, нужно поговорить.» Голос Лун Хэна был холодным, но в нем не было намерений убить. Те, кто занимался боевыми искусствами, часто очень заботились о намерениях, которые они ощущали в чьем-то тоне. Таким образом, уверенность Яйи взлелела и она резко подняла голову. Тем не менее, холодная рука схватила ее подбородок, почти поднять. Ему моргали немного голубые глаза, полные водянистого тумана, которые вызывали у других жалость.Лун Хэн холодно засмеялся, прежде чем бросить ее на землю. «Этот Принц не врач.»

«Но Ваше Высочество…»

«Ты свободна.»

Яйя не хотела этого принимать. По ее мнению, в этом мире не было никого, кто бы не обманывал. Даже если главный герой был строго лояльным к Лин Цяньцзы в прошлой жизни, ходили слухи, что он спит с какой-то другой женщиной. Раз это так, то почему он не может принять ее? Если бы он это сделал, она могла бы оставить этого человека и никогда больше не видеть его.Или она могла бы использовать главного героя, чтобы убить этого человека, извращенного мастера из ее прошлой жизни. Она ненавидела своего хозяина с того момента, как умерла в прошлом. Тем не менее, она все равно перешла на его сторону в этой жизни после возрождения, для мести. И поэтому она выбрала Лун Хэна. Только этот человек мог взломать все препятствия. Если бы он встретил бога, он смог бы убить бога. Если бы он встретил демона, он смог бы убить демона. Он действительно редкий гегемон.Ее хозяин в конце концов проиграл Принцу, а точнее сказать, он никогда не выигрывал. Вот почему она так высоко ценила Принца. С точки зрения эмоций, она лишь немного завидовала Лин Цяньцзы, так как каждая женщина хотела бы такого мужчину. Но она не подумала, что другая женщина, кроме нее, сможет привлечь его внимание. Это было неправильно! Почему в этой жизни и в прошлой, он ни разу не соизволил ее заметить!Поскольку он любил слабую женщину, тогда она будет слабой. Она заплакала, когда «случайно» упала на землю, подвернув лодыжку. «Айя… больно! Ваше Высочество, больно… ах!»Лун Хэн только почувствовал, как углы его губ начинают неудержимо дергаться. Она действительно прекрасна, но только когда радостная и полна жизни. Эта страстная женщина теперь лежала на земле, мягко рыдая. Независимо от того, как смотреть на эту сцену, было что-то определенно странное. Казалось, будто как в уборной повесили изысканную живопись, что ее мгновенно обесценивало. Он больше не желал смотреть на нее и хотел уйти, но эта красавица все еще лежала на земле, завывая от боли. «Ваше Высочество, Ваше Высочество, больно!»«Слуги, оттащите ее.» Он ничего с ней не сделал, так почему она притворяется перед ним? Его женщина лежит в кровати, а он спешил приказать привезти из столицы императорского доктора. Почему он должен тратить на нее свое время? Хотя сейчас он ничего с ней не сделал, она рано или поздно получит свой десерт.Слуга бросился вперед, и она подняла слабую руку, чтобы позволить ему помочь ей. Опираясь на него, она уходила и все время жаловалась. Он даже не потрудился взглянуть на нее, когда отправился на поиски имперского врача. Тот мужчина из Цзянху требовал постоянного наблюдения, но важнее — его женщина. Он чувствовал, что отправить ее подальше будет правильно. Разве они не заботились друг о друге? Было бы неправильно не помочь им.Именно так он впервые оказался наедине со своей невестой. Ее лицо выглядело очень бледным, и она явно занервничала, увидев его. Но это было вероятно потому, что он знал о ее грязных делах.«Тебе здесь не место,» — сказал Лун Хэн, разговаривая будто она не имеет для него никакого значения.«Я… Мне очень жаль, он заставил меня. Когда я была больна, я… я…» Лин Цяньцзы изо всех сил старалась изогнуть криво сидящую позицию на стуле. «Если вы считаете это неуместным, попросите императора расторгнуть нашу помолвку!»«Ха-ха… расторгнуть помолвку? Мисс Лин любит шутить. Но если вы не возражаете, я, конечно же, учту это.»Его холодный тон заставил Лин Цяньцзы содрогнуться, поскольку она, казалось, что-то поняла. Ему понадобится причина, чтобы разъяснить императору и вдовствующей императрице причину расторжения. В противном случае это было бы нарушением имперского порядка. Настоящая причина уничтожила бы ее, если бы все узнали о ней, как о женщине, которая потеряла целомудренность.«Нет….. нет! Ваше Высочество, это все моя вина. Я могу умереть, но я не могу допустить, чтобы семью Лин осуждали вместе со мной. Пожалуйста, не рассказывайте об этом другим, или я убью себя прямо перед вами!» Лин Цяньцзы была в равной степени упрямой. Она могла разбиться прямо об стену, если он не согласится. Тем не менее, холодная реакция Принца послала озноб по ее спине, заставив ее замолчать.«О? Самоубийство? Это будет трудно объяснить! Но это не проблема. Я просто скажу министру Лину, что его дочь покончила жизнь самоубийством в сочетании гнева и грусти после того, как ее изнасиловали. Чтобы отомстить за вас, я лично убью этого вора и принесу его голову к вашей могиле. Как вы думаете, мисс Лин?»Лин Цяньцзы впервые увидела улыбку Лун Хэна, но эта улыбка проникла глубоко в ее сердце. Настолько, что она полностью забыла все, что хотела сказать.

Почему, почему он так обращался с ней? Что она сделала, чтобы заслужить это? «Хорошо, я… вернусь.»Лин Цяньцзы наклонилась к стулу, подтолкнув свои ноги и постаралась не упасть. Тем не менее, ее мысли бегали по строкам, я не позволю этой скотине добиться успеха! Я убегу, как только будет возможность!Лун Хэн, взмахом руки, приказал своим людям отвести ее. Она хотела сбежать во время очередной остановки, но Лун Хэн уже сообщил своим подчиненным, что им нужно оставаться рядом с ней, независимо от того, куда она направляется. Так благородная мисс Лин оказалась защищенной днем и ночью мужчинами, одетыми в черное. Кто-то даже стоял снаружи, когда она ходила в уборную. Для нее это было сродни самому глубокому унижению, но она ничего не могла с этим поделать. В такие моменты она вспоминала, как Ло Юньчжэн уважал ее, и хотела, чтобы он избил этих людей и спас ее от этого унижения.Она не знала, что Ло Юньчжэн тайно следовал за ними. Однако он и так был тяжело ранен, и последние несколько дней это отразилось на его энергии. Не подходящее время для принятия мер, не говоря уже о том, что охранники вокруг нее — это скрытые охранники Лун Хэна, нелегко было бы справиться с такими персонажами. Он мог только ждать, пока она вернется в усадьбу Лин. Будет проще скрыться с девушкой из дома гражданского чиновника!

Итак, он последовал за Лин Цяньцзы обратно в столицу.

С другой стороны, Лун Хэн был довольно противоречивым. Его женщина наконец через день смогла встать с постели, но у него начались проблемы с мыслями, когда он стоял рядом с ней. Раньше он никогда этого не чувствовал! Но он не мог ее винить. Посмотрите на глубины, в которые она пошла, чтобы спасти свое целомудрие! Его сердце смягчалось всякий раз, когда он думал о ее действиях. Это еще одно чувство, которого у него никогда не было.«Как мадам Сюй?» Сун Цзяоюэ, наконец, ничего не мог с собой поделать. Он думал, что эти двое давно были мужем и женой. По крайней мере, его друг хорошо к ней относился. Из его действий по обмену жены было очевидно, что она занимала особое место в его сердце. Но почему они ещё не были вместе?«Она в порядке.» Лун Хэн не любил говорить о семейных делах публично, поэтому ответил довольно уклончиво.Сун Цзяоюэ нахмурился. Она так много страдала, но все же смогла безопасно вернуться. Почему он так безразличен к этому? Но на самом деле все совсем не так, Лун Хэн просто не умел выражать свои чувства. Сун Цзяоюэ знал о его характере, но почему-то сегодня это упустил. «Если ты не можешь найти человека, который причинил ей вред, я могу сделать это за тебя.»Сун Цзяоюэ просто не мог вынести мысли, что кто-то причинил ей боль.«Не нужно. Они вечером уже себя показали. Информация, которую она принесла с собой, была очень полезна.»«Ты…!» Лицо Сун Цзяоюэ лишилось цвета. «Ты специально использовал ее, чтобы привлечь их внимание, зная, насколько это опасно?» Именно поэтому ты привез ее сюда? Чтобы доказать, насколько ты ее любишь, чтобы эти люди приняли меры, что привело к ее обезображиванию? И ее почти запятнали другие мужчины!Лун Хэн нахмурился. Он не думал об этом, поскольку Дуань Юньинь всегда казался безвредным. Кто знал, что на этот раз он поступит совершенно по-другому? Или, скорее, без катализатора Бай Сянсю, они, вероятно, скрывались бы еще некоторое время.

«У нее большая заслуга в этом вопросе.»

В конце концов, если бы не она, они бы не смогли заманить скрытого врага, даже если это не было его изначальным намерением.Однако не это было в ушах Сун Цзяоюэ, и он также понял, почему она все еще девственница. Как он мог не знать об отвращении своего друга к женщинам? Он думал, что его другу понадобится время, чтобы привыкнуть к нормальной жизни, прежде чем он сможет отложить свою враждебность по отношению к женщинам. Но кто знал, что он так быстро примет Бай Сянсю? Сун Цзяоюэ изначально думал, что это потому, что Бай Сянсю слишком совершенна.Но теперь оказалось, что он действительно переусердствовал. Этот человек ничего не чувствовал к ней, особенно в том, что она красавица. Он ненавидел красавиц, и Сун Цзяоюэ хорошо это знал. Если бы он подумал об этом раньше, он бы понял, почему у Бай Сянсю появились к нему чувства. Это потому, что Лун Хэн чувствовал к ней что-то только на поверхности. Кто знает, как холоден и далек он был наедине?Поэтому она не любила его, и поэтому они все еще ничего не сделали. Лун Хэн использовал свое доверие и нежность, чтобы выполнить много вещей, таких как угождение Старой мадам и заманивание врагов во тьму.«Хах! Я никогда не думал, что ты так хорош в актерской игре.» Сун Цзяоюэ неторопливо рассмеялся, но зажим на его веере незаметно сжался. Если бы он знал, что Лун Хэн нуждается в щите после возвращения и что она, казалось, была для него главной мишенью, он бы принял ее и увез прочь из поместья Ли. Но теперь ей больно, а он отверг ее. Он должен признать, что с тех пор, как отверг эту девушку, она с чрезвычайно высоким чувством собственного достоинства ни разу к нему не подошла. Возможно, для него больше нет места в ее сердце! Или, может, она смирилась с тем, что Принц Ли ее использует.Бай Сянсю подошла, когда Лун Хэн обдумывал слова Сун Цзяоюэ. Хотя она была в безопасности на кровати, она все еще чувствовала, что здесь происходит слишком много вещей, и Лун Хэн еще кое-что ей не объяснил. Например, где врач, который ее похитил? Почему он отправил главную героиню; это было для нее? Чем больше она думала, тем больше вопросов у нее возникало. Если так, они могли бы сначала вернуться в поместье!Тем не менее, она забыла, что сегодня третий день, когда ее накормили ядом. Яд имел трехдневный цикл, достигая наивысшей эффективности на третий день. Затем эффекты слегка рассеиваются, и на следующий третий день снова начинался пик.Таким образом, двое мужчин внутри почувствовали, как их желудки затянулись, как только она ступила в комнату. Их охватил жар, особенно Сун Цзяоюэ, так как раньше он уже проходил через что-то подобное. Его рот стал сухим, а язык был слишком толстым для своей обители. Он поспешно выпил чашку чая, чтобы скрыть дискомфорт, но чем больше пил, тем больше его мучила жажда. На ее лице даже есть шрам! Хотя это не повлияло на ее внешний вид, это совсем не придавало ей привлекательности.Но независимо от того, как он пытался отвлечься, он не мог успокоить свое сердце. Он действительно очень хотел ее.Пот уже пробился на лоб Лун Хэна. Некоторые вещи невозможно терпеть. Ему хотелось подождать, пока она полностью оправится, но чувствовал что вот-вот утонет во взорвавшемся желании. «Почему ты здесь?»Он вдруг захотел спрятать ее, чтобы никто ее не видел. Несмотря на все его недостатки, умение Лун Хэна в боевых искусствах было неоспоримым, и его интуиция была равна дикому животному.«Ваше Высочество, я хотела спросить, когда мы вернемся в поместье? Эта наложница может сделать приготовления как можно скорее.» Она застенчиво опустила голову.Однако эти два человека с совершенно разными личностями заметили ее белоснежный затылок и мягкий, сладкий голос. Следующей мыслью было, она что испугалась?Лун Хэн быстро опустошил свою чашку. «Готовься, мы отправимся сегодня днем.»Это место довольно странное. Вероятно, им лучше уйти как можно скорее. Он сможет заполучить ее, как только они вернутся в усадьбу.«Нет, подожди, мы уедем завтра.» Неважно, он не может ждать даже секунды!

Бай Сянсю не думала, что в конце концов он передумает, но его кивание головой было доказательством того, что он не шутит. Если возвращение завтра, ей все равно придется делать одни и те же приготовления. Поэтому поклонившись Лун Хэну и Сун Цзяоюэ, она ушла. Выйдя на улицу, она подумала — что случилось с этими двумя мужчинами внутри? У них обоих были кровожадные глаза, как будто они два волка.Даже охранники, мимо которых она проходила, повернулись, чтобы посмотреть ей вслед, а их выражения были похожи на Лун Хэна и Сун Цзяоюэ. И тогда она наконец поняла. Вот черт. Это все благодаря Трем дням опьянения! Похоже, выходить сегодня за пределы ее комнаты было плохой идеей. Ей больше нельзя сталкиваться с мужчинами.Решив это, она направилась в свою комнату. К сожалению, она наткнулась не на мужчину, а на женщину. Что еще более важно, эта женщина — Яйя, та, кто вела себя немного дерзко просто потому, что возродилась.Не было ничего плохого в возрождении. Бай Сянсю на самом деле довольно любила читать о персонажах, которые возродились в своем младшем «я», и продолжали давить своих врагов ногами, на новом пути света. Но почему эта девушка нанесла вред кому-то, кто не имеет к ней никакого отношения, и пошла на то, чтобы обезобразить незнакомку? Хотя Бай Сянсю поправится, ей понадобится на это не менее полугода!К счастью, Яйя не носила с собой нож. Если бы она порезала Бай Сянсю, знаете сколько лет бы понадобилось, чтобы оправиться? К тому времени она постареет и сморщится. Подождите секунду, я не могу полагаться на соблазнение главного героя, чтобы обеспечить себе собственную безопасность. Так что, если я стану старой и сморщеной!Ну, сейчас не время думать о таких вещах, Яйя направлялась к ней, и при этом казалась весьма удивленной. «Ах, мадам Сюй, что случилось с вашим лицом?»Если бы Бай Сянсю не догадалась, что за всем этим стоит Яйя, она, возможно, была бы немного тронута такой заботой. Но ее сердце до краев переполнялось проклятиями, о которых она думала, но не могла произнести в слух. Тем не менее, Бай Сянсю сделала очень чистое и невинное выражение, глядя на Яйю. Они обе женские персонажи, но посмотрите, какая Яйя толстокожая! Неужели она действительно думала, что никто не догадывался о том, что она сделала?Сюда подходила пословица: В тот момент, когда ты чувствуешь, что самый умный, нужно обратить внимание, что в мире есть много людей гораздо умнее! Поэтому Бай Сянсю коснулась своего лица и, сделав вид, что она подавлена, убежала, закрывая рану.Разве Яйя не видела, как она пострадала? Женщины больше всего заботились о своих лицах, особенно красавицы. Поэтому, нежное сердце Бай Сянсю не смогло выдержать этого. Вот почему она в слезах убежала.Что касается слез, это было естественно, потому что ей не нравилось разговаривать с этой возрожденной женщиной. Слишком утомительно даже размышлять над этой мыслью. Лучше избегать таких людей. Если нет, ей пришлось бы объявить войну! Требовать подчинения от кого-то вроде Яйи, может привести к трудностям для Бай Сянсю. Или, есть другой путь, она ведь все время попадает в неприятности, так почему бы не сопротивляться некоторым из них? В любом случае, это помогло бы избавиться от некоторых ее неприятных чувств.Однако Яйя не хотела ее отпускать. Она протянула руку, остановив Бай Сянсю. Яйя почувствовала, что ситуация довольно странная. Одно дело, что ее хозяин не коснулся Бай Сянсю из-за брезгливости, но почему у Ло Юньчжэн ничего с ней не сделал? Он мужчина или нет?Но откуда Яйя могла знать, что Ло Юньчжэн только взглянул на Бай Сянсю перед отъездом? Он даже не дышал рядом с ней! Не смотря на то, что Бай Сянсю была заманчивой и дразнила ложными надеждами, но в ее прошлом потрепанном состоянии, какой мужчина почувствовал бы к ней влечение? Вместо этого он скорее умер бы.«Мадам Сюй, я знаю, что вы пострадали. Пожалуйста, не стесняйтесь рассказывать мне что-нибудь, я отомщу за вас.»Яйя холодно рассмеялась в своем сердце. Она не знает, кто причинил ей вред. Честно говоря, если бы у меня было время, я бы добавила еще одну царапину на другую сторону ее лица. Яйя испытывала довольно сильную ревность к нежной коже Бай Сянсю.Бай Сянсю не могла раскрыть то, что она все знает, ведь в таком случае, провалятся планы главного героя. Поэтому она решила всхлипывать, как будто оказалась в большой беде: «Моя… моя жизнь разрушена!» Да, точно.«Как это может быть! Вы скоро поправитесь.» Яйя хладнокровно фыркнула. Женщины заднего двора больше всего заботились о своих лицах. Принц, вероятно, никогда больше не обратит на нее внимания, так как ее лицо обезображено.Бай Сянсю, естественно, заметила, что целью этого женского второстепенного персонажа был Принц Ли. Однако в романе совершенно ясно описывалось, что Лун Хэн больше всего ненавидел красивых женщин, которые знали, как соблазнять мужчин. Он никогда, ни разу не показывал ей доброго лица, особенно после того, как узнал о ее личности. Конечно, она была намного лучше, чем ее извращенный мастер. Тем не менее, Лун Хэн, с помощью одного из своих подчиненных, который притворился, что его увлекла Яйя, проверил ее, и в конце концов они оказались в постели.Хотя Бай Сянсю не знала дальнейшую судьбу Яйи, в конце концов, у нее было ощущение, что она сложилась довольно плохо. Опять же, у кого из второстепенных женских персонажей в романе был счастливый конец? Все они оказались на обочине одна за другой благодаря супруге Принца. Никто из них не избавился от роли пушечного мяса.Бай Сянсю являлась одной из сильных женских персонажей в романе, так как она продумала множество гениальных схем. Она не была одним из безмозглых персонажей, но все же в конечном итоге оказалась пушечным кормом. Отношение Яйи, хотя она и правда служила извращенному хозяину, стало результатом поведения мужчин. Определенная часть мужчин находила ее смешанные черты лица интригующими, и были готовыми к тому, чтобы она немного ими попользуется. Вот почему в романе она описывалась, как высокомерная и надменная красавица. Именно поэтому извращенный мастер продолжал тренировать ее. Только из ее текущих действий Бай Сянсю почувствовала, что с точки зрения боевой силы, Яйя не подходит для роли Мадам из заднего двора.«Спасибо мисс, за ваши добрые слова, но Принц… я боюсь… Принц…» Бай Сянсю вскрикнула и сумела убежать, не закончив слова.На этот раз Яйя не задержала ее; она услышала то, что хотела. Лун Хэн, вероятно, потерял интерес к великой красоте четвертой мадам. Тогда, стоит ли ей использовать этот шанс, чтобы сделать свой ход? Она немедленно побежала, чтобы сообщить о сегодняшних выводах Дуань Юньиню. Ей хотелось, чтобы извращенный мастер одобрил ее повторную попытку соблазнить Лун Хэна.Бай Сянсю перестала плакать, когда вернулась в свою комнату. Сяо Ши хотела успокоить свою хозяйку, но теперь была в недоумении, что делать. Слезы ее хозяйки высохли почти мгновенно! Она собиралась с мыслями, чтобы успокоить ее на обратном пути, но теперь проглотила эти слова?«Мадам Сюй… Принц…» Не похоже, чтобы она ему больше не нравилась!«Это потому, что Принца не волнует моя рана, вот я и счастлива. Это слезы радости!» Бай Сянсю молилась, чтобы Яйя снова попыталась соблазнить Лун Хэна. Она использует свою собственную голову в качестве футбольного мяча, если только Лун Хэн не растопчет Яйю целиком.

Слезы радости?

Сяо Ши не знала, что сказать. Вполне вероятно, что все вокруг нее думали, что Бай Сянсю плакала, потому что Принц презирал ее теперь, когда ее лицо обезобразили. Только близкие знали, что отношение Принца совсем не изменилось. На самом деле он, похоже, еще больше заботился о своей наложнице.Только Бай Сянсю не обратила внимания, что благодаря инциденту с мужчинами ее репутация быстро распространилась по всему региону. Слух был не о ее красоте, а о том, насколько она завораживала. Все говорили о том, что наложница Лун Хэна совершенно дразнящая. Любой мужчина, который приблизился к ней, настолько увлекался, что не мог пройти мимо. Даже самые устойчивые божественные существа потеряли бы самообладание, если бы учуяли, какой аромат излучает ее тело.

Бай Сянсю не догадывалась об этом. Если бы она знала, она бы прокляла Дуань Юньиня и подключила бы к этому по меньшей мере восемь поколений своих предков.Она сидела в своей комнате, попивая чай, потому что чувствовала себя горячей, безликой и очень пустой. Независимо от того, физически или эмоционально, она чувствовала невероятную пустоту и отчаянно нуждалась в том, чтобы кто-то пришел и утешил ее. Нехорошо, последствия «Трех дней опьянения» снова появляются.Чем тише она была, тем беспокойнее она становилась. Бай Сянсю не смогла придумать никаких других способов, и попросила Сяо Ши принести холодную воду, чтобы она посидела в ванной. Несмотря на то, что эффект «Трех дней опьянения» был сильным, он не вызывал чрезмерной реакции в ее теле, потому что имел цель не показывать себя заранее. Хотя это не заставит женщину наброситься на первого мужчину, которого она увидит, чувство все равно не из лучших. Тем более, что сегодня третий день. Она чувствовала, что, если бы рядом с ней стоял мужчина, она не смогла бы противостоять соблазну наброситься на него. И поэтому ей срочно нужно было принять ванну с холодной водой.И Сяо Ши, и Сяо Хуан не совсем ее понимали. Погода и так холодная, так зачем принимать ванну с холодной водой? Но, увидев, что лицо их хозяйки красное, как свекла, они предположили, что её лихорадит и не позволили ей принять такую ванну. Они только положили полотенце, пропитанное холодной водой ей на лоб, а затем хотели отправиться на поиски врача.Однако врачи в древнем Китае тоже мужчины. Поэтому, Бай Сянсю не дала им никого позвать, сказав, что через некоторое время все будет в порядке.Она лежала на кровати, пока день почти не закончился. Она приказала Сяо Ши и Сяо Хуань подготовиться к возвращению в столицу. Каждый дополнительный человек в комнате означал добавление беспокойной ауры. Она очень хотела, чтобы ее окружение было пустым, чтобы она могла быть опустошенной женщиной в пустом мире.Однако мир и безмятежность заставили ее почувствовать одиночество уже через некоторое время. Она хотела, чтобы кто-то пришел и составил ей компанию. Кто-то, кого она могла обнять. Это чувство было абсолютно ужасным. Она слишком беспокоилась, чтобы оставаться на кровати дальше, поэтому поднялась с желанием пройтись по улице. Но выйдя из комнаты, она столкнулась с второстепенным мужским персонажем, Сун Цзяоюэ.Зачем он пришел сюда? Кроме того, почему он уже у входа? Она на мгновение замерла в шоке, как и другая сторона. Он сам не знал, что с ним случилось. Он постоянно думал о ней с тех пор, как она ушла. И несмотря ни на что, не мог удалить ее фигуру из своих мыслей.Тогда он захотел уйти. Однако, уходя, он неожиданно услышал, как некоторые мужчины обсуждали, насколько она была заманчива, когда бежала в комнату вся в слезах. Это зрелище разбило их сердца.Сердце Сун Цзяоюэ тоже разбилось, когда он это услышал. И вот, он на самом деле ничего не думал и просто спешил к ней. Иногда малоимущие жаловались на тех, кто не ценит то, что у них есть. Это, казалось, совершенно соответствует его теперешним чувствам.Он был чрезвычайно откровенным человеком с самого начала, и не мог не проявить немного импульсивности, когда дело касалось отношений. Более того, он впервые влюбился в женщину. В менталитете он не намного лучше, чем Лун Хэн. Но он пожалел о своем решении, когда стоял у входа. Как он мог просто случайно зайти внутрь? Разве это не вызовет у нее проблемы? И уже собираясь уходить, он увидел, как кто-то выходит изнутри.Прежде, чем она даже приблизилась к нему, в его нос ворвался запах «Трех дней опьянения». Сун Цзяоюэ молча сглотнул; ему казалось, что даже просто стоять здесь уже крайне неловко.Несмотря на то, что мужчинам трудно контролировать себя, когда они импульсивны, это первый случай, когда ему было настолько трудно себя контролировать.В тот момент, когда Бай Сянсю увидела его, первая мысль, что пробежала в ее мыслях, что она не должна приближаться ни к одному мужчине. Но теперь она просто не могла сдержаться. Если с ней появится рядом другой мужчина, разве это не будет считаться, что она поставила Принцу рога?«Вы в порядке?» Причина, по которой он пришел к ней — проверить или с ней все хорошо. Затем он должен был повернуться и уйти, не оставаясь ни минуты.«Я… я в порядке.» Бай Сянсю немного испугалась и хотела уйти. Она действительно не понимала, почему не смогла просто подышать свежим воздухом. Теперь она в плачевном состоянии. Если эффекты «Трех дней опьянения» окажутся слишком сильными, разве у нее не будет трагического падения?Точно так как она думала, последствия яда были действительно слишком сильными, и Сун Цзяоюэ внезапно схватил ее за рукав. Что ей теперь делать? Вокруг было много людей, которые смотрели на них двоих. Она испугалась до такой степени, что не решалась двигаться. Ее разум быстро пробежал по многим вещам, но она все равно не знала, что делать.Сун Цзяоюэ было не намного лучше, чем ей. Он подсознательно хотел, чтобы она осталась. Теперь, когда он держал кусочек этой мягкой ткани, ее аромат тоже пронесся над ним. В тот момент казалось, что его сердце перестало биться. Он действительно чувствовал, что эта ситуация не плохая, но было бы намного лучше, если бы он мог с ней убежать.Однако фигура перед ним внезапно упала. Встав на землю одним коленом, Бай Сянсю обернулась, прикрыв грудь рукой, и осторожно произнесла: «Спасибо, сэр Сун. Я вдруг почувствовала головокружение.»«Не за что.» Ее реакция была очень быстрой. Но разве она не ранена? «Вы же не ранены?» Сун Цзяоюэ захотел поднять ее, но в этот момент так случилось, что появился Лун Хэн, из-за чего он поспешно остановился. Cун Цзяоюэ с давних пор был его близким другом, но он никогда не ненавидел этого лучшего друга так же сильно, как сейчас. Это было правильно, он ненавидел Сун Цзяоюэ просто потому, что он тянул Бай Сянсю за руку.Телом и душой, эта женщина принадлежала ему. И он не позволит другим прикасаться к ней. Он никогда не чувствовал такого раньше. С силой Лун Хэна, как можно было завидовать другому мужчине из-за милости женщины? Если бы он захотел женщину, они бы выстроились к нему в очередь. Этот внезапный всплеск ревности заставил его почувствовать себя чрезвычайно раздраженным. Он быстро подошел и, не задумываясь, довольно грубо забрал Бай Сянсю в свои объятия.Бай Сянсю помрачнела. Его можно было бы простить, если бы он просто потянул ее, но чувство вдавливания в объятия совершенно ужасное. Грудные мышцы Лун Хэна жесткие, как сталь.Врезавшись в его грудь, она глупо ударилась, и ее лоб, похоже, пострадал от тяжелой травмы.Что еще более важно, она сейчас чрезвычайно опустошена как в теле, так и в уме. Вся ее тело сразу же обмякло, когда ее крепко обнимал такой палящий жар. Не говоря уже о том, что другая рука Лун Хэна все еще поддерживала ее, поэтому Бай Сянсю не смогла противостоять стону.

Ей было больно, но у двух мужчин появились разные реакции.

Гнев Лун Хэна внезапно рассеялся, в то время как Сун Цзяоюэ чувствовал, что больше не может продолжать здесь находиться, поскольку это заставит его забыться ещё больше. «Так как здесь нечего делать, я вернусь в столицу. Ты…» Он изначально думал, что Лун Хэн по крайней мере проведет его. Таким образом, никто больше ее не трогал бы.«Тогда, хорошей дороги.» Лун Хэн проводил его словами, прежде чем Сун Цзяоюэ смог даже закончить говорить. Во-первых, даже если он уже не сердился, этот узел ревности все еще было трудно развязать. Во-вторых, красавицу в его объятиях было гораздо труднее отпустить, чем подняться на небеса!У Сун Цзяоюэ больше не осталось трюков в рукаве. Взглянув на женщину, что была зажата на груди Лун Хэна, он продолжил чувствовать, что Лун Хэн лишь показал ему шоу! Поскольку Лун Хэн не лелеял ее, тогда он рано или поздно к ней доберется. Как только они вернутся в столицу, он признается ей. Или, по крайней мере, отправит ей закуски с сердечками. Если она будет не против, он найдет Принцу Ли другую женщину для гарема, чтобы он использовал её как свой щит. Что касается этой женщины, он привезет ее домой, и будет любить и баловать.

Лун Хэн обнял Бай Сянсю. Хотя его сердце качалось, как обезьяна, а ум скакал как лошадь, он подсознательно заметил, как Сун Цзяоюэ на мгновение оглянулся, когда уходил. Сложности, которые прятал в глазах Сун Цзяоюэ, внезапно показались Лун Хэну. Его друг, вероятно, чувствовал к Бай Сянсю не просто благодарность. Хотя он не слишком хорошо разбирался в тонкостях любви, Лун Хэн никогда не был дураком.Он не возражал против их взаимодействий в прошлом, но теперь, поняв, что его друг в неё влюблен, его ум открылся немного больше. Поэтому неудивительно, что ему удалось понять смысл мерцающих эмоций в глазах Сун Цзяоюэ. Почему бы и нет? Он ведь тоже мужчина.Нежелание расставаться, волнение, восхищение и увлечение. Этот короткий момент выявил в глазах Сун Цзяоюэ всевозможные эмоции. И все же эти глаза были привязаны к девушке в его руках. Он не смог скрыть свои чувства, даже когда рядом с ним был его старый друг Лун Хэн.Хорошо, Сун Цзяоюэ. Мужчина не должен жаждать жену своего друга. Ты действительно смеешь тосковать по моей женщине?! Слишком поглотившись своими мыслями, его хватка бессознательно сжалась. Все большее давление выдавило еще один стон женщины рядом с ним. В его ушах он проявился как очень мягкий и кокетливый стон. Из его объятий послышался восхитительный голос: «Мне больно…»Этот сладкий и нежный голос заставил тело Лун Хэна напрячься. Не раздумывая, он поднял ее и вошел внутрь. Его мастерство в боевых искусствах придавало ему такую скорость, что даже неся человека, он оставил Сяо Ши и Сяо Хуан глотать пыль. Когда служанки, наконец, добрались до комнаты, они столкнулись с закрытой дверью. Осторожно попытавшись открыть ее, они поняли, что дверь заперта изнутри. Спустя мгновение сердитый голос зарычал: «Уходите. Накажу, если снова потревожите нас.»Вернув внимание обратно, Лун Хэн осторожно положил женщину на кровать. Хотя ее тело было явно чистым, он не мог успокоиться. Его аура главного героя показывала себя в полном объеме. Он поднял подбородок, прижимая ее к себе. Его голос был низким, когда он сказал: «Ты и Сун Цзяоюэ…»«Хм?» Ум Бай Сянсю был в тумане. В конце концов, она ведь под воздействием «Трех дней опьянения». Она не понимала, насколько сильно жаждет близости с мужчиной, пока он не положил ее так мягко на кровать. Я сдаюсь. Она просто не могла собрать волю, чтобы сопротивляться. В конце концов, главная героиня первая пошла на встречу главному герою, обняв его и признав свою любовь. Даже такая чистая и невинно выглядящая девушка, как главная героиня, превратилась в соблазнительную и манящую женщину.Что касается Бай Сянсю, она была похожа на соблазнительницу, родившуюся в естественных условиях. Ее блестящие глаза и слегка покрасневшие щеки отвлекали все внимание от шрама на ее лице. Откуда она могла знать, как сейчас выглядит? Она была слишком занята, пытаясь противостоять похоти, поднимающейся в ее сердце, потому что знала, что все это связано с ядом.Лун Хэн громко сглотнул, его яблоко Адама подпрыгнуло вверх и вниз. Бай Сянсю слишком заманчива. Чем больше он смотрел на нее, тем больше мысли о его вопросе становились менее и менее важными. Он переместил свое тело, чтобы надавить на нее, и на его лице появился серьезный взгляд: «Я… сегодня не дам тебе снова сбежать.»«Ах? Но я никогда не сбегала от вас.» Бай Сянсю немного рассердилась, пытаясь отчаянно сопротивляться воздействию яда. Только теперь заметив, что Лун Хэн так близко подошел к ней, она подсознательно подняла руку и наткнулась на мужское лицо. Оно было очень теплым на ощупь. Таким теплым, что она чувствовала, что оно может ошпарить ее сердце. Она отбросила желание назвать его «Ваше Высочество». Вместо этого позволив себе сказать его имя. «Лун Хэн…»«Mмн. Это я.» Впервые она взяла на себя инициативу и прикоснулась к нему. Она становилась все смелее. Однако как Лун Хэн мог успокоиться,  и думать, что же вызвало эту новую смелость? Такой кровожадный человек, как он, не мог выдержать никакой стимуляции, даже малейшего ее прикосновения. Более того, соблазн «Трех дней опьянения», добавленный к новой самоуверенности Бай Сянсю, заставлял его сердце дико колотиться.Он безмолвно снял с себя одежду, делая паузу, чтобы взглянуть на лежащую рядом Бай Сянсю. Ее глаза стали стеклянными, и она слегка постанывала лежа на кровати. Казалось, что ее лицо горит, вероятно, потому, что она увидела его тело. Внезапно застеснявшись, она повернула голову в сторону. Однако Лун Хэн хотел, чтобы она смотрела прямо на него, поэтому протянул руку и повернул ее голову так, что она с ним столкнулась.Но Бай Сянсю была под впечатлением от фигуры Лун Хэна. Она не могла смотреть прямо на него, боясь сделать… что-то смелое. Поэтому, когда ее голова мягко повернулась к нему, она начала необычно играть. Она не могла остановить подавляющее желание прикоснуться к нему. Вновь взбесившись, она протянула руку и провела пальцем по его телу.Она также коснулась и «того» места. Лун Хэн привык быть голым из-за своего предыдущего опыта армии. Однако «там» его ещё никто не трогал. Ему в голову сразу же бросилась кровь, заставив его ум исчезнуть. Несмотря на то, что он всегда был нежным, так как боялся причинить ей боль, все защитные чувства, которые он испытывал, теперь были брошены на четыре ветра и он кинулся на нее.«Ваше Высочество. Больно…» Они даже ещё ничего не сделали, а он уже вызвал у нее много мучений, просто раздев ее. Ароматные капли пота мерцали на ее теле, так как одежда уже валялась вокруг. Несмотря на то, что она хотела попросить его быть нежным, вместо этого она использовала оставшийся раздробленный рассудок, чтобы взглянуть на Лун Хэна. Этот мужчина слишком заманчив. Никакая одежда не украсит его, и дикость в его глазах была всего лишь доказательством того, как он её желал.

И теперь….

Она больше не осмеливалась смотреть на него. Она попыталась защитить себя руками, но Лун Хэн проигнорировал это. Одним быстрым движением он поднял вверх ее руки и прижал. То, что должно было произойти, наконец-то произошло.Ее разум унесся к роману, когда она вспомнила, что Лун Хэну очень понравились действия главной героини в первую ночь из-за ее страсти и энтузиазма. Ее действия подтвердили ему, что она действительно влюблена в него.Мужчины. Они всегда надеялись на положительную обратную связь в этой области. В конце концов, это его первый раз. Любая проблема здесь, вероятно, оставит ему какую-то психологическую травму. Бай Сянсю изо всех сил старалась получить прилежность Лун Хэна, и теперь он воспользовался этим вниманием. Более того, ее впечатление о нем резко изменилось к лучшему с тех пор, как он сразу узнал ее после возвращение с видом потрепанной незнакомки. И, наконец, ей на самом деле было немного жаль его. Когда она вспомнила все неудачные попытки съесть ее, она боялась, что он сойдет с ума, если что-то опять пойдет не так.И даже кроме всех тех причин, которыми она себя убеждала, была еще одна. Впервые она почувствовала, что с ней все будет в порядке, если она отдастся. В конце концов, переселение бывает раз в жизни. Она не могла сбежать от его хватки, но прямо сейчас, она этого и не хотела.Иногда другое решение может привести к результату, который отличается от заданного пути.Например, ее решение принять Лун Хэна здесь без каких-либо оговорок было, без сомнения, самым большим поощрением для него. Если бы она оказала какое-либо сопротивление, мужская гордость, возможно, подтолкнула бы его к немного грубым действиям. В конце концов, он, возможно, тоже не был бы счастлив после завершения дела. Бай Сянсю слабая и нежная, но она решила кусать свои губы и терпеть то, что он ей наносит, вместо того, чтобы успокоить его. Он мужчина; а она слабая и хрупкая девушка. Если бы он не практиковал самоконтроль, ей наверняка было бы больно.Более того, Бай Сянсю всегда оставляла ему впечатление, что она хрупкая, как бумага, и поэтому ее очень легко ранить. Чем дольше она с ним, тем больше он чувствовал, что слишком груб с ней. Поэтому, несмотря на то, что он делал все, что нужно, он был таким же грубым, каким должен быть. Его сердце теперь принадлежало ей. Полностью и окончательно. В этот момент он охотно умер бы за нее.Весь процесс был немного трагичным, но ничего не поделаешь. Даже у самого впечатляющего мужчины может быть ужасный первый раз. Но Бай Сянсю не испытывала никакого разочарования. Она медленно зарыла пальцы в спину Лун Хэна и наслаждалась этим очень и очень долгое время…Так, на спине Лун Хэна появились четыре глубокие впадины. Некоторые области даже налились кровью, но он, похоже, вообще этого не заметил и лишь стонал от удовольствия.

Из-за «Трех дней опьянения» тело Бай Сянсю полностью вышло из-под контроля. Даже боли было недостаточно, чтобы смыть цунами желания, которое заставило ее активно пытаться соблазнить главного героя. Разве необходимо так его жаждать?

Одновременно она испытывала отвращение к себе и наполнялась радостью, когда Лун Хэн возвышал ее к седьмому небу. Она отказалась от любой формы защиты и осталась полностью избитой и измученной. Спустя какое-то время, хотя она полностью погрузилась в переживания, было похоже, что она одновременно потеряла сознание. Но она знала, что ее тело танцует вместе с ним. Казалось, у него просто неиссякаемая выносливость, когда он настраивал ритм своего танца. Не было ни единого потраченного впустую движения, когда он снова и снова то поднимал ее к небесам, то возвращал обратно.

У нее было такое головокружение от движений вверх и вниз, что она почти забыла собственное имя. Она лишь помнила, что ближе к концу просила милосердия, но он вообще не обратил на это внимания. Слова обещания щекотали ей ухо, но как она могла его слушать? Все, что она делала, это вздыхала, задыхалась и умолять о пощаде.

На самом деле, когда он тоже подошел к концу, Бай Сянсю почувствовала, что выступление Лун Хэна не такое уж хорошее. Это было слишком коротко, но ее настолько волновала боль, что ей это не пришло в голову. Бай Сянсю поняла это только когда он встал, и она почувствовала, как в ней мерцает раздражение. Она подумала, что ее мучения подошли к концу, но все только начиналось. Как она могла знать, что его мужественность снова вернется к жизни уже через несколько минут? Более того, на этот раз акт продолжался так долго, что она хотела кого-то избить.

По мере того, как средина дня превратилась в поздний вечер, Бай Сянсю пришла к запоздалому осознанию того, что Лун Хэн не просто заслуживает титула «человек семи раз», которым мужчины любили хвастаться, когда рассказывали о своей доблестью в постели. Фактически, каждое последующее возрождение его желания становилось все длиннее и длиннее, до такой степени, что она больше не могла удержать свой разум. В конце концов, она не могла разобрать, реальность это или сон.

Лежа в оцепенении, она смутно услышала, как Лун Хэн попросил кого-то принести ей воды. После этого она не могла сказать, что было дальше. Даже уснув, ей было очень неудобно. Каждая часть ее тела свирепо болела. Единственная хорошая вещь во всей ситуации состояла лишь в том, что Принц Ли наконец позволил ей поспать. При таком раскладе, она была бы счастлива спать еще два или три дня подряд. Но она не знала, что полностью насытившись, Принц чувствовал себя виноватым.

Это первый раз, когда он узнал удовольствие между мужчиной и женщиной. Он никогда не думал, что достигнет таких высот. Это также было особенно заметно из-за его чувств к ней в его сердце. Он размышлял, что если бы он переспал с ней ещё после первой попытки, когда лишь догадывался о любви к ней, это, вероятно, не было столь же приятно, как последние несколько часов.

Однако его поведение было немного… пылким. Он позволил эмоциям взять над ним верх несколько раз, и это привело к появлению следов на ее теле. Когда он помог ей искупаться, он насчитал пять синих пятен на ее теле, а особенно на шее. Несмотря на то, что он нежно применил на них медицину, он все равно чувствовал вину.

Как новичок в тонкостях отношений между мужчиной и женщиной, откуда Лун Хэн мог знать, что это совершенно нормально, когда мужчина и женщина оставляют несколько следов друг в друге в разгар жарких моментов? Вместо этого он пришел к выводу, что действительно был груб с ней. Он ругал себя, что должен быть более осторожным в следующий раз! Но теперь, когда он с любовью смотрел на ее измученную спящую фигуру, он почувствовал, что ее маленькое лицо необычайно красивое. Он поцеловал шрам на ее лице и обнял ее, следя за ней, пока она спала вдали от своих страданий.

На следующее утро слуги виллы Красного клена начали подготовку к возвращению в усадьбу Принца.

Однако, неважно, насколько были заняты слуги, маленький двор Бай Сянсю оставался исключительно тихим. Ни один человек не осмеливался говорить выше низкого разговорного тона. Все поняли, что случилось прошлой ночью. Мастер заполучил четвертую мадам и они оба спали.

Ну, честно говоря, главный герой вставал утром и дал указания часовому у двери: «Всем, стоять. Не смейте вызывать шума.»

В результате никто не осмеливался издавать звуки рядом или в этом дворе. Он напугал всех одним лишь предложением! Лун Хэн совсем не торопился. Он вернулся в постель и продолжал смотреть на спящую Бай Сянсю. Чем больше он смотрел на нее, тем больше он чувствовал желание улыбаться. Угол его губ невольно поднялся вверх, но он даже не знал причину.

У нее более низкий статус, чем у него, и она не очень амбициозная, но он никогда не испытывал такой радости, пока она не пришла в его жизнь. Он просто хотел остаться с ней до конца. Сначала он собирался вернуться в постель и снова обнять ее, но боялся, что разбудит ее. Поэтому, в итоге, остался там, где был.

В этот момент Бай Сянсю снился ужасный кошмар. Ей казалось, что в ней медленно вращается нож, что вызывает огромную боль. Она открыла глаза, потому что больше не могла спать спокойно, и эта боль сильно пробивалась сквозь нее. До того, как ее глаза смогли полностью увидеть, что происходит вокруг, она открыла свои крошечные, вишнево-красные губы, которые после напряженной ночи стали толстыми, опухшими и немного сухими, и сказала: «Больно…»

Лун Хэн почувствовал, как кто-то заколотил в его сердце. Это было как зуд, но немного болезненный. Он осторожно взял ее руку и попытался утешить. «Где болит? Ты хочешь, чтобы я позвал врача?»

Может, он перестарался и серьезно повредил ее? Разве не говорили, что у женщин всегда кровотечение в первый раз? Неужели она не должна была так сильно кровоточить? Несмотря на то что…. В конце концов, кровь уже не течет, верно? Он переместил свой вес, желая поднять одеяло и взглянуть, что под ним. Если она обильно кровоточит, ему действительно нужно вызвать врача.

Когда он поднял одеяло, дыхание холодного наружного воздуха подползло внутрь. Бай Сянсю не вела себя так же смело, как вчера вечером. В конце концов, тогда она была под воздействием яда. Но теперь яд в ее системе неоднократно рассеялся. Во всяком случае, ей было неловко, когда мужчина поднял одеяло, как ему хотелось. Тем более, что на ней ничего не было. Как она могла быть такой беспечной? Тем не менее, ее движение, быстро надавив на одеяло, было слишком интенсивным, из-за чего все ее тело вспыхнуло от боли, особенно бедра.

«Ах!» Она издала леденящий кровь визг. Подождите, он что, сломал ей ночью обе ноги? Как с таким воплем Лун Хэн мог оставаться спокойным? Он совершенно не обратил внимания на то, что она думает о своем одеяле, и поднял его. В этот момент молодая леди, которая только что сделала шаг к тому, чтобы стать женщиной, свернулась в клубок так быстро, как могла. Она надулась и сказала: «Почему вы такой…»

Это первый раз, когда Лун Хэн видел ее поведение маленькой девочки. Он не знал, должен ли он смеяться, когда спросил: «Какой такой?»

Бай Сянсю почувствовала, что он дразнит ее, но не смела вести себя безрассудно, поэтому просто смотрела ему в глаза. Она больше не боялась его после битвы прошлой ночью. На самом деле она показала ему несколько соблазнительных выражений, которые щекотали его сердце. К счастью, он беспокоился о Бай Сянсю и просто боялся, что ее тело не в порядке.

«Не делай резких движений. Дай мне посмотреть, или ты не пострадала.»

«Нет, я не пострадала. Просто ноги очень болят…» Когда она ответила, Лун Хэн протянул руку и осторожно оттолкнул ее в сторону, обнажив пятно цвета красной сливы. Бай Сянсю покраснела, желая куда-нибудь провалиться. Такой смущенный взгляд казался довольно восхитительным в глазах Лун Хэна. Он обнял свернутую в клубок девушку и накрыл ее одеялом. Он слегка коснулся ее грязных волос и сказал: «Не двигайся так резко. Где именно болит?»

На кровати не было никаких следов свежей крови, что доказывало отсутствие других травм. Он тщательно начал осматривать ее тело, не заботясь, смущена она или нет.

«Здесь не болит… Ах, а тут очень больно…» Было бы удивительно, если бы ее ноги не пострадали. Зачем он так мучил эту прекрасную пару ног? Бай Сянсю впилась взглядом в Лун Хэна со слезами на глазах. Её выражение почти заставило его потерять контроль и снова наброситься на нее.

«Болят ноги?» Он лишь нежно потянул ее за ноги и она уже выла от боли. Похоже, ее ноги действительно пострадали. По правде говоря, он знал точную причину. Он не мог контролировать свою силу накануне, а эти ноги были на его пути. Так… он… ну…

Лун Хэн накрыл ее одеялом, когда увидел, насколько ей неловко. «Отдыхай. Я скажу слугам, что мы отправимся завтра.»

«Н-нет… ведь это будет так смущающе, если вы отдадите такой приказ!» Разве это не докажет тем, кто находится за пределами комнаты, насколько напряженная у них была ночь? Слуги будут смеяться! Она не хотела, чтобы ее высмеивали; как стыдно!

Лун Хэн лишь беспомощно согласился с ее желанием. Кто знал, что она начнет вести себя мило после того, как они были близки? Самое главное, что ему действительно понравился этот акт. Он оставил внутри него покалывающее тепло. Слова Бай Сянсю замерли, когда он посмотрел на нее. Похоже, этот волк снова хотел наброситься на нее, поэтому она крепко сжала одеяла.

«Чего ты боишься? Я ведь все это уже видел.» Губы Лун Хэна свернулись вверх, когда он поднялся, чтобы одеться. В настоящий момент он был в отличном настроении и испытывал зуд, чтобы выйти на улицу и тяжело заняться всеми боевыми искусствами, о которых знал. Но в то же время он не хотел уходить от нее.

Когда два человека неоднозначно смотрели друг на друга, Бай Сянсю внезапно почувствовала зов природы. Она прогоняла Лун Хэна, ведь была слишком смущена, чтобы сказать, что ей нужно пойти в туалет.

Лун Хэн ещё был в своих мыслях, но, увидев, что ее взгляд полетел в сторону, куда похоже она хотела пойти, он точно понял в чем дело. Итак, он медленно поднялся на ноги: «Я понесу тебя туда, если будет больно?»

«Нет, абсолютно нет!» Вместо того, чтобы нести меня в туалет… Я бы предпочла… У нее не было времени закончить мысль о том, что она предпочла бы сделать, прежде чем главный герой легко поднял ее обнаженную фигуру и вошел в боковую комнату, поставив ее прямо рядом с туалетом.

Тогда он, вероятно, почувствовал, что ей придется потратить слишком много усилий, чтобы правильно усадить себя, поэтому снова поднял ее и помог сесть на туалет. Бай Сянсю сохраняла свою жесткую позу, сжимая грудь руками.

Хотя в старые времена в туалетах отсутствовали механизмы промывки, они были разработаны очень эргономично. Сидя на нем, было практически то же чувство, как ты сидишь на диване, и на нем совсем не холодно. Мало того, что не было холодно, она даже чувствовала, что покраснела от жары. Вероятно, потому, что сгорала от смущения, поэтому везде, где она сидела, чувствовалось горячее! Лун Хэн понял источник ее волнения и вышел без единого слова.

Когда Бай Сянсю хотела вздохнуть с облегчением, проливая беззвучные слезы, мужская голова появилась снова. «Я приду за тобой через минуту…»

Внезапно он увидел, как маленькая девочка, сжавшая две белых кроличьи лапки, пристально смотрит на него с невероятно яростными глазами. Впервые она показала перед ним сердитое выражение. Он слегка покашлял и быстро убрал голову. За ним раздался рев: «Не возвращайтесь!»

Лун Хэн не обращал на это внимания, зная, что ее гнев вышел только из-за унижения. И почувствовал, что это правда. В этом мире нет ни одного человека, который не обладал бы темпераментом. Не говоря уже о том, что он, похоже, сможет выдержать все, что она сделает сегодня, из-за того, что он сделал с ней прошлой ночью. Нет, он, казалось, даже мог терпеть все, что она сделала бы в будущем.

Лун Хэн позвал Сяо Ши и остальных, чтобы ждали хозяйку после того, как ушел. Он хотел проконтролировать приготовления к возвращению в усадьбу после того, как кое-что вымыл. Экипаж нужно экипировать более комфортно, и им нельзя слишком спешить на обратном пути. Он вернулся, чтобы позавтракать, проверив некоторые приготовления, и обнаружил, что Бай Сянсю закончила утренние омовения, хотя все еще выглядела усталой. Она сидела, ожидая его возвращения, очень часто кивая.

Сердце Лун Хэна сразу растаяло, и он сел рядом с ней, смертельно опасаясь, что она упадет со стула. Он не относился к этой девушке так же холодно, как раньше. Он чувствовал, что все, что они делали, было естественно, и так прозаично. Хотя Сяо Ши и другие слуги считали это странным, они также почувствовали, что отношения между Принцем и их хозяйкой немного изменились по сравнению с предыдущими.

Бай Сянсю не собиралась все время стесняться. Она тоже была в отличном настроении. Она впервые каталась в простынях за обе свои жизни, и хотя не чувствовала себя особо хорошо, сцена сегодня утром была довольно трогательной. Главный герой относился к ней очень хорошо, и она хотела вести себя аккуратно и быть перед ним ребенком. Она просто не знала, с чего начать. Когда она увидела, что он сел рядом с ней, она молча взяла палочками кусок еды и положила в тарелку.

Она приветствовала его очень дружелюбным видом и теплой улыбкой. После того, как он был вознагражден улыбкой, Лун Хэн поцеловал её в лоб. Ээй! Здесь же слуги, ладно! Она действительно не знала, куда сейчас смотреть, и поспешно наклонила голову. Что ей делать, когда у них с самого утра такая любовь-морковь? Она даже не могла есть; ее зубы почти повыпадали из-за передозировки сахара. Бай Сянсю спокойно взглянула на Сяо Ши. Посмотрите на нее, ее лицо красное, как у обезьяны! И все же человек, сделавший все это, не обращал внимания ни на кого и просто наслаждался.

Лун Хэн ел довольно быстро. К тому времени, когда он закончил свою кашу и булочку, человек рядом с ним только съел немного каши. Он на мгновение подумал и положил себе в тарелку ещё еды. Бай Сянсю была тронута и ела, не глядя на лицо главного героя. Почему каша вдруг стала сладкой?

Когда они, наконец, закончили есть, Сяо Ши помогла Бай Сянсю вытереть рот. Она вопросительно посмотрела на Лун Хэна, но он уже догадался о её мыслях, прежде чем она заговорила. «Давай отправимся в полдень, чтобы ты могла ещё немного отдохнуть.»

«Все в порядке, мы можем отправиться сейчас. Не нужно задерживаться из-за меня… эта наложница не хочет задерживать путешествие.» Неужели хорошо настолько ее портить? Она становилась немного самонадеянной и хотела убрать ореол главной героини, чтобы вернуться к поступкам «второстепенного женского персонажа»!

«Все равно, важнее , чтобы ты хорошо отдохнула. Не думай слишком много и просто ложись. В любом случае, у меня есть ещё кое-какие дела.» Лун Хэн всегда думал, что она сделана из бумаги. Она уже проявляла сильное впечатление, пытаясь встать на ноги после кропотливых действий прошлой ночи. Он ушел, чтобы посмотреть на того человека, который любил надеть слабую, хрупкую маску, когда все было подготовлено. Но Лун Хэн ни разу не раскрыл ему свои знания, потому что относился к нему с подозрением и не знал, кто он.

И Лун Хэн не ошибся, так как Дуань Юньинь тщательно культивировался с рождения. Он редко показывал себя, когда был молод, и даже вся семья Дуань не знала, что этот ребенок на самом деле является гражданином другой нации. Поэтому, трудно было добиться какого-либо прогресса в расследовании. Они знали только, что Дуань Юньинь любил путешествовать и остановился у Лун Хэна. Но какова его цель и почему он сотрудничал с Ло Юньчжэнем?

Лун Хэн сидел в карете, размышляя над этим вопросом, а маленькая женщина рядом с ним тихо сопела в глубоком сне. Она заснула прежде, чем они отправились, и он занес ее в карету. Благодаря толстому пуховому одеялу она ни разу не проснулась из-за покачивания, и все время опиралась на него. Он действительно не спешил возвращаться, но боялся, что этот человек сделает еще один шаг, если они продолжат оставаться на вилле Красного клена.

Когда они вернутся в столицу, она сможет получить надлежащее лечение, особенно в отношении ее лица. Хотя он не возражал, это не значит, что ее все устраивало. Женщина больше всего заботилась о своем лице, особенно красивая. Но действительно ли она будет спать весь путь обратно в столицу?Он хотел поговорить с ней, увидеть ее улыбку. Затем он ущипнул бы ее за щеку и немного поболтал с ней. Скорее всего, они достигнут столицы к тому времени, когда справятся с этим. Но, глядя на ее спящее лицо, она была такой мирной и прекрасной, такой маленькой и деликатной…Почему он вдруг почувствовал, что смотрит на свою дочь. Разве она не его женщина? Если бы она родила ему дочь, это определенно был бы самый милый ребенок. Нет. До этого ему нужен наследник. Ее глаза внезапно открылись, когда он размышлял о своем наследнике. Он почувствовал вину, потому что думал о том, как заставить ее подарить ему сына.Как только это случилось, Бай Сянсю поймала внезапное изменение на лице Принца Ли. Углы его рта только что были в улыбке, но он сразу же стал серьезным, когда увидел, что она проснулась. Но он не оттолкнул ее. Разве этот парень сейчас не ведет себя немного неловко? Или, может, он просто использовал образ генерала перед армией и ему было трудно вернуться к своей собственной личности?Она слабо улыбнулась, но не вылезла из объятий. Возможно, она перестала стесняться, потому что они недавно были близки. Плюс, из-за холода, просыпаться у него на руках оказалось очень комфортно.Лун Хэн тоже не спешил поднимать ее. Вместо этого он накрыл ее легким одеялом. Но он не привык болтать. Хотя он все еще был холоден к девушке, которую любил, его действия и выражение стали не такими холодными, какими были во время первой встречи.Бай Сянсю действительно больше не боялась. Она продолжала думать, что главный герой в романе был серьезным человеком. Было бы не плохо, если бы все так и осталось. Нет, подождите. Ей придется вернуться! Но, если она не сможет вернуться, значит ли это, что главный герой будет с ней всегда? Она металась между желанием вернуться домой и остаться здесь. Казалось, многое изменилось после их близости.«Просто потерпи ещё немного, скоро отдохнем на сменной станции.» Перед каждым городом по дороге в столицу были сменные станции, и они использовались не только для смены лошадей. Они служили местом отдыха для путешествующих торговцев и правительственных чиновников. Кроме того, персонал внутри был простым и работящим. В конце концов, это ветвь местного самоуправления.Здесь также место отдыха специально для женщин официальных семей, которые держат дальний путь. Лошадиные экипажи направлялись в задний заезд, где их ожидали женщины-слуги. Лун Хэн не выходил из кареты от начала и до конца. Не потому, что держался рядом с Бай Сянсю, ему просто не нравилось, когда его рассматривают другие.Бай Сянсю была не такой слабой, как он думал. Ее настроение значительно улучшилось, после сна в течение дня. Хотя ей все еще болело то тут, то там, это было не так критично, как раньше. Только позже она узнала, что Лун Хэн применил на ней лекарство, а точнее, Красную жемчужину…Теперь, подумав об этом, она не решалась снять трусики, чтобы посмотреть туда. Эта штука не легко смывается, ладно? Будет хорошо, если мазь не красится, иначе ее юбка и нижнее белье… Ее глаза наполнились горячими слезами, когда она подумала об этом. Как он мог вот так просто намазать то место, Красной жемчужиной?Ну, нет смысла беспокоиться об этом. Все равно ничего не поделаешь. Если он осмелится прикоснуться к ней сегодня вечером, ему самому будет противно!Бай Сянсю тщательно подумала об этом, а затем деликатно вышла из кареты при поддержке руки Лун Хэна и пошла в ее комнату.На самом деле, Сяо Ши хотела ей помочь, но опоздала. Из-за этого она сильно злилась. Она отправилась в эту поездку, чтобы помогать хозяйке. Наконец она схватилась за положение Е-мамы, но главный герой каким-то образом сумел вытеснить каждый ее долг. Даже здесь она не могла оставаться рядом с хозяйкой. Это было совершенно неприятное чувство.Лун Хэн теперь относился к Бай Сянсю с восхищением и уважением, но все еще жаждал близости. Поэтому они остановились ещё до наступления темноты, и направились прямо в свои комнаты на сменной станции, чтобы вымыться.После ванны они быстро устроили ужин. Закончив, небо еще не стемнело. Еда для Лун Хэна не имела никакого вкуса. Он подхватил ее на руки и понес к кровати, чтобы провести время с ней. Поцелуи и объятия были неизбежны, но Бай Сянсю все-таки хотела оттолкнуть его. Жаль, что ее слабые усилия остались совершенно незаметными.«Но еще светло, разве мы не можем… поговорить?» Одежда быстро исчезала с ее тела. Она не хотела повторять это, прежде чем потемнеет небо.«Хорошо, о чем ты хочешь поговорить?» Лун Хэн нашел удобную позицию, чтобы иметь возможность дотянуться к ее одежде. Чем больше она извивалась, тем больше он хотел ее. Но на самом деле было еще рано, поэтому он сдержался от своей игры.«М-м, скажите, почему вы хотели обменять мисс Лин на меня?» Обмен главной героини на второстепенного персонажа было мечтой всех персонажей, что становились пушечным мясом. Не спрашивайте почему, но Бай Сянсю просто почувствовала невероятное удивление, что ее не задел ореол главной героини.Лицо Лун Хэна потемнело от упоминания о Лин Цяньцзы, но оно не сразу вызвало гнев. Это более или менее контролировалось ощущением теплого гибкого тела под его руками. Мягкого и ароматного, как он мог думать о чем-нибудь еще?«Ты понимаешь, какая она женщина, раз так небрежно флиртовала с этим человеком. Когда я пошел спасать ее, то обнаружил, что она уже не та благородная, невинная мисс Лин.» Он издевался. После того, как он это увидел, она больше ничего для него не значила, какой бы красивой не была. Кроме того, у него уже были свои виды на молодую женщину рядом с ним. Он погладил ее лицо. «Почему ты о ней беспокоишься?»«Но, может, её заставили.» Определенно заставили, потому что у мисс Лин был недостаток, недостаток который есть у всех главных героинь — она постоянно вляпывалась в какие-то проблемы. Она никогда бы не сделала что-то с ним по своей инициативе, но после того, как ее заставили, она винила и упрекала его. Но когда кто-то другой причинил боль этому человеку, она почувствовала, что он хорошо к ней относился и испытывал всевозможные нежные чувства. Так, она бы закончила жестокое обращение главного героя.Главный герой не был плохим. Хотя иногда он мог плохо обращаться с главной героиней, в конце концов, он все еще оставался довольно терпим к ней. Конечно, главная героиня наконец-то поймет, насколько хорош главный герой в конце концов, и это завершиться счастливо для них обоих. Разве не так обычно бывает в романах? Бай Сянсю не закончила его читать, поэтому могла только принять эту аргументацию.«Заставили? Заставили привязаться к этому человеку? Когда она рассматривала меня как своего жениха? Она презирала меня с самого начала, так почему я должен следить за ней днем и ночью?» Он погладил ее по волосам. «Может, ты тоже думаешь пойти против меня, хм?» Его голос быстро стал холодным.Бай Сянсю сразу почувствовала огромное давление, и так быстро покачала головой, что чуть не упала.

«Ты понимаешь свою ошибку?»

«Да.» Хороший ребенок определенно исправит ошибку. Жаль, что она не ожидала, что будет обрамлена другими.

Кто-то больше не смог сдерживаться. Чем дольше Лун Хэн касался Бай Сянсю, тем больше увлекался этим чувством. Однако она не позволила ему продолжать! Разве для него это не было более мучительным, чем убийство? В конце концов, он, наконец, решил вопрос, наполовину угрожая, наполовину обманывая ее. Несмотря на то, что весь процесс оказался немного сложным, он все еще считал его довольно интересным. Если было бы слишком легко её заполучить, это было бы неинтересно, так что личность Бай Сянсю, то что надо. Немного её напугав, он сразу же добился её подчинения.Эта молодая девушка слишком легко смущалась. Она настояла, что он коснется ее или просто увидит обнаженной, только после того, как Красная жемчужина полностью смоется. Он не мог найти выхода из этого. В конце концов, он заставил ее пойти на компромисс, пообещав не смотреть на нее и просто сделать это.Лун Хэн практиковал боевые искусства, поэтому его талия и руки, естественно, были очень сильными. Поскольку ещё вчера он был девственником, он не чувствовал особого комфорта из-за нервозности и замешательства. Но сегодня все было по-другому. Он нашел несколько трюков сделать это так, чтобы Бай Сянсю не почувствовала, что умирает. Тем не менее, она все равно думала, что лучше было бы, если бы она сразу упала в обморок во время этого испытания. Она втайне хотела убить автора за то, что он сделал главного героя именно таким.Скажи мне, автор, почему ты просто не написал, что главный герой превосходен в постели? Нет, нужно было сделать так, чтобы главная героиня три дня не могла встать с постели? Ты планировал замучить ее или показать радости секса!? Во всяком случае, Бай Сянсю чувствовала, что у нее сейчас весь секс, который она только могла хотеть, но к сожалению не получала никакого удовольствия. Она чувствовала лишь усталость, боль и головокружение…На следующий день было особенно плохо. Ее талия настолько болела, что она не могла встать с постели и свободно двигаться. Казалось, она сломается, если сделает резкое движение. У неё было ощущение, что над ней надругались и она чуть не плакала. Она просила его о пощаде, но он продолжал мучить ее, лишь обещая быть нежнее. Где в мире есть мужчина, который не соблюдает своего слова? Она даже заставила его обратить внимание на шрам, чтобы вызвать его отвращение и остановить. Но его ум в тот момент, не отличался от ума бешеной собаки. Мало того, что ему было все равно на шрам, он даже намеренно слюнявил ей лицо, оставляя большие мокрые пятна.Кто-нибудь спасите меня! Бай Сянсю не могла больше двигаться, поэтому лишь обиженно на него смотрела в надежде, что он отпустит ее. Ее огромные глаза наполнились слезами, что грозились скатиться вниз в любую секунду.Это первый раз, когда она почувствовала, что расстояние между дверью и каретой не меньше, чем между небом и землей. Поэтому, он осторожно проводил ее туда. Это первый раз, когда она почувствовала, что попасть в карету совсем нелегко. Поэтому, он нежно занес её. И кто мог предвидеть, что это будет первый раз, когда она почувствует, что ей слишком больно сидеть. Поэтому, она лежала на горячей груди Лун Хэна. Ей было очень удобно, и она наслаждалась бы этим, если бы не руки, которые бродили по ее телу.И поэтому они играли в прятки на обратном пути, не теряя интереса к игре. Но, их игра создавала звуки, из-за которых уши многих окружающих горели от смущения, а сердца разгонялись от ожидания.Бай Сянсю очень злилась на Лун Хэна, ненавидя его и возмущаясь. Она осмелилась жаловаться и игриво его ласкать, даже несколько раз ударив его маленькими руками из-за того, что обиделась за случившееся. Было доказано, что в эти моменты мужчины полностью соглашались на такое злоупотребление, даже если женщина хотела их укусить. И сейчас главный герой вел себя именно так.Она не была одной из дам старины, которые строго следовали правилам, поэтому Бай Сянсю постепенно начала терять все следы правильных манер.Лун Хэн сначала был немного поражен ее поведением, но медленно начал принимать его как ее часть. В конце концов, теперь она его женщина, поэтому он немного ей потакал, пока она вела себя как испорченный ребенок. Он на самом деле думал, что в последнее время тоже немного вышел за борт. Однако это был скользкий склон снисходительности. Даже он не знал, когда стал таким толерантным человеком. Бай Сянсю, с другой стороны, медленно подталкивала свою удачу, чтобы выяснить его предел. Тем не менее, ее попытки до сих пор не помогли. На самом деле она немного подозрительно относилась к тому, что предельная линия этого парня так далека.Она становилась все более недисциплинированной и неконтролируемой. Что, если она однажды вернется к своему истинному «я»? Будет ли он сожалеть о своих действиях?И так, они продолжали вплоть до столицы. Естественно, при входе в свою усадьбу Принц въезжал бы через главный вход. Но кто мог ожидать увидеть толпу людей вокруг передних ворот, прежде чем он даже приблизится?Лун Хэн нахмурился. Хотя людей было не так много, это первый раз, когда он видел такую смелую толпу. Он приказал своим людям разведать ситуацию, но Бай Сянсю уже поднялась, чтобы открыть занавес, закрывающий небольшое окно в карете. Затем она высунула голову, чтобы посмотреть, что происходит.У нее было довольно чувствительное тело. В результате она сразу обнаружила очень странный запах гнили, когда вдохнула наружный воздух. Она не могла не прикрыть нос и любопытно спросила:«Что это за запах?»

Лун Хэн отдернул ее. «Сиди и не двигайся.»

«Я просто хотела взглянуть… Что это? Это трупный запах?» Похоже, кто-то лежал на земле, а несколько человек опустились на колени вокруг него. Казалось, они здесь, чтобы исправить несправедливость.Лун Хэн тоже учуял этот гнилой запах. Когда он услышал, как она спросила о запахе, он притянул ее к себе и спросил человека, стоящего за окном, в чем дело.«Ваше Высочество, это… кто-то принес труп Сан-мамы и хочет, чтобы Ваше Высочество взял на себя это дело.» Человек, стоявший снаружи, не закончил говорить, прежде чем Лун Хэн выскочил из кареты. «Верните мадам обратно в поместье. Никого к ней не пускайте.» Затем он повернулся к ней и сказал: «Тебе нельзя на это смотреть.»Он уже догадался, кто такая Сан-мама. Это был труп Сан Хун, но он не знал, как члены её семьи смогли его найти. Он точно правильно разобрался с ним. Как кто-то смог его найти? Может кто-то вмешался во все это, и если да, то какова их цель? Бай Сянсю почувствовала, что она не такая слабая, поэтому не послушала Лун Хэна. Главное, ей было очень любопытно, кем была эта Сан-мама. В особняке Принца было несколько Сан-мам. Кто же умер за это время? Она не ожидала, что ее сердце дико застучит от одного взгляда. Она быстро откинулась на спинку стула, и ее затошнило.Она даже не смогла понять, кто эта мама. Однако одежда, которую она носила ей знакома, и не потребовалось много времени, чтобы идентифицировать труп как Сан Хун. Почему Сан Хун внезапно умерла, и так ужасно? Даже евнухов в последнюю путь провожали со всеми их сокровищами. Однако ее руки и ноги были голыми, и даже лицо плохо выглядело.Кто мог ее убить? У хрупкой красавицы, такой как Бай Сянсю, потрясение этой ситуации вызвало сильную тошноту. Она чувствовала, что ее кровяное давление и так было низким, благодаря мучениям Лун Хэна, которые уложили ее в кровать на три дня. Она слабо лежала в карете, когда они въехали во двор, но ее сердце уже успокоилось.Она думала, что со смертью Сан Хун не все так просто, как казалось. Бай Сянсю внезапно села, когда по её спине пробежала дрожь. Может это Сан Хун пыталась ее убить, и с ней уже разобрались? Это было очень странно. Сан Хун не считалась второстепенным женским персонажем в строгом смысле слова, но всегда хотела нанести вред главной героине.Неужели Сан Хун перенаправила свои гнусные намерения на Бай Сянсю, потому что она вошла в сердце главного героя?Во всяком случае, не слишком ли убивать людей или что-то подобное? Но тщательно поразмыслив Бай Сянсю была уверена, что есть люди, которые хотят её убить. Тем не менее, Лун Хэн всегда был крайне скрытным, когда решал такие дела. Как кто-то смог найти труп, а также, откуда они набрались смелости разжечь неприятности перед особняком Принца? Все не так просто, как кажется. Кто-то действует за спиной Лун Хэна.К сожалению, у нее все еще осталось небольшое головокружение, и ей пришлось сесть на кровать, когда она вернулась в Зимний сад. Но, она послала Е-маму, чтобы та осторожно об этом расспросила. Она понимала, что сюжет далеко отошел от оригинала, заставляя ее чувствовать, что это становится неприемлемо. Вопрос о Сан Хун слишком далеко продвинулся вперед. Более того, в книге её убили не так мучительно!

Е-мама не заставила себя долго ждать, и сообщила, что Лун Хэн отправил всех тех людей в тюрьму. Те, кто стал свидетелем этого инцидента, теперь начали говорить о том, каким властным был Принц, и их слова портили его общественную репутацию. На самом деле его репутация всегда была такой. Хотя его хорошо знали, как героя, также ходили слухи о его агрессивности. Тем не менее, его впечатляющие достижения угрожали затмить императора. После того, как вдовствующая императрица скончалась, император подал ему холодное плечо.Собственно, кто-то специально создал образ Принца Ли. Хотя роман не уточнил виновника, Бай Сянсю могла догадаться, что это должно быть тот холодный и гнусный император. Он не хотел уничтожать Принца Ли, а просто подавить его. Таким образом, он мог медленно отнять военную мощь, которая находилась в руках Лун Хэна, или даже перенаправить эту мощь в другое место.Сейчас у этого императора не было никаких полезных подчиненных. Однако, когда он нашел кого-то полезного…Кого-то полезного? Правильно, этот отстойный император сумел найти его, и это был один из второстепенных мужских персонажей. Подождите, император и сам второстепенный мужской персонаж. Похоже, главные герои встречались с ним до брака. Но было еще какое-то время до того, как брак состоялся. Ей не хотелось слишком много думать об этом, потому что она и так устала.«Госпожа, пожалуйста, обратите внимание на меня, только один взгляд…» Печально меланхоличный голос Хуэра пронесся по воздуху, заставив сердце Бай Сянсю смягчиться. Она тут же встала с кровати, чтобы сесть у окна и тихо извинилась. «Мне жаль, что я так надолго оставила тебя. Ты даже немного вырос, неплохо, неплохо!»Она определенно погладила бы его, если бы у него не было шипов. Но она не решилась. Как раз, когда она болтала с кактусом, Лун Хэн прибыл в новом комплекте одежды. Он был здесь, чтобы все объяснить, потому что Бай Сянсю упала бы в обморок от страха, когда услышала новости. В его глазах она была маленьким человечком с хрупким телосложением. Что, если она сойдет с ума от страха? Но первое, что он увидел после входа, — это ее разговор с этим странным тернистым растением.Она не могла сойти с ума снова, не так ли? Не думая дальше, он сказал Сяо Ши: «Почему ты еще не позвала врача? Разве ты не видишь…» Он не закончил, потому что боялся, что Бай Сянсю услышит его.Сяо Ши быстро отреагировала, но Принц на самом деле рассматривал её хозяйку, как лучшее на этом свете. Она немного волновалась, потому что слышала, как мамы говорят, что мужчины наслаждаются новыми игрушками очень короткое время. Более того, лицо ее хозяйки сейчас не в порядке. Хотя это не сделало ее уродливой, но все равно…Когда Бай Сянсю услышала, как кто-то говорит, она обернулась. Увидев, что это Лун Хэн, ее лицо внезапно покраснело, а брови нахмурились, когда она услышала, что он просит позвать врача. Зачем его звать? Это потому, что ее симлы еще не вернулись? Как она должна объяснить, когда врач спросит, почему ее тело настолько слабое и вялое?У них обоих в уме весели некоторые вещи. Одному хотелось проверить, не слишком ли она сильно испугалась, а другая подумала, что он хочет проверить, почему она все так же слаба. Но, в конце концов, ни один из них не решился объясниться, оставив в воздухе неловкую атмосферу.Первым заговорил Лун Хэн. У них уже есть отношения, так как долго она планирует оставаться в этом маленьком дворе? «Упакуй свои вещи и отправь в Сад Абрикосов.»Это старая тема, но Лун Хэн был абсолютно уверен, что она обязательно переедет на этот раз. К сожалению, как выяснилось, Бай Сянсю абсолютно не хотела этого делать. Естественно, ее причины заключались в том, что она перенеслась именно в этот двор. Она все еще надеялась, что вернется домой. Хотя у нее уже были отношения с главным героем, она не могла похоронить надежду на возвращение. Прожив в другом мире двадцать лет, не так то просто оставить все позади.Более того, она родилась в счастливой семье, не такой, как те обычные герои новелл, которые были убийцами или выросли в приюте для сирот. Ее родители относились к ней очень хорошо, и у нее также были оба набора дедушек и бабушек. Все это причины, по которым она не могла отказаться от своей надежды вернуться!Таким образом, она чувствовала себя очень противоречивой. Казалось, она влюбилась. Кроме того, в главного героя с соответствующим ореолом. Их дни, проведенные вместе, были очень милыми, а это означало, что ей предстоит проявить мужество, если она захочет уйти.«Ваше Высочество, я не хочу переезжать в Сад Абрикосов.» Поскольку они сблизились за последние несколько дней, она сказала свои чувства вслух без каких-либо опасений. Но Лун Хэну не понравилось, когда она выразила свое нежелание. Сначала он хотел, чтобы она перешла в его внутренний двор, но чувствовал, что это не слишком уместно. Поэтому, сделал шаг назад и выбрал Сад Абрикосов. Он смог бы звать её и посещать столько, сколько пожелает, вместо того, чтобы совершать такую длительную прогулку. Он мог бы ежедневно есть вместе с ней, вместо того, чтобы разжигать сплетни, все время живя в Зимнем саду. Он совсем не ожидал, что она откажется. Неужели она так не хочет приближаться к нему?«Переезд обязательный, и он начнется прямо сейчас. На что ты смотришь? Упакуй свои вещи и попроси врача прийти в Сад Абрикосов, чтобы осмотреть тебя. Ему больше не нужно бегать сюда.» Лун Хэн всегда был агрессивным. Более того, поскольку этот Зимний сад близок к границам имения, зимой здесь очень холодно. Почему она не поняла его намерения? Не желая больше говорить, он повернулся, чтобы уйти.Бай Сянсю была непреклонна в этом вопросе. Она поспешила и схватила его, поспешно сказав: «Я не уйду, я останусь здесь. Если кто-то уйдет, то только вы.» Из-за волнения она выпалила такие слова, но пожалела о них, как только они покинули ее рот.У Лун Хэна не было опыта споров с женщинами, но его ум опустел в виду ее растущего гнева. Он обнял ее и начал выходить наружу, двигаясь очень властно.Бай Сянсю почувствовала мгновенное головокружение, прежде чем оказалась в объятиях Лун Хэна. Она начала паниковать. Забудьте о том, что этот дом был заполнен людьми, снаружи стояло столько же. И к тому же, она даже не надела внешнюю мантию, потому что планировала отдохнуть. «Ваше Высочество, отпустите меня, отпустите…»

«Заткнись.»

Бай Сянсю замолкла. Как она могла забыть, что мужчина перед ней с древних времен, каким бы мягким он ни казался? Кроме того, он главный герой. Сколько главных героев были необычайно нежными по отношению к своим женщинам? Уже считалось неплохо, если они не относились к ним жестоко. Поэтому, она предпочла не слишком идти против его желаний, прочитав бесчисленное количество романов. В противном случае в их романе проявятся его садомазохистские тенденции.«Я не надела ботинки.» Она указала простую причину, по которой он передумал выходить на улицу, опасаясь, что после того, как он тиранически вытащит ее, это проведет её через еще один раунд страданий.Лун Хэн был наполнен жаром своего взрыва, пока ее слова не рассеяли его пыл. Тем временем Сяо Ши поспешно достала одеяло и тихо сказала: «Ваше Высочество, пожалуйста, накиньте это на хозяйку. На улице холодно.»Лун Хэн посмотрел на Бай Сянсю в своих руках. Сейчас на ней практически ничего нет. Более того, ее взгляд сопротивлялся ему, и она выглядела раздраженной. Несмотря на то, что она явно чувствовала себя обиженной, она сдерживала слезы и уставилась на него, словно боялась говорить. «Отдохни немного, но завтра ты должна переехать!»Эх, значит ей все равно придется переехать. Бай Сянсю тоже была вспыльчивой. После того, как ее положили на кровать, она повернулась к нему спиной и отказалась говорить.Какой детский характер. Или она просто сложная женщина? Что было плохого в переезде в больший двор? Почему она не хочет перейти туда? Он почувствовал разочарование и повернулся, чтобы уйти с мрачным лицом.Между тем, Бай Сянсю вздохнула. Почему она не может притворяться? В прошлом у нее так хорошо получалось, разве нет?

В конце концов, изменения в сердце Бай Сянсю происходили до и после того, как у них сблизились отношения. Она женщина, поэтому начала зависеть от своего мужчины и перестала скрывать все свои мысли и чувства. Между тем мысли Лун Хэна стали еще более властными. Она изначально была его женщиной, поэтому для него вполне разумно так себя вести.Но он просто немного рассердился, что его женщина отвергает его. Это заставило его почувствовать, что за пределами его возможностей остались вещи, лишающие его удовлетворения. Это неотъемлемая слабость мужчин, и одна из основных причин, по которой женщины зависели от них. Чем властнее человек, тем большее чувство безопасности он предоставлял. Они контролировали, но также и защищали.Бай Сянсю ещё немного посердилась, но потом почувствовала, что вела себя немного по-детски. Она хотела уступить, чтобы провести несколько мирных дней с Принцем, прежде чем покинуть древние времена и отправится в свой мир. Но от этого ей не стало лучше. Она почувствовала лишь удушающее желание заплакать, которое не уходило. Кто знал, что он сейчас делает? Может он так разозлился, что думает наказать ее?Возможно, она слишком беспокоилась или просто сильно устала. В любом случае, она вяло начала засыпать. Ей не потребовалось много времени, чтобы полностью уйти в сон. Интересно, что в этом сне даже был рассказчик. По голосу этим рассказчиком был не кто иной, как Хуэр «Это то, что вы хотели увидеть, госпожа…»Что она хотела увидеть? Бай Сянсю открыла глаза во сне, увидев Лун Хэна прямо перед собой. Он принимал ванну, и она могла свободно рассматривать его тело, покрытое лишь небольшим количеством воды. Шуер как раз очищал ему спину, но Лун Хэн выглядел довольно досадно. Шуер едва справился, прежде чем его накрыло волной. После того, как слуга ушел, Лун Хэн резко поднялся с воды. От её глаз ничего не скрывалось, так как вода испарилась с его тела.Бай Сянсю покраснела, наблюдая за ним, хотя знала, что это просто сон.«Ваше Высочество, как нам быть с трупом Сан Хун?» Неизвестно откуда прозвучал голос, но Бай Сянсю не смогла найти его источник, как бы она не смотрела.Лун Хэн только хладнокровно фыркнул, не обращая внимания и демонстрируя твердую, сильную стойку своего тела, напоминающую статую Давида. «На этот раз убедись, что они не смогут найти его, даже если захотят. Они еще неопытны, если хотят напасть на меня с помощью таких вещей. Она простая служанка, которая совершила ошибку. Так что, если они сообщат об этом императору?»Лун Хэн махнул рукой и добавил: «Позаботься о всех людях, которые в последний раз должны были убрать труп. Поскольку они не могут контролировать свои рты, бесполезно их здесь оставлять.»Это первый случай, когда Бай Сянсю увидела Лун Хэна таким. Несмотря на то, что на нем не было одежды, его внушительная манера пугала ее. Только теперь она поняла, как он обычно сдерживался перед ней. В противном случае она бы упала в обморок от ужаса, когда они впервые встретились.«Ваше Высочество, мы оскорбим многих людей, если украдем труп этой женщины.» Невидимый подчиненный тщательно указал на это. Тело Сан Хун было доказательством. Но их хозяин сказал им, чтобы они украли тело, явно подначивая их против людей, которые хотели расследовать это дело. Это только увеличит вероятность того, что Принца могут осудить.Однако Лун Хэну было все равно. Он холодно улыбнулся и сказал: «Именно потому, что они хотят действовать против нее, они не заслуживают легкой смерти.»Какой знакомый сюжет. Он говорил то же самое в романе, прежде чем отдать приказ избить хозяйку этого тела, Бай Сянсю. Тогда второстепенный женский персонаж хотела нанести вред главной героине. Хотя ей все равно не удалось, она этим разозлила главного героя. В романе эти слова предшествовали избиению, из-за которого она осталась в жалком состоянии.Она подавила сильную дрожь. Главный герой действительно главный герой. В последнее время она слишком хорошо о нем думала. Нет, именно он был очень терпелив с ней, заставив ее сменить двор, лишь после небольшого всплеска злости. Должна ли я немного уступить?Лун Хэн оделся, но его длинные ноги и крепкая грудь все еще были обнажены. Его подчиненный, похоже, ушел. Лун Хэн сидел со свободно спадающими волосами, попивая вино, чтобы утопить свои печали и представлял сексуальное зрелище.«Она должно быть спит сейчас, правильно…» Главный герой встал и ходил по комнате, как зверь, несколько раз направляясь к двери, но все время останавливался. Каждый раз, когда он колебался, его выражение выглядело все более неприглядным.Что это? У него запор, или он хочет помочиться? Бай Сянсю была озадачена, когда услышала *динг*, как будто что-то упало на землю и разбилось. Внезапно  проснувшись, она села и с любопытством огляделась. «Что это?»Затем она увидела снаружи спешащую фигуру. Это не кто иной, как Лун Хэн. Он явно одет неформально, его внутренняя одежда была похожа на ту, которую она видела во сне. Даже влажность его волос не сильно отличалась.Не может быть, моя душа только что оставила тело? Но выражение Лун Хэна выглядело нехорошо. Он посмотрел на сломанный цветочный горшок и спросил: «Что случилось?»В конце концов, он вошел, несмотря на свою мучительную реакцию. Он собирался вернуться в свою комнату, потому что чувствовал, что если снова появится здесь, то потеряет достоинство, но прибежал, услышав звук, как что-то разбилось внутри. Он беспокоился, что у нее проблемы.Сяо Ши в тревоге встала на колени, чтобы признать свою ошибку. «Ваше Высочество, эта служанка случайно опрокинула цветочный горшок…»

«Тогда иди и прими наказание. Позови врача.»

Возможно, из-за того, что Бай Сянсю уснула, доктор все это время оставался снаружи, боясь зайти.Когда Бай Сянсю услышала, что Сяо Ши накажут, она быстро спустилась с кровати, позвав ее из-за складного экрана. «Сяо Ши, просто пропусти сегодня ужин! Ваше Высочество, вас удовлетворит такое наказание?»После этого сна она решила вести себя, как прежде, чтобы не провоцировать его, но ей не потребовалось много времени, чтобы она сломала свое решение и закричала.Как мог Лун Хэн сердиться на такие мелочи? Не сказав ни слова, он шагнул за экран и увидел, что она одета только в нижнее белье, и на ее ногах ничего нет. Он с первого взгляда понял, что она спешила из-за своей служанки. Даже если она беспокоилась, ей все равно следует беречь свое тело. Переохлаждение было самым большим табу для всех женщин. «Ложись обратно. Если хочешь что-нибудь, просто скажи слугам.»Бай Сянсю вернулась, чтобы лечь на кровать и увидела, что он лично протянул руку, чтобы закрыть занавески. Вскоре в комнату вошел доктор. После того, как он проверил её пульс, Лун Хэн спросил: «Она страдает от какого-то испуга?»«В ответ на вопрос Принца, четвертая мадам… Четвертая мадам просто слаба сейчас и нуждается лишь в достаточном отдыхе. Пусть поест блюд, приготовленных из лекарственных трав и она будет в порядке. Нет необходимости использовать лекарства.»Это действительно странно. Почему все говорили, что мадам Сюй хрупкая, как бумага? Это явно были не признаки страха, но, покашляв… Доктор больше не осмелился ничего сказать. Если бы он сказал Принцу практиковать воздержание, он ведь мог лишиться не только работы, но и жизни, верно?Лун Хэн кивнул, прежде чем приказать кухне приготовить еду с использованием лекарственных трав в качестве обеда для укрепления здоровья мадам. Он не позволил врачу лечить травму на лице Бай Сянсю. Ее нельзя доверять кому попало. На самом деле он давно нашел способного врача, который прибудет уже завтра.Бай Сянсю продолжала размышлять о своем странном сне. Она хотела спросить Хуэра, как она может видеть сны о вещах, которые ее беспокоят. Все это связано с маленьким кактусом?

Когда тишина наконец упала на комнату, их глаза внезапно встретились в воздухе. Оба они торопливо отвели взгляды, как будто обожглись, а их сердца все еще яростно стучали. Чтобы облегчить неловкость, Бай Сянсю спросила: «Эта… Сан-мама это вдова Сан? Что здесь произошло?»

Собственно, она уже догадалась, но не смогла ничего проверить.

Лун Хэн ничего не скрыл от нее, рассказав обо всем, что знает. Что именно Сан Хун была той, кто пыталась её сжечь. Он даже объяснил её мотив — желание заменить Бай Сянсю, как новую фаворитку Лун Хэна.Ого, отверстие в голове этой женщины было слишком большим. Как можно заполучить такого внушительного Принца с помощью простых схем? Разве не все в его заднем дворе сходят с ума? Но, честно говоря, женщины из задних дворов сошли с ума, когда сражались за мужчину. Они жили для мужчины и благодаря мужчине. Помимо него, у них не было других хороших перспектив.Неужели она действительно хотела остаться в таком месте? Тогда все, чего она могла бы добиться, это стать наложницей главного героя. Другие женщины могли войти в домохозяйство даже без главной героини. И скорее всего, её могла бы навсегда подавить законная жена. Реальность не была похожа на роман, и она не его главная героиня.Лун Хэн не сказал ей, как умерла Сан Хун, только что родители нашли ее тело. Затем они начали вызывать шум в поместье Принца Ли, даже не спрашивая о причине.Он явно лгал ей, но правда ли он думал, что она ничего не поймет? Бай Сянсю еще не определилась, стоит ли ей остаться здесь, но теперь она была намного ближе к нему, когда у них появились отношения.«Ваше Высочество, а как смогли найти труп, который вы уничтожили? Более того, Сан Хун родилась от служанки домохозяйства. Как ее родители могли не понять, что вы ее наказали из-за сделанной ошибки? Разве их поведение не странное?» Проанализировав ситуацию, она подняла голову, чтобы взглянуть на Лун Хэна, не скрывая своего любопытства.Но Лун Хэн всегда полагал, что она робкая девочка, которая боялась попасть в беду. Он не ожидал, что она так умна и сообразительна. Неудивительно, что главный управляющий так о ней отзывался. Это он недооценил ее. Поскольку на данный момент особых дел не было, он снял обувь и залез в постель, сидя на боку, чтобы посмотреть на нее, пока Бай Сянсю не подумала, что сказала что-то не так. Может, мужчины с древних времен не любили, когда их женщины говорили о домашних делах?Неожиданно Лун Хэн поднял руку. Его длинные тонкие пальцы остановились у нее перед глазами.

Это было внезапно…

Он щелкнул ее лоб, оставив боль и оцепенение, но ощущение не было невыносимым. Но каждая женщина любила время от времени строить из себя испорченного ребенка, поэтому она тихо крикнула, потирая голову, и жалобно посмотрела на Лун Хэна.Лун Хэн правда подумал, что использовал слишком много силы. Он поспешно отдернул руку, чтобы посмотреть, но увидел только небольшое покраснение. Поэтому он подул на то место несколько раз. «Да, это немного странно.»Хм? Не злись, не выходи из себя. Он даже не винил ее, а просто слегка улыбнулся. Бай Сянсю не смогла удержаться от маленькой улыбки в ответ, и ее лицо радостно вспыхнуло.Сердце Лун Хэна яростно забилось от этого зрелища, но солнце ещё даже не начало садиться. Ему нужно поужинать, поэтому придется терпеть, несмотря на его внезапное желание.«Тогда может, кто-то хочет иметь дело с вами, Ваше Высочество? И хотят использовать этот инцидент, чтобы разрушить вашу репутацию?» Так было написано в романе, хотя и не расписывалось в деталях. В книге говорилось, что, несмотря на власть и богатство, репутация Лун Хэна была на самом деле довольно плохой. Между тем император, который, казалось, любил его и доверял, на самом деле все время понемногу отбирал военную мощь Лун Хэна.Тем не менее, главный герой оставался главным героем. Независимо от того, сколько боли причинил ему император, он был всего лишь второстепенным мужчиной. Поэтому, императору пришлось придумать множество оправданий, чтобы забрать военную мощь Лун Хэна. Он не мог позволить себе обидеть Принца, поэтому был ограничен небольшими схемами, которые могли произойти только за кулисами. Естественно, императору помогали его личные отряды.«Неужели этот Принц боится таких мелких схем? Моя репутация была не такой уж великой еще до возвращения в столицу. Слухи о том, что я ем людей, насилую и убиваю женщин, да и вообще жестоко обращаюсь с обычными людьми, часто достигали моих ушей. Если бы я не мог выдержать такое давление, как бы я сумел совершить какие-либо крупные подвиги?»Но Бай Сянсю подняла палец и ловко сказала: «Но как это? Вам все равно, потому что вы мужчина, но Старая мадам так не думает. Все хотят, чтобы их родных хвалили, а не встречали со злобными замечаниями.»Главный герой может быть главным героем, но он всегда проигрывал от критики других людей. Например, как главная героиня неправильно поняла его в начале и как его изолировали министры. Поскольку ее можно было считать его самым «близким» соратником, ей пришлось подумать о том, как помочь ему.Сердце Лун Хэна зашевелилось. Неужели ее слова означали, что она волнуется за него? Все его тело нагрелось. Даже его взгляд смягчился, когда он заговорил. «Тогда может скажешь, что мне делать?»Он только спросил в ответ. Он не ожидал, что эта женщина из внутренней резиденции действительно найдет решение. Более того, он не нуждался в том, чтобы она напрягала мозг по этому вопросу, ведь она такая слабая и деликатная. Достаточно просто того, что она позаботиться о себе. Неожиданно она серьезно задумалась, прежде чем вдруг широко улыбнуться.Это была редко встречающаяся, уверенная в себе улыбка, из-за которой сердце Лун Хэна ещё больше задрожало. Правильно, другие думали, что она послушная и кроткая, потому что ведет себя нежно и тихо, но было бы скучно, если бы она всегда была такой. Однако, когда она показала такое выражение, это заставило людей чувствовать, что только близкие с ней люди могут видеть ее истинную, озорную сторону. Удивительно, но в ней даже был намек на гордость.Лун Хэн еле сдержался, чтобы не ударить ее по голове снова. Но когда её маленький рот начал взволнованно говорить, Лун Хэн почувствовал, что сделает так, как она скажет, даже если ее слова, не будут иметь никакого смысла. Само её слово, казалось, обладало каким-то волшебным обаянием.«Вы знаете манеру Сан Хун. Вы не ясно объяснили все её семье, когда наказали, не так ли?» Она помолчала. Собственно, она догадывалась, что человек с такими упрямыми и вихревыми методами никогда ничего не объяснит другим. Какой генерал должен объяснять причины своих приказов?!И, она добавила: «Ваше Высочество, вы можете записать все проступки Сан Хун и выложить их на плакаты. Попросите свидетелей и тех, кто одинаково виновен, встать на колени перед ними, чтобы признать свои ошибки. Конечно, вы должны также повесить ее труп, на случай…» В случае, если его обвинят в краже трупа. Она видела такие намерения во сне, но она не была уверена, было ли это на самом деле.Сан Хун признали виновной в сексуальной распущенности в усадьбе Принца. Что касается ее другого преступления, ему придется подождать результатов расследования. Она никак не ожидала, что главный герой поднимет брови и снова уставится на нее, как только она закончит говорить. После пробежавших по коже мурашек, он снова поднял руку.«Не…» Бай Сянсю бессознательно схватилась за лоб и отступила в сторону.На самом деле, Лун Хэн просто хотел погладить ее по голове, чтобы поощрить. Ее идея была неплохой, так как откровенный показ случившегося сделал бы невозможным последующие нападения на неё. Но он не ожидал, что она убежит от него, скрывая голову, как маленький кролик. Его сердце не могло не смягчиться. Он собирался заговорить, когда увидел, что молодая леди сидит в углу, размышляя над тем, чтобы спокойно предложить ему голову. Она закрыла глаза и сказала робким, трагически несчастным голосом: «Давайте, ударьте меня, но можете сделать это так, чтобы не навредить?»

Лун Хэн почти рассмеялся, но его интровертированная личность помогла ему выдержать желание. Тем времене, Сяо Ши, которая тихо вошла, чтобы убрать осколки цветочного горшка, не смогла сдержать смешок. Только ее хозяйка могла придумать такое — ударить кого-то, убедившись, что это не навредит.Бай Сянсю стояла, пока не поняла, что ее не ударят. Почувствовав стыд и злость из-за смеха Сяо Ши, она сказала: «Почему ты смеешься? Уйди!»У ее горничной действительно не хватало проницательности. Счастливая пара «болтала» на кровати, а она пришла убирать горшок и грязь!Ее взволнованное состояние заставило сердце Лун Хэна зазудеть. Как только Сяо Ши сбежала, приглушив смех, он взял свою возлюбленную на руки. «Есть только один способ ударить тебя, не причиняя боли. Давай посмотрим, не хочешь ли ты попробовать прямо сейчас!»Когда главный герой стал настолько опасно сексуальным? Даже если Бай Сянсю не сразу поняла на что он намекает, так как была слишком невинной и чистой, то его руки достаточно прояснили его намерения.«Не… хннх… трогайте, не гладьте, не щипайте, а…» Она изо всех сил пыталась отбиваться, когда ее глаза наполнились слезами. Она не отдохнула даже три дня и все еще чувствовала головокружение, когда сошла с кровати. Может после этого она обречена на более нормальные дни?Лун Хэн уже был полностью околдован ею. Ее хриплые крики заставили его забыть о последнем клочке разума. Он всегда думал, что его выносливость больше, чем у многих других. Где его мужское самоуважение? Он никогда не думал, что это сладкое и мягкое маленькое тело может заставить его отбросить так много вещей и сделать все остальное совершенно бледным.Как раз, когда все шло к следующему этапу, кто-то постучал в дверь. Лун Хэн наконец вспомнил, что сейчас время ужина и неохотно отпустил ее. Он тихо пробормотал ей на ухо: «Сегодня ночью я останусь у тебя.»У Бай Сянсю не было слов, и она лишь бормотала: «Кто бы сомневался?!»

«Никто.»

«Вы можете услышать даже такое тихое бормотание, серьезно…» Тогда она просто не будет больше говорить о нем за спиной, ладно?Лун Хэн не спустился с кровати, а лишь сложил подушки на одну сторону. «Войдите, принесите небольшой столик.»«Не нужно, я могу встать с постели.» Она чувствовала слабость, когда ходила, но это не значит, что она не могла встать вообще, верно?«Просто сядь и не двигайся.» Лун Хэн сидел, скрестив ноги, и ждал, пока слуги принесут стол, чашки, палочки для еды, блюда и немного вина. Каждый вечер у Лун Хэна была привычка пить чашку вина, привычка нескольких лет. Но Бай Сянсю всегда слышала, как ее родители и их друзья плохо говорили об алкоголе. Они знали об умеренности, поэтому говорили, что маленькая чашка в день это даже полезно. Большее количество вредит телу. Но Лун Хэн сильный и крепкий, и ему, естественно, нравилось вино. Тем не менее, он знал, что нехорошо пить слишком много.«Крепкий алкоголь вредит организму. И к тому же он холодный. Не пейте слишком много!» Она пожалела о своих словах, как только сказала их. Она вмешалась в дела другого человека, и ещё и дела главного героя. Он, наверное, будет недоволен!Лун Хэн действительно любил свой алкоголь, но больше ему нравилось поедать эту женщину, что рядом с ним. Конечно, он был счастлив, что она заботится о нем. «Уберите вино.» Но затем он взглянул на нее и добавил: «Если тебе не нравится запах алкоголя, я не буду больше его пить.»Его слова были такими же хорошими, как и его действия, потому что он быстро приказал убрать вино. Должен ли он вести себя так послушно? Это даже смутило ее. Лун Хэн, похоже, совсем не возражал, и просто больше съел, вместо своего обычного выпитого вина. Закончив со своей едой, он увидел, что Бай Сянсю съела всего несколько кусочков из своей чаши. Она правда медленно ест, но почему она остановилась?

«Ешь все.»

«…» Что он имел в виду под ешь все? Она посмотрела на свою миску, все еще наполовину наполненной рисом. Поскольку она недавно выпила свой лечебный суп, она больше не могла есть.Но Лун Хэн не собирался ее отпускать. Он уставился на её миску и выгнул бровь. Бровь была стройной и длинной, очень красивой. Словно очарованная, она не смогла удержаться от нескольких укусов. Она заговорила, когда больше уже не могла есть. Возможно раньше, она бы не осмелилась, но за последние два дня ее мужество значительно возросло.«Легко получить несварение, если съесть на ночь так много. Я же не смогу выйти и прогуляться.»Это правда, она действительно не могла собрать достаточно силу для прогулки!Лун Хэн думал, что это правда, но его другой мозг не согласился с ее словами. Хотя она не могла ходить, если они будут веселились на кровати, это ещё больше её измучает, чем прогулка! Размышляя над этим, он неловко отвернулся, задаваясь вопросом, что с ним не так. Его мозг никогда так не работал.Но ничего не поделаешь. Он всегда надеялся на это, желая, чтобы небо стало раньше темнеть и он смог быть вместе с ней. Он оставался у неё, хотя она явно не хотела продолжения. Это действительно заставило его потерять мужское достоинство. Изначально он приходил, возмущаясь, но вся его ярость и пламя теперь рассеивались, когда он видел ее.После еды они сидели на кровати и немного болтали. Поскольку вскоре стало темно, Лун Хэн бесстыдно задерживал свое пребывание. Похоже, он собирался спать здесь. Для мужчины-хозяина дома было совершенно нормально оставаться там, где он захочет, поэтому каждый из них в гармонии делал свои приготовления.Бай Сянсю помылась и переоделась. К тому времени, как она вышла, она уже достаточно устала, чтобы тяжело вздохнуть. Хотя ее тело было слабым, сегодня она ничего не делала. Почему она так устала?Она взглянула на высокую фигуру у кровати. Это он должен был устать. Мало того, что он двигался, проливая слезы, ему приходилось неоднократно перемещать ее. Очевидно, это была физическая работа, но он выглядел так, будто съел какой-то стимулятор, учитывая, как покраснело его лицо.Роман не лгал. У этого главная героя действительно внушительная выносливость.«Вы все можете уходить!» Хотя он казался очень спокойным, его глаза переполнялись явным нетерпением. Похоже, он хотел проглотить Бай Сянсю прямо здесь и сейчас, не обращая внимания на остальных.Бай Сянсю была напугана. Разве он сейчас не похож на голодного волка? Откуда это внезапное желание убежать? Она остановилась между кроватью и столом, боясь подойти к нему. Она думала о том, как сильно она страдает, от его мучений. Конечно, были и другие чувства. Тем не менее, страх подавил радость.Как только все ушли, Лун Хэн заметил, что Бай Сянсю все еще нерешительно стоит на месте. Ее глаза избегали его взгляда , как будто она боялась подойти. Вместо того, чтобы рассердиться, он сам расстегнул одежду, свободно висящую на его теле, и бросил её в сторону.Бай Сянсю лишь разок взглянула на него, прежде чем почувствовать, как ее пульс ускорился. Рельефные мускулы, покрытые легким блеском пота, уже загорелись в ее голове. Даже ее тело стало немного горячим.В романе говорилось, что у второстепенного женского персонажа Бай Сянсю было чрезвычайно чувствительное тело. Особенно ей нравились мускулистые мужчины, как главный герой. У неё даже был похотливый сон, где она видела его обнаженным, что увеличило её желание отдаться ему. Когда она впервые прочитала об этом, она не поняла. Как может обычный взгляд на кого-то вывести из-под контроля? Насколько чувствительна эта женщина и как томиться жаждой? Но теперь она все поняла, потому что один взгляд превратил её ноги в желе. Этот вид главного героя тоже её соблазнил?

Более того, почему он снял одежду? Может, этот человек на самом деле скрытый нимфоманьяк? Он пытается искусить меня, потому что я не подошла к нему? Я не должна вестись на его трюки. Он не соблазнит меня своими мужскими прелестями. Она сглотнула и решила перестать смотреть на него, повернув голову в сторону. Но вскоре она услышала тяжелые, поспешные шаги.Она была так поражена звуками, что ей просто пришлось оглянуться назад в его сторону. Лун Хэн решил сам подойти к ней, а не ждать, пока она придет к нему! Разве он не должен манить меня пальцем и звать к себе своим соблазнительным голосом? Почему он решил подойти? Какой же он нетерпеливый…«Ааа. Вы не… Не нужно так торопиться.» Бай Сянсю была в панике. Когда она увидела, что он подходит к ней таким властными шагами, она подсознательно уклонилась за стол.Лун Хэн поднял брови. Видя, как она пытается укрыться от него, он почувствовал внезапное желание схватить её и «наказать». Угол его губ взмыл вверх, образуя опасную ухмылку. Это испугало Бай Сянсю, и она все время отходила от него. Всякий раз, когда Лун Хэн делал два шага вперед, она также делала два шага назад. Они играли в кошки-мышки вокруг стола. К сожалению, это не затянулось надолго, так как у Бай Сянсю началась одышка. Измучившись, ее тело начало качаться, но Лун Хэн был слишком быстрым. В мгновение ока он оказался рядом с ней, сметая ее с ног. Он бросил ее на плечо и стоял опьяненным от вкуса победы. Он подошел к кровати и положил ее с бесконечной мягкостью.У него не было выбора, кроме как быть с ней нежным. В конце концов, эта девушка слаба и нежна, как бумага. Он может сорвать дела, если будет с ней слишком грубым. Но сдерживаться сейчас было хуже смерти. Бай Сянсю уже прихрамывала и устала этой беготни вокруг. Все, что она могла сделать, это усердно дышать, пока Лун Хэн её нес. Тем не менее, она все равно немного сопротивлялась, ударив плечо Лун Хэна своими крошечными кулаками. Она сделала всего несколько ударов, прежде чем отдернуть кулаки. Ой! Почему я единственная, кому больно от того, что я его бью…Лун Хэн взял ее за руку, чувствуя, что она массирует ее. После этого он поднес её ко рту и лизнул. Чувство удовольствия увлекло Бай Сянсю и она застонала… Я сдаюсь. Этот мужчина слишком хорошо это делает.Она собиралась противостоять дальнейшим движениям Лун Хэна, но он уже мастерски раздел ее. Ситуация становилась опасной. В то время как Бай Сянсю уже размышляла, как ей завтра встать с постели, в комнате раздались звуки стука. Стук был не очень громким, но настойчивым. Очевидно, что у человека было намерение помешать им.«Ваше… Ммн… Высочество… Стучат… Кто-то стучит в дверь…»Лун Хэн слишком увлекся, чтобы услышать звуки из двери. Он даже не заметил их, пока Бай Сянсю не обратила на них внимания. Он стиснул зубы и зарычал: «Что такое??» Его голос был холодным. Если это не что-то важное, то их ближайшее будущее будет в опасности.Стучащим оказался Шуэр. Конечно, он сам не хотел стучать им в дверь в такое время! Звуков, исходящих изнутри комнаты, было достаточно, чтобы даже кончики его ушей стали ярко-красными. «Ваше высочество. Новости из дворца. Вдовствующая императрица тяжело больна и находится в большой опасности.»Вдовствующую императрицу можно считать одной из сторонников семьи Лун. Старая мадам и императрица часто помогали друг другу, потому что были подругами. Если бы не этот факт, Старая мадам никогда бы не согласилась на брак с дочерью семьи Лин. Болезнь вдовствующей императрицы, поистине неотложная задача. У Лун Хэна не было выбора, кроме как уйти, сцепив зубы. Он накрыл Бай Сянсю одеялом и с большим трудом поднялся на ноги.Бай Сянсю уперлась в него взглядом и не смогла удержаться от глотания. Какое ужасное количество пота! Даже его глаза покраснели. Разве нужно быть таким неудовлетворенным в своем аппетите? Что я делаю? Мне даже немного жаль его.«Хорошо отдохни. Я найду тебя позже.» Лун Хэн хотел ещё немного объяснить кое-что, и быстро оделся. Когда он собирался покинуть комнату, ему пришла в голову мысль. «Боюсь, что мама скоро вернется. И тогда она… немного позаботится о ней.»Старая мадам и вдовствующая императрица были близки, как сестры. Получив новости, она была бы убита горем. Более того, она скоро вернется с юга. Бай Сянсю, естественно, знала об этом из романа. Старая мадам горевала о вдовствующей императрице до такой степени, что сама заболела. Лун Хэн тогда даже принял главную героиню в поместье и оставил ее ответственной за бытовые вопросы. Обоснование этого было простым. Она будущая мадам дома и рано или поздно возьмет на себя управление домашним хозяйством.К сожалению, после её прибытия возникало все больше и больше проблем, из-за чего болезнь Старой мадам лишь продолжалась. Жена и наложницы вели боевые действия, а последующие заговоры и интриги погрузили имение в полный беспорядок. Но самой большой проблемой для всех были поклонники главной героини. Они приходили толпами один за другим.К тому времени главный герой безумно в нее влюбился. Они валялись в простынях, прежде чем приняли брак, что вызвало скандал. Несмотря на все это, главный герой отказался скрывать скандал. В конце концов, она его женщина! Поэтому, было много случаев, когда главная героиня не могла встать с постели в течение трех дней. Это привело к тому, что другие второстепенные женщины в его заднем дворе скрипели зубами от ревности, а Старая мадам почти умерла в гневе.

Надеемся, в этот раз такая ситуация не наступит.

По какой-то причине она потеряла всю энергию в своем теле сразу же после ухода Лун Хэна. После невероятно сложной задачи одеться, она сразу же вернулась на кровать. Вдовствующая императрица не смогла бы избежать своей судьбы. Бай Сянсю ничего не смогла бы сделать с ее болезнью. Она не ведь какой-то чудо-врач. Измученная, она быстро заснула. К тому моменту, когда она проснулась, в комнате было уже темно. Она крикнула. «Кто-то есть?»«Мадам Сюй. Сяо Ши здесь. Что-то случилось?»«Нет. Принц ещё не вернулся?» Она вспомнила из романа, что, когда вдовствующая императрица тяжело заболела, все доверенные служители императора должны были сопровождать его во дворце. Если история прогрессирует по роману, сегодня вечером он не вернется.«Принц еще вернулся. Но до рассвета еще есть время. Вы ещё немного поспите?» Сяо Ши лежала снаружи, потому что хозяйка часто обращалась к служанке посреди ночи. Слуги были весьма внимательны из-за этого многолетнего аспекта служения.«Ммм. Нет. Давай спи!» Несмотря на то, что она знала, что во время поездки с Лун Хэном ничего не случится, она не могла не беспокоиться. Весь императорский суд вступил в период нестабильности после того, как вдовствующая императрица заболела. Круг вдовствующей императрицы не ладил с кругом нынешней. Как только вдовствующая императрица скончалась, клики нынешней императрицы находили всевозможные способы преследовать сторонников вдовствующей императрицы.Император был более чем счастлив увидеть, как они сражаются между собой. В конце концов, именно он выиграл от их стычек. Но Бай Сянсю была очень занята с тех пор, как вернулась в поместье. Тем не менее, спокойный ночной покой немного зарядил её батарейки.На следующее утро она начала отвечать за домашние дела. Несмотря на то, что у нее было много обязанностей, она не тратила на них все свои дни. Она была занята всего несколько дней в месяц, и ей приходилось каждый день заботиться о небольших ежедневных задачах.Неожиданно Лун Хэн поставил Лун Шутина отвечать за вопрос Сан Хун, прежде чем ушел. Лун Шутин воспринял это довольно серьезно и пришел сообщить Бай Сянсю о подготовке. После того, как Бай Сянсю выслушала его доклад, он передал ей список обвинительных заключений.Ее губы начали неуверенно подергиваться, когда она их просмотрела. Роман действительно уклонился от своей темной истории. Неудивительно, что она была настолько уверена, что сможет меня заменить. Её никогда не отвергали мужчины, которых она пыталась соблазнить!Сначала она соблазнила двух молодых рабочих, у одного из которых уже была жена и наложница. После этого она пошла еще дальше. Начиная от охранника в ее резиденции до охранника резиденции Сун… «Какая бедная вдова пустого дома? Этот термин явно ей не подходит!»

Лун Шутин выплюнул глоток чая от смелых слов четвертой мадам. Чувствуя себя немного смущенным, он несколько раз покашлял. Он не ожидал, что четвертая мадам начнет говорить после поездки так смело и лукаво. Теперь она казалась немного более приземленной, по сравнению с прошлым. Это делало ее ещё привлекательней. У него было ощущение, что этот план придумала именно эксцентричная четвертая мадам. Судя по взгляду Принца, Лун Шутин был уверен, что тот бы не стал заботиться о сплетнях. В противном случае он бы давно попытался объясниться.

По правде говоря, им не нужно ничего объяснять. Все, что им нужно сделать, это показать общественности некоторые доказательства. Как только они это сделают, это докажет, что Принц Ли просто презирает неприличные и вульгарные действия в своей усадьбе, а также помешал людям попытаться причинить вред имуществу из тени. По крайней мере, это может помочь, чтобы такие инциденты больше не повторялись.

После того, как Бай Сянсю прочитала обвинительное заключение, она кивнула. Этих доказательств должно быть достаточно, чтобы изменить мнение общественности о Лун Хэне. Но кто написал это? Используемые слова очень четкие и точные. Он ярко описывал проступки вдовы, которая не обладала добродетелью и пыталась соблазнить своего хозяина. Прочитав это, даже Бай Сянсю почувствовала желание бросить вдову на дно пруда.

Лун Шутин тоже знал, что вдовствующая императрица тяжело заболела. Поэтому, решил приготовиться к возвращению Старой мадам. «Когда вернется Старая мадам, она обязательно пойдет во дворец. Однако, если что-то случится с вдовствующей императрицей, она точно будет скорбеть по поводу потери. Почему бы нам не подумать о том, как занять её? Это будет лучше, чем оставить ей лежать в горе.»

Бай Сянсю была готова помочь, но не могла придумать, что могло сделать Старую мадам счастливой. Она знала, что самое большое желание Старой мадам заключалось в том, чтобы Лун Хэн женился и подарил ей внука. Тем не менее, главная героиня вскоре войдет в имение, и Бай Сянсю боялась, что она разгневает Старую мадам до смерти вместо всего этого. Бай Сянсю почувствовала бы себя неловко с ее присутствием.

Лун Шутин придумал идею, но взглянул на Бай Сянсю и решил не говорить об этом. Бай Сянсю заметила его действия и с любопытством спросила: «Управляющий Лун. У вас есть идея?»

Лун Шутин осторожно покашлял. Казалось, он немного не хотел говорить об этом.

«Сяо Ши, принеси нам новый чайник с горячим чаем.»

Сяо Ши взглянула на Бай Сянсю и ушла. У нее было ощущение, что хозяйка просто хотела уединения, и поэтому ушла, ничего не спросив.

После её ухода, Бай Сянсю повернулась к Лун Шутину, нежно улыбаясь. Значение предложения было ясным. Время говорить. Не тяните.

Поскольку Лун Шутин мужчина, ему было немного неловко от его идеи. По его мнению, хотя Бай Сянсю довольно умна, она немного тормозила, когда дело касалось таких вещей. Не то чтобы, он её обвинял в этом. Какая женщина была бы смелой, чтобы придумать такую идею, как придумал он? Более того, Старая мадам могла даже обидеться на нее, если что-то пойдет не по плану. Однако это единственное, что он мог придумать, чтобы поднять настроение Старой мадам.

Сначала он немного поколебался, но продолжил. «Я уверен, что мадам Сюй больше осведомлена, чем я, о том, чего хочет Старая мадам.»

«Э-э… Но…» Я не… Ее рука подсознательно поплыла к животу, когда она немного покраснела.

Лун Шутин продолжал говорить, слегка рассмеявшись. «Это не должно быть реальностью. Ей нужно только подозревать, что это реально.»

«Вы говорите…» Бай Сянсю сразу почувствовала его стремление. Она мягко покашляла и сказала:«Тогда я побеспокою главного управляющего, чтобы сделать все приготовления.»

Лун Шутин мгновенно понял, что она тащит его в грязные воды вместе с собой. Он не мог не покачать головой. Нелегко получить хоть малейшее преимущество четвертой мадам. Только Принц видит ее хрупкой, как бумага. Он даже не хотел, чтобы я показывал ей обвинительный документ, думая, что это напугает ее.

Лун Шутин долго колебался, прежде чем окончательно решил дать ей обвинительный акт, главным образом потому, что вопрос не считался бы разрешенным, если бы его мастер не видел этого. В конце концов, никто не знал, когда Принц получит шанс вернуться из дворца. Как он и предсказал, Лун Хэн застрял во дворце на целых два дня. Только когда он получил известие о возвращении Старой мадам, Лун Хэну наконец-то позволили вернуться в поместье, чтобы сопроводить ее во дворец.

Когда Старая мадам получила известие, она плакала всю дорогу в поместье, что сделало ее хрупкой и болезненной к моменту ее прибытия. Она побыла в поместье лишь мгновение, прежде чем отправиться во дворец, не оставив никаких указаний. Лун Хэн, естественно, должен был сопровождать ее. К счастью, у Лун Хэна все еще была какая-то совесть. Он проигнорировал всех остальных и встретился только с Бай Сянсю. Увидев, что у нее все в порядке, он задал ей некоторые задачи, связанные с недвижимостью, и оставил все в ее руках. Он даже сказал ей не перетруждаться.

Тем не менее, Бай Сянсю почувствовала, что устал он, а не она. Огромные темные круги под глазами, очевидно, появились из-за многих бессонных ночей. Однако у него не оставалось выбора. Было так много доверенных министров, которых любила вдовствующая императрица. Каждый из них сидел вместо императора в ожидании новостей за пределами её комнаты.

По какой-то причине Бай Сянсю внезапно потянула Лун Хэна за рукава, когда он собирался уйти. Однако она не смогла придумать что ему сказать. Только когда Лун Хэн повернулся, чтобы посмотреть на нее, она начала запинаться: «П-поспите, когда появится шанс. Не думайте, что ваше тело сделано из стали.»

По неведомым для Лун Хэна причинам, его сердце внезапно забилось. Вся усталость и тоска, которые он подавлял весь день, превратились в волну энергии, раздувшуюся и устремившуюся в его сердце. Он потянул маленькое тело Бай Сянсю в свои объятия, обняв ее длинными руками. Он жалел, что не может остаться с ней и забыть обо всех других вопросах.

Они довольно долго обнимались, прежде чем Лун Хэн почувствовал, что Бай Сянсюй немного напряжена и отпустил ее. С охрипшим голосом он заверил Бай Сянсю, что обязательно поспит. Даже Бай Сянсю поняла, что настроение в воздухе достигло своего пика розового тепла. Как будто загипнотизированная определенным настроением, она молча последовала за Лун Хэном, чтобы провести его. Она с неохотой вернулась в Зимний сад, когда он махнул ей рукой, попросив возвращаться.

Вернувшись, она провела минутную проверку ситуации, прежде чем решила переехать в сад Абрикосов. Если понадобится, она может вернуться в Зимний сад на несколько дней следующей весной. Не было смысла продолжать спор с Лун Хэном.

Рассматривая, как Лун Хэн постоянно искал оправдания, чтобы увидеть ее в Зимнем саду, она поняла, что все ему усложняет. Более того, даже если Лун Хэн уже закрывал ей рот, он, вероятно, все-таки заставит ее перейти в Абрикосовый сад рано или поздно.

Хотя быть наложницей в древние времена не особо хорошо, она поняла после некоторых размышлений, что даже в отсутствие каких-либо обещаний Лун Хэна никто не сможет встать между ними, если они будут поддерживать хорошие отношения. Никто не посмел бы бороться за положение главной жены, если бы она считала таковой собя. Тем не менее, это было до решения главного героя. У него есть ореол главного героя, в то время как у самой Бай Сянсю нет ничего.

Хорошо. Вот как это может быть. По крайней мере, он все время хорошо к ней относился. Когда главный герой обнял ее только что, она почувствовала, как все ее тело смягчилось и почти растаяло в его руках. Она искренне верила, что влюбилась.

Сяо Ши не ожидала, что ее хозяйка согласится переехать в сад Абрикосов. Сейчас она осталась ответственной за все имущество, поэтому никто не осмеливался опровергнуть ее решение.

Слуги в Зимнем саду трудились, чтобы переместить все её личные вещи в сад Абрикосов. Это была очень большая резиденция. Вход достаточно большой, чтобы четыре человека стояли в ногу. Передняя резиденция использовалась для гостей, а жилые помещения расположены ближе к тылу. В собственности более десяти домов. Зимний сад конечно нельзя сравнить с этим местом. Самое главное, что подземное отопление здесь необычайно теплое. Бай Сянсю сразу же встретила стенку теплого воздуха, когда шагнула внутрь.

Эта резиденция предназначалась для будущей хозяйки дома, поэтому неудивительно, что она намного лучше построена, чем Зимний сад. Бай Сянсю вспомнила, что главная героиня поселилась в сад Абрикосов, когда впервые приехала в поместье в романе. Это намного ближе к главному герою и сделало бы гораздо более удобными ночные посещения.

Когда она подумала о грандиозном полуночном свидании, которое ждет её в будущем, сердце Бай Сянсю сильно застучало. Она похлопала себя по щекам, чтобы очистить свой разум, и отвлекла себя переносом кактуса в сад Абрикоса. По пути она встретила Старшую и Вторую мадам, которые, похоже, сформировали союз.

Они, казалось, случайно с ней пересеклись, но на самом деле хотели узнать от неё какие-то новости. Поэтому, они мило позвали Бай Сянсю, когда увидели, что она идет в их направлении. Они даже размахивали веерами, пытаясь привлечь ее внимание, хотя сезон вееров прошел. С оштукатуренной улыбкой на лицах, они спросили: «Четвертая мадам… О, нет. Теперь мы должны обращаться к вам как к Третьей мадам. Куда вы идете?»

С тех пор, как Третью мадам выгнали из особняка Принца, Бай Сянсю стала Третьей мадам. Бай Сянсю специально скрыла вопрос Третьей мадам от всех остальных. Она боялась, что Лун Хэн узнает об этом и убьет всех. К счастью, в последнее время он был занят многими вещами и не успел вникнуть в это слишком глубоко. Если бы у него действительно нашлось свободное время, она не могла гарантировать, что он этого не сделает. Следовательно, посторонним, рассматривающим ситуацию, эта Третья мадам, казалось, исчезла без всякой причины, что сделало их еще более подозрительными из-за основной причины всего этого.

Бай Сянсю хорошо об этом знала, поэтому ее не беспокоило, что они ведут себя так, как будто просто случайно обманывают её. Она только слегка улыбнулась, когда ответила: «В сад Абрикосов.»

Зачем задавать такой вопрос, если вы, ребята, уже знаете на него ответ? Вы должно быть что-то замыслили! Разумеется, Старшая мадам улыбнулась и сказала: «О! Вы собираетесь убраться в Абрикосовом саду? Я знала, что будущая хозяйка дома появится после возвращения Старой мадам.»

Бай Сянсю бесшумно закатила глаза. Зачем беспокоиться обо всех этих разговорах, если вы уже знаете, что я собираюсь переехать? Вы пытаетесь создать какую-то драму! Но, кем является Бай Сянсю? Она не обратила ни малейшего внимания на такие маленькие трюки. Она прекрасно понимала, что у нее есть защита главного героя, поэтому не стала пытаться выиграть в этих маленьких играх.

«Нет, это я переезжаю по приказу Принца.» Она не стала больше ничего объяснять и хотела уйти.

Но Вторая мадам преградила ей дорогу, с удивленным взглядом на лице: «Как это возможно? Третья мадам должна знать правила усадьбы, даже если сам Принц их не знает. Этот сад Абрикосов…»

«Пожалуйста, уступите дорогу. Если у вас есть какие-то вопросы по этому поводу, обратитесь к Принцу. Не нужно блокировать мой путь. Растение довольно тяжелое. Или может поможете мне его подержать, чтобы мы могли поговорить?» Бай Сянсю не беспокоилась о вежливости, когда сунула Хуэра в лицо Второй мадам.

Хуэр был потрясен: «Нет! Я не хочу, чтобы эта женщина меня держала! У нее убийственная аура! Она хочет убить Хуэра!»

На лице Бай Сянсю появились черные линии . Этот кактус действительно предельно честный. Она предложила Второй мадам взять его, потому что все это планировала! Тело Хуэра усеивала масса колючек. Если Вторая мадам действительно захочет его подержать, ей понадобится определенный уровень смелости. Однако Вторая мадам очень боялась Хуэра из-за ее предыдущей травмы. Она тут же отступила на несколько шагов назад, подняв брови.

«Я просто напоминаю вам о доброте своего сердца. Если вы не знаете, что хорошо для вас, тогда делайте, как вам будет угодно.» Актерское мастерство Второй мадам было немного ниже, чем у Старшей мадам, поэтому она показала своё истинное лицо, как только впала в панику.

Старшая мадам улыбнулась со стороны, потому что предположила, что Бай Сянсю действительно не хватило бы смелости самостоятельно переехать в сад Абрикосов, основываясь на ее нынешнем положении. Однако Старая мадам никогда бы не позволила пройти этому вопросу мимо неё. Действия Бая Сянсю были вопиющим пренебрежением к правилам усадьбы. Следовательно, будет интересная сцена, когда Старая мадам вернется из дворца.

Старшая мадам немного потянула к себе Вторую мадам, молча предупредив, что они более или менее выполнили свою задачу по консультированию Бай Сянсю. Когда придет время обвинений Старой мадам, на них она злиться не будет.

Бай Сянсю тоже знала, что ее поведение не соответствует правилам усадьбы, но она следовала всем правилам, так как перешла туда, чтобы стать женщиной главного героя. Если бы она продолжала следовать правилам усадьбы, разве это не означало бы немного подвести себя? Несмотря на то, что главные герои были признаны императорскими силами, Бай Сянсю не могла не увидеть, что у главного героя есть к ней некоторые чувства. Чем больше она привязывалась к нему, тем больше раскрывала свою истинную личность.

Бай Сянсю все еще с нетерпением ждала бушующего романа, который могли принести ей древние времена. В конце концов, это мечта каждой девушки. Влюбленные люди больше не будут такими спокойными, поэтому она не волновалась о том, что думают другие люди, начав украшать сад Абрикосов. Ее первый шаг состоял в том, чтобы разместить Хуэра в хорошем месте и полить его водой.

Кровать в главном доме Абрикосового сада очень мягкая и удобная. Она вспомнила, как Лун Хэн спал на её кровати в Зимнем саду. Казалось, что один из них упадет в любой момент. Похоже, она действительно обидела его за этот период времени. Прибыв в это место, она получила известие, что Старая мадам упала в обморок во дворце. Все произошло так, как она ожидала. Бай Сянсю приказала слугам прибрать комнату Старой мадам и лично устроила несколько растений в горшочках, чтобы больной человек мог расслабиться.

Через день она услышала известие о том, что Вдовствующая Императрица скончалась.

Вся страна должна была оплакивать смерть члена императорской семьи, особенно если это мать нынешнего императора. Бай Сянсю уже сделала несколько сдержанных запросов. Поэтому немедленно приказала слугам повесить белую ткань и зажечь белые фонари у главного входа в поместье в первый возможный момент. После этого она приказала им встать на колени перед императорским дворцом и, с плачем, поклониться, чтобы выразить траур.

Другие официальные лица тоже договорились о том, чтобы их дома проводили такие мероприятия, поэтому, усадьба Принца Ли ничем не отличалась от других. Этого результата и хотела Бай Сянсю — быть нейтральной. После возвращения Старой мадам, она забрала на себя все дела в поместье. Однако та была довольно бледной, так как все время сидела в резиденции, выплакивая глаза.

«Старая мадам, пожалуйста, не плачьте, вы нанесете вред своему телу.» Бай Сянсю уже поставила себя на место невестки, поэтому была более близка к ней и волновалась за Старую мадам. Бай Сянсю, сидя рядом с пожилой женщиной, почувствовала, что она искренне хорошо относилась к своей подруге.

Старая мадам махнула рукой. «Вы все можете идти. На данный момент я не хочу брать на себя обязанности по делам в поместье. Просто не беспокойте меня.»

«Я поняла.» Бай Сянсю больше ничего не говорила, когда увидела, что у нее оранжевый цвет лица. Она ушла со своими слугами и лично приготовила легкие, освежающие овощные блюда, отправив их Старой мадам. Этим жестом она хотела исполнить свои обязанности невестки. Тем не менее, она никогда бы не подумала, что Старшая и Вторая мадам придут навестить Старую мадам, как только она закончит есть. Они не ходили вокруг да около и тут же пожаловались на то, что Бай Сянсю переезжает в сад Абрикосов. Они даже добавили, что посторонние распространяют слухи, что наложница из особняка Принца настолько испорчена, что не ведет себя как положено.

Старая мадам действительно не знала об этом, но была крайне недовольна их сплетнями. Она махнула рукой и коротко сказала: «Я займусь этим делом. Вы можете идти!»

Мадам Бай очень редко совершала ошибки, которые люди могли использовать против нее, но она действительно немного вышла за борт в этом вопросе. Поэтому, Старая мадам напрямую расспросила все у Е-мамы. Е-мама знала о каждом развитии в этом вопросе, поэтому рассказала, что Принц попросил Бай Сянсю переехать в сад Абрикосов. Она даже упомянула, что пара спорила об этом полдня и что Лун Хэн , в конце концов, фактически признал поражение.

Старая мадам почувствовала, что что-то неладно, когда услышала, как ее сын признал поражение. Как женщина из тыла могла быть сильнее мужчины? Хотя она не ошиблась в этом вопросе, ей все еще нужно было знать свое место. Поэтому, Старая мадам сказала: «Позовите ее.»

Бай Сянсю только закончила заниматься делами, а ее задница только коснулась стула, когда она получила вызов Старой мадам. Разве Старая мадам не просила её не беспокоить? Почему она передумала за такое короткое время?

Она почувствовала, что это должно быть связано с ее переходом в сад Абрикосов, поэтому направилась к резиденции Старой мадам немного угрюмой. Но она никак не ожидала, что Старая мадам промолчит по вопросу о ее перемещении, а станет говорить о многих принципах, которым она должна следовать. Этим принципам должны следовать наложницы, например, рассматривать слова Принца как закон и не думать, что она может игнорировать приказы Принца только потому, что получила его милость.

Бай Сянсю, наконец, все поняла, некоторое время выслушивая Старую мадам. Она не обвиняла ее в переезде в сад Абрикосов, Бай Сянсю просто не должна была спорить об этом с Лун Хэном. В конце концов, она наложница, и ей стоило бы вспоминать свое место.

Это правда, она все это время знала о своем месте и не особенно возражала. Но теперь все изменилось. На самом деле её очень взбесили слова Старой мадам. Но, подумав, она почувствовала, что все еще связана с ее личностью.

«Старая мадам совершенно права. Эта наложница примет к сведению ваши слова.» Это отстой. Я все выскажу на Лун Хэну, когда увижу его.

Тем не менее, Бай Сянсю вздрогнула после того, как Старая мадам выпустила ее из комнаты. Почему вдруг у неё появилась готовность войти в ситуацию, когда ее муж будет захвачен между ней и ее свекровью? Неужели она действительно приняла Лун Хэна и готова выйти за него замуж? Эта мысль настолько её напугала, что Бай Сянсю даже не могла есть. Сяо Ши и другие заметили её пропажу аппетита после лекции Старой мадам. Они молча проклинали Старшую и Вторую мадам.

Бай Сянсю всю ночь волновалась и на следующий день принялась за дела с тяжелыми кругами под глазами. Ей даже пришлось пойти поклониться Старой мадам. Когда Старая мадам увидела ее уставшее лицо и бледность, она почувствовала, что в последнее время с этой несчастной наложницей произошло слишком много плохого. Это сильно повлияло на нее. Поэтому, Старая мадам начала говорить о шраме Бай Сянсю. «Я слышала, это произошло из-за женщины бандитки. Тебе, должно быть, было трудно сбежать. Хэн уже вызвал врача для лечения?»

«Доктор взглянул и сказал, что шрам затянется.» Для защиты своей репутации, Лун Хэн рассказал всем, что это сделала какая-то бандитка, потому что не хотел, чтобы посторонние знали, что именно произошло.

Старая мадам пробормотала ответ, а затем потерла голову, покашляв в приглушенной манере.

«Старая мадам, вам тоже нужно вызвать врача!» Бай Сянсю знала, что Старая мадам не проявляет к ней никакой недоброжелательности. Она лишь смотрела на вещи с точки зрения хозяйки дома, рассматривающей вопрос наложницы, которая вышла за рамки дозволенного.

Старая мадам вздохнула. «Какая польза от вызова врача? Она была здоровее меня, но все ушла так внезапно, просто так. Никто не думал, что это произойдет!»

Заговорив, она снова заплакала. Мамы ушли в сторону, а Бай Сянсю долго ее утешала. Старая мадам вскоре заснула прямо на том месте где сидела, но ее пухлое лицо представляло пугающее зрелище.

Похоже, Старая мадам очень больна. Бай Сянсю вышла с нахмуренными бровями и подумала, следует ли ей использовать метод Лун Шутина. Но она была с Лун Хэном тольтко около десяти дней. Если она начнет притворяться, разве не это не вызовет его гнева?

Как повезло, Лун Хэн вернулся именно в этот момент. Было очевидно, что он устал, так как его подбородок покрыла грубая щетина. Бай Сянсю действительно немного беспокоилась о нем и поэтому, выполняя свои обязанности, помогла ему искупаться и переодеться. Он быстро уснул, несколько раз погладив ее лицо: «Я встану позже и поужинаю с тобой.»

«М-м!» Она не могла говорить о своих предыдущих обидах, увидев его таким.

Он действительно проснулся на ужин, но Старая мадам позвала его к себе в резиденцию. Он нахмурился, потому что уже пообещал Бай Сянсю, что поужинает с ней. Он внезапно повернулся к ней и сказал: «Пойдем со мной!»

Бай Сянсю кивнула. Она, естественно, знала о намерениях Лун Хэна, но была уверена, что Старая мадам будет беспокоиться о нем в нынешнем состоянии. «Почему бы вам не привести себя в порядок, чтобы Старая мадам не переживала, когда увидит вас?»

Именно тогда Лун Хэн понял, как должно быть сейчас выглядит и в частном порядке похвалил добросовестность Бай Сянсю. Он подошел к Шуеру, и они вдвоем помогли Лун Хэну одеться более прилично, чем раньше, после чего отправились к Старой мадам.

Никто из них не ожидал, что Старая мадам начнет всхлипывать, как только увидит Лун Хэна, между вздохами спрашивая, когда тело её подруги положат в гроб и когда будет процессия. Это очень важные вопросы, и их нужно четко знать заранее. Лун Хэн осторожно сказал ей, что вдовствующую императрицу уже положили в гроб, а похоронная процессия состоится через два дня. Она направится в королевскую гробницу и пройдет мимо усадьбы.

Старая мадам сказала: «Это мой последний шанс с ней увидеться, я бы очень хотела ее проводить.» Она снова начала кашлять, сильно беспокоясь о Лун Хэне. Мама тоже плакала в стороне. «Ваше высочество, пожалуйста, поговорите с какой-то здравицей о Старой мадам. Она не спала всю ночь. Если это будет продолжаться, я боюсь… Боюсь…»

Но откуда Лун Хэн знал, как кого-то убеждать? Он лишь нахмурился и сказал: «Не плачь так много, мама. Ты должна о себе заботиться.»

«Тебе тоже нужно быть осторожным, поскольку ты сопровождаешь императора в процессии.»Старая мадам была довольно унылой, но не хотела, чтобы ее сын беспокоился о ней. Тем не менее, она не могла не опечалиться при мысли о сестре, с которой она выросла, и которая вот так её оставила.

Бай Сянсю посмотрела в сторону. Что делать, когда грустно, а другие беспокоятся? Вероятно, они вообще не смогут поужинать! Она тайком ущипнула свое бедро, активируя ее режим действия. Но я никогда не видела, чтобы кто-то блевал через пару дней после того, как забеременел! Думаю, мне придется сделать все так, как в драмах!

Бай Сянсю слегка сжала живот и повернула голову, чтобы притвориться, что вытирает слезы, пока никто не смотрел на неё. Фактически, она чуть-чуть сунула платок к горлу, чтобы вызвать пару легких спазмов. Но она не подумала, что ее горло окажется слишком сухим после ходьбы, и ей еще не удалось ничего выпить из-за эмоционального духа матери и сына. Носовой платок на самом деле вызвал у неё сильнейшие спазмы.

«Евр…» Из её глаз выбивались слезы. Бай Сянсю попыталась уйти, потому что боялась, что на самом деле сейчас вырвет. Однако импульс был действительно слишком сильным, и ей удалось пройти полпути перед тем, как упасть на землю. Похоже, за притворство нужно платить!

Женщины, которые рожали раньше, наиболее чувствительны к таким вещам, особенно Старая мадам, что с таким нетерпением ожидала внука. Когда она увидела, бесконечные потуги Бай Сянсю, Старая мадам немедленно выскочила с кровати с блестящими глазами. Она осторожно спросила: «Что здесь происходит?»

Что еще это может быть? Она сама вызвала у себя спазмы! Но Бай Сянсю не посмела сказать этого и ответила, вытирая слезы: «Ничего, бурп… просто, в последнее время у меня плохой аппетит.»

Она притворилась слабой после того, как Сяо Ши помогла ей подняться, встретившись с Лун Хэном глазами. Чувство в его глазах, была ли это забота? Похоже ей придется с ним объясниться. Что, если он действительно неправильно понял?

«Мы должны вызвать врача, если ты плохо себя чувствуешь. Поторопитесь и вызовите доктора!» Как могла Старая мадам неподвижно сидеть в такой ситуации? Она немедленно отправила кого-то за доктором. Мамы также отреагировали на это, и все улыбались, вызывая врача с преувеличенным волнением. Все знали, что их хозяйка отчаянно надеется на внука!

Лун Хэн понятия не имел, почему все так спешили. Он провел больше времени в армии, чем дома. Военный народ проклинал и ежедневно воевал друг с другом, и среди них мало кто беременел. Он лишь нахмурился и спросил: «Почему ты не позвала врача, если плохо себя чувствуешь?»

«Та.. Все нормально. Мне просто нехорошо последние два дня.» Пожалуйста, перестань смотреть на меня так, а то я не смогу продолжать притворяться!

Тем не менее, ей пришлось продолжить притворяться. Она схватилась за грудь и нахмурила брови. Именно в этот момент произошла редкая сцена. Старая мадам фактически отчитала своего сына. «Прекрати сейчас упоминать о таких вещах. Пойди, возьми что-нибудь, чтобы смягчить ей горло.»

Затем служанка подала Бай Сянсю чаю. Кажется, она почувствовала себя лучше после одного глотка. Лун Хэн хорошо знал свою мать. С тех пор, как его отец скончался, мать и сын полагались только друг на друга. Из-за этого она редко когда-либо говорила с сыном грубым тоном. И все же она приняла сторону Бай Сянсю, и отчитала его.

Для этого должна быть причина. Внезапно он вспомнил о времени, когда Бай Сянсю отравили и у неё были симптомы головокружения и рвоты. Мама ошибочно определила это как признак беременности. Однако тогда между ними ещё ничего не происходило, так что это было очевидное недоразумение. Тем не менее, она снова проявила те же симптомы, но на этот раз у них были осязаемые отношения. Неужели она действительно беременна? Простая мысль перевернула его ум с ног на голову. Он немедленно вызвал врача и даже пожаловался, что врач слишком долго шел. «Мы ждем почти полдня. Почему он еще не здесь?»

Поведение Лун Хэна подтвердило подозрения Старой мадам, что есть возможность ребенка. Она стала такой нетерпеливой, ожидая доктора, что даже перестала кашлять. Бай Сянсю потеряла дар речи. Она специально сбила с толку Старую мадам, так как та не знала, когда Лун Хэн упал с ней в простыни.

Но господин главный герой, почему вы так взволнованы? Разве вы не знаете, что с того дня прошло чуть больше десяти дней? Для реальной реакции потребуется, по крайней мере, два месяца!

К сожалению, она переоценила знание главного героя в биологии. Он родился в военной семье и покинул дом, когда ему было около десяти лет. Старая мадам оградила его от всех боевых действий в резиденции и не допускала, чтобы в его ушах ничего такого не было. Эти факторы способствовали его недостаточной осведомленности о женщинах, а также стали причиной, почему он имел довольно ограниченное понимание женского тела. Или, по крайней мере, он точно не понимал, что десяти дней слишком мало, чтобы узнать, или женщина беременна. В результате он очень волновался. Несмотря на то, что новость пришла немного неожиданно, мысль о ребенке его собственной плоти и крови доводила его до восторга.

Несмотря на юный возраст, он действительно с нетерпением ждал своих детей из-за влияния Старой мадам. Если бы у него появился ребенок, у его матери и Бай Сянсю появилась бы небольшая эмоциональная поддержка, когда он отправится на войну в будущем.

Доктор пришел через несколько минут, запыхавшись. Бай Сянсю и Лун Шутин заранее его предупредили. Доктор был готов помочь им, потому что их целью было спасение Старой мадам. Результаты от желаемого участия конечно будут намного лучше, чем если бы его пришлось принуждать. Притворство врача было намного лучше обычного. Он осторожно взял руку Бай Сянсю, чтобы надавить на неё и сжать разные точки. Закончив с правой рукой, он перешел на левую. Его лоб все время сжимался.

Старая мадам беспокоилась. На данный момент она даже отложила свою скорбь и была сосредоточена только на том, что ответит врач. Когда он решил, что прошло достаточно времени, он наконец обнаружил диагноз. «Признаки беременности, безусловно, есть, но так как еще слишком рано, я не могу это подтвердить.»

Врачу удалось найти лазейку для себя и Бай Сянсю одним предложением. Когда придет время, они смогут просто сказать, что Бай Сянсю вырвало, потому что она слишком беспокоилась или съела что-то плохое, и что он также рассматривал эти возможности, но тогда не смог их подтвердить.

Старая мадам была в восторге, услышав диагноз. Возможный признак беременности — это хорошо! В конце концов, это нормально, ждать два-три месяца, чтобы подтвердить беременность. Некоторым женщинам требуется даже четыре месяца! Бай Сянсю сделала вид, что удивилась. Затем она осторожно посмотрела на Старую мадам и опустила голову. Она казалась очень застенчивой. Доктор был очень впечатлен актерским мастерством Бай Сянсю. Он не ожидал, что ее поведение окажется настолько реалистичным!

Старая мадам приняла ее застенчивость со смыслом и схватила руку мамы, которая стояла рядом с ней. «День, который я так ждала, наконец-то пришел!» Она не слишком беспокоилась о том, что наложница забеременела ещё перед вступлением в семью официальной жены. Если бы это случилось в прошлом, она, возможно, проявила бы этим небольшое уважение к дочери семьи Лин. Но, увидев все проступки мисс Лин, она больше не ожидала от нее ребенка, даже если бы ей удалось вступить в семью. Все надежды на ребенка она возложила на наложницу Бай, единственную, кто вошел в сердце её сына. Она не ожидала, что хорошие новости поступят так скоро. Несмотря на то, что Бай Сянсю робкая и всего пугалась, она более чем восполняла это своим прекрасным внешним видом, добротой и щедростью. У нее очень хорошая личность, поэтому ее дети, вероятно, не отошли бы слишком далеко от семейного древа.

Бай Сянсю снова взглянула на своего «босса», то-есть мужа. Она заметила, что его высеченное лицо на самом деле подавляет эмоции, от которых он выглядел, будто скоро взорвется. Он заметил, что что-то не так? Он планирует наказать нас? Как раз, когда она собиралась сбежать, Лун Хэн выдал предложение: «Есть ли что-нибудь, что нам нужно принять к сведению?»

Врач чуть не намочил штаны. Он тут же начал перечислять предостерегающие советы, которые обычно давал беременным женщинам. «Третья мадам должна потреблять меньше пищи, в которой есть инь в природе, как можно больше отдыхать в постели и не участвовать в мероприятиях в спальне не менее трех месяцев…»

Разве нужно быть таким прямолинейным? Лицо Бай Сянсю сразу же стало красным, как зрелый помидор. Даже Лун Хэн, который обычно был очень толстокожим, покашлял от смущения.

Но как могла эта парочка сбить с толку Старую мадам? Она тоже кое-что об этом знала. «Ей нужны лекарства, что предотвращают выкидыш, не так ли? Попросите кого-нибудь подготовить их для нее.»

«Старая мадам. Все лекарства на самом деле в какой-то степени являются ядом. До подтверждения беременности, я не рекомендую давать Третьей мадам какие-либо лекарства.»Человек никогда не должен случайно принимать медицыну, если он совершенно здоров. Это основной кодекс этики, за которым он следовал. Поэтому, врач пощадил Бай Сянсю от боли, связанной с необходимостью принимать любые ненужные лекарства.

Старая мадам все еще волновалась и не могла не хотеть что-то сделать для Бай Сянсю. Она спросила: «Тебе еще плохо? Может пойдешь отдыхать?»

Бай Сянсю осторожно положила ладонь на живот и слегка сморщила лоб. Старая мадам и Лун Хэн эмоционально ответили на ее жест. Лун Хэн даже поднялся на ноги, но смог остановить себя. Если бы поблизости не было людей, он, вероятно, побежал бы к ней, чтобы проверить её самочувствие. В сердце Бай Сянсю зародился оттенок счастья. Она ответила: «Я больше не чувствую тошноты. Но мой желудок довольно пустой. Кажется… я немного голодна.»

Не удивительно, что она голодна. В конце концов, время ужина уже давно прошло. Однако главная проблема теперь в том, что Старая мадам еще не поужинала! Пока люди не смотрели, она повернулась к Лун Хэну и посмотрела ему в глаза. Лун Хэн немедленно понял ее намерения. Этот поступок просто для того, чтобы Старая мадам поела.

Чтобы не допустить, чтобы ее благочестие пошло впустую, он тут же сказал: «Подайте ужин. Быстро.» После этого он повернулся к Старой мадам и спросил: «Мать. Почему бы тебе не присоединиться к нам? Еда будет вкуснее, когда вокруг стола сядет больше людей.»

«Ладно ладно. Я присоединюсь к ужину, потому что вы пришли, чтобы составить мне компанию. Мама, помоги мне умыться. Я собираюсь ужинать.»

После стольких слез, неудивительно, что ее лицо немного опухло. Лучше перестать думать о печальных вещах, так как сегодня такой хороший день. Сейчас лучше вместе поужинать и позаботиться о моем здоровье, чтобы я была достаточно здорова, чтобы не испортить внука.

Лун Хэн вздохнул с облегчением, когда заметил, как настроение Старой мадам изменилось к лучшему. Он очень обрадовался, что хорошие новости Бай Сянсю появились в такой подходящий момент. Но потом он вспомнил, что хотел провести с ней незабываемую ночь после ухода из дворца. Во всяком случае, теперь этот план, казалось, поднялся дымом вверх, из-за указаний доктора. Подумав дальше, он пришел к выводу, что ночь впереди будет длинной и полной агонии.

Слабая бумажная леди смотрела на Лун Хэна с любопытным выражением в глазах. Вы чем-то недовольны?

По правде говоря, Лун Хэн на самом деле чувствовал себя очень счастливым в этот момент, за исключением одной маленькой заминки. Он ведь нормально жил на протяжении большей части своей жизни, не зная удовольствия от близости с женщиной, так почему он сейчас не может немного подождать?

Ужин подали через пару минут. Бай Сянсю не посмела много есть, так как раньше упоминала об отсутствии аппетита. Вместо этого она лично положила еду в чашу Старой мадам, чтобы она съела побольше.

Лун Хэн очень ценил гармонию, которая спустилась в его дом. Какой мужчина после долгого рабочего дня не хотел бы возвращаться в место, где никто ему не доставляет проблем?

Старая мадам не смогла смириться с тем, как мало съела Бай Сянсю. Ей нужно больше питательных веществ для ребенка! Поэтому она приказала слугам сделать какой-то лекарственный суп и попросила ее выпить его позже. Бай Сянсю успокоила Старую мадам и вернулась в сад Абрикосов, внимательно выслушав ее указания. Пока Бай Сянсю возвращалась домой, к Старой мадам пришла одна мысль: как хорошо, что Бай Сянсю переехала в сад Абрикосов. Было бы очень тревожно, если бы ей пришлось возвращаться на такое расстояние в Зимний сад. К тому же падает температура. Похоже, скоро будет снег.

И точно так же, как предсказала Старая мадам, вскоре имение покрыла массивная метель. Несмотря на все это, настроение в саду Абрикосов оставалось теплым и пушистым. Бай Сянсю сняла макияж, разделась и приняла ванну под наблюдением Лун Хэна. Он слишком беспокоился. Похоже, мне придется все ему объяснить, иначе моя жизнь станет несчастной. Как только ее мысли достигли такого вывода, Лун Хэн поднял ее и посадил к себе на колени.

Она немного хныкнула из-за боли, но он, похоже, не обратил на это никакого внимания. «Ваше Высочество, эта наложница должна кое-что объяснить.»

«О?» Вместо того, чтобы жаловаться, она пытается что-то объяснить? Должно быть, что-то не так. Он не спешил исследовать её тело, спрашивая, что случилось. Даже если он не сможет съесть ее, маленькие кусочки здесь и там, смогут утолить его голод.

«Ваше высочество. Мм… на самом деле эта наложница не… беременна.» Пожалуйста, не порви меня на кусочки!

«Что?!» Лун Хэн застыл. Он поднял подбородок, чтобы заставить ее взглянуть ему в глаза. По одному взгляду можно было понять, насколько он разозлился.

«Я… я… На самом деле все это потому, что…»

«Я больше всего ненавижу, когда женщины из тыла ведут борьбу за мое внимание. И все же ты…»Лун Хэн поднялся на ноги. Он разбушевался прежде, чем у неё появилась возможность объясниться.

Он был уверен, что она придумала такую схему, потому что хотела достойное место в поместье. Он смог бы понять, если бы это был всего лишь небольшой и безвредный трюк. Но она притворилась беременной его ребенком и использовала его как прикрытие? Именно так он все описал в своем воображении. Лун Хэн действительно с нетерпением ждал рождения ребенка, но его надежды и мечты мгновенно рухнули. Что ещё хуже, за этим оказался даже неизвестный заговор. Волнуясь из-за нынешней ситуации, Лун Хэн немедленно сбежал. Ему нужно время, чтобы успокоиться. Мужской способ успокоится, совершенно отличается от женского. Он не собирался искать угол, чтобы сесть и поразмышлять над вещами, и не собирался никому плакаться. Вместо этого он хотел найти место, чтобы залить в горло вина и не возвращаться оттуда до поздней ночи.

Как будто по привычке он приехал в свою любимую таверну. К сожалению, Сун Цзяоюэ и несколько его друзей тоже были там. Когда Сун Цзяоюэ увидел, с каким яростным выражением Лун Хэн вошел в таверну, он просто не мог не спросить его. «Что такое? Тебя редко таким увидишь. Что-то случилось… в имении?»

«Ничего особенного. Давай, выпей со мной вина.» Лун Хэн лично налил вина для Сун Цзяоюэ. Они оба осушили чаши, прежде чем им подали какие-либо блюда.

«Это из-за мадам Сюй…»

«Не называй ее имя!» Голос Лун Хэна поднялся почти до крика, когда он разбил свою чашу о землю.

Между ними должно быть что-то произошло. Сун Цзяоюэ никогда раньше не видел своего друга таким. Тем не менее, он не мог поверить, что эта добрая и нежная девушка могла сделать что-то такое, что вызвало у Лун Хэна огромную ярость.

«Ты всегда был таким. Я не знаю, что произошло между вами, но, по крайней мере, ты можешь попробовать выслушать ее объяснения. Она очень добрый и нежный человек. Разве ты не усложняешь все для нее, когда так себя ведешь?» Сун Цзяоюэ почувствовал разочарование. Он поднялся и ушел, оставив после себя только эти слова.

Неожиданно Лун Хэн застыл, в руке появилась новая чашка вина. Он действительно выбежал из комнаты, прежде чем она смогла что-либо объяснить. Что, если у нее какие-то невысказанные проблемы? Если это правда, то его действия были не более чем противоправным обвинением. Но, в его реакции выновато его желание иметь ребенка. Услышав, что все это ложь, он рассердился и сорвался. Его разум, наконец, очистился после вина и слов Сун Цзяоюэ. Отставив вино, он отправился обратно в усадьбу.

Бай Сянсю тоже разозлилась после того, как Лун Хэн сбежал. Какой ужасный мужчина! Он даже не дал мне времени что-то объяснить! Знаешь что? Ну и хорошо, что ты отказался слушать! Я тоже разозлюсь, окей?

Чувствуя себя крайне обиженной, с её глаз начали капать слезы, несмотря на ее изначальное нежелание плакать. Затем она села на угол кровати и уставилась в фонарь. Больше, чем когда-либо прежде, она скучала за современной эпохой. Она жила в северной части страны, где тоже зимой можно было увидеть снег. Но он был не таким толстым и белым, как то, что падало снаружи. Она чихнула, так как от окна немного тянуло холодом.

Вдруг, на её плечах появился плащ. Изначально Лун Хэн вернулся с намерением заставить ее признаться во всех своих проступках. Но все его мысли рассеялись, когда он увидел её состояние. Его сердце смягчилось, и всякий гнев, который раньше в нём бушевал, исчез в глубине его разума. Бай Сянсю стало бы ещё хуже, если бы он злился после возвращения. Она могла бы даже показать свою прежнюю личность, если бы увидела это.

К счастью, он больше не злился. И из-за этого она начала устраивать истерику. Бай Сянсю отбросила плащ и пробормотала: «Кому нужна ваша забота? Почему бы вам просто не уйти?»

Лун Хэн никогда раньше не видел ее такой и немного оцепенел. «Я…»

Но это все по его вине. Лун Хэн на самом деле потерял дар речи, но его интуиция подсказала ему, что покинуть сейчас комнату было бы серьезной ошибкой.

«Я просто хотела… хотела порадовать Старую мадам, чтобы она немного отвлеклась от своей скорби. И так как вас здесь не было, мне пришлось самой принять такое решение. Но я не ожидала, что вы так рассердитесь, что даже не дадите мне времени что-либо объяснить…» Бай Сянсю зарыдала сильнее. До такой степени, что даже горничные и слуги снаружи начали заглядывать в комнату. Тем не менее, никто не осмеливался войти. Они не должны вмешиваться в ссору молодой пары. В противном случае их могут наказать.

Лун Хэн вскоре понял ее рассуждения и, по правде, не мог её обвинять. Его мать действительно обрадовалась, услышав эту новость. Хотя план был немного смелым, похоже, у нее на самом деле не было выбора.

Для женщины нормально становится довольно неистовой во время истерики. Несмотря на свою крошечную фигуру, Бай Сянсю начала разгребать прошлое, описывая каждую провокацию, которую ей пришлось терпеть, и как она действовала в интересах имения.

Чувствуя себя беспомощным, Лун Хэн нежно поднял ее на руки и понес к кровати, чтобы спокойно прислушаться к ее жалобам. Несколько мгновений спустя он понял, что её претензиям не будет конца, и ее рыдания только ухудшаются. Без особого выбора он решил закрыть ей рот длинным романтическим поцелуем. Наконец. Она остановилась. Лун Хэн вздохнул.

«Вы… Что вы делаете…» Как до этого дошло? Я все еще очень сержусь на него… Во время вопроса, Лун Хэн уже направлялся к её телу.

«Я просто был очень разочарован. Тем не менее, мы должны постараться, чтобы не разочаровать Старую мадам.»

Особенно страдали две вдовы во дворце. Несмотря на то, что они собирались провести жизнь рядом с вдовствующей императрицей, все оставшиеся в мире живых, когда пришло время, перешли на другую сторону. Все они были частью фракции вдовствующей императрицы. Две женщины, естественно, чувствовали себя плохо после ее внезапной смерти. Следовательно, в последние дни они тоже были постоянно подавлены от неспособности снять камень с груди. Тем не менее, с тех пор, как они принесли два растения в горшках из резиденции Бай Сянсю, женщинам стало намного легче дышать от простого дуновения запаха растений.

Сначала они не думали, что положительные изменения в их настроении имеют какое-то отношение к растениям. Но, вернувшись во дворец, они оставили их в своих комнатах, и чувствовали себя невыносимо подавленными занимаясь разными делами. Придя отдохнуть, ароматный запах, дрейфующий по комнате от растения, вдохнул в них новую жизнь.

Вдовы встретились, чтобы обсудить этот вопрос, и пришли к выводу, что этот добродетельный поступок сделала Старая мадам. Они размышляли, что она была близким доверенным лицом вдовствующей императрицы и по-настоящему понимала скорбь в их сердцах. Следовательно, две вдовы выбрали ценный предмет в качестве подарка в обмен на доброту Старой мадам, поразив получателя.

Все возвращенные подарки должны были прийти в один день, и большинство из них довольно маленькие предметы, нет? Почему появился еще один подарок? Кроме того, он очень ценный. Она догадалась, что две вдовы хотели поддержать усадьбу Принца Ли. Но это не имело смысла. Лун Хэн не является принцем королевской крови, и они сами были частью фракции вдовствующей императрицы. Теперь, когда ее нет, разве имперские вдовы не должны искать поддержки у нынешней императрицы?

Только спросив дворцовых горничных, она узнала обо всем, что произошло. Неожиданно эта серия событий была достигнута благодаря наложнице Бай, и теперь она хорошо знакома с двумя вдовами. Одной из них была кормилица принца Ронга, так что не имела никакой особой власти. Кто бы мог подумать, что наложница Бай станет такой предвестницей удачи? Тем не менее, она немного упряма, раз проделала все это, будучи нездоровой.

Старая мадам была очень тронута подарком и душевными комплиментами, которые их сопровождали. Наложница Бай даже не искала признания, выполнив все это и отдав должное Старой мадам. Такие люди с образцовым поведением встречаются очень редко. Итак, Бай Сянсю начала быстро подниматься по шкале уважения Старой мадам. Она собрала несколько подарков, чтобы отправить Бай Сянсю, но вернувшись, слуги сказали, что мадам спит уже полдня и не собирается вставать.

Старая мадам восприняла это как признак усталости и не стала её будить. Она также приказала кухне подготовить питательные добавки, чтобы накормить Бай Сянсю, как только она проснется. В результате у нее даже пошло кровотечение из носа. Она просто устала и не нуждалась в таких мощных добавках! Этот образ жизни, несомненно, станет ее концом.

Сяо Ши и другие, не знающие правды, думали, что их хозяйка действительно беременна и кружились вокруг неё. Е-мама, в частности, начала периодически давать советы о беременности. Для Бай Сянсю, это был верх неловкости. К сожалению, Лун Хэн ещё не вернулся, поэтому она могла лишь молча терпеть.

Тем не менее, вернувшись, Лун Хэн тоже был в депрессии. Когда он вошел в сад Абрикосов, Е-мама осторожно подала ему чашку воды. «Ваше Высочество, мадам Сюй уже спит. Не хотели бы вы отдохнуть в своей резиденции?»

«Нет необходимости.» Резве не все дворы принадлежат ему? Зечем спрашивать, где он хочет спать?

Тем не менее, Е-мама нахмурилась в ответ, сказав: «Но тело мадам Сюй сейчас не в лучшем состоянии. Ваше Высочество, почему бы вам сначала не пойти в две другие резиденции…» и унять свой пыл с другими женщинами? Однако кто знал, что ее хозяин злобно посмотрит на нее, прежде чем она даже сможет закончить говорить? Она не смогла собрать волю, чтобы сказать хоть еще одно слово. Все ее тело превратилось в кусок льда от охватившего её ужаса.

«С каких пор слуги начали отдавать приказы своим хозяевам в этом доме? Вы заслуживаете наказания.» Лун Хэн больше ничего не сказал, но этого было достаточно, чтобы Е-мама вышла наружу и стукнула сама себя дюжину раз. Очевидно, она забыла свое место. Она могла лишь обвинить его в том, что Лун Хэн ведет себя как влюбленный подросток. Все чувствовали, что от него исходит тепло.

Но, если задуматься, он был нежен только с той, кто сейчас лежит в постели. К ним это не имело никакого отношения. Не понимая этого, она стала слишком надменной в этом вопросе. Она решила, что из-за своей хозяйки может поднять голову и смело говорить с Принцем. Вот почему она оказалась в такой ситуации.

Что касается Бай Сянсю, она понятия не имела, что происходит. Она, по сути, спала, как бревно. Почему мы об этом говорим? А потому, что она сбросила с себя все покрывала и при этом не оделась. Она показала все, что хотела и не хотела.

Когда Лун Хэн вошел в ее комнату и встретил эту сцену, его тело, которое хотело просто отдохнуть, начало шевелиться. Что с ним случилось? Почему его тело всегда реагировало, когда он её видел? Он слегка покашлял и понял, что сейчас действительно не подходящий момент для любовных дел. Он упал на кровать и крепко обнял ее, уснув только когда сильно зажал ее объятия.

На следующий день когда Бай Сянсю проснулась, она почувствовала, что ночью очень плохо спала. Ей казалось, что на ней лежит гора, и она не может развернуться или бороться с ней. Посредством частых усилий ей удалось слегка сдвинуться, но затем она застыла. Что-то не так! Эта позиция была довольно неоднозначной, и очевидно, что какой-то человек пытался что-то сделать с ней сзади. Это определенно было чем-то неприятным, и она уже в довольно опасном положении.

Она знала, кто этот человек, и хотела избежать всего этого. Но в то же время она не могла этого сделать. Во-первых, её сознание ещё полностью не вернулось, а во-вторых, другая сторона, похоже, ждала полдня её пробуждения. «… Ах… Вы… такой плохой с самого утра!»

«Хорошая девочка. Тебе нужно просто смириться с этим. Этот Принц сдерживался всю ночь.»

«…» Как можно быть сейчас таким энергичным? Неужели этот процесс настолько хорош, что он не может обойтись без него? Реальность доказала, что Лун Хэну действительно настолько хорошо с ней. На самом деле он, казалось, доходил до безумия.

В результате этого, Бай Сянсю встала не сразу. Она только сбегала в туалет и продолжила спать. В конце концов, она проспала ещё часик, прежде чем кто-то разбудил ее. Ей сообщили, что Старая мадам принимает почетного гостя и хочет, чтобы она приняла меры по его поселению.

Бай Сянсю оделась и спросила Сяо Ши из любопытства: «Где Принц?»

«Принц покинул поместье, но он упомянул, что после возвращения пообедает с вами.» Сяо Ши улыбалась, когда говорила. Принц очень хорошо относился к её хозяйке. Эта мысль быстро вылетела из её головы, когда она узнала, о каком госте идет речь. Это была не кто иная, как легендарная будущая хозяйка домохозяйства, Лин Цяньцзы!

Бай Сянсю тоже растерялась и начала паниковать. Почему Старая мадам попросила ее заняться этой женщиной? Однако мама, которую отправила Старая мадам, как будто ожидала реакции Бай Сянсю. «Мадам Сюй, мисс Лин здесь, чтобы исполнить свой долг невестки перед Старой мадам, но ей сейчас нужен мир и покой, и поэтому она попросила вас устроить для нее жилые помещения.»

Бай Сянсю поняла смысл её слов. Старая мадам доставила ей огромные неудобства, поставив Бай Сянсю в тяжелое положение. Мисс Лин должна была жить в саду Абрикосов, но теперь, когда Бай Сянсю переехала, она уже не хотела уходить. Старая мадам, вероятно, пожелала проверить ее решимость, но Бай Сянсю на самом деле не хотела уступать. Поэтому она улыбнулась и сказала: «Как мило со стороны мисс Лин.»

По неизвестным причинам, Бай Сянсю почувствовала, что мисс Лин смотрела на нее с очень странным выражением в глазах. Если она не ошибалась, это определенно отпечатки враждебности.

Бай Сянсю изо всех сил старалась сохранить улыбку, но в частном порядке почувствовала, что ей не нужно ее бояться. Главная героиня никогда не вредила ее персонажу в романе, и она уже приручила главного героя, который её убил. Так по какой причине ей стоит бояться эту женщину?

Больше не боясь, она поправила спину. К сожалению, Бай Сянсю слегка перестаралась, делая это, и вздрогнула от боли. Похоже, это цена, которую я должна заплатить за приручение главного героя. Моя спина меня убивает!

«Это наименьшее, что я могу сделать. Очень жаль, что пришлось побеспокоить вас обустройством.» Как говорила мама, я слишком добрая. Я должна быть немного беспощадней с наложницей, которую предпочитает Принц. В противном случае она может подняться надо мной.

Линь Цяньцзы искренне считала, что сейчас она в такой ситуации. Фактически, Бай Сянсю сидела в кресле хозяйки, а ей пришлось поселиться в гостевом кресле. Предполагалось, что она будет хозяйкой поместья Принца, но вместо этого с ней обращаются как с гостьей. Слова Старой мадам тоже раздражали ее. Что она имела ввиду, говоря, что я уйду через пару дней? Смысл мне прятаться в имении Принца, если бы не тот факт, что меня заставляют и не дают слова в этом вопросе?

Я бы не потеряла девственность, если бы Принц не проигнорировал меня и не оставил одну в вилле Красного Клена! Это его вина! Я не сделала ничего плохого! Мать права. Он должен взять на себя ответственность, потому что это его вина. Я обязательно перейду в поместье Принца и стану здесь хозяйкой дома! Лин Цяньцзы решила подать заявление на место хозяйки, когда закончиться общенациональный период траура. После этого у наложницы не будет выбора, кроме как поклониться ей. Решив так, Лин Цяньцзы подняла подбородок и посмотрела прямо в глаза Бай Сянсю. Казалось, сквозь воздух пролетели искры, когда их взгляды встретились.

«Е-мама. Приберитесь в западном гостевом доме и помогите мисс Лин поселиться.» Нужно поселить её подальше от себя, так как она явно видит меня своим врагом. Если подумать, это место довольно близко к резиденции Старой мадам. Бай Сянсю должна была дать понять Старой мадам намерения, стоящие за ее положением, поэтому она быстро добавила: «Это место немного ближе к резиденции Старой мадам, так что вам будет гораздо удобнее навещать ее.»

Эта схема безупречна! Я не думаю, что главная героиня сможет найти какую-либо ошибку в моих действиях, даже если захочет. Однако я не понимаю, почему она питает ко мне такую вражду. Лун Хэн еще даже не проявил к ней интереса, в то время как она уже спала с другим мужчиной.

Бай Сянсю не могла не заметить, что и сюжетная линия, и образ мышления главной героини расходились с романом, но не знала, почему. К счастью, сами небеса помогали ей во всем, что она делала в данный момент. Вероятно, это было связано с главным героем на ее стороне. Или, может… Она чувствовала это, потому что влюбилась?

Уже был почти полдень к тому времени, когда она закончила с подготовками для главной героини. К ней пришли слуги, которые готовили обед и ждали, пока вернется Лун Хэн. Бай Сянсю действительно волновалась, что главный герой вместо неё отправится к Лин Цяньцзы. Она настолько втянулась в свои мысли, что рассеянно порезала палец, нарезая овощи. Не прошло и пары секунд, как начала течь кровь.

Из-за гемофобии она быстро застыла в шоке. Она опомнилась только когда услышала, как Сяо Ши назвала ее имя и оказалась в чьих-то теплых объятиях.

«Ваше Высочество?»

«Почему ты так небрежна? Сильно болит?»

Мало того, что Лун Хэн вернулся, он решил прийти к ней, а не посещать главную героиню. Бай Сянсю мгновенно почувствовала поток облегчения.

Она не смогла удержаться от соблазна зацепиться за шею главного героя. Затем она придвинулась ближе и начала вдыхать его аромат, как будто это придавало ей энергию.

Лун Хэн, по-своему, тоже немного утешил ее. Он спросил о Лин Цяньцзы лишь после того, как она немного полежала. Неожиданно, узнав о её появлении, его лицо показало явную неприязнь. Даже отвращение. Поскольку Бай Сянсю не боялась открыто общаться с ним, она сразу же спросила: «Что вас беспокоит?»

«Эта девушка приносит усадьбе Лин слишком много неприятностей, поэтому у них не было выбора, кроме как отправить ее в мое поместье. Они так отчаянно хотят, чтобы я женился на этой девушке, которая мало того, что постоянно позорила меня, так ещё и поставила мне огромные, сияющие рога.» Раньше, Лун Хэн уже бы откровенно кипел от гнева. Но находясь с Бай Сянсю, он научился сдерживать себя в ее присутствии. Главным образом, это было связано с тем, что он считал её просто слишком слабой. Он всегда проявлял особую осторожность, когда делал что-то в ее присутствии, всегда сдерживая свои силы.

«Ммм… Это правда. Рога действительно большие.» Бай Сянсю вспоминала о некоторых действиях главной героини и о высоком положении мужских второстепенных персонажей, которых она встретит позже. Это определенно очень тревожно. Поэтому, слова сорвались с её губ совершенно подсознательно. Понимая, как они прозвучали, она сразу же в шоке прикрыла рот. О нет. Он меня накажет за это?

Лун Хэн перевернул ее и хорошенько шлепнул по заднице, заставив Бай Сянсю вскрикнуть от боли. «Вуууу… Ваше Высочество, я больше никогда не позволю своему рту сказать подобное. Так больно…»

Отчасти это была просто игра, но из-за того, как выглядело ее лицо, она оказалась очень эффективной. Рана на ее лице в основном зажила, так как Бай Сянсю старательно применяла лекарство, назначенное врачом. Остался только небольшой шрам, и она нарисовала крошечный цветок, чтобы прикрыть его. Это сделало ее еще более соблазнительной. Какой мужчина смог бы удержаться, наблюдая за ее туманными глазами, когда она вскрикнула от боли? Лун Хэн почувствовал, что его тело нагревается. Он еще раз мягко её шлернул и сказал: «Я накажу тебя сегодня вечером.»

На лице Бай Сянсю сразу же появилась паника. Она схватила Лун Хэна и сказала: «Не надо! Пожалуйста, просто накажите меня прямо сейчас. Немедленно! Не ждите наступления ночи!»

Разве есть ещё какой-то вид наказания, которое он может использовать, когда наступает ночь? Однако Лун Хэн нахмурился и сказал: «А это будет нормально? Нам еще нужно пообедать.»

«Это не имеет значения! Обед может подождать!» Бай Сянсю отказалась от своей чести и достоинства, чтобы избежать злоупотребления в сумерках. Несмотря на очевидное сомнение на его лице, Лун Хэн поднялся и подошел к двери, чтобы запереть её.

Эхх…? Разве это не странно?

Затем он начал раздеваться, возвращаясь к Бай Сянсю. У него даже хватило смелости жаловаться: «Я не ожидал, что ты будешь такой нетерпеливой. Я хотел оставить это на ночь…»

Бай Сянсю сразу почувствовала, что что-то не так. Может, этот человек ошибся в значении моих слов? Она быстро вскочила, но её схватили его шаловливые руки «Ваше Высочество. Разве мы не можем найти другой метод наказания?»

Он может перестать думать о таких вещах хотя бы на минуту? Даже если так он показывает свою любовь, любви тоже может быть слишком много!

«О? Тогда скажи, как ты хочешь, чтобы тебя наказали?»

«Ухх… А какие еще есть……. наказания?»

«Ну, Принц кое-что придумал. Почему бы нам не попробовать?» Лун Хэн поднял ее и положил на кровать. Он прижал ее к себе и осыпал поцелуями. Подойдя к шее, он стал прикладывать больше сил. Чувства покалывания заставили тело Бай Сяньсю напрячься, но она не могла придумать способ описать это чувство. Было немного больно, но в то же время немного приятно. Она не могла устоять, выпустив несколько маленьких стонов удовольствия. Внезапно Принц укусил ее!

«Аааа! Ваше Высочество! Почему вы меня укусили?»

«Ложись назад, мы не остановимся на укусах.» Лун Хэн поднял голову, все еще прижимая ее под собой. Несмотря на то, что он улыбался, в его улыбке, казалось, был намек на озорство.

Бай Сянсю почувствовала, что он что-то задумал, глупо глядя на него. Однако, несмотря на все ожидания, похоже, его пыл охладился. Он поднял ее с кровати и сказал: «Время обедать!»

И вот так она освободилась. Неужели его устроили одни поцелуи?

Лун Хэн оставил Бай Сянсю в недоумении. Она заметила, что многие люди украдкой смотрели на ее шею, пока они ели, но быстро отворачивались, когда она смотрела на кого-то из них. Бай Сянсю подсознательно потерла шею; она действительно немного онемела. Может он…

Как только эта мысль появилась в ее голове, Лун Хэн сказал: «Постарайся пока не ходить на кухню.»

«Поняла.» Но почему! Она на самом деле не беременна! Когда она переваривала эту новую информацию, Старая мадам передала послание, чтобы они пришли на обед. По какой-то причине к ней наведалась мисс Лин. Старая мадам хочет гармонии между сыном и его будущей женой, верно? Зачем втягивать в это меня, маленькую наложницу? Тем не менее, Бай Сянсю была рада, что все именно так; она не могла допустить, чтобы между ними вспыхнули искры! Итак, она оделась и сопровождала Лун Хэна к Старой мадам.

Старая мадам была больна, поэтому блюда подали в ее комнату. Тем не менее, чайный стол, подаренный Бай Сянсю стоял в стороне. Старая мадам очень ценила его и не осмеливалась использовать для обычных дел. В результате в ее комнате стоял еще один маленький стол, но он был достаточно большим, чтобы четверо людей могли удобно сесть и наслаждаться едой.

Бай Сянсю поначалу ничего такого не думала; разве это не просто обед? Но она едва сделала шаг, когда Лун Хэн схватил ее за руку и энергично помог ей войти внутрь.

Старая мадам лежала на стуле, но быстро подняла голову с улыбкой на лице. «Только что шел дождь. Дорога наверное скользкая?»

«Нет…» Подождите. Почему Лун Хэн поддерживал бы ее, если бы дорога не была скользкой? Она бросила взгляд на Лин Цяньцзы и сразу же передумала. «Да, немного скользкая.»

Пфф! Это, безусловно, было быстрое изменение. Старая мадам предложила им сесть.

Это немного неуместно, не так ли? Наложница сидит вместе со Старой мадам, будущей хозяйкой и хозяином дома? Тем не менее, Бай Сянсю села прямо перед главной героиней. Это Старая мадам захотела, чтобы она прибыла в любом случае, ведь между этими двумя в данный момент ничего нет. Она не была пятым колесом. Если говорить, кто тут лишний, то это явно главная героиня!

Лун Хэн не смотрел на Лин Цяньцзы на протяжении всего процесса. «Подайте Сюй отдельный набор блюд. Сейчас у нее плохой аппетит, и она боится смешанных вкусов.» Затем он посмотрел на Старую мадам, не желая, чтобы она слишком много думала.

Конечно, она этого и не сделала. Она знала, что ее сын ничего не думает о мисс Лин, как только он прошел через дверь. Хотя она и была главной женой, Старая мадам слышала слухи, бродившие по столице в последнее время. Она отнеслась к ним со здоровой дозой скептицизма, но слухи быстро становились все более возмутительными. Даже мадам Сун, которая, как правило, не принимала участия в сплетнях, сказала, что очень рада, что мисс Лин вступила в брак с Лун Хэном. Ведь когда-то она хотела просить императора выдать замуж самую талантливую леди в столице за её сына!

Старая мадам огорчалась, когда все эти новости доходили до её ушей. Почему она выбрала для своего сына именно этот брак? Отбросив тот факт, что мисс Лин отвергла брак и убежала, прежде чем они даже познакомились, из-за неё Лун Хэн получил ранения! Если она уже вызвала столько проблем ещё до того, как войти в их дом, какую катастрофу она принесет, когда все таки присоединится к ним?

И посмотрите, мисс Лин сказала, что она пришла позаботиться о Старой мадам, но едва успев сесть, спросила, где Принц. Мало того, было совершенно ясно, что она сдержалась от комментариев поведения наложницы. Она уже начала тыкать пальцами, несмотря на то, что официально не вошла в дом. Поскольку она хотела взглянуть на членов семьи, так пусть она это сделает! Наложница Бай беременна, поэтому она не сможет ничего выстрадать!

Старая мадам на самом деле не виновата в том, что мадам Сюй не ушла из сада Абрикосов. Ее сын приложил много усилий, чтобы переселить туда мадам Сюй, поэтому было бы неловко, если бы она так просто отдала все это мисс Лин. Это хорошо, она уважает правила, а также легко справляется…

Эх. Бай Сянсю чуть не уронила чашку из руки, когда глаза Старой мадам сузились. Лун Хэн выглядел странно, как и его мать, когда также сузил глаза. Оба они излучали очень опасную ауру, о чем-то размышляя. Бай Сянсю с опаской посмотрела на Лун Хэна. Эй, что случилось с твоей матерью? Почему она вдруг сузила глаза?

Тем не менее, Лун Хэн лишь слегка улыбнулся и повернулся, чтобы спросить о здоровье Старой мадам, не обращая внимания на неописуемый крик души Бай Сянсю о помощи. Как раз, когда Бай Сянсю почувствовала, что это странно, она увидела, что главная героиня скрипит зубами, смотря на её шею. В этом взгляде виднелась злоба.

Бай Сянсю сразу подумала о странных взглядах от слуг и подсознательно потерла шею. Она взглянула на Сяо Ши. Лицо горничной покраснело, и она тут же отвернулась, как будто не узнала свою хозяйку. Наконец, Бай Сянсю, поняла, что происходит. Она дернула воротник и молча посмотрела на Лун Хэна. Ей не нужно было зеркало, чтобы понять, что именно он сделал. Это то, что он имел в виду под наказанием? Ее лицо стало свекольно красным, поскольку она задавалась вопросом, как много людей видели ее по дороге сюда. Как неловко!

Лун Хэн всегда держался в пределах приличия и никогда не оставлял на ней значительный меток даже в муках своей страсти. Он никогда не относился к ней так грубо. Когда он случайно оставлял синяк, то нежно целовал его. Он находил красную жемчужину и щедро покрывал синяк, как будто ее тяжело ранили. Но то, что он сделал сегодня, явно специально!

Роман всегда отмечал, что этот человек чрезвычайно властный. Он не мог терпеть чтобы его женщина даже смотрела на других. Тем не менее, главная героиня была популярна среди мужчин, поэтому у него не было другого выбора, кроме как устало переносить все это. И все же, Бай Сянсю чувствовала, что он очень собственный человек, и решила проявлять большую осторожность. Дело в том, что её наказали, даже прежде чем она что-то сделала!

Ее блюда действительно подали отдельно, когда принесли еду. Лун Хэн ел вместе с ней, не желая есть блюда, к которым прикоснулась главная героиня.

Это явное оскорбление для Лин Цяньцзы! Лун Хэн выбрал довольно суровую тактику. Однако Бай Сянсю была рад, что он вел себя именно так. Несмотря на то, что главная героиня ничего им не сделала, она все-таки соперница Бай Сянсю. Старая мадам не издала ни звука, когда уходила вздремнуть после окончания обеда. Она вежливо обратилась к главной героине, заявив, чтобы молодежь не спешила.

Их милое времяпровождение, было для неё медленной пыткой. Лин Цяньцзы не такая, чтобы сдерживать свои чувства, иначе она бы так не привлекала других мужчин. Показ сладкой привязанности уже разозлил ее, а она никогда не стеснялась выражать себя. Она положила палочки для еды в миску. «Я закончила. Ваше Высочество, на этот раз я пришла в поместье…»

«Пожалуйста, соблюдайте тишину. В каком доме вас учили манерам, мисс Лин? Хозяева этого имения еще закончили свою еду, но вы все равно посмели проявить неуважение. Разве вы не боитесь, что другие посмеются над вами, если кто-то узнает? Ах, я совсем забыл. Дочь семьи Лин не заботится о таких вещах, как достоинство.»

Лун Хэн обычно был человеком нескольких слов, но неожиданно его язык стал необычайно острым! Отлично. Бай Сянсю наклонила голову и спокойно продолжила есть, обрадовавшись внутри. Что бы там ни было, главная героиня его не привлекает. Прекрасно.

Лицо Лин Цяньцзы, после слов Лун Хэна, чередовалось между красным и белым. Она несколько раз открывала и закрывала рот, ничего не сказав, но на глазах уже скапливались слезы. Горничной, которую она привезла с собой, было жалко свою хозяйку, но все, что она могла сделать, это молчать. Однако целью ее взгляда стала Бай Сянсю.

Бай Сянсю несколько раз покашляла, чтобы попытаться облегчить дискомфорт, вызванный почти обиженным взглядом.

«Ты в порядке?» — спросил Лун Хэн, который еще больше поразил Сяо Ши. Ее хозяйка беременна! Сейчас все нужно учитывать!

«Мадам Сюй, вы в порядке? Как ваш живот?»

Что за черт! Нет ничего более показательного, чем следящая за мной глупая служанка. Кто не знает, что со мной сейчас случится, из-за ее вопросов? Наложница, забеременела до того, как главная жена даже вошла в дом, это же чистый и неподдельный привкус позора!

Лин Цяньцзы мысленно окаменела, как будто ей нанесли несколько острых ударов. Она больше не могла сидеть, и в гневе вскочила. «Лун Хэн, вы вообще меня уважаете? Одно дело игнорировать меня в вилле Красного Клена, но теперь я должна принять этот позор, прежде чем даже постучала на пороге. Вы… вы все… немыслимы!»

Бам! Стол перед ними превратился в осколки, когда Лун Хэн ударил по нему рукой.

Бай Сянсю удивилась и почувствовала огорчение. Когда все сказано и сделано, она в конце концов наложница Лун Хэна! Какой позор в том, что они качались на простынях и зачали ребенка? Разве Лун Хэн должен был сохранять чистоту для главной героини? Тогда разве из этого не следует, что она тоже должна быть девственницей? Хотя, возможно, Ло Юньчжэн заставил ее тогда, но если бы главная героиня не пыталась добиться его внимания и не думала о нем постоянно, почему бы этому человеку беспокоить ее! Бай Сянсю еще вспомнила, как главная героиня остановила ее, когда она попыталась помочь Лун Хэну.

Теперь, когда все дошло до такого, Бай Сянсю не боялась потерять лицо. «Должно быть, мисс Лин шутит. Я наложница Принца, как… это может быть позором? А вот то, что вы спасали другого мужчину в тот день и не позволяли мне спасти Его Высочество…»

Она чувствовала, что такой сильный вид ей не подходит, поэтому наклонила свое тело и упала на Сяо Ши, притворяясь, что плачет в носовой платок.

Сердце Лун Хэна болезненно кололо, когда он холодно ответил: «Мисс Лин, вам лучше не давать повода этому Принцу рассказывать о ваших позорных поступках.» Он нежно поднял Бай Сянсю на руки, после того как закончил говорить и покинул резиденцию Старой мадам. Он был в ярости от желания убить эту женщину, но вдруг увидел, как Бай Сянсю подмигивает ему. На ее лице не было никаких слез или страдания. Он не мог не рассмеяться: «Ты притворялась?»

«Э-э, ваша наложница загрустила, но мне просто не хватило времени, чтобы заплакать.» Бай Сянсю повернулась к нему лицом к лицу, а на её губах танцевала милая улыбка. Главный герой не сердился на ее небольшую уловку. Похоже, он такой же, как в романе. Ему не нравились слишком слабые девочки, которые всегда подвергались издевательствам со стороны других. Случайное восстание на самом деле казалось довольно милым.

Проводив свою леди, он отправился в военный лагерь за городом. Лун Хэн, безусловно, занятый человек. Я не могу просто сидеть.

Новый год почти на носу, так что ей пришлось готовить разные вещи. И теперь, когда у нее появился парень, она о многом беспокоилась. Эта куртка из хлопка сильно её полнила, и Бай Сянсю захотела немного обновить гардероб. Поскольку у нее теперь есть деньги, она пригласила портного и собиралась сделать для себя одежду.

Лин Цяньцзы пришла к ней в гости, так как была охвачена энтузиазмом. Её впечатлило, что она смогла попасть в сад Абрикосов сама по себе только с личной служанкой. Бай Сянсю сошла с места с улыбкой: «Что привело ко мне мисс Лин? Присаживайтесь. Налейте кто-нибудь чаю.»

«Все хорошо. Я услышала здесь суету и решила посмотреть. Вы делаете новую одежду?» Лин Цяньцзы страдала от этого человека, который не знал, как мягко обращаться с женщинами. Как она могла даже подумать делать что-то подобное? Тем не менее, она тоже девочка и была очень счастлива взглянуть на эти красивые рулоны ткани.

Бай Сянсю не обратила внимания на изменения в высказываниях мисс Лин. Она чувствовала, что главная героиня может иметь все, что захочет, так что ей нужно от вещей Бай Сянсю? Но откуда Бай Сянсю могла знать, что Лун Хэн не отправил ей ни одного рулона? Все ткани были изящными, и некоторые из них достали из тайника, который Лун Хэн копил за много лет. Рядом с ней лежал рулон ткани с пушком. Если из неё сделать сезонную одежду, то носителю было бы довольно тепло даже без хлопка. Этот рулон в городе стоил тысячи золотых таэлей, особенно в зимнее время.

Лин Цяньцзы не могла не загрустить. Ло Юньчжэн хотел только ее тело, и вскоре после того, как она вернулась, ворвался в резиденцию Лин. Она боялась его, до такой степени, что хотела спрятаться, но он всегда заставлял ее заниматься этим… и не раз. Несколько дней спустя синяки покрыли ее тело, из-за чего она старалась не показываться перед своей семьей. Тем не менее, мать все равно обнаружила их и решила, что это дело нельзя так оставить. Она хотела, чтобы Лин Цяньцзы сначала отправилась в имение Принца Ли, а затем завязала с ним отношения через некоторое время, как можно скорее завершив свой брак.

Этот человек не посмеет сделать что-либо после того, как она войдет в дом Принца. Лин Цяньцзы тоже боялась, поэтому согласилась отправиться в поместье Принца. Но когда она увидела, как Лун Хэн защищает простую наложницу, даже отправляя ей подарки, которые Лин Цяньцзы никогда раньше не видела, она крепко сжала руку в кулак. Это мой муж! «Не нужно, я просто пойду. Старая мадам нуждается в отдыхе, и мне не нужно ждать ее.»

Однако, кто знал, что на самом деле её неправильно поймут? Посещающий портной не знал, что она невеста Лун Хэна! Поэтому не был особенно вежлив, когда говорил с ней. Она сказала, что ждет Старую мадам, и какая главная жена придет к наложнице?

Текущая тема разговора вращалась вокруг рулона ткани с мелким пушком. От незнания Бай Сянсю спросила: «Владельцу на самом деле не будет холодно без хлопковой подкладки внутри?»

«Ой! Мадам Сюй просто не знает что это за рулон. Это же горностай. Ткачи сшивали её по кусочкам, и она очень дорогая,» — пояснил портной.

«Я слышала, что это редкая и драгоценная ткань издалека. Я не думаю, что вы смогли бы найти такую в нашей стране. Принц очень внимательный, но почему он не подарил этот рулон Старой мадам?»

Мужчины — такие бесчувственные существа. Он забыл о своей матери из-за красивой женщины? Лин Цяньцзы холодно засмеялась, когда ее мысли пошли в таком направлении.

Главная героиня была прямым стрелком, наполнившись праведным негодованием. Жаль, что на этот раз она использовала его не в том месте. Портной фыркнул. «Похоже, эта сестра думает, что старшим людям подходят все хорошие вещи? Хотя эта ткань хороша, но на ней легко появляется божественный огонь, когда такую одежду используют старшие люди, это может вызвать частое сердцебиение и одышку.»

Божественным огнем в древние времена называли статическое электричество, и это высказывание было обоснованно в науке. Что еще более важно, главная героиня полностью замолкла после этих слов. Слово «сестра» использовалось, когда посторонние люди обращались к главным горничным в усадьбах!

Лин Цяньцзы немедленно встала, холодно взглянув на Бай Сянсю. Она хваленая старшая мисс усадьбы Лин и дочь официальной жены. Она с детства умела петь и танцевать, и была очень талантлива. Все, кто встречался с ней, наперегонки спешили похвалить ее, и брак сам приземлился на нее, хотя она даже не пыталась ничего сделать. Пускай она и не согласилась на него, мисс Лин знала, что другие женщины ей завидуют, потому что вопреки нелучшей репутации Лун Хэна, он молод и не имел звания развратника. Он обладал военной мощью и был очень красив. Мало кому бы не понравился такой мужчина, как он.

Но сейчас ею пренебрегают, и относятся как к горничной! Откуда у кого-нибудь в поместье появилась смелость сделать это? Казалось, что все именно так, как сказал Ло Юньчжэнь, женщина перед ней не такая простая, как кажется. Тогда она не поверила ему, но теперь не смогла не согласиться. Если бы не намерения этой женщины, разве эти люди посмели бы с ней так говорить и относились бы к ней, как к горничной?!

Итак, Лин Цяньцзы пришла в ярость. Она встала и уставилась на Бай Сянсю: «Что ты хочешь сделать?»

Бай Сянсю знала, что она неправильно поняла происходящее и поспешно объяснила: «Не поймите меня неправильно, мисс Лин, но эти не люди не из усадьбы, они…»

«Не нужно объяснять, я знаю, что ты меня не одобряешь…» Она обернулась и в слезах убежала, как будто пережила серьезную несправедливость.

Бай Сянсю начала сильно потеть, наблюдая за всем этим. Мисс Лин будущая хозяйка дома! Наверняка люди много напридумывают, если она выбежит из резиденции Бай Сянсю вся в слезах. Они начнут распускать ненужные сплетни, чтобы помешать хорошим отношениям главной жены с любимой наложницей Принца… Независимо от того, какие распустят слухи, для Бай Сянсю это может плохо закончится.

Так же со Старой мадам и Лун Хэном, ведь она все еще простая наложница. Логика и закон на стороне мисс Лин, пока Бай Сянсю не официальная жена. Несмотря на то, что мисс Лин не пользовалась хорошей репутацией, в древние времена статус детей, рожденных от официальной жены и наложниц, сильно отличался, этому уделялось еще большее внимание, чем различию между хозяевами и рабами.

Наложницы — рабыни, официальная жена — хозяйка. То, что она, рабыня, сделала все это, означало серьезное неуважение к ее хозяйке. Ее могли выслать за границу или забить до смерти палками! Бай Сянсю в романе совершила ту же ошибку, и теперь она её повторила.

Что мне делать?

Если об этом узнают, для нее не будет ничего хорошего. Ей пришлось подумать о том, как всем подать эту историю, чтобы её не обвинили. Бай Сянсю стиснула зубы. Поскольку мисс Лин убежала, притворяясь обиженной, тогда я просто упаду в обморок! За это ничего не будет. Бай Сянсю прошла несколько шагов, делая вид, что преследует мисс Лин, но в тот же момент упала, оказавшись на земле.

Усадьба мгновенно закипела в хаотическом беспорядке, прислушиваясь к врачам, готовя медицину и подавая пищевые добавки.

С другой стороны, Лин Цяньцзы убежала из усадьбы. Даже ее служанка не догнала ее, и не остановили охранники у двери, потому что она всего лишь гостья. Мисс Лин вышла на улицу и бесцельно брела вперед в своей депрессии.

Внезапно, кто-то перед ней появился. У него были тонкие черты лица и он выглядел очень искренним. Самое главное, что он, казалось, узнал ее, удивленно спрашивая: «Мисс, разве вы не работаете на вилле Красного Клена? Вы служанка по имени Юань’ер!»

«Нет, вы ошибались, я…»

«Мисс Лин? Я слышал о вас от Принца. Вас называли Юань’ер, чтобы скрыть вашу личность. Я Дуань Юньинь, приспешник усадьбы Принца Ли. Куда вы идете? Здесь довольно опасно, могу ли я провести вас домой?» Дуань Юньинь несколько раз покашлял после разговора, нисколечки не показывая своей зловещей личности.

Лин Цяньцзы была такой несчастной в этот момент, ей оказалось, что ее все бросили. Она схватила его за руку и сказала: «Я не хочу идти домой. Я хочу просто где-нибудь спокойно провести время, мы можем это сделать?»

«Тогда не хотели бы вы пройти в мое жилище? Хотя это немного внезапно, но там довольно тихо.» Действия Дуань Юньиня были почти безупречными. Лин Цяньцзы доверилась этому человеку, потому что он действительно показал себя очень нежным и красивым, как безобидный маленький кролик. Они болтали, пока шли, и Лин Цяньцзы почувствовала, что никогда не встречала такого нежного и очаровательного человека. Он полностью изменил её мнение о мужчинах.

Они прибыли в очень роскошную гостиницу. Дуань Юньинь жил один на довольно элегантном дворе. Хотя почти наступила зима, вид все равно был ошеломляющим. Дух Лин Цяньцзы невероятно поднялся от увиденного зрелища и талантливого мастера Дуань Юньиня, умеющего успокаивать женщин. Был подготовлен стол, полный вкусных блюд и хорошего вина. Дуань Юньинь казался прекрасным слушателем, когда обратил внимание на рассказ Лин Цяньцзы о бессердечности Лун Хэна и о несправедливом обращении, от которого она так страдает. Он принял ее сторону и согласился, что к ней относятся очень несправедливо. Он даже предложил поговорить с Принцем от ее имени, чтобы к ней изменили отношение. К ней давно не относились с такой нежностью. Лин Цяньцзы немного опьянела и, пошатнувшись, упала ему на руки.

Дуань Юньинь решил, что, раз он не может использовать женщин со стороны Принца, стоит попробовать провернуть дело с мисс Лин. Она сказала, что их помолвку нельзя расторгнуть, поэтому, если он получит ее помощь, то сможет использовать ее для убийства Лун Хэна в день их бракосочетания. Даже если план не пройдет успешно до самого конца, так он мог бы повлиять на Лун Хэна. Иногда легче убить, используя мягкий нож, чем сделанный из стали. Поскольку она сама упала ему на руки, было бы жалко не взять то, что предлагает дама.

Беспокоясь, что впоследствии она будет винить его, он намазал на её губы немного «Трех дней опьянения». Лин Цяньцзы медленно перешла от простых объятий и небольших поцелуев к томному голоду, не в силах дождаться близости. На самом деле она первая сняла одежду, чтобы увлечь его. Дуань Юньинь холодно засмеялся и поднял ее на кровать, используя все свои знания, чтобы доставить Лин Цяньцзы удовольствие.

Если мужчина хочет заставить женщину почувствовать себя хорошо в этом плане, он отправит её на небеса. У Дуань Юньиня было два момента, чтобы заставить женщину почувствовать экстаз: прекрасное тело и сильная выносливость. Поэтому Лин Цяньцзы, наконец, испытала сладкую радость после бесчисленных пыток в руках Ло Юньчжэна. Несмотря на то, что в конце она протрезвела, её все еще убаюкивали нежные и комфортные атаки Дуань Юньиня.

Она всегда думала, что в делах между мужчинами и женщинами, женщины могут лишь принять то, что дают им мужчины. Но сегодня она, наконец, узнала, что женщины могут чувствовать себя настолько прекрасно. Она не понимала, или может это быть из-за выпитого вина, но полностью отдалась своим чувствам, и громкость ее стонов неуклонно росла. Ло Юньчжен всегда принуждал ее. Она постоянно чувствовала, что выдержка это ещё одна форма пыток. Дуань Юньинь взял её даже когда они купались, а затем сел в стороне с покрасневшим лицом и начал извиняться.

«Я… Мне очень жаль! Мисс Лин, вы просто слишком красивы! Я… я не мог ничего с собой поделать! Если вы хотите обвинить меня, тогда, пожалуйста, убейте меня!» Он поднял нож для фруктов, лежавший на столе, и передал его ей в руки, зная, что ей сейчас так хорошо, что она не сможет даже пошевелиться.

Лин Цяньцзы повернула голову в сторону и начала плакать. Дуань Юньинь внутренне усмехнулся. Эта женщина была так счастлива, что только сейчас надумалась плакать. «Если вы этого не сделаете, я сделаю это сам!»

«Нет!» Лин Цяньцзы внезапно села, чтобы остановить его. Она заговорила с покрасневшим лицом: «Нет! Мы можем просто… притвориться, что этого никогда не было.»

Она медленно обернулась, чтобы одеться, а затем сошла с кровати, готовясь уйти. Однако, Дуань Юньинь потянул ее назад и осторожно спросил: «Могу ли я… отправить в усадьбу Лин свое предложение о помолвке?»

«Ты не можешь! Ты не можешь этого сделать. Лун Хэн не отпустит тебя!» Лин Цяньцзы ушла сразу после этого трагического разговора.

Лун Хэн, скорее поблагодарил бы меня за то, что я забрал эту сломанную вещь с его рук! Вчера вечером он узнал, что она больше не девственница, а человек, который сделал это, был с ней довольно жестоким. Дуань Юньинь мог догадаться из следов на спине, которые еще не сошли, что они сделали это дело всего два дня назад. Кто бы это мог быть? Ло Юньчжэн или Лун Хэн?

Он сделал вид, что преследует ее, чтобы сопроводить обратно в усадьбу, также «случайно», раскрывая себя по пути, чтобы она решила, что он искренне пытается вернуть ее. Но он размышлял, когда шел. Ему нужно будет все провернуть до дня их брака. В этот день оборона Лун Хэна будет самой низкой.

Однако он понятия не имел, что Лун Хэн на самом деле знает о его встрече с Лин Цяньцзы. Принц Ли возвращался в усадьбу из дворца, когда получил эти новости. Он достал для Бай Сянсю маленькую, изысканную теплую штучку. Это безделушка, которую иностранное племя дало в дар королевским сопровождающим, со словами: не горит, но греет. Немного горячей воды было достаточно, чтобы эта вещь сохраняла тепло весь день в зимнее время.

Лун Хэн сломал себе мозг, чтобы получить его для Бай Сянсю. У неё хрупкий темперамент, и она сжималась в своей комнате, дрожа, всякий раз, когда ей было холодно. По какой-то причине легкие следы улыбки мелькнули в углах его губ, когда он подумал о том, как она была бы счастлива получить этот подарок. «Пускай тот человек из Цзянху узнает об этом. Не оставаться же ему в неведении о рогах на голове.»

Ай, он действительно стал слишком мягкосердечным, раз решил использовать такой нежный метод решения, вместо того чтобы тайно убить этих двоих. Однако на данный момент у него не было на это времени, он лишь хотел провести время с Бай Сянсю и не думал ни о чем другом.

Но, кто бы мог подумать, что какой-то дряхлый мужчина расскажет ему о произошедших событиях. Лун Хэн немедленно бросился в сад Абрикосов с застывшим выражением, когда услышал, что Бай Сянсю упала в обморок. Но сейчас она не спала, и мило беседовала с Хуэром. Она вздохнула, упоминая, что уже почти новый год.

Этот вздох оказался довольно пронзительным для ушей Лун Хэна. Его невеста поиздевалась над его женщиной и улизнула. Затем она переспала с другим мужчиной и осмелилась после этого вернуться. Эта женщина действительно нечто! Но почему Сянсю говорит с этим пугающим растением всякий раз, когда получает шок? Стоит ли позволять этому растению оставаться с ней или нет?

Хуэр очень чувствительный, и тут же начал плакать, когда Лун Хэн посмотрел на него. «Он хочет убить меня! Я больше не хочу быть здесь! Госпожа! Пожалуйста, забери меня отсюда!»

Неожиданный вопль Хуэра испугал Бай Сянсю, и она подсознательно захотела защитить его. Но схватившись за него, поранила колючками все пальцы. «Ахх!!»

Как больно! Слезы лились так, будто текли не с ее глаз. Все друзья ей говорили, что женщины становятся жеманными, когда у них появляется парень. Она никогда раньше не плакала из-за уколов.

«Ты… почему ты защищаешь эту мертвую вещь? Ты укололась?» Лун Хэн действительно не понимал эту женщину. Почему она так переживает за это растение?

Бай Сянсю покачала головой. Что, если в ярости он уничтожит Хуэра? Как она попадет домой? Однако, чем больше он видел её такой, тем больше убеждался, что она относится к этому растению совсем по-другому. Но сейчас не было времени спорить. Нахмурившись, он спросил: «Я слышал, ты упала в обморок. Она доставила тебе неприятности?»

Бай Сянсю опешила. Она не ожидала, что Лун Хэн на самом деле заинтересуется этим вопросом. Как это объяснить? Она даже немного поверила, что он искренне любит ее после того, как она поменялась ролями с главной героиней. Хотя главный герой никогда не говорил об этом, она заметила это по его действиях. Он так относился к главной героине в романе — как к сокровищу. Возможно, вначале, он не понимал, как любить, зная лишь, что должен взять кого-то и властвовать над этим человеком. Но, он по-тихоньку изменился, заставив других почувствовать, что он действительно хороший человек. Во время ее переселения, она еще не прочитала о том, как главный герой признается главной героине в любви. Однако его действий было достаточно, чтобы доказать, насколько он заботится о ней.

И теперь он ждал ответа от Бай Сянсю. Её ударила странная волна озорства. Она жестко кивнула, а затем повернула голову, потому что чувствовала, что сделала что-то плохое. Однако Лун Хэн посчитал, что она расстроена. Он холодно сказал: «Помни, ты моя женщина. Тебе не нужно никого бояться.»

Затем он повернулся и ушел большими шагами, что означало отход от привычного отношения к ней. Сердце Бай Сянсю сильно забилось. Должна ли она заплакать от умиления этой ситуации? Главный герой правда заботится о ней! Неужели он ушел, чтобы отомстить за нее? Но как он справится с главной героиней? Как бы выглядела борьба между двумя главными героями?

Но Лун Хэн не вернулся в тот вечер, и Бай Сянсю немного нервничала. Лун Хэн проводил почти каждую ночь в её резиденции с тех пор, как они были близки, так куда он исчез сейчас? Её посещали случайные, дикие мысли, но внезапно к ней дошли слухи, что в поместье проник вор. Слуги не поймали преступника, и Бай Сянсю начала беспокоиться о Принце. Ей было все равно, что уже поздняя ночь, когда она решила отправится в его резиденцию.

Она подскользнулась на дороге, потому что слишком спешила. Как только её охватила боль, кто-то поместил руки ей под грудную клетку и поднял ее, укрыв в объятиях. Бай Сянсю обхватила руками его шею и немного заикалась. «Вы… вы не пошли за вором?»

«Ты бежала, хотя знала, что здесь может быть вор?» Она беспокоилась обо мне, не так ли? Посмотрите, как быстро она бежала среди ночи. Лун Хэн был очень счастлив и обнимал её, игнорируя взгляды окружающих.

«Откуда… как я могла знать?» Бай Сянсю отказалась признаваться, что она сделала, но он, похоже, и сам всё понял.

«Этот принц не настолько слаб, чтобы такая маленькая девочка, как ты беспокоилась обо мне.»Какой чудесный день. Он разрешил вору увидеть ту женщину. Его план удался, тем более, что эти двое спутались вместе.

Бай Сянсю больше ничего не говорила, и лишь крепко держалась за шею Лун Хэна, вдыхая его знакомый аромат. Она не чувствовала ничего плохого в том, чтобы остаться в его объятиях. Хотя она не знала, что с ней случилось в современном мире, такого мужчину действительно не часто встретишь.

Лун Хэну действительно нравилась ее зависимость от него. Со счастливым сердцем он отнес ее обратно в комнату. Сегодня он был особенно возбужден, настолько, что Бай Сянсю еле смогла справиться с его силой. Однако ей почему-то это нравилось, и она принимала всё, что он делал. Она продолжала разговаривать сама с собой. Он ее муж, поэтому все, что он делает с ней, нужно принять, как должное.

Лун Хэн никогда не видел Бай Сянсю такой. Раньше она всегда кричала, что ей больно, когда он делал всего несколько движений, и продолжала кричать от боли до самого конца. Однако на этот раз она потворствовала ему, от чего он чувствовал странное возбуждение. Это действительно в несколько раз повысило его тягу возвращения к жизни.

Она правда в начале пережила много испытаний. Но ближе к концу тоже казалась очень счастливой. Как человек, который только что поел и поужинал досыта, Лун Хэн почувствовал себя странно счастливым. Он был немного похож на молодого парня, который только узнал вкус любви. Он захотел отдать все, что у него было, в руки Бай Сянсю, даже свой секретный кошелек. В результате Бай Сянсю почувствовала, что её осыпают золотом.

Он постоянно посылал ей серебряные таэли тысячами и десятками тысяч. На самом деле, дошло до того, что если Лун Хэну нужно было потратить большие деньги, он приходил просить у нее серебро. У современных женщин все было совсем не так. Но ей нравилось иметь такого честного и способного мужа. Она была так счастлива, что даже подумывала выгнать главную героиню прочь.

Эта мысль напугала даже саму Бай Сянсю. Все женщины становятся необычайно жадными, когда у них появляется кто-то, кого они любят? Забудь об этом! Поскольку всё обострилось до такой степени, она не станет главной героиней, если уступит. Более того, она сюда переместилась. Сяо Ши помогла своей хозяйке встать с постели. После этого, она почувствовала, что сегодня у Бай Сянсю отчетливо свирепый взгляд.

Бай Сянсю почувствовала себя намного позитивней, когда столкнулась с проблемами вчерашнего дня. Это объяснялось тем, что все снаружи распространяли слухи о том, что она привилегированная наложница, а также очень впечатляющая. Хорошо, пусть говорят! Она больше не обращала внимания на эти вопросы.

Тем не менее, она никогда бы не подумала, что что-то случится, когда она почувствует, что вот-вот превратится в главную героиню. Слуги шушукались о том, что Лун Хэн сопроводил мисс Лин обратно в усадьбу Лин. Это никого не удивляло. Скорее всего, он пошел туда, чтобы попросить разрешения жениться на их дочери. Он даже лично подготовил обручальный подарок!

Он проявил свою привязанность к Бай Сянсю не так давно, так почему он просит жениться на другой женщине в мгновение ока? Бай Сянсю почувствовала смесь гнева, грусти, отчаяния и непонимания. Похоже, все эти эмоции появились в ее голове сразу. Она не знала, что делать дальше, услышав эту новость. Она просто стояла во дворе, позволяя холодному ветру дуть ей в лицо. Плащ соскользнул с ее плеч, но она не обращала на это внимания.

Эх, вступить в искренние отношения действительно трудно. Как раз, когда она подумала, что у нее будет отличный поединок с главной героиней, в котором она выиграет главного героя, он отправил сопернице обручальные подарки.

Старшая мадам и вторая мадам оказались недалеко от неё и пришли, чтобы раздуть проблему, услышав слухи. Они никак не ожидали, что это действительно её эмоционально затронет. Они были озадачены, но, увидев, что достигли своей цели, со смехом собирались уйти. Но повернув головы, увидели, что за ними стоит Принц Ли. Он не собирался объяснять ситуацию Бай Сянсю, потому что думал, что она понимает его. Неужели она все еще не знает, как он к ней относится?

«Этот Принц ненавидит женщин, которые все время сплетничают и создают проблемы. Вы сейчас же получите наказание. Если вы оскорбите меня еще раз, пакуйте вещи и уходите прочь из моей усадьбы!»

Старшая мадам и Вторая мадам настолько испугались, что неудержимо дрожали. Взгляд Лун Хэна был действительно ужасающим. Они ушли с презрением на лицах, но это не касалось Лун Хэна. Он посмотрел на Бай Сянсю, но она ушла даже не повернув голову в его сторону. Нахмурившись, он подумал: «Неужели она не знает, что я женюсь на той женщине не с искренними намерениями?»

Он не хотел объяснять свои намерения, потому что сейчас сосредоточился на том, чтобы отомстить всем, кто в прошлом вредил Бай Сянсю. В любом случае, она уже его. Объяснения могут подождать, пока у него не появится на это время.

Но кто бы мог подумать, что Сун Цзяоюэ из семьи Сун в гневе перевернет стол, когда к нему дойдут новости. Он действительно не понимал, о чем думал Лун Хэн. Этот ход явно оскорблял женщину, которая относилась к нему искренне все это время! О ней очень хорошо отзывались в усадьбе Принца, но в конце концов её все равно бессердечно бросили!

Хорошо, хорошо, хорошо. Пусть он бессердечный, но Сун Цзяойэ больше не мог выносить, что она остается в той холодной усадьбе. «Ю Сэ… Ю Сэ! Иди сюда.»

«Да…» Ю Сэ забежала в комнату, и сразу обратила внимание, что стол перевернут, а лицо Сун Цзяоюэ наполнено гневом. Она поняла, что это из-за вопроса, связанного с мадам Сюй. Она слышала его упоминание о ней до этого, он назвал Бай Сянсю любимой наложницей Лун Хэна, удивительно красивой и очаровательной соблазнительницей, хотя на самом деле она чиста телом даже до сегодняшнего дня. Лун Хэн просто ведет себя так, как ему надо. Он использовал ее как щит против других женщин.

Тогда ей стало очень жаль Бай Сянсю. Такая женщина, как она, не выдержит всего этого. Хотя ее хозяин любил эту девушку, он не смел выразить свои чувства.

«Приготовь закуски и помести в одну из них фарш из сердца. Передай их ей.» Он больше не собирался ждать. Если бы он это сделал, то просто свихнулся бы. Он постоянно думал о вегетарианской еде, которую она приготовила для похорон вдовствующей императрицы. В результате он едва ел что-нибудь, потому что чувствовал, что вся его еда лишена вкуса ее готовки.

«Но, какую причину мне указать?»

«Просто скажи, что ты хочешь передать ей закуски!»

«Поняла.» Ю Сэ попросила слуг всё подготовить. По правде, она чувствовала, что это странно. Почему он захотел наполнить закуски сердцем? Но Ю Сэ подчинилась его приказам и, закончив приготовления, отправила кого-то доставить закуски в имение Принца Ли.

Бай Сянсю была подавлена. Неужели сюжет все таки развивается в соответствии с настоящим романом? В главном сюжете её избили до смерти после того, как Лун Хэн и главная героиня поженились после нового года.

По какой-то причине она лишь немного сердилась, но все таки не подозревала о намерениях Лун Хэна. Она скорее подумала, что помехи, вызванные её переселением, весьма впечатляющие, раз вынудили двух человек уйти от пути взаимной любви. Но она не могла гарантировать, что Лун Хэн и главная героиня определенно не могут быть вместе. Как раз, когда она глубо погрузилась в свои мысли, кто-то сообщил, что резиденция Сун что-то ей прислала.

«М-м, принесите!» Мысли Бай Сянсю смешались. Она хотела плакать, но чувствовала, что не стоит поддаваться эмоциям.

Вскоре Сяо Ши принесла коробку с закусками семьи Сун к ней в комнату, объяснив, что их сделала Ю Сэ и хотела, чтобы Бай Сянсю дала ей несколько указаний по готовке. На самом деле, откуда у Бай Сянсю сейчас настроение давать другим указания по еде? Несмотря на это, она взяла кусочек и неспеша его съела. Она совершенно не обращала внимания на то, что все горничные и мамы в саду Абрикосов очень беспокоились о ней и боялись, что она сделает что-то глупое.

К счастью, семья Сун послала кого-то в удачное время, что отвлекло ее от этого вопроса. Кто мог знать, что Бай Сянсю застынет, съев половину закуски, и не двинется после этого ни на дюйм? Её лицо постоянно краснело разными оттенками. Похоже, она еще больше разволновалась, чем когда узнала, что Принц Ли собирается отправить обручальные подарки.

Но как Бай Сянсю могла не удивиться? Её потрясение росло до такой степени, что она чуть полностью не промокла от пота! В закусках была начинка, но что более важно, начинка содержала мясо из сердца животного. Это явно означало, что у отправителя есть к ней чувства!

Их оправила Ю Сэ, близкая подчиненная Сун Цзяоюэ. И за этим явно стоит он. Значит, это способ выразить, что его сердце принадлежит ей? Это слишком страшно, ладно?! Бай Сянсю уже очень давно отказалась от Сун Цзяоюэ и даже отдала свое тело и сердце главному герою. Разве ему не страшно сейчас делать такой ход?!

Нет, это, должно быть, шутка. Или на самом деле это сделала Ю Сэ, но понятия не имела, какой смысл был внутри? Что сейчас делать? Некоторое время борясь с паникой, Бай Сянсю всё решила и вышла на кухню.

Лун Хэн беспокоился о том, что Бай Сянсю впадет в истерику, но она просто пошла на кухню. Она хочет приготовить что-то вкусное, чтобы успокоить меня? Он был очень доволен и ждал, когда Бай Сянсю извинится, пока он осматривал свадебные подарки.

«Ваше Высочество, что вы думаете о рамке? Нам использовать обычную или из вычищенного золота?»

«Вычищенного золота.»

«Тогда нам понадобится много времени, чтобы подготовить её.»

«Подумай о том, как просто заставить рамку выглядеть так, будто она из вычищенного золота.»

«…» Просто сделать так, чтобы она была похожа? Просто похожа? От этой женитьбы действительно все теряли дар речи. Но слово мастера закон, поэтому слуги побежали готовить вещи.

Однако их хозяин был недоволен. Он ждал около шести часов, но Бай Сянсю так и не пришла к нему. Что-то неладно. Он отправил слугу найти Е-маму, и тот узнал, что приходила служанка из семьи Сун, и Бай Сянсю пошла на кухню совсем не для него.

Влюбленный мужчина не мог оставаться спокойным. Почему её вообще не волнует, что я собираюсь жениться на другой женщине? Хотя он надеялся, что она поймет его, но все равно хотел, чтобы она устроила истерику или как-то доказала, что он ей нравится. Как только он расстроился, Старая мадам тоже почувствовала, что что-то произошло. Она думала, что Бай Сянсю может переусердствовать, услышав, что ее сын отправляется в усадьбу Лин. Было бы плохо, если бы это навредило ей и будущему внуку, поэтому Старая мадам послала кого-то, чтобы утешить ее.

Мама, посланная Старой мадам, сразу же заговорила о том, насколько Лун Хэн ценит их отношения, и что последние события ничего не изменили. Ее нынешний статус не изменится даже с появлением официальной хозяйки дома.

Да, конечно. Я не знаю или вообще смогу остаться в живых после того, как мисс Лин омрачит дверь. Кроме того, почему ей приходится терпеть, что ее муж женится на другой женщине? Хорошо, что человек, которого отправила Старая мадам, был здесь для шоу. Никто из присутствующий не считал, что Принц не должен брать официальную жену, от чего настроение Бай Сянсю совсем не улучшилось. И только теперь она поняла, сколько пустых мечтаний лелеют наложницы, которые хотят стать главной женой. Эта дорога еще сложнее, чем становление королевой придворной супруги!

Когда Бай Сянсю вспомнила о закусках, которые только что отправила, она подумала, а не пожалеет ли она своих действиях. В это время вокруг неё обернулась пара рук. Она сразу поняла, кто это и решила действовать по чистому импульсу. Она откинула руки. «Уходите.»

Луг Хэн услышал гнев и раздражение в её голосе. Он нахмурился; почему он не видел этого плохого настроения, когда она делала закуски для девушки из поместья Сун? Или она относилась к Сун Цзяоюэ по-другому? Он хладнокровно фыркнул, когда его мысли достигли этого момента: «Тогда потрать немного времени, чтобы успокоиться.»

Лун Хэн вправду хотел, чтобы она успокоилась, и думал, что все будет так же, когда он вернется, обо всем позаботившись. Но кто бы мог подумать, что обручальные подарки не только не встретят с каким-либо сопротивлением, но и семья Лин, будучи вполне счастливой, сразу же согласится? Проблемы вспыхнули, как только мисс Лин вернулась в их поместье. В эти дни в усадьбе Лин было невероятно «весело». Такое чувство,что все демоны, дьяволы и гоблины вышли на прогулку. Их дочь каким-то образом приобрела учителя каллиграфии, который был настолько красив, что все молодые горничные в резиденции падали в обморок.

Затем посреди ночи появились воры и Лин Цяньцзы получила ранения, но никому не позволила на неё взглянуть. Министр Лин чувствовал себя очень удрученным из-за всего этого цирка и хотел как можно скорее выдать дочь замуж, хотя бы для того, чтобы все это остановилось. Свадьбу назначили на первый месяц шестнадцатого года, на несколько дней раньше, чем в романе.

Бай Сянсю потеряла дар речи, когда получила об этом известие. Она знала, что должна впасть в смятение, но на самом деле чувствовала себя совершенно спокойно. Вернее, она не знала, что ей думать.

Прежде всего, она не могла ничего сделать с тем, что Лун Хэн хотел взять в жены другую женщину. Она спокойно это проанализировала и поняла, что Лун Хэну не нравится главная героиня. Тем не менее, она немного беспокоилась, хотя в чем смысл её беспокойства? Главный герой должен прийти извинится за этот вопрос, верно?

Но потом она подумала, что все это просто неловко. Ей придется смотреть, как ее муж женится на другой женщине! Это доставляло ей боль, что бы она ни думала. Если бы это было в наше время, это считалось бы изменой! Тогда стоит ли ей попробовать вернуть его или уже ничего не сделаешь с организованным браком?

Ай! И этот Сун Цзяоюэ! У него не было никаких чувств к ней, когда она преследовала его, но теперь он передумал, после того как отшил ее? Подождите, она не знала, действительно ли он что-то к ней чувствовал! Было бы лучше, если бы это было не так. Иначе… всё обернется полным беспорядком! Её мысли яростно развернулись, когда она посмотрела на кактус и почти подбежала, чтобы спросить: «Хуэр, ты можешь связаться со своим ребенком? Что там с его хозяином?»

Хуэр, естественно, был счастлив, что хозяйка его о чем-то спросила и немедленно протянула руку. Немного после, он заговорил «Мастер сидит один и разговаривает сам с собой, пьёт вино и ест закуски.»

«Ах, а что он говорит?»

«Нет наполнения, нет сердца. Почему? Ха-ха, слишком поздно, слишком… поздно. Посмотрит ли она… на меня снова?»

«Э-э,…» Черт. Он действительно меня любит! Никто бы не оставался безмятежным перед кем-то, кто их любил, особенно такая идиотка в отношениях, как Бай Сянсю. Но теперь нечего волноваться! У нее сейчас есть парень! Хотя парня захватили сложные отношения до такой степени, что она не знала, что делать. Но была уверена — впереди трудный год.

Ее мысли подтвердились, когда Старая мадам быстро отправила её в храм, чтобы помолиться за счастье для нее и Принца. Старая мадам на самом деле хотела, чтобы Бай Сянсю пока держалась тише, поэтому она не была слишком грустной и не устраивала истерики. На самом деле это было правильное решение, поскольку это помогло Бай Сянсю сохранить спокойствие. Однако, в отличии от Бай Сянсю, Лун Хэн почти сошел с ума.

Что его женщина делает в храме, пока он сидит один в поместье?! После одной ночи без неё он уже был удручен, и теперь услышал, что его женщину отправили в храм?! Как он должен провести остаток своих дней? Но он не мог пойти за ней, поэтому ему оставалось ждать, пока она не вернется после нового года. Осталось ещё несколько дней, поэтому будет непросто пройти через них. Одна старуха вызвала его на лекцию, сказав, что Бай Сянсю нездоровится и она надеется, что он не станет слишком волновать бедную даму, на случай, если ее эмоции действительно выйдут из-под контроля.

Это имело смысл. Он действительно хотел дать ей остыть, и надеялся, что она будет обращаться с ним так, как раньше, когда вернется, прекратив все время сердиться. Однако кое-кто еще пришел к нему на встречу. Сун Цзяоюэ вошел в кабинет, немного подвыпивший и едва скрывал гнев на лице.

«Что привело тебя сюда?» Лун Хэн подумал, что это довольно странно — что сегодня с его хорошим другом?

Сун Цзяоюэ безмерно разозлился, когда увидел, что Лун Хэн хладнокровно сидит в стороне. Он уже знал всё, прежде чем приехал. Они, наконец, вынудили эту женщину уйти. Что это за ерунда об отдыхе в храме? Ее выбросили после того, как закончили ее использовать. Вероятно, она никогда не сможет вернуться в эту роскошную, но пустую усадьбу Принца Ли. Но Лун Хэн, как обычно холодно сидел в стороне. Сун Цзяоюэ рассматривал этого человека как неприкасаемое сокровище в его сердце, в то время как его друг относился к ней, как к сорняку! Как печально.

«Лун Хэн, она лично готовила еду в ледяной холодной палатке для похоронной процессии вдовствующей императрицы. Ты знаешь, как утомительно это делать целый день? Она даже не взяла на себя ответственность, отдав всю привилегию усадьбе и Старой мадам. Но подумай о том, что ты сделал! Ты бросил ее в храм, чтобы она страдала, и собрался взять новую красивую жену, чтобы наслаждаться комфортной жизнью в своей усадьбе?!» Сун Цзяоюэ много выпил, поэтому говорил слишком эмоционально.

Лун Хэн смог наконец услышать подтекст, которые ранее скрывался от него. Его друг говорил о Бай Сянсю, и делал это с довольно озлобленным отношением. Раньше он замечал намеки на это, но теперь был полностью уверен. «Сун Цзяоюэ, ты понимаешь, что несешь?!»

Лун Хэн хлопнул рукой по столу и поднялся на ноги, его лицо стало черным от гнева, когда он впился взглядом в Сун Цзяоюэ.

Сун Цзяоюэ не отступал. Он холодно ответил: «Конечно, я знаю, о чем говорю! Это ты не понимаешь! Я пришел поздравить тебя с новым браком и сказать, что не отступлю от неё!»

«Сун Цзяоюэ…!» Лун Хэн не стал продолжать говорить, когда бросился к своему другу. Они сражались вместе с юности, и Сун Цзяоюэ тоже не был слабаком. Он стоял на своем и каждый из них наносил удар за ударом. Они оба хорошо владели боевыми искусствами. Небо и земля содрогнулись, так как последствия их битвы почти разрушили усадьбу. Никто не осмеливался встать на их пути, чтобы попытаться успокоить.

Слуги обратились за помощью к Старой мадам. Но она была очень слаба из-за недуга, поэтому послала двух мам, чтобы вразумить мужчин. Лун Хэн очень уважал свою мать и почти сразу остановился, но Сун Цзяоюэ как раз замахнулся в тот момент и ударил ладонью по груди Лун Хэна, прежде чем успел успокоиться.

Лун Хэна выплюнул глоток крови и холодно засмеялся: «Даже не думай, что получишь её!»

Сун Цзяоюэ сжал кулак и повернулся, чтобы сказать: «Лун Хэн, я никогда не бросаю слова на ветер.»

Лун Хэн не двигался, глядя на его спину, а затем повернулся, чтобы поговорить со своими скрытыми стражами: «Пойдите, проверьте. Посмотрите, контактировали ли они друг с другом.»

Сун Цзяоюэ никогда не удастся украсть у него женщину! Но когда эта мысль возникла у него в голове? Лун Хэн никогда не чувствовал такой паники, потому что не знал, что в этот момент несчастная Бай Сянсю, решит, узнав об этом? Да, она его наложница и не могла сбросить эту роль, но он никак не мог ей помешать кого-то любить. Если она держала в своем сердце Сун Цзяоюэ, что тогда ему делать?

Лун Хэн ходил кругами, как леопард в клетке, и, наконец, уведомил Старую мадам, что Бай Сянсю чувствует себя неуютно в храме, и Лун Хэн собирается отправится к ней. Что касается того, почему он сражался с Сун Цзяоюэ, Лун Хэн сказал, что они слишком долго тренировались и не смогли остановиться, мол это вышло из-под контроля.

Старая мадам также думала, что Сун Цзяоюэ и Лун Хэн не могут начать драку. У них на самом деле нет на это причин. Поэтому она приняла его объяснение. Старая мадам решила, что Бай Сянсю, наверное, было одиноко в храме. Ее старший внук тоже там! Поэтому она счастливо позволила мужчине отправится в храм.

Лун Хэн бросился в Храм Вечного мира, решив все дела с Лин Цяньцзы. Он также был подавлен, когда услышал название храма. Любой другой храм, кроме этого, был бы в порядке! Он вспомнил особенно раздражающего старого монаха, который нацелился на Бай Сянсю! Что, если она решит присоединиться к монастырю от мук ее душевных страданий? Что ему тогда делать?

Тем не менее, он был совершенно ошеломлен, когда добрался до храма, потому что Бай Сянсю пропала! Сяо Ши, Сяо Хуан и Е-мaмa сказали, что Бай Сянсю оставалась в комнате для голодания с момента ее прибытия и никуда не выходила. Но когда они пришли на следующий день, их хозяйка исчезла! Они искали её повсюду, но не смогли найти, как бы ни старались.

Сердце Лун Хэна охватил холод, и он сразу же заподозрил Сун Цзяоюэ. Он отправил своих людей на поиски, а также на лошади осмотрел лес. Однако, не увидев никаких признаков ее присутствия, поспешно посетил семью Сун в столице.

Когда всё это происходило, Бай Сянсю действительно была похищена из храма. Она лежала в карете, довольно унылая. Кто ее похитил на этот раз? Сюжет проходил так далеко от обычного курса, что она понятия не имела, что происходит. Она боролась и хотела убежать, но в этот момент кто-то вошел со стороны. Она быстро притворилась, что лежит без сознания. Этот человек унес ее в комнату, положив на кровать без особого труда.

«Перестань притворяться, что ты без сознания, или я сделаю кое-что, что тебе не понравится!» Этот тон явно принадлежал Ло Юньчжэну. Губы Бай Сянсю дрогнули, когда она внезапно села, нахмурившись, глядя на него. Суровый мужчина просто стоял и смотрел на неё со скрещенными руками.

«Почему ты привез меня сюда?» Бай Сянсю почувствовала, что этот человек слишком смелый. Но что еще более важно, почему он украл её, а не мисс Лин?

«После нового года он женится на Лин Цяньцзы, ты это знаешь?»

«Знаю.»

«Один раз он уже пытался обменять её на тебя, а это значит, что сможет сделать это дважды. В противном случае я действительно не знаю, что могу натворить!»

Бай Сянсю почувствовала, что этот человек немного извращен, или, скорее, его любовь утонула в ненависти. Его взгляд не был приятным, когда он упомянул мисс Лин. Что случилось? Неужели он рассердился? «Мне нечего сказать.»

«Ты тоже милая женщина. Оставь его, пока ещё не поздно; возможно, у тебя ещё есть выход.» Ло Юньчжэн слегка улыбнулся и неожиданно бросил взгляд на улицу. Его глаза стали холодными: «Кто там?»

«Босс Ло, знаешь ли ты, что императорский суд в последнее время подавляет тех, кто был в вулине(?), из-за твоих глупых действий?» Голос был нежным, но в нем явно чувствовалась ярость.

Бай Сянсю никогда не слышала такого прекрасного мужского голоса, и ей стало любопытно, кому он принадлежит. Её ум яростно пролетел по сюжету романа, пытаясь определить, кто это из второстепенных персонажей. Однако её усилия быстро рассеялись последующими словами Ло Юньчжэна. Он холодно засмеялся: «Глава Альянса Юй хочет всунуть нос в дела Облачной Фракции?»

«Естественно. Я слежу за любой силой, которая угрожает вулину. Босс Ло, пожалуйста, прекрати или…» Бледная, белая фигура всплыла снаружи, когда слова стихли. Бай Сянсю уже догадалась, кто это был, услышав «Глава Альянса Юй». Это был прохожий, о котором в романе лишь упоминалось!

Он был человеком, который помешал второстепенному мужчине Ло Юньчжэну поставить под угрозу Вулин* ради личных отношений. В конце концов, его тоже затащили во все это. Кроме того, глава альянса не мог просто стоять и смотреть, как страдает Вулин. Роман упоминал, что он был чрезвычайно красивым и преуспел в боевых искусствах. Например, только его появление тогда заставило Ло Юньчжэна подсознательноотступить.

(Вулин — термин, используемый в художественной литературе и средствах массовой информации, связанных с китайскими боевыми искусствами, для описания сообщества мастеров боевых искусств. Это часть более широкого термина Цзянху)

«Глава Альянса Юй мне угрожает?»

«Босс Ло, пожалуйста, отступи. Ты не можешь предпринимать действия, которые навредят Вулину для личных отношений.»

«Тебе будет немного трудно, если ты хочешь остановить меня. Тем не менее, я учту твои слова.» Ло Юньчжэн не хотел каких-либо потерь, поэтому протянул Бай Сянсю руку. «Мы уходим.»

Бай Сянсю посмотрела на него. Глава Альянса Юй, стоявший перед ними, не хотел никаких конфликтов между имперским судом и Вулином, поэтому ничего ей не сделает. Зачем ей бросаться в объятия врага, в присутствием спасителя? «Спасите меня, Глава Альянса Юй! Эта маленькая женщина — дочь из хорошей семьи, он меня похитил. Он даже хотел напасть на меня!» Быстро договорив, она заплакала.

Ло Юньчжэн опешил. Он предположил, что в этой ситуации она выберет знакомое лицо, но она действительно призвала Юй Куана на помочь!

Юй Куан нахмурился, его холодный, небесный вид стал еще красивее. Со взмахом рукавов он прыгнул на Ло Юньчжэна!

Облачная фракция оказывала огромное влияние на Цзянху, но они были свободными группами с точки зрения Главы альянса. Один из их членов ушел и спровоцировал имперский суд, что в результате привело к тому, что товарищи-члены Вулин получили ранения. Поэтому Юй Куан пришел, чтобы вразумить Ло Юньчжэна. Он никак не ожидал, что последний действительно похитит молодую женщину, чтобы позабавиться! Ло Юньчжэн оказался смелым в своем разврате. Юй Куан больше всех ненавидел таких людей, поэтому не проявил милосердия.

Поскольку Ло Юньчжэнь был ранен в усадьбе Принца несколько дней назад, он сейчас не противник для этого человека. В спешке он схватил Бай Сянсю с кровати и бросил ее на Юй Куана, пока она все еще интересовалась, как убежать. Его первоначальное намерение состояло в том, чтобы ею нанести ему удар. Не имеет значения, даже если она умрет. Юй Куан поспешно попытался нанести удар, когда увидел, что ее тело летит к нему. Реакция внутренней энергии закончилась тем, что он ранил себя, но все равно не смог полностью остановить атаку, остатки энергии на самом деле поразили грудь Бай Сянсю. Она почувствовала, как из её легких вырвался воздух, прежде чем она перевела дыхание и рухнула на пол.

Теряя сознание, она могла думать лишь о проклятиях на Ло Юньчжэна. Он фактически использовал ее как человеческий щит! Рано или поздно она обязательно вернется к этому, но сейчас она не могла даже пошевелиться. Юй Куан посмотрел на женщину, которую он ударил, подняв брови, но в конце концов взял на руки, чтобы забрать её на гору Белых Облаков.

Гора Белых облаков — фракция номер один в Цзянху, и ее участники делали акцент на самосовершенствовании посредством тяжелой культивации. Юй Куан был лидером фракции, а также главой альянса Вулин, занятым человеком с высоким положением. Его жилье было немного более удобным, чем все остальные.

На его кровати лежала тяжело раненная Бай Сянсю. Несмотря на то, что она проснулась, она не решалась двигаться, потому что ее грудная клетка была сломана. Некий военный дядя горы Белых Облаков уже осмотрел ее и сказал, что она сможет нормально ходить через несколько дней. Но сейчас ей ни в коем случае нельзя двигать мышцами!

Этот Юй Куан довольно странный. Он явно был главой альянса и очень занятым человеком, но у него даже не было учебы. Большая часть его дел проходила в его собственных комнатах. Несмотря на то, что он глава альянса, он, казалось, не получал ни единой привилегии. Но у него определенно появлялась аура главы альянса, когда он болтал о любезностях и церемониях, выглядя как аскет.

«Эй, Глава Альянса Юй, могу я спросить…» Здесь нет женщин-учеников? Ей ничего не оставалось, кроме как спросить занятого мужчину, когда он работал во внешних комнатах.

«Что такое?» Юй Куан не входил, а просто спросил издалека.

«Я… Глава Альянса Юй, хотя я благодарна, что вы спасли меня, но не могли бы вы отправить меня обратно в столицу?» По крайней мере там, её не удручала бы настолько эта ситуация.

«Конечно, но сейчас вам нельзя двигаться.»

Голос Юй Куана был действительно необычайно легким. У неё не было выбора, кроме как сказать: «Если это возможно, пусть придет какая-то девушка. Мне… нужно… воспользоваться… средствами.»

Как неловко упоминать об этом. Ей казалось, что она бьется головой о стену. Но человек за пределами просто спокойно вышел из комнаты. Вскоре к ней зашла крепкая женщина-ученица. Без лишних слов она взяла Бай Сянсю и отправилась в боковую комнату, прежде чем посадить ее на горшок. «Я поддержу тебя, так что поторопись. На улице много чего интересного.»

Бай Сянсю нервничала и попыталась найти тему для беседы. «Как странно. Почему Глава Альянса Юй не устроит меня, пока лечат мои травмы, в другой комнате? По крайней мере, с учениками.»

«В первую очередь тебе нужна пригодная комната. Гора Белых Облаков — фракция номер один в Цзяньху. Число учеников, которые хотят присоединиться к нам, достаточно большое, чтобы сформировать очередь до подножья пика. Поэтому, помимо комнат Главы Фракции, все остальные соединены вместе. У нас нет лишнего места для лечения твоих травм.» После того, как женщина-ученица закончила свои гордые слова, она помогла Бай Сянсю выполнить свои обязанности по уборке и снова унесла её.

Но Бай Сянсю почувствовала достаточную боль, чтобы скорчиться на кровати. Почему все боевые практики настолько сильны? Она и так уже перенесла тонны боли, ладно? Пролежав два дня на кровати она наконец смогла ходить. Тогда она решила, что настало время вернуться в столицу. Поскольку она знала, что Юй Куан был в маленькой комнате снаружи, она хотела найти его и попросить о возвращении. У него не было на это времени в течение дня, и его достаточно сложно найти ночью.

Она слегка постучала в дверь, прежде чем услышать изнутри движение. Но никто не открыл. Странно. Если Глава Альянса Юй внутри, почему он не открыл дверь? Она снова постучала и услышала приглушенный шум, но дверь осталась закрытой. Что-то случилось?

Бай Сянсю прислушалась к двери, услышав приглушенные звуки. Это звучало так, будто кто-то мычал с завязанным ртом. Главу Альянса Юй связали? Как это возможно? Но она не могла просто стоять после того, как услышала это. Может, он съел что-то плохое или что-то еще.

Бай Сянсю дважды нажала на дверь без какого-либо эффекта, прежде чем использовать ногу. Она подумала, что это всё равно не поможет, но наверное дверь была слишком старой. Она медленно распахнулась, внутри было темно. Бай Сянсю сглотнула и вошла внутрь, увидев странную картину при свете луны.

Глава Альянса Юй Куан лежал на кровати с чем-то во рту. На его шее была веревка, руки связанные за спиной, и кляп во рту. Она поспешила сначала зажечь масляную лампу, а затем приступила к снятию кляпа. Подняв брови, она спросила: «Что случилось?»

Как только кляп исчез, Юй Куан слабо заговорил: «Большая сестра, спаси меня. Что я могу теперь сделать, когда они меня связали?»

«А?» Да что здесь происходит? Может ли кто-нибудь ей объяснить? Она все еще отчаянно ждет ответов в онлайне!

«Большая сестра, у меня болит рука. Мне очень больно. Ты можешь развязать меня?»

«Ва!» Бай Сянсю не думала, что нормально оставлять связанным этого, похожего на ребенка, мужчину, который напоминал Юй Куана. Но на самом деле все было слишком странно. Она немного колебалась, развязывая его путы. Ее движения не были грубыми, но тот парень казался очень обиженным и плакал.

Бай Сянсю абсолютно не знала, что сказать. Он в полном порядке, так почему он плакал? Что она должна делать? Если бы он был кем-то другим, она бы ушла прямо сейчас. Но он глава альянса, очень грозная фигура. Она больше не осмеливалась его мучить и полностью сняла веревки. Она предположила, что он просто поблагодарит ее, но он втянул ее в объятия… Урк, нет, он втиснулся в ее грудь, и вел себя как испорченный ребенок. «Спасибо, старшая сестра. Ты действительно хороший человек. Сестра, ты пахнешь очень сладко, как моя мама.»

Личность Бай Сянсю в этом мире, казалось, перешла на новый уровень. Она как-то превратилась из наложницы в мать! Но тем не менее, она не привыкла к тому, чтобы к ней прижимался взрослый мужчина, поэтому попыталась вытолкнуть голову с черными волосами. Однако голова отказалась сдвинуться с места и вместо этого зарылась дальше. Прозвучал почти душераздирающий голос: «Большая сестра, не отталкивай Шу, я боюсь.»

Бай Сянсю почувствовала, как отвращение задело ее сердце и она скрестила брови. «Тебя зовут Шу, Юй Шу?»

«Да, Большая сестра потрясающая! Ты даже знаешь моё имя.»

«Тогда кто ты Юй Куану?» Возможно, они близнецы. Она считала, что это возможно. Но это было странно. Почему она не видела, что в последние несколько дней появился ещё один человек? В голове всплывали разные вопросы, но ей оставалось только унавать всё шаг за шагом.

«Не вспоминай этого злодея! Он связал меня на кровати и жестоко издевался! Большая сестра, ты должна мне помочь. Ты же поможешь, правда?» Юй Шу снова начал всхлипывать после того, как заговорил, от чего Бай Сянсю сразу ему поверила.

«Хорошо, хорошо, но с чем я могу помочь?»

«Я хочу увидеть луну. Я так долго её не видел.»

Это небольшая просьба. Просто увидеть луну или еще чего! Бай Сянсю кивнула и протянула руку. «Пойдем, я провожу тебя, чтобы посмотреть на луну.»

Привести его к окну, чтобы увидеть луну, было пустяковым делом. Юй Шу положил свою большую руку в маленькую ручку Бай Сянсю и медленно последовал за ней. Но казалось, ему было очень любопытно идти, ведь он смеялся каждый раз, когда делал несколько шагов. Он присел пару раз и сжал руки, прежде чем улыбнуться Бай Сянсю. «Большая сестра, я долго не ходил. Это действительно странно.»

«……,» — у Бай Сянсю не было слов. Этот ребенок слегка не в себе, но это не значит, что его нужно держать в постели. Неужели он всегда был связан в этой крошечной комнате? Чем больше она об этом думала, тем больше чувствовала, что глава альянса немного ненормальной.

На самом деле, такие ситуации существовали и в современном мире, в семьях с психически неполноценными детьми. Иногда их даже связывали, чтобы они не причиняли другим людям неприятности. Но такие дети, как и этот, вероятно, просто с нетерпением ждали того, чего они никогда раньше не видели!

У главы Альянса Юй было высокое положение, и, возможно, видел в таком брате признак унижения. Поэтому, он запер его, чтобы никто больше не мог его увидеть! К тому моменту, когда Бай Сянсю сложила пазл, она уже привела Юй Шу к окну и открыла его. Сейчас для этого немного неподходящий сезон, так что с открытым окном было немного холодно. Несмотря на это, Юй Шу очень радовался и улыбнулся, как невинный ребенок, когда потянул руку Бай Сянсю. «Большая сестра, луна такая красивая, такая красивая!»

«Мм, луна и правда очень красивая. Но мало кто замечает ее существование.» В современном мире все всегда очень заняты. Между небоскребов трудно даже увидеть луну. Люди в древности тоже заняты, мужчины конкурировали за власть и прибыль, в то время как женщины соревновались за позицию и статус. Даже она была слишком озабочена сохранением своей жизни, чтобы хоть раз взглянуть и заметить прекрасную луну. По правде говоря, сегодня вечером был первый раз. Это заставило ее немного волноваться.

«Я очень хочу луну. Большая сестра, ты можешь помочь мне сорвать ее?»

«Урк, Большая сестра не всемогущая.»

«Но я хочу её.»

«Тогда я помогу тебе сохранить её на некоторое время.» Бай Сянсю не могла не смутить ребенка. Она побежала, чтобы заполнить тазик водой, и подтолкнула его так, чтобы луна отражалась внутри.

«Ничего себе, большая сестра настолько изумительная, такая потрясающая. Ты даже забрала луну внутрь; это так красиво.» Любящий луну Юй Шу подошел к краю таза, чтобы посмотреть на неё, бесконечно улыбаясь.

Хотя это было то же лицо, что и Юй Куана, его детская невинность действительно сделала его привлекательным и очаровательным. Он коснулся самых мягких, самых нежных нервов женщины. Бай Сянсю протянула руку, чтобы погладить его волосы и с улыбкой сказала: «Если тебе нравится, можешь посмотреть подольше.»

«М-м, большая сестра такая хорошая.» Юй Шу все ещё думал, как ребенок, поэтому выразился простыми словами. Он поднял голову и поцеловал Бай Сянсю в щеку. Бай Сянсю застыла. Это было бы пустяком, если бы он был маленьким ребенком, но он выглядел как взрослый мужчина. Такой поцелуй просто не мог её не смутить. Но опять же, ему не хватало умственной зрелости, поэтому, возможно, было бы лучше, если бы она не слишком много думала об этом. Похоже, немного посмотрев на луну, он захотел спать, потому что, зевая, тер глаза.

«Может пойдем спать?» Даже если она жалела его, она просто не могла забрать его с собой, потому что и сама не могла покинуть этот дом. Ее травма еще не полностью исцелилась. Поскольку она беспокоилась о том, что Юй Куана втянут в конфликт с императорским двором и что ее собственная личность вызовет ненужные осложнения, Бай Сянсю еще не раскрыла своего происхождения. Она сказала только что она приехала из большой семьи в столицу и её похитил Ло Юньчжэн.

Юй Куан согласился отправить ее обратно, поэтому она больше не стала об этом думать. Было бы лучше не обижать его прямо сейчас. Во-первых, ей нужно вернуть его брата в комнату, но он упрямо отказался возвращаться. Казалось, он очень боялся этого места. Когда Бай Сянсю попыталась приблизиться к нему, он начал плакать. Чтобы не вызвать беспокойства на улице, ей пришлось согласиться на его просьбу спать на одной кровати. В любом случае, он был просто ребенком. Он ничего с ней не сделает.

Когда Юй Шу услышал, что сможет спать с Бай Сянсю, он снова обрадовался. На самом деле, он начал прыгать вокруг от волнения. Он случайно толкнул её, и она пальцем поцарапалась о кровать. Это был просто небольшой разрез. К сожалению, часть крови попала на кровать, но она это проигнорировала. Этот маленький ребенок полностью измотал ее. «Спи. Если ты сейчас не заснешь, большая сестра разозлится.»

Он действительно был слишком энергичен, постоянно прыгая взад-вперед. Такое чувство, будто он представил себя блохой! К ее удивлению, Юй Шу остановился сразу после ее слов. Добавьте это к тому, что он понял, что она поранилась по его вине, и послушно встал рядом с ней, зарывшись головой в ей в грудь. «Большая сестра, Шу будет хорошим и пойдет спать.»

«Умница.» Бай Сянсю погладила его голову. Хотя всё, что сегодня произошло, было странным, она слишком устала, чтобы глубоко в это вникать. В тот вечер ей даже ничего не приснилось, а тем более она не ощущала боль от разреза. Тем не менее, она проснулась немного рано, взволнованно придя в себя от крика петуха. Она почувствовала внезапный вес на груди, прежде чем вспомнить, что рядом с ней спал мужчина. Кто же знал, что первое, что она увидит после сна, будет пара глаз? Они должны были быть спокойными и безмятежными, но её вид вызвал пульсации в этих непостижимых глубинах.

Хах?

Странно, слишком странно! Тот, кто обнял её прошлой ночью, явно был Шу. Лицо и одежда не изменились, но почему он, казался совершенно другим человеком после пробуждения? Взгляд в его глазах и выражение лица явно принадлежали главе Альянса Юй Куангу, который спас ее!

Что происходит? Братья поменялись посреди ночи? Она быстро прикрыла грудь покрывалом и с паникой спросила: «Шу?»

Юй Куан уже стоял на полу, когда повернулся и увидел маленькое пятно крови на кровати. Его выражение, наконец, изменилось, немного вздрогнув. Он поправил воротник и спросил: «Твое имя?»

«Урк, Бай Сянсю.»

«Юй Куан. Скажи мне, где ты живешь, я пошлю кого-нибудь с предложением о браке.»

«А-а? Подожди, что ты имеешь в виду? Нет, не так, почему ты Юй Куан? Куда делся Шу?» Бай Сянсю сошла с кровати и сделала несколько шагов в погоне, прежде чем ее мозг догнал ее слова. В конце концов, в наши дни существовали всевозможные причудливые вещи, включая раздвоение личности! Это обычная тропа телешоу, а также романов.

Тем не менее, в романе никогда об этом не упоминалось. Даже персонаж Юй Куана лишь упоминался, так как могла указываться его вторая личность? И теперь она попала в ловушку и даже получила предложение о браке. Конечно, она не могла принять его, поэтому догнала его и сказала: «Подожди, Юй Куан, я… я не могу выйти за тебя!» Почему он вообще предлагает брак, как только проснулся? Что его подтолкнуло?

Он явно выглядел как аскет, так почему он просил выйти за него после одной ночи сна? Такое предложение не соответствовало его спокойному выражению вообще!

Юй Куан умылся и вытер лицо. Закончив, он повернулся, чтобы взглянуть на Бай Сянсю со сморщенными бровями. «Я, Юй Куан, не убегаю от ответственности. Поскольку мы уже… Завтра, я пошлю обручальные подарки. Мы поженимся до конца года. В следующем году мне нужно кое-что сделать.»

Ну, да, а как же!

«А моё мнение ты спросил?» Бай Сянсю положила руки на бедра, рассердившись, подняла брови и сузила глаза в миндалевидную форму. Это первый раз, когда он играл роль землеройки. К сожалению, это не оказало на Юй Куана никакого влияния, который лишь ответил: «Всё уже случилось. Что касается Юй Шу, если я услышу, как ты скажешь о нём хоть одно слово…»

Его руки медленно опустились на железный умывальник и искривились. Железная раковина лопнула, как шпаклевка под его руками.

Что за черт! Это была явная угроза. Как страшно! Бай Сянсю определенно любила свою жизнь. Она все еще хотела остаться живой! Она сделала разумный выбор, заткнулась и посмотрела, как Юй Куан покидает комнату. Её пронизывало сильное чувство беспомощности, когда она безмолвно села на кровать. «Как мне теперь умываться?»

Несмотря на это, ее сердце все еще думало о том, волновался ли о ней Лун Хэн. Придет ли он искать ее? Прямо сейчас, она очень хотела вернуться в усадьбу и Зимний сад, чтобы быть рядом с ним.

По крайней мере, она бы больше не выходила из себя, и серьезно спросила его, о чем он думает. Если он действительно хотел жениться на старшей мисс Лин и рассматривал Бай Сянсю, как игрушку, тогда она подумает о том, как вернуться в свой мир в прежнее время. Но сейчас проблема в том, как вернуться в столицу!

Когда она подошла к кровати, она увидела на простыне несколько капель крови. Мужчина и женщина разделили кровать и подушку, прежде чем оставить несколько капель крови на ее поверхности. Как не смотри, казалось, что между ними что-то случилось. Какая трагедия. Она сжала губы. Неудивительно, что Юй Куан неправильно всё понял. Это было потому, что он увидел кровь, которая вытекла из разреза на ее пальце. Похоже, что его две личности не разделяли одни и те же воспоминания.

Неужели он сам связал себя и прицепил к кровати? Но откуда он знал, когда появится Юй Шу? Поскольку двое из них не делились воспоминаниями, он не должен был этого знать. Помимо конфликтов Бай Сянсю, у Юй Куана тоже была своя доля мрачных мыслей. Он никогда не думал, что простодушный Юй Шу сделает такое с женщиной. Даже если бы женщина пыталась соблазнить его нарочно, ему все равно нужен был интеллект, чтобы понять, что происходит. Но так или иначе, он и она это сделали. И, он должен признать этот факт. Другого выбора нет, кроме как жениться на этой женщине.

Помимо дел в области боевых искусств и Цзяньху, он был безразличен к вопросам между мужчинами и женщинами. Он ни разу ни за кем не бегал. Когда он впервые отправился в Цзяньху, были несколько леди-героев, которые его интересовали, но он был слишком поглощен практикой боевых искусств. Когда он подумал о том, что нужно жениться, то обнаружил, что никого не осталось. Поэтому, он отказался от этой идеи. В любом случае, он всегда был занят с утра до вечера. Откуда у него время беспокоиться о ком-то еще?

Тем не менее именно в это время он спас эту загадочную женщину. Затем Юй Шу спал с ней в течение двух-трех дней. Он даже мог сказать, что раз женщина этого не хотела, это значит, что он, должно быть, сделал что-то не так. Независимо от того, какие ошибки он совершил, он узнает это только через несколько ночей. События одной ночи обычно приходили в нескольких снах, собирая вместе всю картину. Тем не менее, поскольку он воспользовался ею, он должен жениться.

Он был сиротой и с юности рос в горах Белых Облаков. Под опекой своего хозяина он посвятил свое сердце разуму. У него не было семьи, и он не знал, что значит иметь дом. Тем не менее, он ответственный человек. Поскольку дело уже сделано, он должен попросить ее руки и создать семью!

И так, он пошел, чтобы объяснить всё людям горы Белых Облаков, прежде чем вернулся и нашел унылую Бай Сянсю. Она подняла брови и заговорила, как только он вошел. «Ты можешь меня освободить, чтобы я могла вернуться в столицу?»

«Мы отправимся завтра.» Юй Куан просто сказал ей, что хочет поехать, прежде чем ушел. Бай Сянсю втайне радовалась в своем сердце. Несмотря на то, что он использовал «мы» вместо нее, она была рада, что вообще поедет в столицу. По крайней мере, будет легко объяснить все, как только она найдет Лун Хэна и вернется в поместье Принца Ли!

На следующий день они действительно отправились в путь. Ей казалось, что Юй Шу появится снова, когда наступит ночь. Как ни странно, даже после того, как Юй Куан заснул посреди ночи в маленькой комнате, от туда не доносилось никаких звуков.

Откуда она знала?

Потому что скрытно стояла за дверью, чтобы подслушать. Вскоре голос изнутри сказал: «Это грубо, иди спать.»

«…..» Удрученная Бай Сянсю вернулась ко сну. Она чувствовала, что Юй Шу появляется совсем не ночью, поэтому хорошо спала, в то время как Юй Куан ворочался во сне.

Во-первых, ему приснилось, что женщина очень хорошо относилась к Юй Шу. Она гладила его по голове и даже отвела посмотреть на луну. Несмотря на то, что он не любил Юй Шу и хотел отрицать его существование, он был его частью. Это невозможно было игнорировать. Более того, они чувствовали то же самое в своих сердцах по отношению к людям, которые произвели на них хорошее впечатление.

Например, хотя это был сон, он также считал его воспоминанием. Он даже испытал никогда не ощущаемую нить тепла в своем сердце. Таким образом, у него было совсем другое чувство, когда он снова увидел Бай Сянсю на следующий день. Тем не менее, он заставил себя подавить радостное наслаждение, и просто отвел её в экипаж.

Бай Сянсю не думала, что Юй Куан лично будет сопровождать ее в столицу, но когда она увидела подарки в карете и, что Юй Куан, оделся как купец, она вспомнила о его намерениях предложить брак. Ее сердце начал наполнять мрак. Когда они начали свое путешествие, она попыталась объяснить человеку снаружи «Глава Альянса Юй…»

«Будь осторожна в том, как ты меня зовешь,» у Юй Куана было тощее телосложение и выглядел он совершенно иначе, чем Лун Хэн. Что еще более важно, Бай Сянсю вообще его не боялась, поэтому не принимала его слова близко к сердцу.

«О, сэр Юй. На самом деле, вы не позволили мне объяснить. Вы всё неправильно поняли. В тот день мы ничего не делали, поэтому вам не нужно брать на себя ответственность.»

«Что?»

«Та кровь из раны на моем пальце, понимаете?» Бай Сянсю высунула поцарапанный палец.

Юй Куан посмотрел и действительно увидел там разрез. Значит, они ничего не делали? Они просто спали бок о бок? Это похоже на Юй Шу! Он выдохнул, прежде чем его брови снова сморщились. «Поскольку мы с тобой уже коснулись кожи, этого нельзя изменить.»

«Сэр Юй. На самом деле я наложница в другом имении. У кого вы собираетесь просить моей руки для брака?!»

«Что?» Юй Куан внезапно откинулся на поводья, от чего упал занавес. Он поднял занавеску, чтобы посмотреть на Бай Сянсю. Вероятно, это был его первый раз, когда он смотрел на нее должным образом, от чего она необъяснимо нервничала.

Юй Куан обладал холодной и пустынной аурой в своей красоте, но его холод отличался от Лун Хэна. Холодность Лун Хэна проявляла чувство достоинства и намек на убийство, вызывая жестокую, тираническую атмосферу, из-за которой людям было трудно смотреть ему в глаза. Напротив, холод Юй Куана исходил из большой отчужденности, от которой он казался равнодушным. Было похоже, что никто не достоин его взгляда или он презирал глубокие дружеские отношения, держа людей на расстоянии. Это было ужасное чувство, когда смотришь на кого то и чувствуешь, что он отталкивает тебя очень далеко.

Тем не менее, это первый случай, когда Бай Сянсю наблюдала за таким красивым человеком в непосредственной близости. Несмотря на то, что он член Цзянху, в нем нет ни намека на шумную атмосферу, которая окружала Ло Юньчжэна. У него были красивые глаза, схожие с теми, как описывают «прозрачные глаза». Серьезно, что делать женщине, когда мужчина обладает таким взглядом?

Бай Сянсю не смогла больше этого выносить после нескольких секунд рассматривания. Она собиралась отвести взгляд, когда обнаружила, что он ошеломлен. В мгновение ока она поняла, что Юй Куан возможно даже слегка смущен.

«Я заставлю этого человека бросить тебя и возьму тебя, как главную жену.» Бай Сянсю опешила. Этот человек действительно член Вулин. Он не очень интересовался мнением мира. В конце концов, обычно, судьба любой наложницы, покинувшей дом, заключалась в том, чтобы жениться на старом холостяке или заниматься проституцией. Либо это, либо жить одной всю оставшуюся жизнь. Редко кто-то охотно брал одну из них в качестве надлежащей жены.

На мгновение она разволновалась, прежде чем заговорить: «А если мы с этим человеком действительно любим друг друга?»

По какой-то причине она хотела подразнить его, когда он был настолько серьезным. Возможно, она слишком задержалась со времени прихода в этот мир, в результате чего появились такие мысли. Но немного подумав, она поняла причину. Если бы он был просто Юй Куаном, она бы не осмелилась его дразнить. Но поскольку он также Юй Шу, тот же испорченный ребенок, что лежал у неё на руках, она была склонна относиться к нему по-другому, несмотря на попытки обратного.

Юй Куан не ответил, но щелкнул поводья и продолжил движение. Их лошади сжимались на дороге, пока тянулась тишина. Бай Сянсю не знала, о чем он думал. Почему он все равно двигался вперед после того, как она упомянула о настоящей любви? И это выглядело так, будто их местом предназначения оставалась столица.

Но он вдруг остановился и сказал тихим голосом: «Ложись и не показывайся.»

А? Бай Сянсю почувствовала, что эта ситуация несколько знакома. Такое всегда было в телевизионных драмах! Она послушно легла, но сделала себе выход, опустившись в сторону, когда отступила. Таким образом, если все станет серьезным, она сможет открыть заднюю часть кареты и убежать невредимой. Тем временем она держала уши открытыми, чтобы слушать звуки снаружи, но ничего не слышала.

Внезапно раздался громкий треск. Подняв глаза, она увидела скрытое оружие, застрявшее в потолке. Пор её спине пробежал холод от опасности. О, боже, нож прошел миимо её головы, задев волосы. Настолько опасно.

Бай Сянсю действительно немного испугалась и задрожала, размышляя, как ей сбежать. В это время рука потянула ее воротник, втащив в объятия, прежде чем появилась полоса белого света. Она увидела вспышку лезвия прямо перед тем, как они нырнули в леса. Хотя Бай Сянсю никого не видела, она заметила кровь, а затем быстро потеряла сознание…

Несмотря на то, что она была хорошо защищена, она чуть не рассталась с жизнью. У нее началось головокружение и тошнота, но будучи скрученной, это не оставляло ей возможности блевать. В конце концов, она просто ослабла. Эти проблемы в Цзянху для нее слишком опасны. Такой была ее последняя мысль, прежде чем она потеряла сознание.

Проснувшись, она поняла, что лежит на куче травы, немного прохладной от холодной погоды. Перед ней сидел мужчина. Бай Сянсю села прямо, но ее движения были слишком внезапными. Она покачнулась и упала, тяжело ударившись головой.

«Ах….»

«Ты…» Хёрк, мужчина выплюнул кровь. Почувствовав отвращение от одного взгляда, Бай Сянсю закрыла рот из-за рвотного рефлекса.

Юй Куан быстро нажал несколько крупных точек акупунктуры, прежде чем сказал: «Меня ранили, не действуй опрометчиво.»

Бай Сянсю согласилась, прежде чем закрыть глаза, чтобы прийти в себя. Снова открыв их, она увидела очень заметный отпечаток руки на спине одежды Юй Куана. Было очевидно, что эта рука повредила его сзади, но как можно было так легко нанести вред человеку со способностями Юй Куана? Но все было бы иначе, если бы он не держал ее на руках. Может, его ранили из-за неё?

Её начала мучить совесть. Оглядевшись, она обнаружила, что они, похоже, находятся в заброшенном доме охотника. Еще не темнело, но вокруг не было людей. Она напряглась, чтобы слегка покашлять и услышала удар.

Юй Куан восстанавливал ци, когда внезапно упал на землю. Несмотря на это, он, казалось, не выплюнул кровь, только его лицо стало белым.

Не может быть. Она только пыталась вызвать больше энергии, а не тащиться за взрослым мужчиной, чтобы убежать!(?) Но если она оставит его здесь, что, если появится его враг? Разве он не умрет тогда наверняка? Бай Сянсю не знала убийцу, но этот человек нанес ей удар. Если бы Юй Куан не спас её, он не был бы так сильно ранен.

Но как она должна ему помочь? Она не знала боевых искусств, поэтому не могла распространить свою энергию. Все, что она могла сделать, это остаться с ним. В любом случае, они не могли просто остаться здесь, потому что это слишком опасно. Бай Сянсю всё решила и попыталась потащить Юй Куана, но никак не ожидала, что его вес будет сильно отличаться то симпатичной внешности. Она использовала все силы, но передвинула его только на несколько дюймов.

Так не выйдет! Бай Сянсю долго сидела на земле, уверена, что у нее нет силы переместить этого человека. Внезапно она заметила в стороне сани и у неё в голове появилась лампочка.

Дороги покрывал снег, поэтому не нужно было прикладывать много сил, чтобы тянуть сани. Это оказалась довольно хорошая идея, поэтому Бай Сянсю вытащила человека на сани. Затем она немного отдохнула, прежде чем схватить веревку и потянуть его с горы. Поскольку она боялась, что его противник догонит их, она нарочно выбрала дороги, которые, как она думала, никто не выберет.

«Ты… можешь бросить меня.» Юй Куан действительно был не в состоянии распространить свою энергию. Удар по спине вскипятил его кровь, но он заставил себя пробежать с человеком на руках десяток миль, пока его рана не дала о себе знать. Он даже не смог завершить циркуляцию ци, из-за чего сейчас не мог передвигаться.

Тем не менее, он никак не думал, что эта женщина потащит его за собой, вместо того, чтобы бросить и убежать. Путешествовать по этим горным дорогам было непросто, но она все же взялась за трудную задачу тянуть его за собой. Он пробормотал это в замешательстве, прежде заснул. Нет, надо сказать, что вместо этого он видел другие вещи.

Умывальник, который, казалось, держал в себе очень красивую луну, а рядом сидела эта женщина мило улыбалась ему и потирая его голову. Ее глаза были исключительно теплыми и нежными. Откуда в этом мире такая красивая пара глаз? Он удивился тому, что увидел.

В следующий раз открыв глаза, он снова увидел те же глаза и прохладное ощущение на губах. Казалось, она поила его водой. Ее глаза наполнялись нежностью и беспокойством. Он протянул руку, чтобы схватить ее, но не знал, что сказать.

«С тобой все в порядке?» Несмотря на то, что ему было небезопасно лежать на таких санях, Бай Сянсю задавалась вопросом, почему он выглядел так, будто собирался смеяться, и в ту же секунду плакать. Она предположила, что у него высокая температура, поэтому поспешила осмотреть его и предложила немного воды. В конце концов, он действительно проснулся.

«Уходи…» Кровь и ци Юй Куана сейчас не могли нормально циркулировать, но это не значит, что он потерял все свои шесть чувств. Он уже почувствовал намерение убить их со всех сторон, поэтому отчаянно хотел, чтобы она сперва ушла. Но Бай Сянсю решила, что он хочет, чтобы она поторопилась, поэтому взяла веревку и снова потянула тяжелые сани.

«… Я хочу, чтобы ты оставила меня здесь.» Эта женщина действительно умственно ограничена. Будучи в опасности, первым делом она должна была сбежать. Она не знала никаких боевых искусств, и не являлась частью Вулин…

Фухфухфухфух. Приближался целый ряд скрытого оружия.

О, Боже, в этом мире правда существуют такие пугающие вещи! Раньше на неё никогда не охотились. Она упрямо потащила сани, побежав вперед, наполовину спотыкаясь. Тем временем Юй Куан схватил соседнюю ветку дерева и отклонил летящее оружие. Иначе, даже если бы Бай Сянсю была достаточно быстрой, она не смогла бы обойти их всех.

Используя все свои силы, Бай Сянсю бежала слишком быстро и слишком интенсивно, не глядя вперед. В результате земля, внезапно, ушла из под её ног и она упала в овраг у дороги. Это было так внезапно, что она не отпустила сани, когда падала, и Юй Куан упал вместе с ней.

Катившись по склону, они оказались наедине. Они отскакивали от земли в едва контролируемом падении, мучительно сталкиваясь с препятствиями. Когда они, наконец, остановились, Бай Сянсю не теряла времени и, крича, потащила неподвижного Юй Куана в небольшую щель в горе. Она случайно заметила её, когда они упали с крутого склона.

Безопасно спрятав его, она вернулась и выпрямила все ветки и травы, которые они задели во время их спуска. Технически она не должна была понимать, как это делать, но ее любовь к романам и телевизионным драмам обучила ее иначе.

Юй Куан принял все это к сведению, не в силах понять, как простая наложница может так поступать. Он также не мог себе представить, почему женщина, которая не знала боевых искусств, не бросила его. Но все же опасность еще не миновала. Он распространил свою энергию, надеясь пройти сквозь забитую массу крови внутри него. Вместо этого его волнение вызвало всплеск крови, который бросился ему в голову, заставив его потерять сознание.

Такой обморок был несерьезным, но его заменил кто-то совершенно другой. Бай Сянсю все еще нервничала, когда кто-то внезапно обнял ее, чуть не напугав до смерти. Но к счастью, тот человек быстро опознал себя. «Большая сестра, Шу так за тобой соскучился.»

Черт, он снова изменился? Разве он не должен был появится ночью? Она подняла голову, и только тогда заметила, что наступила ночь. Она повернулась, чтобы взглянуть на него и сказала: «Ты можешь идти?»

«Да, да, Шу может понести большую сестру на спине.» Бай Сянсю изначально хотела идти сама, но одна смена ног доставила ей сильную боль. Похоже, что он её единственный выход. Юй Шу очень обрадовался, услышав об этом, и подскочил к ней, чтобы взять ее на спину и побежать вперед.

«Подожди, нет, нужно идти на север. Это направление столицы.»

«Хорошо, большая сестра.» Юй Шу развернулся, чтобы отправиться в столицу. Его скорости было достаточно, чтобы Бай Сянсю изумилась. Похоже, что Юй Шу оставил некоторые воспоминания Юй Куана, но не понимал смысла, стоящего за ними.

Когда они побежали, он с радостью спросил: «Большая сестра, могу я взять тебя в жены, если отнесу тебя в столицу? Шу так счастлив, Шу хочет себе жену!»

Бай Сянсю было немного больно от постоянной тряски, но все же она погладила его по голове и ответила: «Ты знаешь, что такое жена?»

«Жена… это кто-то, кого ты можешь обнять, когда спишь,» — сказал Юй Шу после некоторого раздумья.

«Урк, думаю, ты не ошибся.» Похоже, Ю Шу просто наивный, а не дурак. Она погладила его, прежде чем сказать: «Продолжай!»

Она начала восхищаться собой за то, что проделала до сих пор. Но она, должно быть, серьезно пострадала. Юй Шу следовал ее инструкциям, чтобы отдохнуть в пустом доме крестьянской семьи. Она проверила свое тело и не обнаружила серьезных травм, но видимо она сильно подвернула ногу. На ее спине было много царапин, и ни одна из ее рук не осталась невредимой. На них красовались фиолетовые и зеленые синяки. То же самое можно сказать и о ее ногах, которые теперь было трудно даже передвинуть после небольшого отдыха.

«Шу, помоги большой сестре найти немного воды. И, может, у тебя есть лекарство для лечения ран?»

«Да, у Шу есть лекарство.» Возможно, тело Юй Куана было закалено долгими годами практики боевых искусств, или, может, она слишком хорошо держалась за него, катясь по склону. Во всяком случае, он не был серьезно ранен, только несколько царапин.

Он вышел на улицу, чтобы найти колодец и взять немного воды, прежде чем прибежать и отдать её Бай Сянсю. Конечно, он положил лекарство на стол. «Встань снаружи на страже, убедись, что никого рядом нет. Ты тоже не входи.»

«Шу не выйдет, снаружи темно и страшно.» Юй Шу вел себя так жалостно, что у Бай Сянсю дернусь губы. Ты мужчина и глава Альянса Вулин, чего ты боишься? Но ему, казалось, действительно было страшно.

«Ты должен выйти, но тебе не нужно далеко отходить. Просто встань перед дверью.»

«Ах.» Юй Шу был очень послушным, поэтому, хотя и неохотно, но все же встал перед дверью.

Когда он увидел свет луны и звезд, он захотел, чтобы большая сестра к нему присоединилась, но вспомнив, что она сказала не входить внутрь, начал чувствовать все большее и большее любопытство. Почему мне не разрешают видеть?

Ничего же если он только разок посмотрит! Этот дом давно заброшен, поэтому целостность покрытия на окнах желала лучшего. Ему было достаточно одного взгляда, что происходит внутри, но как только он это сделал, больше не смог отвести взгляд.

Юй Шу фактически ничего не увидел, кроме обнаженного плеча и спины. Бай Сянсю даже не сняла с себя нижнее белье, а просто протирала кожу водой перед нанесением мази. Но это уже был взгляд увлеченного взрослого мужчины. Хотя сам Юй Шу не понимал смысла «очарования», он все равно не мог отвести глаза. Вместо этого он просто почувствовал, что хочет смотреть на нее подольше и снова обнять.

Он сглотнул перед тем, как увидел, что большая сестра развернулась. В то же время он снова повернулся, чтобы посмотреть на луну. Несмотря на то, что раньше он любил смотреть на луну, теперь он думал, что тело большой сестры выглядит намного красивее. Что теперь делать?

Он с трудом дождался, пока Бай Сянсю сказала: «Всё, теперь ты можешь зайти!»

Откуда она могла знать, что он подглядывал за ней? Она даже тайком похвалила этого мальчика за то, что он очень хороший и послушный. Но кто знал, что этот ребенок обнимет ее сразу, как только войдет, вздохнув: «Большая сестра такая мягкая, такая приятная.»

«Голова у тебя мягкая! Иди сюда и дай мне тебе помочь, ты ведь тоже получил ранения.» Из-за раненых ног она не могла долго стоять, поэтому медленно села на кровать и потянулась к его одежде, прежде чем взяться за лекарство. Юй Шу просто стоял на месте, как будто вообще не был ранен.

«Снимай одежду,» — беспомощно сказала Бай Сянсю. Она действительно понятия не имела, о чем думал этот ребенок, когда так неё смотрел.

Эти слова восхитили Юй Шу. Его губы сжались в улыбке, когда он начал раздеваться. Даже ничего не понимая, он чувствовал, что это правильный выбор. Напротив, Бай Сянсю была немного удручена. Почему он так обрадовался, когда она сказала раздеться, чтобы намазать его мазью?!

В мгновение ока он снял с себя всю одежду в верхней части тела. Это было чистое, вопиющее соблазнение. Она решила, что он худой, но по-своему привлекателен. Что еще более важно, на его коже выгравировались шрамы, которые излучали необычную сексуальную привлекательность. Что с этим делать?

Она слегка покраснела, прежде чем поняла, что что-то идет не так, ведь он уже готовился снять брюки. Бай Сянсю, наконец, не смогла сдержаться и схватила его за руку. «Этого достаточно.»

Абсолютно достаточно. Если бы он продолжил раздеваться, её бы просто разорвало на части, ладно?

«Но там есть раны.» Юй Шу использовал свой самый невинный голос, чтобы ответить, как будто его действительно там ранили.

«Даже если там есть рана, мы не можем применить туда лекарство.» Это слишком противоречит основным принципам. В конце концов, у неё есть муж.

Юй Шу крайне обиженно посмотрел на Бай Сянсю, прежде чем она потянула его за руку и развернула. Следующее, что он почувствовал, как нежная рука применяла жгучее, как огонь, лекарство на его спине. Каждый ожог вызывал у него дрожь. Это было очень странное чувство, но очень комфортное. Когда Бай Сянсю закончила и взглянула на Юй Шу, его щеки слегка покраснели, как будто над ним издевались.

Она тихонько отвела взгляд в сторону. Такой вид, в сочетании с его внешностью не позволил бы никому отказаться от него. Он был похож на маленького щенка. Это заставило её сердце смягчиться, от чего он нравился ей ещё больше!

Но она знала, что такое «нравится» не похоже на любовь. Вместо этого он вызывал у нее материнские инстинкты, поэтому она сделала все, чтобы спасти его в критический момент. «Одевайся, а то замерзнешь.»

Лучше не путешествовать по ночам, но они даже не могли зажечь огонь. Бай Сянсю решила отдохнуть здесь до утра, чтобы продолжить свое путешествие, надеясь, что к этому времени Юй Куан вернется. По ее наблюдениям, раны на его теле почти зажили. Он должен отвести ее к цивилизации!

Тем не менее, ночью будет достаточно сложно. Бай Сянсю сказала Юй Шу: «Ты первым спишь на кровати.» Она решила следить за тем, чтобы никто их не догнал!

«Нет, я хочу прижаться к большой сестре и спать с тобой. Большая сестра мягкая.» Юй Шу не Юй Куан, поэтому его убийственный шаг состоял в милом поведении.

Бай Сянсю толкнула его и сказала серьезным тоном: «Прекрати и ложись спать.»

Юй Шу проигнорировал ее и продолжал вести себя как испорченный ребенок. В конце концов, у Бай Сянсю не было выбора, кроме как лечь рядом с ним, потому что ему нужно было отдохнуть от травм. Юй Шу обрадовался. Он сможет обнять свою большую сестру и заснуть.

Но на следующее утро Юй Куан был недоволен, когда снова проснулся, обнимая женщину. Первоначально он решил, что позволит этой женщине и ее мужу быть счастливым вместе. Но этим утром он обнаружил, что они не просто лежат вместе, а их одежда даже немного взъерошена. Не говорите, что и на этот раз ничего не случилось.

Как и ожидалось, испуганная Бай Сянсю поняла его мысли с первого взгляда и сказала: «Прошлой ночью между нами ничего не было.» Если кто-то и виноват, то это Юй Шу, потому что был слишком озорным и настаивал на том, чтобы они спали вместе.

Она потерла голову. Прошлой ночью она продержалась до полуночи, прежде чем тоже заснула. К счастью, никаких врагов поблизости не было, иначе их убили бы во сне. Юй Куан заметил, что ее тело переполняют раны и сказал: «Подготовься. Мы отправимся в столицу как можно быстрее.»

«Хорошо.» Бай Сянсю не знала, что ей нужно подготовить. В конце концов, у них нет еды, только что-нибудь выпить. Она использовала воду, чтобы зачесать волосы, прежде чем почувствовала, что она должна вернуться в столицу во что бы то ни стало и как можно скорее.

Но выйдя из дома, она опешила. Насколько она могла видеть, их окружали заснеженные горы. Это действительно очень красиво. В наши дни невозможно было увидеть ни такого белого снега, ни таких снежных пейзажей.

Она протянула руку, чтобы поймать падающие снежинки, и увидела, что они такие же великолепные, как те, что описаны в книге. Мать-природа абсолютно волшебная и таинственная, создавая вещи, похожие на картины. «Как красиво.»

Но она не знала, что в тот момент тоже была красавицей, которых не часто встретишь. Даже если она выглядела немного несчастной, снегопад сделал ее намного более ослепительной.

«Мм…»

«Что?» Бай Сянсю услышала, как кто-то ответил ей и повернулась. Но он не ответил, а вместо этого решил посмотреть на дрейфующие снежинки. О, так он тоже думает, что снег красивый.

«Мы можем идти?»

«Да, можем.»

«Прости за оскорбление.»

Она собиралась спросить, о каком оскорблении он говорит, но Юй Куан вдруг обнял ее. В момент её шока он головокружительными темпами спустился в заснеженный пейзаж. Наконец, Бай Сянсю поняла, к чему она должна была подготовиться. Эти холодные ветра болезненно терзали ей лицо и сделали на голове полный беспорядок.

Это был довольно грубый способ броситься в путь. Но ей пришлось признать, что они путешествовали очень быстро. Более того, она заметила, что существуют люди, которые могут ходить по снегу, не оставляя следов! На каждом участке земли, который они прошли, не осталось никаких намеков на их проход.

Это действительно было очень красиво. Если бы было время, она хотела бы, чтобы Лун Хэн вот так сбежал с ней на руках ради удовольствия. Но после дальнейших размышлений она поняла, что он никогда не сделает что-то подобное, потому что слишком беспокоится о том, чтобы не напугать ее! Они уже приближались к столице, а он почти женился на главной героине. Собственно, она чувствовала, что этот период времени прошел довольно хорошо. По крайней мере, у нее не было времени подумать над его делами. Но ей придется встретиться с ней, сразу после возвращения. Когда Бай Сянсю дошла до этого момента в своих мыслях, она внезапно почувствовала желание сбежать.

Но это всего лишь соображения в отношении будущего. Прямо сейчас, ее мысли были полностью заняты другим, когда же наконец она снова сможет встать на твердую землю! Из-за долгой тряски у неё пропал дар речи. Ей хотелось блевать, но она не могла; она хотела упасть в обморок, но не сделала этого. Даже если бы она хотела, чтобы он остановился и хоть немного отдохнул, она не могла открыть рот, чтобы произнести хоть слово.

Это было живое мучение. Бай Сянсю почувствовала, что вокруг постоянно витал дым благовоний, пока не оставил ей головокружения. Внезапно, мимо них пролетела белая стрела. Все, что она почувствовала, будто её вид уже ей знаком, но она не могла продолжить эту мысль, потому что ее голова была на грани взрыва. Между тем, другая фигура внезапно остановилась, развернулась и начала их преследовать.

«Поставь её на землю, вор!» Этот голос… этот голос, похоже, принадлежит второстепенному мужчине, Сун Цзяоюэ. Ее спаситель здесь. Быстро, нужно его остановить!

Тем не менее, Юй Куан просто увеличил скорость при звуке его голоса. Им нельзя бежать дальше. При таком раскладе они полностью обойдут столицу. Бай Сянсю не могла с этим мириться и протянула руку, чтобы ущипнуть его за что-то. Ей было все равно, будет ли это рука или задница, просто нужно его остановить. Как оказалось, всё закончилось тем, что она ущипнула талию. Как Юй Куана мог пострадать от внезапной атаки в то место, пока бежал?

Он слегка втянул воздух, прежде чем остановиться и взглянуть на Бай Сянсю с поднятыми бровями, не понимая, что случилось. Этой минутной паузы хватило, чтобы Сун Цзяоюэ их догнал. Он заметил, что человек не казался слишком злым или агрессивным, но как только его глаза встретились с ее ясными и нежными глазами, он мгновенно почувствовал желание втянуть эту женщину в свои руки.

Поэтому, без дальнейших церемоний он нанес удар. «Отпусти ее!»

«Кто… ты?» Юй Куан легко уклонился от удара, держа Бай Сянсю за талию и начал сражаться с Сун Цзяоюэ.

Бай Сянсю разозлилась. Сражайтесь сколько хотите, но зачем втягивать меня? «Подождите, вы оба!» Она наконец закричала, ее голос пронзил барабанные перепонки двух мужчин. Пока они смотрели на нее, она изо всех сил пыталась избежать хватки Юй Куана, чтобы встать на колени из-за рвотных спазмов.

Сун Цзяоюэ почувствовал сильный удар по сердцу, сделав шаг в удивлении. «Ты, если так, тогда ты… у тебя…»

«Что у тебя? Он так меня растряс, что я чуть не вернула вчерашний ужин!» Бай Сянсю бросила взгляд на Юй Куана, но увидела только, что его лицо остается таким же холодным и благородным, как всегда.

Только тогда Сун Цзяоюэ выдохнул и подошел, чтобы помочь ей подняться. «Я все таки нашел тебя. Кто именно забрал тебя из поместья?»

«Это сделал человек, по имени Ло Юньчжэн… урк…» Она собиралась подать руку Сун Цзяоюэ, когда ее стошнило.

«Дорогой друг, пожалуйста, уйди с достоинством. Эта женщина — моя будущая жена.» Юй Куан сказал это без особой вежливости. Он предположил, что этот человек ни кто иной, как муж Бай Сянсю. Он хорошо выглядел и владел боевыми искусствами, но видя их вместе, ему стало неловко.

«Вы двое… с каких пор…» Сун Цзяоюэ опешил. Он верил, что Бай Сянсю не такая женщина, но не похоже, чтобы этот человек говорил ересь.

«Откуда мне знать с каких пор?» Бай Сянсю взглянула на Юй Куана, не понимая, почему он произнес такие слова.

Но Юй Куан просто поставил ее за собой, прежде чем сказать: «Поскольку вы знаете боевые искусства, мы можем сразиться. Если я выиграю, она будет принадлежать мне. Как на счет этого?»

«Что-что? Что значит я буду принадлежать… «ты?» Но прежде чем она смогла закончить, он ударил ее акупунктуру и лишил голоса.

Сун Цзяоюэ сжал кулаки и холодно сказал: «Мы не имеем права решать за нее, поэтому прошу вас отдать ее. Я отвезу ее в безопасное место. Но если у вас есть какая-то связь с Ло Юньчжэном, не вините меня в том, что я буду грубым.»

«У меня нет ни малейшей связи с Ло Юньчжэном. Разве вы не хотите ее забрать? Тогда вы должны сразиться со мной.»

В Цзянху люди решали конфликты вот таким простым способом. Более того, Юй Куан глубоко ненавидел взгляд в глазах этого мужчины.

Сун Цзяоюэ увидел, что Бай Сянсю смотрит на него из-за другого человека, махая руками взад-вперед. Очевидно, она пыталась сказать ему, чтобы он не соглашался с условиями этого человека! Он не мог не улыбнуться. «Не волнуйся и будь уверена, ты в безопасности.»

Бай Сянсю закатила глаза. Юй Куан не Ло Юньчжэн, так что не было ничего опасного в том, чтобы остаться рядом с ним, ладно? Но мужчины всегда такие импульсивные. Эти двое действительно начали сражаться.

Она не имела возможности передать какое-либо сообщение, так как их бой взорвался в действии, пролетел шквал ударов, проходящих настолько быстро, что она даже их не видела. Она даже не могла разглядеть фигуры, яростно движущиеся взад и вперед. Она не посмела их останавливать, потому что была уверена, что ее покалечат одним ударом, если она попытается это сделать. Между тем, оба человека удивили друг друга. Один из них не мог сражаться в полную скорость и силу из-за затрудненного кровообращения, в то время как другой ему не соответствовал.

В результате, по разным причинам, сражение затянулось. В конце концов, борьба стала бессмысленной, поэтому они одновременно остановились.

Бай Сянсю посмотрела на них обоих, прежде чем поднять ветку с земли и написать: «Сун Цзяоюэ не мой муж; не ищите неприятностей.» А затем ещё: «Он мой спасатель, так что не делайте ему больно, сэр Сун.» Наконец она объяснилась. Бай Сянсю моргнула Юй Куану, намекая, что теперь он может распечатать ее акупунктуру!

Юй Куан стукнул по ее акупунктуре, и она, наконец, снова смогла говорить.

«Сэр Сун, сэр Юй спас меня от Ло Юньчжэна. Сейчас он возвращает меня в столицу.»

Сун Цзяоюэ посмотрел на сэра Юйя и лишь холодно улыбнулся. «Ох? Как мы можем просить главу Альянса Юй нести тебя в столицу? Почему бы вам не передать её мне, чтобы вы могли вернуться к своим делам.»

Юй Куан мягко ответил: «Так как вы не ее муж, тогда кто вы? Я ищу ее мужа.»

«Почему вы ищете её мужа?»

Сун Цзяоюэ не думал, что этот человек действительно собирался передать Бай Сянсю мужу. Как и ожидалось, следующие слова Юй Куана это подтвердили: «Попросить ее руки. Я хочу взять ее в жены.»

Тон Сун Цзяоюэ стал суровым. «Заткни рот!» Это то, о чем он мог только мечтать, а этот парень так легко произнес эти слова вслух. Как он мог скрывать свой характер перед лицом чего-то подобного?

Бай Сянсю никогда не видела, чтобы Сун Цзяоюэ так сердился и был разъярен до дрожи. В конце концов мужчины все ещё мужчины. Независимо от того, насколько хорошее у них настроение, они становились страшными, когда теряли его. Тем не менее, она не могла обвинять его, ведь слова Юй Куана были совершенно бесноватыми.

«Сэр Юй, я уже говорила об этом. У меня есть муж, и нам хорошо вместе. Он не согласится отдать меня. Поэтому, большое спасибо за то, что привели меня сюда, но вы должны вернуться и позаботиться о своих собственных делах!» Она подняла руку, чтобы отвести его в сторону, но поймала взгляд Юй Куана. Казалось, на неё смотрит брошенный щенок, что заставило ее погладить ему голову, а не отчитывать.

Однако, Сун Цзяоюэ уже использовал возможность притянуть ее к себе, прежде чем отпустить ее руку, как будто его обожгли. «Перед вами друг мужа этой женщины. На этот раз я вышел её на поиски. Огромное спасибо главе Альянса Юй за этот жизненноважный долг. Тем не менее, я считаю, что честный и приличный глава Альянса Вулин не заставит женщину возвращать долг за такую доброту, правильно?»

Хотя слова Сун Цзяоюэ были почтительными, они также служили предупреждением Юй Куану, чтобы он помнил о своем статусе.

Бай Сянсю тоже понимала, что понятия не имела, что произойдет, если останется с Юй Куаном. Самое главное, он даже не был второстепенным мужским персонажем, она ничего не знала о нем и постоянно ограничивалась в действиях. Поэтому, она заговорила, чтобы помочь Сун Цзяоюэ и одновременно убедить Юй Куана. «Кроме того, разве вас прямо сейчас не преследуют убийцы? С ними будет нелегко справится, пока я с вами. Почему бы вам не позаботиться о своих делах в первую очередь?»

Юй Куан, казалось, немного расслабился. Воистину, с его личными врагами нелегко справиться. Более того, все они убийцы, готовые отдать в бою свою жизнь. После некоторого сомнения он сказал: «Тогда скажи мне адрес, я найду тебя.»

«Семья Сун у северных ворот столицы.» Сун Цзяоюэ предложил свой адрес без малейшего колебания, но Юй Куан явно ему не поверил. Он держал свой взгляд на Бай Сянсю.

Бай Сянсю боялась, что он правда отправится в имение Принца, поэтому повторила: «Семья Сун рядом с северными воротами столицы…»

Затем она взглянула на Сун Цзяоюэ с виноватым вглядом. Пожалуйста, не вини меня, если что-нибудь случится!

Юй Куан, естественно, знал, кто такие Семья Сун. В столице всегда был один чиновник, ответственный за дела, связанные с Вулин, и этот человек обычно был родом из семьи Сун. Это выглядело так, будто Ло Юньчжэн пытался сделать врагами левых и правых. Ему больше нельзя позволять потворствовать другим.

Юй Куан отличался от Юй Шу. Его чувства к Бай Сянсю были не такими глубокими или, скорее, он собирался просить её руки, потому что он и его альтер эго разделяли одно и то же тело. Но то, что его преследуют, имеет явный приоритет. Поэтому, он простился с Бай Сянсю и ушел. Однако он очень скоро пожалел о своем решении. Прошло всего несколько ночей, прежде чем он усвоил все воспоминания. Когда это было сделано, он понял, что она, вероятно, единственный человек в мире, который смотрел на Юй Шу без намека на презрение. Более того, он никогда не сможет отплатить ей за все, что она для него сделала.

Конечно, всё это истории, которые будут рассказаны в будущем.

Теперь, когда Сун Цзяоюэ понял, что остался наедине с объектом своих давних привязанностей, он немного нервничал. Он увидел, что ее нога ранена, а одежда в лохмотьях и спросил: «Там впереди маленький городок. Можешь продержаться, пока мы туда дойдем?»

Этот человек не Юй Куан. Из-за того, что Бай Сянсю внезапно вспомнила вопрос о выпечке, наполненной сердцем, она тоже разволновалась. Она сразу же кивнула, чтобы дать понять, что с ней все будет в порядке. Но, сделав один шаг, она обнаружила, что ее нога слишком онемела и болит, чтобы идти дальше.

«Ах…» Из её глаз почти покатились слезы. Она была уверена, что сломала ногу.

Только тогда сердце Сун Цзяоюэ почувствовало себя немного непринужденно, потому что ему было интересно, почему Юй Куан нес ее все это время. Теперь, когда он подумал об этом, если она не может идти самостоятельно, тогда было бы правильней её понести. Тем не менее, он оставался немного робким и подошел, чтобы спросить: «Как насчет того, что я поддержу тебя, когда ты будешь идти?»

У Бай Сянсю не было выбора. Она не могла остаться стоять здесь навсегда. Кроме того, она также не могла долго стоять, потому что спина ещё болела от травм. Поэтому, она кивнула и улыбнулась. Сун Цзяоюэ не заметил этого в своем волнении. Он медленно подошел, чтобы поддержать ее маленькую руку. Хотя она была немного грязной, она не делала ничего, чтобы скрыть свою красоту, особенно свое мягкое и гибкое тело, когда прислонилась к нему. Он почувствовал сильное желание защитить ее.

Сун Цяоюэ раньше держал женщин, но ни одна из них не была такой мягкой и гибкой, как Бай Сянсю. Ее тонкая талия и изысканная поза действительно могли заставить сердце каждого мужчины забиться быстрее. Его сердце не прекращало свой бешеный ритм по всему пути. Он не мог не почувствовать, что один её шаг может заставить его сделать что-то безвозвратное. И все же она неожиданно потеряла равновесие и упала на землю.

Он быстро поднял её и захватил в обьятия. «С тобой все в порядке?»

«Мм, спасибо. Но ты можешь поставить меня на землю!»

Почему Юй Куану нести её была не проблема, а ему невероятно сложно? Сун Цзяоюэ не опустил её, и, смотря прямо вперед, нарочно прижал голову к груди. Затем он спросил с чрезвычайно спокойным голосом: «Почему в твоей выпечке не было сердец?»

Она знала, что он спросит ее об этом рано или поздно, но сейчас они наодятся в таких сомнительных обстоятельствах. Ей некуда было спрятаться, так что ей делать? Она разволновалась, прежде чем выпалила: «Разве не ты первый это сделал?»

Сун Цзяоюэ быстро ответил: «Это из-за твоего статуса, поэтому я…»

Кто знал, что её все больше и больше соблазняют его глаза? С тех пор он сожалел об этом. «Мой статус не изменился. Более того, теперь мы с Принцем…»

…уже это сделали. Она не смогла сказать эти слова, поэтому просто добавила: «Он хорошо ко мне относится.»

«Если он хорошо к тебе относится, тогда почему он так скоро женится на этой мисс Лин?» Сун Цзяоюэ внезапно почувствовал гнев. Если бы это было не так, он бы не стал искать Бай Сянсю сам по себе, даже без подсказок Лун Хэна.

Когда он вспомнил тот день, когда Лун Хэн заставил его рассказать, как исчезла Бай Сянсю, он вспомнил, что его сердце горит от нетерпения. Он никогда не испытывал такого волнения. Поэтому, просто схватил лошадь и отправился искать её. Он никак не ожидал столкнуться с ней именно так. Ему не нужна была причина для поиска. Поскольку Лун Хэн должен был жениться, он, вероятно, волновался, что мисс Лин почувствует себя некомфортно, если он станет искать её сам. Поэтому, ему пришлось отпустить так называемую любимую наложницу.

«Он…» Бай Сянсю не смогла ответить, потому что действительно рассердилась из-за этой новости. Но ничего не поделаешь. Она на самом деле питала чувства к этому человеку? Но он закончил тем, что хорошо к ней относился, одновременно занимаясь женитьбой на другой женщине. Хотя он не мог по-настоящему любить мисс Лин, Бай Сянсю все ещё считала, что ей трудно это принять, только потому что она современная женщина.

Вот почему она хотела убежать. Вот почему она хотела вернуться в усадьбу Принца, в её Зимний сад, а затем в своё время.

Сун Цзяоюэ почувствовал, как ее руки сжали его одежду и не мог не обвинить себя в том, что поднял эту тему. «Ладно, не думай слишком много. Давай сначала найдем место для отдыха.»

Она покрыта травмами. Нужно найти место и обратиться к врачу. Как и сказал Сун Цзяоюэ, недалеко на самом деле был маленький городок. Они расположились в двух самых больших комнатах местной гостиницы, прежде чем вызвать врача и медсестру, чтобы они тщательно осмотрели Бай Сянсю.

Они сказали, что серьезных проблем нет. Пока она тихо отдыхала в постели, она быстро поправлялась. Все остальные травмы были поверхностными ранами и заживут в течение нескольких дней.

Только тогда Сун Цзяоюэ успокоился. Он действительно чувствовал, что Бай Сянсю склонна к травмам. В этот момент он услышал, как медсестра сказала: «Сэр, шрамы на спине вашей жены действительно ужасны. Как она получила такие травмы?»

Ей было любопытно. Независимо от того, как она это видела, Бай Сянсю женщина из будуара. Какой человек мог оставить такие тяжелые травмы на её спине?

Сун Цзяоюэ почувствовал спазм боли в сердце, прежде чем показал горькую улыбку. «Это из-за моей небрежности.»

Женщина-врач больше ничего не спрашивала, увидев его таким. Она оставила ему лекарство, провела консультацию и ушла.

Затем Сун Цзяоюэ вернулся в комнаты, чтобы взглянуть на Бай Сянсю. Если бы это было возможно, он взял бы эту женщину и просто исчез из столицы. Но он не мог. На нем ещё была ответственность за семью Сун. Тем не менее, это не значит, что он потеряет ее, потому что она всего лишь наложница. Если она действительно не нравится Лун Хэну, он должен согласиться передать её, верно? Титул «любимой наложницы» забудется и исчезнет через пару лет. Никто не станет возражать, если он приведет её в свою усадьбу.

Из-за ее недавних усилий Бай Сянсю глубокого спала. Она даже не заметила, что Сун Цзяоюэ сидел у ее постели. Рукой она мягко подперла подбородок, и дышала очень мелко. Ее волосы были грязными, спадая ей на лицо. Она немного невинно, но также заманчиво вздохнула. Сун Цзяоюэ мягко протянул руку, чтобы слегка поправить ей волосы назад. Однако бледная кожа на ее шее ослепила его глаза.

Она действительно прекрасна. Ее красота стала ещё более ошеломляющей после того, как она умылась. Он подсознательно подошел и погладил ее гладкую, изысканную шею. Ему было так приятно, что он не мог отвести руку. В конечном итоге он опустил голову, чтобы поцеловать ее слегка зияющие губы.

Они были мягкими и пахнули травами. Он хотел только небольшую пробу. Но как только его губы вошли в контакт с её, он больше не мог контролировать свое дико бьющееся сердце.

Он перешел от пробы к пожиранию, начав сосать её влажные, мягкие губы. Его разум опустел, и он не мог думать ни о чем другом. Он мягко переместил свое тело и прижался к ней сверху. Сун Цзяоюэ целовал Бай Сянсю почти загипнотизированно, и даже две его руки стали непослушными.

Бай Сянсю все ещё спала, но чувствовала себя очень неудобно под каким-то весом. Ей было так тяжело, что у нее затруднилось дыхание. Она приложила все силы, чтобы поднять огромный валун с ее груди. Неожиданно она коснулась тела мужчины!

Она внезапно проснулась и почувствовала, что ее губы разорены. Ее тело подвергалось сексуальному насилию! Бай Сянсю начала жестоко биться изо всей силы. Затем она подняла ногу, пытаясь защитить свое целомудрие. Ее серия действий заставила Сун Цзяоюэ насильно вернутся к реальности. Он мучительно встал с кровати и понял степень своих действий. Одежда Бай Сянсю была наполовину распущена, а губы слегка опухли. Ее изящные плечи оголились.

«Я… я сожалею, я был неправ.» Сун Цзяоюэ чувствовал, что вел себя как дикий зверь. Он встал и вышел. Вернувшись обратно в свою комнату, он приказал слуге принести ему холодную воду, чтобы принять ванну, и зажечь огонь. Тем не менее, он все равно не смог успокоиться.

Он никогда раньше не делал этого. Почему он не смог контролировать себя до такой степени? Она обычная женщина, но почему так отличается от остальных? Как она могла привлекать его на таком непостижимом уровне? Чем больше он думал об этом, тем меньше мог понять. Она даже появилась в его снах. Там она была настолько мягкой, что он потерял всякий логический смысл и начал делать с ней что-то приятное. Как и ожидалось, делать это с ней просто превосходно.

Но рано или поздно все сны заканчиваются. Проснувшись, он почувствовал себя бессильным и подавленным. Я должен заполучить ее! В любом случае, Лун Хэн, вероятно, не относится к ней как к личности. Сун Цзяоюэ встал с кровати после того, как все продумал. Сейчас он не собирался ее отдавать. Но ему также нужно согласие Бай Сянсю.

Правильно, она мной интересуется. Просто не может сейчас этого показать. Поэтому он должен изо всех сил постараться заставить ее снова влюбится в него. Думая об этом, он освежился и лично направился вниз, чтобы понести завтрак наверх.

Бай Сянсю все ещё очень волновалась из-за того, что произошло прошлой ночью. Поэтому, когда она увидела Сун Цзяоюэ, все её тело застыло. Сун Цзяоюэ вел себя так, будто ничего не случилось, когда пронес ей завтрак: «Хочешь поесть вместе?»

«Хорошо…». Так нервирующе! Угол губ Бай Сянсю дрогнул, когда она смотрела, как он устраивает предметы для завтрака. Что собирается сделать этот яркий пример мужчины? Теперь он очень нежно к ней относился, но если добавить предыдущие события… это был явный темп преследования девушки!

Точно, он, несомненно, преследует ее! Бай Сянсю молча села и через некоторое время сказала: «Собственно, вы…»

«Вот, возьми конге, пока не остыл.» Он поставил перед ней чашу с чистым конге. Она ничего не могла сделать. Так что, Бай Сянсю съела свой конге без разговора.

С большим трудом они закончили свой завтрак. Сун Цзяоюэ уже подготовился к отправке, когда она затронула тему возвращения в столицу. Однако перед этим, к ней в комнату доставили много комплектов одежды. Все они выглядели необычайно богато и подходили для нее.

Бай Сянсю они очень понравились, но почему она чувствовала, что делает что-то плохое за спиной Лун Хэна? Мужчины не дарят такие подарки просто так. Хотя ее нынешний наряд действительно выглядит жалко, ему нужно было дать ей всего один комплект. Независимо от того, как на это смотреть, было что-то не так в том, что он дал ей столько наборов. Даже если упустить из виду одежду, украшения, которые он ей дал, были редкими и драгоценными. Кроме того, среди них лежала шпилька с фениксом драконом. В этом должно быть завуалированное сообщение, верно?

«Я не могу принять это. Однако, если вы отдадите это сестре Ю Сэ, я уверена, она будет в восторге.» Бай Сянсю тактично отказалась и слегка отодвинула шпильку.

«Ю Сэ — просто служанка. Как она посмеет принять эти дары?» Сун Цзяоюэ решительно взял шпильку в руку и улыбнулся: «Я сохранил то, что ты когда-то мне дала. Я часто использую её.» Он имел в виду закладку. Он действительно всегда носил её при себе. Заговорив об этом, он уже достал её и развернул в руке: «Если бы я знал, что он будет так к тебе относиться, я бы забрал тебя в поместье Сун.»

Бай Сянсю серьезно посмотрела на Сун Цзяоюэ. Этот мужской второстепенный персонаж хороший. Он правда хороший человек. Но даже если бы он забрал ее, она была бы только наложницей, не так ли?

В древние времена была возможность, что она может стать чьей-то женой, пока не выйдет замуж. Но теперь, когда она уже заняла положение наложницы, она никогда не сможет получить титул жены. Пренебрежение главной женой для наложницы считалось огромным преступлением. Девушку изобьют палкой и закроют в тюрьму.

«Ха? Какую позицию дал бы мне сэр Сун в своей резиденции? Наложницы?» Бай Сянсю сказала это с такой горечью, с которой никогда ещё не говорила. Её нельзя в этом винить. Она уже сражалась с Лун Хэном, потому что не хотела быть наложницей. Теперь вдруг другой мужчина тоже захотел, чтобы она стала его наложницей? Разве это не было для неё серьезным оскорблением?

«Нет, конечно нет. У меня действительно есть к тебе чувства. После того, как я заберу тебя, ты выйдешь за меня в качестве жены. Тогда мы будем вместе навсегда и никогда не расстанемся. Ты согласна?» Сун Цзяоюэ с волнением поднял руку, чтобы показать свою искренность.

Эта фраза прозвучала очень знакомо. Бай Сянсю вспомнила, что Сун Цзяоюэ говорил то же самое главной героине, когда они убегали! Жизнь переполнена сюрпризами. Как она попала в эту сюжетную линию?

«Вы могли бы взять меня в жены?» Скорее всего, из-за этого Бай Сянсю выбрала его своим спасителем, когда попала сюда. Он уважал женщин и никогда не смотрел на них в качестве объектов для игры. Главная героиня тогда являлась женой Лун Хэна, и ее репутация была бы разрушена, если бы ей подали письмо о разводе. Но Сун Цзяоюэ все равно был готов женится на такой женщине и дать ей титул жены. Этот тип мышления очень ценный.

«Семья Сун никогда не одобрит этого. Никто в мире не одобрит нечто подобное. Так почему вы все равно пытаетесь, заранее зная о неудаче?» Бай Сянсю торжественно встала перед Сун Цзяоюэ, подняв голову и посмотрев прямо ему в глаза, доказывая, что она сейчас очень рациональна.

Сун Цзяоюэ никогда не думал, что женщина может быть такой хладнокровной. При нормальных обстоятельствах женщины не смотрели бы на него так спокойно, если бы он говорил им своей любви. «Тебе не нужно беспокоиться. Я обо всем позабочусь.»

Наложнице не нужно письмо о разводе. Сун Цзяоюэ мог предложить брак, как только Лун Хэн выставит её за двери.

Бай Сянсю была абсолютно права. Слишком много препятствий нужно преодолеть, прежде чем появится возможность предложить брак. Один из хороших примеров этих препятствий это его семья. Несмотря на то, что они не такие престижные, как семья Принца, семья Сун считалась одной из самых влиятельных. Несмотря на то, что они лишь одна из ветвей семьи, его семья никогда не приняли бы девушку без хорошей родословной. Что еще хуже, она уже была наложницей другого мужчины. Несомненно, его встретят огромная борьба и сопротивление. Даже сам Сун Цзяоюэ не был уверен, что сможет убедить их. Она права. Мне действительно нужно многое спланировать, прежде чем я смогу взять ее в свою семью.

«Это слишком сложно для нас обоих. Поскольку мы знаем, что это невозможно, зачем беспокоиться? Лучше забыть об этом. Сэр Сун, нам обоим нужно время, чтобы успокоиться.» Закончив говорить, она повернула голову в сторону и продолжила: «Мы должны вернуться в столицу!»

Несомненно, возникнут проблемы, если я останусь здесь дольше. Поскольку он один раз уже пытался мной воспользоваться, я не сомневаюсь, что будет второй или третий раз. Я беспокоюсь, что на самом деле поставлю рога на голову Лун Хэна, если продолжу оставаться здесь.

К сожалению, Сун Цзяоюэ схватил ее за руку и ответил: «Нет. Он только навредит тебе, если ты вернешься к нему. Так что останься.»

«Я…»

«Сун Цзяоюэ!» Внезапно по комнате пролетел голос, наполненный жестокостью, словно взорвался прямо у их ушей. Бай Сянсю быстро отдернула руку и сделала несколько шагов назад. Сразу после этого позади нее показалась большая рука и втянула ее в объятия. Крепко держа ее, мужчина продемонстрировал свое господство и власть.

Это подходящая реакция для главного героя. Но почему он ведет себя так по отношению ко мне, вместо главной героини? Несмотря на то, что она чувствовала себя немного счастливой, она не могла не чувствовать немного горечи. Сюжетная линия романа теперь полностью сорвана. Что ей делать? Несмотря ни на что, она была уверена в одном. Ей обязательно нужно вернуться в поместье Принца.

Сун Цзяоюэ на удивление быстро вскочил на ноги. Он быстро протянул руку к Лун Хэну, пытаясь выхватить женщину из его рук. Однако Лун Хэн тоже не медлил. Он бросился на Сун Цзяоюэ с коротким мечом в руке, не проявляя ни капли милосердия. Сун Цзяоюэ еле избежал разреза на шее. К несчастью для него, меч попал в его одежду, и из его талии выпала закладка.

Лун Хэн быстро нырнул вперед, чтобы захватить закладку, так же как и Сун Цзяоюэ. Тем не менее, Лун Хэн настолько хорошо разбирался в искусствах, что смог первым выхватить закладку в свои руки. Он не мог её не узнать. У него есть такая же.

Я понял. Значит, эти двое знакомы уже давно. Я всегда думал, что Сун Цзяоюэ просто втайне влюблен в нее. Но я не ожидал, что у нее к нему будут такие чувства? Неудивительно. Неудивительно, что она лично отправилась на поиски Сун Цзяоюэ для этого инцидента в Осеннем саду и даже провела с ним большую часть дня. Почему я понял всё только сейчас! Лун Хэн устремил свои холодные глаза на Бай Сянсю. От ужаса она задрожала. Она не могла не думать, что это было предвестником какой-то мучительной любви, часто описанной в романе.

Реальность вскоре доказала её интуицию, потому что он внезапно обнял ее и был необычайно груб. Он не проявлял милосердия. Объятия заставили Бай Сянсю вскрикнуть от боли. Несмотря на то что она не пострадала от его действий, она чувствовала от него угрозу. Когда мужчины становятся властными, они просто невыносимы. Я не понимаю, почему многие женщины любят таких мужчин. Посмотрите. Он причинил женщине боль без всякой причины.

Бай Сянсю подняла брови и подумывала о том, должна ли она подражать главной героине и начать борьбу, крича, чтобы он отпустил ее. Но из-за того, что ее обнимал ее мужчина, она решила ещё немного подождать.

Я не ожидал, что она будет настолько послушной, узнав, что она сделала что-то не так. Или в этом есть скрытая причина? Он перестал обнимать ее так сильно, после того, как эти мысли пронеслись в его голове. Тем не менее, он все равно поддерживал свое неуступчивое отношение и немедленно повернулся, чтобы унести ее. Закладка в руке уже была раздроблена его внутренней силой.

Сун Цзяоюэ сжал кулак и сказал: «Ты слишком безрассудный, Лун Хэн! Она не твоя собственность. Она всего лишь женщина. Ты знаешь, чего хочет женщина?»

Лун Хэн ответил, не поворачиваясь к Сун Цзяоюэ. «Мне не нужно знать, потому что она моя женщина.»

Теперь Сун Цзяоюэ понял, что совершенно не прав. У него не было даже шанса отнять ее у него. Он только подошел к окну после того, как они исчезли из виду и заметил, что группа людей окружила окрестности. Несмотря на то, что они были одеты в гражданскую одежду, очевидно, что они из армии Принца. Он фактически отправил свою личную армию на её поиски. Он действительно заботится о ней? Или, может… он заботится только о своей репутации?

Сун Цзяоюэ засмеялся. Если бы это было раньше, он бы определенно забрал ее у него и убежал, не заботясь о последствиях.

На этот раз Лун Хэн наконец отвез ее домой в поместье Принца Ли. Однако он не вернул ее в сад Абрикосов и даже в Зимний сад. Вместо этого ее заперли в небольшом коттедже в его резиденции. Ей даже не разрешили покидать комнату.

«Ваше Высочество. Почему вы меня заперли? Я клянусь, между мной и Сун Цзяоюэ ничего нет. Мы просто…»

«Отныне тебе не разрешается покидать это место. В противном случае не обвиняй меня в том, что произойдет.»

Такое холодное поведение. И все же, каждый раз, когда главная героиня сердилась на него или уходила, чтобы увидеть другого мужчину, он все равно шел за ней, чтобы толкнуть ее к агонии, а затем позаботиться о ней. Этот человек настолько неловкий и неопытный, когда дело касается любви. Бай Сянсю могла только беспомощно вздохнуть. Она села на кровать, ничего не сказав, что означало, что ей всё равно.

Но ее действия еще больше разгневали Лун Хэна. Он ходил вокруг неё кругами, говоря. «Хорошо. Ты действительно не заботишься об этом Принце, не так ли? Ты просто хотела обманывать меня вместе с этим Сун Цзяоюэ. Интересно, как долго вы смогли бы держать свои отношения в секрете… Ты хотела, чтобы я…»

Внезапно он почувствовал её тепло на своих губах. Его холодное сердце мгновенно растаяло от теплого и сладкого ощущения. Впервые она взяла инициативу и поцеловала Лун Хэна. От этого, его одиночество последних дней и ревность в сердце были отброшены в далекий угол его сознания. Он крепко обнял ее и упал в простыни.

Несмотря на то, что кровать была очень маленькой, места хватило, чтобы они делали все, что им нужно. Тем не менее, Принцу Ли все же пришлось пройти через свою долю тягот. Несмотря на то, что он выглядел освеженным, когда уходил утром, он, очевидно, плохо спал. Выйдя из коттеджа, дверь все равно закрылась со слышимым звоном.

Твою мать! Разве это не знак того, что впереди её ждет ещё больше пыток?! Бай Сянсю очень удивилась. Она смирилась с тем, что ей суждено пережить еще много дней, когда она не сможет встать с постели. Вероятно, ей сейчас лучше лечь и отдохнуть.

Состояние Старой мадам в последнее время изменилось к лучшему. Она уже чувствовала себя достаточно хорошо, чтобы отвечать за домашние дела. Что касается местонахождения Бай Сянсю, Лун Хэн сказал своей матери, что он привел свою наложницу обратно, потому что жизнь в монастыре оказалась слишком тяжелой. И так как он волновался, то решил перевести ее в свою резиденцию.

Старая мадам заметила, что что-то не так. «Это неплохо, что ты вернул её, но зачем делать так, чтобы я не смогла её увидеть?»

Лун Хэн уже подготовил ответ. Он сказал Старой мадам, что в последнее время заметил, что его враги делают свой ход, и поэтому, он боится, что они нацелятся на его детей. По этой причине, он решил ее спрятать.

Несмотря на то, что её заперли в крошечном доме, Бай Сянсю знала обо всем, что происходило снаружи, потому что Лун Хэн ничего от неё не скрывал. Тем не менее, он был невероятно непреклонен в своем решении не отпускать ее и не позволил Сун Цзяоюэ снова войти в свое имение. Он на самом деле лучше разобрался, что между ними было. История, которую он получил ранее, была одной из поверхностных. Она дала Сун Цзяоюэ закладку в качестве благодарности…. или для того, чтобы лучше узнать друг друга из возвратных подарков… или что-то подобное.

Лун Хэн не до конца поверил её истории, хотя Бай Сянсю уже всё ему рассказала, кроме своих прежних чувств к Сун Цзяоюэ. В её истории не было никаких недостатков, к каким бы он мог придраться. Естественно, она не могла рассказать ему об инциденте, где закрыла Сун Цзяоюэ собой от ножа…

Поверив лишь в половину этой истории, он холодно сказал: «Даже если он умоляет о твоем освобождении, я оставлю тебя в своей усадьбе на всю оставшуюся жизнь. Даже не думай о том, чтобы уйти!»

«Я и сама не собираюсь уходить! Ладно?» Заморгав, Бай Сянсю смущенно возразила. Казалось, она говорила: «И… что ты сейчас будешь делать?»

Гнев Лун Хэна сразу испарился. Почему моя злость исчезает каждый раз, когда она делает это лицо? Хотя он знал, что ее слова не заслуживают доверия, он не мог перестать пытаться убедить себя, что она не такая личность, и что он переусердствовал.

Одна его часть хотела, чтобы он был настроен скептически, но другая хотела ей поверить. Он чувствовал себя очень противоречивым. Каждый раз, когда он сталкивался с ней в гневе, ее очарование его смягчало. Затем он вошел в долину нежности и просто не мог заставить себя ругать ее. Даже когда она хотела выйти на прогулку, ей просто стоило толкнуть его, пока они были в простынях, и он немедленно сдался.

После нескольких дней тюремное заключение быстро превратилось в простое название. Несмотря на то, что она технически была заключена в тюрьму, ей разрешалось выходить на прогулку каждый день, и она возвращалась только когда сама этого хотела, все время в сопровождении Лун Хэна. Но как раз когда Лун Хэн собирался освободить ее, случилось что-то тревожное.

Таинственный человек пробрался в усадьбу Принца, не будучи замеченным охранниками и скрытыми телохранителями Лун Хэна. Некоторое время он задержался в усадьбе, прежде чем наконец прибыл в комнату Бай Сянсю. В этот момент Бай Сянсю и Лун Хэн играли в шахматы и пили чай.

Увидев скрытного человека, она с недоверием уронила чашку. Поскольку Лун Хэн сидел прямо перед ней, она наклонила голову и пристально посмотрела на новопришедшего, опасаясь, что глаза ее обманывают. В конце концов, не осталось никаких сомнений. Это действительно Юй Куан.

Почему он пришел в поместье Принца Ли? Как он нашел это место? Самое главное, почему он смотрит на Лун Хэна с такой ненавистью в глазах? Бай Сянсю не смогла вовремя отреагировать. Широко раскрыв глаза, она тупо уставилась Лун Хэна, когда он встал, чтобы холодно спросить: «Кто ты?»

«Юй Куан. Я предполагаю, ты принц Ли?» Юй Куан вежливо закрыл дверь и посмотрел Лун Хэну прямо в глаза, словно хотел поговорить с принцем. Его аура была ничуть не менее внушительной, чем у Лун Хэна.

«Юй Куан? Глава Альянса Юй? Чем обязан твоим присутствием?» — спросил Лун Хэн, спокойно оглядываясь на него. Несмотря на то, что он казался совершенно непринужденным, на самом деле он был очень осторожным и тонко заблокировал путь к Бай Сянсю. Если этот человек сделает что-либо подозрительное, Лун Хэн найдет способ сначала увести Бай Сянсю. Он хорошо знал, что этот человек здесь из-за женщины позади него.

Как он и ожидал, Юй Куан указал пальцем на Бай Сянсю и сказал: «Она… твоя наложница. Я прав?»

«Да.»

«Значит, она не официальная жена?»

«…… Нет. Но какая тебе разница?» Лун Хэн превратился в кусок льда, заливая комнату морозом. Тем не менее, Юй Куан нисколько не пострадал от него, и лишь продолжил: «Поскольку она не твоя жена, почему бы тебе не отдать ее мне?»

Ффух! Через комнату пролетел скрытый клинок. Юй Куан слегка наклонил голову, чтобы уклониться от атаки. Не меняя лица, он продолжил: «У тебя больше, чем одна наложница. Какое тебе дело, если ты отдашь одну из них? Чтобы исправить свои заблуждения, я должен выполнить обещание и сделать ее своей женой.»

«Женой?» Лун Хэн сжал кулак и холодно ответил: «Неужели такой уважаемый Глава альянса Вулин, не может найти себе жену?»

Бай Сянсю нервно сглотнула. Это плохо. Глава альянса Вулин появился здесь, чтобы добавить ей проблем, даже прежде чем решилось дело с Сун Цзяоюэ. И у него много личностей! Слава богу, что пришел Юй Куан. Юй Шу, вероятно, уже давным давно меня забрал бы.

«Неужели хваленый Принц Ли не может найти больше женщин? Если ты правда не можешь никого найти, я могу поискать красавиц и отправить их тебе. Для меня, одной этой женщины будет достаточно.» Юй Куан был абсолютно серьезен. С таким богоподобным лицом он сказал слова, которые заставили бы многих женщин упасть перед ним в обморок.

Я не знаю, должна ли я воспевать его похвалу или ругать его за то, что он сказал такую глупость. Бай Сянсю была немного тронута. Не так много мужчин могли сказать подобное в древние времена. Помимо этого, он аскет, и, вероятно, не слишком извращен.

К сожалению, Лун Хэн заметил выражение в ее глазах. Не в силах подавить свой гнев, он приказал: «Убирайся или не обвиняй меня в том, что произойдет!»

Лун Хэн уже сделал свой шаг, прежде чем его слова вышли, но Юй Куан встретил его прямо посередине пути. Так как они не уступали друг другу в силе, их битва была очень опасной.

Бай Сянсю не ожидала, что эти мужчины окажуться настолько кровожадными, и начнут сражаться. Однако очевидно, они не хотели тревожить других. Несмотря на то, что они сражались, они делали это только внутри комнаты, издавая приглушенные и тихие звуки. Юй Куан явно не хотел привлечь внимание людей на улице, но почему Лун Хэн делает то же самое? Задумавшись, Бай Сянсю окончательно поняла, почему. Лун Хэн делает это, чтобы избежать очернения моей репутации? Правда не имела значения. Тем не менее, ее тронул его жест.

«Стойте! Ваше Высочество, Глава Альянса Юй на самом деле мой благодетель, который спас мне жизнь, когда меня похитил Ло Юньчжэн. Вы помните благодетеля, о котором я упоминала? Это он.»

Лун Хэн не собирался останавливаться. Вместо этого Юй Куан нашел что добавить: «Я не твой благодетель. Я обещал, что женюсь на тебе.»

«Но я не согласилась на это. Итак… Глава Альянса Юй. Вы немного…»

«Бай Сянсю!» Юй Куан немного поднял на неё голос. Вероятно, он беспокоился, что она может раскрыть тот факт, что у него несколько личностей.

Лун Хэну крайне не понравилось, что Юй Куан выкрикнул имя его наложницы. Он строго сказал: «Она женщина этого Принца. Ты не имеешь права ей приказывать.»

Юй Куан сразу же возразил: «Она… должна стать моей женой.»

Он оставался настойчивым, потому что, наконец, вспомнил все, что произошло между Юй Шу и Бай Сянсю, включая вид ее плеча и раненой спины. Но самое главное, он видел ее нежную и заботливую сторону. Она настолько очаровала Юй Шу, что его чувства распространились и на Юй Куана.

Когда он пришел искать её, уладив свои дела, Юй Куан понял, что она не была наложницей Сун Цзяоюэ. Выслушав разговоры между Сун Цзяоюэ и его служанками, Юй Куан узнал, что настоящая личность Бай Сянсю — наложница принца Ли.

Но найти ее оказалось нелегко. Ему пришлось скрываться в усадьбе и подслушивать разговоры слуг, чтобы, наконец, собрать ключи. Оказалось, что Принц Ли запер её в тюрьму. Люди из Цзяньху не особо заботились о статусе и личности женщин. Они просто следовали капризам своего сердца. Более того, он действительно пришел с намерением вести мирные переговоры, но этот Принц Ли просто не отпустил ее. Наконец, вспомнив, что он на самом деле здесь для мирных переговоров, он быстро добавил: «Мы сможем поговорить об условиях, если ты передашь ее мне. Я могу дать тебе что угодно, если это в пределах моих возможностей.»

Лун Хэн холодно улыбнулся и ответил: «Глава Альянса Юй. Единственное мое желание — это выставить тебя к черту из моей усадьбы.»

Юй Куан нахмурил брови. Может, она сказала правду, когда говорила, что они действительно любят друг друга?

Юй Куан был немного неопытным, когда дело доходило до отношений, но это не значит, что он полный идиот. Он увидел своими глазами, что дальнейшее упорство сделает ситуацию неблагоприятной для нее. Поэтому он отступил, прекратив драку и заявил: «Тогда я уйду. Но вернусь, когда ты женишься и заберу ее.»

Не нужно торопиться. В любом случае, принц Ли женится на своей супруге уже совсем скоро. Когда это случится, Юй Куан сможет увезти ее. Точно так же думал Сун Цзяоюэ.

Лун Хэн почувствовал себя чрезвычайно подавленным после того, как услышал эти слова. Почему его предстоящий брак все еще чреват опасностью? Новой невесте еще только предстоит пройти через порог его усадьбы, но все уже озабочены тем, как украсть старую.

Сун Цзяоюэ только что дал торжественный обет Лун Хэну, а теперь появился этот глава Альянса Юй. Более того, они оба использовали позицию официальной жены, чтобы соблазнить его женщину. Это мучало его потому что он не мог сделать то же самое? Ладно ладно! Вы все можете просто смотреть на мою женщину; никто из вас ничего не сможет сделать! Он яростно повернул голову, чтобы взглянуть на Бай Сянсю, которая бросила пару слов, натягивая свой воротник: «Я могу все объяснить.»

«Ох?» Он подходил к ней, пока не набросился. Бай Сянсю очень нервничала, постоянно отступая назад. «Ваше Высочество, давайте  нормально поговорим.»

«Конечно, я услышу твои объяснения в постели.»

«Мы можем сесть и обсудить это. Не нужно ложиться в постель. На самом деле совершенно не нужно это делать.» Прямо сейчас у Бай Сянсю было только одно желание, одна искренняя просьба к автору прекратить писать сцены, которые подразумевали, что она будет прикована к постели следующее три дня. Это слишком, ладно?

Это ведь просто пытка, каждый раз оставаться прикованной к постели на три дня! Столкнувшись с таким «жестоким и необычным наказанием», она с готовностью правдиво ответила на все вопросы, даже о том, кто был её первым увлечением!

Лун Хэн наконец обнаружил момент, когда женщина самая честная… Эх! Ему стоило только несколько раз прижать ее под собой, и она ответила на любой его вопрос.

«Только не говорите никому. Не говорите никому, что он такой.» Глава Альянса Юй, мне очень жаль. Она была абсолютно беззащитна против этого метода пыток и легко сдалась.

«Я обещаю тебе. Но теперь не отвлекайся и не думай о других мужчинах…»

«Вы один… кто спросил…» Когда они продолжали сражаться в постели, Бай Сянсю цеплялась за плечи Лун Хэна, поскольку глубоко испытала, насколько он пугающий человек. Он даже не позволил ей отдохнуть во время битвы. Она отдала бы всё за минуту отдыха, чтобы восстановиться, но он ей так и не позволил.

Время шло быстро. Наконец, осталось только несколько дней до нового года, и Бай Сянсю тогда сможет вернуть себе свободу. Повсюду ощущалась праздничная атмосфера нового года. Но Бай Сянсю чувствовала себя как национальный талисман животного (наверное панда), с темными кругами под глазами. Ей даже не нужно было применять тени для век, чтобы получить этот эффект. Ей не хватало сил ходить, и она не могла сделать ни единого шага без чьей-то крепкой руки в качестве поддержки.

Прошло немало времени с тех пор, как Сяо Ши в последний раз видела свою хозяйку. Её внезапное появление в таком состоянии, заставило Сяо Ши нахмуриться. «Разве Принц не берег ваше беременное тело? Почему вы в таком ужасном состоянии?»

«Хахаха! Та какое там берег!» Он, очевидно, прилагал все усилия, чтобы превратить эту фальшивую беременность в настоящую!

Люди на улице были очень заняты, но поскольку Сяо Ши и группа мам знали, что их хозяйка беременна, они сознательно избегали мест, где собирались люди. Тем не менее, Бай Сянсю заметила знакомую фигуру среди слуг, вешающих фонари. Она остановилась, чтобы взглянуть получше. Другой человек тоже повернулся и слегка улыбнулся. Затем… Затем он продолжил вешать фонари.

Ее охватила тошнота. Почему уважаемый Глава Альянса Вулин вешает фонари и притворяется охранником в поместье Принца Ли? Не только это, почему он выглядел так, как будто абсолютно точно должен быть только с ней и ни с кем больше?

Здесь что-то произошло… что-то очень большое! Но у нее не было сил ничего с этим поделать, поэтому она только беспомощно смотрела на него, пока он продолжал вешать фонари. Тоесть, пока Сяо ши не потянула её, и они продолжили свой путь.

Ааа! Что ей делать? Если Лун Хэн узнает о его присутствии, Принц наверняка взорвется от гнева. К сожалению, у нее не было никаких планов и она просто наблюдала, что ряды служащих усадьбы пополнил особенно сильный охранник. Этот охранник очень сильный, он Глава Альянса Вулин!

«Как наша усадьба выбирает охранников?» Как он мог проникнуть в поместье?

Мама рядом с ней объяснила: «Наш Принц Ли выбирает охранников на основе рекомендаций. Их нанимают только после того, как они проходят тест на отбор.»

«Им не нужно иметь чистую родословную?» Как он мог сделать это, если требовалось чистое семейное происхождение?

«Мы… у нас нет четкого понимания этих дел в доме.»

Усадьба Принца Ли очень строгое место. Передние и задние дома почти никогда не мешали друг другу. Поэтому понятно, что слуги тыловых дворов не знали об этом процессе.

Бай Сянсю сначала пошла к Старой мадам, так как слышала, что ее здоровье изменилось к лучшему. Когда Старая мадам увидела ее, она поспешно спросила о состоянии Бай Сянсю. Она позвала врача, чтобы он снова осмотрел ее, и упомянула, что хочет, чтобы в будущем к ним заглянул имперский врач.

Это испугало Бай Сянсю. С врачом из поместья проблем не будет, так как он знает их уловку, но всё станет трагично, если ей придется встретиться с доктором из-за пределов усадьбы. Разве это не прольет свет на ее ложь?

Этого не будет! Она должна придумать, как Лун Хэну «потерять» этого ребенка. В противном случае, если так продолжиться, все будет раскрыто. Этот год не был хорошим для Бай Сянсю. Ей еще предстояло урегулировать ситуацию с новым охранником, и теперь ещё надо справиться с ложной беременностью. Что ей делать? Когда вернулся Лун Хэн, Бай Сянсю схватила его, тайно оттащила и прошептала: «Ваше Высочество, я чувствую, что пришло время, когда этот ребенок должен исчезнуть.»

Лун Хэн почти выдавил улыбку, глядя на ее невозмутимый взгляд, но все равно сохранил серьезное выражение на лице. «Здоровье матери ещё не очень хорошее. Подожди еще немного.»

«Меня раскроют, если мы будем ждать дальше.» В отличие от ее живота, ее внешность была исключительно оживленной.

Лун Хэн погладил её лицо, а затем его рука подсознательно опустилась, чтобы поласкать её живот, и он заговорил с улыбкой. «Нет ничего плохого в том, что мы притворимся ещё на несколько дней. Возможно, в этой области скоро…» что-то появится.

«Точно нет! Этого абсолютно точно не случится.» Она не хотела, чтобы там что-то было! Если это произойдет, она не сможет вернуться домой, и она будет наложницей всю свою жизнь. Она не хотела навсегда остаться наложницей!

«Хмм?»

Она услышала в ответ абсолютно угрожающий тон! Ее губы дрогнули, когда она сказала: «Хм, тогда вам лучше поторопиться.»

«Вот так лучше.»

Лун Хэн поддержал ее, потакая ей перед всеобщими взглядами. В новый год он хотел сопровождать Старую мадам, оставив Бай Сянсю в комнате с Хуэром. В тот момент она почувствовала, что комната довольно спокойная.

Затем к ней пробралась тоска по дому. Каждый год в это время она возвращалась домой к своим родителям, которые спрашивали её обо всем на свете, и ее родственники, которые постоянно интересовались, есть ли у нее бойфренд или нет. Она ела пельмени и мясо; восхитительную жирную пищу, пока не уставала от всего этого.

Но в тот момент она почувствовала, что эти привычные события были настоящим счастьем. К сожалению, у нее нет возможности присутствовать на домашнем празднике в этом году. В этот новый год, помимо обеда с двумя другими наложницами, у нее не будет других занятий. Наложница — просто наложница. У нее нет привилегии обедать вместе со Старой мадам.

Как только в ней появилась слабая меланхолия, в ее окне показался силуэт. Как бессмертный ночной эльф, он был стройным и изящным. Его одежда трепетала, от чего нельзя было точно рассмотреть его фигуру.

Бай Сянсю была явно ошеломлена красивой фигурой перед ней. Ей потребовалось несколько мгновений, чтобы опомниться.

«Вы…»

«Неужели вы одна встречаете новый год? Я тоже один.» Юй Куан уселся на подоконник снаружи, не входя в ее комнату. Они начали болтать через окно. Хуер тоже присоединился. У него было удивительно хорошее впечатление о Юй Куане и ему очень понравился его голос. Вот так, трио по-странному начало разговор.

«Какой новый год?» Спросил Хуэр.

«Это всего лишь праздник,» — прошептала Бай Сянсю.

«Всего лишь праздник?» У Юй Куана были очень чувствительные уши. Он услышал ее шепот очень отчетливо.

«Ух… Да!» У него что, уши собаки? Почему они такие чувствительные?

«Но это так шумно! Хлопающие звуки никак не закончатся…» Хуэр жаловался на фейерверки. Каждый новый год, бесчисленные резиденции и семьи зажигали фейерверки. Это вызывало большие беспорядки и зажигало ночное небо. Бай Сянсю могла видеть свет даже через закрытое окно.

«Да. Праздник очень громкий.»

«Но и очень милый. Гора Белых Облаков — очень спокойное место даже в новый год.» Несмотря на то, что там много людей, когда наступала ночь, везде царила тишина. Это первый случай, когда Юй Куан переживал суету нового года.

«Вам нравится? А так и не скажешь. Юй Шу, вероятно, был бы в восторге. Он…» На полпути своих слов она вдруг вспомнила, что Юй Куан не очень любит Юй Шу.

«Юй Шу — мой брат-близнец, который скончался, когда ему было всего пять лет. После этого я начал замечать его появление после наступления темноты. С этого момента он сделал много вещей, которые мне не нравятся.»

«Что вам не нравятся?»

«Да. Например, тайно выходить играть со своим старшим братом и сестрами в горы Белых Облаков или делать что-то смущающее.» Играть с детьми, будучи очень озорными, эта альтернативная личность полностью отличалась от Юй Куана. Вместо этого он очень напоминал Юй Шу.

«Он ваш младший брат. Вы не должны так к нему относиться.» На самом деле Бай Сянсю уже догадалась об этом. Юй Шу явно был не духом, а скорее второй личностью, которую создал Юй Куан, чтобы справиться со смертью брата. Кроме того, Юй Куан относился к Юй Шу довольно безжалостно.

По какой-то причине Юй Куан нежно рассмеялся. «Вы правда думаете, что в этом мире существуют призраки? Нет. На самом деле я считаю, что Юй Шу, который появляется только во время полнолуния, на самом деле не мой брат. Он…» Юй Куан не мог найти слова, чтобы описать свое расстройство личности. Но он был абсолютно уверен, что Юй Шу — другая личность внутри него.

«Он очень милый, независимо от того, кто он или что он. Вы не должны относиться к нему как к бремени.» Это был первый раз, когда Бай Сянсю смогла побеседовать с Юй Куаном. И, поэтому, было очень досадно, что он внезапно исчез в воздухе, когда она собиралась устроиться на долгий разговор. Он не сказал ни слова, прежде чем исчезнуть.

«Э-э…» Ты куда! Когда Бай Сянсю открыла окно, она оказалась прямо перед замороженным лицом. Она нервно рассмеялась и запинаясь сказала: «А-а, вы не собираетесь встречать новый год со Старой мадам? Почему вы здесь?»

Лун Хэн полностью проигнорировал ее. Он толкнул голову Бай Сянсю в комнату и нахмурил брови, глядя на то место, откуда только-что исчез человек. Если я не ошибаюсь, только что с этого места исчезла тень в ночном небе. Глаза не лгут мне. Это был эксперт. И единственный эксперт, пытающийся приблизиться к Бай Сянсю, которого я знаю, это Глава Альянса Вулин, Юй Куан.

По правде говоря, он чувствовал только шок и гнев, когда Сун Цзяоюэ проявил свои чувства к Бай Сянсю. Но глава Альянса Юй другое дело; он чувствовал угрозу. Гора Белых Облаков была группой, родственной Горе Тай и Северной Звезде в Цзяньху. Это праведная и благородная фракция со многими последователями. Самое главное, Юй Куана очень хорошо воспринимают как в Вулин, так и обществе. В некотором роде Юй Куан серьезный соперник для Лун Хэна. Было бы невероятно хлопотно, если бы он серьезно попытался забрать Бай Сянсю.

Бай Сянсю заметно нервничала, когда он снова взглянул на нее. Она даже сделала шаг назад, когда он подошел. Было очевидно, что она чувствовала себя виноватой. Однако он заметил, что в ее глазах не было ни намека на желание. Все слуги отправились домой, чтобы отпраздновать новый год, и во дворе никого не было. Он выгнул бровь, когда спросил: «Тебе нужно приготовится или ты уже готова признаться во всем в кровати?»

«Нам не стоит спать этой ночью, так как сегодня новый год. Почему бы мне просто не рассказать вам все прямо здесь и сейчас?» Бай Сянсю с трудом проговорила это и добавила: «Он всего лишь пришел на новогодний визит. Ха-ха…»

«Значит, мои глаза все таки меня не подвели.» Лун Хэн внезапно сделал огромный шаг вперед и смахнул Бай Сянсю с ног, направившись к кровати.

«Подождите. Мы не должны спать сегодня вечером…»

«Не волнуйся. Этот принц не даст тебе заснуть.»

«Вы…» Он такой собственный человек. Разве это не просто разговор через окно? Почему он так рассердился? Но что она могла с этим поделать? Ее пытали всю ночь, и она была вынуждена лечь спать под рассвет. В первый день лунного нового года панду Бай Сянсю навестили с новогодним вызитом всевозможные слуги, а затем она направилась к резиденции Старой мадам, чтобы поздравить её с новым годом.

Как могла Старая мадам не знать, что ее сын провел ночь с Бай Сянсю? Вспоминая, что вскоре ей придется признать прибытие официальной жены, Старая мадам позволила ему утешить Бай Сянсю.

Но она почти выплюнула свой чай, увидев Бай Сянсю. Темные круги под ее глазами и ее шаткая и неустойчивая походка были явными признаками того, что она не спала прошлой ночью. Даже для моего сына это слишком! Как он может так поступать с ней, когда она в положении? Кажется, мне придется серьезно с ним поговорить этим вечером.

Ничего особенного в новом году не произошло. Только праздничные визиты и подарки. Единственное, что выделялось, было посещение младшего брата Бай Сянсю. Она очень нервничала, ведь совершенно не знала этого брата!

Но, к счастью, Сяо Ши была рядом с ней и, казалось, узнала его. По-видимому, именно этот младший брат сопроводил Бай Сянсю в усадьбу Принца Ли. Он на один год моложе ее и очень талантливый начинающий ученый. Он учился в столице и смог посетить ее только после нового года.

Сяо Ши с любопытством спросила: «Мадам Сюй. Почему вы так волнуетесь? Разве вы не счастливы увидеть своего младшего брата?»

«Я! Скажи им, чтобы послали за ним!» Так как она должна была увидеть его рано или поздно в любом случае, лучше сделать это, пока Лун Хэна нет рядом, или он снова начнет ревновать. В последнее время этот мужчина стал немного странным. Он становился нервным и раздражительным, даже если просто повстречается с управляющим имения и мог найти всевозможные оправдания, чтобы наказать ее. Разумеется, управляющему тоже доставалось.

Хотя это ее младший брат, она не была полностью уверена, что Лун Хэн не рассердиться из-за него. Всю дорогу в сад Абрикосов его сопровождали охранники. Кажется, он не думал, что его сестра задирает нос. Фактически, он считал, что было бы правильней говорить о власти её хозяина.

Сяо Ши быстро приказала вызвать Ученого Бай в зал. Бай Сянсю сразу почувствовала, как ее сердце смягчилось, когда она увидела его. Мой младший брат — такой красивый мужчина! Он выглядел чистым и аккуратным в своей научной одежде. Его цвет лица был белым, как нефрит, а глаза такими же глубокими, как ночное небо. Он выглядел очень мило, когда стоял рядом с ней.

Я не ожидала такого красивого брата. Бай Сянсю смотрела на него с недоверием. Ей потребовалось некоторое время, прежде чем она наконец отреагировала: «Ты можешь встать!»

О Боже. Когда он успел так низко поклонится? Я даже не заметила! Но ее милый маленький брат не винил ее. Вместо этого в его глазах появились слезы. «Старшая сестра! Как твои дела?»

«Очень хорошо, очень хорошо… Сяо Ши, дайте молодому хозяину место.» Он симпатичный, и у него приятный голос. Мы также схожи на лицах. Похоже, эти черты действительно характерны для семьи Бай. Она собиралась узнать своего брата получше, когда услышала, как горничные объявили: «Приветствую Ваше Высочество.»

Вот черт. Разве он не отправился во дворец, чтобы поздравить императора с новым годом? Почему Принц вернулся? Бай Сянсю поспешно встала и взглянула на брата, заметив, что он тоже напрягся. Казалось, он вел себя так, будто сделал что-то неправильно. Хотя Бай Сянсю не поняла, что именно сделал Бай Сюэру. Было много правил и обычаев, когда дело касалось резиденций дворянства и королевской знати. Женщины заднего двора не могли так просто принимать гостей мужчин. В свой внутренний двор нельзя было проводить даже братьев. Хотя существовало изобилие слухов, насколько предпочтительной наложницей была его сестра, она все равно оставалась просто наложницей. Если кто-то захочет придраться к этой ошибке, ей могут запретить принимать гостей вообще!

Лицо Бай Сюэру стало немного бледным, когда он с беспокойством посмотрел на сестру. Тем не менее, она улыбнулась ему утешительной улыбкой, будто пыталась сказать, что все в порядке. Странно. Сестра раньше его недолюбливала, особенно после того, как узнала, что собирается выйти замуж за Принца. Она вела себя чрезвычайно высокомерно по отношению к остальной семье, так почему же она вдруг стала такой милой?

Когда он задумался, из-за двери раздалась серия негромких шагов, словно отбитых сердцем. Затем появился человек, от внешности которого любая комната стала бы ярче. Он был богато одет и имел холодное выражение лица. Его глаза казались необычайно острыми и сразу же наполнились враждебностью, когда он увидел Бай Сюэру, на спине которого в это время образовывалась гусиная кожа, и его сердце начало дрожать. Будучи молодым человеком из научной семьи, ему трудно было сохранять самообладание перед таким кровожадным Принцем. Он громко опустился на колени, но не смог ничего сказать.

Почему эта сцена выглядела настолько странно, почти как если бы ее поймали в измене Принцу? На лице Бай Сянсю мелькнуло удивление, когда она сразу же начала представлять брата: «Это Бай Сюеру, мой младший брат. Он принес подарки из дома для Вашего Высочества в честь нового года.»

Откуда у младшего брата наложницы право приветствовать Принца в новом году? Она просто спутала пустые банальности. Тем не менее, Лун Хэн показал редкое зрелище, взяв под контроль свой характер. На его лице появилось сложное выражение, когда он сел: «Можешь подняться. Ваши чувства приветствуются.»

«Я из небольшого городка в сельской местности и мы не обладаем многими сокровищами. Но надеюсь Вашему Высочеству они прийдутся по душе.» Бай Сюэру вздохнул с облегчением, когда увидел, что Принц Ли не собирался его осуждать, но все равно заикался, когда говорил. Тем не менее, Бай Сянсю почувствовала, что в этом виноват Принц, сидящий рядом с ней и попивающий вино. Хотя он, казалось, вел себя как обычно, взгляд в его глазах совершенно отличался от обычного.

«Мама, пойдите, подогрейте отрезвляющий суп для Принца.» Кто-то схватил ее за руку, когда она заговорила. Это был Лун Хэн! Он играл с её рукой перед другими! Он ласкал ее руку, как будто с любовью поглаживал драгоценное сокровище.

«Ты думаешь, я пьян? Глупая, я в полном порядке, даже если немного выпил.»

«…» Он действительно очень пьян. У Бай Сянсю покраснели уши от смущения. Она слегка сжала ладонь, молча сказав ему не выходить за пределы дозволенного.

Тем не менее, Лун Хэн, казалось, не обращал на нее внимания, подтолкнув ее ближе и склонив к ней голову, чтобы почувствовать аромат: «Ты беспокоишься обо мне?»

Черт. Что вы делаете, Ваше Высочество?

«Н-нет. Мама, отведите Сюэру отдыхать.»

«Тогда С-Сю-Сюэру просит прощения.» Он действительно больше не мог оставаться здесь, Бай Сюэру чувствовал, что если бы его лицо стало еще краснее, оно бы просто загорелось. Он не думал, что у холодного отстраненного Принца есть такая сторона. Кажется, его сестра действительно его фаворитка, но он не знал, хорошо это или нет.

Отбросив тот факт, что Бай Сюэру ушел, Бай Сянсю всё равно волновалась. Обычно отчужденный и сдержанный Принц Ли теперь был развратником, который не сдавался. Похоже, после того, как мужчины напьются, они становятся непонятными формами жизни, и нет никакого способа предугадать, что они будут делать дальше. Бай Сянсю боялась, что он навредит ей, потому что его движения не были нежными. В конце концов, он этого не сделал. Хотя он стал немного диким и вытащил из своего репертуара всевозможные трюки, к тому времени, когда он подошел к концу, она действительно не могла удержаться.

Она изо всех сил старалась держаться, потому что это их первый раз в новом году. Но после этого боя она опять чувствовала, что не сможет спуститься с кровати три дня.

Как она и думала, она осталась неспособной покинуть свою постель как минимум на три дня. Она могла только беспомощно лежать и обвинять Лун Хэна взглядом. Он чувствовал, что поступил неправильно, поэтому иногда приказывал слугам отправлять ей питательные добавки, хотя они, похоже, не имели никакого эффекта.

Когда Бай Сянсю смогла наконец встать, к ней прибыл неожиданный посетитель. По крайней мере, она нашла это довольно странным, потому что вошла главная героиня? Чего она хочет? Бай Сянсю все-таки решила принять ее и заметила, что ей совсем не стало лучше. Над ее глазами были темные круги, а походка шаткой. Бай Сянсю сразу поняла, что это значит. Это признак чрезмерного потакания в чьих-то желаний!

«Какие дела могут быть у мисс Лин ко мне?» Бай Сянсю слегка покашляла, когда спросила. Она не хотела, чтобы главная героиня видела, что у них такие проблемы.

Мисс Лин взглянула на нее и опустила голову: «Принц очень хорошо к вам относится, не так ли?»

«Достаточно хорошо.» На этот раз она не собиралась отступать перед главной героиней!

Выражение Лин Цяньцзы было немного мрачным. «Я знаю, что Принц искренне любит вас, но я не прошу ничего, кроме возможности спокойно жить после входа в усадьбу и иметь с ним ребенка. Это ожидания моих родителей. Вы можете это позволить?» Она начала плакать, когда заговорила.

Бай Сянсю сразу поднялась со своего кресла и сделала два медленных круга вокруг комнаты. В конце концов она повернулась и пронзила Лин Цяньцзи холодным взглядом: «Мисс Лин, вам нравится кто-нибудь?»

В голове Лин Цяньцзи внезапно появились две фигуры. Одним из них был мошенник Ло Юньчжэн, другой — нежный и ласковый Дуань Юньин. Они оба занимали прекрасные места в ее сердце, но она должна была забыть их обоих.

«Что вы хотите сказать?» Лин Цяньцзы озадаченно посмотрела Бай Сянсю.

Бай Сянсю холодно засмеялась: «Вы смогли бы передать своего любимого мужчину другой женщине, чтобы они могли вместе воспитывать ребенка? Если да, тогда это не настоящая любовь.»

Лин Цяньцзы расплакалась еще сильнее. «Нет, нет, я не хочу отбирать его у вас. Просто мои родители…»

«Какие ожидания ваших родителей связаны со мной? Разве вы не должны просить об этом Принца?»

«Принц…. Принц меня ненавидит.»

«Ха, тогда как вы хотите, чтобы я помогла вам? Мне что, опоить Принца наркотиком и отправить к вам в кровать?»

«Вы…» Эти слова были очень грубыми и обидными. Лин Цяньцзы мгновенно замолчала.

Даже Лун Хэн, слушающий снаружи, был ошеломлен, а тем более Лин Цяньцзы. Что она только что сказала? Он правда тот мужчина, которого она любит? Неужели она не отдаст его никакой другой женщине? У женщин тоже есть такие мысли? Но она высказалась настолько прямо, что заставила остальных потерять дар речи.

По какой-то причине Лун Хэн был немного доволен, хотя на самом деле должен был быть в ярости. Значит, он волновался напрасно. Эта женщина его любит! Он думал, что ей нравится Сун Цзяоюэ, потому что ее предыдущие поступки выразили хорошие чувства к его другу. Но теперь она ясно указывала, что ей нравится Принц и она не хотела отдавать его мисс Лин.

И, честно говоря, теперь мисс Лин его совершенно не интересует, когда он узнал обо всех её проступках. А теперь она ещё и обращается с такими просьбами к его женщине. Она что, держит его за дурака?

Мисс Лин планировала усмирить характер, чтобы попросить Бай Сянсю об одолжении, ведь она знала, что мадам Бай — привилегированная наложница Принца. Даже если она пару раз плохо с ней повелась, мисс Лин все равно хотела поддерживать хорошие отношения, так как ей ещё предстоит жить в усадьбе.

Но кто бы мог подумать, что эта наложница так себя поведет?! «Мадам Бай, я пришла вас умолять, только потому что вы любимая наложница Принца Ли! Но вы, кажется, слишком много о себе возомнили. Вы простая наложница, вы действительно думаете, что сможете навсегда задержать милость Принца ребенком?»

Как сказала её мать, она сможет делать все, что захочет с этой наложницей, как только войдет в поместье. Но Лин Цяньцзы чувствовала, что трудно быть женщиной и не хотела причинять ей вреда. Но эта наложница поистине слишком надменна и дерзкая! Она не показывает официальной жене вообще никакого уважения!

«Какое это имеет к вам отношение? Теперь можете идти, мисс Лин!»

«Я ещё не закончила.» Мисс Лин сделала паузу, прежде чем выдать. «Как долго сможет удерживать милость такая сплетница и женщина, сеющая раздор, как вы?»

«Э? Мисс Лин, я не думаю, что я что-то когда-то вам сделала?» Бай Сянсю отчетливо помнила, что она фактически помогла мисс Лин несколько раз. Почему она теперь создает такую драму?

«Разве не вы сказали Принцу, когда я убежала и о случившемся на вилле Красного клена, не так ли? Вы просто не хотели, чтобы я вошла в поместье! Я так вам доверяла, но вы такая же, как и все другие женщины!» Лин Цяньцзы рассердилась к тому времени, когда закончила говорить; изначально она не говорила так громко.

Бай Сянсю не отступила, и снова взглянула на мисс Лин. «Я никогда никому о вас не рассказывала, но вы что, думаете, что все вокруг вас дураки!»

Особенно Лун Хэн. Он конечно же мужчина, но его ум добросовестен, и он генерал, ответственный за большую армию. От него нелегко что-то скрыть. Неужели мисс Лин считает всех идиотами или думает, что они все безмозглые дураки?

«Вы не дура, это я оказалась такой. Я так вам доверяла.»

«Мисс Лин, я не помню, чтобы просила вас мне поверить.»

«Вы…!» Лин Цяньцзы была слишком хорошо защищенной с юности и возглавляла роман, который испортил ее ролью главной героини. В результате у нее не было никаких способностей к спорам. Однако она хорошо подготовилась, выглядела жалко и всегда плакала, когда проигрывала спор. Она разревелась и повернулась, чтобы убежать.

Вот черт. Разве ее репутация не будет разрушена снова, если мисс Лин убежит в слезах? Бай Сянсю была довольно противоречивой. Должна ли она снова прикинуться слабой? Но у нее не было времени упасть, прежде чем она услышала, как извне раздался голос. Внимательно прислушавшись — это был Лун Хэн!

«Мисс Лин, пожалуйста, оставайтесь мирно в резиденции Лин, прежде чем выйдете замуж. Или вы очень торопитесь увидеться со мной?» Этот холодный тон, который не скрывал своего презрения, заставил Лин Цяньцзы впасть в истерику ещё сильнее. Она повернулась и убежала, а Лун Хэн крикнул ей в след: «Пусть две мамы отправят мисс Лин обратно!»

«Понятно!» Слуги поспешили кого-то отправить.

Бай Сянсю должна была немного успокоится, услышав, как они говорят, но по какой-то причине осталась в ярости. Она провела рукой по столу и послала на пол чашку, которая упала рядом с ногой Лун Хэна. Чувствуя странность в том, что ее характер стал таким грозным, Лун Хэн нахмурился. «Почему ты в таком настроении?»

«Причин нет!» Бай Сянсю плюхнулась на стул и надулась. Она тоже была озадачена тем, почему внезапно оказалась в таком настроении.

Лун Хэн не знал, как успокаивать других, поэтому просто сел рядом с ней. Они оба сидели молча, и через некоторое время он снова посмотрел на неё, но увидел лишь как Бай Сянсю все ещё смотрит в никуда. «Я не позволю ей запугивать тебя.»

После этого он вскочил на ноги и ушел. Лун Хэн не дает обещаний просто так, но это было исключением. И поэтому Бай Сянсю перестала сердиться. Некоторое время она отдыхала, а потом пошла к брату с Сяо Ши. Бай Сянсю приготовила для него еду и предметы первой необходимости, а затем кто-то отправил его обратно в академию.

Новый год — очень напряженное время, и в этом году он оказался еще более сложным, поскольку Лун Хэн собирался жениться. Старая мадам очень много об этом размышляла. Лун Шутин заботился обо всех аспектах свадьбы, чтобы избавить Бай Сянсю от раздражения, которое обязательно появилось бы. Лун Хэну пришлось отправиться в несколько мест, для приветствий в новом году, поэтому он был очень занят. Хотя они жили вместе, у них с Бай Сянсю стало заметно меньше времени для разговоров.

Тем не менее, она, вероятно, устала от недавних событий, потому что больше времени провела во сне, чем наяву. Лун Хэн даже не заметил в своих делах, как наступил день свадьбы. Бай Сянсю чувствовала себя очень подавленной. Как она могла проспала все время до того дня, когда ее муж возьмет другую женщину в качестве жены? Какое трагическое чувство. Но в тот момент у неё совсем не было сил и она не хотела обращать на что-либо внимание. Самым непонятным было то, что Лун Хэн все ещё проводил ночи в её комнате, и она подозревала, что он придет и сегодня вечером.

Это потому, что таков один из способов мучения главной героини!

Так писали все романы. Следующее, что произойдет — главная героиня перенесется или возродится, а затем встанет на путь уничтожения наложницы и повторного соблазнения главного героя.

Ладно, она уже поняла, что «Сбежавшая Жена Принца» полностью отклонилась от сюжетной линии, но настоящие проблемы начнутся только после свадьбы. Когда она размышляла, что же ей сегодня делать, Шуер подошел, чтобы пригласить ее посмотреть церемонию во дворе.

«Я плохо себя чувствую. Кроме того, присутствие наложницы не подходит для такого случая.» Бай Сянсю не хотела участвовать в свадьбе своего мужа и мгновенно отказала Шуэру.

Однако, Шуер улыбнулся. «Принц сказал, что ему будет очень грустно, если вы не придете, и что у него есть для вас подарок.»

Что Лун Хэн задумал? Бай Сянсю поняла, что не узнает всё до конца, если не пойдет туда. Она набросила на себя одежду, и вместе с Сяо Ши и ее другими служанками пошла на передний двор.

Когда она вошла, её встретил настоящий океан гостей. Принц Ли и семья Лин — замечательные семьи. Когда такие две великие семьи встречаются в браке, как они могли не позвать гостей? Бай Сянсю почувствовала, что не должна пробиваться вперед. Она простая наложница и не хотела причинять беспокойство усадьбе Принца Ли, но вскоре она увидела, что Шуер уже занял ей место. Оно было в углу, и никто не смотрел в ту сторону, но с этой точки рассматривался весь зал церемонии. Она была сбита с толку и сильно нервничала.

Лун Хэн легко выделялся из толпы, одетый в красный шелковый халат. Однако на его одежде не было традиционного красного цветка. Интересно, не потому ли, что он этого не хочет, или потому, что здесь нет такой традиции.

Лун Хэн частенько посматривал на Бай Сянсю. Неужели…. в его глазах были намеки на беспокойство? Ох… Значит, ты действительно понимаешь, что мне будет грустно, если ты женишься на другой женщине. Если нет, то почему ещё ты сюда смотришь? К сожалению, Бай Сянсю почувствовала, как усталость поползла по ее конечностям, поэтому просто не могла особо беспокоиться. Итак, она упала в свой стул и попросила Сяо Ши помассировать ей плечи, склонив голову к Сяо Ши, как будто собиралась вздремнуть.

Лун Хэн был очень подавлен. Он приложил все усилия, чтобы подготовить для нее зрелище, и все оказалось бескорыстным, ведь вместо этого она захотела спать. Когда он собирался отправить кого-то проверить её здоровье, свадебная матрона вдруг объявила: «Невеста прибыла! Жених может встретить свою невесту, открыв дверь кареты!»

Без особого выбора он мог только подойти к двери. Некоторые из гостей вышли на улицу, чтобы присоединиться к веселью, но Бай Сянсю почувствовала себя несчастной. Она не могла больше сидеть здесь и хотела отдохнуть в своей комнате, но пытаясь встать, почувствовала, что ей дурно. Ей особенно не хотелось падать в обморок перед всеми гостями, поэтому она решила посидеть еще немного. К сожалению, Лун Хэн выбрал как раз этот момент, чтобы вернуться со своей новой невестой.

Дальше должен был пройти обряд поклонов. Бай Сянсю была очень ошеломлена и не хотела ничего, кроме как блевать. Я не хочу этого видеть. Я чувствую такое раздражение. Все остальные нервно смотрели на пару в красном. Они ждали, исполнения поклонов. После этого их отправят в свадебные комнаты.

«Мадам Сюй…» Сяо Ши очень беспокоилась, крепко держа свою хозяйку. Казалось, она боялась, что ее хозяйка рухнет, как только горничная её отпустит. Старая мадам заметила состояние Бай Сянсю. Она не могла не беспокоиться. Кто позвал ее сюда? Что, если у неё случится выкидыш из-за ее печали? Только когда она собиралась приказать маме сопроводить ее обратно в комнату, в руках одного из гостей вдруг показалось оружие. Старая мадам громко закричала от испуга. Даже сама Бай Сянсю немного ахнула от внезапного поворота событий.

К счастью, Лун Хэн смог избежать атаки как раз вовремя благодаря своему опыту в качестве военного генерала. Однако он не смог увернуться полностью, и из мелкого разреза потекла кровь. Но его рана не была напрасной, поскольку он смог вырвать маску убийцы.

«Ло Юньчжэн…» Холодно произнес Лун Хэн, хотя на самом деле он чувствовал внутренний восторг. Наконец он показал себя. Без него было бы трудно продолжить эту шараду. Если бы я правда отвел эту женщину Лин в свое поместье после всех обрядов, разве это не возмутило бы мою маленькую женщину до смерти?

Невеста явно разволновалась, когда услышала имя Ло Юньчжэна. Лин Цяньцзы немедленно разорвала свою свадебную вуаль, обнажая жалкое лицо. Посмотрев на Ло Юньчжэна, она открыла рот, словно хотела что-то сказать. Но в конце концов сдержала свои слова.

Если она сейчас признает Ло Юньчжэна, разве это не станет доказательством того, что у нее были с ним отношения? Если это произойдет, она разрушит не только свою репутацию, но и репутацию всей семьи Лин. Но кое-чего она ещё не понимала. Почему он здесь, когда она уже явно разорвала с ним все связи? Ло Юньчжэн рассмеялся и сказал ей: «Даже я встречу здесь свою смерть, я собираюсь забрать тебя с собой.»

Он протянул руку Лин Цяньцзи с намерением оттащить ее. Охранники из усадьбы Принца Ли немедленно окружили их двоих. Если он захочет уйти, ему придется сражаться на смерть.

«Ты действительно считаешь, что сможешь сбежать из моей усадьбы, забрав с собой другого человека? Кроме того, мисс Лин, этому Принцу любопытно. Каковы ваши отношения с…» Лун Хэн не закончил свои слова, но смысл был очевиден. Он намекал на незнание их истинных отношений.

Другие гости уже всё поняли. В конце концов, ходили слухи о том, что дочь семьи Лин встретила мужчину из Цзяньху. Некоторые даже утверждали, что у нее был роман в собственной резиденции. Изначально все думали, что это просто слухи, даже не представляя, что на самом деле это может быть правдой.

«Принц Ли. Вы дадите нам свое благословение?»

«Ох?»

«Поскольку в вашем имении уже и так много красавиц, что вам стоит отдать мисс Лин мне?»

«Хах! Ло Юньчжэн! Ты на самом деле думаешь, что я позволю этому случиться?»

«Тогда… у меня нет другого выбора, кроме как вырвать свой путь отсюда!» Примерно десять или около того высококвалифицированных экспертов показали себя из толпы после того, как он произнес эти слова. Они рванули на охранников, удерживая их.

Лун Хэн сделал шаг назад и приказал: «Защищайте гостей! Все, уходите отсюда!»

Однако Ло Юньчжэн хорошо знал слабость Лун Хэна. Его люди начали пробираться к Бай Сянсю. Как Лун Хэн мог позволить ему это сделать? Он уже назначил нескольких скрытых охранников на её защиту. Но то, чего он не ожидал, это появление еще более сильного эксперта, Юй Куана. Одетый как охранник усадьбы, он стоил всей армии. Ни один из людей в Цзянху не смог пройти мимо него.

Несмотря на то, что Лун Хэн был немного раздражен появлением Юй Куана, присутствие последнего на самом деле уменьшило его беспокойство. Несмотря на множество охранников, они фактически проиграли сражение. Многие из них уже получили ранения, а некоторые ещё дрались. Ярость Лун Хэна увеличивалась с каждой минутой. Он указал на Лин Цяньцзы, «Мисс Лин. Почему вы вообще пытаетесь войти в мой дом, если все, что вы на самом деле хотите, это быть с этим человеком из Цзяньху?»

Дрожа в объятиях Ло Юньчжэна, Лин Цяньцзи была бледной, как призрак. Когда она услышала его обвинение, она тут же покачала головой и пробормотала: «Нет… Неправда… Я… Не хочу…»

Лун Хэн продолжал: «Я бы благословил вас обоих, если бы знал! Зачем было подставлять мое достоинство?»

«У меня с ним нет никаких отношений!» Лин Цяньцзи ожесточила свое сердце. Ради семьи Лин она должна отрицать все обвинения в отношениях с Ло Юньчжэнем.

Ло Юньчжэн холодно усмехнулся: «Неважно, хочешь ты это признавать или нет, сегодня ты пойдешь со мной. Я, Ло Юньчжэн, почтенная фигура. Я не позволю моей женщине лезть в постель другого человека.»

В своем волнении Ло Юньчжэн начал раскрывать свою сторону негодяя и полностью проигнорировал сцену, которую помогал создавать. Лун Хэна сразу зацепило то, что он сказал. Он холодно спросил: «Твоя женщина…?»

«Да. Она моя женщина!»

«Всем остановиться!» — закричал Лун Хэн. Все немедленно прекратили борьбу. Он взглянул на Бай Сянсю, когда слуги бросились завязывать его рану. Она выглядела прекрасно, но все ещё смотрела на него с беспокойством в глазах. Почувствовав мерцание тепла в своем сердце, он продолжил. «Хорошо. Я не стану охотно принимать рога, если она действительно ваша женщина. Но поскольку мисс Лин все отрицает, нам остается только один способ решить эту проблему.»

Ло Юньчжэн не особо хотел сражаться со всей армадой охранников в усадьбе Принца. То, что эта женщина сделала сейчас, вызвало у него много боли. Но обратного пути нет. Он должен забрать ее с собой, или он потеряет в Цзяньху всякое доверие.

«Какой способ?»

Лун Хэн снова взглянул на них и сказал: «Попросим некоторых мам проверить ее. Если она все ещё девственница, значит, вы лжете. Этот Принц женится на ней и будет заботится всю свою жизнь. Но если она не девственница, тогда…»

«Принц Ли! Как вы можете обвинять свою будущую жену в таких вещах?» Министр Лин высказал свое мнение от всего шоу и немедленно бросился в поместье со своими людьми.

Лун Хэн немедленно ответил: «Тогда как вы предлагаете нам это решить, министр Лин? Если мисс Лин действительно невиновна, тогда у неё нет никаких оснований опасаться проверки. Если ее тело окажется чистым и незапятнанным, этот Принц готов встать на колени и попросить прощения. Но если она не… Министр Лин, тогда вы сможете за это ответить!»

Лин Цяньцзы дрожала с ног до головы. Она посмотрела на министра Лина и отчаянно покачала головой. Ее девственность давно исчезла. Во время проверки это будет невозможно скрыть!

Ум Лин Цяньци почти парализовало от паники. У нее не на кого было положиться, поэтому она так испугалась, что все ее тело дрожало. Внезапно она сжала грудь и начала рвать. Бай Сянсю была потрясена. Неужели… она ждет…?

В этот раз Лун Хэн быстро сообразил ситуацию, вероятно, из-за его предыдущего опыта, когда Бай Сянсю притворилась больной. Он тут же начал на что-то намекать: «Похоже, было бы более уместно обратиться к врачу, чтобы проверить ее пульс.»

«Нет! Не надо! Не зовите врача…» Лин Цяньцзи отчаянно восстановила достаточно контроля над своим телом, чтобы крикнуть и помахать руками. Казалось, она уже хорошо понимала состояние своего тела. Ло Юньчжэн тоже ничего не сказал. Он поднял ее и сказал: «Не нужно проходить через все эти неприятности. Это правда, что по сути, мы уже женаты.»

«Оу! Если это так, министр Лин, как вы думаете, что нам делать?» Лун Хэн холодно взглянул на министра Лина. Взгляд презрения на лице Лун Хэна заставил его задрожать.

Он был в ярости. Жена не сказала ему, что дочь уже потеряла девственность, хотя она ясно знала об этом. Теперь он опозорился перед всей толпой! Кто даст ему должность в суде после такого? Он яростно крикнул: «Ты кретин! Как ты смеешь так поступать с моей дочерью? Люди! Убей его!»

Лин Цяньцзи начала беспокоиться, когда к Лo Юньчжэну направилось множество мужчин. Она оттолкнула его и сказала: «Оставь меня! Тебе нужно бежать.»

Вскоре Ло Юньчжэн почувствовал, как в его сердце расцветает тепло. Он обнял ее и сказал: «Я не могу этого сделать. Сегодня, я сам пробью наш путь из этого места!»

Линь Цяньцзи была тронута его словами. Они впечатлили даже Бай Сянсю. В таком свете он выглядел довольно мужественным. Несмотря ни на что, он не отказался взять на себя ответственность. На самом деле было бы неплохо, если бы эти двое стали парой. «Я… я…» Лин Цяньцзи вдруг заметила среди толпы знакомое лицо. Она не ожидала, что этот человек тоже придет. Точно. Он уважаемый гость Принца. Конечно, он будет здесь. Сейчас он должно быть чувствует себя несчастным. В конце концов, прошлую ночь мы провели вместе!

Дуань Юньин расстроился. Вчера ночью он посадил любовника-паразита и думал, что сможет использовать его сегодня вечером на Лун Хэне. Но он не ожидал, что появится Ло Юньчжэн и попытается украсть невесту! Разве он ещё не успокоился? Или ударился головой? Или, может… он узнал о том, что она беременна?

Невозможно! Я сказал ей держать это в секрете после того, как обнаружил. Как он узнал? Не стоило доверять этой женщине. Теперь даже я не знаю, кого она любит на самом деле.

Дуань Юньинь смотрел на женщину, которую чуть не испортил. Она с самого начала и до конца уставилась безучастным взглядом в Лун Хэна. Несмотря на то, что из толпы на нее смотрел ещё один мужчина, глазами, полными беспокойства, ее сердце не дрогнуло. Этот другой человек не кто иной, как Сун Цзяоюэ. Судя по его выражению, не было никаких сомнений в том, что он первым бросился бы спасать Бай Сянсю, если бы ей грозила любая опасность. Но в этом не было необходимости. Ее защищал охранник, боевые искусства которого он не мог измерить.

Я понял. Она знает, как привлечь мужчин. Она казалась довольно хрупкой и жалкой, поскольку ее всё время поддерживала служанка. Самое главное, что рана на ее лице уже полностью исцелилась, и она снова стала непревзойденной красавицей.

Лин Цяньцзи подумала, что это довольно странно. Почему Дуань Юньинь не смотрит на нее во время такой ситуации? Он что, совсем о ней не беспокоится? Он даже сказал, что хочет, чтобы она вышла замуж за Принца ради их ребенка! И что он найдет способ скрыть правду от всех, чтобы она могла использовать раннее рождение в качестве предлога, чтобы сделать ребенка преемником Лун Хэна.

Он сказал это всего лишь вчера вечером. И уже сегодня изменил мнение? На кого он смотрит? Кто мог привлечь его внимание в такое время? Его взгляд, похоже, указывал на женщину, которая была всегда доброй и красивой, а ее душевный взгляд не сдвигался с Принца Ли ни на мгновение.

У Лин Цяньцзи промелькнула мысль, что их пару сотворили на небесах. У этой женщины, вероятно, будет огромная боль, если она выйдет замуж за Принца Ли! Хотя она использовала некоторые трюки, но сделала это из-за своей любви. С другой стороны, Лин Цяньцзи очень разочаровал холодный взгляд Лун Хэна. Она его невеста! Почему он так к ней относится? Забудь. Поскольку для меня нет места ни в одном из их сердец, зачем нагнетать ситуацию?

«Отец. Пожалуйста, дайте нам… ваше благословение.» Лин Цяньцзы не хотела, чтобы Ло Юньчжэна ранили, поэтому она встала на колени и попросила министра Лина о благословении.

«Ты…» Министр Лин не ожидал, что его дочь окажется такой бесстыдной, чтобы добить его позором ради этого варвара. Если бы она притворилась, что её оскорбили, он, возможно, смог бы решить всё без особых последствий. Потом он мог передать ее ему после того, как пыль уляжется. К сожалению, она призналась в своих проступках, чисто отрезав этот замысел. Она даже делала вид, как будто он плохой человек, который хочет их разделить. Чем больше он думал об этом, тем злее становился. В конце концов, он выплюнул глоток крови и упал без сознания.

«Ах! Отец!» От ужаса, Лин Цяньцзи сразу подбежала к нему. Ло Юньчжэн хотел остановить ее, но ей удалось вырваться из его рук.

Лун Хэн холодно наблюдал за драматическим шоу, которое разыгралось прямо перед ним. В конце концов он сказал командирским голосом: «Ло Юньчжэн. Прими от меня три удара. Если ты выдержишь их, я отпущу тебя.» Лун Хэн никогда не позволил бы отдать ему победу. Принц хотел, чтобы они ушли больше, чем кто-либо другой. Когда это случится, вся вина упадет на семью Лин, в то время как он построит великодушную репутацию, как тот, кто позволил звездам любовников сойтись.

С тех пор, как Бай Сянсю захотела, чтобы он сохранил свое доброе имя, Лун Хэн начал следить за этими возможностями. Поскольку это делало ее счастливой, Лун Хэн решил сделать всё так, как будто он ухаживал за ребенком. Но он тогда не знал, что его сегодняшние действия откроют для него новый и яркий путь в будущем. Но, конечно, это совсем другая история.

Прими три удара? Но он же ранен! Бай Сянсю не могла больше сидеть на месте. Она быстро сделала несколько шагов вперед: «Но Ваше Высочество, ваша рана…»

«Это не имеет значения.» Лун Хэн чувствовал, как в его сердце расцветают цветы. Эта девушка стала холодней к нему относится в течение последних нескольких дней, от чего он очень обеспокоился. Более того, он был довольно занят, и у него не было много времени, чтобы уделить ей внимание. Но теперь он сможет вернуть свою заботу только раной плоти. Сейчас он может спасти себя от проблемы и быть с ней всегда.

По правде говоря, у Лун Хэна не было большого выбора. В конце концов, он не очень хорошо успокаивал других, тем более, что в последние дни у нее действительно было плохое настроение. Он он не осмеливался спровоцировать ее и сразу убегал, когда выходил из себя. Таким образом, они постепенно стали отдаляться. Тот факт, что она беспокоится о нем, сделал его очень счастливым. Мрачные дни окончательно подошли к концу.

Но как мог Ло Юньчжэн знать, что думал Принц на самом деле? Ради попытки забрать Лин Цяньцзы, он кивнул в знак согласия. Все остальные разошлись, оставив в центре только их, друг против друга.

Несмотря на отсутствие ветра, одежда Лун Хэна начала трепетать. Атмосфера постепенно изменилась, странный вид тяжести оседал на всех присутствующих.

Юй Куан удивленно прищурился: «О? Я не ожидал, что его внутренняя сила такая мощная, несмотря на его статус военного генерала.» Он очень впечатляющий человек. Неудивительно, что она отказывается уйти со мной.

Знания Бай Сянсю о Лун Хэне в основном исходили из романа. Она никогда не видела, чтобы он много дрался лично, поэтому она не понимала, что происходит. «С ним все будет в порядке?» — тихо спросила Бай Сянсю.

Юй Куан спокойно ответил: «С точки зрения навыков боевых искусств Ло Юньчжэн слабее, чем он.»

Услышав это, Бай Сянсю почувствовала облегчение. Однако, как только ее ум смог подумать о других вещах, она сразу заметила среди толпы Сун Цзяоюэ. Его взгляд был глубоким и страстным, настолько страстным, что ей пришлось отвернуться от него. Ее сердце забилось быстрее.

Три удара выглядели так же опасно, как канат над бездной. Каждый из ударов Лун Хэна, казалось, приземлял двоих в опасных водах (?), но в итоге Ло Юньчжэнь встретил поражение. Он выплюнул три глотка крови, из-за внутренних травм.

«Нет! Юньчжэн! Юньчжэн…» Мисс Лин тут же побежала к нему. С силой она врезалась в руки Ло Юньчжэна, в результате чего бедный раненный мужчина зашатался. Но он не рассердился. Вместо этого он крепко обнял ее и посмотрел на Лун Хэна: «Теперь мы можем уйти?»

«Можете.» Лун Хэн фактически не получил никаких тяжелых травм. Но чтобы создать эту иллюзию, он провел рукой по груди и не сдвинулся ни на дюйм. Он сосредоточился на том, чтобы сжать свою кровь с помощью ци и сделать бледный цвет лица.

Он смог обмануть массы, но не Бай Сянсю. Теперь она поняла, что все это организовал Лун Хэн, чтобы положить конец его помолвке с Лин Цяньцзи перед публикой. Но почему он ничего мне не сказал? Я ведь всё это время ужасно себя вела! Теперь, когда Лун Хэн был ранен, она чуть не споткнулась, когда подбежала к нему в беспокойстве. «С вами все в порядке?»

«Слуги! Выбросьте их отсюда!» Старая мадам поднялась на ноги и достойно указала на злоумышленников. Однако она выглядела немного бледной из-за гнева. Как осмелилась такая запятнанная женщина попытаться вступить в брак с её сыном? Она пыталась это сделать даже с ребенком под сердцем! Она пыталась заставить моего сына принять этого ублюдка? Чем больше она думала об этом, тем злее становилась. Даже если бы ей пришлось бросить вызов самому императору, она бы никогда этого не допустила!

Ло Юньчжэн собирался уходить. Он вытер кровь возле рта и встал со смехом. «Я обязательно уйду. Но перед этим у меня есть подарок.»

Какой подарок может представить человек, когда его собираются выбросить? Когда все задавались вопросом, какой же это будет подарок, один из людей Ло Юньчжэна неожиданно выпрыгнул из ниоткуда и распахнул пальто. Тысячи игл вырвались из его тела. Его цель? Бай Сянсю!

Лун Хэна застигли врасплох. Он тут же поймал Бай Сянсю в свои руки и использовал внутреннюю силу, чтобы отклонить иглы. Однако их было слишком много, и он не мог их заблокировать. Несколько из них проскользнули мимо защиты и причинили ему небольшие травмы.

Еще две фигуры тоже бросились к нему. Один из них использовал меч, чтобы отклонить множество серебряных игл, в то время как другой просто отбивал их рукавами.

Несмотря на то, что трое мужчин отклоняли от нее иглы, несколько штук все же достигли Бай Сянсю. Почувствовав какое-то покалывание на теле, Бай Сянсю упала в обморок в объятиях Лун Хэна.

Лун Хэн запаниковал и сразу же метнулся на задний двор с ней на руках. «Слуги! Позовите врача!»

После этого он немедленно отнес Бай Сянсю в отдельную комнату в тылу. Он снял с неё верхнюю одежду и быстро заметил иглы в левом плече, правом бедре и спине. И так как у нее не было внутренней силы, чтобы защитить себя, иглы застряли глубоко в ее теле. Будут ужасные последствия, если иглы не извлечь вовремя. Не раздумывая, он сразу вытащил иглы своей внутренней силой.

Но из-за того, что во время битвы с Ло Юньчжэном он потратил значительную часть внутренней силы, он внезапно почувствовал, что его ци застаивается. К счастью, на его спине появилась некая рука в самый нужный момент, пополняя его ци. Ему не потребовалось много времени, чтобы успешно извлечь все иглы, после чего он осторожно положил ее на кровать. Немного взглянув через плечо, он сказал: «Благодарю за помощь, Глава Альянса Юй.»

Больше не у кого не хватило бы смелости, чтобы пойти на задний двор усадьбы Принца. Сун Цзяоюэ был человеком, который соблюдал приличия. Он не сделал бы такого, как бы ни волновался. Но Лун Хэн решил на этот раз простить Юй Куана, потому что, если бы не своевременная помощь Главы Альянса, он, возможно, не смог бы извлечь иглы вовремя, что могло привести к её смерти.

«Ты ее любишь?» — спросил Юй Куан, так же легко, будто спросил или Принц уже обедал.

«……..» Лун Хэн был сдержанным человеком. Он не сказал эти слова даже Бай Сянсю, не говоря уже о других. И из-за этого он нахмурился и ответил: «Это не твое дело.»

«Если ты не будешь заботиться о ней по-настоящему, рано или поздно я её отниму у тебя.» Даже если этого не сделает он, то Юй Шу точно может попытаться.

Когда Лун Хэн собирался взорваться с гневом, Сяо Ши прибыла с доктором. Юй Куан удивительно хорошо ощущал окружающую среду и уже ушел в окно. Казалось, его и не было в комнате.

Лун Хэн автоматически отступил в сторону, чтобы освободить место для врача и с беспокойством смотрел на Бай Сянсю. Она должна была уже проснуться. Почему она такая бледная? Кажется, я должен научиться делать ее счастливой. Иначе гнев может нанести вред ее телу. Прибывший врач был резидентом усадьбы. Он сел и принялся проверять пульс. На мгновение он удивленно замер. Затем он нервно еще раз проверил пульс. Несмотря на то, что с тех пор, как он начал, прошло совсем немного времени, Лун Хэн уже пропитался холодным потом.

Судя по выражению доктора, Лун Хэн считал, что с Бай Сянсю случилось что-то плохое. Но он не посмел высказаться, опасаясь нарушить диагноз. С другой стороны, Сяо Ши постоянно всхлипывала, дергая занавески. Почему моя хозяйка страдает от стольких несчастий? А теперь её ранили и она долго не просыпается!

Примерно через пятнадцать минут доктор поднял голову и сказал: «Мадам Сюй будет в порядке. Ей просто нужно время, чтобы выздороветь из-за чрезмерной потери крови и ци.»

«Это имеет какое-либо отношение к скрытому оружию, которое я извлек из нее?» Лун Хэн должен был получить четкую картину.

«Возможно. Но это также могло быть вызвано кровоизлиянием, которое нарушило плод. Ей понадобится медицина предотвращающая выкидыш.» Диагноз доктора был прямым и точным, потому что он знал, Принц не любит много говорить.

«Ммм.» Услышав диагноз, Лун Хэн вздохнул с облегчением. Он не слишком много думал об этом, потому что Бай Сянсю уже сказала ему, что этот врач вовлечен в ее поддельный акт беременности. И, поэтому, он считал, что эти два предложения всего лишь притворство. Но странно то, что рядом не было посторонних, так почему же доктор притворялся?

Пока он размышлял, доктор уже начал записывать рецепт. Подождите, почему она должна принимать какие-либо лекарства, если она в порядке? Лун Хэн спросил: «Какой вред причинит лекарство ее телу?»

«В ответ на вопрос Вашего Высочества это просто обычная медицына против выкидыша.»

«Доктор. В этой комнате больше никого нет. Вам нужно просто назначить правильное лекарство для ее симптомов.»

«В ответ Вашему Высочеству это лекарство абсолютно подходит для ее симптомов!» Внезапно понимая, что Принц должно быть не знает, что мадам Сюй уже беременна, доктор быстро добавил: «Мадам Сюй действительно ждет ребенка.»

«Доктор…» Я уже сказал, что вокруг никого нет. Сяо Ши личная служанка Сянсю. Более того, она такая робкая, что нет никакой возможности утечки правды.

Доктор увидел непонимание на его лице. Поэтому, снова попытался донести правду с серьезным выражением. «Ваше Высочество. Я абсолютно уверен, что мадам Сюй беременна.»

Лун Хэн был ошеломлен. Его разум полностью растворился. По какой-то причине первая реакция, которая возникла у него в голове, была явная и неконтролируемая ярость. «Скажи мне! Неужели она действительно ждет моего ребенка!?»

Потрясенный врач ответил: «Да, Ваше Высочество.» Неужели Принц не хотел, чтобы мадам Сюй забеременела от него!? Может тогда ему назначить шафран в медицине вместо того, чтобы предотвратить выкидыш?!

Услышав все это, лицо Лун Хэна стало ледяным. Его тон отдавал вечной мерзлотой, когда он сказал: «Пиши рецепт!» Ло Юньчжэн. Лин Цяньцзи. Они почти убили его еще не родившегося ребенка! Рано или поздно он отомстит им. Врач был так напуган, что тотчас же начал записывать рецепт и быстро убежал, чтобы придумать лекарство поджав хвост между ног. В конце концов, он так и не понял, хотел Принц ребенка или нет!

Лун Хэн знал больше, чем кто-либо, о том, насколько он хотел ребенка. Он подошел к кровати Бай Сянсю и поднял покрывало, усаживаясь рядом с ней, чтобы погладить её руки. Сяо Ши стояла в полном шоке после их разговора, но почему-то поняла, что ей лучше выйти из комнаты. У Принца был очень нежный взгляд, особенно когда он смотрел на её хозяйку. Она тихонько ушла, чтобы они могли провести время вместе.

Как только она вышла из комнаты, Е-мама подошла к ней, чтобы спросить о состоянии Бай Сянсю. Старая мадам тоже послала служанку. «Сяо Ши, как дела у мадам Сюй? Есть ли проблемы?»

Старшие мамы знали, что Старая мадам беспокоится. Несмотря на то, что она все еще занималась борьбой с последствиями неожиданно вторжения в их резиденцию, она регулярно посылала людей, чтобы проверить ее состояние. Вернувшись в зал, на ее лице появилось беспокойство. И это имело смысл. В конце концов, только что невеста её сына оказалась настолько распущенной, что уже носила ребенка от другого мужчины. Единственная серебряная подкладка заключалась в том, что они избежали финальных ритуалов.

Но теперь, когда у нее больше не было невестки, она еще больше надеялась на то, что Бай Сянсю подарит ей внука. Поскольку свадьбы не вышло, кто знает, сколько еще потребуется времени и сил, чтобы найти другую подходящую жену для её сына? Основываясь на его характере, он может даже отказаться жениться снова после этого фиаско! Старшие мамы уже много лет работали у Старой мадам, и поэтому хорошо знали ее мысли. Итак, все они сразу же спросили о благополучии Бай Сянсю, как только прибыли.

Сяо Ши не стала ходить вокруг да около. «Врач сказал, что травмы мадам Сюй, возможно, нарушили плод. Ей придется принимать лекарство, чтобы предотвратить выкидыш.»

«Что?!» Мамы были потрясены. После дальнейших распросов они все убежали, чтобы сообщить всё это Старой мадам. Старая мадам была самой респектабельной фигурой. В противном случае она никогда не смогла бы создать новую семейную ветвь только с самой собой и Лун Хэном. Как она могла спокойно сидеть, когда услышала, что ее внука почти убили? Она едва дождалась, пока уйдет последний гость, прежде чем отправиться в усадьбу Лин.

Если бы поехал Лун Хэн, от этого не было бы большого эффекта. Но Старая мадам совсем другое дело. Поскольку мадам Лин отказалась ее видеть, Старая мадам позвала все свое окружение и отправилась в резиденцию мадам Лин. Затем она приступила к перевороту всей усадьбы. После того, как она закончила, ни одна ценность не осталась нетронутой.

Мадам Лин была занята заботой о министре, который все еще оставался без сознания, прежде чем ее заставили встретиться со Старой мадам. Старая мадам закончила тем, что дважды ударила ее по лицу. Несмотря на то, что Старая мадам из респектабельной семьи, ее репертуар проклятий нельзя назвать плохим. Фактически, ее оскорбления были настолько жестокими, что мадам Лин упала в обморок на месте.

Дело выросло настолько, что все, и их мать тоже, слышали об этом. Все очень огорчилась, но следующей остановкой Старой мадам стал дворец, чтобы раскрыть ее протесты императрице. Поскольку правда была на стороне Принца Ли, императрице пришлось приложить значительные усилия, чтобы успокоить Старую мадам. Она смогла отправить её только после того, как ясно дала понять, что поможет Принцу Ли добиться справедливости.

По возвращении в усадьбу, Старая мадам немедленно отправила слуг заглянуть к Бай Сянсю. Бай Сянсю уже проснулась, но у нее не было никакого аппетита. Все, что она съела, к сожалению, вернулось. По ее словам, вся еда воняла кровью.

От этого Старая мадам очень встревожилась. Лун Хэн был не в лучшем состоянии. Фактически, всё поместье Принца Ли было взволнованным. Поскольку поместье построили относительно недавно, для всех было абсолютно нормальным беспокоиться, что в доме, наконец, появилась беременная хозяйка. И с момента инцидента с мисс Лин все поняли, что потребуется некоторое время, прежде чем новая главная жена сможет войти в семью. Бай Сянсю являлась фавориткой Принца и Старой мадам в течение долгого времени. И из-за этого все прилагали массу усилий, чтобы служить этой наложнице. Но они не могли знать, насколько подавленной она была в тот момент.

А почему нет? Внутри неё теперь есть другое живое существо! Как ей теперь вернуться в современный мир, когда придет фестиваль призраков? Если посчитать дни, ее ребенок родится только в седьмом месяце. Ему тогда не будет даже месяца! Должна ли она отказаться от ребенка ради возвращения в свой мир?

Она не могла бросить родителей, но и не хотела расставаться с жизнью здесь. Из-за ее внутреннего конфликта, она чувствовала себя крайне подавленной. Впав в депрессию, её снова начало тошнить. С отсутствием аппетита ей потребовалось всего десять дней, чтобы она стала похожа на скелета, с кожей и костями.

Лун Хэн ходил мрачный каждый день. Его повсюду сопровождала довольно мрачная, угрюмая атмосфера. Все думали, что он так ведет себя из-за мисс Лин и не могли не сочувствовать ему. Если бы он посетил суд в любой другой день, распространились бы слухи о том, насколько он неприступный или высокомерный. Но поскольку он был явной жертвой в этой ситуации, все ему сочувствовали.

Даже император чувствовал себя виноватым в отношении Лун Хэна. В конце концов, именно он настаивал на этом браке, а затем отказался отменить помолвку. Теперь, когда это произошло, он не мог обвинять Лун Хэна в том, что он сделал то, что сделал. Поскольку именно он устроил этот злополучный брак, император попытался исправить ситуацию, предложив нескольких девиц из именитых семей, чтобы он выбрал жену по своему усмотрению. Он даже наказал министра Лин, изъяв у него годовую заработную плату, сославшись на то, что это его вина, ведь он не воспитал своих детей должным образом.

Тем не менее, Лун Хэн отказался от новых соглашений о браке, сославшись на то, что не может принять нового брака, пока в его усадьбе остались проблемы. Ему удалось остановить все предложения императора этим единственным опровержением.

Ну, это нормально, что ему нужно какое-то время, чтобы исцелить раны. Понять и рассмотреть все очень хорошо. Однако никто не ожидал, что в доме Лун Хэна действительно была большая проблема. Фактически, это была гигантская проблема.

Сун Цзяоюэ был уверен, что у Лун Хэна на самом деле не было никаких чувств к этой мисс Лин из усадьбы Лин. Он знал, что сговор на свадьбе, был частью замысловатых планов Лун Хэна. Вероятно, Лун Хэн подтолкнул Ло Юньчжэня украсть невесту на свадьбе. Только, почему Сун Цзяоюэ не получил ни одного слова о состоянии Бай Сянсю после ее ранений? Может, нынешнее настроение Лун Хэна связано с ее ранами? И все же он не мог напрямую спросить Лун Хэна, потому что он показывал яростное намерение убивать всякий раз, когда их пути пересекались. Но что-то стало странным. Несмотря на то, что он и раньше приходил в ярость, такого желания убийства не было. В последние несколько дней его отношение изменилось.

Как могло отношение Лун Хэна к нему не измениться? Ситуация совершенно поменялась, когда Лун Хэн понял, что его друг почти похитил его женщину вместе с его ребенком, а не только его женщину!

Сун Цзяоюэ был вне себя от беспокойства. Он послал одного из своих слуг, который имел хорошие отношения со слугами усадьбы Принца Ли, чтобы собрать новости. Услышав то, что сказал ему слуга, он опустился на стул, в оцепенении. Он не мог услышать ни Ю Сэ, ни кого-либо еще. Это было похоже на то, что его душа покинула его тело.

Ю Сэ и другие служанки беспокоились, но Сун Цзяоюэ не возвращался к реальности, независимо от того, что они делали. Он оставался неподвижным до самого вечера, а потом внезапно встал. Она носит ребенка Лун Хэна. Но… если она его не любит, значит ли это, что он её изнасиловал? Если ее изнасиловали… тогда всё это моя вина, ведь в тот день я не ответил ей согласием.

Он больше не мог сидеть на месте. Итак, он сменил свою ночную одежду и покинул поместье Сун. Ю Сэ и остальные не задавали много вопросов и держали свое волнение при себе. В конце концов, женщины не должны вторгаться в дела мужчин.

Тем не менее, Сун Цзяоюэ не такой человек, что будет делать нахальные вещи в разгар момента. Он глубоко погрузился в свои мысли, когда стоял за усадьбой Принца. Если Лун Хэн увидит меня, когда я пройду к ней, разве её репутация не будет разрушена? Как я буду смотреть на нее после этого?

Он стоял за усадьбой, пока на следующее утро не поднялось солнце, но в конце концов не стал пробираться в усадьбу Принца. Он обернулся и вернулся в свою усадьбу, послав одного человека тайно следить за Бай Сянсю. Однако новость, которую он получил, была далека от оптимизма. По словам его человека, мадам Сюй чувствовала себя не очень хорошо и большую часть своих дней лежала и ничего не делала. Но это ещё не всё, он сказал, что она часто плакала, когда оставалась одна. От этой новости настроение Сун Цзяоюэ очевидно повернуло к худшему. Он уже не был таким спокойным и собранным, когда столкнулся с Лун Хэном. Он растерял слова, когда они сели вместе, чтобы поговорить. Лун Хэн тоже был очень занят в последние дни. У него не было времени даже выследить Лин Цяньцзи и Ло Юньчжэна. В результате его планы мести отложились на неопределенный срок.

Его маленькая женщина прилипала к нему, как клей, когда они виделись, и он пытался поддержать её компанию всякий раз, когда возвращался с суда. Ее выражение ухудшалось, если он даже немного опаздывал, и она смотрела на него самым обиженным взглядом в мире, выглядя ещё более жалко.

Лун Хэн чувствовал, что его сердце таяло каждый раз, когда он видел её такой, и всё время волновался. Но в то же время он был невероятно счастлив, потому что внутри неё медленно рос его ребенок. Его ребенок! Он может стать таким как он, или такой же красивой девушкой, как она. Каким бы он ни оказался, это его первый ребенок, поэтому нельзя допустить ничего плохого. Он принес конге, чтобы накормить ее. «Что бы ты хотела съесть позже?»

«А? Я еще не справилась с этим конге. Давайте поговорим о том, что мы будем есть позже… позже!» Чем больше Лун Хэн так к ней относился, тем мягче становилось сердце Бай Сянсю. Но как она могла так легко отбросить свою жизнь в современном мире? Из-за этого, она всё время переживала и была в плохом настроении. От постоянных нервов, состояние её тела желало лучшего и плод плохо развивался.

«Куда, вы сказали, отправилась мисс Лин и остальные?» Она сплетничала, когда больше нечего было делать. Но ничего не поделаешь, такова естественная природа женщины.

Настроение Лун Хэна улучшилось, подумав о том, что он избавился от этого брака. Он улыбнулся: «Её беременность в порядке, но уйти с Ло Юньчжэнем было явной ошибкой с ее стороны.»

«Почему?» Бай Сянсю была похожа на любопытную кошку, когда лежала на кровати, прислонившись руками к лицу. Она почувствовала еще один слой смысла под словами Лун Хэна.

Лун Хэн не хотел говорить об этом с ней, но должен был рассказать ей о сплетнях Лин Цяньцзи, чтобы отвлечь ее. Он размышлял, что независимо от того, насколько сдержанной и застенчивой может быть женщина, её всегда особенно увлечет что-то подобные.

Ее глаза предали ее шок после того, как он закончил говорить. Некоторое время она молчала, прежде чем с недоверием посмотрела на него: «О-она… она делала это… с Дуань Юньинем?»

«Ну, я так думаю, и этот человек каким-то образом пробрался в Усадьбу Лин. Я считаю, что только Ло Юньчжэн не знал об этом, поэтому я лишь сказал ему, что возможно кто-то еще любит мисс Лин, так как и он.» Лун Хэн очень невинно улыбнулся, но Бай Сянсю это не обмануло. Этот человек может быть довольно злым. Очевидно, он одурачил Ло Юньчжэна! Если бы он знал все это заранее, он бы не стал драться за Лин Цяньцзы так стремительно. Следовательно…

«Вы сказали Ло Юньчжэну, что мисс Лин беременна?» Черт возьми, значит сейчас неизвестно, кто настоящий отец!

«Да, мои люди видели, как Дуань Юньинь покупал лекарства для предотвращения выкидыша.»

«Тогда, кто же отец?»

Лун Хэн слегка щелкнул её по лбу: «Откуда же я знаю? Кого мне спросить?»

«И правда.» У Лун Хэна не было с ними ни малейших отношений, как он может знать кто отец? Напротив, он абсолютно точно был отцом ребенка в её животе. Как современная женщина, она слышала о женщинах, нагулявших детей вне брака, а также о парах, которые завели детей только через год или два после свадьбы. Но она редко слышала о парах, у которых ребенок появился менее чем через полгода после церемонии. Его способность заставила бы многих постыдиться. Она помнила из романа, что главная героиня забеременела не так быстро! Почему все изменилось, когда дело дошло до нее?

Беременные женщины легко уставали, поэтому до того, как она стала сонной, прошло не так много времени. Лун Хэн накрыл её одеялами и, переодевшись, тоже лег в постель.

Узнав, что Бай Сянсю правда беременна, Старая мадам беспокоилась о влиянии неродившегося ребенка на её состояние, поэтому хотела, чтобы Лун Хэн ночевал в другом месте. Но как он мог доставлять Бай Сянсю столько неприятностей своими приходами и уходами? Он немедленно вызвался остаться, чтобы позаботиться о ней.

Помимо того, что он держал рядом клинок, они выглядели как обычная пара. Они ели и спали вместе каждый день, разжигая всякую ревность у других. Но почему Бай Сянсю должна волноваться о том, что кто думает? С детства она была ленивой в высшей степени. Она не собиралась ничего делать, пока это действительно не понадобится.

Отбросив тот факт, что в поместье Принца Ли царила картина гармонии, Дуань Юньинь чувствовал себя изнуренным. Его паразит был совершенно потерян. Он хотел использовать Лин Цяньцзы, чтобы убить Лун Хэна, а не Ло Юньчжэна. Что ему теперь делать, когда она убежала с этим вором? Это будет пустой тратой энергии, если он убьет кого-то, кого не хотел убивать. И все же он не мог случайно убить никого в резиденции Принца. Было бы катастрофой, если бы это вызвало желание Лун Хэна отомстить и убить его. Что, если Принц решит мобилизовать свои войска? Тогда у страны Дуань Юньиня появится слишком много проблем!

Вот почему перед этим он развернул такой метод окольного пути, но кто бы мог подумать, что он снова и снова будет терпеть неудачу. Если бы он знал об этом заранее, он бы посадил паразита в тело Бай Сянсю. Просто он не думал, что она продолжит нравится Лун Хэну даже после того, как стала некрасивой. Похоже, он действительно любил ее.

Или может все таки попытаться что-то сделать с этой женщиной? Эта женщина слушала приказы довольно послушно и оставалась в поместье. Она не уйдет так легко. Он не сможет войти в резиденцию, потому что поместье все еще охраняют…. но возможно… Как насчет кого-то еще? Дуань Юньинь холодно засмеялся. Самое легкое время, чтобы получить женское сердце, когда она грустная. Хорошо, ему придется снова использовать ее.

Так в поместье Ли появилась прекрасная служанка. Ее методы были настолько изощренными, что ей не потребовалось много времени, чтобы ее продвинули в резиденцию Принца. Но она помнила свое место и ничего не делала в течение нескольких дней. Некоторые вопросы нельзя отбросить. Ее цель могла быть достигнута только, когда появится определенный человек.

Она подождала примерно пять дней, прежде чем этот человек появился, и увидев свою цель, служанка холодно фыркнула, повернулась и отправилась в кабинет. Принц занимался некоторыми официальными делами, и вокруг никого не было. Она поставила перед ним чашку с чаем и с улыбкой спросила: «Вы помните меня, Ваше Высочество?»

Принц Ли поднял голову, потому что почувствовал, что голос ему немного знаком, и увидел женщину, которая когда-то бросилась в его объятия и ее аромат. Он собирался оттолкнуть ее, когда она тихо спросила: «Вы хотите узнать истинную личность Дуань Юньиня?»

Лун Хэн действительно обнаружил, что Дуань Юньинь имел какое-то отношение к врагам, но не смог идентифицировать его истинную личность. Некоторое время он колебался, но тогда кто-то вошел в дверь и увидел эту сцену.

Что здесь происходит, черт возьми!

Ее муж держал в объятиях другую женщину и, кроме того, сидел в крайне компрометирующей позе. Бай Сянсю была ошеломлена и почувствовала, что впадает в ярость, верно?! Она узнала эту женщину, второстепенного персонажа, Яйю. Но ведь она не нравилась Лун Хэну.

Нет, подождите, не нравилась, ещё не значит, что он не хочет ее! В конце концов, он мужчина, и почти месяц не прикасался к Бай Сянсю. Он, вероятно, почувствовал бы что-нибудь к любой женщине, которую увидел! Бай Сянсю рассердилась, когда эта мысль пришла ей в голову и она повернулась, чтобы уйти…

Лун Хэн нахмурился и небрежно бросил Яйю в сторону. «Стража, свяжите ее, чтобы я мог потом допросить ее.»

«Принц Ли, вы должны знать, что я вошла в поместье из-за вас, вы…» Яйя подумала, что его заинтересует личность Дуань Юньиня и поэтому он будет хорошо к ней относиться. Тогда она смогла бы воспользоваться этим, чтобы навсегда оставить того человека!

Бай Сянсю была очень подавлена. Почему Сун Цзяоюэ ещё не сдался? Я отправила ему так много пустой выпечки, но он все равно отправляет пирожные с сердцем каждые несколько дней. К счастью, Лун Хэн не знал истинного смысла выпечки. Бай Сянсю сказала ему, что Ю Сэ пытается улучшить свои навыки приготовления теста, чтобы угодить Сун Цзяоюэ. Поскольку Лун Хэн хотел, чтобы другая женщина больше цеплялась за Сун Цзяоюэ, он вообще не вмешивался.

Она получала обильное количество пирожных, но не ела их из-за беременности. Почему-то сегодня у нее оказался хороший аппетит. Итак, она выбрала одну булочку и несколько раз укусила. Вкус был немного странный. Интересно, что внутри. По правде говоря, Ю Сэ действительно прилагала много усилий в выпечке; каждая партия отличалась от предыдущей. Лун Хэн не подозревал, что за булочками есть скрытый смысл, потому что они действительно были продуктом кулинарного обмена, поэтому и не останавливал их.

Засуетившись, Бай Сянсю отложила булочку и сказала Сяо Ши: «Сделай обычную выпечку в качестве возвратного подарка.»

Как обычно, в ее выпечке не будет сердец. Сун Цзяоюэ ударился головой или чем-то еще? Почему он такой упрямый? Раньше он был человеком, который просто шел по течению. Может, его внезапное изменение моя вина? Возможно, из-за своего настроения или по какой-то другой причине, но она немного разозлилась.

С другой стороны, Дуань Юньинь был в абсолютном восторге. Он начал чувствовать небольшое тепло, а это значит, что его план сработал. У любовного паразита был очень неудобный побочный эффект. После проглатывания паразит связывает ум родителя с умом хозяина, но он также обладает свойствами афродизиака. Таким образом, их тела одновременно нагревались. От этого они чувствовали себя очень неловко, и ощущали огромную пустоту в душе. Но, направляя свои ци, Дуань Юньинь мог медленно захватить разум Бай Сянсю и даже в конечном итоге взять под контроль её тело. Зараженный человек ничего не поймет. Это будет для него всего лишь сном.

Бай Сянсю почувствовала, что распаляется и сильно разволновалась, как будто она бодрствовала во сне. Она испытывала это особое чувство раньше и знала, что она начала хотеть этого. Но почему сейчас? Может, ко мне пришла весна?

После купания ее состояние не улучшилось. Поскольку она не хотела показаться дурочкой перед служанками, она могла только притворяться, что спит и молится, чтобы это чувство в конце концов ослабло. Тем не менее, служанки и мамы вскоре заметили, что что-то не так, поэтому спросили о ее самочувствии. Бай Сянсю слабо покачала головой и спросила почти инстинктивно: «Где Его Высочество?»

Сяо Ши поняла намек. Ее хозяйке было нехорошо и она хотела, чтобы Принц составил ей компанию. В последнее время у хозяйки так много случайных мыслей. Это доказательство того, что она хочет, чтобы ее любили. Поэтому, она отправила кого-то найти Лун Хэна.

Лун Хэн прибыл почти мгновенно, получив ее призыв. В последнее время он заботился о делах дома и редко выходил, кроме как на утренний суд или в военный лагерь. Он слишком беспокоился о том, что Бай Сянсю останется одна, тем более что в последнее время она была не в лучшем состоянии. Когда он услышал, что ей плохо, он немедленно отложил свою работу и побежал в сад Абрикосов. К счастью, это было всего в нескольких шагах.

Он не заметил ничего плохого, когда увидел ее. Ее щеки были немного краснее, чем обычно, а глаза немного туманными. «Что такое? Ты не хочешь немного поспать?»

«Я… хочу, чтобы Ваше Высочество составил мне компанию во сне.» Почему я говорю такие вещи? Это так стыдно! Она тут же закрыла лицо руками. Она чувствовала себя крайне противоречивой.

Ее слова закончились согласием Лун Хэна, когда он подразнил ее: «Как пожелаешь.»

Он снял верхнюю одежду и лег рядом с ней на кровати. Он на самом деле не собирался ничего с ней делать. В конце концов, она беременна. Он не хотел рисковать её телом. Неожиданно, она сама взяла инициативу в свои руки. Она начала извиваться в постели, обняв его за талию в одно мгновение и касаясь его груди в следующее. Разве талия и грудь мужчины это места которые можно просто так касаться? Его тело инстинктивно отреагировало на ее прикосновения. Однако ее лицо явно говорило, что она сделала это не нарочно. Ее невинный взгляд заставил его немного рассердиться. Она хочет сказать, что она не возьмет на себя ответственность за то, что завела меня? Однако она не остановилась. Затем она положила голову ему на грудь, нанося поцелуи.

Лун Хэн почувствовал, как в его голове вспыхнул взрыв. Он никогда не видел, чтобы Бай Сянсю проявляла инициативу. Более того, ее противоречивое выражение во время соблазнения, было чрезвычайно очаровательным и привлекательным для него. Лун Хэн не слишком сопротивлялся и позволил ей делать то, что ей нравилось. Во-первых, он боялся, что навредит ей в разгар момента, а также потому, что хотел посмотреть, что она собирается делать дальше.

Бай Сянсю не знала, почему она хотела это сделать. К тому времени, как она опомнилась, она уже поглотила Лун Хэна. Представив себя со стороны, Бай Сянсю почувствовала, как ее кровь потекла в голову, как будто она вот-вот взорвется.

К сожалению, Лун Хэн, казалось, действительно наслаждался этим. Его дыхание ускорилось, а глаза почти закрылись. «Сюй, не останавливайся. Продолжай, продолжай.»

Продолжай мою задницу. Это супер стыдно, разве нет? Однако ее тело, похоже, имело собственный разум. Это не заняло много времени, прежде чем она привела Лун Хэна на пик экстаза.

«Подождите. У меня есть кое-что еще более интересное.» Бай Сянсю поцеловала Лун Хэна и поднялась с кровати.

Его страсть сразу же вспыхнула снова, услышав, что она сказала. Что-то более интересное? Что это может быть? Он откинулся назад, закрыв глаза. Сейчас он чувствовал себя очень довольным.

Бай Сянсю вскоре вернулась с очень прочным куском веревки. Она даже залила его водой. Она поднялась на него, привязав руки и ноги к кровати. Лун Хэн громко сглотнул. Почему его кровь кипит, когда это, очевидно, такая опасная вещь? Он даже подстрекал её: «Быстрее… Сюй. Быстрее…»

Бай Сянсю почувствовала подавленность, когда связала его. Что я делаю? Это возмутительно! Но… как он может быть таким очаровательным? Она была в депрессии, когда увидела радостное выражение Лун Хэна. Раньше он был таким неопытным. Когда он стал таким шаловливым?

Лицо Лун Хэна немного покраснело. Его глаза трепетали, когда он позволил себе нагреться от ощущений. Несмотря на то, что его руки были связаны, он все ещё сжимал их в кулаки, предаваясь удовольствию.

Это мой шанс.

Какой шанс? Бай Сянсю испугалась голоса, который внезапно появился в ее разуме. Казалось, что-то медленно поглощает ее мозг. Затем ее правая рука взяла длинные ножницы, которые были спрятаны внутри кучи веревок, которые она принесла.

Нет. Не делай этого… Несмотря на то, что она испугалась и не хотела наносить удар, она просто не могла вернуть контроль над своим телом.

Внезапно она услышала голос: «Госпожа. Госпожа! Почему… ваши мысли так хаотичны? Даже ваш ум наполнен намерениями убить.»

«Хуэр! Помоги мне! Кто-то контролирует меня.» — мысленно закричала Бай Сянсю.

Хуэр быстро ответил: «Госпожа. Попробуйте использовать левую руку…»

Вся концентрация владельца её ума была сосредоточена на контроле ее правой руки, чтобы нанести Лун Хэну удар ножницами. Но, видимо, он не ожидал, что левая рука вдруг схватит правую, когда он вот-вот ударит. Это было похоже на то, что в ней сражаются два человека, один из которых хотел убить, а другой — защитить. Борьба между ними была ясна даже на ее лице.

Именно в этот момент Лун Хэн протрезвел. Сначала он несколько удивился, но потом быстро понял, что происходит. Он знал, что вражеское государство хорошо разбирается в использовании паразитов. Он лично видел подчиненного, убившего своих товарищей после того, как его глаза покраснели.

Было понятно, что Бай Сянсю находилась под воздействием паразита. Вот только, немного странно, что она смогла сохранить часть своего сознания. К счастью, ей удалось как-то остановить себя. В противном случае она бы уже нанесла удар ножницами и убила его. Но сейчас он не слишком заботился о своей безопасности. Его мысли полностью сосредоточились на Бай Сянсю.

Токсины паразита нелегко излечить. Он разорвал веревку голыми руками, сняв часть кожи с запястий. Однако Лун Хэн не потрудился даже проверить раны, когда потянулся к ней. Пока руки Бай Сянсю сражались друг с другом, Лун Хэн обнял ее и вырвал оружие из правой руки.

«Бегите…» Бай Сянсю использовала всю оставшуюся силу в своем теле, чтобы заставить себя произнести одно слово. Внезапно, с непонятной силой, она вырвалась из хватки Лун Хэна и с легкостью приземлилась на землю. Затем она повернулась на одной ноге, подняв другую в воздух, чтобы направить учебник по кунг-фу, лежащий на столе, в голову Лун Хэна. Что за черт? Когда я научилась боевым искусствам?

Бай Сянсю была крайне подавленной. Лун Хэн заметил что-то неладное. Это был другой вид паразита. Мало того, что он позволял другому человеку взять под контроль разум хозяина тела, он, казалось, проявлял их неиспользованную силу. Тем не менее, он потреблял жизненную энергию хозяина тела и даже мог быть смертельным! Я не могу позволить ей пострадать! В её теле две жизни!

Лун Хэн откинулся назад, уклоняясь от удара. Одним плавным движением он руками разорвал привязки на ногах. Они начали сражаться, даже без одежды. Если бы кто-нибудь стал свидетелем этой сцены, их челюсти наверняка упали бы на землю.

К счастью, Бай Сянсю только контролировали и на самом деле она не была экспертом по боевым искусствам. Лун Хэн смог захватить ее обратно и крепко прижал к себе. Он старался не использовать слишком много сил, так как боялся, что может нанести ей вред. Поскольку она беременна, как ее хрупкое тело могло бы выдержать его полную силу? Тем не менее, Бай Сянсю продолжала бороться, находясь в его руках. В разгар момента он ударил ее по шее. Бай Сянсю сразу почувствовала слабость. Лун Хэн быстро положил ее на кровать и засунул в рот все еще кровоточащее запястье.

Кровь Лун Хэна способна отгонять паразитов. После приема крови внутрь, она избавится от него. Однако, когда токсин убирает кто-то другой, не создатель, который его посадил, ему самому придется страдать от ужасных побочных эффектов. Например, токсины в его организме могут увеличиться в сотни раз.

И сейчас Дуань Юньинь как раз столкнулся с этим конкретным побочным эффектом. Уровень афродизиака в его теле увеличился настолько, что ему пришлось убежать в соседний бордель, чтобы провести там два дня и две ночи с проститутками. К тому времени, когда он насытился, он исчерпал почти всю жизненную энергию в своем теле. Как эта женщина сохранила свое сознание? Это невозможно! Даже если у моего паразита был недостаток, она никак не могла сохранить сознание после того, как его проглотила.

Это немыслимо! Она в одиночку сорвала мои планы! После слишком большого количества занятий сексом он больше не мог собрать энергию, чтобы встать с постели. Ему пришлось отдыхать в том месте, какое он больше всего ненавидел, и с теми женщинами, которых больше всего презирал.

Дуань Юньинь не знал, что на самом деле корнем всех его проблем была беременность Бай Сянсю. Ребенок, которого она носила, плоть и кровь Лун Хэна и унаследовал его родословную. Ребенок смог удержать паразита даже через пределы матки. Кровь ребенка защищала её от паразита и очищала некоторые токсины в теле Бай Сянсю, что позволило ей сохранить свое сознание. Конечно, Хуэр тоже помог. Отчаянно окликая свою хозяйку, он помог вернуть сознание Бай Сянсю в реальность, когда оно начало уплывать.

Всевозможные совпадения позволили Бай Сянсю спасти жизнь Лун Хэна, а также ее собственную. Но опасности еще не прошли. Когда Лун Хэн помогал Бай Сянсю очищать токсины в ее теле, он вдруг заметил пятнышко крови на ее нижнем белье. Он почувствовал, как его сердце задрожало. Он быстро стянул её белье, чтобы присмотреться и сразу почувствовал, как его сердце замерло. Он закричал: «Позовите доктора! Немедленно!»

Никто не осмеливался приближаться к их резиденции, когда эти двое дремали. Но так как Лун Хэн направил свою внутреннюю силу в крик, это было достаточно громко, чтобы слуги услышали. Они немедленно позвали врача. Сяо Ши и другие были потрясены, когда прибыли в комнату. Мама помогла Бай Сянсю сесть на гигиеническую прокладку, но они не смели двигать ее слишком энергично.

Врач поставил диагноз, что существует риск выкидыша, как только прибыл, а это означало, что Бай Сянсю придется снова принимать медицину от выкидыша. Более того, ей нельзя было двигаться, так как это чрезвычайно опасно. Лун Хэн был в ярости. Истинная личность Дуань Юньиня больше не имела для него никакого значения. Поскольку он навредил его любимому человеку и его нерожденному ребенку, Лун Хэн не собирался отпускать его невредимым.

Лун Хэн наконец понял, почему Бай Сянсю смогла сохранить сознание. Когда доктор ушел, чтобы придумать лекарство, он потер живот Бай Сянсю. «Ты сильный и ловкий ребенок. Отец очень гордится тобой. Ты должен жить. Отец отомстит за тебя, убив человека, который причинил боль вам с мамой.» Лун Хэн остался рядом с Бай Сянсю, чтобы следить за ней, пока она не проснулась.

Постепенно возвращаясь в сознание, Бай Сянсю неоднозначно моргнула. Все ее тело было очень тяжелым, а руки сразу потянулись к животу. Там было немного некомфортное чувство.

«Как ты себя чувствуешь? Сильно болит?» Лун Хэн с тревогой на лице держал ее руки. Из ладоней даже капал пот.

«Болит не сильно. Я просто чувствую себя немного раздутой. Он в порядке?» Бай Сянсю тоже немного испугалась. Несмотря на то, что она чувствовала, что ребенок в животе её беспокоит, она знала, что не выдержит, если потеряет его.

Лун Хэн немедленно утешил ее. «Не волнуйся. У него все в порядке.»

Бай Сянсю вздохнула с облегчением, услышав утешительные слова. Затем она посмотрела на Лун Хэн и протянула ему руку. «Как насчет вас? С вами все в порядке? Кажется, я помню, что… Я почти заколола вас.» Не почти. Я действительно ударила его. «Это была не я! Это был кто-то другой… Это должно быть…»

«Я знаю. Не волнуйся. Ты была под контролем паразита, но теперь всё хорошо.»

«Правда? Как я исцелилась?» Его кровью? Она заметила повязку на запястье Лун Хэна, внимательно осмотрев его. Она тут же нахмурилась и стала заметно взволнованней. Ей хотелось сесть, но Лун Хэн сдержал ее и сказал: «Не нужно паниковать. Я в полном порядке. Это просто рана, которую я получил, когда разорвал веревку.»

Вспоминая то, что они делали раньше, кончики ушей Лун Хэна стали красными. Бай Сянсю, казалось, разделяла те же чувства, потому что ее щеки тоже разгорячились.

Парочка долго молчала, пока Лун Хэн наконец не заговорил. «Теперь ты должна сосредоточиться на выздоровлении и не слишком много думать о других вещах. Все будет хорошо, пока ты и ребенок в безопасности.»

«Куда вы идете?» Бай Сянсю немного занервничала. У нее было ощущение, что он собирается сделать что-то особенно важное.

«Не волнуйся. Я просто собираюсь отомстить за вас обоих.»

«Mмн. Будьте осторожны. Передайте ему несколько ударов от меня и нашего малыша.» Бай Сянсю отреагировала беспощадно. Закончив говорить, она медленно закрыла глаза, откинувшись назад. Она устала и нуждалась в отдыхе. Лун Хэн похлопал ее по голове. Изначально он думал, что его добросердечная жена попытается остановить его, но не ожидал, что она скажет ему, чтобы он ударил этого человека еще несколько раз. И все же, как он сможет остановится всего на нескольких ударах?

Выйдя из сада Абрикоса, Лун Хэн вернулся к своему обычному холодному поведению. На этот раз его ледяная ярость была ощутима, сочившись из его тела холодными волнами. Все, кто приближался к нему, невольно вздрагивали. Он вызвал скрытых охранников и приказал им найти Дуань Юньиня как можно скорее. Лун Хэн изначально дал ему свободу, чтобы исследовать движения вражеской нации. Конечно, он также хотел использовать его, чтобы разжечь неприятности между Ло Юньчженем и Лин Цяньцзы. Но он никак не ожидал, что враг нацелится на Бай Сянсю. Независимо от того, что встанет на его пути, он отомстит.

Бай Сянсю очень волновалась за Лун Хэна, оставаясь дома. В конце концов, он собирался сделать что-то опасное. На этот раз Хуэр вошел в ее сны, чтобы спросить: «Госпожа. Сейчас у Хуэра есть более сильные способности восприятия. Может, вы хотели бы посмотреть на что-то, что вам интересно?»

«Да.» Хуэр правда имел какое-то отношение к её предыдущим снам! Бай Сянсю всегда чувствовала, что эти сны немного странные. Но на этот раз она смогла добровольно войти в сон. Так, она стала свидетелем мести Лун Хэна. Но если бы она знала, что это будет такая кровавая сцена, она никогда бы не согласилась на это смотреть!

Лун Хэн, казалось, вошел в комнату, наполненную ароматом духов и пудры. Она увидела, как человек внезапно выпрыгнул из постели. Он не был одет должным образом, что позволило Бай Сянсю увидеть его прекрасное, соблазнительное тело. Я не думала, что этот второстепенный мужской персонаж такой превосходный. По крайней мере, с точки зрения его фигуры.

«Почему ты здесь?» Дуань Юньинь выглядел так, будто пытался нащупать свою одежду, но, вероятно, в то же время искал выход.

«У паразита были свойства афродизиака. Поскольку я своей кровью вылечил ее от паразита, ты, должно быть, пострадал от токсинов. Я знал, что найду тебя слабым и истощенным именно в таком месте.» Каждый дюйм тела Лун Хэна источал ауру грозного генерала. В тот момент он был сравни богу убийства и воплощением самого дьявола.

Сердце Бай Сянсю разогналось, когда она увидела Лун Хэна таким. Её полностью очаровало его превосходство. Такие люди должно быть существуют только в кино! Тем не менее ей посчастливилось заполучить такого мужчину! Почему это так её взволновало? Бай Сянсю почти закричала от возбуждения: «Это мой парень! Нет… Это мой муж!»

К сожалению, мой муж тоже убивает.

«Лун Хэн! Чего ты хочешь от меня?» После двух дней бесконечного секса ноги Дуань Юньиня стали мягкими и шаткими. Он знал, что убежать будет непросто.

«Твою жизнь.»

Что за черт? Почему так мало слов? Муж, разве ты не можешь рассказать ему, почему ты хочешь его убить? К сожалению, расширенного монолога так и не получилось. Лун Хэн немедленно бросился к Дуань Юньиню с оружием в руке.

Лун Хэн был намного сильнее Дуань Юньиня, поэтому для него не заняло много времени оставить на его левой руке огромную рану. Дуань Юньинь нахмурился и крикнул: «Лун Хэн! Ты должен знать последствия моего убийства! Ты действительно хочешь развязать войну, когда только недавно был заключен мир? Будет ли твой хозяин по-прежнему доверять такой собаке, как ты? Aххх!!» Дуань Юньинь закричал, когда на его левой руке появилась еще одна рана.

Дуань Юньинь стиснул зубы. «Лун Хэн! Ты ненормальный?»

«Они… моё всё. Я не позволю тебе жить после того, как ты нанес им вред. Твою страну…… встретит та же участь, что и тебя.» Лун Хэн был настолько властен, что каждое слово, которое он произносил, казалось, неоднократно повторялось в районе вокруг него.

Дуань Юньинь сразу почувствовал, что что-то не так. Он пришел к мрачному осознанию того, что дурак здесь именно он. Если Лун Хэн станет враждебно относиться к его стране, разве не он станет тем, кто подстрекал его ко всему этому? Чтобы понять насколько все плохо, стоит вспомнить, каким ужасающим был Лун Хэн во время войны. В предыдущей войне Лун Хэн, возглавлявший только свою армию, проложил путь почти до дверей их столицы. Если бы переговоры о мире не привели к скорейшему завершению боевых действий, их нация, возможно, уже была бы стерта с карты.

Дуань Юньинь пришел в ужас. Лун Хэн действительно самый большой враг в его жизни. Он стиснул зубы и достал скрытое оружие, которое ранее спрятал рядом с кроватью, и бросил его в Лун Хэна, собрав все силы.

«Осторожно! Осторожно, Ваше Высочество!» — Бай Сянсю закричала во сне. Ее ладони вспотели от волнения. Сяо Ши подпрыгнула, испугавшись внезапного крика, и быстро подбежала, чтобы проверить состояние своей хозяйки. Но, похоже, кроме того что Бай Сянсю немного вспотела, все было в порядке.

Сяо Ши быстро достала носовой платок, чтобы вытереть пот Бай Сянсю, и всю ночь оставалась рядом с хозяйкой. Бай Сянсю застряла во сне, который теперь превратился в кошмар. Она своими глазами видела, как Лун Хэн убил второстепенного мужского персонажа. Да, убийство Дуань Юньиня лучше всего описывало слово бойня. Когда Лун Хэн закончил, он бросил труп на улицы, чтобы его разорвали собаки. Это было так ужасно, что на следующий день многим людям из толпы приснились кошмары.

Проснувшись, Бай Сянсю была покрыта холодным потом. Но по какой-то причине она не чувствовала никакого презрения к Лун Хэну за его поступок. Напротив, она даже чувствовала себя счастливой, что Лун Хэн так отомстил за неё.

Разве это не слишком извращенно? Такие мысли полностью разрушат мой нежный, добрый и внимательный образ! Собственно, ее мысли не повлияли бы на мнение о ней. Она осталась наложницей, которая очень нравилась Старой мадам и слугам. Оберегать её от разных проблем сейчас было приоритетом номер один, ведь она беременна.

Старая мадам уже рассматривала Бай Сянсю, как настоящую невестку. Она даже взяла её с собой на весенний банкет, потому что она была слишком депрессивной, оставаясь дома. Ее сын слишком перестарался. Он почти вызвал выкидыш, просто проведя с ней день! Теперь, в его свободное время, она хотела, чтобы ее сын составлял компанию другим женщинам и держался подальше от Бай Сянсю и ее старшего внука.

Весенний банкет в этом году состоялся в усадьбе Принца Ронга. Прибыла даже мадам Лин, которая до этого избегала публичных появлений. Тем не менее, её все ещё сторонились. На самом деле, не многие люди были готовы даже просто поговорить с ней.

С другой стороны, Бай Сянсю неожиданно приняли в обществе. По прибытии, мадам Сун немедленно отвела ее в сторону, чтобы задать всевозможные вопросы. Когда остальные увидели, что они знакомы друг с другом, они мгновенно поняли, что именно Бай Сянсю тогда раздала всем маленькие растения. Несколько других мадам тогда подошли к Бай Сянсю, чтобы познакомиться и что-то спросить. Поскольку она была беременна, Бай Сянсю выглядела настолько хрупкой, что казалось будто даже легкий ветерок мог заставить ей упасть. Все нервно вспотели, как только увидели ее ближе. Многим было трудно просить что-то от человека, который казался таким хрупким. Однако они не думали, что она согласится на каждую сделанную просьбу. Она была удивительно проста.

Ее хрупкая внешность в сочетании с откровенной личностью сделали ее очень популярной среди толпы. Мадам Сун тоже обожала ее. Совсем недавно она заметила чувства своего сына к Бай Сянсю. Было просто бесполезно скрывать от нее такие вещи. Жаль, что она уже замужем за Принцем Ли. Я даже слышала, что она беременна. Мы больше не сможем принять ее, даже если я попытаюсь привести ее в семью. Ну, всё равно у моего сына не должно быть проблем с поиском прекрасной жены. Однако, на самом деле, нелегко найти послушную жену, которая также была бы хорошим поваром! Я так хочу, чтобы она была моей невесткой! Ммм как ужасно!

Старая мадам была подавлена. Мадам Сун так страстно смотрела на её невестку, что ее глаза были практически прикованы к Бай Сянсю. Она прекрасно понимала, что мадам Сун облюбовала наложницу её сына. Несмотря на то, что Бай Сянсю только наложница, она все еще женщина Лун Хэна. Старая мадам не могла не почувствовать недовольства, когда кто-то думал о Бай Сянсю. Более того, все ценили её как воздух. Несмотря на то, что Сун Цзяоюэ проходил мимо нее много раз, его взгляд был приклеен к Бай Сянсю. К счастью, урожденная Бай, казалось, хорошо знала свое место. Она почти не смотрела по сторонам и не делала каких-либо неправильных зрительных контактов с другими.

Старая мадам была очень довольна поведением Бай Сянсю. Как раз, когда она хотела расслабиться, через двери прорвался ее сын. Очевидно, он был здесь не для прогулки или осмотра цветов, а из-за беспокойства по поводу состояния наложницы Бай. Почему он так беспокоится о ней? Как она может быть в опасности, если она со мной?

Но когда она увидела, как мадам Сун взяла за руку Бай Сянсю, Старая мадам сразу поняла, что ее сын должно быть знает что-то, что ей не известно. Вот почему он так осторожничал. Однако она потеряла дар речи, когда увидела, как мадам Сун смотрит на Бай Сянсю. Это было сравни тому, что она смотрит на редкий и отличный деликатес. Понимая, что вот-вот начнется банкет, Старая мадам уведомила Бай Сянсю. «Мама позже подаст тебе немного еды. Здесь есть блюда, которые ты не сможешь есть.»

«Я понимаю, Старая мадам.» Зачем все эти трудности? Я уже знаю, что могу есть, а что нет.

«Что такое? Есть еда, которую вам нельзя?» — спросила мадам Сун, улыбаясь.

«Конечно. Сейчас у нее большой список запретов. Любая пища, которая может усилить кровоток или еда с излишком инь в природе, запрещена.» Старая мадам прикрыла рот платком и радостно улыбнулась. Ее улыбка была такой широкой, что даже морщины на лбу, казалось, стали глубже.

Хотя говорили, что публичное объявление трехмесячной беременности приносит несчастье, каждая леди за столом четко поняла действия Старой мадам. Они все сразу поздравили Бай Сянсю, от чего она сильно смутилась. Таким образом, банкет начался в радостном настроении. Однако никто не заметил намерения убийства, скрытые глубоко в глазах Мадам Лин. Удивительно, но она неплохо сдерживалась, чтобы оставаться спокойной. Ее приоритет сейчас состоял в том, чтобы искупить хорошее имя ее семьи, так что сейчас она немного страдала.

Несмотря на то, что утренний токсикоз Бай Сянсю был уже не такой сильной помехой, как раньше, она пока оставалась чувствительной ко всем видам ароматов. Она почувствовала себя плохо после нескольких кусочков еды. Поручив кого-нибудь уведомить Старую мадам, супруга Ронга отправила своих слуг сопроводить Бай Сянсю с банкета на отдых.

Она едва ли отдохнула более пяти минут в соседнем павильоне, прежде чем к ней подошла служанка с письмом. Бай Сянсю была озадачена. Зачем кому-то посылать мне письмо в поместье Принца Ронга?

Может это… Сун Цзяоюэ?

Невозможно. Этот человек всегда соблюдает рамки приличия. Он никак не мог сделать что-то подобное. Она открыла письмо, чтобы взглянуть. «Мадам Сюй. Увидимся в последнем саду Принца Ронга. У меня есть к вам вопрос.»

Письмо отправила…. Лин Цяньцзы!

Главная героиня. Почему она внезапно вернулась? Разве она уже не сбежала с Ло Юньчжэнем? Я не должна с ней встречаться. В последний раз, когда я это сделала, она почти вызвала выкидыш. Только идиотка захочет встретиться с ней снова. Поэтому, она отдала письмо Сяо Ши и сделала вид, будто ничего не получала.

Посланница осталась недовольной, когда увидела, что сделала Бай Сянсю. Немного поразмыслив, она заговорила: «Эта дама очень жалкая. Вы не встретитесь с ней?»

Значит поведение белого лотоса Лин Цяньцзи не использовалось исключительно на главном герое и второстепенных мужских персонажах. Она явно пускала его в ход и для других второстепенных персонажей.

«Её состояние меня не волнует.» В последнее время характер Бай Сянсю стал очень плохим. Почему, черт возьми, ей бояться этих скромных слуг, когда она осмеливается говорить с самим Принцем Ли?

Слуги из поместья Принца Ронга тихо отступили, не осмеливаясь давить в этом вопросе. Они ушли и сообщили жалкой женщине, что Бай Сянсю не собиралась с ней встречаться. Однако они не предвидели, что жалкая леди взбеситься после того, как услышит ответ. Она начала плакать: «Хорошо… очень хорошо. Она смеет так ко мне относиться? Хорошо… Они убили его. Я должна отомстить… должна…»

Лин Цяньцзи сошла с ума. Она ворвалась в зону отдыха Бай Сянсю, чтобы лично встретиться с этой наложницей. Бай Сянсю уже закончила рвать и собиралась вернуться в усадьбу. Однако внезапно появилась Лин Цяньцзи и начала её обвинять. Её голос окрасила необузданная ярость, когда Лин Цяньцзи закричала: «Бай Сянсю! Почему ты боишься меня видеть? Ты шлюха! Это твоя вина! Он пришел, чтобы найти тебя, но вы оба убили его!»

«Убили? Кого?» В голову сразу пришло убийство Дуань Юньиня. На самом деле она видела эту ужасную сцену своими глазами. Когда те картинки начали расти в ее воспоминаниях, ей снова захотелось блевать. Она прижала ладонь к губам, пытаясь остановить спазмы.

Лин Цяньцзи продолжала: «Тебе не нужно давить на жалость. Позови этого убийцу по имени Лун Хэн! Разве любить тебя такой грех, что он оправдывает убийство?»

«Что? Бларххх…» В этот момент Бай Сянсю по-настоящему вырвало. Хотя, по ее мнению, это произошло из-за ее отвращения к Лин Цяньцзы. Твою мать. Ее мозг совсем засох или как? Когда этот человек говорил, что любит меня? И почему она думает, что Лун Хэн убил его именно по этой причине? У тебя дыра в мозге? Как тебе удается придумывать такие абсурдные вещи?

Старая мадам и другие дамы уже закончили есть и отправились в павильон. Они болтали, когда шли, и вдруг увидели как Лин Цяньцзи кричит на Бай Сянсю. Бай Сянсю держалась руками за грудь с бледным цветом лица.

Бай Сянсю и Лин Цяньцзы сейчас были как две разные стороны света по их внешнему виду. Бай Сянсю выглядела нежной и жалкой, одетая в простую, но элегантную одежду. Что касается старшей дочери семьи Лин, она теперь выглядела так, будто сошла с ума. Ее волосы были грязными и взъерошенными, а цвет лица казался бледным, как у призрака. Даже ее шелковисто-гладкое, прекрасное лицо теперь по краям выглядело немного грубо.

Мадам Лин была опустошена, когда увидела состояние дочери. Она тут же подбежала к ней и крепко обняла. «Моя дочь! Что ты пережила, что так выглядишь? Мне больно тебя такой видеть!»

К сожалению, Лин Цяньцзи оттолкнула свою мать и сказала: «Не мешай мне. Я хочу отомстить за него.»

«Этот человек мертв? Он заслуживает своей смерти!» — выдохнула мадам Лин. Он осмелился похитить её дочь. Небеса оказались справедливыми.

«Нет. Не за него. Это Дуань Юньинь. Лун Хэн убил Дуань Юньиня. Он…»

«Закрой рот!» Мадам Лин быстро прервала свою дочь. Поскольку Дуань Юньинь был её учителем, она, естественно, знала, кто он. Она также знала, что у них завязались двусмысленные отношения, но почему ее дочь говорит об этом перед множеством людей? Неужели ее репутация больше не важна для нее? Более того, почему этого человека внезапно убили? Что происходит?

Старая мадам схватилась за лоб, когда прозвучал её, почти могильный, голос: «Следите за своими словами, мисс Лин.» Она пыталась размазать доброе имя поместья Принца Ли?

Ее слова послужили напоминанием для Бай Сянсю. Почему она вдруг внезапно обрела нового поклонника? Если это распространится, разве она не окажется там же, где и главная героиня?

Она не хотела, чтобы ее называли женщиной другого мужчины, поэтому сразу же опустила голову и заплакала. «Эта наложница видела сэра Дуаня только когда сопровождала Его Высочество на виллу Красного Клена. Мисс Лин, почему вы хотите меня оклеветать?» У нее не было выбора, кроме как перенаправить внимание на Лин Цяньцзи, чтобы избежать подозрений.

«Если ты ему не нравилась… Тогда почему он…» игнорировал меня? Лин Цяньцзи каким-то образом удалось проглотить свои слова, прежде чем они принесли ей проблемы. Невзирая на это, она продолжила: «Тогда почему он смотрел на тебя во время моей свадьбы?»

Бай Сянсю почувствовала, как ее мозг сжимается. Затем она осторожно ответила: «А на кого он должен был смотреть?»

Лин Цяньцзи оказалась в затруднении, когда услышала этот беспристрастный ответ. Она взглянула на Бай Сянсю практически полностью красными глазами, как будто её сильно оскорбили.

Хотя роман снова и снова упоминал, что ты любишь всех и каждого, разве твое сердце не слишком велико для всех этих мужчин? Почему ты вернулась мстить за Дуань Юньиня, если уже сбежала с Лo Юньчжэном?

Лин Цяньцзи сложила руки в кулаки. Она проигнорировала свою мать, которая изо всех сил старалась убрать после дочери. Затем она взволнованно заорала: «Тебе может всё равно на него, но кому-то другому нет! Лун Хэн — маньяк-убийца!»

«Что? Я не знал, что убийство вражеского шпиона делает меня маньяком-убийцей. Может, у мисс Лин с ним были какие-то особые отношения?» Никто не знал когда точно прибыл Лун Хэн. Выйдя вперед, он указал истинную личность Дуань Юньиня голосом, который мог заморозить магму. Министр Лин, прибежавший после того, как услышал о волнениях, был потрясен всеми откровениями. Если этот человек, Дуань, действительно шпион из вражеской нации, тогда Лин Цяньцзи практически единолично уничтожила всю семью Лин.

Он сразу же поднялся к Лин Цяньцзи без тени сомнения, и тяжело хлопнул ее по щеке. Её развернуло от силы пощечины. «Слуги, уведите юную мисс домой дожидаться ее свадьбы.»

Министр Лин решил в последний раз отпустить Лин Цяньцзи, но никак не ожидал, что она вернется с намерением отомстить за врага нации. Министру Лину было настолько больно, что ему казалось, будто у него кровоточит сердце.

Лин Цяньцзи не была дурочкой. Она сразу поняла серьезность ситуации и позволила себе увести. Бай Сянсю тоже понимала, что должна держать рот на замке. Теперь пришло время спрятаться. Лун Хэн повернулся к министру Лину и спросил: «Министр Лин, мне интересно, какое отношение имеет усадьба Лин к Дуань Юньиню?»

«Никакого. Совсем никакого…»

«Это к лучшему, потому что я собираюсь сообщить об этом инциденте императору. Шпион вражеской нации проник в нашу страну, чтобы убить важных чиновников. Насколько нам известно, министр Лин, вы тоже могли стать одной из его целей. Когда Его Величество спросит об этом, я надеюсь, вы сможете раскрыть все, что знаете.»

«Почему Ваше Высочество уверен, что Дуань Юньинь — шпион?»

«Естественно, у меня есть необходимые доказательства.»

Мистер Лин промок от холодного пота. Вернувшись домой, он немедленно дал мадам Лин две жестких пощечины. Его жена и дочь действительно были искусны в причинении ему неприятностей. Они почти принесли ему гибель и позор! Он не мог позволить им запятнать его имя. Поэтому, послал кого-то, чтобы узнать мнение Цзи Чжаншу о его дочери и спросить, не хочет ли он жениться на ней.

Цзи Чжаншу был более чем готов. В конце концов, он давно влюбился в свою младшую кузину. Несмотря на то, что вокруг нее ходило много плохих слухов, он твердо верил, что это просто слухи. Его двоюродная сестра никак не могла быть такой ветреной женщиной. Он обрадовался возможности принять ее руку в браке. Не имеет значения, насколько сильно его семья не одобряла его решение.

Цзи Чжаншу подготовил всё к браку с Лин Цяньцзи уже через полмесяца. Лин Цяньцзи хотела устроить драку, но не имела права даже думать об этом. Ей оставалось только смирно выйти за него замуж, хотя и неохотно. Удивительно, но церемония прошла гладко. На ее свадьбе не было никаких волнений. Вместо этого какой-то пьяный человек пришел к Бай Сянсю.

Мужчина сел на стул после того, как заставил Сяо Ши потерять сознание, стукнув по ее точкам акупунктуры. Он продолжал пить, когда плакал. «Скольких мужчин может любить женщина? Я так много сделал для нее, но она думает лишь о других мужчинах. Она даже сказала мне, что отец ее ребенка другой мужчина.»

«Э-э… Ло Юньчжэн, почему ты пришел ко мне рассказывать о своих проблемах?» Он даже выбрал подходящее время, чтобы прийти в мою спальню, когда Лун Хэна нет рядом.

«Я просто подумал, что, поскольку ты близка с ней, ты можешь знать ее мысли.»

Бай Сянсю почувствовала, что у него нет намерений убивать её. Итак, она успокоилась и подошла ближе. Лаская свой животик, она села и ответила. «Я совсем не близка с ней. Но разве это не просто расставание? Неужели стоит из-за этого быть настолько опустошенным, чтобы прийти плакаться ко мне?»

«Расставание?»

«Да. Разве… вы еще не расстались?»

«Ха-ха! Наверное, это правда!» Что еще мог делать мужчина после расставания, кроме как пить? Ло Юньчжэн был абсолютно пьян и начал рассказывать о своих прошлых путешествиях с мисс Лин. Бай Сянсю уже знала об этом, так как читала роман, и теперь снова слушала ту же историю. Ее терпение было на грани.

Рядом с комнатой, Лун Хэн так нервничал, что его ладони покрыл холодный пот. Он боялся, что его внезапное появление может спровоцировать Ло Юньчжэна сделать что-то, что навредит Бай Сянсю. Она уже на том этапе, когда на животе появилась небольшая выпуклость. Его ребенок медленно рос внутри нее. Ло Юньчжэн должно быть сумасшедший! Зачем он все время приходит сюда плакаться о своих пьяных печалях?

На полпути его рассказа Ло Юньчжэн вдруг пьяно икнул и упал на пол с громким стуком. Лун Хэн быстро ворвался в комнату и увидел, что Бай Сянсю смотрит на Ло Юньчжэна. «С тобой все в порядке?»

Бай Сянсю кивнула головой. Лун Хэн закричал: «Слуги! Закройте его в темнице!»

«Понял.» Затем вышел скрытый охранник и унес Ло Юньчжэна.

Бай Сянсю встала и спросила: «Вы были снаружи все это время?»

«Я просто беспокоился о тебе. Я сразу заметил, когда он вошел. Сюй, что-то скоро произойдет. Я назначу нескольких скрытых телохранителей защищать тебя. Ты должна быть осторожней. Поняла?»

«Что вы имеете в виду под этим?» Бай Сянсю могла сказать, что должно произойти что-то большое. Она с любопытством посмотрела на Лун Хэна. Неудивительно, что в последнее время он так скрытен. Может, это… «Неужели вражеская нация пытается обвинить вас в убийстве Дуань Юньиня?»

Интуиция женщины часто оказывалась очень точной в таких вещах.

«Это не проблема, потому что они мне не ровня. Просто мне придется вернуться на поле битвы.»

«Вернуться на… поле битвы?» Эта сюжетная точка, безусловно, немного переместилась. Он должен убить меня, прежде чем вернется в бой? Почему он так быстро возвращается на поле битвы?

«Не волнуйся. Это произойдет не так скоро. По крайней мере, пока ты не родишь нашего ребенка.» Ты издеваешься надо мной? После рождения ребенка я должна вернуться в современную эпоху! Если ты уйдешь на войну, кто позаботится о ребенке? Сознание Бай Сянсю начали наполнять всевозможные осложнения. Когда она усердно размышляла о своих проблемах, кто-то внезапно обнял ее.

«Не переусердствуй. Тебе сейчас нужно отдохнуть.»

«Но… вам не нужно меня обнимать, верно?»

«Ты будешь… в порядке, если мы…?»

«Д-да…» Бай Сянсю сначала хотела отказаться от его приглашения, но решила проявить немного больше понимания, ведь Лун Хэн вскоре вернется на поле битвы. Однако этот момент привел к ее падению. Лун Хэн говорил о будущем. Он не имел в виду, что завтра отправится в бой. С другой стороны он был гораздо менее груб с ней, и они делали это, по крайней мере, один раз в день.

Что касается Ло Юньчжэна, его пытали снова и снова в подземной камере, но в конечном итоге освободили. Лун Хэн не хотел прикасаться к головам до войны. В противном случае он столкнулся бы с проблемами и внутри и снаружи.

Сейчас император показывал намного больше лояльности к усадьбе Принца Ли. В конце концов, это было только для того, чтобы задобрить его генерала, чтобы он мог сражаться с душевным спокойствием! Хотя Лун Хэн технически был тем, кто убил их принца, единственным человеком, который мог иметь дело с армией вражеской нации, был он. И, как посмела вражеская нация отправить шпиона в его страну! Какая наглость. К счастью, шпион не обратил внимания на дворец, ведь у королевской семьи нет такого же иммунитета к ядам, как у Лун Хэна.

Из-за страха перед таким развитием, император поручил Лун Хэну задание, раскрыть всех вражеских шпионов, особенно внутри дворца. Всех пронзила тревога. Это война без явных её признаков. У императора не было выбора, кроме как признать, что он не знал, кому еще может доверять, кроме Лун Хэна. Таким образом, Лун Хэн начал чистку в суде и дворце. Месяцы проходили в один миг.

Выпуклость на животе Бай Сянсю увеличилась до такой степени, что начала препятствовать ее обычным движениям. Старая мадам была так счастлива, что ее брови исчезали в волосах каждый день от постоянной улыбки. Просто каждый день она посещала Бай Сянсю, чтобы увидеть ее еще не родившегося внука. Она приходила настолько часто, что Бай Сянсю начала волноваться.

Нужно понимать, что в течение такого периода времени старые мадам семей не часто посещают наложниц. Тем не менее, Старая мадам приходила только, чтобы увидеть своего внука, поэтому Бай Сянсю ничего не могла поделать. Более того, Старая мадам не молодела и ей оставалось не так много времени, как бы ей хотелось.

Ну, она может приходить когда захочет. Мне все равно нечего скрывать. Проводив Старую мадам, Бай Сянсю начала осторожно ласкать свой живот. В последние дни он такой беспокойный. Каждый раз я чувствую, как он пинается и толкается внутри.

Лун Хэн сказал, что он прирожденный генерал. И что станет учить его боевым искусствам от рождения.

Он уже планирует мучить моего сына, хотя он даже ещё не родился. Бай Сянсю мягко вздохнула. Как ей оставить всё это, если каждый день она сталкивается с новыми проблемами? Она беспокоилась о своем ребенке. Хотя пол все еще оставался неизвестным, она не могла не жалеть его. Ее ребенок останется без матери сразу после рождения. Будет ли он страдать? Что, если его мачеха окажется расчетливой сукой? Что, если она накормит его ядом и превратит в калеку? Или даже убьет, пока он не вырос? Так много вещей могут пойти плохим путем!

«О чем ты думаешь?»

«Обещай мне, что не женишься на другой женщине. Хорошо?» — смущенно сказала Бай Сянсю, обернувшись и потянув Лун Хэна за воротник.

Лун Хэн заметил, что её что-то очень беспокоит. Он крепко сжал ее руки и приложил все усилия, чтобы успокоить. «Конечно. Я не буду жениться на другой женщине. Не волнуйся.»

«Ты так легко дал обещание. Ты должно быть солгал! Ты снова женишься, и та злая женщина будет жестоко обращаться с моим сыном, потому что он от наложницы и, следовательно, всегда будет на ступень ниже её собственных детей.» Эта проблема в последнее время поедала ум Бай Сянсю. Однако она подавляла эти мысли, потому что к её ребенку никогда не относились, как к ребенку наложницы. Тем не менее, она все равно немного волновалась, поэтому и высказалась.

Лун Хэн погладил ее тревожное маленькое лицо и сказал: «Этого не произойдет. Я выброшу их вон, если они посмеют даже попытаться. Не волнуйся, никто не навредит нашему ребенку.»

Услышав его слова, Бай Сянсю явно успокоилась. Тем не менее, её продолжало грызть чувство вины за то, что она хотела вернуться домой и оставить Лун Хэна одного. Она некоторое время колебалась и продолжила: «Лун Хэн, я позволю тебе жениться на другой женщине, но можешь ли ты найти добрую и нежную? Такую, чтобы никогда не навредила нашему ребенку? И обращай внимание на то, что происходит дома. Не погружайся в работу и не позволяй кому-нибудь воспитывать нашего ребенка.»

«Сюй, что случилось?» Почему это звучит так, будто это ее последние слова? У Лун Хэна появилось очень плохое предчувствие. Он внезапно обнял Бай Сянсю и погладил ее голову. «Прекрати. Не нужно думать о таких глупостях.»

Бай Сянсю кивнула головой. Как я могу избавиться от таких мыслей? Вскоре она почувствовала дискомфорт в животе. Она погладила его и сказала: «Он снова начал толкаться.»

Лун Хэн тоже ласково погладил ее живот, но Бай Сянсю отреагировала болезненно. Она немного отогнула спину и начала стонать от боли.

«Сюй…..»

«Больно.»

Заметив, что что-то не так, Лун Хэн немедленно взял ее на руки и пустился бежать. «Позовите повитуху! Поторопитесь! Не стойте, как истуканы!» Не имело значения на сколько она была занята, вызов повитухи определенно был правильным решением. Удивительно, но инстинкты Лун Хэна сработали очень хорошо. Повитуха сразу узнала признаки того, что у Бай Сянсю начались роды. Вся усадьба мгновенно погрузилась в хаос. Старая мадам и Лун Хэн потели ведрами от волнения.

«Хэн не волнуйся. Каждая женщина должна пройти через такое испытание…»

«Аааа! Больно…!!»

«Каждая женщина?» Это был настоящий крик ужаса, не так ли? Люди издают такие звуки, когда их убивают.

«Д-да!» Старая мадам утешила Лун Хэн и попросила присесть. Тем не менее, она ясно видела, как на его лбу выскочили вены. Было очевидно, что он нервничал.

Через некоторое время Бай Сянсю перестала кричать. В конце концов, родовые боли обычно возникали пульсирующими волнами. Она не невыносимая все время.

Но Лун Хэн этого не знал. В разгар момента он сказал: «Почему она перестала кричать? Нужно послать кого-нибудь, посмотреть.»

«Ты думаешь, боль постоянная? Если бы это было так, разве все женщины не умерли бы от боли? Сядь. Не стоит так нервничать.»

«Правда?»

«Да.»

Лун Хэн присел лишь на мгновение, прежде чем снова вскочил на ноги из-за возобновленного крика. Внезапно одна из повитух вышла из комнаты. Он тут же спросил: «Как обстоят дела?»

«Мадам Сюй измучена. Я хочу взять несколько кусочков женьшеня.»

«Какие кусочки женьшеня? Берите целый.»

«Да, да.» Как хозяйка должна прожевать целый женьшень? И все же у нее не было выбора, кроме как следовать указаниям Принца. Бай Сянсю вскоре безмолвно кусала целый женьшень, как собака палку. Вот это да. Разве он не слишком хорошо помог? Тем не менее, весь женьшень оказался неожиданно эффективным.

Всё хорошо. По крайней мере, я могу выпить хоть немного сока женьшеня. Учитывая обстоятельства, он на удивление хорошо пошел. Единственное, на что она жаловалась, — это вкус женьшеня.

Поскольку с раннего утра она страдала от проблем с рождением ребенка, к ночи Бай Сянсю исчерпала всю свою энергию. Когда она собиралась подумать о своих посмертных словах, ребенок, который причинил ей столько страданий, наконец родился.

Ей казалось, что все ее тело стало светлее, а душа вернулась в современный мир. Казалось, что ее несут к машине скорой помощи, сотрудники из клуба садоводства и пытаются объяснить санитару, что произошло. Что за?! Я не упала в обморок, потому что смотрела на свой телефон! Я профессиональный работник, ясно? Я даже не смотрю на телефон, когда работаю!

Санитар еще добавил: «Современным молодым людям их телефоны важнее, чем собственные жизни.»

«Я упала в обморок, не от того, что смотрела на телефон! Ясно?» — крикнула Бай Сянсю из ниоткуда. Все были поражены её внезапным криком. Затем санитар сказал: «Пациентка пришла в сознание. Сообщите больнице по неотложной помощи.»

Внезапно ее сознание привлек звук плача ребенка. Бай Сянсю глубоко вздохнула и медленно открыла глаза. Почему все окружили ее? Почему Лун Хэн тоже здесь?

«Сюй, проснись… Пожалуйста, проснись…» Лун Хэн почувствовал, как все его тело стало холодным. Вернулось плохое предчувствие, которое он испытал раньше. Бай Сянсю перестала дышать сразу после рождения ребенка. Заметив это, повитухи были потрясены до смерти. Не обращая внимания на высказывание о том, что мужчинам не следует заходить в родильную комнату, он сразу же помчался к Бай Сянсю. Неужели я вижу её в последний раз?

Когда он взглянул на Бай Сянсю, чей цвет лица был бледным, как стена, его разум остановился. Он встал на колени и взял её за руку, надеясь, что это всего лишь сон.

Врач пытался делать иглоукалывание дико дрожащими руками. Он знал, что все, что он сейчас делает, уже напрасно. Ее дыхание уже покинуло ее тело. Внезапно ребенок начал громко кричать, несмотря на то, что не издал ни звука, даже когда родился. Его плач перетащил мысли и души всех присутствующих в реальность, включая его мать.

Движение руки Бай Сянсю вырвало Лун Хэна из его оцепенения. Он тут же крепко сжал ее руку и отчаянно сказал: «Сюй… Сюй! Ты проснулась?!»

«Ауч! Кто колет меня иголкой?» Почему мне кажется, что в меня воткнули иглы по всему лицу и руке?

«Доктор. Быстро вытащите иглы.»

«Понял.» Доктор дрожал с ног до головы, убирая иголки. Как она могла вернуться к жизни, когда перестала дышать? Он никогда раньше такого не видел.

«Сюй, ты чувствуешь где-то дискомфорт? Доктор. Проверьте ее тело, чтобы узнать, нужно ли ей выписать какие-либо лекарства.» Лун Хэн плакал от радости. Он был так тронут, что его руки дрожали.

Бай Сянсю была полностью истощена. Она даже не знала, перестала ли она дышать или нет. Она могла только задуматься. «Мое дитя. Я хочу увидеть его. Это мальчик или девочка?»

«Это мальчик.» Лун Хэн нетерпеливо махнул рукой, чтобы позвать повитуху. Бай Сянсю хватило лишь взгляда, чтобы понять что-то важное. Лицо ребенка было невероятно честным и чистым! Он делил с матерью так много черт! Это было почти так, как будто он копия своей матери.

Поскольку у неё привлекательное лицо, если у мужчины будет такое же, как у нее… Бай Сянсю могла только тихо оплакивать будущих молодых леди из столицы.

«Мы так похожи…» Она откинулась назад, произнеся только одно предложение.

«Сюй. Сюй!» Лун Хэн был в ужасе. Он подумал, что она снова в опасности и немедленно заставил врача проверить пульс.

После тщательного осмотра, доктор сказал: «Мадам Сюй просто измучена и уснула. Всё будет в порядке.»

«Тогда быстро назначьте какое-нибудь лекарство, чтобы помочь ей оправиться.»

«Ваше Высочество, может, вы хотите покинуть комнату? Нам ещё нужно убрать.»

«Это… Хорошо!» Он нерешительно вышел из комнаты, потому что казалось, что они действительно не смогли бы закончить процесс уборки в его присутствии.

Бай Сянсю потребовалось около трех дней, чтобы полностью проснуться. Ей готовили специальную еду. Лун Хэн навещал её всякий раз, когда у него было свободное время. Несмотря на то, что он говорил не много, Бай Сянсю понимала, что его что-то беспокоит.

«Ты… выходишь на битву?» Несмотря на то, что она ни разу не выходила из своей комнаты, она знала, что вражеская нация делает свой ход. Похоже, их армии начали наступление. Она могла это сказать, просто взглянув на выражение Старой мадам. Затем она посмотрела на Хуэра. Назначенный день почти наступил.

Она собиралась уйти до того, как наступит полнолуние её сына.

Что она должна делать?

Лун Хэн и Старая мадам ничего ей не рассказали, потому что не хотели, чтобы она беспокоилась. Было бы неправильно, если бы она отказалась от их добрых намерений, поэтому тоже не рыдала и не плакала. Она не хотела, чтобы они волновались. Ее храбрость не осталась незамеченной. Лун Хэн гладил ее голову и сказал: «Тебе не нужно волноваться. Со мной всё будет в порядке.»

«М-м.» Почему у тебя должны быть проблемы, если ты главный герой? Нет, она беспокоилась о будущем отца и сына без нее.

«Я уже выгнал двух других наложниц из усадьбы. С этого момента тебе не о чем беспокоиться. Просто жди меня и я вернусь домой. Я вернусь минимум через несколько месяцев. Максимум, через год.»

«Ты….»

Дорогой, ты думаешь, что ты бог войны? Это война, а не игра в футбол. Как она может закончиться так быстро? Разве не должно пройти два-три года?

«Если моей жене будет сильно меня не хватать, я приложу еще больше усилий, как твой муж.»

«Не нужно. Это и так достаточно быстро для меня.»

Даже великий и могучий Лун Хэн теперь был человеком с большим количеством привязанностей. Он не хотел оставлять сына и жену. Так вот что значит быть героем. Неудивительно, что подчиненные с женами и детьми всегда по-идиотски улыбаются, когда смотрят на вещи из дома на поле битвы. Должно быть, эти вещи напоминают им о прекрасных днях, которые они проводили со своими семьями.

Лун Хэн был невероятно занят в следующие пару дней, но печаль в его сердце не ослабла. Бай Сянсю хотела попрощаться с ним, но у них просто не хватило времени. Их беседы, казалось, не имели конца, когда они встречались, что заставляло Бай Сянсю на мгновение забыть, что она скоро уйдет.

Лун Хэн отправился за десять дней до празднования полнолуния сына.

Снаружи в гармоничной симфонии взрывались фейерверки, но Бай Сянсю могла только терпеть, тихо всхлипывая в своей комнате, держа сына, Лун Лина, на руках. Она даже не смогла проводить Лун Хэна. Горечь в ее сердце была невыносимой; казалось, что кто-то пытается вырвать ее душу.

Наконец, наступил день празднования полнолуния ее сына. Гости быстро переполняли усадьбу. Несмотря на то, что она была матерью, ее статус по-прежнему оставался наложницей. Таким образом, для нее было неприемлемо приветствовать гостей. Она оставалась в своей комнате, глядя на Хуэра. Она поднесла к нему руки, но не осмелилась прикоснуться.

Осталось всего несколько дней. Я должна уйти или остаться?

Внезапно в комнату ворвалась Сяо Ши с радостью на лице.

«Мадам Сюй! Отличные новости, замечательные новости! Император издал указ о назначении нашего молодого мастера как наследника Его Высочества! Говорят, что Его Высочество лично просил об этом Его Величество, прежде чем уйти. Он должно быть и правда очень любит молодого принца!»

Сына наложницы назначили наследником? Разве тогда он не станет принцем в будущем? Разве это не доказательство того, что Лин поднимется, как если бы он был сыном официальной жены? Несмотря на то, что ей должно было стать спокойней, она теперь еще больше не хотела уходить.

«Мадам Сюй, вы не счастливы?»

«Конечно, счастлива!» Но счастье было причиной, почему она чувствовала себя такой расстроенной. Сяо Ши нашла это немного странным. Почему у неё грустное лицо, если она действительно счастлива? Она не могла понять проблемы своей хозяйки, но искренне верила, что молодой мастер был благословлен. Несмотря на то, что он рожден от наложницы, у него теперь есть статус, который не сможет принизить даже официальная жена.

Четырнадцатое июля почти наступило. Бай Сянсю проводила большую часть своих дней с рассеянным сознанием. Старая мадам и слуги считали, что она просто скучает за Принцем. В конце концов, он не отправил ни единого слова с того дня, как ушел на войну.

Но они ничего не могли с этим поделать. Здесь нет технологий обмена мгновенными сообщениями, как в наше время. Бай Сянсю не винила его. Она просто не знала, что ей делать, стоит ли ей уйти или остаться.

Время продолжало бежать вперед, несмотря на ее противоречивые чувства. В одно мгновение уже наступил день фестиваля Призраков. Она взяла Хуэра с собой, чтобы попрощаться с сыном, оделась в красивое платье и отправилась в Зимний сад. Это было место, куда она пришла, а также будет место, откуда она уйдет.

Как могла Бай Сянсю оставаться в хорошем настроении, когда поняла, что больше никогда не увидит Лун Хэна и Лина, если вернется домой? И все же она очень скучала по своей семье из современного мира.

Поставив Хуэра на стол, она наклонилась и уставилась на него. «А мы можем заглянуть в будущее, чтобы увидеть, что произойдет здесь после того, как я вернусь в современный мир?»

Хуэр ответил: «Госпожа, я могу попробовать.» Хуэр уже вырос в относительно большой кактус. На вершине было четыре листовых почки, что делало его удивительно симпатичным.

Затем Бай Сянсю закрыла глаза, чтобы спокойно заснуть. Она надеялась, что она и Хуэр действительно смогут увидеть будущее.

Удивительно, но ей на самом деле начал об этом сниться сон. Ей приснилось, как ее тело нашла Сяо Ши, и, как всю усадьбу охватил хаос. Сяо Лин плакал сильнее всего. Никто не знал, было ли это из-за того, что он понимал, что его мать ушла, или из-за тревожной атмосферы, но его плач никогда не останавливался.

Старая мадам наняла бесчисленных врачей, чтобы осмотрели его, но никто из них не смог его вылечить. В конце концов, утверждение о том, что мать и ребенок связаны сердцем, истинно.

Несмотря на хаос в усадьбе, Старая мадам решила сохранить всё в тайне от Лун Хэна. Тем не менее, он начал подозревать что-то, когда Бай Сянсю не написала ему ни одного письма за долгое время. Он послал гонца Старой мадам и попросил, чтобы Бай Сянсю написала ему. Он опять ничего не получил. Поэтому отправил одного из своих людей обратно в столицу для расследования, который принес ему новость о смерти Бай Сянсю. Ее смерть сильно на него повлияла. Он не сосредоточился во время битвы с врагом и был ранен мечом в грудь. Он продолжал бормотать имя Бай Сянсю, когда упал на колени. В конечном счете, он был убит врагом, даже не приняв сражение. Его глаза переполняла невообразимая скорбь без желания жить.

«Нет! Почему это происходит? Я не хочу этого…» Бай Сянсю не могла больше смотреть. Сон оказался слишком реалистичным. Последствия ее смерти казались еще более ужасными, чем она себе представляла. Как и предполагал ее сон, отец и сын, вероятно, сильно пострадают!

Нет! Я абсолютно не хочу, чтобы это произошло! Бай Сянсю проснулась, не колеблясь. Решив не возвращаться в современный мир, она легла на стол и плакала. Она была сильно расстроена.

К тому времени, когда Сяо Ши и остальные нашли ее, её глаза распухли от слез. Она выглядела так, словно собиралась упасть в обморок от грусти. Увидев ее, все почувствовали, как их сердца разрываются. Мадам Сюй, должно быть думает о Его Высочестве. Иначе, зачем она пришла в такое место, где никого нет, чтобы поплакать? Должно быть, она не хочет, чтобы другие видели её слез.

Бай Сянсю уже осознала, что ее личность не просто второстепенный женский персонаж. В конце концов, ее должны были убить задолго до отъезда Лун Хэна на войну. Она решила, что пришло время подумать о будущем. Поскольку она больше не знала, как сюжет будет двигаться дальше, ей оставалось только попытаться сослаться на некоторые из сюжетных точек, которые она помнила из романа.

Один из пунктов сюжета упоминал, как Лун Хэн встретился с сильным врагом на поле битвы. Он оставался в ловушке в течение очень долгого времени и сумел убежать только с помощью главной героини. Что касается того, как ей удалось помочь ему, в сюжете не упоминалось. Но так как линия сюжета отклонилась до такой степени, была также вероятность, что с ним ничего не случится.

Утешив Бай Сянсю в меру своих способностей, слуги сопроводили ее обратно в сад Абрикосов, взяв с собой Хуэра. Несмотря на то, что этот вопрос решился спокойно, Старая мадам ещё больше повысила и так высокую оценку Бай Сянсю. В конце концов, разве другие не станут болтать всякое, если увидят, как Бай Сянсю открыто плачет, потому что скучает по мужу? Но она решила поплакать втайне. Если бы слуги её не нашли поздно вечером, никто бы не знал, что она тайно плачет от печали.

Эта ситуация заставила Старую мадам вспоминать о своем муже. Тогда она тоже втайне плакала, потому что ей приходилось нести вес семьи на своих плечах. Ее положение в то время не было похоже на ситуацию Бай Сянсю. Бай Сянсю может и выглядит слабой, но между ними есть некоторое сходство.

Несмотря на то, что слухи об этом в конце концов распространились на улицу, все хвалили Бай Сянсю, за то, что она такая скромная и добропорядочная наложница. Она скучала по мужу, но оставляла это в тайне. По крайней мере, это то, что прошло через ум Сун Цзяоюэ. Теперь, когда у Лун Хэна появился прекрасный сын, семья Сун Цзяоюэ начала организовывать для него браки. Тем не менее, он отвергал их все, не задумываясь.

У него все еще было чувство вины и сожаление по поводу Бай Сянсю. Его решение в прошлом привело ее к такой жизни. Несмотря на то, что она могла казаться благословенной, Сун Цзяоюэ ощущал утрату, которую никто никогда не поймет.

Внезапно появились новости, что Лун Хэн и имперский офицер Принц Ронг оказались в ловушке в Спокойном Городе. Враг использовал какую-то странную тактику, через которую они не могут прорваться, поэтому им пришлось скрыться в городе и попытаться придумать план. Сун Цзяоюэ не просто беспокоился за своего друга; он волновался о Бай Сянсю. Если что-нибудь случится с Лун Хэном, Бай Сянсю, со своим слабым и нежным телом, не сможет справиться с болью.

Усадьба Принца Ли тоже получила эту новость. Известия явно потрясли Старую мадам и она почти упала в обморок. Бай Сянсю была шокирована. Она знала, что что-то случится, но никогда не ожидала, что всё будет так серьезно. Ловушка в городе. Любой, кто смотрел телевизионные шоу, знает, насколько это серьезно. Если они останутся в ловушке больше чем на пол года, они будут в опасности из-за нехватки пищи и воды.

Даже Бай Сянсю была ошеломлена, услышав эту новость, не говоря уже о Старой мадам. Вся усадьба Принца Ли помрачнела от беспокойства. Бай Сянсю пронизывала тревога, но её утешал Лин. Как главной героине удалось помочь Лун Хэну? Почему я не прочитала роман до конца? Это бы так меня спасло.

Хотя все беспокоились, никакой дополнительной информации не поступало. К счастью, Сун Цзяоюэ выбрал подходящий момент для визита. Наконец он собрался с мужеством, чтобы втайне её навестить. Он знал достаточно, чтобы не пройти через главную дверь. Если бы он это сделал, ему бы никогда не удалось её увидеть.

Бедной Сяо Ши снова не повезло, но на этот раз она была не одна. К ней присоединилась повитуха. Они обе рухнули на пол. С другой стороны, Бай Сянсю уже привыкла видеть такое и уклончиво его поприветствовала: «Сэр Сун. Почему вы пришли? Что-то… случилось с Лун Хэном?» Ее прекрасные глаза уже начали приобретать малиновый оттенок.

«Нет. Я здесь просто, чтобы… увидеть вас.» Сун Цзяоюэ на мгновение запаниковал, прежде чем быстро объясниться. «Вам не нужно слишком беспокоиться. Просто враг придумал странную стратегию, из-за которой он еще не смог вырваться. Раньше мы никогда не видели что-то вроде цепных лошадей, поэтому мы все пытаемся придумать способы справиться с этим.»

«Подождите. Вы что-то сказали о лошадях?»

«Цепные лошади.»

«Это как?»

«Видимо, там есть кавалерийский отряд с лошадьми, которые связаны металлической цепью. Сквозь них не могут проникнуть лезвия и пики, от чего строй остается непобедимым.»

«Почему это звучит так знакомо? Где я слышала об этом раньше?» Бай Сянсю уже слышала такое. На самом деле она, казалось, даже знала, как сломать это.

«Ты знаешь, как сломать этот строй?» Эти слова произнес не Сун Цзяоюэ, а совсем другой человек. Его голос был очень знакомым. Бай Сянсю подняла голову и увидела сидящего напротив нее мужчину. Никто не знал, когда он появился. На нем был белый халат с серебряным головным убором, от чего он казался очень красивым. Он выглядел почти как лунное божество, поэтому было трудно смотреть прямо на него.

«Юй Куан? Зачем ты пришел?» Заметив, что Сун Цзяоюэ собрался атаковать, Бай Сянсю быстро попыталась вовлечь Юй Куана в разговор, чтобы показать, что они знают друг друга и что он не враг.

«Я слышал, что твой муж скоро умрет и пришел спросить, не хочешь ли ты уйти со мной. Я помогу тебе воспитать ребенка.» Юй Куан был так же прост, как всегда. Вероятно, он единственный мужчина в мире, который мог произнести такие слова совершенно невозмутимым тоном.

«Бесстыдный кретин! Убирайся отсюда!» Как мог Сун Цзяоюэ спокойно смотреть, как этот мужчина оскорбляет Бай Сянсю? Но когда он собирался совершить свой ход и атаковать, Юй Куан внезапно возразил: «Только не смей говорить, что ты не думаешь о том же!»

Лицо Сун Цзяоюэ превратилось в свеклу. Эта идея когда-то проходила через его разум, но осталась очень глубоко. Он не осмелился продолжить размышлять о такой возможности.

«Вы двое, перестаньте ссориться! Вы разбудите моего сына.» Бай Сянсю положила малыша в колыбель и продолжила. «Лун Хэн будет в порядке. Я вытяну его оттуда.»

«Что? Вы собираетесь его спасти?» Сун Цзяоюэ чрезвычайно удивился ее словам.

Бай Сянсю кивнула. «Я верю, что знаю, как пробить цепной строй лошадей, но мне нужно увидеть всё собственными глаза, чтобы понять это наверняка. Ничего не поделаешь, если я не смогу победить их, но, несмотря на это, у меня будет шанс спасти Принца Ронга и Лун Хэна.»

«Я не могу позволить вам сделать это. Это слишком опасно. Почему бы вам не рассказать мне этот способ, и я помогу вам…» Сун Цзяойэ замолк, когда понял, что он не достаточно опытный в военных делах, чтобы прокрасться мимо армии, которая окружала Спокойный город. Место тщательно охраняется, а городские стены слишком высокие.

Быть главной героиней не так просто, как казалось. Бай Сянсю не знала, что делать. Даже выскочить из поместья было проблемой само по себе, не говоря уже о попытке спасти мужа.

«Юй Куан. Я, кажись, припоминаю, что ты мне должен услугу, не так ли?»

«Всё верно.»

«Тогда помоги мне покинуть усадьбу и сопроводи в Спокойный город.»

«Хорошо.»

«Я не могу этого допустить.» Сун Цзяоюэ стукнул ногой по полу.

«Подожди. Мне нужно немного подготовиться.» Бай Сянсю проигнорировала его слова. Сейчас не время быть легкомысленной. С тех пор, как она пришла в этот мир, она сдерживала себя, сохраняя все свои настоящие мысли и чувства в себе. Теперь, когда ее муж в опасности, как она может продолжать стоять и ждать, пока что-то случится? Так бы было только в том случае, если бы она была холодной или бессердечной, или если бы вообще не любила Лун Хэна. Но не подходит ни то, ни другое. Итак, она сразу же упаковала вещи в маленькую сумку, пока двое мужчин впивались взглядом друг в друга. Затем она немного погладила сына и быстро написала письмо, чтобы сказать, что она отправилась искать Лун Хэна. Даже если Старая мадам станет её упрекать, она не изменит свое решение.

Сун Цзяоюэ был чрезвычайно впечатлен, когда увидел, насколько решительной оказалась Бай Сянсю. Однако он все равно продолжал отговаривать ее. «Боюсь, вы не сможете войти в Спокойный город. А даже если вы каким-то образом найдете способ, то не сможете связаться с Лун Хэном. Так что…»

«Я не могу больше сидеть и ждать. Я хочу увидеть всё своими глазами, несмотря ни на что.» Бай Сянсю посмотрела Сун Цзяоюэ прямо в глаза, чтобы ещё раз продемонстрировать свою решимость.

Сун Цзяоюэ стиснул зубы. Похоже, он правда не сможет отговорить Бай Сянсю. У него не оставалось выбора, кроме как назвать условие, чтобы отпустить ее. «Вы можете отправиться в Спокойный город, но я настаиваю, что пойду с вами. И мы должны взять с собой ещё одну женщину.»

Бай Сянсю не ожидала, что он будет таким внимательным. Она быстро кивнула головой и сказала: «Хорошо.»

«К тому же нам не нужно уходить так срочно. Выйдем завтра утром. Я буду ждать вас снаружи.» Высказав свое мнение, он взглянул на Лун Лина. Маленький мальчик просто был слишком похожим на Бай Сянсю. Он не мог оторвать от него глаз.

Бай Сянсю сразу поняла смысл его слов. Он хотел, чтобы она провела еще одну ночь с сыном. Бай Сянсю почувствовала, как ее сердце смягчилось, когда она посмотрела на лицо сына, поэтому кивнула. «Тогда выйдем завтра. Юй Куан, ты не против?»

«Я согласен. Буду ждать тебя снаружи завтра утром.»

Юй Куан не любил навязываться. Несмотря на то, что ему нравилась Бай Сянсю, он не сходил по ней сума, как Сун Цзяоюэ. На самом деле, это была просто затяжная привязанность. Однако в его теле прорастали теплые чувства, похожие на родство. Это чувство, вероятно, более постоянное, чем любовь. Вот почему он реагировал немного более равнодушно. От этого их отношения казались похожими на старых друзей или старую пару.

Выйдя из поместья вместе с Юй Куаном, Сун Цзяоюэ подумал, что глава Альянса Юй найдет себе место для отдыха. Тем не менее, Юй Куан проследовал за ним всю дорогу в Поместье Сун. Сун Цзяоюэ скрестил брови: «Что это значит?»

Юй Куан ответил абсолютно прямолинейно. «Поскольку завтра мы вместе отправимся в путь, позволь мне остаться на ночь.»

Сун Цзяоюэ открыл рот, как будто собирался что-то сказать, но в конечном итоге решил, что нет необходимости отправлять Юй Куана прочь. Итак, слуги устроили для Юй Куана комнату, а Ю Сэ помогла хозяину собрать свои вещи.

Недопустимо, чтобы двое взрослых мужчин отправились в путешествие с женщиной. Более того, Бай Сянсю сбегала с поместья, поэтому не могла никого с собой взять. Поэтому, он принял решение пригласить Ю Сэ. Она умная, проницательная женщина, которая как никто другой подходила для того, чтобы позаботиться о Бай Сянсю в дороге. Все провели ночь, готовясь к предстоящему путешествию. Бай Сянсю упаковала много вещей, особенно денег, так как у нее было время подготовиться. В конце концов, как человек может отправиться в путешествие без денег?

Так как Лун Хэн был совсем неромантичным человеком, она часто получала деньги вместо подарков, когда он хотел что-то ей подарить. Бай Сянсю не особо хорошо разбиралась в вещах древних времен. Если кто-то говорил, что их подарок дорогой, и Бай Сянсю он нравился, она в конечном итоге его носила. Но на самом деле таких вещей было не много. Поэтому, через некоторое время ей удалось сэкономить довольно много денег. Бай Сянсю передала Лун Лина Сяо Ши и повитухе после того, как они проснулись. Она также рассказала Сяо Ши о своем намерении ускользнуть из поместья.

Сяо Ши была рядом с ней с тех пор, как она попала в этот мир. Бай Сянсю доверяла ей больше, чем кому-либо другому. «Как вы можете, мадам Сюй? Женщина не должна ехать в такое место!»

«У Его Высочества есть друг, который должен ему услугу. Этот человек согласился сопроводить меня. Он также позаботится о безопасности Принца и хочет найти способ спасти его.»

«Н-но ваша репутация, вероятно, будет…»

«Какая польза от моей репутации, если с Принцем что-нибудь случится?»

«Мадам Сюй! Почему тогда вы не хотите взять Сяо Ши с собой?»

«Ни за что. Я беспокоюсь о Сяо Лине. Ты должна остаться и позаботиться о нем пока меня не будет.»

«Но ведь есть Старая мадам…»

«В последнее время Старая мадам сильно волнуется за Принца, поэтому она, возможно, не сможет позаботиться о Сяо Лине так как нужно.»

«Но….»

«Достаточно, но. Сяо Ши, ты единственная, кому я доверяю так как себе в этой усадьбе. Позаботься о Сяо Лине ради меня, хорошо? Ох, и о Хуэре.»

«Эта служанка всё поняла.»

Бай Сянсю слегка погладила Сяо Ши по голове. Она искренне чувствовала, что Сяо Ши повзрослела в последнее время. Бай Сянсю всю ночь упаковывала сумку, после чего написала письмо. Она написала его самыми сердечными словами, которые только могла придумать. Надеясь, что Старая мадам не выгонит ее из дома, когда она вернется.

Она много размышляла о строе цепных лошадей. В конце концов она вспомнила кое-что из рассказа под названием Речное Прибережье, одной из четырех знаменитых историй Китая. В этой книге было похожее название. Она считала, что оно называется строем связанных лошадей. Его нелегко сломать, но ей нужно увидеть всё своими глазами, чтобы убедиться наверняка.

На следующее утро она попыталась использовать старый метод, чтобы выскочить из поместья. Однако вскоре поняла, что овощной торговец больше не Сан Сиер. Корзина на повозке нового торговца была такой маленькой, что, она вероятно, не поместилась бы внутри.

Эта сделал Сун Цзяоюэ? Невозможно! Я ничего ему не сказала о Сан Сиере. Кроме того, он сам сказал мне выйти из усадьбы старым методом. Что мне теперь делать? Как мне ускользнуть? Пока она с досадой смотрела на свое непредвиденное препятствие, кто-то постучал Бай Сянсю по плечу. Она в испуге вскочила. Боясь, что другие заметят, Бай Сянсю быстро закрыла рот рукой. Обернувшись, она обнаружила, что за ней стоит Сяо Хуан. «Почему ты здесь?» И почему у тебя странная сумка на плече?

«Я хочу пойти с вами.»

«Пойти куда?» Бай Сянсю притворилась, что не поняла.

«Эта служанка слышала ваш вчерашний разговор с Сяо Ши. Сяо Хуан обязана вам своей жизнью и должна следовать за вами, куда бы вы ни пошли.»

«Э-э… Даже так, нам сейчас никак не улизнуть!»

«Эта покорная служанка знает способ, но…»

«Какой способ? Подойдет, что угодно, лишь бы мы смогли покинуть это место!» Я думаю, было бы неплохо взять с собой Сяо Хуан. В конце концов, разве они не сказали, что нужно взять с собой ещё одну женщину?

Сначала Сяо Хуан казалась нерешительной, но все равно прокладывала путь по нескольким небольшим дорожкам и переулкам, пока они, наконец, не вышли в безлюдное место. Затем она указала на угол стены. В древние времена большинство стен были сделаны из грязи, но не в усадьбе Принца Ли. Стены здесь из камня. Стена прямо перед ней, казалось, стояла тут ещё до постройки усадьбы. Под старой грязевой стеной красовалась небольшая дыра.

Бай Сянсю немного онемела, увидев дыру. Она посмотрела на Сяо Хуан и сказала: «Мы правда сможем выйти через эту дыру?» Она просто выглядит очень маленькой.

«Отверстие на самом деле довольно глубокое. Мой младший брат часто пролазит через неё, когда приносит фрукты.» Сяо Хуан почти сразу пожалела о сказанном. «Мадам Сюй, только не рассказывайте никому об этом, хорошо? Иначе вашу покорную служанку сильно накажут.»

«Я никому не скажу.» Без особого выбора Бай Сянсю оставалось только проигнорировать грязь в дыре и проползти на четвереньках. Она не думала, что это получится, но яма в конечном счете углубилась, как и сказала Сяо Хуан. Теперь ей нужно было немного наклониться, пока она не добралась до другой стороны. Пока она ползла, Бай Сянсю заметила что-то неладное. Почему на противоположной стороне оказалась чья-то обувь?

Бай Сянсю медленно подняла голову и увидела пару ярких глаз, глядящих на нее. Она слегка покашляла и сказала: «Сэр Сун, почему вы здесь?»

Бай Сянсю всегда была богиней в сердце Сун Цзяоюэ. Он решил подождать ее у заднего входа, потому что немного волновался. Однако, услышав ее голос за стеной, он остановился и начал наблюдать. Как и ожидалось, она действительно вылезла из ямы с запачканным грязью лицом. Он счел это настолько забавным, что не смог удержаться от желания смеяться.

«Вы можете прекратить смеяться надо мной? Быстрее, подтяните меня.» Бай Сянсю добралась до пыльной руки Сун Цзяоюэ. Смирившись со своей судьбой и приглушив смех, он быстро вытащил ее из ямы.

Бай Сянсю тоже покраснела. Красивый и яркий второстепенный мужской персонаж увидел ее в таком недостойном состоянии! Она очень смутилась. Она обернулась и потянулась дальше, чтобы вытащить Сяо Хуан. «Ее зовут Сяо Хуан. Она поедет со мной.»

«Ох?» Мы можем ей доверять? Подождите, эти ожоги на лбу… Неужели она та служанка, которую Бай Сянсю спасла из огня?

Она не выглядит подозрительно, но по первому впечатлению этот ребенок очень неуклюжий. Интересно, сможет ли она позаботиться о потребностях Бай Сянсю. Повезло, что я взял с собой Ю Сэ. Всё должно быть в порядке.

Они втроем вскоре пришли к подготовленному заранее конному экипажу. Коляска была большой, но не бросалась в глаза. Бай Сянсю и Сяо Хуан вошли в экипаж, и обнаружили внутри ещё одного человека. Это не кто иная, как Ю Сэ. «Ю Сэ, это ты! Я не думала, что ты тоже поедешь.»

«Да, мадам Сюй. Пожалуйста, садитесь.» Будучи разумным человеком, Ю Сэ быстро помогла Бай Сянсю присесть. На данный момент неважно, испытывает ли она чувства к сэру Суну или нет. Ю Сэ решила, что ей нужно хорошо позаботиться о Бай Сянсю. В конце концов, эта мадам тот человек, которого сэр Сун по-настоящему любит.

Ещё один человек вскоре сел на переднюю часть кареты сразу после того, как женщины заняли свои места. Бай Сянсю поняла, что это Юй Куан. Ей чрезвычайно повезло, что глава Альянса Юй добровольно отправился с ней в такое место. Тем не менее, Бай Сянсю беспокоилась о том, что довольно сильно его затрудняет своей просьбой. Разве у всех мужчин не много дел? У главы Альянса Юй их, вероятно, даже больше чем у остальных. Я должна спросить его об этом позже. Конная карета начала двигаться, когда её затянули собсвенные мысли.

В карете были всевозможные удобства, начиная от еды и напитков и заканчивая вещами, которые могли помочь им скоротать время. Это было очень продумано со стороны Сун Цзяоюэ. Он даже полностью подготовил все необходимое для ночовки на открытом воздухе.

Они направились в округ Шу, и только за тем поедут в Спокойный город. По пути Сун Цзяоюэ кое-что понял. Поскольку вражеская нация всегда была известна своими навыками использования паразитов и ядов, было невозможно предугадать, что они придумают такой мощный строй. То, что в ловушку заманили только Лун Хэна должно быть потому, что он такой грозный генерал.

Бай Сянсю никогда не выходила на улицы, с тех пор, как прибыла в эту эпоху. Будучи довольно любопытным существом, она не могла удержаться от осмотра пейзажей. Ради удобства она переоделась в мужскую одежду и села рядом с мужчинами. Если бы кто-нибудь на них взглянул, они увидели бы только трех очень красивых парней.

Однако Бай Сянсю была слишком привлекательной. Когда люди ее замечали, им было все равно кто она на самом деле, мужчина или женщина. Но она этого не замечала, увлекшись разглядыванием древних улиц. Однако внезапно возникла проблема, поэтому она закрыла грудь и быстро убежала внутрь. Не зная причины ее внезапного ухода, Сун Цзяоюэ спросил: «Что случилось?»

«Ничего. Кха-кха. Я просто захотела отдохнуть.» Вот черт. Это плохо… Бай Сянсю немного запаниковала. По её одежде потекло грудное молоко. Нужно было лучше подумать головой прежде, чем переодеваться в мужчину. Повязка на груди оказалась слишком плотной.

«Что случилось? Ваша грудь…» — спросила Сяо Хуан сразу после того, как Бай Сянсю вошла в экипаж.

«Чш-ш.»

«…» Так и не поняв, что произошло, Сяо Хуан оставалось лишь замолчать.

Ю Сэ уже имела опыт в таких вещах, поэтому тихо спросила: «Ваша грудь опухла?»

«Да. Помоги мне снять повязку. Это убивает меня.»

«Даже если вы не кормите молодого принца, молоко будет сохраняться в течение некоторого времени.»

«Ммн.» До своего ухода, Лун Хэн помогал ей сцеживать лишнее молоко. После его отъезда она нашла облегчение, выжимая их время от времени. Но во всей сегодняшней суете и спешке она забыла об этом.

Ю Сэ сдерживала смех, помогая ей снять повязки. К счастью, переплет был не слишком тугим, потому что Бай Сянсю собиралась осмотреться совсем немного. Так что снять повязку не заняло много времени, но она была полностью мокрой. «Сделано. А теперь вы должны переодеться в женскую одежду!»

«Хорошо. Сяо Хуан…» Бай Сянсю махнула рукой наружу. Она пыталась сказать Сяо Хуан охранять занавес. Горничная крепко схватила занавески руками, но ни одна из женщин не знала, что их слова на самом деле были услышаны. Несмотря на то, что женщины считали, что говорят спокойно и сдержанно, эксперты по боевым искусствам снаружи слышали их громко, как среди бела дня.

Лицо Сун Цзяоюэ загорелось. Юй Куан, который молчал на протяжении всего путешествия, вдруг сказал: «Нелегко быть женщиной.»

«Верно.» Продолжая движение двое мужчин снова замолчали, чтобы скрыть рябь в их сердцах. Однако впереди их ждала ещё очень длинная дорога. В древние времена не существовало быстрых транспортных средств, поэтому им оставалось продолжать движение по ночам. Они отдыхали под прикрытием ночного неба. К счастью, погода стояла не слишком холодная, поэтому палатки и кареты было более чем достаточно.

Сун Цзяоюэ думал, что первой сдастся Бай Сянсю. В конце концов, она недавно родила ребенка. Ее нежная и хрупкая внешность тоже не сильно спасала ее от этого образа. Но неожиданно, он не услышал от неё ни одного слова жалобы. Она выдержала трехдневное ухабистое и неудобное путешествие. Даже Ю Сэ уже много раз рвала, потому что не могла привыкнуть к еде.

Бай Сянсю не чувствовала слабости. На самом деле она казалась очень взволнованной. Она даже помогала мужчинам носить вещи. Ее состояние казалось почти противоположным слабой девушке. Откуда Сун Цзяоюэ мог знать, что Бай Сянсю рассматривала эту поездку как обычное путешествие? Она часто бывала в дороге, поэтому ее мозг не воспринимал такое возбужденное состояние. Более того, из-за того, что ее разум по-прежнему беспокоился по поводу Лун Хэна, у нее не было времени страдать и болеть. Она боялась, что не сможет добраться до Спокойного города, если поддастся отрицательным чувствам. Если такое произойдет, путешествие окажется напрасным.

Ей придется спасать Лун Хэна. Она определенно обеспечит его безопасность, так как решила остаться, независимо от сюжета. В конце концов, она кое-что знала о вражеской нации из романа. Например, она знала, что военный советник противника — лекарь. У него даже были особые отношения с Яйей. Император врага — упрямый и строптивый. Им нужно только однажды победить его, чтобы навсегда убрать с дороги. Но к чему все эти знания? Они не имеют никакого отношения к спасению Лун Хэна.

Путешествие продолжалось еще три дня, прежде чем они наконец прибыли в округ Шу. Это было не очень безопасное место, расположенное на границе страны. Бай Сянсю и остальные женщины переоделись в мужскую одежду, потому что бандиты могли попытаться похитить их во время беспорядков и конфликтов. Двое мужчин способны за себя постоять, но им так же нужно тщательно охранять женщин.

«Почему это место такое проблемное?» Я понимаю, что оно находится на границе, но разве это не слишком?

«Вы знаете, как Лун Хэн получил позицию Принца Ли?» Сун Цзяоюэ сидел за поводьями. Поскольку улицы были наполнены люди, ему приходилось прилагать большие усилия, чтобы безопасно перемещаться по дорогам.

«Нет. Как?»

«Он никогда не проигрывал битву. Его репутация в приграничных городах намного выше, чем в столице.»

«И какое это имеет отношение к беспорядкам в этом месте?»

«На здешних людей легко влияют события на границе. Поскольку Лун Хэн попал в ловушку, они, вероятно, опасаются, что эта земля уже не в безопасности!»

«Понятно.» Она никогда не думала, что действия Лун Хэна заденут так много людей. Многие пытались сбежать со своими женами и детьми на руках, что и объясняло этот хаос.

После бережного продвижения они, наконец, вышли из города. В конце концов, у них не было выбора. Это место слишком опасное. Однако сразу после того, как они покинули городские ворота, позади них раздался голос. «Стойте! Оставьте все свои вещи и женщин! Если будут попытки сопротивляться, мы с братьями вас не пощадим!»

Губы Бай Сянсю дернулись. Мы что, наткнулись бандитов?

В отличие от Ю Сэ и Сяо Хуан, Бай Сянсю не смутилась. В конце концов, она уже видела, как мужчины сражались в этом мире. Она прекрасно знала, что двое мужчин снаружи не сидели там просто для шоу. Бандиты были обречены с самого начала. Тем не менее, Бай Сянсю не смогла удержаться от удивления, когда отодвинула занавески, чтобы взглянуть на улицу. Они бандиты или беженцы? Они вооружены лишь сельскохозяйственными орудиями, такими как мотыги и серпы. Более того, их одежда вся оборвана и в ужасном состоянии. Они выглядят очень жалкими.

Сун Цзяоюэ, который, как и Бай Сянсю, привык к богатству и процветанию столицы, с сомнением спросил. «Вы… бандиты?»

Просто они выглядели слишком несчастно. Если бы они были нормальными бандитами, он бы уже их избил. Но он не мог возложить руку на людей, которые выглядели настолько жалкими. Однако, Юй Куан понимал трудности, с которыми столкнулись эти граждане. Он только сказал: «Бегите, если хотите жить. Не меняйте свою жизнь на что-то столь незначительное, как деньги.»

Бандиты не стали медлить. Экипажи проезжали здесь довольно редко. Более того, эта карета казалась наполненной богатствами. Без каких-либо бесполезных разговоров они начали атаку.

Сун Цзяоюэ и Юй Куан были обеспокоены их действиями. Они бы не смутились, если бы на них напали эксперты по боевым искусствам, но многие из бандитов не имели в них ни малейшего понятия. К счастью, некоторые знали хоть какие-то основы. Поэтому, Сун Цзяоюэ и Юй Куан атаковали именно их.

Может, из-за беспорядков или из-за того, что вокруг летало оружие, лошади сильно испугались. В одно мгновение они пустились в безумный галоп.

«Ах…» — пронзительно закричала Ю Сэ. Кошка показалась из мешка.

«Там есть женщина! Остановите лошадей. Быстро!» Бандиты обезумели, когда услышали женский голос. Они сразу же нацелились на женщин, игнорируя деньги. Сун Цзяоюэ пробил холодный пот. Неужели эти мужчина сходят с ума из-за женщин? Будет плохо, если Бай Сянсю и другие двое попадут в их руки.

Поскольку они заехали глубоко в джунгли, дороги были ухабистыми и неровными, из-за чего Бай Сянсю выпала с кареты на полпути во время безумного галопа. К счастью, она приземлилась на участок бесплодного пастбища, поэтому не получила тяжелых травм. Тем не менее, она ударилась о землю с достаточной силой, чтобы остаться ошеломленной. Боясь, что она, возможно, сильно травмировалась, Бай Сянсю проверила руки и ноги в надежде, что ничего не сломала. В этот момент она услышала шаги в стороне. Она отказалась от любых планов двигаться, не говоря уже о том, чтобы встать. Она осталась лежать, не двинувшись ни на дюйм.

«Посмотрите. Вы думаете, это женщина?»

«Но он в мужской одежде.»

«Посмотри на талию! Только у женщины может быть такая талия!»

«Она умерла от падения?»

«Это было бы плохо. Очень жаль.»

«Пойди посмотри. Насколько нам известно, мы все равно сможем использовать ее.»

Ты, должно быть, прикалываешься! Я разобью тебе голову, если ты посмеешь ко мне подойти! Бай Сянсю ожесточила свое сердце. Она незаметно взяла в руку толстую ветку и приготовилась поразить любого, кто к ней подойдет.

Через несколько мгновений кто-то действительно приблизился, пытаясь перевернуть ее. Бай Сянсю использовала этот шанс, чтобы быстро вскочить и ударить бандита палкой. «Ты, тупой хулиган! Я забью тебя до смерти!»

Бам! Она ударила мужчину в плечо. Это совсем ему не навредило, так как он привык к ручному труду, но оказалось достаточно, чтобы причинить ему большую боль. На самом деле из его лба даже начал капать холодный пот.

«Подождите минутку! Мисс!» Бай Сянсю уже подняла свою импровизированную дубину, чтобы нанести ему еще несколько ударов. Он так испугался, что свернулся калачиком, чтобы защитить себя. Он кричал внутри. Женщины такие страшные! Я никогда не женюсь!

Заметив, что его друга хотят избить до смерти, другой человек быстро вмешался, подойдя на два шага ближе: «Мисс. Пожалуйста, опустите руку. Мы здесь не со злым умыслом… По-до-ждите! Почему вы меня бьете?»

«Почему бы и нет? Вы грязные, бесполезные бандиты! Я собираюсь забить всех вас до смерти!» Бай Сянсю оказалась в исступлении. Она жестоко избивала всех, кто пытался к ней приблизиться.

Двое бандитов очень испугались. Они никогда не видели такую жестокую даму в своей жизни. Разве женщины из респектабельных семей не слабые существа? Разве они не настолько хрупкие, что их можно победить одним пальцем? Почему эта леди жестокая, как тигрица? Несмотря на то, что она очень красива, в её движениях с палкой не было ни капли сомнения. Если бы они не решили убежать, она бы просто избила их до смерти.

Сун Цзяоюэ и Юй Куан быстро справились со своими противниками и пришли ей на помощь, но стали свидетелями особенно странной сцены. Они остановили экипаж и вынесли двух других женщин, после чего нашли Бай Сянсю. Но, увидели, как она преследует бандитов, избивая их палкой.

У обоих бандитов уже виднелись шишки на головах и они сжимались от ее бесконечных избиений. Убегая, они кричали о пощаде. Сун Цзяоюэ показалось, что в задней части его ума щелкнула струна. Он впервые увидел Бай Сянсю такой. Это не та мягкая и слабая Бай Сянсю, с которой он был знаком. Нет. На данный момент она вела себя практически, как тигрица.

Она выступила одна против двух, но оба молодых человека убегали, поджав хвосты между ногами. Несмотря на то, что молодые люди не собирались причинять ей вред, у них не было возможности прекратить избиение или вырвать палку из ее рук.

Юй Куан был спокоен. В конце концов, Бай Сянсю никогда не показывалась ему слабой и беспомощной. Две женщины сзади стояли в полном шоке. Они тихо обняли друг друга.

Текущее состояние Бай Сянсю было невероятно пугающим. Сяо Хуан первой пришла в себя и, дрожа, сказала. «У мадам Сюй было такое же выражение, когда она спасла меня из огня.» Она начала вспоминать прошлое, как только закончила говорить. На ее лице появилось большое уважение. Ее хозяйка стала настоящей героиней в её глазах.

«Прекращайте глазеть! У нас есть кого спасать!» Юй Куан уже сделал свой первый шаг вперед, но засомневался, когда услышал, что сказала Сяо Хуан.

«Спасать кого? Бандитов?»

Юй Куан повернул голову и нахмурился. Она думает он глупый или как? Почему он должен спасать бандитов? Но, подумав, он понял, что действительно спасет бандитов, если вмешается.

Сун Цзяоюэ всё ещё был очарован. Ю Сэ тихо позвала его. «Молодой мастер… Молодой мастер… Молодой мастер!» Похоже, это был для него довольно большой удар. Она решила помолчать. В конце концов, было бы очень хорошо, если бы сэр Сун потерял интерес к Бай Сянсю. Но почему-то Ю Сэ почувствовала, что такая Бай Сянсю по-своему симпатична.

Заметив, что бег не спасет их от нынешнего положения, бандиты внезапно упали на землю и опустились на колени. Они умоляли о пощаде. «Мисс… Нет. Моя королева! Пожалуйста, помилуй нас! У нас действительно не было намерений причинять вам вред.»

«Не было намерений причинять мне вред? Тогда что вы имели в виду, когда говорили, что можете использовать меня, хотя я без сознания? Хмм?»

Губы Сун Цзяоюэ дрогнули. Ее выражение. Ее отношение. Разве она не имитирует Лун Хэна? Тем не менее, она правда выглядит очень привлекательно, когда пытается изображать его в такой ситуации. Это… пример супружеской пары, напоминающей друг друга? Такие мысли вызвали приступ боли в его сердце, из-за которого он горько улыбнулся.

Два бандита не заметили ничего плохого в своих словах. «Да! Это правда, что нам нужна была женщина… Ах!» Бандита А сильно ударили палкой. Ему было так больно, что он не посмел больше ничего сказать.

«Мы на самом деле хотели попросить вас о помощи.» Бандит Б наконец-то сказал что-то разумное.

«Помощи? С чем?» Бай Сянсю тоже устала. Она крепко сжала палку руками. Любое внезапное движения, и она снова начнет их избивать.

Сун Цзяоюэ и остальные не хотели беспокоить ее в разгар ярости, поэтому решили не показываться. Они вмешаются, когда ей явно будет угрожать опасность.

«Жена нашего босса рожает, но в деревне совсем не осталось женщин. Сейчас все паникуют. Мисс, вы можете ей помочь?»

«Почему вы раньше об этом не сказали?» Бай Сянсю могла рассказать о боли во время родов. В конце концов, она сама не так давно родила. Она посмотрела на них и сказала: «Ведите.»

«Ма… Мисс Сюй, мы пойдем с вами!» Сун Цзяоюэ и остальные подбежали к ней сзади, оставив бандитов в полном шоке. К слову, они не убежали. Значит, им отчаянно нужно привести с собой женщину, чтобы помочь в критической ситуации!

Вот так, группа последовала за бандитами вплоть до их логова. Здесь были люди, которые предпочли остаться, а не убежать. Немного понаблюдав, они поняли, что мужчины уже отправили свои семьи, но решили остаться, чтобы защитить дом. Если противник нападет, они не позволят врагу легко уничтожить их дома и средства к существованию. В некотором роде, их можно отнести к числу героев за такие действия.

Бай Сянсю осталась под очень большим впечатлением. Но удивилась ещё больше, когда увидела лицо босса. У него было точно такое же чувство. Он быстро подошел к ней и громко упал на колени. «Мадам Сюй. Почему вы здесь?»

«Ты… А Цюань?» Хотя она слышала, что их изгнали в округ Шу, но никак не ожидала, что может их встретить. Особенно в такой ситуации.

«Да, мадам Сюй. Я не ожидал, что у меня будет шанс поблагодарить вас за спасение наших жизней!» А Цюань был немного взволнован. Лишь недавно он узнал, что именно Бай Сянсю организовала все, чтобы спасти их жизнь. Он никогда не ожидал, что снова встретится с ней в округе Шу.

«Забудь о формальностях. Значит, рожает Третья мадам?»

«Да.»

«Как давно это началось?»

«Чуть больше двух часов назад. Здесь нет других женщин, поэтому я единственный, кто был рядом с ней.»

«Показывай путь.»

«Но… С вашим статусом…»

«Мой статус не имеет к этому никакого отношения. Будучи матерью, я больше знаю об этих вещах, чем они. Вы обе тоже идете со мной!» — сказала Бай Сянсю, указывая на Сяо Хуан и Ю Сэ.

А Цюань прекрасно знал, что не может отказаться от ее предложения. Итак, он привел их в комнату, где рожала Цзян Сюэр. Это оказалась простая небольшая хижина из грязи. Когда они вошли, Цзян Сюэр шла, держась за стол. С тех пор, как она собралась родить, в ее комнате никого не было. Ей пришлось быть сильной, ведь в её теле теперь две жизни.

Бай Сянсю очень её зауважала. Она смогла выжить и процветать в таком месте, несмотря на ее богатое прошлое, и оставалась сильной, даже при родах. Я думаю, окружение действительно меняет человека.

«Мадам Сюй… Это правда вы?»

«Мм. Держись за мое плечо.»

«Не нужно. Эта скромная служанка может помочь.» Сяо Хуан быстро подошла к Цзян Сюэр, чтобы поддержать ее. Затем Бай Сянсю вышла на улицу с приказами, которые, как она знала, были необходимы: «Вскипятите немного воды и погрузите ножницы в спирт. Поместите его на огонь, пока они не станут красными. Кроме того, дайте мне что-нибудь питательное. Что-то вроде женьшеня.»

«Женьшень… Откуда у нас что-то подобное?» Человек рядом с А Цюанем нахмурил брови.

«У меня есть немного. Сэр Сун, разве мы не брали в дорогу кусочки женьшеня?»

«Да. Но они в карете. Их люди должно быть уже растащили наш багаж.»

«Растащили», это значит разграбили? А Цюань извинялся.

«Пойдите возьмите немного.» Бай Сянсю не паниковала даже перед лицом такого кризиса. Она была совершенно спокойна, приказывая толпе взрослых мужчин вокруг. Сяо Хуан полностью очаровал доминирующий вид ее хозяйки и теперь она по-настоящему восхищалась ею от всего сердца.

После завершения подготовки Цзян Сюэр поразила еще одна волна боли. Бай Сянсю могла сказать, что была единственной, кто знал, что делать. Она не имела права впадать в панику. Итак, она сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться и научила Цзян Сюэр, как дышать и двигаться, используя метод, который узнала от повитух во время своих родов. Когда боль немного успокоилась, она помогла Цзян Сюэр отвлечься разговором о других вещах, таких как ее жизнь после того, как она покинула поместье.

Цзян Сюэр больше не испытывала столько боли, потому что ей было чем отвлечься. Она поблагодарила Баю Сянсю за их спасение. Но Бай Сянсю не обращала на это слишком много внимания. Все, за чем она следила, это безопасность матери и ребенка.

Цзян Сюэр оставалась в агонии почти полдня, пока не родился ребенок.

«Поздравляю. Это девочка. У неё большие глаза с великолепными ресницами. Она очень красивая.»

«Правда? Мадам Сюй, вы согласитесь стать ее крестной матерью?»

«Конечно.» Бай Сянсю была в восторге от радости. Почти так же, как когда она родила своего ребенка. Слезы потекли по ее щекам, прежде чем она это поняла. После уборки Бай Сянсю почувствовала большую усталость, нежели за целый день в дороге. Однако это хорошая усталость. А Цюань был так тронут, что тотчас же начал рыдать. Несмотря на его мужественную внешность, слезы неудержимо текли по его щекам.

«Мадам Сюй, вы как наша вторая мать. А Цюань будет вам вечно благодарен.» Он сразу же преклонил перед ней колени.

Как человеку с современными ценностями, Бай Сянсю не нравилось, когда другие опускались на колени. Несмотря на то, что она привыкла к этому, пока жила в усадьбе, ей все равно было странно видеть взрослого мужчину на коленях. Она быстро отскочила в сторону и сказала: «Ты должен говорить стоя. Это неуместно.»

А Цюань встал и вытер слезы. Он слышал от Сун Цзяоюэ, что они пытаются добраться до Спокойного Города, чтобы найти Лун Хэна. «Я знаю хорошие дороги, чтобы попасть в Спокойный город. Это всё небольшие проселочные дороги, которые не смогут найти даже вражеские войска. Почему бы вам не позволить мне и моим братьям завтра показать вам дорогу?»

«Это замечательно, но третьей мадам… нет. Твоей жене по-прежнему нужен кто-то, кто будет присматривать за ней. Кто позаботится о ней, если ты уйдешь?»

А Цюань явно волновался. Вся гора была заполнена мужчинами, поэтому действительно не нашлось бы подходящего кандидата, который мог бы присмотреть за его женой. Подумав, Бай Сянсю добавила: «Почему бы нам не оставить Ю Сэ и Сяо Хуан, чтобы они позаботились о ней? Сяо Хуан очень быстрая, а у Ю Сэ пищевое отравление, поэтому ей лучше остаться здесь и отдохнуть.»

А Цюань кивнул, услышав ее предложение. Но Сун Цзяоюэ не согласился. «Разве это уместно? Вам тоже нужен кто-то, чтобы заботиться о вас.»

Бай Сянсю пришла из современного мира. Она всегда была самодостаточной, поэтому никогда не нуждалась в помощи служанки. «Незачем. Я могу сама о себе позаботиться. Более того, это путешествие пронизано опасностью. Привлечение большего количества женщин только усложняет его.»

«Все будет хорошо. Она очень сильная!» Юй Куан поручился за Бай Сянсю. Она показала себя сильной и устойчивой на Горе Белых облаков. Было очевидно, что она не просто ещё одна типичная слабая и хрупкая женщина из богатого домохозяйства.

Несмотря на то, что Сун Цзяоюэ был против, он понял, что это лучший план для продвижения вперед. Все бледнело перед лицом национальной опасности, включая чувства. Так что Сун Цзяоюэ решил подавить всё в глубине души. Когда решение было принято, А Цюань расположил Бай Сянсю в хижину с подогреваемой платформой. В ту ночь она очень хорошо спала. Ее сны были наполнены Лун Хэном; она с нетерпением ждала с ним встречи и молилась о его безопасности. В конце концов, его поймали в ловушку уже около десяти дней назад, поэтому провизия, должно быть, скоро иссякнет!

В течение долгого времени Лун Хэн смотрел на Луну, потому что не мог уснуть. Он обещал Бай Сянсю, что вернется через полгода, но столкнулся с большим кризисом в первой же схватке. Он много думал, как можно противостоять строю лошадей, но это довольно сложно. Он молился, чтобы Бай Сянсю не беспокоилась, потому что на самом деле он не был в опасности, несмотря на мрачность ситуации. Еда не составляла проблем, так как здесь были подземные туннели, через которые поставляли пищу. Все, что ему нужно было сейчас сделать, это найти способ победить цепной строй лошадей. Однако это сложная задача. Он не смог придумать ничего полезного даже после нескольких дней исследований.

Но по какой-то причине у него было ощущение, что Бай Сянсю где-то рядом, и приближалась к нему с каждой минутой. «Сюй…» Он начал улыбаться, поглаживая ароматный мешок, который она ему дала. Работа была не из лучших, но ему все равно нравилось. Он держал его рядом с собой все время.

Находясь всего в десяти милях от них, Бай Сянсю уже видела окраины Спокойного города. Территория противника была прямо перед ним. Раньше вражеская нация фактически завоевала город, но Лун Хэн его вернул. Он столкнулся с цепным строем, когда решил пойти в наступление.

Бай Сянсю и остальные на ночь разбили лагерь. Сун Цзяоюэ решил проникнуть на вражескую территорию и собрать разведданные о строе цепных лошадей.

«Я тоже пойду.» Я хочу сама убедиться, или это тот строй который я часто видела в телевизионных шоу. У Сун Цзяоюэ не было другого выбора, кроме как взять ее с собой. Юй Куан естественно тоже пошел с ними. Среди трех людей, двое обладали образцовыми навыками цинкона. Они по очереди несли Бай Сянсю к окрестностям вражеского лагеря. Были некоторые неприятности, но в итоге они остались в безопасности.

Сун Цзяоюэ сказал: «Мы не можем двигаться дальше. Похоже, там ядовитый туман.»

«Не волнуйся. У меня есть противоядие. Оно обеспечивает иммунитет почти ко всем известным ядам.» Юй Куан достал из бутылочки три таблетки. Затем он сопроводил Бай Сянсю в ядовитый туман, в то время, как Сун Цзяоюэ отправился вперед на разведку. Если противник узнает об их присутствии, у них будет больше времени убежать. О Сун Цзяоюэ беспокоится не стоило, ведь обычные солдаты никогда не смогут остановить его побег. Однако их движения были весьма нетрадиционными. Они пытались пробиться к конюшне вместо главного лагеря.

Конюшню охраняло удивительное количество солдат. Поскольку она была слишком далеко, чтобы что-либо рассмотреть, Сун Цзяоюэ решил проникнуть внутрь, устранив двух охранников, нажав на их точки акупунктуры. Он просигнализировал о том, что двое других могут идти к нему, когда всё прошло гладко. Так они вместе вошли в оружейную. Возможно, они смогут придумать какой-то план, если пристально осмотрят броню и оружие.

Бай Сянсю и Юй Куан сразу заметили доспехи лошадей, когда вошли. Они были полностью изготовлены из металла и казались очень тяжелыми. Между доспехами висела металлическая цепь с обратными шипами. Неудивительно, что формирование было настолько мощным.

Если лошадей забронировали и выстроили в строй, каждый на их пути либо погибнет от столкновения, либо будет растоптан на смерть. Какой ужасный способ убийства. Бай Сянсю задумалась и нахмурилась. Она поняла, что это очень похоже на строй связанных лошадей, тем более, что их ноги броня не защищала. Вероятно, это их ахиллесова пята. Осознав это, на ее лице появилась ухмылка. Её переполняла решимость помочь Лун Хэну победить связной строй лошадей.

Все ещё находясь в своих мыслях, она внезапно услышала волнение снаружи. Один из мужчин сказал: «Лорд-стратег! Что вы здесь делаете так поздно ночью?»

«Это место очень важное. Не позволяйте никому его обнаружить.»

В сопровождении пожилого голоса вошел мужчина и двое его спутников. К счастью, они не заметили, что охранники на улице лежат без сознания.

«Нехорошо.» Сун Цзяоюэ быстро погасил факел и спрятался в темном углу. Юй Куан потащил Бай Сянсю, чтобы спрятаться вместе в другом. Однако они забыли, что стратег тоже был экспертом в боевых искусствах. Несмотря на то, что он не смог заметить присутствие других экспертов, присутствие Бай Сянсю было таким же ясным, как белый днем.

Он сразу заметил ее, когда вошел в комнату. «Кто там?!»

Юй Куан был готов вступить в бой, но Бай Сянсю удержала его. Затем она распустила волосы и немного ослабила одежду. Она медленно вышла и упала на землю с громким звуком. «Пожалуйста, пощадите мою жизнь, сэр! Эта скромная девушка совершила ошибку, войдя сюда! Я просто очень голодна!»

Он обязательно заметит мою внешность, если он тот знаменитый старик. Бай Сянсю не было равных по красоте во всем романе. Она не сомневалась, что он не устоит перед её трюками. Более того, она была уверена, что казалась хрупкой и жалкой, когда испортила свою внешность.

Руки Сун Цзяоюэ дрожали. Что она пытается сделать?

Как и ожидалось, стратег заметил ее исключительную внешность сквозь освещение факелов. Даже грязные волосы и мужская одежда не смогли скрыть ее красоту.

Его любовь к красивым женщинам была одним из его самых больших недостатков. Он мог прогнуться только ради красавиц. Тем не менее, его чувства более походили на признательность и восхищение красотой, а не на обычную похоть. Он пытался наладить с девушками более глубокую связь, и никогда не принуждал, если они отвергали его. Он очень старался удовлетворить их требования и просьбы.

Он посчитал, что женщина перед ним определенно достойна такого отношения. Он сможет умереть без сожалений, если проведет с ней хотя бы ночь. «Ох? Это не хорошо. Мои люди сейчас же принесут тебе что-нибудь поесть.»

«Большое вам спасибо, добрый сэр. А вы не скажите, что это за место? Я не смогла нормально осмотреться, потому что на улице слишком темно.»

«Это военный лагерь. Откуда ты?»

«Я из округа Шу. Военный лагерь…? Подождите, значит… Эта скромная девушка просит милосердия! Я не хотела вас потревожить!» Бай Сянсю упала на колени и начала кричать со слезами на глазах. Ее актерское мастерство поистине стало откровенным для Сун Цзяоюэ и Юй Куана. Какое упущение, что она не актриса. Такой талант! Однако, какова цель всего этого?

Как мог стратег терпеть, когда красавица так рыдает? Он быстро сказал: «Не волнуйся. Здесь нет никого кроме меня. Я обеспечу твою безопасность.»

«Но… Они…» Она жалобно посмотрела на двух охранников позади него.

«Уйдите. Вы оба. И принесите молодой мисс немного еды. Только никому об этом не говорите.» Прятать женщину из вражеской нации в военном лагере не очень хорошая идея.

Сун Цзяоюэ не знал, что сказать. Этот стратег стукнулся головой о стену, когда был ребенком? Зачем он отправил своих телохранителей без тени сомнения после нескольких слов незнакомой девушки? Он оставил себя абсолютно открытым! Теперь появилась возможность его убить! Бай Сянсю не такая простая, как казалось. Она явно пыталась избавить Лун Хэна от сильного врага.

Жаль только, что ей пришлось пожертвовать своим достоинством и сделать что-то подобное. Но не каждая женщина пошла бы на это по такой причине. Ее действия поистине очень похвальные.

Юй Куан — человек из Вулин. Его кровь закипела, когда он увидел такую жертву. Бай Сянсю отбросила все свое достоинство ради большого блага. Я не ожидал меньшего от женщины, которую выбрал Юй Шу. Ее способности не стоит приуменьшать.

Затем Бай Сянсю притворилась, будто упала на колени после того, как телохранители покинули комнату. Стратег немедленно подошел, чтобы помочь ей подняться. Юй Куан и Сун Цзяоюэ были на грани, но оба понимали, что ещё не настало время атаковать. Он слишком близко к Бай Сянсю.

Поднявшись, Бай Сянсю беспрестанно благодарила своего спасителя. Она пошла в угол, села и испуганно спросила: «Что это за место?»

«Оружейная. Почему бы тебе не пойти в мою палатку после того, как немного перекусишь? Это место не подходит для такой красавицы, как ты.»

«Эта девушка не заслуживает вашей похвалы. А? Что это такое? Оно так блестит!» Бай Сянсю отвлекла его, указывая рукой на место позади него.

Стратег посмотрел в направлении, куда указывала Бай Сянсю, но ничего не увидел.

«Свет такой яркий! Как загадочно!» Стратег решил, что что-то упустил. Ему, естественно, пришлось подойти поближе, ведь красавица была настолько очарована этим загадочным предметом. Неожиданно из тени выскочила темная фигура. Темная фигура двигалась быстро, но его меч оказался быстрее.

Реакция стратега была достаточно быстрой, чтобы он смог вытащить оружие и отбить меч, но не ожидал, что за ним появится ещё один человек. Незнакомец ударил ладонью ему в спину, когда он отклонил меч, летящий на него впереди. Это был смертельный удар, мгновенно разрушивший артерии. У него даже не хватило времени, чтобы закричать, прежде чем из его рта полилась кровь и он умер без звука.

Бай Сянсю была потрясена. Зачем убивать его так хладнокровно? Она только хотела, чтобы они оглушили его и спокойно сбежали! Ей и в голову не приходило, что все будет так жестоко. Она знала из прошлого опыта, что теперь ей придется бороться с тошнотой, несмотря ни на что. Она положила одну руку на грудь, а второй держалась за Юй Куана. Он поднял ее на спину и унес из военного лагеря под прикрытием ночного неба.

Они втроем пробрались во вражеский лагерь и убили кого-то, даже не будучи обнаруженными. Им очень повезло, что они не попали в беду. Если бы Бай Сянсю не околдовала стратега, или если бы они не решились его убить, возможно, они не смогли бы сбежать из вражеского лагеря в целости и сохранности.

Все трое удивлялись, что они вышли невредимыми. Затем Бай Сянсю упала в обморок сразу после прибытия в их укрытие. Некоторое время она оставалась без сознания, прежде чем наконец проснулась. Симптомы моей боязни крови настолько неуместны! Это военная зона! Я не могу постоянно падать в обморок! У нее никогда не было таких проблем в современном мире. Бай Сянсю нахмурилась и сказала А Цюаню: «Принеси мне мертвую курицу.»

«Но вы потеряли сознание при виде крови.» — сказал Сун Цзяоюэ, изогнув брови.

«Я больше не могу выносить этот страх. Как мне спасать Принца, если я все время теряю сознание? Мое тело не может этого принять.» Бай Сянсю начала ненавидеть свое тело женского второстепенного персонажа.

Сун Цзяоюэ взял ее за руку и сказал: «Не нужно торопиться. Сейчас, вы должны отдохнуть. Для начала попытайтесь придумать способ победить цепных лошадей. Разве не для этого вы сюда пришли?»

«Да! Но я уже придумала план!»

«Так быстро?»

«Да. Но мне нужно попасть в город. Вероятно, нам не удастся победить строй в одиночку.»

Но как им проникнуть в город? Вокруг городских стен стоят вражеские войска, и ворота плотно закрыты. Они не откроют их без веской причины. Это первый вопрос, который им придется решить. Юй Куан на мгновение задумался: «Я могу войти сам. Напиши все в письме, а я доставлю его Принцу.»

«Сейчас не время шутить. Стены города огромны. Враги наверняка начнут пускать стрелы, если увидят, что ты пытаешься взобраться на них. Боюсь, ты окажешься в опасности.»

«Но мы можем сделать что-то, чтобы отвлечь противников! Давайте поднимем шум в обратном направлении, чтобы помочь ему проникнуть!» — сразу предложила Бай Сянсю. Это была приемлемая реакция от дамы, которая выросла, просматривая военные фильмы. Однако Сун Цзяоюэ и Юй Куан были несравненно шокированы её словами. Обычно самым высоким достижением наложницы из тыла могло быть рождение сына. Но эта дама действительно смогла дать совет для стратегии битвы, и к тому же хороший! Всё не так просто, как выглядит на самом деле.

«Вы… Откуда вы знаете о таких вещах?»

«Прочитала в нескольких книгах.» — сказала Бай Сянсю с серьезным лицом. Удивительно, но всех убедил её ответ.

Сун Цзяоюэ открыл рот. Он тоже много читал, ладно?

«Вы читали военные книги?»

«Мм. Да.» Бай Сянсю правда читала военные книги. Она не лгала. Сун Цзяоюэ поднял глаза в небо. Как и ожидалось от человека, родившегося в семье ученых. В мире есть всевозможные книги!

«Тогда так и сделаем.» Юй Куана больше ничего не волновало. Он без колебаний согласился на этот план. А у Сун Цзяоюэ не было выбора. Его мысли теперь сосредоточились на том, как привлечь внимание врага.

Однако Бай Сянсю уже всё придумала. Сначала она написала письмо Лун Хэну, в котором подробно описала метод победы над строем коней. Ей потребовалось на это много времени, потому что она старалась быть максимально точной. Сун Цзяоюэ не осмеливался проверить содержание письма, потому что думал, что она пишет сентиментальные слова любви к Лун Хэну. Он мрачно сидел в углу с грустным лицом. Однако Бай Сянсю сама попросила его проверить содержание, когда закончила. «Сэр Сун, вы можете взглянуть? Скажите, если я пропустила что-нибудь важное.»

«Эх? Вы просите меня взглянуть?» А это нормально, что я прочитаю ее любовное письмо? Но он опешил, когда прочитал содержание. Как для женщины, письмо Бай Сянсю было удивительно подробным и прямолинейным. В нем не мелькало ни одной линии чувств. Во всём письме содержались только простые инструкции и методы обучения для военнослужащих, вооруженных серпами, и как они должны убить военных лошадей, заставив лошадей с задних рядов затоптать до смерти передних и т. д. и т. п. В этом любовном письме не было ни слова о любви, просто чистое насилие.

Ее письмо оказалось настолько подробным и понятным, что он не мог не похвалить ее. «Это хорошая идея! Нет, отличная! Как вы до этого додумались? Мало того, что ваша идея поможет победить цепной строй лошадей, это также сильно повлияет на мораль противника!»

Его глаза загорелись. Он больше не рассматривал Бай Сянсю, как девушку из тыла, которую нужно все время защищать. В то же время он понял, почему она осмелилась соблазнить его в прошлом, хотя была простой наложницей. На самом деле она точно знала, что ей нужно, и как ей это взять. После того, как он отверг ее, она не слишком долго страдала и отказалась от него. Она мужественно встала на ноги, даже когда ей было грустно. По какой-то причине это сделало Бай Сянсю еще более ослепительной в глазах Сун Цзяоюэ. Он был доволен уже от того, что просто стоит рядом с ней.

«Вы закончили читать письмо?» Бай Сянсю подумала, что сделала ошибку или что-то в этом роде. Почему он так долго смотрит на письмо?

«М-м! Очень хорошо написано. Лун Хэн начнет ликовать, когда это прочитает.» Он будет в восторге от того, что рядом с ним есть такая девушка, как ты. Было бы лучше, если бы ты была его женой, а не просто наложницей. Позиция скромной наложницы не подходит для такой женщины, как ты.

Бай Сянсю обрадовалась, когда услышала его отзывы. Она немедленно передала письмо Юй Куану. «Я планировала, что мы сделаем свой шаг после того, как я немного привыкну к кровавым вещам, но так как ты можешь пробраться через стену самостоятельно, я могу сэкономить усилия, связанные с мертвой курицей. Давайте используем врага!»

«Что вы имеете в виду?» Спросил Сун Цзяоюэ, улыбаясь. Он видел уверенность в ее глазах. Должно быть, она уже придумала способ отвлечь врага.

Бай Сянсю указала на А Цюаня. «А Цюань, привяжи очень большую ветку дерева к задней части лошади и позже прокатись по фронту вражеского лагеря. Постарайся, чтобы это выглядело так, будто у нас в засаде много людей. Что касается сэра Суна… Вы справитесь с луком и стрелами?»

«Да.» По какой-то причине Сун Цзяоюэ сгорал от нетерпения.

«Я хочу, чтобы вы обернули стрелы тканью, пропитанной маслом, и сделали несколько выстрелов во вражеский лагерь, чтобы поджечь его. Враг, несомненно, сейчас в панике, потому что их стратег убит. Они очень встревожены и если мы нападем на них сейчас, они наверняка подумают, что это полноценное наступление. Когда мы привлечем их внимание, Юй Куан сможет безопасно добраться до города.»

Сун Цзяоюэ кивал снова и снова, когда слушал план Бай Сянсю. «Мы должны сделать наш шаг немедленно. Возможно, они поднимут бдительность, если мы выступим завтра вечером.»

«Хорошо.» Она не думала, что им придется воплотить этот план так быстро. Обычно ждут еще один день или около того, но Бай Сянсю покрыла все непредвиденными обстоятельствами, поэтому все начали готовиться. Они оставались заняты до поздней ночи. А Цюаню удалось выделить немного времени, чтобы поджарить цыпленка, и разделить его между всеми. Хотя они особо не наелись, но всё равно еда придала им определенную силу. Бай Сянсю отвечала за привязку пропитанных маслом тряпок, в то время как Юй Куан переоделся в свой ночной костюм. Казалось, он почти исчезал в ночи, когда был весь в черном. Когда он неподвижно стоял в тени, его невозможно было обнаружить.

Бай Сянсю опешила от увиденного. Наконец она вспомнила, что Юй Куан человек из Вулин. Лун Хэн и Сун Цзяоюэ никогда не смогут повторить его особую манеру. Если бы ей пришлось описать нынешнюю ауру Юй Куана в метафоре, он был бы ассасином из игры, всегда готовым скрыться после внезапного убийства.

Была уже очень поздняя ночь, когда они закончили приготовления, но их напряженные нервы подавляли любую усталость. С другой стороны, вражеский лагерь начал проявлять признаки беспорядка, но без бурной реакции, как ожидалось. Сун Цзяоюэ предположил: «Они скрывают убийтво стратега, потому что боятся повлиять на моральный дух воинов.»

«Тогда давайте покажем им. Мы можем выстрелить в конюшни? Было бы лучше, если бы мы сожгли сарай с кормом.»

«… нет.» — огорченно сказал Сун Цзяоюэ, решив, что опозорился перед Бай Сянсю.

Но, она лишь вздохнула: «Тогда просто стреляйте в окраину лагеря.»

Сун Цзяоюэ кивнул и решил стрелять как можно дальше. Поговорка о том, что работа не утомляет, когда мужчины и женщины работают вместе, была совершенно верной. Навык стрельбы из лука Сун Цзяоюэ достиг другого уровня рядом с женщиной, которую он любит, и он каким-то образом попал горящей стрелой в сарай с кормом. Хотя он не попал прямо в цель, огонь быстро распространился в этом направлении.

Бай Сянсю счастливо хлопнула его по плечу. «Удивительно! Вы слишком скромничали.»

Сун Цзяоюэ грустно улыбнулся: «Скоро нас обнаружат, приготовьтесь бежать.»

«Поняла.» Бай Сянсю не осталась без дела. Она взяла еще один лук и стрелы. Хотя она не могла стрелять далеко, каждое дополнительное усилие уже чем-то помогало. Это заставит врага подумать, что у них много лучников. Сун Цзяоюэ выпускал по три стрелы с каждым выстрелом, а Бай Сянсю разделяла свое время между стрельбой и поджиганием его стрел. Они хорошо работали вместе и быстро выпустили порядка дюжины стрел.

Поскольку враги тушили огонь так быстро, как только могли, он не горел так уж сильно. Но вскоре у них появился другой приоритет, когда свой ход сделал А Цюань. Враги видели облака пыли, от того, что он скакал на лошади, волоча ветку, но из вражеского лагеря эти крошечные облака выглядели как полноценная засада.

Была ли это засада или открытая атака, у противника не было выбора, кроме как готовиться. Тем не менее, они все же смогли отправить небольшой отряд, чтобы убить лучников. Сун Цзяоюэ поспешно унес Бай Сянсю, прежде чем их обнаружили. В итоге, они спрятались в тесном укрытии, которое выбрали заранее.

Что касается А Цюаня, у него были свои методы побега, так как он хорошо знал местность. Самым важным являлся Юй Куан. Надеюсь, он попадет в город. Мысли Бай Сянсю, наконец, вернулись к нему и она обнаружила, что завернута в объятия Сун Цзяоюэ. «Мои… мои извинения.»

«Всё… в порядке. Здесь очень тесно.» Она невероятно хорошо пахнет, у нее молочный запах, совершенно отличающийся от всех других женщин. Похоже, именно этот аромат заставил меня к ней приблизиться.

Они хотели спрятаться перед побегом, но враг продолжал осматривать лес, и они поняли, что попали в ловушку. Один раз рядом с ними даже показалось копье! Сун Цзяоюэ держал и успокаивал ее. Это сделало Бай Сянсю очень противоречивой. Она хотела отвернуться, но испугалась, а потом начала немного бороться, но он лишь усилил хватку. «Не убегай от меня, это только на сегодня, только на сегодня.»

«…» У Бай Сянсю не было возможности избежать его. Она чувствовала, что произойдет что-то страшное, если она попытается слишком сильно уклониться от него. Ее инстинкты её не подвели. Сун Цзяоюэ был очень взвинчен. Если бы она толкнула его слишком далеко, он сам бы не знал, что ему делать. Но поскольку она не двигалась, они быстро успокоились.

Сун Цзяоюэ почувствовал, что избавился от ее зависимости. Он осторожно отпустил ее, когда успокоился: «Я больше ничего не слышу снаружи. Пойдем!»

Бай Сянсю кивнула и переместила тело, чтобы вылезти. Сун Цзяоюэ грустно рассмеялся; похоже, он больше никогда не сможет снова попасть в ее сердце.

«Давай сначала найдем А Цюаня.»

«М-м.» Однако они не прошли далеко, прежде, чем попасть в засаду. Сун Цязоюэ мог бы справиться, если бы там были обычные солдаты, но нападавшие использовали ядовитый туман.

Бам. Бай Сянсю упала первой. Внутренняя сила Сун Цзяоюэ была достаточной, чтобы не дать ему упасть в обморок сразу, но у него не хватало времени спасти девушку. Когда он увидел, что враг уже близко, он знал, что никто не спасет Бай Сянсю, если его тоже захватят, поэтому он сразу же скрылся. Он даже получил несколько легких травм на пути из-за воздействия ядовитого тумана.

Бай Сянсю отнесли в лагерь врага, потому что она была одета как мужчина и предстала перед главнокомандующим.

«Полейте его водой.»

«Поняли.»

Вшш! На голову Бай Сянсю вылили ведро холодной воды, и она медленно опомнилась. Она подняла голову и поняла, что, даже если проигнорировать тот факт, что она связана, было бы нелегко убежать, ведь её окружили со всех сторон. Надо же, меня всё равно схватили в конце концов! Хотя, Бай Сянсю не очень это беспокоило. Это ведь просто смерть. Возможно, она сможет вернуться в современный мир. Подумав так, она больше не боялась. Она выпрямилась, отбросив волосы назад, и привела одежду в порядок. Она определенно не собирается преклонять колени перед этими похитителями.

«Женщина?» Генерал сразу увидел ее личность. Её фигуру невозможно было скрыть после того, как её облили водой.

«И что с того?» Враг понял кто она даже без её признаний, так почему бы просто не признаться?

«Я не думал, что женщина посмеет сделать что-то подобное! Где скрываются твои спутники? Вы люди Лун Хэна?»

«Мы — всего лишь граждане округа Шу! Мы должны остановить вас от попыток напасть на наши дома! Какое это имеет отношение к Принцу Ли? Каждый несет ответственность за любовь и защиту нашей страны!»

«Какие возвышенные чувства.» Генерал подошел к ней и вдруг холодно спросил: «Ты убила стратега?»

«Так что, если да… и что, если нет?» Бай Сянсю бросила всю осторожность на ветер, когда подняла взгляд на генерала. Она хотела, чтобы он просто убил ее, закончив на этом! Но чем дольше она смотрела на него, тем больше удивлялась. Почему он выглядит таким знакомым?

Она нахмурилась; его лицо может и красивое, но ей оно не понравилось. В этот момент генерал вытащил клинок и приставил к её шее, с явной яростью на лице.

Хорошо. Я наконец вернусь домой? Лун Хэн! Обязательно позаботься о нашем сыне! Не горюй, или я никогда не прощу тебя! У нее было желание закрыть глаза, когда она закончила с мыслями о прощании. Но по какой-то причине она не хотела показывать поражение. Итак, она посмотрела на генерала, даже не моргнув. Край ее губ медленно изогнулся вверх, образовав насмешливую улыбку.

«Ты. Ты не боишься?»

«Конечно. Почему бы мне бояться?»

Главнокомандующий никогда не видел, чтобы кто-то проявлял такое бесстрашие, и искренне удивился. Он рассмеялся: «Ты правда не боишься? Тогда, наверное, я не достаточно тебя напугал. Почему бы мне… не показать тебе, что на самом деле значит бояться?»

«Не стоит. Зачем тратить время? У меня нет секретов, которые вы хотели бы узнать. Просто убейте меня, чтобы отомстить за стратега.»

«А почему я должен за него мстить? Ты такая красавица. Красавицы всегда полезнее, чем мертвый мужчина. Ты была бы полезной соблазнительницей.» Он схватил Бай Сянсю за подбородок и поднял лицо. Несмотря на то, что она выглядела растрепанной, ее красота все еще оставалась удивительной. Ни один мужчина в здравом уме не захочет отвести от нее глаз. Такая красивая женщина. Кто мог бы предположить, что она столь опасна?

«Мои родственники убиты вами и вашей армией! Почему я должна кого-то соблазнять? Генерал, избавьте меня от своих шуток.» Бай Сянсю не паниковала. Она решила не раскрывать свои отношения с Лун Хэном, несмотря ни на что. В противном случае они могут использовать ее для угроз Лун Хэну. Что бы он выбрал, если бы это произошло? Любимая женщина с одной стороны, а с другой — его страна и семья в столице. Он, вероятно, умрет от горя, если столкнется с таким выбором!

«Ох?» Командир совсем не доверял этой женщине, но не смог придумать о чем спросить.

Когда они оба ломали головы о путях борьбы с человеком перед ними, они вдруг услышали хриплый и пронзительный голос: «Командир Лю! Командующий! Пожалуйста, верните мне моего ребенка! Он не… не ребенок Дуань Юньиня!»

Да вы, должно быть, шутите! Бай Сянсю почувствовала, как по ее телу пробегают мурашки, когда услышала этот голос. Почему главная героиня здесь? Может кто-нибудь мне сказать, что с ней не так? Разве она не должна была вступить в семью Цзи и жить в столице мирной жизнью? Почему она внезапно оказалась здесь, во вражеском лагере? И она что-то сказала о возвращении ребенка? Почему вражеские солдаты забрали ее ребенка? Потому что ее ребенок — от Дуань Юньиня?

Через несколько мгновений в комнату вошла женщина. Несмотря на то, что она, казалось, страдала от каких-то испытаний, ее взгляд белого лотоса не был незапятнанным по возрасту. Как и ожидалось от главной героини. Она совсем не в порядке! Бай Сянсю опешила, потому что Лин Цяньцзы могла ее узнать. Она немедленно опустила голову, в надежде уменьшить свое присутствие.

«Это не то место, куда тебе позволено входить. Уйди.» Нахмурившись, генерал взглянул на Лин Цяньцзи. Он убил бы ее и забрал ребенка давным-давно, если бы не тот факт, что он слышал, как она пыталась отомстить за его второго брата после его смерти. Она призналась в резиденции своего мужа, что отец ребенка — командир Инь, также известен как Дуань Юньинь, но она забрала свои слова обратно так же быстро, как и произнесла. Кто еще мог быть отцом, если не Дуань Юньинь? Неужели это тот человек из Цзяньху?

Командир злился и ему становилось противно всякий раз, когда он имел дело с этой загадкой. Он никогда бы не стал её искать, если бы не тот факт, что он хотел оставить потомка для своего младшего брата. Она снова и снова доказывала, что была нарушителем спокойствия и крайне раздражала. Он обычно терпел ее выходки, но сегодня случился ряд неприятных событий. Его стратега убили, и таинственный человек перелез через стену, чтобы войти в город. Более того, никто не знал, имеют ли эти события какое-либо отношение к Принцу Ли. «Мужчины, отведите мадам в ее резиденцию. Больше не выпускайте её.»

«Верните мне ребенка! Мой ребенок… он еще такой маленький… Почему вы хотите отнять его у меня?»

«Веди себя потише, если хочешь, чтобы твой ребенок жил. Я способен на невообразимые вещи.»

«Нет! Не причиняйте ему вреда! Он очень хороший!» Лин Цяньцзи действительно испугалась и сразу успокоилась. Однако продолжила говорить: «Разве вы не можете мне позволишь взглянуть на него хотя бы ненадолго? Только один взгляд.»

«Слуги! Отведите эту женщину к молодому принцу и дайте ей немного посмотреть.» Командир смиренно дал свое разрешение Лин Цяньцзи взглянуть на ее ребенка. Она немедленно ушла со слугой, но, казалось, взглянула на Бай Сянсю, прежде чем покинуть комнату. Бай Сянсю в панике сразу опустила голову.

Командир поднял лицо Бай Сянсю, когда все остальные ушли и заметил ее паническое выражение. Край его губ мгновенно поднялся вверх, образовав ухмылку. «Ты знаешь эту женщину?»

Успокоившись, Бай Сянсю, наконец, поняла, в чем сходство. Неудивительно, что генерал не понравился ей в тот момент, когда она посмотрела на него. Он имел сходство с этим извращенным маленьким белым кроликом Дуань Юнинем. На самом деле этого генерала можно назвать властной версией маленького белого кролика. Вот почему он похитил ребенка Лин Цяньцзы. Он должно быть рассматривает его как человека, который унаследовал родословную его семьи?

«Она просто несчастная мать. Зачем вы похитили ее ребенка? Вы вообще человек?» Бай Сянсю нарочно провоцировала командира в надежде, что он предоставит ей легкую смерть.

Однако, она не могла знать, что чем необычнее себя вела, тем больше он хотел ее понять. Если бы Бай Сянсю об этом узнала, она наверняка вернулась бы к своим выходкам белого кролика. К сожалению, другая сторона ошиблась в значении её провокаций. Она потерпела неудачу в попытке найти смерть и теперь готовилась к пыткам.

«Почему бы тебе не волноваться сначала о себе, прежде чем думать о других? Слуги, отведите ее в комнату для допросов. Командир Лю хочет узнать ее предел. Сломается ли она от боли? Страха? Или чего-то ещё?»

Бай Сянсю действительно испугалась. Я скорее умру, чем поддамся пыткам. Но смерть была невозможна, даже если она этого очень хотела. Они привели ее в маленький черный дом и привязали к столбу. Она пыталась вырваться изо всех сил, но так и не смогла освободиться. Бай Сянсю правда начала отчаиваться.

Командир Лю вошел в комнату с кнутом в руках. Он был сделан из кожи темнее, чем сама ночь, и казался очень опасным. Бай Сянсю хотела плакать, но слезы почему-то просто не текли. Она хотела просить милости, но слова не выходили. Все, что она могла сделать, это холодно улыбнуться командиру Лю, на что он отчаянно нахмурился.

«Ммм…!» Было больно, но очевидно, что он легко с ней справится. Бай Сянсю стиснула зубы, чтобы вытерпеть боль и пристально посмотрела на него, не произнося ни слова.

Командир Лю был ошеломлен, когда увидел ее взгляд. Она пытается заигрывать со мной? В ее глазах нет свирепости! Однако это имело смысл. В конце концов, красота женщины её самое острое оружие. Она пыталась заставить его смягчиться и пощадить её? Его сердце колебалось. Что делать?

Бай Сянсю была бы в истерике, если бы знала, о чем он думал. Она на 100% Просто смотрела на него, ладно!? Она не заигрывала! Ей не нужно, чтобы он стал мягким! Нет! Она хотела, чтобы командир убил ее!

Но никто из них не знал, о чем думал другой человек. Итак, после некоторого колебания командир Лю решил снова ее ударить. Будет невероятно унизительно, если он не нанесет ей еще несколько ударов, когда на них смотрят так много глаз. Но на этот раз Бай Сянсю подготовилась. Она сжалась и приняла плеть без единого звука. Она даже закрыла глаза, будто ей было все равно.

Командующий Лю был крайне недоволен отношением Бай Сянсю. Он ударил ее еще десять раз, пока ее одежда не превратилась в лохмотьях. Из её ран медленно потекла кровь. Бай Сянсю, наконец, больше не смогла выносить боль и издала тихий визг.

Командир Лю был доволен, когда услышал этот признак боли. Он убрал кнут и засмеялся. «Сейчас ты готова говорить?»

«Мне нечего сказать. Разве вы не можете быть немного решительней!? Ведите себя как настоящий мужчина, а не проклятая нерешительная старуха!» Бай Сянсю внезапно охватила ярость после страданий от избиения. Она не знала, почему так рассердилась. Скорее всего, это потому, что у человека перед ней такое раздражающее лицо. Кто он такой, чтобы вести себя так высокомерно? Бай Сянсю была настроена пойти против него. Даже если она не испытывала никаких чувств к самой стране, она не могла выдержать, когда посторонние смотрят сверху вниз на страну её мужа. Особенно, когда ее муж Принц этой страны!

Командующий Лю был очень впечатлен. Несмотря на ее слабый внешний вид, у нее есть стержень, гораздо крепче, чем у многих мужчин. Она продолжала упорно смотреть на командира без намека на трусость в глазах, несмотря на то, что ее тело уже покрыто ранами. Это очень редкая женщина, и на поле боя такие встречаются ещё реже.

На улице началось волнение, пока они оба уставились друг на друга. Кто-то внезапно влетел в комнату и закричал. «Генерал! Женщина убежала, схватив ребенка! Что нам делать?»

«Догнать её, и отнимите у неё ребенка!» Командир Лю немедленно прекратил конкурс взглядов, чтобы преследовать Лин Цяньцзы. Похоже, он все-таки заботился о ребенке.

После его ухода Бай Сянсю сразу же проверила на прочность веревку на запястье. Узел был очень крепким; у нее практически не было возможности освободиться. Но она ведь не простушка. С детских лет она обожала всевозможные современные телевизионные шоу, поэтому была хорошо подготовлена к такой ситуации. Она секунду осмотрелась, чтобы проверить нет ли посторонних наблюдателей, прежде чем поднять ноги.

Благодаря Лун Хэну она узнала немного искусства изгибать тело. Она подняла ноги в воздух и медленно прошлась по металлическому столбу прямо перед ней. Затем она потянулась к лодыжкам и вытащила крошечный кинжал, который раньше там спрятала. Она ощущала, что её талия вот-вот треснет наполовину. Она сбросила напряжение, спустив ноги. Сжимая кинжал между рук, она начала резать веревки. Бай Сянсю не знала, когда кто-то придет снова, поэтому с лихорадочной поспешностью двигала крошечным клинком по веревке. В порыве она по ошибке порезала себя, но не обратила на это никакого внимания. Вскоре, она освободилась и тихо выскользнула из комнаты.

На улице стояли охранники, но они были слишком заняты, глядя наружу, не обращая никакого внимания на дверь. Заметив свой шанс, Бай Сянсю пряталась в тени и медленно начала пробираться к окраине лагеря. На полпути ее путешествия она внезапно услышала плач ребенка.

Как мать, она была невероятно чувствительна к детскому плачу. Инстинктивно она решила взглянуть на ситуацию, а не продолжить бежать. В это время, Лин Цяньцзы тащили обратно в военный лагерь с ребенком на руках. Она всё время кричала: «Пожалуйста, отпустите нас! Отпустите нас домой!»

«Женщина, я бы тебя убил, если бы не тот факт, что у тебя было что-то с моим братом. Отдай ребенка, пока не стало хуже.»

«Нет! Это он мой!»

«Заберите у ней ребенка.»

«Не надо! Умоляю вас…»

Бай Сянсю не смела двинуться ни на дюйм. Она спряталась за деревянной тележкой и наблюдала за волнением издалека. Она решила убежать, как только все прояснится. Внезапно ребенка подбросили в воздух посреди борьбы. Неизвестно, было ли это из-за промаха руки или специально для защиты ребенка.

Ты, должно быть, шутишь! Теперь ты учудила ещё такое! Ты убежала и втянула бедного невинного ребенка в свою битву! К лучшему или худшему, ребенка бросили в сторону укрытия Бай Сянсю. Она стиснула зубы и прыгнула к нему, пытаясь поймать, отказавшись от своего укрытия.

Она вытянулась во время прыжка, когда пыталась поймать его. Но судьба — жестокая и неумолимая хозяйка. Протянутые пальцы Бай Сянсю прошли всего на волоске от ребенка. Раны искалечили ее обычно проворные ноги, а ребенок оказался слишком далеко от её укрытия. Маленькая голова треснула, когда он ударился головой о землю. Его одежда еще даже не оправилась от падения, когда его дыхание уже покинуло тело навсегда.

Бай Сянсю почувствовала, как ее сердце замерзло. Она опустилась на колени рядом с ребенком, обняв его руками. Тем не менее, голова прекрасного малыша уже была залита кровью. Его уже нет.

Казалось, время остановилось, когда все застыли в шоке, в том числе Бай Сянсю. Из всех присутствующих она больше всех понимала сколько места занимает ребенок в сердце матери. Она подняла голову, чтобы взглянуть на Лин Цяньцзи, когда поняла, что ребенок скончался. Потребовалось немерено мужества, чтобы сказать ей правду. «Он умер…»

«Что ты сказала? Что Ты Сказала?!» Глаза Лин Цяньцзи наполнялись слезами, и ее голос стал хриплым, когда она закричала.

«Он скончался.»

«Нет… Невозможно… мой ребенок… мой малыш…» Лин Цяньцзи неудержимо рыдала. Рядом с ней командир Лю был невероятно разъярен и расстроен. Он сильно ударил Лин Цяньцзи и крикнул: «Перестань плакать! Какая польза теперь от тебя, если ребенок умер!? Отправьте ее в развлекательный лагерь!»

«Как вы можете так поступать со мной? Чтобы там ни было, я все еще…»

«Что всё ещё? Ты никто! Разве ты не говорила, что ребенок не его? И что у вас с ним не было никаких отношений?»

«М-мы… Пожалуйста, просто не отправляйте меня в лагерь развлечений! Почему бы ей не пойти со мной? Это она! Она работала вместе с Лун Хэном, чтобы убить вашего младшего брата!» Лин Цяньцзи указала на Бай Сянсю, как сумасшедшая. У неё на лице была написана ненависть. «Она могла поймать моего ребенка, но не сделала этого! Она сделала это нарочно! Она специально убила моего сына!»

Бай Сянсю медленно и осторожно положила ребенка на землю. Даже после смерти он выглядел очень мило. Основываясь только на внешности, была все таки возможность, что Дуань Юньинь действительно не был отцом, поскольку ребенок имел некоторое сходство с Ло Юньчжэнем. Тем не менее, личность его отца больше не имела никакого значения перед лицом такой трагедии. Невинная душа потеряна из-за мелкой битвы. Была вероятность, что если бы главная героиня не сопротивлялась и не пыталась его вернуть, он бы вырос и стал принцем вражеской нации. Теперь единственное возможное будущее для ребенка — остаться лежать в морозной холодной земле.

Что еще хуже, даже во время такого ужасного обстоятельства главная героиня пыталась потащить Бай Сянсю за собой. Разве она не жалела о последствиях? Ярость Бай Сянсю, рожденная свечой, быстро превратилась в огненную бурю, которая пробивалась сквозь ее вены. Она знала, что ее смерть неизбежна в любом случае, теперь, когда Командир Лю узнал, что она причастна к убийству его брата. Взбодрившись яростью и приняв судьбу, Бай Сянсю не бежала и не пряталась, а вместо этого подняла ребенка с максимальной мягкостью, нежно обнимая его. Она подняла голову и подошла к Лин Цяньцзи. «Его неудача в том, что он родился твоим сыном.»

«Что ты сказала? Что, черт возьми, ты сказала?!»

«Я хочу сказать только одно. По крайней мере, мой сын знает, кто его настоящие родители. Но твой? Если бы ты тогда не убежала или не колебалась, сегодня не было бы споров, кто его настоящий отец. Такого трагического поворота можно было избежать вообще.»

«Ты не имеешь права читать мне лекции! Если бы ты и Лун Хэн не убили его, зачем бы я им понадобилась?»

«Ты серьезно? У тебя есть мозги? Позволь мне рассказать тебе кое-что. Если бы ты послушно вышла замуж за Лун Хэна в соответствии с договоренностью, а не соблазняла мужчин налево и направо, ты была бы принцессой-супругой, живущей в усадьбе Принца спокойной жизнью. Ты бы не оказалась здесь, за сотню миль! Но нет, ты выбрала ненавидеть Лун Хэна и защитить Ло Юньчжэна. И так, как ты и хотела, Ло Юньчжэн посвятил тебе свое сердце и ум! Он даже спас тебя со свадьбы и решил уйти из Цзяньху.

Он нашел дом, чтобы жить с тобой уединенной мирной жизни! Но у тебя не было сердца, чтобы оценить это! Тебе понадобилось отомстить за Дуань Юньиня, услышав, что он мертв. Вопрос перед тобой сейчас не «Являешься ли ты дешевой шлюхой?», а «На сколько ты дешевая шлюха?». Даже святая мать не хочет на тебя смотреть! Раз за разом, ты приносила мужчинам лишь проблемы! У мужчин тоже есть чувства, ты знала? Они сделаны из плоти и крови, как и ты!»

Бай Сянсю уже не могла остановить поток слов из ее рта, как только начала, будто прорвало плотину. Но речь шла не только о несправедливости, которую Ло Юньчжэнь вылил ей, когда пришел к ней пьяный. Она искренне хотела задушить эту женщину. Здесь и сейчас, держа ребенка Лин Цяньцзи на руках, Бай Сянсю дала выход всему, что так долго сдерживала.

Лин Цяньцзи никогда в жизни не подвергалась такой резкой критике. Когда она внезапно столкнулась с этим потоком холодной воды, все, что она могла сделать, это стоять с пустым взглядом, пока ее мозг пытался обработать всю эту информацию. Но Бай Сянсю уже закончила. Она протянула ребенка на руках и сказала: «Вот. Твой сын.»

«Нет! Это не мой ребенок! Мой ребенок жив и здоров! Мой ребенок часто плачет и булькает! Это не он! Не он!» Она внезапно ударила Бай Сянсю по рукам. Ее действие было настолько неожиданным, что тело ребенка выскользнуло из рук Бай Сянсю. К счастью, она снова смогла поймать его, или бедный ребенок снова приземлился бы в грязь.

Терпение командующего Лю иссякло. «Закройте их обоих!» Затем он взглянул на труп ребенка в объятиях Бай Сянсю: «Похороните его!»

Один из солдат подошел к Бай Сянсю, чтобы взять тело ребенка. Она тяжело вздохнула и неохотно передала его. После этого она даже не взглянула на командующего Лю. Она потеряла свой шанс убежать и не спасла ребенка. Она чувствовала себя самой большой идиоткой в мире. Что ещё хуже, её заперли в той же комнате, что и главную героиню. Она не смогла даже заснуть из-за непрекращающихся словесных оскорблений.

У главной героини было много недовольства по отношению к Бай Сянсю. Время от времени она смотрела на неё, как будто хотела снять кожу. Бай Сянсю оставалось лишь попытаться изо всех сил игнорировать ее присутствие, пока Лин Цяньцзи не увели для допроса следующим утром.

Поскольку Командующего Лю чрезвычайно заинтересовала подлинная личность Бай Сянсю, неудивительно, что он сначала допросил Лин Цяньцзи. Она особо не заботилась о своей стране или о праведном деле. Ее мозг был наполнен не чем иным, как любовью и мужчинами. Разве не все главные героини обычно так себя ведут? У них очень большое сердце, и они любезно принимают главного героя или второстепенных мужских персонажей, даже если они окажутся шпионами вражеской нации. Обычно, в романах всё так и происходит.

Допрос Лин Цяньцзи, казалось, продолжался немного дольше обычного. Когда она вернулась, у неё были опухшие щеки. Похоже, к ней всё таки применили некоторые пытки. Бай Сянсю увели сразу после ее возвращения. Наверное, это всё… Я бы успешно сбежала, если бы не этот ребенок.

Однако Бай Сянсю очень хорошо знала, что все равно попыталась бы спасти ребенка, если бы снова оказалась в такой ситуации. Ничего не поделаешь. Она никогда бы себя не простила, если бы предпочла бежать. Более того, она тоже мать. Ребенок Лин Цяньцзы напомнил ей о собственном сыне.

Бай Сянсю чуть не плакала. Сяо Лин мог потерять мать в таком юном возрасте. Интересно, вспомнит ли он меня, когда вырастет? Однако она не позволяла себе расплакаться. Было бы невероятно позорно рыдать перед лицом врага. Итак, она подняла голову и гордо вошла в комнату. Командир Лю уже ждал её с мрачным выражением. У Бай Сянсю было невероятно плохое впечатление от этого человека, потому что его внешность слишком напоминала Дуань Юньиня. Несмотря на это, она совсем не боялась смерти. Она заставила себя сесть на стул и скрестить ноги. На самом деле она немного нервничала, потому что не знала, как скоро ей ждать смерти.

«Ты наложница Лун Хэна?» Это та невероятно странная женщина, которую презирал второй брат? Из его писем я помню, что он действительно изменил свое впечатление о ней к лучшему, прежде чем умер, и написал, что она станет его женщиной после убийства Лун Хэна. Я никогда не думал, что у нее будет настолько «бесполезный» образ.

Командир Лю был не единственным, кто удивился. Лун Хэн бросился сквозь ночь, чтобы прийти ей на помощь, как только получил известие о ее захвате. Он был невероятно потрясен, увидев ее такой. Юй Куан и Лун Хэн переоделись в солдатскую форму врага и стояли у двери. Они могли время от времени заглядывать внутрь. Женщина, которую он пытался спасти, сидела внутри, покрыта ранами и кровью. Несмотря на это, ее взгляд был твердым и решительным. Разве у нее нет фобии крови? Как она может оставаться сильной в такой ситуации?

Он волновался и, одновременно, невероятно гордился ею. Он планировал использовать свои достижения в этой войне, чтобы умолять императора присвоить Бай Сянсю статус принцессы-супруги Ли, но он никогда не думал, что она последует за ним и напишет такое невероятное письмо.

Содержания письма было более чем достаточно, чтобы помочь ему сломать цепной строй лошадей. Он мог бы остаться в городе, чтобы обучать солдат, но просто не мог о ней не беспокоиться. Он столкнулся с Сун Цзяоюэ сразу после выезда из города. Его друга преследовали вражеские солдаты, и Лун Хэн узнал, что ее схватили после спасения Сун Цзяоюэ. Он немедленно принял решение проникнуть во вражеский лагерь, но когда они глубоко прошли в расположение войск противника уже наступал рассвет.

Когда они, наконец, нашли лагерь командующего Лю, переодевшись в форму врага, они узнали что Лин Цяньцзи каким-то образом тоже оказалась в лагере и много чего рассказала о Бай Сянсю. Она упомянула что-то о том, что Лун Хэн убил Дуань Юньиня именно из-за Бай Сянсю.

Командир Лю дал Лин Цяньцзи жесткую пощечину, холодно улыбаясь. «Неужели ты думаешь, что Принц пойдет на риск жизни и смерти только ради женщины? Ты такая недалекая. Мне правда удивительно, почему люди называли тебя одаренной женщиной.»

Командующий Лю сжал ее щеки и, наконец, дал ей еще одну жесткую пощечину. «Юньину не понадобилось бы менять свою цель, если бы ты была хорошей девочкой и послушно вышла замуж за Лун Хэна. Он смог бы нанести ему смертельный удар во время вашей брачной ночи. Ему бы не понадобилось мутировать паразита, которого нужно вводить путем приема внутрь, а не во время секса. Ты знаешь, что в этой форме паразит теряет более половины своей эффективности? Кроме того, разве он потерял бы контроль над телом этой женщины, если бы до того не использовал свою жизненную энергию для имплантации паразита в твое тело?»

«Что? Вы хотите сказать, что он делал все только ради того, чтобы убить Лун Хэна? Тогда как насчет меня? Все, что он мне говорил…»

«Это были лишь пустые слова, чтобы тебя ублажить. Ты такая доверчивая девушка.»

«Как это может быть? Как это могло произойти? Я так много для него сделала. Я не дала Ло Юньчжэню его избить и оставила Ло Юньчжэня ради него! И вы говорите мне, что его чувства были всего лишь ложью?!»

Шлеп!

Командующий Лю больше всего ненавидел плачущих женщин. Лин Цяньцзи упала на землю от силы его пощечины. Он предупредил холодным голосом: «Перестань плакать. Лучше расскажи мне все, что ты знаешь о ней, или я отправлю тебя в то место!»

Лин Цяньцзи рассказала Командующему Лю все, что знала о Бай Сянсю, даже выплескивая свои эмоции. Командующий остался очень доволен тем, что услышал. Сразу после ухода Лин Цяньцзи, он приказал привести к нему Бай Сянсю.

Лун Хэн и Юй Куан поняли, что командир Лю заметил возможность использовать Бай Сянсю, чтобы выйти из тупика. Очень вероятно, что он планировал с её помощью заставить Лун Хэна открыть ворота города. Но открытие городских ворот было бы сродни открытию ворот всей нации. Если это произойдет, граждане города станут не единственными пострадавшими. Семью Лун Хэна в столице, вероятно, постигнет та же участь.

Никто не мог подумать, что мужчина сделает такую огромную жертву только ради женщины при нормальных обстоятельствах. В конце концов, они ставили женщину против целого народа! Однако Лун Хэн колебался. Он сам не знал, каким будет его ответ, когда наступит черед выбирать.

Двое в комнате уже начали разговаривать, в то время как Лун Хэн все еще находился глубоко в своих мыслях. «Правильно. Я наложница Лун Хэна. На-лож-ни-ца…» Бай Сянсю акцентировала на этом внимание. Она пыталась дать ему понять, что использовать её для шантажа Лун Хэна — пустая трата времени, ведь она ему не жена.

«Ты умная, но совсем не понимаешь мужчин.»

«Что?»

«Хотя ему все равно, жива ты или нет, всегда есть другие способы заставить его сделать выбор.»

«Ммм… Пожалуйста, продолжайте. Я слушаю.»

«Я буду публично разрывать твою одежду, слой за слоем. Если он откажется подчиниться, я прикажу своим подчиненным подарить тебе немного «любви». Они будут насиловать тебя один за другим, пока он, в конце концов, не откроет городские ворота. Разве ты не считаешь, что это хорошая идея?»

Кости в руке Лун Хэна уже начали хрустеть, в то время как Бай Сянсю все еще переваривала слова командующего Лю. Лун Хэн хорошо знал, что у него будет только два варианта, если это произойдет. Открыть ворота города, или самостоятельно убить Бай Сянсю, чтобы сохранить ее достоинство. Тем не менее, останется только один выбор, если они решат выставить ее за пределами досягаемости стрел.

«Вы правда планируете это сделать?» — спросила Бай Сянсю, казалось бы, совершенно безразлично. На самом деле в ее тоне даже звучали некоторые намеки на презрение. Лун Хэн сначала подумал, что что-то неправильно услышал.

«А разве у меня есть причина этого не делать?» Эта женщина не так проста, как кажется. Как такиме слова могли вывести ее из равновесия? На самом деле, если бы Бай Сянсю решила с ним сотрудничать, он мог бы нанести удар Лун Хэну, не открывая ворота города.

«Вы не боитесь, что другие назовут вас трусом, если вы открыто изнасилуете женщину во время войны между двумя армиями?» Бай Сянсю злобно улыбнулась. Она скрестила руки на груди и посмотрела на него сверху вниз, словно проверяя, действительно ли он мужчина.

Мужчины были очень восприимчивы к таким насмешкам. Командир Лю, естественно, не стал исключением, искоса посмотрев на Бай Сянсю: «Почему бы мне лично не показать тебе, мужчина я или нет?»

«Хорошо. Снимайте штаны и покажите.» Бай Сянсю выкладывалась по полной. Её больше не волновали последствия её слов, которые так сильно потрясли Лун Хэна. Она выгнула брови, указывая на то, чтобы командир Лю снимал штаны.

Командующий уже не мог успокоиться. Он слышал от Лин Цяньцзи, что Бай Сянсю очень любит Лун Хэна. Но как она может так легко говорить другому мужчине, чтобы он снял штаны? Что-то не так. Он видел много женщин, но ни одна из них не была такой смелой, как она. Даже Яйя, свободная и кокетливая женщина, которая следовала за его вторым братом, не осмелилась бы сказать такое перед мужчиной.

Лун Хэн был на грани обморока. Если бы Юй Куан не отреагировал так быстро и не поддержал его, он, возможно, уже упал бы на землю. Он никогда не думал, что у Бай Сянсю есть такая дикая сторона. Он онемел от этого ещё больше, чем от предложения командующего Лю. Он просто не мог этого выдержать. Может кто-нибудь ему объяснить, что случилось с этой симпатичной и слабой девушкой, которая была настолько хрупкой, что он причинял ей боль, когда они слишком грубо занимались любовью? Что она пережила, чтобы стать такой?

Почти сразу комнату заполнила тишина. И это не удивительно; Командира Лю явно озадачили её слова. Бай Сянсю не позволила атмосфере остановить ее, продолжая издеваться над ним. «Что случилось? Вы испугались?»

Твоя мать! Я убью его, если он действительно снимет штаны и попытается меня тронуть! Я отрежу его достоинство и покончу жизнь самоубийством, даже если потерплю неудачу! Это единственная причина, по которой она пыталась его соблазнить.

«Хахаха! Ты действительно единственная в своем роде! Неудивительно, что ты вошла в сердца многих мужчин. Почему бы тебе не пойти со мной? Ты сможешь не только сохранить свою жизнь, но и стать моей женщиной!»

«Что я получу, приняв предложение?»

«Ты получишь многое. По крайней мере, ты поймешь, что я лучший мужчина, чем когда-либо был Лун Хэн.»

«Неужели? Но я не узнаю, пока не попробую.»

Бам! Казалось, будто сердце Лун Хэна пронзила вражеская стрела. Он был парализован, всего в миллиметрах от психического расстройства. Юй Куану стало так любопытно, что он даже заглянул внутрь. Тем не менее, углы его рта в конце концов поднялись, сформировав нежную улыбку.

«Твое желание для меня закон. Я дам тебе небольшое вступление.» Командир Лю медленно подошел к Бай Сянсю. Он положил обе руки на стул, на котором она сидела, и сказал: «Почему бы нам сначала… не принять ванну?»

«Можно и так. Но позвольте мне сначала проверить ваше «достоинство»?»

«Я не против. Но тебя очень легко принять за мужчину на основе того, во что ты одета. Лучше я проверю твои прелести.»

«Вы хотите проверить самостоятельно? Или чтобы я показала их вам?»

«Я предпочитаю смотреть. Покажи мне.»

«Но я хочу проверить ваши прелести… лично.»

«Ха-ха. Мне это нравится.» Командир Лю подошел к Бай Сянсю, чтобы позволить ей раздеть его. Никто никогда бы не подумал, что Бай Сянсю на самом деле будет такой смелой. Она медленно начала снимать броню Командующего Лю.

Лун Хэн уже не мог успокоиться, когда услышал, как куски брони ударялись о землю. Его начала подавлять необузданная ярость. Он не позволит Бай Сянсю сделать что-нибудь еще, независимо от того, насколько ей доверяет!

«Я уже немного вас раздела. Теперь моя очередь?» Бай Сянсю сняла свой внешний слой одежды, а затем показала грудь, все еще покрытую нижним бельем, от чего выглядела еще более соблазнительно. Её жестко стягивала мужская одежда, и заново расцветшие изгибы сделали вид еще более ошеломляющим. Добавляя пятна крови на ее белой рубашке, которая демонстрировала немного жестокой красоты и стойкой гордости, никто не смог бы противостоять визуальному воздействию такой сцены. Большинство мужчин потеряли бы самообладание в разгар момента и немедленно набросились бы на нее. Поскольку его доспехи уже лежали внизу, было очевидно, что командующий Лю реагировал на нее.

Бай Сянсю улыбнулась. «Неплохо. Идите сюда.»

«Ты маленькая лиса. Такая милая маленькая лисица.» Командир Лю не мог больше ждать. Он тут же бросился к ней и обнял ее. Он даже не колебался, начав ласкать ее тело. Но как мог Лун Хэн спокойно стоять снаружи после такого? Он немедленно ворвался внутрь, больше не заботясь о том, разоблачит его враг или нет.

Но как только он это сделал, прозвучал холодный голос Бай Сянсю: «Позволь мне оставить тебе подарок, прежде чем я умру.»

«Ах!! Сука! Ты осмелилась навредить мне?» Командир Лю тут же отпрыгнул назад, крепко сжимая ногу. Он никогда не думал, что у Бай Сянсю окажется кинжал, спрятанный на теле. Неудивительно, что раньше она смогла сбежать. Он думал, что солдаты плохо завязали узел, но теперь все понял!

Он и подумать не мог, что его обманут до такой степени, что он почти потеряет свой член. Он действительно потерял бы мужское достоинство, если бы уклонился немного позже. Лезвие прошло по волосам на лобке и всадилось в ногу. На самом деле травма была достаточно серьезной. В запале, он не пощадил её, выбросив из комнаты ударом с левой.

Он думал, что после такого сильного удара она наверняка умрет, но кто-то появился из ниоткуда и поймал ее, пока она еще была в воздухе. Этот кто-то принялся бежать с Бай Сянсю на руках, прежде чем командир Лю смог разобрать, кто это.

«Охрана! Догнать и убить их!» Командир Лю не мог позволить ей сбежать. Он не хотел терять такую важную шахматную фигуру.

Но как он мог знать, что у Лун Хэна есть секретный подземный путь в город? Вход был очень хорошо скрыт. Преследователи, которых отправил командующий Лю, так и не смогли их найти. Конечно, это не единственная причина, ведь мастерство Лун Хэна и Юй Куана достигало совершенно другого уровня. Преследователи просто не могли их догнать.

Сердце Лун Хэна яростно билось, когда он быстро прыгнул в сухой колодец с Бай Сянсю на руках. Затем он отодвинул большой валун, чтобы открыть подземный туннель, ведущий в город. Он намеревался попросить Бай Сянсю пролезть через яму, но она уже потеряла сознание. Ситуация сейчас опасная. Она, должно быть, упала в обморок, потому что слишком испугалась и волновалась, когда ее подбросили в воздух!

«Где ты нашла в себе столько мужества, чтобы пытаться убить командира Лю?» — постоянно размышлял Лун Хэн. Он начал ползти через туннели с Бай Сянсю на руках.

Юй Куан следовал за ним, обратно закрыв вход валуном. Не прошло много времени, прежде чем трио добралось до другого конца туннеля внутри города. С поверхности вышла рука, но Лун Хэн не схватил ее. Изящный прыжок, шаг и прыжок, и он осторожно приземлился над туннелем. Первое, что он сделал, когда приземлился на поверхность, отобрал у кого-то плащ, чтобы прикрыть Бай Сянсю. Он посмотрел на каждого стоящего человека, чтобы предупредить их. Если кто-нибудь проболтается о том, что здесь произошло, им не следует ждать пощады.

Все они были подчиненными Лун Хэна. Каждый из них — элита! Несмотря на то, что они не видели, кого Лун Хэн поднял из туннеля, они точно знали, что это женщина, так как он почти сразу ее закрыл. Более того, Принц пропустил одно пятно! Из-под плаща выступали белые ноги Бай Сянсю!

Лун Хэн немедленно посмотрел вниз, когда заметил что, что-то не так с их выражениями. Он молча прикрыл ее, а затем отправился в свою жилую комнату, не сказав ни слова. Шуер и его личная охрана встретили его у двери и попытались забрать ношу, но Лун Хэн немедленно отказался. «Принесите мне горячей воды и лекарство от ран.»

Он повернулся к оруженосцу и сказал: «Ты. Уйди. Шуер, дай какую-нибудь одежду, что ты ещё не одевал.» Его одежда будет слишком большой для Бай Сянсю. Одежда Шуэра подходит лучше.

Шуер нашел просьбу своего хозяина довольно странной, но послушно последовал приказу. Однако его хозяин велел ему остаться у двери, когда тот вернулся! Он собирается лично вымыть и одеть этого человека? Разве это не возмутительно? Он не посмел спросить что-нибудь после того, как увидел взгляд Лун Хэна, и также не смог получить хоть какие-то ответы от Юй Куана, который спокойно стоял в стороне. На само деле у Шуера закралась одна мысль, но она была слишком невероятной.

Тем не менее, догадка стала подтверждаться, когда прибежал раненный сэр Сун. С беспокойством на лице, Сун Цзяоюэ быстро спросил о состоянии человека внутри. «Я не знаю. Прямо сейчас о нем заботится Его Высочество.»

«Он ранен?»

«Некоторые незначительные травмы есть, но, похоже, он упал в обморок от испуга.»

Юй Куан взглянул на Сун Цзяоюэ и сказал: «Лучше прекратить попытки. Никто из нас никогда не сможет получить то, что мы хотим. Лучше… смотреть издалека.» Люди из Цзянху умели останавливаться. С этими словами он повернулся, чтобы уйти. Его шаги остановились, когда он повернул голову и сказал через плечо: «Не хочешь со мной выпить?»

«Конечно.» — горько улыбнулся Сун Цзяоюэ. Оглядываясь назад через каждые три шага, он неохотно ушел с Юй Куаном, чтобы утопить свои горести в алкоголе.

Лун Хэн так волновался, что вспотел. Он недооценил масштабы травм Бай Сянсю. На ее теле оказались раны! Сколько раз её ударил этот командир Лю? Каждая плетка, которую она получила, разорвала ее кожу! Даже с такими тяжелыми ранами, она все равно пыталась убить его? И ей почти удалось? Несмотря на то, что она не попала по его важным органам, я могу себе представить, насколько трудно было женщине, не знающей боевых искусств, попытаться убить мужчину.

Но это, безусловно, свидетельствовало о том, что Бай Сянсю правда поразила воображение Командира Лю. Глаза Лун Хэна остановились на ее теле, при этом применяя мазь на каждой ране. Несмотря на то, что она была тяжело ранена, ее раны пролили на нее новый свет, своего рода показывая мучительную красоту, из-за чего ему было вдвойне трудно отвести от неё взгляд.

Кроме того, ее тело стало еще более заманчивым, так как она недавно родила. Но как он мог к ней дотронуться, когда так беспокоился? Он медленно прикладывал лекарства к её ранам. Казалось, его сердце разбилось на куски. Лун Хэн также вспомнил, как хитро она вела себя перед командиром Лю, чтобы получить возможность нанести ему удар кинжалом. Должно быть, она поступила так глупо, потому что решила умереть. Она такая волевая и сообразительная. Лун Хэн осторожно ласкал ее щеку, пальцами блуждая по ее профилю.

Именно в этот момент Бай Сянсю внезапно проснулась. Первое, что она почувствовала, — это как одна рука ласкала её лицо, а другая приближалась к шее, как будто преступник собирался её задушить. Рука продолжала двигаться. Используя свои навыки самозащиты, она сразу же нанесла удар без каких-либо колебаний. В то же время, она начала дико биться ногами.

Лун Хэн не ожидал, что она внезапно на него нападет. Он был слишком поглощен своим наблюдением. Однако маленький кулак неожиданно прервал его мысли, когда ударил его по челюсти. Это ему совсем не навредило, но он был поражен и нахмурил брови. Ее голые ноги тоже не показывали никаких признаков слабости. Бам! Бам! Бам! Его сразу же ударили несколько раз по корпусу.

От её действий Лун Хэн немного запаниковал, даже несмотря на то, что ее атаки нисколько ему не угрожали. Просто она двигалась слишком безудержно; она могла навредить себе ещё больше, если бы продолжала так крутиться. Одним движением он обхватил руками её неуклюжие ноги и сказал: «Сюй, это я! Не бойся. Это правда я!»

Этот голос звучал до ужаса знакомо. Бай Сянсю медленно открыла глаза и заметила, что лицо под ее кулаком действительно принадлежит Лун Хэну. У него на лице был покорный взгляд, а также… нотки заботы?

«Лун Хэн… Неужели это ты?» Бай Сянсю не могла поверить своим глазам. Она слегка коснулась его лица, чувствуя теплоту. Это он. Эмоции, которые она отчаянно подавляла с тех пор, как ушла, сразу взорвались. Она нырнула в его объятия, выплескивая слезы. Ее рыдания были такими громкими, что даже Шуер, стоящий снаружи, мог их слышать. Теперь он был совершенно уверен, что человек, которого спас Принц, это мадам Сюй. Однако, что здесь делает женщина из тыла? Он решил стоять на страже у двери, потому что волновался, что другие могут их подслушать. Он был впечатлен тем, как ласково относятся друг к другу муж и жена.

Разумеется, Бай Сянсю начала выпускать все свои недовольства. В то же время она продолжала биться, щипаться и плакать. Лун Хэн совсем не умел утешать женщин, поэтому, боясь, что она может упасть, обнял ее руками и позволил ей делать всё, что она пожелает. Тело Бай Сянсю тоже довольно сильно извивалось, когда она высказывала жалобы. В конце концов, она натолкнулась на кое-что, что постепенно увеличивалось по размеру и не могла не почувствовать смущения. Она сразу же приглушила рыдания и ударила Лун Хэна по груди, когда ее щеки стали ярко-красными. Она крикнула хриплым голосом: «Что ты делаешь?!»

Лун Хэн печально улыбнулся. «Я ведь мужчина. Как он может оставаться спокойным, когда ты такая?»

«А что не так с… Ах! Где моя одежда?» Бай Сянсю сразу прикрыла грудь. Она впилась взглядом в Лун Хэна за то, что не напомнил ей об этом, и выставил дурочкой.

Лун Хэн сразу вручил ей комплект одежды и сказал: «Пока ты должна носить мужскую одежду.»

«Мм. Спасибо, что спас меня. А что с тем генералом? Я отрубила ему…?» — безжалостно спросила Бай Сянсю. Её подбросили в воздух прежде, чем она увидела результат своей работы.

«Сюй. Зачем ты сделала такую опасную вещь? Ты знаешь, что была близка к смерти?» Лун Хэн помог ей расчесать волосы. Он не хотел, чтобы она оказалась в таком опасном положении. Он понял, почему она так поступила, но все равно не хотел, чтобы она сделала что-то подобное ещё раз.

«Но он хотел попытаться использовать меня, чтобы угрожать тебе, если бы я не убила его. Подожди. Если ты смог спасти меня вовремя, это значит, что ты был… рядом в это время?» Щеки Бай Сянсю слегка покраснели. Она хотела провалиться сквозь землю, ведь пыталась соблазнить другого мужчину прямо перед своим мужем! Она чувствовала себя крайне униженной.

Лицо Лун Хэна тоже стало угрюмым. «Тебе больше нельзя говорить такие вещи другим мужчинам. Независимо от обстоятельств. Ты поняла?»

«Да, я поняла…» Бай Сянсю медленно опустила голову, а затем намеренно попыталась изменить тему. «Точно! Ты получил письмо? Ты понял содержание, ведь так?»

«Я слышал, что это была твоя идея. Это замечательно. Я уже выбрал несколько подвижных воинов, и собираюсь их обучить. Скажи, как ты додумалась к такому плану?» Казалось, эта жена всегда могла поразить его, в любой ситуации.

«Мне просто очень нравилось читать, пока я жила в родном доме. Я не могу вспомнить когда, но точно помню, что читала книгу о таком строе, и он ещё необычно назывался, связанный строй лошадей. Когда мне описали вражеский строй, я вспомнила, что было в книге, поэтому захотела приехать сюда, чтобы убедиться. Если бы мои догадки оказались верны, я бы помогла тебе разрушить строй, и ты мог бы благополучно вернуться домой.»

Бай Сянсю уже давно придумала адекватный ответ на этот вопрос. Ей повезло, что её персонаж родился в семье ученых, с действительно очень большой библиотекой. Поэтому, Лун Хэн не нашел ее объяснения подозрительными. По правде говоря, его подозрения в отношении Бай Сянсю постепенно со временем превратились в доверие. Это было глубокое доверие, которое исходило из самого сердца.

«Оденься и отдохни. Если тебе что-то понадобится, Шуер останется здесь. У меня есть кое-какие дела.» У Лун Хэна на самом деле был достаточно большой список вещей, с которыми ему предстояло справиться. И наверху этого списка находилось обучение воинов способу, как разрушить цепной строй лошадей, а затем ковка оружия, которое Бай Сянсю описала в письме.

Бай Сянсю пришлось отдохнуть. Несмотря на то, что она чувствовала, что ей следует помочь Лун Хэну, ей придется подождать, пока она полностью не восстановится. Она не сможет нормально мыслить, если её тело останется в нынешнем состоянии.

Пока руки Лун Хэна были полны разных обязанностей, Бай Сянсю спала. Он начал с ковки оружия. Серпы, которые он собрал из города, оказались слишком малы для использования в бою. У них просто не было возможности порезать ноги лошадей. Одной из самых больших проблем, с которыми он столкнулся — это форма серпа. Каждая попытка кузнеца только ухудшала его недовольство оружием. Когда он изучал самую последнюю попытку кузнеца, позади него раздался голос: «Он слишком короткий. Серп должен быть длиннее, с острым краями на каждой стороне лезвия, чтобы иметь возможность за один удар сделать разрезы туда и обратно.»

Лун Хэн мгновенно узнал голос Бай Сянсю, хотя она и пыталась его замаскировать.

Лун Хэн повернулся и нахмурился: «Почему ты пришла?»

«Я уже отдохнула, поэтому пришла посмотреть. Я немного знаю о подобных вещах.» — ответила Бай Сянсю, внимательно посмотрев на серп. Она была одета в мужскую одежду, но это, похоже, не мешало ей, поскольку она подробно описала форму и размер серпа для кузнецов. В этот момент она была очень благодарна за реалистичные описания телевизионной драмы «Водная грань». Она оказалась очень полезной в ее нынешнем затруднительном положении.

Лун Хэн тоже решил, что ее подсказки довольно полезны, поэтому попросил кузнецов делать всё, согласно ее советам. «Нам придется подождать некоторое время, пока они не закончат. Пойдем со мной. Давай вернемся в комнату.» Такая женщина, как она, не должна бродить по армейскому лагерю. Однако Бай Сянсю, похоже, об этом совсем не волновалась. «Но тебе еще нужно узнать, как правильно обучать своих воинов, разве нет?»

«Это… тогда пойдем со мной.» Смирившись с этой новой находчивой смелостью своей наложницы, Лун Хэн привел Бай Сянсю на тренировочные площадки. Там они увидели, как воины учатся правильно падать и быстро вскакивать на ноги.

Это хороший план. Как и ожидалось от Лун Хэна.

«Нужно поставить здесь несколько деревянных столбов, и пусть они пробуют разрезать столбы оружием. Обучение завершиться, когда они смогут срезать ряд столбов пополам одним ударом.»

«Вот так просто?»

«Да. Как только передний ряд лошадей падет, ряды, стоящие за ними, не смогут вовремя уйти с пути. Они будут топтать все на своем пути, будь то человек или лошадь. Последующий за этим хаос, принесет полное поражение связанному строю лошадей.»

«… Я правда хочу прочитать эту книгу.»

«Ох, прошло столько времени с тех пор, как я её читала. Я даже не знаю, где можно её найти. Ха-ха…»

Лун Хэн не пытался разобраться в этом вопросе, а вместо этого изменил тему: «Как ты?»

«Всё нормально.» Бай Сянсю перешла к рассказу о более подробной информации о стратегии. Она даже придумала идею атаковать врага сзади, заманив в подземный туннель. Неожиданная атака заставит противника сражаться на двух фронтах, в результате чего они запаникуют.

Именно в этот момент Лун Хэн понял, что его жена на самом деле является маньяком войны! Она даже не вздрогнула, когда говорила о крови и насилии. На самом деле она казалась очень уверенной. «Ты…»

«В чем дело?»

«Ты самая сильная девушка, которую я когда-либо встречал.» — тихо сказал Лун Хэн, лаская ее голову. Он собрал несколько своих воинов и начал обучать их согласно ее указаниям. Юй Куан и Сун Цзяоюэ тоже не остались без дела. Горячие мужчины, подобные им, никогда не станут прятаться в стороне, особенно когда дело касается жизни или смерти их нации. И тем более, когда даже женщина ставит свою жизнь на кон, ради страны.

Лун Хэн не хотел, чтобы она помогала, но ничего не мог с этим поделать. Итак, он решил дать ей помочь в деталях, таких как выбрать тип ручек для копьев и понаблюдать за методом тренировки по разрезу столбов пополам.

Сначала он волновался, но в конце концов решил позволить ей остаться, потому что на него навалилось слишком много работы. Все думали о ней только как о стратеге, которого нанял Лун Хэн, поэтому не обращали на нее слишком много внимания. Единственный человек, который ее заметил, это принц Ронг. Он узнал Бай Сянсю. Фактически, он узнал ее почти сразу, увидев ее на тренировочных полях.

Он слышал, что стратегом был тот, кого Лун Хэн спас с поля битвы, но никак не ожидал, что этим стратегом на самом деле окажется наложница Лун Хэна. Вскоре он понял, насколько она способна, когда услышал, как она убедительно и аргументированно объясняла свои мысли. Он решил не влезать в это дело. По крайней мере, похоже, она здесь не только для наслаждения Лун Хэна, несмотря на то, что она наложница.

Лун Хэн видел выражение на лице принца Ронга и понял, что он осознал ее истинную личность. Поэтому, Лун Хэн решил рассказать ему, почему Бай Сянсю приехала в Спокойный город. Принц Ронг совсем не ожидал, что наложница его генерала будет настолько умной и талантливой. Лун Хэн быстро добавил: «Принц Ронг, я умоляю вас об одной услуге.»

«Какой?»

«Пожалуйста, передайте императору ее достижения в этой войне, когда мы вернемся. Я хочу использовать оба наших вклада, чтобы просить о предоставлении ей должности принцессы-супруги.»

«Ну, это не слишком сложная задача, но боюсь, другие могут тебя раскритиковать.»

«Для меня это не имеет никакого значения. У меня и так достаточно недоброжелателей в столице.»

«Ха-ха! Хорошо, что тебя это не особо беспокоит.»

«Тогда, Лун Хэн благодарит Принца Ронга за исполнение его желания.»

Принцу Ронгу не разрешили участвовать в подготовке, поскольку он находился там только для контроля военных действий. Тем не менее, он был готов помочь Лун Хэну в этой небольшой услуге. В конце концов, эта женщина действительно спасла их из опасной ситуации. У них оставалось только полмесяца, прежде чем закончиться продовольственный запас. Тогда их ситуация стала бы значительно опасней.

Лун Хэн вздохнул с облегчением и вернулся в свою комнату, поблагодарив Принца Ронга. Он заметил, что его маленькая женщина глубоко погрузилась в рисование. Взглянув ей через плечо, он сразу понял, что она рисует топографическую карту окрестностей. Она обратила особое внимание на детали задних линий противника. Не могу поверить, что она так много запомнила, лишь один раз там побывав.

«Тебе не обязательно рисовать карту. Почти каждый командир здесь знает местность, как свои пять пальцев.»

«Значит… все уже это запомнили?»

«Да. У нас есть карта этой территории.»

«Эх… Тогда зачем я потратила свою энергию на эту бесполезную вещь?» Бай Сянсю отбросила свои рисунки в сторону и прошла несколько шагов к кровати, упав на нее с громким звуком. Лун Хэн спросил: «Твои раны немного зажили?»

«Мм. Да, мне намного лучше.»

«Дай мне взглянуть.»

«Умм… Разве это не будет немного неуместно?» Такое и правда неуместно делать здесь, когда они в городе. Тем не менее, Лун Хэн определенно не принял такого ответа, бросив ее глубже на кровать. Они ничего не делали последние два дня, хотя спали на одной кровати. Это было особенно трудно. Он часто думал о ней, когда проводил ночи в одиночестве, но он не испытывал желания что-либо делать. Теперь, когда она здесь, ему невероятно трудно перестать её хотеть. Он очень, очень хотел ее.

Мгновение поразмыслив, Бай Сянсю не стала сопротивляться его ухаживаниям. В конце концов, они не были близки с тех пор, как она родила. Он долго держал себя под контролем. Поэтому она не слишком долго боролась. Вот так, двое начали кувыркаться в простынях. На следующий день Бай Сянсю долго мучилась, прежде чем смогла подняться с кровати после ночи любви и страсти.

Лун Хэн почувствовал невероятную бодрость. Казалось, его энергия почти бездонна. Он даже не чувствовал такой большой враждебности, как раньше, когда видел своих соперников по любви. Тем не менее, это определенно изменилось, когда Юй Куан внезапно решил залезть в комнату Лун Хэна. Или, точнее, в комнату Бай Сянсю. К лучшему или худшему, Лун Хэн в это время принимал ванну.

Бай Сянсю остолбенела, когда Юй Куан внезапно появился в её комнате. Он даже упал на постель, как энергичный мальчик, вытянув руки. Он имеет в виду, что хочет обнимать меня во сне?

Ау? Этот парень сошел с ума?

Он пытается спровоцировать Лун Хэна на бой? Над головой Бай Сянсю появились бесчисленные вопросительные знаки. Она выглядела довольно мило, когда не знала, что ей делать.

«Старшая сестра. Давай спать вместе!»

«Ты… Юй Шу?» Бай Сянсю открыла окно, чтобы взглянуть на небо. Твою мать! Когда луна успела стать круглой? Подождите, почему он не связал себя, как обычно? Почему он вдруг залез в мою комнату?

Нет. Он, должно быть, все таки пытался связать себя. Она заметила рваные раны на его запястьях, очевидно, вызванные попыткой вырваться из веревок. Его руки сильно кровоточили и выглядели действительно ужасно.

«Ты упрямый ребенок! Почему ты бегаешь вокруг с такими ранами?» Бай Сянсю перешла на другую сторону комнаты, чтобы взять какое-то лекарство от внешних ран, и схватила его за руку, чтобы применить его. Однако Юй Шу решил использовать этот шанс, чтобы затащить ее на кровать.

«Ах…!» Бай Сянсю была застигнута врасплох, упав на кровать. Юй Шу мгновенно втянул её в крепкие объятия.

Конечно, Лун Хэн стал свидетелем этой сцены. Услышав шум, он сразу выбежал из ванны, одев только один тонкий слой одежды. В припадке гнева он немедленно оттащил Бай Сянсю от Юй Куана и нанес ему тяжелый удар. Неожиданно Юй Куан даже не попытался уклониться от его атаки, приняв на себя всю тяжесть удара. Что с ним случилось? Лун Хэн заметил, что это особенно странно. Юй Куан определенно смог бы увернуться от такого прямого удара даже во сне, с его боевыми навыками. Что ещё более странно, почему он даже встал в оборонительную позицию? Из-за удара он свалился на пол.

«Ауч! Почему ты бьешь людей без причины?!» Юй Шу был ребенком. Он не знал, как защитить себя. «Старшая сестра! Старшая сестра! Мне больно! Это так больно!» Юй Шу наклонился к стене, с трудом поднявшись на ноги. На углу его губы появилась кровь, и казалось, что ему правда очень больно. С его глаз даже потекли слезы.

«…» Лун Хэн потерял дар речи. Он точно мужчина? Почему он плачет?

Бай Сянсю внезапно подошла к нему и погладила по голове, утешая нежным голосом. «Не плачь, не плачь… будь хорошим ребенком. Старшая сестра поможет тебе применить лекарство и больше не даст этому старшему брату тебя ударить. Хорошо?»

«Конечно! Старшая сестра самая лучшая!»

«…» Лун Хэн изо всех сил пытался понять ситуацию перед своими глазами. Но у него не получалось. Его маленькая жена наносила лекарство на другого мужчину… или мальчика, скорее, утешая его и вытирая слезы. Это буквально была сцена, как взрослый пытается утешить ребенка! К сожалению, его глаза не видели того же, что и его ум. Как ему с этим смириться?!

Однако он ничего не мог с этим поделать. Он надел остальную одежду и уставился на них. «Что с ним случилось? У него что-то с мозгами?»

Он не мог настолько повредить мозг Юй Куана, когда ударил его по голове… верно? Но похоже, что глава Альянса Вулин был в этом состоянии, ещё до того, как Лун Хэн его ударил.

«Подожди немного. Я все объясню, когда он заснет.»

«Заснет? Здесь?»

«А где еще он будет спать? Тсс. Не кричи так громко.» Бай Сянсю не могла больше скрывать от Лун Хэна правду. Однако ей предстоит сначала решить первую проблему, прежде чем перейти ко второй. Юй Шу был слишком силен. Совершенно взрослый мужчина, теперь вел себя как ребенок, плакал и бился в истерике. Наконец он заснул, обнимая руку Бай Сянсю. На самом деле он хотел обнять ее, но тот человек смотрел на него с таким страшным выражением. Поэтому, ему пришлось отступить и довольствоваться только рукой. Он продолжал хныкать от боли, пока, наконец, не заснул.

«Объясняй.» — с нетерпением в голосе сказал Лун Хэн.

«Ха-ха! Давай поговорим в другой комнате.» Бай Сянсю вытащила Лун Хэна и подробно рассказала всё о Юй Куане. Конечно, она не упоминала о немного более близких моментах. Она сказала ему, что, по ее мнению, Юй Куан ничего не помнит, когда превращается в Юй Шу.

Лун Хэну было трудно продолжать сердиться на главу Альянса Вулин. В конце концов, было бы неправильно злиться на ребенка… верно? К сожалению, этот ребенок находился в теле взрослого! Это действительно нормально, что он вел себя так мило и приятно? Ну, правда в том, что я в долгу перед ним за спасение Бай Сянсю. Он решил потерпеть одну ночь и теснился на крошечной кровати вместе с Бай Сянсю.

На следующий день, когда Юй Куан открыл глаза, он был сбит с толку. Он не мог вспомнить ничего, что произошло вчера. Он только чувствовал жгучую боль. Его выражение быстро помрачнело, когда он коснулся своего лица. Оно явно опухшее! Откуда у меня такая серьезная травма? Перед ним появилась большая фигура. «Глава Альянса Юй, почему бы нам не выйти наружу и провести пару боев, раз вы проснулись?»

«Принц Ли. Почему я здесь?»

«Пойдемте со мной, и вы скоро поймете.»

«Хорошо.» Юй Куан не отступил после того, как ему бросили вызов. Шуер, стоявший неподалеку, испытал шок, когда они шли мимо. Атмосфера была наполнена желанием убить. Что случилось? Откуда такая кровавая атмосфера с самого утра?

Затем из комнаты вышла мадам Сюй и нахмурилась. «Куда они ушли?»

«…» Шуер изо всех сил пытался понять ситуацию. Почему двое мужчин и одна женщина вышли из одной комнаты? Почему Принц пошел сражаться с этим странным человеком? Для него это не имело смысла, как бы он ни думал об этом.

Шлеп! Его стукнули по голове. «Прекрати думать о глупостях! Вчера вечером мы с Его Высочеством спали вместе.»

«А как же он?» Почему тот человек тоже спал с ними в одной комнате?

«Ему надо было кое-что обсудить с Его Высочеством и он остался на ночь, поскольку когда они закончили, уже было слишком поздно.» Это так неловко. Даже у такого чистого ребенка, как Шуер, есть подобные мысли.

«Ох.» Шуер отнесся к этому скептически. Он считал, что неуместно оставаться на ночь, даже если уже поздно. И даже если так, почему бы ему просто не выйти рано утром, пока все спят?

«Ладно, давай пока оставим этих двоих в покое. Принеси сюда две миски с водой.» Мужчины все-таки существа с горячей кровью. После боя они успокоятся. Несколько мгновений спустя Шуер принес кашу и собрал овощи на завтрак. Он принес три чаши каши, поскольку здесь было три человека.

У них не осталось особого выбора в продуктах, ведь, в конце концов, еда была в дефиците. Даже этот простой завтрак уже можно было считать довольно роскошным. Но Бай Сянсю не придиралась. Лун Хэн и Юй Куан вошли в столовую уже после того, как она съела свой завтрак. Оба получили некоторые травмы, но они не казались слишком серьезными. «Садитесь и позавтракайте. Я пойду проверю ход подготовки войск.»

Лун Хэн открыл рот, но так ничего и не сказал. Он очень ценил, что она не жаловалась даже в такие времена. Когда Лун Хэн увидел, как Бай Сянсю в спешке ушла, он быстро справился со своей кашей и тоже ушел, надев доспехи.

Юй Куан потирал свои щеки. Этот парень стремиться к Бай Сянсю всё больше и больше. Он правда беспокоился, что Юй Шу может что-то сделать, и теперь его страхи сбылись. Он на самом деле отправился спать в комнату Бай Сянсю? Неудивительно, что Лун Хэн так злился. К счастью, он не дрался с ним в полную силу, потому что Юй Куан был здесь, чтобы помочь. Поскольку Лун Хэн не особо старался, ему тоже не стоило прилагать все силы.

Все силы он отдаст, когда начнется война с их врагом!

Бай Сянсю взволнованно потянула Лун Хэна за рукав, когда он наконец догнал ее. «Невероятно! Они такие впечатляющие!» Лун Хэн был странно счастлив, когда она похвалила его подчиненных. Край его губ поднялся, сформировав легкую улыбку.

Воины, которые успешно срезали ряд столбов пополам, тоже услышали ее похвалу. Они все вскочили и с радостью её поприветствовали. Эти мужчины провели месяц, как звери в клетке, и больше не могли подавлять ярость внутри своих сердец.

Бай Сянсю была в восторге и громко крикнула им: «Вы лучшие!»

«Вooo!» Солдаты высоко оценили её поддержку. Все услышали ее похвалу, и снова вздохнули с волнением. Все они знали, что этого стратега нанял генерал. Почему бы им не радоваться, после его похвалы?

Лун Хэн нахмурился. Разве они не переусердствуют? Однако это, похоже, открыло новые стороны его жены. Казалось, у нее почти бесконечное количество энергии. От неё было трудно оторвать глаза.

Сун Цзяоюэ видел все с крыши здания неподалеку. Казалось, он был во сне. От неё правда трудно отвести взгляд, когда она так ярко сияет, несмотря на то, что он знал, что теперь она неотделима от Лун Хэна и делает все это только ради своего мужа. Однако он все равно не мог её забыть.

Он крепко сжал кулак. Стоявший рядом с ним Юй Куан внезапно спросил: «Какие у тебя с ней отношения?»

«Никаких.»

«Но твое выражение…»

«В прошлом, я сам случайно уничтожил всё своими руками.»

«Что?»

«Тебе не нужно это знать.» Сун Цзяоюэ повернулся и ушел. Он был настроен помочь им в меру своих способностей. Он не мог допустить, чтобы ее усилия пропали даром.

Лун Хэн вскоре закончил подготовку к битве. Он дал воинам один день отдыха, планируя начать наступление на следующий день. Он уже подготовил специальную ударную команду для ночной операции. Поскольку Сун Цзяоюэ и Юй Куан были экспертами по боевым искусствам и чрезвычайно опасны сами по себе, их тоже назначили в ударную команду. Они покинут город ночью через секретный проход, чтобы напасть на врага.

Лун Хэну придется подождать до утра, чтобы отправить войска в бой, потому что противник не захочет сражаться ночью. Битва не начнется, пока висит флаг перемирия. Если только, конечно, это не неожиданная атака. Но кто будет ожидать внезапную атаку прямо с фронта!?

Они наслаждались роскошным ужином накануне большой битвы. Солдаты, обычно отвечавшие за приготовление пищи, тоже принимали участие в обучении, поэтому Бай Сянсю взялась за приготовление ужина. Всё равно ей особо нечем было заняться. Стратеги редко появлялись на кухне, поэтому воины следовали ее командам так же легко, как на тренировочном поле. Используя собственные деньги, Бай Сянсю купила двух свиней у местных жителей. Воины помогли их забить и она уже взялась за готовку. Бай Сянсю прошла через множество неприятностей, чтобы приобрести и приготовить двух свиней.

Откуда у Лун Хэна и остальных воинов могло появиться время для чего-то подобного? Они очень удивились, когда на их столы подали свинину. Лун Хэн тоже был ошеломлен. Он сразу спросил Бай Сянсю: «Ты весь день готовила?»

«Да. Я решила таким образом немного повысить боевой дух, потому что каждый из вас завтра будет рисковать жизнью.»

«Большое спасибо.»

«Я также купила вина. Однако не стоит пить слишком много. Каждому есть только по одной чаше.»

Солдаты были поражены. Прошло больше месяца с тех пор, как они пробовали вино и мясо! Более того, каждому разрешили одну чашу вина! Это количество казалась почти астрономическим, когда они находились на войне.

В эти дни имперскому двору было очень трудно перевозить пайки для армии, не говоря уже о вине. Более того, Лун Хэн всегда строго к этому относился и не позволял пить, как им захочется. Воины были очень благодарны стратегу с аурой ученого за такую роскошь перед битвой. Ее хвалил даже принц Ронг. Принц он или нет, у него в рационе тоже не было мяса целый месяц. Для него это оказался довольно мучительный опыт. Так что он обрадовался, что сможет поесть мяса, хотя завтра и не участвует в сражении. Кроме того, мадам Сюй была знаменита в столице своими кулинарными навыками. Итак, свиное мясо получилось чрезвычайно сочным и вкусным.

«Предлагаю тост.» Принц Ронг поднял свою чашу вина над головой. Остальные воины последовали его примеру. Лун Хэн тоже присоединился: «Завтра мы победим врага!»

«Победим врага!» Оглушительный крик глубоко тронул Бай Сянсю. Она вдруг подняла чашу. Лун Хэн положил руку ей на плечо, но она не обратила на него внимания. Она выпила свое выно до дна, вместе с толпой, а затем с силой бросила чашу на землю.

«…» Лун Хэн потерял дар речи. Иногда было очень трудно идти в ногу со его маленькой женой, особенно когда она делала такие вещи.

И затем… Бам! Бам! Бам!

Воздух заполнился звуками разбитой глины. Все солдаты повторили за ней, поразбивав чаши об землю. Лун Хэн смирился с этим. Он подумает о расходах позже. Его имение в состоянии возместить цену этих чаш.

Бам! Затем он увидел, как Бай Сянсю упала на свое место. Она казалась очень пьяной. Зачем столько пить, если не сможешь это выдержать? Она не должна была так напрягаться. Он продолжал следить за ней всё время ужина. Сун Цзяоюэ и Юй Куан должны были уйти сразу после ужина.

Бай Сянсю была немного подвыпившей, когда отправила их вместе с Лун Хэном. Она даже крепко хлопнула их по плечам и сказала: «Удачи, дорогие друзья! Не проявляйте милосердия! Убивайте! Сжигайте! Покажите им всем! ик…»

Лун Хэн немедленно закрыл ей рот рукой и сказал: «Берегите себя.»

«Мы постараемся. Тебе лучше отвести ее в комнату. Похоже, она правда напилась.» — мягко рассмеялась Сун Цзяоюэ. В этой девушке слишком много сюрпризов. Казалось, ей нравилось попадать во всевозможные забавные ситуации.

Лун Хэн кивнул. Он схватил Бай Сянсю за плечо и медленно поддерживал ее до самой комнаты. Он не мог поднять и понести её, как невесту, когда на них смотрят так много глаз. Он не хотел появления лишних слухов.

Бай Сянсю бормотала всякие глупости, даже когда уже была в спальне. Лун Хэн в конце концов посмотрел на Шуэра и сказал: «Уходи. Тебе не нужно нас ждать.»

Шуер поспешно вышел из комнаты. Ваше Высочество, разве это хорошая идея, если завтра назначенный день битвы?

Лун Хэн пришел к выводу, что единственный способ заставить ее остановиться — это бросить на простыни. Уснув, она точно успокоится. На самом деле, этот маленький трюк ни разу его не подводил.

В тот вечер Бай Сянсю прошла через жестокую тренировку. Когда они закончили, она уснула, как ребенок. У нее не осталось сил даже поднять руки. Лун Хэн был невероятно доволен. Одевшись, он вышел, чтобы проверить солдат.

Лун Хэн хорошо знал, как заботиться о своем теле. Он вернулся после того, как закончил свои обязанности, и лег в постель рядом с Бай Сянсю, чтобы иметь силы сосредоточиться на завтрашней битве. На следующее утро Лун Хэн ушел намного раньше, чем проснулась Бай Сянсю. Но перед тем, он некоторое время ласкал ее крошечное лицо, со следами сожаления в глазах. Прошлой ночью он слишком возбудился и вел себя довольно грубо. Вероятно, она ещё не скоро проснется. Он очень хотел, чтобы к тому времени противник уже был побежден.

К сожалению, Бай Сянсю разбудил оглушительный крик, который поднялся, когда они открыли ворота. Игнорируя завтрак, она тут же оделась и побежала к городским стенам. Воины хотели, чтобы она осталась на безопасном расстоянии, потому что был шанс, что ее случайно ранят стрелой.

Шуер тоже пытался ее остановить. «Пожалуйста, не подходите к стенам, хозяйка. Я не смогу ответить Его Высочеству, если с вами что-нибудь случится.»

«Я только взгляну. Не волнуйся, я буду осторожна.» Ее ноги стали мягкими из-за запаха крови, который наполнял воздух. Однако она стиснула зубы и продолжала идти. Возможно, из-за того, что последние несколько дней её постоянно окружал запах крови, ее фобия намного уменьшилась.

Как она могла проявить слабость в такое критическое время? Бай Сянсю схватилась за перила и увидела, что ее главный герой ведет бой. Он был одет в полный доспех и лично руководил атакой, бесстрашно сражаясь. Его присутствие само по себе уже было большим утешением для его людей. Каждый великий полководец имел такую же ауру, как у него. Именно благодаря харизме они вели людей в бой, чтобы придать смысл их смерти.

Строй цепных лошадей не заставил себя долго ждать. Бай Сянсю убедилась в своем анализе. Эта формация действительно была похожа на строй связанных лошадей, о которой она знала. Она молилась, чтобы они достигли успеха в прорыве формирования, и что Лун Хэн вернется в целости и сохранности.

«Не волнуйся. Я здесь просто, чтобы почувствовать ветерок. Я вернусь в комнату, как только мы сломаем строй.»

«Мм. Тогда этот слуга будет сопровождать вас.» Женщине требуется много мужества, чтобы стоять здесь во время битвы, но она оставалась неподвижной, без малейшего намека на страх, даже когда мимо пролетали шальные стрелы и ударили солдата прямо рядом с ней. Только тогда, заметив, что ее сосед был поражен стрелой, она решила уйти и помочь увести его. Все это время у нее было серьезное выражение лица.

«Шуер, перестань стоять, как скала. Отведи его к врачу. И возьми немного лекарств. Таким образом, мы сможем помогать с незначительными ранами на месте.»

«Этот покорный слуга понял.» Их отношения хозяйки и слуги уже не были такими жесткими и формальными, как в поместье. Шуер привык помогать с делами и выполнять ее команды. Оруженосец генерала почти всегда бесполезен на поле битвы, но он понял, что даже если ему нет места в бою, он все равно способен на гораздо большее. Мадам Сюй делала так много, чтобы помочь военным, хотя она обычная женщина. Такому мужчине, как он было бы стыдно продолжать прятаться, как раньше.

Вероятно, из-за того, что они помогали военным в одежде обычных людей, некоторые молодые люди из города тоже вдохновились на помощь. Они добровольно помогали перевозить предметы, доставлять воду, еду и т. д.

Лун Хэн никогда не хотел, чтобы граждане принимали участие в этой войне. В конце концов, кого защищать воинам, если все граждане окажутся ранены или мертвы? Но в этот день все они стали единомышленниками, которые хотят победить вражеские войска. Они смогут снова открыть городские ворота, и им больше не придется умирать от голода в городских стенах.

Обе стороны начали бить в боевые барабаны, когда две армии приготовились к столкновению. Бай Сянсю прислонилась к городским стенам, чтобы посмотреть на поле битвы. Лун Хэн отошел на задний план, а специально обученные воины заняли фронт. Со специфическими серпами в руках они в унисон начали идти вперед. Бронированные лошади тоже рысью направились к войскам. Ситуация выглядела мрачной; казалось, их единственная судьба — быть растоптанными под копытами бронированных лошадей.

Однако на их лицах не показывалось даже намека на страх. Сформировав горизонтальные линии, они начали атаковать лошадей. Они выглядели почти как формальный китайский иероглиф для номера 1, если на них смотреть вниз с городских стен. Их синхронность просто ошеломляла. Над дисциплиной этих воинов явно нельзя было посмеяться. Это зрелище не заслуживало ничего иного, кроме как удивления и восторга. Ни один воин не нарушил ряд! Если хотя бы один из них допустил ошибку, весь отряд был бы обречен на смерть! Тем не менее, они не проявляли страха и не прятались.

Удачи! Руки Бай Сянсю побелели, когда она крепко схватилась за стену. Прямо перед тем, как две армии встретились, особый отряд войск опустился на колени и вытолкнул свои серпы вперед в горизонтальном направлении. Никто не ожидал такого шага, но останавливать лошадей было уже слишком поздно. Поток крови обрушился на линии фронта, когда у всего первого ряда бронированных лошадей оказались отрезаны ноги. Ее рот невольно дернулся. Она только что поняла, что стала причиной гибели бесчисленных лошадей. Однако выбор был — либо лошади, либо они. Она не могла поступить по-другому.

Как и предсказывала Бай Сянсю, кавалерийские войска шли волна за волной. Вторая волна кавалерии не смогла остановиться вовремя, поскольку первая стала жертвой серпов. Таким образом, первая волна понесла жестокие потери со спины, так как и лошади, и люди были растоптаны. Формация растворилась в руинах, когда третья волна все таки остановилась, чтобы не затоптать вторую. Воины с серпами легко перепрыгнули через туши первой волны, уничтожили вторую волну, пока они оставались в замешательстве, и энергично атаковали третью. Их длинные изогнутые клинки легко проскальзывали мимо всадников, чтобы выбить их с места, и они замертво падали на землю.

«Ура! Строй разрушен!» — взволнованно закричала Бай Сянсю. Воины на городских стенах тоже взревели. «Да!!! Он сломан! Скорее бегите поджав хвосты между ног!» Барабанщики начали барабанить с ещё большей энергией, заставляя воинов сражаться с ещё большим пылом. С этим ничего не поделаешь. Это заняло много времени, но они наконец победили строй. Они были в полном восторге.

Командир Лю никогда бы не подумал, что строй, который он тщательно подготовил, так легко победят. Он решил огласить отступление; ведь нужно спасти то, что осталось от его элитных войск. Но как только он встал, чтобы отдать приказ, пришло известие, что противник атакует его тыл. Другой отряд, возглавляемый человеком из Цзянху, атаковал прямо сзади. Но как они добрались с фронта, срезая его армию волну за волной, как горячий нож сквозь масло? Как это возможно?

Тем не менее, командир Лю очень способный командир. Он быстро организовал свою армию и приказал отступить. Они ушли на целую сотню миль, прежде чем он наконец почувствовал себя в достаточной безопасности, чтобы внести некоторые коррективы в их формирование. Когда прибыли гонцы, их поражение стало очевидным. Он потерял юольшую половину своих людей, а кавалерия связанных лошадей полностью уничтожена. Хотя командующий Лю приказал отступить, враги все еще преследовали их по горячим следам. Это закончится смертью, как только враг их достигнет.

Им приходилось отступать только по прямой линии, потому что они не могли разделиться. Но это также означало, что врагам легче их догнать. Лун Хэн сам обучал своих воинов. Это были очень мобильные войска, по скорости сравнимые с кавалерией. Поэтому всех отставших поймали в течение четырех часов.

Лун Хэн никогда не думал, что сражение будет таким односторонним. Он также знал, что не стоит преследовать врага в полном отступлении. Его первой мыслью после того, как он услышал гудок о победе было побежать к Бай Сянсю и сказать ей, что они победили!

Знакомый силуэт протиснулся сквозь ликующую толпу, когда он входил в ворота. Фигура бежала к нему с невероятной скоростью. Тем не менее, она остановилась, когда заметила, что немного неуместно обнимать его в мужской одежде. Но не смогла сделать это вовремя и все же бросилась в его объятия. Лун Хэн инстинктивно протянул руку, чтобы поддержать ее, и перед всеми воинами поприветствовал ее поднятым вверх кулаком: «Большое спасибо стратегу Баю за помощь в победе над врагом и вклад в повышение славы нашей нации!»

«А?» Что ты делаешь? Все относились к Лун Хэну как к богу, потому что он повел их в бой и победил грозный цепной строй лошадей. Тем не менее, они начали криками поддерживать Бай Сянсю, услышав, как он ее похвалил. «Слава нашей стране!» Бай Сянсю покраснела от их криков. Она тайно ущипнула Лун Хэна, но все равно удивилась их признанию.

Значит, как оказалось, женщину не нужно ограничивать крошечным задним двором. Несмотря на то, что имеется в виду усадьба принца, но она все равно намного меньше, чем такое место. После битвы осталось много раненных. Лун Хэн собрал команду, чтобы выследить оставшуюся часть армии командующего Лю. Он также готовился к следующей битве. Они будут продолжать, пока не достигнут столицы вражеской нации.

Продовольствие прибыло на следующий день вместе с А Цюанем. Он почувствовал себя очень неловко, когда увидел Лун Хэна и опустился на колени, чтобы попросить прощения. Лун Хэн не злился, потому что не испытывал чувств к третьей мадам. Вместо этого он был счастлив, что А Цюань помог Бай Сянсю в ее путешествии и собрал некоторых местных жителей, чтобы они им помогли. Никто не знал вражескую страну лучше, чем жители округа Шу. Особенно охотники. У них даже был какой-то местный метод борьбы против смертельного токсина паразита вражеской нации.

Итак, военные и гражданские лица образовали альянс. В городе все друг другу помогали. Это была довольно счастливая и гармоничная сцена. Бай Сянсю чувствовала, что ей пора возвращаться. Она отвлекала бы Лун Хэна, если бы осталась здесь и дальше. Она привела себя в порядок и собиралась уйти, когда Лун Хэн вернется из разведки. Ей немного не хотелось уходить, но она была рада хотя бы тому, что сможет увидеть его, прежде чем покинуть город.

Все по другому, когда находишься в браке. Нежелание расставаться неизбежно возникает, когда приходит время разлуки. Раз она собралась уходить, то не должна ли она позволить ему насладиться всем, что его душе угодно? Но как ей это сделать в таком виде?

Она была одета в мужскую одежду с головы до пят и даже завязывала волосы в мужской пучок. В ее внешности сейчас не было ничего прекрасного. Более того, рана на ее теле еще не зажила. Сможет ли она сейчас соблазнить кого-то? Она коснулась своего лица. Даже ее кожа потемнела и стала немного сухой после прибытия сюда. Так не пойдет! Во всяком случае, хотя бы кожу нужно сделать немного более гладкой, чем вчера вечером!

Она попросила Шуера купить немного молока и погрузилась в молочную ванну. Она очень долго не выходила и встала, только когда почувствовала, что ее кожа стала мягче. Кто-то постучал, как только она закончила вытираться, и Шуер объявил: «Сэр Бай, сэр Сун хочет с вами поговорить.»

«Хорошо. Я сейчас.» Бай Сянсю оделась и вышла, но поняла, что Сун Цзяюэ уже довольно долго ждал снаружи. Он сразу же встал, увидев ее: «… Сэр Бай, мне нужна ваша помощь.»

«Что случилось?» Бай Сянсю села. Она была немного озадачена; чувствовалось, что Сун Цзяоюэ явно взволнован.

«Ээм… мы вторглись в лагерь противника и нашли пленную женщину.»

«Какую женщину?»

«Это… Мисс Лин.»

«Что?!» Очень удивительно, что она ещё жива.

«Кажется, она немного не в себе, поэтому могу ли я попросить вас позаботиться о ней некоторое время и взять ее обратно в столицу вместе с нами?» Поскольку он привел ее с собой, ему, естественно, придется везти ее обратно в столицу.

«Понятно. Хорошо.»

«Но вы точно о ней позаботитесь?»

«Конечно.» Поскольку Лин Цяньцзи женщина, было бы неуместно оставлять ее под присмотром мужчин. Однако она не хотела видеть главную героиню, поэтому попросила Шуера устроить ее в доме мирных жителей. В этом доме было много женщин, и они могли присмотреть за ней. Во всяком случае, это только на одну ночь.

Она никогда бы не подумала, что проблема возникнет еще до того, как эта женщина войдет в тот дом. Поскольку главная героиня была настолько привлекательной, сын из этой семьи на самом деле совершил преступление. У Бай Сянсю не было другого выбора, кроме как пригласить их на уадиенцию. Прошло только четыре часа с тех пор, как все было организовано. Как проблема могла возникнуть так быстро?

Парню на вид было около восемнадцати лет. Он выглядел, будто его сильно обидели, когда он опустился на колени. Его мать и старшая сестра сделали тоже самое. На их лицах были видны следы высохших слез.

«Что случилось?» — спросила Бай Сянсю грубым голосом. Она специально делала свой голос грубым, ведь ее нынешняя личность принадлежала стратегу, которого пригласил Лун Хэн. В результате этого ее очень уважали в армии.

Стоя на коленях, молодой человек заговорил: «В ответ на вопрос джентльмена, я ни в чем не виноват. Эта молодая мисс немного сумасшедшая. Самое странное, что, увидев меня, она называла меня сначала Юньчжэном, а потом Юньинем. Она даже назвала меня… мужем. Я-я… она сама разделась. На мгновение я не смог сдержаться и обнял ее. Но когда это произошло, она ударила меня и сказала, что я ее оскорбил!»

«Мы можем это доказать!» Его мать и старшая сестра одновременно подняли руки и завопили: «Мой сын всегда был честен. Если бы эта женщина не проявляли инициативу, он… определенно не сделал бы такого!»

Бай Сянсю кивнула и попросила их уйти. Затем она сказала найти Лин Цяньцзи; потому что после того, как все сказано и сделано, она все равно должна проверить правду в этом вопросе. Бай Сянсю не могла дождаться возвращения в столицу, чтобы подать жалобу императору. Лун Хэн останется на поле битвы, так как она могла отвлекать его такими вещами? В конце концов, ее сердце не могло не заболеть, когда вошла Лин Цяньцзи. Она ведь главная героиня! Даже Бай Сянсю не сдержалась, бросив на неё несколько дополнительных взглядов из-за ее нежной, слабой ауры. Что уж говорить о мужчинах!

Однако, когда ее взгляд встретился со взглядом Бай Сянсю, её лицо сразу переполнилось ненавистью. Не задумываясь, она побежала прямо к Бай Сянсю и закричала: «Я тебя убью! Верни мне моего ребенка! Ты убила моего ребенка!»

Нахмурившись, Бай Сянсю качнулась назад, избегая вытянутых когтей сумасшедшей женщины. Она подняла руку и дико ударила Лин Цяньцзи по лицу. По правде, она постаралась вложить больше сил в этот удар, надеясь, что это очистит разум главной героини. Тем не менее, стало ясно, что она одержима. «Ты ужасная женщина!! Ты бросила моего ребенка и он умер!»

«А? Ты психически больна? Когда я бросала твоего ребенка?» Это ты его бросила!

«И ты даже не признаешь этого! Ты убила моего ребенка, чтобы спасти себя. Я убью тебя, чтобы отомстить за него! Я убью тебя!!»

«Черт, ты правда сошла с ума?» Неужели воображение главной героини на самом деле так истощилось, что она искренне думала о Бай Сянсю как о своем смертельном враге? Она забыла о преступлении, которое сама совершила? Это заблуждение было лишь крошечным, менее впечатляющим, чем количество проклятий, которые она изливала!

«Я тебя убью!» Главная героиня схватила табуретку и подняла ее над головой. Она собиралась атаковать снова.

Бай Сянсю нахмурилась, думая, что эта женщина действительно сошла с ума. Именно в этот момент вошел Шуер, отключив главную героиню быстрым ударом сзади. Бай Сянсю поняла, что не сможет получить что-либо от главной героини, поэтому сказала Шуеру запереть Лин Цяньцзи. Затем она отправила семью домой и сказала, что поведение мисс Лин вызвано огромным шоком. Бай Сянсю попросила их не обращать внимания на то, что произошло. Не имело значения, действительно ли этот молодой человек оскорбил главную героиню или нет. Бай Сянсю больше не хотела беспокоиться об этом. Ей нужно было найти способ отослать эту безумную женщину. В противном случае что-то пойдет не так. Без сомнения.

Дальнейшие события доказали, что она была права. Когда она все еще собирала вещи, несколько солдат подошли, чтобы попросить ее встретиться с вице-генералом Чэнь Тао.

Этот человек изначально руководил гвардией Спокойного города. Он был крайне недоволен с тех пор, как пришел Лун Хэн, потому что главный герой вытеснил практически всю его власть. Вполне вероятно, что за его желанием встретиться с ней стояла особая причина!

Бай Сянсю нахмурилась и в сопровождении Шуера отправилась к Чэнь Тао. Кто знал, что кто-то устроит засаду и свяжет Шуера именно тогда, когда они войдут внутрь? Она чувствовала, что что-то не так, но когда повернулась, чтобы сбежать, ощутила, как её горлу приставили меч.

«Сэр Бай, пожалуйста, входите.»

У Бай Сянсю не было другого выбора, кроме как подчиняться. Она вошла, увидев Чэнь Тао и нескольких солдат, стоящих внутри. На его губах играла ухмылка, когда он презрительно смотрел на нее.

«Командующий городской гвардии Чэнь, что это значит?»

«Что значит? О, я полагаю, вы не знаете какое наказание ждет тех, кто приведет жену и детей на поле боя? Я полагаю, что это минимум сотня ударов тростью, после официального отказа от вашей позиции в армии и вызова из столицы для личного наказания императором.»

«О, тогда похоже, это не имеет ко мне никакого отношения.» Это плохо. Неужели Чэнь Тао что-то знает? Лун Хэн всегда держал ее личность в секрете. А такое наказание правда существует? Но что важнее, как он узнал о ее личности? Они всегда были очень осторожны.

«Мадам Сюй, вы правда хотите, чтобы я снял с вас одежду перед всеми, чтобы вы наконец признались?» Ухмылка в миг стала злобной. Хотя он ничего не сказал, у него определенно было желание сделать это. Нет ни одного человека, кто не знал бы четвертую мадам Лун Хэна, которую в столице называют красавицей номер один. Ее знаменитое имя давно затмило мисс Лин из семьи министра Лин.

«Извини.» Бай Сянсю не знала что ей сказать, и могла только извиниться.

«Мм. Но ты должна быть осторожна с этим ребенком. Хотя он кажется хорошим, он становится очень жестоким всякий раз, когда понимает, что вещь, которую он хочет, забрал кто-то другой. Когда я был маленьким, он зашел так далеко, что сразился со старшими братьями и сестрами за игрушку. Тогда нам было всего по несколько лет, но он бил, пока они не начали кашлять кровью.»

«Что? Он нападает на людей? Как это возможно?»

«Да, так что будь осторожна.»

«Но он ведь не опасен, разве нет?»

«По правде говоря, мой уровень мастерства боевых искусств уступает его.»

«Что?» Похоже, с этим ребенком нелегко иметь дело. Они болтали больше половины дня, пока Юй Куан составлял ей компанию. Не потребовалось много времени, чтобы от принца Ронга пришел официальный вызов. Естественно, Принц понял ход мыслей Чэнь Тао. Из-за него эта новость уже распространились повсюду. Иначе, принц Ронг мог бы помочь ей скрыть некоторые факты. Он не ожидал, что женщина примет ответственность за все преступления, когда смерть смотрит прямо ей в лицо. Но это также имело смысл, ведь она сама приехала в Спокойный город, потому что беспокоилась. Ее решение также очень помогло им. Принц Ронг не хотел усложнять ей жизнь. Он приготовил ей комнату для ожидания прибытия Лун Хэна.

Лун Хэн бросился назад, как только получил новости. Он пришел к принцу Ронгу с холодным выражением и поднял кулак, приветствуя его. Принц Ронг сидел на верхнем кресле, а Чэнь Тао и Лин Цяньцзи немного в стороне. Лун Хэн взглянул на Бай Сянсю. Хотя они не общались, их сердца, казалось, знали, что делать. «Этот инцидент не имеет никакого отношения к этой леди из внутренней резиденции. Я сказал ей, чтобы она пришла, потому что знаю, насколько огромны её знания.»

Сун Цзяоюэ пришел вместе с Лун Хэном. Он тихо стоял позади него, но внезапно вышел вперед: «Да. Единственное намерение Принца Ли состояло в том, чтобы прорваться сквозь строй лошадей. Этот скромный слуга тоже несет ответственность за то, что привел сюда мадам Сюй.»

«Принц Ронг, пожалуйста, позвольте этому подчиненному что-то сказать. Мадам Сюй явно женщина, которая живет в уединении во внутренней резиденции. Скорее всего она знает о военных построениях из рассказов Принца Ли. Как она может быть осведомлена в этом вопросе?» Чэнь Тао слегка хмыкнул. В их высказываниях слишком много лазеек.

Бай Сянсю ответила: «В книгах, формирование связанных лошадей называется строем цепных лошадей. К счастью для нас, противник не развернул полную форму этого конкретного строя. Существует и другой способ прорваться сквозь него. Однако, использовать его здесь было неуместно, поэтому мы использовали серпы. И кроме того, если бы мы не были в осаде, то могли бы вырыть ловушки в земле. Лошади провалились бы в ямы, и строй тоже был бы разрушен.»

Она сделала паузу, чтобы сделать вдох, а затем продолжила: «Помимо этого, я также знаю много других формирований. Например, Молот Семи Звезд, Строй Семи Убийств, Формирование Лезвия, Строй Большой Медведицы, Формирование Четырех Квадрантов и Строй Четырех Чудес…» Неизвестно, была ли спровоцирована Бай Сянсю или просто хотела доказать свои знания, но все генералы и солдаты остолбенели от количества формирований, которые она выдала. Хотя они выросли, изучая военное дело, они раньше никогда не слышали о многих из них!

Бай Сянсю стукнула себя в грудь и подняла голову, для сохранения уверенной осанки. На ее лице было выражение «Я знаю больше, чем вы, так что вы собираетесь с этим делать?» Лун Хэн был потрясен. Он понятия не имел, что его жена просто притворяется, называя все формирования подряд, о которых она слышала, но толком ничего не знала. Хотя назвать их и так было достаточно впечатляюще для женщины, не говоря уже о ее уверенном взгляде.

Она продолжила: «Вы обычно используете в бою Формирование Крыла Журавля и переключаетесь на Формирование Рыбьей чешуи, если на вас напали.» Это ей рассказал Лун Хэн, и она решила продемонстрировать знания, чтобы немного похвастаться. Тем временем, Принц Ронг уже аплодировал: «Какая фантастическая женщина-стратег. Принц Ли, вы благословлены тем, что рядом с вами есть такая женщина.»

Другие могли ей не верить, но Принц Ронг верил. В этот момент Чэнь Тао сморщил брови: «Что с того, что она знает строения? Она все равно нарушила армейский закон. Она должна быть наказана.»

«Что? Значит, основываясь на словах главы городской гвардии Чэня, она должна была позволить военным оставаться в ловушке и не предпринимать никаких действий? Или дать стратегу выпустить свой яд и превратить всех в трупы? Глава гвардии Чэнь, не забывайте, что вы больше всех боялись их стратега!»

От смеха Лун Хэна Чэнь Тао почувствовал себя очень неловко. Он сразу повысил голос: «А какое отношение имеет ваша наложница к стратегу вражеского государства?» «Что!? Мы избавились от этого стратега только благодаря мадам Сюй.» — выпалил Сун Цзяоюэ, как только отошел от шока.

«Ох? Правда? Тогда это действительно большая заслуга.»

«Она соблазнила его, не так ли? Помните, тот стратег — большой извращенец.» — внезапно вмешалась Лин Цяньцзи. Чэнь Тао ухмыльнулся и, казалось, свысока посмотрел на Принца Ли. Хотя Лун Хэн был в ярости, он изо всех сил старался подавить свой гнев. Удивительно, но на этот раз выступила Бай Сянсю, обратившись к Лин Цяньцзи: «Простите, что разочарую вас, мисс Лин. Все это время я маскировалась под мужчину. Как бы я его соблазнила? Более правдоподобно, что это сделали вы. В конце концов, вы пробыли в том лагере довольно долго. Кто знает, кого вы могли соблазнить?! Кроме того, откуда вам известно, что стратег извращенец?» Она моргнула и вздохнула. Ее оживленное отношение в сочетании с изящным лицом согрело сердца и глаза всех мужчин вокруг.

Принц Ронг слегка покашлял, глядя на Лин Цяньцзи: «Мисс Лин, пожалуйста, не говорите небрежно об армейских делах.»

Чэнь Тао холодно сказал: «Независимо от того, какой большой вклад она внесла, армейские правила нельзя нарушать.»

Принц Ронг согласился: «Глава городской гвардии Чэнь прав. Я лично сообщу о вкладе мадам Сюй императору. Но Лун Хэн, ты признаешь себя виновным?»

«Да, я во всем виноват. Пожалуйста, накажите меня, Ваше Высочество.» Лун Хэн поднял свою одежду и опустился на колени, ожидая наказания.

Принц Ронг провозгласил: «Поскольку вы оба сумели спасти Спокойный город и возглавили атаку, для начала я накажу вас сотней ударов тростью. Император решит все остальное после того, как мы вернемся в столицу.»

«Я понял.» Лун Хэн встал, чтобы покинуть комнату. Основываясь на своих способностях в боевых искусствах, сотня ударов тростью не станут для него особой проблемой.

«Минутку.» — неожиданно крикнула Бай Сянсю, удивив всех. Это и так самое легкое наказание. Что еще она хочет? «Виновна здесь только я. Принц Ли был вовлечен в это из-за меня. Пожалуйста, разделите сотню ударов между нами и дайте мне принять пятьдесят из них.»

«Что?» Принц Ронг нахмурил брови, а Бай Сянсю продолжила: «Сейчас мы в самом разгаре войны. Что если вражеские войска воспользуются этой возможностью, чтобы напасть на нас, узнав, что наш генерал ранен? Пожалуйста, позвольте мне взять на себя половину ударов, чтобы его травмы не были такими серьезными.»

«Абсурд!» — закричал Лун Хэн. Она ведь такая слабая женщина. Как она сможет выдержать военную трость? У нее нет никаких способностей в боевых искусствах, которыми она могла бы воспользоваться.

Но Бай Сянсю отказалась отступать: «Это изначально не ваша вина, и прямо сейчас на вас лежит масса обязанностей.»

«Ты…» Лун Хэн не знал, как справиться с этим последним поворотом.

В этот момент вмешался Сун Цзяоюэ: «Этот скромный слуга тоже имеет официальную должность в столице. Лун Хэн не единственный, кто нарушил армейские правила. Я тоже заслуживаю наказания. Пожалуйста, позвольте мне принять пятьдесят избиений вместо мадам Сюй!»

Но, прежде, чем Принц Ронг успел ответить, раздался ещё один голос: «Этот покорный слуга тоже принял в этом участие. Пожалуйста, разделите наказание и со мной, принц Ронг.»

«А кто вы?»

«Глава альянса Вулин, Юй Куан.»

Принц Ронг, наконец, понял, почему Лун Хэн доверил этим двоим отправится в тыл врага. Ведь это глава альянса Вулин!

Вулин и императорский двор никогда не были в хороших отношениях. Довольно часто между ними возникали трения, поэтому то, что Глава Альянса Юй пришел им на помощь, значило очень много. Лун Хэн правда очень способный. Принц Ронг кивнул. Сто ударов военными палками на самом деле пустяк, если их разделить между этими тремя мужчинами.

«Не стоит. Это не имеет ничего общего ни с кем из вас.» Лун Хэн не хотел их помощи. В конце концов, они оба мужчины, которые желали его жену.

«Я тоже поступил неправильно. Я один из тех, кто привел мадам Сюй сюда. Я согрешил.» Подобрав момент во время разбирательств Юй Куан шагнул вперед и опустился на колени. Многие из его братьев тоже опустились на колени вместе с ним, где бы они ни были. Они братья, связаны товариществом и дружбой. Бай Сянсю спасла жену их босса и даже помогла защитить округ Шу, чтобы у них остались дома, в которые можно было бы вернуться. Бам! Бам! Бам! Все эти вспыльчивые мужчины бросились вперед.

«…» Чёрт, что с этими людьми? Почему они выстраиваются в очередь, чтобы получить побои? Бай Сянсю продолжала улыбаться, несмотря на то, что такие мысли проникали в ее голову. Она решила последовать их примеру и опустилась на колени рядом с ними. Ей всегда не нравилось стоять на коленях и другие подобные формальности, но сегодня все иначе. В выполнении одного и того же действия заключен дух благородства и грациозность. Она даже увидела редкую улыбку на лице Лун Хэна, когда взглянула на него.

Принц Ронг хлопнул рукой по столу и закричал: «Ладно! Поскольку все виноваты, то и я тоже! Мы все разделим наказание!»

«Большое спасибо, Ваше Высочество!»

Каждый получил менее десяти ударов после того, как сотня разделилась между всеми желающими принять свою вину. Мужчины выступили против того, чтобы Бай Сянсю получала побои, но она настаивала, что тоже должна разделить наказание со всеми. Из-за ее праведных протестов они неохотно согласились отдать ей пять ударов.

Швак! Швак! Швак! Звуки военных тростей эхом разносились по казармам.

Бай Сянсю избивали несколько ветеранов, которые нарочно обходились с ней помягче. Тем не менее, ей все равно было невероятно больно, когда палки приземлялись ей на задницу. Неудивительно, это ведь военные трости. Бай Сянсю стиснула зубы и терпела боль. Она даже не пикнула, принимая наказание. Ветераны очень удивились. Они никогда не видели женщину, способную выдержать столько боли.

Тем не менее, Сянсю была невероятно подавлена, когда пыталась залезть на скамейку. Ее ноги онемели! Она не могла двигаться!

Лун Хэн вошел, как раз когда она ломала голову над планом, как бы ей попытаться встать. Казалось, он совсем не расстроился, хотя получил более десяти ударов. Он осторожно поднял Бай Сянсю и вынес из комнаты. Когда он повернулся, чтобы уйти, его взгляд привлекла Лин Цяньцзы и с его губ сорвался презрительный смех. «Лин Цяньцзи. Командир Лю сказал мне, что его солдаты прекрасно провели с вами время. Я не против сопроводить вас обратно в его военный лагерь, если вы хотите туда вернуться.»

Командир Лю сказал ему это в попытке его спровоцировать. В конце концов, мисс Лин когда-то была его невестой. К сожалению, его попытка прошла мимо цели, так как Лун Хэн остался совершенно равнодушным. Зато теперь, это пригодилось, чтобы напасть на Лин Цяньцзи. Лун Хэн узнал все от Сун Цзяоюэ. Он понимал, что они её спасли, но вместо благодарности, она заставила всех их страдать. Все ничего, если бы наказание понесли только мужчины, но она втянула в это слабую Бай Сянсю. Лун Хэн чувствовал невероятное желание избить ее, но не хотел даже связываться с такой женщиной, как она.

Лицо Лин Цяньцзи стало ужасно белым. Она попыталась собраться и быстро возразила. «Что вы имеете в виду? Эта маленькая девочка не понимает.»

«Не важно. Главное, чтобы остальные понимали.» Лун Хэн презрительно фыркнул и вышел из казарм, держа Бай Сянсю на руках. Пара помогла друг другу нанести лекарство на раны после того, как вернулись в свои комнаты. Затем, Лун Хэн решил объясниться перед своими воинами, и Бай Сянсю с готовностью согласилась с этой идеей.

Бай Сянсю невероятно злилась на главную героиню, пытаясь залезть на кровать. Главная героиня просто слишком надоедливая. Меня чуть не изнасиловал командир противника, потому что я пыталась спасти ее сына, которого она сама же бросила в воздух. А теперь она раскрыла мою личность для мести? Бай Сянсю достигла предела своей выносливости; она была сыта по горло этой ерундой. Если сейчас она сдастся, разве ей не придется терпеть это до конца своей жизни? Так как главная героиня уже превратилась в черный цветок лотоса, почему я должна быть добра к ней? Бай Сянсю решила отомстить, чтобы защитить себя, и, как следствие, Лун Хэна.

У нее не было выбора, кроме как придумать немного презренный план. Лун Хэн не мог напрямую иметь дело с Лин Цяньцзи, впрочем как и она. Но снаружи, много людей, которые её уважали. Некоторые даже вставали на колени из уважения к ней. Почему бы не использовать это?

После непомерных усилий Бай Сянсю наконец встала. Она сняла одежду и вылила на себя таз воды. Погода в Спокойном городе была намного холоднее, чем в столице. А её тело пока оставалось слабым из-за травм. Поливая себя водой на ветру, высокая температура была почти гарантирована.

Лун Хэн отправился спать в другую комнату, чтобы избежать недоразумений по поводу того, зачем он привел ее сюда. С ней остались только двое слуг, а именно Шуер и еще одна неизвестная горничная из города.

Горничная сразу же заметила розовые щеки Бай Сянсю, когда пришла, чтобы доставить воду. По одному взгляду она поняла, что хозяйку лихорадит. «Мадам, у вас жар. Я немедленно попрошу кого-нибудь позвать генерала.» В Спокойном городе Лун Хэн был более известен как генерал.

«Нет… не говори ему. И больше никому не говори. Я не хочу доставлять ему хлопоты.» Вот как должен выглядеть акт белого лотоса. Определенно великолепная игра. Затем она несколько раз покашляла, симулируя усталость. На тот момент она выглядела практически как новорожденный котенок.

Из-за выдающейся внешности и превосходной игры Бай Сянсю глаза горничной сразу покраснели. Мадам очень понимающая женщина. Слухи снаружи не врали.

Горничная не могла позволить этой очаровательной мадам, которая также была спасителем Спокойного города, страдать в одиночестве. Несмотря на то, что служанка не сообщила Лун Хэну, она все же решила вызвать доктора. Она не знала, что за каждым ее движением внимательно следят. На самом деле, после прибытия врача к ним наведались многие люди. Сун Цзяоюэ был первым. Больше всего его волновала Бай Сянсю. В глубине его души она все еще оставалась слабой и хрупкой богиней, хотя в последние дни показала себя жесткой и смелой. С лицом, полным беспокойства, он быстро допросил Шуера. «Почему вы вызвали доктора? Что произошло?»

«У мадам высокая температура. Этот слуга не знает, когда мадам Сюй заразилась лихорадкой, но похоже её лихорадит уже некоторое время. Она не позволила нам вызвать врача или сообщить генералу.»

«Высокая температура?» Это не хороший знак. Общеизвестно, что заражение лихорадкой после травмы является предвестником серьезного заболевания. Он сразу начал паниковать. Если бы не высокая температура, это было было не большим делом. Но сейчас есть даже возможность, что она потеряет свою жизнь.

Известие о ее болезни быстро распространилось как лесной пожар. Лун Хэн, Юй Куан и жители округа Шу вскоре пришли к ней в гости. Даже принц Ронг послал кого-то посреди ночи спросить о ее состоянии. Лун Хэн не хотел, чтобы они навещали ее, но эти люди не собирались уходить просто так. Поэтому, он позволил им остаться за ширмой в гостиной.

Голос Бай Сянсю прозвучал так трепетно, словно она могла скончаться в любой момент: «У меня все хорошо. Благодарю всех, что навестили меня. Пожалуйста, возвращайтесь и отдохните!» Если бы не их навыки боевых искусств, мужчины, вероятно, не смогли бы услышать ее слова. Как спасительнице Спокойного Города, почему ей приходится страдать от таких испытаний только потому, что она женщина?!

Юй Куан сразу показал свои манеры из цзянху. «Вы бы не заболели, если бы не та женщина. Я убью ее.» Юй Куан решил, что обязательно предпримет какие-то действия против Лин Цяньцзы, даже если Бай Сянсю попытается его остановить. Лин Цяньцзи слишком отвратительна. Все внезапно осознали смысл его слов. Бай Сянсю продолжали бы считать молодым стратегом-мужчиной, если бы эта женщина не раскрыла её личность. Никто бы ничего не заподозрил.

«Нет… не надо. Глава Альянса Юй, несмотря ни на что, она все равно женщина.» — после этого Бай Сянсю замолчала. Она, казалось, заговорила с Лун Хэном, который сидел рядом с ней. «Позволь мне уехать завтра!»

«Как ты поедешь в таком состоянии?» Лун Хэн мягко остановил ее, чтобы она не поднялась с кровати. Эта женщина так старалась казаться сильной, что это было душераздирающе. Он приказал горничной позаботиться о Бай Сянсю и попросил всех разойтись. Потом он посетил принца Ронга, чтобы попросить его о небольшой услуге. Принц принял просьбу об аудиенции, хотя была уже полночь, а затем даже согласился помочь ему.

Юй Куан все же решил навестить Лин Цяньцзи. Он хотел преподать ей урок. Несмотря на то, что Юй Куан знал, что избивать слабую и ничтожную девушку было бы неправильно, он не мог не объяснить ей, что не следует слишком заигрываться. Однако Юй Куан вскоре понял, что ее нет в комнате. Куда она могла пойти посреди ночи? Юй Куан прямолинеен, но это не значит, что он глуп. В конце концов, он глава Альянса Вулин. Он подсознательно почувствовал, что сейчас она, возможно, с капитаном охраны Чэнь.

Юй Куан — эксперт в искусстве маскировки. Несмотря на то, что это военный лагерь, он прибыл в комнату капитана стражи Чэня в мгновение ока. Дом находился в центре города, и ему запросто удалось взобраться на крышу. Еще до того, как заглянуть внутрь, он услышал несколько очень интересных звуков. Он тоже мужчина, и очень хорошо знал, что означают эти звуки. Тем не менее, он все равно осторожно поднял черепицу, чтобы убедиться, что другая участница действительно мисс Лин.

Быстро осмотрев комнату, его лицо наполнилось отвращением, когда он подтвердил, что внутри Лин Цяньцзи. Они разговаривали. «Ты сказал, что… поможешь мне отомстить за моего сына. Но ее ударили всего лишь пять раз.»

«Верно, но у нее сильно поднялась температура. Она сейчас не далеко от смерти. Не беспокойся Я превращу её жизнь в ад…»

«На самом деле ты хотел бы забрать ее себе, верно? Я видела, как ты смотрел на нее.»

«Что? Ты ревнуешь?»

«Если хочешь, я могу помочь тебе заполучить ее. Просто заставь Лун Хэна её ненавидеть. А вообще, заставь всех мужчин вокруг нее ненавидеть ее. Ты можешь сделать это для меня?»

«Конечно могу. Все, что мне нужно, это поиграть с ней так, как я играю с тобой, и эти мужчины скоро бросят ее. Женщины, да? Все, что вам нужно, это немного воспитания, и вы превращаетесь из святой в похотливую рабыню. Разве это не правда?»

«Да…»

«Тогда сначала хорошо послужи мне.»

Какая отвратительная пара. Юй Куан презрительно фыркнул и быстро отправился сообщать о своей находке Бай Сянсю. Он был уверен, что после этого она перестанет ее защищать.

Бай Сянсю проснулась, когда почувствовала, как кто-то вошел в ее комнату. Она заметила, что ее служанка уснула, лежа на столе. Должно быть кто-то отключил её нажатием акупунктуры. «Кто здесь?»

«Я.»

«Юй Куан?»

«Угу. На этот раз не тот маленький негодяй.» Под негодяем он имел в виду Юй Шу. Затем он спросил: «Тебе уже лучше?»

«Мм. Да, немного.»

«Что-то случилось?» Вы с Лун Хэном будете снова сражаться, если ты не уйдешь до его возвращения.

«Да. Я пришел сюда, чтобы рассказать кое-что. Лин Цяньцзи сейчас находится в постели с Чэнь Тао. Они пытаются придумать план, как Чэнь Тао тебя заполучить.» Юй Куан рассказал Бай Сянсю обо всем, что подслушал.

Бай Сянсю в гневе сжала зубы. Она посмотрела на Юй Куана: «Вернись туда, где они сейчас. Если они все еще это делают, подожги их дом. Но сначала сожги одежду.»

«Э-э…» Юй Куан почувствовал, что ее план гораздо злее, чем просто убить их.

«Я лично пойду с охранниками, чтобы на это посмотреть.» — сказал Лун Хэн. Никто не знал, как долго Лун Хэн стоял у двери. Он спокойно смотрел на Юй Куана, но не мог скрыть ярость в глазах. Кто-то собирался навредить его женщине. Он просто не мог не разозлиться.

Юй Куан обменялся с Лун Хэном взглядом и вышел из комнаты, ничего не сказав. Бай Сянсю немного удивилась этому действию. Они странно себя ведут. Почему они ушли, ничего не сказав? Тем не менее, она была уверена, что Лин Цяньцзи ждет несчастье. Бай Сянсю невероятно радовалась в душе, что главная героиня получит наказание. В конце концов, до сих пор она невероятно ей досаждала. Она откинулась назад и ждала новостей.

У Лун Хэна и Юй Куана все шло гладко. Будучи экспертом в боевых искусствах, Юй Куан тихо прыгнул на крышу, держа в руках факел. Похоже, они все еще занимаются «этим». Итак, он быстро проскользнул в дом через окно и выбил двух охранников Чэнь Тао. Он заметил два комплекта одежды на земле после того, как пробрался в их комнату, и сразу же поджег их. Затем он зажег шторы и занавески, после чего выскользнул обратно в окно и ушел.

Все сделано. Теперь время посмотреть, как они бегают голышом!

Юй Куан не пощадил ни одного куска ткани. Они, вероятно, не смогут даже прикрыться, ведь всё в огне! Так как использовать было нечего, им пришлось выбегать в костюмах Адама и Евы. Лун Хэн и патрульные войска прибыли как раз в самый последний момент, чтобы добавить страсти к драме. Притворяясь, что он заметил признаки пожара в доме, Лун Хэн закричал: «Комната капитана городской гвардии Чэня в огне! Почему никто не помогает?!»

Охранники Чэнь Тао не могли позволить другим ворваться в его комнату, но и не могли позволить Капитану Чэню сгореть за живо! Может, они скоро найдут выход. Через несколько мгновений двое спасающихся от смерти в огне, наконец выбежали из комнаты. Каждый из них цеплялся за клочок ткани, который едва прикрывал их интересные места. Они были невероятно потрепаны.

Лун Хэн всё видел и тихо рассмеялся: «Капитан гвардии Чэнь! Какой у вас прекрасный вид!»

Все подчиненные Лун Хэна присвистнули, увидев тело Лин Цяньцзи. «Мисс Лин! У вас отличная фигура!» Они все начали хрипло смеяться. Лин Цяньцзы так смутилась, что спряталась в темном углу, отказываясь выходить. Мужчины не могли устоять, чтобы не пялится на ее соблазнительное тело. В конце концов, это армейский лагерь, который заполнен только мужчинами. И из-за этого никто не давал ей плащ, чтобы укрыться. Все больше и больше мужчин приходили посмотреть на неё. Это все дело рук Юй Куана. Он бегал вокруг и советовал мужчинам прийти и посмотреть.

Лин Цяньцзи была на грани слез, а Чэнь Тао сказал лишь: «Почему вы все стоите? Дайте мне плащ, быстро!»

«Поняли, капитан гвардии Чэнь.»

Лун Хэн ответил. «Капитан Чэнь, почему вы так спешите прикрыться? Неужели мисс Лин недовольна вашими способностями?»

Толпа разразилась смехом. Чэнь Тао чувствовал себя полностью униженным. Хотя для мужчин было нормой подшучивать друг над другом, Лун Хэн, очевидно, делал это не просто так.

«Вы…», Капитан Чэнь очень злился, но сейчас его главным приоритетом было найти что-то, чем можно прикрыться. Лун Хэн не собирался останавливаться. «Капитан гвардии Чэнь, какое наказание ждет мужчину, за соблазнение чужой жены?»

Капитан Чэнь ответил. «Что если я скажу, что она сама охотно забралась в мою кровать?»

«Тогда нам нужно будет узнать мнение мисс Лин.» Лун Хэн перевел взгляд на Лин Цяньцзы, но быстро с отвращением отвернулся. Как будто он смотрел на что-то совершенно омерзительное.

Лин Цяньцзи покачала головой и отчаянно сказала: «Нет, я ничего не сделала! Всё не так, как кажется!»

Но мужчины вокруг нее лишь громко рассмеялись, осматривая ее тело с головы до ног.

Лин Цяньцзы нервничала и злилась, но была уверена, что это как-то связано с Бай Сянсю. Ей не сойдет это с рук! Кто-то, наконец, дал ей рубашку, чтобы она прикрылась. Никто больше не обращал на нее внимания; и даже держались подальше от нее, как будто она какой-то ужасный зверь.

Вернувшись в свою комнату, она полностью избавилась от смущения и ярости, разбив все, что могла. Она была превозносимой благородной леди! То, что она стала такой — вина этой женщины! Я убью ее, я определенно должна её убить!

Бай Сянсю долгое время приглушала смех в одеяле после того, как получила новости. Хотя ее лихорадка утихла, раны на заднице все еще сильно болели. Лун Хэн больше не поднимал вопрос о ее возвращении в столицу. Так как Бай Сянсю не покинула город, один человек решил её посетить.

Цзи Чжаншу почувствовал, что все как-то странно смотрят на него, когда шел по городу. Он сразу же бросился сюда, когда получил известие, что его жена Лин Цяньцзи была спасена из плена. Он хотел вернуть ее. Хотя он знал, что ее ребенок не от него, он все равно пытался поддержать свою двоюродную сестру, которой был одержим с юности. Вся его семья выступала против их союза. Они ненавидели мисс Лин и придумывали разные способы, как ее помучить. Лин Цяньцзи же всё время плакала, и ни разу не показала ему дружелюбной улыбки. Он чувствовал, что его терпение почти исчерпано.

С тех пор, как они поженились, вместе они провели очень мало времени. Он хотел забрать ее обратно и на этот раз правильно прожить свою жизнь. Он больше не хотел, чтобы она общалась с этими мужчинами. Это из-за них она сбилась с пути и стала такой.

Под пристальными взглядами, он поскорее нашел Лун Хэна в военном лагере. Как же Цзи Чжаншу раньше завидовал этому человеку, потому что именно он был ее женихом! Но почему он так на меня смотрит? «Большое спасибо за спасение моей жены. Я здесь, чтобы забрать ее.»

«Мм, тогда заберите ее побыстрее!» Лун Хэн махнул рукой и попросил кого-то привести Лин Цяньцзи. Бай Сянсю воспользовалась этой возможностью, чтобы подойти и поговорить с Цзи Чжаншу: «Сэр Цзи, я хотела бы поговорить с вами о некоторых вещах.»

Цзи Чжаншу сразу узнал Бай Сянсю, ведь её не так легко забыть. «О чем же?»

«Я хотела бы рассказать вам о поведении мисс Лин до ее прибытия. Затем вы сможете решить, хотите вы забрать ее с собой или нет.»

Цзи Чжаншу нахмурился, не догадываясь, что же эта женщина хотела сказать. Лун Хэн посмотрел в сторону и на его губах заиграл намек на улыбку. Бай Сянсю лучше всех знакома с историей Лин Цяньцзи, поэтому она подробно рассказала о том, как мисс Лин влюбилась в Ло Юньчжэна после того, как он её схватил, а затем о том, как она влюбилась в Дуань Юньиня и как она пользовалась ими. В конце концов, она даже не знала, кто из них отец ее ребенка, и бросила его на смерть. Конечно, Бай Сянсю также рассказала о том, как она отдалась Чэнь Тао, чтобы попытаться отомстить за своего ребенка.

«Все присутствующие могут выступить в качестве свидетелей. Если вы им тоже не поверите, от командира Лю вы услышите ту же историю.» Она не стала вдаваться в подробности того, что случилось с Лин Цяньци во вражеском лагере после стольких дней.

«Изначально я пыталась убедить ее не бежать, но вы слишком ее избаловали. Почему вы не женились на ней, если она вам так нравилась? Посмотрите, что она натворила. Теперь я могу вам точно сказать, что император узнает о действиях Лин Цяньцзи, ведь она поставила свою жажду личной мести превыше безопасности нации. В этот момент вся ваша семья может быть вовлечена в последующую борьбу.» Единственный выход Лин Цяньцзы теперь оставаться в семье Цзи. Куда она сможет пойти, если Цзи Чжаншу не примет ее обратно? Бай Сянсю не могла позволить ей остаться, ведь она определенно доставит Лун Хэну неприятности.

«Как … как это может быть? Как она стала такой?» Цзи Чжаншу оглянулся на присутствующих. Принц Ли, сэр Сун из знатной семьи и некоторые из людей Лун Хэна. Он внезапно понял значение странных взглядов. Это была жалость… и презрение. Какой мужчина мог это принять?

Лин Цяньцзи вошла именно в этот момент. Она чувствовала особенную близость к Цзи Чжаншу. По ее мнению, он заботился о ней больше всех ещё с тех пор, как они были маленькими. Он поймет и позаботиться о ней, даже если ее родители откажутся. Однако он подсознательно отошел в сторону, когда она бросилась на него. Он ничего не сказал, кроме: «Собери свои вещи. Мы уезжаем!»

Он все равно должен был её вернуть. Министр Лин ждал их благополучного возвращения. И все же Лин Цяньцзи не спешила собирать вещи. Она медленно подошла к Бай Сянсю, но увидела, что Лун Хэн встал позади нее, прежде чем она даже заговорила. «Бай Сянсю, ты убила моего сына. Я тебе отомщу!»

«Ты сама убила своего сына; ты не могла забыть это, не так ли? Я уверена, что все во вражеском лагере это помнят, даже если ты выбросила этот маленький кусочек из памяти.» Бай Сянсю вовсе не отстранилась и уставилась на Лин Цяньцзи с пренебрежительной улыбкой. Может ли женщина из белого стать черным лотосом? Ей было довольно любопытно, сколько новых способностей появилось у Лин Цяньцзи после этой трансформации.

Бай Сянсю уже думала о том, что может сделать главная героиня. Разве это не ее обычные уловки использования мужчин, которые безумно влюблены в неё? Но из всех мужчин, которых она встретила, у Ло Юньчжэн разбито сердце, Дуань Юньинь мертв, а её двоюродный брат выглядит так, словно не собирается легко отпустить её, когда они вернуться. Кого ты собираешься использовать в будущем? Второстепенного мужского персонажа императора? Они еще даже не встретились!

Лин Цяньцзи фыркнула и обернулась, чтобы уйти собирать вещи. Она все еще очень радовалась возможности вернуться в столицу. Ее двоюродный брат ждал ее в карете, когда она закончила, и послал слугу, чтобы помочь ей. Как странно, почему его отношение так изменилось? Раньше он так заботился обо мне. Это из-за ребенка? Ах да, он еще не все понимает, поэтому ей пришлось всё ему объяснить. Она заговорила сразу после того, как забралась в карету. «Кузен, извини, я знаю, что ты очень любил ребенка, но именно Бай Сянсю убила его. Она бросила малыша прямо на землю!»

«Правда?» Цзи Чжаншу нахмурился, не зная, правда это или нет. «А что тогда случилось?»

«Тогда?» Лин Цяньцзи немного растерялась. Она помнила, что схватила своего ребенка, но после этого все было немного туманным. «Они нашли меня и изо всех сил пытались забрать ребенка обратно. А потом…»

«А почему они хотели забрать его?» Цзи Чжаншу все слышал от Бай Сянсю, так что знал, что Лин Цяньцзы с самого начала скрывала от него тайну, касающуюся происхождения ее ребенка.

«Я… я не знаю.» Лин Цяньцзи не хотела, чтобы ее кузен что-то неправильно понял, потому была очень счастлива, что он пришел её спасти из этого места.

Цзи Чжаншу больше не пытался ее допрашивать. Бай Сянсю и Лун Хэн уже во всем его убедили. Таким образом, путешествие обратно в столицу было наполнено тишиной. Лин Цяньцзи нашла ситуацию очень странной. Обычно он просил что-нибудь сделать на простынях во время ночлега в постоялых дворах. Она даже взяла на себя инициативу и попыталась соблазнить его, чтобы успокоить его по дороге домой, но все ее попытки потерпели неудачу. Он не хотел даже прикасаться к ней и очень холодно относился. Должно быть эта женщина что-то ему сказала. Я в этом уверена! Она попыталась спросить, так ли это, и Цзи Чжаншу ответил: «Она просто сказала мне правду. Не нужно беспокоиться, если ты не сделала ничего плохого.»

Лицо Лин Цяньцзи сразу стало почти пепельным. Она схватила Цзи Чжаншу за руку: «Нет… Нет! Я не сделала ничего плохого! Пожалуйста, не слушай их ложь!»

Цзи Чжаншу убрал руку и вышел из комнаты, ничего не сказав. Муж и жена спали в разных комнатах на всех остановках до конца пути. По прибытии, Цзи Чжаншу привез мисс Лин обратно в поместье Лин, а не в свой дом. К всеобщему удивлению, он принес с собой документы о разводе и лично передал их министру Лин.

Министр Лин был в ярости. «Что это значит?»

«Мисс Лин вступила в контакт с вражескими солдатами и даже родила ребенка от вражеского шпиона. Семья Цзи больше не хочет принимать ее к себе. Я пришел разорвать наши отношения и положить конец нашему браку.» Цзи Чжаншу был в сильной агонии. В конце концов, он любил свою кузину с детства.

Лин Цяньцзи получила сильный удар. «Не говори глупостей! Дуань Юньинь не отец этого ребенка. Командир Лю только подозревал, что он его отец, и поэтому хотел отобрать его. Разве ты не говорил, что не имеет значения, кто отец ребенка? И что будешь обращаться с ним как со своим?»

Цзи Чжаншу пришел в ярость. «Если бы не тот факт, что ты переспала с младшим братом командующего Лю, почему бы он даже… Некоторые вещи лучше оставить несказанными. Министр Лин, я лучше умру, чем приведу ее в дом семьи Цзи.»

Министр Лин всегда чувствовал себя немного виноватым за то, что вовлек в это Цзи Чжаншу. Он очень хорошо знал о недостатках своей дочери. Теперь, когда Цзи Чжаншу говорил такие вещи, он ничего не мог поделать, но как его дочь будет отстаивать свою позицию в будущем, если кто-то с ней разведется? «Дорогой зять, почему бы нам не поговорить об этом позже? Иди домой и дай самому себе немного времени, чтобы сначала успокоиться.»

«Не нужно. Я уже передал вам документы на развод. Я завтра пришлю кого-нибудь, чтобы вернуть приданое.»

«Цзи Чжаншу, как ты можешь так поступить со мной? Ты ведь сам согласился на этот брак в первую очередь. Почему ты отступаешь сейчас? Ты ведь знал, что меня похитил тот негодяй. Он…»

«Это правда, да. Но по этой ли причине ты решила залезть в кровать своего учителя?»

Шлеп! Мисс Лин потеряла самообладание и сильно ударила Цзи Чжаншу. Вся его щека начала опухать, но он не принял это близко к сердцу, выходя с унылым выражением лица. Министр Лин никогда не ожидал, что он так будет разговаривать с его дочерью и сердито закричал: «Я тоже не хочу такого зятя, как ты! Выкиньте этот мусор!»

Итак, по столице распространился слух о том, что Цзи Чжаншу избили в поместье министра Лин. Он пришел домой со всеми видами синяков и припухлостей на лице, и даже тяжело заболел после возвращения домой. По столице циркулировали всевозможные слухи и отказывались стихать.

Бай Сянсю не знала, что такое происходит в столице. Лун Хэн уже отправил письмо обратно в поместье принца Ли, объяснив, что Бай Сянсю приехала в Спокойный город, чтобы помочь ему в военных действиях. Он также упомянул, что принц Ронг принял Бай Сянсю как свою духовную сестру из-за ее сообразительности и доброты. Она вернется в столицу сразу после того, как поправится после своей болезни в Спокойном городе.

Да, принц Ронг действительно принял Бая Сянсю как свою духовную сестру. Именно так он и думал помочь ей. Бай Сянсю не особо задумывалась об этом, но Лун Хэн очень хорошо знал, что принц Ронг восхищается ею. Эта позиция позволит императору присвоить ей положение принцессы-супруги. Более того, ее семья тоже довольно приличная, и у нее очень талантливый брат.

Лун Хэн не хотел, чтобы Бай Сянсю оставалась в Спокойном городе, но случилось нечто невообразимое. Командир Лю внезапно начал использовать какое-то странное оружие. Никто из солдат не знал, как ему удалось такое создать. Это была взрывная вещь, которая могла повалить многих людей, когда взрывалась в толпе.

Бай Сянсю сразу определила это оружие как динамит. Когда они допрашивали некоторых солдат противника, они признались, что это действительно динамит. Она немного потеряла дар речи. Неужели ей снова придется противостоять переселенцу, теперь, когда перерожденная Яйя исчезла? Она понимала, что динамита не должно быть в этом мире, и пришла к выводу, что переселенец из другого мира сражается на стороне врага.

Они допросили многих пленников, но никто не знал личности человека, который изобрел динамит. И поскольку у них в руках оказалось такое смертоносное оружие, их армия постепенно становилась все сильнее и сильнее. На самом деле они уже планировали захватить Спокойный город.

Твою мать. Они правда принесли такое ужасное оружие на поле битвы? Хорошо, что другая сторона не слишком разбирается в изготовлении оружия. Этот конкретный вариант не слишком успешен. Он только калечит и не приводит к смерти, поэтому, вероятно, более страшный, чем смертельный. Тем не менее, он все равно мог напугать лошадей и разрушить отряды Лун Хэна.

«Ты знаешь, как справиться с этим оружием?» Лун Хэн посмотрел на Бай Сянсю. Даже если она знает, что это такое, это не значит, что она знает, как правильно с ним справиться? Более того, это гораздо сложнее, чем простой строй. Если бы оружие было чуть более мощным, то они бы с легкостью захватили всю страну, не говоря уже о Спокойном Городе.

Бай Сянсю взмахнула руками. «Мне надо поспать. Мне нужно немного поспать.» Во сне она собиралась связаться с Хуэром. Она поняла, что вернуться в современный мир невозможно, когда потеряла сознание во время родов. Она решила остаться здесь только потому, что не могла отпустить своих близких. У Хуэра есть сила, которая может связать ее со всеми кактусами в мире. Кактус может помочь ей найти рецепт приготовления динамита.

Принц Ронг был шокирован, когда увидел, с каким выражением лица Бай Сянсю выходила из комнаты. «Похоже, она действительно знает, как победить это оружие. Я на самом деле прочитал слишком мало книг?»

Все в комнате посмотрели на принца Ронга после того, как он произнес эти слова, вероятно потому, что думали точно так же, как и он. Они читали книги почти всю свою жизнь, но все же не стали такими умными, как столь молодая девушка. Возможно, им всем нужно побольше читать.

Бай Сянсю достала пакетик с ароматными травами, когда пришла в свою комнату. Внутри лежал небольшой бумажный сверток. Она осторожно развернула его слой за слоем, после чего показались несколько колючек кактуса. Она привезла их с собой на случай чрезвычайной ситуации. Она никогда не думала, что ей действительно придется их использовать.

Она достала все шипы из пакетика в свою руку, чтобы создать связь с Хуэром. Она даже зашла так далеко, что уколола себя одной из них. Поскольку она пришла в этот мир после того, как укололась о кактус, она могла быстро связаться с Хуэром, снова сделав это. Однако ей оказалось очень трудно уснуть из-за волнения.

Когда Лун Хэн вернулся, она перевернулась на другую сторону, чтобы он мог лечь рядом с ней. Сейчас никто не ставил под сомнение ее присутствие, когда принц Ронг стал ее духовным братом. И поскольку все знали, что она выздоравливает после болезни, никого не волновало, спит ли Лун Хэн в той же комнате, что и она.

Лун Хэн хотел близости с ней после ванны. В конце концов, они ничего не делали в последнее время, потому что Лин Цяньцзы была слишком им противна. Однако прямо сейчас Бай Сянсю холодно похлопала его по плечу. Она изо всех сил старалась уснуть, обнимая свой пакетик. Лун Хэн не пытался прервать ее, когда увидел это. Он лег на кровать и пытался заснуть. Военные действия сейчас в приоритете. По праву, он не должен был снимать свои доспехи, но хотел немного близости с ней сегодня вечером, так как с завтрашнего дня будет спать в армейском лагере. Тем не менее, она не ответила взаимностью!

Как он мог заснуть, когда такие мысли проникали в его разум? Он немедленно перевернул Бай Сянсю и впился в нее поцелуем. Она была ошеломлена его действием, не имея понятия, что случилось с этим мужчиной. К сожалению, автор взял за правило, что любая любовная деятельность мгновенно заставляла ее проваляться в постели в течение трех дней. Лун Хэн оказался настолько энергичен, что Бай Сянсю быстро упала в обморок. В конце концов, несмотря на все сильные стороны, она всё ещё находилась в слабом утонченном теле поддерживающего персонажа. К счастью, она наконец смогла поговорить с Хуэром после того, как потеряла сознание. Хуэр походил на скопление зеленого пламени, просто парящего в воздухе.

Его голос, казалось, немного повзрослел, теперь он звучал как голос молодого человека. «Госпожа! Госпожа! Хуэр так по вам скучает!» — радостно воскликнул Хуэр.

«Я тоже скучаю по тебе. Я никогда не думала, что смогу связаться с тобой даже на таком расстоянии.»

«Это потому, что хозяйка использовала свою кровь, чтобы создать связь. Мы потеряем её, если шипы в вашей руке сгниют или исчезнут.» Хуэр выучил немного человеческой речи. Он больше не использовал слова «часть своего тела» для описания шипов.

Немного поболтав, девушка и растение взялись за дело. Бай Сянсю надеялась, что Хуэр сможет помочь ей найти формулу, но он фактически привел ее на какой-то завод в неизвестной династии. Невидимая для рабочих, она внимательно наблюдала за их трудом. Она подслушала разговоры о материалах и внимательно посмотрела на инструменты, которые они использовали для создания готового продукта. Она также увидела всю его мощь.

Бай Сянсю не думала, что у Хуэра есть такая способность. Она повернула голову и увидела кактус, стоящий на столе в углу. Я путешествую во времени и пространстве, чтобы заняться плагиатом? У Бай Сянсю не было времени, чтобы думать обо всем этом. Она уделяла все внимание рабочим, так как боялась, что может что-то забыть. Она запомнила весь производственный процесс после ночи сна; это было более ясно чем любые примечания, которые она могла бы сделать. Это привело её в восторг. Бай Сянсю хотела провести эксперимент первым делом после того, как проснулась.

Но это привело к …

Бам! Ноги Бай Сянсю немедленно обмякли, в результате чего она упала. Она в отчаянии стучала по полу, натягивая одежду. Как я могла забыть о правиле автора «не вставать с постели три дня»? Это агония! Я даже не чувствую своих ног! А суставы так сильно болят!

«О, Боже! Мадам, как вы упали?» Горничная Сяомэй немедленно пришла помочь ей встать. Ее лицо полностью покраснело, когда она поняла, что мадам голая.

Опустошенная Бай Сянсю откинулась на кровать и сказала: «Быстро принеси мне кисть и бумагу. Мне нужно записать формулу.» Лучше записать, пока я её не забыла.

Горничная немедленно убежала за вещами, которые она попросила. Бай Сянсю записала полную формулу, а также список необходимых ингредиентов и передала их Сяомэй. «Пусть кто-нибудь приготовит эти ингредиенты. Но ты должна предупредить их, чтобы ни в коем случае ничего не смешивали.»

«Поняла. Но кого мне попросить подготовить эти вещи?»

«Передай ингредиенты генералу. Скажи, что я не хорошо себя чувствую, и что ему нужно, чтобы кто-то первым делом приготовил ингредиенты.»

«Хорошо.» Горничная убежала выполнять поручение. Через некоторое время она вернулась, чтобы сообщить Бай Сянсю, что генерал уже готовит ингредиенты. Сяомэй также прошептала: «Генерал спрашивает, не хотите ли вы принять горячую ванну. Он уже приказал Шуеру приготовить её для вас. Мадам хочет принять ванну?»

«Да…» Бай Сянсю покраснела. На самом деле, была вероятность, что она правда не сможет встать с постели в течение трех дней, если пропустит ванну. Как она должна справиться с врагом, если останется прикована к постели? Она должна опередить исследования врага. Им будет грозить серьезная опасность, если другой переселенец завершит свои исследования и изготовит невероятно смертоносное оружие. Она решила, что сейчас не время лениться после того, как осознала масштаб своей ответственности. Пришло время ей браться за работу. Бай Сянсю проклинала Лун Хэна, бормоча себе под нос, и позволяла горячей воде снять её боль, пока наконец не встала, чтобы одеться.

Завтрак нельзя было назвать очень хорошим, ведь они в зоне военных действий. Миска каши здесь основное блюдо. Так как Лун Хэн ответственный человек, его еда ничем не отличалась от обычных солдат и, естественно, его наложнице приходилось есть то же самое! Лун Хэн был очень впечатлен этим моментом, иначе, если бы она жаловалась, ему пришлось бы отправить ее обратно.

После завтрака внезапно послышалось несколько взрывов. Кто будет играть с петардами в это время? Должно быть случилось что-то плохое. Бай Сянсю почувствовала, как у нее упало сердце, и сразу же выбежала из своей комнаты. Она увидела, как несколько огненных стрел взмывают в воздух и взрываются, когда приземляются в городе. Черт! Это скрытая атака! Однако что это за глупости? Эти крошечные искры ничто по сравнению с огневой мощью артиллерии, которую я так часто видела в военных фильмах.

«Похоже, им еще предстоит улучшить оружие. Вот почему они используют стрелы, чтобы забросить их в город. Огневая мощь все еще довольно слабая и практически не изменилась с прошлого раза.» Бай Сянсю пробормотала это, когда шла к заграждению, надеясь, что сможет получить ясную картину.

«Мадам! Мадам! Вы не должны подходить к стрелкам! Вас может задеть!»

«Ты права.» Бай Сянсю вернулась в свою комнату, чтобы взять зонтик: «Вот так лучше.»

«…» Сяомэй потеряла дар речи. Как зонт может защитить от ужасного огненного дождя!

С точки зрения Бай Сянсю, в основном в небе хлопали всего навсего фейерверки, только с довольно разными обстоятельствами. Люди паниковали только потому, что никогда не видели ничего подобного. Однако, она не боялась. Она вышла, держа зонтик над головой, и увидела, как стрела взорвалась прямо перед ней.

Взрыв оказался на удивление мощным и проделал большую дыру в лошади, в которую приземлился. Это оружие способно нанести увечья, а то и убить кого-то. Похоже, враг понял, как увеличить огневую мощь. Она решила укрыться и привела горничную в темный угол: «Не выбегай на улицу. Оставайся здесь и будь бдительна.»

Через некоторое время из укрытия вышли солдаты, чтобы потушить огонь. Дождь стрел прекратился, вероятно потому, что Лун Хэн отправился преследовать вражеских солдат. Эта внезапная атака определенно была тактикой, чтобы запугать их и помешать Лун Хэну продолжать преследование. Однако тактика запугивания оказалась не такой уж эффективной. Именно в этот момент к ней сзади подкралась стойкая тень. Она медленно подняла голову и увидела Лун Хэна в полном доспехе. Она протянула к нему руку и улыбнулась. «Добрый день. Разве вы не отправились преследовать врага?»

«Зачем мне лично идти в бой, если их всего дюжина? Почему ты вышла?»

Лун Хэн пытался подавить свои опасения, потому что его подчиненные стояли позади него. Он не хотел, чтобы они думали, что он муж подкаблучник. В глубине души он на самом деле думал: как она вообще вышла из своей комнаты? В последний раз, когда я проверял её утром, она ещё была слабой, как новорожденный котенок.

«Я просто хотела увидеть силу их взрывчатых веществ собственными глазами, и я могу попытаться создать более сильную взрывчатку, чем у них.»

«Что?» Сердце Лун Хэна наполнилось теплом. В конце концов, она делает это для него. У подчиненных Лун Хэна тоже были такие же мысли. Женщине совсем нелегко делать так много вещей. Самое главное, неужели она правда способна воспроизвести такое опасное оружие? Хорошо, что рядом с Лун Хэном.

К сожалению, в то время как Бай Сянсю могла казаться сильной, ее ноги таковыми совсем не являлись. Они снова обмякли, когда она попыталась встать, от чего её тело чуть не рухнуло на землю.

«Ты не должна была выходить, если не оправилась после болезни.» Лун Хэн чувствовал, как его лицо горело, когда он говорил. Первое, что он увидел, когда наклонил голову, это как Бай Сянсю закатила на него глаза.

Лун Хэн чувствовал, как его сердце становится мягким при её виде: «Быстро помогите мадам вернуться в её комнату.»

«Не нужно. Отведите меня в мастерскую и, место, где хранятся материалы.»

«Мужчины, проводите мадам в мастерскую.»

«Поняли.» Солдаты относились к Бай Сянсю с большим уважением. В конце концов, она пытается создать бомбы, несмотря на свою «болезнь». Бай Сянсю почувствовала себя очень неловко, когда увидела благоговение в их глазах. Это всё вина их генерала, ладно? Её практически разделили на две части!

Её смущение не помешало воинам проводить её в немного отдаленное место. Но самом деле это было по её просьбе. Если бы случилось худшее, она предпочла бы остаться единственной жертвой неожиданного взрыва. Честно говоря, ей не нужно было делать мощную взрывчатку, ведь взрывчатка противника не такая уж сильная. Её руки запачкаются кровью, если созданную смесь станут использовать в неправильных целях.

Пока за ней внимательно следила дюжина людей, она по памяти подготовила ингредиенты и необходимую посуду. Ей понадобился целый день, чтобы всё это сделать. Неутомимо трудясь, она еле затащила свое измученное тело обратно в комнату, но обнаружила, что Лун Хэн и многие другие тоже придумали собственные контрмеры. Они пробовали использовать металлический щит, созданный специально для того, чтобы защитить людей от взрывчатки. Кавалерию временно уберут с поля битвы. Планируется пойти в наступление пешими воинами, которые будут оснащены этими, как мы надеемся, взрывобезопасными щитами.

Это тоже хорошая идея! Мой муж на удивление умный! Той ночью Бай Сянсю узнала больше о процессе производства. Она также продолжала настаивать на том, что всё это она узнала из книг. Лун Хэн не успел ничего заподозрить, потому что знал, что командующий Лю скоро соберет людей для очередной засады.

Лун Хэн ничего не мог с этим поделать. Из-за их уникального оружия он волновался, что может попасть в ловушку врага, если поведет своих солдат в бой. Бай Сянсю действительно придется хорошо выполнить свою роль, чтобы выйти из этого тупика.

Она делала всё очень осторожно, так как каждый ингредиент был особенным. Малейший просчет мог привести к катастрофе. К счастью, она видела производственный процесс своими глазами. К концу она успешно создала десять бомб. Эти бомбы были похожи на ручные гранаты или точнее на фейерверки, с которыми играли дети в наше время. Её бомбы были тише, чем эти петарды, но гораздо мощнее.

«Почему ты не даешь мне это сделать!» Лун Хэн видел, как Бай Сянсю дрожит, и боялся, что она поранится. Бай Сянсю в этот момент выглядела немного потрепанной. Её эксперименты привели к тому, что её длинные шелковистые волосы сгорели до самой талии. Хотя это никак не испортило её красоту, Лун Хэн всё равно чувствовал себя чрезвычайно виноватым.

Тем не менее, она, похоже, не возражала против этого. Она мягко улыбнулась, увидев как Лун Хэн стоит рядом ней, держа перед собой металлический щит. Сун Цзяоюэ и Юй Куан тоже не собирались уходить; они были слишком поглощены интересом — станет её эксперимент успешным или нет. Бай Сянсю взяла одну из бомб и бросила её в маленькое дерево, немедленно спрятавшись за щитом. Она двигалась довольно быстро и прошло совсем немного времени, прежде чем она оказалась в укрытии. При этом она казалась очень взволнованной.

Сун Цзяоюэ с улыбкой покачал головой. Эта дама до смешного эксцентрична. Буум! Его лицо сразу стало ужасно белым. Сун Цзяоюэ инстинктивно поднял руки, чтобы закрыть лицо рукавами, и полностью поменял мнения, что он когда-либо думал о бомбах.

«Так опасно.» Реакция Юй Куана была даже быстрее, чем его. Он уже отступил почти на десять шагов.

«Она всё это время возилась с такой опасной вещью?» Сун Цзяоюэ всё ещё стоял белый от ужаса.

«Ура! Мне удалось!» Бай Сянсю в волнении прыгнула в объятия Лун Хэна. Все солдаты повернули головы, чтобы отвести взгляд. Сцена перед их глазами была очень милой, но и довольно смущающей.

«Ой! Больно!» Импульсивность Бай Сянсю принесла ей сильную боль. В конце концов, Лун Хэн стоял в полном комплекте доспехов.

«…» Лун Хэн потерял дар речи, помогая ей подняться. «Эта вещь слишком опасна. Ты должна научить кого-то другого, как делать это и изготовить его за пределами города.»

«Кого-нибудь другого? Лун Хэн, лучше, если я сделаю это сама!»

«Ты….»

«Я просто не хочу, чтобы формула попала в чужие руки. Невозможно даже представить, что они могут с этим сделать.» Бай Сянсю была права. Если такое мощное оружие попадет в чужие руки, оно может наполнить сердца многих людей желанием погрузить этот мир в хаос.

«Хорошо. Как хочешь. Сотню таких должно хватить, чтобы мы нанесли существенный удар по врагу и заставили его дважды подумать, прежде чем снова напасть на нас.»

«Мм.» Бай Сянсю поняла значение слов Лун Хэна. Он беспокоился, что она окажется в опасности.

Бай Сянсю продолжала интересовать одна вещь. Действительно ли на стороне врага есть другой переселенец из иного мира? Если это правда, то что это за человек?

Лун Хэн использовал несколько дней, чтобы разведать местонахождение вражеского лагеря и отправился в бой, прихватив с собой бомбы Бай Сянсю. Он также оставил отряд солдат для защиты Спокойного Города. Бай Сянсю очень волновалась. Это был не простой бой на один или два дня. К счастью, Сун Цзяоюэ и Юй Куан тоже ушли с ним. Они оба горячие парни и не хотели сидеть сложа руки, наблюдая, как их страна проигрывает войну.

Прежде чем кто-либо понял, по полям поползла осень. Погода стала холоднее, и начали желтеть листья. Интересно, как сейчас Сяо Лун? Возможно, он уже произнес свои первые слова, разве нет?

Бай Сянсю внезапно почувствовала острую боль в шее, когда была поглощена своими мыслями. Кто-то устроил мне засаду! К сожалению, Бай Сянсю осознала этот факт слишком поздно, уже теряя сознание.

«Хуэр, кто меня похищает?» Бай Сянсю все ещё сохранила сознание, хотя её тело лежало в обмороке. Она могла разговаривать с Хуэром, как во сне, если заранее установит с ним связь.

«Двое мужчин. Они могут летать.»

«Летать? Как далеко я сейчас от Спокойного города? В каком направлении они меня несут? Кто за ними стоит?»

«Хозяйка, говорите медленно. Хуэру нужно почувствовать каждый вопрос отдельно.»

«Хорошо, не торопись. Просто сделай это, прежде чем я проснусь.»

«Они летят на юг. Вы сейчас в одной, двух, трех, четырех… пяти милях от города. Кроме того, за ними нет никого, кроме вас.»

«Э-э-э…» Бай Сянсю немного потеряла дар речи. Она имела в виду, кто за этим стоит, а не кто за ними! А ведь только недавно она похвалила Хуэра за то, что он стал говорить намного лучше! Но вдруг она услышала громкий всплеск, как будто приняла холодный душ.

«Что случилось?»

«Госпожа, кто-то наливает мне воду.»

«Ох. Кстати, я имела в виду, что…» Бай Сянсю проснулась, прежде чем успела закончить говорить, потому что кто-то грубо бросил её на землю. Она не могла не скорчить гримасу от боли, ведь было такое чувство, что её кости сломались.

«Ты проснулась?» — спросил холодный голос.

Бай Сянсю не пытался притворяться. Она медленно встала и ответила. «Почему ты бросил меня? Даже мертвец проснулся бы, если бы его бросили…» Человек схватил Бай Сянсю за волосы, прежде чем она успела закончить говорить, и бросил на деревянную кровать.

Мужчина медленно наклонился к ней, раздеваясь. Твою мать! Меня собираются изнасиловать?

«Кто вы? Разве вы не знаете, что я наложница Принца Ли?» Она не сомневалась, что эти люди уже знали её личность. По какой ещё причине они могли её похитить?

«Наложница. Ты ничто иное, как игрушка для мужчин.» Голос этого человека звучал очень холодно и беспощадно. Он даже не дал ей возможности возразить. Одной рукой он схватил Бай Сянсю, которая пыталась сбежать, а другой дважды ударил её по лицу.

После удара сознание Бай Сянсю исчезло. Она даже не отбивалась, когда её ноги превратились в желе. Тем не менее, она сразу пришла в себя, после того как её лица коснулся холод. Она выдернула правую руку и ударила мужчину по лицу. К сожалению, он легко уклонился и презрительно рассмеялся: «Очень хорошо! Мне нравится играть с такими агрессивными женщинами, как ты! Давай посмотрим, как далеко мне придется зайти, чтобы приручить тебя.»

Бай Сянсю чрезвычайно возмутили его слова. Она скорее умрет, чем позволит этому человеку прикоснуться к ней! И вот, она решила устроить борьбу не на жизнь, а на смерть, пинаясь и шатаясь. Неожиданно это сработало! Мужчина перестал пытаться навязать ей себя. «Ты ценишь свое целомудрие. Я могу отпустить тебя, но только если ты скажешь мне формулу своих пороховых бомб.»

«Хорошо! Я всё расскажу, только отстань от меня.»

Мужчина встал: «Пиши формулу.»

Бай Сянсю кивнула и увидела стол в углу комнаты; на нём аккуратно лежала бумага и кисть. Должно быть, он подготовил всё заранее. Она села и начала записывать формулу, одной рукой держась за голову. Интересно, что он сделает со мной после того, как я закончу писать. К счастью, этот человек оказался смышленым. «Я удостоверюсь, что твоя формула правильная после её изготовления и тестирования. Поэтому, пока что тебе придется остаться здесь. Даже не думай о попытке сбежать. Снаружи за тобой присматривают!»

«Тогда иди, но будь осторожен. Смесь может взорваться, если ты сделаешь даже малейшую ошибку.» Она не собиралась так просто отдавать формулу и была уверена, что они потеряют больше, чем несколько человек, если действительно попытаются изготовить бомбу, используя формулу, которую она им только что дала.

Бай Сянсю вяло опустилась на стул после того, как увидела, как мужчина вышел из комнаты. Она продолжала ломать голову, как ей сбежать. Открыв окно, она заметила, что земля снаружи невероятно бесплодна. Однако, снаружи оказался мужчина, полностью одетый в черное. «Пожалуйста, закрой окно. Я не прощу тебя, если ты снова попытаешься выглянуть на улицу.»

Слуга точно такой же, как хозяин. Бай Сянсю посмотрела на него, но случайно заметила очень особенное растение, скрывающееся в темном углу. Её сердце сразу забилось быстрее, но она не подала виду. Схватив руку мужчины в черном, Бай Сянсю сказала: «Ну, я могу очень хорошо себя вести, если ты так хочешь, но передай мне вон тот цветок, чтобы я смогла посадить его в горшке. Иначе я не успокоюсь.»

У мужчины в черном не оставалось большого выбора после её ультиматума. Он быстро нашел рядом горшок и подошел к растению. Он собирался выкопать немного грязи, когда Бай Сянсю быстро прервала его: «Не копай так! Копай вокруг цветка! И будь осторожен! Не повреди корни!»

«……» Мужчине в черном пришлось делать всё в соответствии с её инструкциями. Просто эта женщина слишком важна для их плана. Он не сможет принять наказание, если с ней что-нибудь случится. Более того, её лицо распухло, а глаза налились кровью от побоев. Она действительно казалась очаровательной и довольно жалкой в этом состоянии. Разве это не просто цветок? Ничего не произойдет из-за этого крошечного запроса. Человек в черном быстро забрал цветок и бросил его на стол. Сделав это, он закрыл окно и продолжил стоять на страже.

Бай Сянсю была уверена, что он не единственный охранник снаружи. Но у неё не было времени об этом беспокоиться. Теперь, когда она смогла внимательно изучить его, этот цветок определенно тот самый легендарный цветок. Она никогда не думала, что найдет его здесь. Но это имело какой-то смысл. Она больше не на центральных равнинах, поэтому то, что он растет здесь не так уж странно. Но это Ловушка черного дьявола! О котором ходят легенды! Она была абсолютно уверена, что это маленькое растение — цветок мифической славы.

Бай Сянсю была чрезвычайно взволнована. Этот цветок её выход! Только выход будет немного жестоким. Но какой у неё есть выбор? Это ради своего же спасения! Но теперь по порядку, она покрыла миску куском ткани и сильно прижала её к полу, от чего она разбилась с приглушенным треском. Осторожно взяв один из острых осколков, Бай Сянсю провела им по ладони. Вскоре из-под пореза хлынула кровь.

Бай Сянсю направила капли красной жидкости на ловушку черного дьявола, поливая её собственной теплой кровью. В легендах говорилось о ритуале, что если полить ловушку чёрного дьявола собственной кровью, цветок ответит на зов человека и исполнит одно его желание. В течение следующих двух дней царили мир и покой, но Бай Сянсю усердно поливала ловушку черного дьявола. Может тот человек умер от взрыва? Нет, это невозможно. Бай Сянсю была в депрессии. Ловушка чёрного дьявола так и не пустила корни, так что эффекта пока не было.

На четвертый день наконец кто-то появился. Человек вошел, явно в ярости. Не говоря ни слова, он ударил Бая Сянсю по лицу, швырнув её по комнате. «Тупая сука! Из-за тебя пострадали мои люди! Формула даже не работает! Трое погибших, еще пятеро ранены; это были мои люди, несчастная сука! Если я сегодня не забью тебя до смерти, то никогда не смогу сбросить свою ярость!»

Как только он начал яростно двигаться к ней, Бай Сянсю закричала. «Я хочу, чтобы все люди, кто за эти сутки приблизится ко мне теряли сознание; начиная прямо сейчас!»

Ловушка черного дьявола обладала успокаивающими и галлюцинаторными свойствами. Поэтому мужчина, который избивал её, потерял сознание и упал на землю сразу после того, как она загадала желание. Бай Сянсю вздохнула с облегчением. С легендами нельзя шутить. Именно в этот момент кто-то снова попытался войти в комнату, очевидно, услышав шум внутри. Однако эти люди тоже потеряли сознание, как только ступили в комнату.

«Просто невероятно!» В конце концов, поливать растение кровью не было пустой тратой. Бай Сянсю быстро вскочила на ноги. Ей нужно бежать, пока не стало слишком поздно. Она не была уверена, примутся ли во внимание её поспешно названные временные рамки, но прежде чем сбежать, она должна была узнать, кто стоял за её похищением. Она наклонилась и сняла маску мужчины, неожиданно обнаружив, что на самом деле это Чэнь Тао, капитан городской гвардии! Какой жадный человек! Он даже захотел себе формулу моих бомб! Я не прощу себя, если я не заставлю его заплатить.

Бай Сянсю достала одну из своих бомб, которые завернула в хлопок, и осторожно положила в сумку Чэнь Тао. Ты отчаянно хотел эту вещь, верно? Ну, тогда я подарю тебе одну! Она не задерживалась ни на секунду после того, как закончила и, немедленно обняв ловушку черного дьявола, побежала к городу.

Но кое-что сильно подавило её, когда она вышла на дорогу. Бай Сянсю хотела воспользоваться одним из проезжающих мимо экипажей, но все кучеры теряли сознание, когда подходили к ней слишком близко! К счастью, она пожелала, чтобы в обморок падали только люди, а не лошади. По крайней мере, лошади остались стоять на ногах.

В конце концов она оттащила мужчин в сторону с большими усилиями и поднялась на карету, осторожно щелкнув поводьями. Лошади немедленно помчались галопом и чуть не упали в канаву, которая была прямо перед ними. К счастью, Бай Сянсю немного знала, как управлять повозкой.

Она быстро поехала обратно в город после того, как вернула себе контроль над каретой. Однако, прибыв, городские ворота оказались уже закрыты. Из-за продолжающейся войны их открывали только на два часа в день. Нехорошо. У меня будут большие неприятности, если Чэнь Тао меня догонит. Поскольку у неё не было возможности войти, ей оставалось только махать руками солдатам на вершине городских стен и кричать: «Солдаты на городской стене, вы меня слышите?! Я …» Наложница? Разве это не звучит немного унизительно? «Я жена Принца Ли, Лун Хэна! Быстро откройте ворота! Меня преследуют враги!»

«Да, мы слышим вас. Мы немедленно сообщим об этом.» Солдат на городской стене уже проинформировали о том, что мадам похитили, но они никогда не думали, что она сама появится у их порога. И при этом относительно невредимой. Но почему она ехала на конном экипаже, на котором так много «мертвых» мужчин? И почему рядом с ней такой странный цветок в горшке? Эта мадам из усадьбы Принца Ли всегда полна сюрпризов.

Бай Сянсю вздохнула с облегчением. Она наконец вернулась. Такое облегчение наступало только после того, как ты вырываешься из лап смерти. Она больше не хотела напрягать мышцы и откинулась на сидение кареты.

Одна фигура спрыгнула со стены ещё до того, как городские ворота открылись. Это Юй Куан! Бай Сянсю помахала ему навстречу. Как и следовало ожидать от мужчины из Вулин. Он всегда в лидерах. Наконец, она могла вздохнуть с облегчением. Теперь Бай Сянсю определенно в безопасности, когда он пришел за ней. Однако её радость наступила слишком рано. Бам! Юй Куан внезапно рухнул на землю, как раз в десяти шагах от неё. Вот дерьмо! Я совсем забыла, что рядом со мной ловушка черного дьявола.

Бай Сянсю быстро закричала, увидев, что к ней уже приближаются Лун Хэн и Сун Цзяоюэ: «Не подходите ко мне!»

Лун Хэн нахмурился: «Они применили на тебе какой-то наркотик?» Почему ещё Юй Куан вдруг упал бы на землю? Или, может… она тоже в опасности?

«Нет, они ничего не сделали. Не нужно беспокоиться, это всего лишь результат моей попытки защитить себя. Вы не должны подходить ближе, чем на десять шагов. Кстати, могу ли я переночевать за городом сегодня вечером? Я не хочу, чтобы люди теряли сознание после того, как я войду внутрь.»

«Неужели это какое-то сильнодействующее лекарство?»

«Я всё объясню позже. Что нам с ним делать?»

«Мужчины, позаботьтесь о нём. Я составлю компанию своей жене ночью на окраине города.» — приказал Лун Хэн, указывая на Юй Куана. Он посмотрел на Бай Сянсю и сказал: «Иди на полмили вперед. Там есть заброшенный фермерский дом. Вся семья переехала в город из-за войны.»

«Поняла.» Бай Сянсю не могла расстаться с ловушкой черного дьявола. Она взяла растение, обошла повозку и начала идти в соответствии с указаниями Лун Хэна.

Лун Хэн следовал за ней на небольшом расстоянии, и они вели удаленную беседу. Сначала он заметил, что растение было слишком тяжелым для того, чтобы Бай Сянсю могла его нести: «Позволь мне помочь понести его!»

«Нельзя! Ты не сможешь его коснуться!»

«Почему ты внезапно исчезла? Кто тебя похитил?»

«Это Чэнь Тао. Он похитил меня, чтобы получить рецепт огненного порошка.»

«Ты дала его ему?»

«Дала, но не правильный.»

«Тогда почему он не преследовал тебя?»

«Вероятно, потому что все ещё без сознания. Или может потому, что знает, что я вернулась сюда.»

Правда состояла в том, что люди Чэнь Тао уже догнали её. Лун Хэн чувствовал их присутствие некоторое время, но тайно поднял бдительность. Он не позволит им навредить Бай Сянсю, если они действительно попытаются напасть на нее. Однако они ушли вскоре после того, как заметили Лун Хэна, так как, вероятно, очень боялись его. Лун Хэн холодно улыбнулся. Чэнь Тао оказался таким бесстыдным человеком. Похоже, стоит его завтра навестить. Но его первоочередная задача на данный момент это безопасность Бай Сянсю. Он никогда не думал, что она попадет в такие неприятности только потому, что пришла ему на помощь. Однако почему он должен защищать её на таком расстоянии? Он даже не мог передать ей курицу, которую кропотливо для неё приготовил. Ему пришлось положить её и отойти на десять шагов, чтобы Бай Сянсю могла поесть. «Сянсю, этот твой цветок кажется действительно уникальным.»

«Да. Это ловушка черного дьявола. Оно исполняет одно желание человека, если его поливать своей кровью. И вот, после четырех дней полива, я захотела, чтобы все в течении дня сразу падали в обморок, как только ко мне приблизятся.»

«Кровью? Но разве ты… не падаешь в обморок при виде крови?»

«Больше нет. Я к этому привыкла.»

«Сянсю, тебе бы не пришлось так сильно страдать, если бы не я.» Он уже как-то думал, что раньше она была очень слабой и хрупкой, когда они жили в поместье, но теперь понимал, что на самом деле превратилась в сильную и стойкую женщину. Она сама как ловушка черного дьявола. Казалась элегантной и пустой, но на самом деле стала невероятно полезной, когда пришло время. «Раны на твоей руке…» Наконец он заметил, что на её ладонях было много порезов и ран.

«Они почти все зажили.»

Лун Хэн бросил к ней небольшой флакон мази от ран: «Хорошо отдохни после применения лекарства. Я буду присматривать за тобой всю ночь.»

«Мм.» Бай Сянсю правда очень хотела спать. Она чувствовала себя в полной безопасности, хотя Лун Хэн только наблюдал за ней издалека. На следующий день Бай Сянсю поняла, что когда проснулась, то лежала на руках у Лун Хэна. Они уже вернулись в город.

«Цветок.»

«Я только что попросил одного из слуг вынести его наружу.»

«Спасибо.»

«Мне нужно сообщить Принцу Ронгу, что Чэнь Тао сделал с тобой.»

«Хорошо.» Почему у неё такое ощущение, что мы старая пара, которая уже давно жената? Когда это произошло?

Чэнь Тао неожиданно решил перейти на сторону противника, чтобы избежать наказания за свои предыдущие действия. Враг начал распространять известие о его побеге, чтобы попытаться терроризировать граждан. Если капитан городской гвардии сдался врагу, не значит ли это, что их сторона проиграет войну? Лун Хэн лишь пренебрежительно смеялся. Враг, казалось, забыл, как он прогонял их каждый раз. На этот раз он вернулся только для того, чтобы собрать войска и свои силы для полномасштабного штурма и захватить их столицу.

Однако Лун Хэн никак не мог предсказать такой поворот событий. Чэнь Тао забрал своих ближайших подчиненных и перешел на сторону врага, оставив свою семью! Его мать, жена и двое детей оказались в тюрьме. Лун Хэн был настолько взбешен, что публично ударил руками по столу, чтобы высвободить свой гнев. Чэнь Тао такой трус! Он бросил свою семью, чтобы выжить самому? Что нам с ними делать?

Убить их?

«Ты ведь шутишь? Это слабые женщины и дети. Что хорошего в том, что мы их убьем? Они не сделали ничего плохого, верно?» — сказала Бай Сянсю, подавая Лун Хэну чай, при этом её брови были сжаты вместе.

«Ты против их убийства? Но правила гласят, что в семье дезертира должны быть наказаны все, без исключения. Принц Ронг тоже считает, что мы должны сделать это в соответствии с законами суда. Но…»

«Но неправильно убивать невинных и слабых. Я права?»

«Да.» Лун Хэн теперь обсуждал с Бай Сянсю практически все вопросы. Хотя она, возможно, и не гений, но всё же человек с широким кругозором. Даже Принц Ронг воспевал ей похвалу.

«Тогда поменяй фамилии детей и сделай так, чтобы женщина снова вышла замуж.»

«……» Лун Хэн уставился на неё с явным удивлением на лице. Разве женщине нормально иметь второго мужа? Однако для них это действительно хороший способ разорвать все её связи с Чэнь Тао.

«В чем дело? Разве это не хорошая идея? Я понимаю, что женщина может не согласиться, но выберет ли она смерть детей, просто чтобы оставаться верной и ждать предателя?»

«Ты правда придумываешь всевозможные странные планы, но это могло бы сработать.» — сказал Лун Хэн, зажимая её щеки: «Иди спать. Я поговорю об этом с Принцем Ронгом.»

Хотя, Принц Ронг изначально не собирался позволять им жить, но это довольно хороший план. Поставить на голову Чэнь Тао огромные рога было бы невероятно унизительно.

Вскоре после этого, во вражеском лагере командир Лю беседовал с разъяренным человеком. «Как ты можешь мириться с таким унизительным поступком? Они запятнали твою жену, отдав её кому-то другому.»

«Конечно, я не могу!» — крикнул Чэнь Тао сквозь стиснутые зубы. «Но ещё больше я не могу терпеть эту женщину рядом с ним. Я бы уже получил формулу бомб, если бы она не оказалась такой хитрой лисой!»

«Разве она не дала тебе формулу? Позволь мне взглянуть.» Солдат рядом с командиром Лю протянул руку Чэнь Тао. Он выглядел молодым и казался очень элегантным и утонченным.

«Но…» Чэнь Тао колебался. Это не то, что нужно передавать простому солдату, даже если это ненужная подделка.

«Давай.»

После недолгих сомнений Чэнь Тао всё же передал солдату бумагу. В этом человеке что-то казалось немного странным, но Чэнь Тао не мог понять, что именно.

Маленький солдат ухмыльнулся, увидев содержимое на бумаге. «Она просто из того же мира, что и я. Эта женщина кажется достаточно способной, но вам не нужно беспокоиться, я помогу в меру своих возможностей. Только не забудьте выполнить свою сторону сделки.»

«Конечно. Просто эта формула…»

«Это подделка, но в то же время она настоящая. Некоторые ингредиенты были удалены, но они всё равно могут взорваться. Хотя порох стал более взрывоопасным.»

«Тогда как мы сможем превратить это в лучшее оружие?»

«Это зависит от того, сколько людей вы готовы дать мне для исследований. Чтобы выиграть войну нужны жертвы.»

«Берите столько людей, сколько понадобиться, до тех пор, пока не добьетесь успеха.»

«Хорошо. Вы, ведь Чэнь Тао, верно? Поскольку вы уже использовали эту формулу раньше, вы и будете отвечать за исследования!» Солдат разорвал бумагу и бросил её на пол. Его лицо было наполнено уверенностью и высокомерием. Чэнь Тао стиснул зубы. Он не думал, что им будет командовать солдат низкого ранга, когда он решит перейти на их сторону. К сожалению, командир Лю, похоже, очень доверял этому солдату и позволил ему забрать Чэнь Тао.

Чэнь Тао медленно осознал, что этот солдат низкого ранга на самом деле женщина! Её внешность не очень красива, но всё же нетипична. Она жертвовала жизнь за жизнью, чтобы найти идеальное соотношение ингредиентов для изготовления пороха. И вот, порох снова взорвался преждевременно из-за неправильного соотношения ингредиентов, убив рабочих, которые его производили. Она выглядела очень разочарованной и холодно сказала: «Приведите мне ещё двух мужчин с крепкими руками. Мы начнем снова.»

Чэнь Тао потерял дар речи. Эта женщина ещё более мужественная и жестокая, чем большинство мужчин. Хуже того, она на самом деле посещала палатку командира Лю по собственному желанию! Она вышла из лагеря только после того, как они закончили со своими делами и поманила Чэнь Тао пальцем на обратном пути. «Пойдем со мной. Я хочу узнать больше об этой женщине.»

Чэнь Тао нахмурился. «Не думаю, что это хорошая идея!»

Если бы она была мужчиной, всё было бы в порядке, но, к сожалению, это не так. Она, похоже, не возражала и ответила, будто ей было все равно. «Я не съем тебя! Просто заходи!»

У Чэнь Тао не было выбора, кроме как войти в её палатку. Она сняла головной убор и показала длинные восхитительные волосы различной длины. Она взволнованно уселась на стул: «Расскажи мне об этой женщине.»

Чэнь Тао почувствовал, как у него сжимается горло. Несмотря на то, что она не потрясающая красавица и ей уже больше двадцати пяти лет, она источала элегантность и казалась по-настоящему юной. Самое главное, она обладала очаровательным шармом, которым не могла похвастаться ни одна женщина в этом мире. Но поскольку она женщина командира, у него не оставалось другого выбора, кроме как похоронить свои желания и рассказать ей всё, что он знал о Бай Сянсю.

После того, как он закончил, женщина внезапно откинула свои слегка завитые волосы и засмеялась. «Понятно. Похоже, сюда переселилась только её душа. И, скорее всего, у неё нет собственного мнения. Справится с ней не должно быть слишком сложно. Ну и что, что она смотрела Речные Заводи и знала немного о порохе? Почему я должна её бояться?»

Внезапно в палатку посреди разговора вошел командир Лю. Чэнь Тао немедленно встал и поприветствовал его: «Генерал«. Командир Лю не просто генерал, он ещё и принц. Жизнь стала бы труднее, если бы Чэнь Тао хоть немного его обидел.

«Убирайся.» Было совершенно очевидно, что генерал ревновал. У Чэнь Тао не было другого выбора, кроме как уйти. Он очень хорошо знал, что эту женщину нельзя обижать. Унизить её было бы серьезной ошибкой после того, как Бай Сянсю преподала ему урок. Однако он услышал то, чего не должен был слышать, остолбенев от её смелости.

«Мой дорогой, ты ревнуешь? Не злись. Я просто пыталась побольше узнать о враге.»

«В конце концов, он мужчина. Как ты могла позволить ему войти в палатку? Ты должна вести себя более разумно в следующий раз.»

«Хорошо. Ты такой мелочный. Почему тогда ты не даешь мне спать в твоей палатке?»

«Потому что это армейский лагерь, и ко мне могут прийти в любое время. Разве ты не говорила, что хочешь свободы? Это справедливо, что я получаю столько же свободы, как и ты, верно?»

«Ты мужчина. Ты примешь всех женщин, что на тебя бросятся, если у тебя будет достаточная свобода.»

«Перестань давать волю своему воображению. А Юнь, ты сказала, что она тоже из твоего мира? Неужели в вашем мире все так много знают?»

«Конечно. Наш мир полностью отличается от вашего…»

Чэнь Тао не смог услышать остальную часть их разговора, да и не был в этом слишком заинтересован. Факт остается фактом, что обе эти женщины действительно особенные и нетипичны.

Лун Хэн и его армия собрались на рассвете в Спокойном Городе, собираясь отправиться в бой. Бай Сянсю была немного расстроена, когда отправляла его. Она волновалась, что у противника в рукаве есть бомба. Это не было бы проблемой, если бы враг имел обычное происхождение, так как Лун Хэн определенно оказался бы в мире проблем, если бы переселенец знал слишком много. Судя по тому, с какой скоростью он воссоздал порох, Бай Сянсю была уверена, что он прочитал много романов о переселении. Она просто не могла не волноваться. Но Лун Хэн не позволил ей пойти с ним. Даже то, что она осталась в Спокойном городе, заслуга принца Ронга.

Лун Хэн быстро вторгся вглубь вражеской территории, отгоняя их после последовательных сражений. Как только наступила середина осени, противник разработал новую стратегию. Они взяли во внимание страницы из книг по истории Земли, атаковав слабость Лун Хэна, Спокойный город. Эта тактика заключалась в том, чтобы атаковать кого-то другого, нежели их врага напрямую.

Бай Сянсю закатила глаза на их решение. Они что, собираются осаждать Спокойный город с населением менее тысячи человек? И это должно помочь им спасти страну от неминуемой гибели? Она бы испугалась и попросила бы помощи, если бы в городе осталось всего несколько человек, но это не тот случай, так как здесь Юй Куан. Он уехал из города на несколько дней и вернулся с группой людей из Вулин, которые хотели помочь с национальными вопросами. Эти люди демонстрировали превосходное мастерство цингун, особенно ученики Горы Белого Облака. Каждый из них, вероятно, стоил ста человек.

Люди из Вулин вышли разведать обстановку и оценить противника. Дым и пыль за вражескими рядами были всего лишь обманчивой уловкой. Их оказалось всего около тысячи. Кавалерия использовала ветви деревьев, чтобы поднять пыль, чтобы их армия выглядела больше, чем на самом деле.

Юй Куан и многие другие уже взяли в привычку советоваться с Бай Сянсю с такими вопросами с тех пор, как она помогла победить строй цепных лошадей. Согласно словам Сун Цзяоюэ, это потому, что у неё в голове рождались всевозможные гениальные идеи. Принц Ронг тоже так думал. Итак, все собрались в комнате, чтобы провести собрание и обсудить, должны ли они отправить Лун Хэну письмо, чтобы рассказать о ситуации.

«Я не думаю, что нам стоит отправлять ему письмо. Это просто ловушка. Они послали сюда тысячу человек в надежде, что Его Высочество отступит, чтобы защитить город. Это сильно повлияет на импульс их вторжения. Его Высочество наверняка столкнется с большими беспорядками, если враг отправит несколько человек, чтобы устроить им засаду в середине пути. На самом деле, они могут даже подвергнутся риску полного уничтожения!»

«Я понимаю вашу точку зрения.» Сказал принц Ронг, кивая. «Тогда как мы должны поступить?»

Хотя тысяча человек это не так уж много для войны, они всё же способны уничтожить целый город. Это может стать огромной проблемой, если не победить их достаточно быстро. Бай Сянсю потеряла дар речи. Теперь, она должна помогать и с военными вопросами?! Она простой второстепенный женский персонаж! Её вообще должны были давно избить палками до смерти! Почему на встрече все такие формальные и серьезные? «Почему бы нам не придумать способ предотвратить их нападение, прежде чем думать о чем-то ещё?»

«Мужчины! Соберите войска, чтобы помешать их атаке!» Принц Ронг издал приказ, махнув рукой. Он единственный, кто мог взять на себя ответственность в Спокойном городе. Несмотря на то, что Лун Хэн оставил некоторых из своих доверенных лейтенантов, им всё равно пришлось подчиняться Принцу Ронгу. К этому моменту они поняли, что принц Ронг теперь полностью полагался на свою недавно обретенную сестру по духу, поскольку не имел ни малейшего понятия в военных вопросах. Он всегда спрашивал её мнения о вещах и очень тщательно с ней советовался.

Бай Сянсю продолжала хмуриться. Мотив их плана какой-то слишком очевидный. На самом деле, она была уверена, что это идея их переселенца. Её инстинкты подсказывали, что их настоящая цель — именно она. Однако у неё не было прямых доказательств.

Она не могла не почувствовать, что что-то случилось, когда услышала звуки битвы, и сразу поднялась: «Сэр Сун, вы можете помочь мне раздать бомбы, которые я только что сделала? Я чувствую, что враг что-то замышляет.» Её не покидало ощущение, что сзади за ней следит пара глаз, ожидая подходящего момента, чтобы проглотить её целиком. Это было неописуемо ужасное чувство.

Сун Цзяоюэ не знал, почему она так волновалась, но всё же решил согласиться с её желаниям. В конце концов, он скоро уйдет. У него были свои обязанности как члена семьи Сун. Он не мог оставаться таким же безудержным, как Юй Куан, и жить на своих условиях.

Его сердце начинало болеть, когда такие мысли проходили через разум, но он был осторожен, ничего не ожидая от неё, несмотря на душевную боль. Он знал, что она никогда не будет принадлежать ему. Он бы страдал ещё больше, если бы оставил хоть каплю надежды. Он мог даже сделать что-то, о чем сожалел бы до конца своей жизни. Но так как ожиданий не было, оставались только сожаление и тоска.

Дело, наконец, сдвинулось с мертвой точки, когда они закончили готовиться. Внезапно из тысячной армии выбежала группа лучников, даже не смотря на то, что их оттеснили. У всех лучников в руках оказались огненные стрелы, и теперь их огневая мощь повысилась в несколько раз. Стрелы покрыли Спокойный Город, будто огненный дождь, нанося огромный урон.

Под паникой бомбардировки принц Ронг приказал: «Поспешите! Отправляйтесь просить у генерала подкрепление!»

«Нет! Он попадет в их ловушку, если придет нам на помощь! Мы должны спасаться сами. Я уверена, что мы сможем.» Бай Сянсю знала, что это непростая задача. Было очевидно, что противник просто создавал диверсию, чтобы спровоцировать их реакцию и посмотреть, как они отреагируют. Их план был бы успешным, если бы Лун Хэн действительно попытался их спасти. Скорее всего, где-то на его пути назад была организована засада, способная уничтожить всю его армию.

Но с другой стороны, если Лун Хэн действительно решит не идти к ним на помощь, засада могла бы бросить все силы на уничтожение Спокойного города. Без какого-либо подкрепления, места, куда можно вернуться и оправится от ранений, или даже какого-либо сообщения с тыльной стороны, Лун Хэн и остальная часть его армии наверняка погибнут в осаде со всех сторон.

Именно в этот момент Бай Сянсю наконец поняла, что враг, должно быть, тоже заметил её присутствие. Войска противника располагались в многослойной структуре, и их численность возросла с тысячи до пяти тысяч, потому что вражеский переселенец, вероятно, понял, что она не станет призывать подкрепление Лун Хэна.

Казалось, что таков был их настоящий план с самого начала. Они просто ждали, чтобы узнать, сообщили ли Лун Хэну об их вторжении, прежде чем начать свою скрытную атаку. Несмотря на то, что Лун Хэн оставил некоторую часть из своих щитовых войск, вражеские бомбы оказались очень эффективными в создании хаоса в их рядах.

«Юй Куан, ты ведь мастер в искусстве Цингун, можешь помочь мне кое с чем?» — спросила Бай Сянсю.

Юй Куан кивнул: «Говори.»

«Проведи солдат по секретным туннелям и принеси несколько бомб… Подожди! Туннели!» Голос Бай Сянсю внезапно превратился в возбужденный вопль. Как я могла забыть о капитане городской гвардии Чэнь Тао? Он знает о секретных туннелях!

Сун Цзяоюэ тоже осознал значение её слов: «Я возьму туда несколько человек.»

«Мои люди смогут пойти прямо в туннели с городских стен.» — добавил Юй Куан.

«Хорошо. Тогда так и сделаем. Постарайся бросить бомбы туда, где больше всего врагов.» Новые бомбы, которые она изготовила в этот раз, гораздо мощнее. Она предупредила: «Напомни своим людям бросать бомбы издалека. Они должны оставаться как минимум в десяти шагах. Ты меня понял?»

«Да, я понял.» Юй Куан подошел, чтобы взять несколько бомб у солдат, и повел в бой своих людей из горы Белых Облаков и нескольких других воинов, которые захотели помочь в битве. Они не боялись использовать бомбы, так как видели, как другие использовали их раньше.

Бай Сянсю не обратила внимания на опасность после того, как сформировала спасательную команду и проверила все меры. Она сама спустилась в туннели, чтобы посмотреть, как идут дела, благополучно добравшись туда благодаря умелым телохранителям, которым принц Ронг поручил её защиту.

Враг действительно послал команду высококвалифицированных воинов в секретный туннель. Фактически, одним из них был капитан гвардии Чэнь Тао! Она заскрипела зубами, увидев его. Этот человек ради власти перешел на сторону врага и даже бросил свою семью! Я могу понять, как ты мог отказаться от жены, но от матери? Самый важный вопрос состоял в том, почему бомба, которую она оставила ему в сумке с деньгами, его не убила?

Она почти инстинктивно посмотрела на его талию и заметила, что сумка все еще там. Неужели он ни разу не открыл её после того, как перешел на другую сторону? Разве это не доказательство того, что…

«Сэр Сун.» Быстро крикнула Бай Сянсю, когда заметила, что Сун Цзяоюэ приготовился атаковать их.

Сун Цзяоюэ нахмурил брови. Почему эта женщина бежит навстречу опасности? Он немедленно протиснулся сквозь толпу и подбежал к ней. «Почему вы здесь?»

«Я должна вам кое-что сказать. Видите сумку с деньгами на талии Чэнь Тао? Попробуйте ударить её издалека, но позже, когда вокруг никого не будет. Вас ждет сюрприз!»

«Вы…» Какой ещё сюрприз? Это немного пугает, ладно? Что вообще здесь делает женщина? Это поле битвы! Как женщина может оставаться в таком месте, когда даже мужчина, как я, владеющий навыками боевых искусств, чувствует себя немного непривычно?

В тот момент, когда Сун Цзяоюэ захватили его мысли, Чэнь Тао внезапно закричал: «Ты мерзкая женщина! Я убью тебя!» Су Юнь сказала ему, что он может пощадить кого угодно, кроме неё, поэтому направил все свои войска в направлении Бай Сянсю взмахом руки.

Сун Цзяоюэ быстро унес её от опасности, оставив на крыше. После этого он спрыгнул обратно, чтобы присоединиться к бою. Бай Сянсю потеряла дар речи. Почему он занес её так высоко? Как ей здесь спрятаться? Она быстро побежала за дымоход и наблюдала за боем Сун Цзяоюэ. Он сражался и отступал одновременно, убедившись, что никто не сможет пройти мимо него и добраться к ней. В мгновение ока он получил множество ранений, начав сражение в арьергарде с несколькими искусными врагами сразу.

Бай Сянсю беспокоилась: «Подойдите ближе и атакуйте скрытым оружием!»

Сун Цзяоюэ опешил. Какая польза от скрытого оружия, если они знают о его существовании? Тем не менее, он всё же бросил его, когда нашел подходящую возможность, так как был совершенно уверен в своих способностях. Преследователи не обращали внимания на этот ход и продолжали свою погоню. В этот момент Сун Цзяоюэ внезапно вскочил и бросил металлическую бусину прямо в сумку Чэнь Тао.

Человеческая природа такова, что они могли расстаться практически с чем угодно, кроме денег. Поэтому Чэнь Тао всегда носил с собой эту сумку. К сожалению, он не мог даже предположить, что однажды она станет причиной его смерти.

Буум! Послышался огромный взрыв. Полетевшая во все стороны кровь, вскоре вызвала в толпе крики ужаса.

Кто-то сразу запрыгнул на крышу, чтобы защитить её, когда она уже собиралась съежиться с руками над головой. Она точно знала, кто этот человек, и не могла не почувствовать трогательность его действий. Хотя они больше не могли быть вместе, ей пришлось признать, что он действительно надежный. Роман не лгал. Мужской второстепенный персонаж действительно очень хороший человек, но он не для неё. У нее уже есть мужчина. Несмотря на то, что её мужчина не относился к ней нежно и не был так же внимателен, как Сун Цзяоюэ, и даже иногда вёл себя довольно властно, он на самом деле очень хороший человек. Её губ коснулось слегка холодное ощущение, когда её поглотили такие мысли. Это было мягкое и нежное чувство, но с привкусом крови.

Она была ошеломлена на мгновение, пока Сун Цзяоюэ не упал рядом с ней с громким стуком.

«Сэр… сэр Сун, сэр Сун…» Она заметила, что его тяжело ранили в спину. Рана выглядела как очень длинный порез от острого лезвия. Кровь не прекращала течь. Бай Сянсю быстро подняла его голову и прощупала пульс на шее, чтобы проверить, или он ещё жив. Только поняв, что он дышит, она расслабилась. Тем не менее, её сердце продолжало бешено колотиться, ведь она боялась, что он никогда больше не проснется.

«Кто-нибудь на помощь! Быстрее спасите сэра Суна!» После её крика кто-то вскочил на крышу, чтобы быстро спустить Сун Цзяоюэ вниз.

Уже спускаясь по лестнице, они увидели тяжело раненных вражеских воинов. Самые тяжелые раны были у Чэнь Тао, в результате взрыва одну из его ног просто оторвало, от чего тот потерял сознание.

Благодаря неожиданной контратаке всех вражеских солдат, пришедших с ним, удалось схватить, что привело к небольшому количеству жертв.

Один из воинов спросил: «Мадам Бай, что нам делать с этими людьми?» Их привел сюда сэр Сун, но теперь он лежал без сознания. Им оставалось полагаться только на приказы мадам Бай. В их глазах она была очень умной женщиной, и всегда им помогала.

«Уведите и заприте их. Окажите первую помощь тем, кто получил травмы. Не дайте им умереть, иначе мы не сможем получить от них никакой информации…»

«А что на счет него?» Все презирали предателей, поэтому солдат пнул ногу Чэнь Тао, когда говорил.

«Позаботьтесь о его ранах и отправьте в резиденцию принца Ронга. Я хочу задать ему несколько вопросов.»

«Понятно.»

В результате Чэнь Тао отправили в резиденцию принца Ронга. Затем она пошла проверить состояние Сун Цзяоюэ. Его раны правда были тяжелыми, но не казались смертельными. Он быстро пришел в себя, когда врач перевязал его раны.

«Он приходил за вами, так что будьте осторожны.» — сказал Сун Цзяоюэ, притягивая Бай Сянсю ближе.

«Хорошо, я буду осторожна. Первым делом, вы должны поправиться, так что не нужно беспокоиться о других вещах.»

Сун Цзяоюэ проснулся только на мгновение из-за своих возбужденных эмоций, поэтому быстро снова погрузился в сон. Затем Бай Сянсю отправилась в резиденцию принца Ронга, ведь хотела узнать больше о другом переселенце. Чэнь Тао не заставил себя долго ждать, когда его бесцеремонно бросили на землю. Бай Сянсю посмотрела на него и холодно сказала: «Мне от вас нужно только одно. Кто сделал бомбы? Это женщина или мужчина? Как он или она выглядит?»

«Я хочу видеть мою жену и мать.»

«Вы сейчас не в такой ситуации, чтобы что-то просить.» — принц Ронг ударил по столу, продолжая: «С другой стороны, мы можем заставить вас умирать медленно.»

«Я только хочу их увидеть. Потом я… расскажу всё, что вы хотите знать.» — Чэнь Тао взглянул на неё. Женщины из того мира очень страшные. Она из того же места, что и женщина командующего Лю.

Принц Ронг кивнул и дал своё согласие. Бай Сянсю велела привести жену Чэнь Тао. Он стал очень эмоциональным, как только увидел её, ведь никогда не задумывался о том, насколько она важна для него. «Мать моего ребенка.»

«Муж мой, это правда ты?» Она смотрела на него, будто видела перед собой незнакомца.

«Жена, где моя мать?»

«После того, как ты предал страну, она не смогла вынести сплетни от соседей и слуг, поэтому умерла от болезни.»

«Что? Она… она умерла?» Сердце Чэнь Тао сжалось от боли. Он никогда не думал, что его мать умрет вот так.

«На самом деле, она разозлилась на тебя до смерти.» — эта дама ещё помнила горечь, с которой она столкнулась после того, как он предал свою нацию, и какие нападения они перенесли. После того, как мать Чэнь Тао умерла от гнева, его дети плакали, спрашивая её, почему люди называют их маленькими предателями.

«Жена, помоги мне позаботиться о наших детях.»

«Конечно. Теперь они носят фамилию Ву.» — она не сводила с него глаз, даже когда они блестели от слез. Нога Чэнь Тао снова начала кровоточить. Его жена не хотела, чтобы он страдал, и упала на колени: «Мадам Бай, пожалуйста, спасите его. Несмотря на то, что он совершил много зла, он все ещё мой муж и отец моих детей.»

Бай Сянсю посмотрела на принца Ронга. Врач, которого он привел сюда, тоже стоял на коленях: «Дело не в том, что мы не хотим его спасти, а в том, что у нас нет никакого способа это сделать.»

Бомба полностью уничтожила нижнюю половину его тела. Даже если бы они очень хотели спасти его, они не могли этого сделать. «Он не стоит ваших просьб. Почему вы всё ещё хотите помочь человеку, который вас бросил?» Бай Сянсю вздохнула. Несмотря на то, что она не могла игнорировать всё, что произошло, она чувствовала, что это не стоит усилий его жены.

«Ха, что такие хладнокровные женщины, как вы, знаете о трех послушаниях и четырех добродетелях! Одна учит женщин не уважать своих мужей, а другая использует жизнь других, чтобы экспериментировать со своими бомбами.» Чэнь Тао был почти в бреду.

«Женщины? Вы хотите сказать, что человек, который помог этому командиру, женщина?» Бай Сянсю нахмурилась. Возможно, она была бы счастлива найти кого-то из своего мира, если бы это был мужчина. Но согласно романам, женщины, которые обычно переселялись, были убийцами и специальными агентами, а не безобидными девушками. А по его словам, это действительно не обычная женщина.

«Да, и ей нет дела до чьей-либо жизни. Она очень холодная… но вы сильно отличаетесь от неё.» Он слегка покашлял и быстро выплюнул глоток крови.

«Как её зовут?»

«Су… Су Юнь.» — он не смог удержаться после произнесения этого имени и медленно погрузился в бессознательное состояние.

«Подождите! Как выглядит Су Юнь, о которой вы говорите? Ей около 25 или 26 лет? Она похожа на дочь богатой семьи?» Бай Сянсю хотела задать ещё много вопросов, но больше ничего не смогла от него получить.

Принц Ронг приказал слугам перенести его в комнату, что позволило Чэнь Тао провести немного времени наедине со своей женой до наступления вечера. Принцу Ронгу показалось странным, что его сестра по духу знала о происхождении этой Су Юнь, но когда он спросил её о подробностях, её лицо сморщилось, как будто она попробовала горькую дыню, нет, как будто она попробовала самую горькую траву.

«Ваше Высочество, можно этой наложнице уйти? У меня очень разболелась голова.» Это не была легкая боль, её голова просто разрывалась. Несмотря на то, что в мире много людей с одинаковыми именами, только Су Юнь, которую она знала, могла совершить что-то подобное.

Су Юнь выросла в настоящем богатстве. В прошлом семья Бай Сянсю выполняла садовую работу для одной богатой виллы. Познакомившись с этой семьей, она встретила гордую, безжалостную молодую мисс Су Юнь. Тогда она подумала, что если бы эта девушка отправилась в путешествие во времени и попала в древнюю эпоху, то определенно стала бы главной героиней, потому что она слишком сильна.

Только у неё был один недостаток — серьезный синдром принцессы. Она сразу же начинала преследовать того, в кого влюбится, подкупая цель деньгами и своим телом. Тогда у Бай Сянсю был остроумный коллега, которому только недавно исполнилось двадцать один. Он вышел из бедной семьи, и ему пришлось зарабатывать на жизнь, даже не закончив университет. Но Су Юнь его полюбила. В то время этот мальчик и Бай Сянсю были немного близки.

Она постоянно подвергалась её издевательствам и насмешкам только по этой причине. Су Юнь часто говорила, что духи её слишком дешевые, или задавалась вопросом, нужно ли ей подарить Бай Сянсю несколько бесплатных образцов из универмага. Или что одежда Бай Сянсю слишком старая и рваная, и нужно ли Су Юнь отдать ей какие-то свои старые вещи. У Бай Сянсю тогда не было выдающейся внешности, поэтому у неё не было шансов на победу.

Что касается того остроумного парня, Су Юнь в итоге успешно переспала с ним. Бай Сянсю в то время как раз ухаживал за газоном под окном рядом с их комнатой. Хотя она, очевидно, видела Бай Сянсю, Су Юнь не снижала своей активности, а на самом деле, специально начала стонать ещё громче.

В результате у Бай Сянсю осталось от неё очень плохое впечатление. Когда они встретились в следующий раз, Су Юнь снова выставляла себя во всей красе перед её новым молодым и привлекательным парнем. Тогда Бай Сянсю не проявила к ней никакого уважения.

«Синдром принцессы — тоже болезнь! Тебе нужно лечиться!»

После этих прямолинейных слов, она развернулась и ушла. Через некоторое время, тот парень её бросил и друзья ей говорили, что видели его за рулем роскошного спортивного автомобиля. Немного позже, она узнала, что они расстались, но причина была ей не известна.

Бай Сянсю не могла не задеть эта особа с синдромом принцессы. Она действительно была влюблена в того мальчика и никогда не думала, что всё закончится её разбитым сердцем. Это должно было ограничится её предыдущей жизнью, но, судьба решила, что их пути снова пересекутся в этом новом мире. В то же время Бай Сянсю не могла с уверенностью сказать, что это именно та Су Юнь. Ей нужно немного подождать, чтобы узнать всё наверняка.

По какой-то причине она вдруг начала скучать по современному времени. Однако сейчас не подходящее время для сантиментов; вокруг неё продолжала бушевать битва, которая не закончилась даже после заката и была невероятно ужасной. Бай Сянсю пришла к осознанию, насколько война жестока и беспощадна, но продолжала сохранять хладнокровие. Пока солдаты сражались, она начала беспокоиться о еде для них.

Она приказала слугам приготовить на пару кукурузный хлеб, и те, кто мог быстро бегать, доставили еду воинам. Она выполняла ту же работу, что и обычные рабочие. Люди искренне верили, что оказались в хороших руках, когда увидели столь опасные, но согревающие душу поступки жены генерала.

Некоторые из солдат действительно настолько проголодались, что больше не могли двигаться. Волна за волной атаки врага вселяли в их сердца страх и отчаяние. Но вдруг к ним подошла очень красивая женщина и протянула теплый кусок кукурузного хлеба. Он не был особенно приятным на вкус, но передавал в желудок тепло.

Главное сейчас выиграть войну. Битва продолжалась почти полный день и ночь. Враг потерял свою первоначальную цель, когда бомбы Бай Сянсю и стойкие солдаты помешали их нападению.

Бай Сянсю сразу же вернулась в цех по производству пороха после того, как закончила раздавать хлеб. Медленно, но верно Бай Сянсю создавала бомбы одну за другой. Она смогла сделать около ста штук за одну ночь.

Сто бомб с примерно такой же мощностью, как у гранат, могли не иметь большого значения на современном поле битвы. Но в старину, такой огневой мощи казалось достаточно, чтобы бросить вызов небесам! Осаждение города и его защита — это две совершенно разные вещи.

Юй Куан и люди из Вулин атаковали всех противников, что пытались объединиться в группы. Враг не смог их поймать, потому что они всё время перепрыгивали на другие места. Мастера Цингун сбрасывали бомбы везде, где собиралось много людей. Каждая бомба калечила десятки вражеских воинов.

Вскоре враг начал бояться. Их численность быстро уменьшалась, а машина для изготовления бомб Бай Сянсю продолжала набирать силу. После провала последнего нападения они объявили поражение и отступили на рассвете.

Принц Ронг обливался холодным потом. Если бы он запаниковал и отправил письмо Лун Хэну вчера вечером, их потери не ограничились бы Спокойным городом. На самом деле, они, возможно, даже потеряли бы половину страны! Они победили только благодаря Бай Сянсю. Он определенно сделал правильный выбор, приняв её за свою сестру по духу.

Ему казалось, что прошли годы с тех пор, как он в последний раз видел восход солнца. Это было в тот момент, когда кто-то пришел с сообщением: «Ваше Высочество, чрезвычайная ситуация. Жена генерала потеряла сознание.»

«Быстро отправьте к ней врача.»

«Врачи все заняты.»

«Тогда позови горничную, чтобы позаботиться о ней.»

«Я могу взглянуть. Я немного изучал медицину, когда ещё жил в горах.» — эхом отозвался голос Юй Куана. Теперь он был полностью залит кровью, от чего выглядел немного демонически и злобно. От его вида божественного существа с небес не осталось и следа.

Эта битва изменила многих людей, включая мужчин из Вулин, которые часто были высокомерны и неконтролируемы. Теперь они стали намного послушнее по сравнению с тем, когда впервые прибыли. Они поняли, насколько незначителен человек во время битвы. На войне их личная сила больше не имела значения, поскольку ни у одного из них нет столько могущества, как у богов.

Принц Ронг тоже не проявлял такой строгости, как в столице, и позволил Юй Куану сделать всё, чтобы только он помог. Юй Куан переоделся и вошел в комнату Бай Сянсю, увидев, как она крепко спит в постели. Правила и этикет здесь соблюдались не так строго, как в городе. Её личная служанка даже не задвинула шторы. Юй Куан протянул руку, чтобы измерить её пульс. Даже с его скудными медицинскими знаниями, он мог сказать, что она потеряла сознание от усталости. «Мадам упала в обморок от усталости. Накорми её чем-нибудь питательным, когда она проснется.»

Горничная выглядела так, будто оказалась в трудном положении. «Какая питательная еда? Мадам уже раздала всё солдатам!»

«Тогда я найду кое-что для неё.» — затем Юй Куан положил руку Бай Сянсю обратно под одеяло. Возможно, большинство его чувств к ней пришло из того времени, когда он был Юй Шу, но теперь он начинал понимать, что ему самому трудно оторвать от неё взгляд. Эта женщина, достойна его уважения. Он не мог не восхищаться её храбростью за то, что она сделала для своей страны и своего мужа.

Юй Куан отправился в горы и поймал курицу, чтобы слуги сварили миску куриного супа. Он также приготовил кое-что для Сун Цзяоюэ, хотя ему не очень-то и нравился этот человек.

Когда она проснулась, Бай Сянсю накормили куриным супом. Запах домашней птицы был слишком подавляющим, ведь она так давно не ела мяса. Заставив себя выпить пару глотков бульона, она спросила: «Откуда взялась эта курица?»

«Герой Юй поймал её для вас. Он сказал, что вам нужно нормально питаться, потому что ваше тело очень слабое. Он сделал немного и для сэра Суна.»

«Как дела у сэра Суна?»

«Он уже проснулся. Его раны немного тяжелые, но всё должно быть в порядке.»

«Это хорошая новость.» Её губы молчали обо всём остальном. Она не могла никому рассказать о том, что произошло за дымоходом. Она нежно коснулась своих губ. Было ли это недоразумением с моей стороны? Или он сделал это нарочно? К сожалению, она, вероятно, никогда не узнает ответ на этот вопрос. У неё в приоритете сейчас отдых.

Когда она наконец смогла встать с постели, ей принесли неожиданное письмо от Лун Хэна. Просмотрев содержимое, она узнала, что Лун Хэн последнее время сталкивался со всевозможными странными препятствиями, мешающими его продвижению. Эти препятствия были очень пугающими и невероятно странными. Они никак не могли с ними справиться и нуждались в её помощи.

Губы Бай Сянсю дрогнули. Это всё благодаря её знакомой из современного мира. Однако разве использовать террористов-смертников не слишком жестоко? Я действительно снимаю перед ней шляпу за то, что она такое придумала. Бай Сянсю отправилась сообщить об этом принцу Ронгу. А после, переоделась в мужскую одежду и отправилась догонять Лун Хэна.

Мысли Лун Хэна сейчас находились в полном беспорядке. Он никогда не боролся с кем-то с таким количеством подлых уловок в рукавах. Враг был невероятно нелогичным. Они часто прятались в своих лагерях и предпочитали не драться. А когда наконец выходили на бой, у них всегда был новый трюк. В начале кавалерия противника внезапно бросилась сражаться, но затем отступила почти так же быстро, как и вышла. Когда солдаты Лун Хэна решили преследовать их, то наткнулись на какие-то отравленные колючки.

Лун Хэн немедленно приказал своим людям уйти. Они успешно отступили, но потребовалось очень много времени, чтобы очистить себя от яда. К счастью, не многие из них получили ранения, и яд оказался не таким уж смертельным, поэтому их число не уменьшилось.

Удивительно, но присутствие отравленных ежей на самом деле оказались полезны и для Лун Хэна. Они располагались в песчаном грунте между двумя армиями, и их было очень трудно увидеть невооруженным глазом. Таким образом, не только стороне Лун Хэна это доставило неудобства, но также и противнику.

Из-за ежей многие террористы-смертники взорвались преждевременно, что значительно сократило потери со стороны Лун Хэна. Однако это также значило, что противник успешно сдерживал его войска. Поскольку Лун Хэн больше не мог их атаковать, враг решил немного усилится, требуя подкрепления и доставки питания. Эта проблема привела к тому, что у Лун Хэна не прекращалась головная боль, поэтому он и попросил помощи у Бай Сянсю. Её голова полна загадочных и странных идей. Она наверняка сможет помочь.

Со своими новыми навыками верховой езды Бай Сянсю решила путешествовать налегке и сразу отправилась в путь. Её сопровождали несколько телохранителей, Юй Куан и пара его людей. К сожалению, посреди пути они встретили засаду.

«Хахаха! Лейтенант Су была права! Прелестная дама действительно путешествует по этой дороге! Убейте ее!» Лейтенант Су сказала, что мы должны убить самую красивую девушку и что она определенно будет в мужской одежде.

Бай Сянсю потеряла дар речи. Та женщина действительно умная. Но думала ли она когда-нибудь, что я смогу справится с засадой из-за разницы в силе? Большинство людей рядом с Бай Сянсю — выходцы из Вулин. Их боевое мастерство абсолютно доминировало над вражескими солдатами, которые выросли на поле битвы. Как только началось сражение, враг был совершенно растоптан. Юй Куан даже не вмешивался. Всё, что он сделал, — встал рядом с Бай Сянсю, защищая её с холодным блеском в глазах.

Прошло совсем немного времени, прежде чем враги были побеждены. Я предполагаю, что даже самый разумный план требует хороших исполнителей. К тому времени, как пыль осела, все противники либо лежали замертво, либо были серьезно ранены. Шестерых они взяли в плен и доставили в лагерь Лун Хэна.

В глазах Лун Хэна не было тоски и желания, когда он увидел Бай Сянсю. Он здесь занимается серьезными делами, а не дурачится. Бай Сянсю вздохнула с облегчением, когда увидела его таким. Значит ли это, что мы сейчас на одном уровне, как нормальная семейная пара?

Лун Хэн раньше был её хозяином, её всем. Хотя он уважал её, он никогда не делился с ней рабочими вопросами. Но сейчас всё изменилось. Лун Хэн ей очень доверял. Он сразу же спросил: «Ты не ранена?», когда она приехала.

«Нет, всё в порядке.»

«Входи. Давай поговорим о том, что они сделали. Я не могу ничего придумать. Давай сегодня поговорим о засаде.»

Бай Сянсю рассказала ему о неожиданном нападении на Спокойный город и упомянула, как им удалось отбить осаду, когда все в городе достигли единства в душе и разуме. Лун Хэн был ошеломлен. Он бы взял её за руки, чтобы поблагодарить, если бы вокруг не было столько людей.

Ему и его армии некуда было бы вернуться, если бы Спокойный Город пал. Без поддержки их ждала только смерть, даже если они смогут захватить вражескую столицу. Он также высоко ценил помощь Юй Куана и Сун Цзяоюэ, несмотря на его дурные чувства к ним.

Когда Бай Сянсю закончила, Лун Хэн начал рассказывать свою историю. Бай Сянсю подытожила это в конце его рассказа. «Всё, что они сделали до сегодняшнего дня, — всего лишь маленькие хитрости. И по своему сегодняшнему опыту я могу сказать, что каждая придуманная ими стратегия — ничто, если посмотреть на разницу абсолютной силы в боевых искусствах.»

Губы Лун Хэна дрогнули. Он тоже все это знал, но не осмелился сделать свой ход, поскольку у врага, казалось, действительно был бесконечный запас уловок, чтобы с ними справиться.

Переселенные женщины, особенно те, кто любил читать романы, могли получить базовые знания из всего прочитанного. Однако Бай Сянсю знала, что реальная жизнь — это больше, чем просто история из романа. В реальности заставить работать какие-то вещи было намного сложнее. Например, ядовитые ежи тоже были частью популярного веб-романа, который она когда-то читала. В романе переселенец использовал этот метод, чтобы уничтожить целую армию. Но на самом деле никто не продолжал бы шагать по полю отравленных колючек, если только вся армия не состоит из идиотов.

И Лун Хэн, очевидно, таким не был, поэтому быстро приказал отступить.

Далее враг использовал террористов-смертников. Это был способ из той же книги. Главная героиня завоевала город, используя этот метод, но это стоило жизни более ста мужчин. К сожалению, её предыдущий трюк с колючками помешал успеху террористов-смертников. В конце концов, зачем автору романа писать о том, как нужно аккуратно обращаться с ядовитыми ежами?

Однако Бай Сянсю точно знала, как с ними справится. В этом мире есть магниты; она слышала о них от местного кузнеца. С ежами было бы легко разобраться, если бы она смогла достать несколько. Но как расчистить их, если враг может внезапно напасть в любой момент?

Враг определенно на такое способен. Они уже начали делать ход, хотя Бай Сянсю только прибыла. Один из солдат вбежал в палатку с докладом: «Ваше Высочество, враг насмехается над нами. Их ведет лейтенант, который, судя по голосу, женщина.»

«……» Бай Сянсю была настолько потрясена, что почти полминуты стояла с пустым выражением. Эта женщина пытается вступить в бой? Невероятно! Бай Сянсю решила, что ей обязательно нужно увидеть её лично. Она хотела знать, какой человек будет вести себя настолько высокомерно, что не побоится вступить в битву с таким количеством древних экспертов.

«Готовь людей. Мы пойдем в бой.» Лун Хэн главнокомандующий. Он не собирался отступать от этой битвы, когда был так сильно раздражен.

«Я тоже хочу пойти. Э-э… позволь мне одеться как солдат и следовать за тобой.»

«Хватит дурачиться,» — прошептал Лун Хэн.

«Я слышала о ней от Чэнь Тао. Я хочу посмотреть, какие у неё ещё махинации в запасе.»

«Это… ну ладно!» Лун Хэн неохотно согласился. Он дал ей легкую броню и длинную пику. Однако женщине оказалось нелегко идти в ногу с армией мужчин, поэтому Юй Куану пришлось переодеться в солдатскую одежду, чтобы помочь ей. Сейчас главным приоритетом Лун Хэна является борьба за страну, а не его личные чувства, поэтому у него не было другого выбора, кроме как доверить Бай Сянсю Юй Куану.

Мужчины намного проще женщин. Они очень сосредоточены, когда что-то делают, и могут видеть вещи очень ясно. Любой, у кого есть разум, никогда не станет смешивать национальные вопросы с личными. Юй Куан действительно был очень рациональным человеком и, поэтому, предназначался для больших дел.

Итак, Лун Хэн и его армия начали свой поход в бой. Они остановились, когда прибыли к отравленной формации ежей. Там стояла красивая женщина в мужской одежде. Она действительно казалась невероятным зрелищем, когда стояла среди толпы мужчин, но величество Лун Хэна почти затмило её, когда он встал напротив неё. Среди них двоих, Лун Хэн, очевидно, был гораздо привлекательнее, потому что на поле битвы сильный и крепкий мужчина всегда выглядит гораздо более выдающимся, чем человек, не похожий ни на мужчину, ни на женщину.

Ноги Бай Сянсю превратились в желе, когда она увидела вражеского лейтенанта. Она бы помешала темпу солдат позади неё, если бы Юй Куан не потянул её за собой. Это действительно Та Су Юнь! Я не могу поверить, что она переселилась в этот мир и телом, и душой! Оставляя это в стороне, почему она смотрит на моего мужа, как будто увидела какое-то сокровище? Она планирует украсть его?

Су Юнь на самом деле удивилась. Она слышала слухи о том, что вражеский генерал очень красивый мужчина, и совсем не разочаровалась, увидев его своими глазами. Он именно такой мужчина, которого хотели бы все современные дамы.

Будучи уже зрелой женщиной, эти парни-девушки ни в коем случае не могли её привлечь. Только кто-то с характером и внешностью, похожим на Лун Хэна, мог собрать целую толпу поклонниц. Он действительно мужчина среди мужчин. Как я и думала. Чтобы найти настоящего мужчину, такого как он, нужно попасть в древние времена.

Бай Сянсю закрыла лицо. Она чувствовала, что настоящее и прошлое сливаются воедино.

«Вы — Лун Хэн, о котором столько говорят? Я слышала, ваша наложница — человек большого таланта. Она здесь?»

«Нет.»

«… Вы, безусловно, дорожите своими словами, как золотом. В любом случае, я сегодня здесь, как представитель командира Лю на переговорах. Если вы готовы отступить, две страны смогут подписать мирный договор, и мы положим конец войне. Что вы на это скажите?»

«Ха. Мы уже подписали договор год назад.» Тон Лун Хэна был полон презрения. Женщина перед ним не произвела на него хорошего впечатления. Её взгляд слишком хищный. Он мог бы посчитать это приемлемым, если бы на него так смотрел мужчина, но взгляд исходил от женщины.

«На этот раз его не нарушат. Я могу гарантировать, что…»

«Что вы можете предложить в качестве гарантии?»

«Честное слово командира Лю.»

«А какое вы имеете отношение к командиру Лю?»

Пфф. Позади него несколько солдат уже не могли сдержать смех. Однако Су Юнь полностью проигнорировала это: «Я лейтенант и занимаю официальную должность в армии. Если вы мне не доверяете, мы можем отправить постоянного заложника для проживания в вашей стране.»

«Ха. Сожалею. Я, Лун Хэн, отвечаю только за сражения. Ведение переговоров — не моя работа.»

«Храбрость без плана принесет огромный ущерб вашей стране. Я уверена, что многие из ваших солдат хотят вернуться домой и воссоединиться со своими женами и детьми.»

«Да, все они хотят воссоединиться со своими женами и детьми. Но мои офицеры и солдаты в полной мере осознают тот принцип, что без нашей страны мы останемся и без дома. Чтобы защитить свои дома, они рискуют жизнью и проливают кровь. Вместо того, чтобы видеть, как их любимые становятся рабами вражеской нации, они предпочли сражаться до последнего.»

Вот черт! Бай Сянсю сильно удивилась. Она не знала, что её муж может быть настолько красноречивым. Это так волнует!

Солдаты позади него подняли кулаки, в унисон отвечая на слова Лун Хэна: «Мы не станем рабами вражеской нации! Мы не станем рабами вражеской нации!»

«Генерал Лун, вы слишком чрезмерны. Мы не хотим покорять вашу страну. Мы просто хотим поддерживать мирные отношения. Откровенно говоря, ваша страна выступила первой. Если бы вы не убили одного из наших принцев, мы бы сейчас не воевали.»

Похоже, Су Юнь хотела, чтобы солдаты и офицеры выступили против Лун Хэна, но он оставался равнодушным. «Конечно, леди шутит. Принц бывшей вражеской страны, сознательно притворялся обычным гражданином моей страны с чистыми мотивами? Никто в это не поверит.»

Хорошо. Бай Сянсю пришлось признать, что она недооценила Лун Хэна. Хотя его личность была очень серьезной, способ, которым он оправдывал свои рассуждения, оказался невероятно точным, особенно когда речь шла о национальных вопросах.

«Что, если он сделал это просто ради красивой женщины?» Су Юнь тоже не собиралась отступать. Она настаивала, пытаясь очистить имя Дуань Юньиня.

«Ох? Если в вашей стране есть такие красавицы, как вы, зачем ему понадобилось ехать в такую даль только ради наших женщин?»

«Кто сказал, что любовь можно легко объяснить?» Су Юнь не возражала, раскрывая свою женскую личность всем присутствующим. На самом деле, от неё исходило чувство, что она смотрит на всех присутствующих свысока. Такие женщины чрезвычайно сильны и привлекательны. Бай Сянсю начала чувствовать себя хуже, потому что знала, что никогда не сможет достичь уровня Су Юнь.

«Как жаль, что я здесь не для того, чтобы обсуждать с вами любовь и эмоции. На поле битвы либо умрете вы, либо умру я. Вы свободны. Этот генерал не хочет сражаться с женщиной как с противником.»

«Тогда генерал, во что бы то ни стало, нападайте,» — Су Юнь только засмеялась. Она была уверена, что он не приедет. Тем не менее, копье Лун Хэна оказалось возле её горла в мгновение ока. Теплая кровь скатилась по её шее, и она сразу почувствовала неимоверный ужас. Она не понимала, как он внезапно преодолел такое расстояние.

Слегка наклонив голову вниз, она заметила, что земля покрыта железной панелью (?). Когда он это подготовил? Какой смысл в том, что он приехал сюда один? Пока она застыла в раздумьях, несколько солдат из тыла бросились вперед, выдвигая странные футляры. Они шли очень медленно, но было очевидно, что к ним притягивались все ядовитые ежи.

Это магниты!

«Значит, это на самом деле магниты. Должно быть, это идея вашей жены?» Су Юнь на удивление не испугалась. Она была совершенно уверена, что Лун Хэн не причинит ей вреда, и подняла палец, чтобы отодвинуть оружие в сторону: «Хорошо. Я уйду. Но надеюсь в следующий раз вы используете свои настоящие способности для борьбы.»

«Кто сказал, что будет следующая битва?» Лун Хэн и правда не причинил ей вреда, но свирепо ударил лошадь, на которой она сидела. Лошадь мгновенно испугалась и яростно убежала, как порыв ветра.

Лун Хэн холодно рассмеялся: «В атаку!»

«Что за шутки? Ты ведь не говорил, что собираешься сражаться!» Бай Сянсю была поражена. Они говорили о сражении, если смогут найти магниты, но не утверждали этого наверняка. Однако, Лун Хэн хотел сражаться. Враг оказался пойман, будучи не подготовленным. Кроме того, их полевой командир Су Юнь, казалось, бросила их, вопя от страха. Удивительно, но Лун Хэн тщательно преподал им урок ведения битвы.

В дальнейшем, группе людей было поручено выследить Су Юнь. Поскольку в эту группу входили Юй Куан и ещё несколько его людей из Вулин, им было чрезвычайно легко догнать врага и отобрать у них раненую Су Юнь. Бай Сянсю не ожидала, что её схватят так быстро. Лично она думала, что Су Юнь, должно быть, понесла огромный удар из-за всего произошедшего. Тем не менее, после того, как её раны обработали, Су Юнь вела себя довольно спокойно, наблюдая, как Лун Хэн и, замаскированная под мужчину, Бай Сянсю идут к ней.

Су Юнь полностью проигнорировала Бай Сянсю, у которой волосы закрывали половину лица. Она только посмотрела на Лун Хэна и заявила: «Генерал Лун, а вы довольно смелый.»

«Спасибо за комплимент. Как тебя зовут? Кто ты?» — голос Лун Хэна стал матовым, когда он сел. Он звучал просто и прямолинейно.

«Что если я скажу, что я не из этой страны? Я только хочу найти место под названием дом.»

«Неужели?»

Умно! Если бы это была цветок белого лотоса Лин Цяньцзи, она бы точно бросила вызов Лун Хэну, но изменилась бы, как только переспала с ним. Однако Су Юнь другая. Бай Сянсю знала, что «принцесса» Су Юнь давно ушла бы из вражеского лагеря, если бы тот мужчина её не заинтересовал.

Человек, который приказал вражеским войскам спасти Су Юнь, когда её лошадь бегала, как шальная, должно быть — командир Лю. Хотя между ними было большое расстояние, и Бай Сянсю не могла ясно видеть, она была совершенно уверена, что заметила лицо командира Лю. Но для сравнения, Лун Хэн лучше, чем он. Итак, теперь она сменила цель на Лун Хэна?

«Поскольку я в ваших руках, генерал Лун несомненно, не освободит меня из-за того, насколько я ценна для вас. Генерал Лун, вы умный человек, и естественно, не позволите мне уйти, верно?» Су Юнь слегка улыбнулась. Её глаза наполнились уверенностью, когда она излучала чарующее сияние.

Она была действительно очень привлекательной, но отличалась от Яйи. Её уверенность исходила от поведения и личности, а не от использования тела, чтобы заманить других. Бай Сянсю нервничала, потому что Су Юнь находилась на более высоком уровне, чем кто-либо другой, с кем она встречалась раньше. Она однажды проиграла ей настолько болезненно, что у неё осталась травма.

Изначально Су Юнь не хотела объяснять свои мотивы. Но в этот момент Бай Сянсю не смогла удержаться, чтобы не взять Лун Хэна за руку. Она вела себя как жалкий цветок белого лотоса, глядя на него. Лун Хэн подумал, что это странно, и предположил, что она плохо себя чувствует: «Вы можете пойти отдохнуть.»

«Нет. Я хочу остаться с вами.» Её голос звучал очень кокетливо. Настолько, что фактически, заставил всё тело Лун Хэна напрячься.

«Значит, вы та наложница, о которой я так много слышала?» Су Юнь не была настолько осведомлена о наложницах старины, как Бай Сянсю. Она подумала, что наложница ничем не отличается от любовницы современного мира, поэтому в её голосе слышалось презрение.

«Мм,» — ответила Бай Сянсю, опустив голову, будто стесняясь.

Су Юнь нахмурила брови. Это точно та женщина, в которую переселилась душа из современного мира? «Почему вы покраснели?» Су Юнь не могла не спросить.

Однако Бай Сянсю лишь инстинктивно дотронулась к своим щекам, спросив в замешательстве: «Я правда покраснела?»

Су Юнь ответила: «Откуда вы знаете, как делать порох?»

«Я прочитала об этом в некоторых книгах.»

«Книгах? Вы хотите, чтобы я поверила, что вы узнали это из книг?»

«Но так и есть.»

«Но соотношение…»

«Соотношение? Какое соотношение?»

«Я не могу с вами общаться. Как вы узнали, сколько ингредиентов вам нужно использовать?»

«Всё было написано в книге.» Бай Сянсю решила довести свою игру до конца. Су Юнь не могла её узнать, так как в этот мир переселилась только её душа. Более того, до этого момента она не делала ничего необычного, поэтому не слишком волновалась, что Су Юнь поймет, кто она на самом деле.

«Что это за книга? Могу я взглянуть?»

«Женщина. Не переступай свои границы,» — отрезал Лун Хэн. Он не собирался смотреть, как она продолжает допрашивать Бай Сянсю. «Почему бы тебе не остаться здесь на несколько дней, раз уж ты в нашем лагере? Хватит думать о не связанных вещах.»

«Неужели генералу Луну не нужна моя помощь? Что если я расскажу вам способ уничтожить их главный армейский лагерь?» Он определенно согласится. В конце концов, разве он здесь не для этого? Как только он согласится на мою помощь, я смогу найти здесь точку опоры. Если эта наложница действительно простая женщина с давних времен, Су Янь хотела узнать, сможет ли она получить острые ощущения от кражи мужчины наложницы прямо из её рук.

«Я, Лун Хэн, не нуждаюсь в твоей помощи, и при этом не считаю их достойными врагами.» Он повернулся и ушел, одной рукой потянув за собой Бай Сянсю. Он не мог не нахмуриться. Он видел разных женщин, но никогда не встречал такой смелой и высокомерной, как она. Это не станет для него большой потерей, если он не примет её помощь.

Обустроив для Бай Сянсю палатку, он снова обратил своё внимание на попытку уничтожить врага. Тем не менее, он должен был сначала сделать соответствующие приготовления для борьбы с ядом и паразитами противника. Лун Хэн владел достаточным опытом в работе с обеими уловками врага. Точнее не он, а некоторые его подчиненные. Многие из них пришли из округа Шу. Армия легко придумала множество контрмер с помощью людей из округа Шу, которых А Цюань привел на помощь.

Бай Сянсю решила не выходить из своей палатки, так как ей совсем не хотелось иметь дело с Су Юнь. Всё будет хорошо, пока её муж игнорирует эту женщину. Было бы ещё лучше, вообще не попадаться в поле зрения Су Юнь, чтобы она не доставляла ей проблем. Бай Сянсю могла уверенно сказать, что синдром принцессы Су Юнь снова вспыхнул, просто взглянув в её глаза. Мысли этой девушки всегда становились чрезвычайно искаженными, когда она видела мужчину, который ей нравился, но он не отвечал на ее чувства.

Какой классический случай синдрома принцессы, размышляла Бай Сянсю, убирая палатку Лун Хэна. Мужчины есть мужчины в конце концов. Они все одинаковы, как в древних временах, так и в современных. Их комнаты всегда в беспорядке, если за ними никто не следит. Они не боятся споткнуться о вещи, лежащие на полу, или что-то в этом роде?

Бай Сянсю внезапно почувствовала позади чье-то присутствие. Она обернулась, чтобы посмотреть, но её точки на шее были поражены раньше, чем она смогла произнести хоть одно слово. На самом деле ей не удалось издать ни единого звука. Над ней возвышался командир Лю, одетый в военную форму армии Лун Хэна. «Спрашивай всё, что тебе нужно, но быстро. Я буду ждать тебя снаружи,» — сказал командир Лю, стоящей радом с ним Су Юнь.

«Хорошо.»

Я не ожидала, что командир Лю лично придет, её спасать. Кажется, его чувства к ней настоящие. Су Юнь отмахнулась от волос Бай Сянсю, в то время как последняя все ещё оставалась поглощена собственными мыслями, что позволило Бай Сянсю ясно взглянуть на своего противника. «Ты действительно очень красива. Ты можешь говорить сейчас, но лучше не кричи. Ведь я могу порезать твоё красивое лицо, когда захочу.»

«Что… что вам от меня нужно?» Такое чувство, что в этот момент телом Бай Сянсю овладел цветок белого лотоса. Она дрожала, как лист на ветру, а по её лицу текли слезы. Большинство женщин-переселенок очень ненавидели персонажей белого лотоса. Бай Сянсю догадалась, что Су Юнь, вероятно, почувствует то же самое.

«Эй! Почему ты плачешь ещё до того, как я что-то сказала? Не веди себя так, будто ты какой-то новорожденный котенок. Говори, ты попала сюда из другого мира? Я совсем не терпеливый человек. Если да, тогда иди со мной. Какой смысл быть наложницей у мужчины?»

«Но… что вы собираетесь со мной делать?»

«Та ничего! Ты могла бы тоже окружить себя мужчинами, если перенеслась сюда. Сделай их своими шахматными фигурами и пусть они поклоняются тебе! Используй их, когда захочешь, и отшвырни, когда устанешь от них! В любом случае, здесь много мужчин. Просто махни рукой, и к тебе прибежит целая толпа.»

«Это… это не похоже на что-то хорошее!»

«А что в этом плохого? Разве смысл переселения состоит не в том, чтобы посмотреть на мужчин высокого качества? Почему ты охотно согласилась принадлежать им? Здесь много всяких мужчин. Ты должна попробовать их одного за другим, чтобы по-настоящему ощутить их вкус.»

«Это…» Лицо Бай Сянсю наполнилось ужасом. Дорогая мисс, разве ты ещё не наигралась? Ты планируешь продолжать дурачиться даже здесь?

«Сотри этот ужасный взгляд со своего лица. Почему мужчинам позволено играть с женщинами, а не наоборот?»

«Но чем вы отличаетесь от проституток в борделях, если спите со всеми подряд?»

Шлеп! Бай Сянсю получила пощечину. Су Юнь насмешливо улыбнулась и продолжила. «Теми женщинами играют мужчины. У них нет выбора! Но в моем случае, это я играю с ними.»

«Ой. Значит, вы просто проститутка более высокого класса, чем они,» — сказала Бай Сянсю, кивая, как будто наконец всё поняла. «У здешних мужчин добрые сердца. Почему они должны относиться к вам искренне, если вы не относитесь к ним так же?»

«А кто сказал, что женщины должны относиться к мужчинам искренне? Мужчины сделают тебя центром своего мира, если у тебя есть такая возможность. Поторопись и скажи мне. Ты из другого мира или нет?»

«Нет. Но в той книге говорилось, что в ней знания из другого мира. А ещё, что эти знания уже устарели, поэтому они и записаны в книгу.»

«Что? А ты можешь принести эту книгу сюда?»

«Я читала её, когда была молодой. Сейчас я понятию не имею где она.»

«… Твоя память просто поразительна.»

«Эта наложница из семьи ученых. И это естественно, что моя память немного лучше, чем у большинства.»

«Если так, то у тебя нет другого выбора, кроме как пойти со мной.» Су Юнь сразу же начала тащить Бай Сянсю за собой. Поскольку Бай Сянсю не переселенка из другого мира, Су Юнь ничего не оставалось, кроме как забрать её в лагерь и тщательно допросить, чтобы получить формулу. Завоевывать нации было бы так же просто, как перевернуть руку, если бы она смогла массово производить порох. Лун Хэн тогда пожалеет о том, что не принял её помощь. Бай Сянсю искренне боялась звать на помощь. Она очень хорошо знала, насколько Су Юнь безжалостна. Если ей захочется её убить, она определенно это сделает.

Но внезапно, будто появившись из ниоткуда, меч разорвал дыру в стене палатки. И в этот момент к Су Юнь бросилась фигура. Она быстро отреагировала и почти мгновенно уклонилась от атаки. Но, сделав это, она также оттолкнула Бай Сянсю в сторону. Су Юнь была поражена, когда увидела лицо спасителя. Она никогда не думала, что в лагере врагов окажется кто-то, похожий на существо с небес. Однако она также знала, что сейчас не время на него пялиться. Она быстро ускользнула из палатки и сбежала с командиром Лю.

Юй Куан хотел преследовать их, но быстро понял, что Бай Сянсю продолжает лежать на полу и не двигается. Более того, её лицо побледнело, а она стиснула зубы от сильной боли. Он немного поколебался, прежде чем подойти к ней и освободить её акупунктуру: «Что случилось?»

«Мой живот… больно…»

«Что? Болит в животе?» Несмотря на свой возраст, Юй Куан был совершенно неосведомленным в подобных вещах, ведь в конце концов, у него все ещё невинное тело. Откуда он мог знать значение боли в животе женщины? По его мнению, несмотря на падение, она никак не могла получить от него тяжелые травмы. «Не двигайся. Я позову Лун Хэна.»

«Отнеси меня на кровать. Что-то не так,» — Бай Сянсю больше не двигалась ни на дюйм, поскольку в её голове промелькнула возможная причина. У Юй Куана не было иного выбора, кроме как исполнить её просьбу, но именно в этот момент в палатку вошел Лун Хэн. Он сердито посмотрел на Юй Куана, но тот, похоже, не понимал, что эта ситуация требовала объяснения. Опасность, казалось, усиливалась.

«Перестаньте пялиться друг на друга! Позовите доктора сейчас же! Если помедлить, это может стоить жизни!» Я очень разозлюсь, если это действительно то, что я думаю. Сколько времени прошло с тех пор, как я последний раз рожала?! Лун Хэн, неужели ты такой продуктивный? Моя жизнь превратится в ад, если так пойдет и дальше!

Лун Хэн быстро приказал кому-то позвать доктора, когда услышал слова «стоить жизни». Он подумал, что они что-то с ней сделали. Врач долгое время измерял пульс Бай Сянсю, не говоря ни слова. Она вдруг почувствовала, что этому может быть другое объяснение. Может это из-за очень интенсивных месячных?

Доктор посмотрел на Лун Хэна, пока Бай Сянсю оставалась поглощена своими мыслями. Он немного поколебался, прежде чем сказать: «Генерал. Пульс этого молодого человека… немного странный. Я… я…» Как у мужчины может быть такой пульс? Может его умения ухудшились, потому что он лечил боевые раны в течение столь длительного времени, не ставя никаких диагнозов?

Бай Сянсю сразу же перебила его: «Я на самом деле женщина.»

«Ж-женщина… почему вы не сказали мне это раньше? Я до смерти испугался.» Доктор не знал её истинной личности, поэтому его тон стал немного смиренней, после того как он ощутил облегчение.

«Э-э… что не так?» Лун Хэн заметил, что их выбор слов казался немного необычным, поэтому сразу спросил.

«Почему бы нам сначала не отправить этого джентльмена на улицу?»

Юй Куан нахмурился, но все равно вышел с палатки. Это заставило Лун Хэна и Бай Сянсю ещё больше нервничать. Они искренне думали, что что-то не так.

«Пульс этой ле… этой мадам указывает на то, что ее боль вызвана накоплением энергии инь от холодной погоды, поэтому ее менструальный период наступил позже срока. Вс, что ей нужно, — какое-то лекарство, чтобы увеличить кровоток и ци.»

Цвет немедленно вернулся к лицу Лун Хэна после того, как он услышал слова доктора.

«К сожалению, в военном лагере есть только лекарства от ран. Поэтому, нам придется отправиться в Спокойный город, чтобы получить всё необходимое.»

«Я поеду,» — прервал его Юй Куан, стоя снаружи. Он слышал доктора очень четко, хотя тот и пытался говорить как можно тише. Лун Хэн нахмурился. Это не то, что стоило бы позволять другому мужчине, но у него не было выбора. Сейчас на него навалилось много очень важных дел. Пара посмотрела друг другу в глаза, только чтобы увидеть безмолвие лица.

Юй Куан немедленно отправился в Спокойный город после того, как доктор записал рецепт. Это займет у него довольно много времени, ведь сейчас они далеко от Спокойного города.

«Тебе… тебе уже лучше?» — осторожно спросил Лун Хэн, держа её за руку, когда сел рядом с ней.

Бай Сянсю чувствовала себя очень обиженной. Она подняла руку Лун Хэна и сильно укусила. «Я так испугалась. Я думала… я думала…»

На лице Лун Хэна появилась нежная улыбка: «Ты думала, что?»

«Я думала, что была беременна и потеряла ребенка, когда упала. Я до смерти испугалась из-за этой мысли! Я не осмеливалась сдвинуться ни на дюйм!» Я так рада, что моя паника оказалась напрасной. Бай Сянсю внезапно почувствовала озноб от человека рядом с ней. Именно в этот момент она наконец заметила уродливое выражение на лице Лун Хэна.

«Ваше Высочество?» Что с ним не так?

Лун Хэн внезапно схватил её за руки и крепко сжал. Казалось, он наконец понял, насколько опасной была ситуация, в которой оказалась Бай Сянсю. Трудно сказать, как всё могло закончиться. Если бы она была беременна, то из-за падения… Лучше запомни. Я, Лун Хэн, отомщу за это!

«Ты думаешь отомстить за меня? Вперед! Только дай мне рассказать кое-что. Спасать Су Юнь пришел сам командир Лю.» Это был, по сути, шанс, подаренный небесами. Разве это не стало бы пустой тратой, если бы они ничего не сделали с этими знаниями?

«Что?!» Лун Хэн вскочил на ноги. Главнокомандующий противника появился в его лагере! Лун Хэн мог бы получить вдвое больше результатов с половиной усилий, если бы сейчас атаковал врага. В его глазах появился намек на счастье и волнение.

«Иди, я в порядке.»

«Хорошо. Я отомщу за тебя и нашего ребенка.»

«Какого ребенка? Не говори ерунды!» Бай Сянсю закатила глаза. В последнее время она много помогла главному герою, которым восхищались тысячи. Поэтому он совсем на неё не сердился. На самом деле, он даже поцеловал её, чтобы облегчить свой гнев, и вышел из палатки. Мужчины, предназначенные для больших дел, всегда были такими. Несмотря на то, что Бай Сянсю хотела, чтобы он оставался рядом в такое время, её утешал тот факт, что он послал много солдат, чтобы окружить и охранять её палатку. Он сплотил войска и ушел в бой примерно через семь минут.

Лун Хэн был в ярости, что они попытались причинить Бай Сянсю вред. Их отношения теперь намного выше, чем простые плотские утехи. Эти отношения проникли глубоко в их сердца. Скорее всего, он не сможет контролировать себя, если с ней что-нибудь случится. Его гнев также повлиял на солдат. Все они знали, что Бай Сянсю здесь, чтобы помочь с военными действиями, но лицо генерала было почти пепельным, когда он вышел из её палатки. Они полагали, что враг должно быть что-то сделал с мадам.

Лун Хэн обычно повышал боевой дух своих солдат перед каждой битвой. Он красноречиво говорил о том, что они защищают страну и не дают врагу угрожать их собственной нации. Однако на этот раз в его речи не было ничего, кроме слов об убийстве и грабеже. В них не было ни малейшей пощады. Как хладнокровный бог войны, он приказал своим людям сформировать ряды. На солдат легко влияло настроение их командира. Более того, они очень уважали мадам. Поэтому неудивительно, что стали жаждать мести. Итак, вся армия начала свой марш, наделенный новой силой ярости.

В это время Бай Сянсю отдыхала в своей кровати после того, как сменила гигиеническую прокладку. Она понятия не имела, что у некоторых людей были ошибочные мысли о том, она мертва, и что они гневно шли в надежде отомстить за неё. Даже Бай Сянсю взволновал их боевой клич, который, казалось прозвучал настолько громко, что мог пробудить небеса. Почему я так взволнована? Я даже не могу встать! Её менструация оказалась невероятно болезненной.

Вскоре Юй Куан вернулся с различными лекарствами. Он передал их Бай Сянсю и удивился, наблюдая, как она глотает их. «Тебе уже лучше?»

«Пффф!» Бай Сянсю почти выплюнула все лекарства. Она покашляла несколько раз, а её щеки окрасились в красный. «Да, мне… намного лучше.» Она всё ещё смущалась, когда дело касалось этой темы.

«Раны Сун Цзяоюэ затянулись, и он вернулся в столицу.»

«Понятно, это хорошие новости. Жизнь в Спокойном Городе ему не подходит.»

«Да. Но и тебе тоже.» Юй Куан осторожно убрал волосы ей за уши. Этот жест выглядел невероятно ласково. Тем не менее, он сразу же убрал руку, когда понял, что сделал. Кажется, он не догадывался, почему его сердце так сильно заболело.

«Думаешь? Но у меня нет выбора.» Жена должна следовать за своим мужем. Всё, чего она хотела, чтобы он благополучно вернулся домой и воссоединился со своим сыном.

«Я на мгновение подумал, что ты потеряла ребенка.» Юй Куана нельзя обвинять в том, что он таил в себе такие мысли, потому что Бай Сянсю думала так же. Её действия привели к тому, что Юй Куан абсолютно неправильно всё понял. Это всё серия неудачных событий.

«Ха-ха, это было недоразумение… просто недоразумение.»

«Бай Сянсю, ты когда-нибудь думала о том, чтобы родить мне сына…» Бам, прямо в голову Юй Куана прилетела миска из под лекарств. Он поймал её одной рукой и вспыхнул милой улыбкой.

«Уже слишком поздно, так что пугай других такой ерундой.»

«Рядом со мной ты говоришь громко, как сейчас, а рядом с ним всегда осторожна. Разве такая жизнь не утомляет тебя?»

Юй Куан действительно смог это почувствовать. Она продолжала лежать, уставившись на него: «Я к этому привыкла. И стало намного лучше. Кроме того, его темперамент значительно смягчился, и он очень добр ко мне.»

«Но разве тебе не нравятся такие мужчины, как Сун Цзяоюэ?»

«Какая чушь. Я только восхищалась им, понял?»

«Он сам мне это сказал. Однажды мы выпили слишком много вина, и он рассказал, что первым мужчиной в твоем сердце был он, но к сожалению, вовремя этого не заметил.»

«Эх, это всё в прошлом. Я очень счастлива прямо сейчас. Я буду самой счастливой женщиной в мире, если с Лун Хэном ничего не случится.»

«Это потому, что у тебя с ним ребенок?»

«Конечно, нет,» — начала нервничать Бай Сянсю. Почему сегодня Юй Куан говорил такими двусмысленными словами?

Юй Куан посмотрел вдаль и сказал: «Я вырос на горе Белых Облаков. Даже с самых ранних дней я никогда не заботился ни о чем, кроме боевых искусств. Я знал, что несу ответственность за то, чтобы поднять Гору Белых Облаков на самый высокий уровень, и для этого я даже запечатал свое собственное сердце.»

«Таким образом, появился Юй Шу, верно?»

«Не знаю, но когда я Юй Шу, то по-настоящему счастлив, потому что он может делать вещи, которые я побоялся бы сделать. Он действительно скучает по тебе. Я чувствую это накануне каждого полнолуния.»

«Он всего лишь ребенок,» — Бай Сянсю не хотела слишком углубляться в эту тему, но Юй Куан уже не мог остановится. Он говорил о чувствах Юй Шу, а затем о своих. Он сам не знал, что может быть настолько разговорчивым человеком. Он не просто искал с кем поговорить, у него было довольно своеобразное чувство, что он хочет защитить Бай Сянсю, но не может к ней приблизиться. Раньше он не понимал своё сердце, но начав раскрываться, естественно, высказал свое мнение.

«Я тоже отношусь к тебе по-особенному. Я сделаю всё возможное, чтобы помочь тебе получить всё, что ты хочешь. Не имеет значения, или ты наложница Лун Хэна, или чужая жена. Я просто хочу быть добрым с тобой, потому что ты действительно слишком жестока к себе.» Он протянул руку, чтобы коснуться лица Бая Сянсю, но она выглядела немного озадаченной.

«Юй Куан, я думаю, было бы лучше, если бы ты сейчас ушел. Мне нужно немного отдохнуть.» Это совсем не хорошо. Прямо сейчас ей показалось, что он собирается объявить о своей любви. В прошлом к ней испытывал чувства только Юй Шу, но похоже, теперь к нему добавился и Юй Куан. Она действительно не понимала этих мужчин. В последнее время она была так безобразна, что даже не могла смотреть на себя. Каждый день путешествуя по горам и холмам, она становилась все темнее под солнцем. Разве мужчины, которые любят красивых женщин, не должны бежать далеко-далеко в этих условиях? Почему вместо этого они все стекаются к ней?

«Если бы я был рядом с тобой, я мог бы позволить тебе стать настолько свободной, насколько ты хотела всю свою жизнь, без каких-либо ограничений.»

«Пожалуйста, уходи,» — Бай Сянсю дернула одеяло, решив, что не хочет слышать его слова. Но как бы она ни пыталась заснуть, её мысли не давали ей покоя, пробегая по голове, как стадо скачущих лошадей. В конце концов, Юй Куан отличный мужчина. Он хваленый глава альянса Вулин, но сейчас защищает маленькую наложницу, как она. Его чувствам никогда не суждено было встретить взаимность. Она могла только надеяться, что он скоро сдастся и найдет женщину, которая стоит его любви и защиты.

Поскольку её месячные проходили особенно жестко в течение последних нескольких дней, она всё время ощущала сонливость. Лекарства тоже не особо помогали.

Войска Лун Хэна быстро продвигались. Они каждые два дня перемещали лагерь, ежедневно продвигаясь на несколько километров.

Бай Сянсю провела несколько умственных вычислений. Они уже прорвались через три или четыре вражеских лагеря. Согласно этой скорости, они скоро будут в штабе противника. Даже Лун Хэн чувствовал — странно, почему его воины сражаются так неистово? Казалось, каждую битву они вели не на жизни, а на смерть.

Это продолжалось до тех пор, пока однажды Бай Сянсю не вышла из палатки и потянулась, греясь на солнце, заметив, как все патрульные солдаты проходят мимо с выражением ужаса.

Она дотронулась до своего лица и озадаченно спросила: «В чем дело?»

Маленький солдат несколько эмоционально ответил: «Мадам Бай, вы живы…»

«Эх!? Но я никогда не умирала!» Что это значит? У всех такие лица, как будто она вернулась из мертвых.

Солдат сразу почувствовал, что сказал что-то не так, и почесал голову: «Я слышал, как все говорят, что враги вас убили. Я не думал, что вы в целости и сохранности. Теперь все перестанут беспокоиться. Хехе…»

Тогда Лун Хэн всё понял. Оказалось, они думали, что его жена умерла, поэтому смотрели на него с такими строгими выражениями. Это также объяснило пылкий стиль битвы, который он видел в последнее время, когда они сражались с врагом. Они думали, что мстят за смерть его жены!

Разминая лоб, он размышлял, что по какой-то причине удача всегда улыбается ему, когда Бай Сянсю рядом с ним. Всё всегда идет к лучшему. Например, этот неожиданный несчастный случай фактически расширил территорию его страны на несколько тысяч километров. Это действительно чудо.

«Но я и раньше выходила из палатки, когда мы разбивали лагерь. Вы меня не видели?»

«О, мы были слишком сосредоточены на противнике, и не заметили, что было позади.»

«… Так значит, я мертва столько дней?» Бай Сянсю посмотрела на Лун Хэна, не зная, что ещё сказать.

Тем не менее, Лун Хэн внезапно нахмурился: «Почему ты встала, разве твои раны уже зажили? Возвращайся и отдохни.»

«Раны…» Бай Сянсю подсознательно вцепилась в угол своего платья. Её месячные считаются ранами?

«Да, я отомщу им за то, что они осмелились жестоко относится к такой слабой девушке, как ты!»

Конечно же, маленький солдат кивнул в согласии, и затем группа патрульных ушла.

Бай Сянсю заставила себя улыбнуться: «Разве ты не слишком обманчив?»

«Они действительно уважают тебя!» Лун Хэн чувствовал себя немного гордым. Его маленькая жена неожиданно оказала большую помощь!

«Да, они очень милые.»

«Какая ерунда. Как можно назвать группу грубых, крепких мужчин милыми?» Он действительно не знал, что ей сказать. И также не мог использовать какие-либо интимные жесты при таком количестве свидетелей. Ему оставалось лишь убедить ее вернуться в свою палатку, чтобы отдохнуть.

Бай Сянсю начала задавать вопросы о положении солдат. Лун Хэн указал их местоположение на нарисованной им самим карте: «Большинство вражеских войск останется позади после того, как мы пересечем эту гору. Ядовитый туман, различные гадюки и свирепые звери, защищают окраины. Через них будет немного сложно прорваться дальше.»

«Это почти как тропический лес,» — кивнула она, поглощая объяснения Лун Хэна. Бай Сянсю начала быстро думать; поскольку этот лес чрезвычайно обширный, им понадобится около пяти дней, чтобы пройти через него. Самым важным было то, что внутри него чрезвычайно опасно. Если они не будут достаточно осторожны, армия может оказаться полностью уничтожена.

«Неудивительно, что их разбросанные войска так нагло нас провоцировали. Оказывается, они были полностью уверены в этой природной защите,» — сказала Бай Сянсю, указывая на карту.

«Я найду способ. Они больше не будут большим препятствием, без помощи той женщины, Су Юнь. Мне на самом деле больше нечего бояться.» Лун Хэн изучал эту область много лет, так как всегда хотел снести их главный лагерь. В конце концов, благодаря его усилиям вышло что-то хорошее.

«Что? А почему она больше им не поможет?» Невозможно, чтобы она перестала им помогать, верно? Разве они не спасли ей жизнь? Очевидно, что она приложит все усилия, чтобы помочь командиру Лю победить нас, и позлорадствовать над Лун Хэном за то, что он не принял её помощь! Мы точно сейчас говорим о той женщина с синдромом принцессы?!

«Её ранили, когда она убегала,» — неторопливо ответил Лун Хэн.

«Ранили? Куда?»

«Её лицо…»

Пфф! «А кто её ранил?»

«Я.»

«Хэх… а ты не мог сказать это всё за один раз?» Бай Сянсю стремилась побыстрее услышать всю историю, но Лун Хэн решил выбрать этот момент, чтобы беречь свои слова как золото.

Лун Хэн нашел её волнение забавным. Он начал описывать, как преследовал командующего Лю и Су Юнь после того, как уничтожил вражеский лагерь. Эти двое сбежали вместе верхом на лошади, но Лун Хэн яростно погнался за ними. Командир Лю ему не ровня в битве один на один, и на самом деле бросил на него ту женщину, чтобы заблокировать удар копьем, когда понял, что проигрывает.

Су Юнь быстро отреагировала и смогла избежать удара по ее жизненно важным точкам, но лезвие задело её лицо. Она совершенно безжалостно отомстила, спрыгнув с лошади, порезав командира Лю ножом и разрубив сухожилия на его пятке. Лун Хэн не обращал никакого внимания на эту женщину и был сосредоточен только на убийстве командующего Лю. К сожалению, к ним пришла подмога. Командиру Лю удалось сбежать, но Су Юнь, вероятно, останется изуродованной на всю жизнь.

«Мне кажется, ты недоговариваешь. Ты, определенно, мог бы успеть остановиться, поэтому наверняка сделал это нарочно, не так ли?»

«Да, верно. Ты такая проницательная.» Лун Хэн мягко сжал щеки Бай Сянсю и плюхнулся на кровать, чтобы отдохнуть. Он был очень небрежным. Бай Сянсю внезапно поняла, что Су Юнь глупо решила, что сможет победить Лун Хэна. Но ведь он, в конце концов, мужчина по типу доминирующего генерального директора, и специализируется на лечении синдромов принцессы. Су Юнь, вероятно, никогда не простит его за своё уродство!

«Завтра я сровняю с землёй их малые лагеря. И тогда столица будет открыта для захвата.»

«Ясно. Тогда тебе лучше отдохнуть.»

«Составь мне компанию.» Лун Хэн взял Бай Сянсю на руки и прошептал ей на ухо: «Эти последние дни были для тебя очень тяжелыми. Я обязательно вознагражу тебя, когда мы вернемся.»

«Кому нужны эти награды? Все, что мне необходимо для счастья, — это видеть тебя и Сяо Лина в целости и сохранности.»

«Мм.» Лун Хэн прижал её к себе и, засыпая, вдыхал её аромат. Бай Сянсю не стала ему мешать. Сейчас Лун Хэн показывал ей свою самую искреннюю сторону. Она ещё глубже зарылась в его объятиях и обняла в ответ, тоже засыпая.

Проснувшись, Бай Сянсю обнаружила, что Лун Хэн уже не спал, но продолжал крепко держать её в своих руках. «Почему ты не захватил Су Юнь в плен? Она ведь ещё на многое способна,» — спросила Бай Сянсю с, казалось бы, непринужденным тоном.

Лун Хэн смеялся: «Прежде всего, она просто женщина.»

«Ты смотришь на женщин свысока?» Бай Сянсю надулась, чтобы показать свое недовольство.

Лун Хэн снова засмеялся и ущипнул её за щеки. «Я не это пытаюсь сказать. Она определенно была бы отличным генералом, если бы была мужчиной. У нее, конечно, есть уверенность и определенный способ представить себя. Такие люди встречаются редко, но на них также нельзя положиться.»

«Эх?»

«Её мысли слишком хаотичны. Она никогда не сможет оставаться верной.»

«Это правда. Но что, если бы она была мужчиной?»

«Никто никогда не должен доверять человеку, который легко меняет сторону. Более того, мне очень не нравится, как она на меня смотрит. Я мужчина; а не добыча. И никогда не стану добычей женщины. Конечно, кроме тебя.»

«Ах … что ты делаешь? Отпусти! Ты тяжелый! А вдруг кто-то войдет?»

«Не беспокойся об этом. Разве ты сейчас не смелая женщина? Почему ты вдруг снова стала такой робкой?» Лун Хэн усадил её себе на живот и посмотрел на неё. Он казался очень удивленным, когда увидел её неуклюжее выражение, поэтому осторожно поднял её ноги, чтобы дразнить дальше.

«Я смелая? Я всегда была робкой.»

«Ага, настолько, что избила мужчин из округа Шу?»

«Э-э… Они напали первыми, ладно? Я думала, они бандиты!»

«Ох. Значит, ты соблазнила вражеского стратега, тоже потому что была робкой?»

«Я просто не хотела, чтобы он позвал охранников, поэтому у меня не оставалось выбора, кроме как соблазнить его. Ты злишься на меня?»

«А как насчет лжи мне? Ты тоже это сделала из-за своей робости?»

«Когда я тебе врала?!»

«Убегая, Су Юнь сказала, что у тебя есть другая личность и что все, что ты говорила раньше, было ложью.»

Значит Су Юнь все ещё верит, что я из другого мира! Наверное, поэтому она так и сказала Лун Хэну! «Ты доверяешь ей больше, чем мне?»

«Нет, конечно. Я просто шутил. Никто не поверит её словам. Ладно, мне нужно идти, но ты должна ещё немного отдохнуть.»

Похоже, он собирался сегодня вечером незаметно атаковать их главный лагерь. Бай Сянсю действительно думала, что тысячелетняя нация скоро будет завоевана, но среди ночи произошло нечто неожиданное. К ним в лагерь прибыл Императорский эмиссар. Казалось, он ехал днем и ночью, чтобы прибыть так быстро. При нём оказались золотой жетон и орден. Чтобы быть более конкретным, это приказ о возвращении, приказывающий Лун Хэна возвращаться в столицу как можно скорее.

Бай Сянсю настолько разозлилась, что отчаянно хотела избить эмиссара. Он явно здесь, чтобы вызвать проблемы! Посмотрите на сроки, он прибыл с приказом вернуться, как раз, когда мы собираемся выиграть! Более того, это был приказ на возврат через золотой жетон! Бай Сянсю не могла не сравнить этот момент с тем, что случилось с Юэ Фэем, очень известным генералом, которого подставили коварные придворные чиновники.

Лун Хэн уже собирался вступить в бой со своими людьми, но сразу же вернулся, получив известие о прибытии эмиссара императора. Он опустился на колени, когда увидел императорский указ. Услышав запрос о возврате, он поднял голову вверх. Бай Сянсю почти видела нежелание, ярость и борьбу в прекрасных глазах Лун Хэна, выглядывая из своей палатки.

«Эмиссар, вы, возможно, уже знаете, что вражеская нация загнана в угол без единого выхода. Если вы дадите мне месяц… нет. Даже пол года хватит, чтобы навсегда стереть эту страну с лица земли!»

«Это… не то, чтобы я не хотел дать вам время. Просто император немедленно хочет, чтобы вы вернулись в столицу.» Эмиссар никогда не предполагал, что принц Ли способен достичь таких результатов. Он трепетал внутри, боясь его обидеть. В конце концов, это место — собственность принца Ли, он мог убить практически любого, если захочет.

Но тут в лагерь прискакала ещё одна быстрая лошадь, пока между Лун Хэном и эмиссаром зависло молчание. Человек на лошади держал в руке еще один золотой жетон. «Лун Хэн, примите этот указ! Его Величество вызывает вас в столицу. Не должно быть никаких задержек.»

Ещё один золотой жетон? Бай Сянсю с уверенностью могла сказать, что в столице произошло что-то плохое. Почему еще они так требуют, чтобы Лун Хэн вернулся? Если бы это было что-то вроде ситуации Юэ Фэя, Лун Хэн, несомненно, потерял бы свое командование, если бы забрал с собой только нескольких человек в столицу. Более того, его семья в руках императора. Убить их так же просто, как отнять у ребенка конфету. Но он пошел бы против имперского эдикта, если бы решил не возвращаться. И что ещё более важно, в таком случае Старую мадам и Сяо Лина, вероятно, ждала ещё худшая участь, чем смерть.

Лун Хэн изначально намеревался использовать тактику задержки, чтобы отложить поездку в столицу. Ему нужно было помедлить хотя бы десять дней, чтобы победить вражескую нацию. К сожалению, его планы рушились прямо на глазаз; количество золотых жетонов продолжало увеличиваться с каждым днем, проведенным на поле битвы. Бай Сянсю никогда раньше не видела, чтобы Лун Хэн выглядел таким огорченным. Он снял шлем и в отчаянии провел пальцами по волосам. Он никому не позволял входить в свою палатку, так как просто размышлял внутри.

«Они побили рекорд.» Сегодня пришли ещё два жетона, в результате чего их сумма составила пятнадцать штук. Сяо Лин наверняка будет в опасности, если Лун Хэн не вернется в ближайшее время. На грани слез Бай Сянсю стиснула зубы и сказала: «Оставайся здесь. Я вернусь.» Я должна вернуться и спасти сына! Он был у меня в утробе десять месяцев! Я буду монстром, если ничего не сделаю, чтобы спасти его.

«Давай вернемся вместе.» Лун Хэн резко встал. Было очевидно, что в императорском дворе произошли огромные изменения, учитывая, насколько ненормальной казалась ситуация.

«Нет, ты не можешь. После возвращения тебя ждет только смерть. Они могут внезапно объявить тебя преступником каким-то сфабрикованным обвинением. Они могут даже тайно наказать тебя. Сяо Лин точно не сможет выйти из этого невредимым, даже если они позволят нам жить.»

«Я знаю. Но они не отпустят нашу семью, если я не вернусь. С таким же успехом мы могли бы вернуться и встретиться с ними лицом к лицу. У меня всё ещё есть десятки тысяч человек, если они решат быть безжалостными.»

«Ты…» Он планирует восстать?

Я думаю, это имеет смысл, так как Лун Хэн не Юэ Фэй. Юэ Фэй никогда бы не сделал такого, так как был преданным подданным, но Лун Хэн всегда ссорился с нынешним императором. Он, вероятно, не много раздумывал бы, если бы появилась причина для восстания. Бай Сянсю решила, что будет следовать желаниям своего мужа и он уже принял решение. Лун Хэн покинул палатку, созвав своих лейтенантов. Ему предстояло спланировать следующие два шага армии, и для этого ему нужен совет его офицеров.

Его люди тоже не согласились с решением о возвращении, но Лун Хэн действовал патриотично и лояльно по отношению к стране, которая фактически обратила общественное мнение против императора. Они допросили эмиссаров, или что-то случилось при дворе, но все ответили отрицательно. Тогда почему император так отчаянно желал, чтобы Лун Хэн вернулся, если на самом деле ничего не произошло?

Здесь определенно есть какой-то заговор. Но поскольку Лун Хэн верный подданный, у него не оставалось выбора, кроме как вернуться. В прошлом он подвергался несправедливому обращению, что уже способствовало проблемам его подчиненных. Они бы никогда не проиграли без боя, потому что это, казалось, происходило снова и снова. Тем не менее, Лун Хэн дернул поводья и сказал им сидеть и терпеть. Он собрал свои вещи и ушел с Бай Сянсю. Но перед этим, написал письмо и вручил его своему наиболее доверенному лейтенанту. «Моя жизнь не важна, но я должен спасти маму и сына. Если со мной что-нибудь случится, пообещай мне, что ты поможешь, если узнаешь, что меня арестовали.»

«Обещаю.»

«Генерал, мы обязательно вам поможем.» Лун Хэн глубоко поклонился своим лейтенантам перед тем, как уйти. Он ехал на той же лошади, что и Бай Сянсю, и быстро отправился в столицу, взяв с собой Юй Куана, выходцев из Цзянху и некоторых из его доверенных подчиненных.

Сун Цзяоюэ ждал их за пределами столицы, выглядя более чем слегка растрепанным. Он, должно быть, много страдал, чтобы попытаться спасти Лун Хэна и Бай Сянсю. Он очень похудел с тех пор, как они виделись в последний раз. Сун Цзяоюэ встретил Лун Хэна и его группу в пустыне неподалеку от столицы и крикнул: «Ты не можешь вернуться! Его Величество… использовал пятнадцать золотых жетонов в обмен на твою жизнь. Жизнь всей твоей семьи!»

Бай Сянсю едва не упала с лошади. Он имеет в виду, что с Сяо Лином что-то случилось? Лун Хэн быстро помог ей восстановить равновесие и нашел место, защищенное от ветра, чтобы узнать подробности. Бай Сянсю успокоилась, когда услышала, что её сын в целости и сохранности. Во дворце он находился вместе со старой мадам. Их определенно станут использовать в качестве заложников для контроля над Лун Хэном, как только он прибудет в столицу. Лун Хэн кивнул: «Я понимаю, но мне всё равно нужно вернуться.»

«А как насчет остальных в поместье принца Ли?» — спросила Бай Сянсю.

«У них все хорошо. Общественность считает, что император пригласил во дворец только старую мадам и маленького принца, потому что заботится о них.»

Лун Хэн холодно спросил: «Он давно готовил заговор против меня, но почему решил сделать свой ход именно сейчас?»

«Я не уверен в деталях, но обнаружил кое-что очень странное,» — Сун Цзяоюэ на мгновение посмотрел на них и нахмурился.

«Что?» — спросила Бай Сянсю.

«Мисс Лин вошла во дворец и теперь известна как благородная леди Цянь.»

Пфф! Бай Сянсю почти закашлялась кровью. Она наконец поняла, что происходит. Значит, за всем этим стоит Лин Цяньцзы, желая отомстить. Разве её цель не только я? С каких пор она нацелилась на Лун Хэна и всех членов её семьи? Казалось, правда раскроется только после возвращения в столицу.

«Вы двое действительно планируете вернуться?»

«Да. Но мы должны вернуться отдельно.» Лун Хэн посмотрел на Бай Сянсю и продолжил: «Переоденьтесь в одежду простых людей и въезжаете после меня. Сначала я приведу в город своих людей.»

«Лун Хэн…» Бай Сянсю привыкла к тому, чтобы называть Лун Хэна по имени. Хотя в старину это считалось неуважением, он чувствовал, что её тон был довольно мягким, когда она произносила его имя, и никогда не обращал на это внимания.

«Сюй, ты знаешь, почему я это делаю. Я не хочу, чтобы они поймали нас всех одним махом, и это единственный способ предотвратить это. Более того, всё обязательно изменится к лучшему. Поверь мне.»

«Я верю.» Главный герой собирается пойти против главной героини? Это звучит довольно опасно. Но оно того стоило. Более того, она не думала, что Лун Хэна так легко убьют. Разве это не просто возвращение в город разными путями? Бай Сянсю повернулась к Сун Цзяоюэ после того, как Лун Хэн ушел, и сказала: «Сэр Сун, почему бы вам не вернутся в город первым? Я не хочу вовлекать в это дело семью Сун.»

«Вы…»

«Он не попросил вас защищать меня, потому что знает, что вы несете ответственность за семью Сун.»

«Я знаю. Но что плохого в том, что я сопровожу вас обратно в город?»

Если Сун Цзяоюэ нужно было подумать о семье Сун, то Юй Куану тоже нужно было позаботиться о благосостоянии горы Белых Облаков. Поэтому она сразу же повернулась к Юй Куану: «Тебе тоже лучше уйти. Ты можешь оказаться втянутым в это, если Лун Хэн потерпит неудачу.»

«Ты должна знать, что я не боюсь.»

«Но я боясь.»

«Не нужно. Я всегда буду рядом с тобой, чтобы защитить. Что касается остальных из горы Белых Облаков, я скажу им вернуться.» Юй Куан продолжил: «Лун Хэн просто защищал свою нацию. Он не сделал ничего плохого. Никто из мужчин из Вулин никогда не одобрит, если его неоправданно посадят в тюрьму.»

«Мм. Я понимаю.»

Лун Хэн правда не сделал ничего плохого. Все, кто сражался на его стороне, знали это, но высокопоставленные чиновники и знать в городе, нет. Всё, что они делали, это слепо следовали указаниям императора. Правда не имела для них значения.

В конце концов никто не покинул окружение принца Ли. На самом деле, их число только увеличилось! Со всей страны собрались неравнодушные люди, чтобы просить императора о милости для Лун Хэна после того, как узнали о случившемся. По дороге в город они встретили группу, которая изреклась против Лун Хэна и сказала, что он заслуживает наказания за то, что поднялся над императором. Но те люди всё равно остались на стороне Лун Хэна, решив, что это полный бред. Как эта группа идиотов могла вести беззаботную и комфортную жизнь, если за плечами Лун Хэна стояла железная защита его нации?

Две эти группы фактически начали сражаться прямо за пределами столицы. У Сун Цзяоюэ не оставалось другого выбора, кроме как вмешаться и прекратить их борьбу, при этом раскрыв свою личность. Когда они узнали «жену Лун Хэна», все настояли на том, чтобы сопроводить Бай Сянсю в столицу. Они просто хотели помочь Лун Хэну, чем могли. В любом случае много рук лучше для легкой работы, поэтому Бай Сянсю согласилась вернуться в столицу в сопровождении этих людей.

Тем не менее, они, несомненно, окажутся в центре внимания, учитывая, насколько их группа большая. Поэтому они решили замаскироваться, прежде, чем ступать в город. Оставался один важный вопрос, который они ещё не решили, и это — выдающаяся внешность Бай Сянсю. Никто не обратил бы большого внимания, если бы в городские ворота вошла обычная красавица, но Бай Сянсю считали главной красавицей столицы! Она наверняка попадет в центр внимания, если сюда войдёт!

«Тогда я изуродую себя!» — безжалостно сказала Бай Сянсю. Однако все остальные быстро наложили вето на эту идею. Все пытались спасти её мужа. Как они объяснят Лун Хэну, почему его жена стала безобразной после того, как спасут его? «Я имею в виду, что изуродую себя макияжем.»

Судя по выражению их лиц, они, вероятно, подумали, что я собираюсь порезать лицо ножом. Бай Сянсю никогда бы такое не сделала, даже если бы от этого зависела её жизнь. Резать ножом лицо на самом деле очень больно. Это внезапно напомнило ей о Су Юнь. Эта женщина гордая, как павлин. Могу поспорить, она держит злобу на Лун Хэна за то, что её лицо изуродовано! С её способностями нет никаких сомнений в том, что она в конечном итоге попытается отомстить! Создавалось такое чувство, как будто перед Лун Хэном стоит тигр, а позади — волк.

Однако Су Юнь, вероятно, пока не сможет создать слишком много проблем; ведь ещё не особо знакома с этим миром. Бай Сянсю мысленно утешала себя, накладывая макияж, чтобы обезобразить себя. Юй Куан помог ей в этом. Будучи человеком из Цзянху, он знал, как сделать её безобразие более реалистичным и правдоподобным. Прошло совсем немного времени, прежде чем на её выдающемся лице появилось нарисованное ужасающее родимое пятно, но это ещё не всё, что они сделали. Они также утолщили её брови и даже предали губам потрескавшийся и сухой вид. Она правда стала выглядеть как совсем другой человек.

Бай Сянсю потеряла дар речи. Она была уверена, что напугает нескольких мужчин своей нынешней внешностью. Но на удивление этого не произошло. Остальные просто невероятно удивились тому, как ей удалось превратить такое прекрасное лицо в нечто подобное. Бай Сянсю коснулась своих щёк и неловко улыбнулась. «Я выгляжу уродливо?»

«Нет. Вы очень красивая.» Для Сун Цзяоюэ внешность Бай Сянсю не имела большого значения. Для него красота этой девушки стояла за пределами ее внешнего вида и исходила из глубины души.

Бай Сянсю посчитала свой вопрос довольно глупым. «Давайте отправляться. Мы въедем в столицу отдельно.»

Она оделась как обычная некрасивая женщина, неся корзину с яйцами в город, как будто собиралась их продать. Сун Цзяоюэ вошел в город на лошади с высоко поднятой головой, ведь ему не нужно было прятаться. Некоторые из них оделись как фермеры, в то время как остальные замаскировались под нищих. Им было несложно проникнуть в столицу, поскольку все мужчины имели выдающиеся способности.

Все пошли своим путем, чтобы проделать определенную работу, и затем собрались в одном из домов Сун Цзяоюэ. Бай Сянсю отправила в город нескольких разведчиков и поняла, что никто не знает о возвращении Лун Хэна. Его явно арестовали тайно. «С чего начать наш план по спасению Лун Хэна?» — спросила Бай Сянсю.

«Прежде всего, нам нужно узнать, почему его вызвали обратно в столицу. Кто-то может дергать за ниточки сзади, но это могут быть и собственные намерения императора,» — объяснил Сун Цзяоюэ, поскольку был гораздо лучше знаком с внутренней обстановкой в императорском дворе.

«Боюсь, это значит, что мы должны войти во дворец. Но как нам это сделать? У вас есть знакомые, которые сейчас во дворце?» — спросил доверенный помощник Лун Хэна.

«Да. Старая мадам сейчас там, но мы не можем с ней связаться. Это просто невозможно,» — ответил Сун Цзяоюэ, нахмурив брови.

«У меня есть план. Сэр Сун, я должна вернуться в поместье принца Ли.»

«Какой план?»

«Это секрет,» — подмигнула Бай Сянсю и отправилась в поместье под безмолвной защитой Сун Цзяоюэ с такой же уродливой внешностью. Она неохотно заползла в усадьбу через отверстие, которое использовала в прошлый раз. Сун Цзяоюэ уже привык к этому. У неё так много сторон, что она каждый раз его ошеломляла.

Сколько женщин могли вести такую захватывающую жизнь в старину? Тогда женщины в основном жили глубоко в тылу. Их единственная цель в жизни стостояла в том, чтобы удовлетворить потребности своих мужчин, в то время как они медленно старели и в конечном итоге умирали. Но Бай Сянсю другая. Несмотря на её слабую и хрупкую внешность, она занималась тем, что могли делать только сильные и волевые личности.

Бай Сянсю была предельно осторожна, даже когда проскользнула в свой собственный двор. Слуги вели себя более беззаботно, чем обычно, поскольку ни одного из их хозяев нет дома. Чтобы добраться до сада Абрикоса, ей не потребовалось слишком много усилий, так как все относились к ней как к ещё одной служанке, когда её видели. Она даже несла что-то в руках для лучшей маскировки. Бай Сянсю вошла в свою комнату и сразу взяла в руки Хуэра. Однако Сяоши уже стояла у двери с ботинком в руке, когда Бай Сянсю повернулась. Она немедленно закричала: «Кто-то крадет растение…!»

Бай Сянсю немедленно прикрыла ей рот и сказала: «Это я! Не кричи!»

«Мадам… Сюй?» Почему вы так выглядите?

«Да. Я здесь, чтобы забрать Хуэра, он мне нужен. Не волнуйся из-за этого.»

«Но… куда вы идете? И когда вернетесь?»

«Я всё объясню тебе позже. Сяоши, будь хорошей девочкой и оставайся в усадьбе. Тебе не нужно ни о чем беспокоиться.» Сяохуан осталась в округе Шу. Надеюсь, она сможет вернуться, когда всё уляжется, и мы вернемся к прежней мирной жизни.

«Сяоши хочет пойти с вами. Я буду следовать за вами, куда бы вы ни пошли!»

«Нет, Сяоши. Скоро всё успокоится, но пока это не произойдет, я не могу взять тебя с собой.» Бай Сянсю волновалась, что о её возвращении станет известно другим, поэтому она быстро предупредила Сяоши. «Никому не говори, что я вернулась. Хорошо?»

Сяоши смогла только кивнуть, когда слезы медленно заполнили ее глаза. Она не знала почему, но у нее было чувство, что мадам Сюй собирается сделать что-то очень важное. Бай Сянсю погладила Сяоши по голове и выползла из поместья через ту же дыру, унося с собой Хуэра. У Сун Цзяоюэ чуть не отпала челюсть. Бай Сянсю сказала, что у неё есть какой-то план, но всё, что она взяла из поместья, это какое-то странное растение в горшке.

Бай Сянсю немедленно закрылась в одной из комнат, когда они вернулись в дом и вышла только через полдня. Она достала мешочек с ароматными травами, который, казалось, был сделан совсем недавно. «Сэр Сун, вы сможете убедиться, что это попадет в руки старой мадам?»

«Я найду способ, но боюсь, что смогу сделать это только один раз. И наверное, получить от неё ответ тоже не удастся,» — нахмурился Сун Цзяоюэ. Даже если бы старая мадам что-то знала, вынести её сообщение из дворца было невозможно.

«Мне не нужен ответ. Если она скажет о своих находках в укромном месте, где никого нет, я сразу об этом узнаю.»

«О? Вы…»

«Это секрет!» Бай Сянсю довольно игриво высунула язык и отказалась говорить ему что-либо ещё. Никто бы всё равно ей не поверил.

Сун Цзяоюэ и другие не оставались без дела, пока Бай Сянсю отсутствовала. Сун Цзяоюэ первым делом разыскал Цзи Чжаншу, потому что женщина, которая вошла во дворец, чтобы стать наложницей, изначально была его. Цзи Чжаншу, вероятно, имел шанс встретиться с ней до того, как она вошла во дворец.

Когда они нашли его в таверне «Все удовольствия», оказалось, Цзи Чжаншу лишили его официального положения, а семья Цзи находилась в упадке. Было очевидно, что это явная месть. Когда они прибыли, мужчина впал в ступор. Один из доверенных помощников Лун Хэна затянул его в переулок. Густой запах алкоголя заставил Бай Сянсю нахмурить брови: «Приведите его в чувства.» В таком состоянии нет смысла у него что-либо спрашивать!

Цзи Чжаншу достаточно протрезвел после того, как на его голову вылили ведро холодной воды. Он был поражен, увидев Бай Сянсю. Но заговорил только после того, как он увидел Сун Цзяоюэ позади неё: «Так это вы двое. Ха-ха, вы пришли поиздеваться надо мной?»

«У нас нет на это времени. Я только хочу спросить вас, что происходит с Лин Цяньцзи?» На самом деле Бай Сянсю всегда плохо относилась к этому Цзи Чжаншу. Он безоговорочно любил главную героиню романа, но был довольно трусливым. Помимо того, что он придумал несколько маленьких схем за спиной других мужчин, он не осмеливался делать что-либо ещё против остальных персонажей. Кроме того, он не смел бороться с ними за главную героиню. Ну, даже если бы он хотел, его навыков в боевых искусствах было совершенно недостаточно. Помимо того, что он прочитал много книг, в нем не было ничего особенного. Но… как это лучше сформулировать…? Его чувства к главной героине исходили от сердца, и только по этой причине он был лучшим мужчиной, чем Дуань Юньинь.

«У неё всё отлично. Теперь она благородная леди и заслужила благосклонность императора!» Цзи Чжаншу упрямо рухнул на землю. Казалось, он не имеет ничего общего с этой женщиной, но его глаза наполнились глубокой грустью.

«Что она сделала с вами до того, как ушла? Или вы знаете, почему она сейчас с императором?»

«Вы имеете в виду, как она его соблазнила?»

«Кхем, да,» — тихо покашляла Бай Сянсю. Говорить об этом перед бывшим мужем казалось немного стыдно, и она не думала, что он сам об этом вспомнит.

«Я не знаю, как Лин Цяньцзи завоевала благосклонность императора, но она приходила ко мне, прежде чем войти во дворец. К тому времени она полностью изменилась. Её прежняя сущность теперь стала свежей, чистой и восхитительной, настолько слабой и деликатной, что казалось, будто ветер может её сдуть в одно мгновение. Но сейчас она наносит много косметики и выглядит настолько красиво, что от неё невозможно отвести взгляд. Однако она никогда не будет той, кем была раньше.»

«Эх? Неужели человек может так быстро измениться?»

«По её словам, похоже, её кто-то учит этому. Так она и завоевала благосклонность императора.»

«Что ещё она сказала?»

«Она не упомянула, кто это был, но её слова звучали довольно холодно. Все мужчины смиренны (?). Если женщины относятся к ним искренне, мужчины беспощадно от них откажутся. Но если женщины будут держать свои сердца при себе, то единственными пострадавшими останутся мужчины. Ха-ха, я не знал, что когда влюбился в неё, она видела это как низменное, жалкое преступление.»

Бай Сянсю закрыла глаза: «Только один человек мог её этому научить. В последнюю нашу встречу она сказала мне то же самое.»

«Кто это?»

«Су Юнь.»

«Что?! Эта женщина действительно приехала в столицу?» Сун Цзяоюэ сморщил лоб. Он много слышал об этой женщине, похожей на чудовище, с бесконечной серией трюков в рукавах. Однако он не знал, что Лун Хэн испортил её внешность и заставил бежать с поля битвы. «Может это какая-то политическая игра, чтобы ввергнуть императорский двор в хаос и дать вражеской стране шанс укрепиться?»

«Нет, это мотивировано чистой местью. В последней битве вражеский командир использовал её как щит против Лун Хэна. В результате её лицо оказалось изуродовано, но ей удалось сбежать.»

«Что? Тогда как она нашла Лин Цяньцзи?»

«Возможно, это была не именно она. Но только эта женщина могла сказать что-то подобное, после того, как её ранил мужчина.» Бай Сянсю не могла определить, действительно ли здесь причастна Су Юнь, основываясь исключительно на этих словах. Но если это на самом деле она, Бай Сянсю нужно быть ещё более осторожной.

Цзи Чжаншу видел, что они хотят иметь дело с Лин Цяньцзы, поэтому сказал: «Сейчас она может использовать императора, чтобы причинять вред другим. Именно император стоит за отменой официального положения моей семьи. У меня теперь нет правительственной должности, но я скорее чувствую, что такая жизнь более свободна. Я могу пить, когда захочу, и могу игнорировать всеобщие взгляды.»

Бай Сянсю чувствовала, что этот человек действительно потерял всякое желание сражаться. «Почему вы так убиваетесь из-за человека, который не стоит вашей любви? Так, у вас действительно не будет будущего.»

«А разве мадам Бай не отправилась на приграничную территорию ради принца Ли, даже когда её критиковал весь мир? Разве вы действовали не из-за своей любви? И были готовы пройти через все преграды?» Значение его слов не скрылось ни от кого из присутствующих. Ради любви все вели себя одинаково глупо и безрассудно, так что какой смысл смеяться над ним за то, что он глупец?

«Всё, что я делаю для Лун Хэна, того стоит. Он запомнит мои поступки и ответит взаимностью. Тем не менее, Лин Цяньцзи никогда не будет этого делать. Так как она никогда не отдавала вам своё сердце, она не станет расстраиваться, независимо от того, сколько вы ради неё пожертвуете. Почему вы не учитесь у Ло Юньчжэна и не занимаетесь собственной жизнью? Такое поведение только позорит вас и вашу семью.» Бай Сянсю даже не оглянулась, когда ушла вместе с Сун Цзяоюэ. Сун Цзяоюэ немного подождал, прежде чем напомнить ей: «Если мы хотим понять, кто поддерживает Лин Цяньцзи, то об этом может знать семья Лин. Но они сейчас…»

«Что случилось с семьей Лин?»

«Ничего особенного. Они просто использовали благосклонность императора, чтобы снова подняться, вот и всё.» Он рассказал Бай Сянсю о событиях в семье Лин. Оказалось, что Лин Цяньцзы довольно сильно испортила имя своей семьи, в результате чего пачки петиций, осуждающих министра Лина, были отправлены императору. Император хотел свергнуть министра Лина, но именно в это время Лин Цяньцзи каким-то образом завоевала его благосклонность. Он стал одобрять её и больше не говорил о понижении в должности министра Лина. Придворные чиновники тоже не осмелились его оскорблять. Нынешний престиж семьи Лин даже выше, чем в прошлом.

«Вот как? Теперь я рада, что просто маленькая наложница. Если бы я была главной женой Лун Хэна, это повлияло бы на всю нашу семью.» Анализ Бай Сянсю был верным. Брак — это союз семей, и, если что-то случается, обычно затрагиваются обе семьи.

«Не волнуйтесь. С Принцем ничего не случится. Мы обязательно найдем, где он находится в ближайшее время,» — утешил её Сун Цзяоюэ. Хотя она была очень сильной, в его глазах она всегда оставалась женщиной. Более того, они так и не нашли, в какую тюрьму заключили Лун Хэна с момента въезда в столицу. Его похитили так, словно он растворился в воздухе. Казалось, всё было спланировано заранее.

Бай Сянсю кивнула в знак благодарности. Когда она вернулась в выделенную ей комнату, она села рядом с Хуэром и спросила о новостях старой мадам и Сяо Лина. «У них всё хорошо. Старая мадам сейчас читает письмо, которое вы отправили. Ей кажется странным, что она не может просто отправить письмо Госпоже, чтобы вы всё узнали. Кроме того, она плачет, потому что узнала, что мужа Госпожи арестовали.»

«Я понимаю, это должно быть очень трудно для неё!» Сначала её взяли под домашний арест, а теперь тайно арестовали её сына.

«Она только что сказала: «Мы все должны быть сильными ради маленького принца».»

Бай Сянсю внезапно почувствовала, что старая мадам — совершенно удивительная женщина. Когда отец Лун Хэна ушел из жизни, она взяла бразды правления, чтобы вырастить сына сама. И при этом она прекрасно знала о грязных событиях в императорском дворце. Защита Лун Хэна до сих пор была долгой и трудной дорогой.

В глубине имперского гарема старая мадам наконец поняла, почему её и её внука держат в плену во дворце. Император нацелился на её сына, потому что его репутация в столице возросла до такой степени, что его известность затмила славу императора. Старая мадам планировала, что Лун Хэн уйдет в отставку и вернет командование армией императору после своего возвращения, но император оказался на шаг впереди неё.

Мама, которую старая мадам послала собирать новости, вернулась, пока та ходила по комнате с внуком на руках, и прошептала. «Старая мадам, мисс Лин… Я имею в виду, благородная леди Лин, похоже, столкнулась с некоторыми проблемами. К ней вызвали несколько имперских врачей, но проблему, похоже, они так не обнаружили.»

«Ты подбросила ароматический мешочек?»

«Да, я всё сделала. Одна из горничных положила его под кровать благородной леди Лин. Но, что задумала наложница Сюй?»

«Зови её мадам*. Эта девушка уже так много сделала для моего сына, что я никогда не смогу вернуть ей этот долг.» (* — использование такого обращения очень важное, потому как указывает на то, что старая мадам приняла Бай Сянсю в качестве главной жены семьи)

«Поняла. Что мадам Сюй получит после сделанного?»

«Я тоже не уверена в своих догадках, но, надеюсь, мы сможем найти Лун Хэна, следуя её плану.»

«Ва… вааа…» Лун Лин потянулся за ароматной сумочкой в руке старой мадам. Бай Сянсю сделала две, одна из которых осталась у её свекрови.

«Что случилось? Ты скучаешь по маме?» Старая мадам мягко посмотрела на своего внука. Через два месяца между бровями ребенка начали появляться намеки на величие, напоминая ей о Лун Хэне. Лун Лин был настолько похож на Бай Сянсю, когда родился, что старой мадам жалела молодых женщин в будущем. Но, несмотря на это, даже если старая мадам не могла полностью описать в чем сходство, она была уверена, что каждый сможет с первого взгляда признать Лун Лина потомком семьи Лун. Это сила их родословной! Иначе, почему её сердце тает, когда она смотрит на него? Она собиралась защищать Лун Лина даже ценой своей собственной жизни. Её смерть не имеет значения… ведь так она просто снова увидит своего мужа.

Бай Сянсю тоже переживала свою долю забот. Она воспользовалась помощью Хуэра, прослушивая все возможные новости на протяжении ночи и, наконец, смогла грубо представить, что на самом деле происходит. От чего её охватило невероятное волнение. Этот мир действительно слишком хаотичен, и главная героиня одновременно достойна и жалости, и раздражения. Причина? Лин Цяньцзи снова беременна. Но главное, что она на втором месяце беременности, а с тех пор, как она вошла во дворец, прошел всего один месяц. Император пришел в ярость, когда узнал об этом и лично пытался накормить её лекарством для выкидыша, чтобы избавиться от ребенка.

Бай Сянсю узнала об этом благодаря шипам кактуса в ароматной сумочке, которую подбросили в комнату Лин Цяньцзи. В ту ночь её посетил сам император. Хуэр старался подражать его тону. «Лин Цяньцзи, пять императорских врачей уже сказали мне правду. Почему ты все равно пытаешься всё скрыть? Ты планируешь родить ребенка от врага и позволить ему захватить нашу страну?»

«Нет! Как эта наложница могла осмелиться сделать подобное? Я просто хочу сохранить своего ребенка!» Более того, есть вероятность, что этот ребенок не от командира Лю. Он пользовался мной только несколько раз, а затем бросил своим подчиненным. Но эти слова не предназначены для ушей императора. Ни один мужчина не захочет женщину, которую запятнало такое количество мужчин. Правда должна остаться тайной навсегда.

«Позволь мне прояснить кое-что, я не собираюсь воспитывать ребенка другого мужчины. Если ты хочешь сохранить его, то будешь изгнана в Холодный дворец до тех пор, пока не перестанешь дышать. Однако, если решишь отказаться от ребенка, то можешь остаться моей любимой наложницей. Так скажи мне. Каков твой выбор?»

«Нет! Пожалуйста, Ваше Величество! Пожалуйста, помилуйте ребенка!»

«Слуги, дайте мне лекарство.»

«Ваше Величество, позвольте этой служанке попытаться убедить благородную леди?»

Бай Сянсю продолжала слушать разговор. «Кто это?»

«Это женщина. Она носит вуаль на лице,» — объяснил Хуэр.

Носит вуаль? Неужели это Су Юнь?

«Давай,» — ответил император. Правитель нации слушает советы какой-то дворянки? Что-то здесь определенно не так. В то время как Бай Сянсю захватили её мысли, Хуэр начал передавать разговор двух женщин.

«Благородная леди. Почему вы так боитесь потерять ребенка, если Его Величество так вас любит? Вы должны представить себя на его месте. В конце концов, это вражеский ублюдок.»

«Но…»

«Всегда найдется дерево для костра, пока холмы остаются зелеными. У вас всегда будут новые возможности. Неужели, вы забыли, как раньше страдали?»

«Я всё помню. Хорошо! Я приму лекарство.»

«Отлично, тогда я лично накормлю тебя.»

Последнее предложение было сказано императором. Бай Сянсю приходилось угадывать, кто говорил, во время рассказа Хуэра. К счастью, все голоса имели разные тональности, что значительно облегчало их разграничение. Вскоре воцарился хаос. Жалобы на боли в животе, на врачей, а затем угрозы убийства каждого из докторов. Однако, в конце мисс Лин четко сказала одно предложение, наполненное обидой и отчаянием. «Лун Хэн, я никогда не прощу вас двоих. Как больно… мой ребенок…»

Иди к черту! Почему ты обвиняешь нас, если они заставили тебя избавиться от ребенка? Ладно, я не думаю, что сегодня удасться многое узнать, но постараюсь немного разведать во сне. Лун Хэна определенно держат в месте без кактусов. Так что узнать где он будет почти невозможно. Думаю, я ничего не могу с этим поделать. В этом мире слишком мало кактусов!

Ей не потребовалось много времени, чтобы уснуть, так как она и Хуэр потратили много сил. На следующий день Бай Сянсю попыталась прослушать разговоры Лин Цяньцзи, чтобы выяснить, где находится Лун Хэн. Тем не менее, мисс Лин выздоравливала и погрязла в горе. На самом деле она ни с кем не разговаривала, кроме своей горничной и женщины, которая, возможно, была Су Юнь. Темы их разговоров тоже нельзя было назвать разнообразными, ведь практически всё сводилось к тому, как сильно она ненавидела Лун Хэна и Бай Сянсю.

Однако Бай Сянсю могла точно сказать, что Су Юнь почти постоянно подстрекала её ненависть к Лун Хэну. Она раздувала это пламя, пока Лин Цяньцзи не возненавидела его до самых костей. Какая ужасная женщина. Сун Цзяоюэ также узнал от семьи Лин, что министр Лин отправил Лин Цяньцзи в храм для медитации. Через некоторое время она вернулась с женщиной, которая прятала своё лицо за вуалью. По-видимому, эту скрытную женщину спасли на охваченной войной территории. Её тело пронизывали раны, а лицо было обезображено.

«Значит это всё таки Су Юнь! Это действительно воля небес, раз эти двое встретились!» Бай Сянсю знала, что из них двоих одна никогда не простит Лун Хэна, а другая никогда не простит её. Ненависть этих двух женщин сводила их с ума, поэтому они использовали все мыслимые методы, чтобы соблазнить императора, главного босса этого мира. После этого они придумали план борьбы с Лун Хэном!

Я не могу поверить, что император действительно их слушает. Неужели он на самом деле влюблен в Лин Цяньцзи? Но если это настоящая любовь, тогда почему он заставил её избавиться от ребенка? Он принадлежит к типу мужчин, которые показывают свою любовь оскорблениями?

Бай Сянсю была в депрессии. При выборе романов, она всегда придерживалась одного правила. Она предпочла бы, чтобы её зубы повыпадали от чтения супер сладкого сюжета, чем читать что-то с большим количеством драмы и оскорблений, особенно это касается рассказов с издевательствами над сердцем и телом. Та история, которую она ненавидела больше всего, сейчас происходила во дворце. Она не могла не пожалеть Лин Цяньцзи, хотя причиной всех её страданий была именно она. Вместо того, чтобы верить всей лжи, сказанной ей, она могла бы наслаждаться своим статусом благородной молодой леди столицы.

В последнее время ситуация в столице стала довольно оживленной. Из разных мест прибывали знаменитые врачи, и казалось, их становилось всё больше. Приглашались даже врачи из вражеских стран, что казалось очень странным. Кто же так серьезно заболел во дворце, что пригласили столько известных врачей?

Доверенный помощник Лун Хэна покачал головой: «Кажется, это вовсе не серьезная болезнь. Все прибывшие доктора специализируются на лечении внешних повреждений.»

«О?» Любопытство Сун Цзяоюэ разгорелось ещё больше. Хотя он знал, что дворец ищет отличных врачей, его удивило, что они пригласили даже людей из вражеской нации.

«Кто-нибудь из вас знает известных врачей? Или может кто-то сможет попросить кого-нибудь прикрепить это на свое тело и взять с собой во дворец?» Бай Сянсю достала ещё один ароматный мешочек. Казалось, он был сделан довольно грубо.

Сун Цзяоюэ нахмурился, подергивая губами: «Для чего это?»

«Эта вещица очень полезна. Помните, я просила вас передать такие во дворец? Так вот благодаря им я и узнала, что происходит.»

«О?» Но ведь это невозможно, не так ли? Но, видя её уверенность, похоже, она не лгала. Ладно, Сун Цзяоюэ пришлось уступить. Как бы таинственно и фантастически это не звучало, он был готов безоговорочно поверить её словам.

«Я могу его взять, но лучше положить туда ещё немного денег.» Доверенный помощник Лун Хэна указал, что у него с собой не так много средств!

Бай Сянсю сразу же вынула кошелечек из рукава и сказала: «Хватит двухсот серебряных монет?» Уходя из усадьбы, она захватила с собой небольшую сумму накопленных денег, поэтому Сун Цзяоюэ, Юй Куан и все остальные, молча смотрели на плотный мешочек с монетами в её руке.

«Вы забрали все деньги из усадьбы Принца?»

«Нет. Это всего лишь карманные расходы, которые Принц обычно мне давал.»

«…» Сун Цзяоюэ мягко покашлял. Его старый друг действительно любил эту маленькую наложницу, и на самом деле зашёл так далеко, что давал ей кучу денег! С другой стороны, Юй Куан думал, что оказывается, она любит деньги… Может мне дать ей немного?

Вот почему говорили, что публичные проявления любви лучше ограничивать соответствующим временем, местом и аудиторией. Небольшой показ Бай Сянсю немедленно лишил всех дара речи, поэтому она тихо положила монеты обратно. Казалось, сердца мужчин задеть так же легко, как и сердца женщин. В следующий раз, она должна об этом помнить.

Она усмехнулась и продолжила: «Возможно, мы сможем что-нибудь узнать у этих знаменитых врачей. Сначала я пойду в свою комнату.»

Она отправилась к Хуэру и спросила об обстоятельствах во дворце. К сожалению, ей снова не удалось что-либо узнать о Лун Хэне. Где они его держат? Однако люди во дворце не собирались причинять вред старой мадам и Сяо Лину. На самом деле, они относились к ним очень вежливо. Более того, они ничего не предпринимали против усадьбы принца Ли. Из этого она поняла, что с Лун Хэном должно быть всё в порядке. Если бы он умер, император с легкостью позаботился бы об остальном.

Убить Лун Хэна тоже будет не так просто. Во-первых, он верный служащий и, что ещё важнее, человек, который славился своими достижениями в битвах. Он стал одной из самых обсуждаемых личностей с тех пор, как Бай Сянсю вернулась в город. Тем не менее, ни одна из бесед, которую она услышала, не содержала проклятий. Ведь он выиграл много сражений и защищал свою страну. Что наиболее важно, он изгнал всех захватчиков из городов и поселков, которые они оккупировали. Только этого было достаточно, чтобы простой народ поднимал за него тосты. Когда заходил разговор о его достижениях, моральный дух любой компании вырастал мгновенно.

На самом деле, это было похоже на Олимпиаду или соревнование с иностранцами. Независимо от того, насколько плохо публика видела их вне конкуренции, общественное мнение полностью менялось, после того как их страна обретала славу. Никто не поверит императору, если он внезапно объявит, что Лун Хэн предположительно совершил какое-то преступление. Но если начать действовать после того, как пройдет этот ажиотаж, тогда будет намного легче.

Все они понимали этот принцип, но так и не смогли найти человека, которого искали. Что касается Бай Сянсю, то она терпеливо ждала новостей от Хуэра. Наконец, на второй день он услышал некоторые важные новости. Оказалось, что император пригласил знаменитых врачей, чтобы помочь какой-то женщине залечить раны на её лице.

Хуэр быстро рассказал ей обо всех обстоятельствах, но казалось, доктор слишком боялся высказывать свои мысли вслух, поэтому они не смогли узнать многое. Тем не менее, Бай Сянсю ясно поняла ситуацию, когда услышала, как император спросил доктора: «Осмотрите раны на лице этой дамы. Есть ли способ их вылечить?»

Поскольку Бай Сянсю определила, что говорящий человек — император, Хуэр тоже назвал его императором, когда передавал события ситуации. Доктор согласился и подошел ближе. Примерно через десять минут император снова сказал: «Не волнуйся, я обязательно вылечу твои раны.»

«Большое спасибо Вашему Величеству. Я уже очень рада, что Ваше Величество вызвал всех этих дерматологов осмотреть мои шрамы.»

Хуэр сказал, что это женский голос. После недолгого анализа Бай Сянсю почувствовала, что единственным человеком, который осмелится называть себя «я» перед императором, была Су Юнь. Кроме того, женщина использовала более точный термин — «дерматолог», чтобы назвать врачей. Но что-то тут не так. Разве не Лин Цяньцзи подбирала для неё врачей? Почему этим занимается сам император? Кроме того, император обычно не разговаривает так со слугами.

Доктор ответил, что раны очень глубокие, и будет немного трудно восстановить прежний вид её лица. Вполне вероятно, что шрам останется на всю оставшуюся жизнь. Император очень разозлился, когда услышал это. «Убирайся! Уберите отсюда этого шарлатана!»

Врача тут же выбросили из дворца, лишив Бай Сянсю возможности подслушивать. Тем не менее, она чувствовала, что, возможно, император спал не только с Лин Цяньцзи, но и с Су Юнь. Все говорили о красоте, соблазняющей мужчину, но вполне вероятно, что только женщина из другого мира могла соблазнить мужчину без помощи внешности.

Как раз когда она собиралась смириться с тем, что так и не получила никаких известий о Лун Хэне, Сун Цзяоюэ внезапно вернулся из своего дома с очень странным выражением на лице. Прежде чем говорить, он созвал всех в одну комнату: «Меня вчера посетил человек, одетый в черное, и предложил немного информации о Лун Хэне. Хотя сказал он не так уж и много, я никак не мог его допросить. Его боевые способности намного превосходят мои. Сказав, что хотел, он тут же ушел, не говоря ни слова.»

«Что он сказал?» Что-то, ради чего стоило собрать всех вместе, оказалось совсем не пустяком.

«Он сказал, что Лун Хэна держат в тюрьме Имперского правосудия. Это место оставалось заброшенным на протяжении многих лет.»

«Что?!» Бай Сянсю взволновали эти новости. Но затем она начала ходить по кругу, тщательно обо всём раздумывая: «Сэр Сун, вы думаете, это ловушка?»

Сун Цзяоюэ вздохнул. Хорошо, что она успокоилась, иначе он не знал, какие слова здесь можно было подобрать. «Есть такая возможность. Уровень боевых искусств того человека настолько высок, что я даже не смог его догнать. Довольно подозрительно, что такую информацию принес подобный мужчина.»

«Но и получить её было очень трудно. Мы не можем что-либо делать, не подтвердив её.» Размышляла Бай Сянсю. Если это ловушка, она, вероятно, нацелена на доверенного помощника Лун Хэна и Сун Цзяоюэ. В частности Сун Цзяоюэ. Если он действительно что-то предпримет, его могут втянуть в какие-то проблемы, и когда придет время, пострадает вся семья Сун.

В этот момент заговорил Юй Куан: «Что если пойду я?»

«Нет, если это ловушка, вы все можете оттуда не вернуться. Видимо, они завершили свои приготовления, раз сами отправили человека к сэру Суну, не так ли?»

Бай Сянсю покачала головой.Сейчас не время рисковать. Все немного помолчали, прежде чем один из доверенных помощников Лун Хэна заговорил: «Позвольте мне пойти. Даже если это окажется ловушка, у нас будет лишь одна потеря.»

«Никто не должен умирать!» Бай Сянсю поднялась. «Если бы только здесь была Ловушка Черного Дьявола.» С ней я могла бы войти, как и когда захотела бы, и никто не смог бы мне помешать.

«Тот черный цветок, который ты так любишь?» — спросил Юй Куан.

«Да. Жаль, что я оставила его в Спокойном городе.»

«Он не в городе. Я поручил одному из моих младших учеников принести цветок сюда. Он должен скоро прибыть!»

«Ах… Юй Куан, почему я никогда не замечала, какой ты милый!» Бай Сянсю прыгала от радости и не могла не похвалить его. По лбу Юй Куана потекла струйка пота. Это похвала? Тем не менее, ему было очень приятно, несмотря на то, что знал, что она любит другого мужчину.

Сун Цзяоюэ застыл от шока, когда узнал о способностях ловушки черного дьявола. Он никогда не думал, что растение может обладать такими магическими свойствами. Вновь уверенная в себе, Бай Сянсю описала свой план. «Я смогу свободно войти и выйти из того места, если несколько дней полью растение своей кровью. Никто не сможет меня остановить.»

«Но эффект работает только в области вокруг вас. Что делать, если там окажется ловушка…» Нахмурился Сун Цзяоюэ.

«Остальное оставьте мне,» — быстро добавил Юй Куан. После того, как они окончательно определили детали плана, осталось только дождаться ловушку черного дьявола. Младший ученик с горы Белых Облаков попал в центр внимания, когда прибыл с цветком в руках. Казалось, он нес некое невероятно важное сокровище, а не просто цветочный горшок.

Бай Сянсю схватила цветок из его рук и поставила на стол. Она восхищалась удивительностью ловушки черного дьявола. Растение даже не поникло, несмотря на то, что проделало такой большой путь. Теперь у него были некоторые магические свойства, поскольку он уже питался её кровью. Она протянула руки к цветку. На них ещё виднелись шрамы от прошлых разрезов. Немного подумав, она протянула одну из рук Сун Цзяоюэ и сказала: «Мне немного трудно сделать это самой. Можете мне помочь?»

«Почему бы вам просто не позволить мне сделать это вместо вас?» — ответил Сун Цзяоюэ.

«Лучше не рисковать. Цветок уже принял мою кровь и однажды исполнил мое желание. Думаю, сейчас мне безопаснее сделать это самой.»

«Как пожелаете,» — Сун Цзяоюэ никогда не думал, что наступит день, когда ему придется причинить ей вред. Однако он всё же поднял нож и осторожно провел им по её ладони.

Из её руки начала капать кровь. Однако произошло нечто очень странное. Капли крови, которые упали на растение, мгновенно впитались. «Странно. Раньше оно поглощало кровь, как обычное растение, через почву. Вам не кажется, что оно очень хочет пить?»

«Но разве это вам не навредит?»

«Не должно,» — Бай Сянсю глубоко доверяла растениям. Она позволила крови течь и убрала руку только тогда, когда её раны в конце концов перестали кровоточить. Сун Цзяоюэ быстро сделал ей повязку: «Как долго вы должны это делать?»

«Наверное, около двух дней. Только тогда мы сможем использовать эту возможность, чтобы осмотреть указанное место.»

«Хорошо, оставьте это мне. В любом случае, я их первоначальная цель.» Несмотря на то, что Сун Цзяоюэ был другом Лун Хэна и без колебаний помог бы ему в нужное время, его энтузиазм сейчас почти наверняка вызван женщиной, находящейся рядом с ним. Тем не менее, он чувствовал себя немного меланхолично, когда задумывался, что они никогда не встретятся снова после того, как Лун Хэна спасут. Два оставшихся дня он использовал, чтобы разобраться во всем, что ему нужно было сделать, а Бай Сянсю продолжала поливать кровью ловушку черного дьявола.

После двухдневного полива растение стало довольно жутким на вид. Оно выпило так много крови, что стало почти пурпурно-черным. Бай Сянсю нанесла грим и отправилась в тюрьму Имперского правосудия с растением в руках. Она позаботилась о том, чтобы ни одна невинная сторона не была в это вовлечена, прежде чем медленно пойти ко входу. Сун Цзяоюэ и Юй Куан остались на десять шагов позади, но даже их глаза расширились, когда произошло то, что казалось чудом. Все мужчины, что проходили в десяти шагах от неё, падали на землю без сознания. Не имело значения, злые у них намерения или нет, исключений не было. Даже десять охранников у входа упали к её ногам.

Сун Цзяоюэ и Юй Куан обливались потом. Это просто слишком нелогично! Похоже, эта безобидная женщина не так уж безобидна, как казалось. Разведка Сун Цзяоюэ не обнаружила внутри каких-либо засад, но вскоре они поняли, что это действительно ловушка, когда углубились в здание. Мало того, что место оказалось заполнено скрытыми охранниками, там также находились эксперты из Вулин. К счастью, они все упали в обморок до того, как смогли приблизиться к Бай Сянсю. С другой стороны, люди Юй Куана позаботились о специалистах по скрытому оружию. К сожалению, Бай Сянсю вскоре потерялась!

Они ничего не могли с этим поделать. Тюрьма была слишком сложной, а все в десяти футах от неё теряли сознание, прежде чем она могла спросить дорогу! Ей оставалось только издалека смотреть на Сун Цзяоюэ с очень беспомощным взглядом. У него не было выбора, кроме как указать ей путь. Эта девушка временами на удивление бестолковая.

Бай Сянсю извиняюще улыбнулась. Вскоре, следуя его инструкциям, она пришла к комнате в углу тюрьмы. Перед дверью должны были быть охранники, но их нейтрализовала ловушка черного дьявола. Она открыла дверь, и кто-то бросился к ней с копьем в руках. Тем не менее, этот человек тоже полетел носом вниз, как только прошел отметку в десять шагов. Охранники позади него предположили, что у неё есть какое-то скрытое оружие, и массово отступили. Было бы хорошо, если бы они не атаковали. В конце концов, при упреждающей атаке скрытое оружие не сработает, верно? Более того, они хорошо сгруппировались, а она — всего лишь одна женщина! К сожалению, их количество не имело значения, поскольку они все упали в обморок, как только она подошла ближе.

Бай Сянсю не знала, где находится Лун Хэн, поэтому ей ничего не оставалось, кроме как обыскивать камеры одну за другой. Наконец она нашла нескольких воинов своего мужа. Все они следовали за Лун Хэном, когда он входил в столицу. Бай Сянсю переполнила радость. Она хотела спросить их о местонахождении Лун Хэна, но все они сразу же потеряли сознание, увидев её. Вы шутите, что ли? Эта способность так расстраивает! Бай Сянсю потеряла дар речи.

Тем не менее, это стало доказательством того, что Лун Хэн, вероятно, тоже где-то здесь. Они, скорее всего, выдали им информацию, чтобы заманить Бай Сянсю и остальных в ловушку с реальным человеком, чтобы удостовериться вдвойне. Но они никак не предполагали, что Бай Сянсю сделает их ловушку совершенно бесполезной. В углу коридора она наконец нашла лестничный пролет, ведущий вниз.

Бай Сянсю хотела спуститься, ведь была вероятность того, что Лун Хэна заперли в камере там внизу.

«Спрячьтесь в одной из пустых клеток. Позвольте мне сделать это.»

Бай Сянсю кивнула, быстро открыв соседнюю камеру ключом, который перед этим нашла, и спряталась внутри. Мгновение спустя она увидела, как мимо пробегают мужчины — Сун Цзяоюэ и Юй Куан, а Юй Куан берет на себя инициативу. Шаг за шагом они спустились по лестнице, чтобы осмотреться, но внезапно были атакованы скрытым оружием. Юй Куан быстро использовал свой меч, чтобы отразить атаку, но шквал ударов казался почти бесконечным. Движения его на меча были быстрыми, но не непобедимыми.

«Отойдите. Позвольте мне,» — один из доверенных помощников Лун Хэна принес металлический щит, которые они ранее использовали в сражениях. Если бы это был какой-то другой человек, щит было бы почти невозможно поднять, не говоря уже о способности защищаться. Однако этот мужчина родился с невообразимой силой. Всё происходило в достаточно узком проходе, чтобы он смог защитить всех позади себя. Скрытое оружие несомненно было невероятно мощным, но всё же не смогло пробить железный щит.

«Держите щит поднятым и продвигайтесь вперед!» — крикнул Сун Цзяоюэ, когда все смогли укрыться. Доверенный помощник громко взревел и бросился вперед. Его сила была настолько велика, что он даже мог набирать скорость, принимая на себя атаки скрытого оружия. Оставив врагов в стороне, Сун Цзяоюэ и штурмовая группа невероятно удивились его мощи. Похоже, Лун Хэн выбрал лучших из лучших, когда поручил своим людям защищать Бай Сянсю.

Раньше, когда Сун Цзяоюэ смотрел на ледяное, безразличное лицо, которое обычно видел у Лун Хэна, он чувствовал, что его друг определенно не будет нежным с Бай Сянсю.

К тому же, всякий раз, когда пара общалась публично, они не показывали никаких проявлений привязанности. Они обычно говорили только о делах. Кто знал, что Бай Сянсю наедине выражала свое раздражение или гнев? Но теперь Сун Цзяоюэ пришел к пониманию пословицы, что посторонние не могут понять отношения между супружеской парой. Например, несмотря на то, что Лун Хэн знал, что окажется в опасности, он оставил своих самых доверенных помощников, а также тех, кто больше всего разбирается в боевых искусствах, защищать Бай Сянсю. Маловероятно, что он надеялся на спасение, а сделал это просто для того, чтобы обеспечить её безопасность!

Что касается Бай Сянсю, то он никогда не видел, чтобы она плакала над Лун Хэном или вела себя обиженно и беспомощно. Вместо этого она оставалась чрезвычайно спокойной, а все её мысли сосредотачивались на его спасении. Этим она отличалась от других женщин. Сун Цзяоюэ застыл, пока эти мысли мелькали в его голове. Он чувствовал, что упустил больше, чем чуть-чуть, потеряв возможность быть с ней.

Юй Куан внезапно выпрыгнул с громким ревом. Он взмахнул рукой вперед, и из его руки ускользнуло пятно. Длинная стрела пронзила воздух и вошла в человека, манипулирующего скрытым оружием. Глаза мужчины расширились, и он упал на землю с булькающим криком.

Придя в себя, Сун Цзяоюэ тоже выпрыгнул из-за щита, атакуя дюжину нападающих мужчин. Наблюдая издалека, Бай Сянсю заметила скрытую форму оружия и удивилась, почему она так похожа на современный пулемет. Однако способ его изготовления был очень странным. Вместо пуль он стрелял обычной галькой. Если бы патронами оказались настоящие пули, все они стали бы просто пушечным мясом. Хотя, если бы у них не оказалось щита, от гальки тоже оставался чрезвычайно высокий шанс получить серьезную травму или даже умереть.

Она не смела торопиться искать Лун Хэна, ведь не могла просто так пройти мимо своих союзников. Поэтому она тихо стояла в десяти шагах позади них и наблюдала за происходящим: «Вы нашли его?»

«Пожалуйста, подожди минутку, мы ещё сражаемся.» Юй Куан выбрал момент, чтобы ответить Бай Сянсю. Однако, вскоре она поняла что-то очень странное. Она ясно видела, как другая сторона сражалась, но почему свет стал намного слабее?

Она обернулась и увидела, что единственный проход позади них заблокировали. Большой камень беззвучно катился через дыру, пока не закрыл весь проход. Они правда придумали такую ловушку?! Неужели они планировали поймать нас всех здесь? В тот момент, когда она собиралась крикнуть всем остерегаться, послышался голос Сун Цзяоюэ: «Я нашел его!»

Бай Сянсю почти бросилась к ним, но, понимая, что будет только мешать, лишь с тревогой спросила: «Как он? Его пытали? На нем есть раны? Он в себе? Он в крови…» Она подумала о наказаниях, примененных к преступникам из разных телевизионных драм, потому что, чувствовала, что Лун Хэна тоже могли пытать.

В конце концов, когда свет сменился тьмой, и она больше не могла ничего видеть, послышался голос: «Всё нормально. Он просто не ел несколько дней и немного слаб.»

«О, это замечательно,» — Бай Сянсю просто расслабилась и вздохнула с облегчением, когда услышала шаги. Она сразу сказала: «Не подходи. У меня в руках ловушка черного дьявола. Её эффект продлится только два часа и они скоро сплывают.»

«Отлично. Всем лучше не двигаться и оставаться на своих местах.» Лун Хэн начал управлять ситуацией уже в тот момент, когда его освободили. Сун Цзяоюэ зажег спичку, чтобы рассмотреть окружение.

Здесь остались только их люди, но теперь вопрос заключался в том, как отсюда выбраться?

Бай Сянсю сказала: «Я знаю один способ. Тот кто поймает предмет, что я брошу, должен сделать это как можно аккуратней.» Она вздрогнула, достав ароматный мешочек. Было понятно, что там что-то очень опасное.

Юй Куан не задумываясь вышел из толпы. «Бросай мне.»

«Ты должен быть осторожен,» — Бай Сянсю посмотрела на Лун Хэна. Он сейчас действительно немного слаб и сосредоточился на небольшом куске мяса, чтобы хоть немного восстановить силы. Несмотря на то, что он временно игнорировал всё вокруг, его глаза оставались ясными и проницательными. Когда он поднял голову, чтобы посмотреть на Бай Сянсю, на его губах мелькнула улыбка. Она была очень утешительной, но со следами недоверия. Возможно, он думал, что то, что Бай Сянсю пришла его спасать, это просто невероятно?! Однако он сдержанный мужчина. Особенно в такие критические моменты, он казался в десять раз спокойнее, чем обычные люди.

«Это одна из пороховых бомб?» — спросил Лун Хэн.

«Да.»

«Тогда сделайте дыру в стене справа и вставьте её. За этой стеной сад, так что там не должно быть слишком много людей.» Закончив говорить, Лун Хэн встал: «Сюй, сделай десять… нет, двенадцать шагов назад. Мы собираемся забрать наших людей с собой.» Он оценил, что ей нужно сделать двенадцать шагов, глядя на её маленькие ноги.

«Хорошо.» Бай Сянсю всегда слушала приказы Лун Хэна. Поэтому, сразу отступила, чтобы позволить им забрать своих людей.

В среднем получилось по одному заключенному на человека, причем Юй Куан в это время уже заложил бомбу.

«Ты готова…?» Он посмотрел на Бай Сянсю, как будто спрашивая, что она будет делать.

«Всё в порядке, я смогу выйти сама.» Бай Сянсю знала, что если она пойдет с ними, все они потеряют сознание, но не хотела оставлять ловушку черного дьявола здесь. Этот странный цветок — необычное сокровище. Она не собирается уходить без него!

Лун Хэн понял, о чём она думает, и найдя на земле довольно тяжелое оружие, сказал: «Начинаем.»

Юй Куан кивнул: «Все, найдите место, чтобы спрятаться.»

После предупреждения, он ударил по мешочку острой галькой, от чего раздался громкий рев. Взрыв уничтожил всю стену за доли секунды. Неудивительно, что Бай Сянсю так бережно это вынимала! Оказалось, его мощь была гораздо выше, чем раньше! Если эту грозную силу использовать в битве, они были бы непобедимы. Но сейчас не время об этом думать. Лун Хэн и другие выбежали, начав сражаться с людьми снаружи. Несколько врагов медленно их окружили, как будто хотели захватить их всех за один раз.

Тем не менее, именно в этот момент Бай Сянсю решила сделать свой ход. В ушах Лун Хэна прозвенел чистый голос: «Сделай три шага назад.» Его сердце не могло не сжаться. Когда этот маленький зайчик превратился в свирепого волка? Каждый должен уступить ей, как только она выйдет! Его противник не считал Бай Сянсю инструментом для убийства людей, а только увидел, как вышла очень уродливая женщина. Он хотел схватить её, но в следующую секунду его зрение заполнила тьма, когда он потерял сознание.

Лун Хэн беспомощно рассмеялся: «Не подходите слишком близко к ней. Выходите из камер.»

«Понятно!» Большинство спасенных были военнослужащими, поэтому добросовестно помогали в сражении. Некоторые взяли на себя задачу защиты от атакующих врагов, другие открывали путь, тогда как Бай Сянсю продвигалась вперед. Все отступали создав определенный строй, но в конечном итоге оказались в тупике.

Сун Цзяоюэ сказал: «Она не сможет перелезть через стену.»

«Что нам делать?» У неё не было возможности убежать, и они никак не могли ей помочь.

«Ребята, идите первыми. У меня есть один способ,» — Бай Сянсю достала ещё один ароматный мешочек. Увидев, что у неё в руке, углы их губ дернулись. Не говоря ни слова, они перепрыгнули через стену и начали отходить подальше. Никто не хотел оказаться рядом со стеной в момент взрыва.

Весть о возвращении Лун Хэна разошлась по всей столице в считанные минуты. Многие собрались вокруг дворца, чтобы увидеть своего героя, потому что он сокрушил врага и уничтожил почти все вражеские лагеря. Этого и хотел Лун Хэн. Раньше он никогда не заботился о мнении других людей, так как был сосредоточен только на своих обязанностях военного. Но теперь, он должен показать свою долю интриг ради защиты своей семьи.

«Странно. Почему принц Ли здесь, если он почти победил вражескую нацию?»

«Ты слепой? Разве ты не видишь сколько у него золотых жетонов? Очевидно, император вызвал его обратно из-за какой-то чрезвычайной ситуации.»

«Но почему император вызвал его обратно? Они решили прекратить войну? Мы так близки к завоеванию вражеской нации и захвату их земель.»

«Кто знает? Как на меня, Император принял очень странное решение.»

«Да, это точно.»

Лун Хэн возглавлял свое войско верхом на лошади с нежной улыбкой на лице. Император не хотел, чтобы он покорил вражескую нацию, потому что боялся, что Лун Хэн сможет внезапно захватить границу и объявить себя императором той земли. С большим числом хороших генералов и прекрасных солдат, ему не составит труда вернуться назад и вырвать кресло у нынешнего императора. Если хорошенько подумать, он явно вызвал Лун Хэна не из-за манипуляций тех женщин.

Утренний суд обычно в это время уже заканчивался, но император всё ещё продолжал встречу со своими чиновниками. Все министры удивились, когда увидели Лун Хэна. Самым удивленным сидел министр Лин. Он как девушка прикрыл рот рукой и сделал вид, что пытается защитить императора. «Какая наглость! Лун Хэн! Почему вы вернулись в столицу, если должны сейчас быть на поле битвы?!»

Без каких-либо признаков паники Лун Хэн немедленно поклонился императору: «Этот верный подданный вернулся по приказу Его Величества.»

«Эх? Когда это я отдавал приказ о вашем возвращении?» Император был мужчиной в расцвете сил, возрастом около тридцати лет. Он унаследовал внешность королевской семьи, что придавало ему достойный вид правителя даже без тени гнева.

Лун Хэн уважительно ответил: «Получив пятнадцать золотых жетонов подряд, этот верный подданный без промедления бросился обратно в столицу, так как боялся, что сможет нарушить приказ Вашего Величества.»

«Как это возможно?! Я никогда никому не выдавал золотых жетонов.» Ответил Император со слабой улыбкой. Он приказал эмиссарам тайно уничтожить золотые жетоны, чтобы Лун Хэн не смог заполучить ни одного из них. Однако, только что он получил известие о том, что Лун Хэн принес с собой несколько золотых жетонов. Он убил всех эмиссаров? Когда он прибыл в город, у него не было ни одного золотого жетона. Лун Хэн, ты ублюдок! Он неожиданно хорошо выходит из подобных ситуаций.

Я не могу поверить, что ему удалось сбежать даже от этого заговора, несмотря на мой запутанный план. Я недооценил его. Этот человек рано или поздно наверняка станет причиной моего падения. От таких мыслей в глазах императора сразу же появился холодный блеск, но гнева видно не было. Это всё связано с достоинством его личности как императора.

«Но этот верный подданный определенно получил золотые жетоны и королевский указ. Ваше Величество хочет их увидеть?»

«Ох? Конечно.» Ему удалось заполучить королевский указ? Разве я не говорил им его уничтожить? Эти люди слишком ненадежны. К счастью, проблему можно легко решить путем отказа от всех претензий и появления козла отпущения.

Тем не менее, кто должен стать этим козлом отпущения? Подчиненный Лун Хэна показал пятнадцать золотых жетонов и королевский указ, пока императора захватили его собственные мысли. Он немедленно вскочил на ноги и гневно ударил по столу. «Не могу поверить, что кто-то осмелился выдать себя за меня и прислать указ от моего имени! Нужно немедленно это расследовать! Мы обязательно должны докопаться до истины!»

«Кто-то выдал себя за Ваше Высочество и разослал поддельный указ? Ваш верный подданный ошибся в Ваших Королевских намерениях и задержал важную военную возможность! Ваше Величество, пожалуйста, ваш подданный ждет сурового наказания.» Подыграл Лун Хэн и удивлялся. Моё актерское мастерство значительно улучшилось за последнее время! Но почему?

«Как я могу обвинять в этом моего верного генерала? Вы можете подняться. Как обстоит ситуация на границе? Точно всё будет хорошо, раз вы здесь из-за этой хитрости?»

«Не беспокойтесь, Ваше Величество. Этот верный подданный уже приказал армии отступить в Спокойный город. Они немедленно вернутся в столицу и перейдут в подчинение Вашему Величеству, если не получат от меня никаких распоряжений в течение месяца.» Большая армия оказывала давление на границу. Это было явной угрозой. Все эти солдаты провели много времени с Лун Хеном. Они наверняка окажутся на его стороне, если с ним что-нибудь случится. Было бы опасно возвращать их в столицу.

Лун Хэн, вот, ублюдок, ты на самом деле оставил план действий в чрезвычайных ситуациях! Император даже немного обрадовался, что не приказал убить Лун Хэна. Его армия никогда не простит императору, если с Лун Хэном что-то произойдет, и придёт требовать объяснений. Император понятия не имел, что будут делать солдаты, если преступление Лун Хэна окажется хоть немного подозрительным.

Хотя подавить армию Лун Хэна было бы не слишком сложно, император не сомневался, что некоторые министры найдут что сказать по этому поводу. Император на самом деле застрял между камнем и наковальней. Он обидит многих людей, если решит избавиться от Лун Хэна. Беда могла ждать его от императорского двора вплоть до Цзянху. Но если он не избавится от него, его популярность среди населения может вскоре превзойти даже королевскую семью.

Лун Хэну не составит труда носить одежду императора, если он этого захочет. Этот генерал уже становился шипом в его горле. Несмотря на свой молодой возраст, он слишком могущественный, а ведь ещё даже не получил привилегий от выгодного брака. Он наверняка станет угрозой для моей власти и трона, если я не разберусь с ним в ближайшее время!

«Я уверен, что вы устали от долгого путешествия. Теперь, оказавшись в столице, вам не нужно идти в бой. Вы должны хорошо отдохнуть перед тем, как решить, стоит ли вам снова возвращаться на поле битвы. Вражеская нация сейчас слаба и бессильна. Мы можем рассмотреть вопрос о том, чтобы заставить их платить дань, дабы уменьшить налоги нашим гражданам. Что вы об этом думаете?»

«В таких вопросах окончательным должно быть решение Вашего Величества.»

«Это правда. Теперь, когда вы вернулись, почему бы нам не спланировать и ваш брак? Старая мадам невероятно переживала из-за неудачной свадьбы.»

«Ваше Высочество, можно ли этому верному подданному присоединиться к разговору?» Неожиданно, попросил слова Министр Лин, подняв кулаки. Никто не знал, что он задумал.

Лун Хэн насмешливо рассмеялся про себя. У этих двоих, наверное, в рукаве что-то припрятано! Они сейчас на одной стороне? Интересно, какие же у них планы на мой брак?

«Говорите, министр Лин,» — быстро ответил император.

«У вашего подданного есть племянница, прекрасная, как фея. Более того, ей шестнадцать, идеальный возраст для замужества. Ваш подданный взял её в свою семью и прекрасно воспитал. Я относился к ней как к своей собственной дочери. Поскольку принц Ли так много работает ради граждан, у старой мадам должен быть кто-то, кто поможет ей по хозяйству. Ваше Величество, вы бы дали согласие на этот брак? Они, безусловно, созданы друг для друга.»

«Отлично! Очень хорошо…» — Император захлопал в ладоши, от души смеясь. «Лун Хэн, что вы об этом скажите?»

«Благодарю Ваше Величество и министра Лина за беспокойство о моем браке. Тем не менее, я просто волнуюсь, что не достоин необычайных дочерей семьи Лин.» Лун Хэн подчеркнул слово «необычайных», что заставило некоторых из толпы рассмеяться. В мире не осталось никого, кто бы не слышал о том, насколько свободна и легкомысленна дочь семьи Лин. Она имела отношения со всеми от Вулин до вражеского принца. Никто ничего не сказал, когда император принял её в качестве наложницы. В конце концов, она ведь стала простой наложницей.

Однако такая женщина в качестве главной жены принесла бы много горя и бессонных ночей мужчине, который на ней женился. У министра Лина, казалось, было довольно много дочерей. Но если его биологическая дочь так невоспитанна, то кто мог гарантировать, что его племянница не хуже?

Лицо императора наполнилось яростью. Как выражения толпы могли ускользнуть от его глаз? Как он мог не знать о репутации Лин Цяньцзи? Лун Хэн пытался унизить его прямо перед всеми!

«Не принижайте себя, мой верный слуга. Вы ведь так много сделали для нашей страны, поэтому, естественно, заслуживаете только самого лучшего.» На лицо императора мгновенно вернулась спокойная улыбка, будто его совсем не волновали слова Лун Хэна.

Но тот сразу понял, что император что-то замышлял. Иначе, почему ещё он вдруг бросил разговор о национальных делах, чтобы поговорить о браке? Ему не потребовалось много времени, чтобы понять, что задумал этот хитрый лис. Они явно боялись, что он возьмет жену из влиятельной семьи. Это сделало бы его ещё более сильным противником. По правде говоря, если бы это был его план, он бы давно перевернул эту страну с ног на голову. Аристократы и правительственные чиновники, сидящие перед ним, были не чем иным, как кучкой ленивцев, которые мало что знали, кроме еды, игр и жадности. Среди них не было ни одного человека, который бы умел драться.

Они даже не хотели контролировать армию, что в конечном итоге и привело к тому, что Лун Хэн обладал в ней самым большим влиянием. Но причина не только в их лени. Просто Королевская семья слишком маленькая. Нынешний император сын наложницы, и уничтожил всю королевскую семью в погоне за драконьим престолом. Единственным выжившим, являлся принц Ронг, честный человек, мало заботившийся о материальной выгоде. Принц Ронг совсем не разбирался в военных вопросах, поскольку не желал власти. Власть, которую он имел благодаря своей королевской крови, полностью его устраивала!

Интересно, как поживает мой сын? Лун Хэн знал, что не может говорить о своем сыне, так как любое упоминание о нем будет проявлением слабости. «Ваше Величество, у этого верного подданного есть просьба.»

«Говорите.»

«Мой успех в этой войне тесно связан с моей наложницей, урожденной Бай. Она помогла нам выйти из осады, придумав уникальный план. Я верю, что принц Ронг уже сообщил вам об этом. Ваш слуга многим ей обязан, и не может ничем ей отплатить. Ваше Величество, вы дадите согласие на то, чтобы ваш верный подданный сделал её своей главной женой?»

«Ох? По словам принца Ронга, её достижения звучат очень впечатляюще, поэтому он принял её как свою сестру по духу. Тем не менее, я уверен, что вы знакомы с законами, касающимися этого вопроса?

«Наказание за самовольное повышение звания наложницы к главной жене — пять тысяч таэлей серебра и сто ударов военной тростью.»

«И вы готовы принять это наказание?»

«Да.»

«Мой верный слуга, я понимаю, что ваше тело сейчас не в лучшем состоянии, но нужно соблюдать правила.»

«Всё равно. Я желаю только, чтобы Ваше Величество наградил нас своим императорским указом.»

«Конечно. Мужчины, заберите принца Ли. Его наказание — сто ударов тростью. Затем, приведите его обратно, чтобы он получил императорский указ.»

Лун Хэн стиснул зубы. Похоже, он хочет, чтобы я забрал указ, пока буду ранен. Ладно, не зря же я столько тренировался. Он про себя насмешливо фыркнул и пошел получать наказание. Несмотря на то, что его избивала группа евнухов, практически не имевших сил, обычный человек не вынес бы сотню ударов тростью. Но Лун Хэн смог благодаря своей внутренней силе. После избиения он вернулся назад и встал на колени в дворцовом зале с абсолютно ровной гордой осанкой, от чего все удивленно ахнули.

Все знали, насколько хорош Лун Хэн в боевых искусствах, но никто никогда не думал, что он настолько сильный. Он мог идти не сбавляя темп шагов даже после ста ударов тростью! А когда он заговорил, в его голосе не было даже легкой дрожи. Он на самом деле герой. Многие остались под впечатлением, но министр Лин и император смотрели на него, скрепя зубами.

«Мой верный слуга, теперь вы можете получить указ и немного отдохнуть. Через три дня состоится день осенней охоты. Вы сможете составить мне компанию? Конечно, вы должны также взять с собой новую мадам вашей семьи. Сейчас она героиня, не меньше мужчин.»

Три дня? Он хочет, чтобы я сопровождал его на охоте через три дня? Хотя только что получил сотню ударов тростью? Лун Хэн стиснул зубы: «Естественно. Ваше Величество, человек, который осмелился выдать себя за вас, должно быть близок с вами. Пожалуйста, тщательно проверьте свое окружение, чтобы такое больше не повторилось.»

«Это… я обязательно выясню кто этот подлец.»

«Тогда ваш верный подданный не останется в стороне. Я уничтожу виновника на месте, если когда-нибудь его найду. Как я могу позволить такому предателю жить, если он приносит беды нашей нации?»

«Точно, именно!» Они были всего в одном шаге от захвата вражеской нации, но внезапно из ниоткуда появился самозванец и послал фальшивые указы! Все присутствующие министры пришли в ярость.

Император потерял дар речи. Никто из министров не знал его мыслей. На самом деле, они тоже выступали за Лун Хэна! Им что, не приходила в голову мысль, что это генерал может привести армию к стенам столицы после того, как покорит вражескую нацию?

Куча бесполезных дураков. Однако на этот раз он потерпел неудачу из-за того, что слишком недооценил женщину. Ходили слухи, что именно урожденная Бай спасла Лун Хэна. Император рассчитывал, что это хороший шанс избавиться от семьи Сун, но никак не думал, что с Цзяоюэ придет кто-то ещё более сильный. Хорошо. Я хочу лично убедиться, насколько грозная эта урожденная Бай. Я слышал, что она просто ворвалась в тюрьму, вызвав фурор на поле битвы.

«Ваше Величество, даже с имперским указом, нам нужен кто-то, чтобы следить за процессом. Могу ли я для этого сопроводить мою мать домой?»

«Это… Императрица искренне наслаждается компанией молодого принца. Почему бы нам не позволить им провести вместе ещё пару дней? Я прикажу кому-нибудь сопроводить их обратно в усадьбу, когда придет время.» Император беспокоился, что Лун Хэн может сделать что-то опрометчивое в пылу момента. Поэтому пока хотел держать его под контролем. В конце концов, император будет последним, кто выскажет свои недовольства, когда ажиотаж вокруг Лун Хэна, наконец, угаснет.

«Для меня большая честь, что императрица наслаждается компанией моего сына. Раз так, тогда с вашего разрешения, этот верный слуга вас покинет.» Затем Лун Хэн забрал императорский указ и направился в усадьбу. Прибыв в Абрикосовый сад, он заполз на кровать, не двигая больше ни одной мышцой.

«Ваше Высочество, вы вернулись… Почему вы ранены? Этот ублюдок император вас наказал?» Вот теперь Бай Сянсю немного разволновалась. Она забыла, что в этом обществе император самый могущественный.

Е-мама быстро прикрыла Бай Сянсю рот и ущипнула её: «Мадам Сюй, лучше бы вам не говорить о таких вещах. Сначала нужно позаботиться о ранах Его Высочества.»

«Вы все можете уйти. Мне достаточно помощи мадам.»

«Позовите доктора!» — быстро попросила Бай Сянсю. Она не смела лезть к его ягодицам, так как они были в чрезвычайно ужасном состоянии. Вскоре прибыл доктор и заметил, что из-за ран штаны Лун Хэна прилипли к его плоти. Раны казались очень серьезными. Тот факт, что он смог сам дойти домой, просто невероятен.

Доктор использовал ножницы, чтобы разрезать брюки Лун Хэна. Пока Бай Сянсю тихо наносила лекарство на его раны, по её лицу медленно стекали слезы.

«Хватит плакать. Раны не такие уж серьезные,» — сказал Лун Хэн с печалью на лице.

«Твоя плоть превратилась в мякоть! Как это может быть не серьезно? Замолчи и дай мне сосредоточиться…»

«…» Лун Хэн нахмурился. Почему его отчитали, хотя он ранен? Тем не менее, от её слов он ощутил себя на удивление хорошо и его сердце согрелось.

Маленькие капли слез продолжали капать по лицу Бай Сянсю, но на её плачущем лице быстро появился хмурый взгляд, когда она повернула голову и увидела, что он улыбается, лежа на кровати. Она нежно прижалась губами к его лбу и сказала: «Ты очень холодный! Я думала, они тебя избили! Почему ты улыбаешься с такими серьезными травмами?»

«Кха-кха. Просто так.»

Со лба доктора капнул пот. Молодая пара выглядела так мило, когда они были вместе. Он чувствовал себя немного виноватым, просто находясь с ними в одной комнате. Что он будет делать, если его выгонят из поместья за то, что он увидит то, что не должен был? У него ведь семья, дети!

Им потребовалось немало усилий, чтобы наконец закончить наносить лекарства на раны Лун Хэна. Он пока не мог надеть штаны, поэтому просто лег на живот, надев лишь нижнее бельё и накрывшись тонким одеялом. После того, как доктор ушел, Лун Хэн передал Бай Сянсю императорский указ и сказал: «Посмотри и попробуй угадать, что это такое.»

Бай Сянсю нашла это немного подозрительным. Но по первому взгляду ей стало ясно, что перед ней королевский указ! Если бы это было в армии, ей нужно было бы вымыть руки и встать на колени перед тем, как его получить. Тем не менее, Лун Хэн отдал его ей просто так? Да ладно, в любом случае здесь нет посторонних. Она открыла его и посмотрела. Пропустив цветочные приветствия, которые неизбежно встречались практически в каждом указе, она увидела, что в последней части отмечено, что она станет принцессой-супругой Ли.

Маленькой наложнице нелегко получить такую высокую должность. В отличие от современной эпохи, когда любовница мужчины могла стать его законной женой сразу после того, как он разведется с бывшей, в древние времена, если мужчина бросал свою жену ради наложницы, его заключали в тюрьму за серьезное преступление.

Но даже отбыв заключение наложница всё равно не могла занять положение жены. К счастью, у Лун Хэна жены ещё не было, поэтому наказания не последовало. «Подожди, это не правильно… Тебя наказали только за этот указ?» — спросила Бай Сянсю, нахмурив бровь, как только осознала правду.

«Да, это весьма выгодная сделка. Теперь ты сможешь стать главной женой резиденции, и носить этот титул гордо и совершенно законно! Разве ты не счастлива?»

«Я… ну… конечно я рада, но не нужно было жертвовать своим здоровьем за что-то подобное. И кроме того, разве император не доставил тебе неприятностей?» Бай Сянсю внезапно захотела плакать, но совсем недавно её слезные протоки уже опустели. Она не понимала, плакать ей или радовать, ведь несмотря на то, что это всё таки радостный вопрос, она не могла наслаждаться праздником, учитывая состояние Лун Хэна. После того, как он рассказал о своих приключениях во дворце, лицо Бай Сянсю покраснело: «Как он может быть таким бесстыдным?»

«Он может не признаваться, даже если есть очевидцы. Это его имперское право.»

«Тогда что нам делать? Неужели мы просто признаем, что стали жертвами их уловки?» Бай Сянсю осталась недовольна таким развитием событий, но знала, что другого выбора нет.

«В любом случае, он должен найти этому разумное объяснение. Иначе найдутся те, кого не удовлетворит эта резолюция, даже если не буду против я. Давай просто подождем и посмотрим, кто станет его следующим козлом отпущения.»

«Хорошо. А что насчет Сяо Лина и старой мадам?»

«Он оставил их во дворце, возможно из-за страха, что я принесу неприятности. Но не волнуйся, они обязательно вернутся через несколько дней.»

«Понятно. Но почему-то я чувствую, что шторм не утихнет, даже если мы этого очень хотим.» Опустив голову, она заметила, что Лун Хэн странно посмотрит на неё, наклонив голову. С распущенными волосами цвета чернил, он выглядел довольно соблазнительно.

«В чем дело? У меня что-то на лице?»

«Да. Иди сюда, я помогу убрать это.»

Даже не задумываясь, что серьезный принц Ли станет вот так её дразнить, она послушно вытянула лицо вперед.

«Подойти ближе. Ты ведь знаешь, что я ранен, верно?»

У тебя ранены ноги, а не плечи, с замешательством подумала Бай Сянсю, продолжая приближаться, но через мгновение почувствовала прикосновение руки к её голове и теплый поцелуй в губы. Мы уже муж и жена, но ты всё равно это делаешь? Нравится заставать меня врасплох, а? Несмотря ни на что, она не отступила и даже страстно ответила на поцелуй.

Бай Сянсю всегда была замкнутым человеком, поэтому оставалась невероятно консервативна в таких вопросах. Как будто внутри неё сосредоточена застенчивость всех восточных женщин, поэтому её проявление инициативы по таким вопросам, можно было пересчитать на пальцах одной руки. Добившись желаемого, Лун Хэн продолжал наступать и не сдерживался. Но как только он собирался захватить её в глубокие теплые объятия, резкая боль от разрывающейся раны, заставила его успокоиться. Оттянув ее назад, он фыркнул: «Моя маленькая женушка… Этот Принц обязательно с тобой разберется, когда поправится.»

Вспыхнув от смущения Бай Сянсю сказала: «Ты первый «это» сделал. Так почему ты будешь со мной «разбираться»?»

«Ну, ты можешь продолжить «дело», если ты этого хочешь.» Хотя Лун Хэн едва мог двигаться, он все равно не стеснялся флиртовать в устной форме. Однако, когда Бай Сянсю слегка похлопала его несколько раз, его лицо исказилось такой мучительной болью, что можно было бы вскипятить воду, используя его лицо в качестве печи.

«Ладно, давай перестанем дурачиться. Скажи управляющему объявить об императорском указе. С учетом того, что последние события столь же изменчивы, как и наши противники, я могу спокойно поднять твой статус. Мои извинения. Но с другой стороны, праздничный банкет всё таки лучше провести.»

«Ты собираешься устроить банкет в такое время? Ладно, отдыхай. Я поговорю об этом с Лун Шутином.» Хотя она так сказала, Бай Сянсю была невероятно счастлива, ведь формально могла стать главной женой и больше не терпеть презрения других. Кроме того, Сяо Лина больше не будут считать ребенком от наложницы. В древнюю эпоху, подобную этой, такие дети частенько подвергались издевательствам со стороны главной жены и её детей.

У Лун Шутина в последнее время тоже накопилось довольно много дел. Он прекрасно понимал ситуацию в семье и знал, что если император решит убить принца, всю усадьбу ждут беспорядки. Однако, поскольку ничего подобного ещё не произошло, ему ничего не оставалось, кроме как продолжать выполнять свою работу, даже не задумываясь о побеге.

Увидев, как Бай Сянсю идет к нему с имперским указом в руках, он с любопытством спросил: «Мадам Сюй, что вас привело на передний двор?»

Бай Сянсю засмеялась: «Боюсь, мне придется вас побеспокоить. Объявите этот императорский указ перед остальными. После этого развесьте на улице несколько красных фонарей или что-то в этом роде и наймите оперную труппу, чтобы день или два пели в нашем дворе.»

Им ещё предстояло придумать сложное шоу. Иначе, кто бы знал, что она успешно поднялась в статусе от простой наложницы до принцессы-супруги? Лун Шутин взял указ с удивленным видом. Кратко взглянув на него, он улыбнулся: «Ваш верный слуга приветствует принцессу-супругу Ли.»

Ох? Почему так приятно, когда тебя так называют? С сегодняшнего дня я буду главной! Я смогу делать всё, что захочу! «Встаньте!»

Сяо Ши следовала прямо за ней и поняла, что случилось. Она упала на колени, как только Лун Шутин встал: «Эта служанка тоже приветствует принцессу-супругу. Поздравляю, вас!» На самом деле она даже разрыдалась от радости, ведь её хозяйка получила заслуженный статус после многих трудностей.

«Это большое радостное событие! Мы обязательно должны провести банкет и хорошенько отпраздновать!»

«Его Высочество сказал, что нынешняя ситуация неспокойна, поэтому нужно быть предельно осторожными. Отправьте несколько подарков моей семье и сообщите им об этой новости. Тем не менее, предупредите, чтобы они сейчас не приезжали. Когда всё немного успокоится, я пошлю кого-нибудь за ними.»

«Ой? Разве вы не должны навестить родителей вместе с Принцем?» Несмотря на то, что она стала супругой на более позднем этапе, некоторые формальности всё равно нужно было соблюдать. В древних временах в качестве традиции зять должен был отвести супругу навестить родителей.

«Эх, всё верно. Но думаю, пока придется подождать.» В последнее время столько всего происходило, что она не была уверена, пойдет ли снова император против них. Что ещё более важно, что им делать, если это произойдет? Должны ли они бунтовать? С другой стороны, всё это, вероятно, не должно зайти так далеко. В противном случае Лун Хэн не стал бы просить у императора указ на разрешение Бай Сянсю стать принцессой-супругой. Несмотря на это, всё равно нужно отпраздновать это событие в своей резиденции. Указав Лун Шутину, что стоит подготовить, Бай Сянсю вернулась к Лун Хэну: «Теперь мне больше не нужно называть себя «этой наложницей».»

«И это всё чего ты хотела?» — размышлял Лун Хэн, делая глоток супа, который она ему принесла. Она хотела стать моей супругой, только чтобы ей не пришлось называть себя «этой наложницей»? Помимо прочего, разве она не счастлива стать моей женой?

Однако Бай Сянсю уже давно считала себя женой, независимо от того, как древние люди это воспринимали. Но Лун Хэн, со своей стороны, не считал наложниц женами. Теперь, когда она стала его законной супругой, он мог гулять с ней среди бела дня, и никто не сможет сказать что-то против этого.

«Нет, есть ещё много преимуществ. Я просто счастлива, и не смогла придумать что-либо прямо сейчас,» — ответила Бай Сянсю, продолжая кормить его, при этом ощущая сладкий оттенок эмоций в своем сердце.

Даже будучи раненным, Лун Хэн не собирался лежать без дела. Ему приходилось решать всевозможные дела как в округе Шу, так и в столице. Он был занят вплоть до самой ночи, пока ближе к полуночи, наконец не смог лечь спать.

На следующий день Бай Сянсю чуть не лопнула от радости, когда все вокруг стали приветствовать её как принцессу-супругу Ли. Она всё время жила в стрессе с тех пор, как попала в этот мир, и никогда не думала, что наступит день, когда она почувствует, что добьется чего-то в этой жизни. Разве не было бы лучше, если бы она изначально переселилась в тело принцессы-супруги? Тем не менее, она предпочла бы стать кем-угодно, кроме главной героини. Ведь Лин Цяньдзи до смерти её раздражала! Даже не учитывая то, как всё для неё обернулось, как женщина могла вести себя подобным образом и приставать к такому количеству парней?

Бай Сянсю было достаточно одного только Лун Хэна. Она родила для него ребенка, и ей приходилось также заниматься домашними делами. После этого ей пришлось изготавливать бомбы и иметь дело с кучкой коварных сучек и белых лотосов. А их на самом деле оказалась не мало! Но у неё не было другого выбора. В конце концов, её муж — главный герой романа! Она радовалась уже хотя бы тому, что с ней не конкурировали другие наложницы.

Закончив свои дела и временно восстановив свои позиции в столице, Лун Хэн рассказал Бай Сянсю о приглашении на осеннюю охоту. Он также случайно упомянул, что должны присутствовать они оба. Осенняя и весенняя охота, это обычные ежегодные события, что проводил сам император. Хотя это и называлось охотой, оно больше походило на банкет под открытым небом. Он звал оставшихся принцев, своих наложниц и старших чиновников, чтобы развивать отношения и хорошо провести время. Если сравнивать с современностью, это было что-то похожее на корпоративные вечеринки компаний.

«Он хочет, чтобы ты пошел, даже зная о твоих ранах. Он… он ублюдок!» Это уже второй раз, когда она назвала императора ублюдком. К счастью, в этот раз никто этого не услышал.

Лун Хэн не собирался её в этом обвинять. «Перед другими будь осторожней со словами, но наедине со мной можешь называть его как захочешь, даже трусливым идиотом.»

Пффф! Бай Сянсю засмеялась. Лун Хэн говорил так старомодно, будто первая часть была сказана верным подданным страны. Но она не ожидала, что в конце он добавит такое нелояльное предложение.

«Почему ты смеёшься? Тебя больше не волнует моё состояние?»

«Тогда что нам делать?»

«Попроси кого-нибудь отнести меня!»

«А?» Лун Хэн ходил вокруг, выглядя невозмутимым. Разве это не было бы немного неуместно, если бы его стали носить с собой? «Если это часть твоего плана, чтобы тебя все время носили, почему два дня назад ты так небрежно вернулся сам?»

«Ты снова используешь неправильные слова для описания вещей. В тот день он хотел выставить меня дураком, но я не позволил ему получить то, что он хотел. Он хочет попытаться сделать из меня дурака завтра, поэтому я опережу его и сам притворюсь дураком. Я правда хочу посмотреть, как он прикажет человеку, которого принесут на носилках, сопровождать его на охоту.»

«В этом есть смысл. У меня такой умный муж!» В пылу мгновения Бай Сянсю поднялась на цыпочки, чтобы поцеловать Лун Хэна в награду за его идею.

Теперь, когда они стали официальными мужем и женой, атмосфера между ними полностью изменилась, хотя у них уже был ребенок. Вероятно, это связано с изменением отношения к ним обоим. Лун Хэн больше не мог относиться к Бай Сянсю так же легкомысленно, как раньше, ведь теперь они официально муж и жена. Продолжать относиться к ней как к наложнице было бы совершенно неуместно. Однако Бай Сянсю не могла привыкнуть к его серьезности. Поэтому, наедине продолжала вести себя так же легкомысленно.

Лун Хэну нравилась их близость, однако он волновался, что в этот раз она может не воспринять вещи всерьез. «В этом походе, нам стоит быть осторожными, хорошо?»

«Я понимаю. Не беспокойся об этом.» Бай Сянсю ушла выбирать одежду, после того, как поцеловала его в щеку. В конце концов, ей придется идти пешком, хотя её мужа туда понесут! Она не просто будет гулять, ей тоже придется кататься на лошади, поэтому лучше одеть подходящий для этого комплект одежды. Но, просмотрев весь свой гардероб, она поняла, что у неё нет ничего подобного.

Когда она немного расстроилась из-за этого факта, внезапно заговорила Сяо Ши: «Мадам Сю… Принцесса-супруга. Усадьба Сун прислала слугу с подарком. Мы примем его?»

«Да, и, пожалуйста, дай знать мадам Сун, что я ценю её щедрость.» Сейчас только раннее утро, но многие уже прислали свои подарки. Бай Сянсю приняла всё без исключения и вела себя так, будто в усадьбе Принца Ли царит абсолютная гармония, как и прежде. Никто из посторонних не мог сказать, что у них назревали проблемы.

По правде говоря, даже слуги в поместье Принца Ли не могли сказать, что что-то происходит. Смышленый Лун Шутин полностью в этом убедился. Слуги правда верили, что старую мадам и молодого принца держат во дворце по каким-то случайным причинам. Иначе старая мадам наверняка пришла бы навестить своего сына. Самое главное, было много подарков. Все чувствовали себя счастливыми, несмотря на отсутствие банкета.

«Найми несколько портных, чтобы сделать пару комплектов одежды. В любом случае, тебе придется надевать их, когда ты будешь покидать дом в будущем.» Сказал Лун Хэн, пока Бай Сянсю продолжала беспокоиться о своей одежде.

«Да уж. Я думаю, ты прав.» Теперь она принцесса-супруга. Определенно будут ещё случаи, когда ей придется выходить на улицу, чтобы пообщаться с другими. Женщинам в старину также нравилось выезжать по выходным верхом на лошадях. Езда была довольно модной. Бай Сянсю немедленно вызвала кого-то из портных и заказала пять комплектов одежды. Она сказала им сделать два сета к завтрашнему дню, так как они нужны им для охоты. Внезапно она почувствовала, что в современных временах она делала покупки, советуясь со своим парнем. Она накинула на себя ткань и спросила: «Ваше Высочество, почему бы вам не выбрать для меня цвет.»

«Подойдет любой.» Лун Хэн немного беспокоился, но не хотел разочаровывать её, когда она выглядела такой взволнованной.

«Любой это не цвет!» О, нет. Я заигрываю с ним перед другими людьми. Однако вскоре она поняла, что не сделала ничего плохого. В конце концов, теперь она его жена!

Она посмотрела на Лун Хэна с таким жалким выражением на лице, что в его сердце невольно зажегся огонь. Женщина, просто подожди, пока мои раны не заживут. Но, взяв себя в руки, он лишь мирно сказал: «Синий подойдет.»

«Мм. Синий будет хорошо сочетаться с этим голубым поясом. Что касается второго, то я хочу розовый с ярко-желтым поясом. Вы можете закончить их к завтрашнему утру? Постарайтесь, чтобы они хорошо подходили к моему телу. Я не хочу, чтобы они были слишком свободными.»

«Конечно! Я обязательно доставлю всё принцессе-супруге к завтрашнему утру.» Всё, что ей нужно было сделать, — это нанять несколько опытных портных, чтобы сшить одежду за одну ночь. Это не займет слишком много времени с нужным количеством рук.

Власть и авторитет определенно были лучшим катализатором для достижения целей. Будучи наложницей, ей приходилось просить разрешения, прежде чем заказать себе одежду. Теперь, когда её статус повысили, ей больше не нужно заботиться о таких вещах.

«Ты довольна?» Лун Хэн видел, насколько она счастлива. Единственное, чего она пока не сделала, так это не танцевала от радости. В каждом её шаге была заметна небольшая припрыжка, и она даже иногда напевала какую-то странную мелодию. Лун Хэн не лежал без дела после развлечения своей жены. Он волновался, что она может вести себя так и завтра. Она не казалась скромной и достойной. Тем не менее, он не мог сказать, что ему это не нравиться. В таком настроении Бай Сянсю казалась ещё более привлекательной. Как будто от её тела исходил свет. Лун Хэна невероятно удивил тот факт, что она на самом деле наполнена такой энергией. Он никогда раньше этого не замечал

На следующий день Бай Сянсю одела свой голубой наряд для езды верхом, закончив собирать всё, что ей нужно для охоты. Волосы она завязала в пучок с помощью ремешка цвета морской волны, из-за чего выглядела очень элегантно. На самом деле она даже казалась похожей на божество.

Именно так она и хотела одеться. Ей нужно было выбрать парадную дворцовую одежду, если бы она собиралась на банкет, но она отправляется на охоту, что требует чего-то легкого и простого. Что касается Лун Хэна, то он в настоящее время лежал в карете. Сидение покрыли нескольким мягкими покрывалами, так что сидя или лежа на нем, человек ощущал такое удобство, будто он на настоящей кровати.

Край его губ слегка приподнялся, образуя хитрую улыбку, пока он медленно просматривал изгибы тела Бай Сянсю. Ещё немного, и он мог бы, вероятно, поглотить её одним только взглядом. Ей некуда было спрятаться, поэтому она смогла только спросить: «И что ты хочешь мне сказать?»

Лун Хэн криво улыбнулся, а углы его рта сдвинулись лишь совсем немного. Бай Сянсю вообще не заметила бы эту улыбку, если бы не смотрела на него. Однако от этой улыбки по её позвоночнику пробежал холодок. «Ты, наверное, думаешь что-то на подобии «женщина, просто подожди, пока я не выздоровею». Я права?» — прошептала Бай Сянсю.

Лун Хэн был озадачен и сразу же потер свою щеку. Нежели это было так очевидно? Откуда она знает?

«Ты уже много раз говорил эти слова с таким же выражением лица. Оно немного пугает.» Именно в этот момент Бай Сянсю вспомнила, чем всегда заканчивались подобные ситуации — она не могла встать с постели в течение трех дней. Это настоящая пытка для души и тела.

«А ты довольно проницательна. Не нужно беспокоиться, скоро этот день наступит.»

«Когда это я показывала беспокойство?» Бай Сянсю закатила глаза. К сожалению, принц автоматически воспринял это как флирт.

Осенняя погода сегодня была довольно бодрящей. Дул легкий, чрезвычайно приятный ветерок. Бай Сянсю смотрела на вид через крошечное окно в своем экипаже. В этот момент всё, что происходило на поле боя, казалось ей просто сном. И всё же теперь это её драгоценные воспоминания. Она никогда не забудет о храбрости безымянных героев. Их доблестные жертвы никогда не будут забыты.

«Ты хочешь вернуться в Спокойный Город?»

«Мм. Там очень приятные люди.»

«Мне тоже нравится это место. Я бы уехала в этот город и жила бы там жизнью отшельника.»

«Мм.»

«Странно, я думал, что ты хочешь, чтобы я стремился к более высокой позиции!»

Бай Сянсю повернулась к Лун Хэну. «Эта позиция — бездонная яма. Когда ты попадешь в неё, то забудешь всё о своих друзьях и семье. Ты бы бросил нас всех рано или поздно. Меня, нашего сына, старую мадам, всех.»

«Как наивно.»

«Почему наивно? Я уверена, что так и произойдет.»

«Неважно, из королевской ты семьи или из нормальной, не существует такой вещи, как семья или друзья перед лицом собственных интересов. Разве мы оба не знаем, что это правда?» Бай Сянсю посмотрела на Лун Хэна, поскольку осталась озадачена его словами. Лун Хэн мягко похлопал её по голове и сказал: «Ты не видела ещё много отвратительных вещей, потому что раньше была просто наложницей … Но скоро ты всё поймешь, ведь они точно покажут тебе свое истинное лицо. Ты не представляешь, как бы я хотел, чтобы ты продолжала оставаться в неведении об этом факте.»

«Что… ты пытаешься сказать?» По какой-то причине Бай Сянсю заметила в глазах Лун Хэна намек на грусть. Она никогда не думала, что он действительно станет грустить из-за чего-то.

«Ты должна знать, что у меня нет никого, кроме тебя, матери и Лина. Тоже самое у тебя.»

«У меня… ещё есть брат…»

«Только этот негодяй из твоей семьи относится к тебе искренне.»

«……» Что он имел в виду? Неужели что-то не так с её сердечной семьей ученых. Что значит это презрение в глазах Лун Хэна?

«Вот почему я говорю, что ты слишком наивна, ты всегда думаешь, что другие люди добрые. Если твои родители хорошие, почему они отправили тебя в мою усадьбу проводить дни в одиночестве? Я больше ничего не скажу, ты скоро сама всё поймешь.»

Бай Сянсю, похоже, всё таки кое-что поняла из этих слов. Старая мадам взяла всех четверых наложниц ещё до того, как Лун Хэн вернулся с поля битвы, и хотя это выглядело как хороший вариант для жизни, но существовало высказывание, что лучше быть женой бедного человека, чем наложницей богатого. Она первенец законной жены, но её отправили в усадьбу, как одну из наложниц. Похоже, родители изначальной владелицы этого тела не особо её любили. Не говоря уже о том, что они не приходили даже навестить её за столь длительный периода времени. Они прислали ей несколько подарков после рождения маленького принца, но так и не посетили её.

Тогда она думала, что её семья такая заботливая. Они воздержались от поездки к ней, потому что не хотели ставить её в неловкое положение, верно? В конце концов, к наложницам обычно не относились с большим уважением. Разве они просто не хотят меня видеть? Мх. Может, Лун Хэн слишком много думает.

Атмосфера в экипаже на мгновение остыла, но, к счастью, вскоре они прибыли в павильон приёма посетителей в восточном углу дворца. Здесь собрались все: мужчины прыгали верхом на своих лошадях, а женщины сидели в экипажах, ожидая поездки на охотничьи угодья восточной горы.

Тем не менее, проблема появилась уже здесь. Лун Хэна вынесли из кареты, уложив на мягкие носилки. Тогда Бай Сянсю обнаружила, что её муж действительно знает, как нужно притворяться. Его лицо было символом слабости, и когда он лежал там, это действительно выглядело так, будто он перенес серьезную болезнь.

Окружающие, естественно, пришли спросить о его здоровье и высказать слова утешения. Сначала император пришел в восторг, а затем засомневался. Он радовался, что Лун Хэн наконец получил по заслугам. Похоже, ему понадобится как минимум месяц, чтобы прийти в себя. Но затем в голове стали всплывать противоречивые мысли, ведь поступок Лун Хэна громко и ясно утверждал, что император бессердечный человек, который не знает, как относиться к другим по-доброму. Лун Хэн серьёзно болен, но он всё равно заставлял генерала его сопровождать. Это явно усложняло Лун Хэну жизнь!

Поэтому император нахмурился и утешил Лун Хэна несколькими словами, сказав, что он может оставаться внутри и не должен выходить на улицу. Лун Хэн естественно согласился. Было бы трудно, если бы император хотел заставить его спуститься. Он не будет шутить со своим здоровьем.

Императрица не сопровождала их в этом походе. Старая мадам, естественно, тоже не могла прийти, так как была её гостьей. Зато пришли все наложницы императора. Всего около десяти экипажей, заполненных примерно семнадцатью наложницами или девушками, имевшими отношения с императором. Бай Сянсю не переставала качать головой, когда увидела количество экипажей. С императором точно всё в порядке, зачем ему так много женщин?

Тем не менее, Лин Цяньцзи также была здесь. Бай Сянсю ещё вчера получила об этом известие. Эта женщина на самом деле всё ещё хотела ей отомстить и размышляла о многих планах. Но, к сожалению для неё, Бай Сянсю всё слышала, хотя и не упоминала о них Лун Хэну, чтобы он не беспокоился. Она ждала, когда Лин Цяньцзи впадет в замешательство. Я просто не понимаю, ты маленькая девочка, которая только что сделала аборт. Какой смысл выходить на такую утомительную прогулку? Она также, вероятно, не знает, что стала для кое-кого обычным пушечным мясом. Кто-то просто использует её во всем этом. И этот человек, вероятно, тоже сегодня здесь. Бай Сянсю чувствовала, что встретит сегодня немало врагов.

Император сначала ехал в своем паланкине и пересел на коня только когда свита покинула столицу. Он подсознательно бросил взгляд на Бай Сянсю. Это неоспоримый факт, что мужчины любят смотреть на красавиц, не говоря уже о легендарной красавице. Были те, кто её ненавидел, и те, кто её любил. Одни желали ей смерти, а другие жалели её. И это всё девушки имперского гарема, некоторые из которых новые наложницы императора, а другие — вдовствующие супруги предыдущего.

Неожиданно, когда они все размышляли над своими мыслями, из кареты высунулась бледная, нежная рука. Она держала флягу с водой, но потом с силой бросила её Лун Хэну. Тот поймал её и сделал глоток воды.

Супружеская пара любила друг друга. Этого довольно обычного движения было достаточно, чтобы понять, что женщина внутри экипажа любила немного поиграть. Она могла бы приказать слугам передать флягу, но решила бросить её сама, и сделала это под очень низким углом. Она явно хотела подразнить Лун Хэна! Надо признать, что хотя эти чопорные дамы выглядели скромно, они не такие живые, как столь игривая женщина. Таких женщин в имперском гареме очень мало. Даже чрезвычайно соблазнительная Лин Цяньцзи обычно была довольно скучным персонажем.

Группа двигалась в направлении северной горы, путешествуя с большой пышностью и достоинством. Королевское окружение хвасталось даже лошадьми с красным мехом. Сегодня Бай Сянсю на самом деле открылись глаза на некоторые вещи, пока она занималась обустройством лагеря после восхождения на гору.

Каждый дом разбил лагерь в соответствии с инструкциями дворцовых слуг. Поскольку принц Ронг не пришел, самым высоким по званию после императора считался принц Ли. Поэтому их лагерь находился прямо рядом с имперским, на второй по высоте позиции. После них шла семья Лин, так как теперь они были родственниками императора!

Министр Лин чувствовал себя вполне оправданным. Его собственная дочь теперь Благородная Леди, и он слышал, что повышение её положения это только вопрос времени. Как он мог этому не радоваться? Снова взглянув на Лун Хэна, он ещё раз убедился, что его дочь была совершенно права, не выбрав его. Принц Ли всего лишь пешка, от которой император мог избавиться в любой момент! Посмотрите на него сейчас, как он служит его дочери и зятю!

Лагерь разбили довольно быстро, и Бай Сянсю также привела в порядок карету. После прибытия всем дали время отдохнуть, поэтому она и Лун Хэн немного посидели в палатке, прежде чем отправиться в путь после соответствующего сигнала.

На этот раз они должны были ехать верхом на лошадях, будь то мужчины или женщины, а несколько дворцовых и личных слуг следовали за ними с разными вещами первой необходимости. Они также собирали все трофеи с охоты и готовили их к обеду.

Лун Хэн не мог ехать, поэтому лежал на подстилке, и его несли четыре человека. Поднятие наложницы в статус на жены, как правило, становилось предметом насмешек, но увидев энергичную и привлекательную фигуру Бай Сянсю, все почувствовали, что избиение принца Ли того стоило.

Сун Цзяоюэ, в частности, чувствовал, как кошка сильно царапает его сердце, и он не мог успокоить свои эмоции в течение очень долгого времени.

Он остро чувствовал насколько он беспомощен, даже больше, чем Юй Куан. Хотя главе Вулин она тоже нравилась, он смог снять с себя эмоциональную ношу, что легла на его плечи и вернулся в Вулин, как только увидел, что она благополучно вошла в усадьбу.

Но что насчет Сун Цзяоюэ? Он всегда хотел увидеть её снова и не мог полностью отпустить, но никогда не знал, что сказать, когда, наконец, встречал её, поэтому лишь молча смотрел издалека.

Бай Сянсю прошла экстренное обучение по верховой езде за время пребывания в Спокойном городе. По правде говоря, ей пришлось учиться так быстро, как только это было возможно, но зато теперь она сидела на коне ровно и красиво. Как с ней могли сравниться обычные женщины? Прибавьте к этому её чистую, аккуратную внешность и прекрасный лук, свисающий с её седла, её красивое и безупречное лицо вызывало восхищение и зависть независимо от того, как на неё посмотреть.

Наиболее очевидно это казалось Лин Цяньцзи. Сегодня она была одета в белое и выглядела довольно жалкой после выкидыша. В конце концов, она — главная героиня, как бы она не рисовала глаза(?), когда выглядела такой жалкой? Но… действительно ли уместно было одевать всё белое?* Бай Сянсю игнорировала её свирепый взгляд и шла рядом с носилками Лун Хэна. (* — по китайским обычаям во время траура носят все белое. Лин Цяньцзи обращала внимание на тот факт, что она оплакивает своего ребенка, ребенка, для которого император отказался стать отцом)

«Она, вероятно, собирается что-то предпринять против тебя, будь осторожна.»

«Я в курсе, не волнуйся. Я очень хорошо знаю, что она хочет сделать.» Бай Сянсю чувствовала себя совершенно уверенно. Мои «жучки» невероятно хороши для подслушивания, и они абсолютно естественны, без каких-либо вредных побочных эффектов. Даже если их найдут, никто не узнает, для чего они используются. Люди просто подумают, что это ароматическая сумка, используемая для снятия проклятия! Всё как-то закончилось тем, что Бай Сянсю прошла рядом с Лин Цяньцзи и, подсознательно оглядевшись, не заметила среди сопровождающих женщин ни одной горничной с вуалью. Су Юнь не пришла? Какое странное чувство, но это тоже имеет смысл, поскольку она не из тех, кто заходит далеко в поисках мести. Она очень хорошо понимает, как использовать других. И всё же, почему она раньше помогала Лин Цяньцзи, но не появилась сегодня?

«Мои поздравления, Принцесса-супруга Ли. Вы наконец получили то, что хотели,» — с улыбкой сказала Лин Цяньцзи, но её голос был наполнен явным сарказмом.

«Это всё благодаря милости императора.» Думаешь я не знаю, как говорить красивые слова? Это просто состязание тех, кто притворяется самым добрым и воспитанным. Я всё время притворялась. Пфф!

«Посмотрите на себя, страдающую под стихиями сразу после возвышения. Супруга Ли, вы очень добродушна, раз не жалуетесь.»

«Леди шутит. Если даже такая элегантная Благородная Леди, как вы, не жалуется, какое право имеет выбирать такой человек, как эта супруга? Кроме того, сегодня бриз освежает, а пейзажи радуют глаз. Это вполне подходит для игр.»

«Действительно, немного скучно просто ездить на лошадях с такими прекрасными пейзажами вокруг.» Сказав это, Лин Цяньцзи подшпорила лошадь вперед, подъехала к императору и пробормотала несколько слов.

Император протянул руку, и конвой немедленно остановился. Вскоре евнух заявил пронзительным голосом: «Император отдал приказ, что просто ехать верхом слишком скучно для осенней охоты. Поэтому благородная леди Цян предложила, чтобы дамы из каждой семьи провели соревнования. Тот, кто первым собьет (к сожалению не указано что именно), получит нефритового коня. Эту лошадь предложили нам как дань от варваров и она весьма ценная. Также победительница получит золотую шубу, сокровище покойного императора. Зимой в ней тепло, а летом прохладно.»

При упоминании этих двух вещей сузились даже глаза Лун Хэна. Бай Сянсю тихо спросила: «Они правда хороши?»

«Очень, особенно золотая шуба. Она непроницаема для лезвий и копий. Это действительно настоящее сокровище.» После разговора он взглянул на Бай Сянсю и заметил, что её глаза сверкают. В них было написано — Я хочу это!! Лун Хэн слегка покашлял, ведь это было слишком очевидно. Он не мог не напомнить ей: «Будь осторожна с ловушками.»

«Конечно там будут ловушки, но я хорошо подготовлена. Лун… Ваше Высочество, вы мне доверяете?»

«……»,да, но я волнуюсь. Однако, Лун Хэн был не из тех, кто мог сказать столь сладкие слова, особенно когда вокруг так много людей.

«Я буду осторожна, но и вы тоже!» Бай Сянсю смогла шагнуть вперед со всей смелостью, только потому что за ней стоял такой щит. Благодаря вниманию и заботе этого мужчины ранее трусливая Бай Сянсю укрепила свою уверенность, и даже чувствовала, что за эти дни она ещё немного окрепла. Ну, мы живем только один раз! Я бы не стала такой, если бы не всё то, что я пережила, верно?

«Кто-нибудь примет участие?» — закричал евнух. Однако многие дамы даже не умели правильно сидеть на лошадях, не говоря уже об участии в соревнованиях!

«Я!» Бай Сянсю впервые так громко выступила перед другими. Её голос прозвучал на удивление свежо. В нём не было ни капли хрипоты. Надо признать, что её голос действительно звучал восхитительно, и даже её саму это на мгновение отвлекло. Полагаю, теперь мне не нужно притворяться всю оставшуюся жизнь! Видимо, даже женщины из древних времен могли жить с высоко поднятыми головами. Неудивительно, что главная героиня в романе вышла из-под контроля и взволновала своими выходками целый город. Она поняла, что у неё есть мужчина, который любит её и всегда будет стоять за её спиной. Вот почему она была такой бесстрашной. И теперь этот мужчина стоял позади Бай Сянсю. Это просто чудесное чувство.

Неописуемо ошеломляющая женщина медленно подвела свою лошадь вперед, пока толпа смотрела на неё с нескрываемым удивлением. Её одежда трепетала на ветру, а голубой цвет почему-то казался даже более чистым, чем белая одежда благородной леди Цян.

Бай Сянсю гордо вышла вперед, но выражение её лица казалось ненормально спокойным и бесстрашным. У всех загорелись глаза, словно перед ними распустился редкий цветок. Даже император, видевший за свою жизнь бесчисленных красавиц, тоже прищурился. Его сердце стало бешено колотиться, ощущая, что как мужчина, он провел много лет в пустую. Он думал, что в этом мире нет идеальных женщин. Даже у такой красавицы, как Лин Цяньцзи гулял ветер в голове. Он понятия не имел, о чем она думает.

Она никогда не улыбалась, и сначала он находил её потребность в защитнике довольно привлекательной, но со временем почувствовал, что у неё действительно не так много мозгов. Единственными мыслями, которые она обсуждала каждый день, кроме любви и отношений, была ненависть. Какой мужчина мог любить женщину, которая день за днем думала только о мести? Он понимал это, даже если она ничего не говорила.

А вот умные женщины не были приятны для глаз. Взять к примеру, Су Юнь, она сообразительная, и в её характере есть элемент дикости, который заставлял желать покорить её, но одно дело — смотреть на неё, когда она в вуали, и совсем другое, когда вуаль снята, это  просто отвратительно. Поэтому, даже если она и нравилась императору, он не проводил с ней много времени.

Хотя, в конце концов, это не имело большого значения, это всё же отразилось на его сердце. Император думал, что это всё, на что способны женщины их мира, но этот проблеск Бай Сянсю заставил его веру сломаться. Первая красавица столицы, любимая наложница принца Ли, любимая женщина Сун Цзяоюэ и предмет обожания большинства мужчин. Умная, красивая женщина, которой даже удалось спасти своего мужчину. Он думал, что слухи преувеличены, но теперь лишь сожалел, что встретился с ней слишком поздно.

Эта фигура в голубом, казалось, запечатлелась в его сердце, как только появилась. Он не мог забыть её, как бы ни старался. Даже евнух рядом с ним несколько раз позвал императора, не получив ответа. Только когда она посмотрела на него с одухотворенным взглядом, он внезапно пришел в себя: «Давайте начнем!»

Для участия в соревнованиях выбрали пять молодых женщин. Некоторые из них были дочерьми важных чиновников, а остальные молодые жены. Одна конкретная женщина являлась женой генерала, которого тайно поддерживал император.

Её фамилия Юэ, и её целью здесь была Бай Сянсю, поэтому она разожгла огонь соревнований, как только прибыла. Но Бай Сянсю её не боялась. Она закалена огнями поля битвы! Почему ей боятся нескольких женщин из внутренней резиденции?

Когда евнух призвал начать гонку, их шесть коней бросились вперед. Они ехали не особо быстро, так как это не соревнование в навыках верховой езды, и, кстати, удивительно, что у Лин Цяньцзи тоже оказались некоторые навыки. Она совсем не отставала от Бай Сянсю. Бай Сянсю терпеливо выжидала подходящего момента для своей ловушки, поэтому не хотела тратить усилия на то, чтобы загонять туда добычу, ведь они сделают это вместо неё.

Когда они проехали около одного километра в глубь леса и скрылись от толпы, Лин Цяньцзы внезапно закричала от боли. Все собрались вокруг неё, чтобы спросить, что случилось. Она схватилась за живот: «Ничего особенного, у меня просто кружится голова. Вы все можете продолжать. Принцесса-супруга Ли, вы согласитесь сопроводить меня к реке, чтобы я могла умыться?»

Началось. Бай Сянсю ничего не сказала, и Лин Цяньцзи продолжила: «Принцесса-супруга Ли, наши прежние недовольства рассеялись после того, как мы вошли во дворец, вы всё ещё вините меня?»

Мадам Юэ тоже воспользовалась этой возможностью: «Принцесса-супруга Ли, вы ведете себя довольно неуместно. Благородная леди Цянь, в конце концов, находится в высшем статусе от вас, вы — всего лишь её слуга. Как вы можете проявлять к ней такое неуважение…»

«Довольно, показывайте путь, благородная леди Цянь!» Бай Сянсю повела свою лошадь вслед за Лин Цяньцзи к берегу реки, пока она говорила. Осенние листья на берегу делали сцену довольно мрачной и пустынной. Вокруг было немного скользко, и так как прогулочные туфли не отмечались большим сцеплением, им пришлось пробираться к берегу очень осторожно.

Лин Цяньцзи наклонилась и с трудом выплеснула немного воды, но выглядела немного нерешительной. Она с жалостью протянула руку к Бай Сянсю: «Принцесса-супруга Ли, не могли бы вы мне помочь? Будет очень плохо, если я упаду.»

«В самом деле, что бы мы тогда делали!» Разве не ты хочешь упасть, а затем сказать императору, что я тебя толкнула? Мадам Юэ станет твоей свидетельницей и будет настаивать на суровом наказании, потому что у тебя есть доказательства. Что касается причины, ты будешь утверждать, что это потому, что ты была невестой принца Ли!

Ха, впечатляет, что ты смогла придумать такой вышибающий мозги способ. Но мне нужно только вбить ключ в одну часть твоих планов, чтобы разоблачить столь ювенильный трюк как детскую игру. Причина, по которой она всё это знала, заключалась в естественном устройстве прослушивания Бай Сянсю. Это помогло ей узнать замысел Лин Цяньцзи. Иначе, леди могла бы действительно преуспеть. Лин Цяньцзи оставалось винить себя только за такой дрянной план. У него слишком много недостатков.

Мадам Юэ сейчас испытывала недомогание. Бай Сянсю одолжила одного из скрытых охранников Лун Хэна и поручила ему найти кролика, чтобы напугать её лошадь. Что касается Лин Цяньцзи, то она собиралась окунуться в воду.

Бай Сянсю и не думала её останавливать. Она просто наблюдала, как Благородная Леди красиво падает в реку. Вид маленького белого лотоса, стоящего в осенних водах, действительно был очаровательным зрелищем. Но… ты бросаешься в холодную воду сразу после выкидыша. Что не так с твоими мозгами?

«Принцесса-супруга Ли, зачем вы это сделали?» Лин Цяньцзи автоматически включила режим белого лотоса и с сожалением посмотрела на Бай Сянсю.

Бай Сянсю стояла на берегу со скрещенными руками, глядя на женщину в воде. Она на мгновение огляделась и подтвердила, что вокруг никого нет, прежде чем зловеще улыбнуться: «Прекратите притворяться, мисс Лин, никто не увидит ваш поступок, какой бы жалкой вы ни выглядели.»

«Что? Что вы имеете ввиду?»

«О, я имею ввиду многое. Я собираюсь научить вас сегодня, что значит месть!» У Бай Сянсю тоже есть характер. Сколько можно терпеть эти периодические акты мести от кого-то вроде Лин Цяньцзи? Она сама прыгнула прямо в воду и, не задумываясь, дернула Лин Цяньцзы за волосы, яростно избивая её, но при этом сохраняя мертвую хватку на волосах.

Лин Цяньцзи была потрясена до потери сознания. Она никогда не видела такой жестокой женщины; Бай Сянсю казалась даже сильнее кричащей блудницы на улицах! Она прыгнула в воду и начала бить Лин Цяньци, не говоря ни слова, даже не позволив последней вскрикнуть. Но не только она, скрытый охранник, посланный, чтобы защитить Бай Сянсю, тоже от шока чуть не свалился со своего места на дереве.

Он простой охранник, но один из тех, кто путешествовал в Спокойный город. Он всегда думал, что Принцесса-супруга Ли — возвышенная женщина, достойная большого уважения. Она красива, умна и добросердечна. Первоначально он чувствовал, что сегодня ему придется отдать за неё свою жизнь, чтобы никто ей не навредил, но только что ситуация перевернулась с ног на голову.

Теперь она причиняла боль другим. Жалкая мисс Лин теперь выглядела совсем растрепанной, её волосы были в полном беспорядке, когда её держали лицом вниз в воде, не в силах избежать побоев, что наносила Принцесса-супруга его семьи. Охранник хлопнул в ладоши перед своим лицом. Эта сцена была слишком впечатляющей, чтобы на неё смотреть!

«Помогите!! Ааа… помогите!» Лин Цяньцзи наконец-то вспомнила, как звать на помощь, но Бай Сянсю лишь холодно фыркнула: «Можешь продолжать кричать, никто не придет, даже если ты охрипнешь.»

«Почему это предложение звучит так знакомо? Должно быть, она где-то его слышала.» Задумался скрытый телохранитель. Погодите. Разве не так мужчина говорит женщине, когда навязывается ей? Может, принц однажды принуждал принцессу-супругу к близости? Он не продолжал смотреть, ведь он профессиональный скрытый телохранитель, а не извращенец. Закрыв лицо руками, ему понадобилось некоторое время, чтобы смириться со сценой перед ним. Иначе он никогда не смог бы идти в ногу с принцессой-супругой своего дома.

Однако разве эта женщина не умрет, если принцесса-супруга продолжит её вот так избивать? В конце концов, она всего лишь избалованная наложница. Нет. Принцесса-супруга тоже избалованная хозяйка дома! Однако принцесса-супруга продолжала избивать другую женщину довольно долгое время. Охранник не слишком беспокоился о том, что она может умереть, но найти оправдание черному синяку под глазом и ушибам на щеках это другой вопрос!

Но вскоре время доказало, что охранник зря беспокоился. Когда принцесса-супруга поднялась на берег, он заметил, что на лице ныне вялой Благородной Леди Цянь не было ни одной маленькой царапины и вздохнул с облегчением. Теперь он мог доложить обо всём принцу. Но какой отчет он должен сделать?

Стоит ли ему упоминать, как принцесса-супруга внезапно превратилась в жестокую тигрицу и избила Благородную леди Цянь до такой степени, что та не могла встать? Никто бы ему не поверил, если бы он это сказал! Кроме того, он должен подумать о том, как помочь принцессе-супруге не вляпаться в неприятности. Скрытый телохранитель просто не знал, что ему делать.

Что касается Бай Сянсю, то она уже поправляла свою одежду, жадно хватая ртом воздух. От напряженных движений её маленькое лицо покраснело, заставив выглядеть так, словно она переполнена энергией. Она посмотрела на Лин Цяньцзи, ползающую по земле рядом с ней, и засмеялась: «Благородная леди Цянь, пожалуйста, отдохните немного. Я пойду звать на помощь.»

Бай Сянсю немедленно села на лошадь и уехала. Лин Цяньцзи знала, что ей будет нехорошо, если Бай Сянсю вернется раньше, чем она, поэтому немедленно закричала: «Подождите минутку…». Однако борьба за попытку спастись от избиения, забрала у неё всю энергию, от чего она просто рухнула на землю. Ей потребовалось много времени, чтобы снова подняться на ноги. Именно в этот момент перед ней появилась пара туфель. Их явно носил мужчина. Вздрогнув от удивления, она подняла голову, и по её щекам сразу потекли слезы: «Юньчжэн, это ты…»

Ло Юньчжэн нахмурился, увидев в каком она состоянии.

«Юньчжэн, ты пришел ко мне? Я… я была слишком своевольной и оставила тебя. Но, пожалуйста, помогите мне. Убей Бай Сянсю и отомсти за нашего ребенка!»

«Хах? А разве это не ребенок Дуань Юньиня? Когда он снова стал моим?»

«Я никогда не говорила такого. Он был твой…»

«Мой? Ты хочешь, чтобы я повторил твой разговор с Дуань Юньинем? Сам будучи вором, я никогда не просил тебя быть честной и чистой. И никогда не буду винить тебя, если он навязывал тебе наркотики. Но ты… ты на самом деле сказала ему, что ребенок определенно не мой, так как ты испытывала лишь отвращение, когда была со мной.»

«Ты… слышал нас?»

«Да. Ты и Дуань Юньинь встретились перед его кончиной. Ты умоляла его забрать тебя, но он этого не сделал, поэтому ты и сказала, что ребенок от него, но он всё равно отказался тебя забрать.»

«Нет… я просто… не хотела уходить из дома. Я хотела, чтобы он отвел меня домой. Жизнь, бурлящая вокруг Цзянху, меня не устраивает. Ты это знаешь»

«Это правда, поэтому я приготовил для нас место, где мы могли бы жить спокойно до конца своих дней. К сожалению…»

«Ты правда это сделал? Клянусь, я этого не знала! Юньчжэн, ты должен мне верить! Ребенок определенно твой, и Бай Сянсю его убила, бросив на землю! Ты должен отомстить за него!»

«Как занятно. Я привык тебе верить. Я воспринимал всё, что ты говорила, как чистую правду. Но понял, что ты не заслуживаешь моего доверия, когда увидел тебя насквозь. Как тебе можно верить, если ты сама не уверена в своих чувствах?» Ло Юньчжэн убрал ногу от её рук и медленно прошел мимо.

«Юньчжэн. Разве ты здесь не для того, чтобы забрать меня? Я могу уйти с тобой, если ты поможешь мне убить её.» Лин Цяньцзи встала на колени, как будто придумала новый план.

Шлеп! Не выдержав, Ло Юньчжэн обернулся и ударил её по лицу, от чего она снова упала на землю.

«Лин Цяньцзи, ты не дорожишь тем, что имеешь, и продолжаешь искать вещи, что тебе недоступны. Можешь воспринимать эту пощечину, как попытку разбудить тебя. Я, Ло Юньчжэн, не твой питомец и не собираюсь исполнять твои прихоти. Наша встреча сегодня, это всего лишь совпадение. Я просто проходил мимо.» Сказав всё, что хотел, он действительно ушел, и даже не оглянувшись, исчез среди деревьев.

«Нет! Юньчжэн! Я люблю тебя! Правда люблю!» Лин Цяньцзи когда-то искренне любила Ло Юньчжэна. Однако цель её чувств вскоре переместилась на Дуань Юньиня, когда Ло Юньчжэн начал строить с ней отношения. Она никогда не думала, что в конце концов они оба её покинут. Один оставил её, так как больше не доверял, а другой просто ею воспользовался. Она никогда бы не покинула Ло Юньчжэна, если бы знала, что Дуань Юньинь такой ублюдок. По крайней мере, Ло Юньчжэн относился к ней искренне.

К сожалению, он уже её оставил, и она никак не могла его догнать, даже если бы и попыталась. Вскоре прибыла толпа людей и бросилась к ней. Одна из дворцовых горничных помогла Лин Цяньцзи встать, но вскоре поняла, что благородная дама мокрая с головы до ног. На её лице даже был очевидный отпечаток руки. Бай Сянсю тоже охватил шок, заметив этот отпечаток. Кто, черт возьми, мог её ударить, когда я ушла за помощью? Этот человек специально хотел сделать меня козлом отпущения?

Лин Цяньцзи расплакалась и, указав пальцем на Бай Сянсю, закричала: «Вы злая женщина! Почему вы толкнули меня в воду, а потом ещё и избили! Чем я вас обидела?»

«Эхх… Когда это я вас избивала? Не я ли вытащила вас из воды, когда вы упали? Благородная леди Цянь, почему вы ложно обвиняете меня в этом?»

«Отлично! Тогда мы будем искать справедливости у императора.»

«Конечно. Пожалуйста, продолжайте.» Если хочешь начать бурю, сделай это! Я не боюсь легких неприятностей.

Лин Цяньцзи последовала за толпой и прошла прямо к императору. Бам! Она упала на колени, а с её глаз начали хлынули слёзы, как весенний дождь.

На мгновение император был поражен: «Что случилось? Разве вы не упали в воду? Откуда этот след?»

«Это всё принцесса-супруга Ли! Она толкнула эту наложницу в воду и даже избила меня!»

«Что? Принцесса-супруга Ли, это правда?» Император чувствовал, как дрожит его сердце. Лин Цяньцзи была красавицей, но сейчас её волосы невероятно грязные, а одежда полностью растрепана и в ужасном состоянии. В её облике не было ни капли красоты, когда она стояла перед ним на коленях.

С другой стороны, Бай Сянсю выглядела совершенно по-другому. Она тоже промокла, но только до пояса. Её внешность не сильно изменилась, поскольку её одежда для верховой езды не была такой широкой и свободной, как обычное платье. Фактически, это даже более четко показало контуры её тела. Ни одна прядь волос не казалась неуместной. Они были немного влажными, но это только делало её более соблазнительной, когда вода медленно капала с её волос. Стоя на коленях перед императором, её фигура очень радовала глаз.

Лун Хэн выглядел спокойным и сдержанным. Из его уст не вышло ни одного слова жалобы. Однако ему чрезвычайно не нравилось выражение лица императора. Глаза этого мужчины задерживались на теле Бай Сянсю слишком долго. Было очевидно, что у него всплывали недобросовестные мысли. Лун Хэн, крепко сжал кулаки на спрятанных в рукавах руках. Он начал сожалеть о том, что взял Бай Сянсю с собой. Но, к сожалению, теперь она принцесса-супруга Ли и рано или поздно ей пришлось бы столкнуться с такими вещами.

Лун Хэн сжал кулак ещё сильнее. Внезапно вернулся скрытый охранник, следивший за Бай Сянсю и встал рядом с Лун Хэном с ошеломленным выражением на лице. Лун Хэн вопросительно поднял брови переведя взгляд на него. Он хотел, чтобы охранник рассказал, почему Лин Цяньцзи избита. Тот повернулся к Лун Хэну и его пальцы задвигались с невероятной скоростью. Эти жесты означали, что нескольких предложений будет недостаточно, чтобы охватить всю историю. Что случилось? Почему рассказ такой длинный?

Лун Хэну оставалось только продолжать наблюдать со стороны. Не вставая с земли, Бай Сянсю прямо сказала: «В ответ Вашему Величеству, я не толкала её в воду.»

«Жена этого простолюдина может выступить свидетелем в поддержку благородной леди Цянь. Принцесса-супруга Ли, должно быть, толкнула её в воду. В конце концов, между ними никогда не было хороших отношений.» Мадам Юэ на самом деле пришла давать показания? Но когда та закончила говорить, Бай Сянсю сразу же рассмеялась.

«Что тут смешного?!» — закричала мадам Юэ.

«Ничего. Просто мадам Юэ меня невероятно впечатлила. Я и не знала, что вы ясновидящая. Как вы можете знать, толкнула я её в воду или нет? Вас ведь там даже не было! Эти дамы могут это засвидетельствовать.» Бай Сянсю указала на дам, которые тоже казались немного озадаченными. Их лошади испугались, поэтому, хотя мадам Юэ предложила разыскать этих двоих, их скакуны убежали довольно далеко. К тому времени, как они вернулись, кто-то уже спас благородную леди и принцессу-супругу. Откуда у них могло появится время смотреть на реку, когда они были сосредоточены на попытках восстановить контроль над лошадьми? Более того, это произошло слишком далеко, чтобы на самом деле увидеть, что происходило.

«Но… это правда, что вы никогда не были в хороших отношениях.» Мадам Юэ теперь пыталась исказить свои слова и логику. Она решила помочь Лин Цяньцзи, потому что они были близкими друзьями ещё до того, как она вышла замуж. К сожалению, из ниоткуда выпрыгнули несколько кроликов и напугали их лошадей как раз в тот момент, когда она собиралась прибыть к реке. Она бы упала с лошади и поранилась, если бы не знала, как правильно ездить.

«Как мы можем быть в плохих отношениях? В то время мисс… Благородная леди Цянь захотела умыться у реки и попросила меня сопровождать её. Она могла бы попросить любую из вас. Почему она попросила именно меня сопровождать её, если мы в плохих отношениях? Зачем кому-то просить врага сопровождать его в такой ситуации? Так поступит разве что безумец, разве нет?» Характер Бай Сянсю теперь немного изменился по сравнению с тем временем, когда она впервые появилась в этом мире. Раньше она старалась не высовываться, но теперь стала немного более доминирующей. С этим ничего не поделаешь; вокруг неё кружилось слишком много хитрых и лживых людей. У неё не оставалось выбора, кроме как стать сильнее.

Сун Цзяоюэ разразился смехом, хотя не должен был издавать никаких звуков в толпе. Однако то, как она использовала свои руки, чтобы подчеркнуть аргументацию, казалось слишком забавным. Вскоре вся толпа последовала его примеру и тоже разразилась смехом. Принцесса-супруга Ли представила очень хороший аргумент в свою защиту. Хотя для этого она выбрала немного вульгарные слова, но это было очевидно из-за разочарования.

Лин Цяньцзи сразу поняла, что её план пошел по ужасно неправильному пути. Это всё вина Бай Сянсю, что она разыграла такую нелогичную сцену! Она стиснула зубы и сказала: «Это неправда. Я только хотела лучше познакомиться с принцессой-супругой Ли, так как она больше не наложница. Ведь в будущем мы определенно будем часто встречаться.»

«Благородная леди Цянь, должно быть, слишком много думает. Вы проживаете во дворце, а я всего лишь простолюдинка. Как мы можем часто встречаться?» На лице Бай Сянсю появилась легкая ухмылка, из-за чего цвет лица Лин Цяньцзи стал ещё более пепельным.

«Я пытаюсь сказать, что я делала это только ради Его Величества. Но я никак не ожидала, что вы толкнете меня в реку и даже… побьете в воде!»

«Где доказательства?»

Выкрикнул скрытый охранник из толпы. Он здесь основной свидетель! Тем не менее, его иллюзии сейчас продолжали лежать в разбитых осколках вокруг его ног.

Лин Цяньцзи снова начала плакать. «Ушибы на моем теле — вот основное доказательство! И… также вот этот, на моем лице.» После она подняла руку и указала на отпечаток руки, который Ло Юньчжэн оставил на её щеке. Она никогда не думала, что его бессердечие ей поможет. Это был довольно странный поворот событий.

Выражения на лицах окружающих изменились сразу после того, как они увидели отпечаток руки на её лице, в том числе и принца Ли. Император тоже нахмурился и холодно заметил: «Принцесса-супруга Ли. Вы единственная, кто сопровождал её в то время. Или вы хотите сказать, что она сама себя избила?»

«Всё может быть. Кто сказал, что она этого не сделала?» Фыркнул кто-то из толпы, и все снова взревели от смеха.

Император оставался спокойным. Глубоко внутри он искренне чувствовал, что она заслуживает пощечины, ведь это её собственная вина, что её репутация разрушена. Но, неожиданно вперед вышел Министр Лин и упал на колени. «Ваше Величество, пожалуйста, будьте справедливым к моей дочери! Теперь она часть королевской семьи, и это всё вина вашего верного слуги что не воспитал её как следует. Разве то, что принцесса-супруга Ли избила мою дочь, не достаточное доказательство того, что она вас не уважает?»

Император снова оглянулся на Бай Сянсю. По какой-то причине он искренне хотел услышать, что она собирается на это ответить. Тем не менее, всё, что он увидел, это только хмурое выражение, с которым она казалась очень жалкой и восхитительной. Затем она громко чихнула и ответила с улыбкой, слегка фыркнув: «Она никак не могла сама себя ударить.»

«Почему вы так считаете?» Императору стало любопытно. По какой причине она сказала, что мисс Лин не могла себя ударить?

Бай Сянсю указала на её лицо: «Если бы она ударила себя по лицу, большой палец был бы направлен вниз, а не вверх.»

Все тайно похвалили Бай Сянсю за её острый ум, когда поняли, насколько она проницательна. Но разве это не доказывает, что она тот человек, который ударил благородную леди? Лун Хэн покачал головой. Ему было любопытно, где она научилась всему этому, ведь её мозг практически всегда заполнен такими странными идеями.

Бай Сянсю гордилась собой. Возможно, она не читала много книг, но у неё двадцать лет накопленных знаний от просмотра телевизионных шоу! Вполне логично, что она запомнила немного трюков. На этот раз она использовала свои знания из детективных фильмов!

«Значит, это вы избили её?» Голос императора больше не звучал холодно. На самом деле он казался немного заинтересованным.

«Это просто доказывает, что кто-то ударил Благородную леди Цянь. И совсем не значит, что это была я.»

«У вас есть доказательства?»

«Конечно.» Бай Сянсю подошла к Лин Цяньцзи: «Кто-нибудь знает, в чем разница между мужской рукой и женской?»

Кто-то из толпы ответил: «У мужчин руки больше, чем у женщин, верно?»

Бай Сянсю посмотрела на ответившего и мягко улыбнулась: «Да. Вы правы.» Затем она посмотрела Лин Цяньцзи в глаза и положила руку на её щеку.

Отпечаток руки на лице Лин Цяньцзи охватил половину её лица. Лицо императора стало зеленым, прежде чем Бай Сянсю даже успела положить руку. Как он мог не позеленеть? Лин Цяньцзи, очевидно, избил мужчина. Отпечаток руки оказался значительно больше, чем рука Бай Сянсю. Императору было все равно, что Лин Цяньцзи использовала маленькие схемы для нападения на Лун Хэна и его жену. И даже не имело значения, что её схемы теперь раскрыты. Тем не менее, благородную женщину избил другой мужчина! Это было явно неуместно! Более того, человек, который её ударил, определенно не император, поскольку он всё время сидел здесь!

Итак, это означало, что сам император мог подвергнуться нападению какого-то человека! Лин Цяньцзи тоже сильно испугалась: «Нет! Ваше Величество! Это… Это…»

«Что здесь происходит? Кто тот мужчина, что тебя ударил?!» Император в гневе хлопнул по столу. В конце концов он признал поражение перед очевидным отсутствием ума у Лин Цяньцзи. Он должен был лично её ударить. Зачем придумывать схему, которую так легко раскрыть? Её некомпетентность опозорила даже его! Насколько же она глупая, чтобы сделать что-то подобное? Более того, она позволила Бай Сянсю показать её схему на глазах у всех! Это непростительно!

Император больше не собирался показывать ей свою милость. Она принесла слишком много хлопот за то, чего стоила.

Императора также интересовало ещё одно. Кто тот человек, что осмелился ударить женщину императора? Они должны быть знакомы, раз он осмелился это сделать. И потом, следуя логике, они должны быть как-то связаны…

Подумав об этом, император разозлился ещё больше. Его лицо медленно помрачнело.

Министр Лин заметил его изменение и сразу же начал просить пощады: «Ваше Величество! Пожалуйста, простите мою дочь за её глупость. Она, должно быть, только хотела отомстить, потому что не могла простить принцессу-супругу Ли за её злые дела! Пожалуйста, будьте великодушным и простите мою дочь за безрассудство!»

«Подождите минуту! Министр Лин, это звучит совершенно неправильно,» — быстро вмешался Лун Хэн. Его холодный тон немедленно снизил градус окружающей атмосферы, когда край его губ поднялся вверх, образуя улыбку.

«А что я сказал не так?» Министр Лин больше не старался сохранить с Лун Хэном хорошие отношения. Он не мог не думать, что до этого всего не дошло бы, если бы Лун Хэн просто женился на его дочери. Теперь, Лун Хэн для него просто бесполезный человек. Конечно, он хорош в военном деле, но он даже не смог уследить за своей женщиной. Тон министра Лина был немного неприятным, так как его сердце переполняли ненависть и презрение к Лун Хэну.

Император и Лун Хэн были единственными людьми, которые сидели во время всего разговора. Вокруг них витали абсолютно разные ауры, но от обеих перехватывало дыхание. «Я нашел два недостатка в её истории. Во-первых, ни один обычный человек не сможет проникнуть в охотничьи угодья императора. Они довольно хорошо охраняются. А если так, человек, избивший мисс Лин, должно быть невероятно силен. Скорее всего, даже я не смог бы с ним справиться в моем текущем состоянии. Скажите, сколько людей во дворце обладают такой силой? Кроме того, наложница из императорского гарема, возможно, могла заказать такого человека? Если это действительно подчиненный министра Лина, пожалуйста, отправьте его к нам прямо сейчас. Если он сможет победить меня в бою, я буду считать это доказательством того, что он является владельцем отпечатка руки на лице мисс Лин. Так скажите мне, министр Лин, действительно ли есть такой человек?»

Министр Лин чуть не умер от гнева. Где ему найти такого человека, который смог бы победить Лун Хэна? Он не посмел привлечь на охоту слишком много экспертов по боевым искусствам, так как боялся, что император может что-то заподозрить. Люди императорской семьи часто с подозрением относятся к другим.

Остальные министры тоже не посмели взять с собой слишком много экспертов. На самом деле, сам Лун Хэн привел только пятерых своих самых преданных охранников. Чего они не знали, так это то, что даже слуги, привезенные Лун Хэном, сами по себе были экспертами. Но об этом никто не догадывался.

«Тогда я скажу всем о втором недостатке. Извините, но когда я обижала Благородную Леди Цянь? Почему я ничего об этом не знаю?» Выражение лица Бай Сянсю показывало искреннюю обиду. Она нежно прислонилась к Лун Хэну, и казалось, могла разразится слезами или потерять сознание в любой момент.

«Бай Сянсю… Ты, подлая мерзавка!» Лин Цяньцзи, наконец, больше не смогла сдерживаться. Бай Сянсю удалось вырваться из её тщательно спланированной ловушки благодаря счастливой случайности. Император наверняка возложит всю вину на неё, когда они вернутся во дворец. Если это так, почему бы не использовать этот шанс, чтобы убить её? В любом случае это будет месть. Придя к такому выводу, она быстро сняла золотую заколку с волос и бросилась к Бай Сянсю: «Это месть за моего ребенка!»

Как могла Бай Сянсю оставаться на месте и просто ждать удара? Она немедленно отпрыгнула и стала бегать вокруг Лун Хэна. «Благородная леди Цянь, должно быть, сошла с ума! Вы сами бросили своего ребенка на землю, но почему-то решили возложить вину на меня!»

«Это явно была твоя вина! Не скрывай правду!»

Император настолько разозлился, что стали видны даже вены на его лице. Эта женщина просто невероятно его позорила. Он четко сказал ей никогда не упоминать о том, что случилось, прежде чем она вошла во дворец. К сожалению, единственными достоинствами этой глупой девки были её лицо и тело. Её мозг определенно нуждался в переделке. «Схватите её! Не дайте ей сделать что-нибудь сумасшедшее.»

В итоге, несколько дворцовых горничных побежали к Лин Цяньцзи, чтобы удержать её. Её глаза стали красными от ярости, а злость полностью исказила её лицо. Это уже не та женщина, которая была известна как элегантная и грациозная леди. Это главная героиня. Она должна была быть главной женщиной этой истории! Бай Сянсю тяжело вздохнула, и Лин Цяньцзы быстро ответила: «Вытри свои крокодиловы слезы! Рано или поздно небеса накажут тебя за убийство моего сына!»

Бай Сянсю посмотрела на Лун Хэна так, словно её сильно обидели. Она обвиняла его в том, что он только что ей ничем не помог. Лун Хэн моргнул несколько раз. Лучше позволить ей показать больше своей уродливой стороны. Она не смогла бы нанести тебе удар в любом случае.

«Ваше Высочество…»

Лун Хэн слегка покашлял. Её голос звучал уж очень кокетливо. Несколько нот казались слишком высокими!

«Почему бы вам не помочь Благородной Леди Цянь решить неопределенность в её сердце, поскольку она остается непреклонной в своем выводе, что это была моя вина? Я не хочу, чтобы всё так продолжалось.»

Голос Бай Сянсю звучал очень нежно. Он был настолько приятен на слух, что Лун Хэн не мог не прищуриться от удовольствия. Однако вскоре он вернул самообладание и кивнул: «Принцесса-супруга сделала хорошее замечание. Слуги, приведите нашего пленного.»

Через некоторое время охранники привезли на телеге жестко свяанного мужчину. Он был большой, мускулистый и довольно уродливый. По всему телу были видны следы пыток, и его ноги больше не работали. Однако, по одному взгляду на его одежду можно было легко сказать, что это солдат вражеской нации. На самом деле он вполне мог быть даже генералом. Его бросили на землю прямо перед императором. Он откинул голову назад и начал кричать: «Лун Хэн, ублюдок! Когда ты избавишь меня от этих страданий? Я больше не хочу жить!»

Его голос звучал немного грубо, так как его рот был заткнут всё это время. Никто не знал, как долго он пробыл в тюрьме. От его тела исходило отвратительное зловоние, а вокруг раны на ноге даже ползали личинки. Неудивительно, что он просил смерти, как только увидел Лун Хэна. Вероятно, ему было трудно убить себя, даже если он этого очень хотел!

Лун Хэн сказал: «Я выполню твою просьбу, но сначала сделай для меня кое-что. Просто расскажи всем историю о том, что случилось с этой женщиной от начала и до конца, не пропустив ни одной детали.»

«И всё? Хорошо. Я расскажу всё, что знаю.»

«Он… он…» Лин Цяньцзи упала на землю. Она ясно понимала, кто этот человек.

Мужчина начал говорить: «Я один из трех доверенных лейтенантов командира Лю. Впервые я увидел эту женщину, вероятно, несколько месяцев назад. Командующий Лю похитил её из столицы, подозревая, что её сын…»

«Нет! Аааааааааа…» Лин Цяньцзи боялась, что её прошлое раскроется перед всей толпой, поэтому вырвалась изо всех сил и попыталась заколоть себя в шею шпилькой. К сожалению, ей это не удалось, потому что Лун Хэн ударил по её точкам акупунктуры. Она быстро упала на землю, без возможности говорить, но способная думать.

«Продолжай.»

«Она теперь наложница твоего императора, верно?» Мужчина разразился хриплым смехом. От этого смеха императора сразу бросило в холодный пот. Он мог сказать, что этот человек смотрел на Лин Цяньцзи совсем по-другому, но не знал почему.

«Это не имеет к тебе никакого отношения. Продолжай.» Брови Лун Хэна слегка дернулись, что заставило мужчину задрожать от страха. «Командир Лю подозревал, что отцом её ребенка был его младший брат Дуань Юньинь. Однако она сразу же изменила показания и стала утверждать, что ребенок не его, когда её привели в военный лагерь. Итак, командир Лю решил разлучить мать и ребенка и заключил их в тюрьму отдельно. Именно в это время появилась другая женщина, та, что рядом с вами. Она была одета в мужскую одежду и каким-то образом сумела убить нашего стратега. Командир Лю пытал её, чтобы узнать о её сообщниках, но она не сдалась. Из её рта не вышло ни единого слова, хотя её тело было покрыто ранами.»

Лун Хэн крепко сжал кулак. Легко можно было сказать, насколько он разозлился. Другие министры также запнулись от недоверия. Они просто не могли понять, как эта хрупкая на вид женщина в голубом платье для верховой езды смогла вынести столь большое наказание.

Вражеский лейтенант продолжал говорить. «Однако, неожиданно из ниоткуда появилась эта женщина Лин, которая теперь одета в белое, держа своего ребенка на руках, в то время как командир Лю всё ещё был занят пытками. Командир Лю, конечно, пошел за ней, так как хотел оставить себе потомка своего брата. Поскольку она всего лишь женщина, чтобы поймать её не потребовалось много времени. После этого она продолжала пытаться сбежать и кричала, что брат командира не был отцом ребенка, что был… как же его звали? Точно. Это был мужчина с фамилией Ло.»

Лун Хэн сразу же взглянул на лес после того, как услышал эти слова. Вскоре на его лице появилась искривленная улыбка, когда через несколько секунд он перевел взгляд вперед. По этому взгляду Бай Сянсю могла сказать, что там кто-то есть. Она инстинктивно посмотрела на лес, но ничего не увидела.

«Эта женщина всегда вела себя, как немного сумасшедшая. Она даже не смогла удержать мальчика должным образом и подбросила ребенка в воздух, пока мы пытались её схватить. Все застыли от удивления, и никто не отреагировал вовремя. Именно в этот момент та женщина, которая теперь в синем, вышла из ниоткуда и бросилась к мальчику, пытаясь его спасти. Никто не знал, как ей удалось сбежать из оков, но она, вероятно, пряталась в темном углу, выжидая времени и возможности сбежать. Все ясно видели, как она прыгнула в воздух, но ничего не смогла поделать. Даже эксперт по боевым искусствам не смог бы спасти этого ребенка. Малыш ударился о что-то головой и сразу же перестал дышать.»

Все почувствовали, как их сердца охватил мороз. Она убила своего ребенка по ошибке. Бай Сянсю тоже выглядела немного ошеломленной. Похоже, она впала в ступор из-за каких-то неприятных воспоминаний.

Мужчина быстро продолжил в попытке выкупить свою быструю смерть: «Я понятия не имею, о чем думала эта женщина. О, я имею в виду женщину в белом. Она внезапно обвинила женщину в синем в том, что она убила её ребенка, и женщина в синем в ответ выкрикнула несколько очень резких слов. Я никогда в жизни не видел, чтобы женщина ругала кого-то с таким рвением. Это было так приятно для ушей! Хахаха…» Лейтенант несколько раз покашлял после смеха и продолжил. «Командира Лю очень опечалила потеря ребенка, поэтому он снова закрыл женщину в белом в тюрьму.»

«Что случилось после этого?» — спросил Лун Хэн. Он отчаянно хотел, чтобы все присутствующие, включая императора, узнали, что произошло дальше.

«После этого наступили счастливые времена для наших ребят. Отношение этой женщины полностью изменилось. Она продолжала говорить о том, чтобы отомстить за своего ребенка. Я даже на мгновение подумал, что она может совершить самоубийство, но всё, чего она хотела, это убить эту женщину, ту, что здесь, в синем. Она соблазнила командира Лю, чтобы тот убил её, и даже добровольно легла к нему в постель. Но командир не проявил особого интереса к такой распущенной женщине и через несколько дней отдал её нам. Хех.»

«Это было нечто! Я никогда не забуду её вкус, даже несмотря на то, что она уже была запятнана многими другими парнями. Её тело было таким неотразимым! Она продолжала просить нас освободить её, когда мы это делали, но кто стал бы рисковать своей жизнью? Но нам стоило лишь немного к ней прикоснутся, чтобы понять, что мы влюбились в неё. Фактически, некоторые парни даже боролись за неё. Это так раздражало командира, что она снова оказалась взаперти! После этого мы её больше никогда не видели, так как наша база вскоре попала в ваши руки! Но я до сих пор вспоминаю о её теле…»

«Заткнись!…» Император так разозлился, что дрожал, чуть не упав со своего стула. Что касается министра Лина, он продолжал стоять на коленях, поскольку онемел от услышанного. Наконец он нарушил молчание кашлем, выплеснув фонтан крови и потеряв сознание.

Но Лун Хэну, казалось, было всё равно. Он махнул рукой: «Уведите министра Лина на отдых!» После этого он осторожно подтолкнул ошеломленную Бай Сянсю вперед. Она даже немного удивилась, прежде чем быстро встать на колени перед императором.

«Ваше Величество, этот человек давно мне всё рассказал на эту тему, но я хотел держать это в секрете. Однако я беспокоюсь о том, что благородная леди Цянь рано или поздно может попытаться навредить моей любимой жене, поэтому я привел его, чтобы рассказать правду всем. Моя жена не убивала сына благородной леди Цянь. Виновата сама благородная леди, но почему-то она решила попытаться обвинить мою жену. Ваше Величество, пожалуйста, примите мудрое решение.»

Бай Сянсю даже не предполагала, что главная героиня вела такую насыщенную жизнь во вражеском лагере. Изначально она думала, что мисс Лин обслуживала только извращенные фантазии командующего Лю. Он никак не мог игнорировать такое доступное мясо. Но неожиданно он решил поделиться ей с другими мужчинами! Лин Цяньцзи вообще не считали человеком. Бай Сянсю не обвиняла его в этом. Он пережил столько трудностей, чтобы найти единственного потомка своего брата, но вместо этого она бросила ребенка на верную смерть. Он мог сделать это, даже чтобы отомстить. Несмотря ни на что, вероятно, теперь это конец пути для главной героини. Императору или министру Лину будет очень трудно спасти её, даже если они захотят. Игнорируя остальные её грехи, факт, что она спала с таким количеством вражеских солдат, был оскорблением и позором невероятных размеров!

«Я понимаю. Сначала разберемся с этим человеком!» — уныло сказал император.

Пленник быстро разразился ревущим смехом. «Ты император? У меня не будет никаких сожалений, даже если я сейчас умру, зная, как хорошо я провел время с твоей женщиной… Ааааа!…»

Лун Хэн разбил ему голову, прежде чем тот смог закончить предложение. Или, скорее, он уже закончил говорить то, что Лун Хэн хотел услышать. Tхамп! Мужчина неподвижно упал на землю, мертвый.

Да, его голова разлетелась на куски. Люди, стоящие рядом либо закричали и убежали в ужасе, либо их лица стали абсолютно белыми, как у императора.

Император сказал, что сначала нужно разобраться с ним, но разве обязательно лишать его жизни таким ужасным образом? Лун Хэн забрал жизнь солдата ударом ладони, хотя между ними было расстояние в десять шагов. Лун Хэн находился всего в пяти шагах от императора и, вероятно, мог убить и его одним лишь ударом ладони. Все поняли этот факт, и никто не осмелился осудить Лун Хэна. Его способности казались просто слишком поразительными, чтобы их можно было измерить. Ладно… он показал всем свою властную сторону, но какого черта он закрыл глаза своей принцессе-супруге другой рукой? Ему наплевать на других? Разве нормально напугать всех до смерти, пока его жена останется в порядке!? Разве это подходящее время, чтобы показывать свою любовь друг другу на публике?

«Что? Что случилось?» Почему кто-то кричал? Я даже чувствую запах рвоты и слышала, как кто-то упал. Это звучало так, будто кто-то упал в обморок, но почему кто-то без причины потерял сознание? Бай Сянсю ничего не видела, поскольку её глаза покрывала большая рука. Поэтому, ей не оставалось выбора, кроме как спросить об этом.

«Ничего. Уберите здесь и уходите. Мы не должны пугать Его Величество.» Подчиненные Лун Хэна сразу же начали наводить порядок после того, как услышали его приказ. Несколько из них даже протерли траву. Никто бы не смог сказать, что всего пару минут назад здесь происходило нечто кровавое.

Люди в толпе, которые не потеряли сознание от шока, внутренне отчитывали Лун Хэна. Принц Ли, разве вы не имеете в виду, что не хотите пугать свою принцессу-супругу, когда говорите, что не хотите пугать Его Величество?

Лун Хэн, наконец, убрал руку, закрывающую глаза Бай Сянсю, когда труп убрали, и вытерли всю кровь. Первое, что она увидела, был император, размахивающий руками, чтобы они все поднялись. Что касается Лун Хэна, он, казалось, немного ослаб и прислонился к Бай Сянсю, выглядя так, будто его начали беспокоить раны.

Но толпа думала о другом. Вы только что убили человека одним ударом ладони с расстояния в десять футов! Кто поверит в это притворство!

Тем не менее, толпа быстро поняла, что кто-то всё же искренне верил Лун Хэну. «Ваше Высочество! В чём дело? Почему ваше тело стало таким холодным?» — с тревогой спросила принцесса-супруга Ли.

«Всё в порядке,» — Лун Хэн сжал кулаки. «Ваше Величество, теперь, когда истина раскрыта, вы позволите вашему преданному слуге покинуть вас?»

«Подождите, подданный Лун. Я понимаю, что Бай Сянсю сильно пострадала из-за этого случая и понятия не имел, что у Благородной Леди Цянь было такое прошлое. Ей больше не разрешается оставаться во дворце. В наказание, мисс Лин приговаривается стать рабыней. Она будет принята в усадьбу принца Ли для обучения и может быть наказана любым способом, которым вы пожелаете. Как насчет этого?»

«Ноо…»

«Тогда вопрос решен! Слуги, пожалуйста, отведите мисс Лин в усадьбу принца Ли. Более того, я уверен, что принцесса-супруга Ли скучала по молодому принцу. Завтра же сопроводите старую мадам домой!»

Продолжать Осеннюю охоту уже было невозможно. Император махнул рукой, и толпа быстро разошлась, направившись по домам. Сидя в конном экипаже, Бай Сянсю хмурилась, пока Лун Хэн помогал ей снять мокрую одежду.

«Не могу поверить, что император бросил эту горячую картошку в наши руки. Что нам теперь делать?»

«Это зависит от тебя,» — Лун Хэн воспользовался этой небольшой возможностью, чтобы полюбоваться ею и явно повеселел.

«Тогда может сделаем её твоей грелкой?»

Лун Хэн ущипнул Бай Сянсю почти сразу после того, как эти слова сорвались с её губ. Она тут же вскрикнула от боли и уставилась на Лун Хэна и его игривые руки. «Тогда что ты предлагаешь нам делать? Беда преследует её, как чума!»

Лун Хэн продолжал смотреть на неё, пока она не закончила переодеваться, а после вышел наружу и закричал: «Скажите этому человеку, который следует за нами, чтобы он присоединился к нам!»

«Какому человеку?» Бэм! Что-то приземлилось на крышу их экипажа сразу после того, как Бай Сянсю закончила говорить. Это было не слишком громко, но можно было с уверенностью сказать, что это человек.

«Ты должен был всё слышать. Почему ты продолжаешь за нами следить? Ты собираешься просить нас пощадить её? Или хочешь, чтобы мы её убили?» Голос Лун Хэна звучал немного холодно. Бай Сянсю до сих пор не понимала, с кем он разговаривал.

«Ни то, ни другое. Я просто хочу сказать вам, что я больше никак не связан с этой женщиной. Вы можете делать с ней всё, что захотите. Однако я хочу знать, где похоронен ребенок.»

Это Ло Юньчжэн! Он, вероятно, хочет сделать для малыша могилу. «Его похоронил командир Лю. Никто не знает, где именно, так что…» Бай Сянсю действительно этого не знала.

«Правда? Тогда не важно. Мне не суждено встретиться с этим ребенком даже после его смерти.»

Бай Сянсю никому не говорила, что малыш на самом деле был очень похож на Ло Юньчжэна. В этом не было необходимости, поскольку он уже мертв. Однако, она внезапно, казалось, что-то осознала. «Это ты ударил Лин Цяньцзи?»

«Да. Я никогда не думал, что это тебя заинтересует. Но как бы то ни было, ты смогла решить проблему. Теперь я уйду. Я буду в долгу перед тобой, когда мы встретимся в следующий раз в Цзянху. Я никогда бы не подумал, что ты попытаешься спасти этого ребенка.» Закончив говорить, Ло Юньчжэн подпрыгнул вверх и исчез без следа.

Среди многих мужчин вокруг Лин Цянцзы, Цзи Чжаншу был слишком слаб, но любил её всем сердцем. Однако она решила притвориться дурочкой и воспользовалась им.

Ло Юньчжэн тоже искренне любил её, но она сомневалась в этом, и всё потому, что он не любил её так, как она того хотела. В конце концов только Дуань Юньинь выполнил все её требования, но как выяснилось лишь пытался использовать её. Что касается императора, я уверена, что даже малейшая жалость к ней превратилась в дым. Бай Сянсю тяжело вздохнула. Почему сюжет настолько изменился?

Вспоминая обо всем, сюжет, казалось, начал меняться с того момента, как изменились чувства в сердце Лун Хэна. Неужели ореол главного героя настолько сильнее, чем ореол главной героини? После дальнейших размышлений Бай Сянсю поняла, что в романе главный герой всегда убирал беспорядки, устроенные главной героиней.

Таким образом, причина, по которой мисс Лин закончила именно так, заключалась в том, что её сопровождали только второстепенные мужские персонажи, а не главный герой. Что касается Бай Сянсю, то она хотела очаровать только Лун Хэна, хотя сама не до конца понимала, как ей это удалось. Вероятно, это было самое умное решение, которое она приняла.

По прибытии в поместье принца Ли они сразу же бросили Лин Цяньцзи в темницу. У них не оставалось другого выбора, поскольку они не знали, что с ней сейчас делать. Они действительно собираются принять её, как свою служанку? Наверное, она перевернет всю усадьбу Ли с ног на голову! Старая мадам и молодой принц тоже прибыли прямо перед наступлением темноты!

Старая мадам пришла в восторг, когда услышала, что император решил её отпустить. Поэтому, попыталась использовать слабое здоровье в качестве предлога, чтобы покинуть дворец немного раньше. Император так злился на Лин Цяньцзи, что чувствовал небольшую слабость, и был более чем рад отправить их, чтобы они не приставали к нему.

Итак, старая мадам решила взять с собой внука и отправиться на ночь обратно в усадьбу принца Ли. Сначала она думала, что усадьба окажется в руинах, когда она вернется, но, как ни странно, ничего не изменилось, за исключением статуса одной женщины.

Она тоже хотела, чтобы Бай Сянсю стала принцессой-супругой, но её мысли, казалось, снова изменились, после перешептываний во дворце и косых взглядов, которые она получила. Она не могла не думать, что поднять статус наложницы к статусу главной жены было немного стыдно. Но от этого она чувствовала душевную боль за своего внука. Он милый и хорошо себя вел, постепенно всё больше и больше напоминая её сына! У такого ребенка не должно быть статуса сына, рожденного от наложницы.

О, ладно, я просто оставлю их в покое! Более того, её сын мог бы погибнуть в ловушке в Спокойном городе, если бы не Бай Сянсю! И она также слышала о сегодняшнем инциденте. Бай Сянсю пережила тяжелые испытания ради Лун Хэна. Она определенно была достойна этого статуса.

Когда старая мадам сошла с повозки, первое, что она увидела, это рыдающую Бай Сянсю. Она, должно быть, очень скучала по сыну. «Мы поговорим внутри!» Старая мадам чувствовала, что Бай Сянсю всё ещё требует некоторой подготовки. Принцесса-супруга всегда должна оставаться достойной и спокойной. Вся толпа последовала за старой мадам в усадьбу.

И вот, Бай Сянсю наконец удалось взять сына на руки! Она крепко прижала Лина к груди. Маленький парень, казалось, набрал немного веса. Его кожа была настолько светлой и нежной, что казалось, будто при нажатии почти просачивалась вода.

Маленький Лин был довольно очарователен, когда протянул маленькую руку к Бай Сянсю, а его маленькое лицо сморщилось в улыбке. Казалось, он узнал свою мать: «Ваше Высочество, смотрите! Он узнал меня!»

«Да. Он так вырос.»

«Угу, он довольно тяжелый. Вы хотите его обнять?»

«… Я сделаю ему больно.»

«Нет, не сделаете, он не настолько слабый. В конце концов, он ваш сын! Давайте! Возьмите его.»

«Хорошо,» — Лун Хэн взял сына на руки и немного запаниковал. Бай Сянсю разразилась смехом, когда увидела, насколько он неуклюж. Даже старая мадам не могла удержаться от смеха. Затем она немного покашляла, чтобы восстановить самообладание, как будто хотела показать пример своей невестке и научить её, как быть достойной.

Однако, что это за теплое и комфортное чувство? Разве сейчас подходящее время, чтобы радоваться воссоединению? Но, она не хотела разрушать этот момент.

Итак, она подождала, пока они окажутся внутри, прежде чем высказать своё мнение. После этого Лун Хэн привел с собой Бай Сянсю, чтобы подать чай старой мадам. «Нам ещё предстоит провести банкет. Нельзя скупиться, когда дело доходит до таких вещей. Твоя семья пользуется уважением, хотя им не хватает высокого статуса. Поэтому, ты должна посещать побольше банкетов с благородными дамами в столице и немного с ними пообщаться.»

«Я понимаю, мама.» — сдержанно ответила Бай Сянсю, а затем спросила: «Мама, как вам жилось во дворце?»

«О нас хорошо заботились.» — ответила старая мадам.

«Теперь, когда ты вернулась, тебе следует отдохнуть.» Лун Хэн посмотрел на сына с проблеском нежности в глазах.

«Да, конечно, но есть ещё одна важная вещь, которую мне нужно сделать.»

«Что именно?» — с удивлением спросила Бай Сянсю.

С любопытством задав свой вопрос, Бай Сянсю не могла не заметить, что улыбка на лице старой мадам казалась немного зловещей. На самом деле, она очень напоминала улыбку Лун Хэна. Старая мадам спросила: «Вы закончили готовить бумаги на принятие мисс Лин, как рабыни?»

«Э… Да, они у меня.» Бай Сянсю было немного неловко от мысли, что в этом мире можно купить и продать человека.

Старая мадам протянула руку: «Дай их мне!»

«Ох. Сейчас.» Бай Сянсю немедленно приказала Сяо Ши принести нужную бумагу и передала её старой мадам.

Этот лист бумаги мог решить судьбу человека. Бай Сянсю задавалась вопросом, что старая мадам собирается с ним сделать. «Мама, вы планируете продать документ министру Лину?» Мы могли бы сделать это и министр Лин остался бы у нас в долгу. Нужно выставить высокую цену.

Тем не менее, после этих слов Бай Сянсю поняла, что и Лун Хэн, и старая мадам довольно удивленно на неё уставились: «Ты хочешь вернуть её министру Лину? Вероятно, он не примет её обратно, даже если мы предложим ему такую сделку. Такая дочь больше похоже на проклятие.»

«Но… В конце концов, она его дочь.» Более того, министр Лин действительно хорошо к ней относится.

«Лучше бы такой дочери никогда бы не было.» Старая мадам посмотрела на бумагу и сказала: «Сун-мама, найди владельца борделя, с которым ты знакома, и спроси нужна ли ему новая работница. Конечно, мы говорим только о куртизанке второго сорта.»

Куртизанки в борделях разделялись по классам. Первоклассные куртизанки обладали талантами и не просто спали с покупателями. Даже мужчины, желающие провести с ними время, должны были быть умными и иметь высокий статус. Куртизанка второго сорта — совершенно другая история. Их клиенты желали только плотских удовольствий. Их посещали самые разные мужчины, но редко бывали люди с высоким статусом.

Мужчины приходили к ним только для того, чтобы удовлетворить свои желания, и никогда не показывали им жалости и любви. Кто не станет делать всё, что захочет, потратив свои с трудом заработанные деньги? Из-за этого жизнь куртизанок второго сорта действительно была трудной.

Бай Сянсю, естественно, знала о подобных вещах, поскольку жила в этом мире уже довольно давно. Она не могла не задрожать от того, насколько безжалостной оказалась старая мадам. Главная героиня больше не смогла бы убежать от своей судьбы, попав в такое место. И скорее всего, подобный поступок могли воспринять, как пощечину императору. Что бы ни случилось, мисс Лин была его женщиной. Что подумают мужчины, занимаясь любовью с такой куртизанкой второго сорта? Они будут думать, что они тоже императоры?

Бай Сянсю ухмыльнулась, когда осознала этот факт: «Мама, вы такая жес… Я имею в виду, это отличная идея!» Старая мадам потеряла дар речи. Одно дело просто обрадоваться, но зачем показывать это на лице? Что бы сказали другие, увидев её такой?

Старая мадам передала бумагу Сун-маме. «Продай её по высокой цене. Минимум пять тысяч таэлей. Я думаю люди там должны знать её ценность. С ней они никогда с не останутся на мели. После того, как всё сделаешь, отдашь деньги принцессе-супруге.»

Бай Сянсю немного шокировало столь внезапное хорошее обращение. «Старая мадам, большое спасибо за вашу заботу.» Почему эти деньги напоминают горячий картофель? Но одновременно я чувствую себя такой счастливой! Лун Хэн выглядел так же строго, как обычно, и только угол его губ слегка приподнялся. Как и ожидалось, его мать была достаточно опытной и мудрой, чтобы найти подходящий способ справиться с проблемой, в то время как они не знали, что делать. Они не стали говорить о многом другом, поскольку старая мадам только что вернулась домой.

Пообедав, семья разошлась по своим комнатам, чтобы наконец отдохнуть. Бай Сянсю лично отправила нескольких слуг позаботиться о Лин Цяньцзы, чтобы вымыть её и поправить её здоровье. В конце концов, за неё не дадут много денег, если она будет выглядеть столь болезненной и грязной. Вот почему люди говорят, что зло распространяется как болезнь.

Сяо Лина забрали к себе Бай Сянсю и Лун Хэн. Старая мадам хотела, чтобы они провели немного времени вместе, так как они давно не виделись. Бай Сянсю очень скучала по сыну. Она сидела перед колыбелью и продолжала смотреть на него, мягко улыбаясь.

Она не издавала ни единого звука, казалось бы, боясь разбудить сына. Лун Хэн принял ванну и намазал на тело немного лекарств. Он не относился к своим травмам слишком серьезно, потому что это всего лишь телесные раны без повреждений костей.

Изначально он планировал провести теплый вечер с Бай Сянсю и поэтому не мог не нахмуриться, когда увидел, что она обнимает колыбель их сына. Сяо Лин внезапно проснулся, как будто почувствовал присутствие Лун Хэна. Он посмотрел на Бай Сянсю и внезапно улыбнулся, а после повернул свою маленькую голову вокруг, как будто что-то искал. Бай Сянсю не знала, что он ищет, и подумала, что он хочет молока. Лун Лин сразу заплакал, так и не найдя то, что искал и отказался пить молоко, когда пришла кормилица.

«В чём дело? Почему он так долго плачет?» Такого раньше не было. Сяо Лин не часто плакал.

Кормилица засмеялась. «Молодой принц, вероятно, скучает по бабушке. На самом деле он очень зависит от неё и, вероятно, плачет, потому что не увидел её, когда проснулся.» Значит, это потому, что он скучает по бабушке. Я предполагаю, это неудивительно, ведь старая мадам сама о нем заботилась. Бай Сянсю немного завидовала, но не обращала на это особого внимания, поскольку для неё достаточно было лишь того, что они теперь рядом друг с другом. Итак, она повернулась к Лун Хэну и спросила: «Что нам делать?»

«Мы должны попросить кого-нибудь отнести Сяо Лина матери. Нехорошо, если он продолжит вот так плакать. И потом я смогу продолжать обнимать свою маленькую принцессу-супругу.» Бай Сянсю даже не задумывалась о мотиве слов Лун Хэна, так как её разум наполняло одно беспокойство. И так, она аккуратно завернула Сяо Лина в уютный плед и передала слуге, который должен был отнести его к старой мадам. Она, вероятно, тоже очень скучает по внуку!

Когда все посторонние покинули комнату, Лун Хэн наконец обнял Бай Сянсю. «Ты подарила матери действительно драгоценного внука.» Однако на самом деле он думал о другом. Твой сын удачно выбрал свою цель. Мать, вероятно, будет гораздо более снисходительна по отношению к тебе, так как его родила ты.

«Но мне немного обидно, что он меня не узнает.» — грустно сказала Бай Сянсю.

«Не проблема. Мы можем просто сделать ещё одного ребенка, который всегда будет липнуть к тебе.» Лун Хэн взял Бай Сянсю на руки и направился к кровати. Она немедленно начала борьбу и закричала на него, яростно покраснев: «Хватит дурачиться! Ты ведь ранен!»

«Ты сама попросила об этом.»

«Я? Когда?»

«Маленькая девочка. Сегодня вечером ты от меня не убежишь.» Сразу после этого новоиспеченная принцесса-супруга так громко вскрикнула, что в ночном небе силуэты испуганных птиц стали искать убежища в глубокой темноте.

Лин Цяньцзы тоже сейчас находилась к кромешной тьме. Она была очень напугана и не могла даже пошевелиться, хотя её точки акупунктуры уже освободили. Теперь, когда император обо всём узнал, двери дворца для неё закрыты. Она начала думать о Су Юнь, которую не видела несколько дней. Лин Цяньци не могла не задаться вопросом, придет ли та, чтобы спасти её. Ведь именно Су Юнь подала ей идею соблазнить императора, чтобы он помог ей отомстить. Но теперь она потеряла ещё одного ребенка из-за этой мести, потеряла всё, что у неё когда-то было.

Она не хотела служить Лун Хэну и не хотела служить Бай Сянсю. Хотя она знала, что Бай Сянсю не виновата в смерти её сына, ненависть не отступала. Немного подумав, она поняла, что это, вероятно, просто ревность. Она ревновала, что Лун Хэн очень любит Бай Сянсю. Она была с бесчисленными мужчинами, но кто из них её действительно любил?

Су Юнь была права, все мужчины жалкие существа. Секс — это всё, о чем они думают. Естественно, у женщины нет иного выбора, кроме как использовать свое тело в качестве оружия. Они выполнят все ваши прихоти, пока вы побеждаете их своим телом.

Меня так часто обижают мужчины, потому что я продолжаю цепляться за чувства и любовь? Если бы я была такой, как Су Юнь… Она всегда причиняет боль другим.

После ночного отдыха Лин Цяньцзи поняла, что ей никогда не удастся вернуться к роскошной жизни благородной леди. Я бы не слушала дворцовых горничных и не следовала бы их указаниям, если бы знала, что всё так закончится. И я никак не ожидала, что Ло Юньчжэнь появится вот так. Если подумать, почему он вдруг появился?

Может у него какие-то отношения с Бай Сянсю? Ха-ха! Я знала, что эта подлая женщина не так преданна, как кажется! Мужчины наверняка стекаются к ней, даже если она хочет быть верной. Вокруг неё всегда полно разных мужчин. Мне жаль Лун Хэна, если это так. Должно быть, он уже много раз примерял на себя рога!

Лин Цянцзи немного бредила и говорила в слух всё, что бы она ни думала. Она сразу же хлопнула рукой по запертой двери тюрьмы и хрипло закричала: «Бай Сянсю, ты, подлая тварь! Ло Юньчжэн проигнорировал меня, потому что ты соблазнила его! А также командира Лю! И того стратега! Именно из-за твоей красоты один решил бросить свою золовку волкам, а другой охотно умер за тебя! Будь ты проклята! Лун Хэн был бы моим, если бы не ты! Моим!»

Лин Цяньцзи кричала всю ночь и вопила всевозможные нецензурные выражения в сторону Бай Сянсю. Слуги хотели сообщить об этом, но старая мадам крепко спала, обнимая молодого принца. Они не могли разбудить её, так как им было запрещено будить молодого принца ни при каких обстоятельствах.

Ситуация в Абрикосовом саду была еще хуже. Говорили, что по звукам там проходило быстрое и яростное сражение. Их бы порезали на миллион кусочков, если бы они сейчас прервали принца! Не имея другого выбора, им пришлось ждать, пока принц не будет удовлетворен, прежде чем постучаться в дверь. Однако обитатели комнаты попросили воды только около полуночи. Слуги чувствовали всевозможное недоумение. Ваше Высочество, почему вы так энергичны, даже когда ранены? Это слишком! Кто та женщина, которую привезли сегодня утром, а? Мы все так запутались!

Один из слуг вошел и сообщил о шуме, который создавала Лин Цяньцзи. Лун Хэн лишь кивнул головой и заставил их уйти. После этого он собрал обессиленный комок грязи, которым теперь была Бай Сянсю, и бросил её в ванну. Слегка обмыв, он положил её на недавно застеленную кровать. «Я пойду посмотрю на неё, прежде чем принять ванну и присоединиться к тебе в постели.»

«Мм. Только не порть товар, или придется сделать большую скидку… я так устала…» Бай Сянсю потянула одеяла, чтобы прикрыть свое обнаженное тело, и уснула. Лун Хэну ничего не оставалось, кроме как помочь Бай Сянсю одеться, прежде чем отправиться к месту заключения Лин Цяньцзы. Она продолжала стучать в дверь и кричать, когда он прибыл. Лун Хэн насмешливо хмыкнул и приказал охранникам открыть дверь.

Лин Цяньцзы была потрясена, увидев Лун Хэна, когда охранники открыли двери. Она никогда не представляла себе, что такой суровый на вид мужчина на самом деле кропотливо защищает свою женщину. Он защитил Бай Сянсю даже перед императором, закрыв ей глаза, чтобы она не увидела ту жестокую сцену. И все же, Лин Цяньцзи отбросили как собаку. Никто не удосужился обратить на неё какое-либо внимание, не говоря уже о том, чтобы заботиться о ней. Именно в этот момент она также поняла, что ей нужен мужчина, который искренне заботился бы о ней и защищал её: «Ваше Высочество, я виновата в том, что раньше не увидела, какой вы на самом деле. Я не должна была убегать, и при этом не должна была дать ей шанс приблизиться к вам.»

«М-м? Тут вы не правы, мисс Лин. Я должен поблагодарить вас за это.» Лун Хэн выглядел почти как божество под освещением луны. Поскольку он только что закончил интимные дела, его окружала аура сексуальности, из-за которой женщины попадали под его чары.

Только теперь Лин Цяньцзы поняла, что принц Ли был страшен только в слухах, а на самом деле он очень потрясающий мужчина. Его власть и остроумие сделали его надежной фигурой, которую жаждала каждая женщина. «Ваше Высочество, мои чувства к вам всегда отличались от других женщин. Жаль, что нам суждено было встретиться, но никогда…»

«Достаточно этого. Чего вы хотите?»

«Я просто хотела сказать вам кое-что. Эта женщина, должно быть, договорилась с Ло Юньчжэном о том, чтобы подставить меня во время осенней охоты. Иначе, почему он совершенно случайно появился в этом месте? Это подстава, чтобы опозорить меня перед всеми, пока она бьет вас в спину. Ло Юньчжэн — специалист по боевым искусствам. Только небеса знают, что они делали за вашей спиной, прежде чем она вошла в поместье принца Ли…»

Не успев договорить, Лин Цяньцзы отлетела в стену от одной пощечины. Прошло некоторое время, прежде чем она поняла, что только что произошло. «Ваше Высочество, вы должны мне поверить! Эта женщина определенно спала с мужчинами, кроме вас! Как она могла этого не делать, если выглядит так же красиво, как…»

«Слуги, отрежьте ей язык,» — Лун Хэн тут же повернулся и ушел. Он больше не хотел слушать её глупости.

«Ваше Высочество! Как вы можете сделать это со мной?! Я должна была стать вашей женой! Меня уже сопровождали в вашу усадьбу, и я была бы вашей принцессой-супругой, если бы не тот ублюдок, Ло Юньчжэн!» Лин Цяньцзи продолжала бороться. Это была её первая попытка заслужить милость Лун Хэна, но он просто не обращал на неё внимания.

Однако он внезапно обернулся, когда она уже начала отчаиваться. Он забыл обо всех унижениях, с которыми столкнулся за это время, но воспоминания быстро вернулись после её слов. Он насмешливо сказал: «Я решил посмотреть, как они выполняют мой приказ. Это должно быть довольно интересно.»

Кто-то поставил стул рядом с ним почти сразу после того, как он махнул рукой. Лун Хэн был более чем счастлив стать свидетелем столь кровавой сцены, даже несмотря на то, что он очень устал после получаса непосильного труда, и его раны немного болели.

Лин Цяньцзи выглядела так, будто хотела что-то сказать, но двое мужчин быстрыми движениями уже держали её челюсть открытой. Другой мужчина подошел с ножом в руках. Именно в этот момент Лин Цяньцзи наконец осознала, что Лун Хэн абсолютно серьезен. Они действительно собирались отрезать ей язык. «Аааа!! Нет! Ааааа!»

Казалось, Лун Хэну было всё равно, сколько бы она ни боролась. Как будто он просто смотрел очень интересное театральное шоу. Он сидел и смотрел, как его люди держат Лин Цяньцзи, собираясь отрезать ей язык.

«Подождите…» В глазах Лин Цяньцзи появился проблеск облегчения. Если бы Лун Хэн пощадил её сегодня, она бы предпочла остаться рядом с ним навсегда, даже если бы это означало, что она должна стать наложницей. Но, к сожалению для неё… «Не режь слишком глубоко. Мужчины, вероятно, захотят услышать её стоны в постели. Им не будет так приятно, если она станет немой.» Слуги были ошарашены. Они почти выбросили нож, когда Лун Хэн сказал им остановиться. Ваше Высочество, принцесса-супруга знает, что вы такой извращенец?

«Быстрее! Этот принц ещё хочет немного отдохнуть!» — закричал Лун Хэн, махнув рукой.

Лин Цяньцзи почувствовала, как замерло её сердце. Вскоре после этого всё, что она чувствовала, это холодный твердый металл, бегущий по её языку, после которого на её лице быстро появилась теплая кровь. Она закрыла рот руками и продолжала кричать от ужаса, корчась на полу. Она глотала свою собственную кровь, и ей казалось, что рана кровоточила бесконечно. В конце концов, она потеряла сознание от боли, страха, потери крови или, возможно, из-за сочетания всех трех причин.

Лун Хэн казался невозмутимым, так как уже привык видеть такие вещи. Говорят, что залитая кровью сцена выявляет в человеке скрытого зверя, и он, кажется, нашел в этом высказывание некоторую правду. Ему показалось, что он чего-то жаждет и быстро направился в Абрикосовый сад, отдав слугам приказ поддерживать Лин Цяньцзы в живых. Бай Сянсю все ещё дремала, когда кто-то внезапно пришел и откинул ей одеяло. «Что случилось?» — сонно спросила она, глядя на Лун Хэна полуоткрытыми глазами.

«Я скучал по тебе.» Лун Хэн быстро снял одежду и проскользнул в кровать. Он даже не удосужился дождаться разрешения Бай Сянсю, прежде чем начать второй раунд.

Бай Сянсю пыталась думать,превозмогая свою усталость. Лун Хэн принял не то лекарство? Почему он такой заведенный после возвращения? Если бы кто-то увидел его таким, то подумал бы, что он накачан наркотиками!

К тому времени, когда Бай Сянсю проснулась на следующий день, Лун Хэн уже ушел. Открыв глаза, она сразу же вспомнила, что должна навестить старую мадам. В усадьбе остались некоторые вопросы, которые она должна была контролировать, когда Лун Хэн занимался своими делами. Ей пришлось приложить немало сил, прежде чем она смогла наконец одеться, но ноги не слушались её, когда она попыталась встать. К счастью, рядом были служанки, которые помогли ей одеться и умыться, чтобы она наконец могла сесть за обеденный стол и позавтракать. Однако она уснула прямо за столом ещё до того, как начала есть.

Все удивились, когда это увидели. Что им сейчас делать? Е-мама мягко покашляла. «Я сообщу старой мадам и скажу ей, что… принцесса-супруга не сможет нанести ей визит, так как она заболела.»

«Нет необходимости. Я уже навестил старую мадам.» Настроение Лун Хэн повысилось, когда он увидел, что Бай Сянсю крепко спит на столе после того, как вернулся со дворца.

Он поднял её, положил на кровать и лежал рядом, пока она спала. Через час Бай Сянсю внезапно проснулась с отчаянным криком. «О нет, это плохо! Мне же нужно посетить старую мадам! Почему меня никто не разбудил! Уже ведь полдень. Она возненавидит меня за это.» Бай Сянсю вздохнула. Свекрови и невестки обычно не ладили в древних временах. А её положение ещё хуже, поскольку старая мадам очень строгая пожилая женщина.

Лун Хэн улыбнулся. «Почему она должна тебя ненавидеть, если ты не сделала ничего плохого? Я уже нанес ей визит вместо тебя. Так что не беспокойся о этом, мама уже занята заботой о Лине. Домашние дела скоро перейдут в твои руки и может станет немного трудно, но рядом будет Лун Шутин, так что всё должно быть хорошо. Поспеши и пообедай. Скоро начнется хорошее шоу, и ты определенно захочешь на него посмотреть.»

«Мм?» Какое ещё шоу так рано утром… Я имею в виду в полдень?

После обеда Лун Хэн сопроводил Бай Сянсю в приемный зал в темпе, который больше походил на прогулку. Она увидела несколько человек, стоящих на коленях, когда прибыла во двор. У Бай Сянсю хорошая память, и она сразу поняла, что эти люди не из их поместья. «Кто это?» — спросила Бай Сянсю, нахмурив брови. Всего три человека: пожилая женщина и два мальчика. Их лица были полны печали.

«Слуги, принесите стул для принцессы-супруги.» После приказа слуги немедленно принесли два стула. В конце концов, нехорошо, если принц останется стоять, пока принцесса-супруга будет сидеть на стуле рядом с ним. Таким образом, и муж и жена решили сесть. При этом они казались недобросовестными людьми. Но Бай Сянсю ничего не могла с этим поделать. Она не имела ни малейшего представления о том, что происходит, поэтому могла лишь имитировать то отношение, которое демонстрировал Лун Хэн. Наверное, именно поэтому говорят, что супруги выглядят одинаково! Из глаз старухи начали литься слезы, когда она поклонилась, увидев две пугающие фигуры.

«Ваше Высочество, пожалуйста, будьте снисходительны и простите нашу хозяйку. Наш господин и мадам готовы заплатить любую цену, чтобы выкупить её документы о порабощении.»

«Принцесса-супруга, что вы думаете об этом?»

«Я не…» О Боже. Разве обязательно задавать мне подобные вопросы? Я не твой приятель. И в конце концов, разве твое мнение не важнее, чем мое? Бай Сянсю тайно закатила глаза и послушно ответила. «Ваше Высочество, вы единственный кто может принять это решение.» Разве мужчины не любят, когда им предают важности?

Лун Хэн был более, чем доволен, когда все его желания исполнились. Тебе лучше подождать, маленькая девочка. Её ответ заставил его чувствовать себя ненормально хорошо. «Ладно. Не исключено, что семья Лин сможет купить её документы о порабощении,» — ответил Лун Хэн, проявив немного пощады.

Не может быть! Он собирается отдать им документы так легко? Эта женщина, несомненно, станет бичом всех неприятностей, когда вернется домой! «Наш хозяин наверняка запомнит доброжелательность и великодушие Вашего Высочества. Могу ли я спросить, что вы хотите взамен?»

«Мои условия относительно просты. Я хочу все активы семьи Лин, включая их имущество и рабов. Кроме того, я хочу, чтобы министр Лин ушел в отставку, вернулся в свой родной город и больше никогда не ступал в столицу.»

«Что?» Старушка казалась невероятно удивленной, глядя на принца Ли. Она никогда не думала, что он поставит такое нелепое условие, попросив все активы её хозяина.

«И этот принц не намерен менять условие! Министру Лину придется заплатить полную цену, если он хочет вернуть свою дочь! Убирайтесь!»

«Ваше Высочество, Ваше Высочество! Пожалуйста, не будьте таким…» — умоляла старуха.

«Максимум я могу подождать до завтрашнего вечера.»

«Ваше Высочество, наш мастер искренне желает вернуть юную хозяйку. Она молода и невежественна, поэтому, пожалуйста, не обижайте её…»

«Выбросьте их,» — после взмаха рук Лун Хэна, слуги подняли старуху, вместе с её когортой и выбросили их за дверь.

«Разве это нормально? Министр Лин никогда не согласится с этими условиями.» — удивленно спросила Бай Сянсю.

«А я и не прошу его соглашаться.» — ответил Лун Хэн с легким презрением в голосе.

«Странно. Почему он не пришел лично, чтобы попросить за свою дочь?»

«Император издал указ для семьи Лин о разрыве всех связей с Лин Цяньцзи. Они никогда не встретятся снова.»

«О, понятно.» Вот почему министр Лин не пришел сам. Даже эту старую леди, должно быть отправили очень тайно. «А что с мисс Лин? Разве она не вызывала шум вчера вечером?»

«Не беспокойся. Она никогда больше не сможет шуметь.» От улыбки Лун Хэна Бай Сянсю пробил озноб. «Хочешь знать, почему?»

«Ммм… как-то не очень.» Лун Хэн тоже не стал ей навязывать это. «Ладно, рано или поздно ты всё равно узнаешь.»

«А что насчет Спокойного города?» — Бай Сянсю спросила о текущей ситуации после того, как они закончили смотреть шоу в приемном зале.

«Солдаты отступили обратно в Спокойный город. Они не вернулись в столицу, поскольку были обеспокоены тем, что вражеская нация может что-то сделать. Император дал разрешение, но в то же время забрал все мои обязанности в столице.»

Он явно хотел, чтобы Лун Хэн сидел без дела!

«Император способен только на такие мелкие действия?» Хотя, разве нам от этого не легче?

Бай Сянсю с любопытством посмотрела на Лун Хэна, пока тот наконец не объяснил. «Император уже отправил двух генералов с «военным» прошлым в Спокойный город. Тем не менее, у меня есть догадки, что их там не встретят с распростертыми объятиями.»

«Почему?»

«Потому что я уже отдал приказ превратить жизнь любого, кто придет мне на замену, в ад.»

«Но принц Ронг всё ещё там.»

«Он скоро вернется в столицу. Он может и выглядит честно и приземленно, но на самом деле есть еще кое-что, что бросается в глаза. На самом деле он эксперт по оценке ситуации.»

«Ситуации?»

«В данный момент император — тот, кто обладает властью, а я — военная сила. Мы оба в тупике. Если я когда-нибудь решу восстать, он сможет сопротивляться только в течение трех лет со всеми имеющимися у него войсками. Через три года вся страна будет под управлением семьи Лун.»

«Лун Хэн…»

«Но за эти три года вражеская нация может воспользоваться возможностью и напасть на нас, пока мы будем находиться в нашем самом слабом состоянии. Страна окажется очень уязвима для внешних атак.»

«Это правда, но рано или поздно император определенно отберет твою военную мощь, если ты так ничего и не сделаешь. И когда это произойдет, я боюсь, что наша семья будет в смертельной опасности.» Бай Сянсю нахмурилась. Казалось, все пути, которыми они могли пройти, полны опасности.

«Вот почему я заранее спланировал выход. Пока мы были в Спокойном Городе я подкупил там почти всех генералов. Все их семьи тайно переехали в округ Шу.» Бай Сянсю потеряла дар речи. Этому человеку только около двадцати лет, верно? Как его мысли могут быть такими сложными?

«Я мужчина с женой и сыном, поэтому не собираюсь сидеть сложа руки. Я предвидел это, когда понял, что единственный контролирую большинство армии.»

«Спасибо, Лун Хэн.» Бай Сянсю могла только крепко обнять его, так как не знала, что ещё сказать.

Бай Сянсю чувствовала себя чрезвычайно радостно, зная, что у неё теперь есть сын и муж. Однако она не единственная, кто так себя чувствовал. Старая мадам тоже была очень довольна, ведь её сын — способный и надежный мужчина, невестка — невысокомерна и прилична, а внук просто прекрасен. Что ещё она могла просить? Её здоровье также изменилось к лучшему, ведь теперь она пребывала в хорошем настроении. Ей не оставалось времени, чтобы заняться делами в поместье, так как заботы о внуке ей было более чем достаточно.

Предполагалось, что старая мадам позаботится о делах Лин Цяньцзи, но у Лун Лина явно были другие планы для своей бабушки. Поэтому она решила передать это дело кому-то другому. Ответственность передавалась от человека к человеку, пока, наконец, не приземлилась на плечи Бай Сянсю, от чего она чувствовала легкую депрессию.

Хотя её страх перед главной героиней уже совсем рассеялся, это не значит, что она может просто так решать судьбу других людей! Однако ей было совершенно очевидно, что её муж собирался наблюдать, как она справляется с этим вопросом. Фактически, он сидел прямо рядом с ней с постоянной двусмысленной улыбкой на лице.

«Что я должна делать? Министр Лин больше никого к нам не отправляет.»

На самом деле он вчера послал слуг в поместье принца Ли, но они пришли без намерения принять предложение Лун Хэна. Семья Лин не смогла найти кого-то, кто мог бы говорить от их имени, поэтому в конце концов они сдались.

Министр Лин выбрал карьеру, богатство и власть, вместо своей дочери. На самом деле это было логичное решение, так как министр Лин думал не только об одной дочери. Он думал о своем сыне и всей своей семье. Он не мог пожертвовать всем только ради дочери. Лин Цяньцзи должна довольствоваться только тем, что имеет таких замечательных родителей. Они чрезвычайно заботились о ней и любили её.

«Мы продадим её? Просто так?»

«Ну, ты можешь оставить её и позволить служить тебе. Ты можешь даже пытать её ради забавы, если захочешь.»

У Бай Сянсю не было столько смелости, чтобы держать такого человека рядом для пыток ради собственного развлечения. «Хорошо. Мы продадим её,» — пожала она плечами. Продать её — это лучшее решение. Я наконец смогу выкинуть её из своей жизни.

К сожалению, её ожидала ещё одна проблема. После того, как Сун-мама вышла в город, чтобы поинтересоваться продажей мисс Лин, многие владельцы борделей предложили за неё свои цены, и прибыли к поместью, когда узнали, что продажа состоится сегодня. Мама теперь не знала, кому её продать.

Она была невероятно рациональной. Очевидно, эта женщина когда-то выполняла черную работу, но поднялась по служебной лестнице, когда они ещё жили в Спокойном Городе. Старая мадам довольно сильно зависела от неё и она должна быть вполне способной, иначе старая мадам никогда бы её не продвинула. Судя по тому, как она выглядела сейчас, решить вопрос с Лин Цяньцзи было действительно трудно.

«Впустите их всех!»

Сун-мама посмотрела на Лун Хэна. Но он казался лишь посторонним наблюдателем. Было очевидно, что он просто хотел посмотреть, как его принцесса-супруга решит этот вопрос. Значит, она действительно решила позвать представителей борделей. В зал вошли пять или шесть женщин с лицами, полными косметики. Они не посмели вызвать проблем и фактически сразу же опустились на колени, чтобы поприветствовать принца и принцессу-супругу.

«Вы все можете подняться. Встаньте в стороне и немного подождите.» Мама знала, что её хозяйка не знает, как отвечать, и решила немного помочь ей в этом. Лучше этим женщинам стоять в стороне, ведь запах пудры на их телах казался поистине подавляющим.

Пять чувств Бай Сянсю и так были напряженными, так как она мало отдыхала в последние два дня. Она немного сморщила лоб и повернулась в другую сторону. «Приведите мисс Лин!»

Что должно произойти, то произойдет. Бай Сянсю почти инстинктивно выпрямила спину, так как решила победить главную героиню, что бы она ни сказала. Она выиграла битву между главной героиней и второстепенным женским персонажем в любом случае. Однако Бай Сянсю заметила, что лицо Лин Цяньцзи немного опухло, когда её тащили вперед. Она была одета очень хорошо, и не было никакой очевидной аномалии, кроме этого слегка опухшего лица.

Она оставалась в том же стиле, обожаемом всеми мужчинами. Бай Сянсю наконец поняла, почему все бордели боролись за её покупку. Она одна может стать их кормилицей! Как и ожидалось, у всех засветились глаза, когда они увидели мисс Лин. Однако никто из них не осмелился издать ни звука, поскольку принц и принцесса-супруга ещё не решили, кому её продать.

Бай Сянсю уже собиралась заговорить, но была немедленно прервана попыткой Лин Цяньцзы напасть на неё. Глаза Лин Цяньцзи были налиты кровью, и она казалась чрезвычайно взбешенной. Вероятно, она хотела напасть на Бай Сянсю в последней попытке убить, но её быстро схватили двое старых слуг. Она не могла даже пошевелиться, когда её поставили на колени. Однако сегодня она казалась немного странной. Из её уст не вышло ни слова клеветы.

Именно в этот момент Лун Хэн решил, что настал его черед говорить. «Она больше не будет говорить, потому что её язык отрезан. Она не сможет причинить никаких проблем никому из вас. Даже если она доставит неприятности, просто пришлите кого-то в поместье принца Ли, и всё будет решено,» — лениво сказал Лун Хэн, как будто его совсем не беспокоил этот вопрос.

Бай Сянсю немедленно отреагировала лицом, полным ужаса. Главный герой, неужели ты пытал главную героиню до такой степени? Даже если она и заслуживает пыток, это должна была делать Бай Сянсю. В конце концов, никому не понравиться, что кто-то постоянно пытается их убить.

«Послушайте, бумага на порабощение Лин Цяньцзи в наших руках. Красавицу, подобную ей, редко можно увидеть, поэтому вы все должны знать её истинную ценность. Поскольку вас пришло так много, я не могу решить, кому продать её. Чтобы было проще, мы устроим торги, начав как минимум с пяти тысяч. Она достанется тому, кто предложит самую высокую цену.» Бай Сянсю решила продать главную героиню, выставив её на аукцион. В любом случае, больше денег им не повредит.

Лин Цяньцзи никогда не представляла, что её продадут в бордель, как какой-то предмет. Это очень её разозлило, но она ничего не могла с этим поделать. Тем не менее, ей оставалось только издавать бредовый шум. Она пыталась попросить Лун Хэна спасти её в последний раз, ведь он когда-то спасал её в прошлом. Однако всё, что она видела в его глазах, это насмешка и безжалостность.

Мужчины с детства роились вокруг неё из-за её мягкости и красоты. Затем она прочитала несколько книг, написала несколько стихов, чтобы заставить их обожать её, куда бы она ни пошла. Вот почему у неё сложилось неправильное представление о том, что все мужчины станут спасать её, если она обратится к ним за помощью. К сожалению, ничего такого сегодня не произойдет. Воистину, все мужчины — извращенные ублюдки!

Хотя Бай Сянсю чувствовала, что это немного аморально, ей стало неловко, когда она заметила, как разочарованно смотрит на Лун Хэна главная героиня. «Быстро называйте свои цены, или я продам её кому-то другому!»

Услышав её слова, представители борделей сразу же начали предлагать свои цены. Цена медленно выросла с пяти тысяч до семи. В конце концов бордель под названием «Глядя на весну» предложил восемь тысяч таэлей в обмен на Лин Цяньцзи. Эта ставка была довольно высокой, и они не смогли бы вернуть деньги, если бы предложили десять тысяч.

Бай Сянсю очень хотела вывести эту женщину из дома. «Мы немедленно передадим её вам, когда увидим деньги. Тем не менее, мы не хотим, чтобы она вызывала какие-либо проблемы в будущем. Я надеюсь, вы сможете её контролировать?»

«Естественно.» Какой бордель не мог контролировать своих куртизанок? Как ещё они могли оставаться в этой торговле?

Бай Сянсю решила продать бумагу порабощения этому борделю после того, как услышала быстрый и четкий ответ. Лин Цяньцзы уставилась на Бай Сянсю глазами, наполненными жаждой крови. «Мисс Лин, я всегда хотела сказать вам, что вы просто слишком несчастны. Вы забыли, что женщина должна иметь некоторое подобие самоуважения к своему телу и душе. Надо отдавать неразделенную любовь одному мужчине. Всё кончится плохо, если ваше сердце не сможет определиться. Тем не менее, эта работа, вероятно, подходит вам больше всего.»

Затем Бай Сянсю приказала старым слугам забрать Лин Цяньцзи взмахом руки. Она решила, что использует деньги, вырученные от продажи мисс Лин, для покупки очень качественных косметических и парфюмерных порошков. Она также не забыла о покупке самой новой и качественной ткани. Лун Хэн сопровождал её при выборе товара. С этим ничего не поделаешь, так как он, вероятно, сошел с ума. Банкет должен был состояться через десять дней, поэтому им предстояло хорошенько к нему подготовиться. Естественно, одной из основных причин, по которой они сегодня вышли в город, заключалась в том, чтобы забрать некоторые товары, необходимые для банкета, а также немного отдохнуть.

Главная героиня, очевидно, стала довольно популярной в борделе, которому была продана. Её посещали в основном очень уважаемые и известные мужчины, поэтому бордель держал их личность в секрете. Как и ожидалось, она не стала для них потерей. В конце концов, женщина императора не то, чем может насладиться кто угодно и когда угодно. Император, вероятно, почувствовал огромное оскорбление, когда понял, что происходит. Но на удивление, смог проглотить свою гордость и решил не доставлять Лун Хэну проблем. Вероятно, потому, что у него не было другого выбора, ведь он взял на себя его военные обязанности.

Прогуливаясь по магазинам супружеская пара встретила одного знакомого мужчину. Цзи Чжаншу сопровождали две наложницы, старый слуга и паж. Ходили слухи, что его выгнали из семьи Цзи, так как боялись, что он может потянуть их всех на дно. Его бросили, хотя он был старшим сыном официальной жены. Слухи также утверждали, что Цзи Чжаншу смог взять с собой только минимальную суммы денег. Без должности чиновника его будущее, вероятно, будет трудным.

Бай Сянсю вздохнула, тихо вынула две тысячи таэлей и передала их Сяо Ши. «Вот. Передай это сэру Цзи Чжаншу и скажи ему, что это для его непосредственных расходов.» В любом случае, это деньги, полученные от продажи Лин Цяньцзи, так что можно считать это покрытием его потери.

«Почему вы это делаете? Он заслужил всё, что с ним случилось.» Разве он не виноват в том, что так плохо разбирается в личностях людей?

«Не будь такой жадной. В любом случае, эти деньги мы получили за недобросовестное дело.» Бай Сянсю настояла на том, чтобы Сяо Ши ушла. Вернувшись, она сообщила, что Цзи Чжаншу принял деньги и поблагодарил принцессу-супругу за помощь.

Бай Сянсю кивнула. Двух тысяч таэлей должно быть более чем достаточно, чтобы прожить несколько десятилетий, если тратить эти деньги экономно. Их может даже хватить, чтобы прокормить его всю жизнь, если он использует их, чтобы открыть какое-то дело. «Я надеюсь, он ничего не говорил об этой женщине, Лин Цяньцзы?!» Я заберу деньги назад, если он это сделал. Этот мужчина безнадежен.

Сяо Ши выглядела немного раздраженной, когда услышала имя этой женщины. У неё никогда не было о ней хорошего впечатления.

«Вот и хорошо.» Бай Сянсю, казалось, окунулась в свои мысли, наблюдая как уходит Цзи Чжаншу. Я думала, что теперь у меня появился ещё один враг. Однако это также напомнило ей о Су Юнь. Справится с этой женщиной, наверное, будет сложнее всего! Я не могу не задаваться вопросом, почему она ещё не показала себя. Может с ней что-то случилось? Или, может, её выгнали из дворца?

«Не нужно так много думать о них. Они заслужили всё, что с ними произошло,» — отметил Лун Хэн.

«Мм. Я знаю. Ах, да, как мне вести себя перед твоими родственниками из семьи Лун? Почему бы тебе рассказать мне что-нибудь о них?» Бай Сянсю знала, что с семьей Лун шутки плохи. У семьи Лун Хэна не было других веток, так как они разорвали друг с другом все отношения. Тем не менее, этот банкет важный случай, и они должны его посетить. Бай Сянсю хотела знать, как относится к этим людям, но Лун Хэн ответил, как по умолчанию: «Зачем вообще беспокоиться? Просто игнорируй их!»

Она действительно должна была их игнорировать? Бай Сянсю чувствовала, что ей нужно всё обдумать. Однако старая мадам и сплетничающие мамы, похоже, соглашались с Лун Хэном. Поскольку никто не давал ей никакой полезной информации, она решила выяснить, кто на самом деле является родственниками Лун Хэна. Она хотела знать их происхождение, особенно женщин.

Е-мама рассказала ей всё очень подробно. У Лун Хэна на самом деле есть два дяди, оба военные генералы. Тем не менее, они достигли лишь низкого ранга и самое главное были мало на что способны. На самом деле отец Лун Хэна практически в одиночку поддерживал всю семью в предыдущем поколении. Но после его смерти они думали лишь о том, как разделить состояние своего старшего брата. Старая мадам в то время была хозяйкой семьи и боролась всеми силами, чтобы уберечь хоть что-то от их рук. И из-за этого Лун Хэну пришлось поступить на военную службу для обучения в очень юном возрасте.

Когда он начал преуспевать в военной карьере, старая мадам немедленно разорвала все связи и отделилась в другую семейную ветвь, прежде чем Лун Хэн даже получил статус принца. Бремя семьи было отброшено. После этого оба дяди решили тоже уйти, но ни у кого из них это не получилось. Бай Сянсю помнила эту историю. Несмотря на то, что они не планировали никакой свадебной церемонии, она всё равно беспокоилась, поскольку ей придется совершать ритуал поклонов. В древние времена без поклонов брак не считался настоящим.

Наконец в этот день появилась и семья Бай. На самом деле, мать Бай Сянсю взяла с собой лишь её сестру, чтобы нанести ей визит. Это были действительно редкие гости! Бай Сянсю очень интересовалась своей семьей. В конце концов, она всегда хотела узнать об их отношении к ней.

Когда они встретились, Бай Сянсю наконец поняла, от кого она унаследовала свою изысканную внешность. Её матери было уже около сорока, но она оставалась такой же привлекательной, как и раньше. Её сестру тоже нельзя было назвать просто милой. Она всего на год моложе Бай Сянсю, но уже стала изящной красавицей. Её молодую прекрасную сестру звали Бай Рон и её личность напоминала оригинал Бай Сянсю из романа. Она вела себя немного высокомерно, но это, вероятно, из-за её внешности. Она казалась довольно послушной, хотя её глаза метались по комнате.

«У тебя всё хорошо? Мама?»

«Да. А как насчет тебя?» Её мать искренне расплакалась. Бай Сянсю могла сказать, что от её матери исходило небольшое ощущение родства.

После приветствий, Бай Сянсю сразу же задала главный вопрос. «Почему ни ты, ни отец так долго меня не посещали?»

«Это… потому, что твой младший брат готовился к экзаменам с тех пор, как ты вошла в поместье. Более того, твоя сестра… твоя сестра столкнулась с проблемой в своем брака. Её свекровь со свекром расторгли брак, не объяснив причину, из-за чего она довольно долго болела.» Говоря, Ни Сяо гладила руки своей младшей дочери, а на её глаза навернулись слезы.

«Но почему они внезапно расторгли брак?» — естественно спросила Бай Сянсю. Хотя, она даже не знала, в какую семью должна была войти её младшая сестра. Кроме того, какой должна быть проблема, чтобы они решили расторгнуть брак? И разве они не могут просто устроить ещё один?

«Это всё потому, что другая семья решила обручиться с молодой женщиной из богатой семьи! Они решили, что мы не их уровня! Мы хотели прийти к тебе за помощью, но отец не разрешил. Из-за этого я даже не смогла навестить внука.»

«Старшая сестра, отец, вероятно, до сих пор злится, что ты не повиновалась ему и вошла в поместье принца Ли! Но сейчас, когда ты стала принцессой-супругой у него больше нет жалоб.»

«Рон, не говори ерунды.» Ни Сяo оглядела комнату, казалось, боясь, что кто-то может подслушать их разговор. Было бы плохо, если бы эти слова попали в уши принца Ли.

Бай Сянсю мгновенно поняла смысл их слов. Самая главная причина, по которой они никогда её не посещали, заключалась в том, что предыдущая Бай Сянсю вызвала неприятности, из-за которых Мастер Бай очень на неё разозлился. Однако что значит «не повиновалась»? Она инстинктивно посмотрела на Сяо Ши и заметила, как та сморщила брови, хотя и не высказывала своё мнение.

По выражению лица Сяо Ши можно было легко понять, что её впечатление об этой парочке матери и дочери было не особо хорошим, хотя именно они выбрали её для служения дочери. Тем не менее, молодая горничная слишком хорошо себя вела. Она говорила не больше, чем её просили, и никогда не высказывалась о них плохо в присутствии Бай Сянсю.

Бай Рон надулась и в итоге решила молчать. Бай Сянсю тоже ничего не сказала и казалась довольно спокойной и сдержанной. Ни Сяо заметила, насколько спокойна её дочь. Как и ожидалось, она действительно изменилась после того, как стала принцессой-супругой. Теперь она намного более рассудительна. «Давай поговорим о нашем будущем. Наши две семьи должны теперь хорошо поладить друг с другом и проводить больше времени вместе. На самом деле я сегодня пришла обсудить с тобой именно это.»

«Мама, что ты имеешь в виду!»

«Как принцесса-супруга Ли и сестра по духу принца Ронга, твой социальный статус уже не такой, как в прошлом. Брак твоей сестры тоже должен быть оформлен надлежащим образом. В последнее время к нам приходило много семей, чтобы просить её руки. Мы с отцом понятия не имеем, кого выбрать, поэтому я пришла за твоим советом. Старшая сестра, как вторая мать. Может, ты сможешь помочь нам выбрать хорошую семью?»

«Ясно. К сожалению, мама, я не знакома с дворянскими семьями столицы и не думаю, что смогу дать какие-либо полезные советы.» Изначально Бай Сянсю была молодой девушкой. Несмотря на то, что она решила выйти замуж за Лун Хэна и стать его наложницей, человек, который принял окончательное решение, на самом деле был не её отцом, а матерью, стоящей перед ней сейчас.

Тот факт, что мать Бай Сянсю хотела узнать её мнение по поводу брака младшей дочери, мог показаться хорошим поступком на первый взгляд, но на самом деле Бай Сянсю просто пытались использовать в качестве приманки для привлечения хороших семей для младшей сестры. Однако Бай Сянсю мало что знала о Бай Рон. Если её личность действительно похожа на предыдущую Бай Сянсю, это, вероятно, не особо понравится семье, в которую она войдет.

«На самом деле мне нравится одна семья, с которой ты определенно очень хорошо знакома.» Ни Сяо начала смеяться. Она была уверена, что старшая дочь поможет с этой семьей.

«Какая семья?» Сюжет не может продолжиться, как в одном из тех романов, где младшую сестру просят вступить в брак в ту же семью, но наложницей, верно?

Старшая сестра будет принцессой-супругой, а младшая — наложницей. Бай Сянсю не могла даже потворствовать таким абсурдным мыслям. К счастью, это не то, что имела в виду Ни Сяо. С широкой улыбкой она продолжила: «Я думала о старшем сыне семьи Сун. Сэре Сун Цзяоюэ.»

«Что?!» Бай Сянсю чуть не выронила чашку чая, когда посмотрела на Ни Сяо широко раскрытыми глазами. Социальный статус их семей крайне несовместимым, несмотря на изысканную внешность её младшей сестры. Семья Бай — простой крошечный дом с пятью или шестью слугами, а семья Сун имела их несколько сотен. Три служанки обслуживали Сун Цзяоюэ в спальне. В усадьбе было много горничных, и все довольно образованны.

Скорее всего, Сун Цзяоюэ даже не заметил бы Бай Сянсю, если бы она не была переселенкой и не имела больше знаний, чем большинство других в этот период. Хотя внешность и правда важна, успешные мужчины обычно пускали слюну на женщин, у которых был и мозг и красота. Бай Сянсю легко могла сказать, что Бай Рон нельзя назвать умной женщиной, просто взглянув на высокомерное отношение к слугам в поместье принца Ли. Если бы сэр Сун Цзяоюэ женился на ней, это явно стало бы для него потерей.

Бай Сянсю рефлекторно почесала щеки и улыбнулась. «Мама, разница в социальном статусе наших семей слишком велика. Я считаю невозможным даже упоминать об этом.»

«Исходя только из твоей близости… близости Его Высочества с сэром Суном, это не должно быть слишком большим вопросом, верно? Кроме того, ты теперь принцесса-супруга. Разница между нашими семьями не такая уж большая, верно?» Ни Сяо улыбнулась. Разрыв в социальном статусе между ними был действительно велик, но её старшая дочь имела отличную репутацию в столице! Репутация Бай Сянсю была настолько хорошей, что Ни Сяо и её муж не могли не испытывать гордости, когда люди говорили о ней. Если бы не её хорошая репутация, этот старый упрямый мужчина никогда бы не выпустил их из дома. Бесконечные толпы людей, просящих руки её младшей дочери, вероятно, заставили Ни Сяо думать, что она теперь может стремиться к звездам. С тех пор, как появились новости об отмене помолвки Бай Рон, её руки просили престижные семьи и чиновники четвертого и пятого ранга. Было также немало мужчин подходящего возраста с очень красивой внешностью.

К сожалению, они все блекли по сравнению со старшим зятем. После долгих размышлений они в конечном итоге нацелились на Сун Цзяоюэ. Бай Рон даже виделась с ним наедине, и прошла всего лишь секунда, прежде чем она в него влюбилась. С тех пор она твердо сосредоточилась на том, чтобы выйти замуж за этого джентльмена. Ни Сяо начала стремиться к небу из-за Бай Сянсю. Её дочь была красавицей, и в мозге матери постоянно росли планы о том, как подняться по социальной лестнице, после того, как усадьба принца Ли захотела её дочь. Поэтому, Ни Сяо решила разорвать словесные обязательства Бай Сянсю с другой семьей, прежде чем отправить свою дочь в усадьбу Ли. И теперь реальность доказала, что Ни Сяо сделала правильный выбор. Бай Сянсю стала принцессой-супругой и жила славной жизнью, но так ни разу и не связалась с домом. Такой бессердечный ребенок.

Бай Сянсю чувствовала, как в её груди накапливается ярость. Кто бы не заметил, что подразумевает её мать? Разве она только что не пыталась сказать, что у неё были какие-то отношения с Сун Цзяоюэ? Зачем им вообще это делать! Да, в столице ходит несколько слухов об их предполагаемых отношениях. Было невозможно, чтобы они не знали о них, так как некоторые заметили чувства Сун Цзяоюэ по отношению к Бай Сянсю, хотя он прилагал все усилия, чтобы скрыть этот факт. Однако разве мать Бай Сянсю действительно хотела всего наилучшего для своей дочери, если приехала к ней и попыталась воспользоваться этими отношениями?

Выражение лица Бай Сянсю мгновенно помрачнело. Она встала и сказала: «Извини, твоя дочь — всего лишь скромная жена, которая знает своё место. Я не имею никакого влияния на друзей Его Высочества.»

Ни Сяо сразу поняла, что, должно быть, сказала что-то не то, когда увидела, как изменилось выражение лица Бай Сянсю. «Теперь ты уже не та, когда стала принцессой-супругой. Тебе даже не нужно ничего говорить принцу, мама сделает всю работу. Однако твоя младшая сестра никогда не видела мир, так как её всегда держали дома. Почему бы тебе не позволить ей помочь тебе в поместье? Для неё это будет хорошей возможностью научиться быть женой.»

«Старшая сестра, прошло так много времени с тех пор, как мы в последний раз встречались. Я очень по тебе скучала.» Бай Рон использовала маленький носовой платок, чтобы вытереть глаза, хотя не пролилось ни единой слезы.

Бай Сянсю очень не нравилась эта девушка. Тем не менее, она также знала, что Ни Сяо никогда от неё не отстанет, если она откажется. «Если так, то я оставлю её на два дня. Однако наша усадьба очень строгая, поэтому, если у младшей сестры возникнут какие-либо проблемы, у меня не будет другого выбора, кроме как отправить её домой, если старая мадам прикажет это сделать. В противном случае моё место принцессы-супруги скоро окажется в чужих руках.»

Бай Сянсю говорила крайне недружелюбно, что немного раздражало Ни Сяо. Тем не менее, она понимала, что ссора с дочерью ничем ей не поможет. Итак, она оставила Бай Рон в усадьбе и быстро вернулась домой. Удивительно, но Бай Рон стала намного лучше себя вести после того, как её мать ушла. Она осмотрела свою старшую сестру с головы до ног и заметила, как благородно она сейчас выглядит. Всё, что она носила и использовала, было сделано из самого лучшего материала. Даже её служанки и старые слуги носили лучшую одежду, чем простые люди. Даже Сяо Ши, некогда несчастная горничная, с каждым днем становилась все красивее.

«Старшая сестра, прошло больше года с тех пор, как мы виделись в последний раз, верно? Я слышала, ты родила очень красивого мальчика. Где он?»

«Он недавно простудился, поэтому выздоравливает в покоях старой мадам.» Бай Сянсю опустилась на стул, просматривая бухгалтерские книги. Бай Рон подошла к ней и рассмеялась. «Старшая сестра, ты теперь отвечаешь за всю усадьбу, верно? Почему бы тебе не приказать кому-то почитать тебе эти книги?»

Книги?

Губы Бай Сянсю дрогнули. «Откуда у меня время читать книги? Это всё счета.»

«Счета поместья?» Бай Рон схватила одну из многочисленных книг на столе и воскликнула. «О, Боже! Там столько денег! Нашей семье, вероятно, понадобится не менее трех-пяти лет, чтобы заполнить хотя бы одну из этих книг!»

«Усадьба довольно большая и мы заботимся о многих делах. Сяо Ши, приготовь комнату для второй мисс, чтобы она могла отдохнуть. Организуй всё как можно лучше.»

«Да, принцесса-супруга.» Сяо Ши ушла выполнять порученное ей дело, а Бай Рон испорченно спросила: «Старшая сестренка, я редко бываю в поместье принца Ли. Можно я буду спать с тобой?»

Е-мама чуть не упала, когда это услышала. Принц отдыхал у принцессы-супруги каждую ночь. Вернее, следует сказать, что принцесса-супруга уже переехала во двор принца. Оставаться во дворе, где живет принц, совершенно неуместно, разве нет? Тем не менее, её нельзя обвинить в невежестве. Даже в небольших домашних хозяйствах, если семьи обладали небольшим авторитетом, жены и наложницы обычно жили в разных местах. У хозяина дома также была своя резиденция. Но как их можно назвать типичной парой, если принц постоянно живет с принцессой-супругой и не уходит даже когда у неё наступают месячные?

Тем не менее, поскольку принц сам так решил, слуги не могли его расспрашивать о причинах. Просто слова этой второй мисс были действительно слишком неуместными. Личность этой молодой леди очень далека от их принцессы-супруги.

«Это поместье принца Ли. Здесь везде есть правила.»

«Да, знаю. Старшая сестренка, а можешь показать мне усадьбу?»

«У меня действительно нет на это времени. Я слишком занята подготовкой к банкету. Е-мама, найдите двух горничных, чтобы показать второй мисс наше имение.»

«Эта старая служанка сейчас же всё сделает.» Таким образом, девушка продолжала доставлять неприятности, хотя хотела остаться, чтобы помочь. Тем не менее, она, вероятно, не доставит особых хлопот, если будет просто ходить по усадьбе. Если бы она отказала, кто-то мог заподозрить, что она не предыдущая Бай Сянсю, и тогда возникли бы реальные проблемы.

К сожалению, та девушка, в конечном итоге всё же создала много хлопот.

Когда Бай Сянсю готовилась обедать вместе с Лун Хэном, к ним подбежала горничная и сообщила: «Принцесса-супруга, Ваше Высочество, вторая мисс подралась с вашей кузиной в саду.»

«Вторая мисс?» Лун Хэн только что вернулся и ещё не знал что из семьи Бай приходили гости.

Бай Сянсю ответила довольно уныло: «Моя младшая сестра.»

«Понятно.»

«Я пойду посмотрю.» Когда появилась эта кузина? В поместье Принца Ли всё стало действительно хаотично. Ну, так как они собирались провести семейный банкет, вполне естественно, что к ним прибывали гости. Тем не менее, не слишком ли рано прибыла эта младшая кузина?

Бай Сянсю шла во главе группы, спешащей в маленький сад. Там она увидела двух молодых девушек, которые боролись, толкая друг друга назад и вперед. Хотя это было не так варварски, как драка между Бай Сянсю и Лин Цяньцзы, по одному взгляду можно было сказать, что они обе очень серьезно к этому относятся.

«Прекратите! Что вы делаете?» Бай Сянсю была в ярости. Гости могут прибыть в любой момент. Две девушки довольно непристойно ссорились в поместье принца Ли, разве они не знают, какие в результате могут распространится сплетни?

«Старшая сестренка, эта женщина издевалась надо мной.» Рыдая, Бай Рон бросилась в объятия Бай Сянсю.

«Она ваша младшая сестра? Как уместно.» Кузина лишь фыркнула в ответ.

«Что ты пытаешься сказать?» Бай Рон повернулась к кузине и закричала. Выражение её лица изменилось, когда она снова посмотрела на Бай Сянсю: «Старшая сестренка, эта женщина явно насмехается над тобой.»

Бай Сянсю потерла голову. «Кузина, мне очень жаль за грубость моей младшей сестры. Эй, слуги, проведите кузину Его Высочества обратно.»

«Старшая сестренка, ты ведь принцесса-супруга, почему ты извиняешься перед ней? Разве она не просто какая-то кузина! Она имеет отношение только к старой мадам, но она сейчас занята своим внуком. Эта усадьба Ли твоя…»

Шлеп! Бай Сянсю протянула руку и ударила ее. Её младшая сестра слишком высокомерна. Если она продолжит так говорить, это доставит ей массу проблем. Хотя кузина не имела фактической власти в поместье принца Ли, если она действительно оскорбит старую мадам этим инцидентом, Бай Сянсю будет тяжело в усадьбе принца Ли, даже в статусе принцессы-супруги.

«Ты, ты ударила меня!» Бай Рон застыла от шока, даже не думая, что сестра даст ей пощечину.

«Проведите кузину в её комнату. Ты, следуй за мной,» — ответила Бай Сянсю.

Получив пощечину у всех на глазах, унылая Бай Рон изначально хотела устроить сцену. Тем не менее, она не смела произнести ни единого слова, когда увидела взгляд сестры. С каких пор он стал таким авторитетным? Бай Рон действительно необъяснимо послушно последовала за сестрой кроткой походкой, как ягненок. Войдя в кабинет, она увидела внутри человека с ещё более властной аурой. Его взгляд был ледяным, а от всего его тела исходил холод. Несмотря на его красивую внешность, она сразу же испугалась, опустив голову, как только его взгляд упал на неё.

«Сюй, неужели семья Бай отдала все свои усилия на твое воспитание? Никто не учил твою сестру, что ей нужно поклонится в присутствии принца?»

Бай Рон немедленно отреагировала на слова Лун Хэна, тяжело опустившись на колени: «Приветствую, приветствую Ваше Высочество.»

«Е-мама, отправьте её обратно. Скажите семье Бай, что, если они когда-нибудь собираются выпустить её из дома, то должны сначала перевоспитать её.»

«Слушаюсь.»

Аура Лун Хэна была настолько пугающей, что Бай Рон не осмелилась опровергнуть его слова. Самое главное, как себя вели окружающие. Даже её сестра, принцесса-супруга, вообще не осмеливалась говорить, а слуги испуганно встали на колени. Если бы она сейчас заговорила, разве её бы не убили на месте?! Её быстро посадили в карету и отправили обратно в усадьбу Бай.

Этого не может быть! Она ещё не достигла своей цели. Она хотела встретиться с Сун Цзяоюэ и сообщить ему, что она младшая сестра Бай Сянсю. После этого он, вероятно, начнет о ней думать. Тогда шансы на брак между ними станут намного выше, разве нет? Тем не менее, она никогда бы не подумала, что её действительно могут прогнать из-за кузины принца Ли.

Обдумав всё это, она решила, что не вернется домой и упорно настаивала на том, чтобы покинуть экипаж. Из-за невозможности справиться с ней, кучеру пришлось остановиться. В конце концов она чуть не упала в спешке, когда пыталась выйти.

«Ах…» В этот момент её внезапно поддержала чья-то рука. Подняв голову, она обнаружила, что это оказалась неизвестная женщина в вуали. «Спасибо.»

«Я никогда раньше не видела такой красивой девушки, как вы! Тем не менее, вы выглядите так, словно у вас что-то на уме!» Казалось, эта женщина в вуали беспокоилась о ней, вопросительно нахмурившись.

«О чём ещё я могу думать? Меня только что выгнали.» Возможно, из-за доброй воли другой стороны, оказавшей ей помощь и её обеспокоенных слов, Бай Рон действительно почувствовала, что подверглась несправедливости. Как только она ощутила себя обиженной, урчание в животе напомнило ей, что она ещё даже не ела.

Женщина в вуали сразу засмеялась: «Как насчет вина в таверне? Поскольку судьба решила, что мы должны сегодня встретиться, эта старшая сестра угостит вас.»

«Как я могу это позволить? Вы спасли меня! Это я должна вас угостить.»

«Не спорьте со мной! Угостить такую красавицу, как вы, уже лучшая награда.»

Лицо Бай Рон покраснело, когда женщина в вуали потянула её в таверну. Она, казалось, была довольно высокого происхождения, с двумя мужчинами-слугами, следовавшими за ней с крайним почтением. Она также была грозной в своей расточительности, заказывая блюда, которые Бай Рон никогда не пробовала в своей жизни.

Внезапно она почувствовала, что эта женщина на самом деле даже более благородна, чем её старшая сестра. Таким образом, ободренная вином, она вылила наружу всю несправедливость, с которой столкнулась, начиная с семьи Бай и заканчивая усадьбой принца Ли. Когда она закончила, было уже довольно поздно, а эта женщина всё время её утешала и даже подарила Бай Рон много ценных подарков во время их разговора. Затем они договорились встретиться на следующий день. Она сказала, что поможет Бай Рон подготовится так, чтобы Сун Цзяоюэ увидел её в ином свете.

Бай Рон изначально привлек нрав этой старшей сестры и она глубоко поверила, что та сможет ей помочь.

Супружеская пара усадьбы принца Ли отправилась навестить старую мадам и извиниться. Лун Хэн даже гарантировал, что Бай Рон больше никогда не доставит неприятностей старой мадам. Та, в свою очередь, не могла не нахмуриться, услышав историю от кузины Лун Хэна, Ю СяоШу. Неужели её невестка всё время симулировала послушание? К счастью, пара прибыла, когда она пребывала в своих мыслях, и быстро избавила её от забот. В конце концов, урожденная Бай решила этот вопрос вполне адекватно, не позволив ситуации обостриться. Более того, это была не её вина. Как она должна была контролировать чужой рот?

Старая мадам махнула руками, показывая, что её больше не волнует эта проблема. «Хэн уже начал успокаиваться и, вероятно, тебя не отправят к границе в ближайшем будущем. Твоя двоюродная сестра тоже пережила тяжелые испытания. Невестка Бай, приведите в порядок одну из резиденций. Когда церемония закончится, мы примем кузину в усадьбу!»

Бай Сянсю всегда пыталась симулировать непонимание, но намерение старой мадам было более очевидным, чем когда-либо прежде. Она хотела назначить для Лун Хэна новую наложницу! Как я могла забыть? Это же древние времена! Даже если я поднялась до положения главной жены, старая мадам никогда не позволит своему сыну держать рядом только одну женщину.

Бай Сянсю не была великодушным человеком. Она тихо опустила голову и прикусила нижнюю губу, словно была на грани слез. Старая мадам нахмурила брови, но Лун Хэн очень явно сочувствовал Бай Сянсю. Он решил, что ему нужно найти время, чтобы поговорить с матерью наедине. Пока он лишь омрачил выражение лица и ответил: «Мама, кузина только что прибыла и уже с кем-то поссорилась. Разве всё поместье не перевернется, если она войдет в дом? Усадьба принца Ли сейчас находится в опасном положении. Мы не можем позволить себе решать даже самые незначительные проблемы. Кроме того, когда я давал ей такое обещание? Или, скорее, когда ты его давала?»

Старая мадам пришла в недоумение от его слов. Зачем им давать обещание, когда все знали, что должно было случиться? Даже если нрав двоюродной сестры всё ещё приемлем для положения наложницы. Однако её сына никогда не привлекали многие женщины, особенно не волевые и хлопотные. Разве это не было бы большей потерей, если бы эта женщина нарушила гармонию, которая только началась?

Бам! Бай Сянсю внезапно рухнула на землю, пока старая мадам всё ещё размышляла.

«Вааа!» Хотя могло показаться, что Сяо Лин совершенно не близок со своей матерью, он сразу же разразился громовыми воплями, увидев, что его мать потеряла сознание. Он продолжал размахивать руками в её направлении, как будто очень беспокоился о ней. Его слезы текли как бесконечная река.

Старая мадам тоже была шокирована. «В чем дело…»

Несмотря на то, что она знала, что Бай Сянсю на самом деле довольно крепкая и бодрая, первое впечатление всегда самое глубокое и самое продолжительное. Первое впечатление старой мадам о Бай Сянсю заключалось в том, что она деликатная и хрупкая девушка со слабым телом, которая падает в обморок даже от падения шляпки.

Должно быть, она потеряла сознание из-за гнева и тревоги. С ней несправедливо обращаются! И мама даже просит, чтобы она провела в дом другую женщину. Лун Хэн быстро поднял её и закричал: «Чего вы ждете? Позовите доктора!»

Будто понимая, что его мать собираются унести, Лун Лин начал плакать ещё сильнее. Он даже начал икать в промежутках между своими воплями. В то время как все были в панике, острые глаза Юй СяоШу уловили тот факт, что руки Бай Сянсю двигаются сами по себе. Она закричала: «Почему вы все паникуете? Она явно притворяется!»

«Закрой свой рот.» Лун Хэн был настолько взбешен, что его лицо стало почти багровым, когда он услышал эти слова на выходе.

Старая мадам на самом деле была крайне обеспокоена тем, что её внук может навредить себя такой истерикой. Тем не менее, она не могла не закипеть от ярости, когда услышала, что сказала Юй СяоШу в такой напряженный момент. Старая мадам подошла к ней и дала ей пощечину. «Почему ты не можешь быть немного более разумной?» Эта девушка действительно слишком проблемная. Так много неприятностей возникло ещё до того, как она присоединилась к их семье! Старая мадам ни в чем не обвиняла Бай Сянсю! В конце концов, она потеряла сознание! Кроме того, Бай Сянсю — мать её внука. Было очевидно, что между ними неразрывная связь, просто глядя на то, как яростно плачет Лун Лин. Её сердце стало мягким. В конце концов, старшее поколение всегда баловало малышей.

Кузина Юй СяоШу не собиралась терпеть страдания от старой мадам. Она быстро разразилась рыданиями, оплакивая этот факт, и тем самым вызывая ещё больший хаос.

Но, всё, о чем волновался Лун Хэн, сводилось на том, чтобы показать Бай Сянсю врачу. Тот быстро бросился к ней на помощь и что-то заметил, когда измерял ей пульс. Подождите. Она не больна! К счастью, это оказался тот доктор, который довольно долгое время помогал Бай Сянсю с её притворной беременностью. Из-за этого он решил снова помочь ей, несмотря на то, что его об этом не предупреждали. «У принцесса-супруги симптомы крайней скорби и гнева. Ей нельзя испытывать столько экстремальных эмоций. В долгосрочной перспективе это будет крайне вредно для её здоровья.»

Лун Хэн кивнул. «Когда она проснется?»

«Скоро. На данный момент было бы лучше не беспокоить принцессу-супругу. Она проснется, когда её тело успокоится. Постарайтесь не злить её и не вызывать слишком много эмоциональных переживаний, после пробуждения.»

Принцесса-супруга, я сделал всё возможное, чтобы помочь вам. Доктор не имел ни малейшего представления о том, как тронута Бай Сянсю прямо сейчас. В ней было так много признательности, что она почти захотела сделать его своим родственником. Более того, этот доктор превосходно прочитал ситуацию. Он действительно упустил своё призвание в качестве политика. К сожалению, избавиться от необходимости принимать лекарства не было. Я действительно надеюсь, что он не станет прописывать что-то слишком горькое.

Лун Хэн сжал руки Бай Сянсю, произнося слова покаяния и гарантий! Если подумать, это первый раз, когда Бай Сянсю услышала, как этот человек дает клятву. Это заставило её почувствовать тепло и покалывание внутри.

«Сюй, я знаю, ты страдаешь. Не волнуйся, я всё объясню маме. Ты отправилась сражаться вместе со мной и прошла через всевозможные ветра и бури. Я понимаю, что не каждая женщина может быть такой же верной и надежной, как ты. Я, Лун Хэн, не неблагодарный человек. Я никогда не буду любить другую женщину, кроме тебя. Я полностью понимаю проблемы заднего двора после всех уроков на протяжении многих лет. Забудь о своих заботах, я никогда не буду думать ни о чем другом, кроме как о том, чтобы мы и Лин были в безопасности, укрыты и здоровы.» Лун Хэн, возможно, не использовал никаких изящных слов, но даже эти слова давались ему нелегко. Если бы она не упала в обморок, он, вероятно, просто сказал бы «Оставь это мне» и закончил бы на этом. Как такие простые слова могли облегчить её беспокойство?

В этот момент Бай Сянсю решила заговорить. «Ты должен сдержать своё обещание. Если ты нарушишь его, я уйду очень далеко и больше никогда не вернусь.» Лун Хэн никогда не найдет её, как только она уколется шипами Хунэра и вернется в современный мир.

Лун Хэн был ошеломлен. «Как долго ты не спишь?»

«С тех пор как ты начал говорить.» Я никогда не теряла сознание. Всё, что я сделала, это выбрала правильное время, чтобы упасть на пол. Да, падение на самом деле было очень болезненным. Предполагаю, для хорошего и убедительного действия нужно принести некоторые жертвы. Но всё было не зря, по крайней мере, теперь я знаю, что мой сын на самом деле хороший ребенок. Ему стало так грустно, когда он увидел, как его мать упала. Из-за этой пары «отец и сын» Бай Сянсю решила отбить любую женщину, которая планировала разрушить её гармоничный дом. Она стала невероятно оживленной, как только загорелся её боевой дух. Её глаза засверкали, как у феи.

«Я пойду поговорю с мамой. Почему у тебя такое выражение?» Ты выглядишь так, словно собираешься кого-то съесть. Но невероятно мило. Не говоря ни слова, Лун Хэн ущипнул её за щеки.

«Хорошо! Но не говори о том, что я сказала. Скажи просто, что я выгляжу очень подавленной.»

Глаза Лун Хэна дернулись. Это был обычный разговор между мужем и женой, но почему она учила его лгать старой мадам? Кха-кха. Неважно, что на самом деле это и было его изначальным намерением. Ведь это не первая ложь, которую он скормил старой мадам. Он делал это ещё до рождения Лун Лина, что привело к довольно интересному повороту.

«Не думай слишком много и просто отдохни. Я всё объясню маме. А ты просто сосредоточься на том, чтобы быть хорошей принцессой-супругой.» — после этих слов, Лун Хэн отправился в резиденцию старой мадам.

Сегодня он был довольно прямолинеен со своей матерью. Короче говоря, он сказал ей, что хочет быть преданным Бай Сянсю, и объяснил, насколько она для него важна. После этого он говорил о зле, что видел в женщинах, которых встречал на поле битвы, и о том, что Бай Сянсю единственная женщина, которой он доверял в своей жизни. Он даже сказал ей, что верит, что Бай Сянсю хорошо подходит для рождения детей. Так что ей не нужно беспокоиться об отсутствии других внуков.

Старая мадам тоже очень удивилась. Эта пара отличалась от других тем, что они всегда были вместе. Насколько она знала, они могли действительно скоро подарить ей ещё одного внука. Если бы сейчас она настаивала на новой наложнице, разве не будет жаль, если Бай Сянсю потерпит неудачу из-за печали? Хорошо, пусть делают, что хотят. В любом случае, у меня уже есть внук. Если Хэн не хочет иметь наложницу, настаивая на том, что это заставит его пренебречь женой, в конце концов её выгонят из дома. Если подумать, он действительно не трогал ни одну из трех других наложниц.

Старая мадам махнула рукой. «Можешь идти. Я позволю тебе принять окончательное решение по этим вопросам. Бай Сянсю может и не имеет хорошей родословной, но я не буду смотреть на неё свысока. В конце концов, она очень тебе помогла. Тем не менее, вы должны свести к минимуму контакты с семьей Бай. Они кажутся нарушителями спокойствия, даже если оставить в стороне тот факт, что твоя кузина тоже была не права. Я отправлю её обратно после церемонии и пусть её родители заключат брак с кем-то другим.»

«Спасибо, мама.» Лун Хэн поднялся на ноги и уже собирался уходить, когда его путь преградила фигура кузины, плачущая в дверях. Эта девушка всегда боялась Лун Хэна, но также всегда любила. Её вполне устраивала позиция наложницы, хотя она всегда мечтала стать его главной женой. К сожалению, он предпочел сделать главной женой одну из своих наложниц, чем взять её в жены, а теперь и вовсе отказался от неё.

«Кузен, почему ты никогда не смотрел на меня, хотя я так долго тебя ждала?!»

«Как может незамужняя женщина так мало знать о стыде…» Лун Хэн не колебался ни секунды, прежде чем уйти, полностью разбив сердце девушки. Она потянулась, чтобы попытаться схватить его за рукава, но как она могла быть быстрее эксперта по боевым искусствам? К сожалению, старая мадам всё видела, и нахмурила брови. Она знала, что эта кузина немного чрезмерна, но никогда не думала, что окажется настолько бесстыдной. Хотя это правда, что старая мадам хотела взять её в семью, но видеть, как она пытается соблазнить сына, совсем другое.

То, что Бай Сянсю удалось его соблазнить, совпало с пожеланиями старой мадам. Она была более чем счастлива, наблюдая, что их отношения развиваются так, как сейчас. Однако, когда это пытались сделать другие женщины, всё было иначе. Старая мадам решила сделать небольшой выговор Юй Сяошу, на что та ответила лишь рыданиями.

«Старая мадам, эта старая служанка попросит кого-то отправить её назад…»

«Незачем. Пусть она сама осознает свои проступки. Она, на самом деле пыталась схватить мужчину за рукава? Какой позор! После такого ей лучше забыть обо всем этом. Хэн больше всего ненавидит таких женщин. Ээх… « Я лишь хотела укрепить связи между нашими семьями. Похоже, это больше невозможно.

К сожалению, старая мадам никогда не представляла себе глубины смелости и бесстыдства Юй СяоШу. Она сразу же побежала к Бай Сянсю после того, как покинула резиденцию старой мадам, и всё потому, что думала, что именно Бай Сянсю стала причиной, по которой Лун Хэн больше не хотел её принимать.

Лун Хэн решал некоторые вопросы в кабинете, дав Бай Сянсю возможность хорошо отдохнуть. К сожалению, из-за этого дверь осталась открытой и Юй СяоШу без особых препятствий ворвалась в её комнату. Что касается Бай Сянсю, то она на самом деле не отдыхала. В конце концов, она ведь не падала в обморок. Она поливала Хоуэра и ловушку черного дьявола. Эти два растения были её детьми, драгоценными вещами, которые она никогда бы не выбросила, даже ценой своей жизни.

Лун Хэн думал, что одно растение слишком мистическое, а другое слишком опасное. Однако Бай Сянсю отказалась их выносить. Их поместили в специально подготовленную комнату, которая очень хорошо проветривалась. Теоретически это предотвращало отравление или галлюцинации окружающих. Поскольку Хуэр становился больше, Бай Сянсю пыталась убедить его согласиться на обрезку. Теперь на его стебле было уже три ветви, и ещё одна начала появляться на боку. После того, как Хуэр согласился, она начала оценивать, какое подрезание сделать, но её резко отвлекло появление Юй СяоШу и прилетевшая от неё пощечина.

Шлеп! Удар оказался немалой силы, вероятно, потому что она была слишком взбешена.

Эта девушка сошла с ума? Почему сегодня она так импульсивна? Раньше она ведь могла сохранять спокойствие? Бай Сянсю приложила руку к лицу, хотя выглядела очень смущенной.

«Ты сука! Это твоя вина, что кузен не хочет жениться на мне! Я… я больше никогда его не увижу! Это всё твоя вина!» Юй СяоШу рухнула на пол и начала рыдать, словно это её только что ударили.

Угол губ Бай Сянсю начал дергаться. Подумав о старой мадам и о том, что ей может не понравиться бурная реакция, Бай Сянсю решила не противостоять ей. Она посчитала нужным отдать должное старой мадам, а также заставить её почувствовать себя перед ней должником. И так, Бай Сянсю устроила собственное шоу, действуя с искренним удивлением. Когда Сяо Ши бросилась расспрашивать о её ранах, по её щекам потекли слезы.

«Е-мама, идите в резиденцию старой мадам и расскажите о том, что только что произошло. Скажите ей, чтобы побыстрее отправила кузину домой. Я… я…» Если ей так нравится плакать, то давайте поплачем вместе! Бай Сянсю резко упала на стул и тоже начала плакать.

Лун Хэн примчался сразу же, как услышал о суматохе, но был застигнут врасплох внезапным взрывом плача. Оттащить Юй СяоШу будет слишком проблемно. С таким же успехом он может дождаться прибытия людей старой мадам. Однако в этот момент выражение лица Юй СяоШу внезапно изменилось. По правде говоря, она казалась немного опьяненной.

«Кузен! Ты пришел! Ты наконец пришел, чтобы поприветствовать меня! Давай поженимся! Я могу жениться на тебе прямо здесь и сейчас!» Юй СяоШу внезапно показалась невероятно счастливой и даже немного застенчивой.

Лун Хэн невольно сделал шаг назад. Ситуация казалась немного подозрительной. Бай Сянсю тоже перестала плакать. Предыдущая реакция Юй СяоШу ещё могла считаться нормальной и, вероятно, была вызвана чрезвычайным горем. Тем не менее, теперь эта дама совершенно безумна. В её мозгу определенно замкнулся какой-то провод.

«С тобой всё в порядке?» Кровь Лун Хэна закипела, когда он увидел опухшее лицо Бай Сянсю. Он немедленно закричал: «Юй СяоШу! Прочь с моих глаз! Никогда больше не ступай в мою усадьбу!»

Однако Юй СяоШу отреагировала лишь игривым смехом. Она начала дергать свою одежду и хихикала. «Двоюродный брат! Пойдем в свадебный зал! Я отдам своё тело тебе и только тебе!»

Пффф! Бай Сянсю чуть не начала рвать кровью. Её лицо стало пепельным, и она тут же обернулась и ушла. Юй СяоШу казалась слишком странной. Она больше не могла на неё смотреть.

«Уведи её отсюда,» — приказал Лун Хэн Сяо Ши.

Сяо Ши кивнула. Она также была залита холодным потом. Юй Сяошу сошла с ума из-за мужчины?

Юй СяоШу закачалась на ногах, когда все вышли из комнаты и,  массируя виски, спросила: «Что случилось? Бай Сянсю! Я никогда не прощу тебя!.. Кузен? Ч-что ты здесь делаешь?»

Лун Хэн сейчас выглядел злее, чем когда-либо прежде, и заговорил с одним из старых слуг рядом с ним. «Вы всё видели и слышали, верно? Можете всё описать старой мадам, когда она придет. Не пропустите ни слова.»

«Эта старая служанка всё поняла.» Люди старой мадам прибыли сразу после того, как старая служанка дала такой ответ. Юй СяоШу, возможно, раньше вела себя немного дерзко, но теперь явно успокоилась. Одной из основных причин, вероятно, стала пульсирующая головная боль, которую она сейчас испытывала, а другой — осознание того, что она больше не сможет причинить ей неприятности. В конце концов, Бай Сянсю принцесса-супруга и жена её двоюродного брата. Она внезапно почувствовала вялость после того, как старые слуги вывели её. Хотя, если честно, её практически утащили.

«Уйдите! Все!» Лун Хэн властно велел всем остальным уйти. «Что только что случилось? Похоже, ты что-то знаешь?»

«Юй СяоШу, вероятно, вела себя так, потому что напала на меня именно в той комнате. Видимо, на неё подействовал галлюциноген. Конечно, она, скорее всего, также отчаянно хотела переспать с тобой!» Бай Сянсю поняла это только потому что Хуэр стал жаловался, что воздух в комнате загрязнен. Однако, похоже, единственным человеком, пострадавшим от галлюциногена, была эта сумасшедшая женщина. Да, оба растения называли Юй СяоШу сумасшедшей женщиной, потому что она только что ударила их хозяйку.

«У них что, есть сознание?»

«На самом деле у всех растений есть сознание. Просто люди не могут их понять, точно так же, как мы не понимаем животных.» Ученые это доказали.

«Надеюсь, они не причинят тебе вреда,» — ответил Лун Хэн.

«Конечно, нет. Они просто хотели защитить меня.»

Лун Хэну захотелось воспевать Ловушку Черного дьявола прямо сейчас. Когда старая мадам услышит, что Юй СяоШу только что здесь сделала, она, вероятно…

«Ваше Высочество, эта служанка вернулась. Старая мадам просила вам кое-что передать.»

«Можете войти!» Старая служанка вошла в комнату и сообщила, что мадам уже отправила кузину домой. Ей также было приказано немедленно выйти замуж, чтобы она снова не сделала что-то столь позорное.

Лун Хэн кивнул с одобрением. «Хорошо. Скажите слугам подать ужин.»

«Уже почти ночь. Разве не поздно для ужина?» — спросила Бай Сянсю.

«Ты продолжаешь терять сознание, потому что у тебя слабое тело. Нельзя допускать задержек между приёмами пищи. Ешь!»

«……» Что это за новый сложный сценарий любви? Это какая-то властная игра главного героя? Несмотря на это, Бай Сянсю съела всё, как он приказал. Она чувствовала себя вполне счастливой, потому что ей удалось прогнать второстепенного женского персонажа всего за один день. Если подумать, Лун Хэн на самом деле вел себя довольно хорошо. Он никогда не обращал внимания на других женщин как в романе, так и в реальности. Из-за этого женских второстепенных персонажей было не так уж много. Все остальные женщины страдали от неразделенной любви.

Тем не менее, она полагала, что в будущем могут появится и новые второстепенные героини, ведь именно так поступали авторы, когда писали длинные истории. Она не могла знать наверняка, поскольку ещё не закончила читать книгу. Ну, по крайней мере, сейчас я единственная женщина в его сердце.

После ухода Юй СяоШу в усадьбе стало гораздо спокойнее. Вскоре наступил день банкета. Семья Лун прибыла к ним два дня назад. Бай Сянсю действительно не получила от них положительного мнения. Несмотря на то, что оба дяди Лун Хэна служили чиновниками при императорском дворе, они не разделяли семейных отношений друг с другом.

Почему все гости женского пола так на меня смотрят? Что за пренебрежение на их лицах? Хотя Бай Сянсю вышла не из столь благородной семьи, она действительно превосходила этих женщин как с точки зрения внешности, так и поведения. Поскольку ей нужно было доказать свой статус, она решила нарядно одеться, хотя была из тех людей, кто обычно предпочитает вести себя сдержанно. Она выглядела так прекрасно, что, казалось, даже мерцала, когда шла, и другим было трудно отвести от неё взгляд.

Бай Сянсю была такой красавицей, что могла одеваться скромно и продуманно. Она могла показать свою красоту, одеваясь практически так, как ей нравилось. Её фигура не сильно изменилась после рождения Лун Лина, но теперь приобрела оттенок зрелости, который не могла превзойти ни одна молодая девушка. После использования некоторых современных техник макияжа Бай Сянсю удалось добиться скромного, но чрезвычайно тонкого и изысканного вида. Никто не мог указать ни на один недостаток в её внешности. Добавив к этому общую властную ауру, которой она теперь обладала, никто бы не осмелился сказать ей «нет» в день церемонии.

Однако никто не понимал, насколько Бай Сянсю устала. Она сразу же упала на стул, чтобы отдохнуть, когда вернулась в свою комнату. Сяохуань вернулась сегодня, взяв с собой подарок принца Ронга. Это очень обрадовало Бай Сянсю, и она позволила Сяохуань остаться в комнате, пока отдыхала.

«Вы не позволите этой служанке помассировать вам плечи?» — спросила Сяохуань, увидев, насколько устала Бай Сянсю.

«Мм. Было бы здорово. У меня впереди ещё вторая половина праздника.» Следующий обряд поклонов собирались выполнять после встречи всех гостей и распределения их по назначенным местам. Ей предстоит переодеться в красную свадебную одежду, хотя на ней уже была фата.

«Вторая половина?»

«Это значит, что мне ещё есть чем заняться!»

«Я не думала, что так утомительно быть принцессой-супругой. У Вашего Высочества было гораздо больше свободы в Спокойном городе.»

«Откуда ты знаешь?»

«А Цюань сказал мне.»

«Это правда. Там я действительно могла расправить свои крылья.» Бай Сянсю чуть не задремала во время массажа, но её неожиданно прервала мама, которая пришла помочь ей переодеться. Ну что ж, я буду относиться к этому как будто родила ребенка до свадьбы! (?)

Надев красную церемониальную одежду, она забралась в шикарные носилки и её перенесли к главному залу. Лун Хэн стоял прямо перед дверью и лично пришел, чтобы встретить её, когда она приехала. Он тоже был полностью одет в красное и выглядел очень бодрым. Выражение счастья на его лице было невозможно скрыть.

По какой-то причине Бай Сянсю начала краснеть. Всё время они называли это банкетом, и только сейчас она поняла, что он больше похож на свадебную церемонию. Она собиралась выйти замуж за Лун Хэна. Мужчину из романа, казалось бы, идеального во всех отношениях. Она вдруг почувствовала благодарность к автору. Если бы автор не создал такого превосходного героя, она бы никогда не захотела оставаться в этом мире и выйти за него замуж.

Через мгновение она положила руку ему на руку. На самом деле Лун Хэн был моложе её на пять или шесть лет и обладал очень красивой внешностью. Сначала он мог показаться немного холодным, но на самом деле был довольно нежным. Нет, он действительно относился к ней хорошо, хотя ничего об этом не говорил. Осознав эти факты, Бай Сянсю сразу же вошла в образ невесты. Она стала застенчивой, испуганной и торжественной; в её сердце одновременно всплывали всевозможные эмоции. Она даже, казалось, забыла, как правильно ходить! К счастью, Лун Хэн сохранял спокойствие. Он шел вперед и направлял свою прекрасную невесту.

Ритуал поклонов! После него они станут настоящими мужем и женой! Подождите. Значит, до этого мы жили нелегально? Бай Сянсю нахмурила брови. Она была полностью побеждена своими собственными мыслями. Так не пойдет. Я выполню эти поклоны несмотря ни на что!

Лун Хэн понятия не имел, почему её лицо постоянно менялось. Однако быстро понял по пустому выражению лица, что её девичий разум, должно быть, куда-то улетел. Как она может так много думать в таком молодом возрасте? Я впечатлен тем, что она может отвлекаться на свои мысли даже в такое время.

«Подождите! Вы не можете выполнить ритуалы поклонов! Эта женщина пошла против своих обязанностей и обязательств. Она должна была стать моей женой!» В коридоре прогремел вопль, когда мужчина ворвался в двери. У него был крошечный носик и маленькие глаза, которые делали его очень похожим на ученого. Он был одет как паж, вероятно, чтобы получить возможность проникнуть в усадьбу.

Бай Сянсю не знала, кто он, и понятия не имела, знала ли его настоящая Бай Сянсю. Тем не менее, она расспросила Сяо Ши о предыдущих делах после визита Ни Сяо. На самом деле несколько лет назад отец обручил её с семьей по фамилии Ан. Сэр Ан был одним из восходящих ученых в то время и происходил из довольно приличной семьи.

Однако люди из усадьбы принца Ли пришли просить её руки только через три месяца после предполагаемой помолвки. Семья Ан ещё даже не наняла подходящую сваху. Ни Сяо и настоящая Бай Сянсю презирали идею вступления в брак с этой семьей и, поэтому, придумывали всевозможные планы, чтобы заставить отца отменить предложение о помолвке.

Отец Бай Сяню изучал классические языки и всегда был книжным червем. Он никогда не мог понять стремление подняться по социальной лестнице. Но его жена и дочь устроили такую истерику, что, наконец, Бай Сянсю добилась разрешения отправиться в поместье принца Ли. Вот так это началось. Но никто не предвидел последствий.

Этот джентльмен должно быть сэр Ан. Но почему он так внезапно появился? Вскоре она узнала, когда Бай Рон обвинила двух старых слуг, крича на него: «Сэр Ан, вы не должны быть такими импульсивными!»

Когда она вошла, Бай Рон заметила лица всех присутствующих. Несмотря на испуг, она помнила слова старшей сестры из таверны: что хорошего в том, чтобы твоя старшая сестра стала свахой? С таким же успехом ты могла бы устроить перед всеми хорошее шоу. Таким образом, сэр Сун узнает истинный характер твоей старшей сестры и будет тронут твоим поведением «справедливость превыше всего». Ты будешь удостоена величайшей чести, когда он придет просить твоей руки. Бай Рон была наивной и безоговорочно верила каждому её слову, поэтому пожертвовала своими кровными узами ради собственной цели.

Бай Сянсю деликатно надавила пальцем на висок. «Продолжайте церемонию,» — сказала она свахе. Её голос был не таким уж громким, но прозвучал для всех, будто бархат над сталью. Нужно было потратить время, чтобы вспомнить, что Бай Сянсю фактически командовала войсками на поле битвы. Поэтому, когда она заговорила таким тоном, сваха подсознательно подпрыгнула и сразу повиновалась: «Конечно. Первый поклон небесам и земле…»

Уголок губ Лун Хэна дернулся, как будто он не видел вновь прибывших, и вместе с Бай Сянсю опустился на колени в поклоне.

Бай Рон и сэр Ан были шокированы. Совсем не так они себе представляли развитие этой ситуации. Разве услышав такого рода разговоры, мужчина не станет проверять информацию и не отложит свадьбу? Почему они продолжили церемонию!? Они демонстрировали полное пренебрежение к их словам! Эти два заговорщика были молоды и неопытны, поэтому конечно же не пришли в восторг от того, что их считают пустым местом.

Достаточно скоро Бай Рон растерялась. В то время как все следили за церемонией, она пнула сэра Ана, чтобы тот попросил помощи у сидящей рядом старой мадам.

К их сожалению, в этот момент на плечо сэра Ана опустилась рука. Это немедленно его удержало, не позволив пойти вперед и искать справедливости у старой мадам. Когда он повернулся, чтобы осмотреться, его встретил хорошо одетый на вид джентльмен. Тем не менее, выражение последнего было холодным, как зимняя ночь, от чего по спине сэра Ана пробежал холод. Однако, Бай Рон застыла. Наконец-то она увидела Сун Цзяоюэ! Она не ожидала, что он наденет другую одежду для такого случая, но это только добавило ему очарования.

С другой стороны, сэр Ан совсем не женщина, которую может очаровать внешность мужчины. Абсолютно подавленный, он сделал короткую паузу, но всё же обратился к старой мадам: «Старая мадам, принц Ли, я из семьи Ан. Я жених старшей дочери семьи Бай, Бай Сянсю. Но, похоже, сегодня она пренебрегла верностью, чтобы жениться на другом. Возможно, вы об этом не знали, но это всё равно нарушение приличия. Поэтому я прошу вашего рассмотрения в…»

«Второй поклон вашим родителям.»

Бай Сянсю боялась взглянуть на старую мадам во время своего поклона. Сможет ли старая мадам внезапно взять на себя ответственность за ситуацию и объявить, что нет необходимости продолжать церемонию?

Но старая мадам даже не двинулась после просьбы сэра Ана. Ни одного моргания. Бай Сянсю почувствовала, как всё её тело расслабилось. Беспрепятственно со стороны шарады, церемония продолжалась в торжественной тишине.

«Третий поклон друг другу как мужу и жене.»

Это был последний поклон. Давайте посмотрим, кто осмелиться остановить нас сейчас.

«Прибыл имперский эдикт!» Тишину разрушил пронзительный голос, поразив всех присутствующих. Бай Сянсю чуть не заплакала. Разве она не вышла замуж снова в другом месте? Неужели так сложно просто оставить её одну на сегодня? Она вздохнула, уже поворачиваясь, чтобы получить императорский указ. Но в этот момент Лун Хэн протянул руку и остановил её. Она встретилась с ним взглядом, и он поклонился ей.

Бай Сянсю широко раскрыла глаза. Не колеблясь ни секунды, она тоже ему поклонилась. Глубоко в груди её сердце колотилось как ненормальное. Это был простой поклон, но в этот момент она нашла смысл в тех словах, которые всегда слышала, но никогда не понимала.

Муж и жена всегда стоят отдельно от других.

Возможно, их решимость была заразительной, или сваха хорошо знала свои обязанности, но когда новые муж и жена поклонились, она воскликнула: «Церемония завершилась!» Только эти два слова.

После них, Лун Хэн поднялся, говоря своему помощнику: «Награди её за хорошую работу.» Он протянул руку своей новоиспеченной жене и направился вместе с ней получать императорский указ.

Даже не смотря на беспорядок, по какой-то причине проявление благодати и решимости от жениха и невесты казалось глубоко трогательным. Это было особенно важно для Сун Цзяоюэ. Сила его руки, сжимающей плечо сэра Ана, заставила последнего вскрикнуть от боли. Теперь, когда эти двое стали мужем и женой, пришло время отказаться от его намерений!

«Сэр Сун, я младшая сестра Бай Сянсю. С вами всё в порядке?» Бай Рон хотела подчеркнуть своё присутствие, но Сун Цзяоюэ даже не взглянул в её сторону. Он тоже вышел вперед, чтобы получить императорский указ.

Все встали на колени, когда евнух громко начал читать прокламацию. Помимо цветочных слов, суть заключалась в том, что были и другие осложнения в браке Бай Сянсю. Поэтому они должны на время приостановить церемонию, пока всё не прояснится.

Услышав указ губы Лун Хэна изогнулись в усмешке. «Евнух, позволь мне побеспокоить тебя вернуться и сообщить Его Величеству, чтобы он не беспокоился об этом. Церемония уже завершилась. Поскольку Его Величество уже объявил мисс Бай принцессой-супругой Ли, это уже нельзя изменить, несмотря ни на что. Она всегда будет принцессой-супругой Ли, со свадебной церемонией или без неё.»

Евнух не знал, что ответить. Очевидно, что когда он вошел, церемония ещё не была завершена, но он также не мог сказать, что они проигнорировали указ. Они только задержали его получение. И из-за этого, даже император сейчас ничего не мог сделать. Значит, он пришел слишком поздно? Император, очевидно, хотел, чтобы он в полной мере воспользовался всей толпой и посеял суматоху объявлением об имперском указе.

«Устные наставления Его Величества состояли в том, чтобы я подождал здесь, пока все семьи разобрались, и только потом доложил об указе.» Евнух был удручен. Он действительно не хотел здесь торчать.

«Приготовьте место!» Лун Хэн едва открыл рот, прежде чем слуги уже подготовили место для евнуха. Затем Лун Хэн и Бай Сянсю тоже сели. Лун Хэн был холоден как никогда. «Выведите их вперед.»

Итак, сэр Ан и Бай Рон вышли вперед. Оказавшись там, они почувствовали себя довольно угрюмо. Казалось, что их вытащили перед властями за преступление вместо того, чтобы принять от них жалобу.

«Говорите. Если вы не объясните всё достаточно четко, вас передадут властям.»

Сэр Ан с громким стуком упал на колени, когда слова Лун Хэна повисли в воздухе. Он даже поклонился ему. «Ваше… Ваше Высочество,» его голос дрожал. «Моя фамилия — Ан. Я ученый по профессии. В прошлом году дядя Бай пил у меня дома, и… и пообещал выдать за меня свою старшую дочь.»

«Оу?» Лун Хэн не стал комментировать его слова, указывая, что он должен продолжить.

У сэра Ана не было другого выбора. «Но она жаждала богатства и титула, поэтому отступила от нашей договоренности и отправилась в резиденцию принца. Как Ваше Высочество может принять такую непостоянную, ненадежную женщину как свою жену?»

«Тогда что вы предлагаете?»

Никто не посмел прервать Лун Хэна. По какой-то причине Бай Рон, тоже стоявшая на коленях, почувствовала, что её зять действительно очарователен. Такое отчужденное поведение с властью и влиянием действительно, казалось, делало человека статным и обаятельным.

Сун Цзяоюэ был сам по себе довольно красив, но ему не хватало этой властной ауры. И поэтому, когда она погрузилась в свой собственный мир, её сердце дрогнуло, не зная, кого ей выбрать. Если старшая сестра выгнала её из поместья по этой причине, может у неё есть возможность жениться на нем?

Бай Сянсю наблюдала за всем, как бескорыстный наблюдатель, за изменчивыми выражениями гостей и размышлениями Бай Рон. Однако её сердце сжалось, когда она увидела алчный взгляд своей младшей сестры на её мужа!

Бай Сянсю знала, что главный герой очень привлекательный. Сун Цзяоюэ не обладал такой властной аурой, которая была у Лун Хэна. Такие мужчины часто побуждают женщин побеждать их. Мужчины покорили мир своим воинским мастерством, а женщины покоряют мужчин мягкостью и пониманием.

Бай Сянсю закатила глаза. Не зря говорят, что молодых девушек привлекают старшие мужчины. Это действительно откровение. Лун Хэн может и молод, но то, как он себя преподносил, было старше любого мужчины среднего возраста. Поэтому не удивительно, что он привлекал молодых девушек.

Сэр Ан быстро впал в депрессию. Почему принц попросил его объясниться, если смысл его слов совершенно ясен? Какой ещё может быть смысл? Он сказал, что принцесса-супруга совершила что-то нехорошее и не подходила на роль принцессы-супруги, понятно? Более того, он пришел не для этого. «Я хочу сказать, что она недобросовестный человек. Ваше Высочество, пожалуйста, пересмотрите ваши действия.»

Второму дяде из семьи Лун тоже было что добавить, когда он услышал, что сказал сэр Ан. «Хах! Ваше Высочество, подумайте дважды, прежде чем что-то делать.»

Что с того, что они оба известные и успешные? Разве они не станут посмешищем, если что-то случится во время их свадьбы?

Бай Сянсю тайно сжала кулаки. Зажигая свой боевой дух, она укрепила решимость гнать этих бессовестных паразитов подальше от своего дома. Когда дело дошло до защиты семьи, она не колебалась. Она внезапно встала и перестала казаться столь слабой и хрупкой, как раньше. Она бросила острый взгляд на сэра Ана, заставляя его задрожать и опустить голову. «Вы, сэр Ан, да? Я хотела бы спросить, мы когда-нибудь встречались раньше?»

«Н-нет…» Красота принцессы-супруги была не из этого мира. К сожалению, им не суждено было встретиться до этого.

«Вы держите на меня какую-то обиду?»

«К-конечно… нет.» Ладони сэра Ана стали мокрыми от пота. Он нервничал даже больше, чем во время разговора с Принцем.

«Тогда почему сэр Ан выдумывает эту ложь, чтобы оклеветать меня?»

«Н-нет… Всё, что я только что сказал, чистая правда.»

«Неужели? Тогда позвольте мне спросить вас. Почему вы говорите о любви, предательстве и отказе от нравственности, если мы никогда не встречались?»

«Но… у нас есть договоренность о браке.»

«Где доказательства?»

«Это… ученый никогда не отказывается от своих обещаний.»

«Это было обещание между вами и моим отцом, а не вами и мной. Кроме того, мой отец дал это обещание, когда пил в вашей резиденции. Может, вы ошиблись и приняли шутку пьяного человека за обещание?»

«Ваш отец определенно не шутил…»

«Тогда разве мы обменялись с вами возрастными картами и поместили их перед алтарями наших предков? Вы присылали сваху от вашего дома? Есть ли вообще свидетели?»

«Свидетели? Вся моя семья может выступать в качестве свидетелей.»

«Ха-ха…» Бай Сянсю засмеялась, даже не прикрыв рот. Тем не менее, это только усилило её красоту и заставило всех изумленно вздохнуть от того, какой красивой она сегодня казалась. «Слушайте, его семья выступит в качестве его свидетелей. Ну, кто докажет мою невиновность, если вся его семья решит испортить мою репутацию? Нет никаких доказательств этой договоренности, и мы никогда не встречались. Не слишком ли глупо врываться сюда вот так, называя меня своей женой? Тогда, если все пьяные слова будут считаться обещаниями, разве этот мир не сойдет с ума?»

«Я… я могу стать свидетелем для сэра Ана. Отец упоминал о её обручении, на что мать немедленно согласилась.» Дрожащий голос Бай Рон внезапно усилился. Она была ошарашена; она не привыкла видеть, что её сестра ведет себя так высокомерно.

«Оу? Если мать с готовностью согласилась, то почему была отменена твоя предыдущая помолвка?»

«Э-э… Это они! Именно они отменили предложение, а не наша семья.»

«Правда? И значит это их идея, чтобы семья Бай добровольно подарила им триста серебряных монет, чтобы отменить помолвку?»

Бай Рон не ожидала, что её сестра узнает об этом! Она в отчаянии закусила губу и посмотрела вниз. «Он простой ученый. Кто знает, сколько времени ему понадобится, чтобы, наконец, стать официальным лицом? Для нас было правильным расторгнуть этот брак.»

«Насколько же ты презренна?» — продолжала Бай Сянсю. «Кто поверит словам такого подлого человека?»

Бай Рон так разозлилась, что её щеки покраснели. Однако она не могла ничего сказать из-за сильного давления толпы. Что пошло не так? Разве та сестра в вуали не заверила меня, что этого никогда не произойдет?

«Это просто доказательство того, что семья Бай полна лжецов,» — быстро вмешалась вторая тетя семьи Лун.

«Достаточно.» Голос Лун Хэна пронзил воздух, словно нож. «Усадьба прекрасно знала обо всем этом, когда мы приняли принцессу-супругу в усадьбу. Мы даже позаботились о том, чтобы семья Ан дала добро на это. Обе стороны разговаривали, и ни один человек не выступил против. Так к чему вся эта суета во время нашего радостного события? Поскольку вы уже подняли этот вопрос, наша усадьба считает, что мы должны предоставить вам некоторую компенсацию. Иначе этот вопрос никогда не решится.»

«Э-э-э…» Зачем им что-то компенсировать, если мы не сделали ничего плохого? Очевидно, что за кулисами здесь стоит вдохновитель. Бай Сянсю нахмурила брови, глядя на Лун Хэна. Она не знала, почему он это сделал.

Лун Хэн смотрел на Сун Цзяоюэ. Если бы сестра Бай Сянсю не была такой гнилой, он мог бы на самом деле подтолкнуть её к Сун Цзяоюэ. Это отвлекло бы его внимание от принцессы-супруги Ли.

«Ваше Высочество, как вы думаете решить этот вопрос?» — спросил евнух.

«Довольно просто. Нет сомнений, что семья Бай неправа. Тем не менее, моя жена не знала о таких вещах, поскольку жила в моей усадьбе. Так как у семьи Бай есть вторая дочь, почему бы нам не обручить её с семьей Ан, чтобы семья Бай могла исправить свои прежние проступки?»

«Что?!»

«Никогда!»

Сэр Ан и Бай Рон одновременно выкрикнули свои возражения, но старой мадам уже надоело это представление. «Человек, которого я послала в семью Бай, вернулся с новостями о том, что сэр Бай согласился на наше предложение. Евнух, этого должно быть достаточно, чтобы вы доложили о выполнении своей работы!»

«Вы абсолютно правы, старая мадам,» — ответил евнух.

«Подождите. Скажите, кто сообщил об этом императору?» Лун Хэн чувствовал, что если бы это был кто-то другой, они бы уже отменили свадьбу. Никто никогда не женился бы на женщине, которую обвиняли в том, что она бессовестная и аморально жаждет власти. Он никогда бы не поверил, что Бай Сянсю именно такая женщина, после того, что они пережили вместе. Поэтому он пришел к выводу, что за этим может стоять мать Бай Сянсю.

Старая мадам вела себя ещё более сдержанно. Она знала обо всей этой шараде ещё до того, как взяла Бай Сянсю в усадьбу. Она дала согласие на продолжение ритуалов поклонения только потому, что была уверена, что кто-то активно пытается саботировать их свадебную церемонию. Просто у её сына слишком много врагов. Поэтому она должна была четко разграничить, кто друг, а кто враг. На этот раз планы противника оказались почти надежны. Но в конечном счете, семья Лун была слишком осторожна и не попалась в ловушку.

Евнух улыбнулся: «Я здесь только выполняю свои обязанности. Боюсь, всё остальное в этом вопросе от меня скрыто.»

Лун Хэн ни секунды не думал, что евнух раскроет ему вдохновителя, он просто хотел сообщить толпе, что кто-то пытается причинить ему вред. И чтобы сделать это, они попытались доставить проблемы окружающим его людям, начиная с Бай Сянсю, которую жители столицы восхваляли как Чжугэ Ляна* в женском обличии. Теперь, когда принц Ронг вернулся, рассказы о её путешествии достигли новых высот вместе с её репутацией. Вполне логично, что кто-то первым попытается её вывезти. Несмотря на то, что не было никакого открытого обсуждения, все знали, что Лун Хэн и император теперь немного в ссоре друг с другом, и что это началось совсем не недавно.

(Чжугэ Лян* — китайский политик, военный стратег, инженер и изобретатель)

Евнух быстро ушел, чтобы сообщить обо всём императору, так как он тоже заметил, что обстановка была немного странной. Тем не менее, Бай Рон и сэр Ан не знали, что всё встанет на свои места после его ухода. Они лишь настаивали на том, чтобы просить Лун Хэна о пощаде. «Ваше Высочество, пожалуйста, не заставляйте меня жениться на ней, у меня уже есть жена!»

«Правда? Тогда у вас будет две главные жены! Вы проделали весь этот путь, сэр Ан; этот принц не может отпустить вас домой с пустыми руками.»

«Нет! Это не наша вина! Это всё она… это её вина!» Бай Ронгер указала на свою сестру, как будто та была корнем всех этих неприятностей.

Бай Сянсю посмотрела Бай Рон прямо в глаза. «Я не ищу неприятностей на свою голову, но никогда не позволю, чтобы другие разлучили меня с мужем и ребенком. Те, кто стремится навредить моей семье, должны подготовиться к ответным действиям!»

Она произнесла эти слова, не щадя чьих-либо чувств. На самом деле, она даже пошла к Бай Рон, чтобы поднять подбородок младшей сестры. О нет. Я показываю слишком много доминирования? Кажется, все затихли!

Эх… Образ, который я строила всё это время, теперь разрушен! Интересно, будет ли старая мадам ненавидеть меня за то, что я слишком властная? Бай Сянсю повернулась, чтобы проверить, но всё, что она увидела, это выражение удивления на лице старой мадам. На самом деле не было никаких признаков отвращения или гнева.

Бай Сянсю не знала, что старая мадам всегда чувствовала, что у этой принцессы-супруги нет внутреннего стрежня. Однако Бай Сянсю сегодня доказала, что она не права. Похоже, это из-за того, что она так много времени провела рядом с её сыном. Эта принцесса-супруга действительно приобрела какую-то властную ауру. Это хорошо. Ей больше не нужно беспокоиться о способности Бай Сянсю контролировать своих слуг. Она станет хорошей принцессой-супругой, если сможет вот так справляться с большим количеством людей.

«Нет. Это не я! Это всё из-за той старшей сестры в вуали! Именно она заставила меня сделать это!» Бай Рон испугалась и глупо выпалила правду. Она боялась, что Лун Хэн на самом деле обручит её с сэром Аном. Он уже был женат, а это означало, что ей придется делить должность главной жены ещё с одной женщиной!

Власть и авторитет очень загадочные вещи. Их семьи никогда не пойдут против приказа Лун Хэна, даже если он не имел к ним ни малейшего отношения. Бай Рон не знала, что всё решится окончательно, как только император об этом услышит. Сожалеть было слишком поздно.

«Старшая сестра? В вуали?» Бай Сянсю и Лун Хэн обменялись взглядами. Они оба быстро поняли, что происходит. Это была Су Юнь. Значит она вдохновитель всего этого. И, судя по скорости, с которой император получил эту новость, она должна быть во дворце.

Всех впечатляла решимость и способности переселенцев, особенно когда этот человек из богатой семьи и знал, как опустить других на своём фоне. Этих двоих белых кроликов перед ней, вероятно, соблазнила Су Юнь. Тем не менее, почему она так много времени ждала, чтобы, наконец, снова приступить к своим старым трюкам? Что она делала так долго?

«Какое ты имеешь отношение к этой женщине?» Холодно спросила Бай Сянсю.

«Н-никакого! Мы просто случайно встретились!»

«И? Ты решила помочь незнакомке, которую только что встретила, причинить вред своей сестре?»

«Я не думала причинять тебе вред! Именно она предложила этот план!»

«Хах! Даже сейчас ты всё ещё считаешь её хорошим человеком. Бай Рон, ты вообще понимаешь, что тебя подставили? Ладно, забудь. Ваше Высочество, мы не должны позволять этим людям испортить такой благословенный случай. Уведите её прочь и заприте!» Я подробно расспрошу её позже.

«Нет! Ты моя старшая сестра! Почему ты хочешь посадить меня в тюрьму?» Бай Рон была напугана до глубины души, так как никогда не представляла, что всё обострится до такой степени. Раньше она тоже шутила со своей сестрой!

«Вижу, ты, наконец, вспомнила, что я твоя сестра. Но знаешь ли ты, что то, что ты сделала здесь сегодня, могло разрушить мою репутацию? Возможно, меня заставили бы умереть, чтобы доказать свою невиновность! Зачем мне проявлять к тебе милость, если ты пыталась спровоцировать мою смерть?» Бай Сянсю махнула руками, чтобы приказать охранникам увести Бай Рон.

Сэр Ан тоже испугался. «Это не моя вина! Бай Рон дала мне за это сто серебряных монет!»

«Хах! Заберите их обоих.» Лун Хэн вздохнул. Они оба оказались настолько робкими, что потребовалось не так много времени, чтобы раскрыть правду. Однако это был конец. Нехорошо, если другие услышат остальное. Как в цирке, после смерти клоунов стало невероятно мирно. После этого остальная часть семьи Лун не сможет ничего сделать Бай Сянсю, даже если захотят.

Пройдя через всё это, Бай Сянсю больше не пряталась за притворством хрупкости. Она спокойно раздавала всевозможные команды и занималась множеством дел. Она наконец стала новой мадам усадьбы принца Ли после того, как закончила со своими задачами. Теперь она официально принцесса-супруга Ли, которую обожали тысячи.

С наступлением темноты прибыли люди из семей Бай и Ан. Они пришли просить пощады за своих детей. Их семьи понятия не имели, что они планировали сделать что-то подобное, поскольку оба сделали это по собственному желанию. Один сделал это за деньги, а другая, чтобы подняться над своей сестрой.

Из поместья Бай прибыли Ни Сяо и младший брат Бай Сянсю. Её настроение действительно изменилось к лучшему, когда она увидела своего младшего брата. И из-за этого она больше не говорила так холодно, как раньше. «Можете забрать её домой, но она должна выйти замуж за семью Ан.»

«Это неприемлемо?! Их поместье похоже на пустую раковину! Внутри ничего нет!» Ни Сяо всегда больше всех любила свою младшую дочь. Как она могла позволить ей выйти замуж за такого ничем не примечательного человека?

«Она сама об этом просила. Ты ничего не можешь сделать, чтобы это изменить.»

«Разве мы не договорились, чтобы она вышла замуж за семью Сун?»

«Мама, я надеюсь, ты понимаешь, что сейчас выдать её замуж практически невозможно, не говоря уже о семье Сун.»

«Что она сделала не так? Она говорила только правду!» Ни Сяо встала и взволнованно закричала.

«Мама, что ты говоришь?! Вторая сестра чуть не навредила старшей сестре!» Бай Сюэр тоже встал. Он никогда не думал, что его мать скажет что-то подобное!

«Правду? Правда в том, что она чуть не убила свою старшую сестру! Разговор окончен. Ты ничего не сможешь с этим поделать. Даже принц не сможет, потому что евнух уже сообщил обо всём императору. Или семья Бай хочет проигнорировать приказ императора?»

«Что? Ты уверена?!» Ни Сяо была настолько ошарашена, что её лицо замерло в одном выражении. Она сразу же продолжила: «Неужели императора волнуют споры обычных людей?»

«Императору может и наплевать на вас, но кто-то пытался испортить свадьбу его приближенного человека. Как ты думаешь, что он будет делать?» Бай Сянсю прибегла к угрозам. Поскольку никто из них не относился к ней вежливо, как к сверстнице, почему она должна это делать?

«Я пришлю много приданого на свадьбу сестры.» Она холодно улыбнулась Ни Сяо и попросила слуг вывести их. Семья Ан тоже согласилась, так как не хотела идти против имперских приказов. Тем не менее, жена сэра Ана, вероятно, не была в восторге от этой новости, поскольку ей вдруг пришлось разделить положение жены с другой женщиной.

Изначально Бай Сянсю думала, что после нескольких дней отдыха всё снова успокоится, но неожиданно пришло приглашение из дворца. Его послала ей благородная женщина с фамилией Су. Видимо, это был обычный дворцовый банкет.

У императора действительно было много наложниц. И это неудивительно, поскольку каждые три года проводился отбор самых выдающихся красавиц города. Но откуда внезапно появилась Благородная супруга Су, если в последнее время не проводилось никаких отборов? Неужели это Су Юнь? Но почему она так открыто послала мне приглашение во дворец? Она собирается нам отомстить? Или, может… у неё есть какая-то схема, которую мог придумать только переселенец.

Лун Хэн даже послал человека, чтобы узнать информацию об этой Благородной супруге по фамилии Су, и тот узнал, что она беженка из округа Шу. Император увидел её у дороги и решил взять во дворец. Затем ей дали звание Благородной супруги из-за любви и фаворитизма, которые она получила от императора.

Разве это не похоже на историю о Золушке? Как она могла привлечь внимание опытного императора, если бы не её красота или врожденная кокетливость? Очевидно, её звали Су Ло, а не Су Юнь, и она действительно была прекрасна, как богиня.

«В этой истории есть несостыковка!» — воскликнула Бай Сянсю.

«Что?» Лун Хэн изогнул бровь.

«Просто подумай об этом. Как могла дама, красивая, как божество, пройти весь путь от округа Шу до самой столицы, не связавшись с каким-то мужчиной? Неужели ей так повезло?»

«Но я лично испортил её лицо. Как это может быть она?»

«Похоже, у меня нет выбора, кроме как пойти туда и увидеть всё своими глазами. Я хочу посмотреть на её лицо, и проверить, или оно не подделано.»

«Думаю, я не смогу тебя переубедить. Тем не менее, будь очень осторожна. Возьми противоядие, прежде чем уйти.»

«Конечно.»

Лун Хэн был подготовлен ко всем непредвиденным обстоятельствам. Лучше заранее проверить безопасность, чем потом сожалеть.

Бай Сянсю тоже чувствовала, что ей нужны дополнительные меры предосторожности, и отправилась во дворец с повышенной бдительностью. Мужчин не пропускали на этот банкет, потому что хозяин — благородный супруг. Старой мадам тоже не было в списке участниц, потому что Благородная Супруга Су четко написала, что приглашены только молодые жены и дамы. Однако Бай Сянсю взяла с собой одну  новую горничную по имени А Сун. Она могла показаться стройной и красивой, но на самом деле это был мужчина.

Конечно, Сяо Ши тоже не сказали о его настоящей личности. Она просто знала, что эту девушку прислал принц, поэтому с любопытством смотрела на него. Вскоре Бай Сянсю поняла, что этот уважаемый скрытый охранник, мужчина среди мужчин, стесняется этого наглого взгляда. Казалось, он покраснел, и его глаза не переставали метаться в разные стороны. Несмотря на то, что Бай Сянсю должна была быть напряженной и нервной перед входом во дворец, она не смогла удержаться от желания посмеяться, увидев дискомфорт бедного телохранителя.

«Принцесса-супруга, почему у вас так дергаются губы?» — с любопытством спросила Сяо Ши.

Бай Сянсю коснулась губ и сказала: «У меня? Ты, должно быть, ошиблась.» Однако внутри она почти сходила с ума от смеха. Эти двое казались ей невероятно забавными.

Дворец. Место, которое может свести человека с ума. Бай Сянсю чувствовала себя здесь очень неловко, даже привыкнув к жизни в поместье принца Ли. Как очень привлекательная красавица, она получала всевозможные странные взгляды от самых разных людей. Как будто все думали, что она здесь с единственной целью соблазнить императора.

По правде говоря, даже если игнорировать тот факт, что её мужчина на десять лет моложе императора и гораздо более способный, чем он, она предпочла бы выйти замуж за ученого, чем за такого человека, как император. У него слишком много наложниц. Слишком много, чтобы даже начинать считать. Какая женщина не была его во дворце? Он, вероятно, не мог подсчитать, сколько их было или с кем он спал. Такой человек не мог сохранять верность, а Бай Сянсю была не из тех женщин, которые соглашались разделять любовь и удовольствия от плоти. У женщин тоже есть свои потребности! Мы не деревянные куклы, понятно?

Это был образ мышления современного человека. Поэтому Бай Сянсю чувствовала, что если эта благородная супруга Су действительно Су Юнь, то она, вероятно, не была на самом деле влюблена в императора. Для неё император — просто ещё один персонаж, которого она могла использовать в качестве инструмента для своих амбиций, подобно тому, что большинство героинь делали во многих романах о дворцовых гаремах. Он, вероятно, даже не рассматривался как личность. По прибытии во дворец гостям было позволено немного отдохнуть перед тем, как их отвезли в резиденцию Благородной супруги Су.

Неожиданно показалось, что император баловал Благородную супругу Су. На самом деле её банкет выглядел даже грандиознее, чем у императрицы. Более того, никто не говорил о ней от начала и до конца. Похоже, распределение власти во дворцовом гареме сильно исказилось!

Все прошли в зал и вскоре уселись на свои места. Несколько минут спустя, слуги подали много видов еды и фруктов. Это было поистине восхитительно! Гости как раз начали болтать, когда кто-то объявил о прибытии благородной супруги. Зал успокоился, когда медленно вошла дама около двадцати лет. Её внешность, казалось, была на уровне Бай Сянсю. Ходя девушки в двадцать лет ещё считаются молодыми, но в древние времена этот возраст уже считался очень далеким от брачного. Тем не менее, это определенно возраст, когда женщина находится на пике привлекательности. По сравнению с ними, молодые женщины казались слишком незрелыми.

Бай Сянсю посмотрела на свою груди. Несмотря на то, что они сильно выросли после того, как она родила Сяо Лина, она была ещё молода, поэтому казалось, оставалось место для роста. И из-за этого они были не такими большими, как дыни, как у благородной супруги перед ней.

К сожалению, эта женщина совсем не напоминала Су Юнь. Может, ей сделали пластическую операцию? Но откуда у них такие технологии? Она казалась картиной, тщательно написанной художником на холсте. Однако её красота не соответствовала стандартам красоты в этот период времени, а скорее стандартам современности. Острая линия подбородка, высокий нос и глаза-…

Подождите. Почему её глаза кажутся такими знакомыми? Похоже, я видела их раньше?

«Благодарю всех за то, что пришли. Я приготовила немного вина и несколько выступлений.»

Её голос тоже казался немного знакомым, но Бай Сянсю не могла точно сказать кому он принадлежал.

«Спасибо, Благородная супруга Су.»

После слов благодарности сразу началось танцевальное представление.

«Принцесса-супруга Ли.» Благородная супруга Су неожиданно заговорила.

Бай Сянсю подняла голову и улыбнулась: «Да?»

Благородный супруга Су рассмеялась. «Слухи говорят, что принцесса-супруга Ли — красавица, любимая всеми. Теперь, увидев вас своими глазами, я могу честно сказать, что вы так-так прекрасны, что это просто душераздирающе.»

«Вы мне льстите, благородная супруга Су.» Что, черт возьми, значит «так-так прекрасны»?

«Ничего подобного. Посмотрев на вас, я почувствовала, что мы с вами старые друзья. Вы действительно выглядите настолько-настолько мило, что хочется быть к вам ближе. Почему бы нам не стать сестрами?»

«Б-боюсь, я не ровня вам, чтобы стать сестрой для человека вашего уровня.» Ну правда, почему она продолжает повторять слова?

«Ерунда. Единственный человек, который не равен в наших отношениях, это я. Разве не все так думают? Со всеми присутствующими в качестве свидетелей я объявляю, что эта женщина Чжугэ Лян отныне будет моей младшей сестрой!» После этого она возбужденно встала. «Подайте вино! Я хочу сказать тост моей младшей сестре!»

После того, как подали вино, Благородная супруга Су лично подошла к Бай Сянсю. У Бай Сянсю не было выбора, кроме как встать. Она «так-так» хотела отказать этой благородной супруге Су, но у неё не было выбора. Особенно сейчас, когда та уже стояла перед ней. Бай Сянсю оставалось лишь принять из её рук чашу вина и сказать: «Благородная супруга слишком добра.»

После того, как они обе выпили свое вино, Благородный Супруга Су схватила её за руку, и они начали болтать о некоторых неважных вещах. Бай Сянсю даже начала думать, что эта женщина не имеет никакого отношения к Су Юнь. Тем не менее, Бай Сянсю хотела убедиться в этом наверняка. Итак, она начала месить лоб, как будто выпила слишком много. «Благородная супруга, мне очень жаль. Боюсь, я не слишком хорошо переношу алкоголь.»

Бум! Удар сбил несчастного императора. К сожалению, он пришел в себя после того, как его опрокинули, на что А Сун быстро ответил ещё одним ударом в шею,

«…» Бай Сянсю едва не рассмеялась. Тем не менее, сейчас не совсем уместно было бы смеяться. «Холодной воды, быстро,» — слабо прошептала она.

«Ох.» Вокруг было не так много людей, поэтому А Суну удалось сравнительно быстро найти немного холодной воды.

Бай Сянсю не колебалась ни секунды, прежде чем облить себя. Холодной воды оказалось достаточно, чтобы временно успокоить симптомы, потому что афродизиак был не таким сильным, как у вражеской нации. После этого она вытащила шпильку из императора. «Неси сюда евнуха,» — приказала она.

А Сун последовал её приказу и отнес евнуха туда, куда она указала. Дальше она приказала устроить евнуха в определенную позу и ударила себя в плечо. По её рукам мгновенно потекла кровь. Теперь от боли и холода она полностью избавилась от симптомов афродизиака. Он был не очень эффективным, так что придумать временное решение было довольно легко. Затем она сунула шпильку в руку евнуха и с холодным выражением лица села на кровать. «Можешь идти!»

«…» Принцесса-супруга, какого черта вы делаете?

У А Суна не оставалось другого выбора, кроме как выпрыгнуть из комнаты. Как только он это сделал, послышался пронзительный крик о помощи. «Охрана! Защитите императора! Здесь наемный убийца!»

«……» А Сун чуть не споткнулся в середине прыжка. Зачем так сильно кричать? Однако, подумав о ситуации, он быстро пришел к выводу, что это лучший способ решить проблему. Однако, ему стало жаль бедного евнуха.

После крика Бай Сянсю, в комнату ворвалась толпа людей. Среди них была и Благородная супруга Су, которая, вероятно, ждала поблизости, чтобы посмотреть хорошее шоу.

«Что… Что здесь происходит?» Тем не менее, она была немного озадачена. Почему всё пошло не так?

В этот момент принцесса-супруга Ли, ранее свернувшаяся клубком, внезапно побежала к благородной супруге и с сожалением прыгнула в её объятия. Сила прыжка почти выбила ветер из благородной супруги Су. Плач Бай Сянсю ещё больше её шокировал. «Старшая сестра, помоги! Этот евнух сошел с ума и пытался меня убить! К счастью, внезапно появился император и поспешил мне на помощь!»

Император пришел ей на помощь? Ну, основываясь на сцене перед ней это не так уж невозможно. Благородная супруга Су нахмурилась. «Чего вы ждёте?! Поднимите императора на кровать и позовите доктора!»

«Сестра, я так испугалась!» Все прелести белого лотоса Бай Сянсю заставили Благородную супругу Су застыть. На её коже появились мурашки, но она не могла оттолкнуть Бай Сянсю. Как всё закончилось таким образом? Разве она не должна сейчас спать с императором? Я должна была застукать их в постели и наказать её за соблазнение! После этого император пожалел бы её и забрал в свой гарем, а затем мы медленно выбили бы из неё формулу пороха! Она простая женщина с давних времен! Она ничто без своего мужчины!

Бай Сянсю могла бы считать себя трупом после того, как выдала бы формулу, поскольку Благородная супруга Су презирала цветы белого лотоса с пылкой страстью. К сожалению, цель схемы сейчас рыдала на её груди и пальцами сминала её одежду. Постепенно, Благородную супругу Су это начало невероятно раздражать.

Евнух проснулся вскоре после того, как доктор закончил перевязывать рану императора. Первое, что он заметил, это заколка в его руках. Он сразу же выбросил её, подпрыгнув от ужаса. Со шпильки всё ещё капала кровь.

Сяо Ши и А Суну разрешили войти в комнату. Сяо Ши чуть не упала в обморок, увидев перевязанную рану Бай Сянсю. К счастью, А Сун был рядом, чтобы поддержать её. Сильно потрясенная, девушка немедленно бросилась к ней. «Принцесса-супруга! Что случилось?!»

«Уу… Возможно, Его Высочество оскорбил кого-то во дворце. Потому что меня на самом деле пытались убить! К счастью, Его Величество рискнул собственной жизнью, чтобы спасти меня, поэтому я смогла убежать от смерти.» Бай Сянсю наконец отпустила Благородную супругу Су и рухнула в объятия Сяо Ши.

«Не могу поверить, что такое произошло! Вы, должно быть, многое пережили!» Сяо Ши искренне сочувствовала своей хозяйке и тоже начала плакать.

Что не так с этими женщинами? Их слезы продолжают течь, не прекращаясь! Даже не нужно особо стараться, чтобы заставить их плакать. Как же их нытьё раздражает!

«Достаточно. Мы обязательно найдем виновных.» Благородная супруга Су немного повысила голос в тщетной попытке остановить плач. Именно в этот момент проснулся император. Он казался немного ошеломленным и смущенным. Он как раз собирался говорить, прежде чем заметил фигуру, стоящую перед ним на коленях. Подождите. Разве это не урожденная Бай, с которой я только что пытался переспать? Почему она плачет? И почему у меня так болит живот?

Если бы рана была чуть ниже, он потерял бы своё достоинство! От этой мысли на лбу императора выступил холодный пот. Он немедленно сел на кровать, пока его гнев начал постепенно подниматься. Он бы уже ударил урожденную Бай, если бы не его рана. Он ещё никогда в жизни не чувствовал себя таким подавленным. Ни одна женщина никогда не пыталась причинить ему боль, но она это сделала.

Он ещё никогда не получал такой серьезной раны. Император злился, но в то же время беспокоился. Он не мог открыто сделать ей выговор, потому что в комнате находилось слишком много людей. Самое главное, какая женщина во дворце не позволит ему делать то, что ему нравится? Та, кто не просто так стала женщиной Лун Хэна.

Пока он придумывал план, как наказать её, она вдруг заговорила. «Благодарю вас, Ваше Величество. Если бы не Ваше Величество, меня… меня наверняка бы убил этот жалкий евнух!»

Что? Император был полностью ошарашен. Какой ещё евнух? Что касается бедного евнуха, его лицо уже стало цвета надгробия. Когда я пытался убить принцессу-супругу? Император явно был виновником в попытке изнасилования! Эта женщина врёт, даже не моргая?!

«Это не правда! Этот смиренный слуга…» Как мне теперь объясниться?

Но император даже не дал ему на это времени. Он махнул рукой и закричал: «Утащите его и казните немедленно! Как он посмел нанести вред принцессе-супруге!»

Без малейшего шанса объясниться, евнуха казнили. После его смерти император даже сказал: «Отправьте его тело в поместье принца Ли, пусть принц Ли распорядится им по своему усмотрению.»

Что ещё можно сделать с мертвым телом, кроме захоронения? Бай Сянсю уже устала плакать. Она опустилась на стоящий рядом стул и сказала. «Благодарю вас, Благородная супруга Су. Если бы не император… Уууууу…» На этот раз Бай Сянсю лишь издавала плачущие звуки без слез.

«Достаточно. Принцесса-супруга Ли, должно быть, устала. Почему бы вам не вернуться в поместье? Я не хочу, чтобы принц Ли беспокоился.»

«Хорошо. Спасибо, Ваше Величество.» Бай Сянсю уже ждала этого и немедленно попросила Сяо Ши помочь ей подняться. Она следила за соблюдением этикета, ни на минуту не откладывая свой отъезд. Бай Сянсю пробыла во дворце только пару часов, но сумела привести в бешенство Благородную супругу Су и императора. Теперь они прекрасно понимали, что эту женщину нельзя недооценивать.

Войдя в карету, Бай Сянсю сразу же легла, после чего внутрь запрыгнула фигура, принеся с собой холодный воздух. Бай Сянсю чихнула от холода, но этот человек быстро согрел её крепкими объятиями. По какой-то причине Бай Сянсю очень захотелось плакать, но вожделение внутри неё просто невозможно было игнорировать. Ясно, похоже, эффект афродизиака ещё не рассеялся.

«Лун Хэн…» Её голос прозвучал немного хрипло, но довольно сексуально. Лун Хэн сразу почувствовал, как напряглось всё его тело. «Что же там произошло?» — быстро спросил он.

«Давай поговорим, когда вернемся в усадьбу. Мне холодно… и очень жарко одновременно.»

«Ускорься!» Лун Хэн отодвинул занавески кареты и отдал приказ кучеру. Лошадь скакала галопом всю дорогу, пока они не добрались до усадьбы. Лун Хэн быстро вытащил её из кареты и побежал в их резиденцию.

Теперь, оказавшись рядом со своим мужчиной, Бай Сянсю больше не сдерживалась. Когда она заметила, что поблизости никого нет, она тут же потянула Лун Хэна за одежду и сунула руки внутрь.

«… Ты…!» Лун Хэн чуть не упал на пол, когда она это сделала. Он быстро отнес её к кровати и махнул рукой, приказав кому-то быстро вывести Сяо Ши из комнаты, хотя она только что вошла. Она сильно расстроилась. Почему они вытащили её, если она пришла позаботиться о ранах принцессы-супруги?

Лун Хэн легко мог сказать, что с Бай Сянсю что-то не так. Он слишком хорошо знал паразитические яды вражеской нации. А почему нет? В конце концов, его враг специализировался на всевозможных странных ядах. В приступе ярости он поднял руку и разбил вдребезги стоящий рядом стол. К сожалению, Бай Сянсю не успокоилась, несмотря на её раны. «Лун Хэн… Лун Хэн… Иди ко мне…» Она продолжала шептать.

Но у него не было другого выбора, кроме как подождать, пока пройдет действие препарата. К сожалению, он недооценил прелести Бай Сянсю. Прошло всего пару минут, прежде чем Лун Хэн потерял всю свою решимость и добровольно забрался в постель, чтобы выступить в качестве её антидота.

После того, как они закончили, Бай Сянсю сонно рассказала ему о том, что случилось и что она обнаружила. Услышав, что император собирался с ней сделать, Лун Хэн тут же вспыхнул от гнева. Он сердито метался по комнате, как зверь в клетке. Бай Сянсю быстро поднялась с кровати, чтобы успокоить его. «Лун Хэн, что не так? Разве я не вернулась в целости и сохранности?»

«В этот раз да, но нет никакой гарантии, что это больше не повторится. Если бы я не послал с тобой А Суна, всё бы…»

«Не волнуйся. Я не идиотка, которая позволит им делать всё, что угодно.»

«Ха-ха! Я только хотел попросить маленький кусочек земли, чтобы жить спокойной жизнью. Мне не нужно богатство и власть, всё, чего я хотел, — это чтобы моя семья была в безопасности! Но он не позволит! Теперь он осмелился возжелать мою жену и даже попытался тебя забрать? Это то, что я получил, после того, как рисковал жизнью, сражаясь за него?!»

«Тсс, не так громко!»

«Мне всё равно! Что я за мужчина, если не могу даже защитить свою семью? Мне будет стыдно, если кто-нибудь об этом услышит!»

«Э-э … Не волнуйся ты так.»

«Неважно, что он пытался сделать, я обязательно заставлю его об этом сожалеть!»

«Конечно. Давай сделаем это вместе.»

Бай Сянсю боялась, что он возьмет в руки меч и в порыве гнева ворвется во дворец. Она быстро уложила разъяренного мужчину в постель и успокоила объятиями. «Я в порядке, не нужно так злиться. Мы можем медленно придумать план, чтобы их наказать, верно?»

Лун Хэн был в ярости, но быстро понял, что у Бай Сянсю что-то спрятано в рукаве. Он ущипнул её за щеки и улыбнулся. «И какие махинации ты придумала на этот раз?»

«У меня много трюков, но мы должны тщательно всё спланировать.»

«Ах, у тебя всегда есть способ меня успокоить. Но…» Лун Хэн обнял Бай Сянсю. Как взрослый мужчина, он никогда бы не признал, что сейчас больше боится, чем злится. Да, он боялся, боялся потерять свою женщину. Она всегда такая живая и веселая. Если однажды он её потеряет, это будет для него хуже смерти.

Бай Сянсю хорошо знала Лун Хэна. Она положила его голову себе на бедра и прижала к себе. Утешая его, она медленно рассказывала о том, как собирается дать Благородной супруге Су один из побегов кактуса. К сожалению, заставить её принять это будет довольно трудно. Немного обсудив эту тему, они оба легли спать.

Неожиданно Благородная супруга Су в итоге споткнулась о пасть тигра. Её прибытие на следующий день даже помогло Бай Сянсю избежать одной из её проблем. Её снова навестила Ни Сяо, чтобы попросить устроить лучший брак для Бай Рон. «Она должна быть единственной женой, а не делить мужчину с другой женщиной!» Ни Сяо была непреклонна.

Благородная супруга Су прибыла как раз, когда Бай Сянсю придумывала способ справиться с раздражением. Бай Сянсю немедленно махнула рукой, чтобы прогнать Ни Сяо. И у Ни Сяо не было иного выбора, кроме как оставить её. Даже она не смела тревожить дочь, когда её посещала супруга императора.

Бай Сянсю быстро поприветствовала Благородную супругу Су и даже пригласила в Абрикосовый сад. Теперь она ещё больше убедилась, что эта женщина как-то связана с Су Юнь. Почему ещё Благородная супруга оказалась бы настолько смелой, чтобы выйти за стены дворцового гарема? Чтобы проверить свою теорию, она попросила слугу поставить Хуэра на соседний стол, пока они болтали, попивая чай.

«Его Величество попросил меня прийти посмотреть как раны младшей сестры. Вам уже лучше?»

«Да, но всё равно больно, когда я поднимаю что-то тяжелое. А что с… раной Его Величества?» Она наклонила голову, когда говорила, чтобы Благородная супруга Су подумала, что она делает это из-за раскаяния. Несмотря на то, что она не сделала ничего преднамеренного, женщины давних времен обычно возлагали вину на себя.

Благородная супруга Су поняла, на что она намекает, и насмешливо посмеялась изнутри.

«Благородная супруга Су, будьте осторожны. Эта штука может уколоть ваши пальцы.» — предупредила её Бай Сянсю. Она повернулась, чтобы попросить Сяо Ши убрать растение. Сяо Ши смутилась. Почему она попросила принести растение сюда, а затем сразу же убрать его?

Однако Благородная супруга легкомысленно махнула рукой: «Не нужно. Кактус выглядит хорошо, когда стоит на столе. Не нужно его убирать.»

Притворившись потрясенной, Бай Сянсю спросила: «Оно называется «кактус»?»

Благородная супруга Су поняла, что люди этого периода, возможно, не видели такого растения. «Да. Кактус — очень хорошее растение. Его можно использовать даже для лечения ожоговых ран и пузырей от яда.»

Она показала свои знания этой женщине и ожидала взамен получить изумление и удивление.

«Я не могу поверить, что такое уродливое растение можно так использовать. Я выращиваю его только потому что оно выглядит действительно уникально, и ему каким-то образом удалось выжить! Кактус… имя тоже уникальное!»

«Госпожа, Хуэр не уродливый.» Хуэр обиделся на неё, но почему он внезапно залез ей в голову? Бай Сянсю посмотрела на него, чтобы тот замолчал.

Тогда Благородная супруга Су сказала: «В будущем, это растение будет почти в каждом доме, потому что его легко растить. Чтобы выжить, ему нужно всего несколько капель воды, и у него много применений.»

«Правда? Тогда оно почти как сокровище! Почему бы вам тоже его не взять? Я ведь ничего не приготовила к вашему приезду.»

Раз она сделала из растения какое-то чудо, я обязательно дам его ей!

«Тогда я буду более чем рада принять вашу щедрость.» В любом случае, не причиняя вреда кактусу, он может помочь очистить воздух в моей комнате.

Благородная супруга приняла подарок без каких-либо подозрений. После этого она даже попросила нанести визит Лун Лину и старой мадам. Бай Сянсю не отказала и повела её их навестить. По дороге она рассказала о том, как Лун Лин подрос и что старая мадам собирается отвезти его в свой старый дом, чтобы почтить память своих предков. В конце концов, ребенок должен быть записан в семейном древе, когда станет совершеннолетним.

Конечно, это просто разговоры, но это также дало Лун Лину и старой мадам повод уехать. Казалось, Лун Хэн ещё не сделал этого, поэтому Благородная супруга Су ничего не подозревала. Это была хорошая причина для путешествий. Люди в былые времена очень серьезно относились к тому, чтобы иметь потомка. Тем не менее, сердце Бай Сянсю стучало просто невыносимо. Она больше не сомневалась, что Благородная супруга Су на самом деле Су Юнь. Однако она не могла понять, как та изменила своё лицо. Это определенно не маска. Неужели пластическая хирургия древних времен настолько впечатляющая? Действительно ли можно превратить женщину в такую красавицу, используя медицинские методы того времени?

С каких пор у врачей древних времен появились такие передовые хирургические навыки? Это определенно неестественно! Если бы этот пластический хирург попал в современность, он был бы безумно богат! Не слишком ли ужасающие у него навыки? Нет. Может, я слишком много думаю? Скорее всего, у неё есть какие-то сверхъестественные способности или что-то от её переселения!

Но разве это не ещё более нелогично? Если бы они правда у неё были, она бы давно их использовала. Бай Сянсю чувствовала, как её мозг плавится, но на её лице не было ни малейшего намека на это. Она осторожно отрезала ответвление кактуса и положила его в другой горшок. Хех. Ты собираешься взять этот биологический передатчик домой. Не вини меня за последствия.

«А где принц Ли? Я ещё не видела его в усадьбе. Его Величество попросил меня извиниться за то, что вчера произошло. Интересно, если…»

«А? Ох, он ушёл на охоту.»

«А?» Зачем ему идти на охоту после такого огромного происшествия? Неужели ему принцесса-супруга Ли ему безразлична?

«Он не из тех людей, которые могут сидеть на месте. Поскольку Его Величество тоже ранен, почему бы вам не вернуться и не составить ему компанию? Его Высочество будет очень благодарен за это.»

«Это верно.» Благодарен? То, что он отправился на охоту так рано утром, и тот факт, что он не потрудился пойти во дворец, чтобы выразить свою благодарность, ясно означает, что Бай Сянсю всё ему рассказала. Но он не из тех людей, которые просто так стерпят унижение. Что же он планирует? Он вообще уходил на охоту?

Лун Хэн вернулся как раз в то время когда разум Су Юнь был полон сомнений, держа в руке окровавленного оленя. Бай Сянсю больше не падала в обморок при виде крови, но не смогла удержать брови, когда увидела, как кровь капает по всему полу. Благородная супруга Су тоже нахмурилась. Он правда был на охоте? И что ты пытаешься сказать мне, показывая этого окровавленного оленя?

«Кто это?» Лун Хэн посмотрел на Благородную супругу Су с любопытным выражением на лице. Возможно, её внешность была ему не знакома, но он уже знал, кто она такая, поскольку слышал, как о ней говорили люди снаружи. Она Благородная супруга Су?

«Это Благородная супруга Су. Ваше Высочество, что вы делаете? Уберите это!» Он, вероятно, пытается напугать её. Но, к сожалению, таким её не напугаешь. Кажется, на её лице тоже появилось подозрение. Она определенно не обычный человек. Бай Сянсю теперь на сто процентов убедилась, что эта женщина Су Юнь.

«Этот олень был самым энергичным. Его кровь определённо очень питательна. Я попрошу слуг подать вам одну чашу, чтобы укрепить ваше тело. Благородная супруга Су, не хотите ли и вы миску крови?»

«Не стоит. Мне уже пора уходить, тем более у вас есть дела. Кровь не останется свежей надолго.» Су Юнь не могла не боятся зловещей ауры Лун Хэна и ненавидела его за то, что он изуродовал её. Невозможно было не заметить, что она хотела уйти. Бай Сянсю передала кактус дворцовой горничной рядом с ней. «Это растение лучше держать в помещении.»

«Я знаю.» Кратко ответила Благородная супруга Су и немедленно ушла со всем своим сопровождением.

Только после её ухода Бай Сянсю наконец почувствовала себя свободно. Лун Хэн определенно их ненавидел. Им просто нужно было заставить его сделать первый шаг. Поскольку он не мог вывести свою армию из округа Шу, ему пришлось бы положиться на людей, находящихся сейчас в столице, чтобы отомстить императору. Но большинство из них уже поклялись ему в верности, поэтому планы Лун Хэна раскрылись бы практически мгновенно. После этого усадьба Ли перестанет существовать, как и Лун Хэн и Бай Сянсю!

Су Юнь всё ещё чувствовала раздражение. Как человек из современных времен, она понесла потери от рук Бай Сянсю, женщины из древних времен! Она всегда вела себя как цветок белого лотоса, но всё же была глубокой интриганкой. Самое главное, она даже осмелилась ранить императора и преподнести всё так, чтобы они не имели возможности отомстить! Она определенно станет бичом нашего существования, если продолжит оставаться на стороне Лун Хэна.

Возможно, из-за конфликта личностей, Су Юнь ненавидела Бай Сянсю больше, чем кто-либо другой. Однако она пришла к выводу, что Бай Сянсю не переленец, как она, потому что ей так и не удалось найти в ней никаких качеств от современной женщины даже после длительного периода наблюдения. Она пришла к выводу, что Бай Сянсю просто умнее обычного и ловко обращалась с растениями, поэтому и смогла сделать то, что невозможно для человека с этого времени.

Су Юнь также потеряла дар речи, когда подумала об императоре. У него была всего лишь небольшая рана! И всё же этот племенной жеребец оказался настолько не в себе, что даже не мог посещать наложниц. После такой мысли она довольно сильно рассердилась. Она бы никогда не стала спать с этим общественным туалетом в виде мужчины, если бы не его власть и статус. К сожалению, другого пути нет. Единственный способ получить силу — это остаться рядом с ним. Если бы она могла вынашивать его ребенка, весь народ был бы у неё на крючке!

Су Юнь считала дворец своим рабочим местом, а императора своим боссом. Подчиненный, который не стремится подняться выше, плохой подчиненный. Поэтому она всегда думала о том, как получить повышение по службе. Если она хочет получить повышение, то ей придется устранить всех, кто ей мешает. А поднявшись на вершину, она сможет найти нескольких мальчиков-игрушек. Разве Императрица Ву Зетянь не сделала то же самое? Чего ей боятся, если она не желает оставлять наследие для летописи истории?

Она вернулась во дворец, чтобы разобраться со своим боссом и в то же время придумать план. Император не мог двигаться самостоятельно, поэтому ему понадобилась её помощь, чтобы облегчить его желания. Будучи женщиной современности, она знала различные способы вознести мужчину на небеса, не требуя от него никаких движений.

В поместье принца Ли Лун Хэн отбросил оленя сразу же после того, как Су Юнь ушла. Он также приказал слугам спустить ему кровь. «Ты чувствуешь дискомфорт?»

«Уже нет. Я привыкла к виду крови на поле битвы.» Бай Сянсю нахмурилась, продолжая: «Скажи, как, по твоему мнению, Су Юнь могла получить такое красивое лицо? Это так странно.»

«Откуда ты знаешь, что она Су Юнь?» — спросил Лун Хэн. Это действительно та женщина в конце концов. У него появилось такое предчувствие, но он не был настолько уверен, как Бай Сянсю.

«Её манеры и речь выражают презрение к мужчинам, что очень похоже на Су Юнь, которую мы знали. Кроме того, это женская интуиция. Ты мне веришь?»

«Она Су Юнь, верю я тебе или нет. Мы должны найти способ с ней справиться, иначе тебя ждут бесконечные неприятности.»

«Хорошо. Но как нам это сделать?»

«Почему бы нам не начать с того, чтобы выяснить, как она смогла так сильно измениться? Женщина, которая хочет быть красивой и, чтобы другие не знали о её прошлом. Она наверняка получит огромный удар, если правда раскроется.»

В основном такие женщины подвергаются пластической хирургии. Поскольку у пары теперь было свободное время, они могли также воспользоваться ситуацией, отщипывая перо от гуся, когда тот проходит мимо. Лун Хэн ущипнул её за щеки. «Мы сделаем всё по-твоему.»

Однако их расследование вскоре обернулось чем-то гораздо большим. Оказалось, что совсем недавно внезапно исчезло немало чудесных врачей. У всех были совершенно разные причины исчезновения. Более того, все пропавшие специализировались на лечении наружных ран. Некоторые из них вошли во дворец и исчезли сразу после того, как покинули его. Другие даже не входили во дворец, но все были очень известны. Не имело значения, был ли это врач из Цзяньху, вражеской нации или просто врач без принадлежности. Несколько десятков людей исчезли в одно и то же время.

Вернувшись после сбора информации, Лун Хэн привел с собой кое-кого. Этот человек давно отсутствовал — Юй Куан! Он пропал без вести с тех пор, как вернулся в столицу. И так спешил, что даже не попрощался перед тем, как ушел.

Бай Сянсю не пыталась быть деловой, потому что считала, что это как-то связано с Цзянху. Она даже не думала, что сегодня они встретятся снова. Юй Куан по-прежнему выглядел таким же святым и сверкнул нежной улыбкой, увидев Бай Сянсю. «Давно не виделись.»

Они поприветствовали друг друга, как очень старые друзья, которые давно не виделись. Бай Сянсю тоже улыбнулась и ответила: «Мм. Это точно. Как твои дела?»

Губы        Лун Хэна дрогнули. Он знал, что между ними ничего не было, но ему просто не нравилось, что они разговаривали

друг с другом. Он искренне ненавидел их манеру говорить, хотя это было всего лишь приветствие.»Говори, что тебе нужно сказать. И уходи, когда закончишь.»

«Кха-кхо… Лун Хзн.“ Чтобы там ни было, он всё ещё наш спаситель! Как можно быть с ним таким холодным?

Лун Хэна угнетала эта ситуация. Бай Сянсю привыкла называть его по имени. По правде говоря, это его вина, так как именно он настаивал на том, чтобы она обращалась к нему по имени наедине. И из-за этого Бай Сянсю называла его так, даже когда рядом были другие. Она обращалась уважительно только, когда рядом присутствовали посторонние. И после того, как они официально стали мужем и женой, ничего не изменилось. Лун Хэну нравилось это чувство, и он медленно принимал это изменение. Не то чтобы ему это не нравилось, он просто не мог смириться с тем фактом, что маленькая девочка, которая раньше теряла сознание от капли крови, медленно выросла из его рук. Или, возможно, именно он помог ей стать сильнее. Ведь она действительно стала другой после поездки на поле битвы.

Даже его мать говорила, что раньше она чувствовала, что Бай Сянсю не подходит для положения руководительницы домашнего хозяйства из-за её происхождения из небольшой семьи. Тогда Бай Сянсю была слишком трусливой и сдержанной, но сейчас, казалось, изменилась, и теперь его мать могла спокойно расстаться с домашними делами.

Юй Куан не возражал против такого поведения. Это Сун Цзяоюэ ушел бы криво улыбаясь, ведь его разум и сердце почти разбились. Юй Куан, однако, был довольно толстокожим и, не суетясь, сел пить чай, который предложили слуги.»В Цзянху прополи двое известных врачей. Я проследовал по их следам до столицы и столкнулся с ним и с ним.» Он кивнул Лун Хэну и выглянул наружу.

«Сним?» Бай Сянсю проследила за его взглядом, но никого не увидела.

«Этот человек слишком стыдится попадаться кому-то но глаза, особенно тебе.» Лун Хэн говорил так гадко, что Бай Сянсю стала задаваться вопросом, кто же ему настолько не нравился.

«Хм?» Как раз, когда она смутилась, снаружи появились две фигуры. Они обладали чрезвычайно хорошими навыками скрытия и поэтому их не обнаружили сразу. В итоге, в комнату вошли два человека. Один из них — скрытный телохранитель Лун Хэна, а другой — А Сун.

«Ах! М-мужчино…» Сяо Ши привыкла к мужчинам, снующим вокруг из-за того, что служит Бай Сянсю, но узнать, что А Сун на самом деле мужчина было для неё довольно шокирующим. Раньше они работали вместе, но тогда он был женщиной.

«Да мы знаем. Он мужчина, не волнуйся.» Похоже, Сяо Ши получила сильный шок, потому смотрела прямо на А Суна с открытым ртом.

Лун Хэн проигнорировал ее и махнул рукой: «Вы можете идти.»

Охранники ушли, но Бай Сянсю определенно увидела, что А Сун вышел с красным лицом. В чём дело? Ему нравится Сяо Ши? Чем больше она думала о том дне, тем больше убеждалась, что это возможно, учитывая, как они взаимодействовали друг с другом. А Сун вовсе не стар, и довольно легко смущался. Он должно быть хороший человек, но жаль, что занимает пост скрытого охранника с нерегулярным графиком. Его работа также довольно опасна, так как ему приходилось вступать в бой каждый раз, когда его хозяин в опасности, иногда даже блокируя его своим телом. Хорошо, что его хозяин силен и, таким образом, сильно уменьшает нагрузку на его работе.

«Эй, может хотя бы обротишь на меня внимание, роз уж даже не приветствуешь, нет?» Угрюмо пробормотал Ло Юньчжэн. Эта женщина игнорировала его с тех пор, как он прыгнул в комнату. Он обнаружил, что эта девушка довольно сильно отличается от той. кого он похищал, и казалось, его впечатление подтвердилось.

«О. привет. » Взгляд Бай Сянсю переместился на него, всё ещё не обращая внимания на острую ситуацию перед ней.

«Э…» Л о Юньчжэн потер нос и засмеялся: «Ваше Высочество, вы единственный, кто может с ней справиться.»

Она была немного похожа на Лин Цяньцзи в том, что они не строго придерживались приличий, но и отличались тем, что никогда не стеснялись вести себя как маленькие женщины перед другими мужчинами. Она была открыта и прямолинейна, как будто они братья и сестра.

«Она очень хорошая.»

Если бы это сказал принц Ли, Бай Сянсю определенно посмотрела бы на него с покрасневшим лицом и подумала: ‘Что за самовосхваление? Ты показываешь нашу любовь на публике!’ Но к сожалению, это произнес Юй Куан, и использовал тон, будто — ‘я так хорошо знаком с тобой, что мы не посторонние люди друг другу’. Выражение Лун Хэна мгновенно потемнело ещё на несколько оттенков.

Бай Сянсю закрыла лицо одной рукой. Черт, этот ребенок совсем не изменил своих чрезмерно прямых привычек! Хорошо, что он из Цзянху, иначе, он скорее всего оскорбил бы всех людей при дворе. По крайней мере, император точно отрубил бы ему голову уже десять раз!

«О… между вами что-то было!»

Черт возьми, я забыла, что у нас здесь есть шутник. Он не скажет ничего хорошего.

Лун Хэн, наконец, больше не выдержал и зарычал: «Если вы не хотите быть здесь, вы все можете идти!»

«И что вы оба здесь делаете?» Бай Сянсю вздрогнула от внезапного крика и поспешно сменила тему.

«Пропал мой друг — тот чудо-доктор, который вывел тебя с виллы Красного Клена. Его жена и дети обратились ко мне за помощью, поэтому я должен им помочь.»

«Оу? Значит, тогда у тебя были помощники…» Она просто ответила, в то время, как мужчина рядом с ней уже вспыхнул. Хм, он выглядит достаточно надежным и взрослым, почему он так импульсивен, когда видит Ло Юньчжэна? Но немного поразмыслив. Бай Сянсю поняла причину. Они узнали о её беременности, когда Лун Хэн и мисс Лин должны были пожениться, и из-за Ло Юньчжэна она чуть не потеряла ребенка. Она тоже почувствовала, как боль пронзила её сердце, когда она подумала о возможности потери милого Сяо Лина, поэтому вместо того, чтобы остановить мужа, как изначально планировала, она добавила: «Воше Высочество, почему бы вам не избить его снаружи? Не ломайте нашу мебель

Ло Юньчжэн чуть не упал: «Твоя женщина токая жестокая.»

«Я сейчас же выброшу тебя из усадьбы, если ты не начнешь говорить серьезно.я

«У меня не было и шонсо, хорошо? Давайте сейчас успокоимся, мы можем сразиться потом.»

Бай Сянсю не знала, что её слова фактически разрядили ситуацию. Ей было бы грустно, если бы все сломалось, но как это можно назвать дракой, если ничего не сломается? Таким образом, оба мужчины успокоились и сели друг напротив друга, как будто только что просто дурачились. Внутренне она довольно сильно удивилась, тем более что Ло Юньчжэн действительно взялся за дело и начал говорить о пропавшем докторе.

Доктора наняла семья за довольно высокую плату, но Ло Юньчжэн даже не смог найти эту семью. Они пробыли там всего несколько дней, и соседи сказали, что они, кажется, приехали из столицы. Вот почему он здесь. Пытаясь что-то разузнать, он встретил Юй Куана.

Рядом с горой Белых Облаков жил чудесный доктор, который тоже пропал без вести в такой же манере, как описал Ло Юньчжэн. Юй Куан проследовал по тропе к гостинице, и, видимо, пару дней назад сюда прибыли несколько посторонних. Однако гостиница сгорела, и тогда он наткнулся на Ло Юньчжэна.

«Тайный покровитель гостиницы — кто-то из дворца. Я собирался выяснить, кто именно, но сегодня ее сожгли дотла. Мне удалось узнать лишь подробности о неком человеке.» — вмешался Лун Хэн.

‘О ком же?»

«Сегодня она отправилась в поместье принцо Ли и некоторое время оставалась в этой гостинице, прежде чем уехать. Я не знал, кто она, но услышал о прибытии Благородной супруги Су после того, как вернулся домой.»

Благородная      супруга Су была очень подозрительным человеком, и Бай Сянсю не думала ни секунды, прежде чем

сказать:»Этот вопрос определенно с ней связан. Настолько изменив её лицо… Я совершенно уверена, что все эти доктора мертвы.»

«Лицо?» — удивлённо спросил Юй Куан. Бай Сянсю рассказала, что Благородная супруга Су на самом деле Су Юнь, и что ее внешность полностью изменилась.

«То есть ты хочешь сказать, что она убила всех докторов после того, как стала красивой, чтобы скрыть правду?» Ло Юньчжэн едва мог поверить своим ушам. Просто это казалось слишком нелепым. Однако Бай Сянсю знала, что Су Юнь абсолютно точно способна на что-то подобное.

«Ты имеешь в виду, что нам не нужно искать врачей, потому что они, скорее всего, мертвы?» Это был Лун Хэн.

«Да,»- ответила Бай Сянсю.

«Хм, если они мертвы, я хочу увидеть их трупы. Если же они живы, мне нужно их найти.» — опроверг её Юй Куан.

«Хах! Я, возможно, многого не знаю, но ты даже не представляешь сколькими методами располагает императорский двор для утилизации тел,»- фыркнул Ло Юньчжэн. У членов Цзянху тоже были различные обиды на императорский двор, поэтому Юй Куан всё же кивнул в знак согласия.

«Невозможно, чтобы они не оставили после себя хоть какой-то след, но нам нет нужды в этом разбираться. Если это она, мы заставим её сделать ошибку,» — размышлял Лун Хэн.

«Что ты имеешь ввиду?»

Бай Сянсю, похоже, поняла, к чему стремился её муж, и посмотрела на двоих со стороны Вулин: «Если вы хотите справедливости для врачей, тогда я оставлю это вам. “

«А вы не боитесь неприятностей от императорского двора?» Ухмыльнулся Ло Юньчжэн.

«Что бы ни случилось, они начали первые, почему тогда мне их бояться?»

«Хорошо, я слишком долго сидел в стороне. Пора поупражняться.»

«Тогда оставь это дело мне и Ло Юньчжэну,» — заявил Юй Куан. Группа снова подумала и поняла, насколько безжалостной казалась эта Благородная супруга Су. Она была так же осторожна, как и безжалостна, поэтому той ночью они не смогли найти никаких доказательств. Тем не менее, они также не собирались её сейчас преследовать, хотя этого было достаточно, чтобы знать, что это дело её рук.

Когда мужчины ушли, Лун Хэн остался сидеть за столом, постукивая пальцами по столешнице с холодной улыбкой.

«О чём ты думаешь?»

«Размышляю, как сменить хозяина этого императорского двора.»

«Э… я могу узнать, кто будет новым хозяином?»

«Угадай.» Лун Хэн слегка приподнял подбородок Бай Сянсю и улыбнулся, приближаясь к её губам с шепотом: «Что ты думаешь о том, чтобы стать императрицей?»

«Ну. я не против, если ты действительно этого хочешь.»

«Ха-ха, я знал, что ты так скажешь. Мать и Сяо Лин почти готовы к выезду в деревню, после этого я позабочусь о том, чтобы они отправились в Спокойный город.»

«Ты хочешь вернуться? Но император никогда не позволит тебе попасть в свою крепость.»

«Хах, а что если я стану большей угрозой в столице?»

«От этого тигр станет взбираться на стену.»

«Что если у них даже не будет возможности взобраться на стену?»

«Что ты имеешь в виду?» — недоумевала Бай Сянсю. По какой-то причине она чувствовала, что Лун Хэн уже придумал какой-то план.

«Сначала нужно поднять шум, чем больше, тем лучше. Будем держоть всё их внимание но тебе, а не на мне, принце, которому нечем заняться.»

«О, я поняла, ты хочешь, чтобы мы стали приманкой, а потом поменяли цель. Мы должны сделать всё, что в наших силах, не так ли?

Здорово!» Она любила делать подобные вещи. Неудивительно, что в последнее время Лун Хэн вёл себя особенно сдержанно, будто ему не

было до этого дела. Тем не менее, она не знала полной картины. Он хотел сам стать императором или посадить на трон кого-то другого? Но кто ещё мог это сделать?

Наследному принцу всего десять лет. Или может это будет… Принц Ронг?

Он единственный родственник императора, но всегда оставался честным человеком и не задумывался о силе и славе. Он не обладал никакой реальной властью в императорском дворе, но в одном она была уверена. Он определенно не дурак. Дурак не прожил бы так долго. Она чувствовала, что в Спокойном городе принц Ронг был не просто ещё одной рыбкой в пруду. Он никогда не уклонялся от ответственности, а просто вел себя сдержанно и иногда отдавал должное Лун Хэну. Тогда она задавалась вопросом, почему он это делал, но теперь, когда она подумала об этом, он, вероятно, боялся привлечь внимание скупого императора и получить обвинение в измене!

По сути, их восстание не было бы законным, но когда дело дошло до него, всё стало иначе. Она не много знала о подобных интригах в старину. Родственников в современных семьях было не так много, поэтому они обычно имели хорошие отношения. Редко были случаи, когда люди боролись друг с другом за власть.

Поскольку Лун Хэн хотел поднять шум, она сделала это в меру своих возможностей. Юй Куан и Ло Юньчжэн собрали группу людей из Цзянху и начали распространять слухи, что создала Бай Сянсю. В одном говорилось, что при дворе есть благородная супруга, которая была очень уродливой, но пригласила чудесных врачей взглянуть на её лицо, чтобы завоевать благосклонность императора. Когда она стала красивой, её жизнь кардинально изменилась, и поэтому она и стала благородной супругой.

Во втором рассказывалось, что император похитил наложницу у одного из вражеских принцев, но её лицо было обезображено. Император пригласил многих врачей, чтобы излечить её лицо, но, увы, её сердце не стало таким же красивым. Она убила всех докторов, чтобы те не смогли никому рассказать о её прежнем уродливом виде.

Без вести пропал не один доктор, так что этому уже уделялось внимание. Когда распространились слухи, поднялся ещё больший ажиотаж. Те, кто искал своих родственников, отправились в столицу и начали устраивать официальные акции протеста. Доктора довольно мощные люди, особенно их семьи. У них не было недостатка в связях или богатстве, и они были готовы отдать всё. чтобы найти своего пропавшего сына или мужа!

До слухов всё было относительно тихо, но как только они начали распространяться, улики полетели со всех сторон. Дело раздувалось всё больше и больше, но ответ от дворца так и не появился, и никто из чиновников не обращал на них никакого внимания. Все это имело противоположный эффект, так как пострадавшие решили подать имперскую петицию!

Конечно, все эти семьи объединяли Ло Юньчжэн и Юй Куан. Обычно они не стали бы так явно противостоять императорскому двору, но двух докторов, исчезнувших из Цзянху, все уважали и любили. Эти два доктора помогли многим людям, поэтому появилось столько желающих поднять ракетку от их имени. Ло Юньчжэн был здесь именно из-за этих обстоятельств, а глава альянса Вулин, естественно, должен был поддерживать мир в своих владениях. Бай Сянсю узнала обо всем этом, когда благодарила их с некоторым смущением. Изначально ей было стыдно, как будто она их использовала. Именно тогда она узнала, что у них есть свои причины, а она просто стала катализатором.

Через них она узнала, что из разных мест исчезло примерно двенадцать врачей, не считая тех, которых тайно захватила вражеская нация. Как могли двенадцать человек исчезнуть просто так? Бай Сянсю действительно не могла этого понять. Су Юнь сошла с ума! Или она потеряла чувство реальности после прочтения стольких романов?

Бели        следовать типичным романам, некоторые персонажи влюблялись в женщину-трансмигранта и любили её до

смерти, независимо от того, насколько безжалостной, жестокой и хитрой она была. Су Юнь сейчас движется как раз в этом направлении. Но ведь это человеческие жизни! В конце концов, Бай Сянсю верила, что тех, кто не ценил жизнь, действительно нужно бояться. Хотя Лун Хэн казался очень жестоким, он уважительно относился к жизни. Если бы враг сдался, он бы никогда не убил его, особенно по личным причинам.

В тот момент Бай Сянсю получила известие от Су Юнь. Она только что закончила высаживать кактус, и Хуэр смог услышать и поделиться беседой вокруг него.

«Их определенно кто-то поддерживает. Иначе, они бы не посмели пойти против вас из-за этих докторов, Ваше Величество.» — сказала Благородная супруга Су.

«Они простые крестьяне. Что они могут сделать7м — ответил император.

«Но неизвестно откуда появились слухи и они выставляют нас в очень плохом свете. Нужно придумать, как их остановить.» -добавила Благородная супруга Су.

«Согласен. Ток что ты предлагаешь, моя любимая наложница?»

«Они не найдут своих врачей, но мы можем придумать историю об извращенце из Цзянху, который их захватил. До тех пор, пока врачи будут продолжать пропадать без вести, никто не заподозрит в этом дворец. Как люди из Цзянху смогут найти решение или накажут виновника?» — ответила Благородная супруга Су.

«Отличная идея. Голова моей любимой наложницы всегда полна блестящих стратегий- сказал Император. Бай Сянсю не могла не нахмурить брови. В глубине души она знала, что она не самый добрый человек, но это решение приведет к гибели ещё нескольких невинных людей. Поэтому решила обсудить это с Юй Куаном и другими. Тем не менее, ей нужно было найти оправдание тому, как она получила эту информацию. В итоге, ей подыграл Лун Хэн, сказав, что один из его подчиненных подслушал этот разговор. Им пришлось так сказать, чтобы скрыть тот факт, что это заслуга кактуса. Честно говоря, её муж, вероятно, единственный, кто поверил ей, когда она сказала, что может общаться с растениями. Любой другой, скорее всего, воспримет это как шутку.

Когда Юй Куан и Ло Юньчжэн узнали, что Су Юнь хочет убить больше людей, они были ошеломлены. Как раз тогда Бай Сянсю получила подтверждение того, что её измеритель морали всё ещё довольно нормален.

«Впервые вижу столь жестокую женщину.» Несмотря на то. что Ло Юньчжэн раньше обжёгся из-за женщины, она была глупой и любила притворятся святой матерью; она совсем не была злой и иногда ему даже хотелось, чтобы она относилась к нему более жестоко. Взять, к примеру, Бай Сянсю. Хотя она знала, что Юй Куан её любит, она всегда держалась от него на расстоянии. Даже когда они встречались один на один.

Возможно, Бай Сянсю боялась, что Лун Хэн станет ревновать. С другой стороны, она. вероятно, не хотела давать Юй Куану никакой надежды. Это может показаться жестоким, но это не обязательно плохое решение. В результате, хотя она интересовала Юй Куана, они хорошо ладили друг с другом, и он никогда не реагировал чрезмерно эмоционально и не заставлял её что-либо делать, потому что изначально знал, что они не будут вместе. Но Юй Куан не мог терпеть расставания с любимой женщиной, и поэтому продолжал искать вопросы, которые снова их объединяли. Но что из этого? Ничего не произойдет, пока у них обоих не возникнут одинаковые чувства.

Раньше Ло Юньчжэн никогда не думал, что быть привязанным к кому-то это неправильно. Но сейчас он не имел эмоциональных связей ни с кем. Эмоции чрезвычайно болезненны. Принимая это во внимание, когда он был бессердечным, он точно знал, что делал. Конечно, бессердечие не означало, что он безжалостен по отношению к жизни. Когда дело доходило до убийств в Цзянху, у него был нижний предел. Иначе мир заполнил бы хаос.

Бай Сянсю очень беспокоилась. Она не знала, как помешать Су Юнь убивать других.

«Всё, что мы сейчас можем сделать, ток это распространить информацию и предупредить врачей принять меры предосторожности. Кроме того, мы сообщим, что это всего лишь план, чтобы скрыть действия дворца. Если мы раскроем правду раньше, у врага больше не будет способа остановить нас.»- сказал Лун Хэн, входя в комнату. Как занятно. Его маленькая жена в одной комнате с двумя взрослыми мужчинами. Один из них жаждал её. а другой просто дамский угодник. Разве это не абсурд с его стороны — оставлять их наедине. Итак, он высказался и выдвинул своё предложение, когда услышал их беспокойный разговор.

Бай Сянсю знала, что это их единственный вариант. Она нахмурилась: «Мы должны распространить новости в кратчайшие сроки, иначе пострадают многие невинные люди.»

Юй Куан встал, уже готовясь идти. Он был человеком действия до глубины души.

Ло Юньчжэн заявил: «Может хотя бы перекусим здесь, прежде чем уйти?“

Но Юй Куан отказался, так как времени у них оставалось в обрез. Под его опекой находится целая фракция. Хотя на первый взгляд они действовали довольно быстро, к тому времени, когда они смогли распространить новости, пропали ещё два доктора. Вскоре после этого

кто-то обнаружил труп одного из них, а второго нашли умирающего. Их руки были сломаны. Согласно источникам, это произошло из-за того, что они не смогли вылечить травмы человека из Цзянху. Появилось много спекуляций, и никто не знал, кому верить.

Тем не менее, некоторые врачи придумали собственные методы, чтобы спасти себя, поэтому, по крайней мере, действия трио всё равно оказались полезными. Также пришёл ответ от дворца. Люди естественно обсуждали происхождение и вид благородной супруги. Поэтому во дворце решили провести карнавал, чтобы все могли увидеть, насколько она добродетельна.

Су Юнь тоже была довольно смелой. Во время мероприятия она фактически пришла на помощь ребенку, на которого двигалась карета. Как только новость об этом распространится по всему городу, все начнут восхвалять благородную супругу за её великодушную и нежную натуру.

Бай Сянсю сидела в чайном домике, наблюдая за всем спектаклем. В романах каждая женщина-лидер должна была спасти кого-то из более низкого класса один или два раза, чтобы продемонстрировать свою доброту. Су Юнь, вероятно, планировала сделать это с самого начала. Было очевидно, что ребенка засунул под экипаж один из солдат. Но если бы карета потеряла контроль, ребенок бы точно умер. Бай Сянсю сжала чашку в руке. Теперь, когда старая мадам и Сяо Лин покинули город, она больше не боялась выступить против Су Юнь. Если она хочет действовать, то Бай Сянсю пойдёт до самого конца.

Бай Сянсю что-то шепнула Сяо Ши на ухо, послав горничную вниз, чтобы найти человека, который уже её ждал. Они были готовы. В этот момент из ниоткуда громко закричала девушка:»Благородная супруга, пожалуйста, помогите мне добиться справедливости!»

Су Юнь была застигнута врасплох. Это не входило в её план!? Однако, поскольку она только что продемонстрировала свое великодушие, то, естественно, не могла отреагировать отрицательно. Она приказала солдатам впустить девушку. Та упала на колени, увидев благородную супругу, и попросила отомстить за мужа. Её муж был известным врачом и перед смертью отправил ей письмо через почтового голубя. У него было доказательство того, что его убил не какой-то извращенец из Цзянху, а женщина со шрамом на лице.

Выражение Су Юнь сразу исказилось. «Какиеу тебя есть доказательство?»

«У меня есть доказательства. Он прислал мне портрет этой женщины и указал, что оставил на ней след. Если она умоется специальным лекарством, которое передавалось в нашей семье в течение нескольких поколений, появится слово.»

«Какое слово?»

«Убийца.»

«….. вот кок? Тогда найти этого человека будет довольно легко.»

«Благородная супруга, поскольку ходят слухи, что вы то женщина со шрамом, вы можете умыть лицо специальным лекарством перед всеми, чтобы доказать свою невиновность?»

На         другом конце чайного павильона По Юньчжэн казался очень подавленным, наблюдая за шоу и одновременно

выполняя обязанности телохранителя. Он знал, какими ужасными могут быть женщины. Как эта леди, которая сейчас притворяется святой матерью, ответит на такой вопрос? Было очень заметно, как изменилось выражение её лица.

«Я почти поверил тому, что сказало жена доктора. У твоей женщины действительно много трюков в рукаве.»

«Она… никогда не будет моей.» Юй Куан посмотрел на другую сторону чайханы. Их разделяла целая улица. Бай Сянсю не заметила его взгляда, так как полностью сосредоточилась на разворачивающейся внизу сцене. Су Юнь, ты действительно потрясающая. Тем не менее, ты должна иметь чистую совесть, притворяясь святой матерью. После того, как всё сказано и сделано, ты не главная героиня этого романа, как Лин Цяньцзи. Она была истинным белым лотосом, прежде чем перешла на темную сторону!

«Как необоснованно!» — воскликнула служанка Су Юнь, когда увидела, что её хозяйка побледнела. Однако Су Юнь сказала: «Не стоит. Сестра, мы с тобой обе женщины. Этот акт нельзя проводить публично. Возможно ты согласишься последовали за мной во дворец, чтобы я могло попробовать это сделать?»

Это был хорошо сформулированный ответ, но казалось, женщина его предвидела: «Я знала, что это может быть проблемой для благородной супруги, поэтому приготовило полотенце. Оно пропитано водой с лекарством и может полностью заменить роль жидкого аналога. Вам просто нужно протереть им лицо.»

«Как нелепо! Кто знает, может вы отравили эту штуку?!» — ответила служанка Су Юнь.

«Полотенце не отравлено. Вы можете попросить любого проверить его прямо здесь.»

«Позвольте мне попробоватьГ Раздался мягкий чистый голос, за которым последовала женщина, такая же ошеломляющая, как благородная супруга с точки зрения внешности. Она была очень молода и красива, но её самым выдающимся аспектом была осанка. Несмотря на то, что она не сидела в роскошной коляске, и её не окружали орды охранников, она всё равно была так прекрасна, что ничего не могло подчеркнуть её красоту ещё больше. «Приветствую, Блогородная супруга Су. Урождённая Бай готово проверить его для вас.»

Бай Сянсю нашла прекрасную возможность спуститься и предстать перед всеми. Независимо от того, что все в столице о ней думают, сегодня она определенно потащит Су Юнь вниз.

«Модам, вы действительно хотите попробовать?“ — спросила жена доктора, немного удивишись.

«Да, давайте его мне!» Бай Сянсю улыбнулась, протягивая руку, после чего жена доктора передала полотенце.

Однако, как только она подняла его, чтобы вытереть лицо без малейшего намека на колебания, к ней подошла Благородная супруга Су и остановила. «Как я могу беспокоишь Принцессу-супругу Ли по таким пустякам? Я сделаю это!»

«Тело Благородной супруги Су сопоставимо с телом из золото. Если вы получите раны, то не сможете этого вынести. Тем не менее, я всего лишь скромная дочь чиновника. Если со мной что-нибудь случится, это произойдет по моему собственному желанию и не доставит никаких трудностей.» Бай Сянсю не ослабила хватку, создав напряжение в полотенце, когда они оба потянули его в свои стороны.

Су Юнь улыбнулась и сказала: “Почему же я должна кого-то обвинять, если оно не отравлено?»

Она не могла позволить Бай Сянсю украсть её центр внимания! Разве это не покажется подозрительным? Более того, очевидно, что эта женщина пытается заманить её в ловушку. Если она откажется протирать лицо, это докажет, что есть место для сомнений. Но если она это сделает, кто мог гарантировать, что полотенце не отравлено?

Но, увидев, что Бай Сянсю осмелилась поднять его, она почувствовала, что оно должно быть безопасное, и отобрав, осторожно протёрла своё лицо. Она не смела приложить слишком много силы. Не чувствуя ничего плохого, она улыбнулась, спросив: «Ну как, сейчас вы довольны?»

В тот момент, когда все подумали, что с ней определенно не случится ничего плохого, произошло нечто ужасное. Кровавые шрамы перекрестили её лицо, как первый рисунок ребенка. Через несколько мгновений ее прекрасное лицо превратилось в один из кошмаров. Трансформацию сопровождала жгучая боль, и Су Юнь взвизгнула, добавив ужаса к своему теперешнему образу. Она закрыла лицо руками и закричала: «Схватите её! Она применило яд на полотенце!»

Однако жена доктора бросилась к ней так, словно сошла с ума. «Вы виновна! Убийца!!Я солгала, что появится слово. Это всё было ложью! Я лишь положила на полотенце гемофаговый препарат. Если у кого-то есть скрытые раны, он немедленно их покажет! Мой муж использовал его для вскрытия, но я никогда не думала, что его можно использовать и таким образом. Вы злая женщина! На вашем лице слишком много ран, чтобы их сосчитать!»

«Бред! Это вы отравили меня!» Су Юнь больше не испытывала сильной боли. На её коже ощущалось лишь легкое жжение. Она была уверена, что попала в ловушку, но не ожидала, что Бай Сянсю продумает всё настолько далеко.

«Хорошо. Раз ты говоришь, что на полотенце нет яда, пусть она попробует.» Су Юнь указала на Бай Сянсю.

Бай Сянсю совсем не паниковала. Она не знала наверняка, навредит ли ей препарат на полотенце, но это не имело значения. Почему она должна бояться испытаний, если не сделала ничего плохого? Таким образом, она взяла полотенце и протерла лицо, прежде чем аккуратно положить его на место. “Леди, вам придется попрощаться с жизнью, если со мной что-то случится.“

Однако, даже через некоторое время, в отличии от преображения Су Юнь, лицо Бай Сянсю осталось таким же прекрасным, как и раньше. Жена чудо-доктора уже рыдала. Она не смогла отомстить после того, как её схватили слуги: «Что за вздор??? Разве королевской семье разрешено совершать преступления? Почему жене императора удается жить хорошей жизнью после совершения стольких убийств, о мой муж должен был умереть, даже после спасения бесчисленных жизней? Это нечестно. Это нечестно…»

«В-вы все сговорились, чтобы подставить меня!»

Слуги Су Юнь зашевелились сразу после её обвинений, поспешно схватив Бай Сянсю и жену доктора. Бай Сянсю оттолкнула их и сказала: «Благородная супруга Су, вы не правы. Я не знаю эту женщину. Я вышло сюда только чтобы помочь вам. Где доказательство вашего обвинения?»

Она тайно ущипнула себя за руку, и на её глаза навернулись слёзы. Маленькое выражение белого цветка, которое она сейчас приобрела, заставляло всех её пожалеть.

Наверху Ло Юньчжэн со всех сил удерживал Юй Куана. «Не волнуйся. Твоя женщина не пострадает.»

«Яуже сказал, что оно не моя женщина.» Он подчеркнул последние два слова и говорил очень медленно, но его слегка покрасневшее лицо говорило иначе.

«Сколько тебе лет, чтобы так смущаться? Не может быть, чтобы в твоей жизни ещё не было женщины, верно?» Ло Юньчжэн с удивлением посмотрел на святого Юй Куана. Видя, как его лицо меняется с розового на белое, он убедился, что его догадка вполне возможна. Он быстро ослабил хватку и улыбнулся: «Тогда я ошибся. Но думою, ты должен пойти и хотя бы попытаться потерять свою девственность.»

Лицо Юй Куана потемнело. У него не было таких мыслей, как у Юй Шу, но они оба чувствовали, что эта женщина особенная. Он никогда не думал об этом, потому что она не давала ему таких фантазий. То, что Ло Юньчжэн сказал что-то подобное, заставило его почувствовать, что это было сравни какому-то богохульству, как по отношению к Юй Куану, так и Бай Сянсю.

«Ло Юньчжэн, она неЛин Цяньцзи. Оно не из тех, кто каждый день спит с другим мужчиной.» Л о Юньчжэн очень злобно посмотрел на Юй Куана после эти слов, а затем толкнул его настолько сильно, что тот отшатнулся назад. После этого он обернулся и прыгнул вниз, бесследно исчезнув. Юй Куан лишь вздохнул с облегчением. Хотя он тоже крайне удивился, почему его отношение так сильно меняется, когда упоминается Бай Сянсю?

Бай         Сянсю вскоре задержали люди Благородной супруги Су. На самом деле она не чувствовала сильной боли, но её

слабый и болезненный вид делал её крайне жалкой. Ни у кого не возникало сомнений, что она невиновна, и это действительно помогло.

Сяо Ши уже сказали, как действовать в этой ситуации. Она сразу же побежала на помощь своей хозяйке и заплакала: «Не обижайте нашу мадом! Её старые раны от вражеских солдат ещё не полностью зажили/»

Старые раны? Её раны не были такими серьезными и зажили давным-давно. Однако Бай Сянсю притворилась, что однажды получила смертельную рану, и сейчас чувствовала такую боль, что не могла перевести дыхание.

«К чему это притворство? Ты тщательно всё сегодня спланировала…»

«Больно! Пожалуйста прекратите! Моя рука вот-вот сломается!» Бай Сянсю была очень талантливой актрисой. До сих пор ей удалось обмануть немало людей. И из-за этого многие больше не смогли стоять в стороне и смотреть, как Бай Сянсю корчится от боли.

«Эй! Что вы, кастрированные, пытаетесь сделать! Кто обращаться с двумя беспомощными дамами вот таким образом? Более того, оно Принцесса-супруга Ли! Женщина Чжугэ Лян, которая помогло принцу Ли победить вражеские войска!» Это предложение было похоже на один камень, породивший цунами. Никто не осмеливался заговорить первым, хотя все и злились. Однако никто не смог молчать, как только кто-то начал.

Некоторые люди стали бунтовать, поскольку их обида росла. Между солдатами дворца и гражданами, которые хотели защитить Бай Сянсю и жену доктора, даже возник некоторый конфликт. Сцена стала довольно хаотичной. Су Юнь всегда пыталась прекратить насилие ещё большим насилием. Без долгих раздумий она быстро закричала: «Схватите всех этих глупых граждан! Они намерены восстать! Не щадите никого!»

Юй Куан быстро втянул воздух в лёгкие. Наконец настало его время сиять. Он наклонился вперед ныряя в толпу с ближайшей таверны, но люди Ло Юньчжэна уже сменили ход событий. Они смешались с толпой под видом бедных людей из Вулин, присоединяясь к борьбе. Им не потребовалось много времени, чтобы обезвредить всех дворцовых солдат осторожными ударами. Они даже рассредоточились по периметру, чтобы обеспечить безопасность граждан.

Заметив, что ситуация быстро меняется не в лучшую сторону. Су Юнь немедленно приказала слугам увести ее. Она направилась в магистрат, а не во дворец, чтобы приказать чиновникам захватить повстанцев. Чиновники не посмели тянуть время, когда поняли, что это любимая наложница императора. Они быстро отправили в бой больше солдат.

Су Юнь верила, что никто в столице никогда не посмеет бросить вызов имперской власти. Поэтому, по её мнению. Бай Сянсю и принц Ли должно быть заранее договорились с этими гражданами. Всё будет под контролем, как только этих людей захватят. К сожалению, она не знала, что многие уже были очень недовольны нынешним положением дел, хотя столица всё это время была относительно мирной. Поскольку все сдерживали своё недовольство, вещи быстро вышли из-под контроля, когда начались первые беспорядки, взорвавшиеся, как бомба.

Подкрепления, естественно, оказались втянуты в полномасштабный конфликт с жителями столицы. Даже Бай Сянсю никогда не думала, что всё так быстро выйдет из-под контроля. Многие граждане защищали её, когда она возвращалась в усадьбу. Это странно. Люди могут проявлять мужество, но я не думала, что они поведут себя именно так. Если подумать, их лица кажутся немного знакомыми. Тем не менее, я не могу вспомнить, где видела их раньше.

Она упала на землю сразу после того, как прибыла в поместье принца Ли. Лун Хэн быстро пришел, чтобы забрать ее и приготовился идти во дворец, чтобы просить вместе пощады. Бай Сянсю внезапно схватила Лун Хэна и прошептала. «Ты не обвиняешь меня в том, что я зашла слишком далеко? Похоже, теперь в столице больше нет тихого уголка.»

«Хах! Ты тишком много думаешь. Ты хорошо поработало. Действительно очень хорошо. Я никогда не думал, что у тебя всё получится.» Лун Хэн погладил её волосы. Он знал, что у неё сегодня был довольно длинный день.

Бай Сянсю почувствовала облегчение, когда поняла, что Лун Хэн ни в чем её не обвиняет. Казалось, она способна на всё, когда рядом есть этот мужчина. Очень разъяренный император принял пару сразу после их прибытия во дворец. Когда уверенная в себе Су Юнь решила доказать, что не имеет никакого отношения к происходящему, он никак не предполагал, что она вернется ещё страшнее, чем когда-либо прежде. Но его проблемы на этом не закончились. Внезапно он оказался в очень шатком политическом положении. Люди дошли до самих ворот дворца.

Им удалось арестовать некоторых из главных участников беспорядков, но быстро выяснилось, что они не более чем простые граждане. Они просто хотели помочь после того, как были возмущены действиями Благородной супруги Су. Они не сделали ничего чрезмерного, и было бы ересью, если бы он приговорил их к смертной казни после дня суда. Поэтому, их всех освободили со строгим предупреждением.

Благородная супруга Су фактически поссорилась с ним из-за этого и назвала его близорукой фиалкой. Ему нравился тот факт, что эта женщина отличалась от всех, кого он встречал раньше. Ему нравились её смелость, остроумие и определенно её безжалостность. Из-за этого он считал её единственной женщиной, которая способна не отставать от него. Она не была похожа на других женщин, которые прячутся от каждой проблемы. Тем не менее, сегодня она зашла слишком далеко и, похоже, забыла своё место. Из-за этого он яростно

выбросил её из комнаты. Он даже не спросил, сможет ли она восстановить свою прежнюю красоту.

Увидев лицо Бай Сянсю после того ужасного лица, он осознал резкий контраст между ними. Наконец он понял, что поддельная красота никогда не будет лучше настоящей. Благородная супруга Су могла показаться невероятно красивой, но в то же время выглядела крайне неестественно. Основной причиной этого было то, что она ещё не полностью оправилась от различных операций, поэтому даже не смела широко улыбаться.

«Вы можете подняться. Пол слишком холодный, чтобы стоять на коленях. Принцесса-супруга Ли, я слышал, что вы получили ранения. Если ток, зачем вы отправились во дворец?“ Император немного успокоился, что проявлялось в его манере речи. Он даже, казалось, немного флиртовал.

Лун Хэн сжал кулак и решил не вставать. “Ваше Величество, простите мою жену за невежливость к блогородной леди. Оно лишь хотела протянуть руку помощи Благородной супруге Су, но не думала, что её намерения будут неверно истолкованы.»

«Я очень тщательно расследую этот вопрос.»

«Спасибо, Ваше Величество. Надеюсь, Благородная супруга не будет держать обиду.»

«.Зачем ей это делать?Я больше волнуюсь за ваше благополучие, принцесса-супруга Ли. Почему бы вам не остаться во дворце и не позволить дворцовым врачам позаботиться о ваших ранах?»

«Доктор уже обработал её раны. Ваше Величество. Оно всегда было немного хрупкой, но ничто не излечит лучше отдыха «Если так, вы можете вернуться и отдохнуть. Однако ситуация в столице…»

«Ваш верный слуга объявит, что Благородная супруга Су простила её.»

«Мм. Я надеюсь, всё закончится мирно. Вы свободны!» Было не очень приятно видеть красивую женщину в объятиях другого мужчины. Однако Лун Хэн хорошо её защищал. На самом деле, это роскошь — уловить хотя бы несколько лишних взглядов этой женщины.

Почему такая скромная, хорошо воспитанная и, что самое главное, умная женщина осталась рядом с ним? Та, кто рядом со мной, слишком высокомерна! Но мне лучше показать ей некоторую взволнованность. Ради неё я отправил свою императрицу в холодный дворец, так что теперь она единственная, кто контролирует мой гарем.

Император вдруг кое-что понял. Он, великий император, чувствовал себя беспомощным перед лицом благородной супруги! После дальнейших размышлений он понял, что Су Юнь просто слишком умна. Он не знал как, но в какой-то момент она собрала нескольких чиновников, чтобы поддержать её. Сначала он не слишком много думал об этом, но в конце концов, она могла бы стать следующей императрицей…

Но теперь, когда он наконец-то увидел свою «императрицу», её лицо было страшно безобразным. Когда она носила вуаль, её лоб и глаза казались завораживающими. Но теперь, даже если бы она закрыла лицо, на её лбу появились красные шрамы, похожие на недавно порезанные раны, из-за которых невозможно было смотреть прямо на нее. Она никогда не сможет стать императрицей. Вероятно, это разрушит престиж нации, когда придет посол из другой страны.

«Когда заживут раны благородной супруги?» Император больше не хотел снова видеть это лицо и повернулся к дворцовым врачом. Во дворце осталось не так много докторов, вероятно, из-за страха перед благородной супругой и слухов, витающих снаружи.

Этот        имперский доктор был пожилым человеком и плохо переносил шок. Но всё же слова императора были предельно

ясны и он немедленно упал на колени.“Это точно был не яд. Фактически, у меня есть лекарство, которое помогает заживлению ран. Оно очень эффективно и может убрать шрамы. Я должен снова осмотреть их и применить его. Однако я понятия не имею, в какой степени смогу восстановить её лицо.»

Имперский доктор уже отправил всю свою семью в безопасное место и больше не боялся смерти. Из-за этого он говорил очень прямо. После осмотра, он даже упомянул, что предыдущее лицо благородной супруги было сделано очень впечатляющими хирургическими методами. Что касается кожи, её, скорее всего, пересадили от другого человека, что объясняло, почему она выглядела так удивительно. Тем не менее, пересадить всё лицо невозможно, поэтому осталось ещё довольно много ран. Все новые красные шрамы появились от швов, которыми врачи сшивали разные кусочки кожи.

Выяснив это, доктор понял, что слухи снаружи абсолютная правда. Он не мог не начать ненавидеть благородную супругу. Многие пропавшие врачи были его товарищами и друзьями. Более того, он на самом деле не лгал, когда говорил о восстановлении её лица. Раны благородной супруги действительно будет очень трудно залечить.

«Вы хотите сказать, что я навсегда останусь изуродованной?“ Су Юнь сбросила одеяло, яростно вскочив на ноги.

«Я… хочу сказать, что для полного выздоровления потребуется некоторое время.» Не заблуждайтесь, доктор всё ещё старался выжить изо всех сил; он не смел грубить открыто. Тем не менее, несмотря на все его усилия, ему удалось разозлить Су Юнь. Она схватила его аптечку и бросила на пол. «Убирайся! Убирайся отсюда! Зачем держать во дворце такого бесполезного доктора?»

Имперский доктор почувствовал облегчение.Неужели в конце концов его выгонят из дворца? На самом деле он сам хотел уйти на некоторое время, но Зал внутренних дел не мог так легко отпустить врачей, потому что во дворце их стало очень мало. Однако быть изгнанным хозяевами — совсем другое дело. Он мог уйти немедленно! Он быстро поклонился и сразу же вышел из комнаты, даже не удосужившись забрать свои вещи.

«Не будь такой дерзкой. Я обязательно найду кого-нибудь, кто сможет тебя вылечить.» Императора тоже начинало это раздражать. Казалось, сегодня Су Юнь не сможет успокоиться. Он хотел порезвиться с красавицей после того, как зажили его раны, но он не мог прийти в нужное настроение, видя её лицо. Сейчас он предпочёл бы императрицу! Тем не менее, принцесса-супруга Ли, вероятно, так же удивительна в постели, как и во всём остальном. Он император, мужчина среди мужчин, но почему рядом с ним нет такой понимающей женщины?

Он человек с самой большой властью в стране, но ему даже не удалось заполучить одну женщину. Но эта женщина оказалась достаточно смелой, чтобы нанести ему удар. Вероятно, каждому живому человеку приходилось сражаться со своими внутренними демонами хотя бы раз в жизни, и теперь император делал именно это. Он был глубоко убежден, что он самый влиятельный человек в мире, и застрял в петле, удивляясь, почему не может получить всё, что хочет.

После того, как император покинул комнату и его разум явно улетел в другое место, Су Юнь начала трогать своё лицо. Найти доктора, чтобы вылечить шрамы теперь просто потерянная надежда. Старые и слабые врачи, оставшиеся во дворце, вероятно, не принесут ей никакой пользы. Скорее всего у неё будет больше шансов, если она снова начнет искать их снаружи. Этот кобель, вероятно, потеряет к ней интерес, если она не исправит своё лицо в ближайшее время. Теряясь в своих мыслях, она получила известие от подчиненных, что император отправился навестить другую наложницу, новую благородную леди. Видимо, эта благородная женщина напоминала ему принцессу-супругу Ли. Она прославилась своим кротким и деликатным характером. Даже старая мадам сказала, что увидела в её силуете тень урождённой Бай. Тем не менее, на самом деле они не были похожи, их сходство заканчивалось на поведении.

Мужчины все одинаковые. Это поверхностные существа, которые судят женщину только по её внешности. Теперь, когда я изуродована, я ничего не могу с этим поделать. Су Юнь поднялась, пребывая в небольшой депрессии. Она вышла из дворца, чтобы найти хоть какого-то доктора. Однако быстро опустила руки, когда не смогла найти в столице ни одного врача. После некоторых осторожных запросов она узнала, что все доктора уехали во внешние округа.

К тем немногим, что еще не уехали, по улицам протянулись очень длинные очереди. Их бизнес процветал, и ей было очень трудно добраться до доктора. Она решила потратить много денег, чтобы получить быстрый пропуск, но тот лишь насмешливо рассмеялся над ней, когда увидел её лицо и отправил прочь. По выражению его глаз она могла понять, что этот доктор прекрасно знал, кто она такая.

«Что вы хотите этим сказать? Как врач может отказаться от лечения пациента? В этой стране больше нет законов?” Су Юнь начала жаловаться. На каком основании ему позволено отказать ей в лечении, если она заплатила огромную сумму денег, чтобы получить место в первых рядах очереди?

Доктор повернулся к толпе. «Уважаемые, эта модам пришло искать помощи в лечении её ран на лице. Она является причиной, почему вы все стоите в очереди. Вы можете помочь мне сохранить свою гордость и вернуть ей деньги, которые вы получили? В свою очередь, сегодня я не возьму ни одного таэля за свои диагнозы.»

Все сразу поняли, что доктор хотел сказать. Несмотря на то, что толпа открыто не взбунтовалась, их взгляды явно изменились. Некоторые из более горячих мужчин даже бросили деньги на землю и плюнули на них. “Мне не нужны ваши вонючие деньги!»

При этом почти все тоже бросали деньги на землю. Звук ругающейся толпы постепенно усиливался. Су Юнь никогда не думала, что окажется в такой ситуации. Эти люди действительно собирались восстать? Почему они просто не возьмут деньги? Кроме того, когда она приобрела столько славы? Очевидно, что за этим тоже кто-то стоял.

Наблюдая за шарадой из темного угла. Бай Сянсю шепнула Лун Хэну: «Это твоих рук дело?»

«Нет. Это всё ее заслуга. Многие из императорских врачей покинули дворец, о почти кождый врач в столице имеет с ними какие-то связи. Имперские врачи, вероятно, думали, что это крошечный кусок безобидных сплетен, но слухи распространились до такой степени, что в этом городе нет никого, кто бы не знал о её поступках.»

Лун Хэн лишь незначительно подтолкнул это дело к развитию, находясь за кулисами. В городе осталось не так уж много врачей, поэтому найти Су Юнь было довольно легко.

«Должен сказать, я очень впечатлён твоим планом. Она, вероятно, никогда не сможет восстановить свою внешность.» Лун Хэн нежно ущипнул Бай Сянсю. То, что она сделала, может и немного безжалостно, но имело очень большой эффект.

Бай Сянсю подняла голову и посмотрела на Лун Хэна с безмолвным выражением лица. «С каких пор этот план стал моим?»

Лун Хэн погладил ее волосы. Это правда, как его милая маленькая жена могла быть такой безжалостной?

«Я планировала отравить её…»

«Э-э-э…» Лун Хэн разминал лоб. Он забыл, что его маленькая жена становится всё более и более необузданной. Скорее всего, это потому, что он слишком баловал её, и теперь она становилась более открытой, чем раньше. Тем не менее, это, вероятно, ее настоящая личность. Лун Хэн чувствовал себя вполне довольным, когда пришел к такому выводу.

Но парочка не знала, что сегодняшние события лишь увеличили ненависть Су Юнь к Лун Хэну в несколько раз. Вернувшись во дворец, она сразу же попросила императора прийти к ней и они начали планировать, как убить Лун Хэна, находясь в комнате с маленьким кактусом.

Бай Сянсю как раз собиралась залезть в постель, чтобы отдохнуть, но её прервал призыв Хуэра. Заметив, что она перестала двигаться, Лун Хэн потянулся к её тонкой талии и сказал: «Разве ты не говорила, что сегодня будешь делать все сама? Так почему ты вдруг передумала?» Его голос звучал настолько сексуально, что заставил Бай Сянсю дрожать.

Она дважды ударила его по руке и нежно отругала. «Хватит дурачиться! Со мной заговорил Хузр.и

Хотя Лун Хэн знал, что его жена обладает сверхъестественными способностями, он не мог не удивляться, когда она начинала разговаривать с растением.

Казалось,      у Лун Хэна появилась возможность понаблюдать за тем, как Бай Сянсю общается со своим кактусом. Но,

посмотрев некоторое время, он увидел только сцену, как женщина разговаривает сама с собой. Растение казалось совершенно безмолвным. Кроме того, он думал, что ловушка черного дьявола выглядит очень странно. Как будто он мог видеть кровеносные сосуды в его чернильных глубинах. Кроме того, его цветы цвели лишь короткое время, а затем очень быстро засохли.

Но эта ловушка черного дьявола изначально росла в округе Шу и дошла до столицы. Несмотря на пережитое, цветок сохранил свою первоначальную форму. На самом деле, нет, лепестки определенно выросли в размерах. Подлунным светом он напоминал какое-то плотоядное растение. В некотором смысле, Бай Сянсю была весьма необычна в том, что решила взять с собой нечто странное.

В то время как Лун Хэн находился глубоко в своих мыслях, он внезапно услышал крик Бай Сянсю и немедленно бросился к ней. «О нет! Эти два ублюдка хотят нанять кого-то, чтобы убить тебя. Что нам делать?»

«Не забывай о своём статусе. Как ты можешь ток ругаться?»

«Ой. Я постоянно об этом забываю под влиянием эмоций. Но сейчас не время говорить об этом! Император и Су Юнь хотят твоей смерти.

Что мы будем делать?“Так как Бай Сянсю практически впала в истерику, её лицо покраснело и опухло. В её глазах вспыхнул свет, и она выглядела очень очаровательно.

«Это именно то, чего я ток долго ждал.» Лун Хэн обхватил ее маленькое лицо руками и улыбнулся.

«Эй! Сейчас не время для подобного!» Бай Сянсю взволновали неоднозначные действия Лун Хэна. В своем волнении она не заметила, насколько близко их лица друг к другу, не говоря уже о том, что у Лун Хэна в тот момент были обнажены некоторые участки тела. На нём были только пара свободных красных брюк, завязанных на талии, и халат, едва скрывавший его торс. Ей стоило лишь слегка потянуть, чтобы всё это снять. Её мужчина обладал какой-то опасной сексуальностью. Это было немного волнующе, но такой ансамбль полностью показывал его выдающиеся мышцы. Хотя он сидел очень лениво, другие все равно почувствовали бы огромное давление только от его взгляда.

Заметив эту картину. Бай Сянсю нашла своего мужа чрезвычайно привлекательным и не могла не потеряться в своих мыслях. Тем не менее, Лун Хэн вырвал её из них, когда начал щипать её покрасневшие щеки. «Эй, о чём ты думаешь? Я говорю, что не могу дождаться, когда они придут и убьют меня!»

«Хах? Ты…”

«Я уже всё устроил. Не беспокойся, моя дорогая. Мне нужно, чтобы ты сосредоточилось на отдыхе. Но я буду немного утомлять тебя в ближайшие несколько дней, потому что хочу провести с тобой побольше времени. Ведь беспокоюсь, что тебе станет одиноко, когда меня не будет.»

«Нет. Точно нет.»

«Нет, а? Тогда этот принц даст тебе почувствовать себя одиноко.»

«Почему ты такой непослушный?”

«Этот принц хочет спросить кое-что. В последнее время принцесса-супруго стала очень капризничать. Ты специально выгибаешь свою талию, чтобы я восхищался. Если это не соблазнение, тогда чтоГ

«Я не пытаюсь соблазнить тебя, ладно? Я веду серьезный разговор. Серьезный разговор!»

«Этот принц тоже серьезен. Как замечательно каждый день восхищаться твоими различными выражениями.»

«Я больше так не могу. Аааа… будь нежным. Нежным! Ты практически разрываешь меня!“

«Хорошо. Этот принц уже зноет, где твоя нижняя черта.» Итак, вначале серьезная ночь действительно стала очень светлой. Стойкость и навыки Лун Хэна неуклонно улучшались по сравнению с первым разом. Но в результате Бай Сянсю всё равно пришлось оставаться прикованной к постели в течение трех дней. Однако она не давала себе отдыхать. Её кактус переместили ближе к кровати, так как она хотела получать мгновенные уведомления, если что-нибудь случится.

На второй день, когда она была прикована к постели. Бай Сянсю подслушала Су Юнь и узнала, что они готовы принять меры. Казалось, она не доверяла тем, кто рядом с ней. Она говорила об этом только, когда рядом находился император. Сейчас Лун Хэн как её цель, так и цель императора. Они хотели его смерти. Но когда дело дошло до убийства Бай Сянсю, их мнения разошлись.

Так как они уже нашли невероятную команду убийц, чтобы убить Лун Хэна, и уже договорились о цене, Су Юнь увидела в этом хорошую возможность также избавиться от принцессы-супруги, чтобы избежать неприятностей в будущем. Однако император не согласился. Он сказал, что женщины не стоит бояться. Он хотел сохранить ей жизнь, чтобы получить формулу пороха.

Су Юнь возразила: «Зачем она вам? Если вы предоставите мне достоточно времени и людей, я в конечном итоге смогу вывести формулу самостоятельно. Плюс, рана но моем лице заживет, когда мы найдем компетентного врача. К тому времени у вас будет и красота, и оружие.

Зачем вы продолжаете тосковать по этой женщине? Что в ней есть такого, что могло заколдовать Ваше Величество?»

«Ч-что за чушь ты несешь? У меня есть другие способы её использовать.»

«Ваше Величество, в глубине души мы оба знаем правду. Вы мечтаете об урождённой Вой с тех пор, кок не смогли уложить ее в постель. Вы даже называете её имя, когда спите. Вы настолько увлечены, что приказываете другим своим наложницам специально вести себя слабо и деликатно, чтобы доставить вам удовольствие. Не думайте, что я об этом не зною. Но опьянение женщиной — это начало падения императора…»

«Па…»

«Что такое па…?» Бай Сянсю смутилась, когда Хуэр сказал это слово.

Хуэр ответил: “Это звук, который происходит, когда человек касается другого человека. Две ночи назад этот звук продолжал исходить из вашей комнаты…»

«Ах… не нужно объяснять. Теперь я понимаю.» Бай Сянсю немедленно пришла к выводу, что император ударил Су Юнь по лицу. Казалось, их отношения стали довольно хрупкими. После ухода императора Су Юнь, похоже, сошла с ума. Она начала бормотать себе под нос. «Хорошо. Отлично! Если ты настолько бессердечный, не вини меня за несправедливость. Если ты примешь Бай Сянсю. она точно не оставит меня в живых. Ток почему бы мне просто не оттащить тебя от твоего трона?»

Благородная супруга Су действительно, казалось, сошла с ума. Но для них это не так уж плохо. Всё будет в порядке, если она может предупредить Лун Хэна о засаде. Но Лун Хэн взял тенденцию уходить без предупреждения. С ним было довольно сложно связаться. К счастью, ночью он всегда возвращался, и Бай Сянсю рассказывала ему о том, что подслушала. Благодаря её объяснениям Лун Хэн оставался спокойным. Похоже, его совсем не затрагивали новые новости. Всё, чего он хотел, это пытать Бай Сянсю до такой степени, что она не могла вставать в течение шести дней. Он продолжал приходить, пока Бай Сянсю не почувствовала желание задушить его в постели. К сожалению, шея Лун Хэна была слишком жесткой, так что это оказался совершенно бесполезный ход.

Честно говоря, Бай Сянсю тоже не слишком беспокоилась о ситуации. Она чувствовала, что Лун Хэн не из тех, кто играет с жизнью. Скорее всего, он уже принял какие-то меры.

Поэтому она никогда бы не подумала, что Лун Хэн вернется домой в ужасном состоянии уже через несколько дней после отъезда. Его тело было полностью покрыто кровью, когда его привезли. Он выглядел так, словно едва держался за жизнь и получил серьезные ранения. Бай Сянсю почувствовала, что всё её тело похолодело. Видя Лун Хэна в таком виде, она не могла сдержать слез, нНо пыталась сохранять спокойствие и свой образ. Лишь когда остальные вышли, она чуть не рухнула на пол.

К счастью Сяо Ши и Сяохуань успели её поддержать. Лун Хэн лежал в постели, когда доктор перевязывал его раны. Количество крови раздражало её глаза. Бай Сянсю чувствовала, что шансы на то, что кто-то выживет после такой потери крови, ничтожны. Но в то же время она надеялась на чудо. Однако, закончив с перевязкой, врач обернулся и сказал: «Принц потерял слишком много крови. Я боюсь, что…”

Хотя        Лун Хэн находился в полусознательном состоянии, он прекрасно всё слышал и его пальцы подсознательно

дернулись. Вернувшийся паж уже контролировал ситуацию и выгнал почти всех. В комнате остались только Бай Сянсю, Сяо Ши и Сяохуан. Две горничные осторожно провели Бай Сянсю к маленькой кушетке.

«А ты не мог сказать всё сразу? Или хотел продолжить после того, как она выйдет из комнаты? Проверь, как оно и выясни, почему она упала в обморок.»

Доктор кивнул и подошел проверить состояние принцессы-супруги. Изначально он хотел сказать, что чрезмерная кровопотеря привела к тому, что принц временно потерял сознание, но Бай Сянсю упала в обморок, прежде чем он смог закончить. Но что он мог с этим поделать? Принц сам приказал ему сделать его состояние более критическим, разве нет? Не то чтобы он действительно был в плохом состоянии!

Доктор молча подошел к Бай Сянсю и проверил её пульс. Шуэр помог Лун Хэну обработать его раны чрезвычайно мастерски. Он много тренировался со времени своего пребывания на поле битвы, так что теперь был очень искусен в этой задаче. Даже Лун Хэн удовлетворительно кивнул.

Он с беспокойством посмотрел на Бай Сянсю и заметил, что изначально нахмурившиеся брови доктора практически превратились в глубокие складки. Лун Хэн невольно почувствовал, что возникла огромная проблема. Он хотел встать с кровати и даже начал подниматься на ноги, но Шуэр сразу его остановил: «Ваше Высочество, ваша рана разойдётся. Пожалуйста, не двигайтесь.»

«Как она?» Лун Хэн считал, что Бай Сянсю была уже достаточно стойкой при виде крови после того, как побывала на поле битвы. Но кто бы мог подумать, что она снова упадет в обморок? Это не имело смысла.

После детального осмотра доктор поднял руку и вздохнул: «Поздравляю, Ваше Высочество, поздравляю! Пульс принцессы указывает, что она беременно.»

«Что?» Пун Хэн был совершенно ошарашен. Но доктор упрямо продолжал: “Кажется, её беременность длится уже около двух месяцев. Её пульс очень стабилен, но из-за небольшого шока она сейчас немного слабая. Когдо она примет лекарство, успокаивающее плод, всё придёт в норму.»

«О… тогдо быстрее назначь лекарство.» Два месяца. Значит она забеременела ещё в Спокойном Городе, а затем отправилась в тяжелое путешествие назад и перенесла столько всего. Этот ребенок должен быть крепким, как железо! На губах Лун Хэна появилась улыбка. Неожиданно он почувствовал, что уже гордится этим нерожденным ребенком.

Хотя, доктору ещё предстояло перевязывать ему раны. Лун Хэн сказал: «Иди скорее и скажи всем, что я больше не продержусь. Пусть готовят похороны, но мне есть что прояснить. Ни один слуга не должен сюда войти, и никто не смеет уведомить старую мадам. Любой, кто проигнорирует мои приказы, будет сурово наказан.»

«Да, Ваше Высочество!»

Лун Хэн посмотрел на бледное лицо Бай Сянсю. Если бы он не напугал её, она бы не упала в обморок. Он надеялся, что она не испугается снова, когда проснется.

«Когда принцесса-супруго придёт в себя, сразу скажи, что со мной всё в порядке.» Его сердце окутало приятное тепло. Казалось, он действительно имел место в сердце этой девушки. Ему очень понравилось это чувство. Лун Хэн медленно погрузился в сон. Неожиданное счастье и потеря крови утомили его.

Что касается Бай Сянсю, то она проснулась очень скоро, потому что во сне увидела, что Лун Хэн покрыт кровью с головы до пят. “Лун Хэн, Лун Хэн…» Она яростно села в холодном поту.

«Принцесса-супруга с принцем всё в порядке, он в порядке. Не волнуйтесь.» Сяо Ши поспешно объяснила, пока Сяохуан поддерживала ее в сидячем положении и указывала на кровать. «Принц только что уснул.»

«Уснул?» Бай Сянсю, естественно, не поверила и подошла к нему. Она вздохнула с облегчением, лишь когда убедилась, что он равномерно дышит. Великая радость и облегчение, которое она почувствовала, забрали всё напряжение в её теле, от чего она неустойчиво закачалась, едва не потеряв сознание снова.

Внезапно её поддержала чья-то рука, и раздался голос: «Не беспокойся. Не спеши и полежи рядом со мной.»

Бай Сянсю очень обрадовалась, когда увидела, что Лун Хэн проснулся. «Но твои раны…»

«Не волнуйся. Иди сюда.» Лун Хэн хотел поддержать её, но Бай Сянсю оттолкнула его назад и тихо легла в кровать рядом с ним. Она заплакала после того, как увидела его тело в бинтах.

«Не плачь, со мной не случилось ничего ужасного. Половина крови, которую ты видело, принадлежала не мне.» После паузы он сказал: «Вы все можете выйти! Принесите лекарство принцессы-супруги после того, как оно будет готово.»

«Если с тобой ничего не случилось, мне не нужно пить лекарство, дай мне…»

«Полежи, кок послушная девочка и дёргайся.»

«Но розве не ты здесь ранен?»

«У меня только пара поверхностных ран. Скоро мне станет лучше. Твоё здоровье сейчас намного важнее.»

«Почему мне это кажется каким-то неправильным?» Она знала, что Лун Хэн любит её, но любить до такой степени казалось немного ненормальным.

«Что кажется неправильным?»

«Давай не будем больше об этом говорить. На тебя напали наемники Су Юнь. Я определенно не позволю этому случиться вновь. Оно вышла далеко за рамки.»

«Нет, я специально позволил им нанести мне раны.»

«Зачем? Розве ты не знал, что я буду беспокоиться о тебе?»

«Не будь слишком эмоциональной и послушай меня…» Лун Хэн поведал жене свой полный план. Бай Сянсю была неописуемо шокирована. Она не думала, что Лун Хэн так много сделал тайно. Этого было достаточно, чтобы свергнуть целую династию.

Лун Хэн хотел сделать ей приятный сюрприз, но теперь она уже не такая, как раньше. Беспокойство слишком сильно повредит её телу. «Теперь, когда ты знаешь, что происходит, ты не станешь думать лишнего, верно?»

«До, но разве ты не мог просто обмануть врагов, чтобы они поверили, что ты ранен? Зачем было делать это на самом деле?»

«Мне нужно, чтобы они поверили наверняка. Кроме того, я оставил одного наёмника живым, чтобы он составил отчет.»

«Лун Хэн, а не мог бы ты подумать обо мне и твоём ребенке, когда зохочешь что-нибудь сделать в следующий раз?»

«Так ты знаешь? Тогда почему ты вела себя так эмоционально? Вдруг что-то случится?“

«Зною о чем?» Бай Сянсю удивлённо посмотрела на него, не в силах понять, что он имел 8 виду. Как бы она ни думала об этом, предложение не имело смысла.

Только тогда Лун Хэн догадался, что она говорила о Сяо Лине. Тем не менее, вид её широко раскрытых глаз, наполненных желанием узнать больше, чрезвычайно позабавил его, поэтому он дразнил её:»УгадайГ

«Угадай… угадай что? Неужели я выгляжу так, словно у меня есть настроение играть в догадки?!» Бай Сянсю хотела стукнуть его, но остановилась, потому что его тело было покрыто ранами.

«Теперь, когда ты снова носишь нашего ребенка, ты должна быть чрезвычайно осторожна.» Лун Хэн боялся, что она снова проявит эмоции, поэтому протянул руку, чтобы погладить её живот.

«Что?!» Бай Сянсю встала от волнения. В современном обществе так быстро не беременеют вторым ребенком! На мгновение она не могла принять эту новость. Это вообще нормально, иметь такую хорошую ре продуктивность? Нет, она должна сказать, она не хочет снова быть матерью так быстро. Разве она не должна отдохнуть ещё несколько лет? Но в древние времена не было никаких противозачаточных средств. Если она продолжит в том же духе, то в течение следующих десяти лет, она может даже стать матерью целой футбольной команды.

Это слишком страшно! Ей правда захотелось изобрести презерватив или что-то в этом роде. Подождите, кажется, здесь есть лекарство, которое может предотвратить беременность, если выпить его после полового акта. Обычно его давали наложницам. Оно было немного горьким, но это лучше, чем рожать ребенка.

«О чём ты думаешь?»

«В следующий раз, когда мы это сделаем, я выпью предохранительный суп. “

«Ты… ты ведь принцессо-супруга. Зочем тебе пить что-то подобное?» Я действительно не понимаю, о чём она думает. Какая главная жена станет использовать такие вещи?

«Но если я продолжу рожать детей, разве это не будет плохо для моего тела?»

«Ну… это верно.»

Лун Хэн оттолкнул её на подушки и засмеялся. «Но хорошо было бы иметь ещё несколько сыновей, чтобы, когда отец и его сыновья пойдут но битву, они были непобедимы.»

«У тебя такое яркое воображение.» Бай Сянсю закатила глаза. Она никогда не позволит своим сыновьям идти в бой.

Бай         Сянсю ласкала свой живот, когда её охватило очень сюрреалистическое чувство. Она вспомнила о некоторых

побочных эффектах, когда была беременна Сяо Лином, так почему она ничего не почувствовала на этот раз? Может ещё не время или ребенок слишком стойкий? Было бы лучше, если бы это был мальчик, учитывая его силу. Сильные девушки обычно не особо популярны.

Но я всё равно надеюсь, что это девочка. Таким образом, у меня будет и девочка, и мальчик. Она не собиралась спрашивать, кого хочет Лун Хэн, потому что он наверняка скажет, что предпочел бы мальчика. Этот мужчина уже видит, как отправится со своими сыновьями на поле боя!

Лун Хэн поправился довльно скоро, так как его травмы действительно были поверхностными, как он и сказал. Однако очень быстро распространились слухи о том, что его тяжело ранили, и в усадьбу Принца Ли даже привезли гроб. На первый взгляд могло показаться, что принцесса-супруга Ли в полном порядке, но можно было легко сказать, что она чувствует себя изможденной. Ей даже понадобились две горничные для поддержки во время прогулки! Усадьбу Принца Ли окутал мрак. Время от времени на них даже нападали убийцы. Тем не менее, все попытки покушения не увенчались успехом благодаря нескольким защитникам из Вулин.

В это время. Су Юнь, похоже, планировала сбежать из дворца. Император начал ненавидеть её и даже пытался использовать против неё свою силу. Она не собиралась сидеть сложа руки и ждать надвигающейся гибели, поэтому начала открыто и тайно бороться с императором. К сожалению, у неё не было от него ребенка, иначе она могла бы запланировать убийство и стать вдовствующей императрицей.

«Су Юнь хочет проинформировать вражескую нацию о том, что с тобой произошло. Сейчас она думает, как отправить посланника.»

«Отлично!Лучше и быть не могло!» Лун Хэн читал книгу с плащом на плечах. Травма, которую он получил, стоила того! Ему больше не нужно было беспокоиться, и он толкнул свою принцессу-супругу на кровать. Теперь она настолько ослабла, что не смогла справиться с падением. У неё был такой слабый аппетит, что она лишь пару раз кусала фрукты, когда ела их.

«Почему ты так доволен каждым их шагом?»

«Враг, скорее всего, не посмеет сделать ход, полагоясь лишь на слухи. Однако они могут стать смелее, если получат точную информацию. “ «Это провда. Открой рот. Фрукты для тебя полезны.»

«… Я всего лишь ранен. Это ты у нас беременна.»

«Одно и то же. Нам обоим нужно хорошо питаться.»

«Ладно.»)/ Лун Хэна не было другого выбора, кроме как позволить своей жене кормить его, пока он читал книгу. Это был довольно приятный опыт, за исключением того, что ему было трудно сконцентрироваться. Бай Сянсю дурачилась и продолжала набивать еду ему в рот, и он ничего не мог с этим поделать. Они прекратили эту детскую игру, когда через пару минут прибыл Лун Шутин. Лун Хэн сразу же заявил, что не сможет вечером поужинать.

«Ваше Высочество, в последнее время участились попытки покушения, но сегодня только тишина и мир. Никто не приходил.»

«Я понимаю. Не снижайте бдительность.»

«Конечно. Кроме того, к вам приехал сэр Сун. Он интересуется или…»

Хозяин дома был более осторожен с сэром Суном, чем с ворами. Нет, это нельзя назвать чистой осторожностью, так как он всегда прогонял его с помощью всевозможных оправданий. Но теперь, когда мир поверил, что Лун Хэн серьезно ранен, было бы неуместно не принять сэра Суна. Лун Хэну приходилось совершать акты, такие как рвота кровью или тому подобное, каждый раз, когда кто-то хотел его увидеть. Но он был довольно простым человеком и не любил выходить в свет, поэтому многим отказывал в встрече.

Лун Шутин спрашивал о решении Лун Хэна. Ему придется сделать некоторые приготовления, если Принц планирует встретиться со своим другом. В конце концов, такие вещи, как поддельная кровь, требуют немного времени для подготовки.

«Просто впусти его. Не нужно готовить поддельную кровь или что-то в этом роде. Дом уже воняет.» Здесь ещё живут люди, особенно Бай Сянсю. Он понятия не имел, почему Бай Сянсю внезапно так хорошо себя вела. Она была непреклонна в решении спать рядом с ним, хотя ясно знала, что он не сможет совершить поступок из-за травм. Как будто она считала, что супружеская пара никогда не должна спать отдельно. Лун Хэн уже привык к этому и позволял ей делать всё, что угодно.

Бай Сянсю просто думала, что современные муж и жена никогда не спят отдельно, если только не ссорятся. Раньше слуги мешали им спать вместе, когда наступали её месячные, но Лун Хэн посчитал, что переносить вещи туда-сюда каждый месяц слишком хлопотно. Так как он не слишком беспокоился об этом. Бай Сянсю продолжала спать в его комнате, и из-за этого привыкла быть рядом с ним.

Однажды Лун Хэн хотел переехать в другую комнату, потому что Бай Сянсю заболела, и чтобы Сяо Ши позаботилась о ней. Однако она сказала:»Если ты сейчас выйдешь из этой комнаты, никогда не возвращайся.»

Лун Хэну не нравились угрозы, но это зависело от того, кто ему угрожал. По какой-то причине мужчины всегда отбрасывали гордость рядом со своими женами. Но Лун Хэн сделал ещё один шаг вперед посчитав горькое сладким. Он решил, что она флиртует и не хочет,

чтобы он уходил. И поэтому остался, с тех пор больше не поднимая эту тему.

Бай Сянсю вызвала Сяо Ши и других служанок для уборки кровати. Повсюду валялись остатки фруктов, потому что они только что дурачились. В этом нет ничего страшного, но у них в гостях сэр Сун!

Сун Цзяоюэ прибыл сразу после того, как они закончили уборку. На самом деле он правда беспокоился о Лун Хэне, а не хотел повидаться с Бай Сянсю. Всё-таки они близкие друзья, почему он не пришел в гости, когда услышал, что Лун Хэн ранен? К сожалению, его останавливали у двери каждый раз, когда он приходил, от чего уже начинал паниковать.

Когда он услышал, что ему наконец-то разрешили войти в поместье, он первоначально подумал, что увидит Лун Хэна на пороге смерти. Вместо этого его встретил довольно бодрый мужчина с распущенными волосами и розовым цветом лица. Бай Сянсю сидела рядом с ним и, похоже, не чувствовала печали и боли, в отличие от того, что описывали слухи. Сун Цзяоюэ понял их схему в течение секунды, поэтому криво улыбнулся и спросил: “И что вы двое опять задумали?»

«А ты ещё не догадался?Я пытаюсь выманить змею из её гнезда.»

«Но разве обязательно было так себя подставлять?»

«А розве они посмели бы сделать ход, если бы я не был прикован к постели?»

«Слуги, подайте сэру Суну немного чая и выпечки.» Бай Сянсю собиралась уйти после того, как отдала приказ. Женщинам было неуместно вмешиваться в разговор мужчин, тем более что у неё были особые отношения с Сун Цзяоюэ в прошлом. Благодаря усилиям Су Юнь в столице ходили всевозможные слухи. Для неё теперь лучше избегать подобных вещей в меру своих способностей. Однако Лун Хэн поймал её за руку, прежде чем она смогла выйти. «На улице стало холоднее, поэтому лучше останься. Твоё тело сейчас хрупкое и уязвимое. Это не проблема, если ты посидишь с нами.»

«Ухх… Мм.» Разве он раньше не боялся наших встреч? Так почему сегодня он меня остановил? Кроме того, с каких пор он стал проявлять ласку перед другими? Почему он так внезапно изменился?

«Боюсь через несколько дней я буду лежать в гробу, так что тогда тебе будет тяжело. Ты должна хорошо себя защищать, несмотря ни на что, и не забывай защищать его.» После этого он взглянул на живот Бай Сянсю очень капризными глазами.

О Боже. Бай Сянсю мгновенно поняла, что происходит. Он хвастался их любовью перед холостяком. Лун Хэн, какой же ты злой! «Мм… хорошо.» Бай Сянсю мягко кивнула. «Ты действительно планируешь зайти так далеко? Что если они проверят труп…?» Они обязательно попытаются удостовериться, что он мертв. Как мы должны продолжать притворятся, если они узнают правду?

«Я бы уже лежал в гробу, если бы не пытался найти хороший способ. В конце концов, жена чудо доктора и его ученики не владеют такими способностями, как сам доктор. Им понадобится некоторое время, чтобы создать поддельное лицо.»

«Ухх…»

«Ты хочешь спросить о трупе? Уже всё готово. Это будет тело заключенного из камеры смертников. Он добровольно продал своё тело.»

«Если с тобой что-нибудь случится, граница, скорее всего, будет в опасностиСун Цзяоюэ вздохнул. Но Лун Хэн лишь засмеялся. Я так долго охранял границу, пора мне немного отдохнуть!

Конечно,       под отдыхом он подразумевал фальсификацию своей смерти. Сначала Лун Хэн не планировал этого делать, но

понял, что ни один из его врагов не сделает свой ход, пока не увидит его мертвым. Оставшись без выбора, он решил, что лучшим вариантом будет фальсификация собственной смерти. Сун Цзяоюэ нахмурился.,,Нелегко «оживить» себя после такого притворства. Они попытаются остановить тебя любой ценой.»

«Хах! Я уже знаю, каков будет результат. Когда это произойдет, я отвезу свою семью в Спокойный город и буду жить уединенной, мирной жизнью, вдали от всех беспорядков и политики.»

«Спокойный город… Я бы не назвал это место мирным. Вы двое…» Сун Цзяоюэ хотел сказать, что Бай Сянсю, вероятно, не сможет привыкнуть к тамошней погоде. Тем не менее, Лун Хэн быстро добавил: «Я верю, что моя принцесса-супруга тоже очень любит этот город и согласится там жить.»

«Мм. Мне правда нравится это место.» К этому моменту было уже слишком поздно жаловаться, даже если она ненавидела Спокойный город.

Сун Цзяоюэ ничего не мог сделать, чтобы изменить их решение, но почувствовал, что Бай Сянсю пришлось занять невыгодное положение Лун Хэна. В то же время он также чувствовал, что для Бай Сянсю нет лучшего мужчины, чем Лун Хэн. В конце концов, у него нет наложницы. У него даже не было кому нагреть кровать. Между ними явно искренние чувства. Сун Цзяоюэ намного хуже, чем Лун Хэн в этом вопросе, так как у него теперь довольно много таких «грелок», и он только что продвинул Ю Сэ к своей наложнице, после последнего путешествия. В общем, он ощутил облегчение, узнав, что с Лун Хэном всё в порядке. «Если таково ваше решение, то я окажу вам полную поддержку. К сожалению, у семьи Сун не будет иного выбора, кроме кок оставаться нейтральными, если вы продолжите этот план. “

Сун Цзяоюэ пытался сказать, что лично он поддерживает их решение, но семья Сун будет вынуждена оставаться нейтральной, поскольку он не хотел вовлекать в этот вопрос всю семью. Лун Хэн понял мысль, которую пытался объяснить Сун Цзяоюэ, и кивнул в знак согласия. Сун Цзяоюэ не нужно было подробно знать их планы, он хотел лишь быть увереным, что с ними не случится ничего плохого. Он также понимал намерения Лун Хэна, так как тот ни разу не просил его о помощи. Это стало доказательством того, что Лун Хэн очень четко понимал, насколько важна семья Сун для Сун Цзяоюэ.

20-  го октября по лунному календарю Принц Ли был объявлен мертвым после того, как скончался от полученных травм.

21-  го октября люди выстроились в линию от усадьбы Принца Ли до ворот города, чтобы попрощаться с ним. Это был очень шумный день, так как даже император пришел лично, чтобы попрощаться со своим верным подданным. После того, как принцесса-супруга Ли приказала слугам открыть гроб, император крепко обнял его и заплакал. Он даже сказал, что страна потеряла один из своих опорных столбов.

22-  го октября принцесса-супруга Ли объявила, что носит ребенка покойного Принца и не покинет поместье до его рождения. После того, как всё успокоилось. Бай Сянсю держалась за ноющую талию, которая, казалось, вот-вот собиралась разорваться на две части, опираясь на Лун Хэна, замаскированного под скрытого охранника. «Тебе будет трудно жить сейчас, когда ты «мертв».»

«Теперь мы должны наблюдать, будут ли они сотрудничать. Благородная супруга Су уже должна сделать свой ход, верно?»

«Она планирует свой побег уже несколько дней. Поскольку император хочет её убить, у неё нет другого выбора, кроме как отправиться на сторону врага. Вражеская нация уже прислало своих шпионов, и они собироются её вернуть. Что ты планируешь с этим делать?»

«Яуже пообещал семьям врачей, что передам её им. И намерен выполнить свое обещание, поскольку они очень нам помогли. Думою с помощью Ло Юньчжэна и Юй Куана нам не стоит даже беспокоиться, что оно сможет ускользнуть, не так ли?»

«Оно хитрая и умеет соблазнять мужчин.»

«Хах! Кого оно сможет соблазнить с такой внешностью?»

ТMl То есть, ты хочешь сказать, что не будешь меня любить, если я стану безобразнойТ Характер Бай Сянсю стал довольно вспыльчивым из-за беременности, и она сердилась на малейшие вещи. Как будто пыталась найти способ во всём разобраться.

Лун Хэн снова оказался на минном поле. Но он галантно вышел из ситуации и ответил: «Нет, такого не произойдёт! Ты такая нежная, добрая, и у тебя замечательный характер! Моя любовь к тебе никогда не умрет, доже если ты станешь самым уродливым человеком на земле.»

«Вот так то лучше.» Бай Сянсю мгновенно переключилась с мрака на цветение, как и атмосфера вокруг них. Однако Лун Хэн был невероятно подавлен. Когда он стал мужчиной, который мог говорить всевозможные тошнотворные вещи, чтобы угодить своей женщине? Должно быть, он сошел с ума!

Бай Сянсю было наплевать, останется ли Су Юнь жить или умрёт, потому что мир продолжит вращаться и без неё. Но причинив вред стольким людям Су Юнь заслужила наказания. Бай Сянсю не имела право голоса в выборе способа, и не могла спасти эту женщину. Тем не менее, у неё действительно не было сил заботиться об этом, даже если бы она захотела. Ребенок на самом деле заставлял её страдать. Он не вызывал у неё тошноты и не причинял много боли, но её энергия истощалась, как сумасшедшая. Она потеряла аппетит, потому что почти всё стало безвкусным.

В последнее время Лун Хэн был совершенно очевиден с его движениями в тени. Тем не менее, он оставался осторожным, хотя император сейчас больше заботился о вопросе со своей Благородной супругой Су. Бай Сянсю узнала о пути побега Су Юнь, и он был достаточно неудачен, чтобы говорить об этом служанке, которой она доверяла. Су Юнь хотела сбежать и даже собиралась взять с собой горничную. Конечно, никто из её верных слуг из дворца не останется позади. Она уже придумала план, чтобы замаскировать себя под евнуха и в толпе сбежать из дворца. Это очень распространенная стратегия побега, встречающаяся во многих романах, поэтому неудивительно, что Су Юнь выбрала именно ее.

После того, как Бай Сянсю рассказала об этом Лун Хэну, он отправил несколько человек на окраину столицы, чтобы перехватить их побег.

В назначенный день время шло очень медленно. Бай Сянсю не получала никаких уведомлений, даже несмотря на то, что у неё болела шея от всех потрясений, которые она получила за время ожидания. Лун Хэн взял дело в свои руки, потому что получил известие, что вражеская нация направила нескольких очень мощных экспертов. Его раны ещё не полностью восстановились, когда трое мужчин (Лун Хэн, Юй Куан и По Юньчжэн) отправились на задание. Была возможность, что они могут спровоцировать конфликт прежде, чем им удастся захватить Су Юнь. Если так произойдёт, Бай Сянсю наверняка будет биться головой о стену. Мужчины вернулись только после наступления темноты.

Услышав звуки за пределами своей комнаты. Бай Сянсю сразу же одела туфли и комплект верхней одежды. Однако что-то огромное, похожее на животное, прыгнуло прямо на неё, прежде чем она даже успела добраться до двери, чтобы поприветствовать их. К сожалению, он был отброшен, пока ещё находился в воздухе. Затем прозвучал холодный голос Лун Хэна: «Сходи сума где-нибудь в другом месте.»

Юй Шу стало невероятно грустно. Он появлялся только один раз во время голубой луны и, наконец, смог увидеть старшую сестру Бай, но ему даже не удалось обнять её. «Э-э… Юй Шу?» Бай Сянсю даже не нужно было смотреть вверх. Она сразу же поняла, что полная луна украсила ночь своим блеском.

«Что с ним случилось? Совершенно очевидно, что что-то не так, просто глядя на него.» В этот момент вошел Ло Юньчжэн, бросив человека на землю, как мешок с картошкой. Он начал осматривать Юй Шу с любопытным выражением лица. К сожалению. Бай Сянсю не успела всё объяснить, потому что наконец заметила, что трое мужчин принесли с собой Су Юнь. Девушка выглядела невероятно несчастно. Её пугающее лицо было открыто для всех, и её слегка вьющиеся волосы прилипали к лицу из-за грязи.

«На улице идет снег?»

«Нет. Это семьи докторов облили её водой и избили почти до смерти. Она настояла на том, чтобы прийти к тебе с последним вздохом.» По Юньчжэн посмотрел на Бай Сянсю. Он понятия не имел, почему эта женщина так хотела увидеть принцессу-супругу.

Бай Сянсю кивнула. «Вы можете оставить нас на минуту?»

Лун Хэн достал очень толстую веревку и привязал один конец к шее Су Юнь, а другой • к соседнему столбу. Таким образом, она не сможет далеко убежать. Даже если она это сделает, её можно будет легко притянуть назад или повесить прямо сейчас. Что касается того, почему не были связаны её конечности…

Бай Сянсю с любопытством осмотрела её и заметила, что ни один из пальцев Су Юнь не остался в целости и сохранности. Все ногти были выдернуты, а кровь запеклась в темно-красные куски. Пыткам подверглись не только её пальцы. Похоже, на её теле не осталось ни единого целого участка. Бай Сянсю поглядела на ноги Су Юнь и заметила, как течет кровь. Она не могла сказать, что именно случилось с её ногами из-за туфель, но можно было легко догадаться, что ситуация с ними ничем не лучше, чем с руками.

Как         только Юй Шу собирался вызвать истерику. Лун Хэн протянул руку и вытащил его. Ло Юньчжэн последовал за ними,

а его лицо казалось очень задумчивым. Учитывая все обстоятельства, сейчас Су Юнь их единственный противник, поэтому Лун Хэн исполнил ее предсмертное желание. Однако ради безопасности Бай Сянсю всё же остался снаружи.

До того, как дверь закрылась, Бай Сянсю услышала: «Облей её водой, чтобы пришла в себя. Нет необходимости тратить время.”

«Ох…. ой.» После того, как мужчины ушли. Бай Сянсю села в стороне, чтобы подумать. Общение с Су Юнь заставило её вспомнить о главной героине. Внезапно она поняла, что приняла весьма мудрое решение вести себя тихо и сдержанно в этом мире. Хотя она, возможно, и не пережила значительных взлетов и падений, по крайней мере, её жизнь оставалась относительно стабильной. Ну ладно, технически она сейчас вдова, так что жизнь не так уж стабильна.

В это время проснулась Су Юнь. Сначала она мучительно стонала, но постепенно пришла в себя. Она выглядела немного растерянной, когда открыла глаза, но заметив Бай Сянсю, будто восстановила всю свою энергию. «Кто ты на самом деле? Всё шло так гладко, пока я не встретило тебя, но потом все мои планы рухнули.»

«Су Юнь, не я причина твоего поражения. Ты проиграла, потому что человеческие жизни для тебя ничего не значат.»

«Ха! Почему другие могут быть такими, а я нет?»

«Такое возможно лишь в романах и телевизионных драмах. В реальности все не так.»

«Значит, ты переселенка! Я была права! Как ты могла ток жестоко относиться к кому-то из твоего родного мира?!”

«Су Юнь, твои слова, безусловно, логичны. Но что, если бы ты знала, что я из твоего мира? Исходя из твоей личности, ты бы отнеслось ко мне снисходительно? Я не сомневаюсь, что ты постоянно искало бы способы меня уничтожить. Например, твоя тактика в Спокойном городе явно предназначалась для того, чтобы оценить меня. Ты послала ко мне убийцу.»

«И что? Ты помогала моему врагу.»

«Но с моей точки зрения, ты делала то же самое.»

«Однако после этого ты все равно пошла против меня, несмотря на то. что мы из одного мира.»

«Ты видело, как беспокоились семьи врачей, когда отчаянно пытались найти своих близких? Знаешь ли ты, насколько трагично жизнь жен и сыновей без их мужей и отцов? Знаешь ли ты, что одна из жен истекла кровью во время родов, услышав эту новость? Тебя никогда ничего не волновало. Почему? Потому что ты видишь только себя. Ты заботишься только о своей власти и статусе. Чтобы достичь того, чего ты хочешь, ты относилась к людям как к муравьям. Для таких отвратительных людей, как ты, этот результат уже достаточно хорош.”

«Замолчи! А как насчет тебя!? Ты соблазняла мужчин и заставляла их убивать за тебя? Ты словно маленький белый лотос, прячущийся зо другими. Какая между нами розница?»

“Я не позволяла своему мужчине убивать невинных людей. Я не заставляла его делать что-то по моим эгоистичным причинам. В этом и есть разница. “

«Все люди эгоисты. А ты нет?»

«Я эгоистка. И могу свободно это признать. Я более чем готово причинить боль другим, чтобы защитить свою семью. Но я бы никогда не убила столько людей из-за лица. Конечно, я не жду, что ты меня поймёшь. В конце концов, ты всегда была избалованной богатой молодой леди без малейшей капли уважения к другим.»

«… Мы были знакомы и раньше, не так ли?» Су Юнь, похоже, поняла, почему проиграла. Значит, этот человек знал меня раньше?! Кто она такая? Это моя коварная младшая кузина? Или моя любовная соперница? Или, может, это какая-то случайная ревнивая шлюха?

«Да, мы знакомы, поэтому я прекрасно знаю твою личность. Я знаю, что у тебя нет моральных ценностей. Вот почему я никогда не говорила тебе, кто я. Но теперь, думаю, в этом не будет особых проблем.»

«Ты…» Су Юнь хотела сесть прямо, но это оказалось невозможно. У неё просто не осталось сил. Она едва могла видеть человека перед собой. “Скажи мне, кто ты, чтобы я могла успокоиться.»

«Я тот человек, но которого ты всегда смотрела свысока. Девушка, продающая цветы — Лю Яньян.»

«Хахоха! Ток это ты!? Ты хотела отомстить?»

«Нет. Я только хотела жить в мире.»

«Жить в мире?! Лю Яньян, не притворяйся дурочкой. Это невозможно. Переселенцы не принадлежат ни этому миру, ни времени.»

«Не могу с тобой согласиться. У меня есть ребёнок и муж. Принимая во внимание, что у тебя нет ничего, это не зависит от времени или

мира.»

«Нет! У меня есть всё. Я…..“

«Что у тебя есть? Люди, которые по тебе скучают? Они с тобой только из-за твоих странных уловок. Те, кто был тебе верен, вероятно, уже мертвы, и ничего для тебя не зночат. Так что, в конечном счете, в этом мире для тебя есть только один выход.»

Чертовски хладнокровно, не так ли? На самом деле, нынешние обстоятельства Су Юнь стали окончательной местью. Да, Бай Сянсю ненавидела Су Юнь. Независимо от современности или древних времен эта девушка являлась причиной её горестных переживаний. Так что, если бы она не отомстила, разве она не была бы слишком похожа на святую мать! Не обвиняйте её в нагромождении боли, когда Су Юнь оказалась внизу. Она сделала свою долю вреда и другим. Бай Сянсю не возражала бросить ещё несколько камней в кого-то вроде Су Юнь.

«Лю Яньян. Я проклинаю тебя! Я надеюсь, что ты умрешь мучительной смертью! Надеюсь, твой мужчине предаст тебя, а у твоего сына будет плохой конец…»

Шлёп! Бай Сянсю была в ярости, поэтому потянулась и ударила Су Юнь прямо по лицу, а затем холодно заявила: «Проклятия уже устарели. Или ты думаешь, что у тебя есть сверхспособности от переселения?“

«Лун Хэн, войди!Лун Хэн!Язною, что ты снаружи!» — громко вскрикнула Су Юнь. Правда ожидая снаружи, Лун Хэн быстро бросился посмотреть, что происходит. Видя близость Бай Сянсю к Су Юнь, он быстро оттащил её. «Осторожнее. Она может тебе навредить.»

«Всё хорошо. Она просто…» Но прежде чем Бай Сянсю успела закончить предложение, вмешалась Су Юнь. «Лун Хэн!Я говорила тебе с самого начало, не думай, что эта маленькая сука тебя любит! У неё другая личность! Она пришла из того же места, что и я. Она рано или поздно покинет тебя и оставит после себя красивое тело. Кроме того, она не очень хороший человек… она…»

Шлёп! Голова Су Юнь развернулась, когда она рухнула на землю с глухим стуком. Больше слов не вышло.

«Ах…» Бай Сянсю испугалась. Невинный Юй Шу склонил голову, глядя на неё сверху вниз: “Старшая сестра, оно не выдержала этого удара.»

Конечно! Кто из женщин смог бы выдержать удар от тебя? Но Бай Сянсю всё равно была немного шокирована. Как же легко отобрать у человека жизнь. В это время Лун Хэн похлопал её по голове: «Не бойся. Я здесь.»

«Я не боюсь. Я просто чувствую, что… ей не стоило сюда приходить.» Бай Сянсю глубоко вздохнула. В современности Су Юнь тоже была плохим человеком, но, по крайней мере, никого не убивала. Современное общество имеет законы и ограничения, которые сковывают людей с подобными побуждениями. Но попав сюда. Су Юнь почувствовала свободу. Вот что привело к такому результату. Иногда людям лучше не задирать нос слишком высоко.

Затем заговорил Ло Юньчжэн: «Она мертва. От трупа лучше избавиться, так что я похороню её где-нибудь в безымянной могиле.»

Ло          Юньчжэн не хотел прерывать чье-то личное время, поэтому решил забрать труп и уйти. Но кто мог ожидать, что над

телом внезапно появится черный вихрь? Он быстро отреагировал и сразу же отрыгнул от странного явления. Что касается тела Су Юнь, оно было мгновенно втянуто внутрь вихря. Всё произошло так быстро, что никто из присутствующих не смог отреагировать. Труп исчез в мгновение ока.

Хотя никто не мог поверить в то, что только что произошло, им было совершенно ясно, что это всё реально. В это время Лун Хэн почувствовал, как его сердце содрогнулось. На самом деле он считал, что слова Су Юнь не совсем ненадежны, особенно когда они касались Бай Сянсю. Однако, хотя его жена была чрезвычайно шокирована вихрем, она сразу же успокоилась, словно поняла, что только что произошло. Она знала о Су Юнь больше, чем кто-либо другой, поэтому, возможно. Су Юнь сказала правду: Бай Сянсю что-то скрывает.

Если однажды она вот так исчезнет, что ему тогда делать? По Су Юнь будут скучать только несколько человек, но с Бай Сянсю всё совсем не так. У неё есть сын, семья и даже солдаты на пограничной станции, которые её уважали. Его руки внезапно сжались, и Бай Сянсю вскрикнула.

Она смущенно посмотрела на Лун Хэна, не понимая, почему он внезапно применил так много силы. Он почти выдавил весь воздух из её груди.

«Что случилось? Почему она исчезла?» Ло Юньчжэна разбудил визг Бай Сянсю. Как нормальный человек, он не мог понять, что только что произошло на его глазах.

«Никому не говорите, что здесь видели. Вы можете идти!» Лун Хэн махнул рукой, но ушел только Ло Юньчжэн. Юй Шу остался, тихо спросив: «Старшая сестро, те ведь не исчезнешь, верно?»

«Конечно нет.» Бай Сянсю почувствовала, как руки Лун Хэна снова сжались, поэтому поняла, что у неё нет другого выбора, кроме как немедленно ответить. Совершенно ясно, что они все подозревали, что она тоже исчезнет или что-то подобное. Этого следовало ожидать, так как Су Юнь сказала много странных вещей, прежде чем умерла. Лун Хэн хотел знать всё о ней, но чтобы расспросить её, сначала стоило избавится от её маленького хвоста. Юй Шу. Юй Шу практически цеплялся за ногу Бай Сянсю, когда она шла. Он выглядел как маленький ребенок, простой и невинный. Будучи беременной женщиной. Бай Сянсю не могла оставить его, поэтому решила позволить лечь на кровать, пока они с Лун Хэном болтали.

Они болтали, но затрагивали только поверхностные темы. На самом деле, Лун Хэн постоянно смотрел на неё, но долгое время не мог спросить то, что хотел.

«Тебя хочешь что-то волнует?»

«Ты пришло из того же места, что и она? Ты действительно исчезнешь, как она?»

«Конечно, нет. Почему я должна исчезать?”

«Что ты от меня скрываешь? Какое ты имеешь отношение к Су Юнь?»

«Меня с ней ничего не связывает.» Бай Сянсю знала, что она никак не могла объяснить, что её душа пришла из другого мира, поэтому она только сказала: «Возможно, оно неправильно меня поняла, потому что и она, и я отличоемся от здешних людей!»

«Ты правда не уйдешь?»

«Конечно, не уйду. Не волнуйся.» Бай Сянсю могла лишь беспомощно сказать: «Я родило одного ребенка и снова забеременело. Куда же я денусь?»

Услышав это. Лун Хэн вздохнул с облегчением. Верно. Теперь, когда у неё двое детей, куда она может пойти? Он нежно обнял её, и в этот момент Юй Шу внезапно сел на кровати. “Где я?»

Нет, этот голос и выражение… это явно Юй Куан. Немного ошеломленная. Бай Сянсю спросила: “Почему ты появился? Ещё ведь не утро.» «Незнаю.» Юй Куан оглянулся. «Это твоя комната?»

«Да.»

«Ты слишком его балуешь.» Юй Куан слегка улыбнулся. Юй Шу может и смутьян, но ему всегда удается заставить её потворствовать ему.

«Роз тебе здесь больше нечего делать, тогда уходи!» У Юй Куана не было другого выбора, кроме как встать с постели и уйти после того, как заговорил Лун Хэн. Но уже стоя возле двери он обратился к Бай Сянсю: “Вероятно, он ушел, потому что ему не нравилось видеть вас вместе.» На самом деле он действительно понял Юй Шу. Несмотря на то, что он не знал, что только что произошло, он, вероятно, мог догадаться, почему атмосфера внезапно изменилась. После того, как Юй Куан ушёл, Лун Хэн попросил слуг сменить простыни, прежде чем согласился лечь на кровать.

Эх. Мужчины всегда мелочные.

Прошло несколько спокойных дней, в то время как город гудел от новостей о покойном Принце Ли. Вражеская страна начала свои движения и неожиданно вызвала волнения на границе.

Великие министры императора были напуганы. Они боялись, потому что страна потеряла отличного генерала, такого как Лун Хэн. но генералы, которых недавно повысили в должности, громко зазывали не поднимать панику. Все они стремились превзойти друг друга, заявив, что хотят пойти на границу, чтобы отбить нападение вражеских солдат. Это позволило бы им сделать себе имя. Но теперь, некоторые министры предложили, что императору стоит лично повести свои войска в бой. Естественно, это было идеальное решение для поднятия неустойчивой репутации императора среди населения. Если бы он лично руководил войсками, то смог бы быстро затмить покойного Лун Хэна. Более того, в прошлый раз врага загнали настолько, что они не смогли даже открыть свои двери. А теперь, даже если они попытаются дать отпор, у них не останется никакой военной силы, поэтому, если император выйдет на поле боя, они быстро победят врага.

Все мужчины обладают горячей кровью. Император не смог противостоять давлению со стороны чиновников, поэтому в его мыслях вспыхнул огонь. В конце концов, присоединился даже министр Лин и предложил императору свою поддержку. Подумав некоторое время, император наконец согласился лично возглавить войска.

Услышав о его решении, Бай Сянсю очень удивилась. Она повернулась к Лун Хэну и спросила: “Как тебе удалось убедить министра Лина?“

«Я использовал некоторые связи и договорился с ним. Если император поведет войска в бой, его дочь спасут из борделя, и вместо этого она войдет в храм кок монахиня.“

«Неудивительно, что он согласился. Но разве он не знает, насколько велика опасность для императора, если он примет командование?»

«Они считают, что вражеская страна больше не является угрозой. Поскольку эти люди никогда не участвовали в битвах, они доже не понимают, что на поле боя в одно мгновение может произойти тысяча изменений.»

«Они ничего не знают, но всё равно осмеливаются туда идти. У этих людей наверняка много мужества.» Всё как в современную эпоху. Когда кто-то не знает внутренний лад отрасли и просто вмешивается в её работу, его определенно ждёт масса неприятностей. Конечно, целью Лун Хэна было в первую очередь заставить их проиграть. Даже если они не проиграют благодаря своим действиям сейчас, в итоге их ждёт один конец.

В последнее время Лун Хэн всегда проводил свои операции ночью. Бай Сянсю пришлось думать о своём нерожденном ребенке, поэтому после разговора она сразу погрузилась в сон. Однако ей случайно приснилось, что тело Су Юнь внезапно появилось на большой кровати в отеле. Служанка, которая привела гостей осмотреть комнаты, увидела Су Юнь, когда открыла дверь в номер. Она так испугалась, что закричала, а затем позвонила в полицию.

Здесь Су Юнь была одета в одежду древних времён, поэтому, вернувшись в современность, оказалась совершенно голой. Таким образом, на второй день после того, как полицейские её забрали, все газеты сообщили: богатую девушку и знаменитого мужчину нашли мертвыми в номере отеля! Детали внутри объясняли её жалкую смерть. Если бы не было анализа Днк, никто даже её не узнал бы. Еще более странным было то, что она исчезла в этом отеле несколько месяцев назад, но в итоге снова появилась в том же месте. Это определенно стало загадкой.

Тем          не менее, как стало известно, эта дочь богатой семьи была очень безрассудной, так что никто не заботился о том,

через что она прошла. Единственный человек, который действительно горевал из-за её смерти, вероятно, только её отец. Однако этот человек быстро преодолел своё горе, потому что его новая жена, на двадцать лет моложе его, только что родила ему сына. Вскоре он был слишком занят, играя со своим маленьким ребёнком.

Бай Сянсю положила руку на лоб, когда проснулась. Вся жизнь Су Юнь лишила её дара речи. Несмотря на то, что все получили известие о её смерти, о ней очень быстро забыли, включая её бывших парней и мужчин, преследовавших её. Понимая, что, вероятно, её тоже забудут, когда она умрёт, Бай Сянсю зарыдала посреди ночи, прикрывая руками лицо.

Сяо Ши понятия не имела, что произошло. Испугавшись, она быстро побежала к ней. «Принцесса-супруго! В чём дело? Вом что-то болит? Может позвать доктора?»

«Ненужно. Со мной всё в порядке. Мне просто захотелось плакоть, вот и всё. Не обращай внимания.» Бай Сянсю махнула руками, чтобы выгнать Сяо Ши, от чего та разволновалась ещё больше. Похоже, она правда нигде не ранена. Может она плачет, потому что Его Высочество её разозлил?

Черный силуэт скользнул в комнату, в то время как Сяо Ши всё ещё была поглощена своими мыслями. К счастью, она уже привыкла к этому. Она знала, что это не кто иной, как сам принц. Она зажгла свечи и посмотрела на Лун Хэна, полностью одетого в черное. «Вы вернулись. Ваше Высочество. Принцесса-супруга рыдает по какой-то причине. Может, вам стоит пойти посмотреть…»

Лун Хэн вошел в спальню, прежде чем Сяо Ши даже закончила говорить. Его молодая жена сидела на кровати, вытирая слезы платком. Её осанка выглядела настолько красиво, что казалось, она делает это нарочно. Она выглядела как цветы вишни после дождя.

«Что случилось?» Лун Хэн нахмурился и сел рядом с ней, терпеливо утешая её. Мужчины могли высвобождать свой плохой характер, когда были снаружи, но Лун Хэн не мог кричать на свою маленькую жену. Из-за слабого и хрупкого тела Бай Сянсю, он, вероятно, полагал, что она умрет от шока, если он даже повысит на неё голос.

«Ничего. Мне просто хотелось плакать». Бай Сянсю продолжала рыдать и всхлипывать, от чего Лун Хэн почувствовал себя совершенно беспомощным. На самом деле он скептически относился к высказыванию о том, что женщины могут плакать из-за чего угодно, даже из-за наступления весны или осени. Однако у него не было другого выбора, кроме как поверить в это как факт после сегодняшнего опыта.

Почему она так сильно плачет сразу после сна?

«Всё в порядке. Теперь ты можешь перестать плакать». Лун Хэн снял пальто и сел на кровать, не принимая ванну. У него просто не осталось на это времени, так как он отсутствовал допоздна и должен был уйти рано на следующий день. Он решил, что было бы лучше провести всё свободное время со своей женой, чтобы она перестала плакать. В конце концов, сейчас она казалась невероятно разбитой горем, и это было более болезненно, чем несколько часов пропущенного сна.

«Ты должно быть устал. Давай, ложись со мной и отдохни.»

Лун Хэн на мгновение засомневался. Он хотел лечь спать сразу после приезда домой, но гулял целый день. Запах от его тела, вероятно, был ещё терпимым, но ноги определённо воняли до высоких небес! Видя, как хрупкая Бай Сянсю выглядит прямо сейчас, он не хотел добавлять ей страданий своими вонючими ногами. Итак, он обернулся и сказал: «Ты ложись, а я пойду приму ванну.»

Бай Сянсю видела истощение в глазах Лун Хэна, хотя её глаза опухли от рыданий. Она быстро схватила его за руку. «Забудь. Тебе ведь ещё вставать рано утром, хотя ты так устал. Не нужно принимать ванну, просто ложись спать.»

Лун Хэн чувствовал тепло внутри. «Я боюсь, чтобы запах не заставил тебя сново плакать».

Бай Сянсю ответила: «Я не такая привередливая, ладно?» Она вскочила с кровати и толкнула Лун Хэна на кровать, сняв с него ботинки.

«Прекрати. Они грязные.»

«Пахнет конечно плохо, но запах меня не убьет. А сейчас ложись». Бай Сянсю заставила его лечь и накрыла одеялом. Затем она легла на внешнюю сторону кровати и прижалась головой к его телу. Прошло совсем немного времени, прежде чем Лун Хэн уснул, его грудь поднималась и мягко опускалась, когда он глубоко вдыхал.

Бай Сянсю знала, что Лун Хэну нравилось быть чистым, и ему наверняка неловко, когда он спит таким грязным. Поэтому она тихо приказала слугам принести немного горячей воды и обмакнула в неё полотенце. Затем она раздела его и начала протирать тело, затем руки и, наконец, ноги. Закончив, она снова осторожно набросила на него одежду и прижалась к нему. Теперь она чувствовала себя очень довольной, что рядом с ней спит её мужчина. Удивительно, но в ту ночь она спала очень хорошо.

Но она не знала, что после того, как заснула, Лун Хэн повернулся, чтобы посмотреть на неё, притянув ближе, и обнял её, словно она драгоценное сокровище. Он даже поцеловал её в лоб с очень милой улыбкой на лице. Что он сделал в своей прошлой жизни, чтобы оправдать удачу жениться на такой милой и нежной женщине? Возможно, Су Юнь была привлекательной из-за её многочисленных талантов, и. возможно, Лин Цяньцзи была популярна из-за того, сколько эмоций вызывала. Однако ни одна из них не была столь же понимающей и сострадательной, как Бай Сянсю, и при этом они не обладали такой же смелостью и решительностью. Бай Сянсю никогда

не чувствовала себя не в своей тарелке, хотя иногда могла казаться не замечающей, и были моменты, когда она вела себя слишком преднамеренно. Но это только добавляло ей очарования и заставляло её казаться милой и нежной.

Лун Хэн чувствовал, что она одна сделала его жизнь достойной. Муж и жена спали в объятиях друг друга всю ночь. Сяо Ши, все время стоявшая снаружи, наконец смогла вздохнуть с облегчением. Она вышла из комнаты, держа фонарь, но сразу поняла, что за ней кто-то есть, когда закрывала двери.

«Ах!…» В приступе паники мужчина быстро прикрыл ей рот и что-то сунул в руки. Человек исчез, прежде чем Сяо Ши даже поняла, что происходит. Ошеломленная, она проверила свои руки и поняла, что незнакомец сунул в них шпильку. Разве это не считается запрещёнными отношениями? Подумав так, девушка сильно покраснела.

Сяо Ши быстро спрятала украшение, но ещё долго продолжала смотреть в ночное небо, прежде чем наконец вернуться в свою комнату. Однако, она обнаружила, что не может уснуть, как бы ни старалась.

На следующий день Бай Сянсю увидела девушку, похожую на национальное достояние — панду. Она почти выплюнула глоток чая, когда увидела это зрелище. Что случилось с Сяо Ши? Она обычно наполнена такой энергией, что может управлять тремя поездами одним своим умом!

В то утро Сяо Ши допускала всевозможные ошибки. Количество чашек, которые она разбила, было почти неисчислимо. Даже Сяохуан, у которой обычно был хороший характер, начинала волноваться. «Что ты делаешь? Ты сошла с ума? Это любимый чайный набор принцессы- супруги, и ты уже разбила две чашки!»

«Всё хорошо, не беспокойся об этом. Иди сюда, Сяо Ши. Я хочу кое-что спросить

«Да, Принцесса-супруга». Паникующая Сяо Ши направилась к Бай Сянсю. Она краснела всякий раз, когда её разум невольно возвращался к событиям прошлой ночи.

Бай Сянсю мгновенно поняла, что происходит. В конце концов, не так давно она пережила то же самое! «Почему мне кажется, что твоя душа покинула твоё тело?» — спросила Бай Сянсю, приказав Сяохуан покинуть комнату.

«Н-нет. Это не так!» Сяо Ши время от времени поглядывала на улицу. Она думала об А Суне. Это всё его вина! Если принцесса-супруга поймет, что он дал мне что-то прошлой ночью, она может продать меня!

«Это из-за А Суно?»

«Откуда вы знаете?!» Мгновенно осознав, что она совершила ошибку, Сяо Ши прижала ладони ко рту.

Бай Сянсю опустила её руки. «Перестань прикрывать рот. Я заметила это ещё давным-давно. Этот парень относится к тебе совсем по- другому. Доже выражение его лицо, когда он смотрит но тебя,… другое.»

«Как вы узнали? Н-нет. Я имею в виду, пожалуйста, простите эту служанку, принцесса-супруга! У этой служанки нет других намерений, кроме как хорошо вам служить».

«Вставай. Я же говорила тебе не падать на колени без причины”.

«Принцесса-супруга… Эта служанка…»

«Достаточно. Это не имеет большого значения. Розве этот молодой парень не влюбился в тебя?! И кстати говоря, он на самом деле довольно красивый. Для тебя он хорошая пара. Скажи ему прийти ко мне, если когда-нибудь встретишь его снова. Ну а если он окажется недостаточно смел, чтобы сделать это, тогда мы забудем об этом».

«Принцесса-супруга, эта служанка больше никогда его не встретит.»

«Ты правда хочешь не выйти замуж до конца своей жизни? Гпупая девчонка. Я так рада за тебя!»

Сяо Ши почувствовала облегчение, когда заметила, что Бай Сянсю ни в чём её не обвиняет. Тем не менее, она начала беспокоиться, когда представила, как расскажет А Суну о словах своей хозяйки. И всё же она почувствовала невероятное разочарование, когда подумала, что не скажет ему.

Отложив        дела Сяо Ши в сторону, император наконец принял решение лично повести свои войска в бой. Конечно, перед

отъездом он назначил нескольких высокопоставленных чиновников ответственными за выполнение своих обычных национальных обязанностей. Эти пятеро чиновников работали в течение трех поколений императоров. Они должны были совместно принимать любые решения, как парламент в современном обществе.

Бай Сянсю чувствовала, что люди древности не испытывали недостатка в мудрости. В конце концов, её муж заранее догадался, кто эти пять человек! Она знала это, потому что была рядом с ним, когда он анализировал информацию!

Да, Лун Хэн часто анализировал текущую ситуацию со своей женой, когда у него было свободное время. Даже не имело значения, что она могла не понимать некоторые вещи, ему просто нравилось говорить с ней об этом. Бай Сянсю — человек, которому он доверял больше всего на свете. В этом мире не было никого другого, с кем он мог бы говорить также свободно. Бай Сянсю наслаждалась этим чувством. Как будто они были парой, которая живёт вместе уже много лет.

Что порадовало Лун Хэна больше всего, так это тот факт, что он наконец-то смог рассказать Бай Сянсю о том, что этот придурок император собирался лично повести войска в бой в округе Шу. Император считал, что его генералы очень хорошо обучены, но единственное, что они хорошо умели, так это подхалимствовать. На поле битвы их способности не будут стоить и гроша. Их «диванные» стратегии казались действительно впечатляющими, но даже Бай Сянсю, вероятно, была бы более полезной во время наступления.

«Ты правда думаешь, что я такая тупая?» Бай Сянсю разозлилась, потому что Лун Хэн сравнил её с императором. Она была почти готова бросить в него свои ботинки! Однако затем она начала беспокоиться о Сяо Лине и старой мадам. «Интересно, как поживают Сяо Лин и Старая Мадам. Мы должны были присоединиться к ним в округе Шу, но император просто не дал нам возможности это сделать».

«Не волнуйся. Сейчас тебе лучше сосредоточиться но себе. Я скоро поеду в округ Шу. С ними должно быть всё в порядке, особенно если учесть, что А Цюань и его жена заботятся о них».

Это все благодаря тому, что она спасла им две жизни. Я никогда не думал, что они окажут такую большую помощь. Похоже, проявление доброты иногда приносит пользу. Конечно, доброту следует проявлять только к определенным людям.

«Точно. Мисс Лин сбежала?»

«Она… обречена прожить там остаток своей жизни».

«А?» Бай Сянсю не могла понять. Разве он не говорил, что заключил сделку с министром Лином? На самом деле министр Лин действительно был замечательным отцом из-за то, что так много сделал для своей дочери, даже в столь трудные времена. Но почему её ещё не спасли из борделя? Лун Хэн забрал свои слова обратно?

Лун Хэн щелкнул Бай Сянсю в лоб. В последнее время он упаковывал свои вещи, готовясь к поездке в округ Шу. Слуги, как правило, должны были помогать ему в этом, но так как он теперь «мертв», ему приходилось вести себя сдержанно. Он даже не гулял в саду усадьбы. Мало кто знал, что принц жив, поскольку слуги обычно не заходили в резиденцию принцессы-супруги без разрешения. “Мисс Лин влюбилось в одного из своих клиентов и ждет, когда он сделает её своей наложницей. Учитывая тот факт, что она ждёт уже почти два месяца, боюсь, из этого ничего не выйдет».

«Она решила не уходить только по этой причине?»

«Да. Мы не смогли убедить её, как бы ни старолись. В конце концов, у министра Лина не было иного выбора, кроме как отказаться от мыслей о её спасении».

«Хах! Как и следовало ожидать от мисс Лин и её логики. Я действительно не могу понять, как ее воспитывали. Всё, о чём она думает, ■ это любовь… о любить — это не что иное, кок обман.»

Это нормально, что она не может жить без любви, но нельзя хотя бы попытаться кого-то выбрать? Разве она не пытается пытать саму себя? Бай Сянсю оставалось лишь пожалеть Лин Цяньцзи при самой скверной мысли, прежде чем её разум погрузился в другие вопросы. По сравнению с текущей ситуацией, вопрос Лин Цяньцзи был не таким уж важным. Я пыталась наладить наши отношения, когда ты ещё была главной героиней. К сожалению, всё, чего ты хотела, это запустить себя в землю и преследовать несчастную судьбу. Как можно убедить такого человека, как ты? Как можно следовать за тобой, если всё, что ты хочешь сделать, это прыгнуть со скалы?

«Забудь о ней. Береги себя, пока меня не будет. Не выходи без крайней надобности.»

«Мм. Зачем мне покидать поместье, если мой живот становится всё больше и больше?»

«Когда этот ребёнок родится, наступит рассвет новой эры».

«Да. Надеюсь, всё пройдёт гладко».

«Ток и будет. Сейчас, когда мне есть о ком заботиться, я отношусь к кождому своему шагу с особой осторожностью. Я определенно перестал быть таким горячим, как раньше”.

«Ты сам это сказал. Ты должен помнить, что нужно обеспечить безопасное место для Сяо Лина и всех остальных, когда ты прибудешь в округ Шу. На всякий случай, если враг всё же нарушит оборону и достигнет округа Шу».

«Они не смогут. Хотя мои люди могут казаться неорганизованными, они не стоят без дела, охраняя это место. Я лишь позволю вражеской нации приблизиться к границе, чтобы мы могли реализовать нош план. Иначе противник был бы уничтожен давным-давно».

«Ладно, ладно, ладно. Ты лучший». Никто не сможет остановить мужчину, когда он начал хвастаться. Он станет хвастаться ещё больше, если вы попытаетесь его победить. Например, Лун Хэн только что затащил Бай Сянсю себе на колени и спросил: “Ты мне не веришь?»

«Конечно, верю. Я когда-нибудь говорила иначе?»

«Тогда почему бы нам не сделать ставку?»

«Я не против. Что ты ставишь?» Как Бай Сянсю могла сказать «нет»? Он мог сделать с ней всё что угодно, если бы она не согласилась!

«Как насчет того… что ты подаришь мне ещё одного сына, если я разрушу всю монархию в течение двух месяцев?“

«Ты заказываешь ещё одного до рождения этого?! Ты думаешь, я свиньяТ Бай Сянсю притворно разозлилась и ущипнула Лун Хэна, не прикладывая много сил.

Лун Хэн разразился смехом, а затем крепко обнял её. “То, чего я с нетерпением жду больше всего сейчас, это взять моих сыновей с собой в бой! Кто сможет соперничать с нашей армией, после того, как они вырастут и станут лучшими мужчинами среди мужчин?»

«Ха-ха…»Ты действительно планируешь взять их в бой? Ты уверен, что не просто пытаешься хвастаться своей способностью рожать сыновей?

«Почему ты смеешься? Я собираюсь завтра уехать. Принцесса-супруга, почему бы вам не позволить мне… сегодня вечером…»

«Позволить что?» — спросила Бай Сянсю, несмотря на то. что знала ответ. Её мерцающие глаза подняли адский огонь в сердце Лун Хэна.

«Ты ведь… нарочно меня пытаешь, верно?»

«Когда я такое делало? Ха-ха! Хватит щекотать меня! Хахаха, остановись! Лун Хэн, это неприлично!»

«.   » Бай Сянсю на самом деле просила его вести себя прилично, хотя они были мужем и женой. Однако, чем больше Бай Сянсю этого

хотела, тем более неприличным он становился.

Лун Хэн наконец ушел через два дня со своими людьми. Бай Сянсю ударила по кровати руками, схватившись за простыни. Она говорила с ребенком, который рос в её животе. «Твой папа — полный засранец! Видишь, он способен на все виды злодеяний! Уууууу… у меня ток болит спина…»

После ухода Лун Хэна Бай Сянсю продолжала вести себя как «молодая вдова». По правде говоря, в эти последние несколько дней она действительно жила беззаботной и комфортной жизнью. Поскольку ходили слухи, что Лун Хэна убила вражеская нация, все очень хорошо относились к усадьбе Принца Ли. Даже император поддерживал вид благодетеля.

Свою бедную сестру даже приехал навестить младший брат Бай Сянсю. Бай Сюэру. После того, как они получили известие о смерти Лун Хэна, его мать и та вторая сестра почти вывесили красную праздничную одежду. Если бы не отец, они могли бы даже попытаться выманить у неё деньги. Согласно их словам, поскольку молодой вдове было не на кого положиться, почему бы не взять деньги на сохранение, пока они не попали в чужие руки? Бай Сюэру не мог не вздохнуть из-за несчастья своей сестры. Став принцессой-супругой, она, должно быть, думала, что будет жить роскошной жизнью. К сожалению, Принц Ли внезапно скончался и оставил в усадьбе двух людей без присмотра.

Как они выживут без него?

Бай Сянсю разрешила своему младшему брату войти, так как у неё сложилось о нём хорошее впечатление. Бай Сюэру думал, что его встретит бледная и жалкая на вид сестра в траурном платье. Однако всё было не так, как он ожидал. Хотя Бай Сянсю определенно носила траурное платье, высказывание о том, что женщины выглядят лучше всего в белом, было определенно правдой.

Его         старшая сестра представляла собой саму картину изречения. Казалось, её красота была не из этого мира, когда она

одела полностью белый комплект одежды. Тем не менее, она осталась такой же красивой, как прежде, а её цвет лица сегодня казался просто экстраординарным. Не было никаких признаков того, что она вдова, только что потерявшая мужа.

Бай Сюэру не понимал, что происходит. Его зять был национальным героем, который сделал много героических дел для страны и её граждан. Из-за нехватки приличных генералов в стране императору пришлось лично повести войска в битву. Как жена такого выдающегося человека, как она, может казаться настолько равнодушной к его смерти? Даже если женщина из заднего двора не должна была что-либо делать, ей всё равно приходилось следить за своим мужем, верно? Бай Сюэру взволнованно поприветствовал свою сестру. «Старшая сестра.»

«Здравствуй, брат. Пожалуйста, присядь. Ты был занят учебой?»

«Не совсем». Бай Сюэру занял предложенное место, но не трогал выпечку, которую ему подали. Он чувствовал себя немного неловко, но не смел этого сказать. Он посмотрел на свою сестру с виноватым выражением лица и через некоторое время наконец заговорил. «Старшая сестра. Это действительно уместно?»

«А что не так? Выпечка не пропеклась?» Бай Сянсю перевернула сладости, доказав ему, что всё свежее. На самом деле, их только достали из духовки! Слуги ни за что не посмели бы экономить на еде, даже если бы смотрели на нее свысока за то, что она молодая вдова. Их уволят с работы, если она узнает!

«Проблема не в выпечке».

«Ой? Тогда в чём?»

«Ну… ни в чём. В этом нет проблемы». Бай Сюэру был на грани слез. Почему он начал разговор с такой тяжелой темы?

«Тогда ешь. Выпей чаю. Это очень хороший чай. Твой зять взял его во дворце специально для меня». Бай Сянсю с улыбкой подала ему чай, от чего Бай Сюэру почувствовал гораздо больше боли. Не удивительно, что сестра кажется такой беззаботной. Вероятно, ей трудно смирится со смертью мужа! Вот почему она так себя ведёт.

Мне лучше не напоминать ей об этом, иначе горе может привести к серьезному заболеванию её беременного тела. После этого заключения юноша взял одно из пирожных и начал есть. После приятного разговора со своей сестрой, он ушел. Проводив его. Бай Сянсю удивилась вслух. «Почему у меня такое ощущение, что он хотел сказать мне намного больше, но не мог?»

Сяо Ши почувствовала, что её хозяйка снова превратилась в дурочку. Она уже становилась немного глупой, когда была беременна молодым принцем, но её глупость в этот раз была явно намного хуже! В последние дни она вела себя невероятно рассеяно и часто ошибалась. Кроме того, её нрав был полон взлетов и падений, как у маленького ребёнка. Сегодня она даже совершила ошибку, забыв, что должна быть вдовой! К счастью, она находилась дома. «Принцесса-супруга, неужели вы думаете, что вдове, подобной вам, уместно вот так играть но снегу, как будто ничего не произошлоГ

«О. Боже! Как я забыло об этом? Почему ты мне не напомнила?!»

«Не волнуйтесь. У меня такое чувство, что этот молодой джентльмен воспринял это совсем по-другому». Он даже посмотрел на свою сестру с жалостью в глазах, прежде чем уйти. Должно быть, он думал, что его сестра сошла с ума из-за горя. Если бы я не знала, что Его Высочество жив, я бы тоже так решила.

Если подумать, то прошло уже более десяти дней с момента отъезда Его Высочества в округ Шу. Кажется, А Сун последовал за ним. Я даже не сказала ему, что принцесса-супруга хотела его видеть. И не знаю, сможет ли он благополучно вернуться. Если он это сделает… клянусь, я скажу ему.

Сяохуан была в депрессии. Её хозяйка страдала от глупости из-за беременности, а Сяо Ши постоянно витала в облаках, уставившись в пустой воздух. Она действительно понятия не имела, что случилось с ними обоими.

А Сун, уехавший в далекий округ Шу, вдруг чихнул. Он свернулся в клубок и тщетно пытался снова заснуть. Внезапно заговорил один из скрытых охранников: «Не принимай меня за слепого дурака. Ты обнимаешь ароматный мешочек, не таклиГ

А Сун покраснел, как свекла. «И что с того?»

«Доже не мечтай. Это девушка — любимая служанка принцессы-супруги. Оно может показаться молодой и неопытной, но принцесса-супруга обращается с ней практически как с сокровищем! Оно накажет любого, кто попытается ей навредить. Видимо, доже Его Высочество не посмеет причинить ей слишком много неприятностей».

«Я… знаю… “

«Как скрытые охранники, мы можем немного подурачиться, но у нас не выйдет выполнять свой долг, если мы осядем».

«Это… я тоже знаю…» Он знал, что влекут за собой его действия, но он просто не мог удержаться, чтобы не попытаться приблизиться к ней.

«Хм-м? Тебе нравится это девушка?“ Внезапно возле них появился Принц Ли, одетый в черное пальто, и, похоже, он случайно услышал их разговор. Они не знали, когда он вернулся, но казалось, он был здесь уже достаточно долгое время. Эти два скрытых охранника фактически не заметили шагов своего хозяина. Это стало отличным шоу некомпетентности! Они быстро поднялись на ноги и поклонились ему. Их поразило мастерство Лун Хэна в боевых искусствах. Он настолько улучшил свои навыки, что смог скрыть шаги даже от двух хорошо обученных скрытых охранников.

«Вы можете подняться. Скожи мне, почему тебе нравится эта девушка? Ты ударился головой?“

«Ухх…»

«Слуга также хорош, как и его хозяин». Лун Хэн с грустью посмотрел на горизонт. Полмесяца он ждал прибытия письма из дома, но на нем было лишь несколько слов. Со мной всё в порядке. Не скучай по мне.

Замечательно, что она в порядке, но как я могу не скучать по ней? Теперь мне есть о чем беспокоиться. Мать и дитя остались одни в этом непростом городе. Я знаю, что ничего не могу поделать, но мне жаль оставлять её там одну.

С другой стороны, кажется, она на самом деле очень занята. Она даже не удосужилась написать больше.

Она действительно так занята? Но чем?

«Э-э-э…» А Сун не знал, как ответить. Лун Хэн продолжил: «Эта девушка написало тебе письмоГ

А Сун снова покраснел. Как она могла написать ему письмо, если их отношения ещё не продвинулись так далеко? Он быстро покачал головой и крепко сжал ароматный мешочек в кулаке.

Лун Хэн нахмурился. «Прямо как её хозяйка. Они обе бессердечные.»

Ошеломленный А Сун быстро ответил: *Мастер, боюсь, я не могу с вами согласиться».

Лун Хэну показалось очень занимательным столь серьезное отношение его слуги. Вероятно, это был первый раз, когда А Сун открыто опроверг его! Он лично обучал скрытых охранников. Если учесть тот факт, что они родились нищими или сыновьями приговорённых к смерти чиновников, то их существование уже считалось чудом. И из-за этого они были гораздо более лояльными, чем остальные его подопечные. «Быть по сему. Когда мы вернемся, я обручу её с тобой».

«… Большое спасибо, Ваше Высочество». Это было неожиданно. А Сун немедленно опустился на колени, чтобы показать свою благодарность. Все его собратья искренне радовались за него. Они никак не предполагали, что их встреча с принцем приведет к такому счастливому концу.

«Давайте отправляться. Действия на фронте скоро начнутся. Удостоверьтесь, что ваши цели мертвы». Затем Лун Хэн прыгнул в глубокую яму. Он всегда будет отдавать приказы, независимо от обстоятельств. В конце концов, он прирожденный генерал.

Несколько мгновений спустя открылись врата Спокойного города. В тени золотого королевского зонта император покинул город в сопровождении своих генералов. На лицах каждого из них было такое высокомерие, будто они не воспринимали врага всерьез. Такого можно было ожидать. В конце концов, они командовали армией, намного более мощной, чем у врага. С моральным повышением присутствующего императора, им стоило лишь приложить немного больше усердия.

К сожалению, императора поразил метательный нож ещё до того, как началась война. Его лошадь встала на дыбы и разразилась яростным галопом. Он хотел поскакать вперед, но его путь заблокировала армия солдат со щитами. Поэтому, он развернулся и поскакал в другом направлении.

«Ваше Величество…» Генералы, которые были верны императору, хотели спасти его, но их войска уже начали столкновение с врагом. Ситуация находилась в полной неразберихе. Хуже того, генералов, которые бросились ему на помощь, сбили на полпути стрелы из неизвестного направления.

Нет         человека, который не боялся бы смерти. Солдаты перестали преследовать своих сеньоров, когда их настиг этот

страх. Момента колебания было достаточно, чтобы император исчез прямо перед их глазами. Он пытался успокоить свою испуганную лошадь, но внезапно был прерван незнакомцем, который вскочил рядом с ним. Таинственный человек ударил императора по акупунктурным точкам прежде, чем тот смог закричать о помощи, и сбросил его вниз. К тому времени, когда тело императора упало на землю, он уже был без сознания.

И, таким образом, жалкий император упал в обморок, прежде чем смог даже увидеть своего противника. После того, как Лун Хэн помахал нападавшему, вся группа вернулась в подземные туннели. За пределами туннелей стоял человек, которому было поручено убрать все улики. После того, как все прошли, он обернулся и исчез в хаосе поля битвы.

После побега с поля боя Лун Хэн и его отряд уставились на бессознательного императора. Этот человек когда-то был правителем миллионов людей, но теперь оказался не более чем простым заключенным. Лун Хэн холодно посмотрел на императора и ткнул пальцами ему в глаза.

Император был ослеплен во сне. По его щекам потекли два потока кровавых слез. А Сун и остальные были шокированы тем, насколько безжалостно ведёт себя Лун Хэн. Учитывая все обстоятельства, этот человек когда-то был на его стороне. Как он мог ослепить своего предыдущего правителя, даже не задумываясь? Тогда Лун Хэн сказал: «Мне пора возвращаться в столицу. Придерживайтесь нашего первоначального плана. Понятно?»

«Понятно». После этого Лун Хэн больше не говорил. Он не собирался позволять императору получить удовольствие знать, кто его похититель до момента смерти. Сегодня Лун Хэн действительно сделал очень жестокий ход. Такая ранняя потеря императора стала критическим ударом для его армии, и она начала очень сильно проигрывать вскоре после того, как он пропал без вести.

Великая армия была вынуждена отступить обратно в Спокойный город. Тем временем, Лун Хэн и его отряды шли двумя разными путями после выхода из туннеля. Одна группа направилась в округ Шу, а другая — в столицу. Прибыв в Спокойный город, все остальные поняли, какая произошла катастрофа, когда им не удалось найти императора, как бы они ни искали. Они немедленно отправили несколько человек в столицу, чтобы сообщить об этом, ведь для нации невероятно страшно терять своего правителя.

Тем не менее, все были на один шаг медленнее, чем Лун Хэн. Когда его люди прибыли в столицу, они последовали плану и пригласили принца Ронга во дворец вместе с его принцессой-супругой и всеми другими благородными супругами. Вскоре после этого пришли новости из Спокойного города. Императора объявили пропавшим без вести после многих неудачных попыток поиска. Нация не должна быть ни дня без правителя, поэтому страна действительно находилась в очень тяжелом положении.

И в это критическое время трое из пяти высокопоставленных чиновников фактически проголосовали за принца Ронга, чтобы тот немедленно вступил на престол. С другой стороны, двое других проголосовали за десятилетнего наследного принца, чтобы он сменил своего отца. Именно в этот момент принц Ронг сказал: «Один человек тоже хочет нам высказать своё мнение. Все хотят его увидеть?»

«Кто же это?»

«Ах! П-Принц Ли! Как это возможно? Разве вы не скончались?» Все увидели в зал заседаний проскользнул Лун Хэн.

«По правде говоря, Принц Ли в самом деле был тяжело ранен, но не смертельно. Понимая, что в нашем дворе скрывается шпион, император и Лун Хэн приняли такое решение, чтобы он мог тайно избавиться от шпиона», — сказал принц Ронг.

«Ох? Тогда кто был шпионом?»

«Благородная супруга Су из королевского гарема. Но сомом деле она была наложницей командира Лю, принца вражеской нации. Она использовала всевозможные хитрости в рукаве, чтобы соблазнить императора, в том числе нанимала докторов, чтобы изменить свою внешность…» Принц Ронг рассказывал им то, чему научил его Лун Хэн, но на самом деле он вздыхал изнутри. Он никогда не тосковал по престолу, но похоже, его скоро туда запихают.

В истории Лун Хэна почти не было изъянов. Он никак не мог повести войска в бой, так как был тяжело ранен, поэтому вполне естественно, ему поручили выслеживать шпионов. Лун Хэн действительно внёс значительный вклад, когда шпионов убрали, а благородную супругу Су убили. Но кто бы мог подумать, что в это время что-то случится с императором?

С голосами трех высокопоставленных чиновников и гарантией Лун Хэна принца Ронга посадили на трон всего за один день собраний. Поскольку императрицы не было рядом, немногие поддержали молодого наследного принца. Хотя некоторые полагали, что он имел все права на престол, ему просто не хватало необходимой военной мощи. Даже если он станет императором. Лун Хэн, возможно, не захочет его защищать.

Поскольку граница нации находилась в хаосе, а также потому, что чиновники боялись, что новый император снова попадет в руки врага, было решено, что трон больше подойдёт взрослому принцу с мудростью и предусмотрительностью. Поэтому принц Ронг стал лучшим кандидатом на престол.

На второй день принц Ронг вошел во дворец и занял драконий трон. На третий день вернулась императрица, но исход был уже предрешен.

На четвертый день предыдущий наследный принц получил титул принца Юнь и был выслан в округ Юнь. Предыдущая императрица должна была немедленно сопровождать принца на его землю.

На пятый день принцесса-супруга Ронг вошла во дворец и была официально коронована новой императрицей.

На шестой день состоялось общенациональное празднование в связи с коронацией нового императора.

На седьмой день Лун Хэну было присвоено звание генерала округа Шу. Во главе армии в Спокойном городе ему поручили найти императора и победить вражеские войска.

Бай Сянсю только один раз за эти дни виделась с Лун Хэном. Её очень страстно поцеловали, но огромный комар исчез так же быстро, как и пришёл. На следующий день Сяо Ши обнаружила на шее хозяйки очень странную красную метку. Бай Сянсю тоже её заметила и использовала косметику, чтобы скрыть след. Они ведь муж и жена, верно? Почему ей кажется, что они незаконные любовники?

Ей также сказали, что старая мадам скоро вернется. Однако это всё, что она слышала от Лун Хэна. Он не уточнил, когда именно. Но поскольку скоро наступит новый год, она должна хорошо подготовиться к возвращению свекрови.

К этому времени по всему городу уже распространялись слухи о том, что принц Ли жив и что он уже идет со своими войсками в Спокойный город. Все так обрадовались, что начали бить в праздничные барабаны и гонги. Как будто новый год уже наступил. Усадьба Принца Ли тоже приобрела новый облик. Выбор одежды Бай Сянсю перестал ограничиваться белым. Она могла даже покинуть поместье и выйти на улицу, чтобы больше не волноваться о семье Лунов, которые каждый день что-то у неё просили.

Быть вдовой совсем непросто. Она устала как собака только от одного управления семейными делами. Бай Сянсю внезапно посмотрела на старую мадам с совершенно новым уровнем уважения и восхищения. Усадьба Принца Ли никогда бы не продержалась так долго, если бы не она. Вокруг скрывалось слишком много волков, ожидающих своей добычи. Даже материнский дом Бай Сянсю причинял ей много страданий. Её младшая сестра приставала к ней за обещанное приданое на свадьбу. Они посещали её много раз и после похорон Лун Хэна. Однако Бай Сянсю прогнала их, сказав, что дары вручил сам император и их нельзя отдавать. Теперь, когда Лун Хэн воскрес из мертвых, их отношение сразу же перевернулось с ног на голову.

Те, кто ей надоедал, быстро пришли с извинениями и завалили её подарками. В конце концов, в мире не было ни одной души, которая не знала бы, что Лун Хэн был человеком с истинной силой, а не просто генералом с пустой головой! Человек с самой большой армией всегда обладал самой большой властью, независимо от эпохи, и деньги, естественно, приходили с этой властью. Это то, что оставалось неизменным на протяжении всего существования человечества.

Как власть привела к деньгам? Из-за количества подарков, которые они получили. В старину это была почти не регулируемая уродливая практика. Более того, дары часто преподносились под видом множества разных причин, из-за чего рука Бай Сянсю ослабла от получения слишком большого количества подарков. Ей пришлось составить список, потому что в будущем нужно будет отблагодарить всех за щедрость.

Усадьба Принца Ли не была похожа ни на один из типичных домов в наше время. Это было почти как маленькое общество. Слуги часто замышляли что-то против своих хозяев, если им не нравилось их отношение, что означало, что среди слуг тоже было много ударов в спину. Более того. Бай Сянсю беременна, и её мужа нигде не было видно. Для неё жизнь в поместье постепенно становилась немного невыносимой. Ей казалось, что кто-то всегда замышляет что-то против неё. К счастью, вскоре вернулась старая мадам, пока ситуация не ухудшилась кардинально. Бай Сянсю почти хотела целовать ей ноги и назвать мамой. Однако на лице старой мадам появилось явное удивление, прежде чем Бай Сянсю даже смогла к ней подойти.

Может мне кто-нибудь скажет, что произошло в последние дни? Почему у моей невестки вдруг оказался такой огромный живот? Это правда, что я была в округе Шу, но почему никто не сообщил мне об этом?

И          что это за выражение? Она соскучилась по своему сыну?

Сяо Лин был милым ребенком. Кажется, он так долго не виделся с матерью, что соскучился по ней. Он фактически сказал своё первое слово. «Мама   »

«Аааа! Молодой принц заговорил!» — воскликнула служанка старой мадам.

«До. до. Он только что сказал мама».

«Несмотря на то. что они ток долго не виделись, он позвал её, как только увидел. Совершенно очевидно, что молодой принц очень скучал по матери».

«Дитя, сначала ты должен был сказать бабушка». Хотя Бай Сянсю была очень счастлива внутри, она читала лекцию своему ребенку с целым потоком объятий и поцелуев.

«Мама легче сказать, чем бабушка». Старая мадам почувствовала небольшую ревность. Всё это время она заботилась о старшем внуке! Но Бай Сянсю настаивала: «Это правда, что бабушка скозать сложнее, ведь слово длиннее! Ты должен сказать «Баба»».

Слово «Баба” часто использовали жители деревень, как неформальный способ обращения к бабушке. Богатые люди не очень любили этот термин. Тем не менее, это звучало более интимно. Поэтому, старая мадам тоже начала излучать радость. Маленький чертенок в объятиях Бай Сянсю сразу попытался выговорить “Ба…6а…»

«Смотрите! Он сказал». Бай Сянсю передала сына старой мадам. Она тайно хотела разразиться слезами любви. Её сын просто потрясающий. Он знал, как растопить сердце своей бабушки. Незаметно она вытерла пот со лба. Это правда, что старики и дети похожи. Они оба требовали много уговоров.

«Не стой там. Иди присядь. Почему ты не отправило письмо, чтобы уведомить меня о своей беременности?»

«Принц вам не сказал?»

«Я видела этого ребенка только один роз с тех пор, как ушла. Он приходил погладить Лин’ера и ушел. Мы даже толком не говорили».

«Неудивительно». Бай Сянсю начала чувствовать себя очень некомфортно, когда села. Старая мадам подумала, что уже впечатлена тем, что Бай Сянсю продержалась так долго, и утешала свою невестку различными способами. В конце концов, старая мадам решила забрать у неё некоторые обязанности, чтобы у Бай Сянсю появилось больше времени на отдых.

Бай Сянсю была тронута до слез. Она, честно говоря, не понимала, почему так много людей хотели взять на себя ответственность за домашние дела. Разве они не знали, что это самые трудные задачи в мире? Теперь, когда старая мадам вернулась, она почувствовала себя намного спокойнее. Это подтвердило её чувство, что в усадьбе всегда должен быть хозяин.

Отдыхая Бай Сянсю начала беспокоиться о ситуации в Спокойном городе. Она не могла просто читать письма Лун Хэна и бездельничать. Хотя противник только что потерпел крупное поражение, всё заранее было приведено в движение. Так что оставалось лишь нервно ожидать результатов. К несчастью для вражеского государства, Лун Хэн уже однажды их полностью победил. Его появление было похоже на удар молнии. Каждая битва заканчивалась его абсолютной победой. Лун Хэн уничтожил вражеское государство в дотошной кампании. В этот раз он не получал никаких золотых жетонов, и поэтому повёл своих людей прямо в гнездо врага.

Вражеское государство было уничтожено в короткие сроки, их командиры погибли или оказались в плену. В конце концов, осталось не так много. К тому времени, когда Лун Хэн завершил свой план, закончился год. Пришла весна. Он очень скучал по своей семье и молился о том, чтобы отныне мир стал спокойным без войны. Таким образом, он мог остаться дома, рядом с женой и сыном. Но войдя в свою усадьбу, он увидел, как слуги бегают взад-вперед и остолбенел. Он был изумлен и схватил одного из слугу: «Что происходит?»

«Принцесса-супруга вот-вот родит».

«Вот-вот… родит?» — Лун Хэн потерял дар речи. Он совершенно не предполагал, что попадет в такую ситуацию. К счастью, поскольку старая мадам оставалась рядом, всё было организовано правильно.

К тому времени, когда он прибыл. Бай Сянсю уже лежала в отдельной комнате. Старая мадам носила Сяо Лина, ожидая снаружи. Увидев Лун Хэна, она попыталась успокоить его: “Сначола пойди помойся. Роды только начались, ток что займут некоторое время».

«Нет. я хочу остаться здесь…»

«Аааао!» Бай Сянсю кричала так, словно ее убивали. В этот момент сердце Лун Хэна дрогнуло. Он бросился к двери и крикнул: «Сюй, я вернулся. Не волнуйся! Я здесьГ

Бай Сянсю чуть не заплакала: «Какая польза от того здесь ты или где-то ещё!?»

«Наверное никакой…» Лун Хэн снова не знал что сказать. Почему у его жены такой плохой характер?

«Не спорь с ней. Она многое пережило до этого момента. Для неё естественно быть немного вспыльчивой». Старая мадам тоже женщина, поэтому могла понять чувства своей невестки прямо сейчас.

Естественно. Лун Хэн понял. Его ведь не было так долго. Он почти ничего ей не сказал, прежде чем ушел, и наконец вернулся в день рождения своего ребенка. Он чувствовал себя очень виноватым, поэтому встал у двери и заявил: «Если ты держишь но меня обиду, не стесняйся выпустить её».

Бай Сянсю закатила глаза. Он уже дома в целости и сохранности. Почему она должна кричать? Если бы она не рожала, она бы уже залезла в его объятия. Но сейчас у неё не было настроения плакать. Она использовала все свои силы, чтобы родить.

Так как она обладала подобным опытом, её мышление и разговор с повитухами были намного лучше в этот раз. Она очень хорошо понимала, когда ей следует использовать силу и когда она должна отдыхать. Лун Хэн начал паниковать, когда крик Бай Сянсю резко прервался. Он толкнул дверь и ворвался внутрь. Остальные хотели его остановить, но он был слишком быстр.

«Поспешите и вытащите его оттуда. Это к несчастью!» Старая мадам носила Лун Лина на руках и не смела войти, поэтому позвала на помощь слуг.

Мужчинам не разрешали входить, но повитухи не смели ничего сказать, увидев, что ворвался принц Ли. С другой стороны, Бай Сянсю как раз собиралась тужиться. Выражение её лица изменилось, когда она увидела, что вошёл Лун Хэн. Должна ли она сейчас тужиться или нет? Это зрелище казалось таким ужасным. Её глаза будут выпучены, и появятся зеленые вены. Это разрушит её красивое изображение в его памяти. В конце концов, прошло много времени с тех пор, как она видела своего мужа. Она хотела предстать перед ним в лучшем виде.

Так что. если он увидит её в ужасном состоянии, ей стонет довольно неловко.

Но Лун Хэну было всё равно. Он слишком по ней скучал. Они смотрели друг другу в глаза, не говоря ни слова, пока живот Бай Сянсю внезапно не дрогнул, и она не смогла сдержать крик.

«Принц Ли, пожалуйста, покиньте комноту. Ребенок вот-вот выйдет». Поскольку повитухи настаивали, у Лун Хэна не оставалось другого выбора, кроме как уйти. В тот момент, когда он вышел, слуга сообщил, что император устраивает пир во дворце, и пожелал его видеть. Лун Хэн махнул рукой: «Скажи императору, что у меня проблемы в семье, и у меня нет но это времени».

Это точно хорошая идея? Независимо от того, мудрое это решение или нет, Лун Хэн имел право делать то, что ему нравилось. Плюс, рожала его жена, а это отличается от родов обычной наложницы. Никто не осмелился бы сказать ему, что он не может сейчас оставаться со своей женой.

После долгого ожидания небо снаружи начало темнеть и наконец воздух пронзили звуки детского крика. Лун Хэн не прекращал ходить перед дверью, в то время как его эмоции казались бурным морем. В следующий момент вышла взволнованная повитуха:»Поздравляю, Принц Ли! Это маленький молодой мастер!»

Старая мадам улыбнулась. Больше сыновей, больше удачи! Но ещё до того, как улыбки на их лицах появились полностью, изнутри послышался голос другой повитухи: «Возвращайся сюда! Еще не время праздновать! Похоже, есть ещё один!»

«. » Лун Хэн.

«. «Старая мадам. Оно всегда завидовала тем, кто обладал способность к рождению детей. Она всегда чувствовала, что иметь только

одного сына слишком мало. Как же здорово, что у неё такая плодотворная невестка. Она подарила старой мадам трех внуков менее чем за три года! Старая мадам могла предвидеть, насколько она будет занята в будущем, заботясь о детях. Если её невестка продолжит усердно работать, дом станет очень оживленным в кратчайшие сроки!

Лун         Хэн теперь ещё больше беспокоился о здоровье Бай Сянсю. Она родила слишком много детей за слишком короткий

промежуток времени для комфорта. Никто из предков в семье Лунов никогда не рожал двойняшек. Сяо Ши тоже очень волновалась.»Огл старой мадам Бай я слышало, что у принцессы-супруги тоже был брат-близнец, когда она родилась, но он не выжил при рождении. Я никогда не думала, что принцесса-супруга родит двойняшек».

Однако крики молодой мисс звучали не особо громко. Может она очень слабая? Молодая мисс выглядела такой же хрупкой, как новорожденный котенок. Её крики были не очень громкими, а тело ужасно маленьким. Как будто её брат украл все питательные вещества, предназначенные для неё, в результате чего она довольно много страдала в утробе матери. Тем не менее, она, казалось, унаследовала красоту обоих родителей. Хотя она только родилась, никто не никогда не видел столь красивого ребенка. Её кожа была белой, как снег, а глаза круглыми и черными, как маленькие ягодки.

Увидев её. старая мадам сказала: «Это… ну, она немного слабая, это можно исправить. Но… она выглядит…»

Неужели в будущем поместье Принца Ли перевернётся с ног на голову? Хотя, проблем может и не быть, если она унаследует характер матери.

Лун Хэн не присматривался к своим детям. Его больше волновало состояние Бай Сянсю. Повитуха объяснила, что его жена потеряла сознание из-за перенапряжения, но длительных осложнений не будет. Бай Сянсю проснулась, когда Лун Хэн собирался уходить, после того как все хотели закончить уборку. «Ваше Высочество, я не хочу больше рожать детей», — сказала Бай Сянсю со слезами на глазах.

«Мм. Хорошо. Я не стану тебя заставлять. Отдохни немного».

«У тебя такая длинная борода…»

«Хорошо, я сегодня же её сбрею».

«Не уходи. Побудь со мной».

«Хорошо, я останусь».

«Как дети?»

«Хорошо».

Пфф! Бай Сянсю засмеялась.

«Ты… почему ты смеешься?»

«Ваше Высочество только-что постоянно говорил хорошо. Всё действительно хорошо?»

«Мм. У нас всё в порядке». Однако. Бай Сянсю заснула, прежде чем он закончил говорить. Он ещё раз взглянул на неё, прежде чем пойти к детям. Он больше уделял внимания дочери, так как у него уже был сын. Однако она была слишком маленькой! Он даже не мог удержать ребенка на руках, опасаясь сломать её! Он немного волновался, что она может не пережить ночь, но все повитухи его успокоили. Они рожали детей ещё слабее юной мисс. Его дочь наверняка поправится.

Вздохнув с облегчением. Лун Хэн наконец смог уйти, чтобы смыть пыль и грязь со своего путешествия. Закончив, он отправился навестить Бай Сянсю. Повитухи не хотели, чтобы он находился с ней в комнате, но как Лун Хэн мог оставаться в своей тарелке, не видя её? Более того, они не виделись так долго, что он не мог не заметить, как она похудела. Хотя в этом нет ничего удивительного, ведь она только что родила ему двоих детей.

Двоих детей! Этот факт очень волновал Лун Хэна. Если бы он знал раньше, он бы беспокоился о доме, даже оставаясь на поле битвы.

Почему она ничего не сказала об этом? Я только заметил, что она казалась немного не в духе, когда я вернулся несколько месяцев назад. Это не имеет значения. Всё будет хорошо, пока она в безопасности.

Лун Хэн оставался рядом с Бай Сянсю, пока она не проснулась. На следующий день он посетил дворец, чтобы встретиться с нынешним императором. Принц Ронг действительно был умным человеком, так как ему не потребовалось много времени, чтобы ознакомиться с национальными вопросами. Но поскольку он привык жить легкой жизнью, весь процесс явно сказался на его здоровье. Это легко было понять, посмотрев на темные круги вокруг глаз.

Две знатные семьи говорили о проблемах на границе, которые также включали в себя обсуждение того, что они собирались делать с гражданами вражеской нации. Чтобы держать их под контролем. Лун Хэн считал, что они должны быть ассимилированы в общество через брак. В противном случае граждане наверняка восстанут и восстановят свою падшую страну.

«Хорошо, тогда мы решим этот вопрос в соответствии с твоими предложениями».

«Пожалуйста, позаботьтесь о своём здоровье, Ваше Величество. Кроме того, я считою, что Сун Цзяоюэ — человек, способный решать подобные важные вопросы».

«Я знаю. Он помог мне… этому императору во многих вопросах».

«Это хорошо». Лун Хэну было неуместно говорить о других делах. Он слышал, что гарем императора теперь находился в хаосе, потому что его новая и любимая благородная-супруга стремилась подняться в статусе. Из-за своих амбиций она выдумывала зловещие планы навредить Императрице Ронг и многим изначальным наложницам принца Ронга.

Большинство проблем принца… э-э, я имел в виду, что большинство проблем императора должно быть связано именно с этим. Мир ушёл с его заднего двора. В прошлом в гареме принца Ронга не было так много женщин, поэтому он не смог должным образом решить проблему.

В конце концов, он и его принцессы-супруги были незнакомы с политикой дворцового гарема.

Как подданный императора, Лун Хэн считал, что ему было бы неуместно давать советы по таким вопросам. В конце концов, он верил, что всё будет хорошо, пока император останется сосредоточен на управлении страной. Тем не менее, Лун Хэн был неправ, и его ошибка позже к нему вернулась.

После двухдневного отдыха и прислушиваясь к тому, что все поют ему похвалы. Лун Хэну сообщили, что император слёг из-за болезни. Говорили, император тяжело болен. Причиной его внезапной болезни стала смерть двух благородных дам из его гарема. Его любимая дочь тоже внезапно потеряла сознание из-за болезни, по-видимому, потому что была отравлена.

Лун Хэна пригласили во дворец, чтобы выяснить правду, стоящую за всем этим. Одна из благородных-супруг отравила молодую принцессу, потому что хотела отомстить императрице, но обвинила в преступлении другую благородную даму. Император казнил обвиняемую, но позже понял, что на самом деле преступницей была жестокая и злая благородная леди. Он убил двух женщин за один день и чуть не навредил своей жене и дочери. Не справившись со стрессом и гневом, император заболел.

Услышав всю историю. Лун Хэн не мог не сказать. «Возможно, ваш слуга совершил ошибку, навязав вам бремя имперотора».

«Нет. Ты не ошибся. Мой брат действительно всё меньше и меньше подходил для престола, но я такой же». Принц Ронг глубоко вздохнул. Он оказался недостаточно безжалостен, чтобы стать императором. И из-за этого не смог защитить людей, которых хотел защитить. Его императрица могла быть добродетельной, но совершенно не подходила для этой роли. Корни этой катастрофы пришли из многих мест.

Лун Хэн чувствовал, что чтобы привыкнуть к таким вещам, нужно некоторое время. Даже чиновнику из дворца понадобится время, не говоря уже об императоре.

На этот раз Бай Сянсю потребовалось больше времени, чтобы выздороветь, но её дочь росла очень быстро. Появившись на свет, она выглядела немного слабой, но теперь весила всего лишь на полфунта меньше своего братаблизнеца.

Даже Бай Сянсю чувствовала, что она растет слишком быстро. Юная леди также становилась всё более оживленной с каждым днем. Настолько бодрой, что любой, кто смотрел на нее, был опьянен её внешностью. Даже мимолётный взгляд превращался в длительный. То же самое можно сказать и о её брате-близнеце. Несмотря на то, что они не были идентичны по внешности, они все равно очень напоминали друг друга. Поскольку все были одержимы красотой молодой принцессы, они не смогли осознать, каким бедствием станет молодой принц. Он был слишком красив, как для мальчика! Конечно, все проблемы ждут их в далёком будущем.

Тем не менее, Бай Сянсю кое-что заметила. Её близнецы слышали голос Хуэра! Она поняла это только потому, что они всегда смотрели в его сторону, когда Бай Сянсю с ним разговаривала. Они даже протягивали руки к Хуэру. Это было доказательством того, что они слышали, как он говорит. Значит ли это, что мне больше не стоит разговаривать с кактусом? Она никогда не думала, что её способности будут наследственными. Это действительно чудо.

Дети выросли очень быстро. В мгновении ока прошел месяц. На их месячный праздник появилось больше людей, чем на праздник Лун Лина. Даже болеющий император прислал несколько подарков. Тем не менее, Бай Сянсю недолюбливала некоторых людей, которые появились в их усадьбе. Например, члены клана из семьи Лун, в том числе дяди Лун Хэна и его многочисленные кузины и кузены.

Эти         люди доставили Бай Сянсю немало неприятностей, когда Лун Хэн был «мертв». Проходя мимо, они чуть не плевали

на ворота усадьбы. А теперь строят из себя святых и делают вид, что были рядом с ней? Ну и шутка!

«Зачем они притворяются? Разве они не знают, насколько отвратительны?» — пожаловалась Бай Сянсю, глядя на Лун Хэна.

«Просто покажи им немного уважения и всё. Не нужно обращать на них внимания».

«Если они хотят, чтобы я показала свое уважение за то. что они дядя и двоюродные братья принца Ли. то они должны, по крайней мере, так себя вести! Ты понятия не имеешь, как они издевались надо мной, когда ты был мертв! Беременной женщине пришлось заботиться о семейных делах, отбиваясь от них на каждом шагу! Это немыслимо! Позже, узнав, что ты ещё жив. они успокоились и снова пришли ко мне в гости с совершенно другим отношением. Они не прекращали извиняться, вручая подарки, но продолжали жаловаться на то, какие они бедныеГ

Лун Хэн разразился смехом. «Конечно, ты никогда не была в таких ситуациях, верно?»

Моя жена правда злопамятна! Её можно одаривать подарками, но скорее упадет небо, чем человек сможет заслужить её прощение! «Не сердись. Выходи к породному входу после того, кок немного отдохнёшь. Сегодня вечером…»

«Сегодня вечером что? Я не могу сегодня вечером. Я слишком устало для этого».

Поначалу Лун Хэн был озадачен, но вскоре его щеки покраснели. «Я собирался сказать, что хочу взять тебя с собой во дворец, но больше не хочу этого делать».

«Э?Мы едем во дворец?» Бай Сянсю тоже покраснела. Её разум стал слишком извращённым.

«Тебе не обязательно ехать. Это не большое дело».

«Я поеду! Почему бы и нет?» Бай Сянсю встала и вышла из комнаты, чуть не споткнувшись на выходе. Она начала мысленно ругать себя. Почему меня так легко засмущать, когда я уже родила троих детей!

Лун Хэн посмотрел на убегающую крошечную фигуру Бай Сянсю. Она уже мама, верно? Тогда почему она так же очаровательна, как неопытная девушка? Она не ведёт себя достойно, но мне это нравится. Однако. Лун Хэн не знал, что пока женщины без ума от своих мужчин, они всегда ведут себя так, будто им тринадцать лет или меньше. Бай Сянсю именно такая девушка. И из-за этого Лун Хэн всегда будет видеть в ней молодую девчёнку, даже когда она станет восьмидесятилетней бабушкой.

Усадьба Принца Ли была мирной и шумной, но вот гарем императора становился её прямой противоположностью. Молодая принцесса продолжала болеть, хотя её излечили от яда. Из-за волнения императрица тоже слегла. Здоровье императора изменилось к лучшему, но он не мог не чувствовать валун, постоянно давящий на его сердце. Именно в этот момент он узнал, что Лун Хэн и его семья собираются переехать в Спокойный город.

Он планирует сбежать и жить жизнью, свободной от забот? Осознав этот факт, Принц Ронг больше не мог сохранять спокойствие! Ты был тем, кто убедил других восстать против предыдущего императора, когда он и его женщина оскорбили тебя. Ты был тем, кто сказал им убедить покойного императора вести войска в бой. Но почему мне пришлось взять трон в свои руки, а ты живёшь спокойной жизнью?

Император Ронг обсуждал этот вопрос с императрицей целую ночь и в итоге опустил перо на бумагу, написав секретный указ.

В тот роковой день Лун Хэн отправился во дворец, мечтая о своей жизни после переезда в Спокойный город. Он мечтал о том, как научит сына ездить верхом на лошади и боевым искусствам, одновременно с дочерью. Телосложение малышки было слишком слабым, поэтому ему определенно придётся помочь ей окрепнуть. Он даже придумал ей прозвище. Её собирались называть Маленькой Третьей. Его разум переполняли идеальные фантазии, но у реальности были другие, более страшные планы.

Император слабо покашлял, усевшись на драконий трон. Сегодня он казался особенно нездоровым, даже его голос звучал немного слабее, чем обычно. Он поднял руку, со слегка дрожащими пальцами, и жестом попросил всех подняться: «Можете подняться, мои верные подданные. С тех пор как я стал императором, я живу жизнью, наполненной только страхом и волнением. С большим разочарованием я должен признать, что не предназначен для жизни монарха. Мне грустно говорить, что я не оправдал ваших ожиданий».

«Ваше Величество, вашим верным поддонным стыдно за свою некомпетентность».

«Хотя у меня есть несколько недостойных сыновей, старшему всего двенадцать. Сыну предыдущего императора тоже около десяти. Возраст освобождает его от такого тяжелого бремени. Учась у мудрых монархов прошлого, я решил передать трон добродетельному и мудрому человеку. Кто-нибудь возражает против этого решения?»

Да! Мы решительно возражаем против этого! Хорошо, если вы хотите передать трон кому-то еще, но важный вопрос: кому?

«Объявите указ». На этот раз император не стал ждать ответов, а его последний указ олицетворял собой властную природу истинного императора.

После множества похвалы в сторону кандидата на престол, император, наконец, указал имя. Он собирался передать трон Лун Хэну. В конце концов, генерал, который сражался на передовой, чтобы отогнать врага и защитить нацию, в целом казался логичным выбором. Все были озадачены, когда услышали указ. Лун Хэн тут же упал на колени и попросил: «Ваше Величество, пожалуйста, не надо! Я не достоин такой чести!»

Он стоял на коленях с предельной искренностью в своем сердце. Он пообещал своей жене, что не станет императором, и проживет остаток своей жизни в спокойном месте. Разве в его заднем дворе не начнутся неприятности, если на него внезапно возложат обязанности трона?

«Верноподданный Лун, что нам делать, если ты не хочешь престоло? Кто, кроме тебя, достоин стать императором?» Император Ронг специально подчеркнул слово «достоин», и посмотрел на толпу людей, стоящих перед ним на коленях. Кто из них мог бы сравнить себя с Лун Хэном? Никто из присутствующих никогда не посмеет подумать, что они достойны стать его соперником.

Именно поэтому он сделал такой выбор; он знал, что никто никогда не посмеет открыто возразить и обидеть Лун Хэна. В конце концов, кто осмелится оскорбить человека, который командовал десятками тысяч солдат в столице, ещё сотнями тысяч в Спокойном городе и многими в других провинциях? Этот человек мог командовать всей армией одним щелчком пальцев. Даже император дважды подумает, прежде чем его обидеть. Зачем продолжать свои мучения, сидя троне, если это так? Легче просто позволить ему занять трон в обмен на некоторое спокойствие в его жизни.

Лун Хэн вовсе не хотел престола, но указ уже объявили, а другие министры и чиновники сидели также тихо, как испуганные мыши. Единственный человек, который осмелился сделать хоть что-то, просто попросил императора подумать дважды над его решением.

Он так решил, подумав об этом дважды, трижды или столько раз. сколько потребуется, чтобы принять решение! Какой толк говорить ему дважды подумать? Он ни за что не откажется от своих слов!

И, таким образом. Бай Сянсю, которая в это время беззаботно играла с детьми, внезапно стала императрицей. Не было даже слухов о непредсказуемом характере дела заседания двора, ведь император намеревался скрыть своё решение вплоть до того, как его объявят. Заседание сегодня продлилось очень долго. Разве он не должен был уже вернуться? Подумала Бай Сянсю, играя с детьми. Император дал ему задание после того, как все разошлись? Почему он не отправил мне сообщение? Я ведь жду его, чтобы вместе позавтракать!

Её живот рычал, потому что солнце почти полностью взошло. Она как раз собиралась сказать Сяо Ши, чтобы та подала завтрак, но её прервала группа дворянских служанок и евнухов, которые ворвались в ее дом. За ними следовало сколько менестрелов, придавая их порыву музыкальный тембр! Бай Сянсю оказалась застигнута врасплох. Её двое, теперь плачущих детей, тоже очень удивились. Почему внезапно появилось так много людей? Да ещё и в такой яркой одежде.

«Что вы все здесь де-…”

«Мы. слуги, выражаем своё почтение императрице. Мы желаем императрице миллиона благословений и вечной гармонии». Вся толпа говорила синхронно, что ещё больше смутило Бай Сянсю.

«Пожалуйста, встаньте. Вы уверены, что правильно ко мне обратились7й

Почему они называют меня императрицей? Они ошиблись, потому что привыкли использовать этот термин во дворце? Я принцесса- супруга, ладно? Не императрица! Неправильное обращение к людям в наши дни — это грех, который карается смертью! Однако никто из этих людей, казалось, не обращал на её слова внимания. Занимаясь своими делами, дворцовые служанки несли свои подносы и формировали очередь. На подносе осторожно лежала очень красивая феникс-корона и церемониальный халат золотого цвета, на котором среди золотого неба витал вышитый феникс. Нет ошибки быть не может. Это определенно одежда императрицы.

Это только заставило Бай Сянсю потерять дар речи. Она быстро подобрала дочку, чтобы помочь ей преодолеть шок, но на лице малышки было точно такое же выражение. Они обе одинаково удивились на толпу, но по совершенно разным причинам.

«Императрица, пожалуйста, переоденьтесь перед поездкой в Небесный Зол».

«Император ждёт императрицу во дворце».

«Императрица, сюда пожалуйста».

«Императрица, пожалуйста, сначала опустите принцессу».

«Императрица…”

Бай Сянсю чувствовала головокружение. Они называли её дочь принцессой, поэтому она как-то разобралась. Она бы подумала, что император сошел с ума взаперти во дворце, чтобы неожиданно начать называть её своей императрицей, но похоже, это дело рук Лун Хэна!

Он, он, он, он что, на самом деле стал императором? Как это возможно? А как же спокойная жизнь на границе? А как же дальнее семейное путешествие!? После того, как её вежливо, но насильно одели, дворцовые евнухи и служанки снаружи начали сильно шуметь, отправляясь в обратный путь во дворец. Господи, она ещё немного не привыкла к этому внезапному скачку в статусе самой благородной женщины всей династии.

Когда толпа людей вошла во дворец, а затем в Небесный зал, её уже кто-то ждал. Этот кто-то — Лун Хэн, тоже одетый в блестящую золотую одежду. Она никогда не думала, что Лун Хэн будет выглядеть так драматично в драконьих одеждах. Его отчужденность и особая аура делали его куда более подходящим императором, чем два лредыдыщух. Итак, это и есть легендарная природная судьба императора, верно?

В тот момент, когда задумавшая Бай Сянсю собиралась упасть на колени, она вдруг заколебалась. Неужели ей придётся оставить его? Будучи императором, он будет выбирать себе красавиц каждые три года. Это означало, что дворец скоро наполнится бесчисленными наложницами.

Лун Хэн уже шёл, чтобы взять её за руку. Но когда Бай Сянсю колебалась, его сердце невольно дрогнуло. Ему казалось, что она приняла ужасное решение. Они женаты так долго, как он мог не разглядеть это решение в её глазах? «Мы семейная пора, не нужно становиться но колени».

Евнух со стороны пробормотал ему: «Ваше Величество, этикет нельзя отбрасывать».

Лун Хэн повернулся, чтобы посмотреть на евнуха. «Ох? Тогда почему бы тебе не стать императором?»

Евнух испугался до безумия и сразу же упал на колени: «Этот слуга не посмеет, этот слуга не посмеет».

«Заберите его для наказания». Лун Хэн совершенно отличался от двух предыдущих императоров. Он был доминирующим и решительным, смелым и проницательным в слове и действии. Он не беспокоился ни о пустых формальностях, ни о других людях. В конце концов, он был вынужден сделать что-то за пределами своих возможностей. Дворцовые евнухи могли только представлять, что каждый желал стать императором. Понимая, что он лишь недавно занял этот пост и, по-видимому, многого не знал, они взяли на себя обязательство научить его правилам.

После того, как евнуха утащили, Лун Хэн притянул Бай Сянсю к себе и сказал всем: «Правила создаются людьми, но эти люди — не вы. Не пытайтесь напрасно навязать правила этому /7р… нам. У вас ещё нет права это делоть».

Действительно, казалось, что люди во дворце считали себя старшими, невежественно обращаясь со своими хозяевами. Следовательно, после того, как принц Ронг и его принцесса-супруга прибыли во дворец, они подробно рассказали о традициях и правилах, включая организацию прекрасных наложниц для его посещения.

Это правила безрассудного покойного императора, почему он должен им подчиняться? Что может случиться с нацией, если подобные правила не будут соблюдаться? Принц Ронг приложил все усилия, чтобы следовать этим так называемым правилам, но нация всё равно оказалась в беспорядке.

«Вы все мои слуги и слуги императрицы. Поэтому делайте то, что должны делать слуги. В будущем Императрица единолично будет обладать властью в имперском гареме. Любой, кто осмелится не уважать её волю, без исключения встретится со смертью. Любого, кто осмелится обмануть её или запугать её подчиненных, тоже ждёт смерть. Тех, кто осмелится отправить женщин в мою резиденцию, ожидает смерть без каких-либо исключений».

Что?

Смерть… даже так? Бай Сянсю моргнула, подняв голову. Когда она встретилась с ним взглядом, на её губах появилась улыбка. Эта улыбка осветила комнату, подняв её великолепный облик на другой уровень. В первый месяц после родов, она выглядела ещё более зрелой. Можно было с уверенностью сказать, что эта улыбка может полностью превзойти любую из предложенных женщин имперского гарема.

«Большая часть гарема покойного императора, а теперь и Принцо Ронго, строили различные козни. Чтобы спокойно решать дела нации, я

похожу пример и не стону жертвой очарования женщин, что обеспечит будущее нации в предстоящие дни. А теперь встаньте и возвращайтесь к своим делам. Церемония состоится завтра». Слова Лун Хэна вначале показывали картину его естественного господства, но вскоре прозвучали с праведным доводом блага нации.

Бай Сянсю молча посмотрела на него. Он с каждой минутой всё больше становился похожим на великого императора, разве нет? Как это могло от неё ускользнуть? Нет, правда, она заметила это давным-давно, верно? Отношение Лун Хэна, даже по сравнению с покойным императором или даже его предшественником, всегда было бесподобным. Одного взгляда на него было более чем достаточно, чтобы выделить его из миллионной толпы.

Теперь, когда она подумала об этом, в книге не происходило ничего подобного. Так значит ли это, что главная героиня в конце концов стала императрицей? И, как следствие, она украла эту часто желаемую должность?

Несмотря на то, что Бай Сянсю решила сохранять десять секунд молчания в память о главной героине, она совершенно не сожалела о том, что вырвала у неё это место. Она родила ему троих детей, заботилась о его семье и даже воевала вместе с ним. Она приложила так много сил, что имела полное право наслаждаться плодами своего труда.

Увлеченная Лун Хэном, она. похоже, обладала той царственностью, которую должна иметь императрица. Когда она шла гордой походной с плечами назад и головой вверх. Лун Хэн тихо спросил: «Ты только что думала сбежать, да?»

«Как ты узнал?» Бай Сянсю была шокирована. Неужели она случайно озвучила свои мысли?

«Просто подожди, пока я не разберусь с тобой сегодня вечером!»

«Вокруг слишком много людей!»

«Ты думаешь они посмеют нас подслушивать?»

«Ну… новерное нет».

После евнуха в качестве примера, никто не посмеет произнести слово «правила» возле императора . И вот так, головокружительно красивая пара провела свою первую ночь в Небесном Зале. Конечно, то, что случилось той ночью, останется между ними.

На следующий день состоялась церемония коронации. Хотя Бай Сянсю и Лун Хэн никогда не проводили надлежащую свадебную церемонию, на этот раз они с лихвой это восполнили. Можно сказать, это празднование было самой грандиозной свадебной церемонией.

Бай Сянсю была так истощена, что едва могла удержаться на ногах, но ей всё равно приходилось вести себя достойно, будучи новой императрицей. Она ничего не могла с этим поделать, ей пришлось восполнить отсутствие высокой родословной языком тела. Лун Хэн был очень внимателен к ней в течение всего торжества. Несмотря на то, у него имелось много дел, он помогал ей, держа за руку на протяжении всей церемонии, и это сэкономило ей немало энергии.

Без их ведома это привело к изменению предыдущего строгого образа Принца Ли. Все почувствовали, что он верный мужчина, который возместил преданность своей принцессы-супруги по отношению к нему в положении императрицы и относился к ней со всем почтением. Чего они не учли, так это того, что у Лун Хэна не было выбора. У него только одна жена, и она родила всех его детей. Поэтому не было никакого спора о том, чтобы именно она стала императрицей.

После церемонии вдовствующая императрица, два принца и принцесса были приглашены в имперский гарем, и Лун Лина немедленно утвердили как наследного принца. Однако, некоторые чиновники поддерживали бывшую имперскую династию и считали, что Лун Хэн, закончив свою работу в качестве императора, должен вернуть место членам бывшей императорской семьи.

Но Лун Хэн ответил с холодной улыбкой: “Вы принимаете меня за дурака? Почему бы вам не стать императором, а затем вернуть место потомству покойного императора после того, как сделаете всю работу?»

Кто будет настолько глуп, чтобы уступить место императора чужому ребенку после кропотливого восстановления страны с нуля? Тем более что Лун Хэн не хотел становиться императором, поэтому искал любой способ излить свой дурной юмор по поводу всего этого дела.

Чиновники единогласно решили скрыть свои жалобы, увидев реакцию на их простое предложение. Они были уверены, что не хотели предлагать себя в качестве его замены. Ведь войска, что остались на границе, не просто декорация.

Всё         изменилось, когда Лун Хэн занял трон. Он был занят каждый день, заменив двор министрами, которых он одобрил.

Из-за этого Сун Цзяоюэ стал канцлером нации почти за одну ночь. Лун Хэн также раздал часть своей военной мощи нескольким своим близким подчиненным. Однако, как опытный император в военном деле, Лун Хэн понял, что ему удалось найти себя в этом положении, и решил принять меры предосторожности, чтобы другие не попытались его саботировать, даже если он не хотел становиться императором. Имея это в виду, он сохранил самые важные аспекты своей военной мощи и отказался передавать их другим.

У Бай Сянсю тоже появилось много дел, когда она стала императрицей. Так как у неё уже было достаточно опыта в управлении большой усадьбой Принца Ли, управление дворцом не стало для неё слишком большой проблемой. Основная причина, по которой всё стало так просто, заключалась в том, что основные заботы императрицы исчезли. Лун Хэн использовал ситуацию Принца Ронга в качестве предлога для отмены набора красавиц, который проводился раз в три года. Он также использовал сокращение расходов в качестве предлога для установления правила, при котором императоры, сменявшие его, не должны иметь более десяти наложниц. Дворцовым горничным разрешили покидать дворец после двадцати лет, чтобы вступить в брак, и дворец даже платил за них часть приданого.

Количество сэкономленных денег оказалось просто огромным, так как во дворце больше не было имперских наложниц, и, следовательно, больше не нужен был гарем. По предложению мудрой императрицы эти деньги направили на воспитание простых детей. Каждому ребенку предоставлялась возможность получить образование в течение как минимум пяти лет, пока они не начнут читать и писать. Остальные средства выделялись на медицинские учреждения. В каждом городе назначили врача и одного помощника, чтобы ухаживать за бедными.

Эти вопросы были одобрены и реализованы в течение первых двух лет их правления. Людям их императрица стала известна как мудрая императрица, а Лун Хэн стал первым из мудрых императоров. Имели место некоторые проблемы с имперской администрацией, обычной коррупцией и тому подобным, но страна становилась всё лучше и лучше благодаря руководству группы молодых и непредубежденных министров.

Самое главное, что их император принимал любые свежие идеи, если они приходили ему по нраву. Он даже согласился открыть гавани для торговли, и не отказался принять краснобородых иностранцев, как часть своего двора. Он был действительно очень странным. Однако следует признать, что эта договоренность намного улучшила ситуацию из прошлого, когда людям приходилось пробираться к гавани, чтобы вести торговлю. Многие не смели торговать уникальными вещами из-за страха судебного преследования. Рынок в наши дни наполнялся всевозможными уникальными и свежими вещами. Иностранцы также импортировали всевозможные странные семена, значительно улучшая уровень жизни граждан.

На второй год правления Лун Хэна, прошла свадьба Сун Цзяоюэ. Его жена была не очень высокого происхождения, но обладала выдающейся красотой и добродетельность. Стоя рядом друг с другом, они казались парой, заключенной на небесах. Они также, казалось, очень любили друг друга. По крайней мере. Бай Сянсю могла сказать с её точки зрения, что новая мадам семьи Сун была очень довольна своим мужем. Ее застенчивость и смущённость, когда она находилась рядом с ним, доказывали искренность её чувств.

У пары вскоре появился ребенок. Бай Сянсю даже шутила, что они могут стать родственниками, когда их дети вырастут. Из-за этой шутки Сун Цзяоюэ каждый день надеялся, что его жена родит девочку. Однако, к его сожалению, вышел мальчик. Но это был очень красивый ребенок.

Тем не менее, Бай Сянсю всегда имела чем заняться. У неё больше не было детей, потому что её телу понадоилось время, чтобы восстановиться. Старая мадам изначально хотела, чтобы Лун Хэн взял еще несколько наложниц, потому что чувствовала, что он не похож на императора с одной вдовствующей императрицей и одной императрицей рядом с ним. Она даже тайно выбрала дочь одного из министров.

Однако императрица немедленно отклонила её предложение, хотя обычно не смела идти против старой мадам. В этом вопросе она была невероятно непреклонна. Старая мадам хотела попытаться убедить Бай Сянсю, но Лун Лин, который теперь умел говорить, быстро перехватил свою бабушку. “Бабушка, ты пытаешься найти мне новую мамочку? Что ты будешь делать, если новоя мама отравит меня?

Что если она накормит младшую сестру червями? Она ведь такая слабая… Что, если новоя мама ударит маленького брата? Он будет очень громко плакать…»

Старая мадам не знала, как на это ответить. Я думаю, детей уже достаточно, чтобы занять меня. Всё действительно может выйти из-под контроля, если их будет больше. Более того, есть вероятность, что новая наложница возложит руки на моих внуков… Даже этой мысли было достаточно, чтобы вызвать озноб в её сердце. И поэтому она решила, что было бы неплохо подождать, пока её внуки повзрослеют и смогут защитить себя, прежде чем взять сыну несколько наложниц.

Десять лет спустя её трое внуков наконец выросли, но Бай Сянсю подарила ей ещё двух маленьких. В конце концов, старая мадам умерла с мирной улыбкой на лице. Она осталась очень довольна своей единственной невесткой, потому что Бай Сянсю родила больше детей, чем весь гарем двух предыдущих императоров вместе взятых. Старая мадам на самом деле понимала, что дети во дворце часто умирали от неестественных причин из-за борьбы между благородными дамами. Однако её внуки были намного ближе друг к другу, чем обычно, потому что все они родились от одних и тех же родителей. Из-за этого между ними никогда не возникнет вражда, в которой они будут указывать ножами друг другу на горло.

Лун Хэн очень любил и уважал свою императрицу. Но пусть вас не обманывает её достойная и благородная внешность, потому что она часто прыгала в объятия Лун Хэна, когда они оставались одни. Неважно, как долго они были вместе, она часто флиртовала с ним, как будто

они всё ещё молодожены.

«Лун Хэн, я хочу покинуть дворец-«. Примечание: Бай Сянсю произнесла это предложение очень кокетливым голосом, настолько, что он мог немедленно убить молодого и энергичного императора.

«Почему?» — спокойно спросил Лун Хэн, но его безмятежное поведение предали его губы, что сами по себе улыбнулись.

«Это всё из-за матери и сестры. Они используют мой статус императрицы во время развода между моей сестрой и её мужем. Я хочу сообщить им лично, что императрица не собирается помогать им в этом вопросе. Ещё немного такой чепухи, и я разорву с ними все связи».

«Сколько раз ты уже это говорило?»

«Я бы уже давно это сделала, если бы не мой младший брат».

«Что-нибудь ещё?»

«Я также хочу наведаться в имперскую больницу и проверить их успехи в наборе учеников. Они только и знают, кок делать рабочий вид. Никогда нельзя быть беспечным, когда жизнь на грани».

«Тебе… тебе лучше было бы стать министром, чем моей женой».

«Разве я делаю это не для того, чтобы помочь тебе? Я бы никогда не хотела быть мудрой императрицей, если бы не ты. Это довольно утомительно». Страна сейчас развивалась в соответствии с её знаниями о современном обществе, которое было накоплено за тысячи лет развития. Медленно, но верно эта страна начала напоминать ей её дом.

«Ты уверена, что хочешь завтра уйти?»

«До. А что?»

Лун Хэн поднял её и засмеялся. «Разве ты не говорило, что я могу оставить тебя в постели на три дня? Почему бы нам не попробовать? Я отпущу тебя, если ты сможешь подняться с кровати. Если нет, то ты останешься во дворце».

«ЛунХэн! Ты… хулиган!Ах!…»

Несмотря на все усилия, мудрая императрица не смогла покинуть дворец на следующий день. Всё, что она могла сделать, это восстанавливать свои силы в постели.

* * *

Легенда о мудром императоре и его императрице продолжала распространяться среди людей, даже спустя много десятилетий и столетий. Всё, что они оставили, стало бесценным сокровищем для их потомков. В разных поколениях клана Лун всегда был хотя бы один человек, который мог слышать голос священного растения, кактуса. Кактусы теперь выращивали по всей стране, включая все дворянские и простые дома. С тех пор, клан Лун называли потомками богов, потому что они могли слышать сердца всех своих людей!

* * *

На этом основная история заканчивается, но в следующих главах вас ждёт описание жизни Сяо Ши, А Суна, Юй Куана и эпизоды от наших дорогих Бай Сянсю и Лун Хэна!

Благодарим за то, что были с нами на протяжении всей этой замечательной истории! До новых встреч в других проектах!

Когда         Сяо Ши впервые встретила А Суна, она подумала, что он женщина. В самом деле, А Сун был так прекрасен, что она

чувствовала себя неловко, находясь рядом с ним. Предположительно, он был доверенным помощником Принца Ли, но определенно не имел знаний общего этикета. Все его действия казались немного грубыми. Будучи долгое время служанкой принцессы-супруги, Сяо Ши почувствовала ответственность за исправление манер и поведения А Суна к уровню, достойному принцессы-супруги. Если бы он навсегда остался рядом с её хозяйкой, то рано или поздно столкнулся бы с неприятностями из-за недостатка приличия и мирских знаний. Ну посмотрите на него. Выйдя из кареты, он даже не предложил руку, чтобы поддержать принцессу- супругу. Он ходит сам по себе, как будто он не со своей хозяйкой.

Когда А Сун услышал её упрёк, он некоторое время молчал, а затем заявил: «Если бы я осмелился предложить свою руку, то больше не смог бы тебя ею обнять».

Сяо Ши тоже замолчала. В глубине души она прекрасно понимала, насколько ревнивым может быть Принц Ли. Если какой-нибудь телохранитель осмелится задержать взгляд на принцессе-супруге хотя бы на секунду, на следующий день он может исчезнуть без следа. Разумеется, этот разговор с А Суном состоялся гораздо позже.

Тогда Сяо Ши понятия не имела, что А Сун мужчина. Поэтому, он невероятно её раздражал. Она постоянно говорила ему остерегаться этого или наблюдать за этим. По крайней мере, он казался довольно честным. Кроме того, он очень легко краснел. Каждый раз, когда она его ругала, его лицо становилось полностью красным. Он постоянно кивал, но практически ничего не отвечал. Реакции А Суна, а иногда и их отсутствие, вызывали у неё много беспокойства.

Только позже она узнала, что А Сун на самом деле мужчина. По правде, он личный скрытый охранник Принца Ли. Как скрытый охранник может быть таким красивым? Кроме того, его было очень легко взволновать. Всякий раз, когда он видел её, его лицо так краснело, что казалось, будто покраснеть ещё больше просто невозможно.

В этот момент Сяо Ши тоже покраснела. Она хотела найти возможность извиниться перед ним, поскольку чувствовала себя виноватой за то, что постоянно ругала его перед принцессой-супругой. Итак, в темную ветреную ночь Сяо Ши тайно отправилась к А Суну, вытащила его из охраны и привела под огромное дерево. В этом районе не было фонарей, поэтому мало кто их заметил. Только дойдя до дерева, она поняла, что хваленый скрытый охранник очень смущен. Его рука дрожала в ее руках. Стало так жарко, что она тут же его отпустила.

«Т-т-т-ты…. Что ты хочешь от меня?» А Сун был скрытым охранником. Это первый раз, когда кто-то вот так держал его за руку. Естественно, он нервничал. Даже он не знал, почему решил ускользнуть со своего поста и последовал за Сяо Ши, пока никто их не видел. Раньше он никогда не делал ничего подобного! Скорее всего, прошло очень много времени с тех пор, как кто-то так много ему говорил, да ещё и в тоне лекции. Но он мог сказать, что она делала это с хорошими намерениями. Она хотела для него лучшего.

Изначально Сяо Ши совсем не переживала. Но услышав, как А Сун заикается, тоже занервничала.

«Я-я просто хотела извиниться. Прости. Я не знала твою настоящую личность и столько тебе наговорила. Пожалуйста… не обращай на меня внимания». Я явно пыталась искренне извиниться, но почему это склонялось к чему-то другому? Атмосфера становилась очень странной. Сяо Ши решила сбежать после того, как закончила извиняться. Но А Сун схватил её за руку. Сяо Ши застыла: «Что-нибудь ещё?»

«Н-н-н-ет нет, я-я-я просто хотел сказать, что прошло очень много времени с тех пор, как кто-то передо мной извинялся».

«Хах?» Сяо Ши потеряла дар речи. И что это должно означать?

«Ммм. Извини». Сяо Ши ещё раз извинилась. Она подумала, что А Сун немного сумасшедший и ему нравится слушать извинения людей. Но парень все еще не отпускал её. Вместо этого он еще крепче сжал её руку.

«Ммм, прости?!» Его хватка была такой сильной, что Сяо Ши скривилась от боли. Он выглядел довольно стройным, откуда взялась эта сила? Сяо Ши уже трижды извинилась, но он так и не отпустил её. Она начала беспокоиться и почти закричала’ «Ты отпустишь меня или нет?Я должна вернуться, чтобы выполнять свои обязанности!»

«Ммм… ладно, тогда иди!» А Сун постепенно, почти нерешительно, ослабил хватку. К сожалению, у Сяо Ши не было таких угрызений совести, так как она поспешно сбросила его руку и убежала. Но когда она обернулась, черная фигура продолжала стоять поддеревом, будто окаменела.

Он безумец? Кому так нравится слушать извинения? Может мне извиняться перед ним в качестве приветствия, когда увижу его в следующий раз? Нет, я на самом деле не сделала ничего ужасного. Почему я должна постоянно извиняться?!

На следующий день запястье Сяо Ши стало голубовато-черного цвета, и братья А Суна жестко его критиковали. «Ты что, думал, что рука меленькой леди — это пень, на котором можно практиковать боевые искусства? Посмотри, как сильно ты её вчера схватил! Она даже не ударило тебя. Оно ток хорошо воспитано, как и ожидалось от любимой служанки принцессы-супруги».

А Сун был в депрессии. В конце концов он украл какую-то мазь и принес в резиденцию принца, так как именно там находилась принцесса- супруга. Дождавшись появления Сяо Ши, он бросился к ней со своим самым быстрым искусством движения, сунул лекарство ей в руки, а потом… убежал, как ветер.

Все знали работу скрытого охранника. Без скорости невозможно эффективно выполнять эту работу. Скорость — абсолютная предпосылка их профессии. Иначе как бы они убивали свои цели, не попадаясь на глаза свидетелям?

Итак, с точки зрения Сяо Ши, мимо неё пронёсся холодный порыв ветра. Но прежде чем она смогла что-то сделать, кроме как просто задрожать, холодный ветерок исчез. У неё даже не было времени задуматься, был ли там призрак. Сяо Ши так испугалась, что чуть не заплакала. Лишь вернувшись в свою комнату, она поняла, что в её руке что-то новое. Кроме того, вокруг вещи была обмотана записка. Дрожащими руками Сяо Ши открыла её: помогает от синяков и боли. Есть ещё, если будет необходимо.

«.   » Призрак дал мне мазь? Как это возможно? Если это не призрак, то это должен быть кто-то, кто знал её синяке. Итак, это сузило круг до

А Суна. Странно. Почему он ведёт себя как призрак, чтобы дать мне мазь? Он напугал меня до смерти. Сяо Ши успокаивающе похлопала себя по груди и решила применить лекарство. В то же время она подумала об А Суне. Хотя он плохо выражал себя словами, кажется, он довольно хороший парень.

Единственным      желанием Сяо Ши было хорошо служить своей хозяйке. Так что. как правило, она была так занята, что не

думала о других вещах. Это продолжалось до тех пор, пока А Сун не подарил ей шпильку, прежде чем отправиться с принцем Ли в Спокойный город. Это явно не было связано с ее синяком. Это определенно знак незаконных отношений! Сердце Сяо Ши потеряло покой. Удивительно, но её хозяйка сразу догадалась, что в этом виноват А Сун, и сказала, что он относился к ней иначе, чем другие. Сяо Ши не была уверена, как именно «иначе», но точно знала, что ее сердце грустило. Она на самом деле молилась, чтобы он благополучно вернулся из Спокойного города.

Она очень долго ждала возвращения Принца Ли и А Суна. Но в тот момент, когда он увидел её. его лицо покраснело, и он убежал. Сяо Ши была в депрессии. По крайней мере, скажи пару слов перед тем, как убежать. Почему он всегда убегает с красным лицом?

Позже той ночью, когда она и её хозяйка собирались куда-то отправиться, что-то пролетело через её окно и упало ей на ногу. Это не сильно ей навредило, но, безусловно, удивило. Сяо Ши поспешно подняла это и поняла, что это какое-то странное украшение. На следующий день она узнала от принцессы-суп руги, что женщины в Спокойном городе носят это украшение вокруг лодыжки. Это означало, что она будет следовать за мужчиной, который его подарил, никогда не покидая.

Сяо Ши топнула ногой. Как А Сун мог подарить мне что-то подобное? Это слишком….

Слишком много значит!? Сяо Ши согласилась со словами принцессы-супруги. Но кто знал, что в жизни Сяо Ши появится элемент ожидания? Ко времени возвращения Принца Ли принцесса-супруга уже рожала. У Сяо Ши не было времени думать ни о чём другом, пока она ждала рождения ребенка. Следующая встреча Сяо Ши и А Суна состоялась в начале весны.

Он по-прежнему очень легко покраснел; настолько, что его глаза блуждали во всех четырех направлениях всякий раз, когда он её видел. Как будто он был готов убежать в любой момент. Тем не менее, Сяо Ши ему улыбнулась. Она была очень рада видеть, что он благополучно вернулся, не потеряв ни руки, ни ноги. По какой-то причине А Суна настолько ошеломила эта улыбка, что он больше не мог нормально стоять. Он напрягся и повернулся, готовый бежать. Иначе, он боялся, что сделает что-то. чего не сможет контролировать.

«Стой, где стоишь!» Сяо Ши была ошеломлена. Почему он снова убегал? По крайней мере, сначала проясни ситуацию!

А Сун мгновенно остановился, но не смел обернуться.

«Вернись. Ты слишком далеко. Ты слышишь, что я говорю?»

«Д-да… я слышу. Независимо от того, насколько тихий твой голос».

«Ну, я всё равно хочу, чтобы ты вернулся. Если ты не вернешься, я уйду. И никогда не увижу тебя снова… Ты… почему ты вернулся так быстро??» А Сун оказался перед ней в мгновение ока. И почти напугал её до смерти!

«Я… я…»

«Пойди и расскажи о нашей ситуации принцессе-супругеГ Сяо Ши снова вздохнула. Если она не заговорит, они оба, вероятно, навсегда останутся в этом мучительном состоянии.

Удивительно, но А Сун выглядел очень восторженным. Он протянул руку, но затем убрал её назад и опустил голову: «Маш… Принц Ли уже пообещал обручить тебя со мной. Я… могу остаться в поместье, и тебе… не нужно уходить».

Лицо Сяо Ши покраснело. Он уже сказал об этом Принцу?! Для человека, который так легко краснеет, это целый подвиг. Или он действительно хочет быть со мной, верно?!

«Тогда не забудь нанять сваху».

«Хорошо».

«Тогда я пойду».

«Б-большая сестра Сяосяосяосяосяо Ши…»

«… какая сестра! Я сказала тебе называть меня ток, потому что думала, что ты женщина. Но ты ведь но сомом деле мужчина. Мало того, ты старше меня!»

«Мм. Тогда, Сяо Ши, с нетерпением жду того дня, когда ты станешь моей женой». А Сун снова исчез прямо перед ее глазами сразу после этого заявления. Сяо Ши чувствовала, что ей суждено выйти замуж за человека, который слишком смахивал на призрака 8 этой жизни. Что с его способностью исчезать всякий раз, когда он захочет?

Они подождали, пока у принцессы-супруги не закончился традиционный месячный срок после родов. Но прежде чем А Сун увиделся с принцессой-супругой, его хозяин стал императором, а принцесса-супруга — императрицей. Внезапно у них появилась масса дел и другие приоритеты.

Сяо Ши была в порядке, но А Сун начинал чувствовать себя всё хуже. Сяо Ши назначили на руководящую должность во дворце, и её

месячная зарплата теперь намного превышала его. Кроме того, мужчинам не разрешалось жить в комнатах императорских наложниц. Поэтому ему пришлось тесниться в комнате, заполненной другими скрытыми охранниками. Теперь, когда положение Сяо Ши стало намного выше, чем раньше, не удивительно, если она выйдет замуж за какого-нибудь несовершеннолетнего чиновника.

Кроме того, А Сун очень давно её не видел. Он скучал по ней. Поэтому, в один прекрасный день, когда Сяо Ши несла чай, А Сун пронёсся мимо и похитил её, забрав за искусственную гору. Это был первый раз, когда он кого-то похитил. Затем он незаметно положил ей в руки красивую повязку на голову и слегка улыбнулся. Она могла выйти замуж за того, кого хотела. Или могла бы продолжать быть дворцовой горничной. Он всегда будет рядом с ней, чтобы охранять и защищать её.

Но Сяо Ши внезапно отстранилась и остановила его: «Ты идиот, дурак, А Сун… Если кто-то нас увидит, нас ждёт суровое наказание». Скрытый охранник, вступающий в незаконные отношения с дворцовой горничной. Это серьезное преступление!

“Не волнуйся. Если кто-то нас обнаружит, беги. Скажи им, что я заставил тебя». А Сун бросился объясняться. Он беспокоился о том, что его действия негативно отразятся на её положении.

Сяо Ши была тронута. «Императрица сказала, что мы можем пожениться в конце месяца. Если ты купишь дом, мы будем готовы».

«В самом деле? Правда?» А Сун так разволновался, что начал прыгать вверх и вниз. Он прыгнул на вершину искусственной горы, но затем вернулся, потому что почувствовал, что это неуместно. Затем он неловко потер голову.

Сяо Ши была счастлива видеть, что он ведет себя так легкомысленно: «О. у тебя есть деньги?”

«Да. Принц Ли… Я имею в виду, император часто нас вознаграждал. Я накопил четыреста-пятьсот таэлей. Этого достаточно, чтобы купить дом. Ты можешь оставить всё остальное себе и купить, что захочешь».

«Глупый, что ещё мне нужно?» Как горничная, живущая во дворце, она ни в чём не нуждалась. Её тайный запас денег составлял более пятисот таэлей, но она почувствовала себя очень тепло, когда А Сун рассказал ей о своих сбережениях. Казалось, ее мужество поднять этот вопрос с императрицей не было напрасным. Хотя она и будет скучать по своей хозяйке после того, как выйдет замуж, она также с нетерпением ждет жизни в собственном доме.

Так вот, Сяо Ши вышла замуж через полмесяца. Императрица была очень щедра к своим слугам и дала Сяо Ши довольно много приданого.

Но никто не знал, насколько напряженно прошла свадебная ночь Сяо Ши. Оказалось, что А Сун не знал, как снять женскую одежду; особенно свадебное платье. Он потратил почти час, пытаясь это сделать. К тому времени лицо Сяо Ши стало практически зеленым.

«Перестань дрожать. Почему бы мне просто не снять его сомой?»

«Нет! Сегодня я должен обхаживать свою жену».

«Ты уверен, что можешь это сделоть!?»

«Да. Я уверен!» После этого особого обмена они оба покраснели. Почему казалось, что за этими словами скрыты значения?

В конце концов, одежда соскользнула. На следующий день Сяо Ши поняла, почему её хазяйка всегда ходила, растирая больную спину. Она жаловалась и говорила, что мужчины, владеющие боевыми искусствами, просто волки. В тот день Сяо Ши наконец поняла, что имела в виду ее хозяйка. А Сун действительно был волком. И определенно очень способным. Честно говоря, она не должна была говорить ему те слова прошлой ночью.

Видите ли, она вырыла себе такую глубокую яму, что даже не могла пошевелиться, чтобы приготовить завтрак. В конце концов, именно А Сун отправился утром на кухню. Однако, увидев его застенчивую улыбку, когда он посмотрел на нее, Сяо Ши почувствовала, что её жизнь прекрасна.

Это была ещё одна ночь с полной луной, и Юй Шу наконец-то получил редкую возможность немного повеселиться. Юй Куан в последнее время несколько ослабил свою бдительность, поэтому позволил Юй Шу бродить по дому, чтобы подышать свежим воздухом. Технически, он здесь на большом собрании членов Вулин, но всё же бродил вокруг, чтобы не сидеть на месте.

Однако его случайное блуждание доставило ему неприятности, когда он столкнулся с девушкой в садах. Она плакала так, словно ей разбили сердце, поэтому он подошел и спросил: «Старшая сестра, почему ты плачешь?»

Девушка обернулась и была шокирована увиденным. Чёрт, когда глава альянса Вулин появилась позади меня. Подождите, почему он называет меня старшей сестрой? Она так испугалась, что не смела пролить ещё одну слезу. Первое слово, которое вышло из её рта, было пустым: «А?»

«Я спрашивал, почему ты сидишь здесь и плачешь? Чем я могу помочь? Я определенно могу помочь» ~. Юй Шу говорил очень искренне.

Девушка понятия не имела, что делать с таким милым главой Вулин. Она смогла только покачать головой и ответить: «Н-ничего, мне просто очень жарко».

Как она могла не чувствовать этот жар? Её старший брат подсыпал ей какой-то порошок, и даже полдня в воде оказалось бесполезным. Она хотела умереть — она не представляла, что старший брат, которому она так доверяла, сделает что-то подобное! Она бы смирилась с реальностью, если бы он сделал это, потому что она ему понравилась, но он просто хотел занять положение её отца в качестве главы секты. Хотя у Нефритового пика не было особого статуса в Цзянху, они были далеко не бедны. Вероятно, он хотел заполучить именно их богатство!

Она случайно услышала его слова, и поняла, что её обманул старший брат. Хотя она не была в него влюблена, она видела в нем самого близкого ей человека. Девушка не возражала бы, если бы её отец захотел, чтобы она вышла за него замуж. Но кто знал, что он такой человек!

«Я-я в-в порядке».

«Ты вся мокрая, как ты можешь быть в порядке? Позволь мне взглянуть, я знаю, как вылечить болезнь».

Все в Цзянху знали об этом. Мало того, что глава Альянса Вулин владел боевыми искусствами на высшем уровне, его медицинские навыки также были довольно хорошими. Но также все знали, что он по уши влюблен в эту легендарную леди, императрицу.

«Нет… это…» Она успела произнести лишь два слова, прежде чем глава альянса Вулин положил пальцы на её пульс. Он был легендарным идеальным холостяком и любовной мечтой всех дам, которые знали о нём, включая её. Но она никогда не думала, что окажется с ним в такой непосредственной близости! У маленькой девочки закружилась голова. Она чувствовала, что всё её существо сгорает, как будто что-то, казалось, покидает её. Всё, что она могла видеть, эта глава Альянса перед ней. Незаметно она медленно приблизилась к нему и обвила его шею рукой.

Он не отреагировал на её прикосновение, и просто сказал: «Ты такая горячая, ты почти сгораешь. Давай найдем место для отдыха. Я знаю одну гостиницу, и отнесу тебя туда». Юй Шу был наивен, но у него всё ещё были некоторые базовые социальные знания. Он поднял девушку и побежал, но она была довольно непослушной по пути, продолжая бегать руками по его телу.

Юй Шу никогда раньше не трогала женщина, и ему стало не по себе. Наконец прибыв в комнату, он подумал, что сможет её контролировать. Но маленькая девочка по какой-то причине набралась сил и толкнула его на кровать.

«Что… ты…» У него не было возможности закончить, так как девушка закрыла его губы своими. По всему его телу распространилось странное ощущение, но он обнаружил, что ему действительно нравится то, что происходит. Поэтому он не сдвинулся ни на дюйм и позволил девушке делать с его телом всё, что она захочет. Но в самом конце, когда всё достигало кульминации, она на самом деле слишком устала, чтобы двигаться, и слабо рухнула ему на грудь.

Как это возможно?! Юй Шу почувствовал, что должен что-то сделать. Он бы просто умер, если бы ничего не делал. И вот, он перевернул её и толкнул на кровать…

Вот так прошла его ночь страсти и близости.

Юй Куан медленно проснулся, когда наступил рассвет, но… что это за воспоминания!? Воспоминания Юй Шу обрушились на его голову, как приливная волна, и они были такими нелепыми! Он выпрямился, но случайно закончил тем, что толкнул девочку, которая одевалась на кровати, и та упала на землю.

Она не издала ни звука после падения, а медленно поднялась. Её глаза уже распухли от слез, которые она пролила, и весь цвет стекал с её лица. Она беззвучно натянула одежду и внезапно упала на колени. «Глава Альянса, я не специально вчера это сделала! Это потому что… старший брат подсыпал мне наркотика, поэтому я поступила столь бессовестно. Пожалуйста, простите меня!! Про… прощайте!»

Девушка убежала в слезах так быстро, что Юй Куан даже не успел её позвать. Он оделся после того, как она ушла, медленно размышляя над тем, что произошло прошлой ночью. Она не врала, и он действительно знал девушку. Она дочь мастера Нефритового пика, секты, которая специализировалась на разведении ядовитых пчел и использовании их в сражениях. Девочку звали Ю Цзяонян, и она была очень застенчивой.

Он обнаружил мазок красного цвета на простынях, когда встал с кровати, и его уши сразу же покрыл яростный румянец. Он никогда бы не подумал, что Юй Шу сделает такое, да ещё и с маленькой девочкой! Она ведь ещё подросток!

Подождите, то, что сделал Юй Шу, то сделал и он. Он должен нести за это ответственность. Но почему девушка убежала в слезах? Разве она не требовала от него ответственности? Юй Куан не мог разобраться в этом вопросе, но, наконец, вспомнил, как она упомянула, что ей дали наркотики. Кто-то, должно быть, хочет причинить ей вред, поэтому он поспешно бросил свои вещи в сумку и направился к месту остановки Нефритового пика во время сбора Вулин.

Ю Цзяонян сейчас была довольно подавлена, потому что её старший брат пришел, просить её руки. Тем не менее, выражение его лица было немного угрюмым, потому что он, очевидно, не тот, с кем она провела ночь после того, как получила наркотики. Тем не менее, он держал её за руку с ханжеским выражением. «Не бойся младшая сестра, твой брат примет это независимо от того, кто тот человек. Это произошло только потому, что я так сильно хотел тебя, но почему ты убежала?»

Ты, дешевка, как ты посмела отдать своё чистое тело другому мужчине. Просто подожди, пока я избавлюсь от твоего старика. Тогда ты увидишь, как я тебя накажу!

«Отпусти меня». Дикая ночь, проведенная Ю Цзяонян, истощила всю её энергию, и она была слишком слаба, чтобы стряхнуть его руку. Поэтому её старший брат без труда потащил её к отцу и заставил встать на колени.

«Говори! Где ты была прошлой ночью?!» Глава секты всегда очень строго относился к своей дочери, поэтому провести ночь на улице было большим вопросом.

«Папа, я…»

«Мастер, младшей сестрой воспользовался какой-то кретин из-за её юности. Пожалуйста, не вините её».

«Что?!» Глава секты чуть не потерял сознание от гнева.

«Он не кретин! Не говоря уже о…» Ю Цзяонян покраснела. «Это… это я им воспользовалась». Признавшись, она закрыла лицо. Глава Альянса был таким милым и очаровательным, а она повела себя как монстр!

«Младшая сестра, ты слишком молода, чтобы что-то знать. Ты не должна говорить за этого человека».

«Я не говорю за него! Если бы не ты, у нас бы ничего не было…»

«Как ты можешь так клеветать на меня, младшая сестра? Я не спал всю ночь, потому что искал тебя. Мастер — мой свидетель».

«Действительно, ты правда не спал всю ночь из-за девушки. Ну, если быть более точным, девушек. Ты провел ночь в Амораус Фрагранс и спал там с двумя девушками. Наркотик, который ты использовал на Ю… Мисс Ю тоже оттуда. Мадам здесь как свидетель». Внезапно раздался голос. Лицо Ю Цзяонян сразу покраснело, когда она узнала этот голос. Она заметила, что лицо главы альянса тоже покраснело. Этого… лица было достаточно, чтобы воспоминания о том, как она толкнула мужчину на кровать прошлой ночью, всплыли у неё в голове. Это так неловко, что мне делать???

Глава секты очень удивился, вопрос принял достаточно сложный оборот. Почему глава Альянса Вулин внезапно расследовал дела его секты и даже привел людей, чтобы помочь ему решить эту головную боль?

Старший брат тоже не ожидал появления главы Альянса и на мгновение застыл от шока. Мадам дала полный отчет о его преступлениях, когда он продолжал стоять там, как статуя. Что за черт! Она обещала, что ничего не скажет!

«Как ты мог так поступить со своей младшей сестрой?! Она видела в тебе брата!» Взревел от ярости старый мастер Нефритового пика.

«Брата? Она предпочла отдаться случайному незнакомцу вместо меня…»

«Я уже говорила, что он не какой-то случайный незнакомец!»

«Тогда кто он? Почему ты пытаешься защитить его даже сейчас?» На этот раз глава секты нахмурился на неё. После такого его дочь должна была выйти замуж! Её не могли так свободно использовать в своих интересах! Но, судя по тому, как она себя ведёт, это она воспользовалась преимуществом другого. Она не выдавала его имя, что бы он ни говорил!

«Это… это был я». Юй Куан был и мужчиной, и главой альянса, поэтому никто не сомневался в его словах. Ю Цзяонян и старший брат, стоящие на коленях, были очень ошеломлены после этого признания. Глава секты чуть не упал со стула. В этом его тоже нельзя  винить, ведь это казалось слишком страшным! Его дочь соблазнила легендарную глыбу льда, самого главу Альянса! Это это…

Неудивительно, что его дочь вела себя так, будто именно она обидела этого человека. Её правда нельзя винить в чем-то такого масштаба. Великий глава Альянса, тысячелетний девственник… больше не существовал. Он даже покраснел! Глава секты почти разразился смехом. Кто не хотел, чтобы зять возглавлял альянс?

Старший брат был полностью ошеломлен. Может кто-нибудь ему объяснить, что здесь происходит? Младшая сестра провела ночь с главой альянса? Подождите, разве он не пострадает после этого?

Как он и думал, его утащили, чтобы испытать мир боли. Когда его жалкие вопли исчезли вдалеке, Юй Куан неловко упал на одно колено и попросил руки Ю Цзяонян. Как мог глава секты ответить нет? Он немедленно кивнул в знак согласия, но, к всеобщему удивлению, заговорила его дочь. «Подождите минутку.»

«А?» Почему они должны ждать такого хорошего дела? Невозможно найти лучшего зятя, на каких бы пустынных вершинах они ни искали! Ну, его дочь наткнулась на него, даже не пытаясь. Почему они должны отвергать такой дар удачи? И всё же она запротестовала с серьезным лицом.

«Мы… то, что случилось, было недоразумением. Вы… даже не знали меня раньше, поэтому мы можем просто забыть о том, что произошло».

«Я тебя знаю. Ты — Ю Цзяонян. Ты также была на последнем сборе Вулин». Юй Куан немного нервничал; это будет второй раз, когда его предложение провалилось! Нет, я не могу снова потерпеть неудачу! И он сразу же отнесся к этому как к соревнованию по боевым искусствам и уставился на Ю Цзяонян.

Если оставить всё в стороне, у девушки нервы были такими же напряженными, как струны арфы после прошлой ночи, так как же она могла выдержать столь интенсивный взгляд? Она сразу упала в обморок.

Юй Куан, не колеблясь, немедленно привёл её в чувства, оставаясь рядом с ней целый день. Собрания Вулин проводились каждый год; и для него это было явно не так важно, как найти жену. Кто-то мог бы спросить его в этот момент: «Разве ты не должен быть бесполой глыбой льда? Почему ты так беспокоишься?»

Кто не хотел жениться в его возрасте? Посмотрите, как хорошо жил Лун Хэн! Ю Куан был бы дураком, если бы не завидовал. С многочисленными детьми Лун Хэна, бегающими повсюду, как живые напоминания о том, чего ему не хватало, Ю Куан был бы дураком, если бы не волновался.

Итак, Юй Куан использовал всё своё терпение, чтобы заманить свою маленькую жену, и в конце концов ему удалось. У него тоже вскоре появились дети, и его маленькая жена на самом деле нашла его расстройство личности довольно забавным. По правде, его это немного огорчило, но, конечно, этот разговор состоялся далеко, в будущем.

Страница книги Обречена быть избитой до смерти в интернете

Table of Contents

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 7

1 - 8

1 - 9

1 - 10

1 - 11

1 - 12

1 - 13

1 - 14

1 - 15

1 - 16

1 - 17

1 - 18

1 - 19

1 - 20

1 - 21

1 - 22

1 - 23

1 - 24

1 - 25

1 - 26

1 - 28

1 - 29

1 - 30

1 - 31

1 - 32

1 - 33

1 - 34

1 - 35

1 - 36

1 - 37

1 - 38

1 - 39

1 - 40

1 - 41

1 - 42

1 - 43

1 - 44

1 - 45

1 - 46

1 - 47

1 - 48

1 - 49

1 - 50

1 - 51

1 - 52

1 - 53

1 - 55

1 - 56

1 - 57

1 - 58

1 - 59

1 - 60

1 - 61

1 - 62

1 - 63

1 - 64

1 - 65

1 - 66

1 - 67

1 - 68

1 - 69

1 - 70

1 - 71

1 - 73

1 - 74

1 - 75

1 - 76

1 - 77

1 - 78

1 - 79

1 - 80

1 - 81

1 - 82

1 - 83

1 - 84

1 - 85

1 - 86

1 - 87

1 - 88

1 - 89

1 - 90

1 - 91

1 - 92

1 - 93

1 - 94

1 - 95

1 - 96

1 - 97

1 - 98

1 - 99

1 - 100

1 - 101

1 - 102

1 - 103

1 - 104

1 - 105

1 - 107

1 - 108

1 - 109

1 - 110

1 - 111

1 - 112

1 - 113

1 - 114

1 - 115

1 - 116

1 - 117

1 - 118

1 - 119

1 - 120

1 - 121

1 - 122

1 - 123

1 - 124

1 - 125

1 - 126

1 - 127

1 - 128

1 - 130

1 - 131

1 - 132

1 - 133

1 - 134

1 - 135

1 - 136

1 - 137

1 - 138

1 - 139

1 - 140

1 - 141

1 - 142

1 - 143

1 - 144

1 - 145

1 - 146

1 - 147

1 - 148

1 - 149

1 - 150

1 - 151

1 - 152

1 - 153

1 - 154

1 - 155

1 - 156

1 - 158

1 - 159

1 - 160

1 - 161

1 - 162

1 - 163

1 - 164

1 - 165

1 - 166

1 - 167

1 - 168

1 - 169

1 - 170

1 - 171

1 - 172

1 - 173

1 - 174

1 - 175

1 - 176

1 - 177

1 - 178

1 - 179

1 - 180

1 - 181

1 - 182

1 - 183

1 - 184

1 - 185

1 - 186

1 - 188

1 - 189

1 - 190

1 - 191

1 - 192

1 - 193

1 - 194

1 - 195

1 - 196

1 - 197

1 - 198

1 - 199

1 - 200

1 - 201

1 - 202

1 - 203

1 - 204

1 - 205

1 - 206

1 - 207

1 - 208

1 - 209

1 - 210

1 - 211

1 - 212

1 - 214

1 - 215

1 - 216

1 - 217

1 - 218

1 - 219

1 - 220

1 - 221

1 - 222

1 - 223

1 - 224

1 - 225

1 - 226

1 - 227

1 - 228

1 - 229

1 - 230

1 - 231

1 - 232

1 - 233

1 - 234

1 - 235

1 - 236

1 - 237

1 - 238

1 - 239

1 - 241

1 - 242

1 - 243

1 - 244

1 - 245

1 - 246

1 - 247

1 - 248

1 - 249

1 - 250

1 - 251

1 - 252

1 - 253

1 - 254

1 - 255

1 - 256

1 - 257

1 - 258

1 - 259

1 - 260

1 - 261

1 - 262

1 - 263

1 - 264

1 - 265

1 - 266

1 - 268

1 - 269

1 - 270

1 - 271

1 - 272

1 - 273

1 - 274

1 - 275

1 - 276

1 - 277

1 - 278

1 - 279

1 - 280

1 - 281

1 - 282

1 - 283

1 - 284

1 - 285

1 - 286

1 - 287

1 - 288

1 - 289

1 - 290

1 - 291

1 - 292

1 - 293

1 - 294

1 - 295

О книге