Глава 1: Не оказываю ли я хорошие услуги?

"О, разве это не мастер Ю?" Человек, сидевший за барной стойкой, протянул руку и щелкнул пальцами, приветствуя его: "Подойдите сюда и закажите что-нибудь".

Все гости обратили свое внимание на Ю Хэ, и даже обслуга, ожидавшая у стены, повернула головы, чтобы посмотреть, как Ю Хэ отреагирует на то, что его увидят с ними.

Ю Хэ, известный богач второго поколения в Фэнчжэне, разбирается во всех аспектах еды, питья и развлечений. Он - лидер среди щеголей и известный в богатых кругах расточитель.

Расточители - не редкость, так почему же Ю так известен? Это благодаря его природному преимуществу - он родился с красивой внешностью.

Хотя у Ю Хэ много недостатков, его внешность настолько безупречна, что даже самый придирчивый человек не найдет в ней изъянов.

Раньше Ю Хэ был частым посетителем этого частного клуба, звал друзей и тратил деньги как воду. Но все это было до сегодняшнего дня. С сегодняшнего дня Ю Хэ больше не молодой хозяин семьи Ю, а бродячая собака.

Это потому, что он не является биологическим сыном семьи Ю в Фэнчэне. Кормилица случайно подменила двух детей с одинаковой фамилией, из-за чего настоящий молодой господин потерялся и жил на улице девятнадцать лет!

Говорят, что настоящего молодого мастера зовут Ю Цинъянь, он вырос в обычной семье, работал и учился неполный день, и был принят в престижный университет. С другой стороны, фальшивый молодой господин, Ю Хэ, ничего не добился.

Что касается Ю Хэ, ребенка кукушки, который захватил сорочье гнездо, то семья Ю, естественно, выгнала его из дома, разорвав с ним все связи.

Этот клуб называется "Терраса Цзиньсе" и является чрезвычайно закрытым, открытым только для богатых семей. Ю Хэ смог работать здесь, потому что, по слухам, его устроил парень настоящего молодого мастера.

Ю Хэ за одну ночь превратился из молодого господина в слугу, испытав на себе все взлеты и падения жизни. Это как человек, сидящий в баре, который раньше был никем и не мог даже заговорить с Ю Хэ, когда был молодым хозяином, а теперь смеет называть его собакой.

Выражение лица Ю Хэ не изменилось, он подошел к шкафу у стены, чтобы достать планшет для заказа.

"Это Чэнь Бяо", - шепнул Ю Хэ официант, стоявший у шкафа. "Он уже много выпил. Может, мне пойти вместо него?"

Губы Ю Хэ были очень красивыми. Он улыбнулся и приподнял уголки рта. "Спасибо." Он посмотрел на английские буквы на рабочем бейдже на груди официанта и с трудом прочитал их вслух: "Ша..."

"Шон, - сказал официант, взяв на себя инициативу по транслитерации, - вы можете называть меня просто Сяо Сяо".

Ю Хэ поднял планшет. "Хорошо, я пойду".

"Вы должны позвонить боссу клиента", - предупредил Сяо Сяо, выглядя обеспокоенным.

Ю Хэ наклонил голову и сделал ободряющее выражение лица в сторону Сяо Сяо.

Это холл второго этажа клуба, музыкальный бар для приема индивидуальных гостей. Те, кто действительно богат, не сидят на втором этаже или в баре. В баре не особенно тихо, но стоило Ю Хэ повернуться и сделать всего два шага, как он услышал сзади усмешку: другой посетитель дразнил Сяо Шона.

"Сяо Шон, ты действительно умеешь льстить, но очень жаль..."

Ю Хэ прошел сквозь толпу и продолжил идти вперед, сожалея, что не слышал, что было сказано после "жаль".

Нетрудно догадаться, что это был не очень хороший разговор. Резкие слова Ю Хэ слышал слишком часто, и давно уже привык к ним.

Он положил планшет, который держал в руках, перед столом Чэна и спросил: "Что бы вы хотели заказать, господин Чэн?". Лицо Чэна было красным от пьянства. Он подпер голову рукой, а другой рукой провел по планшету. "Молодой господин Ю, - буркнул он, - я слышал, вас выгнали из дома?"

"Да", - спокойно ответил Ю Хэ, не рассердившись. Он снова спросил Чэня: "Что бы вы хотели заказать, господин?".

Чэнь Бяо намеренно пытался доставить Ю Хэ неприятности.

Он провел пальцем по планшету и переспросил: "Что обычно заказывает молодой господин Ю Хэ?".

Ю Хэ поклялся, что не хотел противостоять Чэнь Бяо, но он не мог остановить его от постоянных глупых вопросов.

Ю Хэ стоял и честно отвечал: "Чэнь Босс, я раньше не сидел в этом зале. Меню в личных комнатах наверху, кажется, отличается от меню в зале. Мне очень жаль, что я не могу порекомендовать вам никаких напитков".

Внезапно вокруг стало тихо, и люди, тайно наблюдавшие за происходящим, обменялись взглядами.

Помимо внешности, Ю Хэ был знаменит еще и своим ртом.

Кто-то однажды заметил: "У него очень хороший журавлиный клюв, даже жестче, чем рот мертвой утки. Больно, когда он клюет людей!".

Ю Хэ ленив в течение всего дня, с покладистым характером, который ни о чем не беспокоится. Он говорит безразлично, небрежно провоцируя других. Пока вы волнуетесь и прыгаете с места на место, он даже не удосуживается поднять веки. Кто бы не расстроился? Даже если бы он сказал что-то из лучших побуждений, это прозвучало бы как провокация с его стороны. Кроме того, он не очень вежливо разговаривает.

В этот момент Чэнь Бяо разозлился. Его гнев, подпитываемый алкоголем, разгорелся, и он бросил планшет на пол. Затем он схватил Ю Хэ за воротник и спросил: "Что ты сказал?".

Обслуга, стоявшая у стены, быстро окружила их и мягко посоветовала Чэнь Бяо. Менеджер Ван Учуань услышал шум и поспешил к ним.

Чэнь Бяо взмахнул рукой и оттолкнул всех. Он снова спросил: "Что вы сказали раньше?".

Конечно, Ю Хэ даже не поднял веки и повторил его слова дословно.

Чэнь Бяо очень разозлился и в запале поднял кулак и ударил им по лицу Ю Хэ.

Ван Учуань насторожился, подумав про себя, что никогда нельзя бить по лицу, особенно по лицу Ю Хэ, которое было слишком важным. Он остановил руку Чэнь Бяо и, как управляющий Террасой Цзиньсе , имел определенный авторитет. Ему удалось отклонить кулак Чэнь Бяо.

"Господин Чэнь, вы слишком много выпили. Лань Ци", - Ван Учуань подозвал умелого официанта и подтолкнул Чэнь Бяо к нему. "Отведите господина Чэня на третий этаж и протрезвите его".

Разобравшись с Чэнь Бяо, Ван Учуань посмотрел на Ю Хэ и указал на него, давая понять, что он не сказал то, что должен был сказать при всех: "Иди в мой кабинет и жди меня".

Ю Хэ ничего не ответил, вместо этого он наклонился и подобрал планшет, который Чэнь Бяо бросил на пол. Сила пьяного человека была велика, и после падения экран и корпус планшета разделились, что указывало на его непригодность.

Ю Хэ положил планшет на стойку бара и сказал бармену: "Добавьте стоимость планшета к счету Господина Чэня. Он заботится о своем лице, и если мы не включим его в счет, это будет выглядеть так, будто мы смотрим на него свысока".

Толпа: "......" (Все потеряли дар речи.)

Глава 2: Только он может защитить тебя

Бармен подумал про себя: "Это не я, я ничего не делал".

У Ван Учуаня резко поднялось давление, и он закричал: "Ю Хэ!". Ю Хэ постучал пальцем по барной стойке, чтобы напомнить бармену не забыть снять деньги со счета Чэнь Бяо, а затем засунул руки в карманы и неуверенно пошел прочь.

Офис менеджера "Терассы Цзиньсе" находился на десятом этаже.

Ван Учуань зажег сигарету, сделал глубокую затяжку и наблюдал за тем, как акционер Чжоу Вэньсяо представлял подставного молодого мастера, который пришел на работу.

Чжоу Вэньсяо - парень настоящего молодого мастера Ю Цинъяня, и он был намерен преподать Ю Хэ урок и отомстить за Ю Цинъяня.

В Терассе Цзиньсе есть несколько каналов, более или менее, где симпатичные парни и девушки сворачивают с дороги. Чжоу Вэньсяо устроил Ю Хэ работать сюда, и он прекрасно понимал, что с таким лицом Ю Хэ будет слишком легко впасть в разврат.

Он приказал своим подчиненным предоставить Ю Хэ больше возможностей "сделать себе имя".

Но что значит "сделать себе имя"? Разве это не значит просто отдавать себя на растерзание сильным мира сего?

Ван Учуань снова затянулся сигаретой, и серо-голубой дым распространился по всему офису.

Сквозь дымку лицо Ю Хэ было прекрасным, как нефрит, как луна в воде, как цветы в тумане. Даже прямой человек не мог удержаться от того, чтобы не бросить на него несколько взглядов. Если бы он попал в руки того, кто наслаждался подобными вещами, разве его не разыграли бы до смерти?

"Ю Хэ", - Ван Учуань откинулся в кресле начальника с сигаретой в руке, тщательно подбирая слова. "Я знаю, что раньше ты был молодым мастером и тебе не приходилось никому служить, но это сфера услуг. Понимаешь ли ты, что значит служить?".

Ю Хэ выглядел удивленным и, казалось, не понимал, почему Ван Учуань вызвал его в офис для частного разговора. "Менеджер Ван, я недостаточно хорошо служу?" - спросил он.

"Хорошо или нет, но вы только сегодня начали работать официантом".

Ю Хэ пришел на работу впервые и пока сделал только одно дело - принес на стойку планшет, да еще умудрился уронить его и разбить. Что из этого можно оценить?

Ван Учуань не хотел критиковать Ю Хэ, но даже если бы и хотел, это не принесло бы никакой пользы. Если бы Ю Хэ умел слушать критику других, он бы не оказался в своей нынешней ситуации.

Ван Учуань медленно сказал: "В холле немного шумно. Как насчет того, чтобы пойти на 16-й этаж? Там можно заработать больше денег".

Шестнадцатый этаж полностью состоит из самых первоклассных частных комнат. Минимальный расход за одну ночь составляет как минимум шестизначное число. Здесь есть все, что только можно себе представить, включая музыкальные представления, выставки каллиграфии и живописи и всевозможные развлечения. Если вы готовы тратить деньги, то 16-й этаж - это как рай на земле, сказочная страна в Яочи.

Ю Хэ понял намек Ван Вучуана, потянулся за сигаретой на столе и прислонился к стене.

Когда он опустил голову и зажег сигарету, оранжевое пламя отразилось в его персиково-цветочных глазах и сделало его красивым, как звезда.

Он сделал затяжку, затем выдохнул, и без лишних слов спросил прямо: "Менеджер Ван, вы просите меня продать себя?".

Ван Учуань был старым курильщиком, но он все равно подавился сигаретой, когда его спросили так прямо: "Кашель-кашель-кашель, нельзя так говорить. На 16-м этаже также много продавцов спиртного".

Выражение лица Ю Хэ было двусмысленным, с намеком на улыбку в глазах. Родинка под глазом была частично скрыта, частично открыта, и он молчал, глядя только на Ван Учуана.

Под пристальным взглядом таких глаз и бровей Ван Учуань не мог больше сидеть спокойно. Он встал со стула, закрыл дверь кабинета и открыл правду Ю Хэ: "Молодой господин Ю, если говорить откровенно, кто-то сверху выделил вас".

Ю Хэ слегка хихикнул и наконец отвел свои прекрасные глаза в сторону, как будто он уже предвидел это: "В этом нет ничего удивительного".

Ван Учуань сделал жест и сказал: "Как вы знаете, настоящие большие шишки приходят в клуб не для того, чтобы играть. Он предпочитает, чтобы дома был кто-то чистый и послушный. Есть несколько человек, которым нравятся мальчики, и он уже спрашивал о тебе".

Слово "уже" было очень тонким.

Ю Хэ опустил ресницы и на мгновение задумался: "Я слышал об этом еще тогда, когда был в семье Ю. Должно быть, он довольно влиятельный человек".

Ван Учуань воскликнул и подтвердил: "Кто сказал, что это не так? Так много людей следят за тобой..." Он сменил тему: "Но тебе повезло. Хотя некоторые хотят поиздеваться над тобой, есть и те, кто хочет тебе помочь".

Помочь тебе? Кто в здравом уме придет в Джинсетай, чтобы помочь кому-то?

Ю Хэ в глубине души не верил в это. Он думал, что Ван Учуань просто говорит эти красивые слова, чтобы обмануть его. Он поднял глаза, и его темные зрачки, казалось, могли видеть сердца людей насквозь. В то же время он почувствовал усталость и понял, что тайная борьба была действительно скучной.

Ю Хэ равнодушно ответил: "Неважно".

Ван Учуань, естественно, знал, что Ю Хэ ему не верит.

Некоторые люди знали, что Ю Хэ был в Терассе Цзиньсе, и прошли через несколько уровней отношений, чтобы попросить защитить его. По стечению обстоятельств, он также доверил это Ван Учуаню. Ван Учуань разобрался в ситуации с обеими сторонами, и поскольку он не имел обиды на Ю Хэ, то, естественно, был готов оказать ему эту услугу.

Ван Учуань был откровенен и сказал: "Терасса Цзиньсе" - не лучшее место. Уходи как можно скорее".

Ю Хэ стряхнул пепел в пепельницу, его пальцы были тонкими и красивыми, как на картине. "Кто это?"

Эти руки напомнили Ван Учуану мальчика, который работал в Цзиньсе.

У того мальчика тоже были тонкие руки, которыми он высокомерно играл на пианино. После того, как его забрали из Цзиньсе, Ван Учуань долгое время не видел его. Когда он увидел его, шесть из десяти его пальцев были сломаны, а тело покрыто ранами. Он больше не мог играть на пианино.

Человек, который забрал мальчика, также спросил о Ю Хэ.

"Есть один парень по имени Фу, который готов помочь тебе заплатить за разрыв контракта, чтобы ты покинул Терассу Цзиньсе", - Ван Учуань сделал жест рукой. "Он никогда раньше не просил никого в Терассе Цзиньсе, и я мало что о нем знаю, кроме того, что у него есть какие-то особые предпочтения. Если ты сможешь приблизиться к нему, он сможет защитить тебя".

Ван Учуань серьезно посмотрел на Ю Хэ и повторил: "Только он может защитить тебя".

Три дня спустя чисто черный удлиненный G-класс остановился на подземной парковке.

Ван Учуань передал контракт о расторжении договора Ю Хэ и проинструктировал его: "Когда приедешь туда, не удивляйся ничему, что увидишь. Я слышал, что здоровье этого человека не очень хорошее". Он понизил голос: "Плохое здоровье - это хорошо, так что он не будет изматывать тебя день и ночь".

Если бы Ю Хэ услышал это три дня назад, он бы, возможно, поверил, но после экстренной теоретической подготовки от своего коллеги Шона в последние несколько дней, Ю Хэ оставался скептиком.

Если кто-то хочет утомить его, кто сказал, что он должен делать это сам?

Глава 3: Это правда...

Ю Хэ держал в кармане подробную схему анатомии человека и смотрел на своего нового друга Шона. Шон уверенно кивнул Ю Хэ, полагая, что с красотой Ю Хэ он точно сможет пленить этого таинственного эксперта и сделать так, что он не сможет устоять..

"Давай", - сказал Шон, держа Ю Хэ за руку и тихо подбадривая его, - "Если ты правильно выбрал угол, то больно не будет, а если тебе будет приятно, то это беспроигрышный вариант".

Ю Хэ: "...я многому научился".

После трех дней, проведенных вместе, Шон стал относиться к Ю Хэ как к лучшему другу. Он открыл для Ю Хэ пожарную дверь подземного гаража. Рядом с расширенной версией Гастера стоял водитель, одетый в изысканный наряд. Увидев их, водитель слегка поклонился в знак приветствия.

Эта сцена была еще более показной, чем в семье Ю.

Ван Учуань подошел и лично открыл заднюю дверь для Ю Хэ.

Водитель, прошедший обучение профессиональному этикету, не стал соревноваться с Ван Учуанем в открывании двери машины. Ю Хэ сел в машину, водитель закрыл дверь, кивнул Ван Учуану в знак уважения, а затем повернулся к передней части машины и сел на водительское сиденье, чтобы завести машину.

Высокопроизводительный двигатель слегка взревел, и машина медленно выехала из подземного гаража.

Ю Хэ сидел в машине, направляясь навстречу неизвестной судьбе.

В машине были только Ю Хэ и водитель. Водитель был мужчиной средних лет, лет сорока, с хорошими навыками вождения. Он почтительно обратился к Ю Хэ: "Молодой господин Ю, до места назначения ехать около двух часов сорока минут. Если вы чувствуете усталость, можете немного отдохнуть. Рядом с вами есть одеяло".

Действительно, необходимо сделать перерыв. Ю Хэ также не знает, во сколько он закончит сегодня. Он натянул одеяло и обернул его вокруг себя, почувствовав слабый древесный аромат.

Ю Хэ обладает чувствительным обонянием и не любит никаких ароматов, особенно в машине. Если ароматерапия в машине слишком сильная, смешанная с запахом кожаных сидений, у него закружится голова.

Он немного беспокоится, что его укачает в машине, да и рвота в присутствии босса, наверное, не очень хорошо.

"Вы хотите поехать по шоссе?" спросил Ю Хэ.

Водитель ответил: "Да, господин Ю, мы должны выехать на шоссе примерно через семнадцать минут. Есть ли у вас какие-нибудь нужды?"

Ю Хэ был очень честен и сказал: "Меня легко укачивает".

Услышав это, водитель включил в машине устройство фильтрации PM2.5 и оставил небольшую щель в люке. Он сказал: "Если вы почувствуете дискомфорт, пожалуйста, дайте мне знать. У меня в машине есть лекарство от укачивания, но сегодня..."

Ю Хэ понял, что ингредиентом лекарства от укачивания обычно является дименгидринат.

Чай с дименгидринатом обладает сильным эффектом в предотвращении укачивания и рвоты, но он часто вызывает побочные реакции, такие как головокружение, сонливость и усталость после приема. Сегодня вечером ему еще предстоит "работа", и эти побочные эффекты повлияют на его работоспособность.

Поехав на юг, водитель выехал на шоссе у платной станции Юньсу. Ю Хэ открыл окно машины и посмотрел на мелькающие за окном незнакомые уличные пейзажи.

Ю Хэ впервые посещал город Юньсу, но все, что он мог видеть, это старинные здания в стиле Сучжоу и небольшие мосты над текущей водой. Это не было похоже на центр города Юньсу, а скорее на древний город.

Ю Хэ был немного озадачен и спросил: "Это... древний город Юньлань?".

Водитель ответил: "Да, это Юньлань. В низкий сезон осенью дороги здесь более удобные, меньше дорожных происшествий. Частная резиденция господина Фу находится в Юньсу".

У человека из Юньсу фамилия Фу, так что это должен быть тот человек... вот на кого они ссылаются.

В голове Ю Хэ пронеслась нереальная догадка, но она была быстро опровергнута.

Нет, человек, стоящий у власти в семье Фу, Фу Юньчжэн, попал в аварию, верно?

Говорили, что все было очень серьезно, и он полгода не мог встать с больничной койки. После такой травмы ты все еще в настроении играть с мальчиками?

Ю Хэ не понимает мир больших шишек.

Когда машина въехала в живописную зону горы Гуаньюнь, Ю Хэ окончательно убедился, что его не обманули, и это, скорее всего, был Фу Юньчжэн.

Фу Юньчжэн построил поместье площадью в тысячу акров в живописной зоне Гуаньюнь, что в свое время произвело фурор. Даже Ю Хэ, который не обращал особого внимания на коммерческую информацию, слышал об этом.

Никто, кроме семьи Фу, не способен на такой большой шаг.

Фу Юньчжэн - настоящий гигант капитала, и по сравнению с ним три члена семьи Ю - ничто. Даже если бы их уронили перед Фу Юньчжэном, он, скорее всего, не потрудился бы их поднять.

Сколько же богатства у семьи Фу высшего уровня? Возможно, это немного абстрактно, но полгода назад, когда Фу Юньчжэн попал в больницу из-за автомобильной аварии, акции семьи Фу упали всего на два пункта, но более десяти компаний начали процедуру банкротства.

Самое страшное, что ни одна из этих десяти компаний не принадлежала семье Фу.

Чтобы помочь магнату поскорее оправиться, в это время крупные предприниматели жгли благовония и молились, и они были даже более встревожены, чем сам Фу Юньчжэн.

Говорят, что после того, как Фу Юньчжэн очнулся после аварии, его методы стали еще более безжалостными и непредсказуемыми. Он действовал по своему усмотрению, а его перепады настроения было трудно предсказать. В один момент он мог смеяться и шутить, а в другой - разорить несколько компаний. Он не проявлял милосердия к тем, кто его обижал, даже к собственным родственникам. Он без колебаний заставлял сотрудников службы безопасности вышвыривать их вон.

Фу Юньчжэн практически держал в руках жизнь и смерть всех предприятий в Фэнчжэне, поэтому неудивительно, что Ван Учуань сказал, что только он может спасти Ю Хэ.

Поместье очень большое, с пышной растительностью. Лунный свет в эту осеннюю ночь очень белый, светит на деревья и создает немного жутковатую прохладу.

Ю Хэ предался размышлениям. Двор глубокий, а стены высокие. Он не знает, какие у Фу Юньчжэна особые увлечения. Если ему нравятся вещи, которые не соответствуют основным социалистическим ценностям, например, игры с ножами и пистолетами, то он действительно не сможет избежать наказания.

Оглядываясь назад, Ю Хэ в конце концов почувствовал, что немного нервничает.

Машина медленно остановилась. Четырехэтажная вилла была высока, как замок, а перед дверью стояли два ряда слуг. Поспешный взгляд показал, что их было более двадцати.

Боже мой, бегство не поможет мне спастись. Лучше быть честным и лечь плашмя.

Сидя в машине, Ю Хэ глубоко вздохнул. Не успел он и пальцем пошевелить, как человек, одетый как дворецкий, поклонился и открыл перед ним дверь машины.

Дворецкий уверенно заговорил: "Здравствуйте, молодой господин Ю. Я дворецкий Чжан Шань. Вы можете называть меня Сяо Чжан".

У стоявшего перед ним мужчины были слегка седые виски, и на вид он был старше приемного отца Ю Хэ.

Ю Хэ издал редкий смешок и быстро оценил старшинство мужчины: "Дядя Чжан".

Чжан Шань опустил взгляд и посмотрел на мальчика.

Когда Чжан Шань увидел лицо Ю Хэ, он был на мгновение ошеломлен, его первой реакцией было то, что он очень хорош собой, а второй - то, что он слишком молод.

Ю Хэ высокий, рост более 180 см, одет в стандартную белую рубашку и черные костюмные брюки. У него худощавый и юный вид, свойственный подросткам, как у нежного бамбука, который рос слишком быстро, не в силах остановиться в росте. В нем чувствуется жизненная сила, он молод и красив, ему суждено взлететь до больших высот.

В юности его темперамент еще не устоялся, и именно в этом возрасте он наиболее беззаботен и любит играть. Разве может он вынести тишину частного дома?

Чжан Шань взял себя в руки, открыл тяжелые бронированные двойные двери и ввел Ю Хэ в виллу. Два ряда слуг, стоявших за ними, тоже слегка поклонились Ю Хэ, затем в унисон отступили на три шага, развернулись и ушли, вернувшись в единственную виллу, где жил персонал.

Дверь открылась, и Ю Хэ сначала почувствовал аромат сандалового дерева, а затем увидел у входа тумбу из фиолетового сандалового дерева.

Чжан Шань сказал Ю Хэ: "Господин Фу не любит, когда люди ждут его на вилле по ночам. Если вы проголодаетесь или вам понадобится что-нибудь еще, просто позвоните по внутреннему телефону".

Пройдя через парадный зал площадью в несколько десятков квадратных метров, они подошли к другой двери.

Прежде чем открыть дверь, Чжан Шань прошептал: "Ноги господина Фу не в лучшей форме, поэтому, пожалуйста, позаботьтесь о нем".

Открыв дверь, Ю Хэ наконец-то увидел Фу Юньчжэна.

Фу Юньчжэн был одет в темно-серый дизайнерский костюм и сидел в инвалидном кресле.

Вилла семьи Фу была действительно слишком большой. Ю Хэ стоял у двери, а Фу Юньчжэн сидел в гостиной, их разделяло расстояние более десяти метров. С такого расстояния Ю Хэ не мог хорошо разглядеть лицо Фу Юньчжэна.

Фу Юньчжэн молчал, и Ю Хэ почувствовал неуверенность, поэтому он повернулся и посмотрел на Чжан Шаня.

Чжан Шань опустил голову в сторону Фу Юньчжэна, а затем прошептал Ю Хэ: "Подойди". После этого он вышел из гостиной и плотно закрыл дверь. Ю Хэ чувствовал себя немного неловко, но все же подошел к Фу Юньчжэну.

Фу Юньчжэн заплатил за то, чтобы выкупить его с "Террасы Цзиньсе". Хотя об этом не было сказано прямо, они оба понимали намерения друг друга. Ю Хэ прекрасно понимал, зачем Фу Юньчжэн позвал его. Примерно в пяти или шести метрах от Фу Юньчжэна он вдруг сказал: "Остановись".

Глава 4: Настойчивость в невзгодах

Ю Хэ остановился на месте, и теперь, когда он был достаточно близко, он наконец-то ясно увидел лицо Фу Юньчжэна. Он думал, что человек с таким статусом и властью, как у Фу Юньчжэна, будет мужчиной средних лет, лет сорока или пятидесяти.

Но перед ним стоял слишком молодой человек с внушительными манерами и красивыми чертами лица.

На первый взгляд, он казался несколько напряженным. Его брови были резкими и заходили на виски, нос был высоким и прямым, а бледное лицо с глубокими черными бровями и глазами создавало четкое ощущение резкости. Он выглядел худым, как будто выздоравливал после тяжелой болезни, но даже сидя в инвалидном кресле, было легко заметить, что изначально он имел прекрасное телосложение и был возвышающимся человеком с внушительным присутствием.

Темный костюм хорошо сидел на нем, облегая тело Фу Юньчжэна и делая его не столько похожим на бизнес-магната, сколько на знаменитость, пришедшую на кинофестиваль.

Неужели Фу Юньчжэн так молод?

Ю Хэ неосознанно нахмурился, изобразив на лице сомнение.

Фу Юньчжэн молча смотрел на Ю Хэ, и когда он увидел выражение лица Ю Хэ, его пальцы на коленях неестественно скрючились, а губы опустились вниз, показывая недовольство.

У Фу Юньчжэня были резкие брови и свирепый характер, а его суровое выражение лица стало немного мрачным, когда он нахмурился.

Он холодно посмотрел на Ю Хэ и приказал: "Подойди сюда".

Ю Хэ попытался проследить за выражением лица Фу Юньчжэна.

К сожалению, с его скудными способностями читать выражения и слова людей, он не мог точно расшифровать мысли Фу Юньчжэна.

Ю Хэ заколебался и спросил: "Мне подойти?".

Фу Юньчжэн сидел в инвалиднои кресле и смотрел на Ю Хэ, его взгляд был острым, как молния. В ответ на вопрос: "Если не можешь подойти, то приползи"

Его голос был одновременно холодным и тяжелым, а вопросительное предложение было произнесено в утвердительном тоне.

Поэтому, когда это предложение дошло до ушей Ю Хэ, оно прозвучало как: "Ну или приползи".

Ю Хэ: !!!

Приползти?

О нет, я просто встану на колени, как только поднимусь.

Особое хобби босса может навредить ему.

Когда дело доходит до вещей, которые он не понимает, Ю Хэ относится к ним с уважением. Если Фу Юньчжэну понадобится, Ю Хэ может опуститься перед ним на колени прямо на месте.

подумал Ю Хэ: Босс сидит в инвалидном кресле, а он стоит. Может быть, босс не привык смотреть на людей сверху? Но это не его вина, что он такой высокий.

О, неудивительно, что он хочет, чтобы тот подполз к нему и встал на колени. Тогда он был бы ниже Фу Юньчжэна, верно?

Босс действительно проницателен и дальновиден.

Убедив себя, Ю Хэ сделал полшага назад и опустился на колени, согнув колени. Фу Юньчжэн с острым взглядом и глубокими мыслями сказал: "????".

(Примечание: вопросительные знаки означают замешательство или удивление, выраженное реакцией Фу Юньчжэна, о чем в оригинальном тексте прямо не говорится).

Фу Юньчжэн слегка нахмурил брови, но в итоге ничего не сказал. Хотя он не понимал поведения Ю Хэ, он все равно проявил к нему уважение. Плитка была немного холодной, и холод быстро пробрался через штаны Ю Хэ к его коленям, но он не возражал и пополз вперед, держась обеими руками за землю.

Увидев ситуацию, Фу Юньчжэн понял, что Ю Хэ неправильно понял его слова, и если он сейчас заговорит, это только усугубит ситуацию. Чтобы унять и без того напряженные эмоции Ю Хэ, Фу Юньчжэн промолчал. Разбираясь между неловкостью Ю Хэ и возможностью прослыть извращенцем, Фу Юньчжэн стиснул зубы и выбрал последнее.

Ю Хэ опустил голову и не заметил, как Фу Юньчжэн поджал губы.

Он был очень близко к Фу Юньчжэну и быстро подполз к нему. Он опустился на колени, усевшись ягодицами на пятки, и смотрел на Фу Юньчжэна, ожидая следующей команды.

Костюм Фу Юньчжэна очень аккуратный, плечи прямые, за ушами легкая сырость. Ю Хэ также почувствовал слабый аромат мыла.

Оно не похоже на элитный бренд класса люкс. Это аромат самого обычного белого мыла, который является одним из немногих запахов, которые нравятся Ю Хэ.

Хотя Ю Хэ в данный момент все еще стоит на коленях, это не мешает его симпатии к Фу Юньчжэну сильно возрастать.

Голос Фу Юньчжэна был очень холодным, с легкой хрипотцой: "На что ты смотришь?"

Юй Хэ немного занервничал и проболтался о своих главных мыслях, опередив свой мозг. (Он говорил, не обдумывая свои слова).

Ю Хэ сказал: "Ни на что.. Ты очень хорошо пахнешь".

Пальцы Фу Юньчжэна сжали край брюк, часы на его запястье блеснули, но он быстро отпустил их и равнодушно сказал: "Я только что принял душ".

"Мм." ответил Ю Хэ и слегка выпрямился: "Я вижу, твои волосы еще не совсем высохли. Тебе помочь высушить их феном?".

На этот раз Фу Юньчжэн сдержался, чтобы не схватиться за штаны.

Чжан Шань был прав. Ю Хэ был слишком молод.

Молодые люди обладают остротой, которую нельзя недооценивать. Они подходят прямо, без сомнений и колебаний, как холодный, острый нож, который может легко прорвать любую маскировку.

"Нет необходимости", - сказал Фу Юньчжэн. "Возвращайся в свою комнату".

На вилле было очень тихо, лишь раздавался легкий звук поворачивающейся инвалидной коляски.

Фу Юньчжэн направил инвалидное кресло в сторону лифта. Электроколяска очень умная, с отличной функцией обхода препятствий, а интеллектуальная панель содержит все точки всего поместья.

Вилла очень большая, четыре этажа над землей и два этажа под землей, каждый этаж занимает тысячи квадратных метров. Однако, если пользователь выбирает место в пределах виллы, электрическое кресло-коляска может автоматически двигаться вперед к месту назначения, независимо от того, где оно находится.

Ю Хэ встал и последовал за Фу Юньчжэном.

В лифте Фу Юньчжэн сказал: "Моя комната наверху, как и твоя".

Ю Хэ кивнул, но быстро понял, что Фу Юньчжэн не видит, как он садится, поэтому сказал: "Хорошо, босс".

Фу Юньчжэн: "......"

Дверь лифта открылась, и Фу Юньчжэн провел Ю Хэ в спальню.

"Это моя спальня", - сказал Фу Юньчжэн, нажимая на ручку и открывая дверь. Когда дверь открылась, в комнате автоматически включился свет, а электрические шторы автоматически закрылись.

В спальне много умных предметов, а острые углы, например, ножки кровати, обтянуты уголками, предотвращающими столкновения.

Мебель сделана на заказ, столешница более узкая, полки тоже пустые. Все было сдвинуто вниз и размещено в пределах досягаемости Фу Юньчжэна.

Ю Хэ вошел в комнату, он не знал, что нажал Фу Юньчжэн, но дверь спальни автоматически закрылась с хрустящим звуком.

Это номер люкс, снаружи кабинет и ванная комната, а внутри спальня.

Когда Фу Юньчжэн вошел в спальню, в глаза бросилась большая кровать размером 2 на 2 метра и свисающие с потолка кольца у изголовья кровати.

Увидев эти кольца, Ю Хэ почти потерял контроль над своим выражением лица.

Неужели Фу Юньчжэн занимается на этих кольцах?

Он действительно сильный человек, несмотря на свои физические ограничения.

Это сильно проверяет его силу рук!

Глава 5: Мне нужно, чтобы ты говорил правильно

У Ю Хэ нет реального опыта, когда дело касается того, что должно произойти.

Если бы Фу Юньчжэн мог только лежать... эта поза имеет высокую степень сложности и является более продвинутым теоретическим курсом, который Ю Хэ еще не изучал.

Позже, во время душа, он планирует воспользоваться возможностью быстро наверстать упущенное, и неосознанно сжимает в кармане схему анатомии человека.

К счастью, Шон принес ему шпаргалку.

Увидев, что Ю Хэ безучастно смотрит на висящее на кровати кольцо, Фу Юньчжэн почувствовал себя немного неловко и слегка пошевелился. Он позвал Ю Хэ по имени: "Ю Хэ".

Ю Хэ огрызнулся и ответил: "Босс".

Он всегда помнил, что Шон сказал ему обращаться к гостям "босс", как железное правило.

Фу Юньчжэн на мгновение замешкался, но не стал исправлять обращение Ю Хэ к нему. Он спросил глубоким голосом: "Ты знаешь правила?".

Фу Юньчжэн обладал внушительной силой, и Ю Хэ почувствовал себя так, будто его допрашивает директор школы.

Ю Хэ слегка выпрямил спину и осторожно ответил: "Я знаю. Держи рот на замке и не теряй решимости".

На мгновение в глазах Фу Юньчжэна промелькнуло замешательство, но затем он вернулся к своему обычному спокойному поведению.

"...Очень хорошо", - Фу Юньчжэн прислонил кресло на колесиках к кровати и напряженным голосом приказал Ю Хэ: "Иди прими душ".

Ю Хэ, подражая позе сопровождающих семьи Фу, сделал три шага назад, повернулся и пошел к ванной комнате.

В ванной комнате было очень чисто, на столешнице лежали только обычные туалетные принадлежности, такие как шампунь, гель для душа и полный набор нераспечатанных стоматологических принадлежностей.

Ю Хэ включил душ и под шум льющейся воды стал рыться в необычных туалетных принадлежностях в ванной.

Этого не должно быть.

Может быть, Фу Юньчжэн думал, что уже закончил уборку на террасе Цзиньсе?

Но прошло уже более трех часов с тех пор, как он покинул террасу Цзиньсе, и даже если бы он закончил уборку, она бы снова стала грязной.

Странно.

Ю Хэ размышлял, стоя голым в ванной, и наконец открыл упаковку зубной щетки, подумав про себя: "Ну что ж, тогда почищу зубы как следует".

Приняв душ, Ю Хэ обернул полотенце вокруг талии, глубоко вздохнул и смело открыл дверь в ванную.

Когда дверь ванной комнаты открылась с тихим звуком, Фу Юньчжэн инстинктивно посмотрел в сторону двери.

"Он очень чувствителен к звукам", - подумала Ю Хэ.

Они посмотрели друг другу в глаза.

Инвалидное кресло было поставлено у кровати, а Фу Юньчжэн лежал на кровати, обнажив часть чистой шеи из-под пухового одеяла.

Похоже, Фу Юньчжэн раздевался, пока Ю Хэ принимал душ.

Сердце Ю Хэ заколотилось, он сильно нервничал.

Как будто девушка впервые садится в свадебное кресло.

Когда Ю Хэ учился в средней школе, он был членом школьной баскетбольной команды и имел отличную фигуру. Он был очень уверен в своей внешности.

Поэтому он искренне надеялся, что босс сможет быть с ним помягче из-за его юношеской красоты.

Он снова взглянул на висящее кольцо над головой Фу Юньчжэна и подумал: "Просто глядя на эти вещи, он не кажется очень нежным".

Ю Хэ в душе смело предположил, что не видел в ванной никаких инструментов для уборки. Может ли быть так, что большая шишка собирался убирать ее сам?

Жизнь нелегка для любого человека, и еще труднее, когда ты пытаешься заработать на жизнь.

Забудьте об этом, не пугайте себя. Фу Юньчжэн не кажется извращенцем, когда он смотрит на него, его взгляд очень ясен. В любом случае, когда он закроет глаза, ночь пройдет, и Фу Юньчжэн сможет делать все, что захочет. В обществе, где правит закон, он не может быть разыгран до смерти, не так ли?

Ю Хэ успокоился, медленно подошел к кровати, встал на колени и постарался, чтобы его голос звучал более послушно.

"Я не знаю, какой тип людей вам нравится, но я слышал, что невинный и милый образ белого кролика довольно популярен", - сказал он мягким голосом. "Босс, вам нужно, чтобы я что-нибудь сделал?"

Зрачки Фу Юньчжэна были очень темными. Он поднял голову и прямо посмотрел на Ю Хэ, сказав: "Мне нужно, чтобы ты говорил правильно".

Что ж, возможно, этой большой шишке все-таки не понравился маленький белый кролик.

В речи Фу Юньчжэна чувствовалась серьезность, которую Ю Хэ не мог описать. Это было похоже на начальника или учителя, внушительная аура, которая исходила от долгого пребывания на высоком посту. Это чувство было трудно имитировать, и культивировать его мог только настоящий лидер.

Не используя резких слов или преувеличенных жестов, спокойный и мирный тон также может заставить людей бессознательно подчиниться.

В семье Ю, даже если бы отчим Ю Хэ бросил в него пепельницу, Ю Хэгуан не чувствовал бы себя так.

Такое достоинство и торжественность заставляют людей чувствовать себя покорными.

О нет.

По мере того, как Ю Хэ все больше размышлял, он почувствовал, что Фу Юньчжэн был похож на клавишу между "A" и "D" на клавиатуре. В сочетании с подсказками о необитаемой вилле, коленях при встрече, свисающем кольце на кровати и не понравившейся ему персоне маленького белого кролика, Ю Хэ вздохнул про себя.

(В данном контексте "клавиша между "A" и "D" на клавиатуре" используется как метафора для описания характера Фу Юньчжэна. Так же как клавиша между "A" и "D" является решающей клавишей в игре, которая может сделать или сломать игру игрока, характер Фу Юньчжэна изображается как важная, возможно даже ключевая, фигура в данной ситуации. Метафора также подразумевает, что персонаж Фу Юньчжэна может оказать решающее влияние на судьбу главного героя, подобно тому, как нажатие клавиши между "A" и "D" может повлиять на успех или неудачу игрока в игре).

Поскольку даже притворство маленького белого кролика не могло помочь ему избежать участи быть ободранным и замученным, Ю Хэ решил сломать форму и больше не притворяться.

У него был очень чистый и мелодичный голос, словно нефритовая цитра из красного дерева, и это был очень чистый юношеский голос: "Хорошо, босс Фу, можно ли так говорить?".

Рука Фу Юньчжэна высунулась из-под одеяла, обнажив тошнотворную бледность под кожей пшеничного цвета. Вены и сухожилия были хорошо видны, а без крышки наручных часов кости и суставы на запястье резко выступали, как будто вот-вот сломаются.

Ю Хэ подсознательно схватился за запястье Фу Юньчжэна.

Они обменялись взглядами, чувствуя некоторую неловкость. Не слишком ли нетерпеливо было бы проявить инициативу и пожать руку начальнику? Однако Фу Юньчжэн обладал красивой внешностью. Как и советовал ему Шон. Если ему удастся расположить к себе босса, это будет действительно большая удача.

Ю Хэ прочистил горло и непроизвольно сжал запястье в своей ладони: "Что вам нужно? Позвольте мне помочь вам".

Фу Юньчжэн не стал вырывать правое запястье из рук Ю Хэ. Вместо этого он протянул левую руку, чтобы схватиться за висящее кольцо на изголовье кровати, и с помощью него с силой подтянулся.

Глава 6: Держите рот на замке, а решимость твердой

Для того чтобы тянуть вес всей верхней части тела одной рукой, требовалось много сил, отчего мышцы на плечах и руках Фу Юньчжэна слегка вздулись.

Было видно, что Фу Юньчжэн отдавал предпочтение физическим упражнениям. Его рука имела гладкую и привлекательную линию, не преувеличенную, идеальный контур, которого Ю Хэ не мог достичь, несмотря на посещение спортзала.

Это был тот вид крепких мышц, который присущ исключительно зрелым мужчинам и может быть достигнут только после определенного возраста. Как и его голос, как бы Ю Хэ ни старался, он не мог воспроизвести тот невинный детский голос, который был у него до десяти лет, и не мог добиться желаемого глубокого баса, как бы он ни старался понизить голос.

Возможно, из-за длительного постельного режима, даже простое действие - потянуть за подвесное кольцо - вызывало у Фу Юньчжэна дрожь в руках от перенапряжения.

Посидев некоторое время в оцепенении, Ю Хэ вдруг вспомнил, что как "игрушка", он должен был взять на себя инициативу и помочь золотому мастеру подняться, а не держать его за запястье и думать наугад.

Он совершил ошибку.

Когда Ю Хэ наклонился вперед, Фу Юньчжэн уже самостоятельно поднялся и сел у изголовья кровати.

Ю Хэ: "......"

Когда Фу Юньчжэн пошевелился, одеяло соскользнуло с него, обнажив глубокие ключицы.

Его костная структура была заметна.

Хотя он был крупным мужчиной, из-за болезни он так исхудал, что не мог свободно двигаться и мог только сидеть в инвалидном кресле. Скорее всего, из-за травмы у него был поврежден поясничный отдел позвоночника. Если бы у него болели только ноги, то почему он не мог даже приложить усилия, чтобы встать с кровати?

Ю Хэ снова взглянул на висящее кольцо на кровати, закусил губу и подумал, не потому ли, что у него грязный ум, он видит в нем рычаг, помогающий Фу Юньчжэну встать...

Это все потому, что Шон слишком усердно его учил!

Фу Юньчжэн почувствовал себя несчастным, так как Ю Хэ продолжал смотреть на висящее кольцо.

Фу Юньчжэн очень обеспокоен своими травмами, поэтому окружающие его люди также осторожны в выражениях, стараясь не упоминать ничего, связанного с его состоянием. Он не любит, когда к нему относятся как к пациенту, и предпочитает все делать сам, насколько это возможно, не полагаясь на других. Однако травма позвоночника сильно повлияла на его повседневную жизнь, и дело не только в том, что он не может ходить.

Ю Хэ, который не понимает правил, действительно является молодым мастером, который никогда не испытывал трудностей и не знает глубины мира.

Возможно, это не очень хорошая идея - найти слишком юного мальчика, чтобы сопровождать себя, но опять же, если ты собираешься найти кого-то, кто будет сопровождать тебя, почему бы не найти кого-то молодого и красивого? В конце концов, как молодые и красивые, так и пожилые и обычные охотятся за его властью и деньгами, просто пожилые лучше маскируются.

За шесть месяцев, прошедших после автомобильной аварии, Фу Юньчжэн сильно изменился, а инвалидность оказала на него разрушительное воздействие. В течение этого времени он постоянно ищет относительный баланс между саморазрушением и самовосстановлением.

Он прячется в частной резиденции Юнсу, избегая внимания общественности. Он похож на одинокого монстра, который существует только в слухах посторонних.

После долгого пребывания в частной резиденции Юньсу неизбежно возникает чувство пустоты и скуки.

Фу Юньчжэн не святой, он обычный человек, который когда-то имел безграничные желания денег, власти и статуса.

До автомобильной аварии он мог снять стресс с помощью спорта, игры в карты, путешествий и других занятий. Однако, став инвалидом, Фу Юньчжэн потерял интерес к этим занятиям.

Ведь что бы он ни делал, это лишь постоянное напоминание о том, что он инвалид.

Он инвалид и, возможно, никогда в жизни больше не сможет встать, хотя он и получил самое передовое лечение в мире, оно все еще не может эффективно восстановить нервы в его позвоночнике.

Это проблема, которую нельзя решить с помощью денег или власти.

Если судьба хочет, чтобы Фу Юньчжэн сидел в инвалидном кресле, то он неизбежно будет сидеть в инвалидном кресле.

У него нет другого выбора, кроме как смириться с этим результатом.

Окружающие советовали ему завести какую-нибудь компанию, и Фу Юньчжэн попробовал завести несколько животных, но они показались ему шумными и надоедливыми.

Ночью котенок не мог запрыгнуть на его кровать, как бы он ни старался, он мурлыкал и катался по земле. Он даже не мог нагнуться, чтобы взять его на руки.

Он не мог позаботиться о себе, не говоря уже о домашнем животном.

Подумав, он решил, что если ничего не получится, то он просто наймет кого-нибудь.

Люди - это хорошо, о них не нужно заботиться, они умеют разговаривать, а главное, пока он им платит, все в порядке.

Если бы только все в мире можно было решить с помощью денег.

Фу Юньчжэн опустил взгляд на свои искалеченные ноги, затем посмотрел на живого и подвижного Ю Хэ, чувствуя легкое разочарование.

Если бы Ю Хэ знал, что он просто честно стоит на коленях на кровати, а его хвалят как "живого и ловкого", ему бы точно было что сказать.

К счастью, он не знал.

В этот момент ни Фу Юньчжэн, ни Ю Хэ не разговаривали, и атмосфера вдруг стала холодной.

Поняв, что подвесная петля не для того, чтобы повеситься, Ю Хэ совершенно спокойно отнесся к тому, что произошло дальше.

Это связано с человеческой природой.

Когда Ю Хэ согласился продать себя, он был в некотором противоречии, но как только он согласился на более ужасный способ продажи, обычный способ продажи вдруг показался ему очень хорошим.

Это и есть так называемый "эффект разрушения", о котором говорил господин Лу Сюнь?

(В данном контексте фраза "эффект разрушения" подразумевает, что ситуация, в которой они находятся, может быть примером того, что Лу Сюнь, известный китайский писатель, называл "эффектом разрушения". Этот эффект относится к тому, что когда одна часть системы или структуры демонтируется или разрушается, остальная часть также может быстро развалиться. В данном случае это можно интерпретировать как идею о том, что если один человек согласился быть проданным, то другим становится легче согласиться быть проданными, что приводит к разрушению общественных ценностей и морали).

Вернув свои разрозненные мысли назад, Ю Хэ уже собирался что-то сказать, чтобы нарушить молчание, как неожиданно Фу Юньчжэн заговорил первым.

Он спросил Ю Хэ: "Ты записался добровольцем?"

Ю Хэ посмотрел на Фу Юньчжэна и твердо ответил: "Я вызвался".

Фу Юньчжэн немного приподнялся на кровати и посмотрел на Ю Хэ. Его голос был низким и приятным: "Если ты сможешь удовлетворить меня сегодня, то завтра я подпишу с тобой контракт, дам тебе деньги и защиту. Но что бы ни случилось потом, ты не должен об этом говорить. Иначе, я гарантирую, ты пожалеешь об этом".

Услышав это, Ю Хэ не мог не почувствовать легкую нервозность. Однако глаза Фу Юньчжэна были слишком чистыми, и Ю Хэ не мог представить ни бурных эмоций в этих глазах, ни мрачного выражения на его красивом лице.

Если это действительно существует, тогда это учебный опыт.

Помня об этом, Юэ Хэ улыбнулся и сказал: "Хорошо, босс, я постараюсь удовлетворить вас".

"Меня зовут Фу Юньчжэн, не называй меня боссом".

Юэ Хэ быстро согласился: "Хорошо, тогда как мне к вам обращаться? Господин Фу?"

Фу Юньчжэн не хотел слышать титул "Босс Фу" в постели, так как это заставляло его чувствовать, что он все еще работает. Он замолчал на мгновение, а затем сказал: "Я намного старше тебя, поэтому ты можешь называть меня господин Фу".

"Хорошо, господин Фу", - Ю Хэ положил руку на полотенце вокруг своей талии и посмотрел на Фу Юньчжэна, ища его мнение. "Ну что, начнем?"

Фу Юньчжэн ничего не сказал, он просто кивнул.

Ю Хэ развязал полотенце.

Ю Хэ был достаточно молод, и все его тело было наполнено безграничной жизненной силой.

Он наклонился к Фу Юньчжэну.

Фу Юньчжэн равнодушно опустил глаза, словно белое, как нефрит, тело Ю Хэ не казалось ему привлекательным.

Ю Хэ тоже хотел быть сдержанным, но то, что он собирался сказать дальше, было трудно произнести сдержанно, как бы он это ни сформулировал.

Он немного запинался: "Господин Фу, дело в том, что я еще не убрался, и я не смог найти его в ванной...".

Ю Хэ не смог продолжить и остановился, глядя на Фу Юньчжэна, надеясь, что этот мудрый и умный человек сможет понять его незаконченный смысл.

Фу Юньчжэн прочистил горло и прикрыл губы, глядя на Ю Хэ своими узкими и длинными глазами феникса, но ответил не сразу.

Ю Хэ был немного озадачен и не понимал, почему Фу Юньчжэн вдруг замолчал.

Он нерешительно позвал: "Господин Фу?".

Фу Юньчжэн посмотрел в сторону и спокойно сказал: "Я все сделал, можешь идти".

Ю Хэ: "!!!!!!!!"

Глава 7: Дурной сон

Ю Хэ превосходно завершил свою работу.

Без чьего-либо руководства, словно мужской инстинкт сделал его лучшим в этом деле. Услышав два слова "Ты подойди", Ю Хэ прозрел и понял все без помощи учителя.

Он изменил содержание курса Шона и легко составил методику, как удовлетворить Фу Юньчжэна.

Он достаточно успешен, но в этом деле, как бы хорошо он ни работал, мужчины всегда чувствуют, что всегда есть куда рости, и верят, что в следующий раз они смогут сделать лучше.

Когда Ю Хэ хотел продолжить работу сверхурочно, Фу Юньчжэн отказался, сказав: "Уже слишком поздно".

Ю Хэ инстинктивно поцеловал Фу Юньчжэна в лоб и мягко ответил: "Хорошо".

Глаза Фу Юньчжэна на мгновение замерцали, затем он быстро успокоился. Он выровнял дыхание и спокойно приказал: "Возвращайся в свою комнату".

Ю Хэ: "Позвольте мне помочь вам принять ванну".

Слово "помочь" словно холодная стрела пронзило насквозь, заставив сердце Фу Юньчжэна сжаться. Тепло на его лице быстро исчезло, и он спокойно сказал: "Ты можешь идти".

Ю Хэ заколебался, его взгляд задержался.

Доминирующая аура Фу Юньчжэна распространилась, и он холодно приказал: "Убирайся".

Ю Хэ не стал больше упорствовать. Он встал и поклонился Фу Юньчжэну, после чего повернулся и пошел прочь.

Температура в коридоре была ниже, чем в спальне, и легкий прохладный ветер развеял все недовольство Ю Хэ.

Он нашел свою комнату, открыл дверь и вошел. Он недоумевал, почему он должен быть недоволен, когда Фу Юньчжэн не нуждался в том, чтобы он ждал его. Фу Юньчжэн закончил и ушел, оставив Ю Хэ свободное время.

Ю Хэ бросил полотенце в корзину для грязной одежды, прошел в ванную и облил себя горячей водой. Было очень комфортно. Пока он мыл волосы, закрыв глаза, из головы не выходило красивое и сдержанное лицо Фу Юньчжэна.

Получается, что "особое хобби", о котором говорил Ван Вучуань, - это занятие там, внизу.

Вероятно, Ван Вучуань не знал точно, чем увлекается Фу Юньчжэн, иначе он не стал бы так расплывчато выражаться, заставив Ю Хэ подумать, что сегодня его будут пытать.

Если бы Ю Хэ знал, что Фу Юньчжэну это нравится, он бы пришел раньше.

Ю Хэ всегда считал, что он не был человеком с сильными желаниями, и даже мог бы быть описан как не имеющий желаний или амбиций. Когда другие спрашивали его о "Хэ" в его имени, он отвечал, что это журавль из поговорке "праздные облака и дикие журавли".

До встречи с Фу Юньчжэном, а точнее, до этого "ты подойди" от Фу Юньчжэна, Ю Хэ никогда не подозревал, что может испытывать такие сильные желания к кому-либо.

Это странно. Может быть, это обратная психология "раз уж я могу избежать роли жертвы, я должен воспользоваться возможностью напасть и сразу же показать хорошие результаты"?

У Ю Хэ забрали телефон, и он лег на мягкую кровать, в отличие от жесткого матраса в комнате Фу Юньчжэна.

Ночь в живописном районе была очень тихой, а в доме Фу, спрятанном в глубине живописного района, было еще тише. В такой тишине Ю Хэ было трудно заснуть, он привык не спать всю ночь. Сейчас было чуть за полночь, а спать совсем не хотелось.

После того как сегодняшняя "работа" закончилась, его напряженное настроение, наконец, временно утихло, и он почувствовал тупое ощущение непривычности окружающей обстановки.

Ю. Он не мог заснуть до самого рассвета, около пяти тридцати, когда послышалось пение птиц за пределами двора. Он задремал, слушая их щебетание.

Но что было очень неприятно, так это то, что ему приснился не очень хороший сон.

Ю Хэ снилась семья Ю.

На вилле приемный отец Ю Хэ, Ю Шицюань, бросил перед ним отчет о тесте ДНК и холодно сказал: "Ты можешь уходить".

Ю Хэ просмотрел тест и был шокирован. Он воскликнул: "Папа?"

Ю Шицюань махнул рукой, его лицо было полно отвращения. "Не называй меня папой. У меня нет такого сына, как ты. Я обеспечил тебя едой и одеждой, чтобы ты рос, но ты даже не смог поступить в приличный университет. Что толку тебя воспитывать? Ты просто пустая трата времени".

Приемная мать Ю Хэ, Чжан Вань, тоже была недоверчива. Она сидела на диване, тихо плача, и спрашивала: "Тогда где же наш ребенок?".

"Он изучает финановое дело в университете Фэнчэн", - ответил Ю Шицюань, его лицо заметно изменилось с пасмурного на солнечное. "Его зовут Циньян".

Циньян.

Глава 8: Простите, босс, я не смог сдержаться

Молодой человек в белом спортивном костюме слегка улыбнулся Ю Хэ и сказал: "Здравствуй, Ю Хэ. Я рад быть твоим братом. На самом деле, тебе не нужно переезжать. Я поговорил с отцом, и он согласен, чтобы ты продолжал жить с семьей Ю".

Ю Хэ усмехнулся и обойдя человека, большими шагами вышел за ворота семьи Ю. "Мой брат? Кто ты такой, и как ты смеешь называть себя моим братом?"

"У тебя нет благодарности!" Ю Шицюань был в ярости и бросил пепельницу к ногам Ю Хэ. "Убирайся!"

Среди звука бьющейся пепельницы Ю Хэ услышал, как человек сказал: "Я Ю Цинъянь".

Ю Хэ внезапно открыл глаза, его грудь тяжело пульсировала.

Он лежал в постели, испытывая то бодрящее изнеможение, которое наступает после того, как не спал всю ночь. Его глаза немного болели, даже глазницы. Он закутался в мягкие одеяла, чувствуя себя неуютно и беспокойно.

Он был похож на одинокую ласточку, пробирающуюся сквозь ливень, не зная, где отдохнуть.

У него больше не было дома.

Ближе к восьми часам утра Ю Хэ услышал звук открывающейся соседской двери.

Зарывшись с головой в одеяло, Ю Хэ почувствовал раздражение при мысли о том, что позже придется обсуждать контракт.

Он еще немного полежал в постели, а затем встал, чтобы одеться. В шкафу висело несколько подходящих Ю Хэ предметов одежды, а в углу стояла корзина с нижним бельем, в которой было несколько нераспечатанных упаковок.

Ю Хэ достал пару трусов и рассмеялся, увидев их. Было очевидно, что человек, который готовил белье, не был уверен в его размере, так как он приготовил коробки от размера L до XXL.

Ю не часто носит белье этой марки и не знает, какой размер ему больше подходит. Когда дело доходит до выбора одежды, он всегда придерживается принципа, что свободное - самое удобное, поэтому он просто взял самый большой размер и надел его.

Свободная одежда - это терпимо, но если она слишком мала, он ее не выносит.

Он небрежно стянул черную футболку и серые брюки и надел их, затем он посмотрелся в зеркало.

Его лицо было уставшим, но он все еще выглядел красивым.

Погладив себя по волосам и посмотрев на себя в зеркало, Ю Хэ вновь обрел жизненную силу.

Он ухмыльнулся и изобразил легкомысленную улыбку, думая о том, что небеса дали ему хорошую внешность, а он использует ее для этой профессии.

Как бы то ни было, его жизнь на самом дне.

"Простите, императрица Нюва".

Повернувшись и оставив позади себя отражение красивого молодого человека, Ю Хэ сказал на ходу: "Это правда, что ты ущипнула меня тогда в соответствии с итоговым проектом, но, к сожалению, ты выбрала кусок гнилой грязи."

Ю Хэ взял бутылку минеральной воды из шкафа у стены, выпил, откинув голову назад, и открыл дверь.

Дверь открылась.

Он увидел стоящего перед ним Фу Юньчжэна.

Ю Хэ: !!!

Поперхнувшись водой он опустил голову, закрыв рот рукой, пытаясь подавить кашель.

Простите, босс, я не смог сдержаться.

Под спокойным взглядом Фу Юньчжэна Ю Хэ облил его водой.

Глава 9: Соблазнение босса

"Кхм кхм кхм, простите, простите босс, кхм,кхм, мне очень жаль".

Ю Хэ быстро поставил бутылку с водой в угол и попытался подавить кашель. Он присел на корточки, чтобы смахнуть воду с тела Фу Юньчжэна. Задыхаясь, он услышал, как Фу Юньчжэн вздохнул.

Это катастрофа. Работа испорчена.

Разве можно ее не испортить? Он захлебнулся водой и обрызгал босса со всех сторон, намочив его.

К счастью, у Фу Юньчжэна на ногах был кусок одеяла из верблюжьей шерсти. Ю Хэ поднял одеяло, встряхнул его и сухой частью вытер воду с тела Фу Юньчжэна.

"Кхм, кхм, кхм, на вас еще осталась вода?" Ю Хэ поднял голову и неожиданно встретился взглядом с Фу Юньчжэном.

Выражение лица Фу Юньчжэна было спокойным, как будто он не считал это большой проблемой, но в то же время это было похоже на затишье перед бурей.

Говорили, что Фу Юньчжэн очень трепетно относился к своей травмированной ноге после инвалидности, поэтому всегда накрывал ее одеялом. Любой, кто слишком часто смотрел на нее, попадал в беду. А Ю Хэ вот так просто поднял ее... Сердце заколотилось, и он застыл на месте, ожидая гнева Фу Юньчжэна.

Фу Юньчжэн протянул руку, и Ю Хэ, как маленькая белая мышь, пойманная змеей, напряг мышцы и не смог пошевелиться.

Теплая рука опустилась рядом с носом Ю Хэ, и Фу Юньчжэн большим пальцем стер воду с носа Ю Хэ, как будто играл с шаловливым ребенком.

Он не только не сердился, но и, казалось, потакал Ю Хэ.

Фу Юньчжэн сказал: "У тебя сопли".

Ю Хэ молчал.

Фу Юньчжэн взял одеяло из рук Ю Хэ, небрежно щелкнул кисточкой и незаметно вытер руки шерстяным одеялом.

Ю Хэ продолжал молчать.

Если бы он сказал, что Фу Юньчжэн ему противен, Фу Юньчжэн не стал бы вытирать нос рукой.

Если бы он сказал, что Фу Юньчжэн не испытывает к нему отвращения, Фу Юньчжэн не стал бы тайно вытирать руки.

Если ты открыто вытираешь, как я могу тебя винить?

Ю Хэ открыл рот, но не смог решить, с чего начать, и замер. "Позвольте мне сопроводить вас, чтобы вы переоделись", - сказал он.

Настроение Фу Юньчжэна внезапно улучшилось, и он кивнул. "Пойдемте в мою комнату".

Вымыв руки, Фу Юньчжэн повернулся и проехал мимо Ю Хэ, который все еще стоял в оцепенении.

Следуя за ним, Ю Хэ вошел в спальню и заметил, что у него пересохло во рту.

Именно на этой кровати он безжалостно требовал от Фу Юньчжэна слишком многого прошлой ночью.

Ю Хэ никогда раньше не был ни с кем другим, ни сверху, ни снизу, и он не знал, было ли ему просто от природы так удобно, или это было связано с его чрезвычайной совместимостью с Фу Юньчжэн.

Коляска Фу Юньчжэна остановилась: "Зачем ты преследуешь меня?".

Ю Хэ наполовину присел на корточки, поддерживая подлокотник кресла Фу Юньчжэна, и посмотрел прямо на него: "Чтобы служить вам".

Фу Юньчжэн был сегодня в очень хорошем настроении, совершенно не похожем на его мрачность и подавленность прошлой ночью.

В его глазах появился намек на улыбку, его взгляд перешел на Ю Хэ и посмотрел на одеяло в корзине для белья, спросив в ответ: "Ты знаешь, как служить кому-то?".

Ю Хэ ответил: "Я могу научиться. Господин Фу, пожалуйста, наймите меня. Я хорошо воспитан".

Фу Юньчжэн поднял руку и ущипнул Ю Хэ за подбородок, глядя на лицо Ю Хэ сверху вниз. "Расскажи мне о своих условиях?"

Ю Хэ ответил: "Никаких условий. Просто дай мне чистое место для ночлега. Я не хочу спать под мостом".

Фу Юньчжэн отпустил его и задумался: "Без условий, нелегко нанять".

"Слишком много людей хотят играть со мной", - правдиво ответил Ю Хэ, - "Я хочу мира".

Фу Юньчжэн сжал суставы пальцев и откинулся на спинку кожаного кресла, слегка кивнув. "Это понятно, пожалуйста, продолжай".

Хотя это было электрическое кресло-каталка, Фу Юньчжэн все еще излучал атмосферу доминирования, как будто он сидел на настоящем кожаном кресле.

Чем более внушительным был Фу Юньчжэн, тем легче было Ю Хэ вспомнить, как он выглядел под ним, что проистекало из присущего его мужской крови желания покорять.

Ю Хэ вспомнил легкую хмурость на лице Фу Юньчжэна и его сдержанные стоны прошлой ночью. Его адамово яблоко покачивалось вверх-вниз, когда он размышлял о том, не был ли он слишком нетерпелив и агрессивен. Он подумал, не причинил ли он ему боль. Он решил быть более сдержанным в следующий раз. Если будет следующий раз.

"Ван Вучуань сказал мне, что кто-то назвал меня в качестве цели. До вчерашнего вечера я думал, что буду безрассудным и позволю людям делать со мной все, что они захотят... Но сегодня я так не думаю".

Ю Хэ опустил глаза и с предельной искренностью притворился благовоспитанным: "Твой характер лучше, чем я себе представлял, и с тобой очень... очень комфортно. Поэтому я хочу остаться рядом с тобой, чтобы ты мог играть".

Ю Хэ сказал, что характер Фу Юньчжэна лучше, чем он себе представлял, а Фу Юньчжэн также подумал, что Ю Хэ интереснее, чем он себе представлял.

Фу Юньчжэн был бизнесменом, который любил вести откровенные разговоры со своими коллегами.

Несколько стариков, которые были очень заинтересованы в игре, уставились на Ю Хэ. Фу Юньчжэн знал об этом, и это была самая важная причина, по которой он попросил кого-то вывести Ю Хэ из Цзиньсе Тая.

Фу Юньчжэн никогда не боялся популярных предметов, потому что популярные предметы были самыми лучшими, и получить их было еще приятнее.

Он посмотрел на очаровательные и притягательные глаза и брови Ю Хэ.

Ю Хэ действительно хорош собой.

Эти тщательно проработанные черты лица, если бы они были у мальчика, легко подчеркнули бы женскую красоту, но с Ю Хэ дело обстояло иначе. Наоборот, он создал уникальный и красивый стиль.

У Ю Хэ есть пара очаровательных глаз цвета персика, с глубоким и ласковым взглядом и чистыми и четкими бровями, на которых нет следов макияжа. Это подчеркивает его красивые и элегантные черты лица, а в сочетании с его беззаботным и бунтарским подростковым духом от него невозможно оторвать глаз.

Некоторые люди любят ловить свободных птиц с неба, ломать им крылья и запирать в клетке. Они дрессируют их, как соколов, до полного истощения гордости и духа, превращая в трепетных псов одним лишь движением руки.

По мнению Фу Юньчжэна, эти люди больны.  Если они любят собак, то пусть разводят собак. Зачем мучить прекрасного журавля? (TN: Я рад, что такой влиятельный человек, как Фу Юньчжэн, наконец-то увидел, насколько отвратительны такие люди. Я прочитал слишком много романов, где порабощение людей считается нормой в высшем обществе).

Он рассеянно постучал пальцем по своей ноге и пообещал: "Оставайся рядом со мной, и ты по-прежнему будешь Молодым Мастером Ю. Никто не посмеет задирать тебя".

Если бы Фу Юньчжэн держал птицу в качестве домашнего животного, он бы вырастил журавля, высоко держал маленького сказочного журавля и не позволял бы этим мерзким людям даже прикасаться к его перьям.

Как сказано в "Книге поэзии", "крик журавля разносится по Девяти холмам и слышен в небесах".

Видно, что бессмертный журавль предназначен для полетов в небе.

Фу Юньчжэн похлопал Юэ Хэ по плечу, как будто был полон надежд на молодого человека: "Мне очень нравится твой игривый и высокомерный стиль".

Игривый и высокомерный?

Юэ Хэ поднял глаза и с удивлением посмотрел на Фу Юньчжэна.

Он думал, что у него неплохо получается. Он не ожидал, что, стараясь угодить боссу, тот сможет разглядеть его покорную и бунтарскую натуру, скрытую под ним.

Конечно, это Фу Юньчжэн. Он умеет видеть суть за внешностью.

Фу Юньчжэн, казалось, смог понять выражение глаз Ю Хэ. Он полностью оценил выступление маленького журавля и подбодрил его, сказав: "Ты хорошо притворился, я случайно услышал строчку про "гнилую грязь"".

Ю Хэ: "..."

Верно, если бы Фу Юньчжэн не боялся, что услышит эту фразу, он бы не подавился водой.

Фу Юньчжэн слегка улыбнулся и сказал: "Я вижу, что ты свободный духом, и тебе нелегко подчиняться другим. Но ты также умен и приспосабливаем, и ты знаешь, как угодить тем, кто выше тебя. Это редкое сочетание".

Ю Хэ удивленно посмотрел на него, не ожидая такого проницательного анализа. "Спасибо, господин Фу", - сказал он, испытывая чувство благодарности и уважения к своему начальнику.

Фу Юньчжэн слегка наклонился вперед и прошептал на ухо Ю Хэ: "Когда ты только что сказал, что хочешь поиграть со мной, твои глаза на самом деле показывали, что ты хочешь, чтобы я поиграл с тобой".

Ю Хэ на мгновение потерял дар речи, подумав про себя: "Неужели это было так очевидно?".

Глава 10: Подобно осуждению царя Чжоу, который был обманут Дачжи

Дворецкий Чжан Шань принес "Договор об уходе".

Этот договор выглядел очень серьезно и означал, что Ю Хэ будет заботиться о повседневной жизни Фу Юньчжэна, включая его диету и предотвращение несчастных случаев, когда ночных слуг не будет рядом.

Ю Хэ бегло просмотрел его и поставил свою подпись жирным шрифтом.

Чжан Шань взглянул на Фу Юньчжэна.

Фу Юньчжэн ущипнул его за нос: "Ю Хэ, не подписывай контракт сразу после того, как получишь его".

Фамилия Ю Хэ звучит как "журавль", только горизонтального штриха не хватает под птицей, он остановился как только услышал голос Фу Юньчжэна и посмотрел на него: "Почему ? Что случилось?".

"Я видел тебя раньше, - коротко сказал Фу Юньчжэн Ю Хэ, - я хотел помочь тебе выбраться из Цзинсэтая на свои деньги. Ты не должен быть моим только из-за этого...".

Фу Юньчжэн даже не знал, как описать свои отношения с Ю Хэ.

Любовник? Игрушка? Слуга?

Кажется, что любое описание было бы легкомысленным.

Фу Юньчжэн пропустил эти слова мимо ушей и продолжил: "Ты все еще можешь отказаться".

Ю Хэ энергично покачал головой. Самым счастливым временем в этом году для него были два часа вчера вечером, и сейчас ему очень, очень нравится эта работа!

Фу Юньчжэн поднял руку, приглашая Чжан Шаня говорить.

Чжан Шань поклонился и развернул контракт, объясняя Ю Хэ все нюансы в каждом слове.

Ю Хэ начал терять сознание, когда услышал второй пункт стороны А.

Если бы он хотел серьезно изучать контракты, то не был бы так презираем приемным отцом.

"......Все это обычные уловки в контрактах. Например, что касается графика платежей, то он оговорен следующим образом: [20% от общей суммы оплаты в качестве депозита, а оставшаяся часть должна быть выплачена в течение семи рабочих дней с момента расторжения настоящего контракта]. Что вы видите из этого?"

Дворецкий Цзан Ши был очень терпелив и убедителен.

Ю Хэ не ожидал, что ему придется брать урок по подписанию контракта. Он был ошеломлен и не знал, как ответить. Он не мог не посмотреть на Фу Юньчжэна в поисках помощи.

На лице Фу Юньчжэна не было лишнего выражения, он просто сказал: "Учись как следует. Поскольку ты решил следовать за мной, помимо денег, я также устрою тебя исполнительным менеджером группы Фу. В будущем каждый, кто захочет подписать контракт с материнской компанией, должен будет сначала посмотреть на твое лицо."

"Никто не захочет, чтобы его личные дела обсуждали другие".

Держа Ю Хэ рядом с собой, Фу Юньчжэн обязательно откроет ему много информации. Давая ему должность исполнительного директора, он стремится использовать свою власть, чтобы привязать Ю Хэ и не дать ему раскрыть свои секреты, если они расстанутся.

Стабильность таких взаимовыгодных отношений вызывает больше доверия.

Люди чувствуют себя спокойнее, когда кто-то находится под их контролем. Будучи исполнительным директором компании Фу, Ю Хэ вряд ли станет случайно обсуждать личные дела своего босса.

Услышав это, Ю Хэ сразу же завершил последний штрих иероглифа "鹤": "Господин Фу, пощадите меня и просто дайте мне деньги".

Фу Юньчжэн указал на контракт на столе и лично учил Ю Хэ, как защищаться от схем: "Тогда ты не получишь деньги".

Ю Хэ наклонил голову.

Этот озадаченный наклон напомнил Фу Юньчжэну деревенскую собаку, которую держали два дня, а потом отдали.

Фу Юньчжэн сказал: "В контракте сказано, что оставшаяся часть оплаты будет погашена в течение семи рабочих дней с даты расторжения контракта, но не указано, когда контракт закончится".

Несмотря на подписание контракта, в результате которого он может не получить окончательный платеж, Ю Хэ не беспокоится и даже смеется, делая акцент на необычном моменте: "Вы пытаетесь удержать меня на всю жизнь?".

Молодым людям всегда кажется, что они могут легко произнести эти три слова - "на всю жизнь".

Услышав эти три слова, Фу Юньчжэн почувствовал будто его пронзили ножом. Он сложил контракт в руке и серьезно спросил: "Вас не интересует эта должность?".

Чтобы получить возможность работать в компании Фу, тем более в качестве менеджера, пусть даже в качестве помощника, бесчисленное множество людей ломали и ломают головы, чтобы получить эту работу.

Но, к удивлению Фу Юньчжэна, Ю Хэ легкомысленно отказался. Он откинулся на спинку дивана, его глаза постепенно опустели, и сказал: "Мне не нравится заниматься бизнесом".

"А что тебе нравится?" - спросил Фу Юньчжэн.

Ю Хэ поднял руку и сделал движение, как будто запустил в воздух баскетбольный мяч: "Играть в баскетбол".

"Я не об этом спрашиваю", - откровенно сказал Фу Юньчжэн. "Если ты ни о чем не просишь, я не смогу тебя удержать. Наши интересы должны совпадать, чтобы быть стабильными, иначе я не смогу доверить тебе свои секреты".

"Ну, тогда просто дай мне денег", - бесстрастно сказал Ю Хэ. "Я люблю деньги".

Фу Юньчжэн не увидел на лице Ю Хэ никакого желания денег.

Выбирать компаньона, не зная его слабых сторон, очень опасно.

Но Ю Хэ был именно таким, как он хотел.

Красивый, живой, с особенно привлекательным чувством безразличия, как будто ничто в мире не могло повлиять на молодого господина Ю.

Гордый маленький журавль.

Фу Юньчжэну нравилось видеть лицо Ю Хэ, которое, казалось, ни о чем не заботилось, но из-за него загоралось желанием, что давало ему скрытое чувство достижения.

Это было даже приятнее, чем приобретение конкурирующей компании.

После автокатастрофы Фу Юньчжэн наконец-то обрел смысл жизни.

Поэтому он не стал оспаривать утверждение, что Ю Хэ любит деньги.

Фу Юньчжэн снова сложил контракт в руке, разорвал его посередине и сказал Чжан Шаню: "Дядя Чжан, составь новый контракт и отдай ему деньги".

Чжан Шань выполнил приказ и ушел, оставив в просторной гостиной только Ю Хэ и Фу Юньчжэна.

Атмосфера снова стала немного странной: Ю Хэ откинулся на диван, погрузившись в раздумья, а Фу Юньчжэн сидел в своем кресле.

Фу Юньчжэн положил одеяло на ноги.

Глаза Юэ Хэ были пустыми, он недоумевал, зачем ему нужно накрывать ноги одеялом.

Это потому, что ему холодно?

Или потому, что ему не нравится, что другие видят его поврежденную ногу?

В раздумьях Ю Хэ зевнул.

"Если ты устал, можешь вернуться в свою комнату и поспать", - сказал Фу Юньчжэн. "Ты не обязан постоянно слушать мои приказы. Мы можем жить в одной комнате раз в три дня. В остальное время ты можешь свободно передвигаться. Ты должен звонить мне только тогда, когда я захочу тебя увидеть".

Фу Юньчжэн передал ему телефон.

Ю Хэ взял телефон обратно, не обращая внимания на кучу сообщений на экране. "У меня еще нет твоего номера телефона", - сказал он.

Фу Юньчжэн назвал свой номер.

Юэ Хэ был немного удивлен: "Стационарный?"

"Я не часто пользуюсь телефоном", - ответил Фу Юньчжэн.

Юэ Хэ не поверив поднял бровь и положил телефон обратно в карман. "Жаль, что твой особняк такой большой, иначе ты мог бы просто позвонить мне, и я бы приехал".

Фу Юньчжэн развернул свое инвалидное кресло лицом от Ю Хэ: "Сейчас я займусь работой. Ты можешь ехать, куда хочешь, водитель отвезет тебя".

Глава 11: Знакомство с виллой

Дворецкий Чжан вернулся с контрактом, и Ю Хэ подписал его, даже не взглянув на него.

Фу Юньчжэн повернул голову и увидел эту сцену, не удержавшись от того, чтобы ущипнуть себя за переносицу.

Ю Хэ действительно не годился на роль руководителя.

'Неужели все плейбои ведут себя так в наше время?'

Дворецкий Чжан снова передал контракт Фу Юньчжэну, который подсознательно хотел взглянуть на него, но Ю Хэ даже не обернулся...

Забудьте об этом, он взял ручку и подписал свое имя.

Дворецкий Чжан был ошеломлен.

Он подумал про себя, что одно дело, когда Ю Хэ подписал контракт, даже не взглянув, несмотря на то, что у него нет ни гроша, но как человек с таким богатством мог подписать такой контракт?

Дворецкий Чжан был в семье Фу долгое время и видел, как рос Фу Юньчжэнь. Именно ему Фу Юньчжэн доверяет больше всего.

После автокатастрофы, в результате которой Фу Юньчжэн стал инвалидом, он надолго заперся в своей комнате и не хотел никого видеть. Только дворецкий Чжан смог перекинуться с ним несколькими словами.

Когда Фу Юньчжэн передал контракт обратно, дворецкий Чжан бросил на него неодобрительный взгляд.

Как будто осуждал царя Чжоу, который был околдован Дачжи.

Если бы Фу Юньчжэн мог быть тронут этим простым взглядом, то он не был бы Фу Юньчжэном.

На лице Фу Юньчжэна не было никакого выражения, как будто он только что сделал что-то очень обычное.

Увидев эту ситуацию, дворецкий Чжан был втайне шокирован и не мог не оценить положение Ю Хэ в сердце господина Фу.

Он слегка наклонился и протянул Ю Хэ черную карточку.

К черной карточке была прикреплена удобная подпись, пароль которой начинался с "19", что означало год и месяц рождения господина Фу.

Ю Хэ удивился и воскликнул: "Значит, большая шишка тоже использует свой день рождения в качестве пароля!".

Фу Юньчжэн внезапно развернул свое инвалидное кресло и бросил на дворецкого Чжана предупреждающий взгляд.

Дворецкий Чжан не понял, почему Фу Юньчжэн вдруг разозлился.

После того как Фу Юньчжэн ушел, дворецкий Чжан повел Ю Хэ знакомиться с удобствами на вилле.

Вилла действительно большая и полностью оборудованная, в ней есть тренажерный зал, домашний кинотеатр, комната KTV, бар, игровая комната и даже комната с фортепиано.

На стене висят четыре коллекционные скрипки.

Дворецкий Чжан тщательно ознакомил Ю Хэ с тем, что нравится и не нравится господину Фу.

Господин Фу наконец-то готов держать кого-то рядом с собой, что бывает редко. Чжан мягко намекнул Ю Хэ, что господин Фу сильно переживает из-за своей травмы позвоночника.

"Раньше господин Фу любил играть на скрипке, но он редко возвращался и дорожил инструментом, поэтому никогда его не доставал. Теперь... музыкальная комната заброшена", - говорит Чжан Шань.

Не только музыкальная комната заброшена. Когда Ю Хэ зашел в спортзал, он увидел, что на некоторых тренажерах появились красновато-коричневые пятна ржавчины.

"В поместье также есть бассейн, но осенью в нем холодновато", - сказал Чжан Шань. "Когда потеплеет, вы сможете плавать в бассейне и смотреть на гору Гуаньюнь".

Подождать, пока потеплеет?

"Сейчас только начало осени, до потепления пройдет почти год. Будете ли вы тогда еще здесь, господин Ю?"

Ю Хэ улыбнулся и понял скрытый смысл слов Чжан Шаня.

Чжан Шань боялся, что он будет неискренним и не останется рядом с Фу Юньчжэном.

Безразлично откинувшись на мягкое кресло, Ю Хэ взял горячий чай, принесенный экономкой, и поднял чашку в знак тоста за Чжан Шаня. "Дядя Чжан, до того, как господин Фу привел меня сюда, я был как бездомная собака, которую все хотели пнуть. Я благодарен господину Фу за то, что он выбрал меня".

Хотя в поведении Ю Хэ не было и намека на благодарность, Чжан Шань не мог не найти этого внятного и тактичного молодого человека весьма симпатичным.

Возможно, господину Фу просто нравилась дикая и неуступчивая натура Ю Хэ - из тех, что говорят: "Если небо упадет, я лягу первым, а небеса дадут мне только крышку гроба".

Чжан Шань улыбнулся и сказал: "Господин Ю, вы совсем не похожи на бродячую собаку. Вы очень нравитесь господину Фу".

"До вашего прихода у господина Фу было плохое настроение, так что если он будет немного не в духе, надеюсь, вы его потерпите", - добавил Чжан Шань дружелюбным тоном.

У кого не было бы плохого настроения, если бы он из высокого и могущественного генерального директора превратился в прикованного к инвалидному креслу пациента? подумал Ю Хэ.

Он сделал глоток чая и нахмурил брови. Он не мог выносить горький вкус.

"Не обращай внимания, он слишком горький", - сказал Ю Хэ экономке. "Тетушка, не могли бы вы принести мне бутылку колы со льдом?"

Экономка принесла колу с кубиками льда и лимонными дольками, плавающими в коричневом напитке. Ю Хэ поблагодарил ее и сказал Чжан Шану: "Дядя Чжан, я вернусь в свою комнату, чтобы вздремнуть".

Чжан Шань спросил, что он хочет на обед, и Ю Хэ ответил, что для позднего перекуса ему подойдет миска лапши.

Чжан Шань неодобрительно покачал головой на образ жизни молодого человека, который в точности соответствовал описанию в Интернете: не спать ночью и не просыпаться утром.

Но он не мог отделаться от ощущения, что с приходом Ю Хэ дом стал немного более молодежным.

Ю Хэ вернулся в свою комнату и задернул шторы, мгновенно затемнив комнату до уровня, благоприятного для сна.

Ю Хэ взглянул на часы. После завтрака, подписания контракта и осмотра виллы было только 9:30 утра. Для него это было около трех часов ночи, идеальное время, чтобы заснуть. Он открыл прямую трансляцию на своем телефоне, но не смог найти наушники под подушкой. Тут до него дошло, что у негно нет дома.

Если подумать, у него больше не было дома.

Он положил телефон рядом с подушкой, убавил громкость и стал слушать оживленную болтовню ведущего. Когда он постепенно погрузился в легкий сон, его убаюкивали остроумные шутки ведущего.

Глава 12: Правила семьи Фу

Тук-тук-тук, тук-тук-тук.

Стук в дверь разбудил Ю Хэ.

Ю Хэ поклялся, что он не был человеком с особенно низкими качествами, хотя он не мог сказать, что у него было много качеств, но все же в нем было какое-то качество.

Но после того, как он засиделся допоздна и страдал от бессонницы, он только что заснул, и его разбудил шум. Даже самый вежливый человек не смог бы удержаться от того, чтобы в сердцах не проклясть другого человека и всю его семью.

В этот момент в голове Ю Хэ пронеслась длинная череда проклятий. Он раздраженно поднял одеяло и накрыл голову, закрыв руками уши.

Ю Хэ не запер дверь, чтобы Фу Юньчжэн мог в любой момент войти и "побаловать" его. Но, прислушиваясь к настойчивому стуку, Ю Хэ подсознательно чувствовал, что это не Фу Юньчжэн.

Если бы стучал Фу Юньчжэн, то ритм был бы медленнее.

Вот так: тук, тук, тук.

Медленный и ровный ритм - признак мастерства. Эксперты всегда говорят обдуманно и неторопливо, обдумывая всю партию, прежде чем сделать следующий ход. Они никогда не действуют нетерпеливо.

Так-тук-тук, тук-тук-тук, тук-тук-тук.

Как будто кто-то спешит спасти жизнь, еще более раздражающее, чем колокольный звон.

С раздражением Ю Хэ отбросил одеяло и хрипло спросил "Кто там?".

Из-за двери послышался женский голос: "Молодой господин, пора обедать".

Получалось, что она звала его есть.

Подавив раздражение, Ю Хэ ответил: "Минутку".

Он не любил надевать одежду во время сна и, находясь в доме Ю, запирал дверь на ключ, когда спал. В данный момент на нем были только свободные шорты, поэтому, услышав женский голос снаружи, Ю Хэ быстро схватил рубашку и надел ее.

Ю Хэ ступил на пол босыми ногами и открыл дверь: "Я не буду есть, и на ужин тоже меня не зови".

За дверью стояла женщина средних лет в униформе.

Ей около сорока лет, волосы завязаны в низкий пучок, высокие скулы и острые глаза, создающие у людей ощущение суровости.

Услышав слова Ю Хэ, она инстинктивно ответила: "Как ты можешь не есть?".

Женщина вытянула шею и заглянула в комнату. Увидев, что в комнате грязная постель и задернутые шторы, она нахмурилась и спросила: "Который час, а ты все еще спишь?".

Ю Хэ слегка повернул свое тело, чтобы закрыть женщине обзор, и сказал: "Я не голоден".

"Я главная служанка семьи Фу, Ли Цзин. Ты можешь называть меня сестрой Ли", - сказала Ли Цзин, проходя мимо него и заходя в его комнату, направляясь прямо в спальню хозяина. Подняв руку, она раздвинула шторы, и комнату заполнил ослепительный солнечный свет.

Ю Хэ прищурил глаза от ослепительного солнечного света и увидел блестящий и замысловатый узор из световых пятен. Он услышал усмешку Ли Цзин, а она продолжала представляться ему.

"Я уже более десяти лет являюсь главной экономкой в семье Фу и отвечаю за все внутренние дела". Ли Цзин посмотрела на босые ноги Ю Хэ с нотками презрения в голосе. "Поскольку вы являетесь человеком господина Фу, я позволю себе напомнить вам о правилах семьи Фу".

Ю Хэ: "..."

Чем можно гордиться, будучи главной домработницей более десяти лет?

Что за правила у семьи Фу?

О чем думает эта женщина, относясь к семье Фу как к королевской семье?

Проснитесь, госпожа, династия Цин уже пала!

Ли Цзин расценила молчание Ю Хэ как признак слабости и свысока посмотрела на этого молодого человека, у которого была лишь привлекательная внешность. Она осмотрела его с ног до головы, как будто он был предметом, с надменным видом.

Она сказала: "Молодому человеку не мешало бы выучить некоторые правила. Иначе ты можешь не знать разницы между важным и пустяковым, что повредит репутации семьи Фу. У господина Фу никогда не было рядом такого человека, как вы. Будет очень плохо, если об этом станет известно".

Вздохнув, она словно сожалела о том, что Фу Юньчжэн приютил у себя такого человека, как Ю Хэ, который запятнает его репутацию.

Ю Хэ: "..."

Все дело в том, что он работает на семью Фу и делает все за деньги. То, что он - содержанка господина Фу, не означает, что она может смотреть на него свысока и заниматься издевательствами на рабочем месте. Кроме того, не похоже, что это он активно соблазнял господина Фу Юньчжэна.

Поскольку она не могла выразить свое недовольство Фу Юньчжэну, Ли Цзин пришлось прийти к Ю Хэ, чтобы показать свое существование через это мелкое и презренное поведение. Теперь Ю Хэ стал свидетелем разнообразия человеческого рода через такую лесть и издевательское поведение.

Ю Хэ не мог до конца понять, откуда взялось чувство превосходства у этой старшей сестры.

Осеннее полуденное солнце было очень теплым, и, стоя на солнце, он чувствовал тепло во всем теле. Зевнув, он сказал: "Вы можете уходить, я собираюсь еще поспать".

Ли Цзин с недовольным выражением лица сказала: "Разве ты не слышал, что я сказала? Уже время обеда".

Не поднимая бровей, Ю Хэ поднял одеяло и лег обратно в кровать: "Я же сказал, что не голоден".

Ли Цзин никогда не сталкивалась с таким упрямым человеком, как Ю Хэ, поэтому она подняла вопрос о господине Фу Юньчжэне, чтобы оказать на него давление: "Господин Фу уже спустился вниз".

Ю Хэ повернулся лицом к Ли Цзин и спросил в ответ: "Господин Фу просил вас прийти и позвать меня?".

Ли Цзин не ответила.

В душе Ю Хэ знал, что это не мог быть господин Фу, который попросил его спуститься.

Во-первых, Ю Хэ уже сказал Чжан Шаню, что хочет вернуться в свою комнату и поспать, и что он не будет обедать или ужинать. Даже если в семье Фу существовали правила, запрещающие спать днем или пропускать обед с господином Фу, у Чжан Шаня не было причин не сказать об этом Ю Хэ.

Во-вторых, авария и болезнь господина Фу произошли полгода назад, но когда Ю Хэ увидел его вчера, он все еще был очень худым, что говорило о том, что за целых шесть месяцев он так и не смог полностью оправиться от неудачной болезни. Это говорило о том, что господин Фу сам не очень заинтересован в еде.

Сегодня утром Ю Хэ попробовал стряпню шеф-повара семьи Фу. Без преувеличения, если бы Ю Хэ ел, не занимаясь спортом, он мог бы набрать 20 катти (фунтов) за месяц.

Он накрыл голову одеялом, чувствуя, что не умеет общаться с женщинами такого возраста, и надеясь, что Ли Цзин отпустит его.

Глава 13: За обедом

К сожалению, у Ю Хэ никогда не было девушки, и его понимание женщин было поверхностным.

Он думал, что его поведение - это перемирие, но в глазах Ли Цзин это было голой провокацией.

Ли Цзин была так зла, что ее лицо побледнело. Она приподняла рукой одеяло на теле Ю Хэ и сердито сказала: "Разве ты не знаешь, что для тебя хорошо? Я..."

Ю Хэ сел на кровать, его красивые глаза цвета персика слегка приподнялись, когда он взглянул на лицо Ли Цзин.

Его глаза были черно-белыми, с глубокими зрачками. Обычно они лениво опускались и не имели никакой ауры. Но сейчас они неподвижно смотрели, эти глаза были похожи на мерцающее пламя в холодной луже, в них чувствовалось чот-то зловещее, отчего людям становилось холодно и страшно смотреть на них слишком долго.

От этих глаз веяло леденящим холодом, а на спине Ли Цзина выступил холодный пот. 'Такая злость в столь юном возрасте!' Она сжала кулаки и решила выгнать Ю Хэ из резиденции Фу. (Все что выделено ' таким ковычками - это мысли)

Однако Ю Хэ больше ничего не сказал. Он просто отвел взгляд и вышел из комнаты.

Хотя Ли Цзин достигла своей цели и поставила Ю Хэ на место, она не испытывала чувства победы. Вместо этого она почувствовала дискомфорт в груди, как будто в сердце застрял комок гнева.

Она хотела остановить Ю Хэ и попросить его переодеться в более подходящую одежду, но он проигнорировал ее и спустился по лестнице в тапочках.

Ю Хэ только заснул, как его разбудила дама средних лет, которая без видимой причины устроила ему разнос. Он выглядел грустным и с опущенной головой спустился на первый этаж.

Ли Цзин последовала за ним.

Фу Юньчжэн сидел за обеденным столом, держа в руках палочки для еды. Увидев Ю Хэ, он не стал ничего спрашивать и просто жестом попросил служанку добавить еще один набор посуды.

На столе стояло четыре блюда: свиные ребрышки с грибами, тушеный помфрет с редисом, жареная курица с китайской брокколи, бланшированный салат и суп из женьшеня, который варился всю ночь.

Блюда были хорошо приготовлены, имели хороший вид, аромат и вкус, но Ю Хэ не испытывал особого аппетита. Он сидел прямо и следуя этикету, не стал сразу брать палочки для еды, а спокойно вытер их.

С другой стороны, Фу Юньчжэн вел себя вполне непринужденно. Он взял немного китайской капусты (брокколи) и положил ее на свою тарелку, но не спешил есть. Вместо этого он повернулся к Ю Хэ и сказал: "Если вы хотите добавить какие-либо блюда, просто скажите на кухне".

"Спасибо, господин Фу", - ответил Ю Хэ, думая, что Фу Юньчжэн просто проявляет вежливость.

Через мгновение Фу Юньчжэн положил палочки для еды, и легкий звон между металлическими палочками и керамическими подставками для палочек издал хрустящий звук.

На его лице не было никаких эмоций, но Ю Хэ почувствовал, что атмосфера во всей столовой замерла.

Казалось, что все нервничают.

Ю Хэ огляделся вокруг, держа палочки, и даже Ли Цзин, которая обычно командовала всеми, опустила голову.

После жуткого молчания Фу Юньчжэн спросил: "Ю Хэ, почему ты грустный?".

Ю Хэ удивился и поднял голову. Он не ожидал, что Фу Юньчжэн будет так внимателен к его эмоциям.

Фу Юньчжэн сказал, что не может скрывать свои эмоции, и Ю Хэ определенно не мог. Когда его спросили, почему он грустный, Ю Хэ подсознательно взглянул на Ли Цзин.

Ли Цзин была ошеломлена. Видя, что Ю Хэ осмелился поставить ее в неловкое положение перед всеми, она поняла, что не может ждать, пока Ю Хэ заговорит. Вместо этого ей нужно было взять инициативу в свои руки и объясниться. В конце концов, она уже много лет занимала должность главной служанки в семье Фу, и с ней нельзя было шутить.

Она слегка поклонилась и обратилась к Фу Юньчжэну: "Господин Фу, господин Ю сегодня утром мало ел. Спать на голодный желудок вредно для его здоровья, поэтому я взяла на себя смелость разбудить его к обеду. Возможно, поэтому мастер Ю расстроен".

Ю Хэ: "..."

Это был ловкий ответ без намека на ложь. Это была правда, что он не ел утром, и что сон на пустой желудок вреден для пищеварения. Кроме того, Ли Цзин честно призналась, что это была ее идея разбудить Ю Хэ, и намекнула Фу Юньчжэну, что Ю Хэ не имеет хороших манер, проспав до полудня.

Любой, кто слушал ее объяснения, подумал бы, что Ли Цзин была права. Казалось, что Ли Цзин любезно разбудила его, чтобы он поел, но он ответил с темпераментом молодого господина.

Ю Хэ молчал и просто положил палочки, ожидая реакции Фу Юньчжэна.

Фу Юньчжэн, казалось, не слышал, что сказал Ли Цзин, и сосредоточился только на том, что у Ю Хэ нет аппетита.

Он позвал тетю, отвечавшую за составление меню, и сказал: "Тетушка Чжоу, принесите меню, пусть Ю Хэ выберет блюда".

Лицо Ли Цзин внезапно скорчилось.

Она была красноречива и могла превратить черное в белое, но Фу Юньчжэна, казалось, это совершенно не волновало, как будто он слышал только фразу "Ю Хэ мало ел утром".

Несмотря на болезнь, ежедневное меню Фу Юньчжэна разрабатывает команда диетологов. Он чрезвычайно самодисциплинирован и знает, что полезно для него. Даже если есть овощи, которые ему не нравятся, он не убирает их из меню.

На втором этаже виллы семьи Фу есть специальный банкетный зал, в котором могут разместиться десятки человек.

Месяц назад родственники семьи Фу приехали на праздник Середины осени, и Фу Юньчжэн приготовил в банкетном зале стол с изысканными блюдами, но не притронулся к ним. Он лишь немного посидел за главным столом, а затем вернулся в столовую, чтобы съесть сытную еду, приготовленную домашним поваром.

Несколько дядюшек хотели поговорить с Фу Юньчжэном, но им пришлось бежать за ним в столовую и сопровождать его, чтобы съесть безвкусное питательное блюдо.

Несмотря на это, Фу Юньчжэн не попросил никаких дополнительных блюд.

Ю Хэ пролистал меню и спросил Фу Юньчжэна: "Вы любите острую пищу?".

Фу Юньчжэн не изменил выражения лица и ответил: "Люблю".

Все присутствующие потеряли дар речи.

Ли Цзин стиснула зубы и стала еще больше недовольна Ю Хэ. Ее глаза были острыми, она смотрела на него так, словно он был злой женщиной, которая принесла несчастье в дом. Ли Цзин не могла понять, как обычный мальчик, вроде него, смог так очаровать господина Фу.

Господин Фу когда-нибудь раньше ел острую пищу?

Она служит в доме Фу уже более десяти лет и никогда не видела, чтобы Фу Юньчжэн ел острую пищу.

Фу Юньчжэн родом из Юньсу, где кухня отличается легким ароматом и подчеркивает оригинальный вкус ингредиентов. Специи используются редко, особенно перец чили в кухне Юньсу.

Раньше, когда Фу Юньчжэн ездил в командировку в Сяньнань, заместитель мэра из Пекина порекомендовал ему местное блюдо - сычуаньский перец хотпот. Фу Юньчжэн вежливо отказался, сославшись на свое отвращение к острой пище, и не позволил предложению гостя взять верх в разговоре.

Почему же сейчас он не отказался ?

Глава 14: Вкусовые пожелаения

Ю Хэ пролистал меню от начала до конца и не увидел ни одного острого блюда. Посмотрев на выражение лица Ли Цзина, он почувствовал, что Фу Юньчжэн просто блефует, и засомневался: "Но... в этом меню нет ни одного острого блюда".

Фу Юньчжэн сохранял спокойствие и сказал: "Мою болезнь трудно вылечить, и они не разрешают мне есть острую пищу".

Ю Хэ: "..."

Все присутствующие слуги: "..."

"Разве можно есть острую пищу, когда ты болен?" Ю Хэ был немного скептичен. Травма поясничного отдела позвоночника теоретически является внешней травмой, так какое отношение она имеет к употреблению острой пищи?

Когда Фу Юньчжэн был совсем юным, он знал, что когда кто-то говорит ложь, ему нужно сказать еще сотню лжи, чтобы скрыть ее. К сожалению, он уже произнес первую ложь, не подумав, а раз лук натянут, то стрела должна быть выпущена. Он мог только продолжать придумывать новую ложь.

Фу Юньчжэн стал перекладывать вину на других, говоря: "Врачи не смогли вылечить мою ногу, поэтому им пришлось сделать вид, что они умеют лечить такие мелочи".

Ю Хэ поверил ему.

Действительно, с каким бы заболеванием вы ни обратились к врачу, врачи обычно советуют избегать трудноперевариваемых продуктов, таких как жирное, острое, сырое, холодное и морепродукты.

В случае травмы это также связано с заживлением ран. Хотя раны на коже зажили, повреждения костей и костного мозга еще не зажили. Сидя в инвалидном кресле, движения кишечника Фу Юньчжэна соответственно ослабли, поэтому с советом врача проблем не было.

"Хорошо, тогда не заказывайте", - сказал Ю Хэ, закрывая меню и обращаясь к тете Чжоу: "Пожалуйста, добавьте для меня тушеные креветки".

"Ты заказывай", - Фу Юньчжэн неосознанно добавил командный тон, и быстро отстранился от своей величественной манеры, говоря расслабленным тоном: "Я просто возьму немного у тебя".

Ю Хэ: "..."

Хотя это был лишь краткий миг властной демонстрации, Ю Хэ был ошеломлен мимолетным величием, как будто кто-то ударил его молотком в грудь.

Ю Хэ предложил: "Тогда как насчет кусочков вареной говядины?".

Но Фу Юньчжэн молчал, спокойно наблюдая за ним.

Хотя они сидели в просторном и светлом роскошном ресторане, Ю Хэ чувствовал себя так, словно находился в комнате для допросов в полицейском участке.

Человек напротив него был гораздо терпеливее Ю Хэ, он просто смотрел на него, не побуждая к действию, и ждал, когда Ю Хэ сам скажет правду.

Под тяжелым взглядом Фу Юньчжэна Ю Хэ сглотнул и сказал: "А также острую курицу по-сычуаньски и острые креветки".

Получив ответ, Фу Юньчжэн удовлетворенно кивнул и приказал поворам: "Приготовьте".

Тетя Чжоу спросила, есть ли у Ю Хэ какие-либо ограничения в еде, и Ю Хэ честно ответил: "Я не ем морковь".

"А как насчет лука, чеснока и кинзы?" - спросила тетя Чжоу.

Ю Хэ сказал: "Это я ем".

Фу Юньчжэн сделал паузу, и Ю Хэ быстро исправился и сказал: "Я не ем сырой лук, я ем только вареный чеснок, а не сырой, и я не ем кинзу".

Фу Юньчжэн посмотрел на Ю Хэ с легким удивлением.

Подумав, что Фу Юньчжэн не понимает, что значит "есть только для вкуса", Ю Хэ собирался объяснить дальше.

Неожиданно тетя Чжоу поняла и сказала: "Можно использовать лук-шалот для усиления вкуса, но нельзя, чтобы в блюде были листья лука-шалота, верно?"

Ю Хэ не был таким привередливым и сказал: "Ничего страшного, если они появятся, я сам их выберу".

Тетя Чжоу рассмеялась и сказала: "Не стоит беспокоиться, когда на кухне будут жарить блюдо, аромат лука выйдет наружу, и мы можем просто убрать его. Блюда господина Фу готовятся точно так же, это не проблема".

На этот раз настала очередь Ю Хэ удивляться.

Еще раз осмотрев блюда на столе, он заметил, что там совсем не было зеленого лука. Может быть, Фу Юньчжэн, как и он сам, мог терпеть аромат зеленого лука, но не есть его?

Это было действительно совпадение.

Через пятнадцать минут на стол были поданы три сычуаньских блюда. Фу Юньчжэн, похоже, знал, что Ю Хэ неудобно есть, когда рядом стоят слуги. Он не только попросил их уйти, но и сказал, что если Ю Хэ будет неудобно сидеть с ним, то он может вернуться в свою комнату и поесть.

Когда Ли Цзин повернулась, чтобы уйти, ее шаги замешкались. Она подумала, что это грубо и неуважительно - нести еду наверх, чтобы поесть.

Услышав это, Ю Хэ подумал так же. Он почувствовал, что оставлять хозяина в столовой и позволять гостю есть одному в спальне - это ненормальная практика, и он посмотрел на Фу Юньчжэна: "Разве это уместно?".

Фу Юньчжэну было все равно, и он спросил в ответ: "А что в этом плохого?".

Ю Хэ думал о многих причинах, которые он не мог выразить: его отношения с Фу Юньчжэном, его нынешнее положение и то, что сказал ему Ли Цзин.

Глава 15: В нашей семье не так много правил

Но в итоге Ю Хэ сказал только: "Спальня - это место для сна".

Фу Юньчжэн не стал спорить об определении и назначении комнаты с Ю Хэ. Он спокойно сказал ему: "Ю Хэ, в нашем доме не так много правил".

Снисходительность Фу Юньчжэна создала у Ю Хэ иллюзию, что в доме Фу он может делать все, что захочет. Однако он был знаком с Фу Юньчжэном всего один день, а Ли Цзин проработал в резиденции Фу более десяти лет. Ю Хэ не стал рассказывать Фу Юньчжэну о правилах, которые Ли Цзин использовал для его подавления.

Три новых блюда на столе были очень вкусными, и Ю Хэ съел две миски риса. Он ел очень элегантно, используя палочки для еды, чтобы точно выбрать нежный масляный овощ, скрытый под красным маслом в пряном супе.

Овощи были зелеными и сочными, и когда Ю Хэ медленно жевал с закрытым ртом, даже Фу Юньчжэн мог слышать, как он пережевывает овощи.

Хр, хр.

Он был похож на маленького кролика.

Видя, что Ю Хэ наслаждается едой, Фу Юньчжэн не удержался и съел полмиски риса. Однако к острому блюду он не притронулся.

После еды стало легче всего заснуть, и Фу Юньчжэну тоже пора было вздремнуть. Ю Хэ и Фу Юньчжэн вместе поднялись наверх, и Фу Юньчжэн заметил, что Ю Хэ устал. Он пообещал: "Возвращайся в свою комнату и ложись спать, отныне никто не будет стучать в твою дверь".

Ю Хэ зевнул, его глаза были влажными. Он был очень тронут. Он никогда не видел такого начальника, как Фу Юньчжэн, который был бы так внимателен к своим подчиненным! Когда Ли Цзин создал ему проблемы, Фу Юньчжэн смог разобраться в ситуации без его объяснений и решил проблему первым.

Ю Хэ присел и посмотрел на Фу Юньчжэна, искренне говоря: "Босс, вы хороший человек". Фу Юньчжэн ярко улыбнулся.

Фу Юньчжэн обладает красивой внешностью, но из-за какой-то болезни его губы приобрели фиолетово-белый оттенок. Когда ему холодно, его лицо кажется немного мрачным, но когда он улыбается, он выглядит ярким, как первый снег после ясного неба, с ясной и сияющей аурой.

Он сказал Ю Хэ: "Я хочу, чтобы ты достаточно отдыхал, чтобы ты не использовал это как оправдание лени на работе."

"Лениться на работе" - какая "работа"? Но он понял в глубине души про что говорит Юньчжэн.

Ю Хэ вспомнил о близости, которую они разделили прошлой ночью, его сердце немного защемило, и он заигрывающе сказал: "Я счастлив служить вам".

Фу Юньчжэн улыбнулся, его лицо было безмятежным и светлым, но пальцы бессознательно зацепили кисточку на покрывале. "Не стоит торопиться. Я позволю тебе служить мне, когда придет время".

После того, как они расстались в коридоре, Ю Хэ вернулся в свою комнату и задернул шторы, после чего лег спать. Когда он снова проснулся, в спальне было совершенно темно, а в коридоре слышался звук, будто что-то тащили.

Это был передвижной-ресторан? Неужели он проспал до обеда?

Ю. Он потянулся за телефоном и увидел, что уже девять часов вечера.

Поздновато для ужина и рановато для позднего перекуса.

'Что за шум за дверью?'

Ю Он толкнул дверь и увидел двух служащих, которые толкали кардиомонитор (ЭКГ) в соседнюю комнату.

Двери лифта снова открылись, и еще двое слуг вытолкнули какое-то оборудование, которое Ю Хэ не узнал. Проходя мимо Ю Хэ, они не забыли поклониться и отдать честь: "Молодой господин Ю".

"Что происходит?" Ю Хэ был немного озадачен.

'Почему они переносят аварийное оборудование в соседнюю комнату? Фу Юньчжэн болен?'

Слуга ответил низким голосом: "У господина Фу жар".

Сказав эти четыри слова, слуга поклонился Ю Хэ, а затем переместил оборудование в соседнюю комнату.

Колеса в нижней части оборудования катились по земле, издавая приглушенный грохот, а в коридоре стоял слабый запах алкоголя.

Атмосфера была очень странной, и Ю Хэ вдруг ощутил крайне нереальное чувство. На мгновение он не понял, спит он или нет, и ему потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя.

Кстати, что только что сказал этот слуга?

У Фу Юньчжэна жар?

Глава 16: Поглаживать перья журавля нужно в том направлении, в котором они лежат

У него жар, почему они используют монитор электрокардиограммы? Ю Хэ еще не полностью пришел в себя и на мгновение растерянно замер у двери.

Подождите, жар?

Черт возьми, неужели у Фу Юньчжэна жар из-за него!

Ю Хэ внезапно испугался. Ужасающие слухи о Фу Юньчжэне мгновенно разлетелись эхом в ушах Ю Хэ.

Капризный, глубокий, зловещий, безжалостный, не оставляющий врагам выхода...

Хотя Фу Юньчжэн до сих пор не показал Ю Хэ свою ужасную сторону, возможно, это потому, что Ю Хэ хорошо послужил ему прошлой ночью?

Но если он сейчас болен, то это уже другая история.

Ю Хэ потер лицо и чтобы не умереть необъяснимой смертью, решил сначала выяснить отношение Фу Юньчжэна.

В коридоре люди входили и выходили, и никто его не заметил. Он подумал, что тайком пробрался в комнату Фу Юньчжэна.

В спальне у кровати стояли два врача в белых халатах, а Чжан Шань стоял у изножья кровати.

Фу Юньчжэн лежал на кровати, уже подключенный к монитору сердца и легких, с дыхательной маской, прикрепленной ко рту и носу.

"Не может быть, неужели все так серьезно?"

Фу Юньчжэну явно не нравилась дыхательная маска. Слегка нахмурив брови, он одной рукой потянул резинку маски вниз, обнажив нос.

Служанка, которая настраивала контрольное оборудование, случайно обернулась и увидела, что маска сползла, поэтому она подошла и надела ее обратно.

После того как маска была надета, брови Фу Юньчжэна нахмурились еще сильнее. У него были глубокие черты лица и высокая переносица, и пластиковый край дыхательной маски точно прилипал к переносице, оставляя отпечаток через некоторое время.

Видя игру между Фу Юньчжэном и медсестрой, нервное настроение Ю Хэ немного ослабло.

Похоже, что он все еще может заботиться об этих деталях, что говорит о том, что его психическое состояние все еще в порядке.

Ю Хэ подошел и прижал дыхательную маску к лицу Фу Юньчжэна.

Зрачки Фу Юньчжэна слегка увеличились, и он увидел беспомощную улыбку Ю Хэ.

Увидев, что Фу Юньчжэн все еще может улыбаться ему, Ю Хэ почувствовал облегчение от того, что проблема не велика.

Он присел на корточки, положил руку на кровать, подбородок уперся в руку, как беспомощный ребенок, когда его родители заболели.

Сердце Фу Юньчжэна смягчилось при виде этого.

Рука Ю Хэ была теплой и прижималась к пластиковой маске. На пластиковой маске быстро отпечатался отпечаток пальца, который менялся с каждым выдохом горячего дыхания Фу Юньчжэна.

Исчезнуть - снова появиться - исчезнуть - снова появиться.

Свет от двух ламп операционной ярко освещал комнату.

Хотя он находился в спальне на вилле, у Ю Хэ было ощущение, что он находится в приемном покое больницы, как будто он видит, как жизнь медленно ускользает.

Только проснувшись, Ю Хэ почувствовал себя немного дезориентированным: "Это лихорадка? Почему все так серьезно?"

Фу Юньчжэн повернул голову и прошептал: "Все в порядке, ты должен вернуться и отдохнуть".

Ночью зрение Ю Хэ ухудшалось, и он, прищурившись, всматривался в показания на мониторе электрокардиограммы напротив него.

Кроме пульса и кровяного давления, он больше ничего не мог понять.

"Ваш пульс немного замедлился", - сказал Ю Хэ, но потом понял, что выразился не слишком вежливо, и добавил: "Сэр".

Фу Юньчжэн повернул голову и посмотрел на экран: "55, нормальный".

Юй Хэ протянул руку и коснулся лба Фу Юньчжэна, который действительно был очень горячим. "У вас жар", - сказал он.

Поколебавшись некоторое время, он решил, что здесь слишком много людей, и ему трудно поднимать эту тему, поэтому он опустился на одно колено, подперся спиной о кровать и, наклонившись к уху Фу Юньчжэна, шепотом спросил: "Это из-за меня?".

"Ничего страшного", - Фу Юньчжэн уже вышел из возраста, когда нужно обвинять других, он проявил великодушие начальника, поднял руку, чтобы держать кислородную маску на лице, и сказал Ю Хэ: "Это не твоя вина".

Юй Хэ никак не отреагировал.

Если бы Фу Юньчжэн отругал его или даже ударил, все было бы в порядке. Чем меньше Фу Юньчжэн заботился о нем, тем более виноватым и никчемным чувствовал себя Юй Хэ.

Это была драгоценная, но бесполезная невинность молодых людей. Юй Хэ не мог полностью отделить болезнь Фу Юньчжэна от своего поведения прошлой ночью, как будто это не имело к нему никакого отношения.

Ему не следовало поворачиваться и уходить прошлой ночью.

Фу Юньчжэн отпихнул его, вероятно, не потому, что ему нравилось, что о нем заботятся как об инвалиде, иначе он не жил бы на такой большой вилле и не оставался бы ночью один.

Юй Хэ снова спросил шепотом на ухо Фу Юньчжэну: "Тебе не по себе?".

Фу Юньчжэн сохранял спокойствие и неопределенно ответил: "Все в порядке".

В этот момент подошел один из врачей с несколькими пробирками для забора крови, и Фу Юньчжэн закатал рукава, чтобы обнажить вены на сгибе руки.

Доктор протянул руку и дважды слегка надавил большим пальцем на вену Фу Юньчжэна: "Господин Фу, нам нужно сделать анализ крови, чтобы проверить наличие возбудителя болезни".

Когда у кого-то поднимается температура, обычно требуется анализ крови. Как правило, врачи могут определить причину лихорадки, будь то вирусная или бактериальная инфекция, по количеству лейкоцитов в периферической крови.

Юй Хэ услышал, как Фу Юньчжэн хрюкнул в ответ. В это время он наблюдал за Фу Юньчжэном, и Фу Юньчжэн случайно повернул голову и взглянул на него.

В этот мимолетный момент лицо Юй Хэ вдруг потеплело.

Они с Фу Юньчжэном поняли друг друга без слов. Они оба знали причину лихорадки Фу Юньчжэна.

Врачи в палате не знали, сиделки не знали, дядя Чжан не знал, и даже слуги и прислуга не знали.

Только Ю Хэ и Фу Юньчжэн знали, но не говорили об этом.

Они делились секретом.

Доктор наклонился и достал иглу для забора крови. (Шприц)

Юхэ повернул голову и закрыл глаза.

"У тебя кружится голова?" спросил Фу Юньчжэн.

Ю Хэ: "Фобия иголок".

Фу Юньчжэн, казалось, усмехнулся.

В комнате было немного шумно: приглушенные голоса, гул инструментов и звук крови, стекающей в пробирку для забора крови. Юй Хэ не был уверен, действительно ли Фу Юньчжэн смеялся.

Но он был уверен, что после того, как он сказал, что боится игл, Фу Юньчжэн дал ему слабую оценку: "Хрупкий".

После получения результатов анализа крови врач серьезным тоном сказал: "Господин Фу, результаты анализа крови показывают, что в вашем организме есть воспаление. Вам необходимо отправиться в больницу для детального обследования".

В немного шумной комнате вдруг стало тихо.

Тайна, которую Ю Хэ и Фу Юньчжэн хранили о причине лихорадки, была раскрыта результатами анализа крови, но они получили новый секрет. А именно, где произошло воспаление.

Глава 17: Забота Ю Хэ

Фу Юньчжэн сказал: "Не нужно никакой больницы, я просто приму завтра антибиотики".

Доктор был очень серьезен. Этот пациент был печально известен тем, что уклонялся от лечения, а отказ от лечения был обычным состоянием Фу Юньчжэна. Он хотел продолжить убеждать его, но Фу Юньчжэн был очень тверд. В конце концов, он был всего лишь личным врачом семьи Фу. Если Фу Юньчжэн не хотел ложиться в больницу, никто ничего не мог с этим поделать.

Поставив капельницу, Фу Юньчжэн отослал врача, а Чжань Шань, казалось, хотел что-то сказать, но в итоге не сказал.

После того как все ушли, в переполненной палате вдруг стало тихо.

Фу Юньчжэн сразу же снял кислородную маску со своего лица.

Ю Хэ сидел на стуле рядом с кроватью Фу Юньчжэна и смотрел на постоянно капающее лекарство, погрузившись в раздумья.

Когда люди приходили и уходили, Ю Хэ и Фу Юньчжэн перекидывались парой слов, но когда все ушли, они оба замолчали, и никто не говорил.

Комната была наполнена только звуками работающего медицинского оборудования. Было уже 10 часов, Фу Юньчжэн обычно ложился спать. Однако у него был жар, и вскоре сонливость одолела его под гул медицинского оборудования.

Юй Хэ услышал, как дыхание Фу Юньчжэна постепенно становится глубже. Когда он посмотрел вниз, Фу Юньчжэн уже заснул, на его носу была вмятина от дыхательной маски.

Юй Хэ небрежно отрегулировал скорость потока внутривенной капельницы и достал свой телефон, чтобы поиграть в игру "Удачная Ликвидация" на беззвучном режиме.

У него не было опыта в уходе за другими.

На самом деле, никто не просил его оставаться здесь, и первое, что сказал ему Фу Юньчжэн, это вернуться и отдохнуть.

Щедрость Фу Юньчжэна по отношению к нему не была тем, чего можно было ожидать от капиталиста.

Возможно, таких капиталистов, как его приемный отец, желающих использовать чужие ценности, было немного, а настоящие магнаты все такие же добрые и добросердечные, как господин Фу Юньчжэн?

Юй Хэ снова подумал о внешней оценке Фу Юньчжэна.

'Капризный, жестокий и сделает все, чтобы достичь цели'.

Если Фу Юньчжэн хотел реализовать проект, он никогда не терпел неудачу и вывел и без того выдающуюся семью Фу на новый уровень.

Но Юй Хэ не считал Фу Юньчжэна капризным.

Фу Юньчжэн бессознательно демонстрировал достоинство начальника, но при этом был сдержан, сохраняя границу, которая внушала благоговение, но не подавляла. Время от времени он выдавал свою властную сторону, что пугало Ю Хэ, но он быстро отменял свою власть.

Не успел опустеть второй пакет с лекарствами, как Фу Юньчжэн медленно проснулся.

"Который час?"

Возможно, из-за того, что он только что проснулся, голос Фу Юньчжэна был особенно хриплым, как бас, который, как ни старайся, не удавалось подавить. Он звучал так же красиво, как виолончель.

Посмотрев на телефон, Юй Хэ ответил: "Сейчас одиннадцать тридцать".

Услышав голос Ю Хэ, Фу Юньчжэн, казалось, хотел сесть, но он был подключен к монитору, а в руке у него был катетер, поэтому он не мог дотянуться до верхнего крюка кровати (эти петли сделаны для FYZ).

Ю Хэ наклонился, обнял Фу Юньчжэна за плечи и помог ему сесть.

Фу Юньчжэн спросил: "Уже так поздно, почему ты все еще здесь?".

"Я не хочу спать", - ответил Юй Хэ.

Взглянув на кувшин с водой на прикроватной тумбочке, Ю Хэ не понял, что это значит, и невинно посмотрел на Фу Юньчжэна.

"Налей мне стакан воды", - приказал Фу Юньчжэн Ю Хэ, ущипнув его за нос, - "А потом возвращайся в свою комнату и отдохни".

Юй Хэ действительно не знал, как заботиться о людях. Помогая Фу Юньчжэну сесть, он даже не подумал подложить ему за спину подушку. А когда Фу Юньчжэн попросил воды, Юй Хэ просто протянул ему стакан.

Этот стакан с водой простоял на прикроватной тумбочке несколько часов. Мало того, что она совсем остыла, так в ней еще и пыль плавала от всех тех, кто приходил и уходил раньше.

Глядя на пыль, плавающую вверх-вниз в стакане, Фу Юньчжэн загадочно улыбнулся.

Правда, он не знает, как заботиться о людях, но он также умен. Когда он увидел, что Фу Юньчжэн молча смотрит на чашку, он понял, что произошло.

Как он мог подать боссу холодную воду в таком виде?

"Хм..." Он протянул руку и взял чашку обратно, делая вид, будто ничего не произошло. "Не хотите ли вы выпить воды или чая, сэр?"

Фу Юньчжэн не ответил, но вместо этого сказал: "Все в порядке, оставь все как есть".

Ю Хэ всего девятнадцать лет, и у него поистине юношеский менталитет.

Когда его просят что-то сделать, если кто-то начинает отдавать ему приказы и выдвигать требования, у него наготове полный живот аргументов, чтобы их опровергнуть. С другой стороны, чем больше кто-то ничего от него не требует и потакает ему, тем больше он чувствует себя виноватым и хочет доказать другим свою правоту.

Короче говоря, он подобен журавлю, который идет только по перьям, и его нельзя теребить против шерсти. (Он из тех, кто плывет по течению).

Он взял в руки стакан с водой и на мгновение задумался, прикидывая, какое положительное влияние он может оказать на болезнь Фу Юньчжэна.

Внезапно его посетило вдохновение, и он наклонился, чтобы спросить: "Господин Фу, вы приняли лекарство?".

Фу Юньчжэн удивился и посмотрел на присевшего Ю Хэ.

Слова Ю Хэ были двусмысленными и не указывали конкретно, какое лекарство нужно принять, но Фу Юньчжэн понял, о чем он спрашивает. Он был удивлен смелостью молодого человека, но в то же время вопрос Ю Хэ был настолько естественным, что у Фу Юньчжэна создалось впечатление, что нет необходимости уклоняться от темы.

Если бы он не ответил, то выглядел бы робким.

Независимо от ситуации, термин "боязнь сцены" был далек от Фу Юньчжэна.

Не меняя выражения лица, Фу Юньчжэн спокойно ответил: "Нет".

Получив отрицательный ответ, выражение лица Ю Хэ стало очень серьезным, и он сразу же начал просвещать Фу Юньчжэна об опасностях, связанных с отказом от приема лекарств. Он пустился в длинные и извилистые объяснения, начиная с легкого воспаления и заканчивая узловатыми язвами и воспалением прямой кишки.

Он говорил обстоятельно, как будто провел серьезное исследование на эту тему.

Когда Ю Хэ рассказал о том, как внутренний геморрой может вызвать взрывное кровотечение, Фу Юньчжэн вынужден был признать, что большинство молодых людей в наше время обладают причудливым характером. Юй Хэ был особенно причудлив. Он был симпатичным и привлекательным, но, к сожалению, слишком много говорил. Было бы лучше, если бы он был немым.

Глава 18: У меня нет причин лгать тебе

Когда Ю Хэ привезли в резиденцию Фу, он ничего не взял с собой.

Прожив в поместье несколько ночей, он понял, что не может заснуть, не надев наушники, чтобы слушать прямые трансляции.

Сегодня утром Ю Хэ снова не спал всю ночь, и темные круги под глазами становились все больше. Он сидел за столом без сил и выглядел еще хуже, чем Фу Юньчжэн. Обида, вызванная бессонницей, была очень тяжелой.

Говоря популярной фразой в Интернете, его негодование могло бы выдержать десять злых бессмертных мечей.

Даже Фу Юньчжэн заметил, что Ю Хэ не в лучшем состоянии. Он дал знак тетке, подававшей еду, принести для Ю Хэ миску сытного голубиного супа, отложил палочки и спросил: "Тебе плохо? Почему ты так плохо выглядишь?"

Когда другие не спрашивали, Ю Хэ тоже ничего не отвечал. Но как только кто-то спрашивал, он бессознательно жаловался. Он отложил палочки, облокотился на стол и неохотно произнес два слова: "Хочу Спать".

"Если ты хочешь спать, иди наверх и отдохни. Я встаю рано, тебе не нужно сопровождать меня на завтрак", - сказал Фу Юньчжэн, вытирая уголки рта салфеткой. Его действия были пропитаны чувством роскоши, а слова были зрелыми и внимательными к чувствам и заботам Ю Хэ. "Когда это твой собственный дом, ты можешь вести себя более непринужденно. Никто не будет к тебе приставать".

На протяжении всей жизни Ю Хэ многие люди предъявляли к нему требования: это нужно делать, то нельзя и так далее. Но впервые ему так ясно сказали: "Веди себя непринужденно, никто не будет к тебе приставать".

До этого Ю. Он всегда чувствовал, что кто бы ни родился, его будут критиковать и указывать на него другие.

У людей всегда много мнений и взглядов на жизнь других людей:

"Ты должен делать это, а не то"; "Я перешел больше мостов, чем ты, так что это опыт"; "Те, кто не сделал этого, пожалели об этом, если ты не будешь слушать, то будешь страдать" и так далее.

Ю Хэ не мог не задаться вопросом: Действительно ли Фу Юньчжэн практикует то, что проповедует?

Или он просто ублажает меня, как ребенка, и сейчас я ему приятен, поэтому он не придирается, но однажды, когда я ему разонравлюсь, все, что я делаю, не будет правильным?

Фу Юньчжэн, как всегда, хорошо понимает сердца людей, почти как телепат, он способен читать мысли Ю Хэ по его черным блестящим глазам.

"У меня нет причин лгать тебе", - сказал Фу Юньчжэн.

Это правда, у лжи всегда есть мотив.

С их разным социальным статусом, Фу Юньчжэн был вышестоящим, даже когда Ю Хэ был еще в семье Ю, он не мог отказать Фу Юньчжэну в его приказе, не говоря уже о том, что сейчас.

Ю Хэ оперся локтем на стол, подперев голову, и взял булочку с заварным кремом: "Можно я так поем?"

До этого он всегда строго следовал столовому этикету, используя нож, когда нужно, и вилку, когда нужно, но позже он узнал, что Фу Юньчжэн также использует палочки для еды западной кухни, поэтому он перешел на палочки.

Но есть булочки с заварным кремом и палочки из жареного теста палочками было как-то неправильно.

У Фу Юньчжэна есть трехлетний племянник, который тоже любит есть, облокотившись на стол. Его сестра использовала палочки для еды, чтобы ударить маленького мальчика по руке каждый раз, когда видела, как он это делает. Но он не считает нужным следить за соблюдением правил дома. Когда он берет своего племянника на прогулку, маленький мальчик ведет себя как джентльмен и даже помогает дамам поднять занавески на дверях.

Пусть вас не обманывает тот факт, что Ю Хэ сейчас развалился в кресле и грызет приготовленную на пару булочку. Год назад Фу Юньчжэн видел его на благотворительном обеде. Ю Хэ не был таким на официальных мероприятиях.

В то время Фу Юньчжэн произносил речь на сцене, а Ю Хэ стоял внизу в повседневном костюме. Среди десятков людей в зале Ю Хэ был самым привлекательным, его голова сияла, словно в свете прожектора. Он выглядел элегантно, отстраненно и обладал потусторонним темпераментом. Когда он поднимал бокал, то приподнимал бровь, давая понять, что ему ни до кого нет дела.

Фу Юньчжэн до сих пор живо помнит тот мимолетный момент. Ему действительно было на всех наплевать, иначе Ю Хэ не смог бы не узнать Фу Юньчжэна.

Для Ю Хэ ему было все равно, кто произносит речь на благотворительном вечере. В то время как другие видели в этом возможность подняться по социальной лестнице вместе с Фу Юньчжэном, Ю Хэ считал это занятие долгим и скучным.

Ю Хэ был для Фу Юньчжэна то мимолетной тенью, то обворожительной красавицей, а Фу Юньчжэн был для Ю Хэ просто скучным прохожим, болтающим всякую ерунду.

Времена изменились, и Ю Хэ свалился с облаков, как удивленный лебедь, приземлившийся на ладонь.

Наконец, Фу Юньчжэн поймал маленького сказочного журавля.

Сейчас Фу Юньчжэн не любит появляться на людях, он уже давно не посещает светские приемы, и не знает, когда снова увидит когда-то привлекательного журавлика. Теперь, когда маленький журавлик еще не вырос, не говоря уже о самом Фу Юньчжэне, он не желает посещать банкеты. Даже если он пригласит Ю Хэ, Ю Хэ, вероятно, не будет так уверен в себе, как раньше.

Первая половина жизни молодого человека проходит гладко, но когда он спотыкается, то, как правило, опускает руки и становится робким.

Лучше всего дать ему немного времени и пространства для роста и больше общаться с ним. Со временем он вновь обретет уверенность в себе.

Ю Хэ закончил есть булочку с кремом, лежа на столе, Фу Юньчжэн тоже закончил трапезу. Его глаза феникса упали на Ю Хэ, который дремал на столе.

Фу Юньчжэн спросил: "Почему ты не можешь спать ночью?".

Ю Хэ ответил: "Я привык переворачивать день и ночь с ног на голову, а ночью слишком тихо, поэтому я не могу заснуть".

Это был первый раз, когда он услышал, что кто-то не может спать, потому что слишком тихо, и Фу Юньчжэн нашел это немного необычным. Полушутя, он сказал: "Так что, мне нанять для тебя театральную команду?".

Глава 19: Его талия хороша

Ю Хэ засмеялся, думая, что Фу Юньчжэн дразнит его: "Жутко слушать театр ночью, к тому же тебе еще нужно спать".

Фу Юньчжэн сказал: "В резиденции Фу нет ничего, кроме множества одиночных домов. Ближайший из них находится в 300 метрах от главного дома, а самый дальний - в двух километрах. Вы можете жить, где хотите, и не будете мне мешать".

Только тогда Ю Хэ понял, что Фу Юньчжэн подумал, будто он намекает, что хочет съехать и не жить с ним.

Трудно понять, что говорит большая шишка, не используя свой мозг. Если не объяснить этот вопрос четко, то в будущем он станет скрытым шипом, из-за которого будет казаться, что Ю Хэ не хочет его сопровождать.

На самом деле Ю Хэ имел в виду совсем другое. Он лег на стол и многозначительно посмотрел на Фу Юньчжэна, говоря: "Ты думаешь, я шумный?".

Фу Юньчжэн тоже посмотрел на Ю Хэ и спокойно сказал: "Говори вежливо".

"Сначала ты говорил не очень вежливо", - ворчал Ю Хэ. "Я не хочу жить один. Это было бы еще более жутко. У меня действительно нет намерений не хотеть жить с тобой".

Фу Юньчжэн перестал настаивать на этом. Он только спросил: "Как же ты тогда засыпаешь?".

"Мне нравится слышать шум, когда я сплю. Мои наушники находятся на террасе Цзиньсе. Я хочу пойти и взять их", - ответил Ю Хэ.

Получение наушников не является законной причиной, и Ю Хэ подумал, что Фу Юньчжэн предложит купить новую пару, так как они не стоят того, чтобы идти туда. Неожиданно Фу Юньчжэн лишь слегка кивнул и повернулся к Чжан Шаню: "Чжан Шань, позвони Ван Вучуану и попроси его забрать Ю Хэ".

Ю Хэ: !!!

После еды Фу Юньчжэн, маневрируя на своем инвалидном кресле, вернулся в гостиную.

По ЖК-телевизору показывали утренние финансовые новости, а рядом с Фу Юньчжэном лежал блокнот, время от времени он опускал голову, чтобы записать несколько слов ручкой.

Руки Фу Юньчжэна были очень красивыми, с сильными и мощными костями, а его запястье обтекало перо, плавное и ловкое, делая его еще более элегантным и утонченным, как красивый молодой дворянин с нефритовыми костями, стоящий на ветру.

Видя, что Фу Юньчжэн не хочет с ним разговаривать, Ю Хэ облокотился на обеденный стол и задумался.

Ведущий новостей читал сценарий четким и звучным голосом, профессиональная терминология финансовой информации была немного непонятной, но успокаивающей, что делало ее идеальной фоновой музыкой для наведения сна.

Ю Хэ заснул, как будто вернулся в среднюю школу во время утренних самостоятельных занятий, зарывшись головой в руки. Вскоре он оказался в состоянии полусна-полубодрствования. Он тихо молился богу сна, надеясь, что никто не разбудит его, чтобы вернуться в свою комнату. Если бы кто-то разбудил его в этот момент, было бы обидно потерять с таким трудом обретенную сонливость. Возможно, он не сможет контролировать свой характер, когда встанет.

Он хотел вести себя как хороший ребенок еще несколько дней, чтобы дать себе шанс.

Пожалуйста, очень прошу.

Возможно, это была милость бога сна, но Ю.. Он проспал до полудня.

Сначала он почувствовал слабый аромат еды и услышал, как Фу Юньчжэн сказал: "Обед накрыт в гостиной. Не зови его. Он проснется голодным и поест".

Чжан Шань не совсем согласился с тем, что Фу Юньчжэн не заботится о людях, и понизил голос: "Как он может спать, где захочет? Его поясница будет болеть, когда он проснется".

"Не волнуйтесь, - сказал Фу Юньчжэн, - с его талией все в порядке".  ( ( -̀ω-́ )✧ Я вижу, что вы там сделали).

Может быть, это не так уж и хорошо, подумал Ю Хэ в своем сердце.

Когда сознание медленно возвращалось, каждая косточка в его теле чувствовала себя неправильно, болела и ныла. Спина болела, и он жалел, что не может вытащить позвоночник и выпрямить его, прежде чем вставлять обратно. Его ноги также онемели, очень онемели. Шея и талия тоже болели.

Он застонал и сказал себе, что надо быть храбрым и смотреть правде в глаза. Ю. Он мужественно открыл глаза и обнаружил, что все еще лежит на столе. Завтрак уже убрали со стола, а на спину ему накинули флисовое одеяло. Когда он пошевелился, одеяло сползло.

Тетя Чжоу первой увидела его и сказала: "Молодой господин проснулся".

Она протянула Ю Хэ стакан ледяной колы и сказала: "Просыпайся и иди обедать".

Во рту у Ю Хэ пересохло от сна, поэтому он выпил колу одним глотком. Быстрое восполнение запасов сахара помогло ему восстановить мужество, чтобы бороться с онемением в ногах.

Он встал, опираясь на стол.

Как только его ноги коснулись земли, по всему телу разлилась пронзительная боль, и Ю. Он закричал: "Нет, нет, нет, нет".

От боли и онемения его ноги подкосились, и он с громким стуком упал со стула.

На этот раз падение было жестким, и это произвело громкий шум, который привлек внимание Фу Юньчжэна из гостиной. Увидев это, тетя Чжоу воскликнула и поспешила на помощь Ю Хэ: "Что случилось?"

Ю Хэ простонал: "У меня нога онемела".

Тетя Чжоу, которой было за пятьдесят, с добрым сердцем отнеслась к Ю Хэ, как к собственному ребенку: "Ах, ты, глупый ребенок. Пошевеливайся, если нога онемела, и все будет хорошо, когда ты ее раздвинешь".

У Ю Хэ не хватило смелости снова пошевелить ногой. Он вздохнул и потер поясницу: "Я больше не могу ею двигать. На этот раз все действительно кончено".

Как только он закончил говорить, в столовой воцарилась тишина, как будто там лежал мертвец.

Ю Хэ заметил, что тетя Чжоу внезапно замолчала, и повернулся, чтобы посмотреть на нее, но обнаружил, что тетя Чжоу внимательно смотрит на Фу Юньчжэна.

На втором этаже виллы находилось около дюжины слуг и горничных, и все они перестали двигаться, наблюдая за выражением лица Фу Юньчжэна.

Мягкая и спокойная атмосфера внутри виллы быстро исчезла, и воздух вдруг стал тяжелым и гнетущим.

Несмотря на то, что был полдень осеннего дня и солнечный свет проникал через французские окна, никто не чувствовал тепла.

Черт побери, подумал Ю Хэ.

На этот раз его нога, вероятно, действительно отнялась. Сказав Фу Юньчжэну слово "бесполезный", не воткнул ли он нож в сердце другого?

Говорят, что Фу Юньчжэн однажды разорил поставщика, оскорбившего его за инвалидность, всего за несколько дней!

В этот момент выражение Фу Юньчжэна было непостижимым, его холодный взгляд, казалось, упал и на лицо Ю Хэ, и на его ноги.

Это действительно странно. Неужели взгляд крупной шишки может быть зашифрован? Почему он не может быть расшифрован?

Звук электрического кресла-каталки, катящегося по плитке, был особенно отчетливым.

Кресло-каталка ехало прямо на Ю Хэ, и он затаил дыхание, чувствуя, что кресло-каталка вот-вот перевернется через его ноги. Даже если бы это был грузовик, он не смог бы от него увернуться.

Кресло остановилось, почти коснувшись ног Ю Хэ.

Глава 20: Тебе следует немного сдержать свой нрав, чтобы не попасть в беду

Прохладная рука мягко легла на щеку Ю Хэ.

Ю Хэ открыл глаза и увидел, что Фу Юньчжэн склонился над ним в довольно неудобной позе, слегка касаясь пальцами его лица.

Взгляд Фу Юньчжэна был очень нежным, и тишина, которая раньше казалась надвигающейся бурей, теперь казалась иллюзией. Не задумываясь, Ю Хэ ухватился за руку Фу Юньчжэна и полуприсел на землю.

Фу Юньчжэн сел обратно, положил руку Ю Хэ на свое бедро и мягко сказал: "Не бойся".

Ю Хэ присел на корточки рядом с креслом Фу Юньчжэна, его сердце все еще колотилось, а голова лежала на коленях Фу Юньчжэна, как у утопающего, которого только что вытащили из воды, и он задыхался.

Фу Юньчжэн нежно погладил Ю Хэ по волосам и успокаивающе сказал: "Все в порядке, не бойся".

Под успокаивающие слова Фу Юньчжэна Ю Хэ постепенно успокоился от страха, и сердцебиение постепенно пришло в норму. Однако неожиданно в нем поднялась волна нетерпения и гнева.

Неужели Фу Юньчжэн специально пытается напугать его?

Это все равно, что дать сладкое свидание после пощечины?

Ю Хэ почувствовал в душе сильное сомнение и решил, что все сказанное Фу Юньчжэном - ложь. Такие слова, как "всем наплевать" и "случайность", были фальшивкой.

Никому не было дела до него, все заботились только о себе.

Он был всего лишь игрушкой, которой Фу Юньчжэн мог владеть, когда ему было угодно, и распоряжаться по своему усмотрению, когда не хотелось.

Сознание Ю Хэ постепенно погружалось в глубокий темный омут.

Нет, Ю Хэ, нельзя зацикливаться на мелочах.

Ю Хэ в душе продолжал советовать себе.

Фу Юньчжэн ничего не говорил, и вся тишина и мрак были плодом его воображения.

Ю Хэ, тебе нужно найти счастье.

Ю Хэ изо всех сил старался бороться с негативными эмоциями. Иногда он злился или впадал в депрессию по пустякам и понимал, что это его собственная проблема. Но когда эти эмоции возникали, он не мог контролировать негативные подозрения внутри себя.

В этот момент Фу Юньчжэн крепко сжал руку Ю Хэ и сказал: "Я не сержусь на тебя. Не пугайся".

Ю Хэ принужденно улыбнулся, но улыбка была жесткой, и даже не было видно его милых ямочек.

Фу Юньчжэн не стал расспрашивать дальше, а просто сказал: "Пришел Ван Учуань. Сходи за наушниками. Я буду ждать, когда ты вернешься к ужину. Что ты хочешь съесть?"

Ю Хэ снова прижался лбом к ноге Фу Юньчжэна, стиснул зубы, чтобы сдержать внутреннее раздражение, и ответил: "У меня болит голова, не хочется есть".

Чуть прохладные пальцы Фу Юньчжэна прижались к виску Ю Хэ и спросили: "Ты опять собираешься спать на обеденном столе?"

Несмотря на заботливый вопрос, Ю Хэ почувствовал волнение. Он знал, что это вызвано его негативными эмоциями, и не хотел, да и не мог, выплескивать свой гнев на Фу Юньчжэна.

Ю Хэ прислонил голову к колену Фу Юньчжэна и некоторое время притворялся ласковым.

Через некоторое время, когда Ю Хэ почувствовал, что вновь обрел контроль над своими эмоциями, он встал и сказал: "Тогда я пойду, господин Фу".

К сожалению, Ю Хэ умел говорить, и его глаза, похожие на звезды, были полны тревоги и разочарования.

Фу Юньчжэн ничего не сказал, только кивнул и смотрел, как Ю Хэ покидает виллу.

Когда фигура Ю Хэ появилась в саду, Фу Юньчжэн распорядился: "Дядя Чжан, выясни, что случилось с Ю Хэ".

Чжан Шань ответил "да".

Ван Учуань выругался, увидев хромающего Ю Хэ.

"Что за черт? Этот старик такой безжалостный. Ю Хэ пробыл в Юньсу всего несколько дней, а уже стал таким".

Он открыл дверь машины и вышел из нее, чтобы поприветствовать Ю Хэ: "Что случилось, Ю Хэ? Ты выглядишь..."

Выражение лица Ю Хэ было мрачным, он выглядел необычайно изможденным.

Осенний солнечный свет был как раз кстати, теплый и лучистый, но Ю Хэ еще не до конца освободился от негативных эмоций.

Солнечный свет, пение птиц, зеленая трава, аромат цветов - эти обычные вещи, которые другие считали прекрасными, только усиливали беспокойство Ю Хэ.

Он взглянул на Ван Учуана, и его голос прозвучал тускло: "Я упал".

"Упал?" Ван Учуань не поверил, но и не разоблачил ложь. Он нежно взял Ю Хэ за руку, словно поддерживая принцессу, и осторожно спросил: "С тобой все в порядке?"

Из-за того, что Ю Хэ спал на обеденном столе, ему было немного зябко, и он сказал с носовым оттенком: "Я в порядке".

Ван Учуань открыл дверь машины, и в салоне запахло кожей. Как только Ю Хэ сел в машину, ему стало не по себе.

Он слегка нахмурил брови, ощущая стремительное ухудшение своего психического состояния. Все вокруг раздражало, даже изящно покачивающаяся рядом ива вызывала желание ударить по ней.

В этот момент Ван Учуань, сидевший на водительском сиденье, ответил на телефонный звонок.

Пользуясь случаем, Ю Хэ вышел из машины и встал у ее дверей, глубоко вдохнув свежий воздух.

Он тяжело дышал, стараясь выровнять ритм дыхания.

Сохраняйте спокойствие, Ю Хэ, вам нужно сохранять спокойствие.

Через полминуты Ван Учуань тоже вышел из машины и посмотрел на Ю Хэ с многозначительным выражением лица.

"Водитель из семьи Фу отвезет вас обратно в Фэнчэн. Господин Фу беспокоится, что вам будет некомфортно в моей машине". Ван Учуань прислонился к капоту и прикурил сигарету. "Эта моя потрепанная "Ауди" недостойна того, чтобы на ней ездил молодой господин Ю, да?"

Ю Хэ наклонился вперед и взял сигарету из пачки, поднеся ее к носу, чтобы слегка понюхать. В конце концов, не выдержав, он поднял взгляд и посмотрел на Ван Учуана.

От этого взгляда стало неожиданно холодно, и по позвоночнику Ван Учуана пробежала дрожь.

"Можно мне одолжить фонарь?" сказал Ю Хэ.

Ван Учуань достал зажигалку и лично прикурил сигарету для Ю Хэ. "Тебе следует немного сдержать свой нрав, чтобы не попасть в беду".

Ю Хэ вдохнул дым в легкие и медленно выдохнул.

Никотин, содержащийся в дыме, быстро всасывался в легочную вену, через кровоток попадал в мозг и стимулировал выделение дофамина.

Глава 21: Наследника семьи Фу преследуют

Выдохнув дым, Ю Хэ почувствовал, что весь мир успокоился, и шумное щебетание птиц в саду больше не беспокоило его.

Все остальное не имело значения.

Благодаря никотину Ю Хэ вновь обрел связь с этим прекрасным миром.

В этот момент рядом с Ю Хэ припарковался белый Bentley Bentayga с номерным знаком, заканчивающимся на три восьмерки.

Это действительно стиль большой шишки. Ю Хэ сделал еще одну затяжку и открыл заднюю дверь автомобиля.

Он увидел крупную шишку.

В этот момент Ю Хэ не мог отделаться от мысли, что он неправильно открыл дверь машины.

"Кхм... кхм..." Дым застрял в горле Ю Хэ, и он удивленно посмотрел в эти глаза цвета персика: "Господин Фу?"

"Заходи и кури" - сказал Фу Юньчжэн.

Ю Хэ, который уже собирался затушить сигарету, "..."

Не успел он закончить фразу, как водитель удивленно посмотрел на Фу Юньчжэна через зеркало заднего вида.

Господин Фу больше всего не любит запах сигарет. Никто во всей компании не осмеливается курить в его присутствии. Даже когда в штаб-квартиру приходят сотрудники контрольно-ревизионного управления с проверкой, господин Фу остается непреклонным и указывает на табличку на стене, запрещающую курение.

Почему господин Фу разрешил Ю Хэ курить в машине!!!

Мировоззрение водителя рухнуло, а его благодарность Ю Хэ возросла.

Фу Юньчжэн протянул руку в сторону Ю Хэ.

Под ясным осенним небом Ю Хэ, стоя под солнечными лучами, подсознательно держал руку Фу Юньчжэна. Фу Юньчжэн приложил небольшую силу, и Ю Хэ, следуя за импульсом, сел в машину.

Он все еще держал в руке сигарету.

Запах дыма быстро распространился внутри машины, и Ю Хэ стало не по себе, он почувствовал, что доброта Фу Юньчжэна по отношению к нему ненормальна. "Может быть, мне стоит потушить сигарету" - сказал он.

Фу Юньчжэн взял сигарету между указательным и средним пальцами Ю Хэ, поднес ее к губам, затянулся и выдохнул дым.

Легкий голубой дым размыл брови и глаза Фу Юньчжэна, и он сказал водителю: "Сяо Чжан, принеси коробку сигарет для Ю Хэ".

Водитель Сяо Чжан внутренне затрепетал от волнения: Я видел, как господин Фу курит!!!

Сердце Ю Хэ заколотилось; ему показалось, что Фу Юньчжэн дразнит его, но он не был в этом уверен. Ведь это был Фу Юньчжэн, тот самый, к которому по мановению руки тянулись бесчисленные красавцы и красавицы. Зачем ему дразнить Ю Хэ?

Не знаю, давайте понаблюдаем еще немного.

Ю Хэ взял сигарету, протянутую ему водителем, и посмотрел на нее. "Эта сигарета слишком мягкая, я к ней не привык. Я предпочитаю более крепкие".

Услышав это, Фу Юньчжэн поднял бровь и, затянувшись, вернул сигарету к губам Ю Хэ.

Фу Юньчжэн действительно пытался его поддразнить.

Ю Хэ был уверен в этом. Он опустил голову и сделал затяжку из влажного фильтра.

В маленькой каюте, наполненной бледно-голубым дымом, появилась неясная двусмысленность, и даже резкий запах табака превратился в своеобразный аромат.

Фу Юньчжэн разжал пальцы, убирая руку, и небрежно открыл пепельницу в машине. Затем он остался сидеть на своем месте, не шелохнувшись.

Все резко оборвалось, и сердце Ю Хэ сжалось от этой дразнилки.

Он глубоко затянулся сигаретой, успокаивая себя.

Водитель завел машину, и мощный внедорожник плавно выехал из поместья и медленно поехал по дороге, ведущей в живописную зону горы Гуаньюнь. Время было обеденное, поэтому туристов на дороге было меньше. Не успела сигарета догореть, как автомобиль плавно выехал на главную дорогу.

Окно автомобиля было слегка опущено, что позволило впустить свежий воздух, и ветерок быстро разогнал дым в салоне. Ю Хэ осторожно понюхал воздух: сиденья были покрыты мягкими чехлами, почти не пахнущими кожей.

Ю Хэ наслаждался ощущением ветра, овевающего его кожу, и чувствовал себя расслабленно и свободно.

Выглянув в окно, он заметил черный семиместный Mercedes-Benz GLS, который следовал за ними с момента выезда из живописного района.

В голове у Ю Хэ возникла драма "Наследника семьи Фу преследуют на улице".

Ведь ничего неожиданного не произойдет, верно?

В Фэнчэне всегда ходили слухи о подозрительных обстоятельствах, связанных с аварией Фу Юньчжэна. Хотя на первый взгляд это был несчастный случай, догадок по этому поводу было много. После длительного расследования прокуратура в итоге предъявила обвинение только водителю грузовика, виновному в столкновении.

Однако в мире престижных семей обиды и тайны легко скрываются и становятся предметом пристального внимания. Что касается конкретного происшествия, то Ю Хэ никогда раньше не интересовался этим.

Фу Юньчжэн был далеко за пределами его досягаемости. Он и представить себе не мог, что однажды будет сидеть в одной машине с Фу Юньчжэном, а тем более лежать с ним на одной кровати.

Ю Хэ смутно помнил, что, по слухам, та авария произошла по вине конкурента по бизнесу, а по другим данным, это была внутренняя борьба за власть в семье Фу.

Он не мог не напомнить Фу Юньчжэну: "Господин Фу, за нами уже два квартала следует GLS".

Фу Юньчжэн вежливо оглянулся и объяснил Ю Хэ: "Это телохранители".

Ю Хэ: "..."

На мгновение Ю Хэ показалось, что он насмотрелся телесериалов. Сцены с инсценированными авариями, слежкой и требованиями выкупа, вероятно, не часто встречались в реальной жизни. Тем не менее, в этой машине полно телохранителей.

Давайте пока считать, что это одна машина. Тонированные стекла служебного автомобиля были очень темными, и Ю Хэ не мог разглядеть, сколько человек находится внутри. Но если их всего два-три человека... то нет необходимости использовать семиместный автомобиль.

В конце концов, в наше время застройщики планировали парковочные места так, чтобы максимально увеличить количество автомобилей, и места для парковки были совсем небольшими. Припарковать семиместный автомобиль было нелегко, а автоматические двери открывались очень долго. Если бы что-то случилось, выходить из машины было бы не так удобно, как из обычных дверей.

Позже Ю Хэ имел несчастье наблюдать, как телохранители из этой машины срочно выбирались наружу. Однако он обнаружил, что был поверхностен. В реальной ситуации из дверей машины вышло не так много телохранителей.

Но это также косвенно доказывало, что Ю Хэ не ошибся - автоматическая дверь действительно была медленной.

В этот момент Ю Хэ снова повернул голову и посмотрел через заднее стекло на автомобиль GLS. Ю Хэ подумал, что раз они взяли с собой телохранителей, значит, вероятность того, что вокруг Фу Юньчжэна появятся сцены из телесериалов, не так уж мала, как он думал?

Как будто Фу Юньчжэн знал, о чем думает Ю Хэ, он взял на себя инициативу и сказал: "Это нанятые охранники из охранной компании. Обычно, когда моя машина выезжает из поместья, они посылают за ней людей".

Только тогда Ю Хэ вспомнил, что, когда водитель заезжал за ним на террасу Цзиньшэ, за ними вроде бы все время следовала машина, но он не придал этому значения.

Мир богатых людей действительно слишком сложен.

Глава 22: Молодым людям не нравится вкус лекарств, верно?

Когда они подъехали к съезду с шоссе, водитель сообщил: "Господин Фу, сейчас дорога свободна. Мы прибудем в пункт назначения, Цзиньсе Тай, примерно через два часа".

Фу Юньчжэ проинструктировал его о безопасном вождении, затем повернулся к Ю Хэ и сказал: "Если тебя легко укачивает в машине, тебе лучше вздремнуть".

Ю Хэ очень бережно относится к своему телу, воспринимая его как одолженное. Он использует его экономно, предпочитая отдыхать при любой возможности.

Услышав эти слова Фу Юньчжэ, Ю Хэ тут же склонил голову на плечо Фу Юньчжэ, его жесткие волосы небрежно коснулись лица Фу Юньчжэ.

Он снова почувствовал запах геля для душа Фу Юньчжэ, легкий и приятный аромат.

Фу Юньчжэ провел рукой по волосам Ю Хэ.

"Твоя щетина сильно колючая". Сказав это, Фу Юньчжэ снял с ног кашемировое одеяло, похлопал себя по бедру и освободил Ю Хэ место что бы тот прилег. "Ложись сюда".

Водитель увидел эту сцену в зеркало заднего вида и, не удержавшись, обернулся, чтобы бросить взгляд, на мгновение забыв о руле.

Фу Юньчжэ бросил на водителя холодный взгляд, заставивший его быстро развернуться и поднять перегородку.

С жужжанием поднялась перегородка, и на заднем сиденье образовалось относительно уединенное пространство.

Голова Ю Хэ, покоившаяся на плече Фу Юньчжэ, слегка приподнялась. С этого ракурса он не мог разглядеть выражение лица Фу Юньчжэ, ему была видна лишь потрясающе фотогеничная линия челюсти.

Он положил руку на ногу Фу Юньчжэ и дважды надавил. "Это нормально?"

"Ммм", - ответил Фу Юньчжэ. "Все равно от нее нет никакой пользы, можно использовать ее как подушку".

Фу Юньчжэ выглядел спокойным, но Ю Хэ знал, что внутренние чувства Фу Юньчжэ, конечно, не так спокойны, как ему кажется. Ему хотелось спросить, что именно не так с ногой Фу Юньчжэ, но он знал, что даже если Фу Юньчжэ объяснит, он не поймет, и это будет только раздражать.

Широкая и неясная забота о чужих несчастьях может выглядеть очень неискренней.

Фу Юньчжэ не нуждается в сочувствии. Он высокий и зрелый мужчина, и даже с инвалидностью он сохраняет независимость и имеет собственные привычки и образ жизни. Ему не нужно, чтобы кто-то специально заботился о его жизни или чувствах.

Поэтому Ю Хэ с радостью принял предложение Фу Юньчжэ, повернулся на бок и лег, положив голову на бедро Фу Юньчжэ.

Фу Юньчжэ укрыл плечи Ю Хэ одеялом, а пальцами провел по грубым волосам Ю Хэ, неосознанно приглаживая непокорные пряди.

"У меня тяжелая голова?" Ю Хэ переместился в другое положение, лег на спину на сиденье и уперся взглядом в подбородок Фу Юньчжэ.

Фу Юньчжэ опустил глаза и встретился взглядом с Ю Хэ, его красивые брови и глаза были лишены каких-либо особых эмоций, и он спокойно сказал: "Мои ноги ничего не чувствуют".

Ю Хэ на мгновение растерялся и потерял дар речи.

Слишком часто самые прекрасные вещи оказываются недолговечными; подобно облаку, которое легко рассеивается, цветное стекло хрупко.

Даже такой человек, как Фу Юньчжэн, не смог избежать жизненных невзгод, оказавшись в расцвете лет прикованным к инвалидному креслу.

Высокие брови Ю Хэ бессознательно нахмурились, а глаза наполнились сложными эмоциями, похожими одновременно на сострадание и сожаление.

Когда Фу Юньчжэн получил результаты диагностики, он уже видел подобные выражения на лицах многих других людей.

Странно, но когда подобное выражение было у других, Фу Юньчжон чувствовал раздражение и досаду, а когда у Ю Хэ, то это казалось ему просто восхитительным.

Маленький Журавль очень заботится о нем.

Фу Юньчжэн прикрыл глаза Ю Хэ широкой ладонью и сказал: "Тебе не нужно меня жалеть".

У маленького Журавля нежное сердце, и ему, конечно, невыносимо слышать такие слова.

Как и ожидалось, Ю Хэ тут же потянулся за рукой Фу Юньчжэна, притянул ее к себе и поцеловал, обхватил Фу Юньчжэна за талию и зарылся лицом в живот Фу Юньчжэна, неловко меняя тему разговора: "Меня подташнивает".

Губы Фу Юньчжэна слегка поджались, в глазах появилась слабая улыбка, и он подоткнул кашемировое одеяло под Ю Хэ: "Спи".

Ю Хэ уже с трудом засыпал, в карете было слишком тихо. Он должен был ворочаться, особенно после того, как пролежал все утро.

Однако, лежа в объятиях Фу Юньчжэна, он вдыхал лишь его приятный аромат.

Кроме запаха мыла, в них чувствовалась слабая горечь, как от старого женьшеня в голубином супе или другого драгоценного китайского лекарства.

Фу Юньчжон всегда глотал смесь таблеток - красных, зеленых и белых - за один прием, что очень настораживало Ю Хэ.

Могут ли все эти лекарства вызывать в организме странные химические реакции?

Помимо западных лекарств, Фу Юньчжэну приходилось каждый вечер перед сном выпивать чашку густой китайской микстуры.

С тех пор как Ю Хэ стал жить в доме Фу, это стало обычным делом.

В ту ночь, когда Ю Хэ жил в одной комнате с Фу Юньчжэном, тот не стал пить лекарство. После того как дядя Чжан узнал об этом, обязанность приносить Фу Юньчжэну лекарство каждый вечер легла на плечи Ю Хэ.

"Молодым людям не нравится вкус лекарств, верно?"

Дядя Чжан был совершенно беспомощен: хотя он и был старым слугой семьи Фу, его статус имел свои пределы, и он не мог контролировать Фу Юньчжэна. Он мог только попросить Ю Хэ уговорить его: "Но ты должен пить китайское лекарство вовремя, иначе оно не будет таким эффективным".

Китайское лекарство было очень горьким, но Ю Хэ не возражал против этого.

Ему нравился аромат Фу Юньчжэна.

С его разумом, необузданным, как у дикой лошади, Ю Хэ удалось заснуть в мгновение ока.

Это было совсем другое ощущение, чем дремота за обеденным столом: Ю Хэ погрузился в глубокий сон, а когда проснулся, его душевное состояние значительно улучшилось.

Глава 23: Что ты здесь делаешь?!

Ван Учуань провел карточкой по лифту и поднял Ю Хэ наверх: "Как ты так устал? Я ждал, что ты проснешься, как только приедешь в Юнь Су, а ты проспал всю дорогу в машине".

Потирая глаза, Ю Хэ ответил: "Я не могу спать без наушников ночью, поэтому я вернулся, чтобы забрать их"

Цзиньсе Тай открывается только в 5:30 вечера, поэтому 2:00 пополудни - самое тихое время дня. Лифт плавно и без остановок доставил их прямо в гостевые комнаты.

Зная, что Ю Хэ не собирается надолго задерживаться в "Цзиньсе Тай", Ван Учуань не стал снимать для него общежитие. Вместо этого он нашел для него апартаменты в зоне гостевых комнат.

Подойдя к двери номера, Ван Учуань сначала постучал, чтобы предотвратить возможность того, что другие гости, возможно, в состоянии алкогольного опьянения, войдут не в ту комнату. Увидев, что никто не ответил, он проверил свою карту и открыл дверь.

У Ю Хэ было не так много вещей. Он почти ничего не взял с собой, когда переезжал в Цзиньсе Тай, а самое необходимое, например наушники и зарядные устройства, купил уже после приезда.

Ю Хэ вернулся в Цзиньсе Тай вовсе не за этими вещами.

Он вернулся, чтобы забрать старую фотографию. Его приемный отец, Ю Шицинь, сказал ему, что молодая пара на фото - его биологические родители.

Настоящего молодого мастера, Ю Цинъяня, забрала к себе семья Ю, но Ю Хэ не знал, где его биологические родители, и никто ему не сказал.

Ю Хэ потянулся в карман старой одежды, нашел фотографию, но не стал ее доставать, чтобы посмотреть. Вместо этого он просто свернул одежду и упаковал ее вместе с другими вещами.

Увидев, что Ю Хэ выносит груду вещей, Ван Учуань предложил: "Давайте я найду вам сумку". Он нажал на кнопку интеркома в комнате: "Портье, вы можете прислать сумку в номер 1203?"

Из переговорного устройства донеслось: "Принято".

Через полминуты уборщица принесла черный пластиковый пакет.

Ван Учуань: "......"

Ю Хэ, ничуть не смущаясь, встряхнул пакет, положил в него все свои вещи и одной рукой вынес его со словами: "Спасибо, менеджер Ван".

Ван Учуань никогда не видел более богатого ребенка, который был бы таким же покладистым, как Ю Хэ.

Если бы Ю Хэ нес свои вещи в мешке, похожем на мусорную корзину, его бы не выгнал из машины Фу Юньчжэн?

Ван Учуань сказал: "Подождите немного, я найду вам сумку получше".

Ю Хэ не успел отказаться, как Ван Учуань уже поспешил прочь, оставив Ю Хэ только одно: оставить его.

Похоже, Ван Учуань опасался, что ношение такого предмета запятнает репутацию Цзиньсе Тая. Ю Хэ окликнул его: "Тогда я пойду найду Сяо Энь в общежитии для персонала".

Ван Учуань махнул рукой и приказал уборщице: "Пожалуйста, помоги ему с картой".

Общежитие для персонала находилось прямо внизу от комнат для гостей. Ю Хэ мог спуститься по лестнице и без помощи уборщицы, поэтому он сказал ей, что в этом нет необходимости.

Уборщица сказала: "О, Боже, свет на лестничной клетке все еще не работает!"

Ю. решил, что это всего лишь один этаж, и он может просто воспользоваться фонариком своего телефона.

Толкнув пожарную дверь, он начал спускаться по лестнице с телефоном в руке. В этот момент он услышал мужской голос.

Мужчина говорил: "Ты торгуешь на стороне, так почему ты не можешь разобраться со мной?"

Ого, это похоже на сплетни.

Ю Хэ охватило волнение. Он убрал телефон в карман, на цыпочках спустился по лестнице и прижал уши к углу стены.

"Думаешь, это смешно?"

ответил юношеский голос. Голос подростка был необычайно нежным - такого тембра Ю Хэ никогда не мог добиться, как бы он ни ставил голос. Он эхом разнесся по лестничному пролету, нежный и ранимый, но произнесенные слова были совсем не мягкими: "Потому что ты не платишь".

Проклятье, - внутренне выругался Ю Хэ. Как он мог не заплатить? Это просто возмутительно.

Совершенно неприемлемо.

После шороха наступила тишина. Ю Хэ подумал про себя: не смейте делать здесь, на лестничной клетке, ничего неподобающего детям - я еще несовершеннолетний и не хочу видеть ничего подобного!

Он спустился еще на две ступеньки.

На лестничной клетке было необычайно темно, казалось, что светильник со звуковой активацией сломан. Они не включились, когда эти двое разговаривали, иначе Ю Хэ не осмелился бы открыто подслушивать за углом.

В такой темноте глаза большинства людей приспосабливались, и они могли приблизительно различить очертания.

Однако Ю Хэ был не таким. Возможно, из-за того, что он не любил есть морковь, он страдал от сильной ночной слепоты. Несмотря на то что он не мог видеть, он все равно щурил глаза, пытаясь определить, сколько еще ступенек осталось на лестнице.

Судя по прошлому опыту Ю Хэ, это был знак, что назревает беда.

Сегодня он уже упал и был уверен, что его ждут новые несчастья; он точно не хотел, чтобы его свалили с лестницы.

После падения в полдень у него до сих пор болел таз.

Казалось, небеса заметили дилемму Ю Хэ и великодушно решили решить ее за него.

Пощечина. Громкий звук пощечины эхом разнесся по округе.

Он был достаточно громким.

Даже свет включился.

Ю Хэ стоял на лестнице и смотрел лицом в лицо двум людям, стоявшим за углом.

На мгновение ситуация стала неловкой, но Ю Хэ сохранил самообладание и спокойно сказал: "Извините, что помешал".

Он грациозно спустился по лестнице, пропуская двух людей: "Извините".

"Ю Хэ!" - один из мужчин схватил Ю Хэ за руку: "Что ты здесь делаешь?!"

Молодой человек в форме рядом с ним дернул его за руку: "Чэнь Бяо!"

Чэнь Бяо?

Услышав знакомое имя, Ю Хэ повернулся и посмотрел на мужчину.

Это был тот самый человек из первого дня пребывания Ю Хэ в Башне Цзиньсе, который намеренно создавал проблемы.

"Босс Чэнь, - медленно проговорил Ю Хэ, - какое совпадение. Вы компенсировали планшет?"

Молодой человек в форме отдернул руку Чэнь Бяо и легонько подтолкнул Ю Хэ, предлагая выход: "Молодой мастер Ю, вы искали Сяо Эня? Я могу отвести вас к нему".

Видя, что молодой человек не намерен спорить с Чэнь Бяо, Ю Хэ кивнул и, следуя указаниям юноши, вышел. Спустившись на несколько ступенек, он оглянулся и увидел, что Чэнь Бяо снова схватил юношу.

Ю Хэ слегка нахмурил брови, обернулся и встал рядом с юношей: "Босс Чэнь, вы поддерживаете..." Ю Хэ взглянул на рабочий значок на груди молодого человека: "...сцену Ланьци, не устраивайте сцену на лестничной клетке. Это не соответствует твоему статусу".

Чэнь Бяо мгновенно покраснел и, указывая на Ю Хэ, сказал: "Я слышал, что тебя кто-то оставил у себя, сначала не поверил, но, глядя на то, как ты ходишь, прихрамывая, можно подумать, что у тебя почечная недостаточность. У тебя еще хватает сил заступаться за других, когда ты в таком состоянии? Лучше сначала позаботься о себе".

Чэнь Бяо повернул голову и прошипел: "Неудачник, ты вывел меня из себя той ночью. Если бы Ланьци не остановил меня, я бы забил тебя до смерти".

Глава 24: Зачем ты пришел сюда драться?

Лань Ци посмотрел на Ю Хэ.

Он не проявлял инициативы по соблазнению Чэнь Бяо, но кто поверит, если он скажет об этом вслух?

Тем вечером Лань Ци помог Чэнь Бяо вернуться в комнату для гостей и отдохнуть. Чэнь Бяо стал с ним резвиться, и он не смог его оттолкнуть. Видя, что у Чэнь Бяо хорошая фигура, он сдался и провел с ним ночь. Кто бы мог подумать, что Чэнь Бяо не заплатит на следующий день и продолжит приставать к нему?

Чэнь Бяо оглядел Ю Хэ с ног до головы, увидел темные круги под глазами и усмехнулся: "Посмотри на себя, твое лицо кричит о нехватке почек. Тебя разыграли?"

Сказав это, Чэнь Бяо вернулся к преследованию Лань Ци.

Сегодня у Лань Ци ночная смена, ему придется 8 часов работать официантом в зале. Сейчас он не хочет ни с кем общаться!

Он уклонился назад, и Чэнь Бяо не смог его поймать. Чэнь Бяо бросил взгляд на Лань Ци и выругался: "Не будь неблагодарным. Если я устрою скандал твоему менеджеру, тебе придется нелегко".

Лань Ци застыл на месте. Как раз в тот момент, когда Чэнь Бяо собирался дотронуться до него, Ю Хэ шагнул вперед и прикрыл его за спиной.

"Босс Чэнь, в этом нет необходимости. Вы же статусный человек..." Ю Хэ оттолкнул руку Чэнь Бяо и слегка приоткрыл тонкие губы: "Почему ты ведешь себя так дешево?"

Глаза Лань Ци расширились. Может ли быть так, что молодой мастер Ю собирается выплеснуть свою ярость?

Подумать только, что в своей жизни Лань Ци станет свидетелем легендарного "Журавлиного клевания"!

Ю Хэ сказал: "Когда я впервые увидел тебя, мне показалось это странным. Я никогда не видел тебя раньше, так почему же ты так охотно бегаешь за мной, чтобы укусить? Сегодня, увидев тебя, я понял, в чем дело. Ты не преследуешь меня, просто ты настолько полон дерьма, что не можешь чувствовать себя комфортно, не находя себе неприятностей".

Лань Ци был ошарашен: "Вот это да!"

Ю Хэ почувствовал, что Лань Ци влияет на его успеваемость, и оттеснил его еще дальше.

Лань Ци был на полголовы ниже Ю Хэ и полностью скрывался за ним.

Чэнь Бяо скрестил руки и усмехнулся: "Ю Хэ, ты действительно умеешь цепляться за сильных мира сего. Ты так удобно лижешь сапоги своего господина, что даже твой тон стал жестким".

Такой уровень сарказма не смутил Ю Хэ. Он усмехнулся: "Я не так жесток, как ты, когда дрался с собакой из-за дерьма. О, тебя тогда укусила собака?"

Ю Хэ вдруг понял: "Все сходится. Иначе кто кого укусил? Не в этом ли кроется причина твоей тогдашней проблемы?"

Лань Ци не понял и тихо спросил: "Какая первопричина?"

Ю Хэ невозмутимо ответил: "Бешенство".

Чэнь Бяо впал в ярость, схватил Ю Хэ за воротник и притянул к себе, глядя на Ю Хэ: "Значит, ты сочувствуешь этой сучке, да? Точно, вы же оба проститутки".

Внезапно свет в коридоре померк, погрузив лестничную площадку в темноту. Чэнь Бяо в досаде топнул ногой, но нечувствительный к движению датчик света не включился.

Чэнь Бяо не стал продолжать препирательства с невосприимчивым датчиком движения. Он повернулся к Ю Хэ и сказал: "Тебе лучше поучиться у нее мастерству. Эта маленькая шлюшка довольно опытна в постели..."

Пощечина.

Ю Хэ ударил Чэнь Бяо по лицу, и на лестничной клетке снова загорелся датчик движения.

Ю Хэ посмотрел на Чэнь Бяо: "Босс Чэнь, вот как ты заставляешь свет включаться". Ю Хэ отвесил Чэнь Бяо еще одну пощечину: "Ты уже научился?"

Чэнь Бяо повернул голову, вытер уголок рта, усмехнулся и нанес удар по лицу Ю Хэ.

Ю Хэ уклонился от удара, затем поднял ногу и нанес мощный удар в пах Чэнь Бяо. Силы удара хватило, чтобы Чэнь Бяо отлетел в сторону.

В школе Ю Хэ не раз участвовал в драках и находился в том возрасте, когда быстро развиваются рефлексы, поэтому, если он, Ю Хэ, не может справиться с Чэнь Бяо, истощенным алкоголем и похотью, ему лучше сдаться.

Ю Хэ наступил на живот Чэнь Бяо, отчего тот застонал от боли и с недоверием посмотрел на Ю Хэ.

Ю Хэ был высоким и худым, никто не мог видеть, что он обладает такой взрывной силой!

Лань Ци: "Молодой мастер Ю Хэ!"

Внутри Лань Ци кричал: Может ли быть так, что такой красивый молодой мастер сражается за него? Неужели он избранный?

"Прекратите драться, пожалуйста". Лань Ци вцепился в рукав руки Ю Хэ, легонько встряхнув его: "Не злись больше".

Ю Хэ обернулся и бросил странный взгляд на Лань Ци, который вдруг стал застенчивым.

"Веди себя нормально". Ю Хэ оттолкнул Лань Ци одной рукой: "Ты возвращайся, а я разберусь с этим".

Лицо Лань Ци пылало. Он чувствовал себя крайне возбужденным, как будто на него обрушился любовный смерч. Его сердцебиение участилось, голова закружилась.

Но ведь Ю Хэ тоже нижний? Неужели два нижних могут создать искру?

Он посмотрел на Ю Хэ, который стоял перед ним, не обладая широкой спиной, но имея стройность, свойственную молодому человеку, красивому и статному. Но когда он поднимал ногу, чтобы ударить кого-то, то был стремительным, как юный рыцарь, спускающийся с небес в фильме "Вуксия", и совершенно очаровывал Лань Ци.

Лань Ци был готов пройти через все трудности ради любви, готовый взять на себя роль главного.

Лань Ци стоял неподвижно, его глаза были полны восхищения, когда он наблюдал за Ю Хэ.

"Лань Ци, тебе пора возвращаться", - Ю Хэ, наступив на плечо Чэнь Бяо, слегка наклонился к нему, - "Нам с господином Чэнем... нужно обсудить другие вопросы".

Чэнь Бяо сопротивлялся, но нога Ю Хэ была как гора на его плече. Чэнь Бяо колотил по икрам Ю Хэ, но Ю Хэ оставался безучастным и лишь молча смотрел на него, словно наблюдал за неодушевленным предметом.

В этот момент Ван Учуань, не найдя Ю Хэ, толкнул дверь на лестничную площадку.

Ван Учуань воскликнул: "Ю Хэ!"

Он схватил Ю Хэ за руку и оттащил его в сторону: "Зачем ты пришел сюда драться?"

Этот Ю Хэ и впрямь что-то не то. Он вышел из резиденции Фу хромым и полумертвым, как он вдруг полностью восстановился и даже вступил в бой? Неужели у него больше не болит поясница?

"Он ударил меня первым", - мгновенно ответил Ю Хэ.

Чэнь Бяо выругался: "Ты говоришь ерунду".

Ван Учуану было все равно, кто кого ударил первым. Теперь, когда Ю Хэ был с Фу Юньчжэном, даже если бы он избил хозяина Цзиньсе Тая, никто не посмел бы привлечь его к ответственности.

Приняв решение, Ван Учуань, естественно, встал на сторону Ю Хэ, воспользовавшись возможностью задобрить Фу Юньчжэна.

Он повернулся к Чэнь Бяо и сурово сказал: "Господин Чэнь, мы сейчас закрыты. Как вы проникли в Цзиньсе Тай? Вы же знаете здешние правила".

Чэнь Бяо растерялся.

Ван Учуань, оттащив Ю Хэ, приказал Лань Ци: "Помоги господину Чэню вернуться в его комнату и отдохнуть".

Ю Хэ щелкнул языком, отдернул руку и подтолкнул Лань Ци к Ван Учуаню: "Я отведу господина Чэня".

Ван Учуань внутренне выругался, но сохранил улыбку на лице, скрипнув зубами: "Как мы могли побеспокоить молодого господина Ю?"

Глава 25: Берегите себя

Ю Хэ, разъяренный, выскочил из Цзиньсе Тая. Как только он увидел Фу Юньчжэна в машине, гнев в его сердце рассеялся.

Окно в машине было открыто, поэтому внутри было немного прохладно. Ю Хэ закрыл дверь и тут же плюхнулся на колени Фу Юньчжэна, как бескостное существо.

Фу Юньчжэн тихонько захихикал: "Что случилось? Ты ввязался в драку только для того, чтобы забрать предмет?"

Ю Хэ надулся.

Он знал, что Ван Учуань доложит Фу Юньчжэну о ситуации.

Ю Хэ не хотел отвечать, поэтому поднял одеяло, лежавшее на ногах Фу Юньчжэна, и накрыл им голову.

Отключился от общения.

Как маленький страус.

Через одеяло Фу Юньчжэн нежно погладил Ю Хэ по голове.

В этот момент со стороны машины раздался голос Ван Учуаня: "Господин Фу, это..."

Увидев голову Ю Хэ, зарытую в одеяло, Ван Учуань резко остановился.

Что это такое?

На мгновение Ван Учуань пожалел, что не ослеп, увидев то, чего не должен был видеть.

Даже опытный менеджер Ванг не мог подобрать слов, чтобы скрыть неловкость. После небольшой паузы он бесстрастно сказал: "Извините за беспокойство. Это закуски, которые друг прислал для Ю Хэ".

Друг? Это Шон?

Ю Хэ вылез из-под одеяла и встретил неописуемое выражение лица Ван Учуана.

Ю Хэ: "???"

Ван Учуань бросил на Ю Хэ лишь один взгляд, после чего отвел глаза и протянул ему коробку с закусками.

Ю Хэ сел и взял ее, не удержавшись: "О, миндальная выпечка от Су Фу Цзи, за ней всегда очередь. Менеджер Ван, пожалуйста, поблагодарите Шона за меня".

"Берегите себя", - Ван Учуань кивнул Фу Юньчжэну. Хотя он чувствовал, что был слишком любопытным, он не мог не посоветовать: "Становится прохладно, возможно, вам стоит закрыть окно в машине".

Фу Юньчжэн: "......"

Ю Хэ: "???"

Как раз когда Ю Хэ собирался открыть коробку, Фу Юньчжэн протянул руку и забрал у него коробку с закусками.

"Давай съедим это дома, а то тебя может укачать, если ты будешь есть сейчас".

В этом был большой смысл, и Ю Хэ последовал совету Фу Юньчжэна.

Он проспал всю дорогу и не чувствовал дискомфорта после двухчасовой поездки, что было для Ю Хэ в новинку. Он был похож на перелетную птицу с очень короткой памятью, совершенно забыв о том, как плохо он себя чувствовал, когда его укачивало в машине и не было возможности вызвать рвоту. По дороге сюда его не укачивало, так что к обратной дороге он подошел в хорошем настроении.

Фу Юньчжэн закрыл окно машины, и внутри стало тихо. Он расстелил одеяло и спросил Ю Хэ: "Хочешь еще поспать?"

В данный момент Ю Хэ не хотелось спать, он чувствовал себя достаточно энергичным, чтобы не спать еще две ночи. Он хотел пролистать телефон, но боялся, что его укачает. Откинувшись на спинку сиденья, он внезапно вдохновился: "А как насчет того, чтобы прилечь ко мне на колени?"

Фу Юньчжэн на мгновение опешил, подсознательно прищемив подол брюк.

Ю Хэ похлопал себя по ногам: "Давай, обопрись на меня и отдохни на обратном пути".

"Тогда помоги мне немного". Фу Юньчжэн не стал спорить: "Я не могу сам наклониться".

Ю Хэ обнял Фу Юньчжэна за плечи, помогая ему полулечь, и понял, что голова взрослого мужчины довольно тяжела, когда покоится на ногах.

Он накрыл Фу Юньчжэна одеялом: "Так нормально?"

Под таким углом Фу Юньчжэн мог разглядеть адамово яблоко Ю Хэ.

Адамово яблоко Ю Хэ было довольно ярко выражено.

Каждый раз, когда Ю Хэ наклонялся к Фу Юньчжэну, Фу Юньчжэн мог увидеть его адамово яблоко, просто наклонив голову, как сейчас.

Фу Юньчжэну казалось, что он ведет себя легкомысленно. Ю Хэ позволил ему лечь на ноги, и он украдкой разглядывал мужские черты Ю Хэ.

Раньше он не был таким.

Раньше его интересовало многое: тренировки, игра на скрипке, каллиграфия, лыжи, плавание, даже зарабатывание денег, работа, участие в собраниях, выступления, переговоры.

Но теперь эти вещи больше не могли заинтересовать Фу Юньчжэна.

Ярлыки главы семьи Фу, миллиардного состояния, молодости и перспективности, финансового вундеркинда и бизнес-элиты не могли сравниться с этими тремя словами.

Инвалид.

Если бы он был инвалидом, все сочувствовали бы ему и жалели его.

Все смотрели на него сквозь цветные очки.

С ярлыком "инвалид" чувство достижения Фу Юньчжэна от победы в бизнесе сильно уменьшилось, потому что независимо от того, победил ли он с помощью навыков ведения переговоров или подавляющего присутствия, он не мог полностью победить противника.

Другая сторона может легко скрыть свое поражение.

Они скажут: "Посмотрите на него, он же инвалид. Мы не хотим быть с ним слишком суровыми".

Столкнувшись с таким неравенством, Фу Юньчжэн не мог ответить, ведь он действительно инвалид.

Инвалид, чей успех омрачен печалью.

Разочаровавшись в своих прежних увлечениях и сбросив с себя эти славные ярлыки, Фу Юньчжэн попытался найти то, что могло бы дать ему чувство достижения.

Например, общаться с Ю Хэ как с обычным человеком.

Обычный человек с ограниченными возможностями.

Как подчиненный, он находился в пассивном положении. Если бы он переспал с Ю Хэ, его нежность могла бы быть фальшивой, а его реакции - тоже. Фу Юньчжэн не мог точно определить, искренни ли чувства Ю Хэ к нему.

Поэтому Фу Юньчжэн отдал инициативу Ю Хэ.

Ю Хэ был слишком молод. Под впечатлением от той ночи Ю Хэ совсем не замаскировался, и Фу Юньчжэн смог ясно разглядеть его желание.

Когда Ю Хэ склонился над ним, околдованный и очарованный, это не было связано с бесполезными ярлыками вроде "глава семьи Фу, состояние - миллиарды, молодой и перспективный, финансовый вундеркинд, бизнес-элита".

Только из-за него.

Это взволновало Фу Юньчжэна.

Как и сейчас, он знал, что стоит ему прикоснуться к адамову яблоку Ю Хэ, как тот немедленно отреагирует на его слова.

Глава 26: Стремись быть полезным человеком, бесполезным найдут замену

Фу Юньчжэн поднял руку и надавил на адамово яблоко Ю Хэ.

Застигнутый врасплох, Ю Хэ рефлекторно сглотнул. Кончики пальцев Фу Юньчжэна были прохладными и слегка касались шеи Ю Хэ, одновременно ледяными и щекочущими.

Это была уязвимая часть человеческого тела, необычайно чувствительная.

Рука Фу Юньчжэна словно несла в себе электрический заряд, пропуская покалывание через кожу во все части тела Ю Хэ, отчего его кости онемели.

Голос Ю Хэ сразу же стал хриплым: "Господин Фу..."

Фу Юньчжэн закрыл глаза, а Ю Хэ бросил взгляд на плотно закрытую перегородку и, опустив голову, поцеловал Фу Юньчжэна в лоб.

Горячее дыхание Ю Хэ коснулось уха Фу Юньчжэна, и Фу Юньчжэн вздохнул: "Ах, быть молодым".

"Да, я молод и легко очаровываюсь, - хрипло прошептал Ю Хэ на ухо Фу Юньчжэну, - может, хватит меня дразнить?"

Фу Юньчжэн с выражением аскетизма, закрыв глаза, ответил: "Я устал".

Видя, что Фу Юньчжэн не поднимает глаз, Ю Хэ начал сомневаться, не слишком ли он много думает. Он нахмурил брови, совершенно озадаченный.

В его голове боролись две версии Ю Хэ: одна была твердо уверена, что Фу Юньчжэн флиртует, думая: "В конце концов, я молод и красив", а другая версия Ю Хэ советовала ему не льстить себе, сомневаясь, что такая важная шишка, как Фу Юньчжэн, действительно опустится до такой низости.

Ю Хэ нашел оба голоса весьма убедительными.

После минутного внутреннего конфликта и легкого толчка от машины у него быстро закружилась голова, он прислонился к окну машины и закрыл глаза, чтобы отдохнуть.

На этот раз Ю Хэ не повезло.

Вернувшись в резиденцию Фу Юньчжэна, машина едва успела въехать на территорию поместья, как Ю Хэ выскочил из нее, побежал к клумбе и, прижавшись к дереву, начал истошно выть.

Фу Юньчжэн, маневрируя на своем инвалидном кресле, неторопливо добрался до клумбы и протянул бутылку воды Ю Хэ, который все еще цеплялся за дерево. Ю Хэ, не оборачиваясь, услышал стук инвалидного кресла Фу Юньчжэна и взял бутылку с водой.

Как только он прикоснулся к бутылке с водой, ее уникальная текстура поразила Ю Хэ. Он посмотрел вниз и хрипло сказал: "А, Восс? Эта бутылка воды стоит столько же, сколько мой дневной рацион".

Фу Юньчжэн ответил: "Это остатки с глобального саммита, который мы проводили".

Ю Хэ откинул голову назад, сделал глоток воды, но вдруг почувствовал, что что-то не так.

Разве не в прошлом году Фу проводил саммит по глобальному сотрудничеству и развитию?

Он выплюнул воду, проверил этикетку, не просрочена ли она, и с подозрением посмотрел на Фу Юньчжэна: "Вы стоите миллиарды, а даете мне просроченную воду?"

"Разве это не Восс?" Фу Юньчжэн развернул свое кресло на колесиках и спокойно ответил: "Это твои деньги на ежедневную еду, не трать их впустую".

Ю Хэ подбросил бутылку вверх и поймал ее: "Я не привык к "Восс", в следующий раз дайте мне родниковую воду Цянь Дао Шань, она более свежая".

Фу Юньчжэн улыбнулся: "Конечно, я как-нибудь отведу тебя к озеру Цянь Дао, брошу в воду и дам напиться досыта".

Ю Хэ наклонился и обнял Фу Юньчжэна сзади, упираясь подбородком в волосы Фу Юньчжэна: "Так не пойдет", - сказал он, - "Я не умею плавать".

"А я умею", - промурлыкал Фу Юньчжэн.

После этого наступило долгое молчание.

Фу Юньчжэн опустил глаза, редкая нежная улыбка на его лице полностью исчезла, осталось лишь тусклое и неинтересное выражение.

Увидев поведение Фу Юньчжэна, Ю Хэ почувствовал беспокойство. У каждого молодого человека рыцарское сердце, и ему невыносимо видеть поверженного героя или орла со сломанными крыльями.

Фу Юньчжэн должен был парить над облаками.

Как можно не понять это чувство? Даже на сцене, наблюдая за столь трагической и прискорбной историей, Ю Хэ не мог не переживать за героев.

Не говоря уже о живых, дышащих людях.

Ю Хэ перебрался на сторону Фу Юньчжэна, присел и почувствовал, что кресло на колесиках перед ним похоже на огромный замок, запирающий все хорошее настроение Фу Юньчжэна.

"Чжан Бо сказал, что в поместье есть бассейн. Когда потеплеет, вы сможете лежать на воде и любоваться горой Гуань Юнь", - Ю Хэ пристально посмотрел на Фу Юньчжэна, его глаза были еще нежнее, чем прозрачные воды Юнь Тая: "Интересно, имею ли я честь заранее пригласить господина Фу присоединиться ко мне в следующем году, чтобы увидеть гору Гуань Юнь?"

Фу Юньчжэн не ответил.

Он был уже не в том возрасте, чтобы быть прямолинейным, и хорошо знал, как легко остывает пыл молодых людей.

Его знакомство с Ю Хэ было недолгим, и их отношения, построенные на деньгах, еще не были раскрыты. Естественно, сплетен было немного, и их общение не имело особых негативных последствий.

До того как все стало достоянием общественности, Ю Хэ еще не осознал ни страха перед общественным мнением, ни разрушительной силы слухов.

В данный момент Ю Хэ, по сравнению с личностью "сахарного папочки", Фу Юньчжэн казался скорее подходящим партнером по постели.

Дать обещание на год партнеру по постели несложно.

Если бы только Фу Юньчжэн действительно был взаимно выбранным партнером Ю Хэ.

Но на самом деле все было не так. Фу Юньчжэн выбрал Ю Хэ, но у Ю Хэ не было выбора. Однажды Ю Хэ осознает это перед лицом общественной критики и поймет, насколько грязными и постыдными были их отношения.

Захочет ли Ю Хэ смотреть на гору Гуань Юнь вместе с Фу Юньчжэном в то время?

Фу Юньчжэн не верил в обещание Ю Хэ "в следующем году". Он трезво сказал: "Если в следующем году ты все еще будешь здесь".

Ю Хэ наклонил голову, не понимая, почему его не будет в следующем году.

Может быть, Фу Юньчжэн хочет найти другого спонсора на следующий год?

Возможно, это инстинктивное чувство собственничества, свойственное мужской психике. От одной мысли о том, что другие будут наблюдать за тем, как Фу Юньчжэн слегка нахмурил брови, сморщившись от боли, Ю Хэ стало не по себе, и он почувствовал легкую обиду.

Как же он ненавидел свое небогатство, не имея возможности обеспечить Фу Юньчжэна исключительно для себя!

Учитывая богатство и влияние Фу Юньчжэна, он, естественно, имел право выбирать, кого пожелает. Таких мальчиков, как он, в Цзиньсе Террас было навалом, и при желании Фу Юньчжэн мог позволить себе содержать не одного-двух, а даже десять.

В душе Ю Хэ внезапно зародилось чувство кризиса.

В его ушах зазвучала фраза, которую часто слышали в семье Ю:

"Стремись быть полезным человеком, бесполезным найдут замену"

Он не мог позволить, чтобы его заменили; он не мог допустить, чтобы Фу Юньчжэн обратился к другим.

Глава 27: Люби то, что делаешь, и делай то, что любишь

Без Фу Юньчжэна он, Ю Хэ, уже никогда не станет "вершиной"! Принуждать его, привыкшего к доминированию, к роли подчиненного было бы жестоко.

Возможно, ему следует больше консультироваться с Сяо Шоном по поводу замечательных теорий и опыта, изучать передовые техники по обучающим видео и интересоваться современными тенденциями, чтобы не быть уничтоженным из-за устаревших навыков.

Медленно шагая к вилле Фу Юньчжэна, Ю Хэ думал о том, что если бы он проявил такую целеустремленность и прогресс раньше, то мог бы поступить в престижный университет.

Но дело было в том, что в престижных университетах не было курсов по этому предмету.

Если бы в университете действительно преподавали такое, то это был бы настоящий университет диких кур (фальшивых).

Ха-ха-ха, университет дикой курицы.

Действительно, Ю Хэ был необычным, его направление усилий полностью отличалось от обычных людей.

Наверное, именно это имел в виду Сяо Шон, говоря "Люби то, что делаешь, и делай то, что любишь".

Он действительно был предан своему ремеслу.

*

Вернувшись из поездки и, возможно, простудившись, Фу Юньчжэн в тот вечер снова заболел лихорадкой.

Не прошло и недели после последнего приступа лихорадки, а в этот раз он проболел почти полмесяца, и телосложение Фу Юньчжэна действительно казалось слабее, чем у обычного человека.

К примеру, эта лихорадка продолжалась три дня подряд.

После приема жаропонижающих инъекций температура падала, но через несколько часов снова поднималась, и так без конца.

Врач настаивал, что все дело в том, что Фу Юньчжэн отказался лечь в больницу, чтобы выяснить причину своего недомогания.

Ли Цзин твердо верила, что все дело в сильной судьбе Ю Хэ, одолевшей Фу Юньчжэна.

Сам Ю Хэ был убежден, что причина в том, что Фу Юньчжэн никогда не применял лекарства, когда это было необходимо.

Фу Юньчжэн же был уверен, что все дело в том, что Ю Хэ настаивал на заботе о нем.

Например, в данный момент Ю Хэ прислонился к кровати Фу Юньчжэна, сидел на небольшом табурете, держал руку Фу Юньчжэна, подключенную к капельнице, и, положив голову на руку Фу Юньчжэна, уснул.

Рука Фу Юньчжэна, придавленная весом Ю Хэ, испытывала недостаток крови, что вызвало обратный ток в катетере капельницы.

Лекарство в бутылочке с капельницей зависло и не могло попасть в кровь. Кровь быстро свернулась в трубке, закупорив иглу капельницы.

Фу Юньчжэн: "......"

Он легонько оттолкнул голову Ю Хэ и нажал на кнопку звонка.

С тех пор как Ю Хэ взял на себя обязанность "заботиться" о Фу Юньчжэне, за последние несколько дней Фу Юньчжэн нажал на звонок больше, чем за весь предыдущий месяц.

Звонок находился внизу, и технически его должно было быть почти не слышно наверху. Однако, как ни странно, когда звонок зажегся, Ю Хэ чудесным образом проснулся.

"Что случилось?" Ю Хэ протер глаза и сел прямо: "Господин Фу?"

Фу Юньчжэн: "...... Из катетера внутривенно вытекает кровь".

Ю Хэ поднял палец, чтобы слегка ущипнуть трубку, сел прямо и потянулся: "Хм, она заблокирована". Он встал, достал из ящика аптечки одноразовый набор для капельницы: "Не нужно звать врача, я сам могу вставить иглу".

Фу Юньчжэн на мгновение замешкался, что случалось довольно редко: "Не беспокойтесь".

Ю Хэ снова потер глаза: "Установка внутривенного катетера действительно может спасти от нескольких уколов, но для того, чтобы потянуть за кольцо, нужно использовать руку. С иглой в руке вы не сможете приложить силу. Я введу иглу в тыльную сторону вашей руки и извлеку ее после инфузии".

Он открыл стерилизационный пакет, достал седло иглы, подсоединил ее к оригинальной трубке, затем повернул регулятор потока, умело удаляя воздух из инфузионной трубки. Он даже щелкнул стержнем иглы, избавляясь от излишков лекарства, и вставил инфузионную иглу в бутылочку для капельницы.

Все выглядело вполне профессионально.

"Вы знаете, как вставлять иглу?" спросил Фу Юньчжэн.

Ю Хэ высунул стальную головку катетера для внутривенного вливания, наложил гемостатический пластырь и надавил большим пальцем на место кровотечения, чтобы остановить кровь:

"Ну, мой отец... мой приемный отец не любит ходить в больницу, а также не любит, когда врачи приходят к нам домой. Он немного суеверен и считает, что больницы - это места, где забирают жизни. У моей приемной матери анемия, ей часто требуются питательные инъекции, и я делаю их ей".

Пальцы Ю Хэ были твердыми и уверенно надавливали на руку Фу Юньчжэна. Опытным прикосновением он остановил кровотечение. Фу Юньчжэн чувствовал силу в руках Ю Хэ, но это не было больно.

Четыре пальца были свободно согнуты, а подушечка большого пальца, отделенная гемостатическим пластырем, ощущалась теплой.

Стальная игла внутривенного катетера толще, чем у обычной инфузионной иглы, поэтому отверстие в игле было больше, и Ю Хэ надавил еще немного.

Жидкое лекарство было холодным, попало прямо в вены и вызвало леденящее ощущение. Рука Фу Юньчжэна оставалась без тепла, поэтому Ю Хэ лег на кровать и обхватил руку Фу Юньчжэна, чтобы согреть его.

И не успел он опомниться, как заснул.

Ю Хэ проснулся в оцепенении, поняв, что сделал, только после того, как вынул трубку для инфузии. У Фу Юньчжэна, как у такой важной шишки, есть несколько семейных врачей, поэтому нет необходимости заменять иглу Фу Юньчжэна, верно?

Как раз в этот момент прибыл медицинский персонал, услышавший звонок, и раздался стук в дверь.

Доктор позвал: "Господин Фу?".

Кончики пальцев Фу Юньчжэна слегка шевельнулись, и Ю Хэ, все еще нажимавший на отверстие от иглы на руке Фу Юньчжэна, поднял глаза на Фу Юньчжэна.

"Вы все можете пока уйти", - отпустил врачей Фу Юньчжэн.

Затем Фу Юньчжэн перевернул руку, обнажив тыльную сторону кисти, и беззаботно сказал: "Давай, делай это сам".

Глава 28: Ты не боишься игл?

Красивые глаза Ю Хэ внезапно расширились, а рука, сжимавшая предплечье Фу Юньчжэна, бессознательно напряглась.

Безоговорочное доверие - это самое приятное.

Когда он впервые делал приемной матери укол, ему пришлось сначала продемонстрировать это на собственной руке, и только после того, как она увидела это своими глазами, она поверила ему.

Он не медбрат, не врач, как Фу Юньчжэн мог ему доверять?

Фу Юньчжэн показал Ю Хэ тыльную сторону своей руки: "В мою руку легко делать уколы. Если ты не сможешь сделать это, значит, твои навыки оставляют желать лучшего".

Рука перед ним имела четкие костяшки пальцев, была стройной, с особенно четкими меридианами, бледной прозрачной кожей и голубыми венами на тыльной стороне руки, похожими на акварельные рисунки, что делало ее излюбленной для медсестер.

Даже без жгута вены выступали.

Юа Хэ затянул жгут, похлопал по руке Фу Юньчжэна, твердой рукой ввел иглу в вену, держа маленькую иглу для внутривенного вливания без дрожи, и осторожно продвинул иглу в вену.

Кровоток нормализовался.

На лице Ю Хэ появилась улыбка. Он закрепил иглу клейкой лентой и посмотрел вверх, ища одобрения: "Я впечатляю, не так ли?"

В глазах Фу Юньчжэна тоже заиграла улыбка: "Ты не боишься игл?"

"Я не падаю в обморок, когда делаю уколы другим". Ю Хэ, сидевший на краю кровати, спустил закатанный рукав Фу Юньчжэна: "Я просто не могу смотреть, как делают уколы другим".

Фу Юньчжэн впервые услышал о такой избирательной фобии к иглам. Он с любопытством спросил: "А как насчет того, чтобы делать уколы другим?"

Ю Хэ ответил: "Это напугало бы меня до смерти. Мне три дня будут сниться кошмары".

"Ты слишком много смотришь "Мою прекрасную принцессу", - облегченно усмехнулся Фу Юньчжэн. Он увидел, что Ю Хэ снова обнимает его за плечи и откидывается на кровать: "Если хочешь спать, возвращайся в свою комнату. Ты не обязан оставаться здесь".

Ю Хэ рассмеялся.

За время, проведенное вместе, он убедился, что Фу Юньчжэн не такой уж холодный и высокомерный, как о нем ходили слухи. Напротив, он был остроумен и шутлив, но при этом всегда сохранял чувство приличия. Даже шутки его были в меру интересными и не обидными.

Он беспокоился, что у него не будет ничего общего с Фу Юньчжэном, но теперь казалось, что его опасения беспочвенны.

Если бы Фу Юньчжэн всерьез спорил с Ю Хэ, Ю Хэ, возможно, не смог бы устоять на ногах.

"Разве контракт, который мы подписали, не предусматривает тесную личную опеку?" Ю Хэ положил голову на плечо Фу Юньчжэна: "Так разве я не должен быть рядом?"

Фу Юньчжэн оттолкнул голову Ю Хэ: "Не стоит быть так близко, сидя на табурете, ты повредишь шею". Он похлопал по кровати рядом с собой: "Ложись на кровать".

Ю Хэ не скромничал. Когда Фу Юньчжэн попросил его лечь на кровать, он перешел на другую сторону и лег. Он спал в кресле и проснулся от ощущения скованности. Лежа, он почувствовал, что все его тело расслабилось.

Он лениво потянулся, закутался в одеяло и, подняв голову, увидел Фу Юньчжэна, который смотрел на него сверху вниз.

Ю Хэ вдруг почувствовал себя немного скованно. Именно он взял на себя инициативу заботиться о Фу Юньчжэне, а теперь именно он заснул.

Фу Юньчжэн был необычайно нежен с Ю Хэ. Эта нежность не имела ничего общего с романтическими или плотскими желаниями, она не походила на то, как обращаются с любовником или игрушкой. Скорее, это было похоже на то, как обращаются с...

с младшим родственником, который все еще был несколько наивен.

Ю Хэ было трудно не испытывать доверия к Фу Юньчжэну.

Лежа в одной постели с Фу Юньчжэном, он не чувствовал себя неловко и не испытывал никаких диких мыслей. Не было ни малейшего чувства "сладкий папочка хочет, чтобы я лежал рядом с ним, не хочет ли он что-то сделать?".

Глаза Фу Юньчжэна были ясными и светлыми, чистыми, как холодный источник.

Ю Хэ показалось это странным: его отношения с Фу Юньчжэном были невинными, и они уже не раз были очень близки.

Это также было главной причиной того, что легкая лихорадка Фу Юньчжэна не спадала уже полмесяца.

В любом случае, Ю Хэ твердо верил, что его отношения с Фу Юньчжэном были чистыми, и мог спать рядом с ним без всяких оговорок.

Потому что Фу Юньчжэн действительно был человеком слова: когда он говорил "каждые три дня", он имел в виду "каждые три дня".

Три дня действительно означали три дня; даже лихорадка Фу Юньчжэна не могла нарушить этот распорядок. Но один раз не обязательно означал только один раз.

В конце концов, Ю Хэ был очень молод.

Фу Юньчжэн всегда придерживался строгих стандартов, но был снисходителен к Ю Хэ.

Кроме ночей, когда Ю Хэ работал, Фу Юньчжэн никогда не проявлял инициативу в ласке с Ю Хэ. Однако если Ю Хэ захочет сблизиться с ним, Фу Юньчжэн не откажет.

Рутина и порядок действительно могли обеспечить достаточное чувство безопасности.

Конечно, даже в те вечера, когда Ю Хэ работал, именно он чаще всего прикасался к Фу Юньчжэну. Обычно Ю Хэ любил держать Фу Юньчжэна за руку или опираться на него.

Ю Хэ был человеком без рутины и порядка.

Однако, к счастью, в этих отношениях более высокопоставленный Фу Юньчжэн был пассивен, уступая инициативу Ю Хэ.

Хотя Ю Хэ и владел инициативой, Фу Юньчжэн не беспокоился, что он сделает что-то неподобающее.

Между ними установилось тонкое равновесие доверия.

Тело Фу Юньчжэна было теплым, и когда Ю Хэ прижался к нему лбом, он быстро уснул.

Что касается Фу Юньчжэна, то он полусидел, прислонившись к изголовью кровати.

Поскольку Ю Хэ лежал на кровати, пуховое одеяло укрывало Фу Юньчжэна только до пояса. Если потянуть одеяло выше, то Ю Хэ под ним задохнется.

Хотя это и не привело бы к смерти, Фу Юньчжэн все же решил не делать этого.

Откинувшись на спинку кресла, он почувствовал, что ему немного холодно.

Фу Юньчжэн потер нос и включил кондиционер.

Он все еще настаивал на том, что температура не спадает из-за того, что Ю Хэ настаивает на уходе за ним.

Глава 29: Русская кадильница

Болезнь Фу Юньчжэня не давала покоя медицинскому персоналу, обслуживающему его в особняке.

Не только медицинский персонал, но и все домочадцы Фу Юньчжэня были в состоянии повышенной готовности. Даже дядюшки из старого особняка не могли усидеть на месте, то и дело звоня, чтобы выразить свое беспокойство.

Фу Юньчжэнь, ошеломленный таким вниманием, во время разговора со старшей сестрой Фу Рулань откровенно сказал: "Они боятся, что если я умру от болезни, то акции семейного предприятия Фу резко упадут. То, что посторонним кажется просто кучей цифр, в их глазах - настоящие деньги".

Старинный стационарный телефон.

Эпоха Китайской Республики.

Стиль гармонично сочетался с пышным декором гостиной, отбрасывая на Фу Юньчжэня живописные свет и тень, отчего он казался частью картины.

Ю Хэ откинулся на диван, подперев голову кулаком, и наблюдал за этой сценой.

Он очень дорожил своими костями и предпочитал сидеть, а не стоять, когда была такая возможность, и даже когда сидел, то не сидел прямо, а лениво сутулился.

Это резко отличало его от Фу Юньчжэня.

Фу Юньчжэнь сидел прямо на краю стола, держа в руке телефонную трубку, его одежда была аккуратной и без единой морщинки, от него исходила аура элегантности и спокойствия, безмятежная, как легкий ветерок.

Что бы ни говорил Фу Рулан на другом конце провода, выражение лица Фу Юньчжэня оставалось неизменным. Он ответил лишь одним словом и положил трубку.

За эти две недели даже ночной режим Ю Хэ почти наладился.

Поначалу он не мог заснуть по ночам и очень хотел спать днем, когда составлял компанию Фу Юньчжэню, но Фу Юньчжэнь не возражал и не мешал ему. Лишь однажды Ю Хэ заснул, прислонившись к колонне в садовом павильоне, и Фу Юньчжэнь тут же разбудил его.

Дремать без перерыва в течение дня было еще более утомительно, лучше уж пережить весь день и хорошенько выспаться.

К сожалению, люди всегда очень снисходительны к себе.

Каждый раз, когда Ю Хэ чувствовал сонливость, он думал: "Я просто закрою глаза и немного отдохну, помедитирую, чтобы освежиться".

И тут же засыпал.

Это было сродни тому, как закрывают глаза на лекции, чтобы "слушать внимательнее".

И все же Фу Юньчжэн был исключительно терпим к Ю Хэ.

Однако нарушенный режим сна Ю Хэ все еще не был полностью отрегулирован.

В данный момент он сидел на диване, слушая телефонный разговор Фу Юньчжэна, и чувствовал, как тяжелеют его веки, притягиваясь друг к другу, словно положительный и отрицательный полюса магнита.

Ли Цзин лично чистила фарфоровые украшения на стеллаже из красного дерева. Большинство фарфоровых изделий были антиквариатом, а самым ценным среди них была глазурованная кадильница на треножнике из фарфора РУ династии Северная Сун, и хотя она была размером всего с ладонь, ее ценность была неизмерима.

Такую тонкую работу Ли Цзин не решалась доверить другим.

Во всем поместье, кроме Чжан Шаня, нанятого непосредственно семьей Фу, все остальные сотрудники -

включая уборщиков, поваров, садовников и других помощников, нанимались по рамочному соглашению между семьей Фу и клининговой компанией. Ли Цзин, как менеджер компании по управлению недвижимостью, выступала в качестве связующего звена между компанией и резиденцией Юн Су Фу.

Если ошибка сотрудника приводила к повреждению имущества работодателя, то компания напрямую возмещала ущерб.

В богатых и влиятельных семьях случайная вещь может стоить шесть-семь тысяч долларов; без поддержки компании по управлению имуществом кто осмелится впустить группу незнакомцев во внутреннюю резиденцию для оказания помощи?

Даже Ли Цзин, чистя фарфор, была предельно осторожна. Под стойку из красного дерева она подложила амортизирующую подкладку, а вместо обычных туфель на высоком каблуке надела плоские ботинки.

Надежно поставив последний кусок фарфора, Ли Цзин повернула голову и увидела Ю Хэ, дремлющего на диване, что сразу же подействовало ей на нервы.

Ее собственный сын учился в младшей школе, ему было четырнадцать лет, на пять лет меньше, чем Ю Хэ. Она смотрела на Ю Хэ как на собственного сына и терпеть не могла его вялого поведения.

В юности ему следовало бы сосредоточиться на учебе, а не цепляться за мужчин.

Лениво валяться весь день - это уже плохо, но сейчас, с полузакрытыми глазами и знойной манерой поведения, сидя без всяких приличий, он выглядел так, будто вышел прямо из ночного клуба.

Не зря говорят, что очаровательная лиса может сбить с толку своего хозяина, и ему действительно удалось околдовать обычно спокойного и уравновешенного господина Фу.

В окружении господина Фу всегда царили чистота и порядок, и он никогда прежде не встречал такого следящего за собой человека.

Прошлой ночью свет, просачивающийся сквозь щели в занавесках, обнаружил все: свет в спальне господина Фу не гас до самого утра, что свидетельствовало о том, что, несмотря на болезнь, он все равно не смог избежать возни с Ю Хэ.

Это было весьма неприлично.

Ли Цзин присела, чтобы свернуть защитную подушечку, брови ее слегка сошлись, и она незаметно взяла самую драгоценную Русскую кадильницу.

Она медленно подошла к Фу Юньчжэну, слегка наклонившись: "Господин Фу, я почистила фарфор на стеллаже из красного дерева. На некоторые из них только что нанесено защитное масло, поэтому, пожалуйста, будьте осторожны при обращении с ними".

Положив рядом с Фу Юньчжэном кадильницу на треножнике, покрытую селадоновой глазурью, Ли Цзин сказала: "На этой кадильнице из Русской печи, кажется, появилось больше трещин, добавились два узора из рыбьей чешуи. Пожалуйста, посмотрите".

Ли Цзин намеренно понизила голос, но Ю Хэ все равно открыл глаза. Затем она указала Фу Юньчжэну на трещины на кадильнице.

Фу Юньчжэну очень понравилась эта кадильница, он погладил большим пальцем селадоновую поверхность: "В последнее время погода стала прохладнее, должно быть, это связано с перепадом температур".

Ли Цзин кивнула в знак согласия, вернулась за защитным ковриком на полку из палисандра и сказала: "Господин Фу, пожалуйста, наслаждайтесь своим временем. А я, пожалуй, пойду".

Фу Юньчжэн ответил, рассматривая кадильницу в своих руках, и, казалось, не мог ее опустить.

Видя, что Ю Хэ проявляет некоторое любопытство, Фу Юньчжэн передал ему кадильницу на треноге и объяснил, что такое "Треск глазури".

Треск глазури - это дефект глазури, известный как "растрескивание". Коэффициенты расширения фарфорового тела и глазури различны, в результате чего фарфоровое тело расширяется и растрескивает глазурь, создавая уникальные узоры, которые становятся неотъемлемым очарованием Русских изделий.

Узор трещин непредсказуем; несовершенства превращаются в потрясающую красоту на гладкой основе, сохраняющуюся в веках.

Форма трещин не поддается точному контролю, поскольку на нее влияют такие внешние факторы, как температура и влажность. Растрескивание - не разовое явление, это непрерывное изменение, словно дающее жизнь кадильнице, превращающее ее из простого предмета в цветок или облако в глазах многих энтузиастов.

Со временем на поверхности селадоновой глазури появляются новые узоры.

Подставив кадильницу под солнечные лучи, Ю Хэ увидел на поверхности селадоновой глазури чешуйчатый узор, напоминающий ледяные трещины, которые появлялись и исчезали под воздействием света. Он одобрительно произнес: "Очень красиво".

Ю Хэ был слишком молод, чтобы по-настоящему оценить безмолвную, тысячелетнюю глубину Русских изделий.

Масштабные узоры, расцветающие на поверхности глазури с годами, для него подобны туманному дождю на песенной башне - попытка выразить это словами может показаться вынужденной и претенциозной.

Естественно, Фу Юньчжэн не ожидает, что Ю Хэ его поймет.

"Если ты считаешь, что это красиво, просто поиграй с этим", - сказал Фу Юньчжэн.

Возможно, когда Ю Хэ станет достаточно взрослым, он однажды поймет нынешние чувства Фу Юньчжэна. Но к тому времени они, скорее всего, уже не будут вместе.

Ю Хэ не сможет навсегда остаться в резиденции Фу. Высокие стены не могут поймать журавля, и однажды он уедет.

Тогда просто подарите Ю Хэ эту кадильницу с небесно-голубой глазурью. Однажды он неизбежно поймет, что такое Русские изделия.

Неизвестно только, вспомнит ли он о нем, когда снова увидит эту кадильницу.

Глава 30: Это не подлинник?

Держа в руке кадильницу, Ю Хэ чувствовал себя счастливым.

Эта радость не имеет ничего общего с ценностью; она вызвана тем, что Ю Хэ видел, что Фу Юньчжэню очень нравится Русская кадильница, и он готов расстаться с ней, чтобы отдать ее ему. Поступок Фу Юньчжэня наделил фарфор более глубоким смыслом.

Как будто и Ю Хэ, и фарфор - маленькие безделушки, которые нравятся Фу Юньчжэню, но раз Фу Юньчжэнь отдал кадильницу Килн Ю Хэ, это доказывает, что в сердце Фу Юньчжэня Ю Хэ важнее, чем эта кадильница.

Зрелым людям такое сравнение может показаться смешным или даже непонятным, но Ю Хэ это очень нравится.

Джентльмен не претендует на то, что нравится другим. Ю Хэ очень доволен, зная это. Даже если он не разбирается в антиквариате и фарфоре, он знает, что все, что Фу Юньчжэнь готов отдать, должно представлять значительную ценность.

Ю Хэ не жадный, он не намерен принимать это.

Он взял кадильницу Килн и встал, подойдя к полке из красного дерева: "Я пока оставлю ее у вас".

Он успел сделать всего два шага, как вдруг поскользнулся, и Ю Хэ с силой врезался в полку из красного дерева.

Раздался хрустящий звук разбивающейся посуды.

Двухметровая полка из красного дерева была очень тяжелой и не опрокинулась, но стоявшая на ней изящная и высокая фарфоровая кадильница с ивовыми листьями пошатнулась и упала на пол, разбившись на осколки.

Селадон был хрупким, и порошок слегка поплыл в солнечных лучах, очевидно, не имея никакой надежды на восстановление.

Ю Хэ был сильно ошеломлен и держался за плечо.

На звук прибежала Ли Цзин и потрясенно воскликнула: "Это кадильница из ивовых листьев небесно-голубой глазури, господин Фу!"

Она повернулась к Ю Хэ и упрекнула его: "Как ты мог быть таким беспечным?"

Фу Юньчжэнь, даже не взглянув на разбитый фарфор на земле, подкатил к Ю Хэ: "Ты ударился плечом?"

Ю Хэ не беспокоился о собственном плече, он присел на корточки, собирая осколки: "Как жаль..".

"Жаль?" Ли Цзин посмотрела на Ю Хэ с высоты своего положения: "Прекрасная кадильница из ивовых листьев, не пострадавшая во время нескольких войн, разбилась в твоих руках. Это больше, чем просто жалость. Ее даже выкупил с заграничного аукциона старый господин Фу..."

Старый господин Фу?

Ее купил отец Фу Юньчжэня, так неужели эта кадильница из ивовых листьев была очень важна для Фу Юньчжэня?

В конце концов, отец Фу Юньчжэня уже много лет как умер, и эту кадильницу из ивовых листьев небесно-голубого стекла можно было считать сувениром.

Ю Хэ опустил глаза.

Фу Юньчжэнь осторожно положил руку на плечо Ю Хэ: "Ты ударился о кость?"

Ю Хэ поднял голову, его красивые глаза цвета персика заблестели: "Господин Фу".

"Это копия", - небрежно сказал Фу Юньчжэнь. "Подлинный экземпляр был передан в дар стране и находится в столичном музее."

Ли Цзин, конечно, не могла сказать, подлинная ли кадильница из ивовых листьев или подделка. Она просто подумала, что Ю Хэ повезло: среди всех бесценных сокровищ на полке из красного дерева Ю Хэ случайно сбил копию.

Фу Юньчжэнь велел Ли Цзин: "Позови кого-нибудь, чтобы все убрали".

Ли Цзин подчинилась и начала уходить, но Фу Юньчжэнь остановил ее.

"Ли Цзин, свяжись со своей компанией и назначь другого менеджера для связи с резиденцией Фу", - равнодушно сказал Фу Юньчжэнь. "Ваши эмоции влияют на работу".

Ли Цзин недоверчиво обернулся: "Господин Фу, я..."

Фу Юньчжэнь поднял руку, не давая Ли Цзин сказать больше ничего: "Иди".

Ли Цзин глубоко вздохнула. Она знала, что Фу Юньчжэнь уведомляет ее, а не обсуждает с ней; в этом вопросе не было места для переговоров. Она и представить себе не могла, что Ю Хэ так важна в сердце Фу Юньчжэня, настолько важна, что он отстранит ее от должности, даже не спросив о правильности или неправильности решения!

То, что решил Фу Юньчжэнь, никто не мог изменить.

Ли Цзин была полна сожаления, внутри нее бурлили эмоции, словно во сне. Она слегка поклонилась и ушла.

Ю Хэ поднял фарфоровые осколки, рассматривая изящную и причудливую красную печать на дне кадильницы. Она совсем не походила на копию. Поколебавшись, он спросил: "Это не подлинник?"

"Перестань играть с осколками, а то порежешься". Фу Юньчжэнь схватил Ю Хэ за руку и потянул его вверх. "Ты можешь сходить в музей и убедиться в этом сам".

Ю Хэ передал Фу Юньчжэню кадильницу с голубой глазурью: "Лучше оставь себе".

Фу Юньчжэнь взял ее, его тон не изменился: "Что, только из-за того, что бесполезная вещь сломалась, молодой мастер Ю собирается плакать?"

Ю Хэ поджал губы: "Сестра Ли сказала, что его оставил твой отец".

Услышав это, Фу Юньчжэнь не смог удержаться от усмешки: "Мой отец проводил дни в праздности, слоняясь по различным аукционным домам и разглядывая красивых женщин. Какая бы аукционистка ни казалась ему привлекательной, он непрерывно делал ставки на коллекционные предметы. Если говорить о реликвиях, которые он оставил после себя... ну, их просто слишком много".

Ю Хэ: "......"

Старый господин Фу всегда часто появлялся в газетах, а после развода с матерью

с матерью Фу Юньчжэня,

Еще более несдержанной была молодая ведущая актриса, сопровождавшая его на смертном одре, на целых двадцать лет моложе господина Фу-старшего.

Ю Хэ запнулся, не зная, что ответить. Он взял себя в руки и сказал: "Ваш отец был романтиком".

"Романтик - это не то слово, он был просто развратником", - прямо сказал Фу Юньчжэнь, не уклоняясь от обсуждения скандалов своего отца: "Ему нравились молодые и красивые, как и мне".

Ю Хэ замер на месте.

Фу Юньчжэнь передал Ю Хэ кадильницу   "Небесно-голубая глазурь": "Что я отдаю, то не беру обратно. Эту кадильницу купил не мой отец, а я. Если тебе не нравится, можешь разбить ее и посмотреть, как она будет звучать".

Ю Хэ присел рядом с инвалидным креслом Фу Юньчжэня: "А эта кадильница тоже копия?"

Фу Юньчжэнь ответил: "Говорят, что фарфоровая кадильницу, изготовленная в официальных печах, имеет скрытую официальную печать на внутренней стенке. Ты узнаешь, когда разобьешь ее в следующий раз".

Ю Хэ не удержался и ответил: "Я поскользнулся из-за пальмового масла на полу".

Он почувствовал запах пальмового масла, когда собирал фарфоровые осколки.

Ю Хэ был очень чувствителен к запахам.

Глава 31: Даже призраки боятся зла

Часть фарфора на полке из красного дерева также была покрыта пальмовым маслом. Большинство людей восприняли бы эти запахи как беспорядочную мешанину, неспособную определить, с какого направления они исходят, но Ю Он мог четко определить направление запахов.

Он чувствовал, что с пола доносится запах пальмового масла.

Чрезмерно чувствительное обоняние также было одной из причин, почему Ю Хэ легко укачивало. Он не выносил духоты, и даже зимой ему приходилось открывать окно, чтобы уснуть.

Ю Хэ сказал: "Может, сестра Ли случайно капнула на пол?"

"Может, она и случайно капнула, но уж точно намеренно не вытерла", - Фу Юньчжэнь взял Ю Хэ за подбородок, - "Многие люди обижаются, даже не зная, почему им причинили вред. Ты, очевидно, знаешь причину, так почему бы тебе не высказаться?"

Ю Хэ растерялся. Он умел ругаться и ссориться, но не обвинять и не жаловаться. Он никогда не жаловался и не объяснялся ни с кем. На его памяти объяснения были бесполезны, люди верили только в то, во что хотели верить.

Фу Юньчжэнь опустил глаза, не глядя на Ю Хэ, а просто уставившись на собственную руку, и тихо проговорил: "Ты не нравишься Ли Цзину, и он хочет выгнать тебя из резиденции Фу. Я тебе тоже не нравлюсь, поэтому ты хочешь покинуть резиденцию Фу, верно?"

"Нет, это не так. Я не..."

Ю Хэ проговорился, чувствуя себя неловко.

Он смутно чувствовал, что что-то не так, но не мог понять, что именно. Казалось, что Фу Юньчжэнь тонко подменил тему, но Ю Хэ не мог понять, о чем идет речь.

Ю Хэ умел спускать все на тормозах. Если он не мог понять, то просто переставал думать об этом.

Как говорится, "разбитые осколки приносят мир, а финансовые потери предотвращают катастрофу".

Хотя драгоценная кадильница в форме ивового листа разбилась вдребезги, затянувшаяся простуда Фу Юньчжэня, длившаяся почти полмесяца, наконец-то прошла.

*

В начале того же дня в резиденции Фу появились два незваных гостя.

Ю Хэ до полуночи просматривал прямые трансляции и смог заснуть только в 5:30 утра. Вскоре он услышал слабый женский плач.

Это была женщина, всхлипывающая и захлебывающаяся слезами.

Звук плача доносился до ушей Ю Хэ через окно, отчего свежий ветерок вдруг показался ему жутким и зловещим.

Почему плакала женщина, от которой исходила такая скорбь и обида?

Находясь в состоянии полусна-полубодрствования, Ю Хэ не мог понять, снится ли ему сон или кто-то действительно плачет, чувствуя себя в ловушке, похожей на сонный паралич.

Ему давно казалось, что поместье семьи Фу слишком большое и слишком уединенное!

Поместье было спрятано глубоко в живописной местности, по ночам оно было безлюдным и лишенным жизненной силы. Единственный хозяин - Фу Юньчжэнь, несколько десятков слуг и помощников, чьи жилые помещения находились не совсем рядом с главным домом.

Другие сотрудники, отвечавшие за управление конным ранчо, оранжереей, подземным винным погребом, лужайкой для гольфа и прочими объектами, жили еще дальше. Большинство из них были местными жителями из Юнь Су, которые приезжали на работу днем и не оставались в поместье на ночь.

Независимо от места, здесь всегда оживленно с людьми и тихо без них. Крайняя тишина приводит к жуткой, жутковатой атмосфере.

Поэтому, когда Ю Хэ услышал женский плач, он не испугался и не удивился, а наоборот, ощутил странное чувство неизбежности, как будто так и должно было быть.

Есть старая поговорка, что даже призраки боятся зла.

В детстве Ю Хэ часто мучили кошмары. Семейная домработница рассказала ему, что на теле человека есть три огонька, и чем ярче они горят, тем сильнее его энергия ян. Поэтому, когда снится кошмар, не следует бояться, так как страх приглушает свет.

Напротив, нужно быть смелым и высокомерным, используя свою энергию ян, чтобы подавить энергию инь призраков и духов и держать их на расстоянии.

Сила произнесенного слова могущественна: прокляните их, чтобы они никогда не обрели покой, чтобы страдали от бесконечных мучений на восемнадцатом уровне ада, и ни один призрак не посмеет приблизиться.

Ю. Он вспомнил, что однажды, когда он учился в начальной школе, у него поднялась высокая температура, которая никак не проходила. Приемных родителей не было дома, и домработница носила его по вилле, проклиная и изгоняя возможных духов.

До переезда в город уборщица была фермершей в своем родном городе, воплощая собой полный образ "сельской, грубой и жесткой пожилой женщины", как можно себе представить, - властной, доминирующей и чрезвычайно способной.

Тетушка крепкая и полная жизненных сил, с широкими плечами, большими ладонями и грубым голосом. Когда она начинает ругаться на улице, даже десять королей ада отступают на три фута.

Если рэп считается расовым талантом чернокожих, то ругань на улице должна быть инстинктивным наследием деревенских женщин.

Это невероятно круто.

Сейчас, оглядываясь назад, не вижу в этом особого смысла; можно лишь сказать, что в конце науки лежит мистика. Тетка-домработница взяла Ю Хэ на руки и обернулась один раз, а к полудню жар у Ю Хэ спал.

Свирепость тетушки-домработницы придала Ю Хэ безграничное мужество. Он дважды внутренне выругался, но так и не смог обрести тот неудержимый импульс, которым обладала тетушка.

Те, кто пережил кошмары, знают, что для того, чтобы освободиться от них, инстинктивно хочется закричать. Когда человеку наконец удается издать звук, он, как правило, успешно просыпается.

Но этот процесс невероятно труден.

Ю Хэ столкнулся с дилеммой, когда не мог проснуться.

Он хотел проклясть плачущую женщину-призрака, чтобы прорваться сквозь кошмар, но его рот словно заклеили. Ю Хэ начал злиться. Он подумал: "Пока я сплю, солнце уже должно выйти. Какой же призрак обладает столь глубокими способностями, чтобы выходить и причинять неприятности против утреннего солнца?"

Как говорится, гнев поднимается из сердца, а зло - из мужества.

В борьбе с кошмаром терпение Ю Хэ истощилось, счетчик гнева переполнился, и он громко выругался: "Какого черта, ты больной, плачешь и воешь под ярким солнцем?"

Немного поколебавшись, сознание Ю Хэ погрузилось в сон, и он внезапно проснулся.

Открыв глаза, он увидел, что плач возле его уха действительно прекратился.

"Проклятье, неужели ты издеваешься над честными людьми? Если я не прокляну тебя, твоя душа не обретет покоя. Ты смеешь причинять мне неприятности, Ю Хэ?"

Ю Хэ вскочил с кровати, поднял руку и, указывая в пустоту, страстно и горячо произнес:

"Я просто хочу немного поспать, а всякие монстры осмеливаются приходить сюда, чтобы показать свое присутствие. Я, черт возьми, хочу спать, вы понимаете? Ты смеешь притеснять меня, пока я сплю, ты подумал о своем положении? Сможешь ли ты за это тветить?"

Ю Хэ глубоко вздохнул: "Ты даже не поинтересовался, когда я господствовал над тремя царствами, ты еще даже не родился!"

Выплеснув ярость, Ю Хэ почувствовал себя посвежевшим.

Он раздвинул шторы, готовый встретить прекрасное утро.

Темно-синие шторы медленно распахнулись, открывая чистое небо и легкие облака.

Распахнув окно, Ю Хэ увидел несколько человек, сидевших вокруг каменного стола в саду внизу и смотревших на него.

Глава 32: Что с того, что ты плохо учишься? Пока ты хорошо выглядишь, это не страшно

Издалека на них смотрели Фу Юньчжэн, знатная дама средних лет и молодой человек лет двадцати.

Ю Хэ: "......"

Атмосфера стала несколько неловкой.

Фу Юньчжэн сохранял спокойствие, олицетворяя собой самообладание горы Тай, оставшейся непоколебимой перед лицом краха.

Дама средних лет была одета в парчовый чонгсам в стиле Сучжоу, подол которого был обмотан золотыми нитями, тонко переливающимися на свету.

Она крепко сжимала в руке шелковый платок, и казалось, что Ю Хэ отругал ее за обиду, отчего у нее на глазах выступили слезы, и она с трудом сдерживала их, отчего чувствовала себя еще более неловко.

Молодой человек нахмурил брови и пристально посмотрел на Ю Хэ, словно хотел что-то сказать, но сдержался из-за присутствия Фу Юньчжэна.

В мире богатых поддержание достоинства и соблюдение общественных правил имеют огромное значение. Пока имя человека не упоминается в явном виде, у госпожи и ее сына не было причин спорить или уточнять, какими бы неприятными ни были проклятия Ю Хэ.

Что же касается того, как они будут мстить за кулисами, то это дело потом.

Естественно, мать и сын не стали спешить отвечать на проклятия, а предпочли сделать вид, что не поняли, о чем говорит Ю Хэ.

Фу Юньчжэн с безразличным выражением лица сделал легкий жест, побуждая Чжан Шаня, стоявшего неподалеку с заложенными за спину руками, сделать шаг вперед.

Наклонившись, Чжан Шань получил сообщение от Фу Юньчжэна. Затем он поднял глаза на Ю Хэ и кивнул.

В сердце Ю Хэ поднялось тревожное предчувствие.

Через две минуты Чжан Шань постучал в дверь комнаты: "Молодой господин Ю, господин Фу приглашает вас вниз на чай".

В голове Ю Хэ пронеслась длинная вереница китайских колких замечаний.

Открыв дверь, он увидел Чжан Шаня в сопровождении двух помощников, которые толкали вешалку, заполненную одеждой и аксессуарами.

Чжан Шань сказал: "Молодой мастер Ю Хэ, часто используемый господином Фу дизайнер, господин Мисто, находится на фестивале моды в Италии. Как только его работа там закончится, он лично прилетит в Китай, чтобы пошить для вас одежду".

Ю Хэ: "......"

Не зная, что ответить, он лишь сухо рассмеялся.

Чжан Шань поднял руку, давая знак слугам занести вешалку в комнату Ю Хэ: "Эта одежда подобрана случайно, пожалуйста, не стесняйтесь, выбирайте то, что вам нравится. Надеюсь, вы не будете возражать".

Ю Хэ на мгновение растерялся, глядя на модные вещи от элитных брендов.

Хотя он не разбирался в модной индустрии, фасоны и логотипы на этой одежде были слишком знаковыми, их часто брали знаменитости и светские львицы для красных дорожек.

Ю Хэ и раньше покупал одежду этих брендов, но те вещи, которые можно было приобрести в магазине, считались "с рук", а за такие вещи, созданные вручную по индивидуальному заказу, нельзя было выложить как минимум несколько сотен тысяч или даже миллион.

Возьмем, к примеру, бренд роскошных сумок H. Его приемная мать, Чжан Вань, однажды купила платиновую сумку из крокодиловой кожи стоимостью более двух миллионов юаней, и только для того, чтобы ее приобрести, ей пришлось купить другие вещи на сумму около миллиона юаней. Если шарфы, ремни и кошельки были в некотором роде полезными, то Ю Хэ не мог понять, как можно потратить почти двести тысяч на набор посуды.

Чжан Вань объяснила: "О, Боже, они просто хотят продать эти вещи вместе с сумками. Отныне мы можем есть из этого набора посуды, он очень стильный".

Ю Хэ, взглянув на вешалку перед собой, небрежно выбрал льняной костюм и вернулся в свою комнату, чтобы переодеться.

Вообще-то он предпочитал носить футболки, толстовки и кроссовки, из-за чего Чжан Вань когда-то посчитала его недостаточно стильным.

В то время она еще не знала, что Ю Хэ не является ее биологическим ребенком.

Не одобряя повседневную эстетику Ю Хэ, Чжан Вань купила ему много стильной одежды, одевая его как молодого джентльмена, заявив, что Ю Хэ - ее самое совершенное творение.

"Что с того, что ты плохо учишься? Пока ты хорошо выглядишь, это не страшно", - говорила она, поглаживая его лицо своими нежными бледными пальцами. Ее глаза кривились в соблазнительной улыбке, когда она добавляла: "Мама больше всего любит Ю Хэ".

Однако ее отношение полностью изменилось, когда она узнала, что Ю Хэ не является ее биологическим сыном. Она сказала мужу: "Я поняла, что что-то не так. Как может ребенок без стиля принадлежать семье Ю? Он даже выглядит каким-то заколдованным; не может же он быть незаконнорожденным ребенком, которого ты родила на улице?"

Лицо отца потемнело, когда он услышал это, но мать больше ничего не сказала. Они стояли, объединившись, пока она обращалась к Ю Хэ:

"Семья Ю уже достаточно о тебе позаботилась. Собирай вещи и уезжай как можно скорее. Один твой вид меня раздражает. И во что ты вообще одет? Не надевай эти безвкусные вещи и не позорь семью Ю".

Вспомнив все это, на губах Ю Хэ заиграла холодная улыбка. Люди из богатых семей по природе своей двуличны.

Все привязанности были такими хрупкими и распускались, как цветы, в присутствии чего-то лучшего.

Переодевшись в сшитый на заказ костюм, он любовался в зеркале необыкновенно красивым молодым человеком.

Он задумался, достаточно ли этого, чтобы соответствовать стандартам стиля Чжан Вань.

Чжан Вань, ценившая лицо превыше всего, даже плача, обязательно складывала носовой платок на треть, и эта деталь напоминала Ю Хэ о ней.

Ю Хэ опустил глаза, и юноша в зеркале сделал то же самое, обнаружив нотки меланхолии.

Семья Ю была местом, где прибыль была превыше всего; только "полезные" могли получить внимание и благосклонность.

Он провел девятнадцать лет в семье Ю, и именно от свирепой уборщицы он испытал самую настоящую материнскую любовь. Однако позже уборщицу уволили.

Когда-то Чжан Вань относилась к Ю Хэ как к своей плоти и крови, но когда пришло время прогнать его, она сделала это с таким безразличием, словно отбрасывала непрошеную бродячую собаку.

Все дело в том, что Ю Хэ был никчемным, в то время как их биологический сын был таким выдающимся.

Семье Ю нужен был более выдающийся ребенок.

Люди, живущие в таких богатых семьях, так лицемерны.

Нанеся на пальцы немного геля для волос, Ю Хэ зачесал свои слегка длинные волосы назад, открыв чистый лоб и брови, что сразу же придало солидности его облику.

Густые, аккуратные брови Ю Хэ были четкими, как чернила, и подчеркивали его ласковые глаза цвета персика, казавшиеся ясными и бесстрастными, как тонко нарисованные точки.

Глава 33: Он действительно красив

Знаменитый мастер традиционной китайской живописи Линь Вэнь Шуй однажды отметил, что Ю Хэ достоин иероглифа "Хэ" (журавль). Он оценил Ю Хэ пятью словами:

Гордый и чистый, незапятнанный мирской суетой.

Когда Ю Хэ прибыл в сад, прелестная дама уже перестала плакать.

Увидев Ю Хэ, она на мгновение замерла, а затем ее лицо расплылось в нежной, неглубокой улыбке: "Чей это ребенок, такой красавец!"

"Проходи и садись". Фу Юньчжэнь, сидевший в своем кресле на колесиках, жестом пригласил Ю Хэ сесть рядом с ним, представив: "Это моя тетя по браку, а это мой двоюродный брат Фу Яо".

Ю Хэ слегка поклонился, просто опустив голову, не сгибаясь в талии, - ответ был отточенным, но безупречным: "Тетя, кузен".

Фу Юньчжэн добавил: "Тетя, это Ю Хэ, мой друг".

Тетя по отцу, Яо Юэюнь, была женой второго дяди Фу Юньчжэня и принадлежала к роду Юн Су Яо.

Яо Юэюнь и Фу Яо обменялись взглядами, в душе понимая, что, несмотря на то, что Фу Юньчжэнь на словах называл этого юношу другом, на самом деле он был человеком, которого держали рядом для личного удовольствия.

Все эти годы Фу Юньчжэнь жил просто и без особых желаний. Многие пытались подсылать к нему людей, чтобы те были рядом, шептали ему на ухо ласковые слова - и мужчины, и женщины всех мастей, но Фу Юньчжэнь оставался невозмутим, отвергая их всех, словно святой, вернувшийся из монастыря.

Все они думали, что Фу Юньчжэня не интересуют подобные удовольствия, пока не встретили сегодня Ю Хэ и не поняли, что Фу Юньчжэнь не равнодушен к красавицам, просто он очень избирателен.

Что касается лица Ю Хэ, то, как бы это сказать... У каждого человека есть нос и два глаза, но как так получилось, что Ю Хэ родился именно таким? Каждая черта и форма его лица безупречны по отдельности и еще более завораживающи вместе.

Яркие солнечные лучи освещали лицо Ю Хэ, от его кожи исходило сияние, и он выглядел не как человек, а как кусок изысканного нефрита.

Перед таким человеком любое прилагательное кажется вульгарным, а любой наряд - тусклым.

Ю Хэ был одет в льняной костюм светлого цвета, выделяющийся на фоне других, который трудно повторить, - модель для обложки от известного бренда.

Материал довольно рыхлый и свободный, а фасон - с широким разрезом. При легкой небрежности он может болтаться на теле, как тряпка. Пиджак костюма немного длиннее обычного, и даже модели ростом более 1,8 метра приходится правильно позировать, чтобы он получился на фото.

Столь строгая одежда не только не выглядит на Ю Хэ резко, но и придает ему элегантность.

Ю Хэ высокий и длинноногий, поэтому этот костюм подчеркивает его превосходное соотношение головы и тела. Он выглядит уместно стройным, излучая неземное очарование, словно "его кости не прилипают к одежде". Свободный пиджак еще больше подчеркивает этот трансцендентный темперамент. Внутри он небрежно сочетает его с футболкой с вырезом горловины, заправляя подол в пояс. Контраст между светлым и темным, внутри и снаружи, создает впечатление, что все, что ниже шеи, - это ноги.

Мы все едим зерно, так как же он мог родиться таким?

Фу Яо искренне сказал: "Кузен, он выглядит даже лучше, чем знаменитость. Он знаменитый..." Он сделал паузу, чувствуя, что продолжать неуместно, и проглотил свои слова.

Ю Хэ не стал возражать и перевел разговор на себя: "Верно, я - поддельный молодой мастер семьи Ю из Фэнчэна, Ю Хэ. Кузина, приятно познакомиться, не стесняйся".

Фу Яо слегка напрягся: "...Разве ты не младше меня?"

Чжан Шань принес чай и закуски, поставив их перед Ю Хэ.

Фу Юньчжэнь слегка поднял руку и сказал Чжан Шаню: "Налей ему колы. Он не привык пить чай".

Из-за прихода Ю Хэ Яо Юэюнь и ее сын не смогли произнести слова, которые хотели сказать.

Они пришли занять денег у Фу Юньчжэня, чтобы помочь своим денежным потокам.

Некоторое время назад второй дядя Фу Юньчжэня присвоил деньги компании, чтобы вложить их в другие проекты. Сейчас рынок падает, а десятки миллионов, вложенные в компанию, не приносят никакой прибыли. Бюро аудита проводит ежегодные проверки счетов и налогов компании в ноябре, а сейчас уже октябрь. Если до конца месяца не удастся собрать эту сумму, проблема станет гораздо серьезнее, чем просто потеря десятков миллионов.

Тетушка тщательно выверяла время своего визита и проплакала все утро. Однако Фу Юньчжэн остался безучастным. Мало того, он еще и потревожил мирный сон молодого господина Ю.

Хотя поначалу она была немного расстроена, но, увидев Ю Хэ, который оказался неожиданно хорош собой и даже моложе ее собственного сына, она почувствовала себя по-другому. Он был законным богачом во втором поколении, который теперь попал в трудные времена.

В связи с этим обида, которую она могла испытывать, теперь полностью рассеялась.

Став инвалидом, Фу Юньчжэнь стал еще более безжалостным, разорвав связи с семьей. Похоже, он до сих пор обижается на своего второго дядю, который сказал ему: "Как ты можешь быть генеральным директором, если ты парализован?".

ГЕНЕРАЛЬНЫЙ ДИРЕКТОР

Фу Юньчжэнь тогда ничего не сказал, но позже он забрал деловую сделку, которая изначально предназначалась его второму дяде.

Действительно, оскорблять парализованного человека в присутствии человека с ограниченными возможностями? Разве это не является откровенным вымогательством?

Их семья считается вполне приличной. Я слышал, что один из поставщиков, подписав контракт с Фу Юньчжэном, сделал замечание о "поблажках для инвалидов", и Фу Юньчжэн сразу же лишился депозита, решив больше никогда не работать с этим поставщиком.

Я слышал, что позже он даже прибегнул к некоторым мерам, и каким-то образом выяснилось, что поставщик уклоняется от уплаты налогов, что привело к аресту его владельца.

Фу Юньсян не из тех, кто отталкивает. Любой умный человек не посмеет смотреть на ногу Фу Юньчжэня свысока. Лишь тупоголовый член ее семьи осмеливается говорить все, что угодно.

Ей действительно не повезло, что она вышла замуж за такого бесчувственного грубияна. Даже если бы Фу Юньчжэня полностью парализовало, пока его ум не утратил остроты и он в сознании, он остается опорой семьи Фу.

Может ли семья Фу оставаться стабильной, полагаясь только на этих ненадежных родственников?

Она всегда советует мужу не следить за активами семьи Фу и довольствоваться теми акциями, которыми он владеет, - их более чем достаточно, чтобы обеспечить несколько жизней. Взяв на себя такую ответственность, он только сгорит.

Это действительно странно. Она, женщина, может ясно рассуждать о таких вещах, но некоторые просто не могут понять и настаивают на том, чтобы создать проблемы, из-за чего ей, старейшине, приходится бежать с плачем к Фу Юньчжэну.

Однако эта поездка не была напрасной: она наконец-то встретила красивого молодого человека, которого Фу Юньчжэн прятал в частной резиденции Юнь Су.

Он действительно красив.

Глава 34: Нежная и понимающая - Яо Юэинь

Фу Юнсян пригласил Яо Юэинь и Фу Яо присоединиться к нему за обедом.

Перед трапезой Ю Хэ разыскал Яо Юэинь, чтобы извиниться: "Тетя, по поводу того, что было раньше... В резиденции Фу раньше не было девушек, а сегодня утром я услышал, как девушка плачет во время ночного кошмара, и подумал, что это... Мне очень жаль".

Яо Юэинь не могла не рассмеяться, когда ее назвали "девушкой": "Мне уже сорок пять, как я могу быть девочкой? Яо Яо даже на несколько лет старше тебя". Яо Юэинь протянула руку к Ю Хэ и усадила его рядом с собой: "Сколько тебе лет? Привык ли ты жить здесь?"

Яо Юэинь - нежная и понимающая, она идеально вписывается в представление Ю Хэ о матери. По какой-то причине, когда Яо Юэинь спросила, удобно ли ему здесь жить, Ю Хэ вдруг захотелось заплакать.

Ю Хэ поднял колу и сделал глоток, сглаживая комок в горле: "Все в порядке, господин Фу очень добрый".

Яо Юэинь и Фу Яо обменялись взглядами; они были достаточно проницательны, чтобы заметить едва скрываемую печаль и страдание Ю Хэ.

Фу Яо - типичный маменькин сынок. Когда Ю Хэ ругали, ему хотелось броситься наверх и хорошенько отлупить Ю Хэ. Но теперь, видя, что его мать дружелюбно разговаривает с Ю Хэ и, судя по всему, ему нравится, Фу Яо стал относиться к Ю Хэ как к младшему брату, говоря ему ласковые слова: "Ты не можешь спать по ночам? Мне тоже было страшно, когда я жил в саду в детстве".

Ю Хэ честно отвечал: "Все здесь хорошо, просто слишком уединенно. Из-за полной тишины по ночам мне трудно заснуть".

"Вы с Яо Яо примерно одного возраста, - Яо Юэинь взяла Ю Хэ за руку и нежно похлопала по ней, тихо говоря: - Если тебе будет скучно оставаться в саду, ты можешь попросить Яо Яо взять тебя поиграть. Яо Яо вырос в Юнь Су, и его друзья не очень-то ходят в Фэнчэн".

Фу Яо, словно боясь, что Ю Хэ не поймет, пояснил скрытую мысль Яо Юэинь: "Да, все верно. Мои друзья мало что знают о Фэнчэне. Я просто скажу, что ты мой дальний кузен, и они не будут спрашивать".

Яо Юэюнь бросила взгляд на Фу Яо, и тот в замешательстве почесал голову.

Ю Хэ опустил глаза, его длинные ресницы отбрасывали тень, темную, как вороньи перья. Он подумал о том, как это странно: неужели все хорошие люди в мире переродились в семью Фу?

Он хотел спросить у Яо Юэюнь, почему она плакала утром, но потом передумал. Он был всего лишь бродячей собакой, живущей за счет других; даже если бы Яо Юэюнь столкнулась с трудностями, он не смог бы помочь. Кроме того, если бы он заговорил об этом, то только усугубил бы ее горе.

Как мать, Яо Юэюнь была очень чувствительна. Она быстро уловила беспокойство Ю Хэ и начала рассказывать ему многочисленные забавные истории о детстве Фу Яо, в том числе о том, как Фу Яо зацепился штанами с подтяжками за забор, перелезая через него, и о том, как он изменил 79 баллов на контрольной работе на 99.

"Он взял красную ручку и нарисовал полукруг под цифрой 7, чтобы на первый взгляд это выглядело как 9", - сказала Яо Юэюнь, глядя на Фу Яо. "Но как на бумаге, испещренной красными крестиками, можно было получить 99 баллов? Он исправил только начало, а остальное оставил без внимания. За это отец его хорошенько отлупил".

"Твой дядя действительно бил брата Фу Яо?" спросил Ю Хэ.

Яо Юэюнь рассмеялась: "Твой дядя немного грубоват. Он сердится и запирает Фу Яо в доме, но потом все время подглядывает в глазок, беспокоясь о сыне. На самом деле это излишне: во дворе так много служанок, как они могли допустить, чтобы с ним что-то случилось?"

Ю Хэ слегка улыбнулся, его глаза наполнились тоской: "Звучит неплохо".

Яо Юэюнь была ошеломлена, не понимая, что в этом такого хорошего.

Прежде чем она успела сказать что-то еще, подошел Чжан Шань и, поклонившись всем, сказал Ю Хэ: "Молодой господин Ю, господин Фу ищет вас".

Не дожидаясь, пока Ю Хэ попрощается, Яо Юэюнь улыбнулась и сказала: "Тогда идите".

В кабинете Фу Юньчжэнь сидел за своим столом, надев очки в золотой оправе, и перелистывал свежеотпечатанный финансовый отчет.

Постучав в дверь, Ю Хэ вошел в кабинет и спросил: "Господин Фу, вы хотели меня видеть?"

Фу Юньчжэнь отложил отчет и взглянул на Ю Хэ. Это был обычный взгляд, спокойный, как тихая вода, но Ю Хэ почему-то расценил его как приглашение подойти.

Ю Хэ подошел к Фу Юньчжэню. Фу Юньчжэнь сидел в инвалидном кресле, а за столом не было другого места, поэтому Ю Хэ согнул колени и полусидел, полулежал, облокотившись на край стола.

Фу Юньчжэнь отодвинул отчет в сторону, чтобы освободить место для Ю Хэ, снял очки и ущипнул себя за переносицу.

"У вас близорукость?" Ю Хэ взял очки из рук Фу Юньчжэня: "Я не видел, чтобы вы носили их раньше".

Голос Фу Юньчжэня был низким и приятным, с правильным резонансом. Он звучал как очень дорогой голос: "Текст и цифры в финансовом отчете мелкие и плотные, от них у меня кружится голова. Эти очки предотвращают головокружение".

Ю Хэ открыл дужки очков и надел их, приложив к ушам: "Правда? Они могут это делать?"

Ю Хэ был необычайно красив, и те, кто знал его, часто говорили, что фраза "золото и нефрит снаружи, гниль и разруха внутри" была создана специально для него. Он и сам так считал. Однажды он сказал, что если он умрет, то вместо того, чтобы выгравировать на его надгробии "Его голос и улыбка остались, его дух продолжает жить", нужно просто высечь "Золото и нефрит снаружи, гниль и разруха внутри".

Сейчас, в очках с золотой оправой на носу, он излучал обманчивую нежность и утонченность. Он выглядел благовоспитанным и ученым, но если копнуть глубже, можно было обнаружить, что внутри скрывается крупный негодяй.

Адамово яблоко Фу Юньчжана слегка покатилось, когда он поднял чашку с чаем, чтобы сделать глоток: "Ты хорошо поболтал с тетей?"

Ю Хэ опустил ресницы, глядя на Фу Юньчжана: "Твоя тетя очень милая". "Почему все хорошие люди принадлежат к семье Фу?"

Фу Юньчжан легкомысленно усмехнулся: "Хорошие люди просят пятьдесят миллионов только для того, чтобы получить деньги?"

Глава 35: Старый лис!

Ю Хэ был ошеломлен и стоял неподвижно. Как постороннему человеку, ему не подобало комментировать внутренние дела семьи Фу.

Фу Юньчжэнь рассказал ему всю ситуацию с визитом Яо Юэюнь, а затем посмотрел на Ю Хэ глубокими глазами, не выдававшими никаких эмоций, и спросил лишь: "Ты здесь, чтобы выступить в ее защиту?"

Ю Хэ неловко поджал губы: "Но она такая нежная".

"Молодой господин Ю любит нежных людей", - сказал Фу Юньчжэнь, отъезжая на своем инвалидном кресле.

Край подлокотника кресла случайно задел одежду Ю Хэ. Ю Хэ, плохо державший равновесие, не смог устоять на ногах и в итоге сел на колени Фу Юньчжэна.

"А! Твои ноги!" Ю Хэ еще не успел успокоиться, как снова встал, раздвинул ноги и присел на корточки в неудобной позе: "Я же не могу на них надавить?"

Фу Юньчжэнь, опасаясь, что Ю Хэ упадет, поддержал его за талию, посмотрел на свои ноги и насмешливо сказал: "Я все равно их не чувствую, так что не беспокойся о том, чтобы давить на них".

Ю Хэ, держась за плечи Фу Юньчжэна, замер в неловкой позе, совершенно не понимая его насмешливых слов, и ответил: "Тогда я просто сяду к тебе на колени".

Настроение Фу Юньчжэня заметно улучшилось, в глазах появилась едва заметная улыбка. Он поправил очки, сползающие с носа Ю Хэ: "Давай, садись".

Ю Хэ не стал церемониться, расслабил мышцы и уселся на бедра Фу Юньчжэня.

Они были так близко, что Ю Хэ снова почувствовал аромат белого мыла на Фу Юньчжэне.

И Ю Хэ очень понравился этот запах.

"Он так хорошо пахнет".

Ю Хэ наклонился к шее Фу Юньчжэна, пытаясь понять, откуда исходит запах. Мыло не похоже на духи, оно не должно держаться так долго. По логике вещей, даже если принимать душ каждое утро, к полудню запах не должен сохраняться.

Подойдя ближе, Ю Хэ почувствовал тепло от тела Фу Юньчжэня и облегченно вдохнул: "Господин Фу, вы так хорошо пахнете. Вы каждый день принимаете ванну?"

Когда Ю Хэ заговорил, его дыхание коснулось шеи Фу Юньчжэня.

Фу Юньчжэнь, много лет воздерживавшийся от секса и лишь недавно решившийся на него, был на пике желания и вряд ли смог бы выдержать такую близость.

Он ловко увернулся и быстро прислонился спиной к спинке кресла, издав легкий хрюкающий звук.

Ю Хэ никогда не знал, когда нужно наступать или отступать. Даже когда Фу Юньчжэнь избегал его, любой другой человек понял бы намек и отступил. Чем больше Фу Юньчжэнь отступал, тем ближе подходил к нему, пока вся спина Фу Юньчжэня не оказалась прижата к спинке кресла, и ему пришлось сделать глубокий вдох, непроизвольно взвинчивая нервы Фу Юньчжэня.

Ю Хэ в замешательстве спросил: "Что вы используете для купания? Почему она так хорошо пахнет?"

Фу Юньчжэнь поднял руку, чтобы закрыть нос Ю Хэ, и равнодушно ответил: "Я использую воду".

"Я также пользовался гелем для душа в твоей комнате". Ю Хэ потянул себя за воротник и наклонился, чтобы понюхать: "Но почему от тебя пахнет по-другому?"

В том месте, где Ю Хэ не мог видеть, Фу Юньчжэнь сжимал подлокотник кресла: "Что изменилось?"

Ю Хэ не мог понять, в чем дело, и небрежно сказал: "Возможно, вы просто более примечательны".

Выражение лица Фу Юньчжэня немного смягчилось, он слегка захихикал, его грудь мягко вибрировала, голос был великолепен, как ветерок, ласкающий струны лютни, чрезвычайно приятный для слуха.

Фу Юньчжэнь неторопливо произнес: "По меркам молодого мастера Ю, ты просто немного не в себе".

"Хм? В каком смысле?" - спросил Ю Хэ.

Не в силах подавить веселье в глазах, Фу Юньчжэнь поднял свободную прядь волос Ю Хэ: "Когда молодой мастер Ю будет править тремя царствами, меня еще не будет".

Ю Хэ: "......"

Он знал это!

Фу Юньчжэнь обычно холоден и равнодушен, и весь мир знает, что он не показывает своих эмоций. Он кажется глубоким и непостижимым, но так счастливо улыбается, когда Ю Хэ выставляет себя на посмешище!

Старый лис!

Однако Фу Юньчжэнь действительно выглядит красивым, когда улыбается.

Его длинные глаза в форме феникса изгибаются вверх, холодность на лице полностью рассеивается, становясь одновременно нежной и дерзкой, как у древнего благородного молодого мастера.

Ю Хэ обхватил Фу Юньчжэня за плечи и положил голову ему на плечо.

Ю Хэ был высок и худ, поэтому, свернувшись калачиком в объятиях Фу Юньчжэня, он не чувствовал себя не в своей тарелке, словно птичка, вернувшаяся в гнездо.

Фу Юньчжэнь обхватил Ю Хэ за плечи, притягивая его к себе.

Ю Хэ закрыл глаза.

Словно усталая птица, вернувшаяся в свое гнездо, он ощущал в этот момент безграничное спокойствие.

Глава 36: Вы превзошли сами себя

Ю Хэ некоторое время вел ночной образ жизни в резиденции Фу.

Его повседневные привычки были полной противоположностью привычкам Фу Юньчжэня. По его наблюдениям, Фу Юньчжэнь придерживался распорядка дня отставного чиновника.

Вставал в шесть утра, гасил свет и ложился спать в девять вечера.

Но для Ю Хэ ночь только начиналась в девять часов. Просидев некоторое время в своей комнате, он проводил вечера либо за просмотром прямых трансляций, либо за видеоиграми.

В тот день Сяо Шон прислал ему ссылку, попросив Ю Хэ помочь ее поднять.

[Сяо Шэн: Просто нажмите на ссылку, следуйте инструкциям, чтобы зарегистрировать аккаунт, и я получу успешное приглашение с моей стороны. Платформа даст мне семьдесят юаней].

[Ю Хэ: Правда? В прошлый раз, когда ты просил меня помочь тебе с повышением пиндуодуо, ты сказал, что они дадут тебе восемьсот, но так ли это?]

Сяо Шон отправил голосовое сообщение. Ю Хэ взял телефон, чтобы прослушать его. На заднем фоне было немного шумно, вероятно, Сяо Шон в это время был на работе.

Было слышно только, как Сяо Шон ругается и матерится: "Нет! Это вывело меня из себя. В конце концов, они просто дали мне какое-то руководство по снятию денег, кому это нужно? Лучше бы они просто быстро отправили мне деньги. Так раздражает. Но этот точно выплатят. Вы уже третий человек, которого я пригласил, и я успешно вывел пятьдесят и тридцать юаней с первых двух".

Затем Сяо Шон прислал скриншот. Ю Хэ не стал его открывать, решив, что за то время, которое уйдет на просмотр скриншота, он уже успеет выполнить повышение.

Основная зарплата Сяо Шона, работавшего в "Цзиньсе Тай", исчислялась пятизначными цифрами, поэтому Ю Хэ знал, что у него нет недостатка в пятидесяти или семидесяти юанях. Он был из тех людей, которые считают, что не воспользоваться выгодным предложением - это потеря.

Ю Хэ перешел по ссылке. Оказалось, что это рекламное задание для нового приложения для прямых трансляций. Загрузив приложение под названием "Bean Sprout", он нажал и согласился со знакомой строкой:

Я прочитал и согласен с пользовательским соглашением и политикой конфиденциальности.

Это было смешно: Ю Хэ даже не до конца прочитал строку.

После этого Ю Хэ последовал подсказкам, чтобы зарегистрироваться, и даже заполнил длинную анкету, думая, что эти семьдесят юаней были заработаны с большим трудом. В конце концов, ему даже пришлось подписать соглашение и гарантийное письмо, которые он не стал внимательно читать.

Он действовал шаг за шагом, следуя инструкциям платформы.

Через пятнадцать минут Ю Хэ стал живым стримером.

Ю Хэ: ......

[Система]

[Сообщение: Поздравляем вас с тем, что вы стали телеведущим на платформе Douya! Пожалуйста, немедленно начните прямую трансляцию! Во время трансляции, пожалуйста, продвигайте позитивную энергию и избегайте ****].

Ю Хэ: ?????

Что такое ****?

Платформа прямого вещания блокирует запрещенные слова и даже подвергает цензуре собственное сообщение платформы?

Douya Live, вы превзошли сами себя.

Ю Хэ изначально планировал удалить приложение после оказания помощи, но, видя, насколько абсурдной была платформа, решил этого не делать. Он решил, что такая глупая платформа долго не продержится, особенно когда они тратят деньги на рекламные акции направо и налево. Возможно, через месяц-другой все пойдет прахом.

Можно и присмотреть за ней.

Следующие несколько дней Ю Хэ провел, запершись в своей комнате, понижая ранги в играх и находя все это довольно скучным. Хотя Фу Юньчжэнь не просил его покидать резиденцию Фу, Ю Хэ решил, что лучше заранее сообщать ему, если он планирует выйти куда-то ночью.

Сегодняшний вечер был одним из тех, которые Ю Хэ проводит раз в три дня.

Говорят, в такие моменты мужчины более сговорчивы.

Во время перерыва Ю Хэ лежал на спине в постели, погрузившись в раздумья. Вспомнив, что ему нужно попросить у Фу Юньчжэня разрешения выйти, он поднялся и сказал: "Господин Фу, можно мне сегодня выйти?"

Фу Юньчжэнь открыл глаза, которые до этого были полузакрыты. Его голос был немного хриплым, а эмоции - неразборчивыми. "Сегодня вечером?"

"Не сегодня". Ю Хэ изо всех сил старался прочесть выражение лица Фу Юньчжэня.

Расшифровать настроение крупной шишки оказалось сложнее, чем он думал. Читать лица людей было действительно сложно.

Отказавшись от борьбы, Ю Хэ решил прямо высказать свои мысли: "Я не могу спать по ночам, а Фу Яо пригласил меня поиграть в баскетбол".

Фу Юньчжэнь не стал расспрашивать дальше и снова холодно закрыл глаза: "Конечно, в подземном гараже есть машины. Выбирай любую и попроси ключи у дяди Чжана. Если вам лень водить, пусть водитель вас отвезет".

"А мотоциклы у вас есть?" небрежно спросил Ю Хэ.

Он не возлагал больших надежд, так как Фу Юньчжэнь не был похож на человека, который ездит на мотоциклах. Скорее всего, он предпочел бы дорогие бизнес-автомобили, что-то вроде Rolls-Royce Ghost или Cullinan, что больше соответствовало бы его статусу.

Фу Юньчжэнь ответил на вопрос Ю Хэ: "У вас есть водительские права?".

Ю Хэ кивнул.

Несмотря на то что глаза Фу Юньчжэня были закрыты, он как будто видел, как Ю Хэ кивает. Он ответил слабым хмыканьем: "Завтра для тебя будет мотоцикл".

Ю Хэ: !!!

Как в этом мире может быть такой хороший человек!

Одно дело - предоставлять комнату и питание, а также зарплату, но он даже не поинтересовался ночными прогулками Ю Хэ, да еще и купил Ю Хэ мотоцикл.

Ю Хэ вспомнил, как Фу Юньчжэнь однажды сказал ему, чтобы он чувствовал себя свободным.

Он никогда не думал, что его жизнь может быть такой беззаботной.

Почему Фу Юньчжэнь не взял его к себе раньше?

Он был готов стать приемным зятем Фу Юньчжэня!!!

Постойте, Фу Юньчжэнь старше его, и, похоже, он не может считаться приемным зятем. Что же получается?

Изнеженным младшим мужем?

Глава 37: Еще не поздно

В горле у Ю Хэ защекотало, а адамово яблоко запульсировало, когда он сглотнул. Если бы Фу Юньжэнь мог назвать его мужем...

Он перевернулся на спину, приподнялся на одной руке возле уха Фу Юньчжэня: "Господин Фу, готовы к еще одному раунду?"

Фу Юньчжэнь слегка пошевелился, его глаза феникса изменились. Он вздохнул: "Молодые люди действительно обладают выносливостью".

В груди Ю Хэ поднялся жар, он опустил голову и приблизил губы к губам Фу Юньчжэня: "Господин Фу, можно я вас поцелую?"

Фу Юньчжэнь не согласился и не отказался. Он отвел взгляд, его ресницы слегка опустились. Его полуоткрытые и полузакрытые глаза феникса были необычайно узкими и напоминали соблазнительную лисицу.

Околдованный или дерзкий, Ю Хэ, не получив разрешения Фу Юньчжэня, позволил себе поцеловать его губы.

Они были немного прохладными, немного горьковатыми.

На вкус они напоминали китайское лекарство.

Фу Юньчжэнь пил китайское лекарство. Служанки варили его на другой кухне поместья, а потом привозили в утепленной тележке, из которой Ю Хэ подавал Фу Юньчжэню.

На вилле есть кухня, но сильный кухонный дым делает ее почти невыносимой. Большинство блюд готовятся не на кухне виллы, а на отдельной кухне, а затем привозятся на тележке с едой.

Хотя это место называют поместьем, в глазах Ю Хэ оно выглядит не иначе как королевский дворец.

По сравнению с великолепием Фу Юньчжэ, как можно считать кого-то еще молодым господином?

И вот эта уважаемая и благородная фигура, которой служили десятки людей, лежит под ним, слегка раздвинув тонкие губы, принимая его поцелуй.

Это был первый поцелуй Ю Хэ, и, не владея никакими техниками, он, как щенок, лизал губы и язык Фу Юньчжэ.

Фу Юньчжэ откинул голову назад, слегка сдвинувшись, чтобы избежать пылкого поцелуя Ю Хэ, его дыхание стало неровным: "Достаточно".

"Нет, не хватит". Ю Хэ осмелился высказать свое мнение: "Я хочу поцеловать тебя еще".

"Ю Хэ". Фу Юньчжэ назвал его по имени, почти как будто вздохнул.

"Я здесь, господин Фу". Ю Хэ снова чмокнул Фу Юньчжэ в губы: "Почему ты называешь меня полным именем в такое время..."

"Малыш Хэ", - Фу Юньчжэ поднял руку, чтобы заблокировать поцелуи: "Щекотно, малыш Хэ".

"Господин Фу".

Ю Хэ был сегодня в исключительно хорошем настроении и необычайно смел, он начинал верить в то, что Фу Юньчжэ "не стесняется".

Он спросил возле уха Фу Юньчжэ: "Как твоя травма поясницы... все в порядке?"

Пальцы Фу Юньчжэ бессознательно сжались в угол одеяла и правдиво ответили: "Я не могу им пошевелить, так уж вышло".

Дыхание Ю Хэ слегка сбилось. Он чувствовал себя ненасытным нарушителем спокойствия. Он прекрасно знал о плохом самочувствии Фу Юньчжэ и его травме поясницы, но все равно обращался к нему с необоснованными просьбами.

Это была новая техника, которую он узнал из видео, и ему не терпелось опробовать ее на Фу Юньчжэ.

Ю Хэ что-то прошептал, и Фу Юньчжэ пристально посмотрел на него.

Ю Хэ серьезно добавил: "Это полезно для тела, улучшает физическую форму и тренирует упругость поясничного отдела позвоночника".

Фу Юньчжэ: "......"

Фу Юньчжэ был очень открытым человеком и никогда не скупился на обратную связь, что создавало между ними гармоничную связь.

Большую шишку, которая не испытывает неловкости, действительно легко обслуживать. Фу Юньчжэ не рассердился, а, наоборот, обратился к нему с такой чрезмерной просьбой. Напротив, он обдумывает целесообразность своего предложения.

"Мы можем попробовать".

После недолгого раздумья Фу Юньчжэ быстро дал ответ.

Фу Юньчжэ вел себя очень естественно, как будто план, предложенный Ю Хэ, был обычным делом, похожим на обсуждение маркетинговой стратегии на следующий квартал в компании.

Уровень производительности Ю Хэ оставался таким же выдающимся, как и прежде.

Фу Юньчжэ хриплым голосом сказал: "Завтра вечером... я останусь в твоей комнате".

Естественно, Ю Хэ не стал отказываться, а наоборот, с нетерпением ждал этого момента: "Правда? Мы теперь будем жить вместе?"

"Только на несколько ночей..." Голос Фу Юньчжэ был прерывистым: "В моей комнате нужно... установить еще несколько поручней".

"У изголовья кровати слишком шумно", - сказал Фу Юньчжэ.

Ю Хэ начал смеяться. От смеха его грудь завибрировала, и он не смог сдержать свою силу, отчего Фу Юньчжэ повернул голову и посмотрел на него наполовину с укором, наполовину с яростью, призывая его взглядом.

"Прекрати смеяться и сосредоточься на работе".

предупредил он.

От него не укрылась властная манера босса: зловещий капиталист требовал от Ю Хэ придумать новый, лучший план: "Подумайте еще раз, посмотрите, где еще нужно установить поручни, и поговорите со строительной бригадой".

Ю Хэ спросил: "А можно установить его перед зеркалом в ванной?"

Фу Юньчжэ положил руки на изголовье кровати, сгибая руки, создавая привлекательные линии мышц.

Ю Хэ положил подбородок на плечо Фу Юньчжэ. Большим пальцем он вытер пот с уголка лба Фу Юньчжэ и негромко сказал: "Господин Фу, жаль, что я не встретил вас раньше".

Фу Юньчжэ закрыл глаза: "Еще не поздно".

Его руки уже давно лежали на спинке кровати, и большая часть веса верхней части тела приходилась на руки, создавая ощущение, похожее на упражнение на доске; у Фу Юньчжэ не осталось сил, чтобы подтянуться на гимнастических кольцах. Но ему нужно было принять душ: после столь длительных упражнений не только тело было липким от пота, но и постельное белье требовало смены.

Фу Юньчжэ перевел взгляд на главного виновника, Ю Хэ.

Стоя на земле, Ю Хэ подхватил Фу Юньчжэ в горизонтальном положении.

От неожиданности руки Фу Юньчжэ инстинктивно обхватили плечи Ю Хэ. По мере того как он напрягал руки, все тело болело, словно его перевернули.

Фу Юньчжэ вздохнул, осознав собственное безрассудство: он действительно предавался безумию вместе с Ю Хэ.

Ю Хэ девятнадцать лет, а мне тоже девятнадцать?

Рано или поздно Ю Хэ сведет меня с ума.

Глава 38: Простуда

Ю Хэ поднял Фу Юньчжэ; хотя Фу Юньчжэ был крупным, он оказался на удивление легким, вопреки ожиданиям Ю Хэ. Он прошел в ванную комнату и положил Фу Юньчжэ в ванну.

Ванная комната в номере также была изменена: ванна была оборудована сиденьем и специальным устройством против утопления, очень продвинутым. Кроме того, здесь было несколько поручней, чтобы помочь Фу Юньчжэ самостоятельно принимать ванну.

Ю Хэ протянул руку, чтобы снять душевую лейку, и включил горячую воду: "Давайте я помогу вам помыться".

Фу Юньчжэ отказалась: "Забудьте об этом".

Ю Хэ присел у ванны, раскинув ноги, похожий на восторженную большую собаку: "Не стесняйся".

Фу Юньчжэ отвел взгляд: "Я не стесняюсь. Я потратил на тебя двадцать миллионов; с тобой я точно не буду стесняться".

"Двадцать миллионов?"

Ю Хэ был ошеломлен. Он бросил черную карточку в ящик прикроватной тумбочки, как только получил ее. Пока он жил в резиденции Фу, деньги ему были не нужны, поэтому, естественно, он и не подумал проверить, сколько денег на карте.

Ю Хэ нашел это интригующим. Он поднял душевую лейку над головой Фу Юньчжэ: "Неужели я действительно столько стою?"

Теплая вода стекала с его головы. Фу Юньчжэ, облитый с ног до головы, не мог даже открыть глаза. Он поднял руку, чтобы отодвинуть душевую лейку, и выплюнул попавшую в рот воду, спокойно заключив:

"Больше не стоит".

"Простите, простите". Ю Хэ тут же извинился. Он действительно не знал, как заботиться о других, но в данный момент ему просто хотелось держаться поближе к Фу Юньчжэ. Он не мог объяснить, почему, просто он чувствовал себя очень счастливым, находясь рядом с Фу Юньчжэ.

Ю Хэ оперся одной рукой о край ванны и перевернулся в ней: "Не скупись, я уже придумал, как их потратить. Дай мне еще один шанс".

Презрение Фу Юньчжэ было видно изнутри и снаружи. Фу Юньчжэ был спокойным и уравновешенным человеком, его выражение лица обычно было трудно расшифровать. Столь открытое проявление эмоций означало, что он хотел дать Ю Хэ знать.

Он действительно презирал Ю Хэ за его заботу.

Фу Юньчжэ холодно ответил: "Не хочу давать, убирайся".

Это был первый раз, когда Фу Юньчжэ использовал ругательное слово. Ю Хэ не только не испугался, но и нашел это весьма освежающим. Он повесил душевую лейку на место: "Я хочу принять с тобой ванну".

Фу Юньчжэ вздохнул: "Сяо Хэ, неужели ты думаешь, что я не выдержу и попрошу тебя прислуживать мне?"

Ю Хэ уперся подбородком в плечо Фу Юньчжэ, действительно бескостное, как у инвалида, и уверенно ответил: "А как иначе?"

"Это действительно не так". Фу Юньчжэ подтолкнул Ю Хэ: "Не опирайся на меня, моя талия этого не выдержит... Я не позволяю тебе служить мне, потому что ты не умеешь заботиться о других".

Ю Хэ вздохнул и обиженно сказал: "Значит, ты заботишься обо мне не потому, что я тебе дорог".

"Это ты должен заботиться обо мне в первую очередь". Фу Юньчжэ поднял руку, чтобы сдвинуть лейку душа: "Разве ты не заметил, что вода все это время лилась на тебя?"

Фу Юньчжэ коснулся кончиком пальца самого горячего места на теле Ю Хэ, отчего тот вздрогнул. Только тогда Ю Хэ понял, что тело Фу Юньчжэ покрыто мурашками. Ю Хэ быстро обнял Фу Юньчжэ и крепко прижал к себе.

Фу Юньчжэ прильнул к Ю Хэ: "Если молодой мастер Ю еще несколько раз так "послужит" мне, это сильно сократит мою жизнь".

"Я научусь". Ю Хэ откинул мокрые волосы Фу Юньчжэ и уверенно пообещал: "Уверяю тебя, президент Фу будет доволен".

Фу Юньчжэ откинул голову назад, втирая шампунь в волосы: "Я очень доволен, тебе больше не нужно совершенствоваться".

Ю Хэ говорил о том, что нужно учиться заботиться о других, но, увидев, как Фу Юньчжэ самостоятельно моет волосы, он не знал, что еще можно сделать, поэтому выдавил немного шампуня, чтобы помыть и свои волосы.

И когда Фу Юньчжэ с закрытыми глазами потянулся к душевой лейке, он ни за что не ухватился.

Фу Юньчжэ: "...Ю Хэ, где душевая лейка?"

Ю Хэ ответил: "Я сейчас закончу".

Фу Юньчжэ: "..."

После того как Ю Хэ закончил мыть волосы, он вернул душевую лейку Фу Юньчжэ: "Сначала помойся ты".

Фу Юньчжэ был одновременно и забавен, и раздражен: "Я должен благодарить тебя за это?"

После горячей ванны Фу Юньчжэ почувствовал на своей коже волны прохлады. Ю Хэ прижался к нему, желая быть ласковым. Сердце Фу Юньчжэ смягчилось, и он позволил Ю Хэ спать в своей комнате.

Под заботливым присмотром Ю Хэ на следующее утро, как и ожидалось, Фу Юньчжэ почувствовал приступ простуды, и все его тело болело.

Когда Ю Хэ спустился к завтраку, он случайно услышал, как Фу Юньчжэ велел слугам приготовить комнату для гостей.

"Почему вы готовите комнату для гостей?" Ю Хэ подошел к обеденному столу: "Разве ты не говорил, что будешь спать со мной?"

Голос Фу Юньчжэна был слегка хриплым, с нотками гнусавости: "Я простудился".

Чтобы избежать перекрестного заражения, горничная подала еду Ю Хэ отдельно, поставив ее на самое дальнее от Фу Юньчжэна место.

Прикрыв рот и нос салфеткой, Фу Юньчжэн сказал: "Отнесите его еду в его комнату". Затем он обратился к Ю Хэ: "Ты должен пойти поесть в свою комнату".

Ю Хэ был совершенно безразличен. Он поднял свою миску и сел рядом с Фу Юньчжэном: "Все в порядке. Ты просто простудился, это не вирусное и не заразное заболевание".

Фу Юньчжэн бросил на Ю Хэ косой взгляд и тихо сказал: "О, молодой господин Ю даже знает, что я простудился".

Глава 39: Грязные мысли

Почувствовав, что ему стало жарко, Ю Хэ оглянулся на горничных. Горничные семьи Фу очень хорошо разбирались в обстановке, и, увидев ситуацию, они слегка поклонились и вышли из столовой. Только тогда Ю Хэ наклонился и прошептал на ухо Фу Юньчжэну: "Отныне я буду помогать тебе мыться".

"Не нужно". Фу Юньчжэн оттолкнул голову Ю Хэ тыльной стороной ладони: "Почему ты сегодня так рано встал?"

Ю Хэ ответил: "Я рано лег спать".

Прошлой ночью он впервые переспал с Фу Юньчжэном, и Ю Хэ неизбежно немного нервничал.

Он встал только после полудня. В комнате Фу Юньчжэна было тихо, и он подумал, что заснуть будет непросто. Возможно, потому, что после того, как Фу Юньчжэн уснул, он не решился пошевелиться и не стал играть с телефоном, а просто неподвижно лежал на кровати, изображая мертвеца, и неожиданно заснул, сам того не осознавая.

Ю Хэ не мог вспомнить, когда он в последний раз засыпал ночью. С момента полового созревания, то ли в восьмом, то ли в девятом классе, он точно не помнил, но его начала мучить бессонница, и он не мог заснуть по ночам, несмотря ни на что.

Невозможность спать по ночам означала дремоту в школе на следующий день, что, естественно, приводило к резкому падению его оценок.

Давление от учебы и жизни навалилось на него, и бессонница Ю Хэ становилась все хуже и хуже. Он подумывал о том, чтобы пойти в больницу и провериться, но когда он поговорил об этом со своим приемным отцом, тот сказал: "Кто не страдает от бессонницы? Когда каждый день столько забот, даже я не могу уснуть. Ты же беспокоишься только о своей учебе, что же тебе мешает спать? Я думаю, ты просто бездельничаешь. Если бы ты работал в поле, как твой дед в молодости, у тебя бы не было бессонницы".

Затем он бросил Ю Хэ бутылочку со снотворным.

Ю Хэ отправился в школьный медпункт, и школьный врач сказал, что это нормальное явление в период полового созревания, посоветовав ему постараться перестроить свой менталитет, не испытывать слишком сильного давления и что с возрастом все наладится.

Но сейчас Ю. Ему было уже девятнадцать, а половое созревание, похоже, затягивалось.

Возможно, его приемный отец был прав: он просто бездельничал.

Когда рядом с ним лежал Фу Юньчжэн, он боялся его разбудить, поэтому некоторое время лежал тихо, а потом уснул.

Насладившись нормальным режимом сна, Ю Хэ почувствовал себя бодрым и свежим, что резко контрастировало с вялым Фу Юньчжэном, который был не в духе из-за простуды.

Когда Ю Хэ не мог уснуть ночью, он мог проспать весь день. Теперь же, когда внезапно выдался свободный день, он не знал, чем заняться, и бродил по вилле, похожий на слишком энергичную птичку.

Взглянув на время на своих наручных часах, Фу Юньчжэн сказал: "Уже половина девятого. Пойди купи мотоцикл".

Ю Хэ не предъявляет особых требований к мотоциклам - они для него просто средство передвижения. Сильно страдая от укачивания, он вообще не желает выходить на улицу.

Резиденция Фу находится в отдалении от центра города. Чтобы выбраться из поместья, требуется двадцать минут езды.

Фу Юньчжуан заметил, как Чжан Шань подал ему сигнал, и понял, что Чжан Шань хочет поговорить с ним наедине. Тогда он спросил Ю Хэ: "Умеешь ли ты ездить на лошади?".

Ю Хэ ответил: "Я немного учился в частной школе, но у меня не очень хорошо получается".

"У меня есть лошадь, которая хранится прямо здесь, в поместье", - упомянул Фу Юньчжуан. "Я не навещал ее более полугода, с тех пор как заболел".

Ю Хэ встал и предложил: "Тогда, может, я пойду посмотрю?"

Фу Юньчжуан кивнул, наблюдая за тем, как Ю Хэ выходит из сада. Затем он нашел повод отпустить слуг и обратился к Чжан Шаню с вопросом: "Что случилось?"

Чжан Шань серьезно ответил: "Это касается молодого мастера Ю. Я примерно догадался о причине его резкой смены настроения в тот день, когда он вернулся в Цзиньсе Тай за своими вещами".

Фу Юньчжуан бросил взгляд на Чжан Шаня.

Чжан Шань продолжил: "Сильные эмоциональные перепады в основном связаны с психологическими проблемами, но я проверил медицинскую карту молодого мастера Ю и не обнаружил у него никаких психологических консультаций".

Фу Юньчжуан спросил: "Их нет, или они просто не найдены?"

"Нет", - уверенно заявил Чжан Шань. "Мы даже нашли медицинскую карту приемного отца Ю Хэ, Ю Шицюаня, у которого три месяца назад диагностировали почечную недостаточность. Он взял Ю Хэ для подбора донора почки, и тогда они обнаружили, что Ю Хэ не является его биологическим ребенком".

Раскрыв такую конфиденциальную информацию, можно было с уверенностью сказать, что Ю Хэ никогда не обращался к психологу.

Чжан Шань продолжил: "Нам удалось связаться с уборщицей, которая несколько лет работала на семью Ю, и мы получили полезную информацию. Приемный отец молодого мастера Ю, Ю Шицюань, имел опыт домашнего насилия, издевался и над женой, и над молодым мастером Ю".

Лицо Фу Юньчжуана не выражало никаких эмоций, он спокойно спросил: "Что-нибудь еще?"

Чжан Шань выразил свои опасения: "У детей, выросших в условиях домашнего насилия, чаще всего развиваются психологические проблемы, и велика вероятность того, что они будут склонны к насилию. Ю Хэ часто ввязывается в драки в школе..."

Фу Юньчжуан прервал Чжан Шаня: "Дядя Чжан, это молодой мастер Ю".

Чжан Шань не хотел, чтобы такой неуравновешенный человек находился рядом с Фу Юньчжуаном, но титул "Молодой мастер Ю" был предупреждением от Фу Юньчжуана. Чжан Шань понимал, что что бы он ни сказал, все будет бесполезно, но все же не мог удержаться от назидания: "Это слишком опасно, господин Фу! Ночью здесь только вы и молодой мастер Ю, а он..."

Фу Юньчжуан холодно посмотрел на Чжан Шаня, и Чжан Шань резко замолчал.

"Я давно не посещал компанию в Фэнчэне", - сказал Фу Юньчжуан, неосознанно потирая большой палец об указательный. Затем он распорядился: "Дядя Чжан, пожалуйста, сходи и проверь, как там дела".

Чжан Шану нечего было сказать, он лишь кивнул в знак признательности: "Понял, господин Фу".

После ухода Чжан Шаня Фу Юньчжуан остался один на всей вилле. Он опустил глаза феникса и пробормотал: "Значит, он думал, что я его ударю".

Но если он боялся, то почему Ю Хэ не уклонился?

Нахмурив брови, Фу Юньчжуан на мгновение задумался, затем снял трубку стационарного телефона и набрал номер. Он дал две простые инструкции: "Присмотри за Ю Шицюань и помоги мне связаться с психологом".

Человек на другом конце линии оказался довольно разговорчивым. Фу Юньчжуан успел сказать всего несколько слов, как собеседник начал болтать без умолку в течение минуты.

Фу Юньчжуан еще сильнее нахмурил брови: "Не ищите специалистов по посттравматическому стрессовому расстройству. Единственная травма у меня - в поясничном отделе позвоночника. Мне нужен кто-то, специализирующийся на подростковой психологии".

"Подростки?" Голос на другом конце внезапно повысился: "Я слышал, вы взяли к себе совсем маленького мальчика. Он уже совершеннолетний?"

На лице Фу Юньчжуана появилось выражение досады: "У вас очень грязные мысли".

Другой собеседник захихикал: "Фу Юньчжуан, всегда тихий, но когда ты делаешь ход, то это уже королевский флэш. Ты столько лет был одинок, а тут сразу сорвал джекпот".

Не в силах больше терпеть, Фу Юньчжуан первым повесил трубку.

Страница книги Фальшивый молодой мастер изображает слабость и нападает на магната-инвалида в интернете

Table of Contents

Глава 1: Не оказываю ли я хорошие услуги?

Глава 2: Только он может защитить тебя

Глава 3: Это правда...

Глава 4: Настойчивость в невзгодах

Глава 5: Мне нужно, чтобы ты говорил правильно

Глава 6: Держите рот на замке, а решимость твердой

Глава 7: Дурной сон

Глава 8: Простите, босс, я не смог сдержаться

Глава 9: Соблазнение босса

Глава 10: Подобно осуждению царя Чжоу, который был обманут Дачжи

Глава 11: Знакомство с виллой

Глава 12: Правила семьи Фу

Глава 13: За обедом

Глава 14: Вкусовые пожелаения

Глава 15: В нашей семье не так много правил

Глава 16: Поглаживать перья журавля нужно в том направлении, в котором они лежат

Глава 17: Забота Ю Хэ

Глава 18: У меня нет причин лгать тебе

Глава 19: Его талия хороша

Глава 20: Тебе следует немного сдержать свой нрав, чтобы не попасть в беду

Глава 21: Наследника семьи Фу преследуют

Глава 22: Молодым людям не нравится вкус лекарств, верно?

Глава 23: Что ты здесь делаешь?!

Глава 24: Зачем ты пришел сюда драться?

Глава 25: Берегите себя

Глава 26: Стремись быть полезным человеком, бесполезным найдут замену

Глава 27: Люби то, что делаешь, и делай то, что любишь

Глава 28: Ты не боишься игл?

Глава 29: Русская кадильница

Глава 30: Это не подлинник?

Глава 31: Даже призраки боятся зла

Глава 32: Что с того, что ты плохо учишься? Пока ты хорошо выглядишь, это не страшно

Глава 33: Он действительно красив

Глава 34: Нежная и понимающая - Яо Юэинь

Глава 35: Старый лис!

Глава 36: Вы превзошли сами себя

Глава 37: Еще не поздно

Глава 38: Простуда

Глава 39: Грязные мысли

О книге