Глава 1

Се Шу Цы сидел на пороге, а позади него возвышался дом в старинном стиле.

На столе стояла курильница для благовоний, из которой, кружась в воздухе, медленно тянулся белый дым. Сам Се Шу Цы, одетый в светло-голубую мантию, подпирал руками подбородок. Его взгляд был устремлен поверх поросшего зеленым мхом карниза — в небо, где плыли различных форм белоснежные облака. Он издал долгий вздох.

Говоря простым языком, он переселился.

Не за долго до того, как он разработал контент "Зона Чуунибье*" для небольшой платформы, на которой ежегодно брал перерыв, с обменом материалами. С легкой совестью, которая проснулась, он, наконец, нашел фактический материал для редактирования. В одно мгновение он насмехался над двумя ничего не стоящими главными героями новеллы, а в следующее рухнул на компьютерный стол и скончался.

*Чуунибье (中 二 病) — синдром восьмиклассника. Разговорный японский термин, обычно используемый для описания подростков, у которых бред величие, которые так отчаянно хотят выделиться, что убедили себя, что обладают скрытыми знаниями или тайными силами.

Будучи юнцом, переполненным твердой уверенностью и упрямством, восемнадцати лет, он по собственной инициативе попросил родителей прекратить содержать его. Се Шу Цы считал, что его смерть — несправедлива, и поэтому еще больше ощущал себя потерянным.

Однако, в конце концов, в этом не было ничьей вины, кроме него самого. Несколько дней подряд он практически не спал, чем и была вызвана внезапная остановка сердца. Так что, молодые люди, не засиживайтесь допоздна и пораньше ложитесь спать.

Се Шу Цы вздохнул в глубине души, но не слишком переживал. Он не общался со своими родителями на протяжении восьми жизней, и его не окружало много друзей. Но в интернете он познакомился со многими людьми, в том числе и молодежью из группы чуунибье, которые любили постоянно говорить: "Отпуск может привести к попаданчеству". В результате, приостановив работу на полгода, Се Шу Цы на самом деле переселился.

Подумав об этом, Се Шу Цы не смог удержаться от очередного вздоха.

Свободно листая и просматривая топ-500 новелл о чистой любви на одной из многочисленных онлайн-платформ, Се Шу Цы почти никогда не пропускал ни одного романа. Обычно те, кто переселялись в книги, либо становились главными героями, либо злодеями, по крайней мере, НПС, у котороых имелись имя и фамилия. Се Шу Цы завершал читать полностью такие истории. Что же касается самого Се Шу Цы, который также, как и другие, попал в тело персонажа, появившегося всего раз за всю книгу; персонажа, которого даже нельзя было считать пушечным мясом, описали всего за три строчки:

"Насколько же у Сяо Сюня безжалостное сердце и жестокие руки?

Когда он был молод, он чувствовал себя изгнанником в Бяньчжоу, подвергаясь насмешкам со стороны учеников бессмертной секты Сяосянь.

Подняв руку и взмахнув лезвием, головы учеников покатились по земле".

Сяо Сюнь — главный герой-шоу в книге, а одним из "умерших учеников" был как раз Се Шу Цы.

Эти три строчки особенно четко отпечатались в памяти Се Шу Цы. Из-за чего он даже бранил идиотского главного героя.

В романе главные герои, шоу и гонг, весь путь в истории любили и ненавидели друг друга до такой степени, что желали убить. Пока в конечном счете не пришли к взаимному уважению и восхищению.

— Уважайте и восхищайтесь моей задницей! — выругался Се Шу Цы.

Что касается главного героя-шоу, Сяо Сюня, который оскорбился из-за двух брошенных не очень лестных слов оригинального владельца тела, то он отрубил ему чертову голову. Даже представить невозможно как можно быть таким мелочным!

Тем более, прочитав половину книги, Се Шу Цы понял, что главный герой-шоу был не только мелочным, но и сердце и душа его были полностью темными. Он принадлежал к тому типу людей, которого стоило случайно коснуться и он уже хотел освежевать вас, отрезая плоть.

Се Шу Цы искренне недоумевал — что в нем можно было уважать и восхищаться? Не говоря уже о том, чтобы дорожить. Если бы Сяо Сюня поместили в современное общество, он, несомненно, был бы психопатом, который самолично назначал реальное наказание и заковывал в наручники.

Ученик, проходивший мимо ворот, увидел повесившего голову и падшим духом Се Шу Цы и не мог не остановиться.

Се Шу Цы обладал нежной, солнечной внешностью; большие и сияющие глаза, белоснежная мягкая кожа, как у девушки. Однако некие очертания и линии лица придавали небольшую жесткость, поэтому вселял чувство уверенности и героизма.

Ученик долгое время смотрел на него, после чего покачал головой и утешающе проговорил:

— Шиди, береги себя в будущем.

Остолбенев, Се Шу Цы в замешательстве взглянул на него.

Через мгновение он кивнул, вспомнив кое о чем.

За день до того, как Се Шу Цы попал в мир романа, этот мелкий идиот, являющийся первоначальным владельцем тела, накачал наркотиками другого молодого мастера из чужой бессмертной секты и еще бы немного и уложил бы его в постель. Очнувшись, молодой мастер пришел в ярость и собрал соучеников по секте, чтобы потребовать справедливости. Более десяти дней между двумя сектами сверкали искры, и в конце концов Се Шу Цы, трансмигрирующий сюда, добровольно предложил исключить его из секты.

Се Шу Цы поступил так, потому что не хотел впутывать в разборки соучеников по секте; а также рассчитывал как можно скорее покинуть этот очаг смерти (опасное место).

Все-таки за годы противостояния главных героев, которые ненавидили и любили друг друга, омывая кровью с головы до пят и ввергая в хаос множество сект и аристократических семей. Се Шу Цы не хотел быть втянут во все это, предпочитая найти место, где сможет спокойно защитить свою маленькую жизнь.

Он чувствовал тревогу, переживал, что не сможет избежать интриг сюжета и рано или поздно будет убит главным героем-шоу.

Се Шу Цы боялся, поэтому еще больше дорожил своей жизнью, которую однажды потерял.

хХ После попаданчества в книгу я подобрал главного героя-шоу Хх

На следующий день Се Шу Цы, находясь в оцепенении, ступил на путь изгнания из секты.

Неся на спине маленькую бамбуковую корзину, он вел за собой белую лошадь по кличке "Сианхэ*". Под пристальными взглядами собратьев он покидал секту.

*Сианхэ (仙鹤 [xiānhè]) — журавль небожителя.

— Шиди, береги себя!

— Мы позаботимся о шифу* и шинян** ради тебя.

*Шифу (师父 [shīfu]) — 1) учитель, наставник ; 2) отец-наставник (почтительное обращение к настоятелю будд. монастыря).

**Шинян (师娘 [shīniáng]) — вежл. матушка-наставница (о жене учителя).

— Шисюн, отныне без наших шифу и шинян, ты должен изменить свой путь, ведущий к злу, и не останавливаться...

Се Шу Цы повернул голову, глядя на собратьев по секте, которых он знал всего несколько дней. В его сердце разлилось необъяснимое тепло. В этом незнакомом мире, как только пришел в себя, он отправился в одиночное путешествие. И столкнувшись с их неохотными и обеспокоенными словами, Се Шу Цы сморщил нос.

Сдерживая слезы, он крикнул всем, кто пришел проводить его:

— Братья, подождите, пока я чего-нибудь добьюсь в будущем. Я обязательно вернусь, чтобы увидеть всех вас! Дождитесь меня!

Услышав эти слова, лица учеников, исполненные нежеланием, застыли. Они поспешно начали заталкивать друг друга во двор и, когда никого не осталось, с громким “бах” закрыли ворота, как если бы не слышали его.

Как будто безмолвно говоря: “Тогда тебе лучше не возвращаться”.

Се Шу Цы: ...

"Дерьмо! Я так и знал, что вы все просто притворялись! Этот молодой господин растратил свои эмоции впустую!"

Будучи представителем нового поколения молодежи чуунибье, Се Шу Цы холодно фыркнул. Согласно типичным сюжету историй о переселении душ, он, несомненно, добьется великих свершений в будущем. Может быть, они пожалеют, что не смогут увидеть его, когда придет время! Просто подождите, ребята!

Се Шу Цы вышел вперед, ведя лошадь, на которой были закреплены два больших узла. Он взглянул вниз, на висящий багаж, и увидел, что все это были подарки, отданные ему соучениками по секте в ночь перед его отъездом. В узелках хранились различные сокровища и духовные лекарства. Се Шу Цы повернул голову, чтобы посмотреть на закрытые ворота, и шмыгнул носом, тихо пробормотав:

— Ладно, забудьте об этом, я прощаю вас.

Когда он добьется успеха в будущем, он все равно вернется и увидит своих собратьев.

Кстати говоря, ситуация Се Шу Цы отличалась от типичных историй о трансмиграции. В первый день своего пребывания он осмотрел новоприобретенное тело. На левой руке был шрам, а ниже талии и живота — родинка цвета киновари. Однако он унаследовал лишь малую часть воспоминаний первоначального владельца.

В этом мире существовало два типа людей. Один из них — обычные люди, которые не могли поглощать духовную ци; а другие — культиваторы, которые, наоборот, могли поглощать и культивировать духовную ци.

Возможно, из-за фразы "большому кораблю — большое плавание", культиваторы, после тысячелетий испытаний и невзгод, постепенно сформировали различные секты и школы, защищая обычных людей, которые окружали их.

Сяосянь — небольшая секта, к которой раньше принадлежал Се Шу Цы, располагалась в западном регионе Бяньчжоу. Поскольку совершенствующиеся, способные поглощать духовную ци, были крайне редки среди обычного населения (только один-два способных могли появиться среди десяти тысяч), независимо от размера секты или уровня совершенствования, они считались чрезвычайно драгоценными.

Тупица, который являлся первоначальным владельцем тела, пользовался статусом культиватора и творил злодеяния среди людей: немало оскорбил простой народ и других совершенствующих из различных сект, школ. Но, кстати говоря, у первоначального владельца вообще не было никакого таланта. Его умения были на самом низком уровне среди культиваторов того же возраста. По сравнению с обычными людьми, он мог только поглощать и накапливать духовную ци.

Вероятно, из-за того, что Се Шу Цы только попал в этот мир, он был словно новорожденный теленок, не боящийся тигров. Проявляя любопытство к неизведанному, он решительно покинул секту Сяосянь, не слишком раздумывая.

И он явно не осознавал, что оригинальный хозяин тела оскорбил слишком много людей в прошлом, и раньше у него была защита маленькой секты. Но теперь кто защитит его?

Конечно, сейчас у Се Шу Цы не было слишком много мыслей об этом. Он все еще планировал сделать себе имя в этом мире.

Се Шу Цы вел за поводок небольшую белоснежную лошадь, идущую по лесной тропинке. Он шел медленно, раздумывая о том, как в первую очередь сможет прокормить себя после спуска с горы.

Его понимание этого мира было ничтожным. Воспоминания первоначального хозяина — ограничены, а книгу он прочитал всего лишь наполовину. И все внимание при прочтении было сосредоточено на главном герое-шоу. Было бы лучше, если бы он переселился в какого-нибудь благородного воина, но Се Шу Цы имел ясное представление, что общество и управление на основе законов отличались от его привычного мира. Все было не так просто. Хорошенько обдумав, он пришел к выводу, что быть благородным воином — все равно что быть мальчиком на побегушках. После тщательного изучения этого серьезного вопроса ему показалось, что заняться бизнесом более уместно.

Се Шу Цы пытался начать собственный бизнес после совершеннолетия, хотя у него не было никакого стартового капитала. В конце концов, он стал работать неполный рабочий день в социальных сетях.

— Просто подождите! Этот молодой господин обязательно преуспеет и осуществит великие планы, став самым богатым человеком в мире! — высокомерно крикнул в небо Се Шу Цы.

Кстати, Се Шу Цы долгое время был чуунибье. Его прозвище на небольшом веб-сайте было “Маленький мастер Се”, из-за чего вначале фанаты дразнили его.

Се Шу Цы уже собирался вскочить на лошадь, когда внезапно услышал шуршание листьев, протыкаемых острым оружием. Вместе с шелестом поднялся завывающий ветер, создав жутковатую атмосферу на тихой лесной тропинке.

В то же время Се Шу Цы почувствовал ауру с намерением убить, уничтожить, и остро осознал, что это намерение было направлено не на него. Его органы чувств, натренированные совершенствованием, все еще были чуткими.

Не имея времени на дальнейшие размышления, опасаясь неприятностей, Се Шу Цы спрятался в стороне, ведя за собой лошадь. Белая лошадь подняла копыта, по-видимому, тоже испугавшись. Однако она была умна и обладала духовностью, поэтому не издала ни звука.

В этот момент стройная фигура пронеслась среди верхушек деревьев, легко ступая по ветвям, тем самым издавая слабый звук. Се Шу Цы затаил дыхание и поднял глаза. Это был юноша в белом одеянии, стройный и элегантный, такой же высокий, как бамбук. Глаза Се Шу Цы были прикованы к непреклонному профилю, позабыв, что нужно отвести взгляд.

— Святое дерьмо... — пробормотал себе под нос Се Шу Цы.

Он думал, что может увидеть такую сцену только по телевизору.

Все тело юноши излучало ауру небожителя, белоснежное одеяние развевалось на ветру, а высокий пучок чернильных волос был беспорядочно растрепан. Се Шу Цы видел только половину его лица, но и этого хватило, чтобы поразить его — настолько красив он был.

Небольшая капля, окрашенная в красный, подобно киновари, упала на листву прямо перед лицом Се Шу Цы. Он испугался в сердце, внезапно осознав кое-что. Посмотрев вверх, он, конечно же, увидел, что левое плечо юноши было полностью в крови, непрерывно стекающей вниз.

Юноша был полностью белым, за исключением этого поразительного красного цвета.

Молодой человек в белом пронесся над головой Се Шу Цы, и, словно почувствовав что-то, вдруг обернулся. В поле зрения Се Шу Цы появилось юношеское лицо, нежное, но безразличное. Что заставило сердце Се Шу Цы сжаться, так это черные, будто смоль, зрачки юноши, напоминающие коварного свирепого зверя. Когда их взгляды встретились, в глазах другого мелькнул намек на злобу; он был готов атаковать. Словно в любой момент мог обнажить пропитанные ядом клыки и нацелиться на него.

Насколько ужасен был этот взгляд, настолько же Се Шу Цы мог проснуться ото сна через несколько лет из-за него.

Тело Се Шу Цы мгновенно напряглось, и у него не было времени любоваться живописной сценой или изящным лицом юноши.

Се Шу Цы снова почувствовал намерение убить, и на этот раз оно было направлено на него!

В этот момент кровь в жилах Се Шу Цы похолодела.

Глава 2

В это мгновение Се Шу Цы почувствовал озноб, сковавший его тело.

Это первый раз, когда он столкнулся с подобной ситуацией. Несмотря на то, что он был морально готов к тому, что может случиться с ним после того, как он спустится с горы, но страх парализовал его.

Маленькая белая лошадка тоже почувствовала что-то неладное. Она беспокойно заржала и толкнулась головой в руку Се Шу Цы, как будто призывая забрать ее отсюда.

Однако свирепая аура с намерением убить, исходящие от юноши, исчезли в одно мгновение, как будто то, что испытал Се Шу Цы, было не более, чем собственной иллюзией.

Шуууу~

Деревянная стрела рассекла воздух, пронзив густые ветви и листья леса, подобно молнии неразличимой глазом, целясь прямо в юношу.

Молодой человек в белом отвел взгляд от Се Шу Цы и безразлично оглянулся назад. Он не стал уклоняться, позволив стреле с силой подобной раскату грома точно пронзить его грудь.

— Берегись!

В критический момент Се Шу Цы, который гордился тем, что был законопослушным гражданином в 21 веке, не смог удержаться от крика. Он видел, как деревянная стрела пронзает грудь юноши, а свежая кровь расцветает на белых одеждах, словно дикорастущий цветок ранней весной.

Молодой человек, пошатнувшись, отступил на пару шагов, наступив на ветку, прислонился спиной к стволу дерева, изо всех сил стараясь удержаться на ногах.

В это же время с другой стороны бамбукового леса послышалось несколько торопливых шагов. Один из преследователей воскликнул:

— Плохо, здесь есть кто-то еще!

— Недалеко отсюда есть маленькая секта. Скорее всего, один из их учеников. Отступаем, мы не можем продолжать погоню.

— В него попала стрела, он долго не протянет. Уходим!

Постепенно отдаляясь шаги затихли. Одной рукой юноша придерживался за ствол дерева, и, не ведая, из-за гнева или боли, его пальцы с безграничной силой оставили вмятины на крепкой коре.

В следующее мгновение его ноги подкосились, и он упал с дерева.

Се Шу Цы еще не успел опомниться от испуга, поэтому продолжал стоять на прежнем месте. От пристального взгляда юноши, с которым он столкнулся ранее, страх не оставлял его. Это было слишком страшно, чего он никогда не видел за свои девятнадцать лет жизни.

Юноша скатился с ветки в заросли травы высотой примерно в половину человеческого роста. Деревянная стрела пронзила его грудь насквозь, с обоих концов оружия капала кровь, окрашивая землю под ним. Молодой человек лежал на боку в траве спиной к Се Шу Цы. Он не двигался, и было непонятно жив он или мертв.

— Эй... — Се Шу Цы привязал маленькую белую лошадку к дереву, поднял с земли ветку толщиной с большой палец и осторожно подошел к молодому человеку: — Ты еще жив?

Он остановился неподалеку от спины юноши и легонько ткнул его веткой в поясницу. Тот не пошевелился, позволяя Се Шу Цы делать с ним все, что угодно.

— Т-ты ведь не собираешься умирать, правда? — лицо Се Шу Цы побледнело. Стрела настолько длинная, что смогла пронзить его насквозь. Что, если она пронзила сердце? За все годы жизни Се Шу Цы никогда не видел мертвого человека, и внезапно он почувствовал себя совершенно беспомощным.

— Не умирай... Предупреждаю тебя... — Голос Се Шу Цы дрожал, а ноги подкашивались. Он настойчиво тыкал веткой в неповрежденные части тела юноши, надеясь получить ответную реакцию.

Теперь, когда он подошел ближе, он заметил, что тело другого было полностью покрыто шрамами, большими и маленькими, широкими и узкими. В том числе раны были нанесены не только стрелами, но и лезвиями, были и те, которые Се Шу Цы не понимал, какое оружие использовали.

— Мм... — наконец, продолжительные домогательства возымели успех и молодой человек издал хриплое бормотание.

Се Шу Цы вздохнул с облегчением и, не обращая внимания на свой страх, бросил ветку.

Лицо юноши было очень бледным. Пусть даже черты его лица чуть заострились, было ясно, что у него невероятно привлекательная внешность. С бровями, похожими на мечи, прямой переносицей носа; сильная боль заставляла его сжимать губы в тонкую линию, отчего его и без того тонкий подбородок казался еще более изящным. Его темные глаза были полуоткрыты и холодны, подобно острейшему лезвию. Он смотрел немигающим взглядом в лицо Се Шу Цы.

— Ты как? — Се Шу Цы присел на корточки перед юношей, его брови были нахмурены от беспокойства и тревоги, но все равно не осмеливался прикоснуться к пострадавшему.

На вид ему было около пятнадцати-шестнадцати лет, и Се Шу Цы не  знал почему, но, несмотря на юный возраст, его пара глаз могли заглянуть в потайные уголки человеческой души. Под его пристальным взглядом Се Шу Цы испытывал страх. Но, по сравнению с боязню чужих глаз, Се Шу Цы еще больше страшился стать свидетелем того, как прямо у него на глазах умрет, толком не повидавший жизни, живой человек!

Заметя, что от юноши также нет ответа и выглядел он так, будто вот-вот отдаст Богу душу, Се Шу Цы еще больше запаниковал. Хотя между ними не было никаких общих точек соприкосновений, и даже на мгновение он почувствовал его намерение убить на себе; но как добропорядочный молодой человек, живущий в эпоху мира, Се Шу Цы не мог просто смотреть, как незнакомый парень умирает у него на глазах. Не говоря уже о том, что тот был так молод, так как же он мог просто умереть?

— Можешь говорить? Ты ведь умеешь летать по деревьям, значит, ты, должно быть, культиватор, верно? Быстро останови кровотечение, останови его сам, а затем залечи рану или что-то такое... Не умирай, прошу, не умирай! — бессвязно лепетал Се Шу Цы юноше.

Молодой человек, казалось, был раздражен непрекращающимся шумом и слегка нахмурил брови. Хриплым голосом он спросил:

— У тебя есть лекарство?

— Да! Конечно! Просто подожди, пока я принесу его для тебя. Пожалуйста, не умирай! — Се Шу Цы с беспокойством посмотрел на раненого паренька и со всех ног побежал к маленькой белой лошадке. Прошлой ночью ученики его бывшей секты напичкали его кучей чудодейственных пилюль. Он не мог вспомнить, для чего предназначалась каждая из них, но названия были написаны на бутылочках, так что в какой-то степени он должен быть в состоянии хотя бы догадаться.

Се Шу Цы, сжимая в руках деревянную коробочку, торопливо вернулся к юноше. Он опустился коленями на землю и открыл коробку, высыпав бутылочки с пилюлями на землю.

— Какое лекарство нужно? Я не понимаю по названиям и не знаю, как они действуют...

Юноша взглянул на него, холодный пот скатился по его виску, а бледные губы слегка поджались. С рудом он протянул руку, испачканную свежей кровью, и медленно длинными пальцами схватил белую фарфоровую бутылочку, стоявшую на земле. У него не хватало сил, чтобы откупорить пробку, поэтому передал ее Се Шу Цы.

— Открой.

Се Шу Цы почувствовал, что раздражение молодого человека растворилось, а дыхание чуть сбилось. Однако, посмотрев на белую бутылочку, которая теперь была окрашено в красный из-за крови, оставляя отпечаток ладони, он нерешительно замер. Отчего-то затылок онемел.

Пересилив себя, он взял флакон, пачкая собственные руки липкой кровью раненого. Сейчас ему было не до беспокойства об этом. Он открыл бутылочку и высыпал на ладонь две таблетки белоснежного цвета. Когда юноша взглянул на него снизу вверх, Се Шу Цы стиснул зубы и поднес одну таблетку к его губам. Пересохшие губы парнишки слегка приоткрылись, и его теплый, влажный язык отправил лекарство в рот, случайно коснувшись дрожащих кончиков пальцев Се Шу Цы.

Увидев, что юноша проглотил одну таблетку, Се Шу Цы протянул ему другую и спросил:

— Этого будет достаточно? Может, хочешь еще одну? Я повторю, не умирай. Если ты умрешь, то у меня останется психологическая травма на всю жизнь.

Слушая его непрекращающуюся болтовню, юноша внезапно с огромной, которую нельзя было представить, силой схватил Се Шу Цы за запястье. Плоть и кровь давили на кость, причиняя мучительную боль. Се Шу Цы издал тихий крик. Ему казалось, что его кости вот-вот будут раздроблены!

— Отпусти! — ахнул Се Шу Цы.

Молодой человек прищурил темные глаза, внимательно разглядывая его. Его взгляд уже не был таким холодным, как раньше; было похоже на то, что он о чем-то сильно задумался. Или же, как будто взвешивал решение в собственной душе.

— Отпусти же! Мне больно! Если я помру прямо тут от боли, то кто тебя спасет!? — глаза Се Шу Цы наполнились слезами. Он вдруг почувствовал, что столкнулся с такой ситуацией потому, что ему крайне не повезло. Если бы ему дали еще один шанс вернуться в свой родной мир, он бы хорошо ел, спал и позаботился о том, чтобы его тело было здоровым и упитанным!

Юноша, вероятно, прислушался к его словам и медленно ослабил хватку, закрыв глаза и тяжело дыша. Он тихо пробормотал Се Шу Цы:

— Прости, я... немного испугался.

Его дыхание было слабым, и Се Шу Цы не смог ясно расслышать последние два слова, но это не помешало ему проникнуться к пареньку симпатией, которая билась через край. Этому юнцу было максимум шестнадцать лет, однако уже столкнулся с такими вещами как преследование и убийцы. А его глаза, которые вселяли ужас, были такими, потому что их обладатель нес груз под названием — лютая ненависть. Но, в конце концов, он оставался ребенком, который, естественно, испытывал страх перед лицом смерти и хотел воспользоваться единственной возможностью получить помощь рядом с ним.

Не зря Се Шу Цы прочитал сотни романов на определенной онлайн-платформе, где публиковались всевозможные новеллы. В мгновение ока он уже представил себе юношу как персонажа с трагическим и отягощенным прошлым.

Глядя на бледное лицо молодого человека и кровавые пятна по всему телу, на Се Шу Цы снизошло приливом чувство справедливости. Он успокаивающе погладил юношу по холодной щеке. Тот взглянул на него и сразу же опустил глаза, выглядя тихим и жалким.

— Не бойся. Ты не умрешь. Я обязательно спасу тебя, — клятвенно заверил его Се Шу Цы.

Хотя он не знал, как спасти юношу, проблеск надежды в его сердце должен был выиграть им немного времени.

Парнишка снова взглянул на него и сказал Се Шу Цы:

— Помоги мне сесть.

— Ты можешь сесть? Может ли это повлиять на раны? Если тебе больно, не сдерживайся и кричи, — Се Шу Цы имел дурную привычку —безумолку болтать, когда нервничал. Юноша казался немного нетерпеливым и недовольно хмурил брови.

Се Шу Цы шагнул вперед и взял его за руку, похоже, непреднамеренно задевая раны. Юноша, терпя боль, стиснул зубы, не издав ни звука.

С помощью Се Шу Цы паренек успешно уселся на землю, скрестив ноги. Из-за несколько подобных простых движений на лбу юноши выступили капли пота, подчеркнув его и без того бледное лицо.

К счастью, юноша начал медитировать, прогоняя энергию ци по своему телу. Несмотря на то, что ветра не было, его волосы и одежды развевались и плыли по воздуху. Вокруг молодого человека образовался прозрачный защитный слой, и вскоре деревянная стрела, пронзившая его грудь насквозь, раскололась на две части и выпала из раны. Кровь хлынула сильнее, но руки юноши запечатали рану энергией ци, едва остановив кровотечение.

Се Шу Цы обалдело во все глаза смотрел на развернувшуюся перед ним сцену, в сердце растроганно вздыхая, каких чудес только нет во вселенной.

Видя, как юнец залечивает раны, Се Шу Цы больше всего боялся потревожить его и случайно заставить потерять контроль. Он на цыпочках, как можно тише, отошел в сторону, повторяя позу юноши напротив. Подперев одной рукой щеку, он смотрел на него.

Сейчас Се Шу Цы с полной серьезностью оглядывал внешность парня.

Хотя тот был молод, на первый взгляд казалось, что он немного выше Се Шу Цы, однако телосложение не выглядело крепким. Даже можно сказать, что из-за ран и пятен крови, покрывавших его с головы до ног, он казался настолько слабым, что от любого ветерка свалился бы с ног, но и это придавало ему изящества. Конечно, это была всего лишь иллюзия. Только что он получил такие серьезные повреждения и все же чуть не раздробил кости Се Шу Цы.

Се Шу Цы понимал, почему юноша имел особый характер, даже вспыльчивый. Его природа представляла собой хрупкое чувство уязвимости, которое на самом деле было не слабостью, а скорее вымышленным образом, который он построил.

Се Шу Цы не знал, как долго смотрел на юнца паред собой, но чем больше, тем более привлекательнее он казался. Если бы его можно было засунуть в 21 веке, то с такой внешностью, он точно бы забрался на вершину индустрии развлечений, которая падка на внешность. Стань он немного постарше и с развитым телосложением, он мог бы даже вызвать хаос, навредить стране и причинить зло народу своим лицом.

Просидев так долгое время, юноша ни разу не изменил позы и не открыл глаз. Се Шу Цы стало скучно, и после долгой нервотрепки, его стало клонить в сон. В конце концов он просто лег на траву и заснул.

В полусне он смутно услышал слабый стон. С трудом открыв глаза, он обнаружил, что небо уже потемнело. Сквозь щели между верхушками деревьев проглядывали несколько ярких звезд, сверкающих в небосводе.

Будучи еще сонным, Се Шу Цы не сразу осознал, где находился. Рядом он услышал звук, наподобие "пфу", а затем по траве разлетелись брызги кроваво-красной обжигающей крови. Се Шу Цы не на шутку разволновался и мгновенно поднялся с насиженного места. Он повернулся, чтобы посмотреть на юношу, который выплюнул полный рот крови и рухнул на землю.

— Эй! Что с тобой?! Не пугай меня!

Се Шу Цы, перебирая руками и ногами, поспешно подполз к юноше и дважды легонько похлопал по нему. Молодой человек не отреагировал, поэтому Се Шу Цы осторожно перевернул его, используя лунный свет в небе, чтобы рассмотреть его лицо. Именно тогда он увидел, что из глаз, рта, носа и ушей юноши течет много крови.

Се Шу Цы до смерти испугался. "Черт, кровь хлынула из всех семи отверстий!"

— Не умирай! Я предупреждаю тебя, не смей умирать! Никто в этой глуши не позаботится о твоем трупе! Может быть, здесь даже есть дикие собаки или волки... — Се Шу Цы впал в панику, лихорадочно вытирая кровь с лица юноши и одновременно встряхивая его. — Очнись! Скажи хоть что-то!

— Тц... — парень прищелкнул языком, вероятно, очнувшись из-за тревожно голосившего Се Шу Цы. Затем он положил руку на плечо Се Шу Цы и стремительно перевернулся, прижимая того к своему израненному телу.

— Твою ж!

Се Шу Цы только почувствовал, как перед его глазами перевернулись небеса, а конечности были крепко схвачены юнцом.

Глава 3

Возможно, из-за их непосредственной близости Се Шу Цы уловил сильный запах крови и легкий аромат, исходящий от тела юноши.

Их дыхание преплелись, а груди плотно прижаты друг к другу. Се Шу Цы практически физически ощущал изящные линии мышц на теле юноши. Несмотря на кажущуюся стройность, у него не было недостатка в мускулах.

— Ты... — Се Шу Цы, собираясь заговорить, оперся руками о чужие плечи, но юнец поднял руку и сжал пальцами его заднюю часть шеи, чуть ниже затылка. Он только успел почувствовать резкую боль в районе позвонков, как его тело обмякло, а перед глазами все поплыло.

За мгновение до того, как потерять сознание, он увидел, как юноша опустил голову в изгиб его шеи. Вскоре они оба погрузились в глубокий сон.

Серебристый лунный свет туманен, лесная тропинка спокойна и безмолвна.

Два тела, тесно переплетенные между собой, лежали в высокой траве. Неподалеку от них, склонив голову, паслась белая лошадь с роскошной гривой; время от времени она слегка постукивала копытами по земле. Под тусклым сиянием луны все было тихо и прекрасно.

Этой ночью Се Шу Цы спал плохо.

Ему казалось, что сверху на него давил домкрат. Каждый вдох и выдох, которые он совершал, отдавались болью во внутренние органы, а кровь не циркулировала как положено. Ощущение было такое, будто он упал в ледяной погреб, и конечности были настолько холодными, что казались не его собственными.

Во второй половине ночи он смутно почувствовал, как тяжесть домкрата, давившая на его тело, исчезла, но тут же сменилась холодной и сильной рукой, сжимающей его шею. Се Шу Цы не мог дышать, только чувствовал невероятную боль. Казалось, его шею вот-вот раздавят. Не в силах проснуться, он бессознательно пробормотал несколько слов.

— Мать моя... я только ожил... не хочу умирать...

Се Шу Цы не знал, о чем говорил, но после секундного колебания рука ослабила хватку.

Ощущения нерешительности и удушья были слишком недолгими, поэтому Се Шу Цы, естественно, воспринял это как сон.

— Кха...

Когда Се Шу Цы пришел в сознание, его горло болело так, будто обожгли пламенем. Пару раз закашлявшись от дискомфорта, он почувствовал боль в задней части шеи. Потихоньку все пять чувств начали возвращаться к нему, и во всем теле ощущалась неприятная боль.

Се Шу Цы, опершись руками на мягкую траву, приподнялся. Вспомнив, что произошло прошлой ночью, он инстинктивно огляделся, но от юноши не осталось и следа.

— Черт! — Се Шу Цы потер шею. Он точно помнил, как юноша ущипнул его, тем самым вырубив прошлой ночью. Казалось бы, у этого мелкого щенка не так уж много сил, да и еще серьезно ранен, истекая кровью из всех семи отверстий. Так почему же его рука имела такую безумную силищу?

— А это чертовски больно, — пробормотал себе под нос Се Шу Цы и продолжил: — Стоит ли прямо сейчас просто уйти? Вообще-то я спас тебя, какой ты человек после этого.

Не переставая жаловаться, он растирал затекшие мышцы. Се Шу Цы совсем не беспокоился о том, что юноша умрет. Обладая такой силой, он не был похож на того, кто находился на грани смерти.

Не так далеко от того места, где он стоял,  послышались шаги. Се Шу Цы резко повернул голову и с удивлением увидел юнца, приближающегося с другого конца лесной тропинки, при этом держа в руке бамбуковую трубку. Пятна крови на его лице были смыты, а раны с простотой обработаны.

— Он не ушел? — Се Шу Цы удивленно посмотрела на него.

Он внимательно присмотрелся к юноше и понял, что что-то не так.

Шаги молодого человека были неожиданно медленными; время от времени он ощупывал окружающее его пространство, как человек, пытающийся идти в кромешной темноте. На его лице не отражалось ни единой эмоции, лишь между бровями пролегала морщинистая складка, губы были плотно сжаты, а глаза словно покрывал слой мрачной пелены.

Обнаружив подобное состояние юноши, сердце Се Шу Цы пропустило удар. Он быстро поднялся с земли и кромко крикнул:

— Что с тобой?

Его голос нельзя было назвать тихим, но юнец, казалось, не слышал его. Опустив голову, тот постучал носком ботинка по небольшому камню на обочине, подтверждая, что не ошибся дорогой. Затем он протянул руку и нащупал большое дерево рядом, следуя указаниям в своей памяти, делая шаг за шагом по направлению к Се Шу Цы.

У Се Шу Цы перехватило дыхание. Внезапно он кое-что понял. Ступая по мягкой траве, он подошел к молодому человеку. Се Шу Цы несколько раз помахал рукой перед чужими глазами, но взгляд юнца оставался таким же тусклым и расфокусированным, как будто он ничего не видел.

Небольшой ветерок, вызванный движением его руки, взметнул волосы на лбу юноши. Шаги последнего тут же замедлились, а брови нахмурились, вероятно, зная, что Се Шу Цы находился поблизости. Он открыл рот, чтобы заговорить, но не смог издать ни звука, поэтому принялся отчаянно размахивать руками, как безголовая муха, но так и не смог схватить Се Шу Цы.

— Не может быть... Не пугай меня... — увидев состояние юноши, пробормотал Се Шу Цы с бледным лицом.

Сейчас молодой человек не обладал той заносчивостью, которую проявил при первой встрече. Даже его глаза, внушавшие трепет в Се Шу Цы, теперь были лишены всякого блеска.

Не сумев поймать Се Шу Цы, его мертвецки спокойное лицо дало трещину; дыхание участилось, и в какой-то момент Се Шу Цы увидел след беспомощности на его лице. Юноша вел себя так, будто Се Шу Цы был той самой единственной корягой, за которую он успел ухватиться после того, как начал тонуть, и теперь не мог ее поймать. Он выглядел таким хрупким и жалким, полностью лишенным вчерашней властности.

Честно говоря, Се Шу Цы перепугался.

Прошел всего день с тех пор, как он покинул бессмертную секту Сяосянь, и столкнулся с одним безумным событием за другим, с которыми за девятнадцать лет жизни ни разу не пересекался. Теперь же его разум был пуст, он не был уверен в том, как справиться с возникшей ситуацией.

Единственный вывод, к которому пришел Се Шу Цы, заключался в том, что юноша ничего не видел, не слышал. Казалось, он даже не мог издать ни звука.

Когда молодой человек не смог схватить Се Шу Цы, на его лице отразилась паника. Он открыл рот, как будто хотел закричать, но не издал ни звука. В этот момент он напоминал обычного шестнадцатилетнего мальчишку, охваченного страхом из-за потери зрения и слуха, а также из-за неясного далекого будущего. Понимая это, Се Шу Цы почувствовал тяжесть на сердце.

Не успев обмозговать все происходящее, он шагнул вперед и крепко сжал ледяную руку юноши, успокаивая его:

— Я здесь, не бойся.

Произнеся это, он понял, что молодой человек не слышит его голоса.

В тот момент, когда Се Шу Цы приблизился, тот крепко-накрепко вцепился в него. Несмотря на то, что накануне юнец продемонстрировал огромную силищу, сейчас Се Шу Цы осознал, что эта рука больше не обладает властью. Она была настолько хрупкой, что он мог вырваться из хватки легким движением.

Маленький слепой крепко ухватился за Се Шу Цы, как будто нашел корягу, за которую мог зацепиться, и, наконец, вздохнул с облегчением. Он медленно вложил бамбуковую трубочку в руку Се Шу Цы, в то же время написав холодными кончиками пальцев на его ладони слово: "Пей".

Кончик носа Се Шу Цы покраснел. У Се Шу Цы была особая способность слишком сильно сопереживать другим. Помня, что юноше было всего шестнадцать, и вчера его зрение, слух и голос были в полном порядке, а сегодня в таком состоянии и специально для него принес питьевой воды.

Се Шу Цы был довольно чувствительным молодым человеком, который всегда чувствовал, что должен взять на себя какую-то миссию. Точно так же, как в этот момент, он был единственным хорошим человеком рядом со слепым юношей. Поэтому чувствовал, что он нужен и должен помочь маленькому слепому преодолеть тяжелый этап в жизни.

В конце концов, в его воображении маленький слепой — несчастный человечек, одинокий, связанный глубоко укоренившимися обидами, лютой ненавистью и кровной местью.

Се Шу Цы взял бамбуковую трубочку и с героическим пафосом сделал глоток. Проговаривая вслух, он написал на ладони маленького слепого: "Ты. Можешь. Говорить?"

Лицо маленького слепого снова вернулось к прежнему спокойствию, за исключением того, что он держал Се Шучи за руку. Кроме этого у него, казалось, не было особого волнения или каких-либо изменений в теле.

После того, как Се Шу Цы закончил писать, он увидел, как маленький слепой покачал головой.

Се Шу Цы подумал и вновь написал вопрос: "Как это случилось с тобой?"

Маленький слепой схватил его за руку и написал на ладони: "Лекарство может спасти жизнь, но оно ядовито".

"Ядовито? Есть ли решение? У меня еще много эликсиров. Может быть, какие-то сгодятся тебе".

На мгновение маленький слепой остолбенел, затем покачал головой и, слегка поджав губы, написал на ладони Се Шу Цы: "Зачем ты спас меня?"

Пришла очередь Се Шу Цы взять руку юноши, чтобы ответить, когда тот внезапно схватил его за запястье и нежно приложил ладонь своей правой руки к губам Се Шу Цы.

Се Шу Цы тупо уставился на него, не понимая, что он собирается делать.

Стоило маленькому слепому поднять руку, как приятный аромат с рукава одежды окутал его. Горячая рука коснулась губ Се Шу Цы. Покалывание и незнакомое ощущение на губах заставили взгляд Се Шу Ци отупеть.

Будучи подростком-чуунибье, который девятнадцать лет был одиноким одиночкой, единственной любовью Се Шу Цы были только вымышленные персонажи. Хотя он получал немало любовных писем от девушек, но в то время ему знатно промыли мозги героические истории, и он лишь хотел совершать поступки, потрясающие мир и волнующие душу. Например, когда в 2 часа ночи раздавался гром, он бежал на крышу в домашних тапочках, надеясь, что в него ударит молния и пробудит его дремлющие силы. Он совершал много подобных глупостей в младших классах средней школы. В его голове даже укоренилась мысль, что влюбленность только помешает истинному мужчине быстро обнажить меч. Позже он стал создателем небольшой платформы, и его поклонники загнали его в яму под названием "BL". И каждый божий день Се Шу Цы погружался в некую зеленую реку, чтобы со всех сторон налюбоваться, как мужчины влюбляются друг в друга.

Но ключевым моментом было то, что он был просто сторонним наблюдателем! В реальной жизни он никогда никому не позволял прикасаться к своим губам, тем более такому... такому красивому мальчику...

"Тьфу! Се Сяоци, ты совсем тупой? Это единственное, о чем ты можешь думать прямо сейчас?"

Се Шу Цы поспешно отвел взгляд от лица маленького слепого. Несмотря на то, что маленький слепой ничего не видел, он все равно виновато опустил голову и немного увеличил расстояние между своей ладонью и чужими губами.

Все понимая, маленький слепой написал на его руке: "Говори".

Затем другой рукой снова накрыл губы Се Шу Цы.

Се Шу Цы понял, что тот хотел сделать, и, колеблясь между верой и неверой, нерешительно спросил:

— Ты понимаешь, о чем я говорю?

Его речь была медленной, губы слегка касались ладони маленького слепого, дыхание было похоже на перышко, нежно щекочущую чужую кожу.

Се Шу Цы не знал было ли это галлюцинацией или нет, но он почувствовал, как рука маленького слепого на мгновение напряглась.

Маленький слепой кивнул, показывая, что понял, о чем тот говорит.

Положив свободную руку на ладонь Се Шу Цы, маленький слепой был готов продолжить писать, но тот прервал его:

— Тебе не обязательно писать. Я могу понять, о чем ты говоришь.

Когда Се Шу Цы учился в старших классах, стали популярны фильмы о секретных агентах, и их необходимым навыком было чтение по губам. Се Шу Цы счел этот навык особенно крутым, поэтому нашел в интернете кучу способов обучения. Наконец, он с трудом научился и мог понять речь, пока говорили не слишком быстро.

Маленький слепой на мгновение заколебался, прежде чем пошевелил губами, задавая вопрос:

— Почему ты спас меня?

Поняв, о чем он спросил, уголки губ Се Шу Цы приподнялись в улыбке. Маленький слепой почувствовал, что тот улыбается, и озадачился, ожидая его ответа.

Се Шу Цы гордо вздернул подбородок.

— Я от природы люблю делать добрые дела.

На мгновение маленький слепой замолчал, словно что-то вспоминая. С легкой улыбкой, значение которой Се Шу Цы была неизвестна, он четко проговорил одно слово за другим:

— Хорошие люди не получают хороших наград.

Се Шу Цы беспечно ответил:

— А я и не хотел никакой награды. Там, откуда я родом, никто не станет смотреть, как другие умирают.

Маленький слепой поджал губы, словно смакуя смысл слов Се Шу Цы. В конце концов, было неясно, к какому выводу он пришел, он собирался убрать свою руку от чужих губ.

Однако Се Шу Цы еще не закончил задавать свои вопросы. Прежде чем маленький слепой успел отстраниться, Се Шу Цы схватил его за запястье и добровольно прижал ладонь к своим губам. Он спросил:

— Помимо того, что ты не можешь слышать, видеть и говорить, есть ли какие-то другие проблемы?

Выражение лица маленького слепого слегка омрачилось. Он осторожно приоткрыл рот:

— Мое самосовершенствование полностью разрушено.

Сердце Се Шу Цы бухнуло вниз, и он недоверчиво уставился на маленького слепого.

"Самосовершествование полностью разрушено... В этом мире, где почитаются сильнейшие... культивация была полностью разрушена..."

Хотя Се Шу Цы имел лишь смутное представление об обстановке в новелле, потому что не очень внимательно читал ее, он все еще мог понять, что означает "полностью разрушенное самосовершенствование" в этом мире. Не говоря уже о том, что маленького слепого все еще преследовали.

В отличие от потрясения Се Шу Цы, маленький слепой быстро восстановил самообладание. Разомкнув губы, он спросил:

— Как тебя зовут?

Се Шу Цы сглотнул и, легонько касаясь губами его ладони, ответил:

— Се Шу Цы.

Как будто этого ответа была недостаточно, он снова написал свое имя на ладони маленького слепого.

Последний, почувствовав прикосновение на своей ладони, слегка изогнул уголки губ в улыбке. Он беззвучно повторил:

— Оказывается, твое имя Се Шу Цы.

Се Шу Цы остолбенел, ощутив, что в словах маленького слепого заключен более глубокий, сокровенный смысл.

Глава 4

В словах, сказнных маленьким слепым, Се Шу Цы чувствовал двойной смысл, как будто тот уже встречал его.

Некоторое время Се Шу Цы с подозрением рассматривал юношу. Хотя он унаследовал лишь малую часть воспоминаний первоначального владельца, но он точно не помнил человека с такой красивой внешностью.

Вспомнив, как оригинальный хозяин тела подсыпал наркотики малодому мастеру Ли, в голову Се Шу Цы забралась смелая догадка — раз маленький слепой так хорош собой, то может ли быть такое, что он приставал к нему? "Черт возьми! Да он животное! Маленький слепой даже не совершеннолетний!"

С такими мыслями Се Шу Цы нерешительно спросил:

— Мы встречались раньше?

Ладонь маленького слепого сначала была немного холодной, но под теплым дыханием Се Шу Цы она постепенно согрелась.

По губам маленького слепого скользнула коварная усмешка. Хотя он и не издал ни звука, его губы зашевелились, прикасаясь друг к другу, и Се Шу Цы, казалось, мог уловить игривую интонацию.

— Как-то раз нам удалось случайно пересечься, но у меня не было возможности спросить твое имя.

— О...

Се Шу Цы кивнул, возможно, первоначальный владелец действительно что-то с ним сделал. Он хотел загладить свою вину.

— Раньше у меня были некоторые проблемы с головой. Если я как-то обидел тебя или переступил черту, пожалуйста, отнесись ко мне как  к больному.

Руки маленького слепого становились все горячее и горячее, и даже губы Се Шу Цы стали сухими. Сказав это, он слегка откинул голову назад, подальше от нагретой ладони юноши, и сделал два глубоких вдоха.

Маленькому слепому было все равно на его действия. Он убрал руку. На ощупь он сделал два шага вперед по направлению к большому дереву и уселся на траву, прислоняясь спиной к широкому стволу.

На скорую руку он обработал раны на теле, так что, если не считать пятен крови на одежде, из-за которых он выглядел несколько взъерошенным, общая картина все еще была довольно приятной для глаз.

Приняв удобное положение, он открыл рот и проговорил:

— Будь спокоен, у тебя не было и шанса обидеть меня.

Услышав это, Се Шу Цы не стал слишком задумываться, поэтому вздохнул с облегчением.

— Тогда хорошо.

После того, как разговор закончился, маленький слепой закрыл глаза. Казалось, он пытался собрать энергию ци, но, к сожалению, когда духовная сила скопилась в виде шара на его ладони размером с кулак, она с треском рассеялась, утрачивая форму.

После нескольких попыток из-за усталости маленький слепой был весь в поту.

На сердце у Се Шу Цы было немного тяжело. Хотя внешне юноша казался спокойным, но внутренне, должно быть, чувствовал крайний дискомфорт.

Как и следовало ожидать, после очередной неудачной попытки маленький слепой поджал губы. Не в силах сдержать разочарования и собственной беспомощности он ударил кулаком по земле. Рана, которая до этого момента была в более чем пристойном состоянии, открылась и снова начала кровоточить.

Се Шу Цы поспешно шагнул вперед и схватил его за руку, написав на ладони: "Не двигайся, твоя рана открылась".

Маленький слепой застыл, его глаза, покрытые словно туманной пленкой, открылись, сразу найдя в темноте Се Шу Цы. На его лице появился намек на замешательство, и щеки были бледны, придавая ему небольшую хрупкость. Его бескровные губы приоткрылись, чтобы безмолвно спросить:

— Почему ты до сих пор не ушел?

Се Шу Цы на мгновение поперхнулся. Хотя он сочувствовал маленькому слепому, он также очень хорошо знал, что юношу все еще преследовали, чтобы убить. Эти люди явно не были обычными культиваторами, и Се Шу Цы не мог позволить себе обидеть кого-либо из них. Так или иначе, маленькому слепому больше не угрожала смертельная опасность, поэтому он должен был оставить его здесь на произвол судьбы, чтобы самому не попасть в беду.

Поступив так, это было бы разумно. Но Се Шу Цы был дурачком с большим сердцем и подростковыми заблуждениями. Он никогда не опровергал этот факт и даже знал, что у него что-то вроде комплекса героя. Возможно, раньше юноша мог бы с легкостью убить его всего одной рукой, но теперь, когда маленький слепой утратил свое самосовершенствование и не мог слышать, видеть или говорить — отчасти причина была в пилюле, которую он дал. Если оставить его здесь одного, раненого, Се Шу Цы задался вопросом: сможет ли тот дожить до завтра?

Се Шу Цы не мог закрыть глаза на его тяжелое положение.

Чувствуя, что Се Шу Цы никак не реагирует, маленький слепой схватил его за руку и написал на ладони: "Ты уже спас меня. Если хочешь, чтобы я как-то отплатил тебе, то мне нечего предложить, кроме себя. Сейчас я бесполезен и буду только обузой для тебя. Уходи."

На написание таких коротких предложений у обычного человека занимает десять секунд, но маленькому слепому потребовалось пять минут, чтобы вывести букву за буквой. Се Шу Цы не мог не почувствовать горечи в своем сердце.

Он не стал писать в ответ, а просто схватил маленького слепого за руку, мягко прижав тыльную сторону его ладони к своим губам. Медленно и с небольшими паузами между словами он произнес:

— Неподалеку есть небольшая секта бессмертных. Я отведу тебя туда, чтобы у тебя было безопасное убежище.

После полумесяца общения Се Шу Цы узнал, что, хотя даосским братьям не нравилось поведение первоначального владельца и даже презирали его низменные поступки, они все равно набили его сумку кучей редких сокровищ, прежде чем он ушел. Они были добросердечными людьми, и если бы он вручил им на попечение маленького слепого, то обязательно с радушием приняли бы его.

Маленький слепой не знал, что ответить. Опустив потерянный взгляд, он бесшумно сказал:

— Я пустая трата ресурсов, поэтому ни одна секта бессмертных не примет меня. Даже если бы это случилось, я бы принял это за унижение.

Се Шу Цы тяжко вздохнул. Да уж, характер маленького слепого не был похож ни на одного обычного человека, не говоря уже о его нежном возрасте, когда он должен быть полон юношеского авантюризма. Даже если бы он сейчас находился в отчаянном положении, он никогда бы не принял милосердие посторонних.

С того момента, как подросток упомянул, что был совсем один, Се Шу Цы подумал, что его предположения о жизни маленького слепого были в основном верны. И теперь было еще менее вероятно, что он оставит его одного в этом Богом забытом месте.

Целую минуту Се Шу Цы просто впивался в него глазами. Несмотря ни на что, он не мог оставить маленького слепого одного.

Он погрузился в молчание, обдумывая, как подобрать слова так, чтобы заставить маленького слепого пойти вместе, не задев его гордости.

"Понял!"

Се Шу Цы, внимательно на него смотря, сказал:

— Как бы то ни было, именно из-за того, что ты принял мое лекарство, ты оказался таким. Если я просто оставлю тебя вот так, я буду чувствовать себя виноватым всю оставшуюся жизнь. Маленький слепой, у меня не так много таланта, и мой уровень самосовершенствования невысок. Я не могу защитить даже себя, не говоря уже о том, чтобы защитить тебя. Но все же, с этого момента согласишься ли ты изменить имя и последовать за мной?

Речь Се Шучи была неторопливой, и небольшое трение его губ о тыльную сторону ладони маленького слепого ощущалось отчетливо. Юноша должен был понять, что он говорит.

Се Шу Цы ждал его реакции, и в то же время немного страшился ее. Это был первый раз, когда он повел себя как герой, и теперь боялся, что, если ему откажут, этому Се Сяоци придется найти подходящее дерево, чтобы удариться об него и умереть.

По лицу маленького слепого можно было понять, что он растерялся, пока Се Шу Цы, не мигая, пялился на него. Вдруг у него появилось необъяснимое предчувствие. Потому что в этот самый момент, когда маленький слепой впервые потерял самообладание перед ним, показав истинные эмоции.

Маленький слепой ответил не сразу. Его длинные ресницы слегка опустились, прикрывая затуманенные глаза, а губы сжались в тонкую линию.

Видя, что тот не спешил отвечать, Се Шу Цы еще больше занервничал, думая, что он не хочет этого, и продолжил:

— Я не знаю, есть ли у тебя какая-то кровная вражда, но в твоем нынешнем состоянии ни о какой мести не может быть и речи. Вопрос в том, сможешь ли ты выжить. Последовав за мной, не мог бы ты относиться к этому так, как если бы прошлый ты умер? Я не буду спрашивать твое имя. Для меня ты будешь человеком, который просто немного слепой, немой и глухой.

Маленький слепой поднял взгляд, и хотя он был слеп, Се Шу Цы все же заметил в его глазах намек на сомнение.

— Разве ты не боишься смерти?

— Боюсь! Конечно, я боюсь! — теперь Се Шу Цы боялся за свою жизнь. — Вот почему я предлагаю тебе сменить имя. Разве эти люди не сказали, что ты не проживешь долго после того, как стрела пронзила тебя? Просто относись к себе как к уже умершему. В любом случае, если ты последуешь за мной, я, Се Сяоцы*, позабочусь о том, чтобы ты никогда не остался голодным. Если в будущем ты захочешь уйти, я не буду тебя останавливать. Но сейчас ты все еще ранен.

*Се Шу Цы называет себя маленьким господином Се.

Се Шу Цы говорил искренне, не только потому, что жалел маленького слепого, но и действительно чувствовал, что его нынешнее состояние частично является его ответственностью. Конечно, отчасти была еще одна причина, заключавшаяся в самом Се Шу Цы, который чуть-чуть побаивался этого незнакомого мира и посчитал лучше всего пока держать кого-то рядом с собой.

Выслушав его слова, на губах маленького слепого появилась странная улыбка.

Под выжидающим взглядом Се Шу Цы юноша слегка кивнул и разомкнул губы.

— Хорошо.

Услышав его согласие, Се Шу Цы почувствовал прилив гордости в своем сердце. Ощущалось все так, будто он, сам того не осознавая, спас душу, обремененную ненавистью.

Касаясь губами тыльной стороны ладони, он сказал:

—  Впереди маленький городок. Я отведу тебя к лекарю.

Маленький слепой кивнул, и Се Шу Цы поднял его с земли.

Се Шу Цы взял маленького слепого за запястье и направился в сторону Сианхэ*.

*(кто забыл, Сианхэ —  это кличка лошади)

Маленький слепой размеренно шел за ним, и Се Шу Цы не заметил, как на мгновение от улыбки юноши повеяло холодом, прежде чем стала прежней.

Дело было не в том, что Се Шу Цы был простодушным дурачком, сколько в том, что он жил в своем собственном мире.

Несведущий об этом мире, просто немного глуповатый и совершенно не осознащий, что уже попал в ловушку другого.

Сианхэ несла маленького слепого, который еще не оправился от ран, а Се Шу Цы вел ее за поводок. Они шли больше двух часов пока, наконец, не увидели неподалеку город.

Се Шу Цы обменял несколько серебряных лянов, разместил их багаж и Сианхэ на постоялом дворе, а затем повел маленького слепого на прием к лекарю.

Городок был небольшой, но очень оживленным.

Здания с очарованием глубокой древности, классическая простота и длинные мощеные дороги, скромная и с грубым пошивом одежда, всевозможные странные безделушки — все это было точно таким же, как то, что Се Шу Цы видел по телевизору.

Се Шу Цы отвел маленького слепого в зал медицины, где пожилой врач промыл и перевязал его раны, сказав, что это не серьезная проблема и все заживет после длительного покоя и отдыха.

— Доктор, можно ли вылечить его от яда? Смогут ли восстановиться его уши и глаза? —  с проблеском надежды спросил Се Шу Цы пожилого врача.

Старый лекарь десятилетиями занимался врачебной практикой и сталкивался со всевозможными редкими и сложными болезнями. Прощупав пульс маленького слепого, он задумчиво погладил бороду, погрузившись в долгие раздумия. Безмятежным взглядом лекарь посмотрел на молодое лицо юноши и вздохнул:

— Как он дошел до такого состояния в столь юном возрасте?

Он намекнул, что этот яд было трудно вывести.

Маленький слепой не мог слышать пожилого лекаря. Его грязно-серые глаза были лишены живого блеска. Хотя он тихо сидел в окружении нескольких человек, его фигура казалась одинокой и неуместной среди оживленной обстановки.

Его худые запястье покоились на деревянном столе бордового цвета, голова слегка опущена, а на бледном лице нет прежнего высокомерия, которое было при нем. Неспособный ни слышать, ни видеть, он был полностью изолирован от внешнего мира, словно хорошо сделанная марионетка, находящаяся во власти других и демонстрирующая слабую покорность.

Ученик лекаря, который собирал лекарственные средства у входа, постоянно поглядывал на маленького слепого любопытствующим и сочувствующим взглядом, скрывающий сожаления.

Се Шу Цы понимал, о чем думал подмастерье. Маленький слепой был так молод и обладал необыкновенной внешностью. Даже будучи таким изможденным, он все еще приковывал к себе взгляды и заставлял чувствовать, что он должен быть драконом и фениксом среди людей. Как можно было не испытывать сожаления, когда он стал инвалидом из-за яда в теле?

Се Шу Цы шмыгнул носом и схватил маленького слепого за холодную левую руку, желая, чтобы он немного влился в окружающую обстановку и не чувствовал себя изолированным.

Хотя маленький слепой не знал, о чем они говорили, но он почувствовал намерения Се Шу Цы.

Незнакомое тепло на его руке ошеломило его и заставило оцепенеть. После минутного колебания он слегка повернул голову и приподнял уголки губ, улыбаясь Се Шу Цы.

Пожилой врач убрал руку с пульса маленького слепого и похлопал Се Шу Цы по плечу, сказав:

— Я не смогу вылечить последствия от яда. Потеря его слуха, зрения и голоса может постепенно восстановиться с течением времени, но не слишком надейтесь на это. С завтрашнего дня приводи его сюда через день на иглоукалывание. Возможно, это восстановит его слух в краткосрочной перспективе, но что касается остального, трудно сказать. Это будет зависеть от его удачи.

Се Шу Ци был вне себя от радости, быстро поблагодарил лекаря и написал на ладони юноши: "Доктор сказал, что слух можно вернуть".

Маленький слепой вскинул брови в удивлении и, слегка шевельнув губами, произнес несколько слов.

Се Шу Цы уловил его слова и сказал поожилому лекарю:

— Доктор, благодарю вас от имени маленького слепого.

Выйдя из зала медицины, Се Шу Цы всю дорогу был в приподнятом настроении. Слух маленького слепого мог восстановиться, и существовала вероятность, что зрение и голос также вернутся. Се Шу Цы искренне радовался за юношу.

Держа маленького слепого за руку, он шел по улице и был не в силах удержаться от болтовни, поэтому на скоростях жестикулировал пальцами по ладони юноши: "В историях мастера могут различать окружение, прислушиваясь к звукам. Ты можешь это сделать? Раз ты умеешь летать, то должен уметь и такое. Даже если зрение не вернется, это не имеет значения, как только ты снова сможешь слышать."

"В будущем ты заживешь нормальной жизнью, женишься, заведешь детей, как обычные люди. С твоей красивой внешностью ты обязательно женишься на такой же красивой жене..."

Се Шу Цы любил поболтать без умолку, когда был слишком счастлив или нервничал. Несмотря на то, что маленький слепой не слышал его, он все же взял на себя труд писать ему на ладоне.

Маленький слепой не находил это раздражающим и время от времени кивал в ответ.

Подходя к оживленной торговой улице, Се Шу Цы намеревался найти место, где можно было бы набить животы.

Как раз, когда он оглядывался по сторонам, впереди раздался отчетливый и яростный рев:

— Се Шу Цы! Ты все еще смеешь появляться передо мной?!

Се Шу Цы, испугавшись, в замешательстве посмотрел вперед.

Он увидел молодого господина в зеленой одежде, восседающего верхом на высоком коне. Гнев был написан на его утонченном лице, а пара глаз, кидающая искры ярости, свирепо смотрела на Се Шу Цы.

В тот момент, когда он увидел Сяо Гунцзы*, в голове Се Шу Цы промелькнул фрагмент воспоминания.

*小 [xiǎo] — сяо, то есть маленький; 公子 [gōngzǐ] — сын влиятельного лица (уважаемого человека); молодой господин (дворянин).И получается, что Се Шу Цы окрестил его как маленького молодого господина.

Через мгновение он стиснул зубы, черт возьми— он вспомнил!

"Разве это не тот самый молодой мастер Ли, которого первоначальный владелец накачал наркотиками и чуть не изнасиловал?"

Небеса хотят покарать меня!

Глава 5

Посреди оживленной шумной улицы внезапно раздался яростный рев.

Лошадь, испугавшись, подняла передние копыта и заржала, привлекая внимание прохожих, чтобы те увидели красивого молодого господина, от гнева которого волосы уперлись в шапку*. Он вытащил из-за пояса короткий серебряный кинжал, наполнил его духовной ци и метнул вперед.

*怒发冲冠 [nùfàchōngguān] — от гнева волосы уперлись в шапку (обр. в знач.: взбеситься, разъяриться, быть вне себя от возмущения)

— А-

По толпе пронеслись испуганные вскрики. Короткий кинжал, подхваченный порывом ветра, миновал на своем пути семь-восемь прохожих и, достигнув конечной цели, подобно тому, как раскалывают бамбук*, вонзился в стройного мужчину, облаченного в черно-красные одежды.

*势如破竹 [shìrúpòzhú] — подобно тому, как раскалывают бамбук (обр. в знач.: с необычайной лёгкостью, почти без труда двигаться вперёд, преодолевать препятствия)

На лице человека в черном отразился страх. Он оттолкнул стоявшего рядом с ним юношу в белом и под всеобщими пристальными взглядами, развернувшись, ринулся бежать. Не зная, что такое "достоинство" и с чем его едят, он завопил во всю глотку:

— Пощади, благородный воин!!

Сбегающему мужчине на вид было чуть за двадцать. Обладая тонкими чертами лица, он напоминал сына дворянина, который всю жизнь утопал в роскоши и изобилии. Хотя сейчас на его лице выражался страх, он по-прежнему был красив.

Он бросился сквозь толпу, отчаянно пытаясь избежать короткого кинжала. Однако последний, словно имел глаза, преследовал его, куда бы он не побежал.

Се Шу Цы рыдал без слез!

"Я только вчера вечером повстречался с маленьким слепым и уже этим был шокирован! Сегодня же, еще до того, как у меня появился шанс поесть что-нибудь горяченькое, я столкнулся со старым врагом!" Его великие замыслы еще даже не начали воплощаться в жизнь, а он уже был близок к тому, чтобы собственными глазами лицезреть, свою же смерть.

— Спасите!! Я признаю свои ошибки!!

Крики Се Шу Цы эхом разнеслись по длинной улице. Крики отчаяния Се Шучи эхом разнеслись по длинной улице. Многие зеваки, которые сначала смотрели незаинтересованно, узнали его и поспешли отступить к обочинам дороги, жадно наслаждаясь зрелищем.

— Благородный воин! Благородный воин Ли! Сяодэ* знает, что согрешил!! Аааа!!

*小的 [xiǎode] — самый младший; маленький, незначительный, небольшой; 1) молодой, малолетний, малец, ребёнок; 2) уничижит. я, Ваш покорный слуга (в обращении к чиновникам)

Что такое достоинство по сравнению с его собственной жизнью?

Если бы ситуация позволяла, молодой господин Се определенно склонился бы в три погибели и крепко вцепился бы в бедро молодого господина Ли, умоляя о пощаде. В конце концов, первоначальный владелец тела — тупица, который наворотил делов, а Се Шу Цы занял его личность, значит, и за проступки должен отвечать он.

Восседая на своем коне, молодой господин Ли, скрестив руки на груди, наблюдал, как Се Шу Цы в панике плакал навзрыд и жалко умолял. От увиденного сердитое выражение на его лице наконец-то смягчилось.

— В тот день я предупредил тебя, что, если еще хоть раз попадешься мне на глаза, то хорошенько изобью! — зло процедил молодой господин Ли.

Так как позади Се Шу Цы маячила опасная для его жизни штуковина, он не осмеливался остановиться ни на секунду. А короткий кинжал, казалось, игрался, неторопливо гоняясь за ним. Было ясно, что он не хотел лишать его жизни, а просто помучить.

"Черт! Этот человек по фамилии Ли! Если можешь убить, то убивай без моего позора!"

Се Шу Цы был так зол, что у него чесались зубы, но он мог только продолжать молить о прощении.

В каком-то трансе он посмотрел на край дороги. В тот момент он оттолкнул маленького слепого, но сейчас тот стоял, прислонившись к каменной стене, со слабой улыбкой на губах, совершенно не подозревая о затруднительном положении Се Шу Цы.

Сердце Се Шучи сжалось. Разум подсказывал ему, что маленький слепой не мог ни видеть, ни слышать, поэтому понятия не имел, что происходит. Однако, видя спокойное и расслабленное лицо маленького слепого, стоявшего на обочине дороги, подобно другим зевакам, Се Шу Цы не смог удержаться ругательства в сердце: “Бессовестная мелочь!”

— Дагэ*, я правда-правда признаю, что поступил неправильно! Меня черт попутал! Я не понимал, что небо высоко, а земля огромна! Я был слеп, когда дал волю рукам...

*大哥 [dàgē] — 1) старший из братьев, самый старший брат (родство)

Начиная слушать слезливую речь, молодой господин Ли воспрянул духом, но, когда были произнесены последние слова, его хорошее настроение в миг улетучилоь.

— Что ты имеешь в виду, Се Шу Цы? Хочешь сказать, что я уступаю тем куртизанкам, которых ты обычно совращаешь?

Се Шу Цы поспешно покачал головой:

— Нет-нет-нет! Ты намного красивее их!

Кто ж знал, что молодой господин Ли будет недоволен еще больше. Стиснув зубы, он сказал:

— Ты действительно осмелился сравнивать меня с ними? Се Шу Цы, хотя я обещал Мастеру секты не лишать тебя жизни, ты сам напрашиваешься на смерть!

— Да черт бы тебя побрал! Ты психически больной, Ли? Какое у тебя оправдание, что ты собираешься убить меня? Я ведь ничего тебе не сделал, верно? Кроме того, мы оба мужчины. Никто не проигрывает от того, что спит с другим мужчиной. И, если ты не зметил, я тоже не урод. Может быть, именно ты получил бы с этого выгоду!

Когда мозг Се Шу Цы закипел, он начал громко ругаться.

Будучи молодым человеком с горячей кровью, до сих пор он никогда не испытывал такого разочарования.

— Ты ищешь смерти!

Лицо молодого господина Ли заметно потемнело, а глаза наполнились жаждой убийства. Взмахнув рукой, он выпустил духовную энергию из кончиков пальцев, и короткий кинжал, покрутившись в воздухе, устремился, подобно стреле выпущенной без тетивы, в сторону Се Шу Цы.

—  О Боженька- На помощь!

Се Шу Цы быстро оглянулся назад и заметил, что кинжал внезапно ускорился. Не на шутку испугавшись, он почувствовал, как кровь застыла в его жилах. Он громко взмолился:

— Благородный воин Ли, я был неправ! Настолько слеп, что не знал горы Тайшань*! Я-я жаба, попытавшаяся вкусить лебединое мясо! Согласен, я переоценил себя!

*不识泰山 [bùshítàishān] — не знать горы Тайшань (обр. в знач.: не знать известного всем; вежл. простите моё невежество)

Хотя он молил о пощаде, молодой господин Ли не собирался отпускать его. Короткий кинжал не проявлял никаких признаков замедления.

Се Шу Цы не съел ни зернышка риса за последние два дня, и в сочетании с последним испытанием он уже был измотан. Капли пота выступили у него на лбу, зрение затуманилось; молодой господин Се рыдал навзрыд в своем сердце. Он еще не сколотил себе состояние, не сделал карьеры, и теперь он собирается умереть вот так?! Он не мог с этим смириться!

Как только Се Шу Цы начал сдавать позиции, короткий кинжал практически вонзился ему в спину.

В этот критический момент из неизвестного угла вылетел маленький камешек и с "лязгом" столкнулся с лезвием короткого кинжала. Из-за близкого расстояния маленький камень разлетелся вдребезги от сильного ветра. Короткий кинжал издал жалобный гул. Лезвие, слегка задрожав, как раз перед тем, как должно было пронзить тело Се Шу Цы, резко изменило направление.

Короткий кинжал, отклонившись от изначального курса, прошел прямо под подмышкой Се Шу Цы, насквозь вонзившись в ближайшую каменную стену. Стена сразу же треснула, образовывая огромную щель. Нетрудно представить, что если бы этот удар пришелся по телу Се Шу Цы, лезвие бы пробило его грудную клетку и мгновенно убило.

— Кто здесь? — спросив это, лицо молодого господина Ли стало серьезным. Он поднял взгляд, чтобы посмотреть в сторону, откуда прилетел камешек, но увидел только пятнадцати-шестнадцатилетнего юношу, одетого в белое. Молодой человек обладал исключительно привлекательной внешностью, однако на теле виднелись множественные раны, а глаза были безжизненными, из-за чего закрадывалась догадка, что он был слеп.

У молодого господина Ли не было сомнений насчет него. Коротко взглянув на него, он отвел взгляд.

Се Шу Цы находился в полном замешательстве таким поворотом событий. Он уставился на трещину в каменной стене, которая, казалось, вот-вот рухнет. Его лицо со скоростью света меняло цвет от бледного до сине-зеленого. Этот Ли был по-настоящему безжалостен! Если бы это попало в Се Шу Цы, он бы немедленно расстался со своей маленькой жизнью.

— Кто бы ты ни был, выходи! — Молодой господин Ли продолжал искать человека, который исподтишка помешал ему.

В этот момент, управляя лошадью, даос в голубом одеянии шагнул вперед. Бесстрастно скользнув взглядом по Се Шу Цы, он сказал молодому господину Ли:

— Юный господин, не стоит опускаться до уровня этого злого человека. У нас есть более важные дела, которыми следует заняться.

"Ага. "Злого человека" значит". Се Шу Цы заскрежетал зубами и повернул голову, чтобы уставиться на молодого господина Ли.

Молодой господин Ли, заметив, что Се Шу Цы осмелился посмотреть на него, разозлился еще больше. Он поднял руку, собираясь слезть с лошади, но мужчина средних лет придержал его за плечо, медленно покачав головой и прошептав:

— Сейчас не время.

Когда Се Шу Цы изгнали из секты, они пообещали патриарху семьи Се, что больше не будут заниматься этим вопросом. И, естественно, они не могли отказаться от своего слова перед глазами стольких людей.

Не желая мириться с этим, молодой господин Ли стиснул зубы. И прежде чем уйти с мужчиной средних лет, он бросил на прощание недобрый взгляд в сторону Се Шу Цы.

Как только молодой господин Ли ушел, зрители, наслаждавшиеся представлением, насмешливо уставились на Се Шу Цы. Их глаза были полны злорадства. Се Шу Цы не осмелился бросить вызов молодому господину Ли, но боялся ли он обычных прохожих? Се Шу Цы пристально посмотрел на них одного за другим и спросил:

— На что уставились?

Поскольку ему удалось сохранить свою жизнь, Се Шу Цы решил не вылезать из постоялого двора следующие несколько дней, чтобы избежать повторной встречи с этим маленьким злым духом.

Потирая ноющее плечо, Се Шу Цы вернулся к маленькому слепому. Тот так и стоял, прислонившись к стене и слегка опустив голову. Оставаясь тихим, его взгляд был устремлен на землю.

— Эй, — Се Шу Цы пнул его пальцами ног. Будучи все еще в подавленном настроении, его действия не были мягкими, а терпение было на нуле.

Маленький слепой, колеблясь, поднял голову, как будто не был уверен, был ли человек перед ним — Се Шу Цы. Он осторожно протянул правую руку, чтобы наугад нащупать подошедшего.

Се Шу Цы стоял на небольшом расстоянии от него, поэтому маленький слепой, естественно, не смог прикоснуться к нему. Он немного забеспокоился, а брови нахмурились, придавая его выражению беспомощный вид. Больше всего на свете Се Шу Цы не мог выносить такое его жалкое лицо. С раздражением он схватил его за руку.

Маленький слепой в ответ взял его руку, кажется, узнав, что это Се Шу Цы. Он слабо вздохнул с облегчением и написал на чужой ладони: "Куда ты ушел?"

Се Шу Цы было неохотно также выводить слова. Он прижал его тыльную сторону ладони к своим губам и дурным тоном сказал:

— Злобный порыв ветра унес меня на край дороги.

Маленький слепой остолбенел от его слов и вслед за этим не смог удержаться от смеха. Он пошевелил губами и беззвучно произнес:

— Я думал, ты ушел.

Се Шу Цы не мог описать смешанные чувства, переполнявшие его сердце. Маленький слепой мог воспринимать окружающее только через прикосновение к чему-либо, вместо звуков — тишина, вместо красочных улиц — темнота. Если его зрение и слух не вернутся в норму, даже если Се Шу Цы однажды умрет прямо перед ним, маленький слепой никогда не узнает об этом.

— Нет, я бы не смог так поступить, — замотал головой Се Шу Цы.

Появление молодого господина Ли нарушило его планы. Се Шу Цы был не в настроении искать ресторан, чтобы поесть, поэтому он повел маленького слепого мальчика обратно в постоялый двор, намереваясь съесть все, что угодно.

Найдя столик в гостинице, Се Шу Цы спросил маленького слепого, есть ли у того ограничения в еде. Маленький слепой покачал головой, поэтому Се Шу Цы заказал у официанта несколько фирменных блюд.

Записав заказ, официант не спешил уходить, а решил поболтать с Се Шу Цы.

— Молодой господин Се, сегодня в городе довольно оживленно. Даже люди, живущие за две улицы отсюда, могли слышать ваш голос.

Официант действительно не знал, когда следовало заткнуться. Се Шу Цы посмотрел на него с мрачным выражением, но тот не воспринял его всерьез и растянул губы в усмешке. Мельком взглянув на спокойно сидящего маленького слепого, он понизил голос и продолжил:

— Молодой господин Се, где вы нашли этого юного господина? У него тонкая кожа и нежная плоть, и сам он выглядит невероятно красивым. Какая удача! Молодой господин Ли и рядом с ним не стоит.

С пустым взглядом Се Шу Цы посмотрел на говорящего.

— Прекрати нести чепуху. Маленький слепой слишком юн. Неужели я похож на животное?

Официант невинно заморгал.

— Слишком юн? Разве у мясника по фамилии Лю в конце улицы не пятнадцатилетняя дочь? Вы же каждые несколько дней продолжали ходить туда свататься? Несмотря на то, что мясник каждый раз прогонял вас с ножом, вы все равно не сдавались! К тому же, ваш маленький слепой не так уж молод. В его возрасте уже нормально жениться и заводить детей.

Се Шу Цы нахмурился, прекрасно понимая, что маленький слепой ничего не слышит, но все равно виновато поглядывал на юношу.

Маленький слепой опустил голову, поигрывая с чашкой. Выражение его лица было безразличными, и никаких других эмоций не проглядывалось.

— Убирайся отсюда, он просто... — Се Шу Цы махнул рукой, пытаясь отослать надоедливого человека.

Маленький слепой не знал, что происходит, но внезапно схватил Се Шу Цы за дрожавшее запястье. Его ладонь двинулась вверх и мягко прижалась к теплой ладони Се Шу Цы, крепко сжимая ее.

Официант приподнял бровь. Его губы слегка шевельнулись, и он неслышно произнес всего одно слово.

Се Шу Цы: ...

В этот момент ему вдруг захотелось разучиться читать по губам.

Слово, сказанное официантом, явно было "животное".

Глава 6

Суставы рук маленького слепого четко очерченны и так же красивы, как и он сам.

Однако, мягко прикасаясь холодными пальцами к коже Се Шу Цы, он напоминал ледяной предмет, нежели живого человека.

Се Шу Цы, чувствуя себя беспомощным, сжал руку маленького слепого и наклонился. Он прижался губами к тыльной стороне его ладони и спросил:

一 Для чего ты это сделал?

Се Шу Цы только что сделал глоток чая, поэтому губы были влажные, оставляя мокрые следы на чужой коже. Уголки губ маленького слепого слегка изогнулись, а уста мягко зашевелились:

一 Держась за тебя, я чувствую себя намного спокойнее.

Се Шу Цы: ...

Се Шу Цы почувствовал неловкость от его слов. Единственный способ, чтобы маленький слепой мог подтвердить, что Се Шу Цы все еще рядом с ним, только через прикосновение. И он не мог так просто отдернуть свою руку. Однако люди, признавшие Се Шу Цы в лицо, всегда будут смотреть на них исподлобья, с любопытством и презрением, как если бы он был торговцем "живым товаром", что крайне расстраивало.

Оригинальный-владелец-тела-придурок не понимал, сколько великих грехов здесь совершил. Даже младший сын хозяина гостиницы узнал Се Шу Цы и запрятался куда подальше, только увидев его.

Через некоторое время еда была подана. Се Шу Цы положил понемного от каждого блюда в миску маленького слепого, прежде чем начать есть самому.

Запихивая в себя еду со скоростью света, он случайно уронил кусочек тушеной свинины. в Соответствии с принципом никогда не тратить еду впустую Се Шу Цы подобрал мяско, упавшее на столешницу. По инерции он намеревался положить его себе в рот, но на полпути внезапно изменил курс и поднес его ко рту маленького слепого.

一 Ааа...

Маленький слепой: ...

Было ли это иллюзией или нет, но Се Шу Цы почувствовал, что выражение лица маленького слепого словно покрылось коркой льда.

В ту ночь они остановились на постоялом дворе. Для того, чтобы заботиться о маленьком слепом, Се Шу Цы снял только одну комнату с двумя деревянными кроватями и складной ширмой, которая разделяла пространство.

На следующий день Се Шу Цы отвел маленького слепого в зал медицины для иглоукалывания и, как бы между делом, поинтересовался местонахождением молодого господина Ли.

Услышав, что молодой господин Ли не покинул город и, казалось, что-то расследует, Се Шу Цы забеспокоился, что снова столкнется с ним. Поэтому в течение нескольких дней подряд он не выходил из гостиницы, за исключением того, когда ему надо было отводить маленького слепого на иглоукалывание.

Возвращаясь в тот день из медицинского зала, Се Шу Цы взял маленького слепого попить чай в вестибюле гостиницы.

Младшего сына хозяина постоялого двора звали А Дун. Се Шу Цы частенько подзывал его к себе, чтобы развеять тоску, и таким образом они познакомились друг с другом. Когда А Дун увидел, что Се Шу Цы вернулся с маленьким слепым, он сел рядом с ними, держа в руке маленькую ветряную мельницу.

一 Сяо Цы гэгэ, посмотри на меня! 一 А Дун положил ветряную мельницу на стол, схватил с тарелки арахис и подбросил его в воздух, открыв рот, чтобы поймать. Однако он промахнулся, арахис отскочил от его зубов, а затем отлетел довольно далеко.

Се Шу Цы, сидя на скамье рядом с маленьким слепым, увидел это и расхохотался, прислонившись к юному плечу. Хотя маленький слепой не знал, что случилось, но из-за того, что Се Шу Цы сидел практически вплотную к нему, он чувствовал, как его грудь поднималась и опускалась, как если бы молодой человек смеялся. Поэтому он тоже изогнул уголки губ и попутно поддержал Се Шу Цы рукой, чтобы тот не упал.

一 У тебя не получилось! Вот, взгляни-ка!

Се Шу Цы, покрутив арахис, высоко подбросил его и умело поймал ртом. Затем он довольно прищурился и посмотрел на А Дуна, сидящего сбоку, который с возмущением смотрел в ответ.

一 Я так тоже смогу!

Не желая уступать, А Дун схватил горстку и бросил ее в рот. Однако ни на третий и ни на четвертый разы ему не удалось поймать арахис. Если бы на месте Се Шу Цы был любой другой взрослый, он утешил бы ребенка, но Се Шу Цы как раз не был "любым другим взрослым". Увидев, что А Дун не поймал ни одного арахиса, он не только не переставая глумился над ним, но и провокационно забросил несколько орешков себе в рот.

Глаза А Дуна затянуло красной дымкой. Наконец, с большим трудом он метко подкинул арахис, который он мог с легкостью поймать. Дожидаясь, когда тот упадет ему прямо в рот, он непредвидел, что неожиданно появится чья-то злостная рука и схватит арахис, который вот-вот должен был оказаться у него. Преступник повернул голову и забросил орешек себе в рот.

Се Шу Цы демонстративно громко разгрыз арахис и, подняв бровь, глянул на А Дуна.

一 Ну как? Не собираешься смириться с поражением?

А Дун, надув щеки, уставился на Се Шу Цы. Он спрыгнул с табурета на свои коротенькие ножки и подошел к маленькому слепому, схватил его за опущенную руку. Пухлые маленькие пальчики написали на ладони маленького слепого: "Се Ань гэгэ, он издевается надо мной".

Хотя Се Шу Цы привык называть его маленьким слепым, при посторонних он называл его Се Ань.

Се Ань улыбнулся и опустил взгляд. Обмакнув кончик пальца в воду, он написал на поверхности стола: "Как он издевается над тобой?"

А Дун, почувствовавший поддержку в лице маленького слепого, с весьма самодовольным видом взглянул на Се Шу Цы. Он просто схватил Се Аня за руку и прикоснулся губами к его ладони, повторяя за Се Шу Цы, который, как видел А Дун, раньше так делал.

— Он силой отобрал у меня арахис и издевался надо мной, только потому, что больше меня! Не дружи с ним! Я слышал, что Сяо Цы гэгэ раньше был испорченным негодяем. Ему нравилось издеваться над хорошенькими девочками, и он настаивал на том, чтобы привести их домой. К тому же, это была не одна маленькая девочка...

— Пфф.. — Се Шу Цы выплюнул полный рот чая, едва не поперхнувшись до смерти. Он поспешно схватил А Дуна, притягивая ближе к себе. — От кого ты услышал это? Не болтай ерунду.

Говоря это, он незаметно бросил взгляд на Се Аня.

Се Ань легонько потирал ладонь. Се Шу Цы не знал, понял он или нет.

С абсолютной уверенностью А Дун сказал:

— Все люди в городе так говорят.

— Достаточно! Тебе больше не разрешается слушать чужие бредни, иначе я больше не буду играть с тобой, — пригрозил Се Шу Цы.

А Дун тут же заткнул уши и быстро замотал головой.

— Я больше не буду слушать, не буду! Сяо Цы гэгэ, пожалуйста, не переставай со мной играть.

Увидев это, Се Шу Цы удовлетворенно погладил его маленькую головку.

— Открой рот.

А Дун послушно открыл рот, и Се Шу Цы аккуратно швырнул в него арахис. Малыш сразу же весело заулыбался.

Вскоре официант громко позвал сына хозяина гостиницы. Се Шу Цы продолжал держать в руке арахис, без конца забрасывая его себе в рот. Он обладал игривым нравом, а последние два дня были удушающими. Маленький слепой не мог говорить, и, кроме А Дуна, ему не с кем было пообщаться.

Когда он подбросил арахис, чья-то крепкая рука вытянулась и уверенно поймала орех, бросив обратно в тарелку.

Се Шу Цы с удивлением посмотрел на Се Аня и спросил в его ладонь:

— Ты можешь видеть?

Се Ань покачал головой.

— Просто чувствую ветер.

— Чувствуешь ветер? Неужели это такой пустяк? — пробормотал Се Шу Цы.

Хотя Се Ань и не слышал его бормотания, он объяснил:

— Изначально я культиватор. Мои пять чувств более остры, чем у обычных людей, поэтому я отчетливо могу различать порывы ветра.

"Потрясно. Легко ли это освоить?" — написал на его ладони Се Шу Цы.

Се Ань безвучно ответил:

— Это можно понять, но этому нельзя научиться.

— Оу...

Се Шу Цы сразу потерял интерес, как только понял, что такое должно постигаться самостоятельно.

Потихоньку он отпил два глоточка чая. Его мысли постоянно вертелись вокруг молодого господина Ли, который все никак не мог отправиться восвояси. Се Шу Цы чувствовал, что, если еще хотя бы два дня проведет в затворнической жизни, то сойдет с ума. За последние несколько дней он почти нигде не бывал, кроме гостиницы и зала медицины.

В разгар раздумий Се Ань пару раз постучал двумя пальцами по его запястью. Се Шу Цы в замешательстве посмотрел на него и увидел, как губы маленького слепого слегка приоткрылись:

— Скольких людей ты приводил в свой дом?

Се Шу Цы: ...

Он почти забыл об этом.

Чувство неловкости, которое нельзя было выразить словами, поселилось в сердце Се Шу Цы. Он не хотел, чтобы маленький слепой знал о преступлениях первоначального владельца тела. Схватив руку Се Аня, он приложил ее к своим губам и невнятно пробормотал:

— Все это было давным-давно.

Се Ань повернулся к нему. Его лицо оставалось бесстрастным, а в глазах не было проблеска эмоций.

— И я один из них?

Се Шу Цы ответил:

— Но ты же не маленькая девочка. Зачем мне приводить тебя к себе?

Се Ань сжал губы, выражение его лица стало холодным.

— Тогда почему ты спас меня?

Се Шу Цы не мог слышать его интонации, но отчетливо ощутил недовольство в словах.

Се Шу Цы беспомощно сказал:

— Я же уже говорил, что от природы люблю делать добрые дела. И, кроме того, именно из-за меня ты стал таким.

Выражение лица Се Аня не улучшилось, даже услышав ответ. Он хотел сразу же отдернуть руку, но Се Шу Цы крепко удерживал ее. Когда Се Шу Цы собирался продолжить объяснение, он почувствовал энергию меча, направленную на него.

Будучи наполовину культиватором, Се Шу Цы быстро среагировал и оттащил Се Аня назад. Деревянный стол, за которым они сидели, раскололся надвое прямо перед ними, по полу разлетелись щепки.

Эта суета коснулась всех в общем зале, и в гостинице немедленно поднялся шум.

— Се... Шу... Цы!

Со входа донесся чей-то скрежет зубов.

Се Шу Цы, не успев опомниться от испуга, посмотрел на дверной проем. Как следует рассмотрев стоявшего человека, на его лице появилось горькое выражение.

В дверях стоял молодой господин в зеленых одеждах и с гневным видом. Кто еще это мог быть, как не молодой господин Ли?

— Отпусти его! — глаза молодого господина Ли заискрились от злости, когда он увидел, что Се Шу Цы удерживал Се Аня за руку.

Се Шу Цы подсознательно отпустил его руку, но Се Ань, не зная, что происходит, с неожиданной силой схватил его.

Это невинное действие привело молодого господина Ли в ярость.

— Гнусный человечишка! Я сказал отпустить его!

Се Шу Цы, поняв, что молодой господин Ли неправильно истолковал ситуацию, протороторил:

— Благородный воин Ли, это все недоразумение. Между мной и ним нет ничего из того, что ты успел надумать...

Из-за неприятного инцидента с подсыпкой афродизиака у молодого господина Ли сложилось крайне отвратительное мнение о Се Шу Цы. Увидев, как Се Шу Цы, похожий на яшму в головном уборе*, тянул на себя юношу, который был подобен прекрасному нефриту, но без блеска в глазах, он был твердо убежден, что этот негодяй снова использовал какие-то вещества, чтобы удержать его рядом с собой. Он действительно опять применил такие порочные средства.

— Не бойся, юноша! Я спасу тебя!

Молодой господин Ли не стал дослушивать объяснения Се Шу Цы. Вытащив меч из-за пояса. он замахнулся им в сторону последнего. Проявив находчивость в критический момент, Се Шу Цы потянул Се Аня за собой и попытался скрыться в общем зале, где вовсю творился хаос.

— Подлый! Бесстыдный! Не собираешься отпустить его?!

— Ты все неправильно понял! Он...

— Закрой рот! Немедленно убери от него руки!

Столы и стулья, скамейки переворачивались одни за другими, пока хозяин гостиницы где-то неподалеку завывал в голос. С одной стороны Се Шу Цы спасался бегством, а с другой тащил мертвый груз, который ничем не помогал. Вскоре молодой господин Ли прижал их к углу стены.

"Что за дьявольщина здесь происходит?!"

— Се Шу Цы, прекрати удерживать его! — молодой господин Ли намеревался разрезать его на части мечом, но Се Шу Цы, этот тип, вопреки ожиданиям спрятался за спину юноши. — Ты презренный и бесстыдный человек!

Се Шу Цы понимал, что тот не сможет причинить вреда Се Аню, поэтому спрятался за ним, слушая чужие обзывательства и ругань. Высунув полголовы из-за укрытия, Се Шу Цы не смог удержаться от насмешки:

— Совершенствуя путь Дао, ты совсем рехнулся? Неужели это единственные ругательства, которые ты знаешь? Не в состоянии придумать что-нибудь новенькое?

— Ты... ищешь смерти! — гнев молодого господина Ли достиг апогея. Он хотел разрубить его, но боялся причинить вред невинному, поэтому взревел: — Выходи!

— А вот не хочу! — Се Шу Цы оттащил Се Аня на два шага назад и забился в угол, тайком написав несколько слов на талии маленького слепого: "Не двигайся, впереди буянит какой-то тип".

Кончик пальца, вырисовывая буквы, быстро скользнул по пояснице Се Аня. И в напряженной обстановке, где обнажился меч и натянулась тетива самострела, Се Шу Цы не заметил, как юноша на мгновение застыл от прикосновения.

Шея и щеки молодого господина Ли стали ярко-красными. Он закричал:

— Как культиватор, ты прячешься за слепым юношей. Совсем стыд потерял?!

Видя, что молодой господин Ли временно ничего не может ему сделать, Се Шу Цы осмелел и поспешил возразить:

— Ты, молодой бессмертный из праведной секты, неоднократно приставал ко мне, мужчине. Что с тобой такое? Может быть, у тебя имеются какие-то виды на меня? Позволь заметить, что ты не в моем вкусе. Я предпочитаю женщин из хороших семей...

Он выдавал черное за белое*, отчего лицо молодого господина Ли приняло зеленоватый оттенок. Тот гневно упрекнул его:

— Ты городишь чушь!

*颠倒黑白 [diāndǎo hēibái] — передергивать факты, выдавать чёрное за белое (обр. в знач.: извращать истину)

Се Шу Цы фыркнул и сказал со смехом:

— Если ты все еще недоволен тем, что меня исключили из секты, я могу позволить тебе накачать меня афродизиаком. Я не буду сопротивляться. Можешь делать со мной все, что захочешь. Если я, Се Шу Цы, скажу "нет", значит, я не мужчина!

Молодой господин Ли никак не ожидал, что он окажется таким бесстыдным, чтобы произнести подобные слова на публике. Его красивое лицо то бледнело, то краснело.

— Се... Шу... Цы! Я собираюсь убить тебя!

Пользуясь преимуществом, Се Шу Цы чувствовал себя вольготно за чужой спиной, поэтому он скорчил гримасу молодому господину Ли.

—  Если у тебя хватит смелости, подойди ко мне.

— Юноша, уйди с дороги. Я отомщу за тебя!

— Да он же тебя не слышит...

Едва последние слова сорвались с губ Се Шу Цы, как Се Ань скользнул немного в сторону, открывая вид на молодого человека, прячущегося за его спиной.

Молодой господин Ли и Се Шу Цы посмотрели друг на друга. Молодой господин Ли поднял меч, и добросердечная улыбка растянулась на его губах.

Се Шу Цы: ...

— О нет... Караул!

Глава 7

Се Шуци чувствовал, что ему крайне не повезло.

У него не было времени посмотреть, не упал ли куда-нибудь Се Ань. Он увидел Молодого Мастера Ли, несущегося к нему с внушительной аурой, поэтому быстро убежал.

— Старший брат! Брат! Юный герой! Великий герой! Я был неправ! Я знаю, что был неправ! Пожалуйста ... не нападай на меня!  Я просто нёс чушь, я переоценил себя ...

Се Шуци хотелось плакать, но слез не было. Он бегал кругами, а Молодой Мастер Ли преследовал его. К счастью, в гостинице было много обычных людей, наблюдавших за суматохой. Молодой мастер Ли не хотел вовлекать их, поэтому он не осмелился применить смертельную силу и дал Се Шуци шанс выть и молить о пощаде.

Видя, что у Се Шуци нет твердости характера, лицо молодого мастера Ли становилось все более кислым.

— Се Шуци, неужели тебе совсем не стыдно? Ты, по крайней мере, совершенствуешься. Как у тебя может не хватать смелости? Если ты мужчина, не прячься и встреться со мной лицом к лицу!

Се Шуци укрылся за перевернутым столом, на мгновение задержал дыхание и ответил:

—Ты ничего не знаешь. Перед лицом жизни и смерти мужество ничего не значит! Если у тебя хватит мужества, положи свой меч и давай сразимся на руках. Если я выиграю, ты больше не будешь меня беспокоить. Если ты выиграешь, я предлагаю тебе держаться от меня подальше ради твоего же собственного благополучия. Давай не будем лезть не в свое дело.

Молодой мастер Ли был настолько взбешен этой бессмыслицей, что задрожал всем телом. Он на мгновение забыл контролировать свою силу. Взмахнув своим длинным мечом, резкий порыв ветра разрубил все на своем пути, не оставив ничего нетронутым.

— О боже мой!

Се Шуци чудом избежал того, чтобы меч отсек ему ягодицы. Он быстро прикрыл тыл и продолжил отскакивать.

Се Ань прислонился к стене среди обломков, и хозяин гостиницы, обеспокоенный тем, что он может пострадать, попытался оттащить его. Однако, как только пальцы трактирщика коснулись одежды Се Аня, их сдуло волной энергии.

Трактирщик вскрикнул от боли и, подняв глаза, увидел, что Се Ань опустил голову, его лицо потемнело и похолодело. Се Ань даже встряхнул свою мантию, как будто прикосновение трактирщика испачкало его одежду.

Хозяин гостиницы изумленно уставился на него, никогда не ожидая, что инвалид может обладать такой огромной силой. Он не знал, как на это реагировать.

В это время всеобщее внимание было приковано к Се Шуци и Молодому мастеру Ли. Никто не заметил Се Аня и хозяина гостиницы.

— Не убегай!

— Чего ты от меня ожидаешь, стоять здесь и позволить тебе убить меня?

— Стой спокойно! Этот молодой мастер сегодня уничтожит зло для людей!

— Ты думаешь, я глупый? Стоять спокойно и позволить тебе напасть на меня?

— Се Шуци!

Молодой мастер Ли, вероятно, никогда не сталкивался с кем-то вроде Се Шуци. Он чередовал возражения с мольбами о пощаде. Всякий раз, когда у него была возможность, он издевался над Молодым мастером Ли. Мастер Ли не знал, искал ли Се Шуци смерти или пытался избежать ее. Гнев почти свел его с ума!

Длинный меч молодого Мастера Ли излучал угрожающую ауру, когда он со страшной силой взмахнул в сторону Се Шуци. В голове у него был беспорядок, и он просто хотел поскорее разобраться с этим надоедливым человеком. В этой атаке была задействована вся его сила, и если ударит ветер мечей, Се Шуци сстанет либо мертвым, либо тяжело раненным.

Се Шуци почувствовал исключительно сильный ветер мечей и, к счастью, уже принял меры предосторожности. Он катался по полу, покрытому древесной стружкой, его спина была оцарапана твердым деревом, что вызвало острую боль. Как раз в тот момент, когда он думал, что избежал острия меча, и собирался отдышаться, он услышал поблизости несколько криков.

— Брат Сяочи ...

— А Дон!

— Будь осторожен!

Душераздирающие крики трактирщика и голос Молодого мастера Ли накладывались друг на друга.

Се Шуци задрожал всем телом. Внезапно он повернул голову и обнаружил, что А Дон каким-то образом выбежал. Он стоял там, куда направлялся ветер мечей, держа в своей маленькой руке ветряную мельницу и смущенно глядя на прозрачную полосу, образованную энергией меча, летящей к нему.

Се Ань стоял в трех шагах от А Донга. Его ноздри подергивались, а безжизненный взгляд был точно прикован к позе А Донга. Было неясно, понимал ли он, что жизнь А Донга висит на волоске. Его лицо оставалось спокойным, как будто он ничего не знал и его не волновала жизнь или смерть А Донга. Он не делал никаких движений.

— А Дон!

Се Шуци громко закричал. Увидев, что А Дон вот-вот будет весь в крови, он обнаружил неожиданный прилив сил. Бессознательно он окутал свои ноги духовной энергией. Не успев подумать, он топнул по земле и стрелой полетел к А Донгу.

Когда Се Шуци был в воздухе, он подумал- "Черт! Моя жизнь кончена!"

Молодой мастер Ли, державший свой меч, побледнел. Внезапно он увидел, как Се Шуци бросился вперед и обнял маленького мальчика. Он не мог поверить своим глазам и закричал:

— Се Шуци.

В этот момент Се Ань, который все это время был неподвижен, схватил деревянный стол и швырнул его в их сторону. Ветер мечей расколол стол на куски, идеально защитив Се Шуци и А Донга. Посыпались деревянные осколки, ударив Се Шуци по голове и спине, заставив его поморщиться от боли. Однако он защитил А Донга, который все еще был в оцепенении, еще надежнее.

В то же время все пришли в себя.

Ноги трактирщика ослабли от страха. Он давно забыл об аномалии Се Аня и подполз к Се Шуци, держа на руках А Донга.

— А Дон? Ты в порядке? Спасибо тебе, молодой мастер Се! Ты спас жизнь А Донгу!

Хозяин гостиницы с благодарностью посмотрел на Се Шуци, который стряхнул древесную стружку со своей головы и улыбнулся, обнажив зубы.

— Не за что, не за что. Это было всего лишь небольшое одолжение.

А Дон, все еще не понимая, что произошло, с любопытством уставился на них двоих.

Се Шуци потер голову.

— На что ты смотришь? Ты, маленькое отродье.

А Дон надулся и закатил на него глаза.

Молодой мастер Ли также с тревогой подошел к ним и спросил:

— Ребенок ранен? Извините, я не мог контролировать

Хозяин гостиницы пристально посмотрел на молодого мастера Ли, держа на руках А Донга.

— Если что-нибудь случится с моим сыном, я буду сражаться с тобой до смерти! Что ты за культиватор? Пытаешься убить кого-то средь бела дня?

Другие присоединились, критикуя Молодого Мастера Ли, увидев ситуацию.

Молодой мастер Ли знал, что был неправ, и не осмелился возражать. Только убедившись, что ребенок на руках трактирщика невредим, он вздохнул с облегчением.

Се Шуци был вполне доволен, видя удрученного молодого Мастера Ли. Он проигнорировал боль и широко улыбнулся.

Но у него все еще была совесть, и он чувствовал некоторую ответственность за инцидент. Как посредник, он сказал толпе:

—Молодой Мастер Ли молод и вспыльчив. Для него нормально не быть ни мягким, ни чрезмерным в своих действиях. В любом случае, А Дон не пострадал, так что давайте просто рассмотрим ущерб, нанесенный магазину вспышкой гнева Молодого Мастера Ли, и позволим ему заплатить за них.

Самоотверженный дух Се Шуци, когда он защищал А Донга, немного изменил отношение к нему толпы. Видя, что он проявляет инициативу, чтобы оправдать молодого Мастера Ли, другие больше ничего не сказали и постепенно разошлись.

Молодой мастер Ли поспешно поклонился хозяину гостиницы и сказал:

— Пожалуйста, будьте уверены, я возмещу вам двойную стоимость поврежденных предметов. Я также дам этому ребенку две таблетки для укрепления организма в качестве компенсации.

Для обычных людей одна таблетка была чрезвычайно ценной. Выражение лица трактирщика оставалось неприятным, но они больше не усложняли ситуацию.

Се Шуци не собирался настраивать против себя молодого Мастера Ли. В конце концов, именно первоначальное тело спровоцировало его первым. Теперь, когда он принял личность первоначального тела, для него было единственно правильным взять на себя ответственность за то, что сделало первоначальное тело.

Се Шуци почувствовал, что они с Молодым Мастером Ли теперь в расчете. Он обернулся, увидел Се Аня, прислонившегося к стене, и подошел поддержать его за руку. Приложив одну из рук Се Аня к своим губам, он спросил:

— Ты ушибся при падении?

Говоря это, он взглянул на Молодого Мастера Ли, который давал пилюли хозяину гостиницы.

Се Ан поджал губы и покачал головой.

— Это хорошо - сказал Се Шуци, опуская руку.

Он не смог удержаться и глубоко вздохнул. Он прислонился к стене и помассировал шею. Она болела и, вероятно, распухла с тех пор, как была раньше.

Только что он понятия не имел, что произошло. Он оглядел толпу, пытаясь понять, кто из добросердечных людей спас ему жизнь, но не мог сказать. Возможно, это был кто-то, кто не хотел, чтобы его признавали, как скрытого героя.

Се Ань спокойно стоял рядом с Се Шуци, выражение его лица было спокойным, как будто он ничего не знал. Однако, когда его расфокусированный взгляд остановился в определенном направлении, Молодой Мастер Ли, находившийся неподалеку, почувствовал холод, поднимающийся от подошв его ног. Он инстинктивно почувствовал опасность и крепко схватился за меч, висящий у него на поясе. Он повернулся, чтобы посмотреть на источник опасной ауры.

Этот поворот заставил его увидеть Се Шуци и спокойную Се Ань рядом с ним.

После компенсации хозяину гостиницы деньгами и пилюлями молодой мастер Ли заколебался, глядя на Се Шуци.

В его взгляде было сложное выражение.

Его способности были намного лучше, чем у Се Шуци. Обычно ему было бы легко спасти ребенка из-под ветра мечей. Однако только что он был напуган, в тот момент его разум опустел. Он не мог пошевелиться, чувствуя, что его конечности налились свинцом.

Он никогда не ожидал, что презренный и бесстыдный Се Шуци, которого он презирал больше всего, будет рисковать своей жизнью, чтобы спасти этого ребенка. Это осложнило его эмоции.

С одной стороны, он чувствовал, что Се Шуци был бесстыдным негодяем. С другой стороны, он искренне ценил и восхищался Се Шуци за то, что она защитила ребенка. Хотя в конечном итоге их спас стол, прилетевший неизвестно откуда, этого было достаточно, чтобы изменить восприятие Се Шуци молодым мастером Ли.

Более того, Се Шуци поговорил с маленьким мальчиком рядом с ним. Казалось, что мальчик был не только слабовидящим, но и не мог слышать или говорить. Се Шуци общался с ним посредством письма на ладони или прикосновения. Хотя это было хлопотно, Се Шуци не казался нетерпеливым, и мальчик тоже не отверг его.

С этой точки зрения казалось, что он неправильно понял Се Шуци.

Се Шуци оценил, что его спина тоже распухла. Она пульсировала от боли, и он не мог удержаться от стона. Внезапно он понял, что перед ним появилась дополнительная фигура. Он удивленно поднял глаза и увидел Молодого Мастера Ли, стоящего там с недовольным выражением лица.

— Что случилось? Ты хочешь снова драться? Позволь мне сказать тебе, драться - это хорошо, но рисковать своей жизнью - нет. Теперь я особенно привязан к своей жизни.

Се Шуци подумал, что молодой Мастер Ли пришел затеять драку, и заговорил твердым тоном.

Молодой мастер Ли выглядел несколько недовольным и надулся. Он сжал кулаки и слегка поклонился Се Шуци, сказав:

— Спасибо тебе.… Большое тебе спасибо.

Се Шуци быстро махнул рукой.

— Не льсти себе. Я сделал это не для тебя.

Молодой мастер Ли разозлился и стиснул зубы.

— Независимо от твоих намерений, ты действительно помог мне. Се Шуци, хотя я все еще презираю твои методы, твоя готовность пожертвовать собой показывает, что твоя натура неплохая. Я надеюсь, вы понимаете, что симпатия к кому-то требует взаимных чувств, и использование таких подлых методов абсолютно неприемлемо.

Он неоднократно упоминал бесстыдство и подлость, хотя Се Шуци не совершал этого конкретного поступка. Се Шуци стало немного не по себе, и он ответил, нахмурившись:

— Я понимаю, я понимаю. Разве я уже этого не говорил? Именно потому, что я был слеп, я действовал против тебя.

Лицо молодого мастера Ли стало неприятным, но он не хотел продолжать спорить с Се Шуци. Он просто сжал кулаки и сказал:

— Несмотря ни на что, ты помогла мне. Давай забудем о прошлом. С этого момента мы не будем мешать друг другу.

Се Шуци был более чем доволен этим. Он хотел поднять руку, чтобы вернуть жест Молодому Мастеру Ли, но это вызвало боль в спине, которая заставила его задрожать.

Увидев это, Молодой Мастер Ли вспомнил, что все упавшие обломки упали на Се Шуци. Он почувствовал укол вины и достал из кармана пузырек с таблетками, сказав:

— Я приношу извинения. Я пообещал патриарху семьи Се, что больше не буду заниматься этим вопросом. Это компенсация для тебя ...

Прежде чем он успел договорить, Се Ань, который все это время молчал, внезапно сделал движение.

Он сделал шаг вперед, по-видимому, желая приблизиться к Се Шуци. Однако он случайно пнул сломанную ножку стула, валявшуюся на земле. Прочный кусок дерева взлетел в воздух и с силой ударил Молодого Мастера Ли по берцовой кости.

—Ах!

Застигнутый врасплох, молодой мастер Ли вскрикнул от боли, его нога потеряла силу. Он с глухим стуком опустился на колени перед Се Шуци.

Пузырек с таблетками выскользнул у него из руки и покатился к ногам Се Аня.

Не осознавая ситуации, Се Ань отшвырнул бутылку ногой, когда сделал шаг вперед.

В то же время он протянул руку и схватил Се Шуци за локоть.

Глава 8

Се Шуци был ошеломлен, глядя на внезапную перемену.

Колени Ли Сяошасина тяжело ударились о землю, его кости "затрещали", он тут же забыл сохранять свое поверхностное поведение, половиной своего тела бросился к ногам Се Шуци, сморщил свое красивое личико и громко завыл.

—Ахх... больно ...

Ли Сяошасин был готов разрыдаться, он поднял раздраженный, злой и беспомощный взгляд на Се Аня и спросил Се Шуци:

— Он сделал это нарочно?

Се Шуци закатил глаза, глядя на него, накрыл тыльную сторону руки Се Аня и успокаивающе похлопал его, давая понять, что он рядом.

— Не суди о сердце джентльмена по сердцу злодея, маленький слепой...Се Ань ничего не видел и не слышал и не знал, что произошло. Он мог видеть раньше, поэтому ему было немного не по себе.

объяснил Се Шуци.

Се Ань схватил Се Шуци за запястье и тихо стоял, опустив голову, не обращая внимания на то, что происходило вокруг.

Ли Сяошасин подавленно поджал губы, поднялся с земли, сел на землю и исцелил себя духовной силой, время от времени подозрительно поглядывал на Се Аня и довольно часто жаловался.

— Привет.

Се Шучи пнул ногой свою одежду:

—Ты все еще можешь встать?

Ли Сяоси сердито сказала:

— У меня есть имя!

Се Ань внезапно потянул Се Шуци за руку, Се Шуци повернул голову, чтобы посмотреть на него, увидел, что губы Се Аня приоткрылись, и спросил:

— С какой проблемой ты столкнулся? Ты ранен?

Можно не упоминать об этом, но когда упомянули Се Шуци, у него по спине побежали мурашки. Он схватил руку Се Аня и поднес ее к своим губам, сказав:

— Ничего страшного, меня только что унесло порывом ветра.

Се Ань:

— ...

Се Шуци был уверен, что это не было его собственной иллюзией, он увидел след безмолвия на невыразительном лице Се Аня.

Ли Сяоша Син тоже потерял дар речи, он поднял глаза, чтобы посмотреть на них, и его взгляд тут же остановился на губах Се Шуци.

Се Шуци взял мальчика за руку и приложил ее к своим губам, каждое дыхание касалось кожи мальчика, когда он говорил, его мягкие губы царапали руку мальчика.

Молодой человек, казалось, давно привык к его близости, и на его лице не было и следа неестественности.

Ли Сяоша Син не знал, что и думать, его уши внезапно покраснели, и он тихо пробормотал:

— Бесстыдник...

— Я ничего не вижу, не лги мне. Ты ранен?

Се Ань не поверил его словам, слегка нахмурился и опустил руки, чтобы нащупать Се Шучи.

Се Шуци не смог вовремя остановить его, Се Ань надавил рукой на кость бабочки на правой стороне спины, Се Шуци вздрогнул от боли, последний немедленно убрал руку с серьезным лицом.

— Нет ...

Се Шуци подсознательно хотел объяснить, что травмой не стоит гордиться. Хотя он был немного трусоват, он все же хотел сохранить лицо.

Но сразу после того, как он сказал хоть слово, он вдруг вспомнил, что Се Ань его не слышит, поэтому больше ничего не сказал.

Се Ань казался немного сердитым, на его бровях и глазах был слой инея, и его тонкие пальцы слегка касались поврежденной спины Се Шуци по кругу, вероятно, используя реакцию Се Шуци, чтобы определить степень повреждения.

Се Шуци испытал ужасную боль, когда прикоснулся к ней, он стиснул зубы, сдержался и не двигался, за исключением кости бабочки, к которой Се Ан прикоснулся в первый раз, у него не было никакой реакции.

Ли Сяошасин наблюдал, как Се Ань дотрагивается до спины Се Шуци, его мысли уже улетели далеко в небо.

Се Шуци накачала его наркотиками и чуть не убила...

Быть близким с другим человеком прямо сейчас - это просто немыслимо!

Се Шуци все еще не знал, что образ, который он с большим трудом создал в сердце Ли Сяошасина, снова незаметно рухнул.

— Я не получил никаких травм, но меня ударили по плечу.

Сказала Се Шуци, касаясь тыльной стороны ладони Се Аня.

Выражение лица Се Аня стало холоднее, и он неожиданно поднял руку и хлопнул Се Шуци по спине.

— Черт!

Се Шучи чуть не подпрыгнул с места, его милое личико сморщилось в пучок:

— Ты правда бьешь?

Ли Сяоси усмехнулась:

— Оно того заслуживает!

Зная, что он прячется, Се Ань даже не хотел ничего говорить.

Выпятив подбородок, он перевернул руку Се Шуци и написал на его ладони:

— Ты думаешь, я слепой, ты ничего тебе не рассказываешь, и однажды ты умрешь у меня на глазах, а я даже не узнаю.

Се Шуци увидела, что он действительно зол, и это было потому, что он заботился о себе. У него защемило сердце, он схватил руку Се Аня, поднес ее к губам и сказал:

— Это не так серьезно, как ты сказал, не волнуйся, я действительно в порядке ...

У маленького слепого человечка было бескомпромиссное выражение лица:

— Иди в кабинет врача.

Се Шуци кивнула:

— Хорошо, я позволю А Донгу отвести тебя обратно в комнату.

Се Ань поднял голову, жестом призывая его поторопиться.

Се Шуци позвал Донга с заднего двора и велел ему отвести Се Аня обратно в его комнату.

Затем он подошел к Ли Сяошаксину, увидел, что тот все еще сидит на земле, догадался, что стук только что был несильный, поэтому он протянул к нему руку:

— Маленький Мастер Ли, ты все еще можешь встать?

Ли Сяошасин поднял голову и посмотрел на белую ладонь перед собой. Тепло в его ушах все еще было теплым, он с презрением отвернул лицо в сторону:

— Не нужно.

Затем он встал на землю.

Се Шуци перевернул Бьякуган и сказал:

—Не волнуйся у меня нет других мыслей о тебе. В тот день у меня просто случился мозговой спазм, ты знаешь, что у меня была горячая голова? Я думаю, ваш стук был несильным, и, возможно, повредилась кость. , давайте сходим в медицинский центр, посмотрим. Не будь калекой или что-то в этом роде, твоя семья Ли придет беспокоить меня.

Сказав это, Се Шуци не смогла сдержать вздоха.

Уровень развития исходного тела нельзя назвать даже трехногим котом, что, если он столкнется с какими-то неприятностями в будущем, не говоря уже о слепом человеке рядом с ним.

Пробыв здесь столько дней, Се Шуци не имел возможности расспросить о делах Сяо Сюня, и однажды он встретит эту злую звезду, если не обратит внимания, и он разрубит его на куски, если не обратит внимания.

У Се Шуци не было причин так думать, в конце концов, этой большой злой звезде никогда не нужна была причина, чтобы убивать людей. Се Шуци нужно было знать, как он выглядит и где находится, чтобы он мог забрать маленького слепого человечка.

По дороге в медицинскую клинику с Ли Сяосюном Се Шуци небрежно спросил:

— Маленький мастер Ли, ты знаешь Сяо Сюня?

Ли Сяошасин сказал с мрачным лицом:

— Не говори о молодом мастере, я устал слушать.

Се Шуци сказал:

— Я не знаю твоего имени.

Когда Ли Сяошасин услышал это, он сразу же разозлился:

— Ты даже не знаешь моего имени, и поэтому ты  обращаешься ко мне с подобными вещами?

Услышав, что он снова заговорил об этом, Се Шуци виновато дотронулся до кончика своего носа и сказал с насмешкой:

— Я не одержим призраками. Как говорится, если вы не знаете друг друга, можем ли мы не упоминать об этом в будущем, насколько это неловко?

Ли Сяошасин подсознательно хотел опровергнуть, но чувствовал, что не должен опровергать. Этот вопрос уже был неловким, но он не смог проглотить его и саркастически сказал:

— Се Шуци, ты тоже умеешь стыдиться? Я слышал, что ты однажды связался с несколькими женщинами ...

— Стоп, стоп! Разве мы не говорили, что можно не упоминать об этом?

Се Шучи действительно не хотел вспоминать те глупости, которые он совершил. Это было его единственное пятно на том, что он был добродушным молодым человеком.

Се Шуци серьезно сказал:

— Я передумал и решил быть мужчиной, который не будет обременен личными делами моих детей. Что такое женщина? Я хочу посвятить свою жизнь людям, и я хочу посвятить себя им бескорыстно. Это я. Миссия быть мужчиной!

Изверг Ли:

— ...

Ему стало холодно, и он быстро остановил Се Шуци:

— Заткнись, ты. Моя фамилия Ли, и у меня есть одно-единственное имя, Сун.

— О...

Се Шуци кивнула.

Он не дочитал оригинальную книгу, но на полпути почувствовал, что персонаж главного героя шоу (внизу) был слишком мрачным и немного пугающим, поэтому вовремя отказался от статьи. Однако в сюжетах, которые он видел, ни одного из второстепенных персонажей, участвовавших в битве главного героя с драконом, похоже, не звали Ли Сон. Объясните, что он не имеет никакого отношения к сюжету оригинальной книги, и вы можете быть уверены, что подружитесь с ним.

— Ты мне еще не ответил, ты знаешь Сяо Сюня?

Сказала Се Шучи.

При упоминании этого человека выражение лица Ли Суна постепенно стало серьезным. Через некоторое время он сказал:

— В мире самосовершенствования нет никого, кто не знал бы его.

— Что с ним случилось? Что он сделал с потрясающими небом и землей, призраками и плачущими богами?

Се Шуци не знал, в какой временной шкале оригинальной книги он сейчас находится, и хотел сделать вывод, основываясь на этом.

Ли Сонгдао:

— Изначально он был редким гением в мире самосовершенствования, с превосходными способностями. Можно сказать, что он привлекал много внимания с момента своего рождения, и он следующий "лидер ста школ", которого ждут.

Как следует из названия, "мастер ста сект" - самый выдающийся ученик среди бесчисленных бессмертных сект в мире совершенствования.

Се Шуци помнит, что в оригинальной книге Сяо Сюня сначала не волновала эта позиция, но потом внезапно появился главный герой Гун, они возненавидели друг друга и часто подставляли друг другу подножки. Как только главный герой Гун услышал, что Сяо Сюня очень ждут, он принял решение об этой должности; когда Сяо Сюнь увидел, что он хочет эту должность, он, естественно, не мог позволить ему занять ее.

Но пока Се Шу не подал в отставку и не отказался от эссе, они еще не заслужили эту должность.

Ли Сун продолжил:

— Но Сяо Сюнцзянь перешел на другую сторону, у него не только темная личность, но и очень жестокая, и даже способ самосовершенствования отличается от других.

Разве это не одно и то же? То, что культивировал Сяо Сюнь, было способом убийства, он доказал этот способ, убивая, чем больше он убивал, тем выше была бы его база культивирования.

— Просто он ворвался в Секту Свободных и Раскрепощенных полгода назад, ранил четырех старейшин и бесчисленное количество учеников Секты Свободных и Раскрепощенных и сжег секретное сокровище Секты Свободных и Раскрепощенных. С тех пор он бесследно исчез. Врата свободной секты Господь привел людей в дом Сяо, чтобы добиться справедливости, но им сказали, что они уже изгнали Сяо Сюня из дома. Сяо Сюнь потерял защиту дома Сяо и был выслежен сектой "Свободные и Раскрепощенные" и несколькими сектами фей, но его пока никто не видел. местонахождение.

Выслушав, Се Шуци задумчиво опустил голову.

В начале оригинальной книги Сяо Сюнь был выслежен сектой Свободных и Раскованных и вернулся на арену после того, как скрывался в течение года и изучил секретный метод.

В то время он совершенствовался так хорошо, что люди блокировали и убивали Будд, и он уже стал одной из лучших фигур среди молодого поколения в мире совершенствования, и через несколько дней семья Сяо вновь признала его.

Таким образом, в текущем графике Сяо Сюню придется тренироваться в каком-нибудь уголке в течение полугода, прежде чем он появится.

Се Шуци почувствовал большое облегчение и небрежно спросил:

— У вас есть его портрет?

Ли Сун взглянул на него:

— Ты с ума сошел? В конце концов, раньше он был молодым мастером семьи Сяо, одной из четырех великих сект бессмертных. Как можно было случайно оставить портрет снаружи?

Поразмыслив об этом, Се Шуци решил, что в этом есть смысл, но, по крайней мере, он перестал беспокоиться.

— Почему ты спрашивал о нем?

Подозрительно спросил Ли Сон.

Се Шуци поднял брови, намеренно поддразнивая его:

— Я слышал, что он очень хорошо выглядит, так что любопытства недостаточно.

Лицо Ли Суна позеленело:

— Грязный!

Когда Ли Сун вышел из медицинского зала, он получил письмо и был отозван своими товарищами-учениками, Се Шуци вернулся в гостиницу один.

Когда он вернулся в гостиницу, мебель в вестибюле была цела, и совсем не было очевидно, что он пережил очень жестокую драку.

А Донг держал засахаренных ястребов в одной руке и ветряную мельницу в другой, сидя перед прилавком и развлекаясь.

Лавочник подсчитывал сегодняшние убытки и время от времени вздыхал. Хотя Ли Сун заплатил много, он только что пережил драку, и в гостинице не было ни одного гостя.

— Молодой мастер Се вернулся? Как твоя рана?

спросил владелец магазина, когда поднял глаза и увидел его.

Се Шуци покачал головой, на самом деле ничего серьезного, старый врач в течение получаса натирал его мазью для улучшения кровообращения и устранения застоя крови, и он был почти исцелен.

— Мужчины, что это за маленькая травма?

Се Шучи спросила с недовольным лицом.

Лавочник улыбнулся от уха до уха и поспешно подозвал его.

— Мастер Се, спасибо вам за спасение ребенка сегодня. Я не собирался вмешиваться в ваши дела, но есть кое-что, о чем я хочу вам напомнить.

Когда он сказал это, лицо лавочника было не очень красивым.

Се Ань, который был с Се Шуци, казалось, не хотел выглядеть таким слабым.

Се Ань, стоявший перед Се Шуци, полностью отличался от Се Аня, стоявшего перед другими людьми. Хотя он и не знал об отношениях между этими двумя, ему все равно было необходимо быть настороже.

— Что?

Озадаченно спросила Се Шучи.

Владелец магазина понизил голос и сказал:

— Тот, что рядом с тобой ...

Его голос резко оборвался, Се Шуци с сомнением поднял голову и увидел, что он оглядывается назад с бледным лицом.

Се Шуци повернул голову и увидел Се Аня, тихо стоящего на чердаке.

Страница книги После попаданчества в книгу я подобрал главного героя-шоу в интернете

Table of Contents

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

О книге