— Какой прекрасный день для развода, — пробормотала Элла, пустым взглядом уставившись на ясное небо, которое редко видно в северных регионах.

— Именно сегодня погода столь прекрасна…

Был красивый, ясный день впервые с тех пор, как она вышла замуж. Несмотря на приятную атмосферу, сердце Эллы стало ещё более меланхоличным. Она опустила голову и взглянула на документ в своих руках. Сверху, большими буквами написано:

[Документ о разводе]

— Этот день наконец-то наступил.

Похоже, большую часть своей жизни в браке Элла провела, размышляя, разводиться или нет. Долго ей удавалось откладывать принятие этого решения. Это было не спонтанное решение. Все тяготы, которые она переносила всё это время, наконец-то вырвались наружу. Её дедушка, который более всего в мире любил Эллу, скончался. Она узнала об этом лишь спустя две недели после его смерти. К моменту получения известия похороны уже завершились. Она никогда не ожидала проводить своего дедушку, который всю свою жизнь любил её, таким бесполезным и болезненным образом.

— Я не видела его ни разу со дня свадьбы, и не смогла выполнить обещание быть вместе до конца. Даже вопреки мнению людей, я должна была проведать тебя…

В то время как Элла, подавленная чувством вины и сожаления, пыталась сдержать слёзы, наполняющие её опухшие глаза, где-то рядом пронеслось: — Я слышала, что владелец Гильдии Полнолуния сменился? Прежний владелец даже сумел сделать свою внучку графиней, но у него нет наследников. Что же будет дальше?

Элла резко остановилась, слыша громкую болтовню людей, которые даже не старались шептаться. Гильдия Полнолуния была семейным бизнесом Эллы. Другими словами, они болтали о Элле.

— Бедный лорд Зигфрид. Он убил дракона и стал героем королевства, но слухи гласят, что он вернулся лишь для того, чтобы вступить в брак по расчёту для погашения долгов, накопленных на подготовку к войне.

— Лорд Зигфрид, должно быть, заключил самый невыгодный брак среди всех мастеров меча в истории. Жениться на дочери барона, который купил свой титул! Боже мой!

— Знаешь, я даже слышала, что принцесса Нариэль тоже выразила желание выйти замуж за лорда Зигфрида.

— И принцесса Нариэль не единственная. Ходят слухи, что даже принцесса Генриетта из соседнего королевства тоже открыла сердце для лорда Зигфрида.

— О боже мой, так нашей прославленной дочери барона удалось заполучить место, желаемое не одной, а двумя принцессами?

Насмешки о Элле отдавались по всему коридору, разносясь далеко и громко. Было невозможно игнорировать их, даже если бы очень хотелось. Элла с презрением посмотрела на хихикающих женщин, открыто издевавшихся над ней.

Когда их взгляды встретились, одна из женщин, которая прикрывала лицо веером, вдруг насмешливо скривила лицо.

— Полагаю, она всё слышала.

— …Ну и что в этом такого? Всё же правда!

Несмотря на все их насмешки и понимание того, что Элла подслушала их разговор, они не проявили ни малейшей озабоченности ситуацией. Они даже пренебрежительно фыркнули, подняли свои подбородки с презрительным "хм", и посмотрели на неё свысока.

‘Ах.’

Лицо Эллы побледнело. В течение последних двух лет она постоянно подвергалась насмешкам и презрению, поэтому это стало для неё привычным. Конечно, изначально всё было не так.

— Тебе нужно знать своё место. Ты действительно думаешь, что став графиней по счастливой случайности будешь уважаемой благородной леди? Особенно если ты ничему не обучалась, кроме как считать деньги в своей семье.

Услышав подобные слова впервые, Элла не могла скрыть разбитое выражение на лице. Если бы она пыталась выразить свой гнев, люди вокруг сказали бы: — Это не о тебе, почему ты волнуешься? — после такого она оставалась в замешательстве и не знала, что делать. Ни одного дня не проходило, чтобы Элла не проливала слёзы из-за гадких замечаний других. Однако, вынужденная терпеть такое около двух лет, она стала к этому невосприимчива. Теперь Элла могла отмахиваться от подобных злых замечаний с циничной улыбкой. Но в этот раз она не смогла.

‘Вы, плохие люди.’

Потеряв дедушку, её сердце разбилось, и не могла больше притворяться, будто всё в порядке.

‘Вы все - настоящее зло!’

Она думала, что, с печалью, нарастающей в сердце, она разрыдается при малейшем раздражителе. Однако вместо слёз вырвалась накопленная злость. Сжимая кулаки, Элла шагнула вперёд. Женщины, удивлённые приближающейся Эллой, отступили назад. Они ожидали, что Элла, как обычно, ничего не скажет и просто уйдёт и были поражены тем, что она так уверенно приближалась к ним. Заметив их изумлённые лица, в глазах Эллы мелькнула ирония.

‘Как же вам смешно, глядя на меня...’

С крепко сжатыми кулаками Элла вызывающе взглянула на женщину, стоящую посередине, и спросила:

— Что я сделала не так?

— …Что?

Женщины обменялись удивлёнными взглядами. Их смутило, что Элла была столь настойчива, ведь они ожидали, что она уйдёт, как обычно огорчённая. Их реакции разжигали ярость Эллы. Не давая никому и слова вставить, она высказала всё, что накопилось за это время.

— Выйти замуж за графа, не зная своего места? Вступить в брак по расчёту? Купить место графини? И это всё?

Каждое слово было лишь повторением недавно услышанного.

— "Дочь торговца, не смогла избавиться от своих старых привычек, купив себе брак."

— "Разбалованная женщина, которая думала, что всё можно купить."

— "Невежественная, не удосужилась даже заняться своим образованием."

— "Уйти на войну за королевство, вернуться с долгами и заключить такой унизительный брак... бедный граф Везер."

Теперь столь знакомые слова звучали невероятно свежо.

‘Я драгоценная дочь своей семьи! Мой дедушка очень меня любил и берёг!’

Чем больше она об этом думала, тем больше погружалась в уныние.

‘Мне так не хватает дедушки.’

Смешивая тоску и печаль, Элла воскликнула: — Да кто вы такие, чтобы насмехаться над кем-то прямо в лицо?

Как только она это сказала, эмоции, которые так долго сдерживала, разом вырвались наружу.

— Думаете, только вам от этого не приятно? Мне тоже, знаете ли?! Тоже! Я ненавижу это!

Ненавижу! Ненавижу!

Громкий голос Эллы разнёсся, как рёв дикого зверя. На последок кинув пронзительный взгляд на ошарашенных женщин, Элла резко развернулась и гордо ушла. В единственном месте, где она могла на время забыться в этом всё ещё незнакомом особняке — в своей спальне — она рухнула на пол, как только закрыла дверь. Её ноги подкосились от долгого напряжения.

— Я сделала это!..

Глубоко дыша, чтобы успокоиться, дрожащими руками Элла взяла письмо, которое она недавно получила. Это было письмо, оставленное ей дедушкой перед смертью. Короткое письмо, отдельное от его завещания, содержащее слова, которые он хотел сказать своей любимой внучке. Письмо, написанное, казалось, последними силами её когда-то энергичного дедушки, выделялось неровным и дрожащим почерком, не похожим на его обычный чёткий стиль письма.

[Элла, дорогая моя. Если ты это читаешь, значит, я уже ушёл из мира сего. Для меня ты всё ещё та драгоценная маленькая деточка, сидящая у меня на коленях и вечно что-то щебечущая. Элла, свет моей жизни, больно думать , что когда-то я оставлю тебя одну. Поэтому я могу уйти спокойно, зная, что ты вышла замуж. С того момента, как я впервые увидел Зигфрида, знал, что он станет великим человеком. Несмотря на предостережения людей относительно твоего брака, говорящих, что это выбрасывание денег на ветер, я проигнорировал их и последовал за своим предчувствием.

И действительно, мои доводы не были ошибочны. Похоже, у тебя очень удачный брак. Твой муж, который необыкновенный герой — кого даже королева не может игнорировать — сильно успокаивает меня. Однако ты не можешь всё скинуть на плечи мужа.

Я тайно отложил земли и деньги для тебя. Там значительная сумма, поэтому можешь тратить её на что угодно. Сохрани это в тайне от всех. Личные сбережения, о которых знаешь лишь ты, придадут уверенности в завтрашнем дне. Можно никому не поверять, но деньги — это святое. Как их потратить — твоё дело. Используй с мудростью.

Это последний подарок от дедушки, который любит тебя больше всех на свете.]

Кап-кап...

Когда она пыталась, дрожащими руками, смахнуть слёзы с листа, новые снова падали на мятый лист. Элла пыталась вытереть краем рукава, но слёзы уже пропитали бумагу насквозь.

— Нет, чернила размазываются!

Разочарованная тем, что даже такое не способна исправить, слёз стало ещё больше.

Продолжая рыдать, Элла выплакала все свои эмоции. Когда слёзы перестали течь, голова казалась болезненно пустой, но на сердце стало легче. Протирая опухшие глаза, Элла прошептала с печальным выражением лица: — Дедушка, ты ошибся. Мой брак оказался полным провалом.

Она понимала, что не вернёт дедушку, и что никогда не получит от него поддержки, но даже разговор с самой собой казался немного успокаивающим. Глубоко вздохнув, Элла перечитала последний лист письма, где был список с наследством, оставленным дедушкой.

— Ого.

Она уже читала этот список ранее, но даже с перечитыванием, он оставался впечатляющим.

— Что мне теперь с этим делать? Кажется, мне больше никогда не нужно будет беспокоиться о деньгах.

Если переехать в небольшой городок, где относительно низкие цены, можно жить на широкую ногу, не беспокоясь о будущем. Хоть Элла и не управляла финансами после свадьбы, она точно осознавала всю ценность наследства, которое получила, выросши в семье торговцев. Задумавшись, на что можно потратить столько денег, вдруг у Эллы возник вопрос.

'Чего мне больше всего хочется?'

Ответ пришёл быстро. Уйти из места, полного людей, которые ненавидят меня! Внезапно в голову прилетела мысль и Элла взяв письмо дедушки встала.

— Я разведусь и начну прекрасную жизнь незамужней женщины!

Даже если меня выгонят, теперь нет причин для беспокойства. У меня наследство, оставленное дедушкой! Куплю себе красивый дом и буду жить одна!

С появлением надежды, пришла и смелость. Теперь, кажется, что с такой надёжной базой, я смогу делать всё, что захочу. Элла достала документы на развод, спрятанные под диваном. Она подготовила их на всякий случай, но никогда не думала, что придётся использовать. Более того, она совсем не предполагала, что этот день наступит именно сегодня. Элла, смотря на документы для развода, направилась к двери.

— Ты сможешь, Элла.

Её шёпот был едва слышен и сильно сжатый кулак выражал твёрдую решимость. Элла, не разжимая руки, взглянула на закатное небо. В это время, обычно, её муж возвращается с прогулки. Элла направилась к нему, готовясь настойчиво требовать одного. Развода! Подвеска на её шее, от резких шагов, начала колыхаться. Почувствовав тяжесть колыхающейся подвески, замедлила шаг.

Осторожно схватила подвеску. Круглое украшение, усыпанное драгоценными камнями, было первым подарком от мужа, ставшим на поле боя драконоборцем, одержав победу над великим драконом Папфнером. Ей принадлежит сокровище, найденное в самой глубине драконьего логова.

Когда получала эту подвеску, она всё ещё мечтала о светлом будущем. Девушка мечтала о счастливом браке, уютной новой жизни с мужем, рождении детей и спокойной старости. Она даже уже придумала имена для дочери и сына.

Но когда наконец встретила мужа, все эти мечты лопнули, как мыльный пузырь. Муж Эллы, Зигфрид, был полной её противоположностью. Внешность, интересы, характер, отношение с семьёй, даже прошлое — всё было совершенно другим.

Прежде всего, его вообще не интересовала жизнь Эллы. Вообще, даже сама Элла ему была безразлична. В присутствии жены он не выражал ни малейшей заинтересованности хоть к чему-то.

Каждый раз, когда Элла сталкивалась с мужем, она была так напряжена, что едва могла говорить. Хотя они и жили вместе уже больше года, Элла до сих пор не знала, кто её муж на самом деле. Вообще, они разговаривали всего... восемь раз. — Как спалось? — или — Уже позавтракал? — всякие формальности не считались настоящим разговором, а вот более трёх обменов фразами, напоминающими разговор, было. Ей не нравилось, что легко запоминала всё до мельчайших подробностей. Это было слишком мелочно, и, главное, выглядело как сильное увлечение мужем.

— Он ведь точно не задумывается, как часто мы беседуем?

Возможно, он даже забыл, что подарил эту подвеску. В их отношениях не было ни любви, ни других эмоций, просто брак по расчёту, не приносящий никаких чувств. Два года прошло с момента свадьбы, но между ними ничего не изменилось. Их отношения были настолько поверхностными, что казалось, что они даже не пара. Казалось, что они ближе к окружающим, чем друг к другу.

У них не было настоящей свадьбы, не произносили клятв, не закрепляли союз поцелуем. Вообще никаких поцелуев! Даже обнимашек или держаний за ручки не было.

— Что это за брак такой?

Вспомнив, что ей уже исполнилось двадцать, Элла считала, что лучше так, чем как-то по-другому. Она осторожно схватила подвеску. Покусывая губу отпустила её. Легонько поглаживая документ с завещанием, Элла направилась к мужу, но своей тяжестью подвеска продолжала напоминать о себе.

— …Если бы он хоть чуточку любил меня, я не стала бы думать о разводе.

Она испугалась своих мыслей.

'Идиотка, прекрати хныкать!'

Элла стала не выносить своей сентиментальности с тех пор, как приняла решение о разводе. Сжав губы, она собралась с мыслями и продолжила путь. Когда пришла к месту назначения, дыхание перехватило. Кабинет мужа, где он проводил много времени. Дверь кабинета была такой большой, что даже на фоне Зигфрида она казалась огромной. Величина двери сильно подавляла, как будто она нависала над Эллой. Слегка сжавшись, девушка вновь собралась с силами. Письмо и документ о разводе, лежавшие у неё в руках, придавали уверенности. Элла дрожащей рукой постучалась.

Тук-тук.

Тишина. Возможно, не услышала ответ. Она ещё раз постучалась, но уже громче.

Тук-тук.

— Дорогой, это я.

И снова тишина. Элла нахмурилась: 'Может, стоит ещё сильнее постучать? Но если я ударю сильнее, то могу повредить руку.' Внезапно дверь распахнулась.

— Ах!

Изумлённая Элла врезалась в стену, блокирующую путь дальше. Хотя нет, это была не стена, а мужчина. Зигфрид смотрел на неё. Он всегда был таким сдержанным и серьёзным. Обычно некомфортно рядом с таким мужчиной. Он никогда не грубил жене, но даже находиться рядом было неловко.

Высокий, мускулистый, внешне устрашающий, с каменным лицом. Он никогда не поддерживал диалог, даже когда Элла сильно старалась вести светскую беседу, он всегда отвечал коротко. А она, маленькая, подвижная, любознательная и любящая поболтать, была полной его противоположностью. И снова он просто смотрел на неё, ничего не говоря.

'Неужели он сейчас в ярости?'

Замерев от удивления, Элла наконец открыла рот.

— Эмм, я на минутку, если ты не против.

Зигфрид, сохранявший молчание всё это время, наконец заговорил.

— Проходи.

Придерживая дверь, Зигфрид уступил место, дав Элле пройти. Она неуверенно вошла внутрь, слыша, как муж закрыл дверь. Дрожа, словно ребёнок, услышавший гром, Элла взглянула вверх. Зигфрид, пристально глядя на испуганную жену, прошёл дальше по комнате.

— Присаживайся.

— Да, хорошо.

Элла послушно села на диван, следуя указаниям Зигфрида. Хоть зелёный диван и был удобен, но визит в кабинет мужа оставлял чувство неприязни и неловкости. Элла, смущённо сидящая, скользила глазами по комнате, когда Зигфрид неожиданно спросил:

— Может чаю?

— Ох, нет! Не нужно. Я пришла сюда... ненадолго!

Элла так напряглась, что даже в коротком предложении запнулась. Испытывая неловкость, девушка ненавязчиво бросила взгляд на Зигфрида, который сохранял тот же отстранённый вид. Хоть он и не смеялся, но полное отсутствие эмоций напрягало. Тишина царила в комнате, потому что ни один из них не решался начать разговор.

'Ему словно на все мои действия плевать.'

Элла нервно сминала бумаги. Девушка, пришедшая и ничего не сказавшая, сама себя раздражала. Зигфрид просто смотрел на неё и не торопил события. Элла чувствовала дискомфорт от молчания и напряжения, но в то же время благодаря отсутствию его давления смогла успокоиться.

— Кхм!

Ожившая Элла вскинула голову в верх, вытягивая шею. Их взгляды с сразу встретились. Красивые глаза, идеально подходящие к его привлекательному лицу.

'Хотелось бы знать, о чём он сейчас думает.'

Однако, что было на самом деле в его голове, Элла никогда не узнает.

— Э-эм, у меня для тебя кое-что есть.

Жена протянула Зигфриду документы, которые всё это время держала в руках и он перевёл свой взгляд с лица девушка на бумаги. Когда мужчина медленно взял документы, Элла наблюдала за его реакцией.

'Он, как всегда, просто кивнёт, не выражая никаких эмоций.'

Элла и не ждала никакой реакции от своего мужа, пока он читал документы. Однако...

Шурх!

Лицо Зигфрида, читающего документы, явно изменилось. На лбу проступили морщинки, челюсть напряглась, а на шее выступили вены.

— Что это такое?

Элла была ошарашена его явно раздражённой реакцией. Это было совершенно неожиданно. Но это было лишь начало.

— ...Что это значит?

Его ледяной и резкий голос напоминал острый клинок, пронзивший Эллу.

— На бумагах всё подробно написано...

Зигфрид сильно напрягся и его кулаки, сжали бумаги так крепко, что казалось, он хочет разорвать документы. Стоило Элле лишь набрать воздух в лёгких, Зигфрид, сдерживая эмоции, произнёс:

— …Похоже, ты принесла неверные документы.

— Что? Там же бумаги для развода, не так ли?

— ...

Зигфрид снова замолчал. Его лицо показывало, что он хочет многое сказать, но сдерживается. Неожиданная реакция мужа озадачила Эллу.

'Почему он так отреагировал?'

Она думала, что муж обрадуется разводу. А тут, герой Зигфрид, победивший злого дракона и принёсший мир в королевство, пытается убедить её не разводиться.

'Я думала, что если буду настаивать на разводе, он сразу же согласится.'

И это было бы даже не странно, так как Зигфрид вообще не интересовался Эллой. Она думала, что для него она просто жена, которую он неизбежно должен держать рядом. Именно поэтому Элла создала ему возможность изменить своё положение. Предоставленные ею документы о разводе были выгодны для обоих сторон. Элла получила бы возможность уйти, а Зигфрид - шанс жениться на более подходящей женщине.

'Он должен был оценить шанс и дать положительный ответ...'

Но сейчас Зигфрид выглядел странно. Его обычно бесстрастное лицо исказилось, как будто что-то взорвалось прямо перед ним. Когда его глаза, будто бы мучительно сжавшиеся, взглянули на неё, это сразу успокоило её душу.

— Почему…

Даже у него слова начали застревать где-то в горле.

— Зигфрид?

Зигфрид моментально среагировал на шёпот Эллы. Потухшие глаза, цвета заката, выглядели скорее жалкими, чем пугающими.

'Стоп, стоп! Что это за мысли такие?'

Пока Элла размышляла, Зигфрид снова надел свою обычную маску безразличия. Затем он твердо сказал:

— Ни за что!

Элла была удивлена столь неожиданным ответом.

— …Почему?

После того, как Элла так долго собирала по крупицам свою смелость, разочаровалась в столь категоричном ответе.

Она резко забыла о всех своих страхах и вскочив с дивана вскрикнула:

— Я хочу развестись!

— ...

Сжимая губы и яростно сверкая глазами, Элла явно давала понять, насколько была раздражена. Зигфрид был удивлён столь яркими эмоциями Эллы. Он не знал, что на такое можно ответить, по этому продолжил молчать.

— Мы всё равно когда-то разведёмся! Так давай сделаем это раньше!

И тут он уже не мог стоять безмолвно.

— Что ты только что сказала?

— …Что?

— Почему ты думаешь, что мы когда-то разведёмся?

Было странно, что они поменялись положениями, и теперь ей пришлось отвечать на эти вопросы.

— Не я одна так думаю. Все только об этом и говорят.

Бровь Зигфрида взлетела ввысь. Нервно, как будто ей нужно было оправдываться, быстро добавила.

— Ну, ты женился на мне из-за моего дедушки, потому что он помогал семье Везер материально. Но теперь в этом больше нет нужды, и я скорее обуза, и дедушка уже ушёл, нам больше не нужно соблюдать обещания, поэтому...

— Так поэтому…

Зигфрид перебил тираду Эллы.

Вздохнув, он придушенным голосом спросил:

— …Ты думаешь, что я женился на тебе из-за денег?

— Разве это не так?

Элла спросила с неподдельным любопытством.

— Нет.

Твёрдо ответил Зигфрид, стиснув зубы от досады. Его челюсть напряглась так, что видно было пульсацию в висках. Даже случайный наблюдатель мог понять, что что-то пошло не так.

— Но...

Элла в замешательстве прикусила губу.

Ни для кого в усадьбе не было секретом, что Зигфрид, человек с будущим, полным возможностей, женился на ней лишь из-за долгов. Конечно, никто этого не говорил в лицо, но это не мешало расползаться слухам. Почему отрицаешь то, что понимают даже трёхлетние дети?

Элле не хватало воздуха, что бы высказать все мысли, и бессознательно схватила подвеску. Подаренное Зигфридом в тот первый день, украшение всегда успокаивало её душу. Когда муж игнорировал её, когда люди показывали пальцем, когда прислуга шепталась за спиной, когда чувствовала, что тонет в слезах, когда сильно скучала, душа находила утешение лишь в подвеске, холод и гладкость, которой успокаивали.

Поэтому Элла всегда носила подвеску, подобно нижнему белью, куда бы ни отправлялась, и привычно сжимая её, когда душа требовала успокоения. И сейчас, так же, как обычно, девушка старалась успокоить свои чувства прохладной подвеской, сжимая настолько крепко, насколько только можно, в надежде угомонить сердце.

Она бросила мимолётный взгляд на Зигфрида. Сидя с рукой на колене, с выражением лица, полностью отражающим его грубый характер, он молча уставился в пустоту, казалось, углублённый в раздумья.

'О чём он так усердно думает?'

Этот вопрос всегда интересовало Эллу.

'Хочу знать.'

Узнать страшную правду, что он ненавидел Эллу, было бы больно.

'Всё равно, хочу узнать.'

Это было искренним желанием Эллы.

'Хочу понять тебя.'

Элла даже хотела сказать это вслух. Прошлой зимой, когда уже не могла выносить всех насмешек, она тайно обратилась к юристу, готовясь к разводу, при этом задаваясь вопросом: что почувствует Зигфрид?

Как он относится к браку? Сожалеет ли? Ему не нравилось, что она его жена? Что он хочет от будущего? Если бы она знала ответы на эти вопросы, ей было бы легче. Она не мучалась бы, не страдала.

…Но иногда молчание тоже ответ. Элла рассматривала отношение Зигфрида к ней как изящный отказ. Она считала, что у него нет желания развивать их отношения. Тем не менее, её всегда интересовали его истинные чувства.

'Но как мне их узнать? Как понять его? Хотела бы я иметь такую способность, но...'

И вдруг... Щелчок! От подвески, послышался звук, а затем она начала излучаться яркий белый свет.

— Ах!

Элла от неожиданности вскочила. Белый свет стал возрастать, словно собирался поглотить её целиком. В её больших зелёных глазах замелькал страх.

— А-а!

Судорожно она подняла обе руки, прикрывая лицо.

— Элла!

Голос, звавший её с беспокойством, за которым последовала крепкая хватка на ее плече.

— Что случилось?!

Когда Элла осторожно приоткрыла глаза, белый свет исчез, а перед её носом появилось обеспокоенное лицо Зигфрида.

— Что? Только что здесь был странный свет...

— Свет? О чём ты...?

— Подожди, что это над твоей головой?

Элла уставилась в узкое полупрозрачное прямоугольное окошко над головой Зигфрида. И внутри окошка было что-то странное, непонятно, картинка ли это или же текст.

[Σ(ﾟﾛ､ﾟ;)]

'…Что это такое?'

Элла, уставившись на висящее окошка в воздухе, моргнула.

'У меня уже разум помутился?'

Она протёрла глаза, но ничего не изменилось. Элла продолжала пристально смотреть на то окошко, думая, не спит ли она.

Зигфрид встревоженно посмотрел на Эллу, которая вдруг уставилась в пустоту, уйдя в свои мысли.

— Элла, всё в порядке?

Элла, оправившаяся от шока под воздействием его низкого и твёрдого голоса, посмотрела на Зигфрида с удивлённым взглядом, который не мог скрыть своего недоумения.

— Зигфрид.

Её голос казался каким-то странным.

'Точно, этот человек...'

Теперь у неё есть кто-то, кто разделил этот сбивающий с толку момент. И это немного успокаивало.

— Вон там... ой!

Указывая на висящее окно над головой Зигфрида, Элла снова удивилась и задержала дыхание.

[( ´△｀)]

Изображение изменилось! Ошарашенная, словно увидев призрака, Элла заикаясь, спрашивала:

— Ты что, не видишь?

— Там что-то есть?

Зигфрид поднял голову и посмотрел туда, куда указывала Элла. Он видел лишь потолок своего рабочего кабинета. Но то, на что указывала удивлённая Элла, точно не могло быть потолком. Зигфрид, быстро оглядев пустоту, задал вопрос с недоумением:

— О чём ты? Там какое-то насекомое?

— Нет...

К этому моменту Элла уже поняла. Зигфрид не видит 'это'.

'Что это такое?'

Зигфрид не видит того, что видит она?

'Неужели это... призрак?'

От страха Элла начала трястись. Дрожь передавались и Зигфриду.

— …Пожалуй, тебе нужно отдохнуть.

Зигфрид, немного поколебавшись, ласково обхватил дрожащие плечи Эллы ладонями. Миниатюрная Элла ощутила на своих маленьких плечах огромные руки Зигфрида.

— Когда тело и душа устают, легко заболеть. Я вызову врача, но сначала тебе нужно отдохнуть в спальне.

— Нет, я...

Элла, которая хотела отказаться, вдруг замолчала. Безусловно, ситуация, в которой Элла видела странности, была необычной. К тому же, девушка действительно была утомлена, как и сказал Зигфрид. С момента, когда она узнала о смерти дедушки, всё время плакала, голова болела, глаза опухли, и она чувствовала, что слабеет. В таком состоянии она действительно могла заболеть. Лучше обратиться к врачу.

— Хорошо.

Согласие Эллы было сопровождено кивком, и лицо Зигфрида расслабилось. Похоже, он даже слегка улыбнулся. Элла удивлённо моргнула.

'Зигфрид улыбнулся? Да неужели.'

Он обычно был настолько холоден, что девушка подумала, что и это ей привиделось.

'Не может быть. Я уже совсем с ума схожу.'

С этими мыслями, Элла на руках мужа, вышла из кабинета. Ну, скорее её вынесли.

'Я впервые так близко к мужу.'

Даже сквозь тонкую ткань одежды можно было ощутить мышцы, натренированные настоящими боями. Они словно каменные.

'Почему я думаю об этом? Естественно, что он сильный и натренированный! Ведь он великий герой, который даже дракона убил...'

Хотя скрыть своё смущение, Элла пыталась отодвинуться от него. Однако руки мужа были непоколебимы как скалы. Девушка невольно взглянула на Зигфрида, но его лицо было спокойно. Казалось, он даже не заметил её смущения.

'Да, от этого мужчины не стоит ждать нежностей и заботы.'

Прикусив нижнюю губу, Элла слегка повернулась, чтобы сказать:

— Дорогой, я могу сама пойти. Мне неудобно.

— ...

Зигфрид взглянул на Эллу с удивлением, как будто только заметил её.

'Теперь то он меня отпустит?'

Элла надеялась на это, но муж не оправдал её ожиданий.

— Я виноват, что тебе поплохело. И обязан позаботится о тебе.

— Нет, не стоит, я…

Элла пыталась отказаться, но Зигфрид крепче прижал её к себе.

— Ах!

Элла рефлекторно обвила руки вокруг шеи Зигфрида. Столь тесный контакт с мужем позволил немного успокоиться. Она была настолько близко, что могла ощущать на коже дыхание мужчины и слышать его сердцебиение.

Смущённая, Элла отвернулась, краем глаза заметив, что края губ мужа немного приподнялись...

'...Когда я свернула не туда?'

‘Как странно.’

Элла была ошеломлена неожиданным поведением Зигфрида. Почему внезапно такое изменения в муже, который обычно соблюдает границы? Ведь он, должно быть, заметил, что она отказывалась… Сглотнув, Элла опустила руки с шеи мужа. Это было небольшое движение, но она случайно прижалась к нему, как будто была напугана.

— Ой!

— Осторожно.

Зигфрид, крепко держа Эллу, сильнее прижал её к себе.

— Будь осторожна. Можешь обхватить меня за шею, как раньше.

— Я бы предпочла, чтобы ты отпустил меня. Я, наверняка, тяжелая...

— Не волнуйся. Ты легка, как пушинка. Нормально питаешься?”

— ...

Элла прикусила губу и лицо Зигфрида застыло.

— …Ты плохо питаетесь? Или у тебя другие проблемы? Может, просто нет аппетита? Если это из-за отсутствия аппетита, то следует обратиться к врачу.

— Нет, не в этом дело! Просто...

Элла пыталась объясниться, но было уже поздно. Лицо Зигфрида стало странным. Девушка не хотела делиться своим горем, особенно с Зигфридом.

‘Не хочу говорить!’

Испугавшись Элла снова схватилась за шею Зигфрида, дабы избежать разговора. К её облегчению, муж не продолжал расспросы. Выдохнув с облегчением, Элла, всё ещё уткнувшись лбом в плечо Зигфрида, прикрыла глаза. Она хорошо помнила, как в детстве часто обнималась со взрослыми мужчинами, будь то отец, дедушка или братья, но во взрослом возрасте она впервые кого-то обнимает. Чувство безопасности в его объятиях было столь сильным, что даже возникла мысль, что здесь, в его объятиях, ей ничто во всём мире не сможет навредить.

‘Он такой накачанный и крепки... Ой, что это за мысли такие!’

Лицо Эллы вспыхнуло с новой силой, а уши запылали от этой бессовестной мысли. Она боялась, что если и дальше будет вот так сидеть на руках мужа, то начнёт думать о том, о чём не должна. В этот момент её внимание привлекло новое окошко над головой Зигфрида.

[(*˘︶˘*).｡.:*♡]

Элла могла интуитивно понять значение незнакомой картинки. Она казалась чрезвычайно... приятной.

‘Что это за штуковина? Она так неожиданно появилась. Как будто эта картина более милая и дружелюбная, чем предыдущая.’

Она сосредоточенно разглядывала картинку над головой Зигфрида, пока не добралась до спальни. Она боялась, что если отвлечётся, её сердце снова зайдёт в бешенном ритме.

* * *

Зигфрид осторожно уложил Эллу на кровати и аккуратно укутал одеялом. Когда он попытался накрыть и часть лица, чтобы не проникал холодный воздух, она в раздражении стягивала одеяло - маленький бунт.

— Сейчас холодно.

— Всё в порядке!

Увидев, как жена вылезает из-под одеяла, Зигфрид, хмуро глядя, произнёс:

— Прекрати стягивать одеяло. Простудишься ещё.

Наблюдая за сузившимися глазами Зигфрида , Элла испытала странное чувство.

‘Я ведь не ребёнок…’

Хотя она и ворчала про себя, отношение Зигфрида было очень приятно и грело душу. Зигфрид, похоже, не придал этому значения, приказав вызвать врача.

‘Чего это он?’

Она была раздосадована тем, что только у неё хватило смелости просить о разводе, так всё пошло не по плану. Не желая оставаться в плохом настроении, Элла начала думать о чём-то другом.

‘Странная картинка, что была над его головой, исчезла…’

Она внимательно посмотрела на Зигфрида, но светлое полупрозрачное окошко и странные милые изображения, которые несколько раз менялись, исчезли без следа.

‘У меня начались галлюцинации?’

Но эта картина была очень чёткой и висела слишком долго, чтобы быть всего лишь галлюцинацией. Элла видела странные символы, которые сменяли друг друга на протяжении всего пути на руках Зигфрида. Картинка была слишком реальна, чтобы считать это просто фантазией Элла.

— Элла.

Окликнул её, стоявший у кровати, Зигфрид.

— Ах, да?

Неуверенно ответила Элла. Зигфрид взглянул на неё очень серьёзно.

— Почему...

Он внимательно рассмотрел её лицо, затем протянул руку.

— ...Я на секунду.

Зигфрид склонился и протянул руку, которая была крупнее лица Эллв.

— Ах!

Девушка дёрнулась, закрыв глаза. Это была инстинктивная реакция, прочно засевшая в ней. Когда ничего так и не произошло, Элла осторожно приоткрыла глаза. Зигфрид стоял с застывшей в воздухе рукой, и на его лице была грусть.

‘Он выглядит таким... разбитым.’

Она знала, что это не может быть правдой.

‘…Хотя… точно ли не может?..’

Человек с каменным сердцем, который даже не проявил ни капли радости после убийства злого дракона Папфнера, не может быть обижен тем, что я зажмурилась на мгновение!..

— Я… я и не думала, что ты ударишь меня. Э-это, это было... инстинктивно.

— ...Понятно.

Он явно не поверил.

— Это правда! Попробуй ещё раз.

Элла схватила его руку, которая застыла в воздухе, и прижала её к щеке. При виде такого зрелища мужчина сглотнул. Но Элла не заметила этого. Всё её внимание было сосредоточено на странной картине над головой Зигфрида.

[( ⌯◞◟⌯)♡]

Элла с удивлением смотрела на картину.

‘Эта картина снова появилась.’

Ей не привиделось, она не сумасшедшая.

[(⁄ ⁄•⁄ꇴ⁄•⁄ ⁄)⁄]

Элла внимательно рассматривала символы, меняющиеся над Зигфридом. У неё начали болеть глаза от постоянных изменений. Протирая глаза, она обратила внимание на тревожный вопрос Зигфрида, который, только пришёл в себя.

— У тебя болят глаза?

— Ч-чуть-чуть.

Приподняв бровь в знак неодобрения, Зигфрид осмотрел Эллу. Он проверил, не побледнели ли она и не испытывает ли дискомфорта.

— Если где-то болит, ты должна сказать. Не надо терпеть. Маленькая проблема может стать большой, если будешь её игнорировать.

— Да…

Элла чувствовала себя ребёнком, которого отругали за то, что он не желает идти к врачу.

‘Я не этого хотела. Я пошла к Зигфриду с твёрдым намерением развестись, так почему я в кровати?’

Хотелось бы ещё поспорить, но, видя, что Зигфрид очень волнуется, Элла решила не сопротивляться. Поэтому она безропотно подчинилась прибывшему вскоре врачу. Потея и задыхаясь от спешки, врач не мог отдышаться, пока открывал свою сумку. Всё это время он смотрел на Зигфрида, и было ясно, что он боится. Зигфрид стоял, скрестив руки, и смотрел на врача суровым взглядом - в нём чувствовался авторитет, который заставлял людей быть собраннее. Врач, наклонившийся, дрожа, выполнил свои обязанности.

— Госпожа, позвольте мне измерить вашу температуру.

— Хорошо.

Но случилось нечто странное.

— А?

Над мужем ничего не было, но теперь над врачом появилось окошко.

[( ˃̣̣̥᷄ㅇ˂̣̣̥᷅ )]

Над нервным доктором висела картина, которую она никогда раньше не видела.

‘А это ещё что за картинка?’

Элла прищурилась.

‘Раньше она была лишь над Зигфридом, а теперь она и над врачом. Почему?’

Пока она размышляла, врач, закончивший осмотр, отошел от девушки.

‘Уже пропала...’

Теперь окошка не было ни над мужем, ни над врачом.

‘Значит всё-таки галлюцинации?’

— … Что вы можете сказать?

— А? С виду всё в порядке. Возможно вы на что-то жалуетесь?

— Ну-у...

Элла не смогла сразу ответить, колеблясь.

‘Могу ли я вообще такое сказать?’

Даже если она скажет правду, ей никто не поверит. Слишком неправдоподобно, возможно, даже безумно.

‘Да я сама себя считаю сумасшедшей…’

Даже её семья, которая любила её, не поверила бы ей. И муж, который должен был быть самым близким человеком...

— Э-эм…

Когда Элла поджала губы и продолжила размышлять, врач покрылся холодным потом.

— Расскажите, что вас беспокоит.

Врач продолжал щуриться. Он окинул взглядом Зигфрида, который всё это время находился рядом.

— Элла.

— …Ах, да!

Она медлила с ответом, погрузившись в раздумья. Зигфрид был уверен, что его жена больна.

— Вы уверены, что у неё всё в порядке? Она сегодня немного странная. Говорит, что видит что-то в воздухе, жалуется на боль в глазах, уставшая и теперь так медленно реагирует.

Элла нахмурилась, услышав слова Зигфрида.

‘Так говорит, как будто я чокнутая!’

Но из раздумий она не вышла.

— Я когда сильно устаю, тоже иногда вижу то, чего нет. Просто отдохните, и всё пройдёт.

Врач осторожно высказал своё мнение, чтобы не оскорбить слушателей. Зигфрид поднял бровь, ему не понравилось то, что он услышал.

— Вы не выпишите лекарства или что-то ещё?

— Я прикажу приготовить лекарство, которое поможет справиться с усталостью.

От быстрого ответа взгляд Зигфрида немного смягчился.

— Оно поможет?

— Да, должно помочь, скоро вернусь!

Получив разрешение Зигфрида, врач поспешно собрал свои инструменты и вышел из комнаты. Мужчина проводил доктора пустым взглядом, а затем повернулся к всё ещё ошеломленной Элле.

— Тебя что-нибудь ещё беспокоит?

— Нет, всё в порядке. Ничего не болит.

Голос Эллы звучал устало. Сейчас ничего не было видно. Она больше ничего не видела. Ни над головой Мужа, ни над головой ушедшего ранее врача. Так что же это были за картинки, которые она видела? Это были галлюцинации, сны или реальность? Сейчас уже и не сказать.

— Может, ты просто очень устала?

Если даже врач не знает, нет смысла продолжать выспрашивать.

— Я хочу спать...

Прикрыв рукой зевоту, Элла устроила поудобнее. Стоило расслабиться, как сон накрыл её.

'Может, я просто очень устала и мне мерещится?'

Девушка решила, что ей нужно сначала выспаться и только потом всё обдумать. Зигфрид, глядевший на неё сверху, мягко сказал:

— Понял. Скажу врачу принести лекарства, когда проснёшься, обязательно их прими.

— Хорошо.

Элла ответила невнятно, так как уже почти ушла в мир снов. Зигфрид наклонился и накрыл Эллу одеялом, недолго наблюдая , как она спит, прежде чем выйти из комнаты.

* * *

На следующее утро.

Пробуждаясь под тёплыми лучами солнца, Элла была вынуждена признать. Вчерашнее не было ни сном, ни галлюцинацией.

— Миледи, вы проснулись.

— Да...

— Мне поручено измерить вашу температуру и доложить господину. Вы позволите мне отлучиться на минутку?

— Да...

Элла отвечала монотонно, так как её удивлённый взгляд был устремлён на окошко над головой горничной Джен. Там снова был непонятный рисунок.

[(〃⌒▽⌒〃)ゝ]

Теперь, когда усталость была смыта долгим ночным сном, разум был ясен как никогда. Она тщательно умыла лицо водой, которую принесла Джен, пытаясь смыть с глаз увиденное.

'Не галлюцинация и не сон, это реальность.'

Так что же это такое? Это был уже второй день сумасшествия, поэтому она уже не был так удивлена, как вчера.

'Эти рисунки как будто выражают человеческие эмоции.'

Это были простые рисунки, всего из нескольких линий, но были интуитивно понятны.

'Это выражения лиц.'

Элла молча сидела, глядя то на лицо Джен, то на рисунок над головой.

— Похоже, жара нет.

Картинка изменилась.

[⁽⁽٩( ´͈ ᗨ `͈ )۶⁾⁾]

Какая милота.

'Такого не должно быть!..'

Элла, думая об этом, нахмурилась, а Джен, наблюдавшая за ней, отдёрнула руку.

— Ой!

Тут же исчезла картинка над Джен.

— Что случилось? У вас что-то болит?!

— Нет, нет.

Девушка всё отрицала, но Джен прищурилась, будто что-то беспокоило её.

— Врач велел по пробуждению принять лекарство, а затем - на каждый приём пищи.

— Хм. Понятно.

— Вот, примите сейчас.

Элла взяла лекарство с подноса. Из чего бы они ни были, белёсые кругляшки имели тошнотворный запах, от которого щипало в носу.

— Уфф...

Девушка, чуть ли не плача от отвращения, медлила. Джен подала стакан с водой.

— Запейте.

— Спасибо.

Она не могла просто отказаться, как маленький ребёнок. Конечно, если бы она была в доме, где выросла, она могла бы насупиться и поныть.

'Но здесь некому терпеть мои дурачества.'

Настроение спало, Элла зажмурилась и сразу же проглотила лекарство. Горечь наполнила весь рот.

— Фу.

Как только девушка смогла принять лекарство, Джен забрала стакан. Пока Элла хмурилась от горького вкуса, всё ещё остававшегося во рту, Джен приступила к своим обычным обязанностям. Девушка наблюдала, как служанка быстро убирала посуду. Но ничего над её головой не было видно.

'… Должна ли я дотрагиваться до человека, чтобы видеть картинки?'

Элла спокойно подводила итог своим доводам.

* Рисунок, возникающий над головой, кажется кратко изображает выражение лица.

* Рисунок появляется не всегда. Похоже, он появляется при соблюдении определенных условий.

* Может быть, это условие связано с тем, каким именно образом происходят прикосновения?

Девушка позвала служанку, чтобы проверить свои доводы.

— Джен.

— Да, миледи.

Джен быстро подошла.

— Можешь дать руку на минутку?

— Мою руку?

— Да.

Элла уж подумала, что ей откажут. Но Джен без колебаний протянула руку. Это была мелочь, но внезапно поднялось настроение.

— Я ненадолго.

Элла осторожно взяла руку Джен. Как и ожидалось, над головой Джен появилось полупрозрачное голубое окошко. Прежде чем успела разглядеть изображение, она крепко зажмурилась, чтобы успокоиться. Она не разглядела, что было изображено над головой, но одна только мысль о том, что это выражение лица, заставило напрячься.

'Даже если на картинке будет что-то неприятное, я не должна показывать этого.'

Люди здесь не любили Эллу. Они открыто презирали её, считали жалкой и часто просто игнорировали. Конечно, Джен никогда не проявляла какого-либо недовольства. Но... возможно этот момент станет исключением? Эта мысль заставила сердце Эллы беспокойно забиться.

— …Госпожа?

— Э-э... ещё минутку.

Девушка глубоко вздохнула и медленно подняла взгляд на окошко над головой служанки.

[סּ_סּ]

Ах. Элла неожиданно расхохоталась.

— Госпожа?

Лицо Джен стало удивлённым, когда она снова обратилась к госпоже, ничего не понимая. Но, как ни странно, Элла смутно догадывалась, о чём думает Джен. Может быть, из-за этих картинок?

[Σ(； ･`д･´)]

[(´⊙o⊙`；)]

[「(°ヘ°)]

И даже когда она стояла тихо, образы менялись каждую секунду. Она была озадачена, а затем забеспокоилась… Внезапно Элла занервничала из-за того, как она выглядит перед Джен.

'Я слишком странно себя веду.'

Он же внезапно попросила её руку и начала нелепо смеяться. Элла постаралась сдержать улыбку.

— Мне тут просто такое вспомнилось. Не обращай внимание.

— Ясно.

Выражение лица Джен почти не изменилось.

[(●ó⌓ò●) ]

Появилось выражение, похожее на румянец у стеснённого ребёнка. И когда тишина стала слишком долгой...

[( ˊ࿁ˋ ) ᐝ ]

'Что? Я сделала что-то не так?'

Опустив взгляд на горничную, я заметила, что она не изменилась в лице. Спина прямая, лицо спокойное, как у солдата, без намёка на сонливость.

'Почему именно эта картинка?'

[( ˊ࿁ˋ ) ᐝ ]

Несмотря на прошедшие секунды, ничего не менялось. Элла, покачивая головой и размышляя, не изменится ли картинка, вдруг спросила:

— Ты сейчас хочешь спать?

— Ээ... Да?..

Ого. Реакция Джен повеселила Эллу.

— Я не сержусь. Мне просто любопытно.

— О, мне…

То ли она стоя задремала, то ли обычно прямолинейная Джен начала путаться в словах.

— Извините!

Не в силах высвободить руку из хватки Эллы, Джен склонила голову в знак извинения.

— Не стоит извиняться. Спасибо, что ухаживаешь за мной.

— Что вы... это моя обязанность.

Как только служанка ответила, изображение над её головой изменилось.

[(＞Д＜)ゝ ]

'А вдруг это... внутреннее состояние человека?'

Элла решила, что эти символы представляют собой "внутреннее состояние", и это решение не было просто интуицией, а заключением, к которому она пришла после долгих размышлений. Впервые она увидела это, когда, разговаривая с Зигфридом, сильно желала "узнать его мысли". Кулон начал светиться, а затем появилось то окошко.

'Подвеска - сокровище из драконьего логова, так что неудивительно, что она может порождать такие загадочные явления... Возможно, она даже каким-то образом заколдована...'

Магия? М-да уж. Элла всегда интересовалась магией , но такие артефакты было сложно достать. Более того, она никогда не слышала о предметах, которые могли бы раскрывать чьи-то мысли.

— Госпожа?

— Ах, да.

При звуке голоса Джен Элла поняла, что снова провалилась в раздумья. Подняв глаза она заметила, что над головой служанки всё ещё было окошко с картинкой.

[ヾ(´･ ･｀｡)ノ”]

Сердце Эллы забилось быстрее.

'Она беспокоится обо мне...'

Джен была её личной служанкой уже год. До неё работало аж десять служанок. Элла ничего не делала, но личные служанки постоянно менялась. Сначала девушка была удивлена, почему им не хотелось быть рядом... И лишь когда тётушка Ванесса рассказала, она поняла, почему горничные постоянно меняются.

'— Ходят слухи, что ты издеваешься над служанками, это правда?'

Элла была потрясена. Она никогда не издевалась над служанками! На самом деле, если над кем-то и издевались, так только над ней.

'— Я... я никогда не издевалась над служанками.'

'— Правда? Эх, что же делать... Я верю тебе, но... такие слухи ходят. Говорят, что ты жестоко издеваешься над служанками, когда никто не видит.'

Как говорили, печальная слава Эллы была широко известна. Девушка, узнав об этом слишком поздно, не могла уже ничего исправить. Да и мало кто знал её лично, что бы помочь опровергнуть всю клевету. Когда Элла узнала причину холодных взглядов слуг, она почувствовала горечь. Ни одна горничная не хотела ей служить.

После ухода нескольких кандидаток, появилась решительная Джен. Она и была назначена личной служанкой Эллы. В отличие от предыдущих слуг, она на долго осталась с Эллой. Она ни разу не жаловалась и не распространяла ложные слухи об Элле. Девушка думала, что Джен остаётся рядом с ней лишь из-за того, что больше никуда не берут и она уйдёт при первой же возможности.

Даже другие слуги придерживались того же мнения. А главное, Джен всегда напрягалась, видя Эллу, и делала вид, что не хочет с ней связываться. Но что, если её неприязнь была напускной?

'Может, Джен на самом деле меня не ненавидит?'

Эта мысль взволновала Эллу, сердце забилось быстрее. Но...

'Нет, не стоит обнадёживать себя.'

Девушка поджала губы, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце и бурлящие эмоции. Она устала от своих ожиданий и последующего разочарования. Сколько раз её предавали с тех пор, как прибыла сюда...

Но...

[(｡ŏ﹏ŏ)]

…видя такие картинки, она начала питать ненужные надежды.

'Последний раз, лишь последний! Я так хочу тебе поверить…'

Элла, сдерживая внутреннее волнение, сжала в знак благодарности ладонь Джен, которую всё ещё держала.

'Тепло чужого тела такое уютное.'

Тепло было невероятно приятным.

'Возможно, внутри она столь же тёплая.'

Наконец, не выдержав волнения, Элла заговорила:

— Джен, я так тебе благодарна.

— Ч-что?..

Внезапные слова сбили Джен с толку. На мгновение Элла смутилась, но, собравшись с силами, продолжила:

— Я знаю, что тебе тяжело быть моей служанкой. Я благодарна, что ты была рядом всё это время. И... извини, что я всё время что-то делаю не так.

Девушка осознала, что никогда раньше не высказывала благодарности Джен. Она предполагала, что будет обсмеяна и покинута, поэтому просто боялась выразить свои чувства.

'Даже если все меня ненавидят, то я не обязана отвечать взаимностью.'

Элла прикусила губу, испытывая сожаление.

— Нет, что вы, — энергично произнесла Джен. — Ухаживать за леди для меня не составляет никакого труда. Я даже беспокоилась, что делаю недостаточно.

— Что? Нет. Ты прекрасно выполняешь свои обязанности! — Горячо возразила Элла, вскидывая руки. — Лишь благодаря тебе я чувствую себя комфортно хотя бы в своей комнате! Я смогла выдержать всё это благодаря тебе, Джен.

— Леди...

Голос Джен стал тише.

'Она сердится?'

Элла, быстро подняв глаза, заметила, что Джен протирает глаза рукавом, утирая слёзы.

'Что? Она не разозлилась, а плачет?'

Элла была озадачена.

'Что мне делать?'

Пока девушка раздумывала, Джен, с красными глазами, вдруг заговорила.

— Если бы я была хоть чуточку смелее, то смогла бы помочь больше. Я пыталась разубедить сквернословящих о вас людей. Но так ничего и не вышло.

— Джен, ты... действительно это делала?

Хоть сердце Эллы итак бешено колотилось от самого факта разговора с горничной на эту тему, но теперь, от шока, сердце было готово выломать грудную клетку. Она и не представляла, что кто-то мог заступаться за неё.

— Но всё напрасно, ведь всё равно ничего не добилась. Простите, что я такая бесполезная!

Слушая столь искренние слова, глаза Эллы наполнились слезами.

— Нет, я... — девушка схватила руку служанки — Я так благодарна тебе за то, что заботилась обо мне. Мне жаль, что расстроила и довела до слёз...

— Леди!..

[(⸝⸝⸝ᵒ̴ ̥́⌑ᵒ̴ ̥́⸝⸝⸝)]

Элла крепко обняла Джен и зарыдала горькими слезами. Служанка, которая, казалось, никогда не проливала слёз, также зарыдала, поддавшись эмоциям Эллы. Так продолжалось, пока глаза Эллы не распухли от влаги.

— Ты не устала? Я останусь в комнате, так что у тебя не будет заданий, можешь спокойно отдохнуть.

— Но…

— Всё в порядке. Мне будет спокойнее, если ты отдохнёшь. Хорошо?

— …Хорошо, тогда я пойду. Но если что-то понадобится, позовите.

— Конечно.

Элла подтолкнула нерешительную Джен к двери, отправляя отдыхать. Оставшись одна, девушка, всё ещё ощущая тепло чужой руки в своей, радостно пробормотала.

— Джен не ненавидит меня, вернее, кажется, я ей даже немного нравлюсь.

Улыбка расцвела на лице Эллы.

— Я думала, что все меня ненавидят, но это не так. Есть те, кто любят меня. Я могу быть любима.

Как же повезло! Спустя столько времени Элла снова могла почувствовать счастье. Кто-то ей рад! И она смогла об этом узнать лишь благодаря магии кулона! Он раскрыл эмоции других и от этого стало так радостно и тепло.

— Постой. Если то, что показывает кулон - чувства других, то вчера Зигфрид… Ого!

Элла подумала о том окошке и внезапно удивилась. Над головой серьёзного и мрачного Зигфрида были милые и приятные картинки.

— …Люди действительно разные снаружи и внутри.

В этот момент Элла кое-что осознала.

[Дзинь!]

— Что, что это?

Девушка вздрогнула от звука, который, как будто, доносился из ниоткуда. Из кулона вдруг выпрыгнуло полупрозрачное синее окошко. Такое же, как то, что появляется над головами людей. Но на этот раз там было не какое-то странное изображение, а предложение на понятном ей языке.

[-Вы выполнили скрытое условие "Понимание способности".]

[-Этап 1: Выражения лиц]

[Вы можете видеть 'эмодзи', чтобы понять истинные чувства собеседника.]

[Способность развивается.]

— А? Эмодзи? Что это такое? Настоящие эмоции… Способность развивается?

Когда Элла в недоумении дочитала, слова исчезли, и появились новые.

[-Этап 2: Слова]

[Впредь чувства собеседника будут выражены через 'слова'. Это поможет определить истину и разгадать скрытые тайны.]

— Что?..

Сразу после этих слов кулон снова издал звук.

Дзинь!

И снова девушку окружил ослепляющий белый свет. Но уже спустя мгновение свет пропал, оставив Эллу в изумлении.

— Так, значит, оно только что улучшилось… и теперь может читать мыли?

Даже сказав это вслух, понятнее не стало. Элла в замешательстве взглянула на кулон.

— Всё произошедшее было из-за… кулона?

Она повертела кулон. Он выглядел как обычное украшение, без какой-либо магии. При этом Элла была уверена, что во всём виноват кулон. Однако возник вопрос.

'Но почему Зигфрид подарил столь особенный кулон?'

По правде говоря, до сих пор девушка не знала реальной ценности кулона. Она знала, что Зигфрид, убив злого дракона, забрал кулон из сокровищницы. Кулон был самым непримечательным сокровищем из всех, что он принёс. Даже дальняя родственница тётушки Ванессы Амелия получила целую тиару. На приёме в честь возвращения Зигфрида Амелия хвасталась гостям своим подарком. Люди восхищались её блестящей тиарой и с интересом ждали, что ещё принёс Зигфрид. В тоже время Элла так и не смогла показать всем кулон, как это сделала Амелия с тиарой. Кулон ей очень понравился и Элла была рада, что про неё хотя бы не забыли.

'— Ох, Зигфрид… Хоть мы и видимся не столь часто, но даришь мне и матушке столь ослепительные подарки. А жена получила лишь невзрачный кулон.'

Слова тётушки Ванессы, произнесённые с улыбкой, ранили Эллу. По этой причине Элла так и стала хвастаться, как Амелия. Пока она молчала, люди только и говорили, что Зигфрид стал героем эпохи. Из-за этого они разглагольствовали, что благодаря его подвигу, их семья стала одной из самых высокопоставленных в королевстве.

Элле завидовали, что повезло стать его женой, но в то же время за спиной принижали и высмеивали за то, что она не любима своим же мужем. Именно после того банкета сердце Эллы окончательно разбилось, ведь до этого она ещё питала иллюзии о счастливом браке с мужем.

— …При следующей встрече нужно будет спросить у него про кулон.

Знает ли Зигфрид тайну кулона? Неужели он отдал его, зная обо всём? Любопытство переполняло девушку.

Возможность встретиться с Зигфридом появилась быстро. Похоже, вчерашнее заявление о разводе довольно сильно потрясло, так как Зигфрид сделал то, чего раньше не делал. Услышав, что Элла встала, он предложил вместе позавтракать. Позавтракать? Не смотря на то, что сейчас скорее полдень, а не утро.

Они никогда раньше не завтракали вместе. Правда, ни разу! Были только ужины с семьёй или несколько обедов, устроенных для гостей. И вот вдруг, завтрак только вдвоём?

'Просто безумие.'

Хотя совсем не удивительны эти перемены. Ей не понравилось, как он внезапно изменил своё отношение к ней только после заявления о разводе. Однако она не отказала мужу, который сам пришёл и предложил позавтракать вместе.

Хотя она заставила его подождать в прихожей, сказав, что ещё не готова, но это не было проявлением злобы или обиды. Ей действительно нужно было подготовиться. Элла обняла Джен и снова прополоснула лицо, которое было не в лучшем состоянии после рыданий. Она зачесала свои спутанные волосы назад в аккуратный пучок. Переоделась из ночной рубашки в домашнюю одежду и вышла и встретить Зигфрида.

— Хорошо спала?

— Да, хорошо.

— Как здоровье?

— Всё отлично.

'Почему он вдруг начал делать то, чего раньше не делал? С каких это пор я его так интересую?'

Элла мысленно возмущалась, пока в голову не стрельнула одна мысль.

'Может, я слишком холодна?'

Подняв взгляд, она заметила, что Зигфрид пристально смотрит на неё.

'Почему, почему ты так смотришь?'

Как бы ей ни хотелось не обращать на него внимания, она не могла скрыться от его пристального взгляда. В конце концов Элла нарушила тишину своим вопросом.

— …А ты?

— Я не мог заснуть.

— Почему?

Забыв обо всём, Элла удивлённо уставилась на Зигфрида. Он определённо выглядел неважно. Под глазами появились круги, а обычно зоркий взгляд потускнел. Зигфрид, увидев беспокойство, наполненное в зелёных глазах жены, от волнения начал стучать по подлокотнику.

— Совсем не мог уснуть.

— …Хмм.

Элла странно фыркнула и отвернулась. Ведь она тоже плохо спала бы, если ей заявили бы о разводе...

'Я думала, что ты проигнорируешь это, но, видимо, ты тоже человек. И тоже можешь смущаться.'

Элла, немного волнуясь, убрала волосы за ухо и, наконец, спросила, делая вид, что вдруг вспомнила пустяк.

— Что ты сделал с документами на развод, которые я тебе вчера дала?

— Выбросил.

— А, выбросил?

Девушка была сильно удивлена таким ответом.

— Но зачем ты выбросил их?

— Потому что они нам не нужны.

— Не нужны? О чём ты? Я так старалась, чтобы правильно их составить!

Пока Элла шипела как кошка, Зигфрид вдруг спросил.

— Почему ты захотела развестись?

— Почему?..

— Просто интересно. У нас же нет причин разводиться. И тем более так внезапно.

Зигфрид говорил так, будто это было секундным желанием Эллы.

'Всё не так. Я не просто так сотрясаю воздух, я действительно хочу развестись.'

Она даже потеряла дар речи. Но прикусив губы, Элла еле выдавила.

— Потому что так будет лучше для нас обоих.

Зигфрид молча смотрел на неё.

'Мы что, в гляделки играем?'

Оскорблённая, Элла не собиралась проигрывать в этой битве и продолжать разговор первой.

— …

— …

Глаза цвета заката Зигфрида, ищущие что-то, и зелёные глаза Эллы, полные решимости, не отрываясь смотрели друг на друга.

'Не проиграю!'

Несмотря на то, что глаза уже слезились, девушка не могла отступить. Муж всё время пренебрегал ею и она должна отплатить ему. Даже если это просто гляделки!

Однако...

— …Почему.

Зигфрид медленно моргнул, словно и не играл в никакие гляделки. Его голос был тихим и скрипучим, как будто он не говорил лет сто.

— …Лучше для нас? Почему ты так думаешь?

Он действительно не знает? Или просто притворяется? На недоверчивый взгляд Эллы Зигфрид собрался и спокойно ответил.

— Я думаю, что для нас будет лучше остаться семьёй.

У девушка перехватило дыхание от уверенности в его голосе.

— …Мы семья?

Ее вопрос заставил Зигфрида нахмурить брови. Он повторил с ноткой искреннего удивления.

— Мы - семья. Юридически и социально...

— Социально мы не семья!

Элла возмутилась, перебив его. Зигфрид не рассердился за то, что его перебили. Он молча смотрел на жену, будто говоря: продолжай.

'Я не могу не справиться!'

От нахлынувших эмоций у неё волосы встали дыбом. Она знала, что должна оставаться спокойной, но уже было поздно. Элла зажмурилась и закричала:

— Да мы даже за руки не держались!

…Держись, держись, держись!

Её голос разнёсся эхом. По крайней мере, так казалось самой девушке. Расстроенная, она закрыла лицо руками. Это не скрыло бы её покрасневшие уши или шею, но спрятало бы горящее лицо.

'О Боже, мне конец.'

Элле хотелось разрыдаться! Сейчас она чувствовала себя капризным ребёнком. Это уж точно выставило её в дурном свете.

…Но раз уж всё так пошло, то нужно было сказать всё, что накопилось. Элла всё ещё скрывая лицо начала говорить.

— Сколько раз мы разговаривали до этого? За вчера и сегодня мы сказали друг другу больше, чем за всё время нашего замужества.

— Но…

— Что же мы за семья, если даже не здороваемся по утрам и не спрашиваем друг друга, что происходит в жизни другого?

— …

— И дело не только в этом, даже когда дети играют в семью, изображая мужа и жену, целуются, а мы и за руки не держались. Так какая же из нас семья?

Под конец тирады, голос уже угас. Она сама себя убедила в своих словах.

'Мы настоящая семья, ведь ещё не разу даже не касались друг друга!'

Элла надулась от этой мысли.

Зигфрид ничего не ответил. Элла не решалась поднять головы.

'Почему я не промолчала? Ну кто меня за язык тянул!'

Её лицо пылало от смущения. Должно быть, она сейчас выглядела прямой родственницей помидора.

Чем дольше длилось молчание, тем сложнее становилось дышать. Гадая, о чём он думает, девушка мельком кинула на него взгляд...

'Ик!'

Взгляд Эллы, цвета летнего леса, встретился с пьянящими глазами мужа, в которых было неясно, о чём он думает.

'Эта реакция говорит за него. Он даже не воспринимает меня своей женой…'

От этих мыслей, девушке стало грустно, и она надула губы. Почувствовав, что нужно смочить горло, Элла аккуратно взяла чашку.

— …Можно?

Зигфрид что-то прошептал. По тону было похоже, что он задал вопрос, но слов было не разобрать.

— Ты что-то сказал?

Элла попросила, что бы он повторил свои слова громче.

— Можно?

Однако Элла так и не поняла вопроса. Зигфрид медленно протянул руку и схватил запястье жены. На фоне мужа, ручка Эллы казалась детской.

'Она даже больше, чем у отца.'

Кроме размера, были и другие различия. В отличие от её нежной кожи рука была толстой, покрытой шрамами и мозолями. Эти отличия так сильно бросались в глаза. Зигфрид, глядя на их руки, сказал:

— Теперь мы держимся за руки.

— Д-да, держимся.

Зигфрид тихонько засмеялся, когда Элла повторила за ним. Из-за звуков смеха внезапно пришла в себя Элла, и когда она подняла на мужа взгляд, заметила, что лицо Зигфрида стало расслабленным. Это не иллюзия, Зигфрид действительно смеялся. Затем он сказал нечто ещё более удивительное.

— Что дальше, поцелуй?

Поцелуй? Девушка застыла в изумлении.

— Ах...

Зигфрид наклонился чуть ближе и произнёс:

— Если ты против, то я отступлю.

Спокойно сказал Зигфрид, продолжая наклоняться к ней ближе. Кончик его прекрасного носа коснулся переносицы Эллы. Их взгляды встретились, дыхание сбилось, и они оказались так невероятно близко.

'Запах Зигфрида...'

Он не пользовался одеколоном, но вокруг витало что-то такое, что заставляло её продолжать дышать. Пахло прохладным воздухом на рассвете. В голове всё помутилось, мысли превратились в кашу.

Зигфрид не мог оторвать взгляда от личика Эллы, к которому он нагнулся. Другая его рука - та, что не касалась жену, - вцепилась в стол, и вены на тыльной стороне кисти и предплечье вздулись от напряжения. Ещё немного, и стол, не выдержав мощи Мастера меча, рассыплется. Это бы разрушило атмосферу, и, что более важно, его хрупкая жена могла пострадать.

Зигфрид всё жизнь потратил на то, чтобы уметь сдерживать себя. По этому и в этот раз у него всё выйдет. Его жена, не замечая великих стараний, вдруг прикрыла глаза и её маленькие губы слегка раскрылись...

'Проклятье.'

Не в силах больше сдерживаться, Зигфрид снова приблизился и их губы…

Тук-тук

Раздался стук в дверь, прервавший всю идиллию.

Элла, словно снова ожив, резко дёрнулась назад. Она вырвала свою руку из хватки мужа и прикрыв обеими ладонями губы, закричала.

— Ч-что ты только что собирался сделать!

— Разве ты не сказала, что муж и жена должны делать это? Вот я и подумал, что ты не против. — Зигфрид говорил спокойно, в отличие от Эллы, которая была ужасно смущена. — Потому что мы уже женаты.

— !..

Элла была настолько ошарашена, что не могла произнести ни слова. Она лишь зажмурилась. Из-за этого она не заметила, насколько часто менялись слова над головой Зигфрида. И даже что это были за слова. Если бы она заметила, то, возможно, поступила бы иначе, но прячась за руками, не видела, чем заняты мысли мужа. Зигфрид, смотря на жену, сказал:

— Войдите.

Через мгновение, прислуга вошла, ведя за собой тележку с едой. Даже если для женатой пары такая близость была впервые, слуга не чувствовал себя неловко.

— Куда подать?

— Сюда.

Зигфрид указал на круглый столик. Слуга туда поставил тарелки с едой. В это время Элла успела собраться с мыслями и, наконец, села прямо. При этом её щёки и уши по-прежнему были красными. Она впервые видела такой разнообразный и роскошный завтрак. Вплоть до вчерашнего дня еда, которая ей подавалась, была совсем скудной. С тех пор как она приехала сюда, ей еще никогда не доводилось завтракать так разнообразно.

'Почему до этого он приносил лишь сухой хлеб и джем?'

Почему сегодня иначе? Потому что Зигфрид рядом? Она знала, что с ней плохо обращаются, но теперь, когда видела столь открытое пренебрежение, настроение испортилось. Когда дворецкий, закончивший подавать на стол, с поклоном вышел, Элла замешкалась, не решаясь начать завтракать. Но запах еды, который стоял во всей комнате, вызывал голод.

'Не стоит показывать свои слабости.'

Собравшись, Элла потянулась к стоящей перед ней тарелке. Но...

'Э-э?'

Блюдо забрали раньше девушки.

'Что случилось?'

Зигфрид забрал еду, которую хотела Элла, и даже не предложил ей. Просто продолжал брать остальное, оставляя ей лишь пустую посуду. Она огорчённо прикусила губу, когда у неё из-под носа выхватили всю еду.

'Серьёзно? Ты хочешь уморить меня голодом? Что за ущербный и жестокий поступок!'

Чем больше я думала об этом, тем больше злилась.

— Попробуй.

Зигфрид отрезал небольшой кусок стейка из тарелки, которую он только забрал из под моего носа, подцепил его вилкой и поднёс ко рту Эллы.

— !.. — девушка широко раскрыла глаза, ошеломлённая таким поворотом ситуации. — Я… я могу и сама поесть! — Элла попыталась отказаться от помощи Зигфрида, однако, едва она открыла рот, как кусочек мяса сразу же залетел ей в рот. — Умм! — Она не могла просто выплюнуть то, что уже попало в рот. Девушка была поражена таким поступком мужа, но, в конце концов, начала жевать мясо. — ...Вкусно.

Свежее мясо было искусно приготовлено, мякоть была нежной и сочной, ароматной и не слишком приправленной. Элла медленно прожевала и проглотила, растворяясь во вкусе нормальной еды, что после долгого времени поедания отбросов совсем забыла. Как будто поджидая этот момент, Зигфрид поднёс к её губам новое блюдо.

— Попробуй и это.

— Меня не нужно кормить с ложечки, как маленького ребёнка. Я могу сама поесть...

Мужчина проигнорировал протест и продолжал спокойно ожидать, пока жена попробует новое блюдо. Вздохнув, Элла открыла рот, так как поняла, что нет никакого смысла спорить.

Один кусочек, второй кусочек.

Зигфрид продолжал кормить её, как птенца. Смешанные чувства заставляли Эллу продолжать этот спектакль. Однако вскоре, закусив губу, девушка покачала головой.

— В меня больше не лезет.

Но Зигфрид продолжал молча смотреть на неё, не убирая вилку.

— Правда, я уже наелась.

— Действительно? Но ты ведь почти ничего не съела.

— Да, я обычно столько и съедаю.

— Этого не может быть. Уверен, что до свадьбы ты ела больше, чем сейчас.

— Что? Почему ты так думаешь? — Элла удивлённо вытирала губы салфеткой, смотря, как Зигфрид, сохраняя серьёзность, смотрел в пустоту, как бы вспоминая прошлое. — Ты знал меня до свадьбы? — На лице Эллы, допытывающейся у молчаливого Зигфрида, было любопытство и сомнения. До свадьбы она никогда не встречала Зигфрида!

— Ах.— Выйдя из задумчивости, Зигфрид поднял уголки губ, глядя на озадаченную Эллу. — Твой дедушка говорил, что ты плотно питаешься, так что я не должен быть слишком строг к тебе за еду.

Небольшая улыбка Зигфрида при этих словах заставила лицо Эллы стать ярко-красным.

'Дедушка!..'

Мысленно возмутилась девушка, вспомнив улыбающееся лицо своего покойного дедушки. И совсем не услышала, как Зигфрид пробормотал.

— Почему же ты стала так мало есть?

Зигфрид прищурился, пока рассматривал лежащую перед Эллой еду, которой было всё так же много. Маленькие порции жены всегда вызывали у него недовольство, но до сих пор он не говорил об этом. Не хотел обременять жену, которой и так было не по себе. Но сегодня, когда увидел, что она ест не больше птенца, он больше не мог молчать.

— Тебе не нравится здешняя еда?

— Эм...

Элла отложила салфетку, которую уже успела скомкать. Внезапный вопрос смутил её, и было трудно решить, с чего начать рассказ. Неужели он действительно ничего не знает, раз задаётся таким вопросом? Девушка впервые за долгое время прямо посмотрела в лицо мужа. Существует множество причин, по которым Элла стала меньше есть.

— Поначалу, да, еда здесь мне не нравилась. Так как ингредиенты другие и рецепты отличаются от домашних.

Свежие овощи и фрукты, которые она любила, редко можно было встретить на столе на бесплодном севере, а основным ингредиентом было мясо. Особенно плохо становилось от сильно пахнущего горного козла. Рецепты также отличались от рецептов родного юга. В отличие от юга, где используется множество специй и вкусовые рецепторы радуются разнообразию ароматов, на севере все блюда безвкусные, и акцент делается только на остроте. Как человек, не переносящий специй и не любящий мясо, Элла в начале их брака не решалась пробовать незнакомую северную кухню.

— Ты не просила кухню поменять блюда? Наверняка там могли бы что-то придумать.

Не понимающе спросил Зигфрид.

'Кстати, об этом…'

Элла горько улыбнулась. Она ведь не просто так молчала.

— Нет, не просила. Я думала, что, живя здесь, должна привыкнуть к местной еде. Думала, что, постепенно привыкну и полюблю.

Верно. На первых порах она так думала. Разумное решение для того, кто ничего не знал. Когда вдруг появились те 'странные' блюда? С какого-то момента еда, которую ей подавали, стала казаться странной. Это были странные перемены, которые нельзя было объяснить просто различиями в регионах. Еда была либо сырой, как будто вообще не готовили, либо пережаренной и слишком жёсткой.

Но это ещё не всё.

Бывало, что еду намеренно делали такой горькой, что во рту ещё несколько дней оставался привкус горечи, а бывало, что делали такой острой, что приходилось опустошать несколько бутылок воды, прежде чем девушка могла перестать плакать.

Когда Элла впервые столкнулась с таким издевательством, она пришла в ужас, но продолжала молчать. Зигфрид был далеко, на поле боя, занят борьбой с драконом, поэтому приходилось полагаться только на старших членов семьи в доме. Элла обратилась к старшим за поддержкой, чтобы рассказать о том, что с ней случилось. Она ожидала, что её поддержат и скажут, что такое больше не повторится. Однако, в ответ услышала:

— Ты, наверное, ошибаешься. Никто тут не совершил бы такого подлого поступка!

— Может быть, это из-за различий в кулинарии? Возможно, Элла еще не привыкла к местной еде из-за своего недавнего переезда. Уверена, что никто не хотел специально пытать её.

Старшие члены семьи, леди Луиза и леди Ванесса, высказались так. Они не только не поняли Эллу, но, наоборот, посчитали ее жалкой.

— Даже если ты родилась и выросла на юге, теперь ты живёшь здесь. Ты должна пытаться приспособиться к своему новому дому, а не закатывать истерики, как сейчас, и даже выдвигать нелепые обвинения.

Особенно гневно отреагировала леди Луиза, принцесса пришедшая из соседней страны. Она, несмотря на свое высокое положение, была раздражена Эллой, которая, несмотря на лучший статус, выражала только жалобы, не пытаясь адаптироваться.

— Видимо, в дом приняли не лучшего человека. Хотя чего ещё можно было ожидать от дочери купца...

С того момента леди Луиза, которая всегда смотрела на Эллу свысока, стала особенно холодна. Она игнорировала Эллу, когда та пыталась заговорить с ней. Даже когда леди Ванесса приглашала к ним Эллу пообщаться, леди Луиза разворачивалась и быстро уходила.

После такого ей ничего не оставалось, как смириться с последующими издевательствами. Она была в ужасе, представляя, что произойдёт, если она попытается обратиться ко взрослым. Элла себя упрекала, думая, что, если бы она была терпеливее, леди Луиза не испытывала бы к ней такого отвращения.

Вначале издевательства были не такими страшными, и она еще больше осуждала себя за свои детские капризы. Она не должна была так поступать.

Это и стало переломным моментом.

Страница книги Я вижу твои мысли! в интернете

Table of Contents

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 7

1 - 8

1 - 9

1 - 10

1 - 11

О книге