Глава 0 - Китайские слова

Ван - Княжеский титул обычно присваивался сыновьям императора. Как и другие благородные титулы, титул Ван мог передаваться потомкам мужского пола (хотя и не на неопределенный срок), таким образом, Ван мог быть внуком императора, правнуком и т. д. вместо сына.

Ди - статус детей, рожденных от законной жены. В отличии от шу детей, рожденных от наложниц, ди дети получали приоритет во всех вопросах, в том числе последовательности , где обычно только ди сын может добиться успеха семьи.

Шизи - формальный наследник дворянского титула. Его жену звали шизифей ( буквально: супруга наследника).

Цзюньчжу - может быть переведено как принцесса графства. Цзюньчжу - титул, который обычно давали дочерям Ван , на один уровень ниже, чем Гунчжу (принцесса, дочь императора).

Фамилия -ши: ши буквально означает фамилию или род. Когда женщина выходила замуж, фамилию не меняли. Вместо этого их будут называть [фамилия] - ши в семье, а [фамилия мужа] [фамилия] - ши снаружи. Хо Сюэ-ши означает, что она была женой мастера Хо и сама была дочерью клана Сюэ.

Чжэнь - так император называл себя перед своими подданными. Мэй переводится как «этот император».

Цзиньши - титул, присваиваемый ученым, сдавшим высшую степень имперского экзамена. В некоторых династиях только цзиньши могли поступить в академию Ханьлинь.

Академия Ханьлинь - академическое и административное учреждение в императорском Китае. Состоящая из элитной группы ученых, академия выполняла секретарские и литературные задачи для суда, а также служила питательной средой для начинающих бюрократов.

Фума - зять императора. Титул, присвоенный мужу принцессы.

Мама - высокопоставленная служанка среднего возраста. В отличие от девушек-служанок, они могли быть замужем и обычно имели более высокий авторитет.

Церемония заколки - церемония совершеннолетия для девочек. Обычно проводится в возрасте пятнадцати лет.

Тонклык - служанка также использовалась в спальне. В отличие от настоящей наложницы, тонклык, помимо сна со своим хозяином, еще выполнял свои обычные обязанности слуги. Она может стать наложницей, если ей будет оказана особая поддержка или после рождения ребенка.

Глава 1 - Дополнительный персонаж

Это было через 22 года после восхождения на престол императора Цзяньву. Новый год прошел, но температура все еще была низкой. Эта зима была долгой и мрачной. В календаре уже вошел второй месяц, а погода все еще не становилась теплее.

Вчера ночью снова шел снег. Рано утром вся столица была покрыта белым, с проблесками красной крыши и зеленой черепицей всех видов великолепных зданий. В восточной части города располагалось поместье маркизов Ичунь. Старая служанка, одетая в серо-коричневое пальто, поспешно побежала во двор Джиннин. Она шагнула через порог и, ненадолго оперевшись рукой на колонну, вздохнула, и в панике закричала: «Старшая юная мисс, плохие новости!»

Подняла занавеску молодая служанка с туго вязанным пучком волос. На вид ей было около пятнадцати или шестнадцати лет, что было лучшим возрастом для девочки, но когда она взглянула и приподняла брови, ее внушительная аура не потеряла ни малейшего импульса: «Что ты делаешь, уже так шумно на в этот час! Разве ты не видишь, что наша мисс внутри?»

«Сестра Лянь Цяо, у этого старого слуги срочные новости для молодой мисс! - закричала бабушка Чжэн и поспешно вошла в комнату. - Мисс, плохие новости!»

Правила для самых старших молодых мисс были строгими. Грубым девушкам-служанкам и старым служанкам вроде бабушки Чжэн разрешено входить только во двор. В дом могли входить только служанки второго сорта, а в будуар, где жила юная мисс, только служанки первого класса. Теперь Лянь Цяо увидела, что бабушка Чжэн пыталась войти в дом, она была так зла, что быстро заблокировала дверь: «Наглая, разве ты не знаешь правил? Ты думаешь, что можешь войти в дом по желанию?»

Лянь Цяо была первоклассной служанкой, которой также очень доверяла молодая мисс. В этом дворе ее очень уважали. Бабушка Чжэн обычно не решалась пересечь эту маленькую петарду. Но не зная почему, сегодня она осмелилась сразиться с Лянь Цяо. Она толкнула девушку рукой и сказала: «Сестра Лянь Цяо, у этого старого слуги действительно срочные новости…».

«Лянь Цяо».

Лянь Цяо немедленно остановилась, когда услышала голос. Даже шумная бабушка Чжэн успокоилась и послушно опустилась на колени перед дверью: «Старшая молодая мисс, у этой старой служанки действительно есть о чем доложить».

Интерьер дома был наполнен пышной вышивкой, и к тому же теплый, как весна, поистине образ благородной роскоши. Будуар отделяла внутренняя перегородка, загораживающая от посторонних взглядов. Через некоторое время вышла молодая служанка в бледно-розово-пурпурном пальто и мягко сказала: «Мисс дала разрешение. Вы можете войти».

«О, да!»

Бабушка Чжэн поспешила через роскошную комнату, затем направилась к блестящей перегородке. Это был ее первый визит в будуар старшей молодой мисс. Красивые и дорогие украшения вызывали у нее головокружение. Смутно она увидела красивый силуэт посреди комнаты. Бабушка Чжэн не осмелилась смотреть прямо на нее и быстро опустилась на колени: «Старшая молодая мисс».

«Говори, -  даже по своему силуэту юная девушка была уже очень красивой. Теперь даже ее голос был подобен нефритовому колоколу, - Что случилось?»

Бабушка Чжэн внезапно почувствовала неописуемую странность. Эту новость она услышала только что и была так удивлена, что у нее чуть глаза не вылезли. Затем, даже не обращая внимания на дорогу, все еще засыпанную снегом, она побежала назад, чтобы доложить старшей молодой мисс. Новость все еще не распространилась, и промах не был ясновидцем. Более того, сегодня она еще не вышла из своего двора, так что новость еще не должна быть во дворе.

Но, судя по тону старшей мисс, она ... Бабушке Чжэн внезапно пришла в голову нелепость. Как она могла чувствовать, что мисс уже знала?

«Мисс, поместье маркиза Цзиньён пришло отменить помолвку!»

Ченг Юйцзинь неподвижно смотрела на красивое и элегантное лицо, отраженное в зеркале, такое совершенное, как будто его нарисовали. Она медленно улыбнулась.

Конечно же, он пришел отменить их помолвку.

Эта новость была, как гром среди ясного неба. Старшая юная мисс только что обручилась с маркизом Цзиньён на двенадцатом месяце в прошлом году. Новый год только что прошел, и почему вдруг они захотели её отменить? Если отбросить абсурдность, которую они устроили, сам факт отмены помолвки уже был достаточно шокирующим.

Для женщины, даже если помолвка была расторгнута по вине жениха, последствия все равно были разрушительными. После этого инцидента ее репутация будет сильно подорвана, и было бы трудно найти хорошую семью, чтобы выйти замуж в будущем.

Бабушка Чжэн была полностью напугана, узнав об этом. Она подумала, что мисс была поражена и ошеломлена, но спустя долгое время она увидела, что мисс все еще смотрит в зеркало, медленно улыбаясь.

Лянь Цяо и Ду Руо тоже не ожидали этой новости. Обе были мгновенно ошеломлены. Придя в себя, они быстро закричали: «Мисс! Это, это…"

Рот Лянь Цяо был быстрее, и она в панике допрашивала бабушку Чжэн: «Ты что-то не расслышала? Осмелились сказать такие слова перед мисс и все еще хотите жить!»

Бабушка Чжэн почувствовала себя обиженной, но прежде, чем она успела упрекнуть, их остановил другой голос: «Она не ошиблась».

"Мисс?"

Ченг Юйцзинь убрала зеркало. Она была красива, а когда не улыбалась, выглядела даже ослепительнее, гипнотизируя смотревших. Она взглянула на снег за окном. Ее лицо было спокойным, но, казалось, содержало необъяснимый сарказм: «Он действительно пришел».

Ченг Юйцзинь была старшей молодой мисс поместья маркиза Ичунь. Ее ди мать была дочерью Нин Вана по имени Цинфу Цзюньчжу, а ее отец был шизи поместья маркиза Ичунь. Она родилась старшей дочерью главной ветви поместья маркизов, и не будет преувеличением сказать, что родилась с золотой ложкой.

Как и ее имя, Юйцзинь, превосходная и блестящая, Ченг Юйцзинь выросла и стала «ребенком из другого дома» в устах многих взрослых. Она уже грамотна в семь лет. Хорошо знала шахматы, каллиграфию и живопись, талантливо шила, а также была сыновней и послушной. Все девочки сверстники росли так, что их сравнивали с ней, и от простого звука ее имени их начинало тошнить.

Ее жизнь так долго шла гладко, что людям казалось, что это выдумка. Многие ждали в темноте, в тайне желая увидеть, за какого человека выйдет Ченг Юйцзин. Будет ли ее жизнь по-прежнему такой гладкой?

Однако вскоре они получили ответ.

В прошлом году на двенадцатом месяце Ченг Юйцзинь последовала за своей матерью и остановилась в поместье с горячими источниками. Территория Нин Вана находилась на юге, даже после того, как Цинфу Цзюньчжу был женат на столице на протяжении многих лет, все еще не привык к зиме здесь. Дочь императорского клана была богатой от природы, а в одном из поместий Цинфу Цзюньчжу был особый горячий источник. Цинфу Цзюньчжу отправилась в поездку, было бы плохо, если бы она не пригласила своих невесток, а молодые девушки, естественно, последовали за своими матерями.

Ченг Юйцзинь, как старшая ди дочь Цинфу Цзюньчжу, была, конечно, тоже там. Неожиданно после того, как они прибыли в Сишань, столицу и окрестности завалил сильный снегопад, который шёл в течение трех дней и трех ночей, перекрыв горную дорогу и заманив семью в ловушку в поместье.

Цинфу Цзюньчжу уже отправила слугу своей семьи вниз с горы, чтобы доложить, поэтому им оставалось только остаться в поместье, ожидая, когда поместье маркизов пришлет рабочих, чтобы очистить дорогу и забрать их. Цинфу Цзюньчжу все еще наслаждалась горячим источником, но Ченг Юйцзинь обнаружила, что ее вторая сестра пропала.

Ее вторая сестра Ченг Юньмо была единственной дочерью второй ветви. Она была яблоком в глазах хозяина второй ветви и его жены, Руань-ши. А теперь их любимая дочь пропала во время пребывания в поместье главной ветви. Обеспокоенная репутацией Ченг Юмо, Ченг Юйцзинь не осмелилась позволить этому распространиться, поэтому она тайно послала нескольких старых служанок охранять дорогу, а Лянь Цяо послала  узнать, где находится Ченг Юньмо.

Неожиданно, после одной ночи Ченг Юньмо так и не вернулась. Ченг Юйцзинь знала, что дело серьезное. Она не осмелилась принять собственное решение и поэтому рано утром отправилась к Цинфу Цзюньчжу, чтобы сообщить об инциденте. Цинфу Цзюньчжу была в шоке. Она не была близка со второй ветвью, но если их ди-дочь пропала в ее поместье, то она была бы виновата в этом. Вчера Ченг Юйцзинь обыскала все поместье, поэтому Цинфу Цзюньчжу ничего не оставалось, кроме как послать поисковую группу в горный район.

Когда Ченг Юйцзинь допросила девушек-служанок Ченг Юньмо, они сказали ей, что прошлой ночью снегопад внезапно зажег поэтическое вдохновение их мисс, поэтому она вышла полюбоваться снегом и с тех пор пропала. Очень недовольная, Ченг Юйцзинь немедленно взяла нескольких слуг и лично отправилася искать Ченг Юньмо по тропе, упомянутой служанками.

Насколько велика задняя гора, плюс шел снег, из-за чего невозможно было определить направление. Снег также мешал их шагам. На такой скорости обыскать всю гору было невозможно, поэтому пришлось разойтись и искать отдельно. Ченг Юйцзинь взяла Ду Руо, и через некоторое время они нашли горную пещеру.

Пещера была неплохо скрыта от глаз, так что тут точно кто-то должен был спрятаться! Ченг Юйцзинь поспешила к ней, но вместо Ченг Юньмо она нашла человека без сознания.

Вообще, не в характере Ченг Юйцзинь, обращать внимание на постороннего мужчину неизвестного происхождения. Какое отношение к ней имели его жизнь и смерть? Но благодаря проницательному взгляду Ченг Юйцзинь, она увидела личную печать на теле мужчины.

Хо Чанъюань, армия северо-западной гвардии.

Хо Чанъюань? Знаменитый генерал, который в настоящее время выступает при дворе, самый молодой маркиз нынешней династии, этот маркиз Цзиньён Хо Чанъюань?

Отлично. Ченг Юйцзинь решила спасти его.

Ченг Юйцзинь приказала Ду Руо уложить тело Хо Чанъюаня. Взрослый мужчина был тяжелым, Ду Руо не могла этого сделать, поэтому Ченг Юйцзинь тоже присела на корточки и помогла. Когда она держала Хо Чанъюаня за руку, мужчина проснулся в оцепенении. Он чувствовал присутствие людей рядом и изо всех сил пытался открыть веки. В полутемной пещере он увидел, что на него опиралась красивая и хрупкая женщина. Она была яркой и теплой, очаровательной девушкой.

"Это ты?"

Ченг Юйцзинь не поняла. Очевидно, она была единственной в его поле зрения, почему он спросил: «Это ты?» Он принял себя за привидение?

Конечно, Ченг Юйцзинь, идеальный образец для всех благородных девушек в столице, не сказала бы этого вслух. Она слегка кивнула и нежно улыбнулась: «Маркиз, пожалуйста, расслабься. Я старшая внучка маркиза Ичуна. Имение моей матери недалеко. Через мгновение я позову кого-нибудь, чтобы поднять тебя обратно».

Хо Чанъюань, казалось, почувствовал облегчение. Глубоко взглянув на нее, он закрыл глаза и потерял сознание.

Через некоторое время наконец прибыли люди, которых она звала. Мальчик-слуга, который принес носилки, сказал: «Сообщаю старшей молодой мисс, вторая мисс была найдена, и Цзюньчжу звала вас».

Ченг Юньмо была найдена? Прекрасно, она не собиралась замерзать снаружи, притворяясь любящей сестрой.

Хо Чанъюань провел три дня в поместье Цинфу Цзюньчжу. В течение этого периода он был в основном без сознания и редко просыпался. Однако, как незамужняя женщина, Ченг Юйцзинь не могла войти в комнату постороннего мужчины. К счастью, горная дорога вскоре была расчищена, и люди из поместья маркиза Цзиньён пришли, чтобы забрать Хо Чанъюаня.

Благодаря помощи поместья маркиза Цзиньён, горная дорога была расчищена очень быстро. Разумеется, дворянская семья с настоящей выдающейся военной силой отличалась от поверхностного дворянского титула ее семьи. Если поместью маркиза Ичунь придется расчищать дорогу в одиночку, то ах, они могли только терпеливо ждать.

Ченг Юйцзинь спасла маркиза Цзиньёна. После того, как она вернулась в поместье, старая госпожа Ченг, Цинфу Цзюньчжу и Ченг Юйцзинь негласно достигли взаимопонимания. Такая великая благодать, разве поместье маркиза Цзиньён не должно выразить свою благодарность?

Разумеется, прошло совсем немного времени, прежде чем старая маркиза Цзиньён, мать Хо Чанъюань, Хо Сюэ-ши, лично приехала в гости, чтобы поблагодарить Ченг Юйцзинь за спасение её сына. Дар благодарности, который она сделала, оказался более роскошным, чем предполагала Ченг Юйцзинь. Конечно, больше всего ее удовлетворила просьба о помолвке, которую предложила Хо Сюэ-ши.

Хо Чанъюань был благодарен Ченг Юйцзинь за спасение и хотел предложить ей стать его законной женой.

В то время улыбка старой мадам Ченг не могла быть еще шире. У Цинфу Цзюньчжу к Ченг Юйцзинь были только поверхностные чувства, но когда дочь, которую воспитывали через ее имя в течение многих лет, смогла обзавестись хорошим мужем, Цинфу Цзюньчжу все еще была счастлива. Поместье маркиза Ичунь мгновенно наполнилось радостью, но у их семьи все еще было лицо. Старейшины попытались скрыть свое волнение и сказали, что хотят узнать мнение Ченг Юйцзинь.

Спрашивать Ченг Юйцзинь? Конечно, она с радостью согласилась. Фактически, это было ее настоящей целью спасения Хо Чанъюаня.

В конце 21 года правления Цзяньву поместье маркиза Ичунь наполнилось великой радостью. Поместье маркиза с пустым титулом отдало в жены ребёнка за самого многообещающего при дворе юноше. Более того, карьера молодого маркиза шла на подъем. Достаточно сказать, что вся семья ликовала. Старая мадам Ченг бесконечно говорила другим, что годы, которые они потратили на воспитание Ченг Юйцзинь, не прошли даром.

Ченг Юйцзинь сделала самое важное вложение в свою жизнь. Никакого удивления, слава и богатство на всю оставшуюся жизнь теперь  были гарантированы. Ченг Юйцзинь осталась доволена и перестала выходить. Она проводила всё своё время дома, готовя приданое.

В то время в семье было слишком много шума о Ченг Юйцзинь, и никто не замечал несчастья Ченг Юньмо после возвращения из поместья, которая к тому же была больна. Ченг Юйцзинь также не заметила, что отношение семьи Хо к этой помолвке было слишком нетерпеливым. В конце концов, брак - не единственный способ отплатить за спасительную благодать.

К сожалению, она этого не заметила.

Теперь все улажено. Но с начала второго месяца Ченг Юйцзинь начала чувствовать необъяснимую нервозность. А прошлой ночью ей приснился долгий сон.

Перед рассветом Ченг Юйцзинь внезапно проснулась, вся в холодном поту. Не сумев снова заснуть, она долго лежала в постели. Это был просто сон, как нелепо принимать его за действительное. Но Ченг Юйцзинь каким-то образом почувствовала, что это не просто сон, а реальность.

Во сне она увидела себя, но это была не настоящая она. Как марионетка на веревочке, проживавшая всю жизнь «Ченг Юйцзинь».

Во сне она также родилась в богатом поместье маркиза Ичунь. Госпожа второй ветви Руань-ши родила пару сестер-близнецов. В то время старшая мадам Цинфу Цзюньчжу была замужем в течение пяти лет, но все еще бездетна. Вместо этого новобрачная невестка Руань-ши всего через год родила двоих детей. Хотя это была всего лишь пара дочерей, они все же были первыми внуками семьи Ченг. Итак, старая мадам Ченг взяла на себя инициативу и отдала старшую близняшку своей старшей невестке Цинфу Цзюньчжу, как настоящую дочь.

Позже двух сестер назвали Ченг Юйцзинь и Ченг Юньмо.

Ченг Юйцзинь с юных лет знала, что она и ее троюродный брат были разнояйцевыми близнецами. Но она также понимала, что Руань-ши была ее второй тетей, а ее матерью была Цинфу Цзюньчжу. Только Цинфу Цзюньчжу и никто более.

Ченг Юйцзинь и Ченг Юньмо в молодости были похожи, но по мере того, как они становились старше и их черты лица взрослели, обнаружился разрыв между двумя сестрами. У Ченг Юйцзинь было отличное здоровье, красивое лицо и спокойный характер. Напротив, Ченг Юньмо, рождённая близняшкой была слабее, чем обычные дети, она родилась позже, что сделало ее еще более слабой и худой.

В семье, не говоря уже о старой мадам Ченг, Цинфу Цзюньчжу и других членах семьи, даже слуги, которые были в семье Ченг в течение долгого времени, могли с первого взгляда отличить сестер. Но для посторонних, если они невнимательно смотрели на черты лица, сестры были похожи по внешнему виду, так же они были одного возраста, а девочки, как правило, одевались одинаково, поэтому их часто путали.

Ченг Юйцзинь росла и ей приходилось ежедневно объяснять: «Я старшая девочка», пока ей не исполнилось четырнадцать.

Той зимой, в сильный снегопад, она спасла мужчину. В следующем году она вышла за него замуж.

Этого человека звали Хо Чанъюань.

В день её свадьбы Ченг Юйцзинь принесла десять миль красного приданого и с большой помпой вышла замуж за Хо Чанъюаня. Сестры, еще жившие в будуаре, завидовали тому, что она вышла нашла себе хорошего мужа. Хо Чанъюань уже в молодом возрасте был титулованным маркизом, и как только Ченг Юйцзинь вышла замуж, она стала маркизой, опередив своих сверстниц как минимум на 20 лет. Более того, Хо Чанъюань только в прошлом году добился военных успехов на северо-западе. Он был в центре внимания и имел многообещающее будущее. Такого мужа забрала Ченг Юйцзинь, это действительно расстроило других девушек.

В то время Ченг Юйцзинь не знала, что стала злодеем в истории других людей.

После свадьбы жизнь Ченг Юйцзинь и Хо Чанъюаня была примерно такой, как она ожидала. За исключением того, что с ее свекровью было немного труднее иметь дело, ее муж был слишком упрям, а правила семьи Хо были слишком строгими. В последние несколько лет посторонние наблюдали за славой Ченг Юйцзинь и думали, что ее жизнь была благословлена. Только она знала, с какими трудностями столкнулась за закрытой дверью. Но это ничего. Каждой женщине пришлось пройти этот путь. Ей даже не пришлось обслуживать свекровь, Ченг Юйцзинь сразу взяла на себя ведение домашнего хозяйства, что уже лучше, чем у многих девушек.

На втором году брака она наконец забеременела. Отец Хо Чанъюаня умер, когда ему было семь лет, и с тех пор Хо Сюэ-ши овдовела. На протяжении многих лет она изо всех сил пыталась воспитать Хо Чанъюаня, мать и сын зависели друг от друга. Таким образом, Хо Сюэ-ши проявляла необычайное собственничество по отношению к своему сыну. С тех пор, как Ченг Юйцзинь вышла замуж, Хо Сюэ-ши было жарко и холодно с Ченг Юйцзинь, что мешало паре проводить вместе время. У Ченг Юйцзинь не было другого выбора, кроме как следовать желанию свекрови и больше не поддерживать интимные отношения с мужем.

Было смешно, что Хо Сюэ-ши не позволила жене сблизиться с мужем, но все же заставила Ченг Юйцзинь родить внука. Ченг Юйцзинь даже не могла выразить свою обиду, поэтому на втором году брака, когда родился ребенок, можно было представить, насколько она счастлива.

Она тут же отбросила домашнее хозяйство и счастливо вынашивала ребёнка. Поскольку ей было скучно, она пригласила сестру в гости. Раньше Ченг Юйцзинь не была закрыта для Хо Чанъюаня, но после беременности она не позволяла ему прикасаться к ней. Все это время Хо Чанъюань был в отпуске и оставался дома. Ченг Юньмо тоже каждый день приходила поговорить с ней. Ченг Юйцзинь дотронулась к ее постепенно растущему животу и почувствовала счастье от того, что ее ребенок, муж и сестра были рядом. Это были действительно хорошие годы и она ни о чем не сожалела.

Однако выражения лиц служанок вокруг нее становился все более и более странным. Ду Руо несколько раз пыталась заговорить с ней, но, увидев счастливое выражение лица Ченг Юйцзинь, заколебалась. Но Ченг Юйцзинь в конце концов не была дурой, она почувствовала, что что-то не так, и внимательно распросила своих служанок, только чтобы узнать, что, когда она отдыхала ухаживала за ребёнком в животе, Хо Чанъюань часто болтал с Ченг Юньмо с интимным подтекстом в улыбкеи и так же выражал это своим поведением.

На Ченг Юйцзинь снизошел гром среди ясного неба. Она высмеивала себя, гордясь своим так называемым идеальным будуаром, даже не заметив утечки воды и совершив такую нелепую ошибку. Ченг Юйцзинь подумала, что из-за того, что она чувствовала недостаток сил, она не смогла внимательно прочитать ситуацию, как раньше. Она позволила Хо Чанъюаню и Ченг Юньмо увеличить свои шансы на хорошие отношения и устроить подобный скандал. Один был ее мужем, а другая - сестрой. Ченг Юйцзинь в любом случае не хотела создавать проблемы ни одной из сторон.

Поэтому, когда Хо Чанъюань пошел в казармы обучать солдат, она позвала Ченг Юньмо и поговорила. Ченг Юйцзинь думала, что у нее было достаточно лица для обеих сторон, любая девушка, немного чувствительная и все еще имеющая какое-то лицо, должна понимать, что ей нужно делать. Ченг Юньмо поняла, что она имела в виду, но неожиданно она убежала в слезах и сказала, что Ченг Юйцзинь унизила ее.

Ченг Юйцзинь была честной личностью, поэтому она игнорировала Ченг Юньмо. В тот день Ченг Юньмо выгнали из поместья маркиза и отправили домой. Хо Сюэ-ши послала кого-то спросить, но Ченг Юйцзинь просто улыбнулась и ничего не сказала, сохранив репутацию Ченг Юньмо и Хо Чанъюаня.

Она думала, что как жена и сестра она уже достаточно великодушна. Она ждала, пока Хо Чанъюань вернется и объяснится перед ней. Но ножиданно, когда Хо Чанъюань вернулся из казарм и услышал, что Ченг Юньмо ушла, он сразу же повернулся и погнался за ней. Оставляя Ченг Юйцзинь стоять в одиночестве перед слугами, не в силах отреагировать.

После того, как Хо Чанъюань вернулся, он холодно посмотрел на нее, сказав, что она «ядовитая женщина». До самой смерти Ченг Юйцзинь все еще не понимала. Она заботилась о семейных делах Хо Чанъюаня и была терпеливой по отношению к своей свекрови, в то время как у его мужа были личные дела с ее сестрой. Какая ее часть - ядовитая? Что она сделала не так?

В депрессии Ченг Юйцзинь преждевременно родила и страдала дистонией. После рождения ребенка, Хо Сюэ-ши была занята своим внуком, не обращая внимания на Ченг Юйцзинь, которая все еще лежала на родильной кровати. В тот день у Ченг Юйцзинь было сильное кровотечение и вскоре она умерла.

После того, как ее тело умерло, Ченг Юйцзинь наконец вырвалась из этой кошмарной жизни. Но ее душа все еще была в ловушке, плавая по поместью маркиза Цзиньён, наблюдая, как история развивается дальше.

Оказалось, что под другим углом история написана была так.

Глава 2 - Отмена помолвки

После смерти во сне Чэн Юйцзинь увидела всю историю под другим углом.

Если быть точным, это была история Ченг Юмо и Хо Чанъюань.

Второй промах по поместью маркиза Ичунь была наивной и живой, и ее очень любили родители. Однажды зимой она отправилась в путешествие в поместье, принадлежащее ее старшей тете. Однажды ночью выпал сильный снегопад. Она вышла на прогулку, но, ослепленная снегопадом, случайно сбилась с пути. Когда она заметила, она уже проиграла.

На обочине дороги она нашла мужчину. Перевернув его, она обнаружила, что это был чрезвычайно героический и красивый юноша. Вторая молодая мисс покраснела и увидела, что мужчина ранен, поэтому затащила его в пещеру и всю ночь тщательно ухаживала за ним.

К полуночи метель немного утихла, но у мужчины поднялась температура. Вдруг он задрожал всем телом и в бреду пробормотал, что ему холодно. Доброй главной героине ничего не оставалось, как развязать одежду, снять с мужчины холодную броню и согреть его тело своей кожей.

Когда погода наконец прояснилась, главная женщина поспешно вернулась в поместье, чтобы позвать на помощь. Но когда она вернулась, она обнаружила, что ее сестра-близнец взяла на себя инициативу и спасла раненого.

С тех пор мужчина ошибочно подумал, что ее сестра была его спасительной благодетельницей. Он был очень благодарен и даже предложил жениться на сестре. Все громко праздновали помолвку, но бедная главная героиня свернулась клубочком в постели, снова и снова кашляя.

Ченг Юйцзинь увидела это во сне и презрительно плюнула.

Неудивительно, что когда Хо Чанюань проснулся, он сказал ей: «Это ты», неудивительно, что Хо Чанъюань настоял на том, чтобы жениться на ней, неудивительно, когда Хо Сюэ-ши пришел сделать предложение руки и сердца, хотя она улыбалась, глядя на Чен Юйцзиня. был безразличен.

Оказалось, что у Чэн Юмо были кожные отношения с Хо Чанъюань. Незамужняя женщина и одинокий мужчина провели ночь вместе, и она даже держала Хо Чанюаня, чтобы согреть его своим телом!

Без ее ведома Чэн Юджин стала злой старшей сестрой, которая украла ее сестринские заслуги и, как необъяснимо, думала, что потеряла невинность. Как люди из семьи Хо смотрели на нее при подготовке свадьбы?

Это неудивительно, хотя она считала, что сделала все, что могла, и что в столице не было другой невестки, которая была бы более квалифицированной, чем она сама, но Хо Сюэ-ши все же так ее унижал.

С точки зрения своей семьи, Чэн Юджин была неблагодарной белоглазой волчицей, которая воспользовалась кредитом своей сестры; по мнению Хо Чанъюань, она была лгуньей, жадной до богатства и славы и сознательно унижающей его белый лунный свет, поистине ядовитая женщина; В глазах свекрови Хо Сюэ-ши Чэн Юйцзинь снаружи выглядела чистой, но на самом деле перед женитьбой соблазнила своего сына, шлюху, которая притворилась достойной.

Смерть Чэн Юйцзинь была лучшим исходом для многих людей, и все испытали облегчение. Когда Чэн Юмо пришла сопровождать Ченг Юйцзинь, которая вынашивала ее беременность, она не могла вынести боли в своем сердце и мучительно рассказала обо всем своему зятю. Узнав правду, Хо Чанюань был потрясен и убит горем. Но теперь, когда Чэн Юйцзинь, ядовитая женщина, которая занимала гнездо сороки, наконец умерла, Хо Чанъянь был свободен предложить выйти замуж за Ченг Юмо и исправил все ошибки.

Но это была история о «ты гонишься за мной, а я убегаю» и «душераздирающая, слезоточивая драма». Чэн Юмо, узнавшая, что ее сестра мертва, почувствовала себя виноватой и отказалась выйти замуж за Хо Чанъюань. Она захотела постричься и стала монахиней. Конечно, Хо Чанюань не сдавался. Он гнался, она пряталась. Он стал агрессивным, она заплакала и отказалась. В конце концов, Хо Сюэ-ши увидел привязанность своего сына к другой женщине, стал собственником и захотел выдать за него замуж ее далекую племянницу. Хо Чанъюань был настолько несчастен, что заставил себя принять новую женщину. Но в этот момент Ченг Юмо внезапно понял ее чувства. Она решила выйти замуж за Хо Чанюаня, чтобы заботиться о сыне его сестры.

В этот момент Чэн Юйцзинь почувствовал крайнее отвращение. Она посмотрела на своего хорошего мужа, свою хорошую сестру. Даже после ее смерти они все еще не давали ей покоиться с миром.

После этого Хо Чанюань и Чэн Юмо пережили множество взлетов и падений драматического сюжета, злоупотребляя как разумом, так и телом, прежде чем, наконец, они преодолели все препятствия, сердце и душа слились в одно. В конце концов, Ченг Юджин была лишь ступенькой, порочной сестрой и бывшей женой в их истории любви, использованной для поощрения эмоционального развития главной и женской роли и противопоставления истинной доброте сердца главной героини.

Позже ее сын также превратился в гедонистическую пустоту, что резко контрастировало с биологическим сыном Ченг Юмо. За последние несколько лет власть Хо Чанюаня резко выросла. Благодаря своим заслугам Хо Чанюань был повторно использован новым императором, бывшим наследным принцем, и стал видной фигурой при дворе. В то же время, Shizi из Jingyong маркиз усадьбы была заведомо невежественна и некомпетентным. Вместо этого это был второй молодой мастер, умный и прилежный, целеустремленный и сыновний.

Когда сыну Чэн Юйцзиня было шестнадцать, Хо Чанюань, который был возмущен тем, что его старший сын не оправдал его ожиданий, отменил свою позицию шизи и позволил ему самоуничтожиться. Позже ее сын ночью напился и случайно упал в реку, положив конец своей жизни.

С этим исчез последний след существования Чэн Юджиня в этом мире.

Со смертью сына сон постепенно рассыпался, и Чэн Юйцзинь внезапно проснулась. Промокшая от холодного пота, она подняла руку и обнаружила, что Цзяньву все еще двадцать два года, а болезненного наследного принца, который пропал без вести в течение четырнадцати лет, еще предстоит найти.

Ей было еще 14 лет, и она только что обручилась с Хо Чанюань.

Чэн Юйцзинь долго оставался в постели, пока небо за окном не стало светлее. Звук движущихся людей доносился из-за занавески кровати.

Она много думала, частично о снах, частично о своей нынешней ситуации.

Когда сон рассыпался, в пустых промежутках она смутно увидела слова «Судьба близнецов: властная жена маркиза - Конец». Она долго думала, прежде чем наконец засмеялась над собой. Зрители наслаждались представлением, не подозревая, что они актеры. Выяснилось, что в чужой истории она была лицемерной сестрой и злой бывшей женой.

Хо Чанюань и Чэн Юмо возмущались тем, что она взяла на себя кредит своей сестры, но Чэн Юйцзинь действительно чувствовала, что она действительно спасла Хо Чанъюань.

Когда она нашла Хо Чанюаня в пещере, других людей вокруг не было, и одежда Хо Чанюаня была одета должным образом. Конечно, она могла подумать, что Хо Чанюань потерял сознание и случайно был найден ею. Как она могла догадаться, что всего мгновение назад кто-то провел ночь с Хо Чанъюань и даже имел интимный контакт с кожей?

Она спасла жизнь Хо Чанъюань, и он отплатил за милость положением своей жены, это было вполне разумно. Она была уверена, что станет идеальной женой. Выйдя замуж, она уважала свекровь, вела домашнее хозяйство, поддерживала мужа и воспитывала его детей. Из молодой мисс прекрасного поместья маркизов она превратилась бы в идеальную маркизу.

Ченг Юйцзинь выдали, как только она родилась. Другие завидовали тому, что у нее две матери. Ее биологическая мать была нежной и хрупкой, ее приемная мать была знатной и имела королевский титул. Когда Чэн Юйцзинь попала под командование Цинфу Цзюньчжу , она переходила из серебряного гнезда в золотое. Наслаждаясь бесконечным богатством и бесконечными благословениями.

Однако, хотя Руань-ши все еще любил ее, но дочь, которую она вырастила, она любила еще больше. Цинфу Цзюньчжу жила экстравагантно, но не тратила на нее эти деньги. Посторонние завидовали удаче Чэн Юджин, но только она сама знала, что на самом деле у нее ничего не было.

У нее не было ни матери, ни отца, ни даже собственного приданого.

Она была просто красивым украшением. Единственным ее активом была репутация, а брак с Хо Чанюань был ее лучшим выходом из области ее способностей. Поэтому, когда она только что вышла за него замуж, она действительно хотела быть хорошей женой.

Она вспомнила, что вчера Ченг Юмо внезапно ворвался в ее комнату, не обращая внимания на любезность. Ченг Юйцзинь со своей обычной безупречной улыбкой спросила: «Вторая сестра, что с тобой случилось?»

Чэн Юмо без всякой рифмы или повода внезапно сказал: «Сестра, ты довольна тем, что сделала?»

Какие? В то время Чэн Юйцзинь был сбит с толку. Что она имела в виду?

Ченг Юмо наконец выплюнул фразу «В конце концов, это не твое» и убежал.

Вчера Чэн Юйцзинь все еще не знал правды. Она была погружена в радость замужества, поэтому ничего не думала о чепухе сестры. Она только покачала головой и засмеялась. Неожиданно после того, как Чэн Юмо ушел, в ту же ночь Чэн Юджину приснился кошмар. Снится эта снежная ночь и сюжет книги.

Теперь, когда она внимательно рассматривает этот вопрос, девушка, которая в своей прежней жизни упорно отказывался говорить правду, прежде чем ее брак вдруг подул ее характер. У этого изменения должна быть только одна причина: Чэн Юмо тоже знал о сюжете. Или, может быть, она была Ченг Юмо из прошлой жизни.

Похоже, что после того, как вчера Чэн Юмо сбежала, она сказала правду Хо Чанъюань. Таким образом, заставляя его сегодня посетить ее семью, чтобы отменить их помолвку.

Бабушка Цзэн посмотрела на старшую юную мисс, которая была спокойна, как новогодняя фотография. Чэн Юйцзинь улыбнулся и встал. Ее длинная юбка, сделанная из парчи Юнь, расшитая золотой нитью, колыхалась, как текущая вода. Словно звезды с неба падали на угол ее юбки, полной ярких красок и не имеющей себе равных по красоте.

Ее вышитые туфли, словно парящее облако, слегка касались пола. Но подол ее юбки совсем не дрожал. На каждом шагу ее одежда ни капли не морщилась. Чэн Юйцзинь с легкостью овладел идеальным этикетом ходьбы будуарной женщины, который девушки из богатой семьи практиковали в слезах.

В то время как бабушка Цзэн все еще была ошеломлена, Ченг Юйцзинь уже вышел. Ду Руо быстро надел красный плащ Чэн Юйцзинь и тихо спросил: «Мисс, вы куда?»

«Иди на встречу с моим женихом».

"Скучать!"

"Чего вы боитесь?" Ченг Юйцзинь улыбнулся, «Я, Ченг Юйцзинь, я старшая внучка маркиза Ичуня в, старший Цинфу Цзюньчжу в ди дочь Нин Вана. В течение четырнадцати лет меня хвалили как модель для молодой мисс столицы. В какой семье я не могу жениться, чтобы принять его оскорбление? »

Ду Руо, когда она услышала, что Чэн Юйцзинь хочет выйти во двор, подумала, что она очень огорчена. Но если девушка заплачет и устроит шум перед бывшим женихом после расторжения помолвки, это только сделает ее лицо еще более потерянным.

Лянь Цяо поспешно сказал: «Мисс, вы действительно умны. Вы красивы и благородны, любой семье, в которой вы вышли замуж, очень повезет. Маркиза Цзиньёна должно быть кто-то очарован тем, что он осмелился сделать это. Сейчас новость еще не распространилась, так что еще не поздно. Вы можете пойти и попросить старую мадам замять ситуацию. Хотя сторона жениха решает отменить помолвку, если он сделает это без уважительной причины, это все равно будет стоить его репутации. Если старая госпожа поскорее исправит ситуацию, этот брак все равно можно будет спасти ».

«Да, лучше было снести десять храмов, чем разрушить один брак. Мисс, вам следует сначала пойти во двор мадам и попросить ее отвести вас в зал Шоу'ан. Мадам из Цзюньчжу, если бы она заговорила, маркиз Цзиньён не осмелился бы запугивать вас.

Чэн Юджин улыбнулся: «Кто вам сказал, что я собираюсь сохранить помолвку?»

Все служанки были ошеломлены: «А?»

«Я собираюсь отменить эту помолвку».

Глава 3 - Девятый дядя

В главный зал служанка принесла чай, опустив голову. Лицо Цинфу Цзюньчжу было угрюмым, и после долгого терпения она наконец сказала: «Мадам Сюэ, брак детей не был тривиальным вопросом, вы можете подумать об этом еще раз?»

Хо Сюэ-ши улыбнулся и сказал: «Поскольку я пришел сюда, чтобы встретиться с Цзюньчжу, естественно, я не буду говорить без рифмы или причины. Старшая мисс действительно хорошая девочка, Джунжу и маркиза хорошо ее вырастили, она мне тоже нравится. Но, в конце концов, для брака необходимо согласие обеих сторон. И это чувство, конечно, нельзя принуждать ».

Гнев поднялся в сердце Цинфу Цзюньчжу. Для брака необходимо согласие обеих сторон? Когда поместье маркиза Икуань умоляло Хо Чанъюань выйти замуж за Чэн Юйцзинь?

Цинфу Цзюньчжу в мыслях деловито ругал Хо Сюэ-ши. Ее гнев был вызван не тем, что ее номинальная дочь расторгла помолвку, а тем, что ранее они подняли большой шум по поводу этой помолвки. Теперь, если бы все было отменено, разве она не потеряла бы лицо?

Хотя Цинфу Цзюньчжу был зол, она должна признать, что Хо Чанюань действительно был идеальным зятем. Осматривая столицу, можно увидеть, что молодые мастера примерно возраста Хо Чанюаня в основном только что вышли из внутреннего двора, ожидая, пока их старшие закрепят за ними официальное положение. Юношей вроде Хо Чанюаня, уже имевшего благородный титул и заслуги, было немного.

После того, как отец Хо Чанъюань, старый маркиз Цзинъён, был убит в битве на девятом году правления Цзяньву, семья Хо попала в беду. В то время, следуя намерению Старшего Великого Секретаря Яна, суд отказал его наследнику Хо Чанъюаню в звании нового маркиза Цзинъён по причине его несовершеннолетнего возраста. Из-за этого поместье маркиза Цзинъён превратилось в пустую оболочку. Семью маркизов без маркиза, любой мог бы случайно попрать.

Хо Сюэ-ши, овдовевшая в молодом возрасте, подверглась таким издевательствам. Она отказалась поклониться. Стиснув зубы, она одна растила семилетнего сына. К счастью, у Хо Чанюаня были амбиции. Когда ему было 16 лет, он увидел, что двор императорского клана по-прежнему не собирался возвращать титул семье Хо. Хо Чанюань знал, что может полагаться только на себя, поэтому проигнорировал душераздирающую просьбу Хо Сюэ-ши и отправился на поле битвы.

В том же году давнишнее дело клана Сюэ наконец получило политический оборот. Семья Хо почувствовала перемену ветра и предварительно отправила в суд сложенное письмо. Хотя дальнейших новостей не было, поскольку письмо не было отправлено обратно, это был хороший знак. Хо Сюэ-ши была вне себя от радости, зная, что вопрос о наследовании ее сына, наконец, начал проясняться после всех этих лет.

Сам Хо Чанъюань также был безжалостным человеком. На втором году службы в армии он внес свой первый вклад на поле боя и, наконец, получил общественное признание. Император обрадовался и лично поговорил с Хо Чанъюань на праздничном пиршестве. Видя его нежный возраст, император заинтересовался и спросил, почему он пошел в армию. Хо Чанюань рассказал ему о своей овдовевшей матери и их семье. Император никогда не знал об этом. Выслушав его, он долго молчал, прежде чем наконец вздохнул: «Жалко всех родителей, наследный принц, также был потерян на двенадцать лет. Если он еще жив, он должен быть немного моложе вас ».

Император спросил, сколько у Хо Чанюаня возраста, и стал еще грустнее: «Тебе всего 18 лет, так что он на год моложе тебя. У тебя материнская забота, и ты все еще такой. Но наследный принц, он бродил один снаружи, без какой-либо поддержки и заботы, не знаю, сколько горечи и лишений он встретил ».

Император задохнулся и рано покинул пир. После ухода императора в банкетном зале стало так тихо, что стало слышно даже малейшее дыхание. Через некоторое время старший великий секретарь Ян поднял чашку и умело восстановил прежнюю атмосферу.

Никто не осмелился дать какие-либо комментарии, но император высказал свое мнение. На следующий день чиновник министра обрядов прибыл, чтобы узнать о проблеме преемственности Хо Чанюань. Одно предложение сверху полностью изменило отношение людей ниже. Вскоре Министерство обрядов и суд имперского клана выступили с заявлением, в котором заявили, что чиновники низшего ранга не исполняют свои обязанности. На десятом месяце Хо Чанъюань получил железный свиток, написанный киноварными чернилами, в котором он был назван новым маркизом Цзинъён.

Восемнадцатилетний маркиз, которого лично признал император, также имел выдающиеся военные достижения. Хо Чанъюань мгновенно прославился в столице, и точно так же поместье маркиза Цзинъён стало горячим новичком в дворянском кругу.

Цинфу Цзюньчжу был еще более предубежден. В этот момент, когда она вспомнила племянников из своего родового клана, а также внуков из семей своих дедушек по отцовской линии, ей все же пришлось признать, что они были совершенно несравненными. Хо Чанюань занял свою позицию, а Хо Сюэ-ши очень заботилась о своем единственном сыне, неудивительно, что они осмеливаются быть такими дерзкими.

Поэтому на этот раз Хо Сюэ-ши пришел с намерением отменить помолвку. Хотя это действие также повредило бы репутации Хо Чанюаня, кто сказал ему быть таким способным? Даже без Чэн Юйцзиня десятки других молодых девушек все равно бросились бы выходить за него замуж.

Брак Чэн Юйцзинь и Хо Чанюань с самого начала принес больше пользы Чэн Юйцзину. Так что это было очень непросто. Цинфу Цзюньчжу явно не хотел, чтобы помолвка была отменена. Но Хо Сюэ-ши лично пришла расторгнуть брак, и она слышала, что даже Хо Чанъюань тоже объединились. Если бы они продолжали цепляться за этот брак, разве они не потеряли бы слишком много лица? Какое-то время Цинфу Цзюньчжу не знала, что делать. Она внутренне жаловалась. Она послала слугу известить старую мадам Ченг, почему она не приехала?

Как раз в этот момент снаружи послышался ритмичный глухой звук. Цинфу Цзюньчжу вздохнул с облегчением и встал: «Мать здесь».

В окружении множества слуг вошла старая мадам Чэн. На ней была коричневая куртка, вышитая золотой нитью, темное внутреннее пальто и теплая меховая шаль замысловатого узора. Увидев, что пришла старая мадам Чэн, Хо Сюэ-ши встал и с улыбкой поздоровался: «Старая мадам здесь».

Хотя Хо Сюеши тоже встала, она не была очень уважительной. Ее сын был маркизом, а теперь она стала старой маркизой. Строго говоря, она была старше старой мадам Ченг, маркизы. Но поскольку другая сторона была старше по возрасту, Хо Сюэ-ши оказал старую мадам Чэн некоторую любезность.

Госпожа Чэн заметила изменения в отношении Хо Сюэ-ши, внезапно ее сердце упало. Ранее после того, как Чэн Юйцзинь и Хо Чанюань обручились, Хо Сюэ-ши стал тем же поколением, что и Цинфу Цзюньчжу. Когда она встречала старую мадам Ченг, она поздоровалась со старшей дамой. Но теперь Хо Сюэ-ши просто кивнула и не утверждала, что она младшая. Казалось, что брак старшей девушки с Хо Чанюань теперь совершенно невозможен.

Когда старая мадам Ченг вошла в зал, служанки поспешно заменили чай и положили новую подушку. Старая мадам Чэн оперлась на трость, которую поддерживал ее личный слуга, и медленно села на главное сиденье.

Глаза Хо Сюэ-ши стали высокомерными. Вторая дочь их семьи посмела совершить такой постыдный поступок втайне, а старшая дочь увидела заслуги младшей сестры и украла их. Детей, которых они воспитывали одного за другим, было еще более позорно. Откуда у старой мадам Чен хватило уверенности вести себя как уважительный старейшина?

Однако все они были женщинами из знатной семьи, поэтому ей все же нужно было придать им какое-то лицо. Хо Сюэ-ши не показала презрения на лице, а вместо этого улыбнулась и сказала старой мадам Чэн: «Мы давно не встречались. Старая мадам, как ваше здоровье в эти дни?

Старая мадам Чэн спокойно ответила: «Спасибо за заботу старой мадам Хо. Мое старое тело по-прежнему здорово ».

«Погода в последнее время стала холодной и сухой. Старая мадам должна беречь свое тело.

«Спасибо за напоминание, мадам». Старая мадам Чэн улыбнулась, затем внезапно сменила тему. «Моему старому телу становилось все хуже и хуже с каждым годом. Но, к счастью, все мои внучки сыновни, особенно старшая. Это не я хвастаюсь, но я смотрел, как старшая девочка росла у меня на глазах. Она всегда подчиняется правилам, и в ее женской добродетели никогда не бывает недостатка. Все мадам, которые ее знали, кто из них не хвалил ее? Она ребенок, которого я люблю больше всего. В последние годы мое стареющее тело начало разрушаться, и мое последнее желание - только увидеть ее пожизненное событие ».

Улыбка Хо Сюэ-ши слегка потускнела: «Старая мадам, ваша старшая внучка действительно хорошая девочка. Овдовев, я редко выходил наружу, но даже в этом случае я все еще слышал репутацию старшей мисс. Просто брак не состоится, если только старшие согласны. Юань'эр тот мальчик, если он не хотел, тогда ... Даже я, его мать, не могла заставить его.

Выражение лица старой мадам Ченг не изменилось: «Желая, не желая, почему это имеет значение? Партнера для брака нельзя выбирать только на основе мимолетных эмоций. Брак - это хороший способ связать два клана, важно выбрать подходящую пару из семей с аналогичным статусом. Как вы можете принять решение, основываясь на симпатиях или антипатиях? Молодые люди полны энергии, говорят о любви и эмоциях. Просто возьми наложницу для таких вещей. Но жениться на жене - другое дело. Сегодня в гостях также маркиз Хо, позвольте мне поговорить с ним лично ».

Старая мадам Ченг уже много лет управляет семейным делом. Она строго контролировала своих невесток, и ни одна из них не решалась переступить через нее. Как только ее лицо затуманится гневом, пострадают все. Хо Сюэ-ши также был подавлен ее инерцией. Она могла только смягчиться и сказать: «Пойди и позови мастера».

Хо Чанъюань действительно был сегодня в поместье маркиза Ичунь. Вчера он узнал правду о той снежной ночи и был сильно потрясен. Проведя одну бессонную ночь, он, наконец, решил приехать в поместье маркиза Ичунь, чтобы отменить помолвку, чтобы жениться на богине снежной ночи, которая действительно спасла его.

Хо Чанъюань пошел к Хо Сюэ-ши и рассказал об этом. Хотя она чувствовала, что было бы нехорошо возвращать свои слова назад, поскольку ее сын хотел отменить помолвку, просто сделай, как он хочет. Без дальнейших возражений она переоделась и приехала в поместье маркиза Ичунь с сыном.

Хо Сюэ-ши вошел во вторые ворота, чтобы встретить мадам семьи, в то время как Хо Чанюань остался во внешнем дворе и пошел прямо к своему будущему тестю, шизи маркиза Ичунь и старшему мастеру Чэну.

Рано утром старший хозяин поместья маркиза Ичунь Чэн Юаньсянь только что вышел из комнаты своей наложницы. В то время как его разум все еще пребывал в нежной заботе прошлой ночи от красоты, он увидел, что его будущий зять приехал в гости. Когда он услышал о намерении Хо Чанюаня отменить помолвку, можно было представить удивление и гнев Чэн Юаньсяня.

Когда Хо Чанюань и Чэн Юаньсянь вошли в зал, у обоих было мрачное лицо.

Здесь присутствовали старейшины с обеих сторон, и не было необходимости избегать табу. Двое мужчин прошли прямо во внутреннюю комнату и сели вместе с родственницами. После того, как женщины встали и снова переставили места, старая мадам Чэн посмотрела на Хо Чанъюань и строго спросила: «Маркиз Хо, хотя по статусу вы находитесь на том же уровне, что и я, я намного старше вас. Итак, эта старушка, как старейшина, хотела бы вас кое о чем спросить, хорошо?

Хо Чанюань сложил ладони и сказал: «Маркиза, пожалуйста».

Старая мадам Чэн увидела, что Хо Чанъюань не был ни скромным, ни властным, показывая, что он знает, когда двигаться вперед, а когда отступать, и это заставило ее пожалеть. Такой хороший молодой человек, она могла предвидеть его безграничное будущее, но, к сожалению, не могла быть связана браком с ними.

Старая мадам Чэн спросила: «Вы действительно хотите разорвать помолвку со старшей девушкой?»

Хо Чанъюань сделал паузу, затем твердо ответил: «Да».

Твердость его позиции заставила Чэн Юаньсяня воспламениться гневом. Старая мадам Ченг подала знак сыну остановиться, затем снова спросила: «Почему?»

Хо Чанюань вспомнил ту холодную зимнюю ночь. Проснувшись от палящего холода, он увидел, что ему улыбнулась яркая и красивая женщина.

Он ясно слышал, как его сердце подпрыгнуло. Он думал, что это та женщина, которая прошлой ночью согрела его своей кожей. Нежное и сладкое прикосновение, казалось, осталось в его пальцах.

В тот момент в его сердце возникло чувство, он подумал, что, если он сможет жениться на ней как на своей жене, это будет величайшей удачей в его жизни.

Но Хо Чанъюань не ожидал, что женщина солгала ему! Такая красивая женщина, которая думала, что у нее порочное сердце?

Ум Хо Чанъюань вернулся к настоящей реальности. Он посмотрел на старую мадам Чэн, которая смотрела на него с надеждой взглядом с главного сиденья, на Цинфу Цзюньчжу , который выглядел совершенно безразличным, и Ченг Юаньсянь, который собирался встать и избить его. Без колебаний Хо Чанюань сказал: «Нет особой причины. Молодая мисс вашей семьи может быть очень хорошей, но она мне не подходит.

На этот раз Чэн Юаньсянь очень хотел закатить рукава. Цинфу Цзюньчжу быстро потянула за собой мужа. Хо Сюэ-ши тоже встал и крикнул: «Что ты собираешься делать?»

В этом хаосе из двери раздался четкий красивый голос: «Маркиз Цзиньён, извините, что не согласен с вами».

Все удивленно повернули головы. Старая мадам Чэн увидела, что Чэн Юйцзинь пришла, она встала и хлопнула тростью: «Старшая девочка, почему ты здесь?»

Хо Чанюань подумал, что Ченг Юйцзинь «не соглашаться» был насчет отмены их помолвки. Сыт по горло, он сказал: «Я принял решение. Брак нельзя принуждать. Поскольку мы со старшей мисс обручились мирно, нам также следует мирно расстаться. Надеюсь, ты позволишь обеим сторонам сохранить наше лицо ».

Выражение лица Чэн Юйцзинь было достойным и элегантным. С безупречной улыбкой и легкими шагами она грациозно вошла в зал. Не обращая никакого внимания на Хо Чанъюань, она сначала поприветствовала старейших: «Юйцзинь приветствует бабушку, отца и мать».

Хо Чанюань никогда раньше не подвергался подобному лечению от простуды. Выражение его лица потемнело, в очередной раз убедившись, что отмена помолвки с этой женщиной была мудрым решением, так как уменьшила ущерб, который она может нанести. С торжественным лицом Хо Чанюань спросил: «Что значит скучать старшая из молодых? У тебя есть мнение обо мне? »

«Я просто слабая женщина, как я смею иметь мнение о маркизе Цзиньёне?» Чэн Юйцзинь посмотрел на него с улыбкой. Она стояла прямо, с ясными и яркими глазами, как лунный свет на горе, такая благородная и прекрасная, несравненная красота.

Однако, как только ее голос упал, не давая другой стороне времени на реакцию, Ченг Юджин продолжила говорить: «Но я все же должен сказать вам несколько слов. Во-первых, маркиз Цзиньён, когда ты был без сознания, это я спас тебя и перенес тебя из этой пещеры в поместье моей матери. Во-вторых, после того, как вас спасли, это вы охотно бросились делать предложение руки и сердца. Я, Чэн Юйцзинь, никогда не заставлял тебя, и моя семья Ченг тоже этого не делала. В-третьих, всего через два месяца после обнародования этой помолвки вы в одностороннем порядке нарушили свое обещание и лично пришли с великой грандиозностью отменить помолвку. Более того, вы также грубо говорите с моими старшими. Во-первых, вы несправедливы. Второе нарушение, вы ненадежны. Третье нарушение, вы бесчестны. К такому несправедливому, ненадежному, постыдному и непристойному человеку, как ты, даже если я, Чэн Юйцзинь, вынужден провести остаток своей жизни в браке, я никогда не опущусь до твоей жены. Сегодня перед старейшинами я заявляю, чтобы не связывать себя с этим позорным маркизом Цзиньёном, я отменяю с ним помолвку ».

Люди в зале ошеломленные от шока, не могли отреагировать на то, что делал Чэн Юджин. С древних времен со своими женами разводились только мужья, только мужчины отменяли помолвки, как женщина могла проявлять инициативу? Хо Сюэ-ши совершенно ошеломлен. Первой отреагировала старая мадам Ченг, втайне она хвалила Ченг Юйцзинь, у этой девушки был ум, и ее воспитывали не напрасно. Поскольку Хо Чанъюань решил разрушить сражение, у него не было возможности исправить это. Лучшее, что они могли предпринять, - это захватить более высокую моральную основу. Если это сработает, Ченг Юджин не может полностью потерять возможность выйти замуж в другой выдающейся семье в будущем.

Старая мадам Чэн решила следовать этому плану, и ее отношение мгновенно изменилось: «Она права. Поскольку ваша семья бестолковая и у нее нет совести, она настаивает на такой несправедливости, то наша семья Чэн вас не боится. Маркиз Хо, упорство в проступках может привести к самоуничтожению, будьте осторожны ».

И Цинфу Цзюньчжу, и Чэн Юаньсянь не ответили. Долгие выговоры Ченг Юйцзиня действительно доставили им удовольствие. Очень отличается от обычной ссоры. Но действительно ли она хотела отменить эту помолвку?

Хо Чанюань был шокирован импичментом Чэн Юйцзиня. Когда он наконец отреагировал, его разум заполнил гнев. Эта злая девушка посмела выдвинуть фальшивые обвинения. Но Хо Чанюань все еще напоминал себе. Он был мужчиной, ему не следовало заботиться о небольшой суматохе слабой женщины. В конце концов, она была сестрой Моэр. Глядя на лицо Мо'эр, на этот раз просто отпусти ее.

Хо Сюеши была на какое-то время ошеломлена, но наконец посмотрела на Чен Юйцзинь. Хо Чанюань остановил свою мать и сказал: «Мама, ничего страшного, если она отменит это, если я могу выйти из этого брака. Старшая мисс Ченг, раз вы женщина, я не хочу с вами спорить. Так что я надеюсь, что вы сможете выполнить свои слова и отменить помолвку как можно скорее ».

«Маркиз Цзиньён действительно смотрит на женщину сверху вниз?» Чэн Юйцзинь засмеялся и расторгнул брачный контракт. Она намеренно двигалась медленно, с грандиозным рвением рвала бумагу. «В отличие от маркиза Хо, я держу свои слова. Надеюсь, ты запомнишь, что это я расторгаю этот брак. И дело не в том, что вы не хотите со мной спорить, а в том, что у вас нет способностей ».

Чэн Юйцзинь разорвал брачный контракт и отпустил его, клочки бумаги упали на пол. Она бросила последний взгляд на Хо Чанюаня, как будто глядя на грязную вещь, затем поприветствовала старейшин одного за другим, прежде чем покинуть зал.

Даже когда Чэн Юйцзинь ругает других, она должна доводить свои аргументы до совершенства и занимать высокие моральные позиции.

Хо Чанюань посмотрел на Чэн Юйцзиня. Даже в это время у девушки все еще была прямая спина, и она выглядела очень достойно и красиво. Ее шаги не были ни слишком быстрыми, ни слишком медленными, точно такими же, как раньше. Лицо Хо Чанюаня потемнело, и в внезапном порыве гнева он щелкнул рукавом и зашагал прочь.

Чэн Юаньсянь и другие оставшиеся позади старейшины долго смотрели друг на друга.

***

Хо Чанюань вскоре догнал Чэн Юйцзинь. В конце концов, ее скорость ходьбы в точности соответствовала манерам молодого мисс, никогда не слишком быстро, ему очень легко было преследовать. Хо Чанъюань крикнул сзади, но Чэн Юйцзинь полностью проигнорировал его. Он больше не мог этого выносить и схватил ее за руку: «Стой!»

Чэн Юйцзинь повернулся и ударил его: «Отпусти меня!»

После удара Хо Чанъюань был ошеломлен. Он никогда не ожидал, что женщина посмеет его ударить, поэтому вовремя не уклонился. Жалко, сила Чэн Юджиня была невелика. Ее рука теперь болела, но пощечина Хо Чанюаня только покраснела. К сожалению, она не была достаточно сильной, чтобы искалечить лицо этого подонка, иначе карьера Хо Чанюаня была бы разрушена.

Пока Чэн Юйцзинь все еще сожалел, Хо Чанъюань коснулся уголка его рта, его ярость возросла. Но, хотя и рассердился, он все же помнил свои манеры и не сопротивлялся. Он холодно посмотрел на Чэн Юджиня и сказал: «Почему, перестань притворяться?»

«Что притворяться? Я старшая мисс поместья маркиза Ичунь, многие годы все хвалили меня как достойную и спокойную женщину. Даже когда гуляю, никогда не решаюсь наступить на муравья. Маркиз Хо, вам следует быть осторожнее со своими шагами, что, если вы случайно наткнетесь на камень и упадете, повредите лицо и разрушите вашу будущую карьеру? »

«Ты…» Хо Чанюань был в ярости. Он нахмурился, глядя на Ченг Юджин, и даже представить себе не мог, что существует такая женщина в мире. Он сердито сказал: «Чтобы добиться славы, ты притворяешься достоинством. Кто такая лицемерная женщина, как ты, захочет выйти замуж? На самом деле растрачиваешь свою красивую кожу ».

Чэн Юйцзинь засмеялся: «Спасибо за похвалу маркиза. Но разве вы никогда не слышали эту фразу? Чем красивее женщина, тем она лукавее. Или ты думаешь, что все женщины в мире похожи на твою сестру Мо, невинную и добрую, слабую и легко запугиваемую? » Чэн Юйцзинь закатила глаза и не скрывала своего презрения к Хо Чанъюань. «Извини, но я не дурак».

"Вы!"

Чэн Юджин больше не хотел смотреть на этого идиота. Она холодно отвернулась, но увидела, что кто-то еще был поблизости. Она и Хо Чанъюань преградили здесь единственный путь, так что этот человек не смог продвинуться и был вынужден остановиться. Не знал, как долго он слушает их разговор.

Эта ошибка вызвала тайную панику у Чэн Юйцзиня. Но в мгновение ока она изобразила достойную и красивую улыбку, быстро наблюдая за другим мужчиной. Было раннее утро, а здесь был внутренний двор семьи Ченг. У него также не было поблизости слуги Чэна, который мог бы направить его путь, поэтому он должен быть близким родственником. На мужчине была свободная красная одежда, прикрытая черным плащом, на поясе висела эмблема государственного чиновника. Он был высок и стоял прямо, как сосна.

Чэн Юйцзинь изначально думал, что он член семьи. Если так, то ошибка, которую она только что совершила, не будет такой фатальной. Но при более внимательном рассмотрении она потеряла уверенность в своем первоначальном предположении.

Красное облачение означало, что он был придворным, да и звание его тоже не было низким. Из-за утреннего ветра, поднимавшего снег, ее обзор был затруднен, поэтому Чэн Юйцзинь почти не могла видеть внешность этого человека. Но он определенно не был стар.

Был ли у ее семьи Ченг такой родственник, молодой человек с высоким служебным положением?

Служитель рядом с мужчиной закашлялся и громким голосом напомнил: «Девятый хозяин, старый хозяин все еще ждет вас».

Девятый мастер? Чэн Юйцзинь внезапно понял, что это был он!

Другая сторона, казалось, ждала достаточно долго. Он и его свита медленно приближались, его глаза смотрели прямо на нее. Манеры Чэн Юджин всегда были безупречными, она отступила на шаг, чтобы уступить дорогу, затем слегка пошевелила запястьями и произнесла стандартное приветствие: «Привет, девятый дядя».

Глава 4 - Наследный принц

Чэн Юйцзинь отступил и уступил. Мужчина не стал притворяться вежливым и прошел мимо нее.

Он был высоким и прямым, выше Хо Чанъюань. Его брови напоминали меч, а глаза - звезду. Переносица у него была прямой, а на лице отчетливые края. В целом его внешний вид был очень выдающимся. На его лице не было никакого выражения, но когда он подошел ближе, Хо Чанъюань бессознательно отступил, уступая место этому человеку.

Такая аура, как будто он был рожден, чтобы ему поклонялись многие, явно не походила на нормальных людей.

Чэн Юйцзинь знал, что в семье Ченг был член с необычной личностью. Однако столько лет этого человека не было в усадьбе. Последние два года он, казалось, работал чиновником за пределами столицы, и она мало помнила о нем.

В том году инцидент был очень большим, и почти состарившаяся мадам Ченг полностью рассорилась со своим мужем, старым мастером Ченгом. В то время Чэн Юйцзинь была всего лишь годовалым ребенком, поэтому у нее не было ни малейшего воспоминания о том дне, когда старый мастер Ченг внезапно привел извне шестилетнего мальчика и сказал его семье, что он его и сына Сюэ-ши. Крови семьи Ченг нельзя было допустить, чтобы она вышла наружу, поэтому старый мастер Чэн вернул ребенка, чтобы он узнал своих предков.

Старая мадам Ченг мгновенно взорвалась. Очень хорошо, она много работала дома, заботясь о его семье, но маркиз Ченг осмелился посеять семена на улице, присоединившись к своей старой любовнице, и подарил ей шестилетнего незаконнорожденного ребенка!

Хотите, чтобы он вошел в дверь семьи Ченг? Мечтать!

Однако на этот раз старый мастер Ченг был настроен решительно. Он настоял на том, чтобы открыть родовой зал, записать ребенка в генеалогию клана Чэн, назвал его Чэн Юаньцзин и присвоил ему звание семьи своего поколения, таким образом мальчик стал девятым хозяином семьи Ченг.

Другими словами, по старшинству Чэн Юаньцзин был ее девятым дядей.

То, что произошло позже, даже Ченг Юджин почти не помнил. Старая мадам Чэн продолжала поднимать шум, угрожая, что, если старый мастер Чэн настаивает на том, чтобы вернуть маленькую Сюэ-ши и их незаконнорожденного сына, она вернет своих сыновей и дочь в свою родную семью. У старой мадам Ченг родились внучки, развестись с ней, конечно же, нельзя. Более того, она также была матриархом семьи, и она родила старому Учителю двух сыновей и одну дочь, поэтому ему пришлось придать жене какое-то лицо. Таким образом, маркиз купил дом на улице, и позволил маленьким Сюэ-ши и Чэн Юаньцзин жить там.

Блин, даже если бы ты мог связать его тело, ты не смог бы связать его сердце. Старая мадам Чэн больше не могла останавливать своего мужа. Поскольку маленькая Сюэ-ши и Чэн Юаньцзин больше не могли повлиять на ее статус, она просто закрывала на них глаза. Из-за старой мадам никто в семье Ченг не осмелился упомянуть девятого мастера. Из слухов, которые иногда распространял Цинфу Цзюньчжу , Чэн Юйцзинь знал, что этот посторонний сын выглядел очень умным. В шестнадцать лет он уже джинши1 . Но из-за того, что о нем не заботились старейшины, его карьера шла не гладко.

Для джинси поступать в академию Ханьлинь было нормально.2 . Хотя положение там было немного недооценено, оно находилось под прямым контролем Старшего Великого Секретаря Яна, что было единственным способом войти в кабинет в будущем. Чэн Юаньцзину не повезло. Во-первых, ему дали официальную должность, которая не была ни низкой, ни высокой, а вскоре после этого его перевели за пределы столицы.

Такой перевод мало кто перезвонит. Но сегодня Чэн Юйцзинь внезапно увидела во внутреннем дворе своего девятого дядю, Чэн Юаньцзина.

Когда Чэн Юаньцзин проходил мимо нее, он даже не взглянул на нее. Но Чэн Юйцзинь было все равно, потому что он также игнорировал Хо Чанюань.

Хо Чанъюань тоже был сбит с толку. Это был человек, прошедший армейскую подготовку. Он тоже съел свою долю опыта в битве, но даже не заметил человека, стоявшего на дорожке с таким количеством слуг!

Это сильно шокировало Хо Чанюаня и напугало его. Ему было наплевать на Ченг Юджин, и он даже не пытался остановиться, когда она ушла.

Он не мог пошевелить руками против женщины, поэтому пощечина Чэн Юджин была его компенсацией за нанесение ущерба ее репутации.

Чэн Юйцзинь прошел по тропинке и миновал тяжелые ворота. После того, как она больше не могла видеть никого позади, она спросила: «Этот человек сейчас девятый дядя?»

«Слушая, как его называл слуга, так и должно быть».

Чэн Юйцзинь нахмурился и пробормотал: «Моя бабушка больше всего ненавидит маленькую Сюэ-ши. За эти четыре или пять лет мы не слышали о нем, почему он внезапно вернулся сегодня? »

Откуда Ду Руо и Лянь Цяо могли знать? Чэн Юйцзинь прошла через лунные врата и пробормотала себе под нос: «Всего три года, а он уже поднялся до четвертого ранга, это слишком быстро».

Ду Руо и Лянь Цяо ничего не знали об императорском дворе, поэтому слова Чэн Юйцзиня вызвали у них любопытство: «Мисс, вы просто смотрите на него, откуда вы знаете, что девятый учитель уже является чиновником четвертого ранга?»

«Герцог, маркиз, фума3 , а чиновники до четвертого ранга носили темно-красную одежду. Четвертое звание уже достаточно высокий статус. В суде чиновников третьего ранга и выше мало ». Шаги Чэн Юйцзинь внезапно остановились: «Это плохо».

Они остановились прямо под цветком красной сливы. Белый снег и красные цветы, потому что Чэн Юйцзинь была в красном плаще, она выглядела еще живописнее, яснее и ярче.

«Биологическая мать девятого дяди - маленькая Сюэ-ши, и у матери Хо Чанюаня также есть фамилия Сюэ». Сама по себе фамилия не могла определить отношения маленькой Сюэ-ши и Хо Сюэ-ши, в конце концов, жизненный опыт этих двух женщин был разным, как облако и грязь. Но Чэн Юйцзинь видела во сне свою предыдущую жизнь, и она случайно узнала, что эти люди были действительно дальними родственниками!

Чэн Юйцзинь внезапно повернулся и пошел назад. Лиан Цяо и Ду Руо посмотрели друг на друга и быстро погнались за ней.

В этот момент Чэн Юаньцзин вошел в ворота самого роскошного двора поместья маркизов Ичунь. Он снял свой внешний плащ и передал его своему слуге. Слуга осторожно взял его и положил накидку на печь, чтобы высушить снег с ее поверхности.

Старый мастер Чэн изо всех сил пытался встать с постели, он сделал два шага к двери и чуть не упал. Взгляд Чэн Юаньцзина был быстрым, и он быстро помог старому мастеру Чэну. Еще до того, как молодой человек открыл рот, глаза старика уже были влажными.

Чэн Юаньцзин поднял руку, и слуги быстро удалились. После того, как в комнате больше никого не осталось, старый мастер Ченг, дрожа, встал, согнул колени и собирался преклонить колени: «Ваше высочество наследный принц, вы вернулись!»

Чэн Юаньцзин схватил старого мастера Чэна за руку и остановил его. «Маркиз, пожалуйста, сядь».

Слезы старого мастера Чэна едва прекратились, он отказался сесть и сказал: «Как может этот старик сидеть с вашим высочеством, это не соответствует правилам».

«Маркиз шутит, как здесь могут быть какие-то правила». Чэн Юаньцзин улыбнулся, но его глаза остались безразличными. «Маркиз, моя фамилия сейчас Ченг, ты больше не можешь меня так называть».

Старый мастер Чэн быстро кивнул. Он не осмелился ослушаться слов Чэн Юаньцзина и медленно сел на противоположное место. Однако, хотя он сидел, его поза явно угнетала.

«Тогда этот старый субъект будет невежливым и назовет вас пока девятым мальчиком».

Чэн Юаньцзин сделал жест рукой: «Маркиз, можешь».

«Девятый мальчик, твое положение снаружи было очень хорошим, почему ты внезапно вернулся?»

«Я слышал, что вы серьезно больны. Раз я юниор, как я могу тебя игнорировать? Кроме того, я не могу оставаться на посту вечно, поэтому я просто попросил, чтобы меня перевели обратно в столицу, чтобы тщательно ухаживать за болезнью Маркиза, так что позже я останусь в столице ».

Старый мастер Ченг радостно вздохнул. Хотя Чэн Юаньцзин был принцем, сыном дракона, но, в конце концов, он столько лет воспитывался под именем старого мастера Чэна, как между ними не могло быть никаких эмоций?

Прошлой зимой старый мастер Чэн тяжело заболел, и с тех пор его здоровье было хуже, чем раньше. В последние дни он часто чувствовал приближение его конца. Старый мастер Ченг вспоминает всю свою жизнь. Он родился в богатой и знатной усадьбе маркиза и в молодости прожил хорошую жизнь. Хотя однажды он потерял свою возлюбленную, позже ему посчастливилось воссоединиться с ней и начать все заново. В свои последние годы он также нес надежду всей страны. Старому мастеру Чэну не о чем было сожалеть, кроме этого наследного принца, которому пришлось остаться одному на улице, скрывая свою личность.

Поэтому, когда он увидел, что сегодня вернулся Чэн Юаньцзин, старый мастер Чэн был действительно тронут. Он вытер слезы из уголка глаз. Он взял Чэн Юаньцзина за руку и сказал: «Очень хорошо, что ты вернулся, очень хорошо. Если ты останешься в столице, император сможет увидеть тебя и почувствовать себя непринужденно ».

Чэн Юаньцзин долго молчал, прежде чем спросить: «Император ... хорошо ли его здоровье в последнее время?»

«Тело Императора было полностью здоровым. Просто потому, что тебя не было в столице, он скучал по тебе. Раньше ему доводилось видеть вас на дворцовом испытании, но потом вы уехали работать далеко, император сильно забеспокоился. Когда он видел мужчину примерно твоего возраста, он не мог не задыхаться от рыданий.

Услышав это, Чэн Юаньцзин погрузился в долгое молчание. Старый мастер Чэн вздохнул и медленно сказал: «Девятый мальчик, этот старый субъект знает, что ты много страдал с детства. Очевидно, что вы сын неба, но вы должны иметь дурную репутацию незаконнорожденного ребенка. Но император тоже страдает. Ян Фучэн контролирует правительство, а императрица Ян контролирует внутренний дворец. Дело не в том, что император не хочет забирать вас обратно, а в том, что он не может ».

"Я знаю." Чэн Юаньцзин закрыл глаза и спокойно, но безразлично улыбнулся: «Конечно, я знаю, что императору нелегко. Поскольку я придворный, естественно, я должен нести часть его невзгод ».

Ответ Чэн Юаньцзина вызвал у старого мастера Чэна невыразимый дискомфорт. Он хотел снова убедить его, но выражение лица молодого человека необъяснимым образом остановило его слова. Чэн Юаньцзин не выглядел ни мрачным, ни злым. Три года, которые он провел на улице, отточили его. Он стал более глубоким и сдержанным, никогда не показывал своих эмоций. Однако это только усилило его величественную ауру.

Он был решительным и невозмутимым, глубоким и неизмеримым.

Старый мастер Чэн увидел, что Чэн Юаньцзин проявляет все большее и большее величие того, кому суждено быть высоко наверху. Если он действительно потомок своей семьи Ченг, старый мастер Чэн уже мог спокойно закрыть глаза. Было жаль, хотя в семье Ченг был такой благословенный молодой человек, его настоящая фамилия не Ченг, и он не был настоящим Чэн Юаньцзином.

Это был Ли Чэнцзин, наследный принц его королевского высочества, который пропал без вести четырнадцать лет.

Старый мастер Чэн на протяжении десятилетий находился в составе императорского двора, его способность различать мысли людей была реальной. Он увидел, что Чэн Юаньцзин не хочет упоминать императора, поэтому он сменил тему: «Девятый мальчик, ты отсутствовал три года и не вернулся даже в новогодние праздники. Поскольку вы только что вернулись в столицу, а Министерство кадров до сих пор не дает вам нового задания, вам следует отдохнуть дома несколько дней. Вы так долго ушли из дома, некоторые из малышей уже выросли, возможно, вы их еще не видели ».

Чэн Юаньцзин неожиданно вспомнил сцену, которую он только что видел по дороге.

Что ж, он мог видеть одного из них.

Чэн Юаньцзин стало немного любопытно. Поскольку сегодня ему нечего было делать, он задал еще несколько вопросов: «Я вижу, что сегодня пришел гость, кто это?»

«Гость?» Старый мастер Ченг был озадачен. Он был серьезно болен и сейчас выздоравливает, так что, естественно, никто не беспокоил его о приближающихся гостях. Старый мастер Ченг понятия не имел, кто был сегодня в гостях. Увидев это, Чэн Юаньцзин добавил: «Это молодой человек, не очень старый. Военный ".

Старый мастер Ченг наконец понял. Был только один молодой военный, который мог появиться на заднем дворе поместья Ченг. Он улыбнулся и сказал: «Это мальчик из семьи маркиза Цзинъён Хо, его зовут Чанюань, в прошлом году он был помолвлен с вашей старшей племянницей».

"Ой?" это вызвало еще больший интерес у Чэн Юаньцзина, и в его глазах появилась легкая улыбка. После короткой паузы он медленно сказал: «Однако эти помолвленные пары, похоже, не были в хороших отношениях».

"Какие?" Старый мастер Ченг был сбит с толку. После того, как он нашел маленькую Сюэ-ши, его внимание и забота были полностью сосредоточены только на ней. Позже он узнал об истинной личности Чэн Юаньцзина и всем сердцем спланировал это для мальчика. Старый мастер Чэн редко, а возможно, даже никогда не обращал внимания на своих внуков во внутреннем дворе.

Но в конце концов, он все же знал, что старшая девочка изначально родилась во второй ветви, а позже была отдана его старшей невестке, чтобы она стала ее ди- дочерью. С годами эта старшая внучка была послушной и рассудительной. Хотя старый мастер Чэн не очень любил Чэн Юйцзинь, как старейшину, он определенно надеялся, что его внучка будет жить хорошо. Поэтому, когда Чэн Юйцзинь и Хо Чанюань были помолвлены, он искренне был счастлив за нее.

Прошло всего два месяца с момента их помолвки, как могла ситуация измениться так быстро?

Старый мастер Чэн никогда не спрашивал о домашних делах, потому что он полностью доверял женщинам своей семьи. Он сказал: «Твоя старшая племянница всегда была послушной девочкой, боюсь, что поступил с ней мальчик семьи Хо».

Чэн Юйцзинь был обижен? Он так не думал.

Старый мастер Чэн не заметил выражения лица Чэн Юаньцзина и продолжал бормотать: «Позже мне придется позвать старшего ребенка и узнать подробности. Его возраст уже не молод, он должен больше вести себя как отец. Правильно, девятый мальчик, Хо Чанъюань, и вы действительно можете считаться родственником.

Чэн Юаньцзин был удивлен. Он поднял брови: «А? ”

«Мать Хо Чанъюань также зовется Сюэ, она дальняя родственница Сюэлань».

Чэн Юаньцзин на самом деле не знал об этом. Старый мастер Чэн объяснил: «В тот год, когда замешана семья Сюэлань, вся ее семья была наказана изгнанием. Филиал Хо Сюэ-ши находился довольно далеко от Сюэлань, плюс наказание не коснулось замужних дочерей, поэтому ее не изгнали ».

Сюэлань было именем маленького Сюэ-ши. Именно она вернула Чэн Юаньцзина в столицу и вырастила его. В каком-то смысле маленькая Сюэ-ши была его приемной матерью.

Чэн Юаньцзин кивнул. Казалось, что, поскольку он уже вернулся в столицу, ему придется тщательно исследовать детали каждой известной семьи.

Когда старый мастер Чэн и Чэн Юаньцзин еще разговаривали, они внезапно услышали приближающиеся снаружи шаги и замолчали.

Стоящий снаружи охранник сложил ладони у двери: «Маркиз, девятый хозяин, старшая юная мисс приходит выразить свое почтение».

Выражать уважение? Чэн Юаньцзин покачал головой и улыбнулся, он нашел эту номинальную племянницу более интересной. Она действительно была встревожена, потому что он случайно застал ее «маленькое действие». Но неожиданно прошло много времени, прежде чем она наконец погналась за ним здесь.

Старый мастер Ченг нахмурился. Обычно он не позволял своим подчиненным ежедневно выражать уважение. Только 15-го числа каждого месяца приходили его сыновья и внуки, как формальность. Внучки, он обычно видел их всего несколько раз в год. Почему внезапно пришел Чэн Юйцзинь?

Старый мастер Чэн посмотрел на Чэн Юаньцзина, спрашивая его мнение. Чэн Юаньцзин с улыбкой кивнул и сказал: «Пусть войдет старшая из молодых мисс».

Глава 5 - Чтобы пожаловаться на ее жалобы

Сразу после того, как Чэн Юйцзинь вошла в комнату, ее взгляд упал на Чэн Юаньцзин, но, не моргнув глазом, она склонила голову и изящно отсалютовала старому мастеру Чэну: «Внучка уважает дедушку и желает мира».

После этого Чэн Юйцзинь слегка повернулся и снова поклонился Чэн Юаньцзину: «Племянница приветствует девятого дядю».

Чэн Юаньцзин легко поднял руку и сказал: «Вставай».

Ченг Юджин был немного удивлен. Старый мастер Чэн был здесь, но Чэн Юаньцзин действительно звонил? Она тайком взглянула на старого мастера Чэна и обнаружила, что его лицо все еще было спокойным и невозмутимым, как будто он вообще ничего не заметил.

Ладно, если старый мастер Ченг потакал своему сыну, почему она должна волноваться? Чэн Юйцзинь выпрямилась и улыбнулась. «Эта племянница не знала, что сегодня вернулся девятый дядя, извините, что не пошел на встречу с вами. Как продвигается девятый дядя? »

Чэн Юаньцзин посмотрел на очаровательную улыбку Чэн Юйцзиня. «Внутри», - втайне думал он. Он действительно слишком надолго уехал из столицы, поэтому не успевал за динамикой здесь. Девушка в эти дни, хотя ее возраст был еще молод, отточила актерское мастерство. Если бы он не увидел этого собственными глазами, Чэн Юаньцзин не поверил бы, что такая нежная и красивая маленькая девочка сможет дать пощечину своему жениху.

Чэн Юаньцзин ответил: «Неплохо. Ты юниор, поэтому тебе не стоит беспокоиться о внешних делах.

Слово «младший» вылетело из его уст, и Чэн Юджин почувствовал себя неловко. Чэн Юаньцзин и ее возраст не сильно различались, но молодой человек очень естественно обращался к ней как к своей младшей. Чэн Юджиню было трудно принять это спокойно.

Но кто позволил дедушке забыть свою давнюю любовь? Таким образом, Чэн Юйцзинь могла принять только этого дядю, который был всего на пять лет старше ее.

Поскольку здесь был Чэн Юйцзинь, старый мастер Чэн прямо спросил: «Старшая девочка, позволь мне спросить, что случилось между тобой и мальчиком семьи Хо?»

Чэн Юйцзинь тихо взглянул на Чэн Юаньцзина. Несомненно, это должен быть он сообщил старому Учителю. Чэн Юйцзинь подумал, что ее движения были скрытными и быстрыми, но неожиданно в этот самый момент Чэн Юаньцзин перевел взгляд и улыбнулся ей.

Чэн Юйцзинь стал нервничать еще больше. Она не знала, как Чэн Юаньцзин рассказал об этом старому мастеру Чэну, поэтому решила быть осторожной и сказала: «Дед, я и маркиз Хо… мы уже невозможны».

"Какие?" Старый мастер Ченг нахмурился: «Маленькая девочка, что за чушь ты говоришь. Вы уже его невеста, его незамужняя жена. Вы проведете вместе остаток жизни. Как ты можешь внезапно стать невозможным? »

Чэн Юйцзинь опустила голову, демонстрируя идеальную грусть: «Маркиз Хо, он… пришел сегодня отменить нашу помолвку».

"Какие!" На этот раз старый мастер Ченг был так удивлен, что его голос неосознанно повысился. Чэн Юаньцзин тоже на мгновение ошеломил. Их помолвка была отменена? Неудивительно, что она дала ему пощечину. У этой девушки действительно была для этого веская причина.

Старый мастер Чэн, очевидно, не знал, что помолвка Чэн Юйцзинь была отменена, и он не знал, что она ударила Хо Чанъюань. Чэн Юйцзинь почувствовал облегчение. Оказалось, что Чэн Юаньцзин сказала ему намного меньше, чем она ожидала.

Теперь у Ченг Юйцзинь была полная свобода действий, она продолжала тихо жаловаться: «Эта внучка действительно не знала, что происходит. До вчерашнего дня наши отношения оставались хорошими. Но сегодня утром маркиз Хо внезапно пришел в поместье и холодно сказал, что хочет расторгнуть нашу помолвку. Эта внучка совершенно растерялась, поэтому я пошла спросить его, почему, но потом он сказал бабушке ...

Чэн Юйцзинь еще больше опустила голову. Как будто она не могла сдержать слезы, но не хотела, чтобы ее видели другие, поэтому она просто склонила голову и отказалась показать свое горе. Чэн Юаньцзин улыбался, но ничего не сказал. Он спокойно наблюдал за слезной жалобой Ченг Юйцзинь, как если бы она искренне плакала.

Старый мастер Ченг забеспокоился еще больше и спросил: «Что он сказал?»

«Он сказал, без причины, он просто не хотел жениться на этой внучке. Позже он сказал, что я был лицемером, который стремился к славе, и что после того, как эта помолвка не удалась, ни один мужчина не захочет жениться на мне ».

Чэн Юаньцзин приподнял брови, глядя на Чэн Юйцзиня с полуулыбкой. Этот приговор был направлен против него. Он только что вернулся в столицу и хотел навестить больного старого мастера Чэна. В результате он увидел ссорящуюся пару в проходе. Чэн Юаньцзин был очень чувствителен к своему окружению, поэтому он остановился и решил подождать, пока молодая пара закончит свою ссору.

Хотя на самом деле Чэн Юаньцзин прибыл туда первым.

Но он никогда не думал, что увидит такую чудесную пьесу.

Даже сейчас старшая молодая мисс этой семьи Ченг все еще строила планы. Хо Чанъюань действительно назвал ее «лицемеркой» и «стремящейся к славе». Но после того, как Чэн Юйцзинь изменил свои слова, весь смысл полностью изменился. Чэн Юйцзинь хотела получить немного жалости от своего деда, но боялась, что Чэн Юаньцзин может разоблачить ее, поэтому она намеренно играла со своими словами.

Конечно, Чэн Юаньцзин тоже не был таким праздным.

Старый мастер Чэн был полностью разъярен, услышав «обиды» Чэн Юйцзиня и громко отругав Хо Чанюаня. Чэн Юйцзинь с удовольствием слушал, время от времени добавляя масла. Ее зрачки, яркие, как лак, двигались легко, как два ослепительных камня. Наконец она посмотрела на Чэн Юаньцзина и сказала: «Маркиз Хо имел военные заслуги, и император лично помог ему вернуть себе титул маркиза. Его будущее безгранично, поэтому для него нормально смотреть на меня свысока. Однако, хотя он меня унижать - ничто, но у него нет причин опозорить нашу семью Ченг. Девятый дядя, согласны?

Старый мастер Чэн нервно взглянул на Чэн Юаньцзина. Наследный принц всегда был в состоянии дать команду, кто осмелится говорить с ним в таком тоне? Выражение лица старого мастера Чэна угасло, и он отругал Чэн Юйцзиня: «Дочь старшего ребенка, не дерзай».

Наглый? Как она поступила нагло? Чэн Юйцзинь был полностью сбит с толку. Во время разговора один торил, а другой торил. Разве все не были такими? Но старый мастер Ченг отругал ее за наглость!

Неудивительно, что старая мадам Чэн до мозга костей ненавидела маленького Сюэ-ши, фаворитизм старого мастера Чэна был слишком очевиден.

Чэн Юаньцзин явно чувствовал, что этот старший скучающий по Чэну теперь неприятно видит его. Хотя она не показывала это снаружи, но внутри она явно закатила глаза. Чэн Юаньцзин не обратил на это внимания и прямо спросил: «Титул маркиза Хо Чанюаня был пожалован императором?»

«О, это». Старый мастер Чэн объяснил: «Я уже говорил вам об этом. На праздничном пиру, когда император увидел, что Хо Чанъюань и наследный принц примерно одного возраста, император спросил его о нескольких вещах, и вскоре после этого люди внизу быстро вернули семье Хо титул маркиза ».

Старый мастер Чэн сказал, что это на самом деле было для Чэн Юаньцзина, но, к сожалению, Чэн Юйцзинь не знала, поэтому она ответила: «В конечном счете, Хо Чанъюань просто грелся в свете наследного принца. Поскольку император скучал по наследному принцу, его благосклонность перешла на семью Хо. Не знаю, почему эта семья до сих пор так гордится ».

Старый мастер Ченг не ожидал такого замечания. Он удивленно посмотрел на Чэн Юджиня, его челюсть была открыта. Эта девушка осмелилась говорить о наследном принце таким непринужденным тоном, как если бы он был обычным прохожим, у нее кишки были слишком большими!

Чэн Юйцзинь была поражена, ее дедушка отреагировал так, будто она только что нарушила серьезное табу: «Я… я сказал что-то плохое?»

Сбоку тихонько усмехнулся Чэн Юаньцзин. Хотя он продолжал неглубоко улыбаться с тех пор, как Чэн Юйцзинь вошел в комнату, это было не то же самое, что искренний слышимый смех, который он только что показал.

Казалось, это был первый раз, когда он ясно выразил свои эмоции, поэтому Чэн Юджин был необъяснимо удивлен. Вместо этого это был старый мастер Ченг, который внезапно почувствовал облегчение и улыбнулся.

Он говорил так долго, но не видел, чтобы наследный принц дал хоть малейшую положительную реакцию, вместо этого его высочество стало очень неохотно держать эту тему на плаву. Неожиданно маленькая девочка небрежно пожаловалась, но сумела облегчить больное место наследного принца и рассмешила его.

С раннего возраста наследный принц так много страдал и, таким образом, рос таким непостижимым и сдержанным, никогда не проявлял своих эмоций. Это действительно был хороший метод самозащиты, но молодой принц, казалось, надолго потерял смех. Старый мастер Чэн даже не мог ясно вспомнить, когда в последний раз Чэн Юаньцзин искренне смеялся.

Чэн Юйцзинь увидела, что выражение лица ее деда сменилось гневом на облегчение и даже показалось очень эмоциональным. Она подняла брови и с улыбкой спросила: «Дедушка, девятый дядя, что происходит?»

"Ничего." Чувствуя себя расслабленным, старый мастер Чэн внезапно поднял лицо и строго предупредил Чэн Юйцзинь: «Никогда больше не комментируйте дела суда».

Чэн Юйцзинь склонила голову и уважительно ответила: «Да».

Старый мастер Чэн свалил тяжелую ношу на свое сердце и внезапно почувствовал себя полностью расслабленным. Казалось, что даже его болезнь почувствовала себя лучше. Затем он сказал Чэн Юаньцзину: «Девятый мальчик, ты редко приходил домой. Сходи к старой мадам.

Вместо приказа тон старого мастера Чэна был больше похож на вопрос. Чэн Юаньцзин на мгновение задумался, прежде чем встал и нежно кивнул старому мастеру Чэну: «Тогда я пойду навестить маркизу. Маркиз, тебе следует хорошо отдохнуть и восстановить силы.

Старый мастер Чэн поспешно кивнул: «Да, конечно».

Ченг Юйцзинь, наблюдавшая со стороны, сузила глаза. Такие отношения отца и сына не казались нормальными.

Чэн Юаньцзин уже встал, поэтому Чэн Юйцзинь поспешно сказал: «Дедушка, я буду сопровождать девятого дядю навестить бабушку, так что я не должен больше мешать твоему отдыху».

Чэн Юйцзинь быстро подошел к двери. Уголком глаза Чэн Юаньцзин оглянулся, нисколько не удивившись.

Основываясь на многолетнем опыте Чэн Юджина как члена престижной семьи, так как они ушли в отпуск в одно и то же время, очевидно, что вежливый способ сделать это - выйти вместе и прогуляться рядом. Однако, когда Чэн Юйцзинь надела свой красный плащ и переоделась в верхние кожаные ботинки, Чэн Юаньцзин фактически вышла, не дождавшись ее.

На какое-то время Чэн Юйцзинь был ошеломлен. Неужели этот человек сам поднялся до четвертого ранга? Такое беззаботное отношение, как будто его не заботит общественное поведение и межличностная вежливость, не говоря уже о чиновничестве, сможет ли он выжить, живя в дворянской усадьбе?

Чэн Юйцзинь поспешно надела туфли, затем взяла у своей служанки маленькую медную грелку и выбежала.

Снаружи холодный ветер влетал один за другим в лицо, и белый снег закрывал обзор. Чэн Юаньцзин некоторое время шел, как вдруг услышал чей-то сзади крик: «Девятый дядя».

Чэн Юаньцзин родился как старший принц ди . Когда он был очень молод, в суде царил бурный хаос. Однако, сколько бы конфликтов ни происходило во внутреннем дворце и во внешнем дворе, никто не осмеливался привлечь этого старшего принца, по крайней мере, с яркой стороны. В детстве Чэн Юаньцзин прожил благородную жизнь. Когда ему было три года, император взял его под колени и лично вырастил Чэн Юаньцзина. Ему едва исполнилось пять лет, и император назначил его наследным принцем согласно законам предков.

Никто никогда не осмеливался позволить Чэн Юаньцзину ждать их, поэтому у него никогда не было привычки ждать других.

Но теперь кто-то позвал его сзади и остановил, это было новым опытом для Чэн Юаньцзина. По любопытному совпадению, Чэн Юаньцзин действительно остановился. Оглянувшись, он увидел, что красная фигура быстро приближается, шаг за шагом.

Как редко, чтобы она действительно могла убежать.

Чэн Юйцзинь не знала, какой комментарий Чэн Юаньцзин только что сделал о ней, и остановилась перед молодым человеком. Неважно, сколько в ее сердце выговоров было в адрес этого высокомерного человека, но поскольку теперь ей все еще нужно было просить его о помощи, Ченг Юджин просто прищурилась и показала идеальную улыбку. Ее улыбка была похожа на полумесяц, теплая и красивая. «Девятый дядя, ты очень быстрый ах».

Чэн Юаньцзин спокойно посмотрел на нее. Увидев, что спустя долгое время Чэн Юйцзинь все еще ничего не сказал, терпение наследного принца закончилось. Он прямо спросил: «Что?»

Чэн Юйцзинь на секунду замер. Она быстро моргнула и показала стандартную улыбку молодой мисс: «Девятый дядя только что вернулся, эта племянница должна была принять вас должным образом. Но…. Я позволил девятому дяде наткнуться на какие-то неприятные вещи ».

Чэн Юаньцзин знал, почему она намеренно гналась за ним. Он слегка улыбнулся, желая увидеть, какую риторику покажет ему эта девушка.

Губы Чэн Юйцзинь изогнулись в безупречной улыбке, ее глаза вспыхнули от множества вычислений, пытаясь исследовать Чэн Юаньцзин. «Говорили, что нельзя выносить позор семьи. И мое дело, девятому дяде было нехорошо его распространять. Во-первых, бабушке только сердце разобьется, да еще дедушка еще болел, действительно было бы несправедливо тревожить старших по этой мелочи. Во-вторых, брак предполагает репутацию и порядочность обеих сторон. Если бы только обо мне, это не имело большого значения. Но, в конце концов, маркиз Цзинъён был человеком, которого лично узнал император. Если бы мы случайно показали его частный скандал, я боюсь, это только повредит поместье маркиза Ичунь. Третий…."

На каждый свой шаг Чэн Юйцзинь всегда думала на три шага вперед. Что бы ни случилось, она должна занять высокое нравственное положение и достойно использовать праведность, сыновнее почтение и семейную верность в своих интересах, чтобы никто не мог указать на ее ошибки. Она использовала свой обычный метод, чтобы убедить Чэн Юаньцзина, но не ожидала, что мужчина будет только слушать какое-то время, прежде чем внезапно перебил ее: «Так много чепухи».

Чэн Юйцзинь на мгновение замер. Она, старшая внучка поместья маркиз Ичунь, непосредственный бенефициар социальной системы, которая отдавала приоритет детям старшего возраста, никогда не слышала таких слов столько лет.

Девушка, которая всегда была идеальной моделью для всех благородных молодых мисс, сразу вышла из себя: «Что ты сказал?»

Глава 6 - Дядя и племянница

Тон Чэн Юйцзиня был полон раздражения. Хотя она была всего лишь украшением, она, тем не менее, была красивой и полезной. До тех пор, пока старая мадам Чэн все еще желала поддержать ее, и Цинфу Цзюньчжу не теряла своего положения, она всегда будет самой почтенной старшей молодой мисс в поместье маркиза Ичунь. Сколько людей смеют сказать, что она говорила глупости?

Когда Чэн Юйцзинь впился в него взглядом, хотя ее круглые глаза были живописны, он мог видеть ее настоящие эмоции, скрытые в них. Чэн Юаньцзин подумал, что текущая она была более приятной для его глаз. Оказалось, что ему действительно не нравился идеальный образ этой девушки.

Чэн Юджин была в ярости, но мужчина перед ней не проявил ни малейшей реакции и все же осмелился спросить: «Это все?»

Глаза Чэн Юджиня расширились еще больше. Чэн Юаньцзин воспринял ее выражение как ответ, повернулся и ушел, не принимая ее всерьез. Совершенно раздраженный Чэн Юйцзинь холодно крикнул: «Девятый дядя!» сзади. Нет ответа. Она больше не могла этого терпеть и поспешила за ней, быстро преграждая путь Чэн Юаньцзину.

Все приближенные Чэн Юаньцзина знали его настоящую личность. Опрятный мужчина, похожий на охранника, нахмурился. Та девушка, она осмелилась преградить путь наследному принцу, ее храбрость была слишком велика.

Мужчина быстро вмешался, громким голосом: «Старшая мисс Ченг…»

Если бы Чэн Юйцзинь уделяла больше внимания, она бы заметила, что охранник назвал ее «старшей мисс Ченг». Как мог слуга обращаться к члену семьи, которой он служил, по ее фамилии?

Однако в этот момент Чэн Юйцзинь не заметил этой детали. Она стояла перед Чэн Юаньцзином и смотрела на него с очевидной холодностью в глазах.

Казалось, что раз уж ситуация ухудшилась, Чэн Юйцзинь просто решила сорвать кожу со своей «послушной и добродетельной юной леди». Она прямо возразила: «Сразу после того, как вы вернулись, девятый дядя увидел такую сцену. По-видимому, ваше впечатление обо мне упало на самое дно. Но девятый дядя - старший, а ты уже чиновник четвертого ранга, соответствующий твоему красному одеянию. Так почему девятому дяде все еще нужно возиться с племянницей, которая не вышла из ее будуара? Я не боюсь, что девятый дядя будет шутить надо мной, но сегодня мою помолвку только что отменили, и мои эмоции нестабильны. Таким образом, мои слова и действия неизбежно становятся более агрессивными. Однако, хотя мужчине разрешено вступить в повторный брак, женщине нельзя. Эта отмена никак не повлияет на Хо Чанюань. Но для меня, даже поиск будущего брака может оказаться проблематичным. У меня нет другого выбора, кроме как заставить меня пожалеть дедушку и бабушку ».

Взгляд Чэн Юаньцзина на Чэн Юйцзиня не выражал эмоций. Естественно, он ее тоже не пожалел. «Итак, какое отношение это имеет ко мне?»

Чэн Юджин улыбнулся и сказал: «Конечно, это не имеет ничего общего с девятым дядей. Достаточно, если ты промолчишь ».

Чэн Юаньцзин хотел немного посмеяться. На самом деле он действительно смеялся. Как забавно. Он уже прожил 19 лет, и это был первый раз, когда кто-то осмелился контролировать, что он может сказать или нет.

Двое из них стояли очень близко. Чэн Юаньцзин улыбался ей. Хотя улыбка была неглубокой и не доходила до его глаз, Чэн Юджин все же почти украл ее душу.

Ченги были престижной семьей на протяжении пяти-шести поколений. После стольких лет высококлассной жизни в сочетании с красивыми наложницами, которые улучшили внешний вид следующих поколений, никто из потомков семьи Ченг не был уродливым. Кроме того, благодаря своим предкам, которые упорно отказывались стремиться выше, предаваясь себя в очаровании красавиц, когда он достиг поколение Cheng YUJIN, всей семья, независимо от пола, при размещении среди всех молодых мастеров и молодых промахов в столице, будет все получают внимание только из-за их номинальной стоимости. Тем не менее, самый красивый мужчина в семье Ченг или даже самый красивый человек, которого когда-либо видел Ченг Юйцзинь, ни один из них не превзошел Чэн Юаньцзина.

Он был высоким, с отчетливыми бровями, прямой и высокой переносицей. Его щеки имели четкую форму, каждая часть делала его красивее. Его кожа тоже была белой, с красивыми глазами, густыми ресницами и тонкими красными губами.

Такие атрибуты, когда они были у мужчины, его можно было назвать красивым. Но красота Чэн Юаньцзин не была женской, она была равнодушной к другим, выдающейся и неприступной.

Поэтому он просто слегка улыбнулся, и Чэн Юджин также ясно почувствовал его отчуждение, но все еще не мог не пребывать в трансе.

Чэн Юйцзинь поспешно протрезвела. Она не могла позволить мужчине увидеть, что его появление чуть не лишило ее души. Чэн Юйцзинь собиралась уладить ситуацию, но, немного посмеявшись, Чэн Юаньцзин проскользнула мимо нее и быстро ушла.

Чэн Юйцзинь нахмурился. Что он имел в виду? Согласился он или нет?

Чэн Юаньцзину никогда не нужно было объяснять себя другим, не говоря уже о том, чтобы соглашаться на их просьбу. С самого начала у него никогда не было намерения рассказывать другим людям о деле Чэн Юджиня. У каждого был свой образ жизни. Хотя этикет предписывал женщинам быть нежными и добрыми, Чэн Юаньцзин, напротив, считал, что женщинам лучше быть более хитрыми, как Ченг Юйцзинь.

Чтобы они не стали такими, как его мать.

Следовательно, Чэн Юджину на самом деле не нужно было его преследовать. Когда девушка сказала, что ее будущее замужество будет проблематичным, Чэн Юаньцзин даже почувствовал какие-то скрытые эмоции. Хорошо, тогда просто отпусти ее на этот раз.

Чэн Юаньцзин подумал, что сегодня он необычайно любезен. Но не ожидал, что только через несколько шагов девушка вдруг снова окликнет: «Девятый дядя».

Чэн Юаньцзин не мог не остановиться и посмотрел на нее: «Что еще?»

Чэн Юйцзинь не ответила, но внезапно ускорила шаг и обошла его, шагая, как гордый лебедь.

Все его люди были поражены. Слуга с аккуратным лицом тихо спросил: «Девятый хозяин, это…»

Наполовину раздраженный и наполовину обрадованный, Чэн Юаньцзин на мгновение прижался ко лбу. Когда он снова поднял голову, его лицо вернулось к своему обычному безразличию: «Она всего лишь маленькая девочка. Пошли."

"Да."

Чэн Юйцзинь был зол. Она была старшей молодой мисс из семьи маркизов. Всю свою жизнь она всегда шла впереди других, а не наоборот. Почему она должна мириться с невежливостью Чэн Юаньцзина? Поэтому она сознательно шла перед ним и нарочно показывала еще более благородную и высокую осанку, чем обычно.

Жалко, что Чэн Юаньцзин был высоким и с длинными ногами, поэтому он шел быстрее, чем она. На самом деле они вдвоем прибыли в Шоуан-холл старой мадам Чэн одновременно.

Старой мадам Чэн пришлось рано утром отменить помолвку внучки, и теперь она была в плохом настроении. Пришла служанка и доложила: «Здесь девятый хозяин и старшая юная мисс».

Когда старая мадам Ченг услышала это, уголки ее рта заметно опустились.

Чэн Юйцзинь вошел в комнату старой мадам, полный напряжения. Женщины не могли спрашивать о делах вне дома, а мужчины не могли вмешиваться во внутренний двор. Хотя старый мастер Чэн имел высшую власть в поместье маркиза Ичунь, для Чэн Юйцзиня он был гораздо менее влиятельным, чем старая мадам Чэн и Цинфу Цзюньчжу .

Чэн Юаньцзин заметил изменение Чэн Юйцзинь и бросил на нее легкий взгляд. После входа во внутреннюю комнату нервозность Чэн Юйцзиня стала заметна. Она улыбнулась и по очереди отсалютовала старейшинам в комнате. «Внучка уважает бабушку, мать, вторую тётю».

Приветствие Чэн Юаньцзина было намного проще. Он просто кивнул и сказал: «Желаю, чтобы Маркиза была здорова. И старшая, и вторая невестка.

У Чэн Юаньцзина был официальный пост, и какой-то мальчик-слуга даже сказал, что он поднялся до четвертого ранга. Как гласит пословица, чиновник одним рангом превосходил подчиненных. Учитывая молодой возраст Чэн Юаньцзина, он был еще более устрашающим. Поэтому, когда Чэн Юаньцзин поздоровался лишь случайно, выражение лица старой мадам Чэн ничуть не изменилось. А поскольку даже их свекровь не осмелилась выразить недовольство, Цинфу Цзюньчжу и Жуань-ши тоже ничего не могли сказать.

Хотя Цинфу Цзюньчжу была женой шизи , положение Чэн Юаньсянь было лишь номинальным пятым рангом. Его пост не имел реальной власти и не был прибыльным, и ему было бы трудно продвигаться по службе. Итак, Цинфу Цзюньчжу действительно не осмелился обидеть этого молодого зятя.

Четвертый ранг был настоящим порогом чиновничества. Сыновья благородных семей, как и их собственная, могли, полагаясь на заслуги своих предков и некоторые взятки, медленно подниматься на шестой или пятый ранг. Но получение четвертого ранга и выше зависело исключительно от реального мастерства. Посты в этих рядах нельзя было купить только за деньги.

Поэтому, когда она услышала, что идет Чэн Юаньцзин, лицо Цинчжу Цзюньчжу застыло, и она встала со своего места. Поскольку Цинфу Цзюньчжу стоял, Руань-ши должен был последовать за ним. В этой комнате продолжала сидеть только старая мадам Ченг.

После того, как Чэн Юаньцзин закончил свое приветствие, Цинфу Цзюньчжу и Жуань-ши улыбнулись и вернулись с полу-приветствием. «Девятый хозяин вернулся. Почему вы не отправили письмо, если бы я знал, я бы уже послал кого-нибудь, чтобы забрать вас у городских ворот. Девятому мастеру не нужно беспокоиться о себе ».

«Спасибо за проблемы старшей невестки». Чэн Юаньцзин слабо улыбнулся: «Я привык бродить по улице. Эти мелочи, не надо вас беспокоить ».

Цинфу Цзюньчжу предложил ему добрую волю, но другая сторона совершенно не обратила внимания. Некоторое время она неловко стояла. Коснувшись собственных волос, она заставила себя улыбнуться: «Понятно. Пока девятый мастер в порядке ».

Таким образом, этот Цинфу Цзюньчжу тоже может быть сдулся. Скрывая радость, Руань-ши взглянула на невестку.

Чэн Юйцзинь и Чэн Юаньцзин вместе вошли в комнату. После того, как эти двое поприветствовали друг друга, Чэн Юйцзинь послушно улыбнулся, в то время как Чэн Юаньцзин обменялся светской беседой с остальными. Эта сцена каким-то образом заставила старую мадам Ченг почувствовать необъяснимую странность, прежде чем ей внезапно пришла в голову нелепая идея: как эти два человека могут выглядеть как пара?

Старая мадам Ченг была поражена этой мыслью. Сразу после этого она испугалась, что возраст затуманил ее разум. Чэн Юаньцзин и Чэн Юйцзинь были дядей и племянницей, как они могли быть парой. Но ей пришлось признать, что у них обоих была прекрасная внешность и исключительный темперамент. Стоя бок о бок, они действительно подходили друг другу.

Цинчжу Цзюньчжу и Жуань-ши осторожно пытались поговорить с Чэн Юаньцзином, но старая мадам Чэн была намного холоднее. Она просто приподняла веки и легонько сказала: «Ты вернулась».

Улыбка Чэн Юаньцзина ничуть не изменилась: «Да».

Старая мадам Чэн действительно не могла показать хорошее лицо Чэн Юаньцзину. Она просто спросила его о его должности за пределами этих трех лет и о том, гладка ли его карьера или нет. После этого больше ничего не было. Увидев холодную атмосферу, Чэн Юйцзинь быстро улыбнулся и сказал: «Бабушка, девятый дядя, только что вернулся из посещения деда. Сегодня состояние деда вроде бы намного лучше, настроение у него хорошее. Мы просто посидели немного, и он уже уговаривал нас зайти к вам ».

Слова Чэн Юджиня были полной чепухой. Старый Мастер и старая мадам семьи Ченг были парой на протяжении десятилетий. Как могла старая мадам не знать, какой темперамент у ее мужа? Отношения мужа и жены были полностью заморожены на столько лет. Как мог теперь, в последние годы жизни, внезапно заботиться о своей жене?

Несмотря на все это, старая мадам Ченг все еще не могла удержаться от улыбки, услышав слова внучки. Всем нравилось слушать приятные слова. Старая мадам Чэн взглянула на Чэн Юйцзинь. Она была внучкой, которой гордилась больше всего. Девушка была внимательна и умела использовать слова. Каждое ее движение было достойным похвалы, принося гордость поместью маркиза Ичунь.

Например, только что она увидела, что старая мадам Чэн и ее успешный сын шу погрузились в неловкое молчание, Чэн Юйцзинь быстро спас сцену. Просто улыбаясь, сказав два или три предложения, она не только польстила старой мадам Чэн, но и втайне упомянула о сыновности Чэн Юаньцзина, что вскоре после того, как он вернулся, он немедленно выразил свое почтение старой мадам Чэн. Не моргнув глазом, Чэн Юаньцзин вытащили.

Старушке Мадам Ченг нравилась лесть внучки, но прежняя странность снова возросла. Таким образом, разве эти двое не выглядели как пара?

Глава 7 - Избавление от проблемной ситуации

Старая мадам Ченг тоже задавалась вопросом, почему у нее внезапно возникла эта идея. Она отбросила беспорядочные мысли и спросила Чэн Юйцзинь: «Старшая девочка, что на самом деле происходит между тобой и маркизом Хо?»

Улыбка на лице Чэн Юджиня потускнела. Зал Шоу'ан, который всего лишь мгновение назад все еще кипел теплой беседой, внезапно затих. Все взгляды упали на Чен Юйцзинь. Чэн Юаньцзин тоже взглянул на нее с редкой жалостью.

Хотя у этой племянницы был глубокий ум и она поступала криво, в этом вопросе она действительно была полной жертвой. Например, теперь было ясно, что Хо Чанюань был тем, кто разрушил сражение. Тем не менее, все допрашивали ее, как будто она сделала что-то не так, из-за чего ее жених отказался жениться на ней.

Чэн Юйцзинь опустила голову. Прикрытые ее длинными ресницами, другие не могли ясно видеть ее выражение. Через некоторое время она прошептала: «Эта внучка не знает».

"Вы не знаете?" Старая мадам Ченг была полна сомнений. «Если вы не знаете, почему маркиз Хо отменил вашу помолвку? Если вы действительно не знаете, почему вы сбежали и разорвали брачный контракт на глазах у всех? »

Итак, Чэн Юджин лично разорвал брачный контракт. Чэн Юаньцзин удивленно поднял брови. Его разум вспомнил сцену, когда он впервые увидел Чэн Юйцзинь, и медленно объяснил причину и следствие.

Рано утром Жуань-ши услышал новости о том, что семья Хо приехала отменить помолвку. Когда Чэн Юйцзинь и Хо Чанъюань впервые обручились, Руань-ши была искренне рада за свою старшую дочь. Но вскоре она начала беспокоиться за свою менее удачливую младшую дочь. Очевидно, они были сестрами-близнецами, их судьбы должны были быть такими же, но поскольку Чэн Юджин была отдана в первую ветвь, ее Мо'эр подавлялась повсюду. Даже недавно приобретенную парчу в поместье Чэн Юаньцзин должна сначала выбрать, прежде чем Чэн Юмо дойдет до своей очереди.

Старая мадам Чэн была известна тем, что строго придерживалась порядка и старшинства. Но Жуань-ши с горечью подумала, что ее свекровь просто тяготеет к первой ветви. Только потому, что старший мастер женился на жене с сильной поддержкой, весь клан Ченг должен был позволить своей крови высасывать первую ветвь.

Ее муж, второй учитель, был явно более прилежным и умным, чем Чэн Юаньсянь, а также имел лучшие академические достижения. Тем не менее, старая госпожа Чэн дала Чэн Юаньсяню все ресурсы, купив для него официальную должность и социальные связи. А вот второму мастеру пришлось пробыть на нижнем посту пять лет. Очевидно, что при некоторых возможностях его можно было быстро продвинуть по службе. Но старая мадам закрыла глаза и сосредоточилась только на первой ветке.

В конце концов, старший мастер был старшим сыном, и у него тоже был титул шизи . В будущем он возьмет на себя всю усадьбу маркиза Ичунь. Так что старая мадам была неравнодушна к нему, Руань-ши все еще мог терпеть это. Но как насчет Моэра? Чего не хватало ее дочери, чтобы ее всегда подавляли и ей приходилось ждать, пока ее сестра закончит выбор, прежде чем у нее даже появится шанс?

Так было с их одеждой и украшениями, а теперь и с их браком. Небеса знали, как ревновала Руань-ши, когда она услышала о предложении руки и сердца от поместья маркиза Цзинъён. Она даже подумала, что ее Моэр был таким рассудительным и умным, никогда не соперничал и не дрался, всегда был внимателен к своим родителям во всем, что делала. Так много людей очень любили ее. Хо Чанюань был военным. Разве такой вспыльчивый юноша, как он, не должен больше сочетаться с нежным и очаровательным Моэром? Ченг Юйцзинь учила такая мать, слишком соответствующая правилам и регулярности, не такая живая и веселая, как Мо'эр. Даже если она выйдет замуж, сможет ли она угодить маркизу Цзиньёну?

Какой бы кислой она ни была, Руань-ши ничего не мог сказать на поверхности. Позже она услышала, что предложение Хо Чанюаня было связано с долгом по спасению жизни, когда они перебрались в поместье. Таким образом, удачный брак выпал на колени Чэн Юйцзинь. Жуань-ши и ее дочь тоже были там в то время, почему небеса были такими частичными? Почему это не упало на Моэра?

В течение двух месяцев Жуань-ши была охвачена счастьем и ревностью, пока ее не вызвали рано утром и не услышали, что семья Хо пришла, чтобы отменить помолвку с Чэн Юйцзинь.

Жуань-ши был потрясен. Что, отменили?

И старая мадам Чэн, и Цинфу Цзюньчжу бросились в главный зал, но Жуань-ши не имел права присоединиться к ним. Ей оставалось только нетерпеливо ждать, глядя на главный зал. После того, как старая мадам Ченг наконец вернулась в зал Шоуан, она сразу же пришла в гости и захотела узнать больше. Теперь старая мадам наконец заговорила о разрыве помолвки и даже сказала, что Чэн Юджин лично разорвала ее брачный контракт.

Какое-то время настроение Жуань-ши было напряженным и горьким. Она не знала, что сказать. Наконец, она повернулась к Чэн Юджину и сказала: «Старшая девочка, у тебя такая хорошая помолвка, ты знаешь, сколько девушек тебе завидуют?» Почему вы разрываете брачный контракт? »

Чэн Юйцзинь все еще склонил голову. Как незамужней женщине было неловко задавать такой вопрос перед таким количеством людей. Цинфу Цзюньчжу не испытывала никакой привязанности к Чэн Юйцзинь, но действия Жуань-ши наступали на голову их первой ветви, поэтому она усмехнулась и насмешливо сказала: «Почему она не может порвать его? Личность нашей старшей девочки была особенной. Она может выбрать любого мужа, которого захочет. В отличие от некоторых людей. Если они осмелятся сделать то же самое, им не удастся найти хороший брак ».

Цинфу Цзюньчжу слабо взглянул на Жуань-ши глазами, полными сарказма. Жуань-ши моментально рассердился. Она ненадолго прикусила губу, прежде чем наконец издала слабый смех: «Старшая невестка права. Старшая девочка - твоя дочь, у нее благородная личность, конечно, она другая ».

Цинфу Цзюньчжу и Жуань-ши резко противостоят друг другу, ни одна из сторон не желала уступить ни на дюйм. Оба втайне стиснули зубы, как вдруг снаружи послышался тихий и слабый голос: «Бабушка, мама».

Все повернули головы. Ченг Юмо стоял у двери в светло-фиолетовом пальто. Подбородок у нее был тонкий и острый, почти такой же бледный, как ткань, которую она носила. Ченг Юмо опустила голову и немного закашлялась. Вскоре она снова подняла голову и улыбнулась: «Не пора ли мне приехать?»

«Вторая девушка здесь». Старая мадам Ченг легко взглянула. «Ваша болезнь еще не вылечилась. Заходи первым и садись ».

Служанки в холле быстро приготовили табурет. Но Ченг Юмо взглянул на Ченг Юйцзинь и поспешно махнул рукой: «Это не может быть сделано. Старшая сестра еще стоит, как мне сесть? ”

«Ваше тело слабое, и вы все еще не оправились от болезни прошлой зимой. Быстро садись. - сказала старая мадам Ченг.

Ченг Юмо снова посмотрел на Чен Юджиня. Чэн Юйцзинь щедро улыбнулась и сказала: «Бабушка сказала. Вторая сестра не должна обращать на меня внимания. Бабушка за тебя беспокоится, тебе лучше сесть.

Ченг Юмо взял за руку служанку и сел. Другой слуга с хорошим зрением принес Чэн Юаньцзину деревянный стул. Одна из мамы1 улыбнулся и сказал, «мастер Девятый не должен держать стоя. Быстро налейте девятому мастеру чашку чая ».

Это была пищевая цепочка в поместье высокопоставленной семьи. Одно предложение старой мадам могло решить, как лечить ее невестку и внучки. Чэн Юаньцзин только что вернулся с поста. Даже если этот сын шу не нравился старой мадам Чэн, никто не осмеливался удерживать его на ногах.

Цинфу Цзюньчжу и Руань-ши были женаты в семье Ченг более десяти лет. Они родили и вырастили детей семьи Ченг, но перед старой госпожой им все равно пришлось стоять. Будь то семейный банкет или публичный банкет, невесткам незачем садиться. Старая мадам Чэн пожалела больное тело Чэн Юмо и позволила ей сесть на табурет. Чэн Юаньцзин тоже стоял, но старая мадам ничего не сказала. Однако слуги проявили инициативу и принесли ему деревянный стул.

С первого взгляда было видно различие между сильным и слабым.

Чэн Юаньцзин немного взглянул, но продолжал стоять. Он сказал нет. Я просто приехала к маркизе и ненадолго. Сиденье не нужно, это будет только хлопот ».

Молодой человек был выше среднего. Стоя в комнате, полной женщин, он был еще более внушителен, как высокий и тонкий бамбук, элегантный и высокий. Он оставался неподвижным рядом с Ченг Юджин, давая ей необъяснимое чувство безопасности.

Чэн Юаньцзин отказался сесть. На мгновение комната наполнилась неловкостью. Цинфу Цзюньчжу и другие тайно взглянули на старую мадам Чэн. Выражение ее лица было неприятным, но она ничего не сказала. Сегодня все собирались; нехорошо было бы еще больше портить атмосферу.

Никто из женщин не осмеливался говорить. Через некоторое время Ченг Юмо сжала кулак и дважды кашлянула. Она расслабила руки и улыбнулась: «Прежде чем я вошла в дверь, я слышала, как мама сказала, что кто-то другой или около того. О чем это?"

Конечно, это вернуло внимание Цинфу Цзюньчжу и Жуань-ши. Старая мадам Ченг с неудовольствием взглянула на двух невесток, раздраженная тем, что они позволяют молодым девушкам слышать такую ссору. К счастью, старой мадам Ченг все еще приходилось держать лицо невестки перед другими: «Это было пустяк. Помолвка вашей старшей сестры была отменена, поэтому ваша мать и старшая тетя немного причитали.

«Помолвка старшей сестры была отменена?» Ченг Юмо повернулась к Чэн Юйцзинь, ее глаза наполнились чувством вины. Она поспешно встала и сказала: «Прости, старшая сестра, я не знаю…»

Про себя Чэн Юйцзинь холодно закатила глаза, но сохранила нежную и щедрую улыбку: «Почему вторая сестра извиняется? Ты сделал мне что-то жаль? "

Ченг Юмо ошеломлен. Из-за того, что она сказала Хо Чанюаню правду, он разорвал помолвку с Чэн Юйцзинь. Однако Чэн Юмо не ожидала, что он будет действовать так быстро, поэтому рефлекторно извинилась. Внезапный вопрос Чэн Юйцзинь заставил ее запнуться.

Перед таким количеством старейшин ... как она могла говорить о разладе между ней и Хо Чанъюань?

Чэн Юмо отказался говорить, Чэн Юйцзинь уже этого ожидал. Раньше она не знала о путях между Ченг Юмо и Хо Чанюань. В прошлой жизни, если бы Ченг Юмо сказал ей правду до того, как она выйдет замуж, ей не пришлось бы быть злой женщиной, разлучившей пару уток-мандаринок.1 , и весь вопрос можно было решить идеально. Но Ченг Юмо держала рот на замке. Ей пришлось подождать, пока Чэн Юйцзинь выйдет замуж и забеременеет, прежде чем, наконец, не смогла вынести душераздирающих мучений, открыв свои чувства к своему брату Хо. Затем они запустили сценарий «гони, я бегу». Действительно настоящая история любви садомазохизма.

В этой жизни переродился Ченг Юмо. Вначале она сказала Хо Чанъюань правду. В одно мгновение Чэн Юйцзинь стала злой сестрой и поддельным спасителем. Теперь Чэн Юйцзинь дал ей возможность рассказать всем о ней и Хо Чанъюань. Тем не менее, она внезапно стала робкой и застенчивой, отказываясь что-либо говорить.

Чэн Юджин был слишком ленив, чтобы обращать на это внимание. Чэн Юаньцзин заметил ее небольшое изменение и спокойно взглянул на Чэн Юмо. Он внезапно вспомнил событие, которое он видел сегодня, когда Чэн Юйцзинь сказал: «Твоя сестра Мо» Хо Чанъюань.

- Оказалось, что это «Мо».

Слова Чэн Юйцзинь так смутили Ченг Юмо, что она не осмелилась поднять голову. Остальные не знали, что Ченг Юмо сказала вчера Ченг Юджин и почему она чувствовала себя виноватой, поэтому они подумали, что Чэн Юйцзинь просто излила свой гнев на невиновного Ченг Юмо. Лицо Жуань-ши стало угрюмым, но Чэн Юйцзинь номинально была дочерью Цинфу Цзюньчжу. Она не имела права делать ей выговор. Старая мадам Чэн взглянула на всех присутствующих и мрачно сказала: «Все в порядке. Всего несколько непреднамеренных слов ".

Затем она посмотрела на Чен Юджин: «Старшая девочка, скажи мне правду. Вы действительно не знаете, что происходит с этой помолвкой? Вы разорвали брачный контракт и сильно оскорбили поместье маркиза Цзинъён. Позже маркиз Цзиньён тоже гнался за тобой снаружи, что он тебе тогда сказал?

Ченг Юмо была потрясена, услышав это. Что, брат Чанюань гнался за старшей сестрой? Нет, подожди, старшая сестра даже разорвала брачный контракт? Разве это не предполагалось, что семья Хо приедет отозвать свое предложение руки и сердца? Почему это выглядело так, будто именно старшая сестра отвергла семью Хо…

Быть допрошенным таким количеством людей было чрезвычайно неудобно. Все глаза смотрели на Чэн Юджиня. Однако выражение ее лица осталось прежним: «Ничего. Маркиз Хо просто хотел извиниться передо мной. Для него большая честь связать брак с поместьем маркиза Ичунь. Но в тот день шел сильный снегопад, поэтому он ошибся, узнав своего спасительного благодетеля, и подумал, что это я. Он лично мне компенсировал и попросил передать бабушке извинения. Маркиз Хо также обещал приехать позже, чтобы извиниться ».

"В самом деле?" Риторика Чэн Юйцзиня была безупречной, но старая мадам Чэн искренне сомневалась, действительно ли Хо Чанюань чувствовал себя виноватым. Его поведение сегодня не выглядело таким, и выражение его лица, когда он прогнал Ченг Юджина… тоже не было приятным.

Старая мадам Ченг нахмурилась: «Старшая девочка, ты с детства была разумной. Вы должны знать, что делать в такой ситуации, верно? "

Сегодня на Чэн Юйцзинь неоднократно оказывалось давление со стороны старших. Она опустила голову и собиралась сместить фокус, показав какое-то слабое лицо. Внезапно Чэн Юаньцзин заговорил: «То, что сказала старшая девочка, - правда».

Чэн Юйцзинь удивленно посмотрел на него. Выражение лица Чэн Юаньцзина все еще оставалось слабым, и никто не мог различить его эмоции. Но его голос был ясен: «Когда я вернулся в поместье, я случайно наткнулся на старшую девушку и маркиза Цзиньёна. Ситуация была именно такой, как она сказала ».

Было приятно слушать голос Чэн Юаньцзина. В нем не было ни сильной силы, ни чрезвычайно красноречия. Но в нем было какое-то спокойствие и невидимое принуждение, которое заставляло слушателя бессознательно склонять головы и подчиняться ему. Он не сказал ничего конкретного, просто дал им понять, что заявление Чэн Юджин было правдой и что она не лгала.

Однако хватило всего одной фразы. Цинфу Цзюньчжу улыбнулся. Старая мадам Чэн тоже не продолжала приставать и просто слегка кивнула Чэн Юджину: «Поскольку все было в порядке, давайте отложим этот вопрос. Так же нельзя поступать так и в будущем. Вы женщина и не должны оставаться наедине с посторонним мужчиной. ”

Чэн Юйцзинь склонила голову: «Да».

Слова старой мадам Ченг поставили точку в этом вопросе, и никто не осмелился ослушаться ее. Они быстро сменили тему. Чэн Юйцзинь тихо вздохнул с облегчением.

Чэн Юаньцзин выслушал только одно или два предложения и отправился прощаться. Прежде чем выйти за дверь, он внезапно Ченг Юйцзинь: «Разве тебе все еще не нужно делать то, о чем тебя просил маркиз?»

Ченг Юйцзинь был совершенно ошеломлен. Когда старый мастер Ченг сказал ей это? Голос Чэн Юаньцзин не был тихим, и теперь все смотрели на нее. Чэн Юджин мог только притвориться, что помнит: «Большое спасибо за напоминание девятого дяди. Я почти забыл. Бабушка, мама, я уйду первой ».

Служанки поспешно двинулись. Они помогли Чэн Юйцзинь надеть верхнее пальто и сменили ботинки. Когда она это делала, Чэн Юаньцзин стояла у двери и ждала. После того, как она аккуратно оделась, он легко взглянул на нее: «Пойдем».

Глава 8 - Разногласия

Чэн Юаньцзин был высоким и красивым. Когда он стоял у двери и ждал Чэн Юйцзиня, к нему тайно приковывались взгляды других людей. После того, как Чэн Юйцзинь аккуратно оделся, они подняли занавеску и вместе ушли.

После того, как двое ушли, зал Шоуан казался полупустым. У Жуань-ши и Цинфу Цзюньчжу был свой ум. Некоторое время они постояли, увидели, что старая мадам Ченг устала, и воспользовались возможностью уйти.

Обе невестки увели своих людей, оставив только старую мадам Ченг в теплой и уютной комнате. Старая мадам наконец показала бессилие, принесенное ее старостью. Она оперлась на подушку и устало закрыла глаза.

Ее слуга, приданое, Чжан Мама , тихо подошел. Она положила еще одну подушку за талию старой мадам и мягко спросила: «Старая мадам, что с вами?»

После долгого молчания Чжан Мама подумала, что старая мадам не ответит. Вдруг она услышала протяжный вздох: «Ему уже девятнадцать. В мгновение ока прошло тринадцать лет ».

Чжан Мама тоже молчала. Хотя «он» не был назван, Чжан Мама сопровождал старую мадам более тридцати лет. Как она могла не знать, в чем была запутана старая мадам? Спустя столько лет маленькая Сюэ-ши почти превратилась в грызущую болезнь в сердце старой мадам.

Чжан Мама на время остановилась и прошептала: «Старая мадам, вам следует больше расслабиться. Хотя ее и благоволили, в конце концов, вы - законная жена. Она всегда была чужой любовницей. Кроме того, маленькая Сюэ-ши умерла четыре года назад. Зачем тебе беспокоиться о мертвой женщине? Независимо от того, насколько старый Учитель благосклонно относился к ней, независимо от того, насколько хорош ее сын, нужно иметь жизнь, чтобы наслаждаться ею ».

Старая мадам Ченг холодно фыркнула. Когда она открыла веки, ее глаза были полны ненависти: «Я просто злюсь. В то время репутация семьи Сюэ была известна во всем мире, а моя родная семья была только выскочкой. Если бы семья Сюэ не вмешалась в судебную тяжбу, что привело к их изгнанию, семья Ченг даже не взглянула бы на меня. Маркиз и маленькая Сюэ-ши были возлюбленными детства. В двенадцать лет у них уже был брачный контракт, и они только ждали, пока у маленькой Сюэ-ши будет церемония заколки. В результате накануне свадьбы была замешана семья Сюэ. Зятья не посмели обидеть семью Ян и поспешно предложили моей семье жениться. Но я знаю, что с самого начала маркиз не хотел…

Чжан Мама встала на колени рядом со старой мадам и вздохнула: «Старая мадам…»

«Ничего страшного, спустя столько лет я уже принимаю этот факт. Любовь и привязанность тщетны. Самое главное - родить сына и укрепить свой статус законной жены. После женитьбы, хотя его отношение ко мне было теплым, он все равно смотрел на меня и никогда не позволял этим наложницам наступать мне на голову. Два его сына и одна дочь вылезли из моего живота, и этого достаточно. Я не хочу соревноваться с возлюбленной детства в его памяти. Но я не ожидал, что через 20 лет он даже нашел маленькую Сюэ-ши и вернул ее! ”

Старая мадам Ченг усмехнулась. На девятом году жизни Цзяньву, ее внучки-близнецы Ченг Юджин и Ченг Юмо родились всего полгода. Старая мадам Чэн по-прежнему радовалась жизни бабушки. Но однажды на четвертом месяце его муж внезапно забрал ребенка извне и сказал, что он был сыном его и маленького Сюэ-ши. Ребенку только что исполнилось шесть лет, и его нужно было записать в генеалогию клана Ченг. Старая мадам была очень подозрительной. Внешний вид мальчика был отличным, на руках не было мозолей. Его движения и поведение были даже более изысканными, чем у ее собственных сыновей. Может ли бессильный маленький Сюэ-ши вырастить такого ребенка в изгнании?

Помимо подозрений, у старой мадам были еще и эгоистичные мысли. Она не хотела, чтобы старый Мастер встречался со своим бывшим любовником. Старая мадам отказалась впустить ребенка в генеалогию клана Ченг. Однако старый мастер Чэн проявил редкое упорство. Он все время повторял, что мальчик был его родословной, которого он тайно вырастил на улице в течение многих лет. Хотя мальчик не беспокоился о еде и одежде, он не мог оставаться на улице вечно, и его пришлось вернуть, чтобы узнать своих предков.

Старая мадам Чэн так много лет сомневалась в личности Чэн Юаньцзина. Вероятно, он был сыном маленького Сюэ-ши, но не крови старого мастера Чэна. У маленького Сюэ-ши было красивое лицо, и его сослали на границу. Такая слабая, красивая женщина в таком месте, можно было представить, какая судьба ее встретит. Поскольку она не знала, кем был сын ее отца, маленькая Сюэ-ши свалила вину на старого мастера Чэна. И этого человека тоже по глупости обманули. Он действительно забрал мать и сына в столицу, воспитывая чужого сына.

Спустя столько лет старая мадам Чэн наконец снова увидела маленькую Сюэ-ши. Ее щеки и руки больше не были нежными, но нежность и спокойствие в ее теле остались прежними. Из-за своей ревности и подозрительности старая мадам Чэн отказалась впустить маленькую Сюэ-ши в поместье маркиза. Старый мастер Чэн смягчился, он мог только растить мать и сына во внешнем поместье, все их расходы оплачивались из его личного счета. В эти годы старая мадам отчаянно вычитала деньги старого мастера. Но, как надоедливое привидение, сын маленькой Сюэ-ши все еще рос прямо и замечательно. Его поведение и манеры были в точности подобны почетному сыну знатного дома. Он даже безупречно сдал имперский экзамен, получив титул дзинси .

Чем больше старая мадам Ченг думала об этом, тем больше ненависти она чувствовала: «У этого старого скруджа действительно нет совести. Не знаю, откуда у него столько денег за эти годы. Он не только воспитывал любовницу на улице, он даже поддерживал ребенка, пока тот не прошел мимо цзиньши. Моего сына с семи лет постоянно заставляли учиться, много ругали и даже били. Но даже не смог сдать экзамен на уровне округа! »

Когда старая мадам начала ругать Чэн Юаньсяня, Чжан Мама пыталась убедить: «Старая мадам, зачем вам так беспокоиться? Императорский экзамен был подготовлен для сыновей скромной семьи без каких-либо связей или прошлого, но разве у шизи уже нет будущего дворянского титула? Почему ему нужно так мучиться, чтобы сдать экзамен! К тому же наша семья - достойный дворянин. Предки оставили после себя пышное дерево, и Шизи не нужно бросать кости на пути ученых ».

«Ученым он не может быть, военным он не хочет. Единственное, что он знает, - это играть весь день с этими маленькими наложницами, он хочет рассердить меня до смерти? Старая мадам Ченг не могла не отругать своего старшего сына еще больше. Чжан Мама просто терпеливо слушала. Старая мадам теперь жестко ругала , но почему у старшего хозяина столько наложниц и тонклыков? Разве это не потому, что старая мадам, которая без ума от сына, подтолкнула к нему всех этих женщин?

«Ученым он не может быть, военным он не хочет. Единственное, что он знает, - это играть весь день с этими маленькими наложницами, он хочет рассердить меня до смерти? Старая мадам Ченг не могла не отругать своего старшего сына еще больше. Чжан Мама просто терпеливо слушала. Старая мадам теперь жестко ругала , но почему у старшего хозяина столько наложниц и тонклыков ? Разве это не потому, что старая мадам, которая без ума от сына, подтолкнула к нему всех этих женщин?

Чжан Мама улыбнулась и сказала: « Шизи еще молода и от природы все еще игрива. Когда он станет старше, он будет мудр и рассудителен. Кроме того, разве у тебя еще нет второго хозяина? »

«Поскольку они были маленькими, второй ребенок действительно более прилежен и послушен, чем его брат. Взрослея, он становится еще лучше ». Когда говорила о своем втором сыне, старая мадам Ченг улыбалась. Но вскоре снова нахмурился: «Просто, эта его жена, такая слабая и хрупкая, никогда не имела позвоночника и не могла быть показана публике. Посмотрите на дочь, которую она воспитала, затем посмотрите на старшую. Несмотря на то, что они близнецы, один воспитан под коленями Цинфу и намного разумнее, чем воспитание второй ветви. Увы, к сожалению, такая хорошая шахматная фигура сейчас полуразрушена. Столько лет я держал ее напрасно. Изначально она может выйти замуж за хорошую семью, а в будущем сможет помогать брату и отцу. Как жаль, у маркиза Цзиньёна хорошее будущее ».

Это не то, что Чжан Мама могла бы прокомментировать. В эти годы старшая мисс была моделью сверстников. Все, что должна уметь благородная девушка, она в совершенстве освоила. Не нужно долго думать, старшая мисс была лучшей. Напротив, вторая мисс Ченг Юмо была более доступной и популярной среди своих братьев и сестер.

Однако это не имело ничего общего с простой слугой семьи, такой как Чжан Мама. Независимо от того, был ли это старший или второй промах, они все еще существовали, на что она не могла позволить себе взобраться. Старая мадам Чэн не знала мысли своего слуги и сказала: «Если мы не можем полагаться на девушку, возможно ли, что Чэн Юаньцзин станет опорой семьи Ченг? Он просто сын чужой любовницы ...

Эта идея расстроила старую мадам Ченг. С первого взгляда было ясно, кто из второго поколения самый выдающийся. Чэн Юаньсянь был в среднем возрасте, и его официальный статус был не таким высоким, как у 19-летнего Чэн Юаньцзина. Даже второй мастер Чэн, которого Руань-ши всегда хвастался превосходным талантом, был все еще далек от Чэн Юаньцзина.

Все члены семьи Чэн вместе взятые были не так хороши, как один Чэн Юаньцзин. Старая мадам Ченг, очевидно, не ушла в отставку, но что она могла сделать? Чжан Мама терпеливо уговаривала: «Старая мадам, вы больше не молоды. Ваши внучки уже достигли брачного возраста, почему вы до сих пор увлечены прошлым? Маленький Сюэ-ши умер от болезни в течение многих лет, и бывший посторонний ребенок стал самым высокопоставленным чиновником в семье Ченг. Даже если ты не хочешь доставить удовольствие девятому мастеру, не стоит его и выталкивать ».

Старая мадам Ченг вздохнула: «Я тоже не знаю. На девятом году жизни Цзяньву маленькая Сюэ-ши уже тяжело заболела. Только после того, как она увидела, что Чэн Юаньцзин сдала экзамен по цзиньши , она была готова отказаться . По совпадению, в том же году дело семьи Сюэ также было исправлено. Перед своей смертью маленькая Сюэ-ши услышала, что ее сын сдал экзамен, и преступление ее родной семьи было оправдано, поэтому она, наконец, скончалась мирно. Если два моих сына смогут получить такое же достижение, как Чэн Юаньцзин, я тоже готов умереть ».

«О, старая мадам, что вы говорите!» Чжан Мама бросилась на колени. «Старая мадам, вы не можете говорить таких отчаянных слов. Этот старый раб думает, что если вы хотите управлять девятым хозяином, есть несколько способов. Как и брак, девятый хозяин еще не был женат. Несмотря ни на что, ему все равно пришлось полагаться на тебя в этом вопросе.

Старая мадам усмехнулась: «Это не обязательно правда. Если я вмешаюсь в его брак, боюсь, что маркиз немедленно вмешается. Но это тоже странно. Он любит этого внезапно появившегося сына, как жемчужину в глазах, почему он не устраивает ему помолвку и не дает ему наложниц? В этом году ему девятнадцать. Многие люди в этом возрасте уже стали отцами ».

Это, конечно, Чжан Мама не знала причины. Старая мадам Чэн немного задумалась, прежде чем сказать: «Ну, подожди, пока я не встречусь с маркизом позже. Я попытаюсь выяснить его намерения ».

Чжан Мама неопределенно ответила. После минутного колебания она спросила: «Старая мадам, о старшей мисс…». Что вы будете делать?"

Старая мадам Чэн некоторое время смотрела на курильницу для благовоний рядом с ней и сказала: «А пока давайте понаблюдаем за ситуацией. Сообщите новость, что семья Хо первой нарушила свое обещание. Посмотрите, есть ли еще хорошие семьи, которые приходят делать предложение старшей девушке. Если нет ... тогда эту внучку можно считать пустой тратой ».

Это было действительно жестоко. Старший ди внучка , которая поднимается вверх благородно в течение многих лет может рассматриваться в качестве отходов. Однако Чжан Мама только тайно вздохнула, но не планировала ничего делать. У знатного и могущественного дворянского рода были свои пути. В конце концов, какое отношение к себе имела старшая мисс будущее?

***

У Чэн Юйцзиня было «чем заняться», и он ушел рано. Она шла за Ченг Юаньцзинь. Но через некоторое время ей стало скучно, и она повысила голос, чтобы спросить: «На самом деле, девятый дядя, почему ты меня вызвал?»

Чэн Юаньцзин легко оглянулся и ответил: «Ты выглядишь умным, но, похоже, сейчас не использует свой мозг».

Это предложение стимулировало желание Чэн Юйцзиня отругать собеседника. Она поспешно успокоилась. Мужчина перед ней был ее дядей, старейшиной. Как бы то ни было, ей все равно пришлось сдерживаться. «Большое спасибо за похвалу девятого дяди. Однако могу ли я узнать, почему вы говорите, что я не использую свой мозг? »

Чэн Юаньцзин чувствовал, что это было очень глупо. Он редко проявлял доброту, но не ожидал, что после стольких слов эта девушка все равно не поймет. Лицо Чэн Юаньцзина оставалось безразличным. Его голос также был лишен эмоций: «Те женщины, все до единого, просто хотели раскопать ваше дело. Даже если ты останешься там, что ты сможешь сделать? »

Только за одну встречу Чэн Юаньцзин почти полностью понял положение внутреннего двора семьи Чэн. Цинфу Цзюньчжу была безразлична, у Жуань-ши были собственные намерения, а старая мадам Чэн просто хотела продать свою внучку. Их злоба была почти неприкрытой. Как она могла оставаться в такой ситуации?

Чэн Юаньцзин не сказал бы этого громко. Он был человеком, который строго придерживался надлежащих границ. Другими словами, он родился равнодушным. Какое отношение к нему имели другие люди? Слова, которые он только что сказал Чэн Юджину, были единственной заботой, которую он когда-либо беспокоил за многие годы.

Чэн Юйцзинь сразу понял его смысл. Чэн Юаньцзин могла сразу увидеть ситуацию, так как же она могла этого не делать?

Чэн Юйцзинь опустила голову, наблюдая, как снежинки падают на ее красное пальто, которые скоро растают. Она на время замолчала, а потом вдруг сказала: «Иногда я чувствую себя этим снегом. Издали выглядит безупречно и красиво, но после приближения ничего не видно ».

Чэн Юаньцзин был удивлен. Он остановился и повернулся, чтобы посмотреть на Чэн Юйцзинь. Девушка повернула голову и посмотрела на ревущий ветер за пределами коридора, развевающий снежинки. Ее силуэт отражался в снегу, изысканный, но почти прозрачный. «Я, конечно, знаю, что если я останусь, они будут меня еще больше смущать. Но у меня нет другого выбора. Если я сегодня должным образом не успокою маму и бабушку, завтра мое положение станет только хуже ».

Чэн Юйцзинь потянулась к снежинкам, ее красный плащ, отраженный в сером коридоре, был на удивление ослепительным. Она улыбнулась в ответ Чэн Юаньцзину: «Девятый дядя может этого не понять. Хотя ты сын шу , ты родился с любовью и заботой своих родителей. Повзрослев, вы сможете изменить свою судьбу через императорский экзамен. Так как же понять это чувство? Мне некуда идти, но мне еще нужно сделать шаг вперед ».

Сердце Чэн Юаньцзина тонко затрещало. Идти некуда, но все равно пришлось сделать шаг вперед? Как он мог не понять?

Глава 9 - Прошлое

Чэн Юйцзинь стоял в коридоре перед торжественными красными воротами. Бушевал холодный ветер, развевавший снег, скопившийся за ночь. Она потянулась к снежинкам за столбом, ее тонкое запястье было даже красивее снега.

Снежинки упали на ладонь и вскоре растворились в воде. Чэн Юйцзинь убрала руку и засмеялась с насмешкой над собой: «Забудь, какой толк от меня говорить тебе это? Вы не поймете.

Чэн Юаньцзин положил руки на спину, молча глядя на снег, падающий на карниз. Как он мог не понять?

Он родился в самой знатной императорской семье. Его отец был благородным императором; его мать была оригинальной ванфэй1 и позже императрица. Наверное, никто не имел более высокого образования, чем он сам. Но что толку от этого? Его мать заболела и рано умерла, уступив место дочери влиятельного министра. Самым большим сопротивлением его отца было то, что он оплакивал свою жену целый год и сделал его наследным принцем. Чэн Юджин сказала, что, хотя у нее были полноценные родители, никто по-настоящему не заботился о ней. Разве не то же самое с Чэн Юаньцзином?

Чэн Юйцзинь не знала, почему она внезапно сказала это Чэн Юаньцзину. Может быть, потому что сегодня произошло слишком много всего. Может быть, потому, что Чэн Юаньцзин видела ее худший вид. А может потому, что, несмотря на все плохое, что случилось с ней сегодня, только он стоял на ее стороне.

Чэн Юйцзинь отдернула руку и сделала два шага вперед. Она внезапно повернула голову, показывая свирепый взгляд: «Сегодня вы признались бабушке, что мои слова верны. Мы два кузнечика, привязанные к одной веревке, ни один не может уйти. Вы не можете рассказать другим о том, что видели сегодня утром, и вы не можете нарушить свое обещание! »

Ее внезапная хрупкость исчезла так же внезапно. Чэн Юйцзинь вернулся в мудрую и разумную старшую юную мисс поместья маркизов Ичунь. Перед отъездом она не забыла угрожать свидетелю.

Чэн Юаньцзин глубоко посмотрел на Чэн Юйцзинь. По какой-то причине такой взгляд напугал Чэн Юйцзиня, как будто он содержал невидимое принуждение. Теперь она почувствовала себя немного смущенной и не осмелилась должным образом встретиться с этим девятым дядей. Но она только что яростно угрожала другой стороне. Было бы слишком унизительно проявлять слабость сейчас. Чэн Юйцзинь провокационно оглянулся, затем притворился, что у него другое срочное дело, и быстро ушел.

Она только что сделала несколько шагов и чуть не вздохнула с облегчением, когда услышала мужской голос: «Ты пошла не в том направлении».

«А»?

«Это путь в мой двор».

***

В поместье маркиза Цзинъён Хо Сюэ-ши сидел на деревянном стуле, украшенном желтыми цветами груши. Прошло много времени с тех пор, как она в последний раз злилась.

Она хлопнула по чашке. Чай разлился на углу стола, оставив несколько водяных пятен на вышитой красной подушке. «Они слишком много издевались. В их собственном доме столько всего отвратительного, как они могут взять на себя инициативу отменить помолвку моего сына? Еще больше раздражает то, что старшая мисс, неспособная отличить хорошее от плохого, осмеливается публично разорвать брачный контракт Чанюаня! »

Хо Сюэ-ши был так зол на поместье маркиза Ичунь, но не мог выговориться. Хо Чанюань просто хотел отменить помолвку и не хотел затягивать неприятности, поэтому он остановил свою мать, чтобы она не устроила шум с семьей Ченг. Хо Сюэ-ши содержал семью больше десяти лет. Она была очень сдержанной перед посторонними. Но столкнувшись со своим единственным сыном, она была совершенно послушной, всегда прислушиваясь к его словам.

Например, сегодняшнее дело. Поскольку Хо Чанюань сказал, что ему не нравится помолвка и он хочет отменить ее, просто отмените; Затем Чэн Юйцзинь разорвала брачный контракт, но Хо Чанюань сказал ей не заниматься этим вопросом. Даже если Хо Сюэ-ши был так зол, что чуть не взорвался, она все равно ничего не сказала.

Личная служанка Хо Сюэ-ши Цинь Синь вытерла пятна от воды носовым платком. Затем она опустилась на колени, чтобы массировать спину Хо Сюэ-ши: «Старая мадам, какова ваша личность, какова идентичность семьи Ченг? Не стоит опускаться до их уровня. Семья Ченг не занимала важных постов при дворе уже два или три поколения. Они только висели на пустом титуле, ели и пили на стипендию. Наш маркиз очень талантлив, так молод и уже имел военные заслуги. Он даже уже показал свое лицо перед императором. Все знают его имя. Эти ученые упорно работать на протяжении многих десятилетий, изучая усиленно только за возможность получения посчастливится иметь аудиторию. Даже если один из них будет выбран в качестве цзиньшии хотел показать хорошее лицо перед императором, ему еще предстоит бороться еще двадцать или тридцать лет. Маркизу в этом году всего 20 лет, но святой уже вспомнил его имя, задал ему вопросы и даже особо позаботился о его титуле маркиза. Такого рода благодать, кому еще досталось в столице? Совершенно несравнимо с такой пустой шкурой, как поместье маркиза Ичунь.

После того, как она услышала, как Цинь Синь хвалил Хо Чанюань, цвет лица Хо Сюэ-ши, очевидно, стал намного приятнее. Единственным, кто сосредоточил внимание на ее долгой вдовой жизни, была Хо Чанюань. Когда другие хвалили ее сына, она становилась счастливее, чем сама хвала.

Хо Сюэ-ши сказал: «Совершенно верно. В прошлом году Чанюань внезапно сказал, что хочет жениться на старшей мисс поместья маркизов Ичунь. В то время я чувствовал, что семья Ченг недостаточно хороша для Чанюань. Но поскольку репутация их старшей мисс в столице была такой хорошей, я принимаю это. Кто бы мог подумать, что их семья - это просто раздробленный клан в золотых одеждах? Ни одна из их дочерей не подчинялась правилу. Такой человек, даже если Чанюань не просила меня отменить брак, я не могу позволить ей войти в ворота моей семьи Хо ».

Цинь Синь естественно кивнул в знак согласия. Она много лет служила рядом с Хо Сюэ-ши. Она была на три года старше Хо Чанюаня и лично наблюдала, как он из маленького мальчика превратился в выдающегося молодого человека. Хо Сюэ-ши небрежно говорил об освобождении Цинь Синя из рабства, но девушка тактично отказалась. Ее сердце всегда было на Хо Чанюань.

Цинь Синь и Хо Сюеши деловито издевались над поместьем маркиза Ичунь, одновременно превознося Хо Чанъюань до небес. Оба были очень счастливы. Хо Сюеши повернула голову и внезапно вспомнила еще одну вещь: «Сегодня, после того как старшая мисс семьи Ченг разорвала свой свадебный контракт, кто знает, что у него на уме, но Чанюань погнался за ней. В самом деле, что хорошего в такой хитрой женщине? Почему ему сознательно нужно преследовать ее? »

- А, маркиз все еще гонится за старшей мисс Ченг? Чувство кризиса необъяснимо возникло в разуме Цинь Синя. Шестое чувство женщины всегда было очень точным. Она смутно чувствовала, что у Хо Чанюань могут быть другие чувства, чем у старшей мисс Чэн.

Хо Сюеши действительно думал о том, что Хо Чанюань лично преследовал Чэн Юйцзиня, и Цинь Синь также был очень бдителен. Служанка небрежно произнесла несколько слов, и Хо Сюэ-ши легко согласился позволить людям звать Хо Чанъюань из области боевых искусств.

Хо Чанъюань вошел в комнату, весь в поту. Он думал, что есть что-то срочное. В результате молодой человек сильно нахмурился после слов Хо Сюэ-ши: «Мама, ты вдруг перезвонила мне только из-за этой тривиальной вещи?»

«Как это может быть тривиально!» Хо Сюэ-ши с неудовольствием сжала платок. «Эта старшая мисс Ченг очень коварна и не является хорошим семенем. Тебе не стоит приближаться к ней в будущем, будь осторожен, чтобы она снова не поймала тебя в ловушку и не отпустила ».

В глазах Хо Сюэ-ши, вероятно, все женщины в мире хотели зацепить ее сына. Хо Чанюань горько улыбнулся. Чэн Юйцзинь хотел поймать его? Он вспомнил безжалостную пощечину другой девушки и отказался отвечать.

Хо Сюеши спросил: «Чанюань, что она сказала тебе после того, как заманила тебя на улицу? Просто скажи маме ах.

Разум Хо Чанъюань тайно вспыхнул от недовольства. Ему было уже 20 лет. Почему он должен сообщать о своем частном разговоре с бывшей невестой матери? Более того, Хо Чанюань необъяснимым образом не хотел говорить о Чэн Юйцзине с Хо Сюэ-ши, как будто это был секрет, который он не хотел, чтобы другие исследовали.

Хо Чанюань почувствовал легкое недовольство, но вскоре оно рассеялось. Поскольку это произошло так быстро, Хо Чанюань не заметил, что на самом деле он злился на свою мать. Он без энтузиазма сказал: «Ничего. Это мое дело, мама не должна спрашивать меня больше ».

Пальцы Хо Сюэ-ши сжались на ее ладони. Она почувствовала внезапное чувство кризиса, как будто ее сына собирались забрать у нее. Она быстро скрыла свои мысли и улыбнулась: «Хорошо. Если ты не хочешь, чтобы я спрашивал, Чанюань, я не буду. Увы, вините своего отца в том, что он оставил нас слишком рано. Я просто вдова, которая редко выходит на улицу, откладывая свадьбу. И вы тоже пошли на поле боя, что сделало невозможным тогда найти бой. Сейчас тебе уже двадцать, а твой брачный роман так и не решен. Если бы я только начал искать раньше, разве у тебя не было бы сейчас семьи? Не то чтобы иметь дело с этой бессовестной старшей мисс Ченг. Чанюань, не волнуйся. Завтра мама начнет расспрашивать. Я обязательно найду хорошую, добродетельную жену из благородной семьи, достойную вас ».

Услышав это, Хо Чанюань нахмурился. «Мама, почему ты сегодня не сказала семье Ченг, что я хочу жениться на Мо'эр?»

И Хо Сюеши, и Цинь Синь были поражены: «Что?»

Брови Хо Чанюаня нахмурились еще сильнее: «Я сказал тебе сегодня утром. Вы не обратили внимания? »

Хо Сюэ-ши действительно не обращал внимания. Когда она услышала, что Хо Чанюань хотел отменить помолвку, все ее мысли были сосредоточены на этом. Как она могла все еще обращать внимание, когда его сын упоминал о своем желании жениться на Ченг Юмо? Хо Сюэ-ши был крайне недоволен. Неужели все незамужние девушки в столице умерли так, что Чанюань был зациклен на этой семье Ченг? Отпустив старшую сестру, он выбрал младшую.

Прежде, чем она даже увидела девушку. У Хо Сюэ-ши уже сложилось плохое впечатление о Чэн Юмо. Ее сын не мог ошибаться, это, должно быть, тот дух лисицы, который дал Чанюань приворотное зелье и соблазнил его отменить помолвку, чтобы жениться на ней.

Хо Сюэ-ши была несчастна, но для Хо Чанюань она все еще была доброй матерью. С улыбкой она сказала: «Чанъюань, можешь не сомневаться. Мать позаботится о делах семьи Ченг. Тебе следует спокойно сконцентрироваться на судебном деле ».

Хо Чанюань верил в любовь и послушание своей матери. Поэтому он почувствовал облегчение, когда Хо Сюэ-ши сказал это. Очевидно, он говорил о Чэн Юмо, но каким-то образом лицо Чэн Юджина мелькнуло в его голове.

Один взгляд на заснеженную пещеру, и его сердце было потрясено до глубины души. Она была подобна небесному существу. Даже когда сегодня она шлепала его, ее глаза были такими же прекрасными, как картины, горели гневом и выглядели такими ослепительными.

Хо Чанъюань внезапно осознал, что потерял рассудок. Он был потрясен, обнаружив, что думает об этой ядовитой женщине. На мгновение его мозг перестал работать, не в силах принять удар. Но вскоре Хо Чанюань вспомнил человека, которого он видел сегодня стоящим рядом с Чэн Юйцзинь.

Она назвала его девятым дядей.

Хо Чанюань спросил: «Мама, ты что-нибудь знаешь о человеке, который занимал девятое место в семье Ченг?»

«Девятый?» Хо Сюэ-ши на мгновение ошеломлен. Почему ее сын внезапно упомянул девятого хозяина семьи Ченг? Но вскоре она вспомнила прошлые события.

Выражение лица Хо Сюэ-ши немного изменилось. Она ответила: «Девятый хозяин семьи Чэн, я действительно немного знаю о нем. Он ребенок чужой любовницы, и его биологическая мать до сих пор поддерживает со мной некоторые семейные узы ».

Хо Чанюань действительно удивился: «Что?»

«Его биологическую мать также зовут Сюэ. Перед падением семьи Сюэ я встречался с ней один или два раза. Но наши ветви разошлись довольно далеко, так что мы не были близко. Позже, когда семью Сюэ сослали, она все еще не замужем. Как дочь Сюэ, она последовала за своими братьями и отцом в приграничное изгнание. Я боюсь, что меня замешает их семья, и я столько лет не выяснял ее местонахождение. Но через двадцать лет я неожиданно снова вижу ее в столице ». Хо Сюеши увидела выражение лица своего сына и кивнула: «Да, она стала внешней любовницей маркиза Ичуня и родила шестилетнего сына по имени Чэн Юаньцзин. Это действительно удивительно, что такой посторонний ребенок может даже получить джинси.титул на имперском экзамене и стремительно повышается. Хотя посторонний ребенок - не лучший статус, еще один союзник при дворе означает большую помощь. Нет ничего плохого в том, чтобы немного пообщаться с ним ».

Хо Чанюань очень удивился этому. Импульс Чэн Юаньцзина был таким внушительным и величественным. Он бы даже поверил, если бы ему сказали, что Чэн Юаньцзин был императорским принцем. Но неожиданно для себя этот мужчина оказался постыдным ребенком посторонней любовницы.

Любопытство Хо Чанюаня рассеялось, и его необъяснимое настроение также исчезло. Он кивнул и сказал: «Будьте уверены, мама. Глядя на ваши отношения, я дам ему несколько советов ».

Глава 10 - Поместье герцога

Весть о возвращении Чэн Юаньцзина в столицу каким-то образом дошла до поместья герцога Чанго. Через несколько дней замужняя дама семьи Ченг, тетя Чен Юйцзинь по отцовской линии, Чэн Минь, приехала навестить своих детей.

У старого мастера Чэна было три сына и одна дочь. Старший сын, второй сын и старшая дочь родились у старой мадам Ченг.

Ченг Мин вырос в роскоши. Как и другие члены семьи Ченг, она была красивой. Поэтому, когда она достигла брачного возраста, ее выдали замуж в поместье герцога Чанго. Хотя обе семьи имели титул дворян, поместье маркиза и герцога были слишком далеко друг от друга. По всей столице было так много маркизов, но лишь немногие имели титул герцога.

Поместье герцогов Чанго также было очень богатым и влиятельным. Они жили в славе на протяжении поколений. Их клан был обширным и могущественным, с бесчисленным множеством побочных ветвей. Чэн Мин женился на втором сыне главной ветви, младшем полноправном брате нынешнего герцога Чанго. Принимая во внимание положение поместья маркиза Ичунь, это уже считалось выходом замуж за более высокий ранг.

Таким образом, этот визит тети по отцовской линии к ее родной семье был очень оживленным, и старая мадам Чэн с самого начала усердно пилила его. Цинфу Цзюньчжу все время нервничал, боялся, что что-то может пойти не так и обидеть старую мадам и эту невестку.

Рано утром Чэн Юйцзинь надела новую одежду для встречи с гостем. На ней был нефритово-красный двубортный пиджак с длинной юбкой под ним. Поскольку она все еще была замужем, ее прическа была не слишком изысканной. У нее была пара позолоченных серебряных шпилек для волос с украшением из цветочных шнурков. Наверху была бело-красная нефритовая бабочка, инкрустированная драгоценными камнями. На стебле цветка был вкраплен кристально чистый рубин. Другая шпилька также имела похожий дизайн, но с заменой белого и красного цветов. После того, как Чэн Юджин закончила одеваться, она действительно была красавицей нефритового цвета, декорации, идеально подходящие для рисования.

Чэн Юйцзинь пошла отдать дань уважения своей тете по отцовской линии. На этот раз Ченг Мин навестила свою родную семью вместе с несколькими детьми. Девочки и мальчики тринадцати-четырнадцати лет собрались вместе, и их радостное волнение было слышно издалека. В это время служанка, охранявшая дверь, сообщила: «Здесь старшая юная мисс». Чэн Минь повернулся и увидел только что прибывшую девушку, и ее глаза мгновенно заблестели.

Чэн Юйцзинь вошел в комнату и поприветствовал Ченг Мина. Ее голос не был ни быстрым, ни медленным, а движения были абсолютно идеальными. Когда она кланялась, от шпилек на голове до низа юбки не тряслось ни капли. Чэн Мин тайно похвалил девушку с трепетом. Она повернулась к Цинфу Цзюньчжу и сказала: «Дочь, которой учила старшая невестка, действительно достойна похвалы. Просто глядя на нее, я очень завидую. Если бы ребенок моей семьи был хоть наполовину таким же разумным, как Джин Джи'эр, я был бы счастлив, даже если бы это стоило мне нескольких лет жизни ».

Цинфу Цзюньчжу смиренно улыбнулся. Ченг Няньчунь, которую критиковала мать, неодобрительно фыркнула и надулась: «Мама, ты всегда меня унижала. Если тебе нравится старший бяо1 сестра так нравится, тогда просто возьми ее обратно, чтобы она была твоей дочерью ».

Старая мадам Чэн рассмеялась над этим. Она указала на Сюй Няньчунь и сказала: «Послушайте, эта девушка ревнует».

Чэн Минь сделал вид, что ущипнул Сюй Няньчунь и в шутку сказал: «Ты всегда слишком много говоришь. Никто не подумает, что вы тупица, если вы будете меньше говорить. Даже если бы я хотел украсть твою сестру-бяо, чтобы она стала моей дочерью, боюсь, что твоя тетя по материнской линии не захочет.

Цинфу засмеялась: «Это ее благословение, что ее тетя по отцовской линии так ценила ее. Я вижу, что Няньчунь живой и очаровательный. Я также хотел бы иметь еще одну такую же дочь ».

Сюй Няньчунь немедленно побежал к Цинфу Цзюньчжу, прося, чтобы его испортили. Старая мадам Ченг улыбалась от уха до уха. Остальные девушки и мадам также прикрывали свои улыбки платком. Некоторое время в зале Shou'an царила радостная атмосфера.

Ченг Юйцзинь также улыбнулся, подходя к ситуации. Но внутри ей стало грустно. Сюй Няньчунь смогла беспринципно подшучивать над своей матерью, а затем побежала в Цинфу Цзюньчжу, чтобы ее избаловали. Чэн Юмо тоже мог обнять Жуань-ши и свободно смеяться.

Что насчет нее?

В комнате царило волнение, но это не имело к ней никакого отношения.

Но даже в этом случае Ченг Юджин не мог показать ни малейшей печали. Ей все еще приходилось смеяться вместе со всеми и радовать бабушку. Ченг Мин некоторое время улыбался. Затем она небрежно обернулась и не могла не увидеть Чэн Юджина, стоящего в уютной и красиво оформленной комнате, с нежным выражением лица наблюдающего за всеми смеющимися.

Ченг Мин почувствовал себя немного тронутым. Она внимательно оценила девушку и обнаружила, что эта племянница на удивление очень красива. Чэн Юйцзинь был одет в красную одежду. Даже ее украшения тоже из золота и рубинов. Если изменить это с другими людьми, они могут выглядеть слишком безвкусно. Но на ее теле он идеально подходил, как если бы все самые драгоценные бусы и драгоценные камни в мире были созданы, чтобы сочетаться с Ченг Юджин.

Жал только, что девочка еще молода. Платье смотрелось на ее теле так формально. Если бы это было несколько лет спустя, когда Чэн Юджин было семнадцать или восемнадцать, после того, как ее черты лица созрели и ее тело полностью выросло, тогда можно было бы даже представить, какой блестящей сценой она будет. Поистине бесподобная красота.

После того, как Чэн Минь закончила свое наблюдение, она не могла не спросить Цинфу Цзюньчжу: «Старшая невестка, твоя старшая девочка выглядит такой красивой. Я никогда раньше не видел, чтобы она носила эти инкрустированные золотом нефритовые украшения. Это ты дал? »

Цинфу немного взглянул и ответил: «Это было приданое, которое моя супруга приготовила для моего брака. Теперь я был старше, я не мог больше носить его, поэтому просто отдал его маленькой девочке, чтобы она поиграла ».

Ченг Мин усмехнулся. В ее тоне была зависть: «Старшая невестка действительно добра к вашим детям. Старшая девочка должна иметь несколько благословений жизни, чтобы переродиться твоей дочерью ».

Фактически, сразу после того, как Чэн Юйцзинь вошла в комнату, Руань-ши сразу же заметила ее украшения. И теперь, со словами Ченг Миня, она могла открыто смотреть на это. При ближайшем рассмотрении настроение Жуань-ши стало более сложным.

Все изделие было сделано из чистого золота и все еще инкрустировано крупным нефритом и драгоценными камнями. У самой Жуань-ши даже не было ни одного такого дорогого украшения, а вот Чэн Юйцзинь, маленькая девочка, которая до сих пор не вышла из будуара, носила три или четыре. Судя по ее стилю, у нее должен быть целый набор.

Жуань-ши был немного кислым. Девушка явно была ее биологической дочерью, но ради денег называла другую женщину «матерью». Действительно реальный пример поговорки «Кто дает молоко, тот и мать».

С другой стороны, остальные девушки поглядывали на нее с явной завистью и ревностью. Для Чэн Юйцзинь было действительно выгодно узнать Цинфу Цзюньчжу как свою мать.

* Бяо - «внешние» родственники. Относится к родственникам с другой фамилией, например, к родной семье матери или детям тети.

Чэн Юджин все время улыбалась и позволяла всем наблюдать за ее внешним видом. Она ясно знала, что происходит в сознании этих людей, но ее сердце не колебалось. Все говорили, что она действительно получила огромную прибыль, но Чэн Юджин предпочла бы, чтобы ее никогда не удочерили.

Эти украшения действительно были подарены Цинфу Цзюньчжу , которая всегда заботилась о своей репутации. Если бы биологическая мать приготовила для дочери украшения, разве она специально сделала бы публичную презентацию, чтобы об этом узнал весь мир?

Конечно, нет.

Поэтому Чэн Юйцзинь должен был быть тактичным. Она носила вещи, которые подарила ей Цинфу Цзюньчжу, а затем позволила другим хвалить эту номинальную мать за ее доброту. И в то же время ее собственная самооценка постепенно снижалась.

Чэн Юйцзинь насмешливо подумала, что у нее много красивых и драгоценных украшений для волос, браслетов и других украшений. Но в течение стольких лет у нее практически не было реальных денег. Она была просто красивым украшением, выглядела гламурно снаружи, но внутри ничего не было.

Взрослые бесконечно хвалили Ченг Юйцзинь, но в ушах их собственных неопытных юных дочерей его значение было совершенно другим.

Лица других девушек не выглядели приятными. Сюй Няньчунь посмотрел на Чэн Юйцзинь и тихо надул губы. Чэн Юйцзинь просто не отреагировал. С детства она уже знала, что ее двоюродные сестры и даже двоюродные братья недолюбливают ее.

Выросшая с юных лет до сих пор, она всегда была «тем ребенком из другого дома», которого хвалили многие старшие. По прошествии стольких лет было бы неудивительно, что она не пользовалась популярностью у других детей.

Но почему это имело значение? Чэн Юйцзинь молча подумал. Пока она нравилась старшим, этого было достаточно.

Чэн Мин редко возвращалась навестить свою родную семью, поэтому ей было о чем поговорить со старой мадам Ченг. Вскоре взрослые отправили детей на соседнее крыльцо.

Без присмотра старших малыши сразу же оживились. Девочки постарше сидели вместе небольшими группами. Чэн Юмо только что села, когда молодой человек в красной одежде прыгнул перед ней: «Младшая сестра Мо, тебе лучше с болезнью?»

Это был красивый молодой человек. Его черные глаза ярко сияли. Даже когда он не улыбался, он все равно заставлял людей чувствовать себя непринужденно. Звали юношу Сюй Чжисянь, он был единственным сыном, родившимся между Чэн Мином и вторым хозяином поместья герцога Чанго.

Сюй Няньчунь сразу рассмеялся: «Второй брат, здесь так много людей. Почему ты заботишься только о своей сестре Мо? »

Сюй Чжисянь сказал: «Младшая сестра Мо больна, конечно, все по-другому».

Поддразниваемая Сюй Няньчунь, Ченг Юмо прикрыла рот платком и улыбнулась: «Мне намного лучше. Спасибо за беспокойство второго брата Бяо ».

Сюй Няньчунь все еще не был удовлетворен и крикнул: «К счастью, старшей сестре Мо уже стало лучше. Значит, мой второй брат просит не напрасно ».

Закрытая веранда вскоре наполнилась свежим смехом молодых девушек. Все были родственниками, поэтому Сюй Чжисянь не чувствовал себя неловко в окружении множества девушек, даже весело вместе веселился.

Посреди этого вошла группа слуг. Чэн Юйцзинь подошел к ним, давая инструкции: «Выньте еще одну жаровню, серебряную. Затем откройте окна с восточной стороны. Убедитесь, что комната хорошо проветривается, но не забудьте поставить перед ней перегородку, чтобы не пропускать холодный ветер ».

"Да."

Один за другим двинулись слуги. Под командованием Чэн Юйцзиня комната была быстро переоборудована. Она отдавала приказы спокойно и аккуратно. Стоя прямо, она была как будто облачена в импозантную ауру, полностью выделявшуюся из группы игривых девушек.

Девушкам было немного не по себе. Такой Ченг Юйцзинь делал их похожими на незрелых детей. Сюй Чжисянь улыбнулся и сказал: «Старшая сестра Джин действительно потрясающая. Только ты можешь командовать таким количеством слуг и даже не выглядеть взволнованным.

Чэн Юйцзинь кивнул и слегка улыбнулся в ответ. Сюй Няньчунь тихонько вскрикнул и нарочно спросил: «Старшая сестра бяо ровесница второй сестры бяо. Почему второй брат называет вторую сестру бяо «младшей сестрой Мо», а старшую сестру бяо - «старшей сестрой Джин»? »

Сюй Чжисянь почесал в затылке и честно ответил: «Я тоже не знаю. Старшую сестру Джин ... можно назвать только «старшей сестрой» ».

Мог ли он называть ее «младшей сестрой»? Сюй Чжисянь почувствовал, что это неправильный адрес.

Чэн Юджин улыбнулся и сказал: «Все в порядке, мы все брат и сестра. Второй молодой мастер может звать меня, как хочешь.

Когда она сказала это, глаза Чэн Юйцзинь были сосредоточены на Сюй Чжисянь.

Раньше она особо не замечала, но теперь казалось, что Сюй Чжисянь был хорошим мужем.

В настоящее время никто из членов семьи поместья герцога Чанго не занимал видного положения при дворе. Их клан находился в упадке и был заполнен блудными сыновьями, которые умели только играть и есть. Однако какой семьей было поместье маркиза Ичунь? Семья Ченг не имела права ни критиковать, ни быть разборчивой. По крайней мере, клан Сюй все еще носил титул герцога.

Более того, Чэн Мин была тётей Чэн Юйцзинь по отцовской линии. Отношения между тетей и племянницей по-прежнему были лучше, чем у чужих. Она также слышала, что в настоящее время власть в поместье герцога Чанго принадлежит законной супруге первой ветви. Она могла с уверенностью предположить, что Ченг Мин захочет иметь дополнительного союзника, который поможет ей в семье. Кроме того, Сюй Чжисянь росла в окружении группы женщин. Когда он был маленьким, его воспитывала старшая сестра, которая была старше его более чем на десять лет. Во внутреннем дворе было также много сестер, которые были его товарищами по играм. Неизбежно, что после того, как он вырос, Сюй Чжисянь не был похож на обычного мужчину, ему почему-то не хватало мужественности. Но его характер был очень нежным, действительно легкой добычей.

Чэн Юйцзинь становился все более и более удовлетворенным. Она смотрела свысока на поместье герцога Чанго. Более того, она никогда не принимала во внимание такого богатого и гедонистичного молодого мастера, как Сюй Чжисянь. Но теперь ее помолвка однажды провалилась, пришло время переделывать план. Чэн Юйцзинь любила власть и деньги, и ей было невозможно сопровождать человека в борьбе и бедности. В этом отношении Сюй Чжисянь был прав.

Чэн Юйцзинь приняла решение и очень тепло улыбнулась Сюй Чжисян.

Сюй Чжисянь почувствовал сзади необъяснимую холодность. Он повернулся, думая, что окно может быть открыто слишком широко, впуская холодный ветер.

После этого Чэн Юйцзинь незаметно двинулся на Сюй Чжисянь. После обеда старая мадам Ченг обычно спала, а младшие оставались без присмотра. Они пошли играть вместе. Чэн Юйцзинь подумал, что это была возможность, посланная небом. Она не знала, когда снова встретит Сюй Чжисянь, поэтому она должна полностью воспользоваться этим преимуществом, чтобы прочно удержать этого теплого и ласкового молодого человека.

В это время вернулся Чэн Юаньцзин. Когда он вошел в дверь, он увидел, что Чэн Юйцзинь смотрел на молодого человека расчетливыми глазами.

Чэн Юаньцзин слегка сдвинул брови. Какое удивление, каждый раз, когда он видел Чэн Юджина, он всегда открывал для себя новую сторону.

Глава 11 - Использование одной и той же тактики дважды

Старая госпожа Чен дремала внутри, и Чен Мин тоже отдыхала, оставив резвых юниоров без присмотра. Им не нужно было отдыхать, и старейшины не наблюдали. Они тут же собрались вместе, чтобы повеселиться.

Сюй Чжисянь рос среди женщин и не чувствовал себя неловко, живя с группой сестер. Он столкнулся с Чен Юмо, чтобы посмотреть книжку с картинками. Когда Сюй Няньчунь увидела их, она тоже сняла туфли, чтобы присоединиться к ним.

В это время Чен Юцзинь был не на своем месте. На самом деле она не любила вмешиваться в такого рода деятельность. Но ее новая цель, Сюй Чжисянь, была здесь. Она не могла просто развернуться и уйти. Поэтому Чен Юйцзинь терпеливо села и стала ждать.

Вскоре после этого Чен Юйцзинь увидела Сюй Ваньчунь, которая сидела на табурете и в одиночестве пила чай. Сюй Ваньчунь была дочерью шу. Даже если она пошла вместе со своими двумя братьями и сестрами, чтобы посетить их материнский дом (1), она все еще не могла фамильярно слиться. Когда Сюй Чжисянь читал книжку с картинками со своей младшей сестрой Мо, Сюй Няньчунь вскоре присоединилась к ней. Но Сюй Няньчунь была дочерью ди, и если она хотела присоединиться, то легко могла. Это оставило Сюй Ваньчунь в одиночестве, сбитой с толку и смущенной. Кроме того, у нее был еще и робкий нрав, поэтому она могла только сидеть одна и пить чай с опущенным взглядом, глядя на выкройку собственной юбки.

Персонаж Чен Юйцзинь был не из тех, кто нравился мужчинам. Это она поняла очень рано. С юных лет, когда у них были гости, госпожи хвалили Чен Юйцзинь, как только видели ее. Мальчики также замечали ее с первого взгляда, их глаза были ошеломлены ее захватывающим дух первым впечатлением. Однако вскоре госпожи начали все больше и больше хвалить Чен Юйцзинь, но вместо этого их сыновья находят ее скучной. Мальчики предпочли бы поиграть с живой и жизнерадостной второй мисс Чен Юмо. Впоследствии, когда старшие позволяли младшим играть самим, они неосознанно собирались вокруг Чен Юмо.

На первый взгляд, старшая мисс была более заметной, но после того, как они поладили, им постепенно стала нравиться вторая мисс. Поскольку Чен Юйцзинь всегда выглядела красивой и достойной, ее одежда никогда не позволяла ей хоть немного помяться. Однако Чен Юмо играла с ними, бегала и смеялась вместе.

Чен Юйцзинь призналась, что, возможно, ее личность действительно была очень скучной. Но какое это имело значение? Решение принимали матери, а не их сыновья. Пока Чен Юйцзинь удавалось угождать госпожам, этого было достаточно.

Например, прямо сейчас. Чен Юмо и дети ее тети вместе читали книгу, склонившись головами друг к другу. Чен Юйцзинь не нравилась их неприглядная осанка. Вместо этого она заметила Сюй Ваньчунь, которая осталась одна. Она также была гостьей из семьи Сюй. Доставить гостю неудобство было нарушением долга хозяина.

Чен Юйцзинь села рядом с Сюй Ваньчунь. С улыбкой она начала разговор: «Вторая сестра Бяо, как ты в последнее время?»

Сюй Ваньчунь была так польщена. Она не ожидала, что Чен Юйцзинь, эта благородная ди-мисс, чья репутация была известна во всей столице, придет и поболтает с ней лично. Сначала она была удивлена, но как только Сюй Ваньчунь начала разговаривать с Чен Юйцзинь, ее сжатые пальцы постепенно расслабились.

Знаменитая Чен Юйцзинь не казалась такой неприступной, как она думала раньше.

Две девушки болтали взад и вперед. Однако Сюй Ваньчунь не была противником Чен Юйцзинь, которая  легко вела разговор, не будучи замеченной. Вскоре лицо Сюй Ваньчунь осветилось улыбкой. Чен Юйцзинь тоже слегка улыбнулась и медленно повела собеседника к разговору о Сюй Чжисяне.

Не отрывая ушей от Сюй Ваньчунь, Чен Юйцзинь задумчиво взглянула на Сюй Чжисяня, словно кто-то, кто взвешивает, сколько денег может продать свинья. Все еще глубоко задумавшись, она вдруг услышала какое-то движение за дверью. Чен Юйцзинь обернулась и увидела, что Чен Юаньцзин входит в комнату. Его взгляд скользнул один раз, а затем проследил за взглядом Чэн Юйцзинь, чтобы увидеть Сюй Чжисяня. Какое-то время он наблюдал за молодым человеком. Отведя взгляд, глаза Чен Юаньцзина были полны понимания.

Чен Юцзинь была совершенно ошеломлена. В душе тайно росла обида. Почему это снова был он! В прошлый раз с Хо Чаньюанем этот человек был там. И вот, когда она только собиралась начать с Сюй Чжисянем, Чен Юаньцзин снова пришла. Каждый раз, когда у нее была связь с мужчиной, Чен Юаньцзин узнавал ее, и даже в постыдной части!

С полным нежеланием Чен Юйцзинь встал и поприветствовал Чен Юаньцзиня: «Приветствую, девятый дядя».

Голос Чен Юцзинь привлек всеобщее внимание. Некоторые юниоры, которые сидели на раскаленном кане (2) в замешательстве подняли глаза и увидели молодого человека, стоящего у двери. Они быстро надели обувь и последовали за Чен Юцзинь, чтобы отдать честь: «Девятый дядя».

Это сделало Чен Юцзинь очень довольной своей внешностью. Ее одежда была опрятной, а юбка идеально прямой. Ей не нужно было карабкаться вверх и вниз, поэтому на ее теле не было ничего неопрятного. Весь ее фасад, вероятно, был даже важнее, чем она сама.

Чен Юаньцзин равнодушно взглянул и спросил: «Маркиза внутри?»

Младшие в комнате посмотрели друг на друга. Этот мужчина был молод и к тому же очень красив. Никто не осмелился взять на себя инициативу заговорить. Чен Юцзинь, естественно, взяла на себя инициативу и ответила: «Отвечая девятому дяде, бабушка спала и, вероятно, уже проснулась».

Чен Юаньцзин кивнул, и как раз в это время из внутренней комнаты вышла служанка: «Девятый хозяин, вас зовет старая госпожа».

Когда Чен Юаньцзин вошел, в комнате воцарилась тишина. Через некоторое время Сюй Няньчунь прошептал: «Он…»

Все подсознательно смотрели на Чен Юцзинь. Она всегда считалась их невидимым лидером. Всякий раз, когда возникала непредвиденная проблема, они обращались к ней. И этот раз тоже не стал исключением.

Чен Юцзинь очень естественно приняла их вопрос и взяла на себя ответственность объяснить: «Это наш девятый дядя. Несколько лет назад он получил титул дзинши и находился за пределами столицы. Он только что вернулся в начале этого года».

Сюй Няньчунь наконец поняла. Проблема между старым мастером Ченом и его женой была немаленькой. Чен Мин также в частном порядке рассказала своим детям о любимой любовнице их дедушки по материнской линии. Сюй Няньчунь покраснела, сыновья шу, которых она видела раньше, были робкими и не имели презентабельного вида. Ребенок от посторонней любовницы имел еще более низкое положение, чем ребёнок шу, рождённый от наложницы.

И все же Сюй Няньчунь никогда не видела такого выдающегося человека. На мгновение её щеки вспыхнули от волнения, она больше не требовала внимания брата. Даже лицо Сюй Ваньчунь, застенчиво сидящей на стуле, тоже залило тонким румянцем.

1 - Материнский дом: только семья законной жены считалась надлежащей по закону. У детей Шу была только родная семья их законной матери в качестве родственника по материнской линии. Как правило, им запрещалось признавать родственниками семью своей биологической матери.

2 - Kang: традиционная печь с подогревом пола/кровати для обычной жизни, работы, развлечений и сна, используемая в северной части Китая, где зимний климат холодный. Он сделан из кирпича или других видов обожженной глины, а в последнее время в некоторых местах из бетона (википедия).

Зал Шоуан был самым большим двором в поместье маркиза Ичунь. Хотя он не был таким грандиозным и величественным, как двор старого Мастера, его убранство было самым изысканным. В главном крыле было пять комнат, по бокам на западе и востоке. С южной стороны находилось здание, обращенное назад. Старая госпожа Чен жила в главном крыле, оставив западное и восточное крыло пустыми. Тем не менее, его все равно будут убирать каждый день. Иногда, когда старая госпожа позволяла некоторым младшим остаться на ночь, они спали на боковых крыльях. В здании, выходящем на обратную сторону, было мало солнечного света, в комнатах было темно и сыро, поэтому оно стало комнатой для прислуги.

Старая госпожа Чен, как матриарх семьи, естественно, имела лучшую еду и одежду, тратя деньги, как текущую воду. Она одна занимала пять комнат в главном крыле. Старая мадам также расширила переднюю и заднюю часть здания, добавив по три комнаты в каждой, установив окна и создав закрытое крыльцо. В главном крыле теперь было строение «три комнаты, пять комнат, три комнаты». Переднее крыльцо было хорошо освещено солнечным светом. Служанки любили рукодельничать, болтая здесь. Некоторые дети также любили играть здесь. Однако на заднем крыльце было темнее и мрачнее. Одна комната использовалась как буддийский зал, а остальные предназначались для хранения больших сундуков и шкафов.

Чен Юйцзинь и другие младшие гости остались на крыльце, поэтому люди, которые входили и выходили из главного крыла, обходили их стороной. Сегодня Чен Мин была в гостях у своего родного дома. Как номинальный младший брат, Чен Юаньцзин должен был поприветствовать ее. Когда Чен Юаньцзин был внутри, несколько молодых девушек сидели на крыльце, взволнованно, но с некоторой сдержанностью глядя на внутренние комнаты.

Чен Юйцзинь увидел действия Сюй Няньчунь и Сюй Ваньчунь и действительно задался вопросом, какое обаяние было у Чен Юаньцзиня. Его внешний вид был действительно очень хорош. Он был высок, лицо у него было первоклассное, у него был титул дзинши и уже в столь юном возрасте чиновник четвертого ранга. Несмотря ни на что, его будущее было многообещающим. Действительно, многословный «ребенок из другого дома». Но Чен Юйцзинь пересекалась с Чэн Юаньцзинем, и инстинкт, который она оттачивала годами, подсказывал ей, что этот человек нехороший.

Можно любоваться издалека, но не стоит подходить ближе.

Сюй Няньчунь понизила голос и спросила о Чэн Юаньцзине. Сюй Ваньчунь тоже подняла уши, чтобы послушать. Даже Сюй Чжисянь, который никогда не интересовался имперским экзаменом, также был полон любопытства к этому недавно вернувшемуся девятому дяде. В этом месте только Чен Юйцзинь немного знала о Чэн Юаньцзине. Она расплывчато сказала им одну или две вещи и несколько раз пыталась сменить тему. Но ее кузены настойчиво просили еще.

«Как здорово. Получение джинши в шестнадцать лет.

Сюй Чжисянь также искренне убежден: «Да. Моя мама всегда хвалила жениха старшей сестры Цзин, говоря, что он еще молод, но уже имеет достижения. Однако девятый дядя на год моложе маркиза Хо, а его официальный ранг еще выше. Должность гражданского чиновника получить намного труднее, чем военного, да и реальная власть больше».

Хотя Сюй Чжисянь не обладал настоящим мастерством, в конце концов, он все еще сын высокопоставленной дворянской семьи. Естественно, он имел базовые знания об официальных званиях и должностях при дворе. Сюй Чжисянь вздохнул в своем сердце. Но как только он закончил свои слова, вся комната погрузилась в неловкое молчание.

Сюй Чжисянь сразу же заметил свою ошибку и быстро встал, чтобы извиниться: «Старшая сестра Цзин, мне очень жаль. Я был неосторожен. Я не хотел тебя обидеть…»

Сюй Чжисянь несколько раз склонял голову, чтобы извиниться. Как мужчине, такого рода действия уже были достаточно тяжелыми. Кроме того, это правда, что ее помолвка была расторгнута. Может ли Чен Юйцзинь остановить людей, чтобы они говорили об этом? Так вот, у Сюй Чжисяня не было злого умысла, но это не обязательно было правдой для других.

Выражение лица Чен Юйцзинь не изменилось. Она улыбнулась и сказала: «Все в порядке. Я забыла об этом плохом. Старший брат Бяо не должен чувствовать себя виноватым».

Чен Юйцзинь на самом деле была моложе Сюй Чжисяня, но этот молодой человек подсознательно называл ее «старшей сестрой». Раньше Чен Юйцзинь тоже не собиралась исправлять это, но поскольку теперь она уже нацелилась на Сюй Чжисяня, ей пришлось незаметно изменить свой адрес на «старший брат Бяо».

Сюй Чжисянь никогда не выходил в свет перед своими сестрами. Поскольку у Чен Юйцзинь хороший характер и она никогда не суетилась, этот вопрос был вежливо решен. На глазах у всех они быстро сменили тему, и в комнате снова стало оживленно.

Чен Юмо сидела в кресле на полу кан, ее мысли немного блуждали, когда она услышала имя Хо Чанъюаня.

В прошлой жизни она также слышала о возвращении своего девятого дяди. Но она была девочкой, так что она мало общалась с ним. Она знала только, что в семье Чен есть молодой человек, занимающий высокое служебное положение. Но вскоре после этого он тяжело заболел и тихо скончался во время командировки за пределами столицы. Таким образом, этот недолговечный девятый дядя вскоре исчез из памяти всех.

Наоборот, через какое-то время скорость Хо Чанъюаня значительно ускорилась. Наследный принц только что вернулся ко двору и энергично продвигал многие таланты. Одним из них был Хо Чанъюань. Поэтому Чэн Юмо не могла принять, когда Сюй Чжисянь сказал, что Хо Чанъюань не так хорош, как Чен Юаньцзин.

Чен Юмо был немного рассеяна. Брат Чанъюань относился к ней очень хорошо. Он был властным, но нежным. К сожалению, они выбрали слишком много извилистых дорог и потеряли слишком много времени. Теперь, когда ей посчастливилось переродиться, она с самого начала должна оставаться с братом Чанъюанем.

Чен Юмо украдкой взглянула на Чен Юйцзинь подумала: «Сестра, не вини меня. В конце концов, брак, который тебе не принадлежит, не должен принадлежать тебе, как бы ты ни плела интриги».

Ранняя разлука была лучше поздней. Она сделала это также ради Чен Юйцзинь

— Младшая сестра Мо?

Сюй Чжисянь позвал Чен Юмо. Она быстро пришла в себя, а затем с улыбкой присоединилась к общему разговору.

Чен Юйцзинь планировал воспользоваться этой хорошей возможностью, чтобы поймать Сюй Чжисяня. Но не успела она сказать несколько слов, как из внутренних комнат послышались шаги. Служанка подняла занавеску из бус и отправила Чен Юаньцзиня вон: «Девятый мастер, пожалуйста, идите медленно».

Чен Юйцзинь и остальные могли только встать: «Мы отправляем девятого дядю».

Лицо Чен Юйцзинь было уважительным, но ее разум деловито кричал: поторопись и иди, не мешай ее усилиям найти будущий путь. Она услышала, как шаги Чен Юаньцзиня ушли дальше, и собиралась счастливо улыбнуться, когда мужчина внезапно остановился у двери: «Чен Юйцзинь».

Чен Юйцзинь на мгновение замерла, прежде чем быстро ответить: «Племянница здесь. Девятому дяде что-то нужно?

– Вас звал маркиз.

Вулкан в сердце Чен Юйцзинь взорвался. Этого человека действительно было слишком много. Пришлось ли ему использовать одну и ту же тактику дважды?

Чен Юаньцзин увидел подавленный гнев Чен Юйцзинь, и улыбка на его губах стала более приятной: «Я передал сообщение. Делай как хочешь."

Глава 12 - Праздник долголетия

Чен Юйцзинь не могла не злиться. Делать, как ей нравится? Чен Юаньцзин сказал ей перед всеми, что её зовёт  старый мастер Чен. Что она могла сделать, кроме как повиноваться?

Когда несколько дней назад Чен Юаньцзин вывел ее из комнаты старой Мадам, он использовал то же самое оправдание. В то время Чен Юйцзинь была благодарна за его доброту. Но теперь здесь собрались ее кузены. Это был ее шанс провести день, сближаясь с Сюй Чжисянем. Такая прекрасная возможность, и теперь он собирается ее забрать?

Чен Юйцзинь очень не хотела, но на глазах у всех, как она могла ослушаться своего дядю? Чен Юйцзинь улыбнулась Чен Юаньцзину и сделала небольшой реверанс. Затем она спросила: «Мне нужно идти сейчас?»

Чен Юаньцзин просто бросил на нее легкий взгляд, прежде чем открыть занавеску и выйти. У Чен Юйцзинь не было другого выбора, кроме как повернуться и кивнуть своим двоюродным братьям: «Мне нужно идти сейчас. Извините меня, все». Затем она поспешила уйти.

Те, кто остался на крыльце, тупо стояли и смотрели друг на друга. Сюй Няньчунь подошла к окну, чтобы выглянуть наружу, и увидела, как Чен Юйцзинь быстро шла, пока не догнала Чен Юаньцзиня. Затем они бок о бок пошли ко двору старого Мастера Чена.

Сюй Няньчунь пробормотала: «У старшей сестры Цзинь действительно были хорошие отношения с девятым дядей. Когда дедушка по материнской линии хочет ее увидеть, он позволяет девятому дяде передать сообщение».

В это время Чен Юйцзинь догнал Чен Юаньцзин. Подавив гнев, она спросила: «Девятый дядя, почему ты меня зовешь? Что именно ты хочешь сделать?»

Чен Юаньцзин взглянул на Чен Юйцзинь. Он видел, как она кипит от гнева, но делал вид, что спокойна, и не мог не рассмеяться: «Ты слишком много думаешь. Маркиз действительно звал вас. Я просто помогаю донести его послание до меня».

Чен Юйцзинь была удивлена и посмотрела на него с полусомнением: «Правда?»

— Если не веришь мне, возвращайся.

Чен Юйцзинь нахмурилась и тихо задумалась. Если оставить в стороне вопрос о том, верить ему или нет, было бы неправильно сначала навестить старого мастера Чена. По пути во двор старого Мастера Чен Юаньцзин не брал на себя инициативу завязать разговор. Чен Юйцзинь постепенно почувствовала облегчение. Этот человек выглядел отчужденным и равнодушным, казалось, он не смеялся над собой, так что, вероятно, старый Мастер Чен звал её.

Чен Юйцзинь скептически вошла во двор старого Мастера. Старый Мастер был должным образом одет и сидел перед столом с восемью бессмертными. Увидев их приближение, он быстро поманил их: «Девятый мальчик, старшая девочка, ты здесь».

Чен Юйцзинь был крайне удивлена. Так что старый мастер Чен действительно звал ее! Она спокойно взглянула на Чен Юаньцзин и по стечению обстоятельств встретилась глазами с другой стороной. Чен Юйцзинь быстро отвела взгляд и сделала вид, что приветствует старого Учителя: «Внучка приветствует дедушку и желает вам мира».

Старого Мастера Чена не волновали эти поверхностные любезности, и он быстро махнул рукой, позволяя им сесть. Чен Юаньцзин не притворялся вежливым, он действительно взял стул и сел. Глаза Чен Юйцзинь быстро просканировали комнату. Оценив ситуацию, она осторожно села на нижнюю позицию сразу после Чен Юаньцзин.

Старый мастер Чен смотрел на каллиграфию на столе. Острые глаза Чен Юйцзинь мгновенно заметили это и внимательно посмотрели. Вскоре она догадалась, что это может быть коллекция ее дедушки. Каллиграфия была одним из навыков Чен Юйцзинь, поэтому она прокомментировала: «На чью каллиграфию смотрит дедушка? Почерк этого человека имел сильный стержень, настолько упорядочен и слажен каждый штрих, аккуратен и ровен, имеет свой неповторимый стиль. С первого взгляда я вижу, что мастерство каллиграфа чрезвычайно глубоко. Должно ли это быть работой скрытого эксперта?»

Чен Юйцзинь заметила, что взгляд Чен Юаньцзиня скользнул по ней. Ему не нравилось видеть, как она лебезит перед старым Мастером? Было ли это его делом? Но сразу же после этого дедушка с широкой улыбкой ответил: «Это  почерк девятого мальчика».

Улыбка почти застыла на лице Чен Юйцзинь. Рядом с ней Чен Юаньцзин тихонько усмехнулся. Его смех был ясным и низким, если бы не их близость, Чен Юйцзинь не смогла бы его услышать.

К счастью, это было всего лишь небольшое событие. Чен Юйцзинь быстро настроилась и улыбнулась: «Это оказалась работа девятого дяди. Действительно заставить эту племянницу открыть глаза. Если бы я знала раньше, я бы приставала к дедушке, прося тебя научить меня писать, так что моя каллиграфия была бы также хороша, как у девятого дяди».

Старый мастер Чен рассмеялся, но Чен Юаньцзин глубоко задумался. Эта Чен Юйцзинь была слишком способна. В любой ситуации ей всегда удавалось приятно уговорить начальство. В одном предложении она похвалила двух человек. Причем делала она это очень естественно и рефлекторно, демонстрируя девчачье обаяние и любознательность. Даже имперские евнухи, которые зарабатывали на жизнь, используя свои навыки лизания сапог, были не так хороши, как она.

Какая среда могла бы развить такой характер?

Старый Мастер Чен явно не думал так много. Он погладил свою бороду и улыбнулся: «Старшая девочка права. Девятый мальчик действительно очень хорош. Старый мастер вдруг сделал небольшую паузу, прежде чем продолжить: «Скоро будет праздник долголетия императора. Хотя Его Величество сказал не праздновать это грандиозно, мы, как придворные, не должны быть лишены уважения. Но у Его Величества не было недостатка и в хороших вещах, так что мы можем только предложить наше искреннее чувство. Каллиграфия девятого мальчика превосходна. Подарим его величеству его сочинение. Девятый мальчик, каково твое мнение?

Это прежнее странное чувство пришло снова. Старый мастер Чен был отцом, зачем ему было спрашивать мнение сына? Более того, старый мастер Чен собирался преподнести дворцу подарок от имени поместья маркиза Ичуня. Такая возможность была предоставлена Чен Юаньцзиню, обычно это должно быть честью. Почему старый Мастер использовал такой осторожный тон?

Взгляд Чен Юйцзинь остановился на этих двух людях. Чен Юаньцзин не ответил и долго молчал. В то время старый мастер Чен почти перестал дышать от нервозности. К счастью, Чен Юаньцзин наконец слегка кивнул: «Хорошо».

Старый мастер Чен почувствовал облегчение и тут же улыбнулся. Одно слово Чен Юаньцзиня, очевидно, сделало его более счастливым, чем длинная похвала Чен Юйцзинь. — Тогда мы должны сделать это правильно.

Чен Юйцзинь все еще была в раздумьях, когда неожиданно дедушка снова позвал ее: «Старшая девочка».

Чен Юйцзинь неосознанно встала: «Да, дедушка?»

«Это слишком небрежно посылать каллиграфию как таковую и может вызвать неприязнь у некоторых людей. Это не будет хорошо для девятого мальчика. Старшая девочка, я слышал, как твоя бабушка хвалила твою вышивку, она сказала, что она такая превосходная. Готовы ли вы превратить почерк девятого мальчика в вышивку?

Чен Юйцзинь была ошеломлена. Через мгновение она сразу ответила: «Для внучки честь иметь возможность помочь дедушке».

Чен Юйцзинь поняла смысл слов старого Учителя. Было слишком нарочито посылать каллиграфию прямо на пир долголетия императора, и это могло оскорбить других придворных чиновников. Однако это было бы не так, если бы каллиграфия превратилась в вышитую ширму. Большой предмет привлечет внимание императора. Просто повесив его на украшение, император всегда мог видеть каллиграфические слова и даже напоминал ему о поместье маркиза Ичунь. Разве это не лучше, чем просто прямое представление письменной каллиграфии?

Подготовка подарка ко дню рождения императора была важным делом, и у женщин не было причин вмешиваться. Очевидно, поместье не могло просто отправить один предмет. Но основной подарок явно был на другом уровне, чем дополнительный. Главных подарков было всего один или два. Если старый мастер действительно хотел отправить каллиграфическую ширму, то он мог позволить Чен Юаньцзиню написать поздравительные слова, а затем поручить ширму лучшим вышивальщицам снаружи. Не нужно было рисковать, позволяя Чен Юйцзинь сделать это. Она была просто незамужней девушкой. Хотя при подготовке подарка на день рождения императора не было гендерного различия, вполне возможно, что ее способности будут недостаточно высокими, что испортит весь подарок.

Чен Юйцзинь ясно осознавала, что старый мастер Чен поднимает ее статус. Она очень хорошо знала, что может сделать работу лучше, чем любые вышивальщицы снаружи, но старый Мастер этого не делал, и ему также не нужно было так рисковать.

Чен Юйцзинь немедленно встал, чтобы поблагодарить старого Мастера Чена. Но старый мастер пытался выяснить ответ Чен Юаньцзин.

Он спланировал это дело, главной целью было помочь наследному принцу. Император знал, что кронпринц находится в столице, но не мог его видеть. Его Величество, должно быть, втайне грустит. Воспользовавшись таким хорошим прикрытием, как этот пир долголетия, старый мастер Чен собирался попросить наследного принца написать поздравительные каллиграфические слова и отправить их от имени поместья маркиза Ичунь. Когда император увидел, как сын, по которому он скучал много лет, празднует свое долголетие, это, должно быть, немного утешило его.

Старый мастер Чен не осмелился отправить работу наследному принцу напрямую. Хотя наследный принц «пропал без вести» более десяти лет и был забыт многими людьми, было бы катастрофой, если бы старший великий секретарь Ян когда-либо узнал о его местонахождении. Поэтому, после долгих размышлений, старый мастер Чен, наконец, смог пойти только на компромисс. Наследный принц все равно лично напишет слова, но они будут отправлены в виде вышитой ширмы, а не свитка каллиграфии.

Была еще одна эгоистичная причина для расположения старого Учителя. Сначала он планировал пригласить лучших вышивальщиц для создания ширмы, но на днях случайно услышал, что помолвка Чен Юйцзинь отменяется. После того, как помолвка женщины сорвалась, каким бы превосходным ни был ее талант, ей будет трудно найти другую хорошую перспективу замужества. Старый мастер Чен хотел, чтобы Чен Юйцзинь была вышивальщицей, просто чтобы позволить ей получить награду, но на самом деле большую часть работы выполняли профессиональные вышивальщицы. Семья Чен не могла четко сказать другим, чья игла на самом деле сшила какую часть. Пока император ценил вышитую ширму, естественно, ценность Чен Юйцзинь также росла.

Возможно, это даст ей шанс найти другого хорошего мужа.

Эта договоренность пошла на пользу как наследному принцу, так и Чен Юйцзинь. Старый мастер Чен хотел проложить путь наследному принцу, а также хотел использовать наследного принца, чтобы поднять репутацию своей внучки.

Но это зависело от того, хотел наследный принц или нет.

Чен Юйцзинь благодарила старого Учителя, но по неизвестной причине атмосфера стала тихой. Каким-то образом она повернулась и посмотрела на Чен Юаньцзиня. В то же время голова Чен Юаньцзиня тоже двигалась, и его взгляд упал на пару прекрасных глаз, наполненных замешательством.

Его сердце, казалось, было оцарапано пером. Чен Юаньцзин неожиданно вспомнил ситуацию Чен Юйцзинь. Поскольку ее усыновили в юном возрасте, она была очень разумной. Взвешивание чужих слов и выражений почти стало ее рефлексом. Ей всегда приходилось угождать людям, занимавшим более высокое положение.

Это был действительно трудный способ жить.

Чен Юаньцзин отвел глаза и сказал небрежным тоном: «Хорошо. Давай просто сделаем то, что сказал маркиз.

Старый мастер Ченг был вне себя от радости. Он на мгновение утонул в счастье, прежде чем, наконец, вспомнил Чен Юйцзинь: «Раз девятый мальчик согласился, ты должна усердно работать. После этого идите и посмотрите, что написал ваш дядя, затем верните его, чтобы аккуратно скопировать. Немедленно спросите у дяди, если вы нашли какую-то деталь, которую трудно вышить. В любом случае, работай усердно и не забывай спрашивать совета, понял?

Чен Юйцзинь послушно кивнула: «Да».

Они сидят здесь какое-то время. В это время снаружи позвала служанка: «Маркиз, пришла особа старой госпожи сказать, что ужин готов. Они ждут вас."

Старый мастер встал. Чен Юйцзинь быстро шагнула вперед, чтобы помочь. Старый мастер Чен был в хорошем настроении: «Какая радостная беседа. Мы даже забываем обращать внимание на время, почти пропуская время приема пищи. Пойдем."

Когда старый Мастер прибыл, зал был заполнен людьми. Все сразу встали и поздоровались: «Маркиз».

«Это семейный праздник. Не надо вежливости. Все, садитесь».

После того, как старый мастер Чен прибыл, Чен Юаньсянь и несколько других людей поспешно подошли, чтобы помочь старому мастеру. Чен Юйцзинь отступила назад и подошла к женским местам. Увидев, что Чен Юйцзинь пришла вместе со старым Мастером и помогла ему в пути, многие люди смотрели на нее с завистью.

Конечно же, Чен Юйцзинь заметила их взгляд. Выражение ее лица оставалось неизменным, но про себя она думала: чем выше ее положение, тем больше людей хотели увидеть, как она тяжело упадет. Сколько людей были счастливы, когда ее помолвка отменилась? Теперь она была еще дома, внутри усадьбы, люди носили маску родственницы, делали вид, что не упоминают об этом. Но однажды она предстала перед посторонними, кто знал, сколько сарказмов и шуток она получит.

Все это время Чен Юйцзинь продолжала размышлять, но все еще не знала, какую ошибку она сделала. Возможно, ее самой большой ошибкой было то, что в тот день она отправилась на гору, чтобы найти Чен Юмо. Она не должна входить в эту пещеру и не должна спасать Хо Чанъюаня. Из-за того, что она спасла его, ей пришлось потерять свою жизнь и жизнь своего сына.

Даже если ей посчастливилось получить пророческий сон, другие все равно ругали ее за то, что она лично отменила помолвку. Ругать ее за то, что она недостаточно нежна, оскорбляя маркиза Хо. Чен Юйцзинь слегка улыбнулась. Ну и что? Она просто хотела бросить брачный контракт Хо Чаньюаню в лицо. Она также не хотела оставлять доброе лицо Чен Юйцзинь. Она покажет всем, что в этой жизни Чен Юйцзинь никогда не упадет с облака.

Взгляд Чен Юйцзинь пробежался по суетливой толпе и, наконец, остановился на Сюй Чжисяне, который разговаривал со своими сестрами.

Она никогда не думала, что раз она вышла замуж за Хо Чанъюаня во сне, то и в этой жизни ей придется хранить себя для него. Такой скрюченный человек, просто оставлю его кому угодно. Двуногие люди были повсюду. Она, Чен Юйцзинь, была знаменита и красива, и могла легко найти следующую.

Глава 13 - Раненый

Из-за визита Чен Мин в поместье маркиза Ичунь после долгого перерыва был устроен банкет. Столы были разделены по половому признаку, и дети свободно бегали. Поскольку все они были родственниками, этикет не соблюдался так строго. И Старый Мастер, и Старая Госпожа тоже были счастливы наблюдать, как их младшие внуки играют.

Биологический сын Цинфу Цзюньчжу, Чен Эньбао, тоже пришел. После пяти лет брака Цинфу Цзюньчжу все еще был бездетным, поэтому старая госпожа Чен взяла на себя инициативу отдать Чен Юйцзинь Цинфу Цзюньчжу. Позже усыновление Чен Юйцзинь действительно принесло удачу. Цинфу Цзюньчжу забеременела в возрасте тридцати лет и родила сына Чен Эньбао. Это был ребенок, которого она родила в среднем возрасте, и тоже драгоценный мужчина. Можно себе представить, какой радостной была первая ветка. И в то же время существование Чен Юйцзинь тоже стало неудобным.

Ее отдали, как только она родилась. Ее биологическая мать Жуань-ши больше любила детей, выросших рядом с ней. Цинфу Цзюньчжу явно больше любила своего биологического сына. Только у Чен Юйцзинь, застрявшей посередине, ничего не было. Жуань-ши обвинила ее в том, что она предпочла богатую приемную мать. Цинфу Цзюньчжу также остерегалась ее, думая, что она была белоглазой волчицей, которая не была близка к ней, несмотря на милость удочерения.

Хо Чанъюань сказал, что она слишком высокомерна и не такая живая и естественная, как Чен Юмо. Конечно, они были другими. Чен Юмо не приходилось избегать игр с грязью, когда она была ребенком. Но Чен Юйцзинь смогла получить улыбку своей приемной матери только тогда, когда показала выдающееся выступление.

Чен Эньбао был единственным сыном в первой ветви, а еще была мать Цзюньчжу, которая баловала его. Можно себе представить, каким беззаконником он был, бегая, как маленькое пушечное ядро, нарочно добавляя хлопот слугам и подбрасывая посуду, чтобы никто не мог есть. Чен Юаньсянь, увидев хаос, который устроил его сын, не мог не закричать: «Чен Эньбао, что ты делаешь?! Разве у тебя нет манер?

Цинфу Цзюньчжу с тревогой упрекнул: «Он еще молод, зачем тебе кричать на него?»

Цинфу была цзюньчжу. Чен Юаньсянь не смел не показать ей лицо перед таким количеством людей, поэтому он мог только направить свой гнев на другого человека: «Цзиньер, что ты делаешь? Все еще не заботишься о своем брате.

Голос Чен Юаньсяня был очень громким и звучал особенно резко на шумном фоне. Чен Юйцзинь немедленно встала, опустив голову.

Сидящий за другим столом старый мастер Чен был ошеломлен. Он подсознательно повернулся, чтобы увидеть реакцию Чен Юаньцзина. Молодой человек выглядел спокойным, как обычно, и Старый Мастер не мог прочитать его эмоции. Злой и нервный, лицо Старого Мастера помрачнело. Он вдруг отругал Чен Юаньсяня: «Злое существо, чье имя ты можешь небрежно ругать?»

Чэн Юаньсянь, которого ругали, растерялся: «Что?»

Однако вскоре он постепенно понял. Чэн Юаньсянь взглянул на Чэн Юаньцзина, сидевшего сбоку. Впервые за много лет он заметил, что у Цзина и Цзина одинаковое произношение. Когда он только что кричал на Чен Юйцзинь, это было похоже на то, что он ругал Чэн Юаньцзина.

Атмосфера в столовой вдруг погрузилась в тяжелую тишину. Старая госпожа Чен, сидевшая за отдельным столом, с уродливым выражением лица отложила палочки для еды. Старый мастер Чен нахмурился и посмотрел на Чен Юйцзинь. Он называл ее «старшей девочкой» и редко называл ее имя напрямую. Кроме того, старый мастер редко заботился о своих внучках, и Чэн Юаньцзин тоже не рос в поместье. Поэтому старый Мастер никогда не замечал, что имена Чэн Юйцзинь и Чэн Юаньцзин на самом деле звучат одинаково. Хотя между ними была тонкая разница, она по-прежнему была табу, особенно когда имя Чен Юйцзинь быстро назвали.

Старый мастер Чен сказал: «Почему имя старшей девочки совпадает с именем девятого мальчика? Использование имени старейшины должно быть табу. Она не знала раньше из-за своего юного возраста, но как ты можешь быть таким невежественным?»

Чен Юаньсянь уже чувствовал себя неудовлетворенным из-за вопиющего предпочтения своего отца по отношению к этому младшему сыну. Слова старого Учителя немедленно разозлили его: «Я знал только табу на имена родителей, бабушек и дедушек. Когда у нас тоже было табу на дядей? Отец, ваше пристрастие слишком чрезмерно.

Старый мастер Чен был в ярости. Он сильно ударил по столу и указал на Чен Юаньсяня, чтобы выругаться: «Абсолютно позорно! Ты целый день без дела, никогда не учишься и ничего не делаешь, ты не можешь сравниться даже с одной десятой девятого мальчика. Ты не стыдишься, а вместо этого еще имеешь наглость ревновать, даже смеешь говорить о нем плохо?

Чен Юаньсянь тоже был мужчиной за тридцать. Теперь его ругал отец перед многими родственниками и младшими. Он не был умен, и годы обид внезапно нахлынули. Не обращая внимания на последствия, Чен Юаньсянь набросился на него: «Отец, ты все еще заботишься обо мне, другом своем сыне? На протяжении многих лет вы заботитесь только о той посторонней любовнице и даже воспитываете ребенка неизвестного происхождения как своего биологического сына. Вы никогда не обращаете внимания на свою семью. Теперь, когда мы со вторым братом выросли, какое у тебя лицо, чтобы указывать на меня пальцем?»

Чен Юаньцзин опустил голову и уставился в свою чашу с вином. Свет падал на его лицо, делая его выражение неразличимым.

Внутренне старый Мастер полностью испугался: Неизвестное происхождение? Осмелитесь сказать, что наследный принц имел неизвестное происхождение? Был ли Чен Юаньсянь сумасшедшим?

Увидев, что выражение лица их отца было неправильным, Чен Мин быстро крикнула: «Старший брат! Здоровье отца неважное. Почему ты это сказал?»

Затем Ши поспешно попытался уговорить старого Учителя: «Папа, брат пьян и не хотел этого. Я не знаю, почему он вдруг так говорит, но он не намеренно. Папа, не сердись!»

Старый Мастер Чен был так зол, что не мог говорить, его пальцы дрожаще указывали: «Ты… ты непослушный сын. Очень хорошо! Достаньте семейный закон, я научу его лично».

Женщины все встали и с тревогой собрались в круг. Услышав слова Старого Мастера, они поспешно попытались его отговорить. Старая мадам Чен сердито усмехнулась: «Очень хорошо. Перед кем ты хвастаешься? Ты действительно собираешься бить старшего ребенка за то, что он не избегает табуированного имени? Откуда взялось это правило, с каких пор племянница должна избегать имени своего дяди? Ты просто хочешь убить нас, мать и сына. Если я умру, ты по праву можешь дать статус своей бывшей любовнице, потому что оставлять ее посторонней любовницей унизительно!»

«Мать!» Чен Мин попыталась оттолкнуть старую мадам. Она была замужней женщиной. В родной семье она была гостьей. Все должны были дать ей лицо, поэтому Чен Мин осмелилась остановить ссору ее родителей. Старый Мастер Чен посмотрел на эту хаотичную сцену и почувствовал, как из его сердца поднимается чувство истощения.

Когда он впервые вернул маленькую Сюэ-ши, он не знал, кто такой Чен Юаньцзин. Он только думал, что мальчик был внебрачным сыном маленького Сюэ-ши. Некогда умная и живая невеста суровое время превратило ее в нынешний вид, что огорчило старого мастера Чена. Из-за дела семьи Сюэ маленькая Сюэ-ши была замешана и пострадала. В конце концов, она даже получила такое оскорбление, но не смогла добиться справедливости, вынуждена одна воспитывать сына. Старый мастер Чен был так опечален, что решил во что бы то ни стало забрать мать и сына. Вернувшись в столицу, он объявил мальчика своим биологическим сыном. Это должно было дать маленькой Сюэ-ши лицо.

Кто бы мог подумать, что через несколько лет после возвращения в столицу он узнает такую великую тайну?

Когда наследному принцу было пять лет, он отправился в даосский храм, чтобы восстановить силы. Неожиданно во время его визита прошел горный поток. Весь храм был смыт водой, а наследный принц пропал. Как мог маленький ребенок выжить в таком большом потоке? Все придворные предположили, что кронпринц умер. Однако император отказался принять реальность и почти безумно искал местонахождение кронпринца столько лет. Все могли видеть, что это дело стало глубоким узлом в сердце его величества. Придворные молчаливо решили хранить молчание, и, таким образом, должность наследного принца никогда не отменялась. Вместо этого второй принц рос здоровым и был старшим принцем во всем, кроме имени.

После того, как старый мастер Чэн поместил маленьких Сюэ-ши и Чэн Юаньцзин во внешний особняк, он явно почувствовал, что кто-то смотрит на него. Пройдя туда и обратно несколько раз, евнух с невзрачным лицом заблокировал его в темном переулке, приказав хорошо позаботиться о наследном принце. Императорский дворец не был мирным, и его величество счел небезопасным возвращать наследного принца. Таким образом, на данный момент семья Чен должна скрывать личность наследного принца. В будущем, когда его высочество вернется во дворец, поместье маркиза Ичунь будет щедро вознаграждено

Старый мастер Чен был так напуган, что опустился на колени.

На протяжении многих лет дворец заимствовал руку старого Мастера, чтобы постоянно отправлять ресурсы Чен Юаньцзину. Из-за этого он был широко известен тем, что сильно отдавал предпочтение посторонним любовницам. Старый мастер знал, что семья Чен случайно подобрала счастливую звезду. Выживание всей семьи теперь связано с телом наследного принца. Как только все закончится, три будущих поколения семьи Чен будут жить в славе и чести, не беспокоясь ни о чем. Итак, Старый Мастер посвятил себя Чен Юаньцзину, пренебрегая внутренними делами своего дома. Когда он, наконец, огляделся, его старший сын стал бесполезным гедонистом, а второй сын был просто посредственностью без каких-либо выдающихся способностей.

Старый мастер Чен молча посетовал, но вскоре его мысли вернулись к Чен Юаньцзину. Пока у них была поддержка наследного принца, даже если бы семья Чен была наполнена гедонистическими потомками, они не были бы уничтожены. Однако старый мастер не ожидал, что двое его сыновей под влиянием матери станут крайне враждебными по отношению к Чен Юаньцзину и даже будут полагаться на свою личность, чтобы открыто оскорблять его.

Это наследный принц!

Глупый, некомпетентный и высокомерный. Старый мастер Чен был очень разочарован своей семьей. Никто не понял его кропотливых усилий. Вместо этого они продолжали копать себе могилы, повсюду создавая проблемы. Все лицо, которое он накопил перед наследным принцем, теперь полностью исчезло, полностью растратив старую мадам Чен и Чен Юаньсянь.

Старый мастер Чен был в отчаянии, но все же решил наказать Чен Юаньсяня. Это было не только для того, чтобы вбить урок в мозг его сына, но и выразить свою позицию наследному принцу. Старый мастер Чен сердито призвал к принятию закона о семье. Слуги не могли его уговорить. Они могли только собраться и пошли за ротанговой плетью.

Чен Юйцзинь не ожидала, что из-за одного предложения могут возникнуть такие большие проблемы. Теперь Старый Мастер был в ярости и действительно намеревался побить Чен Юаньсяня. Завтра, когда его гнев утихнет, они снова станут гармоничными отцом и сыном. Но Чен Юйцзинь все еще должна встретиться со Старой Госпожой и Цинфу Цзюньчжу.

Чен Юйцзинь приняла быстрое решение и сразу же преклонил колени перед старым Мастером: «Дедушка, пожалуйста, сдержи свой гнев. Это происходит из-за меня. Мой отец просто хотел защитить меня. Если дедушка хочет кого-то наказать, пожалуйста, накажи вместо этого меня».

Внезапное действие Чен Юйцзинь всех шокировало. Лицо Чен Юаньцзин уже было достаточно холодным. Увидев, что Чен Юйцзинь стоит на коленях, он еще больше помрачнел: «Как это может быть твоей ошибкой. Встань.»

Как мог Чен Юйцзинь встать? Она увидела в руке Старого Мастера ротанговый хлыст и с твердой решимостью бросилась выхватить его из его рук. Все женщины испуганно закричали. Они сразу же увидели, как Чен Юйцзинь схватила ее за руку и нахмурилась, словно терпя боль. Старый мастер подсознательно думал, что случайно ударил Чен Юйцзинь. Он тут же отшвырнул ротанговый кнут и спросил: «Старшая девочка, ты не ушиблась?»

Чен Юаньцзин не ожидала, что Чен Юйцзинь бросится вперед. Глядя на руку девушки, выражение его лица стало уродливым.

Чен Юйцзинь нахмурилась, она держала одну руку другой рукой, но все же подняла голову, чтобы улыбнуться старому Учителю. «Я в порядке. Дедушка, ты ушибся?»

Со стороны Чен Мин чуть не расплакалась. Откуда в этом мире могла быть такая разумная девушка? Старая госпожа Чен тоже вздохнула: «Не суетитесь больше. Старший ребенок уже такого возраста, но еще не такой разумный, как этот ребенок. Девушки избалованы и не могут оставить шрамов на теле. Кто-нибудь, подойдите, помогите старшей девочке вылечиться».

Гнев старого мастера Чена немного утих. Лицо Чен Юаньсяня все еще было обиженным, но Цинфу Цзюньчжу воспользовался случаем, чтобы помочь ему подняться. Чен Юйцзинь был ранен и попросил у старейшин разрешения отступить. Все старейшины, естественно, благосклонно относились к ней. При поддержке своих личных служанок Чен Юйцзинь вошла в кабинет с зелеными марлями, чтобы получить лечение.

В глубине холла стоял зеленый застекленный шкаф. Чен Юджин была еще незамужней девушкой и должна была следить за своей внешностью. Ду Жу осторожно закрыл дверь перегородки. Затем Лянь Цяо осторожно подняла рукава Чен Юйцзинь. «Ах, — воскликнула она, прежде чем быстро подавить голос: — Мисс, ваша рука не повреждена…»

Услышав это, Ду Жу поспешно подошла. В свете свечи рука Чен Юйцзинь казалась фарфоровой, светлой и нежной, без единой раны. Ду Жу медленно выдохнула: «Хорошо, что мисс не пострадала. Я думала, что мисс действительно…

Чен Юйцзинь жестом приказала им заткнуться. Она быстро выглянула наружу и сказала: «Тебе еще нужно нанести лекарство мне на руку, а потом плотно обмотать ее несколькими слоями. После того, как мы выйдем, ты ничего не видела. Понимаешь?»

«Эта слуга понимает».

Страница книги Здравствуй, девятый дядя! в интернете

Table of Contents

Глава 0 - Китайские слова

Глава 1 - Дополнительный персонаж

Глава 2 - Отмена помолвки

Глава 3 - Девятый дядя

Глава 4 - Наследный принц

Глава 5 - Чтобы пожаловаться на ее жалобы

Глава 6 - Дядя и племянница

Глава 7 - Избавление от проблемной ситуации

Глава 8 - Разногласия

Глава 9 - Прошлое

Глава 10 - Поместье герцога

Глава 11 - Использование одной и той же тактики дважды

Глава 12 - Праздник долголетия

Глава 13 - Раненый

О книге