Глава 1. Цзян Цзинчуань

Когда вечерние огни осветили улицу, в городе наступило самое оживленное время: все офисные работники вышли отдохнуть, ночная жизнь только началась.

Су Янь, однако, уже давно приняла душ и готовилась лечь спать. Тетушка, которая за ней ухаживала, уже привыкла и даже внутренне была довольна. Раньше мадам вела очень нерегулярный образ жизни и ложилась каждый день на рассвете, из-за чего цвет ее лица был очень плохим; но в эти два дня он, казалось, улучшился и кожа стала немного розовее.

После того как женщина спустилась вниз, Су Янь быстро закрыла дверь. Стоя у входа, она щелкала выключателем, на ее лице отражались любопытство и волнение.

Она посмотрела на большую кровать в своей спальне и поджала губы, усмехнувшись. Убедившись, что вокруг никого нет, она проворно бросилась на кровать. Почувствовав под собой мягкость, она повернулась и посмотрела на красивую хрустальную люстру на потолке. Она не могла не вздохнуть:

— Хотя это немного странно, мне все равно это нравится.

Раньше она думала, что фонари внутри дворца уже достаточно яркие, но не ожидала, что масляные лампы в комнатах будут намного лучше, чем дворцовые. Су Янь почувствовала слабый аромат от одеяла и вспомнила вещи во дворце, из-за этого она почувствовала легкую меланхолию.

Как раз в тот момент, когда она собиралась стать человеком, который был ниже одного и выше десяти тысяч, с ней произошел несчастный случай. Даже корона Феникса и вышитая накидка с кисточками, сшитая специально для нее, оказались бесполезными. Она столкнулась с неожиданной неудачей и не могла понять, кто ее перехитрил. Но сердце Су Янь все еще было слегка расслаблено. Его Величество был очень добр к ней, но она знала, что он уже начал ожидать от нее такой же привязанности. Однако она никогда не планировала отвечать взаимностью на его чувства.

С тех пор как она переселилась, прошло уже десять дней, и она поняла все, что нужно было понять. Хотя она не знала, была ли это реинкарнация в чужое тело или что-то другое, в любом случае, она была уверена, что стала кем-то другим и это не ее первоначальная эпоха.

Неожиданно внешний вид и имя предыдущей владелицы оказались точно такими же, как у нее самой, это заставило ее задуматься. Но какая бы связь ни существовала, она не могла об этом узнать. Прямо сейчас у нее не было времени размышлять над этим вопросом; сейчас, ей нужно было как можно быстрее приспособиться к окружающей среде.

Су Янь вышла победительницей в борьбе среди императорского гарема. Ее ум и способность анализировать вещи были, естественно, на высшем уровне; поэтому, столкнувшись с такой ситуацией, она, конечно же, не будет действовать вне нормы.

Она использовала пальцы, чтобы подсчитать количество информации, которую она поняла за последние несколько дней. Проведенное время можно было бы считать весьма плодотворным. В эту эпоху она уже была замужем, однако ее новообретенный муж еще не появился. Судя по оборудованию в доме и продуктам питания, она вышла за богатого и респектабельного человека.

Это особенно обрадовало Су Янь. По крайней мере, ей не нужно беспокоиться о еде и одежде.

Другие люди делают шаг, а затем оглядываются, прежде чем сделать еще один шаг, но Су Янь делает шаг, а затем ждет, пока дорога не станет достаточно гладкой, и только тогда продолжает идти.

***

Цзян Цзинчуань в спешке закончил работу, чтобы присутствовать на званом обеде у близкого друга. После этого, он мертвецки пьяный покинул ужин, его помощник поддержал его и посадил на заднее сиденье машины.

— Босс Цзян, — прошептал ассистент, — может быть, нам стоит отправиться на виллу на севере города?

В этом вопросе он не осмеливался принимать решения от имени своего начальника.

Цзинчуань Цзян закрыл глаза, чтобы не обращать внимания на его слова.

Сунь Яньпин стиснул зубы и обратился к водителю:

— Поезжай на виллу Си Шань, веди ровно.

Он чувствовал, что, будучи помощником, он всегда ходил по лезвию, особенно в таких деликатных ситуациях. Этот президент Цзян уже был женат, но кто не знал о его прохладных отношениях с супругой. Если нет, то почему одна актриса объявила себя и Цзян Цзинчуаня друзьями за границей?

Даже Сунь Яньпин, который был личным ассистентом Цзян Цзинчуаня, не понимал этого. Личная жизнь шефа была вполне опрятной и честной, однако это было не из-за его верности жене. На самом деле, он всегда относился к миссис Цзян с отношением, которое не было ни холодным, ни теплым. Они больше походили на незнакомцев, чем на супружескую пару.

Су Янь крепко спала, но тут же проснулась от зова. Ее глаза, все еще отяжелевшие от сна, с несчастным видом смотрели на тетю Ван.

Увидев ее выражение лица, женщина почувствовала, что Су Янь ведет себя как ребенок. Она хотела улыбнуться, но не забыла напомнить девушке о главном деле.

— Мадам, господин вернулся, вы должны поторопиться и позаботиться о нем! — подумав еще немного, она добавила: — Мадам, пожалуйста, не вините меня за мои слова. В семье Цзян господин имеет последнее слово, поэтому вы должны…

Су Янь уже проснулась. Она подумала, что тетя Ван, вероятно, просит ее выслужиться перед ее дешевым мужем.

Дело в том, что даже если бы тетя Ван не говорила об этом, она все равно собиралась это сделать.

Чтобы жить счастливо, необходимо привязаться к богатым и могущественным, это было несложно. Раньше она держала его величество и вдовствующую императрицу за бедра. Она была похожа на рыбу, которую вернули в воду: естественная и необузданная. Хотя теперь она была кем-то другим, через несколько минут она вернулась к своему прежнему занятию.

Может быть, она и не была хороша ни в чем другом, но она была экспертом в том, чтобы вцепиться в богатое и мощное бедро.

Успокоившись, Су Янь легко надела ночную рубашку и последовала за довольной тетушкой Ван.

Спустившись по лестнице, она увидела, что в гостиной почти никого нет. Она узнала дворецкого. Взглянув в его нервные глаза, Су Янь сразу же заключила, что пьяный мужчина был ее мужем. Как только Су Янь поняла ситуацию, она поспешила поддержать руку Цзян Цзинчуаня.

— Ты в порядке? Что случилось? — поинтересовалась она мягким и нежным тоном.

Такое поведение всех удивило. Сунь Яньпин до этого уже видел Су Янь, но каждый раз, когда он смотрел на нее, его реакция была довольно медленной. Всякий раз, когда молодой человек возвращался домой после встречи с ней, он качал головой, довольный. Эта госпожа Цзян, несомненно, была необыкновенной красавицей. И все же мистер Цзян никак не реагировал? Это заставило Сунь Яньпина задаться вопросом, были ли у господина Цзяна проблемы там, внизу.

Возможно, он уже несколько раз видел ее привлекательные черты, поэтому на этот раз не был шокирован.

По его воспоминаниям, г-жа Цзян была холодной, так же, как и г-н Цзян. Они выглядели еще более отстраненными, чем обычные незнакомцы, но нынешний нежный тон госпожи Цзян был неоспорим. Было ли между ними какое-то недоразумение раньше?

Дворецкий и тетя Ван тоже были поражены, но быстро переключили свое внимание на поддержку тела Цзян Цзинчуаня.

Наконец, с помощью дворецкого Су Янь сумела провести Цзян Цзинчуаня в спальню. Девушка сильно вспотела, когда улыбнулась слуге:

— Ты спустишься первым, дальше я справлю сама.

Дворецкий тупо уставился на нее, думая, что он, вероятно ослышался, но решил промолчать. Сделав три шага, он поспешно попятился из спальни и быстро направился в свою комнату. Вскоре он набрал номер телефона, чтобы доложить обстановку.

Су Янь посмотрела на контуры лица Цзян Цзинчуаня. Она уже видела, как он выглядит на фотографиях, и тетя Ван тоже говорила, что он, красив, но Су Янь не обращала на это внимания. Забота о муже, основанная на его внешности, была слишком поверхностной; вместо этого забота о муже из-за власти и влияния в его руках, а также его богатства, была намного выгоднее.

Напоив Цзян Цзинчуаня медовой водой, Су Янь побежала за мокрым полотенцем, чтобы вытереть ему лицо. Она сняла с него одежду, туфли и носки, а затем накрыла одеялом. Она оставила его и пошла принять ванну. Глядя на свою прекрасную и нежную руку, покрытую ароматными пузырьками, Су Янь наконец почувствовала себя лучше после того, как ее разбудили.

Выйдя из ванной, она заметила, что Цзян Цзинчуань с полузакрытыми глазами смотрит на нее. Выражение лица Су Янь было невозмутимым, она медленно подошла к нему и села на кровать. Слегка наклонившись к нему, с лицом, полным беспокойства, она спросила:

— Сейчас все в порядке? Ты чувствуешь себя лучше?

Было бы хорошо, если бы он был слишком пьян, чтобы быть в сознании, тогда она могла бы быстро заснуть.

С тех пор как Цзян Цзинчуань выпил вино, его тело уже слегка излучало тепло. Глядя на Су Янь, хотя ее внешность была довольно неясной, а его чувства также были несколько туманными, он все еще осознавал, что это его собственная жена. Он застонал и повернулся к ней спиной.

Су Янь спокойно смотрела на его действия, хотя ее сердце было несколько нетерпеливым, выражение лица не изменилось ни на йоту. Она переползла по кровати и, положив руку на плечо Цзян Цзинчуаня, теплым голосом поинтересовалась:

— У тебя что-то болит? Хочешь медовой воды?

— Шумная, — у Цзян Цзинчуаня раскалывалась голова. Он слегка застонал, но на этот раз повернулся, чтобы посмотреть на супругу.

Живя в императорском гареме и имея опыт общения с императором и вдовствующей императрицей, Су Янь превратилась в живую Божественную черепаху; поэтому мелочный характер Цзян Цзинчуаня был ничем для нее. После тщательного рассмотрения, независимо от того, кто был семьей бывшей Су Янь, в настоящее время все, на что она могла рассчитывать, был этот дешевый муж. Подумав об этом, Су Янь слегка улыбнулась. Она всегда была необычайно терпелива с бедрами, которые могла держать.

Су Янь взяла мокрое полотенце со столика возле кровати и тщательно вытерла лицо мужчины. После того, как Цзян Цзинчуань открыл глаза, он в замешательстве посмотрел на нее.

Девушка снова потянула его за руку и улыбнулась. Она осторожно и нежно погладила его ладонь, на этот раз ничего не сказав.

Кто бы мог подумать, что, когда она закончит эту работу и соберётся встать с кровати, Цзян Цзинчуань резко схватит ее за запястье. Его взгляд подразумевал какие-то другие эмоции, с которыми Су Янь была знакома. Поскольку она уже была замужем, в таких делах лучше было приспособиться как можно раньше. Думая об этом, она покорно легла в его объятия.

В следующую секунду мужчина толкнул ее тело вниз. Она посмотрела на хрустальную люстру и закрыла глаза. Поколебавшись мгновение, она обняла его.

После такого большого опыта она уже поняла, что жить в роскоши в этом мире гораздо важнее.

Цзян Цзинчуань под влиянием алкоголя стал полностью зависеть от своего инстинкта и мог думать только о том, что прикосновение к женщине, которая лежит под ним, облегчает его головную боль.

От нижней части ее тела исходила боль, которая со временем становилась все сильнее. Настолько, что она забыла закричать от боли, так как была совершенно ошеломлена. Су Янь, чьи теоретические знания были богаты, была шокирована в этот момент.

После того, как все закончилось, Су Янь пришла в себя. Затем она использовала всю свою силу, чтобы оттолкнуть Цзян Цзинчуаня. У нее не было времени беспокоиться об их наготе. Девушка приподняла одеяло и посмотрела на кровавое пятно на простыне. С первого же взгляда ей показалось, что в голову ударила огромная молния. Су Янь не могла поверить своим глазам, глядя на тяжело дышащего Цзян Цзинчуаня…

Только не говори ей, что она... была девственницей?

Глава 2. В семье Цзян последнее слово за господином Цзян.

Хотя у Су Янь был полный желудок сомнений, она не могла вынести этого напряженного упражнения, и ее веки стали тяжелыми; но прежде чем заснуть, она не забыла лечь в объятия мужа и положить одну его руку себе на талию. Удовлетворенная, она погрузилась в сон.

Решив не спать, тетя Ван последовала за дворецким и села во дворе с двумя тарелками арахиса и небольшим количеством алкоголя. Дворецкий выпил маленькую чашечку и прищелкнул языком:

— Кажется, мадам наконец поняла.

Тетя Ван ответила:

— Правильно. Хорошо, что она это поняла: после замужества жена зависит от мужа. Только тогда она будет жить хорошо. Я говорю, мадам вовсе не выглядит мрачной, — женщина не имела права говорить такие вещи, но, поскольку у нее были хорошие отношения с дворецким, он не стал ее упрекать, хотя и нахмурился, услышав такие слова.

У тети Ван были свои соображения. Сейчас она считалась одной из людей мадам.  Если бы госпожа получила устойчивую опору в семье Цзян, она, как ее последовательница, также усилила бы свои позиции. Цзян Цзинчуань был единственным наследником семьи Цзян. Если у мадам будут хорошие отношения с господином, то ее положение будет расти вместе с положением мадам.

К счастью, мадам не была глупой. Построив хорошие отношения с Цзян Цзинчуанем и, в конце концов, родив сына или дочь, разве она не устроит всю свою жизнь? Представляя себе счастливые дни, тетя Ван залпом выпила чашку вина, почувствовав приятное тепло.

Проснувшись на следующий день, Цзян Цзинчуань какое-то время пребывал в оцепенении. В комнате было довольно светло. Его внимание переключилось на потолок, а затем, наконец, на руку, когда он почувствовал, что что-то мягкое прикасается к его телу. Он пристально всмотрелся и, наконец, увидел крепко спящую Су Янь. Цзян Цзинчуань обычно не пил: его устойчивость к алкоголю была не так уж хороша. Вчера у его друга был званый обед, на котором он действительно не мог совсем не пить, поэтому Цзинчуань выпил несколько чашек. Они сделали его мертвецки пьяным; тем не менее, как мужчина, он все еще немного понимал, что произошло прошлой ночью.

Цзян Цзинчуань очень осторожно высвободил руку. После этого он медленно приподнял простыню и тут же остолбенел. Снова вернув простыню на место, Цзян Цзинчуань начал массировать лоб. Он не знал, было ли это похмелье или что-то еще, но его голова болела непрерывно.

В этот момент Цзян Цзинчуань почувствовал, что человек в его объятиях слегка пошевелился, и его тело инстинктивно напряглось. Он знал, что Су Янь не хотела выходить за него замуж, но, по какой-то причине, у нее не было выбора, кроме как стать госпожой Цзян. Напротив, Цзян Цзинчуань не чувствовал себя в проигрыше; на самом деле, он думал, что договоренность была довольно хорошей. Сам он не жаждал свадебной церемонии. И, поскольку Цзян Цзинчуань знал, что он не будет хорошим мужем, он нашел такое решение вполне удовлетворительным.

Он не знал, что произошло прошлой ночью. Похоже, они занимались сексом, пока он был под сильным воздействием алкоголя. Остального он не мог понять; но, когда Су Янь проснется, она, вероятно, поднимет большой шум. Но как ни крути, а он был неправ. Вспомнив об этом, Цзян Цзинчуань почувствовал, что его голова заболела еще сильнее.

Он не знал характера Су Янь, но знал, что она не любит его. Поначалу он думал, что раз она не любит его, а он не любит ее, то так будет лучше, и обычно он не оставался в этом доме надолго. Строго говоря, между ними было очень мало взаимодействий. Поначалу Цзян Цзинчуань все еще был очень уверен перед Су Янь; но вскоре он занервничал и быстро отдалился от нее.

Если Су Янь поднимет шум, значит, так тому и быть. В любом случае, это он был тем, кто обидел ее.

Глаза Су Янь открылись, ее тело все еще испытывало боль. События в императорском гареме научили ее действовать инстинктивно, поэтому, увидев мужа, она тихо рассмеялась:

— Ты проснулся? У тебя все еще болит голова? Хочешь, я помогу тебе помассировать ее?

Цзян Цзинчуань будто увидел призрака: эта сцена превзошла его ожидания. Думая, что он все еще спит, он тихо ущипнул себя за бедро. Он почувствовал боль, но его лицо совсем не изменилось, когда он спросил:

— Что с тобой?

«Неужели она сошла с ума?» Цзян Цзинчуань уже был готов к тому, что Су Янь закатит истерику, и также ожидал, что ему дадут пощечину. Он думал, что все будет хорошо, даже если она ударит его; он не стал бы спорить, так как это действительно было его ошибкой. Но как он мог вообразить, что она тихонько шепотом спросит, не болит ли у него голова, и с улыбкой предложит сделать ему массаж?

Хотя Су Янь чувствовала себя не очень хорошо, она все еще была решительно настроена служить супругу.

— Подожди меня немного, я спущусь вниз и принесу тебе чашку теплой воды.

Цзян Цзинчуань хотел остановить ее, но, похоже, какое-то время не находил слов: он сделал паузу, пока его взгляд на жизнь кардинально поменялся. К тому времени, как он пришел в себя, Су Янь уже надела халат и ушла. Когда его взгляд случайно упал на пятна крови на простыне, настроение несколько испортилось. Не имело значения, почему Су Янь вдруг повела себя так хорошо; в их нынешних обстоятельствах, он должен был что-то сделать.

Цзян Цзинчуань, одетый в пижаму, пригладил рукой растрепанные волосы. Большими шагами он быстро догнал жену в коридоре. Остановив ее, он тихим голосом сказал:

— Иди и отдохни. Я уже чувствую себя прекрасно, не нужно обо мне заботиться.

Сердце Су Янь пропустило удар: она была одержима чистотой. Раньше в императорском дворце, если другие касались ее кровати - даже если это был Его Величество или вдовствующая императрица - она сразу же заменяла всю постель на чистую. Вчера она тоже хотела поменять простыни. В конце концов она решила не делать этого не только потому, что Цзян Цзинчуань спал, но и ради ее плана.

Это было сделано для того, чтобы показать ему его «аморальное» поведение прошлой ночью, чтобы он испытывал вину перед ней. В любом случае, разве не все мужчины такие? Рассматривают взятие женского целомудрия как какую-то славную вещь? Хорошо. Даже если он втайне будет радоваться, пусть будет так.

Су Янь специально шла довольно медленно именно для того, чтобы заставить Цзян Цзинчуаня преследовать ее. Даже если бы он не сделал этого, это не имело значения, поскольку она притворится еще более хрупкой, когда принесет ему стакан воды.

В настоящее время цель уже была достигнута. Поэтому Су Янь не стала отказываться и мягко кивнула.

— Хорошо, тогда я пойду в душ…

Цзян Цзинчуань наблюдал за женой, пока она не скрылась из виду. Мужчина взъерошил волосы. Он чувствовал, что не может видеть ее насквозь. Цзян Цзинчуань принял холодный душ в комнате для гостей, затем переоделся в костюм и подошел к обеденному столу. Су Янь в это время уже спускалась по лестнице, она была одета в темно-зеленое, шифоновое, облегающее тело ципао, ее длинные волосы небрежно рассыпались по плечам.

Цзян Цзинчуань всегда знал, что Су Янь великолепна. Но даже когда она шла к нему в подвенечном платье, она не лишала его разума, как сейчас. Ее светлая кожа была прекрасна, глаза ясны, как осенняя вода, даже осанка в этот момент казалась более изящной и элегантной, чем прежде.

Су Янь увидела знакомое выражение в глазах Цзян Цзинчуаня, и ее уверенность в себе сразу же стала выше. Она знала, что это тело обладало хорошими данными,  она была похожа на цветок под луной. Этот Цзян Цзинчуань, как он мог не видеть этого? Су Янь на самом деле не любила служить другим; но, в то же время, она была чиста в своем сердце. Не было никого, кто не любил бы красоту, а мужчины всегда были гораздо терпимее к красивым женщинам.

Тетя Ван была опытным человеком: с одного взгляда она могла сказать, что атмосфера между супругами была несколько двусмысленной. Она отвела глаза и задумалась о том, что произошло вчера вечером. Женщина отодвинула стул для госпожи и подала ей чашку восхитительного отвара.

— Здравствуйте, мадам, сэр. Вы сегодня немного поздно, — внимательно всматриваясь, сказала она.

Когда Су Янь опустила глаза, чтобы выпить отвар, тетя Ван притворилась, что случайно говорит Цзян Цзинчуаню:

— Сэр, вчера вечером мадам очень беспокоилась о вас. Она суетилась всю ночь.

Тетя Ван считалась опытным человеком, поэтому, хотя она и рассказала Цзян Цзинчуаню о таких личных делах, она, в то же время, не сказала слишком много.

Су Янь бросила оценивающий взгляд на тетю Ван: «Да, продолжайте в том же духе». Если бы некоторые вещи исходили из ее собственных уст, они звучали бы очень подозрительно.

Будь это обычным делом, Цзян Цзинчуань никогда бы не поверил в это; но после этого утра он уже не знал, во что верить. Его сердце было наполнено беспокойством, когда он ел свой завтрак, полностью занятый угадыванием цели Су Янь. Может быть, ей нужны деньги?  Определенно нет, она могла бы просто попросить его. В чем именно состояла ее цель?!

После молчаливого завтрака Цзян Цзинчуань собрался ехать в офис. Су Янь лично проводила его до выхода и даже встала на цыпочки, чтобы ласково поправить его воротник. Мужчина был потрясен. Она растянула губы в улыбке и спросила:

— Ты вернешься сегодня?

Цзян Цзинчуань неосознанно кивнул головой. Когда он увидел радостное выражение на лице Су Янь, он просто был не в состоянии придумать какие-либо отговорки.

Су Янь также чувствовала удовлетворение. Как только он кивнул, стало ясно, что она произвела на него благоприятное впечатление. Тетя Ван всегда напоминала ей, что хорошие отношения с Цзян Цзинчуанем - это ключ к комфортной и беззаботной жизни. Слова женщины также содержали некоторый посыл - в семье последнее слово было за господином Цзян.

Она действительно была очень тактична.

Сидя на заднем сиденье машины, Цзян Цзинчуань все еще пребывал в растерянности. Неужели последние шесть месяцев были всего лишь иллюзией? Разве Су Янь не ненавидела его и не надеялась, что он никогда не появится перед ней? Разве у них не было обоюдного согласия не обращать внимания друг на друга? А их согласие на то, чтобы каждый развлекался отдельно? Неужели теперь все изменится?

Водитель понял, что сегодняшний день не похож ни на один другой. Он бросил довольно многозначительный взгляд на начальника и радостно произнес:

— Шеф Цзян, хорошо, что вы женились на госпоже. У вас с госпожой такие хорошие отношения, довольно глубокая любовь.

Разве это нормально  быть слепым в таком раннем возрасте?

Слова шофера вывели Цзян Цзинчуаня из ступора. Он вдруг осознал, что просто не может понять Су Янь. Судя по ее сегодняшним действиям, Су Янь притворялась и раньше. Что она пыталась сделать?

Прежде чем жениться, нет, даже до сегодняшнего дня, Цзян Цзинчуань ничего не ожидал от этого брака. Если это сделает его родителей счастливыми, брак того стоит. Цзян Цзинчуань давно решил, что он не даст Су Янь меньше, чем она заслуживает, поэтому он не даст ей меньше, чем он получил. Так они смогут поладить. Сегодня действия Су Янь ошеломили Цзян Цзинчуаня, но в то же время он не смог отвергнуть ее. Внезапно в голове Цзян Цзинчуаня загорелась лампочка: он нашел ответ. Су Янь намеренно притворялась холодной и безразличной, чтобы привлечь его внимание.

Хм…

Глава 3. Сначала нужно понять его ценность.

После того, как Цзян Цзинчуань ушел, Су Янь вернулась на маленький балкон спальни, полная тревоги. Пока тетя Ван готовила печенье, бисквиты, а затем и ароматный чай, Су Янь начала вспоминать события предыдущего дня.

Вчера она слишком устала, чтобы рассуждать, но теперь, когда она задумалась об этом, возможно, у этого мужчины были проблемы с женой. Из того, что тетя Ван говорила в последние дни, можно было заключить, что они поспешно поженились полгода назад. Может быть, с того момента, как они поженились, они спали в разных постелях? Но почему?

Маловероятно, что Цзян Цзинчуань не интересовался ею. У мужчин есть особая склонность: если бы такая изысканная жена, нежная, как цветок, осталась нетронутой, это означало бы проблемы. Однако вчера у него такой проблемы явно не было.

Может быть, причина в предыдущей владелице тела? Цзян Цзинчуань был талантливым человеком. За короткое время, проведенное с ним, Су Янь заметила, что он был очень гордым, а также обладал большим количеством различных достоинств. Если ее предшественница не позволяла ему прикасаться к ней, то такой человек, как он, определенно не стал бы настаивать.

Но тогда непонятно, если первоначальная хозяйка тела умудрилась выйти замуж за Цзян Цзинчуаня, то зачем продолжала отвергать его?

Мозг Су Янь снабдил ее серией историй любви, ненависти, привязанности и вражды; чем больше их было, тем более неуверенной она становилась. В любом случае, она будет медленно разбираться в этом неожиданном романе. Как бы то ни было, она не имела права вмешиваться в историю Цзян Цзинчуаня и первоначальной владелицы тела. Самое главное сейчас было узнать о финансовых возможностях Цзян Цзинчуаня, прежде чем решить, стоит ли развивать хорошие чувства, чтобы продолжать держаться за него.

В случае, если Цзян Цзинчуань был не только королем восьмого яйца (на слэнге – подкаблучник или тупица), но и не имел никакого значительного капитала, было бы лучше расстаться с ним на хороших условиях.

Независимо от эпохи она будет стремиться к лучшей, естественной и свободной жизни. Раньше она являлась скрытой хозяйкой императорского гарема, поэтому жить обычной жизнью для нее было невозможно. Извините, но простая и скучная обыденность ее не интересовала.

Десяти дней, проведенных в новой обстановке было достаточно, чтобы Су Янь сосредоточилась и успокоилась. Хотя однажды она умерла, ее цель не изменилась – это было глубоко внутри. Она должна была заботиться о себе.

Су Янь не проводила эти дни в праздности. Поначалу, хотя она и не показывала этого, она по-настоящему испугалась, когда увидела фигуры, говорящие из телевизора. Теперь ей было удобно сидеть на диване и смотреть драмы. Она даже чувствовала, что они интересны. Ей казалось, что она наблюдает за чужой жизнью.

Посмотрев две драмы, Су Янь уже многому научилась; в конце концов, она была достаточно умна. Она была знакома с древними книгами по военному искусству и владела четырьмя искусствами: го, каллиграфией, цитрой и живописью. Нельзя сказать,что она была опытна во всем, но знала достаточно. У нее, по крайней мере, хватило навыков, чтобы победить императорскую наложницу в гареме за считанные секунды. В настоящее время она обладала своими оригинальными навыками и, кроме того, обрабатывала информацию в хорошем темпе. Она училась всему необычайно быстро.

Из просмотра телевизионных драм она поняла, что резиденция, в которой она жила сейчас, была очень дорогой и роскошной. Вчера днем она вышла прогуляться после еды и заметила много машин в гараже. Возможно, стоит более внимательно изучить финансовые ресурсы Цзян Цзинчуаня, нужно найти возможность посетить офис и взглянуть на его рабочее место.

Она не просто так хваталась за первое попавшееся бедро. Для начала она должна была оценить, стоит ли он того или нет.

Су Янь очень понравилась эта эпоха. Во-первых, лампа, кровать и ванная приводили ее в восторг; во-вторых, еда здесь была более вкусной. Пообедав, она вернулась в спальню и стала смотреть телевизионные драмы. Тетя Ван только покачала головой и вернулась в свою комнату, чтобы вздремнуть: она ничего не могла поделать с хозяйкой.

После решения текущих вопросов Цзян Цзинчуань, естественно, подумал о Су Янь. Поскольку прошлой ночью у него был интимный контакт с ней, естественно, ему было интересно. Мужчина долгое время нерешительно смотрел на свой мобильный. Он хотел позвонить и спросить, все ли с ней в порядке, но не мог отбросить свою гордость. Наконец он стиснул зубы и набрал номер телефона в гостиной. Дворецкий поднял трубку. Поболтав о каких-то пустяках, Цзян Цзинчуань небрежно поинтересовался:

— Она вышла на улицу?

Дворецкий сначала не ответил, ошеломленный на какое-то время. После того, как он пришел в себя, и понял, что «она» - это Су Янь, он поспешно сказал:

— Вовсе нет, госпожа в спальне. Хотите, чтобы я позвал ее?

Цзян Цзинчуань подумал, что если бы трубку взяла Су Янь, то он мог бы поговорить с ней, но он не мог позволить ей понять, что искал ее по собственной инициативе.

— Нет, не нужно. Я просто спрашивал, ничего больше.

— В последнее время мадам остается дома каждый день, — радостно сообщил дворецкий, — она ходит только по окрестностям виллы, чтобы прогуляться после ужина.

Цзян Цзинчуань почувствовал себя странно, услышав это. Раньше он не заботился о Су Янь, но он также знал, что она была такой же, как и он, девушка почти не жила в их особняке. Однако теперь она каждый день сидит дома и никуда не выходит? Совершенно ошеломленный, он спросил:

— Что она делает целыми днями?

— Я слышал, как Ван Шэнь сказала, что мадам остается в спальне и смотрит телевизор, — дворецкий тоже был полон любопытства, но только отчасти. Все-таки это была хозяйка дома, и он не мог просто так обсуждать ее.

— Смотрит телевизор? — Цзян Цзинчуань не мог поверить своим ушам. Су Янь сидела дома и смотрела телевизор? Как такое возможно?!

Прежде чем жениться, согласно обычной практике, Цзян Цзинчуань проверил прошлое будущей супруги. Несмотря на возражения ее семьи, Су Янь пошла в киноакадемию. Она была полна решимости продвинуться и стать популярной звездой в индустрии развлечений. Однако, прежде чем она сумела получить роль в драме, это было решительно пресечено ее отцом. Она не могла пойти против него, поэтому мечта Су Янь стать знаменитой актрисой осталась нереализованной.

Тем не менее, после свадьбы Су Янь никогда по-настоящему не расслаблялась. Она неустанно ходила по магазинам и использовала множество методов, чтобы подчеркнуть свою красоту. А теперь она безвылазно сидит дома и смотрит телевизор?

— Нужно ли мне сообщать о телевизионных драмах, которые мадам смотрит каждый день?

— Нет, пусть делает, что хочет.

Он не может зайти так далеко, чтобы начать следить за ней.

Когда день уже клонился к вечеру, тетя Ван была на пределе своего терпения и предложила Су Янь:

— Мадам, разве вы не идете сегодня за покупками?

Как только Су Янь услышала эти слова, ее глаза засияли. Ей нравилось ходить по магазинам, покупать и покупать. Она возглавляла все веяния моды в императорском дворце. Время от времени Его Величество брал ее с собой за покупками. Хотя декоративные заколки для волос и одежда снаружи не могли сравниться с изысканным мастерством тех, кто работал внутри императорского дворца, они были более новыми и интересными. Ей очень нравилось ходить по магазинам.

Су Янь была удивлена, сев в машину, но не показала ни малейшего намека на это. Тетя Ван посмотрела на Су Янь и тоже ничего не сказала. Вскоре они остановились на улице, по которой обычно ходила Су Янь. Служанка быстро последовала за ними, чтобы помочь донести сумки.

Су Янь потеряла дар речи, глядя на все это, но быстро вошла в свой режим покупок. Остановившись перед прилавком, девушка посмотрела на длинное узкое ожерелье, она не могла отвести от него глаз. Под электрическим светом драгоценные камни распространяли блеск и сияние, которые почти ослепляли глаза.

Хотя она все еще не понимала стандартных цен, она не могла отвести глаз от ожерелья. Ценник тоже ошеломлял. Тетя Ван послала многозначительный взгляд, и молодая горничная быстро подошла и протянула Су Янь ее визитницу и сумку с кредитками.  Су Янь была несколько растеряна, открывая сумку, полную кредитных карт, не зная, что делать. Разве ей не нужно платить за это деньги? Как она может заплатить?

— Мадам нравится это ожерелье?

Су Янь кивнула: «Мне оно очень нравится!»

Глядя на цепочку нулей на ценнике, тетя Ван глубоко вздохнула и мысленно щелкнула языком. Действительно, это было слишком дорого для обычных людей, но для жены Цзян Цзинчуаня это пустяки. Зрение у тети Ван было не очень хорошее, но она сразу же заметила блестящую золотую карточку, которая выделялась на фоне других кредиток. Ее память не была выдающейся; однако, она вспомнила, что это была карта Цзян Цзинчуаня, которую он дал Су Янь после брака. В то время она только устроилась к молодой госпоже на работу. Раньше, когда Су Янь ходила за покупками, она не трогала золотую карту, а вместо этого использовала свои собственные деньги.

Видя, что ее хозяйка все еще находится в трансе, тетя Ван стиснула зубы и, указав на блестящую золотую карточку, прошептала:

— Мадам, разве вы не жена господина? Что его, то и ваше. Вы не должны держать его на таком расстоянии, иначе отношения станут отчужденными.

Су Янь чувствовала, что тетя Ван была действительно хороша, и вовремя помогла ей. Оказалось, что эта золотая карта принадлежит Цзян Цзинчуаню. Она немного поразмыслила, а потом вложила ее в руку женщины и серьезно кивнула.

— Да, я знаю.

Тетя Ван радостно протянула карточку продавщице, чтобы та оформила покупку. Действительно, тетя Ван была права, Цзян Цзинчуань был довольно богат, поэтому отделять себя и не использовать его деньги было бы безумием.

Когда Су Янь получила футляр с ожерельем, все ее существо было потрясено. «Получается, что пока у меня есть золотая карта, я могу покупать все, что захочу?! Очень хорошо! Так освежает!»

Когда тетя Ван увидела, что девушка так сговорчива, она с радостью отметила еще несколько вещей:

— Деньги существуют, и кто-то всегда будет тратить их. Но вы будете тратить их лучше, чем другие, не так ли?

Она произнесла это с намеком. Основная идея заключалась в том, что если госпожа не потратит их, то, возможно, однажды какая-нибудь другая женщина потратит их вместо нее. Тогда уже будет поздно плакать! Хотя сейчас вокруг Цзян Цзинчуаня не было никаких вертихвосток, кто может гарантировать, что в будущем это не изменится?

Су Янь понимала это и чувствовала, что взгляды тети Ван совпадают с ее взглядами. Для нее комфорт - самое главное. Да, именно так.

Тем временем Цзян Цзинчуань закончил совещание. Он взял свой мобильный у секретаря и уже направился в офис, когда сообщение на телефоне заставило его остановиться. Текстовое сообщение предупредило его о сумме покупки в торговом центре.

Когда он женился, он отдал свою карточку Су Янь, но она никогда не использовала ее. Что случилось сегодня? Казалось, что Су Янь решила быть доброй к нему. Теперь, когда она ясно дала понять, что произошло прошлой ночью... он должен был решить, отвечать или нет.

Ассистент чувствовал, что начальник сегодня действительно странный. На собрании лицо шефа стало черным, как дно кастрюли, однако он смеялся. Что происходит?

Глава 4. Тетя Ван чрезвычайно довольна тем, что Су Янь действительно открыла глаза

Даже после того, как Цзян Цзинчуань женился, не было недостатка в женщинах, бросающих жадные взгляды в его сторону. Самой популярной в очереди была хорошенькая, невинно выглядящая актриса Хуан Юйвэй. Она была удивительно красивой и выдающейся во всех отношениях, но было одно обстоятельство, которое заставляло всех антифанов цепляться к ней. Несмотря на то, что ее семья была действительно безупречной, она была незаконнорожденным ребенком, а ее мать - любовницей.

Хуан Юйвэй была многообещающей актрисой нового поколения: ее актерские способности были довольно хороши, и она не ложилась под нож. Однако быть знаменитой актрисой не было тем, чего она хотела. Она лишь использовала свой статус, чтобы выйти замуж в богатую семью. Она была известна уже много лет и ее преследовали многие богатые наследники. Но по сравнению с матерью она была гораздо умнее, так как знала, что они просто хотят повеселиться, поиграть и отшвырнуть ее в сторону, когда она им надоест. И все же, как и ее мать, она неожиданно снова совершила ту же ошибку.

Цзян Цзинчуань был тем человеком, за которого она хотела выйти замуж. Она заметила, что он был другим: в отличие от тех наследников второго поколения, которые умели только играть, пить и веселиться, Цзян Цзинчуань обладал реальной властью. Но самое главное, он был не из тех, кто «играет с цветами и травой». Одним единственным недостатком в этом идеальном кандидате было то, что у него уже была жена. Но это не имело значения. Хуан Юйвэй разузнала, что отношения между Цзян Цзинчуанем и его женой были не очень хорошими. Они просто поженились под давлением обстоятельств. Хотя Хуан Юйвэй ни разу не видела госпожу Цзян, она предположила, что у той была довольно средняя внешность. Если бы это было не так, то почему Цзян Цзинчуань не брал ее на светские мероприятия?

Женщине нужно было обладать не только яркой внешностью, но и заниматься самореализацией. Хуан Юйвэй чувствовала, что она в этом не уступает госпоже Цзян. После расспросов о ней в течение некоторого времени, уверенность Хуан Юйвэй возросла. Убрать эту женщину, чтобы стать госпожой Цзян, было вовсе не невозможно!

Но она никак не ожидала, что к Цзян Цзинчуаню будет так трудно приблизиться. Как правило, такие, как она, при наличии некоторой инициативы не боялись, что мужчина не попадется на крючок. Но в данный момент Хуан Юйвэй проявляла некоторое нетерпение. Ее сводная сестра от того же отца, но другой матери скоро должна была выйти замуж, и притом довольно удачно. С годами она ясно поняла, что, хотя ее отец и не любил свою жену, он не был готов развестись с ней. Еще труднее ей было признать, что отец все еще немного больше любил ее старшую сестру.

Если ее старшая сестра выйдет замуж, то у нее будет больше козырей в руках, и, когда придет время, разве старшая сестра не отомстит ей и ее матери? Хотя трудно было сказать наверняка, она все еще помнила выражение горькой ненависти в глазах сестры.

Если она выйдет за Цзян Цзинчуаня, то сможет поставить свою старшую сестру на место. А если бы ее отец также развелся со своей женой, она воспользовалась бы этой возможностью, чтобы сбросить ярлык незаконнорожденной дочери.

Хотя Хуан Юйвэй нетерпелива, она не была безмозглой. Она даже приняла во внимание младшую сестру Цзян Цзинчуаня, Цзян Цзинцзин. На самом деле, они договорились пойти сегодня за покупками, и Цзян Цзинцзин был в восторге от приглашения.

Болтая обо всяких глупостях, Хуан Юйвэй наконец добралась до главного, делая вид, что небрежно интересуется:

— Цзинцзин, а чем сейчас занимается твой старший брат?  Похоже, он очень занят.

Цзян Цзинцзин была еще молода, поэтому, услышав эти слова, она просто весело рассмеялась:

— Он не всегда занят делами корпорации.

Хуан Юйвэй снова попробовала выудить информацию:

— Во время банкета господина Чжун я заметила шефа Цзян; у него не было спутницы. Разве здоровье госпожи Цзян не в порядке?

— Моя старшая невестка не слишком любит подобные мероприятия, — Цзян Цзинцзин слегка улыбнулась.

Тем временем, Су Янь довольной походкой вышла из магазина в сопровождении тети Ван. Су Янь подумывала о том, чтобы косвенно спросить о карточке, когда увидела, что тетя Ван шагнула вперед и приветливо поздоровалась:

— Юная леди Цзинцзин?

Цзян Цзинцзин и Хуан Юйвэй одновременно обернулись. Увидев тетю Ван и Су Янь, Цзян Цзинцзин некоторое время размышляла, а затем с нежностью поприветствовала их:

— Какое совпадение, старшая невестка! Вы тоже ходите по магазинам?

Услышав, как Цзян Цзинцзин назвала ее «старшей невесткой», Су Янь и Хуан Юйвэй были ошеломлены. Су Янь не ожидала встретить сестру Цзян Цзинчуаня, поэтому не смогла отреагировать сразу. Хуан Юйвэй была крайне потрясена. Она не могла поверить, глядя на Су Янь, что это госпожа Цзян?! Как это может быть? Она быстро отвергла эту возможность в своем сердце.

Су Янь быстро оправилась от шока, и ее улыбка стала задумчивой:

— Да, просто пришла расслабиться.

Лицо Цзян Цзинцзин показало следы сомнений. Она предполагала, что сценарий как обычно повторится – она проявит теплые чувства и будет встречена холодным упреком. Хотя она не слишком любила Су Янь, годы воспитания научили ее, что, даже если она ей не нравится, та все еще была ее старшей невесткой. Более того, все происходило перед Хуан Юйвэй; поэтому она должна была хотя бы немного показать уважение к Су Янь, хотя их антипатия была взаимной. Каждый раз, когда они встречались, Су Янь демонстрировала холодное лицо, словно кто-то должен ей сто миллионов юаней.

Но Су Янь не только признала ее, но и улыбнулась, встретившись с ней сегодня?! Улыбка примерзла к лицу Цзян Цзинцзин.

Су Янь посмотрела на выражение лица Хуан Юйвэй и мгновенно связала ее с женщинами в Императорском гареме. Тут уж ничего не поделаешь: впечатление действительно было слишком глубоким. Су Янь всегда узнавала такое выражение лица. Хотя она не знала эту женщину, ее женская интуиция говорила, что у нее были какие-то отношения с Цзян Цзинчуанем.

Су Янь сразу же заметила выражение недоверия на лице Хуан Юйвэй, что только подтвердило ее предположение.

Она чувствовала, что ее эмоции хорошо контролируются. Если бы она знала эту женщину, она бы задалась вопросом, почему этот человек здесь. Если же первоначальная хозяйка тела не знала ее, Су Янь была уверена, что кто-нибудь познакомит их друг с другом.

Конечно же, Цзян Цзинцзин открыла рот с некоторой неловкостью на лице:

— Невестка, это Хуан Юйвэй. Сегодня я пришла с ней в магазин и пообедать.

Су Янь поняла, что Цзян Цзинцзин не представила ее Хуан Юйвэй, с одной стороны, это могло означать, что Хуан Юйвэй уже знает ее; или, с другой стороны, это могло означать, что Цзян Цзинцзин не хотела упоминать ее при Хуан Юйвэй. Как правило, можно было догадаться, кто был другой стороной.

Что касается того, обладал ли этот человек каким-то статусом или нет, она все еще не знала. Лучше было выяснить это у Цзян Цзинчуаня, когда она вернется.

Су Янь вежливо улыбнулась Хуан Юйвэй, а затем сразу же сказала Цзян Цзинцзин:

— Я не буду задерживать вас, так как я должна вернуться обратно. Если у тебя будет время, приходи к нам домой, поедим и поболтаем.

Цзян Цзинцзин почувствовала, что атмосфера была немного неловкой, поэтому поспешно кивнула, глядя, как Су Янь и тетя Ван уходят.

Оглянувшись назад и увидев рассеянную Хуан Юйвэй, Цзян Цзинцзин усмехнулась про себя. Ей был ясен план Хуан Юйвэй. Хотя она не любила Су Янь, та была ее настоящей невесткой. Как может такая незаконнорожденная женщина, как Хуан Юйвэй, сравниться с ней? Причина, по которой она вступила в контакт с Хуан Юйвэй, была обусловлена ее собственными эгоистичными намерениями.

Су Янь и тетя Ван сидели на заднем сиденье машины. Тетя Ван узнала Хуан Юйвэй, когда та еще выступала в телевизионных драмах. Женщина подумала о слухах, касающихся Хуан Юйвэй и Цзян Цзинчуаня, и почувствовала тревогу, поэтому снова посмотрела на Су Янь. Она не увидела никакой реакции, поэтому осторожно сказала:

— Это были просто слухи. Они вообще не соответствуют действительности. Господин не такой человек.

По крайней мере, в настоящее время.

Су Янь уже догадалась, кто эта женщина. Теперь, слушая слова тети Ван, в ее сердце не было никаких чувств: она не любила Цзян Цзинчуаня. В настоящее время для нее не имело значения, с какими женщинами у него были незаконные отношения. Но с тех пор как тетя Ван открыла эту тему, ей пришлось подумать, что ответить. Она спросила:

— Откуда взялись те слухи?

Тетя Ван решила не упускать эту возможность и осторожно сказала Су Янь глубоким голосом:

— Поскольку госпожа не сопровождает господина Цзян на светские мероприятия, у людей начали появляться злые мысли. Вы – госпожа Цзян. В некоторых случаях вам нужно сопровождать мужа.

Су Янь понимала, что предыдущая владелица тела не ходила на банкеты. Поскольку она не сопровождала мужа, естественно, будет какая-то другая женщина, которая захочет составить Цзян Цзинчуаню компанию.

— Я понимаю, — Су Янь сделала вид, что серьезно кивает.

Тетя Ван была очень рада, что Су Янь наконец открыла глаза.

Хуан Юйвэй тоже была не в настроении ходить по магазинам, поэтому извинилась и ушла. Цзян Цзинцзин сидела в кафе и после долгого колебания набрала номер брата.

Цзян Цзянчуань занимался какими-то официальными документами, когда позвонила сестра. Он бросил взгляд на определитель номера и, не раздумывая, включил громкую связь, ответив небрежным тоном:

— Деньги кончились?

Цзян Цзинчуань не критиковал свою младшую сестру. Во время ее детства он учился за границей, в результате чего они не были так близки. Но он всегда выполнял свой долг старшего брата. Как только она откроет рот, чтобы что-то попросить, он даст ей это.

Услышав эти слова, Цзян Цзинцзин упрямо ответила тихим голосом:

— Брат, у меня уже есть деньги. Я хотела искренне извиниться.

— А? — продолжал он небрежно.

Цзян Цзинцзин чувствовала, что ее брат не будет заботиться об этом вопросе. Она знала, что Су Янь не любит их и что брат не любит Су Янь. Они поженились только из-за давления со стороны бабушки и дедушки. Думая так, на сердце Цзян Цзинцзин полегчало:

— На самом деле, все в порядке. Хуан Юйвэй сегодня позвала меня пройтись по магазинам. Мне было скучно, поэтому я согласилась. Кто знал, что мы столкнемся с невесткой? В любом случае, мы немного поболтали.

«...»

Цзян Цзинчуань смотрел на документ и слушал ее, ничего не говоря.

Сердце Цзян Цзинцзин немного опустело. Она не могла удержаться, чтобы не задать вопрос:

— Брат, должна ли я объяснить это невестке? Я знаю, что вы с Хуан Юйвэй были обычными друзьями…

Для Цзян Цзинчуаня незначительные люди и вещи отбрасывались на задворки его сознания. В настоящее время его внимание было занято содержанием представленных ему официальных документов. Мужчина поднял руку и слегка ущипнул себя за переносицу, не удержавшись от вопроса:

— Кто такая эта Хуан Юйвэй?

Цзян Цзинцзин: «…»

Глава 5. Улыбка Цзян Цзинчуаня

Цзян Цзинцзин все еще хотела рассказать Цзян Цзинчуаню о слухах. Это было не ради других, но, раз она уже подняла эту тему, она подумала, что лучше все прояснить. В то же время она думала про себя: реакции старшего брата было достаточно, чтобы показать, что между ним и Хуан Юйвэй ничего не было.

Повесив трубку, Цзян Цзинчуань подумал о лице Су Янь и вспомнил вчерашнее дело. В конце концов, ему было не все равно. Слухи о Цзян Цзинчуане и его жене сильно разделялись. Одни говорили, что чувства между ними были довольно глубокими, поэтому даже после того, как он столкнулся с искушением, он остался равнодушным. Другие утверждали, что между Цзян Цзинчуанем и его женой не было никаких чувств; если это не так, то почему жена не сопровождала его?

Только несколько человек, которые действительно были знакомы с Цзян Цзинчуанем, знали, что он на самом деле не интересовался женщинами и, естественно, еще меньше интересовался мужчинами. Прежде чем жениться на Су Янь, он однажды разговорился со своим близким другом о женщинах, но только он сам знал, что его не интересуют такие вещи.  На самом деле, Цзян Цзинчуань считал, что есть более интересные вещи, чем любовь – например, работа.

Хотя Цзян Цзинчуань не считался мягким человеком и никогда не испытывал влюбленности, он всегда чувствовал ответственность за Су Янь. Даже если он и не любит ее, то не собирался ставить в неловкое положение. Более того, едва ли можно было найти женщину более привлекательную, чем Су Янь. Если бы он действительно хотел заботиться о женщине, разве не было бы лучше заботиться о жене? Да и стоит ли вообще искать кого-то ниже себя?

После прошлой ночи, когда Цзян Цзинчуань обнаружил, что не смог отвергнуть инициативу Су Янь, он решил – поскольку дело уже произошло, и у нее был такой хрупкий вид – он должен относиться к ней немного лучше.

Тонкие пальцы Цзян Цзинчуаня умело двигались, печатая сообщение. Потом он стер его и подумал: ну и пусть, он ей все объяснит, когда вернется домой. На самом деле, он не собирался ничего объяснять, чтобы Су Янь не подумала, что он беспокоится о ней.

Заботил ли Су Янь это вопрос? Нисколько.

После того, как она вернулась домой, Су Янь совершенно забыла слова, которые ей были сказаны. Благодаря долгой практике в Имперском гареме, она могла, по крайней мере, сохранять спокойствие в подобных неожиданных ситуациях.

Су Янь посмотрела на ожерелье, хорошо понимая, что потратила деньги Цзян Цзинчуаня. Естественно, ее это ни капельки не смутило, но все же лучше было изобразить это внешне. Погруженная в свои мысли, она спустилась на кухню. Точно так же, как во времена ее пребывания в Императорском дворце, когда Его Величество сердился, она шла на кухню и готовила несколько обычных блюд, таких как каша, овсянка или что-то в этом роде. Но сейчас она не умела пользоваться современными приборами на кухне, поэтому Су Янь замерла в разочаровании.

Тетя Ван вошла снаружи; увидев Су Янь, стоящую в дверях, она спросила:

— Мадам, вы голодны?

Су Янь сокрушенно покачала головой.

— Я думала приготовить ему немного еды, но обнаружила, что не могу этого сделать.

Тетя Ван сразу все поняла, внутренне она была бесконечно довольна. Даже если мадам ничего не умела, это не безнадежно. На самом деле это отличная идея. Кажется, что Су Янь перешла в наступление! Тетя Ван хихикнула и ответила:

— Рисовая каша, посыпанная белым сахаром, очень нравится хозяину. Вы идите мыть рис, а я вас научу.

Теперь с посторонней помощью Су Янь с нетерпением ждала приготовления пищи. Она знала, как ополаскивать рис; вымыв рис, она сливала воду в таз. Тетя Ван быстро взглянула на пальцы Су Янь и радостно сказала:

— У мадам действительно красивые пальцы. Неплохо иногда готовить еду на кухне. Если бы вам приходилось готовить еду каждый день, хозяин был бы расстроен.

Су Янь просто рассмеялась и ничего не сказала. Само собой разумеется, что она очень любила свои руки. Если бы ей пришлось каждый день ходить на кухню и готовить еду, она бы просто ушла. Су Янь внезапно вспомнила, что есть важное дело, о котором нужно спросить. Она сделала вид, что беспечно спрашивает:

— Он очень занят работой?

Давайте-ка узнаем информацию у экономки. Тетя Ван ответила:

— Так оно и есть: клан Цзян довольно большой. Даже до того, как хозяин поднялся на самый верх, я не видела его без дела.

Сердцебиение Су Янь немного ускорилось. Из уст тети Ван были извлечены два полезных факта. Во-первых, клан Цзян был многочисленным. Во-вторых, вся семья теперь находилась непосредственно под контролем Цзян Цзинчуаня.

— В таком случае банкеты, на которые он обычно ходит, должны быть очень значительными?

Тетя Ван ошибочно подумала, что Су Янь все еще возражает против этого вопроса как раньше; но решила, что хорошо, что она хотя бы спросила, поэтому сразу же начала говорить:

— Без сомнения, они грандиозны. Там присутствуют все высокопоставленные чиновники города. Мадам, в некоторых случаях господину нет надобности идти, и ни у кого не хватает смелости говорить об этом. Однако бывают случаи, когда ему не следует туда ехать, ведь все знают, что господин женат. Так как вы не ходите, естественно, другие начнут бесконечно болтать языком.

В прошлом тетя Ван не осмелилась бы сказать это; но тогда молодая госпожа была очень холодной и отстраненной. Тетя Ван не хотела причинять себе лишние страдания. Видя нынешнее отношение хозяйки, она естественно воспользовалась этой возможностью, чтобы сказать еще несколько предложений.

Су Янь хотела, чтобы тетя Ван рассказала больше. Это будет очень полезно для понимания ее окружения, так как она была незнакома с этим местом и этими людьми.

Простой рисовый конже было довольно легко сделать, поэтому Су Янь отметила все шаги в своем уме. Она также чувствовала, что кухонная утварь здесь была намного удобнее, и запоминала все предметы.

Когда Цзян Цзинчуань вернулся, Су Янь читала книгу, сидя на качелях на лужайке. Глядя на эти слова, она находила их довольно простыми и в то же время очень странными. Она могла понять большую часть, но этот стиль письма следует считать упрощенным. Поначалу ей было трудно читать, но теперь она привыкла.

Она хотела быстро все понять, но не смела быть небрежной и спрашивать кого-нибудь, поэтому у нее не было другого выбора, кроме как обратиться к драмам и книгам.

Как только Цзян Цзинчуань вошел в гостиную, дворецкий подошел поприветствовать его. Мужчина бросил быстрый взгляд на второй этаж и сделал вид, что небрежно спрашивает:

— Мадам?

Дворецкий сначала остолбенел, но быстро пришел в себя и ответил:

— Мадам на заднем дворе.

— А, понятно, — Цзян Цзинчуань опустил голову, чтобы расстегнуть пуговицы на одном рукаве, а когда расстегнул другой, приказал, — Я должен кое-что спросить, поищите ее.

Су Янь все еще сидела одна на качелях с книгой на коленях. Усевшись, она заправила за уши несколько прядей волос. По-видимому, почувствовав чей-то пристальный взгляд, она подняла голову как раз вовремя, чтобы встретиться глазами с мужем.

Хотя Цзян Цзинчуань не был заинтересован в любви, когда он встретил Су Янь в первый раз до брака, он все же почувствовал некоторое внутреннее мужское тщеславие. Она была действительно красива. Добавьте это к некоторому давлению со стороны его дедушки, и он не смог отказаться.

Су Янь быстро ответила, торопясь встать. Она закрыла книгу и отложила ее в сторону, прежде чем поприветствовать Цзян Цзинчуаня с улыбкой:

— Ты вернулся? Немного рановато.

На самом деле, столкнувшись с такой Су Янь, Цзян Цзинчуань никак не мог приспособиться. Даже сейчас он вел себя как чужак. Вспомнив об их существенной связи, имевшей место вчера, он почувствовал неловкость и едва смог выдавить улыбку. Несмотря на это, у него не было другого выбора, кроме как слегка кашлянуть и сказать:

— Да.

Он хотел небрежно объяснить, что между ним и Хуан Юйвэй не было никакой связи, но даже при том, что слова вертелись у него на языке, ему было трудно говорить. Глядя на ее улыбку, Цзян Цзинчуань почувствовал, что нет никакого смысла высказывать свою точку зрения.

В любом случае, между ним и Хуан Юйвэй ничего не было. Лично он не боялся кривотолков. Если бы он начал объясняться, это было бы то же самое, что сказать ей, что ему есть до этого дело.

Су Янь также немного нервничала: способы привязаться к богатому и влиятельному человеку были разными для разных людей. Кому-то нравилось такое поведение, кому-то нет. Раньше в Императорском гареме она могла понять Его Величество и вдовствующую императрицу. Было совершенно ясно, что они любят; в результате их бедро можно было крепко держать. В настоящее время она ничего не понимала в Цзян Цзинчуане. Су Янь должна была установить с ним какую-то связь. Вчера у них был только физический контакт, никакой связи не было.

Несмотря на то, что Су Янь продолжала думать об этом, она сразу же воспользовалась возможностью и потянула Цзян Цзинчуаня за руку, улыбаясь:

— В таком случае ты как раз вовремя. Может быть, нам удастся поужинать вместе.

Она уже решила, что ей все равно. Независимо от того, каковы были отношения между первоначальной владелицей тела и Цзян Цзинчуанем – особенно потому, что она все еще была незнакома с этим миром – было лучше сначала поддерживать хорошие отношения с мужем.

Это движение Су Янь заставило сердце Цзян Цзинчуаня затрепетать, а выражение его лица стало несколько неестественным. На самом деле ему было не по себе от такого уровня близости. Хотя вчерашняя ночь была более чем интимной, в тот момент он не был трезв. Тем не менее, он не хотел показывать, что растерян; по крайней мере, он не мог позволить Су Янь увидеть это.

Давая Су Янь тащить его за собой, он вошел в гостиную. Присутствующие были весьма удивлены. Кто же не знал, что мадам и хозяин были в плохих отношениях? Внезапно став свидетелями этой глубоко влюбленной супружеской пары, никто не успел уйти, поэтому они могли только молча опустить глаза.

Дворецкий и тетя Ван были в восторге и чувствовали, что эта пара мужа и жены наконец-то прогрессирует.

Блюда были приготовлены и готовы к подаче как раз вовремя. Су Янь незаметно взглянула на тетю Ван. Та сразу все поняла и радостно шагнула вперед:

— Господин, не хотите ли сегодня кофе?

Цзян Цзинчуань кивнул.

Су Янь встала и пошла на кухню, чтобы лично принести миску с рисовой кашей и поставить ее перед Цзян Цзинчуанем. Она ничего не сказала, только улыбнулась ему. Цзян Цзинчуань был озадачен, но ничего не сказал. В конце концов, сегодняшние действия Су Янь были за пределами его прежнего понимания.

Тетя Ван позволила Су Янь зачерпнуть конжи и сделала вид, что небрежно сказала:

— Это конжи лично приготовила мадам.

Цзян Цзинчуань только что съел немного каши. Он не осмеливался поднять глаза на Су Янь, сидящую напротив него. Он действительно не знал, стоит ли продолжать есть как будто ничего не случилось. Он чувствовал себя немного неловко. Если бы сейчас здесь никого не было, он мог бы свободно сказать что-нибудь Су Янь. Теперь же ему было трудно говорить: присутствовали дворецкий и тетя Ван.

Су Янь, однако, поняла причину молчания Цзян Цзинчуаня. Все было именно так, как она и предполагала: отношения между ними были не очень хорошими. Однако она не знала, до какой степени это «нехорошо». Из-за того, что он не осуществил свой брак даже через шесть месяцев после женитьбы, он не очень привык к интимным отношениям со своей женой.

Теперь же, позволив тете Ван произнести эти слова, она просто хотела сообщить ему, что сегодняшнее блюдо приготовлено ею. Однако, если бы Цзян Цзинчуань никак не отреагировал, Су Янь попала бы в неловкую ситуацию. Подумав об этом, она посмотрела на Цзян Цзинчуаня и лукаво улыбнулась:

— Муж действительно много работает, приготовить немного еды для него – это простое домашнее дело.

Услышав слова Су Янь, на лице Цзян Цзинчуаня появилась улыбка.

Глава 6. Он не хотел принуждать Су Янь.

Даже если бы у Су Янь была толстая кожа, она все равно была бы смущена, когда ложилась спать этой ночью. Приняв душ, Су Янь так и не вышла из ванной. Вместо этого она села на унитаз и вытирала волосы, опустив голову и размышляя, что же делать дальше. Она действительно чувствовала себя немного обиженной. Если Цзян Цзинчуань будет настаивать, что она должна сказать? Это был первый раз этого тела и первый раз Су Янь. Если бы это случилось в Императорском дворце, то стая императорских наложниц вряд ли поверила бы в это.

Су Янь невольно начала вспоминать прошлое. В Императорском гареме она считалась особенной личностью и была самой избалованной. Однако, если бы ее действительно спросили, ее статус нельзя было сравнить ни с кем, потому что она была единственным ребенком, которого вдовствующая Императрица когда-либо усыновляла. С тех пор как в детстве она увидела, как всю ее семью уничтожили у нее на глазах, она верила, что останется бездомной и будет жить одинокой, несчастной жизнью. Однако вдовствующая Императрица поместила ее в Императорский дворец и проявила к ней величайшее уважение, собираясь выдать ее замуж в респектабельную семье, когда она достигнет совершеннолетия. Даже за миллион лет женщина не могла себе представить, что молчаливый император будет совершенно сражен Су Янь.

Его Величество не позволил ей выйти замуж за кого-то другого, в то время как вдовствующая императрица не позволяла ей выйти замуж за Его Величество. Два самых влиятельных и знатных человека Императорского дворца тайно соревновались, в результате чего она застряла между ними на долгие годы в Императорском гареме. После того, как вдовствующая императрица пала, Его Величество стал еще более беспринципным.

Другие полагали, что она и Его Величество находятся в неподобающих отношениях, хотя на самом деле это было совсем не так. Этот сдержанный человек уже заверил ее, что в его Императорском гареме не будет других женщин, кроме нее, и после периода соблюдения положенного траура, он позволит ей встать рядом с ним.

Когда он сказал это, Су Янь поняла, что этот человек искренне любит ее. Императорские наложницы из гарема проклинали ее за спиной. Однако, это никак не повлияло на Су Янь. Она просто хотела жить хорошо, получить власть и влияние, а также... узнать правду о своей семье, чтобы отомстить.

В этот момент Цзян Цзинчуань был занят работой в кабинете. Внезапно его мобильный телефон завибрировал. Один взгляд на определитель номера заставил его нахмурить брови. Он неохотно взял его в руки. Звонивший не заговорил первым. Обе стороны отказывались начать разговор, поэтому лишь через несколько секунд другой человек сказал:

— Цзинчуань, ты находишься на вилле Си Шань?

Звонившим был отец Цзян Цзинчуаня, Цзян Шаоянь. Цзян Цзинчуань догадался, что речь идет о прогрессе в его отношениях с Су Янь. Все подробности этой ситуации дворецкий уже передал его отцу в городе. Цзян Шаоянь должен был знать, что в их отношениях не было ничего из ряда вон выходящего, но Цзян Цзинчуань решил любезно ответить:

— Да.

Цзян Шаоянь вздохнул с облегчением:

— Цзинчуань, отец знает, что ты не желал этого брака, но все же ты должен знать, что я и твоя мать не могли изменить мнение твоих бабушки и дедушки. Что бы там ни говорили, Су Янь – невестка нашей семьи Цзян. Ты должен относиться к ней должным образом. В любом случае, поскольку ты женился и начал карьеру, ты также должен рассмотреть возможность появления наследников.

Сначала он не собирался говорить подобное своему сыну, но у него не было выбора. Его жена не заботилась об этом вопросе и не хотела брать на себя ответственность. Так как это касалось будущего семьи Цзян, он должен был напрячься и озвучить эти мысли.

Отец и сын оба чувствовали себя неловко после этого разговора. После минутного молчания Цзян Цзинчуань ущипнул себя за переносицу и ответил:

— Я понимаю.

Повесив трубку, Цзян Цзинчуань никак не мог сосредоточиться на контракте. Он выключил компьютер и подошел к окну. Не то чтобы он не понимал, что на нем лежит такая важная ответственность, но он не хотел принуждать Су Янь. Конечно, он также не собирался дурачиться и заиметь незаконнорожденного ребенка на стороне, смущая Су Янь и его семью. Он не думал об этом раньше, но с сегодняшним напоминанием Цзян Цзинчуань начал серьезно рассматривать этот вопрос. Но говорить об этом было еще рановато, лучше отложить разговор на потом…

Ранее, даже если Цзян Цзинчуань останавливался на вилле, он не ночевал в той же комнате, что и Су Янь. Закончив работу, он отправлялся в свою спальню. Как обычно, он шел, не задумываясь, пока не оказался перед своей комнатой. Затем он подумал о словах своего отца и изменениях в поведении Су Янь. Цзян Цзинчуань колебался некоторое время, затем повернулся и пошел в комнату Су Янь.

В тот самый момент, когда Цзян Цзинчуань вошел в комнату, Су Янь вышла из ванной. Два человека снова столкнулись друг с другом.

Су Янь была одета в белую ночную рубашку, вытирая свои наполовину мокрые волосы. При виде Цзян Цзинчуаня ее сердце наполнилось беспокойством, но ни малейшего признака его не отразилось на ее лице. Су Янь не взяла на себя инициативу заговорить первой.

Цзян Цзинчуань молча подошел к дивану и сел. Она подошла и села перед туалетным столиком, с энтузиазмом нанося кремы из разных бутылочек на свое лицо. Су Янь действительно интересовалась всем этим: это был естественный инстинкт женщины. Когда она впервые попала в эту эпоху, первое, что она освоила, было использование средств по уходу за кожей и нанесение макияжа.

Аромат кремов, исходящий от кожи после того, как она нанесла их на свое лицо и изгиб шеи, привел Су Янь в приятное настроение.

— Я пойду приму душ, — сказал Цзян Цзинчуань после долгого периода молчания.

Тетя Ван обычно не самовольничала, однако в тот день она перенесла все туалетные принадлежности и одежду Цзян Цзинчуаня из его комнаты в спальню Су Янь.

Цзян Цзинчуань пошел в ванную комнату. После завершения всех уходовых процедур, Су Янь сидела на одной стороне дивана в оцепенении. Как ей сказать Цзян Цзинчуаню, что она не хочет его, но мягким, окольным способом? У нее действительно сильно болела голова. Су Янь никогда раньше не сталкивалась с подобной ситуацией. Некоторое время она никак не могла включить свои навыки.

Цзян Цзинчуань тоже бездельничал в ванной. Обычно самое большее, он принимал душ за десять минут, но сегодня без какой-либо серьезной причины он оставался в ванной комнате в два раза дольше.

Улегшись на кровать, Су Янь взглянула на часы – было десять часов. Обычно к этому времени она уже спала, но сейчас ей совсем не хотелось спать.

На самом деле, Цзян Цзинчуань тоже был не в себе: все его нервы были натянуты до предела. Двое людей, которые раньше почти не общались, теперь лежали бок о бок в постели, совершенно трезвые. Действительно неловкий момент.

К счастью, в этот момент желудок Цзян Цзинчуаня издал булькающий звук. Су Янь, которая не могла придумать, что бы сказать, прошептала:

— Ты голоден? Я тоже хочу есть.

Сначала Цзян Цзинчуань почувствовал себя неловко. Но после того, как Су Янь прервала его, он немного подождал, прежде чем ответить:

— Немного.

Поскольку он еще не ужинал, то наверняка сейчас умирает с голоду.

— Если так, то не поискать ли нам чего-нибудь съестного?

Пять минут спустя Су Янь и Цзян Цзинчуань прокрались вниз по лестнице, как воры. Прислуга здесь не жила (за исключением тети Ван и дворецкого, который жил на другой стороне и ложился спать в девять часов), поэтому в гостиной было очень тихо.

Поскольку это раздражало Цзян Цзинчуаня, тетя Ван, естественно, не оставляла никаких остатков на кухне. В результате, даже перевернув все вверх дном, Су Янь и Цзян Цзинчуань ничего не нашли и могли только смотреть друг на друга в смятении. Наконец, Цзян Цзинчуань нашел лапшу быстрого приготовления глубоко внутри шкафа.

Цзян Цзинчуань не мог понять, как в их доме появилась лапша быстрого приготовления. Он спросил Су Янь:

— Есть или не есть?

— … Есть, — решительно произнесла девушка, размышляя как эту штуку можно съесть?

У Цзян Цзинчуаня был такой опыт, когда он учился за границей. В то время он только прибыл туда и не привык к чужой еде и напиткам. Однажды он заметил в супермаркете лапшу быстрого приготовления и сразу же купил огромную кучу. Он все еще помнил, как в ту ночь ел лапшу.

Он нашел две кастрюли и, как обычно, поставил кипятить воду. Поскольку он помнил, как ел лапшу быстрого приготовления, то знал, что готовить ее в кастрюле было намного вкуснее и лучше, чем просто вымачивать в горячей воде. Пока лапша кипела, он разбил два яйца, кухня была наполнена интенсивным ароматом специй. Выражение лица Су Янь, когда она смотрела на Цзян Цзинчуаня, также изменилось. Он действительно умеет готовить?!

Хотя Су Янь не сомневалась в финансовых ресурсах Цзян Цзянчуаня, она не смела поверить, что он будет готовить. Согласно ее знаниям, кроме повара, мужчины не заходили на кухню. Есть даже поговорка, что «дворянин держится подальше от кухни». И все же Цзян Цзинчуань неожиданно начал готовить?

Цзян Цзинчуань уже положил в кастрюлю все приправы и глубоко вдохнул аромат лапши быстрого приготовления. Да, запах был действительно ароматным. Хотя он, вероятно, не притронется к ней в течение месяца или двух после того, как съест ее сегодня вечером. Осознав пристальный взгляд Су Янь, он повернулся к ней и не смог удержаться, чтобы не спросить ошеломленно:

— Что случилось?

Су Янь быстро изменила выражение своего лица и сменила тему:

— Пахнет довольно аппетитно.

Цзян Цзинчуань не планировал допрашивать ее подробно, поэтому он просто принес две миски лапши быстрого приготовления к обеденному столу. Су Янь и Цзян Цзинчуань сидели напротив друг друга, и атмосфера была довольно гармоничной. Су Янь попробовала, сделав только один глоток: ее глаза расширились. Хотя она не ела эту штуку раньше, вкус оказался неожиданно неплохим!

Су Янь всегда умела хвалить, не будучи скупой.

— Вкус действительно отличный, не ожидала, что твое кулинарное мастерство будет таким хорошим, — Су Янь отложила палочки для еды, повернулась, чтобы посмотреть на Цзян Цзинчуаня, и начала бескорыстно хвалить его. В ее глазах было настоящее обожание. Кулинарные навыки Цзян Цзинчуаня были намного лучше, чем у нее.

Мужчина чуть не поперхнулся. Сначала он подумал, что она смеется над ним, и внимательно посмотрел на выражение ее лица. Когда он понял, что она говорит серьезно, то, неизвестно почему, но чувство самодовольства и небольшой гордости нахлынуло на него. Да, он готовит лучшую лапшу быстрого приготовления в мире.

Поскольку Су Янь сделала Цзян Цзинчуаня вполне счастливым, он не мог не положить яйца-пашот в миску супруги.

«???»

Су Янь в замешательстве посмотрела на свою чашу.

— Тебе надо еще немного поесть.

Су Янь с готовностью поняла намек и опустила лицо, чтобы продолжить есть, но с улыбкой, украшающей ее лицо.

После еды они помыли посуду, вернулись в свою комнату и легли на кровать, предварительно почистив зубы. Никто не произнес ни слова. После нескольких мгновений тишины, Цзян Цзинчуань прислушался к мягким звукам ровного дыхания. Впервые он почувствовал, что Су Янь была довольно милой.

После того, как они уснули, дворецкий проснулся от голода и пришел на кухню. Он открыл шкафчик, но после долгих поисков так ничего и не нашел:

— Кто съел мою лапшу быстрого приготовления?!

Глава 7. Они только играли в мужа и жену, чтобы спасти репутацию.

Когда Цзян Цзинчуань проснулся на следующее утро, Су Янь уже была одета и сидела перед туалетным столиком, выбирая украшения. Цзян Цзинчуань направился прямо в туалет. Эти двое вообще не разговаривали. Когда он вышел, Су Янь все еще тупо сидела в спальне. Казалось, она хотела что-то сказать ему. Цзян Цзинчуань пробормотал своим глубоким голосом, застегивая рубашку:

— У тебя что-то на уме?

Су Янь подумала про себя: она не только хотела пойти на его работу, чтобы посмотреть, но и хотела сопровождать его на банкет. Хотя его рабочее место может намекать на его финансовые ресурсы, только банкет подтвердил бы его социальный статус. Растрачивать свое время впустую ей не нравилось. Она должна сначала узнать все входы и выходы Цзян Цзинчуаня. Придя к какому-то решению, она подошла к нему с улыбкой, естественно поправила его воротник и сделала вид, что небрежно говорит:

— Подумала, что мне стыдно...  Ради нашего домашнего очага ты работаешь без устали каждый день. Я же не разделяю с тобой ни капли ответственности. Тц, такое бесстыдство.

Такие слова легко приходили на язык Су Янь. Хотя Цзян Цзинчуань не мог приспособиться к ее изменившимся манерам, на его сердце все же ощущалась некоторая радость. Его лицо, которое раньше было напряженным, медленно расслабилось. Он слегка кашлянул, и его голос смягчился:

— Ничего страшного.

Су Янь чувствовала себя удовлетворенной этой теплой атмосферой. Она подняла глаза и пристально посмотрела на Цзян Цзинчуаня, прежде чем тихо сказать:

— Раньше я была неправа. Как твоя жена, я должна разделять одну или две обязанности. Если в будущем понадобится мое присутствие на любом мероприятии, я обязательно поеду.

Цзян Цзинчуань был ошеломлен. Он посмотрел на Су Янь со странным выражением лица. За эти полгода ему казалось, что он примерно понял ее темперамент. Несмотря на обычное происхождение Су Янь, благодаря ее превосходным навыкам и красивой внешности семья Су практически отдала все, чтобы вырастить ее. В результате ее характер был чрезвычайно высокомерным. Даже его избалованная сестра не смела провоцировать Су Янь.

Он понимал, что Су Янь, за исключением ее собственных членов семьи и его бабушки и дедушки, не удостаивала других даже взглядом. Действительно, как миссис Цзян, ей не нужно было угождать другим; однако, за эти два дня, Су Янь перевернула все, что Цзян Цзинчуань знал о ней. Он не мог удержаться, чтобы не спросить:

— Что с тобой случилось?

Су Янь сначала была ошарашена, но быстро поняла, что имеет в виду Цзян Цзинчуань. Конечно, отношения этих двух людей были не особенно хорошими. То, как она вела себя сейчас, по сравнению с тем, как она вела себя раньше, слишком сильно отличалось. Неизвестно, сколько людей поверило бы в то, что она перевоплотилась в чужой труп, но она не была настолько глупа или тупоголова, чтобы быть откровенной. Несмотря на это, в сердце Цзян Цзиньчуня должны быть некоторые сомнения. Мысли Су Янь быстро переключились. Она тут же улыбнулась, как будто ничего не случилось:

— Просто изменила свое мнение относительно некоторых вопросов.

Правильно – ей не нужно было ничего объяснять. Было ли ее отношение хорошим или плохим, ей не нужно было объяснять это другим. Просто сказать несколько слов было прекрасно. Некоторые вещи, чем больше вы объясняете, тем больше вероятность того, что вы обнажите ногу лошади.*

п.п.: Выставить напоказ ногу лошади – означает разоблачить тайну, аналогично поговорке – выпустить кота из мешка.

Цзян Цзинчуань принял ее ответ. Он бросил глубокий взгляд на Су Янь и подумал, что она наконец-то поняла свою ответственность. Хотя он не часто вступал с ней в контакт, он знал, что она была не только гордой и отчужденной, но и немного эгоистичной. Старые и молодые в семье Су всегда льстили ей, и так как она была воспитана таким образом, было естественно быть высокомерной. Он не был против женитьбы на Су Янь, но это не означало, что он был согласен с мнением своего деда и бабушки. Прежде чем жениться, он думал, что, поскольку она согласилась стать миссис Цзян, он будет искренне относиться к ней как к своей жене – даже если она ему не понравится.

Было очевидно, что Су Янь не разделяла его чувств, но он не испытывал разочарования. Хотя она обладала титулом миссис Цзян, она явно не хотела вкладывать силы в соответствующие обязанности. Цзян Цзинчуань не винил ее, потому что он был не лучше ее. Он думал, что неизбежно наступит день, когда их отношения рухнут. Это был только вопрос времени. Даже через миллион лет он никогда бы не подумал, что она возьмет на себя инициативу помириться с ним.

Для Цзян Цзинчуаня было невозможно вообще не смотреть на Су Янь, просто он был слишком занят. Их отношения были не очень хорошими. Когда бы они ни встречались, они почти не разговаривали. В результате, в его сердце жена не занимала сколько-нибудь существенного места.

Ранее, вместо того, чтобы сказать, что он был ответственен за Су Янь, было бы лучше сказать, что он был ответственен за миссис Цзян, независимо от того, кем была эта миссис Цзян. Так вот, Су Янь стала не только его женой по имени, но и фактически. Учитывая это, Цзян Цзинчуань сказал своим низким голосом:

— Ну, через два дня будет банкет. Ты пойдешь со мной.

Бизнес-сообщество обычно говорило, что он был в плохих отношениях со своей супругой и что они (он и Су Янь) только играли в мужа и жену, чтобы спасти свою репутацию.

— Хорошо, — Су Янь была бесконечно довольна, но не показывала этого.

На самом деле, Цзян Цзинчуань был очень хорош. Исходя ее опыта, без сомнения можно было понять, что он не испытывал никаких чувств к первоначальной хозяйке тела. Но она сделает все, чтобы угодить ему. Поэтому, возможно, стоит разобраться с этим банкетом. Это был довольно интересный человек, ей нравилось иметь дело с такими.

Цзян Цзинчуань посмотрел на ее улыбку. Внезапно его мозг вспомнил о вчерашнем происшествии. Сначала он не хотел объяснять ей это, но теперь, когда она вела себя так... он должен был сказать несколько слов, чтобы она не думала слишком много:

— Вчера Цзинцзин позвонила мне и сказала, что она столкнулась с тобой на улице.

Су Янь почти забыла о вчерашнем случае; но услышав, что Цзян Цзинчуань упомянул об этом, она моргнула.

— Да, вчера я купила длинное ожерелье.

«Он ведь не будет так скуп, правда? Да, это ожерелье действительно хорошо смотрелось, и оно должно быть чрезвычайно дорогим, разве нет?»

Прежде чем супруг успел заговорить, Су Янь поспешно повернулась к туалетному столику. Вынув ожерелье из шкатулки с драгоценностями, она подошла к нему. Ее лицо наполнилось удовлетворением и немного застенчивостью.

— Вчера, посмотрев на это ожерелье, я влюбилась в него. Это очень красиво, не правда ли?

Когда она прервала его, Цзян Цзинчуань не мог понять ее объяснений. Он смотрел прямо перед собой. Конечно, он смотрел не на ожерелье, а скорее на руки Су Янь. Все тело Су Янь, сверху донизу, было прекрасно. Среди ее черт самыми примечательными (за исключением лица) были две руки. Пальцы были похожи на стебли зеленого лука. Ее ногти имели необычайно здоровый светло-розовый оттенок. По сравнению с ее руками, которые держали ожерелье, дорогое бриллиантовое колье выглядело как обычная фольга.

У Цзян Цзинчуаня был секрет, о котором он никогда не говорил – у него была страсть к рукам. Это не было фетишем, но ему действительно было трудно оторвать взгляд от рук Су Янь.

— Прекрасно, правда? — спросила девушка.

Цзян Цзинчуань резко вернулся в настоящее. Быстро переместив взгляд, он кивнул:

— Прекрасно, да.

Его голос звучал необычно; улыбка Су Янь тут же слегка померкла. Может быть, он только что был в полубессознательном состоянии?!

Цзян Цзинчуань, естественно, не принял всерьез ту небывалую сумму денег, которую она потратила вчера. После некоторого молчания он взял на себя инициативу заговорить:

— Завтра у меня будет время и я смогу сопровождать тебя, чтобы купить еще драгоценностей.

Неужели у Су Янь не хватало денег? Ну конечно же, нет. Однако она все еще не знала, как использовать деньги этой эпохи; поэтому, услышав слова Цзян Цзинчуаня, она сразу же просияла:

— Да, хорошо!

Она любит покупать, покупать, покупать!

Цзян Цзинчуань тут же вспомнил об этом деле и изо всех сил старался не смотреть на руки Су Янь.

— Цзинцзин сказала, что она была с какой-то мисс Хуан. Снаружи ходили слухи обо мне и мисс Хуан, но это неправда. Я встречался с ней всего несколько раз.

«Мисс Хуан?» — Су Янь изо всех сил старалась вспомнить, пока наконец не поняла, о ком он говорит. По правде говоря, даже если бы между ним и этой юной леди Хуан что-то было, она не обратила бы на это никакого внимания, по крайней мере сейчас. Но так как он объяснил ей свое участие таким образом, Цзян Цзинчуань должен был говорить правду. Раз он был таким, ее лицо должно выразить некоторое понимание, верно? Разве мужчинам не нравится видеть, как их признания трогают женщин?

Выражение лица Су Янь было чрезвычайно мягким. Она протянула руки, чтобы обнять Цзян Цзинчуаня за талию. Затем Су Янь уткнулась ему в грудь. Услышав, как сильно бьется его сердце, она слабо улыбнулась. Она слегка ослабила хватку, чтобы посмотреть на него снизу вверх и прошептала:

— Я понимаю. Вчера у меня действительно было не очень хорошее настроение. Но я знаю, что ты не такой человек.

Тело Цзян Цзинчуаня, которое все еще было напряжено, сразу же расслабилось. Он не колеблясь обнял ее в ответ.

В то утро, после того как они закончили завтракать, Су Янь проводила его до машины, как и вчера, и стояла, пока автомобиль не скрылся из виду. Затем она повернулась, чтобы вернуться на виллу.

Тем временем Цзян Цзинчуань чувствовал себя счастливым без всякой причины. В этот момент зазвонил его мобильный телефон. Звонил его близкий друг Суй Шэн. Как только он поднял трубку, Суй Шэн громко сказал:

— Послезавтра будет банкет в честь дня рождения мастера Чэнь, ты идешь?

— Да.

Ему было очень важно пойти. Хотя мастер Чэнь уже ушел в отставку, он когда-то был начальником Цзян Цзинчуаня и имел огромное влияние. Он не мог не обратить на это внимания.

— В этот день у меня не будет пары. Во всяком случае, я от них устал. Давай просто пойдем вместе.

Слабая улыбка появилась на лице Цзян Цзинчуаня:

— Это твои проблемы, у меня пара есть.

— Твою мать! Железное дерево расцвело*? Кто же это? Это Хуан Юйвэй, или юная леди Ван? — заинтересовавшись, Суй Шэн начал скрупулезно расспрашивать приятеля.

п.п.: Железное дерево в цвету – означает чрезвычайно редкое явление или невозможность.

— Нет, — Цзян Цзинчуань слегка нахмурился, — Су Янь пойдет со мной.

— А... что?! — о чем это он говорил? Су Янь?

Менее чем за сутки весь круг узнал, что Цзян Цзинчуань ведет свою жену на банкет по случаю дня рождения господина Чэнь.

Глава 8. Волнение на поверхности, но тишина внутри.

Су Янь чувствовала, что Цзян Цзинчуань был чрезвычайно чувствительным: поскольку он уже дал ей объяснения, она должна также приложить усилия, чтобы сделать то, что делает хорошая жена. Разве это не ее обязанность?

Вскоре наступил полдень. Су Янь нашла дворецкого, чтобы спросить:

— Как муж устраивает обед на работе?

Хотя Су Янь уже перевернула то, что все знали о ней за последние два дня, дворецкий снова был потрясен. Он знал, что лед между мадам и господином уже тронулся, но когда Су Янь задала этот вопрос, дворецкий все еще не мог оправиться от шока:

— У корпорации Цзян есть столовая.

«Столовая? Что это?»

Су Янь осторожно спросила:

— Почему он не возвращается сюда в полдень, чтобы поесть? — это ведь не должно быть из-за нее, верно?

— Эмм… — почтительно ответил дворецкий, — Господин сказал, что это слишком хлопотно, да и столовая корпорации Цзян тоже неплохая.

— Значит, вот оно что. Пусть на кухне приготовят несколько блюд, которые любит муж. Я отвезу ему еду, — сказав это, Су Янь развернулась и пошла наверх, оставив ошеломленного дворецкого позади.

Неужели он уже не в состоянии уследить за изменениями? Отношения между этими двумя людьми просто растаяли, и они сразу же прилипли друг к другу, как клей? Ай! Это действительно хорошо! Дворецкий похлопал себя по лбу и большими шагами побежал на кухню. Там он глубоко вздохнул и сказал:

— Приготовьте и упакуйте любимые блюда господина. Госпожа поедет и доставит их!

Служанки и повариха, стоявшие рядом с кухней, были ошеломлены. Первоначально дворецкий намеревался позвонить Цзян Цзинчуаню и рассказать ему об этом деле, но, прежде чем пошел гудок, он сразу же положил трубку. Если он сейчас все расскажет, разве это не испортит сюрприз?  К счастью, дворецкий отступил назад на десять тысяч шагов. Даже если бы господин уже поел до прихода мадам, счастье и эффект неожиданности уменьшились бы ненамного!

Су Янь вошла в свою гардеробную. Тонкий безупречный палец коснулся ряда одежды. Она вздохнула:

— Почему вся эта одежда обнажает руки или бедра?

Когда дело доходило до того, чтобы показать так много кожи, она все еще не могла принять это. В конце концов, с самого детства в ней глубоко укоренились другие ценности. Су Янь наконец выбрала зеленое шифоновое платье с длинной юбкой и красивой плиссировкой. У Су Янь была светлая и чистая кожа, а также стройная фигура. Надев платье, она источала немного весеннего желания и выглядела так, как будто весна и лето сосуществовали вместе. Она выглядела одновременно грациозной и элегантной. При взгляде на свое отражение в большом зеркале ее лицо было полно уверенности. Независимо от эпохи, она собиралась жить первоклассной, комфортной жизнью.

В 11 часов Су Янь взяла коробку с обедом, приготовленную дворецким, и направилась к выходу. Она смотрела на проплывающий снаружи пейзаж из машины. Довольно уютно, здесь действительно было очень хорошо. Раньше, даже если изредка удавалось выезжать из императорского дворца, даже в великолепном конном экипаже было трудно объехать все ухабы на дороге. Тело всегда чувствовало себя несколько нездоровым. Теперь все было гораздо лучше.

Когда Су Янь добралась до компании Цзян, шофер последовал за ней, неся коробку с обедом в одной руке. Брак Су Янь и Цзян Цзинчуаня был очень скромным делом, поэтому о ней мало кто знал. Теперь, когда она появилась в компании Цзян, секретарша встала и несколько нерешительно спросила:

— Юная леди, простите, пожалуйста, кого вы ищете?

Люди в приемной корпорации Цзян были чрезвычайно проницательными. Их тон был очень вежливым, они сразу заметили, что наряд этой юной мисс стоит недешево.

Су Янь посмотрела на секретарш, и как раз в тот момент, когда шофер собирался заговорить, кто-то вдруг окликнул ее:

— Сяо Янь.

Необычно громкий голос привлек внимание всех людей в вестибюле. После этого к ним подбежал мужчина в строгом костюме. Глядя на нее и все еще не веря своим глазам, он радостно сказал:

— Ты ищешь генерального директора Цзян?

Секретарь была несколько взволнована. Этот человек был не только руководителем отдела маркетинга, но и старшим двоюродным братом жены босса. В конечном счете его можно было считать родственником Императора. Его отношение к этой молодой леди было очень нежным. Хотя Су Янь не знала, кто этот человек, она кивнула:

— Да.

Цинь Цзэюй посмотрел на администраторов у стойки регистрации и сразу понял, что происходит. Он нахмурился и сказал голосом, который был не очень громким, но все равно был слышен всем вокруг:

— Это госпожа Цзян. Будьте более внимательны в будущем.

На самом деле Цинь Цзэюй не был лисой, которая позаимствовала смелость тигра, но он также не был и соломенным мешком. Еще до того, как Су Янь вышла замуж за Цзян Цзинчуаня, он уже начал работать в его компании. Но люди все еще оставались людьми – когда они узнали, что у него появилась такая тесная связь с Цзян Цзинчуанем, перед ним стали заискивать. Хотя Цинь Цзэюю было немного трудно избежать небольшой лести, он, к счастью, сумел устоять и положить этому конец. Он также отдавал все свои силы работе. Он знал, что не должен полагаться на свою кузину.

Что же касается его отношений с Цзян Цзинчуанем, то, даже если он не был выдающимся специалистом, он поднимался быстрее других, если работал усердно. Хотя молодая леди на ресепшене уже догадалась о статусе Су Янь, она была очень удивлена, когда Цинь Цзэюй сказал ей об этом прямо.

— Пойдем, брат отведет тебя в кабинет генерального директора Цзян, — Цинь Цзэюй проводил Су Янь до лифта.

Когда все вошли в лифт, девушки в приемной недоуменно переглянулись. Они сели и сразу же начали печатать на клавиатуре.

[О Боже мой!! ОМГ!! Жена генерального директора Цзян такая красивая!! Она на тысячу очков опережает Хуан Юйвэй!! Этот статус не похож ни на чей другой!]

[Да, супер красивая! А-а-а! Сожалею, что не сфотографировала!!!]

[Как бы ты осмелилась фотографировать? Я бы точно не решилась.]

Поскольку это был первый раз, когда Су Янь вошла в лифт, ей было трудно избежать нервозности. Она плотно сжала губы и ничего не сказала. Цинь Цзэюй, не обращая внимания на присутствие шофера, прошептал ей на ухо:

— Сяо Янь, ты очень хороша. Раз уж ты теперь вышла замуж за Цзинчуаня, ты должна быть вдумчивой. Ты не должна быть такой, какой была дома.

Цинь Цзэюй очень любил свою младшую кузину. Су Янь была не только членом семьи Су, но и членом семьи Цинь. Обе семьи отдали все силы, чтобы вырастить ее. Хотя они и надеялись, что она возьмет на себя обязанности госпожи Цзян, все старые и молодые люди искренне любили ее. Две сравнительно благополучные семьи объединили свои усилия, чтобы воспитать девушку.

Су Янь примерно представила себе личность Цинь Цзэюя. Похоже, он был членом семьи первоначальной владелицы тела.  Она кивнула и тихо ответила:

— Я понимаю.

Когда лифт медленно открылся, Су Янь нерешительно вышла из него. Цинь Цзэюй помахал ей рукой:

— Ты иди. Мне все еще нужно работать. И если у тебя будет время, не забудь вернуться домой и навестить нас. Члены моей семьи беспокоятся о тебе. Что такое вражда между близкими людьми?

Слова Цинь Цзэюя еще больше смутили и озадачили Су Янь. Значит, отношения между прежней хозяйкой тела и ее семьей были не очень хорошими? Но благие намерения этого человека были действительно искренними. За долгие годы пребывания в Императорском гареме Су Янь научилась различать, искренен ли ее собеседник или притворяется. Так что же там произошло?

Су Янь поколебалась, а потом кивнула. Цинь Цзэюй почувствовал облегчение, когда увидел ее реакцию. С улыбкой на лице он закрыл дверь лифта.

Цзян Цзинчуань также узнал о прибытии Су Янь. Сначала он хотел лично встретиться с ней у лифта, но решил, что не стоит идти туда одному. Он велел своему помощнику выйти и подождать ее.

Обернувшись, Су Янь заметила очень изысканного джентльмена в очках в черной оправе, ожидающего ее у лифта. Он подошел к ней и сказал:

— Генеральный директор Цзян велел мне сопровождать вас.

Су Янь внутренне оценивала финансовые ресурсы Цзян Цзинчуаня. Судя по всему, ее удобный супруг был чрезвычайно богат. Она обращала внимание на архитектуру здания – компания Цзян казалась первоклассной. В уме Су Ян добавила к этому уважительные манеры сотрудников.

Следуя за помощником, она вошла в кабинет генерального директора. Цзян Цзинчуань был в процессе работы с какими-то документами – его голова склонилась над столом. Услышав стук в дверь, он ответил, а затем остался спокойным и собранным, пока занимался работой, ожидая прихода Су Янь.

Девушка неторопливо вошла, неся пакет с едой. Заметив лицо Цзян Цзинчуаня, она сладко рассмеялась:

— Муженек, ты уже поел?

Такая форма обращения вызвала у Цзян Цзинчуаня мурашки по коже. Он покачал головой:

— Пока нет.

Хотя его сердце уже приняло перемену в Су Янь, он все еще не мог приспособиться. Всякий раз, когда он думал, что готов к ее неожиданностям, она начинала делать еще более непонятные вещи.

— Хорошо, я тоже ничего не ела. Давай поедим вместе?

Су Янь не чувствовала тошноты. Актерское мастерство уже стало для нее инстинктом. Ее игра была настолько убедительной, что иногда она сама себе верила. Но она знала лучше, чем кто-либо другой, что ей было слишком трудно влюбиться в кого-либо в прошлой или в этой жизни. В ее прошлой жизни император в какой-то степени добился этого от нее. Хотя на поверхности она была чрезвычайно тронута, но в ее душе не было никаких больших волн. Она не влюбилась даже в императора, не говоря уже о других.

Через несколько минут Цзян Цзинчуань и Су Янь сидели на диване и ели.

С самого детства Су Янь считала, что во время еды нельзя говорить, и поэтому она не разговаривала. Цзян Цзинчуань не знал, что сказать Су Янь. Хотя эти двое были мужем и женой, они слишком мало понимали друг друга. Поскольку он не знал, что сказать, то не издавал ни звука. Было необычайно тихо.

После еды Цзян Цзинчуань немного помолчал, а затем спросил:

— У тебя есть какие-нибудь дела сегодня днем?

Какие у нее могут быть дела? Она покачала головой.

— Ничего. А что?

— После того как я закончу свою работу, так как у тебя есть время, я поведу тебя по магазинам, — хотя Цзян Цзинчуань сразу же подумал о том, чтобы позволить ей ходить по магазинам и покупать самостоятельно, он уже произнес эти слова в то утро. Он не должен отступать, раз Су Янь пришла, и, как оказалось, у него тоже было время.

— Хорошо, — Су Янь не возражала иметь больше драгоценностей. Услышав эти слова, она улыбнулась от всего сердца.

Между тем, прибытие Су Янь дало людям в компании Цзян темы для сплетен. Некоторые говорили, что она была красивее всех знаменитых телезвезд. Несколько человек сфотографировали ее со спины. Толпа мужчин тайно вздыхала от волнения. Сколько людей погибло из-за этого заднего вида, очень завидуя генеральному директору Цзян.

С другой стороны, люди не могли не задаться вопросом, поскольку госпожа Цзян такая красавица, кто же это пустил слух, что муж и жена не были в гармонии? И что генеральный директор Цзян не любил ее? Теперь казалось велика вероятность того, что генеральный директор спрятал супругу, потому что он никому не позволял ее видеть!

Кто-то в углу прошептал в трубку:

— Пэйжань, сегодня она пришла в компанию. Говорят, что она пришла, чтобы доставить еду человеку по имени Цзян.

Глава 9. Это было еще одно испытание.

Поскольку Цзян Цзинчуань должен был завершить свою работу, он сказал Су Янь подождать. Су Янь не работала, следовательно, имела время. Пока Цзян Цзинчуань усердно работал, она ощутила свое обычное ощущение сонливости после еды. Это вошло в привычку еще во время жизни в Императорском дворце: немного вздремнуть после полуденной трапезы. Даже если тело изменилось, привычка все равно глубоко укоренилась. Она откинулась на спинку дивана и, меньше чем через минуту, заснула. Диван в кабинете был довольно большой. Когда Цзян Цзинчуань поднял голову и по привычке ущипнул себя за переносицу, он увидел, что Су Янь спит.

Цзян Цзинчуань не заметил, что уголки его рта слегка приподнялись. После короткого колебания он встал со стула. Он снял свое пальто с вешалки и подошел к Су Янь. Стоя перед диваном, он с величайшей нежностью укрыл ее.

Су Янь проснулась, когда он закончил надевать на нее пальто, но она не открыла глаз. Она внутренне оценивала его. С закрытыми глазами она слегка пошевелилась под его пальто, ее движение было очень нежным. Несмотря на то, что она не могла видеть выражение лица Цзян Цзинчуаня, она понимала, что это действие означает, что она не защищается от него. Будет ли он счастлив или нет, она не знала.

Цзян Цзинчуань посмотрел вниз на Су Янь. Хотя он не интересовался чувствами, его инстинкт собственника был очень сильным. Хотя у него не было сексуальных отношений с Су Янь, но в глубине души он сильно отличал ее от других женщин.  Он был ответственен за нее, потому что она была его человеком. Но теперь все стало немного по-другому. У него был также сильно развит инстинкт опасности.

Хотя в глубине души он чувствовал, что это обстоятельство уже выходит из-под его контроля, он не хотел слишком глубоко задумываться. Это не было похоже на правила делового мира: Су Янь не была его врагом или противником, она была его супругой. Даже если она изменилась, она все равно останется его женой.

Цзян Цзинчуань вернулся на свое место и продолжил работу, но Су Янь больше не могла заснуть. Она постепенно все больше осознавала свое нынешнее положение. Су Янь задумалась о том, может ли она положиться на членов семьи первоначальной владелицы тела или нет. Манера того человека, а также его чрезвычайно почтительный способ называть Цзян Цзинчуаня генеральным директором Цзян, заставили ее сердце упасть.

Члены семьи первоначального тела были ненадежны, не говоря уже о друзьях, поэтому она не задумывалась об этом. И в ту эпоху, и сейчас, ей приходилось полагаться только на себя. Единственное бедро, которое она позволила себе держать, было бедро Цзян Цзинчуаня. В будущем нужно делать по одному шагу за раз.

Су Янь притворялась спящей еще десять минут, но больше не смогла сдерживаться. Она открыла глаза и сонно посмотрела на Цзян Цзинчуаня. Поднявшись, она потянулась. Цзян Цзинчуань, наблюдавший за ее действиями, не смог удержаться и тихо рассмеялся.

Через полчаса Цзян Цзинчуань покинул офис вместе с Су Янь. Стоя в лифте, он произнес несколько слов:

— Еда жены была намного вкуснее, чем в столовой компании.

Сердце Су Янь подпрыгнуло, но через долю секунды она поняла, что имеет в виду Цзян Цзинчуань. Хотя он почти не разговаривал, но вряд ли стал бы обсуждать с ней бытовые мелочи. «Еда жены была намного вкуснее». Сегодня эти слова вырвались из уст Цзян Цзинчуаня, и над этим стоило поразмыслить.

«Неужели он хочет, чтобы я каждый день приходила к нему с едой? Хе-хе».

Су Янь не анализировала мужскую психологию уже день или два. Как и сегодня, если бы она время от времени приходила к нему с едой, Цзян Цзинчуань был бы абсолютно счастлив по сравнению с тем, если бы она доставляла ему еду каждый день. Но этого ни в коем случае нельзя делать. Если человек каждый день получает приятные вещи, это становится привычкой, поэтому он ничего не будет чувствовать, и, возможно, позже он закончит тем, что залезет ей на шею. Помня об этом, Су Янь улыбнулась:

— Навыки поварихи действительно хороши.

Она не воспользовалась этой возможностью, иначе разве все было бы не так, как он хочет?

Цзян Цзинчуань больше ничего не сказал. Он уже был очень удивлен, что она пришла к нему на работу. В корпорации у Цзян Цзинчуаня был эксклюзивный лифт, который вел прямо на парковку. Су Янь последовала за ним и села в машину. Присев, она почувствовала себя немного по-другому, более комфортно. Очевидно, эта машина по сравнению с семейным автомобилем была намного лучше.

По дороге никто из них не произнес ни слова. Может быть, из-за этих двух дней атмосфера не была неловкой.

Цзян Цзинчуань повел Су Янь в магазин, управляемый их компанией. Прежде чем они успели войти, все продавцы вышли им навстречу. Когда они увидели женщину рядом с Цзян Цзинчуанем, хотя несколько человек были ошеломлены, у них все еще была теплая профессиональная улыбка на лицах.

— Выбирай все, что хочешь, — Цзян Цзинчуань иногда сопровождал свою мать во время покупок, поэтому он был знаком с процедурой и пошел, чтобы сесть на диван.

Су Янь бросила быстрый взгляд на мужа. Убедившись, что он не просто вежлив, она направилась к витрине и стала внимательно смотреть. Ей очень понравилась пара бриллиантовых сережек. Один из продавцов был очень умен и, заметив выражение ее глаз, быстро улыбнулся и произнес сладкие слова:

— Юная леди, эта пара сережек – точно ограниченный тираж, есть только одна такая пара во всем городе.

— Я хочу их примерить.

Су Янь посмотрела на совершенно чистое зеркало, которое могло даже осветить поры на лице человека. Серьги, надетые на ее маленькие и светлые уши, делали весь образ ослепительным.  Глядя на себя в зеркало, Су Янь действительно полюбила эти серьги и хотела их получить. Она подошла к Цзян Цзинчуаню, как ребенок, и выжидательно спросила:

— Красиво?

Цзян Цзинчуань поднял голову, чтобы посмотреть. Но он скорее внимательно смотрел на нее и кивнул:

— Прекрасно. Покупай их.

Продавец знал Цзян Цзинчуаня, но не был уверен в личности этой красивой женщины, думая только о том, что это может быть новая любовница Цзян Цзинчуаня. Неудивительно, что люди не могли общаться с госпожой Цзян. Ходили слухи, что ее внешность была настолько заурядной, что Цзян Цзинчуань был крайне несчастен, следовательно, их отношения были плохими.

Су Янь очень понравилось, как Цзян Цзинчуань сказал: «покупай». Она закончила тем, что щедро улыбнулась супругу, заставляя последнего оцепенеть. Чтобы соответствовать серьгам, Су Янь принесла еще одно ожерелье, которое было куплено с помощью одного прикосновения карты. Хотя Су Янь не знала, сколько это стоит, она подумала, что это определенно будет недешево. Она отошла в сторону, внимательно наблюдая за выражением лица Цзян Цзинчуаня, и обнаружила, что его брови не были нахмурены. Как будто она просто покупала несколько луковиц зеленого лука.

Соединяя чрезвычайно почтительные манеры сотрудников компании с подобострастными глазами продавщиц, Су Янь еще больше усомнилась. Этот Цзян Цзинчуань был богат и хорош собой, и он не выглядит так, будто подвергает себя воздержанию, но его отношения с первоначальной хозяйкой тела не были хорошими. В конце концов, что же происходит?

Проведя пальцем по карточке, Цзян Цзинчуань положил ее обратно в бумажник и небрежно спросил:

— Перед этим магазином есть хороший бутик вечерних платьев. Моя мать часто ходит туда, чтобы купить свои платья или заказать новые. Не хочешь взглянуть?

«Это будет первоклассно», — Су Янь слегка опустила голову и улыбнулась. Шагнув вперед, она схватила Цзян Цзинчуаня за руку и тихо сказала:

— Мамин вкус действительно хорош.

Этот ответ не только польстил матери Цзян Цзинчуаня, но и выразил ее желание увидеть магазин. Хотя мужчина не знал о маленьких мыслях Су Янь, после этих слов его настроение стало неописуемо хорошим. С другой стороны, продавцы, услышав ответ Су Янь, были полны любопытства, но не осмеливались делать поспешные выводы. Как обычная любовница осмелится назвать Цзян Фурэн* матерью в присутствии Цзян Цзинчуаня и не сойти с ума?

п.п.: Фурен – это способ уважительного обращения к замужней женщине. Здесь имеется в виду мама главного героя.

Все продавцы быстро переглянулись, и догадки в их сердцах постепенно подтвердились. Эта красивая женщина, вероятно, была очень уважаемой госпожой Цзян!

Среди них один из продавцов был особенно умен и хорошо управлялся с людьми. Он ласково спросил Су Янь, передавая ей сумку с покупками:

— Госпожа Цзян, если вы не против, могу я оставить вам свою визитку? Если вам когда-нибудь что-то потребуется, вы можете позвонить мне, и вы будете первым человеком, который узнает о новых трендах.

Когда продавец увидел, что Цзян Цзинчуань не обиделся, он еще больше убедился в своей догадке. Су Янь сначала колебалась, но потом кивнула.

Внезапно всех продавцов в магазине охватила зависть. Этот парень был слишком обаятелен. Добившись благосклонности миссис Цзян сейчас, ему не придется беспокоиться в будущем. Су Янь приняла карточку продавца и, цепляясь за руку Цзян Цзинчуаня, ушла.

Несколько продавцов собрались вместе для жаркой дискуссии.

— Так это была миссис Цзян. Я прочитал сообщение на днях и подумал, что Хуан Юйвэй собирается занять эту должность.

— Ах, мне действительно не нравится эта маленькая сучка. Не только я, но если бы вы были мужчиной, вы бы выбрали госпожу Цзян или Хуан Юйвэй?

— Говорят, что госпожа Цзян намного опередила Хуан Юйвэй! У нее такой хороший характер, и господин Цзян тоже хорошо к ней относится. С таким же успехом я могу искать человека, который позволит мне покупать, покупать и покупать, сколько душе угодно.

— Но ведь еще даже не ночь, почему ты уже начала видеть сны?

Сегодня был рабочий день, и так как это все еще были рабочие часы, на улице было немного людей. Но пара Цзян Цзинчуаня и Су Янь по-прежнему привлекала к себе пристальные взгляды.

Цзян Цзинчуань помог Су Янь донести несколько пакетов, что было исключительно результатом выучки, полученной от походов за покупками с его матерью, но это единственное движение заставило Су Янь значительно увеличить ее благоприятное впечатление о нем.

В прошлом Его Величество относился к ней очень хорошо, но во время покупок он никогда не помогал ей нести вещи. Естественно, она не стала бы его винить. Он был императором, самым почетным человеком под небесами. Уже тот факт, что он был настолько любезен, что соизволил тратить свое чрезвычайно ценное время на то, чтобы сопровождать ее в походы по магазинам, был крайностью. Когда Цзян Цзинчуань сделал это, Су Янь, которая редко бывала удивлена, надолго потеряла дар речи.

Хотя они только недавно начали ладить друг с другом, Цзян Цзинчуань заставлял ее чувствовать себя очень комфортно. Хотя отношения между мужем и женой были не очень хорошими, он не винил ее за то, что она ела и пила. Кроме того, слуги в доме были очень почтительны к ней. После той ночи, хотя он и не интересовался ее самочувствием, он выражал беспокойство о ней в мельчайших деталях. Хотя этот человек говорил очень мало, Су Янь все еще доверяла ему.

Пока Су Янь раздумывала, что Цзян Цзинчуань был довольно хорош, зазвонил его телефон. Цзян Цзинчуань достал из кармана мобильный. При одном взгляде на определитель номера его лицо стало несколько растерянным. Но он быстро взял трубку:

— Дедушка, что случилось?

Неизвестно, что было сказано, но Цзян Цзинчуань посмотрел на Су Янь, и его голос стал еще более подавленным:

— Хорошо. Я понял.

Повесив трубку, Цзян Цзинчуань сказал Су Янь:

— Дедушка и бабушка позвонили нам, чтобы мы вернулись и поужинали сегодня вечером у них дома.

Су Янь была поражена, услышав это, но быстро дала ответ. Она была здесь уже больше десяти дней. Наконец-то она встретится с семьей Цзян Цзинчуаня. Это было еще одно испытание.

Глава 10. Ему пришлось нести горшок на спине?

В корпорации было много высокопоставленных лиц, которые снабжали информацией почтенного господина Цзян. В результате, когда Су Янь прибыла в офис, все в родовом доме Цзян уже через несколько минут знали, что невестка принесла еду для Цзян Цзинчуаня.

Достопочтенный господин Цзян и достопочтенная госпожа Цзян очень любили Су Янь. С самого начала они полностью поддерживали этот неравный брак. Даже если внешность Су Янь была чрезвычайно выдающейся, в конце концов, все сводилось к финансовым обстоятельствам ее семьи, которые были не так хороши как у семьи Цзян. Говорили, что господин Су, дед Су Янь, однажды спас достопочтенного господина Цзян, и тот, желая отплатить ему взаимностью, поддержал этот брак.  Любой более-менее проницательный человек знал, что будущее семьи Цзян – это Цзян Цзинчуань; и даже если бы кто-то захотел отплатить за услугу, он не зашел бы так далеко, чтобы позволить случайному человеку войти в их семью.

Бабушка и дедушка Цзян удобно сидели в ротанговых креслах под виноградными лозами родового дома и разговаривали.

— Я наконец-то могу отбросить свои заботы. Брак Сяо Чуаня с Сяо Янь улучшился; не нужно будет беспокоиться в будущем, — печально сказала почтенная госпожа Цзян, — Характер Сяо Янь, без сомнения, немного холоден, но сердце этого ребенка доброе. Правила семьи Су достаточно строгие. Старик, позволь мне сказать тебе, что я действительно причинила боль этой девушке.

Сказав это, почтенная госпожа Цзян задохнулась от рыданий. Почтенный господин Цзян зорко огляделся по сторонам. Увидев, что вокруг нет людей, он нахмурился:

— Не говори так. Когда ты будешь тщательно направлять Сяо Янь, я также собираюсь отругать Сяо Чуаня. Хотя намерения этого ребенка благие, последние слухи ужасны. Пусть Шаоянь последит за ним в течение нескольких дней на случай, если эти слухи получат новое развитие; тогда с ним будут разбираться аккуратно, не теряя времени.

— Разве ты не знаешь характер Сяо Чуаня? Он не такой человек, — в том, что касалось морального облика ее внука, почтенная госпожа Цзян была предельно уверена.

Стоя перед воротами родового особняка Цзян, Су Янь еще больше убедилась в том, что эта семья была богатой. Жилище выглядело довольно старым, и, хотя оно не могло сравниться с их сияющей виллой, от него исходило ощущение достойной истории. Даже просто стоя за пределами резиденции, нельзя было не испытывать уважения. После того, как она и Цзян Цзинчуань прошли через довольно длинный коридор, они быстро добрались до входа. Две женщины средних лет подбежали к ним так быстро, как будто у них были крылья за спиной, и, не говоря ни слова, взяли все на себя.

В холле можно было почувствовать легкий аромат: это было не сандаловое дерево, но запах был успокаивающим. В этот момент по лестнице спустилась женщина с грациозной осанкой, закрученными в пучок волосами, одетая в чонсам. В своей прошлой жизни Су Янь видела много красивых женщин в Императорском дворце. Чтобы иметь возможность прислуживать Его Величеству, естественно, нужно быть красивой. Казалось, что годы не оставили следа на красоте этой женщины, но Су Янь не была удивлена.

Цзян Цзинчуань сделал первый шаг вперед и поддержал красивую женщину. Протянув ей руку, он сказал:

— Ма.

Некоторые люди говорили, что с внешностью Цзян Цзинчуаня он может легко войти в сферу развлечений и стать знаменитым актером. Он ни на йоту не уступал так называемым мужским богам этой страны. Такая красивая внешность была крайне редка в богатой, видной и влиятельной семье. Все это можно приписать сильным генам его матери. Если бы Цзян Цзинчуань был похож на своего отца, то он бы оказался обычным человеком.

Су Янь тоже последовала его примеру:

— Мама.

Мать Цзян с любопытством посмотрела на нее. Когда она почувствовала, что Су Янь тоже смотрит на нее, она не смогла удержаться и весело рассмеялась:

— Сяо Янь стала еще красивее.

Поскольку она все еще не была уверена в расположении этих людей, Су Янь не собиралась слепо цепляться за любое бедро. В результате она ничего не сказала, только застенчиво засмеялась.

— А где же дедушка и бабушка? — спросил Цзян Цзинчуань.

Женщина средних лет, стоявшая рядом с его матерью, ответила:

— Почтенный господин и почтенная госпожа пошли прогуляться в заднюю часть дома. Они уже были уведомлены.

— Иди и позови дедушку и бабушку к обеду, — мать подтолкнула Цзян Цзинчуаня вперед.

— Хорошо.

Очень быстро в холле остались только свекровь и Су Янь. После недолгого молчания мать Цзян внезапно сказала:

— Сяо Янь, в вашем с Сяо Чуанем браке мы не спрашивали твоего мнения; поэтому в будущем я сделаю все возможное, чтобы выполнить твое желание, независимо от того, какое решение ты примешь.

Су Янь не знала, что сказать, и также не хотела слепо отвечать, не зная обстоятельств, поэтому она нерешительно кивнула.

— Когда я вышла замуж за отца Сяо Чуаня, я не могла ужиться с ним: мы были настолько разными, что даже сейчас я медленно адаптируюсь. Без сомнения, я не говорю тебе идти на компромисс, потому что я тоже не стала бы этого делать. Человеку очень важно понять, чего он хочет.

Глядя на Су Янь, мать Цзян вспоминала те дни, когда она находилась в подобном неблагоприятном положении. Строго говоря, ее семья была не так хороша, как семья Су, это была чрезвычайно обычная семья. Не в силах выносить постоянные ухаживания отца Цзян и его бестолковость, она вступила с ним в брак.  Хотя в их среде не было недостатка в людях с жадными сердцами и дурными намерениями; но даже в самом разгаре интриг она все еще испытывала привязанность к отцу Цзян. Глядя на Су Янь сейчас, несмотря на то, что она тоже была против этого брака, она сочувствовала и испытывала нежность к этой маленькой девочке в своем сердце.

Су Янь полностью согласилась со словами свекрови. Именно так все и было. В этом мире слишком мало людей, которые понимают, чего хотят. Ее можно было считать одной из них. Когда она была в Императорском дворце, она просто хотела получить высший статус. Она не хотела позволять другим людям управлять ее жизнью и смертью, она хотела сама управлять ими. Теперь же она хотела жить в комфорте, мирно, надежно и совершенно безудержно. Жить в Императорском дворце было все равно что ступать по тонкому льду, но она все равно добивалась желаемого. Поскольку нынешняя ситуация была намного лучше, чем в те времена, стало еще более важно достичь желаемого.

Вскоре почтенный господин Цзян и почтенная госпожа Цзян вернулись. После нескольких приветствий они сели ужинать. Су Янь сидела рядом с Цзян Цзинчуанем. Почтенная госпожа Цзян с любовью смотрела на Су Янь. Она сказала женщине средних лет, сидевшей рядом с ней:

— Поставь курицу Кунг Пао перед Сяо Янь. Она ее любит.

Отец Цзян и мать Цзян легко могли сохранять спокойствие в таких неожиданных ситуациях. Из-за того, как дедушка и бабушка Цзян относились к Су Янь, даже если ее отношения с мужем были не очень хорошими, никто из семьи Цзян не смел смотреть на Су Янь свысока даже на йоту.

У Су Янь были некоторые сомнения, но она не осмелилась их высказать. После еды ее замешательство усилились, потому что двое пожилых людей относились к ней очень доброжелательно. Перед едой Су Янь думала, что у нее есть общее понимание семейных обстоятельств первоначальной владелицы тела, которые не выходили за рамки семьи Цзян. Мать Цзян обращалась с ней вполне нормально, не слишком интимно и не слишком отстраненно. Глядя на добрые черты лица почтенной госпожи Цзян, Су Янь подумала, что даже первоначальная владелица тела не смогла испортить благоприятное впечатление, которое эти два пожилых человека о ней имели.

Для Су Янь это была чрезвычайно хорошая новость. Если бы это происходило внутри Императорского дворца, Цзян Цзинчуань был бы Его Величеством, а почтенная госпожа – вдовствующей императрицей. Мать Цзян и отец Цзян были отодвинуты Су Янь на задний план.

Благоприятное впечатление Его Величества тоже можно было бы до некоторой степени отбросить, но нельзя было допустить, чтобы исчезло благоприятное впечатление у вдовствующей императрицы. Теперь она должна умело балансировать и получить наибольшую прибыль.

После еды почтенная госпожа вывела Су Янь прогуляться. Идя по мощеной булыжником дорожке, Су Янь поддерживала старушку рукой, пока они неторопливо шли вперед. Почтенная госпожа склонила голову набок, чтобы посмотреть на девушку глазами, полными любви.

— Сяо Янь, как сейчас твои отношения с Сяо Чуанем? — спросила она.

Су Янь опустила голову и тихо сказала:

— Очень хорошо, — она могла сказать только это. Было бы нехорошо говорить что-то о вещах, которые она еще не испытала. Чем больше человек говорит, тем больше ошибок он совершает.

Почтенная госпожа с облегчением похлопала ее по руке и вздохнула:

— Бабушка надеется, что у тебя будет хороший дом, куда ты сможешь вернуться. Сяо Чуань – подходящий человек. Хотя он не очень много говорит, этот ребенок очень ответственный. Он сделает тебя счастливой.

Су Янь почувствовала, что слова почтенной госпожи были особенно странными. Независимо от того, насколько хорошее впечатление она производила, она была не более чем женой их внука. Как же получилось, что слова, произнесенные почтенной госпожой, и их смысл не соответствовали? Не казалось ли из слов почтенной госпожи, что ее счастье было немного важнее, чем счастье их внука? В Императорском дворце, как бы ни любила ее вдовствующая императрица, она всегда больше заботилась о Его Величестве. Что же происходит сейчас?

Почтенная госпожа заметила, что Су Янь не издала ни звука, но не обиделась. Она знала, что Су Янь была такой по природе, и снова сказала ей:

— Бабушка уверяет тебя, что единственным возможным наследником семьи Цзян будет ваш с Сяо Чуанем ребенок. Сяо Янь, ты понимаешь, что я имею в виду?

Естественно, она понимала: когда она родит ребенка, этот ребенок будет следующим главой семьи Цзян. Су Янь медленно кивнула. Она почему-то чувствовала, что слова почтенной госпожи ей знакомы. Ее разум быстро сориентировался, и, наконец, она вспомнила. Ранее Его Величество также говорил подобные слова: он сказал, что только их ребенок будет наследным принцем.

В то же самое время Цзян Цзинчуань подвергался нотациям почтенного патриарха Цзян.

— Поскольку ты женился на Сяо Янь, тебе следует относиться к ней лучше. Ты должен прекратить путаться с этими посторонними женщинами, — дед и внук сидели друг напротив друга и играли в го. Твердо положив белую фишку, почтенный господин спокойно отдал распоряжения.

Цзян Цзинчуань был немного озадачен и также чувствовал себя обиженным. Откуда у него возьмутся посторонние женщины? Каждый день он был достаточно занят делами корпорации. Цзян Цзинчуань не забыл поставить свою фишку. Он решил ничего не опровергать и терпеливо выслушал обиду, кивнув головой:

— Я все понимаю.

Кто сказал, что он может изливать свои обиды перед дедушкой?

Почтенный господин явно не собирался позволить внуку ускользнуть. Он огляделся вокруг, прежде чем продолжить:

— С какой стороны Сяо Янь не хороша? Она обладает внешностью и характером. Она – самый подходящий человек. А теперь скажи мне, почему она не может поймать твой взгляд?

Цзян Цзинчуань почувствовал, что больше не может этого выносить, и сказал:

— Я не говорил, что она плохая. Дедушка, пожалуйста, успокойся. В будущем мы с Сяо Янь будем хорошо ладить друг с другом.

Он никогда не говорил, что Су Янь плоха, не так ли? Раньше отношения между ними были не очень хорошими, поэтому ему приходится нести горшок на спине?

Пожилой мужчина фыркнул:

— Тебе же лучше, если так и будет. Сяо Янь – моя внучка. Ты должен хорошо к ней относиться. При таких темпах мне, конечно, не посчастливится увидеть, как вырастет будущий молодой наследник семьи Цзян, но ты, по крайней мере, позволишь мне и бабушке увидеть рождение ребенка, не так ли?

Пальцы Цзян Цзинчуаня сжали фишку, но он ничего не сказал. Он действительно не хотел больше носить этот горшок на спине.*

п.п.: нести горшок на спине (кит. идиома). Означает нести ответственность за других.

Глава 11. Независимо от того, в какой форме измена, я не имею к ней никакого интереса.

Су Янь сидела в машине, когда они выехали из родового особняка Цзян. Будучи очень чувствительной, она быстро обнаружила, что настроение Цзян Цзинчуаня было не очень хорошим.

В этот момент ей не хотелось нарываться, поэтому она принялась изображать неведение. Однако в глубине души она размышляла о том, что могло произойти. Может быть, почтенный господин Цзян упрекнул его? Но из-за чего?

Су Янь вспомнила слова почтенной госпожи Цзян и посмотрела на молчаливого мужа. Она подумала, что вряд ли его дедушка намекал на вопрос наличия ребенка, верно? Если так, то вполне понятно, почему Цзян Цзинчуань не был счастлив. Их отношения были как раз на стадии растапливания льда. Даже она не могла смириться с тем, что ее заставляют рожать.

Су Янь была несколько подавлена. Если Цзян Цзинчуань не был в хорошем настроении, то она снова сделает все возможное, чтобы улучшить его впечатление о ней. Действительно ни минуты передышки.

Когда светофор загорелся, Цзян Цзинчуань остановил машину и уставился вперед с тяжелым взглядом. Внезапно он почувствовал на своей руке что-то теплое и мягкое. Он опустил голову, чтобы взглянуть на нее. Су Янь положила свою руку поверх его и утешительно улыбалась. Увидев, что Цзян Цзинчуань смотрит на нее, она с улыбкой сказала:

— Ты много работаешь.

Сердце Цзян Цзинчуаня слегка сжалось. Он думал о том, чтобы убрать свою руку, но не смог ожесточить свое сердце, чтобы отказаться от утешения Су Янь. Не имея других вариантов, он дважды натянуто кашлянул и сказал:

— Ты хочешь пойти и посмотреть на звезды?

«Абсолютно ничего не хочу видеть. Я просто хочу немного поесть, принять ванну и лечь спать».

— Правда? Мне бы очень хотелось увидеть. Должно быть, это прекрасно, — Су Янь улыбнулась, выжидающе глядя на мужа.

Через десять минут Цзян Цзинчуань припарковал машину возле берега реки и прислонился бок о бок с Су Янь к передней частью машины. Глядя на звезды в небе, ни один из них не произнес ни слова. Внезапно Цзян Цзинчуань сказал:

— Нам нужно поговорить.

Цзян Цзинчуань чувствовал, что его отец и дедушка беспокоились об этом слишком сильно. В конечном счете он еще не думал о том, чтобы стать отцом. Но после стольких уговоров со стороны семьи он почувствовал, что должен тщательно рассмотреть этот вопрос. Вопрос о ребенке был не только его делом: желания Су Янь также должны быть приняты во внимание. Что бы ни случилось, Цзян Цзинчуань не хотел принуждать ее.

«Разговор? Разговор о чем? Маловероятно, что речь идет о рождении ребенка, верно?»

Сердце Су Янь билось громко, но ее улыбка не померкла ни на йоту. Она кивнула:

— Хорошо.

Даже когда он противостоял крупному бизнесу, Цзян Цзинчуань не чувствовал себя таким нервным, как сейчас. Может в него вселился какой-то призрак? Как он мог привезти сюда Су Янь, чтобы серьезно поговорить о рождении ребенка? Цзян Цзинчуань, однако, знал, что это только начало. Поскольку его отношения с Су Янь с каждым днем становились все лучше, члены их семей были вынуждены предпринимать еще более настойчивые усилия, чтобы поторопить их. Этот вопрос рано или поздно возник бы.

— Я не очень-то надеюсь на этот брак, — поразмыслив над этим некоторое время, Цзян Цзинчуань решил следовать тому, как вел бизнес, поднимая беспокойство другой стороны, а затем поддерживая его, медленно рассказывать.

Су Янь посмотрела на супруга, не в силах поверить своим ушам.

«Этот мужчина решил выступить посредником в урегулировании вопроса с ребенком, а затем уехать?»

Это невозможно! То, как она укрепляла его благосклонное мнение о ней в последние дни, было совершенно правильно!

Цзян Цзинчуань не знал, какое выражение лица у Су Янь. Сделав небольшую паузу, он продолжил:

— Поскольку мы уже женаты, ты моя жена. Пока ты миссис Цзян, я несу ответственность за тебя. Я очень сосредоточен на своей работе. Что касается супружеской неверности, то неважно, в какой форме она имеет место, я не заинтересован в этом. Ты сказала, что привела в порядок свои мысли. Я очень рад этому, потому что я не планировал развивать еще один нежелательный брак.

После этих слов сердце Су Янь наконец успокоилось. Уже было достаточно хорошо, что он не собирается разводиться и уходить.

— Ты сегодня гуляла с бабушкой. Она, должно быть, говорила с тобой о ребенке? — после этих слов Цзян Цзинчуань смущенно отвернулся. Он чувствовал себя странно, упоминая эту тему.

Су Янь медленно кивнула. Оказалось, что Цзян Цзинчуань действительно хочет поговорить о детях. Как же ей ответить на этот вопрос?

— Будь спокойна. Я не хочу тебя принуждать. Ты можешь просто сказать, каковы твои мысли. Я сделаю все возможное, чтобы сотрудничать.

Честно говоря, Су Янь сейчас не хотела иметь ребенка. В сущности, она была чрезвычайно эгоистичной личностью – это было ясно всем. Она не хотела, чтобы кто-то или что-то связывало ее. Она пробыла здесь не так уж долго; строго говоря, она еще не приспособилась к этой жизни. Хотя после рождения ребенка она все еще могла продолжать жить естественно и безудержно, этот ребенок в конечном итоге будет существовать в ее сердце, и она будет беспокоиться о нем. Это оказало бы огромное влияние на ее разум и суждения.

Она может не любить Цзян Цзинчуаня, но невозможно не любить своего ребенка, родившегося после такого длительного, тяжелого усилия. Как только она родит малыша, это будет означать, что у нее появится слабое место. Она не хотела, чтобы ее кто-то связывал, а также не хотела иметь никаких слабостей.

Су Янь разрывалась, она, естественно, не могла сказать Цзян Цзинчуаню правду. Как она могла выразить эту мысль и не заставить супруга впасть в ярость от стыда?

Это был вопрос техники. Су Янь задумалась на мгновение; затем, глядя на Цзян Цзинчуаня, ее взгляд стал мягким, и она тихо сказала:

— Я хочу сначала стать хорошей женой, и лишь затем хорошей матерью. В настоящее время я все еще не готова рожать... — она замолчала, понизив голос. Как раз когда Цзян Цзинчуань подумал, что у него слуховая галлюцинация, она продолжила, — Я хочу быть больше с тобой. Только с тобой.

Тело Цзян Цзинчуаня задрожало, выражение его лица было несколько ненормальным. Но поскольку он уже много лет занимал высокий пост, то вполне мог контролировать свое лицо. Он быстро пришел в себя. Его ладони слегка вспотели, но манера говорить была совершенно спокойной:

— Я тоже так думаю. Сейчас еще слишком рано это обсуждать.

Су Янь протянула свои руки так, чтобы она могла уцепиться за его руку и естественно оперлась на его плечо. Она тепло сказала:

— Дети очень милые. Я тоже их люблю. Я слушала, что говорила мне бабушка. Честно говоря, я была очень тронута. Я надеюсь, что дети придут в самое подходящее время: когда мы будем готовы.

У него не было другого выбора, кроме как признать, что слова Су Янь были очень уместны. По крайней мере, Цзян Цзинчуань верил в это. Его нахмуренные брови расслабились. Он слегка повернул голову, чтобы посмотреть на жену. В лунном свете ее улыбающееся лицо и вся ее фигура казались очень спокойными.

На обратном пути домой Цзян Цзинчуань тщательно обдумал случившееся несколько дней назад. Возможно, Су Янь действительно привела в порядок свои мысли. Это было хорошо для них обоих. Этот брак, возможно, будет удовлетворительным; Цзян Цзинчуань также не хотел вступать в другой брак без какой-либо причины.

Кто знает, может следующая будет не так хороша, как Су Янь. В конце концов, он был бизнесменом и стремился максимизировать свои выгоды. Развод и повторный брак были бы полной тратой времени, умственных и физических усилий для такого занятого человека, как он.

Вернувшись на виллу, Су Янь почувствовала усталость после принятия ванны. Лежа на кровати, она изо всех сил старалась не заснуть, но, в конце концов, сдалась. Выйдя из ванной, Цзян Цзинчуань был встречен видом спящей Су Янь. Он очень долго готовил свой разум и тело к тому, чтобы с сегодняшнего вечера начать вести себя как нормальная пара. Подойдя к кровати, он посмотрел на спящую девушку. На его лице медленно появилась улыбка.

Он осторожно накрыл жену одеялом, а затем вышел из спальни, чтобы пройти в кабинет и продолжить заниматься делами. Когда Су Янь проснулась, она обнаружила, что рядом с ней на кровати никого нет. Она быстро взглянула на часы – было еще слишком рано. Она переоделась в ночную рубашку и встала. Выйдя из комнаты, она направилась к кабинету Цзян Цзинчуаня. Как и ожидалось, перед тем как войти в кабинет, она заметила, что там горит свет. Немного подумав, она спустилась на кухню и неуклюже приготовила чашку горячего молока.

Подойдя к двери кабинета, она постучала, хотя та и не была закрыта. Цзян Цзинчуань поднял голову и, увидев ее, сказал, чтобы она вошла. Су Янь внесла чашку с молоком и поставила ее на стол.

— Ты все еще работаешь так поздно, пока я спала, — сказала она с упреком в голосе.

— Ничего серьезного. Только некоторые данные, которые я должен был изучить сегодня, чтобы повысить эффективность завтрашней встречи, — Цзян Цзинчуань сделал большой глоток молока.

Вспоминая прошлые случаи, Су Янь подумала, что Его Величество тоже был занят до поздней ночи, просматривая сложенные свитки. В то время она сопровождала его. Несмотря на то, что она просто растирала чернила на одной стороне стола, она ясно видела, что Его Величество был счастлив.

— Я посижу с тобой, — Су Янь присела на стул и спросила: — Ты хочешь есть?

У нее было глубоко озабоченное выражение в глазах. Это заставило Цзян Цзинчуаня постепенно понять, почему братья заявляют, что быть неженатым хуже, чем иметь жену, которая будет спрашивать о твоем благополучии. Возможно, дедушка был действительно прав: Су Янь была подходящим человеком, которого он искал. По крайней мере, когда Су Янь выражала такую нежную заботу, это делало Цзян Цзинчуаня чрезвычайно счастливым.

В этот момент зазвонил мобильный телефон Цзян Цзинчуаня. Он провел пальцем по экрану, чтобы принять вызов:

— Что случилось?

Это был звонок от одного из друзей его брата. Су Янь, однако, склонила голову набок: не забывая о движении Цзян Цзинчуаня, когда он получил вызов.

Су Янь могла в целом понять, что это инструмент, который позволяет людям слышать чужие голоса и дает человеку говорить с другим, находящимся далеко-далеко, но она все еще не знала, как им пользоваться. Су Янь тогда подумала, что у первоначальной хозяйки тела тоже должен быть такой инструмент. В течение более чем десяти дней почти каждый день этот инструмент внезапно пел песню. Сначала ей было страшно, но теперь она поняла, в чем дело. Это был кто-то, кто хотел поговорить с ней. Завтра, если инструмент снова запоет песню, она будет знать, как принять вызов. Но кто, черт возьми, хотел с ней поговорить?

Глава 12. Предупреждение не заводить роман?

К тому времени, когда Су Янь прибыла в его кабинет, работа Цзян Цзинчуаня уже закончилась. Положив трубку, он встал, выключил компьютер и подошел к Су Янь. Усталость была видна на его лице, когда он сказал:

— Пойдем спать.

Как хорошо воспитанный ребенок, Су Янь последовала за Цзян Цзинчуанем в спальню, ее мозг все еще помнил вопрос о мобильном телефоне. Вернувшись в спальню, Цзян Цзинчуань пошел в ванную, чтобы умыться холодной водой, прежде чем выйти и лечь на кровать. Сердце Су Янь нисколько не смутилось. Почему? Если муж, ради поддержания семьи, был полностью погружен в работу до часу или двух ночи, откуда бы он взял энергию для выполнения энергичных упражнений? Это было очевидно невозможно, поэтому Су Янь успокоилась и прижалась к Цзян Цзинчуаню.

Цзян Цзинчуань определенно не хотел заниматься любовью. Когда он попытался повернуться на другой бок, его губы случайно коснулись лба Су Янь. Очень слабый и легкий аромат проник в его нос. Внезапно Цзян Цзинчуань не смог сдержать слов:

— Я чувствую, что мы уже достигли общего понимания. Как я уже сказал, меня не интересуют никакие измены. Я надеюсь, что ты чувствуешь то же самое.

Су Янь уже знала, что означает слово «измена», а также знала, что этот мир был моногамным, но она не верила в слова Цзян Цзинчуаня. Точнее, она верила только в себя. Этими словами Цзян Цзинчуань явно не выражал своей преданности, только предупреждал ее, чтобы она не заводила интрижку.

Су Янь всегда считала, что она человек с высокой моральной чистотой. Держаться за чье-то бедро было ее постоянной обязанностью; у нее не было лишней энергии, чтобы искать другие бедра на стороне прежде, чем она окончательно откажется от Цзян Цзинчуаня.  Что имел в виду супруг, говоря эти слова без всякой причины?

Су Янь ничего не понимала. В конце концов, она была не так уж хорошо знакома с проблемами первоначальной владелицы тела. Сейчас лучше было не говорить ничего опрометчивого, поэтому у нее не было другого выбора, кроме как неопределенно сказать:

— Хорошо.

Получив подтверждение, Цзян Цзинчуань не стал продолжать разговор. Через несколько секунд в спальне стало очень тихо. Су Янь еще хотела сказать несколько фраз, однако, не зная, что следует сказать в сложившейся ситуации, она молча прижалась к нему. Только услышав звуки его ровного дыхания, она закрыла глаза и заснула.

Когда Су Янь проснулась утром, Цзян Цзинчуань был внизу и уже позавтракал. Она неторопливо умылась и оделась, прежде чем спуститься вниз. За обеденным столом она заметила странную молодую девушку. Прежде чем она удивилась, незнакомка взволнованно бросилась к ней с распростертыми руками, как избалованный ребенок:

— Я хочу обнять тебя!

Су Янь не смогла увернуться и попала в крепкие объятия. Спустя долгое время она с большим трудом наконец-то заставила девушку отпустить ее. Та тут же начала говорить, возбужденно хихикая:

— Сестра Сяо Янь, я же сказала тебе, что приду навестить тебя, как только сойду с самолета. На этот раз я принесла тебе подарок. Он тебе точно понравится!

«Кажется, это был друг».

Су Янь улыбнулась:

— Спасибо.

Цинь Сюань потянула Су Янь вниз, чтобы усадить на стул.

— Зять, вам я тоже принесла подарок. Он не слишком дорогой, так что не испытывайте отвращения.

Цзян Цзинчуань не был близок с семьей Су, но был очень внимателен к ним.

— У вас доброе сердце.

Он почти не разговаривал с людьми, которые не были его семьей или друзьями; достаточно было сказать Цинь Сюань всего одну фразу. Цинь Сюань немного побаивалась его и не решалась снова втянуть в разговор. Затем она начала чинно завтракать, время от времени подмигивая Су Янь.

После того, как Цзян Цзинчуань ушел, Цинь Сюань начала щебетать. С тех пор как Су Янь появилась в этом мире, она встретила много проницательных людей. Другие слуги в доме не осмеливались заговорить с ней. Она боялась прямо спросить дворецкого и тетушку Ван о том, что же произошло с первоначальной хозяйкой тела. Она могла бы поговорить со старшим братом, которого видела в прошлый раз, но очень торопилась. Та, что стояла сейчас перед ее глазами, казалась простодушной, не говоря уже о проницательности. Она подумала, что сможет расспросить девочку о многих вещах.

Су Янь взволнованно поднялась и привела Цинь Сюань в свою комнату. Как только они сели, Су Янь притворилась непринужденной и спросила:

— Ты хорошо провела время?

Цинь Сюань держала вазу с фруктами, собираясь достать вишни; услышав Су Янь, она кивнула:

— Это было действительно весело. Я даже немного позагорала.

Прежде чем Су Янь успела продолжить расспросы, Цинь Сюань поставила вазу с фруктами и придвинулась ближе к Су Янь. Сгорая от любопытства, она спросила:

— Вчера в нашей группе WeChat брат сказал мне, что ты ходила отнести зятю еды, это правда?

Только что эта девушка назвала ее своей старшей сестрой, а Цзян Цзинчуаня зятем. В таком случае она должна быть членом ее семьи. А старший брат, о котором она говорит, должен быть тем самым человеком, с которым она встретилась в лифте, так что можно было считать, что они родственники. Су Янь кивнула и подумала про себя: раньше их отношения с Цзян Цзинчунем были не очень хорошими. Теперь, когда она взяла на себя инициативу помириться, члены ее семьи должны быть обеспокоены.

— Сестра Сяо Янь, я чувствую, что зять очень велик. Он не только красив, но и глава семьи Цзян. Почему же он тебе не нравится? — в глазах Цинь Сюань, у которой никогда не было бойфренда, Цзян Цзинчуань был просто идеальным Адонисом. Почему же, вопреки ожиданиям, сестра Сяо Янь не любила его? Это же не ядерная физика, которую она не могла понять.

«Нравится? Что значит – нравится?»

Су Янь не хотела отвечать на этот вопрос.

— Я не испытываю к нему неприязни.

Она уже была миссис Цзян, независимо от ее чувств, она должна была показать видимость симпатии к нему. Цинь Сюань спокойно посмотрела на Су Янь и вздохнула:

— Я не знаю, что дедушка и бабушка сказали тебе, но их ожидания слишком высоки. Сестра Сяо Янь, я знаю, что ты очень много работала. Теперь, когда ты вышла замуж за зятя и уже являешься миссис Цзян, не говоря уже о жизни нашей семьи, даже моя жизнь претерпела потрясающие изменения. Я больше не знаю, что сказать. В любом случае, сестра Сяо Янь, это было тяжело для тебя.

Раньше Цинь Сюань получала огромное удовольствие, следуя за Су Янь. Она действительно боготворила свою старшую кузину. Конечно, она завидовала ей, когда училась на втором курсе средней школы: в то время ей казалось, что семья заботится только о Су Янь. Дедушка, бабушка, дядя и тетя – все любили ее больше, чем остальных детей. Даже отец, мать и старший брат чрезвычайно опекали ее. Только повзрослев, она поняла, в каком неблагоприятном положении оказалась ее кузина.

Су Янь была очень красива. Семья Су и семья Цинь приложили все свои усилия, чтобы вырастить ее. Когда семья Цзян объявила, что хочет соединиться с семьей Су через брак, Цинь Сюань остро почувствовала, что атмосфера в ее доме стала другой. Все расслабились снаружи и внутри, так как были наполнены счастьем. Это была идеальная ситуация, как будто после долгого обучения получаешь отличные оценки на экзамене.

Что означает семья Цзян? Что означает статус миссис Цзян? Другими словами, каким статусом обладает будущий наследник семьи Цзян? Цинь Сюань не являлась невеждой. Как только ее кузина вышла замуж в семью Цзян, она обнаружила истину фразы «когда река поднимается, лодка плывет высоко»: манеры людей действительно стали другими.

Раньше юная мисс семьи Чэнь относилась к ней холодно и безразлично, но теперь она взяла на себя инициативу подружиться с ней и даже пригласила ее на свой день рождения. И Адонис, на которого она смотрела снизу вверх, взял на себя инициативу заговорить с ней. Цинь Сюань испытывала противоречивые чувства: хотя ей это и нравилось, всякий раз, когда она чувствовала себя самодовольной, она вспоминала сцену, когда ее старшая кузина молча проливала слезы за день до свадьбы. Ее кузина определенно плакала не от радости, ей казалось, что ее сердце умерло и превратилось в пепел.

Когда Су Янь услышала слова Цинь Сюань, ее сердце даже не дрогнуло. Она быстро проанализировала ее слова. Похоже, что первоначальная владелица тела была вынуждена выйти замуж за Цзян Цзинчуаня под давлением ее семьи. Это действительно все объясняло. Разве не то же самое происходило с большинством императорских наложниц? Люди внутри клана всегда ломали голову над тем, как попасть в Имперский гарем, и все это ради получения огромных прибылей, эти люди с прошлого до настоящего времени игнорировали желания вовлеченных сторон.

Но, в конце концов, это не имело к ней никакого отношения. Она не могла ни жалеть изначальную хозяйку тела, ни критиковать ее семью. Су Янь только улыбнулась и ничего не сказала.

В конечном счете, Су Янь смогла получить некоторую полезную информацию от Цинь Сюань. Прежняя хозяйка тела никогда не бывала у себя дома с тех пор, как вышла замуж. Она всегда держала свою семью на расстоянии. Очевидно, она все еще носила обиду в своем сердце, ведь, прежде чем выйти замуж, она была объектом восхищения!

Прежде чем уйти, Цинь Сюань сказала:

— Сестра Сяо Янь, независимо от того, что ты решишь в будущем, я всегда буду рядом с тобой. Но этот Шэнь Пэйжань совсем не хорош. Мой друг сказал, что он все еще ходит в бары и выходит из них с разными женщинами.

Шэнь Пэйжань, вероятно, был предыдущим партнером ее предшественницы. Однако в сердце Су Янь ничего не екнуло. Она только слегка рассмеялась:

— Я понимаю. Я осознаю свое нынешнее положение.

Цинь Сюань не могла не вздохнуть от волнения. Су Янь была такой знающей, она действительно отличалась от других. Неудивительно, что ее семья тратила все свои силы на воспитание кузины. Она подумала, что за всю свою жизнь не сможет достичь такого уровня.

— День рождения дедушки в ближайшее время. Сестра Сяо Янь, ты придешь? Дедушка с нетерпением ждет вашего с зятем приезда.

Су Янь на мгновение задумалась:

— Хорошо, я поговорю об этом с Цзинчуанем.

Довольная таким ответом, Цинь Сюань ушла. Су Янь вернулась в свою спальню и только успела сесть, как телефон в шкафу с платьями и косметикой запел песню. Сначала она испугалась, но потом подошла и открыла ящик, чтобы увидеть, как на экране телефона вспыхивает цепочка цифр. Су Янь сначала успокоилась. Проведя пальцем по экрану, как ранее делал Цзян Цзинчуань, она положила телефон рядом с ухом. Через несколько секунд раздался нетерпеливый мужской голос:

— Сяо Янь, наконец-то ты ответила на звонок!

Глава 13. Отказаться от гладкой и широкой дорожки?

Су Янь испуганно отскочила назад. После того, как она успокоилась и начала обдумывать, что сказать, человек с другой стороны, не в силах сдерживаться, начал говорить:

— Сяо Янь, ты действительно неправильно поняла в тот день. Между Пэйжанем и Цзяюй совсем не то, что ты думаешь. Ты же знаешь, Цзяюй жила в доме Пэйжаня с детства. Он считает ее своей младшей сестрой. Он заботится только о тебе!

Су Янь не была глупой дурой, витающей в облаках. Она более или менее поняла значение его слов. Короче говоря, этот самец по имени Пэйжань был объектом обожания первоначальной владелицы тела. Просто слова, сказанные этим человеком, действительно не давали их опровергнуть. После долгих лет жизни в императорском гареме, хотя она никогда не была инициатором каких-либо планов или интриг, такие вещи все еще можно было увидеть насквозь.

Во-первых, он сказал, что Цзяюй жила в доме Пэйжаня с детства. Даже если у них не было никаких сексуальных отношений, кто бы поверил в это?!

Во-вторых, относился ли Пэйжань к этой Цзяюй как к младшей сестре или нет, она не знала. Но услышав эти слова, она инстинктивно почувствовала сильное отвращение.

Наконец, если этот Пэйжань действительно заботился о прежней Су Янь, то почему в эти дни от него не было даже тени? Короче говоря, Су Янь не верила ни одному слову этого человека.

Ху Хан заметил, что Су Янь ничего не говорит. Он искоса взглянул на Шэнь Пэйжаня, который сидел на диване и читал журнал, и продолжил терпеливо объяснять:

— Сяо Янь, Цзяюй скоро уезжает за границу. Она не хочет, чтобы ты ее неправильно поняла. Через два дня мы устраиваем для нее прощальную вечеринку. Ты должна хоть немного уважить ее, так что приходи, хорошо?

Су Янь села на кровать. Она рассматривала свои красивые пальцы и не моргнув глазом ответила:

— Я буду занята.

Ху Хан включил громкую связь. Шэнь Пэйжань услышал это и замер, переворачивая страницу; но через некоторое время, как будто ничего не произошло, он продолжил читать журнал.

— А почему ты занята?

Эти слова довольно сильно резали слух. Су Янь глубоко вздохнула и улыбнулась:

— Я очень занята каждый день. Через несколько дней я должна сопровождать мужа на банкет. Ах да, передай мои наилучшие пожелания Цзяюй, пусть насладится приятным путешествием.

Поддерживала ли ее предшественница связь с этим Пэйжанем, она не знала, да и не хотела знать. Просто она уже определила финансовые ресурсы Цзян Цзинчуаня. Более того, теперь она была его женой. Она и думать не хотела о том, чтобы переступить через эти границы.

Услышав эти слова, Ху Хан был ошеломлен. Он не мог удержаться от неловкого вопроса:

— Ты и Цзян Цзинчуань... действительно помирились? Разве ты не говорила, что он тебе не нравится?

Су Янь дружелюбно продолжала:

— Не говори такие смешные вещи. Он мой муж, почему бы мне не любить его? Не произноси больше этих слов. Если они дойдут до чужих ушей, то окажут дурное влияние.

Как раз в тот момент, когда Су Янь раздумывала, как бы повесить трубку, раздался чистый и спокойный мужской голос:

— Дурное влияние, хмм...

Это был другой голос, совсем не того человека, который говорил раньше. Поскольку Су Янь не знала личности этого человека, у нее не было другого выбора, кроме как замолчать. Шэнь Пэйжань был зол. Когда он захотел наладить отношения с Су Янь, она неожиданно вышла замуж за кого-то другого. Какой мужчина мог бы это вынести? Однако он терпел. Он жил за границей, но быстро вернулся сюда в течение шести месяцев; Су Янь вытащила его и выплакала все свое сердце. Он также был расстроен и выслушал ее заверения, что она скоро разведется. Он был мягкосердечен.

Но теперь она даже назвала Цзян Цзинчуаня мужем? И говорит, что он ей нравится? Ярость, которую накопил Шэнь Пэйжань, вновь разгорелась.

— Су Янь, я уже говорил тебе, что Цзяюй была дочерью лучшей подруги моей матери. Я с детства относился к ней как к младшей сестре. Когда ты снова и снова изливала свой гнев на меня, потому что она тебе не нравится, ты вообще думала о моих чувствах? Ты была слишком занята, будучи миссис Цзян!

Кажется, это был Пэйжань. Хотя эти предложения были полны обвинений, они никак не повлияли на Су Янь. Она никогда не думала о том, чтобы судить свою предшественницу или то, как она жила, в конце концов, она сейчас занимает ее тело. Однако указывать пальцем на поведение предыдущей Су Янь было слишком некрасиво, в конце концов, он был чужаком. Су Янь не рассердилась и вместо этого спокойно ответила:

— Пэйжань, не имеет значения, если она твоя младшая сестра, или даже если у тебя много младших сестер, это не важно. Как ты только что сказал, я – миссис Цзян. Поэтому я думаю, что нам необходимо сохранять некоторую дистанцию. А ты как думаешь?

Слова Цзян Цзинчуаня все еще звучали у нее в ушах.

Если человек не позаботится о себе сам, то небо и земля уничтожат его. Она была не настолько глупа, чтобы отказаться от своей спокойной и размеренной жизни ради любви к партнеру первоначальной хозяйки тела. В любом случае, она уже была Су Янь. Она должна была тщательно жить для себя.

В конечном счете, ей было неясно, что за человек этот Пэйжань. Однако она знала, что Цзян Цзинчуань способен дать ей ту жизнь, которую она желала. Раз уж так вышло, то почему она должна отказаться от гладкой и широкой тропинки, а вместо этого ступить на тонкий лед?

Шэнь Пэйжань не мог в это поверить, он был потрясен до глубины души. Когда он наконец сумел среагировать, в телефоне уже раздались гудки.

С его самоуважением он вряд ли позвонит снова. Видя, что Шэнь Пэйжань, казалось, потерял свою душу, Ху Хан не мог не утешить его:

— Сяо Янь тоже кажется сердитой. Возможно удастся уговорить ее через несколько дней.

Шэнь Пэйжань молчал. Выражение его лица оставалось мрачным.

Повесив трубку, Су Янь чувствовала себя ничуть не лучше, чем Шэнь Пэйжань, и вдруг подумала, что слова Цзян Цзинчуаня могут иметь глубокий смысл. Даже после свадьбы прежняя Су Янь и тот Пэйжань продолжали поддерживать связь друг с другом. Хотя они и не пересекли границу, отношения между двумя людьми просто так никуда не денутся. В конце концов, знал ли Цзян Цзинчуань об этих обстоятельствах?

Знал он об этом или нет, но она уже разорвала связь с этим Шэнь Пэйжанем. Су Янь уже начала продумывать, как вцепиться в бедро мужа этим вечером. Однако небо уже потемнело, а Цзян Цзинчуань все еще не вернулся. Она больше не могла ждать. В конце концов, в ее сердце таилась какая-то тайна. Поэтому, стиснув зубы, она пошла искать дворецкого. Он был занят тем, что заказывал самые свежие вишни. Услышав Су Янь, он почувствовал, что у него возникли проблемы с ушами:

— Мадам, что вы сказали?

— Цзян Цзинчуань еще не вернулся. Вы можете мне помочь, сделав ему телефонный звонок? — конечно, она думала позвонить ему сама, но не знала, как это сделать, не говоря уже о том, что не знала номера телефона Цзян Цзинчуаня. Поэтому ей оставалось только обратиться за помощью к дворецкому.

Слуга был в восторге и быстро кивнул. Вытерев руки, он пошел в гостиную и позвонил Цзян Цзинчуаню. Через несколько минут он повесил трубку и сказал Су Янь:

— Мадам, как насчет того, чтобы вы легли спать? Хозяин все еще находится на званом обеде. Возможно, сегодня он уже не вернется: молодой господин Суй сказал, что он пьян.

Как она могла упустить хорошую возможность подержать его за бедро! Су Янь настойчиво сказала:

— Я все же хочу дождаться его возвращения. Даже если он пьян, кто-то должен проявить к нему внимание.

Дворецкий тоже считал, что это хорошая идея. И отношения между господином и мадам тоже улучшатся. Поэтому, узнав адрес, он попросил водителя отвезти Су Янь.

Когда Су Янь появилась в отдельном зале ресторана, не говоря уже о других людях, даже друг детства Цзян Цзинчуаня, Суй Шэн, был ошеломлен. Суй Шэн встречался с Су Янь только один раз на свадьбе, а остальные вообще ее никогда не видели. Хотя Су Янь собиралась поспешно, она не пренебрегла своим нарядом. На ней было длинное тонкое платье ручной работы с бриллиантовой каймой. Ее слегка вьющиеся длинные черные волосы рассыпались по плечам. Она подошла к Цзян Цзинчуаню с некоторым нетерпением в глазах.

Суй Шэн подумал, что Су Янь стала еще красивее со времени свадьбы. Су Янь чувствовала на себе взгляды присутствующих, но сейчас было не время для самодовольства. Она быстро подала знак водителю, чтобы тот помог поддержать пьяного Цзян Цзинчуаня. Суй Шэн быстро восстановил свое живое выражение лица. Он подошел к Су Янь и со смехом сказал:

— Су Янь, давно не виделись.

Он не называл ее миссис Цзян. Его поведение было похоже на поведение хозяина семьи. Кажется, он очень близок к Цзян Цзинчуаню. Су Янь вежливо улыбнулась ему:

— Давно не виделись.

В глазах Суй Шэна на секунду мелькнуло удивление, но он быстро взял себя в руки и поддразнил ее:

— Что случилось? Ты не можешь успокоиться, потому что Цзинчуань со мной?

Су Янь знала, что он не пытается смутить ее, поэтому она просто улыбнулась:

— Я не могу быть более спокойной. Однако и причинять вам неприятности тоже нехорошо. Так уж получилось, что я оказалась поблизости, поэтому решила забрать мужа и вернуться домой.

Суй Шэн в изумлении прищелкнул языком. Он почти не разговаривал с Су Янь; однако он знал, что она не была разговорчивой. Она также не обращала никакого внимания на Цзинчуаня. Хотя он был его большим другом, нехорошо было открывать свой рот на семейные дела других людей. Но у него было свое мнение: если он когда-нибудь женится, а она не будет интересоваться его самочувствием, то будь она хоть трижды великая красавица, это все будет напрасно.

Теперь, когда Су Янь так заботилась о Цзинчуане, как мог Суй Шэн не испытать шок? Однако после первого удивления наступил покой. В эти дни многие люди смотрели на внешность, кому не приходила мысль о том, чтобы часто менять женщин? Однако посторонние женщины не могут быть так близки, как жена. Более того, он знал нравственные принципы Цзян Цзинчуаня. Не говоря уже о поисках любовницы, он даже не смотрел на других женщин.

После того как Су Янь и Цзян Цзинчуань ушли, приватная комната взорвалась сплетнями.

— Суй Шэн, кто это был? Черт, такая небесная красота, бросающая вызов небесам!

— Да, конечно. Кто же это был? Это была сестра генерального директора Цзян?

Суй Шэн сердито схватил пачку сигарет, лежавшую на столе, и швырнул ее в нескольких человек. Он сердито упрекнул их:

— Неужели у тебя парализованы глаза? Естественно, это была миссис Цзян!

Хотя некоторые люди догадывались о личности Су Янь, они были разочарованы, когда Суй Шэн так ясно указал на это.

Глава 14. Чувства - самые бесполезные вещи.

Цзян Цзинчуань не любил пить. Обычно на светских банкетах очень немногие осмеливались нагло предложить ему выпивку. Но сегодня Суй Шэн уговаривал его пить снова и снова. Он не мог уклониться. Сначала он думал, что выпьет самое большее один бокал и покончит с этим. Кто знал, что все присутствующие были очень ловкими, так что Цзян Цзинчуань закончил тем, что выпил много бокалов под дразнящими взглядами приятеля.

Каков был мотив Суй Шэна? Он был просто переполнен любопытством и не мог понять, почему Цзян Цзинчуань вдруг решил взять Су Янь на банкет. Чтобы Цзян Цзинчуань не был так скуп на слова, как обычно, Суй Шэн придумал этот трюк. Кто бы мог подумать, что до того, как он смог вырвать какие-либо секреты из уст Цзян Цзинчуаня, к ним придет Су Янь.

С помощью водителя Су Янь поддерживала супруга и усадила его на заднее сиденье, прежде чем последовать за ним внутрь. Цзян Цзинчуань в состоянии опьянения вел себя на самом деле очень хорошо, по крайней мере, он не шумел.

— Мадам, не пора ли нам вернуться? — спросил шофер.

Су Янь посмотрела на уже отключившегося Цзян Цзинчуаня и кивнула.

— Давайте вернемся, а то все будут беспокоиться.

Водитель завел машину и плавно поехал.

Су Янь на самом деле не хотела сейчас приближаться к Цзян Цзинчуаню. Его тело пахло вином, и это был весьма неприятный запах. Кто знает, был ли Цзян Цзинчуань действительно пьян или, возможно, полностью в сознании? Су Янь никогда не пренебрегала этими деталями с прошлого до настоящего времени. В результате Су Янь поддержала Цзян Цзинчуаня, положив его голову себе на плечо.

По пути дыхание Цзян Цзинчуаня обдавало ее уши. Су Янь слегка повернула голову, чтобы искоса посмотреть на него. Прямо сейчас ее настроение было сложным. Она вспомнила Его Величество. Когда-то давно она была в той же ситуации, что и сейчас; но император отличался от Цзян Цзинчуаня — он не был пьян. Он намеренно положил голову ей на плечо вот так. Су Янь хотела оттолкнуть его, но не осмелилась, поэтому она могла только сидеть вместе с ним на лестнице и смотреть на звезды в ночном небе.

Честно говоря, поначалу она была не очень приятным человеком. Она не могла сравниться с добродетельной наложницей, которая хорошо понимала других, и не могла сравниться с нежной и мягкой младшей наложницей Чэнь. В первые годы пребывания в Императорском дворце она была похожа на ежа: принимала строгие меры предосторожности против всех. Но он сказал, что она понравилась ему с самого начала. Неужели он ошибся? Как он мог влюбиться в такую неприятную особу, как она?

Было бы неправдой, если бы она сказала, что не жаждет снова увидеть его, в конце концов, этот человек занимал ее воспоминания в течение многих лет. Кроме того, именно благодаря ему она могла жить свободно и безудержно в императорском дворце, в отличие от других наложниц, которые действовали с большой осторожностью и оглядкой. Но даже при этом она чувствовала то же самое беспокойство.

Независимо от времени и места, он тщательно защищал ее. Су Янь не хотела думать о человеке, который причинил ей вред. Более того, ей не хотелось думать о том, как отреагировал бы тот человек, если бы она перешла ему дорогу.

Уже много лет она не чувствовала, как ее сердце трепещет в ответ на его ласку. Но она не была бессердечной, просто не хотела видеть, как он страдает.

Су Янь пришла в себя. Ее затуманенный взгляд медленно становился твердым. Причина, по которой она связалась с императором в то время, сводилась к тому, чтобы стоять рядом с ним только из-за его высшего статуса. Если бы он не был императором, а просто обычным человеком, последовала бы она за ним? Вряд ли.

Привязанность была самой бесполезной вещью. Несмотря на то, что она заслужила право быть человеком, который возвышался над десятью тысячами и был ниже одного, она все еще чувствовала неприятие.

Пока Су Янь была погружена в воспоминания, Цзян Цзинчуань бессознательно наклонился к ней и обнял. Су Янь наконец вернулась к реальности, когда его волосы коснулись ее шеи. Она потянула за большую ладонь Цзян Цзинчуаня. Теперь она была женой этого человека, который мог дать ей желанную богатую жизнь. Прошлое нельзя упускать из виду.

Когда они наконец прибыли на виллу, Су Янь попросила дворецкого помочь водителю перенести Цзян Цзинчуаня в спальню. После того как люди вышли из комнаты, Су Янь пошла в ванную и намочила полотенце. Она вытерла ему лицо мокрым полотенцем, но не собиралась помогать ему раздеваться, стирать одежду или что-то в этом роде. Вытереть лицо уже считалось неплохо.

Глядя на простыни, Су Янь подумала, что завтра она должна попросить тетю Ван сменить постельное белье. Иначе она так и будет чувствовать запах алкоголя.

Цзян Цзинчуань уже не был так пьян, как несколько дней назад. Он находился в состоянии смутного осознания и не спал. Когда его лица коснулось холодное полотенце, он медленно открыл глаза. В них не было настороженности, как обычно, вместо этого они были пустыми. Он тщательно опознал стоящего перед ним человека и сказал:

— Мама, я много работал и очень устал.

Су Янь была поражена. Она не могла поверить своим ушам и даже подумала, что у нее галлюцинации. В противном случае, как может такой большой человек, как Цзян Цзинчуань вести себя словно избалованный ребенок?

Цзян Цзинчуань упрямо потянул Су Янь за руку и погладил ее по лицу, в то же время утешая себя:

— Ма, вице-президент Чжан – нехороший человек. Он думает, что я не знаю. Все они считают, что я молод и не способен взять на себя важную ответственность. Ма, я действительно много работаю, чтобы в будущем они не смели смотреть на меня свысока.

— Ма, бабушка умерла. Там нет никого, кто дал бы мне конфеты, те самые, которые мягкие, растягивающиеся, с большеглазой куклой на упаковке, я действительно люблю их есть, но бабушка умерла. Нет никого, кто помнит, что я люблю эти конфеты, — тон мужчины внезапно стал мрачным.

Су Янь не знала, о чем говорит Цзян Цзинчуань. Неизвестно, почему, но, глядя на такого Цзян Цзинчуаня, ее сердце тревожно сжалось. Когда этот человек не был пьян, у него был вид, словно он может все контролировать, но теперь с него слетела эта маска.

«Забудь об этом, надо проявить к нему милосердие».

Су Янь протянула свободную руку, чтобы погладить его по голове. Это успокаивающее действие очень обрадовало Цзян Цзинчуаня. Он бессознательно положил руку ей на ладонь, как бы говоря, чтобы она не останавливалась.

На самом деле не было никакого способа поймать этого человека, Су Янь должна была просто продолжать пытаться, используя свою компетентность и природу.

После того, как его долго гладили, Цзян Цзинчуань наконец почувствовал себя удовлетворенным. Он открыл глаза и увидел, что человек, стоявший перед ним, не был его матерью. На мгновение в его глазах промелькнуло недоумение, но потом он наконец понял, что это его жена. Он вздохнул и сказал:

— Су Янь, я уже говорил тебе, что я не буду насильно связывать тебя этим браком. По какой причине ты ищешь меня каждый день?

Это был еще не конец. Он продолжал:

— Я тоже не хотел жениться, но я не мог перекричать дедушку и бабушку. Мои мать и отец тоже не имели права голоса. Если ты была зла, то должна была сказать «нет», ты ведь не хотела этого, верно? Я ничего не ответил. Мы поженились. Если ты будешь относиться ко мне хорошо, очень хорошо, я подумаю о том, чтобы относиться к тебе немного лучше. Но ты ко мне совсем не хорошо относишься.

Су Янь была сбита с толку. Еще несколько дней назад он не был так пьян. Почему сейчас он звучит как заезженная пластинка? Почему его речь так сильно изменилась? Он был очень разговорчив.

— Я все понимаю. Я понимаю. В будущем я буду относиться к тебе хорошо, — уговаривала его Су Янь. Без сомнения, она будет относиться к нему лучше. В будущем она может рассчитывать только на мужа.

Неизвестно, понял ли это Цзян Цзинчуань, но он улыбнулся. Все еще не в силах успокоиться, он добавил фразу:

— Ты очень хорошо ко мне относишься, хорошо, я тоже буду хорошо относиться к тебе.

Су Янь, однако, не стала отвечать на настойчивые пьяные бредни Цзян Цзинчуаня. Она думала: а что это за очень мягкие конфеты в обертке с большеглазой куклой? Если бы она знала это, то воспользовалась бы случаем и обняла его бедро еще крепче.

Глава 15. Обнять бедра старших.

На прощальной вечеринке у Сунь Цзяюй Шэнь Пэйжань был не в настроении пить. Он сидел один на диване в угловой кабинке и возился с телефоном. Сидя на странице Weibo Су Янь, он в отчаянии схватился за прядь своих волос. За эти полмесяца Су Янь ничего не загрузила. Не только на Weibo, но и в мессенджере WeChat не было никаких новых сообщений. Казалось, что она просто исчезла. Последний телефонный звонок все еще крутился у него в голове, как он мог забыть?

— Брат Пэйжань, почему ты не ешь? — Сунь Цзяюй улыбнулась, когда подошла со стаканом фруктового сока и села.

Шэнь Пэйжань покачал головой:

— Нет, наслаждайся сама.

Сунь Цзяюй прикусила губу и неуверенно спросила:

— Сестра Сяо Янь сердится на меня? Может быть, мне стоит найти ее и объяснить все как следует?

— Завтра тебе лететь, забудь об этом, — дело не в том, что Пэйжань не додумался до этой идеи, но, вспомнив, что Сунь Цзяюй завтра уезжает за границу, он отбросил эту мысль.

— Пока сестра Сяо Янь добра к тебе, я готова сделать все, что угодно, — эти слова Сунь Цзяюй не только не успокоили его подавленное сердце, но, напротив, еще больше разозлили его.

Он стиснул зубы и спросил после паузы:

— Цзяюй, я спрошу только один раз. Неужели ты действительно не знала, что Сяо Янь была там в тот день?

От вопроса Шэнь Пэйжаня лицо Сунь Цзяюй побелело. В тот день Су Янь отправилась в дом Шэнь Пэйжаня смотреть фильмы. Эти два человека восстановили свои добрые отношения. Они не пересекали границу – максимум держали друг друга за руки и самое большее обнимались. В это время они сидели, прислонившись друг к другу, и смотрели телевизор, когда она вошла, отперев дверь ключом, что разозлило Су Янь. Почему у Сунь Цзяюй был ключ от квартиры Шэнь Пэйжаня, и она зашла так далеко, что несла сумку с едой, как будто она была хозяйкой?

Сунь Цзяюй закончила тем, что заплакала, сказав, что это было очевидно, потому что мать Шэнь Пэйжаня дала ей ключи. Она не знала, что Су Янь будет здесь, и думала только о том, чтобы приготовить Пэйжаню немного еды.

Су Янь усмехнулась, говоря, что это было очень искусно придумано – прийти не утром, а вечером – когда она была там. Шэнь Пэйжань произнес несколько слов в поддержку Сунь Цзяюй. Он просто хотел разрядить атмосферу. Так как Су Янь была в ярости, она немедленно ушла, размахивая руками.

Теперь Шэнь Пэйжань снова поднял этот вопрос, глаза Сунь Цзяюй покраснели, ее голос задрожал:

— Я действительно не знала. Брат Пэйжань, ты каждый день заказываешь еду на вынос, в тот день я просто хотела приготовить блюда, которые ты любишь. Если у сестры Сяо Янь было недопонимание, я пойду и объясню ей прямо сейчас.

Шэнь Пэйжань не был полным дураком. Когда все дошло до этой стадии, больше не было смысла выяснять, кто прав, а кто нет. Он вздохнул и сказал:

— Цзяюй, я всегда относился к тебе как к младшей сестре. Теперь, когда ты выросла, брат объяснит тебе – я искренне люблю Сяо Янь. Если бы она мне не нравилась, я бы не стал настойчиво преследовать ее, особенно когда она замужем. Я надеюсь, что вы сможете жить вместе мирно. У нее трудный характер, тебе следует больше поддаваться ей.

Эти слова просто разорвали девушке сердце. Услышав их, она практически задрожала всем телом. Наконец ей удалось выпрямиться; уголки ее губ поползли вверх:

— Брат Пэйжань, ты... действительно любишь ее? Она ведь уже замужем.

Шэнь Пэйжань резко осушил бокал с вином одним глотком, а затем облизал губы. Цвет его лица был довольно неприглядным.

— Она разведется, а затем я хочу жениться на ней.

Сунь Цзяюй ничего не сказала. Ее голова поникла, а плечи подозрительно задрожали. Затем она наконец подняла голову и с улыбкой произнесла:

— Это хорошо, пока брат Пэйжань счастлив.

Когда Су Янь проснулась, Цзян Цзинчуань выходил из ванной комнаты. Казалось, ему уже гораздо лучше. По крайней мере, он не будет тянуть ее и изливать все свои давние обиды. Су Янь вздохнула с облегчением.

После выпивки Цзян Цзинчуань действительно много говорил; это заставило Су Янь увидеть его в новом свете. Он явно вынашивал каждую конкретную обиду. Он говорил вчера о каком-то сотруднике, который не приветствовал его в компании и намеренно доставлял ему неприятности во время конференций; и еще о каком-то человеке, который, припарковывая свою машину, в конце концов оцарапал его собственную. Короче говоря, он действительно был довольно злопамятным!

Дело было в мелочах, но он неожиданно вспомнил их довольно ясно, вплоть до дел трехлетней давности, когда он взял на себя управление корпорацией Цзян.

Вспоминая об этом, Су Янь не могла не рассмеяться снова. Последним воспоминанием Цзян Цзинчуаня вчера было то, что Су Янь приехала за ним. Он шел, пока не добрался до передней части кровати, его лицо было довольно смущенным:

— Вчера ты пришла забрать меня?

Су Янь видела, что цвет его лица был не очень хорошим. Как только это пришло ей в голову, она тут же схватила его за руку и начала вести себя мило и избалованно:

— Да, я ждала, что ты вернешься домой, но ты не вернулся. Когда я попросила дворецкого позвонить, они сказали, что ты был пьян. Я не могла оставаться спокойной и пришла, чтобы забрать тебя.

Ее ночная рубашка была из тонкого струящегося материала; лямка слегка соскальзывала с ее плеча, открывая широкий простор манящего пейзажа. Кожа Су Янь была белой, как яичный белок; и, что самое важное, пальцы ее рук, которые схватили его, были похожи на стрелы зеленого лука. Цзян Цзинчуань, этот большой парень, который избегал контакта со всеми женщинами, сразу же затвердел.

К счастью, его нижняя часть тела находилась на безопасном расстоянии от Су Янь, что не позволило ей обнаружить эту внезапную перемену. В одно мгновение сухое полотенце, которым он вытирал волосы, прикрыло его нижнюю часть живота, и он, сделав вид, что ничего не заметил, отошел, повернувшись спиной к жене; но, очевидно, выражение его лица было очень встревоженным. Его тон вовсе не был спокойным или собранным:

— Хорошо подготовься сегодня. Во второй половине дня у меня назначена встреча, поэтому я попрошу водителя приехать за тобой. Ты должна присутствовать на банкете сегодня вечером.

Су Янь все еще была озадачена его поведением, но, услышав это, была уже не в настроении спорить с ним, вместо этого девушка серьезно спросила:

— Что мне нужно подготовить?

Не будет преувеличением сказать, что под энергичным воспитанием семьи Цинь и семьи Су она очень хорошо понимала правила и обычаи. По крайней мере, с точки зрения этикета, добавить было нечего. Цзян Цзинчуань предположил, что жена беспокоится о том, что будет сопровождать его в первый раз на подобные мероприятия и боится совершить ошибку.

— Если ты сегодня свободна, то можешь поехать и поискать мою маму в родовом поместье.

Сказав это, Цзян Цзинчуань поспешил в ванную комнату. Вскоре оттуда можно было услышать звук бегущей воды. В одно мгновение в голове Су Янь зародилось сомнение: разве у Цзян Цзинчуаня была привычка купаться рано утром?

Покончив с завтраком, он торопливо направился в офис. Су Янь попросила тетю Ван помочь ей собраться. Позже она отправится в дом предков семьи Цзян. Тетушка Ван была вне себя от радости, услышав эти слова:

— Мадам, если вы позволите мне произнести это вслух, почтенная госпожа и почтенный господин очень любят вас. Никто из семьи Цзян не осмелится неуважительно относиться к вам. Все говорят, что с возрастом человек становится все более похожим на ребенка. Эти бабушки и дедушки стареют. На самом деле, они очень любят, если младшие члены семьи навещают их. Господин очень занят работой в обычные дни, поэтому, естественно, у него не много свободного времени. Мадам, если вы сможете часто навещать родителей, это будет очень хорошо.

Су Янь чувствовала, что то, что сказала тетя Ван, было очень разумно. Отец и мать Цзян редко бывали в городе. Эта парочка всегда путешествовала по разным странам. Но почтенный господин Цзян и почтенная мадам Цзян были очень стары, так что они обычно не любили выходить из дома. Хотя комнаты в доме были очень удобными, они наверняка чувствовали себя одинокими. На самом деле тетя Ван хотела, чтобы она, человек, у которого больше всего свободного времени, пошла и обняла бедра старших. Пока они живы, она могла чувствовать себя в семье Цзян так комфортно, как ей хотелось.

Возможно, у тети Ван были свои собственные эгоистические мотивы, но Су Янь все равно хотела поблагодарить ее:

— Тетя Ван, если я в будущем буду неосторожна, мне придется положиться на тебя, чтобы ты мне напомнила.

Услышав эти слова, женщина заулыбалась от счастья. Она чувствовала, что мадам становится все более и более очаровательной.

В семье Цзян, если оставить в стороне остальных, было достаточно выслужиться перед тремя людьми – Цзян Цзинчуанем, почтенной госпожой и почтенным господином. Тогда, пожалуй, можно было бы расслабиться до конца жизни.

Тем временем Ху Хан подбежал к квартире Шэнь Пэйжаня и крикнул:

— Мой старший брат сказал, что сегодня вечером на банкете по случаю дня рождения достопочтенного господина Чэнь приедет семья Цзян и приведет с собой Сяо Янь. Теперь все ждут их визит с нетерпением.

Шэнь Пэйжань чистил зубы. Услышав эти слова, он выплюнул пену изо рта, взял полотенце с боковой полки и вытер губы. С мрачным лицом он сказал:

— Неужели? Тогда я тоже буду присутствовать.

Глава 16. Да, она принадлежит ему.

Когда Су Янь прибыла в родовой особняк, мать Цзян даже не удивилась. Она уже получила звонок от своего сына. Скорее всего, это означало, что Су Янь будет сопровождать его на банкет по случаю дня рождения достопочтенного господина Чэнь. Ей нужно было проинструктировать Су Янь по некоторым вопросам, в конце концов, это был ее первый визит на значительное событие в качестве госпожи Цзян.

Мать Цзян не особенно напрягалась. Хотя семья Су не была богатой, влиятельной или выдающейся, две относительно благополучные семьи вложили все свои силы в воспитание ребенка с высокими способностями. Она знала, что даже при том, что характер Су Янь был немного холодным, она абсолютно точно не допустит ошибки. Однако теперь, когда у матери Цзян появилась возможность выполнить свои обязанности свекрови, она была очень счастлива.

Почтенный господин Цзян и почтенная госпожа Цзян отправились на огород. Эти два человека были относительно свободны в течение дня и попросили слуг расчистить место для овощного поля на заднем дворе. По мере того как люди стареют, то, чего они больше всего жаждут, — это вести обычную жизнь, занимаясь садоводством или огородничеством.

Свекровь повела Су Янь в спальню. Она бросила быстрый взгляд на подарки, которые принесла Су Янь, ее туфли на высоких каблуках и драгоценности и кивнула:

— Ты выбрала это? Неплохо.

Прежде чем Су Янь успела ответить, мать Цзян открыла дверь в гардеробную. Она взяла пульт дистанционного управления с одной стороны шкафа и нажала кнопку. Обувной шкаф начал вращаться. Она шагнула вперед и выбрала пару черных босоножек на высоком каблуке, затем подошла к Су Янь и улыбнулась:

— Однако я чувствую, что эта пара босоножек будет более подходящей к твоему красному вечернему платью. Померь их.

Су Янь на какое-то время была шокирована. Мать Цзян неправильно поняла ее взгляд и спокойно объяснила:

— Я не носила эту пару туфель. Они абсолютно новые.

— Нет-нет, я просто ... — Су Янь помолчала, прежде чем продолжить, — Просто ошеломлена этой неожиданной милостью.

Отношение свекрови также нельзя было назвать очень восторженным по отношению к невестке. Су Янь редко разговаривала с ней. Теперь, внезапно услышав эти слова, она на мгновение лишилась дара речи. Через некоторое время что-то мелькнуло в глазах матери Цзян:

— Сяо Янь, я ничего не имею против тебя.

Такое простое предложение заставило Су Янь понять гораздо больше. К счастью, у нее уже был опыт общения с вдовствующей императрицей в Императорском дворце. Она не могла долго молчать и застенчиво засмеялась:

— Мама, я знаю. Мне очень нравится эта пара босоножек, — сказав эти слова, Су Янь взяла красное вечернее платье и черные туфли и вошла в примерочную. Тем временем мать Цзян осталась снаружи одна и глубоко задумалась.

Если отец Цзян не был слишком доволен происхождением семьи Су Янь, то у матери Цзян не было никакого мнения относительно невестки. Просто, как мать, она всегда была эгоистична, надеясь, что ее сын найдет человека, которого он искренне полюбит, и не будет жениться подобным образом, под принуждением.

Но как женщина, мать Цзян очень ясно понимала, что Су Янь была хороша во всем, кроме того, что она не любила ее сына.

Когда Су Янь вышла, несмотря на то, что она видела много красивых женщин, мать Цзян была ошеломлена.

Официальное красное платье было чем-то похоже по дизайну на чонсам. Оно очень красиво обрисовывало фигуру. Кожа Су Янь была очень белой и под красным платьем она казалась белее снега. Ее мягкие, черные как смоль волосы были разбросаны в беспорядке, несколько прядей лежало на груди. В этих черных босоножках на высоких каблуках ее стройные ноги казались еще более тонкими, изящными и белыми. Ее изгибы были прекрасны.

Внезапно мать Цзян вспомнила слова своего мужа: если у их сына и Су Янь будут дети, то их внешний вид, несомненно, будет чрезвычайно изысканным. На мгновение сердце матери Цзян наполнилось неописуемой гордостью. Она чувствовала, что будущие гены семьи Цзян будут улучшены ею и Су Янь.

Су Янь жила в этой эпохе уже некоторое время, и она постепенно адаптировалась к платьям и украшениям этого времени. Хотя она чувствовала, что не может привыкнуть к глубокому разрезу платья, открывающему ее бедра, но это стоило того, чтобы увидеть себя в большом зеркале. Су Янь почувствовала удовлетворение. Она знала, что первоначальная владелица тела до настоящего времени не сопровождала Цзян Цзинчуаня ни на каких мероприятиях. Сегодняшний вечер будет первым, так что он имел решающее значение.

Мать Цзян уже видела сегодняшнее приглашение. Посмотрев на часы, она сказала Су Янь:

— После того, как мы поедим, я отведу тебя в салон красоты, и пусть стилист поможет тебе сделать прическу. Что думаешь?

— Хорошо.

Цзян Цзинчуань также был весьма обеспокоен предстоящим банкетом по случаю дня рождения. С самого утра он уже задерживал дыхание. Многие думали, что он не в курсе сплетен, что он и Су Янь были в плохих отношениях. Более того, люди говорили, что Су Янь была настолько уродлива, что он не осмеливался привести ее. Интересно, кто это придумал?

Эффективность его работы сегодня была не так высока, как обычно. Он намеревался уйти с работы пораньше и забрать Су Янь. Пока он был занят, его секретарша внезапно постучала в дверь и вошла:

— Генеральный директор Цзян, мисс Ван прибыла. Она сказала, что ей нужно обсудить с вами несколько важных вопросов.

Поколебавшись немного, Цзян Цзинчуань кивнул. В следующее мгновение в комнату медленно вошла высокая и стройная женщина.

Ван Сыци смотрела на серьезного делового Цзян Цзинчуаня и не могла оторвать взгляд. Она и Цзян Цзинчуань были одноклассниками, и она любила его с очень давних пор. Она думала, что они обязательно поженятся, в конце концов, если судить по уровню семьи и ее статусу, она и он были самой подходящей парой. Она не ожидала, что Цзян Цзинчуань женится на другой женщине.

Хотя она и не могла сравниться с Су Янь по красоте, она больше ни в чем ей не проигрывала. У нее и Цзян Цзинчуаня был идентичный опыт и, очевидно, они были наиболее подходящими друг другу людьми. За исключением внешности Су Янь, которая превосходила ее, она не была равна ей ни в каких других аспектах, но эта женщина опередила ее. Как это могло не злить?

Цзян Цзинчуань положил авторучку, закрыл ее колпачком, выпрямился и слегка улыбнулся Ван Сыци:

— Что привело тебя сюда сегодня? Какие-нибудь проблемы?

Что касается одноклассников и близких друзей, Цзян Цзинчуань все еще очень уважал их.

Ван Сыци повернулась и направилась к дивану, а затем непринужденно села. Посмотрев на Цзян Цзинчуаня, она сделала вид, что небрежно спрашивает:

— Ты собираешься сегодня вечером на банкет по случаю дня рождения достопочтенного господина Чэнь?

— Так и есть.

— Я тоже иду. Может, пойдем вместе? — снаружи Ван Сыци казалась расслабленной, но внутри ее сердце билось как барабан. Если бы все было как обычно, она бы точно не волновалась. Однако сегодня все было немного по-другому…

Цзян Цзинчуань покачал головой, услышав эти слова, и мягко улыбнулся:

— Я должен съездить и забрать свою жену. Она поедет со мной сегодня вечером.

— Похоже, слухи верны? — сердце Ван Сыци постепенно упало, но она притворилась заинтересованной и спросила, — Твоя жена, ледяная красавица, наконец выходит в свет?

Цзян Цзинчуань нахмурился. Хотя слова Ван Сыци звучали так, словно она дразнила его, Цзян Цзинчуань все еще не любил, когда другие использовали такие метафоры для его жены. Он тут же поправил ее:

— Сыци, не употребляй таких слов. Она — моя жена. Она — миссис Цзян.

Независимо от того, как выглядела Су Янь, судить об этом кому-то другому запрещено. Она была его женой, госпожой Цзян.

Безупречные руки Ван Сыци медленно сжались. Но ее улыбка осталась неизменной:

— Ну, поскольку ты недоступен, я пойду и попытаюсь найти себе спутника.

— Я не могу тебя проводить, — Цзян Цзинчуань опустил голову, чтобы посмотреть на часы, — Я должен забрать ее.

Ван Сыци уже еле сдерживалась, но, все еще притворяясь счастливой, вышла из его кабинета и спустилась на лифте на стоянку. Усевшись в машину, она склонилась над рулем. Вскоре ее глаза покраснели, а в центре ладоней отчетливо виднелись следы ногтей, потому что руки были крепко сжаты в кулаки.

Почему? Ну почему же!

Когда Цзян Цзинчуань увидел нарядно одетую Су Янь, выражение его лица осталось прежним. Даже сейчас он был так же равнодушен к любви, как и раньше, но Су Янь была другой. Если бы она не стала его женой, даже если бы Су Янь была еще красивее – Цзян Цзинчуань просто взглянул бы на нее, не более того. Теперь все было по-другому. Глядя на Су Янь, которая была так прекрасна, Цзян Цзинчуань почувствовал желание поцеловать ее.

Да, она принадлежала ему. Она уже принадлежала ему. Не кому-то другому, а только ему.

Это было довольно странное чувство, но для Цзян Цзинчуаня это было нормально. Хотя он не придавал большого значения вопросам вне работы, он был человеком, чье чувство собственничества было намного сильнее, чем у кого-либо другого.  Именно он будет присматривать за ней и заботиться о ней. Он просто хотел продолжать смотреть на нее.

С чрезвычайно многозначительным взглядом мать Цзян вышла. Теперь в комнате остались только Су Янь и Цзян Цзинчуань. Су Янь посмотрела на запертую дверь и подумала про себя, что другие люди вряд ли ворвутся сюда насильно; с этими мыслями она сделала небольшой шаг и встала перед Цзян Цзинчуанем. Она потянула его за рукав, выжидающе посмотрела на него своими большими глазами и спросила:

— Я хорошо выгляжу?

Немного смущения промелькнуло на лице Цзян Цзинчуаня; он не издал ни звука. Су Янь посмеялась про себя: «все еще думаешь, что я не могу контролировать тебя?»

Она прикусила нижнюю губу и кокетливо спросила:

— Красиво или не красиво?

Цзян Цзинчуань дрожал, но больше не мог этого выносить:

— ... Прекрасно.

Действительно прекрасно. Красота, которая могла тронуть сердце.

Глава 17. Просто следуй за мной

Сидя в машине, Су Янь чувствовала себя немного неловко. Ее платье было слишком узким, ей было очень неуютно. Чтобы отвлечься, она прошептала:

— Ты можешь рассказать мне больше об этом банкете? Я чувствую, что, когда этот момент настанет, я закончу тем, что выставлю себя дурой.

Цзян Цзинчуань был крайне удивлен, когда Су Янь задала этот вопрос. Но, если подумать, то это было очень хорошо, что у нее такая заинтересованность. Хотя ей и не нужно было беспокоиться о делах корпорации, но на этом банкете лучше было держать ухо востро, чтобы понять направление ветра. Цзян Цзинчуань ненадолго задумался, а затем сказал:

— Хотя почтенный господин Чэнь ушел в отставку, связи, которые он накопил за эти годы, не исчезнут за такое короткое время. Его преемник – это его вайсун (младший внук).

Не то чтобы почтенный господин Чэнь не был близок со своим сунци (старший внук), однако он был слишком им разочарован. Достопочтенный господин Чэнь не был настолько глуп, чтобы оставить все это на волю случая. Он не отдаст свое семейное состояние в руки этого внука. Его сын был посредственностью, и говорили, что он действительно любил своего вайсуна. В результате, прежде чем выйти из игры, почтенный господин Чэнь проложил для него хорошую дорожку. Так вот, во-первых, этот банкет был устроен для того, чтобы поздравить пожилого человека с днем рождения, а во-вторых, чтобы официально представить всем его вайсуна.

Сначала Су Янь просто хотела отвлечься, но теперь ей стало интересно. Ведь она много лет жила в Императорском гареме, у нее была острая интуиция. Она нахмурилась:

— Вайсун? Так банкет на этот раз действительно для этого внука?

Цзян Цзинчуань кивнул. В конце концов, это была его жена, а не секретарша или компаньонка. Он радостно сказал:

— Разве моя мама не сказала тебе сегодня?

Су Янь вспомнила слова свекрови и очень быстро поняла, в чем дело:

— Мама говорила что-то о дочери почтенного господина Чэнь. Похоже, не обращая внимания на его возражения, она настояла на том, чтобы выйти замуж за учителя. Разве это не означает, что их отношения угасли? Как мог вайсун стать его преемником?

Цзян Цзинчуань взглянул на Су Янь.

— Дочь достопочтенного господина Чэнь родила хорошего сына. Лу Ян – вполне способный человек, которому нужны средства и есть навыки. Однажды я работал с ним над проектом за границей. Он во много раз лучше по сравнению с сыном почтенного господина Чэнь и его сунци. Почтенный господин Чэнь никогда в жизни не терпел неудачи. Конечно, он передаст семейный бизнес тому, кто сможет его поддержать.

С одной стороны, Су Янь слушала его, а с другой стороны, присматривалась к мужу. Она обнаружила, что обычно неразговорчивому Цзян Цзинчуаню было о чем поговорить, как только была упомянута эта сплетня. Большее общение должно усилить чувства; Су Янь продолжала задавать уточняющие вопросы:

— А как к этому относятся сын достопочтенного господина Чэнь и сунци?

Как и предполагала Су Янь, Цзян Цзинчуань действительно знал много сплетен. Конечно, его сплетни содержали только полезную информацию. Цзян Цзинчуань немного помолчал, прежде чем продолжить:

— Хотя почтенный господин Чэнь и достиг преклонных лет, он не стал с возрастом менее проницательным. Он решил обучить Лу Яна, и сам Лу Ян обладает высокими навыками. В семье Чэнь просто нет никого, кто был бы ему ровней.

Неизвестно, было ли это заблуждение Су Янь, но когда Цзян Цзинчуань произнес последнюю фразу, в его тоне прозвучало презрение, сопровождаемое насмешкой. Су Янь подумала, что сын достопочтенного господина Чэнь и сунци ни на что не годны. Иначе почему бы близкой паре хороших второстепенных карт остаться гнить?

— А что мне сегодня делать? — Су Янь официально перешла к главной теме. Как леди высокого ранга, она знала, что дипломатия не состоит в том, чтобы потакать себе в еде и питье и действовать как цветочная ваза, как это было в прошлом. Она всегда сама искала полезную информацию.

Трудно представить, какое утешение эти слова принесли Цзян Цзинчуаню. На предыдущие званые обеды он обычно ходил со своей секретаршей, но секретарша не была его женой. Если жена услышит какую-нибудь новость, они смогут потом обсудить ее.

— Просто следуй за мной, — дело не в том, что Цзян Цзинчуань не хотел, чтобы Су Янь много знала об этом, но он понимал, что это был первый раз, когда Су Янь сопровождает его на подобные мероприятия. Возможно, она к этому еще не привыкла.

***

Тем временем Шэнь Пэйжань стоял перед зеркалом, поправляя галстук. Ху Хан нерешительно шагнул вперед. Он стиснул зубы и сказал:

— Ты действительно идешь? Пэйжань, на этот раз для Сяо Янь это будет слишком. Если ты пойдешь туда, то она…

Ху Хан чувствовал, что даже если Су Янь была не права, если Шэнь Пэйжань намеренно столкнется с ней, от этой ситуации будет плохо только девушке. В конце концов, они были друзьями. Более того, даже несмотря на то, что Су Янь обычно была холодна, она не была плохим человеком. Он не мог позволить ей застрять в неловкой ситуации. Ху Хан не мог произнести оскорбительных слов, но Су Янь теперь была миссис Цзян. Поступок Шэнь Пэйжаня может запятнать ее репутацию. Шэнь Пэйжань показался Ху Хану психопатом, ему было трудно в это поверить.

Покачав головой, Шэнь Пэйжань сказал хриплым голосом:

— Я только хочу ее увидеть. Я не буду с ней разговаривать.

То, что мог придумать Ху Хан, естественно, пришло в голову и Шэнь Пэйжаню. Он искренне любил Су Янь. Даже если он с нетерпением ждал ее развода с Цзян Цзинчуанем, он бы не пошел и не сделал ей ничего плохого. Однако, после десяти дней отсутствия, он не мог пойти к ней и Цзян Цзинчуаню, чтобы встретиться с ней. Он находился в необычайно беспомощном положении. Он ничего не хотел делать, он просто хотел увидеть ее, вот и все.

Он и представить себе не мог, что окажется таким бесчестным. Даже если она ему нравится, она уже замужем. Неужели он все еще хочет нагло соблазнить ее? Вначале он подавил свой гнев и глубокую боль и ушел. Он думал, что отпустил ее, но потом, стоило ему взглянуть на нее снова, его разум рухнул.

Ху Хан не мог видеть Шэнь Пэйжаня в таком состоянии. Он похлопал его по плечу, а затем искренне сказал:

— Пэйжань, братец. Хотя некоторые слова и неприятно слышать, я должен их произнести. Сяо Янь — это хорошо, но как насчет семьи Цзян? Она не сможет уйти, даже если захочет. Будет лучше, если ты найдешь кого-то другого. Я думаю, что она не сможет оставить свой брак. Не трать впустую свои чувства и время. Если ты действительно будешь возиться с ней, то, боюсь, когда придет время, ты понесешь потери.

Лицо Шэнь Пэйжаня исказилось. Он ничего не ответил.

***

Атмосфера в машине между Су Янь и Цзян Цзинчуанем была очень гармоничной. Она притворилась расстроенной и спросила:

— Я не была с тобой на таких мероприятиях. Узнают ли меня остальные?

На самом деле этот вопрос был очень глупым. Су Янь тоже знала это, но ничего не могла с этим поделать. Чтобы сблизиться с мужчиной, нужно было не только вступать в телесный контакт, но и научиться разговаривать с ним. Это было очень неприятно, она и Цзян Цзинчуань знали друг друга уже несколько дней, но она даже не знала, что ему нравится. Эти два человека часто сталкивались с неловким молчанием, оставаясь наедине.

В прошлом Су Янь была образцом элиты, хладнокровия и элегантности. Внезапно услышав такой вопрос, Цзян Цзинчуань был удивлен. Однако, обмениваясь словами, он стал немного ближе к ней.

— Суй Шэн уже распространил эту новость. Сегодня все уже знают, что я приведу с собой госпожу Цзян.

Услышав, как Цзян Цзинчуань упоминает чье-то имя, она не могла понять, знала ли предыдущая Су Янь этого Суй Шэна. Однако она ясно поняла, что тема обращения может быть расширена еще больше. Она озадаченно спросила:

— Суй Шэн?

Цзян Цзинчуань посмотрел на нее:

— Когда ты приехала за мной в тот день, ты должна была видеть его, верно? Он был там, — он вдруг подумал, что, возможно, Су Янь не помнит, кто такой Суй Шэн. Раньше она видела его только на свадьбе.

Су Янь тут же вспомнила Суй Шэна. Казалось, что отношения Суй Шэна и Цзян Цзинчуаня были довольно хорошими. Она спросила:

— Он придет сегодня?

Поскольку он был хорошим другом Цзян Цзинчуаня, естественно, в этих событиях шансы на встречу были очень высоки.

— Да. Он обязательно придет.

Получив подтверждение, Су Янь заправила прядь волос за ухо.

— Я слишком торопилась в тот день, — с улыбкой сказала она, — Поэтому не могла поздороваться с ним как следует.

Цзян Цзинчуань не возражал. Поведение Цзян Цзинчуаня сделало Су Янь еще более уверенной. Этот Суй Шэн был очень близким другом Цзян Цзинчуаня. Отношения с друзьями мужа должны быть тщательно сбалансированы. Они не должны быть слишком близки и в то же время не слишком далеки. При дальнейшем размышлении она вспомнила, что отношения предыдущей владелицы тела были очень холодными даже с мужем, и еще более холодными с его друзьями.

Позже ей нужно будет как следует освежить добрые чувства с Суй Шэном. Иметь дополнительную поддержку было не лишним. В случае, если завтра Цзян Цзинчуань вступит в конфликт с ней, Суй Шэн, возможно, поможет, сказав несколько слов в ее пользу. В любом случае, Су Янь не хотела ошибаться даже в самых незначительных деталях.

Глава 18. Я говорю только правду.

На первый взгляд казалось, что люди в зале только поднимают тосты и веселятся, но в каждом их слове таилось скрытое желание собрать информацию.

Шэнь Пэйжань прибыл давным-давно и пил вино в одиночестве в углу. Он уже несколько пожалел о своем поспешном решении, он не понимал, почему был так импульсивен. Даже если бы семья Шэнь использовала все свои силы, чтобы продвинуться в жизни, они все равно не смогли бы сравниться даже с частью семьи Цзян. Он не мог получить даже приглашение на эту вечеринку. Однако сунци почтенного господина был его близким другом, поэтому Шэнь Пэйжань воспользовался этой связью.

Осмотревшись по сторонам, Чэнь Минсюань, наконец, нашел Шэнь Пэйжаня. Он подошел к нему и встал сбоку. Чэнь Минсюань глубоко вздохнул и одним глотком осушил свой бокал вина. Глядя в определенном направлении, он злобно выругался себе под нос:

— Я не ожидал, что старый хрыч окажется таким безжалостным!

Шэнь Пэйжань пришел в себя, но не знал, как утешить его. Он не был хорошо знаком с Лу Яном и видел его всего несколько раз. С объективной точки зрения он мог понять решение достопочтенного господина Чэнь. Лу Ян был способным человеком. Он начал свое собственное предприятие, когда еще учился в университете. Хотя это была небольшая компания, она обладала высокими стандартами и имела прочную основу. Глядя на Чэнь Минсюаня, можно сказать, что, хотя он учился в зарубежном вузе, он ничему не научился. Целыми днями он дурачился с разными подозрительными личностями. Он был талантливым человеком до того, как уехал за границу, теперь же он деградировал, и как личность стал весьма мрачным.

Но Чэнь Минсюань явно не хотел искать утешения у собеседника. Выругавшись на именинника и Лу Яна, он вспомнил о главном и спросил:

— Почему тебя так заинтересовал банкет по случаю дня рождения старого пердуна?

Чэнь Минсюань был очень добр к своим друзьям, даже несмотря на свои откровенные недостатки. Шэнь Пэйжань быстро отвел глаза. Об отношениях между ним и Су Янь знали только Ху Хан и несколько его близких друзей. Их рты были очень плотно закрыты. Чэнь Минсюань был другим. Шэнь Пэйжань не был глуп; он не хотел навлекать неприятности на себя и Су Янь. Помолчав несколько секунд, он рассмеялся:

— Ну, у меня было свободное время и я бездельничал, поэтому решил прийти сюда и посмотреть.

Эта причина казалась надуманной, но Чэнь Минсюань больше не задавал вопросов. Немного поболтав с Шэнь Пэйжанем, он отправился в другое место.

Лу Ян тоже заметил эту сцену. Ему было наплевать на Чэнь Минсюаня, но он боялся, что этот бесполезный братец вызовет некоторые проблемы после того, как выпьет лишнего, поэтому он послал человека, чтобы присмотреть за ним.

В это время поспешно подошел помощник Лу Яна и прошептал:

— Господин Цзян прибыл.

Лицо Лу Яна приняло серьезное выражение. Он неосознанно поправил одежду. Они были старыми знакомыми с Цзян Цзинчуанем. Теперь, когда он собирался принять бразды правления, все связи и бизнес из рук своего деда, он был полон уверенности и знал, что ему неизбежно придется иметь дело с этими людьми. Если бы ему удалось построить хорошие отношения с Цзян Цзинчуанем, его дальнейший путь был бы более комфортным. Самое главное, он считал, что Цзян Цзинчуань также нуждается в этом союзе.

— Ах да, господин Цзян привел с собой женщину. Это должна быть сама госпожа Цзян, — добавил его помощник.

Лу Ян кивнул, показывая, что понял, и с улыбкой направился к выходу.

Когда Су Янь появилась в зале, держа Цзян Цзинчуаня под руку,они быстро привлекли взгляды почти всех присутствующих. Даже когда Лу Ян заметил Су Янь, он был неизбежно ошеломлен на несколько мгновений; однако он быстро оправился и подошел, чтобы приветствовать их. Он с улыбкой протянул руку Цзян Цзинчуаню:

— Цзинчуань, давно не виделись.

Цзян Цзинчуань взял его руку и пожал ее, на его лице тоже появилась легкая улыбка:

— Давно не виделись, поздравляю.

Лу Ян не мог удержаться от смеха:

— Неправильно, сегодня день рождения моего дедушки. Ты должен поздравить его.

Некоторые люди, которые могли говорить с Цзян Цзинчуанем, подошли поприветствовать его. Су Янь уже привыкла к подобным ситуациям. Она держала мужа под руку и улыбалась подобающим образом. Цзян Цзинчуань похлопал ее по руке и сказал Лу Яну:

— Я забыл представить ее тебе. Это моя супруга. Ее здоровье раньше было не очень хорошим, поэтому она выздоравливала дома.

Лу Ян понял, что Цзян Цзинчуань официально вывел свою жену на публику. Госпожа Цзян отличалась от других женщин – сопровождающих. Он протянул руку, чтобы выразить должное уважение:

— Здравствуйте, госпожа Цзян. Я – Лу Ян. Мы с Цзинчуанем учились в одной школе.

Су Янь знала, что другие люди наблюдают за ней, но она не нервничала. Естественно и с большим самообладанием она нежно пожала руку Лу Яна, а затем быстро отпустила ее:

— Здравствуйте, господин Лу Ян.

Когда все заметили Су Янь, они были удивлены. Раз госпожа Цзян такая красивая, почему господин Цзян не приводил ее раньше? Может быть, ее здоровье и в самом деле не очень хорошее? Тогда кто же пустил слухи о том, что внешность госпожи Цзян настолько посредственная, что практически граничит с уродством? Если внешность госпожи Цзян была посредственной, то никто больше не заслуживал жизни.

На самом деле Лу Ян хотел еще немного поговорить с Цзян Цзинчуанем, но он не должен был забывать, что это день рождения его дедушки. Его действия неизбежно заставят деда сформировать собственное мнение. В результате, сказав несколько фраз, он пошел встречать других гостей. Все отметили поведение Лу Яна и немного лучше поняли решение достопочтенного господина Чэнь. Человек, который знает, когда наступать, а когда отступать, и имеет чувство приличия, может быть единственным достойным наследником, который будет выполнять обязанности семьи Чэнь.

Когда Лу Ян ушел, Цзян Цзинчуань повел Су Янь дальше. Даже если другие хотели воспользоваться этой возможностью, чтобы выслужиться перед ним, у них хватило проницательности. Они знали, что Цзян Цзинчуань был нетерпелив, поэтому никто не осмелился пойти туда случайно и нарваться на презрительный ответ.

Су Янь знала, что сегодня она пришла сюда как цветочная ваза.  Очевидно, минуту назад ее выступление было очень хорошим, в конце концов, Лу Ян был ошарашен, посмотрев на нее. Она взглянула на Цзян Цзинчуаня, наклонилась к его уху и прошептала, хихикая:

— Муженек, как я себя сейчас вела?

Теплое дыхание рядом с его ухом принесло легкий аромат. От него распространилось тепло и легкий зуд по всему телу. Он и сам не заметил, что выражение его лица стало гораздо более радостным. Цзян Цзинчуань намеренно понизил голос:

— Ты только произнесла одну фразу, как я должен судить?

— Хмм ... — Су Янь внутренне рассердилась: этот человек, если бы он не был красивым и богатым, то остался бы холостяком до конца своих дней!

Цзян Цзинчуань заметил, что Су Янь немного раздражена.

— Что касается комплиментов, то я уже сделал их до того, как мы прибыли сюда.

Су Янь вспомнила, что в то время он действительно хвалил ее красоту. Она неизбежно возгордилась собой и начала притворяться:

— Я не знаю, правду ты говорил или ложь.

Хотя прошло совсем немного времени с тех пор, как они начали ладить, Цзян Цзинчуань полностью принял ее изменения. Он не был шокирован или растерян, как раньше. Он поколебался, прежде чем сказать:

— Я говорю только правду.

Несмотря на то, что этот ответ не был официальным стопроцентным согласием, Су Янь все же неохотно приняла его. Ждать, что Цзян Цзинчуань скажет ей несколько ласковых слов? Забудьте об этом, все равно флиртовать придется ей одной.

Су Янь никого не замечала с тех пор, как пришла, не говоря уже о Шэнь Пэйжане, которого было трудно разглядеть. Взгляд Шэнь Пэйжаня был прикован к ней все это время. После того, как он увидел близость между ней и Цзян Цзинчуанем, как они болтали, не обращая внимания на других, он не мог вынести этого и почти был готов броситься прямо к ней и допрашивать ее. К счастью, у него еще оставалось немного здравого смысла. Он холодно посмотрел на Су Янь, выражение его глаз было довольно сердитым... и несчастным. Он ничего не понимал. Они поругались всего один раз — почему она стала такой?

С другой стороны, Ван Сыци тоже наблюдала за выражениями лиц этих троих людей. Сейчас она не пошла к ним навстречу. Она неожиданно почувствовала себя неполноценной, Су Янь уже опередила ее, и она не хотела думать об этом. К завтрашнему дню все деловые круги города будут знать, насколько красива супруга Цзян Цзинчуаня и насколько хороши их отношения. Слухи о том, что госпожа Цзян выглядит посредственно, уже развеялись.

Мужчина рядом с Ван Сыци был ее старым другом, с которым она выросла. Увидев эту сцену, он усмехнулся:

— Это действительно хорошее шоу. Просто направь к ним человека по имени Шэнь, и в этот момент Су Янь не сможет никому посмотреть в лицо. Я серьезно. Возможно, развод, о котором ты мечтала, произойдет гораздо быстрее, чем ты думаешь. Будет ли Цзян Цзинчуань терпеть интрижку своей жены?

— Заткнись! — вполголоса упрекнула собеседника Ван Сыци, ее лицо было мрачным, — Кто такая Су Янь? Ситуация очень серьезная.

Су Янь не о чем было беспокоиться, но если люди снаружи узнают, что у госпожи Цзян был роман, кто пострадает больше всего? Ван Сыци не могла позволить ревности ослепить ее. Она посмотрела на Шэнь Пэйжаня. У нее уже был план действий.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 19. Я предпочитаю, чтобы другие обращались ко мне «госпожа Цзян»

Шэнь Пэйжань бессознательно шагнул в сторону Су Янь.

Цзян Цзинчуаню вообще не нужно было обмениваться любезностями с другими людьми. Всякий раз, когда он сталкивался со знакомыми, он не забывал представить им Су Янь. Зная, что это был первый раз, когда она посещает такое мероприятие и не знает многих людей, он не мог бросить ее. Суй Шэн подошел со своей партнершей, улыбаясь во весь рот, и сказал, подмигнув:

— Похоже, сегодня кое-кто наконец почувствовал гордость и ликование.

Су Янь выглядела так, словно не могла понять его слова; улыбка на ее лице не потускнела ни на йоту. С другой стороны, партнерша Суй Шэна не могла оторвать взгляда от Су Янь.

Цзян Цзинчуань не разозлился на слова Суй Шэна, но и не собирался отвечать. Он лишь слегка улыбнулся.

«Он снова ведет себя как претенциозный придурок», — Суй Шэн внутренне ругал Цзян Цзинчуаня. Когда он слегка повернул голову, то заметил пристальный взгляд своей партнерши. Его лицо помрачнело, он понизил голос:

— Разве ты не знаешь, как обращаться к человеку? Это госпожа Цзян.

Женщина вздрогнула. Она поняла, что он предупреждает ее, поспешно наклонила голову и тихо сказала:

— Госпожа Цзян.

Су Янь изначально не планировала спорить с ней. Услышав то, что было сказано, она просто великодушно улыбнулась и не приняла это близко к сердцу. Суй Шэн внимательно следил за выражением ее лица. Заметив, что Су Янь действительно не обиделась, его тон уже не был таким холодным, как раньше:

— В прошлом Цзян Цзинчуань всегда был один. Теперь все хорошо, и я ужасно завидую.

Выражение лица Цзян Цзинчуаня было довольно беспомощным. Он понизил голос, чтобы Суй Шэн услышал:

— Сегодня ты вышел, не приняв лекарства.

Су Янь это позабавило. Держа Цзян Цзинчуаня за руку, она смеялась, опираясь на его плечо. Это движение было интимным, но не казалось преднамеренным – это было просто правильно. Цзян Цзинчуань уже начал понемногу привыкать, поэтому выражение его лица не изменилось. Суй Шэн посмотрел на него и удивился. Он намеренно вздохнул с сожалением:

— В итоге я съел достаточно собачьего корма на 80 лет вперед. Я лучше пойду!

Женщина рядом с ним не могла вставить ни слова. Конечно, она знала, что не имеет права говорить. Если бы партнершей Цзян Цзинчуаня была не Су Янь, а его секретарша или кто-то еще, она могла бы сказать несколько слов. Теперь она стояла перед госпожой Цзян. Как она могла быть настолько смелой, чтобы поддаться порыву? У нее не было другого выбора, кроме как продолжать быть фоном на заднем плане.

Когда атмосфера стала подходящей, Су Янь сказала соответствующим образом:

— На днях я слишком спешила и не поприветствовала вас должным образом.

Суй Шэн не был близко знаком с Су Янь, а Цзян Цзинчуань не говорил о ней в прошлом. Тем не менее, он знал, что, хотя Су Янь не была такой некрасивой, какой ее рисовали слухи, кое-что все-таки соответствовало истине – разговоры о том, что никаких эмоций между супругами нет. Раньше Суй Шэн считал, что именно отказ Цзян Цзинчуаня жениться привел к такому результату, но теперь оказалось, что это не так. По крайней мере, с его точки зрения, если бы Су Янь захотела, она могла бы легко завоевать Цзян Цзинчуаня.

Однако теперь казалось, что отношения между супругами постепенно менялись к лучшему. Улыбка на лице Суй Шэна стала еще более ослепительной:

— У нас будет много шансов встретиться в будущем.

— О чем ты так счастливо говоришь? — Ван Сыци подошла с бокалом вина и продолжила с улыбкой: — Преувеличенный смех Суй Шэна можно услышать издалека.

Когда Суй Шэн увидел, что новоприбывший — это Ван Сыци, его улыбка померкла. Перемену в выражении его лица невозможно было скрыть. Су Янь задумалась: Суй Шэн не очень любил эту женщину, не так ли? Кто она?

Пока Су Янь гадала, Ван Сыци улыбнулась ей:

— Молодая госпожа Су, мы встречались на свадебной церемонии. Давно не виделись.

Су Янь обнаружила что-то подозрительное в течение нескольких секунд. Другие люди называли ее госпожой Цзян. Эта женщина, очевидно, знала Цзян Цзинчуаня и также знала ее. Так почему же она не назвала ее госпожой Цзян, а назвала госпожой Су? Проблемы, проблемы. Женщины обычно были такими, когда ревновали. Почему эта женщина ревнует? Скорее всего, из-за Цзян Цзинчуаня.

До тех пор, пока мужчина был могущественным, недостатка в женщинах у него не было. Не успеет один плод упасть, как на ветке созревает другой. Су Янь уже привыкла к этому. Она не собиралась напрямую скрещивать мечи с этой женщиной; вместо этого она посмотрела на Цзян Цзинчуаня.

После этих дней, проведенных вместе, Су Янь поняла, какие отношения были у первоначальной хозяйки тела с окружением Цзян Цзинчуаня. Отношения с членами семьи Цзян были не особенно теплыми, не говоря уже о друзьях. Поэтому, когда она делала вид, что не помнит и не узнает эту женщину, это было вполне нормально.

Цзян Цзинчуань с готовностью понял намек и прошептал:

— Это госпожа Ван, Ван Сыци. Она моя подруга.

После этого Цзян Цзинчуань посмотрел на Ван Сыци и слегка поправил ее:

— Теперь она госпожа Цзян. Не называй ее снова неправильно.

На самом деле Ван Сыци называла ее молодой госпожой Су не зря, другие тоже могли называть ее так; но сегодня они были обязаны называть ее госпожой Цзян. Не то чтобы Ван Сыци не понимала, что совершает элементарную ошибку, но она не могла себя контролировать. Теперь, когда она услышала эти слова от Цзян Цзинчуаня, она насмешливо улыбнулась и больше ничего не сказала. С другой стороны, Суй Шэн, наблюдая за обеими сторонами, ухмыльнулся. Его лицо было полно презрения.

Су Янь взяла Цзян Цзинчуаня за руку и ласково улыбнулась Ван Сыци:

— Здравствуйте, госпожа Ван. Хотя госпожа Су звучит более молодо, тем не менее, я предпочитаю, чтобы другие называли меня госпожой Цзян. Если вы не возражаете, вы также можете называть меня прямо по имени.

Получив легкий отпор, Ван Сыци все еще улыбалась, но внутри она проклинала Су Янь с головы до ног. Она выдержала и кивнула:

— Да, госпожа Цзян.

Суй Шэн чуть не расхохотался, он радостно сказал:

— Госпожа Цзян гораздо приятнее слышать. Верно, Цзинчуань?

Цзян Цзинчуань не обратил никакого внимания на выражение лица Ван Сыци. Все, о чем он мог думать, были слова, которые только что произнесла Су Янь. Она предпочитала, чтобы другие называли ее госпожой Цзян? Цзян Цзинчуань не смог удержаться от улыбки:

— Да.

Да, госпожа Цзян. Он оглядел собравшихся в зале, думая про себя: «эти люди осмеливаются говорить о чувствах между мужем и женой за их спинами и смеют втайне смеяться, когда я приводил свою секретаршу».

Ван Сыци думала, что Су Янь достигла новых высот бесстыдства. Как она может быть достойна Цзян Цзинчуаня? Должно быть, она умоляла, чтобы ей позволили выйти за него замуж. Эта Су Янь явно жульничала, и у нее все еще хватало наглости, чтобы изображать госпожу Цзян перед ней.

Видя, что цвет лица Ван Сыци испортился, Су Янь смеялась про себя. В любом случае, она твердо верила, что если другие оставят ее в покое, она оставит в покое их, если другие оскорбят ее, она оскорбит их так же. Если ей не позволят быть счастливой; она не позволит и этому человеку жить счастливо.

Ван Сыци была сердита и раздражена, но когда она взглянула на Шэнь Пэйжаня, который стоял неподалеку, она почувствовала, что не все еще потеряно. Просто позволим Су Янь немного попрыгать вокруг, в конце концов, ей придется покинуть сцену и положение госпожи Цзян.

Шэнь Пэйжань весь вечер ждал возможности провести некоторое время наедине с Су Янь, но Цзян Цзинчуань ни разу не отходил от нее, у него просто не было возможности поговорить с ней.

Хотя он думал о Су Янь, он не забыл, что это было за событие. Несмотря ни на что, Цзян Цзинчуань был ее мужем. Если он будет действовать опрометчиво, то репутация Су Янь сильно пострадает. Думая об этом, Шэнь Пэйжаню ничего не оставалось, как терпеть, его грудь наполнялась тоской, когда он молча смотрел на нее.

Почтенный господин Чэнь серьезно представил Лу Яна всем присутствующим. Все знали, что с сегодняшнего дня семья Чэнь собирается сменить своего хозяина. Лица сына почтенного господина и сунци были очень темными.

Су Янь стояла рядом и смотрела, как Лу Ян произносит речь на сцене. Время от времени, следуя за толпой, она хлопала в ладоши, чтобы подбодрить его. Честно говоря, она действительно восхищалась им. Хотя он и был вайсуном, и у него была совершенно другая фамилия, все же ему неожиданно удалось захватить власть у дяди и его сына – этот человек определенно не был обычным.

После окончания банкета Су Янь вышла из зала вместе с Цзян Цзинчуанем. Как только они направились к лифту, она увидела, что Цзян Цзинчуань внезапно остановился. Он бесстрастно смотрел вперед. Не зная, зачем он это сделал, Су Янь тоже проследила за его взглядом.

Неподалеку стоял человек с внушительной осанкой. И он смотрел прямо на нее.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 20.1 Сяо Янь, я хочу обладать тобой

Сердце Су Янь громко забилось. У нее вдруг появилось зловещее предчувствие: выражение лица Цзян Цзинчуаня выглядело не очень хорошо. И этот человек продолжал смотреть на нее, а значит он знал предыдущую владелицу тела. Она подумала о Шэнь Пэйжане. Столкнувшись с такой ситуацией, она не хотела делать необоснованных предположений, поэтому успокоилась, слегка сжала руку супруга и прошептала:

— Муженек, что случилось?

Цзян Цзинчуань посмотрел на Су Янь. Он обнаружил, что на самом деле не может видеть ее насквозь. Даже если он не разговаривал с ней раньше, он чувствовал, что все еще мог понять, о чем она думает. Теперь все изменилось. Он не понимал, как она могла притворяться такой?  Очевидно, этот человек стоял прямо перед ними, но она все еще была спокойна, как будто видела незнакомца. Уголок рта Цзян Цзинчуаня дернулся, его тон стал двусмысленным:

— Не хочешь подойти и поздороваться?

Как только эти слова были произнесены, предчувствие в сердце Су Янь стало еще сильнее, но у нее не осталось времени ни на анализ, ни на догадки. Она улыбнулась Цзян Цзинчуаню:

— Что?

Цзян Цзинчуань больше не стал говорить и отвел глаза. Он спокойно шагнул вперед по направлению к лифту.

Беспомощно наблюдая, как Су Янь подходит все ближе и ближе, Шэнь Пэйжань торопливо отступал все дальше и дальше. Но он остановился, увидев странное выражение в ее глазах. Она быстро взглянула на него, затем продолжила смотреть на Цзян Цзинчуаня. Каким бы спокойным ни был Шэнь Пэйжань, увидев странное выражение лица своей возлюбленной, он запаниковал и не смог удержаться, чтобы не шагнуть вперед. В то же время Су Янь проскользнула мимо него, держа Цзян Цзинчуаня за руку. За этот короткий промежуток времени она не уделила ему и доли секунды своего внимания.

Не то чтобы Шэнь Пэйжань не чувствовал себя неполноценным раньше, но в этом городе, какой человек был способен сохранить свою былую уверенность и силу перед Цзян Цзинчуанем? Хотя его семья также имела несколько предприятий и его уровень тоже был довольно хорошим, по сравнению с Цзян Цзинчуанем это все еще не считалось достаточным. Мужчины не похожи на женщин. Мужчин больше интересовали способности и финансовые возможности друг друга в различных областях. Шэнь Пэйжань просто не мог сравниться с Цзян Цзинчуанем, да и не смел пытаться. Поэтому вначале он просто не верил в искренность Су Янь.

Однако Су Янь постепенно убедила его. Он начал верить, что, как бы ни был хорош Цзян Цзинчуань, Су Янь не удостоит его и взгляда. Она никогда не упоминала о Цзян Цзинчуане в его присутствии, но она не могла избежать ссоры с ним из-за своего брака. Она твердо заявила, что, когда представится такая возможность, непременно разведется.

Не то чтобы у Шэнь Пэйжаня был недостаток в женщинах, бросающихся на него; но с самого начала и до конца он даже не смотрел на других, потому что доверял Су Янь, любил ее. Поэтому он был готов стать самым постыдным, самым некомпетентным третьим лицом. Да, Шэнь Пэйжань признавал, что он был третьим лишним в их браке, но что с того?

Су Янь не любила Цзян Цзинчуаня. Их брак не соответствовал ни их чувствам, ни их сердцам. Шэнь Пэйжань никогда не сомневался в искренности Су Янь, но сейчас, когда перед его глазами разыгралась эта сцена, это было еще невыносимее, чем получить пощечину на публике.

Когда Шэнь Пэйжань пришел в себя, Цзян Цзинчуань и Су Янь уже вошли в лифт. Дверь постепенно закрывалась. Наконец, как будто время замерло, его взгляд точно упал на Су Янь, держащую Цзян Цзинчуаня за руку и улыбающуюся ему. Ее глаза были наполнены счастьем.

Глаза Шэнь Пэйжаня покраснели от раздражения – он просто больше не заботился ни о репутации, ни о причине. Он изо всех сил нажал на кнопку лифта. Однако, в конце концов, он не мог ждать, поэтому развернулся и побежал в направлении аварийной лестницы. Он продолжал отчаянно бежать и задыхался к тому времени, когда добрался до парковки. Гнев и обида в его сердце ничуть не уменьшились.

Су Янь все еще была озадачена и смущена, но не могла спросить. У нее не было другого выбора, кроме как притвориться, что все в порядке. Только она подошла к машине Цзян Цзинчуаня, как вдруг почувствовала, что кто-то тянет ее назад. На какое-то время у нее закружилась голова, а когда она сумела среагировать, ее руку уже держал кто-то другой. Она испуганно вскрикнула. Цзян Цзинчуань быстро подошел большими шагами и, не задумываясь, оттолкнул Шэнь Пэйжаня и потянул Су Янь за себя, чтобы защитить ее. Цзян Цзинчуань нахмурился, и его тон упал до точки замерзания:

— Что ты делаешь?

Глаза Шэнь Пэйжаня были красными, но, глядя на Су Янь, прячущуюся за Цзян Цзинчуаня, его грудь переполнили эмоции. Наконец ему удалось взять себя в руки, но его голос слегка дрожал:

— Сяо Янь, разве ты должна прятаться от меня?

Су Янь сказала себе, что это нехорошо. Этот человек был действительно Пэйжанем, не так ли? Ей показалось, что на нее вот-вот выльется большой горшок собачьего дерьма, и она не могла этого избежать. С одной стороны был ее муж, с другой — любовник первого тела... как же Су Янь хотела упасть в обморок в этот момент.

Цзян Цзинчуань слегка повернул голову, чтобы посмотреть на Су Янь. Он заметил, что она опустила голову, словно притворяясь мертвой; он не мог видеть, какова была ее действительная реакция. Затем Шэнь Пэйжань двинулся вперед. Цзян Цзинчуань был вне себя от ярости.

— Могу я спросить, почему ты ищешь мою жену?

Шэнь Пэйжань не хотел драться с Цзян Цзинчуанем. Вместо этого он проигнорировал его и продолжил кричать Су Янь:

— Сяо Янь, что касается того дня, выслушай мое объяснение, хорошо?

Не было ничего странного в том, что Шэнь Пэйжань бежал абсолютно безудержно, потому что раньше отношения Су Янь с Цзян Цзинчуанем были немного лучше, чем между незнакомцами. У каждого из них было свое развлечение. Цзян Цзинчуань никогда не вмешивался в жизнь Су Янь.

Су Янь не хотела знать, что именно произошло в тот день, она только знала, что если она не заговорит, то последствия будут очень серьезными, особенно теперь, когда взгляд Цзян Цзинчуаня стал темнее, чем дно горшка. Она сказала так спокойно и отстраненно, как только могла:

— Извините, я сейчас занята. У меня нет времени.

Может быть, это ей только показалось, но когда она произнесла эти слова, морозный воздух вокруг Цзян Цзинчуаня немного рассеялся.

Шэнь Пэйжань не мог поверить своим ушам; он недоверчиво посмотрел на нее. Как только он бросился к ней, терпение Цзян Цзинчуаня лопнуло. Он с силой оттолкнул его и сказал, нахмурив брови:

— У нас с женой есть дела. Прошу вас вести себя достойно.

Слова Цзян Цзинчуаня отрезвили Шэнь Пэйжаня. Перед Цзян Цзинчуанем у него не было ни уверенности, ни энергии. Отношение Су Янь в сочетании со словами Цзян Цзинчуаня уже заставили самооценку Шэнь Пэйжаня упасть на самое дно. Он немного помолчал, а потом решил разбить горшок вдребезги, потому что он уже треснул. Во всяком случае, он уже начал говорить. Судя по поведению Цзян Цзинчуаня минуту назад, он знал о его существовании, а значит, ему больше не нужно было притворяться.

— Господин Цзян, я знаю, что вы с Сяо Янь были вынуждены пожениться. До вас мы с Сяо Янь были вместе. Если бы ваши с ней отношения были хорошими, я бы здесь точно не появился. Господин Цзян, поскольку между вами и Сяо Янь нет никаких чувств, почему бы не освободить ее пораньше? — если бы Шэнь Пэйжань рассуждал трезво, он, скорее всего, не произнес бы этих слов. Однако близость между Цзян Цзинчуанем и Су Янь заставила его нервничать, а ее холодное и отстраненное поведение по отношению к нему вообще лишало Шэнь Пэйжаня способности думать спокойно.

Если бы это было возможно, Су Янь действительно хотела умереть. Наконец-то ей стало ясно, что происходит. Этот человек! Ей очень хотелось схватить этого Пэйжаня за шиворот и завыть от ярости: «Почему ты сделал такую ошибку?»

Как можно говорить такие слова перед ее супругом. Независимо от того, какие отношения были между первоначальной владелицей тела и Цзян Цзинчуанем, эти слова были просто неприемлемы!

Цзян Цзинчуань холодно посмотрел на Шэнь Пэйжаня. На первый взгляд казалось, что с его эмоциями все в порядке, но на самом деле обе его руки уже были сжаты в кулаки.

Су Янь постоянно замечала перемены в настроении Цзян Цзинчуаня. С первого взгляда она поняла, что это нехорошо. Что бы сейчас ни сказал Цзян Цзинчуань, это было бы неуместно – это только навредило бы. Су Янь остро осознавала, что ее действия будут иметь прямую связь с тем, сумеет ли она сохранить результаты своих усилий всех этих дней. Несмотря ни на что, она была раздражена до смерти. Было очень трудно наладить отношения между ними! Если это случится, вся ее тяжелая работа пойдет прахом!

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 20.2 Сяо Янь, я хочу обладать тобой

Не то чтобы Су Янь раньше не думала о выгодах связи с Шэнь Пэйжанем. Она не была дурой. Но, посмотрев на поведение Цинь Сюань и Цинь Цзэюя, она пришла к выводу: поскольку семьи Су и Цинь возлагали на нее все свои надежды, если бы финансовые ресурсы и влияние Шэнь Пэйжаня могли конкурировать с влиянием Цзян Цзинчуаня, первоначальная владелица тела не была бы выдана замуж в семью Цзян.

Причина, по которой она вышла замуж за Цзян Цзинчуаня, должно быть, заключалась в том, что Шэнь Пэйжань и Цзян Цзинчуань были совершенно несравнимы.

Что касается этого человека, Су Янь просто не собиралась о нем беспокоиться. Но теперь он не только стучался в ее дверь, но и угрожал ее благополучной жизни. Даже если он был любовью предыдущей владелицы тела, и она не имела права вмешиваться, она также не собиралась быть настолько доброй.

С такими мыслями Су Янь вышла из-за спины Цзян Цзинчуаня. Она посмотрела на Шэнь Пэйжаня. Надо отдать ему должное, этот парень был довольно красив, но с Цзян Цзинчуанем они просто были в разных категориях. Цзян Цзинчуань выглядел как способная и зрелая социальная элита, в то время как Шэнь Пэйжань выглядел скорее, как ученик, который все еще обладает детской невинностью. Су Янь быстро заготовила несколько слов и фраз, прежде чем сказать твердым, низким голосом:

— Прошу вас не говорить таких слов. Отношения между мной и моим мужем очень хорошие. Если вам больше нечего сказать, мы уходим.

Цзян Цзинчуань пристально посмотрел на нее, но ничего не сказал. Шэнь Пэйжань ошеломленно уставился на Су Янь. Его голос уже не был таким дерзким, как в разговоре с Цзян Цзинчуанем. Он выглядел так, будто потерял свою душу:

— Сяо Янь…

Су Янь не хотела комментировать ошибки первоначальной хозяйки тела, потому что она была посторонней и не знала чувств между предыдущей Су Янь и Шэнь Пэйжанем. Поэтому она не могла сочувствовать, не говоря уже о том, чтобы жалеть его. Ее разум был полон мыслей о том, что Цзян Цзинчуань будет думать о ней и как смягчить ущерб. Она знала, что подобные мысли эгоистичны. В конце концов, возможность занять это тело уже была огромным преимуществом, но ей также придется сильно оттолкнуть человека, которого действительно любила прежняя хозяйка тела; однако у нее не было выбора. Если человек сам не заботится о себе, небо и земля просто уничтожат его. По крайней мере, в этот критический момент у нее не было другого выбора, кроме как думать о себе в первую очередь.

Цзян Цзинчуань также не хотел продолжать эту патовую ситуацию; он открыл дверь автомобиля и охранял Су Янь, когда она садилась. Затем он быстро сел в машину и выехал со стоянки, оставив ошеломленного Шэнь Пэйжаня позади.

***

Когда Ху Хан прибыл, он нашел Шэнь Пэйжаня сидящим в соседнем баре. Он не пил, просто смотрел на бокал с вином. Это был первый раз, когда Ху Хан видел его в таком состоянии. Зная Шэнь Пэйжаня много лет, он никогда не видел его таким подавленным. Ху Хан предположил, что это должно быть как-то связано с Су Янь. Он сел рядом с ним и осторожно спросил:

— Ты видел сегодня Сяо Янь?

Шэнь Пэйжань реагировал на полминуты медленнее. Через некоторое время он кивнул. Его голос был довольно пустым:

— Ху Хан, я сделал что-то не так?

Ху Хан не понимал, о чем он говорит.

— На самом деле, я не был в неведении относительно мыслей Цзяюй, — поделился с другом Шэнь Пэйжань.

Ху Хан был ошеломлен этой фразой. Он не мог поверить и переспросил:

— Что? Что ты сказал?

— Сяо Янь много раз говорила мне, что надеется, что я буду держаться на расстоянии от Цзяюй, но каждый раз я не обращал на это внимания. Я просто думал, какие у нее есть права, чтобы командовать мной; разве она не была замужем за Цзян Цзинчуанем? Я действительно любил Су Янь, иногда... — Шэнь Пэйжань не мог больше говорить. Он одним глотком осушил бокал вина и печально посмотрел вперед.

Ху Хан мог понять его. С детства Шэнь Пэйжань был весьма выдающимся. У него была состоятельная семья, хорошая успеваемость, и его самооценка не уступала никому. Сначала все были очень оптимистично настроены по отношению к нему и Су Янь. В конце концов, Су Янь вышла замуж за Цзян Цзинчуаня. Если это не пощечина, то что же тогда? Шэнь Пэйжань, конечно, стерпел ее брак, потому что любил ее, но он также внутренне негодовал. Любил Су Янь, но в то же время хотел причинить ей боль, чтобы дать ей почувствовать вкус его боли.

— Что именно произошло сегодня? — поинтересовался у приятеля Ху Хан.

Шэнь Пэйжань продолжал пребывать в ступоре и не ответил прямо, скорее, он спросил:

— Ху Хан, как ты думаешь, Сяо Янь простит меня? Я действительно люблю ее. Цзяюй уехала. Я буду держаться от нее подальше в будущем, тогда она будет снова разговаривать со мной?

Услышав его слова, Ху Хан был уверен, что Су Янь сегодня что-то сделала. Иначе почему Шэнь Пэйжань так подавлен?  Поскольку он не знал, что произошло, он мог только утешить его:

— Все будет хорошо. Ты так нравишься Сяо Янь. Конечно, она не будет игнорировать тебя.

Этих слов было недостаточно. Су Янь была богиней с детства. Как говорится, что белый лунный свет не исчезнет из сознания* большинства школьников. Даже Ху Хан влюбился в нее на втором курсе средней школы. Конечно, тогда он не посмел признаться. После средней школы Шэнь Пэйжань и Су Янь полюбили друг друга. Ху Хан, естественно, отпустил ее и относился к ней как к подружке своего младшего брата. Су Янь относилась ко всем нейтрально. Ей искренне нравился Шэнь Пэйжань, в противном случае, как бы она могла игнорировать такую личность, как Цзян Цзинчуань?

Ху Хан всегда думал, что Су Янь разведется с Цзян Цзинчуанем и выйдет замуж за Шэнь Пэйжаня. Он верил в это безоговорочно – до сих пор. Сейчас Шэнь Пэйжань больше всего нуждался в подобном утешении. Он прошептал:

— Что я должен сделать, чтобы заставить ее простить меня?

У Ху Хана действительно не было опыта в этой области, поэтому он не мог дать никакого полезного совета.

***

С другой стороны, Су Янь решила объясниться с Цзян Цзинчуанем, но, увидев, что он молча ведет машину в подавленном настроении, была вынуждена сдаться. Она решила подождать, пока они доберутся до дома, а потом осторожно поговорить с ним за закрытыми дверями. Если это не поможет, то придется выдавить из себя несколько слезинок.

Цзян Цзинчуань, вернувшись на виллу, сразу же отправился в свой кабинет. Да, он был зол. Любой, кто столкнулся бы с ситуацией, подобно сегодняшней, разозлился бы. Он не хотел обрушивать свой гнев на Су Янь, потому что знал: то, что сказал Шэнь Пэйжань, не было ошибкой. Он не хотел этого брака, и Су Янь также не хотела выходить за него замуж. Самое главное, что позиция Су Янь минуту назад уже ясно подтвердила это. В любом случае, Цзян Цзинчуань не хотел срываться на жене. Но это не означало, что у него не было сомнений или смущения. Как могла Су Янь спутаться с таким мужчиной?

В прошлом Су Янь никогда не сталкивалась с подобной ситуацией; не будет преувеличением сказать, что она была растеряна. К счастью, она все еще была уверена, что проблему надо решить. Она последовала за Цзян Цзинчуанем в его кабинет. Закрыв за собой дверь, она встала перед ним, прежде чем неуверенно произнести:

— Цзинчуань, тебе нечего сказать?

Поставив себя в невыгодное положение, Су Янь взяла на себя инициативу передать власть Цзян Цзинчуаню. Мужчина повернулся спиной к Су Янь, его голос был тяжелым:

— Ты все еще помнишь, что я сказал раньше?

Су Янь быстро подумала и тут же вспомнила, что он имеет в виду. Не так давно он сказал, что надеется, что она такая же, как он, и не будет обманывать в браке. Тогда, ничего не зная, она сразу же кивнула и согласилась. Разве сейчас ей это не выйдет боком? Даже если Цзян Цзинчуань осуждает ее, это было понятно. С точки зрения Су Янь, независимо от того, насколько сильно первоначальная владелица тела не хотела выходить за Цзян Цзинчуаня, независимо от того, насколько глубокими были чувства между ней и Шэнь Пэйжанем, в конце концов, она уже была замужем. Как муж, Цзян Цзинчуань имел полное право упрекать ее в содеянном.

Несмотря на то, что этот брак оставлял желать лучшего, поскольку они уже были связаны друг с другом, один должен был оказывать другому некоторое уважение.

Су Янь не знала, до какой стадии продвинулись отношения между первоначальной владелицей тела и Шэнь Пэйжанем, но не было никаких сомнений, что у этих двух людей абсолютно не было сексуальных отношений. Она полагала, что Цзян Цзинчуань знает об этом пункте. Подумав об этом, Су Янь внезапно почувствовала себя увереннее. Она шагнула вперед, взяв Цзян Цзинчуань за руку, и мягко сказала:

— Ранее я уже говорила тебе, что я исправила свои мысли о многих вещах. Даже если ты не веришь в это, я теперь действительно очень дорожу нашим браком и хочу стать хорошей женой.

Он должен ей поверить! Слова, которые она сказала, были очень искренними: Су Янь очень боялась потерять свою нынешнюю жизнь. Она была напугана, потому что прекрасно знала, что чувства Цзян Цзинчуаня к ней не были глубокими.

Естественно, в этом не было ничего странного; в конце концов, прошло не так уж много времени с тех пор, как они начали ладить. Мужчины были такими, если они не любили женщину, их сердца были очень жестокими. Честно говоря, когда Су Янь жила в Императорском гареме, она была в гораздо более опасной обстановке, чем сейчас, но она не боялась. Почему? Ей нечего было бояться из-за своей сильной поддержки; она знала, что верховный правитель любит ее. Обладать романтической любовью мужа было равносильно твердому контролю над ним. Кто мог знать об этом лучше, чем она?

Цзян Цзинчуань некоторое время молчал. Затем перед перед встревоженным лицом Су Янь он прошептал:

— Я давал тебе шанс.

«Что-что?»

Су Янь была смущена и не понимала, что имеет в виду Цзян Цзинчуань.

— Ты думала, я ничего не знаю о Шэнь Пэйжане? — одна фраза Цзян Цзинчуаня заставила сердце Су Янь подпрыгнуть к горлу.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 20.3 Сяо Янь, я хочу обладать тобой

«Он знал, что у его жены был любовник? Как он мог это терпеть?!»

— Хотя этот брак был не тем, чего я хотел, я намеревался поладить с тобой. Тем не менее, твое отношение оставалось прежним. Для меня было нормально сомневаться, поэтому я провел расследование. Я, конечно, понимал, что поступаю бессовестно, но не люблю, когда меня держат в неведении. Действительно, когда я узнал о Шэнь Пэйжане, я был в ярости. Однако я также подумал, что если ты поднимешь вопрос о разводе, то я не буду тебя останавливать. Я бы также дал тебе надлежащие алименты...

Когда Цзян Цзинчуань упомянул об этом, Су Янь была ошеломлена. Она не ожидала, что у него появятся такие мысли.

На самом деле прошло не так уж много времени с тех пор, как они начали ладить друг с другом, и она лишь поверхностно понимала его. Она знала, что после того, как он напился, и его голос звучал как заезженная пластинка, она чувствовала, что он был очень сильно обижен. Но неожиданно, что в отношении жены он был так великодушно спокоен — больше, чем любой другой человек.

Цзян Цзинчуань презирал принуждение других к чему-либо и также презирал игру с намерениями своей номинальной жены. В этом отношении он был более открытым.

— После того как Шэнь Пэйжань вернулся в Китай, ты искала его и снова встретилась с ним. Я знал. Я все это время ждал, что ты поднимешь вопрос о разводе. Ты, должно быть, думаешь, что если это так, то почему я не сделал первый шаг? Ты думаешь, я не знаю, почему ты вышла за меня? Как только я подниму вопрос о разводе, в каком положении окажешься ты? Думаешь, я не знаю?  Су Янь, как я уже говорил, даже если ты мне не веришь, я никогда не хотел заставлять тебя делать что-либо с самого начала.

Су Янь доверяла словам Цзян Цзинчуаня. С самого начала она верила в строгость Цзян Цзинчуаня в отношении его личной жизни. Что же почувствовал такой человек, как он, когда узнал, что его обманывает жена? Ни в коем случае нельзя было легкомысленно касаться сказанных им слов, даже упоминать их случайно.  Любит ли муж свою жену или нет, но когда дело доходит до измены, это недопустимо. Но Цзян Цзинчуань, напротив, ничего не сказал, ради кого бы он это сделал?

— Я дал тебе возможность поговорить о разводе с того момента, как мы поженились, и до той ночи. За последние полгода у тебя было много возможностей попросить развода, но ты этого не сделала. Более того, я не могу закрывать глаза на твою с Шэнь Пэйжанем связь, как в прошлом. Ты больше не просто моя жена по документам. Ты меня понимаешь? — Цзян Цзинчуань повернулся лицом к Су Янь, его тон и выражение лица были серьезными.

Естественно, Су Янь поняла, о чем он. Откровенно говоря, он уважал и охранял ее только потому, что она была госпожой Цзян. Кто бы она ни была, пока она носила это имя, Цзян Цзинчуань сделает это. Такова была роль мужчины по отношению к своей жене. Теперь все было по-другому: она была его женой не только номинально, но и по факту. В этот момент Цзян Цзинчуань надеялся стать с ней парой, что отличалось от предыдущей ситуации.

Учитывая произошедшие перемены, Цзян Цзинчуань не потерпит, чтобы в будущем она связалась с Шэнь Пэйжанем или любым другим мужчиной. Это было не только предостережением, но и напоминанием.

Су Янь знала, что этот момент был решающим. Если раньше они с Цзян Цзинчуанем прощупывали друг друга, то с сегодняшнего вечера все изменится. Сможет ли она завоевать романтическую любовь Цзян Цзинчуаня или нет, все зависело от ее следующих действий и слов – они были чрезвычайно важны.

Не было ни истерических ссор, ни равнодушной борьбы друг с другом за власть. Су Янь чувствовала, что Цзян Цзинчуань на самом деле растет в ее глазах. Под внимательным взглядом мужа Су Янь медленно и крепко обняла его. Она слегка склонила голову ему на грудь и тихо произнесла:

— Признаюсь, раньше я не отдавала свое сердце и отрицала то, что когда-то сделала. Как я уже сказала, я привела в порядок свои мысли по многим вопросам. Цзинчуань, я думаю так же как и ты. Ты мой муж не только по имени. Я хочу прожить с тобой прекрасную жизнь, создать с тобой семью. Конечно, я знаю, что ты можешь усомниться в том, что я сейчас говорю и делаю. Надеюсь, ты дашь мне шанс. Позволь мне доказать, что то, что я сказала сегодня — правда.

С тех пор как в детстве на ее глазах весь ее клан был уничтожен, она больше всего желала верховной власти, но в глубине души мечтала о стабильности. Это было довольно противоречиво. Она надеялась жить в комфорте; для этого ей требовалась стабильность, которая могла быть построена только на финансовой безопасности. Она много лет жила в Императорском гареме с комфортом и высоким положением. Она не стремилась к обычной или средней жизни.

Если человек вынужден надрываться ради еды, одежды, крова и транспорта, можно ли назвать подобную жизнь комфортной? По крайней мере, так думала Су Янь. Она никогда не избегала самых сокровенных желаний своего сердца. Теперь, в этом мире нет статуса, когда один человек ниже одного и выше десяти тысяч. Какой жизни она хочет? Чтобы каждый день кто-то готовил для нее деликатесы, чтобы гардероб был заполнен множеством различных видов одежды, и чтобы она могла покупать, покупать, покупать безудержно – вот чего она хотела.

Такую жизнь может дать ей Цзян Цзинчуань, и она была его женой по имени и в реальности. Хотя Су Янь обладала ничтожной моралью, она не считала необходимым проводить всю свою жизнь с мужчиной, за которого она вышла замуж или имела сексуальные отношения, просто наблюдая друг за другом. До тех пор, пока она полностью не поймет этот мир, она не собиралась расставаться с Цзян Цзинчуанем.

Услышав слова Су Янь, Цзян Цзинчуань, хоть и не был шокирован, но все еще чувствовал себя тронутым. Во-первых, потому, что он был воспитан так, что никоим образом не мог сорваться на жену. Во-вторых, поскольку он верил в Су Янь, у нее не было причин обманывать его. После более чем полугода брака стало ясно, что она довольно упрямая особа. Она презирала угождать ему, поэтому то, как она отнеслась к Шэнь Пэйжаню, должно было быть правдой.

С чего бы ему захотеть серьезно поговорить с Су Янь? Цзян Цзинчуань обнаружил, что на этот раз он намеренно проигнорировал Шэнь Пэйжаня, но это не означало, что проблемы не существует. Он хотел прояснить свою позицию и надеялся получить ответ.

— Су Янь, я не имею никакого права расследовать то, что произошло между тобой и Шэнь Пэйжанем в прошлом, в конце концов, мы с тобой не хотели становиться мужем и женой. Теперь, когда мы достигли соглашения, я надеюсь, что ты можешь пообещать мне одну вещь, — Цзян Цзинчуань бессознательно протянул руку и крепко обнял Су Янь. Это заставило ее понять, что он сдерживал себя раньше.

Су Янь подумала и поняла, что Цзян Цзинчуань скажет дальше, но она не стала разоблачать его. Она крепче прижала его к себе, а потом тихо сказала:

— Ты говори, а я буду слушать.

Цзян Цзинчуань несколько минут молчал. Он знал, что его просьба была разумной, но когда он собирался сказать это, то почувствовал себя совсем по-другому. В результате сегодняшней ситуации он внезапно осознал, что не был настолько глуп, чтобы не замечать Су Янь. По крайней мере, если она в будущем свяжется с Пэйжанем, он будет несчастен.

В последние годы Цзян Цзинчуань не испытывал никаких романтических чувств. Он встречался со своей бывшей девушкой только потому, что его поощряли друзья. Это было очень жестоко, но он даже не помнил, как она выглядит. С тех пор как он достиг половой зрелости, в его окружении не было недостатка в женщинах. Было много девушек, которые высказывали ему свое расположение. Только воспитание в семье Цзян было очень строгим. С самого начала он ничего не знал о противоположном поле. Мать не раз предупреждала его, что сейчас не время влюбляться. Несмотря на то, что он родился с золотой ложкой во рту, он знал на 100%: чтобы носить императорскую корону, нужно быть способным выдержать ее вес.

Дедушка и отец много раз говорили ему, что если его усилия не будут соответствовать его статусу, то для мира он будет просто расточителем во втором поколении, зависящим от поддержки своей семьи. Ему пришлось работать во много раз усерднее обычного человека, чтобы добиться признания людей. Только тогда он мог по-настоящему считать себя следующим хозяином семьи Цзян.

В результате Цзян Цзинчуань просто не смел расслабляться ни на секунду. Даже когда он уезжал за границу, у него не было времени на любовь. Он расстался со своей бывшей девушкой после нескольких месяцев разговоров, потому что у него не было времени сводить ее на ужин, в кино или на свидание. Для Цзян Цзинчуаня наслаждаться успехом в карьере было гораздо более заманчиво, чем встречаться.

Су Янь отличалась от других женщин. Она была его женой, и они связаны эмоциями, которые будут длиться до самой смерти. В сущности, ее положение отличалось от положения других людей. Таким образом, он мог взять тайм-аут из своего плотного графика, чтобы провести время с ней. Жену нужно уважать, ее нужно лелеять; мать внушила ему это.

Цзян Цзинчуань на мгновение задумался, а затем сказал:

— Я ожидаю, что в будущем вы с Шэнь Пэйжанем не будете видеться, хорошо?

Су Янь не удивилась, услышав это. Это было вполне ожидаемо и разумно. Цзян Цзинчуань пошел на многое, чтобы просто сказать ей эту фразу. Его просьба была не слишком большой. Они уже по всем правилам стали мужем и женой. Муж, просящий свою жену не встречаться с ее предыдущим бойфрендом, был вполне нормальным.

Су Янь отпустила его и увеличила расстояние между ними. Она улыбнулась и прикусила нижнюю губу, прежде чем сказать:

— На самом деле, даже если бы ты не просил об этом, я бы сделала это. Я не встречалась с ним в эти дни. Он мне позвонил один раз по телефону, и в тот момент я дала ему это понять. Цзинчуань, я уже готова и намерена стать тебе хорошей женой.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 20.4 Сяо Янь, я хочу обладать тобой

Су Янь не хотела иметь ничего общего с Шэнь Пэйжанем не из-за чувства вины – этим можно пренебречь, а потому, что она не была настоящей Су Янь. До сих пор она не раскрывала этого перед Цзян Цзинчуанем, потому что первоначальная владелица тела не так уж и часто контактировала с супругом. Если бы ее мужем был Шэнь Пэйжань, Су Янь не была уверена, что ей удалось бы одурачить его. Даже с семьей первоначальной владелицы тела Су Янь не хотела общаться слишком близко, но этого нельзя было избежать. Поскольку ее предшественница мертва, и она занимает ее тело, она была не в силах принять ее любовь, самое меньшее, что она могла сделать, – это выполнить обязанности по отношению к ее семье.

Если же ты не можешь встретиться, тогда лучше избегать. Это касалось и Шэнь Пэйжаня. Только сейчас она заметила, что Шэнь Пэйжань очень импульсивен. Если этот человек обнаружит, что его возлюбленная мертва, а другой человек явился как горлица, которая заняла гнездо сороки, что произойдет? Су Янь не осмеливалась предполагать.

После того, как Цзян Цзинчуань и Су Янь поговорили об этом, они больше не упоминали Шэнь Пэйжаня (в чем и был смысл). Цзян Цзинчуань был не в настроении работать, поэтому они вернулись в спальню.

Приняв ванну, Су Янь села на кровать и прислушалась к звукам из душа. У нее было предчувствие, что сегодняшний вечер станет поворотным пунктом между ней и Цзян Цзинчуанем.

Подумав об этом, Су Янь опустила голову. Тщательно подумав, она сняла пеньюар и отложила его в сторону, оставив только одну полупрозрачную сорочку на двух тонких белых бретельках. Затем, решив, что этого недостаточно, она быстро встала с кровати и взяла духи с туалетного столика. Опрыскав себя несколько раз и придав своему телу легкий сладкий аромат, Су Янь наконец почувствовала удовлетворение.

Она оглядела спальню, затем выключила хрустальную люстру, оставив только тусклый свет лампы на прикроватном столике.

Что касается вопроса о сексуальных отношениях с Цзян Цзинчуанем, то Су Янь вовсе не испытывала отвращения. С прошлого раза и до сегодняшнего дня то, чему следовало приспособиться, было приспособлено совершенно чудесно.

Когда Цзян Цзинчуань вышел из ванной, он увидел Су Янь, сидящую на кровати и погруженную в свои мысли. Раньше ее пеньюар ничего не открывал, однако, когда она сняла его, все изменилось. Был хорошо виден большой участок ее груди. Не говоря уже о том, что из-за положения, в котором она сидела, подол сорочки задрался до бедер. Короче говоря, для Цзян Цзинчуаня это было чистым искушением. Он сделал шаг вперед, притворяясь невозмутимым, и спросил:

— Что случилось?

Су Янь подняла голову, и голосом, полным очаровательной обиды, сказала:

— Моя нога распухла. Больно.

Она не привыкла носить туфли на высоком каблуке, к тому же босоножки, подаренные свекровью, были новыми. Простояв весь вечер, она почувствовала напряжение в икре.

Цзян Цзинчуань отбросил полотенце в сторону и сел рядом с ней на кровать. Он протянул руку, взял ее ногу в ладонь и внимательно осмотрел. Гладкая, светлая, чистая и нежная ступня слегка покраснела и распухла, особенно на пятке, там уже появились волдыри.

Он опустил голову и помог ей, несколько раз потерев ступню. На самом деле, это не облегчило боль, но Су Янь внутренне почувствовала себя намного лучше. Разминая таким образом, рука Цзян Цзинчуань медленно двигалась вверх от основания стопы по голени к бедру. Можно сказать, что атмосфера в спальне раскалилась добела.

В самый критический момент Цзян Цзинчуань вдруг о чем-то вспомнил. С необычайной настойчивостью он поднялся с постели. Су Янь была в замешательстве, поэтому просто смотрела на него.  Цзян Цзинчуань открыл шкафчик рядом с кроватью, вытащил презерватив и разорвал его.

Он приготовил его заранее и держал в шкафу. Сегодня он наконец-то очень пригодится.

Глядя на непонимающее выражение глаз Су Янь, Цзян Цзинчуань прижал ее к себе, сказав хриплым голосом:

— Ты ведь не хочешь стать матерью слишком скоро, правда?

«... О, так это был метод контроля рождаемости».

Яркие и пронзительные глаза Су Янь смотрели на младшего Цзян, закутанного в эластичный футляр: лучше запомнить это.

Вступая в интимную связь, Цзян Цзинчуань, наконец, раскрыл свои истинные чувства и настаивал на том, чтобы делать это снова и снова, становясь все более нетерпеливым и напористым, с огромным нежеланием освобождая ее каждый раз.

Когда все стихло, Цзян Цзинчуань обнял уже крепко спящую Су Янь. Он не мог не поцеловать ее в лоб, который был влажным от пота, прежде чем заговорить глубоким и расслабленным голосом:

— Сяо Янь, я хочу обладать тобой.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 21.1 Эмоции - самое мощное оружие

Проснувшись, Цзян Цзинчуань почувствовал себя бодрым и свежим. В то же время Су Янь лежала на кровати как дохлая рыба, не в силах пошевелиться. Стоило ей хоть немного двинуться, как становилось очень больно. Она лежала на животе и злилась. Положив голову на подушку и стараясь не двигаться с места, она повернулась, чтобы с яростью посмотреть на Цзян Цзинчуаня. Она знала, что, если женщина проявит немного гнева в такие моменты, как сейчас, мужчина напротив почувствует себя более довольными.

Глядя на Су Янь, которая вела себя так по-детски, Цзян Цзинчуань, застегивавший рубашку, не смог удержаться от смеха и предложил:

— Позавтракаешь со мной?

После вчерашнего откровенного разговора их близость значительно возросла, и Цзян Цзинчуань больше не чувствовал себя неловко. Нет ничего, что нельзя было бы решить ночными упражнениями.

«Есть, есть, есть, ты только и знаешь, что есть! Сам завтракай!»

Су Янь застонала и капризно произнесла:

— Я не могу двигаться. Как я могу спуститься к завтраку?

У нее были некоторые сомнения, был ли у Цзян Цзинчуаня опыт в этой области. Если был, то вчера вечером он был немного взволнован, и вел себя как новичок. Если не было, то оглядываясь назад, он действительно... Короче говоря, Су Янь чувствовала, что прошлой ночью ее голос довольно быстро охрип, но этот мужчина вообще не собирался останавливаться.

Самое досадное, что именно он прилагал больше всего физических усилий, так почему же именно она чувствует себя наиболее утомленной? Слишком несправедливо!

Цзян Цзинчуань чувствовал, что он стал намного ближе к Су Янь. Он не был щедрым на эмоции человеком, но в том, что касалось его женщины, он был чрезвычайно великодушен. Он решил больше не суетиться из-за Шэнь Пэйжаня. Он подошел к кровати, сел рядом, погладил ее по голове и ласково сказал:

— Может, сказать тете Ван принести еду сюда?

— Не надо! — резко возразила девушка.

Обычно она никогда бы так не поступила, но она прекрасно знала о гордости мужчин. Иногда чем больше ты злишься на него, тем счастливее он становится. Просто нужно воспользоваться подходящей возможностью. Теперь она использует этот шанс наилучшим образом.

Цзян Цзинчуань был очень терпелив с ней, он совсем не рассердился. Это было похоже, как если бы он смотрел на ребенка, бьющегося в истерике. Он продолжал улыбаться.

— Почему? В любом случае, это просто завтрак.

Несмотря на то, что Цзян Цзинчуань был довольно равнодушным, в конце концов, он все еще оставался обычным человеком и имел свои собственные желания и ожидания. Теперь, насытившись, он был счастлив говорить со своей прекрасной женой.

Актерская игра уже стала вторым инстинктом Су Янь. Она и раньше играла на эмоциях, но никогда не вступала в серьезный контакт с мужчиной. Вспомнив, что на ней все еще не было ни единой нитки, румянец медленно поднялся по светлому и ясному лицу Су Янь, ее голос стал намного тише:

— Как я могу показаться ей на глаза? Тетушка Ван, безусловно, будет смеяться.

Независимо от того, насколько богаты были ее теоретические знания, психологически и с нынешним неопытным телом, ей было бы естественно казаться немного застенчивой.  Это было слишком легко при ее-то опыте.

Когда Цзян Цзинчуань услышал это, он не смог удержаться от смеха. Он хотел поддразнить ее:

— Тетя Ван – опытный человек, она поймет.

Если бы она не была уверена, что не страдает галлюцинациями или слуховыми проблемами, Су Янь действительно не поверила бы, что человек перед ней – Цзян Цзинчуань. Что с ним случилось?! Он же не был таким с самого начала! Теперь он смеет даже поддразнивать ее?

Не удивительно, что в душе Су Янь практически рычала. Это правда, что ночное выступление Цзян Цзинчуаня было слишком страстным. Это было похоже на то утро, когда она воспользовалась им. Хотя за эти два дня ситуация и улучшилась, но та великолепная стена ни в коем случае не была ее мужем!

Су Янь была ошеломлена на мгновение, прежде чем быстро пришла в себя. Она повернула к нему лицо и бесстрастно произнесла:

— Сначала я хочу помыться, а потом поесть.

Тем не менее, стоило похвалить Цзян Цзинчуаня за то, что он настоял на том, чтобы отнести ее прошлой ночью в ванную и вымыть, в результате ее тело не было липким, только болезненным.

В системе ценностей Цзян Цзинчуаня жена отличалась от других женщин. Если раньше он относился к Су Янь как к чужой, то теперь он полностью принял ее в свой близкий круг. Он немного поколебался, прежде чем встал с кровати, наклонился и тут же завернул Су Янь в тонкое одеяло. Затем он поднял жену на руки, провоцируя ее визг.

— Что ты делаешь?! — закричала Су Янь, ухватившись за его плечо.

Цзян Цзинчуань отнес ее в ванную, как жених, переносящий свою невесту через порог. Он взглянул на нее, прежде чем сказать самым естественным образом:

— Ты же не можешь двигаться, верно? Я помогу тебе принять ванну.

Су Янь пыталась протестовать, но, к сожалению, это было бесполезно. В результате она была вымыта сверху донизу. После этой тщательной процедуры ее нежное лицо покраснело. Когда Су Янь, держа Цзян Цзинчуаня за руку, осторожно спустилась по лестнице и вошла в гостиную, тетя Ван окинула пару опытным взглядом и, скрывая смех, поспешила на кухню, чтобы принести завтрак. Глядя на внешность Су Янь, женщина сразу поняла, что прошлой ночью что-то произошло.

Глаза тети Ван были полны глубокого понимания, когда она заговорила:

— Мадам, у нас в доме есть прекрасное птичье гнездо. Хотите сегодня из него суп?

Даже если Су Янь удавалось держать на лице непроницаемое выражение, услышав такое предложение, она быстро взорвалась. Она тут же впилась взглядом в Цзян Цзинчуаня, однако мужчина не подавая вида произнес:

— Дорогая, давай позавтракаем вместе.

У дворецкого отвисла нижняя челюсть. Он молча наблюдал, как растет Цзян Цзинчуань. Этот мужчина всегда держал всех на расстоянии вытянутой руки. Он никогда не видел, чтобы Цзян Цзинчуань говорил с женщиной таким нежным голосом; даже когда он говорил со своей сестрой, у него был деловой тон.

Когда дворецкий оправился от шока, он почувствовал сильное облегчение. У молодого хозяина и его жены были такие гармоничные отношения. Было бы очень хорошо, если бы у них в скором времени родились сын или дочь.

Су Янь не пренебрегла своим долгом, который заключался в том, чтобы продолжать держаться за это бедро. Хотя Цзян Цзинчуань, похоже, стал ей близок, кто знает, как долго это продлится. Откровенно говоря, она была лишь не намного ближе к нему, чем незнакомка: они все еще плохо понимали друг друга. Если она сейчас расслабится, то это будет, без сомнения, дорога к смерти. До того дня, когда Цзян Цзинчуань полюбит ее, полюбит безмерно, до тех пор она не ослабит бдительности.

Любовь была похожа на игру. Тот, кто влюбится первым, был обречен на поражение. Даже если другая сторона влюбится в вас, вы не можете действовать опрометчиво, потому что одно неосторожное движение – и игра будет проиграна. Самым страшным было вложить все свое сердце только чтобы увидеть, что другого человека это вообще не трогает.

Су Янь знала, что независимо от того, стоит ли она лицом к лицу с Его Величеством или Цзян Цзинчуанем, она не могла сравниться с ними, разве что в области эмоций; но это не означало, что она была заранее обречена на проигрыш. Если она не могла получить то, что хотела, то она могла сделать так, чтобы они предоставили ей все желаемое, хотя эта идея не стоила упоминания при посторонних.

Она могла скрывать что угодно перед кем угодно, но была абсолютно честна перед собой. Она очень ясно представляла себе то, чего хотела. По крайней мере, с точки зрения Су Янь, если она может заполучить это, кого волнует, какие усилия придется предпринять.

Эти мысли проносились в голове Су Янь, пока она спокойно и непринужденно ела. Как раз, когда она собиралась закончить, Цзян Цзинчуань внезапно сказал:

— Кстати, скоро предстоит банкет в честь дня рождения твоего дедушки. Я пойду с тобой.

— ... а? — Су Янь была ошеломлена, но затем вспомнила, что Цинь Сюань и Цинь Цзэюй упоминали об этом раньше. Девушка кивнула. — Хорошо.

Ее план зацепиться за бедро был отложен. Она немного занервничала, потому что вскоре ей предстояло встретиться с членами семьи, которые очень хорошо знали предыдущую владелицу этого тела. Как ей следует действовать, чтобы избежать разоблачения?

Члены семьи отличались от Цзян Цзинчуаня и других. Хотя они и не ожидают, что мертвая душа найдет перевоплощение в трупе их дочери, они вполне могут что-то заподозрить. Предстоящее испытание, вероятно, будет величайшим испытанием, с которым она когда-либо сталкивалась.

Видя, что Су Янь не отвечает, Цзян Цзинчуань предположил, что она все еще сердится на свою семью. Он поманил ее за собой. Они шли, пока не добрались до гаража виллы. Поскольку Цзян Цзинчуань не попросил водителя отвезти его сегодня, они оказались там вдвоем.

— Ты не хочешь ехать? — спросил Цзян Цзинчуань.

Он все еще был в курсе некоторых дел. Су Янь не хотела выходить за него замуж и сильно возмущалась; однако родственники насильно заставили ее. После свадьбы Су Янь больше не возвращалась в родительский дом. Не может быть, чтобы она простила свою семью. Отношения Цзян Цзинчуаня с семьей Су были довольно хорошими, по крайней мере на первый взгляд. Хотя у него не было свободного времени, чтобы помочь жене уладить ее отношения с родными, он также не хотел столкнуться с неловкой ситуацией на банкете по случаю дня рождения.

Су Янь кивнула. Поскольку он знал, что отношения между его женой и членами ее семьи не были хорошими, ей не было необходимости скрывать это от него.

— Не хочу идти, но должна.

Она не настолько эгоистична. Поскольку она уже заняла это тело, то должна взять на себя соответствующие обязанности. Независимо от того, как складывались отношения между предыдущей Су Янь и ее семьей, она не могла притвориться, что их вовсе не существовало.

Цзян Цзинчуань погладил ее по голове. Его тон был спокойным, но Су Янь все еще могла слышать совет в его голосе:

— Я не собираюсь вмешиваться в твои дела: я верю, что ты можешь решить их сама. Но, чтобы прояснить ситуацию, это день рождения твоего дедушки по материнской линии. Мое появление будет представлять отношение семьи Цзян к тебе. Чтобы показать твою важность, я должен пойти с тобой.

Су Янь мгновенно поняла, что он имеет в виду. Брак с богатым и могущественным кланом был именно таким; посторонние не оставляли никакой возможности расслабиться. Если Цзян Цзинчуань придет, это будет означать, что семья Цзян ценит Су Янь. Если он не придет, то потеряет лицо не только Су Янь, но и вся ее семья. Неизвестно почему, но, когда Су Янь посмотрела на Цзян Цзинчуаня, она внезапно почувствовала, что этот человек продумывает все чрезвычайно тщательно.

— Хорошо, я понимаю, — она подумала, а затем добавила: — Спасибо.

Цзян Цзинчуань был ошеломлен. Он не ожидал, что она это скажет. В прошлом он каждый раз посылал людей к семье Су и семье Цинь, чтобы доставить подарки. Он не знал, ценила ли это Су Янь, но она никогда не благодарила его.

После того, как человек становится разумным, действительно ли он становится таким прекрасным? Для него это действительно так.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 21.2 Эмоции - самое мощное оружие

Цзян Цзинчуань подумал, что Су Янь сейчас слишком мила. Он почувствовал, что согласен со словами дедушки: тот говорил, что Су Янь была самым подходящим человеком для него. Хотя он не думал об этом раньше, он внутренне усмехнулся этой мысли.

— Я немного знаю о том, чем они занимаются. Я — не ты, и я не в том положении, чтобы просить тебя о снисхождении к ним. Тем не менее, мы одна семья. Тебе решать, посещать их или нет в обычные дни, но мы должны пойти на банкет в честь дня рождения твоего дедушки.

Цзян Цзинчуань подумал, что Су Янь не ребенок; у нее должны быть свои соображения по этому поводу.  Даже если он был ее мужем, он не мог требовать или приказывать ей что-либо делать.

Слушая его, Су Янь почувствовала, что ее уважение к Цзян Цзинчуаню растет. Она не смогла удержаться от смеха:

— Я знаю, в конце концов, это моя семья. Я не держу на них зла.

Забудем об обидах, она уже замужем. Рис уже был сварен и подан. Не было никакого смысла тянуть с прошлым и наказывать членов семьи. Кроме того, даже если и были какие-то обиды, они принадлежали первоначальной владелице тела. У нее не было никакого умысла. Она просто боялась разоблачения, поэтому не хотела идти.

— Хорошо отдохни дома. Я пойду на работу, — в этот момент Цзян Цзинчуань почувствовал, что Су Янь действительно стала его женой, а не каким-то украшением. Он не слишком понимал, что такое любовь, но, думая о будущем вместе с Су Янь, а затем, о том, что она, возможно, родит ему ребенка, Цзян Цзинчуань чувствовал, что этот брак не так уж трудно принять.

Су Янь знала, что у Цзян Цзинчуаня улучшилось впечатление о ней по сравнению с прошлым. Хотя вчера вечером не было недостатка в напряженных физических упражнениях, самым важным было то, что вчера она открыла ему свои сердечные желания и дала обещание. Хотя Цзян Цзинчуань был успешным бизнесменом, он оставался абсолютным новичком в отношении чувств. Именно потому, что он был неопытным, он не знал, что нужно скрывать. Она знала, что Цзян Цзинчуань действительно ценил ее, как он выразился.

— Угу, а ты придешь сегодня пораньше? — Су Янь не волновало, был ли его галстук перекошен или нет, но она все-таки привстала на цыпочках, чтобы поправить его.

Цзян Цзинчуань наклонился и поцеловал ее в лоб, нисколько не смущаясь:

— Я вернусь пораньше.

В последнее время у компании не было крупных сделок, и дело о слиянии уже было рассмотрено. Если ему каким-то образом удастся повысить эффективность своей работы, то он мог бы уйти с работы вовремя без каких-либо проблем.

Раньше ему нравилось оставаться в офисе или в кабинете, поскольку у него не было никаких хобби, но теперь все было по-другому. Су Янь не нужно было идти на работу; она, должно быть, скучала дома. В будущем он мог бы также работать в меру своих возможностей, чтобы вовремя уходить с работы и поесть вместе с ней.

На самом деле, Су Янь никогда не скучала дома. Она очень любила смотреть телевизионные драмы. Даже если в интернете все ужасно ругали какой-то фильм, она все равно смотрела его с большим интересом. Иногда, когда тетя Ван не могла больше стоять и смотреть на это, она тащила ее в магазин за покупками. Даже если бы ей стало скучно, она могла бы пойти в родовой особняк Цзян, чтобы обнять бедра ушедших в отставку императрицы и императора. Это был очень простой и не слишком загруженный график.

Конечно, она не могла сказать этого Цзян Цзинчуаню. Говорят, что лучше позволить человеку сосредоточиться на карьере и упорно трудиться. Для Цзян Цзинчуаня, поскольку он уже был успешным бизнесменом, было бы непрактично уделять внимание только ей, вместо того чтобы уделять все свое внимание работе. Придя к такому выводу, Су Янь воспользовалась возможностью обхватить его руками за талию. Ее голова покоилась на его груди, и она прошептала капризным голосом:

— Ты должен вернуться как можно скорее. Слишком скучно есть в одиночестве. Я подожду, и мы пообедаем вместе.

— Хорошо.

Покидая виллу, он чувствовал, что аромат Су Янь все еще витает вокруг него.

***

Ван Сыци практически не спала всю ночь. Сидя перед туалетным столиком, она заметила, что тональный крем никак не может скрыть ее бледность и синяки под глазами. В конце концов, разозлившись, она смахнула всю косметику на пол. Она села на кровать, набрала определенный номер и сказала мрачным голосом:

— Присматривай за Су Янь для меня. Если она выйдет, то обязательно попытается сообщить свое местонахождение Шэнь Пэйжаню.

До сих пор она не верила, что Су Янь действительно хочет помириться с Цзян Цзинчуанем. Когда она узнала, что Су Янь выходит замуж за Цзян Цзинчуаня, она уже тщательно изучила каждую мелочь о ней. Именно потому, что она знала, что у Су Янь что-то есть с Шэнь Пэйжанем, ей удалось успокоиться и не впасть в ярость. Она всегда думала, что они скоро разведутся. Но что пошло наперекосяк, в конце концов?

В этот момент вошел вчерашний партнер Ван Сыци. Увидев разбитые осколки, валяющиеся на полу, он сразу понял, что произошло. Он не был счастлив и бросил на нее раздраженный взгляд:

— Я изучил дело Су Янь и Шэнь Пэйжаня. Ты можешь быть спокойна. Эта парочка поссорилась и находится во временной холодной войне. Если Шэнь Пэйжань уговорит Су Янь, они вернутся к тому, что было раньше.

— А? — Ван Сыци взяла расческу и медленно причесалась. Она саркастически заметила: — Поссорились? Неудивительно.

Она никогда не обращала внимания на Су Янь. К счастью, эта женщина была достаточно умна, чтобы не приставать к Цзян Цзинчуаню, иначе она сделала бы свой ход раньше. Она думала, что ей следует спокойно подождать, пока они разведутся, но кто бы мог подумать, что это дело станет таким хлопотным? Как она могла не рассердиться?

— Стоит ли из-за этого злиться? Сыци, ты не понимаешь мужчин. Такая внешность, как у Су Янь, сильно возбуждает интерес. Разве ты не видела, что вчера Цзян Цзинчуань не сводил с нее глаз? Это и есть истина. Не смотри на меня так сердито. Мужчины любят только глазами. Тебе лучше не проявлять милосердия к Су Янь. Сегодня я поделюсь с тобой методом, который заставит их развестись в течение трех месяцев, — мужчина казался уверенным в себе.

Хотя Ван Сыци его слова были неприятны, мысль о разводе через три месяца была привлекательной. Она не могла удержаться от вопроса:

— Что это?

Она действительно чувствовала опасность. Зная Цзян Цзинчуаня много лет, она никогда не видела, чтобы его глаза задерживались на женщине так долго. Если так пойдет и дальше, ситуация может выйти из-под контроля.

— У тебя есть люди, которые следят за Су Янь. Подожди, пока она встретится с Шэнь Пэйжанем, а затем подумай, как позволить Цзян Цзинчуаню увидеть их своими глазами. Я не верю, что он будет терпеть свою женщину с другим мужчиной.

Не было мужчины, который мог бы стерпеть измену своей жены, особенно такой человек, как Цзян Цзинчуань. Как только он узнает, он определенно захочет развестись с Су Янь.

— Но... — Ван Сыци колебалась. Хотя метод был хорош, она не хотела навредить Цзян Цзинчуаню таким образом. Он был человеком, который заботится о своей репутации...

Мужчина закатил глаза.

— Если ты такая нерешительная, тогда не плачь, когда Цзян Цзинчуань действительно влюбится в Су Янь.

Ван Сыци снова подумала о его словах и взгляде. Она заскрежетала зубами и, собрав волю в кулак, кивнула.

— Хорошо.

«Су Янь, проклятая стерва. Она просто не заслуживает Цзян Цзинчуаня. Будет ужасно, если она останется рядом с ним. В будущем Цзян Цзинчуань поймет, что только я, Ван Сыци, была искренна с ним, только я по-настоящему любила его».

***

Вскоре после того, как Цзян Цзинчуань прибыл в компанию, к нему подошел Суй Шэн. Он положил руки на стол и внимательно посмотрел на выражение его лица.  Через некоторое время он радостно сказал:

— Как ты себя чувствуешь?

— Что?

— Тоска по красивой женщине, — Суй Шэн подмигнул. — У тебя аура человека, чье давно копившееся желание было утолено. Ты не можешь скрыть это от меня.

Цзян Цзинчуань был слишком ленив, чтобы развлекать Суй Шэна. Он принялся за работу. Суй Шэн нисколько не обиделся и продолжил свой монолог:

— Су Янь действительно хороша: очень красива и совсем не похожа на претенциозную самодурку.

Цзян Цзинчуань даже не повел ухом. Он продолжал игнорировать Суй Шэна.

— В отличие от одного человека, который ведет себя как претенциозный придурок и вызывает тошноту у других. Цзинчуань, учитывая, что ты похож на моего младшего брата, я решил пойти против своих принципов сегодня. Ты же знаешь, что я не люблю говорить плохо о ком-либо, особенно о женщинах... — Суй Шэн внезапно посерьезнел.

Цзян Цзинчуань отложил ручку и поднял голову, чтобы спокойно посмотреть на него.

— Цзянчуань, ты, возможно, не знаешь, но Ван Сыци интересуется тобой, — слова приятеля заставили мужчину нахмуриться.

Суй Шэн увидел выражение лица Цзян Цзинчуаня и подумал, что тот не верит ему. Подтащив офисный стул и усевшись, он терпеливо произнес:

— Сначала мне не хотелось раскрывать это. Отношения – не моя забота, однако сейчас ситуация другая. Отношения между тобой и Су Янь хорошие, и я рад за тебя, как за брата. Но ты должен заранее быть начеку в этом вопросе. Не стоит недооценивать ревность женщины, особенно Ван Сыци. Она не очень хороший человек, очень отчужденный и неохотно заводит друзей. Короче говоря, будь осторожен. Не позволяй никому поймать тебя в ловушку, иначе, когда придет время, ты не будешь знать, в каком направлении бежать.

Цзян Цзинчуань не издал ни звука: он глубоко задумался над правдивостью слов Суй Шэна. В конце концов, он и Ван Сыци были только друзьями. Когда они встречались, то обычно здоровались и иногда ели вместе – вот и все. Цзян Цзинчуань совершенно не интересовался Ван Сыци. Он не осмелится делать поспешные выводы за столь короткое время.

— Я много раз смотрел с бабушкой имперские гаремные драмы. Некоторые женщины не только любят создавать что-то из ничего, но и любят хвастаться своим умом. Я просто хочу напомнить тебе, что обращать на это внимание – не всегда плохо, — Суй Шэн махнул рукой. — Как мужчина, ты не можешь слишком много спорить с женщинами, но и не можешь избежать столкновения с ними.

Суй Шэн всегда недолюбливал Ван Сыци. Даже в детстве так как чувствовал, что она слишком задается. И действительно не хотел сближаться с таким человеком, став взрослым. Сначала он не хотел раскрывать ее чувства, но теперь все изменилось. Если Ван Сыци посмеет посеять смуту между Цзян Цзинчуанем и Су Янь, он поставит ее на место.

Цзян Цзинчуань не обращал никакого внимания на Ван Сыци, но чувствовал, что слова Суй Шэна были довольно разумными, и просто наблюдать было неплохо. Поэтому он кивнул, показывая, что все понял.

— У меня есть еще один вопрос, — заметив, что его слова дошли до друга, Суй Шэн нахально улыбнулся.

Цзян Цзинчуань посмотрел на него.

— В чем дело?

— А у Су Янь есть сестры? Желательно, такие же привлекательные, как она?

Цзинчуань Цзян посмотрел вниз, поднял папку со стола и ударил приятеля:

— Исчезни.

Суй Шэн сумел достичь своей цели. Выйдя из лифта, он случайно столкнулся с Цинь Цзэюем и радостно произнес:

— Скажи своей кузине, что она должна мне обед.

Цинь Цзэюй не знал, в чем дело, но, похоже, отношения Су Янь с лучшим другом Цзян Цзинчуаня были не плохими, поэтому он улыбнулся и кивнул. С тех пор как стало известно, что лед в отношениях Цзян Цзинчуаня и Су Янь треснул, и семья Цинь, и семья Су пришли в неописуемый восторг.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 21.3 Эмоции - самое мощное оружие

После завтрака Су Янь отправилась вздремнуть. Тетя Ван знала, что она устала, поэтому не позвала ее есть. Когда Су Янь проснулась, был уже полдень. Она села на кровати в оцепенении. Дискомфорт в ее теле значительно уменьшился. Как раз в тот момент, когда она собиралась встать с кровати и спуститься вниз на ланч, телефон, лежащий на прикроватном столике, снова запел. Он звонил непрерывно. Независимо от того, кто звонил, Су Янь не хотела отвечать. Она взяла смартфон в руки. На экране высветился номер вызывающего абонента – Пэйжань.

Конечно, это будет Шэнь Пэйжань. Девушке захотелось отбросить мобильный. Су Янь была раздражена; не из-за Шэнь Пэйжаня, скорее потому, что ей хотелось игнорировать и избегать людей, которые хотят встретиться с ней. К сожалению, у нее не было выбора.

Это был не кто-то посторонний, это был человек, которого любила изначальная владелица тела. Что бы она ни сделала, это будет неуместно. Принять любовь Шэнь Пэйжаня и продолжать влюбляться в него? Сможет ли она открыто быть с ним после развода с Цзян Цзинчуанем? Извините, она не могла принять эту любовь

«Безжалостно отшить его? Лучше всего жестоко разбить ему сердце, чтобы он не искал меня в будущем. Эх, это было бы нечестно».

В конце концов, то, что она заняла это мертвое тело, уже было большим преимуществом, так что причинять вред возлюбленному ее предшественницы было не гуманным.

Этот вопрос был самым трудным на данный момент. Су Янь не знала, как справиться с этим, поэтому она могла только притвориться мертвой. Когда звонок Шэнь Пэйжаня снова разбудил ее, у нее не было другого выбора, кроме как придумать решение. Действительно хлопотно.

Если бы Шэнь Пэйжань так сильно не любил ее, то лучше всего было бы безжалостно отпустить его. Однако, судя по вчерашней ситуации, это явно не так.

Она пообещала Цзян Цзинчуаню, что не будет встречаться с Шэнь Пэйжанем. Это тоже не было простым сотрясанием воздуха. Подумав так, Су Янь положила телефон обратно в тумбочку и вышла из спальни, не оглядываясь. Звон становился все тише и тише, пока, наконец, не затих.

Во время ланча тетушка Ван стояла рядом с ней и радостно говорила:

— Мадам, почтенная госпожа только что звонила и, услышав, что вы спите, не позволила мне позвать вас. Почтенная госпожа сказала, что она очень счастлива, кажется, что прошлая ночь прошла довольно гладко.

Су Янь кивнула:

— Тетя Ван, мне придется попросить вас подготовить машину; я поеду туда позже. О, пожалуйста, позвоните мужу, чтобы сказать, что ужинать будем в родовом особняке Цзян.

Тетя Ван посмотрела на Су Янь; хотя она выглядела вполне обычно, ходила она с некоторым трудом. Она поколебалась, прежде чем спросить:

— Мадам, с вашим телом все в порядке?

Сейчас не было необходимости изображать излишнюю преданность, более важным было хорошо заботиться о своем теле. Поскольку Цзян Цзинчуаня не было, Су Янь чувствовала, что ей не нужно стесняться. Она отпила глоток воды и спокойно ответила:

— Почтенная мадам, должно быть, очень обеспокоена прошлой ночью. Кроме того, я очень благодарна маме за туфли, которые она мне подарила. Родители, должно быть, тоже беспокоятся о нас. Мы, молодое поколение, должны время от времени возвращаться домой, чтобы вместе поесть.

На самом деле, Су Янь не хотела двигаться сегодня и просто хотела лежать на кровати. Она могла бы сделать это, но упустила бы шанс освежить у всех членов семьи Цзян хорошее впечатление о себе.

Нет нужды говорить, что достопочтенный господин и достопочтенная госпожа были очень обеспокоены вчерашним происшествием. Возможно, они могли бы услышать ситуацию от других, но они, безусловно, хотели бы узнать все от нее и Цзян Цзинчуаня; бабушка и дедушка были такими.

Разве отец Цзян и мать Цзян не будут переживать из-за вчерашнего? Вполне возможно. Она была не только женой Цзян Цзинчуаня, но и невесткой семьи Цзян. Если ее поведение не будет хорошим, то это будет ударом по лицу семьи Цзян.

Короче говоря, что бы ни случилось, она должна сегодня же отправиться в фамильный особняк Цзян. Почтенная мадам даже сама позвонила по телефону.

Услышав эти слова, тетя Ван очень разволновалась. Мадам действительно открылась и стала другим человеком, даже повысила свой IQ:

— Да, да, да. Я немедленно пойду и позвоню хозяину.

Как раз когда тетя Ван собиралась уйти, она вдруг что-то вспомнила и обернулась, чтобы спросить:

— Мадам, а вы лично не позвоните?

— Нет, — Су Янь загадочно улыбнулась, — если муж спросит, скажи ему, что я в ванной.

Именно для того, чтобы дать ему понять, как она устала. И что, даже несмотря на усталость, она все равно пойдет в родовой особняк Цзян, чтобы поесть вместе с бабушкой и дедушкой.

Тетя Ван с готовностью все поняла и поспешила в гостиную, чтобы позвонить.

Когда Цзян Цзинчуань получил сообщение, он на некоторое время потерял дар речи. Выслушав слова тети Ван, он сделал вид, что небрежно спрашивает:

— Как поживает моя жена?

Тетя Ван неосознанно посмотрела в сторону столовой и улыбнулась:

— Мадам принимает ванну. Она сказала, что чувствует себя несколько нездоровой.

Кхм, кхм!

Лицо Цзян Цзинчуаня выглядело несколько неестественно. После нескольких секунд молчания он сказал обеспокоенным тоном:

— Если ей нездоровится, то не нужно идти.

Кто такая тетя Ван? Она была известным игроком команды Су Янь! Услышав эти слова, женщина, не колеблясь, ответила:

— Я говорила то же самое, но даже тогда мадам настояла на том, чтобы пойти, потому что почтенная госпожа Цзян позвонила лично. Она сказала, что это, должно быть, потому, что почтенная госпожа Цзян думает о вас обоих, поэтому я не смогла убедить ее.

Цзян Цзинчуань ничего не ответил на эти слова и только сказал тете Ван, чтобы она хорошо позаботилась о Су Янь прежде, чем повесить трубку.

В офисе было тихо, но Цзян Цзинчуань не мог приступить к работе. Он привык думать, что Су Янь была довольно своенравной, но сейчас обнаружил, что на самом деле девушка вполне разумна. В этом браке равнодушной была не только Су Янь, но и он сам. После свадьбы он отменил планы на медовый месяц, сославшись на то, что у него нет времени. До сих пор он никогда не сопровождал ее должным образом. Теперь это не повредит.

Подумав так, Цзян Цзинчуань набрал внутренний номер своего помощника. Через несколько секунд он вошел и почтительно встал, ожидая приказаний.

— Сейчас же иди и перенеси все встречи. В последнее время я и так работаю сверхурочно; быстро очисти мой график на следующую неделю, чтобы я мог путешествовать.

Хотя ассистенту было очень любопытно, он не осмелился ничего спросить. После того, как он вышел, Цзян Цзинчуань открыл свой календарь на компьютере, чтобы тщательно проверить расписание.

На следующей неделе был день рождения дедушки Су Янь по материнской линии, и после этого его расписание было более-менее свободным. Сегодня вечером он спросит Су Янь, куда бы она хотела поехать на медовый месяц.

Повесив трубку, тетя Ван пересказала весь разговор Су Янь. Та была очень довольна. Цзян Цзинчуань был очень внимательным человеком. Самое главное, что он был очень тактичен. Хотя было неясно, удалось ли ей улучшить его хорошее впечатление, она верила, что супруг не останется равнодушным.

Тетя Ван начала незаметно цепляться за ее бедро:

— Мадам, господин действительно добр к вам.

Замужней женщине льстит не то, насколько она красива, а то, как к ней относится ее муж. Она наверняка будет счастлива.

— Хм, — Су Янь просто улыбнулась и ничего не сказала.

Она считала, что Цзян Цзинчуань должен быть хорошего мнения о ней. Если бы она приложила чуть больше усилий, хорошее мнение превратилось бы в нечто противоположное, но этого все равно было недостаточно.

Су Янь однажды наслаждалась любовью мужчины. Она знала, как это хорошо. Так как она уже испытала сладкий вкус, она не хотела отказываться от него. Она не знала, что может быть такой эгоистичной, но если это даст ей желанную жизнь, то она всегда готова быть эгоистичной.

Эмоции – самое мощное оружие. Если она не сможет выиграть эту партию, то зачем ей в нее играть? В первую очередь нападай на ум, а лишь потом на города.*

п.п.: Идиома, означающая, что сначала следует завоевать сердца людей и они сами сдадут город. Или, что завести дружбу важнее, чем захватить город.

Су Янь вспомнила, что Цзян Цзинчуань как-то упоминал о какой-то сладости. Глядя на счастливую экономку, Су Янь небрежно спросила:

— Тетя Ван, я хочу кое-что спросить у вас. Помню, в детстве я ела что-то вроде сладкого десерта. Он был мягкий, легко жевался, а на упаковке была нарисована кукла с большими глазами. Мне очень хочется попробовать его еще раз, но я не могу вспомнить название. Вы не знаете?

Та сладость, о которой Цзян Цзинчуань никогда не забывал, не обязательно должна быть вкусной, но воспоминание о ней было прекрасным. Судя по его словам, это было как-то связано с его бабушкой по материнской линии. Это должны быть теплые и счастливые воспоминания. Если бы она узнала, что это за сладость, то это ей бы очень пригодилось, чтобы произвести хорошее впечатление.

Тетя Ван поняла, о чем говорит Су Янь, как только услышала:

— Мадам, вы говорите о «Ван Цзы»? Дочь моего племянника обожает эти конфеты, а в чем дело?

Значит, это «Ван Цзы». Су Янь была очень счастлива, но она притворилась спокойной и сказала:

— По дороге в родовой особняк, заедем, чтобы купить немного.

Тетушка Ван хихикнула: «Разве мадам не похожа на большого ребенка?»

— Только никому не говори. Особенно мужу, — в этот момент Су Янь была уверена, что рот экономки закрылся на очень крепкий замок.

Конфеты «Ван Цзы».

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 22.1 Хочешь ли ты быть госпожой Цзян или госпожой Шэнь, я поддержу тебя

Шэнь Пэйжань просмотрел свою записную книжку, чтобы узнать, может ли он найти Су Янь через кого-то другого. Ему хотелось сесть и как следует обсудить с ней свою ошибку. Из-за своего характера девушка была не очень популярна; у нее было только два или три близких друга. Среди них двое, с которыми он мог поговорить, учились за границей, естественно, они ничем не могли ему помочь. Наконец его палец остановился на одном имени – Вань И.

Вань И была лучшей подругой Су Янь, но она не слишком любила его. Если бы все было как раньше, Шэнь Пэйжань не стал бы связываться с ней, но теперь у него не было другого выхода. Су Янь не отвечала на его звонки, и он не мог импульсивно пойти искать ее в доме Цзян. Он был похож на безголовую муху. После долгих колебаний Шэнь Пэйжань стиснул зубы и наконец набрал номер Вань И.

Прошло много времени, прежде чем трубку сняли.

— В чем дело? — раздался отчужденный голос.

Никаких приветствий, но сейчас Шэнь Пэйжаню было все равно. Он очень осторожно спросил:

— Вань И, это я. Я хотел спросить: ты недавно не связывалась с Сяо Янь?

Вань И была занята работой; услышав эти слова, она почувствовала раздражение, и ее голос стал холодным:

— Нет.

Шэнь Пэйжань некоторое время молчал, прежде чем продолжить:

— Можешь ли ты помочь мне?

— Я занята.

Шэнь Пэйжань, однако, немедленно вывалил на нее ворох слов:

— Некоторое время назад у меня было некоторое недоразумение с Сяо Янь. Я хочу найти возможность все ей объяснить. Ты можешь помочь мне поговорить с ней?

Вань И перевернула документ и пробежала его взглядом сверху вниз. Проверив его, она положила обратно в ящик.

— Господин Шэнь, я не думаю, что мои отношения с вами достигли такой степени, чтобы передавать ваше послание или играть роль миротворца.

Теперь, когда она сказала это, Шэнь Пэйжань почувствовал себя неловко даже несмотря на свою толстокожесть. Все, что он мог сделать, это повесить трубку и продолжать сидеть на диване в одиночестве. Он никогда не думал, что однажды ему будет так трудно увидеть Су Янь. За эти дни он ни разу не выспался как следует. Было невероятно, что его нежная, мягкая и внимательная Су Янь однажды не признает его. Он начал паниковать, потому что нутром чувствовал, что теряет ее.

В это время матушка Шэнь открыла дверь своим ключом. Она рассердилась, глядя на сына, который выглядел как в воду опущенный. Поставив коробку с едой на стол, она обернулась, чтобы отругать его:

— Почему ты так выглядишь? Не ходишь в компанию, бездельничаешь весь день дома. Завтра ты пойдешь работать!

Отец намеревался передать небольшую компанию Шэнь Пэйжаню, чтобы тот набрался опыта. Поначалу он был нетерпелив и старателен, но, в связи с недавним делом Су Янь, он не мог работать, чем крайне огорчал отца.

Только слова матери защищали Шэнь Пэйжаня. На самом деле, госпожа Шэнь все знала о своем сыне и его отношениях с Су Янь. Глядя на его расстроенное лицо, женщина мягко объяснила ему:

— Сяо Жань, как бы хороша ни была Су Янь, она уже замужем. Ты уже некоторое время возглавляешь компанию. Разве ты не знаешь, что за люди – семья Цзян? Их вообще нельзя провоцировать. Даже если бы Су Янь не была замужем, вы с ней не подходите друг другу. Только мама может сказать тебе правду: ты не можешь остаться с ней.

Шэнь Пэйжань не произнес ни слова. Он был очень упрям.

— Теперь, когда она замужем, ты должен передумать. Не говоря уже о других, разве Цзяюй не очень хороша? Она воспитывалась с тобой с детства, она прекрасна во всех отношениях. Что думаешь? — матушка Шэнь надеялась, что какая-нибудь женщина сможет похитить сердце ее драгоценного сына, лишь бы это была не Су Янь.

Су Янь была прекрасна. Красавица, которая нравилась ее сыну так же, как и другим. Но разве семья Шэнь может сравниться с семьей Цзян? Если Цзян Цзинчуань однажды разозлится, одного движения его пальца будет достаточно, чтобы расправиться с семьей Шэнь.

Услышав, как мать упомянула Сунь Цзяюй, Шэнь Пэйжань в гневе вскочил.

— Мама, пожалуйста, не говори больше о Сунь Цзяюй. Мы с ней не можем быть вместе. Если бы не она, я и Сяо Янь не поругались бы!

Шэнь Пэйжань был на пределе. Он винил себя; он винил все, что разлучило его с Су Янь. Он даже подумал, что если бы не Сунь Цзяюй, они с Су Янь не поссорились бы и он бы сейчас не сердился.

— Какое это имеет отношение к Цзяюй? — возразила матушка Шэнь. — Я слышала от Цзяюй, что в тот день она пришла готовить для тебя. Она не знала, что Су Янь была там. О, и не вини ее, это я дала Цзяюй ключ.

Было бы лучше, если бы этот вопрос вообще не поднимался, но теперь, когда об этом упомянули, Шэнь Пэйжань взорвался:

— Как это может быть таким совпадением? Она не приходила утром, не приходила ночью, но пришла именно в это время. Мама, даже если я не стал разбираться в этом вопросе, это не значит, что я ничего не знаю.

Не то чтобы он не догадывался о мыслях Цзяюй, просто ему не хотелось прямо указывать на них. Кроме того, он также думал использовать ее, чтобы разозлить Су Янь. Теперь, когда Су Янь разозлилась и ушла, как он мог притворяться тупым? Кто-то однажды сказал, что, если женщина решит спрятаться от мужчины, то это будет очень легко сделать. Но это срабатывало только в сочетании с любовью мужчины к женщине. Если бы мужчина не был ослеплен романтической любовью, он мог бы легко увидеть женскую ложь.

Мать Шэнь очень любила Сунь Цзяюй и в глубине души отдавала ей предпочтение, поэтому, услышав такие слова сына, она не выдержала и возразила:

— Что ты имеешь в виду? Даже если тебе не нравится Цзяюй, вы выросли вместе, как брат и сестра; как ты можешь так говорить о ней? Только из-за Су Янь? Почему ты не можешь понять: Су Янь уже замужем!

По словам матери Шэнь, уже замужняя Су Янь не могла сравниться с Сунь Цзяюй. Шэнь Пэйжань больше не хотел спорить. Даже если он был зол, он не хотел ссориться с матерью. В конце концов, он смог только сказать:

— Даже если бы Сяо Янь и я не были вместе, я бы не сошелся с Цзяюй. Мама, пожалуйста, не упоминай больше об этом. В любом случае, Цзяюй для меня не больше, чем младшая сестра.

Если бы он мог быть с Цзяюй, они бы уже давно были вместе. Матушка Шэнь хотела сказать еще что-то, но, увидев неприглядное выражение лица сына, смирилась. Перед уходом она еще раз попробовала убедить его:

— Завтра ты должен идти на работу. Твой отец уже недоволен. Разве ты не знаешь, что ты не единственный претендент на место преемника? Ты не можешь весь день бездельничать, витая в романтических бреднях, как ребенок. Ты должен взять на себя семейные обязанности.

Отец Шэнь был женат дважды. До матушки Шэнь у него была жена. После того, как отец Шэнь приобрел известность и состояние, он стал смотреть на жену свысока, потому что она была простой сельской женщиной, и в результате он бессердечно развелся с ней. Однако у него уже был ребенок от бывшей жены. Хотя отец Шэнь в основном предпочитал Шэнь Пэйжаня, сын бывшей жены все еще имел некоторую долю в семейном имуществе.

Шэнь Пэйжань ясно представлял себе сложные семейные узы. Он сразу же кивнул, давая понять, что завтра непременно пойдет на работу. Все мужчины были такими. Даже если на сердце у него было тяжело из-за отношений с Су Янь, самым важным для него оставалась его карьера.

Увидев своего сына решительно настроенным, мать Шэнь почувствовала, что ее разум теперь свободен от забот. Потом она решила немного поболтать с Су Янь. Женское чутье говорило ей, что Су Янь не разведется с Цзян Цзинчуанем. В таком случае девушке лучше не морочить голову ее сыну просто так. Пока Су Янь будет держаться твердо, ее сын, естественно, будет думать только о работе. Сейчас самым насущным вопросом была борьба за право наследования. Все остальное было второстепенным.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 22.2 Хочешь ли ты быть госпожой Цзян или госпожой Шэнь, я поддержу тебя

После того как Су Янь вздремнула и как раз собиралась посмотреть очередной драматический сериал, неожиданно явился гость. Похоже, это был друг предыдущей владелицы тела. Су Янь не осмеливалась говорить слишком много и велела тете Ван приготовить ароматный чай и маленькие пирожные. Сидя на диване, Вань И внимательно осмотрела Су Янь, прежде чем сказать:

— Ты изменилась.

Су Янь была так напугана, что ее прошиб холодный пот. Вань И поправила очки и, наконец, улыбнулась:

— Сяо Янь, это первый раз, когда я получаю удовольствие от такого обращения.

Су Янь всегда была очень добра к ней; каждый раз, когда она выходила развлечься, она всегда приносила подарок. Весьма щедрая к своим друзьям Су Янь не была очень внимательна к мелочам. Впервые при Вань И подруга велела прислуге приготовить послеобеденный чай.

Су Янь только улыбнулась и ничего не сказала. После того, как тетя Ван принесла все к чаю и ушла, Вань И понизила голос и сказала:

— Сяо Янь, ты поругалась с Шэнь Пэйжанем? Я работала сверхурочно каждый день, так что у меня не было времени позвонить тебе. Я прошу прощения.

— Все в порядке, — Су Янь поднесла чашку с розовым чаем к губам и сделала глоток, тонко улыбаясь.

Глядя на свою лучшую подругу, Вань И могла понять, как такой гордый человек как Шэнь Пэйжань мог охотно пожелать стать третьей стороной в браке. Если бы она была мужчиной, то тоже влюбилась бы в Су Янь. Вспомнив главную причину, по которой она пришла сегодня, Вань И серьезно сказала:

— Сяо Янь, я здесь не для того, чтобы сеять раздор; но я сказала тебе в самом начале, что, пока ты одна, я буду поддерживать твои отношения с Шэнь Пэйжанем. Теперь, когда ты замужем, вам не нужно продолжать общаться друг с другом. Это не хорошо, бросать господина Цзян ради Шэнь Пэйжаня.

Су Янь не стала спорить. Увидев, что подруга не сердится, Вань И продолжила:

— Я знаю, что тебе не нравится это слышать, но это для твоего же блага. Если тебе нечего сказать, то позволь спросить, когда твоя семья заставила тебя выйти замуж за господина Цзян, Шэнь Пэйжань предлагал тебе выйти за него?

«Э-э-э, не знаю», — подумала Су Янь.

— Он не предложил, потому что не хотел жениться. Конечно, это понятно. В конце концов, он не так уж и стар. Строго говоря, он не прилагал никаких усилий для укрепления ваших чувств. Теперь, когда ты замужем, никто не просит тебя хранить верность господину Цзян до самой смерти; никто не заставляет тебя влюбляться в него – просто ты теперь замужняя женщина. По крайней мере, ты должна дать мистеру Цзян какое-то уважение. Если ты действительно не можешь так жить, то обсуди с ним развод. Когда разведешься, можешь оставаться с кем хочешь. Но до тех пор, пока ты миссис Цзян, ни в коем случае не совершай никаких неправильных действий.

Вань И говорила это много раз, но каждый раз, когда Су Янь слышала эту горькую правду, она очень сердилась.  Теперь, когда они были в ссоре с Шэнь Пэйжанем, Вань И чувствовала, что, даже если эти слова могли обидеть или ранить чувства Су Янь, она должна была произнести их. Она была подругой Су Янь, поэтому надеялась, что та прислушается к ее словам.

Су Янь, конечно, слушала. Она снова посмотрела на Вань И и не могла не позавидовать предыдущей хозяйке тела. Раньше, когда она жила в Императорском гареме, у нее не было недостатка в друзьях. Большинство людей хотели выслужиться перед ней, но кто лучше нее знал, что они все просто притворяются, демонстрируя свою любовь. У предыдущей хозяйки тела были такие друзья, которые, хотя и говорили прямо, искренне думали о ее благе. Их слова были честными, хоть и режущими слух, но все же очень полезными с точки зрения стороннего наблюдателя. То, что сказала Вань И, было правдой. Действительно, если Су Янь разведется, она сможет быть вместе с тем, кого любит; никто не будет иметь никакого права вмешиваться. Но с того дня, как она стала госпожой Цзян, она должна соблюдать Кодекс брака.

— На самом деле, я примирилась с Цзян Цзинчуанем и сошлась с ним, — Су Янь знала, что это дело нельзя скрыть. Приняв решение, она решила расспросить Вань И о некоторых вещах, а затем подумать о том, как решить ее отношения с Шэнь Пэйжанем.

Шэнь Пэйжань не исчезнет, если она просто перестанет обращать на него внимание. Эти отношения нужно урегулировать должным образом. Она знала, что Шэнь Пэйжань не отпустит ее так легко, поэтому ей нужно было хорошенько подумать, прежде чем делать шаг. Она хотела придумать лучший способ, который, по крайней мере, удовлетворил бы обе стороны.

Когда Вань И услышала это, она была ошеломлена. Направляясь сюда, она приготовила длинную тираду, но теперь потеряла дар речи, не в силах вымолвить ни слова. Она недоверчиво посмотрела на подругу.

— Что ты сказала?

Су Янь спокойно кивнула:

— Ну, несколько дней назад он был пьян, а потом... — она не стала продолжать, но Вань И и так все поняла.

Су Янь подумала, что если она вдруг резко изменит свое отношение к Шэнь Пэйжаню и станет милой и правильной парой с Цзян Цзинчуанем, это будет слишком быстро и неправдоподобно. Поэтому она назвала причину, которая, скорее всего, будет легче принята другими.

Вань И сразу же поняла, в конце концов, Су Янь была ее лучшей подругой. Естественно, то, что Су Янь внезапно влюбилась в Цзян Цзинчуаня, было скорее отличной теорией, но на практике это было невозможно, как и с Шэнь Пэйжанем. Теперь Су Янь с Цзян Цзинчуанем уже приготовили рис, поэтому проблема практически исчерпала себя.

Как лучшая подруга, Вань И была очень счастлива. Она никогда не говорила, что ей не нравится Шэнь Пэйжань, но это не означало, что она позволит своей подруге играть с огнем. Теперь, когда Су Янь все уладила сама, Вань И спокойно сказала:

— На самом деле, господин Цзян очень хорош. Когда я присутствовала на церемонии бракосочетания, то обнаружила, что он не изображал сноба перед членами твоей семьи и нашими друзьями, что бывает очень редко. Сяо Янь, я знаю, что твоя семья очень огорчила тебя, но я не думаю, что дядя и тетя из тех людей, которые не заботятся о счастье своей дочери. Они, конечно, доверяли моральному облику господина Цзян, раз приняли такое решение.

Су Янь не знала, что на это ответить. Она никогда не встречалась с членами семьи предыдущей владелицы тела, поэтому не могла комментировать, кто был прав, а кто нет в устройстве этого брака.

В словах Вань И была доля правды. Она высоко оценила моральные качества Цзян Цзинчуаня. Су Янь пересекалась со многими людьми, которые вынашивали злые намерения в Императорском дворце. Она доверяла своей интуиции.

— Сегодня мне звонил Шэнь Пэйжань. Он сказал, что поссорился с тобой и попросил меня передать тебе сообщение. Я тут же отказалась. Собственно говоря, сегодня я сбежала с работы. Позже мне придется вернуться в компанию, чтобы работать сверхурочно, — даже несмотря на то, что Вань И была чертовски занята, если бы она не беспокоилась о подруге, она бы не попросила отгул.

Су Янь почувствовала беспокойство, услышав это. И на этот раз она не скрывала этого перед Вань И. Она сделала вид, что расстроена, и сказала:

— Это невозможно для меня и для него; но, так как мы знакомы уже много лет, я не хотела идти на крайние меры, чтобы заставить его отпустить меня.

Услышав это, Вань И предположила, что Су Янь все еще влюблена в Шэнь Пэйжаня. Это было понятно, ведь у них когда-то были хорошие отношения. Она глубоко задумалась, прежде чем заговорить:

— Что ты собираешься делать?

Су Янь покачала головой, выражение ее лица стало еще более озадаченным:

— Я не знаю. Цзян Цзинчуань знал о связи между ним и мной и сказал, что это не имеет значения, но в будущем я не должна встречаться с Шэнь Пэйжанем. Я ему уже обещала.

— Конечно, вам не следует встречаться друг с другом. Сяо Янь, я боюсь, что ты не знаешь, насколько могущественна семья Цзян. Если ты спровоцируешь Цзян Цзинчуаня, Шэнь Пэйжань сильно пострадает. Ладно, я поищу Шэнь Пэйжаня, чтобы пообедать с ним на днях, когда освобожусь. Я ему все подробно объясню, — Вань И вспомнила, что проект ее отдела скоро завершится. Когда придет время, она найдет время поболтать с Шэнь Пэйжанем. Будет ли от этого польза или нет, неизвестно, но она должна хотя бы попробовать.

Су Янь знала, что Вань И даст знать Шэнь Пэйжаню, но стоило подумать, примет ли он это? Скорее всего, нет.

Конечно, это неизбежно причинит ему боль, но она не будет встречаться с Шэнь Пэйжанем. В этом случае лучше причинить быструю острую боль, чем долго мучить неизвестностью. Шэнь Пэйжань был человеком поразительной внешности, его социальное положение было столь же хорошим. Он непременно встретит кого-то, кто действительно подойдет ему в будущем. Не говоря уже об этом, но если он действительно спровоцирует Цзян Цзинчуаня, сможет ли Шэнь Пэйжань вынести это?

Если вы не можете быть вместе, то лучше не давать людям необоснованной надежды.

Су Янь беспокоилась, что Вань И предположит, что причина изменений ее отношений с Цзян Цзинчуанем была лишь в сексе, чего она не хотела. Если Шэнь Пэйжань подумает, что ее принудили, он может разозлиться настолько, что придет сводить счеты с Цзян Цзинчуанем. Если этот вопрос дойдет до ушей Цзян Цзинчуаня, то он может подумать, что она хочет помириться с ним исключительно из-за того, что они переспали. И что же тогда делать?

Думая об этом, лицо Су Янь наполнилось чрезвычайно счастливой улыбкой:

— На самом деле, я не только по этой причине сошлась с Цзян Цзинчуанем. Позже я обнаружила, что он был очень мил, и я хочу продолжать быть госпожой Цзян.

Су Янь не знала, что за человек был Шэнь Пэйжань, поэтому она не могла сделать сравнение; но, насколько она могла понять, Цзян Цзинчуань был очень харизматичным. Хотя большая часть его обаяния происходила от его богатства и влияния, нельзя было отрицать, что он очень образован сам по себе, и мог оставить хорошее впечатление о себе в сердце любого человека.

Вань И, как новый сотрудник компании, поклонялась таким людям, как Цзян Цзинчуань.

— Совершенно верно, господин Цзян – чрезвычайно успешный бизнесмен.

Су Янь не знала, как на это ответить.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 22.3 Хочешь ли ты быть госпожой Цзян или госпожой Шэнь, я поддержу тебя

Вань И пробыла у нее больше часа, прежде чем решила уйти. Когда она встала, то обняла Су Янь и прошептала:

— Сяо Янь, я знаю, что тебе было нелегко. Должно быть, это ужасно грустно, что ты не смогла выйти замуж за того, кто тебе нравится. Я не знаю, как тебе помочь, но я искренне желаю, чтобы ты была счастливее, чем кто-либо другой. Будь ты госпожой Цзян или госпожой Шэнь, я поддержу тебя.

Су Янь сильно обняла ее в ответ, ее голос выдавал ее эмоции, когда она ответила:

— Хорошо, спасибо тебе.

Да, она будет счастлива. Она будет жить так, как ей хочется. Су Янь проинструктировала тетю Ван:

— Пожалуйста, скажи водителю, чтобы он отвез мою подругу в офис.

Сидя в машине семьи Цзян, Вань И с чувством вздохнула. Су Янь раньше была немного холодной, невежественной и своенравной особой. Теперь она проявляла внимание даже к таким мелким деталям. Это и называется взрослением, когда становишься разумным, не так ли? Вань И смотрела в окно, думая про себя: «Сяо Янь, должно быть, счастлива».

Когда было уже почти пять часов, Су Янь села в машину, чтобы отправиться в родовой особняк Цзян. Тетя Ван, однако, не забыла о своей задаче и быстро велела водителю остановиться, когда они проезжали мимо супермаркета. Она взяла с собой Су Янь, чтобы купить конфеты.

Это был первый раз, когда Су Янь зашла в супермаркет, поэтому она не осмеливалась отступить ни на шаг, а сразу же последовала за тетей Ван. В супермаркете было не так много людей, но появление Су Янь все же привлекло множество взглядов. Су Янь скупила конфеты Ван Цзы всех вкусов. В момент проверки кассирша была в шоке.

Мандарин, черника, ананас…

Су Янь не была уверена ни в одном вкусе; было трудно понять, что нравится Цзян Цзинчуаню. Тетя Ван надежно упаковала конфеты.

Когда Су Янь прибыла в родовой особняк Цзян, отца и матери Цзян не было дома, были только бабушка и дедушка. Когда они увидели Су Янь, их глаза сузились от счастья. Они вызвали кухонный персонал и приказали им приготовить любимые овощи Су Янь, а также ее любимые дим-самы и десерты заодно. Почтенная госпожа Цзян взяла Су Янь за руку и отказалась отпускать ее:

— Посмотри на себя, ты выглядишь такой худой. Ты должна приходить сюда чаще, чтобы поесть, хорошо?

Су Янь была очень озадачена. Эта почтенная госпожа не приказывала кухонному персоналу готовить любимые блюда ее внука? Это было совершенно ненормально.

— Сяо Янь, должно быть, устанет бегать туда-сюда каждый день. Раз так, пусть сестра Чэн приходит к тебе каждый раз. Сяо Янь любит блюда, которые она готовит, — теплота почтенного господина Цзян была не меньше, чем у почтенной госпожи, и фактически зашла так далеко, чтобы немедленно заставить повара родового особняка Цзян посетить Су Янь.

Услышав это, тетя Ван расплылась в улыбке. Она знала, что молодая госпожа очень нравилась этим двум пожилым людям, и теперь даже господин любит ее. Насколько комфортнее была бы ее жизнь, если бы она родила ребенка? Как человек, присматривающий за Су Янь, она буквально светилась от счастья.

Су Янь, однако, была встревожена странным поведением хозяев дома. Пока кухонный персонал готовил ужин, Су Янь последовала за почтенной госпожой Цзян в ее комнату. С улыбкой почтенная госпожа Цзян достала из красивого антикварного шкафа тяжелую шкатулку с драгоценностями и протянула ее Су Янь.

— Когда ты выходила замуж, у тебя была собственная коллекция драгоценностей, но я всегда чувствовала, что этого недостаточно. Здесь то, что дала мне моя мать. Теперь я уже не могу ими воспользоваться. Тебе нравится?

Первой реакцией Су Янь было отказаться, но, увидев теплое выражение в глазах почтенной госпожи, она не смогла придумать причину, чтобы вежливо отказаться. Она очень осторожно открыла шкатулку с драгоценностями. Какие драгоценности она не видела в Императорском гареме? Взглянув на коллекцию драгоценностей, она поняла, что они очень хороши. Они совершенно отличались от бриллиантового ожерелья, которое она надела вчера на званый обед.  В каждое изделие словно вложили душу.

— Бабушка, я не могу просить об этом... — откуда у нее хватит смелости просить? С одного взгляда она поняла, что эти сокровища передаются из поколения в поколение.

Почтенная госпожа Цзян улыбнулась при этих словах. Хотя прошло много лет и время оставило свои следы на ее лице, но, глядя на нее, можно было понять, как красиво она выглядела в молодости. Даже несмотря на возраст, это была восхитительная красота.

— Сяо Янь, возьми, это тебе. Если ты захочешь чего-то, что есть у бабушки, бабушка тебе это даст.

Су Янь не знала, как на это ответить. Перед лицом почтенной госпожи Цзян, которая горячо любила ее, Су Янь, привыкшая к интригам императорского гарема, была в растерянности. Как почтенная госпожа Цзян может так любить ее?

Видя колебания Су Янь, почтенная госпожа радостно рассмеялась:

— Я не знаю, насколько ты счастлива, что вышла замуж. Сяо Янь, мы с дедушкой способствовали этому браку, поэтому мы также несем ответственность за ваше счастье. Глядя на добрые чувства между тобой и Сяо Чуанем, я могу успокоиться, ведь Сяо Чуань — человек, достойный того, чтобы ему довериться.

Почтенная госпожа говорила эти слова и в прошлый раз, и если тогда Су Янь была удивлена, то теперь она чувствовала себя ошеломленной.

Разве бабушка не должна больше заботиться о своем внуке? Она чувствовала, что почтенная госпожа и почтенный господин Цзян, казалось, баловали ее больше, чем родного внука? Как такое могло случиться?

— На самом деле раньше мы колебались, не зная, подходит ли тебе Сяо Чуань. Я видела, как ты росла с самого детства. Его характер заслуживает доверия. Если вы с ним поженились, он наверняка будет заботиться о тебе всю оставшуюся жизнь, — любовь в глазах почтенной госпожи Цзян не была фальшивой.

Су Янь была удивлена. Почему-то ей было странно слышать эти слова. Это звучало так, как если бы пожилые родители выбрали Цзян Цзинчуаня для нее, вместо того чтобы выбрать жену для своего внука. Что это значит? Почему это казалось еще более странным?

Даже несмотря на то, что теперь она крепко ухватилась за бедра пожилых родителей, Су Янь все еще не могла понять этого.

С другой стороны, отец и мать Цзян ехали по дороге домой. Мать Цзян знала, что ее свекровь души не чает в невестке, хотя и была несколько озадачена, но не рассержена, а только полна любопытства:

— Почему мама и папа так хорошо относятся к Сяо Янь? Даже лучше, чем я.

Несмотря на то, что мать Цзян была женщиной средних лет, она хорошо заботилась о себе, но эти слова сейчас прозвучали как будто их сказала кокетливая девушка. Отец Цзян не удержался от смеха:

— Ты ревнуешь?

— Да ладно, ты же знаешь, что я не это имела в виду, — мать Цзян не могла ревновать к жене своего сына; она просто была изумлена, вот и все.

На лице отца Цзян все еще была легкая улыбка, он не ответил прямо на ее вопрос:

— Не спрашивай, это хорошо, что мама и папа любят Сяо Янь.

Видя, что ее муж не желает отвечать, мать Цзян не стала расспрашивать дальше, просто мягко улыбнулась:

— Да, это хорошо.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 23.1 Способ Цзян Цзинчуаня выразить свои чувства

Прежде чем Цзян Цзинчуань прибыл в особняк, отец и мать Цзян, и долго отсутствовавшая Цзян Цзинцзин вернулись домой.

Су Янь слышала, что Цзян Цзинцзин была еще студенткой и пребывала в самом беззаботном возрасте. Она не хотела жить в общежитии института, поэтому Цзян Цзинчуань подарил ей квартиру на совершеннолетие. Цзян Цзинцзин останется в этой квартире, пока не уедет учиться за границу.

Ее мнение о золовке было довольно неплохим. Все в семье Цзян получили отменное воспитание. Она была единственной девочкой в семье, хотя и очень избалованным, но не наглым ребенком. Как невестка, по крайней мере внешне, Су Янь уважала ее.

При взгляде на почтенную госпожу Цзян, сидящую рядом с Су Янь и спрашивающую о ее самочувствии, в глазах матери Цзян вспыхнул блеск. Она спросила с улыбкой:

— Ты вчера устала?

Прежде чем Су Янь успела ответить, почтенная госпожа Цзян бодро ответила:

— Этот ребенок очень воспитанный. Я позвонила только один раз – она ничего не спросила и пришла посидеть со мной.

Цзян Цзинцзин уже привыкла к подобным сценам. Она села по другую сторону почтенной госпожи Цзян и, как избалованная внучка, потянула ее за руку, говоря:

— Мой друг сказал мне, что вчера невестка выглядела очень красиво.

Откровенно говоря, Цзян Цзинцзин ничего не имела против Су Янь. У нее не было комплекса сестры. Ее отношения со старшим братом были очень хорошими, поэтому, когда он женился, она даже не чувствовала, что ее брата похитили. Су Янь была любима бабушкой и дедушкой, и была красивой. У Цзян Цзинцзин не было конфликта интересов с Су Янь. Самое главное, что у нее не было ни мыслей, ни желания вмешиваться в жизнь старшего брата.

Су Янь любила и ценила людей, которые были в курсе событий и занимались своими делами. В свете комплимента Цзян Цзинцзин Су Янь изобразила скромность:

— Я не смею. Другие дамы были гораздо красивее.

Отец Цзян хотел задать еще несколько вопросов, но как свекор, он должен был держаться на некотором расстоянии, чтобы не вызвать подозрений. Кроме того, он не был готов задавать вопросы о сплетнях, как женщина, поэтому он мог только терпеть. Он лучше спросит сына, когда тот вернется.

— Благодаря туфлям, которые мне подарила мама, вчера я чувствовала себя очень комфортно. Даже Цзинчуань сказал, что я хорошенькая, — Су Янь продемонстрировала точно отмеренное количество любви к мужу и лести. Туфли и платье были неудобными, но это было второстепенным фактом. Для женщин всех возрастов было приятно, когда их хвалили за хороший вкус.

Конечно же, мать Цзян Цзинчуаня, услышав эти слова, улыбнулась. Хотя это была всего лишь пара туфель, Су Янь вспомнила о них и поблагодарила, что заставило мать Цзян почувствовать себя очень хорошо. Глаза достопочтенной госпожи Цзян тоже заметно смягчились, когда она посмотрела на мать Цзян:

— Это было очень любезно с твоей стороны.

Когда почтенная госпожа Цзян сказала это, мать Цзян почувствовала себя немного подавленной. Когда она только вошла в семью Цзян, ее отношения со свекрами не были особенно теплым, хотя они и не были открыто против нее.

Цзян Цзинцзин, боясь, что ее мать потеряет хладнокровие, быстро пошутила:

— Мама очень добра к невестке. Мне мама никогда не дарила обувь, я очень завидую.

Услышав эти слова, Су Янь тихо рассмеялась. Она вела себя как невестка, обожающая сестру своего мужа:

— Цзинцзин, как-нибудь в другой раз мы вместе пойдем за покупками. Что бы ты ни захотела, ты сможешь купить с помощью карты твоего старшего брата, хорошо?

Она постоянно упоминала имя мужа, когда разговаривала с его семьей, чтобы закрепить свое существование. Что касается использования карты Цзян Цзинчуаня, Су Янь не испытывала стыда. В конце концов, она ни за что не откажется от такой возможности, у нее нет способа самой зарабатывать деньги. Семья Цзян принимала это как должное, поэтому они не обиделись.

Глаза Цзян Цзинцзин сияли, как жемчужины. Она тут же села рядом с Су Янь и ласково потянула ее за руку:

— Это здорово! Если на этот раз старший брат что-то скажет, тогда, невестка, ты должна быть на моей стороне.

Она совершенно не возражала иметь хорошие отношения с невесткой. Живя в такой семье, она была не менее чувствительна к выгоде, чем другие. Она знала, что скоро ее брат возглавит семью Цзян, и ее будущая семейная жизнь будет зависеть от отношений с братом и его женой.

Су Янь считала, что нелегко поддерживать хорошие отношения со своими родственниками, нравится она Цзян Цзинцзин или нет. Живя в Императорском гареме, она слышала множество сплетен. Что среди членов клана семьи министра не было мира. Возникали конфликты между невестками, споры между свекровью и невесткой. Это было вполне нормально. В последнее время она смотрела слишком много семейных драм. В семьях, подобных семье Цзян, было чрезвычайно трудно сохранить дружескую атмосферу. Но ей повезло, что в семье мужа все EQ и IQ были на высоте. Это обеспечивало ей достаточный комфорт.

Достопочтенная госпожа Цзян просияла, глядя на Су Янь:

— Хорошая идея, походи по магазинам с Цзинцзин или приходи сюда поесть, когда у тебя будет время. Цзянчуань обычно очень занят работой, поэтому тебе должно быть скучно в одиночестве.

— Да, я поняла, — Су Янь мило кивнула.

Через некоторое время мать Цзян и Цзян Цзинцзин поднялись наверх, чтобы переодеться. Мать Цзян пошла в комнату дочери после переодевания и прошептала:

— Су Янь – очень проницательный человек. Тебе следует проводить с ней больше времени и учиться тому, как она говорит и как себя ведет. Это было бы тебе полезно.

Мать Цзян очень строго относилась к воспитанию своих детей. В отношении ее сына не было никаких проблем; он мог взять на себя любую ответственность и добиться успеха. Она полностью доверяла ему. Девичья семья матери Цзян была очень заурядной, но она не осмеливалась пойти на компромисс в вопросе образования дочери. Исходные данные ее дочери были выше, чем у нее в свое время, поэтому ее характер всегда был немного высокомерным. Она не хотела, чтобы ее дочь страдала из-за своих ошибок, поэтому никогда не ослабляла внимание в ее воспитании.

Когда мать Цзян была моложе, она ходила на всевозможные мероприятия с отцом Цзян. Она видела много высокомерных, своенравных дочерей из богатых семей, поэтому после рождения Цзян Цзинцзин она решила совершенно не баловать свою дочь и не позволить ей превратиться в такого человека.

За эти годы мать Цзян преуспела в своих усилиях. Цзян Цзинцзин была более зрелой и имела гораздо более ясный взгляд на вещи по сравнению со своими сверстницами. Иногда, глядя на свою взрослую дочь, мать Цзян чувствовала грусть. Она не хотела, чтобы ее дочь была наивной. В будущем она выйдет замуж за кого-нибудь с таким же статусом, как у семьи Цзян. В семье мужа Цзян Цзинцзин ничем не будет отличаться от обычной женщины. Сейчас все они были очень добры и снисходительны к ней. В другом доме ей могли бы сделать небольшие скидки из-за семьи Цзян, но, если ее характер не будет хорошим, то в будущем она не сможет наладить добрые отношения со своим супругом и будет несчастна.

Цзян Цзинцзин кивнула, слушая слова своей матери:

— Я знаю. Невестка хорошая. Я не прочь проводить с ней время.

Девушка из относительно обеспеченной семьи с необычайной красотой смогла выйти замуж за ее старшего брата, но также сумела построить с ним хорошие отношения? Этот человек был ходячей моделью поведения из учебника.

Раньше у нее не было никаких контактов с Су Янь, и она чувствовала, что невестка была слишком хладнокровной. Теперь Цзян Цзинцзин обнаружила, что, если Су Янь захочет, она может ужиться со всеми в семье Цзян. Она восхищалась такими способностями.

Когда уже почти стемнело, Цзян Цзинчуань поспешил обратно. Прежде чем кто-либо успел спросить, Цзян Цзинчуань объяснил:

— Сегодня было довольно много работы. Простите, что заставил вас всех ждать.

На самом деле он не был так занят, но, помня о своем свадебном путешествии с Су Янь, Цзян Цзинчуань заставил своего помощника завалить его работой, чтобы закончить все пораньше.

Семья Цзян, естественно, не стала бы беспокоить его из-за этого. Будучи тактичной, Су Янь последовала их примеру и только слегка рассмеялась. В конце концов, свекровь и свекор его не ругали.

Занимая свое место, Цзян Цзинчуань случайно взглянул на Су Янь. Заметив, что выражение ее лица не изменилось, он почувствовал некоторое облегчение. Ее цвет лица действительно выглядел довольно плохо, когда он уходил сегодня утром; она была болезненно бледной.

Достопочтенный господин Цзян, как глава семьи, удовлетворенно улыбнулся, увидев, что вся семья сидит вместе за ужином:

— Когда вся семья ест вместе, я могу съесть дополнительную миску риса.

— Если дедушка так говорит, то в будущем мы сможем чаще обедать здесь, — сказал Цзян Цзинчуань с улыбкой.

— Но тогда Сяо Янь устанет еще больше. Зачем это нужно? — хотя почтенная госпожа Цзян тоже хотела видеть Су Янь каждый день, вилла находилась на значительном расстоянии от родового особняка. Она боялась, что ежедневные поездки туда и обратно будут очень трудными. — Сяо Янь так похудела.

Отец Цзян намеренно обиженно вздохнул:

— Говорят, что когда появляется невестка, забывают о матери; у вас есть только внучка, а вы уже забыли, что у вас есть еще сын и внук.

От этих слов сердце Су Янь подскочило к горлу. Похоже, она была не единственной, кто заметил эту странность. Она внимательно посмотрела на выражение лиц свекрови, свекра и золовки, и не обнаружила никаких изменений. Неужели им не кажется это странным?

Су Янь решила в следующий раз спросить Цзян Цзинчуаня, но не напрямую. Цзян Цзинчуань не чувствовал ничего странного. Он опустил голову, чтобы поесть, и увидел, что Су Янь смотрит на него. Он спросил:

— Хочешь суп?

Не дожидаясь ответа супруги, на глазах у всей семьи он естественным жестом поставил перед Су Янь полную миску горячего супа.

— Я его не пробовал. Ты можешь его выпить.

Достопочтенная госпожа Цзян и достопочтенный господин Цзян очень обрадовались, увидев эту сцену.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 23.2 Способ Цзян Цзинчуаня выразить свои чувства

— Отношения старшего брата и невестки очень хорошие, — Цзян Цзинцзин внутренне уже падала ниц перед Су Янь от восхищения. Ее старший брат обычно говорил очень мало и не стеснялся в выражениях, разговаривая с ней, своей младшей сестрой. Теперь, видя, что он так естественно проявляет уважение к Су Янь, Цзян Цзинцзин немедленно решила следовать за своей старшей невесткой всякий раз, когда появится возможность.

У Цзян Цзинцзин не было никаких личных амбиций; она просто хотела есть и веселиться всю оставшуюся жизнь. Но, когда она подросла, родители планировали брать ее с собой на мероприятия. Мать много раз говорила ей, чтобы она прислушивалась к словам дам из этих домов. Они были даже полезнее школьных знаний. Поначалу она ничего не понимала, но, когда бывала с подругами, то слышала сплетни о многих богатых и влиятельных кланах.

Например, госпожа Чжан внешне выглядела благородно, но, на самом деле, господин Чжан не обращал на нее никакого внимания и даже намеревался возвысить свою любовницу до положения жены. Или, например, госпожа Ли и господин Ли были влюбленной супружеской парой. На банкете она сосредоточилась на этих двух женщинах и обнаружила, что госпожа Чжан слишком заносчива, высокомерна и считает всех ниже себя. Она не хотела иметь ничего общего с такой стервой. Госпожа Ли была совсем другой. Она говорила мягким и нежным голосом и была вежлива со всеми.

Цзян Цзинцзин не думала, что ей может повезти, как ее матери, и она встретит человека, который искренне ее полюбит. Она знала, что в будущем она выйдет замуж в семью примерно равного положения с семьей Цзян и не ожидала, что все пройдет гладко. Она сама позаботится о том, чтобы жить в комфорте.

Тем не менее, независимо от того, в какую семью она попадет, всегда лучше быть очаровательным человеком. Теперь, когда рядом с ней был успешный пример, она, естественно, многому научится. Она была молодой госпожой из семьи Цзян и, естественно, приложит все свои силы, чтобы помочь семье Цзян в будущем. Мало того, позже ее дети также станут наследниками определенных финансовых компаний. Для этого она должна превратиться в достойную особу.

Су Янь лишь смущенно моргнула и промолчала. Увидев жену в таком состоянии, Цзян Цзинчуань не смог удержаться от смеха, вспомнив сцену, когда она проклинала его сегодня утром, лежа на кровати. Когда он заметил, что теряет контроль над собой в присутствии своей семьи, он быстро взял себя в руки и продолжил есть как ни в чем не бывало.

Отец Цзян и мать Цзян понимающе переглянулись и пришли к заключению: кажется, скоро можно будет ожидать внука. После еды Цзян Цзинцзин отвела Су Янь в свою комнату, чтобы помочь подобрать одежду. Цзян Цзинчуань был снова вызван в кабинет отцом для получения наставлений.

— Вроде все наладилось. Независимо от того, нравится тебе этот брак или нет, вы уже женаты и должны вести себя соответственно. Как следует позаботься о Сяо Янь. Что касается этой Хуан-как там ее-вэй, я уже велел кое-кому это подчистить. Не встречайся с ней больше, — «чистка», о которой упоминал отец Цзян, была не более чем давлением на управляющего агентством Хуан Юйвэй.

Они уже много раз предупреждали актрису. Сейчас у нее не должно было остаться никаких порочных мыслей. В настоящее время сплетни, циркулирующие в сети, касались ее неоднозначных отношений со звездой современной драмы и ведущим актером. Никто не мог связать ее с Цзян Цзинчуанем.

Цзян Цзинчуань обнаружил, что ему всегда придется носить эту проблему на своих плечах. В любом случае, по мнению его семьи, причина, по которой его отношения с Су Янь не были хорошими, была, без исключения, его виной.

— Я ее не знаю. Отец, ты не мог бы проверять данные, прежде, чем вмешиваться? — у Цзян Цзинчуаня тоже был характер. Когда бы он мог сблизиться с другими женщинами? Почему все думают, что он такой человек?

Отец Цзян впился в него взглядом и сердито стукнул кулаком по столу.

— Я не прав на твой счет? Почему же люди не связывают тебя с другими женщинами? Не хочешь ли поговорить об этом?

Видя, что отец выходит из себя, Цзян Цзинчуань мог только стерпеть. Он был мужчиной, поэтому должен был вынести и это. Отец и сын долго смотрели друг на друга. После этого отец Цзян смягчил свой тон и снова призвал его:

— Не говоря уже об этой Хуан-как там ее-вэй, разве в развлекательной сфере есть женщины, которые выглядят как Су Янь? Ты думаешь, мне охота заниматься твоими делами? Я не настолько свободен. Когда тебя нет дома, твой дедушка вымещает свой гнев на мне. Во всяком случае, я хочу сказать, что самое позднее в следующем году ты должен заиметь ребенка!

В этом вопросе Цзян Цзинчуань не хотел сдаваться. Не то чтобы он сам не хотел иметь детей, но он вспомнил ответ Су Янь с прошлого раза. После некоторого колебания он сказал:

— Боюсь, что я не могу согласиться с этим.

Отец Цзян только начал успокаиваться, как снова взорвался:

— Что?!

Цзян Цзинчуань мысленно приготовил несколько слов, прежде чем равнодушно произнести:

— Сейчас я хочу сосредоточиться главным образом на своей работе, и к тому же я не готов. Папа, не лучше ли будет позволить мне и Сяо Янь обсудить этот вопрос между нами. Мы должны сами принять решение, разве нет?

Естественно, он не стал бы тащить в эту яму Су Янь. Так как на него и так уже возложили всю ответственность, то не будет большой разницы, если взвалить еще и это.

Наконец, отец и сын расстались недовольные друг другом. Пока Цзян Цзинчуань и Су Янь не ушли, настроение отца Цзян не улучшилось.

— Кто тебя разозлил? — мать Цзян сидела перед туалетным столиком и возилась со своими драгоценностями. Увидев, что лицо мужа почернело, как дно кастрюли, она небрежно спросила.

Отец Цзян внезапно встал, все еще сердитый.

— Кто еще, кроме Сяо Чуаня? Я сказал ему, чтобы он заделал ребенка к следующему году. Он уперся и сказал, что ничего не может обещать. И даже сказал, что мы не должны вмешиваться в это и предоставить им обсуждать это между собой. Что он имеет в виду?

Иногда мать Цзян чувствовала, что ее характер и статус противоречат мужу. Обычно свекровь заботилась о таких вещах и убеждала молодую пару иметь ребенка, но теперь все было с точностью до наоборот.

— Стоит ли из-за этого злиться? — мать Цзян повернулась, чтобы посмотреть на мужа, и терпеливо объяснила: — Сяо Чуань прав. В вопросе о рождении ребенка, естественно, последнее слово остается за ними. Почему ты так торопишься? Понятно, почему Сяо Чуань и Сяо Янь хотят пожить для себя в течение нескольких лет. Не вмешивайся.

— Как это возможно? Отец каждый раз ругает меня, — он был очень обижен из-за постоянных нападений. Ему даже пришлось расспрашивать сына и невестку о повседневной жизни в постели.

Мать Цзян была еще более беспомощна.

— Ты можешь сказать им, что уже посоветовал это Сяо Чуаню, но Сяо Чуань не хочет торопиться. Если папа с мамой хотят поторопить их, пусть они давят на Сяо Чуаня и Сяо Янь напрямую. Это не имеет к нам никакого отношения.

Мать Цзян не заботилась о таких вещах, просто такова была ее природа. По ее мнению, это был вопрос между ее сыном и невесткой. Она не собиралась вмешиваться. Выслушав мнение супруги, отец Цзян тоже задумался и решил больше не лезть в это дело.

— Хорошо. Если мой отец снова начнет меня поучать, я направлю его к Сяо Чуаню. В любом случае, меня это не волнует.

Су Янь мысленно обдумывала некоторые вопросы и молчала всю дорогу домой. Цзян Цзинчуань предположил, что ей также настоятельно рекомендовали вскоре родить ребенка. На самом деле, он мог понять, почему Су Янь не хочет рожать прямо сейчас.  В конце концов, Су Янь была молода, она официально закончила школу в прошлом году. В этом возрасте женщины в большей или меньшей степени не были готовы иметь детей. Думая об этом, Цзян Цзинчуань тепло сказал:

— Тебе не нужно беспокоиться о том, чтобы родить ребенка. Если ты не хочешь, тогда никто не будет тебя принуждать.

Вопроса о ребенке можно было бы избежать на некоторое время, так как она всегда будет вместе с Цзян Цзинчуанем, но нельзя будет уклоняться всегда. Она хотела проверить, что думает Цзян Цзинчуань, поэтому спросила:

— А как ты думаешь?

— Я? — Цзян Цзинчуань был ошеломлен, а затем улыбнулся, — Я буду рад, будь это сейчас или позже.

Это была чистая правда. Он только что испытал эти эмоции и теперь не собирался растить ребенка. Если он захочет ребенка, об этом можно будет подумать позже. Он также чувствовал, что то, что сказала Су Янь в тот день, было разумным. Он просто хотел наслаждаться временем с ней наедине. Для них было бы лучше подождать, пока они привыкнут друг к другу, прежде чем заводить ребенка.

В некоторых вопросах Цзян Цзинчуань был прекрасным человеком. Хотя он занимал определенный статус, он никогда не заставлял ее делать то, что ей не нравилось. Такого мужа трудно найти. Когда она была в Императорском гареме, хотя Его Величество очень любил ее и относился к ней как к особе, дарованной небесами, иногда у него появлялась склонность очень сильно напирать.

Су Янь притворилась спокойной и спросила:

— До какого возраста ты хочешь стать отцом?

Цзян Цзинчуань, в конце концов, был обычным человеком, который, несомненно, хотел бы стать отцом. Она хотела проверить, как долго это может продолжаться.

Цзян Цзинчуань поднял бровь; он понял, что хотела сказать Су Янь. Он не мог удержаться от смеха. Но вопрос Су Янь был очень хорош. Сейчас у него было все самое лучшее, и он действительно жил довольно беззаботно, но однажды настанет день, когда он не сможет справиться с давлением. Он тщательно обдумал это и ответил:

— До 33. Когда мой ребенок станет подростком, я не хочу быть слишком старым, чтобы играть с ним в футбол.

Су Янь начала высчитывать. Цзян Цзинчуаню в этом году исполнилось 28 лет, это означало, что у нее есть максимум пять лет до рождения ребенка. Ну, это все еще было приемлемо. Су Янь знала, что вопрос был очень противоречивым. В настоящее время, если не будет разрушительных катастроф, она не могла бы жить с Цзян Цзинчуанем и избежать рождения детей. Однако она хотела отложить это хотя бы на один день. Она знала, что в соответствии с тем, что от нее ожидали, если через пять лет она не родит, то не только Цзян Цзинчуань, но и она будет находиться под огромным давлением.

Раньше, когда она жила в Императорском дворце, официальная жена министра несколько лет не выходила из дома. У нее была очень неудовлетворительная жизнь дома, а потом ее бросил муж. В то время она тоже защищала эту женщину.

Она была уверена, что хочет иметь детей, но не была уверена, подходит ли для роли матери. Видя, что жена погружена в свои мысли, Цзян Цзинчуань подумал, что она чувствует давление. Он утешил ее:

— Пусть природа возьмет свое в этом деле. Может быть, через год или два ты захочешь стать мамой. Не чувствуй себя слишком обремененной сейчас, просто делай то, что хочешь.

— Хорошо. О...  — Су Янь вспомнила главное и сделала вид, что небрежно сказала:

— Дедушка и бабушка очень добры к нам.

Точнее, добры только к ней. Настолько добры, что это выходит за рамки здравого смысла. Она должна оставаться бдительной.

Цзян Цзинчуань кивнул и сосредоточился на вождении, глядя на дорогу.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 23.3 Способ Цзян Цзинчуаня выразить свои чувства

— Сегодня бабушка подарила мне комплект украшений. Я покажу его тебе, — Су Янь повернулась, чтобы взять шкатулку с драгоценностями с заднего сиденья, и открыла ее, демонстрируя Цзян Цзинчуаню. Он только искоса взглянул на сияние, исходящее от драгоценных камней, а затем посмотрел прямо перед собой.

— Бабушкины вещи всегда хороши, — легко сказал он.

Су Янь, которая не была уверена в отношении Цзян Цзинчуаня, сделала вид, что раздосадована:

— Я боялась, что мама и Цзинцзин рассердятся, но я не могла отвергнуть добрые намерения бабушки.

Даже если это была фамильная драгоценность, она должна быть передана матери Цзян, прежде чем перейти к ней, верно? Теперь опередив матушку Цзян, Су Янь почувствовала беспокойство. Цзян Цзинчуань не обратил на это никакого внимания:

— Бабушка дала их тебе, и ты их приняла, не нужно переживать. Мама и Цзинцзин не скупые люди. Они на тебя не рассердятся.

Но дело было не в этом! Су Янь подавила желание импульсивно задать вопрос. Глядя на проплывающие пейзажи за окном, она тихо сказала:

— Я просто чувствую, что не смогу вынести такой доброты.

Конечно же, Цзян Цзинчуань нахмурился:

— Что это значит? Разве это не нормально, что бабушка хорошо к тебе относится?

Су Янь не стала расспрашивать дальше, не добыв никакой полезной информации от Цзян Цзинчуаня. На самом деле, Цзян Цзинчуань не сомневался. Как и Цзян Цзинцзин, он также думал, что с тех пор, как дед Су Янь спас жизнь почтенного господина Цзян, и более того, мать и отец поладили с Су Янь разве не нормально стать ближе друг к другу? Поэтому Цзян Цзинчуань не слишком глубоко задумывался над этим вопросом.

Вскоре они добрались до виллы. Су Янь пошла в спальню, держа шкатулку с драгоценностями, а Цзян Цзинчуань вернулся в кабинет, чтобы разобраться с почтой. Через некоторое время тетя Ван тайком вошла в спальню Су Янь, чтобы передать конфеты Ван Цзы, которые они купили сегодня. Она радостно сказала:

— Госпожа, не ешьте слишком много сладостей на ночь. Это вредно для ваших зубов.

Тетя Ван привыкла думать, что Су Янь слишком холодна и не любит ни с кем разговаривать. Сблизившись с ней, тетя Ван обнаружила, что Су Янь похожа на ее дочь. Она была еще молода и любила есть сладости, словно ребенок. Тетя Ван, несомненно, полюбила ее.

Су Янь немного смутилась и поспешно положила конфеты в прикроватную тумбочку; но, заметив пакеты с презервативами, она покраснела.

Пока Цзян Цзинчуань серьезно разбирался с документами, вошел дворецкий с закусками.

— Спасибо. Отложите их. Я поем попозже, — Цзян Цзинчунь бросил на него быстрый взгляд, прежде чем сосредоточиться на компьютере.

У дворецкого мелькали какие-то мысли, но он не решался их высказать. Наконец он собрался с мыслями и сказал:

— Хозяин, есть одно дело, о котором я должен вам рассказать.

Цзян Цзинчуань поднял глаза и увидел сложное выражение лица дворецкого. Он засмеялся:

— О чем ты думаешь так серьезно? Просто скажи, что ты хочешь.

— Подруга госпожи приходила днем. Они долго разговаривали, а потом госпожа велела водителю отвезти ее, — дворецкий сказал это с добрыми намерениями, чтобы поставить его в известность.

Дворецкий видел, как Цзян Цзинчуань рос. Он был очень сентиментальным человеком и видел, что между Цзян Цзинчуанем и Су Янь были плохие отношения. Это добавило седины в его волосы. Теперь он пассивно наблюдал, как отношения между ними улучшаются. Он был счастлив, но в то же время тревожился, что это приведет к какому-нибудь непредвиденному инциденту. Он был обеспокоен изменениями и хотел поговорить с Цзян Цзинчуанем. Он надеялся, что супруги будут жить долго и счастливо и никаких несчастий не случится, так, чтобы почтенный господин Цзян был спокоен.

Поначалу на лице Цзян Цзинчуаня играла улыбка, но по мере того, как он слушал эти слова, улыбка постепенно исчезала.

— Дядя, в будущем неважно, что будет делать моя жена, с кем она встретится, ты не должен ни следить за ними, ни говорить мне.

— Но ... — дворецкий хотел добавить что-то еще, но его перебили.

— Она моя жена и госпожа Цзян. Я буду относиться к ней с должным уважением. Дядя, я знаю, что ты думаешь о нашем благе, но нет необходимости делать это снова, — даже если бы он и Су Янь не помирились, даже если бы они были друг другу чужими, как раньше, он не хотел, чтобы люди вокруг него «следили» за Су Янь.

Он помнил, что, даже если Су Янь была плохой, она все равно оставалась его женой; он должен был оказывать ей уважение и престиж, которых она заслуживала. Если раньше все было по-другому, теперь, когда они с Су Янь стали близки, есть ли место недоверию? Если в этом мире вы не можете доверять человеку, который делит с вами постель, кому вы можете доверять?

Цзян Цзинчуань был готов поверить в Су Янь, поверить в то, что она сказала о желании жить счастливо с ним, поверить в нее, когда она сказала, что не будет встречаться с Шэнь Пэйжанем. В некотором смысле доверие Цзян Цзинчуаня было также способом выражения его чувств.

Услышав эти слова, дворецкий покраснел от стыда. Он был всего лишь дворецким. Было очень неправильно сообщать о делах молодой госпожи Цзян Цзинчуаню.

— Не надо извиняться. Моя жена не будет сердиться. Просто не делай этого в будущем.

Дворецкий поспешно кивнул и вышел из кабинета. Он все еще чувствовал невыносимый стыд. Как он мог сомневаться в молодой госпоже? Поэтому, посидев некоторое время на корточках на кухне, он решил сказать кухонным работникам, чтобы завтра они заполнили стол всеми блюдами, которые любит молодая хозяйка. Хм, мало того, поскольку она также похвалила цветы в саду, ему нужно будет посадить новые сорта на днях. Лучше всего вырастить несколько сочных разноцветных цветов, чтобы молодая госпожа могла любоваться ими, когда выйдет утром на балкон.

После того как дворецкий покинул кабинет, Цзян Цзинчуань поспешно закончил работу и поспешил в спальню. Когда он вернулся в комнату, Су Янь уже приняла ванну. Она надела маску и удобно откинулась на спинку кровати. Она чувствовала, что это действительно хорошо и удобно. Применяя такого рода маски для лица, она чувствовала себя очень комфортно.

Цзян Цзинчуань сел на кровать и сразу же слегка схватил ее за ногу, заставив Су Янь закричать от страха:

— Что ты делаешь?!

Заставив Су Янь побледнеть от испуга, этот человек спокойно сказал:

— Проверяю твои ноги, чтобы увидеть, исчезли волдыри или нет.

Было трудно не раздувать фантазию. Из-за маски красное лицо Су Янь было скрыто. Она прилагала большие усилия, чтобы забрать ногу, но Цзян Цзинчуань крепко держал ее, продолжая внимательно наблюдать.

— Пока не надевай туфли на высоких каблуках. Если завтра все еще будет болеть, я отведу тебя к врачу.

Су Янь поспешно ответила:

— Мне не больно! Теперь мне гораздо лучше!

— Это правда или ты притворяешься? — спросил Цзян Цзинчуань, не моргнув глазом.

«… Что за человек!»

— Мне действительно не больно.

На лице Цзян Цзинчуаня появилась легкая ухмылка:

— Значит, болит где-то еще?

«В другом месте?.. В другом месте!»

Су Янь не могла поверить своим ушам. Как мог Цзян Цзинчуань говорить так игриво?!

— Ты, ты, ты... — Су Янь потеряла дар речи от возмущения.

Со всей серьезностью глядя на супругу, Цзян Цзинчуань продолжил спрашивать:

— Там все еще болит?

Кожа этого человека была толще городской стены. Су Янь больше нечего было сказать. Она стянула с лица маску и отбросила ее в сторону. Сев, девушка уставилась на Цзян Цзинчуаня своими большими глазами.

— Какая боль? Мне совсем не больно!

Улыбка Цзян Цзинчуаня стала еще шире:

— Если тебе не больно, то мы можем…

Прежде чем он успел закончить фразу, Су Янь быстро закрыла уши, как будто услышала какое-то ругательство. Ее реакция очень позабавила Цзян Цзинчуаня. Он встал с кровати и, смеясь, погладил жену по голове.

— Сегодня будем просто спать. Не беспокойся.

Конечно, он будет беспокоиться о ее теле. Он просто хотел подразнить ее, ничего больше. Было действительно интересно видеть, как Су Янь ощетинилась. Удовлетворенный, Цзян Цзинчуань взял свою пижаму и пошел в ванную. Су Янь бросила взгляд на прикроватный шкафчик и мысленно выругала его.

«Я все выброшу завтра же!»

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 24.1 Это место госпожи Цзян

Компания Цзян очень хорошо относилась к своим сотрудникам. Не только в плане зарплаты, но и в столовой их еда ничем не отличалась от той, что подавали в элитных ресторанах. Иногда даже высокопоставленные руководители обедали в столовой.   Сегодня в полдень многие топ-менеджеры с верхнего этажа здания собрались вместе, чтобы пообедать. Поскольку все они были выпускниками одного и того же университета, атмосфера была в значительной степени расслабленной.

— Вы заметили, что в последнее время настроение генерального директора Цзян кажется действительно хорошим? — прошептал директор департамента финансов, откусив кусочек ребрышек, маринованных в соевом соусе.

Заместитель директора департамента маркетинга поспешно ответил:

— Именно так. Раньше я больше всего боялся присутствовать на совещании с генеральным директором. Хотя он не ругается и не проклинает, я все равно испытываю неописуемый страх. Теперь все гораздо лучше. Изменения в настроении начальника напрямую влияют на качество нашей жизни.

Другой высокопоставленный человек, который немного знал о ситуации, загадочно сказал:

— Вы не знаете? Мой друг, который несколько дней назад был на банкете по случаю дня рождения достопочтенного господина Чэнь, лично видел, как генеральный директор Цзян пришел с женой. Мой друг сказал, что их отношения совершенно отличались от слухов. А генеральный директор Цзян все время был со своей женой, даже не отходил от нее на полшага. Я чувствую, что колебания в настроении генерального директора Цзян имеют какое-то отношение к госпоже Цзян.

Поскольку Су Янь пришла в корпорацию Цзян с едой для Цзян Цзинчуаня, новость о красоте госпожи Цзян уже распространилась; поэтому, когда эта тема поднялась, несколько высокопоставленных руководителей сразу все поняли.

— В тот день один человек из моего отдела спустился вниз по делам и увидел госпожу Цзян. Когда он вернулся, то сказал, что красота госпожи Цзян сравнима с красотой телезвезд, и тогда я наконец понял. Можно сказать, что генеральный директор Цзян любит красивых женщин, но это нормально. Возвращаясь к теме, как вы думаете, какое настроение генерального директора Цзян сегодня? Я должен подняться к нему, чтобы доложить о текущей ситуации. Я не хочу натыкаться на львиный оскал.

Директор департамента финансовых дел быстро доел фрикадельку в своей чашке, прежде чем заговорить:

— Когда я пришел утром, настроение генерального директора Цзян было очень хорошим. Сегодня он был особенно разговорчив. Если бы я принес те же данные в прошлом месяце, я бы, конечно, получил втык, но неожиданно он ничего не сказал сегодня. Это удивительно.

Многие директора были женатыми мужчинами. Услышав это, они поняли, что подразумевалось под этими словами. Некоторые сально ухмыльнулись.

— В конце концов, генеральный директор Цзян — обычный человек, да…

— Мне казалось, что он многое скрывает…

— Надеюсь, что госпожа Цзян и генеральный директор Цзян будут любить друг друга каждый день.

Женщины не единственные, кто любит посплетничать, мужчины были такими же. В то время как с этой стороны обсуждалась гармоничная жизнь генерального директора Цзян, с другой стороны выражение лица Ван Сыци выглядело не очень хорошим.

Она просмотрела полученную информацию и нахмурилась. Это было действительно непостижимо. В прошлом Су Янь обычно держалась подальше от дома. Когда она не ходила искать Шэнь Пэйжаня, она ходила по магазинам. Су Янь никогда не оставалась дома весь день, живя там как в гостинице. Но сейчас она не могла найти ни единого шанса, чтобы Шэнь Пэйжань встретился с Су Янь.

Если Су Янь никогда не выходит и никого не берет с собой, то развод между Су Янь и Цзян Цзинчуанем, которого она хочет, никогда не наступит?!

Ван Сыци захотелось плюнуть на Шэнь Пэйжаня. Если он действительно любил Су Янь и не хотел расставаться с ней, то почему до сих пор не отправился в резиденцию Цзян? Это избавило бы ее от лишней работы. Кто бы мог подумать, что теперь Су Янь будет безвылазно сидеть дома, а Шэнь Пэйжань заляжет на дно, оставляя ее переживать из-за этого.

Как бы ни раздражала ее Су Янь, Ван Сыци не воспринимала ее как свою соперницу. Но после банкета по случаю дня рождения она начала беспокоиться. Она любила Цзян Цзинчуаня уже много лет и, вероятно, знала о нем больше, чем он сам о себе. Когда она увидела, что Цзян Цзинчуань так поглощен Су Янь, она встревожилась. Она никогда не видела, чтобы Цзян Цзинчуань так смотрел на женщину. С этого момента ей казалось, что она обречена.

Ван Сыци внимательно прочитала информацию. В ней говорилось, что Су Янь поссорилась с Шэнь Пэйжанем из-за девушки, из чего видно, что ревность Су Янь была немалой. Она больше не могла ждать.

Ван Сыци заперла отчет в ящик стола. Она встала и прошлась по кабинету. Наконец ее взгляд остановился на довольно классической ручной кофеварке. Она не была особенно ценной, но выделялась из-за старинной формы. Когда Цзян Цзинчуань пришел обсудить что-то, она хвасталась это кофеваркой. Она хотела отослать ее, но потом забыла об этом. Это было похоже на возможность, посланную небом.

Хотя Су Янь любила ходить по магазинам, она была воспитана вдовствующей императрицей, так что ничем не отличалась от хорошо воспитанных девушек из богатых кланов. Поэтому большую часть времени она проводила дома. Она также не чувствовала скуки, ведь у нее были телевизионные драмы. Такая жизнь была намного лучше, чем в Императорском гареме.

Тетя Ван была очень довольна нынешним состоянием Су Янь. Она иногда выходила в магазин или отправлялась в родовой особняк Цзян, чтобы подержаться за бедра старейшин. Большую часть времени Су Янь оставалась дома, как и положено госпоже Цзян. Раньше молодая хозяйка любила гулять и веселиться и не возвращалась домой по несколько дней.

Су Янь и тетя Ван сидели на диване и смотрели дворцовую драму. Когда ее показывали несколько лет назад по телевизору, говорили, что ее смотрела вся страна. И, хотя тетя Ван уже видела ее несколько раз, сегодня она смотрела с удовольствием.

— Этот император слишком неразборчив в связях, одну секунду ему нравится это, в другую — другое. Я не думаю, что он сам кому-то нравится, — осудила тетя Ван, поедая вишни.

Су Янь не могла удержаться от смеха:

— На самом деле, не все императоры такие.

Истинные императоры не любили никого, кроме своей страны. Однако, даже если некоторые императоры любили женщину, страна все равно была для них на первом месте. Разве это было не так для того человека? Он, конечно, любил ее, но еще больше любил свою страну. Вот почему она думала, что, хотя он будет страдать после ее смерти, он также сможет в конечном итоге найти ей замену, как этот император в телевизионной драме. Его жизнь не закончится из-за нее, он будет жить для своей страны, жить для простых людей. Таким человеком она восхищалась.

Если мужчина из любви к женщине отбрасывал свою ответственность и не заботился о жизни или смерти своего народа, то такой тип личности Су Янь презирала от всего сердца. Она верила, что ее император был не таким. Он больше любил свою страну, она больше любила себя. Трудно было сказать, должна она ему или нет. Су Янь быстро остановила направление своих мыслей и сосредоточилась на просмотре телевизионной драмы с тетей Ван. Как только один эпизод закончился, кто-то вошел.

Никогда за миллион лет Су Янь не подумала бы, что это будет Ван Сыци. Она совершенно не вела себя как гостья:

— Су Янь, твой дом действительно хороший.

Она не называла ее госпожой Цзян, но и не называла ее молодой госпожой Су. Напрямую называя ее Су Янь, она не позволяла другим заметить ошибку. Су Янь тихо рассмеялась. Глядя на ее реакцию, Ван Сыци почувствовала раздражение и мысленно обозвала ее шлюхой и лисьей душой.

— Я случайно проезжала мимо. Цзинчуань всегда говорил, что хочет это, поэтому я пришла, чтобы доставить ее лично, — Ван Сыци слегка наклонилась, чтобы поставить кофеварку на стол, затем встала и улыбнулась. — Цзинчуань любит ее и пьет кофе, как воду. Мой друг привез ее из-за границы, и в то время я не хотела отдавать ее Цзинчуаню. Думаю, он давно ее хотел. В любом случае, я не использую ее, поэтому пришла, чтобы отдать ему.

Тетя Ван, сидевшая в сторонке, почувствовала себя странно, услышав эти слова. Они звучали слишком знакомо и естественно. Она не знала, какие отношения были между ней и господином. Видя, что Су Янь молчит, тетя Ван на мгновение задумалась. Она взяла кофеварку и с улыбкой ответила Ван Сыци:

— Господин пил кофе, как воду, даже наша госпожа Цзян не смогла его убедить. Теперь все хорошо. Госпожа Су Янь прекратила эту привычку, так что теперь господин не пьет кофе по ночам.

Тетя Ван имела в виду мать Цзян Цзинчуаня, когда говорила «наша госпожа Цзян». Су Янь хотела громко рассмеяться. Эта тетушка Ван была поистине искусна. Она не разрушила позицию Ван Сыци, но просто справедливо сорвала ее, упомянув о хороших чувствах между ней и Цзян Цзинчуанем.

Все было именно так. Мать Цзян не могла заставить Цзян Цзинчуаня изменить свои привычки, поэтому его изменила Су Янь. Не уверена, что она не станет объектом проклятия Ван Сыци.

Улыбка на лице Ван Сыци застыла на мгновение, прежде чем вернуться к нормальному состоянию:

— А, ну так даже лучше. Но раз уж я ее принесла, просто отдай ее Цзинчуаню. Было бы также неплохо держать ее в кабинете.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 24.2 Это место госпожи Цзян

Су Янь посмотрела на экономку.

— Тетя Ван, пожалуйста, отнесите ее в кабинет мужа, а потом скажите кухонному персоналу приготовить ароматный чай и легкие закуски. Мы не можем пренебрегать нашей гостьей.

Тетушка Ван все еще чувствовала себя неловко, но, глядя на выражение лица Су Янь, она ничего не могла сказать. Она просто кивнула и ушла.

— Су Янь, ты не должна обращаться со мной как с гостьей. Мы с Цзинчуанем – хорошие друзья. Тебе не нужно быть такой вежливой, — Ван Сыци села на диван и весело сказала: — На самом деле я приложила руку к внутренней отделке этой виллы. Я не знала тебя в то время, поэтому и не спрашивала. Что ты думаешь о стиле? Тебе нравится?

«Раздражает».

Су Янь подумала, что, к счастью, между ней и Цзян Цзинчуанем не было никаких чувств. Иначе, если бы он действительно ей нравился, ей было бы нелегко слышать эти слова.

Ван Сыци на самом деле не была чужаком. Вспомнив о ее провокации на банкете по случаю дня рождения, Су Янь улыбнулась еще нежнее.

«Хорошо, очень хорошо».

— Правда? Я тебе очень благодарна, — заметила Су Янь. — Цзинчуань не хотел, чтобы я беспокоилась об этих вещах. Госпожа Ван была готова справиться с такими пустяками для нас с мужем, это действительно заботливо с твоей стороны. Цзинчуаню повезло иметь такого друга, как ты.

Ненависть Ван Сыци поднялась до новых высот, но ей все равно пришлось улыбнуться. Она сделала вид, что не услышала и встала, чтобы извиниться:

— Мне еще нужно кое-что сделать. Я не смогу насладиться твоим ароматным чаем. В компании слишком много дел. Я действительно завидую тому, как неторопливо и праздно ты живешь.

«Ха! Это означает, что я не работаю и живу как рисовый долгоносик, другими словами она обозвала меня паразитом...»

«Хорошо, очень хорошо», — Су Янь прищурилась и решила запечатлеть в памяти каждое слово Ван Сыци. Когда Цзян Цзинчуань вернется, она изобразит свои лучшие слезы. В общем, ей было на это наплевать. Но сегодня эта Ван Сыци бросила ей вызов. Если она ничего не сделает, люди подумают, что она трусиха.

Су Янь тоже встала и пошла с гостьей к выходу, приговаривая на ходу:

— Госпожа Ван очень способная, я тебе не ровня, — она помолчала, прежде чем сменить тон. — Однако желания у всех разные. Я просто хочу должным образом заботиться о Цзинчуане и нашем будущем ребенке. Я чувствую себя очень счастливой и удовлетворенной.

Разве она не видела в Императорском гареме таких женщин, как Ван Сыци? Внутри у них зрела ненависть, а внешне они улыбались и ласково называли ее старшей сестрой, младшей сестрой и так далее.

Хотя ей не нравился Цзян Цзинчуань, ситуация отличалась от императорского гарема. В гареме было много женщин, так что это не имело значения. Она не могла их остановить. Теперь все было по-другому: этот мир был моногамным. Поскольку Ван Сыци хотела занять высокое положение, ей сначала придется убрать ее с дороги. Су Янь не позволит этой нахалке добиться успеха. Это было место госпожи Цзян. До того дня, когда ей надоест сидеть здесь, она никому не позволит его украсть.

Улыбка на лице Ван Сыци стоила того, чтобы хорошенько подумать. Похоже, ей было все равно. Попрощавшись с Су Янь, она надела большие солнечные очки и ушла. Су Янь прислонилась к двери, погруженная в свои мысли. В этот момент тетя Ван подошла к ней и прошептала:

— Если бы я не знала лучше, я бы подумала, что это ее дом.

— Именно потому, что она знает, что это не ее дом, все так и было, — сказав эту фразу, Су Янь поднялась наверх.

Ее настроение, казалось, было очень хорошим. Тетя Ван не поняла, что это значит, и поспешила за хозяйкой. Следуя за Су Янь в ее спальню, женщина решила больше ничего не скрывать:

— За всю свою жизнь я видела много таких людей. Если вы не позаботитесь об этом в самом начале, то в будущем это станет гораздо более проблематичным.

Работая в богатых и влиятельных семьях, она много слышала, даже если никогда не видела. Те, кто обладал некоторой финансовой собственностью, как правило вели честную и достойную жизнь; однако незаконнорожденные дети были обычным явлением.

Су Янь знала, что имеется в виду, и также знала, что тетя Ван была на ее стороне. Она тут же перестала это скрывать. Она села на диван и посмотрела на свои руки:

— Тетя Ван, вы ошибаетесь. Я не должна иметь дело с такими людьми.

Откуда у нее время, чтобы разбираться с этой женщиной? Кроме того, кто был настоящим возмутителем спокойствия? Каково это – иметь дело с женщинами? Общение с мужчинами требовало гораздо большей ловкости.

Она была вполне способна произнести тысячу слов и сделать десять тысяч шагов. Однако, хотя она могла бы провести еще 800 словесных баталий с Ван Сыци, это совсем не сравнится с эффективностью слов Цзян Цзинчуаня. Почему она должна позволять этому влиять на ее настроение?

Тетя Ван заслуживала звания товарища по команде. Она сразу все поняла. Женщина кивнула и улыбнулась:

— Да, да. Это одно и то же.

Исходя из ее многолетнего опыта, хозяйке было лучше обратиться к мужу и поплакаться ему. Пока господин злится на госпожу Ван, посмотрим, как долго она сможет прыгать.

После того, как тетя Ван вышла из спальни, Су Янь встала и открыла прикроватную тумбочку. Она достала конфеты. Может, они и не очень вкусные, но в воспоминаниях Цзян Цзинчуаня они были прекрасны. Подумав, Су Янь разорвала упаковку и съела несколько конфет. Они были мягкими и на вкус довольно хороши. Она небрежно положила их на поднос в спальне, чтобы Цзян Цзинчуань мог увидеть их после того, как вернется с работы.

Неожиданно, еще до полудня, Цзян Цзинчуань позвонил, сказав, чтобы Су Янь нашла его в корпорации Цзян, чтобы поужинать с ним вечером.

Су Янь переоделась в розовое платье. Этот цвет был очень популярен, но он казался бы намного темнее, если кожа не была белой. В дизайне этого платья была какая-то интрига, так что Су Янь выглядела очень мило, но немного сексуально, когда надевала его.

Тетушка Ван осыпала похвалами разодетую Су Янь и она ушла довольной. Теперь она привыкла к подобным платьям и научилась ценить их. Хотя она ничего не комментировала относительно первоначальной хозяйки тела; она должна была признать, что, основываясь на стиле одежды и макияже, она полностью заслуживала своей внешности.

Почему Цзян Цзинчуань позвал Су Янь на ужин? Он был в очень хорошем настроении и случайно услышал, как его ассистент с подругой строят планы на ужин при свечах. Он думал об этом и никак не мог выкинуть из головы. Прошло уже больше полугода с тех пор, как они поженились, но только недавно его чувства к жене возросли.

Для Цзян Цзинчуаня они все еще находились на стадии страстной любви. Когда он слышал, как другие говорят о вкусной еде, он подумал о Су Янь. Раньше ему бы и в голову не пришло очистить свое расписание и работать сверхурочно, чтобы отвезти ее в свадебное путешествие. Такая импульсивность была новой. Он был взволнован, но в то же время испытывал некоторое ожидание и удовлетворение.

Он не мог описать это чувство в деталях. Это было похоже на то, что он почувствовал, когда в первый раз заключил сделку самостоятельно, но это было не совсем то же самое – это было даже более удовлетворительно.

Это был второй раз, когда Су Янь пришла в Jiang Corp. Как только секретарша увидела ее, она сразу же встала и даже послала кого-то вызвать лифт для нее. Су Янь взглянула на человека, который нажал кнопку лифта. Девушка казалась совсем юной. Она улыбнулась ей и тихо сказала:

— Благодарю вас.

Как только она закончила, дверь лифта открылась. Она вошла внутрь и вежливо кивнула девушке. Надо сказать, что это единственное действие Су Янь произвело огромное благоприятное впечатление. Девушка в оцепенении вернулась на свое место. Она только села на стул, когда человек, сидящий рядом с ней, схватил ее за руку:

— Что сказала госпожа Цзян? О Боже! Как она может выглядеть еще красивее, чем раньше…

— Она сказала «спасибо».

Администраторы еще долго обсуждали внешность Су Янь, от ее макияжа до платья, и даже после получасового обсуждения, они все еще чувствовали, что этого было недостаточно.

Когда Су Янь прибыла в офис, Цзян Цзинчуань только что закончил работу. Объяснив все своему помощнику, он повел Су Янь к лифту и пошел к своей машине на стоянке.

Су Янь сидела на переднем пассажирском сиденье. Цзян Цзинчуань взглянул на нее и, наклонился, чтобы пристегнуть ремень безопасности. Теперь они были очень близки. Су Янь чувствовала себя немного неловко от движений Цзян Цзинчуаня, но быстро успокоилась. Когда Цзян Цзинчуань выпрямился, она вдруг обняла его, с улыбкой положила голову ему на плечо и сказала:

— Кажется, я давно тебя не видела.

Эти слова, это ощущение мягкости и слабости пронзили сердце Цзян Цзинчуаня. Он не показал этого на своем лице и спокойно обнял Су Янь в ответ. Через некоторое время Су Янь отпустила его. Она лукаво улыбнулась:

— Хорошо, я не могу отвлекать тебя за рулем.

На самом деле Цзян Цзинчуань хотел удержать Су Янь подольше.

Это был не час пик, поэтому они быстро добрались до ресторана, о котором упоминал Цзян Цзинчуань. После того, как они сели, Су Янь перелистала меню от корки до корки, но все еще не могла понять ни одного названия западной еды. В тот день она только немного поела на банкете по случаю дня рождения, а в остальное время ела китайскую еду. Она не знала, как и что заказать, поэтому подняла голову, чтобы посмотреть на Цзян Цзинчуаня, и уверенно сказала:

— Можешь помочь мне заказать?

Цзян Цзинчуань усмехнулся про себя и быстро сделал заказ. Обстановка в ресторане была хорошей. Они сидели у окна и могли наблюдать за ночным пейзажем снаружи. Глядя на Су Янь, сердце Цзян Цзинчуаня на какое-то время стало очень мягким. Он вдруг почувствовал, что его жена по-настоящему красива.

— Что ты сегодня делала? — небрежно спросил Цзян Цзинчуань. Он действительно хотел знать, чем она занимается в течение дня. Теперь, когда Су Янь не выходила на улицу, он боялся, что она будет скучать дома.

Су Янь не была уверена, что хочет сейчас говорить о Ван Сыци. Она посмотрела на выражение лица Цзян Цзинчуаня и подумала об окружающей их атмосфере. Она отложила эту мысль на время. Это был подходящий случай, чтобы поговорить о любви и чувствах. Она не должна разрушать эту атмосферу из-за женщины. Лучше было подождать, пока они доберутся до дома, а потом подробно все объяснить с помощью слез.

— Посмотрела телевизор, поела, ну и еще вздремнула после обеда, — честно ответила Су Янь. Она не чувствовала скуки. По сравнению с жизнью в Императорском гареме это было чрезвычайно интересно.

Цзян Цзинчуань некоторое время молчал, прежде чем ответил своим глубоким голосом:

— Если ты хочешь пойти повеселиться, то иди. Неважно, встретишься ли ты со своими бывшими друзьями.

До сих пор Цзян Цзинчуань считал, что она сидела дома для того, чтобы успокоить его. Он взял ее в жены, но не хотел превращать в канарейку в клетке. У Су Янь должен быть свой круг друзей и своя жизнь.

Су Янь расслышала слова Цзян Цзинчуаня, но не стала его поправлять. Она только опустила голову и прошептала:

— На самом деле, я нахожу это приятным – сидеть дома.

Прошло много времени с тех пор, как она переместилась сюда. По телевизору она видела, что женщины здесь, даже если они замужем, могут выходить на работу. Когда-то, проводя долгие годы в Императорском дворце, она мечтала о свободе, но многолетние традиции уже проникли в ее душу.

Су Янь не знала, что хотя женщины здесь уставали от работы, они были намного счастливее, чем женщины в Императорском гареме. Может быть, когда-нибудь она станет такой же. Но не сейчас. Она все еще была той безрассудно избалованной наложницей из императорского гарема.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 24.3 Это место госпожи Цзян

Цзян Цзинчуань уставился на Су Янь, больше не собираясь это обсуждать.

— Не так уж плохо, что тебе нравится сидеть дома, но я просто хотел сказать, что никто тебя не удерживает. Ты можешь выйти и поразвлечься, если хочешь, и делать все, что пожелаешь.

Тут Су Янь вспомнила слова Ван Сыци. Притворяясь несчастной, она спросила:

— Ты тоже думаешь, что я бесполезна?

Цзян Цзинчуань был озадачен:

— Что ты имеешь в виду?

— Я ничего не могу сделать, чтобы помочь тебе в работе. Я живу одним и тем же каждый день, — Су Янь положила подбородок на руку, а затем, слегка повернув голову, умело испустила горестный вздох.

Цзян Цзинчуань почувствовал, что что-то произошло.

— Почему вдруг? Что случилось? — спросил он, нахмурившись.

Она вообще не упоминала Ван Сыци. Выражение, с которым она говорила сейчас, должно было задать тон всему, что произойдет сегодня вечером. Су Янь медленно покачала головой.

— Ничего страшного. Я просто вдруг почувствовала, что совершенно бесполезна.

Поскольку Су Янь ясно дала понять, что не хочет говорить об этом, Цзян Цзинчуань больше не задавал вопросов. Немного подумав, он серьезно посмотрел на жену.

— Какой жизнью ты хочешь жить?

Какой жизнью она хочет жить? Су Янь была ошеломлена, услышав это, и не знала, что сказать.

— Упорно трудиться и наслаждаться успехом в своей карьере? — спросил Цзян Цзинчуань.

Су Янь быстро покачала головой. Хотя она читала древние книги, а также изучала военную стратегию и тактику, на самом деле она не интересовалась ни борьбой, ни карьерой. Улыбка появилась на лице Цзян Цзинчуаня, когда он продолжил спрашивать:

— Быть хорошей женой и любящей матерью, помогать своему мужу и воспитывать детей?

Су Янь колебалась некоторое время, а затем снова покачала головой. Ее ответ на самом деле был испытанием терпения Цзян Цзинчуаня по отношению к ней, что и было ее истинной целью. Она вовсе не стремилась стать хорошей женой и любящей матерью.

— Тогда скажи мне, какой жизнью ты хочешь жить? — Цзян Цзинчуань был очень серьезен.

— Вот та жизнь, которую я хочу прожить, — Су Янь решила ответить полуправдой, — Вставать утром каждый день, чтобы съесть вкусный завтрак, а затем идти смотреть на цветы в саду. Не важно, идет время быстро или медленно, мне просто нравится эта жизнь.

Ей не нужно было беспокоиться о самом необходимом. Она могла покупать все без разбора. Ей не нужно было переживать о завтрашнем дне. Она хотела будущего, где она могла бы контролировать то, что произойдет дальше. Если вы хотите идти по дороге с блестящими перспективами, вам нужно приложить большие усилия, прежде чем вы даже сможете ступить на этот путь.

Цзян Цзинчуань не удержался и протянул руку, чтобы погладить ее по голове.

— Тогда для меня большая честь позволить моей жене жить так, как она хочет.

Су Янь посмотрела на Цзян Цзинчуаня, не зная, какое выражение сделать, потому что она не была уверена, что он имел в виду под этими словами.

— Позволь мне сказать тебе: хочешь ли ты добиться успеха в своей карьере или в своей жизни, это твой выбор. Желания у всех разные. Поэтому никто не может оценить полезность другого. Многие могут провести всю свою жизнь, не зная, чего они хотят. Только ты сама можешь понять, чего хочешь. Лишь тогда ты сможешь это получить, — слова Цзян Цзинчуаня звучали возвышенно, но они шли от самого сердца.

Су Янь полностью согласилась с ним. На самом деле тема, которую они обсуждали сейчас, была очень глубокой. Су Янь также задала соответствующий вопрос:

— Живешь ли ты сейчас той жизнью, которой хочешь жить?

Для нее Цзян Цзинчуань являлся человеком, который был победителем по жизни. У него есть деньги. Он богат, могущественен, красив и имеет счастливые отношения с семьей. У него также есть молодая жена, которая прекрасна, как цветок. Если это не значит быть победителем в жизни, то что же тогда? Если Цзян Цзинчуань все еще был недоволен своей нынешней жизнью, то пришло время достать нож.

Мужчина некоторое время молчал. Разрезав бифштекс, он наконец пришел в себя и сказал:

— Я не могу сказать, что это та жизнь, которую я хочу, но мне нравится моя нынешняя жизнь.

Су Янь не очень беспокоилась о том, чего хочет Цзян Цзинчуань. Рано или поздно это выяснится. Она смутилась, когда посмотрела на бифштекс перед собой. Почему у посуды был нож? Не лучше ли было воспользоваться палочками для еды! Кто дал ей нож вместо палочек! Как это использовать… Что же ей делать? Зачем она вообще пришла в этот ресторан!

Цзян Цзинчуань резал свой бифштекс. Он поднял глаза и заметил, что Су Янь не двигается. Сначала он подумал, что она хочет, чтобы он нарезал для нее мясо. Мужчина положил нож с вилкой и, улыбаясь, предложил:

— Хорошо, дай мне тарелку. Я разрежу для тебя мясо.

Нарезать стейк для жены было правильным. Су Янь вздохнула с облегчением. К счастью, Цзян Цзинчуань был наблюдательным, иначе она бы смутилась.

Пальцы Цзян Цзинчуаня были довольно длинными и тонкими. Пока супруг серьезно разрезал бифштекс, Су Янь совершенно не стеснялась наблюдать за ним.

— Ты очень добр ко мне, — сказала она с легким чувством счастья.

«Но было бы еще лучше, если бы ты влюбился в меня».

Глядя на такого Цзян Цзинчуаня, Су Янь не могла не задаваться вопросом: если бы он мог быть таким внимательным к ней, если бы она была любима таким человеком, тогда в глазах других разве это была бы не самая счастливая жизнь?

Внезапно она почувствовала легкое ожидание.

Цзян Цзинчуань почувствовал себя счастливым, когда услышал это, и подтолкнул тарелку к Су Янь.

— Я сделал только то, что должен был.

Увидев ее довольную улыбку, Цзян Цзинчуань вспомнил об одном случае. В то время он был очень молод и случайно услышал, как ссорятся его родители. Он увидел, как его обычно гордый отец неожиданно кротко просит прощения у матери. Произнося всевозможные глупые слова, не соответствующие его статусу, что в конце концов заставило его мать рассмеяться.

В то время он просто не хотел признавать, что это был генеральный директор Цзян, которого боялись в деловых кругах. Он бы предпочел ослепнуть, чтобы не видеть этой сцены. Но в последние годы чувства между его родителями стали очень глубокими. Теперь Цзян Цзинчуань понял, что быть хорошим мужем – это тоже успех.

Он уже был успешным бизнесменом. Теперь, если он хочет бросить вызов самому себе, он должен стать успешным мужем.

В то время как супруги Цзян разговаривали, другая сторона ресторана случайно обсуждала Цзян Цзинчуаня.

— Хотя корпорация Цзян является крупнейшей в городе А, к Цзян Цзинчуаню довольно трудно подобраться. Боюсь, что мне будет трудно заключить с ним союз, — сказал человек в очках с золотой оправой, медленно потягивая красное вино.

Лу Ян поправлял манжеты. Услышав это, он рассмеялся:

— У Цзян Цзинчуаня есть столица. Более того, так уж вышло, что со мной тоже нелегко ладить.

Лицо мужчины напряглось, и он замолчал. В этот момент подошел управляющий рестораном и прошептал несколько слов на ухо Лу Яну. Внезапно выражение его лица сменилось изумлением.

— Что? Цзян Цзинчуань здесь?

Менеджер ресторана почтительно кивнул.

— Да, господин Цзян пришел женщиной.

— Женщина? — Лу Ян задумался на некоторое время. — Это госпожа Цзян?

Другой человек, услышав эти слова, сразу заинтересовался и начал спрашивать:

— Госпожа Цзян? В тот день я туда не ходил, но слышал, что она очень красивая.

Лу Ян встал, застегнул манжету и сообщил управляющему:

— Я пойду поздороваюсь с ними.

После этого Лу Ян посмотрел на своего собеседника. Слегка сжав губы и загадочно улыбаясь, он сказал:

— Цзинчуань – не тот человек, которым легко помыкать. Вы легкомысленно отзывались о его жене. К счастью, он этого не слышал. Иначе разве ваша компания смогла бы выдержать его месть?

Выражение лица мужчины стало холодным, но он не осмелился сказать что-либо еще. Он осторожно огляделся вокруг, опасаясь, что то, что он только что сказал, услышали другие.

Лу Ян последовал за управляющим туда, где находился Цзян Цзинчуань. Он вдруг остановился. Цзян Цзинчуань сидел к нему спиной, Су Янь – прямо напротив. При свете свечи девушка оперлась подбородком на руку и улыбнулась, глядя на собеседника. Он не слышал, что сказал Цзян Цзинчуань, но она легко рассмеялась.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 25.1. Он не хотел, чтобы кто-то беспокоил его брак

На банкете по случаю дня рождения, когда Лу Ян впервые увидел Су Янь, он на несколько секунд лишился дара речи. Действительно, супруга Цзян Цзинчуаня была самой красивой женщиной среди всех присутствующих дам. В тот момент он вообще не мог сосредоточиться. Позже он вспоминал ее лицо всякий раз, когда кто-то упоминал госпожу Цзян. Раньше он чувствовал, что она была хорошенькой, вот и все. Но теперь Су Янь казалась совсем другой. Лу Ян встречал много красивых девушек, но сравнивать их с ней было все равно что сравнивать два совершенно разных вида. Лу Ян чувствовал, что госпожа Цзян олицетворяет собой слово «красота».

Лу Ян был обычным человеком. Его сердце всегда искало красивых людей. Даже если статус Су Янь не позволял ему думать о чем-то другом, он не мог не бросить украдкой еще несколько взглядов. Вскоре он пришел в себя и проклял себя за то, что потерял контроль. Поправив выражение лица, он с улыбкой подошел к столу Цзян Цзинчуаня и вежливо сказал:

— Цзинчуань, какое совпадение.

Цзян Цзинчуань и Су Янь одновременно повернули головы и посмотрели на Лу Яна. Цзян Цзинчуань встал и пожал ему руку:

— Ты тоже здесь?

Су Янь, у которой все еще было хорошее настроение, последовала его примеру и встала, прежде чем вежливо улыбнуться Лу Яну:

— Здравствуйте, господин Лу.

— Я ужинал здесь со своим другом, когда услышал, как управляющий сказал, что вы тоже здесь, и решил подойти поздороваться. Разве я не демон, который разрушил ваш ужин при свечах? — на самом деле, Лу Ян не был таким уж красивым, но его мягкий характер приносил ему много очков. Он заставлял людей чувствовать себя рядом с ним очень комфортно.

Су Янь чувствовала, что Лу Ян был немного похож на Чжуань Юань Ланга. С головы до ног его окружала аура учености и никакой агрессии. Но это может быть маскировкой. Поскольку именно этот человек сумел одолеть всех детей достопочтенного господина Чэнь в борьбе за власть, она чувствовала, что на его хитрые интриги нельзя смотреть свысока.

Цзян Цзинчуань рассмеялся на это:

— Вовсе нет. Не хочешь ли присоединиться?

Люди не должны принимать такие слова всерьез. Лу Ян быстро махнул рукой:

— Нет, я просто хотел поздороваться и уйти.

В соответствии с его словами, сказав это, он немедленно ушел. Вернувшись на свое место, он не ответил на вопросы своего друга. Погрузившись на некоторое время в свои мысли, он спросил:

— Каково происхождение госпожи Цзян?

Он вдруг почувствовал, что может начать с госпожи Цзян, чтобы построить хорошие отношения с Цзян Цзинчуанем. Популярность Лу Яна была не так уж плоха. Теперь даже все ресурсы семьи Чэнь были переданы в его руки. Он не особенно нуждался в общении с Цзян Цзинчуанем, но ему нравилось быть в полной безопасности. Даже если у него не будет никаких деловых отношений с Цзян Цзинчуанем в будущем, это не имеет значения, уже будет достаточно того, чтобы считаться его другом.

Услышав вопрос, мужчина вздрогнул. Затем он попытался вспомнить все новости о госпоже Цзян. В конце концов он только пробормотал:

— Я слышал, что два старика из семьи Цзян очень любят ее. Цзян Цзинчуань никогда не сопровождал ее, поэтому все подумали, что она не красива.

Если Су Янь выглядела некрасиво, то большинство людей были просто уродливы.

Лу Ян снова погрузился в глубокое раздумье. Нельзя сказать, что он очень близок к Цзян Цзинчуаню, но в целом он немного понимал его характер. Когда Лу Ян жил за границей, Цзян Цзинчуань кое с кем встречался. В то время, когда он обедал с ними, отношение Цзян Цзинчуаня к его тогдашней подруге было совершенно иным, чем его отношение к жене. Связывая это с нынешним Цзян Цзинчуанем, который не отходит даже на полшага от своей жены, Лу Ян подумал, что Цзян Цзинчуань, должно быть, очень ее любит.

Цзян Цзинчуань и Су Янь не задержались надолго после того, как закончили есть. Он вообще не был опытен в вопросах любви, поэтому Цзян Цзинчуань задавался вопросом, что же следует делать после. После долгих напряженных раздумий он выбрал вариант, который не был ни слишком хорошим, ни слишком плохим:

— Хочешь пойти в кино?

Су Янь в эти дни смотрела много сериалов, так что она знала, что означает поход в кино, но она никогда туда не ходила. Она немного поколебалась, прежде чем кивнуть:

— Хорошо.

Для нее все было в новинку. Она хотела пойти и все попробовать, но в глубине души она также боялась. Однако, поскольку в один прекрасный день она полностью интегрируется в здешнюю жизнь, лучше было познакомиться с ней пораньше.

Цзян Цзинчуань достал свой мобильный телефон, чтобы проверить, и обнаружил, что поблизости есть кинотеатр. Казалось, что парковаться там неудобно, поэтому он решил прогуляться туда вместе с Су Янь пешком. Хорошо было прогуляться после еды. Ошеломляющая внешность этих двух людей привлекли множество взглядов прохожих. Они быстро добрались до здания кинотеатра.

Цзян Цзинчуань не заметил пристального взгляда девушки на кассе и повернулся, чтобы посмотреть на Су Янь:

— Что ты хочешь посмотреть?

Откуда Су Янь знать, что смотреть? Она просто обняла его за руку и улыбнулась:

— Ты сам можешь решить. Я буду смотреть все, что угодно.

Кассир наконец заметила Су Янь. Ей хватило одного взгляда, чтобы понять. Она сразу же перестала пялиться на Цзян Цзинчуаня и снова сделала деловитое выражение лица. Как бы ни был красив мужчина, пока он не может быть твоим, лучше все держать в секрете!

На всякий случай Цзян Цзинчуань выбрал анимационный фильм. Сюжет был довольно легким и вписывался в непринужденную атмосферу. В принципе, никаких ошибок. Цзян Цзинчуань купил пару билетов. До начала фильма оставалось еще 20 минут. В центре кинотеатра была зона с диванами, но, к сожалению, она была заполнена.7

— Хочешь попкорн и колу? — небрежно спросил Цзян Цзинчуань. Он не слишком любил их есть, но вдруг вспомнил, что они очень важны во время просмотра фильма.

Су Янь была полна любопытства, поэтому, естественно, она поспешно кивнула:

— Да, конечно!

Она видела, как люди в драмах ходят в кино, едят попкорн и пьют колу. Это выглядело действительно хорошо. Она тоже хотела попробовать это сделать. Увидев детское выражение на лице Су Янь, Цзян Цзинчуань не смог подавить улыбку:

— Хорошо, я куплю для тебя.

Чем больше он узнавал Су Янь, тем сильнее его влекло к ней. На самом деле, это было действительно расслабляющее ощущение — быть с ней. Раньше он практически все время работал. После окончания работы он обычно выпивал с Суй Шэном. Во всяком случае, он был не очень разговорчивым человеком и не мог найти никого, с кем можно было бы поговорить. Кроме того, он привык все переносить сам. Теперь, когда ему было около 30 лет, это не значило, что в его жизни не стало обид или несчастий. Когда ему было чуть за двадцать, он все еще мог излить свое сердце маме, но сейчас ему было неловко это делать. Время шло, и он решил, что ему никто не нужен рядом.

Он почти не разговаривал с Су Янь о своей работе. Естественно, в этом не было необходимости. Он просто должен был поесть с ней после окончания работы, послушать, как она говорит о своем дне, и сделать что-то легкое вместе с ней, чтобы почувствовать расслабление после напряженного дня. У него не было другого выбора, кроме как признать, что эта жизнь начинает ему нравиться.

Через несколько минут Су Янь уже держала в руках большое ведро с попкорном. Сделав несколько глотков, она широко раскрыла глаза:

— Мне это нравится.

На глазах других людей разыгрывалась чудесная сцена. Элитный красавец в западном костюме и кожаных ботинках держал в руках большой стакан колы, балуя нежную красавицу попкорном. Время от времени он забирал маленькие кусочки попкорна с уголков губ красавицы.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 25.2. Он не хотел, чтобы кто-то беспокоил его брак

Когда попкорн был наполовину съеден, Цзян Цзинчуань решил купить еще одно ведерко. Увидев это, глаза Су Янь сузились от смеха, когда она съела еще один кусочек. Она удовлетворенно кивнула. Цзян Цзинчуань не разделял этого взгляда. Пока она в душе хвалила Цзян Цзинчуаня, он вдруг сказал:

— Ты больше не сможешь есть его в течение следующего месяца. В слишком больших количествах он вреден для организма. Это особое угощение для сегодняшнего вечера.

Су Янь была встревожена. Она съела весь месячный попкорн за один вечер?! Слишком властно! Она притворилась, что ничего не слышит, а сама принялась критиковать его внутри, продолжая серьезно поедать попкорн.

Во всяком случае, когда он пойдет на работу, она заставит тетю Ван купить его. Он ничего не узнает. Кто же знал, что Цзян Цзинчуань не так уж медлителен:

— Я также предупрежу тетю Ван. Я надеюсь, что ты не будешь беспечной.

«!!!»

Глядя на потерявшую дар речи Су Янь, Цзян Цзинчуань почувствовал себя комфортно. Разве вы не чувствуете себя расстроенным, глядя на свою жену, страдающую от неудачи?

Голос в динамиках напомнил публике, что пришло время войти в кинозал. Цзян Цзинчуань повел Су Янь ко входу, чтобы взять 3D-очки, и вошел в зал №3. Он выбрал отличные места. После того как они сели, на большом экране начали появляться объявления. Су Янь оглядела весь зал, чтобы убедиться, что там было не так уж много людей. Она потянула Цзян Цзинчуаня за рукав и прошептала:

— Почему здесь так мало людей?

— Многие покупают билеты в обычный зал, — терпеливо объяснил Цзян Цзинчуань.

Су Янь была потрясена. Чтобы задать такой вопрос... она слишком расслабилась. Она искоса взглянула на Цзян Цзинчуаня и обнаружила, что ему все равно; она вздохнула с облегчением. В последнее время она стала беспечной и даже не задумалась о последствиях, прежде чем спросить Цзян Цзинчуаня.

В этих двух креслах было очень удобно. Цзян Цзинчуань естественным жестом держал Су Янь за руку. Су Янь приняла это как должное и прислонилась к его плечу, как и другие пары в зале.

Сюжет фильма был очень прост, но звуковые эффекты были великолепны. Цзян Цзинчуань просто хотел скоротать время. Он зачарованно посмотрел на Су Янь. Пока в кинозале снова не зажегся свет, они все еще пребывали в зачарованном настроении. Они встали и увидели, что другие пары все еще сидят, ожидая каких-либо сюрпризов в конце фильма.

Когда фильм закончился, было уже почти десять часов. Снаружи свирепо дул ветер, днем погода была еще хорошая, но сейчас было очень холодно. Они могли видеть, как многие девушки изо всех сил стараются прижать свои юбки во время ходьбы, боясь, что ветер в конечном итоге раздует их юбки, демонстрируя другим белье.

Увидев это, Цзян Цзинчуань немедленно снял свое пальто и накинул его на Су Янь, не особенно задумываясь об этом. Сегодня Су Янь была в туфлях на плоской подошве. Когда они стояли рядом, она обычно доставала ему до плеча, но сейчас, когда он накинул на нее пальто, она выглядела как ребенок, укравший одежду взрослого. Но поскольку пальто было накинуто на нее, а Цзян Цзинчуань обнимал ее одной рукой под злым ветром, ему удалось благополучно привести Су Янь к тому месту, где они припарковали свою машину.

Пока они возвращались на виллу, дворецкий и тетушка Ван уже были извещены об их позднем прибытии. Уже пора было спать. Су Янь пошла в ванную комнату в их спальне, а Цзян Цзинчуань взял свою пижаму и пошел в соседнюю комнату для гостей, чтобы принять ванну. Мужчины купаются быстрее, чем женщины. Когда Цзян Цзинчуань вернулся в спальню, его волосы все еще были влажными. Су Янь все еще не вышла. Он сел на кровать и, вытирая волосы полотенцем, случайно заметил на тумбочке мягкие конфеты «Ван Цзы».

Он почувствовал себя так, словно это были проделки духов или призраков. Он прошел мимо кровати и сел на диван. Взяв пачку конфет, он мысленно унесся куда-то далеко. Для Цзян Цзинчуаня эти конфеты олицетворяла его детство.

В то время как Цзян Цзинчуань был погружен в свои детские воспоминания, Су Янь вышла из ванной. Увидев эту сцену, она сразу все поняла. Она спокойно подошла к нему.

— Не смейся надо мной, — пригрозила девушка.

— А? — Цзян Цзинчуань, услышав ее голос, пришел в себя и тупо уставился на Су Янь.

Су Янь воспользовалась случаем и села рядом с ним, прихватив несколько конфет. У нее был такой вид, словно она вспоминала что-то:

— Это те конфеты, которые я любила есть в детстве. Несколько дней назад мы с тетей Ван пошли в супермаркет по какому-то делу. Я увидела их и купила. Так что не смей надо мной смеяться.

… Как будто она это помнила.

Ее память была о Тангулу (засахаренные ягоды боярышника на палочке). Впрочем, это было почти то же самое. Глядя на Цзян Цзинчуаня и не говоря ни слова, Су Янь немедленно достала несколько желейных конфет и поднесла одну к его губам, намекая мужу, чтобы он открыл рот.

— Ты еще не ел ее? Это очень вкусно. Попробуй.

Когда знакомый вкус распространился во рту, мужчине показалось, что это ключ, открывший что-то в его сердце. Он посмотрел на лупоглазую куклу на упаковке и тихо сказал:

— Я ее пробовал.

— Хм?

Говорят, что в ночное время люди самые уязвимые. Вы должны воздерживаться от споров и ничего не говорить, потому что на следующий день вы пожалеете об этом. В этой ситуации Цзян Цзинчуань не мог сдержать своих чувств:

— Когда я был ребенком, я часто приезжал на летние каникулы в дом моей бабушки по материнской линии. Она была очень добра ко мне. Ты, наверное, знаешь, что моя мать из обычной семьи. Каждый раз, когда я приезжал туда, бабушка хотела дать мне все самое лучшее. Хотя она знала, что самое лучшее, что у нее есть, – это ничто для семьи Цзян. Даже тогда мне больше всего нравилось ходить туда.

С самого детства к нему относились и воспитывали как наследника. В семье Цзян никто не относился к нему как к ребенку. Казалось, что независимо от того, сколько курсов было прочитано или сколько заданий было дано, никто не спросит, устал ли он. Конечно, он не держал на них обиды. Он уже родился в такой семье, где любая победа была только стартом. Ему нужно было приложить во много раз больше усилий.

Когда бабушка по материнской линии видела, как он делает уроки, только она огорчалась, глядя на него, и обмахивала его веером из рогоза. Она говорила:

— Откуда столько домашних заданий? Разве твоя рука не сгниет? Хочешь немного отдохнуть?

Только от бабушки он мог почувствовать любовь взрослого человека. Он уже не помнил вкуса своего детства, но помнил только, что конфеты, которые покупала ему бабушка, были очень вкусными.

Услышав это, Су Янь почувствовала себя не очень хорошо. Она подумала о своей собственной кормилице. Она родилась в богатой и влиятельной семье. Ее предки со стороны отца были крупными правительственными чиновниками при императорском дворе. Мать очень любила ее, но из-за обычаев резиденции им не разрешалось проводить много времени вместе. Ее кормилица оставалась рядом с ней с самого рождения и заботилась о ее повседневной жизни и предметах первой необходимости. Она слышала, что у кормилицы был ребенок, который умер от болезни, поэтому кормилица относилась к Су Янь как к своему собственному ребенку.

Как незамужняя дочь знатного дома, она почти никогда не выходила на улицу. Когда она услышала, что люди говорят о Тангулу, она закатила истерику своей кормилице из-за желания съесть его. У кормилицы не было выхода, поэтому она тайком выходила на улицу и покупала их для нее.

До того самого дня, когда случилось это несчастье. Кормилица была напугана до смерти, но все же продолжала утешать ее и спрятала ее в верхней части кухонной плиты. Она все еще помнила последние слова кормилицы. Она сказала: «Будь послушной. Ты не должна плакать. Ты не должна говорить. На рассвете я принесу тебе тангулу».

После этого вдовствующая императрица отправила ее в Императорский дворец. С тех пор она никому не говорила, что любит есть Тангулу. Она повзрослела за одну ночь.

Су Янь знала, что сейчас ей нужно что-то сказать, но ей было трудно говорить. Она просто сидела и молчала.

Цзян Цзинчуань продолжал:

— Позже бабушка очень сильно заболела. Как бы я ни старался, я не смог спасти ее. Ты можешь в это поверить? Пока она не закрыла глаза, я верил, что ей становится все лучше и лучше. Как я мог быть таким наивным? Если есть что-то, о чем я буду сожалеть всю свою жизнь, так это то, что я хотел, нет, должен был относиться к ней хоть немного лучше, когда она была жива. Я всегда чувствую, что того, что я сделал, было недостаточно.

Су Янь больше не хотела слушать, иначе она в конце концов вспомнит то, что спрятала глубоко в своем сердце. Она импульсивно обняла Цзян Цзинчуаня и промолчала. Цзян Цзинчуань почувствовал легкий лимонный аромат от Су Янь; это заставило его вспомнить многое. Он крепко обнял ее в ответ. Впрочем, он сожалел и о другом: он не смог познакомить бабушку по материнской линии со своей женой.

В ту ночь никто не был в настроении для чего-то более интимного. Цзян Цзинчуань продолжал держать Су Янь и не отпускал ее. Он чувствовал, что сколько бы он ни обнимал ее, этого всегда было недостаточно. Ему это действительно нравилось.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 25.3. Он не хотел, чтобы кто-то беспокоил его брак

На следующий день Су Янь все еще чувствовала себя подавленной во время завтрака. Тетушка Ван не забыла о деле Ван Сыци. Она внутренне приготовилась и шагнула вперед, чтобы наполнить стакан Су Янь молоком, а затем, как бы говоря о бытовых мелочах, она обратилась к Цзян Цзинчуаню:

— Господин, я поставила кофеварку в ваш кабинет. Вы ее видели?

Су Янь почти сразу же пришла в себя и посмотрела на тетю Ван. Если бы ситуация не была такой странной, она бы обняла ее. К счастью, экономка подняла этот вопрос, иначе девушка совершенно забыла бы об этом!

Дело с Ван Сыци нужно решить, как можно раньше, иначе, если она вспомнит о нем через несколько дней, эффект будет минимален!

Цзян Цзинчуань нахмурился:

— Какая кофеварка?

Вчера, приняв ванну, он сразу же отправился в спальню. В кабинет он не заходил. Тетя Ван бросила быстрый взгляд на хозяйку. Су Янь мгновенно все поняла. В этом деле должна была начать она, роль тети Ван заключалась в подливании масла в огонь.

— О, посмотри на мою память, я забыла сказать тебе вчера, — легкомысленно произнесла Су Янь. — Госпожа Ван, с которой мы познакомились на банкете в честь дня рождения достопочтенного господина Чэнь, пришла вчера и принесла кофеварку. Она сказала, что раньше эта вещь тебе очень нравилась, поэтому она специально приехала, чтобы доставить ее.

Цзян Цзинчуань нахмурился еще сильнее:

— Она приходила вчера?

— Да, — Су Янь отпила глоток молока и с улыбкой продолжила: — У госпожи Ван хороший глаз, эта кофеварка выглядит прекрасно. О да, она также сказала мне, что сама спроектировала интерьер этой виллы и спросила, довольна ли я. Я не специалист по дизайну интерьера, но здесь очень удобно. Я не ожидала, что госпожа Ван окажется такой талантливой.

Цзян Цзинчуань поставил стакан молока на стол. Сцепив кисти в замок, он положил на них подбородок, размышляя.

Су Янь восхищенно вздохнула:

— Я хотела поболтать с ней подольше, пока мы пили послеобеденный чай, но она сказала, что в компании есть много дел. Цзинчуань, разве я не умею хорошо ухаживать за гостями?

Тетушка Ван молча похвалила хозяйку в своем сердце.

Цзян Цзинчуань покачал головой и успокоил жену:

— Нет, не беспокойся об этом.

Су Янь остановилась и не стала продолжать. Цзян Цзинчуань попросил тетю Ван помочь ему принести кофеварку, прежде чем уйти. Как обычно, Су Янь проводила его до двери и поправила галстук. Затем она слегка поджала губы и с обидой в голосе сказала:

— Неужели ты думаешь, что я бесполезна?

Цзян Цзинчуань пристально посмотрел на супругу, затем улыбнулся и погладил ее по волосам:

— Как я уже сказал вчера, не волнуйся слишком сильно и просто будь госпожой Цзян.

Су Янь подняла глаза на Цзян Цзинчуаня, а затем, не обращая внимания на водителя, стоявшего сбоку, бросилась в объятия мужа и прошептала:

— Я немного боюсь потерять тебя.

Они еще некоторое время оставались в объятиях друг друга. Вздохнув, Су Янь отпустила Цзян Цзинчуаня и смотрела, как он уходит. Она стояла в дверях до тех пор, пока машина не скрылась из виду. Затем она с легкой усмешкой развернулась и обменялась победным взглядом с тетушкой Ван.

Она прекрасно понимала Ван Сыци. Независимо от того, был ли это мужчина или женщина, всегда найдутся люди, готовые встать рядом с ними, как только упадет предыдущий партнер. Это было еще более важно в случае с Цзян Цзинчуанем. Но она пришла, чтобы доставить ей неприятности, и даже мрачно насмехалась над ней у всех на глазах. Су Янь этого не потерпит. Если бы Ван Сыци обладала такими способностями, она бы сразу же погналась за Цзян Цзинчуанем. Что она хотела продемонстрировать, намеренно подойдя к ней? Что же это значит?

Тем временем Цзян Цзинчуань сидел в машине, погруженный в свои мысли. Он сказал водителю:

— Сначала поезжай в компанию Ван.

Он все прекрасно понимал. Странное поведение Су Янь вчера вечером наряду с тем, что она сказала сегодня, просто используя свою голову, Цзян Цзинчуань мог бы провести параллель. Он все еще помнил, как Суй Шэн сказал, что Ван Сыци любит его. В то время он не обратил на это особого внимания. Теперь оказалось, что друг все-таки не зря предупреждал его.

Что касается внутреннего дизайна виллы, то Ван Сыци действительно решила несколько вопросов и помогла с этим. Но дизайн интерьера явно был сделан специалистом, которому он был поручен. Что она имела в виду, намеренно упомянув об этом перед Су Янь?

Основываясь на понимании Цзян Цзинчуаня, он полагал, что у Ван Сыци не хватит смелости пойти и нагло говорить с Су Янь. Независимо от того, что было сказано, это подействовало на его жену. Кроме того, он также должен был беспокоиться о прибылях и убытках. Так что независимо от того, сказала ли Ван Сыци это прямо или даже намекнула, это было дурным знаком.

Цзян Цзинчуань был очень доволен своей нынешней жизнью, он не хотел, чтобы она изменилась из-за вмешательства посторонних. Более того, он всегда думал, что, даже если отношения между ним и Су Янь не были хорошими, она являлась его законной супругой, госпожой Цзян. Никто не имел права портить ей настроение или заставлять ее чувствовать себя неловко. Если у Ван Сыци были такие мысли, то он должен принять меры, чтобы она отказалась от этой идеи.

Когда Ван Сыци добралась до компании, она услышала от секретаря, что пришел Цзян Цзинчуань из корпорации Цзян. Она была настолько переполнена радостью, что не могла думать ни о чем другом. Она не могла заставлять его ждать. Придя в офис, она увидела Цзян Цзинчуаня, стоящего перед окном, и ее сердце наполнилось счастьем.

Это был человек, которым она восхищалась и которого любила. До тех пор, пока она могла быть вместе с ним, ей было все равно, какую цену она заплатит.

— Цзинчуань, — Ван Сыци представила себе, как она проводит пальцами по его волосам, тщательно удерживая эти мысли в своем сердце, и пошла вперед, тихо окликая его.

Услышав свое имя, мужчина обернулся. Он никогда не обращал внимания на глаза других женщин. Но сегодня, внимательно приглядевшись, он увидел, что Суй Шэн не лгал. В глазах Ван Сыци был очень сильный целеустремленный блеск, которого он раньше не замечал. Он не хотел, чтобы его беспокоили, и не хотел, чтобы кто-то беспокоил его брак.

Ван Сыци, казалось, была в растерянности, она очень нервничала:

— Цзинчуань, ты завтракал?

Цзян Цзинчуань кивнул и посмотрел на собеседницу.

— Спасибо за кофеварку, — равнодушно произнес он. — Я вернул ее тебе сегодня.

Услышав это, Ван Сыци, летавшая в облаках от счастья, встревожилась. Она проследила за взглядом Цзян Цзинчуаня и увидела на своем столе кофеварку, от которой отказалась вчера. Ее лицо почти мгновенно изменилось: «Что это значит?»

— Моя жена, наверное, забыла тебе сказать, но в последнее время я почти не пью кофе. Я очень занят в компании, так что она бесполезна. Не трать ее на меня, — мужчина говорил очень спокойно, без колебаний в голосе. — Но все же спасибо. Моя жена терпеть не может, когда я пью слишком много кофе по ночам. Сыци, когда бы ты ни была свободна, ты всегда можешь пообедать у нас дома.

Как бы вежливо это не звучало, Ван Сыци все равно поняла скрытый смысл слов. По ее мнению, Цзян Цзинчуань был совсем не таким. Единственным вариантом было то, что Су Янь должна была что-то сказать или сделать. Конечно, это не имело значения: важно было то, что он поступал так ради этой дешевки. Ван Сыци на мгновение пришла в ярость и забыла ответить.

— Ты все еще занята, я больше не буду тебя беспокоить. Я ухожу, — после того как Цзян Цзинчуань сказал это, он вежливо улыбнулся и повернулся, чтобы уйти.

— Цзинчуань, тебе ведь не нравится Су Янь, верно? — Ван Сыци знала, что ее вопрос совершенно неуместен, но ничего не могла с собой поделать. — Еще не поздно повернуть назад. Как ты можешь не знать, что она уже предала тебя?

Улыбка Цзян Цзинчуаня исчезла с его лица.

— Брак подобен рыбе, пьющей воду, и только те, кто ее пьют, знают об этом лучше всех. Я никогда не говорил, что она мне не нравится.

Как бы Цзян Цзинчуань не относился к Су Янь, он никогда не упоминал о своем браке в присутствии посторонних. Независимо от того, что Су Янь делала раньше, она была его законной супругой. О том, что было между ними, он никому никогда не рассказывал.

Ван Сыци уже не держали ноги. Та радость, которую она испытывала раньше, превратилась в обиду: «Почему? Ну почему же! У Су Янь нет ничего кроме симпатичного лица! Почему она тебе нравится?»

Девушка больше не могла этого выносить:

— Разве ты не знаешь, что она... она обманывает тебя и…

Прежде чем Ван Сыци закончила говорить, Цзян Цзинчуань прервал ее. К нему вернулась его спокойная улыбка, и он заговорил с твердостью, которую нельзя было игнорировать:

— Кроме того, будь добра называть ее госпожой Цзян.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 26.1. Она уговаривала себя ничего не ожидать, но не могла не радоваться

Су Янь уже изучила некоторые простые функции мобильного телефона, но пока что достигла только стадии совершения звонка, получения звонка и чтения текстовых сообщений.

В течение дня после просмотра телевизионных драм, Су Янь скучала и не знала, что смотреть в течение некоторого времени. Она сидела на татами в каком-то оцепенении. Затем она вспомнила сцену, где главный персонаж драмы написала письмо. Су Янь внезапно заинтересовалась. Она окликнула тетю Ван и взволнованно спросила:

— Тетя Ван, у нас есть китайская кисть и бумага для каллиграфии?

Тетя Ван не знала, что Су Янь хотела сделать, но она покорно принесла все, что требовалось, через час. Схватив знакомую кисть для письма, Су Янь чуть не заплакала. Если бы не украшения на его поверхности, она могла бы подумать, что вернулась в Императорский дворец.

Стиль каллиграфии Су Янь был очень изящным. Полностью сосредоточив свое внимание на листе, она начала писать на нем иероглифы. Это ошеломило тетю Ван вне зависимости от смысла написанного. Экономка была поражена до глубины души. Почтенный господин и почтенная госпожа были поистине дальновидны. Даже если семья Су не была благородной, богатой и влиятельной семьей, они все еще были семьей интеллигентов. Они вырастили свою дочь не только красивой и умной, но и очень искусной в каллиграфии.

Су Янь отложила кисть и некоторое время смотрела на иероглифы. Она мысленно покачала головой: действительно, прошло слишком много времени с тех пор, как она писала. Кажется, она немного заржавела.

Когда тетя Ван подошла посмотреть, она была чрезвычайно удивлена:

— Я вижу, что стиль письма госпожи намного лучше, чем у тех людей, которые пишут по телевизору.

Эти слова были не просто лестью – это была правда. Су Янь не стала отказываться от этого и улыбнулась:

— Ничего особенного.

Написав достаточно, она вытерла руки и посмотрела на часы. Настало время обеда, и на кухне было полно народу. Она подумала, что Цзян Цзинчуань, должно быть, тоже сейчас не на работе, поэтому она неуклюже набрала его номер. Через несколько мгновений он поднял трубку:

— Хм?

Су Янь нечего было сказать, она просто позвонила, чтобы освежить свое существование в его сердце. После нескольких секунд молчания она сказала с улыбкой:

— Я одолжила твой кабинет. Ты ведь не против, правда?

На вилле была только одна комната для занятий, и она принадлежала Цзян Цзинчуаню. Цзян Цзинчуань в настоящее время обедал вместе со своими подчиненными. Все они видели, что он ответил на звонок, и ранее шумный зал немедленно погрузился в тишину.

— Конечно, нет. Ты уже поела? — Цзян Цзинчуань вскоре заметил, что его подчиненные ведут себя странно. Он жестом показал им, чтобы они продолжали есть, но у кого хватит смелости даже немного пошуметь? Все они напрягли слух, чтобы подслушать разговор.

Су Янь вообще не была по своей природе назойливым человеком, но она знала, что чувства между ними только проросли в последнее время. Они обычно разговаривали после ужина, когда он возвращался домой, но она хотела освежить его чувства в течение дня, даже если разговор был бессмысленным.

— Еще нет, — продолжала она, — тетушка все еще готовит на кухне. Ты уже поел? Что ты там ешь?

На самом деле, мужчины втайне наслаждаются, когда кто-то выражает беспокойство о них: это заставляет их чувствовать, что о них заботятся.

Цзян Цзинчуань посмотрел на обеденный стол, заполненный едой:

— Я ем рыбу из Западного озера в уксусной подливе, мясо Дунпо, крабовый суп Сай....  и, кстати, что это за блюдо?

Цзян Цзинчуань спросил человека, сидящего рядом с ним, который сразу же прошептал:

— Генеральный директор Цзян, это маленькое морское ушко с маслом из зеленого лука.

— Да, вместе с некоторыми домашними блюдами, — Цзян Цзинчуань продолжал говорить по телефону.

— Я тоже хочу это съесть, — послышался мягкий кокетливый голос Су Янь. — Ты возьмешь меня в следующий раз?

Тон Цзян Цзинчуаня был легок до такой степени, что это можно было рассматривать как проявление восторга:

— Хорошо, в следующий раз я возьму тебя поесть.

Если сначала все еще спорили о личности звонившего, то, услышав это, они сразу все поняли. Это определенно была госпожа Цзян. Тем не менее, генеральный директор Цзян был женат уже более полугода, но даже сейчас они все еще ворковали по телефону. Видно было, что у них очень хорошие отношения!

— Ты сам это сказал. Теперь ты не сможешь отказаться. Я говорю серьезно. Ты должен отвести меня поесть, — Су Янь снова предупредила его.

Не имело значения, что есть, ей просто нужно было сделать его немного сентиментальным.

Цзян Цзинчуань усмехнулся про себя:

— Хорошо, хорошо. Обязательно отведу тебя поесть.

Достигнув своей цели и даже назначив следующее свидание, Су Янь была совершенно довольна, но не забыла добавить:

— В следующий раз, когда я найду какое-нибудь вкусное место, я отведу тебя туда.

Этот тип диалога был похож на глупую любовную болтовню между студентами. Удивительно, но Цзян Цзинчуань обнаружил, что ему это нравится.

— Хорошо, тогда я больше не буду мешать тебе обедать. Ешь достаточно, чтобы зарядиться энергией для работы во второй половине дня.

После того, как Цзян Цзинчуань повесил трубку, нежная улыбка все еще оставалась на его лице. Он был в очень хорошем настроении.

Подчиненные, глядя на весеннее выражение лица своего генерального директора, кое-что поняли. Все они опустили головы, чтобы продолжить трапезу. Им стало немного завидно, как могло их настроение быть хорошим? Когда такая красавица ждет вас дома – им было завидно даже просто думать об этом.

В конце полудня, от нечего делать, Суй Шэн зашел навестить друга. Цзян Цзинчуань почти закончил свою работу, поэтому он мог выпить с ним кофе и непринужденно поболтать.

Цзян Цзинчуань очень доверял своему другу. Из-за того, что Суй Шэн предупредил его о Ван Сыци, Цзян Цзинчуань, после некоторого колебания, рассказал ему об утреннем инциденте.

— Сыци очень упряма. Я боюсь, что все так просто не закончится.

Именно это и беспокоило Цзян Цзинчуаня. Что бы он ни говорил, пока Ван Сыци цепляется за свои идеи, у него не было никакой возможности сдержать ее. Он не беспокоился о ней, но не хотел, чтобы это как-то повлияло на его жизнь.

В голосе Суй Шэна слышалось раздражение:

— Я знал, что у нее дурные намерения. Что сказала Су Янь?

Мужчины и женщины думают по-разному. Женщины любили больше говорить, а мужчины – больше решать. Цзян Цзинчуань вспомнил выражение лица Су Янь:

— Она ничего не сказала, но была подавлена. Она даже спросила меня, не чувствую ли я, что она бесполезна.

— Насколько я знаю Ван Сыци, она – чрезвычайно высокомерная личность, которая, если бы могла, взошла бы на небеса. Я могу гарантировать, что она сказала что-то вроде, что она восхищается Су Янь за то, что она не работает или типа того, — слова Суй Шэна заставили Цзян Цзинчуаня нахмуриться.

— Я не говорил тебе, но в моем детстве, когда мы были совсем маленькими, многие семьи собирались вместе, чтобы поесть. Ван Сыци упала и разбила цветочную вазу в гостинице, но притворилась, что это не имеет к ней никакого отношения. В результате самый непослушный ребенок Ванчуань получил нагоняй. Все взрослые думали, что это сделал именно он. С тех пор я держусь от нее подальше, — по правде говоря, Суй Шэн и Ван Сыци должны были быть близкими друзьями. Их семьи знали друг друга, и они играли вместе с самого детства. Однако молодой человек никогда не улыбался ей, он даже не скрывал своей неприязни.

Цзян Цзинчуань подумал, что, даже если то, что сделала Ван Сыци, было неправильно, он не должен комментировать ее характер, поэтому он промолчал.

После того, как Суй Шэн закончил высмеивать Ван Сыци, он серьезно произнес:

— На самом деле не важно, что будет делать Ван Сыци. Пока твое отношение остается твердым, она не сможет устроить никаких штормов, и ты можешь вернуться и красиво объяснить это Су Янь.

— Я отношусь к этому точно так же, — заметил Цзян Цзинчуань. — Если бы мы могли быть вместе, мы бы уже давно были парой. Я считаю ее только другом.

Даже если бы он не женился и остался холостяком, он не стал бы встречаться с Ван Сыци. Цзян Цзинчуань решил не спускать с нее глаз. Последние ее слова действительно заставили его задуматься о другом. Цзян Цзинчуань догадался, что она тщательно исследовала прошлое Су Янь и определенно была в курсе отношений между Су Янь и Шэнь Пэйжанем. Но она, вероятно, не подозревала, что он знал об этом с самого начала.

Он чувствовал, что, возможно, Ван Сыци может поднять этот вопрос в будущем. Ну, с точки зрения среднестатистического человека, конечно, он не принял бы обман Су Янь, но Цзян Цзинчуань не являлся среднестатистическим человеком. Сам он не был особенно заинтересован в любви. Конечно же он был зол из-за возможной интрижки Су Янь, но он также был рациональным человеком. Хотя они числились мужем и женой, по сути они являлись незнакомцами.

Поскольку в прошлом между ними не было никаких чувств, он разозлился, но не потерял рассудка. Не говоря уже о том, что он и Су Янь уже поговорили об этом. Кто бы захотел снова поднять этот вопрос?

Цзян Цзинчуань ушел с работы рано, еще даже не пробило 17.00. Он взял ключи от машины и вышел из офиса. Помощники и секретари уже привыкли к этому. После того, как он вернулся домой, тетя Ван сказала ему, что хозяйка все еще спит. Услышав это, мужчина не мог удержаться от смеха. Он посмотрел на свои наручные часы и вскользь заметил:

— Уже пять часов.

Хотя он сказал это, Цзян Цзинчуань не пошел в спальню, вместо этого он направился в свой кабинет. Когда он подошел к своему столу, то увидел на нем несколько листов с каллиграфией. Пока он недоумевал, вошла тетя Ван с горячим сладким супом. Глядя на озадаченного Цзян Цзинчуаня, она почувствовала себя счастливой.

— Госпожа написала это, — радостно отметила женщина. — Я не знала, что госпожа обладает таким навыком, ее стиль письма не отличается от тех, что показывают по телевизору.

Цзян Цзинчуань не мог поверить своим глазам и ушам, потому что раньше Су Янь никогда не проявляла такого таланта, но он быстро успокоился. Зная традиции семьи Су, Цзян Цзинчуань кивнул. Он очень осторожно убрал ее каллиграфию, думая про себя, что попросит своего помощника помочь ему оформить ее как картину. Он повесит ее в своем кабинете. Если кто-нибудь спросит, он скажет, что это написала его жена.

Увидев, что Цзян Цзинчуань относится к каллиграфии как к сокровищу, улыбка тети Ван стала еще шире. Судя по ее видению и опыту, эта девица Ван никак не могла быть начальницей – она не могла даже сравниться с госпожой!

Вспомнив Ван Сыци, тетя Ван уже собиралась раздуть пламя, когда вдруг остановилась. Этим утром было сказано достаточно. Она могла бы сказать больше о том, как ему следует относиться к действиям Ван Сыци, но это того не стоило.

Когда Су Янь проснулась, солнце уже почти садилось. Она чувствовала, что хороший сон избавляет человека от всех тревог. Когда она спустилась по лестнице, то увидела Цзян Цзинчуаня, сидящего на диване и смотрящего телевизор. Не раздумывая, она подбежала к нему и удивленно спросила:

— Ты вернулся? Когда ты приехал? Почему ты меня не разбудил?

— У тебя слишком много вопросов, я отвечу на них один за другим. Я вернулся в пять часов. Ты же спала крепко. У меня была кое-какая работа, так что я не стал тебя беспокоить.

Су Янь чувствовала себя немного сбитой с толку, после того, как пришла в себя. Девушка села рядом с мужем и прислонилась к его руке.

— Хорошо. Приятно увидеть тебя после того, как я проснусь. Сегодня хороший день, — счастливо сказала она.

Цзян Цзинчуань почувствовал себя очень счастливым, услышав эти слова. Уголки его губ приподнялись в улыбке.

После ужина Су Янь предложила прогуляться по парковой зоне за пределами виллы. Цзян Цзинчуань не возражал: территория вокруг виллы была хорошо благоустроена. По дороге они наткнулись на несколько пар, которые тоже неспешно прогуливались. Су Янь потянулась и удовлетворенно вздохнула:

— Чувствую себя так хорошо.

Это была именно та жизнь, о которой она мечтала. Свободная от всех забот, удобная, ни о чем не надо беспокоиться. Слишком хорошо.

Цзян Цзинчуань погладил ее по голове и сказал с улыбкой:

— Разве это не расслабляет? После дня рождения твоего дедушки мы поедем в отпуск. Я же не брал тебя в медовый месяц, можно мне сделать это сейчас?

Су Янь не понимала концепции отпуска, когда надо куда-то ехать, чтобы повеселиться.

— Отпуск? — глупо переспросила она.

— Если ты хочешь пройтись по магазинам, мы можем поехать в Европу. Если ты хочешь расслабиться, мы можем найти остров и остаться там на некоторое время, — Цзян Цзинчуань не имел никакого интереса к путешествиям. В конце концов, он побывал во многих странах. Хотя раньше он был только в деловых поездках, если он будет вместе с Су Янь, он мог бы найти живописные места в любой стране.

Су Янь была в некотором трансе. В прошлом Его Величество также говорил ей, что когда он освободится, он возьмет ее с собой в путешествие инкогнито. В то время она была очень взволнована перспективой выйти из дворца и путешествовать, поэтому она с нетерпением ждала и ждала. Но у него никогда не было времени, было слишком много вопросов и слишком много свитков, что требовали его внимания. И она умерла, так и не дождавшись. Теперь, когда Цзян Цзинчуань поднял тему, чтобы поехать и повеселиться, отпустить свои заботы, она не знала, что следует сказать.

— Я поеду туда, куда ты захочешь, — Су Янь уговаривала себя ничего не ожидать, но была вне себя от радости.

Цзян Цзинчуань кивнул.

— Хорошо, тогда я попрошу помощника организовать билеты на самолет.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 26.2. Она уговаривала себя ничего не ожидать, но не могла не радоваться

Вечером в одном из городских баров Шэнь Пэйжань сидел вместе с Ху Ханом и напивался. Настроение Шэнь Пэйжаня в последнее время было не очень хорошим, он был очень раздражен. И не только из-за работы. Независимо от того, сколько сообщений он отправил или сколько раз звонил, Су Янь не брала трубку, что делало его очень подавленным и беспомощным. Он думал, что вопрос лишь в том, чтобы попросить прощения и перевернуть страницу.

Видя, как он пьет стопку за стопкой, словно это была вода, Ху Хан остановил его:

— Перестань пить, тебе все равно завтра на работу идти.

Шэнь Пэйжань оттолкнул его, его зрение постепенно затуманивалось:

— Скажи мне, что она имела в виду?! Она действительно хочет порвать со мной?

Он не мог принять этот ответ, Су Янь заставляла его бояться все больше и больше. Он всегда думал, что, независимо от того, как обстоят дела, Су Янь всегда будет любить его. Теперь же у него не было никакой уверенности.

Ху Хан не верил, что Су Янь будет так жестока, но после стольких дней, когда она не показывала своего лица или даже не звонила, это было похоже на войну, а не на простую ссору. Казалось, она хотела провести четкую линию между собой и Шэнь Пэйжанем. Думая об этом, Ху Хан не осмеливался дать ему совет.

Шэнь Пэйжань продолжал говорить сам с собой:

— Если она действительно хочет расстаться, то не должна ли она сначала выслушать мою версию? Даже не дав мне возможности защититься, она тут же приговорила меня к смерти. Что это такое? Если она нормально объяснит, разве я буду по-прежнему бесстыдно цепляться за нее?

Верно. Ху Хан молча критиковал его. Он не был похож на человека, который готов отпустить ее. Су Янь была действительно великолепна. Почему она не может просто сесть и обсудить это, и позволить другому человеку тоже высказаться, вместо того чтобы прямо обрывать контакт? Это никого не радовало.

— Перестань пить и подумай, как это сделать, — сухо ответил Ху Хан не в силах больше сдерживаться.

— А что еще я могу сделать? Я просил Вань И, но она не собирается делать это за меня. Я звонил ей, но она не отвечает. Должен ли я пойти к ней и Цзян Цзинчуаню домой? — Шэнь Пэйжань с каждой минутой становился все печальнее. Стопки оказалось недостаточно, он взял бутылку и начал пить из нее. Жжение в животе было очень болезненным, но оно не могло сравниться с болью в его сердце.

Ху Хан потянул его и усадил, прежде чем спросить:

— Я не понимаю. Если бы ты взял свою книгу для регистрации домочадцев с Сяо Янь, чтобы зарегистрироваться, сейчас все не было бы так хлопотно.

Слушая его, Шэнь Пэйжань чувствовал себя очень подавленным. Вся его фигура выглядела опустошенной. Через некоторое время он медленно сказал:

— Она принесла его.

— Ну и что же?

Голос Шэнь Пэйжаня стал громче, а лицо покраснело, он выглядел очень устрашающе:

— Она принесла книгу и спросила меня, хочу ли я жениться на ней. Стоило мне кивнуть, она тут же зарегистрировалась бы со мной…

Он вдруг вспомнил о деле, которое намеренно старался забыть. Действительно, в самом начале Су Янь любила его так сильно, что он не понимал, сколько усилий ей пришлось приложить, чтобы украсть регистрационную книгу своей семьи. Ее глаза сверкали как звезды, когда она сказала, что, если он хочет, она откажется стать госпожой Цзян. Су Янь больше всего на свете хотела выйти за него замуж.

Но в то время он не хотел брать на себя ответственность за брак. Самое главное, он был наивен и думал, что, пока Су Янь не захочет, никто не заставит ее выйти замуж за Цзян Цзинчуаня. Он действительно верил, что она не выйдет замуж ни за кого другого.

Он долго колебался. Блеск в глазах Су Янь медленно потускнел, она сделала вид, что все поняла, и ушла. Он хотел броситься за ней, но у него не хватило смелости. Если бы он знал, что однажды все станет так, как сейчас, он пошел бы с ней и зарегистрировал их брак.

Но теперь было уже слишком поздно... разве он все еще в состоянии что-то сделать?

Шэнь Пэйжань выскочил из бара как сумасшедший. Он присел на корточки на обочине, его пальцы слегка дрожали, но он вытащил свой телефон из кармана. Он хотел позвонить ей, хотел сказать ей, хотел умолять ее выйти за него замуж. Независимо от того, что ему придется сделать, даже если ему придется встать перед ней на колени, он был готов.

Бип-бип!

В этот момент Цзян Цзинчуань и Су Янь только что закончили заниматься любовью. У Су Янь не осталось никаких сил. Измученная, она уснула, а Цзян Цзинчуань крепко держал ее в своих объятиях, не желая отпускать. Время от времени он нежно целовал ее обнаженную спину. Во время этих мягких, нежных и ласковых любовных моментов, мобильный Су Янь, лежавший на прикроватной тумбочке, внезапно зазвонил.

Цзян Цзинчуань немного подождал. Видя, что это раздражает жену, и она уже собирается открыть глаза, он быстро встал. Взяв телефон, он принял вызов.

— Сяо Янь?! Сяо Янь, ты готова позаботиться обо мне? — в трубке послышался пьяный голос Шэнь Пэйжаня.

Цзян Цзинчуань замер и бросил на Су Янь сложный взгляд. Затем он очень осторожно накинул на нее одеяло. Взяв мобильный, мужчина тихо вышел из спальни.

В коридорах виллы было тихо.

— Она уже заснула, — сухо произнес Цзян Цзинчуань.

Шэнь Пэйжань как будто ничего не слышал. Он был в панике и продолжал говорить, как сумасшедший:

— Сяо Янь, я сожалею. Не игнорируй меня. Я ошибся. Я действительно ошибся. В будущем, независимо от того, что ты попросишь, я сделаю это. Я больше не буду разговаривать с другими женщинами. Я даже не буду смотреть на них, хорошо? Я умоляю тебя...

Выражение лица Цзян Цзинчуаня было очень холодным, его правая рука уже сжалась в кулак.

Су Янь принадлежит ему.

Независимо от того, что думают люди, он был очень зол. Она была его женой, и не имело значения, что случилось раньше. Он горько ненавидел тех, кто хотел разрушить их отношения и среди них он больше всего ненавидел Шэнь Пэйжаня.

Он не был так великодушен, как показывал – он был против. Обычно Цзян Цзинчуань держал эти мелкие чувства при себе: как это могло сравниться с тем, чтобы делать ее счастливой? Поэтому он решил не вспоминать о прошлом и не упоминать вовсе.

Цзян Цзинчуань холодно сказал:

— Господин Шэнь, моя жена уже спит. Я верю, что вы понимаете, о чем я говорю, не так ли?

Шэнь Пэйжань низко опустил голову, а затем начал смеяться:

— Это оказался господин Цзян. Каково это – взять чужую возлюбленную силой?

Под воздействием алкоголя Шэнь Пэйжань потерял весь свой рассудок. Более того, слова Цзян Цзинчуаня были похожи на маленький нож, пронзающий его сердце. В этот момент его сердце не боялось и не страшилось Цзян Цзинчуаня, все, что у него осталось – это ярость от того, что его любимую девушку похитили.

«Взять силой чужую возлюбленную?» — уголки губ Цзян Цзинчуаня приподнялись в улыбке.

— Очень хорошо.

С моральной точки зрения Цзян Цзинчуань был чужаком. Эмоционально говоря, он определенно украл Су Янь. Но даже если так и было, он не собирался отпускать ее. Она принадлежала ему.

Цзян Цзинчуань больше не хотел разговаривать с этим человеком.

— Господин Шэнь, не провоцируйте меня. Вы не захотите видеть последствия.

Он не думал, что стоило иметь дело с Шэнь Пэйжанем, потому что они были противниками совершенно разных весовых категорий. Но если Шэнь Пэйжань снова бросит ему вызов, он определенно не будет просто стоять и смотреть.

После этого Цзян Цзинчуань повесил трубку и вернулся в спальню. Только когда он лег на кровать, Су Янь открыла глаза в изумлении и выпалила:

— Что ты делал?

Если бы Цзян Цзинчуань мог, он ущипнул бы ее за нос, чтобы дать выход своему гневу. Но в конце концов, он сдержался и сухо произнес:

— Мне плохо.

— ... о! — сознание Су Янь было все еще очень туманным. Она повернулась и снова заснула.

После таких упражнений она устала до смерти. Ей было все равно, даже если бы небо упало, она просто хотела спать до конца света.

Цзян Цзинчуань был чрезвычайно зол. Каким бы спокойным и собранным он ни казался, как он мог не думать об этом? Честно говоря, прямо сейчас он хотел сильно избить Шэнь Пэйжаня.

Он посмотрел на крепко спящую Су Янь. Все взлеты и падения его настроения были вызваны этим человеком, но она абсолютно не подозревала об этом.

Господин Цзян был очень зол. Подумав об этом, он поднял Су Янь и ущипнул ее за нос. Всего через несколько секунд Су Янь открыла глаза из-за затрудненного дыхания.

Цзян Цзинчуань был удовлетворен. Глядя в глаза Су Янь, которые, казалось, почти изливали пламя, он неторопливо сказал:

— Не хочешь ли ты спросить меня, почему мне плохо?

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 27.1. Задушить конфликт на корню

Цзян Цзинчуань колебался. На самом деле он не хотел говорить об этом Су Янь, потому что не хотел, чтобы она знала о звонке Шэнь Пэйжаня. Из-за этого дела Цзян Цзинчуань вообще не спал всю ночь напролет и был как на иголках.

Рано утром следующего дня, когда Су Янь проснулась и спустилась вниз, Цзян Цзинчуань сидел за обеденным столом и читал газету. Девушка подошла и села напротив него.

— Только что звонила Цзинцзин и позвала меня сходить с ней за покупками, — сказала Су Янь, поедая конжи.

Цзян Цзинчуань кивнул, а затем подумал о чем-то:

— Возьми с собой карту и повеселитесь с Цзинцзин.

После свадьбы, независимо от того, хотела этого Су Янь или нет, он дал ей свою вторую карточку. Как бы не складывались их отношения, он должен был поддерживать свою жену. Ранее Су Янь никогда не пользовалась его картой, но некоторое время назад она совершила покупку. Цзян Цзинчуань специально напомнил ей об этом.

Су Янь не нужно было слишком дорожить этой картой. Несколько раз, когда она выходила с тетей Ван, они пользовались карточкой. Хотя она не знала, сколько денег на ней было, она всегда чувствовала, что не сможет потратить их полностью, сколько бы она не покупала.

— А, понятно. А что же случилось вчера? — когда Су Янь проснулась, она уже не была серьезно сердита, вчера она долго смотрела на него яростным взглядом, прежде чем проигнорировать его и вернуться ко сну. Теперь, когда она вспомнила об этом, ей показалось, что вчера он сказал, что не счастлив?

Лицо Цзян Цзинчуаня было несколько неестественным, он слегка кашлянул:

— Ничего, — тетя Ван и дворецкий стояли рядом с ними, как он мог сказать это сейчас?!

— О… — Су Янь больше не задавала вопросов и продолжила завтракать.

Глядя на супругу, Цзян Цзинчуань решил рассказать ей. У него не было никакого опыта в любви, но все же, независимо от того, девушка это или его жена, он должен уважать ее. Он ответил на ее звонок, и не важно, кто звонил и, какова была тема обсуждения, он должен был сообщить ей об этом.

После завтрака Цзян Цзинчуань обратился к Су Янь:

— Иди и приготовься. Я отвезу тебя к Цзинцзин.

— Ты сегодня свободен? — Су Янь была приятно удивлена, обычно Цзян Цзинчуань уходил на работу сразу после завтрака. У него действительно есть время, чтобы отвезти ее к Цзян Цзинцзин? И почему ей это кажется странным? Может быть, он хочет ей что-то сказать?

Цзян Цзинчуань кивнул.

— Да, иди и приготовься.

Как в свое время сказал Суй Шэн, то, сможет ли Ван Сыци создать штормовые волны или нет, зависит от его отношения, точно так же было и с Шэнь Пэйжанем. Это целиком и полностью зависело от позиции Су Янь.

Хотя его чувство собственничества было очень сильным, он также хотел знать, что думает Су Янь. Он не хотел, чтобы его держали в неведении.

Увидев ненормальное отношение Цзян Цзинчуаня, Су Янь встревожилась. Девушка поднялась наверх, чтобы переодеться и накраситься. Поскольку она собиралась сегодня пройтись по магазинам, то выбрала пару мягких туфель на плоской подошве, красиво оделась и затем спустилась вниз, чтобы последовать за Цзян Цзинчуанем в гараж.

Шестеренки в мозгу Су Янь вращались очень быстро. В последнее время она не совершала никаких ошибок – у нее было мало контактов с внешним миром, ее поведение было очень хорошим, вчера она была медово-сладкой с Цзян Цзинчуанем. Не было ничего, что могло сделать его таким мрачным, как сейчас. Либо что-то случилось с ее семьей либо... это был Шэнь Пэйжань.

Если бы что-то случилось с ее семьей, кто-нибудь наверняка позвонил бы ей, поэтому эту причину можно отбросить. Вполне возможно, что дело в Шэнь Пэйжане.

Су Янь хотелось жалобно завыть: видя, что она живет очень комфортно, небеса специально разработали план, чтобы подавить ее. Она сама уже была раздосадована необходимостью решить проблему с Шэнь Пэйжанем, теперь же что-то пошло не так, а она вообще не в курсе. Короче говоря, это выглядело не очень хорошо. Выражение лица Су Янь было несколько подавленным.

Ой, все, она была не в том настроении, чтобы ходить за покупками.

Покинув территорию виллы, Цзян Цзинчуань остановил машину на сравнительно тихой обочине. Затем он опустил стекло, ранний утренний воздух был особенно свеж, что несколько уменьшило волнение в его сердце. После долгих раздумий он медленно произнес своим глубоким голосом:

— Вчера у тебя зазвонил телефон, ты спала, я ответил за тебя…

Сердце Су Янь громко забилось, ей больше не нужно было думать, должно быть это Шэнь Пэйжань позвонил ей! Небеса точно издеваются над ней! Шэнь Пэйжань звонит ей по ночам, как тут не ошибиться?! Все кончено! Для нее все кончено! Как ей это объяснить?

Цзян Цзинчуань однако не дал Су Янь времени на раздумья, он бросил на нее быстрый взгляд и сказал:

— Я не буду говорить о том, что обсуждалось во время разговора. Но я также не хочу скрывать это от тебя. Сяо Янь, я верю, что ты хорошо позаботишься об этом деле, поэтому я не буду вмешиваться.

Су Янь не хотелось язвить, но, что значит не вмешиваться? Почему тогда он все еще смотрит на нее? Ему лучше не ждать, что она даст клятву или что-то в этом роде. Однако она не ожидала, что Цзян Цзинчуань расскажет ей об этом. Он вполне мог бы скрыть это от нее.

Дело Ван Сыци заставило Су Янь проявить определенную степень бдительности; она поняла, что ей, возможно, придется полагаться на свои собственные возможности. Теперь она не могла иметь дело с Шэнь Пэйжанем, потому что обещала Цзян Цзинчуаню не встречаться с ним. Она думала о том, что будет похожа на страуса, но если Шэнь Пэйжань продолжит часто звонить по ночам... это, несомненно, истощит доверие и терпение Цзян Цзинчуня. Она не хотела ставить себя в такое пассивное положение.

Она не могла избежать этого вопроса, Цзян Цзинчуань уже знал об этом. Если она и дальше будет медлить, то, возможно, сумеет оттянуть нависшую опасность, но сейчас было самое подходящее время, чтобы перехватить инициативу. Она расскажет Цзян Цзинчуаню о том, что мучает ее, пока он еще терпелив. Таким образом, даже если в будущем какой-нибудь наблюдательный и добросовестный человек захочет поднять вопрос по делу Шэнь Пэйжаня, она не будет бояться. Теперь самое главное было воззвать к Цзян Цзинчуню. Она была уверена, что он с радостью протянет ей руку помощи.

Су Янь молча извинилась перед своей предшественницей: она не была добросердечным человеком. Для достижения своей цели она не заботилась о жизни или смерти других. Просто с тех пор, как она поселилась в этом теле, ей очень везло, и поэтому было трудно не испытывать угрызений совести и беспокойства. Но отныне чувство вины только сделает ее неблагоприятное положение еще более невыгодным.

Подумав об этом, Су Янь напряглась как никогда раньше. Она опустила голову и прошептала:

— Цзинчуань, не мог бы ты мне помочь?

Су Янь оказалась перед дилеммой: ее чувства были сложными, поскольку она тщательно обдумывала проблему, она колебалась от сентиментальности до фрустрации и, наконец, стала решительной.

Цзян Цзинчуань подумал, что он ослышался, поэтому он переспросил:

— Что?

— Я не знаю, как с этим справиться. Я думала, что все будет хорошо, если мы не будем общаться и встречаться друг с другом, но теперь то, как складывается ситуация, расстраивает тебя. Цзинчуань, я знаю, что никто не поверит в мои слова, потому что я и он... хм... в прошлом мы действительно были вместе. Я уверена, что кто-то может спросить, как я могу начать отношения с другим человеком так скоро, но ты знаешь, я искренне хочу быть с тобой, всем сердцем хочу, — Су Янь задохнулась от рыданий.

У нее хватало терпения. Пока она будет жить в этом теле, она будет жить хорошо. Ее ситуация заставила бы любого чувствовать себя благодарным.

Цзян Цзинчуань испугался ее слез и растерялся. Он был встревожен и сбит с толку, быстро утешая ее:

— Я... я верю тебе.

Он действительно доверял ей. Каким человеком была Су Янь? Он знал, что она высокомерна, и, если бы она действительно не хотела быть с ним, то зачем стала бы налаживать с ним отношения? В эти дни он наблюдал за ее поведением. У него была фундаментальная способность отличать правильное от неправильного. Именно потому, что он доверял ей, он смог рассказать ей обо всем. Даже если в глубине души ему очень хотелось услышать ее заверения, но в конце концов все свелось к тому, что он доверял своей жене.

— Пока ты мне веришь, этого будет достаточно, — на самом деле Су Янь не надеялась, что Цзян Цзинчуань поможет ей с Шэнь Пэйжанем, это было бы не слишком любезно с ее стороны. Причина, по которой она произнесла эти слова и выдавила эти слезы, была в том, что она надеялась, что он будет доверять ей, если что-то случится в будущем.

Обладая любовью и доверием супруга, она бы ничего не боялась.

— Я сказал несколько глупых слов. Конечно, я тебе доверяю, — Цзян Цзинчуань энергично погладил ее по голове и вздохнул.

Они оба надеялись, что Шэнь Пэйжань как можно быстрее исчезнет из их жизни, и никто не будет вызывать беспокойство в их нелегком достижении мира и гармонии.

Казалось, что этот вопрос был решен, однако в своем сердце Су Янь все еще была немного не уверена. Она не привыкла иметь дело с такими ситуациями. С одной стороны, она не знала, как правильно обращаться с Шэнь Пэйжанем, с другой стороны, она просто боялась. Но были некоторые вещи, с которыми она не хотела сталкиваться, даже несмотря на страх.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 27.2. Задушить конфликт на корню

У Цзян Цзинчуаня были свои мысли на это счет, он решил найти человека, чтобы тот присматривал за Шэнь Пэйжанем. Даже несмотря на то, что этот метод не был правильным, он чувствовал, что на данном этапе это лучший вариант действий, так как Шэнь Пэйжань не собирался отказываться от встреч с Су Янь.

Он не хотел сталкиваться с Шэнь Пэйжанем, так что теперь он мог только спокойно наблюдать за изменениями.

Они направились на квартиру Цзян Цзинцзин. Она жила недалеко от центра города, рядом с университетом, где училась, поэтому район был довольно респектабельный и тихий.

Цзян Цзинцзин уже была готова. После звонка она сразу же спустилась вниз по лестнице. Когда она увидела, как ее брат внимательно открывает дверь для Су Янь, ей стало жаль, что она не ослепла.

Прежде, чем уехать, Цзян Цзинчуань позвал Цзян Цзинцзин в сторону и прошептал:

— Твоя невестка в эти дни не выходила из дома, так что береги ее.

«Это все еще мой дорогой брат?! Кто ты, черт возьми, такой?! Я явно на несколько лет моложе невестки. Почему брат хочет, чтобы я заботилась о ней? Это не имеет смысла!»

Старший брат под контролем сестры уже очень унылое зрелище, но брат – под контролем жены уже проявляет смутные признаки подкаблучника?

Цзян Цзинцзин лишь беспомощно фыркнула:

— Поняла.

Цзян Цзинчуань снова подошел к Су Янь. Сдерживая желание прикоснуться к ее голове, он приглушенно сказал:

— У меня еще есть дела. Если у меня будет время, я заберу тебя домой.

— Хорошо, поезжай осторожно, — Су Янь тайком сжала его руку, пока Цзян Цзинцзин смотрела в небо.

После того, как все ароматы любви наконец растворились в воздухе, Цзян Цзинцзин медленно подошла к Су Янь, и, наблюдая за удаляющимся братом, вздохнула:

— Невестка, я искренне восхищаюсь тобой.

Ну, тут нечем восхищаться. Су Янь, конечно, понимала, о чем говорит Цзян Цзинцзин. Она ничего не сказала и просто улыбнулась. Цзян Цзинчуань в этом отношении был очень квалифицированным мужем, и она была готова обнять его за бедро. Хотя самой важной причиной было его богатство и могущество, но, если бы он был гнилым человеком с очень плохим характером, она, безусловно, уже была бы далеко.

Цзян Цзинцзин использовала поход по магазинам как повод, чтобы сблизиться с Су Янь. Проведя вместе нескольких часов, Цзян Цзинцзин надеялась понять, почему она так привлекла брата. Причина была не только во внешнем виде, красивых женщин вокруг много. Но с Су Янь она чувствовала себя особенно комфортно. Независимо от того, что она говорила, Су Янь всегда улыбалась и слушала.

Она не смела вмешиваться в личную жизнь своего брата, но это не означает, что она не была заинтересована. С невесткой можно немного посплетничать. Походив по магазинам в течение часа или двух, они нашли ресторан, чтобы отдохнуть и пообедать. Видя, что атмосфера подходящая, Цзян Цзинцзин с любопытством спросила:

— Невестка, как мой брат зовет тебя, когда вы наедине?

Она всегда чувствовала, что ее серьезный брат не способен на ласковые прозвища, он просто будет звать по имени. Это совсем не романтично.

Су Янь серьезно подумала и обнаружила, что Цзян Цзинчуань действительно изменил ее имя. Прежде он обращался к ней Су Янь, а теперь Сяо Янь (Маленькая Янь или Малышка Янь). Возможно, по его мнению, отношения между ними стали ближе?

— Сяо Янь, твой брат зовет меня Сяо Янь.

Цзян Цзинцзин обернулась, посмотрела на Су Янь и спросила:

— Разве он не называет тебя «дорогая», или «женушка» или что-то в этом роде?

В мгновение ока белоснежное лицо Су Янь залилось румянцем и она излишне небрежно кивнула:

— ... иногда.

Значит, здесь нужно обращаться «дорогой». С того момента, как она проснулась после переселения, он называл ее Сяо Янь.

Цзян Цзинцзин читала много всевозможных комиксов. Когда она увидела выражение лица собеседницы, она сразу поняла это и начала смеяться.

Су Янь пошла с Цзян Цзинцзин за покупками с определенной целью: она действительно хотела узнать о прошлом Цзян Цзинчуаня через золовку.

— Я чувствую, что твои отношения с Цзян Цзинчуанем очень хорошие, — как будто случайно сказала она. — Это так здорово – иметь старшего брата.

Цзян Цзинцзин на мгновение задумалась, но, наконец, беспомощно покачала головой:

— ... Нет, он уехал за границу, когда я училась в начальной школе, и возвращался всего пару раз в год. Тогда я его боялась и даже не осмеливалась разговаривать с ним.

Ее отношения с Цзян Цзинчуанем на самом деле были не очень глубокими. В конце концов, разница в возрасте была слишком значительной. Прежде, чем она его запомнила, Цзян Цзинчуань уехал учиться за границу. У них не было по-настоящему крепкой связи.

Су Янь не удивилась, услышав это. Во время совместного обеда она заметила, что Цзян Цзинчуань не был близок с семьей и не сказал даже пары слов своей младшей сестре.

Цзян Цзинцзин постепенно снизила настороженную бдительность по отношению к невестке. Она просто чувствовала, что Су Янь не станет передавать ее слова брату, это было какое-то необъяснимое доверие. Так что Су Янь узнала много интересных вещей о Цзян Цзинцзин.

Например, Цзян Цзинцзин любила восходящую звезду, что и было причиной, по которой она раньше общалась с Хуан Юйвэй. Через нее она хотела узнавать новости про этого человека. К сожалению, недавно ей разонравился этот артист, так как стало известно, что он принял неблаговидные правила шоу-бизнеса, чтобы получить участие в шоу.

В общем, Су Янь примерно поняла личность Цзян Цзинцзин. Та была скромной девушкой без признаков звездной болезни и иногда демонстрировала некоторую наивность. Су Янь действительно восхищалась матерью Цзян, ее дети были очень хорошо воспитаны.

В будущем, если характер Цзян Цзинцзин внезапно не мутирует, ее будущее будет безоблачным. На самом деле, рождаясь в такой семье, не так много людей знают, как развиваться и получать удовольствие.

Когда они уже собирались приступить к десерту, Цзян Цзинцзин встретила свою одноклассницу.

Лу Цзяин поздоровалась.

— Это вы! — взволнованно воскликнула Лу Цзяин после того, как заметила красивую женщину рядом с Цзян Цзинцзин.

Су Янь была уверена, что не знает этого человека, может она была знакомой предыдущей владелицы тела? Цзян Цзинцзин озадаченно нахмурилась:

— Ты знаешь мою невестку?

Су Янь удивилась. Лу Цзяин была очень взволнована и отчаянно закивала:

— Да-да-да, в тот день я так торопилась и не поблагодарила вас. Позже моя семья сказала, что я не должна была отпускать вас, и что я должна пригласить вас на обед.

В конце концов выяснилось, что два года назад Лу Цзяин торопилась на очень важный экзамен. По пути случилась авария и она никак не могла поймать такси, так как наступил час пик. Она уже готова была расплакаться, когда проезжающая мимо Су Янь остановилась, открыла окно, задала пару вопросов, а потом отвезла Лу Цзяин на экзамен. Из-за спешки она не успела попросить номер телефона Су Янь и ушла.

Су Янь смущенно приняла благодарность Лу Цзяин и подумала, что в глазах других людей первоначальная владелица тела казалась очень холодной, но на самом деле у нее было доброе сердце.

Лу Цзяин сказала, что она пригласит Су Янь на ужин, и, наконец, успешно оставила свою контактную информацию.

Ближе к вечеру позвонил Цзян Цзинчуань и сказал, что обязан присутствовать на деловом ужине, поэтому Цзян Цзинцзин отправит Су Янь домой.

С другой стороны, Лу Цзяин тоже была довольна: она сфотографировала Су Янь и послала ее фото своим друзьям с подписью.

[Я так счастлива! Судьбоносная встреча! Я встретила эту красивую доброжелательную женщину два года назад, и я решила, что с того дня она — моя богиня!]

Спустя почти полчаса Лу Ян увидел снимок, который выложила двоюродная сестра, и позвонил ей. По сравнению с соперничеством в семье Чэнь, его отношения с двоюродными братьями и сестрами семьи Лу были очень хорошими. Как только на звонок ответили, он весело спросил:

— А ты не ошиблась в выборе кумира?

Лу Цзяин вернулась в общежитие и все еще не могла успокоиться.

— Конечно, я не ошиблась. Она так красива, как тут можно обознаться?

— Ты уже пригласила ее на обед? — Лу Ян все еще сидел в офисе, и у него болела голова из-за тендера на новый проект. Услышав энергичный смех кузины, он почувствовал временное облегчение.

— Да, — Лу Цзяин лежала на кровати, ее глаза сузились от улыбки. — Но это действительно совпадение. Она невестка моей одноклассницы. Кстати, брат, может быть, ты ее знаешь. Моя одноклассница – Цзян Цзинцзин, а ее брат... Упс, забыла его имя.

Услышав это, Лу Ян посмотрел вниз, положил папку на стол и сказал глубоким голосом:

— Цзян Цзинцзин?

Если он правильно помнит, похоже, что это имя сестры Цзян Цзинчуаня. Лу Цзяин не заметила его паузы, и продолжала взволнованно тараторить:

— У меня есть ее номер телефона, могу ли я пригласить ее в будущем пройтись по магазинам? Кстати, моя мама только что звонила, чтобы спросить, но я сказала, что хотел бы пригласить сестру Су на ужин. Я так счастлива!

Лу Цзяин была наивным ребенком, если кто-то был добр к ней, она помнила это в своем сердце и надеялась вернуть услугу в десять или сто раз.

Лу Ян подумал, что мир действительно тесен. Вначале он еще не был уверен, но теперь, когда младшая сестра назвала ее сестрой Су, он подумал, что это была жена Цзян Цзинчуаня.

— Цзяин, если ты пригласишь ее, скажи мне, я тоже приду в этот день, — Лу Ян не хотел упускать такую хорошую возможность.

Повесив трубку, он почувствовал, что тендер, вызвавший у него много головных болей, тоже прекрасен. Когда он подошел к высоким панорамным окнам в кабинете, он даже не осознал, что у него появились небольшие ожидания. Что касается того, чего именно он ожидал, возможно, он еще сам не знал.

На обеде Цзян Цзинчуань вел себя как обычно, не слишком эмоционально, но и не настолько холодно, чтобы заставить людей отвлечься от главной темы. Никто не осмеливался заговорить с ним. Изначально он собирался уйти сразу после еды. Цзян Цзинчуань поблагодарил человека, ответственного за обед, и был готов попрощаться с остальными у ворот.

Кто-то из присутствующих привел с собой женщину, актрису второго плана, которая только что получила небольшую роль в популярной телевизионной драме. Узнав, что на обед должен прийти Цзян Цзинчуань, актриса изо всех сил старалась попасть сюда.

Она думала, что Хуан Юйвэй была слишком глупа. Как мог такой человек, как Цзян Цзинчуань, увлечься маленькой актрисой? В лучшем случае это могло стать мимолетной интрижкой. Если ты не можешь правильно определить свою позицию, не вини кого-то за то, что об тебя вытирают ноги.

Она была не такой глупой и жадной, как Хуан Юйвэй. Ей будет достаточно провести ночь с Цзян Цзинчуанем. Если люди сфотографируют их и распространят новость, это будет еще лучше. Подумав об этом, актриса не смогла удержаться и шагнула вперед, чтобы идти в ногу с Цзян Цзинчуанем. С самой сладкой улыбкой, на которую она была способна, девушка поинтересовалась:

— Господин Цзян, вы не сказали сегодня даже пары слов и уже собираетесь уходить?

Она держалась достаточно скромно. Все присутствующие были достаточно умны и молчаливо улыбались, видя эту игру. Цзян Цзинчуань незаметно нахмурился. Если бы рядом был тот, кто его знает, он бы понял, что сейчас он теряет терпение.

— Я ухожу, — небрежно произнес он.

Актриса совсем не чувствовала разочарования, такие люди, как Цзян Цзинчуань должны говорить именно так. Когда мужчина повернулся, она сделала неловкое движение, поскользнулась и вроде как неосознанно склонилась перед ним, так что, опустив голову, Цзян Цзинчуань мог бы увидеть содержимое ее декольте.

Хотя ее внешность была не такой чистой, как у Хуан Юйвэй, черты ее лица были более утонченными, а фигура лучше. Она считала, что Цзян Цзинчуань будет впечатлен.

Как бы то ни было, Цзян Цзинчуань даже не взглянул на нее и безжалостно оттолкнул от себя. Тон его голоса был уже очень холодным:

— Пожалуйста, будьте осторожны.

Эти слова были очень тяжелыми, но актриса равнодушно поправила волосы, ей было все равно.

Цзян Цзинчуань бросил на нее полный отвращения взгляд, слегка кивнул остальным и не оглядываясь направился к парковке.

В глубине души актрисе было очень жаль, ведь она все-таки потратила столько сил и напрягла некоторые контакты, но не получила желаемого результата. Она оценивающе посмотрела на других людей и, наконец, остановила выбор на боссе средних лет. Забыв о предыдущей неудаче, она отправилась ему навстречу.

Цзян Цзинчуань вернулся к машине, он ощущал отвратительный запах сладких духов на своем теле. Он приказал водителю опустить окна и ждал, когда подует ветер. Запах слегка рассеялся, и его сурово сведенные брови немного расслабились. Вспомнив о чем-то, он достал телефон и набрал номер одного приятеля. Его голос был тихим:

— Я собираюсь попросить вас об одолжении, посмотрите, не было ли каких-нибудь СМИ, которые сегодня сделали фотографии, связанные со мной.

Собеседник настороженно замер и уточнил:

— Почему? Есть какие-то горячие новости?

— Нет, — голос Цзян Цзинчуаня был немного холоден, — просто проверьте это. Если что-то обнаружится, выкупите все снимки и статьи.

— Что ты имеешь в виду? — он никак не мог понять, — Но раньше ты...

В прошлом Хуан Юйвэй также использовала Цзян Цзинчуаня, чтобы повысить свой рейтинг в новостях. В то время Цзян Цзинчуаню было все равно, и он вообще не заботился о таких вещах. Что же происходит сейчас? Когда приятель спросил, было ли это связано с Су Янь, Цзян Цзинчуань дал ответ. Он выглянул в окно – ночь была темная.

— Раньше было так, сейчас – по-другому.

Независимо от уровня его чувств к Су Янь, он не хотел, чтобы она грустила, когда увидит фотографии и новости. Раньше ему было все равно, потому что Су Янь не заботилась об этом, а он и подавно. Теперь же он переживал, потому что боялся, что она начнет капризничать. Как чей-то муж, он несет ответственность и обязан задушить любой конфликт между ними еще в колыбели. Ну, а эмоциональная дисгармония между супругами вредна для здоровья.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 28.1. Не очень опытный Цзян Цзинчуань чувствовал, что это была лучшая форма любви

Кто-то однажды сказал, что, даже если бы Цзян Цзинчуань не имел своего высокого статуса, многие женщины согласились бы быть с ним только из-за его внешности. Это действительно так. Цзян Цзинчуань получал любовные письма от девушек с тех пор, как учился в начальной школе. Мать Цзян была очень дальновидной, она чувствовала, что в условиях семьи Цзян, а также со строгим воспитанием у ее сына в будущем не будет никаких проблем. Она не хотела, чтобы ее сын вырос безответственным подонком.

Когда госпожа Цзян была молода, у нее было много поклонников. Незадолго до встречи с господином Цзяном, она встретила одного подонка. Он был из хорошей семьи, и источал чувство превосходства. Сначала госпожа Цзян подумала, что она встретила настоящую любовь. Вскоре после этого она узнала, что у него были и другие подруги, кроме нее. Поскольку она была горько разочарована в плане чувств, госпожа Цзян очень долго и настороженно наблюдала за господином Цзяном и проверяла его, прежде чем согласиться на брак.

После рождения Цзян Цзинчуаня госпожа Цзян почувствовала, что на ней лежит большая ответственность, потому что дедушка Цзян и ее муж не стали бы прививать сыну теорию любви. Поэтому, обнаружив рядом с сыном несколько надоедливых бабочек, она быстро и без устали промыла ему мозги.

В некотором смысле, у матери Цзян на самом деле было обсессивно-компульсивное расстройство, глядя на своих детей, она чувствовала, что они совершенны и идеальны. В сознании матери Цзян ее сын был безупречным человеком, поэтому она не могла позволить ему хоть как-то запятнать себя.

Госпожа Цзян считала, что, даже если человек успешен в своей карьере, если он не конкретен в своих чувствах, он все равно остается подонком.

Поэтому, прежде чем чувства Цзян Цзинчуаня успели сформироваться, госпожа Цзян сказала ему, что, если он хочет влюбиться, тогда он должен привести девушку домой, чтобы позволить матери ее проверить, а затем сообщить ее родителям о встрече. Если они подойдут друг другу, можно будет обручиться, когда они станут взрослыми. Как только он приведет домой девушку, он должен будет нести за нее ответственность перед другими.

Цзян Цзинчуань, который был еще мальчиком, несомненно, испугался. В то время, хотя он и гордился тем, что получил любовное письмо от красивой девушки, он даже не думал о том, чтобы привести ее домой и обручиться. В этот момент Цзян Цзинчуань притворился, что не видел никакого любовного письма. Девушки, писавшие любовные письма, погрустили и, одна за другой, сменили свои цели.

Преуспев в том, чтобы предотвратить раннюю любовь сына, мама Цзян очень нежно поговорила с ним и сказала:

— Сынок, мама ненавидит несерьезных людей, которым сегодня нравится одна, завтра другая. Этот тип людей самый постыдный. Сынок, я верю, что ты не станешь таким человеком, не так ли?

Цзян Цзинчуань торжественно кивнул, он не был постыдным человеком и не собирался делать постыдных вещей.

Когда Цзян Цзинчуань достиг законного брачного возраста, госпожа Цзян намеренно принялась вздыхать в присутствии сына. Как хороший сын, он, естественно, хотел облегчить беспокойство матери. После неоднократных расспросов госпожа Цзян наконец сказала, что ее подруга вышла замуж, но муж завел себе любовниц. После напряженной ссоры этот подонок фактически сошел с рельсов, и нагло привел вторую жену в дом. Ее подруга была так зла, что у нее случился сердечный приступ. Мать Цзян потерла свои виски и сказала:

— Если ты не можешь удержаться, когда сталкиваешься с искушением, то ты вообще не человек, а зверь. Сынок, если у тебя будет жена в будущем, ты должен хорошо относиться к ней и уважать ее, иначе твоя мать не простит тебя.

После такого обучения сложился взгляд Цзян Цзинчуаня на перспективы брака. Именно из-за наставлений матери Цзян, несмотря на то, что их отношения с Су Янь за последние шесть месяцев были холодными, он никогда не думал искать настоящую любовь. Су Янь могла быть верным и неверным человеком. Это ее личное дело. Он может контролировать только себя.

Когда Цзян Цзинчуань вернулся домой, Су Янь только что закончила принимать душ, и, сидя за туалетным столиком, заботилась о своей коже. Когда он вернулся, она быстро встала и спросила:

— Я думала, что ты вернешься позже.

Цзян Цзинчуань даже не рассмотрел актрису, которая вешалась на него сегодня, просто почувствовал, что приторный аромат ее духов смешался с запахом табака и осел на его одежде, что было действительно отвратительно. В этот момент он ощутил слабый аромат геля для душа от Су Янь. Она так хорошо пахла. Не думая, он протянул руку и обнял ее. Медленно сжав руки, он тихо вздохнул:

— Ты так хорошо пахнешь.

Это было так неоднозначно, что Су Янь поразилась. Тут же вернувшись в нормальное состояние, он продолжил небрежно улыбаться. Вскоре Цзян Цзинчуань отпустил Су Янь и коснулся ее лица, но ничего не сказал.

— Кстати, сегодня, когда мы с Цзинцзин ходили по магазинам, я купила тебе галстук. Посмотрим, понравится он тебе или нет, — Су Янь поспешно достала подарок для Цзян Цзинчуаня.

Когда она покупала, покупала и покупала, то под конец совесть напомнила ей о муже. В конце концов, она использовала его карточку и купила ему небольшой подарок.

Хотя она потратила на подарок деньги Цзян Цзинчуаня, она была очень счастлива, внимательно глядя на выражение его лица. Настроение Цзян Цзинчуаня действительно улучшилось в одно мгновение, но не из-за этого подарка, а потому, что подарок был от Су Янь. Су Янь, очевидно, думала о нем, когда ходила по магазинам.

Из-за этого неожиданного подарка Цзян Цзинчуань почувствовал интерес совсем к другому роду занятий. После пылких упражнений он все еще держал Су Янь в объятиях и не отпускал ее, удовлетворенно целуя шею супруги.

— Я немного сожалею об этом, — произнес он некоторое время спустя.

Су Янь быстро устала и уже засыпала, но была так напугана его словами, что сонливость как рукой сняло. Она не поняла, что имеет в виду Цзян Цзинчуань.

Он крепче обнял ее и прошептал:

— Я помню, как однажды, перед поездкой за границу, моя бабушка сказала, что отвезет меня к вам домой, чтобы поиграть. В то время я просто нашел повод отказаться. Если бы я узнал тебя раньше, может быть, все было бы по-другому.

Теперь Су Янь почти полностью удовлетворяет его жажду любви и брака. Она прекрасна и нежна. Даже если она иногда капризничает после секса, это очень мило и она всегда будет ждать его, чтобы поесть вместе, и проводит утром на работу, поправляя ему галстук. Цзян Цзинчуань, который был не очень опытным в отношениях, чувствовал, что это лучший взгляд на любовь.

В конце концов, он все еще сожалел в своем сердце, думая, что, если бы он встретил ее раньше, то, возможно, полюбил бы и женился, как обычный человек.

Су Янь вздохнула с облегчением. Она действительно испугалась, когда услышала, как Цзян Цзинчуань говорит об этом. Если ему что-то не понравится, то это рано или поздно случится. Тогда вообще не будет никакой разницы.

— Я так не думаю, — Су Янь необъяснимо вздохнула и продолжила: — Сейчас самое лучшее время. Кроме того, сколько мне было лет, когда ты учился в средней школе? Разве ты полюбил бы маленькую девочку?

Услышав это, Цзян Цзинчуань не смог удержаться от смеха. На самом деле, в то время у него даже не было такой мысли. Если бы он увидел Су Янь тогда, он определенно относился бы к ней как к сестре. Привычное мышление людей действительно ужасно. Если бы он относился к ней как к сестре, Цзян Цзинчуань не смог бы относиться к ней как к женщине.

На самом деле Цзян Цзинчуань сам знал, что причина, по которой он любит Су Янь, заключается в том, что она уже его жена, поэтому он заинтересован терпеливо увидеть ее хорошие стороны. Если бы Су Янь была не его женой, а просто знакомым человеком, он все равно увлекся бы ею, но не так быстро.

Чувство собственности Цзян Цзинчуаня было очень сильным, и все, что он мог видеть, – это люди и вещи на его собственной территории. Все, кто за ее пределами, для него были несущественны. Можно сказать, что Цзян Цзинчуань был безразличен к людям, которые имели мало общего с ним самим. Неважно, мужчины или женщины, он делал только то, что должен делать, и никогда не будет тратить время на то, что он считает излишней заботой.

Его бывшая подруга критиковала его, говоря, что он не в восторге от ее подруг и ее одноклассников. В то время Цзян Цзинчуань был очень беспомощен. Разве он знаком с этими людьми? Они были незнакомцами, почему он должен заботиться о них? Почему другие должны чувствовать его страсть? Неужели его энтузиазм стоит так дешево?

Если вы любите кого-то, вам придется войти в его круг общения и тратить все свое время, чтобы управлять этими отношениями, да и то нет никакой гарантии. Брак — это совсем другое дело. Семья Су Янь стала его семьей, и он должен был иметь с ними дело. Что же касается друзей Су Янь, то она не просила его относиться к ним хорошо.

Но, подумав об этом, Цзян Цзинчуань решил спросить:

— Нужно ли мне познакомиться с твоими друзьями и одноклассниками?

Су Янь почувствовала, что ей будет трудно объяснить Цзян Цзинчуаню, что она не знала своих друзей и одноклассников. Как ей познакомить его с ними? Кроме того, разве это необходимо?

— А ты этого хочешь? — Су Янь решила подстраховаться.

Цзян Цзинчуань на мгновение заколебался, а затем покачал головой:

— Не могу сказать, что я горю желанием, но если мы столкнемся с ними, по крайней мере, я должен поздороваться.

— Этого мало, а чего еще ты хочешь? — Су Янь не восприняла это всерьез.

Если у первоначальной владелицы тела были друзья и одноклассники, она сможет наладить с ними отношения, если они уже были хорошими, но нет никакой необходимости, чтобы Цзян Цзинчуань знал об этом.

Цзян Цзинчуань почувствовал облегчение в своем сердце. Он не очень хорошо умел общаться с незнакомцами. Конечно, его личность и статус также определяли, что он не обязан быть таким дружелюбным. По мнению Цзян Цзинчуаня, вместо того, чтобы встречаться с так называемыми друзьями, которые ничего не значат, он мог бы потратить свое время на что-то более значимое.

Через несколько дней состоялся банкет по случаю дня рождения дедушки Су Янь. В тот день Цзян Цзинчуань намеренно закончил работу раньше времени и сопроводил Су Янь в дом Цинь.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 28.2. Не очень опытный Цзян Цзинчуань чувствовал, что это была лучшая форма любви

Цинь Цзэюй, как старший внук, заказал самый большой зал в лучшем ресторане города. Су Янь и Цзян Цзинчуань должны были пойти в дом семьи Цинь, чтобы поздороваться с родственниками, а затем отправиться в ресторан в качестве отдельной семьи.

Су Янь сегодня надела светло-голубое платье в стиле ретро с воротником-качели. Ее здоровье в последние дни улучшилось и она выглядела румяной и очень энергичной, входя в дом семьи Цинь под руку с Цзян Цзинчуанем, одетым в элегантный костюм.

Все родственники собрались вместе, чтобы посмотреть на эту сцену, и не могли не почувствовать некоторую гордость. Даже если семья Цзян богата и могущественна, девушка из их семьи вполне достойна этого.

Мать Су, увидев свою дочь, не могла удержаться от желания подойти и обнять ее, но она не могла этого сделать из-за Цзян Цзинчуаня.

У семьи Су было несколько внуков, однако центром притяжения всегда была Су Янь, даже Цинь Цзэюю, старшему внуку, приходилось удовольствоваться вторым местом. Можно сказать, что Су Янь была жемчужиной на двух ладонях.

Дедушка Цинь увидел, что Су Янь счастливо улыбается, и помахал ей рукой, показывая, что она прошла мимо. Су Янь поколебалась и подошла к дедушке. Прежде, чем она успела приблизиться, старик схватил ее за руку. Его руки были грубыми, но исключительно теплыми. Он посмотрел на внучку, которую любил больше всех остальных, а потом перевел взгляд на ее мужа, одного из самых талантливых людей. Он не мог не улыбнуться и кивнул:

— Хорошо, дедушка рад видеть, что ты так счастлива.

Цинь Цзэюй на самом деле очень боялся Цзян Цзинчуаня. Он подошел и с усердием воскликнул:

— Генеральный директор Цзян.

Цзян Цзинчуань с улыбкой покачал головой:

— Неправильно, кузен, просто называй меня по имени.

Цинь Цзэюй в компании называл его президентом Цзян, но здесь, в кругу семьи будет правильнее называть его двоюродным братом. Когда пришли Су Янь и Цзян Цзинчуань, они сразу стали центром внимания. Слова Цзян Цзинчуаня были услышаны остальными родственниками. Оценив его вежливость, они почувствовали к нему истинную симпатию.

Вскоре госпожа Цинь позвала Су Янь. Хотя обе семьи получили большие преимущества от ее брака, в конце концов Су Янь выросла на глазах у тетушек и они все еще заботились о ней. Как только она вошла в комнату, мать Су не могла дождаться, чтобы вытащить Су Янь, и осмотрела свою дочь с головы до пят. Затем она прочитала мантру Амитабха и задохнулась от рыданий:

— Все в порядке, в семье Цзян никто не издевается над тобой?

Как она могла не переживать за дочь, которую выносила и родила? Она, конечно, надеялась, что ее дочь сможет выйти замуж за человека, которого любит, но разве она могла переспорить всю остальную семью? Когда старая леди и дедушка Цзян увидели их дочь, семьи Су и Цинь поняли, что брак Су Янь уже устроен. Пока вторая старая госпожа была жива, она изо всех сил старалась устроить брак для Су Янь, но кто мог подумать, что второй старейшина семьи Цзян, в конце концов, попросит их дочь выйти замуж в их семью. Так как отношения между семьями Цзян и Цинь были хорошими, Су Янь начали срочно тренировать, чтобы сделать из нее достойную госпожу.

Когда Су Янь вышла за Цзян Цзинчуаня, Цинь Цзэюй пытался не смешивать работу и семейные отношения, так как не ожидал, что породнится с такой богатой семьей, но он все же осознавал светлое будущее семьи Цинь.

Что касается семьи Су, то двоюродные брат и сестра Су Янь теперь уехали учиться за границу благодаря семье Цзян. Они также стали очень преуспевающими людьми и после возвращения, с поддержкой семьи Цзян, их будущее будет ослепительно ярким.

В прошлом все представители семей Цинь и Су также собрались вместе, чтобы обсудить, и, после подтверждения семейного уклада семьи Цзян и характера Цзян Цзинчуаня они с облегчением позволили Су Янь выйти замуж. Хотя у каждого из них были свои эгоистичные намерения, их любовь к Су Янь не была ложной.

Услышав вопрос матери Су Янь кивнула:

— Очень хорошо, они все очень хорошо ко мне относятся.

Она говорила правду, само собой разумеется, почтенный господин и госпожа Цзян относились к ней лучше, чем к родным внукам, отец и мать Цзян тоже были вполне приветливы.

Мать Су вздохнула с облегчением. Она хорошо знала свою дочь. Теперь она готова поговорить с ней, а также прийти на праздничный банкет, что означает, что она отпустила обиду и счастлива. Сначала она хотела задать несколько вопросов, но остальные тетушки тоже не выдержали и начали расспрашивать.

— Послушай, твой кузен говорил, что ты носишь обеды мужу? Это правильно, Сяо Янь, прости тетку за прямоту, но Сяо Цзян — талантливый человек, такие как он попадаются один на десять тысяч.

— Неужели скандал, связанный с Сяо Цзяном и той звездой, был правдой? Сяо Янь, не сдерживай свое сердце. Если ты обижена, ты можешь все высказать. Даже если у него есть деньги, мы не дадим тебя в обиду напрасно, не так ли?

— Если он спутался с кем-то, мы не пощадим его!

Су Янь услышала выражение полной беспомощности. На самом деле, когда она заняла это тело, она чувствовала, что обе семьи пренебрегли желаниями Су Янь и настояли на том, чтобы выдать ее замуж. Причина была только в выгоде. Конечно, она не считала, что они были неправы на 100%. В конце концов, брак Су Янь может сделать светлым будущее каждого из этих людей. Кто бы отказался? Кто не захотел бы завести таких родственников, как семья Цзян?

Она много лет жила в гареме и могла определить, были ли эти люди честными и искренними. Несомненно, у них могут быть свои эгоистичные намерения, но они действительно заботились о первоначальной хозяйке этого тела.

Чтобы успокоить теток, Су Янь честно ответила:

— Нет, он объяснил мне об этом скандале, на самом деле он встречался там с несколькими людьми, и он совсем не знаком с ней.

Тетушки явно расслабились со вздохом облегчения, одна за другой говоря:

— Я знала, что Сяо Цзян не такой человек. Кроме того, та звезда выглядит не так хорошо, как наша Сяо Янь, если только Сяо Цзян не ослеп.

«... Ух».

С другой стороны, Цзян Цзинчуань также получал различные намеки от других родственников, и был абсолютно беспомощен.

Отец Су – очень эмоциональный человек. Когда речь заходила о его дочери, он не мог обойтись парой слов и его разглагольствования могли длиться в течение трех дней и трех ночей.

— Кажется, Сяо Янь родилась только недавно. А теперь она выросла и вышла замуж. Я не хотел, чтобы она что-то делала по дому, и она привыкла быть немного своенравной. Сяо Цзян, если она сделает что-то неправильно, не беспокойся о ней вообще, она еще молода и ничего не понимает, ах.

Цзян Цзинчуань не был уверен, говорил ли отец Су о деле Шэнь Пэйжаня, но должен был отдать ему должное. Такую тему действительно при всех не поднимешь. Он не мог сказать вслух, что Су Янь не хотела выходить замуж за него. Сказав, что она привыкла быть своевольной дома, он как бы намекнул не воспринимать ее капризы всерьез.

— Нет, мы хорошо ладим с Сяо Янь, — Цзян Цзинчуань с улыбкой кивнул.

Двоюродный брат Су Янь недавно вернулся из-за границы. На этот раз он тоже вступил в разговор:

— Дядя, не волнуйся, Цзян Цзинчуань не такой человек. Вы же знаете, что за персонаж Сяо Янь? Поспеши подкупить меня, или я расскажу Сяо Янь об этом.

После этих слов атмосфера внезапно стала более оживленной, но все темы разговоров между мужчинами все еще крутились вокруг Су Янь. Они пытались вытянуть различные секреты Цзян Цзинчуаня и нахваливали Су Янь.

Наконец все были готовы отправиться в ресторан. Цзян Цзинчуань и Су Янь вздохнули с облегчением. Машина Цзян Цзинчуаня могла вместить еще троих человек, но родственники решили оставить их в покое. Несколько детей хотели сесть в дорогой автомобиль, но были остановлены взрослыми.

Мать Су, ее братья и сестры сопровождали дедушку Цинь. Как только машина тронулась, пожилой человек вздохнул:

— Сяо Янь на этот раз выглядит мудрой и зрелой. Уж не знаю, хорошо это или плохо.

Ведь именно эта внучка росла под давлением, и почти все их мысли были направлены на то, чтобы тренировать девушку, не обращая внимания на ее чувства.

Тетя тоже деловито кивнула:

— Я всегда думала, что рано или поздно Сяо Янь поймет наши страдания, если будет благоразумна, а теперь она стала еще более благоразумной, чем раньше, и так было всегда... эх.

Больше всех переживала мать Су, ее глаза покраснели, когда она услышала это. Женщина задохнулась от рыданий.

— Я так жалела, если бы у нее была хорошая жизнь, я бы слова не сказала. Но, если бы она страдала, я бы взяла на себя самую большую ответственность.

Дедушка Цинь посмотрел на нее и очень серьезно перебил:

— Не смей больше так говорить. Сяо Янь теперь замужем в семье Цзян. Сможет ли она прожить хорошую жизнь, зависит от ее характера, — несмотря на то, что дедушка Цинь сказал такие слова, в душе он все еще переживал за внучку.

Дядя все это время хранил молчание. На этот раз он наконец заговорил.

— Папа, сестренка, это не так. Сяо Янь – умный человек. Раньше она не думала о Цзинчуане. Но сегодня, глядя на молодую пару, ясно, что вам не нужно беспокоиться о ней.

Будь то семья Су или семья Цинь, все возлагали очень большие надежды на Су Янь, и в то же время они также были очень уверены в ней. Хотя они более или менее беспокоились о ее положении в семье Цзян, они полагали, что, опираясь на ее способности, они определенно смогут закрепиться в семье Цзян.

Когда официально начался праздничный банкет, две семьи собрались вместе, чтобы сделать большую фотографию. Дедушка Цинь был одет в традиционную длинную одежду и сидел на стуле в центре с любящей улыбкой. Все, кто стоял рядом с ним, радостно засмеялись. Цзян Цзинчуань обнял Су Янь, счастливо улыбаясь.

— Твоя семья очень заботится о тебе, — во время ужина Цзян Цзинчуань сидел рядом с Су Янь.

В прошлом, из-за отношений с Су Янь, он почти не общался с ее семьей. Хотя он никогда не забывал дарить подарки на праздники, в конце концов они не обменивались даже парой слов. Но сегодня они общались и, хотя у этих людей были свои собственные эгоистичные намерения, их забота о Су Янь была искренней.

Су Янь не являлась их кровной родственницей, и она на самом деле почти ничего не чувствовала к этим людям, но только с точки зрения сегодняшних разговоров, это было действительно так, и она кивнула.

— Если ты захочешь, то всегда можешь пойти домой погостить. Твой отец скучает по тебе.

— ... Да, — она не может принять чувства первоначальной владелицы тела к Шэнь Пэйжаню, но у нее есть ответственность и обязанность заботиться о ее семье.

Цзян Цзинчуань не знал, о чем он думает. Позже он прошептал:

— Твой отец сказал мне сегодня: не думай, что я так многословен, просто подожди, пока у тебя появится собственная дочь. Я подумал о том, как будет выглядеть моя дочь.

— ... эмм...  — Су Янь была ошеломлена, не зная, как ответить, а также желая отговорить Цзян Цзинчуаня от размышлений об этом вопросе, ведь после размышлений у него может появится желание иметь ребенка.

Она пока не хочет детей!

Цзян Цзинчуань сказал:

— Я всегда считал, что дочь должна быть похожа на отца, а сын – на мать. Я хотел бы, чтобы моя дочь выглядела так же, как ты, чтобы, когда я состарюсь, я все еще мог видеть тебя в молодости. Подумай об этом, это же очень хорошо.

Такие слова заставили сердце Су Янь затрепетать, она молча посмотрела на Цзян Цзинчуаня, и на какое-то время ее настроение стало очень сложным.

— Однако я не очень хорошо знаю, как обращаться с детьми. Видишь ли, мои отношения с Цзинцзин носят очень общий характер... Но, если бы это была моя дочь, тебе пришлось бы рассказать мне, как ей угодить, — на самом деле, когда Цзян Цзинцзин была маленькой, Цзян Цзинчуань хотел больше играть со своей сестрой, но у него было много домашних заданий, и позже он сразу же уехал за границу. Когда он вернулся в Китай, его сестра уже выросла, и он даже не знал, как с ней общаться.

Су Янь опустила голову, чтобы выпить суп, и ничего не сказала. Цзян Цзинчуань долгое время молчал и, наконец, воспользовавшись невниманием других людей, тайно дотронулся до руки Су Янь под столом. Он прошептал:

— Сначала ты должна научить меня угождать тебе, а потом угождать дочери.

Сегодня он вел себя иначе. Раньше, даже если атмосфера была подходящей, он не сказал бы ничего подобного. Су Янь не могла удержаться и спросила:

— Ты раздражен?

Цзян Цзинчуань был очень беспомощен, даже более беспомощен, чем когда он только что разговаривал с отцом Су. Он наконец решил сказать ей такие любовные слова, но она подумала, что он раздражен, и Цзян Цзинчуань сразу же отпустил руку Су Янь. Больше не обращая на нее внимания, он склонил голову, чтобы поесть.

Двоюродный брат Су Янь привел свою подругу и они сели за стол с Цзян Цзинчуанем. В данный момент они вдвоем целовали друг друга в щеки и делали селфи, не обращая ни на кого внимания.

Другие недовольно комментировали:

— Давайте, давайте, покажите, какая это любовь!

Двоюродный брат Су Янь моргнул:

— Вы просто завидуете.

Другой человек толкнул Цзян Цзинчуаня в бок и спросил:

— Зять, скажи же, что он наивен?

Цзян Цзинчуань взглянул на Су Янь и легко сказал:

— Наивен.

Через некоторое время Цзян Цзинчуань склонил голову и вошел в свой давно неиспользуемый Weibo.

[Цзян Цзинчуань: Люблю тебя]

Однако до самого вечера господин Цзян не получил от супруги никакого ответа.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 29.1 :)

Когда Ху Хан пришел в квартиру Шэнь Пэйжаня, он увидел только пустые бутылки из под пива и подошел ближе. Его чуть не стошнило, запах был слишком неприятным.

Он присел на корточки, подтолкнул Шэнь Пэйжаня и крикнул:

— Пэйжань, проснись, проснись, тебе нужно идти на работу!

Шэнь Пэйжань в этот момент уже проснулся. С большим трудом разлепив глаза и увидев, что это был Ху Хан, он прошептал ругательство и повернулся, готовясь продолжать спать.

— Извини меня, брат, но твои родители названивают мне, не переставая, — Ху Хан потащил Шэнь Пэйжаня в ванную комнату, засунул его в ванну и, взяв душ, полил его холодной водой.

Шэнь Пэйжань, который снова открыл глаза, хотел выругаться, но, увидев, что это Ху Хан, он лишь прохрипел:

— Выйди, я сам помоюсь.

Увидев, что Шэнь Пэйжань пришел в норму, а его пьяный взгляд немного прояснился, Ху Хан успокоился и вздохнул:

— Как примешь душ, позвони своим родителям, они не знают, что с тобой случилось, я выйду, чтобы купить тебе завтрак.

Десять минут спустя, Ху Хан вернулся с завтраком и увидел, что Шэнь Пэйжань был уже прилично одет и в оцепенении гнездится на диване. Он пришел в ярость:

— Что, черт возьми, происходит с тобой в эти дни? Пэйжань, ты не можешь больше вести себя как идиот.

Шэнь Пэйжань не отвечал, и даже не поднял веки.

— Перестань думать о том, что снова сможешь быть с Су Янь! Пэйжань, действительно хватит. В этом мире так много хороших девушек, не только одна Су Янь. Не вини меня за то, что я говорю, но она замужняя женщина. Ты хочешь увидеть, как Цзян Цзинчуань доведет твою семью до банкротства? Тогда ты будешь счастлив? Больше ничего не говори, ты все еще знаешь, как тебя зовут, и если однажды твое наследство уйдет к твоему сводному брату, это будет уже не шутка! — Ху Хан на самом деле не мог этого выносить. Он бы мог понять, случись это раз или два в месяц, но видя, как Шэнь Пэйжань губит свою жизнь, действительно запаниковал.

Шэнь Пэйжань внезапно прошептал:

— Вчера на банкете дедушки Сяо Янь, присутствовал Цзян Цзинчуань.

— А? — Ху Хан был ошеломлен.

— Я следил за акаунтом Weibo друзей Цинь Сюань. Ху Хан, ты не понимаешь, как она важна для меня. Я тебе скажу кое-что, я думаю, что, даже если я стану наследником семьи Шэнь, если в будущем рядом со мной не будет Сяо Янь, все будет бесполезно, — только сейчас Шэнь Пэйжань понял, что значит для него Су Янь.

Ху Хан ответил, очевидно, не понимая этих слов:

— Как это? Су Янь теперь нет до тебя дела, что ты можешь сделать? Неужели тебе нужно дождаться, пока она родит ребенка, прежде чем ты отступишься?

Услышав это, глаза Шэнь Пэйжаня потускнели. Он покачал головой:

— Я хотел узнать, почему она так поступила со мной и что я сделал не так.

— Ты что, совсем потерял память? — безжалостно выплюнул Ху Хан. — Ты забыл о деле с Цзяюй? Пэйжань, опомнись! Будь Су Янь свободна, я определенно поддержал бы тебя, но она замужем!

Раньше Ху Хан пытался понимать друга, но теперь он больше не мог этого выносить и злился, видя, как Шэнь Пэйжань превращается в призрака.

— Нет, все совсем не так, — Шэнь Пэйжань твердо посмотрел на Ху Хана, поджав губы. — Сяо Янь не из таких людей. Сначала я думал, что она сердится, но теперь это не так, и она действительно хочет порвать со мной. Я не верю, что это из-за Цзяюй, должны быть и другие причины, которых я не знаю. Даже если я умру, я должен понять.

Действительно, в самом начале он был ошеломлен гневом и печалью. Теперь, когда он достаточно успокоился, то начал думать. Они с Су Янь знают друг друга со средней школы. У Су Янь действительно есть характер, но она никогда не будет делать что-то без причины. Даже если они никогда не стали бы парой, они также были хорошими друзьями, она не порвала бы с ним все связи, если только не произошло что-то, чего он не знает.

Он хотел понять, по крайней мере, пусть скажет ему, что он сделал, как причинил ей боль.

— И что ты хочешь делать? — видя, что мысли Шэнь Пэйжаня успокоились, и в них не было слишком сильных эмоций, Ху Хан решил внести ясность.

— Она не отвечает на телефонные звонки, и я не знаю, где ее искать, поэтому я хочу найти ее через Вань И.

— Это тоже способ, ты можешь просто спросить Вань И, у нее такие хорошие отношения с Су Янь, и она должна знать некоторые вещи, — если Ху Хан вначале думал, что Су Янь сердится, то теперь уже так не считал. Она явно не хотела иметь ничего общего с Шэнь Пэйжанем. Для того, чтобы его друг не страдал подобным образом, он готов был поддержать его.

Вань И сама собиралась связаться с Шэнь Пэйжанем, но из-за отчаянной занятости она отложила этот вопрос. Девушка не ожидала, что он проявит инициативу и сам найдет ее.

Это было во время обеда и Вань И велела Шэнь Пэйжаню найти чайный ресторан рядом с компанией, чтобы поесть. Присев и сделав заказ, Вань И сразу же перешла к делу:

— Я поехала к Сяо Янь после того, как ты позвонил мне в тот день.

Шэнь Пэйжань все еще раздумывал, как начать, когда Вань И сказала это, и он поспешно спросил:

— Ну и что же?

Видя, что Шэнь Пэйжань так беспокоится, Вань И не могла сказать прямо то, что велела ей передать подруга. Она немного подумала и спросила:

— Шэнь Пэйжань, тебе действительно нравится Сяо Янь?

— Это уж точно! — Шэнь Пэйжань даже не раздумывал об этом.

Разве могут быть сомнения? Его мысли о Су Янь не могли быть более реальными.

— Но я так не думаю, — Вань И на самом деле была очень красивой. Хоть она и носила очки в строгой черной оправе, она была яркой и симпатичной, но выражение ее лица всегда было очень серьезным.

— Конечно, я не собираюсь критиковать тебя. Просто как друг Сяо Янь, я думаю, что мне все еще есть что сказать. Ты помнишь, когда она была на втором курсе, у нее был приступ аллергии на манго. На самом деле, это было очень серьезно в то время. Мы все сопровождали ее в больницу. Она сама тебе звонила. Ты сказал, что у тебя какие-то дела и не пришел. Потом ты купил Сяо Янь подарок и заботился о ней, но в то время я была очень недовольна тобой.

Шэнь Пэйжань не ожидал, что Вань И упомянет об этом деле. Он не мог удержаться и стал оправдываться:

— У меня действительно были проблемы...

— Я знаю, ты сказал потом Сяо Янь, что у девушки, которая живет в твоей семье, был день рождения, вся семья собралась и ты не мог уйти, — тон Вань И всегда был ровным. — Но состояние Сяо Янь в тот день тоже было очень серьезным. Я не буду скрывать от тебя. В то время еще одна девушка из нашего общежития собиралась лететь на отдых на следующий день, но она поменяла билет, чтобы остаться с Сяо Янь. Просто не понимаю, почему хороший друг может сделать это так легко, а человек, который ей нравится, ищет отговорки?

Мнение Вань И о Шэнь Пэйжане складывалось не день и не два, она просто решила прояснить это сегодня. Может теперь, когда она так много сказала, молодой человек почувствует что-то в своем сердце и отступится.

Шэнь Пэйжань потерял дар речи, он поступил неправильно, и ему нечего было сказать в оправдание.

— Я не знаю, что значит для тебя Сяо Янь, но я знаю, что если ты действительно любишь кого-то, ты не позволишь ей выйти замуж за другого, и я знаю, что, если ты действительно заботишься о ком-то, ты не будешь играть с ней, когда она все еще связана брачным законом. Ты когда-нибудь задумывался, что будет с Сяо Янь, если об этом станет известно средствам массовой информации?

Вань И никогда не была влюблена, но ей были очень противны эти отношения между ее подругой и Шэнь Пэйжанем. Как друг она пыталась остаться в стороне, но старалась поговорить с Су Янь каждый раз, когда они встречались, хоть та и не слушала ее раньше. Теперь она, наконец, прислушалась и решила все исправить. Как хороший друг, Вань И решила, что она должна помочь ей прояснить отношения с Шэнь Пэйжанем.

Шэнь Пэйжань был смущен, он не думал, что был третьим лишним в браке между Су Янь и Цзян Цзинчуанем, и это был первый раз, когда ему прямо указали на это.

— Я не знакома с господином Цзян, и я не могу сказать, хорош ли он для Сяо Янь. Но одно я знаю точно, пока Сяо Янь не развелась с ним, он ее муж и должен быть защищен законом и общественным мнением. Шэнь Пэйжань, я разговаривала с Сяо Янь в тот день. Она сказала мне, что действительно хочет жить с Цзян Цзинчуанем. Я думаю, она говорит серьезно. А ты как думаешь?

Шэнь Пэйжань не знал, что ответить. Как и сказала Вань И, у него действительно нет никакого права что-то требовать. Его руки под столом постепенно сжимались в кулаки.

Даже если весь мир отрицает его любовь, если Сяо Янь узнает об этом, не имеет значения, что думают о нем другие люди.

Шэнь Пэйжань тихо спросил:

— Она сказала тебе, почему игнорирует меня?

Вань И скептически посмотрела на собеседника. Он все равно ей не нравился. В тот день, когда у Су Янь был приступ аллергии, если бы он отсутствовал по уважительной причине, даже если это была учеба, она могла бы простить его, но день рождения даже не кровной сестры был для него важнее. Поэтому она действительно не могла думать о нем хорошо.

Да, Су Янь тогда не волновалась, потому что была влюблена. Но ее лучшая подруга не носила розовые очки и у нее не было никаких чувств к молодому человеку, так что она не забыла этот случай.

Вань И понизила голос:

— Сяо Янь сказала, что она и господин Цзян теперь не просто номинальные муж и жена.

Шэнь Пэйжань не мог поверить своим ушам, он недоверчиво посмотрел на собеседницу, выражение его лица было ошеломленным.

— Конечно, она решила начать отношения с господином Цзяном не только из-за этого. Это было потому, что в процессе общения с мужем она обнаружила его хорошие стороны. Отношения между ними сейчас действительно гармоничные. Что же касается того, почему Сяо Янь тебя игнорирует, то она не сказала мне, это ее личное дело, и я не могу заставить ее назвать причину. То же самое относится и к тебе. Теперь она встала на свой собственный путь. Шэнь Пэйжань, ты больше не должен упрямиться.

Вань И было очень трудно произнести такие слова. Человек действительно может любить и нести ответственность только за одного партнера. Чувства этих трех людей слишком переполнены. Из них троих одному всегда будет больно.

Шэнь Пэйжань долго не мог прийти в себя. У него не было желания есть, он встал и вышел. Стоя в дверях ресторана лицом к яркому солнцу, он впервые почувствовал, что его тело заледенело.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 29.2 :)

Бары еще не открылись, поэтому он зашел в ближайшее кафе и заказал несколько бутылок вина. После первого недоумения последовал гнев. Гнев – это фитиль, который зажигает все эмоции. Он начал пить без остановки, чтобы притупить свое сознание. На самом деле, у него были такие мысли во время общения с Су Янь. В конце концов, он нормальный мужчина, но каждый раз, когда они оставались наедине, Су Янь отвергала его попытки сблизиться, она говорила, что хочет быть с ним после того, как избавится от личности госпожи Цзян, иначе она будет чувствовать себя виноватой, и это противоречит воспитанию, которое она получила.

Он понял ее, но что в итоге? Она действительно забралась в чужую постель?! Ха-ха-ха! С другой стороны, она называла Цзян Цзинчуаня своим мужем, так что, что бы они ни делали, это законно.

Ван Сыци уже давно следила за Шэнь Пэйжанем. Она сидела за столиком неподалеку. Когда Шэнь Пэйжань был уже пьян, она взяла свою сумку и подошла к нему. Сев рядом с ним, девушка мягко спросила:

— Господин Шэнь, вы меня помните?

Шэнь Пэйжань открыл глаза и покачал головой. Сейчас он вообще не собирался ни с кем разговаривать, поэтому отвернулся от Ван Сыци.

— Что случилось с вами раньше на банкете? — Ван Сыци также слышала немного из того, что сказала Вань И Шэнь Пэйжаню, но она не была так взволнована, как он. Она предполагала, что между Цзян Цзинчуанем и Су Янь определенно произошли такие вещи. Но Шэнь Пэйжань все еще верит этой шлюхе.

Молодой человек по-прежнему молчал. Увидев, что он продолжает пить, Ван Сыци сделала вид, будто ничего не случилось и сказала:

— Вы с госпожой Цзян – одноклассники. Почему я раньше не видела вас на свадьбе? Я восхищаюсь госпожой Цзян и всегда была немного влюблена в господина Цзян. Несколько месяцев назад я ужинала с госпожой Цзян. Тогда я спросила ее, когда она планирует родить ребенка. Она сказала, что это будет очень скоро, не знаю, есть ли какие-нибудь новости сейчас.

Глаза Шэнь Пэйжаня покраснели, он повернул голову, невнятно бормоча:

— Скажи, зачем?

— А? — Ван Сыци недоуменно уставилась ему в глаза. — Что случилось?

Она понимала, что Шэнь Пэйжань уже был в ярости из-за отношений Су Янь с Цзян Цзинчуанем. Теперь она сказала это, чтобы сообщить ему, что Су Янь уже давно предала его. Что бы Шэнь Пэйжань ни сделал в приступе злобы, это было хорошим результатом для нее.

Для человека самое страшное – это предательство.

Видя, что Шэнь Пэйжань выглядит мрачным, Ван Сыци удовлетворенно улыбнулась.

***

Су Янь изучала дома пиньинь*. Она умела читать и писать слова, но не знала, как печатать на своем мобильном телефоне.

п.п.: Пиньинь – система, которая используется во всём мире в качестве официальной латинской транскрипции   звуков китайского языка. Используется для набора текста в компьютерах и смартфонах.

Хотя, пока она находится рядом с Цзян Цзинчуанем, ей не нужно беспокоиться о еде и одежде, но она прекрасно понимала, яснее, чем кто-либо другой, что, если она не сможет приспособиться к этой эпохе и окончательно распроститься с прошлым, то всегда будет риск оказаться выброшенной за борт.

Ей еще предстоит многому научиться, например, освоить здесь правила социального взаимодействия и коммуникации, а еще лучше всего изучить здесь еще несколько специальностей.

Хотя она и говорила, что хочет быть счастливым рисовым долгоносиком*, она не могла просто сидеть, есть и ждать смерти. Раньше, когда она жила в гареме, то всегда занималась музыкой, шахматами, каллиграфией и живописью. Но здесь даже ежедневное общение с другими людьми – это проблема.

п.п.: рисовый долгоносик – обозначение прожорливого паразита, бездельника.

В этом отношении Су Янь была очень сознательным человеком. Она понимала, что только одна красота как оболочка для пустоты, никому не нужна. Цзян Цзинчуань великолепно образован, эрудирован и выглядит хорошо, он богат и могущественен. Не стоит думать, что можно сидеть, сложа руки, и расслабиться с таким человеком. Она должна быть достойна этих отношений.

Су Янь быстро училась, особенно когда она отчаянно хотела вписаться в эту эпоху, по крайней мере, теперь она может печатать сообщения на своем мобильном телефоне.

После обеда Су Янь уселась на диван, скрестив ноги, и, медленно тыкая пальцем в телефон, наконец набрала простое текстовое сообщение. Отправив его, она рухнула прямо на диван и уставилась в потолок, втайне подбадривая себя мыслью, что все наладится.

Цзян Цзинчуань также вернулся в офис сразу после обеда, готовый вздремнуть в комнате отдыха, как вдруг его телефон завибрировал. Когда он увидел текстовое сообщение от Су Янь, его губы неосознанно приподнялись.

[Ты поел? Я уже поела. госпожа Цзян]

Это сообщение действительно... Он быстро набрал обратное послание.

Су Янь задавалась вопросом, получил ли он ее текстовое сообщение, когда ее телефон завибрировал.

[Да, поел, и довольно не плохо. Возьму тебя с собой в следующий раз. господин Цзян.]

Су Янь увлеклась текстовыми сообщениями, но, так как она печатала слишком медленно, иногда ей требовалось больше десяти минут, чтобы ответить Цзян Цзинчуаню.

[Спасибо мужу :) — госпожа Цзян.]

Девушка чувствовала себя очень модной, используя смайлики, а Цзян Цзинчуань думал о прекрасном взгляде своей жены, когда она улыбалась, и впервые почувствовал, что у него было слишком много работы, потому что он не мог вовремя уйти домой.

Цзян Цзинчуань, даже занятый своей работой, отвечал на сообщения без каких-либо хлопот. Он чувствовал, что жена посылает ему текстовые сообщения так медленно, так как флиртует, поэтому он также должен был отвечать медленнее, чтобы заставить ее дожидаться.

[:):):) господин Цзян.]

Ближе к вечеру Цзян Цзинчуань позвонил и сказал, что ему придется работать сверхурочно допоздна, потому что должна была начаться видеоконференция, так что Су Янь может ложиться спать, не дожидаясь его.

Повесив трубку, Су Янь немного подумала и наконец позвала тетю Ван:

— Пусть на кухне приготовят несколько блюд, которые любит господин, я подожду, чтобы их доставить.

Он работает сверхурочно, так что она может сопровождать его. На самом деле, сердце мужчины легко тронуть, если уделить внимание деталям.

Самое главное, что Су Янь чувствовала, что чувства Цзян Цзинчуаня по отношению к ней медленно сублимируются. Так что в этом процессе она будет прилагать настойчивые усилия.

— Нужно сообщить об этом господину? — спросила тетя Ван.

— Нет, я преподнесу ему сюрприз, — Су Янь моргнула. Цзян Цзинчуань никогда не думал, что она будет сидеть с ним офисе по вечерам.

Прежде чем Су Янь уехала, к Цзян Цзинчуаню пришел Лу Ян. Раньше они вместе учились за границей, и теперь он хотел позвать его на ужин.

Сидя в кабинете Цзян Цзинчуаня, Лу Ян улыбнулся и сказал:

— Теперь я иногда вспоминаю жизнь за границей, и мне все еще так не хватает ее. В то время я просто весь день прятал голову в книги и знал только о том, как делать проекты, и больше ничего не хотел. Жизнь была быстрой и насыщенной.

Цзян Цзинчуань безответственно улыбнулся:

— Как же так, до сих пор не смог адаптироваться?

Они не были особенно близкими друзьями с Лу Янем, но оба уважали друг друга и имели одинаковый опыт, так что им было, о чем поговорить.

— Все в порядке, с большими вещами можно справиться, а вот маленькие вещи могут действительно расстроить.

Слова Лу Яна заставили Цзян Цзинчуаня рассмеяться.

— Со всем можно справиться, не говоря уже о мелочах, — Цзян Цзинчуань знал, что Лу Ян говорил о намеренных провокациях со стороны сына дедушки Чэнь и его внука всегда в последнее время, что очень расстраивало Лу Яна.

Если бы это был честный противник, то можно было бы сражаться. Но проблема в том, что другая сторона – родственники, и старик Чэнь внимательно наблюдает за ними. Так что оставалось только терпеть.

Перед уходом Лу Ян заметил несколько каллиграфических рисунков, висевших в кабинете Цзян Цзинчуаня, и на какое-то время это привлекло его внимание. Он шагнул вперед, чтобы внимательно рассмотреть, и Цзян Цзинчуань не остановил его.

— Кто написал эти слова, я не узнаю, — Лу Ян думал, что то, что висело в кабинете Цзян Цзинчуаня, должно быть работами от известного художника. Он занимался каллиграфией и лишь приблизительно понимал, что это написано женщиной. Но кем именно – не мог догадаться.

Цзян Цзинчуань уже оформил тексты, написанные Су Янь, и повесил несколько из них в офисе. Лу Ян был первым, кто спросил его.

— Ну, это было написано моей женой от нечего делать, так что я просто вставил в рамку и повесил их здесь, — тон Цзян Цзинчуаня был небрежным, но Лу Ян все равно услышал нотки гордости и самолюбия.

Лу Ян слегка поднял голову и посмотрел на слова, написанные Су Янь, и на мгновение он восхитился в своем сердце.

— Я не ожидал, что госпожа Цзян окажет такой талантливой женщиной.

— Ты слишком вежлив, она просто написала это для развлечения.

«Она прекрасна, даже когда пишет», — подумал Цзян Цзинчуань в глубине души.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 30.1. Я боюсь рева львицы с восточного берега реки, как бы я осмелился жить в роскошном доме с наложницей?

Су Янь получила звонок от своей подруги Вань И по дороге в офис Цзян Цзинчуаня.

— Сяо Янь, я только что с работы, ты дома? — Вань И хотела позвонить Су Янь днем, но ее отвлекли, как только она вошла в офис. Поэтому девушка поспешно позвонила Су Янь, чтобы поговорить о сегодняшнем обеде.

— Ах, меня нет дома. Что-нибудь случилось? — первой мыслью Су Янь был Шэнь Пэйжань. Она уже говорила с Вань И по этому поводу раньше. Теперь она сама ищет ее. Это может быть только из-за вопроса с Шэнь Пэйжанем. Она несколько встревожилась, не зная, хорошей будет новость или плохой.

— Да. Сегодня Шэнь Пэйжань пришел ко мне, и я рассказала ему то, что ты мне велела. Может быть, я действительно не умею вести переговоры. Я всегда чувствую себя очень плохо. Шэнь Пэйжань, кажется, не слушал меня, прости, Сяо Янь, я не только не помогла тебе, но и кажется, усугубила ситуацию, — Вань И думала об этом, даже когда она была на работе, вспоминая последнее выражение лица Шэнь Пэйжаня. По нему было видно, что он не собирается отступать.

Она вспомнила слова, которые сама сказала Шэнь Пэйжаню. Чем больше она думала, тем больше убеждалась, что ошиблась, поэтому она могла только позвонить, чтобы извиниться и напомнить подруге быть осторожной.

Су Янь не знала, что сказала Вань И, но эта ситуация была вполне ожидаемой Представьте себе, что у его возлюбленной есть отношения с другим мужчиной, даже если эти отношения законные. Может ли человек проглотить такое? Когда она впервые рассказала Вань И об этом деле, она уже приняла решение, но только это решение может быть использовано сейчас. Другого выхода из этого тупика нет, поэтому оставалось только рискнуть. Теперь, когда меч уже занесен, никого нельзя винить.

— Хорошо, я поняла и благодарю тебя, — на этот раз благодарность Су Янь была искренней. Вань И не нужно было лезть в эту мутную воду, но она сделала это из-за их дружбы. Хорошим будет конец или плохим, она все равно должна поблагодарить ее.

На мгновение замолчав, Вань И сказала:

— Сяо Янь, раз ты уже приняла решение, не сдавайся на полпути, это нехорошо для вас троих, — Вань И все еще немного беспокоилась тем, что чувства Су Янь к Шэнь Пэйжаню все еще существуют. Если ей самой было так грустно видеть его, что же должна испытывать Су Янь?

Су Янь повернула голову и посмотрела в окно машины. Стояло лето, и дни были длинными. В этот момент заходящее солнце брызнуло на высотное здание, как будто обливая его золотом.

— Я знаю, ты даже не представляешь, насколько ясен мой разум сейчас, — она вдруг поняла, что она уже не та прежняя Су Янь, которая была гордой и неприступной наложницей в гареме Императора.

Все снова перевернулось, но единственное, что не изменилось, – это то, что она точно знает, чего хочет.

Вань И прислушалась к словам Су Янь и немного расслабилась. После обмена кое-какими сплетнями, Вань И сказала:

— Тогда я поеду домой. Если что, ты можешь позвонить мне в любое время, хотя, возможно, я ничем не смогу помочь.

— Спасибо, — Су Янь почувствовала немного тепла в своем сердце. Она поняла, что эта девушка действительно заботится о первоначальной хозяйке тела. Это тот вид заботы, который не приносит никакой выгоды или пользы, является чистой добротой.

Повесив трубку, Су Янь уже не была в такой панике, как раньше. В конце концов, именно она использовала человеческое тепло в своих корыстных целях. Как только она действительно успокоилась, она увидела свет в конце тоннеля. На самом деле, это не она или Цзян Цзинчуань находятся в пассивной позиции, а Шэнь Пэйжань. Ее позиция сейчас ясна, что же, в конце концов, может сделать Шэнь Пэйжань? Она очень надеялась, что он сможет ясно мыслить, а потом отпустит ее. У него впереди длинная прекрасная жизнь, и нет никакой необходимости откладывать ее из-за любви.

Теперь уже другой человек занимает это тело. У нее нет чувств к Шэнь Пэйжаню. Даже если она притворится, Шэнь Пэйжань будет несчастен. Почему бы не отпустить его пораньше?

Су Янь решила, что она расскажет Цзян Цзинчуаню об этом деле, независимо от того, что Шэнь Пэйжань будет делать дальше, по крайней мере, Цзян Цзинчуань будет предупрежден заранее, она не намерена нести бремя этого беспокойства в одиночку.

Теперь, когда она знает, что существует неизвестная опасность, ей не хотелось прятаться в одиночестве, чтобы не страдать, когда она ее настигнет.

Лу Ян немного посидел в кабинете Цзян Цзинчуаня и ушел. Он все еще думал об этих картинах, пока не вышел из лифта и не направился в сторону парковки. Он вдруг понял, что он, казалось, слишком много думал. Он не мог удержаться от смеха и покачал головой. Он просто не ожидал, что госпожа Цзян действительно так хорошо владеет каллиграфией.

На самом деле, даже зная происхождение Су Янь, Лу Ян действительно восхищался этой женщиной. Су Янь очень красива, но красавиц много. Эта Су Янь явно не так проста, раз сумела попасть на глаза второму старику семьи Цзян, что он настоял на том, чтобы взять ее в семью.

Едва Лу Ян достал ключи, как вдруг подъехала машина и остановилась рядом с ним. Через некоторое время он увидел, что человек с водительского сиденья вышел и почтительно открыл пассажирскую дверь. Первое, что увидел Лу Ян, была изящная стройная ножка с белой нежной кожей в туфле на высоком каблуке. Он еще недостаточно насмотрелся, как обладательница этой прекрасной ноги вышла из машины.

Су Янь заметила, что кто-то смотрит на нее и, когда она подняла глаза, то узнала Лу Яна. Ее губы автоматически растянулись в улыбке:

— Господин Лу? Какое совпадение! — она подошла к Лу Яну. Преемник господина Чэнь и одноклассник Цзян Цзинчуаня заслуживает нескольких слов приветствия.

Лу Ян только подумал, что Су Янь выглядит с каждым разом все более и более красивой. Вокруг него не было недостатка в красивых женщинах, но он никогда не видел никого лучше Су Янь. После нее все остальные лица казались блеклыми. Во время первой встречи она произвела на него несколько смутное впечатление. Он только помнил, что она была красивой женщиной с изысканной внешностью. По мере того как число встреч увеличивалось, ее образ становился все яснее и яснее. Даже пока она приближалась, он пристально смотрел на нее, не в силах оторвать взгляд.

Лу Ян с улыбкой кивнул:

— Госпожа Цзян, здравствуйте.

Су Янь была строго обучена с тех пор, как она была ребенком. Она никогда не допускала ошибок в этикете и управлении выражением лица. Улыбка на ее лице была искренней и милой:

— Господин Лу, вы ищете Цзинчуаня?

— Да... — Лу Ян взглянул на коробку с едой в руке водителя и невольно улыбнулся, — Цзинчуань такой счастливчик, мне завидно, что жена принесла ему обед.

Это звучало как комплимент, но на этот раз Лу Ян говорил правду. Он действительно завидовал Цзян Цзинчуаню: «У него есть красивая и веселая супруга, которая заботится о нем. Неудивительно, что Цзян Цзинчуань обращает на нее такое внимание. Если бы это была моя жена... Кхм!» — Лу Ян вовремя остановил свою внутреннюю фантазию.

Су Янь улыбнулась и ничего не сказала.

— Госпожа Цзян, вы знаете Лу Цзяин? — Лу Ян не понимал, что с ним случилось. Ему хотелось еще немного поговорить с Су Янь, и он вспомнил о своей кузине.

Су Янь изо всех сил старалась вспомнить об этом, и, наконец, в ее памяти всплыло, что, когда она ходила за покупками с Цзян Цзинцзин ее одноклассница назвала это имя, поэтому она нерешительно кивнула.

Лу Ян почувствовал облегчение и продолжал говорить:

— Цзяин – моя сестра. Она рассказала мне об этом в тот же день. Вы даже не представляете, как она взволнована. Мир так тесен. Я даже не думал, что человек, который помог моей сестре два года назад, это вы.

Этот мир действительно слишком тесен! Су Янь не ожидала, что девушка, которой она спонтанно помогла, на самом деле окажется сестрой Лу Яна!

— Действительно? Что за совпадение? — Су Янь все еще немного недоумевала.

Видя такое выражение лица собеседницы, Лу Ян не мог не кивнуть.

— Ну да, я был удивлен, когда услышал, как моя сестра рассказала об этом. Госпожа Цзян, наша семья очень благодарна вам за помощь, тетя и дядя тоже сказали, что вы должны прийти на ужин, чтобы они могли сказать вам спасибо.

— Э-э, не стоит беспокоиться. Вы слишком вежливы, — ей было стыдно за такую благодарность, ведь на самом деле не она помогла Лу Цзяин.

Улыбка на лице Лу Яна стала еще шире:

— Но мы этого искренне хотим, так что посмотрите, когда у вас будет время, я не буду задерживать вас.

Су Янь слышала от Цзян Цзинчуаня, что после того, как Лу Ян вернулся, власть города А скоро перейдет к новому поколению. Если у них будут хорошие отношения с ним, разве это не полезно для Цзян Цзинчуаня?

Поколебавшись мгновение, она кивнула и посмотрела, как Лу Ян садится в машину и выезжает со стоянки. После этого Су Янь вошла в лифт вместе с водителем.

Когда Цзян Цзинчуань, как президент компании, работал сверхурочно, секретарь и помощник также должны были оставаться в офисе. Когда Су Янь появилась в кабинете, секретарь Цзян Цзинчуаня некоторое время не отвечала, опустив голову над бумагами. Су Янь вручила ей коробку с едой и, улыбнувшись, сказала:

— Поешьте на кухне хрустальные пельмени, вы так много работаете.

Линда была несколько польщена и взяла коробку, быстро сказала спасибо и посмотрела в сторону офиса Цзян Цзинчуаня. Она почувствовала в своем сердце, что только у госпожи Цзян, которая так красива и способна, есть мужество, чтобы осмелиться присоединиться к Цзян Цзинчуаню.

Когда Су Янь вошла с коробкой внутрь, Цзян Цзинчуань с головой погрузился в работу. Он услышал звук открывающейся двери и подсознательно нахмурился. Как мог помощник быть таким невежественным? Разве он не знает, что нужно стучать в дверь? В результате он поднял глаза и увидел, что этот человек — Су Янь. Он замер на мгновение.

Су Янь подняла коробку с едой, ее тон был очень мягким.

— Ты мне не поможешь? У меня болят руки.

Цзян Цзинчуань пришел в себя и поспешно встал, но случайно ударился об угол стола, и поморщился от боли. Но его движение ничуть не замедлилось, он подошел к Су Янь, взял в руки тяжелую коробку, отнес ее к кофейному столику и спросил:

— Зачем ты здесь?

— Я уже иду, — Су Янь намеренно не поняла Цзян Цзинчуаня и тихо фыркнула.

Цзян Цзинчуань помог ей сесть, не скрывая улыбки на лице:

— Ты не знаешь, что сказать мне, у тебя нет никакой подготовки.

Су Янь открыла для него крышку коробки с едой и гордо подняла глаза.

— А что, ты прячешь Цанцзяо в золотом доме*? Ты не должен обращать внимания на мой приход.

Цзян Цзинчуань довольно серьезно коснулся своего подбородка.

— Я боюсь Гедонского Льва, куда же мне девать Цанцзяо?*

п.п.: Согласно   рассказам   Ханьву, во время Королевского Собрания принцесса Гуаньтао обняла молодого принца и спросила его, хочет ли он жениться на девушке.   Отвергнув выбор десятков дворцовых служанок, принцесса Гуаньтао в конце концов показала свою дочь Лю Чэ, хвастаясь, что «построит для нее золотой дом», если они поженятся. Это вдохновило   китайскую идиому «прятать Цзяо в золотом дом»,   金屋藏嬌   которая позже по иронии судьбы стала термином для содержания   любовницы,   а не жены.

п.п.: Рев Гедона — это китайская идиома, означает, что ревнивая жена устраивает большой скандал своему мужу.

Су Янь собиралась просто пошутить с ним и сейчас не могла удержаться от смеха. Он протянул руку и слегка ущипнул ее за локоть, смеясь и ругаясь:

— Ты – Гедонский Лев!

— Я собирался попросить помощника купить мне еды. Но это тоже хорошо.

Цзян Цзинчуань был классическим трудоголиком. Сверхурочные до позднего вечера для него были обычным делом. Фактически он был весьма непритязателен к пище, пока она может заполнить его желудок. Он мог бы довольствоваться и простой чашкой риса. Но сегодня перед ним было много разной еды и все блюда – его любимые.

Цзян Цзинчуань был очень тронут. Когда-то няня приносила ему еду, а теперь это его жена и это было совсем другое чувство. И сейчас у Цзян Цзинчуаня не было настроения работать.

Су Янь открыла плотно закрытый контейнер и остановила движение Цзян Цзинчуаня.

— Сначала выпей суп перед едой, это полезно для желудка. Это тетушкин суп из ребрышек с тыквой, говорят, он очищает тело и выводит токсины. Пей, пока он горячий.

Цзян Цзинчуань послушно отложил палочки для еды, взял миску, которую Су Янь передала ему, чтобы выпить суп, и сделал несколько глотков, прежде чем спросить.

— Ты уже поела?

— Я пришла после того, как пообедала. Не торопись. Никто не отберет у тебя еду, — напомнила мужу Су Янь, видя, что он немного встревожен. Как только эти слова были произнесены, она была немного ошарашена. Она смотрела на то, как Цзян Цзинчуань ест суп, и подумала, что они действительно ладят, как обычные пары.

Секретарша и помощники за пределами офиса тоже ели закуски, принесенные Су Янь. Линда подогрела еду в микроволновке и прошептала коллеге:

— Жена босса действительно добрый человек. Даже поделилась с нами едой, которую принесла.

Хотя хрустальных пельменей было не так много, в их сердцах осталось хорошее впечатление о Су Янь.

Коллега понизил голос и сказал:

— Если бы она была глупой, разве она смогла бы выйти замуж за такого богатого человека за счет одной своей внешности? Нужно как минимум знать некоторые вещи.

— К сожалению, ни у кого из нас нет богатых родителей, ни внешности, ни такого благословения, так что давай закроем тему, — Линда отпила глоток кофе, отставила чашку и вытянула ноги. — Мы можем только ишачить каждый день за зарплату, которая не позволяет нам умереть с голоду. А другие люди шикарно одеваются, идут, куда хотят и покупают, покупают, покупают... О, мой бог, мне осталось только пойти на крышу и спрыгнуть.

— Не в деньгах счастье.

Вынеся такой вердикт, сотрудники наконец потащились обратно по кабинетам.

— Я только что встретила господина Лу на парковке. Я не говорила тебе раньше. Когда я ходила по магазинам с Цзян Цзинцзин, я встретила ее одноклассницу. Мы с ней познакомились два года назад. В то время я помогла ей по мелочи, я даже не думала, что она запомнит это. Я только что узнала, что она на самом деле сестра Лу Яна, — Су Янь просто хотела рассказать об этом Цзян Цзинчуаню, потому что Лу Ян был не обычным человеком, а все, что было связано с интересами клана Цзян, она должна была рассказывать супругу, чтобы он имел это в виду.

Эти отношения интересов у мужчин тесно переплетены, и она не знает, о чем думает Лу Ян. Цзян Цзинчуань был немного удивлен:

— Какое совпадение? Лу Ян не говорил мне. Что он тебе сказал?

— Он сказал, что его тетя и дядя хотят пригласить меня на обед, вероятно, собираясь выразить свою благодарность, как ты думаешь?

Лу Ян отличается от других. Он молод, но уже принял бразды правления из рук деда. Когда такой человек проявляет инициативу, чтобы поговорить с ней, а также пригласить на обед по такому тривиальному вопросу, это уже странно. Никогда не поздно получить выгоду, просто стоит посмотреть на готовность Цзян Цзинчуаня иметь эти отношения с Лу Яном.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 30.2 Я боюсь рева львицы с восточного берега реки, как бы я осмелился жить в роскошном доме с наложницей?

Цзян Цзинчуань тщательно все обдумал. На самом деле он поддерживал хорошие отношения с Лу Яном и не исключал такую возможность. Во-первых, характер у Лу Яна неплохой. Он также работал с ним, и у них уже есть некоторые дружеские отношения. Во-вторых, за Лу Яном стоит семья Чэнь, во всяком случае, многие из этих людей не так уж плохи. Поскольку Лу Ян хочет иметь с ним хорошие отношения, он не может отвергнуть его. Подумав об этом, Цзян Цзинчуань сказал глубоким голосом:

— Лу Ян, это неплохо. Все было нормально, когда мы обедали в прошлом. Кроме того, это дружба его сестры с тобой. Не думай слишком много.

Су Янь услышала это, и она была уверена, что не справится с делами Цзян Цзинчуаня. Это не то, куда ей стоит влезать. Раз уж он так сказал, она пойдет и пообедает.

— Если это не помешает тебе, я могу это сделать, — добавила Су Янь.

Цзян Цзинчуань был немного тронут. С одной стороны, он чувствовал, что Су Янь не глупа. Она все еще знала, что ему сказать, и ее интуиция была довольно острой. С другой стороны, Су Янь чувствовала, что она была очень разумна, сказав такие слова. Разумная жена лучше красивой.

Он отложил палочки для еды, протянул руку и погладил ее по волосам.

— Не думай слишком много, просто делай все, что хочешь, — это не потому, что он хвастался. С его способностями он действительно может позволить своей жене жить так, как ей заблагорассудится.

— Я могу делать все, что хочу? — Су Янь ухмыльнулась, заставив Цзян Цзинчуаня на мгновение потерять рассудок.

— Да.

— Ну, тогда я хочу, чтобы господин Цзян смог быть более расслабленным, не таким занятым. Я хочу, чтобы он ел вовремя каждый день, отдыхал и надеюсь, что он сможет позаботиться о себе, когда я буду отсутствовать. Можно ли все это осуществить? — Су Янь знала, что сказать, чтобы сделать его счастливым.

И действительно, Цзян Цзинчуань на мгновение замер и посмотрел на нее. Эмоции в его глазах изменились и стали глубже. В течение долгого времени он любовался ее профилем и, наконец, прошептал:

— Господин Цзян тоже хочет, чтобы у госпожи Цзян было много еды и отдыха, но у господина Цзян есть много дел ради семьи, ради госпожи Цзян и их будущих детей.

Несколько дней назад Цзян Цзинчуань фактически не имел понятия о семье и детях. После празднования дня рождения Цзян Цзинчуань остался один и подумал о том, какими будут его будущие дети. Как отец и муж, он, естественно, хотел дать своей жене и детям лучшую жизнь. В прошлом он много и упорно работал, но ради честолюбия и чувства выполненного долга. Теперь ситуация изменилась, и он хочет быть более зрелым.

У Су Янь что-то екнуло в ее сердце. Цзян Цзинчуань выражал свою добрую волю каждый день. Она вовсе не хладнокровное животное. Она все еще знает, как ценить доброту. В прошлом император был добр к ней, но они были разделены классовой системой и отношениями между хозяином и слугой. Он привык к почитанию. Хотя ради нее он уже склонил голову, но из-за его статуса она никогда не осмеливалась отвечать на его чувства. Если однажды он откажется быть добрым к ней, то кем она станет? Нет, вместо этого лучше не ожидать чего-то с самого начала.

Цзян Цзинчуань – совсем другое дело. Он всегда относится к ней как мужчина и муж. Он будет спрашивать ее мнения и даст ей чувство равенства. Кому бы не понравилось такое чувство? Су Янь тоже не была исключением. Она прошептала:

— Господин Цзян такой хороший, что госпожа Цзян не знает, что делать, — с точки зрения Су Янь, Цзян Цзинчуань ей ничем не был обязан, и все равно хорошо к ней относился. Как это могло не тронуть ее сердце?

В конце концов, она человек, самый обычный человек, даже если ее сердце жесткое, оно из крови и плоти, и оно не могло не смягчиться.

Цзян Цзинчуань продолжал касаться ее лица и тепло улыбнулся:

— Просто делай все, что хочешь, а я сделаю все остальное.

В его сердце Су Янь уже была достаточно хороша, его требования к жене были не такими высокими, и он не ожидал, что у нее возникнут к нему когда-либо чувства, и теперь Су Янь преподнесла ему такой большой сюрприз, что он, не будучи жадным человеком, был очень рад.

Настроение Су Янь сейчас было уже не таким спокойным, Цзян Цзинчуань слишком хороший, поэтому она не знала, как реагировать.

Он был слишком добр к ней и он все еще уважал ее. Она сказала, что пока не хочет иметь детей и он действительно не стал принуждать ее. Су Янь тоже научилась смотреть на него. Глубоко в душе она признавала, что он очень хорош. Может быть, она не сможет ответить на его чувства, но она может всегда сопровождать его.

Су Янь много думала о том, что может дать Цзян Цзинчуаню. Но никогда не думала, что, если она действительно любит кого-то, то другому человеку нужна та же самая любовь.

После того как Цзян Цзинчуань закончил есть, он собрал посуду и сказал Су Янь:

— У меня еще есть работа здесь, и я вернусь поздно. Через час состоится видеоконференция. Предполагаю, что буду занят по меньшей мере до десяти. Ты должна вернуться домой, не жди меня сегодня вечером.

Су Янь взглянула на него, достала из сумки мобильный телефон и зарядное устройство и покачала им. Она сказала:

— Ты занимайся своими делами, я займусь своими, никто никого не побеспокоит, во всяком случае, сегодня я вернусь домой с тобой.

Она только сегодня научилась пользоваться WeChat. Ей показалось, что это может быть интересно. Во всяком случае, ждать Цзян Цзинчуаня на его сверхурочной работе будет совсем не скучно.

Цзян Цзинчуань поднял брови:

— Это будет очень скучно. Я не смогу общаться с тобой, пока работаю.

Он чувствовал, что Су Янь не сможет сидеть спокойно.

— Нет, я не хочу уходить, я буду здесь, — Су Янь легла на диван и состроила хитрую рожицу. — Или попробуй вышвырнуть меня вон.

Цзян Цзинчуань не смог этого сделать. Он о чем-то подумал и вышел из кабинета. Подойдя к рабочему месту секретаря, он закашлялся и медленно заговорил, глядя в испуганные глаза секретарш:

— Какая корейская драма популярна в последнее время?

Линда ответила первой, зная, что шеф спрашивает для госпожи Цзян. Она быстро разобралась с эмоциями и прошептала в ответ:

— Господин Цзян, в последнее время не было хороших корейских драм, но некоторое время назад вышел неплохой фильм, — Линда назвала его и Цзян Цзинчуань запомнил его наизусть.

Тогда Цзян Цзинчуань сказал секретарю:

— Уже довольно поздно. Если вам нечего делать, можете идти, поужинайте где-нибудь, не забудьте, что сверхурочные оплачиваются.

Все секретари в душе ликовали, желая, чтобы Су Янь приходила почаще. В этом случае шеф Цзян будет в хорошем настроении, и они, следовательно, тоже.

Цзян Цзинчуань пошел туда, где работал его помощник. С ним он уже не так смущался как с секретарями. Он прямо сказал:

— У вас здесь должны быть дополнительные ноутбуки? Выясните это для меня, а затем найдите мне вот этот фильм.

Помощник быстро отреагировал. То, что господин Цзян позволил ему найти корейскую драму, имело несколько значений! Хотя его сердце скакало как лошадь, но лицо все еще оставалось серьезным. Он кивнул, нашел запасной ноутбук, зарядку и разыскал корейскую драму, о которой сказал Цзян Цзинчуань.

Когда Цзян Цзинчуань вернулся в офис, секретарь и помощник на этом этаже уже собирали вещи и готовились уходить. Поскольку госпожа Цзян приехала сопровождать его, они, естественно, не собирались мешать.

Су Янь посмотрела на Цзян Цзинчуаня с ноутбуком в руке, все еще задаваясь вопросом, что он собирается делать. Цзян Цзинчуань подошел к ней, положил ноутбук на столик, и пошел, чтобы подключить его, после всего этого он сказал:

— Ты можешь посмотреть фильм, секретари говорят, что он хороший.

Хм ... смотреть телевизор ах, она это любит.

Цзян Цзинчуань подумал о чем-то и снова вышел в чайную комнату, чтобы сделать Су Янь чай с молоком.

В чайной комнате офиса был установлен автомат с закусками. Поначалу отдел кадров думал о взимании платы, но Цзян Цзинчуань считал, что это не такие уж большие деньги. Он сказал, что автомат будет бесплатным. После того, как об этом было размещено на Weibo, все стали завидовать его сотрудникам.

Так, два ананасовых торта, два шоколада, два фруктовых желе... Тигровый торт, матча и сладкий картофель! Их надо забрать! Мягкие конфеты тоже надо брать! Вяленая говядина — это обязательное условие для просмотра драмы!

Цзян Цзинчуань, который опустошил автомат почти на четверть, наконец остался доволен. Все это было куплено на его деньги, чтобы принести пользу служащим и его жене.

Когда Су Янь увидела так много закусок, ей стало не очень хорошо, но она все равно приняла заботу Цзян Цзинчуаня. Сидя на диване и наблюдая за драмой во время еды, она подумала, что фильм поначалу был довольно скучным, но потом он все больше и больше увлек ее.

Настроение Су Янь было примерно таким:

Героиня хорошенькая, актер тоже... Эй, он выглядит таким нежным, это мне не нравится.

А? Ведущая мужская роль все еще довольно неплох.

Как же так! Почему главные герои – мужчины выглядят более привлекательно?!

Такой красивый!

Цзян Цзинчуань был занят работой, но иногда немного отвлекался и смотрел на Су Янь. Когда он увидел выражение ее лица, у него на душе стало тревожно. Как же он мог забыть об этом?! Корейские драмы – самая ненавистная вещь для китайских мужчин!

Недолго думая, он подошел к Су Янь, нагнулся к ноутбуку и нажал на кнопку паузы. Изображение остановилось на лице главного актера.

Су Янь ела помадку и озадаченно спросила:

— Почему? Я так хорошо смотрела.

Цзян Цзинчуань указал на главного героя на компьютере:

— Ты думаешь, что он красивый?

Улыбайся и отвечай очень осторожно. Су Янь быстро отреагировала и поспешно покачала головой:

— Он уродлив.

Хотя это было приятно слышать, но он также знал, что это ложь. Цзян Цзинчуань вздохнул, слабо сказал:

— Раз он такой уродливый, тогда не смотри на него.

— Нет!

Она поняла, что уже слишком поздно, Су Янь хлопнула Цзян Цзинчуаня по руке, когда он собрался выключить экран, и выдавила улыбку.

— Сюжет довольно неплохой. Я смотрю не на людей. Я наблюдаю за сюжетом.

— Правда? — Цзян Цзинчуань тоже сел. — Хорошо, я буду смотреть с тобой, чтобы немного расслабиться.

Ух… Су Янь действительно не знала, что сказать.

За секунду до того, как палец Цзян Цзинчуаня нажал на кнопку воспроизведения, он остановился и обнял ее, вынуждая ее сесть к нему на колени, его руки обвились вокруг ее талии.

После короткого испуга Су Янь пришла в себя и взглянула на Цзян Цзинчуаня. Какое-то мгновение она боролась. Когда она почувствовала, что он ее удерживает, лицо Су Янь медленно покрылось румянцем, и она легонько ударила его.

— Вонючий негодяй!

Это то, что она узнала во время просмотра телесериала. Да, Цзян Цзинчуань просто негодяй.

Первоначально Цзян Цзинчуань просто хотел подразнить ее. Но не ожидал, что она будет так сопротивляться и ерзать у него на коленях. Вдыхая слабый аромат ее тела, плюс видя ее покрасневшее лицо в данный момент, его младший Цзян... ну, тоже встал.

На этаже кроме них никого не было. Страстный мужчина желает сделать что-то непристойное со своей женой. Разве это не является нормальным?

Цзян Цзинчуань поймал ее руку, наклонился вперед, поцеловал в лоб, и это теплое действие заставило Су Янь прекратить сопротивление. Его губы прошлись по ее бровям, глазам, носу и наконец остановились на ее губах.

Целуя, он повалил ее на диван. Сознание Су Янь постепенно становилось неясным, она только почувствовала, что лежит на спине.

Диван был не слишком мягким, и двум обнимающимся людям было тесно. Наконец, одежду Су Янь задрали. Вдруг Цзян Цзинчуань вспомнил что-то, остановился, и с некоторым смущением прижал ее к себе, пытаясь успокоить тяжелое дыхание.

Цзян Цзинчуань отпустил Су Янь, думая, что его собственную силу воли можно также считать беспрецедентной. Он практически последователь Лю Сяхуя.

Он встал и сел на другой конец дивана, склонив голову. Было непонятно, о чем думает.

Су Янь привела в порядок одежду. Волосы остались немного растрепанными. Она хотела что-то сказать, но ей показалось слишком неловко что-то говорить, и ничего не приходило на ум.

Цзян Цзинчуань немного успокоился. Он встал и повернулся спиной к Су Янь. Вздохнув, он сказал:

— Я иду в ванную.

В кабинете президента есть отдельная ванная комната, где можно принять ванну и душ. Он должен успокоиться.

— … О, — Су Янь была напугана этим открытием. Ее голос был слишком мягким и слишком очаровательным, и она не могла не сдержаться.

Цзян Цзинчуань фыркнул и быстро пошел в ванную, готовый принять холодный душ. Как только он успокоится, то сразу же приступит к работе!

Су Янь перебирала свои волосы, и думала о многих вещах. На самом деле, она провела с Цзян Цзинчуанем не так уж много времени, у нее не было особых воспоминаний о нем.

С точки зрения женщины, Цзян Цзинчуань действительно лакомый кусок, один на миллион, не только потому, что он богат и могуществен, но и из-за своей внешности. Есть не так много людей, которые и богаты и красивы, но среди них еще меньше тех, у кого есть чувство ответственности и уважение к людям. Встретить такого человека очень трудно, не так ли?

Су Янь чувствовала, что ее, должно быть, защищает ее потерянная семья и кормилица, иначе откуда бы взялась такая удача? Ее перерождение после смерти, отличная внешность, это уже благословение, а тут еще и человек, который во всех отношениях соответствует ее сердцу.

Су Янь про себя мало-помалу считала достоинства Цзян Цзинчуаня, затем встала, подошла к ванной, и, стоя у двери, постучала, ее голос был очень тихим:

— Цзинчуань?

Цзян Цзинчуань только что закончил раздеваться, услышал, как она зовет его, и удивился:

— Да?

Еще до того, как Су Янь перешла в этот мир, она обладала богатыми теоретическими знаниями, она также была избалованной всеми леди. Наконец, прикусив губу, она выговорила:

— Не нужна ли тебе помощь?

В этих словах было слишком много информации и слишком много смысла. Цзян Цзинчуань больше не мог сдерживаться. Вдруг дверь открылась, Су Янь не успев отреагировать, силой была втянута внутрь.

— Ах! — раздался голос Су Янь.

Некоторое время были слышны лишь звуки всплесков воды, смешанных с тихим рычанием мужчины.

Спустя почти полчаса Цзян Цзинчуань вышел освеженный, Су Янь с мокрыми волосами почти плакала от гнева: «Быстро помыть руки! Используй дезинфицирующее средство для рук, и снова промой водой!»

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 31.1 Он хотел лично сказать ей: «Мне очень жаль».

Из-за того, что Цзян Цзинчуань поднял такой шум, Су Янь была не в настроении продолжать смотреть драму. Удобно устроившись на диване, она стала упражняться в пиньине. Она чувствовала, что пиньинь довольно прост и уже выучила довольно много. Девушка верила, что через некоторое время сможет легко отправлять сообщения.

Похоть Цзян Цзинчуаня была временно утолена. Он сосредоточился и начал серьезно работать. Начав видеоконференцию, он не стал выгонять жену из кабинета.

С другой стороны, каждый технический термин, произнесенный им, приводил Су Янь в ступор.

Во время работы Цзян Цзинчуань был не таким, как обычно. На самом деле он вовсе не был специалистом по смягчению своих слов. На видеоконференции, которая сейчас проходила, его манера говорить не была ни слишком медленной, ни слишком быстрой. Это вызывало чувство полного доверия к говорящему. Какой женщине не понравится эта серьезная сторона мужчины? Су Янь подперла подбородок рукой и взволнованно вздохнула, глядя на такого великолепного мужчину.

Она начала верить, что изначальная владелица тела и Шэнь Пэйжань были влюблены друг в друга до беспамятства, иначе девушка, у которой есть хоть немного мозгов, точно выбрала бы Цзян Цзинчуаня. Не говоря уже о том, что Шэнь Пэйжань был плохим человеком. И хотя молодой человек также обладал поразительной внешностью, по сравнению с Цзян Цзинчуанем он сильно проигрывал.

В течение полугода после ее брака изначальная Су Янь могла игнорировать мужа и посвятить свое сердце и душу Шэнь Пэйжаню. Если это была не настоящая любовь, то Су Янь отказывалась верить, что такое вообще возможно.

С точки зрения стороннего наблюдателя, она чувствовала жалость к Шэнь Пэйжаню, потому что не то, чтобы его возлюбленная не любила его, она просто не могла это делать. Су Янь не знала, куда делась душа прежней владелицы, но у нее было сильное предчувствие, что она не вернется.

После того, как Цзян Цзинчуань закончил свою работу, он посмотрел на время: было уже почти десять часов. Он собрал вещи, взял ключи от машины и вместе с Су Янь покинул кабинет.

В это время в корпорации Цзян оставалось не так уж много людей. За исключением нескольких мужчин—программистов, которые все еще усердно работали, внутри большого здания было очень тихо. Когда Су Янь шла по гладкому мраморному полу, стук ее каблуков отдавался эхом по всему коридору.

— Не хочешь пойти куда-нибудь перекусить? — внезапно спросил Цзян Цзинчуань, повернувшись к жене. — Рядом с домом моей бабушки по материнской линии есть длинная улица со всевозможными ресторанчиками. Еда там очень вкусная. Хочешь попробовать?

Поскольку Су Янь уже немного отдохнула на диване, теперь ей совсем не хотелось спать, а учитывая, что Цзян Цзинчуань пригласил ее пойти с ним, чтобы вспомнить прошлое, у нее не было другого выбора, кроме как согласиться сопровождать его.

— Конечно.

— Ты можешь немного поспать. Я тебе скажу, когда мы доберемся туда. — Цзян Цзинчуань осторожно настроил кондиционер машины на комфортную температуру. Он взял с заднего сиденья свое пальто и положил его на колени Су Янь. — Это довольно далеко, я думаю, что это займет больше получаса.

— Если я засну, кто будет говорить с тобой? — девушка мягко улыбнулась мужу, откинувшись на спинку сиденья.

— В этом нет необходимости, — с улыбкой сказал мужчина, сосредоточившись на вождении. — Просто побудь со мной рядом.

Бесчисленное количество раз Цзян Цзинчуань в одиночестве возвращался домой после сверхурочной работы, и он думал, что привык к этому. Однако теперь, когда в его жизнь вошла Су Янь, он понял, что больше не сможет жить как прежде.

Девушка пожала плечами.

— Хорошо, тогда я немного посплю. Если тебе станет скучно, можешь разбудить меня.

Он засмеялся, качая головой.

— Все в порядке, я не смею провоцировать твой гнев после пробуждения.

Су Янь, безупречная во всем, не говоря уже о бескрайней нежности по отношению к нему, большую часть времени вела себя разумно. Лишь когда ей мешали спать, она становилась безумно раздражительной.

Всего несколько дней назад Цзян Цзинчуань проснулся ранним утром и встал, чтобы пойти в туалет. По пути он случайно ударился о стул. Этот громкий звук разбудил Су Янь. Девушка села в кровати и злобно уставилась на него своими большими глазами, выпучив щеки от гнева.

Услышав эту историю от мужа, Су Янь пристально посмотрела на него. Она натянула на себя пальто и закрыла глаза, чтобы уснуть.

***

Тем временем Шэнь Пэйжань уже протрезвел от горя и негодования. Он лежал на ковре в своей квартире, все лампы в комнате были выключены, лишь мягкий лунный свет освещал помещение.

Мужчина почесал остатки бороды, выражение его лица было пустым и унылым, как будто его жизнь была кончена. Через некоторое время он встал и, словно ходячий труп, направился в свой кабинет. Он сел за письменный стол и достал из ящика фотоальбом.

Разве не так обычно поступают люди? Они не знают, как лелеять возлюбленных, которых держат в своих объятиях, и лишь потеряв их, понимают какую большую ошибку они совершили.

В самом начале его намерение понравиться Су Янь не было чистым. Он был заинтересован в ней, только потому что она была красива. Она являлась богиней в глазах каждого мальчика в их школе. За то время, что они были вместе, девушка всегда старалась угодить ему.

Какое право он имел обвинять Су Янь в том, что она вышла замуж за кого-то другого? Очевидно, она хотела выйти за него, так что у них была возможность быть вместе. Он сам отдал ее другому, отказавшись жениться.

На самом деле, у Су Янь было много причин для разрыва отношений. Это не было сиюминутным решением.

Ссора из-за Цзяюй была маленьким фитилем, который зажег ящик с порохом. Он все еще помнил, как на следующий день после отъезда Цзяюй Су Янь позвонила ему ранним утром. Проснувшись от звонка, он нетерпеливо подошел к телефону.

Тогда она сказала:

— Разве не будет лучше, если мы отпустим друг друга? Давай покончим с этим. Многие вещи оказались не так просты, как я думала. Пэйжань, ты знаешь? Мне вдруг стало очень страшно. Я боюсь, что иду против всех своих моральных принципов и игнорирую всеобщее сопротивление. Ты понимаешь? Я боюсь, что как только я закончу со всем этим, я больше не буду любить тебя.

В истории всегда было множество храбрых воинов, но опять же, сколько людей, несмотря на осуждение общества, израсходовали все свои силы и в конечном итоге, достигнув результата, обнаружили, что это было не то, что они хотели иметь.

Тогда он не понял, что она имела в виду, и нетерпеливо оборвал ее. Но теперь он вспомнил, многое произошло не за одну ночь. Находясь рядом с ней, он устал, но она устала еще больше. Он просил ее понять его, но забыл, что она тоже нуждается в понимании.

***

Городская улица с закусочными была оживленной и шумной. После того как Цзян Цзинчуань припарковался, он повел Су Янь по закоулкам, пока они, наконец, не добрались до входа в семейный ресторан. Внутри помещение было уже заполнено посетителями, поэтому хозяин временно расставил стулья и столы снаружи. Сев, мужчина заказал несколько стаканов ледяных напитков. Жена хозяина с энтузиазмом протянула им меню и спросила на мандаринском диалекте:

— Красивый мужчина, прекрасная дама, что бы вы хотели?

— Что ты хочешь съесть? — обратился к жене Цзян Цзинчуань, наклонив голову.

Су Янь внимательно прочитала меню. Она никогда не ела такой вид мяса на улице, а также не знала, что вкусно, поэтому, посмотрев еще немного, покачала головой:

— Ты закажи, я буду то же самое.

Цзян Цзинчуань понял, что каждый раз, когда он вместе с Су Янь выходит на улицу поесть, она ничего не заказывает, но он и не думал заставлять ее. Поэтому мужчина принял решение самостоятельно.

— Две тарелки жареной холодной лапши, пятнадцать шпажек хрустящей курицы, десять шпажек жареного кальмара, пять шпажек куриных крылышек, десять свиных шашлыков… хм, и одна порция пюре из чесночных баклажанов.

Увидев, как Цзян Цзинчуань с легкостью заказывает еду, она поняла, что он, должно быть, находится здесь не впервые. После того как жена лавочника ушла, Су Янь с любопытством спросила:

— Ты часто сюда приходил?

Хотя этот район выглядел очень оживленным, он совершенно не соответствовал его статусу. Она подумала, что Цзян Цзинчуань вряд ли придет в такое место, чтобы поесть.

— После того как я вернулся в Китай, я однажды пришел посмотреть на дом моей бабушки, расположенный неподалеку и попал в этот район случайно. Я изредка захожу сюда, когда у меня появляется свободное время. — Цзян Цзинчуань достал две пары палочек для еды из цилиндрического держателя, а затем, видя, что внимание владельца не было сосредоточено на них, подмигнул Су Янь и прошептал. — В таком месте, как это, вы не можете ожидать хорошую санитарную обстановку, поэтому здесь следует есть только время от времени.

Су Янь почувствовала, что Цзян Цзинчуань действительно лелеял воспоминания о своей бабушке. В его словах можно было ощутить слепое обожание, которое он испытывал с детства.

— А бабушкин дом все еще здесь? — с улыбкой поинтересовалась Су Янь.

Человек, который нежно хранил воспоминания о своем умершем родственнике, вряд ли стал бы гнилым.

Кивнув, он вздохнул:

— Оба моих дяди по материнской линии отказываются расстаться с домом и продать его. На самом деле цена жилья в этом районе не такая уж и низкая. Моей маме он не особо нужен Но ее братья прямо сказали, что сохранят его, чтобы они могли возвращаться, когда захотят или когда им будет не хватать его.

На самом деле Цзян Цзинчуань очень любил родственников со стороны матери. Хотя они и не обладали большими способностями, все они были очень трудолюбивыми и честными людьми.

— Ну, когда у тебя будет свободное время, ты можешь взять меня с собой в гости? — Су Янь знала, что самые драгоценные моменты Цзян Цзинчуаня были связаны с его бабушкой по материнской линии. Девушка могла это понять, потому что испытывала то же самое. Самые теплые воспоминания у нее остались о родителях и кормилице.

Излишне говорить, что независимо от того, насколько ожесточается сердце или насколько меняется человек, как только он вспоминает подобные моменты, он мгновенно смягчается.

Услышав слова жены, Цзян Цзинчуань какое-то время не мог придумать ответ и только смотрел на нее в трансе. Он не мог не протянуть руку, чтобы погладить ее по лицу, и с улыбкой сказал:

— Конечно, я так и сделаю.

Была одна песня, хотя он забыл ее название и помнил только одну строчку, которая произвела на него особое впечатление.

«Я хочу взять тебя с собой в дом моей бабушки, чтобы вместе любоваться закатом, пока мы не заснем».

Самым печальным было то, что его бабушка не смогла увидеть, как он женился на Су Янь. Но это не имеет значения. Он возьмет девушку, чтобы повидать тот дом, а также покажет ей свою детскую комнату, о которой он так часто вспоминает. Он расскажет ей обо всех воспоминаниях, связанных с этим местом.

— Да, кстати, тебе нужно собраться, через несколько дней мы поедем в отпуск. — это было то, что Цзян Цзинчуань планировал в течение долгого времени, в конце концов он решил отправиться на остров. Так случилось, что у его друга, с которым он познакомился во время пребывания за границей, был там частный особняк. Его рабочий график наконец-то был составлен. В принципе, он мог взять недельный отпуск, достаточный для того, чтобы их никто не беспокоил.

Су Янь была очень заинтересована этим вопросом. Услышав, что Цзян Цзинчуань действительно все устроил, ее лицо сразу же засияло от удовольствия, если бы она могла, то обняла бы его прямо сейчас.

Она действительно хотела!

Хотела поехать и повеселиться!

В детстве она просидела дома десять лет, соблюдая статус благовоспитанной дочери из хорошей семьи, а затем в императорском гареме еще десять лет подавляла все свои желания. Теперь она, наконец, может идти, куда захочет!

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 31.2 Он хотел лично сказать ей: «Мне очень жаль».

Первоначально Су Янь не ожидала, что они будут сидеть на улице. Она согласилась лишь для того, чтобы сопровождать мужа. Кто бы мог подумать, что после того, как она попробует кусочек холодной лапши, она больше не произнесет ни слова и полностью сосредоточится на поедании шашлыка. Су Янь чувствовала, что это мясо было вкуснее всего того, что она ела раньше!

Увидев, что рот жены блестит от масла, Цзян Цзинчуань взял бумажное полотенце и с улыбкой вытер ей губы.

За соседним столиком сидела пара влюбленных школьников. Молодая девушка увидела нежную заботу Цзян Цзинчуаня, а затем взглянула на своего парня и увидела, как он играет в своем мобильном телефоне, поедая жареные шашлыки, и не проявляя к ней никакого интереса. Она тут же разозлилась и, пыхтя от ярости, ущипнула юношу за талию, отчего тот сердито посмотрел на нее.

— Зачем ты это сделала!

Девушка очень рассердилась.

— Ты только и умеешь, что играть со своим мобильным, идиот! Почему бы тебе тогда не встречаться с ним!

Парень почувствовал себя беспомощным и ничего не сказав, послушно выключил телефон.

Молодая девушка, однако, ощутила, что этого недостаточно, пламя ярости в ее сердце разгорелось еще ярче. Его нельзя было потушить так просто.

— Посмотри на других, а затем взгляни на себя! Разве так люди должны встречаться? Ты хочешь расстаться со мной, не так ли?!

Су Янь считала, что ссора между этой парочкой была очень забавной и наблюдала за ними с большим интересом. В ее прежнюю эпоху большинство женщин даже не осмеливались смотреть на мужа, не говоря уже о том, чтобы сражаться с ним.

Когда парень огляделся, он заметил пару Су Янь и Цзян Цзинчуаня. Он был поражен красотой незнакомки, а затем не смог удержаться и украдкой бросил на нее еще несколько взглядов. Затем юноша опустил голову и пробормотал:

— Если ты сможешь стать такой же, я тоже смогу проявить нежность и заботу.

— Что ты сказал, ублюдок?!

Молодой человек быстро подобрал шампуры с недоеденным мясом и положил деньги на стол, одновременно крича жене хозяина:

— Хозяйка, вот деньги.

Сказав это, он украдкой бросил еще несколько взглядов на Су Янь, прежде чем поспешно ускользнуть. Молодая девушка так разозлилась, что стукнула кулаком по столу, прежде чем пойти за ним.

Учитывая ее воинственную внешность, можно было предположить, что юноше придется много кланяться.

Су Янь улыбнулась с восхищением в глазах.

— Эта молодая леди действительно интересна.

Цзян Цзинчуань не знал, смеяться ему или плакать.

— Должен ли я молиться за этого мальчика?

После того, как они закончили есть, их животы были наполнены до отказа, поэтому они отправились на прогулку по близлежащим окрестностям. Су Янь обняла мужа за руку, а потом вспомнила тот день, когда звонила Вань И. Она решила сказать ему об этом, потому что сейчас была подходящая атмосфера.

— Цзинчуань, я хочу с тобой кое-чем поделиться, но не знаю, правильно это или нет.

— Нет ничего правильного или неправильного. Мы муж и жена, ты можешь говорить мне все, что угодно. — настроение мужчины было очень хорошим, и его тон был расслабленным.

— В прошлый раз приходила моя хорошая подруга. Я должна была сообщить тебе раньше, но она пришла потому, что ее искал мой бывший парень. Я сказала ей все очень ясно и надеялась, что она протянет мне руку помощи и поговорит с Шэнь Пэйжанем и скажет ему, что, между нами все кончено. Сегодня он снова нашел ее и она рассказала ему несколько вещей. — тон Су Янь не был ни слишком напряженным, ни слишком расслабленным. В ее голосе не было беспокойства, когда она говорила о Шэнь Пэйжане, напротив, это было похоже на разговор о незнакомце. — Он был несколько взволнован, и моя подруга беспокоилась, что он может сделать что-то слишком резкое, поэтому она позвонила, чтобы предупредить меня.

Поразмыслив некоторое время, Цзян Цзинчуань спросил:

— Как ты думаешь, что он будет делать?

Зная мысли Су Янь, опасения Цзян Цзинчуаня относительно Шэнь Пэйжаня можно было считать пустяком.

— Не знаю, — Су Янь покачала головой, она с самого начала не понимала этого человека. Она совершенно не знала, что он может сделать, если рассердится, и потому решила рассказать об этом мужу. В любом случае, она надеялась, что это даст Цзян Цзинчуаню ощущение, что она очень честна и полагается на него.

Пока Цзян Цзинчуань верит в нее, она не будет загнана в угол из-за бывшего возлюбленного.

Цзян Цзинчуань мог приблизительно догадаться, о чем думал Шэнь Пэйжань. Он чувствовал, что это действительно смешно. На самом деле, он совсем не переживал из-за того, что до замужества Су Янь с кем-то встречалась. Хотя в некоторых вопросах он являлся шовинистом, но у него не было девственного комплекса. Он считал, что не имеет права вмешиваться в прошлое своей жены и ничего не может с этим поделать. Это ее память и ее прошлое. С точки зрения Шэнь Пэйжаня, Су Янь предала его, вот почему он был эмоционально раздражен.

— Ты боишься? — мужчина внимательно наблюдал за выражением ее лица.

Девушка немного поколебалась, прежде чем кивнуть:

— Честно говоря, немного. Я уже решила, что в будущем не буду иметь с ним никаких контактов, но он все еще очень настойчив, я не знаю, что он будет делать дальше, и я немного волнуюсь.

— Хм, я понимаю. — Цзян Цзинчуань погладил ее по голове, успокаивая. — Не волнуйся. Я все еще здесь, и никто не посмеет что-то тебе сделать.

После этих слов Су Янь немного расслабилась, но, подумав, она не смогла удержаться и сказала:

— Цзинчуань, у меня есть дело, о котором я хочу попросить тебя. На самом деле Шэнь Пэйжань не причинил мне никакого вреда, и к тому же мы с ним были школьными друзьями. Можешь пообещать мне, что, если он не сделает чего-то экстремального, мы тоже не причиним ему вреда, хорошо?

Не зная, куда делась душа первоначальной владелицы, она оттолкнула Шэнь Пэйжаня подальше ради себя самой, но внутренне она отчаянно желала, чтобы он мог спокойно отпустить ее. Она была не очень честным и хорошим человеком. Поскольку она завладела телом прежней Су Янь, а также ее жизнью, она, по крайней мере, хотела гарантировать, что человек, который был дорог ее предшественнице, не будет уничтожен Цзян Цзинчуанем.

Это было бы слишком трагично.

Она не знала, в чем заключался вывод Цзян Цзинчуаня, и боялась, что повторные действия Шэнь Пэйжаня в конечном итоге спровоцируют ее мужа.

Выражение лица мужчины было сложным, когда он посмотрел на нее.

— Ты все еще заботишься о нем. — двусмысленно вздохнул он.

«Эти слова...»

Су Янь не знала, что сказать в этот момент, и у нее не было другого выбора, кроме как подойти ближе и крепко обнять его.

— Ты ведь ревнуешь, правда? — сказала девушка приглушенным голосом

«Забудь об этом, забудь, лучше продолжай дразнить и уговаривать его. Кто сказал, что это моя вина».

Цзян Цзинчуань молчал. Какой мужчина легко признается в ревности. Он знал, что Су Янь и Шэнь Пэйжань теперь были разлучены, но слышать, как она выражает беспокойство о нем... Это все еще приводило его в плохое настроение.

В очень плохое настроение.

— Даже если ты ревнуешь, это не имеет значения. Я хочу сказать тебе, что мои действия были ясны с самого начала. С ним все кончено. Цзинчуань, ты не знаешь, но больше всего я боюсь не того, что он что-то сделает, а того, что я потеряю тебя. — девушка действительно не знала, как поступит Шэнь Пэйжань, но с самого начала она боялась реакции мужа.

Она была действительно довольна своей нынешней жизнью и Цзян Цзинчуанем и не хотела ничего менять. Было ли это неправильным?

Как и ожидалось, эти слова действительно успокоили мужчину. Он невольно улыбнулся и обнял ее, пробурчав себе под нос:

— Господин Цзян не так плох, хотя он действительно ненавидит Шэнь Пэйжаня, он не будет делать вещи, которые повредят ему. Более того, он не сделает ничего такого, что могло бы расстроить госпожу Цзян. Таким образом, госпоже Цзян следует успокоиться.

Это были самые сокровенные мысли и чувства Цзян Цзинчуаня. С самого начала он не хотел иметь дела с этим человеком. Если в один прекрасный день Шэнь Пэйжань станет достаточно влиятельным и грозным бизнесменом, тогда он будет сражаться с ним открыто и ясно. Он никогда не будет воевать с тем, кого считает слишком слабым.

Хорошо. Проще говоря, было бы опасно, если бы Цзян Цзинчуань был вынужден так поступить.

Это было равносильно тому, как если бы студент университета ударил ученика начальной школы. Слишком высокомерно.

Это будет односторонняя битва.

Су Янь не была удивлена этим словами. Она просто хотела лично услышать его позицию. Шэнь Пэйжань не был кем-то значительным. Строго говоря, он также не делал ничего предосудительного, чтобы причинить вред другим, и Цзян Цзинчуань обладал здравым смыслом. Прекрасно, что он относится к этому вопросу рационально.

— Госпожа Цзян внезапно чувствует, что господин Цзян становится все красивее. Что же делать? — Су Янь продолжала уговаривать его.

«Что делать? Нужно вернуться на базу и заняться любовью!!!».

В предрассветные часы Су Янь уже достаточно устала и хотела заснуть. У кровати на полу в беспорядке валялась их одежда. Цзян Цзинчуань держал жену в своих объятиях, не желая отпускать ее. Что он будет за мужчина, если позволит своей женщине бояться? Он поцеловал Су Янь, а затем прошептал:

— То, чего ты боишься, не случится, уверяю тебя.

«С Шэнь Пэйжанем, конечно, нужно разобраться».

На следующее утро, как обычно, когда Су Янь все еще встречалась с герцогом Чжоу, Цзян Цзинчуань уже встал и завтракал.

п.п.: в Китае герцог Чжоу известен как «Бог снов». Соответственно это выражение означает «быть в объятиях Морфея», а если по-простому «спать»

Тетя Ван все смотрела на лестницу, а потом спросила:

— Господин, не хотите ли позвать мадам к завтраку?

Женщина чувствовала, что если Су Янь сможет сопровождать мужа за завтраком, то будет провожать его до двери, когда он уйдет на работу, как и раньше. Это было бы очень хорошо. Однако с тех пор прошло уже несколько дней, и теперь она спит до полудня, а потом сразу же идет обедать.

Цзинчуань слегка кашлянул и смущенно покачал головой:

— Нет, не нужно. Пусть спит спокойно.

Прошлой ночью они действительно слишком много упражнялись.

Тетя Ван была очень опытным человеком. Глядя на выражение лица хозяина, она все поняла. Она тут же побежала к поварам и очень четко сказала, что сегодня они будут продолжать давать мадам питательную пищу, чтобы укрепить ее здоровье!

Выйдя из кухни, тетя Ван, считавшаяся главным союзником Су Янь в доме, естественно, искала любую возможность освежить благоприятное впечатление о своей госпоже:

— Господин, еда, которую мадам принесла вам вчера, пришлась вам по вкусу?

Цзян Цзинчуань вспомнил вчерашние нежные моменты, и его лицо смягчилось:

— Да, это было довольно хорошо.

«Особенно десерт после еды, он был слишком вкусным!»

По крайней мере, он чувствовал, что вчерашний день был идеальным.

— Вчера, как только мадам услышала, что господин собирается работать сверхурочно, она пошла на кухню и велела приготовить несколько блюд. В то время она очень спешила, вид еды отличался от обычного. Если господину понравилось, то это очень хорошо. — открыто сообщив мужчине о действиях жены, она дала ему понять, что Су Янь сильно о нем заботится.

Услышав это, Цзян Цзинчуань улыбнулся:

— Я хорошо поел. Мне нужно сегодня пораньше пойти в компанию, пусть повара приготовят несколько блюд, которые любит мадам.

— Да! — женщина внимательно наблюдала за выражением лица хозяина, а затем почувствовала удовлетворение.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 31.3 Он хотел лично сказать ей: «Мне очень жаль».

Когда Шэнь Пэйжань получил звонок, он работал в своем кабинете. Секретарша заметила, что с тех пор, как ему позвонили, он изменился.

В полдень Шэнь Пэйжань поговорил с директором компании, потом взял ключи от машины и уехал.

Когда он прибыл в отведенный ему зал ресторана, Цзян Цзинчуань уже сидел там и неторопливо ел японское блюдо. Увидев входящего Шэнь Пэйжаня, он спокойно улыбнулся:

— Мистер Шэнь уже обедал?

Шэнь Пэйжань не понимал, с какой целью Цзян Цзинчуань позвал его, но даже если бы он что-то понял, увидев Цзян Цзинчуаня сейчас, он все равно почувствовал бы себя неловко. Он сел с ничего не выражающим лицом, холодно посмотрел на Цзян Цзинчуаня и спросил:

— Что-то случилось сегодня с генеральным директором Цзян?

— Мистер Шэнь, мы оба не ожидали, что однажды спокойно сядем вместе и поужинаем, верно? — Цзян Цзинчуань взял салфетку, лежавшую сбоку, и промокнул рот. Он посмотрел на собеседника с неизменным выражением лица. — Недавно у меня возникла проблема, и мне нужна ваша помощь.

Шэнь Пэйжань когда-то восхищался Цзян Цзинчуанем, по крайней мере до того, как тот стал законным мужем Су Янь.

Цзян Цзинчуань, можно сказать, самый молодой человек у власти в городе. За очень короткий промежуток времени он взял на себя управление корпорацией Цзян и отбросил славу своего отца, чтобы стать генеральным директором нового поколения. Если у кого-то были дикие амбиции, он бы более или менее восхищался им.

В школьные годы Су Янь тоже была очень популярна, но Шэнь Пэйжань совершенно не обращал на это внимания. Однако перед Цзян Цзинчуанем все было по-другому. Честно говоря, вместо того, чтобы сказать, что он не хочет встречаться с Цзян Цзинчуанем лицом к лицу, он не осмеливался об этом даже думать.

Перед Цзян Цзинчуанем он чувствовал себя неполноценным и не мог не сомневаться в искренности Су Янь, что привело к отсутствию доверия между ними.

Шэнь Пэйжань, услышав слова Цзян Цзинчуаня, насмешливо рассмеялся:

— Есть ли у меня возможность помочь генеральному директору Цзян? Вы слишком высокого мнения обо мне.

— Конечно, только господин Шэнь может решить этот вопрос. Другие не смогут. — Цзян Цзинчуань ненавидел Шэнь Пэйжаня из-за его связи с Су Янь, иначе у него не было бы никакого мнения о нем. Поэтому он мог спокойно поболтать с ним, ах нет, это были переговоры. — В последнее время я очень беспокоюсь, потому что у моей жены плохое настроение. Я действительно хочу решить ее проблемы.

Эти слова были просто наказанием его сердцу, и Шэнь Пэйжань рассердился. Голос у него стал холодным.

— Сейчас? — уточнил он.

— Я думаю, как хороший муж, я должен это сделать. Вам так не кажется, мистер Шэнь?

Цзян Цзинчуань не хотел, чтобы Су Янь беспокоилась о своих бывших отношениях. После того, как она сказала эти слова вчера, Цзян Цзинчуань мог решить это для нее.

Избавляясь от неприятностей, он, естественно, брал на себя инициативу.

Каким бы спокойным ни был Шэнь Пэйжань, услышав такие слова, он пришел в ярость. Он крепко сжал кулаки и свирепо посмотрел на мужчину:

— Генеральный директор Цзян, не будьте таким высокомерным! Это вы вмешались в наши с Сяо Янь отношения. Почему вы выпендриваетесь?

— Ха-ха, — хохотнув Цзян Цзинчуань, вздохнул, — мистер Шэнь, твое понимание происходящего явно не на высоте. Я искренне хочу обсудить это.

Верно, он пытался разозлить Шэнь Пэйжаня. Кто может быть более умелым, чем он, в ведении переговоров.

Конечно же, глаза Шэнь Пэйжаня сейчас метали искры, он умирал от желания ударить соперника. К счастью, у него еще оставалась капля здравого смысла.

— Генеральный директор Цзян, честный человек не говорит загадками. Что вы на самом деле имеете в виду? — стиснув зубы, поинтересовался он.

— Господин Шэнь, почему бы вам не спросить меня, что беспокоит мою жену? — Цзян Цзинчуань сдержанно улыбнулся.

Шэнь Пэйжань был расстроен. Он совсем не ожидал, что когда-нибудь станет источником неприятностей Су Янь.

Он не знал, что может сказать, и просто опустил голову. От его прежней ярости не осталось и намека.

— Мистер Шэнь, моя супруга кое-что узнала. Она слышала, что в последнее время твое настроение не очень стабильно, и поэтому боится. — Цзян Цзинчуань посмотрел на собеседника, не потрудившись изобразить улыбку. — Честно говоря, я не хотел принуждать ее с самого начала. Если бы у меня действительно была такая идея, как ты думаешь, ты все еще был бы способен так со мной разговаривать? Я не знаю, что произошло между тобой и моей женой. Конечно, меня это не интересует. Сегодня я искал тебя только для того, чтобы попросить, больше не доставлять нам неприятностей.

Шэнь Пэйжань саркастически улыбнулся:

— Думаешь, ты ей нравишься? Ты знаешь, как долго мы были вместе? Если бы не ты, мы бы уже были женаты.

Цзян Цзинчуань не рассердился, услышав это, вместо этого он поднял бровь и с интересом спросил:

— Я задам несколько вопросов. Первый: если ты думал, что я вмешиваюсь в ваши отношения, тогда почему ты не пошел искать меня?

Вот почему Цзян Цзинчуань чувствовал, что Шэнь Пэйжань недостоин его внимания. Если бы тот был мужчиной, то, столкнувшись с такой ситуацией, в худшем случае он должен был прийти и найти его. Было бы неплохо обменяться с ним ударами в гневе. Но Шэнь Пэйжань поступил наоборот. Он ничего не делал, лишь звонил Су Янь или ее лучшей подруге, умоляя о помощи.

Шэнь Пэйжань был поражен и ничего не мог сказать на это.

— В конце концов, то ли ты не смог найти меня, то ли не осмелился. Ты должен ясно понимать это в своем сердце. Не нужно мне ничего говорить. — Цзян Цзинчуань улыбнулся и продолжил. — Насколько мне известно, моя жена не общалась с тобой больше месяца. Что ты делал в эти дни? Нет, только что ты сказал, что знаешь ее гораздо дольше, чем я. Так что ты точно в курсе, где ее дом и куда она любит ходить. Не может быть, чтобы ты не знал этого.

— Нет. Ты знаешь только, как ей названивать. В тот вечер, когда ты позвонил, трубку взял я, помнишь? Ты сказал, что очень скучаешь по ней, но приложил ли ты какие-нибудь усилия? Нет. Я уверен, что ты знаешь, где находится наш дом, не говоря уже о том, что ты мог бы прийти к нам, чтобы найти ее. Но ты даже не появлялся поблизости. Как ты можешь говорить, что скучаешь по ней? — впервые Цзян Цзинчуань так много говорил своему сопернику в любви. — Любые чувства, ради которых ты не приложил никаких усилий, не стоят того, чтобы ими хвастаться.

Шэнь Пэйжань хотел громко опровергнуть все это, но каждое слово Цзян Цзинчуаня было подобно гвоздю, вбитому в его кости. Ему было очень больно.

Он вдруг понял, что не в состоянии защитить себя от его упреков.

— Мистер Шэнь, я полагаю, ты уже знаешь, как моя жена относится к этому периоду времени. Если ты не примешь во внимание мои слова сегодня, я ничего не смогу сказать на это. Есть только одна цель, ради которой я здесь сегодня. Пожалуйста, всегда помни, что Су Янь уже замужем. Ее законный муж – я. Даже если ты захочешь быть с ней, сначала тебе придется иметь дело со мной. С этого момента, если ты хочешь что-то сделать, приходи прямо ко мне. Не звони ей больше и не заставляй волноваться. Это понятно?

Цзян Цзинчуань не хотел делать что-то противоречащее его имиджу или чередовать угрозы и обещания, чтобы заставить Шэнь Пэйжаня отпустить Су Янь. Но он действительно не хотел волноваться и упоминать при ней ее бывшего парня.

После некоторого молчания Шэнь Пэйжань заговорил:

— Теперь она в порядке?

— Вот о чем я хотел спросить тебя после первого вопроса. Когда вы еще были вместе, ты заботился о том, как она живет в семье Цзян? — Цзян Цзинчуань отхлебнул чаю, его взгляд стал глубже.

Шэнь Пэйжань замолчал. Он обнаружил, что не может ничего сказать, стоя лицом к лицу с Цзян Цзинчуанем.

Но в этот момент скрывать было нечего. Он медленно покачал головой.

Да, он не спрашивал ее. Он отверг все, что имело отношение к Цзян Цзинчуаню, в результате чего с самого начала не хотел интересоваться этим.

— Твоя семья тоже богата и занимает небольшое положение. Ты не можешь не знать, что в состоятельных семьях жизнь невестки намного тяжелее. Ты никогда не задумывался о том, что, может быть, наша семья знала, что даже после замужества она все еще встречается с тобой? Тебе никогда не приходило в голову, что, возможно, она живет не очень хорошо? — Цзян Цзинчуань посмотрел на мертвенно-бледное лицо собеседника. — Я не знаю, была ли у нее хорошая жизнь раньше, но теперь у нее будет отличная жизнь.

На самом деле, в последние несколько дней Шэнь Пэйжань также обнаружил, что он действительно очень мало заботился о Су Янь, когда они были вместе. Неудивительно, что она часто ссорилась с ним из-за Цзяюй.

Он наслаждался любовью Су Янь. В процессе он сделал ее замужество поводом для бесконечных упреков. Цзян Цзинчуань был прав. С самого начала он не прикладывал никаких реальных усилий.

Во время их холодной войны он никогда не брал на себя инициативу связаться с ней. И лишь спустя время, когда он узнал, что отношения между ней и Цзян Цзинчуанем восстанавливаются, он начал беспокоиться.

Считалось ли, что ему нечего бояться, потому что он слишком уверен в себе?

Да, это было слишком подло.

Он наконец понял, что она имела в виду, когда сказала, что больше всего боится, что после их ссоры больше не будет его любить. Неужели в этот момент она уже потеряла всякую надежду и впала в отчаяние?

Цзян Цзинчуань почувствовал, что сказал сегодня достаточно. Глядя на выражение лица собеседника, он понял, что достиг своей цели. Встав из-за стола, он холодно произнес:

— Мистер Шэнь, если у вас будут какие-то дела в будущем, сразу ищите меня.

Сказав это, он взял ключи от машины и решил выйти. Когда он подошел к двери, Шэнь Пэйжань внезапно окликнул его:

— Могу я еще раз встретиться с ней? — тихо спросил он.

Он хотел сказать ей лично: «Мне очень жаль. Мне жаль, что, когда ты еще любила меня, я совершенно не дорожил тобой».

Цзян Цзинчуань ухмыльнулся и, не оборачиваясь, ответил:

— Нет.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 32.1 Поскольку ты не хотел этого брака, я не хочу, чтобы даже в вопросе о рождении ребенка ты не мог следовать своим чувствам.

Даже вернувшись в свой офис, Цзян Цзинчуань все еще не мог успокоиться.

Он не слишком хотел вспоминать о споре между Шэнь Пэйжанем и Су Янь, особенно после того, как чувства между ним с женой выросли, но это не означало, что он не мог видеть проблему между ними обоими.

Он был бизнесменом. Столкнувшись с поведением Су Янь в этот период времени, он уже размышлял о причине, по которой она так сильно изменилась. Было невозможно не заметить этого.

Временами, как сторонний наблюдатель, он мог видеть проблему яснее, чем те, кто был вовлечен. После разговора с Шэнь Пэйжанем он обнаружил, что тот не любит Су Янь так сильно, как он думал, он все еще был слишком молод. Никто бы не понял, как любить человека в самом начале, очевидно, Шэнь Пэйжань все еще был на этой стадии.

Шэнь Пэйжань понимал, что, если он будет продолжать приставать к Су Янь таким образом, это только навредит ей. Но Цзян Цзинчуань был благодарен ему за то, что он не был рассудителен и полон юношеской энергии и агрессивности. Если бы Шэнь Пэйжань был нежным, заботливым и хорошим любовником, он бы почувствовал тревогу.

По мнению Цзян Цзинчуаня, в некоторых аспектах он обращался с Су Янь так, как обращались бы с ребенком, и ошибки детей можно простить. Кроме того, отношения между Су Янь и Шэнь Пэйжанем не были ошибкой. В конце концов, до того, как она была вынуждена выйти замуж, ее отношения с Шэнь Пэйжанем были довольно глубокими.

Цзян Цзинчуань требовал равной лояльности от возлюбленной, но эта лояльность должна была быть установлена, когда обе стороны достигли консенсуса, при условии, что два человека имеют чувства друг к другу.

Поэтому он не просил Су Янь любить его раньше. Теперь от всего сердца и души он может умолять ее сделать это, потому что он полюбил ее.

Судя по тому, что он видел, Цзян Цзинчуань верил, что Шэнь Пэйжань больше не будет упрямиться. Думая об этом, Цзян Цзинчуань наконец почувствовал себя комфортно. В общем, если бы жена часто упоминала имя бывшего возлюбленного, то любой мужчина был бы в подавленном состоянии.

Он не будет отрицать существование Шэнь Пэйжаня, как не будет отрицать чувства, которые существовали между ним и Су Янь, но с этого момента сердце Су Янь должно принадлежать лишь ему.

В этот момент телефон Цзян Цзинчуаня завибрировал, это было уведомление WeChat. Он открыл его и обнаружил, что это было сообщение от Су Янь.

[Погода сегодня очень хорошая. :)]

Он слегка рассмеялся, серьезно отвечая ей.

Благодаря своим настойчивым усилиям Су Янь, наконец, научилась обмениваться простыми сообщениями. В этот период времени она была очень занята. По телевизору шла интересная драма, которую можно было смотреть каждый день, также у нее имелся мобильный телефон, с которым можно было играть. Можно сказать, что в будущем она пристрастится к Интернету.

В профиле Wechat оригинальной Су Янь была очаровательная фотография вислоухого кролика в полицейской форме с опущенной головой.

После тщательной обдумывания Цзян Цзинчуань поставил в своем профиле фото лисы.

[Хм. Завтра я свободен. Ты хочешь пойти за покупками и поужинать?]

Су Янь очень любила такую жизнь. Каждый день она могла наблюдать чрезвычайно интересные драмы. А также наслаждаться общением с людьми по мобильному телефону. Кроме того, через два дня она и Цзян Цзинчуань отправятся в путешествие, чтобы повеселиться. Она каталась взад-вперед по кровати, держа телефон. Затем девушка, наконец, нашла стикер поцелуя в WeChat и отправила несколько Цзян Цзинчуаню.

В следующую секунду от него пришел ответ.

[Мне не нужен виртуальный. Мне нужны настоящий.]

«Настоящий?!»

Лицо Су Янь покраснело, она послала ему кучу какашек и больше не отвечала.

Когда она переписывалась с Цинь Сюань, та прислала ей очень странную фотографию. Су Янь не знала, как на это ответить. Эта картина была немного… действительно делала человека неспособным говорить.

На снимке был изображен человек с преувеличенным выражением лица. Она не знала, что он держит в руке. А под рисунком было написано: «Заверните пучок пряных полосок для Лао Цзы (я – ваш отец.)»

Су Янь еще не знала, что в мире существует такая вещь, как мемы.

Ее ответ был на сто процентов невинным:

— Что такое пряная полоска? Ты хочешь ее съесть?

Цинь Сюань была на занятиях, когда пришло это сообщение. Она чуть не расхохоталась, но подавила смех, ее лицо покраснело от напряжения. Старшая сестра буквально задушила ее этим ответом.

Когда вам нечего сказать, или когда вы задыхаетесь от смеха так сильно, что не можете говорить, отправьте мем, чтобы облегчить неловкость.

Сразу же после этого Су Янь получила изображение человека с толстой подводкой для глаз. Подпись гласила: «Вам успешно удалось пробудить мой интерес» .

Су Янь очень хотела сказать Цинь Сюань, чтобы она больше не посылала ей эти картинки, но потом почувствовала, что это будет слишком невежливо, так что ей ничего не оставалось, как прекратить переписываться с ней.

Тем временем Шэнь Пэйжань вернулся в компанию и пошел в туалет умыться. Посмотрев на себя в зеркало, он увидел свое жалкое состояние. Это было совершенно не похоже на его энергичное «я». Как же он стал таким?

Он много размышлял о самых разных вещах. Не было никакой необходимости слишком увлекаться. Шэнь Пэйжань поправил волосы и поехал на своей машине в крупнейшую компанию семьи Шэнь. Не дойдя до кабинета отца, он увидел, как оттуда выходит его старший сводный брат. Братья посмотрели друг на друга и обменялись вежливыми улыбками, но о чем они думали, знали только они сами.

Отец Шэнь гораздо больше любил своего младшего сына. Увидев входящего Шэнь Пэйжаня, он радостно спросил:

— Ты уже ел? Если нет, давай поедим вместе.

— Папа, я пришел сюда не для того, чтобы пригласить тебя на обед. Я хочу поговорить с тобой о своем решении, — выражение лица Шэнь Пэйжаня было настолько серьезным, что отец Шэнь остолбенел.

— Я хочу через несколько дней уехать за границу, чтобы пройти углубленное обучение, поэтому сейчас ты должен помочь мне решить вопросы, касающиеся компании. — Шэнь Пэйжань низко склонил голову.

Да, ему уже все было ясно. Любовь и карьера – одно и то же. Теперь, когда он уже стал беспокойством для Су Янь, он решил отпустить ее. Он не хотел слишком сильно запутываться. Он стремился начать новую жизнь.

За эти четверть часа Шэнь Пэйжань понял, что, как оказалось, если ты действительно любишь кого-то, то желаешь ей счастья, даже если человек, который может осчастливить ее, уже не ты.

Он не мог позволить себе остаться, потому что боялся из-за своей ревности разрушить ее счастье. Поэтому он должен держаться от нее подальше и начать новую жизнь.

Отец Шэнь был встревожен. Он не ожидал, что сын скажет такие слова.

— Полгода назад я отправил тебя за границу, но не прошло и нескольких месяцев, как ты прибежал домой. На этот раз все серьезно?

Мужчина слишком хорошо его знал. Раньше молодой человек требовал, чтобы его отправили за границу, потому что он хотел очистить свои мысли. Однако, если он сейчас затеет еще какие-нибудь неприятности, то г-ну Шэнь придется пересмотреть решение о передаче семейного бизнеса своему младшему сыну.

Герои тоже влюбляются, но если бы из-за этих чувств они отодвигали важные дела, то их считали бы святыми, а не героями.

Шэнь Пэйжань серьезно кивнул:

— Папа, на этот раз я серьезно. Я надеюсь, что ты можешь дать мне два года, чтобы проявить себя.

Сегодня он впервые столкнулся с Цзян Цзинчуанем и потерпел сокрушительное поражение, и он принял это. Однако то, что убедило его отпустить ее, было не богатство или власть соперника, а скорее эта фраза: «Я не знаю, была ли у нее хорошая жизнь раньше, но теперь у нее будет отличная жизнь».

Эта фраза была клятвой более торжественной, чем просто «Я люблю тебя».

Хотя эти слова казались простыми, ему было трудно произнести их, у него не было уверенности для подобного заявления. Если это так, то почему бы ему не отпустить ее?

В этой жизни он больше всего сожалел о том, что позволил ей уйти, но чтобы не иметь никаких сожалений в будущем, он должен повзрослеть.

Такова была жизнь. Любить и лелеять человека. Позволить ему встретиться с этим особенным человеком, когда он был на самой беспомощной стадии или в возрасте, когда он не понимает любви, и заставить его хотеть защищать этого человека на протяжении всей своей жизни. Он был обречен на провал.

Это действительно было правдой. В этом мире, если другой человек может защитить и понять ее, этого было достаточно.

Отец Шэнь немного подумал, прежде чем улыбнуться и кивнуть:

— Хорошо, я дам тебе два года. Надеюсь, ты не разочаруешь меня снова.

Шэнь Пэйжань вышел из большого здания на улицу. Стоя под лучами солнца, он не чувствовал никакого тепла. Он поднял голову, но не открыл глаза из-за колючего солнечного света. Он вытащил телефон, намереваясь позвонить Су Янь, но как только набрал ее номер, быстро повесил трубку. Это не имело бы никакого значения, ему не нужно было прощаться.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 32.2 Поскольку ты не хотел этого брака, я не хочу, чтобы даже в вопросе о рождении ребенка ты не мог следовать своим чувствам.

На вилле Цзян Су Янь только что закончила обедать и отдыхала на диване, наслаждаясь сочными фруктами. Дворецкий ушел по делам, и других слуг тоже не было в доме. Когда она включила телевизор, намереваясь посмотреть передачу, тетя Ван спустилась вниз, ее фигура была довольно внушительной. Су Янь теперь доверяла женщине. Увидев ее торжественное выражение лица, она тут же отложила вилку и спросила:

— Что случилось?

Экономка немного замялась, а потом осторожно спросила:

— Мадам, вы с господином используете контрацептивы?

Су Янь была ошеломлена на короткое время, не зная, как ответить на этот вопрос.

Тете Ван было достаточно одного взгляда на лицо девушки, чтобы все понять.

— Вы можете быть спокойны. Я не стану рассказывать об этом почтенной мадам. Если вы доверяете мне, можете сказать, чья это идея?

Су Янь верила, что тетя Ван будет на ее стороне. В эти дни ее действия были прозрачными и четкими. Она немного подумала, прежде чем сказать:

— Это была моя идея, муж тоже согласился.

Тетя Ван вздохнула с облегчением. Если бы это была идея мастера, то это было бы намного хуже.

— Мадам, мы обе женщины. Скажите мне, почему вы не хотите рожать? — в глубине души тетя Ван была добросердечной женщиной средних лет. В настоящее время молодая пара перед ней не хотела иметь ребенка, естественно, она была полна любопытства. Поскольку в последнее время она сблизилась с молодой госпожой, то осмелилась задать ей такой интимный вопрос.

Су Янь взяла вилку и продолжила есть фрукты. Ее тон был довольно спокойным.

— Я еще молода, к тому же роды очень болезненны.

Тетя Ван полностью приняла это объяснение. В конце концов, кто захочет стать матерью в таком возрасте? Вторая причина была более верной: она не хотела рожать ребенка из-за страха сильной боли. Обе эти причины не имели ничего общего с чувствами между мужем и женой. Тетя Ван расслабилась.

— Во всяком случае, если родить ребенка в молодом возрасте, можно легко восстановить свою фигуру.

— В настоящее время я не хочу этого делать. — Су Янь покачала головой, она намеревалась тянуть с этим как можно дольше.

Женщина вытянула шею, чтобы оглядеться, а затем потянула Су Янь в спальню. Только закрыв за собой дверь, она почувствовала себя непринужденно и смело сказала:

— Мадам, вы правы.

Сначала Су Янь была озадачена, но, услышав ее слова, она смутилась еще больше. Разве тетя Ван не всегда надеялась, что она быстро родит ребенка, чтобы прочно закрепиться в семье Цзян? Почему тогда она согласилась с ней?

— После свадьбы в течение этих шести месяцев вы с мастером виделись не так уж часто. В последние дни ваши чувства постепенно улучшаются, но как давно это началось? Хорошо было бы отложить рождение ребенка на более поздний срок, когда отношения хотя бы стабилизируются. Мадам, мои слова могут показаться грубыми, но это не так.

— Мужчины не могут контролировать себя большую часть времени. Мадам, если вы забеременеете, то не сможете приблизиться к мастеру, по крайней мере, в течение нескольких месяцев. За это время, если не будет других женщин, все будет хорошо. Но вы также знаете, что из-за статуса господина многие женщины готовы доставить себя к его порогу. Когда женщина беременна, у нее больше шансов потерпеть поражение.

Тетя Ван с энтузиазмом продолжала:

— Я расскажу вам об одном деле, слушайте внимательно и никогда не упоминайте об этом. Я много лет работаю в семье Цзян, хорошие ли отношения между вашими родственниками? Однако, когда ваша свекровь была беременна мастером, она могла все потерять. В то время в семье Цзян работала одна недавно нанятая горничная, которая была довольно очаровательна. При одном взгляде на беременную фигуру вашей свекрови в ее голове начали появляться идеи. Если бы ваша свекровь не обнаружила это, кто бы узнал?

Когда Су Янь услышала это, она была поражена. Девушка не ожидала, что такое могло произойти между ее свекром и свекровью.

Как оказалось, тетя Ван знает много сплетен.

Она не верила, что свекор предаст свекровь, ведь они уже много лет живут вместе. Свекор превращается в дурака, увидев свою супругу. Но слова тети Ван были не просто отверстиями для привлечения ветра, оказалось, что, когда свекровь была беременна, что-то определенно происходило.

Увидев изумление Су Янь, женщина с удовлетворением продолжила:

— Мадам, ваше решение правильное. Вы с мастером очень близки. Сейчас еще не время заводить ребенка. Вы с мастером еще молоды, вам не стоит торопиться. Когда ваши отношения станут более стабильными, тогда было бы лучше завести ребенка, но откладывать слишком долго тоже нехорошо. Как правило, в семье в течение одного—двух лет брака, если у вас нет ребенка, то жалобы будут поступать от родителей мужа. Мадам, те из семьи Цзян, кто срочно хочет ребенка – это не ваши родственники, а почтенные мастер и почтенная мадам. Вы должны быть психологически подготовлены.

Су Янь также обнаружила, что ее свекор и свекровь очень любят их. Но оба они были слишком заняты гастролями и публичными проявлениями любви. Откуда у них будет время подумать об этом? Люди, которые действительно беспокоились о том, чтобы все четыре поколения жили под одной крышей, были старейшинами семьи Цзян.

Конечно, это тоже было понятно, ведь они были людьми. И когда люди становятся старше, они любят смотреть на свой шумный и веселый дом.

— Тетя Ван, как ты думаешь, что мне делать? По крайней мере, в течение полугода я точно не хочу иметь детей.

Су Янь знала, что тетя Ван указала на суть. С одной стороны, она действительно отвергала ответственность за рождение детей, с другой стороны, это было также потому, что в настоящее время чувства Цзян Цзинчуаня все еще не были достаточно стабильными и глубокими. Было бы слишком опасно иметь ребенка сейчас. Независимо от того, в какой степени Цзян Цзинчуань обладал чувством ответственности, что, если произойдет какой-то несчастный случай?

Тетя Ван задумалась, прежде чем ответить:

— Почтенная мадам и почтенный мастер до безумия любят вас. На самом деле решить этот вопрос легко, но я все же думаю, что будет лучше попросить мастера лично выступить вперед.

Хотя эти слова были сказаны окольным путем, Су Янь все поняла. Это означало заставить Цзян Цзинчуаня нести этот черный горшок на спине.

На самом деле ее муж всегда становился козлом отпущения.

Су Янь кивнула, соглашаясь.

Тетя Ван взглянула на молодую госпожу и небрежно сказала:

— На самом деле, мадам, если бы вы вышли замуж в обычную семью, вы могли бы иметь ребенка в любое время, когда захотите. Но вы не должны откладывать это надолго. Я человек, который видел все. Между мужем и женой все то же самое. Когда двое людей проводят время вместе, им становится скучно. Во время свиданий они близки, но потом им это может надоесть. После брака, если у обеих сторон нет физических проблем, то после рождения ребенка их отношения немного улучшаются.

Су Янь знала, что слова тети Ван имели смысл. Когда их чувства станут более спокойными, тогда настанет подходящее время. И это не было похоже на то, что Цзян Цзинчуань не хотел детей, так как не было бы никаких препятствий для деторождения, естественно, он хотел бы стать отцом. Как только у них родится ребенок, их отношения станут еще более стабильными.

— Я понимаю, — кивнула Су Янь.

На самом деле она понимала это очень ясно. Затянуть это дело на пять лет было невозможно, так как к тому времени чувства уже сильно остыли бы. Но, по крайней мере, дайте ей немного времени, чтобы она набралась смелости приветствовать своего ребенка.

— Перед беременностью есть долгий период времени, чтобы подготовиться. Мадам, если вы хотите, я могу помочь вам разработать новый план питания. Это может гарантировать, что, когда придет время, вы родите сильного и здорового малыша. — тетя Ван провела много лет в доме Цзян. Она знала, что Су Янь и Цзян Цзинчуань могут отложить это самое большее на полгода. Шести месяцев было достаточно, чтобы ухаживать за здоровьем и телом обеих сторон.

Су Янь немного поколебалась, прежде чем кивнуть.

— Мадам, не думайте, что вам будет больно рожать. На самом деле, после длительного периода беременности, когда вы родите ребенка, ваши чувства к нему будут иметь невообразимую глубину. Вы будете думать, что ваш маленький ребенок очарователен. Матери могущественны. Глядя на своего малыша, вы поймете, что вся эта боль того стоила. Ребенок будет вашим сокровищем в будущем.

Девушка чувствовала, что тетя Ван подходит для переговоров. Теперь она немного колебалась.

Увидев, что Су Янь внимательно слушает, тетя Ван почувствовала удовлетворение, когда спустилась вниз. Ее мысли не были старомодными. Она также не чувствовала, что, как в древние времена, женщины теперь должны рожать ребенка, чтобы иметь устойчивое место в семье. Но богатые и состоятельные семьи отличались от обычных семей. Она читала все новости и знала, в какой семье невестка хочет иметь еще одного сына. Недостаточно иметь одного, нужно иметь два.

Неужели характер человека больше не имеет значения? Сознание этой семьи все еще оставалось в династии Цин?

Нет, никто просто не мог ничего с собой поделать.

Это был самый жестокий аспект. Дети не являются основой успеха в жизни, и рождение сына не успокаивает ум. Но сколько людей могут иметь положение без ребенка?

Поздним вечером, когда Цзян Цзинчуань вернулся, он обнаружил, что настроение Су Янь было не очень хорошим. «Неужели этот Шэнь Пэйжань снова поднял шум? Это невозможно, — подумал он.

После ужина, когда они, как обычно, отправились на прогулку, Цзян Цзинчуань спросил:

— Что-то случилось?

Су Янь обняла его за руку и вздохнула:

— Я думаю об очень серьезном деле.

Манера Су Янь заставила мужчину улыбнуться:

— Тогда давай обсудим эту серьезную проблему.

— Цзинчуань, если дедушка и бабушка захотят, чтобы у нас были дети, что же нам делать? — Су Янь чувствовала себя очень противоречиво. Она понимала, что не сможет избежать этого. И также была уверена, что хочет иметь детей с Цзян Цзинчуанем, просто она думала, что лучше иметь их позже, чем раньше.

— Сяо Янь, я повторю это еще раз. Я не буду принуждать тебя, — он остановился, а затем повернулся к ней. Слегка наклонившись, он погладил ее по лицу и улыбнулся. — Ты обычно очень умна, как же так получается, что в таких делах ты становишься глупой? Мы должны быть сыновними по отношению к нашим бабушкам и дедушкам и уважать их, но мы также не должны быть слепыми. Слепое сыновнее благочестие намного хуже. Мы должны соответствовать их ожиданиям, но в наших пределах. Поверь мне, у моих бабушки и дедушки имеется здравый смысл.

Су Янь отпустила его руку и поджала губы:

— Ты говоришь такие бойкие слова. Разве ты хотел жениться на мне? Почему же тогда ты не сопротивлялся давлению?

Ее тон был как у избалованного ребенка. Естественно, она была в растерянности. По ее мнению, Цзян Цзинчуань был очень независимым человеком, и, если он не хотел этого делать, никто не мог заставить его. Так почему же он принял брак, который был ему не по душе?

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 32.3 Поскольку ты не хотел этого брака, я не хочу, чтобы даже в вопросе о рождении ребенка ты не мог следовать своим чувствам

— Хороший вопрос, — словно уговаривая ребенка, Цзян Цзинчуань мягко погладил ее по голове. — На самом деле, когда я женился, я не был уверен, что смогу справиться с этим браком. Можно сказать, что это была авантюра, меня заставили, но не бабушка с дедушкой.

— Что ты имеешь в виду? — осторожно спросила Су Янь.

— Когда я узнал, что у моих бабушки и дедушки была эта идея, эта новость уже распространилась в деловых кругах. Твой семейный круг также узнал, что ты собираешься вступить в семью Цзян. Потом я послал кого-то разобраться. Все люди, которых ты знала, думали, что ты хочешь выйти за меня. Прости, в то время я не знал, что ты против. Я ошибочно предположил, что ты согласилась на этот брак. Надо сказать, мои бабушка и дедушка были слишком нетерпеливы и также слишком хорошо меня понимали. Поскольку новость уже была опубликована, и у меня не было девушки, так что в тех обстоятельствах, как ты думаешь, я бы принял эту идеи или нет?

— Если я соглашусь, то только с 50-процентной вероятностью у меня будет счастливая супружеская жизнь с тобой, если я не соглашусь, предположим, что какое-то время ты будешь полна горя и негодования, но что потом? Даже если это новая эра, репутация девушки все равно важна.

Цзян Цзинчуань не сказал, что причина, по которой он не мог раскрыть ее отношения с Шэнь Пэйжанем, скорее всего, была связана с тем фактом, что семья Су и семья Цинь объединили свои руки, чтобы запечатать их. В то время у него также не было времени и энергии, чтобы копаться слишком глубоко и тщательно исследовать это.

Только он не счел нужным рассказать об этом Су Янь, так как она будет чувствовать себя еще более расстроенной, вот и все.

В то время он много дней и ночей размышлял, прежде чем принять решение. Он хотел хорошо поладить с Су Янь, но также был готов к худшему. Он решил, что если они не подходят друг другу, и она захочет развестись, он будет хорошо к ней относиться.

Су Янь почувствовала, как пять ароматов закружились в ее сердце, когда она посмотрела на мужа.

— Ладно. — Цзян Цзинчуань выпрямился и взглянул на нее с легкой улыбкой. — Итак, поскольку ты не хотела этого брака, я не хочу, чтобы даже в вопросе о рождении ребенка ты не могла следовать своим чувствам. Сяо Янь, я выслушаю тебя. Ты можешь делать все, что захочешь.

— Ты действительно не жалеешь сил, чтобы показать мне, насколько ты хорош, — Су Янь, сжав свой маленький кулачок, ударила его.

Действительно, слишком коварно!

Цзян Цзинчуань изобразил беспомощность и слегка сжал переносицу пальцами.

— Узнав, что ты действительно не согласилась на этот брак, а также имела мужчину, которого любила, я действительно сожалею об этом. Во всяком случае, я чувствую, что моя прошлая доброта пошла ко всем чертям. С тех пор я решил, что в будущем, что бы ни случилось, и как бы ни заставляла меня моя семья, я не буду делать ничего, что мне не нравится.

Заходящее солнце бросало слой золотого света на Цзян Цзинчуаня, заставляя его тело искриться.

— Кто бы это ни был, они не могут заставить нас делать то, чего мы не хотим.

Сожалел ли он об этом?

Конечно сожалел. Из-за того, что он не был осторожен, из-за его проклятой фальшивой доброты, этот брак заманил двух людей в ловушку несчастной судьбы. В будущем он никому не позволит себя принуждать, даже самым близким родственникам.

Су Янь немного подумала, прежде чем встать на цыпочки и поцеловать Цзян Цзинчуаня в губы. Затем она нежно обняла его за шею и тихо сказала:

— Большое спасибо.

Эта благодарность была искренней.

Из-за слов Цзян Цзинчуаня она решила, что у нее будет ребенок. Да, она должна собраться с духом.

На следующий день Цзян Цзинчуань действительно не пошел в корпорацию. Он уже принес билеты на самолет на завтрашний день. Он беспокоился, что Су Янь не привыкла к еде и напиткам того места, куда они направлялись, и поэтому решил вывести ее на улицу, чтобы поесть и купить кое-что необходимое. Так как вполне возможно, что некоторые вещи не будут продаваться на этом острове.

В прошлом, когда он отправлялся в командировки, его помощник устраивал такие дела. Пообедав, они отправились в большой торговый центр неподалеку. Цзян Цзинчуань повел Су Янь к прилавку, где продавали солнцезащитные очки:

— Хочешь купить солнцезащитные очки?

Су Янь чувствовала, что эти темные очки были очень странными, и она также не знала, как выбрать их, поэтому она потрясла руку Цзян Цзинчуаня.

— Ты поможешь мне выбрать.

Продавщица была очень взволнована. На такие дорогие солнцезащитные очки большинство людей просто смотрят, и очень немногие покупают их. Большинство людей считают, что тратить столько денег на солнцезащитные очки бесполезно, в результате ее продажи были очень плохими. Но, глядя на то, как эта пара одевается, она знала, что они неприлично богаты. Похоже, сегодня будет хорошая сделка.

Цзян Цзинчуань наконец выбрал пару солнцезащитных очков, затем сотрудница прилавка достала их и дала Су Янь примерить.

Су Янь подумала, что после того, как она наденет солнечные очки, небо вокруг покажется черным. Но неожиданно она не только все еще могла видеть, но и ее глаза стали намного более расслабленными. Затем она посмотрела на себя в зеркало и тут же радостно рассмеялась. Она потянула Цзян Цзинчуаня за руку.

— Ты посмотри, подходит это или нет моему маленькому круглому лицу?

Она напустила на себя то гордое, то свирепое выражение, а в черных очках на маленьком круглом личике казалась чрезвычайно самоуверенной.

Эти два выражения были любимыми Су Янь.

Цзян Цзинчуань усмехнулся и погладил ее по голове:

— Это действительно выделяется на твоем маленьком круглом лице. Тебе нравится? Мы можем купить их, если хочешь.

Су Янь кивнула.

— Мне нравится.

Не моргнув глазом Цзян Цзинчуань протянул свою карточку сотруднице, чтобы та оформила покупку. Служащая, державшая эту карточку, была безумно взволнована, она думала только о том, что этот человек богат, и больше ничего...

Су Янь неохотно сняла солнечные очки. Она чувствовала, что, надевая их, человек выглядит возвышенным.

— Мисс маленькое круглое личико, не пойти ли нам купить солнцезащитный лосьон? — Цзян Цзинчуань раньше не был таким дотошным. Он специально искал в сети, а потом узнал, что совершенно необходимо купить солнцезащитный крем. Хотя у Су Янь он уже имелся, они будут жить на этом острове в течение недели, его может не хватить. Поэтому солнцезащитный крем был добавлен в список необходимых покупок.

— Покупаем!

Покупай и покупай! Покупаем все!

После покупки солнцезащитного крема они заметили магазин мороженого. Су Янь переминалась с ноги на ногу.

Когда она прогуливалась с ним раньше, они ели мороженое. И до сих пор Су Янь не могла забыть этот ледяной приятный аромат. Было очень освежающе и вкусно.

Взглянув на выражение лица Су Янь, Цзян Цзинчуань все понял. Он шагнул вперед, положил руку ей на плечо и прошептал:

— Хочешь его съесть?

— Да.

— У тебя есть карточка? — спросил Цзян Цзинчуань.

Су Янь почувствовала, что он ведет себя странно. Она приехала вместе с ним, зачем ей брать кошелек? Поэтому она покачала головой:

— Не взяла с собой сумочку.

Цзян Цзинчуань постучал пальцем по щеке и очень серьезно сказал:

— Поцелуй меня, и я куплю его для тебя.

Сначала Цзян Цзинчуань хотел было показать на свои губы, но потом вспомнил, что это общественное место, так что ему все равно приходилось беспокоиться о настроении всех одиноких собак рядом с ними.

Прошлой ночью, когда она взяла на себя инициативу поцеловать его, это было действительно очень хорошо. Поэтому он хотел попробовать еще раз.

— ... Я не хочу есть, — бесстрастно ответила она. Делать такие вещи в общественном месте выходит за рамки допустимого для Су Янь.

— Ты уверена? Позволь мне посмотреть, есть вкус ванили, сладкого картофеля, о, есть также вкус клубники и банана. Ты действительно не хочешь есть?

— ... Нет, — в следующий раз она купит его сама. Она ни в коем случае не даст ему возможности воспользоваться ею.

Цзян Цзинчуань говорил чрезвычайно печальным тоном:

— Хорошо, раз ты не хочешь, так и быть. Но я хочу есть, поэтому куплю несколько шариков, — говоря это Цзян Цзинчуань был в процессе того, чтобы сделать шаг своими длинными ногами, чтобы войти в этот магазин.

Су Янь недоверчиво посмотрела на него и потянула назад:

— Зачем ты это делаешь?

Не покупает для нее, хорошо, но покупает намеренно для себя, чтобы соблазнить ее? Что за чертовщина?

— Зачем я это делаю? — лицо Цзян Цзинчуаня выражало полную невинность. — Я хочу съесть мороженое. Что я сделал не так?

Она была побеждена. У Су Янь не было выбора, поэтому она встала на цыпочки и быстро поцеловала его в щеку. Цзян Цзинчуань почувствовал удовлетворение и, держа ее за руку, вошел в магазин мороженого.

Они не заметили, что кто-то наблюдал за этой сценой издалека.

Шэнь Пэйжань сопровождал свою мать, чтобы пройтись по магазинам в том же районе. Поскольку через несколько дней он собирался уехать за границу, у него оставалось все меньше и меньше времени на общение с родителями. Матушка Шэнь ушла в туалет, поэтому он ждал ее снаружи. Как только он поднял глаза, то увидел Су Янь. На ней были темные очки, но он узнал ее с первого взгляда.

Его глаз болели от этого вида.

Когда Су Янь была вместе с ним, она никогда не показывала такого выражения лица. Он не знал почему, но, когда он увидел эту сцену, он не почувствовал ни раздражения, ни гнева. Кроме сердечной боли, он ощутил облегчение.

Действительно хорошо, он потерял ее неосознанно, и она уже нашла кого-то более подходящего. Так или иначе, в двадцать лет его желание наконец-то сбылось. Она обрела счастье.

— На что ты смотришь? — не могла не спросить у сына госпожа Шэнь.

Шэнь Пэйжань покачал головой и рассмеялся:

— Я скоро уеду, так что просто хотел посмотреть побольше.

Внутри магазина мороженого Цзян Цзинчуань дал Су Янь шарик каждого вкуса. Она с удовольствием ела. Цзян Цзинчуань просто наблюдал за ней.

— Ты не будешь есть? — спросила Су Янь.

Цзян Цзинчуань улыбнулся:

— Слишком дорого, поэтому я не буду есть.

— Пфф! — Су Янь чуть выплюнула все, что у нее было во рту. Это было совсем на него не похоже.

— Тогда я вознагражу тебя одной ложечкой, — Су Янь с помощью маленькой ложечки зачерпнула мороженое и поднесла его к губам мужа.

Они быстро покончили с мороженым. Судя по времени, для ужина было еще довольно рано, к тому же Су Янь явно не успела сделать покупки в свое удовольствие. Цзян Цзинчуань последовал за ней, пока они продолжали ходить по магазинам.

Так как они пришли купить все необходимое для тура, они направились в отдел за легкой одеждой и обувью.

— Какие еще предметы первой необходимости нам нужно купить? — Су Янь держала в руках подробный список покупок, переданный Цзян Цзинчуанем, и читала вслух каждый из них. — Шлепанцы? Аптечку, не надо покупать, у нас дома уже есть, возьму оттуда. Хм... купальник?

— Я заглянул в твой гардероб и не нашел купальника, и не знаю, не положила ли ты его куда-нибудь, если да, то мы могли бы купить другой. Мне также нужно купить плавки.

Плавать? Это не должно быть тем, о чем она думала, верно?

Су Янь побледнела от страха.

— Мы пойдем к воде?

Цзян Цзинчуань посмотрел на нее:

— Мы едем на остров, так что, конечно, будем плавать. О да, говорят, что серфинг тоже довольно приятное занятие.

— Но я не умею плавать, — в своей прежней жизни, находясь в Императорском дворце, она в лучшем случае купалась в частных горячих источниках, но никогда не играла в воде.

Было не понятно, о чем думал Цзян Цзинчуань, но он дважды улыбнулся. Выражение его лица действительно заставляло задуматься.

— Нет проблем, я могу научить тебя.

Су Янь действительно была очень заинтересована. Когда она жила в Императорском дворце, хотя каждое лето у нее было больше всего кубиков льда, этого было недостаточно. Каждый раз, прогуливаясь по цветнику, она жалела, что не может понежиться в воде. Она также видела плавающих людей по телевизору. Это выглядело забавно.

— Тогда пойдем купим купальник.

Когда Цзян Цзинчуань привел Су Янь в магазин купальников, она сразу же пожалела об этом. Она неожиданно забыла, что люди здесь во время купания практически ничего не носят!

Цзян Цзинчуань взял на себя инициативу очень тщательно подобрать для нее купальник.

Су Янь не последовала за ним, она все время переминалась с ноги на ногу. Ее глаза уставились в пол. Она чувствовала себя крайне неловко.

Очень скоро Цзян Цзинчуань принес два комплекта. Один из них – красное бикини с белой оторочкой снаружи, а другой – консервативный литой.

У Цзян Цзинчуаня был очень хороший вкус. Цвет выбранных им моделей действительно соответствовал цвету кожи Су Янь.

При одном взгляде на два завернутых в пакеты купальника ее лицо покраснело, и она ничего не могла сказать.

Тон Цзян Цзинчуаня был естественным, как будто он говорил о погоде.

— Этот комплект ты можешь носить только тогда, когда мы наедине, — мужчина протянул ей комплект бикини.

— Вот это ты можешь носить в присутствии других, — он указал на цельный консервативный купальник.

Су Янь: «...»

Заметки переводчика:

Когда Су Янь называет свое лицо маленьким круглым лицом – которое называется Сяо Юань Лянь, – первые два иероглифа Сяо Юань звучат похоже на Сяо Янь, так что это также может относиться к тому факту, что она пытается действовать кокетливо.

И когда она сказала, что чувствует все пять ароматов – как будто она чувствовала смесь эмоций. Обычно говорят, что пять вкусов – сладкий, соленый, горький, кислый, пряный.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 33.1 Жена прекрасна.

На следующий день, пообедав и отдохнув дома, Цзян Цзинчуань отвез Су Янь в аэропорт. Поскольку он собирался на остров, то уже проверил температуру и погодные условия. Оказалось, еще жарче, чем в городе А.

Су Янь теперь тоже знала, как подобрать одежду. Сегодня она была одета в зеленое ретро-платье, которое подчеркивало ее бледную белую кожу. И в довершение всего – солнечные очки, которые она купила вчера. Одного взгляда было достаточно, чтобы люди поняли, что они в отпуске. Ее одежда принесла освежающее ощущение в это жаркое лето.

Со вчерашнего вечера Су Янь была в восторге. И ее нельзя было в этом винить. Строго говоря, она никогда не путешествовала так далеко. Цзян Цзинчуань увидел ее в приподнятом настроении и, когда водитель не обращал на них внимания, прошептал ей на ухо:

— Если бы я знал, что ты будешь такой энергичной, я бы не согласился на эту поездку.

Цзян Цзинчуань не преувеличивал, так как он только что вкусил начало сладкой жизни. Обнимая жену каждый день, он всегда хотел быть близким и ласковым. К счастью, он был человеком, который знал, как себя вести. Думая о сегодняшнем полете, он лежал в постели прошлой ночью ничего не делая. И заснул после нескольких поцелуев.

Су Янь сразу же разозлилась, услышав это. Она ущипнула его за бок и, стиснув зубы, прошептала:

— Ты не имеешь права так говорить.

На самом деле Су Янь не хотела создавать мягкое и покорное впечатление о себе. Вместо этого, редкая вспыльчивость была бы более уместна. Теперь с Цзян Цзинчуанем она будет притворяться чуть избалованной. Это сохранит пикантность их отношений и послужит катализатором чувств.

Цзян Цзинчуань довольно улыбнулся. С тех пор как он познакомился с Су Янь, он, казалось, раскрыл свое истинное лицо, больше не скрывая его.

Сегодня был рабочий день, и к тому же не туристический сезон. Таким образом, поездка в аэропорт прошла гладко и заняла у них чуть больше часа.

Су Янь стояла в аэропорту. Оказавшись здесь впервые, она находила все новым и необычным. Хотя она уже видела это по телевизору раньше, она все еще чувствовала восторг, поэтому она последовала за Цзян Цзинчуанем. Зарегистрировавшись, она направилась в багажное отделение. Хотя в ее сердце было много сомнений, Су Янь сопротивлялась желанию спросить. Первоначальное тело, должно быть, путешествовало на самолете раньше. Таким образом, такой нелепый вопрос не был оправданным.

Пройдя проверку безопасности, Цзян Цзинчуань взял жену за руку и сел в зале ожидания. Народу было немного. Внезапно телефон Су Янь зазвонил.

Достав из сумки мобильный, она посмотрела на определитель номера и подняла брови.

— Это младшая сестра мистера Лу, — отметила она, принимая вызов.

Прежде чем Су Янь успела открыть рот, с другой стороны раздался взволнованный голос:

— Сестра Су! Ты меня помнишь? Я Цзяин, Лу Цзяин, одноклассница Цзинцзин.

— Я помню. Тогда я сохранила твой номер. В чем дело? — Су Янь на самом деле нравилась эта невинная и живая маленькая девочка. Мало кому не нравился такой простой и наивный человек.

В прошлом одноклассники Су Янь оценивали ее таким образом: «Бог, должно быть, использовал Свое сердце, когда создавал ее».

На ее лице не было ни единого пятнышка, а кожа была белой. Что касается ее фигуры, то она не была ни высокой, ни низкой, просто подходящего роста. Такая фигура должна быть большегрудой вазой, но Су Янь была не просто хорошеньким личиком. На самом деле у нее были и ум, и красота.

Тем не менее, самым заметным был мягкий голос Су Янь. Даже когда она ругала людей, ее голос звучал как у ребенка, он был нежным и ласковым. Ей не хотелось кричать на других.

Когда Цзян Цзинчуань слушал разговор Су Янь по телефону, он лишь чувствовал, что просто любить ее было недостаточно. Из-за превосходного воспитания своей матери Цзян Цзинчуань на самом деле никогда не фантазировал о том, какой будет возлюбленная его мечты.

Скорее, ему снились книги и формулы. Не говоря уже о мечтах о девушках, он почти не думал о них. Убедившись в их взаимных чувствах, он начал верить фразе, которую когда-то прочитал в одной книге: «Для каждого в этом мире есть кто-то подходящий».

Теперь он твердо верил, что Су Янь создана для него. Звонок Лу Цзяин касался завтрашнего ужина с Су Янь. Первоначально у родителей Лу не было таких мыслей, но, когда семья обедала, Лу Цзяин небрежно упомянула, что Су Янь была невесткой ее одноклассницы Цзян Цзинцзин. Ее родители заботились о своей дочери и боялись, что она будет обманута, поэтому Лу Яну пришлось объяснить, что Су Янь была супругой Цзян Цзинчуаня, подтекст заключался в том, что «Она не станет утруждать себя обманом чужих людей».

Но было бы лучше, если бы Лу Ян промолчал. Как только он это сделал, воображение семьи начало буйствовать. Все знали, что его нынешнее положение не слишком хорошее, и он нуждался в любой помощи, которую мог получить. Поэтому отец и мать Лу Цзяин, намереваясь помочь племяннику, уговорили дочь позвонить Су Янь и пригласить ее на ужин.

Услышав приглашение, Су Янь сохранила улыбку на лице.

— Цзяин, извини, в последнее время у меня не было времени. Я сейчас с мужем в аэропорту. Я свяжусь с тобой, когда вернусь.

Цзян Цзинчуань почувствовал облегчение и физически, и морально, когда Су Янь назвала его «мой муж».

Лу Цзяин сама была еще маленькой девочкой, поэтому не чувствовала разочарования. Напротив, она с энтузиазмом продолжала:

— Куда ты летишь? — она очень любила Су Янь и была счастлива поболтать с ней.

— Я и сама не знаю. Мой муж только что сказал, что это остров, — это была внимательность Су Янь. Когда Цзян Цзинчуань присутствовал, она должна была чаще упоминать о нем. Таким образом, он почувствует, что она заботится о нем. Иначе какой смысл постоянно говорить о нем за его спиной?

— Это так здорово! Я тоже хочу отдохнуть, но у меня нет времени. Кстати, сестра Су, я нашла работу на полставки. Я даю детям уроки танцев. Платят тоже неплохо. Я угощу тебя, когда получу свою первую зарплату! — Лу Цзяин была так сосредоточена на беседе с Су Янь, что даже не заметила мрачного выражения лица кузена.

Хотя Су Янь была удивлена маленькой девочкой, она чувствовала себя смутно потерянной в своем сердце.

В глубине души она все еще сожалела о случившемся. Как было бы здорово, если бы она родилась в эту мирную эпоху. Здесь все были равны. Возможно, у нее даже была бы теплая семья, как у Лу Цзяин.

Откровенно говоря, Су Янь завидовала женщинам этого века из-за их уверенности в себе и упорном труде ради той жизни, которую они хотели. И все же она не могла больше жить такой жизнью. Завидовать им – это одно, но некоторые понятия глубоко укоренились в ее душе. Например, когда она жила в гареме, у нее были хорошие отношения с девушкой. Однажды девушка раскраснелась и сказала ей, что ей очень нравится ученый в книге. Это был, пожалуй, самый приватный разговор между друзьями.

В конце концов девушка вышла замуж за сына генерала. Ее жизнь была не очень счастливой, но и не плохой. Когда они снова встретились, маленькая девочка, которая говорила, что любит ученых, давно исчезла.

В глубине души Су Янь знала, что станет отличной женой и будет жить в супружеской гармонии с Цзян Цзинчуанем. Но если бы она вышла на работу, как здешние женщины, она была бы худшим работником на свете.

Повесив трубку, Су Янь опустила голову, ее разум был полон неизвестных мыслей. Цзян Цзинчуань взял ее за руку и спросил:

— Тебе жаль, что ты пропустила обед?

Должно быть, сестра Лу Яна звала ее на обед. Цзян Цзинчуань мог догадаться об этом.

Су Янь медленно покачала головой.

— Нет, э-э, ничего.

— Не говори этого, если не хочешь, но мы скоро сядем в самолет. Не думай больше об этих несчастных вещах, — поскольку она не была готова поделиться с ним своими мыслями, Цзян Цзинчуань не стал ее принуждать. У всех были секреты, которые они не хотели рассказывать.

Глядя на лицо Цзян Цзинчуаня, Су Янь чувствовала, что у него нет никаких недостатков. В любом случае, это не имело большого значения. Если она не хочет работать, то не будет, и на этом все закончится. Она просто будет наслаждаться мирной жизнью.

После того как Лу Цзяин повесила трубку, она заметила поблизости своего двоюродного брата. Она высунула язык и прошептала:

— Брат, сестра Су сказала, что она не свободна. Они с мужем сейчас в аэропорту и собираются в отпуск.

Лу Ян тоже догадывался об этом. Хотя он чувствовал себя немного разочарованным, он не показал этого на своем лице. Он встал, застегнул манжеты костюма, опустил голову и сказал:

— Тогда подожди, пока она вернется, и поговорим об обеде, хорошо? Я иду на работу, поэтому отвезу тебя.

— Ура! Брат, ты такой добрый!

Сидя в машине, Лу Ян, казалось, был полностью сосредоточен на вождении. Однако его мысли унеслись куда-то далеко. Он не совсем понимал, почему с нетерпением ждет встречи с Су Янь. В конце концов ему удалось избежать вопросов. Он больше не осмеливался размышлять над этим.

«Я чувствую себя немного нетерпеливым, потому что я просто хочу иметь хорошие отношения с Цзян Цзинчуанем».

Этот ответ его удовлетворил.

Лу Цзяин сидела на пассажирском сиденье и скучала после того, как некоторое время играла со своим мобильным телефоном.

— Брат, ты не слишком молод. Почему бы тебе не найти себе девушку? — с любопытством спросила она.

— Посмотри, как ты говоришь! Ты достаточно взрослая? — Лу Ян изобразил гнев.

— Я ошибаюсь? Брат, в этом году тебе двадцать восемь, и скоро исполнится двадцать девять. Даже если ты не торопишься жениться, почему не начнешь встречаться? — Лу Цзяин подумала о такой возможности и не смогла удержаться, чтобы не прикрыть рот от удивления. — Брат, ты не можешь быть таким… Брат, не волнуйся! Я не буду дискриминировать тебя!

Остановившись на красный свет, Лу Ян поднял руку и отвесил ей подзатыльник.

— О чем, черт возьми, ты думала весь день?

— Так скажи мне, почему у тебя нет девушки? Когда ты найдешь мне невестку?

Лу Ян тоже начал задумываться над этим вопросом. Естественно, у него раньше были девушки, он вел довольно бурную жизнь. Но ему уже наскучили эти распутные выходки. После того, как он начал концентрироваться на своей карьере, он, казалось, перестал интересоваться этим аспектом. Конечно, находясь под огромным давлением, он будет искать женщин, чтобы расслабиться. Строго говоря, после всех этих лет никто не зацепил его сердце по-настоящему.

— Вообще-то я не предъявляю высоких требований к своей невестке. Ничего страшного, если она хорошо относится к моему брату. Было бы лучше, если бы она могла быть такой, как сестра Су, — это было непреднамеренное замечание Лу Цзяин, но Лу Ян был удивлен.

Придя в себя, он посмеялся.

— Откуда у брата такая удача? — на самом деле ему никогда не везло.

***

В это время, Су Янь села в самолет. У них с мужем, естественно, были билеты в первый класс. Когда они заняли свои места, Цзян Цзинчуань попросил ее сесть у окна.

Су Янь больше не могла сдерживать свое любопытство. Она осмотрела салон самолета, и время от времени поглядывала в окно, только чтобы найти все это новым и удивительным опытом.

Тем не менее, она знала, что это ожидание будет божественным.

Когда она была ребенком, служанка взяла ее с собой, чтобы запустить воздушного змея. В то время, будучи наивной, она спросила, можно ли купить воздушного змея побольше, который мог бы поднять ее в небо.

Тогда служанка сказала, что она слишком глупая. Как можно взлететь в небо?

«Няня, я скоро увижу облака».

Цзян Цзинчуань наблюдал за ней со стороны и не вмешивался.

— Конечно, это было правильное решение – пригласить тебя поиграть. Ты выглядишь намного счастливее. Отныне мы будем стараться отдыхать несколько раз в год.

— Отдыхать каждый год? — Су Янь была вне себя от радости, чувствуя, что Цзян Цзинчуань нравится ей еще больше. Она взяла его за руку и положила голову на его плечо. — Хорошо, да. Мне это очень нравится.

Ее тон был как у ребенка, получающего любимую игрушку. Сердце Цзян Цзинчуаня было полно удовлетворения. Его подбородок покоился на ее голове, а голос был глубоким и властным.

— Хорошо, что тебе нравится. Мне тоже.

Он никогда раньше не мечтал о путешествии так, как сегодня. Он только надеялся, что самолет взлетит и быстро приземлится.

В динамике раздался нежный женский голос, напомнивший, что самолет скоро взлетит.

По мере того, как самолет удалялся все дальше и дальше от земли, Су Янь начала волноваться. Знать – это одно, но теперь, когда ей самой пришлось летать, она неизбежно испугалась.

Множество мыслей мелькнуло в ее голове.

«А вдруг самолет упадет? Как он летает? Была ли к нему прикреплена толстая нить? Почему эти люди не боятся?»

Она подсознательно схватила Цзян Цзинчуаня за руку. Несмотря на то, что она пыталась скрыть свой страх, Цзян Цзинчуань все равно почувствовал его. Ее нервозность заразила его и он сразу же спросил:

— Тебе не удобно? Что-то болит?

Су Янь покачала головой, а затем кивнула. В конце концов она уткнулась головой ему в шею.

— Мне немного страшно, — сказала она приглушенным голосом.

В этот момент ей больше не нужно было скрывать это. Она была сильно напугана.

Цзян Цзинчуань был ошеломлен ее поведением. Он мог только слегка приподнять брови и улыбнуться. Затем он протянул руку и погладил ее по голове.

— Что тут такого страшного? Давай я поболтаю с тобой.

— Что? — Су Янь также знала, что это был хороший способ отвлечь ее внимание, прежде чем она сможет немного приспособиться.

— Я буду болтать с тобой обо всем и отвечу на любой вопрос, который ты хочешь задать, — поскольку это был не пик сезона, в первом классе было не так много людей. Поэтому их голоса не мешали другим.

Су Янь оперлась на его плечо и крепко задумалась, прежде чем спросить:

— У тебя когда-нибудь была девушка раньше?

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 33.2 Жена прекрасна.

Цзян Цзинчуань был ошеломлен, он не знал, что делать. Отвечать ей или не отвечать? Это хитрый вопрос, лучше бы он не начинал этого.

— Скажи, — подтолкнула его Су Янь.

Что касается характера Цзян Цзинчуаня и его возраста, то если он скажет, что у него раньше не было девушки, она ему точно не поверит. На самом деле ее не так уж интересовала его любовная история, но сейчас говорить было не о чем.

Цзян Цзинчуань мог только кивнуть.

— Да, была только одна.

Этот ответ не годится для женщин.

«Только одна. Значит ли это, что эта женщина особенная?»

Су Янь выглядела так, будто не возражала. Услышав это, она выпрямилась, и на ее лице появилась улыбка.

Когда Цзян Цзинчуань увидел ее улыбку, он понял, что что-то не так, но он не знал, что именно. Он мог только сказать:

— Что случилось?

Когда бы это ни было, он был одним из тех, кто имеет нечистую совесть.

Цзян Цзинчуань выглядел настороженным, но Су Янь, казалось, не заботилась о том, что он чувствует, ее выражение лица заставляло думать, что сейчас начнется хорошее шоу.

Су Янь заскрежетала зубами:

— Она хорошо выглядит?

На этот раз Цзян Цзинчуань понял. Он посчитал, что она ревнует. В душе он смеялся. Он не знал, почему она ревновала.

По крайней мере, для него, если он расстанется, он полностью отпустит, и он больше не будет чувствовать себя неловко из-за этого. Более того, он не испытывал глубоких чувств к своей бывшей. Он взвесил это в свое сердце и сказал:

— Неплохо.

Это правда, хотя он нечетко помнил внешность бывшей, но он знал, что она была красивой девушкой.

Цзян Цзинчуань был очень умен и добавил фразу:

— Но ты выглядишь лучше.

Конечно, это не лесть. Это правда. Теперь в сердце Цзян Цзинчуаня нет никого лучше его жены.

Этот ответ едва прошел.

Су Янь заинтересовалась. Она снова хлопнула его по плечу и спросила:

— Почему вы расстались?

Между парами запрещено упоминать бывших, но очень хорошо упомянуть об этом, а потом притвориться, что съел немного уксуса.

п.п.: есть уксус означает ревновать.

Цзян Цзинчуань серьезно задумался.

— Это не ее вина, а моя.

На самом деле, даже спустя столько времени, Цзян Цзинчуань все еще чувствовал вину. Он не лелеял ее. Он не умел любить и подвел ее. Хотя он и не любил ее, ему все равно было жаль.

— Как?

— В то время, по некоторым причинам, я был сбит с толку. Я не был готов. Я по-прежнему относился к ней как к другу. Я был занят проектом, и мы долго не разговаривали. Дни, когда я действительно мог сопровождать ее, можно было пересчитать по пальцам одной руки. Может быть, она больше не могла этого выносить и порвала со мной, — в его возрасте он может говорить только правду.

Когда он был за границей, он был занят, но это не значит, что у него не было времени, но, когда он был свободен, он хотел читать в своей квартире, а не идти куда-либо. Теперь, когда он думал об этом, он понимал, ему просто было все равно.

Су Янь задумчиво кивнула.

— Это определенно была твоя вина. Как она поживает?

Цзян Цзинчуань вздохнул.

— Контакта нет, но, когда я переписывался с одноклассниками, кто-то сказал мне, что она вышла замуж. Один иностранец уже давно преследовал ее. Теперь все должно быть хорошо, я думаю.

Цзян Цзинчуань стал таким из-за учения своей матери, но также и из-за своего предыдущего опыта.

— У каждого есть прошлое, его нельзя забывать. Просто запомни это в своем сердце, но не позволяй прошлому влиять на настоящее и будущее, — в словах Цзян Цзинчуаня был смысл.

Это означает, что Су Янь должна знать, что он приближается к ней, потому что хочет этого.

В то же время он также говорит ей, что она должна дорожить людьми перед ней.

— Ты не должен забывать, но и я не хочу, чтобы ты думал об этом, — Су Янь намеренно прервала его, притворяясь избалованной. — Ты можешь думать только обо мне.

На самом деле ему очень нравится ее ревность. Ревновать и заботиться только о нем.

Если она слишком щедра, он должен быть взволнован.

— Я надеюсь, что кто-то может привести пример, — Цзян Цзинчуань улыбнулся.

— Это обязательно, — Су Янь не заинтересована в том, чтобы крутить педали на двух лодках. Если в будущем действительно произойдет смена очага, и они с Цзян Цзинчуанем почувствуют отчуждение, она сосредоточится на следующем человеке только после того, как полностью порвет с мужем.

Только стояние на одной лодке является наиболее устойчивым.

Самая большая возможность крутить педали на двух лодках — это упасть в воду, полную росомах.

Ездить верхом, чтобы найти новую лошадь, не будет работать, когда дело доходит до чувств. Она не думает, что он родился глупым. Не стоит принимать кто-то за дурака. В конце концов, есть вероятность, что ты окажешься самым большим дураком.

— Хорошо, — Цзян Цзинчуань был чрезвычайно доволен ею.

Поболтав об их бывших и дав себе обещание, Су Янь приспособилась к тому, что в данный момент она находится в воздухе. Она присмотрелась к пейзажу за окном. Было только одно чувство – шок.

Все очень красиво, а небо такое голубое, Су Янь думала, что облака похожи на сахарную вату. Во всяком случае, она наконец исполнила свое детское желание, то есть полетела на небеса.

Цзян Цзинчуань надел маску для глаз и натянул одеяло, чтобы немного поспать.

Вдоволь насмотревшись, Су Янь обернулась к мужу. Не удержавшись, она ткнула его пальцем в нос. В это мгновение ее руку крепко схватили и сжали.

— Не создавай проблем, спи, — с этими словами мужчина повернулся и через некоторое время снова заснул.

Ее ладонь все еще была сжата, он не отпускал ее.

Когда самолет приземлился, Цзян Цзинчуань катил два чемодана, а Су Янь следовала за ним. Выйдя из аэропорта, он почувствовал, как жар ударил ему в лицо. Перед ними остановилась черная машина, и из нее вышел молодой человек.

— Вы господин Цзян Цзинчуань? Мистер Робин попросил меня заехать за вами.

— Да, — Цзян Цзинчуань помог уложить чемоданы в багажник. Су Янь не осмелилась сесть в салон автомобиля первой, поэтому она подождала мужа и села вместе с ним.

Цзян Цзинчуань объяснил Су Янь:

— Робин – мой друг, которого я встретил за границей. Мы поедем на его местную виллу.

— Я беспокою тебя в этот жаркий день. Спасибо, что ты приехал за нами, — сказал он водителю.

Су Янь обнаружила, что Цзян Цзинчуань был очень вежливым человеком. Такие люди всегда оставляют хорошие впечатления.

Из-за слов Цзян Цзинчуаня их шофер начал испытывать большой энтузиазм.

— Сегодня очень жарко, но завтра будет прохладно.

— Это моя жена, — Цзян Цзинчуань кивнул и представил Су Янь. Этот шаг заключается в том, чтобы относиться к младшему брату как к равному другу, а не как к водителю, который приезжает за ними.

Улыбнувшись, молодой человек обернулся.

— Привет, можешь звать меня Лео.

Во время разговора они поняли, что Лео является студентом. Он использовал свой отпуск, чтобы работать неполный рабочий день. Лицо его было совершенно белым. Но в эти дни он был занят работой под солнцем, поэтому стал темнее.

Прибыв на виллу, Цзян Цзинчуань дал ему немного чаевых. Лео смутился и отказался принять их, потому что уже получил свое жалованье.

Цзян Цзинчуань оценил его искренность и сказал, что если в будущем он захочет передвигаться по городу, то позовет его в качестве временного водителя. Лео был очень рад, что такая молодая пара оказались весьма щедрой, ему явно нравились эти гости.

Вилла Робина находилась неподалеку от моря. В этот период, хотя и было жарко, морской бриз дул людям в лицо, заставляя накопившуюся раздражительность рассеяться.

Как только они вошли на виллу, то обнаружили, что она убрана. В холодильнике были свежие фрукты и даже кое-какие овощи и продукты. Очевидно, Робин сказал людям приготовить это.

— Твой друг действительно хорош, — Су Янь вошла в комнату и увидела чистые простыни, затем она легла на кровать.

Цзян Цзинчуань ничего не ответил ей. Он просто набрал номер и заговорил по-английски. Су Янь догадалась, что он звонит Робину, чтобы поблагодарить его.

Несмотря на то, что они спали в самолете, оба за это время устали. Приняв ванну, они были готовы вздремнуть. Когда они проснулись, оба были голодны. Цзян Цзинчуань нашел карту, которую оставил им Лео.

Посмотрев на нее, он предложил:

— Рядом есть ночной рынок, мы можем пойти туда. Что думаешь?

У Су Янь, естественно, не было своего мнения. Они вдвоем вышли. После захода солнца температура упала. Они были на берегу моря. В этот момент дул морской бриз, погода действительно хорошая, они чувствовали себя отдохнувшими после сна.

Цзян Цзинчуань открыл навигатор, и они неторопливо пошли по узкой дороге. Здесь было довольно много жителей. Это были люди, которые жили на острове долгое время, и они были иностранцами, которые остались здесь, чтобы начать туристическую карьеру. Все были полны энтузиазма, когда вы идете по дороге, они улыбаются и здороваются.

Су Янь считала, что здешние пейзажи действительно великолепны. В последнее время у нее тоже появился круг друзей. Цзян Цзинчуань сделал несколько шагов вперед. Стоя сзади, она сфотографировала его спину. Опыт Су Янь в фотографировании был не очень хорош. К счастью, снимок получился неплохим.

Она была сосредоточена на своем телефоне и не знала, что Цзян Цзинчуань также снимает ее.

Су Янь поделилась снимком и прокомментировала:

[Это прекрасно:)]

Вскоре кто-то тоже добавил комментарий.

[Цинь Вэй: Фото противоречиво.]

[Цзян Цзинцзин: Персональное сопровождение?]

[Вань Хао: Это весело.]

[Цинь Цзэюй: Где это? Вы отправились отдыхать? Эй, почему же мне никто не сказал?]

Цзян Цзинчуань опубликовал фотографию, на которой Су Янь, опустив голову, играет со своим мобильным телефоном, с текстом:

[Моя жена прекрасна:)]

Цинь Лань и другие осмелились устроить беспорядок под фотографией Су Янь. Когда они увидели Цзян Цзинчуаня, им всем захотелось блевать, но они не посмели, поэтому молча похвалили.

В кругу друзей Цзян Цзинчуаня было много людей. Когда все выходят вечером на улицу, чтобы пообщаться, они все напиваются.

Почему? Поскольку они чувствуют кислоту в своих сердцах, это первый круг друзей Цзян Цзинчуаня. Почему бы ему просто не пойти к ослепительной жене и никогда не встречаться с ними?

Они не хотят есть собачий корм! Нет!

У Суй Шэна были хорошие отношения с Цзян Цзинчуанем, и он был смелым, чтобы озвучить мысли всех присутствующих.

[У вас так много собачьего корма, я предлагаю вам взять собаку.]

Они вдвоем пришли на ночной рынок и нашли маленькую лавочку, где готовили ужин. Владелец – местный, не китаец. Цзян Цзинчуань готов был спросить Су Янь, что она хочет, как в этот момент две девушки поблизости начали заказывать еду.

Они немного нервничали, речь была нечеткой, и хозяин лавки не мог их понять. Все трое выглядели очень встревоженными, две девушки говорили по-китайски. Цзян Цзинчуань не мог этого вынести и рассказал владельцу об их заказе. Затем он обратился к девушкам:

— Я уже передал ему ваш заказ.

Те явно вздохнули с облегчением, коротко стриженная девушка молча замерла, увидев незнакомца.

Цзян Цзинчуань поспешил оказать им любезность, а затем повел Су Янь в магазин.

Длинноволосая девушка толкнула коротковолосую и с любопытством спросила:

— Что с тобой случилось?

Коротко стриженная девушка облизнула губы. Она выглядела взволнованной.

— Кажется, я… Кажется, я влюбилась.

— Только не говори мне, что это тот человек. У него уже есть девушка. Разве ты не видела? — она чувствовала, что это очень смешно, но боялась, что ее подруга действительно застрянет, и начала лить холодную воду.

Коротко стриженная девушка была равнодушна.

— Мы можем развестись, когда поженимся. Что скажешь? Это истина – смело стремиться к настоящей любви. Я обещаю, что смогу получить его номер телефона прямо сейчас.

Когда две девушки встали возле их столика, Цзян Цзинчуань и Су Янь испытывали некоторые сомнения, потому что поблизости были свободные места.

— Мы можем к вам присоединиться? — мило улыбнулась коротко стриженная девушка. Она не стала дожидаться ответа Цзян Цзинчуаня, взяла свою подругу и села напротив Цзян Цзинчуаня. Юй Гуан взглянула на Су Янь и на мгновение замерла. Затем, продолжая смотреть на Цзян Цзинчуаня, она почувствовала, что у нее есть шанс.

Она красива и не знает, сможет ли она конкурировать с ней.

Длинноволосая девушка, вероятно, чувствовала себя очень неловко, она ничего не говорила и продолжала пить свой сок.

Юй Гуан всячески пыталась привлечь внимание Цзян Цзинчуаня.

— Я должна поблагодарить тебя, у меня есть еще одна подруга, но она отказывается выходить, так что мы болтаемся только вдвоем. Если бы не ты, можно считать, что ужин был бы испорчен, так что спасибо.

Мужчина напротив нее действительно был лучшим из лучших, широкие плечи и узкая талия, визуально не менее метра восьмидесяти и даже больше, самое главное, что его темперамент завораживал.

Она не может скучать по такому человеку, ни в коем случае.

Лицо Цзян Цзинчуаня уже не сверкало улыбкой, как раньше.

— Пожалуйста, — отчужденно ответил он.

— Насколько хорош твой разговорный английский? Эй, если у меня будет только половина от этого, все будет в порядке. Мне не нужно будет беспокоиться о том, куда идти, — Юй Гуан смотрела на Цзян Цзинчуаня, игнорируя его отчуждение.

Су Янь считала, что эта девушка очень забавная. Она была молода, но слепа. Она не видела себя со стороны. Так что это придало ей уверенности, чтобы подцепить Цзян Цзинчуаня.

Цзян Цзинчуань только вздохнул и посмотрел на жену.

— Голодна? — прошептал он. — Скоро ты сможешь поесть.

Юй Гуан только сейчас заметила, что Цзян Цзинчуань носит обручальное кольцо, и внезапно замолчала.

— К счастью, я не очень голодна.

Вскоре принесли их заказ. Подруги начали разговор между собой. Цзян Цзинчуань и Су Янь не имели привычки болтать во время еды, поэтому ели они быстрее.

Внезапно Юй Гуан решила задать вопрос:

— Зачем ты приехала сюда?

На этот раз она оказалась умнее. Она обратилась не к Цзян Цзинчуаню, а к Су Янь.

Су Янь знала, чего добивается эта девушка. Однако она никогда не думала, что кто-то спросит ее, зачем они приехали на Тайвань.

— Свадебное путешествие, — ответила она с улыбкой.

Лицо Юй Гуан застыло. Увидев их обручальные кольца, можно было заметить, что они парные. Теперь после слов Су Янь, ее сердце внезапно похолодело, она взглянула на Цзян Цзинчуаня и подумала, что даже если он женат, она все равно может попытаться. Она не может отказаться от своей истинной любви. Поэтому Юй Гуан сжала зубы и с улыбкой предложила:

— Мы тоже путешествуем, почему бы нам не путешествовать вместе?

Су Янь вздохнула: «Что не так с этой девушкой?»

Цзян Цзинчуань неторопливо перебил ее и улыбнулся.

— Извините, мы здесь уже некоторое время и возвращаемся домой завтра утром.

Это означало, что им невозможно быть партнерами.

Су Янь улыбнулась и почувствовала, что Цзян Цзинчуань умен и сексуален.

— Это… — Юй Гуан все еще хотела что-то добавить.

Для Цзян Цзинчуаня было очень легко догадаться, о чем думает собеседница. Он был раздражен. Если вы не знаете, что у другого человека есть партнер, это может быть оправдано. Но вы в курсе, что он женат, и его жена находится рядом с ним, такое поведение было чрезмерным.

Цзян Цзинчуань был нетерпелив. Не сводя глаз с Су Янь, он вежливо кивнул присутствующим и сказал:

— Мы пойдем первыми, не торопитесь.

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 34.1

Юй Гуан не думала, что Цзян Цзинчуань не проявит никакого уважения. Она не могла вымолвить ни слова.

Она знала, что ее внешность не плоха, ее тело тоже привлекательно, пока она проявляет инициативу, любой мужчина влюбится в нее, но сегодня все пошло не так.

Она не могла проглотить свою еду, и теперь сидела за столом, не испытывая и капли аппетита.

Ее подруга ухмыльнулась про себя. Хотя она и дружила с Юй Гуан, ей не нравилось такое поведение. Она даже смутилась из-за нее.

Было очевидно, что рядом с мужчиной находится его жена. Это вопиющее заигрывание на глазах у других. Было ли это уместно? Но с небольшой самооценкой невозможно добиться такого, она не стала утешать Юй Гуан и просто склонила голову, продолжая есть.

В глубине души она все еще восхищалась таким человеком, как Цзян Цзинчуань. Он честен, но не снисходителен, она прекрасно видела его отношение к супруге. Он очень любит ее. Девушка надеялась, что в будущем он никогда не поддастся искушению.

Су Янь последовала за Цзян Цзинчуанем. Оказавшись на некотором расстоянии от столиков, она начала смеяться, это было освежающе.

Вот это девушка! Она не боялась смущаться на людях. Поведение Цзян Цзинчуаня было выше всяких похвал.

У нее даже появилось желание быть немного ближе к мужу. Держа его за руку, она прислонилась к его плечу, ее голос был полон сладости.

— Господин Цзян, тебе не кажется, что ты был груб?

Взглянув на нее, Цзян Цзинчуань сжал ее руку и ущипнул за нос, что заставило Су Янь сопротивляться.

Для Цзян Цзинчуаня та незнакомка была одной из многих. Сейчас таких девушек, как она, очень много. Ради денег или власти людей, желающих приблизиться к нему, не так уж и мало. Он не может продолжать вести себя как хороший человек перед ними. Одно из решений – открыть свой кошелек и дать немного денег, чтобы решить проблему. Цзян Цзинчуань также слышал много подобных случаев от своих друзей.

«Нувориши» готовы на все, чтобы играть с женщинами. И эти девушки думают, что не обязательно делиться любовью, чтобы выйти замуж за богатого человека, такие поступки отражают их материалистичные мысли. Можно сказать, что они удовлетворяют потребность друг друга.

Как и в этой ситуации, Цзян Цзинчуань не чувствовал презрения. Ведь таков образ жизни этих людей. Он не имеет права судить их.

Однако сегодня ситуация была иной. Если это человек, которого он знает, его поведение будет другим. Но девушка – незнакомка. Как мужчина, он не знает, как хорошо обращаться с другими девушками. Лучший вариант – просто игнорировать.

Сердце Су Янь не успокоилось, она должна использовать любую возможность, чтобы заставить его чувствовать себя виновато из-за нее. Она слегка вздохнула, ее тон был как у человека, которого немного обидели.

— В будущем такие ситуации будут продолжаться... Это несправедливо, — с небольшой грустью сказала она.

У нее есть уверенность, чтобы завладеть сердцем Цзян Цзинчуаня, но это не значит, что она не огорчена из-за произошедшего инцидента. Сегодняшняя ситуация, вероятно, повторится не раз. Независимо от того, какая это эпоха, хороших мужчин действительно можно описать как редкость. Ее супруг нравится многим.

Лучше всего для Цзян Цзинчуаня быть более осознанным.

Мужчина продолжал смотреть на Су Янь. Он знал, что обращался с ней совершенно иначе, чем с другими, на самом деле он любил ее.

Он не знал, было ли это временное чувство после того, что произошло между Су Янь и Шэнь Пэйжанем.

Он не знает, честна ли она. Но с его гордостью он не может смириться с тем, что с ним играет женщина.

Он мог только думать об этом, но ничего не сказал. К счастью, она не выбрала Шэнь Пэйжаня. Его чары дали хороший результат. Он никогда не расскажет ей о бурных волнах в своем сердце.

Цзян Цзинчуань невольно рассмеялся, немного счастливо и немного самоуничижительно.

— В сердце господина Цзян останется только госпожа Цзян.

До сих пор он изучал множество формул и занимался множеством сложных случаев. У него свои правила. Глядя на Су Янь, знания, которые он узнал, кажутся бесполезными.

Он не может сказать, почему его тянет к ней, но каждый день он хочет быть ближе.

Цзян Цзинчуань посмотрел на лицо Су Янь, думая, что эту проблему он, вероятно, будет решать долго, а может быть, и не сможет решить за всю жизнь.

Это была самая большая проблема, с которой он столкнулся в своей жизни, и все же он жаждет будущего.

Су Янь выслушала замечания Цзян Цзинчуаня, а затем вспомнила, как он даже не хотел говорить с ней в самом начале. Ее сердце не могло не подпрыгнуть.

Пока у него есть сердце – время приблизит их друг к другу.

Су Янь подумала об этом и задала глупый вопрос, как обычная влюбленная женщина.

— Я всегда буду тебе нравиться?

«Ну, пока ты сохраняешь свою привлекательность и обаяние», — ответила в своем сердце Су Янь.

Она не верит ни в истинное сердце мужчины, ни в его клятвы. Просто мужские чувства слишком слабы.

Не выдерживают испытания временем, не выдерживают и слишком больших перемен.

Цзян Цзинчуань обнаружил, что Су Янь сегодня была немного странной. Он догадался, что ее раззадорила та незнакомка.

Он был счастлив, значит, она действительно заботится о нем. Так и должно быть.

Эти двое уже вышли на пляж, который был совсем рядом. И там была пара –мужчина, несущий на спине свою девушку.

Увидев их, Цзян Цзинчуань тоже наклонился, повернул голову и улыбнулся Су Янь.

— Давай, залезай, я тебя тоже понесу.

Су Янь с улыбкой кивнула. Цзян Цзинчуань нес ее, медленно идя по пляжу. Возможно, из-за атмосферы, его голос был несколько тихим:

— Я не могу гарантировать, что ты всегда будешь мне нравиться.

Хотя она знала, что Цзян Цзинчуань говорит правду, о которой она просила, Су Янь не была счастлива. Почему он должен быть таким честным? Он не знает, как солгать ей и сделать ее счастливой?

— Я не могу гарантировать слишком многого. Когда я закончил учебу в Китае, отец спросил меня, могу ли я позволить фирме достичь более высокого пика. Я сказал, что не могу этого пообещать, — медленно произнес он.

— Я могу гарантировать, что она не пойдет под откос. Это была единственная гарантия, которую я мог дать, когда отец передал мне компанию. Сяо Янь, я не могу гарантировать, что ты всегда будешь мне нравиться, но я обещаю, что всегда буду добр к тебе, и ты не очень хорошо меня знаешь, но я обещаю, что если я полюблю тебя, то я не буду сближаться с другими женщинами.

Он знал, что не должен так отвечать на этот вопрос, но не хотел лгать ей. Это самая точная гарантия, которую он может дать.

Если однажды он больше не будет ее любить, он все равно будет добр к ней, потому что она его жена.

Если в один прекрасный день он не будет испытывать к ней чувств, то тем более невозможно для него любить других женщин.

Неужели он жесток? Но это его настоящее «я».

Цзян Цзинчуань не нуждается в любви. Су Янь – это случайность, но он может принять ее с откровенностью, потому что она его супруга. В какой-то степени чувства Цзян Цзинчуаня не так чисты, но они будут длиться вечно.

После долгого молчания Су Янь наконец она прошептала:

— Цзян Цзинчуань, я не могу гарантировать, что ты всегда будешь мне нравиться, но я могу гарантировать, что до тех пор, пока мы будем поддерживать эти отношения, я всегда буду с тобой.

Если быть точной, она может не любить его всю свою жизнь, но она всегда будет с ним.

Услышав это, Цзян Цзинчуань улыбнулся.

— Все в порядке.

Даже он сам не заметил, что ему стало не по себе. Он не придал этому особого значения, решив, что морской бриз слишком соленый.

Су Янь была импульсивна, она поцеловала Цзян Цзинчуаня в щеку и очень быстро отодвинулась.

Мужчина был счастлив.

— Что это?

— Это награда, сегодня ты вел себя очень хорошо, — Су Янь нравилось отношение мужа.

В гареме она была бельмом на глазу. Она и сама это знала, так что в принципе у нее не было прямых конфликтов с другими наложницами. Однако в своем сердце Су Янь имела одно желание – не вступать в подковерные игры с женщинами.

Пока Су Янь вспоминала прошлое, Цзян Цзинчуань сказал:

— Такого рода вещи будут решаться мной в будущем.

— Что? — Су Янь не смогла отреагировать вовремя и подсознательно вздохнула.

— Пока я был с тобой, ты столкнулась с этим. В будущем тебе не нужно вмешиваться. Я разберусь с этим самостоятельно. Когда меня нет с тобой, если кто-то провоцирует тебя или обижает, ты не должна конфликтовать с другими. Потому что это только разозлит тебя, может быть, потом ты даже будешь винить меня за это. Если что-то случится, скажи мне прямо, я разберусь с этим, — в сердце Цзян Цзинчуаня характер Су Янь слишком мягок, чтобы иметь дело с подобными вещами. Если что-то случится, он сам должен с этим разобраться.

— Неужели ты думаешь, что я так слаба? — Су Янь улыбнулась, она не хотела играть в эти игры даже во дворце, не то чтобы она хвасталась, но если бы эта коротко стриженная девушка была в гареме, боюсь, она не смогла бы сохранить свою жизнь.

Цзян Цзинчуань вздохнул, она не поняла смысла и подумала, что он назойлив.

— Это не то, что я имел в виду, — неохотно объяснил мужчина, — такого рода вещи должны быть решены мной. В конце концов, это случилось из-за меня. Для меня вполне естественно решать такие проблемы. Если с провокацией женщины должна справляться моя жена, то слабым человеком стану я, не так ли?

Он сделал паузу и продолжил говорить:

— Я вырос и видел много женщин, обращающих внимание на моего отца. Большинство женщин имели дело с моим отцом до того, как моя мать узнавала об этом, и до сих пор отношения между ними очень хорошие. Я думаю, что мне нужно учиться у своего отца.

Су Янь вздохнула с облегчением и выразила свою признательность за осторожность Цзян Цзинчуаня. Хорошо, что ей не нужно постоянно напоминать ему об этом. У него уже есть эта концепция, которая действительно обнадеживает.

Думая об этом, Су Янь восхищалась матерью Цзян. Само собой разумеется, что теперь она может иметь неторопливые мысли и иметь настроение культивировать чувства с Цзян Цзинчуанем.

Очень приятно иметь хорошую свекровь.

Думая об этом, Су Янь взглянула на спину Цзян Цзинчуаня.

— Беги!

Цзян Цзинчуань не знал, плакать ему или смеяться. Он что, лошадь?

— Почему ты не бежишь? — видя, что Цзян Цзинчуань все еще медленно идет, Су Янь была недовольна. Даже черепахи двигаются быстрее.

— Я не могу бежать, — Цзян Цзинчуань намеренно поддразнивал ее. — Человек, которого я несу, слишком тяжел.

— Ты не побежишь? — Су Янь лизнула его шею.

— Бегу, бегу, — Цзян Цзинчуань побежал рысью, и девушка рассмеялась.

Что бы она ни держала в своем сердце, как бы ни относилась к Цзян Цзинчуаню, по крайней мере в этот момент ее улыбка была искренняя.

***

Увидев аккаунт Цзян Цзинчуаня в социальных сетях, Ван Сыци так разозлилась, что потеряла аппетит. Она заперлась в доме и разбила все, что можно было. В комнате царил беспорядок.

Она стояла у витражного окна и разговаривала по телефону. Человек на другом конце провода сказал, что Шэнь Пэйжань готовится учиться за границей, она чувствовала, что все идет в неправильном направлении.

Когда Чжан Силинь получил звонок от Ван Сыци, он бросился к ней. Он был потрясен, когда вошел.

— Что случилось?

Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 34.2

Увидев обновление на страничке Цзян Цзинчуаня, Ван Сыци от злости потеряла аппетит. Она заперлась в комнате, разбросала все, что только можно было, устроив полный бардак, а теперь встала у панорамного окна и позвонила. Когда она услышала на другом конце, что Шэнь Пэйжань собирается ехать на учебу заграницу, ей совсем поплохело.

Ее друг Чжан Силинь примчался сразу же после звонка, он перепугался не на шутку: «Что случилось? Из-за чего весь шум-гам?»

— Шэнь Пэйжань уезжает за границу, — Ван Сыци была настолько разгневана, что бросила телефон в Чжан Силиня. — Посмотри, что выложил у себя Цзинчуань. Он собрался в путешествие с этой мерзавкой Су Янь!

Это оказалось не тем, чего ожидал услышать Чжан Силинь.

Он бросил косой взгляд на телефон, а затем присел и спросил:

— Что насчет Шэнь Пэйжаня?

— Я раньше провоцировала его, думала, что он хоть что-то предпримет... Откуда же мне было знать, что он решит свалить в другую страну?! Как можно быть таким дебилом?! — Ван Сыци перестала быть похожей на саму себя, она была почти в истерике.

Ей и так было ужасно стыдно за тот случай, когда Цзян Цзинчуань вернул кофеварку, которую она ему подарила, а потом еще и указал ей, как она «была не права». Это все ладно, сейчас, когда он собрался в путешествие с Су Янь, терпение Ван Сыци иссякло, она просто не могла больше вынести такого.

Чжан Силинь вздохнул и с чувством сказал:

— Ты ошибаешься. Что бы ни предпринял Шэнь Пэйжань, он не сделал бы ничего, чтобы навредить Су Янь. Потому что он ее любит, а для мужчины чувства значат многое. Я разве тебе не говорил, сделай так, чтобы Шэнь Пэйжань увиделся с Су Янь, а потом пусть их вдвоем застанет Цзян Цзинчуань. Конфликт за один день не делается, ты должна быть терпелива.

— Как бы Шэнь Пэйжань ни был зол, насколько бы он ни потерял рассудок, он не падет так низко, чтобы причинить Су Янь страдания, он не такой, это невозможно!

Ван Сыци с гневом посмотрела на собеседника:

— Я думала, что он... — и замолкла.

— Думала, что он разозлится и побежит ее насиловать? — молодой человек рассмеялся. — Ты же обычно умная, что с тобой, почему ты не подумала своей головой? Шэнь Пэйжань прекрасно знает, что Су Янь вышла замуж за Цзян Цзинчуаня и все равно хочет быть с ней. Такие чувства на дороге не валяются. К тому же, он не псих, чтобы на Су Янь злость спускать, только потому, что ты так захотела. Был бы он психом, первым бы огреб твой любимый Цзян Цзинчуань.

Он не понимал, почему Ван Сыци так оплошала. Мужчины, ведь, в таких случаях не идут сводить счеты с девушкой. Им нужно разобраться по-мужски.

Ван Сыци замолкла. Она тоже присела и с жалким видом спросила:

— И что же мне делать? Теперь Пэйжань уехал, зацепиться не за что...

— Ошибаешься, — Чжан Силинь с детства был очень озорным и играл на стороне Сыци, поэтому она ему полностью доверяла.

Услышав о том, что у приятеля есть идея, девушка мигом взбодрилась:

— Ну, говори же!

— Шэнь Пэйжань нас больше не интересует, смотри, сейчас Цзинчуань и Су Янь как раз уехали, как у тебя отношения с мамой Цзинчуаня? Шепни ей кое-что на ушко, пусть выкусит эта Су Янь.

Чжан Силиню не нравилось то, как Ван Сыци бегала за Цзян Цзинчуанем. При ее-то данных увлечься таким... но друг есть друг, приходится помогать.

Ван Сыци сразу же поняла, что он имеет в виду:

— Цзинчуань очень дружен с мамой, если она... — она что-то вспомнила и покачала головой, — не пойдет, мы с ней не настолько близки, если я ни с того ни с сего начну ей что-то говорить... Разве так можно?

Чжан Силинь закатил глаза:

— Тебе необязательно рассказывать, что невестка изменяет ее сыну, просто намекни, этого будет достаточно.

Ван Сыци сейчас проигрывает. Цзян Цзинчуань, скорее всего понял, что у нее на уме. В последнее время он почти не отвечает на ее сообщения в WeChat, а когда она пошла к нему в компанию, его секретарь сказала, что он не на месте. В общем, было ясно, что он начал ее избегать.

Этот факт просто выводил ее из себя. И все из-за этой стервы Су Янь.

Подумав об этом, Ван Сыци решила воспользоваться советом Чжан Силиня и на утро следующего дня захватила немного свежей черешни и отправилась в дом семьи Цзян. Бабушка и дедушка Цзян отправились рыбачить, отец Цзинчуаня пошел ремонтировать машину, дома была только его мама, которая как раз собиралась было прилечь, как в гости заявилась Ван Сыци.

Хотя она и знала хорошо Ван Сыци, как-никак девочка выросла у нее на глазах, однако их семьи не были так уж тесно знакомы, чтобы ходить друг другу в гости без предупреждения.

— Сыци, ты решила заглянуть? Проходи! — улыбнулась хозяйка дома.

— Друзья мне тут завезли свежей черешни, я проходила мимо и решила занести вам чуть-чуть, — девушке было некомфортно это говорить. Хотя в здешнем обществе все ее любили, всем она нравилась, да и сама Ван Сыци тоже предпочитала быть со всеми на короткой ноге, однако именно с тетей Цзян ей сблизиться не удавалось, хотя та и являлась матерью ее возлюбленного.

А в этот раз она, стиснув зубы, решила все-таки сделать это, хотя и боялась.

Госпожа Цзян улыбнулась:

— Как мило с твоей стороны. Останься у нас и перекуси.

Она не спросила ничего о планах гостьи, отношение у нее было хоть и не такое отчужденное, но и не слишком располагало.

— Что вы, что вы, я пришла совсем ненадолго. Мне скоро надо будет уйти, после обеда в компании запланированы дела, с которыми нужно разобраться, — Ван Сыци сделала глоток чая и решительно произнесла: — Цзинчуань вместе с Су Янь ведь отправились в путешествие? Как я им завидую, тоже очень хотелось бы поехать в отпуск, но эти дела все никак не заканчиваются!

Госпожа Цзян подняла свою чашку, чтобы насладиться ароматом напитка. на ее лице появилась легкая улыбка:

— Цзинчуань все тоже был занят и никак не мог освободиться, они все откладывали медовый месяц. Хорошо, что Су Янь такая понимающая. Сейчас вот удалось поехать, — женщина сделала паузу и сказала: — Сыци, ты ведь будешь строить большую карьеру, тебе придется унаследовать семейный бизнес, поэтому и приходится так выкладываться.

— Я так рада, что у них такие хорошие отношения! Раньше Цзинчуань все угрюмый ходил, я говорила ему, что его бабушка и дедушка подберут для него только лучшую партию. Вот теперь вам можно успокоиться и ждать внуков, — Ван Сыци мило улыбнулась, будто и не скрывала других намерений.

Госпожа Цзян кивнула.

— Да, пришло время нашему угрюмому стать, наконец, счастливым. Наша Су Янь и внешне и внутри прекрасная, ее полюбили не только дедушка с бабушкой, но и мы с папой тоже.

Женщина так высоко оценила Су Янь, что Ван Сыци занервничала, как же ей теперь перейти к тому, для чего она пришла. Но не сказать нельзя, она никогда себе не простит упущения.

— Представляете, я пару дней назад встретила ее друга, может вы слышали, из семьи Шэнь, которые в северной части города живут. Они раньше вместе учились, а я вот наткнулась случайно, как тесен мир! — на этом девушка решила пока остановиться, чтобы не вызвать лишних подозрений.

Госпожа Цзян ненадолго задумалась, будто бы что-то припоминая о семье Шэнь. Они раньше были очень состоятельные, а сейчас вроде как у них какие-то финансовые трудности. Госпожа Цзян всегда старалась запоминать всех людей, которых встречала на приемах и других мероприятиях, чтобы не пришлось теряться при встрече. Она вспомнила, что у семьи Шэнь как раз есть сын примерно того же возраста, что и Су Янь.

Она не понимала, к чему клонит Ван Сыци. От ее глаз не могли укрыться те чувства, что девушка питала к ее сыну, однако ей самой Ван Сыци не нравилась, уж слишком она мудреная, не подходит Цзинчуаню.

Похоже, что госпожа Цзян разгадала истинные намерения гостьи и теплым голосом сказала:

— И правда какое совпадение, что вы встретились. Мы с Су Янь хорошо ладим друг с другом, она такая милая, открытая и, главное, сор из избы не выносит. Я сначала переживала, что с таким характером ее легко будет кому-то подставить. Некоторые люди так и думают, как вставить палки в колеса, она бы с таким не справилась. Но с другой стороны хорошо, что она такая честная, не ходит вокруг да около, а прямо говорит, что у нее на сердце. Я все время напоминаю сыну, чтобы он хорошо оберегал ее. Я сейчас очень рада, что у них такие хорошие отношения.

— Ах, Сыци, ты уже тоже такая взрослая! Ни с кем не встречаешься?

После этих слов Ван Сыци побелела, она не понимала, где просчиталась. Теперь ей ничего не оставалось, кроме как сдержать эмоции и покачать головой.

— Нет, откуда мне такое счастье, но я не тороплюсь, сейчас вся в работе.

— Но и про личную жизнь не забывай. Вот взять, например, Цзинчуаня. Стоило ему жениться, как на работе дела не то что застопорились, даже лучше все пошло. Я вообще часто мужу говорила, что в выборе невесты не стоит слишком принципиально подходить к вопросу достатка. У девушек из бедных семей зачастую качества характера намного лучше, чем у всяких белоручек. Поэтому для Цзинчуаня лучше найти ту, которая будет ему нравиться. Дедушка с бабушкой постарались на славу. Сыци, в одном ты все-таки права, пришло время ждать внуков! Тебе тоже удачи, чтобы мы поскорее на твоей свадьбе погуляли.

Госпожа Цзян была сама родом из деревушки Цзяннаньшуй. Хоть она давным-давно переехала в город, характерный приторный акцент все-таки остался. Ван Сыци захотелось сразу же встать и уйти.

Она не выдержала и сухо улыбнулась:

— Тетя, я, пожалуй, не буду больше вас беспокоить, У меня там дела. В следующий раз поболтаем с вами.

Госпожа Цзян встала и тепло кивнула гостье.

— Хорошо, спасибо, что зашла.

После ее ухода, женщина в приподнятом настроении направилась в спальню, чтобы вздремнуть. Она ни капельки не переживала по поводу слов Ван Сыци. Еще в день свадьбы она приняла решение никак не вмешиваться в дела молодоженов. Самое главное, она была уверена, что он сможет со всем разобраться самостоятельно, а еще она доверяла своей интуиции.

Ван Сыци было очень далеко как до внешности Су Янь, так и до ее душевных качеств. Госпожа Цзян прекрасно понимала, кому стоит больше доверять, чужому человеку с недобрыми намерениями или своей невесте. Но женщина решила все-таки предостеречь сына от этой Ван Сыци, уж слишком девушка коварна.

В это время Цзян Цзинчуань нежился со своей новоиспеченной супругой. Погода сегодня уже стала намного лучше, а у них на заднем дворе виллы как раз был открытый бассейн. Цзян Цзинчуань предложил поучить Су Янь плавать.

Она же противилась, так как не хотела переодеваться в купальник, уж слишком тонкий был материал:

— Давай без меня.

Мужчина легонько хлопнул ее по макушке.

— Давай, переодевайся, в такую жару лучшее дело – это плавание!

Су Янь не могла заставить себя надеть купальник, ей было очень некомфортно, будь он хоть слитный, хоть раздельный.

Но в душе ей самой очень хотелось залезть в воду. В конце концов она сказала:

— А можно я не купальник надену, а вот так залезу, в этой одежде?

Цзян Цзинчуань чуть было не согласился. Он подумал, что она просто стесняется и предложил сверху набросить накидку.

Но Су Янь яростно воспротивилась, села и потухшим голосом сказала:

— Не хочу!

Девушка не кокетничала, она правда не могла себя заставить выйти на улицу в одежде, ничем не отличающейся от нижнего белья. Она и юбку короткую никак принять не может. Это выше ее сил.

Цзян Цзинчуань решил мягко ее уговорить:

— Там сейчас никого, кроме меня тебя никто не увидит.

— Так ты-то есть! — пробормотала Су Янь. Что там его, она даже саму себя стеснялась.

— Так я твой муж, чего я там не видел? — тихо спросил он.

— Нет! — Су Янь резко вскочила и закрыла мужу рот. Девушка покраснела. — Не произноси этого!

Мужчина опешил:

— Так ты что теперь, никогда плавать не будешь? Ты вообще когда-нибудь плавала в бассейне?

Эти слова заставили Су Янь замереть в ужасе. И правда, нельзя ведь так, всю жизнь избегать плавания только потому что она стесняется носить купальник.

Если у нее и на это не хватит смелости, то как же быть дальше?

Она хотела как можно скорее стать «своей» в этом времени, влиться в общество.

Цзян Цзинчуань заметил, что она заколебалась и продолжил:

— Я же говорю, кроме меня тебя никто не увидит, надень вот этот. Вообще, честно говоря, я буду выглядеть намного уязвимее тебя.

— А вот в таком, смотри, на мне кроме плавок этих ничего нет, сверху все открыто, а у тебя хотя бы две части тела будут закрыты. Я прямо безоружен!

От такого наглого заявления девушка впала в ступор.

— Вот как мне теперь плавать идти? А что, если ты на меня обопрешься? Вообще будет выглядеть, будто ты ко мне пристаешь!

Су Янь едва сдерживала смех, но махала рукой, отказываясь идти.

— Нет, нет и нет! — Цзян Цзинчуань потянул на себя ее руку, провел по груди, опустил к прессу. — Давай же, приставай ко мне, не останавливайся.

— Извращенец! — Су Янь со смехом отдернула ладонь.

— Ну все-все, давай, переодевайся, я возьму тебе полотенце, можешь закутаться, если не боишься жары.

Су Янь долго еще колебалась, а затем взяла красное бикини и отправилась в сторону ванной комнаты.

Когда она, мешкая и зажимаясь, наконец, вышла оттуда, Цзян Цзинчуань взглянул на нее и обомлел.

Кожа у Су Янь сама по себе белая, а красный купальник отлично подчеркивал ее белизну, накидка сверху едва прикрывала бедра, подчеркивая прямые и красивые ноги. Мужчина не знал, куда смотреть, он просто повернулся и пробормотал:

— Я еще раз проверю, нет ли там больше никого. Если есть, то прогоню.

Он не хотел, чтобы кто-то еще видел прекрасное тело его жены.

Су Янь было некомфортно, но от этих его слов она рассмеялась и быстро закуталась в полотенце.

«Так намного лучше».

Цзян Цзинчуань оценил обстановку снаружи, убедился, что никого нет и вывел Су Янь.

Он сразу подошел к бассейну и в шутку забрызгал ее водой.

Девушка сначала просто сидела и не смела войти полностью, только мочила ноги и смотрела, как плавает муж. А потом и ей захотелось окунуться.

Цзян Цзинчуань вынырнул, протер рукой мокрые волосы, ухмыльнулся и потянул Су Янь прямо в воду. Она перепугалась, по глубине там было метра полтора и схватила мужа. Девушка тяжело отдышалась, а потом, не думая, просто укусила его за плечо и со злость сказала:

— Нечего меня пугать!

— Пойдем, я научу тебя.

Он начал объяснять ей все движения. Су Янь хоть и было неловко, но она думала, что наверное, так и должно быть, когда учишься плавать, и послушно барахталась в воде.

Обычно в воде всем нравится, за исключением тех, у кого есть фобия.

Су Янь получала от плавания удовольствие, она не хотела вылезать и все мечтала поскорее научиться плавать так же, как и ее муж, который чувствовал себя в воде свободно, будто родился рыбой.

Цзян Цзинчуань держал Су Янь, а затем сказал:

— Сними лучше эту накидку, она сковывает твои движения.

Су Янь настороженно посмотрела на него, она все никак не могла расслабиться:

— Зачем это? Что ты хочешь сделать?

— С чего ты это взяла? — он потянул ее за руку, чтобы она проплыла немного: — Видишь? Тебе будто что-то мешает, без этой накидки ты научишься намного быстрее. Сними и почувствуешь облегчение, вот увидишь.

Она посмотрела на него без всякого выражения и хмыкнула:

— Тогда не буду учиться.

«Это уже полная ерунда!» — подумал Цзян Цзинчуань и решил действовать.

— Что ты делаешь?! — со злостью спросила она мужа, который потянулся руками к ее одежде.

— Ты знаешь, — невинным голосом заявил Цзян Цзинчуань, — я ведь не просто плавать сюда пришел! И раз ты не хочешь учиться…

Кто же знал, что мужчина, услышав отказ, потянет ее к краю бассейна и закроет ей рот своими губами.

Они слились в страстном поцелуе. Цзян Цзинчуань уже потянулся, чтобы снять ее одежду, но Су Янь разгадала его намерения. Удерживая его руку, она сказала:

— Нет, только не здесь.

Су Янь могла такое позволить только в спальне, а еще лучше с выключенным светом и под одеялом.

— Почему? — Цзян Цзинчуань подумал, что она так противится, потому что боится забеременеть и прошептал ей на ухо: — Я взял все, что нужно с собой.

Су Янь не могла поверить своим ушам и со злость посмотрела на мужа.

«Он, значит, уже не планировал ничего хорошего, раз подготовился так основательно!»

— Не буду учиться! Из тебя никудышный учитель!

Глава 35

В итоге, плавать Су Янь так и не научилась, потому что близко отказывалась подпускать к себе Цзян Цзинчуаня в воде.

На следующее утро, небо только-только успело посветлеть, как Цзян Цзинчуань разбудил жену, чтобы вместе пойти встретить рассвет. Сказать, что он горел желанием это сделать, значит соврать. Большинство мужчин в зрелом возрасте предпочитают понежиться в кровати, нежели заставлять себя подниматься с мягкой постели ради какого-то там эстетического наслаждения красивым видом. Однако Цзян Цзинчуань решил, что такое должно понравиться Су Янь, они по всем канонам просто обязаны вместе встретить рассвет, проводить закат, наблюдать за воздушными облаками. Без этого никак.

Как оказалось, Су Янь была не из тех романтичных особ, к такому времяпровождению она не питала абсолютно никакого интереса, но ей пришлось пересилить себя, сдержать весь поток негодования и встать с постели, чтобы не расстраивать полного воодушевления мужа.

Однако раздражение быстро улетучилось, когда они вышли за пределы виллы и вдохнули свежий аромат морского бриза.

Они находились на острове, где почти круглый год лето. Это был сезон, когда погода считалась уже прохладной, однако в полдень выходить на пляж было равносильно тому, чтобы залезть с головой в духовку.

Обычно Цзян Цзинчуань предпочитал валяться в кровати до последнего, ведь для него это был первый отпуск за долгое время. Су Янь тоже поддавалась его влиянию. И пока они встанут, умоются, поедят, солнце как раз оказывалось в зените, и у обоих не было никакого желания идти на улицу.

А раз сидели дома, то чем лучше заниматься? Сидеть в стенах виллы, смотреть телевизор, дремать и так до пяти-шести часов вечера, только тогда они осмеливались выходить.

Су Янь с удовольствием потянулась, сняла обувь и пошла по пляжу. Песок был прохладным, а атмосфера невероятно уютной.

Для того чтобы это путешествие было еще идеальнее, Цзян Цзинчуань специально попросил своего помощника достать ему зеркальную камеру. Хоть он и не особо разбирался в такой технике, пришлось немного попрактиковаться и сейчас у него уже получалось что-то более или менее стоящее.

Хоть Су Янь и находилась все время на солнце, ее кожа оставалась все такой же белоснежной. Цзян Цзинчуань же успел потемнеть на несколько тонов. Смотря на свою белокожую жену, он все никак не мог налюбоваться.

На фотоаппарате почти все место занимали ее фотографии, хоть Цзян Цзинчуань был и не большой мастер красивых снимков, сделать ее фото неудачным было практически невозможно.

— Кажется, я понял, почему всех тянет покупать именно зеркальные фотоаппараты, — Цзян Цзинчуань сел на краю рифа и сфотографировал Су Янь сбоку, пока она не видела.

Су Янь была в полном восторге от того времени, в котором оказалась. Появились телефоны, фотоаппараты, а художники сейчас в разы искуснее, чем во дворце. Раньше она не особо любила рисование, так как все изображения казались однотипными и скучными.

— В смысле? — спросила Су Янь, которая абсолютно ничего не понимала в той штуке, которой управлял ее муж.

Цзян Цзинчуань смотрел на только сделанный снимки и, не поднимая головы, ответил:

— Потому что делать фото дорогих людей действительно затягивает.

Су Янь не сдержала улыбку, она не знала о том, насколько сейчас она нравилась ему, возможно, что его чувства намного сильнее симпатии, но это точно не любовь. Ее когда-то любили по-настоящему и она прекрасно знала, что это за чувства. Любовь безудержна и дает ощущение невероятной опоры. К сожалению, от мужа она этого не ощущала.

Однако ее это особо не расстраивало, ведь вместе они пробыли совсем недолго. Ее устраивал уже тот уровень отношений, который был у них прямо сейчас.

Су Янь понимала, что во многом он смотрит только на нее и не замечает других просто потому, что она по статусу его жена.

Подумав об этом, она оперлась на его плечо и тихо сказала:

— Цзинчуань, я правда, хочу, чтобы вот так было всегда. Это та жизнь, о которой я всегда мечтала.

Она действительно всей душой этого хотела, и она готова была проявить всю нежность и терпение по отношению к тому человеку, который даст ей возможность жить так, как ей хочется. Такие отношения более практичны и ощутимы, чем иллюзорная любовь.

Этого не мог понять император и Су Янь искренне надеялась, что Цзян Цзинчуань сможет это сделать.

В это время в городе отец Цзян Цзинчуаня вернулся домой. Увидев свежую вишню, он с любопытством спросил:

— Это домработница купила? Такие вкусные и спелые.

Госпожа Цзян только проводила своего учителя йоги после очередного занятия и невольно рассмеялась на этот вопрос:

— Жил когда-то человек, который хотел преподнести цветы Будде, но передвигая камень, чтобы достать их, раздавил собственную ногу.

Супруги Цзян женились по любви и всегда хорошо ладили друг с другом. Госпожа Цзян всегда следила за фигурой и здоровьем, некоторые даже верили, что она просто старшая сестра Цзян Цзинчуаня, а вот ее муж выглядел уже на более старший возраст и у него проглядывал живот. Су Янь больше всего восхищало в свекрови то, что за столько лет в браке, она до сих пор способна вызвать восхищение у своего мужа. Немногим такое удается.

Увидев реакцию жены, господин Цзян спросил:

— Так кто же?

Так как супруги ничего не скрывали друг от друга, госпожа Цзян не удержалась от смешка, вспомнив выражение лица Ван Сыци.

— Помнишь дочку семьи Ван? Это она принесла. Ну и лиса же эта девица.

Господин Цзян призадумался и, наконец, понял, о ком идет речь.

— А, ну да, одноклассница Цзинчуаня. А что такое?

— Я тебе говорю, она влюблена в Цзян Цзинчуаня, а сегодня наведалась к нам с этой черешней, чтобы наговорить на Су Янь. Еще думала, что я не пойму, — госпоже Цзян никогда не нравились эти девчонки из богатеньких семей, она здорово нахлебалась от них по молодости. Поведение Ван Сыци напомнило ей истории из прошлого, поэтому отношение к ней было испорчено окончательно.

— Быть не может, и что она такого сказала? — хоть господина Цзян не особо интересовали разговоры на подобные темы, однако проигнорировать жену он не мог.

Она же никак не могла рассказать ему всего содержания разговора, чтобы ненароком не вызвать у него недовольство по отношению к невестке, поэтому сказала:

— Ничего особенного, я даже внимания обращать на эту чепуху не стала. Эта Ван Сыци та еще штучка, конечно. Пусть сын с невесткой сами свои дела решают.

Хорошо, что ей не удалось проблем им доставить.

Госпожа Цзян с большим пониманием и сочувствием относилась к Су Янь, так как та, в определенной степени, напоминала ей саму себя в молодости. Тоже ничего не понимает, вышла замуж в богатую семью. Ей ко всему привыкнуть-то сложно, а тут еще попадаются вот такие люди с недобрыми намерениями. Это правда морально очень тяжело, поэтому свекровь считала себя обязанной стоять до конца за свою невестку.

К подробностям у господина Цзян не было никакого интереса, но его внимание привлекло другое:

— -Так дочери семьи Ван нравится наш сын? Когда это началось? — по его интонации можно было услышать долю сожаления об упущенной возможности.

Эти вопросы вывели госпожу Цзян из себя, она отбросила свою шаль и с полной серьезностью сказала:

— С чего это ты так спрашиваешь? Неужели, ты считаешь, что она бы лучше подошла нашему сыну?

Господин Цзян затронул запретную тему, он ведь знал о том, что жена очень чувствительно относится к этому вопросу. Он быстро замотал головой, и перешел к отрицанию:

— Нет-нет! Что ты, я совсем не это имел в виду, правда! Небом клянусь!

— Говорю тебе, наша Су Янь во всем лучше этой Ван Сыци, семейное происхождение тут абсолютно никакой роли не играет! И неужели ты думаешь, что нашему сыну может понравиться такая девушка? Если бы ему такие нравились, то дело было бы давным-давно уже решено. Давай расставим все точки над и. У тебя одна невестка, и это Сяо Янь! Что бы ни случилось, кто бы не хотел вставить ей палки в колеса, ты всегда должен защищать ее и быть на ее стороне, понимаешь?

Она была предельно серьезна в своих словах. Господин Цзян же с готовностью подчинился, ведь как никак, говорила эти слова его драгоценная супруга.

— Я, как мать, знаю, какие девушки нравятся и подходят моему сыну! Если ты желаешь для него мира, благополучия и полного дома внуков, то задумайся хорошенько над тем, что и как говоришь! Не надо смотреть сверху вниз на Су Янь, это мать твоих будущих внуков, понял?

Господин Цзян был сторонником консервативных взглядов, когда в брак вступают из семей с равным социальным статусом. Хоть он сам и выбрал для себя госпожу Цзян, однако оставался при своем мнении. Но критиковать себя, а тем более, его жену, он не позволял никому.

Что говорит жена, то и есть истина.

Он только закивал головой:

— Я все понял, дорогая, я ничего такого в виду не имел. Я никогда не пожелаю своему сыну развода, — он ведь прекрасно знал, что в расторжении брака выгоды нет никакой. Хоть брак по расчету и заманчив, но их семья в таком не нуждалась. Раз уж сын уже женился, то пусть будут всегда счастливы.

Пока супруга молчала, он решил этим воспользоваться, чтобы аккуратненько сменить тему:

— Это ведь у них медовый месяц получается, надеюсь, что Сяо Янь вернется оттуда уже с малышом в животе. Честно говоря, это так хорошо, когда в доме есть ребенок, когда Цзинцзин выросла, стало совсем скучно.

— Скучно?! — вновь разозлилась госпожа Цзян. — Ты думаешь детей для развлечений рожают?

Господин Цзян втянул шею так, что стал чем-то похож на перепела, и больше не проронил ни слова.

— Тут я с тобой не согласна, надеюсь, что они попозже обзаведутся детишками, — госпожа Цзян вздохнула. — Хоть они сейчас души не чают друг в друге, но мы с тобой ведь бывалые люди и знаем, что в жизни, богатая она или бедная, всегда нужно пройти этап привыкания друг к другу. В это время и ссор будет немало. Вот если они переждут этот этап, а потом заведут ребеночка, будет намного лучше.

Женщина прекрасно понимала, что за эти шесть месяцев брака Цзян Цзинчуань и Су Янь только где-то месяц как по-настоящему прижились друг с другом. Это как влюбленность, первые три месяца все недостатки возлюбленного кажутся достоинствами, а со временем, когда первые ощущения проходят, наступает время недомолвок. Если Су Янь забеременеет в этот момент, то проблем молодые супруги не оберутся, да и для тела Су Янь такой стресс ничего хорошего не принесет.

***

В это время Цзян Цзинчуань и Су Янь, насладившись прекрасными видами рассвета, вернулись, чтобы еще вздремнуть. Их разбудил стук дождя по оконной раме. Прогноз погоды не всегда совпадает с внезапной реальностью.

Дождь – это, конечно, хорошо, воздух стал влажным, не то что та сухая жара, которая преследовала их каждый день. Однако по причине дождя перед молодыми супругами встала серьезная проблема. Можно сказать, проблема жизни и смерти.

Дело в том, что они жили не в отеле и никакой столовой у них не было. Дорога до ближайшего ресторана занимала минимум полчаса, а номер службы доставки они не записали. Выходить на улицу в такой ливень было просто невозможно, а в холодильнике хоть и были продукты, но Су Янь абсолютно не умела готовить, а Цзян Цзинчуань был способен только на то, чтобы сварить яйца или сделать рамен.

Они сидели вдвоем в гостиной за столом и ломали голову, как же быть дальше.

— Ты правда совсем не умеешь готовить? — с надеждой еще раз спросил Цзян Цзинчуань.

Если бы у них была лапша быстрого приготовления, он бы что-то еще придумал, однако они все обыскали, но на кухне было только мясо, овощи, и рис, а вот лапшой и не пахло.

Но нельзя же все время есть одни вареные яйца с рисом.

Су Янь посмотрела на мужа с недоумением, ей вообще никогда не приходилось что-то делать по кухне, всегда была прислуга.

— Нет, не умею.

В конце концов Цзян Цзинчуань достал компьютер, поискал в интернете рецепты с подходящими ингредиентами и предложил:

— Думаю, можно будет сделать яичницу с помидорами, в других рецептах мясо надо резать, а мы с тобой в этом не мастера. Подумаешь, одно блюдо, разберемся как-нибудь.

Су Янь не возражала. Каким бы чайником в готовке не был Цзян Цзинчуань, она была намного хуже, поэтому в роли шеф-повара выступил муж, а она - в роли его помощника.

У нее был опыт приготовления каши, поэтому она взяла рис, закинула в рисоварку, нажала кнопку и с чувством выполненного долга, наблюдала, как там загораются лампочки и начинается процесс готовки.

Рядом с ней Цзян Цзинчуань в фартуке разбивал яйца.

Он оказался абсолютно прав в выборе блюда: яичница с помидорами действительно не требовала кулинарного таланта.  Кое-как расправившись, блюдо поднесли ко столу. Су Янь попробовала и оценила все наивысшим образом:

— Очень вкусно, правда!

— Кроме вот этого, — Цзян Цзинчуань тоже сел за стол и попробовал свое творение, вкус был не то чтобы замечательный, но и не ужасный, есть было можно. А если учитывать, что это первое блюдо в его жизни, можно сказать, что вышло довольно неплохо.

— Мой муж потрясающий, во всех делах мастер! — невнятно произнесла Су Янь, все еще жуя еду, но говорила она искренне. На острове был китайский ресторан, но еда там странноватая, видимо, делали под вкус местных жителей. Поэтому для Су Янь эта яичница с помидорами стала самым вкусным блюдом за все время отдыха.

Цзян Цзинчуань был доволен, они правда сильно проголодались и съели все в два счета. Су Янь добровольно вызвалась мыть посуду.

Пока она этим занималась, к ним на виллу пришли гости. На острове много разных домиков, но все они были расположены на приличном расстоянии друг от друга. Когда Цзян Цзинчуань открыл дверь и увидел пару, от удивления у него поднялись брови, он только было хотел что-то сказать, как девушка его опередила:

— Лео сказал нам вчера, что в этом домике тоже отдыхают китайцы, вот это совпадение! Мы ваши соседи, тоже на отдых приехали.

Цзян Цзинчуань увидел, что снаружи все еще льет дождь, быстро отступил от порога и жестом пригласил гостей внутрь.

Это были весьма добродушные молодые люди, с собой они принесли бокс с едой и девушка с улыбкой сказала:

— Сегодня так распогодилось, а до заведений с едой как-то далековато, поэтому мы приготовили побольше еды и решили поделиться, не знаем, ели вы еще или нет.

По акценту Цзян Цзинчуань понял, что они с севера. Неудивительно встретить китайцев на острове, но то что они живут по соседству и правда большое совпадение. Цзян Цзинчуань хоть и не любитель общаться с незнакомцами, но правила приличия все же соблюдал, поэтому улыбнулся и сказал:

— Спасибо! Мы только что поели. Ах да, не хотите чего-нибудь выпить? У нас есть кола и пиво.

— Пиво! — в один голос ответила парочка.

— И правда два сапога пара, — Цзян Цзинчуань еще шире улыбнулся и достал из холодильника две бутылки пива и протянул гостям.

Как раз в этот момент из кухни вышла Су Янь, она услышала незнакомые голоса. Увидев гостей, она им улыбнулась, а Цзян Цзинчуань представил:

— Это наши соседи, — затем он обратился к гостям: — Это моя жена.

Чжоу Лу впервые в жизни столкнулась с такой красивой девушкой и невольно застыла, не произнося ни слова. Ее муж глянул на нее сердито и обернулся к хозяевам с виноватой улыбкой:

— Прошу прощения, она у нас активный член партии «За красивую внешность». Она просто не может оторвать взгляд от человека с красивой внешностью, независимо от пола.

Эти слова рассмешили Цзян Цзинчуаня и Су Янь, им очень понравились их новые знакомые.

Они полны энтузиазма и с ними легко общаться, будто бы уже много лет знакомы. Через некоторое время они уже все вместе засели на диване смотреть фильм. Парня звали Сюй Цзянпин, он опытный программист, а девушку, как уже было упомянуто - Чжоу Лу, она являлась коучером*.

п.п. Коучер – это консультант, индивидуально содействующий решению профессиональных либо личных задач.

Они вместе учились и начали встречаться, скоро планировали пожениться. Они решили отправиться в медовый месяц заранее, до свадьбы, чтобы посмотреть, как пойдут отношения. Если все пройдет без проблем - свадьбе быть, а если нет, то можно еще потянуть.

— Честно говоря, мы пришли чисто телек посмотреть, у нас на вилле там все на английском, ничего не понятно.

Фильм, который выбрал Цзян Цзинчуань, естественно, был не про любовь, поэтому девушкам было совсем не интересно. А вот парни увлеченно засели с пивом, время от времени комментируя сюжет.

Поэтому Чжоу Лу и Су Янь отошли на другую сторону и начали болтать обо всем на свете.

— Вы только поженились? — с любопытством спросила Чжоу Лу, захватывая закуску.

Она распознала в Су Янь мягкость характера, Су Янь же, к сожалению, никак не могла отвертеться от такого прямого вопроса.

— Да нет, уже полгода прошло, — ей понравилась Чжоу Лу, она вообще любила прямых людей. Пусть они иногда и могут раздражать, но все лучше, чем те, которые лукавят.

— Муж у тебя прямо интеллигент, а чем вы занимаетесь?

Су Янь чуть задумалась:

— Я безработная.

— Так ты домохозяйка на полный рабочий день? Уважаю! Это намного сложнее, чем ходить каждый день на работу.

— Не совсем, — ей вообще ничего делать не приходилось, разве это можно считать профессией домохозяйки,

— А кто у вас дома за хозяйство? — Чжоу Лу было интересно все, что касается семейных вопросов, ведь она тоже готовилась вот-вот вступить в брак. Она решила понабраться опыта у Су Янь.

— Не знаю, у нас есть домработница.

Чжоу Лу не была удовлетворена ответом и продолжила:

— И кто же стирает, готовит?

Су Янь с трудом попыталась вспомнить, и, заламывая пальцы рук, ответила: — Ну, стирают, наверное, наемные работницы, а готовит повар.

И тут до Чжоу Лу, наконец, дошло, что перед ней настоящая бриллиантовая невестка, которой не дают ничего делать по дому. Ее супругу только и остается, что любить ее и оберегать. По словам Су Янь стало понятно, что семья у них весьма состоятельная.

— Хорошо, что я не успела тебе посочувствовать, — Чжоу Лу это ничуть не смутило, напротив, ей еще больше стала нравиться собеседница.

— И правда, сочувствовать тут нечему, — со смехом ответила Су Янь.

— Я своему парню сразу сказала, что возьму на себя уборку и стирку, а он пусть занимается приготовлением еды и мытьем посуды. Не быть мне такой удачливой как ты, конечно, но вот посуда и готовка это прямо вообще не мое, лучше на улице побираться, — Чжоу Лу любовалась ухоженной и аккуратной внешностью Су Янь и горестно вздыхала.

На планете таких девушек одна на миллион.

Но к женщинам мир еще слишком суров. Хоть уже много лет как говорят о равноправии, реальные перемены вряд ли начнутся в ближайшее время.

— А ты устаешь на работе? — с любопытством поинтересовалась Су Янь.

— Еще как! — Чжоу Лу размякла на диване. Мысли о работе вызвали у нее головную боль. Все эти дела будто бы нависли огромной горой на ее плечах, и даже на отдыхе ее не покидало ощущение скованности и напряжения.

— Я сейчас помогаю одному человеку организовать выставку керамики, у меня такая идея, чтобы все вокруг украсить вышивкой. Однако, пока не получается. Что у меня, что у заказчика обсессивно-компульсивное расстройство, мы оба напрочь не хотим ничего рыночного и не можем найти то, что подойдет под концепт. Просто ужас как надоело, даже на отдыхе расслабиться не могу.

— Керамика и вышивка? — у Су Янь защемило в сердце.

Чжоу Лу кивнула:

— Заказчик организует все для своего деда, а тот занимается керамикой. Эта выставка что-то вроде подарка ему на юбилей. Это уже пару месяцев все идет, а помимо того дел тоже невпроворот. Не знаю, как найти человека, который нам сделает всю эту вышивку, сейчас вернусь и снова возьмусь за этот вопрос. Есть одна старая женщина, но маловероятно, что она согласится.

Су Янь, поддавшись внезапному порыву, вдруг резко сказала:

— Я могу попробовать.

Она сказала... и пожалела об этом, в то время как глаза Чжоу Лу загорелись:

— Что, правда? У меня все с собой, нужно только вдохновение. Ты правда умеешь?

Слово не воробей, к тому же Су Янь и правда заинтересовалась, она кивнула:

— Могу немного, но я не профессионал в этой области, поэтому сильно на меня не рассчитывай.

Когда она жила во дворце, особо заняться было нечем, ложились рано, вставали рано, ели. В оставшееся время Су Янь решила себя развлечь чем-то, развить какие-нибудь навыки. Иногда она играла на инструментах, иногда занималась каллиграфией, а иногда вышивала подарки императору. В этом мире все для нее было новым, но чужим. Упоминание о вышивке напомнило ей о прошлом.

К тому же, она хотела доказать, что не абсолютно бесполезна, что она может дать миру больше, чем просто красивую внешность.

Чжоу Лу с воодушевлением бросилась из комнаты и вскоре вернулась с материалами для рукоделия. Это привлекло внимание Цзинчуаня и Сюй Цзянпина.

Под взглядами трех человек, Су Янь засмущалась:

— Чего вы так на меня смотрите?

Цзян Цзинчуань был удивлен:

— А я и не знал, что ты такое умеешь.

— Училась немного, — Су Янь была рада показать свои таланты мужу. Доказать, что она получила хорошее воспитание.

Ее воспитала вдовствующая императрица, женщина надеялась, что Су Янь выйдет замуж за наследного принца или генерала, поэтому подготовка шла серьезная. Она была мастерицей и знала все нормы этикета на уровне знатных принцесс.

Девушка села, выпрямив спину и слегка склонив голову, а затем аккуратно начала вышивать. Эти движения будто бы глубоко просели в ее подсознании.

Будто бы она всегда так делала.

Взгляд Цзинчуаня поднялся от ее рук к лицу, и он понял, что совсем не знает свою жену, она всегда удивляла его.

Чжоу Лу тоже замерла от удовольствия и вздыхала:

— Честно говоря, если ее сейчас нарядить в традиционный наряд, то будет один в один благородная девица из древности.

Сердце Су Янь забилось сильнее, на лице появилась улыбка:

— Неужели до такой степени?

Это напомнило ей о прошлом, как она сидела у окна, за которым тихонько моросил дождь, рядом помахивали веерами дворцовые дамы, никто не смел произнести ни слова, а она сидела на скамейке и, совсем как сейчас, вышивала. Та жизнь была скучной, но спокойной.

Она тогда и представить не могла, что окажется в другом мире. В этот самый момент она поняла, что все-таки тоскует по дому. Хоть там она словно находилась в клетке, но, совсем неосознанно, полюбила ту клетку, бывшую ей домом. Сможет ли она еще вернуться туда, если вдруг появится такая возможность? И захочет ли?

Су Янь не знала и отбросила эти мысли.

Чжоу Лу, говорившая все напрямик, опять вздохнула:

— Я себя рядом с тобой прямо служанкой чувствую, еще и деревенской к тому же! Ха-ха-ха, правда.

Сюй Цзяньпин кивнул головой:

— Точно.

— Эй! — Чжоу Лу недовольно ущипнула его.

Молодой человек сморщился от боли, рассмешив Су Янь.

Цзян Цзинчуань молчал, он наблюдал за Су Янь и был полностью согласен с Чжоу Лу. Раньше он как-то не думал о происхождении Су Янь, но эти манеры просто уникальны, она не похожа ни на кого.

Он вспомнил о картинках с красивыми людьми древности, которые видел у своего дедушки в кабинете, когда был ребенком. Су Янь ассоциировалась у него с ними.

Су Янь вышивала все утро, не меняя позы. Чжоу Лу слегка вздремнула, а потом посмотрела на почти законченную вышивку и в чувствах заявила:

— Это слишком трогательно, я сейчас заплачу. Неужели моя проблема решится так легко? Су Янь, это то, что мне нужно, пожалуйста, помоги мне!

Су Янь смутилась, эта работа отнюдь не дотягивала до дворцовых мерок, но тоже была неплоха.

Девушка замерла от волнения, она просто хотела попробовать и не думала, что таким образом найдет себе работу.

— Су Янь, я знаю, что в деньгах ты не нуждаешься, та сумма, которую я могу тебе предложить, вряд ли дотягивает до твоего уровня, только, — Чжоу Лу сделала паузу и хитро улыбнулась, — неужели ты не хочешь, чтобы больше людей увидели твой талант, ты ведь не зря училась!

Су Янь задумалась.

Чжоу Лу больше ее не уговаривала, а просто протянула свою визитку:

— Давай, продолжай, я хочу посмотреть на результат, а насчет сотрудничества подумай. Я договорюсь, чтобы оплата была самая высокая.

До этого момента Су Янь совершенно не задумывалась о работе, считая, что ее навыкам из прошлой жизни не найти здесь применение. А тут будут зрители и даже денег можно заработать.

Чжоу Лу ушла, у Су Янь от вышивания устали глаза, и она отложила работу. Задумавшись, она смотрела в окно, а Цзян Цзинчуань приобнял со спины, опустил подбородок ей на макушку и тепло спросил:

— Что будешь делать?

— Соглашусь.

— Чжоу Лу сказала, что она как твоя прислужница, а я прямо твой охранник.

Су Янь легонько оттолкнула его локтем.

— Не смейся надо мной. -

— Я правду говорю! — Цзян Цзинчуань тяжело вздохнул. — Я знаю, что тебе предложила Чжоу Лу. Я не возражаю против того, чтобы ты вышла на работу, главное, что ты счастлива.

Су Янь была потеряна:

— Я никогда не думала, что смогу зарабатывать. Я считала, что ходить на работу утомительно.

Она просто хотела спокойно проводить свои дни и стремилась к спокойствию, поэтому работа как-то не входила в ее планы. Ее воспитали так, что обеспечивать ее обязан мужчина, во дворце - император, а в этом мире она не могла сразу поменять свое мировоззрение, поэтому целиком полагалась на мужа. Ей не казалось это неправильным.

Но теперь кого-то восхитила ее вышивка, она может помочь, да еще и заработать на этом неплохие деньги. Сама ситуация очень тронула Су Янь.

Цзян Цзинчуаня рассмешили ее слова, он погладил ее по макушке и еще крепче обнял:

— Не думай об этом, если тебя это радует и ты хочешь этим заниматься, то вперед, а если нет – всегда можешь прекратить.

— Угу, — угрюмо ответила Су Янь.

— Ах да! — Цзян Цзинчуань вспомнил, как смотрел в детстве с бабушкой исторические сериалы. В его голосе звучала надежда: — В древности все эти дворцовые дамы и принцессы дарили своим возлюбленным вышитые платки, можешь сделать такой для меня?

— Тебе хочется? — Су Янь была взволнована. Точно, как она могла забыть и упустить такую возможность? Раньше она думала, что это не тот век, все уже совсем другое вокруг. Но нет, казалось бы, бесполезные навыки внезапно нашли себе применение.

Мужчина легонько кивнул, обнял ее за талию и нежно поцеловал:

— Хочется.

Су Янь тут же согласилась:

— Тогда я вышью для тебя, когда вернемся. Ты везде будешь его брать с собой?

— Конечно.

Ее до самой глубины души тронула эта ситуация. Она стежок за стежком вышила оставшуюся часть, получилось нежнее, чем любовное письмо или теплый поцелуй.

Вышивка была простая, и она закончила ее уже на следующий день. Чжоу Лу, увидев результат, еще больше утвердилась в своем намерении нанять Су Янь.

Она сфотографировала работу и отправила своему нанимателю в WeChat с подписью:

[Как насчет этого?]

Ответ не заставил себя ждать:

[Неплохо.]

Хоть на рынке сейчас можно найти всякого рода вышивку, но у остальных не хватало вот этого вот настроения, это не то творчество, которое можно увидеть на каждом шагу.

Чжоу Лу отправила довольный стикер и дописала:

[Познакомилась тут с девчонкой на отдыхе, она согласилась помочь. Думаю, теперь все получится.]

Лу Ян как раз был на званом обеде, это сообщение значительно приподняло его удрученное настроение. Он очень хорошо ладил с дедушкой, а тот занимался керамикой, начинал он ради заработка, а потом просто влюбился в это ремесло и погрузился в него полностью, иногда даже поесть забывал. А тут приближался его юбилей, внук захотел организовать для деда выставку керамики, осуществить, так сказать, его мечту.

Все те работы, которые ему ранее отправляла Чжоу Лу были красивые и изысканные, но, он считал, что в них не хватало особого чувства. Лу Ян не мог описать толком, каких чувств там не хватало, но на этот раз это было то, что нужно.

Чжоу Лу была по натуре болтушкой, когда Лу Ян похвалил ее, девушку понесло:

[Я тебе говорю, эта девчонка просто фантастической внешности. Она не только красива, у нее идеальный характер! И ты еще не видел, как она сидела за работой, если бы увидел, то погрузился бы в океан любви. Жаль, она у нас уже занята. Но парень тоже неплохой, к счастью, а то бы у меня сердце от горя разбилось.]

Лу Ян не хотел продолжать этот бесполезный разговор и не стал ничего отвечать.

Страница книги Ты выглядишь так, будто сделан из денег в интернете

Table of Contents

Глава 1. Цзян Цзинчуань

Глава 2. В семье Цзян последнее слово за господином Цзян.

Глава 3. Сначала нужно понять его ценность.

Глава 4. Тетя Ван чрезвычайно довольна тем, что Су Янь действительно открыла глаза

Глава 5. Улыбка Цзян Цзинчуаня

Глава 6. Он не хотел принуждать Су Янь.

Глава 7. Они только играли в мужа и жену, чтобы спасти репутацию.

Глава 8. Волнение на поверхности, но тишина внутри.

Глава 9. Это было еще одно испытание.

Глава 10. Ему пришлось нести горшок на спине?

Глава 11. Независимо от того, в какой форме измена, я не имею к ней никакого интереса.

Глава 12. Предупреждение не заводить роман?

Глава 13. Отказаться от гладкой и широкой дорожки?

Глава 14. Чувства - самые бесполезные вещи.

Глава 15. Обнять бедра старших.

Глава 16. Да, она принадлежит ему.

Глава 17. Просто следуй за мной

Глава 18. Я говорю только правду.

19 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 19. Я предпочитаю, чтобы другие обращались ко мне «госпожа Цзян»

20 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 20.1 Сяо Янь, я хочу обладать тобой

21 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 20.2 Сяо Янь, я хочу обладать тобой

22 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 20.3 Сяо Янь, я хочу обладать тобой

23 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 20.4 Сяо Янь, я хочу обладать тобой

24 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 21.1 Эмоции - самое мощное оружие

25 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 21.2 Эмоции - самое мощное оружие

26 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 21.3 Эмоции - самое мощное оружие

27 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 22.1 Хочешь ли ты быть госпожой Цзян или госпожой Шэнь, я поддержу тебя

28 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 22.2 Хочешь ли ты быть госпожой Цзян или госпожой Шэнь, я поддержу тебя

29 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 22.3 Хочешь ли ты быть госпожой Цзян или госпожой Шэнь, я поддержу тебя

30 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 23.1 Способ Цзян Цзинчуаня выразить свои чувства

31 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 23.2 Способ Цзян Цзинчуаня выразить свои чувства

32 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 23.3 Способ Цзян Цзинчуаня выразить свои чувства

33 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 24.1 Это место госпожи Цзян

34 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 24.2 Это место госпожи Цзян

35 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 24.3 Это место госпожи Цзян

36 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 25.1. Он не хотел, чтобы кто-то беспокоил его брак

37 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 25.2. Он не хотел, чтобы кто-то беспокоил его брак

38 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 25.3. Он не хотел, чтобы кто-то беспокоил его брак

39 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 26.1. Она уговаривала себя ничего не ожидать, но не могла не радоваться

40 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 26.2. Она уговаривала себя ничего не ожидать, но не могла не радоваться

41 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 27.1. Задушить конфликт на корню

42 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 27.2. Задушить конфликт на корню

43 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 28.1. Не очень опытный Цзян Цзинчуань чувствовал, что это была лучшая форма любви

44 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 28.2. Не очень опытный Цзян Цзинчуань чувствовал, что это была лучшая форма любви

45 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 29.1 :)

46 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 29.2 :)

47 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 30.1. Я боюсь рева львицы с восточного берега реки, как бы я осмелился жить в роскошном доме с наложницей?

48 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 30.2 Я боюсь рева львицы с восточного берега реки, как бы я осмелился жить в роскошном доме с наложницей?

49 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 31.1 Он хотел лично сказать ей: «Мне очень жаль».

50 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 31.2 Он хотел лично сказать ей: «Мне очень жаль».

51 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 31.3 Он хотел лично сказать ей: «Мне очень жаль».

52 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 32.1 Поскольку ты не хотел этого брака, я не хочу, чтобы даже в вопросе о рождении ребенка ты не мог следовать своим чувствам.

53 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 32.2 Поскольку ты не хотел этого брака, я не хочу, чтобы даже в вопросе о рождении ребенка ты не мог следовать своим чувствам.

54 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 32.3 Поскольку ты не хотел этого брака, я не хочу, чтобы даже в вопросе о рождении ребенка ты не мог следовать своим чувствам

55 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 33.1 Жена прекрасна.

56 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 33.2 Жена прекрасна.

57 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 34.1

58 Ты выглядишь так, будто сделан из денег Глава 34.2

Глава 35

О книге