Глава 1 - Сердце дракона может вылечить все болезни

Введение:

Чтобы спасти императрицу, император, несмотря на опасность, углубился в тысячелетний древний бассейн и обманом заманил черного дракона, брошенного его племенем, обратно во дворец.

Тысячи лет назад, на Девяти Небесах, боги завидовали любви между Императором Небес и генералом Сюаньлуном.

В день битвы между богами и демонами горы Шеннань на стыке двух рас были полны кармы, а небо окрасилось в кроваво-красный цвет.Генерал Сюаньлун повел небесных солдат и генералов, чтобы прогнать демонов, но он тоже был тяжело ранен.В  объятиях он умирающе улыбался: "Не плачь, я не исчезну, когда я попаду в реинкарнацию, ты придешь и найдешь меня".

Император Неба плакал, как ребенок, который не мог найти свою мать, и вытирал кровь, которая все время хлестала изо рта: "Мир так огромен, как я могу найти его... Тебе не позволено умереть". , а когда ты умрешь, оставь меня в покое, как мне его найти?

«Ах Юань, будь послушен.» Сюаньлун с трудом поднял окровавленную руку, указал кончиками пальцев на ошеломляющее лицо Небесного Императора, хотел вытереть перед ним слезы, но боялся испачкать лицо, поэтому убрал руку. «Ты видел рану на моем лице? Следы, оставленные огнём кармы, отложатся в душе и пронесутся в перевоплощениях… В следующий раз, когда ты увидишь меня, ты узнаешь меня с первого взгляда».

Красивое лицо Сюаньлуна было залито кровью, так что он едва мог видеть свое истинное лицо.Обожженная область на правой стороне его лица была вывернута, и даже его блестящие черные волосы потеряли свой блеск, как увядшая трава.Дыра была сделана, и кровь хлынула из его сердца.

«Я не хочу этого, я не хочу этого в следующей жизни, я хочу, чтобы ты был со мной сейчас…» Небесный Император не выдержал и, обняв человека, встал и взлетел к Девяти небесам. "Я отведу тебя к Бессмертному Доктору прямо сейчас, должен же быть способ..."

"Должен быть способ..."

Сознание Сюаньлуна уже было затуманено, его зеленые глаза полузакрыты, он думал, что идет дождь, и ему потребовалось некоторое время, чтобы понять, что плачет его возлюбленная.

"это бесполезно……"

"Юань... это бесполезно..."

Император Неба летел очень быстро, Сюаньлуна держал на руках, очень стабильно, так стабильно, что ему хотелось спать.

«Юань, поговори со мной, хорошо?..» Сюань Лун сузил глаза и усмехнулся. "Если ты снова меня проигнорируешь... я засну..."

Император Неба плакал так сильно, что задохнулся и сказал: «Хорошо, когда ты выздоровеешь, я буду говорить с тобой каждый день, и никуда тебя не отпущу. Я не хочу, чтобы ты был генералом, Я хочу, чтобы ты была моей королевой».

Голос Сюаньлуна становился все слабее и слабее, но улыбка на его губах все еще оставалась: «Глупый Аюань, я готов быть твоим генералом».

«Я готов разрубить тернии ради тебя… чтобы защитить тебя навсегда».

Прежде чем прибыл Цзючунтянь, мужчина на его руках был мертв.

«Я должен защищать тебя… Я должен защищать тебя…» Прекрасные персиковые глаза Небесного Императора постепенно потеряли свой блеск, и он оцепенело посмотрел на человека в своих руках и пробормотал. - Або... Або, посмотри на меня.

"Не спи... Умоляю тебя, не спи, посмотри на меня... ладно..."

"Або..."

«Разве ты не говорил, что хочешь отправиться в восемь пустынь, чтобы увидеть море? Теперь, когда ты откроешь глаза, я отведу тебя туда, хорошо?»

Естественно, ему никто не ответил.

Император Неба чувствовал, что этот человек шутит с ним, как он мог умереть, как он мог умереть... это должно быть подделка.

«Хан Бо, если ты не проснешься, я женюсь на другом, чтобы стать королевой, и я больше не хочу тебя, — Небесный Император намеренно похолодел, чтобы напугать его.

Мужчина в его руках молчал.

Но Император Неба запаниковал, как будто боялся, что его неправильно поймут, он наклонился к его уху и интимно поцеловал: «Я солгал тебе только что... Я не женюсь ни на ком другом, я хочу только тебя. .."

«Або, подожди меня… Я не позволю тебе слишком долго ждать».

«Когда я найду тебя, я возьму тебя посмотреть на море и делать все, что ты захочешь».

"ХОРОШО?……"

Три дня спустя Девяносто пятый Верховный Небесный Император отрекся от всего мира, оторвался от божественной книги, впал в реинкарнацию и добровольно вкусил страдания мира.

Проведя десятки тысяч лет, Император Неба, наконец, получил шанс воссоединиться с Сюаньлуном в мире смертных.Он влюбился не в того человека и собственными руками столкнул своего Або в бездну...

Десять тысяч лет спустя. мир.

"Куча мусора! Вы даже не можете диагностировать болезнь моей королевы! Какой от вас прок!!"

В зале Луаньфэн молодой император в красно-золотом шелковом свадебном платье сердито хлопнул по краю кровати, указывая на Ву Я и проклиная имперских врачей, стоявших на коленях на земле.

«Ваше величество... министры.. все придворные.. в панике...» Императорские врачи один за другим прижимались лбами к земле, дрожа и причитая.

«Страх и паника! Вы знаете этот страх! Мой Чжию так болен, а вы все еще в панике! Если вы не можете придумать способ спасти его, вы все снесете себе головы!»

Глаза императора были красными, и после того, как он закончил кричать, он упал на край кровати в изнеможении. Когда его персиковые глаза коснулись лежащего без сознания мужчины, его взгляд сменился с гнева на мягкость. Его тонкие пальцы коснулись кровати. мужское нефритовое лицо с любовью сквозь бесконечную боль.

За красной парчовой палаткой мужчина также был одет в ярко-красное свадебное платье с золотым шелковым фениксом, из-за чего его талия слабела, а лицо бледнело.

Нин Чжию, сын нынешнего премьер-министра.

Как следует из его имени, он тихий и величественный, с внешностью, подобной ветру и луне.Янь Юань влюбилась в него с тех пор, как несколько лет назад встретилась в особняке премьер-министра.С тех пор она считает его сокровище в ее ладони как демон, крот киновари, и она боится упасть в ладонь.боюсь во рту растает, это сокровище сокровищ.

После того, как Янь Юань, наконец, исполнила свое желание и вышла замуж за своего возлюбленного, сегодня тот день.

Чего никто не ожидал, так это того, что в ночь на свадьбу Нин Чжиюй внезапно заболел и его жизнь была на грани смерти.Ни один из сотен имперских врачей в императорской больнице не мог диагностировать, от какой болезни он страдал.

В огромной спальне не было ни звука, и когда все были в опасности, из толпы вышел молодой имперский доктор, одетый в ярко-красную мантию журавля, и опустился на колени в десяти шагах от Янь Юаня.

«Ваше величество, у меня есть метод, может, вы его попробуете».

«Скажи» Янь Юань бросила на него нетерпеливый взгляд, ее голос был низким.

Молодой императорский врач поднял голову, чуть приоткрыл красные губы и сказал с легкой улыбкой:

Глава 2 - Раздор

«За пределами города Чанъань, у подножия горы Цзинхуа, есть тысячелетний пруд, и в нем обитает таинственный дракон».

«Сердце дракона можно использовать как лекарство от всех болезней».

«Сердце Дракона?» Янь Юань нахмурился. "Как его получить."

«В городе Чанъань есть много волшебников, взращивающих бессмертных, Ваше Величество можете попросить их о помощи», — сказал имперский врач.

Янь Юань на мгновение задумался: «Завтра я лично возьму туда людей и обязательно принесу сердце дракона…» Он с твердым взглядом держал руку Нин Чжию, висевшую у кровати: «Спаси меня, Аю».

Ходят слухи, что у подножия горы Цзинхуа есть тысячелетний пруд, в котором обитает таинственный дракон.

Слухи верны.

Сюаньлун родился уродливым, у него был сломан один рог.Когда он был маленьким, его бросили братья, сестры и мать и изгнали из клана драконов.

Вчера Сюаньлун редко выходил на улицу, поэтому он подобрал у бассейна тяжелораненого мужчину и вернулся.

Никогда не думал, что эта человеческая раса может быть такой шумной, с тех пор как он проснулся, он приставал к нему с вопросами, очень раздражая, задавая вопросы, на которые он не может ответить.

"Как тебя зовут?"

"..."

"Сколько тебе лет в этом году?"

"..."

— Ты жил один в пруду?

"..."

«Почему у тебя нет семьи и друзей?»

"..."

Дно бассейна темное.

Сюаньлун, принявший человеческую форму, сидел на земле с закрытыми глазами и скрестил ноги, чтобы практиковаться.Он был так встревожен, что поднял руку и махнул рукавом, выполняя бесшумную тактику.

Очистить.

Когда человека  спасли, он был весь в ранах, а когда очнулся, окровавленная мантия уже давно исчезла. На нем было белое нижнее белье, он ходил вокруг Сюаньлуна своими проницательными персиковыми глазами, тревожно указывая на рот, но не мог издать ни звука.

Сюаньлун открыл глаза и на мгновение холодно посмотрел на него, затем махнул рукавом, и формула молчания была решена.

Тяжело дыша, человек снова цепляется за Сюаньлуна и наклоняется к его лицу, не опасаясь смерти: «Твои зрачки такие красивые, они бирюзовые...»

"..."

"Ты такой красивый, почему ты носишь маску?"

"..."

«Ты выглядишь лучше без маски, можешь показать мне ее…» Человек опустился на колени рядом с Сюаньлуном, поднял свой белый палец и собирался дотянуться до куска древней меди, инкрустированного на его лице. .

Сюаньлун поднял руку, чтобы ущипнуть противника за запястье, и равнодушно посмотрел на человека: «Ты не боишься меня».

«Почему я должен бояться тебя?» Янь Юань рассмеялся. У него очень красивое лицо, густые ресницы, а когда он улыбается, кажется, что все бледно, а мир тусклый, создавая у людей иллюзию нежности и ласки, если не считать хитрости.

«Ты спас мне жизнь. Естественно, ты не злой дракон, как ходят слухи на рынке. Ты мне нравишься».

Сюаньлун убрал руку, тупо глядя.

Никто никогда не говорил, что он им нравится.

Его мать, братья и сестры ненавидели его, говоря, что он родился уродливым, неудачливым и повлияет на удачу клана драконов.

Ходят даже слухи, что в тысячелетнем бассейне живет дракон-людоед. Тысячи людей кричат и бьют его. Даосские священники часто приходят к бассейну, чтобы поймать его и забрать его писания. Не он.

Этот человеческий род хорош, и на самом деле сказал, что он ему нравится.

Янь Юань понял, что Сюаньлун не так жесток и безжалостен, как казалось на первый взгляд, и, подумав о своей умирающей королеве, тут же прильнул к нему, обнял его тонкую талию и кокетливо сказал:

— Тогда как тебя зовут?

«Не может быть, чтобы ты меня спас, но я даже не знаю твоей фамилии».

"Просто скажи мне..."

Сюаньлун еще никогда не был так близко к другим, все его тело замерло, в завораживающих глазах мелькнула вспышка удивления, его тонкие губы сжались в линию, и он сухо сказал: «Без имени».

Янь Юань выпрямился и удивленно посмотрел на собеседника: «Без имени?»

— Разве твоя мать не дала тебе имя?

Ресницы Сюаньлуна свисают, образуя слабые тени под глубокими глазницами. Как будто на этот вопрос было трудно ответить, он долго молчал, прежде чем заговорил.

"Гм."

Таинственный дракон в человеческом обличии мало чем отличается от обычных людей, отличие лишь в цвете зрачков.

Он был одет в черную одежду, его длинные волосы не были завязаны, а черные волосы водопадом растекались по всему телу, выглядя холодным и одиноким. Это лицо, очевидно, было очень красивым, но было немного странно носить наполовину золотую маску на правой стороне его лица.

Подавив сомнения в своем сердце, Янь Юань спросил:

"Почему?"

— Разве у вас, драконов, нет имен?

Сюаньлун сказал: «Не совсем».

Это произошло потому, что его мать считала его уродливым и отказалась дать ему имя, поэтому она изгнала его из клана драконов, когда ему было меньше ста лет.

Потомок драконьего клана считается взрослым через тысячу лет.В то время он был еще молод, и его чуть не поймали даосские жрецы, чтобы практиковать алхимию, когда он бродил снаружи, поэтому он не заботился о том, чтобы назвать себя .

Позже я нашел здесь, чтобы жить, и я был один в течение тысяч лет, так что мне не нужно имя.

Янь Юань не знал причины и необъяснимо почувствовал себя немного расстроенным: «Тогда позволь мне помочь тебе назвать это, хорошо?..»

Сюаньлун повернул голову, чтобы посмотреть на человека в оцепенении, его утонченные персиковые глаза были наполнены нежным светом, который заставил его сердце, молчавшее тысячи лет, сильно подпрыгнуть без причины.

Сюань Лун, который никогда не испытывал любви, не понял, что это значит, и молча опустил глаза.

— Нет, мне не нужно имя.

В любом случае, я буду один в будущем.

Янь Юань неодобрительно нахмурился: «У тебя должно быть имя, пока ты жив, как ты можешь не иметь имени?»

Он подумал немного, и вдруг его глаза загорелись: «Ты такой холодный и красивый, как ты можешь называть Хань Бо?»

«Холод — это холод льда, а причал — это причал воды. Он холоден, как ледяная вода, и можно свободно приходить и уходить».

Сюаньлун неординарен и не понимает смысла шика, но его умиляют заботливые глаза человеческого мужчины.

Другие просто пугаются, когда видят его, а этот человек не только не боится, но и называет его.

Какой сюрприз.

Сюаньлун этого не знал, что еще более странно, так это то, что человеческая раса лучше всего умеет спорить... Он ясно сказал, что любит его, но в глубине души он думал о том, как дернуть чашу весов и убить его.

Глава 3 - Готовы ли вы стать со мной мужем и женой?

В тот день Янь Юань вышел из дворца в расшитых одеждах, первоначально чтобы найти легендарного Сюаньлуна в тысячелетнем бассейне у подножия горы Цзинхуа, но он не ожидал встретить тех бессмертных культиваторов, которые утверждали, что могут усмирять демонов, и они были у бассейна. Когда он был убит, он был серьезно ранен, а когда очнулся, то оказался в бассейне.

Это было скрытое благословение.

В последние годы мир не был очень мирным, и внутри и за пределами города Чанъань есть драконы, которые иногда создают проблемы, похищая сердца людей и выпивая их кровь, что является чрезвычайно злым. Янь Юань изначально думал, что этот таинственный дракон нехорошо, монстр есть монстр, хладнокровный и жестокий, даже если он жив, он убивает людей.

Но теперь его спас дракон в его глазах.

Жизнь императрицы... покидает сей мир... Он может продолжаться до трех месяцев только с тысячелетним женьшенем.

У него мало времени...

Она была в оцепенении, когда шаги возле каменной кровати приблизились, Янь Юань пришел в себя, обернулся и увидел разбитую миску с дыркой в руке мужчины, и горько нахмурился.

«Або… Я думаю, что почти выздоровел, и мне больше не нужно принимать лекарства».

Через месяц его раны уже зажили, и чтобы найти предлог остаться, он сказал, что его внутренние раны не зажили.Увидев, что он кричит и плачет весь день, Сюаньлун налил ему тарелку супа, который был ни серый, ни черный. Янь Юань был в ужасе.

Сюань Лун протянул миску: «Пей».

Этот человек выглядит не дружелюбным, но на самом деле с ним очень легко ладить, и он откликался на просьбы Янь Юаня в течение последнего месяца.

Будучи императором, он был избалован с детства. У него придирчивый рот и он любит вкусно поесть. Неважно, какие деликатесы из гор и морей, Сюаньлун может пойти в магазин, чтобы купить его, но он особенно жестко относится к питьевому лекарству.

Зная, что она не может спрятаться, Янь Юань взял миску и выпил ее, как будто она была мертва, затем вернул миску в руку Лонга и уже собирался лечь и уснуть, когда другая сторона внезапно протянула ему еще одну вещь.

Это был кусочек молочно-белой сахарозы, лежавший прямо на ладони Сюаньлуна.

Сердце Янь Юань слегка дрогнуло, он взял леденец и положил его в рот, разбавляя много горечи: «Ты снова собираешься в мир смертных?»

— Хм, — сказал Сюаньлун.

На дне бассейна только одна каменная кровать, и они вдвоем могут спать только вместе по ночам, Сюаньлун часто занимает небольшое пространство на краю кровати, он привык спать на боку спиной к Яньюань.

Янь Юань дорожит Нин Чжию, и она всегда была влюблена в него в прошлом, но только из вежливости, никогда не переступая порога, и до сих пор держала себя в чистоте. По какой-то причине он не мог контролировать себя, когда смотрел на Сюаньлуна.Глядя на одинокую спину этого человека, он не мог не обхватить его тонкую талию, пытаясь развеять это одиночество.

«Або».

Все тело Сюаньлуна замерло без исключения, а корни его ушей стали красными со скоростью, заметной невооруженным глазом.

За исключением того, что он впервые оттолкнул Янь Юаня из-за условного рефлекса, что привело к ухудшению его травм, более поздний Сюаньлун больше не сопротивлялся приближению Янь Юаня.

Он и сейчас еще не привык к тому, что рядом с ним кто-то есть, и не может привыкнуть к ощущению аритмии.

Что со мной не так...

«Ты мне нравишься», — сказал Янь Юань в ухо Лонга.

Эта фраза симпатии искренняя, она не имеет ничего общего с любовью, просто потому, что он спас ему жизнь... Наверное, это как симпатия к сердечным придворным вокруг него.

Если бы у него не было другого выбора, он бы не хотел причинять вред Сюаньлуну, но теперь ему нужно было сделать выбор.

Его возлюбленная ждет его.

«…» Сюаньлун не знал, что ответить Яньюаню, поэтому ничего не сказал.

— Я тебе нравлюсь?… — тихо спросил Янь Юань.

Бирюзовые зрачки демона Сюаньлуна тупо расширились, а его разум был в беспорядке.

он не знает.

Наверное нравится.

Ведь ни одно существо не будет ненавидеть человека, который искренне к себе относится.

«В нашей человеческой расе, если два человека любят друг друга, они могут стать мужем и женой, и они никогда не будут разлучены навсегда».

"Або, ты хочешь быть со мной мужем и женой?..."

Голос Янь Юаня был таким нежным и мелодичным, как самая искренняя цитра в мире, звенел и вибрировал в ушах Сюаньлуна, будоражая струны его сердца, так что он даже не заметил, как его пояс медленно ослабляется.

— Муж… жена… — пробормотал Сюаньлун в экстазе, эти два слова были ему слишком незнакомы.

Он жил в одиночестве тысячи лет, никогда не думая о том, что в будущем найдутся существа, готовые сопровождать его.

Янь Юань мягко перевернула Сюаньлуна на спину, села на него, положила ладонь на открытое левое лицо мужчины и наклонила голову, чтобы поцеловать его тонкие губы.

— Ну, муж и жена.

"Вы не хотите?"

Улыбка Янь Юаня была такой же, как когда она впервые увидела ее, Мо Шанжэнь был подобен нефриту, а сын не имел себе равных в мире, то, как он улыбался, создавало у Сюаньлуна иллюзию, что он утонет в его глазах.

Его щеки были необъяснимо горячими, Сюаньлун отвернулся, перестал смотреть на него и спокойно сказал:

— Если хочешь, мне все равно.

Янь Юань тихо рассмеялся, наклонилив голову, чтобы поцеловать лицо мужчины, Янь Юань не имела никакого технического содержания, она просто засунула язык для беспорядочного поцелуя, редкие и длинные ресницы беспомощно затрепетали, и ее щеки раскраснелись.

К счастью, его цвет лица не такой белый, как у Янь Юаня, так что трудно сказать.

После того, как поцелуй закончился, Янь Юань тяжело задышал и стянул одежду Сюаньлуна.Сюаньлун настороженно держал его запястье, глядя на него с небольшим сомнением в его зеленых глазах, которые от природы были холодными.

"Что ты делаешь?"

«Как муж и жена, вы хотите заняться сексом, все такие», — рассмеялся Янь Юань.

"ты не знаешь?"

Сюань Лун некоторое время смотрел на него, не двигаясь, а затем медленно отпустил.

Сняв с себя одежду, прежде чем Янь Юань успела оценить стройное и красивое тело Сюаньлуна, она обнаружила на его груди рану размером с кулак взрослого мужчины.Поверхностная кожа исчезла, обнажив нежную плоть внутри, что было довольно жутко. .

«Ты ранен?» Янь Юань нахмурился, подсознательно желая дотронуться до него, но боясь причинить ему боль. "Как вы сделали это."

«Нет проблем.» Сюаньлун не хотел заставлять его волноваться и не хотел говорить больше.

Янь Юань больше не задавал вопросов.

Это было впервые для них обоих, лицо Сюаньлуна побледнело от боли, как только он перешел к делу, а на лбу выступил холодный пот, Янь Юань на некоторое время остановился: «Больно?»

Глава 4 - Святое лекарство исцеления

«В первый раз немного больно».

Увидев его взволнованный взгляд, Сюань Лун не мог подвести его, поэтому он вздохнул и сказал: «Все в порядке».

Как может Янь Юань не знать, страдает Сюаньлун или нет? Перед большой свадьбой служанка, отвечающая за дворец, прислала ему фотоальбом о радостях постельных братьев. Он знал, что делать между мужчинами. намеренно причинить ему боль.

После грубого секса на кровати лицо Сюаньлуна побледнело, а его черные волосы были беспорядочно разбросаны по бокам, немного прилипая к щекам.Ян Юань впервые видел его таким слабым, и ему  стало немного не по себе. грустно: "Неудобно?"

Сюаньлун открыл полузакрытые глаза, увидев встревоженное лицо Янь Юаня, он все же сказал: «... нет проблем».

Янь Юань обнаружил пятна крови между его ног и хотел сказать ему, чтобы он встал и вымыл их, но мужчина уже потерял сознание, и его острые брови были нахмурены во сне, он был беззащитен.

Обычно Сюаньлун спит очень поверхностно, его пять чувств слишком остры, Ян Юань проснется, даже если немного перевернется, и он никогда не спал так глубоко.

Возможно, это его единственный шанс...

Янь Юань долго смотрел на лицо Сюаньлуна, это было спокойное лицо Чжан Цзиинву, даже форма губ была в самый раз, тонкие, с оттенком пудры, в маске, как бог, спускающийся с земли, ледяные кулдауны не на самом деле недобрый.

Ему всегда было любопытно, почему Сюаньлун носит эту золотую бронзовую маску и никогда не снимал ее, даже когда спал.Теперь это кажется хорошей возможностью узнать, но у него больше не было этой мысли.

Янь Юаня ждут более важные дела.

Через полчаса Янь Юань мягко встал с кровати и подошел к неровному каменному столу неподалеку, на котором лежали свежие фрукты и блестящий кинжал.

Сюаньлун никогда не ест фрукты. Эти вещи стали доступны только после прихода Янь Юаня, включая парчовое одеяло на каменной кровати. Янь Юань сказал, что каменная кровать слишком твердая, поэтому Сюаньлун отправился в мир, чтобы получить ее. До этого дракон спал на голых каменных кроватях.

Янь Юань поднял кинжал с каменного стола и почувствовал, что он очень увесистый, но все же заставил себя подойти к дракону на кровати.

Между жизнью Сюаньлуна и жизнью Нин Чжию.

Он выбирает последнее.

Сюаньлун совершенствовался почти десять тысяч лет, поэтому он не должен быть таким слабым.Его мана слабеет, а боль в теле становится яснее.

По мере приближения катастрофы он ничем не отличался от обычных людей, поэтому подвергаться таким пыткам было бы некомфортно.

Мужчина на каменной кровати, который только что пережил так называемый половой акт между мужем и женой, был совершенно голым, и, не успев даже накрыться парчовым одеялом, уже погрузился в глубокий сон.Он доверился Янь Юаню. слишком много, и вообще никогда не думал об установке защиты.

Янь Юань тихо остановилась возле кровати, ее взгляд упал на рану на левой груди Сюаньлуна, рана была обращена к сердцу, пока кинжал будет вонзен, он умрет...

Это будет не слишком больно.

Затем вырежте его сердце и принесите, чтобы спасти Аю.

Как у императора, у Янь Юаня сострадательное сердце, но она думает, что он не нерешительный человек.В то время, когда он убил придворного во дворце Цзиньлуань, кровь брызнула наповал, она была безжалостна, но теперь он просто не мог ничего не делать.

Он высоко поднял кинжал в руке, и пальцы, державшие нож, были такими твердыми, что побелели костяшки пальцев, и он долго не мог его выронить.

Такой глубокий дискомфорт почти переполнял Янь Юаня, как будто он и Сюаньлун встречались не первый месяц, а в прошлой жизни, и они давно знали друг друга в прошлой жизни, иначе как он мог быть мягкосердечный.

Быть мягкосердечным по отношению к другим - значит быть жестоким по отношению к Нин Чжию...

Он может потерять кого угодно, но не свою Аю.

Янь Юань закрыла глаза, прерывисто дыша, стиснула зубы, подняла кинжал в руке и яростно вонзила его в грудь Сюаньлуна——

Человек на каменной кровати вдруг испустил тихий всхлип, нахмурился от боли и перевернулся, слегка свернувшись калачиком, похожий на какого-то раненого зверя, такого хрупкого, что он не мог этого скрыть.

Движения Янь Юаня резко остановились, бледное лицо Сюаньлун отразилось в ее глазах.

Несколько капель крови были в пятнах на кончике ножа, он только чуть-чуть проткнул его, тонкая струйка крови потекла из груди Сюаньлуна в белоснежное парчовое одеяло.

Это выглядело слишком страшно.

На мгновение экстаза Сюаньлун без предупреждения приоткрыл свои сине-зеленые глаза, и его затуманенный взгляд упал на Янь Юаня рядом с кроватью.Ему потребовалось некоторое время, чтобы отреагировать, и он был озадачен.

- ...Почему ты не спишь?

Янь Юань ловко спрятал кинжал в рукав своей непристойной одежды, поджал губы и сказал тихим голосом: «Посмотри на себя, ты хорошо выглядишь».

Сюаньлун не замечал ничего необычного, он давно привык к боли в груди, и усиление не было явным, к тому же его вменяемость в это время была неясна.

Ян Юань всегда любит говорить ему едкие слова, Сюань Лун в душе застенчив, но не показывает этого на лице: «Иди спать».

Сразу же он был ошеломлен, снова закрыл глаза и потерял сознание.

Янь Юань вздохнул с облегчением, не смея снова действовать опрометчиво.

Упустив эту возможность, он почувствовал себя слегка раздраженным, но в то же время необъяснимо расслабленным.

Подожди еще немного... подожди минутку...

Подавив беспорядочные мысли, Янь Юань пошел за чистой белой тканью, тщательно стер кровь с тела Сюаньлуна, лег в постель и обнял его сзади, чтобы он заснул.

Когда Сюаньлун проснулся на следующий день, он почувствовал, что его нижняя часть тела была настолько тежелая, что ему было трудно ходить. Он слышал, что заниматься сексом с тем, кого он любит, это радостное дело, но он не знал подробностей. . Он, наверное, такой, как сейчас, в душе счастлив, но тело должно страдать, иначе зачем ему так больно.

Ян Юань любит есть приготовленные на пару булочки с начинкой и кашу из листьев лотоса в башне Цзинъюй, Сюаньлун отправился в город Чанъань, чтобы купить завтрак после пробуждения, ему не нужно было выходить на улицу ни разу за сто лет, и он жил рыбой и креветками. в озере, теперь ему приходится бегать в мир каждый день Трижды, рот Янь Юаня был очень разборчив, и она скорее проголодается, чем прикоснется к чему-то холодному, и будет есть только теплые вещи.

Янь Юань все еще спал, когда вернулся, Сюаньлун поставил коробку с едой на каменный стол, подушечками пальцев отодвинул одежду, обнажая местонахождение своего сердца, и поднял кинжал со стола.

Это был тот, которого Янь Юань хотел убить дракона прошлой ночью.

Ладонь Сюаньлуна слегка коснулась воздуха между его сердцем, и этот кусок кожи мгновенно покрылся красивыми блестящими черными чешуйками.

Глава 5 - Бессмертие и бессмертие из жизни в жизнь

Еще полмесяца пролетело незаметно.

Янь Юань наконец не мог больше сидеть на месте, ив этот день, когда он обедал, он сказал человеку через каменный стол: "А по, моя рана зажила, и страна не может жить без правителя, я пробыл здесь слишком долго и должен вернуться во дворец"

Рука Сюань Луна, держащая палочки для еды, остановилась.

Будучи демоническим зверем, он любил есть сырое мясо и никогда раньше не ел приготовленную пищу. Он пытался изменить свои привычки только после того, как был с Янь Юанем, надеясь стать более похожим на него. Палочками для еды он пользовался всего месяц, поэтому все еще был неуклюжим и уронил их со стола.

Подняв палочки для еды, не меняя выражения лица, он равнодушно сказал "Эн, я пошлю тебя обратно, ты уедешь сегодня днем?"

Увидев реакцию мужчины Янь Юань немного разозлился и отложил палочки для еды, агрессивно сказав "Я ухожу, тебе хоть немного не грустно из-за этого?"

Сюань Лун какое-то время молчал, заем поднял глаза и посмотрел на него: "Если хочешь уйти, то я не вправе тебя задерживать".

Глаза  Сюань Луна от природы холодные, а его зрачки отличаются от круглых у  людей: его зрачки узкие, золотисто-бирюзовые и несравненно демонические .Янь Юань чествовал, что он любит его, но не мог до конца прочитать его эмоции, так как  Сюань Лун почти никогда не выдавал их, он всегда выглядел холодным и равнодушным ко всему.

При этих словах не только  дракон но и сам Янь Юань замер.

Первоначально он намеревался обманом заставить Сюань Луна вернуться во дворец, прежде чем найдет возможность выколоть сердце дракона. Однако сейчас он как будто действительно не мог отпустить его, и злился на это.

Должно быть, он был одержим.

После того, как они оба некоторое время смотрели друг на друга, Ян Юань первым пришел в себя, протянув руку, чтобы взять руку Сюань Луна, которая держала его палочки для еды, и улыбаясь: «Поскольку мы муж и жена, мы естественно должны быть вместе, разве ты не хочешь остаться со мной, пока мы не состаримся?..."

Сюань Лун проговорил в своем сердце слова «остаться вместе, пока мы не состаримся», его уши необъяснимым образом загорелись, и он спокойно опустил глаза: "Я готов".

Полчаса спустя, на высоте десяти тысяч футов, сквозь облака проплыл чистый черный дракон, неся на спине потрясающе выглядящего человека.

Чем ближе он подходил ко дворцу, тем тяжелее становился разум Янь Юаня. Когда он ехал на спине дракона, его нефритово-белые пальцы нежно коснулись полусломанного правого рога дракона, и он не мог не чувствовать себя огорченным.

"А По, почему один из рогов у тебя на голове сломан?..."

«Его отрезали, когда я был молод». Сюань Лун тихо сказал.

Сердце Янь Юаня сжалось: «Кто?»

Сюань Лун: «Моя мать».

Янь Юань глубоко наморщил брови: «Почему?»

"Я не знаю." Сюань Лун долго молчал, а затем сказал: «Возможно, я ей не нравился».

У него было много братьев и сестер, всех их мать любила, но он ей не нравился, и она хлестала его, когда злилась.

В тот день, когда она была пьяна, она отрубила ему рог своим мечом и изгнала его из клана дракона.

Он никогда больше не видел свою мать, поэтому у него не было возможности спросить ее, почему.Почему она так к нему относилась.

"Больно?..." Голос Янь Юаня был напряженным.

«Это не очень больно». Голос Сюань Луна был низким и спокойным, как будто он рассказывал чужую историю.

Янь Юань хотел сказать несколько приятных слов, чтобы подбодрить его, но не мог. Он мог только наклониться, чтобы нежно поцеловать сломанный рог Сюань Луна, и с трудом произнести: «Я все еще у тебя, ты мне нравишься».

Большего он сказать не осмелился.

Когда этот день наступит, правда окажется слишком жестокой. Не подозревая, насколько на самом деле жесток Янь Юань, Сюань Лун, казалось, был безразличен ко многим вещам на поверхности, и он серьезно относился к  каждому сказанному Янь Юань слову.

"Эн."

Никто никогда не относился к нему серьезно, но Янь Юань относился к нему хорошо и был готов быть рядом с ним, поэтому он отнесся к этому серьезно.

Более того, любовь к Янь Юаню была чем-то, что не требовало никаких рассуждений, это был инстинкт, выгравированный глубоко в его душе, точно так же, как шрамы на его лице. выражение кармическим огнем: бессмертные и неистребимые.

Глава 6 - Вытаскивание чешуи, чтобы спасти людей

Над Императорским городом вспыхнул белый свет, и в императорской спальне, дворце Цянькунь, появились две фигуры.

Янь Юань торопился увидеть императрицу, о которой так долго мечтал, поэтому он поспешно ушел, поместив Сюань Луна в боковом зале своей спальни.

Весть о его благополучном возвращении во дворец вскоре распространилась, и когда Янь Юань прибыл в зал Луаньфэн, его уже ждали люди из Императорского госпиталя.

Красная шелковая одежда еще не был снят, но атмосфера была подавленной. Спящий на кровати мужчина выглядел бледнее, чем несколько десятков дней назад, и его ясное лицо значительно потускнело.

Как только Янь Юань увидел Нин Чжию в таком состоянии, его глаза покраснели, и он медленно сел на край кровати, держа его холодную руку и  говоря:

— А-Чжию, ты страдал? Я очень скучаю по тебе…

Мужчина на кровати проигнорировал его, и Янь Юань не был раздражен, тихо сидя на краю кровати в течение долгого времени.

Он поклялся должным образом защищать Нин Чжиюй в этой жизни и никогда не совершать тех же ошибок, что и в прошлой, но теперь, когда его возлюбленная так сильно заболела прямо у него на глазах, как он мог не беспокоиться и не расстраиваться?

Спустя половину палочки¹ благовония Янь Юань тихо заговорил:

¹ [Половина палочки благовония — это примерно 30 минут ].

— В выяснили причину болезни?

Императорские врачи вздохнули и опустили головы в знак поражения.

— Цзун Хуа, скажи - Янь Юань повернул голову, чтобы посмотреть на одного из императорских врачей, одетого в ярко-красную официальную мантию.

Цзун Хуа был тем, кто сказал Янь Юаню, что сердце дракона может вылечить все болезни. Он уже был хорошим врачом в Императорской больнице в молодом возрасте, и у него были живописные брови, соответствующие его имени. С точки зрения медицинских навыков, у него есть потенциал превзойти главу, поэтому Янь Юань так верил в него.

Однако в этот момент даже Цзун Хуа выглядел так, будто он оказался в затруднительном положении. Он сложил руки вместе и сказал:

— Ваше Величество, если мы все еще не сможем найти сердце дракона, я боюсь, что Императрица... долго не продержится.

Сердце Янь Юаня сжалось, вспомнив доверчивый вид Сюань Луна. Нахмурившись, он тихо проговорил:

— … Разве нет другого пути, кроме как вырвать сердце дракона?

Цзун Хуа на мгновение замолчал:

— Если мы действительно не можем найти сердце дракона, то можно найти немного драконьей чешуи.

— Чешуя дракона?… - ошеломленно спросил Янь Юань.

— Совершенно верно. Хотя эффект драконьей чешуи не такой сильный, как у драконьего сердца, которое может искоренить корень болезни раз и навсегда, она все же может подавить упорные заболевания, и чем ближе чешуя к сердцу, тем сильнее будет эффект. Если принимать его непрерывно в течение месяца, Императрица сможет проснуться.

Брови Янь Юаня расслабились, в его глазах смешались радость и печаль:

— Правда?

Таким образом, Сюань Луну не только не пришлось бы умирать, но и он смог бы спасти А-Чжию.

Чешуя дракона должна быть похожа на человеческие ногти, она может расти и после удаления, так что даже если это больно, это лучше, чем вырывать сердце дракона…

Если он вытащит чешую, то сможет вырастить ее снова, но если он вырежет сердце, в мире больше не будет Сюань Луна.

— Это средство я видел собственными глазами в медицинских книгах, переданных моей семьей, и оно должно быть верным.

Янь Юань кивнул и пробормотал:

— Я не сомневаюсь. Всем вам следует уйти, я хотел бы побыть некоторое время наедине с Императрицей.

***

Боковые залы дворца Цянькунь не столь роскошны, как главный зал, но они все равно просторны, с резными балками и расписными зданиями.

Когда Сюань Лун впервые оказался в месте, где вырос Янь Юань, он, всегда бывший холодным, скучным и редко проявлявший любопытство, не мог не наблюдать за окружающей обстановкой.

Оказалось, что мужчина воспитывался в таком месте, неудивительно, что он был немного экстравагантным. Но по мнению Сюань Луна, Янь Юань все равно очень милый.

Приближалось великое бедствие, и Сюань Лун чувствовал, что его духовная сила слабеет все больше и больше, поэтому он почувствовал себя очень уставшим после полета на небольшое расстояние. Когда он увидел кровать в зале, он пошел, чтобы сесть, скрестив ноги, в медитации, но он заснул, сидя там.

Когда день уже клонился к вечеру, в длинном безмолвном зале раздался звук открываемой двери. Сюань Лун мгновенно проснулся, настороженно открыв глаза, чтобы посмотреть на дверь.

Вернулся Янь Юань.

В какой-то момент мужчина переоделся в яркий драконий халат, с нефритовой короной на голове и стройным телосложением. Изначально он был довольно красивым, но теперь он выглядел еще более красивей.

Он подошел к Сюань Луну и сел на край кровати, обхватив его талию руками и положив лицо на плечо Сюань Луна, и тихо спросил:

— А'Бо, ты скучал по мне?

Сюань Лун позволил ему обнять себя, и в его холодных зрачках появилась едва заметная мягкость:

— Угу.

Все это было притворством, но, услышав этот ответ, Янь Юань не мог не почувствовать себя счастливым внутри и не мог не наклониться и не прошептать ему на ухо:

— Я тоже скучал по тебе.

— Угу - уголки губ Сюань Луна изогнулись вверх.

Янь Юань был ошеломлен. В изумлении он убрал руку, которую обнимал за талию, и посмотрел на красивого мужчину с недоверчивым выражением, его сердце громко колотилось:

— …Ты только что улыбнулся.

Сюань Лун услышал его слова и повернул голову, чтобы посмотреть на него.

Глядя в бирюзовые, холодные и прекрасные глаза мужчины, Янь Юань с благоговением сказал:

— Это первый раз, когда ты мне улыбнулся…

В глазах Сюань Луна отразилось легкое недоумение.

Неужели он никогда раньше не улыбался?…

Кажется так.

Раньше его ничто не радовало, поэтому, естественно, не было и повода для улыбки.

Но теперь все было иначе.

Этот человек сказал, что он ему нравится и что он готов заботиться о нем…

— Ты так хорошо выглядишь, когда улыбаешься - не в силах подавить желание приблизиться к Сюань Луну, Янь Юань наклонился к нему и серьезно сказал - улыбайся больше в будущем.

Сюань Луну никогда раньше не делали подобных комплиментов, поэтому его лицо покраснело, и он неестественно отвернулся:

— Угу.

Мгновение спустя человек рядом с ним внезапно обнял его за талию. Когда Сюань Лун подсознательно повернул голову, чтобы посмотреть, его губы встретились с губами Янь Юаня, и последний наклонился и толкнул его на кровать.

В тот день Янь Юань солгал Сюань Луну о том, что хочет выйти за него замуж, надеясь помучить его, чтобы у него появился шанс вырвать сердце дракона. Однако вместо того, чтобы вырвать сердце дракона, Янь Юань стал одержим его телом, и время от времени он прижимал его к земле, чтобы немного развлечься.

Янь Юань знал, что поступать так неправильно, но такие вещи, как желание, всегда трудно контролировать, и он внутренне успокоил себя, что когда Нин Чжиюй проснется, он обязательно порвет с Сюань Луном.

Прямо сейчас он делал все эти лишние вещи только для того, чтобы понравиться Сюань Луну.

И когда дело касалось таких вещей, Сюань Лун никогда ему не отказывал, даже несмотря на то, что техника Янь Юаня была действительно слабой, не имея никаких достоинств, кроме своего размера, который все равно был болезненным.

После того, как все закончилось, Сюань Лун снова выглядел бледным и подавленным. Янь Юань посмотрел на него с озадаченным выражением и поднял руку, чтобы вытереть холодный пот с уголка лба, нервно сказав:

— А-Бо, тебе тяжело?…

Странно, он явно был намного осторожнее.

Сюань Лун подумал, что именно так пары занимаются сексом, и если бы он сказал, что это больно, это определенно расстроило бы Янь Юаня, поэтому он на мгновение открыл глаза и глухо сказал:

— Все в порядке, я просто немного устал.

Боль мучительна, но сердце сладостно.

Янь Юань протянул руку и коснулся между ног, нахмурившись:

— Но у тебя снова идет кровь.

Сюань Лун замолчал, и его кадык слегка дернулся:

— Через несколько дней все будет хорошо.

Мысли Янь Юаня быстро переключились на другие дела, когда он приподнял край одеяла с тела мужчины:

— Почему рана на твоем сердце не зажила за столько времени?

Она не только не заживала, но и становилась все хуже.

Розовая и нежная плоть потемнела, и если ее не лечить, она, вероятно, начнет гноиться.

Естественно, Сюань Лун не мог рассказать ему о надвигающейся беде:

— Может быть, это из-за погоды.

Янь Юань думал, что высококвалифицированный демонический зверь быстро исцелится от своих ран, но теперь, похоже, это было не так. Он внезапно немного забеспокоился и обнял Сюань Луна за шею, сказав:

— Завтра я попрошу доктора принести лекарство, чтобы наложить на твою рану.

Лекарства мира смертных бесполезны для демонических зверей, но Сюань Лун не стал этого объяснять, и это не помешало его сердцу согреться:

— Угу.

Перед тем, как подали ужин, Сюань Луна клонило в сон. Когда он уже собирался заснуть, он услышал, как человек рядом с ним нерешительно сказал:

— А-Бо, я хочу обсудить с тобой кое-что...

Сюань Лун не мог не открыть глаза и не посмотреть на него:

— Продолжай.

Эти бирюзовые глаза всегда были холодны, но Янь Юань видел в них безграничную нежность и уже смутно догадывался, откуда взялась рана на сердце этого человека.

Он догадался об этом еще тогда, когда императорский врач сказал, что чешуя дракона на сердце — самое эффективное лекарство.

Это объясняет, почему после употребления этого не серого и не черного супа его собственная рана полностью зажила за три дня.

Но рана Сюань Луна не зажила даже сейчас.

Янь Юаню было трудно разговаривать с ним, но когда он подумал о своей возлюбленной, чья жизнь была в опасности, все снова стало легче:

— Ты можешь дать мне немного драконьей чешуи?…

Сюань Лун замер, и в его глазах отразилось животное недоверие:

— Зачем тебе чешуя дракона?

Янь Юань посмотрел на него и с трудом ответил:

— У меня есть важный друг, который очень болен, и если его не лечить, он умрет…

Увидев его печальный вид, Сюань Лун тоже почувствовал себя нехорошо, хотя на его лице не было никакого выражения.

— Сколько тебе нужно?

— Тридцать - Янь Юань самым нежным образом выразил самую жестокую просьбу - … я хочу те, что у твоего сердца, ты не против?

Сюань Лун снова замер, а затем сказал:

— Хорошо.

— Спасибо - Янь Юань обнял его и поцеловал в ухо - я попрошу императорского врача принести лучшее лекарство для ран.

— Угу.

Глава 7 - Только Янь Юань

В тот период, когда Янь Юаня не было во дворце, за правительство отвечал премьер-министр. Теперь, когда он вернулся во дворец, ему снова приходится править.

Около 5 утра небо побелело, и евнух прошептал Янь Юаню возле дворца, что пора вставать, но тот спал рядом с драконом, хмурый и отказывающийся обращать внимание.

Ему всего 19 лет. Хотя он и теперь император, его детская натура еще осталась.

Перед придворными ему приходилось держаться в стороне и скрывать свои истинные эмоции, чтобы быть убедительным, но перед близкими он никогда не удосужился скрыть это.

Видя, как люди снаружи с тревогой убеждают его, Сюань Лун нежно коснулся руки Янь Юаня вокруг его талии:

— Юань.

Голос был мягким и нежным, что полностью отличалось от холодного вида Сюань Луна. Услышав, как Янь Юань встал, большая часть его гнева исчезла. Он неохотно открыл глаза, обнял Сюань Луна за талию и прижался ближе. Для него прошлое было страстным влажным поцелуем.

Сюань Лун молчал, и его уши тихо покраснели. Он всегда казался немного скучным в этом отношении и не знал, что ответить. Он боялся пошутить и рассмешить людей, поэтому просто не знал как ответить. Янь Юань мог делать все, что хотел.

Температура во дворце постепенно повышалась, когда поцелуи начали меняться. Рука Янь Юаня скользнула вниз по его обнаженному телу и остановилась между ног мужчины:

— А-бо, я хочу…

Сюань Лун подсознательно раздвинул ноги немного дальше. Хотя эта область все еще была повреждена, это было еще терпимо.

От его тела исходит слабый холодный аромат, который, кажется, рождается вместе с ним. Он пахнет особенно комфортно. Ян Юань уже одержим телом Сюань Луна, и когда он чувствует этот запах, он становится еще более неуправляемым.

Глаза Янь Юаня изменились, его пальцы... опустились…

После того, как все закончилось, Янь Юань с удовлетворением держала мужчину на руках, но все еще отказывалась вставать. Он думал, что «весенняя ночь коротка, солнце встает, и король теперь не пойдет в суд раньше». «он» был слишком смешон. Как император, как он мог встать из-за похоти? Затягивая государственные дела, не узнаешь всей красоты их, пока не съешь мяса.

На самом деле Сюань Лун не в его вкусе. Он глубоко любит Нин Чжию, любит его мягкость и мягкий темперамент. Он не такой сильный, как Сюань Лун, и вообще не нуждается в защите.

Нин Чжию был другой, и именно благодаря его защите он мог провести остаток своей жизни в безопасности. У мужчины всегда есть желание защищать слабых, и Нин Чжию был его любовником в его прошлой жизнью.

Янь Юань однажды пообещал быть с Нин Чжию до конца их жизни. Теперь, когда он нарушил клятву, он часто чувствует себя виноватым, но не может контролировать себя с Луном, чтобы быть счастливыми, поэтому он утешает себя тем, что все просто для достижения цели.

Подумав так, он почувствовал себя намного лучше, и его чувство вины уменьшилось. Он обнял Сюань Луна за талию, посмотрел на красивый и холодную внешность мужчины и спросил:

— А-Бо, почему ты всегда носишь маску? Она не красивая, сними.

Сюань Лун сделал паузу, его голос был немного хриплым из-за только что произошедшего любовного “романа”:

— У меня уродливое лицо, я тебя напугаю.

— Нет, — сказал Янь Юань и потянулся, чтобы снять темно-золотую бронзовую маску с лица.

Как только он коснулся маски, Сюань Лун схватил его за запястье и тихо повернулся, чтобы посмотреть на него.

— Все будет в порядке, —  пообещал Янь Юань.

Сюань Лун на мгновение посмотрел на него, затем повернул голову и посмотрел на него. Спустя долгое время он спокойно сказал:

— Моя мама не любит меня, потому что я уродливый.  Каждое существо в мире ненавидит меня, когда видит, но ты единственный, кто меня не ненавидит. Боюсь, я тебе больше не понравлюсь после того, как ты увидишь мою истинную внешность.

Янь Юань не ожидала, что Сюань Лун окажется таким холодным снаружи, но такой чувствительным внутри. Он на мгновение была ошеломлен и сказал, не задумываясь:

— Я обещаю, кем бы ты ни стал, А-бо останется А-бо, и моя любовь. ибо ты никогда не изменишься.

Сюань Лун не мог не посмотреть на Янь Юаня, его персиковые глаза были теплыми, и полными искренности.

Янь Юань медленно протянул руку.

Маска из темного золота с выгравированными древними санскритскими иероглифами наконец была снята. Несмотря на то, что Янь Юань был морально готов, он не мог не ахнуть, когда увидела лицо Сюань Луна полностью.

Просто взглянув на левую сторону его лица, можно увидеть, что он красив и хладнокровен, с прямым носом, что является превосходной внешностью. Если бы он был смертным, в его будуаре стояло бы много женщин, стоящих в очереди. выйти за него замуж. Но шрам размером с ладонь на коже на правой стороне лица был по-настоящему ужасающим. Это был приподнятый пурпурно-красный цвет с извилистыми наростами, похожими на многоножку, которые почти уничтожили всю красоту.

Янь Юань не чувствовал отвращение, он просто без всякой причины почувствовал боль в сердце, как будто его душа разрывалась на части, из-за чего у него возникло желание заплакать:

— Как это могло случиться?...

— Возможно, я сделал что-то не так в своей предыдущей жизни и оставил следы на своем лице - по сравнению с Янь Юанем, сам Сюань Лун был очень равнодушен.

— А-бо, мне жаль тебя, — Ян Юань протянул руку и обнял мужчину.

Сюань Лун слегка изогнул губы и прошептал:

— Если тебе это не нравится, я не буду обижаться.

Остальные люди для него не имели значения.

Только Янь Юань.

Увидев это, Сюань Лун снова надел маску. Даже если Янь Юань не возражал против этого, он боялся, что он бросит этого красивого дракона.

Видя, что солнце достигло середины, Янь Юань позвал евнуха снаружи, чтобы тот пришел и обслужил его, надел драконью мантию и заговорил с драконом в желтом шатре.

— А-бо, мне нужно в суд. Я вернусь, чтобы поужинать с тобой в полдень.

— Угу.

Из палатки раздался глубокий мужской голос, заставляя евнуха все больше и больше интересоваться тем, что за человек мог сделать Янь Юаня настолько одержимым им, что он даже пропустил утреннюю встречу и назвал себя «Я» при нем.

Надев драконью мантию и корону, Янь Юань собиралась поспешно уйти. Пройдя несколько шагов, она остановилась, обернулась и сказала:

— А-бо, Чешуя Дракона…

Тело Нин Чжию не может ждать ни дня.

— Я подарю её тебе в полдень, — Сюань Лун подумал о нежности, происшедшей сейчас, и почувствовал, что боль от выдергивания чешуи — это пустяки.

Глава 8 - Покорность

В коридоре ярко-красной стены дворца Янь Юань был одет в драконью мантию и сидел на драконьей колеснице. Группа дворцовых служанок и евнухов следовала за ним, направляясь во дворец Цзиньлуань. Вспоминая о сокрушающем кости теле Сюаньлуна, он услышал осторожный вопрос Чэнь Яня, который следовал за ним.

— Ваше Величество, поскольку этот молодой мастер получил благословение, вы хотите дать ему титул?

Выражение лица Янь Юань внезапно стало холодным, и он посмотрел на старого евнуха:

— Я обещал, что буду с Чжию всю оставшуюся жизнь, как я могу нарушить свое обещание?

Чэнь Янь быстро опустился и сказал:

— Ваше Величество, я искупаю свои грехи. Я раб, который слишком много говорит.

Янь Юань холодно фыркнул и отвернулся.

Он и Сюань Лун были отделены друг от друга, если бы не Нин Чжию, их пути, возможно, никогда бы не пересеклись в этой жизни. Как бы он мог дать ему статус.

Когда Нин Чжию выздоровеет, это будет время, когда он и Сюань Лун будут разлучены.

— Будь осторожен. Если А-Чжию услышит что-то, что тебе не следует слышать после того, как она проснется, внимательно следи за своей головой.

Чэнь Янь поднял рукава, вытер холодный пот со лба и сказал:

— Я попрошу дворцовых служанок и евнухов держать язык за зубами, чтобы не было обнаружено никаких следов новостей.

Только тогда Янь Юань был удовлетворен, и образ Сюань Лун, развлекающейся под ним, всплыл в его голове в неподходящее время.

Несмотря на то, что они были запутаны, когда были вместе, они все равно продолжали думать о нем, когда были разлучены. Возможно, он действительно был одержим злым духом. Янь Юань заставил себя думать о государственных делах и Нин Чжию, но он больше не думала об этом. тот человек, который внешне выглядел холодным, но на самом деле был настолько невинным, что его можно было обмануть.

***

Демоны, которые практиковали Дао в течение десяти тысяч лет, недалеко от того, чтобы стать бессмертными, не нуждались во сне. Однако по мере приближения скорби Черного Дракона привычка постепенно деградируют и становятся похожей на человеческие.

Вскоре после ухода Янь Юаня, Сюань Лун снова заснул. В последнее время он казался особенно сонливым.

Был почти полночь, и палящее солнце за окном уже давно скрылось. Темные тучи закрыли половину неба. Были молнии, гром и грозы. Как ни гляди, это был зловещий знак.

Сюань Лун проснулся в оцепенении и вспомнил свое обещание Янь Юаню передать ему чешую дракона в полночь. Он выдержал дискомфорт и встал с постели.

Кровь между его ног уже давно высохла, но невыразимая боль была настолько сильной, что каждый его шаг, казалось, был царапаем ножом, Янь Юаня не было рядом, поэтому ему больше не приходилось притворяться, и он медленно пошел к ванне приготовленной ранее дворцовыми слугами, у него на лбу выступил мелкий пот.

Поспешно очистив свое тело, он превратился в черный железный кинжал в руке.

Черный железный кинжал разрезал железо, и разрезал чешую дракона было очень гладко, но было слишком больно, поэтому движение было медленным. Он отрезал 15 кусков подряд, и его запястье начало трястись. на его груди было много крови, а первоначально прозрачная вода окрасилась в ярко-красный цвет.

***

Когда Ян Юань вернулся, Сюань Лун все еще спал. Он сел на край кровати и тряс мужчину на кровати.

— А-Бо, просыпайся.

Лицо Сюань Луна было бледным, а брови слегка нахмурены. Янь Юань долго звал его, прежде чем открыл свои ледяные демонические глаза, тихо посмотрел на Янь Юаня и слабо сказал:

— Ты вернулся.

— Почему ты не просыпался? — спросил Янь Юань немного недовольно — я звал тебя довольно долго

Сюань Лун медленно сел на кровати, молча взял черную лакированную деревянную коробку рядом с кроватью и протянул ее Янь Юаню.

Янь Юань в замешательстве спросил:

— Что это?

— Драконья чешуя, — лицо Сюань Луна не выражало было спокойным.

Янь Юань выглядел счастливым и с нетерпением ждал возможности открыть коробку. Внутри было аккуратно сложено 30 чистых чешуек дракона, источающих знакомый легкий холодный аромат.

— А-Бо, ты такой добрый, — Янь Юань поднял голову и улыбнулся.

Сюань Лун не привык, чтобы его так хвалили. Его суровое лицо слегка покраснело, он избегал смотреть и ничего не говорил, а затем послушал Янь Юаня.

— У меня кое-что срочное. Я не могу поужинать с тобой в полдень. Я приду к тебе вечером.  А-Бо, ты ведь не будешь сердиться?

Сюань Лун на мгновение был ошеломлен, затем покачал головой.

Янь Юань радостно наклонился и поцеловал его, затем небрежно сказал несколько приятных слов, взял чешую дракона и поспешно ушел.

Теперь, когда он получил чешую дракона, как он может думать о том, чтобы быть с ним?

Глава 9 - Невежество

— Господин, пришло время ужина

Когда ночь стала темнее, в дверь спальни трижды легонько постучали, и снаружи послышался намеренно пониженный голос молодого евнуха.

Сюань Лун сидел на кровати, скрестив ноги, регулируя дыхание. Он открыл свои холодные зеленые глаза и выглянул в дверь, говоря:

— Когда придет Юань?

Помимо императрицы, единственный человек в мире, который осмеливается называть имя Янь Юань, — это молодой господин. Сяо Дэцзы потребовалось всего несколько дней, чтобы из паники вначале стать спокойным и собранным сейчас, но сейчас он все еще чувствует себя немного виноватым.

— Император в последнее время замучен государственными делами и уже несколько ночей не отдыхает. Молодой господин, пожалуйста, не вините императора. Он действительно не может прийти.

Все, кто служил Янь Юаню во дворце Цянькунь, знали, что Янь Юань охранял императрицу день и ночь в последние несколько дней, почти никогда не покидая его. Даже правительственные дела решались во дворце Луаньфэн. Только Сюань Лун оставался в неведении.

Он чувствует, что выглядит некрасиво и не любит выходить на улицу. Он был таким, когда был в Древнем пруду Тысячелетия. Он не хочет выходить и пугать других, и он не хочет вызывать у других неприязнь к нему.

После того, как Янь Юань в тот день ушел с чешуей дракона что придет к нему ночью, но не выполнил своего обещания.

Они не виделись три дня.

Сюань Лун привык к одиночеству и любил тишину и покой. Три дня должны были быть для него мгновением и ничем. Однако он не мог дождаться Янь Юаня и всегда чувствовал себя беспокойным.

Если подумать, возможно, это то, что человечество называет любовной тоской.

— Я не виню его, - сказал Сюань Луна приглушенным голосом.

Молодой господин внутри был загадочным, он понятия не имел, как он выглядит, и у него был очень скучный характер. Янь Юань приказал никому не позволять видеть его. Когда бы дворцовые слуги ни приходили разносить еду, этот человек всегда был там.

— Господин, вам принести еду? - Сяо Дэцзы снова спросил через дверь с любопытством.

Человек внутри, казалось, несколько раз кашлянул и хрипло сказал:

— Не нужно.

Похоже, он болен.

Император, очевидно, не воспринимал людей внутри всерьез, иначе он бы не скрывал это таким образом и отказывался предоставить им статус. Сяо Дэцзы хотел отступить, но не смог этого вынести и попросил слишком многого.

— Господин, вы плохо себя чувствуете? Хотите увидеться с императорским доктором?

Сюань Луна прикрыл рот рукой и еще дважды кашлянул. Он прикрыл рану на груди ладонями и не мог не лечь. Прежде чем сказать, ему стало лучше.

— Ничего, просто немного устал.

Рану, покрытую чешуей, просто обертывали белой тканью и не применяли никаких лекарств. Раньше рану можно было вылечить с помощью магии, регулирующей дыхание на несколько дней, но теперь это бесполезно.

Сюань Лун никогда не боялся небесных бедствий. Если он сможет стать бессмертным, он станет бессмертным. Если ему не повезет и он умрет, он все равно умрет.

Сегодня все по-другому.

Он действительно начал бояться, бояться того, что произойдет, если он умрет и Янь Юань останется один.

Смертельное лекарство ему бесполезно, поэтому ему остается только тяжело переносить его.

*В то же время, Луаньфэн Холл*

Чешую дракона использовали в качестве лекарства. Её использовали три раза в день и принимали непрерывно в течение трех дней. Цвет лица Нин Чжию стал намного более румяным.

Цзун Хуа стоял перед кроватью, наклонился и проверил пульс мужчины на кровати через шелковую вуаль.

Янь Юань не смел дышать слишком тяжело. Он отошел в сторону, уставился на молодое лицо императорского врача и спросил:

— Как прогрес?

Через мгновение Цзун Хуа убрал руку, сложил ее ладонью и сказал:

— Эффективность этой чешуи дракона будет лучше, чем я предполагал. Пульс императрицы становится все сильнее и сильнее, и он, возможно, сможет проснуться менее чем через тридцать дней.

— Это хорошо, это очень хорошо, - Янь Юань был вне себя от радости и сказал с улыбкой - вы хорошо поработали. Когда мой Чжию выздоровеет, я хорошо тебя награжу.

— Это мой долг, я не смею желать наград.

Цзун Хуа не смог стоять, поэтому поблагодарил императора и собирался уходить.

Янь Юань присел на край кровати, взял Нин Чжию за руку и вдруг что-то вспомнил:

— Подожди минутку.

Цзун Хуа обернулся.

Янь Юань:

— Лекарь, у вас есть какое-нибудь хорошее лекарство

— Император ранен?

— Нет, если есть, просто отдай мне.

В последние несколько дней Янь Юань сосредоточился на Нин Чжию, полностью игнорируя Сюань Луна. Он только что вспомнил о драконе, которого бросил в боковой зал, и внезапно почувствовал себя немного виноватым.

Теперь нужно как следует его угодить, сегодня вечером.

Страница книги Схватить Дракона для Императрицы в интернете

Table of Contents

Глава 1 - Сердце дракона может вылечить все болезни

Глава 2 - Раздор

Глава 3 - Готовы ли вы стать со мной мужем и женой?

Глава 4 - Святое лекарство исцеления

Глава 5 - Бессмертие и бессмертие из жизни в жизнь

Глава 6 - Вытаскивание чешуи, чтобы спасти людей

Глава 7 - Только Янь Юань

Глава 8 - Покорность

Глава 9 - Невежество

О книге