Глава 1 - Принятие предложения о работе (Часть 1)

Меня зовут Шэнь Цзяньго. Мне двадцать шесть лет. В этом году я закончил аспирантуру и сейчас нахожусь в процессе поиска работы. За последние несколько лет я часто делился некоторыми материалами и субъективным мнением, касающимися моей специальности, на своей домашней странице. Конечно, никто их не читал. После окончания учебы я столкнулся с неловким периодом поиска работы. Многие из моих старших говорили, что это очень трудный период. Начиная с сегодняшнего дня, я буду записывать свой опыт и наблюдения на своей домашней странице в надежде, что смогу оказать хоть какую-то помощь студентам, которые скоро окончат обучение и столкнутся с трудностями поиска работы.

Моя специальность – идеологическое и политическое просвещение. Её перспективы трудоустройства не так хороши, как у некоторых популярных специальностей. Незадолго до окончания бакалавриата я уже пытался найти работу. Я подал множество резюме, большинство из которых канули в море как камни. Как правило, только крупные предприятия искали кадры для партийной и государственной работы, но в то время мне ответили, что их минимальный порог – высшее образование.

Поэтому я решил сдать вступительные экзамены в аспирантуру и обогатить себя, чтобы стать более опытным и соответствовать требованиям при приёме на работу.

В первой половине выпускного года я сдавал экзамены на государственную гражданскую службу, экзамен в государственные учреждения, экзамен на звание учителя и другие подобные экзамены. К сожалению, я недостаточно подготовился. Я набрал слишком мало баллов на экзамене на административную пригодность. Я даже не сдал письменную часть. В тесте на пригодность к административной работе особое внимание уделяется числовым расчётам, детальному логическому анализу и пространственному мышлению, а также скорости заполнения ответов. Мои способности в этих областях были недостаточны, поэтому в этом году я упустил свою возможность. Прежде чем сдавать экзамен в следующем году, мне обязательно нужно будет попрактиковаться в этих навыках, чтобы преодолеть свои слабости.

В течение месяца я блуждал по рынку труда в поисках объявлений о вакансиях, на которые можно было бы подать резюме, но небольшие компании считали, что моё высшее образование слишком высоко; им нужен какой-нибудь крепкий, трудолюбивый студент бакалавриата или специалитета. Я поднял руки, чтобы показать, что я молод, силён и способен вынести тяжёлую работу, но они всё равно отказали мне, сославшись на слишком высокую базовую зарплату.

Что касается крупных компаний, то они иногда набирали персонал для партийной и государственной работы. В этот раз я действительно соответствовал минимальному порогу. К сожалению, на собеседовании я показал себя не лучшим образом. Работодатель счёл меня недостаточно зрелым и вежливо отказал мне.

Честно говоря, я чувствовал себя немного потерянным. Цель сдачи вступительного экзамена для выпускников заключалась в том, чтобы дать себе больше выбора и возможностей для трудоустройства, но теперь я либо переборщил с квалификацией, либо был недостаточно эффективен. Это очень расстраивало.

К тому же, я уже окончил обучение и должен был через несколько дней съехать из общежития, что ещё больше усугубляло ситуацию.

Казалось, что я нахожусь на краю пропасти. Я был так расстроен, что у меня начали выпадать волосы. Каждое утро я мог вычесать пучок коротких волос. Это меня очень беспокоило. Многие студенты старших курсов, которых я знал, начинали лысеть после тридцати. Мне было двадцать шесть, не так уж далеко до тридцати.

Если я не смогу найти работу, то, возможно, мне придётся сменить фотографию на своей личной страничке с копны густых коротких волос на лысину.

К счастью, небеса помогают желающим. Пока я повсюду искал дешёвую комнату для аренды, мне ответил учебный институт, в который я отправил резюме.

Это был комплексный учебный институт, включающий в себя класс вступительных экзаменов для выпускников, класс вечерней школы для самопроверки, класс экзаменов для государственных служащих, а также ускоренный курс вступительных экзаменов в колледж, курсы английского языка CET-4 и CET-6 и т. д. Он не был широко известен. Я даже не слышал об этом учебном заведении «Полуночная гавань».

Я вспомнил, что в полночь три дня назад, когда я обновлял сайт по трудоустройству, я вдруг увидел объявление о работе, которое гласило: «Базовая зарплата 5000, с премией; жильё и транспорт включены; никаких требований к специальности, полу, возрасту или образованию». Это выглядело очень непрофессионально. Не было даже контактного телефона, только адрес электронной почты. Но условия были очень хорошими, особенно та часть, где говорилось о том, что жильё включено, что могло бы значительно снизить стресс, связанный с перспективами моего трудоустройства.

В стремлении забросить удочку, я отправил своё резюме, а потом забыл о нём. Я не ожидал, что в конце концов именно эта компания протянет мне оливковую ветвь.

Я был в восторге, когда прочитал письмо с предложением о работе, но после первоначального удивления я почувствовал, что здесь есть что-то странное.

Объявление о вакансии без каких-либо требований, даже собеседования не было. Они просто посмотрели моё резюме и решили взять меня на работу... Это выглядело как схема многоуровневого маркетинга или мошенничество.

К счастью, в ответе был указан номер телефона. Я решил сначала позвонить, чтобы узнать, что происходит.

Я набрал «94444» и вскоре получил ответ механического женского голоса: «Извините, у этой международной компании разница во времени, пожалуйста, звоните после полуночи».

Я хорошенько подумал и пришёл к выводу, что не могу упустить такую хорошую возможность. А что, если это было на самом деле? В полночь того же дня я снова набрал номер.

На этот раз кто-то ответил. Это была женщина. Она говорила медленным и прохладным голосом:

— Бззт... бззт... Алло... бззт...

Какой плохой сигнал. Столько помех.

Я прочистил горло и заговорил своим самым учтивым тоном:

— Здравствуйте, я Шэнь Цзяньго, несколько дней назад я отправил своё резюме. Сегодня я получил ваш ответ. Я очень благодарен вам за предоставленную мне возможность, но вы ещё не провели со мной собеседование. Вы действительно уверены, что хотите взять меня на работу? Вы даже не видели меня, как вы можете знать, что я тот человек, который вам нужен?

— Бззт... Шэнь Цзяньго... бззт... молодой, аккуратный, в школе не было никаких неприятностей... бззт... хороший... бззт... мы провели расследование...

Сигнал был очень плохим. «Хороший... бззт»? Наверное, она хотела сказать, что я хороший ученик.

Я почувствовал некоторое облегчение, услышав это. Если они смогли провести такое расследование, то это говорит о том, что они были ответственным работодателем. Это не было похоже на работу MLM-схемы или мошенников. Этих людей не волновал моральный облик; им просто нужны были люди.

— Я рад, что вы такого высокого мнения обо мне. Теперь не могли бы вы сказать мне, куда я должен обратиться, чтобы официально принять эту должность? В ответном письме нет адреса.

Я взглянул на ноутбук и покачал головой. Это письмо выглядело так жутко.

Оно было тёмно-красным, со специальным эффектом, добавленным к шрифту, чтобы создать впечатление текущей крови, если смотреть на него слишком долго. Глядя на открытую страницу, мне казалось, что мой ноутбук вот-вот начнёт кровоточить. Это было неприятное зрелище.

Всё ещё разговаривая по телефону, я попробовал закрыть страницу. Я нажал на «X» в правом верхнем углу, но ноутбук завис, и страница не закрылась.

Я купил этот ноутбук, когда только поступил в университет. В нём использовалась уже устаревшая операционная система XP, а технические характеристики были низкими. У него было всего 1 ГБ оперативной памяти, и он входил в 1% самых медленно загружающихся компьютеров в стране. Он ежедневно ломался и не выключался, пока я не вытаскивал батарею.

Прямо сейчас у меня не было времени вытаскивать батарею, поэтому я закрыл ноутбук и продолжил говорить.

— Бззт... Сейчас... отправляйтесь в поместье «Дальний берег»... здание 4, корпус 4, квартира 404... бззт... бззт... бип-бип-бип.

А?

Звонок сбросился? Я попытался позвонить снова и получил уведомление: «Набранный вами номер находится вне зоны обслуживания».

Она действительно была за границей? Может, из-за этого сигнал был таким плохим? Может, она только что села в самолёт?

Я ломал голову, но не смог прийти ни к какому выводу. Я размышлял, стоит ли мне ехать по указанному ею адресу.

Была полночь. Если я отправлюсь в поместье сейчас, не подумают ли люди, что я грабитель? Но если я не пойду, то завтра мне придётся съехать из общежития...

В конце концов, именно бедность заставила меня отбросить все сомнения. Я решил сначала поискать поместье в интернете.

Когда я поднял экран ноутбука, чёртово письмо всё ещё было открыто. Выглядело оно очень пугающе. Я попытался вытащить батарею, но она словно приросла к ноутбуку и не вынималась.

Я постучал по ноутбуку так грубо, как будто это был старомодный телевизор, и батарейка наконец-то выскочила. Ноутбук выключился и перезагрузился.

В Интернете действительно была информация о поместье «Дальний берег». Некоторые люди на местной доске объявлений утверждали, что там водятся привидения. Обычно отели и многоквартирные дома пропускали номер 404, считая его несчастливым и относясь к нему как к запретному числу. Но что-то пошло не так у застройщика, когда здание строилось. Ему совершенно необходимо было оставить квартиру 404, но он не мог её продать. Наконец, цена была снижена, и кто-то всё-таки купил её; менее чем через полгода новый владелец попал в автокатастрофу.

Его семья продала квартиру другой семье по низкой цене. Не прошло и недели, как хозяйка квартиры сошла с ума.

Чтобы оплатить её лечение, квартиру снова продали.

Казалось, что фэн-шуй квартиры был действительно плох. Каждый владелец этой квартиры плохо кончил. Позже даже застройщик получил ножевое ранение; похоже, что это сделала сумасшедшая из второй семьи. Кому впоследствии досталась квартира, было неясно. Круглый год висели объявления о том, что её можно снять или купить, но никто не обращал внимания.

Я был убеждённым материалистом и изучал политику. Конечно, я не верил в такую чушь. Но я также мог понять, почему мой новый работодатель снял эту квартиру.

Всё просто: она была дешёвой.

Я больше не сомневался в том, что жильё входит в стоимость аренды. Я надел рюкзак и отправился в поместье «Дальние Берега». Хотя было уже за полночь, что, если там действительно меня кто-то встретит?

Я только вышел из здания общежития, как зазвонил телефон.

Это был номер «94444». Должно быть, она снова нашла сигнал. Я поднял трубку и услышал, как собеседница говорит:

— Бззт... не надо... идти... бззт... там автобус... бззт...

— Автобус? Это здорово! — взволнованно ответил я.

Неудивительно, что в объявлении о работе было сказано, что транспорт входит в стоимость. А я-то переживал, что так поздно автобуса не будет!

Конечно, для такого бедного студента, как я, вызвать такси было невозможно. Я собирался добираться туда на велосипеде.

— Так, вы... ждите у ворот... бззт... бззт... последние цифры 444... бип-бип-бип.

Сигнал снова оборвался. У меня не было времени спросить у женщины, как мне её называть. Она действительно была доброй и внимательной дамой, раз подготовила автобус для такого студента, как я.

Я стоял у ворот и ждал. Сегодня было очень туманно, и видимость была очень низкой. Я немного волновался за безопасность водителя автобуса. Было уже так поздно, и ему пришлось взять на себя труд заехать за мной.

Не прошло и пяти минут, как в тумане появились две жуткие бледные точки света. Передо мной медленно остановился красный автобус. Конечные цифры номерного знака были «444». Буквы или цифры перед ними были затянуты туманом.

Дверь медленно открылась. Я вошёл в автобус и увидел, что пассажиров не было, лишь водитель в чёрной кепке. В темноте я не мог чётко разглядеть его лицо. Неужели моя близорукость снова обострилась?

Увидев много свободных мест, я выбрал ближайшее и уже собирался сесть. Водитель вдруг сказал:

— Вы не можете сесть здесь.

Я посмотрел на него в недоумении.

— Сиденья только что покрасили. Хех. Хех. Хех, — медленно произнёс водитель.

Я посмотрел на сиденья. Правда, красная краска на них всё ещё была липкой. Я определённо не мог там сидеть.

Мне пришлось ухватиться за поручень и стоять всю дорогу на пути к поместью «Дальний берег».

Глава 2 - Принятие предложения о работе (Часть 2)

Хотя было лето, в автобусе было холодно. Задняя часть моей шеи похолодела, как будто кто-то стоял позади меня и дул на неё.

— Сэр, не могли бы вы убавить кондиционер? — неловко попросил я.

Не оборачиваясь, водитель автобуса холодно отмахнулся от меня со словами:

— Пассажиры, пожалуйста, ведите себя прилично, не приставайте к другим.

Я потерял дар речи. Я был единственным человеком в автобусе, и я только что разговаривал с водителем. Разве я приставал к нему? Оставив в стороне вопрос сексуальности, я подумал, что это оскорбление моего достоинства.

Я, Шэнь Цзяньго, родился в Национальный день и жил под красным флагом. С детства я был отличником, выдающимся членом Коммунистической молодежной лиги и прилежным студентом. Он мог сомневаться в моих способностях как человека, только что вошедшего в общество, но он совершенно не мог сомневаться в моём моральном облике!

Я хотел справедливо защитить себя, но после того, как водитель произнёс эти слова, холод значительно уменьшился. Должно быть, он выключил кондиционер специально для меня.

Моё сердце сразу же смягчилось. Было так поздно, а водитель поехал один, чтобы забрать меня. Должно быть, он был очень раздражён. Если посмотреть на это с его точки зрения, то в то время как я ехал в поместье с привидениями посреди ночи ради работы, водитель, возможно, спал дома, когда его разбудили. Неудивительно, что он был в плохом настроении.

Это была всего лишь небольшая неприятность. Не нужно было горячиться.

— Спасибо, сэр, — поблагодарил я водителя, улыбаясь.

Но водитель оставался недружелюбным. Он повернулся, чтобы посмотреть на меня, его лицо было неразличимо в темноте. Я мог видеть только его глаза, ярко отражающие свет.

Он мрачно усмехнулся:

— Надеюсь, завтра я снова увижу вас.

Похоже, он желал мне успеха в официальном трудоустройстве. Он был водителем с холодной внешностью, но добрым сердцем. Жаль, что его характер был довольно жёстким. Это производило плохое впечатление. Но как только вы узнаете его лучше, вы поймёте, что он хороший человек.

— Спасибо, — тепло ответил я.

Водитель вёл автобус очень уверенно. Хотя было очень туманно, он ехал спокойно, без какой-либо тряски до самого поместья «Дальний берег».

Выходя из автобуса, я проговорил:

— Сэр, могу я завтра вернуться в общежитие, чтобы забрать свой багаж...

Я ещё говорил, когда дверь бесшумно захлопнулась, и автобус уехал, не оставив после себя даже выхлопных газов.

Я знал, что был неправ. Я ещё даже не приступил к работе, а уже просил водителя помочь мне перевезти багаж. Водитель компании не обязан был помогать мне заниматься личными делами. Чтобы переехать, мне нужно было найти транспортную компанию. Но в последнее время мне было очень тяжело. Что ж, завтра я попробую арендовать такси. Это должно быть дешевле.

Чтобы произвести хорошее впечатление, я надел свой единственный приличный наряд, специально подготовленный для собеседований: рубашку на пуговицах, галстук, костюм и чёрные кожаные туфли. Я отправился в корпус 4 и остановился внизу, нервно поправляя галстук и убеждаясь, что я чист и безупречен. Затем я вошёл в лифт.

Свет мерцал, и лифт постоянно тормозил. В темноте ночи это было довольно пугающе. Руководство поместьем «Дальний берег», похоже, было очень небрежным из-за того, что застройщик получил ножевое ранение. На доске объявлений люди жаловались на неудовлетворительное обслуживание со стороны управляющей компании. Похоже, это было правдой.

Я внутренне подбодрил себя: «Шэнь Цзяньго, не падай духом! Зелёный студент колледжа, только начинающий работать, должен пройти через сложный период. То, что к работе прилагается жильё, уже очень хорошо. Как я могу быть таким придирчивым к тому, что из себя представляет жильё? Ну и что, что лифт небезопасен? Это всего лишь четвёртый этаж. В следующий раз я смогу подняться по лестнице».

Грузоподъёмность лифта была средней, и он был довольно медленным. Чтобы подняться на четвёртый этаж, потребовалось много времени, и я нервничал, боясь, что лифт застрянет по пути.

Но, к счастью, этого не произошло. Я без происшествий добрался до четвёртого этажа.

В квартире 404 горел свет, а дверь была открыта. Я постучал в дверь и вежливо спросил:

— Есть ли здесь кто-нибудь? Я Шэнь Цзяньго, претендент на должность преподавателя. Одна женщина сказала мне прийти сюда сейчас, чтобы переехать в общежитие для сотрудников.

— Должно быть, это директор Чжан, — вышел невысокий мужчина в пиджаке и берете. — Пожалуйста, проходите.

Следуя за мужчиной, я осматривал своё будущее место жительства.

Свет был немного тусклым. Похоже, что мне придётся поменять лампочки, когда мне выплатят зарплату. Эта обстановка не подходила для подготовки к занятиям.

Шторы были слишком плотными. Теневая сторона здания и так получала мало солнечного света, а с такими плотными занавесками место действительно казалось унылым. Мне придётся сменить их на более тонкие.

С другой стороны, квартира была довольно чистой, и в ней было довольно просторно. В квартире была гостиная и три спальни. В гостиной стоял письменный стол с двумя стульями. Низкорослый мужчина сел на один из них и жестом пригласил меня сесть напротив него.

Он действительно был очень маленького роста, возможно, даже ниже ста шестидесяти сантиметров. Я заметил, что он ходил на цыпочках, как бы стараясь казаться выше.

Я понимал, какой проблемой может быть низкий рост. В детстве я часто недоедал. В первом классе средней школы я был ростом всего полтора метра. Худенький и невысокий, я был ниже даже девочек. Одноклассники часто смеялись надо мной, и я чувствовал себя неполноценным. К счастью, я принял участие в конкурсе и выиграл стипендию. Качество моего питания улучшилось. Я пил больше молока и ел больше мяса, и в течение третьего года обучения в старших классах я вырос на двадцать сантиметров. Теперь мой рост составлял сто семьдесят восемь сантиметров. Жалко, что я не дотянул до ста восьмидесяти, но это всё равно был хороший рост. Я был доволен.

— Вы Шэнь Цзяньго, верно?

Низкорослый мужчина выглядел не очень хорошо. Его лицо казалось бледным и бескровным на свету. Должно быть, он плохо выглядел из-за того, что поздно ложился спать.

— Директор Чжан сказала, чтобы вы сегодня спали в главной спальне. Если завтра утром вы будете живы, то сможете пойти на работу.

— Директор Чжан – это та женщина, чей номер телефона 94444? Она глава учебного института? В любом случае я просто переночую здесь одну ночь, что может пойти не так? Вы верите тем разговорам в интернете о том, что в этом месте водятся привидения? — спросил я, беззаботно улыбаясь.

Мужчина поднял на меня глаза. Я увидел рану на краю его лба и спросил с беспокойством:

— Что случилось с вашим лбом?

— О, я ударился, — вяло ответил мужчина.

— Вы уже знаете моё имя, поэтому могу ли я спросить, как мне к вам обращаться? — спросил я, по-дружески протягивая руку. Я знал, что это, возможно, мой будущий коллега.

Он не пожал мне руку. Его руки остались лежать на столе, и он улыбнулся.

— Моя фамилия Чжу.

— Это «чжу»в слове «мебель» или «чжу» в слове «место жительства»? Какая необычная фамилия.

Я немного неловко отдёрнул руку. Я не ожидал встретить такое неприветливое отношение со стороны коллеги, только начиная работать.

От старших студентов я слышал, что иногда старые сотрудники издевались над молодыми в офисе, в основном потому, что боялись, что их работу украдут. Хотя большинство этих людей поступали так по-детски только потому, что не обладали достаточными навыками, не были уверены в себе и считали, что новички представляют для них угрозу.

Я сказал себе не злиться и ответил на такое отношение улыбкой.

Мужчина уставился на меня, медленно качая головой.

— Ни то, ни другое.

— Тогда что?

— Это «чжу» в слове «бензопила».

Я слегка нахмурился. Внесена ли эта фамилия в Книгу фамилий?

— Вы принадлежите к этническому меньшинству? — спросил я с сомнением. В школе у меня было несколько одноклассников, принадлежавших к этническим меньшинствам, и у некоторых из них были очень странные фамилии, которые не фигурировали в Книге фамилий.

Он снова покачал головой, наклонил шею и медленно встал.

— Понимаете, я всегда был маленького роста. Высокие мальчики издевались надо мной с самого детства. Они пинали меня, били, говорили, что я не настоящий мужчина и заставляли снимать штаны, чтобы убедиться в этом. Однажды они взяли пакетики с сухим молоком, засыпали их мне в рот и сказали, что я должен пить больше молока, чтобы стать выше. Я чуть не задохнулся. Я сжимал горло и умолял их дать мне воды, но они только смеялись и говорили, что если я хочу пить, то могу пить только мочу.

Услышав это, я почувствовал горечь. Я отчасти понимал, почему его отношение ко мне было не очень хорошим. Высокие мальчики оставили у него психологическую травму. Его неприязнь была не ко мне конкретно, а к целой группе людей.

Но я верил, что, когда мы будем общаться в будущем, он поймёт, что я за человек, и я буду стараться использовать свой собственный опыт, чтобы помочь ему преодолеть это препятствие.

Я встал, обошёл стол и взял его правую руку в обе свои руки. Самым искренним голосом я проговорил:

— Это не ваша вина, а их! Неважно, в каком возрасте и по какой причине, издеваться над другими всегда неправильно!

— Я знаю, — лицо мистера Чжу было очень жёстким, а улыбка немного фальшивой. — Конечно, это была не моя вина, это они виноваты. Разве они не были высокими, потому что у них слишком длинные ноги? Нет проблем, мне просто нужно было отпилить им ноги!

— ...

Глядя на его радостное выражение лица, я на время потерял дар речи. Я не был студентом-психологом. У меня не было опыта в таких вещах. Я понятия не имел, как отговорить его от такой экстремальной идеи.

— Одна длинная нога, две длинные ноги, три длинные ноги, четыре... Так много, такие длинные, что я тщательно измерил и обрезал их, чтобы все они были одного роста со мной.

Лицо мистера Чжу было восторженным, как будто он погрузился в прекрасные воспоминания.

Это было неправильно! Я отпустил его руку и незаметно сунул руку в карман, желая позвонить в полицию.

— Когда я отпилил им все ноги, их крики звучали так восхитительно, как звуки природы. Я спрыгнул со здания под эти прекрасные звуки. Это был самый счастливый день в моей жизни.

Мистер Чжу встал и показал на свой лоб.

— Из-за того, что я спрыгнул со здания, у меня теперь рана на голове. Хотите я сниму шляпу и дам вам посмотреть.

— Мистер Чжу, вы никогда не думали о том, чтобы обратиться к психиатру?

Я нашёл свой телефон и быстро разблокировал его, пытаясь, не глядя, набрать 110. В этой ситуации смартфон был не так хорош, как телефон с клавиатурой. Я вообще не мог найти клавиши.

Мистер Чжу продолжил:

— Вы не особенно высоки, но у вас длинные ноги. Мне нравятся ваши ноги. Вы позволите мне их отпилить?

— Конечно, нет! — крикнул я, медленно отступая назад.

Мистер Чжу тоже встал. Он поднял левую руку, которая была спрятана под столом. В ней он держал бензопилу.

— Тогда мне придётся применить силу. Расслабьтесь, больно не будет.

Он медленно подошёл ко мне.

Я смотрел на него не мигая, не смея отвести взгляд и пытаясь подготовиться к внезапному нападению. Он двинулся вперёд, а я продолжал отступать, пока не упёрся спиной в стену. Ощущение холода подсказало мне, что я уже близко к двери, и я начал шаркать в том направлении.

Мистер Чжу, похоже, не спешил причинять мне вред. Он встал на носочки, облизал губы и смотрел, как я нащупываю дверную ручку, а затем толкаю дверь.

Дверная ручка не двигалась. Похоже, дверь был заперта.

— Вы не сможете выбраться, — заявил он, включив бензопилу, которая громко загудела, пронзая тишину ночи.

— Будьте паинькой. Дайте мне свои ноги, и я позволю вам уйти.

— Если я отдам их вам, я не смогу уйти!

Теперь убежать не было никакой возможности. Я бросился на него и схватил его за запястье, намереваясь выхватить бензопилу.

Глава 3 - Принятие предложения о работе (Часть 3)

Мистер Чжу оказался неожиданно слабым. Когда я схватил его за руку, он не смог поднять бензопилу.

— Ты!!!

Он в шоке уставился на меня, как будто хотел спросить, почему я такой сильный.

Конечно, потому что я регулярно занимался спортом, часто участвовал во внеклассных мероприятиях, выбрал тхэквондо в качестве факультатива и немного разбирался во всех видах боевых искусств. Справиться с обычным человеком было несложно.

Мистер Чжу отчаянно сопротивлялся. Бензопила, в конце концов, опасный инструмент, поэтому в схватке я порезал тыльную сторону руки.

К счастью, это была всего лишь небольшая рана. Я выхватил бензопилу и нажал на выключатель.

Бензопила реагировала не очень хорошо. Она не выключилась с первого раза, поэтому я нажал на выключатель сильнее. Кровь из пореза на тыльной стороне моей руки попала на выключатель. На этот раз бензопила выключилась легко. Жужжание прекратилось.

Я отшвырнул бензопилу. Разобравшись с опасным оружием, я теперь должен был разобраться с мистером Чжу. Если, как он сам сказал, он уже отпилил ноги нескольким людям, то я должен был вызвать полицию.

Но когда я посмотрел на него, то увидел, что мистер Чжу упал на пол, его глаза закатились, а язык высунулся.

Я быстро подбежал к нему, чтобы встряхнуть его, но он стал выглядеть ещё хуже. Его лицо было бледным и бескровным, как у трупа в телевизионной драме.

— Что с вами?

Хотя он только что пытался напасть на меня, я всё равно действовал в духе гуманизма, отвечая добром на зло. Если бы я получил отметку в личном деле за применение чрезмерной силы при самообороне, то найти работу было бы ещё сложнее.

— К-кровь...

Его ноги подкашивались на полу. Он выглядел очень больным, как будто у него вот-вот пойдёт пена изо рта.

— Кровь? — я посмотрел на свою раненую руку, затем помахал раной у него перед глазами. — Вы имеете в виду это?

— Кровь... — на лице мистера Чжу появилась мучительная гримаса.

Я сделал предположение, затем снял пиджак и рубашку, и с сожалением использовал свою недавно купленную белую рубашку, чтобы замотать рану и остановить кровь.

Как я и предполагал, мистер Чжу стал выглядеть гораздо лучше, когда кровь уже не была видна. Он медленно поднялся на ноги, прислонившись к стене. Он смотрел на меня с тревогой, постоянно поглядывая на бензопилу краем глаза.

Сначала я подумал, что он воспользуется случаем, чтобы поднять её и снова напасть на меня, но вместо этого, увидев бензопилу, он вновь упал. Его глаза закатились, он простонал:

— К-кровь...

Теперь я был ещё более убеждён. Я достал из сумки салфетку и вытер кровь с бензопилы.

Когда я убрал всю кровь в комнате, мистер Чжу наконец-то пришёл в себя. Он прижался к стене, мрачно глядя на меня.

— Чистая кровь Ян! Тебе двадцать шесть лет. Неужели ты до сих пор девственник?!

Я собирался хорошенько поговорить с мистером Чжу, но, когда я услышал эти слова, моё лицо сразу стало красным.

— Ну и что с того, что я девственник? — я был очень зол, я ненавидел подобные личные нападки. — В школе я был сосредоточен на учёбе, и не собирался выбирать партнёра наугад, основываясь на физиологических импульсах. Я бы не стал так играть с чувствами людей. Это было бы безответственно по отношению к себе и другим. Что плохого в том, чтобы быть девственником? Должен ли я пройти через сотни партнёров, чтобы стать мужчиной? Даже если я девственник, мой дух по-прежнему несгибаем, а моя совесть чиста.

Мистер Чжу, видимо, не ожидал, что я не буду унижен, как некоторые самодовольные парни, а, наоборот, буду честно защищаться. Он был ошеломлён моими словами и мог только смотреть на меня.

Я только что прошёл через схватку, и у меня не было сил спорить. Я пододвинул стул и сел.

— Нам нужно обсудить некоторые вещи. Вызову ли я полицию или нет, зависит от нашего разговора.

Мистер Чжу мрачно посмотрел на меня.

Я помахал ему своей раненой правой рукой. Увидев кровь, пропитавшую рубашку, он в ужасе отвернул лицо.

Наконец-то я смог подтвердить свою догадку. Я спросил:

— Мистер Чжу, вас тошнит от вида крови?

Должно быть, я попал в точку. Он повернул голову, чтобы посмотреть на меня.

— Когда вы увидели кровь, ваша хватка на бензопиле сильно ослабла, и вы отпустили её, позволив мне выхватить бензопилу, — проанализировал я. — После этого вы стали выглядеть нездоровым.

Мистер Чжу стукнул себя в грудь и начал сильно кашлять. Я хотел постучать его по спине, но когда он увидел, что я приближаюсь, он тут же закричал:

— А! Не подходи ко мне!

Мне оставалось только отступить к двери и спокойно ждать, пока он успокоится.

— Вы уверены, что мне не стоит вызвать скорую помощь? Даже если это всего лишь психологический вопрос, если у кого-то с сердечно-сосудистыми заболеваниями или астмой будет плохая реакция на вид крови, это может быть очень опасно.

Теперь мистер Чжу выглядел ещё хуже. Его губы были фиолетовыми, как у человека, которому трудно дышать.

— Не нужно!

Он яростно посмотрел на меня, а затем повторил:

— Почему ты девственник? Почему ты ещё девственник? Какова дата и время твоего рождения?

Я не хотел обсуждать с ним проблему девственности. Взгляды людей на мир формируются медленно, с течением времени; одной дискуссии было бы недостаточно, чтобы изменить их. Поэтому я ответил только на последний вопрос:

— Я родился около полудня в Национальный день.

— День с самой сильной энергией Ян...

Мистер Чжу снова начал бить себя в грудь. Казалось, он совсем не заботился о себе. Звуки ударов расстроили меня.

— Перестаньте бить себя! — сказал я ему. — Скажите мне правду. На основании вашего ответа я решу, стоит ли вызывать полицию.

— Меня тошнит при виде крови, — он с опаской посмотрел на мою руку, завёрнутую в рубашку. — Держи свою рану подальше от меня.

Я заложил правую руку за спину, затем спросил:

— Раз вы боитесь крови, как вы могли отпилить ноги другим людям? Это ненаучно.

— Научно? — он закатил глаза.

Поскольку мистер Чжу был так несговорчив, я мог только продолжать гадать.

— У вас часто бывают галлюцинации? Мой рост вызвал плохие воспоминания, и вы попытались сделать то, что вам привиделось? Это так?

Честно говоря, я надеялся, что мистер Чжу не был маньяком с бензопилой, который ранил людей. Он был невысокого роста, и ему не хватало уверенности в себе. Его жизнь была тяжёлой с самого начала. Если он действительно совершил преступление и должен был попасть в тюрьму, его будущее было бы ещё более трудным.

Теперь, когда у меня были доказательства того, что он боится крови, я, естественно, склонялся к мысли, что мистер Чжу временно сошёл с ума и что раньше он никому не причинял вреда.

Если это правда, то, пока я не узнаю, что мистер Чжу злонамеренно причинил вред другим, я могу посоветовать ему обратиться за лечением его психического заболевания. Тогда его состояние постепенно улучшится.

Я задал ещё несколько вопросов подряд, но мистер Чжу отказался сотрудничать. Он не хотел отвечать на мои вопросы прямо.

Больше я ничего не мог сделать. Я достал свой телефон и набрал номер 110. Если мистер Чжу действительно невиновен, полиция поступит с ним соответствующим образом.

Сигнал сотовой связи был плохим. Я несколько раз пытался дозвониться, но так и не смог. Я хотел выйти на улицу, чтобы поискать сигнал, но оставлять мистера Чжу одного было не лучшей идеей. А вдруг он снова сойдёт с ума и убежит с бензопилой?

Я был на пределе своих возможностей, когда зазвонил телефон. Это был номер «94444».

Сигнал появился!

Я поднял трубку и сразу же заговорил:

— Алло, я говорю с директором Чжан?

— Это... верно... бзззз... — голос директора Чжан был всё ещё медленным, а сигнал, как и прежде, был полон помех.

— Есть кое-что, о чём я хочу с вами поговорить. Проблема, касающаяся секретаря в квартире 404. Он называет себя мистером Чжу. Он не сказал мне своего настоящего имени. Не могли бы вы сказать мне, знаете ли вы о его психологическом состоянии?

— Я... знаю... бззз...

— Он пытался напасть на меня с бензопилой, но я отбился от него. Такое поведение очень опасно. Я думаю, что учебное руководство должно вмешаться. Кроме того, он говорил о самоубийстве, прыгнув со здания. Он даже сказал, что уже умер. Я думаю, что его психическое заболевание очень серьёзно. Ему нужно стационарное лечение.

— Он никогда.... никого не убивал... при жизни... бзззз...

Почему никто из людей в этом учебном заведении не мог рассуждать здраво! Почему они продолжали говорить о живых людях так, как будто они мертвы?

— Директор Чжан, мистер Чжу только психически болен, он не умер. Мы должны помочь ему, позаботиться о нём, а не игнорировать его, — произнёс я несколько возмущённо.

Сейчас мне было всё равно, что я разговариваю со своим будущим начальником. Я смогу обойтись без работы, где сотрудники пытаются отпилить тебе ноги.

— Бззт... я знаю... завтра... я пришлю... профессионала... бззт... оставайтесь здесь... сегодня вечером... номер банковского счета... перевод... эмоциональный ущерб... бззт...

Звонок директора Чжан снова оборвался. После всей этой суматохи у меня не осталось сил спорить, поэтому я отправил директору Чжан номер банковского счёта и имя пользователя, а затем повернулся посмотреть на мистера Чжу.

Он прислонился к стене с закрытыми глазами. Выражение его лица было измученным. Казалось, он заснул.

Я осмотрел три спальни. В каждой комнате стояла кровать. Я поднял мистера Чжу, чтобы уложить его в кровать.

Мистер Чжу проснулся. Он открыл глаза и посмотрел на меня, его лицо было испуганным, он начал бороться и попытался вырваться.

Я потерял дар речи. Почему он был напуган?

— Какая у вас комната? — раздражённо спросил я.

Он поднял голову и указал на самую тёмную комнату.

Я положил его на кровать, затем вздохнул.

— Раз директор Чжан говорит, что вы никого не убивали, я доверюсь вам. Завтра руководство пригласит психологического консультанта, чтобы он помог вам. Не пытайтесь скрыть свои проблемы. Я буду там с вами.

Услышав, что я приду, мистер Чжу встревожился.

Видя, что он действительно боится меня, я вышел из комнаты и закрыл дверь. Уходя, я сказал:

— Я буду спать в соседней комнате. Разбудите меня, если вам что-нибудь понадобится. Не думайте убегать с бензопилой. Я чутко сплю.

Чтобы он никому не навредил, я взял бензопилу и положил её на край кровати в своей спальне. Если бы кто-то пришёл взять бензопилу, я бы точно почувствовал это.

Лёжа в кровати, я думал о том, как мистер Чжу испугался меня. Наверное, он принял меня за одного из тех людей, которые издевались над ним раньше. Это заставило меня почувствовать себя плохо. Я не знал, жалеть его или злиться.

Моё тело было тяжёлым. Слишком много всего произошло этой ночью. Я закрыл глаза и постепенно заснул.

Когда я снова открыл глаза, было уже светло. Я вытер слюну с уголка рта, затем потянулся за бензопилой. Её не было!

Неужели я так крепко спал, что мистер Чжу пришёл и взял её, не разбудив меня?

Я вскочил с кровати и бросился в гостиную. Посреди комнаты стоял молодой человек с раскосыми бровями. Он был одет в жёлтый халат с вышитым на спине рисунком Восьми Триграмм. В руках он держал деревянный меч.

Мне показалось, что я попал в телевизионную драму. С некоторым подозрением я произнёс:

— Э-э... вы...?

Он оглядел меня с ног до головы, фыркнул, а затем холодно сказал:

— Тебе действительно повезло.

Глава 4 - Принятие моей должности (Часть 1)

Из того, что он сказал, я понял, что это профессионал, которого пригласила директор Чжан. Однако, его одежда была не очень профессиональной.

Сначала я пошёл в комнату мистера Чжу. Там не было не только бензопилы, но и мистера Чжу.

— Не надо его искать. Я уже позаботился об этом, — молодой человек посмотрел на меня, скрестив руки. — Ты должно быть очень смелый, раз осмелился спать в этой квартире целую ночь. Уходи скорее. Если ты останешься в этой квартире ещё дольше, я не знаю, как ты умрёшь.

Затем он быстро вышел из квартиры. Он пришёл и ушёл как ветер, даже не назвав мне своего имени.

Некоторое время я смотрел в пространство. Я не очень понимал, что он имел в виду, говоря «позаботился об этом» и «не знаю, как ты умрёшь». Я не обнаружил никаких следов мистера Чжу. Неужели молодой человек уже отвёз его на лечение?

Если это была правда, то я мог быть спокоен. Но с какой стороны ни посмотри, всё в этом молодом человеке – и его одежда, и его речь, и его поведение – не было похоже ни на психиатра, ни на полицейского. Мне стало не по себе. Я достал телефон, чтобы связаться с директором Чжан, чтобы расспросить её о том, что именно сделал этот профессионал.

Как только я разблокировал телефон, я увидел два текстовых сообщения. Они пришли, пока я спал. Одно из них было уведомлением о переводе средств из банка. Директор Чжан перевела мне пятнадцать тысяч юаней. Другое сообщение было с номера 94444: «Десять тысяч – это компенсация за эмоциональное потрясение. Пять тысяч – ваша зарплата за первый месяц вперёд, чтобы помочь вам освоиться на новом месте. Мистера Чжу забрали, чтобы позаботиться о нём должным образом. Вам нет нужды беспокоиться. В квартире 404 будут жить ещё двое ваших коллег, в том числе один, который переедет в бывшую комнату мистера Чжу. Они работают днём и будут возвращаться домой только ночью. Они не будут вас беспокоить. Все занятия в нашем институте проходят вечером. Я пришлю вам расписание занятий вечером. Днём вы можете делать всё, что захотите.

Я ещё не сказал, что хочу работать у вас! Какой человек захочет работать в месте, где ему накануне чуть не отпилили ноги потенциальные коллеги?

Но когда я посмотрел на пятнадцать тысяч юаней, я...

Я решил связаться с директором Чжан и всё обсудить. Если она сможет гарантировать, что мистер Чжу не совершал никаких преступлений и что он получает надлежащее лечение, а двое других коллег не разделяют его увлечения, я готов был работать в учебном институте ради этих пятнадцати тысяч юаней.

Но телефон директора Чжан по-прежнему был вне зоны доступа. Неужели она была в горах в какой-то другой стране? Почему сигнал был таким плохим?

Я обошёл квартиру несколько раз. Эти пятнадцать тысяч юаней в банке были очень обременительны. Работодатель уже проявил столько искренности, не будет ли неблагодарно с моей стороны отказаться?

В это время мне позвонил менеджер общежития и спросил, когда я планирую съехать. Там был новый аспирант, который хотел переехать.

Я ещё раз взглянул на сообщение о переводе пятнадцати тысяч юаней. Я стиснул зубы и скрепя сердце ответил, что уже нашёл новую работу и вернусь, чтобы забрать свои вещи.

Я не мог упустить эту работу из-за других работников. Я должен был переехать.

Теперь, когда у меня были деньги, я больше не думал об аренде такси. Я вернулся в общежитие, упаковал свои вещи и коробки и нанял компанию по переезду, чтобы она помогла мне переехать.

После того как я перевёз свои вещи в поместье «Дальний берег», я отправился в супермаркет, чтобы купить некоторые основные товары. Я сменил постельное бельё, прибрался в квартире и поменял шторы на более тонкие.

Я не осмелился трогать комнаты двух других коллег. Я прибрался только в местах общего пользования.

В комнатах было очень пыльно. Я представить не мог, как остальные жили здесь раньше. Как они могли жить в такой грязной квартире?

Квартира была хорошо оснащена бытовой техникой. Здесь были стиральная машина, холодильник и бак для нагрева воды. Но кастрюли и миски были покрыты ржавчиной. Я действительно не мог ими пользоваться. Я планировал в будущем готовить себе еду сам, чтобы сэкономить немного денег, поэтому купил новую посуду.

Я не стал выбрасывать старую посуду, а приложил все усилия, чтобы почистить её.

Кран на кухне, видимо, не использовался очень долгое время. Когда я включил его, вода была красной, как кровь, вся в ржавчине. После того как я спустил воду некоторое время, она, наконец, очистилась. Кран в ванной был таким же.

Уборка такой грязной квартиры заняла много времени. Когда я закончил, было уже шесть часов вечера. Готовить было уже поздно. Я заказал еду на вынос, съел её и выбросил мусор, а потом пошёл в душ.

Что касается принятия душа, то я, к счастью, оказался довольно сообразительным. Я вовремя вспомнил, что в кранах в ванной и на кухне была ржавчина, поэтому сначала дал воде стечь, пока она не стала чистой, прежде чем решился принять душ. В противном случае я мог бы оказаться весь в красных пятнах.

После душа я почувствовал себя измотанным. Я лёг в постель и заснул в лучах заходящего солнца.

Когда я открыл глаза, было совершенно темно. Я посмотрел на свой телефон и увидел, что сейчас 23:59. Никаких сообщений или звонков не было.

Разве директор Чжан не сказала, что пришлёт мне расписание занятий сегодня вечером?

Теперь, когда мне заплатили, я не мог бездельничать. Я взял инициативу в свои руки и сам позвонил директору Чжан. На этот раз сигнал был в порядке. Звонок прошёл.

— Директор Чжан, почему бы нам не добавить друг друга в WeChat? У вас всегда плохой сигнал, — я сразу перешёл к делу, как только звонок соединился. Мне нужно было сказать важные вещи. Что, если звонок снова прервётся, и я потеряю шанс сказать их?

— Бззт... всё... правильно... бззт...

Директор Чжан была пожилой? Её речь становилась всё медленнее и медленнее.

Мы добавили друг друга в WeChat, и я сразу же отправил ей сообщение: «Директор, как там мистер Чжу?»

«Госпитализирован».

Она также прислала мне фотографию мистера Чжу в больничном халате. Похоже, он был за границей. Табличка с именем на его груди была не на китайском. На ней было написано «jutuigui»*.

*Призрак, отпиливающий ноги

Похоже, его фамилия действительно была Чжу. Как же тогда его полное имя?

Я долго пытался понять, как его могли звать, но потом сдался. В любом случае мистера Чжу госпитализировали. Окружающая обстановка выглядела довольно хорошо. Наконец-то я мог расслабиться на этот счёт.

«Значит, мистер Чжу действительно никому не причинил вреда?»

«Нет», — ответ директора Чжан был таким же лаконичным, как и раньше.

Я поверил ей, потому что лично я был склонен верить, что мистер Чжу никому не причинил вреда. В конце концов, он боялся крови. Добровольно он бы никому не причинил вреда.

Теперь, когда он проходил специализированное лечение, я надеялся, что он сможет преодолеть эту психологическую травму и смотреть на жизнь с позитивным настроем.

«Директор Чжан, пожалуйста, пришлите мне расписание занятий и учебный план. Я надеюсь, что у меня будет время подготовиться».

«Завтра в полночь, средняя школа «Беневоленс», третий год, четвёртый класс. Лекция на любую тему».

«...»

Время занятие оказалось совершенно против моих ожиданий. Это было не международное учреждение, которому нужно было налаживать контакты с партнёрами за рубежом. Почему занятия должны были проходить ночью? И разве средняя школа «Беневоленс» не закрылась три года назад? Вроде, один из её учеников спрыгнул со здания. После этого многие ученики сменили школу. Частная школа, в которой когда-то было так много учеников, не смогла продолжать обучение и закрылась. Как там могли проходить занятия? Но школьные здания всё ещё были на месте. Их можно было бы сдавать в аренду.

Если отбросить первые два пункта, оставался последний – о том, что я могу читать лекции обо всём, что мне нравится. Что это значит? Разве вы не знаете, чему учите в своём учебном заведении?

Я уже собирался обсудить это с директором Чжан, когда она быстро отправила два сообщения:

«Я иду спать».

«Спокойной ночи».

Затем она удалила свои сообщения одно за другим, как будто не хотела, чтобы я сделал скриншот. Было удалено всё: от «Госпитализирован» до «Я иду спать». Осталось только «Спокойной ночи».

Неужели мы действительно разговаривали меньше двух минут? Она даже смогла удалить первое сообщение. Что это была за теневая технология?

Это было очень необычно. Я позвонил ей снова. Конечно, она была вне зоны доступа.

Я был поражен её небрежным поведением и уставился в стену. Затем я услышал звук смываемого унитаза в ванной комнате и подумал, что пришли мои коллеги.

Я должен поприветствовать своих коллег и попросить совета у старших. Они уже некоторое время работали в учебном заведении. Они должны знать, что преподавать, и с какими учениками мне придётся иметь дело.

Я вышел из своей комнаты и увидел, что обе другие двери плотно закрыты. Я не знал, в какую постучать.

Не думаю, что это хорошая идея – беспокоить людей посреди ночи. Я нерешительно вошёл в ванную, размышляя, не лучше ли спросить об этом на следующее утро. Была уже полночь. Мне нужно поспать.

Я собирался пойти в туалет, а потом снова лечь спать, но когда я открыл крышку унитаза, то увидел клубок длинных чёрных волос, плавающих в унитазе.

При виде этого зрелища вся кровь в моём теле прилила к лицу. Я сразу же вышел из туалета и встал посреди гостиной.

— Кто бросил парик в унитаз? Разве вы не понимаете, что он засорится? Неужели у вас нет никакого духа общественного порядка? — закричал я.

Я действительно был в ярости!

Глава 5 - Принятие моей должности (Часть 2)

Я долго стоял в гостиной и кричал, но двери двух комнат оставались закрытыми.

Что я мог сделать? Я не мог уподобиться мистеру Чжу и взять бензопилу, чтобы выплеснуть своё разочарование. Пришлось спуститься вниз и пойти в круглосуточный магазин у ворот поместья, чтобы купить вантуз, пару резиновых перчаток и ножницы.

Когда я вернулся в квартиру, волосы всё ещё плавали в унитазе. Возможно, из-за того, что вода переполнилась, волос стало больше, чем раньше. Я отложил вантуз в сторону и попытался спустить воду. Толстый парик перекрыл смыв, и вода не уходила. Унитаз был полностью забит.

Пришло время использовать мой недавно купленный вантуз для прочистки туалета!

Я направил вантуз в трубу и с силой надавил на него. Вода немного спустилась, но волосы всё ещё плавали там. Я следовал инструкции, нажимая и смывая в течение получаса. Иногда волосы на некоторое время опускались вниз, а затем снова всплывали. Я никак не мог решить проблему засорения унитаза.

Больше ничего нельзя было сделать. Пришлось прибегнуть к крайнему методу.

Я надел резиновые перчатки, взял ножницы и начал отрезать волосы. Вантуз использовал давление, чтобы заставить предмет, блокирующий водопроводную трубу, сместиться или раствориться. Но поскольку сами волосы запутались в трубе, казалось, что этого небольшого давления было недостаточно. Но если я продолжу отрезать волосы по частям, это должно ослабить путаницу.

Если подумать, этот парик был довольно хорошего качества. Должно быть, он был сделан из настоящих волос. Такой парик стоил намного дороже, чем из синтетических волокон. Кто из моих коллег был настолько расточителен, чтобы выбросить такую дорогую вещь?

Когда я отрезал все волосы, я снова яростно принялся за вантуз. На этот раз результат был хорошим. Послышался стук, и спутанные волосы наконец-то распутались. Я снова надавил на ручку унитаза. На этот раз все волосы были смыты.

Чтобы предотвратить повторное появление некоторых прядей волос, я не ослаблял давление, пока не спустил воду ещё несколько раз.

Когда я закончил всё это, прошёл уже целый час. Мой лоб покрылся потом. Я тщательно вымыл перчатки, вантуз, ножницы и себя, убрал всё на место и наконец вышел из ванной.

Как только я вышел, я подпрыгнул. В гостиной стоял мужчина в очках в чёрной оправе и костюме Чжуншань и смотрел на меня.

Я почувствовал себя неловко. Указывая на ванную, я сказал:

— Извините, я вас разбудил? Унитаз был засорён. Я всё прочистил.

Он пристально смотрел на меня, не говоря ни слова. Мне нужно было придумать что-то, о чём можно было бы продолжить разговор.

— Кто-то бросил в унитаз парик. Я боялся, что он будет мешать другим людям, поэтому попытался смыть его. Меня зовут Шэнь Цзяньго. Я только сегодня переехал. Теперь мы будем соседями по комнате. Как мне к вам обращаться?

Я тепло протянул руку.

Но он держал руки в карманах своих брюк и пристально смотрел на мою руку. Хриплым голосом он ответил:

— Лю Сишунь. Я живу здесь уже несколько лет.

Я вспомнил, что только что спустил воду в туалете. Несмотря на то, что я вымыл руки, всё равно были люди, которым могло быть неприятно. Я неловко отдёрнул руку и проговорил:

— Мне очень жаль, что я вас побеспокоил.

Лю Сишунь выглядел очень утончённым. Он не был похож на трансвестита. Парик, вероятно, был не его.

— Всё в порядке. Я поздно ложусь спать.

— Вы тоже преподаёте в учебном заведении? — спросил я.

— Можно и так сказать.

— О. Я слышал от директора Чжан, что у меня будет два соседа, которых я смогу видеть только ночью. Вы, должно быть, один из них. Теперь мы будем жить под одной крышей. Мы можем присматривать друг за другом.

— Да.

Лю Сишунь сделал шаг назад. Казалось, он не хотел подходить ко мне слишком близко.

Мне стало обидно. Неужели от меня плохо пахло после уборки туалета? Я надеялся, что так оно и есть. В противном случае, если бы меня отверг коллега, с которым я только что познакомился, я бы очень расстроился.

— А другой мой коллега? Надеюсь, я его тоже не побеспокоил, — продолжил говорить я.

— Вы его только что смыли... О, нет, парик, который вы спустили, принадлежал нашему коллеге. Думаю, теперь у нас никто не поселится, — ответил Лю Сишунь.

— Почему? Разве я сделал что-то не так? Разве этот парик не должен был быть выброшен?

— Дело не в этом. Она собиралась переехать в комнату Лао Чжу, но теперь, когда вы живёте здесь, ей было бы неудобно жить с джентльменом. Она решила не переезжать.

— Значит, другая коллега – дама. Это немного неловко, но если она не будет жить в жилье работодателя, не будет ли это экономическим бременем для неё?

Я был обеспокоен. В конце концов, я знал, что такое бедность.

— Всё в порядке. Она нигде не платит за проживание. Просто через некоторое время её выгоняют. Иногда её даже бьют.

Бьют? Мне стало не по себе.

— Она живёт в доме своего парня? Там над ней издеваются? Этого нельзя допустить. Может, мне позвонить в полицию?

Учитель Лю всё это время был безучастен. Теперь он улыбнулся и медленно направился ко мне, не останавливаясь, даже когда оказался прямо у моего лица. У меня не было привычки сталкиваться с незнакомцами, поэтому я был вынужден отступить. Но он продолжал приближаться, пока я не упёрся в стену. Учитель Лю вынул левую руку из кармана и прижал её к стене.

— Вы идете по своему освещённому солнцем пути, а мы по нашему мосту Найхэ*. Директор Чжан наняла вас для преподавания, поэтому я не буду вам мешать. Но не лезьте не в своё дело.

*мост, через который души переходят, чтобы перевоплотиться.

Мне... угрожают? Почему он угрожает мне за беспокойство о коллеге, с которой я даже не знаком?

Я был человеком, который смотрел детектива Конана. Я быстро проанализировал диалог, который мы только что провели. Когда я исключил невозможное, всё, что осталось, каким бы невероятным оно ни было, было правдой!

— Вы тоже издеваетесь над этой женщиной? Бросила ли она парик в унитаз в знак молчаливого сопротивления?

Я быстро создал мысленный образ слабой женщины, подвергшейся насилию. Получив ключи от квартиры 404 от директора Чжан, она пришла сюда посреди ночи, со злостью бросила парик в туалет, затем развернулась и ушла из этого места, где ей причинили боль.

Выражение лица Лю Сишуня напряглось. Я отбросил руку, которой он прижимался к стене, и бесстрашно посмотрел прямо в его тускло-голубоватые глаза.

— Я человек, который только недавно вошёл в общество. На работе я могу столкнуться со многими негласными профессиональными правилами. Я готов к этому. Пока они не противоречат закону, я могу подавить свои эмоции и спокойно принять руководство. Но если ваше поведение зашло так далеко, что причиняет вред другим, я не могу сидеть и смотреть. Пожалуйста, скажите мне, как связаться с этой коллегой. Если она не осмеливается, тогда я добьюсь справедливости для неё!

Я всегда мог найти новую работу, но я не мог потерять свои принципы. Если прямо на моих глазах совершалось преступление, я не мог просто смотреть в другую сторону.

Лю Сишунь, должно быть, испугался моего внушительного вида. Он отступил назад, и я последовал за ним, давя на него так же, как он только что сделал это со мной. На этот раз Лю Сишунь оказался спиной к стене.

Я ударил по стене и громко сказал:

— Говорите! Вы издевались над ней?

— Н-нет...

Руки Лю Сишуня неестественно задрожали, а ноги начали подкашиваться. Весь пыл из него улетучился.

— А почему она бесплатно ночует в чужих домах и подвергается побоям?

— Она пробирается ночью в чужие дома. Когда они узнают об этом, то выгоняют её, — Лю Сишунь опустился на корточки, закрыв голову руками. — Ваша рана открыта, не подходите ко мне...

Побирается ночью в чужие дома? Была ли она воровкой или сквоттером*? Кто были эти люди, с которыми я работал!

*Сквоттеры (от англ. squat) – мошенники, которые незаконным путем вселяются в пустующие жилые помещения, с целью присвоения чужой недвижимости.

Я помог Лю Сишуню встать.

— Свяжитесь с ней. Скажите ей, чтобы она переехала сюда и больше не занималась незаконными делами! Я могу гарантировать свою моральную чистоту. Я ни в коем случае не буду ей мешать. Пока она соблюдает закон, я не позволю никому причинить ей вред!

— Я... я свяжусь с ней, не трогайте меня! — закричал Лю Сишунь.

Он действительно был бумажным тигром, свирепым снаружи, но слабым внутри. Только что он был таким внушительным, но как только я ударил кулаком по стене, он струсил.

Я сжал руку в кулак. Лю Сишунь испуганно достал телефон, отвернулся и набрал номер. Пока он стоял спиной ко мне, я разжал руку. Сегодня у меня не было времени ехать в больницу. Я просто наспех забинтовал рану. Она не успела зажить, а теперь снова открылась. Было очень больно.

— Привет. Тебе нужно поскорее вернуться, — быстро произнёс Лю Сишунь в трубку. — Нет, ты должна вернуться, иначе я...

Слушать чужие телефонные разговоры было неприлично, поэтому я вернулся в свою комнату, чтобы взять аптечку и заново забинтовать рану.

Когда я вышел из комнаты, в гостиной стояла коротко стриженная женщина в белой одежде. Она была вся мокрая и мрачно смотрела на меня.

Лю Сишунь был очень эффективен! Она так быстро вернулась. Справедливости ради, парик она выбросила совсем недавно. Далеко бы она не ушла.

— Здравствуйте, меня зовут Шэнь Цзяньго, — сказал я ей дружелюбно. — Я недавно нанятый учитель. Могу я узнать ваше имя? Какую работу вы выполняете?

— Ли Юаньюань... туалет... чищу... — произнесла Ли Юаньюань длинным и тягучим голосом.

Возможно, она была немного близорука. Её взгляд, когда она смотрела на меня, был очень прямым, а её глаза совсем не двигались.

— Почему вы вся мокрая? Кто-то издевался над вами?

Я не мог вынести вида её промокшей одежды. Девушке действительно было тяжело на улице.

Казалось, она хотела кивнуть, но потом посмотрела на меня и покачала головой.

— Нет... я спустилась в канализацию... чтобы поплавать...

Что за чушь.

Если Ли Юаньюань не хотела говорить, то я не буду переспрашивать. У каждого были свои проблемы. Я не мог вмешиваться в её жизнь. Пока она могла гарантировать, что больше не будет пробираться в чужие дома и не будет вынуждена покинуть общежитие из-за моего присутствия, я не стал бы лезть в её дела.

И я также не стал упоминать, что её стрижка выглядит так ужасно, как будто её погрызла собака!

Когда мы узнаем друг друга получше, я спрошу, где она стрижётся. Я точно буду избегать этой парикмахерской!

— Вы только что переехали. Где ваш багаж?

— Мне ничего не нужно... —  Ли Юаньюань снова медленно покачала головой.

Я взял новое полотенце и новый набор банных принадлежностей из своей комнаты. Я купил их в тот день. На них всё ещё были бирки.

— Это для вас, — сказал я. — Идите примите горячую ванну, чтобы не простудиться. Не волнуйтесь, меня не интересуют женщины. Я ничего с вами не сделаю. Давайте жить здесь в мире.

Чтобы дать Ли Юаньюань немного передохнуть, я потянул Лю Сишуня в свою спальню.

— Чего вы хотите? — испуганно спросил Лю Сишунь, отступая в угол.

— Не волнуйтесь. Мне нравятся парни, но вы не в моём вкусе! Я просто хочу, чтобы Ли Юаньюань было удобнее. В то же время, я хотел бы попросить у вас совета по поводу того, что я должен преподавать завтра.

Глава 6 - Принятие моей должности (Часть 3)

Изначально я вышел из своей комнаты, чтобы спросить у коллег, что преподавать завтра. Эта школа была полна ненадёжных типов, начиная с директора и заканчивая уборщицей туалетов. Они даже не заставили меня подписать трудовой договор и тайком отправили зарплату за первый месяц, пока я спал.

Конечно, это было хорошо для меня. Отсутствие контракта означало, что я могу в любой момент покинуть школу без каких-либо ограничений.

Но, взяв аванс, даже если в школе были нарушения, я всё равно должен был отработать ту зарплату, которую мне выдали. Даже если стиль директора Чжан был мягким, я не мог быть небрежным.

Это был принцип хорошего человека.

— Я хотел бы спросить, какую группу студентов я буду обучать завтра, — скромно обратился я к Лю Сишуню. — Это занятия по повышению квалификации, подготовки к вступительным экзаменам в аспирантуру или письменным экзаменам для государственных служащих, или что?

Лю Сишунь удивился. Он немного подвигал очками и ответил:

— Ничего из этого.

— Ну, а что вы обычно преподаёте?

— Я просто учу, как правильно быть человеком, — произнёс Лю Сишунь. — Вы действительно можете говорить всё, что хотите. Всё будет хорошо.

— И это учебное заведение может найти учеников? — не удержался я. Это действительно была схема MLM? Но какая MLM-схема может так работать?

— Учеников не так много. В конце концов, в наши дни всех кремируют.

Лю Сишунь вздохнул и сказал с меланхоличным выражением лица:

— Я всё ещё помню, что во времена Республики повсюду были компаньоны. Было совсем не одиноко. Но с момента основания Народной Республики нас становится всё меньше и меньше.

Я никак не мог его понять.

— Могу ли я спросить, чем занимается учитель Лю? — рискнул я.

— О, я люблю писать странные истории, чтобы заработать немного денег на стороне. Я также работаю в школе, преподаю народный язык.

— О, учитель китайского и писатель на полставки, — кивнул я.

Неудивительно, что я не понимаю, о чём он говорит. Это было нормально, когда у писателя были необычные идеи. Я вспомнил, что читал где-то в интернете, что после основания Народной Республики некоторые творцы были ограничены в писательстве. Учитель Лю, должно быть, говорил о таких вещах.

— Я просто учу читать и говорить. Это не значит быть учителем китайского языка, — произнёс Лю Сишунь. — Вы, может быть, не знаете, учитель Шэнь, сегодня люди становятся всё хуже и хуже с каждым поколением. У меня сердце разрывается, когда я думаю о том, какими мы были тогда. Некоторые из новичков даже не могут нормально говорить. Это действительно душераздирающе. Что я могу сделать в учебном заведении, так это научить их говорить. Например, Ли Юаньюань. Когда она только пришла, она не могла произнести ни слова, поэтому директор Чжан заставила её жить со мной для дополнительных занятий. Сейчас ей уже лучше, но она всё ещё говорит немного медленно.

В этот момент я понял, каких студентов должно быть обучает этот учебный институт.

Похоже, это были люди, находящиеся на краю общества, как мистер Чжу, страдающий от психического расстройства из-за своего маленького роста, или как Ли Юаньюань, у которой были особые увлечения и проблемы с общением с другими людьми.

Для этих людей самым важным было приобрести навыки интеграции в обществе и получить психологическую консультацию. Некоторые предметы, которые обычно фигурировали на экзаменах, были не так важны.

И неудивительно, что директор Чжан сказала, что я могу говорить всё что угодно. Возможно, она наняла меня, потому что ей понравились мои знания в области идеологического и политического образования, и она надеялась, что я смогу помочь этим студентам сформировать правильное мировоззрение.

Директор Чжан действительно должна была быть человеком с добрым сердцем, чтобы додуматься до создания такой школы. А учитель Лю, терпеливо обучающий этих студентов общению с обычными людьми, должно быть, тоже очень добрый человек. Я действительно обидел его раньше.

Когда он предупредил меня не вмешиваться в их дела, он, должно быть, беспокоился, что я могу ненароком обидеть этих чувствительных людей.

Я схватил Лю Сишуня за руку, переполненный извинениями и искренностью.

— Я неправильно вас понял. Учитель Лю – нравственный учитель, который заботится о своих учениках, пример, на который я должен равняться. Это моя первая работа. Мне очень повезло, что я встретил такого учителя, как учитель Лю.

Лю Сишунь вздрогнул.

— Если вам есть что сказать, просто скажите, не надо меня трогать.

Должно быть, он был напуган моим предыдущим публичным заявлением о моей сексуальной ориентации. На вид учителю Лю было около сорока лет. Я предполагал, что ему будет трудно принять тот факт, что моя сексуальная ориентация отличается от ориентации других людей. Само собой разумеется, что он будет бояться физического контакта.

Я отпустил учителя Лю, поклонился ему и громко сказал:

— Я прошу прощения за своё грубое поведение.

Учитель Лю снова вздрогнул, услышав мои оперные интонации.

Может быть, его напрягало то, что он был наедине со мной в моей спальне. К этому времени прошло достаточно времени, чтобы Ли Юаньюань приняла ванну, поэтому я открыл дверь и сказал:

— Уже так поздно. Учитель Лю должен пойти отдохнуть. Рано ложиться и рано вставать – полезно для здоровья.

Лю Сишунь увидел, что я открыл дверь, и выбежал из моей комнаты так быстро, что я едва мог разглядеть, как двигаются его ноги.

Мне было немного обидно. Мы были коллегами и должны были стать соседями. Из-за импульсивной ошибки я ранил чувствительное и хрупкое сердце учителя Лю. Я действительно был неправ. Я должен был найти возможность пожать руку и помириться с ним как-нибудь в другой раз.

Лю Сишунь поспешил выйти из моей комнаты и сразу же направился в свою. Он плотно закрыл за собой дверь, чтобы не дать мне войти.

Я тоже собирался лечь спать, но услышал шум воды, доносившийся из ванной. Это не было похоже на душ.

Дверь была приоткрыта, а свет выключен.

Я включил свет в гостиной и при тусклом освещении заглянул в ванную. Ли Юаньюань сидела на корточках возле унитаза и серьёзно смотрела в него. Её голова была почти внутри.

У особенных людей были свои навязчивые идеи. Неудивительно, что директор Чжан поручила Ли Юаньюань чистить туалеты.

Я толкнул дверь в ванную. Учитывая приличия в отношениях между мужчинами и женщинами, я не стал заходить внутрь, а встал у двери и сказал:

— Уже поздно. Вам пора ложиться спать.

Ли Юаньюань увидела, что я стою у двери, и отшатнулась от меня, схватившись за волосы.

Казалось, она не понимала, что я говорю. Её глаза напряглись, и она посмотрела на унитаз... и на вантуз рядом с ним.

— Вам лучше вернуться в свою комнату и лечь спать, — посоветовал я так мягко, как только мог.

— Я хочу... спать здесь...

Ли Юаньюань положила голову на бачок с водой в туалете и тихо закрыла глаза.

Я не мог понять её одержимость унитазом, но если она действительно будет спать здесь, то мне будет неудобно вставать ночью в туалет.

— Вам нравится уборная или только унитаз? — я пытался с ней поговорить.

Ли Юаньюань задумалась на мгновение, затем указала на унитаз.

— Это.

— Хорошо, завтра я куплю вам чистый унитаз и поставлю его в вашей комнате, чтобы вы могли видеть его перед сном каждый день, хорошо?

Ли Юаньюань немного помедлила с ответом. Спустя более десяти минут она жёстко кивнула, встала, посмотрела на меня и сказала:

— Договорились.

— Да, договорились. Я подарю его вам.

— Никаких отказов, иначе... — произнесла она. Она посмотрела на мои сильные руки и покачала головой. — Никаких «или-или».

После этого она встала и вышла из ванной, словно плывя. Она зашла в комнату, где раньше жил мистер Чжу, и закрыла дверь.

По крайней мере, она ушла. Я вытер пот и неловко пошёл в ванную. Вымыв руки, я вернулся в свою комнату, чтобы поспать.

Я спал до тех пор, пока не стало светать. Открыв шторы, я немного погрелся в лучах солнца. Я потянулся и сделал комплекс упражнений для укрепления тела.

Двери учителя Лю и Ли Юаньюань были открыты, и они ушли. Я слишком крепко спал и не слышал, как они уходят. В следующий раз я должен был встать вовремя, чтобы пожелать им удачного дня.

Через двери я увидел их комнаты, в каждой из которых стояла односпальная кровать и письменный стол. Все простыни и одеяла были белыми, и обе комнаты были почти одинаковыми.

Единственное различие заключалось в том, что у учителя Лю на столе лежала книга, а у Ли Юаньюань на кровати лежал грязный короткий парик.

Это вполне соответствовало их характерам.

Я дал обещание Ли Юаньюань и не мог отказаться от своего слова. Позавтракав, я отправился в магазин сантехники и выбрал унитаз, точно такой же, как в квартире 404.

Если добрая директор Чжан узнает об этом, она сможет возместить мне ущерб, подумал я, полный надежд.

Я купил ещё два светильника, один для гостиной и один для своей комнаты.

Услышав, что светильники предназначены для квартиры 404 поместья «Дальний берег», техники по освещению отказались идти туда. Один из них также сказал мне:

— Молодой человек, вы не должны жить в этом месте только потому, что там дешёвая аренда. Там водятся привидения. Мои родственники снимают квартиру 403. Я слышал, что туалет в 404-й всё время спускает воду посреди ночи, и там всегда слышен звук бензопилы. Это очень страшно!

Должно быть, он говорил о мистере Чжу и Ли Юаньюань. Кто бы мог представить себе реальность, не соприкасаясь с ними?

Они были просто эксцентричными жильцами, но молва превратила их в призраков. Наверное, так было всегда.

Я ничего не мог сказать ему. Видя, что он действительно не хочет идти, я спросил о способе установки, планируя установить их самостоятельно.

Он очень смутился и сделал мне скидку. Я не винил его за то, что он не помог мне с освещением.

Донеся унитаз до дома через плечо, я поставил его в комнате Ли Юаньюань. Первый подарок, который я сделал девушке в своей жизни, и это был унитаз. Даже смешно подумать об этом.

Следуя инструкциям, которые преподал мне техник, я аккуратно установил светильники. Когда я закончил всю работу, было уже за полдень. Мне нужно было начинать думать о том, какой урок я проведу вечером.

На самом деле, у меня уже были кое-какие мысли. Поскольку директор Чжан надеялась, что я смогу помочь её ученикам сформировать правильное мировоззрение, естественно, что начинать надо было с развития мышления.

Я достал из книжного шкафа учебник «Идеологическое и моральное воспитание студентов университета». Это был учебник, одобренный Министерством образования, наиболее подходящий для студентов, которым предстояло вступить в общество, и способный помочь им сформировать три самых основных мировоззрения. Конечно, это была самая подходящая книга и для учеников школы подготовки.

Я потратил вторую половину дня на подготовку. Я ознакомился с введением, посвящённым психологии особых групп, чтобы внести соответствующие изменения в учебную программу.

Я лёг спать в восемь часов вечера и проснулся в 23:30. Вскоре после того, как я спустился вниз, автобус с номером «444» остановился у жилого комплекса.

Когда я вошёл в автобус, я был поражён. Одно сиденье было выкрашено в зелёный цвет. На нём была надпись: «Место учителя Шэнь Цзяньго, никаких других пассажиров». Это было похоже на место беременной женщины в автобусе.

Я потерял дар речи. В автобусе не было других пассажиров. Я был единственным. Почему для меня сделали это специальное сиденье? Другие сиденья были красными, а моё было единственным зелёным. Было очень неловко.

Водитель увидел, что я неподвижно замер, сказал:

— Садитесь, это место специально для вас.

Что я мог сказать? У него было доброе намерение. Я смирился с тем, что ко мне относятся как к беременной женщине, и сел.

Глава 7 - Принятие моей должности (Часть 4)

На этот раз в автобусе было не так холодно, и я чувствовал себя очень комфортно.

Водитель молчал. В полумраке я быстро заснул на своём сиденье. Во сне я почувствовал вокруг себя резкий порыв ветра. Когда я открыл глаза, мне показалось, что холодный ветер унёсся от меня прочь. Должно быть, водитель включил кондиционер на полную мощность.

Всю дорогу до средней школы «Беневоленс» я беспокойно дремал. Водитель остановил автобус и сказал:

— Выходите. Занятия обычно длятся два часа. Я заеду за вами через два часа, и буду ждать до пяти часов утра. Если к пяти вы не выйдете...

Водитель посмотрел на меня очень серьёзно. Его глаза блестели в ночи.

Я быстро ответил:

— Вам не нужно ждать до пяти часов, даге*. Это такая тяжёлая работа – выезжать посреди ночи. Если я опоздаю на пять минут, вы можете пойти домой и отдохнуть. Я вернусь на велосипеде. Сейчас лето, ночи приятные. Я могу немного потренироваться.

*Дагэ (大哥, dàgē ) – самый старший брат в семье, а также вежливое обращение в дружеском разговоре.

Водитель проигнорировал меня и упрямо повторил:

— Я буду ждать до пяти часов. Надеюсь, вы сможете выйти.

Он действительно был преданным и добросердечным коллегой. Как новый специалист, я буду брать с водителя пример и стану серьёзным и ответственным учителем.

Как только я вышел, водитель моментально уехал на школьном автобусе. Он действительно был деятельным человеком.

Я поднял голову и посмотрел на своё будущее место работы. Средняя школа «Беневоленс» была закрыта уже три года. Со стороны она выглядела очень заброшенной. Ворота были покрыты пылью и паутиной. Очевидно, сюда давно никто не заходил.

Глядя на запертую дверь, я задумался о том, как попасть внутрь. Раз директор Чжан арендовала школьный класс, не могла ли она также нанять кого-нибудь, чтобы присматривать за дверью?

Видя, что время начала занятий приближается, я достал свой телефон и отправил сообщение директору Чжан: «Ворота средней школы «Беневоленс» заперты. Как я могу попасть внутрь?

Директор Чжан, должно быть, следила за новостями о своём новом сотруднике. Она сразу же ответила: «Восточная сторона, маленькая дверь».

Затем она отправила ещё одно сообщение: «Ученики очень непослушные и могут притвориться привидениями, чтобы напугать вас. Если вы не боитесь, всё будет хорошо».

Конечно, я не боялся каких-то шалостей. Во время учёбы, студенты часто разыгрывали друг друга.

Я быстро побежал на восточную сторону, закинув сумку с книгами на спину и действительно увидел маленькую красную дверь. Казалось, что красная краска ещё не высохла. Я достал из сумки бумажную салфетку и толкнул ею дверь, чтобы краска не попала мне на руки.

Четвёртый класс третьего года обучения было очень легко найти. Этот класс был единственным местом во всей школе, где горел свет. Я увидел его, как только поднял голову.

Подумав, что ученики уже ждут меня в классе, я заторопился и поспешил внутрь, как только автоматическая дверь открылась передо мной.

Холл и коридор не были освещены, а классная комната находилась на четвёртом этаже, поэтому я не решался идти слишком быстро в кромешной тьме. Сначала я достал свой телефон и включил фонарик, чтобы осветить первый лестничный пролёт. Затем я поднялся наверх.

Каждый раз, когда я поднимался по лестнице, я сначала освещал весь лестничный пролёт, чтобы убедиться в своём пути, прежде чем начать подниматься. Когда я был на полпути между третьим и четвёртым этажом, я увидел что-то в углу лестничной площадки. Фонарик был недостаточно ярким, чтобы разглядеть ясно. Я подошёл к углу и увидел красное платье.

Нет, это была девушка в красном платье.

Её чёрные длинные волосы закрывали лицо, а юбка была очень длинной. На первый взгляд, в темноте я смог разглядеть только яркий красный цвет, из-за чего ошибочно подумал, что в углу было только платье.

Середина ночи, заброшенная школа, тёмный коридор и красное платье в углу. Это действительно было похоже на историю о призраке. Робкий человек на самом деле мог испугаться до слёз.

Я подошёл к девушке и спросил:

— Ты одна из учениц сегодняшнего урока?

Лицо девушки всё ещё было прикрыто волосами. Она тихо ответила:

— Да.

Если бы я не встретил Ли Юаньюань раньше, я бы подумал, что в этой девушке есть что-то опасное.

Вспомнив о мистере Чжу и Ли Юаньюань, я подумал, что ученикам этой школы действительно приходится нелегко. Наверное, они не любили выходить на улицу и общаться с людьми. Я не стал заставлять девушку убирать волосы в сторону.

— Я сегодняшний учитель, Шэнь Цзяньго. Зови меня просто учитель Шэнь. Почему бы тебе не зайти в класс, а не сидеть здесь одной? Тебе не страшно?

Девушка покачала головой. Её длинные чёрные волосы струились как водопад.

Когда я увидел её красивые волосы, я не мог не позавидовать. Эти волосы были такими густыми. Не могло быть и мысли об облысении. Я потрогал свой лоб. Последние несколько дней я ложился спать поздно. Я надеялся, что директор Чжан сможет организовать несколько занятий днём, чтобы я смог скорректировать своё расписание и сохранить свою шевелюру.

— Если тебе не страшно, пойдём на занятие.

Она ничего не сказала, но протянула руку в мою сторону. По контрасту с её длинными чёрными волосами, рука была очень белой, и казалось, что она сияет в темноте.

Длинные прямые чёрные волосы, белая кожа, стройная фигура. Эта ученица соответствовала трём требованиям, предъявляемым к красоте.

— Ты беспокоишься о том, что не можешь видеть дорогу? — я естественно взял девушку за руку.  — Смотри вниз, пока идёшь. Будь осторожна.

Я повел её за руку вверх по лестнице. Она последовала за мной. Поднявшись на последнюю ступеньку, она вдруг тихо сказала:

— Учитель, вы считали ступеньки, когда поднимались наверх?

— Я торопился на урок. У меня не было времени считать.

Я хотел продолжить идти, но девушка не сдвинулась с места. Она оказалась довольно сильной. Я потянул её за руку, но не смог сдвинуть её с места, она осталась стоять на последней ступеньке.

— Учитель, я посчитала, — упрямо сказала она. — Все остальные пролёты имеют двенадцать ступенек. Если дойти до тринадцатой, то можно встретить привидение.

— Это нормально, что лестница на последнем этаже немного выше, но это не способствует развитию обсессивно-компульсивного расстройства. У меня был сосед по комнате в университете, который терпеть не мог лестницы с лишней ступенькой.

Выслушав её, я понял, почему она остановилась на полпути вверх по лестнице третьего этажа. Вероятно, она была более серьёзным страдальцем обсессивно-компульсивного расстройства. На других этажах было по двенадцать ступенек, а на последнем – тринадцать. Она чувствовала себя неуютно и не хотела подниматься.

Что я мог сделать? Если ей не нравилось, я не мог заставить её подняться, но ученики в классе ждали.

— Ученица, если ты не хочешь подниматься, я могу отнести тебя на последнюю ступеньку, если ты мне доверишься, — предложил я.

— Ха-ха.

Она улыбнулась, вероятно, всё ещё не доверяя мне. В конце концов, мужчины и женщины должны держаться на расстоянии. И она была красивой девушкой, а я был мужчиной; моё предложение выглядело так, будто я хотел воспользоваться ею.

— Учитель, посмотрите в мои глаза, — произнесла она позади меня.

Естественно, я повернулся. Среди её чёрных волос я увидел кроваво-красный глаз.

Я присмотрелся и кивнул.

— Твои контактные линзы очень красивые, их цвет очень хорошо сочетается с твоей одеждой.

Это действительно было обсессивно-компульсивное расстройство; она даже носила идеально подходящую одежду. Я посмотрел вниз на её пару красных туфель на высоком каблуке и добавил:

— Туфли тоже очень красивые. Но давай поднимемся наверх как можно скорее. Ученики ждут. Нехорошо задерживать сегодняшнее занятие. Я понимаю, что тебе трудно подниматься на тринадцатую ступеньку.  Как насчёт того, чтобы вернуться вниз и посчитать со второй ступеньки. Разве не будет двенадцать? — выдвинул я другое действенное предложение.

Многие страдающие обсессивно-компульсивным расстройством понимают, что их мысли неправильные, но всё равно испытывают дискомфорт. В таких обстоятельствах может помочь дать им повод убедить себя.

После нескольких секунд молчания она спросила:

— Учитель, а вы меня не боитесь?

Это был интересный вопрос. Поздно ночью, красивая девушка и сильный молодой человек. Неужели это я должен был бояться?

Мне вдруг пришло в голову: она всё время закрывала лицо волосами. Может быть, на её лице было какое-то уродство, из-за которого она решила, что я буду её бояться?

Это было очень вероятно.

— Я не боюсь, — серьёзно произнёс я. — Я не боюсь, независимо от того, как ты выглядишь.

— А если я выгляжу вот так?

Она резко подняла голову. Налетевший из ниоткуда ветер разметал её прекрасные длинные волосы, открыв окровавленное лицо.

Она открыла рот и высунула язык, обхватив им мою шею.

Это был необычный поступок. Я бы почти поверил, что она призрак, если бы директор Чжан не предупредила меня заранее.

Я схватил язык и с любопытством спросил:

— Где ты это купила? Он очень реалистичный.

После этого я вытащил фальшивый язык из её рта. Язык был действительно хорошо сделан. Девушка закричала, отклонилась назад, и я быстро схватил её, чтобы она не упала.

Когда я удержал её, она ударилась о мою грудь, и кровь от её грима растёрлась о мою новую белую рубашку.

В первый день занятий, чтобы произвести хорошее впечатление на учеников, я купил новую рубашку и надел костюм, но не успел я сделать последний шаг к аудитории, как белая рубашка была испорчена.

Моё сердце сжалось из-за цены рубашки.

Была ли это производственная травма? Может ли директор Чжан возместить мне стоимость рубашки вместе с унитазом?

— Прости, я не хотел воспользоваться тобой. Я боялся, что ты упадёшь.

Я быстро отпустил её, достал из сумки салфетку, протянул ей и сказал:

— Иди и приведи своё лицо в порядок. Ты такая красивая девушка. Так много краситься вредно для кожи.

— Это не косметика, — она тихо подняла голову и показала мне свое окровавленное лицо. — Я стояла на путях, одетая в красное. Поезд проехал мимо. Я была вся в крови, не только лицо, но и всё тело.

— Хорошо, хорошо.

Я машинально кивнул и вытер её лицо салфеткой.

Это действительно было реалистично, даже пахло так же как кровь.

Вытерев лицо сухой салфеткой, я достал влажную салфетку, чтобы протереть его снова. Наконец-то проявились истинные черты лица девушки. Это была действительно красивая девушка, с большими глазами, белой кожей, высоким носом и дынеобразным лицом. На вид ей было лет семнадцать-восемнадцать.

Она спокойно смотрела, как я вытираю её лицо, её глаза с красными контактами линзами были полны эмоций.

— Вы очень похожи на того гробовщика, который зашил моё тело и сделал меня красивой после смерти. Я была ему очень благодарна, — голос девушки стал спокойным.

Хотя её слова не имели смысла, я мог только согласиться с ними.

— Почему ты хотела покончить с собой на рельсах?

— Я была беременна, — сказала она, потрогав свой живот. — Он не только отказался признать это, но и избил меня, после чего я потеряла ребёнка. Я пропустила вступительные экзамены в университет. Все знали, что у меня был выкидыш. У меня не было возможности жить дальше.

Неудивительно, что она поступила в школу директора Чжан и посреди ночи пугала нового учителя-мужчину. Должно быть, она затаила злобу на мужчин.

Мне было немного жаль эту бедную девушку. Она была так молода. Она ещё не научилась защищать себя, когда встретила человека, который не дорожил её и причинил ей такую боль.

Я протянул руку, увидел, что она не реагирует, и погладил её по волосам.

— В мире нет ничего, что нельзя было бы преодолеть. Когда тебе кажется, что небо рушится, на самом деле это начало новой жизни.

Я уже собирался сказать что-то ещё ободряющее, как вдруг мимо промелькнул луч золотого света. Из ниоткуда появился деревянный меч, направленный на девушку.

Я поспешно закрыл девушку собой. Когда деревянный меч коснулся моей одежды, он тут же отскочил назад. Надо мной засиял золотой свет. Из тени вышел молодой человек в жёлтой мантии и деревянным мечом указал на девушку, стоявшую позади меня.

— Опять творишь зло, мерзкая тварь!

— ...

Я посмотрел на молодого человека и узнал в нём профессионала, который на днях забрал мистера Чжу.

— Вы ошиблись местом? — невольно спросил я.

Глава 8 - Принятие моей должности (Часть 5)

Девушка спряталась за меня, её рука, державшая мою одежду, слегка дрожала. Она была явно напугана.

Молодой человек действительно был силён. Тот меч только что причинил мне боль.

— Уйди с дороги, — приказал юноша, жестом указывая на нас своим мечом. — Не дай ввести себя в заблуждение свирепым призракам. С призраками, которые могут появиться в нынешнюю эпоху, нелегко справиться. Они чрезвычайно жестоки. Даже если они не причиняют тебе вреда намеренно, если ты будешь долгое время находиться с ними в контакте, твоя энергия Ян будет постепенно истощаться, а твоё здоровье будет становиться всё хуже и хуже.

— Ты неправильно понял, — я заслонил собой девушку в красном платье, не позволяя молодому человеку напугать её ещё больше. — Она ведь только что просто подшутила надо мной, верно?

Последнее я сказал девушке, стоявшей позади меня. Она тут же подтвердила:

— Да, я просто разыграла нового учителя.

Я воспользовался этой возможностью, чтобы проинструктировать её.

— В будущем не обманывай людей, даже если это просто шутка. Ты, наверное, слышала историю о мальчике, который кричал «волк». Если ты будешь обманывать людей снова и снова, в конце концов, никто не поверит тебе.

— Мне очень жаль, учитель Шен. Я была не права.

Голос девушки становился всё тише и тише. Она усвоила урок. Я был очень доволен.

— Ты слепой? — холодно произнёс молодой человек. — Обернись и посмотри, кто у тебя за спиной!

Я оглянулся. Разве это не была красивая девушка с чистым лицом? К счастью, меня интересовали мужчины. В противном случае я бы не смог удержаться от того, чтобы стать учителем-зверем – плохая мысль, мне не следовало об этом думать.

— Её лицо покрыто кровью, а язык длиной в пол метра. Какой человек так выглядит?

— О, ты ошибся. Это просто гримм, чтобы напугать меня. Недоразумение, это всё недоразумение.

Девушка отчаянно кивала позади меня, крепко сжимая пиджак моего костюма.

— Ты... Ученица, я знаю, что ты боишься. Не волнуйся, я объясню, что это просто недоразумение. Но сначала, не могла бы ты не сжимать так сильно? Моя одежда... может не выдержать...

Я услышал звук рвущейся ткани и молча оплакивал свой единственный пиджак.

Сначала рубашка, теперь пиджак. Мои потери были слишком велики!

— Твои глаза ослеплены мистификацией свирепого призрака. Я больше ничего не буду говорить. Ты сам всё поймёшь, когда я избавлюсь от неё!

Юноша с небольшим усилием вырвал деревянный меч из моей руки.

Я был достаточно силён, чтобы выхватить бензопилу из рук сумасшедшего мистера Чжу. Я каждый год занимал первое место в соревнованиях по армрестлингу на своём факультете. Я не ожидал, что молодой человек передо мной окажется ещё сильнее.

Вспомнив его уверенные шаги несколько дней назад, я подумал, что не смогу победить его, поэтому я бросился на него и схватил его за талию, крича девушке:

— Беги быстрее! Когда он успокоится, я тебе всё объясню.

Голос девушки немного дрогнул:

— Учитель Шэнь, меня зовут Му Хуайюнь. В будущем я буду посещать ваши занятия.

Она исчезла без единого звука. Я не знал, действительно ли она убежала или нет. Я мог только продолжать борьбу с молодым человеком.

Молодой человек действительно был сильным. Я постоянно слышал рвущиеся звуки, мой пиджак превращался в лохмотья.

После некоторого времени борьба молодого человека стала слабее. Он толкнул меня.

— Вставай. Призрак уже убежал, сколько ещё ты собираешься меня держать?

Я прикинул, что у Му Хуайюнь было достаточно времени, чтобы выбежать из школы, поэтому отпустил юношу и встал. Пока я вставал, с меня слетали куски одежды. Я поднял упавший на землю телефон, затем подобрал обрывки пиджака. Я не мог просто оставить мусор валяться в коридоре.

Я не смог найти фальшивый язык. Му Хуайюнь, вероятно, забрала его. Она действительно была хорошей ученицей, которая заботилась о защите окружающей среды. Надо будет похвалить её в следующий раз, когда она будет в классе.

В тусклом свете фонарика молодой человек холодно смотрел на меня, его взгляд был острым как нож.

Он промолчал, а затем направился прямиком в сторону классной комнаты. Я вспомнил, что мои ученики ждут в этом классе, отряхнулся от пыли и последовал за молодым человеком.

Дверь в класс была приоткрыта, свет погашен, а учеников не было.

Я услышал уведомление о сообщении в WeChat и открыл его. Это была директор Чжан: «В связи с сегодняшней чрезвычайной ситуацией занятия отменяются и будут перенесены на другой день. Ваша зарплата будет выплачена, как обычно, за полный рабочий день».

Директор Чжан была таким сердечным и милым человеком. Я был глубоко тронут и ответил: «Директор, тот профессионал, которого вы пригласили раньше, пришёл и хотел избить ученицу. Не слишком ли он вспыльчив?»

Я хотел рассказать, что порвал свою одежду, не позволяя ему причинить боль ученице. Разве это не производственная травма, за которую я могу получить компенсацию? К сожалению, моё лицо не было таким толстым. Мне было неловко говорить что-то подобное.

«Не обращайте на него внимания», — просто ответила директор Чжан.

«Но я думаю, что он глубоко отравлен суеверием. Он воспринял шутку ученицы всерьёз и хотел изгнать её. Директор, действительно ли мистеру Чжу стоило идти с ним? Я немного беспокоюсь».

Директор Чжан не ответила. Когда молодой человек увидел пустой класс, он фыркнул.

— Они быстро убежали.

Затем он снова посмотрел на меня, схватил за воротник моей рубашки, толкнул меня к стене и сердито проговорил:

— В следующий раз смотри в оба. Не будь обманут призраками!

Он был сильнее меня, и свирепее. Но я никогда не был человеком, которого можно было легко запугать.

— У тебя неправильное мышление и большая идеологическая проблема, — я уставился на него в ответ, стараясь выглядеть более убедительно. — Кто в наше время всё ещё верит в суеверия и думает, что призраки существуют?

Видя, что я держусь уверенно, он отпустил меня.

— Что толку разговаривать с таким запутавшимся идиотом, как ты.

Он покачал головой, повернулся и с деревянным мечом на спине пошёл прочь. Его осанка была лёгкой и непринуждённой, как у рыцаря из телевизионной драмы.

Но жизнь не была романом или сериалом. Нельзя было жить в воображаемом мире. Если он выйдет в таком виде на улицу, люди подумают, что он сумасшедший.

Он шёл очень быстро. Я пробежал несколько шагов, чтобы догнать его, и поймал его перед тем, как он начал спускаться по лестнице.

— Спускайся медленно. Можно подвернуть лодыжку, спускаясь по лестнице в темноте. Это очень опасно.

Я передал ему свой телефон.

— Вот, фонарик.

— Нет, спасибо, — он оттолкнул мой телефон. — Я открыл свои Глаза Инь-Ян и могу видеть в темноте.

— ...

У этого молодого человека действительно были проблемы.

Одной рукой я схватил его за жёлтую мантию, а другой поднял телефон, чтобы осветить путь.

Он остановился и оглянулся на меня. На этот раз выражение его лица не было таким пронзительным.

Я дружелюбно улыбнулся ему.

— Меня зовут Шэнь Цзяньго, мне 26 лет. А как зовут тебя? Сколько тебе лет?

Честно говоря, я уже начал подозревать, что он один из учеников нашей школы.

— Нинь Тяньцэ, 20 лет, главный ученик 187-го поколения секты Маошань. Я посвятил себя спасению всех тех, кто ослеплён злыми духами.

— Какое совпадение! Я посвятил себя тому, чтобы направлять таких молодых людей, как ты, одураченных суевериями, обратно на путь науки и демократии.

К этому времени мы бок о бок подошли к холлу на втором этаже. Услышав мои слова, он повернулся и посмотрел на меня прямым взглядом. Я, не дрогнув, ответил ему тем же.

Он был несколько выше меня и мне пришлось запрокинуть голову.

— Ха, — снова усмехнулся он. — Невежды невинны. На этот раз я пощажу тебя.

— Но я не могу пощадить тебя так легко, — сказал я ему добродушно. — Как насчёт того, чтобы добавить друг друга в WeChat. Я буду посылать тебе любую информацию о том, как освободиться от суеверий, которую я найду в будущем. Конечно, если ты думаешь, что сможешь переубедить меня, ты также можешь присылать мне видео о злых духах и привидениях.

Я буду стараться изо всех сил, чтобы спасти этого заблуждающегося молодого человека.

— Хорошо, — согласился Нинь Тяньцэ. — Если ты когда-нибудь окажешься в опасном положении из-за призрака, ты можешь связаться со мной.

После того как мы подружились, мы вышли из здания школы, и Сяо Нинь сразу же побежал к воротам. Я хотел сказать ему, что на восточной стороне есть небольшая дверь, но он бежал необычайно быстро. В один шаг он оказался у основания стены и на одном дыхании подпрыгнул на два метра вверх.

Я не мог не аплодировать издалека. Но для такого ловкого движения, сколько же он должно быть прогуливал школу!

Сяо Ниню было 20 лет, он уже достиг университетского возраста, но вместо того, чтобы поступить в университет, он погряз в нарушении законов и суевериях. Об этом было больно думать.

Я должен был направить его на правильный путь и сделать из него молодого человека, который верит в науку и работает на благо страны и общества.

Когда я поклялся в этом, ещё одна полоска упала с моей одежды. Я неловко поднял её и покраснел в ночи, когда никто не видел.

Это действительно было ужасно.

Был только час ночи. Конечно, школьный автобус не будет ждать меня у ворот. У меня не было контактной информации водителя, поэтому я отправил сообщение директору Чжан: «Пожалуйста, скажите водителю, чтобы он не заезжал за мной. Я доберусь обратно сам».

Я прошёл два километра, прежде чем нашёл прокат велосипедов перед полицейским участком.

Когда я сканировал код, меня увидел дежурный полицейский. Он посветил на меня фонариком и тут же подошёл ко мне. Осмотрев меня с ног до головы, он спросил:

— Вы подрались или вас ограбили?

Мой пиджак был разорван в клочья, а рубашка в крови. Я выглядел довольно плачевно. Неудивительно, что полицейский хотел меня допросить.

— Я в порядке, — покачал я головой. — Это было просто недоразумение.

Он посмотрел на кровь на моей груди и нахмурился.

— Здесь кровь. Вы ранены?

— Это искусственная кровь, — вздохнул я. — Девушка притворилась призраком, чтобы напугать меня, и испачкала меня своей косметикой. Что касается костюма, то я и сам очень расстроен.

Полицейский увидел, что я, похоже, не лгу.

— Хорошо, оставьте мне вашу контактную информацию. Если что-нибудь обнаружится в этом районе, мы можем с вами связаться.

Я оставил свои контактные данные, сел на велосипед и проехал десять километров в темноте до поместья «Дальний берег».

В квартире 404 было очень тихо. Двери двух моих соседей были плтно закрыты. Я открыл дверь в ванную и увидел, что Ли Юаньюань там нет. Я расслабился, принял душ и переоделся.

После душа я лёг в постель, чувствуя усталость. Это был очень утомительный день. Наверное, каждый, кому приходится зарабатывать на жизнь, испытывал подобные трудности.

Глава 9 - Подработка (Часть 1)

Проехать десять километров на велосипеде посреди ночи было несколько утомительно, поэтому я проспал до десяти часов. Утром я проверил свой телефон и увидел сообщение от директора Чжан, а также пропущенный звонок от моего бывшего соседа.

Сообщение директора Чжан: «Ваш следующий урок будет в двенадцать часов ночи через три дня. Я пришлю вам тему занятия и место проведения за день до него. Потратьте эти дни на подготовку к занятиям. Ваша зарплата не будет вычтена. Кроме того, я слышала, что вы вчера испортили свою одежду. Я возмещу вам расходы в конце месяца».

Это сообщение положило конец всем моим вопросам. После долгих раздумий я отправил в ответ только: «Ок».

Учебный институт работал нерегулярно, расписание занятий было негуманным, студенты недружелюбными, а мои коллеги игрались с бензопилой и спали в туалете; всё это не было проблемой. Важно было то, что часы работы были короткими, зарплата высокой, проживание было включено и мне не нужно было задерживаться сверхурочно.

Если я всегда буду преподавать с двенадцати до двух ночи, я мог бы подрабатывать днём.

Директор Чжан была такой доброй и внимательной женщиной. Жаль, что она жила за границей. Если она вернётся в Китай в будущем, я должен буду угостить её хорошим обедом и поблагодарить за заботу обо мне.

Ответив на сообщение директора Чжан, я перезвонил своему бывшему соседу по комнате.

— Здравствуй, — услышал я по телефону голос моего соседа Ся Цзиня. — Это Шэнь Цзяньго?

— Это я. Я не менял свой номер, — ответил я.

Ся Цзинь обменялся со мной приветствиями. Затем он сказал:

— Наш торговый центр проводит рекламную акцию в эти выходные. Нам нужно набрать несколько временных сотрудников. У тебя есть время в выходные? Хочешь заработать дополнительные деньги?

— Конечно, — сразу же согласился я.

— Хорошо, в восемь утра в субботу, торговый центр XX. Всего два дня. Работа может быть до полуночи оба дня.

Я обдумал последующие дни. Сегодня была пятница, а следующий урок был в понедельник. Никаких противоречий во времени не было, так что я смело ответил:

— Без проблем.

Ся Цзинь был моим соседом по комнате, когда я учился в университете. Он изучал управление человеческими ресурсами. После окончания университета он не стал сдавать вступительные экзамены в аспирантуру, а сразу пошёл работать. Через три года, когда я закончил аспирантуру, он уже работал менеджером по персоналу в крупном торговом центре. Он очень много работал, но его годовая зарплата была не очень высокой.

В последние несколько лет каждый раз, когда ему нужно было нанять временный персонал, он обращался ко мне. Он знал, что я нуждаюсь в деньгах, и помогал мне подработать. За эти годы я уже привык к этому и стал квалифицированным работником, а также накопил опыт.

Решив, что в эти выходные у меня будет дополнительный заработок, и зная, что директор Чжан заплатит за мою одежду, я почувствовал себя очень довольным. Я выбежал из своей комнаты, чтобы умыться.

Как обычно, двух моих соседей не было в своих комнатах. В спальне Лю Сишуня всё было точно так же, как и вчера, а в комнате Ли Юаньюань появился унитаз. Парик, лежавший на кровати, теперь был в унитазе.

Я действительно не понимал привязанности Ли Юаньюань к унитазу. Откуда у девушки такой странный фетиш? Неужели директор Чжан не подумала о том, чтобы нанять психолога?

На самом деле, я хотел поговорить с Ли Юаньюань об этом. Конечно, я уважал предпочтения каждого. Как и моя любовь к деньгам, сидение на унитазе было обычным хобби. Если это не было психологической проблемой, то и говорить больше не о чём.

К сожалению, в этот вечер я заснул слишком рано и не смог увидеть двух своих коллег, которые днём были заняты работой и их можно было встретить только поздно вечером.

В субботу утром я, как обычно, поехал на велосипеде в торговый центр. Ся Цзинь быстро объяснил нам, временным сотрудникам, наши задания и умчался готовиться к повышению.

Надев тяжёлый костюм плюшевого мишки, я зазывал покупателей, раздавал листовки и помогал промоутерам раздавать призы. Я был занят весь день.

В шесть или семь часов вечера люди, приглашённые торговым центром, прекратили работу, и я, наконец, смог отдышаться и присесть, чтобы отдохнуть.

В этот момент ко мне подбежали несколько мальчишек, окружили меня и ударили по голове. С учетом того, что голова медведя была покрыта толстым слоем набивки, это было не больно, но не очень приятно. Я очень устал, у меня не было настроения играть с детьми, поэтому я встал, чтобы найти тихое место для отдыха.

Но вместо этого дети побежали за мной. Неизвестно, где были их родители, но они не пришли остановить своих детей.

В костюме я не мог быстро бегать. Когда я уже собирался снять головной убор и прочитать детям лекцию, я услышал рядом с собой знакомый голос:

— Прекратите, все вы. В этом костюме сидит человек и он устал после целого дня работы. Не издевайтесь над ним.

Я поднял голову и увидел Нинь Тяньцэ.

Сегодня на нём была обычная одежда: белая футболка, тёмно-синие джинсы и белые кроссовки. Он выглядел молодо и опрятно, мой любимый тип.

Когда дети увидели, что пришёл взрослый, они быстро убежали, чтобы избежать наказания. Я смотрел на Нинь Тяньцэ, наклонив голову на одну сторону. В этой одежде он выглядел гораздо лучше. Его ноги были очень длинными. Почему он встал на путь средневековых суеверий?

Нинь Тяньцэ погладил мою пушистую руку и утешил меня.

— Дети ничего не понимают. Не расстраиваетесь из-за них.

«Какой хороший человек», — подумал я.

Я хотел снять головной убор костюма и поблагодарить его, но, вспомнив, что произошло позавчера вечером, почувствовал себя неловко. Вместо этого я достал из кармана костюма конфету и положил её ему в руку.

Я украдкой попробовал эти конфеты, пока был на перерыве. Они были очень вкусными, поэтому я оставил себе несколько штук, чтобы съесть, когда устану. Носить такой костюм – тяжёлая работа, и немного сахара было хорошим способом справиться с ней.

После того как Нинь Тяньцэ забрал конфету, я поблагодарил его сжатым кулаком, и он улыбнулся.

— Спасибо.

Затем он очистил конфету, положил её в рот и сказал мне:

— Очень вкусно.

Простая одежда в сочетании с его аккуратным улыбающимся лицом действительно делали его очень красивым.

В Нинь Тяньцэ было что-то особенное. Даже одетый в обычную одежду, он словно светился.

Выбросив обёртку от конфеты в мусорку, он кивнул мне и ушёл. Я смотрел, как он уходит, и поднял толстую руку плюшевого мишки, чтобы помахать ему.

Он не оглянулся и не видел, как я помахал ему на прощание.

Я почувствовал себя немного странно. Я сидел на скамейке, держась за голову, и глубоко погрузился в свои мысли, пока бригадир не сказал мне, что наступает вечерний пик покупок, и попросил меня встать у ворот торгового центра, чтобы привлечь покупателей.

Дела в торговом центре шли хорошо. Количество покупателей стало постепенно уменьшаться только после десяти часов. В одиннадцать часов торговый центр закрылся, и временные сотрудники ушли. Я остался, чтобы помочь Ся Цзиню убраться. Он всегда платил сверхурочные.

Только в 12 часов мы устало закончили работу.

Я смотрел на редеющие волосы Ся Цзиня и тихо грустил. Когда-нибудь и я буду выглядеть так же.

Мы так устали, что у нас не было настроения вспоминать прошлое. Мы были в туалете и мыли руки, когда услышали шум воды, доносящийся из соседнего женского туалета. Не похоже, что там кто-то был, скорее, что-то подтекало.

Как менеджер по персоналу, Ся Цзинь нёс здесь определённую ответственность. Он смело пошёл в женский туалет, чтобы проверить, а я остался ждать его у двери.

Через несколько секунд я услышал сильный стук и крик Ся Цзиня.

Я хотел войти, чтобы посмотреть, что с ним случилось, но сдержался: а вдруг он столкнулся с какой-нибудь женщиной?

Поэтому я встал у двери и крикнул:

— В чём дело, Ся Цзинь?

— Призрак! Там призрак! Ах! — его крики становились всё более отчаянными.

Я бросился внутрь и увидел, что Ся Цзинь сидит на полу, а вода заливает его дорогие брюки. Несмотря на то, что это были не мои брюки, вид этого всё равно расстроил меня.

Я помог ему подняться и спросил:

— Где призрак? Я пойду посмотрю. Призраков не существует, только люди, разыгрывающие других.

— Нет... я видел, как из унитаза вылезла женская голова!

Ноги Ся Цзиня дрожали, и он опирался на меня всем своим весом.

Женская голова, вылезающая из туалета... почему это звучит знакомо?

Я прислонил Ся Цзиня к стене и пошёл осматривать двери кабинок.

— Не надо... — заикаясь, произнёс Ся Цзинь. — Она ещё не ушла, давай скорее убежим...

Не успел он договорить, как дверь женского туалета захлопнулась от порыва ветра. Это вывело Ся Цзиня из равновесия, и он снова сполз на пол.

Как он мог быть таким беспомощным?

— Это всего лишь ветер. Летом везде открыты окна, разве это не нормально, когда дует ветер?

Я положил руку на ручку туалетной кабинки.

— Но наш торговый центр полностью закрыт, за исключением лестниц и аварийных выходов. Даже в туалетах есть центральное кондиционирование, — Ся Цзинь был на грани слёз. — Ты видишь окна в туалете?

— Тогда это просто кондиционер. У меня некоторый опыт в этом. Кондиционер в автобусе иногда создаёт вихрь. Это довольно интересно, — пока я говорил, я последовательно открывал каждую кабинку.

Последняя кабинка, казалось, была заперта изнутри. Убедившись, что это не подсобное помещение, я постучал в дверь.

— Там есть кто-нибудь? Торговый центр скоро закроется. Если там кто-то есть, выходите скорее.

— Только что... только что... голова той женщины, она... она была в той кабинке. Как, как она может быть заперта сейчас?

Ся Цзинь был так напуган, что не мог нормально говорить.

— Это, наверное, просто шутник. Он испугался, когда увидел нас, и теперь не осмеливается выйти.

Я продолжал стучать в дверь.

— Мадам... нет, я не знаю, мужчина вы или женщина. Человек, который там находится, если вы не выйдете, мы вызовем полицию. Откройте дверь.

Я со всей силы стукнул в дверь, создав очень громкий шум. Столкнувшись с преступниками, нужно было действовать уверенно. Мы с Ся Цзинем были двумя сильными людьми. Даже если бы там действительно были преступники, у нас бы хватило сил их сдержать. В любом случае кабинка была не очень большой, их там не могло быть больше двух.

Я не боялся маньяков с бензопилами и психологическими проблемами, а тем более шутника, изображающего призрака в туалете.

— Я выбью дверь, если вы не выйдете.

Я отступил назад и поднял ногу, готовясь ударить. Затем я услышал из-за двери знакомый голос.

— Не надо, я выйду.

Дверь кабинки очень медленно открылась. Ся Цзинь испуганно вздохнул.

В кабинке стояла девушка с короткими волосами в белом платье и смотрела на меня. Увидев её, я почувствовал негодование.

— Ли Юаньюань! Я уже купил тебе унитаз, который тебе так нравится. Если ты действительно хочешь спать в туалете, мы пойдём домой и всё обсудим. Не нужно пугать людей в торговом центре.

— Ты знаешь её? Пойдётё домой? Это твоя девушка? — спросил в оцепенении Ся Цзинь.

Эти три его вопроса были настолько раздражающими, что у меня заболел живот. Я быстро объяснил:

— Конечно, нет. Это моя соседка, мы живём в одной квартире. У неё есть необычное хобби, она любит находиться в туалете.

В это время я вспомнил слова Лю Сишуня о том, что Ли Юаньюань любила пробираться в чужие дома посреди ночи и в итоге была избита. В то время я относился к Ли Юаньюань с симпатией, но увидев эту сцену, я понял, почему Ли Юаньюань всегда избивали.

— Ся Цзинь, она просто немного эксцентрична. Пожалуйста, не вини её. Я отведу её домой.

Я сказал Ли Юаньюань подойти и извинился перед Ся Цзинь вместо неё.

Ли Юаньюань промолчала, но сделала глубокий поклон в сторону Ся Цзиня.

Ся Цзинь махнул рукой, хлопнул себя по груди и сказал:

— Лишь бы это был не призрак. Присматривай за ней. Не позволяй ей вернуться в наш торговый центр. Если пойдут слухи о призраках, ничего хорошего не будет.

— Да, да, я поговорю с ней, когда мы вернёмся.

Глава 10 - Подработка (Часть 2)

— Нет, подожди, — внезапно проговорил Ся Цзинь, перестав бояться. — Как ты только вылезла из унитаза?

Ли Юаньюань собиралась выйти из женского туалета вместе со мной, но услышав слова Ся Цзиня, она тут же поспешила к последней кабинке, открыла дверь и приготовилась просунуть голову в унитаз.

Я быстро схватил её и объяснил Ся Цзиню:

— Тебе просто показалось, хватит доставать других людей по этому поводу.

Ся Цзинь схватился за свои редкие волосы, выглядя недоумённо.

— Странно. Я ясно видел...

Он увидел, что Ли Юаньюань с тоской смотрит на женский туалет, и покачал головой.

— Забудь об этом. Будем считать, что мне просто показалось.  Отведи её домой и присмотри за ней. Она не может ходить повсюду и пугать людей.

— Конечно.

Я посмотрел на Ли Юаньюань с её растерянным выражением лица, совершенно не зная, как достучаться до неё. Казалось, что Лю Сишунь довольно хорошо понимал Ли Юаньюань. Когда мы вернёмся, я попрошу учителя Лю переговорить с ней.

Мы втроём друг за другом направились к лифту. Торговый центр был пуст. Вскоре лифт поднялся на четвёртый этаж.

— Давайте я отвезу вас домой, — предложил Ся Цзинь.

Затем он посмотрел на Ли Юаньюань и спросил:

— Ты ведь не ныряла в унитаз только что? Иначе ты не сможешь сесть в мою машину.

Я понюхал одежду Ли Юаньюань. Никакого необычного запаха не было, а белое платье было чистым. Поэтому я покачал головой в сторону Ся Цзиня. Ся Цзинь почувствовал облегчение и первым вошёл в лифт.

Я последовал за ним, но Ли Юаньюань осталась стоять на месте, уставившись на лифт.

— В чём дело? — обратился я Ли Юаньюань. — Пойдём. Ся Цзинь — мой однокурсник. Его лай страшее, чем укус. Он очень благородный человек. Если он согласился подвезти тебя, значит, он больше не злится.

Ли Юаньюань указала на лифт.

— Лифт...

— О, как можно бояться лифта?

Ли Юаньюань любила маленькие пространства, такие как туалетные кабинки. У неё не может быть клаустрофобии. Неужели она боялась лифта?

Ли Юаньюань покачала головой.

— Я не боюсь.

— Тогда пойдём домой и отдохнём, — подтолкнул я её.

Ли Юаньюань кивнула и медленно пошла со мной.

Ся Цзинь нажал «-1», чтобы отправить лифт прямо на подземную парковку. Лифт в торговом центре был хорошего качества. Он скользил до самого первого этажа, не останавливаясь, и продолжал спускаться.

— Эй, — Ся Цзинь нажал на кнопку ещё несколько раз. — В чём дело? Он всё ещё едет вниз.

Я присмотрелся к этажам, показанным на панели. Самым нижним этажом был второй подземный этаж. Под торговым центром находилась двухуровневая парковка.

— Может быть, кто-то вызвал лифт со второго подэтажа?

Лифт не остановился, доехав до самого нижнего этажа, и начал подниматься обратно на четвёртый этаж.

— В чём дело? — Ся Цзинь нажал кнопку «-1» и наблюдал, как лифт проехал первый подэтаж, поднялся на четвёртый этаж, затем снова спустился вниз, а потом снова поднялся на четвёртый этаж.

Ся Цзинь и я потеряли дар речи.

— Что происходит?

Лицо Ся Цзиня после целого дня работы было полным усталости. Он был напуган Ли Юаньюань, а теперь ещё и лифт вышел из строя. После того как лифт в третий раз поднялся на четвёртый этаж и начал спускаться, его лицо стало зеленоватым.

— Наверное, лифт неисправен.

Я быстро нажал все кнопки на лифте и велел Ся Цзиню и Ли Юаньюань прижаться к стенке лифта и сразу же нажал кнопку тревоги.

Обычно, пока лифт работает, персонал находится в режиме ожидания, но домофон долгое время звонил, но никто не отвечал.

Ся Цзинь, как менеджер по персоналу, был вне себя от гнева.

— Я вычту их зарплату завтра, я вычту всю их зарплату!

— Это не обязательно халатность сотрудников, — вставил я. — Раз уж возникли проблемы с лифтом, возможно, сломался и домофон. Завтра вам нужно будет найти кого-нибудь для ремонта лифта и проверить систему видеонаблюдения. Выясните, кто виноват, а затем решите, как с ним поступить.

Возможно, потому что лифт не остановился и даже ехал довольно плавно, мы с Ся Цзинем не особенно испугались и достали телефоны, чтобы вызвать помощь.

Но сигнал в лифте был слабым и мы не смогли ни до кого дозвониться.

Ли Юаньюань, видимо, не взяла с собой телефон. Она просто спокойно смотрела на нас двоих.

Честно говоря, я немного опасался такой ситуации. Столкнувшись с убийцей, я хотя бы мог дать отпор. Но перед лицом такой чрезвычайной ситуации я был обычным человеком; какое сопротивление я мог оказать железной коробке?

Но когда рядом были Ли Юаньюань и Ся Цзинь, я не мог колебаться и уж точно не мог паниковать. В замкнутом пространстве паника заразна. Если такие эмоции распространятся, шансы на помощь снизятся.

Я вёл себя очень спокойно перед ними двумя, одной рукой прислонившись к стене лифта, а другой открыв WeChat. Я не мог набрать номер, потому что сигнал был плохим, и если бы я просто продолжал пытаться набрать номер, телефон бы разрядился. Но в WeChat не требовался постоянный сигнал. Если сигнал на мгновение становился хорошим, сообщение могло дойти. Я отправил просьбу о помощи своим недавно вышедшим на связь друзьям, надеясь, что кто-нибудь увидит информацию.

Директор Чжан: «Вы застряли в лифте?»

Первым, кто ответил на моё сообщение, была директор Чжан, которая всегда находилась вне зоны действия сигнала.

«Да, да, директор Чжан, пожалуйста, позвоните в полицию или 119!» — я немедленно отправил ответ.

В это время снова раздался сигнал сообщения.

Суеверный Сяо Нинь: «Ты девственник? В этом случае моча девственника наиболее эффективна для изгнания зла».

«...»

«Суеверный Сяо Нинь» было моим прозвищем для Нинь Тяньцэ. Его настоящее имя в WeChat было Нинь Тяньцэ; он не состоял ни в какой группе друзей. Его профиль был простым, только его имя в WeChat и символ Инь-Ян в качестве фотографии профиля.

Для человека моей сексуальной ориентации слова Сяо Ниня были явным сексуальным домогательством – и сексуальным домогательством, полным средневековых суеверий!

Я не знал, как ему ответить. В этот момент Ли Юаньюань нажала на кнопку лифта. Она нажала так слабо, что даже не издала ни звука, но Ся Цзинь всё равно был встревожен:

— Не нажимай просто так. Лифт уже неисправен, что нам делать, если ты сломаешь кнопку?

Как только он заговорил, лифт остановился.

*Дзинь.

Дверь лифта открылась на первом этаже парковки.

Ся Цзинь поспешно вышел из лифта, глотая воздух большими глотками. Мои ноги тоже немного ослабли, но я всё равно уверенно вышел из лифта. Когда мои ноги оказались на твёрдой земле, я наконец расслабился. Я обернулся и сказал Ли Юаньюань:

— Хотя это был рискованный шаг, но, похоже, он сработал. Ты действительно спасла нас.

Ли Юаньюань подняла голову и улыбнулась.

— Этот унитаз... который ты подарил мне. Мне он очень нравится.

Её внешность была обычной, и её трудно было бы выделить из толпы. Но в её маленькой улыбке был намёк на изящество, и сейчас она совсем не походила на ту девушку, которая навязчиво смотрела на унитаз.

— Могу ли я спросить, почему тебе так нравятся унитазы? — смело спросил я.

Ли Юаньюань покачала головой и ответила:

— Мне они не нравятся. Я их ненавижу.

— И почему же? — я был в полном замешательстве.

— Раньше... люди... заталкивали мою голову в унитаз и заставляли пить, — проговорила Ли Юаньюань, начиная плакать. — Мне это не нравилось, но я не могла уйти.

Я молча смотрел на неё, не зная, что делать.

Мне не нравились девушки. В таких обстоятельствах я не мог позволить ей плакать на моём плече. Было бы нечестно дать девушке, которая так страдала, неправильное представление обо мне.

— Теперь я больше не ненавижу их, — Ли Юаньюань вытерла слёзы, прежде чем они успели упасть.  — Кое-кто вытащил меня.

— Это хорошо, — произнёс я с лёгким вздохом облегчения, протягивая ей руку. — Уже поздно. Давай пойдём домой и отдохнём.

Ли Юаньюань кивнула, положила свою руку в мою и прошептала:

— Я не хочу ехать на его машине.

Я посмотрел на Ся Цзиня, который всё ещё дрожал.

— Я не думаю, что сегодня он сможет сесть за руль. Давайте возьмём на прокат велосипеды. Это экологично и полезно для здоровья.

Я всегда был сторонником энергосбережения и сокращения выбросов. Велосипед – это средство передвижения, которое экономит деньги и держит вас в форме.

Ся Цзинь согласился со мной.

Мы вышли с парковки, благоразумно поднявшись по лестнице. Как только мы оказались на улице, я услышал уведомление в WeChat.

Директор Чжан: «Я послала автобус, чтобы помочь вам».

Автобус с номером «444» остановился перед торговым центром.

— Моя новая начальница очень добра, она прислала за нами автобус, — я посмотрел на Ся Цзиня. — Разве ты не живёшь по дороге в поместье Дальний Берег? Не хочешь поехать с нами?

Ся Цзинь не видел номера автобуса, он смотрел на просторный салон и увидев, что он не был похож на удушливую кабину лифта, кивнул.

Так что я повёл Ся Цзиня и Ли Юаньюань в автобус.

Глава 11 - Подработка (Часть 3)

После посадки в автобус Ся Цзинь посмотрел на табличку на единственном зелёном сиденье и рассмеялся, а затем сел на красное сиденье позади зелёного. Наверное, он действительно устал сегодня, иначе он бы похлопал меня по животу и спросил, на каком я месяце. Сегодня он меня легко отпустил.

Когда Ся Цзинь сел, водитель сразу же оглянулся на него.

Я быстро сказал:

— Дагэ, это мой однокурсник. Он сойдёт на остановке перед поместьем.

Водитель, как обычно, повернулся к нам спиной и сказал глубоким голосом:

— Ну, это его не убьёт.

Я не мог этого видеть, но похоже, что он не сердился и не возражал против того, чтобы взять Ся Цзиня с собой, поэтому я сел напротив Ся Цзиня и посмотрел на свой телефон.

Ли Юаньюань не села с нами, а перебралась на последний ряд в дальнем углу автобуса. Она была скрыта в тени, и её фигуру было трудно различить.

Узнав, что мы сели в автобус, директор Чжан успокоилась. С другой стороны, Нинь Тяньцэ отправил несколько сообщений подряд:

«Я видел, что ты полон энергии Ян. Твой источник Ян всё ещё должен быть целым. Моча девственника – самый эффективный способ изгнания зла. Могу ли я ошибаться, полагая, что ты девственник?»

«Как ты? Выбрался? Я рядом с торговым центром. Я иду, чтобы помочь тебе».

«Я здесь. Охрана закрыла дверь. Подожди, пока я найду чем разбить стекло. Если тебе действительно страшно, уколи средний палец. Капля крови, наполненная энергией Ян, сработает. Потерпи немного».

Я не ожидал, что вместо того, чтобы вызвать полицию, Сяо Нинь помчится в торговый центр, чтобы разбить дверь и спасти меня. Я набрал номер Сяо Ниня, но ответа долгое время не было. Я боялся, что он был слишком занят, ломая дверь, чтобы услышать свой телефон.

Когда я уже начал волноваться, звонок был принят. Из трубки донёсся запыхавшийся голос Нинь Тяньцэ: «Я только что нашёл кирпич, а охранник бросился за мной в погоню. Не волнуйся, мой цингун очень хорош, я смогу увернуться от него. Подожди немного».

«Я уже вышел и еду домой», — тут же прервал я его.

Голос на другом конце сделал паузу. Через некоторое время я услышал, как Нинь Тяньцэ сказал: «Я спрятался в углу, чтобы избежать охранника. Неудобно разговаривать. Хорошо, что ты выбрался, но в лифте всё ещё есть призрак. Мне нужно войти, чтобы изгнать его».

«Подожди минутку, — быстро остановил я его, чтобы он не повесил трубку. — На самом деле там ничего страшного, просто неисправность лифта».

«Нет, сегодня я гулял по торговому центру. Энергия Инь была очень сильной. Тогда я подумал, что может что-то случиться. К сожалению, торговый центр закрылся в одиннадцать, и меня попросили уйти. Если бы я знал, что с тобой может что-то случиться, я бы остался подольше».

Я был очень тронут. В конце концов, мы едва знали друг друга. Сяо Нинь пошёл в торговый центр посреди ночи, чтобы сломать дверь для незнакомого человека. Он действительно был добросердечным и достойным молодым человеком. Только его знание закона было немного слабым, и он был одержим суевериями. Это действительно расстраивало.

«С твоей стороны было бы неправильно так поступать, — сообщил я ему. — В этом случае следует сначала набрать 119, 110 или даже 122. Не ломай дверь, а объясни ситуацию охраннику. Если он тебе не поверит, он может проверить камеры видеонаблюдения. Тогда он сможет открыть тебе дверь».

«Призраки могут создавать помехи для камер видеонаблюдения, а обычные люди их не видят. Я могу только рискнуть сам», — серьёзно ответил Сяо Нинь.

«...»

Как новый учитель, возможно, мой опыт был ограничен, но я не мог смотреть, как добросердечный молодой человек погружается в трясину. Я должен был помочь ему обрести новую веру в науку.

«Давай встретимся в другой день, — я не мог сказать всё четко по телефону, поэтому решил встретиться лично. — Завтра у меня подработка, поэтому у меня нет времени. Как насчёт послезавтра, в полдень?»

«Ты хочешь поговорить о призраках? Нет проблем. За последние несколько дней ты несколько раз сталкивался с призраками. Должно быть, твоя судьба довольно плоха. Тебе нужно освободиться от этого».

«Так что тебе не надо сейчас ломиться в дверь торгового центра. Мы уже вышли. Даже если там есть призрак, он не сможет кому-то навредить. Верно?»

Нинь Тяньцэ колебался.

«Но если я оставлю его там, то рано или поздно он кому-нибудь навредит...»

«Ну, будет лучше, если ты придёшь завтра, когда торговый центр откроется. И у вас будет шанс увидеть друг друга», — предложил я.

«Хорошо».

Я почувствовал облегчение, услышав наконец, что он не собирается нарушать закон и проникать в торговый центр. Я ещё немного поболтал по телефону с Нинь Тяньцэ, потом сказал ему, чтобы он шёл отдыхать. Затем я положил трубку и откинулся на спинку сиденья, закрыв глаза.

Покачивание автобуса почти усыпило меня. Вдруг я почувствовал тень перед собой. Когда я открыл глаза, Ся Цзинь стоял и смотрел прямо на меня.

Я спросил:

— Что случилось?

Я вспомнил, что Ся Цзинь заснул, как только занял своё место. Он не проснулся даже тогда, когда я разговаривал с Нинь Тяньцэ о его планах по взлому двери в торговый центр, так что он, должно быть, очень устал. Почему же сейчас он был так энергичен?

Пока я размышлял, Ся Цзинь вдруг скривил губы в улыбке, от которой у меня поползли мурашки по коже.

— Учитель Шэнь...

Мне стало так противно от его выражения лица, что я оттолкнул его.

— Отойди. Это специально зарезервированное место для учителя, что в этом странного?

Он, видимо, достаточно отдохнул и теперь пришёл подразнить меня. В университете это было любимым занятием Ся Цзиня. Три года работы ничуть его не изменили. Когда дело касалось его бывших однокурсников, ему хотелось только одного – доставить неприятности.

Ся Цзинь не выглядел сердитым. Он прислонился к подлокотнику и боком, по-кошачьи, скользнул ко мне.

— Учитель Шэнь, ты действительно бессердечен. Некоторые из нас действительно восхищаются тобой.

На какое-то время я был потрясён его поведением. Пользуясь возможностью, Ся Цзинь сел ко мне на колени, обнял меня за шею и положил голову мне на плечо. Надувшись, он промурлыкал:

— Твоя холодная манера поведения так привлекательна!

После этого он даже попытался поцеловать меня. Я оттолкнул его и громко крикнул:

— Успокойся!

У нас с Ся Цзинем были хорошие отношения. Когда я учился в университете, он был одним из немногих, кто знал о моей сексуальной ориентации. Хотя он был натуралом, он не сторонился меня. Не было ничего такого, чего бы он не мог мне сказать. В любом случае даже если мне нравились мужчины, это не означало, что мне будет нравиться любой мужчина, которого я встречу. Наши отношения были чистым социалистическим братством. То, что он знал о моей сексуальности, не означало, что мы не могли показать нашу привязанность несколькими шлепками по заднице на баскетбольной площадке.

Он мог говорить со мной о личной жизни, и я мог ходить с ним в кино, но я не собирался в него влюбляться, он постоянно преследовал девушек.

За три года работы Ся Цзинь нашёл себе девушку. Их отношения были очень стабильными. Они пытались накопить деньги на первый взнос за квартиру и планировали пожениться, когда накопят достаточно. Он не мог внезапно заинтересоваться мной.

Я прижал Ся Цзиня спиной к окну, а он с невероятной силой пытался приблизиться и поцеловать меня, пока я отчаянно сопротивлялся. В автобусе мы вдвоём бились друг о друга.

К счастью, водитель и Ли Юаньюань были хорошо воспитаны. Я посмотрел на них и увидел, что они оба не поднимали глаз. Водитель был сосредоточен на вождении, а Ли Юаньюань смотрела в окно.

— Очнись, разве у тебя нет девушки?

Я упёрся локтем в грудь Ся Цзиня, удерживая его на расстоянии.

— Но вдруг я чувствую себя в безопасности рядом с тобой. Посмотри на свои сильные руки.

Он не мог поцеловать меня, поэтому он протянул руку и коснулся моей руки, отчего волосы на моём затылке встали дыбом.

Это было слишком страшно. Вероятно, Ся Цзинь сегодня был слишком возбуждён. Было ли это чем-то вроде посттравматического стрессового расстройства? Когда я изучал основы психологии в университете, преподаватель упоминал об этом виде психологического расстройства. Когда людям угрожает опасность, когда они серьёзно ранены, или их телесная неприкосновенность находится под угрозой, у них возникают отсроченные и стойкие психические расстройства. Большую часть времени они ведут себя нормально, но какой-то раздражитель заставляет их вот так вспыхнуть.

Может быть, моя спокойная манера поведения в лифте произвела на него такое сильное впечатление?

Это не могло так продолжаться. Он даже начал рвать на мне одежду. Как же нам дальше оставаться братьями?

Напрягая все свои силы, я наконец повалил Ся Цзиня на пол и ударил его кулаком, полным социалистической дружбы. От удара Ся Цзинь потерял сознание.

Я не бил его так сильно!

Видя, что он без сознания, я быстро поднял его и усадил на своё место для беременных. Он плюхнулся на сиденье, не двигаясь. Я быстро сказал водителю:

— Дагэ, почему бы нам сначала не поехать в больницу? Я не слишком сильно его ударил?

Водитель не обернулся. Он смотрел на дорогу впереди, говоря:

— С ним всё в порядке. Он скоро очнётся.

Возможно, водитель изучал медицину или что-то в этом роде. Как только он заговорил, Ся Цзинь проснулся, схватившись за голову.

— От сна под кондиционером у меня разболелась голова, холодный ветер был слишком сильным, — пробормотал он.

Я нерешительно посмотрел на него и неуверенно спросил:

— Ты... помнишь, что только что произошло?

— Что только что произошло? — Ся Цзинь покачал головой и увидел, что сидит на моём месте. — Ты отомстил мне за то, что я смеялся над тобой. Ты пересадил меня в своё зелёное кресло, пока я спал. Я был так измотан, что даже не проснулся.

— ...

Я не мог понять, действительно ли Ся Цзинь не помнит, что произошло сейчас, или он притворяется.

Я смотрел на него некоторое время, но не решался сесть. Я не хотел оказаться зажатым в кресле и не иметь возможности дать отпор, если он снова нападёт.

Притворялся ли он или действительно не помнил, всё равно лучше было не упоминать об этом.

Но завтра я должен буду связаться с его подружкой и намекнуть ей, что Ся Цзинь в последнее время устал и нуждается в дополнительном внимании.

Ся Цзинь снова заснул под моим пристальным взглядом, но на этот раз приступа не было, и он проспал всю дорогу домой. Я беспокоился, что с ним что-то случится, поэтому оставил Ли Юаньюань в автобусе и пошёл с ним, успокоившись только тогда, когда увидел, что он поднимается наверх.

Наверное, это было временное, разовое явление. Пока отношения между ним и его девушкой остаются стабильными, это не должно повториться.

Я посмотрю, что произойдёт, когда мы встретимся в следующий раз. Если он не упомянет об этом, всё будет так, как будто этого никогда не было, и мы сможем продолжать быть братьями.

Глава 12 - Подработка (Часть 4)

Я вышел из автобуса раньше, чтобы проводить Ся Цзиня до его дверей, поэтому остаток пути я проделал на велосипеде, как обычно. Расстояние было небольшим, и дорога до дома заняла всего около десяти минут.

Когда я приехал домой, то увидел Лю Сишуня, который расхаживал взад-вперёд по гостиной. Увидев меня, он сразу же подошёл ко мне и сказал:

— Благодаря вам Ли Юаньюань решила вернуться домой.

— Что вы имеете в виду? — спросил я.

— О, это печальная история, — поведал Лю Сишунь. — Когда Юаньюань была жи... Когда она была маленькой, у неё была тяжёлая жизнь. Она была робкой, и над ней постоянно издевались одноклассники. Когда она выросла и пошла работать, она встретила одноклассницу, которая издевалась над ней, когда она была в школе. Одноклассница толкнула её головой в унитаз, и она утонула. После этого она не могла выйти из туалета.

— Это уже не просто школьное хулиганство. Мы должны подать заявление на эту ученицу за то, что она намеренно причинила вред Юаньюань и оставила у неё серьёзную психологическую травму. Она должна нести ответственность по закону, и ей придётся оплатить лечение, которое понадобится Юаньюань в будущем, — негодовал я.

— О, не беспокойтесь об этом, она уже получила урок. Просто Юаньюань такая жалкая. Её привязанность к унитазу была слишком сильна. Даже если бы она захотела, то не смогла бы уйти. Ей приходилось постоянно появляться у туалета по ночам.

— Дома ты полагаешься на родителей, на улице – на друзей. Я думаю, что мы, как её соседи, должны посоветовать ей пойти лечиться и как можно скорее выйти из-под этой психологической тени.

— В этом нет необходимости. Когда она была жив... раньше, её одноклассники говорили, что от неё пахнет туалетом, и всегда отвергали её. Но вы не стали презирать её, и где бы вы её ни встретили, всегда протягивали ей руку помощи. Теперь она вернулась домой и будет жить хорошей жизнью в будущем, — промолвил Лю Сишунь. — Только что она вернулась и ушла со своим багажом. Она также попросила меня позаботиться о вас в будущем.

Я посмотрел на спальню Ли Юаньюань, которая была такой же чистой и опрятной, как и раньше. Унитаз всё ещё был на месте, но парик исчез.

Как и сказал Лю Сишунь, от Ли Юаньюань всегда пахло раствором для чистки унитазов, который не исчезал, даже когда она принимала душ. На самом деле, мне не нравился этот запах, но я знал, что должен быть осторожен с эмоциональным состоянием Ли Юаньюань. Даже если мне не нравился этот запах, я всё равно должен был настойчиво протянуть ей руку дружбы.

Если она действительно смогла добиться прогресса, это было замечательно, но жаль, что она уехала в такой спешке и мы не успели увидеться.

Но это не имело значения. Пока между ними есть связь, у двух живых людей всегда будет шанс встретиться.

— Спасибо, учитель Лю. Я знаю, что вы специально ждали, чтобы рассказать мне об этом.

— Ничего страшного. Я очень мало сплю по ночам. Кстати, эта тетрадь для вас. Вы можете брать её с собой, когда будете вести уроки. В ней можно писать планы уроков или записывать имена учеников.

Учитель Лю протянул очень старую тетрадь. Бумага была тонкой и жёлтой. Казалось, что она хранилась в течение многих лет. Внутри она была пустой, в ней ничего не было написано.

Наверное, это была его любимая тетрадь, которую он бережно хранил много лет. Я прислонил её рядом со своим сердцем и поблагодарил его:

— Спасибо. Я буду носить её с собой в будущем.

— Ах, нет, нет, вам не нужно носить её с собой, и уж точно не держите её рядом с сердцем. Ваша кровь слишком сильная и горячая, — махнул рукой Лю Сишунь. — Положите её в сумку с книгами. Если на уроке вам попадётся непослушный ученик, просто достаньте её.

Какая связь между планом урока и непослушными учениками? Возможно, это связано с опытом преподавания учителя Лю. Мы обсудим это позже.

Сейчас мне очень хотелось спать, и я почти валился с ног от усталости. Взяв тетрадь и простившись с учителем Лю, я пошёл в свою комнату и заснул.

Во сне я смутно видел Ли Юаньюань. На ней было платье с цветами, она улыбалась и махала мне рукой. Затем она взлетела в небо.

Когда я проснулся, я подумал, что это был хороший сон. У меня было хорошее настроение. Я надел обычную дешёвую футболку, которую купил на оптовом рынке за 20 юаней и пошёл на работу.

Утром Ся Цзинь отправился к персоналу, обслуживающему лифт, но в тот период, когда мы были в ловушке, в сигнал системы видеонаблюдения были внесены помехи. Был виден только синий экран. К тому времени, когда сигнал был восстановлен, мы уже покинули лифт. И персонал действительно не услышал наш сигнал бедствия, хотя всё это время усердно работал.

Ся Цзинь долго искал, но так ничего и не обнаружил. Торговый центр открывался в девять, поэтому у него не было времени продолжать поиски. Он быстро вошёл в рабочее состояние.

Я наблюдал за ним и видел, что он не помнит, что произошло прошлой ночью. Я знал его, поэтому не думал, что он притворяется.

Это меня одновременно встревожило и успокоило. Я беспокоился, что у него действительно была психологическая атака, и чувствовал облегчение оттого, что он ничего не помнит, так что это не повлияет на нашу дружбу.

Я положил свой мобильный телефон в шкафчик для персонала, надел костюм медведя и приступил к выполнению своей трудоёмкой и восхитительной подработки.

Пока я работал, я продолжал прогуливаться мимо лифта, в основном, чтобы увидеть Нинь Тяньцэ, если он сегодня появится. Я очень беспокоился, что для того, чтобы развеять зло, он собирается помочиться в лифте.

Однако Сяо Нинь не появлялся весь день. Только когда я уже собирался уходить с работы в десять вечера, я увидел ярко-жёлтый халат. Только взглянув на одежду, я понял, что это Нинь Тяньцэ.

Увидев, что он не обращает внимания на препятствия персонала и направляется прямо к лифту, я бросился остановить его, но я всё ещё был в костюме медведя и упал через два шага.

Подняв голову, я увидел, что Нинь Тяньцэ всё ещё идет к лифту. Я понял, что мне будет трудно подняться, и я пополз вперёд, используя руки.

Пол в торговом центре был очень гладким. Пушистому костюму было нетрудно скользить по нему. Я быстро догнал Нинь Тяньцэ, который ждал лифт. В этот момент лифт прибыл. Когда я увидел, что он собирается войти внутрь, я быстро обхватил его ноги своими пушистыми руками.

— Подожди меня... — задыхался я в своём медвежьем костюме.

Нинь Тяньцэ, должно быть, был шокирован. Он вытащил деревянный меч на своей спине, указал на меня и сказал:

— Что ты за зло? Покажи свою первоначальную форму.

Я крепко держал его за ноги одной рукой, а другой потянулся, чтобы расстегнуть молнию на костюме. Я и так был неуклюж в костюме, а держа человека одной рукой, мои движения были крайне неловкими. Я долго не мог расстегнуть молнию.

В этот момент пришёл персонал вместе с Ся Цзинем. Как раз когда я собирался попросить Ся Цзиня помочь мне снять костюм медведя, я увидел, что Ся Цзинь тепло пожимает руку Нинь Тяньце.

— Здравствуйте, мастер Нинь, меня зовут Ся Цзинь. Я попросил вас прийти. Разве я не говорил раньше, что вы можете пройти в мой кабинет прямо из лифта для персонала? Почему вы пришли сюда?

— Я беспокоился о лифте с призраками, — как обычно, холодно ответил Нинь Тяньцэ. — Кроме того, не могли бы вы попросить своего сотрудника отпустить меня?

Когда Ся Цзинь посмотрел вниз, я крикнул ему:

— Помоги, помоги мне выбраться из этого костюма!

— Шэнь Цзяньго? — удивился Ся Цзинь. — Почему ты держишься за мастера, которого я пригласил сюда? Ты также, должно быть, догадался, с чем мы столкнулись прошлой ночью. Пойдём, мы вместе расскажем мастеру, что произошло прошлой ночью.

Он нагнулся и помог мне встать. Сняв костюм, я помахал Нинь Тяньцэ с залитым потом лицом.

— Привет, Сяо Нинь.

— Кого ты зовёшь Сяо Нинем! Его зовут мастер Нинь, — Ся Цзинь шлёпнул меня по затылку. — Ползать по полу и хватать клиента за ноги посреди торгового центра, какой позор!

Ся Цзинь работал уже много лет, и его способности к связям с общественностью были достаточно сильны. Он тут же повернулся к покупателям, которые начали фотографировать и наблюдать за суматохой, и заявил:

— Извините, это два актера, которых мы пригласили на мероприятие. Они репетируют спектакль «Небесный мастер изгоняет демона-медведя». Если они пройдут прослушивание, вы можете увидеть эту программу в нашем торговом центре в будущем. Мы скоро закрываемся. Пожалуйста, оплатите свои покупки как можно скорее. В одиннадцать часов кассы закроются.

Когда окружающие услышали Ся Цзиня, они убрали свои телефоны и направились к кассам. Некоторые люди также сказали Ся Цзиню, что программа была хорошей и смешной. Они надеялись когда-нибудь посмотреть её.

Когда толпа разошлась, Ся Цзинь отвёл меня и Сяо Ниня в свой офис.

Как только мы вошли, он вежливо попросил Сяо Ниня сесть на диван и предложил ему чашку чая. Затем он посмотрел на меня и сказал:

— Даже если ты хотел найти мастера, чтобы как можно скорее рассеять зло, ты всё равно должен был соблюдать приличия.

— Именно из-за соблюдения приличий я поспешил остановить его, чтобы он не вошёл в лифт. Там столько людей, что случилось бы, если Сяо Нинь решил бы помочиться в лифте? Я полагаю, что ты ещё девственник, верно?

Последнее предложение было адресовано Нинь Тяньцэ, который покраснел и сделал глоток чая, чтобы скрыть своё выражение лица. Он притворился невозмутимым и ответил:

— Хотя секта Маошань не запрещает браки, нам не разрешается разделять наш источник Ян, пока мы не станем достаточно сильными. Я ещё недостаточно силён, поэтому время ещё не пришло.

Значит, он был девственником.

Ся Цзинь льстиво улыбнулся Нинь Тяньцэ.

— Мастер Нинь скромничает. Несколько дней назад вы решили проблему с призраками в доме президента Ляня. Президент Лянь очень рекомендовал мне вас. Он сказал, что ваши навыки очень глубоки, и вы обязательно справитесь с призраком в нашем торговом центре.

Я дёрнул Ся Цзиня за одежду.

— Эй, ты же выпускник университета, почему ты такой суеверный? Призраков не существует.

Ся Цзинь шлёпнул меня по руке.

— Ты что, слепой? Ты видел, каким был лифт прошлой ночью, думаешь, это не призрак? А твоя соседка Ли Юаньюань? Я своими глазами видел, как она вылезла из унитаза. И я просмотрел историю квартиры 404, в поместье Дальний Берег. Это обитель призраков! И ты всё ещё осмеливаешься жить с ней. Ты когда-нибудь видел её днём? Разве ты не живёшь с призраком всё это время?

— Ты зашёл слишком далеко. Одно дело быть суеверным самому, но не надо оскорблять мою соседку, называя её призраком. Юаньюань – хорошая девушка, просто она немного странная. Как ты можешь так о ней говорить?

— Тогда попробуй позвать её сюда днём. Если она осмелится прийти ко мне при свете солнца, я поверю, что она человек.

— Она вернулась в свой родной город. Её нет в городе. Как я могу позвать её к тебе? И вообще, разве это нужно доказывать?

Я был зол. То, что Ся Цзинь также погряз в суеверих, заставило меня почувствовать безнадёжность.

Ся Цзинь увидел, что не может ввести меня в заблуждение своими суевериями. Он покачал головой и сказал:

— Нинь-тяньши*, посмотрите на него, разве он не тот, кто окружён призраками? Я никогда раньше не сталкивался с подобными вещами, но вчера, когда я был с ним, я постоянно сталкивался с призраками. Наверное, это его присутствие тянуло меня вниз.

*«небесный мастер», так чаще всего будут называть Нинь Тяньцэ

Нинь Тяньцэ посмотрел на нас некоторое время и покачал головой.

— Господин Шэнь Цзяньго – честный человек, не затронутый сверхъестественным. Напротив, господин Ся, у вас на лбу энергия Инь. В последнее время ваша судьба складывалась неудачно, и вы были подвержены призракам.

Ну, посмотрите на это. Сяо Нинь знал, что я не верю в призраков, поэтому он не стал говорить, что это я. Это была стандартная схема.

Глава 13 - Подработка (Часть 5)

— Тогда, Нинь-тяньши, что я должен сделать, чтобы изменить свою судьбу? — нервно спросил Ся Цзинь.

— Ученики Маошаня специализируются на уничтожение демонов и изгнании призраков. Мы не практикуем изменение судьбы, — с извиняющимся видом ответил Нинь Тяньцэ. — Но небеса вознаграждают добродетель. Пока ваше сердце доброе, а поступки хорошие, ваша судьба будет улучшаться естественным образом.

Он посмотрел на меня и добавил:

— Как, например, у господина Шэня.

Услышав, как Нинь Тяньцэ сказал, что мне повезло, Ся Цзинь закатил глаза. Все на факультете идеологических и политических наук знали, что Шэнь Цзяньго славился своим невезением. Если я пропускал занятия, учитель обязательно проводил перекличку. Всё, что я не учил, обязательно появлялось в тесте. Если мои однокурсники хотели пропустить урок, они спрашивали меня, собираюсь ли я на него идти. Если они готовились к тесту, то спрашивали, какие разделы учебной программы я не планирую изучать.

Что я мог с этим сделать? Я мог только бороться, изо всех сил стараясь поступать правильно. Я не смел уповать на удачу, не смел пропускать ни одной части учебного плана, если хотел окончить университет. Но были и плюсы: поскольку у меня был прочный фундамент в учёбе, я легко сдал экзамены.

Это показывает, что, живя правильной жизнью, мы не можем быть беспечными. Мы можем пожинать только плоды того, что посеяли. Нельзя посадить семена кунжута и ожидать урожая арбузов. Вдумчивый и реалистичный подход приведёт вас к наилучшим результатам.

После этих слов, Ся Цзинь немного разуверился в мастере, но всё равно сказал Сяо Ниню:

— Теперь, когда торговый центр закрыт и все покупатели ушли, Нинь-тяньши, почему бы вам не пойти со мной осмотреть лифт и женский туалет?

— Хорошо, — слегка кивнул Сяо Нинь. — Торговый центр – это место, где собираются люди. Он полон жизненной силы. Любой призрак, который может выжить здесь, должен быть чрезвычайно жестоким. В конечном счёте, он может причинить вред человечеству и должен быть уничтожен.

Услышав это, я очень встревожился. Поскольку Ся Цзинь не был посторонним, я схватил Сяо Ниня за одежду и сказал:

— Ты же не собираешься писать в лифте и женском туалете?

Сяо Нинь посмотрел на меня с жёстким выражением лица.

— Господин Шэнь, хотя моча девственника рассеивает зло, это лишь экстренная мера для обычных людей. Как наши ученики могут использовать такие неэффективные методы?

Я почувствовал облегчение и кивнул.

— Хорошо, что ты не собираешься мочиться в общественных местах.

Ся Цзинь отвёл меня в сторону и прошептал:

— Что происходит? Ты его знаешь?

Чтобы Ся Цзинь не попал в водоворот средневековых суеверий, я рассказал ему о сообщении, которое отправил в WeChat, когда не смог дозвониться, а также упомянул о решении, предложенным Нинь-тяньши. Моей главной целью было заставить Ся Цзиня понять, что суеверие – это не выход.

Но вместо этого Ся Цзинь хлопнул себя по бедру и воскликнул:

— Даже звонок в полицию не прошёл, но ты всё равно смог передать ему сообщение. Разве это не доказывает, что он действительно мастер?

Затем он подошёл к Нинь Тяньцэ, взял его за руку и попросил пройти в женский туалет.

Что мне оставалось делать? Я последовал за ними. Так трое взрослых мужчин вместе пошли в женский туалет в торговом центре.

Ли Юаньюань вернулась в свой родной город, поэтому естественно, никто не пытался остаться на ночь в женском туалете. На этот раз Ся Цзинь ничего не увидел. Нинь Тяньцэ также покачал головой после осмотра.

— Здесь есть след энергии Инь. Призрак мог пройти мимо, но он не задержался. Давайте пойдём к лифту и посмотрим.

Ся Цзинь расслабился.

— Похоже, что твоя соседка действительно не призрак. Но квартира 404 всё равно проклята. Сколько жильцов там умерло? Ты должен съехать, как только сможешь себе это позволить.

Я презирал суеверные мысли, но ценил заботу старого школьного товарища, поэтому мог только неопределённо кивнуть. Что касается переезда... Если бы я мог купить квартиру в Х-Сити, я бы точно переехал. Пока я не могу купить квартиру... жить в бесплатном общежитии было достаточно неплохо.

Мы втроём вышли из туалета и пошли к лифту. Нинь Тяньцэ остановил нас перед дверью лифта и с серьёзным лицом спросил:

— Энергия Инь очень плотная. Не было ли несчастных случаев при установке этого лифта?

— Был, — ответил Ся Цзинь. — Я провёл расследование, как только пришёл сегодня на работу, и действительно обнаружил, что во время установки лифта в этом здании сломалось оборудование. Рабочий сорвался и умер. Члены семьи пришли, чтобы потребовать компенсацию, но застройщики влезли в долги, обанкротились и не смогли выплатить пенсию. Печальная история.

— Так вот оно как, — Нинь Тяньцэ достал старый деревянный диск с выгравированными символами. — Он стал демоном из заботы о своей семье. Его обида очень сильна. С ним будет трудно справиться.

Я уставился на указатель на деревянном диске в его руках и заметил:

— Сяо Нинь, этот твой компас не очень полезен. Стрелка всё время крутится.

Ся Цзинь шлепнул меня по затылку и проговорил:

— Ты что, дурак? Это называется компас зла. Он указывает на призраков. Указатель реагирует на окружающую энергию Инь. Поскольку вокруг призрак, стрелка вращается.

Я глубоко вздохнул. Ся Цзинь был слишком глубоко захвачен, чтобы его можно было спасти.

Сяо Нинь не ответил на мои слова, но выражение его лица становилось всё более серьёзным. Он нахмурился и произнёс:

— Это будет нелегко.

— Что случилось? — спросил Ся Цзинь.

— Кровь этого человека попала в лифт. Его наверное почистили, но такие вещи трудно отмыть полностью. Его кровь осталась в щелях в углах лифта, и призрак слился с корпусом лифта. Можно сказать, что он – это лифт, а лифт – это он. Пока лифт не будет разобран и уничтожен, призрак не может быть изгнан, — объяснил Нинь Тяньцэ.

— Это... — Ся Цзинь выглядел обеспокоенным. — Если бы в лифте не было никакой неисправности, мы бы не стали тратить силы на его изменение. Нинь-тяньши, разве нет другого способа?

— Да, но... — Нинь Тяньцэ колебался. — Нужно будет войти в логово тигра. Зайти в лифт, выманить призрака и сразиться с ним. Но призрак управляет лифтом. Если он улизнёт от меня, пока я буду сражаться с ним, и сбросит лифт с высоты... В конце концов, я всего лишь плоть и кровь. Так что безопаснее будет демонтировать лифт.

Ся Цзинь, этот оппортунист, выглядел подозрительно. Видя его выражение лица, Нинь Тяньцэ согласился рискнуть.

— Я войду в лифт, чтобы изгнать призрака, а вы ждите снаружи, — велел Сяо Нинь.

Я не мог спокойно смотреть, как он так смело идёт навстречу смерти.

— Подожди, с лифтом что-то не так. Вдруг что-то случится, пока ты будешь там один? Давай я пойду с тобой. Мы вызовем лифт на второй подэтаж. Ся Цзинь, если ты останешься снаружи и отключишь электричество, я не думаю, что он сможет снова подняться.

Я не верил в зло. Не будет никаких проблем, если отключить электричество.

— Ты не даосский культиватор. Тебе не следует входить, — Нинь Тяньцэ выглядел неодобрительно. — Я боюсь, что не смогу защитить тебя во время битвы.

— Я не нуждаюсь в защите, — махнул я рукой. — Я пойду с тобой в лифт и докажу тебе, что призраков не существует.

Ся Цзинь был очень рад услышать, что ему не нужно разбирать лифт или заходить в него самому. Он вместе со мной вызвал лифт на минус второй этаж. Нинь Тяньцэ сказал, что мы должны были подождать, пока дверь закроется, и призрак лифта решит, что мы полностью в его власти. Только тогда он появится. Он не верил в эффективность отключения электричества; призрак был интегрирован с лифтом, поэтому даже если электричество будет отключено, призрак всё равно сможет управлять им.

На это заявление я лишь спросил:

— Как у тебя обстояли с физикой в средней школе?

— Я вырос в секте Маошань... — ответил Нинь Тяньцэ.

— Достаточно, я понял, что ты не учился в средней школе, — вздохнул я. — Суеверия действительно могут сгубить человека. Позволь мне, студенту гуманитарного факультета, который не изучал физику со второго класса средней школы, объяснить тебе это. Лифт поднимается, преобразуя электрическую энергию в кинетическую, чтобы компенсировать силу тяжести. В отсутствие электрической энергии, даже если призрак существует, я не верю, что он может поднять этот лифт весом более тысячи фунтов, а затем отправить его обратно вниз.

Если бы лифт находился на четвёртом этаже, я бы тоже забеспокоился. В конце концов, мы были людьми из плоти и крови. Но лифт находился на самом нижнем этаже. Что может пойти не так?

Доверившись науке, я сопроводил Нинь Тяньцэ в лифт. Ся Цзинь, оставшийся снаружи, сразу же выключил электричество, как только двери лифта закрылись. Внутри лифта стало так темно, что невозможно было разглядеть руку перед лицом.

— Ся Цзинь выключил электричество слишком тщательно. Он мог бы оставить свет включенным, — пробормотал я, доставая свой телефон. Я увидел, что в нём осталось всего 2% заряда.

— Используй фонарик своего телефона, мой скоро выключится, — попросил я Сяо Ниня.

Но вместо этого Сяо Нинь рядом со мной мрачно заявил:

— Выключение света не было делом рук Ся Цзиня. Им управляет призрак лифта. Он хочет заманить нас в темноту. Скоро лифт наверняка начнёт подниматься сам по себе.

— Как такое может случиться? — я ударил кулаком по стенке лифта. Возможно, я использовал слишком много силы; весь лифт задрожал. — Тогда давай посмотрим, как он поднимется.

Я прислонился к стене лифта, скрестив руки перед грудью. Темнота была усыпляющей. Последние несколько дней я рано просыпался, поэтому сейчас мне очень хотелось спать.

Когда я уже засыпал, я почувствовал, как холодная рука коснулась моей груди. Это было так холодно, что я сразу же проснулся. Немного смутившись я обратился Сяо Ниню:

— Если ты не видишь, включи фонарик на телефоне. Не надо ничего искать.

От этого прикосновения я покраснел.

Голос Нинь Тяньцэ раздался напротив меня:

— Я могу видеть в темноте. Это не я тебя сейчас трогал, а призрак. Я не знаю, почему его больше интересуешь ты, а не Небесный Мастер, который представляет для него большую угрозу.

«Ты не собираешься признать, что прикасался ко мне?» — я был немного рассержен.

Хотя, учитывая, что он дотронулся до меня в таком деликатном и неловком месте, не признаваться в этом было вполне правильно. Это спасло меня от смущения.

Мы были вдвоём в этом замкнутом тёмном пространстве, и, в конце концов, моя ориентация была довольно искривлённой. Просто закрыв глаза, я мог представить себе красивое лицо Сяо Ниня, и весь мой гнев сразу же улетучился.

Внешность действительно имела большое значение в этом мире.

Затем Сяо Нинь достал какую-то золотую, светящуюся штуку, от которой у меня немного заболели глаза. Прищурившись, я увидел, что он достал свой деревянный меч и размахивает им в узком пустом пространстве.

— Что ты делаешь!

Меч несколько раз пронёсся перед моим лицом.

— Призрак уже появился. Он собирается использовать этот лифт, чтобы убить нас двоих. Он не может принять видимую форму, поэтому ты не сможешь его увидеть, — ответил Нинь Тяньцэ, размахивая мечом.

Я был вынужден прижаться к стене в углу лифта, как гусеница, боясь быть проткнутым деревянным мечом. Несуществующий призрак не пугал меня, в отличие от Сяо Ниня.

Через некоторое время Сяо Нинь перестал метаться и прислонился к стене лифта, задыхаясь.

— Этот призрак слишком хитрый. Он снова спрятался в лифте.

Я увидел, что он наконец остановился, и попытался выбить деревянный меч из его руки. Я стукнул мечом о стену лифта, как дисциплинарной плетью.

— Ты слишком глубоко отравился суеверием.

В золотом свете, исходящем неизвестно откуда, я увидел, как изменилось лицо Сяо Ниня, когда я ударил деревянным мечом по стене. Подумав, что он расстроился из-за меча, я сунул его ему в руку.

— Вот, возьми его обратно. Я не хотел его красть, я просто не хотел, чтобы ты снова размахивал им вслепую.

Нинь Тяньцэ взял деревянный меч, его лицо выражало крайнее неверие.

— Призрак лифта распался.

— А?

— Как раз когда ты ударил мечом по стене, призрак показал своё лицо и был уничтожен, — лицо Сяо Ниня выглядело так, будто он был на грани обморока.

Я был в таком замешательстве, что весь мой гнев испарился. Что бы я ни говорил, Сяо Нинь не верил мне.

— Если он ушёл, то давайте выйдем из лифта. Если мы останемся дольше, у нас начнёт заканчиваться кислород, — вздохнул я.

— Х-хорошо.

Нинь Тяньцэ немедленно связался с Ся Цзинем и велел ему включить питание. Мы вышли из лифта, и я в унынии сел на пол.

Убедить людей поверить в науку – та ещё задача!

Глава 14 - Урок (Часть 1)

Ся Цзинь выбежал из щитовой и, сияя, спросил Нинь Тяньцэ:

— Нинь-тяньши, теперь, когда проблема с призраком решена, нет необходимости разбирать лифт, верно?

Он выглядел раздражающе, как собака, бегущая за кем-то по пятам.

Сяо Нинь с таким выражением лица, будто весь его мир рухнул, кивнул.

— Хорошо, пожалуйста, скажите мне номер вашего счета. Я попрошу бухгалтера перевести деньги.

— Нет необходимости, — Нинь Тяньцэ покачал головой и посмотрел на меня. — Это не я избавился от призрака. Это сделал господин Шэнь. Он каким-то образом смог овладеть мечом из персикового дерева, передаваемым из поколения в поколение в секте Маошань. Это действительно поразительно, если только...

— Не надо! — я сразу же прервал его, как только понял, куда он клонит. — Я выпускник университета со степенью в области идеологического и политического образования. Единственное, во что я верю, это марксизм и коммунизм. Я никогда не присоединюсь к секте Маошань.

Он криво улыбнулся.

— Поскольку шансов на успех нет, я не буду спрашивать. Мы расстанемся сейчас.

— Подожди.

Когда я увидел, что он собирается уходить, я встал, стряхнул пыль со штанов и подбежал к нему.

Хотя этот Нинь Тяньцэ был полон суеверий, не ходил в среднюю школу, напал на Му Хуайюнь и лапал меня в темноте, он всё равно был хорошим человеком. Он вмешался, чтобы помочь мне, когда эти дети собрались вокруг, чтобы побить меня, даже не зная, что это был я. В этой всё более холодной пустыне общества Нинь Тяньцэ был редкостью.

Поэтому я должен был поблагодарить его!

— Тот человек в костюме медведя в торговом центре вчера, которого били дети, был я. Спасибо, что помог мне остановить их, — искренне поблагодал я Нинь Тяньцэ. — Хотя у нас разные убеждения, я всё равно думаю, что мы можем быть друзьями.

Ся Цзинь, хорошо меня знавший, посмотрел на меня взглядом, который мог бы прожечь моё лицо, но я проигнорировал его, смело посмотрев на Сяо Ниня.

Нинь Тяньцэ слегка кивнул мне.

— Это ерунда. В будущем мы можем встретиться снова.

— Куда ты идёшь сегодня вечером? Мы можем пойти вместе, если нам по пути.

Нинь Тяньцэ покачал головой.

— Я иду в деревню.

Ну, это было не по пути. Я мог только смотреть, как Сяо Нинь покидает торговый центр и исчезает вдали.

Ся Цзинь всё ещё смотрел на меня.

Когда Нинь Тяньцэ ушёл, я спросил его:

— Ты можешь отвезти меня?

Ся Цзинь многозначительно сказал:

— Нинь Тяньцэ красив, не так ли?

Я подумал о том, как он выглядел вчера в обычной одежде, и вынужден был согласиться:

— Да, очень красивый.

— Ха, — усмехнулся Ся Цзинь. — не приходи ко мне, чтобы запить своё горе, когда твои любовные отношения опять пойдут наперекосяк.

— Ха, — усмехнулся я в ответ. — Что за грязные мысли? Я просто благодарен ему!

— Я прекрасно знаю, о чём ты думаешь, — заявил Ся Цзинь, когда мы шли к парковке.

На самом деле, если бы не вчерашний инцидент в автобусе, я бы рассказал ему, о чём думал на самом деле. Когда я учился в университете, я был влюблён в очень красивого старшекурсника, который играл в баскетбол. В то время я был в не очень хорошей физической форме. Чтобы сблизиться с ним, я каждый день проводил на баскетбольной площадке. Позже я привёл свою баскетбольную команду к победе над командой старшекурсника. Он собрал несколько человек, чтобы те помогли ему загнать меня в угол у задних ворот школы и избить меня, но вместо этого они были избиты мной. С тех пор между мной и тем старшекурсником, в которого я был влюблён, началась непримиримая вражда. Единственный раз, когда моё сердце было тронуто, закончился именно так.

После этого Ся Цзинь пил со мной каждый вечер в течение месяца, чтобы залечить моё израненное сердце. Я был беден ещё с университета, поэтому в то время Ся Цзинь покупал по 2 юаня пиво, которое было очень плохим на вкус и от которого на следующий день болела голова. Я никогда не забывал это проявление братских чувств.

Я молчал всю дорогу до дома. Было уже далеко за полночь и на следующий вечер мне нужно было идти на занятие. Перед тем как лечь спать, я взял в руки мобильный телефон. Директор Чжан прислала тему урока и адрес.

«Полночь в понедельник, актовый зал на четвёртом этаже бывшего здания Четвёртой больницы города Х. Занятие продлится два часа. Тема лекции – Идеологическое и нравственное воспитание. Автобус доставит вас туда и обратно».

На этот раз это была не средняя школа «Беневоленс».

Лёжа в постели, я искал бывший адрес Четвёртой больницы. Информация, которую я нашёл, была просто ужасающей.

Четвёртая больница была вынуждена переехать из-за слухов о призраках, но старое место ещё не было продано. Все специалисты, которые приезжали для расследования, внезапно умирали. Вся информация была такого рода. Директор Чжан действительно умела выбирать места.

Я был озадачен. Раз директор Чжан хотела помочь этим особенным людям, почему она не нашла постоянное место для занятий?

Я высказал свои сомнения через WeChat и вскоре получил ответ: «Один ученик помог мне найти его, это бесплатно».

Слово «бесплатно» мгновенно развеяло все мои сомнения. Так что это было то, что нужно. Недавно я обнаружил, что мне очень нравится это слово.

Директор Чжан была добросердечным человеком. Я даже не знал, собирает ли она плату за обучение со своих учеников. Если нет, значит, школа работает исключительно как благотворительная организация. В таком случае экономические перспективы директора Чжан были не очень хорошими. Ей приходилось экономить деньги, где только можно. Так что же делать, если у школы нет постоянного места? Если ученики не возражали, то всё в порядке.

Но у меня была другая проблема. Почему занятия всегда проходили ночью? Днём было лучше. Даже если бы занятия проходили ночью, разве они не могли бы начинаться в восемь?

Я с досадой подумал о прическе Ся Цзиня.

Директор Чжан ответила: «Ночью на улице меньше людей, и ученики чувствуют себя в большей безопасности».

Я подумал о Ли Юаньюань. Она всегда появлялась ночью. Вероятно, днём было слишком много людей, чтобы она могла спокойно выходить на улицу, учитывая то, что ей пришлось пережить.

Я мог это понять. Ах, ради учеников можно было пожертвовать волосами.

Я ворочался в постели, не в силах заснуть, и думал о строгом, напряжённом лице Сяо Ниня. Он был очень молод, но вёл себя как старик. Его речь также была довольно старомодной. Если подумать, это было мило.

Я взял телефон и отправил Сяо Ниню сообщение: «Ты спишь?»

Он ответил почти в следующее мгновение: «Нет».

«Почему ты не спишь так поздно ночью?»

«Я нахожусь на кладбище города Х, думаю, как двигаться дальше, чтобы найти правильный путь для своего совершенствования».

Что это за странный и причудливый поступок? Идти на кладбище посреди ночи, чтобы размышлять о жизни? Я спросил: «Есть ли на кладбище призраки?»

«Они были до основания Народной Республики. Сейчас популярна кремация. Нет костей, к которым могла бы прикрепиться душа, поэтому большинство из них не остаётся. Здесь нет ни призраков, ни людей. Это самое чистое место в земном царстве».

Когда я подумал о том, что Сяо Нинь выглядел так, как будто все его представления были опровергнуты раньше, такая манера разговора меня немного обеспокоила. Когда твоё мировоззрение разрушают другие, это очень болезненный опыт. В результате очень легко сбиться с пути.

«Разве мы не договорились встретиться в понедельник? Я не ожидал, что увижу тебе накануне вечером. Давай встретимся днём».

Эмоциональное состояние Сяо Ниня выглядело не очень хорошим. Я хотел увидеть его и поболтать.

«Прости. Возможно, мне придётся отменить встречу. Перед тем как отправиться на кладбище, я зашёл на железнодорожный вокзал и купил билеты, чтобы вернуться в свою секту завтра рано утром. То, что только что произошло, потрясло меня до глубины души. Мне нужно вернуться на некоторое время».

«О. Где находится твоя секта? Как долго идёт поезд?»

«Это более тридцати часов сидения на жёстком сиденье, три или четыре дня на дорогу туда и обратно, плюс время, которое я должен буду потратить на медитацию. В общей сложности это займёт от семи до пятнадцати дней».

Более тридцати часов на жёстком сиденье! От одной мысли об этом у меня заболели спина и попа. Похоже, что экзорцизм Сяо Ниня не приносил много денег. Подумав, что я только что отнял у него заработок, я почувствовал себя виноватым.

«На сидячие места скидки? В это время года билеты на самолёт иногда дешевле, чем на поезд».

«Нет, я не испытываю недостатка в деньгах. Я еду на жёстком сиденье, чтобы взращивать свой ум и сердце в земном царстве».

Прочитав слова «не испытываю недостатка в деньгах», я почувствовал слабый укол зависти. Мне очень не хватало денег. Каждый раз, когда я садился на жёсткое сиденье, я откладывал несколько сотен юаней на жизнь.

«Тогда... Я больше не буду тебя беспокоить. Увидимся, когда ты вернёшься. Не забудь навестить меня».

После того, как сообщение было отправлено, я вдруг подумал, не слишком ли оно прямолинейно. Что если Сяо Нинь не был геем? Хотя он трогал меня в лифте...

Я добавил предложение: «Приходи ко мне, и я дам тебе почитать научные материалы».

«Хорошо», — просто ответил Нинь Тяньцэ.

Я не знал, догадывался ли он о моих намерениях или нет.

После разговора я медленно заснул. Я спал без сновидений, а когда я проснулся утром, солнечный свет поднял мне настроение.

С детства мне не снилось много снов, и я легко засыпал. Кроме того, что я не мог спать в классе, я мог спать где угодно.

Директор Чжан сообщила мне, какая тема будет на сегодняшнем уроке – предмет, в котором я хорошо разбирался. Весь день я просидел в своей комнате, составляя план урока. Поскольку в заброшенной больнице может не оказаться проектора, то, создав PowerPoint, я записал план урока в тетрадь, которую Лю Сишунь дал мне в качестве страховки.

В пол двенадцатого я вышел ждать автобус. Водитель автобуса, как всегда, был пунктуален.

Сегодня, садясь в автобус, я почувствовал, что мне немного жарко и не мог не сказать:

— Сэр, сегодня здесь немного жарко. Разве вы не включили кондиционер?

— Сегодня вы можете занять любое место, — произнёс водитель, не отвечая на мой вопрос.

Я огляделся. Конечно, все кресла стали зелёными, а табличка с местом учителя Шэнь Цзяньго исчезла.

Хотя я чувствовал себя немного неловко из-за специального места, это также свидетельствовало о добрых намерениях водителя. То, что оно исчезло, было немного непривычно.

— Почему все кресла покрашены в зелёный цвет? — спросил я.

Водитель продолжал избегать прямого ответа на мои вопросы.

— Вы сегодня единственный. Можете садиться где хотите.

Он сказал это так, как будто я не был единственным каждый раз... Но, думая об этом, я вдруг вспомнил о том, что произошло между мной и Ся Цзинем той ночью. Подумав, что водитель наверняка видел это, я почувствовал себя неловко и тихо сел в кресло.

Приехав к старому зданию Чётвертой больницы, водитель сказал мне:

— Я приеду за вами в два часа и буду ждать до пяти. До пяти вы должна... забудьте, вы обязательно вернётесь.

Затем он высадил меня и уехал.

Старые здания Четвёртой больницы всё ещё были в хорошем состоянии. В темноте я не мог чётко различить административное здание, амбулаторный корпус и стационар.

Мой класс должен был находиться в актовом зале в амбулаторном корпусе. Там обычно собирались врачи, чтобы обсудить планы лечения. Зал для собраний был очень большим, и в нём имелось проекционное оборудование. Он вполне подходил для проведения урока.

Подходя к воротам больницы, я увидел девушку в красном платье, которая стояла у двери и махала мне рукой.

Я подошел ближе и увидел, что это была Му Хуайюнь. Наверное, на ней было слишком много пудры для лица. Её лицо в ночи было белым, как снег, а губы были неестественно красными.

— Учитель Шэнь, — с улыбкой крикнула Му Хуайюнь, стоя у ворот и не выходя. — Я боялась, что вы не сможете найти класс, поэтому вызвалась выйти, чтобы встретить вас.

Глава 15 - Урок (Часть 2)

В лунном свете улыбка Му Хуайюнь была необычайно пронзительной. Я вздохнул. Как у такой милой девушки может быть худшее представление о женской красоте, чем у такого закоренелого гея, как я? Одно дело – использовать немного пудры, чтобы скрыть недостатки, и помаду, чтобы добавить немного цвета. Но она нанесла слишком много пудры, и её лицо выглядело бескровным, а губы так, будто она пила кровь. В этом не было ничего красивого.

Му Хуайюнь взяла меня за руку естественным жестом и мягко сказала:

— Опасно гулять после наступления темноты. Я беспокоилась что учитель Шэнь не сможет ясно видеть. Позвольте мне помочь вам.

Она говорила так, словно я был стариком лет семидесяти-восьмидесяти. Му Хуайтун прижалась к моему телу, а её грудь ткнулась в мою руку.

— Му Хуайюнь, ты... — я замешкался, глядя на неё.

Она подняла на меня глаза и моргнула. Её большие глаза были как приманка для духов, и её грудь снова коснулась моей руки.

— Тебе следует пить больше концентрата ягод годжи, — сказал я с беспокойством. — Ты такая холодная, хотя сейчас лето. Наверное, у тебя низкое содержание железа в крови и плохое кровообращение. Такие проблемы в молодости могут осложнить тебе жизнь в будущем. Самое главное для тебя сейчас – больше заниматься спортом. Когда у нас будет перерыв в уроке, я покажу тебе свою программу упражнений. Она очень эффективна.

Сказав это, я убрал руку от её груди, снял пиджак и накинул его на неё. Пиджак был тёплый от моего тела и помог бы ей немного согреться.

К счастью, я купил ещё один пиджак и рубашку для занятий. Если бы на мне была футболка за 19,9 юаней, как на моей подработке, то сняв её, я бы остался с голой грудью. Я не мог одолжить её Му Хуайюнь.

Лицо Му Хуайюнь спряталось под пиджаком, и я мог видеть только её глаза, смотрящие на меня.

— Учитель, я некрасивая? У меня плохая фигура? — спросила она.

— Ты очень красивая, — уверенно ответил я. — Я был студентом гуманитарного факультета и большинство моих однокурсников были девушками. Но даже в таком окружении ты была бы в первом ряду красавиц. Единственный твой недостаток в том, что тебе не хватает уверенности в себе. Я не похож на тех мужчин, которые не любят, когда женщины красятся. Я считаю, что макияж может сделать красивее, а также придать больше уверенности. Пока ты заботишься о защите своей кожи, макияж – это хорошо. Но всё имеет свои пределы. Ты и так прекрасна. Тяжёлый макияж только скрывает твою красоту.

И самое главное, что её макияж был плохо наложен. Когда я ходил в университет, меня окружало много девушек. Они передавали друг другу множество советов по макияжу. Хотя меня это не интересовало, я всё равно многое запомнил.

Лицо Му Хуайюнь исказилось.

— Это все ваши мысли на мой счёт, учитель?

После этого она несколько раз моргнула. Её ресницы были очень длинными, но не такими длинными, как у Сяо Ниня. Я вспомнил, как Сяо Нинь стоял с опущенной головой, глубоко задумавшись. Его длинные-длинные ресницы привлекли моё внимание.

— Да, — кивнул я. — Я надеюсь, что ты сможешь как можно скорее выйти из тени своего прошлого и смотреть на жизнь с позитивным настроем. В мире нет преград, которые нельзя преодолеть. Люди сильнее, чем они думают.

Я знал, что предательство любимого, выкидыш и презрение сокурсников причинили ей сильную боль. Эта боль не уйдёт только потому, что я стою рядом и говорю ей, что она должна быть сильной. Дальнейший путь Му Хуайюнь был нелёгким.

— Я не студент психологического факультета. У меня не так много теоретических знаний, но одну вещь я знаю очень хорошо: физические упражнения делают людей счастливыми, — сказал я и ударил себя по груди. — Когда у меня плохое настроение, я пробегаю десять километров, весь в поту, а потом принимаю ванну. Когда моё тело устаёт, разум не может много думать. Если хочешь, я могу сопровождать тебя на утренней пробежке.

Му Хуайюнь бросила мне в лицо пиджак и сердито зашагала впереди меня.

— Учитель Шэнь, у вас никогда не будет девушки.

Это было вполне разумно, я всё равно не хотел иметь девушку.

После того как Му Хуайюнь разозлилась, мы пошли гораздо быстрее. Через пять минут мы вошли в амбулаторный корпус. В здании было темно, и я схватился за руку Му Хуайюнь, которая шла впереди меня.

— Что такое? Вам страшно?

Му Хуайтун оглянулась на меня и улыбнулась, её лицо было белым как бумага.

— Ну, я немного боюсь, — признался я. — А вдруг я столкнусь с другим учеником, притворяющимся призраком в темноте? В прошлый раз, из-за того, что ты остановила меня на полпути, занятие отменили. Я даже не смог увидеть других учеников. Директор Чжан не винила меня, но я не хочу снова пропускать работу. Это заставляет меня чувствовать себя недостойным той зарплаты, которую мне платит директор Чжан.

Му Хуайюнь, вероятно, поняла, что я намекаю на её непослушное поведение, и, похоже, почувствовала угрызение совести. Она долго молчала и заговорила только после того, как мы поднялись на четвёртый этаж.

— Не волнуйтесь, учитель Шэнь. На этот раз никто не посмеет остановить вас.

Я был готов похвалить учеников за их послушание, но Му Хуайюнь добавила:

— Но они не обязательно будут хорошо вести себя в классе. Надеюсь, вы сможете справиться с ними так же, как со мной.

После этого дверь в актовый зал за её спиной открылась сама по себе. Свет внутри был выключен и Му Хуайюнь исчезла в темноте. Я догадался, что она спряталась за дверью, чтобы напугать меня.

Эти ученики не слишком опасались своего учителя. Они даже не включили свет. Наверное, они хотели устроить пугающую церемонию приветствия в темноте.

К счастью, после моего опыта в средней школе «Беневоленс» я пришёл подготовленным. Я достал из сумки, которую нёс с собой, недавно купленную энергосберегающую светодиодную настольную лампу. Я зарядил её в течение дня, и она была на полной мощности. При включении она могла осветить 40 квадратных метров пространства, это была моя мера предосторожности на случай отключения электричества.

Я пошёл в класс, неся лампу. Войдя, я увидел ученика в больничном халате. Его голова была покрыта кровью и мозговым веществом, и он парил передо мной. Он увидел меня и усмехнулся. При свете лампы я увидел, что по его зубам ползают личинки.

— Такая вкусная человеческая энергия, такой густой Ян. Этого достаточно, чтобы я был сыт целый год. Хи-хи-хи! — он издал жуткий смешок, и личинки упали на землю из его улыбающегося рта.

Этот студент приложил немало усилий, чтобы напугать меня. Я даже не знал, были ли личинки настоящими или нет.

Что это за шутка? Неужели я такой человек, который может испугаться каких-то насекомых? Когда у нас в общежитии появились тараканы, Ся Цзинь завыл, переполз с нижней койки на мою верхнюю, прижался ко мне и сказал, что на его кровати сидит таракан и он не может заснуть. Я схватил таракана голыми руками и выбросил его в окно. Как я мог теперь бояться этих маленьких букашек?

Личинки покатились по полу и поползли ко мне. Не спеша, я достал тетрадь, которую дал мне учитель Лю, и с её помощью раздавил личинок. В то же время, не меняя выражения лица, я похлопал ученика по плечу.

— Молодой человек, ты действительно постарался напугать меня. Как тебя зовут?

— Ты, ты действительно убил личинок, над выращиванием которых я так старался? — рассердился ученик. — Ты знаешь, сколько мыслей и усилий мне потребовалось, чтобы вырастить этих личинок в формалине?

— Я заметил, что ты не очень следишь за гигиеной, — я старался держаться от него подальше. — Возвращайся на своё место, остальные ученики ждут.

Директор Чжан заранее дала мне список учеников. В этом классе было двадцать три ученика. Число было не очень большим, но, судя по тому, кто стоял передо мной, ни с одним из них не будет легко справиться.

Пройдя через дверь, я поднял мощную лампу и ясно увидел лица учеников.

Они были одеты во всевозможные странные одежды. Некоторые были в инвалидных колясках, некоторые в чонсамах, некоторые закутались, как мумии, а один мальчик лет тринадцати-четырнадцати сидел на своём месте с подстилкой на спине, видимо, боясь повредить позвоночник.

Видя их такими, я вдруг почувствовал, что поведение Му Хуайюнь по отношению ко мне той ночью можно назвать вежливым. По крайней мере, она понимала, что такое гигиена, и не пыталась вызвать у меня отвращение насекомыми.

— Кхм, — прочистил я горло. — Привет всем, я ваш учитель на этом уроке Идеологического и Нравственного Развития. Меня зовут Шэнь Цзяньго. Вы можете называть меня учитель Шэнь, учитель Цзяньго или Шэнь Цзяньго, всё в порядке. Это моя первая работа. Этот класс станет для всех нас возможностью учиться и развиваться вместе. Я очень рад, что все из вас смогли прийти сегодня. Я знаю, что трудно посещать занятия ночью и в такой обстановке. Чтобы лучше и быстрее узнать вас, позвольте мне провести перекличку. Му Хуайюнь.

Сидя в передней части актового зала, Му Хуайтун медленно подняла руку, поддерживая меня. Когда она взяла на себя инициативу, остальные ученики присоединились к ней. Через несколько минут я запомнил имена и внешность всех учеников. Конечно, это было не потому, что у меня хорошая память, а потому, что их наряды производили глубокое впечатление, и, увидев их, невозможно было забыть.

Например, ученика, который любил играть с личинками, звали Тянь Буэн(1), довольно литературное имя.

(1) стремление к знаниям/культуре

Электричество в классе, похоже, было отключено непослушными учениками, поэтому я не мог воспользоваться проектором. Я мог использовать только специально подготовленные традиционные материалы. Я положил тетрадь, которую дал мне учитель Лю, на стол, и ученики стали тихими и послушными.

— Идеологическое и Нравственное Воспитание – это предмет, с которым мы начинаем знакомиться ещё в начальной школе и изучаем его на всех последующих этапах. Поскольку этот предмет не является обязательным, школы, ученики и даже учителя не придают ему значения, но на самом деле это самый важный предмет, потому что он может помочь ученикам сформировать правильное мировоззрение в период их развития, а также помочь взрослым найти направление в смутные периоды их жизни. Что я имею в виду под мировоззрением? Эту тему мы рассмотрим на сегодняшнем уроке.

После вступительного слова я записал слово «мировоззрение» на доске в актовом зале.

Ученики были очень тихими. Му Хуайюнь даже достала блокнот, чтобы сделать заметки. Я был очень доволен. Хотя все были странно одеты, чтобы напугать меня, все они были хорошими детьми.

После часового разговора у меня пересохло в горле, поэтому я достал бутылку воды и сказал:

— Давайте сделаем десятиминутный перерыв. Вы можете сходить в туалет или размять мышцы. Э-э, какому ученику относится этот класс? Не подскажешь, где здесь электричество? Я включу свет. Эта темнота вредна для глаз.

Услышав мои слова, тринадцати- или четырнадцатилетний мальчик в платке подошёл ко мне.

— Учитель, я одолжил этот класс.

Я вспомнил, что его звали Тан Сяомин, это имя часто встречалось в списках.

— Ты знаешь, где находится электричество?

— Я могу включить свет, — сказал мне Тан Сяомин, а затем рассмеялся.

Мои ученики очень любили смеяться.

— Но есть одно условие.

— Какое условие?

— Учитель Шэнь должен сегодня спать со мной.

Я посмотрел на свежее молодое лицо Тан Сяомина и очень деликатно ответил:

— Хотя ты и красив, но ты несовершеннолетний. Это не допустимо.

— Нет, — покачал головой Тан Сяомин. — Я имею в виду, что учитель Шэнь должен сегодня спать со мной в больнице.

Глава 16 - Урок (Часть 3)

Каким бы смелым я ни был, я всё равно был поражён фантазией Тан Сяомина. Неужели все сегодняшние ученики идут на такие ухищрения, чтобы напугать своих учителей? За себя я не боялся. Я спал так хорошо, что мог заснуть даже на кладбище. Но разве Тан Сяомину не было страшно? Его жертва была слишком велика.

— У меня не будет проблем, но как насчёт тебя? Как насчёт твоей семьи? Не будут ли твои родители волноваться, что ты гуляешь так поздно ночью? — спросил я с беспокойством.

Выражение лица Тан Сяомина вдруг стало очень жалким. Он смахнул слёзы с глаз.

— Мои родители не хотели меня видеть. Мне негде было спать. Я узнал, что в больнице есть кровать, и с тех пор сплю там.

Это действительно было слишком жалко.

Я подумал и сказал Тан Сяомину:

— Подожди минутку.

После этого я сразу же позвонил директору Чжан. В последнее время связь с директором Чжан стабилизировалась. Ночью сигнал был лучше, и связаться с ней было относительно легко.

Я оставил учеников одних и вышел в коридор, чтобы позвонить.

— Здравствуйте, директор Чжан. Это Шэнь Цзяньго. У меня вопрос по одному из учеников. Его зовут Тань Сяомин. Он говорит, что он бездомный. Как обстоят его дела?

— О, его отец был очень жестоким, мать не выдержала и ушла. Тань Сяомин стал новым объектом злобы отца, поэтому не мог больше оставаться дома.

Вот как. Неудивительно, что у Тан Сяомина была бунтарская жилка и он казался таким злобным. Вред, причинённый ему отцом, был слишком велик.

В этот момент я принял для себя трудное решение.

— Директор Чжан, я хотел бы спросить, есть ли ещё сотрудник, который собирается переехать в комнату, где раньше жила Ли Юаньюань. Если нет, то я хочу, чтобы в ней жил Тан Сяомин. Конечно... арендную плату вы можете вычесть из моей зарплаты.

При этих словах моё сердце заколотилось. Ощущение будто в моё сердце вогнали штопор, было настолько болезненное, что я не мог дышать.

Вычесть из зарплаты... Вычесть из зарплаты, когда я и так беден...

Но проблему Тан Сяомина надо было решать. Во-первых, нужно было найти ему жильё. Он не мог продолжать жить в заброшеной больнице. Затем связаться с его отцом. Если он откажется исправить своё поведение, тогда закон должен будет защитить права и интересы Тан Сяомина.

Хотя несовершеннолетние должны жить в семье, с таким отцом, как у Тан Сяомина, ему будет лучше без его опеки.

К счастью, директор Чжан была как всегда добра.

— Он может... жить там... бззз... Вам не нужно... платить... бзззз...

Директор Чжан действительно была лучшей начальницей, с которой я когда-либо сталкивался (хотя я встречал только одну); если она не уволит меня, я буду следовать за ней до конца!

Положив трубку, я вернулся в класс в радостном настроении и сказал Тан Сяомину:

— Тебе больше не нужно жить здесь. Возвращайся со мной сегодня вечером. Ты можешь жить в квартире 404 в поместье «Дальний берег». В этой квартире три спальни. Недавно моя коллега съехала и оставила комнату свободной. Ты можешь переехать сегодня вечером. Автобус заберёт меня в два часа, и я помогу тебе перенести вещи.

Тан Сяомин, видимо, был слишком удивлён и обрадован, чтобы контролировать своё выражение лица. С пустым лицом он пробормотал:

— Комната, в которой жила Юаньюань?

— О, ты её знаешь. Ты должны называть её Юаньюань-цзе. Невежливо называть её просто по имени, — поправил я его.

— Хахаха! — разразилась смехом Му Хуайтун. Её манера смеяться была очень необычной. Вместо того чтобы стучать по столу, она царапала его ногтями, издавая при этом пронзительный звук.

— Ученица Му, у тебя есть что сказать?

— Нет, нет! — махнула рукой Му Хуайтун. — Я просто рада за Тан Сяомина. Наконец-то ему есть где жить. Я так счастлива. Хахахаха!

Я знал, что Му Хуайтун была милой девушкой. Даже если она выражала свои эмоции довольно несдержанно, её сердце было добрым.

Тан Сяомин, казалось, не мог пошевелиться. Дети с его прошлым могут очень настороженно относиться к незнакомцам. Будет вполне нормально если он откажется.

Он долго думал и ответил:

— Я могу переехать туда, но учитель Шэнь обязательно должен остаться со мной на ночь. Если после сегодняшней ночи, если вы всё ещё будете хотеть, чтобы я стал вашим соседом, то я... я... я перееду!

Его последние слова прозвучали со слезами. Должно быть, он был очень тронут; просто подростки чувствовали себя неловко, выражая эмоции.

— Нет проблем. Тогда решено. Я останусь с тобой сегодня ночью, — пообещал я.

Так прошёл перерыв. Вскоре наступило время второй половины урока. Согласно плану урока, я объяснил ученикам, что такое правильное мировоззрение. На следующем уроке я должен был рассказать им, как систематически его формировать.

Вскоре наступило два часа. Студенты быстро встали и ушли. Все они были в хороших отношениях с Тан Сяомином. Большинство из них тепло похлопывали его по плечу. Наверное, они были рады за него. В конце концов, Сяомину наконец-то было где жить.

Только Му Хуайтун и Тянь Буэн остались, чтобы поговорить со мной. Му Хуайтун взяла меня за руку и сказала:

— Учитель, почему бы мне не остаться на ночь с вами? Держать вас здесь так несправедливо со стороны Тан Сяомина. Кто нашёл, тот и хранит, а я, очевидно, была первой. Как вы можете пойти спать с ним?

— Сяомин молод. Я беспокоюсь о нём, — объяснил я Му Хуайтун. — А ты – девушка, как ты можешь спать в одном месте с двумя мужчинами? Ты должна научиться защищать себя.

Успокоив Му Хуайтун, я посмотрел на Тянь Буэна.

— В чём дело, ученик Тянь?

Ученик Тянь, должно быть, снял грим во время занятий. Теперь он выглядел вполне нормально. На нём был белый халат, а личинки во рту исчезли. Казалось, что прежде он пошёл на большую жертву, чтобы устроить мне церемонию приветствия.

— Всё в порядке, — ответил Тянь Буэн, уставившись на тетрадь в моей руке. — Учитель, не могли бы вы дать мне эту тетрадь?

— Нет, — я решительно покачал головой. — Это подарок друга. Я очень дорожу ей. Если она тебе действительно понравилась, я куплю такую же для тебя завтра.

— Кто знает, что случится завтра?

Тянь Буэн пожал плечами и ушёл вместе с Му Хуайтун.

В классе осталось только два человека: Тан Сяомин и я. Он с энтузиазмом сказал мне:

— Учитель, давайте вместе ляжем спать!

— Одну минуту. Водитель будет ждать у ворот, чтобы забрать меня. Если я не выйду, он будет ждать до пяти часов. Мне нужно пойти и сказать ему, что я останусь здесь сегодня, чтобы он не сидел всю ночь. Ты можешь подождать меня в морге.

— Нет, — заупрямился Тань Сяомин. — Я пойду с учителем Шэнем. Вдруг вы сбежите?

— Я не откажусь от своего обещания.

Жаль, что Тан Сяомин всё ещё не доверял мне. Он настоял на том, чтобы пойти со мной к воротам больницы. В густом тумане передо мной остановился автобус. Дверь открылась. Я встал одной ногой на ступеньку и сказал водителю:

— Дагэ, один ученик хочет, чтобы я остался с ним в больнице на ночь, поэтому я не вернусь.

Водитель посмотрел на Тан Сяомина, который выглядывал из-за моей спины и серьёзно проговорил:

— Будь осторожен.

— Не волнуйтесь.

Я ударил себя по груди.

— Я не тебя имел в виду, — водитель протянул палец в перчатке и указал на Тан Сяомина. — Я имел в виду его.

С этой фразой водитель уехал в пустом автобусе, оставив меня в раздумьях.

Видя всё, что произошло с Ся Цзинем прошлой ночью, водитель должно быть, остерегался меня, думая, что я зверь, который может тронуть несовершеннолетнего. Это было слишком несправедливо!

Мне очень хотелось достать телефон, чтобы всё ему объяснить, но мы с водителем ещё не добавили друг друга в друзья. Однажды я протянул ему оливковую ветвь дружбы, но водитель отказался. Он сказал, что не особенно хочет узнать меня получше, а если мне есть что сказать, я могу обратиться к директору Чжан.

Получить такое недружелюбное отношение от коллеги было откровенно обидно. Но, с другой стороны, это была тяжёлая работа – водить автобус ночью, так что это нормально, что его характер был довольно плохим. Мы должны постараться простить друг друга.

Расставшись с водителем, я последовал за Тан Сяомином.

По дороге я спросил:

— Сяо Мин(1), почему ты всегда носишь на спине эту подстилку?

(1) ребёнка зовут «Сяомин», (晓明) яркий рассвет, но большую часть времени его ласково называют «Сяо Мин»

— Пока у меня есть эта подстилка, я могу существовать где угодно, — ответил Тан Сяомин.

Ах, этот ребёнок был так несчастен. Как улитка с ракушкой на спине, куда бы он ни пошёл, он носил свою подстилку, чтобы поспать.

Тан Сяомин опередил меня на два шага, пока я добирался до места. К тому времени, как я вошёл, он уже снял со спины подстилку.

Без подстилки Тан Сяомин выглядел менее уверенным. Он указал на кровать в углу, застеленную пыльными белыми простынями.

— Я буду спать на этой кровати?

Тот кивнул и промолчал.

— А ты? — спросил я.

— Я буду смотреть, как вы спите, — сказал Тан Сяомин, глядя на меня. — Я пойду спать после того, как вы ляжете в кровать.

Он указал в тусклый угол, где, похоже, стояла другая кровать.

— Куда ты положил свою подстилку?

— В вашу кровать. Видите, как я добр к вам, — усмехнулся Тан Сяомин.

— Хорошо, — кивнул я. — Я не забуду принести твою подстилку, когда буду помогать тебе завтра переезжать.

Тан Сяомин промолчал. Посмотрев, как я забираюсь на кровать, он ушёл в тень.

Постель была очень сырой, и я не мог удобно устроиться на ней. Я хотел поговорить с Тан Сяомином, но он молчал в темноте. Похоже, он уснул.

Я вдруг подумал о Нинь Тяньцэ и почувствовал сожаление. Я спал в больнице с учеником, так почему же я не пошёл на кладбище прошлой ночью, чтобы составить компанию Сяо Ниню? В безлюдной ночи Сяо Нинь был один на кладбище, размышляя о жизни. Это было так грустно.

Подумав об этом, я почувствовал непреодолимое желание и отправил Сяо Ниню сообщение: «Ты спишь?»

Он ответил практически в следующую секунду: «Трудно заснуть, сидя на жёстком сиденье».

Значит он всё ещё находился в поезде. Более тридцати часов на жёстком сиденье – Нинь Тяньцэ действительно приходится нелегко.

Я подумал об этом и написал: «Я тоже сплю не очень комфортно. Я в заброшенной больнице, составляю компанию ребёнку».

Мои пальцы летали по клавиатуре телефона, рассказывая Сяо Ниню о Тан Сяомине.

Долгое время Сяо Нинь не отвечал. Возможно, в поезде был плохой сигнал. Я уже собирался заснуть, держа телефон в руке, когда услышал слабый звук уведомления о сообщении.

«Пришли мне своё местоположение. Я сошёл на ближайшей станции и на машине вернусь в город, чтобы приехать к тебе. Этот мальчик очень опасен. Не подходи к нему и не ложись в эту кровать».

Пока я размышлял об этом, я услышал голос, доносящийся из-под кровати.

— Спина к спине, так хорошо. Спина к спине, удобно и тепло.

Глава 17 - Урок (Часть 4)

Почему он вдруг сошёл с поезда, чтобы вернуться обратно?

Думая об этом, я решил позвонить Сяо Ниню, но к этому моменту у меня не осталось ни одной полосы приёма. Должно быть, в заброшенной больнице покрытие было очень плохим.

— Спина к спине, так хорошо. Спина к спине, удобно и тепло.

Голос Тан Сяомина не умолкал. Я сел на кровати и спросил:

— Сяо Мин, ты хочешь спать со мной в одной кровати?

Но как только я спросил, он замолчал. Может быть, он стеснялся?

Честно говоря, я не особенно хотел спать в одной постели с Тан Сяомином. Большинство оборудования в помещении уже убрали, осталось только несколько сломанных односпальных кроватей. Они были тесноваты для одного взрослого мужчины, не говоря уже о двух людях.

Если бы Тан Сяомин захотел спать со мной на одной кровати, нам пришлось бы спать очень близко друг к другу: в описанной им позе «спина к спине», иначе мне пришлось бы обнимать его.

Представьте себе взрослого мужчину, испытывающего сексуальное влечение к мужчинам, который спит в одной кровати с тринадцатилетним мальчиком; это ничем не отличалось от мужчины-учителя, пристающего к ученице средней школы. Образ был действительно неприглядным. Это абсолютно никуда не годилось.

Я мог только сказать:

— Сяо Мин, нам неудобно будет спать в одной постели. Если тебе холодно, давай вернёмся в моё общежитие. Там пустая комната и есть кровать.

В таких сложных обстоятельствах я был готов выложить деньги за такси. Сяо Мин был настолько слаб, что не смог бы поехать со мной домой на велосипеде.

Тан Сяомин промолчал. Я воспринял это как молчаливый отказ. Подростки могут легко вступить в стадию бунтарства, а учитывая его домашнюю ситуацию, ему будет трудно принять новую обстановку.

Сегодня был мой первый официальный день преподавания. Тан Сяомин и Му Хуайтун дали мне понять, что быть учителем нелегко. Когда я был учеником, я терпеть не мог своих учителей. Мне казалось, что они всегда создают проблемы.

Но теперь, когда я сам стал учителем, я понял, что управлять таким количеством учеников, не давать им сбиться с пути, беспокоиться об их учёбе и жизни – это действительно непростое дело.

Я подумал, что хотя я не могу спать с Сяо Мином, я не могу позволить ему оставаться таким одиноким. Я должен был помочь ему вернуться в общество и стать здоровым и активным молодым человеком, а не тем, кто прячется в темноте, пытаясь напугать своего учителя.

Я бросил телефон на кровать, вскочил и пошёл в угол, где спал Тан Сяомин. Подойдя, я осторожно сказал:

— Сяо Мин, всё в порядке, если ты не можешь заснуть. Я составлю тебе компанию. Но я не могу спать в одной кровати с тобой. Как насчёт этого: ты спишь здесь, а я буду сидеть рядом с кроватью, чтобы составить тебе компанию.

И что с того, что мне придётся спать сидя на полу? Всё это было ради моего ученика.

Однако, когда я подошёл к углу, там оказалась только пустая кровать. В какой-то момент Сяо Мин сполз со своей кровати, не издав ни звука. Конечно, это могло произойти, пока я болтал с Сяо Нинем. Все моё сердце было сосредоточено на ожидании ответов Нинь Тяньцэ. Я мог не заметить, что происходило вокруг меня.

Это было упущением с моей стороны.

Убежал ли он или всё ещё прятался в этой комнате?

— Сяо Мин? Сяо Мин?

Некоторое время я выкрикивал имя Тан Сяомина, не получая ответа. Я подошёл к двери и увидел, что ручка была заблокирована изнутри деревянным бруском. Снаружи это сделать было невозможно, значит, никто не выходил через эту дверь.

Поскольку больница была заброшена, окна были опечатаны. Все печати были целы, без следов повреждений. Это означало, что Тан Сяомин всё ещё находился в палате.

Где же он прятался?

Я долго крутился вокруг, не находя его, потом лёг в кровать и в замешательстве посмотрел на телефон. Сигнала по-прежнему не было; последнее сообщение было о том, что Сяо Нин собирается вернуться на машине.

Что за чрезвычайная ситуация заставила его внезапно сойти с поезда и помчаться обратно в город Х? Может, он что-то забыл? Тогда почему он не попросил меня отправить ему это по почте?

После того как я немного повалялся в кровати, перечитывая свой чат с Нинь Тяньцэ, я снова услышал голос Тан Сяомина:

— Спина к спине, так хорошо. Спина к спине, удобно и тепло.

Я не спешил вставать с кровати, а внимательно прислушался к источнику голоса.

Помещение был большим и пустым, полным эха. Мне потребовалось много времени, чтобы понять, что голос исходит из-под меня.

Я вскочил с кровати, схватил лампу, которую оставил у изголовья кровати, включил её, присел и посветил под кровать. Как и ожидалось, я увидел Тан Сяомина, который висел на подстилке и смотрел на меня. Его лицо было красным, а глаза выпячены, вероятно, из-за напряжения.

Как может кто-то чувствовать себя комфортно, привязав себя к подстилке и подвесив таким образом?

Я был очень зол.

— Как ты мог так поступить? Даже если ты бегаешь вокруг, пытаясь напугать своего учителя, ты всё равно должен заботиться о своём здоровье. Только посмотри на себя! Ты так туго завязал себя, что нарушил кровообращение. Твоя кожа уже посинела!

Пока я развязывал верёвку, Тан Сяомин тихо говорил:

— После ухода мамы дома осталась только одна кровать. Сначала я спал с отцом, но позже он начал бить меня. Он говорил, что я тесню его. После того как он заканчивал бить меня, он привязывал меня к доске под кроватью. Спина к спине, так хорошо.

— Хорошо, чёрт возьми!

Я действительно хотел пойти и избить его отца.

Тан Сяомин был привязан слишком крепко. Я не знал, как ему удалось так связать себя. В темноте я не мог развязать узел, а ножниц у меня с собой не было. Я смотрел, как его глаза закатились и побелели, а язык вывалился изо рта.

После этого я должен буду не забывать брать с собой в класс ножницы или нож. Эти ученики и правда были чересчур нервными.

— Сяо Мин, не волнуйся, куску верёвки меня не победить.

У меня, Шэнь Цзяньго, помимо хорошей успеваемости в университете, было ещё одно качество. Я был сильным и крепким. Это была всего лишь подстилка. Я мог просто перевернуть её.

Подстилка Тан Сяомина была размером один на два метра. Она как раз подходила по размеру для той пустой кровати. Я встал, положил руки на обе стороны подстилки и поднял её с железной рамы. Сначала я поставил подстилку вертикально, чтобы голове Тан Сяомина было удобнее. Затем я перевернул подстилку, поднял её и снова положил на кровать. На этот раз Сяо Мин лежал лицом вверх.

Он безучастно посмотрел на потолок и сказал:

— Учитель Шэнь, мне нравится спать под кроватью. Позвольте мне спать с вами спина к спине.

— Чёрта с два!

Зубами я разорвал связывающую его веревку и освободил Тан Сяомина.

После всей этой возни было уже четыре часа утра. После того как верёвка была развязана, его кожа вновь обрела цвет, а глаза больше не выпячивались. Казалось, он пришёл в себя.

— Спи.

Я снял свой пиджак и накинул его на него. Я сел на пол рядом с ним, используя в качестве подушки тетрадь, которую дал мне учитель Лю и похлопал Тан Сяомина.

— Завтра я помогу тебе переехать, а потом посоветуюсь с адвокатом и психиатром, как поступить с твоим отцом.

— Нет необходимости, — посмотрел на меня Тан Сяомин. — Он умер.

Я был потрясён. В выражении лица Тан Сяомина не было ни следа печали, он жутко улыбался.

— Он был пьян. Он проснулся посреди ночи и услышал мой голос. Он заглянул под кровать и перепугался до смерти, когда увидел меня. Хахахаха!

Смех Тан Сяомина звучал очень печально.

Я сердито хлопнул его по руке.

— Не думай так! Он не был напуган тобой до смерти. Он выпил слишком много, его сердце было слабым, и он умер. Как кто-то может испугаться до смерти, увидев тебя? Я не испугался. Не думай об этом. Ложись сейчас спать, а утром переедешь. Я помогу тебе.

Я продолжал легонько похлопывать его, чтобы он уснул.

— У меня нет никакого багажа. Если вы возьмете для меня подстилку, этого будет достаточно, — произнёс Тан Сяомин. — Завтра днём я буду занят. Я приеду вечером.

— Нет, завтра я отведу тебя к психологу, — упрямо сказал я.

Видя, что Тан Сяомин не может заснуть, я начал читать ему принципы марксизма. В школе, когда я начинал их читать, я сразу же засыпал. У Тан Сяомина не должно было возникнуть никаких проблем.

Конечно, после некоторого времени чтения я и сам заснул. Когда я открыл глаза, уже наступило утро.

Мой пиджак лежал на кровати, а Тан Сяомина не было.

Этот ребёнок. Он сбежал, пока я спал.

Я поднял телефон и увидел дюжину непрочитанных сообщений, одно из которых было от директора Чжан. Время его отправления было четыре часа утра, как раз после того, как я заснул.

Директор Чжан: «Я уже нашла лучшего психолога в стране для ученика Тана. В будущем он будет ходить на лечение каждый день, а на ночь возвращаться в общежитие. Учителю Шэну не нужно беспокоиться».

Директор Чжан всегда была очень надежной. Я почувствовал облегчение.

Остальные сообщения были от Нинь Тяньцэ. Он подумал, что я снова столкнулся с призраком, и отправил несколько сообщений:

«Я сошёл с поезда на маленькой станции. Здесь нет машин посреди ночи. Мне придётся идти пешком до большого города в тридцати километрах отсюда, чтобы найти машину. Пожалуйста, дождись меня».

«Где ты?»

«Этот талисман для тебя. Хотя это всего лишь картинка, она всё равно будет полезна. Если тебе угрожает опасность, возьми в руки телефон».

«Если ты увидишь это сообщение, ответь мне. Дай мне знать, что ты в безопасности».

«Я уже пробежал двадцать километров по шоссе. На дороге мне встретилось несколько машин, но никто не остановился. Я могу только продолжать бежать. У меня хорошая подготовка и я скоро буду на месте. Пожалуйста, держись».

«Я прибыл в большой город и арендовал машину, чтобы вернуться. Я буду в больнице после десяти утра».

Последнее сообщение было отправлено в 6 часов утра. Неужели Сяо Нинь всю ночь мчался по шоссе?

На сердце стало тепло. Хотя Нинь Тяньцэ придерживался устаревших верований, он действительно был человеком с добрым сердцем. Он подумал, что я встретил призрака, и сошёл с поезда посреди ночи, чтобы найти меня.

Какой славный парень. Несмотря на его суеверия, он не мог не нравиться мне.

Пока я читал сообщения Сяо Ниня, я вышел из морга, неся на спине подстилку.

Было 9:30 утра. Сяо Нинь направлялся в больницу. По каким-то сложным психологическим мотивам, которые я сам не мог понять, я не отвечал на сообщения, а стоял во дворе больницы и ждал Нинь Тяньцэ.

Пока я ждал, я поставил подстилку просушиться на солнышке, чтобы Тан Сяомину было комфортнее спать.

Когда я прождал около сорока минут, у ворот больницы остановилась машина. Нинь Тяньцэ, выглядевший измождённым и уставшим, вышел из машины и выбежал во двор. Увидев меня, он остановился.

Солнце сияло на его красивом лице, и в этот момент я был ослеплён.

Я, Шэнь Цзяньго, влюбился.

Глава 18 - Урок (Часть 5)

Нинь Тяньцэ подошёл ко мне, на его лице читалась нескрываемая усталость.

Он посмотрел на подстилку, которую я сушил, и спросил:

— Это с кровати, на которой ты спал ночью?

Моё сердце ещё не оправилось от пережитого душевного потрясения. Я спокойно кивнул и уступил ему место.

— Ты, наверное, устал за всю ночь. Почему бы тебе... не присесть на подстилку? — предложил я Сяо Ниню.

Я достал подстилку и положил её перед Сяо Нинем. Нинь Тяньцэ посмотрел на неё, шевеля побелевшими от усталости губами.

— Расскажи мне о том, что ты пережил прошлой ночью.

Я в подробностях рассказал всё то, что произошло между тем как я вышел из автобуса, и тем, как я заснул, декламируя марксистские принципы. С переполненной любовью головой и пониженным IQ, я описал плохую технику макияжа и нездоровое телосложение Му Хуайтун, любовь Тянь Буэна к насекомым, непонимание водителя, который сказал Тан Сяомину быть осторожным, и жестокое обращение отца с Тан Сяомином.

Возможно, мои ученики были слишком жалостливы. Выражение лица Нинь Тяньцэ становилось всё хуже и хуже, пока он слушал меня. Наконец, он с сочувственным взглядом посмотрел на подстилку. Должно быть, ему было очень жаль Тан Сяомина.

Я потрогал подстилку. Верхняя часть уже высохла, поэтому я перевернул её, чтобы высушить другую сторону.

— Я попросил Сяо Мина переехать ко мне. Этот ребёнок неуверен в себе и, кажется, одержим. Он настоял на том, чтобы я взял с собой его подстилку, — объяснил я. — Но подстилка так долго пролежала в этой мрачной больнице, что вся отсырела. Я пытаюсь высушить её на солнце, прежде чем взять с собой.

— Если ты её высушишь, Тан Сяомин, возможно, больше никогда не сможет передвигаться, — заметил Нинь Тяньцэ.

— Хм? Почему? — не понял я. — Разве постель не удобна только тогда, когда она чистая и высушенная на солнце?

Нинь Тяньцэ пристально смотрел на меня, его взгляд был полон невысказанных слов, но в конце концов он просто сказал:

— Сейчас же отнеси её в своё общежитие.

— А что насчёт тебя? — спросил я. — Тебе тоже нужно хорошенько отдохнуть после ночной беготни. Разве ты не хотел вернуться в свою секту? Если у тебя есть достаточно денег, то на этот раз тебе лучше полететь на самолёте. Поезд слишком утомителен.

Я подумал ещё немного, затем с большим трудом добавил:

— Вообще-то, прошлой ночью ты спешил вернуться только потому, что беспокоился обо мне. Я должен заплатить за твой билет на самолёт.

Хотя я был очень беден, я всё равно отдал бы всё, что у меня было, человеку, который мне нравился. Это был истинный путь любви.

— Нет, я не вернусь в свою секту.

Нинь Тяньцэ посмотрел на меня.

— Я хотел вернуться в свою секту, потому что не мог понять некоторые вещи. Я хотел попросить помощи у моего Шифу, но теперь, похоже, мне придётся преодолевать этот барьер самостоятельно. Это была воля небес, которые отправили меня сюда прошлой ночью, и моя собственная судьба.

Я не совсем понимал, что он говорит. В конце концов, я мало что знал о традиционных суевериях. Но сегодня любовь заставила меня пересмотреть свои взгляды. Раз уж я полюбил Сяо Ниня, то мне стоило взглянуть на вещи с его точки зрения. Раньше я говорил, что хочу, чтобы он верил в науку, но если я даже не понимаю его, как я могу использовать науку, чтобы повлиять на него?

— Я действительно не верю в призраков и богов, но было бы неплохо узнать больше о старых традициях моей страны, — протянул я оливковую ветвь Нинь Тяньцэ.

— Нет нужды, — сказал он, глядя на меня, его лицо побледнело. — Если обычный человек будет много общаться с призраками, даже если его энергия Ян велика, со временем она будет ослабевать под воздействием энергии Инь. Срок его жизни сократится. Призраки вокруг него будут поглощать энергию Ян и становиться от этого сильнее.

— Подожди, — прервал я его. — Подожди минутку, я хочу сделать заметки.

Я быстро достал тетрадь из своего рюкзака. Она была очень толстой. Даже с моими планами уроков и списком учеников в ней ещё оставалось место, чтобы записать слова Сяо Ниня.

В этот раз я начал с конца. Я записал то, что только что сказал Сяо Нинь, и жестом попросил его продолжать.

Сяо Нинь посмотрел на тетрадь в моих руках с необъяснимым выражением лица. Наверное, он подумал, что она слишком старая. В современном обществе было мало таких старых тетрадей.

— Мой коллега, учитель Лю, дал мне её. Он мой сосед и тоже живёт в 404 квартире. Он очень хороший человек, — объяснил я происхождение тетради и немного рассказал о своей жизни, чтобы Сяо Нинь мог больше узнать обо мне.

Нинь Тяньцэ посмотрел на небо. В десять часов утра светило яркое солнце. Под его лучами постепенно распространялся специфический затхлый запах тетради. Пахло не очень хорошо.

— Давай найдём место для отдыха, а потом продолжим разговор, — выражение лица Нинь Тяньцэ вдруг наполнилось состраданием. — Ты, должно быть, устал после того, как всю ночь проспал в больнице. Нам нужно найти тихое место, где не слишком много солнечного света и мало людей.

Я обдумал требования, которые он назвал; разве это не идеально описывает моё общежитие?

— Тогда пойдём ко мне. Ты тоже должен немного отдохнуть. По крайней мере, тебе нужно выпить воды. Посмотри, какие у тебя сухие губы, — уставился я на сухие, белые губы Сяо Ниня.

На этот раз Сяо Нинь не стал отказываться. Он только сказал:

— Хорошо.

Я вызвал такси. В машине было только одно пассажирское место спереди и, естественно, я великодушно предоставил его Сяо Ниню, а сам сел сзади с подстилкой.

Вернувшись домой, я хотел дать подстилке высохнуть в моей солнечной спальне, а затем положить её в комнату Ли Юаньюань, но Сяо Нинь сказал, что он хочет отдохнуть как можно скорее, поэтому я сначала уложил Сяо Ниня лечь спать на мою кровать.

Когда я закончил укладывать подстилку для Тан Сяомина, я украдкой заглянул в комнату. Сяо Нинь не спал. Вместо этого он сидел в кровати и смотрел в окно.

Я пошёл, чтобы налить чашку воды, а затем принёс её ему.

Нинь Тяньцэ посмотрел на воду и спросил:

— Ты пил эту воду?

— Не волнуйся, я её вскипятил, — ответил я. — Или ты предпочитаешь чай?

Если бы он хотел чая, я мог бы спуститься вниз и купить его.

Нинь Тяньцэ покачал головой.

— Энергии Инь почти нет. Должно быть, она улетучилась. Ещё через несколько дней оставшаяся энергия Инь рассеется.

Сказав эти непонятные для меня слова, он выпил чашку воды одним глотком.

Мне было немного трудно общаться с Сяо Нинем, но какое это имело значение? Когда я был плох в спорте, разве я не полагался на своё упорство, чтобы стать человеком, способным сравниться с этим старшим? Давай, Шэнь Цзяньго, ты сможешь!

— Тебе нужно поспать, — сказал я. — Мы поговорим, когда ты проснёшься.

— В этом нет необходимости. Ночью мастер может впитывать силу звёзд и луны. Мне нужно только немного отдохнуть, чтобы восстановить силы.

Я взял тетрадь, чтобы записать то, что он сказал, планируя просмотреть это позже.

— Не мог бы ты использовать другую тетрадь? — попросил Сяо Нинь.

— Зачем? Разве не удобнее иметь всё в одном месте?

В школе у меня все предметы были записаны в одной толстой тетради. Я никогда не сталкивался с проблемой, что не мог найти нужную тетрадь.

— Пожалуйста, используй что-нибудь другое. Я не хочу, чтобы мои слова были записаны в этой тетради. Так будет лучше для нас обоих, — настаивал Сяо Нинь.

Ну что ж, слова Нинь Тяньцэ требовали особого отношения. Я порылся в книжном шкафу и нашёл блокнот с несколькими исписанными страницами, вырвал их и написал на первой странице: «Для особого использования Сяо Нинем», после чего нарисовал сердечко.

Это было настолько очевидно, что, учитывая, что Сяо Нинь прикоснулся ко мне в лифте, он должен был понять мои намерения.

Нинь Тяньцэ увидел, что я сменил блокнот, и продолжил говорить:

— Я – главный ученик секты Маошань. Мне суждено унаследовать секту в будущем. Мой Шифу и старейшины считают меня будущим главой секты. Я покинул гору, чтобы завершить своё обучение. Когда я выполню задание, которое дал мне мой Шифу, я официально стану Небесным Мастером, защищающим справедливость и уничтожающим зло.

— Эй, а ты сможешь жениться, если унаследуешь секту Маошань? — спросил я с беспокойством.

Что если их секта была похожа на буддизм и не позволяла им сближаться с женщинами... Нет, я не был женщиной. Даже если он не мог жениться, он всё равно мог быть близок со мной.

— Нам не разрешается разделять наш источник Ян, пока наша культивация не станет достаточно сильной. Нам нужна наша энергия Ян, чтобы каждый день защищаться от злых духов, — ответил Нинь Тяньцэ. — Но когда наши навыки станут достаточно сильными, тогда мы сможем взять жену и завести детей. На самом деле, я родной сын нынешнего главы секты.

Это было вполне нормально. Я аккуратно записал «суеверная семья» в блокнот, а затем обратился к Сяо Ниню, который сосредоточилась на моих записях. — Продолжай. Какое у тебя было задание? Можешь рассказать мне?

— Это странно. С тех пор как я начал покидать гору в двенадцать лет, я никогда не получал такого странного задания. Мой Шифу сказал мне отправить резюме в ответ на одно объявление о работе в полночь, но в тот день я не смог найти это объявление, поэтому я до сих пор не узнал о своём задании.

Это было похоже на мой опыт поиска работы. Оказалось, что быть Небесным Мастером тоже нелегко.

— Вернувшись в свою секту, я хотел очистить свои мысли, а также спросить у своего Шифу о задании, — рассказал Нинь Тяньцэ.

— Почему бы тебе не позвонить и не спросить?

Я посмотрел на телефон Сяо Ниня. Он не был похож на человека, который не умел пользоваться телефоном.

Нинь Тяньцэ вздохнул.

— Это может касаться секретов нашей секты, поэтому лучше спросить лично. Возможно, ты не знаешь, но разработка талисманов сейчас очень развита. Некоторые секты могут прослушивать звонки других людей, прикрепляя талисманы к их телефонам. Защититься от этого невозможно.

Значит, у них тоже были такие возможности... Мне вдруг стало интересно, действительно ли секта Маошань и остальные были такими продвинутыми.

— Тогда почему ты больше не планируешь возвращаться?

Нинь Тяньцэ пристально посмотрел на меня, его взгляд был очень сосредоточенным. После всплеска эмоций, который я только что испытал, его взгляд заставил меня немного растеряться. Я схватил ближайшую вещь и прижался к ней, чтобы почувствовать себя в безопасности.

Как только я это сделал, я подумал, что это был не очень хороший ход, поэтому я бросил вещь, которую взял, обратно на кровать.

Таким образом, тетрадь учителя Лю была поднята, а затем снова отброшена.

Сяо Нинь глубоко вздохнул и положил руку мне на плечо.

— Раньше я считал, что какой бы богатой ни была энергия Ян у человека, рано или поздно он всё равно пострадает от свирепых призраков. Даже опытному культиватору, если он был не осторожен, было бы трудно отразить их атаки. Но эти последние несколько дней показали мне, что с честностью, непоколебимой верой и чистым сердцем действительно можно победить всё зло в мире. Я думал, что уже увидел все просторы мира, но оказалось, что мои мысли всё ещё слишком поверхностны. Вместо того чтобы возвращаться в свою секту, мне лучше остаться в городе Х, чтобы взращивать своё сердце.

— О, — я лишь отчасти понял его, но до меня дошло, что он не собирается уезжать. — Я не верю в призраков, но твоё упорство вдохновило меня. Я бы тоже хотел разобраться в этих вопросах.

Таким образом, нам с Сяо Нинем было бы о чём поговорить в будущем. Сначала мы будем друзьями, а потом... хе-хе.

— В этом нет необходимости, — проговорил Нинь Тяньцэ. — Ты будешь в порядке, оставаясь таким, какой ты есть.

Глава 19 - Урок (Часть 6)

«Ты будешь в порядке, оставаясь таким, какой ты есть...» — я бы воспринял это как похвалу на данный момент, поскольку, в конце концов, Сяо Нинь улыбался, когда говорил это.

— Что ты собираешься делать в будущем? — спросил я с беспокойством.

Хотя Сяо Нинь говорил, что у него есть деньги, на самом деле он жил очень бедно. Ему приходилось сидеть на жёстком сиденье более тридцати часов, чтобы добраться до дома, а возвращаясь, он полагался на самые примитивные средства передвижения, бегая по дороге. Я знал, что в современном обществе всё ещё существовали места, где Небесный Мастер мог заработать хорошие деньги, но Сяо Нинь был только начинающим мастером, а его выпускное задание почему-то исчезло. Проживание в городе Х было недешёвым. Должно быть, ему было трудно оставаться здесь.

— Я буду проводить больше времени, гуляя по ночному городу, а ещё я хочу приходить и слушать твои занятия. Можно? — в глазах Нинь Тяньцэ было беспокойство и намёк на что-то ещё, чего я не понимал.

— Конечно, нет проблем! — кивнул я.

Все мои занятия проходили ночью. Я представил темноту ночи, завывание ветра, себя и Сяо Ниня наедине в автобусе...

Закончить эту мысль мне было немного неловко.

— Где ты остановился?

Я ждал, что Сяо Нинь скажет, что он ещё не нашёл место для длительного проживания и должен будет найти его как можно скорее.

Если бы он только сказал это, я бы пригласил его пожить у меня. Моя комната была самой большой в общежитии. Там было достаточно места, чтобы поставить ещё односпальную кровать. Тогда Сяо Нинь мог бы занять мою двуспальную кровать, а я – односпальную.

— Мне не нужно беспокоиться о жильё, — ответил Сяо Нинь. — У секты Маошань есть личный номер в международной гостинице, достаточно большой, чтобы разместить дюжину учеников. Я жил там всё это время.

Он достал визитную карточку и протянул её мне. При взгляде на неё у меня чуть не заболел живот.

Это был самый роскошный пятизвездочный отель в городе Х. Обычный номер там стоил от 2000 юаней за ночь. Номер Сяо Ниня, рассчитанный на дюжину учеников, должно был быть как минимум люксом. Стоимость одного дня была бы...

Бедный студент, вроде меня, не мог даже мечтать об этом!

Оказалось, что Сяо Нинь говорил правду, когда сказал, что у него есть деньги.

— Уже поздно, — проговорил Сяо Нинь, посмотрев в окно. — Ты, наверное, плохо спал прошлой ночью, поэтому я не буду тебя больше беспокоить. Если в будущем у тебя будет урок, пожалуйста, обязательно скажи мне. Я очень хочу послушать, как преподаёт учитель Шэнь.

— Хорошо.

Неохотно проводив Сяо Ниня, я немного перекусил, а затем сел на кровать и уставился в пространство. До этого я хотел разрушить традиционные суеверия Сяо Ниня, заставить его изучать математику и естественные науки, и стать молодым человеком современной эпохи. Но, думая о том, сколько денег зарабатывают Небесные Мастера секты Маошань, охотясь на призраков, я чувствовал себя немного...

Увы, в душе я был вульгарным материалистом. Одна лишь мысль о том, что можно заработать столько денег, могла поколебать мою твёрдую веру в науку.

Неужели куча денег может победить честного человека?

Я лежал в своей постели, представляя, как красавец Нинь Тяньцэ принимает душ, ложится спать в своём пятизвёздочном отеле, и в какой-то момент незаметно погрузился в сон.

Директор Чжан говорила мне, что расписание занятий не очень плотное, занятия не будут проходить каждую ночь. Она будет высылать мне расписание накануне, чтобы у меня было достаточно времени для подготовки, поэтому я не должен был беспокоиться об этом.

Так как вчера вечером она не предупредила меня, это означало, что сегодня занятий не будет. Честно говоря, я очень устал после вчерашнего. Было очень некомфортно провести половину ночи, сидя на полу в больнице. В своей уютной кровати я проспал до полуночи, когда меня разбудил голод, и я пошёл приготовить себе лапшу быстрого приготовления, планируя после этого снова лечь спать.

Когда я вышел из комнаты, чтобы вскипятить воду, то увидел, что в комнате Тан Сяомина горел свет, и оттуда, кажется, доносились голоса. Я беспокоился о Сяо Мине поэтому пока вода закипала, я постучал в его дверь.

— Сяо Мин, ты переехал?

Через некоторое время дверь Тан Сяомина со скрипом открылась. Я увидел Тан Сяомина, сидящего на кровати, и учителя Лю, сидящего на унитазе, который я подарил Ли Юаньюань. Они о чём-то беседовали.

Увидев, что я вошёл, Сяо Мин свернулся калачиком в углу подстилки, обняв колени. Я догадался, что он освобождает мне место, поэтому я сел на подстилку и естественно сказал:

— Эта подстилка была слишком мокрой. Я вынес её на солнце, чтобы она высохла. Теперь на ней будет удобнее спать.

— Я знаю, — медленно отозвался Тан Сяомин. Его голос был хриплым, как будто он хотел пить.

Наверное, он слишком долго разговаривал с учителем Лю, пока я спал, и охрип.

Я посмотрел на Лю Сишуня.

— Учитель Лю, вы тоже знакомы с Сяо Мином?

— Я учитель литературы. В те дни, когда вы не преподаёте, я провожу уроки, — голос учителя Лю тоже был немного хриплым.

Он встряхнул свою одежду, когда говорил. Я почувствовал неприятный запах, исходивший от его одежды. Он был довольно знакомым. Он пах как...

Так воняло, когда Тянь Буэн открывал рот!

По правде говоря, я был беспристрастен к своим ученикам. Для меня все они были на одном уровне. Но у всех людей имеются свои личные взгляды, и мне не нравилось приближаться к Тянь Буэну. Он совершенно не следил за гигиеной. Чтобы напугать меня, он даже засунул себе в рот личинок. Каждый раз, когда он открывал рот, из него вырывалось зловоние.

— Учитель Лю только что видел Тянь Буэна? — спросил я.

— Видел, — выражение лица Лю Сишуня выглядело довольно несчастным. — И он засыпал меня личинками.

Услышав это, я разозлился.

— Тянь Буэн зашёл слишком далеко. Я новый учитель, не знакомый с учениками, и он может пугать меня сколько угодно. Но учитель Лю – старый учитель. Зачем ему так обращаться с вами? На следующем уроке я строго накажу его.

Услышав, что я собираюсь наказать Тянь Буэна, Тан Сяомин непроизвольно вздрогнул. Должно быть, он тоже пострадал из-за издевательств Тянь Буэна.

Я похлопал Сяо Мина по колену, чтобы поддержать его мужество.

— Не бойся, Сяо Мин. Я обязательно смогу наставить Тянь Буэна на путь исправления. Завтра я пойду и куплю средство от насекомых.

Учитель Лю вздрогнул.

— Послушайте... Учитель Шэнь... Это хорошо, что вы дисциплинируете Тянь Буэна, но не могли бы вы перестать использовать тетрадь, чтобы давить его личинок? Я... я действительно...

Учитель Лю дал мне свою драгоценную тетрадь, а я случайно использовал её для уничтожения насекомых. Я не берёг её как следует. Я был неправ.

— Не волнуйтесь, учитель Лю. Сегодня один очень красивый молодой человек уже напомнил мне об этом. В будущем я обязательно буду беречь эту тетрадь. Я больше не буду использовать её для неположенных целей.

— Вам не нужно беречь её так тщательно. Вы можете просто положить её в сумку. Не выносите её на солнце или что-то в этом роде... Она очень старая. Если солнечный свет попадёт на страницы, они могут распасться, и тогда... — на лице учителя Лю отразилось страдание.

Это было справедливо. Я кивнул, хлопнул себя по груди и дал обещание учителю Лю.

Учитель Лю и Тан Сяомин были одеты слишком тепло для того, чтобы просто сидеть в комнате. Вчера Сяо Мин был в футболке, а сегодня на нём были длинные рукава и длинные штаны. Даже руки были прикрыты. На голове у него была кепка, а сам он сидел с опущенной головой и молчал, слушая нас с учителем Лю.

— Учитель Лю, что случилось с Сяо Мином? Он выглядит немного подавленным.

Сяо Мин, которого я видел вчера, был не таким. Хотя он был полон злобы и озорства, он также был очень оживлён. У него не было такой подавленной ауры, как сейчас.

— Понимаете, я пытаюсь убедить его посещать обычную школу, — объяснил учитель Лю. — Он не сможет продолжать посещать ваши занятия, а живя в таких условиях, в такой паршивой съёмной квартире, я беспокоюсь, что через некоторое время его душа... Я имею в виду, что постоянное засиживание допоздна плохо скажется на его здоровье.

То, что сказал учитель Лю, имело смысл. Сяо Мин действительно нуждался в нормальном образовании. Если он будет засиживаться допоздна, это не принесёт никакой пользы его умственному и физическому развитию.

— Учитель Лю понимает проблему очень полно, — проговорил я с чувством. — Как недавно нанятый учитель я могу сделать только элементарные вещи, например, успокоить его или остаться с ним на ночь, но учитель Лю может устранить проблему в корне. Я буду работать ещё усерднее, чтобы в будущем достичь вашего уровня...

— Нет, совершенно не надо работать ещё усерднее! — вмешался Тан Сяомин, подняв голову. — Вы и так прекрасно справляетесь!

Только тогда я ясно увидел его лицо. По всему лицу были раны. Казалось, это были ожоги.

— Что с тобой случилось?

Я отодвинул его рукав и убедился, что все места, прикрытые его одеждой, были обожжены.

— Кто это с тобой сделал? — я был полон праведного гнева. — Я собираюсь сообщить о них! Разве ты не ходил сегодня к психиатру?

Глаза Тан Сяомина были полны злости. Он стиснул зубы и прошипел:

— Это были вы...

Учитель Лю быстро дёрнул его за одежду. Тан Сяомин немного успокоился и ответил:

— Я использовал кипяток, чтобы обварить себя. Это вы заставили меня сделать это!

Почему?

Я был поражён. Неужели я поступил слишком опрометчиво, стащив Сяо Мина с кровати прошлой ночью? Неужели он чувствовал себя в большей безопасности, привязанный к кровати?

— Нет, нет, нет, — быстро успокоил меня учитель Лю. — Не волнуйтесь, учитель Шэнь. Вы не сделали ничего плохого, перевернув подстилку Сяо Мина. Сушить подстилку было... э-э, нет, нет, это я, это моя вина. Я советовал Сяо Мину идти по правильному пути. А он в гневе навредил себе.

Пока он говорил, я увидел, что на руках учителя Лю тоже были ожоги, хотя они были не такими сильными, как у Тан Сяомина.

— Учитель Лю, ваша рука...

Учитель Лю тут же отдёрнул руку.

— Ничего страшного. Я случайно поранился, когда останавливал Сяо Мина. Я взрослый и выносливый, раны небольшие. Я не похож на слабого ребёнка, которого легко ранить небольшим теплом.

Я почувствовал злость и печаль.

— Сяо Мин, если ты злишься, вымещай злость на мне. Я сильный, ничего страшного, если ты будешь меня царапать и кусать. Но учитель Лю действует исключительно в твоих интересах. Как ты можешь причинять ему вред? И самое главное: каждый человек - это его собственное сокровище. Прежде всего, нужно любить себя, лелеять себя. Не причиняй себе боль из-за небольшой неудачи! — сказал я ему.

Тан Сяомин ничего не ответил. Он отвернулся и уставился в стену.

Учитель Лю вытащил меня из комнаты. Тёплым голосом он уговаривал:

— Не сердитесь. Я просто пытался переубедить его, так ведь? Вчера ночью он развязал один из узлов в своём сердце, а сегодня вы помогли ему двигаться дальше. Это было очень хорошо для него. Он готов вернуться на правильный путь, ему просто не хватает небольшого дополнительного толчка. Я буду продолжать с ним разговаривать. Я верю, что через пару дней он захочет посещать школу.

— Ну, хорошо.

Я знал, что дальнейшие попытки вразумить Сяо Мина приведут лишь к обратному результату, поэтому я в унынии вернулся в свою комнату. Я даже не стал готовить лапшу быстрого приготовления.

Перед уходом я услышал, как учитель Лю шёпотом говорил Тан Сяомину:

— Не будь импульсивным, он не знает, что мы... и он всё ещё может... если бы он знал... тогда мы...

Его голос то затухал, то пропадал. Я не мог расслышать его отчётливо. В любом случае нехорошо было подслушивать чужие разговоры.

Я лежал в постели, ощущая себя голодным и потерянным. Я достал телефон и отправил сообщение Сяо Ниню: «Тан Сяомин бунтует. Он обжёг себя и учителя Лю кипятком. Что я могу сделать? Я бесполезен».

Сяо Нинь часто засиживался допоздна. Он сразу же ответил на моё сообщение: «Пусть учитель Лю поговорит с ним. Я верю, что Тан Сяомин скоро примет свою ситуацию и сможет жить дальше».Урок (Часть 6)

Глава 20 - Обучение (Часть 1)

После утешения Нинь Тяньцэ моё настроение сразу улучшилось. Я был новым сотрудником. Есть много вещей, по которым мне предстояло просить наставления у учителя Лю. Это было вполне нормально, что мои способности к преподаванию не были такими же хорошими, как у него. Для тех, кто занимается образованием, собственные успехи и потери не были самым важным. Важнее всего были ученики, стоящие на жизненном перепутье. Пока они могли выбрать правильный путь, какое значение имело то, что я терплю трудности?

Каждый раз, когда Сяо Нинь так быстро отвечал на мои сообщения, в моё сердце закрадывалось трепетное ожидание.

Я задумался, а затем продолжил писать: «Уже так поздно, а ты ещё не спишь. Кажется, что ты каждую ночь засиживаешься допоздна».

Нинь Тяньцэ: «Каждую ночь я впитываю сущность луны и звёзд, поэтому ложусь поздно. В последнее время я также беспокоюсь о тебе».

Я был полон эмоций. Я решительно набрал текст: «Я тоже беспокоюсь о тебе. Ты мне очень нравишься!»

Не успел я нажать кнопку «Отправить», как Сяо Нинь прислал ещё одно сообщение: «О твоих соседях по комнате».

Я молча удалил неотправленный текст, сдержал нахлынувшие эмоции и перешёл на спокойный, деловой тон:« Да, Сяо Мин действительно вызывает беспокойство. Надеюсь, учитель Лю сможет убедить его двигаться дальше. Раз уж мы заговорили об этом, у меня есть ещё один ученик, который зашёл слишком далеко».

Мои пальцы быстро двигались, вкратце описывая обстоятельства, связанные с Тянь Буэном. По моему мнению, учитель Лю был учителем, которого должны были глубоко уважать все ученики. Тянь Буэн действительно зашёл слишком далеко, издеваясь над ним. Я хотел использовать средство против насекомых, чтобы преподать Тянь Буэну урок и заставить его прекратить выращивать личинок. Но когда я подумал, что он, возможно, имел психологические проблемы, я не мог сказать, не навредит ли это ему.

Поэтому я написал директору Чжан об этом вопросе. Директор Чжан была таким добрым и ответственным человеком, она, конечно, хорошо понимала ситуацию всех учеников. Её совет был бы очень полезен для меня.

Два сообщения пришли в одно и то же время. Сначала я прочитал сообщение Сяо Ниня: «Вообще-то средство против насекомых не поможет, чтобы справиться с твоим учеником, но пригодится, если ты его купишь. Кроме того, я собираюсь остаться в городе Х на некоторое время, и мне не хватает некоторых предметов первой необходимости. У тебя есть время завтра?»

Конечно, есть! Я быстро договорился встретиться с Сяо Нинем, чтобы пройтись по магазинам. Мы собрались пойти в торговый центр Ся Цзиня. Я часто подрабатывал там, поэтому у меня были купоны и скидочные карты. Естественно, было выгоднее пойти туда.

Затем я прочитал сообщение директора Чжан: «Поведение Тянь Буэна очень плохое. Оно выходит за рамки простого розыгрыша. Вы можете исполнить свой план, учитель Шэнь. Если это продолжится, я передам дело специалисту, чтобы он разобрался с ним».

Но разве он не ученик с психологическими проблемами... Я всё ещё колебался. Хотя он вызывал у меня отвращение, как учитель я должен относиться к своим ученикам с пониманием.

Директор Чжан ответила: «Он уже причинял ранее вред другим ученикам и персоналу. Я исключила его три года назад, но он отказался уходить».

Вот как. Не было необходимости смягчать его наказание. Как сказала директор Чжан, я буду продолжать!

После того как я договорился с Нинь Тяньцэ, узнал, что Тянь Буэн больше не принадлежит школе, и решил, как с ним поступить, моё настроение значительно улучшилось. Я отправился готовить себе лапшу быстрого приготовления. Увидев, что в комнате Тан Сяомина выключен свет, я вернулся в свою комнату, съел лапшу и спокойно лёг спать.

На следующий день мой будильник прозвенел в восемь утра. Пока я искал свой телефон, моя рука коснулась тетради учителя Лю.

Хотя тетрадь была старой, её обложка была очень хорошего качества. На ощупь она напоминала натуральную кожу, которая должна была быть водонепроницаемой. Именно поэтому мне было удобно использовать её для уничтожения личинок.

Следы от личинок были удалены. Я забыл почистить её вчера вечером, значит ли это, что учитель Лю пробрался в мою комнату посреди ночи и почистил её?

Открыв тетрадь, я обнаружил, что в ней появилась строчка, написанная чужим почерком: «Я отвёл Сяо Мина к психологу. Учитель Шэнь не должен волноваться. Также, пожалуйста, запомните, берите эту тетрадь с собой, только когда идёте в класс».

Почерк был очень элегантным, как у человека, который много лет занимался каллиграфией, что соответствовало впечатлению, производящим учителем Лю.

Только учитель Лю писал традиционными иероглифами. Если бы я не провёл много лет, читая тайваньские комиксы, некоторые иероглифы я бы не понял.

Он очень дорожил этой тетрадью. Должно быть, её подарил ему очень важный человек...

С моей стороны было очень грубо использовать её для уничтожения личинок и как подушку для сидения. После этого, даже если бы пришлось использовать мой старый дрянной ноутбук, который загружался три минуты, я всё равно не стал бы пользоваться этой тетрадью.

Я протёр обложку тетради полотенцем, затем нанёс слой прозрачного защитного масла и положил её на подоконник, чтобы она высохла. В мою комнату солнечный свет попадал с семи утра до двенадцати. Сейчас было восемь; четырёх часов должно хватить, чтобы высушить её.

Позаботившись о тетради, я пошёл умываться. Я договорился встретиться с Сяо Нинем в 10 утра прямо перед торговым центром. Поездка на автобусе от поместья до торгового центра займёт около часа, поэтому у меня было мало времени.

Я спустился вниз, наспех съел завтрак, а затем сел в автобус. Я добрался до торгового центра в 9:50. Как только я вышел из автобуса, я увидел роскошный автомобиль, остановившийся возле торгового центра, и Нинь Тяньцэ, выходящего из него.

Как будто это было предначертано судьбой, он оглянулся и увидел меня. Сяо Нинь улыбнулся и подошёл ко мне.

В тот момент я практически не видел красивой улыбки Сяо Ниня. Мои глаза были прикованы к безумно дорогому автомобилю. Я пришёл в себя только после того, как машина отъехала, а Нинь Тяньцэ помахал рукой перед моим лицом.

— Эта машина...

— Она зарезервирована для использования учениками секты Маошань во время пребывания в городе Х. Водитель приезжает из отеля, — непринуждённо произнёс Сяо Нинь.

Я схватился за грудь, которая немного саднила.

Значит, Сяо Нинь действительно был богат. Такой богатый, а всё равно ездил на жёстком сиденье, чтобы тренировать свою выносливость. Он действительно был хорошим молодым человеком!

Сейчас, когда я смотрел Сяо Ниня, казалось, что его окутывало яркое золотое сияние добра, отчего он выглядел ещё более красивым.

Видя, что я застыл, он протянул мне руку и сказал:

— В чём дело? Пойдём.

Глядя на его руку с чётко очерченными костяшками и длинными тонкими пальцами, странная тревога в моём сердце сразу же исчезла. Я подскочил и похлопал его по плечу. Смеясь, я проговорил:

— Сяо Нинь, ты очень красив, когда на тебе нет жёлтой мантии!

Нинь Тяньцэ слабо покраснел.

— Жёлтая мантия – это церемониальный наряд. Я могу надевать его только когда иду на задание. Конечно, в обычных обстоятельствах я бы не стал надевать её на людях.

— Но когда ты вчера утром отправился в больницу, чтобы найти меня, на тебе был жёлтая мантия. Разве ты не только что сошёл с поезда?

Насколько я помнил, в прошлую субботу в торговом центре был единственный раз, когда я видел его в обычной одежде. Он был особенно хорош собой, с тем чистым студенческим видом.

Лицо Нинь Тяньцэ стало ещё краснее.

— Я переоделся, пока бежал по шоссе. В поезде на мне была чёрная футболка и шорты.

Как бы я ни был широко мыслящим, я всё равно был шокирован поведением Сяо Ниня. Неужели он обнажился на обочине дороги посреди ночи?

— Церемониальная одежда добавляет силу во время ритуалов, — объяснил Сяо Нинь. — У меня пока недостаточно силы, поэтому мне всё ещё нужна помощь предметов.

Моё сердце защемило ещё сильнее. Традиционные суеверия обманом превратили такого добродушного, красивого молодого человека в эксгибициониста. К счастью, в тот момент на дороге никого не было. А если бы это случилось посреди улицы?

Моя решимость не быть развращённым деньгами была вновь восстановлена. Каким бы богатым он ни был, его нельзя было оставлять жертвой устаревших идей. Я должен был помочь Сяо Ниню полюбить науку и жизнь.

На первом этаже торгового центра, где работал Ся Цзинь, находился большой супермаркет, где продавались всевозможные товары, а также одежда по выгодным ценам. Поскольку у меня были купоны, я часто приходил в супермаркет за одеждой. Сейчас на мне была одежда с распродажи, которую я купил в прошлом году.

Нинь Тяньцэ нужно было купить основные бытовые товары поэтому естественно, я отвёл его в супермаркет. Если ему нужна была повседневная одежда, мы могли подняться наверх и выбрать что-нибудь.

Вскоре после этого Ся Цзинь, узнав о нашем прибытии, выкроил немного времени из своего плотного графика, чтобы развлечь нас. Я помахал ему рукой и сказал:

— Возвращайся на работу. Мы старые школьные товарищи, не нужно быть такими вежливым.

— Разве я пришёл к тебе? Я пришёл развлечь Нинь-тяньши.

Ся Цзинь пнул меня и с энтузиазмом сказал Сяо Ниню:

— Нинь-тяньши, только скажите и вы получите, всё что захотите за счёт заведения.

Нинь-тяньши покачал головой.

— У нас есть правила. Мы не можем быть жадными в принятии подарков от верующих. В прошлый раз моя роль в изгнании призрака была незначительной. Если вы хотите, чтобы в будущем в вашем торговом центре не было проблем, пригласите учителя Шэня работать на вас. С ним вам не о чем будет беспокоиться.

На самом деле я действительно мог бы взять другую работу. Занятия в учебном институте проходили по ночам, и в месяц было не более десяти занятий. Мне не пришлось бы ничего пропускать.

Я сразу же порекомендовал себя Ся Цзиню, сказав, что мне не нужна зарплата, которая полагается за высшее образование. Я могу устроиться на работу, для которой требуется только степень бакалавра, работать в офисе в торговом центре или что-то в этом роде.

— Наш отдел маркетинга сейчас ищет сотрудников, — Ся Цзинь посмотрел на меня. — Но твоя специализация не подходит.

— Тогда вы можете рассматривать меня как стажёра в течение первого месяца, — предложил я. — После первого месяца, если я буду полезен, вы сможете платить мне стандартную зарплату. Если я не буду полезен, вы можете просто уволить меня. Разве это не хорошая сделка?

Сейчас мне не так уж срочно нужна была зарплата. Просто было бы неплохо иметь работу, которая позволила бы мне накапливать социальный опыт.

— Это справедливо, — кивнул Ся Цзинь. — Пришли своё резюме завтра, и наш отдел кадров рассмотрит его.

Надеясь, что в будущем у меня будет работа на неполный рабочий день, я был очень доволен. Я отвёл Сяо Ниня за покупками, а для себя купил средство против насекомых. По рекомендации Ся Цзиня я купил самую эффективную марку. Оно было предназначено только для комаров и не было никакой гарантии, что оно подействует на личинок Тянь Буэна.

Я рассказал Сяо Ниню о своих опасениях. Подумав, Нинь Тяньцэ рассказал:

— Наша секта Маошань расположена в живописном месте. Пейзаж красивый, растительность пышная, а комаров нет, потому что у нас есть специальный метод отпугивания насекомых.

— Не мог бы ты рассказать мне немного об этом?

Я выжидающе посмотрел на него.

Нинь Тяньцэ кивнул, взял баллончик со средством и снял насадку.

Затем он взял меня за руку. Пока я наблюдал за ним с бьющимся как барабан сердцем, он сильно укусил средний палец моей правой руки, а затем выдавил несколько капель крови в баллончик.

Он снова прикрутил распылительную насадку, хорошенько встряхнул баллончик, а затем передал мне его обратно.

— Этого хватит. В следующий раз, когда у тебя будет урок, используй это, чтобы избавиться от личинок. Я гарантирую результат.

Что... Что это за секретный рецепт такой?

Глава 21 - Обучение (Часть 2-4)

(Часть 2)

Говорят, что пальцы связаны с сердцем, но я не чувствовал ни малейшей боли. Мой взгляд был прикован к губам Нинь Тяньцэ. Неужели он вот так просто взял мой палец в рот и укусил его средь бела дня?

Это было слишком, слишком смущающе!

Закончив, Нинь Тяньцэ увидел моё ошеломлённое выражение лица. Он достал из сумки пластырь и наклеил его мне. Когда он смотрел вниз на мой палец, я увидел, как его длинные-длинные ресницы слабо дрогнули, пронзив моё сердце.

— Извини, — произнёс Сяо Нинь. — Я привык кусать свой палец. Я даже не подумал, что мы можем пойти в аптеку и купить иглу, чтобы взять кровь. Так рана была бы меньше.

Он выглядел совершенно серьёзным, так что у меня не могло возникнуть никаких подозрений. Я махнул рукой.

— Всё в порядке, всё в порядке. Я толстокожий. Скоро всё пройдёт. Но что это за секретный рецепт? Неужели смешивание крови со средством против насекомых усиливает отпугивающий эффект? Я студент гуманитарного факультета и плохо разбираюсь в химии. Есть ли за этим какой-то научный принцип?

Нинь Тяньцэ нахмурился, услышав слово «химия».

— Я помню... в младшем классе на уроке химии мы проводили эксперимент с реакцией магния... — рассказал он.

Хотя Сяо Нинь воспитывался в секте Маошань, похоже, он всё же получил девять лет обязательного образования.

Никто из нас не знал многого о химии. Мы посмотрели друг на друга, а затем молча согласились не обсуждать это.

— Полагаю, это то же самое, что класть сыр в мышеловку, — решил я. — Москиты любят сосать кровь или есть испорченную пищу. Использование крови для их привлечения может усилить действие инсектицида.

— Что-то вроде этого, — неопределённо ответил Нинь Тяньцэ. — Лучше всего подходит кровь из среднего пальца, кровь сердца.

— Значит, ваша секта Маошань полагается на средство для отпугивания насекомых, смешанное с кровью из среднего пальца. Насколько я понимаю, эта живописная местность довольно большая. Разве для этого не требуется много крови? — я немного беспокоился о здоровье Сяо Ниня.

— В этом нет необходимости. У нас есть специальные благовония, — объяснил Сяо Нинь. — Это секретный рецепт нашей секты. Только глава секты может передать его. Поскольку я ещё не выполнил последнее задание, мне нельзя его знать.

Мы с Сяо Нинем весело прогуливались. Он выбрал несколько комплектов одежды в торговом центре. Я хотел заплатить за них, но, увидев цены, молча отказался. В настоящее время на моём банковском счету было пятнадцать тысяч юаней. Если бы их можно было заплатить за эту одежду, я бы сделал это, даже если бы мне пришлось потратить все свои деньги. Но цена была выше моих возможностей.

В итоге Сяо Нинь купил мне комплект повседневной одежды. Он сказал, что ему стыдно за то, что он порвал мой пиджак тогда в средней школе «Беневоленс», и он хочет купить эту одежду, чтобы загладить свою вину. Я сказал, что он не должен этого делать, но Сяо Нинь уже заплатил за неё на кассе вместе с одеждой для себя. Он сказал, что его Шифу дал ему карточку, когда он уходил из секты. Он не знал, сколько на ней было средств, но он никогда не оставался без денег.

Я молча взял одежду, которую дал мне Нинь Тяньцэ, и вернулся домой.

Когда я вошёл в спальню, то увидел, что тетрадь упала на пол. Перед уходом я открыл окно. Должно быть, ветер сдул её вниз.

К счастью, утром я помыл пол. Тетрадь не была грязной, иначе учитель Лю снова бы расстроился.

Сегодняшняя встреча оставила меня в расстроенных чувствах. Я повторял, что хочу помочь Сяо Ниню избавиться от устаревших идей и приобщиться к новому веку, но на самом деле наука была такой же бедной, как я, а суеверия – такими же богатыми, как Сяо Нинь.

В «Капитале» Маркс сказал, что экономический базис определяет надстройку, и как бы мне не хотелось это признавать, такова была реальность. Я был беден, а Сяо Нинь – богат, мы не были равны. У меня не было способа убедить его изменить свои убеждения.

Если я хотел действовать в соответствии со своими убеждениями, мне нужно было усердно работать, чтобы сравняться с Нинь Тяньцэ.

Завтра я должен был подготовить резюме и отправить его в компанию Ся Цзиня, чтобы получить работу на неполный рабочий день. Отдел маркетинга занимался планированием мероприятий и рекламой. Моя специальность для этого не подходила. Но маркетинг подходил для того, чтобы иметь возможность быстро накапливать средства. При условии хорошей работы даже в качестве стажёра я мог получать премиальные. Единственным недостатком было то, что это потребовало бы некоторого усердия, но, к счастью, я был сильным и трудолюбивым. Это не было большой проблемой.

Я продолжал размышлять об этом, а затем, не закрыв дверь в спальню, уснул. Через некоторое время меня разбудил шорох рядом со мной.

Открыв глаза, я увидел учителя Лю в косметической маске на лице, который присел рядом с моей кроватью и делал что-то, чего я не мог видеть. Это меня очень напугало!

Я вскочил и включил свет рядом с кроватью. Комната осветилась. Я отчетливо видел учителя Лю, присевшего у кровати и державшего в руке тетрадь, которую я оставил рядом с подушкой.

— Учитель Лю, сейчас глубокая ночь, что вы делаете?

К счастью, я был храбрым. Я испугался лишь на мгновение. Тот, у кого здоровье было хуже, чем у меня, вполне мог бы испугаться до сердечного приступа.

Хотя большая часть лица учителя Лю была скрыта маской, я всё равно видел смущение в его глазах. Он держал руку над тетрадью и пробормотал:

— Я... я хотел взглянуть на свою тетрадь.

Учитель Лю очень дорожил этой тетрадью. Не было ли с моей стороны нечестно держать её у себя? Но он сам подарил её мне. Раз она ему была так дорога, почему он решил дать её мне?

Ему было неловко об этом говорить, поэтому я должен был предложить сам.

— На самом деле, учитель Лю, я хотел сказать вам, что эта тетрадь действительно очень ценная. Каждый лист наполнен ощущением древности. Если кто-то вроде меня будет пользоваться ею, то она может легко повредиться. Так что... Что если я верну её вам? — спросил я неуверенно.

— Конечно, без проблем! — учитель Лю быстро взял тетрадь в руки. — Вообще-то, она нуждается в уходе. Вот почему я пробрался сюда посреди ночи.

— Сегодня я уже намазал её защитным маслом и положил на солнце лицевой стороной вниз. Бумага внутри состарилась, и её нельзя подвергать воздействию солнечного света, но смазав обложку маслом, её можно немного подержать на солнце.

— Ты-ты-ты... Хорошо, спасибо, но мне нужно сделать ещё кое-что.

Видя, что он растроган почти до слёз, я обрадовался. Это был я, Шэнь Цзяньго, понимающий учитель. В будущем я стану ещё более совершенным человеком!

Когда я встал, чтобы попить воды, то увидел, что учитель Лю разложил тетрадь и тщательно наносит на обложку содержимое флакона увлажняющего крема. Похоже, учитель Лю был экономным человеком. Вместо того чтобы выбросить пустую бутылочку из-под увлажняющего крема, он наполнил её маслом.

— Сяо Мин вернулся? — спросил я учителя Лю, пока пил воду.

— Он уже ушел, — вздохнул учитель Лю. — Вчера вечером под моими уговорами он наконец-то согласился пройти курс лечения. После окончания лечения он будет посещать обычную школу.

— А как же насчёт затрат?

Я вспомнил, что мать Тан Сяомина ушла из дома, а отец умер от сердечных проблем. Других родственников у него, похоже, не было.

— Об этом не стоит беспокоиться. Директор Чжан найдёт способ решить эту проблему. Теперь мы снова вдвоём здесь Как видите, подстилка Сяо Мина уже убрана.

Учитель Лю открыл дверь комнаты Тан Сяомина. Внутри была только кровать и унитаз, который я дал Юаньюань.

Я почувствовал, что учитель Лю был не в духе, поэтому сказал утешительно:

— Не надо печалиться. Ученик Тан уехал, чтобы получить лучшее образование. Расстройство при расставании неизбежно, но мы должны сосредоточиться на том, чтобы порадоваться за него.

— Я не беспокоюсь о нём. Он молод, он легко поправится... Я думаю о себе.

Хотя на лице учителя Лю была маска, она не могла скрыть уныние в его глазах.

— Когда же, наконец, закончатся эти дни для меня...

По мере того как он говорил, у него непроизвольно текли слёзы. Мне тоже стало грустно.

Учителю Лю на вид было около сорока лет. В его возрасте он ещё не успел обзавестись семьёй или сделать карьеру. Он жил в квартире, предоставленной ему работой, в тесноте с таким новоиспечённым выпускником, как я. Наверное, он мечтал о собственном доме в городе Х.

У меня не было возможности утешить его, потому что я сам не нашёл себе места, где бы мог обосноваться.

Я чувствовал себя очень подавленным.

— Директор Чжан только что сказала мне, что завтра у вас будет урок. Могу ли я прийти посмотреть? — поинтересовался учитель Лю.

— Конечно, нет проблем. Я с нетерпением жду комментариев учителя Лю, — радостно согласился я.

Учитель Лю был преподавателем с богатым опытом. Для меня было честью, что он захотел послушать, как я преподаю.

Учитель Лю вздохнул.

— Я бы не осмелился комментировать. Я просто беспокоюсь, что если у вас не будет тетради, ученики устроят неприятности... Ах, я напрасно беспокоюсь.

Поболтав некоторое время, я снова захотел спать. Я попрощался с учителем Лю и вернулся в свою комнату, чтобы отдохнуть. Перед тем как лечь спать, я посмотрел на свой телефон. Там действительно было сообщение от директора Чжан. В полночь следующего дня я должен был провести занятие в аудитории старого кампуса Педагогического университета.

Как студент университета города Х, я был знаком со старым кампусом Педагогического университета. Хотя он всё ещё использовался, студентов там больше не было.

Ходили слухи, что на месте старого кампуса Педагогического университета раньше находился курган. При строительстве, был приглашён мастер, который сказал, что это место насыщено энергией Инь; чтобы подавить энергию Инь, нужно построить на его вершине школу с большим количеством жизненной энергии. Согласно этому рассуждению, на этом месте имело бы смысл построить Технологический университет. В технологических университетах больше студентов мужского пола, поэтому более сильная энергия Ян подавляла бы энергию Инь кургана. Однако после того, как здание было построено, оно превратилось в кампус Педагогического университета, где большинство студентов – женщины.

С тех пор как открылся Педагогического университет, постоянно ходили слухи, что в нём водятся призраки. Он был очень известен в городе Х.

Более того уровень самоубийств среди студентов Педагогического университета был самым высоким среди университетов города Х. Над искусственным озером в центре кампуса часто летали красные спасательные вертолеты.

Позже, когда все крупные университеты увеличили число студентов, старые кампусы перестали вмещать такое количество студентов. Педагогический университет построил новый кампус в пригороде и перевёл туда студентов. Число самоубийств постепенно уменьшилось.

В других учебных заведениях, построивших новые кампусы, по-прежнему было много студентов в старых кампусах, но Педагогический университет полностью переехал. Теперь там не было ни одного студента. Я слышал, что в будущем старое здание будет продано профессиональному училищу, в котором большинство студентов – мужчины.

На этот раз расположение класса оказалось приятным сюрпризом. Проводя занятия в заброшенных школе и больнице, я постепенно привык преподавать в разрушенных помещениях. Но в бывшем здании Педагогического университета всё было иначе. Для того чтобы его можно было продать по хорошей цене, кампус был хорошо отремонтирован. Всё оборудование в мультимедийном классе было в хорошем состоянии и его можно было использовать.

PowerPoint, который я сделал, наконец-то пригодится!

(Часть 3)

Что касается слухов о том, что в Педагогическом университете водятся призраки, я никогда не воспринимал их всерьёз.

Я был в Педагогическом университете один раз. Правда, в женском общежитии. Я пробрался туда через окно посреди ночи.

Дело было так. На старших курсах университета у меня был сосед по комнате, у которого была девушка в Педагогическом университете. Каждый день он не спал полночи, болтая с ней по WeChat, прятался под одеялом и хихикал. На мой взгляд, он был страшнее любого призрака.

Однажды мой сосед по комнате вдруг сказал, что в общежитии его девушки живут призраки. Каждую ночь кто-то выходил в коридор и издавал громкие стучащие звуки. Это было очень пугающе. Девочки не решались пойти посмотреть. Всю ночь они могли только терпеть этот ужасающий звук и были на грани обморока от недосыпания.

Я отбросил идею о призраках. Очевидно, что кто-то притворился призраком, чтобы нарушить их сон. Нужно было праведно вмешаться и положить этому конец. Если бы я был на их месте, я бы уже давно бросился и набил морду этому шутнику.

Поэтому мой сосед по комнате сказал, что в таком случае завтра вечером мы пойдём к ним в общежитие и посмотрим, был ли это призрак или просто шутник.

Если он хотел пойти, я не был против. В любом случае будучи геем, в женском общежитии мне было бы так же спокойно, как если бы я пребывал в медитации.

Эти девушки, должно быть, были напуганы до одури; они действительно согласились впустить нас двоих. Их комната в общежитии была на третьем этаже. Они связали свои занавески в верёвку, чтобы мы могли забраться наверх. В то время я был в отличной физической форме, потому что преследовал старшекурсника, и в мгновение ока оказался наверху. Мой сосед по комнате не справился, в итоге мне пришлось его тащить.

В полночь действительно раздался шум. Мой сосед по комнате стоял на стуле и смотрел в коридор через маленькое стеклянное окошко в верхней части двери. Он сказал, что коридор был пуст. Это было странно.

Я подумал, что он был крайне бесполезен. Если он не мог видеть человека, то значит он должен был находиться прямо под маленьким окошком, напротив двери было единственное слепое пятно.

На этот раз мой сосед лёг на пол и выглянул через щель под дверью. После одного взгляда он вскрикнул, обнял свою девушку и заплакал, он даже немного обмочился.

На вопрос, что он увидел, мой сосед ответил, что увидел пару кроваво-красных глаз. Затем он и его девушка обняли друг друга и зарыдали, как пара уток-мандаринок, которых постигло несчастье.

Я не мог больше смотреть на это. Не обращая внимания на протесты остальных, я открыл дверь.

Как только дверь была открыта, я увидел девушку, стоящую на руках перед дверью, голова которой постоянно ударялась об пол. Из-за того, что она слишком долго стояла вниз головой, её лицо было багровым, а глаза налились кровью.

Девочки в общежитии сбились в кучу и плакали, говоря, что это призрак и все они умрут в эту ночь.

Я не мог смотреть, как они пугают себя таким образом. Я схватил девушку за ноги и, используя свою недюжую силу рук, перевернул её.

Я прижал её к стене коридора и сердито вопросил:

— Почему ты притворяешься призраком и пугаешь людей?

— Я не притворяюсь, — ответила она. — Я летела вниз головой, когда прыгнула со здания поэтому когда я умерла, я так и застряла.

Лгунья. Разве я только что не поставил её в вертикальное положение?

— Если ты хочешь улучшить силу рук, делая стойку на руках, это прекрасно. Я согласен, что упражнения делают людей счастливыми. Но ты не можешь заниматься на глазах у других студентов посреди ночи. На этот раз я отпущу тебя, но если это повторится, я обязательно сообщу о тебе в администрацию университета. Ради физического и психического здоровья студентов администрация, скорее всего, исключит тебя. Ты упорно трудилась, чтобы поступить в этот университет, твои родители ждут, что ты чего-то добьёшься, разве будет хорошо, если тебя исключат?

Она начала плакать.

Видя её жалкий вид, я спросил, какая из комнат её, предложив проводить её туда. Она покачала головой и сказала, что в этом нет необходимости; теперь, когда её перевернули, ей не нужно всё время быть вверх ногами. Она может уйти сама.

Затем она медленно повернулась и ушла. Когда я вернулся в комнату, все девушки встретили меня восхищёнными взглядами. Девушка моего соседа по комнате отпихнула его в сторону и тепло взяла меня за руку, говоря:

— Ты действительно удивительный. Ты даже можешь изгонять призраков. С тобой очень безопасно.

— Разве это был за призрак? Это всего лишь нервная студентка, которая пугает людей, чтобы почувствовать себя лучше.

Теперь, когда вопрос был решён, я не мог больше оставаться в женском общежитии. Я поднял своего соседа по комнате, у которого ослабли ноги, посадил его себе на спину и понёс обратно.

После этого инцидента мой сосед по комнате и его девушка расстались тем же вечером. Бывшая девушка моего соседа тут же прислала мне смс с предложением пойти на свидание, но была отклонена мной, чьё сердце было нацелено на старшекурсника.

Место проведения занятий в этот раз напомнило мне о прошлых событиях. Это было довольно интересно, почти как если бы я вернулся во времена учёбы в университете.

Я тотчас же отправил Нинь Тяньцэ информацию о времени и месте и предложил ему поехать со мной на занятия на автобусе.

Сяо Нинь снова засиделся допоздна, ожидая моего сообщения: «Расскажи мне подробно о своём автобусе».

Он начал интересоваться мной. От сопровождения меня на занятия до знакомства с моей жизнью, теперь он даже спрашивал подробности о моём средстве передвижения. Это действительно заставило моё сердце петь.

Я обрадовался и сразу же рассказал ему по голосовому сообщению всё, начиная с того, как впервые сел в автобус, и заканчивая последним разом, когда водитель проявил участливость к Тан Сяомину. Главной целью этого было дать ему намёк на мою сексуальную ориентацию. Если даже водитель автобуса смог догадаться, то разве Сяо Нинь не должен был догадаться ещё быстрее?

Но Сяо Нинь сосредоточился на другом: «Расскажи мне более подробно об изменении поведения Ся Цзиня, когда он стал приставать к тебе»

Хаха, он, должно быть, ревнует. Я знал, что Сяо Нинь испытывает ко мне какие-то чувства с того момента, как он прикоснулся ко мне в лифте. Мышцы моей груди были очень крепкими, и это точно не было ошибкой с моей стороны.

После моего рассказа статус Сяо Ниня был – ввод текста, но он ничего не отправил. Я ждал, пока почти не заснул, и наконец получил очень короткое сообщение: «Я не знаю, повезло ли или наоборот менеджеру Ся иметь такого друга, как ты».

Я долго смотрел на это сообщение, не в силах решить, похвала это или критика. В конце концов, я заснул.

На следующий день я взял своё резюме и отправился в компанию Ся Цзиня на собеседование. Я был спокоен и открыт, указав, что, хотя я закончил аспирантуру, мой опыт работы недостаточен, поэтому я готов согласиться на должность стажёра и остаться в компании, чтобы учиться. Я надеялся, что они дадут мне шанс.

Конечно, увидев мою искренность, они согласились. Меня назначили в отдел маркетинга с основной зарплатой восемьсот юаней в месяц и премиальными по результатам работы. Хотя зарплата была очень низкой, для меня это был большой шаг вперёд.

Те, кто только начинает работать на новой работе, должны меньше говорить и больше делать, молча наблюдать и учиться, быть сдержанными и корректными.

Я придерживался этого принципа весь день, запоминая основные моменты нашей компании. К счастью, на гуманитарном факультете моего университета было много предметов, которые требовали запоминания, поэтому моя память была на высоте. В течение первого дня я запомнил все основные моменты.

Руководителя, отвечавшего за меня, звали Лу Гуанси. Он был моложе меня. Его показатели были лучшими во всей компании. В возрасте двадцати пяти лет его годовая зарплата составляла уже миллион юаней.

Я не завидовал. Доходы Лу Гуанси делали меня более уверенным в себе.

В будние дни, когда не было особых событий, офис обычно заканчивал работу в шесть часов вечера, а продавцы – в девять. Что касается меня, то в дальнейшем, когда я выполнял все задания, мои часы были относительно свободными.

Вернувшись домой, я ещё раз внимательно просмотрел подготовленный мною план урока. В 11:30 учитель Лю ждал меня у двери.

Учитель Лю предпочитал носить костюм Чжуншань, который, казалось, особенно подходил его темпераменту. С его утонченным, учёным духом Республики, он подходил ему гораздо более, чем западный костюм и кожаные туфли.

Гостиница Нинь Тяньцэ находилась довольно далеко от моего дома. Поэтому ему не было необходимости ехать на автобусе. Когда я встал утром, то получил его сообщение о том, что он встретит меня перед старым кампусом Педагогического университета. Сцена, как мы вдвоём в автобусе оказываемся в собственном мире, не состоялась.

В сумерках начался дождь. Учитель Лю стоял под дождем с бумажным зонтиком, являя собой образ очарования старого мира. Что касается меня, то я считал, что мне не нужен никакой зонтик. Небольшой дождь – это пустяк, а зонтик бесполезен. Учитель Лю предложил мне встать под его зонтик, но я отказался. Дождь был лёгкий и очень приятный.

Водитель был пунктуален. Мы не прождали и минуты, когда он подъехал к воротам поместья. Когда я сел в автобус вместе с учителем Лю, учитель Лю выглядел потрясённым.

— Пассажиры... Нет, почему все сиденья стали зелёными? Раньше они всегда были красными.

Водитель посмотрел на нас и сказал своим обычным спокойным голосом:

— В последнее время они предпочитают ходить пешком. Они говорят, что это полезнее для здоровья. Во всяком случае, это лучше, чем когда твоя душа разбивается вдребезги.

Учитель Лю глубоко вздохнул. Спустя долгое время он смог сказать:

— А теперь остался только ты. Тебе всё ещё приходится каждую ночь водить автобус. Это нелегко.

— Тебе тоже. Я всего лишь водитель. Твоё положение ещё хуже, — вздохнул водитель.

— Ах, такова жизнь, — покачал головой учитель Лю.

Слушая их, я понял, что они говорят о работе по ночам. Водитель мог немного отдохнуть, когда подвозил нас на занятия, но нам с учителем Лю приходилось вести уроки в тёмное время суток. Учитель Лю был старше меня, поэтому ему было труднее.

У всех нас были трудности, но ради спасения таких учеников, как Тан Сяомин, я с радостью терпел их.

— Сегодня к нам присоединится новая ученица. Она не знает, куда идти, поэтому я сделаю небольшой крюк, чтобы забрать её, — сообщил водитель.

— О? Директор Чжан всё ещё принимает новых учеников? — учитель Лю был шокирован. — Разве она не сказала, что будет только этот класс?

Похоже, здесь была какая-то внутренняя история. Если будет только этот класс, то директор Чжан закроет школу после их выпуска? И что тогда будет со мной? Неужели я потеряю работу?

Я делал вид, что не обращаю внимания, но на самом деле я навострил уши, чтобы послушать их.

— Не новенькая, правда, а просто та, которую вернули, — объяснил водитель. — Она сбежала раньше и не могла найти дорогу обратно в школу. Директор Чжан недавно нашла её и устроила так, чтобы она могла посещать занятия. После того как она блуждала там все эти годы, я не знаю, какой она будет теперь.

— Постоянно бродяжничать – это нехорошо... —учитель Лю озабоченно покачал головой. — Боюсь, за ней некому было присматривать...

Я кивнул так, чтобы они меня не видели. У большинства учеников нашей школы были психологические проблемы, но не настолько серьёзные, чтобы их нужно было госпитализировать. Целью школы было вернуть этих учеников к нормальной жизни. Эта ученица заблудилась. Её психическое состояние и так было нестабильным, а без защиты школы...

Увы, я также не мог сказать, какой она была бы сейчас.

Я как раз размышлял об этом, когда водитель остановил автобус. Дверь открылась и снаружи послышался шум дождя.

Дождь, казалось, становился всё сильнее.

В автобус вошла девушка в плаще, скрывавшем её лицо. Она была невысокого роста, около 155 см. С её плаща капала вода. Вскоре на полу автобуса образовалась большая лужа.

Войдя в автобус, она осмотрелась, а затем направилась прямо ко мне.

Учитель Лю выглядел нервным. Он подбежал ко мне, чтобы заблокировать ученицу.

— Дуань Юйлянь, тебе лучше сесть рядом со мной.

Она подняла голову, и капюшон её плаща откинулся, открывая бледное, обычное лицо.

— Почему здесь человек?

(Часть 4)

Я не мог полагаться на посредничество учителя Лю. Я встал и протянул руку Дуань Юйлянь, тепло сказав:

— Ученица Дуань, я новый учитель Шэнь Цзяньго.

Дуань Юйлянь уставилась на меня. Она оттолкнула учителя Лю таким толчком, что он отлетел из передней части автобуса в заднюю. Насколько сильной она была? Должно быть, она сильно пострадала, пока блуждала снаружи.

Вместо того чтобы протянуть руку, она наклонилась ко мне и обнюхала мою шею.

— Почему здесь человек? —повторила она.

Водитель сделал вид, что ничего не заметил, и сосредоточился на вождении. После того как его отбросило в сторону, учитель Лю не шевелился, он лежал, изображая мертвеца.

— В школе не хватало учителей, поэтому директор Чжан разместила в Интернете объявление о работе. Я выпускник, специализирующийся на идеологическом и политическом образовании. Я отправил своё резюме и был принят директором Чжан на должность учителя в вашей школе. В настоящее время я провёл только один официальный урок. Если необходимо, я могу дать тебе вводный урок. Но сегодня, учитывая, что это групповая лекция, которая будет основываться на содержании предыдущего занятия, если у тебя возникнут трудности, обязательно говори.

Похоже, Дуань Юйлянь было трудно нормально общаться с другими, но мне всё равно нужно было вести с ней нормальный диалог, как подобает учителю. Даже если она не сможет понять сегодня, после нескольких повторений она постепенно поймёт.

— Запах живых...

Она приближалась ко мне, наблюдая за мной со странным выражением, её глаза почти не двигались.

— Я знаю, что у тебя точно нет тетради. По совпадению, сегодня я захватил новую тетрадь, так что я подарю её тебе.

Я достал из сумки тонкую тетрадь за один юань, написал на ней гелевой ручкой за два юаня иероглифы её имени, затем вручил ей и тетрадь, и ручку.

Может быть, она и не умела писать, но это был мой маленький жест как бедного учителя.

Она не взяла ни тетрадь, ни ручку и уставилась на меня, наклонив голову.

Я держал руки протянутыми, всё ещё желая, чтобы она взяла предметы. Я хотел, чтобы эта новая ученица увидела мою искренность, чтобы она открыла своё сердце и приняла меня.

Возможно, моя искренность тронула её. Рука Дуань Юйлянь показалась из-под плаща, но вместо того, чтобы взять тетрадь, она протянула руку к моей шее и закричала.

Мне удалось разглядеть её ногти длиной не менее десяти сантиметров. Хотя они были накрашены красным лаком, на них всё равно была видна чёрная грязь. Это было слишком негигиенично. Как давно она не стригла ногти?

Она довольно агрессивно нацелилась ногтями в мои глаза.

Я быстро схватил её за запястья и со всей силы вдавил Дуань Юйлянь в соседнее кресло. Она начала кричать, когда я дотронулся до неё, как будто я сделал что-то ужасное.

Неужели у неё отвращение к физическому контакту с мужчинами? Она только что отказалась пожать мне руку и проявила агрессию по отношению ко мне, мужчине, крича, когда я прикоснулся к ней.

Я изо всех сил старался успокоить её.

— Не бойся, я хороший человек. Я не причиню тебе вреда. В крайнем случае... в крайнем случае, я подстригу тебе ногти. Они очень антисанитарные.

Сказав это, я снял с пояса связку ключей. У меня была привычка держать на связке маленькие складные щипчики для ногтей, что было очень удобно, когда мне нужны были простые инструменты.

Дуань Юйлянь была худенькой, а её запястья были особенно тонкими. Я взял её запястья в одну руку, а другой рукой взял щипчики и обрезал ноготь большого пальца.

Кроваво-красный ноготь упал на пол. Водитель затормозил, и весь автобус сильно тряхнуло. Дуань Юйлянь воспользовалась этой возможностью и попыталась вырваться. К счастью, я успел зацепиться ногой за поручень рядом со мной, иначе я бы полетел в сторону водительского сиденья.

— Дагэ, в чём дело?

В разгар хаоса я не забыл быть вежливым с водителем.

— Ничего, — ответил водитель. — Меня напугала ваша стрижка ногтей.

Я понял его. Меня тоже напугали такие длинные ногти.

Из-за инерции, вызванной торможением машины, учитель Лю скользнул вперёд, туда, где находился я. Он поднял обрезок ногтя и с ужасом посмотрел на Дуань Юйлянь.

— Не бойтесь, учитель Лю, — утешил я его. — Я быстро.

Взяв в руки щипчики, я быстро отрезал ногти Дуань Юйлянь один за другим. Менее чем за пять минут её ногти стали короткими и аккуратными.

Сначала Дуань Юйлянь всё ещё кричала, но когда я закончил с первой рукой, она замолчала. Учитель Лю, напротив, задыхался каждый раз, когда я срезал ноготь. Он был слишком взволнован.

Когда я обрезал все десять ногтей, Дуань Юйлянь полностью успокоилась и сидела на сиденье неподвижно. Я положил тетрадь ей на колени и тихо сказал:

— Тебе не нужны острые ногти, чтобы защитить себя. Твой учитель защитит тебя.

Учитель Лю поднял один за другим обрезанные ногти и дрожащими руками протянул их Дуань Юйлянь.

— Пусть она оставит их себе на память.

Дуань Юйлянь не двигалась, и я положил обрезки ногтей на тетрадь.

На этот раз она наконец взяла тетрадь в руки и уставилась в окно на льющийся дождь.

— Меня зовут Шэнь Цзяньго. Ты можешь называть меня учитель Шэнь, — с энтузиазмом сказал я.

— Учитель... Шэнь...? — повторила Дуань Юйлянь.

— Да, именно так.

Я радостно подмигнул учителю Лю. Ученица уже начала приходить в норму. Скоро она сможет говорить правильно.

Учитель Лю сел рядом с Дуань Юйлянь, утешительно говоря:

— Прими это. Ты должна была знать, что это будет результатом возвращения на занятия.

— Но... почему? — спросила Дуань Юйлянь.

По какой-то причине учитель Лю начал плакать. Видимо, ему было очень жаль Дуань Юйлянь. Он вытер слезы и промолвил:

— Откуда я знаю?

Я не мог понять, о чём они говорили. Должно быть, речь шла о каких-то прошлых событиях, которые я не мог понять.

К счастью, с помощью учителя Лю Дуань Юйлянь постепенно смягчилась и стала казаться менее свирепой.

Автобус прибыл к Педагогическому университету в полночь. Как только я вышел из автобуса, я увидел Нинь Тяньцэ в жёлтой мантии, держащего зонтик. Он выглядел очень красивым. Дождливая ночь придавала ему таинственную красоту.

Я пробежал под зонтиком Нинь Тяньцэ, но не решился подойти ближе. Во время моей схватки с Дуань Юйлянь вода с её плаща попала на меня, поэтому я был в жалком состоянии.

Сяо Нинь посмотрел на меня и нахмурился.

— Откуда эта вода? На твоём теле почти не осталось сухого места. Как ты можешь так выходить к своим ученикам?

— Всё в порядке, — равнодушно сказал я. — На меня попало немного воды с плаща Сяо Дуань. Она скоро испарится от тепла моего тела!

Взгляд Нинь Тяньцэ внезапно стал острым. Он посмотрел на Дуань Юйлянь и Лю Сишуня, стоявших вместе.

Я представил их.

— Это Лю Сишунь, он присматривает за мной с тех пор, как я начал работать. А это — Дуань Юйлянь, новая ученица. Она боится незнакомцев.

Обращаясь к ним двоим, я сказал:

— Это Нинь Тяньцэ, ученик секты Маошань. Он пришёл послушать, как я преподаю. Директор Чжан согласилась.

Лицо Дуань Юйлянь изменилось. Она сделала два шага назад, как будто хотела вернуться в автобус. Но водитель не стал задерживаться после того, как мы вышли, поэтому пути к отступлению не было.

Учитель Лю, однако, горячо кивнул Нинь Тяньцэ и сказал:

— Большое спасибо за помощь несколько дней назад, Нинь-тяньши.

— Это было несложно.

Сяо Нинь слегка наклонил голову.

Они посмотрели друг на друга, но больше ничего не сказали. Казалось, что между ними есть некое молчаливое понимание.

— Вы уже встречались раньше? — спросил я Сяо Ниня.

— Случайная встреча.

Нинь Тяньцэ больше ничего не сказал. Похоже, это была ещё одна история, которую я не понимал.

Дуань Юйлянь не любила общаться с незнакомцами. Она попыталась убежать, но учитель Лю удержал её.

— Ах, куда ты побежишь? — вздохнул учитель Лю. — Твои ногти исчезли, куда бы ты ни пошла, над тобой будут издеваться одинокие души и бродячие призраки. Тебе лучше остаться с директором Чжан. По крайней мере, в классе никто не будет дурачиться. А ещё есть учитель Шэнь...

— Ногти? — Нинь Тяньцэ нахмурился.

— О, её ногти были слишком длинными, поэтому я подстриг их для неё.

Я не стал упоминать об опасной сцене, в которой я рисковал получить удар этими ногтями.

— Подстриг?

— Да, у меня есть очень хорошие кусачки для ногтей.

Я достал брелок и протянул его Нинь Тяньцэ.

Нинь Тяньцэ взял его и посмотрел.

— Ты уже давно пользуешься этими щипчиками для ногтей.

— Да, со старших классов средней школы. Прошло около десяти лет. Когда я только купил их, они были очень острыми, а я тогда был очень неуклюжим, и даже порезался, — ответил я стыдливо.

— Они хорошие. Держи их при себе.

Сяо Нинь вернул мне брелок. Кусачки для ногтей были тёплыми от его прикосновения. Они согрели мои озябшие пальцы.

После уговоров учителя Лю, Дуань Юйлянь, похоже, согласилась пойти с нами на занятия.

Я был знаком с кампусом Педагогического университета и легко провёл их троих к учебному корпусу.

В отличие от двух предыдущих заброшенных мест, учебный корпус Педагогического университета был в хорошем состоянии. Как только мы вошли, в холле и коридорах зажёгся свет. Не было необходимости подниматься по лестнице с лампой на батарейках.

Как только в холле первого этажа зажёгся свет, мы увидели Тянь Буэна, который стоял и холодно смотрел на нас.

Увидев Дуань Юйлянь, он злобно улыбнулся.

— Что же, разве это не Сяо Лянь. Так ты вернулась?

Он закатал рукав, обнажив длинный шрам на руке.

— В прошлый раз ты оставила мне это. Было больно. Я ждал тебя.

В прошлый раз? Я сразу же встал перед Дуань Юйлянь и сказал Тянь Буэну:

— У тебя были разногласия с Сяо Лянь? Ты задирал её?

— Посмотрите на мой шрам. Это она меня ранила! Но я не дал ей легко отделаться. Мои маленькие крошки ползали по ней.

Пока Тянь Буэн говорил, из его рукавов выпала куча пухлых насекомых.

При одном взгляде на них мне стало плохо. Дуань Юйлянь, должно быть, чувствовала себя ужасно, когда они ползали по ней. Видимо, это оставило психологическую тень.

Учителю Лю тоже не нравился Тянь Буэн. Он рассказал мне:

— Сяо Лянь покинула школу из-за конфликта с ним. После этого директор Чжан исключила Тянь Буэна, но он так и не ушёл, и всё время доставал меня своими насекомыми. Это было отвратительно!

Это было совершенно неприемлемо. Я заслонил Сяо Лянь, говоря ей:

— Не волнуйся. Я разберусь с ним.

Затем я быстро достал из сумки средство от насекомых и распылил его на руки Тянь Буэна.

Когда я достал инсектицид, Сяо Нинь раскрыл свой зонт, чтобы защитить учителя Лю и Дуань Юйлянь от распыления.

Сначала Тянь Буэн всё ещё усмехался.

— Что толку от твоего жалкого пшика? Мои дорогие...

Не успел он договорить, как все его личинки перевернулись и умерли.

Выражение его лица изменилось. Он схватился за волосы и закричал:

— Что это такое? Почему оно может навредить моим насекомым-убийцам?

Сяо Нинь взял у меня баллончик и с серьёзным выражением лица сказал нам:

— Быстро идите в класс. Вам нет нужды задерживаться, с остальным я разберусь.

Глава 22 - Обучение (Часть 5)

Время начала занятий действительно было уже близко, и я должен был торопиться. Вспомнив, как Сяо Нинь прибежал спасать меня посреди ночи, я доверился ему.

Поэтому я дал ему несколько советов:

— Если он зайдёт слишком далеко, ты должен позвонить в полицию. Не позволяй втянуть себя в драку, иначе он может свалить вину на тебя.

Глядя на мёртвых насекомых на земле, я добавил:

— Если это средство не очень вредно для человека, используй его как можно больше. Ты должен убить всех этих насекомых.

— Не волнуйся.

Выражение лица Нинь Тяньцэ было серьёзным. Он действительно заслуживал доверия.

Сяо Нинь встал между нами и Тянь Буэном с его насекомыми, а я повёл Дуань Юйлянь и учителя Лю вверх по боковой лестнице. Несколько насекомых подползли к нам. Я уже собирался поднять ногу, чтобы раздавить их, но насекомые забрались на плащ Дуань Юйлянь и были утоплены водой.

— Молодец, Сяо Лянь! — похвалил я.

Сяо Лянь всё ещё не стряхнула воду с плаща. Когда я стриг ей ногти в автобусе, вода попала на меня, и мне до сих пор было холодно. На самом деле я хотел стянуть с неё плащ и стряхнуть воду, но побоялся, что под ним ничего нет, и не решился действовать.

Даже если меня не интересовали женщины, я был мужчиной, в конце концов, и должен был быть джентльменом. Естественно, я не мог срывать с девушек одежду.

Мы втроём быстро зашли в класс полный учеников. Я быстро посчитал: их было двадцать три. Тянь Буэн ушёл, а Дуань Юйлянь вернулась, так что число осталось прежним.

Му Хуайтун действительно была хорошей ученицей. Как и в прошлый раз, она сидела в центре первого ряда и неподвижно смотрела на меня, подперев подбородок рукой.

Когда она увидела Дуань Юйлянь, её улыбка стала жёсткой. Му Хуайтун посмотрела на учителя Лю и спросила:

— Почему она вернулась?

Похоже, у Сяо Лянь были сложности в личных отношениях. Тянь Буэн не в счёт, он был изгнанным социальным элементом, который всё ещё приставал к ученикам. Сяо Лянь можно было простить за плохие отношения с ним. Но Му Хуайтун...

Дуань Юйлянь молча села рядом с Му Хуайтун. Вода капала с неё, растекаясь, пока не достигла красных туфель Му Хуайтун. Му Хуайтун вскрикнула и встала, чтобы избежать этого, и крикнула Дуань Юйлянь:

— Убирайся!

Му Хуайтун была ребёнком, который любил чистоту. Увидев воду, она так испугалась, что схватилась за волосы. Её длинные черные волосы летали вокруг, как будто они были полны статического электричества. Они уже собирались обернуться вокруг Дуань Юйлянь, но когда коснулись воды на плаще, влага рассеяла статическое электричество, и волосы плавно опустились обратно.

Перед уроком мне сначала нужно было установить гармоничные отношения между моей новой ученицей и другими учениками. Учитель Лю притаился в углу, не желая вмешиваться в женскую войну.

Но я не мог допустить, чтобы мой класс стал полем битвы. Я встал между ними, схватил Му Хуайтун за волосы и собрал их вместе.

— У тебя есть резинка? Если ты уберёшь свои волосы, то статического электричества больше не будет.

Му Хуайтун едва не расплакалась. Её глаза налились кровью, и она уставилась на меня.

— Вы хотите завязать мне волосы?

— Твои волосы длинные и красивые, но если они будут распущены, то будут лезть глаза и мешать посещать занятия, — сказал я. — Когда у девушки такие длинные волосы, разве не приятно уложить их в красивую прическу? Что если я подарю тебе флакон геля для волос?

Услышав про гель для волос, Му Хуайтун задрожала всем телом и послушно заплела косу. Она ловко завязала конец прядью волос, чтобы они не распустились.

— Молодец.

Я удовлетворённо кивнул и обратился Дуань Юйлянь:

— Сяо Лянь, урок начинается. Не пора ли тебе снять дождевик? На нём так много воды, что это повлияет на внимательность других студентов.

Дуань Юйлянь презрительно рассмеялась и крикнула:

— Лю Сишунь!

— Сейчас! — сразу же ответил учитель Лю.

Учитель Лю достал откуда-то большую бутылку с водой. Дуань Юйлянь взяла бутылку бледными пальцами, открутила крышку и вылила воду себе на голову.

— Мне нравится лить на себя воду. Как тебе это? — Дуань Юйлянь подошла ко мне со злобой на лице. — Ты сильный. Ты смог подстричь мне ногти. Но сможешь ли ты убрать с меня воду? После того как я потеряла сознание, они бросили меня в реку. Тогда я была ещё жива. Вода заливала мои уши, нос, глаза, рот. Мои желудок и лёгкие были полны речной воды. Ты можешь убрать с меня воду?

У Сяо Лянь тоже была болезненная история.

Вода с её тела капала на мою одежду, и мне становилось всё холоднее и холоднее. Мне даже показалось, что сейчас уже не лето, а морозная зима.

Наверное, сердце Сяо Лянь было холодным, и она передавала этот холод мне.

Хотя учитель должен следить за своим имиджем во время урока, столкнувшись с убитой горем Сяо Лянь, я должен был что-то предпринять.

Поскольку от долгого чтения лекций меня мучила жажда, я положил в рюкзак бутылку колы. Я решительно достал бутылку колы, открыл её и вылил себе на голову. Липкая кола потекла по моему лицу. Я высунул язык и слизнул её. Она всё ещё была довольно приятной на вкус!

Газированный напиток пузырился у меня на голове. Я сказал Сяо Лянь:

— Я не могу вернуться туда, чтобы спасти тебя, но я могу составить тебе компанию.

Моё сердце было спокойным. У меня была только одна мысль, что хотя Сяо Лань была вся мокрая, я не мог её оттолкнуть. Она уже дошла до края, и проявление отвращения сейчас толкнуло бы её в пропасть. Но если я протяну к ней руку, то смогу оттащить её назад.

Это устойчивое убеждение согревало меня. По мере повышения температуры моя одежда постепенно высыхала.

Полив голову колой, я подошёл к Дуань Юйлянь, но она сделала несколько шагов назад и покачала головой.

— Нет, ты не сможешь. Весь мир презирает меня. Ты только притворяешься.

— Если бы все вы были просто людьми, проходящими мимо меня на улице, я мог бы сказать что-то вроде: «Как эта девушка может быть такой беспечной?» Но сегодня я – твой учитель, а ты – моя ученица. Как учитель, я никогда не стал бы презирать ни одного ученика, — искренне ответил я.

Я протянул ей руку. Она на мгновение опустила глаза и спокойно проговорила:

— Кто будет пожимать тебе руку, если у тебя вся ладонь в газировке?

Затем Дуань Юйлянь отвернулась и села рядом с учителем Лю. Она даже достала тетрадь за один юань, которую я ей дал.

Ученики в классе молчали. Всё это время они внимательно смотрели на нас.

Я вышел к доске, немного смущаясь.

— Хотя этот вечер был насыщен событиями, нам всё равно нужно провести урок. Все похлопайте в ладоши, чтобы поприветствовать Дуань Юйлянь.

Класс наполнился звуками хлопков.

Му Хуайтун, волосы которой были заплетены в длинную косу, положила подбородок на руку и посмотрела на меня. Улыбаясь, она сказала:

— Учитель Шэнь выглядит очень мило, когда он мокрый.

— Кхм, не смейся над учителем.

Я поискал в карманах салфетки, но они закончились. Было неловко читать лекцию, когда я был такой мокрый.

В этот момент в класс вошёл Нинь Тяньцэ.

Как только он вошёл, атмосфера снова сгустилась. Я быстро представил его.

— Ученики, это Нинь Тяньцэ. Он... Хотя он уже закончил школу и начал работать, он также жаждет учиться. Он будет посещать занятия в свободное время. Надеюсь, вы сможете поладить друг с другом.

— Ха. Он здесь, чтобы учиться или, чтобы работать? — голос Му Хуайтун не был дружелюбным.

Я не знал, как объяснить. В конце концов, я привёл Сяо Ниня в класс из собственных эгоистических побуждений. К счастью, учитель Лю был рядом, и он встал, чтобы помочь мне.

— Нинь-тяньши... Нинь-тяньши – хороший человек. Он спас меня несколько дней назад. Он не из тех старомодных типов.

Учитель Лю имел статус среди студентов. После его вмешательства другие ученики не стали возражать.

Му Хуайтун только фыркнула.

— Как там Тянь Буэн? — спросил я.

Нинт Тяньцэ легкомысленно ответил:

— Он не вернётся.

— А насекомые?

Нинь Тяньцэ потряс пустым баллончиком.

— Все мертвы.

— Надеюсь, ты не нарушил закон?

Я не был уверен. Сяо Нинь был хорошим человеком, но он мог быть немного безрассудным. Раньше он перепрыгнул через стену средней школы «Беневоленс» и хотел разбить двери торгового центра кирпичом. Он был немного похож на рыцаря из романа «Уксия». У него было рыцарское сердце, но он не обращал внимания на детали.

— Это не так, — покачал головой Нинь Тяньцэ. — Не волнуйся.

Он был таким решительным, что я не мог продолжать спрашивать. Я мог только подавить свои сомнения. После уроков я спрошу директора Чжан. У директора Чжан были связи, она могла знать, что случилось с Тянь Буэном.

Показав Нинь Тяньцэ место в углу, я повернулся, чтобы начать лекцию, но Нинь Тяньцэ позвал меня обратно.

— Подожди.

Я повернул голову назад.

— Как ты испачкался в газировке? — Сяо Нинь издал беспомощный вздох.

Он достал платок и вытер мои волосы и лицо. Хотя они всё ещё были липкими, это не так сильно повлияет на мой имидж во время лекции.

Ученики и учитель Лю устремили свои глаза на нас, но у меня не было ни капли внимания, чтобы почувствовать себя неловко. Всё, что я видел, это сосредоточенное, красивое лицо Сяо Ниня.

Он был таким нежным...

Моё сердце было глубоко тронуто.

Я не знал, когда смогу сказать своим ученикам: «Это Нинь Тяньцэ, парень вашего учителя, который приехал забрать меня после работы».

Пока он вытирал, кончики его пальцев коснулись моего лица. Они были такими теплыми.

— Ты согрелся?

Он пощупал мою одежду и удивлённо спросил:

— И твоя одежда так быстро высохла?

— Конечно! — я гордо шлёпнул себя по груди. — Я уже говорил, у меня достаточно тепла, так что вода скоро испарится. Тебе не стоит беспокоиться.

— Мне действительно не нужно беспокоиться, не так ли, — улыбнулся он, качая головой. — Я думал, что на этот раз ты в опасности. Но, в конце концов, ты всё ещё ты.

— Верно, я почти никогда в жизни не простужался.

Сяо Нинь придавал этому слишком большое значение. Как простуда может быть опасной?

Приведя себя в порядок, я с беспокойным сердцем отправился на второй урок: «Как сформировать правильное мировоззрение».

Сегодня я говорил в основном о первом важном моменте: необходимости учиться. Необходимо было создать позитивное отношение к обучению и вооружиться изобилием знаний.

— Только увеличивая запас знаний, мы можем сформировать собственную теоретическую систему и объяснять вещи научными методами, когда мы с ними сталкиваемся, а не путём самообмана. В качестве примера я приведу себя. Ученики нашего класса очень свободомыслящие и одеваются довольно оригинально. Конечно, я не хочу сказать, что вы плохо одеты. Это свободный класс. Пока мы не слишком выставляем себя напоказ и не влияем на других, мы можем даже одеваться как мумия, как эта ученица. Я лишь хочу сказать, что другие люди могут воспринимать вас как призраков. Поскольку я учусь уже много лет и могу смотреть на мир правильно и научно через призму философии, психологии и других дисциплин, я не подвержен влиянию общепринятых взглядов и не стану относиться к вам предвзято. Поэтому, студенты, вы должны учиться как можно лучше. Сохраняйте такое отношение и будьте понимающими по отношению к другим. После занятий я порекомендую всем несколько книг. Каждый, кто заинтересуется, сможет их прочитать.

После того как я порекомендовал «Мудрость жизни» и другие книги, я объявил, что урок окончен.

Глава 23 - Обучение (Часть 6)

Сегодня время начала занятий немного задержалось, поэтому я не стал делать перерыв в середине и читал лекцию до двух часов. Ученики вели себя очень хорошо. Никто из них не попросился в туалет. Они слушали всю лекцию.

Порекомендовав книги, я объявил об окончании занятия, чтобы ученики могли уйти и немного отдохнуть.

Однако здесь было нечто странное. Очевидно, что у нас был автобус, но водитель никогда не забирал учеников. Он забирал только меня. Я не знал, почему.

Поэтому я спросил Му Хуайтун, которая сидела ближе всех ко мне в первом ряду.

— Ученица Му, как ты каждый день добираешься до школы? Не боишься ли ты гулять так поздно?

Если бы у меня была машина, я бы обязательно добавил фразу: «Хочешь, я отвезу тебя домой?»

— Я просто летаю... — Му Хуайтун остановилась и усмехнулась. — Я сама вожу машину.

Нинь Тяньцэ засмеялся.

Му Хуайтун сразу стала суровой и бросила на Нинь Тяньцэ неприязненный взгляд.

Только тогда я вспомнил, что эти двое были врагами. Когда я впервые встретил Му Хуайтун, она притворилась призраком, чтобы напугать меня, высунула длинный красный язык и обвила им мою шею. Наблюдая эту сцену, Сяо Нинь из-за своих суеверий принял эту милую девушку за призрака и попытался проткнуть её своим деревянным мечом, а ещё он... порвал мою одежду...

Я быстро встал между ними, чтобы избежать новой драки. С тех пор как Сяо Нинь сошёл с поезда посреди ночи и вернулся, он сильно смягчился. Он не поднял руку на Му Хуайтун, а повернул голову в другую сторону, закрыв глаза и не глядя на неё.

Му Хуайтун была очень красива, особенно с чёрными волосами, заплетёнными в косу. Длинная коса делала её похожей на любовный интерес из школьной истории. Такая симпатичная особа, а Нинь Тяньцэ было даже не интересно смотреть на неё. Разве это не означало, что Сяо Нинь был...

Хе-хе. У меня было хорошее предчувствие.

— Учителю не нужно беспокоиться об автобусе, — проговорила Му Хуайтун. — Мы можем обойтись без него.

Она намекала на то, что мои ученики богаты?

Тогда неудивительно, что директор Чжан могла так непринуждённо проводить уроки, платить мне такую хорошую зарплату и даже оплачивать психологическое лечение Тан Сяомина. Это всё потому, что в нашей школе были богатые ученики!

Наконец-то я мог расслабиться и не беспокоиться о финансовом положении директора Чжан.

Сегодня я использовал проектор, поэтому после урока мне пришлось забрать свой ноутбук. Мой старый ноутбук очень медленно выключался. Маленькая полоска просто крутилась по кругу, не выключаясь. К тому времени, как я убрал его, в классе остались только мы с Сяо Нинем. Даже мой сосед учитель Лю не дождался меня.

— Разве это не неприятно?

Нинь Тяньцэ протянул руку и коснулся моих слипшихся волос.

— Конечно, неприятно.

Из-за сахара в кока-коле мне было очень некомфортно.

— Но как только я начал читать лекцию, я забыл об этом и не вспоминал, пока ты мне не напомнил.

— Ты очень хорошо преподаёшь, — похвалил Нинь Тяньцэ. — Я даже делал заметки. И я собираюсь купить «Мудрость жизни».

— Правда!

Я был очень рад.

Мой курс был рассчитан на учеников с психическими расстройствами. Я привёл Сяо Ниня сюда из эгоистических побуждений. То, что он слушал, было настоящим сюрпризом. Было бы здорово, если бы я смог заставить Небесного Мастера поверить в материализм.

— Действительно, — подтвердил Нинь Тяньцэ. — Этот мир полон чудес. Старые обычаи отстали от жизни. Когда в будущем я возьму на себя управление сектой Маошань, мне нужно будет взять несколько учеников с основами современной культуры.

— Если ты так считаешь, это замечательно, — согласился я, с энтузиазмом беря его за руку. — Даже если мы верим в разные вещи, это не мешает нам понимать друг друга, не так ли?

— Конечно, нет, — Нинь Тяньцэ сжал мою липкую руку и слегка нахмурился. — Хорошо, почему бы тебе не зайти ко мне сегодня вечером?

— О? Так скоро?

Мои мысли неслись галопом, как табун диких лошадей, уже представляя, как мы с Нинь Тяньцэ резвимся в президентском номере пятизвёздочного отеля.

— Что скоро? — он выглядел озадаченным. — Ты липкий. Тебе нужно принять хорошую ванну. И сегодня на тебя напала энергия Инь. Хотя ты уже рассеял её своим честным и искренним сердцем, нам всё равно лучше провести обряд. У меня в комнате есть всё необходимое оборудование. Удобнее будет пойти туда.

— А, понятно...

Я опустил голову в унынии, не только потому, что мне было неловко из-за непонимания, но ещё больше потому, что Сяо Нинь всё ещё верил в призраков.

Но потом я подумал о том, что Нинь Тяньцэ слушал мои лекции и пытался понять мой мир. Так что я действительно должен отплатить ему пониманием его происхождения.

— Хорошо, спасибо тебе большое.

Мне вдруг пришел в голову вопрос.

— Сколько стоит проведение обряда?

— Как я могу взять твои деньги? — улыбка Сяо Ниня была очень тёплой. — Учитель Шэнь – мой духовный наставник.

Я был ослеплён его улыбкой, как будто меня загипнотизировали. В оцепенении я сел в машину Сяо Ниня и вместе с ним вернулся в отель.

Только когда я вошёл в пятизвёздочный отель и сел на роскошный диван в президентском номере, блеск отеля вернул меня обратно.

К этому времени Сяо Нинь уже наклеивал на меня талисманы. По всему моему лицу были приклеены полоски бумаги, как будто я проиграл в покер в университете.

— О нет!

Я вскочил на ноги.

— В чём дело? — спросил Сяо Нинь, поднимая упавший талисман.

— Я забыл сказать водителю, что он не должен меня ждать.

Мои часы показывали три часа. Было ли ещё время связаться с директором Чжан?

— Нет необходимости, — сказал Сяо Нинь. — Я попросил учителя Лю помочь передать весточку.

— А? С каких пор у тебя такие хорошие отношения с учителем Лю?

Вспоминая всё, что произошло сегодня. Учитель Лю всё это время вёл себя очень мило по отношению к Сяо Ниню.

— Мы мимоходом встречались однажды. Кроме того, в секте Маошань, помимо экзорцизма, хорошо владеют техникой борьбы с призраками. Я дал ему знать, когда мы уходили. Это был всего лишь вопрос одного талисмана.

— О? А? Ты хочешь сказать, что использовал талисман, чтобы связаться с учителем Лю?

Я был озадачен.

Нинь Тяньцэ посмотрел на меня, покачал головой с выражением лица, которое говорило «Что мне с тобой делать?» и вздохнул.

— У меня есть контактная информация учителя Лю.

— А, по телефону, — кивнул я. — Так что там было про управление призраками?

— Секретная техника моей секты. Она не может быть распространена за пределами.

Я благоразумно заткнулся и перестал обсуждать этот вопрос с Сяо Нинем. В любом случае даже если бы он объяснил это, я бы всё равно не поверил ему.

— Не беспокойся об этом. Давай продолжим.

— Хорошо.

Я послушно сидел, позволяя Сяо Ниню наклеивать на меня бумажки.

Когда он закончил, я сел на пол в центре гостиной по указанию Сяо Ниня. Он был весь исписан непонятными мне узорами. В жёлтой мантии Сяо Нинь воскурил благовония, взял в руки меч и начал танцевать передо мной.

Он действительно был красив, каждое его движение был прекрасно. Мастерство Нинь Тяньцэ в танце с мечом было достаточно хорошим, чтобы он мог принять участие в новогоднем параде. Я в изумлении уставился на него.

На этот раз его мантия была подпоясана. Это был белый пояс, свисавший немного вниз и извивавшийся, когда он двигался. Пояс мелькнул у меня перед глазами.

Какая узкая талия...

В конце он вскочил, что-то тихо произнёс, указал мечом на центр моего лба и твёрдо провозгласил:

— Гори!

Никакой реакции не последовало. Сцена стала очень неловкой.

Через некоторое время Сяо Нинь снова заговорил:

— Гори! Гори, гори, гори!

Я не мог не спросить:

— Гореть? Как это?

Сяо Нинь сердито посмотрел на меня. Кончиком меча он снял талисман с моего лба и посмотрел на рисунок на нём. Его лицо было полно неверия.

Он сделал три шага назад, опрокинул горелку с благовониями, покачал головой и заговорил так, словно весь его мир рухнул:

— Почему? Этого не может быть!

Я был напуган его видом и не смел пошевелиться. Я мог только сидеть в центре гостиной, спрашивая:

— В чём дело?

Он взял талисман и показал мне.

— Это очищающий талисман, окрашенный киноварью и кровью петушка. Он полон энергии Ян. При встрече с энергией Инь он воспламеняется без огня. Инь и Ян гармонизируются, и энергия Инь будет нейтрализована. Обычно, каким бы сильным ни был призрак, он не подведёт. Но этот талисман...

— Этот талисман... Ты забыл подмешать фосфор?

Это была единственная причина, которую я мог придумать. Фосфор имеет низкую температуру воспламенения, поэтому Сяо Нинь мог генерировать тепло, потирая деревянный меч о талисман, и фосфор сгорит...

— Конечно, нет... — недоверчиво сказал Сяо Нинь. — Этот талисман... Нет, все талисманы на твоём теле не только не исчезли от нейтрализации энергии Инь, они наполнились энергией Ян. Из обычных очищающих талисманов они превратились в мощные талисманы экзорцизма, более мощные, чем те талисманы экзорцизма, которые мы обычно производим. В нашей секте только Шишу главы секты может изготавливать такие талисманы. Но даже ему приходится отдыхать после изготовления одного, а к тебе прилипло девяносто девять талисманов...

Услышав это, я был озадачен. Я не понимал, почему Сяо Нинь так удивился.

Он снял все талисманы с моего тела и аккуратно убрал их, оставив один на столе.

Затем Нинь Тяньцэ достал лист бумаги, специально предназначенный для письма кистью, натёр чернильную палочку о чернильный камень, взял кисть и написал: «Докладываю почтенному главе секты о пребывании этого глупого ученика в городе Х...

Письмо Сяо Ниня было очень красивым, но и очень изысканным. Если бы я не был студентом гуманитарного факультета, я бы не понял его.

Он говорил что-то вроде того, что его пребывание в городе Х не проходит гладко. Изначально он думал, что это часть теста главы секты для него, проверка его способности решить проблему самостоятельно. Однажды ему пришла в голову трусливая мысль вернуться в секту, чтобы попросить помощи, но в итоге он остановился и вернулся в город Х, чтобы продолжить обучение. Но теперь он столкнулся с довольно сложной дилеммой, и у него не было другого выбора, кроме как обратиться в секту...

Дальше я читать не стал. Это было письмо Сяо Ниня в его секту; мне не следовало подглядывать.

Я направился в ванную, чтобы насладиться пеной в ванной отеля. Хорошо быть богатым.

Чистый и благоухающий, я завернулся в банное полотенце и вернулся в гостиную с распаренным лицом.

Сяо Нинь как раз закончил писать письмо и вкладывал в конверт оставленный им талисман.

Из вежливости я спросил его:

— Нам всё ещё нужно очистить энергию Инь?

— Нет, — покачал он головой. — Моя культивация слишком слаба. Я не могу ничего ясно видеть.

Видя, что он подавлен, я сел рядом с ним и утешительно предложил:

— Как насчёт того... чтобы я почитал тебе марксистские принципы? Это очень помогает заснуть. Неважно, что тебя беспокоит, если ты хорошо выспишься, то проснёшься в новый день, полный надежд.

— Хорошо, давай, читай. Я хочу послушать, — вяло согласился Нинь Тяньцэ, откинувшись на спинку дивана.

Почитав некоторое время, я и сам заснул. Я не помнил ничего из того, что произошло потом. Только знаю, что, проснувшись на следующее утро, я лежал на большой кровати в комнате для гостей. Должно быть, Сяо Нинь уложил меня в постель.

Я ощупал всё своё тело. Ничего необычного не было. Ничего не случилось.

«Ах, Сяо Нинь – джентльмен», — подумал я немного безнадёжно.

Глава 24 - Новая работа (Часть 1)

Вчера я устроился на новую работу, поэтому сегодня мне нужно было идти на работу. Я посмотрел на время, затем быстро встал и умылся. Когда вошёл Сяо Нинь, я чистил зубы.

— Ты рано встал, — поприветствовал я его.

— Я ходил отправлять письмо.

После обмена приветствиями я сразу же оделся. Когда я вчера приехал в отель, я отдал свою одежду персоналу отеля, чтобы её постирали, высушили и погладили. Дорогой отель действительно оказался прекрасным местом. Мой чистый костюм уже был доставлен ранее.

Официант принёс завтрак в номер. Закончив чистить зубы, я поел, вздыхая про себя. Под развращающим влиянием денег мне почти не хотелось идти на работу. Я просто хотел остаться с Сяо Нинем в его отеле.

Я бил себя в грудь и говорил себе: «Поднимайся, Шэнь Цзяньго!»

Чтобы вести себя честно, я должен был проявлять силу и дисциплину, тратить деньги, которые заработал сам, чтобы удержаться на ногах. Хотя я был беден, моя душа всё ещё была достойной, без каких-либо моральных пятен.

Когда я закончил есть, Сяо Нинь сказал:

— Ты сказал, что нашёл другую работу. Я подвезу тебя.

— Не нужно, не нужно, — я положил кусок хлеба в рот. — Я прекрасно доеду на метро.

— Пожалуйста, позволь мне подвести тебя, — произнёс Сяо Нинь с лёгкой улыбкой. — Я действительно хочу узнать больше от учителя Шэня.

Обычно я радовался, когда слышал это, считая, что Сяо Нинь заинтересован во мне. Но в этот раз, несмотря на то, что я не был очень чутким человеком, я мог услышать горечь за улыбчивым выражением лица Сяо Ниня.

— Сяо Нинь, мне кажется, ты сейчас не в лучшем состоянии.

От него исходило ощущение, как будто он уже покинул мир смертных. Если бы он не позавтракал, я бы испугался, что он начнёт отказываться от еды, как в романах.

Проснись, Сяо Нинь! Роман – это всего лишь развлечение, а не реальность!

— Это не то, что ты думаешь, — Нинь Тяньцэ поднял на меня глаза. — Я люблю свою секту. Моя мечта – унаследовать секту Маошань и вести её вперёд. Но иногда недостаточно просто любить её. Я хочу узнать больше социальных принципов от учителя Шэня. Старые идеи устарели. Нам нужна новая теоретическая система.

Нинь Тяньцэ был действительно хорошим учеником. Он понял это после посещения всего одного занятия. Я был очень рад.

Поскольку он настаивал на том, чтобы отвезти меня на работу, я любезно согласился.

Когда я вышел из машины, зазвенел мой телефон. Это было сообщение от директора Чжан, отправленное около трёх часов ночи.

Что-то не так с системой WeChat? Сообщение пришло только через пять часов.

Сообщение директора Чжан было ответом на мой вопрос о Тянь Буэне. Она сказала, что Тянь Буэн усвоил урок и больше никогда не будет приставать к ученикам. Что касается формалина, который он использовал для разведения своих личинок, то он был полностью уничтожен. Нинь Тяньцэ не нарушил закон и использовал честные средства, чтобы позаботиться о Тянь Буэне. Я был спокоен.

Вспоминая Нинь Тяньцэ, который перепрыгивал через стены и разбивал стеклянные двери, я был полон удовлетворения. Сяо Нинь рос так быстро. Он становился всё более надёжным.

Следующие три дня моя жизнь была спокойной. Днём я был занят тем, что привыкал к своей новой работе. Я следовал за менеджером Лу, работая его помощником. По вечерам я с удовольствием болтал с Сяо Нинем. С тех пор, как Нинь Тяньцэ стал посещать мои занятия, он очень интересовался моей специальностью и постоянно обсуждал со мной мои курсы. Я составлял ему компанию в проведении обрядов, когда приходил к нему в отель. Наши жизни становились всё ближе и ближе друг к другу.

Сяо Нинь был очень заинтересован в посещении занятий и постоянно спрашивал, когда будет следующее занятие. Мне пришлось спросить у директора Чжана. Директор Чжан сказала, что в последнее время расписание было перегружено, и водитель хотел немного отдохнуть. Мой урок пока откладывался и начнётся через неделю.

Я подумал, что напряжённое расписание занятий, должно быть, у учителя Лю. Я не видел его последние несколько вечеров, так что, возможно, он был на занятиях.

В эти дни моё основное внимание переключилось на дневную работу. Менеджер Лю хотел приобрести национальные права на иностранный бренд. В последнее время его дни и ночи сменяли друг друга. Каждый вечер проходила видеоконференция с иностранной компанией. Разница во времени была ужасающей.

Изначально я думал, что мне будет достаточно помогать с продажами в течение дня. Если бы мы выиграли права, это была бы заслуга только менеджера Лу. Это не имело никакого отношения к такому маленькому стажёру, как я, и мне не полагалось бы никакой доли.

Но я подумал, что мне, как новому сотруднику, будет полезно узнать больше. В это время у меня не было занятий, поэтому я вызвался поработать сверхурочно посреди ночи с менеджером Лу.

В три часа ночи, после видеоконференции с нашими зарубежными партнёрами, менеджер Лу устало потёр виски и попросил:

— Подай мне чашку кофе, пожалуйста.

Я передал ему кофе, сдержал зевок и спросил:

— Разве встреча не закончилась? Вы не собираетесь отдохнуть?

— После встречи другая сторона пришлёт нам предложение. Я проведу анализ рынка и завтра отправлю его наверх. Они решат, принимать ли цену, — объяснил менеджер Лу.

Я достал блокнот, чтобы записать то, что он сказал. Всё это был полезный опыт.

Менеджер Лу, двадцатипятилетний мужчина с будущим, увидел, что я серьёзно делаю заметки, и объяснил дальше.

— Текущая цена на самом деле уже является уступкой другой стороны. Мы сможем получить прибыль. Осталось выяснить, будет ли цена соответствовать тому, что задумало наше начальство. Сейчас нам нужно найти баланс между нашим начальством и партнёрами, чтобы удовлетворить обе стороны и не быть лишёнными прав другими компаниями.

— Верно, верно.

Я многократно кивнул.

Хотя менеджер Лу был очень молод, он занимал гораздо более высокое положение, чем я. Во время проведения международной видеоконференции он держался очень уверенно. Ся Цзинь тоже был менеджером, но передо мной он всегда выглядел беспомощным. Я не знал, было ли это потому, что он просто не был очень опытным, или он не скрывал свою слабость передо мной.

Другими словами, у менеджера Лу, который казался таким способным, тоже могли быть свои слабые места.

Увидев, как он потирает живот, попивая кофе, я понял, что от позднего сна и выпитого натощак кофе у менеджера Лу разболелся живот, поэтому я спустился вниз и купил две миски похлёбки в круглосуточном сетевом ресторане быстрого питания.

Пока я поднимался наверх, свет в лифте то включался, то выключался, как будто что-то было не так с электропитанием.

Ах, эта наша компания. Торговый центр был довольно крупного масштаба, но инфраструктура была не очень надёжной. Лифты постоянно выходили из строя, и часто возникали проблемы с системой видеонаблюдения.

Но в этот раз, похоже, проблема была не в лифте. Наверное, было нестабильное напряжение, потому что свет в коридоре у кабинета менеджера Лу тоже то включался, то выключался.

Как только я вышел из лифта, я услышал пронзительный крик, доносящийся из кабинета менеджера Лу. Я поспешил туда, отложив миски с похлёбкой.

Дверь в кабинет менеджера Лу была закрыта. Я покрутил ручку, но не смог открыть её. Она была заперта изнутри.

— Ах! Не подходи ко мне, не подходи! А-а-а! — кричал менеджер Лу внутри своего кабинета.

Может ли быть... что преступник проник в здание посреди ночи и запер дверь, пока менеджер Лу составлял свой анализ?

Я колотил в дверь и кричал:

— В чём дело, менеджер Лу? Откройте дверь, я здесь!

— А-а-а! Это призрак!

Теперь менеджер Лу тоже стучал в дверь. Я услышал стук, доносящийся изнутри, а также крики менеджера Лу:

— Я не запирал дверь, но она не открывается... А-а-а! Не подходи ко мне!

Я не знал, что происходит внутри, но когда я услышал его слова о призраке, я перестал бояться. Призраков не существует, есть только люди, которые притворяются ими.

Я успокоился и сказал:

— Менеджер Лу, отойдите. Я выбью дверь.

— Это... это бесполезно, я только что пытался, призрак закрыл дверь и не выпускает меня.

— Это потому, что вы недостаточно сильны, — ответил я. — Уйдите с дороги, я выбиваю дверь!

Затем я упёрся спиной в стену позади себя, набросился на дверь и ударом ноги отправил её в полёт.

Свет в кабинете менеджера Лу был выключен. Горел только 60-дюймовый телевизор на стене, по которому мы только что провели видеоконференцию. По какому-то каналу посреди ночи показывали фильм «Звонок», как раз на сцене, где Садако вылезает из колодца.

— О, так вот что произошло, — вздохнул я. —Менеджер Лу, сейчас середина ночи. Вместо того чтобы работать над анализом или поспать, вы заперли дверь, чтобы посмотреть фильм ужасов?

— Я – нет! — менеджер Лу сидел на полу, его лицо было залито слезами. — Я опустил голову и писал свой анализ, и вдруг свет погас. Я поднял голову и увидел, что девушка-призрак вот-вот вылезет из телевизора. Я хотел убежать, но дверь не открывалась.

— Конечно, она не открылась после того, как вы её заперли. Где пульт дистанционного управления?

Я повернулся спиной к телевизору и стал искать пульт. Что тут такого? Всё, что нужно было сделать, это выключить телевизор.

— А-а-а!

Как раз когда я нашёл пульт, глаза менеджера Лу в страхе выпучились. Указывая на телевизор, как умирающая золотая рыбка, он закричал:

— Она выходит, её голова уже вылезла из телевизора!

Я повернул голову. Нет, её голова всё ещё была в колодце.

— О... Как только ты повернулся, она залезла обратно, — в недоумении произнёс менеджер Лу со слезами на глазах.

— Менеджер, я думаю, вы переутомились. У вас галлюцинации после того, как вы несколько дней не спали допоздна. Вы случайно коснулись пульта, не заметив этого. Вам следует как можно скорее лечь спать, — посоветовал я ему, нажимая кнопку «выкл» на пульте.

Экран телевизора не потемнел. Призрак по-прежнему находился на краю колодца. Этот фильм действительно не торопился.

— Это бесполезно. Пульт не работает, я только что попробовал.

Менеджер Лу прислонился к стене, обняв свой стул, и весь дрожал от страха.

— Значит, батарея разрядилась. Завтра я схожу в отдел логистики и куплю новые батарейки. И нам придётся менять лампы. Когда напряжение было нестабильно, лампочки, наверное, перегорели.

Я записал в блокнот список дел на завтра и предложил:

— Просто выдерните вилку из розетки.

— Там ток, я не могу его трогать, — скорбно отозвался менеджер Лу.

— Значит пробой в телевизоре или в телевизионной розетке. Менеджер Лу, в цепи вашего офиса большая проблема. Свет в лифте только что мерцал, а розетка искрит. Будет очень опасно, если так будет продолжаться. Завтра мы должны сообщить об этом в службу эксплуатации. Если это загорится, ущерб будет колоссальным.

Пока я увещевал менеджера Лу, я ходил по комнате в поисках изолятора.

Во всей комнате не было ничего, что я мог бы использовать в качестве изолятора. Все стулья в кабинете менеджера Лу были вращающимися и не подходили для выбивания шнура.

— Я помню, что в подсобном помещении была швабра с пластмассовой ручкой. Сейчас я принесу её. Если боитесь, пойдёмте со мной.

Я вышел из кабинета. Ноги менеджера Лу были нетвёрдыми, он не пошёл со мной, а остался в комнате и кричал.

Это было очень тревожно. Мне оставалось только добежать до подсобного помещения, взять швабру и вернуться в офис.

Как только я вернулся, я увидел, что менеджер Лу сидит перед телевизором и держит свою шею. Его язык был высунут. Он задыхался:

— Не надо... не надо меня душить, помогите...

Я снова посмотрел на телевизор. Он был поставлен на паузу. Девушка-призрак неподвижно стояла у колодца.

Я похлопал по плечу менеджера Лу.

— Менеджер, я выключу телевизор. Вам нужно отдохнуть. Вам очень вредно переутомляться.

Менеджер Лу указал на телевизор.

— Девушка-призрак... использовала свои волосы... пыталась задушить меня... ты... не... видел?

С ним всё было очень плохо.

Я вздохнул и выбил шваброй шнур питания. Телевизор выключился. Менеджер Лу упал в обморок.

В компании была зона отдыха. Я отнёс менеджера Лу туда, перекинув через плечо, и положил его на кровать.

Глядя на тёмные круги под его глазами, я не мог не покачать головой.

Ему совершенно не следовало засиживаться допоздна. Такой молодой, а уже страдает галлюцинациями.

Глава 25 - Новая работа (Часть 2)

Беспокоясь, что менеджер Лу проснётся и снова начнет галлюцинировать, я принёс стул к его кровати, сел и заснул.

Утром меня разбудил телефонный звонок менеджера Лу.

— Здравствуйте, менеджер Ся, это я, Сяо Лу. Вы сказали, что вызывали Небесного Мастера, когда в прошлый раз в нашей компании был призрак. Не могли бы вы дать мне его номер? Кажется, вчера я столкнулся с призраком! О, я записываю, его зовут Нинь-тяньши, хорошо, я свяжусь с ним.

Сначала меня раздражал этот шум. Мой разум был затуманен, но услышав имя «Нинь-тяньши», я сразу же проснулся. Я открыл глаза и увидел, что менеджер Лу сидит на кровати и задумчиво смотрит на свой телефон.

— Менеджер Лу, вы в порядке? — обеспокоенно спросил я. — Вы помните, что произошло прошлой ночью?

— Конечно, помню. Кто забудет девушку-призрака, выползающую из телевизора и обвивающую своими волосами твою шею!

Его лицо побледнело, когда он упомянул об этом.

Я почувствовал себя беспомощным. Было бы нехорошо сказать ему прямо: «Вы переутомились и у вас были галлюцинации». В конце концов, он был моим начальником, а не Ся Цзинем. Я мог только тактично сказать:

— Менеджер Лу, вам нужно больше отдыхать. Не засиживайтесь допоздна так часто и пейте меньше кофе. У вас вчера болел живот.

Но он проигнорировал мои опасения и спросил с недоверием:

— Ты действительно не видел, как девушка-призрак вылезала из телевизора прошлой ночью? Ты правда думаешь, что это я включил «Звонок»? Телевизор сам включился, а я всё это время писал свой анализ.

Я так не думал. Вчера я нашёл пульт рядом с пепельницей менеджера Лу. Вероятно, его внимание было рассеяно: он курил, пил кофе и работал над анализом поэтому когда он стряхивал пепел, он случайно коснулся пульта.

Увидев, что я ему не верю, он сказал сдавленным голосом:

— Подожди, я докажу тебе, что в нашей компании водятся призраки.

Я понимал его настойчивость. В конце концов, прошлой ночью нас было только двое. Большая часть мира не верила в призраков. Если бы он был единственным, кто сказал, что столкнулся с призраком, а я сказал, что проблема в электропитании, все бы наверняка сказали, что менеджер Лу в молодом возрасте впал в старческий маразм. Понятно, что он хотел, чтобы я ему поверил.

Тем не менее даже если бы я мог это понять, я всё равно считал это смешным. Даже такой Небесный Мастер, как Нинь Тяньцэ, не смог заставить меня поверить в призраков. То, что этот перспективный молодой человек, воспитанный государством, был настолько суеверен, действительно свидетельствовало об упадке цивилизации.

Я привёл себя в порядок, а затем принялся за работу. Хотя от сидячего сна у меня болела спина, а от того, что я недостаточно спал много ночей подряд, у меня сохли глаза и кружилась голова, но я, Шэнь Цзяньго, молодой человек, унаследовавший традицию тяжёлой работы и простой жизни, не стал бы опускать руки из-за этих неприятностей.

Менеджер Лу встал и быстро закончил свой анализ, а затем отправился представлять его на утверждение начальству. Я же пошёл следить за работой продавцов. Существовала определённая методика как стать хорошим продавцом.  Слишком равнодушный продавец мог заставить покупателей почувствовать, что их игнорируют, а слишком настойчивый – действовать им на нервы.

В большом торговом центре, где один предмет одежды мог стоить десятки тысяч, продавцы должны быть мягкими и вежливыми, чтобы покупатели чувствовали себя как дома.

Большинство продавцов были женщинами, но было необходимо, чтобы среди них были и мужчины. В конце концов, было много разных типов клиентов, и мы должны были стремиться удовлетворить их всех.

Пока я наблюдал, как продавщица, за которой я следил, спокойно уговаривает покупателей воспользоваться своей кредитной картой, мои мысли устремились к моему классу. Большинство моих учеников были непокорными. Мне следовало бы поучиться у этой продавщицы технике мягкого воздействия, продвигая знания своим ученикам, как товар, пока они не смогут отказаться от моего учения.

Мудрость древних не ввела меня в заблуждение: у каждого есть чему научить.

Я очень старался учиться, но как бы я ни старался, мне очень хотелось спать. После того как я несколько ночей подряд не спал, работая сверхурочно с менеджером Лу, я действительно с трудом держался на ногах.

Пока я в оцепенении шёл к туалету, я неосторожно наступил в лужу и поскользнулся.

Я как раз собирался поближе познакомиться с полом, когда чья-то рука схватила меня за талию и поддержала.

— Я всегда считал Учителя Шэня несгибаемым, никогда не теряющим силы и не нуждающимся в том, чтобы о нём беспокоились. Я не ожидал, что ты будешь таким лёгким, — услышал я знакомый голос.

Я тоже был удивлён. Я сжал руку Сяо Нинь и ответил:

— А я не ожидал, что ты будешь таким сильным...

Нет, я просто плохо соображал. Сяо Нинь мог пробежать тридцать километров по шоссе ночью. Это явно свидетельствовало о его большой физической силе и усердных тренировках.

Длинные тонкие пальцы Нинь Тяньцэ коснулись уголков моих глаз. Он вздохнул.

— Прошло всего несколько дней с тех пор, как я тебя видел. Откуда у тебя такие тёмные круги вокруг глаз?

— Засиделся допоздна, работая сверхурочно.

Когда я увидел, что уборщицы рядом нет, я оставил Нинь Тяньцэ, побежал в подсобное помещение, достал швабру и начал вытирать воду на полу. Я был достаточно вынослив, поэтому не имело значения, если я упаду, но что если упадёт клиент? Это было бы неприятно не только для клиента, но и для уборщицы, у которой вычли бы зарплату. Пока я был здесь, я мог всё убрать.

— Тебе звонил менеджер Лу? — спросил я Сяо Ниня, пока вытирал пол. — Почему ты ходишь один? Где он? Разве он не пришёл с тобой?

— Мы с менеджером Лу договорились встретиться в три. Сейчас только два, его встреча ещё не закончилась, — объяснил Нин Тяньцэ. — Я знал, что ты здесь работаешь, поэтому спросил у персонала, и они сказали, что ты пошёл в туалет. Я только что нашёл тебя, когда увидел, что ты поскользнулся. Похоже, я подоспел вовремя.

— Это было очень вовремя.

Я неловко почесал голову, убрал швабру в подсобное помещение и вымыл руки.

— Что ты думаешь обо всём этом?

Лицо Нинь Тяньцэ стало серьёзным.

— Менеджер Лу не рассказал ничего подробного по телефону, поэтому я не могу сделать окончательный вывод.

Я рассказал Нинь Тяньцэ о том, что произошло прошлой ночью.

— Лично я думаю, что он переутомился и у него были галлюцинации. Чувство, что ты задыхаешься, не может означать ничего хорошего. Ты должен посоветовать ему пойти в больницу.

Нинь Тяньцэ посмотрел на меня с доброжелательным выражением лица.

— Ты был там в то время.

— Да, — кивнул я.

— Каждый раз, когда ты смотрел, девушка-призрак была в колодце. Как только ты отвернулся, менеджер Лу начал кричать, что она вылезает из телевизора? — спросил Нинь Тяньцэ.

— Точно, всё было именно так.

Сяо Нинь потёр подбородок большим и указательным пальцами и пробормотал что-то про себя.

— Странно. Возможно, менеджер Лу совершил какой-то постыдный поступок.

— Ты имеешь в виду, что его болезнь имеет психологическое происхождение?

— Нет, я имею в виду, что если он всё ещё чувствовал удушье, когда ты был там, то он, должно быть, сделал что-то, чего не должен был делать.

Я был поражён этой лестью.

— Я обычный служащий, а не врач. Я бы не смог помочь, если бы с ним что-то пошло не так.

— Нет, твоя энергия Ян настолько сильна, что призраки не осмеливаются действовать в твоём присутствии. Они сильно рискуют.

Казалось, Сяо Нинь всё ещё подозревал, что в телевизоре есть призрак. Мне лучше отвести его посмотреть.

Объяснив всё сотрудникам, я отвёл Сяо Ниня в кабинет менеджера Лу.

Я выбил дверь в его кабинет, поэтому ключ нам не понадобился. Попросив разрешения через WeChat, я отвел Нинь Тяньцэ на рабочее место менеджера Лу.

По приказу менеджера Лу никто не убирал кабинет. Всё оставалось таким же, как и вчера вечером.

Нинь Тяньцэ посмотрел на свет, затем подключил телевизор. Он отдёрнул руку и нахмурился.

— Эта розетка пропускает электричество?

— Именно так, — решительно кивнул я. — Вчера вечером, когда перегорели лампочки, это, должно быть, было как-то связано. Здесь определённо что-то не так.

Я встал на стол менеджера Лу, достал тестер напряжения и проверил: лампочки перегорели.

Нинь Тяньцэ был озадачен.

— Значит, это действительно было вмешательство человека, а не призрака?

Я открыл крышку розетки и обнаружил, что там были два провода, прикрученные друг к другу. Это было сделано очень искусно. Это могло привести к короткому замыканию лампочек, не влияя на работу телевизора.

— Выполнено профессионально. Похоже, это было не только в его голове. Кто-то хочет навредить менеджеру Лу.

Он как раз выпил чашку кофе перед галлюцинациями прошлой ночью. Я принёс кофе из автомата для напитков в офисе. Вчера вечером мы с менеджером Лу были единственными, кто работал сверхурочно, а у менеджера Лу была привычка пить кофе по ночам. Можно было быть уверенным, что он его обязательно выпьет.

Я включил телевизор в другую розетку и посмотрел на запись воспроизведения.

— Одна истина преобладает, — заявил я, словно детектив Конан, выступающий с анализом. — Кто-то подключился к Wifi в офисе менеджера Лу и использовал его для воспроизведения «Звонка» на телевизоре. В сочетании с выключенным светом и галлюциногеном в кофе это вызвало у менеджера Лу галлюцинации. Давай позвоним в полицию.

Нинь Тяньцэ достал свой компас... зла и обвёл им телевизор.

— Здесь действительно нет энергии Инь, — озадаченно проговорил Нинь Тяньцэ.

Я хотел сразу же вызвать полицию, но Нинь Тяньцэ не согласился. Мне оставалось только остаться с ним и дождаться возвращения менеджера Лу, чтобы мы могли рассказать ему наш анализ.

Как и ожидалось, менеджер Лу поверил моей версии.

— Кто-то хочет причинить мне вред? Тогда давайте позвоним в полицию.

Сяо Нинь всё ещё не верил в это.

— Нет, это невозможно. Всё указывает на то, что это призрак, как здесь может быть замешан человек?

Мне было жаль Сяо Ниня. Он вырос в секте Маошань, получил даосское образование и был обучен избавлять мир от зла. Он впервые отправился на официальное задание в город Х, чтобы найти работу, но в большом городе воды были глубоки, и он не нашёл её. Затем на него обрушивались один удар за другим, а его мировоззрение постоянно подвергалось сомнению.

Когда человек формировал новое мировоззрение после того, как старое рухнуло, его семья и друзья должны были присматривать за ним, обращая внимание на его эмоциональное состояние. В этот период перемен он был уязвим для вредной информации, его мысли постепенно становились всё более экстремальными.

Я хотел, чтобы Сяо Нинь постепенно пришёл к вере в науку, но я не хотел, чтобы это произошло так быстро.

В конце концов, менеджер Лу решил вызвать полицию, и полицейские забрали нас для дачи показаний. Мы оставили Сяо Ниня, уставившегося в пространство, в кабинете.

Я очень волновался за него. По дороге в полицейский участок я отправил ему несколько утешительных сообщений. Сяо Нинь не отвечал.

Всё время, пока я давал показания в полицейском участке, я желал поскорее вернуться и утешить Нинь Тяньцэ.

К моменту окончания предварительного расследования было уже почти полночь. Я приехал с менеджером Лу, поэтому попросил его отвезти меня. Я быстро назвал ему адрес отеля Сяо Ниня.

После вчерашнего мы с менеджером Лу были в довольно дружеских отношениях. Он согласился высадить меня возле отеля. Когда мы вышли из полицейского участка, я так нервничал, что оставил свой телефон в справочной. Товарищ полицейский позвонил менеджеру Лу и попросил меня вернуться и забрать его.

— Ты иди и забери его, я буду ждать тебя на парковке, — сказал менеджер Лу.

Когда мы приехали, возле полицейского участка не было свободного места, поэтому менеджер Лу припарковал свою машину на подземной парковке в квартале отсюда. Забрав телефон, я побежал к парковке. Машина менеджера Лу уже ждала меня.

Я открыл дверь и сел в машину.

— Спасибо, менеджер Лу, — выдохнул я.

Менеджер Лу промолчал. Он положил мягкую, белую руку на рычаг переключения передач.

Руки менеджера Лу... выглядели вот так?

Я повернул голову. На водительском сиденье сидел вовсе не менеджер Лу. Это была Му Хуайтун в красном платье.

Повернув голову, я увидел, что менеджер Лу лежит без сознания на заднем сиденье.

Я посмотрел на Му Хуайтун. Му Хуайтун мило улыбнулась мне.

— Привет, учитель Шэнь. Пока, учитель Шэнь.

Затем она открыла дверь и побежала. Звук её высоких каблуков эхом разнёсся по парковке.

— Стой! Не двигайся! Вернись! — закричал я.

Му Хуайтун остановилась, оглянулась и мило улыбнулась мне.

Глава 26 - Новая работа (Часть 3)

— Что ты здесь делаешь? — сурово спросил я.

— Я... — Му Хуайтун огляделась вокруг в поисках оправдания.

Я уставился на неё, ожидая, какую причину она придумает.

— Я шофёр. Этот человек сказал, что ему не хочется садиться за руль, поэтому он позвал меня, чтобы я его отвезла, — лицо Му Хуайтун сияло невинностью. — Учитель, я просто честно выполняю свою работу!

Я открыл заднюю дверь и проверил дыхание менеджера Лу. Удостоверившись, что он всё ещё жив, я вздохнул с облегчением.

— Чистой воды выдумка.

Я скрестил руки и посмотрел на Му Хуайтун.

— Я действительно шофёр.

— О? Тогда покажи мне заказ на твоём телефоне и водительские права.

Я протянул руку.

Му Хуайтун не ответила. Её выражение лица стало серьёзным.

— Учитель Шэнь, не лезьте не в своё дело.

— Я бы не стал вмешиваться в чужие дела, но ты не чужой мне человек, ты моя ученица.

Я вздохнул и подошёл к ней.

— Прошлой ночью, это ты напугала менеджера Лу, пытаясь вызвать у него галлюцинации?

— Если вам нужен человек, то это была не я.

Взгляд Му Хуайтун был бесстрашным и прямым. Я поверил ей. Она не была искусной лгуньей, она была просто немного озорной.

— Но я думаю, ты знаешь, что произошло?

— Да, я знаю, что произошло прошлой ночью, хотя и не принимала в этом участия, — пробормотала она. — Как я могла, зная, что учитель Шэнь работает в той компании.

— А что насчёт сегодня?

Я указал на бессознательно менеджера Лу.

— Почему он без сознания?

— Просто испугался. Это было несложно, — пренебрежительно ответила Му Хуайтун. — В этом мире нет никого, кого бы я не смогла напугать до обморока, ну, разве что учителя Шэня.

Я начал расслабляться. Если Му Хуайтун не принимала участия во вчерашних событиях, а сегодня только напугала менеджера Лу до потери сознания и была остановлена мной, прежде чем смогла уехать на машине, то её поведение было бы просто шалостью и не попало бы в её личное дело. В этой ситуации полиция могла бы только предупредить её. Если она не исправится, её просто оштрафуют или задержат на десять-пятнадцать дней. Это не было большой проблемой.

После молчаливого проговаривания про себя этих положений закона я решил предупредить Му Хуайтун от имени товарищей из полиции. Я сказал ей, что это её первый проступок, но если она осмелится провиниться ещё раз, то может оказаться под арестом в качестве предупреждения.

— Куда ты планировала его отвезти? — спросил я.

— Я собиралась просто покататься.

Му Хуайтун огляделась вокруг. Было ясно, что у неё не было добрых намерений.

— Что вообще произошло вчера? Зачем кому-то понадобилось пугать менеджера Лу или накачивать его наркотиками?

— Никто его не накачивал. Полиция ничего не найдёт, когда осмотрит кофейную чашку. Просто, когда уборщица убирала его кабинет, она случайно сломала розетку. Она не смогла починить её сама и каким-то чудом повредила блок питания. Воспроизведение «Звонка» на телевизоре было всего лишь розыгрышем. Если он так испугался, что упал в обморок, то это потому, что у него есть свои личные призраки. Учитель Шэнь ведь не упал в обморок, не так ли?

Я действительно не падал в обморок. То, что говорила ученица Му, имело большой смысл.

— Что уборщица имеет против менеджера Лу. Почему она решила так напугать его? И какие личные призраки есть у менеджера Лу?

Му Хуайтун, казалось, что-то знала об этом, поэтому я продолжал расспрашивать её.

Милая улыбка Му Хуайтун сразу же сменилась серьёзным выражением лица.

— У меня была хорошая подруга, он убил её.

Убил её? Но менеджер Лу был хорошим человеком. Он был очень терпелив в обучении меня как нового и неопытного сотрудника. Не так много людей, которые были бы настолько терпеливы.

— Что случилось? — спросил я. — Пожалуйста, расскажи мне подробно.

— Это была девушка по имени Инь Яцзю, — рассказала Му Хуайтун. — Они были вместе, когда учились в университете. После этого они остались работать в городе Х, пытаясь накопить денег на первый взнос за дом, чтобы пожениться. Но однажды Яцзю исчезла. Отношения Яцзю с её семьёй были плохими. В её семье мужчины ценились выше женщин. Когда она окончила университет, семья попросила её вернуться в родной город и выйти замуж, чтобы её младший брат мог получить высшее образование на деньги, полученные за выкуп невесты. Она не согласилась и разорвала связь с семьёй. У неё не было никаких близких связей, кроме Лу Гуанси. Она пропала, и никто даже не узнал об этом.

Три года спустя её мать приехала в город Х, чтобы разыскать свою дочь. Тогда она обнаружила, что её дочь всё это время считалась пропавшей без вести. Она подозревала, что Лу Гуанси что-то знает об этом, поэтому она напугала его посреди ночи, пытаясь заставить признаться в правде.

— Я могу понять её чувства, но вы не можете действовать таким образом, не имея на то оснований. У вас будут неприятности, и любые показания, полученные таким образом, не могут быть использованы в качестве доказательств.

Меня беспокоило, что понимание закона у Му Хуайтуна и матери Яцзю было таким слабым.

— Если бы он действительно признался, разве мы оставили бы решение этого вопроса на усмотрение закона?

Му Хуайтун откинула свои длинные чёрные волосы.

— Мы бы просто сами с ним расправились. Такой человек не заслуживает ничего другого.

Это было плохо.

— Ученица Му, твои идеи очень опасны. Я скажу, что ты и мать девочки должны сделать. Во-первых, заявите о пропаже Инь Яцзю. Полиция будет выяснять отношения с ней до её исчезновения. Если Лу Гуанси действительно замешан в этом, ему не избежать наказания закона!

— Могу ли я вам доверять? — Му Хуайтун посмотрела. — Учитель Шэнь, я никогда не доверяла мужчинам.

Я подумал о её прошлом опыте и понял злобу Му Хуайтун по отношению к мужчинам. У мужчин действительно было много недостатков. Они были существами, которые думали своей нижней половиной. Но я всегда верил, что вера, справедливость, этика, мораль и закон, все эти нематериальные вещи, могут заставить мужчин сдерживать свои низменные желания и жить с чистой совестью.

По крайней мере, именно этого я всегда требовал от себя.

— Ученица Му, в данный момент я не обычный мужчина, а твой учитель. Пока ты не вошла в общество, я готов стоять перед тобой, стать деревом, которое укроет тебя от суровых ветров и дождей бытия. Поэтому ты можешь доверять мне.

— Хорошо, на этот раз я доверюсь вам, — Му Хуайтун показала свои острые клыки. — Это последний раз, когда я доверюсь мужчине. Если учитель Шэнь не оправдает моих ожиданий, я вылезу из могилы, я рискну самой своей душой, чтобы выпить вашу кровь и съесть вашу плоть.

Ненависть в её тоне была пронзительной, но я не чувствовал страха, только скорбь по этой девушке, которая пережила столько страданий в столь юном возрасте.

— Я расскажу вам. Три года назад Инь Яцзю была беременна. Она сказала Лу Гуанси, что хочет родить ребёнка и выйти замуж, всё ещё живя в их съёмной квартире. Ей было всё равно, будет ли у неё свой дом, она просто хотела, чтобы у ребёнка была семья. Лу Гуанси не согласился. Он посоветовал ей сделать аборт. Они поссорились. Лу Гуанси толкнул её, и у Инь Яцзю началось сильное кровотечение. Она попросила Лу Гуанси вызвать скорую помощь, чтобы спасти ребёнка. Лу Гуанси подумал, что если он подождёт с вызовом скорой помощи, то у неё случится выкидыш. Но он только упустил возможность спасти её. Инь Яцзю истекла кровью прямо на глазах у Лу Гуанси.

Голос Му Хуайтун разнёсся по подземной парковке. Как бы я ни был крепок, я почувствовал холод во всём теле.

— Лу Гуанси запаниковал, когда понял, что Инь Яцзю мертва. Вместо того чтобы вызвать полицию, он решил скрыть это. Он разрезал тело Инь Яцзю, сварил его, завернул как объедки, а затем закопал на свалке посреди ночи. Три года спустя мы всё ещё можем найти его? — спросила Му Хуайтун.

— Конечно, можем! — твердо сказал я. — Эта страна до сих пор в основном избавляется от мусора, оставляя его на свалке. Мы пойдём на свалку и выкопаем его.

— Учитель Шэнь, вы знаете, насколько велика эта свалка? — улыбнулась Му Хуайтун. — Как вы собираетесь копать в одиночку? А что если я вас обманываю? В конце концов, когда мы встретились в первый раз, я притворилась призраком, чтобы обмануть вас. Если я обману вас, заставив целую вечность копаться на свалке, вдыхать запах мусора, а потом скажу, что всё это было ложью, вы будете сердиться?

— Если это обман, значит, это обман, — ответил я с беззаботной улыбкой. — Тогда я скажу, что физическая работа была хорошей тренировкой. Если это сделает тебя мягче, и ты сможешь быстрее окончить школу и интегрироваться в общество, то это будет только на пользу.

Глаза Му Хуайтун внезапно покраснели, и она опустила голову.

— Учитель, вы можете вести машину, поедем сейчас.

— А что насчёт менеджера Лу? — спросил я.

— Возьмём его с собой. Пусть сам всё увидит, — мрачно ответила Му Хуайтун.

На самом деле я всё ещё беспокоился о Сяо Нине, но сейчас вопрос Му Хуайтун был более насущным. Я отправил сообщение Сяо Ниню: «Я собирался навестить тебя в отеле, но Му Хуайтун назначила мне встречу, чтобы съездить на свалку и выкопать несколько костей. Я найду время, чтобы увидеться с тобой завтра. Жди меня. Не принимай никаких вредных убеждений в это время. Читай книги с положительным влиянием. Я найду время, чтобы встретиться с тобой завтра».

О, я действительно очень волновался за Сяо Ниня.

Смирившись с судьбой, я поехал на свалку. Менеджер Лу не просыпался всю дорогу. Наверное, он был очень сильно напуган.

В два часа ночи девяносто процентов города уже мирно спали, а я копался в давно засыпанном мусоре на свалке. Это было действительно печально. Я не спал нормально уже несколько ночей, а мои волосы...

Я с грустью потрогал всё более редеющие волосы на макушке, взял лопату и приложил все усилия к копанию. Му Хуайтун наблюдала за мной издалека.

Я копал и копал. Вдруг зазвонил телефон. Это был номер Сяо Ниня.

— Где ты? — спросил Сяо Нинь.

— По некоторым причинам, которые я сейчас не могу сообщить, я нахожусь на свалке, уничтожая достижения работников санитарной службы нашей страны, — вздохнул я. — Тебе пора ложиться спать. Хотя ты ещё молод, но, ложась поздно, ты можешь рано потерять волосы. Твои густые чёрные волосы – часть твоей привлекательности. Ты должен защищать их.

— Я сейчас приеду. Подожди меня.

Сказав это, Сяо Нинь повесил трубку. Сначала я хотел перезвонить ему, чтобы остановить его, но потом подумал, что было бы плохо оставить Сяо Ниня одного в это время. Будет хорошо, если он придёт и позанимается со мной.

Мусорная свалка действительно была огромной. Свалка была сделана путём уплотнения слоёв мусора со слоями почвы между ними. Я не знал, насколько толстым был этот слой подо мной. Если бы я действительно захотел что-нибудь откопать, то, боюсь, на это ушло бы три года.

Примерно через час, после трёх часов ночи, Сяо Нинь тоже приехал на свалку. Увидев, что я бесцельно копаю яму, он подошёл ко мне. Не обращая внимания на то, что я был грязным, он потрепал меня по плечу.

— Ты уже здесь? Я думал, ты будешь копать вместе со мной, но здесь действительно воняет. Тебе лучше держаться подальше. Я могу продолжать копать сам.

Сяо Нинь вдруг обнял меня, не обращая внимания на то, что от меня ужасно пахнет. Он уткнулся головой в моё плечо и прошептал:

— Я никогда не видел другого такого человека, как ты. Каждое мгновение ты переворачиваешь всё, что я когда-либо знал. Каждый твой поступок заставляет меня уважать тебя.

— Если... если тебя не смущает запах, почему бы тебе не помочь мне копать, я немного устал, — предложил я с улыбкой.

Сяо Нинь достал свой компас зла, говоря:

— Я могу помочь тебе найти это. Место, где захоронены кости, должно быть полно энергии негодования. Компас зла может найти их.

После этого его компас начал быстро вращаться, не проявляя никаких признаков остановки.

...

— Должно быть кости слишком разбросаны. Компас не может на них закрепиться.

Нинь Тяньцэ бесхитростно посмотрел на меня.

Его выражение лица было настолько забавным, что я прислонился к нему со смехом, едва устояв на ногах.

— Я знаю, где они, — подала голос Му Хуайтун, которая уже больше часа спокойно наблюдала за моими раскопками.

Глава 27 - Новая работа (Часть 4)

Следуя указаниям Му Хуайтун, перед рассветом мы наконец откопали несколько костей. Это определённо были человеческие кости, включая бедренную кость и рёбра. Остальные кости всё ещё были зарыты глубоко в куче мусора, но этого было достаточно, чтобы сообщить о случившемся.

Небо постепенно светлело, Му Хуайтун стояла у машины и наблюдала за нами, на её губах играла бледная улыбка.

— Тебе пора уходить, — неожиданно сказал Нинь Тяньцэ.

— О, да, — подтвердил я, посмотрев на часы. — Сяо Тун, ты не спала всю ночь. Тебе нужно пойти домой и отдохнуть. Поскольку Лу Гуанси не имеет к тебе никакого отношения, тебе лучше не вмешиваться в это дело и оставить звонок в полицию на меня.

— Что вы скажете полиции? Что копались в мусоре посреди ночи? — спросила Сяо Тун.

— Ну...

Я посмотрел на кучу мусора, в которой копался. Я действительно не мог найти причину.

— Учитель Шэнь такой честный и прямой, конечно, он не может придумать, как обмануть людей, — с улыбкой произнесла Му Хуайтун. — Но это неважно. Достаточно найти кости. Положите кость Инь Яцзю в руку Лу Гуанси, а об остальном не беспокойтесь. Я уверена, он найдёт свою совесть и сдастся.

Я не совсем понял, что она имела в виду, но Сяо Нинь одобрил эту идею и вложил кость в рукe Лу Гуанси.

Когда Лу Гуанси почувствовал холодное ребро, он сразу же пришёл в себя. Он посмотрел на кость в своей руке и спросил:

— Что это?

— Кость Инь Яцзю, — я не знал, правда ли это, но решил довериться Му Хуайтун.

— Что?!

Он начал биться в конвульсиях, как будто у него был эпилептический припадок, изо рта у него пошла пена, а глаза закатились.

Я подумал, что Лу Гуанси болен, быстро удержал его и достал свой телефон, чтобы набрать номер 120.

Телефон только начал звонить, как Лу Гуанси вдруг протянул руку и выключил его. Он снова принял прежний невозмутимый вид. Держась за кость, он сказал:

— Не нужно вызывать скорую помощь. Я хочу сдаться.

Он достал телефон и набрал номер 110.

— Здравствуйте, товарищ полицейский, я хочу сдаться. Я убил свою девушку Инь Яцзю три года назад. Я полагаю, что эта линия записывается. Сейчас я расскажу вам всю историю по телефону.

Ему потребовалось около десяти минут, чтобы рассказать, как он видел, как Инь Яцзю истекала кровью у него на глазах, как он сварил её кости и выбросил их как мусор. Затем он сообщил полиции, где находится, надеясь, что полицейские приедут на свалку, чтобы арестовать его.

Лу Гуанси также сказал, что он сам выкопал кости, потому что его мучила совесть. Мы с Сяо Нинем не знали, что копаем, а только помогали ему.

После этого Лу Гуанси снова потерял сознание. Он не приходил в себя, как я его ни тряс.

— Что ты сделала с менеджером Лу, Сяо Тун? Ты ведь не дала ему сыворотку правды? Это незаконно.

Я беспокоился за Му Хуайтун, боялся, что она как-то замешана. Но когда я оглянулся, Му Хуайтун и машина, на которой Сяо Нинь приехал сюда, исчезли.

— Где Сяо Тун? — спросил я.

— Пока ты был сосредоточен на признании Лу Гуанси, она отогнала мою машину, — сообщил Сяо Нинь. — Ей не подобало оставаться здесь.

Это была правда. По моему личному мнению, я не хотел, чтобы Му Хуайтун допрашивала полиция. У неё был такой же несчастный опыт, как и у Инь Яцзю. Было бы нежелательно, чтобы она снова копалась в этих болезненных воспоминаниях.

Полиция прибыла быстро. Они собрали кости, которые мы выкопали, чтобы с помощью ДНК проверить личность умершего, и отвезли меня, Сяо Ниня и бессознательного менеджера Лу обратно в полицейский участок. Скелет был неполным. Полиции пришлось бы приложить немало усилий, чтобы найти остальные кости Инь Яцзю среди мусора.

Когда мы приехали в полицейский участок, мать Инь Яцзю ждала у двери. Она сказала, что ей только что приснился сон, в котором её дочь сказала ей прийти в полицейский участок, чтобы дать показания.

Мать Инь Яцзю рассказала полиции, что она притворилась призраком, чтобы напугать менеджера Лу. Это произошло из-за сна. Последние несколько лет ей постоянно снились кошмары, в которых её дочь бросали в кастрюлю и варили. Во сне Инь Яцзю плакала и кричала от боли. Её мать больше не могла этого выносить. Она приехала в город Х, где ей приснилось, как Лу Гуанси варит её дочь.

Поэтому она устроилась в нашу компанию уборщицей и искала свой шанс.

— У вас нет образования, и в вашей семье нет опытных электриков. Как вам удалось так ловко перепутать провода? — спросили полицейские.

— Моя дочь рассказала мне, — ответила мать Инь Яцзю с небольшой гордой улыбкой. — Она была блестящей студенткой Технологического университета. После окончания университета она пошла работать в крупную компанию. Она понимала всё и была очень успешной. Это я была неправа. Я хотела, чтобы она вернулась и вышла замуж, а не оставалась в большом городе в поисках работы. Мне нужны были деньги для моего сына, чтобы он мог жениться на своей невесте. Но... я не хотела, чтобы моя дочь умерла!

Когда она говорила, она начала горько плакать прямо там, в полицейском участке. Она кричала:

— Я виновна! Товарищ полицейский, вы должны меня арестовать.

Я был так расстроен, что даже не заметил, как ногти впились в мою плоть. Сяо Нинь, который стоял рядом со мной, разжал мои пальцы один за другим, а затем переплёл свои пальцы с моими.

Сяо Нинь молчал и ждал вместе со мной, пока полиция допросит нас. Когда он был рядом со мной, я снова почувствовал себя сильным.

Полиция сравнила ДНК матери Инь Яцзю с ДНК, извлечённой из костей, и подтвердила личность Инь Яцзю. Когда Лу Гуанси очнулся, он отрицал свои слова, решительно отказываясь признать их. Он сказал, что ему ввели галлюциногены и всё, что он говорил, было ложью.

Однако полиция не нашла следов галлюциногенов в его организме.

После того как мы дали показания, мы с Сяо Нинем смогли покинуть полицейский участок. Если в будущем в этом деле будут какие-то подвижки, полиция попросит нас помочь в расследовании. Они надеялись, что мы останемся в городе Х, пока они будут собирать улики.

Выйдя из полицейского участка, весь провонявший и не спавший всю ночь, я так устал, что заснул на плече Сяо Ниня на заднем сиденье такси.

Проснувшись, я обнаружил, что Сяо Нинь отвёз меня в отель. Сяо Нинь уже принял ванну, а я лежал на диване, всё ещё воняя.

— Прости, я сейчас же пойду приму ванну.

Я почувствовал прогорклый запах на себе, это было невыносимо. Я сразу же направился в ванную, чтобы смыть его.

После ванны я понял, что мне нечего надеть.

Как раз в это время Сяо Нинь позвал снаружи:

— Я оставил свою одежду, ты можешь переодеться в неё после того, как помоешься. Бельё новое, его ещё не носили.

Я высунул голову из ванной и быстро надел одежду. Одежда Сяо Ниня была на размер больше моей. Нижнее белье казалось особенно свободным.

В обычной ситуации я бы обрадовался, что надел одежду Сяо Ниня, но сейчас у меня совершенно не было настроения.

Я сел рядом с Сяо Нинем, мне не хотелось ничего говорить, а хотелось просто помолчать.

Но Сяо Нинь начал разговор со мной:

— Учитель Шэнь, как ты думаешь, откуда Му Хуайтун и мать Инь Яцзю знали столько неизвестных вещей? Может быть, это дух Инь Яцзю посылал им сны?

Я подумал и ответил:

— Шестое чувство удивительно, я тоже его испытывал.

Моя старшая средняя школа была интернатом. Однажды вечером во время самостоятельных занятий я почувствовал необъяснимое раздражение. Увидев своего лучшего друга, я вышел из себя и начал его бить. В наказание учительница поручила мне написать самоанализ, а затем я должен был прочитать его вслух перед всем классом. Это должно было гарантировать, что я больше не совершу ничего подобного.

На самом деле, я подумал, что это было очень странно.  Я чувствовал, что в груди замирает дыхание, как будто что-то давит на меня. Если бы я не закричал, я бы сошёл с ума.

На следующий день я не написал самоанализ, потому что дядя вызвал меня из общежития. Было уже за полночь. Меня отвезли в больницу, и тетя рассказала мне, что мои родители погибли в автокатастрофе как раз в то время, когда у меня было это ужасное состояние.

— Я верю, что существует некое шестое чувство, которое связывает родственников. Просто наука ещё не смогла объяснить это, — уныло сказал я. — Дело не в том, что у науки нет объяснения, просто наше понимание людей и вселенной ещё недостаточно глубоко.

Нинь Тяньцэ мягко посмотрел на меня и спросил:

— После такого опыта, почему ты так твёрдо веришь, что призраков не существует? Что если это были их души, прощающиеся с тобой?

— Мёртвые мертвы. Мы не можем их увидеть, услышать или прикоснуться к ним. До них уже не достучаться. Как бы трудно ни было оставшимся людям, они всё равно должны полагаться на собственные силы, чтобы выжить. Желание, чтобы ушедшие вернулись и помогли нам преодолеть трудности, невозможно. Люди должны полагаться на себя, чтобы проложить свой собственный путь. Мы не должны возлагать надежды на нереальные вещи.

Я посмотрел на Сяо Ниня, надеясь, что он сможет понять это.

— Все разговоры о призраках из-за людей, которые не могут смириться с тем, что их близких больше нет. Они выдумывают всякие штуки, чтобы утешить себя. Я в это не верю.

Сяо Нинь протянул руку и обнял меня. Он тихо сказал:

— Я понимаю, что имеет в виду учитель Шэнь. Если ты говоришь, что их не существует, значит, их не существует.

Сегодняшний вопрос был довольно болезненным, и я был измотан. Несмотря на то, что Сяо Нинь обнимал меня, я не мог ни о чём думать. Я просто заснул прямо там.

Когда я проснулся, была уже ночь. Из-за моей работы дни и ночи в последнее время шли в обратном порядке. Я всегда просыпался около полуночи. Ах, если бы сейчас кто-нибудь позвал меня на занятия.

Когда я вышел попить воды, я услышал, как Сяо Нинь, стоя у двери, говорит кому-то:

— Я могу сделать исключение и снять барьер, чтобы впустить тебя, но ты не должна проявлять никаких вольностей.

— Да ладно. Раз учитель Шэнь здесь, чего ты боишься, маленький ученик Тяньши? — послышался из-за двери знакомый голос.

— Сяо Тун? — спросил я.

— Это я, учитель Шэнь.

Му Хуайтун помахала мне из-за двери.

Сяо Нинь открыл дверь, Му Хуайтун вошла и села на диван. Сегодня она выглядела совсем по-другому. На ней было не красное, а белое платье. Но она всё равно выглядела такой же красивой.

— Учитель Шэнь, — Му Хуайтун посмотрела на меня с улыбкой. — Я собираюсь уехать. Я больше не смогу приходить на ваши занятия.

— Почему?

— Я хочу вернуться в общество и жить нормальной жизнью, а не ходить на занятия к учителю Шэню посреди ночи, — улыбка Му Хуайтун была полна облегчения. — Я больше не полна ненависти. Не все мужчины – подонки. Просто... раньше я не могла видеть ясно. Я не встречала такого человека, как учитель Шэнь.

— Тогда я могу быть спокоен.

Хотя расставание было грустным, я всё равно был рад за Му Хуайтун. Было хорошо, что отныне она сможет выйти из тени.

— Я всегда могу связаться с тобой позже.

— Боюсь, что нет. Я уезжаю за границу, — пояснила Му Хуайтун. — Если судьба не вмешается, мы больше не встретимся в этой жизни.

— Зарубежные медицинские учреждения лучше наших. Поездка за границу – хороший выбор. Дай мне свой адрес. У меня есть кое-что, что я хочу тебе послать.

Это было то, что я давно хотел передать Му Хуайтун. Я просто давно её не видел. Теперь, возможно, это был мой последний шанс.

— Адрес... Где я могу достать адрес...

Му Хуайтун задумалась на мгновение, а затем сказала:

— Вы можете отдать посылку директору Чжан. Она может сжечь... переслать её мне.

Но у меня не было адреса директора Чжан!

— Ты можешь отдать это мне. Я знаю адрес директора Чжан, — объявил Нинь Тяньцэ.

Я вспомнил неприятности с господином Чжу в самом начале. Профессионал, которого пригласила директор Чжан, был Сяо Нинь.

Сяо Нинь не принял же господина Чжу за призрака, верно?

После этого Му Хуайтун попрощалась с нами. Вероятно, ей нужно было готовиться к отъезду, и у неё не было много времени. Чувствуя меланхолию, я взял телефон и сделал заказ через Интернет, указав в качестве адреса доставки отель Сяо Ниня.

— Что ты хочешь ей послать? — спросил Сяо Нинь, естественно, сидя рядом со мной.

— Две книги, Конституцию и Уголовное право, — вздохнул я. — Я обнаружил, что ученики нашей школы, возможно, из-за своих психических расстройств, не очень серьёзно относятся к закону. На этот раз Му Хуайтун подошла к самой черте закона. Это очень плохо. Я же читаю лекции о мировоззрении. Как можно создать основу мировоззрения без чёткого понимания закона? Только зная, что можно делать и чего нельзя, мы можем стать независимыми людьми с чувством собственного достоинства. Я собирался поговорить об этих двух книгах в начале следующего занятия, но она окончила школу раньше времени, поэтому я пришлю их ей, чтобы она могла прочитать их сама.

— ...она, конечно, будет благодарна.

— Но у меня уже давно не было занятий. Прошла почти неделя. Если так будет продолжаться, они забудут всё, чему я их учил раньше.

Поэтому я отправил сообщение директору Чжан: «Директор Чжан, не могли бы вы сказать мне, когда будет следующий урок? Я надеюсь преподать новый материал как можно быстрее, чтобы ученики ничего не забыли. Кроме того, проводятся ли в нашей школе тесты? Могу ли я устроить небольшую проверку?»

Глава 28 - Новая работа (Конец)

В течение получаса статус директора Чжан был «печатает», но она не отвечала. Насколько нерешительной она была? Так долго печатала, удаляла, потом снова печатала?

— Проводить тест после двух занятий – это как-то... — тон Нинь Тяньцэ был несколько сдержанным.

— В детстве я ненавидел тесты, — вспоминал я, — но должен признать, что только проходя тесты, я прочно усваивал знания. В обучении полагаться на интерес недостаточно. Наши ученики имеют другую природу. Все они – особенные ученики, которым необходим контакт с обществом. У них есть проблемы со здравым смыслом. На следующем уроке я планирую дать им пробный тест, чтобы проверить уровень социального и правового здравого смысла, а затем сосредоточиться на преподавании.

Нинь Тяньцэ взял чашку с водой, которую я поставил на журнальный столик, сделал глоток, а затем медленно сказал:

— Пожалуйста, обязательно позови меня на следующий урок. Я хочу увидеть ответы учеников.

Судя по голосу, он пытался не рассмеяться. Я повернулся, чтобы посмотреть на него, но выражение лица Сяо Ниня было серьёзным. Казалось, он вовсе не улыбался.

Наверное, я ослышался.

Я долго ждал, не получая ответа от директора Чжан, и увидел ещё одно непрочитанное сообщение в WeChat. Его отправил Ся Цзинь.

Ся Цзинь: «Шэнь Цзяньго, ты уволен. Хотя ты ещё проходишь стажировку, компания увольняет тебя без причины поэтому согласно правилам, ты получишь месячную зарплату в качестве компенсации. Я переведу её тебе, не забудь принять её. Завтра на работу приходить не нужно».

Меня словно молнией ударило. Я долго молча смотрел на свой телефон.

П-почему!

Я сразу же позвонил Ся Цзиню. Гудки долго не умолкали, прежде чем он взял трубку.

— Шэнь Цзяньго, ты хоть знаешь, что уже час ночи! Некоторым из нас завтра на работу! — крикнул в трубку Ся Цзинь.

Из динамика раздался другой голос. Это была девушка Ся Цзиня.

— Ся Цзинь, сейчас середина ночи, что ты кричишь! Иди в ванную и говори там!

Затем я услышал шорох, как будто кто-то скатился с кровати. Через некоторое время я услышал, как Ся Цзинь прорычал пониженным голосом:

— Что тебе нужно в такой час?

Смотрите, это был мой добрый брат Ся Цзинь. Даже если он не смел кричать под деспотичным правлением своей подруги, он всё равно должен был тихо рычать, чтобы быть внушительным.

Я... был встревожен. Я потерял работу. Я забыл, который час.

Но я уже позвонил и разбудил Ся Цзиня. Лучше было сразу перейти к делу.

— Почему меня уволили? Сегодня я ходил в полицейский участок, чтобы помочь в расследовании. Я предупредил компанию. Вы же не увольняете меня из-за того, что я взял выходной? Это неразумно...

— Ты работаешь всего неделю, а уже успел арестовать нашего директора по маркетингу, — проговорил Ся Цзинь низким голосом.

— Но разве это не обязанность любого нормального члена общества – сообщить, когда он обнаруживает, что кто-то мог совершить преступление? — возразил я, чувствуя, что справедливость на моей стороне.

— А если ты однажды обнаружишь, что наш босс уклоняется от уплаты налогов, ты тоже сообщишь об этом? — спросил Ся Цзинь.

— Я должен буду об этом сообщить! — я многозначительно кивнул. — Налоги – это самый важный источник дохода для государственных финансов нашей страны. Наша жизнь, собственность и безопасность могут быть гарантированы только благодаря налогам. Каждый гражданин обязан платить налоги. Получая достаточное количество налогов, государство может вкладывать больше средств в общественное строительство и национальную оборону. Только так наша страна станет сильнее, граждане смогут жить в мире и наслаждаться своей работой, а заработанные каждым деньги действительно пойдут в его карман. В противном случае идя по улице, мы можем быть ограблены. Сколько бы денег ты ни заработал, что толку?

— И поэтому ты уволен, — подытожил Ся Цзинь. — Я пытался бороться за тебя, но ничего не смог сделать. Боссу неприятно, что такой человек, как ты, работает в нашей компании. Ладно, я пойду спать. Завтра тебе не нужно приходить на работу. Можешь спать дальше.

Я услышал гудки, исходящие от моего телефона, и почувствовал себя немного обиженным.

— Сяо Нинь, я потерял работу.

Я был немного расстроен. Я рассчитывал на этой работе добиться чудес, стать богатым человеком с доходом на уровне Сяо Ниня, но в итоге мои иллюзии развеялись всего через семь дней.

— Но ты не сделал ничего плохого, — голос Нинь Тяньцэ был уверенным и мягким, постепенно согревая моё остывшее сердце. — По крайней мере, три человека обрели избавление благодаря этому: Инь Яцзю, её мать и Му Хуайтун. Если бы ты знал, что тебя уволят, ты бы всё равно сделал это?

— Конечно! — ответил я без колебаний.

Правосудие может быть запоздалым, но оно никогда не будет отсутствовать вовсе. Даже если наступит день, когда я останусь без гроша в кармане, я всё равно буду жить достойно, без пятна на совести.

— Так что нет причин терзаться. Достаточно знать, что ты не сделал ничего плохого. Кроме того, если бы ты не был таким человеком, ты бы умер в первую же ночь в квартире 404, — Нинь Тяньцэ протянул руку и погладил меня по голове. — Не переживай. Пока у меня есть деньги, этого достаточно.

— Твои деньги – не мои... — пробормотал я, но всё равно был рад.

Вскоре произошло нечто, что обрадовало меня ещё больше.

Директор Чжан долгое время не отвечала, но теперь она прислала мне перевод средств!

Я получил уведомление о переводе. Госпожа Чжан прислала мне 100 000 юаней! Небеса, почему?

Сообщение от директора Чжан и уведомление о переводе пришло одновременно: «Учитель Шэнь работает уже месяц, поэтому я высылаю вам премиальные. За то время, что вы преподаёте в моей школе, господин Чжу, Ли Юаньюань, Тан Сяомин, Тянь Буэн и Му Хуайтун последовательно окончили школу. За каждого выпускника школа выплачивает учителю 20 000 юаней. В общей сложности за пять учеников вы получаете 100 000 юаней».

Моё лицо расплылось в улыбке. Премии в нашей школе были потрясающими! Я буду следовать за директором Чжан всю свою жизнь.

Директор Чжан прислала ещё одно сообщение: «Что касается теста, я оставляю это на ваше усмотрение. Я уважаю ваш метод преподавания. В будущем я организую для вас больше занятий. Завтра вечером, средняя школа «Беневоленс», четвёртый класс, класс третьего года обучения. Пожалуйста, делайте так, как вам нравится».

— Хахаха! — я обнял Сяо Ниня за шею и засмеялся. — Сяо Нинь, как ты думаешь, если я добьюсь того, что все ученики окончат школу, бонус будет ещё больше?

Нинь Тяньцэ улыбнулся и сказал:

— Я верю, что ты сможешь это сделать.

С этой мечтой я погрузился в сон. На следующий день я вернулся в своё жилище и сел за ноутбук, усердно перебирая вопросы теста, чтобы написать набор контрольных работ, которые могли бы оценить уровень здравого смысла моих учеников.

В это время в дверь постучал курьер. Увидев, что я живу в квартире 404, он сделал такое лицо, будто увидел привидение. Ах, молодые люди в наши дни, они действительно бесхарактерны.

Доставили несколько книг, которые я купил. Я сделал заказ в то же время, когда заказывал Конституцию и Уголовное право для Му Хуайтун. Эти две книги были отправлены в гостиницу Сяо Ниня, а для себя, помимо этих двух книг, я заказал «Всеобщее право» и «Правовой здравый смысл гражданина». Эти книги были важными справочными материалами по моей теме.

Закончив писать, я пошёл распечатать тридцать копий и получил квитанцию. Директор Чжан сказала, что я могу получить компенсацию за печать. Вернувшись в квартиру, я лёг спать. Ровно в одиннадцать вечера меня разбудил будильник, я собрал всё необходимое и отправился на занятия.

Когда я вышел из спальни, то встретил в гостиной учителя Лю, который к тому времени уже вернулся. Он вскочил, увидев меня, сразу же задрожал, а затем пробормотал:

— Вы... вернулись... чтобы остаться сегодня вечером... зачем?

— Последние несколько дней я работал сверхурочно в компании. Мой график сна был нарушен. Сегодня меня уволили, поэтому я вернулся домой.

Я уже мог спокойно воспринимать тот факт, что меня уволили. Упоминание об этом учителю Лю не расстроило меня.

— О, у вашей компании действительно нет видения, раз они потеряли такой талант, как у вас, — учитель Лю вздохнул. — Если бы вы всегда могли оставаться в компании, мне было бы так одиноко!

Хех, учителю Лю я нравился, я был рад.

— Сегодня вечером будет урок, учитель Лю придёт? — спросил я.

— А, эти ученики довольно послушны. Не думаю, что мне нужно идти, — покачал головой учитель Лю. — Метод преподавания учителя Шэня очень искусен, мне не о чем беспокоиться.

Признание учителя Лю меня очень обрадовало. Он был старым учителем, и если он сказал такое, это означало, что у меня всё хорошо.

Я обрадовался и достал приготовленные контрольные работы, чтобы показать их учителю Лю.

— Учитель Лю, я подготовил пробный тест, чтобы ученики сдали его сегодня вечером. Пожалуйста, посмотрите.

— А... тест... — учитель Лю взял тест дрожащими руками и сглотнул. — Вы хотите... дать ученикам тест?

— Правильно! Без теста как мы сможем оценить уровень подготовки учеников? — естественно сказал я. — Разве учитель Лю не проводит тесты?

— Я преподаю язык. Всё в порядке, пока нет проблем с общением. Уровень учеников можно увидеть и без теста, — учитель Лю внимательно прочитал экзаменационную работу. — Вы проверяете... право?

— Да, — кивнул я.  — Му Хуайтун окончила школу, верно? Перед тем, как она уехала, я заметил, что её юридический здравый смысл был довольно хлипким. Я преподаю идеологию и мораль, а право – это основа морали, и поэтому является частью моего предмета. Формирование правильного мировоззрения требует знания закона. Поэтому, прежде чем мы расстались, я решил послать ей два тома по праву. Думаю, они должны ей понравиться.

Учитель Лю воскликнул:

— Вы даже заставили Му Хуайтун окончить школу? А она у нас в школе номер один среди ярых... проблемных учеников. Она наравне с Дуань Юйлянь. Она смогла отбросить свою одержимость и окончить школу?

Когда я увидел, что ещё есть немного времени, я быстро рассказал учителю Лю о произошедшем с менеджером Лу.

— На самом деле, инцидент ещё не исчерпан. Одного признания менеджера Лу недостаточно, чтобы привлечь его к ответственности. Потребуются конкретные доказательства. Но показаний достаточно, чтобы задержать его.

— Так вот оно что. Вы нашли кости Инь Яцзю...

Учитель Лю немного подумал, а затем достал свою тетрадь и снова протянул её мне.

— Я думаю... эту тетрадь лучше отдать учителю Шэню. Если она будет у вас, возможно, однажды я тоже смогу покинуть школу.

Я уставился на тетрадь, не зная, что делать. Эта тетрадь передавалась от учителя Лю ко мне. Если бы он захотел вернуть её позже, мне было бы очень стыдно!

— Помните, эту тетрадь категорически нельзя подвергать воздействию солнечного света. Пожалуйста, позаботьтесь о том, чтобы не забыть об этом. Также не пачкайте её своей кровью и не записывайте в неё заклинания и талисманы для изгнания призраков, которые вам расскажет Нинь-тяньши, — серьёзно проинструктировал учитель Лю. — Это тетрадь из человеческой кожи, переданная из республиканского периода. С её владельца заживо содрали кожу и сделали из неё тетрадь. Он выжил после того, как с него содрали кожу, и бегал по округе с криками, пытаясь найти свою кожу. Наконец, его приняли за монстра и забили до смерти.

— Это...

Я не ожидал, что у этой тетради будет такая тяжёлая история. Какой грешный век!

— Эта тетрадь была сделана из моей...  кожи моего предка, поэтому я очень дорожу ею.

Учитель Лю сосредоточил свой взгляд на мне и признался:

— Я всегда думал, что пока эта тетрадь существует в мире, мой предок не может покоиться с миром, постоянно испытывая боль от того, что с него содрали кожу. Сначала я отдал её учителю Шэню, потому что хотел помочь вам поддерживать порядок, но теперь я надеюсь, что учитель Шэнь сможет помочь... моему предку.

Хотя слова учителя Лю о страданиях его предка были бессмыслицей, я всё равно торжественно взял тетрадь из его рук.

— Учитель Лю может быть уверен, что отныне в этой тетради будут записаны только праведные вещи. Я обязательно запишу все прекрасные сцены, которые я видел и о которых слышал в этой новой эпохе. Это должно дать вашему предку покой.  Несмотря на то, что эта тетрадь была создана через боль, я хочу использовать её для записи счастья.

Учитель Лю замер, тупо уставившись на тетрадь, а затем вдруг начал смеяться с нотками опустошения. В то время как он смеялся, он плакал, говоря:

— Так вот оно что, вот оно что, хахаха! Я ошибался, я всё время ошибался! Возвращение одного зла за другое приводит лишь к ещё большему греху. Единственное, что может смыть зло – это доброта.

Своими холодными пальцами он нежно накрыл мои руки, держащие тетрадь.

— В тот день, когда эта тетрадь наполнится счастьем, мой предок избавится от боли. Пожалуйста, используйте свои добрые глаза, чтобы видеть справедливость. Мои затуманенные глаза видят только грех. Я не могу писать о счастье.

Я не понял, что имел в виду учитель Лю, но я обязательно выполню поручение, которое он мне дал.

— Хорошо, успокойтесь, учитель Лю. Сейчас в обществе так много хороших людей. Тетрадь будет заполнена в течение месяца.

Глава 29 - Тест (Часть 1)

Учитель Лю, который изначально не планировал присутствовать на уроке, после того, как я убрал тетрадь, передумал, сказав, что хочет увидеть результаты теста.

Он любезно сказал мне:

— Я только учил студентов говорить. Я никогда не проверял результаты своего обучения. Ваша идея хороша. У меня есть для вас несколько ручек. Вы можете раздать их ученикам.

— Учитель Лю очень заботлив. Я почти забыл, что у учеников может не быть ручек. Если у них не будет ручек, как они смогут сдать тест?

Я улыбнулся учителю Лю в знак молчаливого понимания и сел в автобус со своими контрольными работами и ручками.

Проработав месяц, я наконец-то установил дружеские отношения со своим коллегой. Это был большой шаг вперёд в моей карьере.

Водитель увидел, как мы с учителем Лю зашли в автобус, обняв друг друга за плечи, и сделал такое выражение лица, будто только что увидел привидение. Наверное, это было потому, что учитель Лю редко вступал в физический контакт с людьми.

Моё настроение было очень хорошим. Увидев водителя, я энергично поприветствовал его.

— Дагэ, вы столько раз меня подвозили, но я всё ещё не знаю, как вас называть.

— Меня зовут Ци Дачжун, — кратко ответил водитель.

— Ци Дачжун! Ничего, если я буду называть вас так впредь?

— Как хотите.

Водитель завёл автобус. Казалось, он не хотел общаться со мной.

Просто у водителя был замкнутый характер. Я привык к этому. Я болтал с учителем Лю о своих школьных днях, рассказывал ему, как каждое утро и вечер изучал списки английских слов, каждую неделю заучивал стихотворение и каждый день копировал страницу с образцами иероглифов.

Выслушав это, учитель Лю хлопнул себя по ноге.

— Мои методы преподавания действительно отстают от времени. Я не знал о существовании таких методов. Хотя этот тип обучения не подходит для наших учеников – мы можем сократить контрольные работы, экзамены по разделам, ежемесячные экзамены, промежуточные экзамены и выпускные экзамены – они должны хотя бы понять правила, прежде чем мы их отпустим.

— Верно! — кивнул я. — После этого мы не можем позволить ученикам выпускаться просто так, как Му Хуайтун. Сначала им придётся сдать выпускной экзамен.

— Ну...

— Да? У учителя Лю есть другое предложение?

— Нет, нет, я полностью поддерживаю методы преподавания учителя Шэня!

Водитель ударил по тормозам. Передо мной не было сиденья, чтобы заблокировать мой импульс, поэтому я полетел вперёд. К счастью, я занимался тхэквондо и был в отличной физической форме. Я вовремя схватился за поручень, чтобы не пострадать от резкой остановки.

— Ци-дагэ, что случилось? — спросил я в испуге.

— Кошка выбежала на дорогу.

Водитель медленно повернул голову. Свет уличных фонарей, отражавшийся в его глазах, выглядел неожиданно зелёным.

— Значит, есть что-то, чего вы боитесь.

— Разве есть человек, который ничего не боится? Я много чего боюсь. Я боюсь облысеть, боюсь остаться без денег, боюсь, что не смогу найти работу. Да много чего.

Водитель посмотрел на меня мгновение, молча развернулся и снова завёл автобус.

Я больше не осмеливался сидеть на сиденье в первом ряду. Я сел за учителем Лю и схватился за спинку сиденья, испугавшись, что водитель сделает ещё одну внезапную остановку.

— Учитель Шэнь, Сяо Ци ничего такого не имел в виду. Не сердитесь, — поспешил вмешаться учитель Лю.

— Всё в порядке, я не сержусь.

Я махнул рукой.

Я всегда думал, что у водителя есть какая-то история. Я мог бы потихоньку узнать об этом позже.

Когда я вышел из автобуса, я увидел Сяо Ниня, ожидающего перед воротами школы. На этот раз на нём не было жёлтой мантии. Он был одет в чёрную рубашку и выглядел особенно красивым.

Я оставил учителя Лю и подбежал к Сяо Ниню с тестовыми работами в руках. Я протянул их ему.

— Взгляни на это, что ты думаешь о вопросах?

Нинь Тяньцэ достал тестовый лист, просмотрел его и тихо засмеялся.

— Очень хорошо!

— Я проведу тебя через заднюю дверь. На этот раз не перепрыгивай через стену.

Мы втроём вошли через маленькую дверь в задней части школы. Средняя школа «Беневоленс» была первым местом, где у меня были занятия, и местом, где я встретил свою первую ученицу, Му Хуайтун. Хотя она была озорной, она была очень прилежной. Каждый раз она сидела в первом ряду и слушала мою лекцию, подперев подбородок рукой и наклонив голову.

Было грустно снова возвращаться в среднюю школу «Беневоленс», зная, что Му Хуайтун уехала за границу.

Было бы хорошо, если бы она тоже смогла сдать тест. Ученица Му была настолько умна и прилежна, что наверняка смогла бы получить хорошую оценку за этот тест.

В классе третьего года обучения горел яркий свет. В комнате было двадцать четыре места, три из которых уже пустовали. Му Хуайтун окончила школу, Тан Сяомин уехал на лечение, а Тянь Буэна исключили. Оставался двадцать один ученик, 420 000 юаней...

Нет, нет! Я горячо затряс головой. Как я могу так думать? Это были мои любимые ученики, а не деньги! Даже если бы директор Чжан не платила мне, я бы всё равно отдал им весь свой запас знаний, накопленный за всю жизнь.

Нинь Тяньцэ и учитель Лю сели на два свободных места в последнем ряду. В начале класса оставалось ещё одно свободное место, которое должно было принадлежать Му Хуайтун.

Дуань Юйлянь сидела на сиденье за Му Хуайтун. На её столе лежали тетрадь и ручка, которые я ей дал.

Я положил бумаги на преподавательский стол и обратился ко всем:

— Здравствуйте, ученики! Прошла неделя с тех пор, как мы виделись в последний раз. Кто-нибудь прочитал книги, которые я рекомендовал?

Ученики как один покачали головами. Сяо Нинь высоко поднял руку.

— Я прочитал их.

— Те, кто прослушивает занятия,  если им есть что сказать, могут поговорить со мной после урока, — я попросил его не мешать учителю во время урока.

Мне было обидно, что ученики не прочитали книги, но это было в порядке вещей. Пока я проверял их на знание фундаментальных правовых принципов, мне не нужно было бояться, что они не учатся.

Я сказал всем:

— На этой неделе я изменил свои методы преподавания и добавил новый элемент в нашу учёбу – тесты.

Ручка на столе Дуань Юйлянь упала на пол.

Она смотрела на меня с открытым ртом, с её плаща постоянно капала вода на пол.

На этот раз я был готов. Я взял швабру и подошёл к Дуань Юйлянь, чтобы вытереть воду у её ног. Хотя я учитывал предпочтения Дуань Юйлянь, я всё же мог позаботиться о том, чтобы это не помешало другим ученикам.

— Я не сдаю тесты! — заявила Дуань Юйлянь, схватив меня за руку. — Не думайте, что можете заставить меня отвечать на вопросы!

Эта молодая леди была очень сильной. Моё запястье немного болело. К счастью, я был сильнее. Я отдернул руку и сказал:

— Как ученик, ты должна подчиняться указаниям учителя.

— А если я не сдам тест, что вы со мной сделаете? — она холодно фыркнула. — Даже если вы можете подстричь мне ногти, я всё равно могу не прийти на урок.

Этот шаг был настолько дерзким, что мне нечего было сказать. Я молча смотрел на неё некоторое время, а потом вздохнул.

— Тогда мне остаётся только нанести визит на дом.

Дуань Юйлянь была ошеломлена.

— Как учитель, я не могу грубить своим ученикам. Если вы не желаете посещать школу и не сотрудничаете с учителем, то это не принесёт вам убытков. Единственное, что я могу сделать, это ходить от двери к двери, убедительно советуя вам учиться, — я вздохнул. — Это моя единственная работа. У меня много свободного времени, и, к счастью, у меня не так много учеников. Я могу навещать ваши семьи днём и ночью, прося их сотрудничать со мной в обучении.

Непокорный аудитор Сяо Нинь снова поднял руку и сказал:

— Я пойду с учителем Шэнем.

— Я тоже... — сказал учитель Лю, подумав. — Я не могу пойти днём, но я могу пойти с учителем Шэнем ночью.

— Вы... вы не знаете, где я живу!

Дуань Юйлянь отступила на шаг, выглядя очень испуганной. Казалось, она боялась, что родители могут вмешаться. Все ученики боялись этого.

— Я могу спросить у директора Чжан.

Я взял телефон и отправил сообщение директору Чжан: «Скажите, пожалуйста, если я захочу нанести визит на дом, не могли бы вы сообщить мне адрес ученика?»

Директор Чжан ответила через несколько секунд: «Чей адрем вам нужен?»

Директор Чжан была очень понимающим директором. Я улыбнулся и отправил голосовое сообщение: «Сейчас в этом нет необходимости, но если ученик не будет сотрудничать, тогда мне действительно придётся это сделать».

Дуань Юйлянь в отчаянии огляделась вокруг.

— Вы... все вы, когда вы продались Шэнь Цзяньго?

Учитель Лю вздохнул и сказал Дуань Юйлянь:

— Сяо Лянь, такова жизнь. Разве ты ещё не поняла этого? Усердно учись, и однажды ты сможешь окончить школу.

Дуань Юйлянь со слабостью села. Я положил на её стол контрольную работу и ручку, одну из тех, что дал мне учитель Лю.

Я раздал двадцать одну контрольную работу, и протянул по одному экземпляру Сяо Ниню и учителю Лю, чтобы они могли посмотреть вопросы.

Проведение тестов было утомительным и скучным занятием. Нельзя было издавать ни звука, чтобы не потревожить учеников, а ещё нужно было следить за ними, чтобы убедиться, что они не списывают. Также нельзя было играть на телефоне. Это была очень тяжёлая работа.

Особенно посреди ночи. Если бы я просто сидел на своём месте, я бы точно заснул. Я мог только постоянно ходить по классу, не давая ученикам списывать, а также подсматривать за их ответами.

Как только я посмотрел на их ответы, я чуть не умер от злости.

Вот, например, этот вопрос с несколькими вариантами ответов: Среди перечисленных ниже субъектов к числу тех, кто не входит в число избирателей согласно избирательному законодательству нашей страны, относятся:

A. психически больныеB. наркоманыC. пожилые людиD. преступники, находящиеся в местах лишения свободы

Все ответы были одинаковыми, как будто они заранее посоветовались. Игнорируя все варианты, они писали в скобках «я».

Другой пример – вопрос с кратким ответом: А и Б поссорились. В ходе ссоры А берёт кирпич, убивает Б и убегает. Если вы являетесь членом семьи жертвы Б, как вы можете использовать закон, чтобы добиться справедливости для Б?

Ответ у всех снова был одинаковым: убить А.

Но методы убийства у всех были разные. Например, у Дуань Юйлянь это было утопление. Ученик в костюме мумии написал удушение. Были также сталкивание с лестницы, удар током, отравление, удушение, запугивание до смерти. Короче говоря, никто не написал, что нужно идти в полицию.

Самым раздражающим был учитель Лю, который тоже отвечал на вопросы и при этом даже использовал кисть. На этот вопрос он отвечал очень тщательно, вписывая много слов в пробелы: После того, как А найден, его следует вымыть горячей водой, затем три дня пропаривать и кормить сытной пищей. Когда кожа станет нежной и эластичной, разрежьте её со спины и очистите. Таким образом вы получите свежую человеческую кожу. Этот вид дегенератов следует подвергать самым жестоким пыткам. Снимать кожу очень больно. У меня есть опыт.

Я встал у стола, стукнул по нему ладонью и громко крикнул:

— Хватит! Не нужно продолжать отвечать! Я и так прекрасно понимаю уровень здравого смысла каждого!

Глава 30 - Тест (Часть 2)

Услышав, что отвечать больше не нужно, Дуань Юйлянь тут же бросила ручку на пол, разорвала контрольный тест и подбросила его в воздух.

Остальные ученики последовали её примеру. Некоторые бросали ручки, некоторые рвали свои бумаги.

Учитель Лю, однако, использовал тестовый лист, чтобы стереть тушь со своей кисти, аккуратно убрал кисть, затем поправил свой костюм Чжуншань, элегантный и изысканный, как будто это не он только что кипятил, кормил и резал.

С тяжёлым сердцем я проговорил:

— Это моя ошибка. Я не должен был испытывать вас сразу.

Хотя Дуань Юйлянь вернулась в школу недавно, она, казалось, занимала позицию лидера в классе. Когда она поссорилась с Му Хуайтун на последнем уроке, Му Хуайтун, судя по всему, занимала положение старосты класса, а теперь, когда она уехала за границу, старостой стала Дуань Юйлянь.

Как только я заговорил, Дуань Юйлянь возглавила аплодисменты класса. Звук аплодисментов эхом разнёсся по классу.

Под их аплодисменты я продолжил говорить:

— Я должен был сначала заставить вас выучить принципы юридического здравого смысла, а затем тестировать вас. Я действительно не ожидал, что ваше чувство закона окажется таким слабым.

Аплодисменты резко оборвались, и Дуань Юйлянь глупо спросила:

— Вы хотите, чтобы мы выучили их?

— На самом деле, не обязательно, чтобы вы их заучивали. По крайней мере, вы должны услышать их и понять. На самом деле, я не пытаюсь сделать из вас юристов, но есть несколько основных принципов здравого смысла, которые вы должны понять. Закон – это не набор правил, ограничивающих ваше поведение, это средство защиты, — сказал я с горьким негодованием. — Сегодня я прочитаю третью лекцию. Речь пойдёт о втором обязательном условии для формирования правильного мировоззрения – законе.

Я перевёл дух и продолжил:

— Конечно, это не значит, что если закон не наказывает за какое-то действие, значит, его можно совершать. Это всего лишь моральный критерий, а не нравственный стандарт. Для того, чтобы у человека сформировалось правильное мировоззрение, первое важное требование – это знания и опыт, а второе – закон и мораль. Только так вы сможете сформировать более полное мировоззрение.

К счастью, я подготовился заранее. Когда я печатал тест, я также собрал несколько правовых принципов здравого смысла и напечатал тридцать экземпляров. После лекции я раздал всем эти принципы здравого смысла и сказал, что это их домашнее задание. На следующем занятии они будут проходить тест по этим принципам.

Я не хотел, чтобы они заучивали их наизусть или переписывали множество раз. Я хотел, чтобы они прочитали их и поняли, как действовать в различных обстоятельствах.

Сяо Нинь попросил меня пойти к нему в отель после занятий, как и раньше, но сегодня я решительно отказался.

— Мне нужно кое-что сказать учителю Лю, — ответил я Сяо Ниню. — Сегодня я должен вернуться в своё общежитие.

— Ч-что вы хотите? — учитель Лю посмотрел на меня в ужасе.

— Я хочу серьёзно поговорить с вами.

— Я тоже пойду, — решил Нинь Тяньцэ. — Можно я пойду к тебе в общежитие, чтобы отдохнуть? Я также хочу поехать с тобой на автобусе. Мне интересен тот водитель автобуса, о котором ты всё время говоришь.

— Конечно, ты можешь поехать, — тепло отозвался я. — Но как же твоя машина?

— Я приеду за ней завтра.

Мы втроём сели в автобус. Увидев нас, водитель автобуса нахмурился.

— Почему в автобусе ещё один посторонний? В прошлый раз Ся Цзинь... Ах, забудьте, в любом случае, невезучим был не Ся Цзинь.

Он вспомнил прошлый раз. В прошлый раз не повезло мне, верно?

Я был немного напуган. Я внимательно следил за Ци-дагэ, боясь, что он расскажет Сяо Ниню о случившемся. Будет плохо, если Сяо Нинь неправильно поймёт отношения между мной и Ся Цзинем.

— Менеджер Ся ездил на этом автобусе? — с интересом спросил Нинь Тяньцэ.

— Ему просто было по пути, — я увидел, что водитель собирается ответить, и опередил его. — Было поздно и Ся Цзинь неважно себя чувствовал. Директор Чжан послала за мной автобус, и я предложил ему подвезти его.

Нинь Тяньцэ посмотрел на внутреннюю часть автобуса и заметил:

— В любом случае, всё в порядке. Внутри автобуса очень чисто.

В автобусе действительно было чисто. Водитель всегда убирал автобус так, что в нём не было ни пылинки.

— С каждым днём у меня всё меньше и меньше клиентов. Даже Небесный Мастер садится в мой автобус. Как же я буду зарабатывать на жизнь в будущем?

Водитель пробормотал эти слова, затем завёл автобус и выехал на дорогу.

Когда мы добрались до общежития, я попросил Сяо Ниня сначала пойти умыться. Я потянул учителя Лю в свою спальню и серьёзно спросил:

— Учитель Лю, вы действительно не знаете, как ответить на этот юридический вопрос?

— Это...

Учитель Лю задумался на мгновение и проговорил:

— Ах, я слишком разволновался. Я сказал, что отпущу это, но в моём сердце всё ещё живёт обида. Во время теста я нечаянно выразил то, что было в моём сердце. Ответ должен был звучать так: Семья Б должна была заплатить бродяге за убийство А, чтобы это не имело к ним отношения?

— Они должны обратиться в полицию! — заявил я. — Помочь полиции, предоставив соответствующие доказательства, и использовать закон, чтобы добиться справедливости для Б. Каким бы глубоким ни было желание отомстить, нельзя брать закон в свои руки!

— Правда? — учитель Лю почесал голову. — Может, вы одолжите мне свою книгу о юридическом здравом смысле? Я подкреплю свои знания. Для такого человека, как я, после того, как прошло столько времени, может оказаться невозможным перевоплотиться. Если я узнаю о законе, возможно, в будущем я смогу найти подработку в загробном мире.

— Вам всего сорок лет. Почему вы говорите о вещах после смерти? Хотя я могу одолжить вам книгу.

Мне не хотелось читать учителю Лю слишком много нотаций. Я просто дал ему в руки книгу, и он вернулся с ней в свою комнату, чтобы отдохнуть.

Когда учитель Лю ушёл, в комнату заглянул Нинь Тяньцэ.

— Вы закончили говорить?

— Да.

Я слабо кивнул и рухнул на кровать. Одно дело, когда ученики не понимают, но я никак не ожидал, что учитель Лю...

Подождите! Я резко встал и обратился к Сяо Ниню:

— Дай мне, пожалуйста, твою работу. Я видел, что ты тоже отвечал.

Нинь Тяньцэ достал свой тест и протянул его мне. Я просмотрел его. Большинство ответов на вопросы были правильными. Проблема снова возникла с коротким ответом о противоправном убийстве А. Ответ Сяо Ниня был следующим: Семья Б. должна быстро найти даосского священника, который вызовет дух Б. и поможет ему перейти завесу, чтобы избежать превращения Б. в свирепого призрака после насильственной смерти.

Я вернул ему листок и сказал:

— Завтра я дам тебе экземпляр «Юридического здравого смысла»...

— Хорошо, — согласился Нинь Тяньцэ. — Полезно узнать больше.

Пока мы болтали, неожиданно зазвонил мобильный телефон Сяо Ниня. Когда он посмотрел на него, его лицо немного изменилось.

— Мой Шифу здесь, — сказал он.

Он показал мне свой телефон. Там было сообщение в WeChat от Главы секты Маошань: «Этот учитель прибыл в отель, а тебя здесь нет. Ты отправился куда-то изгонять призраков? Хватит ли у тебя сил? Может быть, тебе нужна помощь?»

Сяо Нинь ответил: «Я с учителем Шэнем. Учитель Шэнь – тот самый возвышенный, о котором я вам рассказывал, он превратил сотню обычных очищающих талисманов в талисманы изгнания призраков».

Серьёзно, Сяо Нинь, кто это был возвышенным? Я почувствовал себя неловко, прочитав его слова, учитывая, что рост Сяо Ниня был 183 см, а я был на пять сантиметров ниже его.

«Где он находится? Этот учитель пойдёт и поприветствует его!»

— Мой Шифу хочет видеть тебя. Ничего, если я скажу ему твой адрес? — немного неловко спросил Сяо Нинь.

Было уже очень поздно. Шифу Сяо Ниня был пожилым человеком. Я не мог заставить его прийти ко мне.

Я уже сказал учителю Лю почти всё, что хотел, поэтому, подумав немного, я решил:

— Это я должен приехать к главе секты. Поехали в отель.

Нинь Тяньцэ выглядел очень довольным. Он быстро заказал машину через интернет, и мы поехали в отель Сяо Ниня. Когда мы добрались до отеля, было уже четыре часа утра.

Как только мы вошли, я увидел мужчину преклонных лет с длинной бородой, одетого в даосские одеяния, прямо сидящего на диване. Увидев нас, он заговорил:

— Это, должно быть, господин Шэнь? Тяньцэ, помоги мне подняться. Я просидел на жёстком сиденье более тридцати часов, моя спина немного затекла. Я не могу встать и выразить своё почтение.

Он сидел очень прямо, его осанка была чрезвычайно элегантной. Я подумал, что это очень достойно главы большой секты, но на самом деле он не мог встать из-за боли в спине.

Я просто не мог этого понять. Секта Маошань могла позволить себе такие большие апартаменты, так что недостатка в деньгах у неё точно не было. Но почему они не летали? Что это за навязчивая идея насчёт жёстких сидений в поездах?

— Не вставайте!

Я поспешно подбежал к дивану и сел. Так главе секты не пришлось бы вставать.

Нинь Тяньцэ сел рядом со своим шифу и помассировал ему спину. В то же время он представил нас.

— Это мой Шифу, Нинь И, нынешний глава секты Маошань. Шифу, это господин Шэнь Цзяньго.

— Приветствую вас, глава секты Нинь.

Я протянул руку главе секты Ниню.

Хотя у главы секты Ниня болела спина, он всё ещё был проворным. Он сразу же схватил мою руку. Но вместо того, чтобы пожать её, он перевернул мою руку, посмотрел на неё и сказал:

— Левая рука – для мужчин, правая – для женщин. Пожалуйста, дайте мне вашу левую руку, господин Шэнь.

Кто пожимает руку левой рукой? Я безмолвно протянул левую руку. Глава секты Нинь коснулся ладони, кивая при каждом прикосновении.

— Гороскоп господина Шэня... Вы потеряли обоих родителей в юном возрасте, финансовое положение вашей семьи было плохим, вы полжизни блуждали, не имея никого, на кого можно было бы положиться, у вас никогда не будет детей. С таким гороскопом откуда у вас такая обильная энергия Ян? Даже если вы девственник, не может быть, чтобы кто-то, кто не культивировал, был настолько силён...

Глава секты Нинь был совершенно прав. После смерти моих родителей, оставленного ими наследства хватило только на то, чтобы оплатить моё обучение в университете. После окончания университета я был очень беден. Невозможность купить дом можно было назвать блужданием, а отсутствие детей, конечно же, объяснялось моей сексуальной ориентацией. Я не мог жениться только для того, чтобы произвести на свет наследника. Это только навредило бы какой-нибудь бедной женщине.

— Когда день рождения господина Шэня? — поинтересовался глава секты Нинь.

Я сказал ему о своём дне рождения. Он несколько раз надавил на мою руку и покачал голово.

— Странно. Хотя вы родились в день сбора энергии дракона и были наделены некоторой долей богатства нации, это не означает, что вы невосприимчивы к богам и призракам, не говоря уже о том, что вы можете наполнять талисманы энергией Ян. Может быть, вы – реинкарнация какого-нибудь бога? Позвольте мне увидеть вашу душу.

— Увидеть мою душу... Как?

У меня немного кружилась голова от странных действий главы секты Ниня. Я скорее хотел посоветовать ему отказаться от суеверий. Но он не был Нинь Тяньцэ. С человеком в возрасте главы секты Ниня, каким бы суеверным он ни был, я не мог прямо указать ему на это.

Но что касается моей души, то я не мог просто так взять и вытряхнуть её...

Я беспомощно посмотрел на Сяо Ниня и глазами передал ему сообщение: «Быстрее укладывай своего Шифу спать, я слышу, как скрипит и трещит его спина».

Нинь Тяньцэ не понял моих стараний. Он похлопал меня по плечу и сказал:

— Не волнуйся. Этот так называемый взгляд на твою душу. Мой Шифу откроет свой третий глаз, чтобы взглянуть на три цветка на твоей голове. Всё, что тебе нужно делать, это не отворачивать голову.

Я видел, как глава секты Нинь облизал указательный и средний пальцы левой руки, сложил их вместе, потёр слюной веки, затем произнёс:

— Нинь И, ученик 342-го поколения секты Маошань, вызывает святой взгляд и открывает свой третий глаз!

Затем он отвёл глаза в сторону и, не мигая, уставился на меня. Выпученные глаза испугали меня. Глаза старика были налиты кровью. Он просидел на жёстком сиденье более тридцати часов, и сейчас было четыре часа утра. Если он не заснёт в ближайшее время, я боялся, что он упадёт в обморок.

Лицо главы секты Ниня внезапно изменилось и он указал на меня.

— Ты... ты... ты... ты на самом деле...

Не успел он договорить, как его голова откинулась назад, и он неподвижно рухнул на диван.

— Он... действительно потерял сознание?

Я осторожно поднёс палец к носу главы секты Ниня. Я ещё не успел дотронуться до него, как услышал громкий храп.

— Открытие третьего глаза требует огромного количества энергии. Мой Шифу израсходовал свою энергию и заснул, — неловко оправдался Нинь Тяньцэ.

— Ты уверен, что он устал из-за третьего глаза, а не из-за тридцати часов в поезде?

— Ну... — Сяо Нинь тоже не был уверен. Он вздохнул. — Сила Шифу действительно уже не та, что была раньше. Десять лет назад он взял меня с собой в Россию. Он сидел на линии К2 семь дней и семь ночей, медитируя от начала до конца. У него не было никаких признаков боли в спине. А теперь... А... я сейчас же уложу его в постель.

Он боялся прикоснуться к спине главы секты Ниня и двигался очень осторожно. Наконец, я помог ему, и вдвоём мы отнесли главу секты Ниня на кровать в главной спальне.

После того как мы уложили главу секты Ниня, мне очень захотелось спать. Даже не приняв ванну, я рухнул на кровать Сяо Ниня и заснул.

Я смутно почувствовал, как Сяо Нинь снимает с меня обувь. Я немного поборолся, желая снять их сам, но не смог избавиться от демона сна.

Глава 31 - Глава секты Нинь (Часть 1)

В последнее время мои дни и ночи поменялись местами, и я уже начал привыкать к этому. Хотя я лёг спать после четырёх утра, в семь утра я проснулся с ясной головой.

Проснувшись в незнакомом месте, я сначала растерялся. Оглядевшись, я увидел, что рядом со мной спит Сяо Нинь. Все пуговицы его чёрной рубашки были расстегнуты, обнажая упругую грудь и пресс.

Э? Что случилось? Возможно ли, что я так переутомился, что...

Нет. Можно заниматься сексом по пьяни, но существует ли такая вещь, как секс в изнеможении?

Посмотрев вниз, я увидел, что Сяо Нинь был в брюках. Только ширинка была расстёгнута, обнажая очень узкую и крепкую талию.

Я уставился на его талию и грудные мышцы, размышляя, можно ли их коснуться. Вчера вечером Сяо Нинь лёг спать даже позже меня. Сейчас он спал так крепко, что если бы я дотронулся до него, он, скорее всего, не проснулся бы.

Но пользоваться таким образом чьим-то доверием было низким поведением. Сяо Нинь уложил меня спать прошлой ночью и ничего не сделал. «Мне подарили персик, а я вернул белый нефрит» – мне следует брать пример с Сяо Ниня и вести себя прилично и благопристойно.

Приняв решение, я отвёл руку от талии Сяо Ниня и дважды похлопал его по плечу.

Сяо Нинь застонал, открыл мутные глаза и, увидев меня, сонно проговорил:

— О, это учитель Шэнь. Почему бы тебе не поспать ещё немного? Сейчас только семь, давай спать.

Оказалось, что такой серьёзный человек, как Сяо Нинь, тоже был не прочь поваляться в постели. Его вялый вид сейчас резко отличался от его обычного сурового лица. Это было очень мило.

Я использовал всю свою накопленную за жизнь силу воли, чтобы не поддаться импульсу поцеловать Сяо Ниня в щёку.

— Твой Шифу... глава секты Нинь, не стоит ли нам пойти посмотреть, как там его спина?

— Не сейчас, — Сяо Нинь покачал головой. — В последнее десятилетие каждый раз, когда он совершает обряд, он полностью лишается энергии. Он будет спать как минимум до полудня. Не стоит его беспокоить.

Но защемление поясничного диска причиняет ужасную боль...

У меня был преподаватель в университете, у которого случилось защемление диска во время занятия. Он читал лекцию сидя, а во время перерыва решил встать, чтобы сходить в туалет. Как только он встал, он упал обратно и не смог подняться, как ни пытался.

Я сразу же отнёс его на спине в школьную поликлинику, и школьный врач сказал, что ему нужна физиотерапия. Поэтому я отправился в ближайшую больницу с учителем на спине и тогда я узнал от врача, какой болезненной проблемой является защемление поясничного диска. Мало того, что оно не заживало, оно ещё и угнетало нервы в ногах и вызывало боль при ходьбе. Это было очень мучительно.

Позже, после курса физиотерапии, мой учитель почувствовал себя намного лучше и был мне очень благодарен. Будучи аспирантом, я писал дипломную работу под его руководством... Подождите, неужели я защитил дипломную работу потому, что мой учитель использовал какое-то влияние за кулисами?

Ладно, это было неважно. Сейчас важнее был глава секты Нинь.

Поскольку Сяо Нинь не собирался вставать с постели, я взял на себя обязанность пойти к старшему. К счастью, я был мужчиной, поэтому не было никаких проблем с моим присутствием в комнате главы секты Ниня.

Дверь в спальню главы секты Ниня была приоткрыта. Сквозь щель я увидел, что глава секты Нинь лежит на спине, размахивая конечностями и пытаясь встать. Его спина слишком сильно болела; как он ни старался, после небольшого движения его руки хватались за спину.

Его выражение лица было жалким, но он не издал ни звука. Это действительно было...

Сохранять лицо даже при смерти, терпеть, пока жив.

Я осторожно постучал в дверь.

— Глава секты Нинь, вы проснулись?

Из комнаты донёсся спокойный и величественный голос главы секты Ниня.

— Входите, пожалуйста.

Я вошёл и увидел, что глава секты Нинь изменил своё положение. Он лежал на кровати, вытянув ноги и сложив ладони в молитве, его глаза были закрыты, а рот шептал слова.

Увидев, что я вошёл, он расслабил руки и произнёс:

— О, это господин Шэнь. Это поза культивации секты Маошань перед тем, как встать утром. Без сомнения, вы думаете, что это смешно. Я должен потратить полчаса на чтение Священного Писания. Могу я попросить вас немного подождать снаружи?

Дать ему полчаса, чтобы встать? С его спиной, уже находящейся в таком состоянии, нельзя было допустить чтобы он махал руками и усугублял проблему.

К счастью, у меня был опыт переноски пациентов. Я уверенно вошёл в комнату главы секты Ниня и поднял его с кровати.

Пациент оказался очень несговорчивым. Громким, ясным голосом он воскликнул:

— Господин Шэнь, что вы делаете? Я не могу двигаться во время культивации, иначе это нарушит мою концентрацию. Пожалуйста, опустите меня!

Разве сейчас время для выступлений в стиле ведущего новостей? Я не обращал на него внимания. Неся главу секты Ниня на спине, я крикнул спящему Сяо Ниню:

— Сяо Нинь, у главы секты Ниня защемление поясничного диска. Я вызову такси и отвезу его в больницу на физиотерапию, позвони мне, когда проснёшься!

— Господин Шэнь, вы... Почему вы заставляете меня делать это? — глава секты Нинь слабо опирался на моё плечо. — Я действительно занимался культивацией.

— Хорошо, хорошо, тогда вы можете делать это на моей спине.

Я не собирался спорить со старейшиной, поэтому согласился с его словами.

— Когда мы приедем в больницу и провёдем физиотерапию, вы сможете продолжить культивацию. Всё в порядке.

Я нёс главу секты Ниня до самой больницы и встал в очередь. Когда нам сделали рентген, был уже полдень. Посмотрев рентгеновские снимки, врач укорил меня:

— Грыжа поясничного диска – это очень серьёзно. Как вы могли позволить старику заниматься тяжёлой работой? Ему нужен отдых и восстановление, разве вы не знаете?

— Да, да, — кивнул я.

Глава секты Нинь закрыл глаза и молчал, делая вид, что он выше всего этого.

— Отправляйтесь на физиотерапию. Вы раньше не проходили лечение, поэтому физиотерапия будет наиболее эффективна. После сегодняшней процедуры он должен быть в состоянии сидеть. Но не позволяйте ему сидеть слишком долго, — увещевал меня доктор, выписав предписание.

Видя, что уже полдень, я понял, что нам придётся немного подождать в очереди. Я спросил главу секты Ниня:

— Вам нужно в туалет? Я помогу вам.

— Не нужно!

Глаза главы секты Ниня внезапно широко раскрылись.

— Этот бедный священнослужитель может сделать это сам.

Сказав это, он попытался встать, опираясь на стену и держась за спину.

Я вздохнул.

— Глава секты Ниня, я не буду смотреть. Я просто отнесу вас в туалет. Когда вы будете стоять и крепко держаться за стену, я уйду, а когда закончите, позовите меня обратно, хорошо?

Вероятно, потому что он действительно страдал, глава секты Нинь издал протяжный вздох и слегка кивнул. Казалось, он был согласен.

После того как он удовлетворил естественные потребности, я отвёл главу секты Ниня помыть руки.

— Даже культиватор не может убежать от старости. Когда я был молод, я без проблем мог сидеть в медитации три дня и три ночи... — вздохнул он.

— Три дня и три ночи? — уточнил я. — Но Сяо Нинь сказал, что вы путешествовали по России по линии К2 семь дней и ночей.

— Не думаете ли вы, что я мог вставать и передвигаться, пока он спал? — задал вопрос глава секты Нинь, глядя на меня. — Какой живой человек может обходиться без туалета в течение семи дней и ночей?

Он больше не сохранял свою возвышенную манеру поведения рядом со мной. В любом случае, я даже отнёс его в туалет. К чему было сохранять лицо?

— Скажите, ваша секта Маошань не испытывает недостатка в деньгах так что у вас за навязчивая идея с жёсткими сиденьями в поездах? — спросил я.

— Увы, это потому, что в последние годы сердца людей непостоянны, а наши ученики с каждым днём становятся всё более гордыми и экстравагантными. Как глава секты я должен показать пример, установить твёрдую традицию упорного труда. Только терпя лишения и перенося одиночество, мы можем успешно культивировать и подавлять человеческие желания. У людей есть свои эмоции и желания, и чрезмерные желания будут использованы злом. Сражаться с призраками опасно. Я не хочу, чтобы ученики моей секты умирали в молодом возрасте, а беловолосые хоронили черноволосых.

Мне это показалось знакомым. Казалось, ценности секты Маошань соответствовали ценностям, пропагандируемым государством. Это было в ногу со временем!

Я подозревал, что Сяо Нинь вообще не слышал слов, которые я крикнул ему утром. Он позвонил мне после полудня, чтобы спросить, куда я отправился с его шифу. На лице главы секты Ниня была написана мольба, так что мне пришлось солгать, сказав, что мы с главой секты пошли... купить книги. Я сказал ему, чтобы он не ждал и пообедал без нас.

Говоря это, мы с главой секты сидели в очереди в физиотерапевтическом отделении, каждый с коробкой еды в руках, грустные настолько, насколько вообще было возможно.

После того как мы поели, наконец-то подошла наша очередь. Я сопровождал главу секты на физиотерапию, после которой он наконец-то смог встать и медленно ходить.

На самом деле ему всё ещё было немного больно, но он настоял на том, чтобы сохранить свой возвышенный вид перед Сяо Нинем.

Перед возвращением, чтобы поддержать свою ложь, я действительно отвёл главу секты Ниня купить несколько книг, посвященных тому, как сохранить хорошие традиции, и различные юридические книги.

Мы добрались до гостиницы в три часа. Сяо Нинь уже переоделся. На нём была слегка прозрачная белая рубашка, под которой тускло виднелась кожа. Я долго смотрел на него, не в силах взять себя в руки.

— Как Шифу додумался пойти покупать книги с учителем Шэнем? — озадаченно спросил Нинь Тяньцэ.

— Никогда не поздно учиться. Этому учителю тоже нужно больше знать о различных верованиях.

Глава секты Нинь сидел на диване, похожий на вознесённого бессмертного, с «Принципами Марксизма» в руках. Это действительно было... необычно.

Моё сердце сочувственно сжалось. Должно быть, ему было очень больно так сидеть.

Я поспешил вмешаться:

— Разве глава секты не должен пойти отдохнуть? Вы плохо спали прошлой ночью, а рано утром пошли со мной, чтобы купить книги.

— Это правда.

Глава секты Нинь слегка кивнул, и я протянул руку, чтобы помочь ему подняться.

— Шифу, когда вы открыли свой третий глаз прошлой ночью, что вы увидели? — спросил Сяо Нинь.

Глава секты Нинь, который только начал вставать, сдержанно улыбнулся. Хотя я подозревал, что он использует это выражение, чтобы помочь себе перенести боль, я не мог не восхититься его стойкостью.

— Господин Шэнь, — на редкость честный человек, — поделился глава секты Нинь. — Через третий глаз его праведная энергия проявляется в виде золотого дракона, защищающего всё тело господина Шэня. Неудивительно, что все маленькие призраки не осмеливаются приблизиться.

— А талисманы... — Нинь Тяньцэ всё ещё был очень озадачен этим вопросом.

— Понятно, — я помог главе секты Ниню придумать ответ. — Согласно закону сохранения энергии, энергия Ян или праведная энергия может быть преобразована и сохранена. Твой талисман обладает функцией поглощения и преобразования. Он превратил часть моей праведной энергии в энергию Ян, которая затем была поглощена талисманом, не так ли, глава секты Нинь?

Глава секты Нинь слегка опустил голову.

— Именно так.

— Но... может ли праведная энергия сама по себе обладать такой силой?

Нинь Тяньцэ всё ещё не мог с этим смириться.

— Я никогда не видел такого зрелища, но на самом деле в древних книгах есть запись об этом, — рассказал глава секты Нинь. — В прошлом Ли Шимин, король династии Тан, в молодости убил слишком много людей. По ночам к нему приходили призраки, и он каждую ночь просыпался от кошмаров. Позже он повесил на дверь портреты двух генералов, Цинь Цюна и Ючи Гуна. С тех пор призраки не смели входить в его дом. Оба генерала не были культиваторами, а их портреты не были талисманами, но они могли отгонять призраков благодаря своей праведной энергии и энергии убийства.

— Что касается господина Шэня, то он никогда не убивал, и у него нет энергии убийства. Его праведной энергии достаточно, чтобы отгонять призраков. Однако его портреты не могут помешать призракам войти в дверь.

— Я думаю, это лишь вопрос времени... — поделился Нинь Тяньцэ, глядя на меня. — Я чувствую, что ещё через пару дней фотография учителя Шэня будет иметь эффект талисмана.

После объяснений я помог главе секты Ниню вернуться в комнату. Как только он лёг, он скривился от боли. Он совсем не походил на того вознесённого бессмертного.

— Зачем подвергать себя всему этому? — я покачал головой. — Сохранять лицо, терпеть лишения, даже обмануть Сяо Ниня насчёт праведной энергии. Призраков вообще не существует.

— Ты... ты... ты... — глава секты Нинь указал на меня дрожащими пальцами. — Ты заставил столько свирепых призраков перейти за грань, и всё ещё думаешь, что призраков не существует?

— А? Глава секты Нинь, с нашими отношениями, думаете, нам всё ещё нужна преднамеренная мистификация?

Глава 32 - Глава секты Нинь (Часть 2)

— Ч-что за отношения? — глава секты Нинь повернулся ко мне. — Разве мы не встретились только вчера вечером?

— Я про то, что помог вам скрыть правду от Сяо Ниня, — ответил я. — Ваше здоровье слабое, и вы не хотите создавать проблемы для своих младших. Это часть психологии большинства старших. Я понимаю. В любом случае грыжа межпозвоночного диска – это не смертельная болезнь. После прохождения курса физиотерапии вы станете осторожнее и не будете постоянно настаивать на том, чтобы сидеть на жёстком сиденье. Поэтому я готов помочь вам скрыть это от Сяо Ниня. Но утверждать, что призраки существуют, совсем другое дело.

Он уставился на меня, словно на какое-то редкое чудо.

— Вы явно украли задание Тяньцэ, упокоили столько свирепых призраков, и всё ещё не верите, что встречались с призраками?

— Я украл задание Сяо Ниня? Как такое могло случиться? — я был озадачен.

— Ах, — вздохнул глава секты Нинь, — я больше не могу это скрывать. Спальня не подходит для таких серьёзных разговоров. Давайте пойдём в гостиную. Позовите и Тяньцэ. Я расскажу вам обоим.

Мы с Нинь Тяньцэ сели в кресла, а глава секты Нинь сидел со скрещёнными ногами на диване из красного дерева. Я подумал, что он, должно быть, мучается от боли. Такой диван очень дорогой, но сидеть на нём чертовски неприятно. Тканевый диван был более удобным.

Поэтому я подложил подушку под спину главы секты Ниня, чтобы придать ему опору и облегчить боль.

Сяо Нинь безмолвно посмотрел на меня и тихо сказал:

— Шифу всегда выступал за простую жизнь. Ему не нравятся эти легкомысленные вещи.

— Тогда глава секты может убрать её и отбросить в сторону, — отозвался я.

Глава секты Нинь слабо улыбнулся.

— Как может этот бедный священнослужитель растратить добрые намерения господина Шэня? Большое спасибо.

Я знал, что он не собирается её убирать.

— Тяньцэ, я позвал тебя и господина Шэня сюда, потому что мне есть что вам сказать, — объявил глава секты Нинь. — Переход за грань двадцати шести учеников средней школы «Беневоленс» был поручен секте Маошань от лица директора Чжан.

Средняя школа «Беневоленс» и директор Чжан были мне знакомы. Разве это не моя школа? Но в моём классе было всего 24 ученика, на два меньше, чем он сказал.

Нинь Тяньцэ всегда беспокоился по этому поводу и сразу же спросил:

— Тогда почему это стало работой учителя Шэня?

— Я расскажу вам подробно то, что знаю. Два месяца назад на телефон этого учителя пришло сообщение с поручением секте Маошань провести упокоение класса учеников. Заказчиком была директор Чжан. Она утверждала, что погрязла в грехе и недостойна быть учителем. Всё, что она могла сделать, это собрать всех свирепых призраков, которые пострадали из-за неё, в классе, составить список и использовать эту силу, чтобы связать их и не дать им навредить другим. Но она не могла долго продержаться, поэтому надеялась, что наша секта Маошань сможет освободить их.

— Развеять душу свирепого призрака легко, но заставить её освободиться от одержимости и пройти через грань, действительно, немного... — сказав это, Нинь Тяньцэ посмотрел на меня и изменил свои слова. — Теперь, когда я думаю об этом, это тоже довольно просто.

Почему он так посмотрел на меня? Его взгляд, как крючок, заставлял моё сердце бешено скакать.

— Я тоже так ответил директору Чжан, — рассказал глава секты Нинь. — Изгнать призраков просто, а провести через грань – сложно. Директор Чжан сказала, что каждый из этих призраков свиреп. Она не хотела, чтобы ученики Маошаня жертвовали собой, она лишь просила нас попробовать. Все эти ученики были жалкими людьми в жизни.

— В последние годы сердца людей непостоянны. Ученики Маошаня обладают слабой силой, а что касается старшего поколения, то мы редко покидаем секту. Поэтому я послал тебя, у которого самые сильные способности, и дал тебе драгоценные церемониальные одежды и меч из персикового дерева, надеясь, что они смогут помочь тебе. Если бы ты смог выполнить такое сложное задание, я мог бы спокойно передать тебе должность главы секты.

Сказав это, глава секты Нинь хитро поднял на меня брови.

Я понял. Старейшинам Маошань было трудно передвигаться из-за грыжи межпозвоночных дисков, поэтому они могли послать только Сяо Ниня, который не был достаточно силён.

Вообще-то, если подумать, это было вполне нормально. Кто бы не получил грыжу за десятилетия неподвижного сидения в позе медитации?

— Но я не получил работу, — проговорил Сяо Нинь.  — В полночь той ночи я долго искал сайт, о котором мне рассказывал Шифу, но не нашёл того объявления о работе.

— Это мы должны спросить у господина Шэня. Пожалуйста, скажите мне, в какой день и в какое время, а также на каком сайте вы нашли свою работу? — спросил меня глава секты Нинь.

На самом деле я не мог точно вспомнить. В конце концов, в те дни, как только мне попадалось объявление о работе, я отправлял резюме, почти как на конвейере.

К счастью, у меня была электронная почта. Я зашёл в папку «Исходящие» на своём телефоне, нашёл отправленное резюме, проверил дату и сайт.

После моих слов Нинь Тяньцэ тускло посмотрел на меня.

— Это то самое объявление о работе, которое я искал.

— А? — я был шокирован. — Я украл твою работу? Тогда разве 115 000 юаней, которые дала мне директор Чжан, не должны...

Но за этот месяц я потратил приличную сумму. Как я мог вернуть их Сяо Ниню?

— Не волнуйтесь, господин Шэнь. У этого есть продолжение, — поведал глава секты Нинь. — После того, как Тяньцэ не нашёл объявление о работе той ночью, он связался со мной. Я написал директору Чжан, но она ответила мне только через несколько часов. Она лишь попросила нас встретиться с Призраком Пилящим Ноги, который готов был перейти за грань.

Призрак Пилящий Ноги... Это звучало знакомо, как будто я где-то это видел или слышал...

— Я был тем, кто отправился разобраться с Призраком Пилящим Ноги, — рассказал Сяо Нинь. — Когда я прибыл в 404 квартиру поместья «Дальний Берег», призрак лежал в гостиной, его энергия была настолько слабой, что он едва мог материализоваться, бормоча «Как страшно, как ужасно». Я не знал, кто мог так напугать призрака.

Номер квартиры, который назвал Сяо Нинь, был очень знакомым...

— Это был единственный раз в моей жизни, когда я с такой лёгкостью справился с призраком, — вспоминал Сяо Нинь. — После всего одного прочтения он добровольно и очень быстро покинул мир людей. Я готов поспорить, что если бы он в то время ещё не потерял свою энергию Инь, то его одержимость трансформировалась бы, и он развоплотился бы сам.

Глава секты Нинь продолжил рассказ:

— После того, как Тяньцэ рассказал мне о своём опыте, я посоветовал ему пока не покидать город Х и наблюдать за средней школой «Беневоленс». В то время я подозревал, что директор Чжан нашла другого мастера. Я не ожидал, что через несколько дней Тяньцэ сгоряча скажет мне, что встретил слепого дурака, который защищал свирепого призрака, приняв его за ученицу.

Глава секты Нинь и Нинь Тяньцэ одновременно посмотрели на меня. Их глаза были подобны четырём прожекторам, отчего у меня волосы встали дыбом. Я не мог удержаться, чтобы не потереть руки. Кондиционеры в отеле были включёны слишком сильно; мне нужно позвонить на ресепшн и попросить убавить их.

— В те дни я каждый вечер до полуночи наблюдал за средней школой «Беневоленс». — Нинь Тяньцэ пристально смотрел на меня. — Однажды перед полуночью на четвёртом этаже внезапно зажёгся свет. В то же время перед воротами школы остановился призрачный автобус. Учитель Шэнь вышел из автобуса и вошёл в школу через чёрный ход.

— Ты всё это время следил за мной?

От его взгляда у меня волосы встали дыбом, и я попятился назад.

Сяо Нинь не дал мне отступить. Он взял меня за руку и серьёзно сказал:

— Той ночью, тот, кто стоял перед Му Хуайтун и не позволил мне использовать меч персикового дерева, чтобы уничтожить её, был ты? Знаешь ли ты, что я видел той ночью?

— Как только ты оглянулся на Му Хуайтун, она превратилась в милую и прекрасную девушку. Но как только ты отвернулся, Му Хуайтун сразу же стала свирепой, все её тело было покрыто свежей кровью, конечности сломаны, рука нависала над твоей спиной возле сердца. Несколько раз она собиралась вырвать твоё сердце, но каждый раз останавливалась в сантиметре от твоего тела. Я не знаю, было ли это из-за твоей праведной энергии, блокирующей её, или она не хотела причинять тебе боль.

Глава 33 - Пропуск занятий (Часть 1)

Если рассматривать с научной и рациональной точки зрения, то передо мной была пара мошенников.

Если рассматривать с точки зрения веры и эмоций, я был ещё более уверен, что призраков не существует.

Но, вопреки всему, маленькая ветвь моих эмоций отломилась, предав мою веру. В душе я не считал Сяо Ниня лжецом. Я помнил, как он сошёл с поезда посреди ночи и помчался обратно в город Х, и как измождённо он выглядел на следующее утро.

Прежде чем решить, верить им или нет, я хотел кое в чём убедиться.

— Это ты трогал мою грудь в лифте? — спросил я Нинь Тяньцэ.

Сяо Нинь покраснел и покачал головой.

— Нет, это был призрак, завладевший лифтом.

— Слова не надёжны, ты должен прикоснуться ко мне, — я изо всех сил старался смотреть на этот вопрос с объективной и научной точки зрения. — Я всё ещё помню свои ощущения. Я могу определить, был ли это ты, сравнив. Если это действительно был не ты, тогда я поверю, что в лифте в тот день был кто-то третий.

— Что это значит? — глава секты Нинь посмотрел на Сяо Ниня в полном замешательстве.

Нинь Тяньцэ вкратце рассказал главе секты о том, что произошло в лифте в торговом центре. Конечно, его версия отличалась от моей. В его версии я использовал деревянный меч, чтобы насмерть сразить призрака, высунувшего голову из лифта, а в моей версии он исполнял в лифте танец с мечом. Жаль, что в то время было слишком темно и я не смог разглядеть его; должно быть, он выглядел весьма неплохо.

Глава секты Нинь потрогал свою бороду и кивнул.

— Понятно. В таком случае, чтобы доказать, что секта Маошань не сделала себе имя, обманывая людей, Тяньцэ, иди и прикоснись к нему. Пусть господин Шэнь увидит правду.

Румянец на лице Сяо Ниня не спадал. Он посмотрел на меня и проронил:

— Правда? Здесь?

— Да! — серьёзно сказал глава секты Нинь. — Настоящий мужчина признается в том, что он сделал и чего не сделал. Как мы можем позволить, чтобы на нас упало пятно подлого нападения в тени? Очевидно, что это было то злое существо, которое пыталось причинить вред под покровом темноты.

Сяо Нинь медленно подошёл ко мне, быстро потрепал по груди, затем отпустил.

— Это было не так, — отметил я. — Движения и сила были разными. Позволь мне продемонстрировать.

На Сяо Нине была рубашка, а на мне был пуловер с широким вырезом.

— В тот день кто-то засунул руку мне в вырез, а потом легонько погладил, как бы лаская. Я до сих пор помню, что пальцы были немного холодными.

Я засунул руку под рубашку Сяо Ниня и продемонстрировал это движение.

— А, так вот как это было, — холодно фыркнул глава секты Нинь. — Это злое существо коснулось места, где кровь вашего сердца была самой горячей. Оно увидело вашу энергию Ян и захотело поглотить её.

Я не совсем понял это и обратился с вопросом к главе секты Ниню.

— Разве вы не говорили раньше, что энергия Ян может причинить вред призракам и монстрам? Так почему же они хотят поглотить её?

— Энергия Ян господина Шэня для призраков то же самое, что солнце для людей. Если подойти слишком близко, можно сгореть до смерти, но людям всё равно нужны свет и тепло, — пояснил глава секты Нинь.

Я понял метафору, но всё ещё сомневался.

— Ты уловил движение и силу? — спросил я Сяо Ниня и похлопал себя по груди. — Давай, посмотрим, сможешь ли ты убедить меня.

Выражение лица Сяо Ниня было очень сложным. Он долго колебался, пока глава секты Нинь не смог сдержаться и сердито проговорил:

— Хватит изображать из себя истукана. Такой шанс выпадает раз в жизни. Иди и продемонстрируй манеры моих учеников Маошань!

Только после этого Сяо Нинь повторил движение. Когда я почувствовал его прикосновение, моё сердце замерло.

Это действительно был не Сяо Нинь. Сяо Нинь всегда носил с собой меч. На его пальцах были мозоли, в отличие от тех пальцев, что были в тот день. Тогда... я практически почувствовал только холод. На той руке не было мозолей.

— В лифте действительно был кто-то третий... — глубоко задумался я. — Но в тот день в лифт вошли только я и Сяо Нинь. Весь лифт можно было охватить одним взглядом. Неужели это действительно был призрак?

— Господин Шэнь наконец-то поверил.

Глава секты Нинь с облегчением потрогал свою бороду.

Сяо Нинь неподвижно смотрел на свою руку. Я не знал, о чём он думает.

Я покачал головой.

— Я не могу поверить в это до конца и хочу подтвердить это у директора Чжан. И даже если призраки существуют, это не значит, что мои любимые ученики – призраки. Я не поверю в это, пока не увижу их тела!

После этого я позвонил директору Чжан. Её телефон, как обычно, был вне зоны доступа.

— Вероятно, сигнал появится вечером, — я вспомнил, что все мои контакты с директором Чжан до сих пор происходили ночью. — Она за границей, так обычно бывает.

— За границей? — глава секты Нинь нахмурился. — Вообще-то, мы в секте Маошань подумали, что всё это очень странно. Директор Чжан способна поймать в ловушку пару десятков свирепых призраков, так что она должна обладать большой силой. Как она может быть не в состоянии упокоить их? Старейшины нашей секты обсудили это. Мы подозреваем, что она сама может быть призраком...

— Невозможно! — я встал и взволнованно прервал главу секты Ниня. — У меня есть доказательства!

Я нашёл запись о переводах, которые совершала директор Чжан.

— Скажите, может ли призрак платить мне зарплату?

Глава секты Нинь просмотрел запись о переводах.

— Кажется, такого прецедента не было. Если бы призраки были достаточно сильны, чтобы вторгнуться в национальную банковскую систему, боюсь, весь мир перевернулся бы с ног на голову.

— Именно! — с удовлетворением сказал я. — Я пока придержу свои сомнения. Мы поговорим снова, когда я свяжусь с директором Чжан сегодня вечером.

— Это справедливо, — согласился глава секты Нинь. — Я вернусь в свою комнату и буду медитировать. Мы снова поговорим вечером.

Затем он посмотрел на меня. Я понял, что он хочет, чтобы я помог ему подняться, подошёл и взял главу секты Ниня за руку, сказав:

— Как вовремя. Я как раз собирался в туалет.

Как только глава секты Нинь вошёл в комнату, он скривился от боли и лёг на кровать. Я помог ему найти удобное положение, после чего вернулся в гостиную.

В этот день я снова засиделся допоздна, а потом ещё и простоял в очереди в больнице. Теперь я вспомнил, что прошлой ночью спал всего три часа. Я был вымотан. Я упал на диван, собираясь провалиться в тяжёлый сон.

Сяо Нинь похлопал меня по плечу.

— Учитель Шэнь, диван слишком жёсткий. Иди спать в комнату.

— Хочу спать... не могу встать... диван магнитный, а я железный... — пробормотал я.

Глубокий и завораживающий смех Сяо Ниня раздался у меня над ухом.

— Учитель Шэнь определённо обладает железной волей.

Он дунул мне в ухо, когда говорил, заставив моё ухо чесаться. Я автоматически поднял руку, чтобы почесать его, но случайно коснулся чего-то мягкого.

Я действительно был слишком сонным. Опустив руку, я погрузился в сон. Я смутно почувствовал, как кто-то поднял мою голову и положил под неё подушку. Во сне я подумал: «Кто это? Это очень мило».

Перед сном я отправил сообщение директору Чжан и ждал её ответа. Посреди ночи меня разбудил сигнал на телефоне. Я посмотрел и увидел, что это было сообщение директора Чжан, но она не ответила на мой вопрос. Вместо этого она написала: «Из-за нежелания сдавать тесты Дуань Юйлянь сбежала из школы».

— Что!

Я тут же сел. Когда я пошевелился, то обнаружил, что рядом со мной лежит кто-то ещё, и воспользовался фонариком телефона, чтобы посмотреть. Это был Сяо Нинь.

Ноги Сяо Ниня всё ещё находились в сидячем положении, но его верхняя часть тела лежала на моих ногах. Он крепко спал, лишь слабо приоткрыв глаза, когда на него упал свет.

Я встал с дивана и включил свет.

— Как получилось, что ты спал здесь? Почему ты не вернулся в комнату? — спросил я Сяо Ниня.

— Я сидел на диване и думал, а потом незаметно для себя уснул, — ответил Сяо Нинь. — Что ты только что сказал?

— Плохие новости! Дуань Юйлянь сбежала из школы, — я показал ему свой телефон. — Этот ребёнок только что вернулся, чтобы посещать занятия, а теперь она снова сбежала. Сможет ли она интегрироваться в общество?

Глава секты Нинь услышал мой голос из главной спальни. Он закричал:

— Силы этого свирепого призрака настолько велики, что он даже смог сбежать из заточения! Тяньцэ, боюсь, с ним будет трудно справиться. Возьми меч из персикового дерева. Я тоже пойду!

Я вошёл в комнату главы секты Ниня и сказал ему:

— Вы просто отдохните, пусть ваша спина восстановится. Я пойду с Сяо Нинем.

— Нет!

Глава секты Нинь был так взволнован, что его борода разлетелась.

Сяо Нинь тоже вошёл и сказал:

— Шифу, Дуань Юйлянь встретилась с учителем Шэнем в призрачном автобусе и попыталась использовать свои ногти, чтобы напасть на него. Учитель Шэнь отрезал её кроваво-красные ногти маникюрными щипчиками.

Глава секты Нинь потерял дар речи.

— У неё действительно самая тяжёлая энергия Инь из всех призраков, которых я когда-либо видел. Трупная вода с её тела капала на учителя Шэня, наполняя его энергией Инь и заставляя чувствовать холод. Я хотел помочь учителю Шэню, но он, не только сам рассеял энергию Инь, но даже наполнил мои талисманы Ян.

— Трупная вода? Значит, это был не дождь? — спросил я.

— Нет, — ответил Сяо Нинь. — Вода на её теле воняет, но обычные люди не могут почувствовать этот запах. В этом классе она, наверное, единственная, к кому даже я не могу подойти близко. Вообще-то, она должна быть на одном уровне с Му Хуайтун, но ты вырвал язык Му Хуайтун во время вашей первой встречи...

— Это был не купленный в магазине реквизит? — удивился я, но тут же отвлёкся от своих мыслей. — Это не важно. Дело в том, что мы не можем позволить Сяо Дуань продолжать плутать. Мы должны найти её.

Я спросил директора Чжан, куда могла бы пойти Дуань Юйлянь. Директор Чжан ответила мне, назвав три места: первоначальный адрес Дуань Юйлянь, все уголки средней школы «Беневоленс» и река за пределами города Х.

Директор Чжан также сказала: «Я надеюсь, что вы сможете найти её сегодня вечером. В противном случае, я не могу представить последствия».

Я задумался, затем отправил директору Чжан сообщение: «Специалист, которого вы нашли для ухода за мистером Чжу, Нинь Тяньцэ, говорит, что Сяо Дуань – призрак. Это правда?»

Директор Чжан ответила: «Сначала верните её, а потом приходите ко мне».

Она не дала мне адреса, но я поверил, что она скажет мне, когда Сяо Дуань вернётся.

— Шифу, учитель Шэнь и я пойдём вместе. Я возьму все талисманы изгнания, которые он наполнил энергией Ян в прошлый раз, а также церемониальную одежду и драгоценный меч. Всё будет хорошо.

— Ты... Ах, — вздохнул глава секты Нинь, — Будьте осторожны. Если на плаще Дуань Юйлянь действительно была трупная вода, то я подозреваю, что она не призрак, а живой труп! Если окажется, что вы не сможете с ней справиться, уходите немедленно. Мы сообщим в секту. Я попрошу старейшин как можно скорее приехать в город, чтобы провести обряд экзорцизма.

Передав распоряжения Сяо Ниню, глава секты Нинь наконец отпустил его. Днём водитель уже пригнал машину из средней школы «Беневоленс». Сяо Нинь отвёз меня на первоначальный адрес Дуань Юйлянь. Это было поместье «Дальний берег», здание 4, корпус 4, квартира 404.

— Разве... разве это не мой дом? — я ошеломлённо посмотрел на адрес. — Сяо Дуань раньше жила здесь?

— Прежде чем отправиться разобраться с мистером Чжу, я проверил эту квартиру. У первого владельца, который попал в беду, была фамилия Дуань, — Сяо Нинь поджал губы и выглядел очень серьёзным. — После того, как он погиб в автокатастрофе, его семья продала квартиру. Я не смог выяснить, куда семья Дуань переехала после этого.

Значит, это действительно была квартира Сяо Дуань. Могла ли она вернуться домой?

Вскоре машина подъехала к поместью, и мы зашли в квартиру. Внутри никого не было, даже учителя Лю.

— Она забрала учителя Лю.

Сяо Нинь указал на пол в комнате учителя Лю.

Там была лужа, как будто кто-то мокрый стоял там очень долгое время.

Глава 34 - Пропуск занятий (Часть 2)

Сяо Нинь прикрепил все талисманы, которые он снял с меня, на внутреннюю сторону жёлтой мантии, а затем вручил мне меч из персикового дерева. С серьёзным видом он сказал:

— Боюсь, что Дуань Юйлянь сошла с ума. Даже учитель Лю, призрак с такой глубокой магией, был захвачен ею. Мы не можем недооценивать её. Этот меч будет более эффективен в твоих руках, чем в моих, поэтому я оставляю его тебе. Если будет необходимо, прокуси кончик языка и выплесни полный рот крови ей в лицо. Этого будет достаточно, чтобы спасти твою жизнь.

Он достал из своего рюкзака кучу маленьких флажков, которые показались мне похожими на украшения для вечеринки, и начал что-то зачитывать. Я сосчитал: восемь на восемь, шестьдесят четыре флажка.

— Это Восьмигранный массив Инь-Ян, инструмент, который может превращать Инь в Ян и заманивать призраков в ловушку. В прошлом предки секты Маошань использовали его, чтобы справиться с сильным якшей. Жаль, что с моим мастерством я не могу в полной мере использовать силу этого массива.

Сяо Нинь выглядел так, словно был готов поставить на карту свою жизнь. Его губы даже побелели.

Я потерял дар речи.

— Это всего лишь... ученица, прогуливающая занятия... Пропуск занятий – это нормально, я пропускал занятия, когда учился на первом курсе университета. В тот день учитель объявил перекличку и снял десять баллов с моего выпускного экзамена. После этого я больше не осмеливался прогуливать.

— Не волнуйся, — торжественно проговорил Сяо Нинь. — Даже если меня уничтожат, я не позволю причинить тебе никакого вреда.

Я действительно потерял дар речи до слёз. Почему поиск ученицы-прогульщицы превратился в такой спектакль?

Сяо Нинь сказал, что Дуань Юйлянь была водяным упырём. Наиболее вероятным вариантом было то, что она вернулась туда, где умерла – на реку за пределами города Х.

Город Х был основан рядом с рекой, и в прошлом река действительно находилась за пределами города. Теперь же она полностью вошла в пределы города. Берега реки были застроены элитными жилыми комплексами, в которые нельзя было попасть при всём желании. Мы долго искали, пока не вышли из зоны видимости вилл. Затем вокруг реки появились ограждения с табличками, гласящими: «Опасность: глубокая вода; купальщики будут оштрафованы на 500 юаней».

— Дуань Юйлянь может быть на дне реки, — Сяо Нинь сузил глаза. — Если мы хотим найти её, возможно, придётся нырять.

Он собирался раздеться и прыгнуть в реку. Я схватил его, убеждая:

— Нет, нет, не надо, разве ты не видишь знак? Есть штраф. А вдоль реки последние пять лет стоят камеры наблюдения. Я думаю, что возможность утилизации тела здесь очень мала. Как насчёт того, чтобы взять твой компас... компас зла и поискать с ним.

В последние годы, чтобы сохранить красивую окружающую среду и усилить очистку сточных вод, город Х каждый день отправлял людей на уборку мусора из реки. Честно говоря, десять лет назад ещё можно было бы утопить тело в реке, но сейчас... это было бы довольно сложно. Приезжала бригада уборщиков и забирала его...

В прошлом в реке также часто тонули купальщики. В последние годы были приняты строгие меры. Охранники патрулировали реку каждые два часа. Чем быть пойманным и оштрафованным, лучше пойти в бассейн.

В конце концов я убедил Сяо Ниня не прыгать в реку. Он достал свой компас зла и обыскал с его помощью всё вокруг. Я боялся, что он будет обращать внимание только на компас, потеряет опору и соскользнёт в реку, поэтому взял его за руку. Мы медленно шли вдоль реки, обдуваемые лёгким ветерком.

Примерно через полчаса, к нам подошли несколько охранников.

— Вы двое, мы уже давно наблюдаем за вами по камерам наблюдения. Что вы делаете? Купание здесь запрещено!

— Просто прогуливаемся, ответил я, держа Сяо Ниня за руку. — Мы не входили на территорию комплекса. Разве прогулка у реки не разрешена?

— Мужчина и женщина – нормально, но двое парней...

Капитан охраны посмотрел на нас, его взгляд был полон подозрения.

— Вы что, дискриминируете меньшинства? — заявил я, высоко подняв голову. — Что плохого в двух парнях?

На лице капитана охраны было написано недоверие, но мы с Сяо Нинем ничего не сделали. Мы просто гуляли вдоль реки. Это было общественное место.

Я упрямо отвечал на взгляд капитана охраны, когда Сяо Нинь повернул голову, легонько поцеловал меня в губы и сказал:

— Вы думаете, мы пойдём на такую жертву только ради того, чтобы искупаться в реке? Нам приходится испытывать большое общественное давление из-за того, что мы вместе. Днём здесь гуляют прямые пары или пары девушек. Как двое мужчин могут осмелиться находиться рядом средь бела дня? Что плохого в том, что мы гуляем ночью, чтобы немного ослабить давление?

Капитан охраны был напуган смелостью Сяо Ниня. Он широко распахнул рот, как будто собирался выпить реку, а затем пробормотал:

— Ребята... будьте осторожны. Вы можете прогуляться, но никакого секса на открытом воздухе у реки. Камеры работают.

Затем он повёл остальных прочь, спасаясь, как беженцы от беды. Я смотрел, как они уходят, и похлопал Сяо Ниня по руке.

— Молодец!

Сяо Нинь глубоко вздохнул.

— Учитель Шэнь, ты действительно...

— Что действительно?

Я долго ждал, пока он продолжит, глядя на него под светом уличных фонарей.

Ночью Сяо Нинь был действительно красив. Только потом я запоздало понял, что он только что поцеловал меня.

Не считая того, что родители и родственники целовали меня, когда я был маленьким, это был мой первый поцелуй.

Прохладный влажный ветерок с реки обдувал моё лицо, и я понял, что сильно покраснел.

Сяо Нинь некоторое время смотрел на меня, взял компас и сказал:

— Ты прав. Здесь очень чисто. В последние годы в городе хорошо очищают сточные воды. Здесь нет энергии Инь. Давай пойдём в среднюю школу «Беневоленс».

Он сменил тему, и я не смог больше ничего сказать по этому поводу. Возможно, Сяо Нинь просто пытался отвлечь охранников. В конце концов, в тот день в лифте он не прикасался ко мне. Я всё неправильно понял.

Я последовал за ним к машине. Всё это время воздух в машине был тихим и гнетущим, наполненным атмосферой, которую я никогда не испытывал раньше.

Ночью машин было мало, и вскоре мы добрались до средней школы «Беневоленс». После выхода из машины моё лицо наконец-то перестало так сильно гореть, постепенно возвращаясь к своей нормальной температуре.

На этот раз задняя дверь была закрыта, поэтому нам пришлось перепрыгнуть через стену. К счастью, навыки Сяо Ниня были хороши. Он влетел на стену, а затем подтянул меня.

Я обнаружил, что, хотя Сяо Нинь был выше меня, всё равно казалось, что с точки зрения силы... я был сильнее.

— Если ученик, прогуливающий уроки, убегает в свою школу, можно ли это назвать прогуливанием? — спросил я, пока мы обыскивали школу.

— Здесь очень сильная энергия Инь, — Сяо Нинь поднял компас зла с быстро вращающейся стрелкой. — Держись рядом со мной. Нам нельзя разделяться.

Было кое-что, чего я действительно не понимал.

— Разве вы с главой секты Нинь не говорили, что меня защищает праведная энергия, невосприимчивая к призракам и богам? Даже если Дуань Юйлянь действительно живой труп, я уже однажды стриг ей ногти. Разве я не могу обрезать их снова?

— Теперь твоя вера пошатнулась, — ответил Сяо Нинь, поджав губы. — Раньше ты был бесстрашен, потому что твёрдо верил в науку. Ты думал, что просто группа непослушных учеников, поэтому в твоём сердце не было страха. Но теперь, твоя праведная энергия, возможно, скопилась в твоей груди, не имея возможности выйти наружу. Ты можешь не справиться с Дуань Юйлянь, раз она сошла с ума. Я беспокоюсь за тебя.

Последнее предложение заставило меня снова покраснеть.

Мы обошли с компасом Сяо Ниня всё здание школы, но не нашли Дуань Юйлянь. В кабинете четвёртого класса третьего года обучения энергия Инь была очень сильной. Сяо Нинь сказал, что все мои ученики могут быть там, но когда я зашёл туда, то никого не увидел. Температура в классе была чуть ниже, чем в коридоре.

— Свирепые призраки – единственные, кто может материализоваться перед людьми. Обычные призраки, такие как в лифте или в автобусе, не могут материализоваться. Они могут вызывать галлюцинации у обычных людей, но учитель Шэнь... Ты, скорее всего, просто почувствуешь лёгкий холод, — объяснил Нин Тяньцэ. — Свирепые призраки могут не показываться, если не хотят, чтобы их видели люди. Хотя они и находятся в классе, они не хотят, чтобы ты их видел.

— Почему? — спросил я, обращаясь к четвёртому классу третьего года обучения. — Я вам не нравлюсь?

Мел на пюпитре взлетел вверх и написал на доске «не нравится».

Мне было так обидно, что я не обратил внимания на то, что мел писал сам по себе. Я продолжал взывать к пустому пространству.

— Почему я вам не нравлюсь? Разве я не хорошо к вам отношусь!

На доске появилось слово «тест».

Хорошо. Я тоже не любил тесты, когда учился в школе.

— Где Дуань Юйлянь? — спросил я.

Мелом на доске было написано: «В старом здании общежития».

— Хорошо, — произнёс я в воздух. — Вы все послушные, добросовестные ученики. Я сейчас приведу Сяо Дуань, и мы все вместе проведём урок.

— Они сказали, что она в старом здании общежития. Пойдём посмотрим, — рассказал я Сяо Ниню.

Сяо Нинь посмотрел на меня и спросил:

— Ты не боишься? Ты же своими глазами видел, как мел писал сам по себе. Теперь ты мне почти веришь. Почему ты совсем не боишься?

Я и сам не знал. Наверное, потому что ученики были такими воспитанными. Я не мог воспринимать их как нечто отличное от меня.

Мы с Сяо Нинем побежали в старое общежитие. Средняя школа «Беневоленс» поощряла проживание своих учеников. Дуань Юйлянь жила в здании женского общежития. Сяо Нинь сказал, что там очень сильная энергия Инь, и посоветовал мне быть осторожным. Мы бок о бок зашли внутрь.

На четвёртом этаже общежития мы услышали слабый звук плача.

Мы пошли на звук. Дверь в комнату 404 общежития была приоткрыта. На полу сидела девушка и тихо плакала.

Рядом с ней лежала тетрадь. Сяо Нинь коснулся каждого моего глаза и уха, и на моих глазах тетрадь превратилась в учителя Лю, сидящего на раме кровати.

— Ах, не плачь, — искренне увещевал её учитель Лю. — Послушай, ты проплакала всю дорогу от поместья до школы, заставила меня помочь тебе украсть контрольные работы, увидела, что контрольные работы нельзя украсть, потом снова заплакала. Ты намочила пол в моей комнате своими слезами.

— Мне всё равно. Если не будет контрольной работы, нам не придётся сдавать тест, — причитала Дуань Юйлянь. — Я умерла, почему я всё ещё должна изучать право?

— Дело не в том, что я не хотел помочь тебе украсть её, это ноутбук учителя Шэня... Раньше, когда твой одноклассник Сяо Ван спрятался в ноутбуке, чтобы напугать его, он вытащил батарею. Сяо Ван крепко держался, но он всё равно вытащил батарею. Плечи Сяо Вана были вывихнуты и ещё не зажили, а ему всё равно пришлось писать ответы. Если бы я попытался украсть контрольные работы, я... я действительно... — говоря, учитель Лю вытирал слёзы и выглядел подавленным. — Я боялся, что ты примешь это слишком близко к сердцу. Ты думаешь, легко ли тетради плыть за тобой? Ты даже не несла меня.

Слушая их разговор, Сяо Нинь молча положил 64 флажка в руке обратно в свой рюкзак, а я передал ему меч из персикового дерева.

В этот момент, как учитель, я должен был проявить себя.

Я несколько раз постучал в дверь общежития, а затем вошёл.

— Сяо Дуань, я не знал, что вы призраки, и использовал законы реального мира, чтобы проверить вас. Это было неправильно с моей стороны. Я совершил ошибку. Я больше не буду этого делать.

Когда я вошёл, на лице Дуань Юйлянь появился ужас, но, услышав мои слова, она взволнованно встала и с удивлённой улыбкой проговорила:

— Учитель, вы действительно хороший!

— Но ты всё равно должна выучить закон. У живых есть законы живых, и у мёртвых тоже есть правила для мёртвых. Сяо Нинь, твоя секта Маошань знает, есть ли правила в кругах призраков?

— Есть, — кивнул Сяо Нин. — В древних книгах Маошань есть записи.

— Очень хорошо. Подождите, пока я изучу древние книги Маошаня и обновлю учебную программу. После того как мы изучим законы призраков, у нас будет ещё один тест, хорошо?

Услышав это, Сяо Дуань рухнула на спину.

Глава 35 - Директор Чжан (Часть 1)

— Сяо Дуань, Сяо Дуань?

Я бросился в спальню и протянул руку, чтобы помочь Дуань Юйлянь.

Но учитель Лю остановил меня со словами:

— Её состояние сейчас нестабильно, а энергия Инь особенно тяжела. Если обычный человек прикоснётся к ней... Ах, забудьте об этом. Разве может ваша праведная энергия стать ещё более бурной? Лучше не трогайте её, боюсь, она заплачет.

После этого учитель Лю помог хрупкой Сяо Дуань встать и усадил её на кровать.

Я не знал, как учитель Лю это сделал, но Сяо Дуань очень быстро пришла в себя. Она дико затрясла головой, твердя:

— Я не буду заучивать вопросы, не буду сдавать тест, не буду стричь ногти, я хочу переродиться!

Качая головой, она увидела Сяо Ниня и тут же взмолилась:

— Нинь-тяньши, вы можете помочь мне переродиться.

Сяо Нинь выглядел обеспокоенным.

— Если бы ты была обычным свирепым призраком и освободилась от своих мирских связей, то перевоплотить тебя было бы довольно легко. Но ты – живой труп. По сравнению с учителем Лю, призраком, который существует со времён Республики, владея человеческой кожей, перевоплотить тебя ещё труднее. Твой труп всё ещё существует. Твоя душа не покинет тело. Я ничего не могу сделать.

— А кремация подойдёт? — спросил я.

— Абсолютно нет! — в ужасе ответил учитель Лю. — В прошлый раз, когда вы положили меня сушиться на подоконник, я чуть не умер. Если вы её кремируете, её душа либо рассеется в крематории, либо потеряет опору. Тогда переродиться будет ещё сложнее.

Я только сейчас смирился с тем, что меня взяли на работу в школу призраков. Действительно, мне было трудновато запомнить столько фактов о перерождении призраков и монстров. Вместо того чтобы пытаться понять, я решил спросить прямо:

— Так как мы можем заставить Сяо Дуань покинуть её тело?

Я посмотрел на фигуру Сяо Дуань. Кроме плаща, с которого постоянно капала вода, она выглядела нормальной, без единого следа разложения.

— Если душа остаётся в теле и не может уйти, это значит, что в ней всё ещё есть одержимость, —- со вздохом сказал учитель Лю.  — Например, как у меня, хотя я чувствую, что моя одержимость постепенно исчезает. С помощью учителя Шэня однажды я уйду. Если Сяо Дуань хочет освободиться, ей нужно понять свой собственный разум.

Я утешил Сяо Дуань:

— Сяо Дуань, я пока не буду заставлять тебя проходить тесты. Ты можешь подумать, почему ты застряла в своём теле?

Услышав, что я не буду заставлять её проходить тесты, настроение Дуань Юйлянь постепенно стабилизировалось. Она долго думала, выражение её лица было озадаченным.

— Я... мне не о чем сожалеть. Те, кто причинил мне боль, давно умерли. Почему я всё ещё здесь?

— Вообще-то, все ученики, которых я могу держать в школе, разрешили свои обиды, — сообщил учитель Лю. — Иначе даже я не смог бы полностью их ограничить. Лишь Сяо Дуань всё ещё может прогуливать уроки. Я действительно не понимаю этого.

— Это вы ограничиваете учеников в школе?

Я совершенно не ожидал, что утончённый учитель Лю окажется таким могущественным.

— Ну, это не полностью моя власть, — пояснил учитель Лю, с гордостью поправляя пуговицы своего костюма. — Я существую с республиканского периода. У каждого владельца, который мог пробудить меня, в сердце была ненависть. Я использовал их негодование, чтобы помочь им осуществить свои желания, а затем поглощал их жизненную энергию, становясь таким образом всё более и более могущественным. Но директор Чжан совсем другая. Её сердце полностью направлено на помощь ученикам школы. Я не знаю, почему её чувства пробудили меня. Это воля директора Чжан, дополненная моей силой, сдерживает учеников. После того как они достигают цели своей одержимости, они остаются внутри школы, не причиняя вреда невинным людям.

— Так вот оно что, — внезапно заговорил Нинь Тяньцэ. — Неудивительно, что я чувствовал, что твоя энергия Инь была очень тяжёлой, твоя сила огромная, но ты не можешь приложить много усилий. Воля держателя ограничивает твою силу.

— Отчасти это так, — согласился учитель Лю, почёсывая голову. — Но важнее то, что учитель Шэнь слишком силён. Когда я увидел его в первый раз, то по ошибке подумал, что это Небесный Мастер, которого пригласила директор Чжан. Я хотел предупредить его, чтобы он не лез не в своё дело. Я имел дело с Небесными Мастерами на протяжении многих лет, и моё впечатление о них было не очень хорошим. Кто бы мог подумать, что учитель Шэнь... Если бы не учитель Шэнь, я бы никогда не подумал, что однажды моя жизнь будет спасена Небесным Мастером.

— Когда это Сяо Нинь спас вас... Забудьте, не в этом дело. Если Сяо Дуань не знает, почему она заперта в своём теле, то может это знает директор Чжан?

В моей голове сейчас был настоящий кавардак. Я получил слишком много информации. Два человека рядом со мной всё ещё имели знакомый облик. Чтобы досконально понять истину, мне пришлось бы перевернуть все свои прежние представления о реальном мире, полностью разрушить своё прежнее мировоззрение и построить совершенно новое, полностью противоположное. Сделать всё это одновременно было очень трудно. Чем путаться во всём этом в женском общежитии заброшенной школы, лучше было сосредоточиться на чём-то одном.

Независимо от того, были ли ученики призраками или нет, для учителя главное было то, что ученик прогуливает уроки, отказывается сдавать тесты и хотел уйти из школы. Мне нужно было найти осведомлённую сторону, которая понимала бы всю подноготную.

Приняв решение, я проигнорировал учителя Лю и Сяо Ниня, которые, чем больше говорили, тем больше симпатизировали друг другу, и достал телефон, чтобы отправить сообщение директору Чжан: «Директор, мы нашли Дуань Юйлянь. Однако у нас возникли трудности, и нам нужна ваша помощь. Вы сказали, что я смогу увидеть вас после того, как найду Сяо Дуань, а это значит, что вы находитесь недалеко от нас. Не могли бы вы сказать мне, где вы находитесь?»

Директор Чжан ответила очень быстро: «Хорошо, что вы нашли Дуань Юйлянь. Я нахожусь в четвёртой больнице города Х, стационар, отделение неврологии, палата 902. Посетить меня посреди ночи будет непросто, но я верю, что учитель Лю и ученица Дуань найдут способ. Приезжайте сюда. Автобус будет ждать вас возле школы».

Директор Чжан, должно быть, имела в виду новую четвёртую больницу. Я показал сообщение Сяо Ниню и учителю Лю.

— Хорошо ездить на призрачном автобусе, — учитель Лю потёр руки. — Я не привык ездить на человеческих автобусах, а тут ещё Сяо Дуань. Если трупная вода попадёт в автобус, её будет очень трудно отмыть. Водитель и пассажиры могут заболеть и умереть.

Услышав это, я немного встревожился.

— Как Сяо Дуань добралась из школы в поместье Дальний Берег?

Я слышал, что обычно призраки не показывались людям, но у живого трупа есть физическое тело, видимое невооружённым глазом. Значит, Сяо Дуань бежала до моего дома, завернувшись в плащ? А учитель Лю сказал, что волновался за Сяо Дуань и следил за ней до самой школы. Неужели за девочкой в плаще действительно гналась тетрадь?

— Я вызвал автобус, — ответил учитель Лю. — К счастью, в последнее время на автобусе ездит не так много пассажиров. Учитель Ци был свободен. Обычно автобус переполнен. Если бы не было мест, мне пришлось бы плыть по воздуху.

— Значит, призраки не могут телепортироваться. Или это ограничение распространяется только на призраков, которые привязаны к какому-то физическому объекту? — спросил я, придерживаясь позиции академического исследования.

— Не только те, кто привязан. Все призраки должны двигаться, чтобы преодолевать расстояния, — объяснил Сяо Нинь. — Те, кто привязан к чему-то, будут управлять людьми, чтобы те помогли им передвигаться. Те, кто не привязан, могут медленно плыть.

— С какой скоростью? Сколько времени потребуется, чтобы добраться из Китая в Соединенные Штаты?

Сяо Нинь сделал паузу.

— Я... не изучал этот вопрос. Обычный призрак так далеко не улетит.

Я мог только обратиться к опытному учителю Лю, который жил с... нет, был мёртв с республиканского периода.

Учитель Лю тоже был в растерянности.

— Все призраки, которых я знаю, закрепились в определённом месте. Если бы они действительно разгуливали повсюду, их бы уже поймали Хэйбай Вучан(1). Существуют также призраки, которые могут обладать телами или предметами и путешествовать с помощью различных средств передвижения, например на самолёте в ночное время. В противном случае сохранить свою сущность при встрече с солнцем будет проблематично.

— А если это международный рейс с разницей во времени? Если на одной стороне ночь, а на другой полдень, не повредит ли им солнце?

(1) пара духов, провожающих умерших в подземный мир.

Глава 36 - Директор Чжан (Часть 2)

— Я... я не знаю... — лицо учителя Лю выглядело опустошённым. — За эти сто с лишним лет я ни разу не покидал пределы страны!

Не иметь возможности покинуть страну в течение ста лет – он действительно был в заточении. Каким бы бедным студентом я ни был, я всё же однажды поехал за границу с моим учителем, чтобы принять участие в научной конференции.

Я почувствовал странное чувство превосходства и обратился к Дуань Юлянь:

— Сяо Дуань, ты слышала? У призрака нет будущего, даже у такого превосходного призрака, как учитель Лю. К чему это приведёт? На тебя накладывается столько ограничений, таких как физика, химия, география, солнечный свет и так далее. Если подумать, то, будучи человеком, ты обладаешь большей свободой, чем будучи призраком. По крайней мере, ты можешь передвигаться в течение дня. Тебе лучше закончить обучение и переродиться как можно скорее.

Лицо Сяо Дуань было задумчивым. Она казалась очень тронутой.

С другой стороны, учитель Лю был опечален. После долгого обдумывания моих слов, он вытер слёзы в уголках глаз и сказал Сяо Ниню:

— Нинь-тяньши, вы можете перевоплотить меня как можно скорее? Слушая учителя Шэня, я только сейчас понял, что за эти сто лет я ничего не достиг. Люди могут полететь на Луну, но я всегда был заперт в городе Х. Когда я был жив, я передавал знания, даже однажды вывел своих учеников протестовать на улицы, а теперь я опустился до этого!

Сяо Нинь не ответил учителю Лю. Вместо этого он посмотрел на меня и настолько привлекательно улыбнулся, что я не мог не вспомнить тот поцелуй у реки. Моё сердце забилось быстрее.

Он подошёл ко мне и с лёгким смехом произнёс.

— Раньше я скрывал от тебя вопросы, касающиеся призраков, потому что боялся, что, если ты узнаешь правду, это поколеблет твою решимость, что ты потеряешь свою твёрдую веру и больше не сможешь противостоять призракам. Я был узколобым. Учитель Шэнь всегда будет Учителем Шэнем. Ты никогда и ни из-за чего не изменишься.

— Нет, нет, нет, я изменюсь.

Его похвала была слишком сильной. Я быстро замахал руками.

— Раньше я думала, что у моих учеников просто особые потребности, и стремился помочь им интегрироваться в общество. В будущем я не смогу их так учить.

Слушая меня, Дуань Юйлянь выглядела счастливой.

— В будущем я буду учиться на опыте секты Маошань, постараюсь помочь своим ученикам перейти за грань, буду стараться, чтобы они заучивали писания для перехода, буду проводить тесты, применяя в качестве стандартов законы призраков. Я буду стремиться достичь перевоплощения для всего класса как можно скорее, — продолжил я.

Улыбка Дуань Юйлянь ещё не успела полностью проявиться, как на её лице снова появились слёзы. Она закрыла лицо и пожаловалась учителю Лю:

— Почему моя жизнь такая горькая!

Пока мы разговаривали, к воротам школы подъехал автобус, и мы вчетвером сели в него.

— Вы сегодня очень заняты. Мне пришлось сделать несколько рейсов, — недовольно проговорил водитель Ци-дагэ.

Теперь, когда я знал, что водитель не человек, я смутно понимал, почему он не позволял мне сидеть на сиденьях раньше. Я понял, что он был хорошим человеком. Поэтому я сел на маленькое сиденье рядом с ним и спросил:

— Ци-дагэ, какое самое дальнее место, куда может доехать этот автобус?

— Мир людей вверху, Дифу внизу.

Голос Ци-Дэгэ был, как всегда, холоден, а речь отрывиста и решительна, но сейчас я не думал, что он был холоден. Просто он не очень умел общаться с другими.

— Значит, если я захочу поехать в Пекин, я смогу воспользоваться вашим автобусом? Это сэкономит кучу денег!

Если водитель не обижал людей и был готов продолжать возить меня, я должен был найти с ним общий язык.

Ци-дагэ посмотрел на меня с таким выражением, с каким живые люди смотрят на призрака.

— Мой автобус может передвигаться только в пределах города Х. Его единственная функция – возить призраков, готовых к реинкарнации, в Дифу, чтобы они выстроились в очередь на перерождение.

— О, — Я был разочарован. — Раз я, живой человек, могу сесть в ваш автобус, значит, с точки зрения физики он должен существовать. Так где же вы паркуете его днём? Учитель Лю не может находиться днём на солнце, так что же тогда с вашим автобусом?

Моя череда вопросов заставила водителя немного запаниковать. Он повернулся к пассажирам и спросил:

— Кто из вас сказал ему, что я призрак?

Учитель Лю и Дуань Юйлянь одновременно посмотрели на Сяо Ниня. Сяо Нинь взял в руки меч из персикового дерева и улыбнулся.

— Мой Шифу, глава секты Маошань.

— О, глава секты!

Выражение лица Ци-дэгэ сразу же исправилось. Он вежливо улыбнулся Сяо Ниню, затем повернул голову и посмотрел на меня.

— Я могу всегда припарковать его на заброшенной стоянке. Автобус настоящий, он не боится солнца. Я тот, кто боится солнца, и я прячусь в автобусе, чтобы избежать солнечного света в течение дня.

— Заброшенная стоянка... Ци-даге, это опасно! — я был довольно встревожен. — Не будет ли в автобусе течь масло? Он работает на электричестве или газе? Нужно ли платить, чтобы зарядить его или заправиться?

Ци-дагэ убрал руки с руля, сжал кулаки, стиснул зубы и сказал:

— Вы когда-нибудь видели, чтобы автобусу-призраку требовался бензин?

— Тогда что же он использует для получения энергии?

Я не мог этого понять, и мне было очень любопытно.

Водитель долго не мог ничего вымолвить. Наконец он сказал:

— На самом деле я не знаю. Во всяком случае, днём он не может двигаться, а ночью может.

— Значит, ночью должна существовать какая-то таинственная энергия, ещё не обнаруженная наукой, которая двигает автобус. Но эта энергия несовместима со светом и теплом солнца, поэтому автобус не может двигаться днём. Скорость автобуса, вероятно, составляет от сорока до восьмидесяти километров в час, так что даже если бы он ехал всю ночь, то смог бы проехать только шестьсот километров. Он действительно не может далеко уехать, — я вздохнул. — К сожалению, я перестал изучать физику на втором курсе средней школы. Иначе я бы понимал её глубже.

Водитель ничего не ответил. Вместо этого учитель Лю потянул меня с маленького сиденья и прошептал:

— Больше ничего не спрашивайте. Если он рассердится и разобьёт автобус, мы с Дуань Юйлянь будем в порядке, но вам с Нинь-тяньши придётся несладко.

Я задумался, потом сел рядом с Сяо Нинем и тихо спросил его:

— Кто-нибудь платит водителю? Он ездит всю ночь.

— Наверное, он собирает энергию Инь, — задумался Сяо Нинь. — Большинство призрачных водителей – это те, кто ездит на другую сторону. Они могут перемещаться между миром людей и подземным миром. Нельзя сказать, что они являются чиновниками Дифу, но всё же они обладают определённой властью. В древние времена таких водителей называли паромщиками. Они переправляли души через реку Ванчуань в Дифу. На реке они собирали самые важные вещи призраков. Сейчас времена изменились, и паромы превратились в автобусы. Этот тип транспорта способен вместить больше призраков, чем маленькая лодка.

Я кивнул.

— Кроме того, население увеличилось в разы. Ежедневная смертность настолько высока, что небольшой лодки было бы недостаточно. Так что можно сказать, что водитель – временный работник Дифу. Не знаешь, может ли он стать постоянным работником в будущем?

Сяо Нинь, вероятно, раньше не задумывался над подобным вопросом. Он не ответил.

— У тебя есть водительские права категории А, по которым можно водить большие машины? — спросил я Дуань Юлянь.

Дуань Юйлянь покачала головой.

— Тогда ты не можешь быть временным работником, поэтому тебе лучше переродиться, — посоветовал я. — Что касается перерождения, то как только ты усвоишь здравый юридический смысл, тогда ты сможешь окончить школу и стать великолепным ребёнком. Я должен составить план. Во-первых, мне нужно понять, как работает «Дифу», объяснить это ученикам и дать им возможность выбрать, хотят ли они переродиться или стать сотрудниками «Дифу». Тогда я смогу подстроить своё преподавание под их карьерные планы.

Быть учителем действительно было нелегко. Нужно было учитывать так много вещей. Мой уровень знаний был недостаточным.

Всю дорогу я думал о том, что мне делать в будущем. К тому времени, когда автобус подъехал к Четвёртой больнице, у меня разболелась голова от размышлений.

Сяо Нинь вывел меня из автобуса. С помощью учителя Лю мы вчетвером без труда обошли сторожа и вошли в стационар.

Палата 902 отделения неврологии была отдельной. На кровати лежала женщина лет пятидесяти с закрытыми глазами и кислородной маской на рту.

Когда учитель Лю открыл дверь, он исчез, превратившись в тетрадь, которая появилась в руке женщины. Дуань Юйлянь сидела на полу с пустым взглядом, как будто потеряла свою душу.

— У директора Чжан определённый статус. Призраки не могут вести себя плохо в её присутствии, — объяснил Сяо Нинь.

Я подошёл к кровати директора Чжан и посмотрел на приборы у изголовья кровати. Её пульс был медленным, но она была ещё жива.

Директор Чжан была в коме. Как она могла поддерживать со мной связь и даже посылать мне деньги?

И тут зажужжал мой мобильный телефон.

Директор Чжан: «Здравствуйте, учитель Шэнь. Мы впервые встретились, и я не могу поприветствовать вас должным образом. Мне очень жаль».

Мы могли общаться!

Я использовал свой телефон, чтобы отправить сообщение: «Директор Чжан, как вы можете отправлять сообщения?»

«Учитель Шэнь, пожалуйста, сделайте мне одолжение. Мой мобильный телефон в шкафу. У него остался всего 1% заряда. Пожалуйста, зарядите его для меня, чтобы я могла продолжать общаться с вами. Санитарка всегда забывает зарядить его».

Я в оцепенении достал мобильный телефон и зарядное устройство из шкафа и включил его в розетку. Под кислородной маской уголки губ директора Чжан слегка изогнулись.

Я с удивлением смотрел, как телефон, которым никто не управлял, включился и набрал сообщение: «Учитель Шэнь может задавать мне любые вопросы!»

Глава 37 - Директор Чжан (Часть 3)

У меня было много вопросов к ней, но я не знал, с чего начать.

В отличие от учителя Лю и других призраков, директор Чжан была ещё жива, однако её состояние было не очень хорошим.

— Её душа покинула тело, — констатировал Нинь Тяньцэ, осмотрев глаза и макушку головы директора Чжан. — Огонь Ян на её голове погас.

— Что за огонь Ян?

Учитель Лю объяснил:

— У человека есть три огня: один на макушке головы и по одному на каждом плече. Это огонь, зажжённый энергией Ян. Обычным людям трудно увидеть его невооружённым глазом. Ночью энергия Ян слаба. Если резко повернуть голову, огонь на плече погаснет, и энергия Инь сможет вторгнуться в тело. Призраки смогут контролировать разум и дух человека. Поэтому, когда мы имеем дело с людьми, мы обычно стараемся придумать, как заставить их повернуть голову. Когда Му Хуайтун увидела вас в первый раз, она пряталась в углу лестничной площадки. Она слышала, что вы остригли волосы Юаньюань и обладаете довольно свирепой энергией Ян. Она знала, что с вами будет трудно справиться, поэтому придумала такой способ погасить вашу лампу души.

— Так моя уже погасла?

Я посмотрел налево и направо, затем поднял телефон, чтобы сфотографировать свою голову, пытаясь понять, есть ли там огонь.

— Ваша... — Учитель Лю сделал паузу, затем продолжил, — Если лампа души обычного человека – это масляная лампа, которую можно задуть одним дуновением воздуха, то ваша – это лесной пожар. Чем сильнее дует ветер, тем яростнее становится огонь.

— Тогда... — я посмотрел на измождённое лицо директора Чжан. — Могу ли я использовать часть своего огня, чтобы зажечь лампу на голове директора Чжан?

— Нет, — ответил Сяо Нинь. — Срок её жизни подходит к концу. Даже её душа долго не протянет. Всё, что вы хотите сказать, вы должны сказать сейчас.

Я быстро отправил сообщение директору Чжан: «Директор, что мы можем сделать, чтобы Сяо Дуань покинула своё тело? Что у неё за одержимость?»

Директор Чжан лежала на больничной койке, не двигаясь, но её телефон, казалось, управлялся невидимой рукой, набирая текст самостоятельно.

«Дуань Юйлянь была в первой группе учеников интерната, которую я набрала, когда была директором средней школы «Беневоленс». После того как её отец попал в автокатастрофу, я спросил её мать, хочет ли она, чтобы её ребёнок переехал из общежития и перешёл на дневное обучение. Её мать спросила меня о преимуществах и недостатках интерната и дневного обучения. Я сказала ей, что дневное обучение означает, что её дочь может оставаться с семьёй, чтобы её мать не была слишком одинока. Что касается интерната, то обстановка в школе более простая, и ребёнок скорее преодолеет тоску по дому, оставив своих родственников. Мать сказала, что выберет то, что лучше для ребёнка, и попросила Дуань Юйлянь остаться в общежитии. Но я не ожидала, что порой жестокость детей может быть более безжалостной, чем общество».

После того как я зачитал сообщение директора Чжан, Дуань Юйлянь рассказала:

— Воспитательница общежития думала, что я остаюсь в общежитии каждую ночь, но на самом деле мои соседки по комнате притворялись. Они прогоняли меня из общежития и мне приходилось ночевать в интернет-кафе. Это было дешево, и я могла скоротать время, сидя в Интернете. Но обстановка там была не очень благополучная. Я ходила туда каждый день, и вскоре кто-то обратил на меня внимание. Однажды вечером, когда я вышла из школы через чёрный ход, чтобы пойти в интернет-кафе, на меня напали. В схватке меня лишили сознания. Берег реки тогда ещё не был полностью охвачен камерами наблюдения, поэтому меня бросили в реку. Сначала мне было очень больно. Потом я вдруг стала очень сильной и выплыла со дна реки. Я стояла на берегу. Моя голова была полна воды. Даже мозги вытекали из ушей. Тогда я поняла, что умерла.

Услышав это, я почувствовал особую грусть, но всё же смог уловить ключевой момент.

— Ты покинула общежитие ночью. Твоё тело было выброшено, но всплыло само по себе. Если никто не нашёл тело и не вызвал полицию, очень трудно установить факт смерти. Я полагаю, что ты всё ещё числишься в полиции как пропавшая без вести. Сколько лет прошло с тех пор, как тебя не стало?

— Я не помню. Мой мозг разрушился, и я ничего не понимаю в цифрах.

Дуань Юйлянь покачала головой.

Я отправил сообщение директору Чжан: «В каком году вы стали директором? И когда пропала Дуань Юйлянь?»

«Я точно помню, что в начале 2011 года я стала директором средней школы Беневоленс. В конце того года Дуань Юйлянь пропала».

— Может ли быть такое, что Сяо Дуань ещё жива? — задался я вопросом, прочитав текст.

— Невозможно, — Нинь Тяньцэ быстро покачал головой. — Она определённо живой труп. Я абсолютно уверен в этом.

Учитель Лю также добавил:

— Нинь-тяньши прав. Я был мёртв столько лет. Я могу отличить живого от мёртвого.

Дуань Юйлянь также настаивала на том, что она мертва.

Я с горечью посмотрел на этих трёх слепых к закону людей, стукнул себя в грудь и начал объяснять.

— 2011 год был восемь лет назад. Согласно гражданскому законодательству, если местонахождение гражданина неизвестно в течение четырёх лет, заинтересованные лица могут обратиться в народный суд, чтобы его объявили умершим. Другими словами, если мать Дуань Юйлянь не подала заявление об объявлении её умершей, то Сяо Дуань юридически всё ещё жива.

Директор Чжан: «Мать Дуань Юлянь Линь Цзяньин наверняка не подавала заявление о смерти. Перед тем как впасть в кому, я наводила о ней справки. Она никогда не прекращала поиски своей дочери».

Дуань Юйлянь разрыдалась. Она присела на пол и сказала мне:

— Учитель Шэнь, я хочу увидеть свою маму...

Не успел я ответить «нет проблем», как Сяо Нинь тут же заявил:

— Нет! Твоя энергия обиды слишком сильна, и ты – живой труп. Если обычный человек столкнётся с тобой, то срок его жизни сократится, даже если ты не причинишь ему вреда.

Тогда что мы можем сделать? Я ничего не понимал в этой области. Я мог только смотреть на Сяо Ниня.

— Единственный способ – это если Сяо Дуань согласится использовать этот талисман, чтобы подавить свою энергию Инь.

Сяо Нинь достал из рюкзака жёлтую мантию и вынул один из талисманов изгнания, который я зарядил.

— Обычный свирепый призрак, даже если этот талисман не уничтожит его душу, всё равно не сможет двигаться. Ты – живой труп, поэтому ты будешь в состоянии двигаться, но это будет болезненно.

Он увидел, как Дуань Юйлянь потянулась за талисманом и многозначительно добавил:

— Очень больно, возможно, даже больнее, чем когда ты умирала.

Дуань Юйлянь покачала головой.

— Неважно, что будет больно. Главное, чтобы я смогу увидеть маму.

— Мы пойдём к ней сейчас.

Я взял в руки свой телефон. Директор Чжан только что прислала мне адрес матери Сянь Дуань.

Хотя я всё ещё хотел расспросить директора Чжан, дела Сяо Дуань были более важными. Будет лучше, если мать и дочь увидятся сегодня вечером. Мы выскользнули из Четвёртой больницы. Перед уходом я вернул телефон директора Чжан в шкаф.

Водитель, который ждал нас у больницы, с недовольным видом довёз нас до ворот жилого дома.

— Уже четыре утра. Я заканчиваю работу в пять. Если вы не вернётесь к четырем тридцати, то будете сами искать дорогу обратно.

Мы с Сяо Нинем будем в порядке. Мы могли передвигаться в течение дня. Но учителю Лю и Сяо Дуань пришлось бы сложнее.

Я забеспокоился.

— Я могу прижать учителя Лю к груди, чтобы помочь ему избежать солнечного света по дороге домой. Сяо Дуань...

— Так не пойдёт, — поспешно сказал учитель Лю. — Учитель Шэнь, ваша грудь – это место, где ваша кровь наиболее горячая. Это ничем не отличается от пребывания на солнце. Я... Я лучше побуду в рюкзаке Нинь-тяньши.

— Ты уверен в этом?

Сяо Нинь открыл свой рюкзак, в котором было шестьдесят четыре разноцветных флага и большая куча талисманов.

Учитель Лю промолчал.

— Как насчёт этого: Я сниму свою рубашку и оберну её вокруг тебя, — предложил Сяо Ниня. — Ты вселяешься в предмет, так что с тобой всё будет в порядке, пока ты избегаешь прямых солнечных лучей.

— Большое спасибо, Нинь-тяньши! — с благодарностью воскликнул учитель Лю.

— Нет проблем. Это первый раз, когда я беспокоюсь о призраке. Это очень необычно.

Сяо Нинь разговаривал с учителем Лю, но его глаза и улыбка были обращены на меня.

Они оба были очень вежливы, но мне было тревожно. Я посмотрел на вход в жилой дом и поинтересовался:

— Дверь заперта. Как мы сможем попасть внутрь? Учитель Лю, вы не могли бы отпереть дверь?

На лице учителя Лю появилось смущение.

— Я могу временно оставить тетрадь и пройти сквозь стену, но я не смогу провести Сяо Дуань внутрь. Сяо Дуань достаточно сильна, чтобы выбить дверь, но...

Дуань Юйлянь, конечно, не хотела выбивать дверь своей матери. Ремонт двери стоил бы больших денег.

— Ах, вот видите, какое будущее у призрака?

Я протяжно вздохнул и сказал Сяо Дуань:

— Почему бы тебе не позвонить в дверь? Может быть, когда тётушка увидит на экране твоё лицо, она откроет дверь.

На самом деле, надежды было мало, но у нас не было времени. Мы договорились, что если тётушка Линь не откроет дверь, то мы сядем в автобус и уедем. Днём мы с Сяо Нинем придумаем, как договориться о встрече с тётушкой Линь и попросим её оставить дверь открытой для Сяо Дуань на ночь.

— Хорошо. Нинь-тяньши, наложите на меня талисман.

Сяо Дуань спокойно посмотрела на Сяо Ниня.

— Только не кричи, — попросил Сяо Нинь, прикладывая талисман к сердцу Дуань Юйлянь. — Крик живого трупа очень сильный. Он разбудит всех людей в доме.

После того как талисман был наложен, тело Дуань Юйлянь задрожало, а ногти сами собой выросли на сантиметр. Она сжимала руки и царапала их когтями, корчась от боли, но при этом не издавала ни звука.

Терпя боль, Сяо Дуань позвонила в дверь тётушки Линь.

— Это дом довольно престижный. Не засекут ли нас камеры наблюдения? — обеспокоенно спросил я, пока мы с Сяо Нинем прятались в тени деревьев.

— Это не проблема. Дуань Юйлянь долгое время была живым трупом. Её энергия Инь сильна. Она может влиять на сигнал камер наблюдения. Как в тот раз, когда вы с менеджером Ся встретили призрака в лифте, а камеры безопасности ничего не зафиксировали. В лучшем случае камеры наблюдения здесь увидят нас двоих. Они не зафиксируют Дуань Юйлянь и учителя Лю.

— Значит, камеры увидят, как мы заходим на территорию дома, а потом прячемся в деревьях? Если в будущем нас обнаружат, как мы это объясним?

Обучение учеников-призраков было более утомительным, чем обучение обычных людей. За одну ночь я так переволновался что, боюсь, мои волосы будут выпадать горстями. Помимо физического и психического здоровья учеников, я также должен был беспокоиться о своём собственном состоянии. Это было слишком нервно.

— Мы воспользуемся тем же способом, что и у реки, — Сяо Нинь взял меня за руку. — Из-за этих деревьев камерам не видно, что мы делаем. Это наше личное дело.

— А?

Я понял, о чем говорил Сяо Нинь. Он действительно думал...

Дверь многоквартирного дома внезапно открылась. Мать Дуань Юйлянь действительно прибежала вниз посреди ночи.

— Сяо Лянь... — женщина средних лет, дрожа, потянулась к Дуань Юйлянь. — Ты...

Дуань Юйлянь отступила назад, отвернула лицо и произнесла:

— Ты не можешь меня трогать.

Затем она вошла в здание вместе с тётушкой Лин. Я не мог слышать, о чём они говорили.

Я нервно сжал руку Сяо Ниня.

— Сяо Нинь, как ты думаешь, что Сяо Дуань скажет ей? Сможет ли тётушка принять это?

— Учитель Шэнь, — дрогнувшим голосом проговорил Нинь Тяньцэ. — После того раза, когда я поспешил вернуться в город Х, я расспросил менеджера Ся о тебе. Он неправильно меня понял и подумал, что я интересуюсь тобой, поэтому намекнул мне, что тебе нравятся мужчины, и что у тебя есть какие-то чувства ко мне. Мои чувства в то время были очень сложными.

Я был потрясён. Ся Цзинь, этот придурок! Я планировал сначала подружиться с Сяо Нинем; я не ожидал, что он продаст меня так рано!

Я быстро попытался спасти ситуацию.

— Сяо Нин, не верь Ся Цзиню, я...

— Я поверил ему, — Сяо Нинь прервал меня своими губами.

Была очень красивая ночь. Сяо Нинь и я прятались среди деревьев. Под мягким лунным светом мы обменялись нежным поцелуем.

Глава 38 - Директор Чжан (Часть 4)

Клянусь, в тот момент я хотел забыть обо всём и сосредоточиться на ответе Сяо Ниню. Он целовал меня, не важно, почему. Я должен насладиться этим, пока могу.

Однако возле моего уха постоянно жужжал комар. Я поискал источник звука, протянул руку и ударил Сяо Ниня по лицу.

Сяо Нинь прикрыл ту часть лица, по которой я ударил его, и посмотрел на меня глазами, полными шока и душевной боли.

Я протянул руку и показал ему.

— Посмотри на этого комара. Вся моя рука в крови. Сколько твоей крови он высосал?

Взгляд Сяо Ниня оцепенело переместился с моего лица на руку. Он увидел окровавленную тушку комара.

Я прикоснулся к укушенному лицу Сяо Ниня, и моё сердце сжалось от боли. Кожа Сяо Ниня была такой белой. Завтра на его лице появится уродливая шишка.

— Я схожу в аптеку и куплю мазь, — сказал я. — Есть одна мазь, которая хорошо помогает. Я привлекаю много комаров, поэтому часто пользуюсь ею.

В этот момент на меня налетел непрерывный поток комаров. Я имел дело с комарами более двадцати лет и обладал богатым опытом. Мне не нужно было видеть, чтобы знать, где они нападут. Я ударил несколько раз, и под моей ладонью появилось несколько мёртвых насекомых.

Посмотрев на кровь на своей ладони, я покачал головой и вздохнул.

— Меня всё равно укусили. Комаров слишком много. Я в меньшинстве.

Я провёл визуальный осмотр. На моей ладони лежали два или три мёртвых комара, которые были полны моей крови.

Сяо Нинь ничего не сказал. С тяжёлым видом он повернулся лицом к входу в дом.

— Дуань Юйлянь выходит.

Из подъезда медленно вышла фигура в плаще. Она посмотрела на окно комнаты, где жила её мать. Затем она остановилась, оглянулась, встала перед деревьями, где мы прятались, и сказала:

— Пойдёмте.

Я стряхнул трупики комаров со своих рук и вышел из тени деревьев. Я посмотрел на время: прошло всего десять минут.

— Так быстро?

Я думал, что после стольких лет разлуки с матерью она останется здесь подольше.

— Живые и мёртвые – это два разных мира. Десять минут – это уже нарушение.

Сяо Нинь вылез и сорвал талисман с Дуань Юйлянь.

— Ты всё выяснила?

Дуань Юйлянь ответила:

— Да. Мне достаточно было увидеть её один раз.

Было уже 4:20. Время поджимало. Мы быстро покинули территорию дома и сели в автобус.

В автобусе появился учитель Лю. Он похлопал себя по груди и воскликнул:

— Я перепугался до смерти. Я боялся, что учитель Шэнь раздавит комаров тетрадью. Некоторые из этих комаров сосали кровь учителя Шэня. Если бы она попала на мою кожу... о последствиях можно и не думать!

Казалось, учитель Лю не забыл о том, как я использовал тетрадь, чтобы раздавить личинок. Я чувствовал себя беспомощным. В моём университетском общежитии было совершенно нормально использовать книги и тетради, чтобы давить насекомых.

— Вы также боитесь крови, которую высасывают комары? — спросил я, меняя тему.

— Естественно. Москиты и другие подобные существа выбирают людей с сильной кровью. Кровь, которую они глотают, – это сущность человеческого тела. Она очень сильна, — ответил учитель Лю.

Я спросил Дуань Юйлянь:

— Ты тоже боишься?

— Только что, когда вы вышли из-за деревьев, мне повезло, что вы сначала стряхнули комаров со своей руки. Иначе, поскольку я была подавлена талисманом, если бы я коснулась вашей чистой крови Ян, боюсь, моя душа и тело были бы повреждены. Возможно, я не смогла бы переродиться.

Лицо Дуань Юйлянь также было полно страха.

— Так какое будущее в том, чтобы быть призраком? — взволнованно сказал я. — Ты не можешь противостоять даже комару. Сяо Дуань, ты выяснила, что тебе нужно для реинкарнации?

— Её энергия негодования рассеялась. Мы можем вернуть её в секту Маошань, чтобы провести ритуал перевоплощения, и она сможет покинуть своё тело, — сообщил Сяо Нинь.

На самом деле, было то, что меня беспокоило. Сяо Дуань пропала восемь лет назад. Если бы её труп вдруг появился спустя восемь лет, не подвергшись гниению, даже если бы мать Сяо Дуань не стала проводить расследование, полиция не смогла бы оставить это без внимания.

— Если ты вернёшь её в секту Маошань, не возникнет ли у полиции подозрений? — спросил я с беспокойством.

— До этого не дойдёт, — Нинь Тяньцэ уверенно улыбнулся. — У секты Маошань есть кое-какие связи. Кроме того, Дуань Юйлянь уже разобралась с теми, кто её убил. Полиция ничего не найдёт. После ритуала мы сможем вернуть её тело матери, чтобы она кремировала и похоронила его.

Я не стал спрашивать Сяо Дуань, о чём она говорила с матерью. Это было личное. Мне было достаточно того, что сейчас она выглядела спокойной, без прежней обиды.

Водитель воспользовался отсутствием машин ранним утром и необходимости беспокоиться о том, что его поймают дорожные камеры. Он гнал автобус всю дорогу. Сначала он отвёз учителя Лю в поместье Дальний Берег. Затем отвёз Сяо Ниня, Сяо Дуань и меня в отель. Весь процесс занял менее получаса. Последние десять минут ему пришлось искать тенистое место, чтобы припарковать автобус.

Это был мой первый раз, когда я ехал на автобусе-призраке со скоростью более 150 километров в час. Водитель давил на педаль газа и всю дорогу ехал на красный свет, проносясь мимо бесчисленных машин. Мне было так страшно, что я вцепился одной рукой в подлокотник, а другой – в руку Сяо Ниня, боясь, что нас двоих выбросит из автобуса.

Когда мы вышли из автобуса, водитель наклонил свою кепку и насмешливо улыбнулся мне.

— Максимальная скорость всего восемьдесят? Какая шутка!

Высадив нас из автобуса, он нажал на газ и умчался прочь. С бледным лицом я держал Сяо Ниня за руку.

— Этот водитель просто нечто. Я чувствую себя ужасно. Он действительно осмелился ездить по городу с такой скоростью!

Сяо Нинь, не поворачиваясь, проговорил:

— Он водит призрачный автобус. Призрачный и человеческий миры разделены. Он не может столкнуться с другими машинами. Даже если он столкнётся с ними, автобус просто проедет мимо. Всё будет в порядке.

Сяо Нинь действительно был удивительным. Он мог сохранять спокойствие даже на таких скоростях. Небесные Мастера Маошаня были удивительны...

— Угх...

Пока я размышлял, Сяо Нинь бросился к мусорному баку у отеля и его вырвало.

Я вздохнул.

В конце концов, я помог измученному Сяо Ниню войти в лифт. Вернувшись в номер, я усадил его на диван, налил в чашку тёплой воды и протянул её ему.

— Прополощи рот. Зачем хорохориться, если тебя укачивает? Лучше закрой глаза, отдохни и позволь мне потереть тебе виски.

Сяо Нинь молча смотрел на меня. Казалось, в его глазах было много слов.

В последнее время он часто так смотрел на меня. Я привык к этому.

Я сходил за горячим полотенцем, сел на диван и попросил Сяо Ниня лечь ко мне на колени. Я протёр ему лицо горячим полотенцем.

— Закрой глаза, полежи немного в тишине. Ты будешь чувствовать себя лучше, когда выспишься.

Вытерев его лицо, я осмотрел комариный укус на лице Сяо Ниня. Шишки не было, но она была немного красной.

Я сосредоточил свои усилия с горячим полотенцем на этом месте, пытаясь стимулировать циркуляцию крови и предотвратить отёк, чтобы сохранить красивый внешний вид Сяо Ниня.

Сяо Нинь был не очень послушным. За исключением того момента, когда я вытирал ему лицо, он не закрывал глаза. Он следил взглядом за каждым моим движением.

Когда я сосредоточился на уходе за его лицом, Сяо Нинь схватил меня за руку и тихо произнёс:

— Учитель Шэнь...

Я был так взволнован, что уронил полотенце.

Сяо Нинь сглотнул. Его притягательное горло мягко перекатывалось. Я не осмеливался смотреть на его лицо и не сводил глаз с его горла. Я чувствовал желание укусить его.

Хотя я не встречался с Сяо Нинем глазами, мои уши прислушивались, ожидая, когда он заговорит.

Я услышал...

Бах! За дверью раздался громкий стук. Я мгновенно восстановил рассудок и встал, чтобы открыть дверь.

Сяо Нинь с грохотом упал с дивана. Ах! Я забыл, что он лежит у меня на коленях, и как только я встал, он...

Стук был громким и срочным. Лидер секты Нинь, спавший в главной спальне, вышел, держась за спину и зевая.

— Почему вы не открываете дверь?

Затем он пошёл открывать дверь. Всё это время мне казалось, что о чём-то забыл. Что же это было?

Дверь была открыта.

— Что за живой труп так дерзко стучится в дверь гостиничного номера секты Маошань? Тяньцэ, меч экзорцизма! Смотри, как я расправляюсь с этим злобным существом, — закричал глава секты Нинь.

Ах, я был так увлечён тем, чтобы помочь Сяо Ниню войти в лифт, что совершенно забыл о Сяо Дуань внизу...

Глава 39 - Директор Чжан (Часть 5)

Некоторое время сцена была очень хаотичной. Глава секты Нинь не стал ждать, пока Сяо Нинь принесёт меч, он сделал жест рукой, готовясь к смертельной схватке с живым трупом. Было уже пять утра. Летом рано светало, а наш номер находился высоко; первые лучи солнца проникали через окно в коридоре гостиницы. Сяо Дуань закричала и побежала в номер. Сяо Нинь совершенно не ожидал, что я встану, в то время как он лежал у меня на коленях, и отправлю его в полёт с дивана. К этому добавилась ещё не прошедшая тошнота, и он лежал на полу в полной растерянности.

В сложившихся обстоятельствах я быстро принял решение. Я решил пока оставить Сяо Ниня лежать на полу. Всё равно он уже упал. Помочь ему подняться сейчас или позже – примерно одно и то же.

Сейчас главное – это Сяо Дуань. В эту ночь она добровольно надела на себя талисман, что повредило её основную силу, а освобождение от одержимости уменьшило её мощь. Она не могла вынести ни малейшего солнечного света, а тут ещё и глава секты Нинь собирался колдовать. Если на неё нападут с двух сторон, Сяо Дуань может перестать думать о реинкарнации.

Как для учителя, моя ученица была моей самой главной заботой. Я подошёл, обхватил главу секты Нинь за талию, отодвинул его от двери и позвал Сяо Дуань:

— Заходи, быстро!

Сяо Дуань вбежала внутрь. Шторы в номере были задёрнуты. Она выключила свет и спряталась в углу, выглядя потрясённой.

— Глава секты Нинь, подождите минутку. Сяо Дуань – моя ученица, она хочет пойти в секту Маошань, чтобы пройти рутуал перевоплощения. Я забыл её внизу, из-за чего ей пришлось подниматься сюда и стучать в дверь. Это моя вина, — объяснил я главе секты Нинь, закрывая дверь.

Сяо Дуань с готовностью закивала головой.

— Здравствуйте, глава секты Нинь. Я согласна. Я больше не хочу оставаться в мире людей, пожалуйста, отправьте меня в мир иной как можно скорее. Я действительно не хочу снова идти на урок учителя Шэня!

Глава секты Нинь немного успокоился и спросил своего главного ученика:

— Тяньцэ, это правда? Ты уже рассеял обиду этого живого трупа?

Сяо Нинь с обидой посмотрел на меня, сам встал с пола и холодно ответил:

— Да, это так. Когда мы нашли её прошлой ночью, у неё уже было желание перевоплотиться, она просто не могла покинуть своё тело. Учитель Шэнь связался с директором Чжан, чтобы узнать о жизни Дуань Юйлянь. Мы помогли ей увидеться с семьёй в последний раз. Её одержимость уже исчезла. Она может перевоплотиться.

Глава секты Нинь наконец-то расслабился. Одобрительно хмыкнув, он сказал:

— Молодец. Я свяжусь с сектой Маошань и попрошу их прислать машину для перевозки живого трупа.

Он снова обратился к Дуань Юйлянь:

— Чтобы доставить тебя в секту Маошань, я упакую твоё тело, максимально подавив энергию Инь. Кроме того, так я смогу уберечь тебя от солнечного света. Ты согласна?

— Лишь бы не было больно, — ответила Дуань Юйлянь.

— Не волнуйся. Это будет похоже на то, как если бы твои чувства были запечатаны. Ты ничего не почувствуешь. Когда твоё сознание восстановится, тебе будет пора покинуть этот мир.

— Большое спасибо, глава секты Нинь, — поблагодарила Дуань Юйлянь.

Затем Сяо Нинь достал из шкафа длинную полосу жёлтой ткани и обернул ею Дуань Юйлянь. После того как она была завёрнута, глава секты Нинь достал кисть и киноварь и что-то произнёс, рисуя на жёлтой ткани непонятные мне узоры.

— Вопрос с живым трупом решён, — со вздохом произнёс глава секты Нинь. — Когда мы приняли задание директора Чжан, мы не ожидали, что в классе окажется такой ужасный монстр. Если бы мы знали это, мы бы никогда не отправили тебя в город Х одного.

— Ничего страшного, — безразлично ответил Сяо Нинь. — В конце концов, учитель Шэнь здесь.

Я неловко почесал голову.

— Нет, нет, я просто сделал то, что должен сделать учитель.

В шесть часов утра мы втроём заказали большой завтрак. Я съел больше всех. Я умирал от голода.

После еды Нинь Тяньцэ сказал мне:

— Я знаю, если я попытаюсь серьёзно поговорить с тобой сейчас, ты только заснёшь. Мы были заняты всю ночь, и очень устали. Сейчас мы отдохнём, а когда проснёмся, мне будет что тебе сказать. Тогда, даже если появятся комары, мухи, тараканы, муравьи, мыши или любые другие вредители, даже если придёт команда разрушителей, чтобы выломать дверь, ты должен будешь дать мне закончить говорить!

Он скрипел зубами, пока говорил, заставляя меня чувствовать себя странно виноватым. Я опустил голову, как перепёлка, и послушно кивнул.

Сяо Нинь наконец-то улыбнулся и погладил себя по затылку.

— Ты чуть не вырубил одну из моих смертных форм.

Я уныло пошёл в гостевую комнату и лёг спать. В восемь часов утра зазвонил будильник моего телефона. Я выскочил из комнаты и увидел, что Сяо Нинь всё ещё спит, поэтому я отвёл главу секты Ниня на физиотерапию.

Было одиннадцать часов утра, когда я вернулся в отель после физиотерапии. Мне нестерпимо хотелось спать, и я провалился в тяжёлый сон, как только моя голова коснулась подушки. С начала работы я тратил много времени на то, чтобы высыпаться. Я просто не мог насытиться, как ни старался.

Я проспал весь день. Шторы в отеле хорошо блокировали свет. Когда я открыл глаза, я не мог понять, который час. Я смутно щупал телефон, но случайно коснулся руки.

Я нажал на выключатель прикроватной лампы и увидел Сяо Ниня, сидящего у моей кровати и крепко держащего меня за руку.

— Что учитель Шэнь ищет?

В тусклом свете Сяо Нинь выглядел особенно красивым. Его губы были влажными, что заставило меня вспомнить о двух поцелуях прошлой ночью.

— Ищу свой телефон, чтобы узнать, который час, — машинально ответил я.

— Сейчас восемь вечера. Хочешь поесть?

Я потрогал свой живот и кивнул в знак согласия.

— Да.

Сяо Нинь позвонил, чтобы заказать еду, а я побежал в ванную, чтобы умыться и почистить зубы.

Перед едой я осторожно спросил:

— Сяо Нинь, ты что-то хотел сказать?

— Сначала поешь, — спокойно ответил Сяо Нинь. — Я боюсь, что ты подавишься в середине разговора, и я не смогу закончить.

Быстро поев и приготовив всё необходимое, Сяо Нинь привёл меня в свою комнату и усадил на кровать. Он сказал:

— Машина секты Маошань прибыла в город Х сегодня днём. Пока ты спал, мой Шифу забрал тело Сяо Дуань. Мы остались в отеле вдвоём. Сейчас девять часов вечера, поэтому директор Чжан и твои ученики сейчас не появятся. Я устранил все возможные неполадки. Теперь дай мне пять минут. За эти пять минут, даже если меня укусит собака, ты ничего не должен делать!

Голос Сяо Ниня был настолько внушительным, что я понизил голос в ответ. Шепотом я проговорил:

— Откуда здесь взяться собаке... Забудь об этом, продолжай говорить. Даже если президент позвонит мне, я не отвечу.

Я поставил телефон на беззвучный режим и сосредоточился на глубоких глазах Сяо Ниня.

Сяо Нинь взял меня за руку. Его голос был таким же мягким, как лунный свет прошлой ночью.

— Учитель Шэнь, ты мне очень нравишься. Думаю... я тоже тебе нравлюсь?

Он начал говорить очень решительно, но последние неуверенные слова показали, что Сяо Нинь нервничал.

К счастью, я тоже очень нервничал. Я не стал оправдываться. Я склонил голову и ответил:

— Да.

Хотя я, Шэнь Цзяньго, столько лет пропадал в школе, дружил с бесчисленными девушками, смело добивался своей любви на баскетбольной площадке, на самом деле я ничего не знал о любви. Это был первый раз, когда кто-то сказал мне в лицо, что я ему нравлюсь.

Сяо Нинь неуверенно подошёл ко мне, обнял за талию и нежно спросил:

— Можно я снова тебя поцелую? На этот раз без комаров.

— Да, — тихо согласился я.

Невыносимо красивое лицо Сяо Ниня медленно приблизилось. Он поцеловал меня в губы. В оцепенении я не мог не думать об одном: почему я понравился Сяо Ниню? Ведь это явно не он трогал мою грудь в тот день!

Я взглянул на экран своего телефона. Ещё не прошло и пяти минут. Забудь, я могу спросить об этом после пяти минут поцелуев.

Глава 40 - Директор Чжан (Часть 6)

Я не стал спрашивать, потому что Сяо Нинь отобрал у меня телефон.

Когда мы прервались, чтобы перевести дух, я спросил его, прошло ли уже пять минут. Он ответил, что нет, и снова поцеловал меня. Позже я просто забыл об этом. Зачем так переживать из-за этого? В любом случае мне было достаточно того, что я нравлюсь Сяо Ниню.

Учитывая, что навыки Сяо Ниня были недостаточно высоки, он должен был остаться девственником, прежде чем официально станет Небесным Мастером. А мои ученики ещё не все перешли на новый уровень, поэтому мне всё ещё нужна была сила чистой крови Ян. Поэтому мы ограничили нашу близость на уровне шеи. Мы даже не протянули друг другу руку помощи. Это было крайне досадно.

Но Сяо Нинь был вполне доволен. Он настоял на том, чтобы лежать у меня на коленях и сжимать мои ноги руками, говоря, что я не должен вставать без его разрешения. Сегодня он был намерен лежать так целый день!

Наконец-то мне вернули телефон. В полночь я отправил директору Чжан сообщение: «Директор, вы сегодня полностью заряжены?»

«Полностью!»

Похоже, то, что телефон был полностью заряжен, привело директора Чжан в хорошее настроение. Это был первый раз, когда я видел, чтобы она использовала восклицательный знак.

Я вкратце рассказал ей, что случилось с Сяо Дуань. Директор Чжан ответила: «Глава секты Нинь уже рассказал мне об этом. Я очень рада за Сяо Дуань. Она наконец-то смогла освободиться».

Видя, что она действительно рада за Сяо Дуань, я не мог не спросить директора Чжан: «Я думаю, что вы хороший человек и ответственный учитель, так почему вы думаете, что все ученики в классе – это ваша вина?»

После минутного молчания директор Чжан ответила: «Я не выполнила свой долг».

Я окончила университет в возрасте 23 лет и стала учителем в государственной школе. Я всегда относилась к обучению как к своему долгу. Мне всегда казалось, что я честный и ответственный человек и поступаю правильно по отношению к каждому ученику. Однажды я присутствовала на похоронах Ли Юаньюань. Она была ученицей, которую я учила в тридцатые годы. В тот момент я впервые осознала, что не смогла познать волны под спокойной поверхностью.

Ли Юаньюань... Раньше учитель Лю говорил, что она вернулась в родной город, чтобы найти работу. Я всегда думал, что в будущем у нас будет возможность встретиться. Теперь оказалось, что я уже упустил шанс увидеться с ней в последний раз.

«В то время это дело наделало много шума. Ли Юаньюань погибала из-за издевательств одноклассника и того ученика приговорили к тюремному заключению. Я только потом узнала, что такое случилось в моём классе. Когда Ли Юаньюань рассказала мне, что тот ученик рисовал на её спине, я приняла это за детские игры и подумала, что если их немного поругать, то они сами разберутся. Но вместо этого, поскольку Ли Юаньюань рассказала мне, это усилило конфликт и привело к тому, что над ней стали издеваться ещё больше. Если бы я в то время уделила больше внимания, то трагедии впоследствии не случилось бы».

«После инцидента с Ли Юаньюань я начала расследовать внутренние конфликты среди учеников средней школы «Беневоленс». Тогда я обнаружил, что многие вещи произошли в моей юрисдикции. За исключением Ли Юаньюань, большинство из этих учеников постигло горе после окончания или отчисления из школы, но это не уменьшало моей ответственности».

«Но они уже были мертвы, и я не знала, что можно исправить. В этот момент появился учитель Лю. Он сказал, что может помочь мне осуществить моё желание, не нарушая закона. Мне достаточно было сказать ему, кого я хочу убить. Я сказала, что если призраки действительно существуют, то я хочу найти своих учеников и использовать свою собственную жизнь, чтобы найти для них спасение».

«Учитель Лю помог мне найти учеников в городе Х. Узнав, что они натворили, я распустила школу, у которой и так была плохая репутация. В обмен на свою жизнь я попросила учителя Лю заманить их в ловушку в школе».

«Моя продолжительность жизни не позволяла сделать многое. У меня не было способа дать им истинное облегчение. Поэтому я нашла в интернете номер телефона секты Маошань и попросила их помочь мне».

«Но я не ожидала, что когда размещу это сообщение в Интернете, каким-то чудом его увидите вы, новоиспечённый преподаватель политологии».

Дальше произошло всё то, с чем я столкнулся. Когда директор Чжан увидела, что я усмирил мистера Чжу, она решила не исправлять ошибку и посмотреть, как далеко я смогу зайти.

«Учитель Лю сказал мне, что ученики больше не хотят быть призраками из-за ваших тестов. Я организую завтра ещё один урок. Вы с Нинь-тяньши можете пойти, чтобы довести всё до конца. Я передам вам деньги, изначально приготовленные для секты Маошань. У меня осталось всего три-четыре дня жизни. Позже я уже не смогу отправить деньги».

После прочтения этого сообщения моё сердце сжалось, а Сяо Нинь, лежащий у меня на коленях, вскрикнул:

— Ой, ой! Учитель Шэнь, не дёргай меня за волосы.

Ой, я и забыл, что касался волос Сяо Ниня. Волосы у Сяо Ниня были очень красивыми, чёрными и прямыми. Если бы я вырвал их, я бы очень расстроился.

Наконец Сяо Нинь сел. Помогая мне массировать затёкшие ноги, он спросил:

— Что-то случилось?

Я кивнул, положил голову на плечо Сяо Ниня и грустно ответил:

— Я потеряю работу.

Я передал Сяо Ниню свой телефон и показал ему сообщение от директора Чжан.

На самом деле я не знал, расстроился ли я из-за потери работы или из-за того, что срок жизни директора Чжан подходил к концу. В любом случае моё сердце было разбито.

— Прошлой ночью в больнице я видел лицо директора Чжан, — сказал Сяо Нинь. — Она человек, который накопил много заслуг. Изначально она должна была прожить ещё тридцать или сорок лет.

— Она хороший учитель и хороший директор, — уныло отозвался я.

— Не грусти. Попробуй поднять себе настроение, — утешил меня Сяо Нинь. — Завтра мы посетим последний урок и постараемся, чтобы все ученики окончили школу!

Глава 41 - Последний урок (Часть 1)

Перевоплотить двадцать учеников за один раз было очень сложно. У меня не было опыта в этой области, поэтому я спросил Сяо Ниня, профессионала, есть ли способ.

Сяо Нинь ответил:

— Столетие назад секта Маошань действительно проводила подобную великую магическую работу, за один раз перевоплощая десятки или даже сотни блуждающих душ. Но сейчас общество изменилось, жизнь людей с каждым днём становится всё лучше и лучше. Начиная с поколения моего Шифу, ни у кого нет такого опыта.

Вздохнув, он посмотрел на меня со слепой верой.

— Но я верю в учителя Шэня. Я уверен, что у тебя всё получится.

Получив одобрение от важного для меня человека, я тут же принялся колотить себя в грудь.

— Нет проблем. У меня с собой сумка. Завтра я сосредоточусь на подготовке к уроку. Я обязательно придумаю самый идеальный способ, чтобы все отправились на перерождение вместе.

Сяо Нинь улыбнулся и поцеловал меня. Придерживаясь политики «выше шеи», мы провалялись так пол ночи, прежде чем заснуть.

Утром, как обычно, я проснулся раньше Сяо Ниня. Я вспомнил о своём обещании, данном накануне вечером, и от волнения у меня чуть не выпали все волосы.

Я посмотрел на спящего Сяо Ниня, и моё сердце сжалось. Слишком много всего произошло вчера. Я пробыл в отеле весь день и забыл купить мазь. На лице Сяо Ниня появилась маленькая красная шишка. Он почёсывал её во сне.

Я спустился вниз, чтобы купить мазь и пластырь. Намазав его мазью, я наклеил пластырь на лицо Сяо Ниня, чтобы он больше не чесался и не портил свой внешний вид.

Закончив со всем этим, я решил вернуться в свою квартиру, чтобы позвать учителя Лю. Учитель Лю имел богатый опыт, поэтому он должен знать, что делать.

Машина Сяо Ниня всё ещё была припаркована на стоянке в поместье «Дальний берег». Мне нужно было отогнать её обратно.

На этот раз я хорошо усвоил урок. Я не мог позволить учителю Лю находиться на солнце или прикасаться к моей крови.

Вернувшись в свою комнату, я взял свой ноутбук и планы уроков, которые я написал в прошлом, положил их в сумку с учителем Лю, подмёл комнату и с некоторой неохотой вышел.

Если все ученики смогут перейти за грань сегодня, школа прекратит своё существование, а я потеряю работу. Я лишусь бесплатного жилья.

Вспомнив свой опыт поиска работы, я похлопал себя по лицу. Какой бы тяжёлой ни была жизнь, я должен был мужественно противостоять ей.

Я впервые сел за руль роскошной машины Сяо Ниня и понятия не имел, что делать. Я получил водительские права, когда учился в университете, и был водителем с пятилетним стажем. Но на самом деле за все эти годы я почти не садился за руль. Всю дорогу я боялся повредить такую дорогую машину.

Когда я вернулся в отель, Сяо Нинь уже проснулся. Он сложил большую стопку книг в гостиной и сидел, скрестив ноги, на полу, перелистывая их.

— Что это?

Я был поражён стопкой книг, которая была выше меня.

— Это копии древних книг, которые я взял с собой в город Х, — объяснил Сяо Нинь. — Я просматриваю их, чтобы узнать, есть ли способ массового перевоплощения призраков, и даже нашёл несколько, но все они требуют большого количества людей для формирования массива. В настоящее время нет достаточно большого пространства, поэтому их будет не очень удобно выполнять.

Я также взял в руки книгу Священного Писания о реинкарнации, почитал некоторое время, а потом почувствовал сонливость. Это было даже эффективнее, чем декламировать марксистские принципы...

Подождите, декламировать?

— Я придумал способ! — подняв писание, я радостно похлопал Сяо Ниня по плечу. — Сегодня мы просто попросим учеников декламировать! Этот текст о реинкарнации не очень длинный. Я прочитаю его вслух, а ученики будут следить за ним на своих копиях, они будут продолжать читать, а затем перейдут за грань, верно?

— Я впервые слышу о свирепых призраках, которые сами читают реинкарнационные тексты... Однако, это должно быть возможно. В конце концов, если учитель Шэнь заставит их читать, они не посмеют отказаться, — Сяо Нинь поддержал мою идею.

Текст действительно был очень коротким. Если читать его быстро, то это займёт около пяти минут. Сяо Нинь рассказал мне, что обычно для того, чтобы писание возымело действие, даос должен произносить его многократно, сопровождая магической силой; чем больше сила, тем больше эффект. Но если обида призрака была слишком сильной и его одержимость оставалась в реальном мире, то независимо от того, насколько велика была магическая сила, единственным эффектом было бы уничтожение его души.

— На самом деле с преподаванием дело обстоит точно так же, — задумчиво проговорил я, выслушав его. — Если ученики не хотят учиться, каким бы опытным ни был учитель, какими бы яркими ни были лекции, сколько бы раз их ни повторяли, ученики всё равно ничему не научатся. Но если у учеников есть сильный интерес к определённому предмету и они тратят на него время и силы, даже если их никто не учит, они всё равно выучат его сами. Поэтому я думаю, что эффект от того, что ученики сами прочитают писание, должен быть лучше, чем от принудительной декламации даоса.

На моём месте, каким бы красивым ни был Сяо Ниня, если бы он сидел рядом со мной и читал писания о реинкарнации, я бы всё равно хотел спать.

— Мне кажется, что в этом есть смысл. Мы можем попробовать.

Сяо Нинь кивнул, взял писание и пошёл делать копии. Когда мы вечером пойдём в класс, мы сможем раздать по одной каждому ученику.

Тем временем я достал свои предыдущие планы уроков, вспоминая занятия, которые я проводил раньше. Из трёх пунктов формирования правильного мировоззрения был один, который я всё ещё не закончил преподавать.

Правильный человек должен был выполнять свою работу от начала и до конца. Последнее занятие было решающим моментом. Я должен закончить свою последнюю лекцию.

Просмотрев свои книги, проверив материалы и записав план урока, я посмотрел на время. Было только четыре часа дня.

Я открыл тетрадь учителя Лю и увидел написанный мною план первого урока. Я подумал, что учителю Лю, возможно, тоже нужно создать новое мировоззрение; в конце концов, он тоже был призраком, который хотел переродиться.

Я скопировал оставшийся план урока для учителя Лю, чтобы урок был завершён и для него. Затем я записал в тетрадь несколько хороших вещей, с которыми я столкнулся в своей жизни.

Прошлый опыт человека формирует его нынешнее мировоззрение, и это мировоззрение определяет, какой выбор он сделает на предстоящем пути. Моё прошлое сформировало того человека, которым я являюсь сейчас. Я надеялся, что мой опыт сможет подарить учителю Лю хорошие впечатления, заставить его полюбить мир и захотеть жить в нём как человек, чтобы ещё раз вернуться в его объятия.

Я писал до 11 часов вечера. Я не ожидал, что в моей жизни будет столько прекрасных впечатлений. Я действительно был благословлён.

Сяо Нинь наблюдал за тем, как я пишу. Он вёл себя очень тихо, не мешая мне.

Незаметно для себя я заполнил 95% книги. Оставалось всего две или три пустых страницы. Я увидел, что время ещё есть, и решил переписать писание о реинкарнации.

Я успел написать только первый иероглиф, как тетрадь сама закрылась, упала со стола на пол, и перед моими глазами снова оказался учитель Лю.

Учитель Лю выглядел немного иначе, чем вчера. Улыбаясь, он сказал:

— Подождите, я сам напишу остальную часть писания, когда мы будем в классе.

Сяо Нинь был ошеломлён. Я тоже был приятно удивлён и спросил:

— Учитель Лю, вы всё осознали?

Учитель Лю, улыбаясь, кивнул.

— Вы всё написали для меня. Если бы я до сих пор не разобрался, я бы не оправдал добрых намерений учителя Шэня.

— Я не писал ничего конкретного, просто некоторые обычные вещи, которые часто встречаются у обычных людей, — неловко ответил я, почесывая голову.

— Они обычные, но они также прекрасны. И прекрасны они не из-за событий, а потому что они прекрасны в ваших глазах, — сказал учитель Лю. — Те, кто винит всё под небесами, кроме себя, будут думать, что даже голубое небо с белыми облаками издевается над ними. Для Учителя Шэня ненастная погода – лишь помощь в усмирении воли. Я всегда жил с агонией, которую испытал во время своей смерти. Всё, что я видел, было полно крови. Но с поучительными планами Учителя Шэня по наставлению людей на путь истинный и его собственными взглядами на мир, записанными в тетради, запечатлёнными в моём сердце, выгравированными в самой моей душе, какие обиды и недовольства ещё могут быть у меня? Прошло более ста лет. Если я до сих пор путаюсь в этих мелких делах прошлого, значит, я действительно слеп.

Я протянул учителю Лю копию писания о реинкарнации. Он взял его, посмотрел и сказал:

— Пойдёмте на последний урок. В классе я буду записывать писание вместе с учениками.

Мы втроём спустились вниз, чтобы сесть в автобус. Водитель ждал нас на остановке рядом с отелем.

Лицо Сяо Ниня побелело, но он всё равно первым решительно шагнул в автобус.

Сяо Нинь умел смотреть в лицо своим слабостям и мужественно преодолевать их. Это была одна из его положительных сторон, а также одна из причин, по которой я его любил.

Водитель, похоже, знал, что это последний урок. Он фыркнул и заявил:

— Надеюсь, это мой последний раз, когда я вожу живого человека. В будущем не садитесь в мой автобус. У меня уже месяц нет никаких заказов.

— Да, да, да, — быстро проговорил я, извиняюще улыбаясь. — Я гарантирую, что это будет в последний раз. Так что, Ци-Даге, езжайте немного медленнее. Очень страшно ездить по городу 150 километров в час.

Водитель самодовольно улыбнулся.

— Учитель Шэнь, если я смог напугать вас, значит, я действительно сделал себе имя среди призраков. После этого посмотрим, кто посмеет попытаться властвовать над этим автобусом и не заплатить, потому что он свирепый призрак.

Сегодня он был в хорошем настроении и много говорил. Он также сказал учителю Лю:

— Когда я был жив, ты уже ездил на призрачных машинах. Я уже несколько десятилетий как умер, а ты всё ещё ездишь на призрачных машинах. Надеюсь, после этого мне больше не придётся тебя возить.

— Я тоже на это надеюсь. Надеюсь, ты сможешь найти постоянную должность как можно скорее, — ответил учитель Лю.

Мы все четверо посмотрели друг на друга и улыбнулись. В этот момент казалось, что между людьми и призраками нет никакой разницы.

Глава 42 - Последний Урок (Часть 2)

Казалось, у моих учеников была своя собственная информационная сеть. Они уже были в курсе, что я узнал правду. На этом уроке все выглядели особенно эффектно: причёски были в беспорядке, а лица перепачканы кровью, в общем, они были совсем не такими милыми, как раньше.

Свет в аудитории четвёртого класса третьего года обучения был ярким, а воздействие двадцати свирепых призраков – мощным. Войдя внутрь, я попятился назад и снова посмотрел на дверную табличку, чтобы убедиться, что не ошибся дверью. На мгновение мне показалось, что я по ошибке зашёл на съёмочную площадку.

Му Хуайтун и Дуань Юйлянь выпустились раньше, поэтому первый ряд был пуст. Слева от меня сидел ученик без половины головы, держа в руках выпавшие глаза. Казалось, что он использовал их, чтобы смотреть на меня.

— Кхм...

Я немного нервничал. Я прочистил горло, а затем начал мягким голосом:

— Здравствуйте, ученики. Мне очень стыдно. Мы знакомы уже некоторое время, но я только сейчас узнал ваши истинные личности. Я плохо справился со своими обязанностями. Давайте узнаем друг друга снова. Меня зовут Шэнь Цзяньго, я недавно окончил университет и работаю на своей первой работе. Я нервничаю из-за того, что впервые веду класс. Независимо от того, кто вы, для меня вы – первая группа учеников, которую я учил и которую никогда не смогу забыть. А теперь я объявляю перекличку.

Вызвав по очереди двадцать студентов, я написал на доске слова «как установить правильное мировоззрение».

— Вы все, наверное, слышали от директора Чжан, что это наш последний урок. Моя главная задача – помочь вам всем окончить школу. Но я по-прежнему считаю, что независимо от того, люди вы или призраки, всё должно быть сделано хорошо от начала до конца. Я всё ещё должен закончить урок о формировании мировоззрения.

— Теперь я расскажу о самом важном моменте. Вам необходимо обладать способностью определять правильное от неправильного.

Это была не очень подходящая тема для лекции. Бесчисленные философы в истории потратили свою жизнь на обсуждение добра и зла, так и не найдя ответа, который устроил бы всех. Естественно, я также не мог сказать ничего конкретного.

Что я мог сказать, так это то, что достаточно иметь честное сердце и никогда не стыдиться его.

После часовой лекции я сказал ученикам:

— Возможно, вы думаете, почему теперь, когда я знаю, что вы призраки, я всё ещё говорю о мировоззрении? Разве разговор с призраками о мировоззрении не является бредом сумасшедшего? Но после моего недавнего опыта я считаю, что граница между людьми и призраками на самом деле не является жизнью и смертью. Есть люди, которые подобны злым призракам, даже если они живые. Они могут только вредить жизни и имуществу людей. Однако дух некоторых людей остается в их сердцах и после смерти.

— Учитель Лю и Нинь-тяньши сказали мне, что когда вы сядете в автобус Ци-Дагэ и пересечёте мост Найхэ, вы забудете всё о своих прошлых жизнях. То, о чём я вам сейчас рассказываю, вы тоже не будете помнить. Но я верю, что даже если память не сохранится, всё равно есть вещи, выгравированные на душе, которые невозможно забыть.

Закончив, я достал стопку анкет о намерениях выпускников и раздал по одной каждому ученику.

— Эта анкета даёт вам несколько вариантов: покинуть школу, продолжать посещать занятия или стать служащим Дифу. Те ученики, которые решили перейти за грань, пожалуйста, возьмите писание о реинкарнации, лежащее у вас на столе. Вы будете читать его под руководством учителя языка Лю Сышуня. Если вы решите стать государственным служащим Дифу, я изучу предложения о работе в Дифу и сожгу для вас материалы. Если вы хотите остаться, чтобы посещать занятия, Нинь-тяньши отведёт вас в секту Маошань, и я продолжу учить вас.

Как только я замолчал, все ученики как один взяли в руки копии писания о реинкарнации и начали декламировать. Был один ученик, у которого даже не было рук, но он всё равно крепко схватил писание ртом.

— Похоже, что все твёрдо решили окончить школу. Тогда давайте пригласим учителя Лю на кафедру, чтобы он возглавил чтение.

Я отошёл от доски. Учитель Лю поправил свой серый костюм, достал откуда-то расчёску и причесался. Затем он взял тетрадь, в которой только что закончил писать, и встал на трибуну.

Я сидел рядом с Сяо Нинем и слушал, как все читают Священное Писание. Очень скоро я начал дремать. Как только моя голова опустилась, Сяо Нинь толкнул меня в бок. Мы договорились об этом заранее, я определённо не мог уснуть во время последнего занятия.

Они продолжали читать до двух часов ночи. Когда водитель подъехал к воротам школы, чтобы забрать меня, учитель Лю повёл всех учеников в автобус.

Ни один из двадцати учеников не остался без внимания. Они сидели на своих местах и молча смотрели на меня через окна.

— Следующая остановка этого автобуса – мост Найхэ, – объявил водитель. — Никаких живых людей в автобусе.

Мы с Сяо Нинем стояли рядом с автобусом и смотрели, как учитель Лю садится последним и машет нам рукой.

— У меня целый месяц не было работы, и вот, наконец, я снова занимаюсь своим делом, — проговорил водитель, помахав мне рукой с жестом, похожим на прихлопывание мухи. — В будущем держитесь подальше от автобусов-призраков.

Двери закрылись, заклубился туман, и автобус с номером 444 постепенно исчез, оставив нас с Сяо Нинем смотреть ему вслед.

На моём телефоне раздался звонок. Это было сообщение от директора Чжан: «Ваша зарплата и премия были переведены на ваш счёт. Наши трудовые отношения прекращены».

Я посмотрел на уведомление о том, что на мой счёт поступило 425 000 юаней, но не почувствовал радости.

Директор Чжан отправила ещё одно сообщение: «Спасибо. Не забудьте также прийти на мои похороны через пару дней».

Сяо Нинь посчитал на пальцах.

— Срок жизни директора Чжан подошёл к концу. Следующим призраком, который поедет в этом автобусе, скорее всего, будет она. Но ты можешь быть уверен, с её заслугами она обязательно скоро возродится. Она снова станет хорошим человеком и будет жить счастливой жизнью.

— Я знаю, — ответил я немного грустно. — Но это моя первая работа после окончания университета. У меня была только одна коллега, которая была человеком, а теперь и её скоро не будет.

— У тебя будут новые коллеги, — уверенно проговорил Сяо Нинь.

— Но я должен найти новую работу, а ты, несомненно, унаследуешь Секту Маошань позже.

Я вдруг вспомнил кое-что.

— Мы только-только начали отношения. Неужели нам придётся жить на расстоянии? Это слишком жестоко!

Только вчера у меня был первый поцелуй.

— Нам не обязательно жить на расстоянии, — возразил Сяо Нинь, поглаживая свой подбородок. — На самом деле, наша секта Маошань всегда шла в ногу со временем, делая то, что было принято в каждый период. Например, сейчас мы получаем больше дохода от нашего живописного места, чем от изгнания призраков. Это тоже прогресс.

Я не понял, что он имел в виду. Я знал только, что у Сяо Ниня может быть способ решить проблему дальнего расстояния, поэтому я с нетерпением смотрел на него.

Сяо Нинь торжественно сказал:

— Как главный ученик главы секты и будущий глава секты Маошань, я всегда был глубоко озабочен политической грамотностью учеников секты Маошань. Молодые люди в наше время слишком взбалмошны. Иногда, увидев призрака, они кричат даже громче, чем жертвы призрака. Выводить их на улицу действительно немного унизительно. Нам срочно нужен политический учитель, который знает внутреннюю ситуацию, не боится призраков, обладает отличными теоретическими знаниями, имеет степень аспиранта или выше, чтобы научить их вооружаться мыслями в соответствии с течением времени и воспитать справедливое и твёрдое сердце, не боящееся ни призраков, ни богов.

А? Почему-то казалось, что требования, о которых говорил Сяо Нинь... идеально подходят мне!

— Сколько составляет месячная зарплата? — сразу же спросил я.

— Наша секта Маошань – это крупное частное предприятие. От главы секты до временных работников на живописном участке – несколько сотен человек. Зарплата соответствует зарплате крупного предприятия. Как насчёт базовой зарплаты в 10 000 юаней, включая питание и проживание, и премиальных в зависимости от количества людей, прошедших обучение?

— Согласны ли глава секты Нинь и старейшины секты Маошань?

— Учитывая, что в твоём послужном списке числится перевоплощение двадцати одного свирепого призрака одновременно, есть ли кто-нибудь, кто не согласится? — Сяо Нинь посмотрел на меня и улыбнулся. — Теперь, похоже, не хватает только резюме.

— У меня есть резюме на моём ноутбуке. Скажи мне адрес электронной почты, и я сразу же отправлю его! — я достал ноутбук из сумки.

— Есть лишь одна трудность.

— Какая бы ни была трудность, я смогу её преодолеть! — моя голова была забита десятью тысячами в месяц.

Сяо Нинь указал на пластырь на своём лице и сказал:

— Начальник отдела кадров, Нинь Тяньцэ, хочет злоупотребить своей властью ради личной выгоды и заполучить нового политического учителя. Если учитель Шэнь не согласится, то в будущем он может столкнуться с преследованиями на работе.

Я поцеловал Сяо Ниня в пластырь и ответил:

— Учитель Шэнь согласен!

— Тогда иди распечатай резюме и положи его в папку. Я выполнил своё задание и могу официально стать Небесным Мастером. После похорон директора Чжан мы отнесём резюме в секту Маошань. Я закажу билеты на поезд.

— Абсолютно никаких жёстких сидений!

Я схватил Сяо Ниня за руку, прежде чем он успел заказать билеты, и переплёл наши пальцы вместе.

— Ты не сможешь заказать билеты на поезд ночью. Сейчас мы вернёмся на велосипедах в отель, а завтра утром купим билеты на самолёт, хорошо? Я сам оплачу дорогу.

Только подумайте об этом: Теперь у меня на счету были сотни тысяч, а также красивый парень, который отвечал за крупную национальную туристическую зону. Моё будущее было безграничным.

Я действительно поднялся на вершину жизни.

Глава 43 - Экстра 1

Нинь Тяньцэ просидел в интернет-кафе больше часа, но так и не нашёл объявления о работе, о котором говорил его Шифу. Рассерженный и встревоженный, он покинул наполненное дымом интернет-кафе и в оцепенении пошёл по улицам.

Старейшины секты придавали большое значение этому заданию. Перед отъездом Нинь Тяньцэ сказали, что если свирепые призраки окажутся слишком сильными, он должен связаться с сектой.

Как у главного ученика секты Маошань, сердце Нинь Тяньцэ было полно гордости. В конце концов, он был учеником, который мог самостоятельно справиться со свирепым призраком. Все его шиди могли поймать призрака в ловушку, только объединившись в массив, а он мог орудовать драгоценным мечом секты, изгоняющим зло.

Высокомерный Нинь Тяньцэ не ожидал, что на сей раз уход из секты не пройдёт гладко. Он действительно совершил ошибку, выполняя своё первое задание.

В лицо ему дул прохладный ветер. Город Х был не так хорош, как секта Маошань. Здесь было шумно, сердца людей были непостоянны, и даже ночной ветер был переменчив.

Он гулял до четырёх утра, когда его Шифу прислал сообщение: «Тяньцэ, госпожа Чжан, поручившая нам это задание, сказала мне, что с призраком, овладевшим человеческим телом, уже разобрались. Осталось только провести его за грань. Ты хорошо справился. Учитель доволен».

Нинь Тяньцэ честно ответил: «Шифу, я этого не делал. Я ещё не получил задание».

«А? Тогда в чём дело? Кто-то пришёл раньше нас, чтобы разобраться с призраком? Но если есть такой мастер, то почему он не перевоплотил призрака?»

Глава секты Нинь ничего не мог понять. Он мог только написать: «Иди в 404-ю квартиру поместья Дальний Берег и посмотри. Это обитель призраков. Здание было построено в проклятом месте, и в результате строительства все злые духи сосредоточились в 404-й квартире. Только по-настоящему одарённый человек сможет выжить, проживая там. Любой другой умрёт, а его семья распадётся. Я не знаю, сколько злых призраков накопилось там за эти годы. Этот учитель пришлёт тебе информацию. Ты должен быть осторожен».

Поскольку его Шифу был так насторожен, Нинь Тяньцэ, естественно, не посмел отнестись к этому легкомысленно. Сначала он нашёл общественный туалет, чтобы переодеться в ритуальное одеяние, а затем поймал такси до поместья Дальний Берег.

Тёмная энергия 404-й квартиры была видна невооружённым глазом снаружи здания. Нинь Тяньцэ глубоко вздохнул, обмазал своей кровью развеивающий зло меч и бросился внутрь.

На четвёртом этаже он увидел крепко связанного мужчину. Он открыл дверь 404-й квартиры и пытался выбраться наружу.

Нинь Тяньцэ увидел, что этот человек был одержим. По какой-то причине мастер, подчинивший его, использовал только верёвку для связывания и не применил никакой магии.

Он приставил меч к его носу и сказал:

— Быстро покинь это тело. Я могу перевоплотить тебя или же уничтожить.

— Ах... кровь... кровь... кровь... кровь...

Свирепый призрак, овладевший телом, увидел кровь на мече, рассеивающем зло, и испуганно попятился назад. Он прижался к стене, дрожа и жалобно глядя на Нинь Тяньцэ.

— М-мастер, давай, перевоплоти меня, я больше не хочу отпиливать людям ноги, ву-ву-ву...

Пока он говорил, он начал плакать. Как же мастер, усмиривший этого призрака, пытал его, чтобы довести до такого состояния?

Призрак уже имел представление о реинкарнации. При таком сотрудничестве Нинь Тяньцэ просто произнёс заклинание и переместил его.

Пока свирепый призрак переходил в другое состояние, Нинь Тяньцэ почувствовал, как в главной спальне рассеивается тёмная энергия. Он тихонько приоткрыл дверь и увидел спящего на кровати мужчину с открытым ртом. У кровати лежала бензопила.

Когда Нинь Тяньцэ убрал бензопилу, мужчина в спальне всё ещё не проснулся. Он вложил бензопилу в руки одержимого. Голова мужчины ещё не прояснилась, он всё ещё находился в оцепенении. Он отвечал на все вопросы Нинь Тяньцэ.

Он сказал, что он плотник, а бензопила – его инструмент. Нинь Тяньцэ сказал ему вернуться домой, и когда он проснётся, то забудет, что произошло этой ночью. Мужчина в оцепенении покинул квартиру и отправился домой.

После того как одержимый ушел, Нинь Тяньцэ остался, ощущая леденящий душу мрак квартиры.

В квартире было три комнаты и гостиная. В главной спальне спал счастливый идиот; во второй спальне тёмная энергия была готова принять форму. К счастью, время было около пяти часов утра, и в комнату проник солнечный луч, слегка ослабив тёмную энергию.

В ванной, на кухне и в других местах были совершенно нескрываемые следы свирепых призраков, но идиот из главной спальни всё равно спал в этой квартире всю ночь.

Нинь Тяньцэ знал, что в одиночку он не сможет противостоять этому свирепому призраку. Придётся просить помощи у секты. Он дождался рассвета, пока проснётся этот беспечный идиот.

Этот человек действительно любил поспать. Он проспал до восьми утра. Нинь Тяньцэ не спал всю ночь, он так устал, что прислонился к стене и задремал, когда услышал крик «моя бензопила»! Нинь Тяньцэ сразу же проснулся и встал посреди гостиной, заложив руки за спину, создавая ауру таинственности.

Затем из спальни выбежал мужчина. Его мускулистая верхняя часть тела была обнажена. Он тупо посмотрел на Нинь Тяньцэ и пробормотал:

— Э... вы...

— Тебе действительно повезло, — фыркнул Нинь Тяньцэ. — Ты посмел спать в этой квартире целую ночь. Уходи скорее. Если ты останешься в этой квартире дольше, я не знаю, как ты умрёшь.

Высказав свой совет, Нинь Тяньцэ сохранил образ мастера и унёсся прочь, как ветер, даже не разглядев внешность мужчины. Он запомнил только его глупое спящее лицо.

Если бы он немедленно не покинул квартиру, то в течение трёх дней у него началось бы кровотечение из семи отверстий лица, и он бы умер.

После возвращения в отель, где он остановился, Нинь Тяньцэ был измотан. Он планировал поспать, а затем вернуться в свою секту. Задание уже было украдено другим мастером, и оставаться в городе Х не было смысла. Кроме того, ему нужно было вернуться в секту, чтобы попросить помощи в избавлении от призрака в 404-й квартире, который обладал по меньшей мере столетним запасом силы.

Но когда он проснулся, Шифу сказал ему не уезжать до поры до времени. Он должен пойти понаблюдать за заброшенной школой под названием «Средняя школа Беневоленс». Им было очень любопытно, что это за мастер, который принял задание.

Глава секты Нинь сказал Нинь Тяньцэ, что он должен быть осторожен и не входить в среднюю школу «Беневоленс» ночью. Там было запечатано более двадцати свирепых призраков, и Нинь Тяньцэ не смог бы справиться с ними самостоятельно.

Нинь Тяньцэ также было очень любопытно, что это за мастер. Он не знал, что этот человек сделал, чтобы напугать Призрака Пилящего Ноги до такого состояния. Наблюдая за средней школой «Беневоленс» с её пугающей энергией негодования, он задавался вопросом, кто мог держать так много свирепых призраков запертыми в этой школе.

В полночь третьего дня перед воротами школы остановился призрачный автобус. Нинь Тяньцэ знал, что этот автобус используется для перевозки призраков в подземный мир, но свирепые призраки в средней школе «Беневоленс» не хотели отправляться в подземный мир, так почему же он остановился здесь?

К удивлению Нинь Тяньцэ, из автобуса вышел живой человек, затем попрощался с водителем и сказал, что увидится с ним в два часа.

Это было плохо. Человек был в опасности.

Как ученик секты Маошань, он был обязан охранять праведность и отгонять зло. Даже зная, что он не сможет победить, он не мог стоять в стороне и смотреть, как страдает обычный человек.

Нинь Тяньцэ поднял меч, собрал всё своё мужество и бросился в школу. Возможно, он не сможет вернуться в секту Маошань, но даже если он потеряет свою жизнь, он всё равно должен спасти этого человека.

Нинь Тяньцэ мчался всю дорогу до третьего этажа. На полпути вверх по лестнице он увидел свирепого призрака в красной одежде, который держал человека. Он хлопнул себя по груди, и его защитный золотой нефрит вылетел наружу, паря в воздухе и излучая ослепительный свет. Золотой нефрит был драгоценным оружием его секты. Он занимался с ним с самого детства, пока тот не слился с его жизнью. Если бы нефрит раскололся, его душа была бы уничтожена. Нинь Тяньцэ не стал бы использовать его кроме как в самых опасных обстоятельствах.

И это был самый опасный момент!

Нинь Тяньцэ нанёс удар в грудь призрака в красной одежде, не ожидая, что мужчина шагнёт к призраку и заслонит его, блокируя меч.

— Уйди с дороги!

Нинь Тяньцэ знал, что мужчина был введён в заблуждение свирепым призраком. Он считал, что это бедная девушка, не понимая, что свирепый призрак позади него весь в крови и направляет свои когти ему в спину. Одно движение, и свирепый призрак вырвет его сердце и съест его.

В этот момент он наконец заметил, что этот человек и есть тот самый идиот, живущий в 404-й квартире. Он был подстрижен и выглядел довольно симпатично. Его внешность была приятной; он был из тех людей, у которых всегда спрашивают дорогу на улице.

Он был просто немного глуп. Чтобы защитить свирепого призрака, он вступил в схватку с Небесным Мастером, из-за чего тот напрасно использовал свой золотой нефрит и позволил призраку уйти.

Не только свирепый призрак в красной одежде убежал, но и все призраки в классе тоже исчезли.

Нинь Тяньцэ был зол, но в то же время чувствовал себя везунчиком. Если бы призрак в красной одежде не был ранен кем-то раньше, его навыков не хватило бы, чтобы справиться с ним.

Кто же ранил свирепого призрака? Может быть, это был другой мастер, которого пригласила госпожа Чжан?

Человек по имени Шэнь Цзяньго продолжал и продолжал говорить Нинь Тяньцэ что-то о том, что он школьный учитель, и о том, что он не верит в феодальные суеверия. Он даже не представлял, чего ему удалось избежать.

Его нельзя было назвать коротышкой, но Нинь Тяньцэ вырос в Маошане и ежедневно занимался культивированием, поэтому его рост был выше.

Нинь Тяньцэ посмотрел вниз на пушистую стрижку мужчины, поборол желание потрогать её и подумал: «Учитель? Он учит призраков?»

Он не думал, что тот действительно учит призраков!

Но через два дня Нинь Тяньцэ снова встретил Шэнь Цзяньго. На этот раз Шэнь Цзяньго оказался в ловушке призрачного лифта.

С призраком, овладевшим объектом, было трудно справиться, тем более что этот призрак мог управлять лифтом. Если ему не удастся усмирить призрака до того, как лифт упадёт, то сила падения лифта убьёт его.

В спешке Нинь Тяньцэ мог только предложить Шэнь Цзяньго использовать мочу, чтобы отпугнуть призрака на время, достаточное для его прибытия.

Но вместо этого...

Воспоминания о том, что произошло потом, заставили сердце даоса Нинь Тяньцэ содрогнуться. Он много лет упорно тренировался, но не мог сравниться с одним случайным ударом Шэнь Цзяньго. Сам он сражался с призраком до тех пор, пока его силы почти не иссякли. Он полагал, что они с Шэнь Цзяньго закончат свою жизнь в лифте. Шэнь Цзяньго выхватил меч, рассеивающий зло, и Нинь Тяньцэ с удивлением наблюдал, как призрак лифта высунул голову и был немедленно уничтожен.

Для использования меча, рассеивающего зло, требовалось много магической силы. Нинь Тяньцэ занимался культивированием с детства. После десяти лет упорных тренировок, в восемнадцать лет, он наконец-то смог использовать меч. Но Шэнь Цзяньго...

Нинь Тяньцэ в оцепенении пошёл на кладбище и просидел ночь в тишине. На следующий день он сел в поезд и уехал. В мире было слишком много способных людей, а он был всего лишь учеником, который ещё не завершил своё обучение. Его способности были слишком малы. Он должен был вернуться в свою секту и заниматься в уединении в течение десяти лет; только тогда он сможет завершить своё обучение.

Уныло сидя в шумном поезде и чувствуя запах лапши быстрого приготовления, которую ели окружающие посреди ночи, Нинь Тяньцэ с трудом заснул.

У него не было способности его Шифу сидеть без движения в течение семи дней. После того как он немного посидел, его ноги затекли, и ему захотелось встать и пошевелиться. В это же время он проверил свой телефон.

Проверив телефон, он увидел сообщение от Шэнь Цзяньго. В нём говорилось, что сегодня у него было занятие с учениками, и что он сопровождает ученика с подстилкой на спине, чтобы тот переночевал в больнице.

Он был слишком высокого мнения о своей удаче. Он был доволен, только если создавал проблемы.

Нинь Тяньцэ поспешно сошёл на ближайшей станции, отчаянно набрал номер Шэнь Цзяньго, но тот был вне зоны доступа. Нинь Тяньцэ так нервничал, что бежал по дороге. Только на рассвете ему удалось взять машину напрокат в ближайшем городе.

На самом деле, Нинь Тяньцэ прекрасно понимал, что после того, как пройдёт ночь, Шэнь Цзяньго будет мертв. Но хотя он знал это, он всё равно хотел вернуться. Они были знакомы совсем недолго. Даже если он не успеет вернуться, он хотел забрать тело Шэнь Цзяньго и провести для него ритуал перехода, чтобы хотя бы узнать, как он умер.

Но когда он добрался до больницы, Шэнь Цзяньго, как идиот, сушил на солнце подстилку. Увидев Нинь Тяньцэ, он взволнованно помахал ему рукой.

Глава 44 - Экстра 2

Нинь Тяньцэ впервые открыл свой третий глаз, желая увидеть, что же такого особенного было в учителе Шэне, что позволило ему провести ночь в компании свирепого призрака.

Как только его третий глаз открылся, он увидел душу подростка, дрожащую под подстилкой и жалко прячущуюся от солнечного света.

Затем, словно демон, Шэнь Цзяньго перевернул подстилку, и юный свирепый призрак оказался под лучами утреннего солнца.

Нинm Тяньцэ впервые видел такого сильного призрака, способного даже пережить солнце. Конечно, он также впервые видел такого жалкого на вид призрака.

Когда ученики секты Маошань имели дело с призраками, даже если они уничтожали их, им приходилось сначала пройти через жестокую битву. Они устанавливали массив, читали заклинания, истощали свои силы. Свирепые призраки неистовствовали, завывали и в каждый момент намеревались причинить вред. Одно неосторожное движение и они были бы ранены энергией Инь.

Но этот свирепый призрак почему-то заставил Нинь Тяньцэ вспомнить о барбекю. Когда одна сторона поджаривалась, её переворачивали, чтобы поджарить другую.

Учитель Шэнь с радостью пригласил Нинь Тяньцэ сесть на подстилку. Нинь Тяньцэ молча смотрел на юного свирепого призрака и испытывал необъяснимое сочувствие.

Он подумал, что свирепый призрак, даже если он умрёт, должен умереть с достоинством. Быть уничтоженным Небесным Мастером, вложившим все свои силы в массив, было гораздо лучше, чем стать шашлыком.

Нинь Тяньцэ удивился ещё больше, когда Шэнь Цзяньго достал из сумки тетрадь из человеческой кожи. Тёмная энергия этой тетради была ему знакома, она была такой же, как и тёмная энергия во второй спальне 404-й квартиры.

Теперь, похоже, её тоже собирались зажарить.

Кроме того, тетрадь было сложнее использовать для защиты от солнца, чем подстилку. В третьем глазу Нинь Тяньцэ появился человек в костюме Чжуншань, скрючившийся под тетрадью и использующий её жалкую тень, чтобы загородить себя от солнца. Рука, выставленная на солнце, постепенно становилась прозрачной, и в то же время тетрадь источала ясный, свежий запах.

Этот свирепый призрак, обладающий по меньшей мере столетним опытом, выглядел крайне жалко. Нинь Тяньцэ не знал, кому в данный момент сочувствовать. Сочувствовать учителю Шэню за то, что он провёл ночь в компании свирепого призрака? Сочувствовать себе за то, что с двух до шести утра пробежал более тридцати километров, потому что волновался? Или сочувствовать свирепым призракам, жалобно смотрящим на него под солнцем?

С любопытством он расспрашивал учителя Шэня о том, как прошло его занятие накануне вечером. Чем больше он слушал, тем больше пугался. Тот призрак выращивал насекомых в собственном теле – эти насекомые были записаны в древних книгах Моашаня. Они назывались трупными насекомыми. Если они укусят обычного человека, он получит трупное отравление и умрёт в течение часа. Его труп и душа попадали в рабство к хозяину трупных насекомых и он больше никогда не мог возродиться.

Учитель Шэнь говорил, что использовал тетрадь, чтобы раздавить этих насекомых.

Глядя на заляпанного кровью свирепого призрака республиканской эпохи под тетрадью, Нинь Тяньцэ почувствовал необъяснимую жалость. Такой сильный свирепый призрак, способный убивать своим телом трупных насекомых, пришёл к такому жалкому концу – высыхал на солнце как подушка.

В классе также были ученики, не боявшиеся трупных насекомых, и чья сила должна была быть на уровне этого Тянь Буэна. Более двадцати свирепых призраков – что же такого особенного было в Шэнь Цзяньго?

Задавшись этим вопросом, Нинь Тяньцэ не стал отказываться, когда учитель Шэнь пригласил его к себе, чтобы отдохнуть. Несмотря на то, что это было зловещее место, Нинь Тяньцэ не было страшно.

Под влиянием какого-то внутреннего импульса Нинь Тяньцэ посоветовал учителю Шэню не класть тетрадь и подстилку на солнце, тем самым спасая жизнь двум свирепым призракам. Призрак республиканской эпохи даже поднял руку в знак благодарности, выглядя довольно комично.

Как ученик секты Маошань, он не должен был сосуществовать со свирепыми призраками. Он должен уничтожить этих вредных существ, как только увидит их. Но Нинь Тяньцэ казалось, что если свирепые призраки, беспокоившие его много лет, будут изгнаны таким недостойным образом, то это будет неправильным поступком по отношению к трудолюбивым ученикам Маошань.

Нинь Тяньцэ остался на некоторое время в 404-й квартире и обнаружил, что тёмная энергия в квартире исчезает со скоростью, видимой невооружённым глазом, а второй призрак пропал. Осталась только тетрадь из человеческой кожи, которую перелистывал учитель Шэнь. В этот момент Нинь Тяньцэ стало ясно, что мастер, укравший его выпускное задание – это учитель Шэнь.

Он не был культиватором и не верил в призраков. Его сердце и разум были полностью посвящены его ученикам-призракам. Он даже хотел найти психиатра для Призрака Постели.

Его мотивы были исключительно благими и честными. Это заставляло Нинь Тяньцэ не знать, смеяться ему или плакать, но в то же время чувствовать восхищение.

После ухода из 404-й квартиры, Нинь Тяньцэ не преминул связаться с менеджером Ся, с которым он уже имел дело раньше, желая узнать что-нибудь о прошлом опыте учителя Шэня.

Он думал, что учитель Шэнь развил в себе такие способности только после того, как случайно наткнулся на объявление директора Чжан о работе. Только услышав рассказ Ся Цзиня, Нинь Тяньцэ узнал, что в институтские годы Шэнь Цзяньго уже заставил неизвестное количество свирепых призраков перейти за грань, даже ничего не зная об этом.

Нинь Тяньцэ, молча посочувствовав призракам, подробно расспросил о прошлом учителя Шэня. Менеджер Ся усмехнулся и сказал:

— Похоже, что на этот раз этот глупый мальчик Шэнь Цзяньго не влюблён безответно. Когда я узнал, что он влюбился в Нинь-тяньши, я немного волновался, что его ждёт ещё одна неудача. Но если эта влюблённость взаимна, то я могу расслабиться и считать, что кто-то пришёл, чтобы устранить угрозу. Вы не представляете, сколько девушек в нашем институте были влюблены в Шэнь Цзяньго. Моя девушка до сих пор ругает меня каждый день, говоря, что было бы лучше, если бы я был хотя бы наполовину таким внимательным, как Шэнь Цзяньго.

Менеджер Ся говорил что-то ещё, но Нинь Тяньцэ не слышал ничего из этого. Как только он услышал слова «влюбился в Нинь-тяньши», внутри его головы поднялся гул, и он не мог слышать голос другого.

Учителя Шэня привлекали мужчины, и более того, он был заинтересован в нём!

Эта новость показалась ему более шокирующей, чем то, что учитель Шэнь собственноручно издевался над призраками.

Лёжа в постели, Нинь Тяньцэ долго не мог заснуть. После вчерашней ночной пробежки по шоссе он явно должен был устать, но он просто не был в состоянии заснуть. Он взял телефон и пролистал круг друзей учителя Шэня, беспокойно ворочаясь и путаясь в мыслях.

Затем учитель Шэнь прислал сообщение, в котором говорилось, что Призрак Постели нанёс себе увечья и обжёг себя и Призрака Тетради. Призрак Тетради как раз наставлял Призрака Постели. Учитель Шэнь очень волновался и не знал, что делать; он был немного расстроен.

Хорошо, что Призрак Постели смог придумать ложь, чтобы обмануть учителя Шэня, опасаясь, что если учитель Шэнь узнает, что он призрак, его обращение будет ещё более жестоким. Нинь Тяньцэ вспомнил юного призрака, которого он видел днём. Казалось, из него физически выдернули всю его одержимость. Теперь он был уже недалёк от перехода. Поэтому он посоветовал учителю Шэню пустить всё на самотёк, пусть два призрака утешат друг друга.

Как и ожидалось, настроение учителя Шэня улучшилось. У него был простой характер, понятный с первого взгляда. Он быстро отложил этот вопрос и сказал, что хочет купить инсектицид, чтобы отучить своего ученика играть с насекомыми.

Восхищаясь умственными способностями учителя Шэня, Нинь Тяньцэ не мог не улыбнуться. Они договорились встретиться на следующий день, чтобы купить предметы первой необходимости. Нинь Тяньцэ хотел посмотреть, как учитель Шэнь справится с трупными насекомыми, которые доставили секте Маошань столько головной боли.

Договорившись о времени, Нинь Тяньцэ был в приподнятом настроении. В конце концов, он был всего лишь молодым человеком, которому только-только исполнилось двадцать лет, и он с нетерпением ждал некоторых вещей, которые были за пределами его опыта.

В тот момент его голова была полна средством против насекомых и свирепых призраков. Он совсем забыл о том, что понравился учителю Шэню, и о том, что их встреча может считаться свиданием. Он также забыл о своей бессоннице. Обняв телефон, он крепко заснул и всю ночь мечтал об уничтожении призраков вместе с учителем Шэнем.

Когда он проснулся, он улыбался. Он не мог вспомнить подробности своего сна, только смутно чувствовал, что это был чудесный сон.

Улыбка сохранялась до тех пор, пока он не встретил учителя Шэня, который в лицо назвал его красивым. Тогда Нинь Тяньцэ вспомнил, что нравится учителю Шэню, и слегка покраснел. Он не знал, стоит ли ему избегать учителя Шэня или продолжать с ним общаться, чтобы повысить свои навыки.

Впрочем, пусть всё идёт своим чередом. В любом случае, внешность учителя Шэня была очень красивой, и Нинь Тяньцэ совсем не тяготило общение с ним.

С учителем Шэнем было очень легко найти общий язык. Хотя он был упрям, он не стал бы оскорблять чужие убеждения. Он говорил, что не верит в призраков, но не пытался запудрить мозги Нинь Тяньцэ, говоря, что секта Маошань – мошенники.

Когда Нинь Тяньцэ увидел инсектицид, он вспомнил, как боялся крови Призрак Пилящий Ноги, и добавил в средство кровь учителя Шэня. Таким образом, он сможет отгонять призраков и убивать насекомых.

Идя в тот вечер на занятия с учителем Шэнем, Нинь Тяньцэ нервничал. Это был самый смелый поступок в его жизни – броситься без посторонней помощи в толпу злобных призраков, не зная, удастся ли ему спастись.

Учитель Шэнь вышел из призрачного автобуса не один. С ним был ещё Призрак Тетради и живой труп.

Призрак Тетради называл себя Учителем Лю. Увидев Нинь Тяньцэ, он сначала тепло поблагодарил его за помощь, оказанную несколько дней назад, а затем взглядом дал понять, чтобы Нинь Тяньцэ не волновался: с ним свирепые призраки не смогут причинить никакого беспокойства.

Нинь Тяньцэ не ожидал, что наступит день, когда ему придётся полагаться на защиту свирепого призрака, чтобы сохранить свою жизнь. Он чувствовал себя немного удручённым. Когда он увидел Дуань Юйлянь, с которой капала трупная вода, сердце Нинь Тяньцэ сжалось.

После контакта с трупной водой в учителя Шэня действительно вторглась энергия Инь, отчего его лицо стало белым и холодным.

Нинь Тяньцэ хотел было ударить себя в грудь и атаковать своим защитным золотым нефритом, но живой труп оказался ещё более жалким. Все её ногти исчезли. Учитель Шэнь достал ржавые щипчики и сказал, что подстриг для неё ногти.

Нинь Тяньцэ потрогал щипчики, на которых оставалось тепло учителя Шэня. Он не знал, сказать ли ему, что учитель Шэнь был беспечен, или восхититься его храбростью.

Они вошли в здание школы. Тянь Буэн ждал их в холле. Нинь Тяньцэ впервые в жизни увидел легендарных трупных насекомых. Он сильно нервничал, понимая, что им предстоит ожесточённая битва. Но учитель Шэнь взял инициативу на себя, достал из сумки инсектицид и распылил его на насекомых. Трупные насекомые упали на пол и погибли, а ядро Тянь Буэна было сильно повреждено.

В этот момент Нинь Тяньцэ неожиданно подумал, что было бы хорошо, если бы учитель Шэнь никогда не узнал о существовании призраков. Тогда он сможет смело идти вперёд, защищая своих учеников без всяких сомнений.

Видя, что учителю Шэню не терпится попасть в класс, Нинь Тяньцэ взял на себя заботу об призраке и велел им идти в класс. Он остался позади, чтобы разобраться с Тянь Буэном.

Пожалуй, это был единственный случай, когда Нинь Тяньцэ удалось устранить призрака с такой лёгкостью. Инсектицид был непобедим. Когда вся бутылка была израсходована, Тянь Буэн встал на колени и взмолился о пощаде. Нинь Тяньцэ легко создал массив, чтобы перевоплотить его.

Держа в руках инсектицид, он вдруг почувствовал, что он просто лиса, позаимствовавшая свирепость тигра, чтобы прорваться сквозь мир злых духов.

Неужели это марксистские принципы в действии? Должен ли он в будущем открыть класс политического образования в секте Маошань?

После изгнания призрака Нинь-тяньши был в хорошем настроении. Когда он вошёл в класс и увидел комнату, полную свирепых призраков, возвышающихся над ним, он не почувствовал ни малейшего страха.

Атмосфера в классе была немного странной. Свирепый призрак в красной одежде неприязненно смотрела на живой труп Дуань Юйлянь. Эти два призрака были равны друг другу по силе и, казалось, готовы были сражаться за первое место. Но почему волосы Му Хуайтун были заплетены в косу?

Нинь Тяньцэ, который уже много лет имел дело с призраками, знал, что два самых опасных элемента женщины-призрака – это ногти и волосы. В ногтях был яд, не слабее, чем в крови трупных насекомых. Волосы могли быть длинными или короткими, и в любом случае дальность атаки, когда они распускались, была ужасающей. Могущественный свирепый призрак часто мог победить десять или более учеников Маошаня, используя только свои волосы.

Но сейчас волосы Му Хуайтун были заплетены, а ногти Дуань Юйлянь были обрезаны. Должно быть, это все дело рук учителя Шэня.

В какой-то момент учитель Шэнь облился колой. Его аккуратная причёска испортилась. Нинь Тяньцэ было невыносимо смотреть на Шэнь Цзяньго в таком состоянии. По его мнению, учитель Шэнь должен выглядеть как пылкий преподаватель, одетый в костюм и кожаные туфли, с испепеляющим взглядом. Он не должен стоять за кафедрой, покрытый липкой кока-колой.

Он достал салфетку, чтобы вытереть ею учителя Шэня. Нинь Тяньцэ хотел было увести его, чтобы он привёл себя в порядок; какой урок можно преподать группе свирепых призраков? Как бы хорошо учитель Шэнь ни говорил, он всё равно играл на лютне для коров.

Но учитель Шэнь придавал большое значение своим занятиям. Слегка вытеревшись, он поспешил прочитать лекцию. Нинь Тяньцэ оставалось только сидеть в углу класса и слушать.

Неожиданно лекция учителя Шэня оказалась увлекательной: как сформировать правильное мировоззрение. Нинь Тяньцэ обнаружил, что никогда не задумывался над этим вопросом. Он считал своим долгом хранить добро и искоренять зло. Человек должен быть спасён, призрак должен быть уничтожен. Теперь же, воодушевлённый лекцией учителя Шэня, он получил смутное представление о мире.

Тщательно записывая книги, рекомендованные учителем Шэнем, он смотрел на свирепых призраков, по выражению лиц которых было видно, что они хотят перестать быть мёртвыми и возродиться. Нинь Тяньцэ тайком улыбнулся и пригласил учителя Шэня вернуться с ним в отель.

Он беспокоился об энергии Инь в теле учителя Шэня, и хотел очистить её.

Должно быть, он действительно нравился учителю Шэню. Тот радостно кивнул и согласился, а затем украдкой посмотрел на него. Нинь Тяньцэ почувствовал себя счастливым. Ему не казалось, что учитель Шэнь ему совсем не нравится.

Если бы не то, что произошло дальше, они с учителем Шэнем могли бы углубиться в разговор и лучше понять друг друга, позволив своим чувствам развиваться естественным образом.

Но учитель Шэнь изменил все талисманы очищения на талисманы экзорцизма.

Это заставило Нинь Тяньцэ забеспокоиться. Он тут же убрал талисманы и написал письмо главе секты. Он не мог самостоятельно решать такие важные вопросы.

Учитель Шэнь прочитал марксистские принципы и заснул рядом с Нинь Тяньцэ. Нинь Тяньцэ взял его на руки и отнёс в комнату для гостей. Перед тем, как уйти, он взглянул на совершенно беззащитное лицо спящего учителя Шэня.

Мог ли он действительно нравиться учителю Шэню, если тот так спокойно делил с ним комнату?

Глава 45 - Экстра 3

После встречи с учителем Шэнем Нинь Тяньцэ обнаружил, что частота его сомнений в себе увеличилась.

В прошлом Нинь Тяньцэ считал себя главным учеником секты Маошань, будущим главой секты, мастером по изгнанию призраков, выдающимся среди своих сверстников, спокойным, храбрым, самодисциплинированным, смеющимся над жизнью и смертью, готовым посвятить всю свою жизнь истинному пути мира.

После встречи с учителем Шэнем Нинь Тяньцэ почувствовал, что его личность рухнула, оставив после себя лишь «главный ученик секты Маошань».

Ему было очень интересно, как учитель Шэнь добился всего этого, полагаясь только на свою горячую кровь, поэтому он стал присматриваться к учителю Шэню. С некоторых пор, Нинь Тяньцэ часто снилась коротко подстриженная голова учителя Шэня и то, как она приятна на ощупь.

Нинь Тяньцэ с малых лет получал ортодоксальное образование от своего Шифу. Глава секты Нинь говорил ему, что прежде чем он усовершенствует свои навыки, он должен оставаться целомудренным, чтобы сохранить преимущество в борьбе с призраками. В то время как многие ученики тайно нарушали правила секты, чтобы завести роман, Нинь Тяньцэ остался верен своим убеждениям, говоря себе, что до тридцати лет он не может иметь никаких отношений. Из-за этого у него не было никакого любовного опыта.

По логике вещей, узнав, что учитель Шэнь испытывает к нему чувства, Нинь Тяньцэ должен был держаться от него на расстоянии, чтобы избежать их глубокого сближения.

Но в сложившейся ситуации, как он мог избегать учителя Шэня?

Кроме того, Нинь Тяньцэ не хотел отталкивать учителя Шэня. Он даже начал испытывать удовольствие от внезапных взлётов и падений чувств. Шэнь Цзяньго был величайшей находкой за всю его неизменную жизнь.

Он жил строго по средствам, но при этом был полон довольства. Он был прям и серьёзен, но был готов пойти на компромисс ради своих учеников. Он был пылким, но никогда не мог понять, что происходит. Он злил, но в то же время заставлял смеяться. Он смог затронуть все фибры сердца Нинь Тяньцэ.

Когда энергия одного человека полностью концентрируется на другом, между ними происходит своего рода химическая реакция.

Нинь Тяньцэ обнаружил, что теперь он часто проверяет свой телефон, желая узнать, не послал ли что-нибудь учитель Шэнь и не столкнулся ли он с чем-то необычным в ходе своей работы.

К сожалению, после той ночи, проведённой в отеле, учитель Шэнь нашёл новую работу и был очень занят. Он редко отправлял сообщения Нинь Тяньцэ. Когда у него появлялось свободное время, он писал о том, какой менеджер Лу хороший начальник или о том, что он опять работает сверхурочно с менеджером Лу и узнаёт много нового.

Нинь Тяньцэ использовал эти дни, чтобы один за другим собрать кусочки своего прошлого и склеить их обратно. Он обнаружил, что Шэнь Цзяньго появился во всех промежутках между кусочками.

Прошло всего несколько дней, а он уже почувствовал, что не видеться один день – равносильно трём годам разлуки.

Когда ему позвонил менеджер Лу и попросил изгнать призрака, Нинь Тяньцэ даже обрадовался. Наконец-то у него появился повод посмотреть, как учитель Шэнь ведёт себя на работе.

Нинь Тяньцэ вспомнил, как выглядел учитель Шэнь во время лекции: он стоял за кафедрой и, казалось, весь светился.

В торговом центре он издалека наблюдал за учителем Шэнем, а затем тихо подошёл к нему. Не успел он поздороваться, как увидел, что учитель Шэнь поскользнулся. Нинь Тяньцэ сразу же кинулся к нему, чтобы поддержать. В этот момент он обнаружил, что, хотя учитель Шэнь мог, засучив рукава, сразить Призрака Пилящего Ноги, и раздавить ногами трупных насекомых, на самом деле он был очень худым, а его талия была такой узкой, что Нинь Тяньцэ мог обхватить её одной рукой.

Он успел лишь горестно приложить пальцы к чёрным кругам под глазами учителя Шэня, когда тот оттолкнул его, взял швабру и принялся энергично вытирать пол.

Оттолкнутый Нинь Тяньцэ начал подозревать, что Ся Цзинь ошибся. Неужели он действительно нравился учителю Шэню?

То, что произошло дальше, заставило Нинь Тяньцэ ещё больше укрепиться в своих убеждениях. Происшествие с менеджером Лу имело явные следы человеческого вмешательства. Казалось, что здесь не обошлось без человеческого заговора, но подлинная энергия негодования не была обманом. Прошлой ночью здесь действительно был призрак.

Нинь Тяньцэ потрясло не то, что в дело вмешался человек, а то, что кто-то был готов работать с призраком, чтобы навредить другим.

Если всё так и было на самом деле, то какая разница между людьми и призраками?

Тогда учитель Шэнь, который отправился на свалку, чтобы выкопать останки, своими действиями дал Нинь Тяньцэ ответ. Людей от призраков отличали не жизнь и смерть, а человеческое сердце.

Он охотно присоединился к учителю Шэню, копая до тех пор, пока от него не стало вонять. Глядя на Му Хуайтун, которая переборола свою ненависть к миру, Нинь Тяньцэ неожиданно ощутил смутное чувство тревоги. Если бы в сердце Му Хуайтун осталось подобное чувство, то даже если бы она встретила учителя Шэня в следующей жизни, то почувствовала бы к нему симпатию.

Менеджер Ся сказал, что учитель Шэнь был очень популярен в институте. К счастью, его привлекали мужчины, иначе он стал бы настоящей угрозой для мужчин. Девушки чувствовали ориентацию учителя Шэня и постепенно меняли своё отношение к нему на сестринское.

Мог ли он нравиться такому великолепному человеку, как учитель Шэнь?

Услышав, что учитель Шэнь собирается устроить ученикам тестирование, Нинь Тяньцэ чуть не рассмеялся.

Хотя он и был учеником Маошаня, ему всё равно пришлось пройти через девять лет обязательного обучения. Когда он был подростком, магические способности Нинь Тяньцэ были средними. Когда злые духи узнали, что он является учеником секты Маошань, они тайно подменили его контрольные работы, чтобы Нинь Тяньцэ провалил экзамены. Это было очень унизительно для ученика главы секты. Этот случай тенью лежал в сердце Нинь Тяньцэ.

Но теперь учитель Шэнь хотел проверить юридические знания учеников. Нинь Тяньцэ вдруг подумал, что если призраки смогут стать законопослушными, то это будет хорошо.

Нинь Тяньцэ хотелось хлопать в ладоши и топать ногами в знак одобрения, но, подумав о своём поведении перед учителем Шэнем, он сдержанно кивнул и сказал, что будет присутствовать на уроке.

В то время как преподавательская работа учителя Шэня шла полным ходом, с его новой работой было всё не так гладко. Из-за того, что он доложил о своём коллеге в полицию, его уволили, и он получил только месячную зарплату за стажировку.

Он был очень расстроен и говорил, что у него нет денег. Нинь Тяньцэ никогда не знал, сколько у него самого денег, но он знал текущую рыночную цену на экзорцизм. Сравнив её с месячной зарплатой учителя Шэня, он понял, что содержать учителя Шэня будет несложно.

Если бы учитель Шэнь пришёл в секту Маошань, чтобы обучать учеников секты укреплению их моральных качеств и правосознания, и они могли бы видеться день и ночь, это было бы замечательно.

Его Шифу уже сидел в поезде. Когда он приедет, он должен не забыть сказать ему об этом. Со способностями учителя Шэня его Шифу точно не откажется. Если бы в секте Маошань было больше таких людей, как учитель Шэнь, сила учеников значительно возросла бы.

После того как он самодовольно наблюдал за тем, как учитель Шэнь тестирует призраков, его Шифу прибыл в город Х, и Нинь Тяньцэ пригласил учителя Шэня остановиться в отеле и повидаться с его Шифу. Это уже можно было назвать открытыми действиями.

Мир культивации не возражал против гомосексуализма. Существовало даже мнение, что два ученика-мужчины, культивирующие вместе, сохранят больше Ян, чем мужчина и женщина. Хотя его Шифу был несколько негибким, он не был склонен заставлять его жениться и заводить детей. Он не был бы против.

Как и ожидал Нинь Тяньцэ, первое впечатление об учителе Шэне у его Шифу было очень хорошим. Как только они встретились, он сразу же прочитал его судьбу по ладони и спросил о дне рождения. Нинь Тяньцэ тайком подсчитал по своим восьми иероглифам и дате рождения: они с учителем Шэнем были парой, созданной на небесах.

Последние несколько дней учитель Шэнь был перегружен работой. После того как он помог Нинь Тяньцэ уложить главу секты Ниня, измученного открытием третьего глаза, в постель, учитель Шэнь уснул, сидя на кровати Нинь Тяньцэ. Нинь Тяньцэ снял с него ботинки и носки, подложил под голову подушку и укрыл одеялом.

Разумеется, если учитель Шэнь случайно заснул в его постели, то Нинь Тяньцэ следовало бы пойти спать в комнату для гостей.

Но глядя на беззащитное лицо спящего учителя Шэня, сердце Нинь Тяньцэ защемило. Он не хотел уходить.

Даже если они и не встречались, учитывая их отношения, разделить комнату с учителем Шэнем не должно было быть проблемой...

Нинь Тяньцэ было очень неловко лежать рядом с учителем Шэнем. Вспомнив слова менеджера Ся, он расстегнул рубашку, слегка обнажив пресс. Ему было интересно, что скажет учитель Шэнь, когда увидит его утром.

С этими мыслями Нинь Тяньцэ заснул. Он с детства не спал по ночам, изгоняя призраков, и вообще никогда не спал спокойно. Но лежать рядом с учителем Шэнем было особенно спокойно. В этот раз он заснул, как только его голова коснулась подушки, и проспал без сновидений всю ночь.

Несмотря на то, что он хотел увидеть реакцию учителя Шэня, утром он так крепко спал, что даже не проснулся, когда его толкнули. Обняв одеяло, которым его накрыл учитель Шэнь, он беспробудно спал и встал только к полудню. Когда он увидел, что учителя Шэня и его Шифу нет в номере, он позвонил и узнал, что они ушли покупать книги.

Раз уж глава секты так хорошо ладил с учителем Шэнем, он, конечно, не стал бы возражать против их отношений. Теперь главное, чтобы учитель Шэнь дал согласие. Он нравился учителю Шэню, поэтому тот должен был с готовностью согласиться.

Но вот что странно...

Действительно ли он нравился учителю Шэню? Чтобы определить, кто же всё-таки проявил неуважение к нему в лифте в тот день, учитель Шэнь заставил его демонстративно коснуться своей груди и не выказал никакой реакции. Его глаза были такими спокойными. Это заставило Нинь Тяньцэ сильно усомниться в словах менеджера Ся. Учитель Шэнь мог вообще не любить мужчин.

Если учитель Шэнь действительно считал его только другом и братом, как же он будет жить дальше, учитывая его чувства?

Измученный сомнением, на вопрос охранников, почему они бродят у реки, Нинь Тяньцэ вдруг решился и смело поцеловал учителя Шэня прямо у них на глазах. Это было лишь лёгкое прикосновение, но оно несло в себе бесконечную сладость.

Последующий толчок в плечо и «молодец!» стали для Нинь Тяньцэ ударом, нанёсшим ему глубокую травму. Он не мог не спросить:

— Учитель Шэнь, ты действительно...

Прежде чем он закончил говорить, учитель Шэнь покраснел. Он выглядел так благородно, что даже когда краснел, не казался застенчивым. Вместо этого он выглядел как человек, чья кровь разогналась после физических упражнений.

Если бы Нинь Тяньцэ не открыл свой третий глаз в поисках Дуань Юйлянь, он бы даже не заметил этого в темноте ночи.

Всё это время Нинь Тяньцэ думал, не ошибся ли он. Когда они нашли Дуань Юйлянь и помогли ей понять её желание, он и учитель Шэнь спрятались за деревьями, чтобы избежать камер наблюдения. Они были так близко, а лунный свет был так прекрасен.

Нинь Тяньцэ не хотел, чтобы всё внимание учителя Шэня было приковано к его ученикам. Он хотел смело высказать всё, что думал.

В этот момент он понял, что если и дальше будет вести себя двусмысленно, то, учитывая прямоту учителя Шэня, они, скорее всего, никогда не будут вместе.

На этот раз Нинь Тяньцэ поцеловал его со всем своим растущим чувством, закрыв глаза и сосредоточившись на единении с учителем Шэнем, но взамен получил пощёчину.

Эта пощёчина почти безвозвратно разбила сердце Нинь Тяньцэ. Только в отеле, положив голову на колени учителя Шэня, который нежно ухаживал за ним после укачивания, Нинь Тяньцэ с большим трудом удалось взять себя в руки и набраться смелости, чтобы снова высказаться. И тут в дверь постучал живой труп.

Учитель Шэнь резко встал, а Нинь Тяньцэ скатился с дивана и упал на пол. На этот раз не только его сердце, но и тело было разбито вдребезги.

Ещё обиднее было то, что учитель Шэнь не пришёл ему на помощь, а пошёл позаботиться о живом трупе. Что мог сделать Нинь Тяньцэ? Если любишь такого человека, как Шэнь Цзяньго, нужно быть сильнее, а не ждать поблажек.

Нинь Тяньцэ, получив свою порцию опустошения как тела, так и сердца, после ухода Шифу сделал для себя гадание. Убедившись, что его больше никто не будет останавливать, он осторожно сказал:

— Учитель Шэнь, ты мне очень нравишься. Я думаю... я тоже тебе нравлюсь?

Последнее слово было произнесено очень тихо, как будто потолок рухнет, если он заговорит громче.

Учитель Шэнь кивнул. Нинь Тяньцэ был в восторге, но перед тем, как поцеловать учителя Шэня, он тщательно убедился, что вокруг нет комаров.

Во время поцелуя он не преминул выхватить телефон учителя Шэня, чтобы какой-нибудь человек или призрак не отправил ему сообщение.

Быть Небесным Мастером действительно было нелегко. Ему приходилось бороться за своего парня не только с людьми, но и противостоять комарам, живым трупам и всевозможным несчастным случаям. Но самое главное, ему пришлось сражаться с нервами учителя Шэня, которые были крепкими как железобетон.

Сражаться с призраками было несравненно проще, чем с учителем Шэнем.

К счастью, остальные ученики были довольно послушными и понимали свои обстоятельства. После одного урока они покинули школу и сели в призрачный автобус под присмотром Призрака Тетради, который претерпел те же эмоциональные изменения. После прохождения моста Найхэ они должны были переродиться. Задание Нинь Тяньцэ было успешно выполнено.

Кроме того, учитель Шэнь согласился отправиться с ним в секту Маошань. Поскольку они будут работать в одном месте и часто будут видеть друг друга, никаких казусов больше не должно быть...

Должно быть.

Глава 46 - Экстра 4

При жизни его звали Ци Дачжун. Он был честным и законопослушным водителем. После смерти от болезни он был назначен водителем призрачного автобуса благодаря своим способностям. Таким образом он мог накопить немного добродетели для своей жены и детей, чтобы они могли жить лучше.

Чтобы они не беспокоили своих ещё живых родственников, Дифу назначал призрачных водителей на посты, которые находились далеко от их бывших мест проживания. Ци Дачжун из своего отдалённого города попал в город Х и каждую ночь стабильно и исправно вёл автобус.

Контракт, который он заключил с Дифу, был рассчитан на пятьдесят лет. Через пятьдесят лет его дети состарятся, и Ци Дачжун сможет спокойно уйти на перерождение.

День за днём, год за годом, он ездил без помех. Иногда он встречал свирепых призраков, и его автобус грабили. К счастью, он был временным работником Дифу и имел средства защиты. В экстренной ситуации он мог обратиться к чиновникам. Ему не нужно было бояться свирепых призраков.

Но недавно он получил от начальства уведомление о том, что городе Х заключена группа свирепых призраков. Такой временный сотрудник Дифу, как он, с небольшой силой, был лакомым кусочком для свирепых призраков; если они съедят его, то смогут серьёзно повысить свои способности. Ему нужно было присмотреть за поместьем «Дальний Берег», средней школой «Беневоленс», бывшим зданием Четвёртой Больницы и старым кампусом Педагогического Университета. Большинство призраков, поселившихся в этих местах, наверняка являлись свирепыми призраками. Он должен соблюдать предельную осторожность и как можно скорее позвать на помощь, если заметит что-то неладное, чтобы свирепый призрак не успел ничего сделать.

Как только Ци Дачжун получил это уведомление, ему позвонили и сказали, что есть человек, который хочет прокатиться до поместья «Дальний Берег».

У Ци Дачжуна в автобусе был приёмник; призраки могли посылать на него сообщения, просто подумав. Призраки, которые только что умерли, часто путали, кто они – люди или призраки. Так что было обычным делом, когда они ошибались.

Но поместье «Дальний берег»...

Ци Дачжун схватил свой сигнальный прибор и поехал на автобусе, полном призраков, в какой-то университет, чтобы забрать нового призрака.

Он не ожидал, что в автобус действительно сядет живой человек!

Как человек мог послать сигнал? Зачем человеку понадобилось садиться в автобус с призраками? Разве он не мог вызвать такси?

Хотя он был поражён, как временный работник Дифу, он должен был поддерживать достойный вид. Сохраняя серьёзное выражение лица, он холодно посмотрел на человека, вошедшего в автобус.

Может, это был человек, который знал внутреннюю историю и собирался умереть? Или это был Небесный Мастер, посланный Дифу, чтобы помочь ему контролировать свирепых призраков?

Но он был не тем и не другим. Увидев, что мужчина вслепую собирается сесть на сиденья, полные призраков, Ци Дачжун быстро предупредил его:

— Сиденья только что покрасили. Хех. Хех. Хех.

Последние три «хех» были произнесены не специально. Он долго ничего не говорил, и Ци Дачжун просто прочищал горло.

Человек, который сел в автобус, был очень покладистым. Услышав, что он не может сидеть на сиденьях, он послушно встал посреди автобуса. Пассажиры в автобусе с большим любопытством разглядывали этого живого человека. Один из них озорно дунул ему на шею.

Для живого человека было не очень хорошо иметь тесный контакт с таким количеством призраков. Это сократит срок его жизни. Ци Дачжун предупредил призраков, чтобы они не беспокоили других пассажиров. Как временный сотрудник Дифу, его слова имели определённую силу. Призрачные пассажиры быстро отошли, сели на свои места и продолжили смотреть на живого человека.

Выйдя из автобуса, живой пассажир с идиотской улыбкой направился в сторону мрачного поместья. Ци Дачжун не мог не сказать:

— Надеюсь, завтра мы снова увидимся.

Как это вышло? Он действительно слишком долго не разговаривал с живыми людьми. Он не привык к этому.

Поместье «Дальний берег» было ужасающим. Как только пассажир вышел из автобуса, Ци Дачжун нажал на педаль газа, не дожидаясь, пока тот закончит говорить. Он втайне молился за пассажира, надеясь увидеть его в следующий раз, хотя бы в виде призрака. По крайней мере, пусть он не будет сожран свирепыми призраками, лишившись возможности переродиться.

Терзаясь этими опасениями, через несколько дней Ци Дачжун получил второе уведомление. Живой пассажир с прошлого раза смог выжить в поместье «Дальний Берег» и теперь хотел посетить среднюю школу «Беневоленс».

Действительно ли он был Небесным Мастером? Сомневаясь, Ци Дачжун приготовил для него место; чтобы призраки не смогли сесть на него, он специально приклеил записку, гласившую: «Место учителя Шэня».

Он считал, что энергия Инь поместья «Дальний Берег» достаточно страшна; но он не ожидал, что средняя школа «Беневоленс» окажется ещё более пугающей. Сколько свирепых призраков было запечатано там? Ци Дачжун, временный сотрудник Дифу, задрожал, когда увидел это, но учитель Шэнь хотел войти внутрь.

У Ци Дачжуна были свои обязанности. Он ничего не мог поделать, кроме как попросить его выйти в два часа. Он надеялся, что учитель Шэнь сможет продержаться до двух часов ночи.

Однако в ту ночь учитель Шэнь так и не появился. Ци Дачжун получил уведомление о том, что его не нужно забирать. В ту ночь он доехал на автобусе, полном призраков, до моста Найхэ, а затем отправился отдыхать.

Найдя заброшенную автостоянку, Ци Дачжун на рассвете стал размышлять над обстоятельствами. Энергия Инь средней школы «Беневоленс» была настолько тяжёлой, что его, вероятно, действительно съели бы. Он надеялся, что, умерев на своём посту, он сможет получить больше благ для своей жены и детей...

С этими грустными мыслями Ци Дачжун нашёл место в автобусе, где он мог избежать солнца, и лёг спать.

Он не ожидал, что учитель Шэнь снова окажется жив! Он решительно сел в автобус у торгового центра и даже прихватил с собой второго живого человека, сказав, что это его однокурсник из университета. Они встретили призрака, и их нужно было подвезти.

Они действительно встретили призрака. За ними шёл коротко стриженый свирепый призрак, её энергия Инь была настолько тяжёлой, что Ци Дачжун содрогнулся. Он не мог произнести ни слова.

Он лишь на мгновение замешкался, и тут живой человек Ся Цзинь сел прямо на женщину-призрака. Ци Дачжун был ошеломлён, но чтобы сохранить лицо перед Дифу, он мог только промолчать.

В любом случае все призраки в автобусе были законопослушными призраками на пути к реинкарнации. Даже если бы они захотели выйти из автобуса, солнце вскоре развеяло бы их души. Они не осмелились бы это сделать.

Вот только женщина-призрак действительно осмелилась: она поглотила жизненную силу Ся Цзиня, а затем использовала его тело, чтобы соблазнить учителя Шэня, пытаясь поглотить энергию Ян другого живого человека. Съев две порции жизненной энергии, эта женщина-призрак смогла бы превратиться в свирепого призрака.

Так не могло продолжаться. Тяжёлая энергия Инь могла навредить человеку по имени Ся Цзинь. Ци Дачжун уже собирался остановить автобус и использовать инструмент временного работника, чтобы временно усмирить женщину-призрака, но учитель Шэнь ударил частью своей жизненной энергии прямо в Ся Цзиня, заставив женщину-призрака покинуть его тело. Некоторое время она парила в воздухе, а затем её душа рассеялась.

Пассажиры закричали и прижались друг к другу, боясь вступить в контакт с учителем Шэнем. Коротко стриженный свирепый призрак, сидевший сзади, выглядел спокойным, как будто уже видел всё это раньше.

Учитель Шэнь, потеряв часть жизненных сил, всё ещё сиял энергией. Он помог Ся Цзиню устроиться на сиденье, чтобы поспать. Насколько бурной была его жизненная сила? Он выплеснул столько, что хватило бы на целого живого человека!

Ци Дачжун в замешательстве наблюдал, как двое живых людей покидают автобус. Коротко стриженный свирепый призрак в автобусе сказал ему:

— Я не собираюсь возвращаться в поместье «Дальний Берег». Я поеду прямо к мосту Найхэ.

— Ты хочешь поехать в Дифу?

Ци Дачжун впервые видел, как свирепый призрак добровольно отправляется на реинкарнацию.

— Да, — кивнул коротко стриженный призрак. — Надеюсь, в следующей жизни я смогу встретить такого же хорошего человека, как учитель Шэнь.

Она слабо улыбнулась, затем вырвала часть своих волос, которые улетели в поместье «Дальний Берег». Должно быть, она посылала кому-то сообщение.

Прибыв к мосту Найхэ, Ци Дачжун узнал, что это был один из свирепых призраков города Х. Если бы она создала проблемы, то даже нескольких Ци Дачжунов не хватило бы, чтобы справиться с ней, но вместо этого она мирно решила перейти мост, покинув мир живых, чтобы попасть в подземный мир.

Ци Дачжун втайне поздравил себя с удачей, но, услышав, что в городе Х ещё более двадцати свирепых призраков, все сотрудники Дифу сочувственно посмотрели на него, пытаясь поднять его боевой дух и надеясь, что он сможет выжить.

У Ци Дачжуна не было никакой работы в течение нескольких дней. Никто из призраков в городе Х не осмеливался сесть в его автобус. Слухи среди призраков распространялись быстро; все знали, что ночью в автобусе едет живой человек, который может забить призраков до смерти. Пока этот человек не купил машину, им было безопаснее оставаться блуждающими душами.

Каждый день Ци Дачжун смотрел на пустой призрачный автобус. Его чувства были очень сложными. Если бы он был жив, то непременно зажёг бы сигарету и задумался о природе жизни.

К счастью, прошло всего несколько дней, прежде чем учителю Шэню понадобился автобус. Он отправился на место бывшего расположения Четвёртой больницы. На этот раз Ци Дачжун больше не волновался за него. Разве могло что-то случиться с учителем Шэнем? Конечно, на следующий день в автобус сел юный свирепый призрак. Он был весь в ожогах, а на спине у него была подстилка. Плача, он сказал, что больше не может этого выносить. Если бы он продолжил жить с учителем Шэнем, рано или поздно его душа была бы уничтожена. Лучше было переродиться, пока есть возможность.

Ци Дачжун не посчитал это необычным. Он спокойно отвёз его к Дифу.

Учитель Шэнь был удивительным человеком.

Через несколько дней после этого учитель Шэнь привёл с собой свирепого призрака республиканского периода, назвав его учителем Лю. При виде учителя Лю Ци Дачжун не мог не задрожать. Даже чиновники не могли сравниться со свирепым призраком республиканской эпохи. Неудивительно, что чиновники Дифу не решились следовать за автобусом, они боялись этого республиканского призрака!

С накопленной за сто лет магической силой он мог поглотить нескольких из них.

Ци Дачжун очень нервничал. Но учитель Лю спокойно сидел рядом с учителем Шэнем, выглядя приветливым. В нём не было ни капли властного духа свирепого призрака. Позже в автобус вошёл живой труп... Ах, лучше ничего не говорить. Это было слишком ужасно. Наблюдая за тем, как живой труп кричал, пока учитель Шэнь стриг ей ногти, он тихонько отвернулся, изображая водителя, который знает своё место и ничего не видит.

В ту ночь мужчина-призрак, покрытый ранами, забрался в автобус и поехал в Дифу. Он обнимал себя и дрожал всем телом, говоря что-то невразумительное о том, что его насекомые исчезли, а сила рассеялась. Ци Дачжун с первого взгляда понял, что это один из учеников учителя Шэня. Он понимающе улыбнулся.

Хотя он не взял ни одной блуждающей души, свирепые призраки приходили один за другим. Среди них была прекрасная девушка в красном по имени Му Хуайтун, которая пришла на реинкарнацию, держась за руки с девушкой в белом. Она сказала, что её желание исполнилось благодаря учителю Шэню.

Му Хуайтун также держала в руках две книги по праву. Стиснув зубы, она сказала, что Шэнь Цзяньго всю жизнь будет холостяком.

Ци Дачжун всё больше привыкал и становился всё более уверенным в себе перед учителем Шэнем. Он даже осмелился превысить скорость на улицах города и напугать учителя Шэня. Все призраки в округе говорили, что он был отличным парнем. Тот, кто мог напугать учителя Шэня, был настоящим богом среди призраков.

Наконец двадцать один свирепый призрак города Х сели в автобус. Учитель Шэнь стоял рядом с Небесным Мастером, чьи силы не шли ни в какое сравнение с его силами, и махал рукой, глядя на автубус туманными глазами. Как мог такой человек отправить на реинкарнацию столько свирепых призраков?

По дороге Ци Дачжун задал этот вопрос. После минутного молчания учитель Лю передал Ци Дачжуну тетрадь из человеческой кожи.

— Моё желание исполнилось. Нет смысла нести эту тетрадь в Дифу. Будет лучше отдать её тебе для изучения. В ней записаны планы уроков учителя Шэня. Надеюсь, они помогут свирепым призракам, сбившимся с пути, добраться до моста Найхэ. Они узнают, что в мире людей есть учитель Шэнь, поэтому им лучше отправиться в Дифу.

Ци Дачжуан пролистал тетрадь и вдруг почувствовал, что его сердце полно праведности. Он больше никогда не будет бояться, что его автобус захватит свирепый призрак.

После того как все свирепые призраки перешли через мост, учитель Шэнь покинул город Х, а призрачный автобус вернулся в своё обычное русло.

Если кто-нибудь случайно сядет ночью в пустой автобус с призраками, пожалуйста, не бойтесь. В этом автобусе есть водитель, который читал планы уроков учителя Шэня. Он очень добродушный водитель, который доставит вас домой в целости и сохранности.

И, быть может, когда вы проснётесь на следующее утро, в вашей голове появятся никогда ранее не изучавшиеся марксистские принципы.

Глава 47 - Экстра 5

В секте Маошань был политический учитель.

На самом деле в этом не было ничего странного. В настоящее время многие крупные частные и государственные предприятия придавали большое значение политическому образованию. В том, что работники крупного туристического объекта секты Маошань получали идеологическое и политическое образование, не было ничего удивительного.

Но для внутренних учеников – тех, кто ежедневно изучал Дао Дэ Цзин, тайные писания секты Маошань, Сто записей о призраках, шестьдесят четыре триграммы И-Цзин, Туй Бэй Ту, древние и современные массивы и всевозможные подобные дисциплины, чтобы они вдруг стали посещать политические занятия, где они должны были вникать в текущие дела и политику страны и писать размышления о всяких конференциях, не кажется ли вам, что в данной картине что-то не так?

Ученики много раз протестовали против политзанятий и даже писали совместные обращения к старейшинам секты, но все они получили отказ.

Политический учитель, Шэнь Цзяньго, был серьёзным, искренним и чрезвычайно добросовестным человеком. Он проводил контрольные работы каждые три дня и тесты каждые пять. Ученики изучали вопросы для экзамена на государственную гражданскую службу и сдавали их в срок. Они обнаружили, что письменные экзамены могут принести им высокие оценки. Если бы не тот факт, что их успеваемость была недостаточной, они могли бы сделать карьеру в качестве государственных служащих.

Но они были будущими даосами! Почему они должны были сдавать экзамены для поступления на государственную службу?

Они отличались от обычных людей. Они были учениками, которые своими глазами видели, что призраки существуют. Они были группой людей, которые боролись в тени, охраняя мир. Они были такими великими – зачем им нужно было изучать политику?

Они действительно не хотели запоминать итоги пленарного заседания какого-то комитета!

Около сотни студентов собрались вместе, чтобы спланировать, как им проучить учителя Шэня. Их оценки по политике не повлияют на завершение ученичества, поэтому они не боялись, что учитель Шэнь поставит им плохие оценки.

Некоторые ученики навели справки. Причина огромной власти учителя Шэня в секте Маошань заключалась в том, что между ним и Нинь Тяньцэ, главным учеником секты Маошань и будущим главой секты, были сложные отношения. Поговаривали, что Нинь Тяньцэ был редким талантом, которого в секте Маошань не видели уже тысячу лет. Чтобы убедить его остаться, глава секты Нинь нехотя согласился позволить ему использовать свою власть в личных целях и привести учителя Шэня на работу в секту Маошань, чтобы им двоим было удобно встречаться.

После окончания обсуждения эти никчёмные ученики подняли бурную деятельность.

— Весь класс просится в отпуск?

Учитель Шэнь уставился на записку.

— Учитель Шэнь, нам нужно выполнить важное задание, — заявил Лу Тайчжу, староста класса и лидер заговора. — Некоторое время назад, во время разработки туристической достопримечательности в провинции Чжи – природного кислородного источника, рабочие обнаружили массовое захоронение, относящееся к неизвестному периоду. Не совершая обряда, рабочие выкопали кости и отправили их в крематорий для сожжения. Теперь в этом туристическом месте ежедневно появляются призраки, а застройщики настолько бедны, что не могут позволить себе купить брюки. Они специально попросили, чтобы мы, ученики Маошаня, немедленно приехали. Поскольку это была братская могила, там должно быть много обиженных духов, поэтому я решил взять с собой всех учеников. Нам нужно взять месячный отпуск.

— Месяц! Вы очень сильно отстанете в учёбе, — лицо учителя Шэня было озабоченным. — Как насчёт того, чтобы сделать это во время государственного праздника?

— Не нужно, не нужно, — тут же ответил Лу Тайчжу. — На самом деле, нам нужно так много времени только на подготовку. Учитель Шэнь может пойти с нами, а заодно и насладиться природным кислородным источником.

— О... Подождите, я подумаю.

В итоге учитель Шэнь решил взять с собой Нинь Тяньцэ. Он мог не пропускать занятия и взять своего парня в отпуск; разве это было не прекрасно? Ученики ожидали этого: когда придёт время, они отвлекут главного ученика Ниня и отведут учителя Шэня в место с сильными призраками, чтобы напугать его.

Главный ученик Нинь не стал отказываться, поэтому десятки учеников уселись в вагон с жёсткими сиденьями и с радостью отправились к месту назначения. Только учитель Шэнь сдерживался и жаловался на одержимость секты Маошань жёсткими сиденьями. Если у них есть деньги, чтобы выкупить целый вагон, почему бы не сделать его спальным? У него болела спина.

Старший ученик Нинь помассировал ему спину и позволил лечь к себе на колени. Мест было много, поэтому они вдвоём заняли место, рассчитанное на троих, и дурачились.

Когда они прибыли к месту назначения, один из учеников отвёл главного ученика Ниня в сторону, в то время как другие повели учителя Шэня вперёд, пообещав написать об этом опыте, и таким образом, наконец, им удалось разделить их.

Увидев, что они идут в направлении братской могилы, главный ученик Нинь, казалось, хотел что-то сказать, но его перебил ученик, и в итоге он промолчал.

Всё было улажено. Как только они достигнут места с призраками, они разбегутся, оставив учителя Шэня одного. Они будут ждать, пока призраки напугают его до слёз, а затем явятся, чтобы спасти его. Таким образом, учитель Шэнь поймёт, что они будущие защитники мира людей от зла, и не будет заставлять их снова заучивать политические вопросы!

После того как Лу Тайчжу и другие ученики разбежались, они собрались в заранее условленном месте, чтобы не пропустить крики учителя Шэня.

— Лу-шисюн, почему становится всё холоднее и холоднее? Энергия Инь очень сильна, — проговорил ученик по фамилии Линь, потирая руки. — Шисюн, мне кажется, что моей спине что-то тяжёлое. Кто давит на меня? Я не могу этого вынести.

Все ученики смутно почувствовали, что что-то пошло не так. Оглянувшись, они увидели на спине Линь-шиди окровавленную голову, которая ухмылялась им.

Не только Линь-шиди. Половина учеников была схвачена неполными фигурами. У кого-то не было головы, у кого-то рук или ног. Самыми тошнотворными были призраки с вывалившимися кишками, все в крови.

Ученики знали, что кровь была лишь иллюзией. Те, кто не был одержим, сразу же установили массив. Они не ожидали, что массовое захоронение возникло ещё до основания Народной Республики. Эти призраки погибли жалкой смертью. Их негодование было очень сильным и намного превосходило силы учеников.

— Быстрее, быстрее, кто-нибудь бегите к главному ученику Ниню за помощью! — торопливо прокричал Лу Тайчжу.

Телефонный сигнал был заблокирован, к тому же они попали в призрачный лабиринт. Они никак не могли выбраться! С этими призраками, прилипшими к ним, когда наступит рассвет, люди и призраки поменяются местами. Они станут калеками, а эти свирепые призраки заберут их тела и будут жить дальше.

— Лу-шисюн, что нам делать?

Линь-шиди был самым молодым, ему было всего пятнадцать лет. Голова призрака наполовину погрузилась в его тело. Он не мог пошевелиться и был так напуган, что начал плакать.

Лу Тайчжу не знал, что делать. Он был главным виновником всего этого. Они специально убрали с пути главного ученика Ниня, который был самым сильным, и теперь, когда они попали в это затруднительное положение, никто из них не мог выбраться.

И если ученики с их силой были в таком состоянии, то учитель Шэнь, который был обычным человеком и остался один, вероятно, уже пришёл в ужас.

— Мы просто хотели напугать учителя Шэня. Откуда нам было знать, что эти призраки окажутся настолько сильными? Мы не сможем справиться с ними. Мы ошиблись, и теперь никто не сможет спастись.

Лу Тайчжу встал на колени, раскаиваясь, но что толку от раскаяния? Эти призраки не сжалятся над ними.

— Хорошо, что ты понимаешь, что был неправ, — раздался знакомый голос. — Как ты можешь издеваться над своим учителем из-за того, что некоторые темы было трудно запомнить? Как молодые люди новой эпохи, вы должны с радостью встречать трудности. Правовые нормы и законы общественного развития не должны быть для вас препятствием. Если вы полны решимости, вы обязательно сможете их выучить!

— Учитель Шэнь!

Увидев, что учитель Шэнь быстро идёт к ним, Лу Тайчжу закричал:

— Учитель Шэнь, бегите!

— Бежать? Будучи учителем, как я могу убегать, когда мои ученики в беде? — учитель Шэнь быстро побежал в лес, прямо в круг свирепых призраков. — Вы, злонамеренные монстры, будьте благоразумны и немедленно отпустите моих учеников!

— Хо-хо! — Линь-шиди был частично одержим свирепым призраком, и из него доносился его голос. — Ещё один, и тело довольно хорошее. Кто хочет его?

— Учитель Шэнь, если я пожертвую кровь своего сердца мечу, я смогу собрать достаточно силы, чтобы сломать массив этих злых существ. Спасайтесь и позовите главного ученика Ниня. Это моя идея принесла столько вреда, и я должен исправить ситуацию! — решительно заявил Лу Тайчжу.

— Очень хорошо. Если ты знаешь, что был неправ, ты можешь исправиться. Ты понимаешь, как важно брать на себя ответственность. Ты хороший ребёнок. Я прощаю тебя, — учитель Шэнь похлопал Лу Тайчжу по плечу. — Но ты не должен так просто разбрасываться своей жизнью. Не бойся. Я знаю тхэквондо, и я достаточно искусен. Здесь... один, два, три... всего девятнадцать свирепых призраков. Им меня не одолеть.

Затем он подошёл к Линь-шиди, схватил за выступающую половину головы свирепого призрака, дёрнул и вытащил свирепого призрака наружу.

Линь-шиди упал без сил. Учитель Шэнь поднял и несколько раз швырнул полуистлевшее тело призрака. Призрак больше не выглядел внушительно. Он жалко лежал на земле и выглядел так, словно над ним ужасно издевались.

Учитель Шэнь сцепил пальцы. Его костяшки шумно хрустнули. Он наступил на голову полуистлевшего призрака и сказал:

— Вы не мои ученики, и не мои коллеги. Я не буду с вами любезен. Я даю вам три секунды, чтобы покинуть тела моих учеников, и у вас ещё будет шанс перейти за грань. В противном случае время истечёт.

Как могли свирепые призраки отступить из-за его слов? Восемнадцать одержимых тел окружили учителя Шэня.

То, что произошло дальше, Лу Тайчжу никогда не забудет. Он наблюдал, как учитель Шэнь наносил удары по каждому человеку, выбивая призраков из тел. Он отломил ветку дерева, прокусил себе средний палец, размазал кровь из пальца по ветке, а затем начал пороть призраков веткой.

Учитель Шэнь порол свирепых призраков до тех пор, пока они не встали на колени и не начали молить о пощаде. Как они могли осмелиться овладеть кем-то? Каждый из них жалобно рыдал.

Тут появился главный ученик Нинь и холодно сказал:

— Я даю вам шанс переродиться. Я дам вам писание о реинкарнации. Вы можете прочитать его сами.

Призраки с жадностью схватились за писание, но некоторые из них были неграмотны, и учитель Шэнь читал им.

Свирепые призраки падали ниц, чтобы прочесть писание и перейти за грань. Через полчаса все свирепые призраки бесследно исчезли.

Старший ученик Нинь схватил руку учителя Шэня и сунул укушенный палец в рот. Только после того, как он обработал рану, он повернулся к ученикам.

— Вы думали, что были настолько осторожны, что старейшины секты не смогли догадаться? Единственная причина, по которой они осмелились отпустить вас, учеников, ещё не закончивших обучение, с горы, заключалась в том, что с вами шёл учитель Шэнь. А вы всё ещё пытаетесь его запугать, да?

Учитель Шэнь, однако, был настроен благодушно.

— Не сердись, они всего лишь дети. Они знают, что были неправы, и могут исправиться. Когда мы вернёмся, я просто заставлю их десять раз переписать текст новой конференции.

— Ты испортишь своих учеников, — проговорил главный ученик Нинь, глядя на него. — Ты забыл, что я тоже твой ученик?

Учитель Шэнь обнял главного ученика Ниня и поцеловал его.

— Ты не можешь быть моим учеником. Если бы ты был учеником, мне пришлось бы с тобой расстаться. Как может учитель встречаться с учеником?

Ученики, которые ранее были одержимы, смотрели на это публичное проявление любви, а затем вернулись в секту, чтобы расспросить своих мастеров. Только тогда они узнали историю о том, как учитель Шэнь одолел всех свирепых призраков в городе Х. Во всей секте самым удивительным человеком был не глава секты или кто-то из старейшин, а скромный учитель Шэнь.

Если бы вы спросили учителя Шэня, почему он такой сильный, учитель Шэнь наклонил бы голову, задумался, а потом протянул бы книгу по марксизму и копию конституции и сказал, что выучив их наизусть, вы всё поймёте.

Лу Тайчжу потратил полжизни на заучивание и только к старости понял, что идеологическое и политическое образование – это лишь средство помочь людям встать на правильный путь. Что действительно делало учителя Шэня сильным, так это...

Его праведное сердце, не боящееся ни призраков, ни богов.

Страница книги Все говорят, что я встретил призрака в интернете

Table of Contents

Глава 1 - Принятие предложения о работе (Часть 1)

Глава 2 - Принятие предложения о работе (Часть 2)

Глава 3 - Принятие предложения о работе (Часть 3)

Глава 4 - Принятие моей должности (Часть 1)

Глава 5 - Принятие моей должности (Часть 2)

Глава 6 - Принятие моей должности (Часть 3)

Глава 7 - Принятие моей должности (Часть 4)

Глава 8 - Принятие моей должности (Часть 5)

Глава 9 - Подработка (Часть 1)

Глава 10 - Подработка (Часть 2)

Глава 11 - Подработка (Часть 3)

Глава 12 - Подработка (Часть 4)

Глава 13 - Подработка (Часть 5)

Глава 14 - Урок (Часть 1)

Глава 15 - Урок (Часть 2)

Глава 16 - Урок (Часть 3)

Глава 17 - Урок (Часть 4)

Глава 18 - Урок (Часть 5)

Глава 19 - Урок (Часть 6)

Глава 20 - Обучение (Часть 1)

Глава 21 - Обучение (Часть 2-4)

Глава 22 - Обучение (Часть 5)

Глава 23 - Обучение (Часть 6)

Глава 24 - Новая работа (Часть 1)

Глава 25 - Новая работа (Часть 2)

Глава 26 - Новая работа (Часть 3)

Глава 27 - Новая работа (Часть 4)

Глава 28 - Новая работа (Конец)

Глава 29 - Тест (Часть 1)

Глава 30 - Тест (Часть 2)

Глава 31 - Глава секты Нинь (Часть 1)

Глава 32 - Глава секты Нинь (Часть 2)

Глава 33 - Пропуск занятий (Часть 1)

Глава 34 - Пропуск занятий (Часть 2)

Глава 35 - Директор Чжан (Часть 1)

Глава 36 - Директор Чжан (Часть 2)

Глава 37 - Директор Чжан (Часть 3)

Глава 38 - Директор Чжан (Часть 4)

Глава 39 - Директор Чжан (Часть 5)

Глава 40 - Директор Чжан (Часть 6)

Глава 41 - Последний урок (Часть 1)

Глава 42 - Последний Урок (Часть 2)

Глава 43 - Экстра 1

Глава 44 - Экстра 2

Глава 45 - Экстра 3

Глава 46 - Экстра 4

Глава 47 - Экстра 5

О книге