Глава 1

Магические державы, 233 год…

Империя Штрасс и империя Эль-Пашер, которые долгое время находились в состоянии войны за господство на континенте, наконец, решили заключить перемирие. Местом заключения соглашения была выбрана нейтральная страна Абек, которая, к счастью, выстояла, несмотря на конфликт между двумя державами, находясь под их совместным влиянием.

Соглашение между империями, а точнее факт того, будет ли заключено перемирие или нет – обуславливал политическую обстановку на континенте. И в центре внимания всего мира оказались наследный принц империи Штрасс и наследный принц империи Эль-Пашер, которые были выбраны в качестве послов великих держав.

Первым в зал вошел молодой мужчина в строгом сером костюме. Его аккуратно уложенные волосы цвета золота обрамляли утонченное и красивое лицо. Изумрудные глаза молодого человека напоминали зеленое поле летним днем, а его насмешливый взгляд блуждал по коридору. Однако временами взор становился пугающим, и можно было подумать, что молодой мужчина смотрит на всех свысока.

Это был наследный принц Штрасса, Ревнорд ван Штрасс. С юных лет он познал тяжесть меча и обагрил свои руки кровью на поле боя. Когда же принц стал более зрелым, его начали называть «боевой машиной», так как Ревнорд сразил своим мечом более десяти вражеских военачальников. Однако его реальной силой была магия, а не меч. Заклинание четвертого уровня, произнесенное им на равнине Фабс стало потрясением для людей на всем континенте. Ведь даже умудренные опытом маги могли использовать лишь заклинания третьего уровня. Принц Ревнорд стал первым в истории мира заклинателем четвертого уровня.

-Хм..., кто такой Эль Гискар Пашер? - Ревнорд внимательно посмотрел на противоположную сторону зала. Когда на политическую сцену вышли ключевые фигуры Страта, появилась и свита Эль-Пашера. Тем, кого пытался найти Ревнорд, было принц Эль-Пашера.

Есть поговорка, что если в Штрассе есть наследный принц Ревнорд, то в Эль-Пашере есть принц Гискар.

Гискар был еще молод и не был удостоен важного армейского звания, но у него была репутация человека, имеющего удивительный талант к владению мечом. Ходили слухи, что принц Эль-Пашер стал мастером меча, сразу после завершения церемонии совершеннолетия.

В двух империях, находящихся в состоянии войны, принцы одного возраста демонстрировали выдающиеся достижения и способности. Эти двое, естественно, стали символом соперничества между державами и то и дело обсуждались в народе.

Однако Ревнорд никогда не считал, что наследный принц Гискар является его соперником. Только потому что последний стал мастером меча в юном возрасте, мог ли он сравниться с магом, достигшим четвертого уровня заклинательства, который прошел через огонь и воду?

«Куда вы пристроили ребенка?», - часто шутил Ревнорд, говоря о Гискаре.

Помимо этого, принц Штрасса часто мог слышать, что они ровесники, однако их разница в возрасте составляла целых восемь лет.

Вокруг принца Эль-Пашер ходило много слухов, которые были и причиной, и следствием действий Гискара, вступившего на путь борьбы за полномочия кронпринца своей страны благодаря заслуженному титулу героя войны. Отчасти, слухи, ходившие о принце Эль-Пашер, стали причиной интереса Ревнорда. Принц Штрасса не мог отрицать свой интерес к представителю вражеского государства.

Размышляя об этом, Ревнорд наконец нашел в толпе наследного принца Гискара. Молодой мужчина имел типичные для императорской семьи Эль-Пашер черты лица: темно-голубые глаза и черные волосы выделяли его среди остальных. Гискар и Ревнорд были примерно одного роста, и черты лица первого позволяли назвать принца Эль-Пашер красавцем. Однако его внешний вид не отражал никаких эмоций, и можно было почувствовать холод во взгляде Гискара. Наблюдая за этим, Ревнорд рассмеялся.

-Эй, посмотри на лицо этого молодого человека. Я слышал, что принц Эль-Пашер на восемь лет моложе меня, но почему он выглядит на восемь лет старше?

-Нет, не до такой степени... Но, как сказал Реви-хен, он выглядит немного старше своего первоначального возраста. Трудно поверить, что этот мужчина только что отпраздновал свое совершеннолетие, - ответил рыжеволосый мальчик, который находился рядом с Ревнордом. Это был Эдрих ван Штрасс. Он являлся 11-м принцем империи, но стоит заметить, что этот мальчик отказался от всех прав и стал подданным Ревнорда. Благодаря этому, даже когда все двенадцать принцев и принцесс были уничтожены, Эдрих выжил. Из всех родственников, только Эдрих мог называть Ревнорда "Реви". Кстати, только Ревнорд называл Эдриха по прозвищу, показывая тому также свою привязанность.

-Эдди, когда ты молод, легко смотреть на людей свысока. Правителю нужен внешний вид, который подавлял и ошеломлял бы его подчиненных. В этом смысле можно сказать, что наследный принц Эль-Пашера был благословлен Богом.

-Да…? Ты...? - Эдрих был в растерянности, не зная, воспринимать ли ему это как шутку или думать, что принц был серьезен в своих словах.

Ревнорд улыбнулся и поднялся на трибуну, расположенную в центре зала. Все сопровождающие остались позади. Со стороны Эль-Пашера вышел только наследный принц Гискар.

На мраморной платформе не было никого, кроме двух принцев, там лишь одиноко лежало заранее подготовленное соглашение. Ревнорд взял золотое перо, лежавшее рядом с договором., то же сделал и Гискар. Их подписи на документе появились почти одновременно, и после этого явно пришло время для приветствия, однако между принцами воцарилось неловкое молчание.

Подписанное соглашение можно было назвать лишь листком бумаги, потому что мир может воцариться только в том случае, когда обе империи на самом деле захотят прекратить вражду. Поэтому диалог между представителями вражеских государств можно было назвать решающим и наиболее значимым шагом, которой позволил бы выразить намерения.

Ревнорд, слегка приподняв уголки губ, протянул руку Гискару, однако тот не ответил на этот жест.

-Это всего лишь рукопожатие. Нужно ли тебе об этом беспокоиться? – спросил Ревнорд.

У принца Штрасса было больше пространства для маневра, по сравнению с Гискаром. И, кронпринц Эль-Пашер, не отвечая, пожал Ревнорду руку, однако в этот момент можно было заметить, как из глаз Гискара сочился небесный холод.

Ни один из принцев при этом действе не чувствовал гармоничности, между ними понемногу возрастало напряжение и можно было подумать, что они стоят на тончайшем льду.

Ревнорд и Гискар одновременно разорвали рукопожатие и развернулись спиной друг к другу, собираясь вернуться к своим свитам. Однако, не сделав и шага, Ревнорд внезапно повернулся к Гискару и сказал:

-Возможно, трудно поверить «демону войны», однако я не из тех людей, кто так сильно любит войну. Поэтому, если возможно, я бы хотел, чтобы это перемирие продлилось как можно дольше

-Я согласен с перемирием, - прозвучал голос Гискара. Вопреки холодному выражению лица, речь кронпринца звучала уважительно, словно тот обращался к старшему.

-Тогда мы увидимся снова, когда у меня будет возможность, - Ревнорд махнул рукой и направился к выходу из зала. Принц шел так, словно кто-то заранее проложил ему путь – Ревнорд шел ровно в нужном направлении. Проходя мимо охранников, он воскликнул:

-Давайте возвращаться! На родину! Прощайтесь со здешними женщинами и возвращайтесь в объятия лучших и податливых молодых леди империи Штрасса!

-Есть! - рыцари, которые стояли, не моргнув глазом, как металлические статуи, громко и слаженно выкрикнули. Ревнорд взглянул на Сердо, капитана телохранителей:

-Я хочу поспать, пока буду ехать в карете. Не буди меня, если не случится ничего серьезного.

-Пожалуйста, измените свой образ жизни. Это вредно для вашего здоровья - бодрствовать всю ночь, а потом сразу заснуть.

-Я знаю, как заботиться о своем теле.

-Перемирие было успешно заключено, но есть вероятность, что опасность подстерегает на пути домой.

-Ты должен справиться с этим сам! Неужели это тело должно обращать внимание на каждую подобную мелочь? - Ревнорд сел в подготовленную карету.

Пораженный его безрассудством, Сердо глубоко вздохнул. Но когда командир отвернулся от экипажа, на его губах играла улыбка. Королевская гвардия, находясь по постоянным контролем Ревнорда в течение многих лет, получила репутацию непобедимого формирования. Сердо повысил голос и крикнул своим подчиненным:

-Стройся! Возвращаемся в Штрасс! Вы уже демонстрируете слабину с намерением поставить под угрозу чью-либо безопасность? Если ты не хотите провести остаток своей жизни с уродливыми женщинами вражеской страны, придите в себя!

Слушая происходящий снаружи переполох, Ревнорд доставал хрустальный коммуникационный шар. Соглашение о перемирии, которое было самым желанным, наконец было достигнуто. Он протянул руку к хрустальному шару с намерением немедленно доложить в Штрасс о проделанной работе.

-Включись! - Когда принц произнес короткую команду, волшебные камни, встроенные в браслет, завибрировали и издали звук "у-у-ун". В хрустальном шаре немедленно отразилась фигура императора Штрасса. Его быстрое подключение к каналу коммуникации, должно быть обусловлено тем, что он ждал звонка перед своим хрустальным шаром.

-Ваше величество, я приветствую вас спустя месяц или два. Погода холодная, но в добром ли вы здравии?

― Вы можете своими глазами увидеть, в добром ли я здравии, так что обязательно возвращайтесь к следующему Новому году! Вы знали? Результат соглашения о перемирии не был подтвержден, и приказ о возвращении был отдан ни с того ни с сего.

Ревнорд нахмурился:

-Что случилось?

-Вы все такие оживленные, а тут до смерти скучно! Я запланировал охоту на предстоящий Новый год, так что знай это!

-Ваше величество. Попробуйте связаться с графом Волгвинном. Он был бы более чем готов стать приятелями по охоте.

-Этот парень не собирается быть сыновним по отношению к своему старому отцу!

-Разве вам больше не интересно, что случилось с перемирием?

-О, ты почувствовал горький привкус неудачи? Это соглашение о перемирии было противоречивым, но я думаю, все обернется хорошо!

-К сожалению, соглашение о перемирии было успешно заключено.

-Фу! - император нахмурил свои выцветшие золотистые брови. Но в его голосе все еще слышалась игривость.*

(Прим. переводчика: диалог выглядит немного нелепым и кому-то непонятным, но, похоже, здесь император шутит с Ревнордом о переговорах)

Среди своих многочисленных детей император явно отдавал предпочтение Ревнорду. Это потому, что Ревнорд был исключительно талантлив и необычайно умен с раннего возраста. Во время битвы за трон принц лишил жизни всех своих двенадцать братьев, причем стоит заметить, что император несколько раз помогал ему.

Внезапно рядом с каретой послышался грохот.

Ревнорд повернул голову и увидел Эдриха, который заглянул в карету, держа с чашку с чаем.

-Эдди, что ты сейчас делаешь?

-Разве вы не ждали почти три дня, чтобы подписать соглашение о перемирии и за все это время почти не спали? Я принес вам чай, который помогает уснуть... только... - Эдрих внезапно замолчал. Он понял, что Ревнорд разговаривает с императором по каналу связи.

Младший принц тут же склонил голову:

-Ваше величество император, рад вас видеть спустя долгое время.

-Эдрик. Надеюсь, ты присматриваешь за Реви, тебе это стоит делать игнорируя любые помехи.

Уважаемые читатели! Главы будут выходить раньше в моей группе ВК, перейти в нее можно по ссылке в закрепленном комментарии. Главы будут выходить раз в неделю. Надеюсь, наше с вами общение будет длительным и интересным.

Эта история достаточно многообещающая и я надеюсь, что вы вместе со мной будете восхищаться персонажами этой новеллы, разочаровываться в них или волноваться о том, что же будет дальше.

Глава 2

В отличие от того, как император общался с Ревнордом, Эдди доставалось холодное пренебрежение. Все остальные принцы, кроме одиннадцатого, были убиты, и, поскольку Эдрих все же являлся представителем королевской крови, то он мог претендовать на трон. У императора одно лишь существование Эдди вызывало недовольство, так как в будущем одиннадцатый принц мог бы стать угрозой для Ревнорда.

Атмосфера в карете стала более холодной, и кронпринц попытался сгладить ситуацию:

- Ваше величество, это я ответственен за Эдди, так как забрал его, и все его действия согласовываются со мной. Поэтому только мне определять его полномочия и обязанности.

- О, да наш Реви уже вырос и может игнорировать чужие советы! Ну, делай, что хочешь, но всегда думай наперед. И…Не забудь про Новый год!

- Хорошо.

Ревнорд убрал руку с хрустального шара, и следом за этим изображение императора исчезло в одно мгновение. Кронпринц вздохнул и повернулся к Эдриху.

- Ты не собираешься угостить меня чаем?

- Да? Ох!

Эдрих наконец-то отдал чашку, которую держал в руках все это время. Ревнорд пригубил чай, и Эдрих сел напротив него.

- Эдди, до меня дошли слухи, что твое мастерство владения мечом значительно улучшилось. Расскажи, какой у тебя прогресс?

- Ах, ну…Так-то и не очень… - Эдрих немного поколебался, и затем с трудом ответил.

Ревнорд сделал еще один глоток и затем поставил чашку на стол.

- У тебя хватает смелости лгать в моем присутствии?

- Что? – яркие глаза Эдриха расширились и когда он встретился взглядом с кронпринцем, то мог лишь смущенно пожать плечами.

- Прошу простить меня, но я вовсе не….

- По моим отчетам, ты смог активизировать ауру. В стране есть всего несколько человек, которые могут владеть Мечом Ауры. Если ты будешь развиваться дальше, то сможешь стать мастером меча. Но сейчас тебе всего шестнадцать. Так ты сказал про свой прогресс «не очень»? – Ревнорд скрестил ноги и прищелкнул языком, выражая недовольство.

В это мгновение Эдрих с испугом воскликнул:

- Я никогда больше не подниму свой меч! Нет, я вообще не прикасался к мечу с тех пор, как прошло несколько месяцев. Так что...!

- Ты не хочешь, чтобы я убил тебя? – задал вопрос Ревнорд, и на его губах появилась горькая улыбка.

Кронпринц убил двенадцать братьев. К тому же, он полностью уничтожил своих сестер, наложниц и всех, кто мог каким-либо образом представлять угрозу. Его слуги и народ следовали за ним, как за богом, но и те, и те ненавидели и боялись его, словно дьявола.

Эдрих покачал головой. На этот раз он не стал избегать взгляда Ревнорда.

- Я не планирую ничего делать…Я буду только на твоей стороне.

Ревнорд поднял свою чашку и залпом допил остатки чая, а затем резко поставил ее на стол.

- Сила – это не только мощь, дарованная небесами. Все в Империи - мои подданные, а ты не более чем падший принц. Как ты думаешь, сможешь ли ты изменить свое положение, став мастером меча? Подобные мысли довольно ничтожны.

Внезапно кронпринц почувствовал легкое головокружение. Ревнорд слегка качнул головой и посмотрел на Эдриха. Он подумал о том, что его младший брат, который перешел под опеку фракции ъ в возрасте восьми лет, с тех пор почти не изменился. Эдрих все еще мал и юн, совсем ребенок. Он, вероятно, хотел сделать это сам. Выжить.

- Не думай о бесполезных вещах и сделай свой меч острее. Если сможешь, постарайся превзойти этого парня из Эль-Пашера. Мне не терпится увидеть, взгляд этого старика. Что ж.......

Ревнорд ухмыльнулся и наморщил лоб. Головная боль становилась все сильнее. Видя, что цвет его лица быстро ухудшается, Эдрих подошел к нему.

- Старший брат?

- Ничего страшного. Просто посплю, и все будет в порядке... Принесешь мне немного холодной воды?

- Не лучше ли пригласить целителя?

- Не стоит…

Эдрих вышел из кареты за водой. Ревнорд вздохнул и откинулся на спинку дивана. И в этот момент ему вдруг стало трудно дышать.

- Вха…

Он широко открыл рот и попытался вдохнуть немного воздуха. Но это было бесполезно. Лицо принца стремительно начало бледнеть, а из носа и ушей потекла кровь. Невероятная боль пронзила его голову. Ревнорд не мог даже закричать.

Горохот…

Что-то упало из его дрожащей руки. Чайная шашка покатилась по полу. Чайная чашка, которую протянул ему Эдрих. Даже будучи парализованным физически, психически принц все еще мог функционировать, и внезапно он осознал…в поданном его подчиненным чае был яд.

- Э…, Эдди...Да...Иди...

Это предательство? Неужели так оно и было?

Ревнорд использовал детоксикационное заклинание всякий раз, когда прикасался к еде, так как многие из его врагов пытались отравить его. Но когда некоторое время назад Эдрих предложил ему чай, то кронпринц выпил его никак себя не обезопасив. Более удивительно то, что он был так беспечен в присутствии Эдриха, чем то, что он умирал. Действительно ли он хотел так верить в Эдди?

Мысли Ревнорда постепенно угасали. Кронпринц сопротивлялся ощущению распространения смертельного яда по всему телу, однако избежать этого было невозможно. Спустя несколько мгновений его разум погрузился во тьму.

***

Меня никто не учил, но я многое знал с самого рождения.

"Пока империя Штрасс и империя Эль-Пашер соревнуются в военных достижениях, весь мир погружается в хаос".

"Сокращение юрисдикции постоянного места жительства является одним из направлений политики по укреплению имперской власти".

"Форт Абрахам ни разу за 50 лет не был захвачен внешним вторжением".

Вы верите в реинкарнацию? Поначалу я тоже в это не верил. Но, испытав подобное на собственном опыте, я не мог не признать, что перерождение и правда возможно.

Я был человеком по имени Ревнорд ван Штрасс. Он был наследным принцем империи Штрасс, и его кто-то отравил, что привело к жалкому концу. Когда я чудесным образом возродился на этой земле, я вспомнил все из своей прошлой жизни таким, каким оно было.

Но есть разница между воспоминаниями о событиях и их пониманием. Поэтому я не смог сразу вести себя соответственно опыту и знаниям Ревнорда, которые постоянно всплывали в моей голове.

О чем я думал, когда был новорожденным младенцем? Я понятия не имел. Нет, я был голоден. Однако это было болезненно, потому что моя мать не часто кормила грудью. Я помню это.

Может быть, лет с шести? Именно тогда я подумал, что хочу впервые посетить Империю Штрасс. Я вспомнил бескрайнюю зеленую равнину. Было бы приятно проскакать там на лошади так быстро, словно летний ветер. В тот момент, когда я думал о красоте Штрасса, мое сердце переполнялось предвкушением. Но Бетти, живущая по соседству, захотела поиграть, так что я просто пошел играть в горах вслед за ней?

Это было неизбежно. Потому что тогда я был ребенком. Ребенком, который действует импульсивно и в соответствии со своими инстинктами.

Проведя так много времени, я однажды проснулся и обнаружил, что люди называют меня "Рэй". Я –  раб, принадлежащий виконту Винсенту, дворянину империи Эль-Пашер.

Да, раб, по крайней мере, я был перерожден в раба, а не в простолюдина, но с нами и так обращались как со скотом. Дело в том, что я был рабом из вражеского государства.

Несмотря на то, что я считал это достаточно нелепым, я все еще жил как Рей. Конечно, иногда я размышлял о том, кто отравил меня, Ревнорда? Как дела в Штрассе? Часто меня посещало желание выбраться из этого грязного места и вернуть себе личность, принадлежащую в прошлом.

Бах!

- Рэй!!

Внезапно Бетти распахнула дверь и вбежала внутрь. Она застала меня врасплох. Я не знаю, почему девушки из Эль-Пашера такие свирепые?

- Бетти, я всегда говорил тебе, что нужно стучать.

- Сейчас не до этого! На улице настоящее безумие!

- Что случилось? Наши отцы же не собрались снова и не напились средь бела дня, верно? По подобной причине вчера виконт Винсент был расстроен, и их печень явно пострадала.

Я прищелкнул языком и направился к выходу вместе с Бетти. Во дворе собралось довольно много людей. Но никто не был пьян. Как раз в это время моя мать оказалась поблизости, и я подошел к ней, чтобы узнать, что происходит.

- Мама.

- Рэй, ты здесь?

Мать улыбнулась и взъерошила мне волосы, словно щенку. Я настоятельно просил ее не делать этого несколько раз, но она забыла, что обещала это в прошлый раз, и делала одно и то же каждый день. Ее подмышки были потными, и сама она пахла плесенью. Но на самом деле я не испытывал ненависти к запаху своей матери. Независимо от того, сколько раз она игнорировала мои просьбы, меня было нелегко обидеть. Я самостоятельно привел в порядок растрепанные волосы и снова обратился к матери:

- Что-то случилось? Бетти сказала, что здесь какое-то происшествие, и велела мне выйти.

- О, тебя позвала Бетти. Видишь вон там сломанную ось водяной мельницы? Вот почему сейчас все такие буйные.

Я слегка наклонил голову, разглядывая причину волнений и осматривая толпу.

- Все это давно выглядело старым и неудобным в использовании, и, похоже, в конце концов все было сломано. Но если водяная мельница сломана, вы должны сообщить об этом господину. В таком случае, почему все так взволнованы и что ты тут делаешь?

- Обычно так и бывает, но господин был очень разгневан на мужчин за то, что они вчера пили алкоголь в рабочее время. И сегодня, если бы я сказал ему, что даже водяная мельница была сломана, то господин, которому из-за этого пришлось бы замедлить работу на плантации, мог бы по-настоящему рассердиться. В таком случае меня действительно могут сильно побить… Вы, люди, почему вы все пьете и пьете?!

- Это все из-за той девчонки! Даже если я умру, то я все равно считаю себя правым, потому правым и умру. Кто ж знал, что водяная мельница сломается именно сегодня?

Внезапно мать и отец повысили голоса и начали ссориться. Я встал между ними и прервал их спор.

- Всего минуту, две минуты, перестаньте ссориться и послушайте меня. Водяное колесо просто ломается само по себе в свое время. Это не имеет никакого отношения к тому, что вчера пил мой отец. Если вы связываете эти происшествия со вчерашним, то это просто издевательство. Виконт Винсент - тот, кто сможет разобраться в этом деле. Трудно представить, что он стал бы вымещать свой гнев на невинных рабах, не так ли?

Вокруг стало тихо. Не только мои родители, но и другие люди уже слушали меня.

Глава 3

- Разве доводы Рэя не убедительны?

- Верно. Возможно, нам стоит прислушаться к Рэю.

- Но все же, Рэй! С какой наглостью ты только что упомянул нашего лорда? Что, если тебя потом поймают и забьют до смерти?

- Можно признать, что он умен, но можем ли мы полагаться на него и доверять ему безоговорочно? Ремонт водяной мельницы, должно быть, стоит больших денег. Независимо от того, насколько хорошо к нам относится господин, я думаю, он разгневается, если пойдет речь о происшествии такого уровня.

Лишь на мгновение мои доводы показались им привлекательными, но спустя несколько минут окружающие снова начали суетиться. Их выпады были лишены логики и явно уходили от контекста проблемы. Я мог лишь горько улыбнуться. Что ж, возможно, не стоило ожидать чего-то большего от людей, которые были рабами с первых минут своего рождения.

- А теперь остановитесь и послушайте! Невозможно вечно прятать сломанную водяную мельницу. Напротив, если вы соврете и о вашей лжи станет известно позже, как долго виконт Винсент будет зол на вас? – мне ничего не оставалось, кроме как повысить голос, чтобы привлечь внимание людей.

- Хм, наверное, это так?

- Неужели нам ничего не остается, кроме как сообщить об этом? Господин - хороший человек, так что, возможно, он простит нас и на этот раз.

А ведь эти рабы, и правда, не сделали ничего плохого, поэтому они явно будут прощены. Однако попытки убедить их в верности этого суждения при помощи логики не увенчались успехом, и я не получил ту реакцию, какую ожидал. Поэтому я слегка толкнул отца в спину:

- Отец, сходи в резиденцию и доложи, что водяная мельница сломана.

Затем я, снова повысив голос, обратился к остальным:

- Выньте сломанный стержень и положите его сюда. Так что, когда приедет мастер по ремонту, мы сможем починить все прямо сегодня!

- Думаю, так можно поступить.

- Давайте сделаем это.

- На минутку! Почему мы должны это делать?

Именно тогда люди начали кричать, но все же они начали двигаться в нужном направлении. Это была простая задача, но я решил постоять там, чтобы немного и понаблюдать за ситуацией, опасаясь, что рабы снова начнут щебетать и не будут должным образом следовать инструкциям.

В этот момент мать потянула меня за руку и велела подойти. Слегка нахмурившись, я взглянул на нее. Дело было в моем недовольстве, так как женщина прервала меня посреди работы.

- Фу-фу…Мой сын – лучший. Без тебя тут ничего не сможет работать. Давай, возьми и съешь это, а потом продолжай работать.

Мать улыбнулась и протянула мне корни мэйми*. Это был древесный корень, который при длительном жевании приобретал сладкий вкус и был любимым лакомством рабов замка Винсент. Я молча посмотрел на это и все же принял.

*(Прим. переводчика: на анлейте «mame's roots», однако сложно сказать, что это за растение. Из названия можно понять, что оно не выше 10 см (mame-bonsai – растения не выше 10 см). Я могу предположить, что это корень солодки)

- Что ж, хорошо.

Когда я был наследным принцем, то мог наслаждаться многими более приятным и разнообразными сладостями, чем это. В то время я бы даже не взглянул на эти грязные корни.

Внезапно мне захотелось оглянуться. Замок Винсент был расположен в местности, где в изобилии произрастало зерно. Прежде всего, лорд поместья был мудрым и великодушным человеком, поэтому все, от простолюдинов до рабов, жили в мире. Рабы, которые родили меня, нет, мои родители были глупыми, но добрыми и сердечными.

- Корни мамэ тоже неплохи.

Вскоре я вернулся домой с Бетти, жуя корень мамэ. Так проходила моя обычная повседневная жизнь.

***

Солнце начинало садиться, и я увидел, как дворецкий зашел в помещение, где находились рабы. Мне стало интересно, что же ему нужно здесь. И тут дворецкий указал на меня, хотя вокруг было достаточно других рабов.

- Я узнал тебя, только лишь взглянув. Ты – Рэй, виконт хочет видеть тебя, следуй за мной.

- Ты сказал, что господин ищет меня?

Виконт Винсент был не более чем скромным аристократом с маленьким замком, но для меня он был очень высокопоставленной персоной. В конце концов, разве я не принадлежу ему? Но какой смысл в таком рабе, как я?

Мои сомнения становились все сильнее, но поскольку я был рабом, то покинул свой дом вместе с дворецким. Дворецкий, по прибытии в особняк, в первую очередь затолкнул меня в ванную, не отведя к лорду.

- Вымойся и приготовься. У меня нет времени, так что поторопись!

Дворецкий дал строгую инструкцию. Тут же пришли служанки, сняли с меня одежду и начали купать. Смыв с себя уже въевшуюся в кожу грязь, я переоделся в мягкую рубашку и черные брюки. Одежда рабов, которую мне приходилось носить, не шла ни в какое сравнение с той, что мне выдали. Напоследок, я привел в порядок свою одежду и подстриг волосы.

Горничная, которая укладывала мои волосы, воскликнула:

- Ого! Даже мои волосы не такие мягкие. Впервые я вижу такие прекрасные волосы цвета меда. Если вы хотите выйти в свет, вам стоит поддерживать свой уровень.

Слова горничной обеспокоили меня. Что значило это «выйти в свет»?

- Ты знаешь, почему господин позвал меня?

- Дело в том, что... Ты мужчина, так что мне немного неловко об этом говорить. Однако это уникальная возможность, так что делайте все, что в ваших силах. Знаете ли вы, что если сможете подать себя как следует, то сможете освободиться от рабства и вести счастливуюю жизнь? О боже, он вот так запросто приехал в деревню! Лес Эмулданджи, который сплошь населен монстрами, он был полезен.

- Что вы имеете в виду? Кто пришел?

Горничная сказала, что мало знает об этом.

- Кто-то приехал охотиться на монстров...Нет, дворецкий сказал мне хорошенько позаботиться обо всем, так что это секрет. Кроме того, на кого ты похож, раз такой красивый? Ты похож на свою мать?”

- ...Да.

У моей матери были похожие волосы цвета золотого каштана и зеленые глаза. Поэтому все только и говорили, как я похож на мать. Однако это неправда. Сейчас я выгляжу точь в точь как Ревнорд. Да, сейчас у меня средний рост и худое тело, но за следующие несколько лет я внезапно стану высоким и приобрету хорошее телосложение. Это будет до такой степени менять меня, что родителям вряд ли придет в голову назвать такого мужчину ребенком.

Причесавшись и приведя все в порядок, я наконец вышел на улицу. Здесь я увидел еще пятерых женщин, ожидавших меня. Их возраст варьировался от моего до тридцати с небольшим, но единственное, что их объединяло, - это красивые черты лица.

Внезапно меня осенило, и, словно молния прошлась от макушки до кончиков пяток. Основываясь на текущей ситуации и болтовне горничной, я сразу пришел к выводу, который явно был близок к реальности.

Замок посетил мужчина высокого роста, и виконт Винсент позвал женщин с приятным лицом, чтобы они провели его в спальню и развлекли. Я не женщина, но и это может не иметь значения. Для дворян нет ничего необычного в содомии. Когда я был принцем, я однажды из любопытства развлекся с симпатичным мальчиком. Мне это не очень понравилось, поэтому я больше не искал подобного времяпровождения.

Хотя сейчас не то время, когда можно спокойно думать о прошлом! Я не могу в это поверить! Меня и правда, вызвали по этой причине?

Мысль о побеге возникла тут же, однако она так и осталась лишь мыслью. У меня нет подходящего оружия, у меня нет волшебного камня, так что я даже не могу использовать магию, так как же я могу одолеть охрану прямо сейчас? Кроме того, родители останутся здесь. Если бы я сбежал один, их могла бы постигнуть печальная участь.

- Следуйте за мной.

Я колебался, поэтому дворецкий подтолкнул меня. Мне пришлось сделать шаг, чтобы не упасть. Дворецкий проводил нас, в переднюю часть VIP-зала. Виконт Винсент, ожидавший нас, дал короткую инструкцию:

- Сегодня вечером один из вас будет служить Его Величеству Императору. Вам дается шанс изменить свою жизнь, так что вы не должны совершить ни единой ошибки. Будьте осмотрительны.

Я не услышал и половины того, что говорил виконт, потому что был погружен в свои спутанные мысли. И тут двери в VIP-зал распахнулись. Именно тогда я отвлекся от своих мыслей и посмотрел на того, кто находился внутри.

Человек, которого считали почетным гостем, стоял у окна, повернувшись ко входу спиной. Когда женщины, включая меня, вошли, он медленно обернулся. Холодное лицо без всякого выражения, обрамленное темными волосами.Все мысли, проносившиеся в моей голове, были парализованы. Я посмотрел вперед и недоверчиво пробормотал:

- Эль-Гискар Пашер…

В тот момент все затаили дыхание, так что некоторые люди поблизости услышали мое бормотание. Виконт Винсент и Дуо, стражник Гискара, смотрели в мою сторону с удивленным выражением лица. У одного раба на устах было имя принца Эль-Пашера, подобное вызывало смешанные чувства.

Я не мог отвести глаз от лица Гискара. Гискар тоже смотрел на меня своими выразительными темно-синими глазами.

Прошло довольно много времени с тех пор, как я переродился. Даже юный принц Эль-Пашера, должен был постареть. Однако, у Гискара многое сохранилось от своего прошлого образа. Возможно, это потому, что я постарел в первую очередь? Хотя прошло много лет, лицо принца Эль-Пашер почти не изменилось. Он остался таким же как тогда, когда было подписано перемирие. И сейчас этот Гискар из прошлого был прямо передо мной.

И в этот момент, возможно именно из-за него, с моего разума словно спала завеса и появились чувства, которые в этой ситуации испытывал бы я, Ревнорд.

Сказать, что жалкий раб будет обслуживать наследного принца великой империи, - это нечто достойное пожизненной чести, как сказал виконт Винсент. Но, вспоминая свою предыдущую жизнь, я никогда не мог бы думать об этом подобным образом.

Кровь мгновенно отхлынула от моего лица и тело словно похолодело. Знакомо ли вам это чувство, когда хочется сжать челюсть до боли? Вы говорите, что я должен подчиниться этой ситуации? Лечь под этого голубоглазого парня, который, к тому же, намного меня младше! Сложившаяся ситуация вызывала одну лишь головную боль, и я нахмурился, мой мозг и тело были словно парализованы из-за сложившейся ситуации.

Однако спустя мгновение мое тело наполнилось решимостью. Резко оттолкнув виконта, который стоял рядом, на ближайшего рыцаря, я выбежал в коридор.

- Что?! Вон там!

Рыжеволосый телохранитель, стоявший перед дверью, попытался схватить меня за плечо. Я зло посмотрел на свои безответственные руки и начал еще больше злиться на абсурдность ситуации. Стражник нахмурился и отступил в сторону, словно желая избежать чего-то грязного. В этот момент мой удар настиг его, и стражник потерял равновесие, резко упав на одно колено.

Воспользовавшись замешательством, я победил еще двух рыцарей. Однако были и те, кто двигался спокойно, не поддаваясь влиянию атмосферы. Телохранитель Гискара перегородил середину сужающегося коридора и одним молниеносным движением вывернул мне руку. Какой-то рыцарь тихо ругнулся, а стражники императора перегородили выход. Выбраться из этого места таким образом стало невозможно.

Даже в этой суматохе Гискар никак не поменял своей позы, а на его лице оставалось все то же холодное выражение. Рыцарь втащил меня обратно в зал и сжал мое плечо.

- На колени!

- Придурок! Просто убей меня!

После моих слов лицо рыцаря словно перекосило, а Виконт Винсент, который только поднялся, начал заикаться.

- Какого черта этот парень творит? Это слишком подозрительно! Ведь его величество император наблюдает…!

Так он не принц. Хотя…ведь прошло достаточно времени, и он занял по праву свой трон. Но что мне самому теперь делать с этим?

Глава 4

- Оставьте его в покое и уходите. Все. – голос Гискара, который наконец заговорил, был так похож на тот, что я слышал при подписании перемирия. Его голос снова напомнил мне о прошлом. И эта ситуация, в которой меня удерживают его подчиненные, невыносимо оскорбительна.

Рыцарь отпустил меня, а женщины, виконт Винсент и остальные, наблюдавшие за разворачивающейся сценой, покинули нас, оставив только меня и Гискара.

Гискар медленно приблизился, пристально вглядываясь в мое лицо. Он протянул свою руку, чтобы дотронуться до меня, но увидев его движение, я рефлекторно начал отступать. Словно ожидая этого, Гискар молниеносно уменьшил между нами расстояние и схватил меня за руку. Он потащил меня в сторону кровати и с силой толкнул на нее.

- Агх!

Я оказался на удобной, полной мягчайших пуховых подушек кровати, но в этот момент у меня было ощущение, словно я оказался лежащим на куче насекомых. Качнув головой, я приподнялся и занес кулак для удара. Однако Гискар слегка отклонил голову, избежав нападения. Заскрежетав зубами, я снова попытался ударить его. На этот раз мой противник не стал уворачиваться, а схватил мои руки и завел их за мою голову. В отчаянии, я попытался выдернуть руку, однако Гискар даже не шевельнулся. Мне казалось, что я имею дело с огромным камнем.

Запоздало я обратил внимание на свои руки, на которых не было заметно ни единого мускула. По сравнению с ним, мое тело было просто игрушечным. Сейчас наша разница в телосложении была просто огромной. Рожденный рабом и ни разу в жизни не тренировавшийся, я никак не мог победить мастера меча в рукопашной схватке.

Гискар посмотрел на меня сверху вниз с ничего не выражающим лицом и произнес:

- Твои руки слабы. Признай мое превосходство и будь обходительней.

- Разве ты не слышал, как я сказал, что лучше убью себя?!

Мои язвительные слова вызвали в Гискаре волну гнева. Его рука поднялась и я, словно для меня замедлилось время наблюдал, как она медленно опускается к моей щеке. И в следующее мгновение я почувствовал удар.

Ох!

Я думал, это будет удар кулаком, но мое лицо обожгла его ладонь. В этот момент я словно онемел, уронив голову на кровать. В глазах Гискара на мгновение вспыхнули белым. А я, будучи один на один с ним в комнате думал о том, что явно потерял свой разум.

Гискар отвел мои руки назад и прижал к кровати так, что моя спина была обнажена прямо перед ним. Затем этот мужчина крепко связал мои руки чем-то, похожим на ремень.

- Ги…с…кар! - несмотря на то, что у меня помутнело сознание от происходящего, я не смог сдержать своего гнева и зарычал, вытянув шею.

-Кто научил раба моему имени? – полностью удерживая меня, спросил Гискар.

- …., - я промолчал. Ведь я же не могу ему ответить, что знаю обо всем, так как у меня есть воспоминания из моей прошлой жизни.

- Никто...Не учил...

- Но ты ведь не сможешь ничего сделать, пока кто-то не обучит тебя этому? – прищурился Гискар.

Внезапно я осознал, что он чувствовал. Довольно странно было услышать от раба, которого видел впервые, слова, которые раб не мог знать. Гискар хотел лишь насладиться одной ночью. По сути, он бы мог поступить по-другому, но это случилось посреди ночи.

Итак, что же из всего следует? Теперь, когда я всего лишь раб, то почему бы ему не выяснить все и не разобраться со мной по-тихому, подчинить меня?

Я непроизвольно сжал кулаки так, что побелели костяшки, а мои руки начали дрожать от невыносимого гнева и оскорбления. Впервые за эту жизнь я почувствовал себя ужасно из-за того, что был рабом.

- …

Гискар еще мгновение наблюдал за мной, а затем приподнял меня за талию одной рукой, а другой начал развязывать мои брюки.

- Что…!

- Ты хочешь сказать, что не знаешь, что происходит, если двое остаются в спальне?

Во мне поднялась волна ненависти, и я попытался оттолкнуть Гискара, но все было бесполезно. Внезапно я почувствовал холод в области поясницы. В одно мгновение с меня стянули штаны, и от конечностей до макушки меня пробрали мурашки.

Гискар взял что-то с прикроватной тумбочки. Это был маленький флакончик, но когда он открыл его, то можно было почувствовать едва уловимый аромат. В этот момент Гискар начал выливать содержимое флакона на мою задницу.

- Черт….! Это…!

Холодная и липкая жидкость растекалась по моей коже. Знать бы, для чего это нужно и зачем Гискар использует это странное благовоние.

- Без этого тебе будет трудно вынести то, что будет дальше.

- Прекрати! Не прикасайся ко мне!

Гискар провел пальцами по моей пояснице, ближе к копчику и затем медленно стал опускаться вниз, найдя отверстие между ягодицами.

- Уфф….агх! Эль Гискар Пашер!

- Расслабься.

- Заткнись! Тебе это, правда, нравится? Я мужчина!...Ох!

Скорее от испуга, чем от боли, крик вырвался сам по себе. Гискар погрузил внутрь один палец, и я впервые почувствовал там присутствие чего-то инородного.

Я до боли сжал зубы. Все мое естество восставало против ощущений, которые я чувствовал из-за Гискара. В этот момент он медленно начал двигаться пальцами внутри меня, погружая их внутрь все сильнее и сильнее.

Сейчас было бы в тысячу раз лучше просто умереть, чем испытывать это. Возможно, стоит наклонить голову вниз, прикусить язык и умереть! Как только я подумал об этом, то тут же высунул язык и прикусил его. Увидев это, Жискар молниеносно вытянул руку, державшую меня за талию, вверх и сильно схватил меня за подбородок.

- Уф, э-э-э....!

Его хватка была более сильной, и сила, с которой я прикусил язык была недостаточна. Это было невыносимо, но мой рот начал открываться, и, тем временем, Гискар достал откуда-то что-то похожее на носовой платок, сложил его в длину и заткнул рот кляпом, чтобы я не прикусил язык.

Гискар снова прижался ко мне, беспомощно лежащему на кровати. Посадив меня к себе на колени, он провел рукой между моими обнаженными ногами. Его палец обвел мой сжимающийся проход, который был смазан благовониями. Скользкий средний палец Гискара снова проник внутрь.

- Агх…! Рука…убе…!

Гискар, который понял все, что я пытался ему сказать, будучи с кляпом во рту, ответил в своей обычной манере:

- Тебе будет тяжело, если мы не разработаем тебя заранее. С женщинами было бы все иначе.

Я хочу убить тебя. Я убью тебя! Эль-Гискар Пашер! Чертов придурок!

Пока я ругался, Гискар провел пальцем внутри, словно что-то искал. Он медленно вытащил и ввел обратно пальцы несколько раз и, добравшись до сокровенного места в глубине, надавил на верхнюю стенку прохода.

- Ах…!

Я с силой прикусил кляп, но из меня вырвался стон. Тяжело дыша, я внезапно встретился взглядом с Гискаром, и в одно мгновение мое лицо покраснело. Я был обнажен и дрожал, показывая ему всего себя. Внезапно меня захлестнул ужасающий стыд. Не то чтобы я это ярко чувствовал, но я и вправду словно не мог дышать.

Гискар, заметив это, внезапно схватил меня за голову и притянул к себе. Я уткнулся лицом в его плечо и замер. Мое поведения было похоже на испуганного фазана, который прячет только голову, но поскольку он не может видеть своего лица, то забавно, что он выглядит так, будто собирается пожить еще немного. В этот момент мне было тяжело дышать.

Однако подобная передышка была недолгой. Гискар притянул меня ближе и снова его рука оказалась между моих ног. Без малейшего сопротивления его пальцы проскользнули внутрь, проникая все глубже. Они некоторое время изучали нежную внутреннюю плоть, а затем слегка поцарапали чуть выше.

- Ах…Вхаааа…

Он опять дотронулся до того места, из-за которого я недавно чувствовал онемение. Словно подтверждая это, Гискар снова надавил там. Я старался стиснуть зубы, чтобы не выдать свою реакцию. Однако это было бесполезно. Я задрожал всем телом под его сфокусировавшимся на мне взглядом.

Гискар взял меня на руки, медленно изменив позу и положил прямо на кровать. Он завел мои руки за спину, все так же полуобнимая меня, и свободной рукой снял с себя одежду.

Я лежал в ожидании, словно смирившись со своей участью. Однако внезапный импульс изнутри заставил меня напрячь все оставшиеся силы и ударить Гискара ногой по голени. Несмотря на то, что наша разница весовых категорий была достаточно велика, если правильно нанести удар в жизненно важную точку, то все может получиться. Моя атака сработала, так как Гискар был беспечен, и он слегка вздрогнул. На этом все. Отчаяние охватило меня.

- А ты довольно бесстрашный.

Гискар, который все это время сохранял бесстрастное выражение лица, слегка прищурился. Впервые он выказал свое неудовольствие. Мужчина снял с себя одежду и бросил ее рядом с кроватью. В силу сложившихся обстоятельств его обнаженное тело выглядело очень угрожающе.

Гискар схватил меня за бедра и широко развел их. Я лежал перед ним беспомощный и обнаженный. Гискар снова вылил на меня много ароматического масла, и скользкая жидкость потекла по ягодицам. Я стал свидетелем этого ужасного зрелища, и кровь отхлынула от моего лица.

- Ты сам навлек это на себя, так что теперь я не буду считаться с тобой.

Гискар закинул мои ноги себе на плечи и вошел в меня. Без всякого предупреждения он сразу же оказался внутри!

- Агх! Ты….

Я крепко прикусил кляп и издал сдавленный стон, который, казалось, оборвался. Огромная твердая плоть разорвала мой вход и с силой пронзила тело. Однако Гискар даже еще не вошел полностью.

- Это, ост......!

Вместо того чтобы сказать ему остановиться из-за кляпа, я смог лишь невнятно что-то пробормотать. В этот момент Гискар начал двигаться, на этот раз войдя в меня полностью.

- Ааааа!!

- Неплохо.

Когда я закричал, Гискар издал низкий стон.

- Несмотря на то, что я использовал такие масла, как эти… Чувствуется сильное сопротивление…

- Фхууу…Ты…

Я хотел выругаться, но вместо этого из меня вырвался болезненный стон. Гискар начал двигать бедрами. Как и обещал, он не заботился о моих ощущениях. Этот парень резко вытащил свой член, оказавшись у самого входа.

В это мгновение я даже не смог закричать, а только широко открыл глаза и выгнул спину. В этот момент Гискар с силой загнал свой член обратно до конца. Я, словно в припадке, начал царапать простыню связанными руками. Я едва мог терпеть боль, беспомощно хватая воздух ртом. Мой живот и задний проход были настолько напряжены, словно они вот-вот взорвутся. Мои внутренности были стянуты сильным давлением и едва могли выносить его. Не заботясь о моих ощущениях, Гискар начал вбиваться в мой анус.

- А-а-а!! Он слишком большой! О-о-о! Ты...!

Это ничем не отличалось от протыкания отверстия ножом. Я пытался сдержаться, но что-то похожее на крик сорвалось с моих губ. Мои руки были связаны за спиной, я не могл должным образом сопротивляться и только выгибал спину. Боль, которая, казалось, вот-вот взорвется, и стыд, который был сильнее этого, заставили все мое тело яростно содрогаться. Я даже не мог нормально дышать.

- Ах, да… Мой...

Внезапно движение внутри немного замедлилось.

Я, борясь с болью, едва мог что-то различить своим затуманенным взглядом. Гискар вытер мой холодный от пота лоб и наклонился, поцеловав брови. Этот мужчина попытался поцеловать верхнюю часть моих век, и мне пришлось закрыть глаза.

Гискар еще долгое время целовал его закрытые глаза…

Глава 5

Немного погодя, Гискар снова начал чувствовать возбуждение.

Он безмолвно смотрел на мое лицо, словно погруженный в свои размышления, однако это длилось недолго. Император тряхнул головой, словно желая избавиться от ненужных мыслей.

– Тебе стоит смириться с происходящим! Чем больше будешь нервничать, тем тебе же будет сложнее.

Да пошел ты!

Если бы только не кляп, я бы в тот же момент позволил ему почувствовать на себе мой гнев. Я бы плюнул ему прямо в лицо. Да и в этой чертовой ситуации я могу только ругаться, что же еще, кроме брани можно излить на него?

Гискар снова начал прикасаться ко мне. Но в отличие от того, что было раньше, все стало медленнее и мягче. Его член сначала медленно входил в меня. А затем так же медленно выходил. Каждый раз, когда он двигался, мое тело, словно подчиняясь его движениям, начинало реагировать.

– Ах…Ауч…

Все происходящее было менее неприятным, чем раньше, однако в пояснице пульсировала боль. Мне пришлось крепко стиснуть зубы, потому что болевые ощущения были невыносимы, а по широкой спине стекал холодный пот.

Однако через какое-то время, из-за того, что Гискар мучил меня тем, что вынимал свой член, а затем снова вставлял, я почувствовал, как боль начала понемногу отступать. Гискар двигался во мне плавно, и я подумал о том, что стало комфортнее. Но во всем этом чувствовалось что-то неправильное!

Как можно в такой ситуации чувствовать себя хорошо? И в то же время, я подумал о том, насколько же может быть неизведанным человеческое тело, мое тело.

Немного уменьшив свою напористость, Гискар слегка хлопнул меня по пояснице и затем надавил на нее. Одна его рука осталась поддерживать меня, а другая опустилась ниже, захватывая мой член.

В шоке, я застыл в ту же секунду. Гискар продолжал двигаться внутри, а мой член, после его прикосновений, становился все тверже.

– Ах…нет…

Моя голова непроизвольно наклонилась, и я почувствовал, как дыхание стало более горячим. Возбуждение начало понемногу распространяться по моему телу, и я не мог поверить, что, занимаясь сексом с этим парнем, могу почувствовать близость к оргазму. Заметив во мне перемену, Гискар сильнее сжал мой член, но он сделал это настолько сильно, что мне стало больно, и в этот же момент этот мужчина резко начал вбиваться в меня.

Мое возбуждение вызывало чувство стыда, из-за которого я старался подавить свою эякуляцию. Но член Гискара с каждым нашим вдохом продолжал пронзать меня внутри, и

я с трудом выдерживал эту пытку.

Мой член, который Гискар стимулировал так усердно, становился все горячее. Я чувствовал, как неприятно хлюпало в анусе и жар моего тела лишь усиливался. Даже если бы все сейчас закончилось, это ощущение в анусе осталось бы со мной навсегда, оно было настолько постыдным, что я не смог бы это никогда забыть. Я отвернулся, пряча свое раскрасневшееся лицо.

–Ха…

Я отвел взгляд в сторону, и почувствовал, как начинает кружиться голова от каждого толчка. С запозданием начала болеть щека, на которой явно остался след от удара, и мне начало казаться, что голова скоро расколется. Паника снова начала накрывать меня.

В этот момент Гискар резко схватил меня и дернул на себя.

– Ах?

Как только я оказался сидящим на его бедрах, то почувствовал, как член Гискара оказался еще глубже, и меня накрыло новой волной отвращения. Будто желая вытолкнуть все мои внутренности, он продолжал двигаться, пронзая снова и снова. Я даже не успел никак отреагировать на происходящее, а Гискар уже схватил мои бедра и начал направлять их движение.

– Как же хорошо…

Мне пришлось выпрямить спину, и онемение, распространяющееся по телу, смешалось с болью. В какой-то момент Гискар задел что-то внутри, и я почувствовал, как все внизу сжалось. Это ощущение было настолько сильным и интенсивным, что я широко распахнул глаза и резко вздохнул от изумления. Гискар погладил меня по спине, пытаясь успокоить, и, после небольшой передышки он грубо схватил меня за талию и вновь вошел в меня.

– Ах! Нет…

Я снова попытался высвободить руки, связанные за спиной, держа талию прямо. Но каждый раз мое тело вздрагивало от толчков, и я чувствовал покалывание. В конце концов спинка кровати, которая едва держалась, сломалась, а я соскользнул и уткнулся в грудь Гискара лицом.

Ощущение соприкосновения моего лица и его голой кожи были неприятными, но скоро

это перестало иметь значение, потому что Гискар вновь начал прикасаться к моему члену, но в этот раз я почувствовал обе его руки. Он сжал наши члены вместе и начал двигать руками. Полупрозрачная жидкость вытекала из эрегированного члена, а пах, на котором это смешалось, был ужасающе блестящим и вызывал у меня отвращение.

– О!…Ах!

Мои плечи дернулись, и я издал стон. Я чувствовал сильное напряжение во всем теле, но в то же время, моя кожа была слишком чувствительна, потому что каждое движение рук Гискара вызывало во мне дрожь.

И я достиг своего предела, сдержать желание испытать оргазм не было никакой возможности. На мгновение, Гискар сжал меня так сильно, будто хотел раздавить, и я, возбужденный до предела, кончил. В этот же момент и Гискар излился на меня, его и моя сперма растекались по животу и паху.

– Уф…

Даже после эякуляции я еще долгое время не мог избавиться от этих ярких ощущений, из-за чего продолжал стонать. Все мое тело внезапно ослабло, а глаза затуманились. Лицо сильно болело от той пощечины. Я откинул голову и закрыл глаза, подумав, что явно сейчас схожу с ума.

***

Неизвестно сколько прошло времени между последними событиями и моим пробуждением. Я чувствовал, что правая половина лица так сильно опухла, что невозможно было открыть глаза, а резкая боль в области ягодиц заставила меня застонать при попытке подняться с кровати. В этот момент я мог только сжать зубы, осознавая то унижение, которому меня подвергли.

– Черт! Этот подонок!

Эль Гискар Пашер. Я убью тебя. Я точно найду способ, как это сделать!

Мое дыхание участилось из-за ярости, которую я испытывал по отношению к этому человеку. Однако, если копнуть глубже, я больше злился на себя, а не на Гискара.

О чем, черт возьми, я думал, довольствуясь своим рабским положением? Взамен на спокойную жизнь в нищете я получил унижение от Гискара. Но его и не в чем обвинить! Ведь рабы в этом мире ничем не отличаются от собак и свиней.

Мой хозяин, виконт Винсент, милосерден и к собакам, и к свиньям, но в любой момент он может изменить свое мнение и избавиться от них. Если господин приказал омыть его ноги, ты должен вылизать его пятки, а если он скажет тебе обслужить его ночью, ты должен сам под него лечь! О том, что со мной может случиться нечто подобное, я даже и помыслить не мог!

– Рэй?

Мои мысли прервал знакомый голос. Мать открыла дверь и, увидев, что я проснулся, ринулась к кровати так, будто месяц меня не видела.

– Рэй! Рэй! Ты уже проснулся?

Мама заплакала и крепко меня обняла. Когда я почувствовал знакомый запах, злость и яростная дрожь немного поутихли.

– Ах, мама…не беспокойся. Я в порядке.

– Ложь! Мне так больно за тебя…как же так…

Плача она ласкала мою раненую щеку, и почему-то я больше думал, о том, как уверить мать в том, что со мной все хорошо, чем о моей злости и унижении из-за произошедшего. Видя то, как она меня успокаивала, держа мои руки в своих, я хотел сделать для нее то же. Пытаясь привести выражение своего лица в приемлемый вид, я произнес:

– Меня всего лишь разок ударили, и лицо немного распухло. Ничего страшного, успокойся.

Моя мать все еще рыдала, но, казалось, ей стало легче, когда она услышала эти слова. На самом деле, избиение раба не такая уж и редкость. Тем временем отец, зашедший в комнату, похлопал мать по плечу, чтобы та успокоилась. Рабы, которые не могли войти из-за того, что комната была слишком маленькой, стояли около двери, выражая свое беспокойство обо мне. В это время снаружи произошла небольшая суматоха, и Бетти подошла ближе и произнесла с озадаченным лицом:

– Эй, Рэй…к тебе кто-то пришел…

Бетти еще не договорила, в комнату уже вошел красноволосый рыцарь.

Друг Гискара! Вчера, пытаясь поймать меня, он упал на пол, устроив еще большее безобразие.

– Ты уже проснулся. Вставай.

– …

Вместо того, чтобы подняться по его команде, я нахмурился.

– Тебе выпала честь снова служить Его Величеству, гордись этим.

– Что?

Следующие слова вырвались у меня сами по себе.

– Снова зовет меня? Разве у него нет других женщин? Почему снова я?

– Сколько еще будешь здесь сидеть? Не слышал приказа?

Увидев, что я не собираюсь вставать, рыцарь подошел и схватил меня за руку. Оскорбившись, я тряхнул рукой.

– Ладно! Я сам пойду!

– Что? Нет, я впервые вижу такого нахального раба. В себя слишком поверил?

Красноволосый рыцарь встал с изумленным выражением лица. А мои родители и рабы, стоявшие поблизости, были удивлены даже больше, чем он.

–  Рэй! Почему ты так себя ведешь перед рыцарем!

– Этот парень опять…так не терпится умереть?

– Рэй! Прошу, скажи, что был неправ! Быстрей! Быстрей!

Мать сильно побледнела и упала на колени. Рыцарь обвел рабов взглядом.

– Посмотри. Так надо себя вести! Вы ничем не отличаетесь от скота!

В гостевую комнату зашел другой член рыцарского отряда и произнес:

– Данпиль, прекращай уже и выводи его.

– Но, сэр, вы только посмотрите, что он вытворяет!

– Собираешься заставить Его Величество ждать?

Красноволосый рыцарь, Данпиль, наконец-то заткнулся. Посмотрев на меня с нескрываемым раздражением, он фыркнул.

– За мной!

Я последовал за Данпилем, бросив взгляд на недавно зашедшего рыцаря. По его прямой осанке, ровному дыханию и внешнему виду я мог сказать, что он – превосходный боец. Но на то, чтобы привести одного раба, хватило бы и того легкомысленного рыцаря.

Пройдя по длинному коридору, мы остановились перед знакомой комнатой и мои плечи непроизвольно начали дрожать от напряжения. Тем временем, Данпиль объявил о нашем прибытии и получил разрешение войти.

- Входите.

Рыцарь, открыв дверь, кивнул, дозволяя мне войти. Однако я не мог решиться. Мои ноги дрожали от мысли, что все вчерашнее снова повторится. Данпиль заметил мое состояние и толкнул в спину, и я, чувствующий полное бессилие, оказался внутри.

Глава 6

Услышав, как дверь закрывается за моей спиной, я с трудом скрыл волнение и взглянул на мужчину, который стоял рядом с диваном. Гискар указал на кровать.

– Иди туда и сядь.

Здесь же есть еще и диван, так зачем я должен идти в кровать средь бела дня? Видя, что я не сдвинулся с места, Гискар подошел, схватил меня за руку и потянул к кровати. Я неохотно последовал за ним.

От легкого толчка Гискара я упал на кровать. Он положил ладонь на мою правую щеку, но даже от простой проверки раны у меня пробежали по коже мурашки, и, не задумываясь, я отпрянул.

– Не прикасайся!

Я попытался со всей силы ударить его, но Гискар с легкостью уклонился.

– Если не хочешь снова быть связанным, сиди тихо.

Именно в этот момент я заметил свои покрасневшие запястья. На них красовались следы от ремня, оставленные вчера. Вспомнив произошедшее, злость вновь начал течь по моим венам, и Гискар издал протяжный вздох, когда я вновь попытался ему врезать, проигнорировав приказ сидеть тихо.

– Должно быть, это требование было невыполнимым.

Гискар внезапно завел мне руки за спину и швырнул на кровать. Все произошло слишком быстро, да даже если бы это было не так стремительно, разница в силе была существенной, я все равно не смог бы сопротивляться. Так же, как и вчера, мои запястья оказались связаны чем-то похожим на кожаный ремень.

Связав руки, Гискар обнял меня и немного приподнял. Он быстро справился с ремнем и стянул мои брюки. Затем одним движением снял с меня трусы, оставив всю нижнюю часть тела полностью обнаженной. Ложась рядом в кровать, он спросил:

– Как твое тело? Я использовал вчера достаточно смазки.

Понятно, о какой именно части моего тела он беспокоится! Гискар легко преодолел сопротивление, и, не обращая внимание на меня, демонстрирующего явное отвращение, просунул руку между моих бедер. Палец, несколько мгновений изучавший все снаружи, скользнул к анусу и вошел в него.

– Ах! Эй!

Казалось, будто меня разрывают на части, и возникло ощущение, что едва зажившая рана вновь открылась и кровоточит. Гискар резко убрал руку и взглянул на нее.

– Выглядит ужасно.

– Ай…

Ничего еще даже не началось, а я уже задыхался. Гискар притянул меня, сидевшего на середине кровати, к себе на колени и усадил на них. Я едва сдерживал ругательства, как он схватил мою ногу и попытался отвести ее в сторону. Кажется, он собирался посмотреть, как все выглядит у меня внутри. Конечно, я не мог позволить ему это сделать и начал извиваться, пытаясь изменить позу.

– Придурок!

У меня не получалось стряхнуть его руку.  И тут Гикар внезапно схватил меня за подбородок, приподняв лицо. И, не отрывая взгляда, император выплеснул весь накопленный гнев:

– Вести себя так с императором — то, чему тебя учил виконт Винсент? Будучи рабом, ты должен бояться господина, а твой долг – подчинение приказам!

– …

Я лишился дара речи. На самом деле, то, что он говорит, действительно так, но я совершал безумные вещи на виду у всех. У меня есть воспоминания о жизни, проведенной в качестве принца Ревнорда. Но как же это выглядело для других, если бы раб, посланный служить господину, начал создавать подобный беспорядок? Заявили бы, что он сумасшедший или убили бы его? Если бы такое произошло передо мной, я бы отрезал рабу язык или даже лишил его головы. В этот момент я подумал, что этот мужчина, оставивший меня в живых, явно отличается от остальных.

Гискар отпустил мой подбородок и вздохнул.

– Я не хочу обходиться с тобой слишком сурово, если это возможно.

Подобное отношение, конечно, было бы прекрасно, но я все еще чувствовал жгучее раздражение. Мне очень хотелось ударить его по лицу хотя бы раз. Давай попробуем тебе связать ему руки и заткнуть рот кляпом, как бы ты повел себя в такой ситуации?

– Кажется, ты недоволен тем, что я сказал. Но я все же продолжаю терпеть твои грубые выходки. Рекомендую послушно отвечать мне, иначе твоя удача быстро закончится. Кто же ты? Кто тебя учил? Если скажешь правду, я не стану тебя ни в чем обвинять.

Гискар поднял не самую приятную тему. Получается, причина, по которой он меня сегодня позвал, заключалась в его желании выяснить все о том, кто же я такой.

Было очевидно, что у императора много вопросов. Обычный раб знает то, чего ему знать не следует, этот же раб, хоть он не причинил никакого вреда, все же воспользовался моментом, чтобы нанести вред правителю. Это естественно, что у Гискара начали возникать подозрения на мой счет.

– Говоришь, тебя никто не учил?

После моего бесстыдного ответа в виде кивка головой, Гискар указал на документы на прикроватном столике. Там были все сведения обо мне, разложенные по порядку.

– Ты родился у мужчины и женщины, принадлежащих виконту Винсенту.  Пятеро рабов наблюдали за твоим рождением. С тех пор, как ты родился, ты ни разу не покидал деревни. В грязных жилищах рабов были только посуда и одежда, но при этом ни одной книги. Рядом с тобой было около двадцати рабов, не способных чему-то научить.

–…

Я ничего не ответил. Гискар продолжил рассказывать.

– Не было и шанса на то, что ты сможешь чему-то научиться в одиночку. Но ты очень хорошо образован. Кто же, черт возьми, тайно обучил раба, рассказал об императоре и показал, как сражаться? В чем твоя цель?

– Хах…как будто я – член какой-то гильдии убийц.

Я в смятении расхохотался. Причина, по которой его телохранитель слонялся возле деревни рабов, заключалась в выяснении моего прошлого.

– Твои возможности поражают.

Гискар протянул руку и взъерошил волосы, покрывающие мое лицо.

– Итак?

Естественно, мне было нечего сказать. Я в молчании начал вертеться, чтобы сползти с его колен, однако Гискар не дал мне и шанса на совершение задуманного, схватив за плечо. В этот же момент его свободная рука обхватила мой член. Его действия заставили меня снова почувствовать весь тот ужас и страх.

– Что…стой…Ах!

– Твой ответ?

Гискар снова и снова задавал мне один и тот же вопрос. Ха, ты хочешь получить ответ, при этом оскорбляя меня? Я это запомню. Пока я извивался, пытаясь освободиться, он решил дать мне совет:

– Если раб на самом деле не раб, ему суждены только страдания.

– Фуф…

С того момента, как Гискар прикоснулся ко мне внизу, кровь начала приливаться к члену против моей воли. Я изогнулся и попытался убрать оттуда его руку, но чем больше двигался, тем глубже проникала другая его рука, находившаяся между моих крепко сжатых ног.

Гискара же не чувствовал ни капли смущения. Он опустил небольшую каплю смазки на головку моего члена и нежно надавил на нее кончиком большого пальца, растирая ее. Я почувствовал, как по всему телу пробежали мурашки, и мне ничего не оставалось, как закричать:

– Ах! Эй! Ммм, остановись! Стой! Что хорошего в том, чтобы хватать и трогать чужой член! Половина мира – женщины, так почему…Эй, так ты – обрезанный рукав? Да?

Чтобы забыть о приливе возбуждения, я бормотал все, что только приходило в голову.

Я не ожидал многого, но Гискар все же ответил мне:

– Ты – мой первый мужчина.

– Что…так ты серьезно? Решил открыть для себя новый мир? Я очень обеспокоен будущем империи Эль Пашер, так как, кажется, тебе не увидеть внуков!

– У меня уже пятеро сыновей и дочь. Нет причин беспокоиться.

Это должно было выглядеть как насмешка, но Гискар отреагировал достаточно спокойно. Я хотел ругаться и пытаться уколоть его еще, но мог лишь стиснуть зубы, чтобы не застонать. Резкий выдох вырвался из его рта.

– Становится горячо, – Гискар говорил, пока его рука двигалась, заставляя мой член набухать все больше и больше. Между моих ног действительно становилось горячее, особенно распалялся вставший член. Все мое лицо вспыхнуло и я мог только ответить:

– Ты слишком шумный!

– Не терпи, так будет проще.

– Заткнись! Ублюдок!

После того, как я выругался, Гискар внезапно застыл и отстранился.

–…!

Я чуть не вскрикнул из-за того, что Гискар грубо шлепнул меня и затем повернул лицом к нему. Все что было ниже пояса сильно болело, а происходящее сейчас ощущалось крайне постыдным и невыносимым. Несмотря на это, я чувствовал возбуждение из-за действий Гискара. Посмотрев вниз, я увидел, как его член увеличился настолько, что казалось, будто он вот-вот кончит.

Я согнулся еще больше, пряча свое раскрасневшееся лицо. Однако Гискар держал меня так крепко, что сменить позу оказалось слишком сложно. Он схватил меня за руку и прижал к себе, и как только я немного приподнял голову, император начал целовать меня так, будто хотел съесть.

– Ох!

Он облизнул мои губы, сильно прикусил и начал посасывать, а затем и вовсе попытался пропихнуть свой язык между ними. Но как я мог хотеть такой поцелуй? Как я мог его принять? Попытка прикусить язык Гискара не увенчалась успехом – император отступил, но не сдался. Вместо моих губ он принялся целовать мои глаза. Причем одновременно с этим Гискар грубо сжимал и тер мой член.

– Ах! Нет…

Я больше не мог сдерживаться и в итоге меня настиг оргазм, следы которого остались на руке Гискара. Что я чувствовал в тот момент? Было бы лучше всего умереть от стыда.

Дрожа, я прислонился к плечу Гискара, и некоторое время не двигался, потому что не мог подняться из-за мучившего меня головокружения и смущения.

Император в этот момент, вытирая руку, ждал, когда я успокоюсь. Через минуту я выровнял дыхание, и попытался стряхнуть с себя его конечности.

- Мерзкий ублюдок! Считаешь, что сделал доброе дело, раз обработал там все смазкой и разрешил мне сейчас кончить? – мое отвращение слышалось даже в голосе.

– Если станешь послушным, будет не так сложно. Спрошу снова. Кто стоит за тобой?

–…

– А ты упрямый. Одного раза было недостаточно?

Рука Гискара все еще была у меня между ног, и внезапно я почувствовал, как она сжала мой член.

– Ах! Это…!

Я тут же замолчал и крепко зажмурился. Поскольку у меня совсем не было сил, оставалось только терпеть. И хотя я понимал это, мой подбородок невольно задрожал. Вдруг Гискар погладил меня по плечу, будто успокаивая. Затем он убрал руку, которая сдавливала мой член все это время.

Я вздохнул и открыл глаза. Он говорил, что не хочет быть со мной слишком суровым. Он, и правда, сдержал обещание, потому что по его действиям было заметно, что Гискару все же не хотелось загонять меня в угол.

Глава 7

Внезапно Гискар поднялся, затем, взяв в руки одеяло, обернул его вокруг меня так, чтобы оно закрывало всю мою наготу. В этот момент я словил себя на мысли, что было бы интересно понять, о чем он вообще сейчас думает. Гискару было недостаточно прикрыть мое тело, и он частью одеяла накрыл мою голову, а затем, подойдя к двери, позвал кого-то. Двери открылись, словно этот кто-то только и ждал, когда ему подадут знак. Моему взгляду стали доступны фигуры рыцарей, которые, склонив головы, вошли внутрь.

— Вы принесли это?

— Да.

Из-за того, что я сидел недостаточно близко к выходу, то не смог рассмотреть, что же принесли рыцари. В этот момент послышался звук бьющихся друг о друга металлических пластин, и Гискар сделал несколько шагов ко мне, держа что-то в руках. И только тогда я смог рассмотреть это. В его руках были железные кандалы.

Гискар схватил меня, смутно понимающего происходящее, за лодыжки и опустился, чтобы заковать их в кандалы.

— Постойте, ваше величество. Давайте лучше я сделаю это!

Возможно, кому-то из рыцарей показалось из ряда вон выходящим то, что их император опустился на колени, чтобы заковать раба, поэтому они поспешно предложили свою помощь. Однако Гискара не волновало, как он выглядит со стороны, потому этот человек продолжил самостоятельно завершать начатое.

Ко мне пришло полное понимание положения, в котором я оказался, и меня пробрала мелкая дрожь. А слушая холодный металлический звук, я начал чувствовать, как мое настроение катится ко всем чертям. Мало того, что у меня были связаны руки, так еще и ноги теперь не свободны.

Внутри меня начал пробирать смех. Я был доволен грязными корнями мамэ? Мне было достаточно их сладости, чтобы оставить все, как есть? Действительно, какой же я невежественный глупый. Даже если я не могу снова стать принцем Штрасса, вернуть свою прошлую жизнь, почему я не предпринял ни одной попытки, чтобы хотя бы освободиться от клейма раба? Разве эта дыра, в которой я находился столько времени, была так хороша?

Пока я мучился моральным самоистязанием, Гискар отослал рыцарей, не дав им никаких дополнительных указаний. А ведь после того, как на человека надевают кандалы, логичным же будет следующий шаг – посадить его в тюрьму. Меня немного удивляла развязка ситуации, по какой причине он этого не сделал, ограничившись лишь моими скованными ногами?

Мы снова остались в комнате наедине, и Гискар решил продолжить свой допрос.

— Ты будешь отвечать на мои вопросы, наконец?

— Я вижу, ты еще не сдался, - его вопрос вызвал во мне лишь саркастическое замечание.

— Есть много способов узнать твой секрет. Если ты не откроешь рот, я допрошу твою мать, отца и других рабов. Благодаря тебе в замке Винсент подует ветер крови.

Его угроза заставила мои глаза расшириться, и, слегка дрожа, посмотреть на Гискара.

Если он захочет что-то сделать с моими родителями, то я не смогу этого остановить.

Мне казалось, что мое сердце вот-вот упадет. Я почувствовал, как кровь отхлынула от моего лица. На долю секунды мне захотелось рассказать ему правду, но я тут же смог остановить себя. Кто поверит в такой абсурд, как воспоминания о прошлой жизни? В то, что я был принцем Штрасса?

— Я буду рад, если ты скажешь правду, а не придумаешь что-то безумное или несоответствующее твоей реальной истории.

Гискар нежно провел рукой по моему задумчивому лицу, однако я почти не заметил его жест и даже не думал сопротивляться, потому что ворох мыслей, вертевшихся в моей голове, был гораздо важнее. Что же мне делать? Как мне поступить и могу ли я вообще как-то повлиять на происходящее? И самое главное, почему я так испуган его словами о родителях и других рабах. Почему меня так волнует их судьба. Ведь я…

— …

Гискар коснулся ладонью моей щеки и внимательно посмотрел мне в глаза. Он словно застыл, вглядываясь в меня, и затем отстранился.

— Отдохни пока.

Его взгляд говорил о том, что он будет ждать, пока я сам ему не откроюсь. Он позаботится о ситуации и не будет трогать моих родителей.

Это помогло мне немного расслабиться и одновременно я почувствовал горечь. Сейчас я испытывал нечто, похожее на благодарность, так как для человека его положения подобный шаг был довольно щедрым.

Из-за всего произошедшего на меня снова навалилась усталость, и уже не заботясь о том, как я могу выглядеть со стороны, прилег на кровать. Прикрыв на мгновение глаза, я сам не заметил, как начал засыпать.

***

Был почти полдень следующего дня, когда я очнулся ото сна. Я лежал один в постели Гискара, и на мне была чистая новая одежда, хотя я хорошо помнил, что засыпал полуголым. Причем не только это изменилось – мое тело было чистым, а кожа мягкой, словно я недавно принял ванну.

— Ах, рука…

Мои руки были свободны, однако на запястьях красовался след от ремня. А вот кандалы на лодыжках никуда не исчезли.

Я встал с кровати и немного походил по комнате, чтобы прикинуть длину цепочки. Длина достаточно велика, чтобы не мешать ходьбе. Но бежать было трудно. Я не смогу сбежать, пока это будет сковывать мои ноги. Глядя на кандалы, я до боли прикусил губу.

Грохот!

Дверь распахнулась, и вошел капитан рыцарей. В прошлый раз, глядя на него, я думал, что он достаточно симпатичный, но, глядя на него сегодня, я увидел, что у этого мужчины было очень красивое лицо.

Глядя на него, я нахмурился:

— Что происходит на этот раз?

Возможно, именно из-за моей дерзкой манеры говорить на красивом лице капитана рыцарей появилось суровое выражение.

— Следуй за мной!

— Куда?

— Мы возвращаемся в замок. Ты тоже будешь сопровождать императора.

Возможно, им пришло время возвращаться, и на мой вопрос о том, причем здесь я, капитан ответил:

— Мы не можем оставить здесь такого подозрительного парня, как ты, поэтому и забираем тебя.

— Здесь…Можно подумать, я смогу сбежать. Вы думаете так примитивно.

Я только вздохнул и последовал за рыцарем. Металлический звук кандалов очень раздражал, но я мог это лишь терпеть. А когда мы вышли во двор, казалось, все участники отряда были готовы к отправлению. Около ста рыцарей, выстроившись в четыре ряда, ждали лишь команды. Среди них я смог разглядеть давнего знакомого – Данпила. Он, увидев меня, причмокнул губами и так, чтобы никто не видел, показал мне средний палец.

Что это вообще было? Он же друг императора?

В конце вереницы из рыцарей и нескольких обозов, стояла богатая карета, запряженная четверкой лошадей. Учитывая ее великолепие, было очевидным, что только император мог ей пользоваться. Но по какой-то причине капитан охраны вел меня именно туда. Я тут же замедлил шаг.

— Зачем ты ведешь меня туда? Рабов же обычно сажают в обозы.

— Его Величество был доволен вами, стоит быть благодарным за то, что вам была дарована возможность почувствовать эту роскошь и ваше превосходство над другими рабами.

— Мне не нравится это! Я просто пойду к обозу! Оставь меня в покое!

Рыцарь проигнорировал мои слова и насильно втолкнул меня в карету. Гискар уже был внутри и держал в руках какие-то документы, и когда я оказался напротив него, император даже не взглянул на меня и отдал короткий приказ:

— Садись!

— …

Было неудобно стоять, наполовину согнувшись, в таком узком пространстве, поэтому мне пришлось сесть. Вскоре после этого, карета тронулась с места. На мгновение я посмотрел в окно. Действительно ли я покидаю это место? Оставляю мать, которая после этого может рыдать несколько дней. Оставляю отца, который будет беспокоиться. Хотя, это нельзя не назвать закономерным итогом. Рабов ведь часто продают, а их желания не имеют никакого значения.

Гискар оторвал взгляд от бумаг и посмотрел на меня. С момента нашей первой встречи я знаю, что иногда он пристально вглядывается в меня. Его взгляд всегда был пронизывающим, словно Гискар ждал, как что-то внутри меня даст ему ответы на все вопросы.

Через некоторое время Гискар снова заглянул в бумаги. В карете раздавался звук переворачиваемой бумаги. Я стиснул челюсти и смотрел в окно, как мне показалось, целую вечность, пока замок Винсент не скрылся из виду.

***

Карета, которая до этого ехала без остановки, наконец остановилась. Через десять дней после того, как мы покинули замок Винсент, мы, наконец, прибыли в Императорский дворец.

— Ваше величество.

Знакомый капитан рыцарей открыл дверцу, и Гискар первым выбрался из кареты. Но я остался внутри и не двигался с места. Увидев это, Гискар подал мне руку.

— Иди сюда.

— Ты, придурок…

Я схватил Гискара за ворот с непреодолимым желанием плюнуть ему в лицо. За его спиной маячило несколько рядов рыцарей.

— Если ты не хочешь, чтобы тебя прямо сейчас отвезли на место казни, тихо следуй за мной, - Гискар заговорил голосом, который мог слышать только я

Да, поднимать шум на глазах у всех этих людей было бы неразумно. Тем не менее, я тихо зарычал, желая оставить за собой последнее слово.

- Тебе так необходимо вытворять что-то подобное рядом с каретой? Рыцари ведь смотрят на нас...!

- Если бы ты был рыцарем, что бы ты подумал, когда я позволил тебе ехать со мной?

От его слов мое лицо стало багровым. Существует класс женщин, чья работа состоит в том, чтобы развеять скуку какого-нибудь господина во время длительной поездки в экипаже. Только подобная причина могла бы прийти мне в голову, будь я рыцарем. С осознанием этой истины, я потер свою красную щеку тыльной стороны ладони.

Нет, нужно остановить это хотя бы сейчас.

Не обращая внимания на протянутую руку, я вышел из экипажа без посторонней помощи, а затем позволил себе оглядеться. Сейчас мне представилась возможность своими глазами увидеть Императорский дворец Эль-Пашер, которого я никогда не лицезрел даже во времена, когда был наследным принцем.

Первое, что всегда ассоциировалось у людей с этим дворцом, это «величие». Раньше я слышал, что территория Императорского дворца в Эль-Пашере в два раза больше, чем в Штрассе. Однако увидев все своими глазами, я мог сказать, что архитектор дворца подчеркнул только «величие», потому что внешний вид этого строения был грубым, отсутствовало всякое архитектурное изящество. По сравнению с этим, императорский дворец Штрасс ослепительно великолепен. Изящные рельефные колонны с необычной гравировкой и великолепные сады, подчеркивающие красоту убранства, контрастировали с замком Эль-Пашер. Невежественные ублюдки из Эль-Пашера. Вы знаете только то, колонны толстые, а потолок высокий, это все.

Услышав новость о возвращении императора, многие люди пришли встретить его перед дворцом. Красавица с каштановыми волосами шагнула вперед. Насколько я знаю, Гискар еще до своего совершеннолетия женился на единственной дочери герцога Макси, Брюссель, будучи наследным принцем.

Императрица Брюссель вместе с мальчиком подле нее вышли вперед.

— Ваше величество, мы рады приветствовать вас по возвращении. Я чувствую облегчение, видя вас в полном здравии. Принц Ширак также приветствует Его Величество.

— Вы вернулись, Ваше Величество.

Черные волосы и голубые глаза. Острый разрез глаз у ребенка напоминал глаза Гискара. Этот мальчик - принц Эль-Пашера?

Однако можно было заметить, что плечи ребенка напряжены, наследный принц, казалось, испытывал трудности с отцом. Было нетрудно понять, почему. Какой ребенок сможет спокойно стоять, когда его родитель открыто показывает свое холодное сердце и смотрит на него сверху вниз, словно давит на него? В дополнение к этому, Гискар, не спрашивая о благополучии своего сына, сказал:

— Разве ты снова не ленишься весь день?

— О, нет...

— Это невозможно. Наследный принц всегда усердно работает. Кроме этого, Ваше Величество еще не ужинал? Я все устрою. Следуйте за мной – императрица заступилась за сына, вмешавшись в разговор, однако Гискар был холоден и к ней.

— Нет, я все еще измотан, так что пойду отдохну.

Император молча прошел мимо императрицы после столько короткого разговора и мне ничего не оставалось, кроме того, как последовать за ним. Наблюдая за императрицей, я увидел, как она сжимает кулаки, пряча их под подолом своей юбки.

— Как насчет того, чтобы относиться к своей жене и детям с уважением?

Пока я бормотал что-то себе под нос, Гискар посмотрел на меня. Но я притворился, что ничего не сказал, и продолжал идти за ним.

Прим. переводчика

Я долго думала, как все же назвать жену Гискара, потому что в манхве ее перевели, как "Императрица Брюссельская", по факту, все правильно, потому что на анлейте она "Empress of Brussels", но это НО...У меня настолько стойкая ассоциация этой женщины с брюссельской капустой, что я решила назвать ее Брюссель, уж простите за эту неточность)) Не бейте тапками, пожалуйста.

Глава 8

Направляясь к императорскому дворцу, я запоминал окружающее пространство, надеясь удержать его в голове, словно карту. Устройство местности было несколько похоже на Императорский дворец Штрасса.

- Как долго мне ещё следовать за ним? Что же ты собираешься со мной делать?

Как и ожидалось, я оказался в спальне Гискара. Хотя удивительно, что он привел меня сразу сюда, а не передал слугам или солдатам.

- Я буду здесь ужинать. Принесите на двоих, - властно произнес Гискар вошедшим за нами слугам.

- Будет исполнено, - прислуга, принявшая приказ, удалилась бесшумно.

С той минуты, как я вошел в комнату, я не мог заставить себя сделать и шага. Наверное, сейчас я был похож в своих ощущениях на принца Ширака, которого видел ранее. Это место, только называемое «спальней», вызывало во мне ужас. Несмотря на то, что я уже несколько раз проходил через испытания в этом месте, невозможно привыкнуть к тому, что другой мужчина приводит меня в свою спальню.

Как и Эль Пашер, страна, гордящаяся своим величием, спальня императора была очень просторной. В этом огромном пространстве находились не только кровать, но и чайный столик, диван и письменный стол.

- Сядь, тебе нужно отдохнуть, - обратился ко мне Гискар, снимая плащ и вешая его на кресло. Мужчина направился прямиком к письменному столу, а затем взял в руки бумаги, хаотично лежавшие на там. Он просматривал документы в карете, и как только прибыл в Императорский дворец, снова взялся за работу. Мне почудилось, что он из тех людей, что не желают тратить ни минуты времени зря.

Увидев, как Гискар садится на за стол, я намеренно отправился на диван, наодящийся на противоположной части комнаты, и уселся. Но в скоре я подумал о том, что, наверное, нескладно выгляжу, мои волосы явно были в беспорядке после дороги.

Успокойся, Рей. Неужели твоя мужественность закончилась, почему я вдруг думаю о внешнем виде?

Нет, давай подумаем насчет текущей ситуации. Итак, меня обласкали беспрецедентно особенным отношением. Гискар.

Во-первых, я могу болтать всякую ерунду и даже ругаться, но он оставляет это без внимания. Учитывая, что я раб, а он - император, это вводит в замешательство.

Более того, меня подозревают в том, что я похож на убийцу, но он даже не стал допрашивать как следует. Факт того, что он привел меня прямиком в спальню, означает, что он не собирается пока допытываться и рыться в моем прошлом.

Быть для него шлюхой – это ужасное дело, но даже учитывая все минусы, сейчас мое положение было большой удачей. Вместо того чтобы быть заключенным, пытаемым и казненным, это дает мне шанс увидеть надежду… Родители и рабы замка Винсента будут в безопасности какое-то время, пока я послушен.

Пока я размышлял, подали еду. Служанки одна за другой ставили блюда на стол. Гискар отложил бумаги и, поманив меня, сел, и я, несмотря на нежелание, присоединился к нему, заняв место напротив. Наблюдая, как Гискар поднимает ко рту стакан с водой, я взял ложку. Первым делом я попробовал суп. Безвкусная гадость! Наморщившись и отодвинув тарелкус супом в сторону, я взглянул на служанку. Она поколебалась, а затем все же убрала блюдо. Что ж, кажется, не только повар не справляется со своей работой, но и служанки тоже.

Ополоснув рот водой, я взял креветки. Они были размером с ноготь, так что чистить было неудобно. Может быть, стоит посоветовать им привезти немного морепродуктов из Южного пролива, там они явно лучше.

Я просто сдался и запихнул кусок в рот, пока Гискар, опустив нож смотрел на меня. Почувствовав его взгляд, я поднял глаза и спросил:

- Что такое?

- Ты привык к столовому этикету.

Гискар явно намекал на то, что я не раб. Но вместо того чтобы беспокоиться, он махнул рукой и скептически усмехнулся.

- Ты когда-нибудь думала об этом? Большинство убийц нацелены на высокопоставленных лиц. Чтобы легче подобраться к цели, убийцам может понадобиться такое образование в области этикета.

- …

Выражение лица Гискара так и не изменилось. Скорее, служанки, стоящие рядом со мной, исказили свои лица от моего дерзкого ответа. Гискар взглянул на меня спокойно, и начал снова есть. Я тоже непринуждённо принялся за еду.

Во мне слишком много странного, чтобы быть обычным рабом. Всё это потому, что я помню свою прошлую жизнь, но но не могу же я сказать правду. Утверждать своими устами, что моя предыдущая жизнь была в роли кронпринца великой империи? Я буду рад, если меня не сочтут сумасшедшим в таком случае. А это маловероятно.

Если дело на то пошло, я покажу свое происхождение действиями, а не словами, что эффективнее в сто раз. Гискар увидит это своими глазами и будет вынужден принять меня и мою прошлую жизнь.

Я уверен, Гискар и в этот момент, за своей безэмоциональной маской задаётся вопросом, кто я такой на самом деле. Это, безусловно, из-за особого отношения ко мне. Какое решение примет Гискар после долгих раздумий? Будет ли он относиться ко мне как к рабу до конца? Или же он поймёт моё особое положение? Возможно, я уйду отсюда раньше, чем Гискар действительно поймет мою высокородную суть.

После еды служанки убрали все тарелки. Гискар отправился к рабочему столу проверять документы.

Я сидел на диване, не зная, чем заняться, и когда Гискар приказал, слуга пришёл и предложил принять ванну, я кивнул и приняла приглашение. Приняв ванну и сменив одежду, я вышел, а служанка подала холодные напитки и закуски. После долгого времени приятно оказаться в центре внимания.

Я сел на диван и подозвал служанку:

- Убери это и принеси мне горячий чай.

- Да, поняла, - служанка была вежлива, но на ее лице мелькнуло пренебрежение. Похоже, ей не нравится, когда раб так нагло поднимает голову и велит это и то. Что поделать, пускай это ей не нравится. Я скрестил ноги и рассмеялся. Так я и сидел на диване, закусывая и проводя утомительное время. А когда я посмотрел в окно, на улице было совершенно темно.

Гискар резко закончил свою работу, и вышел, чтобы принять ванну, потом сменил одежду и вернулся. Он легко провел по мокрым волосам и подошел к дивану, где я сидел. Гискар взглянул на меня сверху и протянул руку. Я просто посмотрел на его руку и не смог что-то сделать или сказать, замерев в ожидании.

Гискару надоело ждать моей реакции, и он взял меня за руку и затем поднял на руки, поспешно направляясь к кровати. В одно мгновение все мое только установившееся спокойствие и равновесие было нарушено.

- Подожди, стой!

Гискар осторожно уложил меня на кровать, вызывая этим удивление. Он запустил пальцы в мои волосы и поцеловал меня в шею. Когда я попытался отклониться в сторону, Гискар схватил за затылок и притянул ближе, чтобы поцеловать. По моей коже пробежали мурашки от ощущения, что меня хотят поглотить.

- Ах, прекрати…!

Рука Гискара оказалась на моей груди, а его пальцы начали расстегивать пуговицы на воротнике рубашки. Отстранившись, он отвел одежду и плавно начал прокладывать дорожку поцелуев от шеи к ключицам. Затем, покусывая ключицы, он словно наслаждался каждым миллиметром моей кожи. Теплое прикосновение его языка к коже заставило меня снова содрогнуться. Возглас вырвался сам собой.

- Прекрати!! В твоей голове только это?

Гискар не ответил. Мужчина молча гладил своей рукой мою голую кожу. Когда кончики его пальцев дотронулись до моих сосков, он наклонился и взял их в свой рот. Я вздрогнул от неожиданности. Я нервничала, и от напряжения все мое тело начало дрожать. Пытаясь сдержать дрожь в теле, я вдруг осознала что-то.

Секс был не единственным, о чем думал Гискар. Секс был единственной ценностью именно моего существования. Я - раб, предназначенный для ложа. Что еще делать со мной Гискару, кроме как занимался сексом?

Гискар безостановочно посасывал и дразнил мои соски, пока я скрежетал зубами от гнева. Другой рукой он гладил мою спину, постепенно спускаясь к ягодицам. Его рука, проникшая в штаны, искала вход в отверстие и проникала внутрь, давя на внутреннюю часть ануса.

- Хааааа…

- Теперь отек, кажется, спал, – тихо сказал Гискар.

Он вынул пальцы из меня и начал расстегивать пояс моих штанов. Я не хотела этого и пытался сопротивляться какое-то время, но, конечно, все было тщетно. Штаны, изначально сделанные так, чтобы их можно было легко надевать и снимать даже в оковах, были быстро сорваны.

Оставшись обнаженным снизу и прижатым к кровати, я наблюдал, как Гискар взял со столика какую-то склянку. Когда он открыл крышку, я почувствовал знакомый аромат масла. Гискар поднял мою рубашку и вылил его мне на спину.

Мне резко стало холодно, и по всему телу пробежали мурашки. Гискар ласкал мою талию и смазывал меня эфирным маслом. Я сжала простынь и старалась удержаться как можно сильнее. Рука, которая была на спине, постепенно спускалась все ниже. Гискар смазал вход в отверстие своей скользкой рукой, затем поднял свой средний палец и ввел его внутрь.

- Ах!

Хотя я и знал, что это произойдет, я вскрикнул от неожиданности. Подняв голову, я схватил Гискара за руку в попытке прекратить происходящее. Но пальцы проникали все глубже и глубже. Я вздрогнул. От напряжения мои мышцы стали болеть.

- Черт, прекрати!

С трудом сдерживая стон, я сжал простынь. Я все больше и больше чувствовал, как у меня сводит конечности от напряжения.

«Ты всегда так нервничаешь.»

Гискар тихо вздохнул и обнял меня за спину, замерев в ожидании чего-то. Я сделал несколько поверхностных вдохов и немного опустил голову. Когда я немного расслабился, Гискар снова начал двигаться. Скользкие пальцы нежно гладили внутри. Когда я привык к этому легкому движению, он резко ввел пальцы от входа до самого глубокого места. Я вздрогнул, и мое сознание стало уплывать, а дыхание превратилось в прерывистые попытки вдохнуть

- Вхаааа… ты, твои...!

- Расслабься. Я не хочу тебе причинить боль

Гискар поцеловал мои волосы, а затем начал глубже проникать пальцами внутрь. Если я отталкивал его, он входил еще сильнее пальцами, как будто наказывая. Мои бедра начали подрагивать от напряжения.

- Ахх…хаааа, рука..., остановись! Остановись!

Глава 9

Моя мольба о прекращении происходящего была единственным, что я мог сделать в этой ситуации. И действительно неожиданным стало то, что внезапно ощущающиеся инородными пальцы покинули мое тело. От неожиданности я шумно выдохнул, словно выплескивая скопившееся напряжение.

– Ха-ха... ха...

Восстановив дыхание, я оглянулся. Гискар раздевался. Внезапно мой страх усилился во много раз. Воспоминание о том, как ужасно и унизительно это было в первый раз, всплыло в моем сознании с ужасающей силой.

Гискар, раздевшись, опустился на колени и приподнял мои бедра. Его пенис уперся в отверстие.

– Э-э... Угх...

Гискар медленно начал вставлять его внутрь. Мне оставалось только крепко сжимать кресло, терпя чувство чужеродного объекта внутри себя. Тело перестало меня слушаться, и начала пробирать дрожь. А член Гискара проникал глубже. От этих ощущения из меня словно выбило весь воздух, и я не мог произнести ни слова.

– Тебе все еще больно?

– Как будто меня пронзили льдом…

Внутри было очень больно. Как я все еще терпел это, непонятно, но казалось, что дальше его член не сможет войти. И вдруг что-то холодное и липкое стекло по моему бедру. Гискар вновь использовал ароматизированное масло, как смазку. Он не спешил, двигаясь очень, очень медленно.

– Ах... ха-ха, черт...

– Давай, только...

С большим усилием Гискар смог вставить полностью до основания. Я чувствовал, что он действительно не хотел, чтобы мне было больно.

– Ха-ха...

Я зарылся лицом в кровать, едва дыша. Пот струился по моему телу. Хотя я не мог видеть Гискара, он определенно был возбужден. Его длинный влажный выдох пронзил мой слух. А когда я вздохнул, Гискар схватил меня за талию и медленно вытащил глубоко вставленный пенис.

– Ай! Не двигайся!! О нет...

На мгновение я содрогнулся и схватил руку Гискара. Его штука заполняла узкое внутреннее пространство очень плотно до предела. Это было лишь мои домыслы, но если бы я сдвинулся, мне казалось, что все мои внутренности разорвало бы.

– Угх. Гискар, Гискар...

– Рэй, если ты будешь так напрягаться... ты можешь пострадать... Расслабься. Сделай глубокий вдох...

– Черт... Прекрати... Я, я...

Испытывая содрогания от того, что он внутри меня, я непроизвольно напрягся. И мое отверстие сильно сжалось, а Гискар выдохнул, как будто испытывая боль. Он опустил руку и схватил мой пенис, как бы утешая меня, и я застонал от нового ощущения. Гискар мягко массировал мой член, вызывая эрекцию. От накатившего возбуждения напряжение в пояснице немного начало спадать.

Гискар же снова начал медленно двигать бедрами. Мой анус не разорвался, как я думал. Начав медленно, проникновение Гискара внутрь постепенно становилось легче. Он ускорил темп и начал с силой вбваться в меня.

– Гис... Кар! Угх, Гискар!!

Мои ноги начали подрагивать, и кровь в мгновение ока прилила к его паху. Я извивался от появившихся ощущений, а Гискар и стимулировал мой напряженный эрегированный член, заставляя меня терять контроль. Он с наслаждением полностью извлекал свой член, а затем резко вводил его до конца. С каждым толчком я сильно зажмуривался и трепетал от ощущения приближающегося оргазма. Это было поистине безумие. Естественная физиологическая реакция на стимуляцию спереди, но почему такое же чувство возникало, когда он стимулировал меня сзади?

– Ха, ах... Гискар... Прекрати, черт возьми...!

Я чувствовал приближение разрядки, погруженный в нежеланное наслаждение. Желание выбраться отсюда и стремление испытать до конца всю гамму возбуждения начали борьбу во мне.

В этот момент Гискар надавил рукой на мою талию немного сильнее.

– Еще..., - я услышал его низкий голос и слегка неровное дыхание.

– Зови меня еще...!

– Гискар! Ах...!

Я достиг предела и полностью погрузился в наслаждение. Вместо того чтобы говорить ему остановиться, я звал Гискара. Он ускорил движения, вбиваясь в меня все сильнее, чем я мог представить. Он обхватил мой член и стимулировал его, сжимая. Я больше не мог сдерживаться.

Гискар крепко обхватил мое тело и излился в меня. Я тоже достиг вершины, но Гискар сжимал мой член так крепко, что это было больно, и я еще не мог кончить.

Эй, как ты смеешь так мучить людей!

Как будто услышав мои мысли, в тот момент, рука Гискара вдруг отпустила меня. Я застонал и выпустил напряжение.

Я чувствовал себя обессиленным, и Гискар обнял меня сзади, не встретив сопротивления.

– Я допустил ошибку..., - Гискар, тяжело дыша, словно извинялся за то, что не дал мне кончить сразу.

– Я так зависим от твоего тела...

– Просто заткнись! – моя реакция была мгновенной.

К счастью, Гискар сразу замолчал. Проведя рукой по моим волосам, он уложил меня на кровать и накрыл одеялом. Через некоторое время он сам сел рядом. Но когда я пришел в себя, мне это не казалось таким уж раздражительным.

Подумав, что мне никогда не уснуть в одной постели с ним, я усмехнулся и направился к краю кровати. Гискар обнял меня за талию и удержал.

– Если у тебя еще есть силы, можем сделать это еще раз.

– Гм... Э-э...

Я должен был отказаться от побега. Рука, давившая на мою спину, отпустила. В то же время я просто лег на кровать. Когда я лег, смирившись с обстоятельствами, меня начало клонить ко сну, и пришлось сдаться судьбе.

***

– Если смотреть внимательно на картину, это не стиль Кордио... Судя по методу обработки теней, это все же серия Гаспала? Это картина в спальне императора, написана мастером Гаспалом?.

Глядя на картину с яблоком на стене, я погрузился в глубокую тоску. Но затем вздохнул и отвернулся. Скрежет кандалов раздражал мои нервы, поэтому я сел на диван.

Шестой или седьмой день пошел? Я застрял в спальне Гискара.

Еда, одежда, слуги - все было предоставлено в изобилии, но я не мог сделать ни шагу из этой спальни. И ночью Гискар возвращался после завершения своей работы, и он делал это каждый день!

После нескольких дней повторения этого ритуала, мой мозг, казалось, окаменел. Я серьезно задавался вопросом, делает ли Гискар это специально, чтобы свести меня с ума.

– Ух...!

Пока я думал о своих проблемах, случайно потянул за веревку, висящую у кровати. Она была предназначена для вызова персонала замка. На этот раз пришла служанка и вежливо поздоровалась со мной.

– Чего вам угодно?

– Британский 122-летний Анколь. У вас есть что-нибудь в погребе такого рода?

Служанка подняла бровь, словно услышала нечто бессмысленное. Она едва сдержала волнение и сновa превратилась в добропорядочную императорскую служанку и ответила.

– Этот напиток трудно достать.

– Так вы хотите сказать, что его нет? Винный погреб императора в плохом состоянии.

– Анколь - это фруктовое вино, которое даже сложно назвать алкоголем, поэтому мы просто не завозили его, потому что никто его не искал.

– Что насчет 150 летнего британского?

Конечно, это также очень ценный напиток. Сколько бы денег вы не заплатили, вы не сможете его получить. Потому в Императорском дворце будет максимум одна или две бутылки.

Агония служанки была явно видна. Необходимость отдать несколько бутылок драгоценного алкоголя рабу заставила ее страдать. Она ответила, колеблясь:

– Да... я...

– Принесите.

Служанка на секунду замерла, но затем, подчинившись приказу, ушла. Вскоре передо мной стоял британский 150-летний Анколь. И пока женщина покидала комнату, она не могла отпустить свои сожаления о такой утрате, и оглянулась дважды.

Это доставило мне веселье, и я улыбнулся и наполнил бокал. Во рту после глотка почти не было вкуса алкоголя, только сладость. В прошлом, когда мне хотелось выпить, я иногда просто держал во рту анколь. Я ненавидел напиваться. Потому что никогда не знал, кто воткнет нож мне в спину, пока я пьян...

-...

Я снова подскочил. И снова потянул за шнур. Служанка вошла с очень тревожным лицом, и я ей многозначительно улыбнулся.

Через некоторое время на столе появились разнообразные блюда, что напомнило мне о прошлом. Большую часть времени я просто пробовал немного разные блюда и затем опускал вилку и нож.

– Кто это готовил?

Еда здесь была пресной, и не соответствовала моим предпочтениям. В империи Штрасс используется много специй для разнообразия вкусов, жители Эль-Пашер же предпочитают делать еду пресной. У обывателей из Эль-Пашер, может быть и другое мнение, но по крайней мере я так это вижу!

На самом деле в этой жизни я вообще был неприхотлив к еде. Потому что родился рабом и ел только кашу и твердый хлеб, но никогда не жаловался. Однако это не значит, что я не могу отличить хорошую еду.

Еду все еще подавали на стол, и мне наконец удалось найти несколько блюд, которые пришлись по вкусу. Вокруг старшей служанки царила некоторая суета, но вдруг стало тихо, как будто на неё обрушили холодную воду. Гискар зашел в спальню. Он осмотрел беспорядок и ничего не сказал.

Глава 10

— Приветствую, Ваше Величество!

Девушка склонила голову и ее голос был таким, словно она встретила Спасителя. Казалось, служанка ожидала, что император накажет раба, который буйствовал. Гискaр, быстро оценивший происходящее, приказал всем покинуть покои, ничего не сказав мне. Горничные были очень удивлены, что император не обратил внимание на происходящий беспорядок.

Гискaр подошёл ближе и сел на диван напротив меня.

— Нет ли проблем с горничными?

— … …

Правда заключалась в том, что это я дразнил и злил невинных горничных, а не они меня как-то притесняли. Я вздохнул и покачал головой.

«Ревнорд, ты деградируешь» - подумав об этой ситуации, я упрекнул себя.

Или все дело в моем внутреннем ребенке, это, все Рэй, и детское восстание ребёнка, который только что отметил своё совершеннолетие?

Гискaр начал поглощать тарт, который взял среди других блюд, пока я безуспешно размышлял.

Почувствовав недовольство от присутствия Гискара, я с укором посмотрел на него:

— Зачем ты сюда пришел средь бела дня? Тебе больше негде заняться своими делами?"

— Мне было холодно одному.

Сказав это, он погрузился в свои бумаги, которые принес. Документы показались мне интересными, хотя я видел лишь немногое с расстояния между нами.

— Ваше Величество, - кто-то звал императора.

Когда было дано разрешение, стражи открыли дверь и вошли, глубоко склонив головы.

— Маркиз Пианделя просит о личном приёме по срочному делу.

Гискaр кивнул на слова рыцаря, но остался сидеть в той же позе ещё около минуты, не отвечая. Учитывая, что он всегда вёл себя достаточно холодно с окружающими, можно было легко догадаться о раздражении, которое скрывалось в его поведении. Это было забавно и его поведение вызывало во мне порывы смеха. Однако я продолжил пробовать еду, которая была на столе.

Гискар встал, оставив документы на столе.

— Я вернусь через час.

— … …

На лице Гискара мелькнула улыбка, которая показалась мне какой-то безжалостной. Чёрт, тебе вовсе не обязательно возвращаться!

Гискaр ушёл, и вокруг сновa стало тихо. Я обошёл комнату, пбовав ещё несколько бесполезных блюд. Вдруг я заметил документы, которые Гискaр оставил. Ничего страшного, если я полистаю их за перекусом. Тем не менее, читать было интересно.

«Налоговый спор между бароном Клеримоном и бароном Бинкеном»

Читая дальше, я смог кое-что понять. Прежде всего, что мир достаточно стабилен сейчас, чтобы ссориться из-за таких жалких вещей. А все внутренние расчеты в документе были полнейшей глупостью. Эти чиновники хоть знали, как нужно правильно оформлять документы для подачи императору? Вы все глупы!

Я подошёл к своему столу и взял ручку. Когда я собирался начать писать, я вдруг задумался над тем, что я делаю. Это произошло лишь на мгновение. А потом, через какое-то время, я вошел во вкус и начал находить ошибки. Прошло много времени с тех пор, как я делал нечто подобное, но при этом сейчас я не чувствовал себя неловким. Скорее, ощущение прошлого ожило, как будто оно прилипло к моей руке.

Мне казалось, что мой мозг, который по какой-то причине за последнее время окаменел, снова ожил. В одно мгновение я разобрался с делом по налоговым вопросам и принялся за другие документы, валявшиеся на столе. Мне пришлось немного подумать над документами, потому что система Эль-Пашер была мне немного незнакома. Кажется, я на длительное время увлекся изучением и редактированием документов.

Мое увлечение прервал скрежет.

Я обернулся, испугавшись звука открывающейся двери. Гискар увидел меня с бумагами в руках и подошел ближе. Я открыл рот, чтобы объяснить просматривающему документы Гискару, перебирая в голове возможные оправдания.

— Похоже, что в наши дни группы убийц также обучают документообороту.

— …

Я закрыл рот. Когда я собирался встать, Гискар положил руку на мое плечо, давя на него. Он посадил меня обратно на стул, а сам отправился на диван и сел.

— Продолжай.

Он явно хотел проверить, на что я способен, и мне нравилось работать с документами, однако играть с ним в подобные игры мне совсем не хотелось.

— Почему я должен это делать?

— …

Гискар увидел бутылку вина на столе у дивана и подошел к ней. Думаю, у него пересохло в горле. После того как он не задумываясь сделал глоток, вдруг убрал стакан от губ и посмотрел на меня. Гискар долго смотрел на невинно-фиолетовый напиток, а потом повернулся и внимательно вгляделся в меня. Через некоторое время он поставил стакан и сказал:

— Если ты будешь следовать моему приказу, я не буду обнимать тебя сегодня вечером.

— …!

От его предложения мне было трудно отказаться, тем более, после длительного отсутствия у меня подобных дел, было весело вновь вернуться к подобным делам.

В конце концов, я принял предложение Гискара. Пока я читал документы, Гискар продолжал сидеть на диване и смотреть на меня. Я знаю, что у него есть привычка наблюдать за мной, но такой взгляд заставлял нервничать. К счастью, Гискар отвел взгляд, и я полностью погрузился в работу.

День медленно тянулся.

Сквозь занавески проникал слабый свет. Подумав, что наступило утро, я повернулся на бок. Лицо Гискара было прямо передо мной. Я вздрогнул и вскочил на ноги.

Кровать сильно затряслась. Гискар также почувствовал движение и открыл глаза.

—Ты всегда встаешь рано, - он вяло проговорил.

Одеяло упало, обнажив верхнюю часть тела Гискара. Черт возьми, мои глаза! За что мне приходится видеть такое по утрам?

Гискар точно сдержал свое обещание. Обещание не обнимать меня в обмен на работу с документами. Но Гискар все время спал в моей спальне, а каждую ночь мне приходилось крайне неудобно спать в одной кровати с ним.

— Спи со своей женой. Если тебе не нравится спать с императрицей или наложницей, возьми в наложницы женщину, которая физически здорова и хорошо ухожена!

Не моргнув, Гискар позвал служанку и начал переодеваться. Я тоже решил просто переодеться. И подумал, что говорить ему что-то, словно разговаривать со стеной.

Если не было срочных дел, Гискар всегда завтракал у меня перед уходом. Служанки естественно накрывали на двоих утром в спальне.

—...Завтракай со своей семьей!

— Садись.

Гискар указал на стул напротив. Мне это не нравилось, но я подошел и сел, как он сказал, пока он, держа в руках документы, одевался и осматривал их.

Гискар снова заговорил:

— Положи это на место.

На его внезапную, короткую команду, я выдохнул и внутри меня все забурлило. Нет, Рэй, не накаляйся. Ради чего ты мучился всю ночь напролет? Глубоко вздохнув, я восстановил самообладание. Я положил документы:

— Посмотри на эти документы. Ты часто с ними работаешь?.

Гискар взял бумаги:

— Ты еще не закончил всю работу, не так ли?

— Я скучал, поэтому разобрал налоговые данные по регионам, как насчет этого?

Гискар посмотрел на листы, упорядоченные внизу стопки.

— Ты хочешь чем-то похвастаться?

— Это предел твоих рассуждений?

— Если ты не хочешь хвастаться, зачем ты указываешь на это?

— Я нашел выдающееся имя. Барон Барум. Работа очень аккуратная. Ощущение тоже хорошее. Если такой человек будет под тобой, твоя работа сократится наполовину. Было бы очень удобно, если бы он присоединился к казначейству.

— ...

— Я просто говорю, потому что жаль не раскрывать его талант дальше. Лично я думаю, что нет ничего важнее, чем развитие талантливых людей.

Гискар замолчал. То, что я трогаю бумаги, не значит, что я настоящий чиновник Эль-Пашера, и я не имею права говорить о рекомендации людей. Ну и ладно. Я намазал ломоть марлина ножом и положил в рот. Вообще безвкусно. Возять бы повара из Штрасса и научить местных готовить.

Вдруг Гискар заговорил:

— Если бы Барон Барум бы талантливым, я заметил бы его раньше. К тому же, он — вассал маркиза Пьянделя. Попытка привлечь его будет только вызывать ненужные беспорядки.

Я улыбнулся и посмотрел на Гискара.

— Он талантливый человек, ради которого можно устроить и немного хаоса. О, этот салат вкусный. Я едва нашел, что поесть.

— Стоит ли шум этого? Это необходимо только тогда, когда ты находишься в отчаянной ситуации, когда у тебя недостаточно рук. Под моим правлением все политические дела стабильны. В мирное время нам не нужно много талантов. Даже герои времен существуют только в трудные времена.

Вдруг моя рука, которая копалась в салате, остановилась. Я почувствовал что-то странное.

— ... перемирие. Это эра мира.

Когда я был наследным принцем, на этом континенте шла война почти десять лет. На кровавом поле боя то, что нам было нужно больше всего, это людские ресурсы в первую и вторую очередь! Самое важное было сделать много талантливых людей своими, включая сильных рыцарей, быстрых слуг и даже необходимы были неряшливые руки.

Однако ситуация, кажется, изменилась с тех пор, как было подписано перемирие и наступил мир.

Я поднял вилку и поставил ее в центр тарелки с салатом.

— Тем не менее, если бы это был я, я бы получил Барона Барума. Мне нужно встретиться с ним лично, чтобы узнать, но мое чутье подсказывает мне, что он не дурак. Нужно сделать его своим, пока есть время. Стабильность не может длиться вечно.

— Ты слишком жаден к талантливым людям, и можешь нарушить стабильность, которую я поддерживал своими руками.

Наши взгляды встретились. Гискар смотря на меня, попробовал салат, который я похвалил, и сказал:

— Соленый.

— Ах, потому что ты не знаешь, какой у еды должен быть вкус!

Глава 11

После завтрака Гискар встал, освободив место. Если он уйдет, то придется столкнуться с людьми, желающими возглавить утреннее собрание и заставляющими работать без перерыва. Он выглядел слишком хмурым, так что, должно быть, его ждала долгая бумажная работа. Я сказал, махая руками:

– С сегодняшнего дня не переусердствуй на работе, выполняй и другие обязанности императора. Посети наложницу, проведи с ней время. Дай хоть раз выспаться.

–…

Гискар посмотрел на меня с ничего не выражающим лицом. Я нагло пожал плечами, будто спрашивая, в чем дело. Через секунду дверь открылась.

– Гискар!

Он, собиравшийся выйти, повернул голову. Не думая, я выкрикнул его имя, из-за чего немного смутился. Однако, это было тем, на что я должен получить официальное разрешение.

– Позволь мне выйти на улицу.

– Я не могу.

Вслед за моей просьбой последовал моментальный отказ. Гискар слишком строгий. Но в любом случае это был именно тот ответ, который я ожидал.

–…Понятно.

Почему мои слова прозвучали так глупо? В эти дни у меня не было никаких проблем ночью, и из-за этого я стал общительнее. Мне казалось, что он сможет выполнит любое мое желание. Рэй, какой же ты идиот. Пора уже осознать свое положение.

Как было сказано, я винил себя за свою необдуманный просьбу. Но затем услышал его голос.

– Если я позволю тебе выйти…

Я тряхнул головой. Гискар продолжил:

– Сможешь рассказать, кто же ты?

– Мне нечего рассказывать. И так переговоры не ведутся. Ты собираешься получить самый большой секрет человека, предлагая взамен всего лишь немного свободы?

Я выглядел таким жалким. В любом случае у Гискара также не было никаких ожиданий. Он вновь заговорил:

– Тогда вот предложение попроще. Сегодня ночью раздвинешь передо мной ноги и возьмешься за свой член. Тогда я позволю тебе взять охрану и прогуляться.

– Что?

Я закричал на него.

– Похотливый ублюдок! Да чтоб на тебя зеленую шляпу надели!

– Вот как. Тогда тихо сиди здесь.

Я разозлился и обругал его с ног до головы, из-за этого в голосе  Гискара почувствовалось огорчение. Только тогда я осознал, что специально так выругался, чтобы он не сказал, что хочет уйти. Я внезапно пришел в себя. Перед тем, как дверь открылась, я крикнул:

– Подожди минуту!

Гискар вновь остановился. Я сделал глубокий вдох. Сам того не ведая, я схватился за его одежду. Но мои мысли были о другом. Это – отличная возможность. Иначе все так и останется на месте. Сколько еще я буду сидеть в заточении? До самой смерти? Нет, возможно, через какое-то время Гискар устанет от меня!

– Стой…я…

Не пора ли уже смириться с подобного рода унижением? Он оскорблял меня не раз и не два. Даже если он сделает это еще раз, ничего не изменится. Все же Гискар допустил ошибку – я смогу воспользоваться данной им возможностью.

– Если позволишь мне выйти…я сделаю все, что ты хочешь.

Сглотнув ком в горле, я снова заговорил ровным голосом. Неважно, сколько я пытался отрицать, но Гискар – император, владеющий огромными территориями, а не просто обычный насильник. Кандалы, закрепленные на моих щиколотках качнулись.

Гискар хранил молчание. Я спешно открыл рот снова, боясь, что он может отказаться от предложения, высказанного слишком поздно. Но я не успел ничего сказать, Гискар уже кого-то вызвал.

Для одного раба, закованного в кандалы, вызвали пять имперских гвардейцев. Что было более удивительным, так это то, что среди них находился уже знакомый мне капитан.

– Мое имя – Крис…

– Это Кристиан.

– О, какая жалость. Не думаю, что вы стали капитаном гвардии ради охраны какого-то раба.

Кристиан нахмурился, услышав тон моего голоса. Еще один знакомый нашелся среди рыцарей. Красноволосый Данпиль также смотрел на меня недовольным видом.

Наконец после долгих приготовлений я покинул спальню. Пока я спускался по коридору, мои глаза начало щипать от непривычного света. Я глянул на сопровождающего меня капитана и притворился, что встретил его по пути. На самом деле я выглядел подозрительно. Даже с кандалами я не был похож на преступника, но при этом разгуливал в странной одежде.

Взглянув на себя, понял, что уже почти все догадались, кто я. Император заключил меня в спальне и навещал каждый день, так что неудивительно, что пошли слухи.

Я попытался успокоиться и пошел дальше. Даже когда вышел из дворца императора, рыцари меня не остановили. Я не ожидал, что мне будет это дозволено, и считал, что мне нельзя покидать дворец.

Внезапно меня осенило, и я пошел быстрее. Но через какое-то время Кристиан меня остановил.

– Дальше тебе нельзя.

– Нельзя?

Я мог дойти только до центрального парка. Я увидел здание в дали и кое-что осознал. Та высокая башня, если мой прогноз верен, должна быть башней магов. Если я смогу войти туда под предлогом осмотра достопримечательностей и мне повезет найти хотя бы один магический камень, у меня получится сбежать из этого отвратительного места.

Драгоценности с маной, заключенной в них, называют магическими камнями. Волшебники, используют магию, полученную из этих кристаллов. Однако этих камней не так уж и много. Вдобавок после того, как используется вся мана из драгоценного камня, он станет обычным. Короче говоря, это расходник. Несложно догадаться, что из-за этого магические камни дорогие.

С сожалением я пошел обратно. Вместо этого лучше исследовать местность, где мне разрешено находиться.

Ближе к вечеру я услышал знакомый задорный голос и пошел на него. Там оказалась тренировочная площадка корпуса имперской гвардии. Мои глаза расширились. Мне невероятно повезло попасть на тренировку элиты Эль Пашера.

Подходя ближе, я с интересом начал следить за рыцарями. Несмотря на то, что здесь не было надсмотрщиков, никто не ленился, все рыцари, казалось, хорошо дисциплинированны. Но на самом деле все было не так прекрасно. Среди них были много рыцарей с низким уровнем владения мечом. Я решил подойти к ним.

Еще раз проверив нашивки на рыцарских мундирах, я убедился в том, что все понял правильно. Это точно были три священных меча, протыкающих сердце, и герб гвардейского корпуса Эль Пашера.

– Чего ты так скривился? – сказал Данпиль, глядя на мое лицо.

Я уже догадался, что он – проблемный парень, который не боится даже своего начальника, Кристиана, который, между прочим, предупреждал Данпиля не говорить лишнего. Я нахмурился, уставившись на плац.

– Каков уровень имперской гвардии, в которой собрались самые элитные воины?

– А?

Данпиль, услышав мои слова, встал с ошарашенным выражением лица. Но у меня не было намерения повторять их снова. Уверен, если бы гвардия из той жизни, когда я был наследным принцем, сейчас под моим прямым командованием столкнулась бы с этими рыцарями, то смогла бы уничтожить их за час.

Это действительно имперская гвардия Эль Пашера? Когда-то она была самым опасным противником нашего союза. Гвардейцы отличались не только силой, но и особой жестокостью. Их элиту я знал лучше всего. Но что случилось, пока меня не было, почему я вижу здесь этот мусор?

Внезапно я вспомнил слова, произнесенные Гискаром. «Во времена мира нам не нужно столько талантливых людей». Кажется, войны нет уже давно, после подписания перемирия все закончилось. Интересно, из-за мира и спокойствия они стали такими? Правда? Думаю, с их уровнем владения мечом я им не продую.

– Превосходно…

Я решил сам проверить, на что они способны. Я зашел на тренировочную площадку и взял один из мечей, выложенных один к одному. Тренировавшиеся гвардейцы закричали на меня так, будто я коснулся драгоценности, а не обычного меча.

– Сволочь! К чему свои ручонки тянешь?!

Разъяренный гвардеец пошел прямо на меня. Я уже приготовился встретить его с мечом наперевес, но внезапно передо мной оказался Кристиан.

Не было ни одного человека, не знающего в лицо Кристиана, капитана гвардии, приближенного императора. Гвардеец встал как вкопанный, осознав, кто я и что здесь происходит. Нельзя грубить любовнику императора, пока за ним наблюдает такое высокопоставленное лицо. Он смотрел с недовольством, но ничего не мог сделать.

Казалось, мне сначала нужно получить разрешение Кристиана для того, чтобы осуществить задуманное.

– Сэр Кристиан, я покажу тебе кое-что занимательно. Так что держитесь подальше, хорошо?

Он выглядел заинтересованным в том, что я собираюсь сделать, но все же просто покачал головой и не отошел. Когда он взял у меня меч и положил его на место, Данпиль схватил его за руку.

– Капитан. Давайте повеселимся.

– Данпиль! Что…

– Даже если это станет проблемой, почему бы не попробовать?

Данпиль удерживал Кристиана, ухмыляясь мне, будто желая, чтобы я не оплошал. В тот момент я забеспокоился о том, что можно так легко ослабить дисциплину в имперской гвардии, но также был благодарен тому, что мне выпала такая возможность. Я подобрал несколько мечей, взвесил их в руке и выбрал тот, который подходил мне больше всего.

– Прекрасно, так я могу удержать меч. Тяжеловат, но…

– Сукин сын, неужели не понял? Положи на место!

В конце концов тот гвардеец не сдержался и наорал на меня, не имея возможности подойти. Глянув на старших рыцарей и дождавшись разрешения от Данпиля, он приблизился ко мне.

Глава 12

– Если не хочешь пораниться, лучше опусти этот меч. Это не то, с чем ты можешь играться, – предупредил меня рыцарь, демонстрируя мне свою угрозу. Однако он лишь припугнул дерзкого раба, не собираясь поднимать против меня меч. Я не сдвинулся с места, дико размахивая своим мечом. Гвардеец, который не принимал меня всерьез, вздрогнул и инстинктивно выхватил свой меч.

Лязг!!!

Он намеренно дал мне достаточно времени, атакуя, чтобы я успел блокировать его удар. Увидев, что стражники подняли мечи, чтобы прервать наш поединок, я мотнул головой в их сторону, крикнув:

– Эй, я справлюсь!..

Гвардеец, на которого так внезапно напали, был сильно возмущен. Я видел, как его лицо наливается кровью прямо у меня на глазах. Если он и дальше будет валять дурака, то я серьезно раню его. Я опустил свой меч, отступив назад, чтобы дать ему передышку.

– Он знает, как пользоваться мечом! – воскликнул один из стражников в стороне.

Я предпочитал называть себя магом. Но я был также довольно искусен и в фехтовании. Обычно по мне и не скажешь об этом, я ничем не отличался от любого гражданского лица. Но заполучив в руки меч, я до определенного уровня мог неплохо управляться с этим оружием.

– Так вот, на этот раз будь серьезнее. Помни, что я знаю, как обращаться с мечом, – сказав несколько ободряющих слов гвардейцу, я ступил на тренировочную площадку, отойдя от края, где было попросторнее. С каждым шагом кандалы впивались в мое тело. Это конечно здорово, махать мечами, но вдруг я осознал, что в кандалах делать это немного неразумно, независимо от того, насколько твой противник слабее тебя. Рожденный рабом и никогда раньше не тренировавший это тело, я не отличался физической силой.

Но я не думал, что проиграю из-за этого. У меня было такое ощущение, что меч словно слился с моей рукой. Даже после более чем десятилетнего перерыва все воспоминания, знания и ощущения в руке, которые были у меня в былые дни, будучи Ревноадом, всплывали сейчас в памяти так, как будто это все было только вчера. Рожденный рабом, никогда не читавший книг, но с легкостью разбирающийся в задачах, поставленных передо мной императором. Размахивая сейчас мечом, я вообще не испытывал никакого неудобства и страха.

– Ты дерзкий ублюдок! – гвардеец яростно последовал за мной на площадку. Он был совсем рядом от меня, когда высоко поднял меч, замахиваясь. Стражники продолжали бдительно наблюдать со стороны, собираясь, если понадобится вмешаться, чтобы рыцарь не успел покалечить наложника императора. Гвардеец вложил в свой удар всю силу, не думая ни о какой стратегии.

Я отступил на полшага назад, легко увернувшись от его атаки. Тощее тело двигалось не совсем так, как хотелось бы, но мне не составило особого труда избежать такой медленной атаки.

Меч рыцаря, потерявший свою цель, прочертил широкую дугу в воздухе. После взмаха мечом, он не успевал не то, чтобы закрыться от моего удара, но и толком восстановить равновесие. Я стремительно шагнул вперед, контратакуя своим мечом.

Свист рассекаемого воздуха.

С резким звуком меч устремился к незащищенной шее гвардейца. Но перед тем, как пронзить ее, меч изменил свою траекторию, пройдя по касательной. Рыцарь, видевший направленную на него атаку, невольно издал резкий стон бессилия. А я уже опустил свой меч, заметив:

– Ну же, попробуй еще раз.

– О нет! Тебе это удалось, потому что я был небрежен! Я не был готов!

Я только что предоставил ему возможность по-настоящему атаковать меня, но все, что он сейчас делал, это оправдывался, оглядываясь на своих товарищей вместо того, чтобы снова скрестить со мной мечи. Увидев скепсис на лицах собравшихся, рыцарь стал оправдываться еще громче.

– Может, ты уже закроешь свой рот? Даже если ты проиграл из-за своей небрежности, разве для меня это не повод для гордости?

До гвардейца наконец дошло, насколько жалко он сейчас выглядит, и он прикусил язык. Почему корпус имперской гвардии Эль-Пашера выглядит как кучка жалких отбросов? По Гискару видно, как он усердно трудится на благо империи, но если посмотреть со стороны, не так уж сильно он и преуспел в своем правлении?

Гвардеец смотрел на меня так, будто был готов растерзать, с потемневшим лицом, с налитыми кровью глазами.

– Ты – дерзкий ублюдок! Я просто был очень рассеян! Не думай, что легко справился со мной и победил! – сказал он, бросившись на меня с диким криком.

Наконец, гвардеец посерьезнел, снова подняв свой меч. Проследив за траекторией острия меча, я отразил атаку противника, отведя ее в сторону. Естественным скользящим движением я отступил назад, сосредоточенный на устремленной на меня атаке, но тут же вспомнил о кандалах, сковывающих мой шаг. Я чувствовал, что упаду на спину, если буду и дальше так двигаться. Пока я стоял, кое-как сохраняя равновесие, я открылся, и гвардеец, увидев мою слабость, начал атаковать без разбора.

Я старался избегать прямых атак, насколько это было возможно. В противном случае я долго не выдержу, рухнув под ними, все-таки разница в силе у нас была приличная. Уклоняясь в сторону, я контратаковал одиночными выпадами, достигающими своей цели, или серией ударов, когда он раскрывался, забываясь. В тот момент, когда наши мечи снова скрестились, я быстро отдернул меч, позволив начатой атаке противника устремиться вниз.

Гвардеец не мог скрыть своего смущения, когда понял, что по инерции меч продолжил свое движение к земле. Стиснув зубы, он попытался не потерять равновесие, выравнивая свое положение. Сменив позицию, он со всей своей мощью бросился в новую атаку. Однако я снова ускользнул от него.

– Немыслимо, – за нашими спинами послышался чей-то стон. И все потому, что они видели, что поражение рыцаря было неминуемо.

Ладно, ладно…

Я взглянул на свои оковы и прикинул длину цепи. Когда я счел, что моя поза достаточно устойчива, мой меч, сосредоточенный до этого только на защите, быстро перешел в наступление.

Свист рассекаемого воздуха!

Широкий замах мечом. И камзол гвардейца был рассечен с резким звуком. Конечно, я мог вспороть ему и брюхо, но сейчас пострадала только его одежда и гордость.

Я думал, что после того, как испорчу ему камзол, он успокоится, но рыцарь вошел в раж, с безумными криками нападая на меня снова и снова.

Ну, с точки зрения физической силы я ни шел ни в какое сравнение с ним. Этим он и пользовался сейчас, вкладывая в удары всю силу, когда наши мечи скрещивались.

У меня не было никаких причин отвечать на такие атаки. Уже порядком ослабевший, я сделал шаг назад, уходя от открытого противостояния, а рыцарь, вложивший всю силу в удар, потерял равновесие и рухнул. Собрав все силы, я воспользовался моментом, навалившись всем весом на меч, и изо всех сил рубанул по мечу гвардейца.

Звяк!

– Ах! – коротко застонав, гвардеец выронил свой меч. С резким звуком меч ударился об пол. Рыцарь резко побледнел. Дело было даже не в том, что он потерпел поражение, а в том, что выпустил меч из рук. Это было непростительно.

Думая, что противник полностью побежден, я потерял бдительность. Но внезапно гвардеец, не поднимая меч, бросился на меня с голыми руками, ударив кулаком. Для меня это было полнейшей неожиданностью. Сделав шаг назад, я сумел увернуться от летящего в мою сторону кулака. Однако из-за кандалов на ногах, я не мог быстро уворачиваться и достаточно хорошо маневрировать. Потеряв равновесие из-за слишком короткой цепи, я шмякнулся задницей на пол.

Ударившись головой, я попытался быстро встать. Но гвардеец нарочно наступил на цепь на моих лодыжках, лишая такой возможности, обрушив новый удар на меня. Удар в голову. Затем в спину.

Бух! Бух!

– Ах! – от сильного удара по затылку я застонал.

А надо мной послышался издевательский смех гвардейца:

– Ха-ха! Так-то вот!

– Правда что ли…

– Ты за все заплатишь. С чего ты решил, что потеря меча – это конец?

Я не должен был вести себя так, будто все кончено только потому, что противник потерял свой меч во время битвы. Однако это верно только на поле боя, а не на тренировочной площадке.

– Нравится? Я тебе преподам урок, разорвав тебя на части! Что? Больше не смешно, когда я удерживаю тебя на цепи? Больше не можешь размахивать мечом?

Похоже, что рыцарь вконец взбесился. Лежа на полу, я обратился за помощью:

– Ха… Сэр Кристиан, помогите мне.

Кодекс корпуса рыцарей Эль-Пашера настолько низок, что это даже смущает. Сейчас будет разумно оставить все на Кристиана и его телохранителей, чтобы они позаботились об этом.

– И то правда, – сказал Данфил, отпуская Кристиана, выглядевшего сейчас встревоженно.

Только теперь я понял, почему Кристиан до сих пор не сдвинулся с места. Все потому, что Данфил удерживал его на месте. Не сделав замечания Данфилу, он быстро подошел ко мне. Рыцарь, в ярости уставившийся на меня, замолчал, подняв голову в сторону подошедшего.

– Как далеко ты планируешь зайти? Отойди от него сейчас же!

Только после резкого предупреждения Кристиана гвардеец отступил, убрав ногу с моих цепей. Но попытался тут же оправдаться:

– Он!..

– Заткнись! – Кристиан заставил гвардейца закрыть рот всего одним словом. Отвернувшись от него, он обратился ко мне:

– … хотя это не лучший представитель гвардии императора, но он все же является одним из них. Но ты одолел его, будучи в цепях?

– Забавно наблюдать за боем со стороны? Все успел хорошо разглядеть? Это могло плохо кончиться, – с сарказмом в голосе сказал я и, взявшись за протянутую мне руку Кристиана, поднялся.

– А? Что здесь происходит? – услышал я незнакомый детский голос.

Посмотрев в ту сторону, откуда доносились звуки, я увидел, что это был наследный принц Ширак, который явился на тренировочную площадку со своими ровесниками, отпрысками аристократов.

Ширак тут же уставился на меня, пока друзья принца шептали ему.

– Сэр, он не достоин вашего внимания. Он всего лишь смиренный раб.

– Раб? Ну, это слишком сильно сказано, с учетом всего…

– Есть причина, по которой это выглядит столь уродливо. Только взгляните на его кандалы. Он тот раб, которого его величество император держит в своей спальне.

Я испустил глубокий вздох. Не похоже, что из нашей встречи выйдет хорошая история. Может мне стоит поскорее вернуться назад?

В этот момент глаза Ширака распахнулись, и он переспросил:

– Что? Это он?

– Да, гляньте на его дерзкий взгляд и цепи на ногах.

– В самом деле? Он же выглядит совсем как мужчина.

Я скривился от наивных слов Ширака. Друзья принца не нашлись, как сразу ответить на это замечание. После небольшой заминки, кто-то из них сказал:

– Он действительно мужчина… вы правы, ваше высочество.

– Ух ты!

Глава 13

Ширак посмотрел на мое лицо более внимательно, чем раньше. И тут он заметил, что я держу меч в руке.

– Что ты здесь делаешь? Почему ты, раб, держишь меч?

Я за спиной передал меч Кристиану. Нехорошо рассказывать принцу, что я только что сражался на мечах с рыцарем. Некий раб сражается за любовь с неким рыцарем и чудесным образом одерживает над ним победу. Такая история, несомненно, вызовет любопытство у ребенка.

На самом деле Шираку уже пятнадцать лет, это не тот возраст, когда стоит продолжать называть его ребенком. И все же, помня, что он сын Гискара, я чувствовал, что передо мной стоит ребенок. Если я и буду драться с кем-то, то это будет Гискар, но никак не его сын.

– Почему молчишь? Разве тебе не задали вопрос? Что ты тут делаешь? Ты считаешь, что находишься под его защитой и смеешь смотреть на меня свысока?

Начет его последних слов я лишь мысленно вздохнул и, не имея возможности избежать ответа на вопрос, сказал:

– …Это не так, мой господин.

Кристиан, стоявший рядом со мной, был поражен моим кротким ответом. На его лице застыло недоумение. Почему это вдруг я изменил свою манеру поведения и говорил сейчас так уважительно с принцем? Да все потому, что я не хочу вымещать свою злость на ребенке.

Лучше будет, если я притворюсь вежливым. Но Ширак, похоже, так не думал:

– Ты – раб! И смеешь мне дерзить! Я должен научить тебя тому, как должен вести себя раб!

Ширак потянул свой меч из ножен. Лица окружающих нас людей в этот момент стали еще испуганнее. Несмотря на то, что я одержал верх над рыцарем, Шираку никак нельзя становиться моим противником. Все это начинало раздражать меня все сильнее. Сдерживая растущее раздражение, я снова заговорил:

– Ваше высочество, на самом деле, я долгое время изучал фехтование. Вашему высочеству не нужно вставать против меня.

– Ты изучал фехтование? Не вставать против тебя? Мало того, что ты сказал до этого, сейчас ты утверждаешь, что сильнее меня?

Какой бы ответ я сейчас не выбрал, правильного среди них нет. Что, если я реально одержу над ним победу? Если такой как он проиграет сейчас какому-то рабу или кому-то подобному ему, то поднимется такой шум. А если я проиграю? Я не собираюсь становиться святым мучеником только из-за того, что являюсь раб. Ширак крикнул мне, чтобы я начинал нападать. Но я лишь покачал головой в ответ.

– Заткнись и начали!!!

– … …

– Нападай же!!! Ты!

Так как я не собирался ему больше отвечать, наследный принц Ширак в гневе замахнулся на меня своим мечом, целясь в голову. Независимо от того, какой меч у ребенка в руке, но если с ним неправильно обращаться, то им можно и убить. Кристиан наконец вмешался и забрал у принца Ширака меч.

– Ах! Сэр Кристиан? Как ты посмел!! Ты не можешь вот так забрать мой меч!

– Ваше высочество, этот раб принадлежит вашему отцу, его величеству императору.

– И что? Неужели его величество считает, что этот раб дороже меня? Это так?

Вот это прозвучало уже совсем по-детски. Вероятно, император обращается строго с наследным принцем Шираком. Может ли быть такое, что у него накопилось много обид, поэтому сейчас он воспылал ревностью к простому рабу, ставшему любимцем императора.

Поняв, что меч вернуть обратно не получится, наследный принц Ширак замахнулся на меня кулаками. Как бы сильно я не хотел избежать этого, будет хуже, если я увернусь. Поэтому будет лучше, если я немного потерплю. Но кулаки принца бьют больно. Совсем недавно я одержал победу над рыцарем в бою на мечах. Но не стоит забывать, что само мое тело не имеет много мышц, являясь телом обычного человека.

– Ох! – у меня вырвался невольный стон.

Кто надел эти жесткие ботинки на ребенка!

– Ваше высочество! Прекратите, иначе у вас действительно будут серьезные неприятности! – Данфил подскочил к принцу Шираку сзади и оттащил его от меня.

Другие рыцари тоже были рядом, но они не могли себе позволить дотронуться до наследного принца, как это только что сделал Данфил, оказавшись в крайне затруднительном положении. Поскольку смутьяном является наследный принц, им приходится нелегко, они не могут поступить опрометчиво.

Ширак кричал, чтобы его отпустили, яростно пытаясь скинуть с себя руки Данфила и бросая на меня бешеные взгляды. Затем простонав, он выкрикнул:

– ... ...уходим!!! – и Ширак, какое-то время пускающий на меня слюни, выхватил свой меч у Кристиана и вышел из тренировочного зала. Его свита из дворянских сыночков поспешно последовала за ним.

В любом случае все закончилось. Я тяжело вздохнул и проверил свои конечности на наличие каких-либо серьезных повреждений, отряхиваясь. Думаю, мне пора возвращаться, потому как нет ничего хорошего в том, чтобы искать еще себе приключений.

На выходе из тренировочного зала Данфил вдруг спросил:

– Почему ты так поступил?

– Ты о чем?

– Почему ты дал себя избить? Ты же не собираешься использовать свои раны, чтобы выставить его высочество Ширака в невыгодном свете перед императором…

– Все потому, что я не хотел драться с маленьким мальчиком, – я махнул на все рукой, решив сказать правду.

– Что ты сейчас сказал? Что это за обращение с ребенком? Ты, должно быть, конечно, старше наследного принца, но ненамного.

– Если ты не веришь сказанному мной, то мне больше нечего ответить.

Увидев, что я не собираюсь что-либо добавлять к своему ответу, Данфил посмотрел на меня внимательно и задал новый вопрос:

– Тогда еще один вопрос! У кого раб учился фехтованию? Когда ты начал учиться?

Проходившие мимо горничные покосились в нашу сторону. Должно быть это выглядит странно со стороны. Стражник императора разговаривает с рабом, закованным в цепи.

– Данфил, не забывай, ты на службе. Заканчивай разговоры, – Кристиан также обратил внимание на бросаемые в нашу сторону взгляды, отругав Данфила.

– Нет, честно, капитан, разве тебе не интересно узнать об этом? Каким образом раб получил навыки владения мечом, словно он какой-то рыцарь? Итак, у кого ты научился владению мечом? – Данфил не собирался сдаваться в ближайшее время.

Я с улыбкой посмотрел на него и ответил спокойно:

– Я ни у кого не учился. Я многое знал с самого рождения, я знаю, что могу многое сделать.

– Что за странные вещи ты сейчас говоришь… – жалобно пробормотал Данфил.

Но то, что я сказал сейчас было отчасти правдой. Я с самого рождения помнил, что в прошлой жизни был принцем Ревноадом.

Внезапно заговорил Кристиан, казалось, совсем на другую тему:

– В настоящее время в императорской гвардии Эль-Пашера насчитывается три корпуса. 1-й и 2-й корпусы – самые элитные рыцари Эль-Пашера, в их составе много великих рыцарей, совершивших множество подвигов в битве против Штрасса. 3-й корпус, который ты сегодня увидел, был сформирован десять лет назад. При его комплектовании не предъявлялось таких же строгих требований. Поэтому, хотя 3-ий корпус входит в состав мощной императорской гвардии, он значительно уступает в мастерстве 1-му и 2-му корпусу рыцарей-гвардейцев.

Я думал, что он резко сменил тему, но это было не так. Запретив Данфилу продолжать расспросы, Кристиан сам устроил мне небольшой допрос:

– Если ты такой умник с самого рождения, почему же ты не знал, что 3-й гвардейский корпус не является лучшим в императорской гвардии?

Я не сразу нашелся, что ответить. Получалось, что десять лет назад гвардейский корпус был реорганизован и поделен на три подразделения? Это была достаточно старая информация, но она была тем, что я не знал:

– Я сказал, что знаю многое, но не сказал, что знаю все. Ну да, было что-то такое, как 3-й корпус, припоминаю. Но мне казалось, что в Эль-Пашере все рыцари-гвардейцы являются элитой. Я не ожидал, что это будет не так, – качая головой, я выдал такой ответ.

Кристиан с Данфилом продолжали смотреть на меня с подозрением. Ну что ж, им придется довольствоваться таким моим ответом.

К тому времени, как мы добрались до спальни, уже начало вечереть. Когда я шагнул внутрь, то увидел, что Гискар уже прибыл и дожидается меня.

– Ты отсутствовал весь день. Чем ты занимался… – Гискар внезапно замолчал. Причину его внезапного молчания было легко угадать. Потому что человек, который ушел утром целым и невредимым, вернулся обратно вечером в потрепанной одежде и немного опухшим лицом.

Я открыл рот, чтобы рассказать все спокойно, но лицо Гискара, сделалось вмиг гораздо жестче. Кипя от еле сдерживаемой ярости, он спросил:

– Кто это сделал?

– Это…

Вам не кажется, что он слишком бурно отреагировал? Увидев его таким, имя Ширака, что едва не сорвалось с моих губ, так и не было произнесено. У них и так непростые отношения, а если я еще добавлю от себя, то не думаю, что ребенку за это не перепадет. Нахмурившись, я лишь ответил:

– Пустяки.

– Я спросил, кто это сделал?

– Какое это сейчас имеет значение? – ответил я так же.

В любом случае, если Гискар этого захочет, он сам сможет все быстро выяснить. Это значит, что любой, кто прикоснется ко мне, будет наказан. Гискар сразу же понял мои намерения, что вызвало у него еще большее неудовольствие:

– Ты пытаешься покрывать других людей в твоем и без того незавидном положении? Я должен показать всем, что ты находишься под моей защитой, что, пребывая во дворце, ты находишься в безопасности. Возможно, в этот раз на этом все и закончилось, но не известно, что будет в следующий раз.

– От твоего нытья у меня заболели уши. Как долго мне придется его выслушивать?

– Да, я собираюсь прочитать тебе нотацию, но только один раз. Тебе придется меня выслушать, даже если тебя это раздражает, – Гискар действительно был очень недоволен моим поведением. Он еще долго говорил, а мне приходилось его слушать.

Потянувшись ко мне, Гискар сказал раздраженно:

– На этом все. А теперь раздевайся и иди сюда.

На мгновение я напрягся. Я совершенно забыл о нашем уговоре. Что я там ему пообещал за то, что смогу выйти прогуляться вокруг? Нет, ну как о таком можно было забыть?

Протянутая рука Гискара застыла в ожидании. Это было то, на что я обменял возможность выйти из комнаты.

Небольшая заминка с моей стороны, и я дотронулся до первой пуговицы на камзоле. Мне потребовалось много времени, чтобы расстегнуть верх и вытащить под ним рубашку. Что я делаю! Мое поведение сейчас такое жалкое.

Гискар все это время ждал, не подходя ко мне ближе. Хотя мог в любой момент сделать все, что ему захочется. Тем не менее, он нарочно проявил великодушие. Дав обещание, быть сдержанным, он был таковым. Гискар действительно выполнил свое обещание не трогать меня, если я буду разбираться с бумажками на его столе. Но что, если я нарушу это обещание? Даже у Гискара не будет тогда причин придерживаться своих обещаний.

Я собрался с мыслями и рывком стащил камзол и рубашку под ним. Но когда дошел до пояса, мои руки снова замерли. Как же раздражало, что мое тело стало таким скованным. Даже дыхание стало даваться с трудом.

– Черт... ... дерьмо... ...

А в следующий момент Гискар уже пересек разделяющее нас пространство и обнял меня.

– Что? Почему… Дай мне закончить.

Не слушая, он поспешно опустил меня на кровать и коротко сказал:

– Закончил.

Он поцеловал меня в лоб, прижимаясь губами к моим губам. Я замолчал, а он уже ворвался мне в рот, орудуя там языком. Мне пришлось отступить. Спустя какое-то время, Гискар без лишних слов о том, что я все еще одет, опустил руку, положив мне ее на пояс.

Чувствуя, как я дрожу, он замер, разглядывая меня.

Внезапно в наступившей тишине раздался лязг металла, и я стряхнул руку Гискара с себя.

Страница книги Две империи: История одного раба в интернете

Table of Contents

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

О книге