Глава 1 - Жду кое-кого

Осень, 2022.

С серого безжизненного неба летели крошечные капли дождя, мягко приземляясь на бетон городских улиц.

В этот осенний день можно было увидеть, как пешеходы без зонтов быстрым шагом направляются по своим делам, прикрывая голову руками, дабы не промокнуть.

На узкой аллее Цзюнмин тем временем, семнадцатилетний юноша и старика, сидели друг против друга под навесом небольшого магазина.

Если снаружи было серо и мрачно из-за проливного дождя, то на том участке, где расположилась эта пара, был небольшой участок земли, который оставался сухим под навесом; будто это был последний клочок земли во всем мире.

Перед парой лежала потрепанная деревянная шахматная доска*, а над ними висела красная вывеска с надписью "Магазин Удачи".(*речь о китайских шахматах)

- Шах и мат, - Сказал юноша, подтягиваясь, и глядя на старика, сидящего в оцепенении.

Юноша, по имени Цин Чэнь, спокойно посмотрел на другую сторону, и сказал: - Дядь, бессмысленно думать. Ты проиграл.

- Еще нет... - Неохотно ответил старик, - Но как за тринадцать ходов...

Старик был смущен тем фактом, что его обыграли в шахматы всего за тринадцать ходов.

Цин Чэнь ничего не стал объяснять, поскольку резня на шахматной доске была предопределена судьбой.

Сам юноша выглядел довольно опрятно, а глаза его были ясными. На нем была обычная школьная форма, но вот аура не поддавалась объяснению.

Спустя несколько минут старик бросил шахматную фигуру на доску, признавая свое поражение.

Юноша тем временем размеренным шагом прошел за прилавок магазина, будто был здесь хозяином, и достал из кассы купюру в 20 юаней.

- Чтоб тебя! Каждый божий день я теряю 20 юаней из-за тебя! Только сегодня утром я выиграл эти 20 юаней у Лао Ли, но теперь они у тебя в кармане!

Взяв деньги, Цин Чэнь вернулся на свое место рядом с шахматной доской и начал заново расставлять шахматные фигуры: - Никто из них не хочет играть со мной, поэтому я тебя и терроризирую. Но сам подумай. Ты получаешь репутация от моих уроков, а я деньги. Все честно.

- Значит, ты твердо решил сесть мне на шею? - Пробормотал старик, - Гадалка сказала, что я могу прожить до семидесяти восьми лет, но сейчас мне только пятьдесят. Если я буду проигрывать тебе по 20 юаней каждый день, сколько это будет в сумме?

- Как я уже говорил, я не просто так беру твои деньги, - Спокойно ответил Цин Чэнь. - Ты получаешь возможность сохранить репутацию, так что это неплохая сделка.

- Но тому, чему ты учил меня за последние несколько дней, бесполезно, - Пожаловался старик.

Цин Чэнь взглянул на него: - Тогда учись больше.

Старик: - ???

Старик раздраженно глядел на шахматную доску, а затем нетерпеливо произнес: - Хорошо, давай переиграем.

Внезапно Цин Чэнь опустил голову.

Все, что произошло до этого, повторилось у него в голове.

Пушка, катящаяся прямо вперед, свирепые пешки, пересекающие рубеж... каждый ход повторялся в его голове.

И не только это...

Он также вспомнил человека, который проходил мимо них, когда они только начали играть в шахматы. Тот держал в руках четыре кунжутных блина, от которых еще шел пар, покрывая тонкий пластиковый пакет белым дымом.

Мимо них прошла девушка с зонтиком в руках; на ней была пара кожаных туфель, украшенных двумя красивыми бабочками.

Кристально чистые капли дождя непрерывно падали с серого неба.

В конце переулка мимо проехал автобус 103-го маршрута, и женщина в кремовом дождевике быстро направилась к автобусной остановке.

Звук шагов и шум текущей воды, скапливающейся на обочине, - все это проигрывалось в голове юноши.

Цин Чэнь не упустил ни малейшей детали, что было довольно сложно.

Однако "сложно" не означало "невозможно".

Его особая фотографическая память была врожденным талантом. Для него вспомнить что-либо было так же просто, как сохранить определенный фрагмент на жестком диске и извлечь файл при необходимости.

Цин Чэнь поборол легкое головокружение, которое медленно усиливалось, и поднял шахматную фигуру.

Старик замолчал и напряженно уставился на доску. Переигрывание шахматной партии было правилом, которое они согласовали для пари.

Цин Чэнь отвечал за обучение, а старик, проиграв деньги, получал урок шахмат.

Эта сцена была немного странной. У Цин Чэна не было того уважения и скромности, которая обычно присуще молодым людям его возраста, когда они сталкиваются с пожилыми. В данный момент он больше походил на учителя.

И эти двое уже привыкли к этому.

- Красная пушка на двойке, двигается по горизонтали на пять; черная пушка на восьмерке, двигается по горизонтали на пять; красный конь на двойке, двигается на три; черный конь на восьмерке, двигается на семь; красная ладья на девятке, двигается по горизонтали на восемь... - Цин Чэнь называл предыдущие ходы шаг за шагом.

Старик и глазом не моргнул, наблюдая за происходящим. На шестом ходу он просто не понимал, как он захватил коня противника, но при этом потерял контроль над шахматной доской.

- Суть "тринадцати смертельных ходов" в том, чтобы пожертвовать коня, передвинув ладью. Это лучшая стратегия, чтобы вскрыть оборону противника, - Спокойно объяснил Цин Чэнь. - Я видел твою игру со стариком в парке Ван на днях. Тот любит выстраивать свои пушки в линию, чтобы быстро закончить игру. Используй эти "тринадцать смертельных ходов", чтобы сразиться с ним в следующий раз. Я гарантирую тебе победу.

Старик задумался над только что выученными ходами и спросил низким голосом: - Ты уверен?

- Выучи этот прием за неделю, и ты вернешь свою потерянную репутацию, - Сказал Цин Чэнь, - Я верю, ты его обыграешь.

На лице старика появился намек на радость.

Но он вдруг спросил: - Если я смогу победить его в течение недели, то сколько времени мне понадобится, чтобы победить тебя?

Цин Чэнь серьезно задумался: - Если то, что сказала гадалка, правда... об семидесяти восьми лет... то, у тебя мало шансов.

На лице старика появилось разочарование: - Да ну тебя, балабол... эй, а разве у тебя сейчас нет занятий по самообучению? Почему ты сегодня так рано ушел со школы?

Он знал, что Цин Чэнь был учеником второго класса средней школы. Сегодня был вторник, поэтому в это время он еще должен быть на занятиях.

Цин Чэнь задумался на мгновение и ответил: - Я жду кое-кого.

- Кое-кого? - Старик был озадачен.

Цин Чэнь встал и посмотрел на моросящий дождь за навесом. Его глаза оглядывались по переулку.

- Цин Чэнь, из-за того, что ты хорош в шахматы, почему бы тебе не посетить шахматные соревнования? Разве ты не говорил, что тебе нужны деньги? Если ты выиграешь чемпионат, то сможешь получить призовые.

Юноша покачал головой: - Если я запоминаю шахматные ходы в своей голове, это не значит, что я хорош в шахматах. Да, я могу выиграть несколько партий, играя с тобой, но по сравнению с настоящими мастерами я на уровне любителя. Хотя скорее, моя цель не в том, чтобы играть в шахматы. Это просто хобби.

- В своей голове... - Старик вздохнул: - Все эти годы я думал, что фотографическая память - это всего лишь миф.

Дождь постепенно прекратился.

Старик заметил, что Цин Чэнь слегка пошевелился. Он проследил за его взглядом и посмотрел в конец аллеи. Там он увидел пару, идущую с маленьким мальчиком.

Женщина средних лет была одета в тонкую ветровку, а в руках держала коробку с тортом, перевязанную красивой фиолетовой лентой.

Окружающая серость даже не могла скрыть радостное выражение на лицах этих троих. Цин Чэнь развернулся и ушел, оставив старика одного.

Когда женщина средних лет увидела спину Цин Чэна, она хотела позвать его, но Цин Чэнь исчез в другом конце переулка, не оглядываясь.

Стены по обеим сторонам переулка выглядели очень старыми. Белая краска облупилась, обнажив участки красного кирпича.

Человек, которого Цин Чэнь ждал, наконец-то пришел, но он больше не желал его видеть.

Глава 2 - Обратный отсчет

Женщина средних лет быстро подошла ко входу в "Магазин Удачи" и посмотрела на старика: - Господин Чжан, почему Цин Чэнь играет с вами в шахматы?

Судя по тону ее слов, эти двое знали друг друга.

Однако старик ответил не слишком вежливым тоном: - Он твой сын, зачем спрашивать меня? Может у него закончились деньги, и именно поэтому он играет в шахматы, дабы заработать немного.

Женщина средних лет, Жан Ванфан, немного опешила от его слов: - Но я ежемесячно отправляю деньги его отцу...

Противоположный ответ также застал врасплох старика: - Тогда я вообще без понятия, что происходит.

Старик подумал про себя, что Жан Ванфан явно не из бедных, и, насколько он мог судить, та должна давать Цин Чэню достаточно денег каждый месяц, на личные расходы. Как же так получается, что денег всегда не хватает?

Цин Чэнь не похож на избалованного ребенка, который тратит деньги на побрякушки. Он больше из тех, кто каждодневно подсчитывает свои расходы.

- И почему он сегодня не в школе? - Спросила Жан Ванфан.

Внезапно вспомнив слова Цин Чэна, старик ответил: - Помню, как он сказал, что ждет кого-то.

- Я должна его проведать, - Сказала Жан Ванфан.

В тот момент, когда она собралась наведаться к сыну, мужчина рядом с ней вмешался: - Ванфан, сегодня день рождения Хаохао. Я уже забронировал столик в кофе, а после этого нам еще нужно сводить его в кино!

Жан Ванфан оглянулась на мужчину: - Цин Чэнь, наверное, опять прогуливает уроки. Я должна хотя бы проведать его.

- Ему уже семнадцать, он сам о себе позаботится. Кроме того, его родной отец живет с ним, - Мужчина сделал паузу и медленно сказал: - Ладно, как насчет того, чтобы навестить его в эти выходные, а сегодня мы проведем время с Хаохао?

Жан Ванфан нахмурилась, но через несколько секунд вздохнула: - Хорошо.

...

В жилом районе Цин Чэнь медленно шел по безлюдной улице, полностью скрытой под кронами деревьев.

В отличие от небоскребов современных городов, этот жилой район был заполнен четырехэтажными зданиями, построенными наспех в 70-х годах. В домах не было ни лифтов, ни газа, а канализация время от времени засорялась.

В них также не разрешалось устанавливать мощные электроприборы, потому что электрическая цепь могла легко замкнуться.

Цин Чэнь прошел через тусклый дверной проем одного из домов, не обращая внимания на плакаты о вскрытии замков и продаже квартир на стенах. Он достал ключ и открыл дверь в квартиру.

Площадь квартиры составляла 76 квадратных метров, а сами комнаты были плохо освещены, из-за расположения квартиры.

Юноша достал телефон, чтобы открыть контакты, и набрал номер...

- Пап...

Прежде чем он успел начать разговор, собеседник на другом конце провода перебил его: - Позвони маме если нужны деньги. Я на мели, а она при деньгах.

Пока человек говорил, на другом конце провода раздавались звуки игры в маджонг.

- Мне не нужны деньги, - Сказал Цин Чэнь спокойным голосом, - Я уже давно не прошу у тебя денег...

- Тогда че хотел? - Мужчина нетерпеливо продолжил: - Опять родительское собрание? Иди, спроси свою мать, я слишком занят сей...

Прежде чем собеседник договорил, Цин Чэнь повесил трубку.

Он осторожно прислонился к закрытой входной двери, а затем закатал рукава пиджака школьной формы.

Он уставился на свое предплечье, на котором отображались цифры: [Обратный отсчет - 5:58:13]

Эти цифры походили на флуоресцентную татуировку, впившуюся в его плоть и кожу. Сколько бы он ни тер ее, стереть цифры было невозможно.

Присмотревшись, Цин Чэнь заметил тонкие линии, соединяющиеся вокруг цифр и образующую узор, словно механическая деталь какой-то футуристической технологии.

Цифры тем временем беззвучно, и неуклонно убавлялись.

[Обратный отсчет - 5:58:12]

[Обратный отсчет - 5:58:11]

Оставалось всего 5 часов, 58 минут и 11 секунд. Казалось, цифры напоминали Цин Чэну, что примерно через 5 часов и 58 минут произойдет нечто необычное.

Несмотря на отсутствие звука, Цин Чэнь подсознательно чувствовал, как тикают часы.

Цин Чэнь посмотрел на телефон, который он только что выключил, а затем на пустую комнату.

Он не знал, что произойдет через 5 часов и 58 минут. Но он знал, что единственный человек, на которого он может положиться, - это на самого себя.

...

Время было одной из единиц измерения. С его помощью можно было измерить продолжительность жизни человека и длину цивилизации.

Понятие времени существует в жизни каждого человека.

Поэтому, когда бы в вашей жизни ни происходил обратный отсчет времени, неважно, от чего он отсчитывался, вы ощущали чувство срочности.

К примеру, у вас осталось 5 часов, и вы не знаете, к чему приведет окончание таймера.

В вашей голове проносится множество мыслей, одна из которых: опасность?

Другая: новая жизнь?

Третья: смерть?

Цин Чэнь не был уверен ни в одном из вариантов, поэтому он мог готовиться только к худшему.

Если и существует реальная опасность, то он должен хотя бы дать отпор в меру своих возможностей.

Цин Чэнь надел чистый серый плащ и закрыл лицо капюшоном.

Под покровом ночной тьмы, он вышел на улицу и пошел в сторону магазина хоз.товаров. Был октябрь, и небо над городом Ло затянулось тучами.

Из жилых домов доносились звуки готовящейся пищи и повседневной суеты. Вслед за звуками донесся порыв манящего запаха жарящихся овощей в уличных прилавках.

Аромат жаренных яиц, свинины и баранины проникал в сознание Цин Чэна, словно нити информации. Если и когда ему понадобится эта информация, он сможет извлечь ее из "архива" в своей памяти.

Он купил гаечный ключ и лопату в хозяйственном магазине, затем рис, муку и поваренную соль в продуктовом магазине.

Он также купил в аптеке несколько коробок антибиотиков, а в супермаркете - батарейки для фонарика и немного галет.

Поскольку он не знал, с чем ему придется столкнуться, Цин Чэнь решил подготовиться ко всем возможным сценариям.

На покупку всех этих предметов ушли почти все сбережения Цин Чэна.

Как только Цин Чэнь вернулся домой, он первым делом отправился на кухню и достал все имеющиеся у него ножи, разложив их в удобных местах по всему дому.

Кухонный нож он положил под подушку, а нож для разделки костей - на тумбочку.

Обратный отсчет теперь составлял 2 часа, 43 минуты и 11 секунд.

Он проверил двери и окна, чтобы убедиться, что все везде закрыто и заперто. Затем он сел на кровать, размышляя, не нужен ли ему помощник.

Но кто поможет ему в данной ситуации?

У его матери новая семья, а отец азартный игрок.

Когда несколько часов назад Цин Чэнь впервые обнаружил обратный отсчет на своей руке, семнадцатилетний парень инстинктивно хотел обратиться за помощью к родителям.

Но он быстро отказался от этой идеи.

Цин Чэнь достал свой телефон и попытался сфотографировать обратный отсчет на руке, но обнаружил, что цифры, которые были хорошо видны при обычных обстоятельствах, не отобразились на экране телефона.

В тусклой комнате он не включил ни одного светильника. Окна не были звуконепроницаемыми, поэтому, живя на первом этаже, он часто слышал гомон людей, идущих снаружи.

Столкнувшись с такой необычной ситуацией, он подумал, что бесполезно просить помощи у людей, не говоря уже о том, что в школе у него было не так много хороших друзей.

А даже если бы они у него и были, он бы не стал их в это впутывать.

Поэтому, если ему и нужна помощь, то от кого-то необычного.

- Стоп, - Цин Чэнь вдруг вспомнил о чем-то. Он встал и стал что-то искать в гостиной.

Через две минуты он молча уставился на статуэтку бодхисаттвы в своих руках.

Затем он поставил ее перед собой и поклонился девять раз.

Последняя подготовка была завершена.

Глава 3 - Расколовшийся мир

Молиться богу в кризисный момент тоже самое, что звонить в скорую, во время болезни.

Однако Цин Чэнь чувствовал, что если на его руке появилось сверхъестественное явление, то об этой проблеме должен позаботиться ничто иное, как сверхъестественное существо.

По крайней мере, молитва богу в это время не причинит Цин Чэну никакого вреда.

Он привык делать все заранее, не оставляя себе шанса пожалеть о том, чего не сделал в прошлом.

9:30 вечера.

Сидя в темноте на кровати, Цин Чэнь посмотрел на свой телефон. Единственное сообщение в WeСhat, которое он получил, было от его соседа по парте, Нань Ганчена. Кроме него, ничего больше не было.

Глядя на значок WeChat своей матери Жан Ванфан без каких-либо уведомлений от нее, Цин Чэнь был немного разочарован.

Конечно, это чувство продлилось недолго.

Он не знал, чего ожидал.

По правде, он даже не мог винить ее.

Его отец продал всю недвижимость, которой владела его семья, чтобы по итогу все потратить на азартные игры. В обычные дни он бил и изменял ей, поэтому в глазах Цин Чэна не было ничего плохого в том, что его мать ушла из семьи.

В какой-то степени он был рад за свою мать, когда те развелись.

Потому что это было правильное решение.

В ночь перед разводом его родителей бабушка даже пыталась уговорить его мать не делать этого. Та сказала, что у его матери и так есть ребенок, о котором нужно заботиться, поэтому кто захочет на ней жениться?

Выслушав все это, Цин Чэнь принял решение жить с отцом.

Он помнил удивленные лица своих родителей, но сам Цин Чэнь знал, что это было правильным выбором.

Теперь же, когда его мать начала новую жизнь и создала счастливую семью, Цин Чэнь мог только завидовать, но он сделает все возможное, чтобы не нарушить их жизнь.

[Обратный отсчет - 2:31:12]

Цин Чэнь внезапно подумал об одной проблеме. "Что если это последние два с половиной часа моей жизни?"

Этот вопрос был серьезным и романтичным одновременно.

Он спросил себя, чего ему больше всего хотелось в жизни, на что он еще не решился?

Признание в любви? Встретиться с кем-то? Место, в котором он не был? Слово, которое он не сказал?

Этот вопрос тронул его сердце.

Цин Чэнь встал и надел пальто. Времени еще хватало, и он решил снова покинуть свой дом.

Он вынес свой сломанный велосипед из дома и поехал к намеченному месту.

Был поздний осенний вечер, и погода становилась немного прохладной. В этот поздний вечер на дорогах было не многолюдно.

Сидя на велосипеде, Цин Чэнь выглядел спокойным, а его пальто развевалось на ветру.

В его жизни было много сожалений и много вещей, которые он не осмелился сделать.

Но сегодня он хотел исправить кое-что. Ему нужна была только смелость.

В какой-то момент Цин Чэнь подумал, что если он правда умрет сегодня, то ему следует закончить самую важную миссию, которую давно хотел выполнить.

Сначала он отправился в отель "Пион", затем в Гранд-отель города Ло, потом в жилой район Ло, но ни в одном из этих мест он не нашел того, кого искал.

Цин Чэнь проехал на своем велосипеде через переулок, через маленький мостик и подъехал к жилому дому.

Наконец, он увидел знакомый мотоцикл, припаркованный на стоянке, и услышал звук игры в маджонг со второго этажа...

Затем он достал телефон и позвонил в полицию: - Алло, здравствуйте, я хотел бы сообщить о незаконных азартных играх в доме 17, на 2-м этаже, 201-й комнате, на Лонтенг, район Лоцзян.

Дежурный по ту сторону телефона помолчал секунду. После того, как он все записал, ответил: - Принято, мы организуем группу, чтобы отправиться туда прямо сейчас.

Услышав утвердительный ответ, Цин Чэнь почувствовал себя удовлетворенным. Он развернул свой велосипед и направился домой.

Наконец-то он сделал то, о чем давно мечтал.

Когда он вернулся домой, Цин Чэнь посмотрел на цифры на своей руке: [Обратный отсчет - 1:02:21]

Он снова начал проверять все приготовления.

"Так, стоп. Я правда хочу встретить потенциальную опасность в одиночку?"

Цин Чэнь когда-то смотрел фильм ужасов, в котором главный герой на что-то наткнулся, и в результате каждый день в полночь его находил призрак.

Главный герой пытался убежать от призрака, но неважно, где он находился - в горах или лесах, призрак всегда находил его.

Когда он смотрел фильм, Цин Чэнь подумал, почему бы главному герою просто не пойти в людное место?

Хотя призраки и были страшными, но если он смещается с огромной толпой, то по крайней мере, человек почувствует себя в большей безопасности.

Например, главный герой мог бы легко пойти в ночной клуб и остаться там. Когда же призрак примчится по душу главного героя в полночь, и окажется в ночном клубе с сотнями людей, качающих головами и танцующих под музыку, то, с какой стороны ни посмотри, призрак будет тем, кто испугается до смерти...

Теперь Цин Чеэнь начал задумываться, не стоит ли ему тоже побывать в месте, где больше людей.

Или, может, ему стоит пойти в храм... там много бодхисаттв.

Не только бодхисаттва, но и монахов.

То место будет куда безопаснее.

В итоге Цин Чэнь все же решил остаться дома. Он считал, что кроме демонов и призраков, могут появится зомби, и тогда все станет куда хуже.

Если наступит зомби-апокалипсис, то идти в людное место будет не иначе, как идти на собственную смерть. Кроме того, бодхисаттвы не имеют дел с зомби.

Цин Чэнь чувствовал себя хорошо подготовленным. Если нападение зомби действительно произойдет, по крайней мере, он сможет спрятаться в доме и выжить, используя купленные припасы, пока не придет помощь.

[Обратный отсчет - 00:31:49]

В последние полчаса Цин Чэнь включил лампу и тихо написал завещание.

Если он умрет, то, возможно, когда-нибудь его друзья и семья смогут увидеть последние слова, которые он хотел сказать.

Если же он не умрет, то ему очень повезет.

[Обратный отсчет - 00:00:12]

После написания завещания, Цин Чэнь сидел на кровати, крепко сжимая нож в правой руке. Его глаза сузились.

Когда наступил последний отсчет, он стал еще спокойнее, чем раньше.

Это было похоже на цунами, остановившееся в тот момент, когда оно собиралось поглотить изолированный остров. В его мозгу остались только мужество и смекалка!

10......

9......

8......

7......

6......

5......

4......

3......

2......

1......

Ни призраков, ни зомби, ни катастрофы.

Цин Чэнь спокойно наблюдал, как время вокруг него застыло, а часы на его телефоне, казалось, навсегда остановились на 00:00:00.

Секундная стрелка на настенных часах вдруг перестала тикать, а свет за окном больше не мерцал.

Он встал. Внезапно застывшее время словно разбилось от его минимального движения, и мир рассыпался перед его глазами на кусочки.

С зажатым в руках ножом Цин Чэнь внимательно огляделся вокруг. Комната, которая должна была быть, исчезла, а все что осталось, это тьма.

Сразу же после этого он провалился во тьму.

...

Он потерял счет тому, как долго он пробыл в таком состоянии. По ощущениям будто прошла вечностью, но в то же время - секунда.

В темноте фрагменты мира снова начали собираться воедино. Из ниоткуда появился совершенно новый мир.

Цин Чэнь лежал на узкой жесткой кровати в совершенно незнакомой обстановке. Он никогда не был здесь раньше.

Сначала он посмотрел на свою ладонь, но в ней ничего не было. Нож, который он держал в руке, исчез.

Затем он посмотрел на свою руку и вдруг обнаружил, что белые линии на ней изменились.

[Обратный отсчет 48:00:00]

"48 часов. 2 дня". - Подумал Цин Чэнь.

В следующий момент, начался обратный отсчет: 47:59:59.

Глава 4 - Больше одного

[Обратный отсчет - 47:59:58]

[Обратный отсчет - 47:59:57]

"Трансмиграция?"

"Значит получается, что обратный отсчет отсчитывал время до перемещения в другой мир, а нынешний относиться к возвращению обратно?"

Цин Чэнь издал вздох облегчения, и посчитал эту новость хорошей. Сейчас по крайней мере, у него еще есть способ вернуться.

Хотя... кому интересно, что он вернется...

У его мамы новая счастливая семья, а отец... скорее всего, сидит в следственном изоляторе.

Однако, несмотря на это, он все равно хотел вернуться и проверить, как они там.

Но что он решил сделать прямо сейчас - так это прожить следующие 48 часов на полную катушку.

"Итак... сегодня первый день обратного отсчета."

Цин Чэнь начал заново изучать "новый мир", в который он попал.

Когда мир обрел цвет, Цин Чэнь заметил, что на нем была тюремная форма, и догадаться о своем нынешнем положении, он смог моментально.

Сам он находился в темно-серой комнате, окруженный одной монолитной стеной вокруг себя и прочной дверью камеры из металлического сплава.

В двери шириной 90 см было небольшое окошко, но оно было закрыто.

Это была камера на одного человека, в которой помещалась лишь одна кровать.

Рядом с кроватью расположилась полка. Кроме белья, зубной щетки и полотенца, на ней ничего не было.

Стены камеры были серыми, но по какой-то причине, Цин Чэню показалось, что серые стены излучали мягкий металлический отблеск.

"Даже стены сделаны из металла?"

Цин Чэнь сел и в замешательстве дотронулся до стены. - "Почему здесь используется такой дорогой строительный материал?" - Подумал он.

Очевидно, это место не принадлежит тому миру, из которого он родом.

Он быстро посмотрел на свою ладонь. Отпечатки пальцев на ней были такими же, как и раньше, и даже расположение пор на руке было идентичными.

По памяти он подтвердил, что находится в своем первоначальном теле.

После трансмиграции в этот мир, нож в руках Цин Чэня исчез, а его одежда изменилась, однако с телом не произошли изменения.

Отпечатки пальцев и расположение пор невозможно было подделать.

Цин Чэнь сидел на кровати, обхватив руками колени. Он посмотрел на тяжелую дверь из сплава, пытаясь что-нибудь придумать, но ничего на ум не приходило.

Постепенно он начал слышать звуки снаружи; это были голоса и звуки того, кого толкали и захлопывали в камеру.

Цин Чэнь медленно подошел к двери, пытаясь услышать, о чем те кричат, но прежде чем он смог расслышать что-нибудь внятное, дверь перед ним с хлопком открылась.

Он приоткрыл ее, и мельком выглянул наружу...

...где перед его вниманием предстал длинный коридор.

В этой коробчатой тюрьме было семь этажей, каждый этаж из которых был плотно застелен тюремными камерами.

В пустой и огромной тюрьме было включено всего несколько лампочек. Люди за тяжелыми дверями, были похожи на зверей, попавших в ловушку.

Стоя рядом с дверью, Цин Чэнь чувствовал, что если он сделает первый шаг наружу, то попадет в неизвестный мир.

Вокруг огромной тюрьмы раздался приятный женский голос: - Сейчас семь часов утра, время завтрака. Все заключенные должны выстроиться перед своими камерами и направиться в столовую.

Голос эхом разнесся по тюреме, но Цин Чэнь безучастно глазел на порог перед собой.

Казалось, что если он переступит порог, то его жизнь изменится.

По правде... он чувствовал, что с определенного момента она и так изменилась.

"Когда это началось?.."

Наверное... когда он подумал, что в его жизни осталось всего два с половиной часа, и когда он сделал то, что всегда хотел, но никогда не решался.

Он заявил в полицию на собственного отца, чего же еще ему бояться?

С легким волнением, он вышел из камеры.

Но в следующее мгновение он снова был ошеломлен.

Он увидел, что в узком коридоре снаружи каждой камеры стоит по заключенному.

Цин Чэнь прищурил глаза.

Пожилой мужчина сгорбил спину и посмотрел в его сторону. Цин Чэнь увидел, что у этого человека был красный сверкающий механический глаз, а вся его правая глазница была сделана из механической структуры, вплоть до виска.

Механический глаз выглядел не хрупким, а скорее довольно грубым. По какой-то причине Цин Чэнь ощутил сильное чувство угнетения от пары глаз, смотрящих на него.

Ему казалось, что этот человек анализирует каждую его деталь.

Дальше следовала правая рука мускулистого заключенного средних лет, полностью сделанная из механизмов. Когда человек шевелил пальцами, Цин Чэнь мог даже слышать, как механические части руки открываются и закрываются.

Крепкая металлическая рука была похожа на стальные жесткие зажимы.

Оглядевшись вокруг, он заметил, что примерно у половины людей здесь механические протезы.

"Киберпанк..."

Это слово моментально всплыло в голове Цин Чэна.

Прежде чем он продолжил анализировать, то увидел, что заключенный рядом с ним улыбается ему: - Эй, новичок, ты особо не налегай сегодня на завтрак, иначе если все выйдет во время "процесса", будет худо.

Как только он закончил, со всех сторон коридора раздались раскаты смеха: - Я слышал, что прошлой ночью сюда перевели двенадцать новичков. Наконец-то я смогу развлечь себя сегодня.

- У этого парня нет механических протезов, что есть хорошо.

Услышав слово "новичок", Цин Чэнь был шокирован. Сначала он подумал, что остальные знают о его личности.

Но вскоре он понял, что под "новичком" подразумевались те, кто только что прибыли в эту тюрьму, а его истинная личность все еще была неизвестна.

Но Цин Чэнь нахмурился. "Развлечение", о котором говорил собеседник, стала для него проблемой номер один.

И теперь вопрос в том, как ему выжить среди этих механических "зверей"?

Как обычный ученик второго класса средней школы, Цин Чэнь мог только противостоять беспокойству и страху в своем сердце, ведя себя как можно более нормально.

Ведь он не знал, каковы будут последствия, если другие узнают, что он из другого мира.

Внезапно подросток в коридоре на четвертом этаже напротив него заорал: - Где это я?! Я хочу домой! Я не хочу здесь оставаться! Кто вы? Я Хуан Цзисянь, а мой отец - генеральный директор корпорации Янги!

Крича, мальчик бешено метался по коридору.

Остальные не двигались, и лишь наблюдали за происходящим будто смотрели живое шоу.

Некоторые были озадачены: - О чем твердит этот сопляк?

Внезапно Цин Чэнь услышал жужжание над головой. Он посмотрел вверх и увидел, что на потолке четыре дрона, похожие на коробки, отделились от стены и начали спускаться.

Взгляд Цин Чэна остановился на потолке. Он увидел, что кроме дронов, там также были аккуратно "вмонтированы" турели.

Пока паникующий мальчик не знал что происходит и куда попал, дула девяти турелей также начали разогреваться!

- Пожалуйста, успокойтесь, - Произнес женский голос из дрона, - Повторяю, пожалуйста, успокойтесь.

Сразу же после этого по всей тюрьме разнесся другой женский голос: - Всем заключенным приготовиться.

Менее чем за десять секунд четыре дрона загнали парня в угол, когда тот пытался сбежать по коридору; все оружия дронов были нацелено прямо на него.

В то же время под тюрьмой открылись ворота, и девять роботов с неизвестным огнестрельным оружием на полной скорости приблизились к ним.

Парень в страхе рухнул у стены, а Цин Чэнь мог лишь наблюдать за происходящим в качестве стороннего наблюдателя.

Хоть его поведение было немного экстраординарным, но он помог Цин Чэну многое понять об этом мире.

Турели, дроны, роботы, механические протезы - все эта информация зафиксировалась в его голове.

Но больше всего Цин Чэна удивило то, что, увидев ненормальное поведение этого парня, он понял, что, вероятно, он был не единственным человеком, который трансмигрировал в этот мир с земли.

Он был не первым и уж точно не последним.

Глава 5 - Особый статус

Глава 5: Большая шишка

Цин Чэнь уже думал о том, вдруг он не единственный у кого появился обратный отсчет на руке.

Однако после ряда событий, произошедших позже, Цин Чэнь почти забыл об этой своей догадке.

Теперь, похоже, он был прав.

Должно быть больше одного человека, который трансмигрировал в этот мир. Если в этой тюрьме их было двое, то сколько их за пределами этой тюрьмы?

"Сколько переместилось людей? Сотни? Тысячи?"

"И по какой причине они здесь оказались?"

Цин Чэнь мог только догадываться.

- Забавный новичок, жаль что идиот. - Кто-то посмотрел на паникующего подростка и рассмеялся: - Я слышал, что его арестовали за уклонение от уплаты налогов и приговорили к 7 годам? Вчера он спокойно выслушал приговор, но сегодня ревет как сучка.

- Только конченный кретин стал бы провоцировать агенства по налогам и коллекторов...

Цин Чэнь посмотрел туда, откуда доносился голос. Это был молодой человек с двумя механическими ногами. Увидев, что Цин Чэнь смотрит на него, он улыбнулся: - Эй, у нас с тобой вся ночь впереди.

Мгновенно люди вокруг них разразились смехом. Казалось, все они ждали хорошего представления.

Хоть он и оказался в месте с развитой цивилизацией, но вот люди живущие в нем, остались такими же злыми, как и раньше.

Цин Чэнь нахмурился и проигнорировал смех. Он посмотрел в сторону подростка, забившегося в угол.

Возможно, он был единственным человеком здесь, который знал, почему парень спокоен вчера, но устроил концерт сегодня. Как и Цин Чэнь, он попал в эту тюрьму с земли.

И на этот раз он не просто догадался, а знал парня лично.

Цин Чэну было семнадцать лет, он учился во втором классе средней школы иностранных языков города Ло.

А этот парень был младшеклассником в его школе.

Они никогда не общались друг с другом, но Цин Чэнь был уверен, что благодаря своей фотографической памяти он встречался с ним раньше.

Это немного удивило Цин Чэня. Он задался вопросом, может ли быть так, что место, в которое они трансмигрировали, было связано с их местоположением на земле?

В этом он не уверен.

Тем временем Цин Чэнь заметил еще одну вещь: все здесь говорили на мандаринском, без особых диалектов.

В этот самый момент роботы-охранники с огромной скоростью поднялись по лестнице; каждый их шаг преодолевал около пять ступеней.

Парень тем временем громко плакал.

Половина людей в этой тюрьме была вооружена механическими конечностями. Встретив землянина в этом странном месте, можно было бы вздохнуть с облегчением, или почувствовать ощущение, которое возникает, когда встречаешь кого-то из родного города в чужой стране.

Большинство людей испытывают чувство безопасности, встретив кого-то, кто имеет с ними общее происхождение.

Однако Цин Чэнь не чувствовал этого. Глядя на подростка, он понял, что один лишь общий "родной город" не обязательно поможет ему в этой ситуации.

Не каждый мог сохранять спокойствие, переселившись в мир киберпанка, с непонятной целью.

Но конечной целью Цин Чэня сейчас было пережить первые два дня и благополучно вернуться домой, дабы переварить полученную информацию.

Цин Чэнь молча наблюдал за хаосом разворачивающегося рядом с ним. По какой-то причине его успокаивало то, что только что произошло.

До сих пор все остальные заключенные неподвижно стояли на своих местах.

Он снова осмотрел окрестности тюрьмы. Из девяти роботов, прибежавших снаружи, трое стояли на втором этаже, поддерживая порядок, а остальные уводили подростков.

Открытое пространство внизу выглядело огромным, размером примерно с футбольное поле.

Площадка была разделена на несколько секций: столовую, спортзал, игровую зону, библиотеку...

Между секциями не было большого разделения, так что они были открыты для всех.

Вокруг открытого пространства было восемь больших ворот. Эти ворота были достаточно большими, чтобы через них могли проехать бронированные машины.

Внезапно Цин Чэнь опешил. Он увидел как в столовой внизу находились три человека.

Мужчина средних лет, которому на вид было около сорока, сидел за столом, а двое других стояли рядом с ним, осматривая тюрьму.

Перед мужчиной средних лет лежала шахматная доска, а на доске был расставлен эндшпиль*.

Самое удивительное, что помимо шахматной доски на столе дремала кошка. Кошка была серого цвета с двумя острыми ушами. Она была немного похожа на рысь, но все же немного отличалась от нее.

Это была кошка породы мейнкун.

"В этой тюрьме разрешено держать домашних животных?!'

Когда Цин Чэнь вышел из камеры, он был так сосредоточен на подростке, что даже не заметил, как те трое появились в столовой.

В данный момент мужчина средних лет смотрел на шахматную доску, как будто произошедшее наверху его ничуть не беспокоило.

Что еще более удивительно, роботы на первом этаже, казалось, не обращали внимания или не замечали их троих.

Сильный хаос наверху и спокойствие внизу создавали резкий контраст, как будто они жили в двух разных мирах.

Двое молодых людей рядом с мужчиной были одеты в обычную сине-белую тюремную форму, а мужчина средних лет - в белый халат для занятий боевых искусств.

В этой мрачной и унылой обстановке единственное светлое пятно бросалось в глаза.

Цин Чэнь подумал: может быть, это начальник тюрьмы?

"Нет, хотя этот человек одет в халат для занятий боевыми искусствами, на его одежде все же были цифры заключенного."

"Так же возможно, что он самый привилегированный человек среди всех заключенных."

Как будто почувствовав, что Цин Чэнь изучает его, мужчина средних лет вдруг повернул голову и с улыбкой посмотрел на него.

Цин Чэнь тут же отвернулся.

После того как знакомый с земли, скрылся из виду, в тюрьме снова раздался голос: - Пожалуйста, пройдите в столовую.

Как только прозвучал голос, все заключенные организованно повернулись направо и стали ждать, пока впереди стоящие спустятся вниз по лестнице к открытой площадке.

Только после этого у Цин Чэна появилось время пересчитать всех заключенных. Включая его самого, всего их было 3102.

В этой тюрьме всего семь этажей, и на каждом этаже образовалась группа, во главе которой стоял заключенный.

В течение всего этого времени никто не пытался прервать строй. Казалось, что все здесь действуют в соответствии с установленным порядком. Ничто не казалось не к месту.

Это напряженное испытание не закончилось, пока все не получили свою порцию еды от робота.

После же того, как первые заключенные получили еду, они тут же расслабились.

Цин Чэнь находился на пятом этаже, поэтому, когда подошла его очередь есть, люди на первом этаже уже закончили завтракать. Двое мускулистых заключенных потащили молодого человека прямо в ближайшую камеру, пока рядом с ними не оживились остальные.

- Поторопись, и не переступай черту, иначе роботы снова выйдут, - Напомнил кто-то.

Заключенный, державший молодого человека, небрежно ответил: - Я не такой дурак, как Ян Цзе.

В то же время юноша в страхе закричал: - Отпустите меня!

Когда его уже собирались затащить внутрь камеры, голос юноши перешел в умоляющий тон: - Пожалуйста, отпустите меня!

Но как бы он ни умолял, никто не обратил внимания на его мольбы. Наоборот, это вызвало еще больший смех.

Вдруг старик с механическими глазами перед Цин Чэном повернулся и сказал: - Скоро настанет твоя очередь.

Цин Чэнь в ответ спокойно повернулся на него, отчего старик почувствовал внезапное беспокойство. Он не знал, почему его так напугал взгляд молодого человека.

Получив еду от робота, заключенные разошлись по своим делам.

Цин Чэнь вдруг обнаружил, что трое из заключенных начали приближаться к нему; они пытались его окружить!

Когда он ускорил свой шаг, заключенные ускорились тоже, дабы соответствовать его темпу!

В следующее мгновение в голове Цин Чэна пронеслось строение тюрьмы.

На изогнутом потолке 18 турелей, похожих на стальных зверей, держали всех под прицелом.

72 дрона были подвешены в отдельных гнездах на металлическом потолке, словно отдыхающие осы.

210 камер наблюдения медленно обследовали территорию, наблюдая за всей зоной, а три робота стояли с оружием на открытой площадке.

Заключенные один за другим получали еду, и некоторые жаловались на то, насколько же отвратительно синтетическое мясо.

Рядом с раковиной одни мыли свои тарелки, другие - чужие.

По мере того как все больше и больше людей заканчивали завтракать, вскоре в тюрьме стало оживленно. Люди шли во всех направлениях. Одни шли в спортзал, другие - птсмотреть на "вводный инструктаж" новичков.

Несмотря на свободу передвижения, все подсознательно избегали мужчину средних лет, смотрящего на шахматную доску.

Мужчина по-прежнему серьезно смотрел на шахматную доску, и в радиусе пяти метров никто не осмеливался подойти к нему. Он был похож на спокойный риф в море, пока волны и корабли обходили его стороной.

Внезапно Цин Чэнь ускорился и направился к мужчине средних лет.

Глядя на то, куда он направляется, многие вдруг поняли, что собирается сделать этот новичок.

Постепенно все больше и больше людей стали обращать на него внимание. Все, кто смотрел на него, ждали, что произойдет дальше.

Все больше и больше людей стали замечать внезапную перемену. Цин Чэнь был не первым новичком, который пытался найти защиту у других.

Но те потерпели неудачу.

Цин Чэнь не обращал внимания на разговоры и продолжал нести свою тарелку с едой сквозь толпу.

Не успел он подойти, как его остановил молодой человек рядом с мужчиной средних лет. Он сказал с улыбкой: - Новичок, я знаю, что ты хочешь сделать, но мы тебе не помощники.

Его уловка была раскрыта, Цин Чэнь мог только бросить взгляд на молодого человека.

Мужчина средних лет все еще смотрел на шахматную доску, и то, что происходило вокруг него будто его не касалось.

Он посмотрел на мужчину средних лет и серьезно сказал: - Я могу показать вам, как выиграть в этой партии.

Наконец, мужчина средних лет поднял голову. Вокруг вдруг стало тихо, и даже кошка, спящая на столе, открыла глаза.

(*эндшпиль - заключительная часть шахматной или шашечной партии, после того как большинство фигур были разменяны. Как правило, в эндшпиле основной задачей является не поставить мат, а провести пешку в ферзи, и таким образом добиться решающего материального преимущества.)

Глава 6 - Пешка, перешедшая реку

До того, как мужчина средних лет поднял на него глаза, Цин Чэнь подумал, что тот глухой.

Сейчас же, когда мужчина поднял голову, Цин Чэнь почти подумал, что это он оглох, поскольку шумная тюрьма мгновенно затихла.

Люди вокруг смотрели на него с нечитаемыми выражениями.

Мгновение назад этот мужчина средних лет не обращал никакого внимания на суматоху вокруг себя.

Внезапно Цин Чэнь вздохнул с облегчением, поскольку его недавние предположения оправдались.

Мужчина средних лет ничего не сказал ему, а спокойно передвинул красную пешку, как сказал Цин Чэнь.

Затем мужчина переместил черного слона с пяти на семь и захватил пешку, которая только что продвинулась вперед.

Издалека Цин Чэнь спокойно наблюдал за шахматной доской. Эндшпиль "четыре разбойника" был хорошо известен на земле. Всего вариаций было два, но тот, что был сейчас на шахматной доске, считался более сложным.

Так называемый "эндшпиль" обычно подразумевает собой, что черные точно выиграют, в то время как красные не смогут сделать ничью. Однако если будет ничья, то партия эндшпиль считалась выигрышной.

Однако Цин Чэна не устраивала ничья.

Эндшпиль "четыре разбойника" имел уникальную структуру. Все четыре красные пешки пересекали границу, в то время как на доске оставались обе ладьи.

Ситуация казалась равной для обеих сторон, но каждый ход был усеян убийствами и ловушками. Черные могли легко выиграть партию одним ходом, а красным достаточно было допустить одну неосторожную ошибку, чтобы проиграть всю партию.

Порой эндшпиль начинался с надежды, но по итогу заканчивался отчаянием.

- Продолжай, - Мягко сказал мужчина.

- Пешка на два, переместится на три по горизонтали, - Ответил Цин Чэнь.

Глаза мужчины средних лет загорелись. В это время он выглядел заинтересованным. Ему было лень возиться с шахматной доской, поэтому он мысленно начал игру с Цин Чэном, закрыв глаза: - Король на один, переместится на шесть.

Цин Чэнь закрыл глаза. - Ладья переместится на четыре.

- Слон на семь, отступает на девять.

После шестого раунда Цин Чэнь вдруг громко сказал: - Ладья на один, переместится на семь!

Мужчина средних лет снова открыл глаза. Он удивленно посмотрел на Цин Чэня: - Слон на пяти, отступает на семь.

В первые пять ходов не было ничего особенного, но теперь, после шестого хода, обе стороны будут обмениваться фигурами каждый ход!

Бойня неизбежна! Смерть не за горами!

Обе стороны были полны мужества и решимости, готовые встретить жестокий эндшпиль.

Эти двое были генералами на поле боя, готовыми пожертвовать всем ради окончательной победы.

Эндшпиль "четыре разбойника" привел к волнению и храбрости обеих сторон, но за волнением скрывались тщательные расчеты того, что может произойти дальше.

В начале игры красная сторона Цин Чэня выглядела более сильной, но он пожертвовал пешками одну за другой в обмен на лучшую расстановку, оставив на доске только главную!

"Ладья на один, переместится на четыре по горизонтали."

"Король на четыре, переместится на пять по горизонтали."

"Пушка на четыре, переместится на пять по горизонтали."

"Ладья на три, переместится на пять горизонталь."

На пятнадцатом ходу Цин Чэнь, наконец, выпустил длинный вздох. - Пешка на пять, переместится на один вперед!

Судьба предрешена...

Король захвачен!

Именно в этот момент финальные раунды "четырех разбойников" наконец-то показали себя. Конфликт на границах шахматной доски заставлял человека чувствовать себя так, будто он находится на поле боя, мобилизуя тысячи войск.

В этой шахматной игре каждый ход был чрезвычайно опасен.

Мужчина средних лет был впечатлен тем, что молодой человек перед ним, не имея большого жизненного опыта, смог точно определить, когда нужно пожертвовать, а когда захватить.

"Не бросать и не сдаваться очень важно, но на войне не обойтись без жертв."

Он спокойно посмотрел на молодого человека, который тоже смотрел на него. Молодой человек выглядел достойно и упрямо.

Казалось, он находился в отчаянном положении и боролся, дабы начать новую жизнь.

Теперь он понял: если он считает это простой игрой в шахматы, то его противник боролся за выживание в окружении зверей. Их отношение было принципиально разным.

Никто не заметил, что в этот момент 81 из 210 камер наблюдения повернулись к Цин Чэну.

Линзы камер слегка сдвинулись, пытаясь сфокусироваться на его лице.

Никто из присутствующих не замечал, что кто-то пытается разглядеть лицо Цин Чэна.

Мужчина средних лет улыбнулся и положил своего черного короля вверх ногами на шахматную доску. - Интересно. Оказывается в этом месте есть кто-то, кто умеет играть в шахматы. Не так уж много людей понимают эту игру. Что ж, продолжим завтра.

Сказав это, он пошел в сторону библиотеки, оставив шахматную доску, к которой никто не осмелился прикоснуться.

Кошка, сидевшая на столе, встала и молча последовала за мужчиной средних лет.

Когда кошка дремала, она была похожа на меховой клубок и не выглядела очень большой.

Но когда она встала, Цин Чэнь понял, что кошка была больше метра в длину.

С другой стороны, все заключенные вдруг застыли на месте. "Этот малец только что выиграл эндшпиль?"

Честно говоря, никто из них не понимал, как играть в шахматы, а после того, как они начинали перебирать партии в уме, то быстро растерялись.

В эту эпоху было слишком много развлечений, превосходящих шахматы.

Люди могли получать удовольствие, непосредственно вставляя чип или перенося свое сознание в виртуальную сеть. Это была эпоха, когда счастья можно было достичь относительно дешево.

Несмотря на отсутствие развлекательной ценности шахмат, заключенные были потрясены тем, как Цин Чэнь одержал победу над мужчиной средних лет.

Стоит отметить, что он никогда никому не проигрывал. И неважно, драка это или игра в шахматы.

Честно говоря, Цин Чэнь тоже чувствовал себя немного странно. У этого мужчины средних лет, очевидно, даже не было механических конечностей, а у двух его последователей их тоже не было, так за что же его так уважают в этой тюрьме?

Молодой человек, который недавно остановил Цин Чэня, моргнул и сказал: - Да ладно... ну, меня зовут Линь Сяосяо, а его - Е Ван. Увидимся завтра.

Затем он повернулся и ушел вместе с другим молодым человеком по имени Е Ван.

До сих пор Цин Чэнь так и не выяснил имя мужчины средних лет, но знание имен этих двоих было хорошим началом.

После того, как все трое вошли в библиотеку, напряженная атмосфера ослабла.

Всего было 12 новичков, включая его, и те, кто хотел развлечься с новичками, по-прежнему затаскивали их в камеры.

Цин Чэнь снова оглядел тюрьму, и теперь никто не осмеливался воспользоваться им.

Вдруг молодой человек с механическими ногами подбежал к Цин Чэну и в панике сказал: - Я тоже новичок. Пожалуйста, помоги мне.

Заключенные вокруг них холодно смотрели на Цин Чэна. После этой странной ситуации они больше не хотели трогать Цин Чэна, но если Цин Чэнь вмешается в их обычную рутину, то они будут недовольны этим.

Неожиданно Цин Чэнь проигнорировал молодого человека, умолявшего его о помощи, и сделал вид, будто ничего не слышит.

Другие заключенные засмеялись и потащили юношу прочь.

Он слышал, как тот кричал: - Мой дядя - директор корпорации Чанмин в городе 17. Я заставлю всех вас заплатить...

Прежде чем он успел закончить последние слова, другие заключенные рассмеялись и растолковали: - Если ты не из одной из пяти ведущих компаний, то молчи. Даже если твой дядя придет сюда, он все равно ничем не сможет тебе помочь.

Цин Чэнь спокойно слушал каждое слово, выбирая только полезную информацию. Он проверял, нет ли здесь еще новичков с земли.

После того как он переместился сюда, в его голове не было ничего от первоначального тела. Он даже не знал, как долго длиться его тюремный срок.

Цин Чэнь догадался, что остальные, вероятно, ничем не отличаются от него, так что если молодой человек сказал, что у него "внешнее" происхождение, значит, он не с земли.

Среди 12 новичков, единственные, кто появились с земли, вероятно, был тот подросток и он.

По какой-то причине Цин Чэнь не чувствовал себя подавленным. Напротив, он почувствовал... воодушевление от вступления в новую жизнь.

"Совершенно другая жизнь..."

Это предложение звучало очень заманчиво.

Предположим, что ваша нынешняя жизнь - сплошной ад, и кто-то кладет перед вами кнопку и говорит: нажми на нее, и ты получишь новую жизнь.

Однако нажатие этой кнопки может иметь два возможных результата:

Хорошая жизнь.

Или жизнь, которая хуже предыдущей.

Вы бы нажали ее?

Цин Чэнь подумал, что да.

На земле он чувствовал себя лишним. Отец считал его обузой, а мать больше не воспринимала его как родного. У него не было друзей и родственников, с которыми можно было бы поговорить.

Цин Чэнь уже провел два праздника весны в одиночестве.

Поэтому, если его прошлая жизнь была сплошным адом, то каким бы опасным, неизвестным или страшным ни был новый мир, он все равно будет ждать его с нетерпением.

Это был совершенно другой мир. Он давал Цин Чэну ощущение возрождения.

И если бы не этот обратный отсчет, он бы усердно отучился, попытался бы заработать достаточно денег на жизнь, а потом поступил бы в колледж далеко-далеко от дома, чтобы никогда не вернутся обратно.

Но такая жизнь была скучной.

Он считал, что не так уж много людей получили шанс переселиться с земли, и даже если бы их были тысячи или десятки тысяч, - по сравнению с подавляющим большинством населения земли, - это было бы минимальное число.

Поэтому обратный отсчет заставил его почувствовать себя особенным.

[Обратный отсчет - 39:31:29]

Цин Чэнь молча осмотрел все вокруг, пытаясь запомнить все детали в тюрьме. Кто знает, может эта информация пригодятся ему позже.

На вершине ворот из сплава рядом с площадкой была голографическая проекция, показывающая время: 8:29 утра.

Трехмерная проекция выглядела необычно и привлекала внимание.

Пока он изучал окружающую обстановку, среди толпы появился другой молодой человек, который дождался пока толпа рассосется, и прошептал над ухом Цин Чэня: - Наконец-то вы здесь. Я Лу Гуаньи. Цин Янь послал меня ждать вас здесь около трех месяцев назад.

- ???

Цин Чэнь перевел взгляд на незнакомца рядом с собой.

Этому человеку по имени Лу Гуаньи было около 24 или 25 лет на вид. С черными волосами длиной в дюйм, Цин Чэнь заметил, что его правая рука и левая нога были заменены механическими конечностями. Его глаза также были механическими, и Цин Чэнь мог видеть, как вращаются внутренние шестеренки, когда они фокусируются на нем.

Механические части его тела, казалось, отличались от других заключенных. С точки зрения формы и материала, его части выглядели намного сложнее.

Цин Чэнь перебирал в памяти поведение этого человека.

Только сейчас он понял, что за последний час Лу Гуаньи посмотрел на него в общей сложности 21 раз, и это только тогда, когда Лу Гуаньи был в поле его зрения.

Цин Чэнь не знал, кто этот человек, но его тон говорил о том, что они хорошо знакомы.

"Должно быть, у него была особая цель в этой тюрьме."

Опасаясь, что слишком много общения может привести к раскрытию его личности как переселенца, он не хотел, чтобы Лу Гуаньи следовал за ним слишком долго: - Мне не нужна твоя помощь на данный момент. Я хочу побыть один.

Лу Гуаньи покачал головой: - Так не пойдет, сэр. Я же служу вам.

Цин Чэнь тоже покачал головой и сказал: - Здесь нет месту благородности, и тебе нет нужды служить мне.

Лу Гуаньи льстиво сказал: - Пожалуйста, вы вправе использовать меня так, как захотите. Я ваш самый верный пес, который по команде будет лизать вам ноги, если вы того пожелаете!

Цин Чэнь был ошеломлен: какой человек в здравом уме может произнести такие бесстыдные слова?

- А если у меня, к примеру, грибок? - Спросил он.

Лу Гуаньи без смущения ответил: - Тогда я готов вылизать и его!

Цин Чэнь пребывал в шоке: - ...фууу.

Он пытался заставить себя не реагировать на его бред, но все же не смог удержаться от недоверчивого смеха.

Цин Чэнь был немного озадачен. Было очевидно, что он все еще находится в своем первоначальном теле, но почему у него такие странные отношения с людьми этого мира?

Другими словами, он уже много лет существует в этом мире?

Лу Гуаньи, видя, что Цин Чэнь не отвечает, прошептал: - Сегодня утром я задавался вопросом, почему вы не пришли ко мне как можно скорее, но я подумать не мог, что вы воспользуетесь своим преимуществом новичка, чтобы попросить помощи у Ли Шутонга. Вы точно гений, раз решились на такой шаг. Если мы получим поддержку Ли Шутонга, наш план пойдет как по маслу.

Цин Чэнь: - ...

"Какой план?"

"О чем он?"

"Яснее можно?"

Лу Гуаньи, казалось, разговаривал сам с собой: - Я здесь уже более трех месяцев, и успел собрать группу людей, которых вы можете использовать в своих целях. Не волнуйтесь, я позабочусь о том, чтобы они выслушали вас, когда они вам понадобятся.

Человек перед ним все продолжал и продолжал говорить без умолку.

Цин Чэнь чувствовал, что этот человек был до смешного болтлив, но он не знал, как ответить, поэтому мог только слушать.

Порывшись в памяти, он обнаружил, что вокруг Лу Гуаньи собрались сотни людей, и все они были оснащены механическими конечностями.

"Должно быть, это и есть те "полезные люди", о которых он говорил."

Видя, что Цин Чэнь все еще молчит, он снова заговорил шепотом: - Я должен предупредить вас о Ли Шутонге. Находится рядом с таким человеком, тоже самое, что спать рядом с тигром... один неверный шаг может привести вас к гибели... ой, взболтнул лишнего.

Цин Чэнь понял, что Ли Шутонг, о котором он говорил, - это мужчина средних лет.

Когда Лу Гуаньи увидел, что его новый хозяин начал играть в шахматы с Ли Шутонгом, Лу Гуаньи ошибочно решил, что это часть его плана.

Однако истинная цель его приближения к Ли Шутонгу заключалась не в каком-то плане, а скорее в том, чтобы выжить.

- Есть ли у вас для меня какой-нибудь приказ? - Неожиданно спросил Лу Гуаньи.

Цин Чэнь медленно повернул голову и ответил: - Лама скачет с юга.

Ли Гуаньи: - ???

Цин Чэнь проигнорировал его и отвернулся, оставив озадаченного Лу Гуаньи пытаться понять, что он сказал: "Лама скачет с юга? Чего?"

Глава 7 - Номер 010101

Из 3,102 заключенных большинство либо развлекались с новичками, либо находились в игровой зоне. Было несколько заключенных, что находились в спортзале, но никто из них, похоже, не интересовался библиотекой.

По сравнению с остальными заключенными, Ли Шутонг, Линь Сяосяо и Е Ван сильно контрастировали на их фоне.

Линь Сяосяо сидел босиком на стуле; его обувь расположилась на полу рядом со стулом.

Е Ван стоял прямо позади Ли Шутонга, время от времени оглядываясь по сторонам.

Внешний вид Линь Сяосяо производил впечатление интеллигентности, а действия Е Вана делали его немного более упрямым.

Один был похож на книжного червя, а другой - на телохранителя.

Линь Сяосяо, увидев, что Ли Шутонг закончил читать, сказал: - Босс, парень не помог никому из новичков.

Ли Шутонг кивнул: - Ожидаемо. Даже когда он играл в шахматы, он не проявлял милосердия к фигурам; стоит ли тут говорить о людях.

- Но это всего лишь игра. Отдать несколько фигур на шахматной доске ничего не значит... хм... босс, вы правда собираетесь играть с ним завтра? - Спросил Линь Сяосяо.

- Конечно, - Улыбнулся Ли Шутонг, - Наконец-то среди этих балбесов появился кто-то, с кем я могу поиграть.

Ли Шутонг сидел на длинной деревянной скамье в библиотеке; в руке он держал электронную читалку.

Большой кот снова уснул на столе, как будто единственной целью его жизни было найти уютное место для сна.

Следует уточнить, что в библиотеке не было бумажных книг. Вместо этого, книжные полки были заполнены электронными устройствами для чтения и зарядными портами.

Среди этих полок стояли десятки длинных столов, достаточных, чтобы разместить около тысячи человек, но в настоящее время все они пустовали.

- Если уж на то пошло, я немного лучше Линь Сяосяо, - Серьезно произнес Е Ван сзади.

- Мне все равно нет равных, - Ответил Ли Шутонг, оглядываясь на Е Вана и переключаясь на новую страницу в книге, - Ты еще помнишь Го Хучана? Того, которого поймала семьи Чэнь? Суд над ним недавно закончился, и через несколько дней его отправят сюда. Когда он прибудет, обязательно присмотри за ним и начни налаживать связь.

Е Ван кивнул: - Я имел дело с такими, как он. Хотя с этим человеком нелегко найти общий язык, мы, по крайней мере, найдем компромисс.

- Хорошо, - Кивнул Ли Шутонг. Затем он обратился к Линь Сяосяо: - Что насчет того юноши утром?

- Я давно за ним наблюдаю, но мне кажется, что что-то не так, - Сообщил Линь Сяосяо, - Я хочу сказать, что все, что он говорил, было бредом, про город Ло и корпорацию Янги, но до того, как его вынесли, он казался серьезным. Его решимость была слишком твердой, почти как если бы город Ло и вправду существовал.

- И кто же он? - Спросил Ли Шутонг.

- Я проверил его биографию, он обычный выпускник средней школы, который занялся незаконным бизнесом по перепродаже механических конечностей вместе с Черными Тиграми. Из-за недостатка улик его посадили за уклонение от уплаты налогов. Хотя я проверил все, что он делал в прошлом, я все еще не могу найти ничего о городе Ло или корпорации Янги.

Никто не видел, чтобы Линь Сяосяо что-то делал для расследования, но, похоже, менее чем за час он получил всю информацию об этом мальчике под свой контроль.

Такова была его специальность.

Ли Шутонг сказал: - Также продолжай следить за ним. Я почти уверен, что что-то не так. А что насчет того, кто играл со мной в шахматы?

Линь Сяосяо улыбнулся и сказал: - Вы только недавно закончили играть. У меня еще не было возможности проверить его. Я все подготовлю к обеду.

- Хорошо, - Кивнул Ли Шутонг и снова уставился на электронную книгу.

Линь Сяосяо незаметно взглянул на Ли Шутонга и подметил, что его босс заинтересовался тем парнем.

Как раз когда он собирался продолжить доклад, Линь Сяосяо повернул голову и увидел Цин Чэня, который шел в их сторону, внимательно наблюдая за окружающей обстановкой.

Линь Сяосяо увидел, как он посмотрел на Ли Шутонга, а затем осторожно достал с "книжной полки" электронную читалку, похожую на блокнот, и нажал кнопку включения.

Цин Чэнь уставился на экран.

Если он хочет как можно быстрее узнать об этом мире, чтение книг было лучшим решением.

К его разочарованию, бумажные книги перестали существовать в этом технологически развитом мире, и все было заменено электроникой.

Однако, открыв электронную читалку, он увидел не экран с выбором книг, а интерфейс входа в систему.

Линь Сяосяо подошел и усмехнулся: - Ты впервые в тюрьме? Если хочешь пользоваться электронной книгой, ты должен зарегистрировать учетную запись, указав свой тюремный номер. Когда войдешь в систему, она будет отслеживать историю книг, закладок и предпочитаемые тобой настройки дисплея.

"Довольно удобно", - Подумал Цин Чэнь.

- Кстати, в нем также есть встроенный помощник ИИ. Просто скажи название, и он поможет тебе найти то, что ты хочешь, - Сказал Линь Сяосяо, доставая другую электронную читалку "Один".

- Приветствую, - Раздался радушный женский голос, который Цин Чэнь узнал. Он вспомнил, что это был тот же голос, что и в утреннем объявлении.

Голос был шаблонным, но не настолько.

Линь Сяосяо обратился к Один: - Помоги мне найти книгу, Браун.

- Принято. Вот книга Брауна, которую вы ищете, - Ответил ИИ Один.

- Гляди, - Линь Сяосяо передал электронную читалку в руки Цин Чэню, на ней была обложка книги под названием Браун.

Цин Чэнь взглянул на свою тюремную форму. Его номер был 010101.

После регистрации аккаунта Цин Чэнь посмотрел на Линь Сяосяо и спросил: - Где я могу прочитать новости? Такие же, как те, что читает он.

Линь Сяосяо оглянулся на электронную читалку в руках босса и рассмеялся: - Даже не думай. Твоя учетная запись не имеет права выходить в интернет, как и у всех здесь.

Теперь Цин Чэнь все понял. Это должно быть из-за особой личности Ли Шутонга в этой тюрьме.

Как и то, что он мог иметь кошку в тюрьме.

Он больше ничего не сказал и, поблагодарив Линь Сяосяо, посмотрел на экран электронной читалки.

Линь Сяосяо вернулся к Ли Шутонгу, временами поглядывая на Цин Чэня.

Он вдруг заметил, что Цин Чэнь читает с невероятной скоростью!

Обычно каждая страница электронной книги состояла из 800 слов, и обычному человеку требовалось не меньше минуты, чтобы прочитать ее. Однако Цин Чэнь перелистывал страницу каждые две секунды!

Линь Сяосяо шепнула Ли Шутонгу: - Босс, кажется, он совсем не обращает внимания на содержание. Может, он просто хочет произвести впечатление, что у вас одно хобби?

- Не беспокойся, - Сказал Ли Шутонг, даже не поднимая головы, - Не стоит недооценивать его волю к выживанию. Если ты поменяешься с ним ролями, ты можешь стать еще более беспокойным. Сяосяо, учись принимать чужую ситуацию.

Линь Сяосяо сказал с улыбкой на лице: - Понял, понял.

Цин Чэнь нашел место, где можно было присесть. Он пытался быстро сохранить всю информацию из книг в памяти, чтобы использовать ее позже. Он просидел в таком положении более трех часов, не двигаясь, полностью сосредоточившись на том, что читал.

Для других чтение может быть хобби, чтобы убить время, но для него это был идеальный способ понять мир и получить больше шансов выжить.

Содержимое электронной книги явно подвергалось цензуре и не содержало практически никакой полезной информации. 95% содержания было философской и духовной белебердой.

Тем не менее, любая информация была лучше, чем никакая.

Цин Чэнь не упускал даже малейшей возможности.

Когда наступило время обеда, Ли Шутонг отложил электронную читалку и вышел из своего аккаунта.

Рядом с ним Е Ван взял читалку и положил ее обратно в гнездо на книжной полке.

Цин Чэнь понял, что Е Ван и Линь Сяосяо были самыми близкими слугами Ли Шутонга и лучше всех понимали его привычки.

Когда Ли Шутонг уже собирался уходить, он взглянул на Цин Чэня и заметил, что что-то не так. Юноша даже не заметил, что тот собирается уходить. Это уже не было похоже на актерство.

Он вдруг спросил: - Третья строка на предыдущей странице?

Его голос был спокойным, и в нем чувствовалась мудрость старца.

- "Когда порядок в обществе превратится в хаос, хаос по итогу возродид закон и порядок", - Ответил Цин Чэнь, поднимая голову.

Е Ван взял у Цин Чэна электронную читалку и перелестнул на предыдущую страницу: - Босс, все верно.

В этот момент Цин Чэнь вдруг заметил, что большую кошка, - которая спокойно дремала на столе, - открыла глаза. Он ясно почувствовал, что глаза другого были полны удивления.

Кошка... казалось, понимала, что говорят другие. Это было так же удивительно, как и невероятная память Цин Чэна.

Ли Шутонг был также ошеломлен, услышав подтверждение Е Вана. Он улыбнулся и пошел прочь: - Все становится куда интереснее. Пойдемте пообедаем.

Глядя на спину Ли Шутонга, Цин Чэнь почувствовал, что его уникальный темперамент при ходьбе идеально сочетался с белым халатом боевых искусств, как будто он шел по облаку.

Глава 8 - Тень

"Как мне выжить в тюрьме, где полно зверей?"

Цин Чэнь как никто другой понимал, что не может рассчитывать на Лу Гуаньи - тот легко выдаст его скудные знания об этом мире.

Он не мог рассчитывать на своего сородича с земли, потому что тот был в гораздо худшей ситуации, чем он сам.

Поэтому Цин Чэнь решил спокойно открыть Ли Шутонгу свои способности и попытаться доказать, что он полезный человек.

Без сомнения, Ли Шутонг был самой влиятельной фигурой в тюрьме. И хоть его действия были сопряжены с большим риском, но это также был его лучший шанс жить свободнее.

Ли Шутонг ушел, заложив руки за спину, а Е Ван и большая кошка последовали за ним. Линь Сяосяо, однако, куда-то пропал.

До обеда оставалось еще некоторое время, но окно с роботом, - который раздавал еду, и которое должно было быть закрытым, - открылось для Ли Шутонга.

Е Ван обслуживал Ли Шутонга и большую кошку. Кошка лениво выбирала, чего она хочет.

Вдруг из ниоткуда появился Линь Сяосяо. Он снял ботинки и сел на стул напротив стола Ли Шутонга.

Кот уставился на него.

- Будь почтительнее перед боссом, - Нахмурившись, сказал Е Ван.

Линь Сяосяо закатил глаза: - Босс даже ничего не сказал. И прекрати наконец вести себя как моя мама.

Ли Шутонг улыбнулся: - Похоже, ты что-то нашел.

- Да, - Взволнованно ответил Линь Сяосяо, - Возможно, я нашел что-то важное. К примеру то, что на первый взгляд Цин Чэнь - самый чистый преступник из всех, кого я исследовал. Я ничего не смог найти о нем, поэтому и взволнован.

- Прям настолько чистый? - Спросил Ли Шутонг.

- Да. В документах написанно, что он ученик средней школы в городе 18. Его родители погибли в автокатастрофе, и он получил их наследство. У него нет ни судимостей, ни биографических данных, ни родственников, - Сообщил Линь Сяосяо.

- В чем его обвинили?

- В краже. По документам он украл телефон. И этого достаточно для вынесения приговора, - Ответил Линь Сяосяо, - Но начнем с того, что тюрьма 18, предназначена для заключенных, которые неоднократно совершали тяжкие преступления или были арестованы налоговыми органами. И как обычному вору, ему здесь не место.

За такое короткое время Линь Сяосяо собрал всю подноготную Цин Чэня. Обычному человеку это покажется невероятным подвигом.

Линь Сяосяо продолжил: - Более того, я расспросил знакомых и выяснил, что его дело несколько противоречиво. Он утверждал, что купил телефон через соответствующие средства и полностью оплатил его. Просто каким-то образом не было записи о сделке, а сама система безопасности посчитала это за нарушение. Именно поэтому ничто не могло доказать его невиновность. Если же кассир или видеозапись с камер смогут доказать его правоту, он может немедленно выйти на свободу.

Ли Шутонг задумался на мгновение и спросил: - Какой у него срок заключения?

- Полгода, - Ответил Линь Сяосяо, - Боюсь, что это самый короткий срок в истории тюрьмы 18. Босс, однако но вы только подумайте... его фамилия Цин!

Фамилия Цин была слишком особенной в эту эпоху. Пять крупных корпораций монополизировали все отрасли промышленности в этом мире. Одной из этих пяти была семьей Цин.

Цин не была распространенной фамилией, поэтому если человек вдруг встречал кого-то, чья фамилия была Цин, была большая вероятность того, что этот человек был частью семейной корпорации.

- Продолжай, - С улыбкой сказал Ли Шутонг.

- Так вот, семья Цин организовала приезд Лу Гуаньи некоторое время назад, - Начал Линь Сяосяо, - Это легко подтвердить, но тогда я просто не мог понять, почему корпорация отправила в тюрьму такого незначительного человека.

- Я помню Лу Гуаньи, - Сказал Е Ван рядом с ними, - В последнее время он был занят сбором людей.

- Точно, - Сказал Линь Сяосяо, - После того, как он попал в тюрьму, то захватил определенные тюремные группы всего за месяц, одолев их лидеров. Я сначала подумал, не является ли его миссией объединить тюрьму 18...

- Семья Цин должна знать, что босс здесь, - Сказал Е Ван. Он имел в виду Ли Шутонга. При нем никто больше не осмеливался взять тюрьму под контроль.

Линь Сяосяо улыбнулся и прищурил глаза. Когда он был взволнован, ему почти захотелось встать на стул: - Именно, это то, о чем я думал некоторое время назад. Маленькая креветка ничего не может сделать в этой тюрьме. Но теперь правда ясна. Лу Гуаньи - всего лишь проводник. Истинная акула, это Цин Чэнь.

Когда он дошел до этого момента, Линь Сяосяо снова озадачился: - Однако самое странное в этом вопросе то, если Цин Чэнь является основным наследником семьи Ци, то почему он решил прийти в эту тюрьму?

Ли Шутонг вдруг сказал: - Возможно, семья Цин выбирает Тень следующего поколения.

Е Ван и Линь Сяосяо были ошеломлены: - Следующее поколение Теней, а Цин Чэнь - один из кандидатов? Значит, он должен быть здесь для какой-то цели.

Крупные корпорации, такие как семья Цин, имеют как поверхностную, так и внутреннюю часть.

Глава семьи Цин был на поверхности, в то время как Тень - отвечал за внутрюю.

Тени специализируются на грязной работе и обладают исключительной властью. Они являются внутренними правителями семьи Цин, занимая должность чуть ниже главы семьи.

Однако процесс отбора каждого поколения Теней был чрезвычайно жесток, словно выращивание ядовитого червя.

- Похоже, семья Цин снова собирается усложнить всем жизнь, - Эмоционально сказал Ли Шутонг.

Пока они разговаривали, к ним ненароком забрел заключенный, и когда он оказался в пяти метрах от троицы, внезапный свирепый взгляд Е Вана спугнул его.

Заключенный уставился на него и отошел как можно дальше.

Ли Шутонг и двое других перестали обсуждать эту тему. Линь Сяосяо повернулся и спросил: - Босс, даже если он Теневой кандидат, почему они подчистили его историю? Такое ощущение, будто они не хотят, чтобы люди знали, что он из семьи Цин.

На данный момент они были почти уверены, что Цин Чэнь являлся членом семьи Цин.

На их уровне ничто не должно рассматриваться как совпадение.

- Если только истинная личность Цин Чэна не содержит еще больших секретов, - Сказал Ли Шутонг.

- Босс, каково ваше предположение? - С любопытством спросил Линь Сяосяо.

Ли Шутонг покачал головой: - Раз уж ты заговорил об этом, я вдруг вспомнил человека, который немного похож на него.

- Враг? Или друг? Видела ли его матушка Е Ван? - Полюбопытствовал Линь Сяосяо, не забыв подколоть Е Вана.

Ли Шутонг сказал: - Никто из вас не видел его раньше, но со временем вы встретитесь. Сяосяо, если бы все в этом мире делились на друзей и врагов, я был бы намного счастливее.

Во время разговора Ли Шутонг поднял со стола большого кота и взял его на руки.

Поглаживая ему подбородок, большая кошка удобно свернулась калачиком на коленях Ли Шутонга.

Он сказал Линь Сяосяо: - Меня больше интересует этот Цин Чэнь. Пойди проверь, что он из себя представляет.

Линь Сяосяо поразился: - Босс, вы уверены? Он из семьи Цин!

- Я просто хочу, чтобы ты проверил его. Ничего больше. - Ли Шутонг рассмеялся: - К тому же, разве не интересно выхватить кого-то из рук семьи Цин?

- Но... он относится к другой группе, - Пробормотал Линь Сяосяо себе, уставившись на свои босые ноги.

Ли Шутонг улыбнулся и сказал: - В организации должны быть все типы людей. Тигры, способные преодолеть гору; орлы, способные разведать границы; волки, способные сражаться с врагами; леопарды, способные адаптироваться к различным ситуациям; и собаки, преданные группе. Каждый играет свою роль.

Глаза Линь Сяосяо загорелись: - Босс, а кто я в нашей группе?

Ли Шутонг подумал и ответил: - Рыба, которая может намутить воду.

Е Ван спокойно добавил: - И палка, которая ковыряется в дерьме.

Линь Сяосяо: - ????

...

Глава 9 - Кошмар

- Ладно, я могу смириться с тем, что меня называют рыбой, которая может намутить воду, но что за - палка, которая ковыряется в дерьме? - Линь Сяосяо уставился на Е Вана: - Босс может принижать меня как угодно, но ты то куда лезешь?

- Я просто говорю правду, - Спокойно ответил Е Ван, - Вернемся к тому, о чем мы говорили... как ты собираешься проверить его?

Линь Сяосяо задумался на некоторое время, а затем угрожающе улыбнулся: - Для начала устрою ему кошмар.

Е Ван нахмурился: - Только не переусердствуй.

- Не волнуйся.

Внезапно среди очереди за едой возникла большая суматоха. Линь Сяосяо посмотрел в ту сторону, чтобы понять, что происходит.

Тюрьма 18 была похожа на большой железный ящик. По периметру на площадке во время приема пищи расположились роботы-охранники, каждый из которых был оснащен орудиями.

Они не испытывали никаких человеческих эмоций и были созданы специально для того, чтобы справляться с любыми чрезвычайными ситуациями, возникающими в тюрьме.

3000 заключенных могли значительно превосходить 21 робота-охранника, но любой заключенный, пробывший здесь некоторое время, знал, что реальную угрозу представляют турели и дроны, патрулирующие над их головами.

Неподвижные, но внушающие страх.

В обеденное время все заключенные приходили в столовую и выстраивались в очередь, чтобы получить порцию еды.

Мало того, каждый заключенный должен был стоять на своем месте.

Если новичок не мог запомнить свое место в очереди, его тут же окружали роботы-охранники, предупреждая, чтобы он вернулся на свое место. Если предупреждение игнорировалось, заключенного наказывали электрошокером, а затем отводили на место.

Новички только утром прошли церемонию приветствия. Как они могли запомнить, где им следует стоять? Поэтому один за другим они получали удары электрошокером от охранников.

Что касается других заключенных, то они стояли в очереди и ждали, пока те выставят себя на посмешище. Похоже, это было обычной рутиной для них, когда приводили новых заключенных.

Однако в этот момент старожилы вдруг почувствовали что-то странное. Почему они не видели, как наказали новичка, который играл в шахматы с Ли Шутонгом?

Все огляделись в толпе и обнаружили, что Цин Чэнь стоит на своем месте и спокойно наблюдает за происходящим.

"Что?! В каждой очереди было не менее 500 человек, как этот пацан мог запомнить свое место?"

Цин Чэнь тем временем изучал "новичков", которых прислали вместе с ним.

Ни у кого из них не было видимых ушибов или ран на лице, но то, как они вели себя, было очень странно; как будто они страдали от сильной боли при каждом шаге.

Он предположил, что, когда заключенные измывались над новичками, они старались не оставлять ран на лице и не нанести серьезных ушибов.

Держа в одной руке тарелку, он медленно шел за человеком впереди себя. Вдруг его схватили за руку и выдернули из очереди.

Цин Чэнь на секунду опешил. Он повернул голову и посмотрел на Линь Сяосяо, который только что потянул его за руку. Тот улыбнулся ему и сказал: - Тебе больше не нужно стоять в очереди. Так как босс тебя признал, тебе не нужно этого делать.

Цин Чэнь посмотрел на охранников, подсознательно опасаясь предстоящего наказания в виде удара электрошокером.

Но к своему удивлению, он обнаружил, что роботы-охранники полностью игнорировали его и призвали других заключенных занять его место!

Цин Чэнь не мог понять, как Ли Шутонг мог контролировать охранников. "Он не мог быть настолько особенным, не так ли?"

Линь Сяосяо протащил его через длинную очередь за едой и привел прямо к Ли Шутонгу.

Заключенные вокруг них молча наблюдали за этим; их взгляды были прикованы к Цин Чэню.

Шумная обстановка мгновенно смолкла, как будто все затаили дыхание.

Они поняли, что Цин Чэнь больше не такой, как они.

Линь Сяосяо присел на стул рядом с Цин Чэнем и с улыбкой сказал: - Не удивляйся. Люди, которые могут играть в шахматы с боссом, естественно, заслуживают особых прав. Наслаждайся своим обедом... хотя еда здесь может быть не очень приятной.

Цин Чэнь поднял голову и посмотрел на Ли Шутонга. Тот ел медленно, не собираясь с ним разговаривать.

Он снова посмотрел на толпу заключенных и увидел, что Лу Гуаньи поднял большой палец вверх в середине своей очереди...

Цин Чэнь не понимал, почему Ли Шутонг, который предложил поиграть с ним в шахматы, полностью изменил свое отношение к нему.

Может быть, это из-за его происхождения в этом мире?

...

В 20:40 Цин Чэнь вернулся в свою камеру вместе со всеми.

Но не как обычно. Когда же все остальные выстроились в очередь, он спокойно вышел из очереди, и в одиночку направился в свою камеру. Конечно, охранники не обратили на него внимание.

Заключенные смотрели на него с завистью, а Цин Чэнь спокойно шел по длинному коридору, словно мятежный волк.

Помещение камеры на одного человека казалось пустым. После того как дверь камеры закрылась, он подошел к раковине, чтобы почистить зубы и умыться.

Но прежде чем он успел открыть кран, Цин Чэнь вдруг почувствовал сильную сонливость.

Это было странно. Даже если он перегрузил свой мозг в течение дня, он не должен быть настолько сонным, что не мог заставить себя бодрствовать.

Странно...

Прежде чем он успел подумать об этом, Цин Чэнь упал на пол.

Во сне, Цин Чэнь спокойно стоял в гостиной виллы.

Он сразу понял, что это сон, и что его тело все еще находится в камере.

Но через две секунды его воспоминания стали расплываться. Он почувствовал, что это его дои, и что это вовсе не сон.

В камине яростно пылали дрова. В комнате ощущалась необыкновенная влажность: водяной пар, иссушенный огнем, начал подниматься к потолку.

С высокого потолка свисала хрустальная люстра, но, осмотревшись, Цин Чэнь не смог найти выключатель.

В этой комнате ему стало не по себе.

Цин Чэнь прищурил глаза.

На лестнице, ведущей на второй этаж, была кровь.

Он также заметил кошачьи царапины на кожаной обивке дивана в гостиной.

На столе перед камином стояли рамки для фотографий. Стекло в рамке было разбито, а самих фотографий нигде не было видно.

На стене виднелись следы от ножевых порезов, и когда пламя в камине мерцало, следы на стене и царапины на диване странно искривлялись от преломляемого света.

На небольшом ковре лежал окровавленный нож.

А чуть поодаль от ковра, на полу, кто-то написал кровью: призраки.

~Бах-бах-бах. В дверь постучали.

Цин Чэнь глубоко вздохнул и не посмел ничего трогать в доме. Он подошел к двери и спросил: - Кто там?

Снаружи раздался спокойный голос: - Это офицер №27149. Вы вызывали полицию? Пожалуйста, откройте дверь.

Цин Чэнь нахмурился, поскольку голос за дверью показался ему знакомым, но он не мог вспомнить, где слышал его раньше.

"Что случилось с моей памятью?"

Он заколебался, но все же открыл дверь. Снаружи стоял молодой полицейский, держа в руке блокнот для записей.

Как только дверь открылась, полицейский заметил кровь, стекающую с лестницы, ведущей на второй этаж. Он быстро вошел и поднялся вверх по лестнице, сказав на ходу: - Пожалуйста, закройте за собой дверь и стойте на месте!

Цин Чэнь был немного озадачен. Стиль поведения полицейского не казался очень профессиональным, и у него даже не было при себе оружия.

Но все же, он подсознательно следовал указаниям полицейского.

Молодой полицейский пошел наверх, а Цин Чэнь остался стоять у двери.

Не прошло и полминуты, как в дверь снова постучали.

Цин Чэнь спросил: - Кто там?

- Это офицер №27149. Вы вызывали полицию? Пожалуйста, откройте дверь.

Цин Чэнь был ошеломлен на мгновение. Если человек, который утверждал, что он офицер №27149, уже поднялся наверх, тогда кто человек за дверью?

В этот момент кто-то в его сознании спросил мрачным голосом: кому ты поверишь? Угадай, кто из них настоящая полицейский. Тот, кто наверху, или тот, кто снаружи?

Полицейский снаружи сказал: - Пожалуйста, откройте дверь.

Цин Чэнь глубоко вздохнул и пошел обратно в комнату. Он хотел нагнуться, чтобы поднять окровавленный нож на полу, но, казалось, между ним и ножом был некий барьер.

Он был всего в шаге от него, но, как бы он ни старался, он все равно не мог до него дотянуться.

Кто-то не хотел, чтобы он брал нож.

Кто-то хотел заманить его в ловушку.

Но обратный отсчет на его руке все еще тикал. Его сердце все еще билось, а кровь все еще текла.

В одиночестве в этом мире киберпанка пути назад не было.

- Давай же, - Приказал Цин Чэнь. Его зрачки сузились. Используя все свое мужество, он потянулся, чтобы разорвать барьер.

В пустой гостиной виллы раздался необъяснимый звук бьющегося стекла, и преграда между ним и кинжалом разлетелась вдребезги.

Цин Чэнь спокойно поднял нож и пошел к лестнице.

Вдруг незнакомый голос спросил его: почему ты взял нож? Почему ты не открыл дверь полиции?

- Я открою дверь после того, как убью того, кто наверху, - Холодно ответил Цин Чэнь.

Линь Сяосяо: - ????

В этот момент воспоминания Цин Чэня наконец вернулись. Устранив препятствие между ним и ножом, он также разрушил барьер между сном и реальностью.

Он вспомнил, что голос исходил от Линь Сяосяо, а молодой полицейский также был им.

Он оказался в ловушке в кошмаре, созданном Линь Сяосяо.

"Становится интересно..."

Глава 10 - Огонь

Линь Сяосяо был тем, кто создал этот кошмар для Цин Чэня.

В этом мире не всегда господствовала "механическая цивилизация". Причиной того, что он сохранился до наших дней, было из-за множество загадочных цивилизаций до него.

Сегодня, Линь Сяосяо создал этот кошмар, чтобы проверить, каким человеком был Цин Чэнь, в надежде больше его понять.

Линь Сяосяо хотел проверить смелость Цин Чэня и его способность выдерживать стресс, заманив его в кошмар, известный как "Дилемма двух Призраков", но он не ожидал, что реакция Цин Чэня выйдет за рамки смелости и стресса.

Теперь он понял, что когда наступит кризис, этот молодой человек встретит его с самым напряженным, но спокойным отношением.

Цин Чэнь не проявлял никакой реакции борьбы или бегства. Единственное слово, которое можно было бы использовать для его описания, это... спокойствие.

Линь Сяосяо все еще не мог понять, как Цин Чэнь смог вырваться из кошмара, взяв при этом нож.

В конце концов, это была область Линь Сяосяо, и именно он диктовал правила в этом кошмаре.

К этому моменту Цин Чэнь понял, что сегодня ему, скорее всего, не придется никого убивать, поэтому он просто посмотрел на пустую гостиную и спросил: - Линь Сяосяо?

Кошмар еще не закончился, и Линь Сяосяо одетый в полицейскую форму, спустился по лестнице: - Удивительно. Какие образом ты можешь сохранять сознание в моем кошмаре? Я знал, что у босса хороший глаз на таланты, но ты... необычный.

- Для чего все это? Я не припомню, чтобы как-то тебя обидел, - Озадаченно спросил Цин Чэнь.

- Как я уже говорил, босс заинтересован тобой. Он хотел узнать о тебе больше, но сейчас, похоже, в этом кошмаре нет смысла, - Объяснил Линь Сяосяо, садясь на последнюю ступеньку.

- Значит, это еще одна из твоих особых способностей? - Спросил Цин Чэнь.

- Да, - Улыбнулся Линь Сяосяо и пожал плечами, - У тебя фотографическая память, а у меня особые способности. Это не такой уж большой секрет.

На краткий миг Цин Чэну показалось, что мир вокруг него становится все более загадочным.

Странный мир, в котором сосуществовали механизмы и мистика, не пугал его, а наоборот, вызывал интерес.

И все, что происходило сейчас, могло быть причиной того, что Ли Шутонг и его сторонники были так сильны в этой тюрьме.

Цин Чэнь хотел узнать больше об их тайне и даже хотел получить ее часть.

- Ты из семьи Цин? - Спросил Линь Сяосяо, заметив, что Цин Чэнь молчит.

Цин Чэнь задал встречный вопрос: - Ваши догадки о моей скрытой личности - это то, из-за чего я получил ваше внимание? И почему робот-охранник не обращается с вами так же, как с другими заключенными?

- Мы, естественно, получаем особые привилегии, потому что наш босс особенный, - Сказал Линь Сяосяо, - И не меняй тему. Я нашел запись твоего сегодняшнего разговора с Лу Гуаньи. Он был доставлен сюда семьи Цин, и, учитывая его поспешность в поисках тебя, я предполагаю, что ты член семьи Цин.

Семья Цин... Цин Чэнь вспомнил это название.

Он немного расслабился.

Его собеседник имеет неограниченный доступ к информации в тюрьме. По сравнению с ним, Цин Чэнь был похож на новорожденного, который только начал ходить.

В этой ситуации ему не о чем было беспокоиться.

Раз другая сторона захотела сесть и поговорить с ним, значит, у него должно быть что-то, чего они желают.

- Поскольку вы уже знаете, что я из семьи Цин, почему вы хотите заключить со мной союз? - Спросил Цин Чэнь, садясь на разодранный диван.

- В нашей организации не волнует происхождение людей. Любой может присоединиться, если он единомышленник, - Улыбнувшись, Сяосяо добавил, - Конечно, для начала нужно быть достаточно квалифицированным.

Цин Чэнь задумался. Значит, его все это время проверяли?

"Кажется босс Линь Сяосяо, хочет работать с семьей Цин."

- Вы хотите завербовать меня? - Недоуменно спросил Цин Чэнь.

- Я никогда не говорил, что ты уже квалифицирован. Честно говоря, я не думаю, что у нас с тобой много общего, - Сказал Линь Сяосяо, - Но босс считает, что в правильной организации должны быть все типы людей: тигры, которые могут заселить гору; орлы, способные наблюдать за границами; волки, которые могут сражаться с врагами; леопарды, проворные к различным ситуациям; и собаки, преданные группе. Каждый играет свою роль.

- А какую роль ты играешь? - Спросил Цин Чэнь.

Линь Сяосяо отказался отвечать, за место этого спросив: - А ты как думаешь?

Цин Чэнь задумался на мгновение и ответил: - Осел, горбатишийся на команду?

Линь Сяосяо: - ?????

"Да какого?!..."

"Я лучше буду рыбой, которая может намутить воду."

Линь Сяосяо также обнаружил, что сидящий перед ним подросток выглядел совершенно беззаботным и даже мог пошутить с ним.

"И ему всего семнадцать..."

Линь Сяосяо с любопытством спросил: - Если семья Цин устроила все таким образом, чтобы Лу Гуаньи пришел в эту тюрьму для подготовки, то какие у вас планы? Вернее, для чего ты здесь?

"Хотел бы я и сам знать... но ты мне не поверишь..." - Подумал про себя Цин Чэнь.

"Надо будет спросить Лу Гуаньи как-нибудь в ближайшее время..."

Цин Чэнь размышлял, стоит ли ему доверять Лу Гуаньи, чтобы рассказать ему о случившемся.

Но от одной мысли о бесконечных комментариях Лу Гуаньи у него начинала зудеть голова.

Линь Сяосяо ответил: - Неважно, расскажешь ты мне сейчас или позже, рано или поздно я все узнаю. Что ж, спокойной ночи. Завтра утром тебе еще предстоит сыграть в шахматы с боссом.

Когда голос затих, вместе с ним исчез и кошмар. Осторожно поднявшись с пола, Цин Чэнь забрался на свою кровать.

Он осмотрел дверь камеры, которая была сделана из толстого металла. За дверью его ждал холодный и таинственный мир...

[Обратный отсчет - 20:59:21]

[Обратный отсчет - 20:59:20]

Утром Ли Шутонг по-прежнему сидел за столом, как и накануне, и спокойно обдумывал очередный эндшпиль.

Заключенным еще не пора было покидать свои камеры, поэтому во всей тюрьме было тихо.

Линь Сяосяо присел на стул и сказал: - Босс, вчера вечером я испытал его "Дилеммой двух Призраков". Угадайте, что он сделал: схватил кинжал и хотел убить того, кто поднялся наверх... этот парень слишком жестокий...

Е Ван нахмурился: - Я же говорил тебе не заходить слишком далеко. Большинство людей теряют сознание в Дилемме двух Призраков.

- Да брось, - Ворчал Линь Сяосяо, - Я даже ничего сделать не успел, и потерял над ним контроль.

- О? - Ли Шутонг поднял голову: - Я был уверен, что он обычный ребенок, но если он смог вырваться из-под твоего контроля в кошмаре, то я могу ошибаться.

Большая кошка странно посмотрела на Линь Сяосяо.

- Как он это сделал? - Спросил Е Ван.

Линь Сяосяо покачал головой и сказал: - Я не знаю.

- Возможно, его воля достаточно сильна, - Ли Шутонг не стал углубляться в этот вопрос. Цин Чэнь был не единственным, кто смог освободиться от созданных им кошмаров.

Присев на корточки, Линь Сяосяо подметил: - Я бы посоветовал вам, босс, хорошенько все обдумать. У Цин Чэня огромное желание убивать.

Ли Шутонг разразился смехом: - Так много наших коллег и друзей погибло за наше дело. Ты должен понять, Сяосяо, что мы не можем противостоять тьме добротой. Нам нужен огонь.

Пока он это говорил, Ли Шутонг помрачнел: - Е Ван, принеси мне мою гармошку.

Завтрак вот-вот должен был начаться, и в тюрьме постепенно становилось шумно. Звуки, издаваемые заключенными за дверями из сплава, стали тревожными.

Но вдруг на открытом пространстве тюрьмы зазвучала мелодичная гармошка. Бодрящий звук разнесся по всей тюрьме.

Заключенные в камерах стихли, и все стали молча слушать музыку.

Глава 11 - "Прощай"

Музыка от гармошки была необычайно завораживающая, и казалось, будто она превосходила любую обычную музыку.

И... она очень походила на ночной кошмар Цин Чэна прошлой ночью.

Цин Чэнь не мог сдержать удивления и шока, в то время как все заключенные были поглощены великолепной музыкой.

Ему была знакома эта песня, "Прощай".

Зрачки Цин Чэна постепенно сужались по мере исполнения музыки. "Разве я не переселился? Почему песня "Прощай" известна здесь?"

Раньше он полагал, что этот мир не имеет ничего общего с планетой, откуда он родом.

Теперь оказалось, что он ошибался. Возможно ли, что это будущее земли?

Цин Чэнь начал перебирать воспоминания, хранившиеся в голове, пытаясь вспомнить каждую деталь, которую он отметил в книгах, прочитанных накануне.

К его большому сожалению, эти сплошные философские цитаты никак не способствовали его пониманию этого мира.

Когда гармошка затихла, шум тюрьмы постепенно вернулся.

Цин Чэну показалось, что в какой-то момент эта тюрьма больше напоминала колизей.

Поскольку за металлическими дверями сидели звери всех видов.

Когда двери камер открылись, Цин Чэнь уже не был столь аккуратным и бдительным, как в первый день. Вместо этого он прошел мимо всех остальных заключенных и спустился на открытую площадку.

Его движения не привлекли внимания ни дронов, ни роботов-охранников.

Как только он вошел в столовую, Линь Сяосяо усмехнулся и поприветствовал его: - Доброе утро... как спалось?

Под глазами Цин Чэня были темные круги. Он холодно посмотрел на Линь Сяосяо, как бы говоря: "Будто бы ты не знаешь, как я спал прошлой ночью."

Некоторые говорят, что сон длится всего восемь минут, что сравнительно недолго по сравнению с жизнью человека.

Однако после того, как Цин Чэнь вчера пробудился от кошмара, он проверил обратный отсчет на руке, и к своему удивлению обнаружил, что пробыл в кошмаре более двух часов, хотя ему казалось, что прошло всего несколько минут.

Он не заснул сразу после пробуждения. По правде, он не спал до поздней ночи, перебирая в памяти все воспоминания прошедшего дня.

Хотя у Цин Чэня была способность помнить все, что он пережил когда-то, он все равно был обычным человеком, и его никак нельзя было сравнить с Линь Сяосяо, который был полон энергии после того, как прошлой ночью создал для него целый кошмар.

Ли Шутонг посмотрел на Цин Чэня и сказал: - Обычные люди будут сильно травмированы, когда покинут кошмар. Но ты особенный. Ты не только вырвался из-под контроля Сяосяо, но и смог встать сегодня утром. Это уже очень впечатляет.

Цин Чэнь сел перед Ли Шутонгом и прямо спросил: - Тогда как я могу стать таким же человеком, как он?

- Мне нравится, твоя прямолинейность, - Сказал Ли Шутонг с улыбкой, - Но ты не можешь идти его дорогой, вместо этого тебе больше подойдет моя.

Цин Чэнь заметил, что выражения лиц Е Ван и Линь Сяосяо изменились после его слов.

По какой-то причине он почувствовал, что атмосфера стала более серьезной, чем раньше, и даже кошка, которая дремала, подняла голову.

Он хотел спросить у Ли Шутонга, каков его путь.

Однако, судя по отношению Лу Гуаньи к Ли Шутонгу, Цин Чэнь подумал, что этот человек может быть известен даже за пределами тюрьмы, поэтому если он спросит, каков его путь, то вопрос может выдать, что он не из этого мира.

Он был переселенцем. Обычные разговоры не были проблемой, но если он задаст чересчур очевидные вопросы, все станет плачевно.

Но Цин Чэнь проигнорировал предупреждающие знаки и снова спросил: - Как я могу пройти по вашему пути?

- Не пойми меня неправильно, - Улыбнулся ему Ли Шутун.

Когда Ли Шутонг улыбнулся, морщинки, в уголках его глаз, заставили Цин Чэна понять, что этот человек может быть старше, чем он думал.

- Е Ван и Линь Сяосяо не смогли пройти мой путь из-за того, что они немного опоздали со встречей со мной. В твоем случае, хотя я и восхищаюсь твоими талантами, этого все равно недостаточно.

- Понял, - Кивнул Цин Чэнь.

Это имеет смысл.

Он чувствовал, что если бы кто-то с первой встречи сразу же передал ему все свои жизненные достижения, он бы подумал, что с этим человеком явно что-то не так.

И возможно, одними возможностями он не ограничится; могут появится и скрытые опасности.

Однако для Цин Чэна было достаточно того, что он смог прикоснуться к краю этого таинственного мира.

Это было то, о чем он раньше даже не мечтал на земле.

Теперь же, он все ближе и ближе подходил к этой точке.

- Ну что, играем? - Спросил Ли Шутонг, глядя на Цин Чэна, - Хотя, нет. Я думаю, что ты сегодня не в лучшем состоянии. Может, отдохнешь денек? В шахматной партии нельзя торопиться. Если я выиграю из-за твоего состояния, это будет совсем не весело.

Пока заключенные выстраивались в очередь за едой, все больше и больше людей начали свободно бродить по столовой.

Сегодня, однако, все было не так, как вчера. Пока они ели, несколько заключенных внимательно следили за тем, что делает Цин Чэнь.

Некоторые даже стояли с такого ракурса, чтобы иметь возможность наблюдать за шахматной доской.

Среди них не было людей, которые умели играть в шахматы. Для них это был просто альтернативный способ развлечения, но давно вышедший из моды.

Но пока Ли Шутонг это нравилось, все чувствовали необходимость уделять ему внимание.

"А что, если у меня тоже есть талант, которым восхищается Ли Шутонг?"

Конечно, это было лишь принятие желаемого за действительное. Большинство смотрели, потому что им нечем было заняться.

Раньше Ли Шутонг просто играл в одиночестве, и никто не осмеливался смотреть в его сторону. Теперь, когда появился Цин Чэнь, атмосфера стала более комфортной, а Е Ван больше не сверлил взглядом всех, кто осмеливался подойти.

Рядом с ними даже Лу Гуаньи с волнением наблюдал за происходящим; вокруг него стояла большая группа последователей.

Лу Гуаньи нравилось то, что происходило с его хозяином.

Сидя напротив Цин Чэня, Ли Шутонг ждал ответа. Цин Чэнь встал и спокойно сказал: - Мне нет нужды отдыхать, тем более когда партия состоит из "императорского двора". Ладья на двойке, переместится по горизонтали на пять; ладья на пятерке, переместиися на семь; пушка на двойке, переместится по горизонтали на восемь; ладья на пятерке, переместится по горизонтали на шесть; пешка на четверке, переместится на один.

Шахматы предназначены для игры вдвоем, но в этот раз Цин Чэнь просто назвал все ходы, будто он мог предсказать, куда сделает ход Ли Шутонг.

Цин Чэнь пожертвовал свою ладью, чтобы привлечь черного короля, и пешка, продвинувшись на шаг вперед, образовала прочную сеть.

Это был тонкий трюк, о котором обычные люди вряд ли могли подумать.

Другие могли не понимать, о чем говорит Цин Чэнь, но Ли Шутонг понимал.

Был только один способ вырваться из этого эндшпиля, и он его использовал!

Ли Шутонг поднял голову, бросив на Цин Чэня косой взгляд. Он перевернул черного короля и сказал: - Я думал, что тебе нужно немного отдохнуть, но, похоже, я ошибался.

В толпе последователи Лу Гуаньи услышали, как Лу Гуаньи пробормотал: - Он снова выиграл? Это должно быть хорошо, верно? Неважно как, но если ты сможешь выиграть у такого человека, как Ли Шутонг, это многого стоит. Я тоже хочу научиться шахматам!

Те, кто только что присоединился к его группе, могли быть очень озадачены тем, почему Лу Гуаньи вдруг заинтересовался такой банальной игрой, как шахматы.

Они знали, что хотя сила Лу Гуаньи была выдающейся в тюрьме 18, его ум был, возможно, уступал последователям.

В это время Цин Чэнь посмотрел на Ли Шутонга и спросил: - Могу я задать вам вопрос?

Глава 12 - Возвращение

Когда Е Ван услышал слова Цин Чэня, он тут же встал и разогнал толпу вокруг, позволяя им спокойно поговорить.

- Награда за победу в эндшпиле? Разумеется, - Сказал Ли Шутонг.

- Это вы сейчас играли на гармошке? - Спросил Цин Чэнь.

Вопрос застал врасплох и Е Вана, и Линь Сяосяо. Они думали, что Цин Чэнь воспользовался победой, чтобы задать сложный вопрос, но тот решил спросить о музыке?

Мелодия хоть и звучала очень приятно на слух, но зачем Цин Чэну упускать такую ценную возможность?

Ли Шутонг с улыбкой поднял голову и сказал: - Да, а что? Ты впервые слышишь такую музыку?

Цин Чэнь немного подумал и сказал: - Звучало очень красиво.

- Согласен, - Кивнул Ли Шутонг и ответил. - Музыку написал основатель нашей организации, он же написал и текст песни, - Сказал он, дождавшись, пока толпа полностью разойдется.

Цин Чэнь был ошеломлен. Он хотел было сказать: дайте угадаю... ваш основатель, о котором вы говорите, тоже с земли?!

Кроме того, этот "основатель", похоже, довольно нагло присвоил себе чужие заслуги.

Стоп... а как давно была основана их организация? Когда в этом мире появился первый переселенец?

Цин Чэнь снова спросил: - Можете сыграть для меня полную версию? Я хочу ее услышать.

- Конечно, - Сказал Ли Шутонг, - Но я не знаю текста полной версии. Прошло много лет, и многое утерялось.

- Все в порядке, - Ответил Цин Чэнь. Он просто хотел проверить, совпадает ли текст музыки с тем, что он помнил с земли.

Ли Шутонг взял кошку на руки и негромко запел: - За пределами длинной тропинки, вдоль старой дороги, зеленая трава, соединялась с небом. Под легким ночным бризом качались ивы и звучала меланхоличная мелодия старой флейты, а заходящее солнце освещало поля за горой. На краю неба и на краю земли, расставаясь с бедами многими...

Когда он закончил, Ли Шутонг улыбнулся и сказал: - Эту последнюю фразу люди добавили недавно, но как бы близко она ни была, она просто не звучит идеально.

Помолчав некоторое время, Цин Чэнь вдруг предложил: - Как насчет того, чтобы добавить "лучшие друзья разошлись по разные стороны?"

- Лучшие друзья разошлись по разные стороны? - Задумчиво повторил Ли Шутонг.

По какой-то причине он всегда считал, что последняя фраза песни должна быть коротким предложением.

"Прощай" - это образ любимого человека, угасающего, словно закат; настоящие друзья, находящиеся на краю света.

"Когда мы были молоды, мы беззаботно пили вино, и наши жизни были крепки, как летний зной.

Не зная, что та ночь была нашим последним прощанием, мы больше никогда не видели друг друга".

Ли Шутонг сидел в этой тюрьме, когда увидел, как оранжево-красное солнце садится за горизонт, а его друг издалека машет ему рукой.

Помахав, тот повернулся и ушел в закат...

- Спасибо, - Сказал Ли Шутонг, - Это прекрасно. Похоже, что это первоначальный замысел песни.

- Не за что, - Цин Чэнь принял комплимент, зная, что он адресован не ему.

Ли Шутонг выразил свою тоску, сказав: - Иногда я удивляюсь. Наш основатель удивительный человек, и поговаривали, что он написал столько песен, сколько волос у челокека. Многое осталось в прошлом, но до нынешней эпохи добралась только эта.

- Только одна? Какая жалость, - Сказал Цин Чэнь. Поскольку Ли Шутонг прямо упомянул предыдущую эпоху, значит переселенцы должны были появиться очень и очень давно.

Эпоха - это не единица времени, а разделение времени. Она обозначала начало и конец определенной цивилизации.

"Похоже, что нынешние люди произошли через изменения от предыдущей эпохи. Мне любопытно, что произошло в прошлом..."

- Есть еще одна музыка, но сохранилось только название, а не сам текст. Многие пытались перебрать древние руины прошлого, но никто не преуспел. - Ли Шутонг покачал головой.

- Как она называется? - Неуверенно спросил Цин Чэнь после небольшой паузы.

Ли Шутонг взглянул на него и сказал: - Канон.

Если у Цин Чэня и оставались какие-то сомнения в том, что этот "основатель" был переселенцем, то теперь он мог быть уверен.

"Но Канон - это музыкальный жанр и техника. Многие симфонические произведения используют техническую структуру Канона, например, "Симфония судьбы" Бетховена (Симфония №5) и "Пять вариаций на тему канона" Баха."

"Если музыка пришла с земли, то она должна относиться к "Канону ре мажор" Пахельбеля."

Судя по уважительному отношению Ли Шутонга к основателю, Цин Чэнь подумал, стоит ли ему дать Ли Шутонгу Канон в обмен на его необычный путь.

Он не был уверен. По правде, он даже не сможет объяснить, откуда у него взялась музыка.

Ему придется подождать, так как он никогда раньше не видел партитуру Канона, поэтому сначала ему нужно было вернуться на землю.

По окончании разговора Цин Чэнь направился прямо мимо толпы в библиотеку. Он отчаянно нуждался в хорошем сне и решил отказаться от еды в обмен на дополнительный сон.

Только в сознании и бодрствующем состоянии он мог максимально использовать свою способность анализировать ситуацию вокруг себя в любое время.

Однако вскоре после того, как он сел за стол, к нему подкрался Лу Гуаньи.

Лу Гуаньи хотел подойти, чтобы поговорить с Цин Чэном, но боялся, что другие заподозрят что они заодно, поэтому он стоял за пределами библиотеки, не зная, что делать.

Цин Чэнь перевел на него взгляд и сказал: - Не нужно. Ли Шутонг догадался о том, что мы задумали. Но не волнуйся, он, кажется, не сильно возражает. Кроме того, дай мне немного побыть одному.

По всей тюрьме стояли камеры наблюдения, и именно из-за этого "церемония приветствия" новичков проходила в камерах. На данный момент он решил, что спать в библиотеке - самый безопасный вариант.

На самом деле Цин Чэнь очень хотел поговорить с Лу Гуаньи, чтобы узнать, в чем заключается миссия семьи Цин для него.

Но так как срок возвращения приближался он не хотел, чтобы случилось что-то непредвиденное.

Поэтому он отослал Лу Гуаньи и планировал использовать оставшееся время, дабы обдумать план получения информации от Лу Гуаньи.

Однако Лу Гуаньи не ушел, а прошептал: - Босс, я уже давно думаю об этом, но я просто не знаю, как вас назвать... лучшее, что я придумал, это просто босс.

- Вы, наверное, уже слышали обо мне от Цин Яня, что я вырос в бедной семье. Мой отец даже продал мои почки, чтобы заработать немного денег, и заменил мои на более дешевые бионические. После этого я проводил свои дни в полном отчаянии, пока не узнал от Цин Яня, что вы назначили меня проводником в тюрьме, и что вы нашли мои таланты полезными. Я был в полном восторге! Не стоит беспокоиться, босс. Я, Лу Гуаньи, готов рискнуть жизнью, чтобы помочь вам выполнить вашу миссию!

- Но прежде чем я умру, у меня все еще есть небольшое желание. Знаете, у меня долго не было возможности ходить в школу, и я всегда завидовал этим образованным людям, даже когда был молод...

Цин Чэнь не выдержал и сказал: - Ближе к делу!

- Не могли бы вы научить меня играть в шахматы? - Попросил Лу Гуаньи.

Цин Чэнь озадачено глянул на него. - Почему ты хочешь научиться играть в шахматы?

- Потому что это круто! - Воскликнул Лу Гуаньи, - Босс, даже такие люди, как Ли Шуторг, не могут сравниться с вами!

- Ты думаешь, что сможешь заработать репутацию, сыграв пару партий в шахматы? - Сказал Цин Чэнь, покачав головой.

- Конечно, учитывая, что я не могу победить его в драке, победить его в шахматы - это лучший из вариантов! - Лу Гуаньи сказал так, как будто это было единственным логичным решением для него.

Кое-что заинтриговало Цин Чэня. Он понял, что боевые навыки Ли Шутонга довольно хороши?

Лу Гуаньи продолжил: - Я не ожидал, что вы так быстро сблизитесь с Ли Шутонгом. Учитывая его положение в тюрьме 18, возможно, он знает, где находится предмет, который мы ищем, и если вы сможете научиться у него нескольким вещам, у вас будет гораздо больше шансов стать Тенью.

Количество информации в этом предложении было огромным, и Цин Чэнь наконец понял, для чего он здесь... чтобы найти предмет.

Более того, он участвовал в каком-то соревновании, чтобы получить должность.

Он не знал, чему можно научиться у Ли Шутонга, но об этом он подумает позже.

Цин Чэнь немного подумал и сказал: - Хорошо, я научу тебя играть в шахматы, но пока, будь добр, оставь меня в покое.

- Да, да, конечно. - Через несколько мгновений Лу Гуаньи покинул библиотеку.

...

[Обратный отсчет - 00:05:00]; той же ночью.

Цин Чэнь спокойно сидел на кровати, и глядел на руку.

Он чувствовал, как крутятся шестеренки обратного отсчета, пока не осталось пять минут до возвращения.

Хотя он даже не был уверен, вернется или нет. Последние два дня казались ему сном. Он познакомился с несколькими интересными людьми и увидел другой мир.

Уникальные личности Линь Сяосяо и Ли Шутонга вызывали у него желание вернуться в этот мир.

Цин Чэнь немного подумал и заостренным концом зубной щетки вырезал надпись "был здесь" на деревянном изголовье кровати.

Затем он оставил сине-фиолетовый ушиб на руке, любопытствуя, что произойдет, если он вернется на землю раненым.

Обратный отсчет.

10.

9.

8.

7.

6.

5.

4.

3.

2.

1.

Мир остановился, а потом появилась привычная тьма.

Он вернулся.

...

Глава 13 - Кто-нибудь

На этот раз Цин Чень реагировал спокойно, по сравнению с тем разом, когда впервые переселился.

Он ждал, когда мир вокруг него восстановится.

В тесной спальне Цин Чэнь все еще сидел на кровати в той позе, в которой он сидел перед отправкой; снаружи все также было темно, а он в свою очередь держал в руке нож для рубки костей...

Казалось, будто то, что произошло... никогда и не происходило.

Цин Чэнь потянулся в карман за телефоном, и взглянул на время.

[28 сентября 2022 года, 00:00:01]

Одна секунда после полуночи.

Он отчетливо помнил, что переместился 28 сентября, и точное время было 00:00:00.

Говоря иначе, он провел два дня в том мире, но только одну секунду на земле.

Значит, по логике вещей, при возвращении в другой мир время не изменится?

В каком-то смысле, все должно быть последовательно.

Цин Чэнь был рад, что ему не придется объяснять, что произошло с ним за те два дня, которые он отсутствовал.

Это было очень странное чувство; как будто мир, в котором он находился, никогда не существовал.

Цин Чэнь опустил голову и посмотрел на свою руку. Сине-фиолетовый ушиб был на месте.

Обратный отсчет на руке также изменился: 47:59:45.

47:59:44.

Еще 48 часов, или два дня. Как вывод, должна существовать закономерность.

Только эта тонкая разница могла доказать ему, что произошедшее реально.

Он посетил странный мир, встретил Ли Шутонга, Линь Сяосяо и Лу Гуаньи. Он прошел испытание кошмара и нашел верного пса, который по приказу, будет лизать ему ноги.

Также был спокойный Е Ван и странная большая кошка.

Пока Цин Чэнь размышлял об этом, зазвонил его мобильный телефон, от неизвестного абонента.

- Алло.

- Здравствуйте, вас беспокоит полицейский участок города Ван. Ваш отец был задержан за азартные игры. Будьте так добры, приедъте в участок. - Проговорил женский голос.

Цин Чэнь был потрясен. Если вспомнить, то с момента задержания его отца прошло всего несколько часов, но он не думал, что полицейский участок свяжется с ним.

- Почему я должен приезжать? - Спросил Цин Чэнь.

- В соответствии с правилами управления общественной безопасности, он будет задержан и оштрафован. Вы должны прийти и оформить документы.

- Извините, я не могу приехать, но, пожалуйста, назначьте ему максимальное наказание. Согласно статье общественной безопасности, серьезные правонарушения наказываются арестом на срок более 10 дней, но не более 15 дней, и штрафом в размере более 500 юаней, но не более 3 000 юаней. Он заслуживает этого, - Сказал Цин Чэнь, качая головой.

Дежурная на другом конце провода удивилась: - Вы разве не его сын?

Цин Чэнь ответил: - Я доложил о нем, но я не его сын. Я мистер Цин, честный и трудолюбивый гражданин.

Дежурная: - ????

Не дожидаясь ответа, Цин Чэнь повесил трубку. Его отец, нет, азартный игрок, будет задержан как минимум на 10 дней, что означало, что ему не нужно будет видеться с ним до следующей отправки.

По какой-то причине Цин Чэнь почувствовал себя немного счастливым и облегченным.

Для обычного подростка задержание отца не были приятным событием.

Большинство подростков считают своего отца образцом для подражания. Однако как только они узнают, что их отец не такой герой, как они думали, хрупкая стена в их сердцах разрушается.

Цин Чэнь глубоко вздохнул и медленно лег на кровать. Он включил телефон, чтобы просмотреть записи звонков в WeChat, но не увидел никаких сообщений от матери.

На мгновение ему захотелось вернуться в тюрьму.

Даже если тот мир неизвестен и полон опасностей.

На часах уже час ночи, но Цин Чэнь все еще не ложился.

В темной комнате горел экран телефона, освещая лицо юноши.

На экране была партитура Канона, которую он только что нашел, и он запоминал каждую мельчайшую деталь.

Это музыкальное произведение было жизненным желанием Ли Шутонга, но для Цин Чэня это было неважно.

Возможно, в этом и заключалась красота разницы между двумя мирами. Там были вещи, которые Цин Чэнь отчаянно хотел получить.

Но как ему отдать партитуру Ли Шутонгу?

Если он отдаст ему в открытую, как он сможет объяснить, откуда он его взял?

Это было рискованно. Хотя Цин Чэнь не боялся рисковать, он не хотел идти на бессмысленный риск.

Цин Чэнь должен был определить, стоит ли оно того, прежде чем давать оценку.

...

Первый день после обратного отсчета, 7:30 утра.

Цин Чэнь надел сине-белую школьную форму и вышел на улицу, на ходу поедая лапшу быстрого приготовления.

Школа иностранных языков города Ло, была поделена на три кампуса несколько лет назад, и кампус средней школы находился всего в пяти минутах ходьбы от его дома. Чтобы попасть в школу, ему нужно было всего лишь пересечь небольшой переулок.

Когда он шел в школу, Цин Чэнь почувствовал аромат яичницы доносившийся из прилавка с уличной едой. Люди вдоль пешеходной дорожки ели суп из тофу или острую лапшу.

К своему ужасу, Цин Чэнь вспомнил, что он был на мели. Он потратил все свои сбережения, чтобы купить все необходимое для подготовки к обратному отсчету.

От одной мысли об этом у него разболелась голова, но он не жалел, что сделал это; лучше перестраховаться, чем потом жалеть.

В классе прибирался одноклассник, отчего кабинет был наполнен затхлым запахом швабры, который намекал на то, что швабре уже несколько лет.

Как раз когда Цин Чэнь сел на свое место, он увидел, как его одноклассник Нан Генчэн спешит в класс с нервным выражением лица.

- Учитель Ду видела, как я вчера прогуливал уроки. Сказала ли она что-нибудь об этом? - Спросил Цин Чэнь низким голосом.

Однако Нан Гэнчен не обратил внимания на его вопрос: - А? Что?

- Ничего, - Покачал головой Цин Чэнь, - Что-то случилось?

- А что случилось? - Нан Генчен выглядел озадаченным, - Ничего не случилось.

Цин Чэнь видел его насквозь; было ясно, что его сосед по парте что-то скрывает от него. Но если Нан Генчэн не хотел говорить об этом, он не стал его заставлять.

Посидев некоторое время в тишине, Нан Генчэн вдруг спросил очень низким голосом: - Цин Чэнь, как бы ты отреагировал, если бы однажды столкнулся с чем-то очень странным?

- К примеру? - Цин Чэнь замер на мгновение, а затем посмотрел на Нан Генчэна. Он заколебался и спросил: - Что именно ты имеешь в виду под странным?

- Сам не уверен...

- Ну, наверное, позвонил бы в полицию? - Глаза Цин Чэна остановились на Нан Генчэне.

Глаза Нан Генчэна загорелись: - Да, точно! Цин Чэнь, ты знаешь кого-нибудь, с кем я могу поговорить в полицейском участке?

- Да, с дежурной которая мне недавно позвонила, по поводу ареста моего отца прошлой ночью.

Нан Генчэн: - ???

Глава 14 - Если разбогатеешь, не забывай своего друга

Нан Генчэн посмотрел на Цин Чэня, растерянным и удивленным взглядом. - Что сделал твой отец, чтобы его арестовали?

- Ну.. - Цин Чэнь покачал головой, - Не будем о плохом. Так что же это за странная ситуация с которой ты столкнулся?

- Да... ничего особенного. - Нан Генчэн не стал продолжать.

Цин Чэнь тоже замолчал.

Единственным выходом для него было сделать вид, что он понятия не имеет, что происходит.

Однако он все же мог догадаться, что эта так называемая странная вещь... может ли быть такое, что на его руке внезапно появился обратный отсчет?

Поскольку никто другой не мог видеть отсчет, Цин Чэнь мог только догадываться.

Его обратный отсчет появился в 6 часов вечера. В тот день он не посещал вечерние занятия, поскольку прогуливал. А в 12 часов пополуночи он впервые перешел в другой мир.

Если на руке Нан Генчена появился обратный отсчет, то когда он должен переселится?

Цин Чэнь подумал про себя, что Нан Генчэн слишком слабый и наивный. Сможет ли он выдержать суровость другого мира?

Они давно знают друг друга и обладают многими одинаковыми чертами характера; начиная с отцов, которые помешаны на азартных играх, заканчивая неблагополучной семьей.

Узнав об этом, оба подростка сблизились.

Вдруг одноклассник, игравший на телефоне в классе, неожиданно воскликнул: - Хрена се!

До начала урока оставалось еще немного времени, поэтому в классе было всего около десяти учеников. Все взгляды обратились к парню, услышав его внезапное восклицание.

- В чем дело? - Спросил кто-то.

- Эй! Посмотрите трендовые поисковые запросы. Джейкоб провел пресс-конференцию и заявил, что он переместился в другой мир. В сети есть полное видео. - Пояснил одноклассник.

Джейкоб, известный американский баскетболист, имел большую международную аудиторию.

Услышав это, все в классе в недоумении посмотрели на свои телефоны и изучили список популярных поисковых запросов.

Только Цин Чэнь застыл на месте, потому что он точно знал, что означают эти слова!

Он не ожидал, что это событие может произойти с другими людьми в других странах.

Цин Чэнь посмотрел на Нан Генчэна, который уже включил видео.

На видео Джейкоб сидел за столом, а перед ним собрались приглашенные репортеры. Затворы камер быстро мигали, делая сцену немного хаотичной.

Любой зритель с первого взгляда заметил бы левую руку Джейкоба, потому что его левая рука была полностью заменена протезом.

На видео Джейкоб встал и повел репортеров на баскетбольную площадку. Затем пройдя в конец площадки, он без труда забросил баскетбольный мяч в кольцо и точно повторил это движение еще девять раз.

- Монтаж? - Нан Генчен пробормотал: - Это не реклама или что-то в этом роде. Какой смысл во всех этих спецэффектах?

Цин Чэнь промолчал.

Видео было снято за границей, и кто-то даже добавил под субтитры, включая китайский.

- Прошлой ночью я случайно обнаружил обратный отсчет на своей руке. - Сказал Джейкоб представителям СМИ: - Когда обратный отсчет остановился, я оказался в странном мире. Могу заверить вас, что она похожа на нашу землю. Я видел солнце, луну и звездное небо. Кажется, будто это параллельная вселенная, но культура сильно отличается от нашей.

Джейкоб поднял левую руку и показал ее зрителям: - Как только я попал в другой мир, на моей руке появилась эта штука, почти как если бы мне было суждено занять место кого-то, кто уже существовал там. Я не знаю, как эта штука работает, но работает она все сто, а также обладает силой, превосходящей мое самое смелое воображение. Она одновременно точная и гибкая...

- Однако я провожу эту конференцию не для того, чтобы хвастаться рукой, я здесь, чтобы сказать вам, что другой мир не так прекрасен, как может показаться некоторым из вас. Он полон опасностей. Я здесь, чтобы избежать того, чтобы меня тайно забрали для исследований. Я хочу дать понять, что не хочу быть объектом исследования, и если я когда-нибудь исчезну, пожалуйста...

Услышав, что сказал Джейкоб, Цин Чэнь понял, что Джейкоб - публичная фигура, поэтому он не мог скрыть тот факт, что получил откуда-то механический протез.

Сам Джейкоб ясно понимал, что технологии другого мира намного превосходят технологии с земли, поэтому он выбрал более радикальный метод, чтобы избежать того, что его заберут для испытаний, словно морскую свинку.

Но, он поспешил. Возможно, он очень переживал о том, что с ним может случиться в будущем, и именно поэтому он принял необдуманное решение.

Обернувшись, Цин Чэнь увидел, что его сосед по парте сидел с ошарашенным лицом.

Цин Чэнь вспомнил, что не смог принести с той стороны ни ножа, ни зубной щетки, когда вернулся, и решил, что единственный способ что-то вынести - это спрятать в своем теле.

Ему также было интересно, где в другом мире мог появиться Джейкоб. Может быть, он находится по другую сторону океана?

Остальные ученики, которые также смотрели видео, были в оцепенении. Они спорили о том, было ли это видео реальным или это просто постановка со спецэффектами.

Однако не успел никто понять, что происходит, как в списке популярных поисковых запросов появились еще более странные случаи.

"Руководитель интернет-компании по производству ПО был обнаружен мертвым у себя дома. На его теле был обнаружен механический протез, похожий на протез Джейкоба".

"Ученик колледжа утверждает, что побывал в параллельном мире. Но мир обладает не только механической составляющей, но и людьми, обладающими умопомрачительными способностями".

"Ученик средней школы обладает силой "Пробужденца" из другого мира".

Цин Чэнь нахмурился, наблюдая за быстро появляющимися новостями. Он недооценил скорость, с которой могли распространяться истории. Возможно, не все были такими же осторожными, как он.

По мере распространения информации стало ясно, что на видео не спецэффекты и не реклама какого-то бренда. А реальность!

Реальные люди попали в таинственный мир, и процент переселенцев был огромен.

Нан Генчэн рядом с ним пробормотал: - Пробужденцы, механическая цивилизация... есть ли у каждого, кто переселяется туда, шанс стать особенным?

- Похоже, что вероятность переселится не маленькая. Может быть, есть кто-то из нашей школы?

- Может быть, кто-то пришел в школу с механическим протезом...

- Я тоже хочу...

По мере того, как прибывало все больше и больше учеников, люди в классе бросали любопытные взгляды на входящих, чтобы проверить, нет ли среди них переселенца.

Были и подростки семнадцати-восемнадцати лет, полные любопытства и желания исследовать необъяснимое. Некоторые взрослые задумывались о том, стоят ли новые возможности опасностей, но подросткам было все равно. Все, что их волновало, - это азарт.

Когда смотришь фильм "Гарри Поттер", то ожидаешь, что сможешь пройти сквозь стену на 9¾, а когда читаешь романы о культивации, то ожидаешь встретить таинственного учителя, который научит тебя культивировать.

Однако в реальном мире такие мысли считались бы бездумными мечтами.

Поэтому, когда все узнали, что теперь у них есть шанс переместиться и стать Пробужденцем, они автоматически проигнорировали предупреждения о потенциальных опасностях, надеясь лишь на то, что смогут оказаться в числе тех, кто переместится в другой мир.

Быть главным героем другого мира также звучало очень заманчиво.

Цин Чэнь тоже поддался искушению.

Разница была лишь в том, что Цин Чэнь был одним из немногих счастливчиков, у которых была возможность отправиться в другой мир и встретить таких экстраординарных личностей, как Линь Сяосяо и Ли Шутонг.

Е Ван тоже должен быть из их числа.

Цин Чэнь заметил, что испуг Нан Генчэн постепенно исчезает и сменяется волнением.

Цин Чэнь спросил: - Это та странная вещь, о которой ты говорил?

Нан Генчэн понизил голос до шепота: - Я пока не могу тебе сказать, но не волнуйся; когда у меня появится что-то хорошее, я не забуду о тебе, мой друг.

Цин Чэнь кивнул: - Да. Когда мы разбогатеем, не забудь о нашей дружбе.

Глава 15 - Суровая реальность

Сначала Цин Чэнь планировал завязать разговор, но он не ожидал, что настроение Нан Генчэна изменится на 180 градусов.

"Только что он был напуган до смерти, а теперь уже планирует стать главным героем нового мира?"

Что еще мог сказать Цин Чэнь в этой ситуации? "Ну... пока ты счастлив..."

Нан Генчэн начал серьезно обсуждать нынешнюю тему с Цин Чэном: - Что, если мне посчастливится переместится туда и привезти высокотехнологичные продукты? Думаешь они будут продаваться за большие деньги?

- Без понятия, - Ответил Цин Чэнь, - Но подозреваю, что ты даже не сможешь привезти много.

- Что?! Но есть люди, которые привезли механические протезы или что-то в этом роде, - Заметил он. - Не волнуйся, когда я разбогатею, я угощу тебя шикарным обедом.

Цин Чэнь хорошо знал об опасностях другого мира. Он хотел сохранить это в тайне, но так как Нан Генчэн был его другом, он также хотел, чтобы тот благополучно вернулся, поэтому он сказал: - Видишь ли, там могут скрываться опасности для переселенцев. Я считаю, что будет лучше, если ты проявишь осторожность.

Нан Генчэн помолчал несколько секунд, а затем спросил: - Куда ты хочешь сходить, когда придет время?

Цин Чэнь: - ...

Нан Генчэн уже мечтал о роскошной жизни, не обращая внимания на то, что нельзя просто так взять и вернуть вещи из другого мира.

Одной мысли об этом было достаточно, чтобы Цин Чэнь захохотал: - Генчэн заходит в ресторан, снимает механическую руку, хлопает ею по столу и заказывает две миски лапши. Довольно занимательная сцена...

Вдруг кто-то в классе вслух задался вопросом: - А что решает, попадет кто-то в другой мир или нет? Так много людей уже перешли в другой мир, но почему я ничего не увидел на руке?

Нан Генчэн прошептал в ответ: - Может быть, только истинные таланты и гении могут переселится...

Цин Чэнь поднял брови, прислушиваясь.

Новостей о переселенцах становилось все больше и больше, как на местном, так и на мировом уровне.

Постепенно Цин Чэнь пришел к двум выводам:

Первое: все переселенцы видели 6-часовой обратный отсчет перед отправкой и 48-часовой обратный отсчет во время возвращения.

Другими словами, все переселились в один и тот же момент и вернулись в одно и то же время.

Кроме того, около полуночи кто-то заявил, что он не переселился, но увидел 48-часовой отсчет на своей руке.

"Это должна быть вторая группа..."

В следующий раз первая и вторая группа отправятся вместе.

Вторая закономерность, которую он заметил, заключалась в том, что все переселенцы относились к категории молодых людей в возрасте от 10 до 35 лет.

Вдруг одноклассница сказала: - Эй, кто-то ведет прямую трансляцию своей механической руки. Я отправлю ссылку в групповой чат.

В наши дни у каждого есть телефон, и все в классе были в одном чате.

Одноклассники перешли по ссылке на трансляцию, и увидели, что человек действительно демонстрирует механическую руку.

Но... Цин Чэнь почувствовал, что что-то не так, потому что он впервые видел такую руку, похожую на пластик...

В результате, не прошло и двух минут, прежде чем рука упала на пол с громким стуком...

- Что за?!

Цин Чэну хотелось разрыдаться от смеха. Он вдруг понял, что уже нашлись люди, которые захотели воспользоваться этой неожиданной тенденцией.

Однако он вдруг задумался, и предположил, что Нан Генчэн был не из первой группы переселенцев, иначе бы он не был так напуган.

Существовало две возможности: первая - число людей, которые могут быть переселены одновременно, ограничено, и новый человек мог быть добавлен только после смерти существующего; или другая возможность - число переселенцев было неограниченным.

Это означает, что число людей, способных к переселению, постоянно расширяется, и в будущем их будет становиться все больше.

На данный момент никто не знал, сколько таких людей существует.

Постепенно в класс пришли все одноклассники, и кто-то воскликнул: - В городе Ло тоже есть переселенцы! Я видел одного в моем WeChat Мoments.

Услышав это, все ученики собрались вокруг него.

На видео WeChat Moments, показался напряженный подросток, по всему телу которого были видны механические линии; протезы были сделаны с такой тщательностью, что казались произведением исскуства.

При ходьбе была видна серо-стальная лодыжка и рука подростка, которую кто-то заметил.

Человек, снимавший видео, хотел подойти поближе, но подросток уже запрыгнул на одну из крыш и скрылся за домами.

Девочка из класса воскликнула: - Какой красавчик!

- Я так хочу, чтобы кто-нибудь из нашего класса мог переселиться, чтобы мы могли сами расспросить о другом мире.

Слова одноклассника напомнили Цин Чэну, что был один человек, который переместился из этой школы. Это был сын генерального директора корпорации Янги, Хуан Цисянь.

Он вспомнил, что этот человек должен быть младшеклассником.

Но Цин Чэнь больше не видел Хуан Цисяня после того, как его забрали охранники; поэтому вернулся он или же был мертв, ему неизвестно.

До начала занятий оставалось еще десять минут, поэтому Цин Чэнь вышел из класса и спустился вниз на этаж.

В это же время, в школе иностранных языков города Ло будто наступил праздник; все, включая учителей, обсуждали последние новости.

Можно было поспорить, что никто из них не знал, что рядом с ними сейчас находится переселенец.

Цин Чэнь посмотрел на этих людей и внезапно почувствовал себя отчужденным. Он на миг подумал, что больше не такой, как все.

В прошлом он мог сосредоточиться на учебе, и проводить все свое время, просматривая, изучая и готовясь к тестам.

Но теперь его путь изменился.

Когда Цин Чэнь пришел в класс где учился Хуан Цисянь, он подошел к парню в очках и спросил: - Привет, Хуан Цисянь пришел сегодня?

- Не-а, его еще не было.

- Понятно, - Кивнул Цин Чэнь, - Ты случаем не знаешь, где он живет?

- Хм... я знаю, что он живет в саду Иньрун, но не уверен, где именно его дом. А тебе зачем? Если он придет, то я передам ему твое сообщение.

- У меня нет ничего конкретного, что ж, спасибо. - Цин Чэнь подумал, что Хуан Цисянь, возможно, больше не сможет прийти в школу.

Мальчик мог быть настолько травмирован, что сошел с ума.

Цин Чэнь вернулся в класс в глубокой задумчивости. Первым уроком была математика, но никто не был настроен на урок.

Во второй половине урока Тянь Хайлун, заметив, что никто из учеников не обращает на него внимания, решил пошутить: - Похоже, бесполезно вести урок. Если же я хочу привлечь ваше внимание, я должен купить одну из этих механических протезов, не так ли?

В классе это вызвало волну смеха. Затем Тянь Хайлун прекратил вести урок и начал обсуждать с классом текущие события.

Если бы это были обычные новости, учителя и ученики могли бы не вести себя так, но сейчас все было по-другому.

Весь урок Нан Генчэн провел за телефоном. Во время перемены он вдруг передал телефон Цин Чэну и сказал: - Смотри, Хэ Сяосяо только что загрузил новое видео!

- Хэ Сяосяо? - Озадаченно спросил Цин Чэнь.

- Известный мастер UP. Он считается экспертом в игровом мире, и своих видео ищет скрытые пасхалки и детали, такие как скрытый сюжет, легендарное оружие, секретные способности и многое другое. У него куча подписчиков. - Цин Чэнь был далеким человеком, поэтому Нан Генчэн знал, что он, скорее всего, не знаком с таким мастером UP, как Хэ Сяосяо, поэтому он решил все объяснить.

Нан Генчэн продолжил: - Несколько часов назад он опубликовал стратегию для одной игры, но никто никогда не слышал об игре, о которой он говорил. Теперь же, когда речь зашла о переселенцев, люди поняли, что это видео о стратегии для нового мира! Должно быть, он тоже один из переселенцев!

В видео не было ничего, кроме черного фона и белых субтитров на нем.

- Поскольку эта игра довольно уникальна, я не могу показать вам реальные кадры из нее, - Подметил в видео молодой и хриплый мужской голос. - Я называю эту игру... "Внутренний Мир".

- Мир, в котором мы сейчас находимся, называется "Внешний Мир".

- Я только недавно вошел в эту игру, поэтому знания, доступные мне, довольно ограничены, - Тихо продолжил Хэ Сяосяо.

- На данный момент не существует ни легендарного оружия, о котором я бы знал, ни способов его получения.

- Но в настоящее время известны три пути роста в том мире. Первый - использовать технологию для улучшения самого себя; некие товары можно приобрести прямо во Внутреннем Мире.

- Цена механических протезов относительно высока, и я пока не нашел никаких багов, которые могли бы мгновенно принести вам кучу денег. В целом, продажа органов кажется лучшим способом получения денег, но я не рекомендую никому пробовать этот способ.

- Второй вариант - присоединиться к Трибуналу по Табу и получить генетическую инъекцию; тогда можно будет переродиться с новыми силами. Однако, я еще не нашел эту организацию.

- Тюрьма 18 - третий и последний признанный путь роста. Вы должны найти НПС по имени Ли Шутонг; на данный момент это самый перспективный путь роста с наибольшим потенциалом.

- Если в будущем появятся другие пути, о которых я узнаю, я сразу же поделюсь с вами.

Когда видео закончилось, Цин Чэнь почувствовал, будто его обвели вокруг пальца.

Он был уверен, что переселился в другой мир, поскольку смог вернуться с ушибом.

Но теперь этот человек по имени Хэ Сяосяо, исковеркал мир, и превратил ее в невесть что!

Он даже назвал Ли Шутонга НПС, через которого можно взлететь вверх по карьерной лестнице!

Он не знал, кем был Хэ Сяосяо во Внутреннем Мире, но Цин Чэнь подтвердил, что Ли Шутонг очень знаменит во Внутреннем Мире. Настолько знаменит, что Хэ Сяосяо мог услышать это имя в течение 48 часов после переселения.

И теперь Хэ Сяосяо рассказывал всему миру, что Ли Шутонг - самый перспективный путь для роста.

Нан Генчэн, посмотрев видео, пробормотал: - Почему у меня такое чувство, что меня надули. Без целого состояния, невозможно купить механические протезы, а Трибунал по Табу даже не удалось найти. Даже если кто-то и сможет найти тюрьму 18, это же тюрьма, в конце концов, мы не можем просто войти и осмотреть ее.

Внезапно Цин Чэнь подумал, что влияние этого видео будет довольно огромным; возможно, когда он снова переместится в тюрьму 18, туда будут спешить люди, пытаясь найти Ли Шутонга!

Однако если кто-то попытается отнестись к Ли Шутонгу как к НПС, у него не будет счастливого конца.

Шумиха вокруг другого мира продолжалась до самого вечера.

И все изменилось, когда стало известно, что молодой парень из другой страны, которого идентифицировали как переселенца, был обнаружен мертвым в своем доме; механические протезы, которые были на нем, исчезли.

Эта новость поразила мир, как гром среди ясного неба, отчего настроение всех погрузилось в мрачные тучи.

Глава 16 - Есть только одна жизнь

Есть в Пробужденцах некая романтика, особенно в повседневной жизни.

Для взрослых это даже больше походило на сказку.

Даже если в детстве вас не пригласил Хогвартс, вы все равно могли воплотить свои фантазии в этом так называемом "Внутреннем Мире".

Однако ужасная новость об убийстве из-за протезов, окатило людей ведром холодной воды, умерив энтузиазм многих.

Только сейчас они начали осознавать жестокую реальность...

...в их числе и человеческий инстинкт, который сохраняется даже в другом мире.

Возможность получить огромные деньги от продажи протезов наверняка свела бы кого угодно с ума. Не говоря уже о том, что даже маленький кусочек от этого пирога мог стоить целое состояние; поскольку это был самый модный и редкий товар на рынке в данный момент.

Вместо того чтобы исследовать или контактировать с внеземным видом, дабы открыть новые технологии, почему бы просто не ограбить человека живущего по соседству с вами, у которого уже все есть?

В конце концов, люди, подвергшиеся переселению, все равно оставались обычными людьми.

Сам умерший был жестоко убит в собственном доме, где полиция обнаружила, что убийца воспользовался обычным разделочным ножом, нанеся пару колотых ударов в грудь.

Иронично было думать, что механические протезы были отняты обычным ножом, который не имел никакой ценности.

Мир уже стал не сказкой, а скорее саркастической сатирой.

Те переселенцы, кто раскрыл свою личность из-за этой тенденции, начали в страхе укрываться.

Вторые, у кого были механические протезы, боялись, что на них тоже нападут.

Третье, у кого ничего не было, задавались вопросом, не будут ли другие искать у них что-то.

В этот момент одно японское медиа-агентство опубликовало догадку, как можно получить квалификацию для переселения; а именно, убить существующего переселенца.

Для людей это стало шоком!

Независимо от того, была ли эта теория правдой или ложью, она все равно вызвала бесконечное недоверие среди населения.

Нан Генчэн, который еще мгновение назад был полон энтузиазма, снова поник.

Цин Чэнь услышал, как тот тихо пробормотал: - Наконец-то у меня появился шанс изменить свою жизнь, но все вернулось обратно, только уже в трехкратном размере.

Нан Генчэн и Цин Чэнь находились в одной лодке. Оба их отца были зависимыми игроками, что поставило их семьи в ужасные условия.

По сравнению с Цин Чэном, семья Нан Генчэна была относительно лучше. По крайней мере, у Нан Генчэна все еще было то, что можно считать семьей, и оба его родителя и он сам жили под одной крышей; просто его семье постоянно не хватало денег.

Цин Чэнь по сравнению с ним казался несчастным: у него вообще ничего не было.

Когда одноклассники собирались вместе в будние дни, они специально не приглашали их. В конце концов, эти двое не могли заплатить даже за партию в бильярд.

У Нан Генчэна также была девушка, которая ему нравилась, но поскольку у него не было карманных денег, он всегда чувствовал себя слишком неловко, чтобы подойти к ней.

В результате эти двое отчаянно нуждались в деньгах. Несколько лет назад Нан Генчэн даже хотел заработать деньги, сдавая написанные им романы в журнальные агентства, но его надежды рухнули в тот же миг.

Видя, что Нан Генчэн обескуражен, Цин Чэнь подумал, что это может быть и хорошо: - Факты на лицо. Поэтому я и говорю тебе, что если, и только если, ты отправишься в другой мир, пожалуйста, будь осторожен и не поднимай шума, когда вернешься.

- Да, да, я понял. Просто обидно, почему мы должны продолжать терпеть это дерьмо? - Пожаловался Нан Генчэн.

Цин Чэнь немного подумал и сказал: - Ну, чужие отцы много работают, пока твой спокойно играет в карты.

Хотя Нан Генчэн не любил своего отца, ему все равно было немного не по себе, когда его отца так описывали. Он вдруг сказал: - А что насчет твоего отца?

- А, это... он играет в карты так, как будто от этого зависит его жизнь.

Нан Генчэн: - ...

На мгновение они затихли, пока Нан Генчэн не спросил: - Кстати, как твоего отца арестовали?

- Я донес на него за азартные игры. Надеюсь, теперь он понимает, что поступал неправильно, - Спокойно ответил Цин Чэнь.

Нан Генчэн сначала удивился, но потом сказал: - Эй, не мог бы ты доложить и на моего отца?

Цин Чэнь: - ????

В это время прозвенел звонок на следующий урок.

Вторым уроком был английский, но покой то причине вошел учитель географии.

Из названия их школы, а именно: Иностранная школа языков города Ло, акцент ставился на два слова, это "иностранный", и "язык". Из-за этого в учебном плане большое внимание уделялось урокам иностранного языка.

Поэтому учителя английского языка имели относительно больше привилегий по сравнению с учителями других предметов. Почти все учителя английского языка в школе были лучшими в городе, и в школе даже были наняты репетиторы по английскому языку. Начиная со средней школы, эти репетиторы проводили групповые занятия каждую неделю.

Кроме того, школа предлагает несколько альтернативных языков, таких как японский и немецкий, для тех, кто не выбрал английский.

Учитель географии средних лет Чэнь Яньдун встал на трибуну и сказал: - Ваша классная руководительница мисс Ду сегодня не пришла, поэтому второй урок временно будет заменен на урок географии. Завтра утром урок английского перенесется на третий.

Цин Чэнь был ошеломлен, когда услышал это. Он сомневался, что из всего, что произошло сегодня, это может быть простым совпадением.

"Возможно ли, что мисс Ду стала переселенцем?"

В городе Ло было чересчур много переселенцев, тогда сколько их должно быть в округе или во всем мире?

"Нет, не уверен..."

Цин Чэнь опустил голову, чтобы никто не видел его глаз, но через мгновение его зрачки сузились, когда он включил телефон.

Все, что произошло сегодня, промелькнуло в его голове, как в кино. Также он анализировал и сортировал все образы и сцены, которые увидел в телефоне.

"Вторая группа переселенцев, на руках которых недавно появился обратный отсчет времени..."

"Девушка, которая узнала, что стала переселенцем, проходила собеседование в сопровождении своих родителей..."

"Человек переселенец, которого спонсировал крупный бренд..."

Новость за новостью сыпались с неба, словно листья, а Цин Чэнь выбирал только полезные крупицы информации, которые хотел узнать.

В следующий момент Цин Чэнь изумленно поднял голову. Он мысленно прорисовал все новости про переселенцев, и большинство из них были сосредоточены примерно в десяти или около того городах.

Была даже ветка обсуждения, где некоторые люди жаловались, что не нашли ни одного в своем городе.

Другими словами, места нахождения переселенцев были достаточно сконцентрированы!

Всего в десяти городах!

От такого количества анализа Цин Чэнь почувствовал легкое головокружение.

Около 5:40 пополудни Цин Чэнь снова пропустил занятия.

Перед тем как уйти, староста класса крикнул ему: р Цин Чэнь, не забудь, что завтра нужно заплатить за учебники!

- Понял, - Сказал Цин Чэнь, помахав рукой на прощание.

Затем он быстро вышел из класса, провожаемый множеством завистливых глаз.

Под лучами заходящего солнца ученики, только что закончившие занятия, поспешили в кафетерий, чтобы поесть и подготовиться к вечернему занятию по самообучению.

Цин Чэнь проскочил сквозь толпу и вышел из школы на незаметном углу.

Сначала он зашел домой, снял школьную форму и переоделся в старую одежду, которую давно не надевал. Прежде чем снова отправиться на улицу, он взял кепку и надел ее на голову.

Он поискал в телефоне сад Иньрун, о котором парень в очках говорил ему утром, и обнаружил, что он находится примерно в шести километрах от школы. Там жил Хуан Цисянь.

По какой-то необъяснимой причине он почувствовал себя обязанным выяснить, что с ним произошло. Несмотря на то, что он понятия не имел, в каком доме живет парень, он все равно хотел попытать счастья.

В кармане у Цин Чэна не было денег, кроме 50 юаней. Это все, что у него было до следующего раза, когда он будет играть в шахматы в Магазине Удачи.

"Придется пробежаться."

Цин Чэнь не очень привык к физическим нагрузкам. Максимум, что он делал, - это бегал на уроках физкультуры.

Но сейчас он вдруг осознал всю важность физических упражнений. Он должен иметь крепкое тело, чтобы противостоять опасностям другого мира.

Нужно знать, что: в китайском языке никогда не было омофона для термина "жизнь". Возможно, этот иероглиф отражает концепцию, согласно которой у человека есть только одна жизнь.

И ею нужно дорожить.

Глава 17 - Перекрестная слежка

Осенний ветер мягко дул с моста Даунтаун, в то время как небо над головой Цин Чэня потемнело; тот бежал по мосту так быстро, как только мог.

Он чувствовал как в нем что-то изменилось; будто цепи, которые семья и окружение наложили на него раньше, ослабли.

Цин Чэнь бежал все быстрее и быстрее.

Время от времени пешеходы на мосту оглядывались на него. Все чувствовали, что от этого парня исходит необъяснимая аура юности, спонтанности и насыщенности.

Сад Иньрун считался благополучным и очень известным богатым районом в городе Ло.

Цин Чэнь не удивился, узнав, что здесь жил Хуан Цисянь, сын руководителя компании Янги.

Охрана здесь была довольно строгой, и каждый должен был предоставить ID карту, прежде чем пройти дальше.

Цин Чэнь обошел квартал с обратной стороны, надеясь найти другой способ проникнуть внутрь.

Однако прежде чем он успел придумать способ проникновения, он заметил организованную группу из шести человек в черных костюмах, выходящих на узкую дорогу возле задних ворот квартала; они были одеты очень аккуратно.

Шестеро мужчин шли с одинаковой скоростью, как будто точно рассчитали расстояние каждого своего шага.

"Стоп". - Цин Чэнь вдруг заметил кого-то среди шестерых мужчин. Это был подросток... Хуан Цисянь!

В это время Хуан Цисянь выглядел как нервотик, продолжая бормотать такие слова как: тюрьма, роботы, звери...

Группа быстро расселась в два черных внедорожника, припаркованных рядом с улицей. Один из мужчин, казалось, что-то почувствовал и посмотрел в сторону, где стоял Цин Чэнь.

Цин Чэнь немедленно отвернулся и сделал вид, что смотрит в телефон.

Мужчине, похоже, не было до него никакого дела, и вскоре два внедорожника скрылись под покровом ночи.

Цин Чэнь стоял в оцепенение. Он все еще смотрел на свой телефон, не зная, что делать.

"Кто были эти люди?"

"Почему они забрали Хуан Цисяня?"

"Неужели они знают, что он переселенец?"

Скорее всего да, поскольку Цин Чэнь не верил в совпадения.

Он развернулся и собрался домой, чтобы все обдумать.

По дороге он все еще думал о людях в черных костюмах, но вскоре понял, что что-то не так.

Молодой человек в черном свитере молча следовал за ним на протяжении пяти кварталов.

Ему показалось, что он уже видел этого человека раньше...

Мгновенно Цин Чэнь почувствовал, как напряглись его мышцы; невидимое давление подрывало его чувство безопасности.

На него охотился зверь.

Он помнил, как этот человек стоял недалеко от него в районе центрального сада, глядя в телефон, но его палец ни разу не коснулся экрана.

Цин Чэнь не мог анализировать все, что видел каждую минуту, это было слишком утомительно, но он мог извлечь воспоминания и посмотреть на них позже, когда они ему понадобятся.

Подумав об этом, Цин Чэнь сделал вид, что ему звонят, и остановился на месте. - Эй, прости, я опоздаю на некоторое время...

Он постарался спрятать лицо под кепкой, чтобы тот не увидел его.

После того как Цин Чэнь остановился, молодой человек в черном свитере без колебаний прошел мимо него.

Цин Чэнь посмотрел на него периферийным зрением, но тот даже не обернулся, чтобы взглянуть на него.

Это немного озадачило Цин Чэна. "Не слишком ли я осторожен?"

На оживленной улице мужчина быстро исчез из поля зрения Цин Чэна.

Он почувствовал облегчение от того, что перед походом переоделся в старую рубашку и брюки. Иначе незнакомец сразу бы понял, что он из школы иностранных языков города Ло.

Как раз когда Цин Чэнь почти успокоился, он заметил еще одно знакомое лицо в толпе, ожидающего светофора на переход улицы.

Это был уже другой человек, который находился у входа в район центрального сада.

"Это не совпадение."

"Это явно перекрестная слежка."

Каждый человек, ответственный за выслеживание цели, следовал только на небольшом расстоянии, чтобы его не обнаружили. Если цель останавливалась в какой-либо точке, человек ответственный за слежку, просто уходил, в то время как его заменял другой член группы, и продолжал начатое дело.

Это был один из самых сложных, но безопасных методов слежения.

Цин Чэнь был очень благодарен за бесполезные на первый взгляд книги, которые он прочел когда-то.

Он наконец-то понял, что когда человек у внедорожника посмотрел на него, за ним уже следили.

Если их самих было шестеро, то есть шанс того, что многие другие прячутся по углам.

"Это секретная организация? Почему их интересуют переселенцы?"

У Цин Чэна и так было тревожное чувство, что он был не первым из землян, посетивших другой мир; но теперь он мог точно предположить, что являлся либо второй, либо третьей группой переселенцев.

В противном случае, даже если кто-то узнал о переселенцах сегодня, он не смог бы совершить такие организованные действия за день.

Эти люди весьма подготовленые.

Его глаза сузились: бегущий навстречу ему бегун, пожилой мужчина, продающий карамель на палочках, стройная женщина на высоких каблуках и свет желтого уличного фонаря рядом с ним...

Он запоминал и анализировал каждую деталь.

Оставалось примерно 12 секунд до того, как светофор переключится.

Молодой человек в черном, вероятно, уже свернул на объездную дорогу, чтобы оказаться позади него и быть готовым к следующему перекрестному слежению.

Согласно его знанию местности, обычному человеку понадобилось бы не менее десяти минут, чтобы на максимальной скорости обойти улицу Ванчуньмэнь, дорогу Чжэнхэ и проспект Кайюань.

Если он хочет сбежать...

То сейчас самое время.

Когда загорелся зеленый, кто-то на противоположной стороне улицы начал переходить дорогу, но Цин Чэнь резко развернулся и пошел прочь.

Человек продолжал переходить улицу в непринужденной манере, пока не сказал тихим голосом: - Цель была на правой стороне дороги, но потом развернулась. Ты уже на своей позиции?

Казалось, он что-то бормотал про себя, но если бы кто-нибудь присмотрелся, то увидел бы, что в его левом ухе находится полупрозрачный наушник.

- Нет, мне еще нужно две минуты.

Человек, говоривший в наушник, заметил, что что-то не так. Он попытался найти Цин Чэна, но того и след простыл.

- Проклятье. Я потерял его, - Вздохнул человек.

Молодой человек в черном свитере, который спешил на точку, остановился и улыбнулся: - Какая жалость. Мы даже можем выследить пацана, хотя нас двое.

- Это ты хотел выследить его.

- Думаешь, он обнаружил, что за ним следят? - Пошутил молодой человек.

- Более чем.

Молодой человек в черном свитере немного подумал и сказал: - Ему на вид около семнадцати или восемнадцати, возможно, он ученик средней школы. Если он правда понял, что за ним следят, то его способности должны быть выше чем мы предполагали. Ты заметил, как спокойно он справился с ситуацией? Я даже не понял, в какой момент он заметил, как за ним следят. Заметь я чуточку раньше, действовал бы куда радикальнее.

- Мне очень любопытно, почему ты так сильно хотел следить за ним? У нас впереди еще много работы. Нет смысла тратить столько времени на первого встречного.

- Это не необдуманное решение. Во время сопровождения цели 009 я заметил, как он избежал взгляда капитана.

Глава 18 - Таинственная организация

По сравнению с пребыванием в тюрьме 18, Цин Чэнь почувствовал, что сегодняшний день был гораздо более насыщенным на кризисы.

Он понятия не имел, кто эти люди, и не знал, каковы их намерения.

Другая сторона стала достаточно подозрительной, чтобы использовать такие продвинутые навыки, дабы выследить его просто потому, что он бросил лишний взгляд; полученный опыт был не из приятных.

Он чувствовал себя так, словно его выбросили из его безопасной среды обитания и заставили впервые столкнуться со зверями реального мира...

Или, возможно, он впервые увидел истинное лицо этого мира.

На улице уже была кромешная тьма. Цин Чэнь неспешно прогуливался по небольшому парку, прячась за большими кустами на обочине дороги.

Стресс, вызванный адреналином, и его бьющееся сердце успокоились только после долгой прогулки.

Когда он вернулся к своему дому, Цин Чэнь просидел в тени здания полчаса. Убедившись, что за ним никто не следит, он наконец вошел в дом.

Рубашка Цин Чэна промокла от пота, несмотря на прохладный и освежающий осенний ветерок.

Войдя в свою квартиру, Цин Чэнь достал телефон и поискал Хэ Сяосяо, чтобы посмотреть, не дал ли тот новых советов по Внутреннему Миру.

К его удивлению, Хэ Сяосяо, который изначально сказал, что сделает еще один обзор Внутреннего Мира, пропал из сети.

Его раздел комментариев был взорван людьми, задававшимися вопросом, почему он до сих пор не загрузил обзор, но от самого Хэ Сяосяо не было никакого ответа.

"Возможно ли, что он тоже был захвачен таинственной организацией? Сколько вообще существует организаций в этой стране?"

Цин Чэнь мог только догадываться.

Внезапно возле его дома завыли полицейские сирены.

Цин Чэнь нахмурился и выглянул из окна. Полицейская машина остановилась у дверей его дома, пока сам он не услышал женские крики и мужские вопли на втором этаже.

К этому времени почти все его соседи вышли из домов и квартир, чтобы посмотреть что случилось; Цин Чэнь спрятался в толпе

- Что опять? - Спросил пожилой мужчина.

- Без понятия. Мужчина, который здесь живет, часто издевается над своей женой, - Сказала тетя, держа на руках ребенка, - В последний раз, когда это случилось, его жену пришлось госпитализировать на несколько дней из-за травм. Тогда женщина попросила развода, но ее снова избили... *вздох*... Мужчина даже сказал, что убьет всех членов семьи, если она снова попросит об этом.

- Значит, сегодня...? - Задался вопросом кто-то, - ...получается, мужчина снова избил свою жену? Но почему я слышу только его крики?

- Ты правильно понял, - Сказала тетя, - Я хотела придти и остановить драку, но оказалось, что на этот раз женщина избила мужчину.

- Чего? - Воскликнул кто-то, потрясенный.

- Ха, мужчина снова напился и собирался избить свою жену, но знаете что? Вы слышали о переселенцах? Женщина одна из них. - Тетка была так возбуждена, когда сплетничала о других, что даже не могла остановиться: - Сначала женщину били, но потом, через некоторое время, она просто встала и сломала мужчине ногу. Жаль, что маленькая девочка в их семье пришлось все это видеть. Она слишком мала для всего этого.

Когда Цин Чэнь услышал слова тетки, он почувствовал облегчение. Честно говоря, он не чувствовал никакого сочувствия к тому мужчине; и даже в какой-то момент ему пришлось сдерживать смех.

"Что может быть более жалким, чем муж, избивающий свою жену?"

"Жена, избивающая мужа."

Семья из трех человек жила этажом выше его квартиры, поэтому в течение последних двух лет он часто возвращался с вечерних занятий и видел, как дочь из их семьи сидит на полу перед его квартирой и плачет.

Женщине было около тридцати лет, и она была очень красива; но именно за это муж и избивал ее. Когда он напивался, он становился неразумным и ошибочно полагал, что она ему изменяет.

Позже Цин Чэнь узнал от соседей, что мужчина приходил домой и бил ее, как только видел, что та разговаривает с другими мужчинами.

Теперь он получил по заслугам.

В это время полицейские уже поднялись наверх, чтобы изучить ситуацию, пока мужчину несли в машину скорой помощи.

Цин Чэнь взглянул и увидел, что обе руки мужчины были согнуты в неестественной форме.

Когда машина скорой помощи уехала, полицейские также начали говорить толпе, чтобы они разошлись.

Цин Чэнь собирался идти домой, но как только он вошел в коридор, то увидел, что перед его квартирой сидела маленькая девочка.

- Братик, мама попросила меня пойти и побыть у тебя немного, но когда я постучалась, никто не ответил, - Сказала девочка, со слезами на глазах.

Девочку звали Ли Тунъюнь, и это был не первый раз, когда она приходила в дом Цин Чэня, чтобы спрятаться от родителей.

Цин Чэнь не совал свой нос в чужие дела, но однажды, когда супруги поссорились, он увидел, что маленькая девочка плачет одна в коридоре.

В то время Цин Чэнь только что вернулся из школы и собирался пройти мимо, как вышла женщина и спросила, может ли Цин Чэнь позволить ее дочери остаться в его доме на некоторое время.

В конце концов, Цин Чэнь согласился.

В тот вечер он приготовил жареный рис с соевым соусом и включил для девочки мультик на телефоне.

После того как семейные споры были улажены, он отправил девочку домой.

Женщина наверху позже узнала об этом, поэтому она часто говорила девочке, чтобы та шла к Цин Чэну.

Женщина также в знак благодарности хотела постирать его одежду, но тот отказался, опасаясь, что ее муж будет недоволен.

В этот момент Цин Чэнь наклонился и погладил девочку по голове, спросив: - Ты ела?

- Съела несколько печений... - Робко ответила Ли Тунъюнь.

- Пойдем, я тоже голодный. Как обычно приготовлю для тебя жареный рис. - Цин Чэнь потратил почти все свои деньги на подготовку, поэтому, хотя у него было мало денег, у него было много риса и других продуктов. - Твоя мама должна скоро прийти в себя, а что касается отца, то он больше не тронет твою маму.

Ли Тунъюнь вдруг сказала: - Я смогу приходить к тебе в будущем?

- Конечно...

Как только Цин Чэнь собрался продолжить, выражение его лица мгновенно изменилось, и он поспешно потянул Ли Тунъюнь в квартиру.

Ли Тунъюнь посмотрела на Цин Чэня с растерянным видом: - Братик?

Она увидела, что Цин Чэнь быстро закрыл все окна в комнате и выглянул наружу через крошечную щель между занавесками.

- Ничего особенного, просто веди себя тихо, - Сказал Цин Чэнь шепотом.

Пока они разговаривали, перед домом остановился внедорожник.

Это был один из тех, которые он видел сегодня вечером в центральном саду Иньрун!

Вероятно, они увидели новости и приехали сюда, чтобы проверить все лично.

Сердце Цин Чэня учащенно забилось. "Они быстро приехали сюда..." - Подумал он.

В это время из машины выскочили два молодых человека, один в черном свитере, а другой в серой куртке.

Это были те же люди, которые следили за Цин Чэном ранее.

Его сердце учащенно заколотилось. Он подумал, не суждено ли ему встретиться с ними...

В следующий момент молодой человек в черном свитере посмотрел в сторону окна, из которого выглядывал Цин Чэнь; тот сразу же задернул занавеску, и отошел.

- Что-то увидел? - Спросил один из них.

Мужчина в черном свитере улыбнулся и ответил: - Ничего. Просто мне показалось, что кто-то наблюдал за мной. Наверное, я слишком сильно накручиваю себя... что ж, пойдем.

Цин Чэнь немного волновался за женщину наверху.

Точнее, он беспокоился о том, что если женщину наверху заберут, то Ли Тунъюнь останется совсем одна, и ей не на кого будет положиться.

Отец в больнице, а маму заберет таинственная организация...

Прошло десять минут, а Цин Чэнь все еще не мог решить, что делать, хотя двое молодых людей уже спустились вниз.

Он увидел, что те просто сели в машину и уехали, не забрав маму Ли Тунъюнь.

"Что?" - Цин Чэнь был озадачен. - "Разве они здесь не для того, чтобы забрать переселенца?"

Медленно полицейская машина тоже уехала, и в дверь его дома постучали.

Цин Чэнь пошел открыть дверь и увидел мать Ли Тунъюня, стоящую снаружи. Ее волосы были в полном беспорядке, губы потрескались, а лицо все в крови.

Женщина, видимо, осознав, что ее вид немного шокирует, попыталась пригладить волосы.

После этого она сказала Цин Чэну: - Мне очень жаль, что беспокою тебя среди ночи.

Глава 19 - Ограничение проезда

- С вами все в порядке? - Спросил Цин Чэнь. Его взгляд упал на женщину, стоящую перед его дверью.

Это был первый раз, когда он увидел ее вблизи. Хотя Цин Чэнь был еще школьником, эти двое постоянно проходили мимо друг друга в спешке, потому что женщина подсознательно хотела избегать других мужчин из-за своего мужа.

Вероятно, это было вызвано травмой, полученной в результате насилия.

Теперь, когда руки женщины превратились в механические протезы, Цин Чэнь обнаружил, что детали на ее руке выглядят более хрупкими, чем у большинства заключенных в тюрьме 18.

Если бы не рубашка с длинными рукавами, закрывающая большую часть руки, он бы мог разглядеть больше деталей.

Внешность женщины, к удивлению Цин Чэна, соответствовала ее репутации. Хотя у нее были едва заметные складки в уголках глаз, они только подчеркивали ее характер.

- Должно быть, я снова создала для тебя проблемы, - Пробормотала женщина; ее лицо раскраснелось от вины, когда она уставилась на Цин Чэна.

- Да не особо, - Ответил Цин Чэнь, - Я как раз собирался накормить Ли Тунъюнь.

Женщина кивнула и сказала Ли Тунъюнь: - Сяо Юнь, пойдем домой.

Ли Тунъюнь жалостливо сказала: - Но я голодная. Ты дом разгромила, а есть нечего.

Услышав ее слова, женщина немного смутилась: - Ну же, не будь такой капризной! Мы должны вернуться.

Цин Чэнь вмешался: - Я слышал от сяо Юнь, что вы еще не ели. Почему бы нам не поужинать вместе?

Женщина и Ли Тунъюнь замерли. Хотя Цин Чэнь и раньше помогал им, он никогда не проявлял такого энтузиазма.

Им всегда казалось, что он старался не вмешиваться в чужие дела.

- Итак... как мне к вам обращаться? - Цин Чэнь объяснил: - Просто я очень интересуюсь переселенцами...

- Цзян Сюэ, - Ответила женщина.

- Ну, я хочу спросить тетю Цзян о Внутреннем Мире. Может, вы мне немного расскажете о нем за ужином?

Честно говоря, Цзян Сюэ была старше Цин Чэна всего на двенадцать лет, и ему было странно называть ее тетей, так как создавалось впечатление, что она намного старше. Однако Цин Чэнь решил обращаться к ней "тетя", чтобы проявить больше уважения.

- Можешь спросить меня о чем угодно, - Продолжила Цзян Сюэ, - Но сейчас, я думаю, будет лучше, если я пойду домой.

- Мама, пожалуйста, позволь нам поесть в доме брата Цина, - Взмолилась Ли Тунъюнь.

Цзян Сюэ посмотрела на умоляющее выражение лица сяо Юнь и вздохнула: - Хорошо, тогда, боюсь, мне придется побеспокоить тебя еще немного.

От начала и до конца эта женщина всегда выглядела застенчивой, и Цин Чэнь чувствовал искреннее чувство вины в ее поведение.

"Неужели она выжила во Внутреннем Мире с таким характером?"

Цин Чэнь подавил свое любопытство, пока готовил жареный рис. После того как он закончил и поставил кастрюлю на стол, он наконец почувствовал, что уместно спросить: - Я видел, как полиция приходила к вам домой, что они сказали?

- Соседи помогли мне объяснить ситуацию. Полиция хотела отвезти меня в участок для дальнейшего допроса, но поскольку у меня есть сяо Юнь, о которой я должна заботиться, и то что произошли, очевидно, была самообороной, мне разрешили остаться. Они вызовут меня, если им понадобится информация от меня.

Начав разговор, Цин Чэнь наконец задал вопрос, который хотел задать больше всего: - Эм, я видел двух людей, которые поднялись чуть позже. Для чего они приходили?

- Тут я не очень уверена, - Покачала головой Цзян Сюэ, - Они пришли спросить что-то у полиции и попросили меня заполнить бланк. Они также сфотографировали мои документы и ушли.

Цин Чэнь был ошеломлен: - И все?

- О, и они сказали, что могут связаться со мной позже, поэтому они сказали мне пока не покидать город Ло, но они не уточнили, для чего они хотят связаться со мной, - Ответила Цзян Сюэ.

- А как полиция на них отреагировала? - С любопытством спросил Цин Чэнь.

- Похоже, они предъявили полицейским какое-то особое удостоверение, - Вспомнила Цзян Сюэ, - Но я понятия не имею, что оно из себя представляет.

Цин Чэнь теперь имел какое никакое представление о том, что это за люди.

Прежде всего, он понял, что целью организации не было похищение переселенцев или причинение им какого-либо вреда.

Далее, полиция знала и признавала существование этой организации.

По крайней мере, таинственные люди, преследовавшие его, уже не казались такими грозными, как раньше. Это помогло Цин Чэну расслабиться.

Вдруг Цин Чэнь спросил: - Тетя Цзян, какую роль вы играете во Внутреннем Мире?

Термин Внутренний Мир быстро стал основным термином для обозначения мира, в который переселились люди.

К этому времени почти все называли этот мир именно так.

Цзян Сюэ ответила: - Я владею клиникой в городе 18, которая помогает другим устанавливать и обслуживать механические протезы, но после того, как я оказалась там, я ничего не знала об установке механических протезах, поэтому, когда люди приходили за услугами, я просто говорила им, что ничего не осталось.

Цин Чэнь кивнул; изучение установки механических протезов точно не было задачей, которую можно было освоить за день или два.

- Тогда ваши руки... - Спросил он.

- Они появились, как только я оказалась в том мире, - Ответила Цзян Сюэ.

Цин Чэнь снова спросил: - На видео одного человека упоминается тюрьма 18. Где находится это место?

- На окраине города 18, - Ответила Цзян Сюэ, - И она довольно известна. Похоже, это место, предназначенное для содержания особо опасных преступников. Это самая надежная тюрьма федерального правительства.

- Федерального правительства? - Цин Чэнь засомневался: - Что еще вы знаете, тетя Цзян?

- Не так много. Я была там всего два дня и не смогла ничего выяснить, - Сказала Цзян Сюэ, покачав головой.

Вдруг Ли Тунъюнь, которая тихо сидела рядом с ними, прервала их и спросила: - Мамочка, как называется твоя клиника?

- "Клиника механических протезов Цзян Сюэ", - Ответила Цзян Сюэ, - А тебе зачем?

- Ничего, просто любопытно, - Ответила Ли Тунъюнь, зачерпывая рис в свою миску.

Цин Чэнь запомнил название, но он не знал, как помочь женщине в другом мире.

Если он и хотел помочь, то только через Лу Гуаньи или Ли Шутонга, но как он мог обосновать необходимость помощи Цзян Сюэ?

Он все еще не знал, как люди во Внутреннем Мире отнесутся к переселенцам. Если личность Цзян Сюэ будет раскрыта, это может сильно повлиять и на него.

Он должен был подождать, так как Цзян Сюэ не представляла непосредственной опасности.

- Почему тебя так интересуют вещи во Внутреннем Мире? - Спросила Цзян Сюэ.

- Надеюсь, что однажды смогу оказаться в том мире, - С улыбкой ответил Цин Чэнь, - Я очень завидую вам, переселенцам.

Цзян Сюэ в ответ покачала головой: - Тот мир очень опасен. Кроме членов семей Ли, Чэнь, Цин, Кана и Кадзима, практически все остальные живут в невероятно плохих условиях.

Цин Чэнь подумал про себя: "Я один из членов семьи Цин, но не похоже, чтобы я жил хорошо..."

Он спросил: - Каковы ваши дальнейшие планы?

- Хочу отвезти сяо Юнь жить к ее бабушке в город Чжэн. Мы уедем завтра, и после того, как все уладится, я разведусь с мужем. - Сказала Цзян Сюэ.

Цин Чэнь вдруг о чем-то задумался, а потом вспомнил: - Тогда вам стоит поторопиться и купить билеты. В последнее время в город Чжэн приезжает много людей, поэтому в последнюю минуту достать билеты довольно сложно.

Цин Чэнь высказал отличную мысль, поэтому Цзян Сюэ достала телефон и купила билет до города Чжэн. Оплата была принята, но через некоторое время на экране цифрового билета появилась ошибка.

Операция не прошла!

Цин Чэнь погрузился в глубокую задумчивость. Когда он услышал, как таинственная организация сказала Цзян Сюэ, что ей запрещено покидать город Ло, но ничего не предприняла по этому поводу, он предположил, что у группы были другие планы, чтобы удержать ее в городе.

Возможно, именно поэтому они сфотографировали удостоверение личности Цзян Сюэ: ей запрещен выезд из города.

Глава 20 - Групповой чат путешественников

- Похоже, мы не сможем покинуть город, - Наконец сказала Цзян Сюэ после того, как ей не удалось купить билет ни на самолет, ни на поезд.

Эта таинственная организация, несомненно, имела прочный контроль над каждым уголком этого города. Цин Чэнь не хотел оказаться здесь в ловушке, поэтому, не зная о намерениях других, он решил, что ему лучше оставаться в тени.

Цзян Сюэ вдруг спросила: - Почему я ни разу не видела тебя с родителями, Цин Чэнь? Ты живешь один?

- Они развелись, а я остался здесь, - Кивнув, ответил Цин Чэнь. - Итак, тетя Цзян, чем вы зарабатываете на жизнь?

Цзян Сюэ ничего не ответила: - Я учительница по рисованию в начальной школе Уайт Хорс, которая находится неподалеку. - Сказав это, она встала и собрала посуду на столе. - Я помою посуду, в знак благодарности.

- Не стоит. Позже я сам вымою.

- Нет, ты накормил нас. Как я могу позволить тебе вымыть посуду? - Не обращая внимания на просьбу Цин Чэна, она встала и направилась на кухню.

Ли Тунъюнь вдруг наклонилась и сказала шепотом: - Ты никогда раньше не смотрел на мою маму с такой заботой, братик. Скажи мне правду, ты пригласил нас, потому что она сегодня особенно привлекательна?

Цин Чэнь чуть не поперхнулся: - С чего ты это взяла...

- Моя мама очень красивая, - Прошептала Ли Тунъюнь.

Цин Чэнь не мог удержаться от смеха. "Вот о чем думают дети в наше время?"

Однако он был уверен, что сблизился с Цзян Сюэ не из-за ее красоты. Скорее, ему нужна была информация, которой она обладала. Ему нужно было больше информации о таинственной организации и Внутреннем Мире.

Спустя время Цзян Сюэ заметила грязное белье, сложенную в ванной комнате Цин Чэна, и понесла ее с собой, сказав: - В следующий раз неси свое грязную одежду тетушке, и я постираю ее за тебя. Пойдем, сяо Юнь, пора домой. Брату Цин Чэну еще нужно выполнить домашнее задание.

- Минуточку. Вот их я точно могу постирать сам...

Не дожидаясь пока тот закончит фразу, Цзян Сюэ повела Ли Тунъюнь за собой, попрощавшись.

Цин Чэнь стоял в оцепенении. Он не ожидал, что она будет такой прямолинейной.

Он вернулся в спальню и медленно лег на кровать, обдумывая свои планы на будущее.

Цин Чэнь открыл уведомления WeChat и увидел 999+ непрочитанных сообщений, все из группового чата класса. Все с нетерпением обсуждали деятельность переселенцев.

Даже то, что произошло с Цзян Сюэ сегодня вечером, стало темой для обсуждения в городе Ло. Скорее всего, на следующий день она попадет в трендовые поисковые запросы.

Слово "переселенец" заинтересовало школьников, рабочих и даже высокопоставленных лиц.

Он просмотрел историю чата и заметил, что каждый раз, когда кто-то хотел обсудить характеристики переселенцев, появлялся Нан Генчэн и говорил, что эти люди должны быть настоящими гениями с высокими талантами...

Честно говоря, все, чего сейчас хотел Цин Чэнь, так это чтобы Нан Генчэн появился в тюрьме 18 вместе с ним.

Тогда ему не придется будет скрывать свою личность. Он подумал про себя, что было бы интересно посмотреть на реакцию Нан Генчэна.

Цин Чэнь открыл браузер и поискал профиль Хэ Сяосяо, но от него еще не появилось новых видео.

Он перевел взгляд на WeChat, но от матери так и не появилось новых сообщений.

Когда он уже собирался ложиться спать, завибрировал его телефон.

Ему звонила мама

Цин Чэнь сел на кровать и ответил: - Да?

На другом конце телефона Жан Ванфан сказала: - Сяо Чэнь, я отправила твоему отцу деньги на проживание за этот месяц.

Она говорила так каждый месяц, но прошла уже целая вечность с тех пор, как Цин Чэнь в последний раз видел эти самые деньги на проживания.

- Мама, на этой неделе...

Цин Чэнь хотел сказать, что на этой неделе он должен заплатить за учебники, но не успел договорить, как Жан Ванфан прервала его: - У Хаохао температура, поэтому я не смогу навестить тебя в эти выходные. Ложись пораньше и постарайся не отставать в учебе.

- Угу. - Цин Чэнь сразу же повесил трубку.

Он наконец-то получил звонок, которого так долго ждал, но мама уже давно забыла о том, что он прогуливал уроки.

Но теперь это не имело значения.

В этот момент...

{Цин Чэнь! Эй, ты там?} - Нан Генчэн прислал ему сообщение посреди ночи.

{В чем дело?}

{Я присоединился в групповой чат, который приглашал переселенцев. Хочешь присоединиться? Я могу выслать тебе код приглашения.} - Нан Генчэн был полон энтузиазма.

Цин Чэнь ответил: - {Мы даже не переселенцы, так для чего нам присоединяться?}

Прошло несколько секунд, прежде чем Нан Генчэн ответил: - {Я просто хочу проверить. Может быть, мы найдем какие-нибудь новости из первых рук. Что если мы однажды переселимся? Информация из группы может оказаться полезной в будущем.}

{Я пас.}

На данный момент его не интересовали групповые чаты переселенцев. Что если это была ловушка той таинственной организации, чтобы заманить всех рыб в одно место?

Да, возможно, что организация не замышляла ничего плохого, но он не хотел рисковать.

Наверное, только такие гении, как Нан Генчэн, готовы на такие авантюры.

{Хорошо, тогда я пойду и повеселюсь.} - Ответил Нан Генчэн.

После этого он больше не отправлял никаких сообщений.

Через некоторое время, когда Цин Чэнь почти задремал, Нан Генчэн появился снова: {Цин Чэнь...}

{Что?} - Беспомощно спросил Цин Чэнь.

{Основатель группового чата сказал, что он переселенец, и утверждает, что притащил из Внутреннего Мира сотни пар высокотехнологичных носков. Они предотвращают появление дурных запахов и пота и могут заставить человека ходить очень быстро. Такая штука даже может продлить жизнь... хочешь пару?}

Цин Чен: - ????

Из всевозможных предметов, почему именно носки?

"Боже правый... да это же мошенник 100%."

Он и так скептически отнесся к этому групповому чату, но он не ожидал, что они провернут такую откровенную аферу.

Цин Чэнь спросил: - {Ты купил что-нибудь?}

Нан Генчэн ответил: - {У меня нет денег. Если же появятся, может быть, куплю пару...}

Цин Чэнь пытался сдержаться, но все же напечатал: - {...ты просто гений.}

Нан Генчэн не обратил внимания на сарказм и продолжил: - {Есть даже люди, которые говорят, что получили некое генетическое лекарство из Внутреннего Мира. Приняв его, ты мгновенно станешь Пробужденцем.]

{Да что ты говоришь?}

{Есть еще один, который сказал, что знает пару богатых дам во Внутреннем Мире и может порекомендовать нам нескольких.}

{Кхе... что еще они сказали?} - Цин Чэнь начал понимать. В этой группе не один мошенник, а целая банда.

Он даже подозревал, что все в том чате, кроме Нан Генчэна, были мошенниками, и только он один был доверчивым идиотом.

Глава 21 - Дополнение: Битва за Тень

7:20 утра; До конца обратного отсчета: 20:40:00.

Пробежав три круга по своему району, Цин Чэнь вернулся домой. По прибытию он обнаружил, что Цзян Сюэ уже развешивает одежду на сушилку около балкона; каждое белье, которое она вешала, принадлежала ему.

Поскольку в последнее время он был очень занят подготовкой к переселению, он собрал кучу грязной одежды, для стирки. Он планировал постирать их сегодня, однако Цзян Сюэ опередила его.

Когда Цзян Сюэ заметила Цин Чэня, она улыбнулась и открыла окно: - Я приготовила кашу. Приходи!

- Нет, нет, я занят, - Сказал Цин Чэнь, махнув рукой. Затем он взял дома несколько печений и стал их грызть по дороге в школу.

Он уже давно не видел, чтобы кто-то относился к нему с добротой, поэтому сначала не очень привык к этому.

Пройдя через школьные ворота, Цин Чэнь заметил, как огромная толпа школьников бежит к зданию средней школы. По пути он также увидел Нан Генчэна, бегущего вместе с толпой, которого остановил и с любопытством спросил: - Что происходит?

- Ты не проверял чат класса? Кто-то из параллельного класса - переселенец! Он сейчас в школе! - Запыхавшись, сказал Нан Генчэн.

- Стоп. Как они узнали, что он переселенец? - Спросил Цин Чэнь, недоумевая. Он был уверен, что ни у кого из паралельного класса не было механических протезов.

- Конечно, он похвастался этим, - Объяснил Нан Генчэн. - Вчера он поддался искушению, и рассказал об этом своему однокласснику.

Цин Чэнь нахмурился, услышав это. Число переселенцев в городе Ло явно увеличивается.

В школе, вероятно, было не более двух тысяч учеников, включая персонал, но уже появились четыре переселенца. Сколько же их тогда по стране?

Похоже, что только в десяти или около того городах страны появлялись переселенцы. Но даже в этом случае их будет очень много в будущем.

"Эту закономерность должны были распознать и другие, верно?"

К тому времени, когда эта информация будет обнародована, он уже мог сказать, что в эти города хлынет поток людей, надеющихся получить билет к новой жизни в качестве третьей или четвертой группы.

Возможно, не прямо сейчас, но если появится третья группа, то это подтвердит его подозрения.

"В будущем популярность многих городов, включая город Ло, будет только расти."

Цин Чэнь и Нан Генчэн направились в класс, но прежде чем они успели добежать до класса, директор привел группу учителей, чтобы увести ученика, утверждавшего, что он переселенец.

- Мы опоздали! - Пробормотал Нан Генчэн.

Цин Чэну не было до этого дела, поэтому он потащил Нан Генчэна в их класс.

Он предположил, что таинственная организация скоро прибудет. Сегодня вечером ему предстояло снова посетить другой мир, поэтому он не хотел доставлять себе лишних хлопот.

Он также не был уверен, что кто-нибудь из таинственной организации заметил его появление и обратил на него внимание. Если им удалось ограничить Цзян Сюэ, чтобы она не покидала город, то им не составит труда получить доступ к камерам наблюдения в округе.

Хотя район, где он жил, был относительно старым и камеры в нем были не на каждом шагу, он все же старался не заходить в зону сильного наблюдения. Однако он не мог быть уверен, что случайно не попал в объектив камеры.

В течение всего дня Цин Чэнь оставался в классе, стараясь не сталкиваться с людьми из таинственной организации.

Если ему не нужно было в туалет, он не делал ни шагу за пределы класса.

Стоит отметить, что их учитель английского языка, Ду Ихун, сегодня снова отсутствовал, что придало Цин Чэну дополнительную уверенность в своей первоначальной догадке.

- Цин Чэнь, смотри! Хэ Сяосяо опубликовал новое видео со стратегией для Внутреннего Мира!

Глаза Цин Чэна загорелись. Среди всех, кто вернулся из Внутреннего Мира, самой занимательной личностью был Хэ Сяосяо с его видео.

Если все остальные рассказывали лишь обрывки информации или высказывали односторонние мнения.

То Сяосяо же делился солидной полезной информацией.

Например, о Трибунале по Табу, Ли Шутонге и генетической инъекции. Это были слова, о которых большинство переселенцев не знали до просмотра.

"Что случилось с Хэ Сяосяо за время его исчезновения? Что заставило его снова появиться?"

Цин Чэнь нажал на видео на своем телефоне.

- Привет всем, ч вами снова Хэ Сяосяо. Из-за некоторых особых обстоятельств я не смог загрузить видео со стратегией вчера.

- Стратегия, которую я предлагаю вашему вниманию сегодня, является актуальным информационным обзором Внутреннего Мира: борьба семьи Цин за Тень.

- Семья Цин - одна из пяти крупнейших семей во Внутреннем Мире...

- А Тень - это человек в семье Цин, обладающий огромной закулисной властью.

- Говорят, что это тысячелетняя традиция семьи Цин - проводить строгий отбор, чтобы определить следующую Тень. Каждый кандидат на Тень должен пройти жесточайшее испытание. В то же время, процесс выбора вызовет крайнее волнение во Внутреннем Мире.

- В настоящее время известно восемь кандидатов на Тень, и каждый из них обладает различными талантами. Имена этих восьми кандидатов: Цин Хуай, Цин Вэнь, Цин Ши... и, наконец, есть еще один, но он крайне загадочен. Даже я не знаю его имени.

Цин Чэнь оставался неподвижным. Так называемое информационное видео было больше похоже на сюжет для уже вышедшей игры, такой как Red Alert 3: Yuri's Revenge.

Он понятия не имел, что Ли Шутонг подозревал его в том, что он является кандидатом на Тень, и он не знал, что он был одним из них. Лу Гуаньи никогда не упоминал об этом.

Но теперь он вдруг понял, почему появился в тюрьме 18.

Он должен был признать, что видео со стратегией Хэ Сяосяо очень помогло ему в этот раз.

[Обратный отсчет - 6:19:29]

Занятия шли как обычно до полудня, но Цин Чэнь все еще не видел, чтобы кто-то из таинственной организации прибыл в школу. Просто парень, утверждавший, что он переселенец, не вернулся в свой класс. Другие говорили, что родители попросили отправить его домой, чтобы он поразмыслил над хаосом, который он устроил.

Время приближалось, и Цин Чэнь ясно чувствовал, что Нан Генчэн нервничает все больше и больше.

Он не знал, что сказать, чтобы успокоить нервы своего соседа по парте, но если Нан Генчэн окажется в тюрьме 18, Цин Чэнь сделает все возможное, чтобы помочь ему, несмотря на риск.

- Если... то есть только если... ты сегодня переместишься, пожалуйста, будь очень осторожен. Ты ведь тоже видел новости, Внутренний Мир - опасное место, - Спокойно объяснил Цин Чэнь Нан Генчэну.

Выражение Нан Генчэна стало немного неестественным: - Я... я не понимаю о чем ты.

- Просто помни это. - С этими словами Цин Чэнь больше ничего не сказал. Он знал, что его сосед по парте все еще хочет сохранить это в тайне, поэтому он мог доверять, что Нан Генчэн не сделает ничего из ряда вон выходящего.

Вечером Цин Чэнь прогулял занятия и отправился домой. В своей комнате он спокойно дождался окончания обратного отсчета.

Он закрыл глаза, чтобы немного отдохнуть, пока спустя долгое время... не раздался стук в дверь. Цин Чэнь встал, чтобы открыть дверь, и увидел Цзян Сюэ, стоящую снаружи: - Здравствуйте, вам что-нибудь нужно?

Цзян Сюэ поколебалась и сказала: - Ты уже знаешь, кем я являюсь, и обратный отсчет скоро закончится. Тот мир - небезопасное место, и я не могу гарантировать, что вернусь целой и невредимой. Если по какой-то причине я не смогу вернуться завтра, не мог бы ты позаботиться о сяо Юнь?

Цин Чэнь был в шоке: - Не говорите так. Я уверен, что вы благополучно вернетесь.

Цзян Сюэ покачала головой: - Спасибо за доброту, но ты не представляешь, насколько опасен этот мир. А я знаю. Если ты не принадлежишь к одной из пяти семей, твоя жизнь ничего не стоит. Мне не нужно, чтобы ты долго присматривала за сяо Юнь. Ее бабушка скоро приедет из города Чжэн...

- Хорошо, я обещаю тебе, что позабочусь о сяо Юнь, но я все еще надеюсь, что с вами все будет хорошо, - Кивнул Цин Чэнь.

- Спасибо, - Цзян Сюэ протянула Цин Чэню ключ, - Я оставлю тебе дубликат от своего дома. Если тебе что-нибудь понадобится, то можешь просто открыть дверь.

Затем Цзян Сюэ повернулась и ушла.

Цин Чэнь простоял так несколько секунд. Он не ожидал, что она настолько доверяет ему, что даст ему ключ от своего дома.

"Наверное, это и есть то, что называется взаимным доверием?"

[Обратный отсчет - 00:9:59]

Цин Чэнь воспользовался последними минутами, чтобы взять в рот маленькую флешку.

Он хотел проверить, сможет ли он переносить предметы своим телом.

Затем он снова ушиб руку.

Когда все было завершено, Цин Чэнь глубоко вздохнул.

[Обратный отсчет - 00:00:10]

9.

8.

7.

6.

5.

4.

3.

2.

1.

Мир вокруг него разорвался на части...

...а затем снова собрался воедино.

...

Глава 22 - Добро пожаловать в тюрьму №18

Старая, добрая, тюремная камера; те же старые металлические стены; та же старая холодная кровать.

Цин Чэнь никогда не был в таком восторге. Перед переселением он боялся, что может оказаться в другом месте; если бы это случилось, то все его прошлые усилия, все его старания завоевать расположение Ли Шутонга были бы напрасны.

Каждое переселение было продолжением предыдущей, а это означало, что запомненная им партитура Канона все еще будет полезна.

Видео со стратегией Хэ Сяосяо показало, что Ли Шутонг является очень важным человеком во Внутреннем Мире, независимо от того, если сейчас пребывает в тюрьме.

Цин Чэнь был уверен, что около 90% переселенцев все еще путаются в этом мире, не зная, как получить желаемое в этой незнакомой среде.

Но в случае Цин Чэня, он оказался прямо рядом с Ли Шутонгом.

И ему не имело значения, насколько великолепным и прекрасным был внешний мир для других переселенцев.

Цин Чэнь выплюнул флешку изо рта на ладонь своей руки; его эксперимент дал положительный результат.

Раз он смог перенести флешку, значит, пока предмет находится в его теле, тот переместится вместе с ним.

Он посмотрел на синяк на руке, и, как и раньше, ушиб был там, где ему и положено быть.

По результатам своих экспериментов он определил, что процесс переселения воздействует на все тело, и в этом не было никаких сомнений.

Используя свои собственные стратегии, Цин Чэнь постепенно получал все больше информации о процессе переселения.

Постепенно в тюрьме 18 стал раздаваться шум заключенных, стучащих двери камер.

По какой-то причине Цин Чэнь почувствовал, что этот шум был гораздо более успокаивающим по сравнению с его жизнью во Внешнем Мире.

Он вернулся туда, где ему было самое место.

Цин Чэнь посмотрел вниз на свою руку. Обратный отсчет на нем изменился:

[Обратный отсчет - 47:55:50]

"Все также два коротких дня."

Но Цин Чэнь думал о другом: изменится ли время обратного отсчета в будущем? И каким образом, в меньшую или в большую сторону?

Во время завтрака двери открылись, как обычно. Цин Чэнь не был так осторожен, как в первый раз. Он вышел наружу и посмотрел вниз на площадку. Ли Шутонг, Е Ван и Линь Сяосяо уже были внизу, в столовой. Линь Сяосяо посмотрел на Цин Чэня и даже приветливо помахал ему рукой.

Заключенные вокруг, смотрели на него завистливым взглядом.

Цин Чэнь улыбнулся и любезно поприветствовал и их. Чувствуя себя польщенными, заключенные быстро ответили на приветствие.

В какой-то момент времени этот 17-летний парень стал "уважаемым человеком" в тюрьме.

Цин Чэнь, однако, не спешил спускаться, он ждал на пятом этаже и молча наблюдал за остальными заключенными.

Вчера(по определению Внутреннего Мира) в 00:00 ночи, после того, как всех заключенных развели по камерам, ввели новую группу заключенных.

Это означает что сегодня должна была прибыть вторая группа переселенцев из Внешнего Мира.

Цин Чэнь смотрел то верх, то вниз, пытаясь заметить кого-нибудь еще, кто мог стать переселенцем. Если таковой действительно появится, ему нужно было найти способ скрыть его истинную личность.

В это время восемь новичков стояли в оцепенении вдоль коридора на 2-м этаже, настороженно озираясь по сторонам.

Цин Чэнь замер, глядя на новичков; один из них, как ни странно, был переселенцем из его школы, о котором он слышал вчера, Лю Дэчжу!

Он не должен проявлять себя прямо сейчас, потому что это приведет к его разоблачению.

- Поглядите, у нас пополнение! - Лу Гуаньи, находившийся на шестом этаже, улыбнулся, глядя на второй этаж среди столпотворения заключенных, выходящих из своих камер. - Сейчас мы повеселимся от души!

Раньше Цин Чэнь был немного раздражен болтливостью Лу Гуаньи, но когда он вернулся в тюрьму 18, то почувствовал, что он его особо уже не напрягает.

Вдруг кто-то улыбнулся новичкам: - Добро пожаловать в тюрьму 18!

Цин Чэнь смотрел на выражения лиц новичков. Лю Дэчжу изменился, когда услышал слова "тюрьма 18".

Сначала его охватил страх, но потом на его лице появилось легкое чувство радости.

Казалось, что слова "тюрьма 18" было особенно притягательными для него одного.

Однако Лю Дэчжу не стал действовать необдуманно. Он молча наблюдал за тем, что делают другие заключенные, и выстроился в очередь, чтобы спуститься вниз в столовую. По пути он также шепнул заключенным впереди: - Простите, вы не знаете, где здесь Ли Шутонг?

Заключенные перед ним и за ним были в замешательстве. Они подумали, не является ли этот парень родственником того новичка?

Один из заключенных подумал немного и указал пальцем: - Вон, Ли Шутонг, тот, что внизу.

Лю Дэчжу посмотрел в ту сторону и сразу же обнаружил уникальную фигуру, спокойно сидящую в столовой. Он подумал про себя, что Хэ Сяосяо говорил правду. У этого мужчины средних лет была аура великого человека!

Перед получением еды, он заметил, что остальные заключенные могли свободно передвигаться, но вдруг обнаружил, что несколько человек медленно приближаются к нему с улыбками, как будто замышляют что-то нехорошее.

Лю Дэчжу мысленно выругался, но, несмотря на это, решительно понес тарелку к месту, где сидел Ли Шутонг.

Как только он подошел ближе, Линь Сяосяо преградил ему путь.

- Что-то в последнее время все так и наровят прицепиться к боссу. Что происходит? - Линь Сяосяо улыбнулся.

Лю Дэчжу обернулся и посмотрел на заключенных, которые хотели его поймать, а затем понизил голос и загадочно произнес Линь Сяосяо: - Мы в одной команде. Я пришел за квестом

Линь Сяосяо: - ????

"Чего?!"

Линь Сяосяо был совершенно сбит с толку словами Лю Дэчжу.

"Что он имеет в виду под "квестов"? Я никогда раньше не встречал этого парня в организации! И почему он ведет себя так, будто мы шпионы, под прикрытием..."

Видя, что Линь Сяосяо никак не реагирует, Лю Дэчжу забеспокоился: - Я хочу квест! Квест на карьерный рост!

- Проваливай, - Сказал Линь Сяосяо, нетерпеливо махая рукой. Затем он привлек внимание нескольких заключенных рядом с ним и сказал: - Чего стоим? Уберите его с глаз моих!

Теперь Лю Дэчжу действительно забеспокоился. Он крикнул прямо Ли Шутонгу: - Ли Шутонг, я здесь чтобы получить квест на карьерный рост!

Вся тюрьма 18 погрузилась в тишину.

Заключенные стояли на своих местах как вкопанные, и смотрели друг на друга с ужасом и недоумением.

Они не понимали, что происходит, но все происходящее было странным!

В это время Ли Шутонг, не поднимая головы, все еще изучал эндшпиль перед собой, а сидящие за столом большой кот и Е Ван мгновенно посмотрели на Лю Дэчжу.

Линь Сяосяо прищурил взгляд и сказал: - Какого хрена?

Честно говоря, Лю Дэчжу и сам не знал, что пошло не так.

Хэ Сяосяо в видео объяснил очень четко. Первые два карьерных роста были недосягаемыми, но тот, что касался тюрьмы 18, был очень прост для выполнения.

Если вы в начале игры попадете в тюрьму 18, то это означало, что вы избранный!

"Но... что-то здесь не так. Неужели я обознался?!"

У Лю Дэчжу не было возможности размышлять дальше. Заключенный рядом с ним, по сигналу Линь Сяосяо, силой попытался затащить его в камеру и преподать урок.

Не раздумывая, Лю Дэчжу нашел щель и вынырнул прямо из толпы. Он подбежал к воротам, расположенным рядом с площадкой, и с силой ударил по ним: - Выпустите меня! Они собираются меня изнасиловать. ВЫ-ПУ-СТИ-ТЕ!

В это время дроны, покоящиеся на потолке, взмыли вниз, к земле. С поверхности к ним подошли роботы-охранники.

Цин Чэнь потерял дар речи. "Только не говорите мне, что и он свихнулся?"

Любой человек с мозгами знает, что прежде чем действовать, нужно сначала подумать.

Глава 23 - Незванный гость

В тюрьме стало куда тише, чем обычно; все втайне думали о том, что только что произошло.

Только старожилы тюрьмы 18 знали, что за человек Ли Шутонг.

То, чему они только что стали свидетелями, было настолько нелепо, что они не могли переварить информацию до конца; насколько же надо быть тупым, чтобы прийти сюда и сразу же испортить отношения с Ли Шутонгом?

Роботы-охранники окружили Лю Дэчжу, издавая металлические звуки при ходьбе.

Когда тот увидел приближающуюся к нему армию роботов, его план по захвату мира путем появления здесь, в тюрьме 18, мгновенно испарился.

Будучи второй группой переселенцев, попавшей в этот загадочный мир, он уже успел напортачить.

Всего за 10 или около того секунд охранники перенесли его в неизвестную часть тюрьмы.

- Босс, вам не кажется, что в последнее время творится неведомая чертовщина? - Присев на стул, спросил Линь Сяосяо, - Пацан, который на днях сошел с ума, тоже упоминал город Ло и выдавал себя за представителя известной корпорации. Теперь у нас есть еще один дурень, который просит квест. Какой квест он имеет в виду?

Линь Сяосяо потянулся через стол, пытаясь погладить большую кошку, но та холодно посмотрела на него, заставив его руку вернуться на место.

Ли Шутонг некоторое время обдумывал эти слова и сказал: - Действительно, довольно странно.

Линь Сяосяо вдруг сказал: - О, а куда делся Цин Чэнь? Разве он не был здесь?

В это время Цин Чэнь все еще расхаживал взад-вперед по коридору наверху. Он проигнорировал столпотворение внизу и направился на шестой этаж, чтобы отдать приказ: - После завтрака собери всех новичков и определи их истинную личность за пределами тюрьмы.

- Понял, - Сказал Лу Гуаньи, как только Цин Чэнь закончил.

Из того, что он знал, он подумал, что его боссу нужно выяснить, не стремятся ли другие стороны конкурировать с ними.

Однако мысли Цин Чэня были сконцентрированы на другом. Он хотел узнать, есть ли еще переселенцы из Внешнего Мира, которые могут раскрыть его настоящую личность.

Если переселенец окажется среди новичков, он не сможет рассказать о многих деталях Внутреннего Мира.

Заключенный же, который мог объяснить свое происхождение, не будет переселенцем.

Цин Чэнь был особенно озадачен тем фактом, что сначала подумал, что Нан Генчэн также попадет в тюрьму 18, но он ошибся.

Затем Цин Чэнь внезапно вспомнил о чем-то и сказал Лу Гуаньи: - Я знаю, что тебе хочется развлечься над новичками, но, пожалуйста, впредь не действую радикально. У всех здесь трудное прошлое.

- Хорошо, - Вздохнул Лу Гуаньи.

После окончания разборок заключенные выстроились в очередь за едой. Лу Гуаньи привел всех новичков в камеры и начал их допрашивать, как и просил Цин Чэнь.

- Босс, все готово, - Доложил он Цин Чэню вскоре после этого.

Выслушав подробный отчет Лу Гуаньи об происхождение новичков, Цин Чэнь понял, что среди прибывших сегодня новичков больше нет переселенцев. Поэтому он спокойно подошел к Ли Шутонгу и сел за стол: - Играем?

- К сожалению, я вынужден отложить нашу игру на некоторое время. - Объяснил Ли Шутонг, - У меня появились некоторые дела, и скоро прибудет особый гость.

- Гость? - Цин Чэнь был озадачен.

Ли Шутонг улыбнулся: - Незваный гость.

Тот, кого Ли Шутонн мог считать гостем, должен быть особенным человеком.

Цин Чэнь все еще не хотел ввязываться в не зависящие от него дела, поэтому не стал расспрашивать дальше.

Он быстро сменил тему, как будто это не имело к нему никакого отношения: - Я слышал произошел большой переполох здесь внизу минуту назад. Что конкретно случилось?

После того, как он спросил, на лице Ли Шутонга появилось редкое чувство беспокойства: - Я... не совсем уверен.

Цин Чэну пришлось изо всех сил сдерживать желание рассмеяться, потому что он знал, что переселенец совершенно сбил Ли Шутонга с толку.

Должно быть, Ли Шутонг впервые столкнулся с подобной ситуацией.

На данный момент Цин Чэнь был единственным, кто знал, что Лю Дэчжу серьезно воспринял видео Хэ Сяосяо и принял Ли Шутонга за НПС!

[Обратный отсчет - 37:00:02]

Внезапно металлические ворота начали открываться, издавая при этом громкий звук.

После того, как ворота полностью открылись, более десяти роботов-охранников ввели крупного человека ростом более двух метров.

Вокруг летало также 9 дронов, охранявших путь, по которому шел человек.

Мало того, когда он вошел, турели на потолке начали разогреваться.

Турели, которые назывались "Металлическим Штормом", могли поворачиваться только на 90 градусов, а не на 360.

Когда этот человек вышел на площадку, все турели задвигались синхронно, и идеально прицелились в него.

"Безопасность сейчас на пике."

Цин Чэнь впервые видел, как кого-то отправляют в тюрьму, а также впервые видел такое количество охранников и дронов.

Все три тысячи заключенных в тюрьме молча посмотрели на новоприбывшего.

С громким лязгом наручники и кандалы на нем упали на пол.

Цвет лица мужчины был медного оттенка, а его лицо, казалось, давно обгорело на солнце, а на его теле не было никаких механических протезов, кроме причудливых черных узоров.

Когда Цин Чэнь впервые вошел в тюрьму, ему показалось, что Е Ван был впечатляюще сложенным человеком, но даже он блек по сравнению с этим монстром.

Охранники и дроны спокойно покинули тюрьму после заключения здоровяка, не собираясь освобождать его от последних оков на ногах.

После ухода охранников мужчина спросил: - Кто Ли Шутонг?

Он спокойным движением обхватил запястье и схватил ближайшего к нему заключенного.

Заключенный, оснащенный механическими протезами, был похож на игрушку в его руках.

Тот дрожащей рукой указал в сторону столовой, и все взгляды обратились к Ли Шутонгу, Цин Чэну и Е Вану.

Ленивый кот на коленях Ли Шутонга поднялся и уставился на него.

Цин Чэнь посмотрел на Ли Шутонга и увидел, что тот улыбается: - Похоже, наш гость любит решать дела по-быстрому. Это Го Хучан. Ты должен был о нем слышать. Оставайся с Е Ваном и отойди подальше, чтобы тебя не зацепило.

Е Ван посмотрел на Цин Чэна; боссу обычно не нужно напоминать ему о таких пустяках. Он понял, что боссу, должно быть, приглянулся этот парень, больше, чем предполагал он и Линь Сяосяо.

Тем временем в толпе Лу Гуаньи тоже заметил Го Хучана и пробормотал: - Го Хучан... как получилось, что он тоже здесь? Неудивительно, что босс сказал мне, что лама скачет с юга.

- Похоже, босс не просто прохлаждается с Ли Шутонгом, а зная, что Го Хучан будет здесь, он заранее подготовился, чтобы получить выгоду в случае их ссоры... как умно! - Лу Гуаньи начал думать про себя, и на основе этих иллюзий Цин Чэнь быстро стал невероятной фигурой в его сознании.

(*здесь главы выходят куда быстрее https://tl.rulate.ru/book/57415)

Глава 24 - Центр вселенной

В тюрьме воцарилась тишина. Все догадывались, что если Ли Шутонг и Ло Хучан встретятся, то на земле разрадится ад, поэтому заключенные с нетерпением ждали, что же может произойти в следующий миг.

Увидев предвкушающий взгляд каждого, Го Хучан повернулся лицом к Ли Шутонгу и начал идти в его сторону.

Громким и четким голосом он сказал: - Перейду сразу к делу: я пришел сюда за ТАБУ-005. Скажи мне, где он находится, и я оставлю тебя в покое.

Ли Шутонг похлопал по большой кошке, чтобы она спрыгнула, и ответил с улыбкой: - По крайней мере, разве ты не должен проявить малейшего уважение к старшему?

Го Хучан пропустил мимо ушей его слова: - Дай мне ТАБУ-005, и я отнесусь к тебе с уважением.

Ли Шутонгу стало любопытно: - Как получилось, что Пики интересуются запретными предметами? Я почти подумал, что ты присоединился к Трибуналу по Табу.

Го Хучан остановился в пяти метрах от Ли Шутонга: - Мы, Пики, хотим сразиться с консцириумом, поэтому есть смысл получить все возможные ресурсы. Вы, Рыцари, идете тем же путем, что и мы, поэтому вы должны знать это лучше всех.

Ли Шутонг рассмеялся: - Даже если он у меня, то что с того? Вы, Пики, должны знать, что он заперт здесь не просто так.

- Есть информация, что семья Чэнь заключила с тобой сделку. Если ты сможешь контролировать этот запрещенный предмет, то получишь абсолютную свободу в тюрьме 18, а то, что требует твоего личного внимания, должно быть что-то стоящее.

- Ну, это, должно быть, ложный слух. Я никогда не заключал никаких сделок с семьей Чэнь, - Медленно произнес Ли Шутонг, - Не обманывайся чужими словами.

Цин Чэнь стоял неподалеку и терпеливо слушал. В последний раз он слышал фразу Трибунал по Табу в видео Хэ Сяосяо.

Этот Табу по Трибунал, видимо, отвечал за экстраординарные предметы, но он не уверен.

Он также понял, что запрещенный предмет, о котором говорил Го Хучан, как-то связан с его миссией в этой тюрьме.

Пока Цин Чэнь размышлял, Го Хучан сделал шаг вперед: - Где ТАБУ-005?

Ли Шутонг покачал головой: - Хотя я знаю, где он находится, я не могу тебе сказать.

- Почему? - Го Хучан сделал еще один угрожающий шаг вперед, и черные линии на его коже начали светиться, образуя различные узоры.

Каждый его шаг сотрясал пол, и все заключенные, окружающие их, разом вздрогнули.

- Потому что мне нравится ТАБУ-005, других причин нет. (*воспринимайте фразу буквально)

Три тысячи заключенных начали шевелиться. Они слишком долго были заперты в тюрьме 18, и, поскольку все охранники контролировали их целый день, правила в тюрьме сдавливали их невидимой цепью. Теперь... они почувствовали, что настало время устроить какую-нибудь неприятность.

Прикрепленные к потолку 36 турелей из 72, составляющих Металлический Шторм, начали разогреваться.

Некоторые заключенные вдруг остановились. Обычно, во времена бунта, до активации Металлического Шторма проходило не менее получаса.

Но в этот раз все было по-другому. Они даже не успели начать, а оно уже готовилось!

На этот раз оружие было нацелено на Ли Шутонга и Го Хучана. Только Цин Чэнь внимательно наблюдал за состоянием потолка, а потом начал идти к определенному месту.

Мгновенно Го Хучан сделал быстрый шаг и нанес удар по Ли Шутонгу; удар был подобен молоту, бьющегося об наковальню

Когда он задвигался, 36 турелей Металлического Шторма выстрелили одновременно, поразив всех в тюрьме 18.

Пули были не с летальным исходом, а резиновые.

Первые партия из 36 турелей служили для предупреждения заключенных и не были предназначены для нанесения смертельных ран.

Остальные 36 были настоящими.

Резиновые пули сыпались ливнем, и все заключенные были избиты до полусмерти.

Вместе с непрерывными атаками Го Хучана, тюрьма 18 превратилась в сплошное месиво.

Но вскоре кулак, направленный на Ли Шутонга остановился в воздухе; Ли Шутонг улыбнулся, и крепко ухватился за него, и повалил Го Хучана на пол.

Ли Шутонг возвышался над переводящим дыхание Го Хучаном, подобно горе.

Тот повернул голову, опасаясь, не ранен ли Цин Чэнь, потому что знал, что Цин Чэнь был обычным человеком, не идущим ни в какое сравнение с заключенными здесь.

Но когда он увидел Цин Чэна, его глаза округлились.

Потому что Цин Чэнь спокойно сидел на его месте, которое он обычно использовал для игры в шахматы; всего в нескольких метрах позади него.

36 турелей Металлического Шторма воздействовали на каждый угол тюрьмы, кроме того места, на котором сейчас сидел Цин Чэнь.

36 турелей Металлического Шторма стратегически сформировывали сеть пуль, и один угол тюрьмы не был безопасен... так изначально казалось.

Но смотря на Цин Чэнь, то можно сразу понять, что он находился в единственной слепой зоне тюрьмы 18.

Пули походили на капли дождя.

Но ни одна из них не тронула юношу.

Тот будто был центром вселенной.

......

Турели спустя время остановились.

Кроме Цин Чэна, Е Вана, Ли Шутонга и Линь Сяосяо, все остальные лежали на полу, закрыв голову руками от боли.

Все чувствовали боль каждой мышцей своего тела, а те, кто среагировал чуть медленнее, получили сильные ушибы.

По сравнению с людьми, избитыми до полусмерти, Цин Чэнь за столом казался не от мира сего.

По какой-то причине Ли Шутонг чувствовал, что этот парень нравится ему все больше и больше, несмотря на то, что они знакомы всего несколько дней.

Ум и способности этого юноши были чем-то редким для людей его возраста.

"Неужели это будущая Тень семьи Цин?"

"Когда же я найду такого талантливого преемника?"

Думая об этом, он освободил Го Хучана. От этого действия Го Хучан быстро отступил более чем на 10 шагов, прежде чем смог стабилизироваться.

Го Хучан не решился снова проявить безрассудство и сел на пол, чтобы восстановить силы.

В бое от начала до конца, ему удалось лишь поднять своего противника со стула.

Говорили, что он был полубогом, но прошло много времени с тех пор, как этот человек в последний раз появился на публике; так долго, что молодые мастера, такие как Го Хучан, никогда не видели истинной силы Ли Шутонга.

Поэтому в этот раз Пик устроил его в тюрьму 18 не только для того, чтобы найти ТАБУ-005, но и чтобы узнать, насколько сильным стал Ли Шутонг за эти годы.

Только сейчас Го Хучан понял, что его сила все еще не сравнима с силой Ли Шутонга.

Ли Шутонг отвел взгляд от Цин Чэна и повернулся к Го Хучану. Он сказал, улыбаясь: - Хочешь продолжить?

Лысый мужчина, чьи линии на теле вернулись к нормальному состоянию, ответил глубоким и неубедительным тоном: - Забудь, я все равно не смогу победить в драке. Но не волнуйся, я найду ТАБУ-005, независимо от того, скажешь ты о нем или же нет.

Цин Чэнь нашел этого лысого немного интересным...

Еще мгновение назад он сражался, как будто речь шла о жизни и смерти, а теперь он просто струсил?

Он выглядел уверенным до боя, но сейчас отсел подальше от них.

Слишком резкий контраст...

Однако Го Хучан считал, что раз Ли Шутонг знает, где находится запрещенный предмет, то ему нужно просто подождать подходящего момента. Ведь оставался шанс, что однажды Ли Шутонг случайно проболтается, верно?

- Будь как дома, - Сказал Ли Шутонг, как будто в этом не было ничего особенного.

Он перестал заботиться о Го Хучане, а обратился к Цин Чэню: - Ты смог рассчитать траектории пуль?

Цин Чэнь покачал головой: - Я может и особенный, но не настолько. Пока что я не могу выполнять сложные вычисления, такие как траектории пуль, но я все еще могу сделать некоторые предположения путем исключения.

Ли Шутонг усмехнулся: - Если бы это было просто предположение, ты бы не смог так точно найти слепую зону.

- Я смог определить 4 общие области, и место, где вы обычно сидите, случайно оказалось им. Поэтому я подумал, что мне нет нужды предполагать дальше, - Спокойно ответил Цин Чэнь.

Цин Чэнь положился на этот вариант, и не прогадал.

Он был хорош в решении подобных задач, задач с несколькими вариантами ответов, основанных на логике и вероятности.

......

Глава 25 - Новый кошмар

Заключенные осторожно встали после града пуль. Более десятка роботов-охранников вошли в тюрьму и начали инструктировать заключенных, чтобы те восстановили все, что было опрокинуто.

Находясь в столовой Го Хучан сидел в позе монаха, скрестив ноги на полу.

Линь Сяосяо посмотрел на черные резиновые пули, разбросанные по полу, и сказал: - Когда боги сражаются, смертные страдают... обидно, что ни в чем неповиные заключенные пострадали, в то время как вы двое, отделались лишь царапинами. Эй, Го Хучан, разве не говорят, что ты милосердный человек? Как ты ответишь за то горе, которое причинил сегодня?

Го Хучан сказал, даже не открывая глаз: - Ты говоришь о невиновности в тюрьме 18? Здесь никто не может считаться невиновным.

Линь Сяосяо раскритиковал: - Лицемер.

- Также имей в виду, что я не монах, поэтому не используйте слово "милосердный" для моего описания, - Добавил он, наконец открыв глаза.

Затем он вернулся к процедуре восстановления и снова закрыл глаза.

После битвы казалось, что он совсем не пострадал, но на самом деле все его органы словно горели огнем, что было крайне неприятно.

Увидев, что тот занят, Линь Сяосяо перевел взгляд на Е Вана. Внезапно троицу охватил полупрозрачный силовой пузырь.

В то время, когда резиновые пули градом сыпались вниз, Цин Чэнь понять не мог, как защитился Е Ван; но теперь он понял.

Видя небольшое замешательство Цин Чэна, Линь Сяосяо пояснил: - Не стесняйся говорить здесь во весь голос. Этот пузырь звуконепроницаем.

Ли Шутонг поднял большую кошку на столе и усадил себе на колени: - Сегодня утром я видел, что Лу Гуаньи допрашивал новичков. Это ты ему велел сделать?

- Да, - Ответил Цин Чэнь, зная, что Ли Шуторг хорошо осведомлен о его связях с семьей Цин и о том, что Лу Гуаньи - его человек.

- Зачем?

- Я хотел узнать, кто еще охотится за запрещенным предметом. - Цин Чэнь солгал. Ему нужен был разумный предлог, чтобы скрыть свои истинные намерения.

Ли Шутонг кивнул: - Мне нравится твоя честность, но я также видел, что Лу Гуаньи не избил новичков, как в прошлый раз, ты тоже попросил его об этом?

- Да.

- Но я помню, когда ты только пришел сюда, ты не хотел помогать другим, - Сказал Ли Шутонг.

- Я просто делаю то, что могу, - Ответил Цин Чэнь.

Ли Шутонг улыбнулся и не стал углубляться дальше.

Когда речь шла о защите себя, он был готов стать сторонним наблюдателем, и не вмешиваться в дела других.

Так воспитала его жизнь, поэтому он рано научился быть эгоистом.

Линь Сяосяо в этот момент неожиданно остановил Го Хучана...

Цин Чэнь повернул голову и увидел, что Го Хучан который сидел на полу с закрытыми глазами, уже находился рядом с ними.

Этот парень, должно быть, обнаружил, что они о чем-то разговаривают, и хотел подойти поближе, чтобы подслушать их.

Цин Чэнь скривил лицо, увидев это. Двухметровый лысый мужик с черными линиями по всему телу, который еще мгновение назад бесстрашно сражался, теперь делал вид, что восстанавливается после боя, подслушивая чужие разговоры.

Разница была слишком разительной...

Словно почувствовав, что на него уставились недобрые взгляды, Го Хучан вернулся обратно на место и сделал вид, будто ничего не произошло.

Ли Шутонг тоже позабавила эта сцена: - Жаль, что мы не смогли сегодня сыграть в шахматы. Что ж, мне надо в библиотеку.

Линь Сяосяо подошел к Го Хучану и сказал: - Признай свое поражение и я позволю находиться рядом с нами. Мы пока не хотим сражаться с тобой, и мы знаем, что жизнь в дикой природе довольно трудна. Просто не доставляй нам больше проблем, хорошо?

Го Хучан поднял веки: - Я никогда не проигрывал вам, так чем же ты здесь гордишься?

Линь Сяосяо улыбнулся и сказал: - Думаешь, у нас нет способа победить тебя?

Го Хучан спокойно ответил: - Вы даже к моим волосам не прикоснетесь.

Линь Сяосяо посмотрел на блестящую лысину Го Хучана: - .....?

Этот Го Хучан явно отличается от слухов.

Цин Чэнь не стал обращать внимания на этих двоих. Он сразу же пошел за едой и начал есть.

Он был настолько беден во Внешнем Мире, что за два дня своего возвращения, он успел перекусить только жареным рисом и печеньем. У него в доме были еще и овощи, но мяса он не ел уже очень давно.

Еда здесь была не очень вкусной, но, по крайней мере, синтетическое мясо имело вкус, несколько напоминающий его.

Цин Чэнь был немного опечален тем фактом, что даже еда в этой тюрьме была лучше, чем та, которую он ежедневно ел во Внешнем Мире.

Пока он ел, то поднял голову и заметил, что из 210 камер наблюдения почти четверть была направлена на него.

Похоже, кто-то заметил, что ему удалось найти единственное слепое пятно в тюрьме.

Но до сих пор он не мог понять, кто стоит за этими камерами.

Линь Сяосяо встал, закончив спор с Го Хучаном, и забрал тарелку у Цин Чэня. Затем он взял новую и подошел к роботу отвечающего за еду: - Босс сказал, чтобы он отныне будет получать настоящее мясо. Пусть он ест столько, сколько захочет.

Цин Чэнь был ошеломлен на мгновение: - С чего вдруг?

Линь Сяосяо загадочно улыбнулся: - Скоро узнаешь.

......

Той ночью Цин Чэнь вернулся в свою камеру, и когда он чистил зубы, то вдруг почувствовал сонливость; он сразу же понял, что к чему.

Но на этот раз он не упал на пол и не потерял сознание. Он спокойно закончил чистить зубы и лег на кровать в удобной позе, после чего заснул.

Начался кошмар.

Во сне Цин Чэнь появился посреди пустыни, а напротив него сидели два человека.

Во рту у Цин Чэна уже пересохло, и через несколько секунд его губы начали потрескиваться.

Один из них умоляющим тоном сказал: - Пожалуйста, Цин Чэнь, достань бутылок воды из своей сумки и дай мне. Я сейчас умру от жажды.

Цин Чэнь снял большую сумку со спины и заглянул внутрь; внутри и правда была бутылка воды.

Но он ничего не ответил.

Тогда другой человек перед ним не выдержал и сказал: - Не слушай его. Назови цену, и я заплачу.

{Кого их своих товарищей ты убьешь ради прибыли?} - Сказал таинственный голос рядом с ухом Цин Чэна.

Цин Чэнь холодно посмотрел на ближайшего к нему человека: - Этого убью, а с другого заберу плату.

Как только он закончил, ближайший к нему человек превратился в Линь Сяосяо, а другой исчез.

Линь Сяосяо сидел с покерфейсом: - ...ты монстр в обличии человека?

- Это кошмар, так почему я должен быть добрым? - Сказал Цин Чэнь, садясь на против него.

- Тоже верно... - Сказал Ли Сяосяо, - Хотя я смог затащить тебя в свой кошмар, ты все еще способен сохранять рассудок и бороться с контролем кошмара.

- Ага, - Лаконично ответил Цин Чэнь.

Глава 26 - Большое страдание, порождает великую удачу

Линь Сяосяо спросил: - Если ты способен противостоять моим кошмарам, то почему решил войти?

- Потому что подумал, что тебе есть что сказать, - Ответил Цин Чэнь, - Так зачем я здесь?

- Я больше не буду тебя испытывать, - Заявил Линь Сяосяо, - Босс решил заняться этим вопросом лично.

- В каком смысле?

- Босс хотел использовать кошмары, чтобы лицезреть твой истинный характер и испытать тебя, - Сказал Линь Сяосяо, - Но поскольку ты легко сопротивляешься кошмарам, похоже, что в будущем они не будут очень эффективны, поэтому босс сам поведет тебя по своему пути.

Цин Чэнь задумался, пока Линь Сяосяо продолжил: - Тебе не нужно беспокоиться, поскольку босс по-прежнему заинтересован в тебе, но сможешь ли ты стать его учеником, зависит только от тебя.

- Ты завидуешь мне? - Спросил Цин Чэнь.

- Да, ведь не каждый может стать учеником босса. По крайней мере, не Е Ван и я.

- Почему? - Цин Чэнь выглядел озадаченным.

- Потому что никто из нас не смог пройти первое испытание, - Ответил Линь Сяосяо, - Но босс сказал, что у тебя будет хороший шанс выжить.

- Выжить? - Цин Чэнь на мгновение остолбенел.

Линь Сяосяо зловеще улыбнулся: - Путь жизни и смерти. Каждый раз, когда ты будешь совершенствоваться, тебе придется проходить через сильную боль и страдания.

- Тогда почему выбрали меня?

- Потому что босс увидел в тебе потенциал и смелость, добиваться своих целей, невзирая на цену. Даже если порой оно означает смерть.

- Если все настолько плачевно, то почему ты завидуешь мне? - Спросил Цин Чэнь.

- Потому что это путь совершенствования к бесконечным возможностям, и в тот день она решила жизнь Е Вана и мою. Хотя не спорю, этот путь тернистей некуда, - Добавил Линь Сяосяо, - Ты также должен понимать, что удача приходит только после длительных страданий.

Цин Чэнь перестал цепляться за этот вопрос, но перешел к следующему: - Сколько лет Ли Шутонгу?

- Почему ты спрашиваешь об этом? - Линь Сяосяо почувствовал, что этот вопрос был очень странным.

- Да так, просто любопытно.

Он спросил об этом, потому что время для него останавливается, когда он путешествует между мирами, а это означало, что он будет стареть в два раза быстрее, чем обычный человек.

Хотя, термин "стареть в два раза быстрее" был не совсем корректным, так как он делил свою жизнь на два мира поровну.

Но к тому времени, когда другим людям вокруг него будет за сорок, ему будет уже за шестьдесят.

Поэтому он хотел узнать, может ли Ли Шутонг продлить его жизнь еще немного.

Линь Сяосяо посмотрел на него и ответил: - Догадайся.

Цин Чэнь задумался: - 40?

- Мало.

- 60?

- Нет.

- 120 лет?

- Так, подожди. Не хорони босса раньше времени, - Сказал Линь Сяосяо, - Боссу 52 года.

Цин Чэнь удивился этому, потому что внешность Ли Шутонга не соответствовала 52-летнему человеку.

- Невежда. Я пошел за ним в раннем возрасте, и за все эти годы я ни разу не видел, чтобы он заметно постарел. Такие необычные люди, как босс, легко могут прожить больше века.

- Почему ты находишься рядом с ним? - Спросил Цин Чэнь.

- Особой причины нет. Е Ван, я и многие другие были сиротами. - Линь Сяосяо лег на песок и положил голову на руки. Небо темнело, а воздух становился все прохладнее. - Поскольку ты родился в семье Цин, ты не представляешь, сколько несчастья существует за пределами крупных городов. Стать сиротой в этом мире гораздо проще, чем ты думаешь.

- Бывает исход, что родители могут вступить в банду и умереть выполняя задание; бывает исход, что родители просто получили зарплату и были убиты из-за денег; бывает исход, что произошла утечка на химическом заводе, на котором работают родители; бывает исход, что их взламывают во время игры в виртуальном мире, подключенном к их мозгу. Независимо от этого, люди умирают по самым банальным причинам.

- Тогда ты не сможешь платить налоги на недвижимость, а страховая компания родителей будет находить предлог за предлогом, чтобы отказать в компенсации. Банк отберет у тебя дом и выгонит на улицу. После этого никому не будет дела до того, живой ты или мертвый.

- Твоя жизнь будет мрачной и беспросветной. Банды захотят похитить тебя, чтобы ты стал их мулом для перевозки наркотиков, а иногда они будут издеваться над тобой и снимать все это на видео, продавая записи в виртуальный мир за деньги.

- И спустя всю эту чертовщину, кто-то подходит к тебе и говорит: "Если ты пойдешь со мной, я предложу тебе новую жизнь".

- Естественно, ты согласишься сопровождать его, независимо от того, что он за человек.

Цин Чэнь молча слушал Линь Сяосяо. В этот момент он понял, что по сравнению с людьми этого мира, его жизнь во Внешнем Мире вряд ли можно назвать несчастной.

- Что заставило его захотеть усыновить вас? - Задался вопросом Цин Чэнь.

- Он не может сам добиться того, чего хочет, - Объяснил Линь Сяосяо, - И еще мы сами по себе ценные люди.

Цин Чэнь в очередной раз задумался. Он понятия не имел, почему у Рыцарей и Пики одна цель...

Но он мог точно сказать, что Ли Шутонг что-то задумал, потому что он не собрал бы таких потенциальных людей, как Линь Сяосяо и Е Вана вокруг себя.

- Хорошо, отдохни как следует, - Ответил Линь Сяосяо, вставая.

Как только он сказал это, кошмар прекратился, оставив Цин Чэня лежать на кровати в темноте.

Он размышлял, пригодятся ли ему партитура Каннона, которые были у него в руках, чтобы открыть двери в эту неизведанную планету, но теперь, когда он понял, насколько таинственной силой может обладать Ли Шутонг, то засомневался.

Цин Чэнь беспокоился о том, насколько сильное влияние окажет эта музыка, и он понятия не имел, как объяснить ему, где он ее достал.

Он должен был подождать еще немного...

Ждать и надеяться. В этих двух словах заключалась вся человеческая мудрость.

......

[Обратный отсчет - 24:00:00]

В изоляторе тюрьмы 18.

- Есть здесь кто-нибудь? Выпустите меня! - Кто-то хлопал по металлическим дверям, неистово крича во всю глотку.

Переселенец из города Ло, Лю Дэчжу, был заперт в изоляторе, и в отличие от других камер, здесь была камера наблюдения, чтобы постоянно наблюдать за заключенным.

После попытки получить "квест" от Ли Шутонга он был помещен сюда и с тех пор не видел других людей.

В этом замкнутом пространстве он потерял счет времени. Но еда, которую ему давали роботы каждый промежуток времени, - было всем, по чему он мог ориентироваться.

Уровень его беспокойства постепенно повышался, пока, наконец, он не оказался на грани паники.

Казалось, что вся тюрьма пустовала; и его мольбы и ярость остались без ответа.

Лю Дэчжу не мог понять, чем он отличается от предыдущих переселенцев, которые получили механические протезы, и высокое положение в этом мире. Как он вообще оказался в такой ситуации?

Он даже хвастался своим одноклассникам, что тоже стал переселенцем...

Через 24 часа он переместиться обратно во Внешний Мир. И что прикажете ему объяснить своим одноклассникам?

Если кто-то спросит, кем он является во Внутреннем Мире...

Как он должен ответить?

Сказать, что является госслужащим во Внутреннем Мире, и имеет стабильную зарплату?

Он не мог рассказать остальным, в какой дерьмовой ситуации он оказался на самом деле: он был заключенным.

Глава 27 - Секрет

Утро.

[Обратный отсчет - 16:20:00]

Этой ночью в тюрьму 18 прибыла еще одна группа новичков.

Как и было предписано, Лу Гуаньи допросил их всех.

После того, как Цин Чэнь подтвердил, что среди новоприбывших не было переселенцев, он предположил, что все переселенцы путешествуют в одно и то же время.

Никто не мог появиться между периодами "миграции".

Теперь он мог убедиться, что все переселенцы находятся на одной волне.

Ли Шутонг и Цин Чэнь в этот момент уже играли в шахматы.

- В тюрьме, кажется, гораздо спокойнее, чем обычно, раз ты предупредил Лу Гуаньи не мучить новичков, - Сказал Ли Шутонг, глядя на шахматную доску, - Но ты заметил, что члены двух других групп постепенно настроены против Лу Гуаньи?

Обычно три группы в тюрьме по очереди развлекались с новичками; это было неписанное правило для всех.

Но теперь, когда Лу Гуаньи считался за главного, многие заключенные стали точить на него зуб.

Цин Чэнь передвинул красную шахматную фигуру и сказал: - Я заметил, но думаю, что Лу Гуаньи и без меня разберется.

- А ты не подумал о том, что эти новички могут быть тебе не благодарны? - Пошутил Ли Шутонг.

- Если вы встретите на улице бездомного и дадите ему мелочь, вы не улучшите его жизнь. Хотя вы осознаете, что этого недостаточно, чтобы спасти его от нищеты, но вы купили чувство спокойствия для этого человека, - Подметил Цин Чэнь после некоторого размышления.

Ли Шутонг улыбнулся и промолчал.

"Рыцарь на поле" - так назывался сегодняшний эндшпиль. На этот раз Цин Чэнь не смог победить, а сыграл вничью.

На самом деле, у черных было несправедливое преимущество в эндшпиле, поэтому ничья красными могла считаться за окончание эндшпиля.

В это же время, к наблюдателям за игрой в шахматы, присоединился и Го Хучан.

Если вчера он сидел вдалеке, то теперь находился рядом с Цин Чэнем, по диагонали напротив Ли Шутонга.

Двухметровый лысый мужик выглядел неуместно, сидя за столом; его мускулистая фигура была слишком велика для крошечного стула.

Но Го Хучану было все равно, ведь все, что ему было нужно, это находиться рядом с Ли Шутонгом.

Раз он не смог победить Ли Шутонга, то хотя-бы мог за ним понаблюдать.

Кроме того, он заметил, что Цин Чэнь получал настоящее мясо, во время завтрака, поэтому он смело сказал Ли Шутонгу: - Я, по крайней мере, известная личность в Пиках. Вы здесь едите настоящее мясо, а я синтетическое. Вот так вы обращаетесь с уважаемым гостем?

Видя, насколько он бесстыден, Линь Сяосяо усмехнулся и сказал: - С чего ты взял, что с тобой нужно обращаться по особенному? Как насчет этого, если ты сможешь победить босса, мы дадим тебе настоящее мясо.

- Давайте не будем говорить о драке. Драться - плохо, - Пробормотал Го Хучан, поглаживая свою лысую голову, - Но почему этот пацан получает мясо, а я нет? Он просто обычный парень. Эй, ты, иди возьми другую тарелку, а эту оставь мне.

Все вокруг замерли, услышав его. Они никак не ожидали, что Го Хучан окажется настолько бесстыдным и сосредоточит свое внимание на Цин Чэне, вместо того чтобы провоцировать Ли Шутонга.

Цин Чэнь обменялся взглядом с Го Хучаном, а затем перевел взгляд на Линь Сяосяо.

Он заметил, что Линь Сяосяо не спорил с Го Хучаном, а смотрел на него, что означало, что Цин Чэнь должен был принять решение сам.

Цин Чэнь закрыл глаза и проигнорировал Го Хучана.

Видя, что пацан не осмеливается провоцировать его, Го Хучан тут же пододвинул к себе тарелку Цин Чэна: - Вы все видели, да? Он не против.

В этот момент Цин Чэнь вернулся мыслями о вчерашней потасовке.

В тот момент, когда Го Хучан нанес удар...

Мир застыл.

Заключенные в основном лежали на полу, избиваемые резиновыми пулями Металлического Шторма.

Ворота тюрьмы медленно открывались, и роботы-охранники выбегали на открытое пространство. Выстрелы, резиновые пули и механические звуки смешивались воедино.

Цин Чэнь оглядел всю эту сцену.

Нет, то что он искал, было не здесь.

Стоя в своих воспоминаниях, Цин Чэнь взмахнул рукой, и мир вокруг него изменился.

Резиновые пули полетели обратно к турелям на потолке, а упавшие заключенные встали на ноги.

Воспоминания прошлого воспроизводились в голове Цин Чэна кадр за кадром.

До того момента... когда Го Хучан вошел в тюрьму 18.

Цин Чэнь обошел вокруг, сосредоточившись на каждом заключенном.

Люди в его памяти не говорили, но их язык тела и действия могли раскрыть секреты.

Когда Го Хучан уже собирался съесть остатки мяса на тарелке Цин Чэна, тот снова открыл глаза.

- Лу Гуаньи.

- Да, босс. Чем могу помочь? - Лу Гуаньи на этот раз не стал притворяться, чтобы скрыть свою личность, и сразу же ответил.

Цин Чэнь сказал: - Приведи ко мне этих людей.

Затем он оглядел окружающих заключенных и выбрал 8 человек.

По мере того, как Лу Гуаньи собирал все больше и больше людей, лицо Го Хучана приняло уродливое выражение; он даже не потрудился доесть мясо.

Цин Чэнь вернулся на свое место и сказал Го Хучану: - Эти восемь человек - твои люди?

- Частично, - Ответил Го Хучан.

- Понятно, - Кивнул Цин Чэнь, - После того, как ты вошел, ты посмотрел на пятерых из них, которые жестикулировали в твою сторону указательными пальцами. Хотя я пока не знаю, что это значит, но я уверен, что это сигнал для тебя. Остальные трое посмотрели друг на друга, как только ты вошел. И так, они все тебя ждали.

Взгляды Линь Сяосяо и Е Вана слегка изменились. В то время они улонялись от града пуль, и у них не хватало времени, чтобы заметить многие детали.

Казалось, что во время той вакханалии Цин Чэнь был просто сторонним наблюдателем.

Ли Шутонг улыбнулся: - Тюрьма 18 - неспокойное место. Это нормально, что определенные группы посылают людей присмотреть за мной.

Линь Сяосяо радостно спросил: - Босс, мы должны перевести этих заключенных в другие тюрьмы?

- Нет необходимости, - Ответил Ли Шутонг, - Если мы переведем 8 человек без особой причины, люди снаружи снова начнут что-то подозревать. Е Ван, помести этих 8 человек в одиночную камеру и допроси их по одному, чтобы выяснить, на кого они работают.

Видя, что Линь Сяосяо очень обрадовался после того, как он указал ему на людей под прикрытием, Цин Чэнь встал и вытащил из толпы еще двадцать человек.

Но на этот раз он ничего не сказал. Линь Сяосяо, однако, не мог больше сдерживаться. Он наклонился к Ли Шутонгу и прошептал: - Босс, этот парень вытащил всех наших людей...

Ли Шутонг посмотрел на Цин Чэня и сказал: - Хотя ты все еще обычный человек, твои способности к дедукции и анализу сравнимы с экстраординарными.

Го Хучан также увидел, что Цин Чэнь вывел членов Рыцарей, и понял, что Цин Чэнь не работает под непосредственным руководством Ли Шутонга. Он с любопытством спросил: - Брат, кто ты?

Цин Чэнь взглянул на него: - Цин Чэнь.

- Из семьи Цин? - Го Хучан не ожидал этого, - Когда это Рыцари начали сотрудничать с семьей Цин?

- Должен ли он быть частью семьи Цин, если его фамилия Цин? Даже люди из семьи Цин могут иметь не очень тесные связи с главной веткой, - Сказал Ли Шутонг, - Разве в дикой местности нет знаменитого человека с фамилией Цин?

Глаза Го Хучана вспыхнули, и его отношение к Цин Чэню изменилось на 180 градусов.

Он спокойно пододвинул тарелку с мясом обратно к Цин Чэну и с энтузиазмом сказал: - Брат Чэнь, каково твое впечатление о Пиках?

- Благодаря тебе, не очень хорошое, - Холодно ответил Цин Чэнь.

Он все еще не мог понять, что за человек Го Хучан; тот выглядел сильным и упрямым, но вел себя чересчур странно.

Этот человек был здесь ради запретного предмета, поэтому он ни за что не стал бы облегчать ему жизнь.

Сегодня он смог использовать способности Ли Шутонга, чтобы устранить всю поддержку, которая была у Го Хучана в тюрьме, и это было хорошим началом.

Внезапно, заключенные тюрьмы разволновались.

Цин Чэнь посмотрел в их сторону.

Рядом с ним на полу лежали трое человек, которых он выбрал; их губы в миг стали фиолетовыми.

Это был типичный симптом удушья.

Завернув рукава, Е Ван быстро подошел и открыл рот одному из мертвецов. Затем он посмотрел на Ли Шутонга и сказал: - Босс, у них изо рта пахнет горьким миндалем. Они умерли от отравления цианидом.

Го Хучан сказал: - Эти трое не из Пик.

- Конечно не из Пик. Они наемные убийцы, - Спокойно ответил Ли Шутонг, - Теперь все становится куда интереснее...

Никто не знал, за кем охотились эти убийцы в тюрьме 18 и кто их нанял.

Цин Чэнь смотрел на это равнодушно, но подсознательно сжал кулак; он почувствовал нервозность в глубине души.

Открыв руку, он заметил, что его ногти уже сделали несколько глубоких рубцов на ладони.

Это был первый раз, когда он видел смерть прямо перед своими глазами.

Убийц-самоубийц он видел только в фильмах.

Теперь, когда он увидел это собственными глазами, он понял, что этот мир действительно безжалостен.

[Обратный отсчет - 15:21:59]

Так как отсчет близился к концу, он не хотел больше навлекать на себя новые неприятности.

Глава 28 - Возвращение

Несколько роботов-охранников вошли на площадку и унесли три трупа.

В тюрьме стояла оглушительная тишина, и ни один человек не смел разговаривать.

Цин Чэнь сидел с бледным лицом.

Он впервые почувствовал настоящий страх, и сильный дискомфорт, который распространялся от его сущности до поверхности кожи. Даже завтрак, который он только что съел, казалось, плохо переваривался...

В школе учителя учили предметам.

Дома родители учили его пользоваться палочками для еды, стирать одежду и быть самостоятельным.

Но никто и никогда не учил его, как относиться к смерти.

Такие вещи можно понять, только увидев их своими глазами. Только тогда ты понимаешь, насколько это шокирующее зрелище - видеть, как жизнь исчезает на твоих глазах.

Что касается того, как смерти убийц-самоубийц... если бы он рассказал об этом кому-нибудь во Внешнем Мире, люди бы посчитали, что он все выдумал.

- В первый раз? - Спросил Ли Шутонг, глядя на Цин Чэна.

- Да.

- Ты боишься?

- Немного. - Честно ответил Цин Чэнь.

- Знаешь ли ты, что у каждого человека есть две жизни? - Продолжил Ли Шутонг, - Вторая начинается, когда человек понимает, что у него есть только одна.

- С этого момента ты начнешь ценить время и поймешь, сколько времени ты потратил впустую.

Чем больше ужасался Цин Чэнь, тем спокойнее он выглядел.

Он оглянулся на прошлое и представил свое будущее.

Ли Шутонг посмотрел на него и спросил: - Эти трое, вероятно, нацелились на меня, поэтому, раз ты вытащил их, я обязан тебе услугой. Ты можешь спросить у меня все, что захочешь.

С тех пор как они начали играть в шахматы, Ли Шутонг неоднократно спрашивал, чего он хочет.

Цин Чэнь ответил: - Мне нужен полный список имен семьи Ли.

- Мдааа~ - Сказал Ли Шутонг, - Почему бы тебе просто не спросить, как стать экстраординарным? В мире мало тех, кому я обязан услугой, но ты первый, кто растратил свою возможность.

Цин Чэнь задумался и сказал: - Такую мелочь нельзя обменять на услугу аналогичной ценности, к примеру, как стать экстраординарным.

Ли Шутонг улыбнулся: - Откуда тебе знать, если ты никогда не пробовал?

Цин Чэнь продолжил: - Когда вы захотите, то сами расскажете. Мне не зачем торопиться.

Улыбка Ли Шутонга стала еще шире: - Твоя сообразительность превзошла все мои ожидания. У тебя есть терпение. Но ты прав. Некоторые вещи в этом мире нельзя обменять, но их можно легко получить, когда придет время. Хотя ты и разочаровал меня тем, что раньше не видел смерти, теперь я понимаю, что если бы ты был равнодушен к жизни людей, это было бы скучно.

После этого он сказал Линь Сяосяо получить список имен семьи Ли, - Теперь мне интересно, зачем тебе нужен список?

- Это же услуга, вы забыли? - Спросил Цин Чэнь.

- Неважно, делай, что хочешь, - Махнул рукой Ли Шутонг, - Как ты и сказал, это всего-лишь услуга.

......

Той ночью Цин Чэнь ждал окончания обратного отсчета в своей камере.

Сначала он думал, что Линь Сяосяо снова будет испытывать его кошмарами, но этого не произошло.

Раз кошмары не оказали никакого эффекта, возможно, Линь Сяосяо сдался.

Или, возможно, Ли Шутонг посчитал, что нет необходимости в дальнейших проверках.

Цин Чэнь слабо чувствовал, что приближается к тому, чтобы стать экстраординарным.

Обратный отсчет еще не закончился, но Цин Чэнь уже заснул на своей кровати. В отличие от его повышенной тревожности и беспокойства во время переселения в предыдущие разы, Цин Чэнь сейчас был спокоен как никогда, даже после того, как увидел смерть тем утром.

Когда он открыл глаза, то уже был в своей квартире. На улице было светло, и он даже слышал щебетание птиц.

Он взглянул на свою руку. Обратный отсчет: 40:20:21.

"Похоже, цикл повторяется."

"Процесс переселения на этот раз был настолько бесшовным, что я даже не почувствовал". - Подумал Цин Чэнь.

После двух напряженных дней Цин Чэнь чувствовал себя намного спокойнее, вернувшись во Внешний Мир.

Однако он уже с нетерпением ждал следующего переселения, потому что его ждали бесконечные возможности.

Он переоделся в школьную форму и вышел из квартиры; и как только он открыл дверь, то увидел Цзян Сюэ вышедшую вместе с Ли Тунъюнь.

- Доброе утро, тетя Цзян, как прошло... переселение? - Спросил Цин Чэнь.

- Нормально, - Ответила Цзян Сюэ, улыбаясь, - Я собираюсь отвести сяо Юнь в школу, и купить немного рыбы и ребрышек, чтобы отпраздновать небольшое событие вечером. Не забудь придти в гости.

- Что за событие? - Цин Чэнь был озадачен.

- Все расскажу вечером, - Ответила Цзян Сюэ и ушла, оставив Цин Чэня гадать, что же такого произошло.

По дороге в школу Цин Чэнь снова проверил трендовые поисковые запросы, чтобы узнать, что нового произошло на этот раз после переселения.

Как и ожидалось, его внимание привлек один конкретный заголовок: "Иностранный источник новостей, занимающийся продажей информации в Даркнете, подтвердил, что убийство переселенца не даст вам способности переселенца".

Увидев этот заголовок, Цин Чэнь был немного шокирован, так как знал, что эта новость стоила жизни человеку.

Факты часто бывают более кровавыми, чем кажется на первый взгляд...

Придя в школу, он увидел, что параллельный класс снова заполнен учениками.

Цин Чэнь подошел к толпе и спросил старосту своего класса: - Что происходит?

- Разве ты не слышал, что появился переселенец по имени Лю Дэчжу? Он только что прибыл в школу, и все спрашивают его о том, где он оказался во Внутреннем Мире.

Цин Чэнь был немного удивлен, что этот человек пришел в школу.

Просто, после того, как Лю Дэчжу забрали роботы-охранники, он его больше не видел.

Цин Чэнь предположил, что он, как и Хуан Цисянь будет так травмирован происходящем, что не сунется наружу.

Сейчас, однако, Лю Дэчжу был окружен одноклассниками. Кто-то его спросил: - Где ты оказался после переселения?

- Да, кто ты в том мире?

- Похоже, у тебя нет механических протезов. Я видел, что многие переселенцы возвращаются с ними.

- Ты правда переселенец?

Люди задавали вопросы одним за другим, а Цин Чэнь пытался протиснуться через толпу. Он хотел знать, куда роботы-охранники привели Лю Дэчжу, и что произошло после этого.

Лю Дэчжу ответил криком: - Я правда переселенец!

- Тогда почему у тебя нет механических протезов?

Лю Дэчжу сразу же ответил: - Есть куча переселенцев, у которых нет механических протезов, и, возможно, пользоваться ими не очень удобно... но не суть. Я оказался в тюрьме 18 и встретил Ли Шутонга!

В классе тут же воцарилась тишина.

Хэ Сяосяо стал мега популярным после своих видео, - особенно среди учеников, - и он был хорошо известен еще до события переселенцев.

Почти все знали, что тюрьма 18 была важным местом, а Ли Шутонг был одним из самых важных людей во Внутреннем Мире.

После заявления Лю Дэчжу о том, что он находится в тюрьме 18 и встретил Ли Шутонга...

С точки зрения его одноклассников, то, что они услышали сейчас, звучало следующим образом: я стал VIP бета-тестером эпической игры, в руках которого единственное легендарное оружие и редчайший секретный класс.

Благодаря этому Лю Дэчжу мгновенно превратился в богоподобную фигуру в сердцах каждого ученика.

Цин Чэнь хранил молчание. Ему было все равно, на сказанные слова Лю Дэчжу, и он не хотел раскрывать правду.

Вдруг один из учеников спросил: - Какой он, Ли Шутонг?

Лю Дэчжу задумался на мгновение и ответил: - В тюрьме он единственный в своем роде. Если другие заключенные одеты в тюремную форму, то он одет в халат для занятия боевым искусствам. Я думаю, что он работает тюремщиком или надзирателем. Рядом с ним всегда находятся двое приближенных людей. Один - худой и всегда улыбающийся, а другой более серьезный.

- Да ну... - Воскликнул один из учеников.

- О, у него также есть кот, - Добавил Лю Дэчжу. - Огромная, с двумя острыми ушами, и походит на рысь.

Услышав, что Лю Дэчжу смог так подробно описать Ли Шутонга, ученики постепенно поверили его словам.

Затем другой ученик спросил: - Тебе удалось получить от него квест?

Благодаря видеороликам Хэ Сяосяо многие люди стали использовать игровые термины для описания событий Внутреннего Мира.

Лю Дэчжу, на этот вопрос запнулся: - Довольно сложно что либо получить от него. Ли Шутонг сам по себе уникальный персонаж, как вы уже слышали от Хэ Сяосяо, и получить от него информацию непросто.

Ученики кивнули в знак согласия; это имело смысл.

Однако некоторые начали сомневаться в нем, и думать, что Лю Дэчжу ничего не получит от Ли Шутонга.

- Однако, - Быстро продолжил Лю Дэчжу, - Поскольку я уже в тюрьме 18, я не собираюсь сдаваться без боя. И даже в свой первый день, я успел поговорить с Ли Шутонгом!

- О чем вы говорили? - Снова заинтересовались все.

- Ни о чем серьезном... - Лю Дэчжу продолжал кормить учеников тем, что они хотели услышать.

В это время только Цин Чэнь знал, что Лю Дэчжу на самом деле сказал Ли Шутонгу... тот сразу же попросил квест.

Другой ученик спросил: - Значит, ты заключенный в тюрьме 18? Там опасно?

Лю Дэчжу ответил: - Определенно. Но я немного отличаюсь от других заключенных.

Цин Чэнь кивнул на его слова. Лю Дэчжу и правда отличался от других заключенных: он находился в изоляторе.

Решив, что услышал достаточно, Цин Чэнь развернулся и вышел из толпы. Он решил, что не сможет получить много полезной информации от этого парня.

Все, о чем говорил Лю Дэчжу, было направлено на раздувание его подросткового эго.

Среди людей ходили слухи, что когда Бог создал людей, его последователи сказали ему: "Ты дал людям любопытство, мудрость и смелость. Они вырастут слишком сильными".

Тогда Бог ответил: "Я также наделю их завистью и тщеславием".

Цин Чэнь не считал, что гордиться собой - это плохо, но раскрывать себя как переселенец было не самым мудрым выбором, учитывая нынешние обстоятельства.

Тем более что он находился рядом с одним из самых важных людей во Внутреннем Мире.

Все понимали, насколько важен Ли Шутонг благодаря Хэ Сяосяо.

Однако, похоже, что получить что-либо от Ли Шутонга было довольно сложно.

Они даже не представляли, как усердно Цин Чэнь работал, а ему удалось лишь приблизиться к Ли Шутонгу.

Цин Чэнь прошел мимо толпы, несмотря на возгласы и восклицания учеников. Сейчас не его время наслаждаться похвалой и восхищением других; пока что он все оставит другим.

Кроме того, скоро должна была прибыть таинственная организация.

Если они прибыли в прошлый раз, то прибудут и в этот.

Когда он шел в противоположном направлении от остальных, он увидел Нан Генчэна, который выглядывал из-за угла.

- Генчэн.

- Что?

Тот повернул голову, и Цин Чэнь сразу заметил, что его друг был не в духе.

- Что случилось? - Спросил Цин Чэнь, - Тебя кто-то побил?

- Нет, нет, - Нан Генчэн опустил глаза и покачал головой, - Просто не выспался.

Цин Чэнь внимательно оценил человека перед собой; у него не было никаких механических протезов или других странностей, лишь плохое настроение.

- Тебя пытали после переселения? - Спросил он у Нан Генчэн, идя обратно в класс.

- Переселение? Непонимаю о чем ты... - Нан Генчен притворился дураком.

"Должно быть, точно переселился", - Подумал Цин Чэнь.

"Что с ним такое случилось во Внутреннем Мире, из-за чего он пал духом?"

- Где ты оказался после переселения? - Пробормотал Цин Чэнь.

- Я не переселенец! Если ты скажешь еще хоть слово о переселенцах, я за себя не отвечаю! - Нан Генчэн впал в ярость.

Цин Чэнь странно взглянул на него, и на всякий случай отсел подальше.

Он не мог ничего сделать, чтобы помочь своему другу, потому что он не знал, где оказался его друг и чью роль он играет.

- ...помнишь я говорил тебе, о групповом чате переселенцев? - Шепотом спросил Нан Генчэн, когда уже почти пришло время занятий.

- Да, - Кивнул Цин Чэнь.

Цин Чен знал, что его друг не был непробиваемой стеной. В конце концов, тот ему все расскажет.

- Помнишь как я рассказывал о том, что кто-то продает носки из Внутреннего Мира?

- И?

- Носки подделка, - Сказал Нан Генчэн, - Не спрашивай, как я узнал об этом, но я более чем уверен, что он не был переселенцем, поскольку невозможно перенести вещи оттуда.

- Да ты что...

Нан Генчэн продолжил: - Что касаемо богатых дам...

- Продолжай.

- Это информация подтвердилась.

Цин Чэнь был шокирован: - ?!?!?

Он посмотрел на Нан Генчэна и долгое время не мог сказать ни слова.

Честно говоря, сейчас он был поражен больше, чем когда переселился в первый раз.

"Так получается, он под опекой богатой женщины во Внутреннем Мире, и именно из-за этого он сейчас в плохом настроение?"

Нан Генчэн понял, что сказал лишнего, поэтому тут же добавил: - Я получил эту информацию от других переселенцев в групповом чате. Я тут ни причем.

- Хорошо, я понял. - Цин Чэнь сделал вид, что принимает объяснение друга.

Затем они сидели в тишине.

Цин Чэнь вдруг спросил: - ...насколько она богата?

Лицо Нан Генчэна внезапно потемнело: - Я же сказал, что я не переселенец!

В этот момент прозвенел звонок на урок.

Однако никто из учеников не обращал внимания на учителя, вместо этого они сосредоточились на четырех мужчинах в черном...

Цин Чэнь спрятался за Нан Генчэнем и уставился в окно.

Мужчин вел директор их школы в соседний класс.

Все ученики в шоке наблюдали за происходящим, не понимая, зачем они пришли.

Только Цин Чэнь был единственным, кто не удивился, ведь он знал, зачем они здесь.

Все внимание было приковано к людям в черном, когда они подъехали к школе.

Не только ученики класса Цин Чэня, но и ученики с другой стороны здания также собрались у своих окон, из любопытства.

Ученики не были виноваты в том, что им было интересно.

Когда Цин Чэнь впервые встретил этих людей, его первоначальная реакция была примерно такой же.

Организованный и угрожающий вид, выделял их как бельмо на глазу.

Цин Чэнь позаботился о том, чтобы его не заметили, спрятавшись за Нан Генчэном, но, к счастью, мужчины даже не посмотрели в сторону его класса.

Теперь Цин Чэнь увидел, что директору даже пришлось сотрудничать с их заданием, и ему стало немного легче, ведь эти люди, должно быть, не пришли делать ничего плохого.

После того, как забрали Лю Дэчжу, тот вернулся в свой класс всего через несколько часов.

Во время перемены между очередными уроками все ученики бросились к Лю Дэчжу в класс, задавая ему всевозможные вопросы о людях в черном.

Лю Дэчжу был в таком же замешательстве, как и они: - Я сам не знаю, кто они такие, все, что они сказали мне, это не путаться пол ногами.

- Что еще они сказали? - Спросил один из учеников.

- Сначала они записали мой домашний адрес и контакты для экстренной связи, - Вспоминал Лю Дэчжу, - Они также сказали мне, что мне запрещено покидать город Ло и что в будущем для всех переселенцев будет организована какая-то памятка. Мне показалось, что они к чему-то готовятся, поэтому подробностей было не так много.

- Много ли переселенцев в городе Ло?

- Думаю, да, - Ответил Лю Дэчжу.

- О чем еще они спрашивали?

- О, - Вспомнил Лю Дэчжу, - Они также показали мне фотографию человека, и спросили, узнаю ли я, кто на нем. Кажется, это тоже подросток, но фотография была сделана ночью, и лицо его было закрыто кепкой, так что я даже не смог разглядеть его лица.

Пока остальные ученики с нетерпением слушали рассказ Лю Дэчжу, Цин Чэнь нахмурился.

Человек, которого они искали, был явно он.

- Что они хотели от него?

- Они сказали, что он тоже переселенец, и заметили его у дома другого переселенца - Ответил Лю Дэчжу, - Они не пытались что-либо скрыть и прямо сказали, что этот парень - особенный, и не сравним ни с кем. Если мы когда-нибудь увидим человека с фотографии, то мы должны сначала сообщить им, а не разбираться самим.

Цин Чэнь потерял дар речи. Он и не подозревал, что эта таинственная организация думает о нем так высоко. Должно быть, они смогли получить запись с камеры наблюдения на перекрестке, который он пересекал.

Но почему они спросили Лю Дэчжу?

Не успел он додумать, как другой ученик задал тот же вопрос: - Почему они спросили тебя?

- О, они сказали, что из-за записей с камер наблюдения они поняли, что этот человек, должно быть, живет в старом районе, где большинство камер наблюдения сломаны и не работают. В результате они не смогли проследить дальше.

Цин Чэнь почувствовал облегчение от того, что они не подумали, что он учится в этой школе, и он сделал правильный выбор, надев сменную одежду, которую он не носил более двух лет.

Его усилия не были напрасными.

Лю Дэчжу сказал: - Они также подозревали, что этот человек ходит в нашу школу, поэтому они спросили некоторых учителей, но никто из них не смог сказать, кто на фотографии.

Зная, что среди них скрывается переселенец, все ученики школы были подозрительно настроенны к каждому до конца дня.

В перерыве каждого урока большие группы учеников делали вид, что "проходят мимо" класса Лю Дэчжу.

Среди них были красавицы школы, которые тихо перешептывались и хихикали между собой. Это в значительной степени удовлетворяло сокровенные желания Лю Дэчжу.

Нан Генчэн сидел в классе и сказал, глядя на улицу: - Хотел бы я быть похожим на него... стать ключевой фигурой во время первого переселения. Может быть, однажды он сможет стать суперменом. Скажи, почему удача каждого человека так сильно отличается?

Цин Чэнь посмотрел на него. - Ты завидуешь?

- А как тут не завидовать? - Нан Генчэн пробормотал: - Я обещал тебе, что как только разбогатею, приглашу тебя на ужин, но, похоже, этому не бывать...

- Тогда просто ходи на занятия, как обычный ребенок. Есть много обычных людей, которые добиваются успеха. Тебе не нужно становиться экстраординарным, - Сказал Цин Чэнь.

Нан Генчэн хотел сказать что-то еще, но промолчал.

Он не хотел, чтобы другие знали, что он переселенец, но в то же время хотел, чтобы другие смотрели на него с благоговением.

Его сердце колебалось между желанием остаться обычным подростком и открыть, что он особенный.

Вечером староста класса подошел к Цин Чэну и Нан Генчэну: - Цин Чэнь, Нан Генчэн, вы двое до сих пор не сдали деньги за учебник.

Цин Чэнь подумал немного и сказал: - Моих родителей нет дома, могу ли я отдать деньги через несколько дней?

Староста класса кивнул и посмотрел на Нан Генчэна: - Как насчет тебя?

Нан Генчэн смутился: - Мне... тоже нужно еще несколько дней...

Староста класса больше ничего не сказал и ушел.

Все в классе имели представление о семьях Нан Генчэна и Цин Чэня: они знали, что у них не так много денег, поэтому не слишком придирались к ним.

Обычно, когда в классе устраивали собрания и вечеринки, этих двоих не приглашали, чтобы избавить их от неловкости из-за невозможности разделить счет.

Немногие старшеклассники были настолько снобами.

Оценки Цин Чэна были самыми высокими в классе, что автоматически делало его достойным восхищения среди сверстников.

Впечатления многих людей о мышлении старшеклассников примерно такое: этот парень богат, я должен общаться с ним, этот одноклассник беден, я должен избегать его...

В реальности же, большинство старшеклассников, скорее думают иначе: "Кто, едри тебя батон, придумал суфиксы?!" или "Ха, кто-то получил всего 15% на тесте... бля, это ж я!"

Цин Чэнь посмотрел на Нан Генчэна: - Почему ты не принес деньги за учебник?

- Моя мама вернулась в свой старый дом, когда она поссорилась с отцом. Поэтому я хотел попросить деньги у отца... - Ответил Нан Генчэн низким голосом.

- Твой отец не дал их тебе? - Спросил Цин Чэнь.

- Нет.

- Что он сказал?

- Он сказал, чтобы я вернул учебники...

Цин Чэнь: - ????

Неожиданно проблема денег на учебник сблизила эту пару бедных друзей.

Это также напомнило Цин Чэну, что ему нужно начать зарабатывать деньги.

Он мог продолжать играть в шахматы с тем стариком, но вскоре этого станет недостаточно, и даже старик через некоторое время не захочет больше играть с ним.

Поэтому ему нужно было найти способ заработать деньги во Внутреннем Мире.

Он не мог вернуться с пустыми руками в следующий раз.

Прогуливать уроки по вечерам стала почти второй натурой Цин Чэня.

И при обычных обстоятельствах, учителя давно бы уже уведомили об этом его родителей.

Но проблема заключалась в том, что его классный руководитель была в отпуске с тех пор, как произошло первое переселение. Другим учителям в свою очередь было все равно, потому что никто из них не отвечал за Цин Чэна.

Поэтому при любой возможности он просто вставал посреди урока и уходил.

В это время люди как раз заканчивали работу, поэтому на узкой дороге Синьшу было очень шумно. На пешеходных дорожках торговцы продавали жареный сладкий картофель, свежие арбузы и другую уличную еду.

Когда он был маленьким, его мама часто возвращалась домой с вкусняшками, а отец покупал ему лапшу Микси всего за 1,5 юаня.

В то время Цин Чэну казалось, что так будет всегда, но сейчас он понял, что это были одни из лучших времен его детства.

Его отец еще не являлся игроманом, и родители были вместе. Его бабушка и дедушка также уделяли ему внимание.

Микси, который раньше стоил 1,5 юаня, вырос до 15 юаней, и он, как и его жизнь, уже никогда не вернется в прежнее состояние.

Придя к дому, он обнаружил двух незнакомцев, которые сидели на корточках у дороги и курили.

Поскольку уже стемнело, Цин Чэнь не мог разглядеть их лиц.

Он сначала подумал, что эти люди пришли за ним, потому что они то и дело оглядывались по сторонам.

Однако, проходя мимо них, он заметил, что те не обратили на него особого внимания.

Когда он прошел в коридор, ведущий в его квартиру, он обнаружил там Ли Тунъюнь. - Братик, мама приготовила ужин, - Сказала она, указав пальцем наверх, откуда уже чувствовался аппетитный запах. - Пойдем, мы тебя ждали.

- А если бы я сегодня остался в школе? В следующий раз лучше не ждите меня. - Сказал Цин Чэнь, погладив Ли Тунъюнь по голове.

- Но ты всегда пропускаешь уроки в последние несколько дней, - Сказала Ли Тунъюнь, когда они вместе поднимались по лестнице.

Когда Цин Чэнь вошел в комнату, он заметил, что разбитая мебель, которую он видел в прошлый раз, исчезла, и комната кардинально изменилась. Почти все выглядело обновленным.

Цзян Сюэ все еще готовила на кухне и не успела оглянуться, как услышала звук открывающейся двери: - Цин Чэнь, это ты? Проходи, присаживайся. Я почти приготовила суп.

Цин Чэнь осмотрел стол. На нем были кисло-сладкие свиные ребрышки, жареная говядина, свиной фарш с каперсами и кисло-острый вареный картофель. Все блюда отлично сочетались с рисом.

По сравнению с тюремной едой, которую подавали в тюрьме 18, эта еда казалась на уровне мишлена.

- Что празднуем, тетя Цзян? - спросил Цин Чэнь.

Цзян Сюэ принесла кастрюлю с супом, и ее лицо озарила яркая улыбка: - Помнишь, я рассказывала, что у меня есть клиника механических протезов во Внутреннем Мире?

- Ага, - Ответил Цин Чэнь, помогая поставить большую кастрюлю на стол.

Цзян Сюэ вернулась на кухню за рисом и палочками для еды. - Из-за того, что у меня не было воспоминаний человека, в которого я переселилась, меня сильно беспокоила эта клиника, ведь я даже не зналп, как помочь клиентам, которые приходят за помощью.

Цин Чэнь молча слушал.

- И в какой-то момент мою клинику посетили несколько хорошо слаженных людей. К слову, город 18 сам по себе печально известен своими ночными ограблениями, поэтому я сначала испугалась.

Поэтому Цзян Сюэ хотела, чтобы Цин Чэнь позаботился о Ли Тунъюнь, если она не сможет вернуться.

- Но теперь все в порядке, - Сказала Цзян Сюэ, - По какой-то причине семья Ли вдруг попросила о сотрудничестве с моей маленькой клиникой.

- Семья Ли... - Задумчиво произнес Цин Чэнь.

- Верно, как я уже говорила, во Внутреннем Мире пять семей - словно владыки городов. После того, как моя клиника заключила партнерство с семьей Ли, эти люди, выглядищие по началу недобро, обустроили клинику. - Цзян Сюэ очень обрадовалась и сказала: - Они подарили мне неоновую вывеску с символом семьи Ли, а также кучу денег. Я в большей безопасности во Внутреннем Мире!

Цин Чэнь улыбнулся: - Теперь, когда вы получили поддержку семьи Ли, это определенно стоит отпраздновать.

- Мне больше не нужно беспокоить тебя, а бабушке и дедушке сяо Юнь не нужно будет проделывать весь этот путь. - Цзян Сюэ была очень рада такому повороту событий. Она даже сказала Цин Чэню: - Если ты когда-нибудь переселишься в город 18, пожалуйста, не стесняйся связаться со мной. Я не уверена, что смогу чем-то помочь, но, по крайней мере, я могу защитить тебя на некоторое время.

Цин Чэнь вздохнул в своем сердце. Он уже был в городе 18, но она не смогла бы ему помочь из-за сложившейся ситуации с ним.

Борьба семьи Цин за Тень была неподвластна обычным людям.

- О, тетя Цзян, - Вдруг вспомнил Цин Чэнь, - Что насчет людей в черном?

- Они не приходили ко мне, но я пыталась связаться с ними, - Ответила Цзян Сюэ, - После того, как я сказала тебе, что мне может понадобиться твоя помощь, чтобы позаботиться о сяо Юнь, я также позвонила им, чтобы попросить о помощи во Внутреннем Мире.

- Но они сказали мне, что их организация была создана совсем недавно, поэтому они не могут оказать большую поддержку.

После ужина Цзян Сюэ пошла мыть посуду, оставив Цин Чэна и Ли Тунъюнь за обеденным столом.

- Ты ведь тоже переселенец, верно? - Спросил Цин Чэнь.

Ли Тунъюнь озадачено посмотрела на него: - Брат Чэнь, о чем ты?

- В прошлый раз ты спросила у мамы название ее клиники, а в этот раз она неожиданно получила огромную поддержку от семьи Ли, - Сказал Цин Чэнь, - Ты можешь отрицать тот факт, что ты переселенец, но я проверю свои теории у твоей мамы.

Ли Тунъюнь мгновенно струсила и сказал: - Эй, пожалуйста, не говори маме!

Цин Чэнь выдохнул с облегчением. Его подозрения подтвердились.

Вчера перед возвращением он еще раз просмотрел все свои воспоминания за последние несколько дней и обнаружил нечто странное.

После того, как Ли Тунъюнь узнала, что ее мама работает в клинике во Внутреннем Мире, ее первой реакцией было не узнать больше о Внутреннем Мире, а спросить название клиники ее мамы. Здесь явно что-то скрывалось.

Поэтому вчера он воспользовался услугой Ли Шутонга в обмен на список имен семьи Ли.

И там он обнаружил имя Ли Тунъюнь.

При переселении между двумя мирами только имя и тело оставались прежними. Это была неоспоримая истина.

Цин Чэнь шепотом спросил: - Почему ты не сказала маме?

- Потому что никто во Внутреннем Мире не смеет командовать мной... пожалуйста, не говори маме, - Умоляла Ли Тунъюнь, - Потому что если она узнает, то захочет позаботиться обо мне с двух сторон. У меня есть немного денег, которые я могу дать тебе. Во Внутреннем Мире я очень богата.

Цин Чэнь сказал без колебаний: - Я не переселенец, зачем мне деньги во Внутреннем Мире?

Видя, что Цин Чэнь так решителен, Ли Тунъюнь переспросила: - Ты не переселенец?

- Конечно, нет, - Солгал Цин Чэнь, - Но... сколько у тебя наличных при себе?

Ли Тунъюнь на мгновение застыла: - Как ты смеешь пытаться выманить карманные деньги у маленькой девочки?

Цин Чэнь: - ...

Цин Чэнь чувствовал себя немного неловко: - Я... я не пытаюсь тебя обмануть... просто мне интересно, - Ему даже стало немного стыдно.

Что поделать, он был просто помешан на деньгах...

Однако Цин Чэнь также понял, что Ли Тунъюнь пыталась выяснить, является ли он переселенцем.

Возможно, его вопросы и любопытство к Внутреннему Миру раскрыли его.

Но его твердый отказ не принимать деньги во Внутреннем Мире развеял сомнения маленькой девочки.

В целом, сегодняшний вечер был плодотворным для Цин Чэня. По крайней мере, он подтвердил статус Ли Тунъюнь.

Ему нужно было как можно больше союзников во Внутреннем Мире, чтобы помочь ему в борьбе за Тень.

Несмотря на то, что Ли Тунъюнь было всего десять, в будущем она могла оказать ему некоторую помощь.

Ему нужно было подготовиться заранее, как перед первой ночью переселения.

Видя, что Цзян Сюэ все еще на кухне, Ли Тунъюнь тихо сказала Цин Чэню: - У меня не так много денег при себе, поэтому ты согласишься на другое условие?

- Какое? - Спросил Цин Чэнь.

- Мы можем поговорить об этом позже? Только, пожалуйста, не говори об этом маме, - Еще мягче сказала Ли Тунъюнь.

- Хорошо, - Сказал Цин Чэнь, глядя на спину Цзян Сюэ на кухне, - Я слышал, что Внутренний Мир очень опасен, поэтому позаботься о своей маме.

- Да, позабочусь, - Уверенно ответила Ли Тунъюнь, - Если ты тоже перейдешь во Внутренний Мир, я буду защищать вас обоих!

Цин Чэнь потерял дар речи от чистого и простого обещания, данного этим ребенком.

Попрощавшись с Цзян Сюэ, он спустился к себе. В его квартире было гораздо тише, чем в комнате над ней.

У него не было ни друзей, ни родственников, с которыми можно было бы поговорить.

Когда Цин Чэнь проверил свой телефон на предмет группового чата класса, тот все еще был полон бессмысленных сплетен. Возможно, Нан Генчэн был единственным человеком в его классе, который переселился в другое место.

Затем он открыл Weibo и обнаружил два новых трендовых поисковых запроса: "Таинственная иностранная организация покупает технологические продукты Внутреннего Мира за умопомрачительные суммы".

Кто-то даже поделился скриншотом списка товаров, которые они искали, включая средства против старения NECE, генетическую инъекцию EDE-002 и так далее.

Среди них - было несколько препаратов для лечения рака, которые были разработаны во Внутреннем Мире.

Все предметы из списка усиливают одно или несколько следующих качеств: долголетие, здоровье, красоту или силу.

Группа даже заявила, что провела испытания, чтобы убедиться, что эти лекарства будут оказывать такое же воздействие на жителей Внешнего Мира.

Они даже опубликовали подробную статью с описанием способов транспортировки этих средств при переселении: завернуть таблетки в защитный слой, положив в рот, и проглотить или же вставить в прямую кишку.

Цин Чэнь нахмурился, когда прочитал до этого момента, потому что это явно была стратегия, которую наркоторговцы использовали для контрабанды наркотиков через границу.

Средства против старения и рака были почти бесценны. За сколько богач был готов купить такое средство, которое могло спасти его жизнь или омолодить?

Какая цена может быть эквивалентна жизни человека?

Конечно, во Внутреннем Мире существовали и более совершенные технологии, такие как бионические печени или сердца, но их было невозможно перенести.

Цин Чэнь все еще пытался стать экстраординарным, но его не могло не впечатлить то, на что люди были готовы пойти, чтобы разбогатеть за счет переселения.

Он пока не мог получить эти лекарства.

Если бы он хотел получить эти лекарства, ему пришлось бы раскрыть свой статус переселенца.

Он также мог использовать флэш-накопитель, чтобы принести документацию по технологиям, но как он сможет получить фундаментальные технологии Внутреннего Мира? Такое возможно только в будущем, но не сейчас.

Цин Чэнь был едва в состоянии даже получить информацию о том, что происходит за пределами тюрьмы 18.

Сейчас же, его самой важной задачей было сохранить отношения с Ли Шутонгом.

"Минутку..." - Цин Чэнь вдруг понял, что эта компания была той самой, которая покупала механические протезы.

Несколько дней назад появились новости о том, что переселенцам отрезали ноги и продавали их на черном рынке. Возможно, в будущем таких незаконных и неэтичных действий будет гораздо больше!

Цин Чэнь внезапно вспомнил двух незнакомцах, которых он увидел около своего дома.

Он подошел к окну и заглянул через шторы.

Однако незнакомцы, сидевшие на корточках снаружи, исчезли.

Цин Чэнь поколебался лишь короткое мгновение, прежде чем набрать 1101110*: - Да, здравствуйте, я обнаружил двух подозрительных незнакомцев по улице Синьшу, дом 12. Скорее всего, они замышляют что-то нехорошее. (*номер китайской полиции)

Сначала он колебался, потому что если его предположение окажется неверным, то у него будут неприятности за ложное оповещение полиции.

- Просто чтобы подтвердить. Вы заметили двух подозрительных мужчин в вашем районе... - Вскоре заявила дежурная женщина. И пока она говорила, сверху раздался крик Ли Тунъюнь.

- Пожалуйста, немедленно пришлите наряд, спасибо! - Цин Чэнь положил трубку.

Он был абсолютно прав. Какова их цель? Конечно же механические протезы Цзян Сюэ.

Когда он проходил мимо этих двоих, они несколько раз взглянули на окно Цзян Сюэ!

Цин Чэнь потянулся за лопатой, которую он купил перед своим первым переселением, но остановился, прежде чем выйти из квартиры.

Он был обычным 17-летним школьником. Несмотря на то, что всего за день до этого он стал свидетелем смерти, он все еще был обычным ребенком!

Как он мог сразиться с двумя взрослыми людьми?

Щелк... с лопатой в руках Цин Чэнь открыл дверь и вышел.

Он не был добрым человеком, он был эгоистом. Он смотрел, как его одноклассник сходит с ума в тюрьме 18, и даже пальцем не пошевелил, чтобы помочь.

Но видеть, как пытают ребенка, было слишком тяжело для Цин Чэня.

Он рассудил, что даже если бы у него были способности экстраординара, они были бы бесполезны, если бы он не мог использовать их для спасения людей.

Как только он открыл дверь, то увидел, что один из мужчин свалился с лестницы.

Рука его была вывернута на 180 градусов, а сам он лежал без сознания в коридоре.

Рядом с ним также валялся нож.

Когда Цин Чэнь поднял голову, он увидел Цзян Сюэ с лицом, залитым кровью. Ее белая рубашка с длинными рукавами также была забрызгана кровью.

Один из рукавов был разорван, и под ним виднелась тонкая, но мощная механическая рука.

Ее тело дрожало, но глаза были полны решимости.

Она смотрела свирепым взглядом матери, защищающего своего чадо.

В этот момент Цзян Сюэ обладала неотразимым обаянием.

Цзян Сюэ посмотрела на Цин Чэна и увидела лопату в его руках. Она глубоко вздохнула и сказала: - Спасибо.

Она поняла, что Цин Чэнь пришел помочь, и ей придется запомнить этот жест, до конца жизни.

- Только один? - Поинтересовался Цин Чэнь.

- Есть еще, который сбежал, - Ответила Цзян Сюэ.

Цин Чэнь спросил, - С сяо Юнь все в порядке?

- Она просто напугана.

- Позаботьтесь о ней. - Пробормотал Цин Чэнь, нахмурившись.

Затем он выбежал из дома и направился за вторым незнакомцем.

Цзян Сюэ хотела остановить его, но не успела она и слова сказать, как юноша уже исчез в темноте.

Через некоторое время она вдруг обнаружила, что Цин Чэнь направился совсем в другую сторону.

Под покровом ночи Цин Чэнь быстро проскочил два квартала и вбежал в знакомый переулок.

Мгновенно его фотографическая память превратила местность его района в трехмерную модель.

Прохладный осенний ветерок пронесся по земле, все еще неся в себе нотки сухости прошедшего дня.

За несколько мгновений юноша быстро рассчитал в голове скорость бега своего противника...

Нет, он должен был добраться до него быстрее!

Легкие горели, и Цин Чэнь почти чувствовал, как закипает его кровь.

Внезапно он остановился в укромном уголке одного из переулка.

Его дыхание в миг стабилизировалось, а тело замерло.

Листья ближайшего дерева зашелестели на ветру; их тени колыхались на земле, освещенные лунным светом.

Вдалеке слышались шаги бегущего человека, а на улице только что выключили свет ламп.

Но ни один из этих кусочков информации больше не был важен для Цин Чэна.

3.

2.

1.

СЕЙЧАС!

Юноша со всей силы замахнулся лопатой перед собой.

С громким стуком лопата врезалась об ноги человека. Потеряв равновесие, тот покатился вперед.

Цин Чэнь не стал медлить ни секунды и скрылся с места преступления, как только совершил содеянное.

Когда он убегал, крик человека эхом разнесся по всему району. Почти во всех домах зажегся свет, и некоторые выглядывали из окон, чтобы посмотреть, что происходит. Но все, что они могли увидеть, - это кричащего в агонии мужчину на земле.

Правая нога мужчины была сломана, и кровотечение не останавливалось.

Постепенно все больше и больше людей стали собираться перед окнами, но никто из них не заметил Цин Чэна.

Даже сам мужчина не понял, что его ударило.

Когда Цин Чэнь вернулся домой, он увидел, что Ли Тунъюнь дрожит в руках Цзян Сюэ. Цин Чэнь спросил: - Сяо Юнь точно не ранена?

- Она в порядке, просто испугалась. Я сейчас позвоню в полицию и расскажу им о ситуации.

- Не стоит, я уже позвонил, - Сказал Цин Чэнь.

Как только Ли Тунъюнь услышала его голос, то подняла лицо к Цин Чэну и сказала: - Братик, там один сбежал... - Слезы текли по ее лицу.

- Не волнуйся, я уже позаботился о нем, - Ответил Цин Чэнь.

Только сейчас Цзян Сюэ заметила след крови между указательным и большим пальцами Цин Чэня, в том месте, где он держал лопату; было очевидно, что произошла стычка.

Но, к ее удивлению, кроме этих пятен, на теле Цин Чэня не было никаких явных признаков ранения.

- Твоя рука... я принесу бинты, - Сказала Цзян Сюэ, вставая.

- Не стоит, - Вздохнул Цин Чэнь, глядя на руку, которая была в крови, чувствуя себя беспомощным от ощущения, что его физическое тело недостаточно сильно.

Похоже, ему нужно было разобраться в способностях Внутреннего Мира, причем быстро.

- Тетя Цзян, я в порядке. У меня дома тоже есть бинты.

К этому времени все их соседи проснулись от шума. Сначала они боялись выходить, но теперь, когда все улеглось, все они выглянули из своих квартир.

Видя, что к его квартире стягивается все больше людей, Цин Чэнь поспешно сказал: - Полиция скоро прибудет сюда. Помните, я не имею никакого отношения к тому, что произошло сегодня.

Цзян Сюэ поколебалась и ответила: - Хорошо.

......

Сирены полицейских машин, любопытный шепот разговаривающих людей и беспорядочные шаги - все это отошло на второй план. Они больше не имели никакого отношения к Цин Чэну.

Юноша лежал на кровати и думал о том моменте, когда он замахнулся лопатой на преступника. Он чувствовал себя заново родившимся.

Одна из причин, по которой он решил отомстить тому человеку, заключалась в том, что неправильно заставлять маленького ребенка испытывать такую боль.

Другая причина заключалась в том, что ему нужно было набраться мужества и уверенности, чтобы подготовиться к дальнейшим опасностям Внутреннего Мира.

Под всей этой суматохой, он медленно погрузился в сон... пока его не разбудил стук в дверь.

Цин Чэнь открыл сонные глаза и увидел за дверью Ли Тунъюнь.

- Братик, не мог бы ты подняться на минутку? - Кротко сказала Ли Тунъюнь.

- Что случилось? - Цин Чэнь был в замешательстве.

- Нужно помочь маме... - Ответила Ли Тунъюнь; и похоже, это было что-то срочное.

Цин Чэнь поспешил наверх и увидел, что Цзян Сюэ сидит на стуле, опрокинув обе руки на стол.

- Что с вами? - Спросил Цин Чэнь.

- Ничего особенного, - Ответила Цзян Сюэ, - Просто... мои механические протезы разрядились.

На этот раз Цин Чэнь был серьезно удивлен, потому что он никогда не задумывался о том, что для работы протезов нужна подзарядка. Он считал, что они питаются от продвинутых технологий, например, от ядерного реактора или что-то в этом роде.

Цзян Сюэ за последнее время столько раз использовала свои механические протезы, что теперь она не могла ими двигать и по сути они были бесполезны, из-за разряда.

- Подождите, почему батарея разрядилась так быстро? - Спросил Цин Чэнь, - Как люди во Внутреннем Мире заряжают их и продолжают пользоваться в повседневности?

Цзян Сюэ объяснила: - Ты многого не знаешь, так как не был там. Внутренний Мир уже полностью завершил модернизацию своих электрозарядных систем. Вокруг городов можно увидеть атомные станции конденсационной энергии. Энергия, вырабатываемая этими станциями, доставляется в "облачные резервуары", которые обеспечивают электричеством весь город.

- Во Внутреннем мире 90% устройств, работающих на электричестве, включая автомобили, устройства связи, механические протезы, кухонную утварь и освещение, являются беспроводными. Подобно Wi-Fi, система зарядки покрывает сетью весь город.

- У каждого человека есть свой собственный номер для выставления счетов, не похожий на удостоверение личности. Системы зарядки подсчитывает месячное использование, и пока человек оплачивает счета, он может пользоваться зарядкой. Эти системы, конечно же, принадлежат пяти крупным семьям.

- В городе 18 около трехсот облачных резервуаров работают круглосуточно, так что люди уже потеряли ощущение необходимости "заряжать" свои устройства, потому что их устройства заряжаются сами по себе.

"Беспроводная зарядка? Разве это не похоже на мечту Николв Теслы?"

В этот момент, Цин Чэнь использовал свои знания для анализа.

Основной функцией зарядки была доставка энергии к определенному устройству. Во Внешнем Мире уже были разработаны подобные технологии, например, технология Xiaomi Air Charge, где целая комната это беспроводная зарядка.

Технология Xiaomi была основана на том, что они смогли точно определить местоположение волн, передаваемых от устройств, которые необходимо зарядить.

Однако технология определения местоположения была наиболее важной, так как если бы она не функционировала должным образом, система зарядки тратила бы огромную энергию, излучая ее во все стороны, а не в одну точку.

Из-за этого заряженный воздух мог бы скоагулировать в комнате, нагревая ее, словно микроволновка.

Это была ужасающая мысль.

Из того, что он услышал, следовало, что Внутренний Мир преодолел технические трудности и достиг того, о чем Внешний Мир мог только мечтать.

Может ли это устройство нанести вред людям? Вред должен быть минимальным, поскольку его излучение даже меньше, чем у сотового телефона.

По мере совершенствования технологии оно вообще не будет оказывать большого влияния на человека...

Хотя Цин Чэнь не изучал технологию зарядки во Внутреннем Мире досконально, он все же знал о Николе Тесла из школы и знал о технологии беспроводного заряда.

Но независимо от всего, это было блестящее и удобное изобретение.

В это время Ли Тунъюнь неожиданно спросила: - А эта беспроводная зарядка будет излучать радиацию? В прошлом месяце одна пожилая пара неподалеку отключила сотовую связь, потому что, по их словам, она излучает слишком много радиации. Не будет ли эта зарядка излучать еще больше радиации, чем сотовые линии?

Цзян Сюэ не думала так глубоко, но теперь, когда Ли Тунъюнь упомянула об этом, она тоже немного забеспокоилась: - Кажется, я читала статью в интернете, что даже излучение сотового телефона опасно, так неужели эти облачные резервуары еще вреднее?

Действительно, ходило слишком много слухов о том, что телефоны могут представлять опасность для здоровья человека.

Некоторые верили этим слухам настолько, что даже срывали кабели и линии, построенные сотовыми компаниями...

Цин Чэнь подумал и сказал: - Может быть, уровень излучения отличается для разных людей?

- В каком смысле? - Спросила Ли Тунъюнь.

Цин Чэнь задумался на мгновение и наконец сказал: - Люди, которые плохо учаться в школе, получают больше радиации.

Ли Тунъюнь: - ????

Цзян Сюэ: - ???

... ...

- С городами понятно, но что если человек захочет отправиться за пределы? - Спросил Цин Чэнь.

- Это очень хлопотный процесс, ведь чтоб выехать за пределы города, нужно иметь специальную ID карту. - Цзян Сюэ стала объяснять: - Вероятно, в ответ на разгул контрабанды, налоговые агентства установили множество контрольно-пропускных пунктов. Во Внутреннем Мире налоговые агентства имеют такую же власть, что и частные вооруженные силы пяти семей.

- Все настолько серьезно? - Цин Чэнь был потрясен.

- Да, они не только могут производить аресты, но и имеют свои собственные разведывательные службы. Все это очень сильно отличается от Внешнего Мира. - Сказала Цзян Сюэ.

- А что если получить карту? Получиться выбраться из города?

- До меня доходили слухи о нескольких облачных резервуарах, разбросанных по дикой местности за пределами городов. Механические протезы имеют разные аккумуляторы, и имеют схожесть с памятью телефона: 64, 128 и 256 Гб. Чем дольше работает протез, тем она дороже. Обычно люди выбирают менее дорогие варианты, потому что им не нужны более долговечные.

- О, так там можно сделать выбор. - Цин Чэнь кивнул, понимая.

- Во Внутреннем Мире многие молодые люди предпочитают приобретать самые новые, самые модные механические протезы, точно так же, как подростки Внешнего Мира предпочитают покупать последние модели кроссовок и телефонов. - Цзян Сюэ пояснила: - Более того, люди даже украшают свои механические протезы, добавляя золото, или рубины с бриллиантами.

Цин Чэнь воскликнул: - Да, я понял, что вы имеете в виду. Это как те модные скины в играх...

Цзян Сюэ поразмыслила над этим и сказала: - Думаю, можно сказать и так...

Внезапно Цин Чэнь вспомнил заключенных в тюрьме 18.

У многих из них на механических протезах были дорогие украшения, и большинство из них были золотыми. Среди них был и Лу Гуаньи!

Цин Чэнь с нетерпением спросил: - Эти золотые украшения сделаны из настоящего золота?

- Да, - Кивнула Цзян Сюэ.

- Тогда... золото во Внутреннем Мире имеет такую же ценность, как и золото во Внешнем Мире? - Снова спросил Цин Чэнь.

- Думаю, да, - Ответила Цзян Сюэ, - У пяти семей Внутреннего Мира есть даже золотые запасы.

Цин Чэнь наконец-то понял, как сделать деньги во Внутреннем Мире!

Он также сделал набросок в голове, кто владеет золотом и сколько его у них.

Другие вещи было трудно обменять на наличные, поскольку они могут раскрыть его, однако с золотом таких проблем не будет.

На данный момент Лу Гуаньи еще не догадывался, что его ждет через несколько дней.

Затем Цин Чэнь спросил: - Как люди передвигаются по дикой местности? Неужели на электромобилях?

- Военные используют автомобили и грузовики с дизельным двигателем. - Ответила Цзян Сюэ.

Автомобили с дизельным двигателем были идеальными средствами передвижения для военного пользования.

Дизельные автомобили также не требуют электричества для работы, что делает их более подходящими и надежными в суровых погодных условиях.

Цин Чэнь никак не ожидал, что Внутренний Мир все еще использует дизельные автомобили...

- Конечно, военные также используют более мощные беспилотники, работающие на жидком кислороде, - Продолжила Цзян Сюэ. - В городах есть богатые люди, которые используют это топливо для транспорта.

Цин Чэнь вслух поинтересовался: - Может ли это быть метаном?

- Да, это оно, - Глаза Цзян Сюэ засияли.

- Его используют в космосе, - Воскликнул Цин Чэнь, - SpaceX Илона Маска использует метан для заправки двигателей Мерлин...

Цзян Сюэ сказала Ли Тунъюнь: - Вот, сяо Юнь, бери пример с Цин Чэня. Я сказала только половину, а он догадался обо всем остальном.

Даже Цзян Сюэ была впечатлена способностями Цин Чэня.

Как понимание беспроводной зарядки, так и метановых двигателей требует обширных знаний в этой области.

Казалось, что нет ничего такого, чего бы не знал этот юноша.

Что касается Цин Чэня, то Цзян Сюэ и Ли Тунъюнь помогли ему заполнить пробелы о других частях Внутреннего Мира, которые он еще не успел осознать.

В тюрьме 18 ему было трудно расспрашивать людей, не раскрывая своей личности переселенца.

Даже после возвращения во Внешний Мир ему было трудно отличить истинную информацию от ложной.

Теперь, когда он мог услышать от Цзян Сюэ, что такое настоящий Внутренний Мир, он был очень взволнован.

Клиника Цзян Сюэ была местом, куда приходили самые разные люди, так что это было отличное место для получения информации.

Цин Чэнь вдруг вспомнил кое-что: - Э... так чем я могу помочь?

Ли Тунъюнь сказала: - Мамины руки больше не могут двигаться. Не мог бы ты помочь присмотреть за ней в течение дня?

Две руки Цзян Сюэ в этот момент лежали на столе, и Цин Чэнь мог сказать, что у нее нет возможностей что-либо сделать.

Странно, насколько полезными эти механические протезы кажутся во Внутреннем Мире, но во Внешнем Мире они становятся помехой.

Цин Чэнь внезапно вспомнил, что в городе Ло был человек, который прыгнул на крышу в одном из видеороликов. Ему стало интересно, как обстоят у него дела.

Но существовало не настолько много плохих новостей, так как людям с механическими протезами все равно придется быть осторожными с их использованием во Внешнем Мире.

Он посмотрел в глаза Ли Тунъюнь, а затем на Цзян Сюэ: - Но я не знаю, что делать...

Сегодня было воскресенье, поэтому время не поджимало, но у него не было опыта заботы о ком-то другом.

- Нет, нет, тебе не нужно за мной ухаживать, - Поспешно ответила Цзян Сюэ. - Просто я еще ничего не приготовила для сяо Юнь, поэтому не мог бы ты помочь с готовкой?

Цзян Сюэ выглядела ужасно извиняющейся.

Ли Тунъюнь, стоявшая неподалеку, сказала: - Пожалуйста, брат Чэнь, приготовь для нас. Я голодная.

Цин Чэнь усмехнулся: - Ну, это я смогу сделать.

Вдруг из-за двери раздался стук: - Здравствуйте, есть кто-нибудь дома?

Цин Чэнь стоял в гостиной и потому увидел за окном внедорожник, используемый той таинственной организацией.

- Сяо Юнь, иди открой дверь. Я пойду на кухню, - Сказал он сяо Юнь, поспешив на кухню и надев фартук.

Сяо Юнь открыла дверь, и в комнату вошли двое мужчин в черном. Один из них обратился к Цзян Сюэ: - Здравствуйте, я Лу Юань, мы уже встречались. Я из Куньлуня.

"Куньлунь?" - Цин Чэнь остановил готовку. - "Должно быть, это название их организации".

Цзян Сюэ сказала: - Пожалуйста, присаживайтесь. Сяо Юнь, принеси воды для наших гостей.

Один из Куньлуня посмотрел на ее руки и спросил, - Что с вашими руками?

- Разрядились, - Объяснила Цзян Сюэ.

- Запиши. - Молодой человек что-то пробормотал своему напарнику и задал Цзян Сюэ еще несколько вопросов о механических протезах. Похоже, они не знали, что механические протезы могут разряжаться.

Цин Чэнь предположил, что, поскольку организация была основана недавно, те также пытаются разузнать о Внутреннем Мире.

- Итак, зачем вы здесь...? - Перебила их Цзян Сюэ.

- О, мы здесь, чтобы спросить вас кое о чем, - Сказал один из членов Куньлуня. - После того, как один из двух преступников скрылся, тот заявил, что его ударили из-за угла в одном переулке, и теперь у него сломано сухожилие. У вас есть предположение, кто мог это сделать? Не волнуйтесь. Мы здесь не для того, чтобы добиться юридической ответственности. Мы просто хотим оценить ситуацию.

Цин Чэнь вдруг напрягся.

- Есть предположения, кто мог это сделать? - Снова спросил Лу Юань.

Когда он спросил, в гостиной воцарилась тишина, как будто воздух превратился в бассейн с осевшей водой, заставив всех замереть на месте.

Цин Чэнь находился на кухне, тоже затаив дыхание.

Цзян Сюэ заняла более удобное положение и мягко сказала: - Понятия не имею. Возможно, какой-то смелый человек пытался восстановить справедливость. А почему вы спрашиваете?

Цзян Сюэ была уверена, что они ищут Цин Чэня.

Но что бы ни случилось, она не могла допустить, чтобы другие узнали о Цин Чэне, ведь он сделал это в первую очередь ради нее и ее дочерей.

Впервые она почувствовала себя в безопасности от постороннего, когда вспомнила тень мальчика с лопатой.

Лу Юань с улыбкой ответил: - Не поймите меня неправильно: я невижу в этом ничего плохого, да и мы не из правоохранительного органа.

Человек рядом с ним добавил: - Да, рассказ преступника о том, как незнакомец напал на него, застал нас врасплох. Мы еше проверяем, не является ли подозреваемый переселенцем.

- Мы не уверены, является ли он им вообще, - Добавил Лу Юань, - Мы просто следим за необычными событиями, которые происходят в последнее время.

Они дополняли рассказ друг от друга совершенно незаметно, как будто заранее отрепетировали диалог.

Рядом с ними Ли Тунъюнь сказала: - Мы с мамой не выходили из дома со вчерашнего дня, поэтому мы тоже не знаем, кто это сделал.

На кухне Цин Чэнь был немного ошеломлен.

Дети не умеют лгать... подумали бы большинство людей.

Слова Ли Тунъюнь, несомненно, придали уверенности тому, что только что сказала ее мать.

Цин Чэнь быстро понял, что за этим ребенком, нужен глаз да глаз.

Когда девочка пришла к нему за помощью, она была напугана, и но он не мог этого отрицать.

Она даже держала свой статус переселенца в секрете от матери...

Это уже не могло быть простым совпадением.

Цзян Сюэ и ее муж целый день перепирались, и воспитанная Ли Тунъюнь в такой обстановке, обязательно будет обладать особым характером.

Ли Тунъюнь, как и он сам, воспитывались иначе, чем другие дети.

По какой-то причине Цин Чэнь почувствовал в ней родственную душу.

"Кто-то, чьи истинные способности были хорошо скрыты под спокойной внешностью..."

Такова была его оценка.

Ли Тунъюнь внезапно спросила: - Дядя, тот человек ведь помог нам, победив того преступника. Почему вы тогда пытаетесь его найти? Вы хотите его арестовать? Наверняка вы плохие дяди!

- О, нет-нет! - Сказал напарник Лу Юаня, чувствуя себя немного неловко. - Не заблуждайтесь, мы здесь, чтобы помочь.

Лу Юань добавил: - Пожалуйста, выслушайте нас, мы здесь не для того, чтобы создавать проблемы. Так как Куньлунь был основан совсем недавно, мы ищем таланты, которые хорошо сработаются с нами.

- Хорошо, я понимаю, - Сказала Цзян Сюэ.

- По правде, во Внутреннем Мире есть определенные организации и семьи, которые уже обнаружили существование Внешнего Мира. Из того, что мы знаем, по крайней мере было найдено 21 мертвых переселенца без видимых причин, но все указывает на то, что все они были допрошены перед смертью. Есть еще десятки людей, которые утверждают, что были арестованы во Внутреннем Мире различными организациями. Мисс Цзян, пожалуйста, будьте бдительны, находясь во Внутреннем Мире. - Напомнил ей Лу Юань.

От этих данных у нее по позвоночнику пробежал холодок. - Хорошо, так и сделаю. - Цзян Сюэ кивнула.

Быть переселенцем во Внутреннем Мире довольно страшно.

В этот момент завибрировал телефон Лу Юаня. Он взглянул на экран и сказал своему напарнику: - Хэ Сяосяо снова опубликовал видео.

Цзян Сюэ с любопытством спросила: - Хэ Сяосяо - это тот, кто снимает видео в TikTok-е о Внутреннем Мире?

- Да, - Кивнул Лу Юань.

Ли Тунъюнь спросила: - Дядя, а кем является Хэ Сяосяо?

Лу Юань заинтересовался: - Ты тоже интересуешься им? Мы пока не знаем, кто этот человек, потому что он хорошо скрывает свою личность. Но рано или поздно он оставит какие-нибудь следы... в любом случае, спасибо за сотрудничество. Примите мои извинения за беспокойство, и до встречи.

Цзян Сюэ встала и сказала: - Мне сейчас трудновато передвигаться, поэтому всего доброго.

Когда Лу Юань шел к входной двери, он посмотрел вниз и спросил: - А чьи это кроссовки?

Цзян Сюэ спокойно ответила: - Моего мужа.

Ли Тунъюнь добавила: - Да, это папины.

- О, еще раз простите. - Лу Юань вышел за дверь.

Когда за ним закрылась дверь, Цзян Сюэ и Ли Тунъюнь облегченно вздохнули.

Цин Чэнь к этому моменту вышел из кухни: - Спасибо.

- Не нужно. Это мы должны благодарить тебя, - Сказала Цзян Сюэ, - Если бы не то, что со мной случилось... это я доставила тебе лишние хлопоты.

- Эмм... чего желаете хотите поесть? В холодильнике пусто, поэтому я схожу в магазин, - Сказал Цин Чэнь.

Цзян Сюэ сказала Ли Тунъюнь взять двести юаней из своего кошелька: - Может, купишь ребрышки? Вы с сяо Юнь еще растете, мясо будет полезно для вас.

Цин Чэнь подумал и вышел за дверь с деньгами.

Стены старого коридора в его многоквартирном доме были покрыты объявлениями и облупившейся краской.

Он стоял на верхней площадке лестницы и постукивал пальцами по металлическим перилам.

Казалось, его постукивающие пальцы думали за него.

Сначала Цин Чэнь зашел домой и сменил обувь, прежде чем отправиться в магазин.

Перед тем как покинуть дом, он увидел внедорожник, припаркованный у дороги под деревом. Человек внутри пристально смотрел в его сторону, когда он проходил мимо.

Лу Юань внимательно посмотрел на Цин Чэна и сделал паузу на его обуви.

Люди в машине молчали, и после того, как Цин Чэнь прошел, Лу Юань сказал: - Это не он.

- Ты знал, что на кухне был еще один человек, который прятался от нас, почему ты просто не пошел туда и не проверил? Таким образом, нам не придется ждать здесь, теряя время... - Спросил другой мужчина.

Лу Юань спокойно ответил: - Босс приказал нам поддерживать хорошие отношения с переселенцами и не позволять им думать, что мы замышляем что-то нехорошее. Мы не можем применять силу.

- На данный момент я считаю, что мы должны просто принять в организацию как можно больше переселенцев.

Лу Юань опустил стекло машины и зажег сигарету; дым окутал салон машины.

- Куньлунь не может принимать всех подряд. Ты знаешь, что босс хочет сделать в будущем, поэтому мы должны убедиться, что все наши члены придерживаются одной цели.

- И что теперь будем делать? - Сказал его напарник.

- Давай подождем еще немного, ведь человек еще не вышел. - Лу Юань затушил сигарету и сказал: - Так как началась новая эра, нам не нужно искать переселенцев, пускай они сами придут к нам.

......

Цин Чэнь дошел до магазина Цзяньдун и достал свой телефон, чтобы найти Хэ Сяосяо в TikTok-е.

Из того, что он узнал, раз Куньлунь не смог узнать, кто такой Хэ Сяосяо, следовало, что Хэ Сяосяо еще не был частью организации Куньлуня.

Вероятно, тот нашел эффективный способ стереть свою личность в интернете.

Однако в современном обществе практически невозможно сделать так, чтобы человек исчез бесследно.

Телефонные звонки и документы, удостоверяющие личность, можно найти в интернете.

"Почему же они не смогли найти никакой информации о нем? Куньлунь явно та организация, которая имеет право доступа к личным данным любого, так почему же они не смогли найти информацию об этом человеке?"

Это, конечно, не считая возможности того, что они уже обладают технологиями или способностями Внутреннего Мира...

......

Личность Хэ Сяосяо все еще оставалась загадкой, и Цин Чэня больше всего интересовало, как он смог это сделать.

Он хотел узнать, как скрыть свою личность так же, как Хэ Сяосяо, и при этом получать всю полезную информацию о Внутреннем Мире. Но сейчас он мог только расспрашивать Лу Гуаньи.

Не раздумывая, Цин Чэнь открыл TikTok и нашел профиль Хэ Сяосяо, где воспроизвел новое видео.

На экране отобразился все тот же черный фон с белыми субтитрами.

Голос молодого человека непринужденно проговорил: - Так как большинство людей пишут о том, как пройти во Внутренний Мир, я решил сделать это видео специально для обсуждения требований к игре.

- Люди обычно называют участников игры переселенцами, но я предпочитаю называть людей, прошедших квалификацию для игры, путешественниками во времени, потому что время для переселенцев во Внешнем Мире останавливается, когда они попадают во Внутренний Мир. Когда же человек возвращается обратно, то время во Внутреннем Мире также останавливается. Скорее не так. Оно останавливается для всех путешественников во времени.

- На данный момент известные путешественники во времени находятся в следующих 19 городах: Ву, Цзин, Нань, Ло, Чуань, Чонг, Шан, Кунь, Хай, Цзи, Чжэн, Хан, Фу, Гуан, Лан, Янь, Ху, Чжин, Тай. (*города можно проигнорировать, хотя их названия берутся из существующих мест)

- Кроме этих городов, путешественники во времени также могут появляться в различных местах по всей стране, но такое встречается крайне редко.

- Я лично рекомендую тем, кто заинтересован в получении квалификации для игры, отправиться в один из вышеупомянутых 19 городов, чтобы увеличить шансы стать путешественником во времени. Хотя шансы невелики, это все же лучше, чем ничего.

- Из того, что мне сейчас известно, третья группа переселенцев появится сегодня вечером. Пока неясно, когда истечет срок действия квалификации, поэтому воспользуйтесь этим временем, пока есть возможность.

- Еще одно очень важное замечание, Внутренний Мир чрезвычайно опасное место, поэтому я советую всем путешественникам во времени сформировать команду, чтобы увеличить свои шансы на выживание.

- И как обычно, комментируйте то, что вы больше всего хотели бы знать о Внутреннем Мире, ниже, и я постараюсь ответить на вопросы в будущих видео.

- Наконец, не раскрывайте свою личность никому во Внутреннем Мире. Повторяю: НЕ РАСКРЫВАЙТЕ СВОЮ ЛИЧНОСТЬ НИКОМУ ВО ВНУТРЕННЕМ МИРЕ! Иначе вы окажетесь в опасности.

Затем видео закончилось.

Последнее предупреждение было написано крупным жирным шрифтом красного цвета и потому цеплялось за глаз.

Цин Чэнь догадался, что Хэ Сяосяо, скорее всего, уже встречал переселенцев... или путешественников во времени, которые погибли в результате того, что их личность была раскрыта во Внутреннем Мире.

Именно поэтому он повторил последнюю фразу.

Хотя жертв было бы не избежать, потому что не все путешественники во времени были такими же сообразительными, как Цин Чэнь или Хэ Сяосяо.

Цин Чэнь вдруг почувствовал приближающуюся опасность, потому что проблема с Лю Дэчжу все еще существовала, и тот мог раскрыть секреты Внешнего Мира.

"Что же мне делать?"

Само видео было именно таким, каким его ожидал Цин Чэнь.

Цин Чэнь предположил, что в таких обстоятельствах появится еще больше переселенцев... путешественников во времени, что некоторые из них будут обнаружены во Внутреннем Мире в течение некоторого времени.

Но, к его удивлению, Хэ Сяосяо все еще говорил об этом мире, как об игре, используя при этом игровые термины.

Аудитория Хэ Сяосяо в это же время, возбудилась этим коротким видеороликом, и они были готовы отправиться в 19 городов!

Было очевидно, что Хэ Сяосяо, стал самым известным путешественником во времени, и создаст огромную шумиху в последующие месяцы.

Цин Чэнь открыл комментарии, и, к его удивлению, самым популярным комментарием был "Как получить карьерный рост и навыки из тюрьмы 18".

Похоже, что люди все еще очень заинтересованы в тюрьме 18.

Имя пользователя комментатора представляло собой длинную строку цифр.

Затем Цин Чэнь зашел на страницу профиля этого комментатора и обнаружил, что этому человеку понравилась пара других видео о городе Ло, а также видео спортивного соревнования из школы иностранных языков города Ло.

"Чего? Может ли это быть Лю Дэчжу!?"

Но ему неважно, был ли это Лю Дэчжу или нет, для него важнее было то, навестит ли Хэ Сяосяо из-за него тюрьму 18.

"Скорее всего, нет... ведь единственный способ попасть туда - это совершить тяжкое преступление..."

Конечно, Хэ Сяосяо был достаточно умен, чтобы не совершать таких глупых поступков.

Цин Чэнь проверил остальные комментарии.

В разделе комментариев было много желающих увидеть лицо Хэ Сяосяо и узнать, чем он зарабатывает на жизнь во Внутреннем Мире.

Были даже те, кто хотел объединиться с Хэ Сяосяо...

Но... в комментариях не было ни одного ответа от Хэ Сяосяо.

С другой стороны, в комментариях спрашивали, нужна ли Хэ Сяосяо девушка.

Был даже вопрос, нужен ли ему ребенок...

Цин Чэнь нахмурился, прокручивая комментарии.

Но это также могло показать, насколько люди жаждут переселения.

Большинство людей не смогли бы переселиться в другое место из-за своей жизни, карьеры или образования. Они только смотрели и смеялись над последними тенденциями интернета, прежде чем закрыть TikTok и вернуться к суровой реальности жизни.

Но в этой стране проживает более миллиарда человек, и, по крайней мере, найдется большая группа людей, готовых переехать ради такой возможности.

Ведь стать экстраординарным давно была детской мечтой каждого.

Конечно, это событие, связанное с переселением, не могло не породить множество мошенников.

После того, как таинственная компания начала скупать технологии Внутреннего Мира, по всей стране появилось множество подобных компаний, продающих средства против старения: - Даже император Цинь не смог продлить свою жизнь рождением трех тысяч детей. Почему люди верят, что могут купить жизнь за деньги...? (*из Википедии следует, что первый император древнего Китая, он же император Цинь, очень хотел прожить подольше в свои преклонные годы, и один из его министров сказал, что он может отправиться на край океана и получить пилюли для продления жизни от бога. Богу же потребуются 3000 детей в качестве слуг и тонны сокровищ. Император на это согласился, и отправил министра в путешествие, однако тот не вернулся. Существует поверье, что министр вместе с 3000 детей высадился на одном из островов нынешней Японии и сделал себя правителем этой земли. Рубрика интересные факты подошла к концу.)

Как раз в этот момент Нан Генчэн отправил ему сообщение в WeChat с вопросом, не интересуют ли его антивозрастные препараты; существует человек, у которого сейчас проходит распродажа.

Цин Чэнь был озадачен: - {Откуда ты знаешь, что это не мошенник? Кроме того, не говори что не знаешь истории императора Циня, и министра Сюй Фу.}

Нан Генчэн ответил: - {Продавец сказал, что он и есть Сюй Фу}. (*Сюй Фу, тот самый министр что отправился за пилюлями долголетия для императора)

Цин Чэнь: - ????

Он почувствовал, как начинает терять IQ.

"О чем это он? Сюй Фу переместился в другой мир вместе с детьми?"

Нан Генчэн продолжил посылать ему сообщения в WeChat: - {Он сказал, что тогда он не остановился в островном государстве(*Япония). Он переселился!}

- {Забей... делай что хочешь, я слишком устал, чтобы думать}, - Цин Чэнь отправил сообщение и выключил телефон.

Честно говоря, он не был уверен, притворяется ли Нан Генчэн глупым или он правда идиот.

[Обратный отсчет - 13:08:19]

Цин Чэнь купил продукты и вернулся домой, заметив, что черный внедорожник уехал.

Он начал готовить еду для Цзян Сюэ и Ли Тунъюнь.

Видя, как Ли Тунъюнь кормит свою мать, он немного завидовал их близким отношениям.

Цзян Сюэ, которая раньше была слабой и застенчивой, стала сильной и уверенной в себе, чтобы защитить свою дочь.

Также, дабы облегчить жизнь матери, Ли Тунъюнь стала более послушной.

Цин Чэнь считал, что после того, как они снова переместятся, Ли Тунъюнь даст маме самые лучшие механические протезы, какие только сможет достать. Такие, которые могли бы работать долгое время без подзарядки.

Однако у Цин Чэна был только он сам.

Если бы сейчас ему пришлось выбирать между Внутренним и Внешним Миром...

Он бы предпочел остаться во Внутреннем Мире.

Внезапно Цзян Сюэ спросила: - Сяо Чэнь, я не часто вижу твоих родителей. Они всегда заняты?

- Когда как, - Расплывчато ответил Цин Чэнь.

Цзян Сюэ немного подумала и сказала: - Я заметила, что у тебя сломана стиральная машина. Просто неси свою одежду ко мне, и я постираю ее, ведь мы уже так хорошо ладим друг с другом. И еще, приходи к нам на обед после школы. В любом случае, я готовлю для сяо Юнь и себя, и приготовить еще одну порцию не составит труда.

Цин Чэнь заколебался немного, но все же ответил: - Хорошо, и спасибо, тетя Цзян.

......

Той ночью Цин Чэнь лег на свою кровать задолго до окончания обратного отсчета.

Он уже привык к этим переселениям.

- Что ж, поехали.

"Знакомый звук..."

Одни стучали в металлические двери камер, другие рычали, словно звери.

- Новички, добро пожаловать в тюрьму 18! - Раздался рык во весь голос.

Цин Чэнь поднялся с кровати, и на его лице появилась улыбка.

Он повторил про себя эту фразу: "Новички, добро пожаловать в тюрьму 18!"

Цин Чэнь по какой-то причине всегда чувствовал прилив радости, когда возвращался в это место.

Его окружали знакомые ему люди, знакомые правила и надежды, которые могли осуществиться.

Он чувствовал себя так, словно ему суждено было оказаться во Внутреннем Мире, а не во Внешнем.

Здесь ему хотелось забыть о прошлом и о своих заботах.

Пока он продолжал идти вперед, каждый его шаг был бы направлен в светлое будущее.

Он взглянул на свою руку и на мгновение замер.

[Обратный отсчет - 160:20:09]

С учетом времени, которое он проспал, на этот раз у него семь дней!

Это стало неожиданностью для Цин Чэна, потому что он уже привык к 48-часовым интервалам.

"С чего вдруг?"

"Где в этом закономерность?"

Похоже, ему еще нужно набраться терпения, прежде чем делать поспешные выводы о правилах Внутреннего Мира.

Цин Чэнь подошел к металлической двери камеры, которая тут же открылась, словно ожидая его.

Когда другие заключенные увидели его в коридоре, они слегка поклонились и вежливо поприветствовали.

По сравнению с Внешним Миром, здесь он был как дома.

Цин Чэнь стоял в коридоре и махал Лу Гуаньи с противоположной стороны.

После того как все заключенные спустились вниз, Лу Гуаньи начал новый раунд приветственной церемонии для новичков.

Мах Цин Чэня был для него мягким напоминанием о необходимости сделать то, что он должен сделать.

Несмотря на то, что это могло разозлить две другие группы в тюрьме... было неизбежно, что в какой-то момент начнется крупная стычка.

Однако целью Лу Гуаньи в тюрьме 18 было устранить все препятствия на пути Цин Чэна.

Он понимал, что он пешка перед конем; пешка, перешедшая реку (*в китайских, да и в обычных шахматах, пешки, перешедшие реку(линию), не могут вернуться назад, поэтому единственный выход - бороться и идти вперед...)

Он был тем, от кого зависело немного; если его босс выиграет в борьбе за Тень, то он будет жить; если босс проиграет, то умрет и он.

Пока что Ли Шутонг оставался безучастным к действиям Лу Гуаньи, поэтому он, вероятно, с нетерпением ждал, что же предпримет Цин Чэнь.

Вчера вечером прибыли семь новых заключенных.

Когда Лу Гуаньи подошел к новичкам, то шестеро из них смирились со своей участью.

Они прекрасно понимали, что если будут сопротивляться, то боль будет только сильнее.

Однако, когда Лу Гуаньи пытался достать последнего, тот вдруг рванул с места.

Он заметил, что у этого заключенного не было никаких механических протезов. Как обычный человек, мог обогнать его по скорости?

Когда Лу Гуаньи уже собирался схватить его, заключенный вдруг закричал: - Руки прочь! Что вам надо? (*в оригинале, человек говорит на сложном сычуаньском диалекте.)

Пока он убегал, его рот не переставал закрываться: - Я даю вам всем последний шанс! Одна пощечина от моей руки отправит вас всех восвояси!

Цин Чэнь: - ???

Он был ошеломлен, так как впервые в этом месте услышал правильный сычуаньский диалект, поскольку в тюрьме в основном все люди говорят исключительно на мандаринском!

Цин Чэнь был не единственным, кто сильно удивился, но по другой причине. Все, включая Лу Гуаньи, не поняли, о чем говорит новичок: - О чем говорит этот парень? Вы поняли?

Люди растерянно смотрели друг на друга: - Думаю, я понял кое-что, но не все.

Зная, что все здесь говорят только на одном диалекте, и ни у кого нет явного акцента, этот сычуаньский диалект казался неожиданно странным...

Цин Чэнь быстро все понял: этот новичок переселенец!

Поскольку Цин Чэнь говорил на правильном мандаринском, а мандаринский язык был в основном принят в городе Ло, он и не подозревал, что различные китайские диалекты могут раскрыть человека, как переселенца...

Цин Чэнь не мог представить, каково тем, кто говорит на других диалектах, во Внутреннем Мире.

Однако вопрос в том, как сычуанец попал в тюрьму 18. Цин Чэнь ранее пришел к выводу, что есть только 19 городов, которые "производят" значительное количество переселенцев, поэтому город Ло соответствовал городу 18 во Внутреннем Мире.

Может ли быть так, что его предположение было ошибочным? Или места переселения по факту происходят случайным образом?

"Нет, это должен быть особый случай..."

Он посмотрел на Ли Шутонга и остальных внизу и увидел, что все трое стали более серьезными, чем обычно.

Цин Чэнь решил, что если бы они не были идиотами, то поняли бы, что все эти странные события объединяет один факт.

Внутренний Мир в конце концов узнал бы о существовании Внешнего Мира, потому что сюда попадет слишком много переселенцев!

- Поймай его и спроси, откуда он, - Сказал Ли Шутонг Линь Сяосяо, глядя на нарастающую суматоху. - Свяжись также с Хуан Цисянем и Лю Дэчжу. У меня такое чувство, что они оба из одного места.

- Хорошо, - Жестко ответил Линь Сяосяо.

Ли Шутонг наконец-то связал воедино события, произошедшие в тюрьме за последнее время.

Это дело больше не могло ждать; он хотел взять инициативу в свои руки.

Секунду спустя, когда человека из Сычуани наконец-то поймали, появился Линь Сяосяо, который подошел к Лу Гуаньи и спокойно сказал: - Оставь его мне.

Однако Лу Гуаньи не отступил, даже перед таким человеком, как Линь Сяосяо. Он сказал: - Я принимаю приказы босса, а не твои.

Сказав это, Лу Гуаньи повернулся и посмотрел на Цин Чэня, который все еще находился на третьем этаже.

Заключенные были удивлены. Разве Лу Гуаньи не был боссом? Тогда на кого он работает?

Только в этот момент последователи Лу Гуаньи поняли, что Цин Чэнь был не просто обычным подростком, случайно встретившийся с Ли Шутонгом...

Он был важной шишкой с самого начала.

Только сейчас до людей дошло, что его фамилия также была Цин!

Подумав об этом, те, кто изначально хотел воспользоваться Цин Чэнем, почувствовали холодок по позвоночнику.

Живя на востоке Внутреннего Мира, никто не мог игнорировать семью Цин.

Это была эпоха, когда все жили под огромной тенью пяти семей.

И если семьи не движутся, то все живут счастливо.

Однако если один из гигантов сделает ход, то человечество получило бы страшное напоминание о существовании этого ужасающего существа.

Ни одна душа не будет пощажена. Линь Сяосяо улыбнулся Лу Гуаньи и сказал: - Ты знаешь, кто мой босс, и все еще смеешь меня останавливать. Забавно.

Цин Чэнь не хотел, чтобы Лу Гуаньи начал драку, поэтому спокойно кивнул, дав согласие.

Линь Сяосяо протиснулся сквозь толпу, таща за собой сычуанца.

Цин Чэнь стал также свидетелем, что как только Линь Сяосяо приблизился к металлическим воротам, те открылись перед ним и закрылись сразу же после его ухода.

"Похоже, что Ли Шутонг и его группа имеют исключительное право входить и выходить из тюрьмы в любое время!"

"В таком случае... что мешает им просто покинуть это место?"

Он медленно подошел к столу Ли Шутонга и сел: - Куда пошел Линь Сяосяо?

- Кое-что проверить, - Сказал Ли Шутонг, забрав большую кошку на колени, - Я не знаю что происходит, поскольку это за пределами моего понимания. Раньше, если рядом со мной появлялся случайный человек, я думал, что он чего-то от меня хочет или, по крайней мере, имеет план, но в этот раз все по-другому. У них нет ни то что нет плана, а даже... мозгов.

Цин Чэнь потерял дар речи, услышав его.

К этому моменту он понял, что петля на его шее потихоньку затягивается.

Не говоря уже о человеке из Сычуани, даже Лю Дэчжу не сможет пройти через допрос Линь Сяосяо.

Лю Дэчжу был ребенком, выросшим в пузыре. Его сила воли была хрупкой.

Способность Линь Сяосяо манипулировать психическим состоянием человека позволяла ему выведывать секреты без ведома жертвы.

И конечно, это ускорило бы процесс разоблачения Внешнего Мира.

Но Цин Чэнь ничего не мог поделать.

У него все еще была партитура Канона, но он понял, что перед таким прямолинейным человеком, как Ли Шутонг, партитура будет бесполезной.

Все, что он мог сделать сейчас, это ждать и наблюдать.

...

Все заключенные в тюрьме 18 вели себя тихо после такого неожиданного поворота событий.

Те, кто до этого занимался спортом, также затихли.

Ранее Ли Шутонг был единственным человеком, о котором они должны были беспокоиться. Несмотря на то, что они не могли ничем его раздражать, полубога не волновали чужие дела.

В этой тюрьме правила контролировал он; пока ты следовал им и не высовывался, то не умрешь.

Но сейчас все было иначе.

Даже идиот понял, что семья Цин не отправит человека сюда просто так.

Прибытие Го Хучана и члена семьи Цин - верный признак грядущей бури.

Рядом с ними сидел Го Хучан, на этот раз он ел настоящее мясо. Он ел так быстро, что казалось, будто он не ел несколько недель.

- Слушай, - Сказал Е Ван Го Хучану, стоя позади Ли Шутонга, - Он один из твоих людей? Я слышал, что в пустошах все еще встречаются странные диалекты.

- Не-а, он точно не из пустошей, - Сказал Го Хучан, вытирая рот, - Когда ты видел человека из пустошей с таким светлым цветом кожи?

Е Ван нахмурился: - Верно подмечено.

- Всех моих людей уже вытащил младший брат Цин Чэнь, поэтому я могу полагаться только на себя! - Го Хучан добавил: - Не мог бы ты принести немного настоящего мяса и для моих людей?

- Неужели в пустошах так трудно достать мясо? - Засомневался Е Ван.

- Как мы можем успеть вырастить скот, если семьи нападают каждый день? А, и еще недавно в пустошах появились еще две запретные земли. У нас не так много пространства для урожая, как вы думаете. Конечно, если брат Чэнь захочет попутешествовать, мы позаботимся о том, чтобы у тебя было достаточно еды.

"Еще один новый термин... запретные земли."

Судя по названию, он может быть связан с запретными предметами.

На этот раз Го Хучан похлопал Цин Чэна по плечу и сказал: - Если младший брат Цин Чэнь захочет пойти с нами в пустоши, я могу гарантировать, что у тебя будет столько еды, сколько ты захочешь!

Ли Шутонг был озадачен: - В какой момент ты переключился на него? Что ты задумал? Он из семьи Цин, и если он выиграет борьбу за Тень, разве ему не будет намного комфортнее в городе, нежели с вами?

- Как эти две вещи можно вообще сравнивать? - Го Хучан громко хмыкнул: - Еще не известно, получит ли он должность Тени. Зачем идти на огромный риск и становиться Тенью, если процесс так труден? Если же он отправится в пустоши, то сможет получить все, что захочет, и ему совсем не придется трудиться!

Ли Шутонг рассмеялся: - И что же он получит в пустоши? Почему он должен идти с тобой?

Цин Чэнь вдруг прервал их: - Хватить балаболить.

Го Хучан: - ...

Внешне Цин Чэнь выглядел спокоен, но внутренне переживал из-за того, что произойдет через некоторое время.

Линь Сяосяо скоро вернется, и самое сложное испытание еще впереди.

После переселения Цин Чэнь обрел отдельную жизнь, но у него все еще не было козыря.

У него не было ни запасного плана, ни места, куда можно было бы пойти, если бы все пошло не так.

У него не было выхода.

......

В тюрьмы 18 было пространство, в котором сейчас находился Линь Сяосяо. Он сидел в комнате для допросов и наблюдал за переселенцем, который утверждал, что он из Сычуани, и зовут его Цзян Шэнь.

В темной комнате для допросов были хорошо видны частицы пыли в бледных лучах светодиодной лампы, висевшей наверху.

Цзян Шэнь сейчас крепко спал, поскольку его погрузили в кошмар. Но даже там он продолжал кричать на Линь Сяосяо...

"Какой вспыльчивый человек..." - Подумал Линь Сяосяо.

Честно говоря, ему было любопытно, откуда он взялся. Этот человек кричал на него полчаса подряд, не дав при этом полезной информации. Еали не считать того, что он пополнил его словарный запас.

В этот момент Цзян Шэнь медленно проснулся. Он посмотрел на Линь Сяосяо и тут же открыл рот: - Убл...

- Стоп, - Быстро прервал его Линь Сяосяо, - Пожалуйста, успокойся. У меня уже уши вянут от твоих оскорблений. Мы можем просто нормально поболтать?

- Как выйду отсюда, я тебя найду и вы...

Линь Сяосяо: - ...

Линь Сяосяо активировал свою способность, чтобы втянуть мужчину обратно в кошмар, как раз когда тот был готов начать новый раунд оскорблений. Почувствовав на мгновение головокружение, Цзян Шэнь быстро заснул.

- За что мне это... - Вздохнул Линь Сяосяо и пошел в соседнюю комнату, где сидел Лю Дэчжу.

На этот раз Линь Сяосяо сразу перешел к делу и привел Лю Дэчжу посмотреть на состояние Хуан Цисяня.

Руки и ноги Хуан Цисяня были привязаны к больничной койке. Подросток что-то бормотал себе под нос.

Линь Сяосяо сказал Лю Дэчжу: - Видишь? Если ты честно ответишь на мои вопросы, ты не станешь таким, как он, понял?

Лю Дэчжу даже не хватило смелости изобразить уверенность: - Да, да... я расскажу вам все, что знаю! Я ученик средней школы из другого мира...

Линь Сяосяо почувствовал внезапное облегчение, услышав, как тот заговорил без сопротивления.

Знай он это с самого начала, то начал бы с него. Почему он вообще решил взяться за того чудака?!

- Что за город Ло и где он находится? - Спросил Линь Сяосяо.

- Город Ло - это город во Внешнем Мире, в котором я живу, - Ответил Лю Дэчжу.

- Сколько людей переселилось?

- Не знаю. Некоторые говорят, что тысячи, а некоторые говорят, что уже более десяти тысяч.

Линь Сяосяо стал серьезным: - Зачем вы здесь? И зачем ты пришел к нашему боссу Ли Шутонгу?

Лю Дэчжу выглядел так, будто вот-вот заплачет: - Мы были выбраны случайным образом. Никто не знал, кто и где окажется до переселения. Я только слышал, что Ли Шутонг может предложить хороший карьерный рост, если люди случайно попадут в тюрьму 18...

Лю Дэчжу рассказал ему все, что знал. Через три часа Линь Сяосяо закончил допрос Лю Дэчжу. За это время Цзян Шэнь три раза просыпался, двадцать семь раз ругался на него и три раза плюнул в его сторону.

Линь Сяосяо сначала не мог поверить, что переселенцы реальны, но, услышав, что все, что говорил Лю Дэчжу, совпадало с другой информацией, он немного убедился.

В комнате для допросов воцарилась мертвая тишина. Лю Дэчжу даже не осмелился издать ни звука.

Спустя долгое время Линь Сяосяо сказал: - Ты слышал о песне "Прощай"?

Лю Дэчжу слегка удивился этому вопросу: - Да.

- А в тексте песни есть слова "друзья сердца разошлись в разные стороны"?

- Да? - Лю Дэчжу был совершенно сбит с толку.

Хмурое лицо Линь Сяосяо расслабилось.

Теперь он все понял.

В этот самый момент тысячи переселенцев смешались с коренным населением этого мира и жили среди них.

Их жизни были переплетены с их новым существованием здесь, и у каждого разная личность.

Однако это не было самым важным открытием.

Самым важным открытием был секрет Цин Чэна.

......

Линь Сяосяо был умным человеком, но он не мог принимать решения за своего босса.

Именно тогда, когда он молча появился в столовой после допроса, Цин Чэнь понял, что пришло время.

В некотором степени, не было ничего плохого в том, что Внутренний Мир узнает о переселенцах.

Разве что... в комнате для допросов был секрет, который мог повлиять на определенного человека, присутствующего за столом.

Цин Чэнь подумал, как люди Внутреннего Мира среагируют на Внешний Мир?

Не говоря уже о том, что Ли Шутонг был могущественным человеком, что он сделает с тем, кто испортил все его планы?

Сколько бы хороших впечатлений он не продемонстрировал, в этом случае ему ничего не поможет.

Цин Чэнь не был уверен, что Ли Шутонг убьет его, но все же он приготовился к худшему.

Ли Шутонг также был умным человеком. Не говоря ни слова, он уже знал, что хотел сказать Линь Сяосяо.

- Сяосяо, пожалуйста, проводи нашего друга из Пик в другое место, - Приказал Ли Шутонг.

- Я никуда не пойду, - Го Хучан понял, что во время допроса новичка, всплыла какая-то информация.

Е Ван недолго думая натянул невидимое поле, которое окружило Ли Шутонга и Цин Чэня.

Го Хучан, который хотел подслушать, был неожиданно отброшен назад мощной силой.

Когда он хотел броситься обратно, то обнаружил, что Линь Сяосяо и Е Ван преграждают ему путь.

Линь Сяосяо сказал, улыбаясь: - Если все еще хочешь найти ТАБУ-005, то я рекомендую тебе не лезть в чужие дела.

- Тц, черт с вами. - Сердито высказался Го Хучан.

Ли Шутонг спокойно посмотрел на Цин Чэня: - Так вот почему ты хотел, чтобы Лу Гуаньи допросил новых заключенных.

Цин Чэнь ответил: - Верно.

- Ты более подкован, чем я думал. Еще в твоем возрасте я не был настолько спокоен, когда находился в опасной ситуации.

- Это не потому, что я спокоен, а потому, что знаю, что беспокоиться бесполезно, - Сказал Цин Чэнь.

- Хотя Сяосяо еще не рассказал мне, что с этими людьми не так, я уверен, что это связано с твоим секретом, - Сказал Ли Шутонг, - Я никогда не проявляю милосердия к тому, кто заставляет меня терять контроль над ситуацией. Ты когда-нибудь задумывался, что можешь не дожить до завтра?

- Да, - Цин Чэнь огляделся вокруг.

Высокотехнологичная тюрьма, Металлический Шторм, и роботы-охранники, стоящие вокруг...

Также заключенные, болтающие между собой, среди которых были похрамывающие новички...

Цин Чэнь не был уверен, что увидит все это снова, поэтому ему захотелось взглянуть на все в последний раз.

Он вдруг улыбнулся Ли Шутонгу и сказал: - Последние несколько дней было весело, поэтому, если возможно, я бы предпочел познакомиться с вами поближе.

- Ты выиграл у меня в шахматы в первый день, поэтому я обязан тебе услугой. Чего ты хочешь узнать? - Сказал Ли Шутонг.

Цин Чэнь задумался: - Можете сыграть "Прощай" еще раз?

- Ты не хочешь обменять услугу на свою жизнь? - Ли Шутонг улыбнулся.

- Не вижу в этом смысла.

- Очень хорошо. Мне нравится твоя смелость. Тогда эта песня - мой подарок тебе, и я все еще в долгу перед тобой. - Затем Ли Шутонг сказал Е Вану принести губную гармошку.

Эту песню Цин Чэнь выбрал для себя сам. Спокойная, умиротворяющая музыка немного ослабила напряжение в тюрьме.

- Спасибо... - Сказал Цин Чэнь, когда тот закончил.

Затем он вернулся в камеру и стал ждать на холодной кровати.

Время прошло незаметно, пока день не сменился ночью.

Цин Чэнь услышал, как заключенные вернулись в свои камеры по указанию, и вскоре металлические двери камер закрылись. День закончился для большинства людей в тюрьме 18.

Во время того, как свет в тюрьме выключился полностью, дверь камеры Цин Чэна открылась.

В темноте кто-то накрыл его голову мешком и понес в неизвестное место.

Через несколько минут два человека, которые несли его, положили его на пол и ушли.

Он услышал, как закрылась дверь, и... тишина.

Цин Чэнь лежал в темноте. Он все еще не мог понять, где он находится.

Был только звук его дыхания и свет обратного отсчета на руке, не способный ничего осветить.

Время тянулось медленно и непринужденно.

Цин Чэнь знал, какая должна быть реакция нормального человека, когда тот находится в темном пространстве.

Ты не знаешь, где находишься, и не можешь ни с кем поговорить. Тебя потихоньку поглощает одиночество.

Еще был страх потерять счет времени.

Ведь потеря чувства времени - это самое страшное для человека.

Многие люди не смогут продержаться в такой обстановке и 24 часов. И однажды был проведен эксперимент, в ходе которого наградят 1 миллионом долларов того, кто сможет оставаться в такой обстановке пять дней подряд, но деньги по итогу никто не получил.

Поскольку 99% людей не выдержали и 72 часов.

Но...

Ли Шутонг никогда бы не подумал, что Цин Чэнь не будет бояться одиночества.

После того, как родители бросили его, одиночество - это все, что у него осталось.

Для Цин Чэнь главный враг - это обезвоживание.

[Обратный отсчет - 146:09:02]

Обратный отсчет на руке помогал ему следить за временем.

-Первый день-

Цин Чэнь замедлил дыхание и начал воспроизводить фильмы в голове, которые он смотрел раньше. Сначала он посмотрел "Побег из Шоушенка", а затем "Зеленая миля", оба классических фильма о вере в безвыходных ситуациях.

В его голове также было несколько фильмов, которые он когда-то посмотрел и хранил в своем сознании; и в этой ситуации ему не нужно было ничего другого.

В какой-то момент из-за обезвоживания у него начала кружиться голова.

[Обратный отсчет - 122:09:02]

-Второй день-

Цин Чэнь вздремнул и посмотрел еще восемь фильмов.

Он лежал на полу с закрытыми глазами, наслаждаясь темнотой.

Голод и жажда начали атаковать его, но он все еще не реагировал, как будто и так потерял всякий смысл к жизни.

[Обратный отсчет - 98:09:02]

-Третий день-

Голод начал атаковать его сознание, сжигая волю.

В этот день он просмотрел по памяти 12 фильмов и не спал ни минуты.

Обезвоживание мучило его больше всего. Его тело начало сушиться, а кожа - сохнуть.

Сцены из фильмов стали глючить, так как его память стала ослабевать.

Его воспоминания стали искажаться.

Цин Чэнь в этот день больше не мог уснуть.

[Обратный отсчет - 74:09:02]

-Четвертый день-

К этому дню голод Цин Чэна ослаб. Он просто смотрел вперед, в бесконечную темноту; его голова была пуста.

Прошло также много времени с тех пор, как он в последний раз смотрел на время.

Однако с самого начала Цин Чэнь не произнес ни слова, и не издал ни единого звука.

Он просто молча находился в темноте.

Он не считал, сколько времени прошло, но это, похоже, было неважно.

Цин Чэнь использовал молчание, чтобы противостоять темноте.

......

В тюрьме 18 наступила ночь; свет потускнел до минимума.

Даже дроны на потолке, казалось, уснули.

Ли Шутонг сидел в библиотеке без света с закрытыми глазами. Линь Сяосяо посмотрел на время и произнес: - Босс, прошло уже четыре дня.

- Ага.

Вдалеке раздался слабый металлический звук. Лу Гуаньи ругался, хлопая по двери: - Ли Шутонг, куда ты дел моего босса? Я, Лу Гуаньи, не забуду об этом, как и семья Цин!

После того, как Цин Чэнь исчез на первый день, Лу Гуаньи уже почувствовал, что что-то не так. Он вызвал огромный хаос в тюрьме, чуть не активировав очередной виток Металлического Шторма.

Поэтому следующие четыре дня, когда Цин Чэнь отсутствовал, Лу Гуаньи также был заперт в отдельной камере.

И впервые за эти четыре дня Лу Гуаньи немного успокоился.

Линь Сяосяо не обращал внимания на шум с его стороны и сказал: - Босс, Цин Чэнь за эти четыре дня не сказал ни слова и не подавал признаков срыва.

- Он умный парень. С первого дня он замедлил дыхание, чтобы избежать дальнейшего обезвоживания, поэтому неудивительно, что он смог продержаться четыре дня, - Спокойно резюмировал Ли Шутонг.

- Даже если так, это все равно редкость, чтобы кто-то продержался четыре дня, не издав ни звука. - Казалось, его не пытали, а ждали, что что-то произойдет. - Прошло четыре дня с тех пор, как он в последний раз пил воду. Если в ближайшее время не дать воды, он умрет, - Обеспокоенно сказал Линь Сяосяо, - Босс, он вам нравится, поэтому может, вы отпустите его?

Линь Сяосяо сначала не нравилось, насколько слаб был Цин Чэнь, но теперь он умолял босса от имени Цин Чэня.

Потому что он точно знал, что сейчас чувствует Цин Чэнь.

Е Ван произнес в стороне: - Босс, вы должны осознавать, что темная комната не влияет на него.

Ли Шутонг подумал и сказал: - Тогда пытка водой.

- Босс, он и так обезвожен. Он точно умрет, если мы это сделаем, - Линь Сяосяо был очень обеспокоен.

Пытка водой заключалась в том, что на голову человека клали полотенце и многократно поливали водой.

Это было похоже на односторонний шланг. Вода поступает внутрь, а полотенце не дает воде выйти наружу. Таким образом, один вдох перед пыткой - это все, что у вас есть.

Линь Сяосяо прекрасно знал, что даже обычный человек не выдержит пытку водой, не говоря уже о том, что Цин Чэнь не пил воды уже четыре дня.

В тот момент, когда начиналась пытка водой, обезвоженный человек захотел бы втянуть в себя как можно больше воды.

Но из-за полотенца вода попала бы не только в желудок, но и в легкие.

Однако Ли Шутонг был непреклонен.

- Он сам решит, хочет он жить или нет. Он не сможет идти по моему пути, если не почувствует на себе смерть, - Спокойно ответил Ли Шутонг.

......

[Обратный отсчет - 50:09:02]

-Пятый день-

Дверь темной комнаты открылась, и Цин Чэна кто-то вынес на руках.

Человек усадил его на стул и накрыл лицо полотенцем.

Холодная вода попала на полотенце, перекрыв весь кислород.

Цин Чэнь неподвижно сидел на стуле с плотно закрытым ртом.

Он заставлял себя сохранять самоконтроль, не поддаваясь искушению выпить.

Рядом с ним Линь Сяосяо и Е Ван посмотрели друг на друга. Они не ожидали, что Цин Чэнь сохранит сознание до этого момента.

Цин Чэнь чувствовал, как вода проникает через нос, заполняя тело.

Пока вдруг... он не оказался во сне.

Где его держали за руку...

В парке...

Его охватила настольгия.

Женщина, державшая его за руку, сказала: - Сяо Чэнь, твой отец больше не хочет видеть нас. У него теперь другая жизнь.

- Мама, я хочу Танхулу, - Сказал он женщине тоненьким голосом, будучи еще ребенком.

Женщина посмотрела на него некоторое время и наконец сказала: - Хорошо, мама купит тебе немного.

С глазами полными слез, женщина купила для него палочку Танхулу и сказала: - Сяо Чэнь, побудь здесь, пока я схожу в туалет.

Но она... так и не вернулась.

Цин Чэнь ждал с полудня до заката.

Он плакал, но это было бесполезно.

Кто-то вызвал охрану парка, но Цин Чэнь не хотел уходить, потому что думал, что мама все равно вернется за ним.

Когда небо наконец потемнело, женщина вернулась. Она обняла его, рыдая.

Тогда он подумал, что она, должно быть, потерялась.

Во время пытки Цин Чэнь вдруг вспомнил, что он не в первый раз оставался один.

Казалось, что его странная способность к запоминать все в мельчайших деталях также появилась в тот день.

Но... вспоминать прошлое было больно, поскольку он мог вспомнить каждую боль, которую когда-то испытал.

Цин Чэнь почувствовал, как кислород покидает его мозг. Его конечности подергивались, а в легкие поступала вода. Однако он все еще не двигался.

Он не боролся и не просил помощи.

В темноте кто-то сказал: - Пойдем с мамой...

Цин Чэнь тихо ответил на голос: - Нет.

Голос повторил: - Пойдем с мамой домой.

Цин Чэнь стал еще более упрямым: - Если я сказал "нет", значит нет, мама.

Внезапно полотенце с его лица было убрано.

Тускло освещенная комната казалась слишком яркой для него; он увидел, как Линь Сяосяо хлопает его по спине.

Ли Шутонг стоял рядом с ним, спрашивая: - Почему ты не попросил помощи?

Цин Чэнь жмурясь, опустил голову, поскольку свет в комнате давил на него. Он выкашлял всю воду из легких и ответил: - Потому что вам не нужен слабый человек...

На секунду Ли Шутонг вспомнил, как он впервые играл в шахматы с Цин Чэном. Юноша был упрямым и смелым, словно одинокий волк в пустыне.

Он вдруг понял, что этот ребенок - тот самый человек, кого он так долго искал.

Ли Шутонг спросил: - Ты забудешь все, что я тебе сегодня сделал?

- Точно нет, - Ответил Цин Чэнь, - Но я также понимаю для чего это было нужно.

- Очень хорошо, мне нравится твоя честность, - Ли Шутонг повернулся к двери, - С завтрашнего дня я лично поведу тебя по самому длинному из всех возможных.

......

Ли Шутонг ушел вместе с большой кошкой. Он сказал, что будет учить Цин Чэня, но не уточнил, чему именно.

Линь Сяосяо, который уже долгое время находился рядом с боссом, понял, что тот сейчас в хорошем настроении.

Он бы даже сказал, что в очень хорошем настроение.

Ли Шутонг еще не выбрал себе преемника на пост лидера Рыцарей. Он никогда не говорил об этом, но Линь Сяосяо видел, как тот проверял одного человека за другим, но раз за разом терпел неудачу.

Линь Сяосяо также знал, что его босс беспокоился по этому поводу.

Путь лидера был сложным, настолько, что даже он и Е Ван не смогли его пройти.

Цин Чэнь к этому моменту полностью вымок. Он все еще задыхался, а вода стекала по его волосам.

Для обычного человека пытка водой могла стать травмирующим опытом, но этот юноша спокойно переводил дыхание.

- Честно говоря, я поражен, - Начал Линь Сяосяо, - Не понимаю, как ты продержался 4 дня в той комнате. Я сам смог продержаться только 36 часов, а Е Ван чуть дольше - 47 часов.

- Всмысле, "чуть дольше"? - Е Ван неодобрительно посмотрел на него.

- Хорошо, намного дольше. Теперь ты доволен? - Нетерпеливо вздохнул Линь Сяосяо.

Дыхание Цин Чэна к этому моменту стабилизировалось: - Вас тоже запирали в той комнате?

- Да, - Кивнул Линь Сяосяо, - Для других это пытка, а для нас это испытание. С того момента, как босс запер тебя в той комнате, я понял, что он хочет испытать тебя, и если бы ты не смог выжить, ему было бы все равно. Босс был свидетелем слишком многих смертей. Из-за этого его сердце ожесточилось.

Он улыбнулся и продолжил: - Ведь никто не выживет со слабым сердцем. Просто так устроен мир, поэтому не стоит винить его за это.

Е Ван принес Цин Чэну темно-синее полотенце и добавил: - Это редкое зрелище - видеть, как кто-то остается спокойным, как ты, когда его минуту назад пытали... многие в такие моменты мочились в штаны.

"Значит, Е Ван регулярно использовал пытку водой..."

Но факт есть факт, сейчас он признал Цин Чэня.

Чуть позже Линь Сяосяо пришел с подносом в руках. На ней была миска риса, порция кисло-сладких ребрышек и миска каши.

Цин Чэнь на мгновение замешкался и взял миску с кашей. Е Ван повернулся к Линь Сяосяо и сказал: - Я выиграл. Гони 1000 юаней.

Цин Чэнь чуть не поперхнулся: - Чего? Вы на что-то ставили?

- Ага, - Сказал недовольно Линь Сяосяо, - У тебя сейчас очень низкий уровень сахара в крови, поэтому я подумал что ты захочешь чего-нибудь сладкого. Я поспорил, что ты сначала попробуешь кисло-сладкие ребрышки.

- Но так как ты четыре дня не ел... - Добавил Е Ван, - Я поставил на то, что такой умный человек как ты, будет сопротивляться своим желаниям и выберет то, что лучше для его тела.

Цин Чэнь медленно смаковал кашу, чувствуя, как тепло от нее медленно распространяется по его окоченевшему телу.

Все страдания, которые он испытывал во Внешнем Мире, казались ничтожными по сравнению с тем, что он пережил за последние несколько дней.

Когда другие люди его возраста ходили на занятия, встречались или играли в видеоигры, он уже начал новую загадочную жизнь.

Он даже не знал, куда это дорога приведет его в итоге.

- Значит, так как ты не знал, что ты из семьи Цин, то решил играть в шахматы с боссом, чтобы улучшить свое положение? - Резко спросил Линь Сяосяо.

- Угу, - Кивнул Цин Чэнь. Больше не было смысла скрывать свою личность.

- Значит, у тебя нет настоящих связей с семьей Цин? - Снова спросил Линь Сяосяо.

- Да.

- Неплохо, - Воскликнул Линь Сяосяо, - Босс, вероятно, уже учел этот момент и потому решил принять тебя.

- Не волнуйся. - Е Ван заверил Цин Чэна: - Босс, Линь Сяосяо и я сохраним секрет о тебе, и даже не скажем Ли Дунцзе.

Цин Чэнь почувствовал облегчение: - Спасибо... но кто такой Ли Дунцзе?

- Ли Дунцзе из группы Хэн, - Улыбнулся Линь Сяосяо, - Группа Хэн - это организация под контролем Рыцарей. Влияние нашей организации намного сильнее, чем ты думаешь... хотя, ты вообще ничего не знаешь. Я введу тебя в курс дела в ближайшие несколько дней.

- О, Лу Гуаньи очень предан тебе. - Е Ван продолжил: - Он бился ради тебя и даже почти пытался напасть на босса.

- Хм. Спасибо, что сообщили об этом. - Цин Чэнь кивнул.

- Ты знаешь Лю Дэчжу и Хуан Цисяня? О, и Цзян Шэна, который любит ругаться? - Спросил Линь Сяосяо.

- Я знаю Лю Дэчжу и Хуан Цисяня. Мы просто учимся в одной школе, но близко не знакомы.

Линь Сяосяо опешил. - Погодь... ты ученик средней школы во Внешнем Мире? - На данный момент он немного знал о Внешнем Мире, но если Цин Чэнь обычный ученик...

Спокойствие и самоконтроль Цин Чэна были намного выше, чем у обычного человека.

- Внешний Мир - мирный мир по сравнению с вашим. - Цин Чэнь заявил: - Там нет ни экстраординарных, ни людей с механическими протезами, ни банд и организаций. Даже обычные люди могут заниматься своим бизнесом, не беспокоясь о том, что его отнимут.

- Звучит как сказка, - Воскликнул Линь Сяосяо.

Цин Чэнь спросил: - Где вы заперли того человека, который говорил на странном диалекте?

- Несколькими комнатами ниже, а что?

- Могу я спросить его кое о чем? - Спросил Цин Чэнь.

- Конечно, - Улыбнулся Линь Сяосяо, - Мы теперь в одной команде, поэтому ты можешь делать все, что захочешь. С этого момента никто не остановит тебя в тюрьме 18.

Цин Чэнь сделал небольшую паузу, затем обвил полотенцем лицо и попросил электронную читалку, после чего направился в комнату Цзян Шэна.

Когда металлическая дверь открылась, внутрь сначала вошел Е Ван, чтобы проконтролировать Цзян Шэна.

"Ему около тридцати..." - Подумал про себя Цин Чэнь.

Цзян Шэнь закричал, когда вошел Е ван: - Ты, ублюдок! Я тебя...

Прежде чем он успел закончить, Цин Чэнь показал то, что он написал на электронной читалке, и тот резко остановился. - Ты с земли?

Цзян Шэнь переспросил в недоумении: - Ты... с земли?

- Я здесь, чтобы спросить тебя кое о чем, - Написал Цин Чэнь, - Разве ты не из Сычуани? Как получилось, что ты оказался здесь? Живешь ли ты в городе Ло?

- Я находился в городе Ло по делам, и даже не знаю, как меня сюда занесло. - Увидев, что собеседник тоже с земли, Цзян Шэнь расслабился.

- Чем ты зарабатываешь на жизнь? - Цин Чэнь снова написал на электронной читалке.

- Перепродажей билетов, - Ответил Цзян Шэнь, - Ты из города Ло?

Цин Чэнь проигнорировал его вопрос и покинул комнату.

Е Ван наконец отпустил Цзян Шэна, когда тот вышел за дверь.

Увидев, что металлическая дверь закрылась, Цзян Шэнь понял, что человек с земли не собирается его спасать, и снова начал кричать.

Он уже был готов ругаться, когда вдруг понял, что что-то не так. Конечно, этот парень был с земли, но как он смог добиться здесь такого положения?!

Линь Сяосяо, ведущий допрос, и другой здоровяк помогали этому подростку.

Неужели некоторые путешественники во времени уже обрели власть во Внутреннем Мире?

Снаружи Линь Сяосяо посмотрел на Цин Чэня.

"Этот парень только что прошел путь от голодания в темной комнате в течение нескольких дней до пытки водой, а теперь он спокойно допрашивает другого человека!"

[Обратный отсчет - 44:00:00]

Цин Чэнь, Е Ван и Линь Сяосяо направились в пустую тюрьму 18.

Сам Цин Чэнь впервые посещал тюрьму после отбоя, и его поразили размеры открытого пространства.

На открытом пространстве неподвижно стояли 4 робота-охранника; дисплей на их лицах был выключен, как будто они тоже спали.

Цин Чэнь подумал, что он и Хэ Сяосяо были правы, потому что Цзян Шэнь появился в тюрьме 18 только после посещения города Ло.

После переселения сюда, жизнь каждого переселенца начиналась заново, начиная с того места, куда он или она переместились.

Е Ван заговорил: - В тот день, когда появилась новая группа переселенцев, мы не стали сразу принимать меры, потому что не хотели, чтобы другие установили связь между тобой и ими. Мы объявили внешнему миру, что ты был помещен под стражу после того, как попытался прибрать к рукам ТАБУ-005.

- О, какие вы заботливые, - Цин Чэнь понял, что Ли Шутонг уже рассмотрел все возможные исходы, даже его кандидатуру для вступления в организацию Рыцарей; и дело было лишь в том, смог бы Цин Чэнь пройти испытание или нет.

В этот момент откуда-то из тюрьмы донесся тихий голос: - Ли Шутонг, освободи моего босса...

Цин Чэнь удивился: - Вы заперли его на четыре дня?

- Да, иначе никак. Если бы босс не восхищался его преданностью, он бы давно избавился от него, - Сказал Линь Сяосяо, - Но не волнуйся. Последние четыре дня он стабильно получал еду и воду.

- Чем он занимался в прошлом? Ты изучил его? - Спросил Цин Чэнь.

- Ага, - Ответил Линь Сяосяо, - Он боец из дома престарелых, группы Хелин.

У резко Цин Чэна перекосило лицо: - Боец из дома престарелых?

- Точно, ты ведь не вкурсе... - Кивнул Линь Сяосяо, и стал объяснять, - У обычных людей Внутреннего Мира нету привычки заботиться о старшем поколении, поэтому примерно в шестьдесят лет, дети отправляют своих родителей в дома престарелых и присваивают их пенсию себе.

- А боец из дома престарелых какое имеет к этому отношение? Чтобы отпугивать других стариков? - Цин Чэнь все еще был озадачен.

- Нет, не так, - Линь Сяосяо рассмеялся, - Группа берет деньги за защиту у стариков и выбирает им "бойца" в зависимости от того, сколько они заплатят. Потом "бойцы" притворяются внуками этих стариков и отпугивают тем самым других стариков. Это долгая история. Таким образом, старикам, заплатившим деньги за защиту, не придется беспокоиться о своей безопасности в доме престарелых.

- У таких групп даже есть рекламная кампания, - Продолжил Е Ван, - "Служба безопасности пенсионеров Хелин, защитит надежнее, чем ваш ребенок. В конце концов, если вы умрете, то мы не получим деньги, и вместо этого все получат ваши дети".

Цин Чэнь засомневался: - Неужели этот бизнес действительно работает?

- Работает как часы, - Кивнул Линь Сяосяо, - По крайней мере, достаточно, чтобы поддерживать организацию, но мы, группа Хэн, не занимаемся такими делами.

Теперь Цин Чэну было интересно, почему семья Цин послала ему бойца из дома престарелых.

Цин Чэнь задумался на мгновение и сказал: - Могу я сначала навестить его?

- Конечно. - Линь Сяосяо привел Цин Чэня к камере Лу Гуаньи, и дверь камеры открылась после того, как он помахал рукой в камеру наблюдения.

Но Линь Сяосяо и Е Ван не вошли внутрь. Они оставили Цин Чэня, чтобы тот поговорил с Лу Гуаньи наедине.

Лу Гуаньи неподвижно сидел на холодном полу; к еде, поставленной перед ним, почти не прикасались.

Тот неожиданно подскочил, когда дверь камеры открылась, но, увидев что это Цин Чэнь, он воскликнул: - Босс, вы в порядке?

Цин Чэнь улыбнулся и ответил: - Я в порядке. - Он присел на кровать Лу Гуаньи, так как все еще чувствовал слабость в теле.

- Почему вы выглядите таким изможденным? - Спросил Лу Гуаньи, присев перед ним на корточки. - Они подвергли вас каким-то пыткам? Когда Цин Янь придет навестить вас через несколько дней, я расскажу ему об их проступках!

- Не нужно говорить об этом Цин Яню, - Покачал головой Цин Чэнь, - К слову, я слышал, что у тебя возникли проблемы с Ли Шутонгом?

- Да, - Кивнул Лу Гуаньи, - Это все из-за ТАБУ-005? Но почему вас пытали? Разве Го Хучан также не приходил за ним? Почему он не был наказан? Наверное из-за того, что вы - кандидат на Тень, он должно быть настроен против семьи Цин...

- Давай не будем больше об этом. Мы все-таки на его территории, - Прервал его Цин Чэнь.

- Нет, завтра я разорву Ли Шутонга на куски! - Яростно ответил Лу Гуаньи.

- Ладно, хватит играть. У тебя плохо получается, - Сказал Цин Чэнь, едва сдерживая смех.

- Играть?... я не играю, - Замешкался Лу Гуаньи.

Цин Чэнь посмотрел на него ясными глазами, пока Лу Гуаньи не начал чувствовать себя виноватым и не опустил голову, словно мальчишка, которого поймали на озорстве.

"Даже если сейчас у него механические протезы военного класса от семьи Цин, он все еще ведет себя как слуга."

Цин Чэнь был весьма впечатлен. Хотя он провел всего несколько дней с Лу Гуаньи, но впечатления о нем сложились более-менее положительные.

Сам он также почувствовал, что его способности к наблюдению возросли после того, как он испытал боль всей жизни.

Он мог точно сказать, что Лу Гуаньи изначально понимал, что он не будет сильно избит, а потому и притворялся преданным.

Если он ничего серьезного не сделает, пока Цин Чэня где-то держат, о нем со временем забудут.

"Любовь и преданность не бывают без причины..."

Цин Чэнь был хорошо знаком с этим.

Лу Гуаньи тихо пробормотал: - Похоже, вы уже все поняли. Просто таким образом, мы ничтожные люди, и выживаем...

Цин Чэнь вздохнул: - Тебе не нужно завоевывать мое доверие. Я ценю твои усилия за последние несколько дней, так что не беспокойся. Пока ты не предашь меня, я не воспользуюсь тобой как шахматной фигурой.

Лу Гуаньи поднял голову в благоговении: - Правда, босс?

- Правда, - Кивнул Цин Чэнь.

Цин Чэнь немного подумал и добавил: - И еще. Ты должен быть более сдержанным, пока находишься здесь.

- Я слышал от Цин Яня, что босс - простой и добрый человек. Он был прав! - Лу Гуаньи стал очень сговорчивым: - Босс, что вы хотите, чтобы я улучшил в себе? Я буду работать из-за всех сил, дабы удовлетворить ваши требования.

- Можешь начать с того, что снимешь золотые украшения на своих механических руках. Начнем как говорится, с малого.

- Есть! - Лу Гуаньи без лишних слов сорвал золотые полоски, украшавшие его руки.

Золотые полоски были длинными, и больше походили на тонкую цепочку из золота.

Ее толщина составляла около миллиметра, ширина - два миллиметра, а длина - десять или около того сантиметров.

В тот момент, когда он снял золото с механических рук, то казалось, будто те упали в качестве.

Цин Чэнь кивнул и сказал: - Я сохраню их для тебя, и помни, что не стоит привлекать слишком много внимания.

Лу Гуаньи не стал долго раздумывать на этот счет, зная, что член пяти самых могущественных семей никогда не будет испытывать недостатка в деньгах. Они считай создают деньги из воздуха.

- Ложись пораньше, - Сказал Цин Чэнь, забирая золотые украшения из рук Лу Гуаньи и засовывая их в карман. Затем он вышел из камеры, облегчено вздыхая.

Он начал подсчитывать в голове вес золота: "Примерно 30 граммам. А исходя из плотности 19,23..."

"Какова текущая цена золота во Внешнем Мире?"

Линь Сяосяо вдруг прервал его мысли: - Есть ли еще что-нибудь, что бы ты хотел сделать?

Цин Чэнь посмотрел на него, и ответил: - Да... есть что-то, что я хочу подтвердить.

[Обратный отсчет - 40:20:00]

Цин Чэнь покинул свою камеру, как обычно. Когда же он оказался в коридоре, все заключенные вокруг него в шоке уставились в его сторону, как будто не могли поверить своим глазам; этот парень исчез на пять дней, но появился как ни в чем не бывало.

Однако на этот раз он выходил из очереди, а остался на месте.

Он терпеливо ждал, пока женский голос не скажет заключенным спуститься вниз на завтрак.

Это действие заставило всех заключенных поверить в слух, который они услышали на днях: парень разозлил Ли Шутонга и был приговорен к одиночному заключению на пять дней, а также к пыткам.

Конечно, в результате он должен был лишиться всех своих привилегий.

Однако другие заключенные пока не решались провоцировать его, ведь они не могли оскорбить семью Цин так, как это сделал Ли Шутонг.

Во время завтрака Лу Гуаньи и Цин Чэнь сидели за столом далеко от Ли Шутонга.

Цин Чэнь ел очень медленно и осторожно, тщательно пережевывая пищу, прежде чем проглотить.

Ему нужно было быть особенно внимательным, так как его желудок все еще был слаб после нескольких дней голодания.

Во время еды Цин Чэнь не произнес ни слова, и казалось, между ним и Ли Шутонгом пролегла четкая граница.

Еще несколько дней назад они были приятелями, а теперь стали чужими.

Другие заключенные начали сплетничать о том, что же такое произошло. Может быть, у Ли Шутонга и члена семьи Цин возникло какое-то недопонимание или конфликт?

Они даже начали гадать, что же это может быть за запрещенный предмет, который охранял Ли Шутонг. Что может быть настолько ценным, чтобы член семьи Цин так стремился заполучить его?

В данный момент только Го Хучан все еще не был затронут положением Цин Чэна.

Он взял свой поднос с едой и сел рядом с ним, улыбаясь во весь рот: - Что произошло между тобой и Ли Шутонгом? Отчего он разозлился?

Цин Чэнь даже не посмотрел на него: - Ты не боишься, что справоцируешь Ли Шутонга, если будешь сидеть со мной?

Го Хучан, казалось, совсем не беспокоил этот вопрос: - Мы, Пики, ничего не боимся... не говоря уже о ничтожном Ли Шутонге.

- Тогда что тебе надо? - Цин Чэну, казалось, было неинтересно вести диалог с ним, поэтому он даже не потрудился посмотреть на Го Хучана, пока ел.

- Я отличаюсь от других людей. Другим может быть интересно твое семейное происхождение, но меня впечатляют твои способности! Я очень серьезно отношусь к этому, поэтому принял решение пригласить тебя в нашу группу, как настоящего воина.

- Не интересно, - Сказал Цин Чэнь, вставая и бросая поднос с посудой Лу Гуаньи, чтобы тот вымыл ее. Затем он в одиночестве направился в библиотеку.

Но не успел он сделать и двух шагов, как его ноги подкосились, и он чуть не упал на пол; к счастью, он успел вовремя упереться за стол.

Цин Чэнь поднялся на ноги и продолжил идти, пока вскоре двое заключенных не стали следовать за ним.

Однако в следующий момент "слабый" Цин Чэнь повернулся в их сторону.

Взгляд юноши был пронзительным; он сразу понял, что эти двое собираются сделать.

Оба заключенных остановились, но через секунду они одновременно достали из кармана брюк заточенную зубную щетку и бросились на Цин Чэна.

Цин Чэнь ясно услышал, как гидравлические механизмы заработали до предела, что даже пар выходил из их ног.

"Это явно не обычные механические протезы."

Но как только двое заключенных собрлись прыгнуть на него, они почувствовали сильную сонливость и закрыли глаза.

Цин Чэнь, который стоял на месте, отошел в сторону, позволяя им пролететь мимо него и перекатится более десяти раз, прежде чем те остановились.

Эти двое не вставали, так как находились в кошмаре Линь Сяосяо.

Цин Чэнь присел на корточки рядом с ними и внимательно стал осматривать. Лу Гуаньи же подошел к нему и первым делом выдернул задние коренные зубы у подозреваемых.

Остальные заключенные в данный момент находились в шоке. Все произошло настолько быстро, что они даже не успели понять, что происходит.

Они не знали, почему двое заключенных набросились на Цин Чэна и почему те упали на пол.

Лу Гуаньи показал Цин Чэну один из зубов, в котором была пломба с ядом.

Цин Чэнь наконец понял, что три убийцы, которых он вытащил ранее, были здесь не из-за Ли Шутонга... их целью все это время был он.

Эти двое, лежащие без сознания на полу, появились пять дней назад, тогда же, когда появился Цзян Шэнь.

Днем все внимание было приковано к Цзян Шэну, но даже во время хаоса Цзян Шэнь заметил что-то странное в этих двух заключенных.

Сначала он не придал этому значения, но у Цин Чэня получилось освежить его память.

И именно поэтому Цин Чэнь решил притвориться слабым и одиноким, и тогда бы он узнал, за кем пришли эти убийцы.

Если бы они не напали на него, он бы все равно указал на них, а если бы напали, то результат был бы очевиден.

Насчет первой группы убийц, то они пришли вместе с ним.

И если бы он не смог найти Ли Шутонга в первый день своего переселения, он был бы уже давно мертв.

Все убийцы, пришедшие сюда, похоже, получили строгий приказ устранить его любой ценой.

"Кто мог такое сделать? Один из кандидатов на Тень?"

Цин Чэнь не был уверен, но это было весьма вероятно.

Похоже, он недооценил жестокость борьбы за Тень.

Тень, профессионал семьи Цин, занимающийся всей грязной работой. Такой человек просто обязан использовать самую грязную тактику, из всех возможных.

Девятеро человек боролись за звание. И дело было не в том, кто из них окажется самый опытным, а в том, кто будет самым безжалостным и хладнокровным.

Вскоре появились четыре робота-охранника.

Они прошли мимо Цин Чэна и забрали двух убийц.

Цин Чэнь уже понял, что им придется пройти через те же пытки, что и ему.

- Босс, что теперь? - Спросил Лу Гуаньи.

- Ждать, - Сказал Цин Чэнь, взглянув на Линь Сяосяо. Затем он продолжил идти в сторону библиотеки.

......

Этой ночью тюрьма 18 вернулась к спокойствию.

Когда Цин Чэнь размышлял о том, что произошло сегодня, дверь его камеры открылась сама собой.

Он не удивился и спокойно вышел наружу. Ли Шутонг, Е Ван и Линь Сяосяо ждали его внизу.

Так они запланировали с самого начала. Ли Шутонг не хотел, чтобы кто-то знал, что он будет учить Цин Чэна, поэтому, когда все остальные заключенные должны были вернуться в свои камеры после девяти, у Ли Шутонга было достаточно времени, чтобы научить его... как стать экстраординарным.

Ли Шутонг посмотрел на Цин Чэна и спросил: - У тебя есть ко мне вопросы? Лучше разобраться во всем до сегодняшнего обучения.

- Кто хотел убить меня? - Спросил Цин Чэнь.

- Мы еще не выяснили, - Ответил Линь Сяосяо, - Эти двое упрямее, чем кажется на первый взгляд. Они даже слово не сказали в моем кошмаре. Также они были арестованы по законным причинам, поэтому нет возможности выяснить, кто их сюда прислал. Их механические протезы также были модифицированы, дабы не отследить их место изготовления. Но не волнуйся, дай мне семь дней, и я все выясню.

- Хорошо. - Цин Чэнь кивнул.

Ли Шутонг задумался и сказал: - Вероятно, это один из представителей молодого поколения на Тень. Все стало куда опаснее, поэтому будь готов.

- Почему все так хотят стать Тенью? - Цин Чэнь был в замешательстве: - Стоит ли какое-то звание, жизни человека?

Ли Шутонг улыбнулся: - Все хотят стать Тенью потому, что с давних пор только Тень имеет право стать главой семьи Цин.

- Только Тень может стать главой семьи? - Цин Чэнь был озадачен.

Он все еще не имел четкого представления о борьбе за Тень, и только делал вид, что знает многое, основываясь на нескольких вопросах, которые он задал ранее.

Теперь же он наконец-то мог получить ответы на все интересующие его вопросы!

"Этот день настал!"

Когда Ли Шутонг вспомнил, что он не из Внутреннего Мира, то начал читать лекцию, словно школьный учитель: - Говорилось, что семья Цин существует с прошлой эпохи*. В то время Тень была лишь незначительной, одноразовой ролью в семьи Цин, и его положение не было таким привлекательным, как сегодня. (*хз, но возможно, это отсылка к Первому ордену)

- Затем, после того как некая Тень из семьи Цин поднялась до положения главы семьи, он установил несколько новых правил.

- Один из таких правил гласил: "Все будущие главы семей должны быть бывшими Тенями, которые выполняли самую грязную работу. Любой, кто был Тенью, будет цениться и уважаться семьей."

Цин Чэнь спросил: - Сколько всего существуют Теней?

Ли Шутонг ответил: - Каждые десять или около того лет, выбирается один кандидат, и примерно каждый из десяти Теней впоследствии становится главой семьи.

- В наше время технологии медицины достигли ужасающих масштабов. Некоторые главы семей могут прожить более ста пятидесяти лет. Поэтому, когда глава семьи уходит на пенсию, он или она выбирает одного наиболее квалифицированного человека из прошлых Теней.

- Тогда, что насчет остальных? - Спросил Цин Чэнь.

- Они отдают свою власть, - Ответил Ли Шутонг, - Но они могут прожить остаток жизни в мире и роскоши. Когда жн человек становится Тенью, он, по сути, получает свободу от смертной казни.

- Это правило кажется мне немного странным. Если глава семьи когда-то был Тенью, то он должен знать, насколько тяжелым должен быть процесс отбора. Почему же он все равно установил такое правило? - Спросил Цин Чэнь.

- О, правило о девяти участниках было введено не им, а его сыном. Это было потому, что его сын отобрал несколько Теней и нашел их отбросами, поэтому он решил устроить соревнование, которое отсеет всех, кто не пройдет отбор. - Объяснил Ли Шутонг.

- Его отец не остановил его?

- Поначалу борьба за Тень представляла из себя серию заданий. Победителем становился тот, кто выполнял наибольшее количество заданий за наименьшее время, - Объяснил Ли Шутонг, - Но через тысячи лет победителем становится тот, кто остается в живых.

Цин Чэнь кивнул. В этом есть смысл.

Правила, разработанные праотцами, предназначались для лучших из лучших, но со временем они стали выходить из моды.

Поскольку взгляды людей меняются, ничто не может оставаться неизменным.

- После этого борьба за Тень стала такой, какая она есть сейчас, - Улыбнулся Ли Шутонг, - Возможно, все главы семьи Цин поняли, что если семья Цин не будет сражаться как зверь, то в конце концов она вымрет.

- И то верно, - Кивнул Цин Чэнь, - Поэтому мне нужно быть осторожным, так как все девять кандидатов на Тень хотят убить друг друга.

- Честно говоря, первый раунд начался быстрее, чем я предполагал, - Добавил Ли Шутонг, - Так как предыдущие кандидаты, как правило, были более консервативны в начале, то нынешние скорее всего обнаружили риски в результате твоего присутствия.

- Это потому, что я слишком близко к вам? Хотя нет. Тот человек организовал наемных убийц еще до того, как мы встретились.

- Не беспокойся об этом пока. Ответ откроется со временем, - Сказал Ли Шутонг.

- Могу ли я выйти из игры? Будут ли какие-нибудь конфликты, если я буду одновременно в семье Цин и в Рыцарях? - Спросил Цин Чэнь.

- Нет, - Покачал головой Ли Шутонг, - Но будет лучше, если ты не дашь людям знать, что вступил к Рыцарям. Ты видишь, в каких мне условиях приходиться оставаться? Отныне каждый вечер я буду учить тебя всему, что тебе нужно знать, а каждое утро делай то же, что и сегодня. Кроме того, поскольку ты все еще не постиг истинных преимуществ бытия Тенью, я бы не советовал тебе покидать борьбу за Тень...

- Хорошо, - Кивнул Цин Чэнь. Так как Ли Шутонг сказал ему не делать этого, то он был бы не против немного поиграть с другими кандидатами.

Глядя на пустую тюрьму 18, Цин Чэнь почувствовал, что здесь он действительно свободен.

Ли Шутонг сел на пол, скрестив ноги, а большая кошка примостилась рядом с ним и вскоре заснула. Цин Чэнь последовал его примеру, и также сел на пол.

- У тебя есть еще вопросы?

- Я видел, что стандартным оружием во Внутреннем Мире по-прежнему является огнестрельное. Существует ли более мощное оружие? - Спросил Цин Чэнь.

- Да, но их не так много, - Ответил Ли Шутонг, - Есть ручные гранаты ЭМИ, которые специализируются на отключении всего, что связано с техникой, но огнестрельное оружие по-прежнему является стандартом, когда речь идет о военных и ротных силах.

Цин Чэнь спросил: - Внутренний Мир, предположительно, намного более развит, чем Внешний, но почему стандартное оружие все еще остается тем же самым?

Ли Шутонг улыбнулся: - Потому что одной пули достаточно, чтобы убить человека.

Теперь то Цин Чэнь все понял. Люди все еще используют огнестрельное оружие, просто потому что оно экономически эффективно и хорошо выполняет свою работу.

Несколько дней назад он видел в интернете блог, где кто-то писал о том, что зеркала Внутреннего Мира мало чем отличаются от Внешнего, кроме того, что они имеют пару удобных функций.

А все потому, что задача зеркала - просто отражать объекты и ничего больше. Более высокий технологический уровень не означал, что повседневные предметы должны быть сложными в освоение.

- Ладно, хватит разговоров. Пришло время для твоего обучения, - Сказал Ли Шутонг.

- "Самый длинный путь из всех возможных путей?" - Спросил Цин Чэнь.

- Да, - Кивнул Ли Шутонг, - Дай мне правую руку.

Цин Чэнь протянул правую руку, и Ли Шутонг ухватился за его запястье.

В этот момент он почувствовал, что его дыхание приостановилось. Мощная сила захватила его дыхание и даже скорость кровотока.

Хватка Ли Шутонга было подобно зажиму.

В следующий момент дыхание Ли Шутонга изменилось. Цин Чэнь открыл глаза и увидел, что из его рта вырвалась струйка белого дыма, а затем начиная от ушей Ли Шутонга, заканчивая его лицом, начали распространяться огненные узоры.

Цин Чэнь был потрясен!

Все, что произошло сейчас, было научно невозможно!

Прежде чем он успел отреагировать, то почувствовал, что его дыхание тоже изменилось. Его пульс и дыхание отличались от обычного.

Цин Чэнь ощущал, что каждый его вдох смешивался с огнем, и оседал в горле. Ужасающая температура распространилась по всему телу, и он почувствовал, как его органы разрываются на части.

Это ощущение жара исходило не от реальной температуры, а от иллюзии, вызванной сильной болью.

Он хотел было вырвать руку из крепкого хвата Ли Шутонга, но Е Ван, стоявший рядом, сказал: - Расслабься, и плыви по течению.

Цин Чэнь стал более расслабленным. Он перестал дергаться, и сопротивляться.

Как и вчера, когда его пытали водой...

Линь Сяосяо сказал: - Помнишь, что я тебе говорил? Большое страдания порождает великую удачу.

Чувство жжения, кипящая кровь и громкие удары сердца...

Цин Чэну казалось, будто мир вокруг него рушится, а жизнь в нем вот-вот угаснет.

Но вскоре ощущение жжения постепенно начало сходить на нет. И при дыхании, на его щеках пульсировали огненные узоры, как и у Ли Шутонга, но воздух, который он вдыхал, был освежающим, а не болезненным.

Линь Сяосяо напомнил ему: - Будь в сознании. Забытая боль до этого быстро вернется, как и внутренняя. Если ты не сможешь пережить этот момент, никто не сможет тебе помочь.

Цин Чэнь напрягся, потому что боль, о которой только что говорил Линь Сяосяо, хлынула в его мозг.

Когда он только начал жить один, он случайно порезал палец, пытаясь приготовить еду; он помнил каждую мелочь, к примеру, как острый край ножа вспорол кожу.

Когда его пытали водой, ледяная вода попадала в его легкие, укореняясь там, словно ядовитый плющ.

В темной комнате боль от жажды раз за разом обрушивалась на него секунда за секундой.

...вечером его мама ушла.

...а за ней следовала тень вместе с багажом под заходящим солнцем.

Все эти болезненные воспоминания нахлынули на него волной, со всей силой разбиваясь о скалы сознания.

Волны, словно ножи, проносились в его головной, издавая пустые крики и вопли.

Цин Чэнь закрыл глаза как тогда, когда его пытали.

Затем он погрузился в бесконечную темноту.

Из ниоткуда раздался очень нежный голос: - Пойдем с мамой...

Цин Чэнь стабилизировал дыхание,и спокойно ответил: - Я уже прошел основной путь в одиночестве, а что касается остального... то я пройду его таким же образом.

Спустя мгновение он снова открыл глаза.

Неудивительно, что Ли Шутонг сказал, что он не сможет сдать экзамен, если не выдержит предыдущее испытание.

Оказывается, все это было сделано для того, чтобы подготовить его к этому моменту...

Дыхание Цин Чэна походило на дыхание дракона.

Огонь внутри, казалось, мгновенно сжег весь его прошлый опыт, и с этого момента он сделал свой собственный выбор. Ему не нужно было ни сожалеть, ни возвращаться назад.

Перед ним открылась новая жизнь.

Выражение лиц Е Вана и Линь Сяосяо изменилось. Они посмотрели друг другу и думали об одном и том же. Они не могли поверить, что Цин Чэнь смог сохранить сознание.

Они также испытывали подобную боль и точно знали, каково это, когда боль всей их жизни окутывала разум.

Только те, кто с безразличием встречает каждую боль в своей жизни, могли переступить через эту пропасть "Вопроса о себе". В ней нужно было отказаться от своего прошлого и двигаться в будущее.

Линь Сяосяо пробормотал: - Может быть, из-за его способности, он, наверное, никогда не забывал об боли...

Человеческий мозг имел свои защитные механизмы, позволяющие забыть определенные события, чтобы жить дальше.

Однако способность Цин Чэня к фотографической памяти, также наделяла его бесконечной болью.

Сам же он уже привык вспоминать те события год за годом.

Цин Чэнь никогда не был избалованным ребенком, выросшим в скорлупе. Он уже с давних пор живет с болью.

Так что эту бездонную пропасть он давно перешагнул.

Ли Шутонг медленно разжал ладонь и сказал в изумление: - Этот шаг прошел гораздо легче, чем я ожидал.

Почему-то, узнав о том, что пережил этот юноша в прошлом, он почувствовал симпатию к нему.

Никто не знал, в каком состоянии он находился все эти годы. Когда другие восхищались его талантами, они никогда не думали о страданиях, которые сопутствовали этому.

Огненные узоры на лице Цин Чэня начали исчезать, и он спросил: - Для чего эта дыхательная техника?

Он спросил это потому, что не чувствовал никаких изменений в своем теле по сравнению с тем, что было в начале.

Он чувствовал только бодрость и расслабленность. Еще ощущение слабости после последних четырех дней голодания сошло на нет.

- Это всего лишь вспомогательная техника, - Сказал Ли Шутонг, - Суть этой дыхательной техники заключалась в том, чтобы создать уникальный рисунок дыхания. Возможно, ты к нему не скоро привыкнешь, но после того, как я обучу тебя еще несколько раз, ты, в конце концов, сможешь...

Только Ли Шутонг договорил, как увидел, что огненные узоры на щеках Цин Чэня не исчезли, а стали расширяться.

Он горько улыбнулся: - Точно. Я и забыл, что ты можешь мгновенно запомнить дыхательную технику с твоей невероятной памятью.

Надо сказать, что Ли Шутонг чувствовал себя по-настоящему бесполезным. Когда учитель обучал его, прошло более 40 попыток, прежде чем он смог начать самостоятельно. В этом процессе не допускалось даже одной ошибки.

Но этот ребенок повторил процесс с первой попытки.

Ли Шутонг сменил тему и сказал: - Ну, раз уж мне больше не нужно тратить на это время, то давай перейдем к преемственности Рыцарей. О применении этой дыхательной техники мы поговорим позже.

- Когда Рыцари только-только начали появляться, наш основатель прознал о генетических замках, позволяющим стать богом...

- Согласно его выводам, когда человек завершит восемь этапов Жизни и Смерти, генетический замок откроется сам собой...

- К слову, человек становился членом Рыцарей только после прохождения всех восьми этапов Жизни и Смерти...

- И в те времена существовало много Рыцарей. Они даже пережили Великий Катаклизм и начали новую эру вместе с другими выжившими...

- Но позже Рыцари стали встречаться все реже. Не потому, что не было способных, а потому, что один из этапов Жизни и Смерти должен был проходить в океане. Однако весь океан уже давно стал запретной землей. Раньше шансы выжить в океане были один к десяти, а теперь - ноль к десяти.

- ...а без последнего этапа Жизни и Смерти невозможно открыть генетический замок.

- Тогдашний лидер талантливых Рыцарей, Цинь Шэнь, изобрел новую дыхательную технику, которая помогает в этом вопросе, и позже люди узнали, что если использовать эту технику, бросая вызов любому из этапов Жизни и Смерти, то можно открыть часть генетического замка. Так что больше не было необходимости проходить все восемь этапов.

- Хотя Рыцарь, прошедший только один этап Жизни и Смерти, был несравним с Рыцарем, прошедшим все восемь, но в то время если человек пройдет через шесть этапов с дыхательной техникой, он уже будет считаться сильнее Рыцарей старшего поколения...

- Во Внутреннем Мире существует таблица уровней "A, B, C, D, E, F". Можно сказать, что после завершения шестого этапа Жизни и Смерти, такой человек будет считаться уровнем A.

Цин Чэнь был немного удивлен. Он не ожидал, что здесь есть система уровней для экстраординаров.

Он неожиданно спросил: - Учитель, тогда какого вы уровня?

Е Ван ответил: - Босс находится на уровне S, потому что прошел семь этапов Жизни и Смерти.

- Но что делает эту технику такой особенной, что она может помочь открыть генетический замок? - Спросил Цин Чэнь.

Хоть он был взволнован тем, что смог прикоснуться к тайнам Внутреннего Мира, но все же он был немного озадачен.

- Ты знаешь, что такое эндорфин?

- Спросил Ли Шутонг.

Хотя Цин Чэнь никогда ничего не забывал, он никогда не копал глубоко в этой области, поэтому опросто сказал то, что нашел в своей памяти: - Как и дофамин, он создает чувство удовлетворения, но немного отличается от него: если после выигрыша в лотерею организм вырабатывает дофамин, то после упражнения спортом вырабатывается эндорфин.

Ли Шутонг покачал головой: - Так думают непрофессионалы. Дофамин не может приносить удовольствие непосредственно людям, так как он является лишь средством нейротрансмиссии. Серотонин является настоящим источником счастья. Проще говоря, дофамин правда доставляет удовольствие и чувство удолетворения, но ты должн понимать, что это удовольствие не является истинным счастьем. Это просто желание получить больше от зависимости.

- Тогда что насчет эндорфинов? - Спросил Цин Чэнь.

- Эндорфины - это вещество удовольствия, которое возникает только после перенесенной боли. Он действует как естественное обезболивающее, но это только его основное применение, - Объяснил Ли Шутонг, - Предки Цинь Шэна провели годы тщательных исследований и обнаружили, что после того, как Рыцари заканчивали любой из этапов Жизни и Смерти, выделялось большое количество эндорфинов.

- Значит, он считал, что дофамин - это яд, который держит людей в иллюзии, а эндорфин - это ключ, открывающий генетический замок.

- Именно поэтому среди Рыцарей появилась одна поговорка: "Большое страдание порождает великую удачу".

Узнав об истории Рыцарей, Цин Чэнь понял, как много сделало предыдущее поколение, чтобы сократить количество проблем для будущего поколения.

Поскольку они больше не могли выходить в океаны, они больше не могли завершить восьмой этап Жизни и Смерти, поэтому им пришлось создавать новый путь для себя.

Цин Чэнь спросил: - Какое отношение дыхательная техника имеет к эндорфинам? Почему она позволяет Рыцарю легче прорваться через генетический замок?

- Дыхательная техника может помочь тебе выделять эндорфины сразу после того, как ты почувствуешь боль. Это техника, которая позволяет лучше контролировать свое тело. С помощью дыхательной техники тебе понадобится всего три месяца чтобы прорваться к экстраординарному уровню, в то время как другим потребуется несколько лет, - Сказал Ли Шутонг, - Поэтому, когда ты используешь дыхательную технику, чтобы завершить этап Жизни и Смерти, в твоем теле будет аномально высокий уровень эндорфинов.

- Какие еще эффекты она имеет? - Спросил Цин Чэнь.

- Когда ты закончишь первый этап Жизни и Смерти, я расскажу тебе, что еще она может сделать. Сейчас же тебе бесполезно об этом знать. - Сказал Ли Шутонг.

- А разве я не могу просто ввести эндорфины напрямую? - Спросил Цин Чэнь. Он считал, что с нынешними технологиями Внутреннего Миры, должен существовать способ собирать и вводить эндорфины.

Ли Шутонг усмехнулся на его слова: - Мы живем в мире, где даже любви можно добиться искусственно, но пожалуйста, пойми, что внешние силы в этом случае не принесут тебе никакой пользы. Были предки, которые пытались использовать инъекции эндорфинов вместо дыхательной техники, но человек не смог разблокировать генетический замок после завершения этапа Жизни и Смерти.

- Мы можем понять науку, стоящую за эндорфинами, но не науку, стоящую за генетическими замками. Даже сегодня генетические замки каждого Рыцаря священны и неприкосновенны.

- Мы можем использовать только самый глупый из всех методов и следовать путями, оставшимися от наших предков. Это, в конце концов, самый длинный из всех коротких путей. Единственный путь к священному царству - это тяжелый путь культивирования.

- Хорошо, я запомню. Тогда что произойдет после того, как я закончу все восемь этапов Жизни и Смерти с помощью дыхательной техники?

- Это бессмысленный вопрос. - Ли Шутонг покачал головой.

- Не думаю, - Сказал Цин Чэнь, глядя на Ли Шутонга, - Потому что во Внешнем Мире нет запретных земель.

Впервые он увидел на лице Ли Шутонга выражение удивления. Раньше лицо этого человека всегда было таким уверенным и бесстрастным.

Но услышав его слова, поведение Ли Шутонга изменилось.

- Точно. Раз в твоем мире никогда не было экстраординарных, то естественно, там не будет запретных земель, - Сказал Ли Шутонг, все еще немного шокированный, - Так что ты сможешь закончить там все этапы Жизни и Смерти...

- Что такое запретные земли и запрещенные предметы? - Цин Чэнь наконец-то спросил то, что хотел знать больше всего.

Е Ван увидел, как его босс думает о других проблемах, поэтому ответил за него: - Запрещенные предметы происходят из запретных земель, и они оба из одного источника: экстраординарных.

- Экстраординарных?

- Да, - Вмешался Линь Сяосяо, - После смерти экстраординарного человека его конденсированная кровь просачивается в почву и заражает там таких существ, как муравьев, сороконожек, скорпионов и прочую живность. Она также может оплодотворять растения и микроорганизмы. Затем эти организмы развиваются до определенного момента, пока место на котором умер экстраординарный, не станет запретной землей.

- Кадзима, они же исследователи запретных земель, посчитали, что когда-то существовал суперэволюционировавший кит, который скончался от старости в океане, и его тело по итогу заразило весь океан.

- Что еще они выяснили? - Спросил Цин Чэнь.

- Семья Кадзима использовала подводную лодку с дистанционным управлением, чтобы исследовать океан. И перед тем, как подлодка была уничтожена океанскими тварями, камеры запечатлели большой скелет кита, - Объяснил Линь Сяосяо. - Исследования проводились сотни лет назад, и только в последние десятилетия они стали достоянием общественности.

Цин Чэнь с любопытством спросил: - Так какого же размера он был?

- Э-э-э, - Линь Сяосяо не знал, как объяснить, - Просто считай, что он чертовски огромный.

- Эй, - Лицо Цин Чэна потемнело, - А можно конкретнее?

- Даже при использовании широкоугольной камеры, они едва смогли запечатлеть череп с расстояния 300 метров, - Объяснил Линь Сяосяо.

Цин Чэнь воскликнул: - Да это же чертовски огромный кит!

- Именно с того момента люди перестали исследовать океаны.

- Тогда что насчет запрещенных предметов?

- Запрещенный предмет - это что-то, связанное с жизнью экстраординарного человека, и он появляется спустя десятилетия или столетия после его смерти, - Объяснил Линь Сяосяо.

- Можешь назвать несколько примеров?

- Некоторые запрещенные предметы являются прямым результатом силы экстраординарного человека. Например, на пустыре возле города 16 ходит 6-вагонный поезд. Мало кто знает, куда он едет. Время от времени он останавливается, и если бросить золотую монету в первый вагон, он может доставить тебя в любое место, которое ты только захочешь, и он не остановится, пока не доедет туда.

- Золотая монета...

- Да, его первый вагон также заполнен золотыми монетами, так как многие организации любят использовать его для контрабанды товаров, хотя отыскать его тоже непросто.

- Тогда что, если кто-то попытается украсть золотые монеты с первого вагона? - Спросил Цин Чэнь.

- Поезд закроет все двери и будет держать человека в ловушке до самой смерти. Именно поэтому в последнем вагоне полно скелетов. - Линь Сяосяо рассмеялся: - Так что не пытайся украсть у него монеты, когда однажды столкнешься с ним.

Цин Чэнь кивнул.

- Есть также некоторые запрещенные предметы, которые не имеют никакой видимой связи с человеком, от которого они произошли, просто предмет с бесконечным сроком жизни, - Продолжил Линь Сяосяо, - Если тебе удастся приручить его, то он будет служить тебе.

- А если не получится приручить?

- Тогда земля тебе пухом.

В этот момент Ли Шутонг, казалось, кое-что обдумал и встал: - Перед лицом этих запретных предметов мы словно аборигены с копьями. Мы знаем, что в лесу существуют звери всех видов, и каждый зверь отличается от другого. Мы также классифицировали этих зверей и нашли некоторые общие правила борьбы с ними. Мы знаем, каких зверей можно победить, а каких стоит избегать. Но в тот момент, когда зверей стало слишком много, появилась специализированная группа охотников Трибунал по Табу. Они не только враждуют со зверями, но и являются теми, кто приручают их.

- Они не только приручают запрещенные предметы, но и экстраординаров, которые могут вызвать появление запрещенных предметов. Они предотвращают то, что однажды может уничтожить человечество.

Цин Чэнь немного задумался, услышав это.

Ли Шутонг посмотрел на него и сказал: - С этого момента Е Ван начнет обучать тебя боевым искусствам, тренировать твою физическую силу и познакомит тебя с восемью этапами, с которыми ты столкнешься в будущем. Я завидую тебе, что ты родился во Внешнем Мире, но дело не в этом. Важно то, что однажды ты сможешь изменить этот мир. Приступай, я не могу дождаться этого дня.

Ли Шутонг ушел.

Ночью тюрьма 18 обладала жутковатым шармом, но Цин Чэну казалось, что здесь было приятнее, чем днем. Ему здесь нравилось.

Здесь, в тюрьме, он был свободнее, чем где-либо еще.

......

Тренировка началась сразу же без предупреждения.

В спортзале Е Ван достал ланч-бокс для, на котором был светодиодный экран. В нем отображалась температура еды внутри, а также опции подогрева, добавления влаги, жарки и варки.

Цин Чэнь про себя подумал, не является ли это просто беспроводной рисоваркой? Похоже, что в тюрьмах тоже установлены облачные резервуары, поэтому устройства могут заряжаться в любое время.

Е Ван открыл ланч-бокс, внутри которого лежали ровно нарезанные говяжьи отбивные.

- Ешь, - Сказал Е Ван.

- А мы разве не собираемся тренироваться? Ничего, если мы начнем тренироваться сразу после того, как я закончу есть? - Спросил Цин Чэнь.

- Твое тело будет расходовать куда больше энергии, во время использования дыхательной техники. Если ты не будешь достаточно питаться, твое тело не выдержит. - Объяснил Е Ван.

Цин Чэнь вдруг понял, насколько удивительной была эта дыхательная техника. Но он тут же спросил: - Стоп. Когда я использую дыхательную технику, то чувствую, как через мое тело проходит непонятный поток "воздуха". Кажется, что он не делает ничего полезного для моего тела и не имеет никакого особого эффекта, но я могу его контролировать как того пожелаю.

Е Ван покачал головой: - Я не разбираюсь в этом. Тебе лучше спросить об этом босса.

- Хорошо, - Цин Чэнь не стал продолжать расспросы.

На следующее утро. Обратный отсчет: 20:20:00

Троица как обычно сидела за столом, когда Линь Сяосяо спросил Е Вана: - Ну и, как успехи? Обычные люди не долго могут продержаться в течение первых нескольких тренировок. Как долго он продержался?

Е Ван посмотрел на него и сказал: - Полная нагрузка, с одиннадцати вечера до трех утра.

- ...чего? Он же вроде не тренировался раньше, или я что-то путаю? Как он смог продержаться до трех? - Линь Сяосяо был немного ошеломлен: - Матушка Е, ты же не планируешь тренировать его до смерти?!

- Я знаю когда остановиться, да и тем более у него есть дыхательная техника, - Покачал головой Е Ван, - Я также кормлю его говядиной, так как, он сжигает все калории во время тренировки.

Обычные люди даже близко не продержались бы так долго во время первой тренировки, и даже могли бы получить рабдомиолиз.

- ...даже с дыхательной техникой он все равно устанет... - Пробормотал Линь Сяосяо.

Е Ван снова покачал головой: - Похоже, он способен разделить свою нервную систему на части, преследуя при этом конкретную цель и не заботясь о состоянии своего тела. Я наблюдал такое лишь однажды. Если бы он родился здесь, то, вероятно, давно бы стал Пробужденым.

- Но то что мы имеем сейчас, тоже хорошо. Если он станет Пробужденым, то перестанет быть обычным человеком и не сможет идти по пути босса, - Сказал Линь Сяосяо.

В это время в тюрьме 18 наступило время завтрака. Металлические двери открывались одна за другой, и заключенные один за другим выстраивались в очередь, чтобы спуститься вниз.

Цин Чэнь стоял в очереди, как будто у него все еще не было никаких привилегий.

Линь Сяосяо взглянул на Цин Чэня и тот выглядел как огурчик, без малейших признаков того, что ранее его четыре дня морили голодом.

Он повернулся к Ли Шутонгу и спросил: - Босс, эта дыхательная техника настолько удивительна? Если есть возможность, то я бы хотел повторить этот путь еще раз сегодня вечером. Что скажете?

Ли Шутонг тем временем смотрел на шахматную доску перед собой: - Когда ты был молод, я попросил тебя попробовать еще раз. Но ты не решился пройти через это, а теперь ты уже слишком стар.

- Мне всего двадцать семь...

- Чем дольше ты живешь, тем через более болезненные переживания ты проходишь, - Сказал Ли Шутонг, - После двадцати боль вгрызается в мозг настолько, что ты уже не сможешь пройти стадию самовопрошания. В молодости мы всегда думаем, что наша жизнь мучительна, но с возрастом мы понимаем, что то, что мы переживаем сейчас, ничто, по сравнению с прошлым.

Когда Цин Чэнь спустился вниз, он все еще сидел поодаль от Ли Шутонга. Ли Шутонг вдруг высказался: - Хотя это я сказал ему притвориться, что мы поссорились, теперь я даже не могу найти человека, который сыграет со мной в шахматы.

Пока он говорил, в тюрьме 18 зазвучал голос по громкоговорителю: - Заключенный 010101, заключенный 002199, заключенный... сегодня день посещений. Пожалуйста, следуйте за тюремным охранником 03 в соответствующие комнаты.

010101 был номером Цин Чэна.

Он был немного удивлен. Он находился здесь уже некоторое время, и это был первый раз, когда кто-то пришел его навестить.

Так долго, что он даже забыл о существовании посещений родственников в тюрьмах...

Лу Гуаньи сказал ему: - Босс, вероятно, к вам пришел Цин Янь.

- Угу, - Сказал Цин Чэнь, вставая.

Вслед за восемьюдесятью заключенными он выстроился в строй, прошел мимо больших металлических ворот и вошел в длинный коридор.

Стены коридора также были сделаны из металла. На потолке виднелись две длинные полосы ламп, из-за чего казалось, что они идут по туннелю.

По пути один заключенный сказал другому: - Хань Линшан, сегодня пришла твоя сестра, верно? Не забудь попросить ее фотографии, лады? Они мне понадобятся сегодня вечером!

Хань Линшан выругался, и если бы не то, что уже почти пришло время встретиться с семьями, они бы подрались на месте.

И несмотря на то, что их окружали роботы, тем по правде было все равно, пока заключенные оставались в строю.

Среди них Цин Чэнь был единственным, кто хранил молчание.

Потому что никто не осмеливался шутить с ним, а заключенные позади него даже уступили ему пространство.

Подойдя к комнате для свиданий, Цин Чэнь открыл дверь и увидел молодого человека.

Его возраст - около 25 или 26 лет, а с короткими волосами он выглядел очень красивым.

"Это, должно быть, Цин Янь."

Первое, что бросалось в глаза, это серый костюм, и механический протез на одной руке.

"Но это, должен сказать, одна из самых изящных механических протезов, которые я когда-либо видел." - Подумал он про себя.

Каждый палец, казалось, был тщательно подогнан, а рядом с каждым пальцем расстилались золотые украшения. На тыльной стороне руки также был узор из листьев гинкго, похожий на символику крупной банды.

Но конечно, листья гинкго были официальным символом семьи Цин.

После того как Цин Чэнь сел, Цин Янь холодно сказал ему: - Вторые и четвертые ветви семей уже подали жалобу в семейный консцириум и заявили, что ты специально спровоцировал Ли Шутонга, вызвав его ненужную ненависть к семье. Мы, семья Цин, не боимся Ли Шутонга, но мы никогда не собирались делать Рыцарей и группу Хэн в качестве наших врагов. Я надеюсь, что ты понимаешь, для чего находишься в тюрьме 18, и перестанешь доставлять мне лишние проблемы.

Цин Чэнь был немного удивлен, потому что, судя по тому, что он слышал о Цин Яне от Лу Гуаньи, он думал, что Цин Ян поддерживает его.

Но все кажется куда сложнее.

Он задумался и спросил: - Есть что-то еще?

- Ты подумал о том, в какой ситуации сейчас находишься? У всех остальных кандидатов есть сторонники за спиной, а у тебя, и только у тебя, их нет. Почему ты думаешь, что сможешь бороться с остальными восемью кандидатами? На этот раз вторая ветвь и четвертая ветвь кажутся крайне решительными. Будь осторожен, чтобы не стать жертвой в процессе отбора. И еще, закончи свой брак с Камидай Сораон. Таким образом, у тебя будет хоть что-то от семьи Цин...

Цин Чэнь равнодушно глядел и слушал человека перед собой, в то время как в его голове беспорядочно прокручивались мысли.

"Что мы имеем из этого небольшого диалога? У меня брак по договоренности во Внутреннем Мире, да и судя по имени, девушка, похоже, не китаянка."

"Камидай... должно быть, она связана с одной из пяти семей."

Цин Чэнь немного подумал и сказал: - Я все еще хочу попробовать.

Цин Янь, похоже, не ожидал такого ответа от Цин Чэня. Поэтому нервно поправил рубашку и сказал: - Неважно, я просто хотел предупредить тебя, даже если консцириум не сделает никаких комментариев по этому поводу, не жди, что семья будет помогать тебе дальше. Мы никогда не хотели, чтобы ты присоединялся к борьбе за Тень, но из-за твоего упрямства ты насильно заменил человека из третьей ветви. Если ты сможешь выполнить задание которое тебе дали, то хорошо, если же не сможешь, то просто жди своей даты освобождения.

- Я не против, - Сказал Цин Чэнь, собираясь уходить. Ему больше нечего было сказать отпрыску семьи Цин.

Цин Янь немного разозлился, увидев его поведение: - Ты слышал, что я только что сказал?

Цин Чэнь сказал роботам-охранникам снаружи: - Эй, мы закончили.

- Стой! - Цин Янь успокоился и сказал: Камидай Сораон тоже пришла навестить тебя. Ты должен хотя бы раз встретиться с ней, иначе мы не сможем даже продолжить брак.

Цин Чэнь: - ...Хорошо.

Когда Цин Янь вышел, за ним вошел еще один человек.

Это была девушка лет семнадцати-восемнадцати. Ее внешность не была идеальной, но по какой-то причине она все равно производила освежающее впечатление.

Девушка также была одета в официальную рубашку и платье, отчего их первая встреча казалась очень важной.

Однако по ней было видно, что ей не очень комфортно в этой одежде.

Глядя на девушку, Цин Чэнь заметил небольшую родинку на ее носу и отсутствие макияжа на лице.

Девушка даже не посмотрела в глаза, когда заняла свое место, только слегка взглянула на него, не говоря ни слова.

Они просто сидели в тишине, пока по громкоговорителю не объявили, что их время истекло.

Затем девушка тихо произнесла: - こんなに静かに座っているのもよさそうですが、この少年の沈黙ぶりは本当にきれいですね.

- Что? - Цин Чэнь был озадачен.

Девушка улыбнулась и ответила: - Ничего.

Робот-охранник увел Цин Чэна, пока тот думал над произошедшем.

Раньше, когда Лу Гуаньи сказал, что он попросил помощи у Цин Янь... он подумал, что Лу Гуаньи наверняка сказал неправду.

Именно поэтому семья Цин послала только бойца из дома престарелых, чтобы помочь ему с его заданием.

И похоже в тот самый миг, его уже бросила семья во Внутреннем Мире, прежде чем он попал сюда...

А что насчет этого брака по договоренности, возникшего из ниоткуда?

......

- Босс, Цин Янь вам что-нибудь сказал? - Лу Гуаньи быстро подошел к нему.

- Нет, - Ответил Цин Чэнь, покачав головой, - Просто придерживайся первоначального плана.

На данный момент то, что так называемая "семья" покинула его ради борьбы за Тень, не было тем, что сильно беспокоило Цин Чэна.

Во время разговора с Цин Янем, он не проявлял особой твердости, так как считал, что так будет убедительнее, когда со временем он станет более сильным.

И сюрприз, в виде дыхательной техники, был только началом.

Накануне он также был уверен, что не сможет подняться с кровати после тренировки, но уже утром, после нескольких часов сна, он чувствовал себя живее некуда.

Это было прекрасное чувство, неслыханное во Внешнем Мире.

Лу Гуаньи шепотом спросил: - Вы правда связаны с Ли Шутонгом?

Цин Чэнь взглянул на него и сказал: - Да, но нигде не говорилось, что мы не можем обратиться за помощью к посторонним, не так ли?

- Точно, - Сказал Лу Гуаньи, - Босс, поэтому вы бы не держали меня.

......

Ночью. Обратный отсчет: 5:59:59.

Город 18, район 7.

Цзян Сюэ медленно шла по ярко освещенному городу. Для человека, пришедшего из Внешнего Мира, такая обстановка была похожа на лабиринт.

Когда она посмотрела на небо, то не увидела ни смога, ни голубого неба, ни облаков, а лишь небоскребы средь неоновых огней.

В воздухе вращалась трехмерная реклама магазина барбекю. Люди чувствовали запах свежеприготовленного синтетического мяса и шашлыка из широко распахнутых дверей магазина.

Вдруг из ниоткуда появился дельфин и подпрыгнул в воздух, как будто только что вышел из океана.

Когда он "проплыл" через офисные здания, его хвост разбросал повсюду бесчисленные "водяные капли".

Когда волна из капель полетела на землю, те, кто видел такое впервые, невольно попытались закрыть голову руками.

Но когда капли оказались в десяти метрах или около того над землей, они превратились в яркий фейерверк и угасли.

В это время в небе появилась строка слов: "Помела Мобайл, предлагаем лучший виртуальный опыт общения."

В это же время бесчисленные мосты соединяли различные здания.

Если же смотреть сверху, то казалось, что это стальная сеть, которая связывает здания в единое целое.

Пока Цзян Сюэ шла, ей попадалось много уроженцев Внутреннего Мира, и, видя облакообразный значок на ее груди, все они держались от нее на безопасном расстоянии.

Это был символ семьи Ли.

Чуть погоды, она вошла в лифт здания и нажала кнопку 32.

Стеклянный лифт быстро поднимался вверх по зданию. Когда она смотрела вниз, здания одно за другим появлялись и исчезали из поля ее зрения, а иногда мимо лифта проносился плавающий автомобиль.

Плавающий автомобиль был крайне аэродинамичным. На месте шин находились четыре реактивных двигателя, из которых вырывалось голубое пламя.

Лифт прибыл на 32-й этаж. Выйдя из него, она пошла через открытую площадь к другой стороне здания, где находилась ее клиника.

Но не успела она туда дойти, как кто-то окликнул ее вежливым голосом: - Здравствуйте, мисс Цзян Сюэ.

Человек был одет в чистый костюм, а на его галстуке висел изящный золотой зажим для галстука с выгравированным на нем символом облака.

Кроме того, позади него стояли еще два человека с двумя таинственными черными чемоданами.

Цзян Сюэ была немного удивлена. Этот человек был представителем семьи Ли, который ранее инвестировал в ее клинику. Его звали Чжан Тяньчжэнь.

- Здравствуйте, чем я могу вам помочь? - Мягко спросила Цзян Сюэ.

- Итак, - Почтительно начал Чжан Тяньчжэнь, - Наша семья очень заинтересована в сотрудничестве с вами, и в знак благодарности мы дарим вам новейшие и самые продвинутые механические протезы семьи Ли. Более того, мы также наняли специалиста по установке механических протезов, который поможет вам в специальной программе обучения...

Цзян Сюэ чувствовала, что все это становится все более и более странным...

Путешественники во времени из Внешнего Мира рассказывали ей, насколько злыми были пять семей, но теперь, когда она встретила одного из их представителей лично, ей показалось, что с ними очень легко иметь дело. Те инвестировали в ее клинику, предоставили ей лучшие механические протезы и наняли профессионала для ее обучения, как будто знали, что она не знает, как устанавливать протезы.

Но вдруг она начала сомневаться.

Чжан Тяньчжэнь неожиданно сказал: - Я вижу, что вам интересно, почему мы делаем это для вас, поэтому позвольте объяснить. Два года назад вы помогли женщине, которая оказалась одним из основных членов семьи Ли. Она искала вас два года и недавно узнала, что вы работаете здесь. Поэтому она решила поблагодарить вас за помощь таким образом.

Не зная, что произошло в прошлом, Цзян Сюэ могла только кивнуть и сказать: - О, понятно...

Что касается того, кому она помогла, то откуда ей было знать?

В этом время Ли Тунъюнь прекрасно воспользовалась общей слабостью всех новых путешественников во времени, которые не имели возможности узнать свое прошлое во Внутреннем Мире.

Кроме того, она предположила, что ее мама не осмелится расспрашивать слишком подробно о личности спасенного ею человека, так как слишком много спрашивать - значит разоблачить себя.

В этот момент Цзян Сюэ развеяла все свои сомнения и с радостью приняла "подарки": - Эти механические протезы...

Чжан Тяньчжэнь начал подробно объяснять: - Они самые продвинутые на рынке. В них не только интегрировано скрытое оружие, но и большой аккумулятор, с почти 97% нервного соединения.

- Спасибо. Это именно то, что мне было нужно! - Цзян Сюэ обрадовалась еще больше.

......

[Обратный отсчет - 00:30:00]

Осталось всего полчаса.

В спортзале Е Ван вместе с Цин Чэном выполнял упражнения в рамках шести комплексных тренировок основных мышц.

После основной тренировки они продолжали выполнять точные кардиоупражнения.

Ночь была длинной, а тренировки тяжелыми.

Согласно расписанию, составленному Е Ваном, через полчаса тренировок Цин Чэнь должен был перейти к следующей части.

Но время для Цин Чэна было разделено на два. В одну секунду он тренировался здесь, а в следующую возвращался во Внешний Мир, и тренировался там.

А через определенное количество дней он снова возвращался сюда и снова тренировался.

К этому времени Ли Шутонг тоже появился в зале. Он посмотрел на Цин Чэна и спросил: - Ты ведь скоро вернешься во Внешний Мир?

- Ага, - Кивнул Цин Чэнь, - Есть ли что-то, что мне нужно сделать до этого?

Ли Шутонг ответил: - Нет, я просто хочу своими глазами увидеть, как ты переселяешься в другой мир. Возможно, я даже смогу найти некоторые секреты во время этого процесса.

- Хорошо. - Цин Чэнь был весь в поту. Говядина, которую Е Ван дал ему, чтобы пополнить силы перед тренировкой, очень помогла.

Он должен был признать, что с помощью дыхательной техники он мог восстанавливаться намного быстрее, но оно также плохо сказывалось на его энергии.

После долгого перерыва Цин Чэнь почувствовал голод, словно Даоти*, - он ел как сумасшедший и тренировался как сумасшедший. (*китайское мифическое существо с телом козы и лицом человека)

Цин Чэнь вдруг заметил легкое беспокойство в глазах Ли Шутонга.

Он с любопытством спросил: - Что-то не так, учитель?

- Кхм... послушай, - Сказал Ли Шутонг, - Не мог бы ты принести оттуда еще несколько шахматных эндшпилей?

Цин Чэнь постоял пару секунд и с улыбкой ответил: - Конечно.

В этот момент ему показалось, будто величественная аура Ли Шутонга слегка поблекла, и он стал похож на обычного человека.

Под взглядами Е Вана и Ли Шутонга, Цин Чэнь положил флешку в рот.

Затем он вдруг вспомнил о чем-то и достал из кармана шарик из золотых полосок.

Сдерживая смех, Е Ван сказал: - А я-то думал, куда делось золото на руках Лу Гуаньи.

Ли Шутонг: - ...

Мгновенно огненные узоры на лице Цин на начали распространяться по его щекам. Он использовал поток воздуха, который он почувствовал ранее, чтобы обернуть ею золота в своей ладони.

Ли Шутонг в этот момент был потрясен.

Обратный отсчет

10.

9.

8.

7.

6.

5.

4.

3.

2.

1.

Мир в очередной раз погрузился во тьму.

Когда тьма исчезла, Цин Чэнь весь в поту снова появился в своей маленькой квартирке на улице Синьшу.

Несмотря на то, что прошла всего секунда, Цин Чэнь посмотрел на улицу, где царил мрак; он уже скучал по этой темной тюрьме.

Цин Чэнь вытащил изо рта флешку и взглянул на свою ладонь. Золото, которое он получил из Внутреннего Мира, все еще было у него в руке.

Для него это было удивительным открытием: он мог переносить предметы между двумя мирами туда и обратно гораздо легче, чем другие.

Он также посмотрел на свою руку: Обратный отсчет 168:00:00.

"Снова семь дней."

В прошлый раз было семь дней, теперь снова семь дней... это может означать, что время, проведенное путешественниками во времени в двух местах, становится все длиннее и длиннее.

"Возможно ли, что с каждым последующим визитом время будет удлиняться? Может ли наступить момент, когда они застрянут в одном мире до конца своих дней?"

Он не знал ответа на эти вопросы.

Цин Чэнь улыбнулся про себя. Он не стал ложиться спать, а сел на пол и продолжил тренировку.

Хотя за ним больше никто не присматривал, он знал, что тренировки нужны для его собственного совершенствования.

Раз уж он тренировался до трех часов ночи, то и во Внешнем Мире он не будет отставать.

Сделав глубокий вдох, он начал выполнять дыхательную технику, и на его щеках снова проявились огненные узоры.

Неважно, во Внешнем Мире или во Внутреннем, самодисциплина была величайшей свободой человека.

Постойте... он забыл кое-что очень важное.

После тренировки Цин Чэнь сел на пол, давая поту стечь.

Открыв приложение голосового переводчика, он слово в слово повторил то, что сказала ему Камидай Сораон.

Японка говорила очень тихо, и он почувствовал, что среди ее слов должна быть какая-то важная информация.

Как тогда... когда вы приезжаете в чужую страну. Местные жители могут использовать свой язык или местный диалект, чтобы проклясть вас.

Цин Чэнь повторил в телефон: - こんなに静かに座っているのもよさそうですが、この少年の沈黙ぶりは本当にきれいですね

Вскоре на его экране появились слова: "Очень приятно просто сидеть здесь в тишине. Мальчик выглядит очень красивым, хотя и молчит."

Цин Чэнь застыл на месте. Где в этом секретная информация?

Кроме того, во Внутреннем Мире семья Кадзима говорит на мандаринском, так почему она говорит по-японски?

"Значит ли это, что она тоже путешественница во времени? Или семья Кадзима продолжает говорить по-японски в соответствии с семейной традицией?"

"Если же она путешественница во времени, то почему она так безупречно говорила на мандаринском после? Наверняка не так уж много уроженцев Японии знают мандаринский, верно?"

На следующее утро Цин Чэнь проснулся от звука уведомлений на своем телефоне.

Он открыл WeChat и увидел, что это Нан Генчэн: - {Цин Чэнь! Цин Чэнь! Цин Чэнь! Ты знаешь, как повезло Лю Дэчжу из параллельного класса?}

Цин Чэнь был немного озадачен: - {В каком смысле?}

- {Быстро дуй в школу!}

Цин Чэнь встал с кровати, и надел свою сине-белую школьную форму. Перед тем как выйти из дома, он не забыл проверить себя в зеркале, и, увидев, что больше нет никаких признаков голодания, он беззаботно ушел.

Дойдя до школы, он увидел, что класс по соседству окружен учениками; те будто ожидали чего-то

- Сюда, - Позвал его Нан Генчэн, стоя на цыпочках, и махая рукой.

Цин Чэнь протиснулся в его сторону и спросил, - Что происходит?

- Ты смотрел сегодняшние трендовые поисковые запросы? - Нан Генчэн открыл WeiBo.

Затем, взглянув на запросы, он был шокирован.

"...мистер Цзян, находился в командировке в городе Ло из Сычуани и случайно стал путешественником во времени, переместившись в тюрьму 18 Внутреннего Мира..."

"Во Внутреннем Мире этот человек был опознан как путешественник во времени и изолирован в одиночной камере..."

"Он попал туда на семь дней и пробыл все эти семь дней в камере..."

"Как рассказал нам мистер Цзян, есть путешественник во времени, который уже стал важной фигурой в тюрьме. Этот человек мог свободно входить и выходить из всех частей тюрьмы, и там были экстраординарные люди, подчиняющиеся его приказам."

"Мистер Цзянь сейчас ищет этого путешественника во времени и готов заплатить или предоставить услуги, чтобы получить некоторую степень свободы в тюрьме..."

Цин Чэнь был шокирован. Он не ожидал, что Цзян Шэнь будет достаточно смел, чтобы искать решение проблемы через СМИ.

Похоже, ему было "очень" скучно в камере за последние семь дней...

Но, честно говоря, ему было жаль Лю Дэчжу и Цзян Шэна. Они получили статус путешественников во времени, но все, что они могли делать, это сидеть целыми днями в изоляторе.

Пока остальные получали разные впечатления от Внутреннего Мира: испытали 3D визуальные эффекты на улицах, осмотривали кибер-города... тем временем эти двое получили лишь опыт заточения в другом месте.

Если бы у них снова появился выбор, то, вероятно, они бы не выбрали переселение в первую очередь.

Теперь Цин Чэнь догадался, почему все собрались перед классом Лю Дэчжу.

Даже если Лю Дэчжу еще не пришел в школу, они все равно хотели подождать.

В последний раз, когда он вернулся из Внутреннего Мира, он признался, что попал в тюрьму 18 и разговаривал с Ли Шутонгом.

Когда одноклассники спросили его о подробностях, он просто сказал, что остальное - секрет.

Чем больше он не хотел делиться, тем больше всем было интересно.

Тогда все догадались, что Лю Дэчжу, должно быть, нашел способ получить от Ли Шутонга некоторые секреты, чтобы стать экстраординарным.

После того, как одноклассники увидели новость о Цзян Шэне, они сразу же подумали о Лю Дэчжу!

По мнению этих людей, кроме Лю Дэчжу, никто другой не смог бы этого сделать.

По мере того, как трендовый запрос продвигался в топе, один из учеников прокомментировал одну из новостей: "Мой одноклассник сказал, что он путешественник во времени и недавно получил поддержку от Ли Шутонга!"

До этого рейтинг запроса о Цзян Шэне был всего на 40 месте, но после этогр комментария он сразу же взлетел в первую десятку.

И он только продолжал расти.

В глазах общественности, кроме загадочных людей вроде Хэ Сяосяо, было не так много известных переселенцев.

Более того, упомянутый Ли Шутонг, о котором говорил Хэ Сяосяо в своих видео, обладал карьерным ростом, и с его помощью, можно было стать экстраординарным.

Поэтому после того, как люди увидели этот комментарий, они одновременно подумали, что Лю Дэчжу, должно быть, и есть тот путешественник во времени, о котором говорит Цзян Шэнь.

Как раз когда все были заняты разговорами, Лю Дэчжу прибыл в школу. Когда он же он поднялся на свой этаж, то увидел толпу людей перед своим классом; его лицо мгновенно побледнело: - Что... все это значит?

Все были разочарованы. Похоже, тот даже не понимал, что происходит.

- Ты что, не заходишь в интернет? Даже если и нет, ты должен хотя бы раз проверить свой телефон, - Сказал один из учеников.

- Есть человек по имени Цзян Шэнь, который утверждает, что видел тебя в тюрьме 18. Он хочет встретиться с тобой и попросить освободить его из изолятора.

Лю Дэчжу почувствовал, что его разум вот-вот взорвется. Его посадили в тюрьму на семь дней, и только сегодня он смог отоспаться на своей мягкой кровати. Утром он проснулся поздно и даже не проверил телефон, прежде чем поехать на велосипеде в школу.

Сейчас он достал телефон и проверил то, о чем они говорят.

Вот только... он чувствовал, что что-то не так. По словам Цзян Шэна, некий таинственный человек задал ему несколько вопросов наедине.

Он та сам был вкурсе, что никогда не делал такого.

"Значит, в тюрьме 18 кто-то, кроме Цзян Шэна и его самого, действительно получил власть, а он просто оказался козлом отпущения!"

"Да что что такого сделал, чтоб заслужить такое?!" - В этот момент Лю Дэчжу хотелось плакать.

Он хотел отрицать свою личность, но новость уже распространилась как лесной пожар.

Лю Дэчжу попробовал объясниться: - Я... я не думаю, что я тот человек, о котором говорит Цзян Шэнь. В тюрьме возможно есть кто-то еще...

Один из одноклассников спросил его: - Мы вчера спрашивали, есть ли еще переселенцы в тюрьме 18, а ты сказал, что нет.

Он сказал это до того, как переселился, но с тех пор, как он это сказал, прошла неделя.

Глядя на это, Цин Чэнь почувствовал, что было бы очень удобно, если бы Лю Дэчжу продолжал привлекать все его внимание к себе.

Но он должен найти способ решить эту проблему. Может, попросить Ли Шутонга перевезти его в другую тюрьму?

Пока он размышлял, к школе подъехали четыре машины местных новостных каналов, и репортеры бросились к школе, как только машины остановились.

Двое охранников, стоявших у школы, попытались остановить их, но их было слишком много.

Когда Цин Чэнь заметил это, он направился обратно в свой класс, потянув за собой Нан Генчэня.

Он не хотел светится на камерах.

......

- Почему мы должны уходить сейчас? Я хотел послушать, что скажет Лю Дэчжу. - Пожаловался Нан Генчэн.

Цин Чэнь посмотрел на него и сказал: - Зачем? Ты же не путешественник во времени. Незачем слушать его.

Почувствовав себя беззащитным, Нан Генчэн сделал небольшую паузу, а затем сказал: - Но это же редкие рассказы из первых рук. Что если... мы однажды сможем переселиться? Мы могли бы использовать эту информацию в будущем.

- Мне неинтересно, - Небрежно ответил Цин Чэнь.

- Всмысле "неинтересно"? - Сказал Нан Генчэн недовумевая, - "Если мы оба сможем попасть во Внутренний Мир, есть шанс, что мы станем экстраординарными или, возможно, получим механические протезы и станем сверхчеловеками.

Цин Чэнь: - .....

Под конец, перед входом в здание большая группа учителей остановила репортеров. Школа была создана для обучения, и посторонние никак не могли нарушить эту обстановку.

И после того, как закончился первый урок, некая фигура бесшумно перепрыгнула через школьную ограду и пробралась на территорию.

Он нашел на школьном поле случайного ученика и спросил его: - Где находится четвертый класс второй школы?

Ученик был ошеломлен сильным сычуаньским акцентом незнакомца, но все же указал, где находится класс.

Мужчина средних лет поблагодарил его и направился в ту сторону.

Лю Дэчжу как раз возвращался из учительской, и прежде чем ученики успели окружить его, один человек подошел первым и сказал: - Это ты Лю Дэчжу? Я дам тебе деньги, только, пожалуйста, поговори с Ли Шутонгом и попроси его освободить меня!

Потребовалось некоторое время, чтобы все поняли, что происходит.

И хватило одной секунды тишины, чтобы школа вновь взорвалась от восклицаний.

- Это... Цзян Шэнь! Он все еще в городе Ло! Быстро, позовите учителя! - Некоторые ученики начали кричать.

После запланированной деловой поездки Цзян Шэнь не покинул город Ло, потому что у него оставалось еще несколько дел.

Когда он увидел комментарий на WeiBo сегодня утром, он сразу же приехал в школу иностранных языков города Ло.

По правде, он не был уверен, что Лю Дэчжу сможет помочь, но раз уж все говорят об одном...

Цзян Шэнь все никак не отставал: - Я знаю, что у тебя есть власть в тюрьме 18. И тот экстраординарный, который допрашивал меня, даже стоял за тобой...

Лю Дэчжу не знал, что делать: - Это не я. Вы ошиблись!

- Парень, не волнуйся, я обещаю, что не причиню тебе вреда... - Пока Цзян Шэнь говорил, два учителя вытащили его из класса: - Я заплачу, только спаси!!!

В коридоре крик Цзян Шэна все еще отдавался эхом, а ученики оборачивались, чтобы посмотреть на Лю Дэчжу...

Лю Дэчжу был готов зарыться в землю. Он никогда бы не подумал, что его маленькая ложь принесет ему столько неприятностей.

Честно говоря, больше всего ему сейчас хотелось узнать личность третьего заключенного, который находился в тюрьме 18.

Он хотел знать, кто сделал его козлом отпущения.

В этот самый момент человек, из-за которого он оказался в этой ситуации, сидел в параллельном классе, как будто вся эта суматоха снаружи не имела к нему никакого отношения.

Он увидел, что Нан Генчэн достал учебник по информатике и спросил: - С чего ты вдруг заинтересовался информатикой?

- Ничего... просто интересно, - Ответил Нан Генчэн, - Просто мне нравится изучать то, что я смогу использовать позже. Скажи, не стоит ли нам попытаться сблизиться с Лю Дэчжу, когда мы попадем во Внутренний Мир? Там у нас хотя-бы будет друг.

- В этом нет необходимости, - Ответил Цин Чэнь, - Я все равно не путешественник во времени.

Но тут он вдруг задумался.

Он как никто другой знал, что Лю Дэчжу не притворялся, что у него нет связей в тюрьме 18, но путешественники во времени, такие как Нан Генчэн, не знают этого.

Теперь, когда по всей стране появилось в общей сложности более десяти тысяч путешественников во времени, возможно ли, что "прошлое" Лю Дэчжу во Внутреннем Мире привлечет их всех в город Ло?

Ведь найти во Внутреннем Мире "надежных компаньонов" казалось очевидным вариантов.

Хэ Сяосяо даже предлагал в последнем видео объединиться в небольшие группы, но глупый или надежный соратник сыграл бы большую роль.

Однако Цин Чэнь все еще не мог понять одну вещь.

Сегодня здесь столько всего произошло, так почему же люди из Куньлуня до сих пор не появились?

Неужели их не интересуют люди, связанных с Ли Шутонгом?

Конечно, они заинтересованы.

Или... они что-то готовят?

До вечернего самообучения Цин Чэнь все еще не видел представителей Куньлуня. Он догадывался, что что-то должно произойти, но не представлял, что именно.

......

В 21:20 все ученики покидали школу.

Школьные здания, освещенные уличными фонарями, были по-своему красивы.

Школьники болтали между собой, пока шли домой. Один ученик сел на велосипед и помахал на прощание своим одноклассникам, а затем умчался в темноту.

Мальчик, шедший позади девочки, намеренно дурачился со своими друзьями, пытаясь привлечь ее внимание.

Похоже, такова нормальная жизнь подростков.

Попрощавшись со своими одноклассниками, Лю Дэчжу поехал домой.

Вспомнив, что произошло сегодня утром, он почувствовал себя обиженным, но ничего не мог с этим поделать.

Когда он пересек улицу желтой реки, он услышал резки приближающийся звук; к нему приближался черный фургон.

Он обернулся на фургон и увидел, что люди, сидевшие в первом ряду, оба были в солнцезащитных очках, а тот, что сидел на пассажирском сиденье, указал пальцем в его сторону.

"Дерьмо!" - Подумал про себя Лю Дэчжу.

Как раз в тот момент, когда они собирались проехать под мостом, на котором не было камер наблюдения...

Человек за рулем черного фургона внезапно повернул руль, пытаясь подрезать Лю Дэчжу.

Однако тот быстро выехал на тротуар, уходя от удара, но, к его удивлению, фургон быстро выровнялся, и продолжил гнаться за ним.

Фургон мчался по тротуару, пока через какое-то время не раздался крик.

Двери его открылись, когда фургон остановился, накренившись на тротуаре. Из него вышли два человека, и один из них сказал холодным голосом: - Хватай его.

Двое мужчин в темных солнцезащитных очках без колебаний направились к Лю Дэчжу.

Эти двое выглядели настолько мускулистыми, что напоминали бандитов из гонконгских фильмов.

Самое главное, Лю Дэчжу ясно видел, что у этих двух мужчин были механические протезы!

- Помогите! - Закричал во всю глотку Лю Дэчжу.

И будто по команде, сзади этих двоих появился ослепительный свет, осветивший их.

Рев автомобильного двигателя походил на металлического зверя, несущего по асфальту.

*БАМ!* Черный внедорожник агрессивно протаранил фургон сзади!

Фургон от удара перевернулся и покатился в сторону.

Лица двух бандитов изменились, и они бросились к черному внедорожнику с двумя длинными ножами в руках. Но прежде чем они успели приблизиться к внедорожнику, размытая фигура спрыгнула вниз с моста, который находился на высоте шести метров над землей.

Кто-то ждал их все это время!

Фигура падала слишком быстро. И прежде чем бандиты успели среагировать, она уже была над ними.

Механические ноги надавили на плечи бандитов и придавили их к земле.

Замелькали голубые искры, и механические протезы бандитов разбились на куски.

Упавшая с неба фигура повернулась и спросила Лю Дэчжу: - Приятно познакомиться. Я лидер Куньлуня, Чэнь Юаньдун. Ты как?

Лю Дэчжу сидел на земле раскрыв рот от шока. Глядя на проворного Чэнь Юаньдуна, оснащенного мощными механическими протезами, он почувствовал, как в его сердце зарождается сильное чувство безопасности.

На самом деле Лю Дэчжу впервые встретил человека с механическими протезами. Когда он только попал в тюрьму 18, его посадили в одиночную камеру, прежде чем он смог увидеть много нового.

Но он мог точно сказать, что механические протезы Чэнь Юаньдуна явно отличались от других.

На поверхности не было ни одного дешевого гидравлического насоса, а конечности были покрыты защитным слоем синтетической кожи, вдоль которых также шли полосы голубого света.

По сравнению с людьми из тюрьмы 18, и их механическими протезами, это точно можно было назвать киберконечностями, которые люди Внешнего Мира себе и представляют.

Видя, что Лю Дэчжу молчит, Чэнь Юаньдун повернулся и направился к фургону. Когда он шел, из его руки вылетело темно-красное лезвие, и одним взмахом руки машина разделилась пополам.

Чуть позже подъехало еще несколько черных внедорожников, и Лу Юань спрыгнул с одного из них: - Босс, вы попали прямо в точку. Они правда решили напасть здесь.

Чэнь Юаньдун посмотрел на четырех бессознательных мужчин, которые находились в фургоне и кивнул в сторону Лу Юаня: - Лю Вэньцинь, Синь Цюцзе, Цуй Цин и Хуан Юэюй. Они все в нашем списке. Похоже, Лю Вэньцинь, собрал их вместе. Разберите и запакуйте все их механические протезы. Еще вызовите эвакуатор, и побыстрее.

Из слов лидера Куньлуня, похоже, тот очень хорошо знал этих людей и мог уверенно сказать, кто из них главный.

- Босс, вы такой мудрый. Сегодня утром, когда вы услышали, что они исчезли из города Ву, вы сразу поняли, что они придут за Лю Дэчжу, - Сказал Лу Юань, - Но они довольно безрассудны. Почему они были так уверены, что добьются успеха?

Чэнь Юаньдун сказал: - После долгого пребывания во Внутреннем Мире хаотичная природа тамошнего общества заставляет некоторых людей становиться безжалостными. Пережив дни, когда их там избивали, эти люди захотели бросить вызов правилам Внешнего Мира с помощью вновь обретенной силы. Поэтому мы должны дать всем этим людям понять, что правила Внешнего Мира остаются неприкосновенными, по крайней мере, не в границах этой страны.

- Да, - Кивнул Лу Юань, - И к слову. Может нам стоит привлечь в нашу организацию больше путешественников во времени?

Чэнь Юаньдун покачал головой: - Чистота и вера группы гораздо важнее, чем ее мощь. Слепое расширение никогда не должно быть целью Куньлуня.

В действительности, как и думал Цин Чэнь, когда появлялись такие важные путешественники во времени, как Лю Дэчжу, отсутствие Куньлуня было крайне ненормальным.

По крайней мере, они появлялись, чтобы узнать о нем.

Но в этот раз Куньлунь не появился так резко, а стали выжидать.

Когда до них дошли новости о нем и его связях с Ли Шутонгом, то они поняли важность Лю Дэчжу, а Чэнь Юаньдун предсказал, что за Лю Дэчжу будут охотиться путешественники во времени.

Кто такой Ли Шутонг?

Лидер Рыцарей, глава группы Хэн, босс Ли Дунцзе. Для них казалось, что невозможно подобраться к такому важному человеку; тем более обычными методами.

Но теперь, когда появилась такая важная персона, кто бы не захотел им воспользоваться?

Если человек был хоть немного знаком с Внутренним Миром или Ли Шутонгом, то он знал, насколько ценен Лю Дэчжу.

Даже если у Лю Дэчжу еще не было особых привилегий...

Поэтому Чэнь Юаньдун расставил своих людей вокруг школы и вдоль дороги, по которой Лю Дэчжу обычно ехал домой.

Он подошел к Лю Дэчжу и увидел, как один из членов Куньлуня осматривает его.

Чэнь Юаньдун спросил: - Он ранен?

Член Куньлуня ответил: - На руках, правой ноге и левой щеке небольшие царапины.

Чэнь Юаньдун посмотрел на Лю Дэчжу и сказал: - Не бойся, мы здесь, чтобы защитить тебя. Мы будем жестко отслеживать все подозрительные въезды в страну, и если возникнет другая проблема, мы вернемся, чтобы защищать тебя круглосуточно.

Лю Дэчжу поспешно ответил: - Спасибо вам!

Чэнь Юаньдун кивнул: - С этого момента тебе следует быть осторожным. Если обнаружишь кого-то подозрительного, не забудь позвонить нам по номеру, который мы дали ранее.

Затем Чэнь Юаньдун сел обратно во внедорожник, даже не оборачиваясь.

Чуть позже подъехали эвакуатор и полицейские машины, чтобы убрать место происшествия.

Глядя вслед уезжающему внедорожнику, Лю Дэчжу подумал: "Они просто уехали?!"

Они не просили его присоединиться к их организации. Почему?

В машине Чэнь Юаньдун вдруг спросил Лу Юаня: - Тебе не кажется, что это немного странно?

- Что вы имеете в виду, босс? - Спросил Лу Юань.

- Этот парень не выглядит особенным, и он даже не знает, что уже привлекает большое внимание. Почему Ли Шутонг выбрал такого человека? - Сказал Чэнь Юаньдун, чувствуя себя немного растерянным.

- Может быть, Ли Шутонг все-таки никак с ним не связан? - Осторожно спросил Лу Юань.

- Нет, по словам Цзян Шэна, даже экстраординарный следовал за таинственным путешественником во времени, а значит, он должен был получить определенные разрешение от Ли Шутонга. - Чэнь Юаньдун покачал головой: - Я подозреваю, что в тюрьме 18 есть еще один путешественник во времени, но это отличается от той информации, которую мы имеем на данный момент. Посмотрим, правда рано или поздно всплывет на поверхность.

- Босс, вы уверены, что не хотите принять Лю Дэчжу в Куньлунь? - Спросил Лу Юань.

Чэнь Юаньдун опустил окно и зажег сигарету: - Он недостаточно квалифицирован.

Лу Юань вдруг вспомнил кое-что: - Точно, босс, Он Цзиньцю спрашивал, может ли он в следующем месяце встретиться с...

Чэнь Юаньдун кашлянул и сказал: - Давай не будем сейчас об этом.

......

В 10 часов вечера Цин Чэнь тренировался в своей комнате.

Без особых ограничений, которые давили на него в тюрьме, в этот раз он смог выделить дополнительный час для тренировок в своем распорядке дня.

Но разница была в том, что в тюрьме он мог есть столько говядины, сколько хотел в день.

Но теперь, когда он вернулся во Внешний Мир... он больше не мог себе этого позволить.

Золото, которое он принес из Внутреннего Мира, было спрятано под его кроватью, и он вдруг почувствовал отчаянную необходимость превратить золото в деньги, иначе он не сможет прокормить себя до следующего перехода.

Когда он закончил тренировку, кто-то постучал в его дверь.

Он пошел открыть дверь и увидел, за порогом Ли Тунъюнь, держащую тарелку с жареными пельменями.

Та мило сказала: - Братик, мама только что приготовила их, и она сказала, чтобы я поделилась с тобой.

- Спасибо, - Сказал Цин Чэнь, с радостью принимая угощение.

Когда Ли Тунъюнь собиралась подняться наверх, Цин Чэнь вдруг сказал: - Ты очень умная, не так ди? Ты знаешь, что я имею в виду.

Ли Тунъюнь медленно обернулась к нему. Одетая в красно-белую юбку, она мило улыбнулась Цин Чэну и спросила: - Братик, ты ведь тоже путешественник во времени?

- Доказательства? - Спросил Цин Чэнь, улыбаясь.

Ли Тунъюнь сказала низким голосом: - Потому что когда мама избила папу той ночью, ты привел меня в комнату и подглядывал через окно за членами Куньлунь. Из этого следует что ты знаешь их и пытаешься избегать.

Цин Чэнь промолчал. Поняв, что Ли Тунъюнь не так проста, как он думал, он понял, что больше не сможет многого скрывать от нее; один факт уже доказал это.

Он не был идиотом, просто он не понимал, что эта маленькая девочка, выросшая в такой же суровой семейной обстановке, как и он, уже рано повзрослела и обладает наблюдательным умом.

Кто бы стал подозревать маленького ребенка без должной причины?

Но теперь, когда он знал, кто эта девочка во Внутреннем Мире, ей будет трудно найти его.

"Теперь все становится куда интереснее..."

Они посмотрели друг на друга и усмехнулись, как будто достигли какого-то взаимопонимания.

До конца обратного отсчета шесть дней.

Выйдя из квартиры, Цин Чэнь с удивлением обнаружил, что дверь квартиры по соседству была открыта на распашку, и в внутри нее лежали большие коробки.

В квартире также сновали несколько рабочих, которые занимались ремонтом и обустройством, и эти рабочие отличались от тех, которых он видел раньше. Все они выглядели опрятно, а на их униформе была надпись "Ремонт от Кози".

Цин Чэнь никогда раньше не слышал об этой компании.

Он нашел одного из рабочих и спросил: - А что происходит?

Тот посмотрел на него и улыбнулся: - Переезд.

Цин Чэнь спросил так, как будто в этом не было ничего особенного: - Тогда кто новый владелец? Мы скоро станем соседями, поэтому я хочу хотя бы поприветствовать их.

Рабочий ответил: - Мы сами еще не знаем, так как выполняем свою работу на заказ и еще не встречали хозяина.

Цин Чэну это показалось странным.

Эта квартира оставалась пустой в течение нескольких лет, почему же сегодня кто-то решил в нее въехать?

Мало того, он даже услышал шум на этаж выше.

Цин Чэнь поднял голову и вдруг обнаружил, что в квартире 202 также ведется ремонт.

"Сегодня день переезда, или что? Почему сразу две семьи переезжают? Это довольно подозрительно..."

Даже в квартире 202 сновали рабочие, а самих хозяев нигде не было видно.

На улице также было много рабочих, разгружающих мебель и прочую утварь с большого грузовика.

Все эти предметы были тщательно завернуты в отдельные слои пупырчатой пленки, и разделены на категории: хрупкое, книги, одежда и так далее.

Ему хватило секунды, чтобы понять, что новые соседы, должно быть, очень богаты.

Оглянувшись на свою старую квартиру, затем на этот грандиозный ремонт по переезду...

"Зачем вообще богатому человеку переезжать в этот дом?"

Все, что происходило перед его глазами, никак не могло состыковаться с логикой.

Квартира по соседству была другой модели, но общая жилая площадь составляла не более 92 квадратных метров, а при такой старой конструкции здания даже некоторые высоковольтные приборы могли выбить пробки.

Эти богачи, которые решили переехать сюда, должно быть, сумасшедшие.

Разве что, они переезжают сюда по какой-то особой причине, например, из-за одного переселенца.

Кроме него, единственными путешественниками во времени, живущими в этом доме, были Ли Тунъюнь и Цзян Сюэ.

До сих пор он очень хорошо скрывал свою личность, поэтому эти люди должно быть пришли за Цзян Сюэ.

В это время Цзян Сюэ вышла из квартиры вместе с Ли Тунъюнем. Они озадаченно посмотрели него, пока Цин Чэнь не сказал: - Будьте осторожны.

- Обязательно, - Кивнула Цзян Сюэ.

Прибыв в школу, Цин Чэнь сначала прошел через класс Лю Дэчжу, но заметил, что Лю Дэчжу выглядел потерянным, тихо сидя в классе, с пластырями на руке и лице.

"Да что сегодня творится?"

Сначала в его доме поселились два богатых соседа, а теперь Лю Дэчжу, похоже, сильно избил.

Цин Чэнь открыл сегодняшние трендовые поисковые запросы и без труда нашел статью о том, как на Лю Дэчжу совершили нападение...

В статье были даже четкие фотографии Лю Дэчжу, покрытого бинтами, и догадки репортера ниже.

Снимки были сделаны перед школой, и судя по ракурсу... человек, должно быть, прятался в кустах рядом со школьными воротами.

"Папарацци!"

Цин Чэнь потерял дар речи.

Он и представить себе не мог, что знаменитые переселенцы уже стали их мишенями.

Но, оглядываясь назад, можно сказать, что папарацци нацелились на Лю Дэчжу по причине того, что сейчас он вызывает ажиотаж вокруг себя.

На данный момент путешественники во времени привлекали больше внимания, чем поп-звезды и влиятельные люди в социальных сетях.

В последнее время даже концерты Ван Фэна, известного певца, не могли попасть в десятку самых популярных поисковых запросов. Интернет попросту заполонили запросы о путешественниках во времени.

Цин Чэнь в глубине души был рад, что решил держатся в тени.

Не говоря уже о том, что если бы из-за этого возникли дополнительные опасности, то внимание СМИ просто свело бы его с ума.

Прямо под этой новостью внимание Цин Чэна привлекла еще одна статья. Это было новое видео Хэ Сяосяо.

Он вернулся в класс и поискал имя Хэ Сяосяо в TikTok-е. Видео все также проигрывалось на черном фоне с белыми субтитрами поверх: - Сегодня я сделаю краткий обзор запретных земель, примечательной внутриигровой особенности.

- Во Внутреннем Мире на данный момент существует 139 запретных земель, разбросанных по дикой местности. Конечно, есть и недавно образованные, которые еще не вошли в официальную базу данных.

- Судя по доступной информации, образование этих запретных земель было неразрывно связано с экстраординарными...

- Многие передовые биотехнологии, существующие во Внутреннем Мире, произошли из запретных земель. Если вы сможете найти что-то новое в запретных землях, вполне вероятно, что вы сможете получить большое денежное вознаграждение от пяти крупных семей.

- Сами запретные земли - опасное место. Я настоятельно рекомендую игрокам объединится в небольшие группы перед входом в эти места.

Цин Чэнь молча просмотрел весь ролик. На этот раз его знания опередили знания Хэ Сяосяо.

Он заметил, что в этом видео Хэ Сяосяо снова призывал людей объединяться в группы.

И это было действительно полезное напоминание.

- Цин Чэнь, смотри. - Подтолкнул его локтем Нан Генчэн.

Тот поднял голову и увидел двух незнакомых девушек, стоящих перед дверью их класса.

Обе девушки были примерно одного роста, и обладали уникальным шармом.

Одна из них была одета в черно-белую бейсбольную футболку с узкими джинсами.

Другая была одета в свободную футболку с длинными рукавами, и выглядела более непринужденно первой.

Нан Генчэн был в оцепенении, глядя на девушек. Учитель математики Тянь Хайлун поднялся на трибуну и сказал: - Сегодня у меня для вас две новости. Во-первых, ваша классная руководительница, госпожа Ду, сейчас не может вести уроки, поэтому я заменю ее до ее возвращения.

- Вторая новость заключается в том, что в ваш класс перевели два новых ученика. Я надеюсь, что вы поможете им адаптироваться в нашей школе. Что касаемо их имен, то пусть они представятся.

Девушка в бейсбольной футболке вышла первой и с улыбкой сказала: - Всем привет, меня зовут Ван Юн, и я из города Хай.

Другая девушка ответила: - Меня зовут Бай Ваньэр, и я тоже из города Хай. Надеюсь мы поладим.

В классе раздались громкие аплодисменты, громче всех естественно аплодировал Нан Генчэн.

Учитель Тянь Хайлун оглядел класс, указал на пустое место рядом с Цин Чэнь и Нан Генчэнем и сказал: - Посидите пока там. Цин Чэнь - лучший ученик в классе, так что если у вас двоих возникнут вопросы, вы можете обратиться к нему. Кто-нибудь хочет помочь мне принести стулья и парты из кладовой?

Как только учитель спросил об этом, пару парней быстро встали.

Один из них освободил свой стол и поставил его рядом с Цин Чэном и Нан Генчэном, а затем сказал Ван Юн: - Можешь для начала воспользоваться моим.

Ван Юн улыбнулась и спросила: - А как же ты?

Тот ответил: - Не беспокойся обо мне. Я принесу себе парту из кладовой.

Цин Чэнь не мог не похвалить социальную осведомленность своего одноклассника.

Ван Юн поблагодарила его и села рядом с Нан Генчэнем.

Как раз в тот момент, когда Нан Генчэн собирался обрадоваться тому, что рядом с ним сидит красивая девушка, Ван Юн сказала то, что погасило его волнение: - Эй... ты знаешь Лю Дэчжу?

- Эй, ты знаешь Лю Дэчжу?

Хватило миллисекунды, чтобы этот вопрос пронзил сердце Нан Генчэна.

С двумя красивыми девушками, пришедшими в его класс, Нан Генчэн уже был готов пригласить одну из них на свидание.

Но тут... такое.

Как будто купидон выпустил стрелу любви, но промазал. А когда он увидел, что стрела приближается к нему, то тут же превратил ее в ничто...

Это было слишком резко.

Прошло много времени, прежде чем Нан Генчэн ответил: - Я не очень хорошо его знаю... но я могу как-нибудь с ним встретиться.

Ван Юн улыбнулась и больше ничего не сказала. Она начала складывать свои вещи на столе.

Обе девушки не взяли с собой в школу много вещей, только необходимые учебники и некоторые обычные школьные принадлежности.

Цин Чэнь увидел бренд на их рубашках, но не узнал ни одну из них.

Хотя его база знаний была обширной, он, естественно, не запоминал вещи из предмета роскоши, так как никогда не думал, что они ему пригодятся.

Цин Чэню хватило одного урока, чтобы понять, что Ван Юн и Бай Ваньэр были путешественниками во времени, и они пришли в эту школу только для того, чтобы встретиться с Лю Дэчжу.

Всего за 45 минут Ван Юн 6 раз взглянула на свою руку, в то время как Бай Ваньэр - 5 раз. Они смотрели в то место, где показывался обратный отсчет.

Более очевидно, что Нан Генчэн посмотрел на свою руку 21 раз.

После уроков Ван Юн и Бай Ваньэр пошли в коридор, где их уже ждали два ученика.

Этих двоих Цин Чэнь никогда раньше не встречал. Один из них был высоким и носил очки в золотой оправе, и походил на типично богатого ребенка.

Другой выглядел менее вульгарно и носил очки в черной оправе.

Они стояли в коридоре и что-то обсуждали между собой, привлекая многочисленные взгляды проходящих мимо учеников.

На этаже, где учился Цин Чэнь, было шесть классов с 452 учениками.

Но эти четыре человека стояли в коридоре так, что невольно привлекли внимание всего этажа.

Парень в очках в золотой оправе казался лидером среди них, потому что он больше всех говорил, а остальные трое кидали, и слушали.

Вдруг в класс торопливо вошел Нан Генчэн и сказал очень низким голосом: - Эти четверо пришли сюда вместе. Я также узнал от своего друга, что эти два парня перешли в соседний класс.

- Хорошо, - Сказал Цин Чэнь, - Что еще ты узнал?

- Того, кто носит золотые очки, зовут Ху Сяонью, и мой друг сказал, что это он лично привез остальных в школу сегодня утром, - Ответил Нан Генчэн, - Другого зовут Чжан Тяньчжэнь.

- Привез остальных? - Цин Чэнь был немного удивлен.

Такие бедные ученики, как они, никогда не видели ученика, который приезжал бы в школу на личном автомобиле. Разве такое обычно не существует в драме или телешоу?

Но Цин Чэнь невольно почувствовал, что все больше и больше людей будут приходить за Лю Дэчжу, а еще больше будут приходить только ради имени Ли Шутонга.

Для Лю Дэчжу это было лишь началом водоворота, который притягивал все больше и больше путешественников во времени в этот город.

В течение всего дня Ван Юн и Бай Ваньэр мало общались с другими учениками. Как только закончивались уроки, они шли в коридор и болтали с Ху Сяонью и Чжан Тяньчжэнем.

Они даже не дали другим ученикам ни малейшей возможности поговорить с ними.

В течение дня обе девушки разговаривали только с Нан Генчэнем, спрашивая имена учителей, ситуацию в школе и подробности о предмете, который они проходили в классе.

Что касается Цин Чэна, то они даже не удосужились поговорить с ним ни разу.

Цин Чэнь также мог сказать, что эти две девушки были зубрилами от мозга костей.

Бай Ваньэр в какой-то момент достала задачник 2021 TOEFL, который Цин Чэнь как раз проходил.

Ван Юн, с другой стороны, была занята решением задач по физике, не обращая особого внимания на занятия. Некоторые из задач, которые она решала, Цин Чэнь никогда раньше не видел, и вероятно, эти задачи были опубликованы частными школами или компаниями.

Когда Цин Чэнь пошел в туалет во время перемены, он краем уха услышал, как эти четверо переговаривались между собой на английском.

Вероятно, они делали это для того, чтобы другие их не поняли.

Цин Чэнь не мог находиться рядом с ними слишком долго, но он все же услышал несколько ключевых фраз, таких как путешественники во времени, переселение и как попасть из города 7 в город 18.

Когда настало время послеобеденого самообучения, Цин Чэнь шепотом сказал Нан Генчэну: - Я пошел. Сообщи мне, если что-то произойдет в школе.

Ван Юн и Бай Ваньэр посмотрели на уходящего Цин Чэна. Одна из них спросила: - Он вот так просто ушел?

- Ага, - Ответил Нан Генчэн, как будто в этом не было ничего необычного.

- Разве он не лучший ученик? Почему он прогуливает занятия? - С любопытством спросила Бай Ваньэр.

- Можешь считать это привилегией лучшего ученика. Ты сама видела, что учитель не остановил его.

Как только он это сказал, то увидел, как Ван Юн и Бай Ваньэр начали собирать свои вещи и покинули класс.

В результате Нан Генчэн остался один, сидя на последнем ряду.

Глядя на заходящее солнце за окном, он вдруг почувствовал себя немного одиноким...

...

Цин Чэнь вернулся домой, и собирался переодеться в другую одежду, которую он раньше не носил... он хотел наконец-то продать золото, полученное от Лу Гуаньи.

Дыхательная техника, которой он научился, требовала слишком много энергии, поэтому он должен был позволить себе купить достаточно еды.

Однако он все еще не был уверен, будет ли золото Внутреннего Мира отличаться от золота во Внешнем Мире.

Вчера он проверил золото с помощью воды и обнаружил, что плотность золота такая же, как и во Внешнем Мире.

Метод заключался в том, чтобы просто подержать золото в воде, определить его объем и разделить его на массу. Очень простой эксперимент, который он мог провести у себя дома.

При стандартных температурах плотность золота должна составлять 19,23 грамма на кубический сантиметр.

Если плотность золота не отличалась от этого значения, то можно было предположить, что это настоящее золото.

Подготовив все необходимое, он взял рюкзак и собрался выйти из квартиры, пока вдруг не увидел Ван Юн, Бай Ваньэр, Ху Сяонью и Чжан Тяньчжэня в коридоре.

"А вот и новые соседи."

Ван Юн и Бай Ваньэр жили в квартире на втором этаже, напротив Цзян Сюэ.

Ху Сяонью и Чжан Тяньчжэнь жили напротив него.

Он уже догадался, что они должно быть пришли за Лю Дэчжу, но похоже, они также хотели встретиться с Цзян Сюэ, и потому поселились здесь.

Это была единственная логичная причина, по которой они решили остановиться в этом старом, разваливающемся доме.

Увидев Цин Чэнь, Ван Юн улыбнулась и сказала: - Я и не думала, что ты тоже здесь живешь.

Ху Сяонью, поправив золотые очки, спросил: - Это?...

- Одноклассник из моего класса, - Объяснила Ван Юн, - Я слышала от учителя, что он лучший ученик класса.

Ху Сяонью посмотрел на Цин Чэня и сказал: - Приятно познакомиться, меня зовут Ху Сяонью, надеюсь, мы поладим.

- Как и мне, - Спокойно кивнул Цин Чэнь, - Рад, что отныне станем соседями.

Договорив, он покинул дом и исчез под покровом ночи.

Ху Сяонью смотрел на спину уходящего Цин Чэня, и вдруг почувствовал что-то знакомое.

Дело было не в том, что он раньше встречался с Цин Чэнем, а скорее дело было в его поведение.

Это было естественное высокомерие и напускная вежливость, которую они раньше демонстрировали другим ученикам.

Удивленный Ху Сяонью, сказал: - Тебе не кажется это странным?

Чжан Тяньчжэнь ответил: - Бай Ваньэр и Ван Юн обе красивые девушки и являются его новыми соседками, но он, кажется, не проявил никакого интереса к разговору с ними.

- В точку, - Кивнула Ван Юн, - Не то, что большинство приставучих парней.

- Я спросила о нем у Нан Генчэна, его соседа по парте. Он сказал, что в последние годы он всегда был в тройке лучших учеников в классе. И наверное, для него естественно быть немного высокомерным. - Бай Ваньэр добавила, улыбаясь: - В нашей старой школе были и свои чудаки.

Ху Сяонью улыбнулся и покачал головой: - Может он и лучший ученик в маленьком городе, но ему не сравниться с учениками из нашей школы.

На самом деле, Ху Сяонью говорил это не для того, чтобы посмеяться над жителями города Ло, но правда заключалась в том, что образовательные ресурсы в городах высшего класса были намного богаче, чем в маленьких городах.

Ученики маленьких городов могли лишь читать по-английски, но даже ученики школы иностранных языков города Ло не могли хорошо говорить и переводить на слух английски.

Однако в больших городах любой ученик мог говорить по-английски почти в совершенстве.

Это было похоже на жизнь в двух разных мирах.

- Неважно. Мы будем просто соседями, - Сказала Ван Юн, - Давайте поговорим внутри.

Пока она говорила, она уже открыла дверь в квартиру Ху Сяонью.

Рабочие давно ушли, и квартира выглядела совсем как новая.

В интерьере было сделано не так много, в основном из-за небольшого времени, но они все же успели поменять полы в большинстве комнат, а стены покрыли защитным материалом и оклеили новыми обоями.

Для них четверых этого было едва достаточно, чтобы удовлетворить их уровень жизни.

- Знаешь, мы могли бы просто остановиться в гостинице, зачем сюда приезжать? Наша общая цель - Лю Дэчжу, а Цзян Сюэ, насколько я могу судить, ничем особенным не выделяется, - Сказала Бай Ваньэр.

Ху Сяонью ответил: - Не будь такой недальновидной. Раз уж мы решили покинуть город 7 и отправиться в город 18, мы должны постараться завести больше знакомых, которые живут в этом городе. Разве ты не слышала рекомендации Хэ Сяосяо? Мы должны объединиться в группы.

Ван Юн все еще сомневалась: - Почему ты предлагаешь наладить хорошие отношения с Лю Дэчжу? На мой взгляд, совершенно нормально купить информацию и ресурсы у него напрямую.

Чжан Тяньчжэнь покачал головой: - Раз уж мы решили приехать в город Ло, то должны быть готовы к тому, что придется перенести некоторые трудности. Это то, о чем мы с Сяонью договорились с самого начала. Здесь, в городе 18, мы еще не создали фундамент, а потому все, что мы можем сделать, это использовать нашу силу из Внешнего Мира, чтобы повлиять на Внутренний Мир.

Ху Сяонью был лидером их группы. Он кивнул и сказал: - Нам нужно сохранить хорошие отношения с Лю Дэчжу, поэтому всем следует воздержаться от своих привычек и смешаться с учениками. Хотя без денег мы ничего не можем сделать, но и с деньгами мы не можем получить все. Мы должны понимать, что есть много людей, у которых больше денег, чем у нас, поэтому, как только они начнут вливать деньги, чтобы купить помощь у Лю Дэчжу, отношения между ними станут не искренними.

- Кстати, как у вас там дела? Мы планировали, что будем в одном классе, но нам не разрешили, потому что класс переполнен. - Сказала Ван Юн.

Ху Сяоню ответил: - С Лю Дэчжу довольно легко общаться, но он не многое рассказал о Внутреннем Мире.

Чжан Тяньчжэнь добавил: - Да, с ним легко общаться, но получить от него что либо невозможно. Может он и выглядит глупым, но на самом деле он довольно умный.

- Да, это хорошее сравнение, - Заключил Ху Сяонью.

- О, - Внезапно вспомнила Ван Юнь, - Вы слышали, что Яньяо тоже планирует перевестись.

- Яньяо? - Остальные были шокированы.

Имя было простым и понятным, но по их реакции было легко понять, что оно имеет свое уникальное положение в городе Хай.

Чжан Тяньчжэнь сказал: - Подожди, я помню, что бабушка и дедушка Яньяо живут здесь, в городе Ло. Может ли она оказаться в той же школе, что и мы?

- Давайте поговорим об этом позже. Тем более я не слышал, чтобы Яньяо являлась переселенцем, - Сказал Ху Сяоньюй, - Пойдемте для начала навестим наших новых соседей.

Сказав это, он достал изящную коробку с чем-то внутри, и все вместе направились наверх.

-Тук-тук-тук. Ху Сяоню постучал в дверь.

Изнутри послышался голос: - Сяо Юнь, открой дверь. Может быть Цин Чэнь пришел.

Вскоре раздался приятный голос сяо Юнь: - Брат Чэнь, я иду.

Дверь открылась.

Ван Юн улыбнулась маленькой девочке и сказала: - Привет, мы...

С грохотом дверь закрылась. Ли Тунъюнь сказала изнутри: - Мама, это не брат Чэнь.

- А кто тогда?

Ли Тунъюнь ответила: - Рекламщики.

Дверь квартиры не была звуконепроницаемой, поэтому Ху Сяонью мог четко слышать воспроизводимый мультфильм по телевизору и предыдущий разговор. Конечно, дверь им больше не открыли.

Ван Юн и Бай Ваньэр посмотрели друг на друга: - Цин Чэнь... почему это имя звучит так знакомо?

Они даже не подозревали, что их соседями в этом доме являются прямой потомок семьи Ли и единственный ученик Ли Шутонга. Они потратили столько усилий, чтобы переехать сюда, но их цель была совершенно неправильной.

...

В это время Цин Чэнь стоял в переулке в северной части города.

Переулок был старым. Здания были в основном в традиционном китайском стиле. Рядом с аллеей все стены были серыми, а сверху была черная кровля.

Когда шел дождь, капли дождя собирались на краях крыши и плавно скатывались на землю.

Возле дверей ломбарда стояли два красных фонаря, а над ними вывеска с надписью: "Скупаем украшения, золото и прочую технику."

В пальто и кепке Цин Чэнь подошел к ломбарду и спросил: - Вы покупаете золото?

Старик, делавший бамбуковую корзину, поднял голову и спросил: - Есть квитанция?

- Нет.

Квитанция - это документ, подтверждающий покупку золота, в котором указывалось, откуда оно взялось.

Обычно в легальных ломбардах всегда просили квитанцию. Если у продавца его не было, большинство магазинов не покупали золото.

Старик подумал полсекунды и сказал: - Без квитанции будет сложно, но я готов купить его за небольшую цену, и не буду спрашивать, откуда ты его взял.

Старик предложил 380 юаней за грамм.

Цин Чэнь подумал и сказал: - Договорились. Я продам 19 грамм.

Это примерно 7220 юаней, и их будет вполне достаточно, чтобы решить большинство проблем, с которыми он сейчас сталкивался.

Цин Чэнь никогда в жизни не держал такие деньги. В начале от также настоял на том, чтобы получить деньги наличными, а не банковским переводом.

Старик сказал: - Редко можно встретить такого осторожного молодого человека, как ты. В следующий раз приходи ко мне снова, и если у тебя появится больше, чем в этот раз. Я в свою очередь подниму для тебя цену на 5 юаней.

Старик, вероятно, решил, что Цин Чэнь вор, но Цин Чэнь не стал его поправлять.

Тот передал деньги Цин Чэну, а затем смотрел, как тот вручную проверяет банкноты одну за другой под светом. Водяные знаки, линии банкнот, цифры и прочие детали не были пропущены при проверке.

Наконец, Цин Чэнь достал две купюры из толстой пачки и сказал: - Пожалуйста, поменяйте эти банкноты.

Старик немного опешил: - Обычно люди просто берут деньги и уходят. Какой же ты все-таки дотошный.

Затем он открыл кассу под прилавком и достал две купюры.

- Если хотите иметь хороший бизнес, не обманывайте людей фальшивыми банкнотами в будущем, - Сказал Цин Чэнь.

- Понял, и приходи еще, - Беспомощно ответил старик.

Цин Чэнь взял деньги и ушел. Старый владелец ломбарда смотрел ему в след, подумав, что этот парень определенно может стать королем воров в один прекрасный день.

Цин Чэнь тем временем сделал большой крюк по окрайне, прежде чем сесть в автобус, и поехать домой.

И прежде чем вернуться, он также прикупил несколько фунтов мяса, десятки яиц и много овощей.

Е Ван сказал ему, что все эти продукты необходимы для его развития.

Когда он подходил к дому, его встретила Ли Тунъюнь, машущий ему со второго этажа.

Цин Чэнь подумал и помахал Ли Тунъюнь в ответ, чтобы та спустилась вниз. Он понял, что у нее есть что сказать ему.

Люди уже знали, что Цзян Сюэ - путешественник во времени, а потому часто обращали внимание на ее окружение, однако Ли Тунъюнь была еще ребенком, и потому, другие обычно не заостряли на ней свое внимание.

Первые слова Ли Тунъюнь, когда она вошла в его комнату, были: - Брат Чэнь, ты знаешь этих людей, которые недавно переехали сюда? Ты говорил с ними?

- Они из города Хай, и приехали к Лю Дэчжу, - Объяснил Цин Чэнь, - Я также слышал, как они разговаривали на английском, и что город Хай должен соответствовать городу 7 во Внутреннем Мире.

- Ты смог понять, что они говорили? - Спросила Ли Тунъюнь, - Ты хорошо знаешь английский?

- Более-менее. - Цин Чэнь не хотел много говорить на эту тему: - Наверное, они решили остаться здесь из-за твоей матери, и вероятно, у них нет власти в городе 7, поэтому они захотели приехать в город 18, чтобы найти новые возможности. Но я думаю, что это еще не все. Возможно, у них даже есть враги в городе 7.

Быть внимательным к своему окружению во Внутреннем Мире - это первое правило, среди путешественников во времени. А иметь врагов в том мире, означало порой смерть.

Если бы это не было связано с неприятностями, эти четверо, вероятно, могли бы просто использовать свою силу во Внешнем Мире, чтобы справиться с недругами и избежать хлопот, связанных с переездом в другой город.

Согласно информации, которую Цин Чэнь нашел в интернете, среди известных путешественников во времени был как минимум один экстраординарный, который являлся лидером банды Лазурных Драконов в городе 7.

Но Ху Сяонью и его группа не обратились к ним за помощью и пришли в город Ло, чтобы найти Лю Дэчжу.

Вероятно, их враги были намного сильнее, чем существующие путешественники во времени в городе Хай.

Ли Тунъюнь немного подумала и сказала: - Город 7 контролируется семьей Чэнь, а город 18 - семьей Ли. Могли ли у них возникнуть проблемы с кем-то из высшего руководства семьи Чэнь?

Цин Чэнь ответил: - Пока не беспокойся об этом. Поскольку они не знают, что я могу понять, о чем они говорят, это будет лишь вопросом времени, когда я узнаю в чем суть их переезда.

- Они что, просто говорят при тебе, предполагая, что ты не понимаешь их? - Спросила Ли Тунъюнь.

Цин Чэнь погладил ее по голове и ответил: - Можно сказать, что они не такие умные, как ты.

В это время Ли Тунъюнь забежала в ванную комнату Цин Чэнь, взяла одежду, в которую он недавно переоделся, и выбежала за дверь. Перед тем как уйти, она сказала: - Мама сказала мне забрать твою одежду. Я просто делаю то, что мне велели.

Затем Ли Тунъюнь скрылась наверху...

Цин Чэнь улыбнулся; оглядев свою пустую квартиру, он снова начал тренироваться.

В его жизни никто не подбадривал его, и никто не говорил ему, что делать.

Цин Чэнь мог только приказать себе не оглядываться назад и продолжать идти вперед.

Он не раз слышал, что существа, которые были одиноки, становились либо богами, либо монстрами.

И если он не может стать богом, то ему придется стать монстром.

...

Пять дней до окончания отсчета.

Сегодня Цин Чэнь пришел в школу рано, потому что хотел поменяться местами с Нан Генчэном, и быть рядом с Ван Юн.

Когда Нан Генчэн садился на его место, он не мог не улыбнуться во весь рот и сказать: - Вот оно что. Надо было сказать мне раньше, и я бы поменялся с тобой еще вчера!

Цин Чэнь в ответ, спокойно посмотрел на него.

Он хотел оказаться рядом с Ван Юн, чтобы подслушать их разговор.

Но было бы лучше, если бы все думали так, как он.

В таком случае они не будут так осторожны в разговоре и не будут обращать на него внимания.

Видя, что Цин Чэнь молчит, Нан Генчэн решил, что засмущал своего друга, и потому быстро сменил тему: - Вчера в групповой чат переселенцев зашла гадалка...

Цин Чэнь прервал его: - Ты попросил предсказать свое будущее у нее?

- Конечно, поскольку это стоило всего 5 юаней, - Ответил Нан Генчэн, - Она сказала, что до 65 лет я сильно разбогатею, и мне этой суммы хватит на всю оставшуюся жизнь.

Цин Чэнь подметил: - Возможно, это будут бумажные деньги, которые твои дети сожгут для тебя. (*это традиция - сжигать бумажные (фальшивые) деньги для людей, которые ушли из жизни, чтобы они могли использовать их в своей загробной жизни.)

Нан Генчэн: - ...???

Цин Чэнь вздыхая произнес: - Я рекомендую тебе немедленно покинуть этот групповой чат. Там же кругом мошенники.

- А что, если один из них не настоящий мошенник? - Возразил Нан Генчэн.

Пока они перепирались, пришли Ван Юн и Бай Ваньэр.

И увидев, что Цин Чэнь и Нан Генчэн поменялись местами, они немного удивились.

- Почему они поменялись? - Спросила Бай Ваньэр по-английски, идя на свое место.

Ван Юн улыбнулась: - Кто знает, просто не обращай на него внимания.

- Стой, - Бай Ваньэр вдруг спросила, - Разве учитель не сказал, что он лучший ученик? С чего бы ему сидеть рядом с нами?

Ван Юн посмотрела на Цин Чэна.

Она увидела, что Цин Чэнь очень сосредоточен на задаче по математике, и он не прекращал работать, пока они разговаривали.

Ван Юн, лучшая ученица из города Хай, заглянула через плечо Цин Чэна и увидела, что все его вычисления были правильными; он не просто притворялся, что решает задачи.

Ван Юн сказала: - Наш учитель сказал, что даже лучшие ученики из маленьких городов испытывают трудности с иностранным языком. Да и тем более, для нормального человека невозможно одновременно слушать, и что-то делать.

- Ты наверное права... - Кивнула Бай Ваньэр.

Вдруг Ван Юн обеспокоенно сказала: - Ты веришь в то, что сказал Ху Сяонью? Я не думаю, что мы сможем сбежать от Чэнь Лэйоу, просто приехав в город 18.

Бай Ваньэр покачала головой: - Я не знаю. Посмотрим со временем.

Через десять минут эти двое, наконец, перестали разговаривать, и Цин Чэнь тоже остановился решать задачи.

"Действительно, у этих четверых есть общий враг."

Его догадка оказалась верной.

И конечно, Ван Юн не ошиблась насчет своих слов.

Даже для таких людей, как Цин Чэнь, было трудно одновременно сосредоточиться на математике и разговоре.

Но он отличался от других тем, что мог вспомнить все, что произошло когда-то.

Жизнь нельзя повторить, но ее можно воспроизвести.

Во время перемены между уроками Ван Юн, Бай Ваньэр, Ху Сяонью и Чжан Тяньчжэнь снова встретились в коридоре.

Все ученики, проходившие мимо них, были одеты в официальную школьную форму, но так как эти четверо не получили форму, они все еще носили свою, что делало их очень заметными в толпе.

Однако ученики, проходившие мимо, держались от них на расстоянии.

Это примерно сравнимо с тем, как никто не решается сесть с красивой девушкой в автобусе, если не останется свободных мест.

Ху Сяонью бросил быстрый взгляд на свои золотые часы. До начала следующего урока оставалось еще 8 минут: - В вашем классе есть что-нибудь подозрительное?

Бай Ваньэр посмотрела на Ван Юн и сказала: - Ничего особенного, просто одноклассник поменялся местами, чтобы сесть рядом с Ван Юн.

- Эй, - Ван Юн хлопнула по руке Бай Ваньэр, - Не говори так. Вдруг он просто решил поменяться местами?

- Тебе ли не знать? - Сказала Бай Ванбэр мягким тоном.

Ху Сяонью вдруг спросил: - Ты уверена, что он не поменялся местами, потому что догадался, что вы двое - путешественники во времени?

На самом деле, он прекрасно осознавал, что парни не стали бы проявлять инициативу и меняться местами рядом с понравившейся девочкой в первый же день.

Поэтому Ху Сяонью отреагировал подозрительно.

Бай Ваньэр и Ван Юн посмотрели друг на друга: - Да брось.

- Вы должны наконец понять, что мы находимся в городе Ло. Это один из 19 городов, в которых больше всего появлялось путешественников во времени. Не будет ничего удивительного, если один из наших или ваших одноклассников окажется путешественником во времени, - Проанализировал Ху Сяонью, - Вам нужно быть осторожнее. Вдруг он может понять, о чем вы говорите? Если да, то у нас будут большие проблемы.

- Не нагнетай, - Сказала Ван Юн, - Пока мы разговаривали во время урока, он не прекращал решать задачи по математике.

- Как насчет этого, - Сказал Ху Сяонью, - Вы двое пойдете и понаблюдаете, есть ли у него склонность смотреть на свою руку. Люди, у которых появился обратный отсчет на руке, не смогут удержаться от соблазна посмотреть на свою руку. От этой привычки можно будет избавиться, только привыкнув к ней за долгое время.

Ван Юн подумала и сказала: - Хорошо, я присмотрю за этим.

После следующего урока они снова собрались в коридоре.

- Ну?

Ван Юн покачала головой: - За весь урок он ни разу не взглянул на свою руку, даже когда просто смотрел в пустоту от нечего делать.

Ху Сяонью немного расслабился, но Чжан Тяньчжэнь спросил: - Может, он догадался, что мы будем наблюдать за ним, поэтому специально не смотрел на руку?

Ху Сяонью ответил: - Давайте пока предположим, что он не путешественник во времени. Обычные подростки не будут такими терпеливыми и внимательными. Однако если он такой, как ты его описал, то это ужасно.

Чжан Тяньчжэнь сказал: - Есть еще вариант, что ему и правда понравилась Ван Юн.

- Что насчет вашего класса? Есть прогресс? - Спросила Ван Юн, перебивая его реплику.

- Не-а. - Ху Сяонью покачал головой: - Лю Дэчжу слишком хорошо притворяется. Думаю, нам нужно провести с ним больше времени и наладить хорошие отношения.

- Может, начнем с Цзян Сюэ? - Спросил Чжан Тяньчжэнь, - Так мы хотя бы начнем понемногу узнавать о городе 18 до того, как окажемся там.

- Думаю, это пока наша единственная надежда, но, с ней и ее дочерью не так-то просто поладить, - Сказала Бай Ваньэр, - Погодите, я вспомнила, что на днях девочка сказала что-то про брата Цин Чэна. Это, должно быть, тот самый парень, который сидит рядом с нами. Они должны быть очень близки.

- Тогда почему бы не начать с Цин Чэна? - Спросил Чжан Тяньчжэнь.

- Хорошая идея. Давайте используем Цин Чэна, чтобы познакомиться с Цзян Сюэ. - Ван Юн кивнула.

...

После второго урока Цин Чэнь смотрел на свой телефон, ища как можно больше информации о путешественниках во времени.

Как раз когда он сосредоточился на статье, он услышал: - Цин Чэнь, Нан Генчэн, вот вы где. Мы принесли вам немного воды.

Нан Генчэн повернулся и увидел бутылку воды, которую только недавно достали из холодильника. На ней даже были капельки воды по краям.

Ему показалось, что из-за воды, руки Бай Ваньэр выглядели еще белее, чем раньше.

Многие одноклассники посмотрели в их сторону, думая, как Цин Чэнь и Нан Генчэн смогли так хорошо сблизиться с новыми одноклассницами.

Девочки даже купили им воду!

Нан Генчэн нерешительно спросил: - Это... для меня?

Бай Ваньэр улыбнулась и ответила: - Конечно.

- Спасибо! - Нан Генчэн был взволнован.

Цин Чэнь, напротив, все еще смотрел в свой телефон, как будто все это не имело к нему никакого отношения.

Он просматривал новости: "Полиция успешно уничтожила незаконную базу по торговле людьми и спасла по меньшей мере 12 путешественников во времени, которые были идентифицированы в интернете..."

Среди этих людей был известный влиятельный человек.

Из новостей сообщалось, что преступники похитили жертв на заброшенный завод в отдаленном районе и использовали различные бесчеловечные методы, чтобы получить информацию о их личностях во Внутреннем Мире.

Затем преступники заставили жертв перевезти лекарства из Внутреннего Мира и угрожали убить членов их семей, если они этого не сделают.

На месте преступления сотрудники правоохранительных органов изъяли большое количество наркотиков со всего мира, большинство из которых были генетическими препаратами.

Два генетических препарата, обнаруженные на месте преступления, могли не только улучшить телосложение, но и лечить генетические заболевания, включая наследственную врожденную глухоту и наследственный врожденный порок сердца.

В настоящее время правоохранительные органы арестовали 4 подозреваемых, еще 9 находятся на свободе. Согласно признанию арестованных подозреваемых, все 9 человек были путешественниками во времени.

Это была ошеломляющая новость.

Сначала большинство людей думали, что такие незаконные действия происходят в основном в зарубежных странах, но теперь это стало происходить и рядом с их домами.

Возможно, теперь люди дважды подумают, прежде чем раскрыть свою личность путешественника во времени.

Каждый путешественник во времени должен оставаться скрытым, чтобы быть в безопасности.

Казалось, что все прячутся в темном лесу, где все хотят выжить, и никто не знает, когда может прийти следующая опасность.

- Цин Чэнь? - Прождав долгое время и не получив ответа, Ван Юн спросила снова.

Цин Чэнь пришел в себя и сказал: - Спасибо. Но в следующий раз не нужно быть такой доброжелательной.

- Мы ведь соседи, верно? Мы будем часто видеться в будущем. - Ван Юн улыбнулась, садясь на свое место.

Одноклассники были шокированы, услышав это. Что происходит? Цин Чэнь - сосед этих двух девушек?

Цин Чэнь спокойно сидел на своем месте и сразу понял, что она пытается сделать.

Он не обращал внимания на восхищенные взгляды других одноклассников, а начал анализировать личности Ван Юн и Бай Ваньэр.

Получив элитное образование, эти люди преждевременно увидели истинный облик мира и имели собственные планы на будущее.

Однако они никогда не испытывали страданий. Они учились у взрослых в больших городах, но не проходили испытания обществом.

Так, несколько часов назад они все еще игнорировали его, а теперь пытались подружиться с ним. Такое ни на ком не сработает.

Ван Юн улыбнулась: - Что читаешь? Ты даже не услышал меня в первый раз.

Сказав это, девушка наклонилась, чтобы посмотреть на его телефон, и когда она подошла ближе, в нос Цин Чэна ударил запах духов.

Казалось, она сделала это специально.

Но когда девушка увидела новости в его телефоне, ее тело замерло.

Это новость, касалась всех путешественников во времени и была предупреждением. Если человек не будет достаточно осторожен, он может оказаться в той же ситуации, что и эти жертвы из новостей...

И стать перевозчиком товаров.

Когда-то купцы продавали товары с юга на север и с севера на юг.

Но теперь, с резкими появлением Внутреннего Мира, существует слишком много вещей, которые можно перепродать.

Единственное, что ограничивало этот бизнес, - эффективность транспортировки.

Сейчас, если человек не хотел быть чьим-то мулом, он должен стать достаточно сильным.

Или просто не раскрывать себя как переселенца.

Сейчас, когда Цин Чэнь размышлял об этом, он подумал, что люди, напавшие на Цзян Сюэ, тоже, должно быть, так думали.

В этот момент Ван Юн медленно оправилась от шока.

Одноклассники тем временем также начали обращать внимание на эту новость и забыли про то, что Цин Чэнь и переведеные ученики стали соседями.

Но большинство из них обсуждали это просто ради забавы; к ним это не имело никакого отношения.

Цин Чэнь заметил, что в конце новости сообщили, что преступная группа использовала цифровую валюту для совершения сделок, и пока полиции удалось отследить лишь информацию о покупателе.

Кое-что вспомнив, он встал и направился к старосте класса, чтобы заплатить за свои и Нан Генчэна учебники.

Дело было не в том, что Цин Чэнь чувствовал себя щедрым, а в том, что первое, о чем подумал его друг став переселенцем, это пригласить его на ужин после того, как он разбогатеет. Поэтому не имело значения, если сейчас он заплатит за него.

Когда Нан Генчэн увидел это, он чуть не расплакался и пообещал вернуть деньги после возвращения мамы.

Время шло, и новости о преступниках на свободе быстро распространялись по стране, затрагивая каждого путешественника во времени в частности.

...

Тем же временем, молодой человек в черном плаще прогуливался по переулку возле двора Лицзин.

Согласно историческим записям, двор Лицзин был построен во времена династии Суй. В нем были надвратная башня, строения, башни лучников, стены и рвы. Сейчас это было известное историческое место в городе Ло.

Солнцезащитные очки молодого человека и его блестящие черные туфли выглядели крайне несовместимо с окружающими его древними постройками.

Он был похож на человека, который попал в прошлое и гулял по истории.

Так как во дворе было пусто, звук его шагов отчетливо отдавался эхом от зданий.

Впереди него было здание, над входом которой висела табличка. На ней было написано слово: Куньлунь.

Молодой человек поднял кольцо на двери и постучал. Чуть погоды из-за двери выглянул человек и подозрительно посмотрел на молодого человека: - Кто?

Молодой человек снял солнцезащитные очки и улыбнулся: - Он Цзиньцю, из Цзю Чжоу.

Однако человек сразу же закрыл дверь: - Босс, это Он Цзиньцю из Цзю Чжоу.

Спустя некоторое время красная дверь снова открылась, и более дюжины мужчин вышли и встали по краям двора, глядя на Он Цзиньцю с серьезным видом.

Он Цзиньцю улыбнулся: - Да что вы меня так боитесь? Где мистер Чжэн?

- Босс еще не вернулся, - Ответил Лу Юань с улыбкой, - Пожалуйста, проходите. Я думаю, что босс скоро вернется.

Он Цзиньцю не стал медлить и направился во внутрь, расположившись на кресле в центре комнаты: - Эта традиционная китайская мебель такая жесткая, и неудобная. Слушай... есть ли у вас вино? Я не пью чай.

Пока он говорил, члены Куньлуня посмотрели друг на друга. Увидев, что Он Цзиньцю только что сел на место Чжэн Юаньдуна, кто-то хотел выйти и что-то сказать, но Лу Юань остановил его.

- Вина? У нас его много. - Громкий и чистый голос Чжэн Юаньдуна донесся снаружи: - У нас есть вино и мясо для гостей, а также пули и ружья для зверей.

Он Цзиньцю поправил свой черный плащ, но не встал: - Позавчера я пригласил господина Чжэна на встречу, но вы отказались, поэтому мне пришлось лететь сюда из столицы.

- К чему такая спешка? - Спросил Чжэн Юаньдун, присаживаясь на другое кресло. Он был одет в традиционный костюм, который плотно скрывал его механические протезы.

Он Цзиньцю сказал: - Господин Чжэн, должно быть, видел новости.

- Да, я знаю, что вы спасли 12 путешественников во времени, - Кивнул Чжэн Юаньдун, - Но вам ведь не обязательно проделывать весь этот путь сюда, чтобы просить похвалы?

- Похвала не нужна, но я хочу спросить, рассмотрели ли вы мое предложение? - Он Цзиньцю спокойно ответил: - Сейчас, людей в Куньлуне становится все меньше и меньше, а это прямо противоположно тому, что сейчас нужно миру. Количество путешественников во времени в стране увеличивается, но с вашими силами вы не сможете многого сделать.

- У нас разное мировоззрение, - Сказал Чжэн Юаньдун, - Вы хотите подчинить всех путешественников во времени под свой контроль, но я не думаю, что в этом есть необходимость, поскольку разношерстная группа - не есть хорошо.

- Но понимаете ли вы, скольким людям будет нанесен вред, если их просто так оставить? То, что произошло сегодня - хороший тому пример. - Голос Он Цзиньцю стал суровым: - Если вы не соберете всех и не расскажете им о реальной стороне Внутреннего Мира, они никогда не поймут, что находятся в опасности!

Чжэн Юаньдун не ответил на вопрос, а задал встречный: - Это вы Хэ Сяосяо?

Он Цзиньцю помолчал пару секунд и улыбнулся: - А вы как думаете?

Чжэн Юаньдун встал с места и сказал: - К чему вы движетесь по итогу? К власти или все для народа?

Он Цзиньцю также встал и направился к выходу: - Думаю, вы знаете ответы на свои вопросы. Что касается того, к чему я движусь, то вы узнаете об этом чуть позже.

Члены Куньлуня, окружавшие двор, расступились в стороны, давая ему дорогу к выходу.

Чжэн Юаньдун снова заговорил: - Я надеюсь, что когда мы столкнемся с общим врагом, вы и я сможем сражаться на одной стороне.

Он Цзиньцю сделал небольшую паузу: - Можете рассчитывать на меня, глава Куньлунь.

Молодой глава Цзю Чжоу вышел на пустую аллею.

...

Во второй половине дня, не успело внимание людей отвлечься от предыдущей новости, как еще одна новость о Хэ Сяосяо быстро поднялась в тренде.

В своем видео Хэ Сяосяо сказал: - В связи с неопределенностью и опасностью последних событий, я рекомендую всем игрокам, которые вошли в публичную бету, быть очень осторожными.

- Внутренний Мир - очень реалистичная игра, которая может изменить вашу жизнь, но если вы там погибнете, то у вас не будет второго шанса.

- Сейчас я работаю над созданием приватного чата для всех путешественников во времени, чтобы безопасно обсуждать новости полученные во Внутреннем Мире. После завершения всех технических аспектов любой путешественник во времени сможет присоединиться и поделиться своей информацией, которая поможет многим.

- Для обеспечения безопасности участников чата, система обмена сообщениями будет иметь 12 активных крепостей данных для защиты личной информации каждого.

- После того, как чат будет создан, мои видео будут доступны только членам чата.

Эта новость вызвала бурную реакцию во всей стране.

Цин Чэнь нахмурился. Кто был этот Хэ Сяосяо, и что дало ему уверенность в том, что он может пригласить в групповой чат всех путешественников во времени?

Он примерно понял, что Хэ Сяосяо, должно быть, получил из Внутреннего Мира какую-то технологию, позволяющую стереть личность человека из интернета.

Однако большинство людей переселялись лишь на короткое время, в таком случае когда Хэ Сяосяо успел получить такую технологию?

Тем более что оборудование, способное создать крепость данных, наверняка не маленького размера... как он мог привезти его оттуда?

Или...

...возможно, Хэ Сяосяо это не один человек.

Одному человеку было бы сложно перенести сложное оборудование, но если говорить о группе людей...

Цин Чэнь не очень хорошо разбирался в информационных технологиях, так что, похоже, он мог только пойти и спросить об этом Ли Шутонга.

Он все равно не стал бы присоединяться к такому групповому чату, даже если бы он был полезен... если только он не нашел бы способ остаться незамеченным.

Хэ Сяосяо только упомянул, что информация об участниках чата будет находиться в безопасности от посторонних, но сам Хэ Сяосяо мог спокойно получить всю информацию о пользователях.

Этот групповой чат был похож на клетку с крабами, а Хэ Сяосяо был охотником на крабов.

Ему нужно было просто сидеть на месте, бросая в воду клетки для крабов, и время от времени вытягивать их.

В тот вечер Цин Чэнь снова пропустил занятия.

Сначала он пошел купить в пекарне торт для Ли Тунъюнь, а затем прикупил фрукты и овощи на рынке.

В последние дни он часто бывал в гостях у Цзян Сюэ, поэтому решил, что не стоит все время ходить с пустыми руками.

Идя по району к дому, Цин Чэнь несколько раз осмотрелся, чтобы убедиться, что за ним не следят папарацци.

Из 30 или более путешественников во времени в городе Ло, которые на данный момент были известны, Цзян Сюэ казалась одной из самых осторожных и не привлекала особого внимания.

Когда он постучал в дверь квартиры Цзян Сюэ, Цин Чэнь услышал, как Ли Тунъюнь радостно воскликнула изнутри: - Брат Чэнь пришел!

Она открыла дверь, а затем спросила шепотом, оглядываясь: - Где твои одноклассники?

- Не знаю. Да и не важно, - Улыбнулся Цин Чэнь, погладив ее по голове.

- Пойдем, посмотришь на новые механические протезы моей мамы. Они красивые. - Ли Тунъюнь потянула Цин Чэна за рукав, когда они вошли в дом.

Цзян Сюэ готовила на кухне, но была вынуждена сделать паузу, когда они вдвоем вошли в дом.

Если раньше руки Цзян Сюэ были из дешевых протезов, то теперь они больше напоминали человеческие руки.

Пальцы, запястья и локтевые суставы также были плотно стыкованы вместе.

Цин Чэнь с любопытством спросил: - Вы их купили? Как долго они работают?

- В десять раз дольше, чем прошлые, - Улыбнулась Цзян Сюэ, - И нет. Мне очень повезло, так как я когда-то спасла человека из высшего руководство семьи Ли, и это ее подарок.

Цин Чэнь небрежно взглянул на Ли Тунъюнь, и та быстро потянула Цзян Сюэ обратно на кухню: - Мама, когда еда будет готова? Я хочу есть!

- Сейчас, я уже почти закончила, - Ответила Цзян Сюэ.

После ее переселения она стала намного веселее и безудержнее. И казалось, у них все стало налаживаться.

В гостиной Ли Тунъюнь понизила голос и сказала: - Брат Чэнь, ты спросил мою мать об этом, чтобы разоблачить меня?

Цин Чэнь покачал головой: - Нет, просто было любопытно.

Ли Тунъюнь закатила глаза: - Брат Чэнь, ты все еще не сказал мне, кто ты во Внутреннем Мире.

- А ты догадайся. - Цин Чэнь пока не хотел говорить ей о своей личности.

- Как насчет того, чтобы обменяться информацией друг о друге? Ты говоришь мне о себе, я говорю тебе о себе. - Ли Тунъюнь выжидающе улыбнулась.

Цин Чэнь снова покачал головой: - Не-а.

Он уже знал, что Ли Тунъюнь была единственной дочерью второй ветви семьи Ли, так что для него это была бессмысленная сделка.

- Скуууучный! - Ли Тунъюнь надулась, садясь на диван: - Значит ты знаешь мою личность? Тогда почему продолжаешь скрывать информацию о себе от ребенка?

Цин Чэнь улыбнулся: - Насчет ребенка... в это я готов поверить с трудном.

Пока они говорили, в дверь постучали.

Ли Тунъюнь спрыгнула с дивана, чтобы открыть дверь, но она открыла только деревянную дверь изнутри и даже не прикоснулась к металлической противоугонной двери снаружи.

Когда Ван Юн увидела, как дверь открылась, она улыбнулась Ли Тунъюнь через металлическую решетку и сказала: - Привет, мы одноклассники Цин Чэня. Он нас хорошо знает.

Ли Тунъюнь повернулась к гостиной: - Брат Чэнь, ты хорошо знаешь этих людей?

Прежде чем Цин Чэнь успел ответить, она обернулась и сказала: - Он сказал, что не очень хорошо вас знает.

С грохотом дверь закрылась.

Все четверо в этот момент смотрели друг на друга и не знали, что делать.

Почему Цин Чэнь смог так хорошо вписаться в эту семью, а они нет?!

Прежде чем они успели заговорить между собой, Цзян Сюэ открыла им двери и извиняющимся тоном сказала: - Здравствуйте. Простите, что так получилось. Вы новые соседи, которые недавно переехали? Пожалуйста, проходите.

В своей белой футболке и фартуке Цзян Сюэ выделялась на фоне окружающих ее людей.

Однако Ху Сяонью и остальных привлекли ее руки.

По правде, прежде чем открыть дверь, Цзян Сюэ специально расправила рукава, чтобы скрыть их.

Но ее запястья все еще были открыты.

Все четверо были путешественниками во времени и видели множество механических протезов в городе 7, но руки Цзян Сюэ отличались от всех тех, что они видели.

Почувствовав, что они слишком долго смотрят на ее руки, они тут же отвели взгляд.

Ли Тунъюнь в это время нахмурившись сидела на диване и не собиралась приветствовать гостей.

Ван Юн вошла первой и вежливо сказала: - Может, нам сменить обувь?

- Нет, нет, проходите так. У нас не так много пар тапочек, - Ответила Цзян Сюэ, - Сяо Юнь, принеси чай для наших гостей.

- Хорошо. - Ли Тунъюнь неохотно встала.

Они вчетвером положили вещи, которые держали в руках, на обеденный стол. Ван Юн принесла плюшевого мишку для Ли Тунъюнь, Бай Ваньэр - куклу, Чжан Тяньчжэнь - два шампанского, а Ху Сяоньюй - бутылку виски, упакованную в деревянную коробку.

Ху Сяонью улыбнулся и сказал Цзян Сюэ: - Так как мы новые соседи, то принесли гостинцы. Эта бутылка виски привезена из Японии и она не продается в местных магазинах.

- Ох, что вы. Не нужно, - Сказала Цзян Сюэ, - Такая ценная вещь мне ни к чему. Да и я никогда раньше не пила виски и мало что о нем знаю. Сяо Чэнь, ты пил виски раньше?

Подумав немного, Цин Чэнь честно ответил: - Да, пил. Раньше в гостиной стояла бутылка, которую мой отец использовал в качестве украшения после того, как допил ее.

Видя, что это возможность начать разговор, Ху Сяонью с энтузиазмом сказал: - Многие люди любят смешивать его с небольшим количеством воды, или пьют сразу так. Но в наше время молодые люди любят смешивать разные напитки как захотят. Я, к примеру, люблю пить с щепоткой соли, а ты?

Цин Чэнь подумал и сказал: - Тогда я немного отличаюсь от тебя, поскольку предпочитаю пить в компании. (*тут короче Ху Сяонью сказал, что любит пить виски разбавленный с зеленым чаем, но Цин Чэнь сказал, что любит запивать виски зеленым чаем. Зеленый чай, о котором говорит Цин Чэнь, - это сленговый термин, означающий человека (обычно женщину), который притворяется невинным и безобидным, но на самом деле пьет с определенной целью.)

Ху Сяонью: - ????

Первый визит длился недолго. Это было обычное приветствие, и, если не считать разговор про виски, то все прошло относительно гладко.

Как бы то ни было, когда Ху Сяонью и остальные вернулись к себе, они вчетвером долгое время молчали и ничего не говорили.

Ведь каждый из них прекрасно понимал, что за дружелюбной атмосферой, с которой они столкнулись, скрывалась напускная вежливость.

В глазах Цзян Сюэ они были гостями, а не друзьями.

А если они гости, то не могут попросить ее помощи в городе 18.

Ху Сяонью посмотрел на всех и сказал: - Возможно, мы ошиблись. Ошиблись с самого начала.

Все посмотрели на него.

Ху Сяонью указал на диван и сказал: - Мы проделали большой путь с города Хай и выбрали доставку наших кожаных диванов сюда, но вы видели их холщовый диван? Я говорю не о их бедности, а о нашем тщеславие. Мы должны избавиться от нее.

Чжан Тяньчжэнь снял очки и сказал: - Я согласен с Сяонью.

- Кроме того, нам и так нечем гордиться, - Добавил Ху Сяонью, - Вы же видели механические протезы Цзян Сюэ? Это была самая изящная пара рук, которую я видел, и возможно, такие руки можно получить только находясь в связях с одной из семей Внутреннего Мира. Я хочу сказать, что может здесь мы и богаты, но во Внутреннем Мире правит Цзян Сюэ.

Ху Сяонью продолжил: - Если мы не отбросим наше высокомерие, которая укоренилась в наших сердцах, мы ни за что не подружимся с Цин Чэном, Цзян Сюэ и Лю Дэчжу.

- Но мы лучше их... - Начала Бай Ваньэр, но, увидев насколько Ху Сяонью серьезен, она изменила тон и сказала: - ...хорошо, что будем делать?

- Завтра первым делом мы пойдем и возьмем школьную форму, и больше никаких дорогих побрякушек в школе, - Сказал Ху Сяонью, - С этого момента мы должны интегрироваться с нашими одноклассниками. Я хочу, чтобы вы поняли, что мы пришли за помощью.

Ван Юн пробормотала: - Но их школьная форма такая уродливая. Разве мы не можем просто носить свою одежду? Мы столько всего привезли...

- Нет. - Ху Сяонью был настроен очень решительно.

Видя его настрой, двум девушкам ничего не оставалось, кроме как притихнуть.

...

До конца обратного отсчета осталось четыре дня

Собираясь в школу на следующее утро, Цин Чэнь остановился перед зеркалом, и разглядывал свой пресс, который постепенно проявлял черты.

Но до опытных культуристов ему еще было далеко, так как он тренируется всего пять дней.

Однако даже этого ему хватило, чтобы понять, насколько чудодейственна дыхательная техника.

Благодаря странной дыхательной технике, на щеках Цин Чэна постепенно появлялись огненные узоры.

Два дня назад он также купил более тридцати фунтов говядины, но он все съел.

Его желудок был похож на черную дыру, поглощающую все, что в нее положишь. Дыхательная техника одновременно сжигала энергию в его теле, и перестраивала тело.

Когда огненные узоры исчезли, Цин Чэнь наконец понял, почему Ли Шутонг сказал, что человек, владеющий дыхательной техникой, может за три месяца сделать то, на что у других уйдет пять лет.

Это было похоже на магию вне Хогвартса...

Когда же Цин Чэнь пришел в школу, и вошел в свой класс, то был потрясен сценой перед собой.

Он увидел, что Бай Ваньэр и Ван Юн были одеты в их школьную форму. Также с их опрятным внешним видом они больше походили на обычных учеников, а не на лучших учеников города Хай.

Нан Генчэн, сидевший рядом с ними, не мог не смотреть в их сторону время от времени.

Когда он сел на свое место, Ван Юн улыбнулась ему и сказала: - Эй, учитель говорил, что ты лучший в классе. У меня тут проблема с задачей, которую я никак не могу понять. Поможешь?

Цин Чэнь посмотрел на задачу и увидел, что это была задача на двойную функцию, но она была довольно сложной, и с несколькими хитростями.

Но проблема заключалась в том, что он прекрасно знал, что эти двое были лучшими ученицами в своем городе, и эта задача никак не может вызвать у них затруднений.

Он подумал и сказал: - Мне надо выполнить домашнее задание. Почему бы тебе не спросить об этом Нан Генчэна?

Он уже сделал домашние задание, но просто не хотел тратить время на эти фальшивые методы построения отношений.

Почувствовав его пассивно-агрессивную позицию, Ван Юн почувствовала себя не очень хорошо, но подумав, что Нан Генчэн был другом Цин Чэня, она решила, что было бы неплохо сначала сблизиться с ним.

Ху Сяонью сказал им, что нужно отказаться от высокомерия и завести больше друзей.

Понимая это, Ван Юн пододвинула свой стул в сторону Нан Генчэна. - Генчэн, не мог бы ты объяснить мне эту задачу?

- Конечно! - Нан Генчэн был очень воодушевлен этим моментом.

Ван Юн с надеждой посмотрела на него, но, когда тот увидел задачу перед собой, Нан Генчэн покачал головой и сказал: - Я тоже не понимаю...

Ван Юн: - ...

Цин Чэнь чуть не разразился смехом. Хотя Нан Генчэн не был плохим учеником, его оценки были в лучшем случае посредственными.

А потому, первая попытка Ван Юня закончилась неудачей.

Она уныло вернулась на свое место, чтобы обдумать контрмеры, а Бай Ваньэр прошептала: - Наша цель - подружиться с ними. Раз уж он не может ответить на сложные вопросы, задай ему какой-нибудь простой. Первый шаг - самый важный.

Глаза Ван Юн загорелись. Это была хорошая идея.

Она выбрала самый простой вопрос в учебнике и подвинула свой стул обратно: - Можешь объяснить мне эту задачу?

На этот раз Нан Генчэн обрадовался. Он знал, как решить эту задачу!

В конце концов, Цин Чэнь увидел, что Нан Генчэну понадобилось целых десять минут, чтобы объяснить самую простую задачу, и к тому времени, как он закончил, первый урок уже начался.

Ван Юн вернулась на свое место, чувствуя усталость. Она знала, как решить эту задачу, но заставляла себя слушать и делать вид, что учится. Такими темпами она точно не выдержит.

Но она знала, что все жертвы будут стоить того, если они смогут подружиться с ними.

После первого урока Ван Юн собралась с остальными членами своей группы и рассказала о текущей ситуации: - Хотя с Цин Чэном трудно иметь дело, Нан Генчэн кажется легкой мишенью, который не отличается особым умом.

Возвращаясь в класс после разговора, она вдруг услышала, как Цин Чэнь спрашивает Нан Генчэна: - Что ты думаешь о новенькой? С ней легко разговаривать?

- Более чем. - Нан Генчэн сделал секундную паузу и продолжил: - Но я не думаю, что эти двое очень хороши в математике. Первая даже не может самостоятельно решить такую простую задачу.

Ван Юн: - ????

Она чуть не упала в обморок, услышав это!

...

Ван Юн была лучшей ученицей еще с младшей школы.

Первоначально она планировала поехать за границу, чтобы принять участие в олимпиаде по физике AAPT в марте следующего года.

Тогда она легко смогла бы поступить в лучшие колледжи мира.

Если бы не необходимость быть ближе к Лю Дэчжу, она бы сейчас изучала STEM.

Ван Юн выбрала эту простую геометрическую задачу только для того, чтобы лучше узнать Нан Генчэна и Цин Чэня, но теперь ей кажется, что те смотрели на нее свысока.

Ее самолюбие больше не могло этого вынести.

Когда Ван Юн уже собиралась направиться к Нан Генчэню, Бай Ваньэр остановила ее и напомнила: - Давай не будем портить наши планы из-за мелочей. Ты забыла, что сказал Сяонью? Поэтому терпи!

- Да... терпи. - Повторила Ван Юн, садясь на свое место.

В то же время Нан Генчэн все еще болтал с Цин Чэном: - Эй, ты думаешь, она задала этот вопрос, потому что я ей нравлюсь?

Цин Чэнь не стал отвечать, а задал встречный вопрос: - Ты связался с какой-то хакерской группой во Внутреннем Мире? Почему ты вдруг стал изучать информатику?

- Почему ты... - Нан Генчэн с оттенком вины ответил, - Нет, я просто думаю, что мне оно будет полезно... только и всего.

Когда тот упомянул об обучении, Цин Чэнь внезапно понял, что ему тоже не стоит прекращать учиться.

Хотя технологии Внутреннего Мира намного превосходили технологии Внешнего Мира, это не означало, что знания из другого мира не могут быть полезными, как шахматы, которые он изучал, и которые привели к его первоначальному месту в тюрьме 18.

"Стоп..." - Цин Чэнь вдруг понял, что ему нужно выучить: Японский язык.

Теперь у него появился еще один человек во Внутреннем Мире за которым нужно следить, но он мог понять, что говорит собеседник, только с помощью переводчика.

Последние десять лет Цин Чэнь придерживался принципа поиска всевозможной информации, намереваясь использовать накопленные знания для улучшения своей судьбы.

Эта привычка не изменилась даже после попадания во Внутренний Мир.

Он быстро нашел в интернете несколько основных японских учебников и купил сразу четыре штуки.

Расплачиваясь за книги, он вдруг вспомнил кое-что и набрал в поисковике "Камидай Соране".

И он был потрясен увиденным

Камидай Соране, с которой у него брак по расчету... оказалась существующим человеком!

Он даже шанса не давал тому, что такое возможно.

И должно быть, собеседница подумала, что он уроженец Внутреннего Мира, а поэтому не удержалась и заговорила по-японски.

Но проблема заключалась в том, что теперь его личность во Внутреннем Мире стала еще более запутанной...

"Почему эта девушка по имени Камидай Соране так хорошо говорила по-китайски? Она выросла в Китае, или у нее в семье были китайские родственники?"

Он углубился в ее биографию и обнаружил, что на самом деле она была смешанной расы. Ее мать была японкой, а отец - китайцем.

"Тогда неудивительно что она так хорошо разбирается в двух языках."

Ван Юн взглянула на его телефон и с любопытством спросила: - Тебе нравится эта японка? Ты так подробно ее изучаешь.

Цин Чэнь посмотрел на нее и ответил: - Нет.

Ван Юн подумала, что он просто упрямится, и не стала расспрашивать дальше.

Мысли Цин Чэня в этот момент непрерывно прокручивались в голове. Он набрал Камидай Соране просто от скуки и никак не ожидал получить такой результат.

В комнате для свиданий, девушка из семьи Камидай была довольно тихой.

На фотографии, которую он сейчас рассматривал, девушка бежала по полю подсолнухов с развевающимися назад волосами, и ее улыбка была особенно яркой.

Это была очаровательная, простая и невинная улыбка.

В прошлом году она была награждена премией Японской киноакадемии за лучшую женскую роль второго плана в фильме "Цветок гибискуса", а в этом году получила главную роль в фильме режиссера Юки "Подсолнух".

Хотя эти фильмы не были мейнстримными и не были известны в других странах, японские СМИ все равно назвали ее "одной из самых потенциальных молодых актрис десятилетия".

Цин Чэнь использовал WeiВo и другие новостные приложения, чтобы быть в курсе местных тенденций, но он не обращал особого внимания на зарубежных знаменитостей, поскольку ему они были не интересны.

В результате он никогда не слышал об этом имени.

Теперь, после некоторых исследований, Цин Чэнь чувствовал себя как никогда озадаченным тем, как он связался с таким человеком.

В этот момент Ван Юн время от времени поглядывала на его телефон, думая: "Разве ты только что не сказал, что она тебе не нравится? Смотри, какой ты преданный..."

Но потом она подумала, что со стороны Цин Чэня было наивно думать, что он может быть с иностранкой.

Ван Юн уже видела "Цветок гибискуса" и "Подсолнух", поэтому она знала, как быстро Камидай Соране набирает популярность в Японии. Она не удивилась бы тому, что в скором времени она привлечет еще больше поклонников по всему миру.

Тем не менее, такая девушка была слишком недосягаема для парня из маленького города.

Цин Чэнь в этот момент был озадачен другим вопросом: "Как семья Камидай, связана с одной из семей Внутреннего Мира?"

В конце концов, Ли Шутонг сообщил ему, что все море было объявлено запретной землей. Если семья Камидай живет на другом острове, пересечь воду и добраться до города 18 практически невозможно.

Таким образом, единственной логичной ситуацией было то, что японские путешественники во времени переселяются на тот же континент, что и китайские путешественники во времени?

Цин Чэнь еще не видел карту Внутреннего Мира. В следующий раз он должен попросить ее у Линь Сяосяо.

После занятий Ван Юн и Бай Ваньэр пошли на встречу с Ху Сяонью и Чжан Тяньчжэнем.

Ху Сяонью спросил: - Есть прогресс?

Ван Юн беспомощно посмотрела на него и ответила: - Нан Генчэн и Цин Чэнь оба идиоты. Ты уже слышал о Нан Генчене, но Цин Чэнь целый урок пялился на популярную актрису из японии.

Бай Ваньэр спросила: - Разве учитель не сказал, что Цин Чэнь - лучший ученик? Почему мы до сих пор не видели ничего, что могло бы показать, что он лучший ученик...

- Кто знает, - Вздохнула Ван Юн, - У многих учеников в это время бушуют гормоны, и они начинают отставать по предметам. Эй, ты знаешь двоих из нашей школы, которые начали встречаться? Девушка раньше была первой в классе, но потом ее не стало в списке лучших...

Слушая их, Ху Сяонью нахмурился: - Ты забыла о чем мы вчера говорили? Если ты продолжишь думать, что эти двое - идиоты, то как мы сможем с ними подружиться?

Ван Юн тут же парировала: - Может, поменяемся классами? Я могу пойти разобраться с Лю Дэчжу, а ты можешь подружиться с Цин Чэнем.

В это время староста класса Юй Цзюньи спустился с верхнего этажа и позвал Цин Чэня из коридора: - Цин Чэнь, учитель иностранного языка хочет видеть тебя в своем кабинете.

- Хорошо, сейчас подойду, - Ответил Цин Чэнь.

В школе иностранных языков города Ло было несколько учителей иностранного языка, но они вели только один урок в неделю, который не играл особой роли в школьной программе, и потому в основном, ученики просто болтали и пели на английском во время урока.

Когда Цин Чэнь вышел из класса, Ху Сяонью вдруг спросил Юй Цзюньи: - Эй, ты не знаешь, зачем Цин Чэня хочет видеть учитель по иностранному языку?

Юй Цзюньи улыбнулся и ответил: - А вы не знаете? Цин Чэнь - его любимый ученик. Некоторое время Цин Чэнь постоянно просил его попрактиковаться в английском после занятий, и они довольно хорошо узнали друг друга. Учитель даже привозил подарки из своей страны, а Цин Чэнь даже поделился со мной всякими сладостями.

Ху Сяонью и остальные были ошеломлены. Этого было достаточно, чтобы доказать, что Цин Чэнь прекрасно понимает английский, и что он куда загадочнее, чем они себе представляли.

Ху Сяонью глубоко вздохнул: - Я подозреваю, что он тоже путешественник во времени! Но мне нужно это подтвердить. Вы уверены, что он не вслушивался в ваш разговор в прошлом?

Бай Ваньэр задумалась и сказала: - Я могу подтвердить, что он решал задачи, когда мы разговаривали, и не обращал на нас внимания.

- Этого недостаточно, чтобы доказать, что он не путешественник во времени, - Спокойно сказал Ху Сяонью, - Мне нужно найти способ подтвердить это.

...

Глава 60 - Я вернулся

В тот вечер Цин Чэнь купил себе новую скороварку. Поскольку ему часто приходилось готовить говядину, он подумал, что было бы неплохо прикупить себе такую вещицу.

Прошло много времени с тех пор, как кто-то заботился о нем и его нуждах. Его старая скороварка давно сгорела, а стиральная машина начала протекать.

Теперь же, когда он обменял золото из Внутреннего Мира на деньги, то смог немного разгуляться.

Когда он уже собирался выходить из магазина бытовой техники, он заметил, как проходит распродажа стиральных машин.

Цин Чэнь на мгновение замешкался, но в итоге не стал ее покупать.

В это же время Ван Юн и Бай Ваньэр сидели в гостях у Цзян Сюэ.

На этот раз они не стали брать с собой шампанское и виски. Вместо этого они послушались Ху Сяонью и принесли продукты.

Пока Цзян Сюэ готовила, девушки сидели с Ли Тунъюнь словно две старшие сестры, и смотрели мультфильм.

Когда закончилась очередная серия "ПУВ патруль", Ван Юн сказала Ли Тунъюнь: - Сяо Юнь, можно задать тебе вопрос?

Ли Тунъюнь ответила: - Ты дашь мне конфету, если я отвечу?

- Конечно, - Улыбнулась Ван Юн, доставая из кармана кусочек шоколада и протягивая ей, - Подойдет?

Ли Тунъюнь с улыбкой ответила: - Спасибо, я люблю шоколад.

- Итак, ты не знаешь, является ли брат Цин Чэнь путешественником во времени, как и твоя мама? - Спросила Ван Юн.

Ли Тунъюнь на мгновение смутилась и покачала головой: - Я не знаю.

- А ты его не спрашивала? - Спросила Бай Ваньэр. Ей казалось, что это нормальная реакция, и если Ли Тунъюнь была уверена, что Цин Чэнь не путешественник во времени, то она бы ничего не заподозрила.

В конце концов, как может лгать десятилетний ребенок, как она?

Ли Тунъюнь задумалась на мгновение и сказала: - Я как-то спрашивала брата Чэня, но он не сказал четко, путешественник он или нет. Он просто сказал, чтобы я лучше потратила свое время на учебу и поступила в хороший колледж.

- Что еще он сказал?

- Он сказал, что эти путешественники во времени не представляют собой ничего особенного, - Ответила Ли Тунъюнь, поедая шоколад.

Бай Ваньэр и Ван Юн посмотрели друг на друга с оттенком радости в глазах.

Ли Тунъюнь не ответила им прямо, но они уже получили свои ответы.

Если Цин Чэнь был путешественником во времени, то почему он сказал, что путешественники во времени не представляют собой ничего особенного?

Это лишь доказывало, что он завидует и успокаивает себя.

Бай Ваньэр также достала из кармана кусочек шоколада и погладила Ли Тунъюнь по голове: - Что ж, мы пойдем.

Сказав это, они оба встали и попрощались с Цзян Сюэ.

Когда они вышли за дверь, Ван Юн спросила низким голосом: - Думаешь, она лжет?

- Как человек в ее возрасте, может выдумывать такие вещи? Все выглядит логично. - Проанализировала Бай Ваньэр.

- Похоже, Цин Чэнь не является путешественником во времени, - Сказала Ван Юн, - Теперь мы можем сказать об этом Ху Сяонью, чтобы он перестал переживать.

Но они не заметили, что как только дверь закрылась, Ли Тунъюнь выплюнула шоколад, который был у нее во рту, в мусорное ведро.

Она ненавидела шоколад.

Отец всегда любил дарить ей шоколад, но когда она увидела, как отец избивает маму, она возненавидела вкус шоколада до глубины души.

Однако она сохранила второй кусочек и положила его в карман.

...

Поздним вечером Цин Чэнь услышал стук в дверь вскоре после того, как вернулся домой.

Он открыл дверь Ли Тунъюню и сказал: - Заходи. Что-то случилось?

Ли Тунъюнь посмотрела на новую скороварку и сказала: - Ты можешь просто попросить мою маму приготовить для тебя говядину. У нас тоже есть скороварка, и мама умеет готовить потрясающие блюда из говядины!

- Мне уже 17, и я должен быть самостоятельным, - Ответил Цин Чэнь с улыбкой.

- Вот, это для тебя. - Ли Тунъюнь протянула ему кусочек шоколада, который лежал у нее в кармане: - Две сестры пришли сегодня спросить меня, не путешественник ли ты во времени. Не волнуйся, я им ничего о тебе не рассказала, но теперь тебе нужно быть осторожнее. Они могли заметить некоторые детали из-за твоего поведения сегодня и начать подозревать, кто ты.

- Хорошо, - Цин Чэнь был уверен, что это из-за учителя по иностранному языку, - Откуда у тебя шоколад?

Ли Тунъюнь без всякой вины ответила: - Я купила его для тебя.

- Да ты что говоришь? - Улыбнулся Цин Чэнь.

Поскольку Ли Тунъюнь помогла ему, Цин Чэнь также хотел предложить ей помощь взамен: - Насколько я заметил, эти люди попали в неприятности в городе 7. Их врага зовут Чэнь Лэйоу, вероятно, это кто-то из семьи Чэнь.

- Значит, они хотели переехать из города 7, чтобы выйти из-под контроля семьи Чэнь, - Сказала Ли Тунъюнь, - Но мне эта информация ни к чему.

- Тогда чего ты хочешь? - С любопытством спросил Цин Чэнь.

- Я хочу узнать твою личность, - Ответила Ли Тунъюнь, моргая своими большими глазами.

- Не сегодня, - Безжалостно отверг ее просьбу Цин Чэнь.

- Тогда помоги мне с домашним заданием, - Снова сказала Ли Тунъюнь.

- Я не умею... - Отказался Цин Чэнь. Он уже почти взрослый, как он вообще может заниматься такими вещами?!

- Скууууучный! - Надулась Ли Тунъюнь, - Брат Чэнь, эти люди такие надоедливые, и постоянно пытаются выведать наши секреты. Есть ли способ прогнать их?

- Это будет трудно, и мы также столкнемся с риском разоблачения, - Сказал Цин Чэнь, - Кроме того, я чувствую, что мы можем использовать этих четверых.

Быть заподозренным кем-то действительно неприятно, но не стоило пытаться скрыть каждую мелочь. Лучше всего было... сместить фокус.

Они пришли за Лю Дэчжу, поэтому он мог просто использовать Лю Дэчжу, чтобы отвлечь их внимание.

Не только это, но он также мог заработать хорошую сумму денег на этих богатых детях.

Похоже, ему нужно будет хорошенько побеседовать с Лю Дэчжу, когда он в следующий раз вернется во Внутренний Мир.

- Кстати, до Национального дня осталось всего несколько дней. Может ты, я и мама отправимся куда-нибудь вместе? - Сказала Ли Тунъюнь, выжидающе глядя на Цин Чэна. (*Национальный день в Китае отмечается 10 октября, и сопровождается целой неделей каникул (1-7 октября) для всех школ и большинства предприятий. Этот праздник, также известен как Золотая неделя)

Цин Чэнь был озадачен: - Почему ты вдруг спрашиваешь меня об этом? Мне нужно подумать.

- Хорошо! Я буду ждать твоего решения, - Сказала Ли Тунъюнь и радостно побежала наверх.

Наступила ночь. Во время тренировки, Цин Чэнь проигрывал на своем телефоне видео по изучению японского языка и ждал обратного отсчета.

...

В оставшееся время обратного отсчета на улице вдруг стало менее шумно.

Казалось, мир успокоился, как будто все ждали следующего переселения и присоединения к групповому чату Хэ Сяосяо.

В это время Цин Чэнь уделял внимание делу о похищении. Девять подозреваемых все еще были на свободе, и это могло быть одной из причин, почему все затихли.

Все знали что они в опасности.

[Обратный отсчет - 00:00:10]

В последний момент Цин Чэнь положил флешку с шахматными партиями в рот и, используя технику дыхания, взял в правую руку кухонный нож.

Он спокойно ждал, когда мир разрушится и наступит тьма.

10.

9.

8.

7.

6.

5.

4.

3.

2.

1.

Тьма наступила и рассеялась, Цин Чэнь открыл глаза и увидел Ли Шутонга и Е Вана, стоящих перед ним; он как будто никогда не уходил.

Ли Шутонг улыбнулся: - Ты вернулся?

- Да, - Кивнул Цин Чэнь, - Я вернулся.

Он заметил, что от кухонного ножа в его руке осталась только рукоятка.

Эксперимент удался; по крайней мере, теперь он знал, какой размер предмета он может перенести.

...

Глава 61 - Я веду тебя взглянуть на пейзаж

[Обратный отсчет - 47:59:59]

"Снова два дня, в привычной для меня обстановке"

Но на этот раз, казалось, что-то изменилось.

Вместо холодной тюремной камеры и удушающего одиночества, перед ним стояли люди, которые ждали его возвращения.

Все трое смотрели на него, словно ожидая его возвращения домой.

Хотя дом был немного мрачным и загадочным, но этого было достаточно.

- Учитель, вот шахматные эндшпили, которые вы просили, - Цин Чэнь протянул ладонь и передал флешку Ли Шутонгу.

Ли Шутонг с любопытством взглянул на нее: - Я никогда раньше не видел такого устройства. Линь Сяосяо, сможешь обработать его?

Линь Сяосяо ответил: - Без проблем, суть устройства хранения данных в его микрочипе.

- Учитель, вы видели какие-либо изменения, когда я переселился? - Спросил Цин Чэнь. Если раньше он мог полагаться только на себя, чтобы понять некоторые особенности, то теперь, когда за ним наблюдали другие люди, он мог узнать и другие детали.

- Раньше ты говорил, что переход в другой мир занимает секунду, но это не так, - Ответил Ли Шутонг. - По моим ощущениям, в момент перехода произошло изменение силового поля, но это изменение длилось всего мгновение, может быть, 0,1 секунды или даже того меньше. Ты исчез на это мгновение, а когда появился вновь, золото в твоей руке уже исчезло.

- Вот оно что... - Подумал Цин Чэнь. Получалось, что его тело действительно путешествовало между мирами.

Но проблема в том, куда делся прежний Цин Чэнь из Внутреннего Мира? Неужели он исчез или его забыли?

Цин Чэнь спросил: - Учитель, внутри моего тела появился огненный шар...

- Сейчас еще не время говорить об этом, - Покачал головой Ли Шутонг. - Просто он появился раньше, чем я предполагал.

Пока они разговаривали, Е Ван подошел к Цин Чэну и поднял подол его одежды. Он улыбнулся, увидев очертания пресса: - Сяосяо, я снова выиграл.

- На что на этот раз ставили? - С любопытством спросил Цин Чэнь.

- Я поспорил с ним, что даже без чьего-либо надзора, ты все равно увеличишь интенсивность своих тренировок, - Ответил Е Ван. - Так как я прошел через это, то могу сказать, что если бы ты остановился хоть на день, то контуры пресса, которые у тебя сейчас, не появились...

- Давайте поговорим о тренировках завтра, - Сказал Ли Шутонг. - Е Ван, хорошенько позаботься о нем. За столько лет я не встречал такого самодисциплинированного ребенка.

- Само собой, - Кивнул Е Ван.

Цин Чэнь посмотрел на Ли Шутонга. - Учитель, вы не собираетесь проверить шахматные эндшпили?

- Еще будет время. Для начала я хочу кое-куда тебя привести, - Ответил Ли Шутонг Цин Чэну.

Цин Чэнь посмотрел на него в замешательстве. - Куда?

Ли Шутонг повернулся к выходу. - Я отведу тебя посмотреть на внешний мир.

- Почему вы берете меня посмотреть на внешний мир? - Цин Чэнь был озадачен.

Ли Шутонг повернулся и спросил, - А тебе разве не интересно посмотреть на мир?

Цин Чэнь был ошеломлен на мгновение.

Конечно, ему было интересно.

С первого дня своего возвращения он видел, как многие люди обсуждают в интернете, насколько это огромный и великолепный мир.

Некоторые говорили о городах в облаках.

Кто-то говорил о городах муровейниках.

Некоторые говорили о завораживающей гигантской голографической проекции в небе.

Другие говорили о том, что их виртуальный опыт жизни полностью превосходит все фильмы из Внешнего Мира; было похоже, что человек действительно находится внутри фильма, переживая другую жизнь, похожую на сказку.

Эти люди переселились в великолепные и красочные города.

А он переместился в тюрьму в форме коробки...

Цин Чэнь был всего лишь 17-летним подростком, поэтому вполне естественно, что он испытывал любопытство и зависть к таким людям.

Но он посмотрел на Ли Шутонга и ответил: - Хотя мне интересно, я также знаю, что сейчас не время наслаждаться красотами этого мира.

Ли Шутонг рассмеялся: - Люди в твоем возрасте должны иметь менталитет подростка. Прежде чем ты отправишься в одинокое путешествие, я как учитель не могу позволить тебе быть хуже других.

- Что вы имеете в виду?

- Те пейзажи, которые видят другие путешественники во времени, должен увидеть и мой ученик - ученик Ли Шутонга. Сегодня вечером я отведу тебя посмотреть на лучшие пейзажи в городе 18, - Тон, которым говорил Ли Шутонг, был уверенным и волевым.

В какой-то момент, холодная тюрьма обрела частичку человеческого тепла.

На площадки постепенно поднимались ворота из толстого и тяжелого сплава; Металлический Шторм над их головами, как и беспилотные дроны даже не шелохнулись.

Е Ван протянул ему давно приготовленную маску с кошачьей мордой: - Босс велел мне приготовить его для тебя. Тебе не следует раскрывать свою личность прямо сейчас.

Кошачья маска как будто глумилась, а перемежающиеся красные и белые линии на ней были странными и загадочными.

Цин Чэнь взглянул на спину Ли Шутонга, и в его глазах промелькнуло понимание.

Как оказалось, свобода, о которой он так мечтал, была совсем рядом.

.....

Полночь.

Город 18, 1-й район.

Над облаками, в одном из ресторанов на 88-м этаже Вечной Башни.

Внутри великолепного ресторана раздавались мелодичные звуки виолончели, но места в зале были пусты.

У входа в ресторан несколько человек спорили с официантом.

Молодой официант вежливо объяснил клиентам: - Начиная с этой полуночи, весь ресторан Павильон солнечного Света полностью зарезервирован. В связи с тем, что мы не смогли предоставить вам качественное обслуживание, наш ресторан дарит два ваучера, которые можно использовать во время обеда и ужина в будние дни.

Из пары, спорящей с официантом, мужчина был уже в возрасте, а рядом с ним стояла молодая девушка.

Мужчина скривил лицо и сказал: - Я никогда не слышал, чтобы Павильон солнечного Света зарезервировали полностью. Вы меня пытаетесь разыграть?

Официант вежливо улыбнулся: - Нам очень жаль, сэр, мы правда не делали такого раньше. Я тоже был очень удивлен, когда получил уведомление сегодня.

В этот момент пара заглянула в ресторан через стеклянную панораму - и, что удивительно, там не было ни одного посетителя.

Павильон солнечного Света был рестораном высшего класса в городе 18. Отсюда открывался вид практически на весь город, поэтому это было и самое дорогое место, куда стекались крупные шишки города.

Мужчина средних лет задумался: - Тот, кто зарезервировал ресторан, из семьи Ли или из семьи Цин?

- У него особый статус, - Правдиво ответил официант.

Молодая девушка почувствовала раздражение, и начала тыкать пальцем в мужчину и что-то говорить.

Мужчина подумал и сказал: - Итак, могу я узнать, кто он? Я знаю, что тот, кто смог забронировать все это место, должен быть абсолютным VIP-персоной, но если я его знаю, возможно, я смогу договориться с ним.

Этот человек был очень разумным; он не был дураком.

Когда он сталкивался с проблемным человеком, он сначала спрашивал себя, может ли он сделать то, что сделал другой человек? Если нет, то он отступал, когда было ясно, что другой не находится на том же уровне, что и он сам.

Но у него тоже было положение в этом городе. В конце концов, он все равно хотел вести переговоры, дабы вернуть себе лицо.

Официант обсудил этот вопрос с менеджером и вернулся, принеся именную карточку в черном цвете.

На карточке не было никакой контактной информации, только четыре слова: группа Хэн, Ли Дунцзе.

Увидев карточку с именем, мужчина без лишних слов схватил девушку за руку и направился к лифту. В лифте девушка пожаловалась: - Разве ты не сказал, что хочешь увидеть этого человека? Почему мы уходим, даже не издав ни звука?

Мужчина вздохнул: - Я найду нам другое место и позже компенсирую ужин...

- Разве ты не говорил, что знаешь Ли Дунцзе? - Ворчала девушка.

- Это две абсолютно разные вещи. - Мужчина начал проявлять нетерпение: - Он определенно зарезервировал все это место для кого-то особенного.

В этот момент мужчина действительно уловил самое главное.

Но он все еще не мог понять, кто мог заставить Ли Дунцзе совершить такой важный поступок.

Тот всегда был сдержанным человеком, и очень редко совершал такие громкие преценденты, как резервирование целого ресторана.

Как раз в тот момент, когда они спускались на лифте, к крыше ресторана Павильон солнечного Света медленно причалил плавающий автомобиль.

Ли Шутонг поманил Цин Чэна из машины, а ожидавший их официант подал Ли Шутонгу горячее полотенце, чтобы тот вытер лицо.

Цин Чэнь, который был в маске, махнул рукой в знак того, что она ему не нужна.

- Господин Ли, рады встречи с вами. Камеры наблюдения во всем здании только что выключили. Мистер Ли Дунцзе сообщил, что ваше любимое блюдо тушеная свинина, и ее только сейчас приготовили, - Произнес официант мягким тоном.

Ли Шутонг сказал Цин Чэну: - Может быть, однажды ты привыкнешь к тому, что в этом мире, пока у тебя есть деньги и власть, все может быть сделано "просто".

Глава 62 - Сеть

Цин Чэнь стоял на посадочной площадке. Турбореактивный двигатель плавающего автомобиля поднимал ветер.

Вдруг вдалеке...

...точнее по небу, промчался скоростной поезд. И в отражении от преломляемого света он был похож на белого пегаса.

К всеобщему изумлению, он с легкостью пронесся сквозь плотную застройку города.

Не столько между небольшими промежутками между зданиями, сколько сквозь сами здания. Те были выдолблены в середине, словно туннели, по которым мог пройти поезд.

По этой причине город стал еще более загадочным.

- Поскольку вы можете уйти в любой момент, почему вы решили остаться в тюрьме 18? - Неожиданно спросил Цин Чэнь.

- Может быть, потому что в тюрьме меньше хаоса, чем здесь? Ты скоро сам все узнаешь. - Ответил Ли Шутонг, уклоняясь от прямого ответа.

Когда официант повернулся, чтобы уйти, Цин Чэнь снова спросил низким голосом: - Сейчас час ночи. Вы уверены, что ресторан еще открыт?

Ли Шутонг посмотрел на него и сказал: - Настоящая жизнь этого вечно сияющего города только начинается.

- Разве людям не нужно сон? Разве им не нужно работать на следующий день? - Озадаченно спросил Цин Чэнь.

- Ранее семья Цин обнаружила уникальный эффект своей технологии соединения нейронов мозга: она может имитировать нервные каналы вне мозга, чтобы помочь человеку погрузиться в глубокий сон. Для людей здесь достаточно спать два-три часа в день, - Ответил Ли Шутонг.

- А у этого есть какие-нибудь побочные эффекты?

- Конечно, - Ответил Ли Шутонг, - После использования этой технологии в течение месяца, человек больше не сможет заснуть, как бы он ни старался.

- На слух довольно жутко... - Цин Чэнь был крайне шокирован.

Ли Шутонг сказал Цин Чэну: - Технология - это обоюдоострый меч, и никто не знает, принесет ли она человечеству благословение или бедствие. Например, семья Ли однажды разработала ГМО, которая позволяла создавать быстрорастущие деревья, кукурузу и сою, но через тридцать лет большие участки земли уже были непригодны для жизни. Семья Кадзима изначально была самой передовой в животноводстве, но после изменения генетики животных они обнаружили, что их скот не может размножаться более трех поколений.

- В то время как люди продолжали наслаждаться плодами науки и технологий, они постоянно страдали от обратной реакции природы.

- Хотя люди спят гораздо меньше, производительность труда не сильно повышается, и поэтому многие чувствуют духовную опустошенность.

Конечно, Цин Чэнь сравнил все это с Внешним Миром, и не нашел в ней сильных недостатков по сравнению с Внутренним Миром. Возможно, потому что они не так зависели от технологий, как Внутренний Мир.

В это время Цин Чэнь посмотрел вниз и увидел большой корабль, летящий между небоскребами. Корабль был украшен факелами и узорами, и от нее исходило жуткое ощущение.

Цин Чэнь не мог разобрать даже часть узора, вырезанного на ней.

Ли Шутонг проследил за его взглядом и сказал: - Не смотри на нее так. Это круизный лайнер Механического Культа. Каждая секунда жидкого кислорода, который он использует, добывается из крови и пота верующих.

Пока он говорил, на лице Ли Шутонга не было никакого выражения.

Они вдвоем расположились в изысканном и роскошном обеденном зале. Хорошо одетый официант принес блюдо из тушеной свинины и поставил его перед Ли Шутонгом.

Также была приготовлена только одна пара палочек для еды.

- А мне? - Цин Чэнь был озадачен.

- Ты не можешь есть в маске, - Сказал Ли Шутонг, ковыряя палочками кусок мяса.

Цин Чэнь: - ...

Через некоторое время Ли Шутонг поднял голову и ухмыльнулся: - Ты голоден?

- Немного.

Ли Шутонг подозвал официанта: - Принесите парню миску лапши с соевой пастой.

- Да, господин Ли, - Вежливо ответил официант.

Это был первый раз, когда кто-то заказывал лапшу с соевой пастой в ресторане Павильон солнечного Света.

Когда лапшу подали, Ли Шутонг приказал всем покинуть помещение и сказал Цин Чэну: - Теперь можешь снять маску.

Цин Чэнь смотрел в окно, пока помешивал лапшу.

Это было одно из самых высоких зданий в городе 18. Если оглядеться вокруг, то только два здания могли соперничать с ним по высоте.

- Это здания семьи Цин и Ли, - Сказал Ли Шутонг, словно прочитав его мысли.

Цин Чэнь посмотрел вниз. Между массивными зданиями было бесчисленное множество мостов. Город был похож на галактику, а неоновые огни были звездами в этой галактике.

Время от времени мимо пролетал плавающий автомобиль, турбинный шлейф которого был похож на пролетающий мимо метеор.

В какой-то момент Цин Чэнь почувствовал, что, сидя на 88-м этаже, он как будто достиг небес; далекое, но величественное ощущение.

- Это самый красивый пейзаж в городе? - Спросил Цин Чэнь.

- Вечная Башня была построена на вершине шести зданий, и именно благодаря этим шести зданиям в качестве фундамента человек может увидеть красоту и достичь максимальной высоты прямо сейчас. Если же не обращать внимания на граффити, испражнения, сточные воды и преступления, происходящие прямо под нами, то можно считать это самым красивым пейзажем, - Сказал Ли Шутонг, - Сегодня ты увидел красоту этого города. Если у нас когда-нибудь будет возможность, в следующий раз я приведу тебя посмотреть на ее уродство.

Пока он говорил, Ли Шутонг указал в одну сторону: - Рядом с окнами есть бинокли, чтобы гости могли смотреть на город, наслаждаясь едой.

Цин Чэнь молча подошел к биноклю.

Внизу он увидел все то, о чем говорил Ли Шутонг.

Человек наносил на стены модное граффити, белый дым рассеивался от стойки с шашлыками, а флаги винного бара развевались на ветру.

Вдруг он увидел, как два черных вертолета медленно приземлились на посадочную площадку, и группа из двадцати спецназовцев спрыгнула с него и направилась к Вечной Башне в тактическом построение.

Среди них быстро бежали две механические собаки.

Очевидно, они пришли за учителем.

Цин Чэнь оглянулся на Ли Шутонга, но его учитель спокойно улыбнулся: - Поешь пока есть время.

- Хорошо, - Цин Чэнь снова принялся за лапшу.

На этот раз настала очередь Ли Шутонга полюбопытствовать: - Ты не боишься?

- Если бы учитель позволил своему ученику умереть в первый день пребывания во внешнем мире, то тогда учитель слишком некомпетентен, - Ответил Цин Чэнь.

Громкий смех Ли Шутонга раздался по залу.

Ему все больше и больше начинал нравиться Цин Чэнь.

Тем временем двадцать вооруженных спецназовцев разделились на две группы, одна из которых отправилась на лифте на 87-й этаж, а другая поднялась по лестнице запасного выхода.

За пределами Вечной Башни два боевых вертолета снова взлетели в небо.

Они начали кружить вокруг 70-го этажа Вечной Башни и были готовы открыть огонь в любой момент.

Более дюжины вооруженных вертолетов и плавучих кораблей только что взлетели с временной военной базы вдали.

Еще дальше тяжелый плавучий корабль семьи Цин, "Ленд Скаутер" был загружен баками с топливом.

Все было похоже на гигантскую сеть, постепенно затягивающуюся в одну точку.

Как раз в тот момент, когда сеть уже была готова сомкнуться, в канале связи спецназовцев раздался спокойный голос командира: - Стоп. Проверить и доложить о состоянии механических протезов.

После этого приказа все замолчали и на короткое время отключили систему связи со штабом.

Убедившись, что его голос не будет слышен в командном центре, он сказал: - Мистер Чэнь сказал, что если мы хотим выбраться сегодня живыми, нельзя открывать огонь. Помните, не втягивайте в это других.

- Командир, я не понимаю... - Раздался голос по связи.

Командир отряда ответил: - Потом поймешь. Не стреляйте. Повторяю, не стреляйте, если на то нет необходимости.

Но прежде чем они успели включить свои устройства связи, черная фигура бесшумно приземлилась перед ними.

Свирепая и всепоглощающая.

Глава 63 - Найдем еще возможность выйти поиграть

Никто еще не знал, что происходит у запасного выхода; тот был похож на черную дыру, поглощающую все, что в нее попадало.

Снаружи ресторана раздался звук шагов.

Молодой человек в темно-синем костюме вошел в ресторан, на его манжете была вышита крошечная белая турбина.

Ли Шутонг уже доел свою порцию тушеной свинины, спокойно наблюдая за юношей, который ел лапшу с соевой пастой.

С точки зрения молодого человека, он видел лицо Ли Шутонга, но видел только спину Цин Чэна.

В тот момент, когда он собирался заговорить, Ли Шутонг легонько поднял руку.

Улыбаясь и указывая на Цин Чэня, он сказал: - Разговор может подождать, пока он не закончит.

Молодой человек был ошеломлен на мгновение и посмотрел на спину Цин Чэня со странным блеском в глазах.

Поскольку Цин Чэнь стоял лицом от него, он не мог определить его личность.

Ему стало любопытно, что же это за человек, способный заставить Ли Шутонга так терпеливо ждать?

Более того, даже если они ждали, Цин Чэнь продолжал есть в том же темпе, не обращая внимания на окружающих.

Он как будто не слышал оглушительного шума вертолетов за окном, и не видел десятков плавучих кораблей, окружавших Вечную Башню; словно астероиды, кружащиеся вокруг звезды.

- Я закончил, - Цин Чэнь вытер рот, снова надел маску и посмотрел на своего учителя.

Ли Шутонг улыбнулся молодому человеку у входа: - Старший внук семьи Чэнь, Чэнь Еху? Я слышал, что тебя уже повысили до уровня А.

- Уровень младшего не важен, мы не собираемся сражаться с Рыцарями и группой Хэн, мы лишь хотим сопроводить вас обратно в тюрьму 18... не стоит поднимать из-за этого шум, - Чэнь Еху поклонился.

- Не беспокойся, мы пойдем после того, как немного поболтаем. Я не усложню вам жизнь, - Улыбнулся Ли Шутонг.

- Хорошо. Мы не будем вас беспокоить, мы также уйдем после того, как вы уйдете, - Чэнь Еху вышел из ресторана. Отряд спецназа остановился и начал ждать в режиме ожидания, а вооруженные вертолеты зависли на месте.

Вертолеты даже выключили свои прожекторы и убавили рев двигателей до минимально возможного уровня.

Казалось, что вопрос был решен очень просто...

...но на самом деле все было не так.

Ли Шутонг посмотрел на Цин Чэна. - Многие люди начинают нервничать, как только я покидаю тюрьму 18, так что теперь ты должен понять, почему я не выхожу.

- Они боятся вас? - Спросил Цин Чэнь.

Ли Шутонг покачал головой и рассмеялся: - В эту эпоху даже попадание в царство полубогов не гарантирует непобедимости. Они боятся не меня, а огня... что ж, давай возвращаться.

- Хорошо, - Цин Чэнь последовал за Ли Шутонгом на крышу.

В маске с кошачьей мордой, он стоял под ночным ветром на вершине облаков. Цин Чэнь бросил еще один взгляд на "галактику" в городе, затем на вертолеты, висящие над ним.

Он знал, что рано или поздно наступит день, когда он вернется сюда.

......

Чэнь Еху стоял в одиночестве перед панорамным окном и молча наблюдал, как черные плавающие корабли исчезают в ночи.

Он спросил: - Отряд спецназа нашли?

Позади него кто-то ответил: - Их нашли, все они в бессознательном состоянии. Насколько я могу судить, кто-то внезапно напал на них у запасного выхода, а потом сбежал невредимым.

Чэнь Еху усмехнулся: - Они говорят нам, что сеть, которую мы сплели, была недостаточно прочной. Давай отступим, и разойдемся по домам.

Как он и сказал, все разошлись по домам и спокойно уснули, но те, чья ночь была нарушена, больше не могли заснуть.

Неизвестно, сколько человек поспешно вошли в комнату для телеконференций посреди ночи, и сколько аналитических отчетов было сделано.

Важная новость о боевой тревоге, человеке в Вечной Ночи, и фигуры рядом с ним, распространилась в мгновение ока, и СМИ также соревновались в ее освещении.

Кто-то анализировал, что неизвестный, встретившийся с Ли Шутонгом, может быть представителем внешней силы.

Другие считали, что в последнее время часто происходят инциденты с участием путешественников во времени. Появление Внешнего Мира вызвало беспорядки, и поэтому Ли Шутонг снова появился перед всеми, чтобы спланировать что-то новое.

То, что произошло сегодня вечером, может оказать неизмеримое влияние на всю федерацию.

На самом деле все больше склонялись к первому предположению: Ли Шутонг вышел из тюрьмы после восьми лет заключения, чтобы встретиться с важным человеком и обсудить очень важный вопрос.

Хотя человек в маске с кошачьей мордой был неизвестен, он должен быть кем-то особенным.

Судя по его фигуре, возможно, это был Цин Сюн из семьи Цин или Ли Мо? Или Ли Чжун Чжэ из семьи Кадзима? А может быть, это Камидай Имадэ из семьи Камидай?

Не было никакого способа подтвердить эту информацию.

Но они не предполагали, что единственной причиной, по которой Ли Шутонг покинул тюрьму 18, заключалась в том, что он просто хотел привести Цин Чэна посмотреть на этот мир.

Как он выразился, пейзаж, который наблюдали другие люди, должен был увидеть и его ученик.

Вот и все.

А причина, по которой он ел тушеную свинину, была просто в том, что он любил тушеную свинину.

На обратном пути Цин Чэнь сидел на мягком сиденье плавучего автомобиля, когда Ли Шутонг сказал ему: - Знаешь, почему я сказал тебе надеть маску?

- Потому что не хотите, чтобы другие знали, что моя личность как-то связана с вами, - Ответил Цин Чэнь.

Ли Шутонг снова спросил: - Знаешь ли ты, почему я не рассказываю о себе, несмотря на то, что принял тебя в ученики? Считаешь ли ты, что это несправедливо?

- Нет, - Спокойно покачал головой Цин Чэнь, - Это потому, что вы знаете, как трудно освободиться от сковывающих вас оков, поэтому вы боитесь, что я тоже запутаюсь в них. Спасибо за это, учитель.

- Ты всегда был таким умным? Ох, твой потенциал безграничен, - Похвалил его Ли Шутонг. - Именно по этой причине я считаю, что ты не должен быть обременен ничем, прежде чем ступить на поле боя.

Ли Шутонг подумал, что как учитель, он мог бы не тянуть ученика в бой рядом с собой, а сопровождать его, чтобы тот оценил ситуацию вокруг себя, а потом посмотреть, как далеко он сможет зайти.

Цин Чэнь не ответил на его слова, вместо этого он внезапно спросил: - У нас еще будет возможность пойти куда-нибудь в будущем?

- Ты еще не насмотрелся? - С интересом спросил Ли Шутонг.

- Да. Потому что, возможно, мне придется соревноваться со временем с другими путешественниками во времени.

- Тогда давай найдем другой шанс прогуляться, - С улыбкой сказал Ли Шутонг, и которого, казалось, ничуть не волновала сегодняшняя ситуация.

Этот мужчина средних лет, казалось, никогда ничего не боялся.

За время переселения прошло три часа.

Но Цин Чэнь чувствовал, что это были, вероятно, самые впечатляющие три часа за все 17 лет его жизни.

......

В это время Чжэн Юаньдун бесшумно прошел к бару наемников в городе 18. Лу Юань уже давно ждал его здесь.

Чжэн Юаньдун сразу же спросил: - Ты видел новости?

Лу Юань ответил: - Видел, босс. И думаю, мы должны попытаться снова связаться с Лю Дэчжу. Ли Шутонг - такая важная фигура во Внутреннем Мире. Даже если вам не нравится Лю Дэчжу, вы должны учитывать, что в настоящее время он самый близкий человек к Ли Шутонгу.

- Я верю в свою интуицию, и сегодня я в этом еще больше убедился, - Сказал Чжэн Юаньдун, покачав головой. - Ты должен понять, Лу Юань, что такой человек, как Ли Шутонг, никогда не пригласит Лю Дэчжу в ресторан. В тюрьме 18, несомненно, есть третий путешественник во времени.

- Тогда что нам делать? - Спросил Лу Юань, чувствуя себя беспомощным.

- Найти третьего лишнего.

Глава 64 - Два спокойных человека

[Обратный отсчет - 44:30:00]

3:30 утра.

Город 2, 9-й район.

Молодой человек, одетый в серый костюм, неторопливо прогуливался по небольшому переулку.

Лужи на земле, словно зеркало, отражала его спокойную ауру.

Вокруг этого человека не было ни одного благополучного вида. На улицах, пропитанных застоявшейся дождевой водой, громоздился мусор. Различные граффити со свирепыми бунтарскими проклятиями покрывали стены.

Это место больше походило на гетто, чем на город с высокими технологиями.

Однако когда молодой человек шел уверенной походкой, его стиль создавал впечатление, будто это улица большого города, пропитана романтикой.

Он остановился перед магазином одежды.

Владелице магазина было около тридцати лет, и она с глубоким интересом просматривала новости на своем телефоне.

И во Внешнем Мире было множество таких маленьких магазинов, где всегда продавалась старомодная одежда и в них никогда не появлялось много покупателей.

Неизвестно, как эти магазины получали доход, но они также не закрывались.

Владельцы таких магазинов всегда казались безразличными к тому, есть у них покупатели или нет.

Но никто не ожидал, что они перекочуют во Внутренний Мир.

Молодой человек вошел в магазин, а хозяйка продолжала смотреть в телефон, как будто не услышала, что кто-то вошел.

Молодой человек осторожно постучал по прилавку с улыбкой на лице.

За этой улыбкой скрывалось нечто больше...

Хозяйка подняла взгляд и быстро встала. Она поспешно сказала: - Господин Он, мне очень жаль, что я не заметила, как вы вошли.

Он Цзиньцю сказал: - Не нужно так нервничать, мне нужно, чтобы ты передала для меня два сообщения. Во-первых, личности Дун Суюэ и Тянь Сямяо как путешественников во времени были раскрыты. Скажи Хэ Сяосяо, чтобы она немедленно разорвала с ними отношения. Что касается остального, мы оставим это на потом, как только вернемся.

- Поняла, - Хозяйка магазина быстро запомнила слова Он Цзиньцю.

- Во-вторых, скажи Хэ Сяосяо, чтобы она собрала как можно больше информации о Ли Шутонге. Я обнаружил, что мы сильно недооценили его способности. Невозможно представить, как он смог вернуться невредимым после того, как устроил такой шумиху.

- Поняла, - Повторила владелица магазина.

Он Цзиньцю пробормотал про себя: - Еще, нам нужно подобраться к Лю Дэчжу раньше Куньлуня. Он нам нужен.

В это время Он Цзиньцю улыбнулся и, обернувшись, сказал: - Надеюсь, ты все запомнила. И еще, ты будешь наказана, если я снова обнаружу тебя за телефоном, и я найду, кем тебя заменить. Также отправляйся к Чжан Цзунъю, чтобы попросить о дополнительном обучении после нашего возвращения. У тебя есть возражения?

Владелица магазина опустила голову и тихо сказала: - Нет.

- Ну, тогда я пошел!

Сказав это, Он Цзиньцю ушел.

Владелица магазина пошла в кладовую и отправила сообщения.

Такой район, как это гетто, былт одним из немногих мест в этом кибер-городе без камер наблюдения. Никто никогда не заметил бы здесь особого гостя.

Он Цзиньцю повернулся, чтобы снова посмотреть на магазин одежды. Такое место было лучшим для передачи сообщений без посторонних глаз, но Цзю Чжоу все еще была маленькой организацией, а людей, которых он мог использовать, было еще меньше.

Это была гонка со временем.

...

Утром в тюрьме раздался знакомый стук.

Заключенные снова стучали в металлические двери синхронизируясь друг с другом.

У этих людей всегда было чрезмерное количество энергии, а девать ее было некуда.

Цин Чэнь не вышел из своей камеры. Он все еще ждал, когда Лу Гуаньи найдет новую группу путешественников во времени.

Но к его удивлению, вчера в тюрьме 18 не появилось ни одного новичка.

Он повернулся на кровати и продолжил спать, не обращая внимания на хаотичные звуки снаружи.

Ли Шутонг спокойно сидел за столом и без устали смотрел на шахматную доску.

Линь Сяосяо восхищался тем, как его босс делал вид, будто ничего не произошло, после того как вчера чуть не перевернул вверх дном весь внешний мир.

Даже лысик, он же Го Хучан, подошел и спросил Линь Сяосяо: - Что вы с боссом делали вчера? В следующий раз возьмите меня с собой. Я могу прикрыть вас во время задания.

- А? А ты откуда об этом узнал? - Линь Сяосяо с любопытством посмотрел на него.

Хотя все снаружи уже знали об этом, у Го Хучана не было здесь никакого устройства связи, так как же он узнал о недавней вывязке босса?

Он посмотрел на лысую голову и сказал: - Неужели Пики послали сюда экстраординарных духовного типа? Сколько людей вы привели? Не боитесь, что семьи прикончат вас всех разом?

- Здесь только я, - Ответил Го Хучан, неловко улыбаясь, - Серьезно, предупреди меня в следующий раз, когда вы куда-нибудь отправитесь.

Линь Сяосяо вдруг догадался: - Думаешь, я не знаю, что ты задумал? Ты просто хочешь найти ТАБУ-005, пока босса нет рядом.

- Нет, как такое возможно? - Сказал Го Хучан, улыбаясь, - Слушай, как по мне, ты слишком много думаешь. Я просто хочу знать, что господин Ли делал прошлой ночью.

Линь Сяосяо посмотрел на него искоса: - Ты поверишь мне, если я скажу, что он просто хотел перекусить тушеной свинины?

- ...че? В это только идиот поверит. А я, не идиот.

Линь Сяосяо вздохнул. Он знал, что остальной мир никогда не поверит, что его босс вышел без причины.

Тот просто хотел пригласить Цин Чэня прогуляться и перекусить.

Эти люди помнили только то, что его босс был очень опасным полубогом, но забыли, что Ли Шутонг также был своевольным и свободолюбивым человеком.

Конечно, Линь Сяосяо также восхищался тем, как другой главный герой вчерашнего хаоса, Цин Чэнь, все еще спал у себя в камере, словно не принимал в этом спектакле никакого участия.

Линь Сяосяо мог понять, почему его босс был спокоен, но что насчет этого подростка?...

...

Пока Цин Чэнь спал, его разбудило громкоговоритель: - Заключенный 010101, к вам посетитель.

Он медленно сел на кровать, чувствуя себя немного растерянным.

Судя по времени во Внутреннем Мире, разве Цин Янь не приходил только вчера? Как получилось, что он пришел сегодня?

Го Хучан спросил Линь Сяосяо: - Погоди, разве посетителям не разрешается приходить только раз в три месяца? Я помню, что у этого парня был посетитель только вчера.

Линь Сяосяо сделал вид, что ему все равно: - Нашему боссу он не нравится, поэтому я советую тебе держаться от него подальше и не расспрашивать о нем. Он из семьи Цин, и у него есть свои привилегии.

Цин Чэнь не вышел сразу, а не спеша умылся, как будто этот посетитель был совсем не важен для него.

Насколько он мог судить, раз Цин Янь не на его стороне, ему не нужно было особо беспокоиться об этом парне.

Полчаса спустя Цин Чэнь открыл комнату для свиданий под конвоем роботов-охранников. Но он был шокирован, когда увидел человека в комнате. Это был не Цин Янь.

Это была Камидай Соране.

Глава 65 - Связующее звено с Внешним миром

На этот раз девушка не надела строгий костюм.

На ней был свободный белый свитер, длинная плиссированная юбка и пара маленьких кожаных туфелек.

Белые носки обволакивали ее стройные голени.

Казалось, что из-за того, что Камиширо Соранэ сменила наряд на свой привычный, она больше не сидела, словно на иголках.

Она сидела очень тихо, ее большие глаза, казалось, могли говорить, когда она серьезно смотрела на молодого человека.

Цин Чэнь сел напротив нее. Их разделял железный стол.

Вокруг серые металлические стены, а над головой бледная светодиодная полоса, но неизвестно почему, изначально мрачная обстановка с приходом Камиширо Соранэ стала казаться немного свежее.

Цин Чэнь на мгновение заколебался: «Зачем ты пришла?»

«Я принесла тебе немного еды, я ее сама приготовила», – Камиширо Соранэ взяла со стула небольшой матерчатый мешочек, в котором лежал термостатный контейнер для еды, который был более изысканным, чем у Е Вана.

Цин Чэнь молча открыл контейнер. С правой стороны аккуратно лежали три штуки суши нигири, посередине – рис с нарезанной тонкими ломтиками говядиной, а слева – ряд кусочков рыбы.

Камиширо Соранэ сказала: «Я поспрашивала, еда в тюрьме, похоже, не слишком хорошая, поэтому я приготовила кое-что для тебя».

«Мне любопытно, мы с тобой не очень хорошо знаем друг друга, по крайней мере, недостаточно, чтобы ты навещала меня в тюрьме каждый день», — спокойно сказал Цин Чэнь.

Камиширо Соранэ немного подумала и тихо сказала: «На этот раз я приехала в город 18 со своими старшими. Они попросили меня почаще с тобой общаться, к тому же… находиться с ними немного некомфортно».

Они оба замолчали. Цин Чэнь взял палочки для еды, приготовленные девушкой, и молча съел всю еду из контейнера.

Надо признать, что кулинарные способности девушки превосходны.

Затем они снова замолчали, пока не закончился 30-минутный период посещения.

Цин Чэнь, который не запаниковал перед лицом такой большой битвы прошлой ночью, начал немного волноваться.

В это время Камиширо Соранэ снова пробормотала тихим голосом: «他の「裏世界」の人と同じように、粗野で野蛮なのではないでしょうか。»

«Что ты сказала?» – подозрительно спросил Цин Чэнь.

«Ничего. Это язык, который понимает только наша семья, – улыбнулась Камиширо Соранэ и встала. – Тогда, Цин Чэнь-кун, увидимся в следующий раз».

Девушка, кажется, привыкла к их взаимному молчанию и также получала удовольствие от этой маленькой игры, в которой она говорит на языке, которого другие не понимают.

…

В то же время.

Линь Сяосяо, скучающе сидел в зоне для чтения и сетовал на то, что, поскольку боссу стало нужно, чтобы Цин Чэнь скрывал свою личность, эта тюрьма, как будто, утратило все веселье.

Хотел пойти и поболтать с Цин Чэнем, но надо притворяться равнодушным.

Хотел поболтать с Е Ваном, но с его характером от него даже пердежа не дождешься.

Это заставило Линь Сяосяо почувствовать себя одиноким……

А что касается Го Хучаня... он хотел, чтобы эта лысая башка держалась от него подальше.

В этот момент ворота из сплава рядом с площадью медленно поднялись, и два механических тюремных охранника сопроводили Лю Дэчжу обратно на площадь.

«Черт!» – хлопнул себя по лбу Линь Сяосяо, он все время чувствовал, что что-то забыл.

Согласно правилам тюремного заключения, сегодня день, когда заточение Лю Дэчжу заканчивается.

Но проблема в том, что Лю Дэчжу не может вернуться, так как Линь Сяосяо понимал, что нельзя позволить этому парню увидеть лицо Цин Чэня!

«Босс, этого человека нельзя выпускать», – сказал он Ли Шутону.

Ли Шутон оторвал взгляд от шахматной доски и сказал: «Тогда снова его заприте, а вечером посмотрим».

Как только раздались эти слова, механические тюремные охранники вывели Лю Дэчжу обратно за ворота из сплава и направились к изолятору.

Никто не знал, как Ли Шутон это сделал, и никто не знал, кто услышал приказ Ли Шутона, а затем отдал приказ механической тюремной страже.

Это также, как никто не знал, как он вышел из тюрьмы №18.

В этот момент механический тюремный охранник поднял Лю Дэчжу, оторвав его ноги от земли, и тот яростно заорал: «Подожди, разве ты не отпустишь меня обратно на площадь? Что происходит? Почему ты снова хочешь меня запереть? Что я сделал?»

Но как бы он ни сопротивлялся, в конце концов его вернули в одиночку...

Лю Дэчжу в душе был несчастен.

Каждый раз, когда заканчивается обратный отсчет до перемещения, его, согласно правилам, силой затягивает во Внутренний мир, а потом он несколько дней проводит в тюрьме.

В юном возрасте он испытал все, что не должен был испытывать.

Внезапно металлическая дверь перед ним открылась, в пустом и темном коридоре стоял человек в кошачьей маске и спокойно смотрел на него.

«Ты… кто?» – Лю Дэчжу на мгновение заколебался. Он был немного напуган, но пригляделся и увидел, что у этого человека не было ничего похожего на орудие убийства. В руке у него был только тюремный ридер.

Это третий путешественник в тюрьме №18!

Лю Дэчжу догадался.

Цин Чэнь медленно вошел в камеру заключения, и со звуком гидравлической передачи дверь из сплава медленно закрылась за ним.

«Что ты собираешься делать?!» – в замкнутом пространстве Лю Дэчжу запаниковал.

Цин Чэнь не спеша написал предложение на ридере: «Я видел новости, тебя приняли за меня».

Глаза Лю Дэчжу расширились: «Брат, я не хотел перетягивать на себя внимание. Я уже думал об этом, я никогда больше не буду хвастаться. На этот раз я сразу признаюсь, что я не тот путешественник, которого встретил Цзянь Шэн».

Цин Чэнь написал на ридере: «Нет необходимости».

«А? – Лю Дэчжу был ошеломлен. – Тогда чего вы хотите?»

«Публично признай это», – ответил Цин Чэнь на ридере.

«Нет, нет, – Лю Дэчжу затряс головой, как погремушкой, – я уже сейчас боюсь, что меня будут преследовать. Вы не знаете, я живу на втором этаже. Когда я мылся позавчера, я забыл закрыть жалюзи. Когда я обернулся, я обнаружил, что на верхнем этаже дома напротив кто-то снимает меня на камеру! И еще, когда я возвращался домой на велосипеде, за мной в машине ехал папарацци. Он был недоволен, что я еду медленно, подъехал к мне и сказал ехать быстрее, чтобы это хорошо смотрелось на камере!»

Цин Чэнь: «…»

Цин Чэнь проигнорировал его жалобы, но ответил на ридере: «Ты знаешь срок своего заключения?»

Лю Дэчжу на мгновение растерялся, он действительно не знал своего конкретного приговора, после перемещения он оказался в тюрьме.

Цин Чэнь написал на ридере: «99 лет и 7 месяцев».

Лю Дэчжу: «???»

Цин Чэнь объяснил: «Согласно новостям, на тебе грабежи, кражи, покушение на убийство, контрабанда, торговля наркотиками, и это совокупное наказание за несколько преступлений».

«Вот дерьмо!» Лю Дэчжу чуть не вырвало.

В настоящий момент Цин Чэнь получил эти новости о судебном процессе на ридере, который принадлежал Ли Шутону, поэтому у него был доступ к новостям.

Лю Дэчжу тупо уставился на ридер, на котором ясно были написаны его деяния, там было сказано, что это максимальный приговор в городе 18 за последние два года.

Он впал в отчаяние. Изначально он думал, что просто отсидится здесь до окончания срока заключения.

Цин Чэнь продолжил писать: «Конечно, я считаю…»

Внезапно Лю Дэчжу спросил: «Вы продолжаете общаться со мной письменно, потому что боитесь, что я узнаю ваш голос? Значит, вы мой знакомый? Или кто-то рядом со мной?»

В этот момент Лю Дэчжу показал свой первоначальный интеллект, нормальный человеческий интеллект, когда успокоился в камере заключения и не был ослеплен перемещениями между мирами.

Но этот интеллект проявился немного запоздало…

Цин Чэнь холодно посмотрел на него, а затем сказал из-под маски: «На самом деле клуб вытолкнул тебя вперед, чтобы ты взял вину на себя. Клубы во Внутреннем мире часто занимаются такими вещами. После ареста Федеральным комитетом по управлению общественной безопасностью случайным образом выбирают неудачника, который возьмет на себя всю вину».

В одно мгновение Лю Дэчжу почувствовал, что аура собеседника изменилась, и его рвение также изменилось.

Незаметно возникло чувство угнетения, которое невольно делает дыхание людей сбивчивым.

Лю Дэчжу подумал, что если бы он слышал этот голос раньше, то обязательно бы запомнил его.

Но в его памяти ничего подобного не было.

Цин Чэнь спросил: «Теперь, когда ты услышал мой голос, мы можем продолжить наше общение?»

«Простите, босс, я неправильно понял», – энтузиазм Лю Дэчжу снова ослаб.

Цин Чэнь посмотрел на Лю Дэчжу сверху вниз: «Сейчас я пришел к тебе, чтобы заключить с тобой сделку. Ты притворишься мной, а я помогу снять с тебя обвинения».

Сначала он разрушил надежду Лю Дэчжу, а теперь дал ему новую надежду.

Он сделал это потому, что Лю Дэчжу теперь может вполне стать его связующим звеном с Внешним миром.

Глава 66 - Сделка, касающаяся Внешнего мира

Многие люди приехали в город Ло ради Лю Дэчжу.

Ху Сяонью, Чжан Тяньчжэнь, Ван Юн и Бай Ваньэр оказались здесь первыми, но рано или поздно придут еще люди.

И те, кто придут, конечно, будут сильнее их.

- Естественно, это не значит, что я могу уладить твой срок прямо сейчас, - Продолжил Цин Чэнь, - Но я могу пообещать, что после того, как я покину тюрьму 18, то помогу тебе выбраться как можно быстрее.

- Каким образом? - Спросил Лю Дэчжу.

- Я найду настоящих виновников и дам им возможность признаться, - Ответил Цин Чэнь.

Лю Дэчжу немного подумал и сказал: - Но если вы не поможете мне после своего ухода, я ничего не смогу с этим поделать, так?

- А у тебя есть выбор? - Спокойно спросил Цин Чэнь.

Лю Дэчжу на мгновение замолчал и наконец признал свою судьбу: - Договорились. Что мне нужно сделать?

- Я считаю, что найдутся люди, которых привлечет твоя "личность". И все что тебе нужно, это понять их потребности и убедить их, что они могут купить у тебя то, что им нужно, - Сказал Цин Чэнь, - Короче говоря, мне нужно, чтобы ты поддерживал с ними связь.

- Раз уж на то пошло, то мне не помешало бы вознаграждение за свои труды... - Подметил Лю Дэчжу, слегка дрожащим голосом.

- Каждый раз я буду отчислять тебе комиссию или поощрение, например, улучшенное тюремное питание, привилегию на чтение новостей или виртуальные развлекательные устройства, - Пообещал Цин Чэнь.

Лю Дэчжу был ошеломлен: он не ожидал, что этот третий переселенец имеет такой фундамент под собой.

- Но... если я заменю вашу личность... - Он заколебался и сказал, - ...то во Внешнем Мире меня будут поджидать опасности.

Цин Чэнь спокойно взглянул на него.

- Возможно, вы видели новости, когда на меня напали на следующий день после возвращения, - Лю Дэчжу одернул рукав и штанину, - Смотри, раны едва начали заживать.

- О? - Цин Чэнь вдруг кое-что вспомнил. Ему всегда было интересно, что случилось в тот момент: - Можешь рассказать поподробнее?

- Согласно тому, что рассказали мне члены Куньлуня, кто-то следил за мной и хотел с моей помощью подобраться к Ли Шутонгу, - Объяснил Лю Дэчжу, - Они покинули город Чжоу тем утром и напали на меня той же ночью. К счастью, люди из Куньлуня заранее устроили засаду возле школы и поймали их всех.

- Вот оно что, - Кивнул Цин Чэнь.

Неудивительно, что Куньлунь не появился в школе в тот день.

И неудивительно, что Лю Дэчжу появился в школе раненым на следующий день. Как оказалось, это все из-за людей со зловещими намерениями, скрывающимися за кулисами.

На данный момент на свободе оставалось девять подозреваемых в похищении, и это только известные.

Вероятно, кроме них, существует еще больше людей, которые тайно следят за путешественниками во времени.

В этом случае Цин Чэнь предположил, что если Лю Дэчжу приманит на себя еще больше взглядов со стороны, все станет куда печальнее.

Он не слишком заботился о Лю Дэчжу, но было бы жаль, если бы его связь с Внешним Миром прервалась слишком рано.

- Итак, чего же ты хочешь? - Спросил Цин Чэнь у Лю Дэчжу.

- Генетическую инъекцию, - Лю Дэчжу выбрал другой путь карьерного роста.

Цин Чэнь закрыл глаза и задумался. Он размышлял целых десять минут.

В тишине Лю Дэчжу казалось, что каждая секунда длится вечность.

Вдруг Цин Чэнь открыл глаза: - Я могу достать для тебя инъекцию, но ты должен доказать мне, что заслуживаешь ее и что ты понимаешь, что значит сотрудничать со мной.

- Позвольте сказать вам, что есть четыре человека, которые пытаются подобраться ко мне, а я до сих пор старался не обращать на них внимания, - Гордо заявил Лю Дэчжу, услышав слова Цин Чэня, - Они также очень богаты! Я слышал, что часы, которые они носят, стоят более ста тысяч юаней! Слышали ли вы когда-нибудь об учениках, которые носят такие дорогие часы в школу?

Лицо Цин Чэна выглядело странно; тот говорил о группе Ван Юн.

Лю Дэчжу как в ничем не бывало продолжил: - После возвращения я выясню, что им нужно, и посмотрю, сможем ли мы извлечь из этого выгоду. Как насчет того, чтобы начать с их часов?

Цин Чэнь предупредил: - Мне не нужны ни деньги, ни часы. Мне просто нужны немаркированные золотые слитки.

Наличные имели серийные номера, то же самое касалось и часов. Эти ценности можно было легко отследить.

Некоторые считают, что криптовалюты безопасны, думая, что все транзакции будут проходить анонимно.

Однако для того, чтобы скрыть свою личность с помощью криптовалют, нужно было использовать валютный пул.

Эти пулы объединяли токены клиентов в один кошелек, и отследить проводимые транзакции через них довольно сложно.

Однако стоит учитывать, что эти пулы управлялись третьими лицами, и если те замыслят недоброе, то клиенты потеряют все.

Так что для Цин Чэна самым безопасным вариантом оставались золотые слитки.

- Верно, вы ведь знаете, что я учусь в школе иностранных языков города Ло? - Спросил Лю Дэчжу.

- Да, - Кивнул Цин Чэнь.

- Я учусь в четвертом классе, но есть один идиот из параллельного, который постоянно ищет возможности подобраться ко мне. Он пытался добавить меня в друзья в WeChat через групповой чат класса, но поскольку я слышал, что он без гроша в кармане, я дважды отказал ему, пока в конце концов не сдался, - Сказал Лю Дэчжу, - Но всего через два дня он добавил меня в чат, где говорилось о продаже технологичных носков и знакомстве с богатыми дамами...

Выражение лица Цин Чэна стало еще более странным. Кто бы это мог быть, кроме его друга Нан Генчэна?

Если бы не маска, Лю Дэчжу мог бы даже догадаться о личности второго, просто взглянув на его лицо!

- Босс, как мне связаться с вами во Внешнем Мире? - Осторожно спросил Лю Дэчжу.

Цин Чэнь улыбнулся: - Всему свое время.

После этого он повернулся и покинул комнату.

Только когда за ним закрылась дверь, Цин Чэнь вздохнул с облегчением.

Огненные узоры пол маской быстро исчезали.

Изменение голоса было второй функцией дыхательной техники.

Перед тем как придти, Цин Чэнь подумал о том, что Лю Дэчжу в конце концов заподозрит его, если он продолжит использовать электронную читалку для общения, но также было бы неприемлемо, если бы он использовал электронную читалку один раз, а заговорил позже.

Поэтому он хотел, чтобы Лю Дэжу указал на эту проблему, а он ее решил, чтобы процесс был более убедительным.

Честно говоря, сначала он все же опасался, что Лю Дэчжу не укажет на это; ведь если бы этого не случилось, ему бы пришлось использовать электронную читалку...

А это слишком утомительно...

...

Оставшись один, Лю Дэчжу в оцепенении смотрел на закрытые двери.

Все, о чем он мог думать, была странная кошачья маска.

Красные и белые линии на маске идеально переплетались, отчего ему казалось будто маска живая.

При этом обладающая мощной и таинственной аурой.

Необъяснимо, но Лю Дэчжу подумал, что даже если он не сможет сойтись с кем-то вроде Ли Шутонга, следовать за его человеком будет тоже неплохой идеей.

Он вдруг понял, что не является главным героем этого мира.

Скорее тот, кто скрывался за кошачьей маской, был им.

Ли Шутонг, Линь Сяосяо и Е Ван ждали снаружи.

- Так вы с ним учитесь в одной школе? Как все прошло? - Спросил Ли Шутонг, улыбаясь: - Я волновался, думая, что все из Внешнего Мира такие же, как ты, но после встречи с ним я расслабился.

Цин Чэнь немного подумал и сказал: - Мне нужна генетическая инъекция.

- Генетическая инъекция? - Ли Шутонг переспросил с недоумением: - Это тому ребенку?

- Да, - Кивнул Цин Чэнь.

- Зачем? - Ли Шутонг задумался: - Генетическую инъекцию довольно трудно достать... и, не будет ли это пустой тратой времени, если дать ее ему?

- Он мне нужен, чтобы доказать Внешнему Миру, что я могу получить то, что хотят они. Да и он должен иметь какую-то способность защитить себя, иначе он легко разболтается, если его поймают и будут пытать, - Ответил Цин Чэнь.

Лю Дэчжу не был хладнокровным; об этом можно догадаться, когда Линь Сяосяо вел допрос.

Цин Чэнь не был уверен, что позволит такому человеку стать его доверенным лицом в противостоянии с людьми из Внешнего Мира.

Поэтому он рассмотрел вопрос с другой стороны: раз Лю Дэчжу проболтается, если его схватят, то сделай так, чтобы другие не смогли его схватить!

Линь Сяосяо немного подумал и вздохнул: - Вполне логично...

Цин Чэнь повернулся лицом к Ли Шутонгу: - Мне нужно несколько жилетов, чтобы обеспечить маскировку и безопасность. Хотя Лю Дэчжу не тот человек, на которого можно положиться, но он единственный, кого я могу использовать сейчас.

На самом деле, у Цин Чэна также были Цзян Сюэ, Ли Тунъюнь и Нан Генчэн, но все они были его друзьями. Использовать этих людей в качестве щита было равносильно тому, чтобы привести их к смерти.

Поэтому Лю Дэчжу был лучшим выбором на данный момент. Сам Лю Дэчжу тоже принял свою судьбу.

Он продолжил: - Учитель, так как вы должны мне услугу, я использую ее для генетической инъекции.

Ли Шутонг был в хорошем настроении, а потому махнул рукой: - Ты мой ученик, поэтому забудь об услуге.

- Я не из тех кто полагается на других, - Ответил Цин Чэнь.

- Что ж... логично. - Ли Шутонг чувствовал, что, возможно, причина, по которой он выбрал Цин Чэня своим преемником, заключалась в том, что мальчик обладал ясным умом и непреклонностью.

Это были отличные качества, которые могут помочь ему пройти долгий путь.

Однако Ли Шутонг все же настаивал: - Но ты принес мне шахматные эндшпили, значит, я обязан еще одной услугой. Поэтому я найду для тебя генетическую инъекцию, и я все равно должен тебе одну услугу.

- Спасибо, учитель, - Искренне поблагодарил его Цин Чэнь.

...

На второй день в середине ночи двери камеры Лю Дэчжу снова открылись, и до конца обратного отсчета оставался всего час.

Тот взглянул на знакомую кошачью маску, затем на небольшой чемодан, который держал в руке этот человек.

- Это... - Лю Дэчжу был необъяснимо удивлен.

- Тебе лучше запомнить то, что я тебе сейчас расскажу, - Цин Чэнь холодно смотрел на него, подробно описывая меры предосторожности, которые он должен будет принять после возвращения во Внешний Мир.

Только когда он закончил говорить, он открыл чемодан, показав внутри два шприца.

Один был предназначен для аллергического теста, чтобы проверить, нет будет ли отторжения от организма.

Другой - для генетической инъекции; голубая жидкость была плотно запечатана в прозрачном стеклянном колбе; ее вид невольно завораживал.

На шприце была напечатана этикетка "Ли Корпорейтэд ГТИ-005".

Цин Чэнь оставил чемодан и проинструктировал перед уходом: - Сначала сделай первую инъекцию. Если ты почувствуешь жгучую боль, значит, отторжения нет будет, и ты можешь сделать второй укол. Боль от первого укола будет длиться 15 минут, а от второго - 5 часов. Но если у тебя не хватит смелости сделать второй укол, значит, ты больше не представляешь для меня ценности.

Генетические инъекции ГТИ семьи Ли имели серийные номера от 001 до 005. Чтобы постоянно укреплять себя, нужно было начинать с номера 005, затем переходить к номерам 004, 003, 002 и, наконец, 001.

Для каждой инъекции требовался интервал в один месяц, чтобы человек мог постепенно становиться сильнее и последовательно переходить на следующий уровень.

В противном случае человек, получивший прямую инъекцию ГТИ-001, мгновенно умирал.

Сначала Линь Сяосяо отдал шприцы Цин Чэню без всякого чемодана. Только после просьбы Цин Чэня он нашел ему чемодан.

По мнению Цин Чэня, если поместить генетическую инъекцию в чемодан, то она будет выглядеть более солидно.

У этого типа генетических инъекций были большие преимущества: низкая вероятность отторжения, быстрое приспособление и отсутствие повреждений внутренних органов.

Но и без недостатоков никуда. Если 005 был эквивалентен уровню F, то 001 был бы эквивалентен уровню B.

И это был предел генетической инъекции.

Более того, инъекции ГТИ-001 и ГТИ-002 было очень трудно найти на рынке.

Линь Сяосяо также сравнил рост через генетическую инъекцию как самый быстрый путь среди всех коротких путей. И на "коротком пути", ставилось особое ударение.

Это заставило Цин Чэня наконец понять, что хотя путь, которым он шел, может быть самым трудным, он также был и самым длинным.

...

- Эй, как вы думаете, после теста он все же решится на генетическую инъекцию? - Цин Чэнь за пределами изолятора пробормотал в тусклом коридоре.

Когда он покинул комнату, то не стал уходить, а молча ждал.

Болезненные крики Лю Дэчжу не прекращались уже 15 минут.

Честно говоря, Цин Чэнь изначально недооценил эффект от первой инъекции. Сейчас он мог себе представить, насколько это больно, просто слушая стенания Лю Дэчжу.

- Не могу сказать точно, - Ответил Линь Сяосяо. - Боль от генетической инъекции пронзает до костей. Многие люди сдаются после первого укола, потому что у них не хватает мужества выдержать пять часов непрерывной боли от второго укола.

Рядом с ним Е Ван добавил: - Все в мире имеет свою цену. Даже если говорить о генетических препаратах с самым быстрым эффектом, то страдания в обмен на самую лучшую жизнь, неизбежны.

- А как же Пробужденые? - Неожиданно спросил Цин Чэнь. - Разве не говорилось, что Пробужденые могут стать экстраординарными за одну ночь?

- Большинство Пробужденых - это люди, которые подверглись чрезвычайно сильным внешним раздражителям, - Объяснил Е Ван, - Есть и те, кто попал в ловушку несчастных ситуаций, и накапливал тем самым боль и страдания годами.

В какой-то момент, Лю Дэчжу перестал кричать.

Все трое тихо стояли в коридоре и шептались между собой, ожидая возобновления крика. Тогда это должно было подтвердить, что Лю Дэчжу набрался смелости и сделал второй укол.

Однако Цин Чэнь переоценил силу воли Лю Дэчжу. После первой инъекции тот больше не решился на второй укол.

Многие люди мечтающие стать сильнее, порой думали, что готовы заплатить соответствующую цену.

Только когда приходили страдания, они понимали, с чем именно столкнулись.

Вдруг Е Ван достал из кармана золотой слиток и передал его Цин Чэну. - Вот, босс попросил передать это тебе.

Цин Чэнь покачал головой: - Как я уже сказал, я не хочу полагаться на других.

Е Ван засунул золотой слиток обратно в карман и пробормотал: - Как и думал босс, тебе оно не понадобится.

- Тогда почему ты все же вытащил его? - Это озадачило Цин Чэна.

- Для символического жеста... босс сказал, что даже если ты не захочешь, то как учитель, он все равно должен предложить что-то своему ученику.

Цин Чэнь: - ...

Затем Линь Сяосяо достал два тонких устройства черного цвета, каждое размером в половину ладони; они походили на миниатюрную версию мобильного телефона.

Он вложил их в руку Цин Чэна, и Цин Чэнь спросил в замешательстве: - Что это?

- Один для тебя, другой для Лю Дэчжу. Это устройство связи. Оно имеет шифрованный канал, перенастройку канала, эквалайзер, функцию обнаружения других устройств, декодирование каналов, обратную связи, предыскажение голоса, модуляцию звука и кодирования канала. Но этот имеет только одну функцию - отправка сообщений. Обычно его используют только шпионы, чтобы избежать перехвата информации, - Объяснил Линь Сяосяо.

Е Ван добавил: - Ты должен знать, что он использует технологию беспроводной зарядки Внутреннего Мира, и во Внешнем Мире его зарядить невозможно. Не забывай возвращать оба устройства - свое и Лю Дэчжу - каждый раз, когда будешь переселяться.

- Как ты узнал, что оно мне понадобится? - Спросил Цин Чэнь у Линь Сяосяо.

- Это не я догадался, а босс, - Пожал плечами Линь Сяосяо. - Он сказал, что как учитель, он должен учитывать некоторые вещи для своего ученика. И согласно твоему характеру, кто-то, кто поможет скрыть твою личность во Внешнем Мире, определенно необходимо устройство связи с тобой. Но босс также сказал, что это плата за твою последнюю услугу. Если тебе понадобится его помощь в будущем, ты можешь обменять его на что-нибудь из Внешнего Мира. Что касается того, на что именно обменять, то можешь подумать об этом сам.

Это торговля была похожа на маленькую игру, в которую Ли Шутонг играл со своим учеником.

Он знал, что у Цин Чэна сильное чувство достоинства и он не захочет просить о помощи у других, и поэтому он с радостью нашел другой способ.

Цин Чэнь посмотрел на коммуникационное устройство в своей руке, затем повернул голову и задал вопрос: - Что-то, что мне определенно нужно в соответствии с моей личностью... какая у меня личность?

Е Ван подхватил: - Может быть, босс думает, что у тебя скверный характер.

Цин Чэнь: - .....

После долгого молчания, Цин Чэнь посмотрел на обратный отсчет, на котором осталась всего минута. - Похоже, он не будет делать укол. Пойдемте.

Лю Дэчжу, обливаясь потом и находясь на грани срыва, беспомощно наблюдал, как дверь из сплава открывается.

Е Ван и Линь Сяосяо бросились внутрь.

- Нет, не надо! Давайте все обсудим! - Крикнул Лю Дэчжу.

В следующий момент Е Ван крепко прижал его к кровати, а Линь Сяосяо схватила шприц и безжалостно уколол его в задницу.

- Выбл*дки!

Лежа на кровати, тело Лю Дэчжу мгновенно напряглось от боли.

Пока он проклинал все живое на этой земле, Е Ван засунул ему в рот коммуникатор.

[Обратный отсчет - 00:00:00]

Прежде чем Лю Дэчжу успел издать очередной крик во Внутреннем Мире, мир вокруг него погрузился во тьму.

Но тьма не поглотила боль; она неустанно сопровождала Лю Дэчжу обратно во Внешний Мир.

Цин Чэнь верил, что его крики обязательно разбудят всех жителей района.

Сегодняшняя ночь будет крайне бессонной для папарацци города Ло.

- 他の「裏世界」の人と同じように、粗野で野蛮なのではないでしょうか。

"Интересно, он такой же дикарь, как жители этого мира".

Это был второй раз, когда Камидай Соране заговорила по-японски.

Цин Чэнь повторил все слово в слово, как только вернулся во Внешний Мир.

Честно говоря, он был немного озадачен тем, чего хотела эта девушка.

- Похоже, мне нужно серьезно заняться японским, - Вздохнул Цин Чэнь.

Она все продолжала играть в свою игру прямо у него под носом, но он ничего не мог с этим поделать.

Из текущих новостей следовало, что только люди из Японии и Кореи переселились в федерацию, в которой он находился.

Остальные иностранцы в основном переселились в соответствующие земли за границей.

Запретное море разделяло их, и ни один корабль не мог переправиться через него.

До сих пор в Китае не было случаев переселение иностранцев, поэтому многие иностранцы решили вернуться на родину в надежде, что они смогут принять участие в этом "публичном бета-тестировании".

Цин Чэнь поискал новости о Камидай Соране, и оказалось, что люди Внешнего Мира еще не знали, что она путешественница во времени.

Это смутило его. Девушка ведь была звездой в Японии, и неважно, насколько известной; должно же хоть что-то появится о ней.

Так почему же никто ничего не узнал о ней?

Может, она искусно скрывала свою личность?

У него было ощущение, что она решила навестить его, потому что была несчастна.

Или возможно, она пришла к нему, чтобы избежать реальности, с которой ей пришлось столкнуться снаружи.

Цин Чэнь также внезапно осознал, что когда он сидел с девушкой, то находился в самом расслабленном состоянии.

В такие моменты ему не нужно было беспокоиться о разговорах и интригах.

Ему не нужно было думать о выживании во Внутреннем Мире. Как будто эти полчаса в комнате для свиданий не имели ничего общего с внешним миром.

Как будто он наконец-то получил возможность передохнуть.

Возможно, об этом думала и девушка.

Цин Чэнь взглянул на свою руку. Обратный отсчет 47:55:01.

Снова два дня. Казалось, что время между переселениями колеблется в произвольном порядке.

На полу лежал сломанный кухонный нож. Это был тот самый нож, который он пытался принести во Внутренний Мир в прошлый раз.

Вспомнив, что сегодня он еще не тренировался, Цин Чэнь включил на фоне курс японского языка, и начал заниматься.

В три часа ночи, когда он только принял душ и включил телефон, социальные сети, казалось, взорвались новостями.

[Лю Дэчжу вернулся во Внешний мир и был найден кричащим в своем доме.]

[Ужасающий крик длится уже три часа подряд. Что случилось с этим "Протагонистом Внутреннего Мира?"]

К рассвету перед домом Лю Дэчжу уже толпились папарацци.

Идя в школу, Лю Дэчжу чувствовал себя так, будто идет по красной дорожке; рядом с ним выстроились камеры всех мастей.

Раньше папарацци хотя-бы сдерживали себя, но теперь они тыкали своими камерами прямо ему в лицо.

Однако он не чувствовал себя популярной знаменитостью, скорее человеком, который пережил месячную пытку, катя велосипед.

Заднее колесо велосипеда было кривым от удара, который он пережил в тот день под мостом, из-за чего казалось, что ему не хватает устойчивости.

Репортер остановил Лю Дэчжу и спросил: - Здравствуйте, я Синь Шаньлун из ХХХХХ, могу я спросить, что с вами случилось? Вас ранили во Внутреннем Мире?

- Нет, - Ответил Лю Дэчжу, поспешно толкая свой велосипед.

- Если вы не пострадали, тогда почему кричали? - Спросил другой репортер.

Лю Дэчжу замолчал и просто попытался протиснуться сквозь толпу.

Вокруг него собиралось все больше и больше людей. На этот раз не только папарацци, но и его соседи пришли посмотреть, что происходит.

Кто-то сказал: - Смотрите, это тот ребенок, который кричал до пяти утра. Я слышал, что он удивительная личность во Внутреннем Мире.

Лю Дэчжу почувствовал, как пылает его лицо, и он, наконец, силой растолкал толпу. К его удивлению, люди, стоявшие перед ним, были немедленно отброшены назад.

Толпа была ошеломлена, и даже сам Лю Дэчжу был ошеломлен.

Перед ним стояло по меньшей мере семь или восемь человек, и хотя никто из них этого не ожидал, толчок, в который он даже не вложил силу, был слишком шокирующим.

Лю Дэчжу запаниковал, и пока остальные все еще пребывали в шоке, он сел на свой велосипед и поехал в школу.

После того, как он уехал, он начал размышлять про себя.

На самом деле он не был в такой панике, как казалось на первый взгляд, потому что путешественник во времени в кошачьей маске уже рассказал ему, чего ожидать и что нужно делать.

Чтобы доказать, что он уже получил учение Ли Шутонга, ему пришлось немного продемонстрировать свои навыки.

Но, конечно, никто не догадается что он не принял никаких учений Ли Шутонга.

Лю Дэчжу подумал, что загадочный путешественник во времени, похоже, все предусмотрел заранее, и неудивительно, что такой человек получил одобрение Лю Дэчжу, а он - нет.

Он видел в интернете, что генетические инъекции - большая редкость на рынке, но для него это было просто просьбой, и путешественник во времени в кошачьей маске смог достать ему инъекцию в кратчайшие сроки.

Всего за один день...

Такая богоподобная власть придала Лю Дэчжу уверенности.

Это было похоже на видеоигру. Ничего страшного, если он немного неудачлив, но если он сможет найти хорошего товарища по команде, он все равно может подняться в таблице лидеров.

Однако Лю Дэчжу все еще не был уверен, насколько силен его босс.

Находясь в изоляторе, он не мог получить никакой информации о внешнем мире.

Хотя от вчерашней боли ему почти хотелось умереть, эффект от генетической инъекции все еще был впечатляющим. Всего спустя час отдыха Лю Дэчжу вернулся в свое лучшее состояние с полным запасом здоровья.

Войдя в свой класс, Лю Дэчжу почувствовал, что что-то не так.

На этот раз никто не обратил на него внимания. Все уткнулись в свои телефоны.

Кто-то отправил сообщение в групповой чат класса, и это было видео с TikTok-а, сделанное человеком под ником "Бродячий Король":

[Спустя восемь лет Ли Шутонг покинул тюрьму, чтобы поужинать с молодым человеком в кошачьей маске на самом верхнем этаже Вечной Башни.

Ли Шутонг съел порцию тушеной свинины, а человек в кошачьей маске съел миску лапши...

Говорят, что прямой наследник семьи Чэнь, мастер уровня А, Чэнь Еху, прибыл в ресторан, дабы попросить их вернуться в тюрьму 18.

В то же время откликнулись и военные базы семьи Цин и семьи Ли. Кто-то также заметил в воздухе "Лэнд Скаутер" семьи Цин.

Известно, что Лэнд Скаутер, он же наземный разведчик использовался для содержания запрещенного предмета ТАБУ-009, но никто не видел, что это за запрещенный предмет.

Поэтому, вполне возможно, что семья Цин планировала использовать этот запрещенный предмет, чтобы расправиться с Ли Шутонгом в тот же день.

До сих пор личность человека в кошачьей маске остается загадкой, и причина появления Ли Шутонга тоже неизвестна, но это событие вызвало большие волнения во всей федерации.]

Увидев эту новость, Лю Дэчжу был потрясен до глубины души.

Похоже, что его понимание своего босса все еще было на поверхностном уровне.

-

Бродячий Король. Человек с таким ником, казалось, обладал информацией из первых рук.

Даже Цин Чэнь, который был непосредственно вовлечен в это дело, не имел ни малейшего представления о технике семьи Цин "Лэнд Скаутер" или запрещенном предмете ТАБУ-009.

Хотя он не знал, что это за предмет, но что-то, взятое с единственной целью расправиться с Ли Шутонгом, должно быть очень страшная вещь.

Но кто именно был этот Бродячий Король?

Во Внешнем Мире самым сильным информатором Внутреннего Мира был Хэ Сяосяо. Но в отличие от него, специализировавшегося на стратегии, Бродячий Король был больше похож на военного журналиста.

При сравнении этих двух людей было очевидно, что Бродячий Король имел преимущество.

Число подписчиков Бродячего Короля превысило 30 миллионов всего за два часа!

Цин Чэнь наблюдал за новостями, сидя в классе.

Из-за недавних событий, большинство путешественников во времени коллективно замолчали, чтобы другие не узнали их личности.

Но похоже, что Бродячий Король специально выбрал этот период коллективного молчания, чтобы появится на свет и заявить о себе.

В результате он одновременно привлек внимание множества людей.

Тот, кто выскочил в такое время, не должен быть дураком. Цин Чэнь сделал вывод, что этот человек либо имеет поддержку организации, как Куньлунь, и поэтому не боится разрозненных сил, либо умеет скрывать свои следы, как Хэ Сяосяо.

В мире выживает сильнейший. Если бы не защитный механизм в тюрьме, люди вроде Лю Дэчжу, которые разболтались сразу после переселения, скорее всего, давно бы умерли.

Когда переселенцев пытали до смерти организации Внутреннего Мира, после их возвращения оставались только изувеченые трупы.

Цин Чэнь ждал, не появится ли кто-нибудь, кто обнародует истинную личность Бродячего Короля.

Однажды один путешественник во времени попытался разыграть небольшой спектакль. И менее чем за два часа хакеры вычислили его IP-адрес и раскрыли множество личной информации. Появился даже старый одноклассник по детскому саду, который утверждал, что тот когда-то избил его...

Сегодня век информационных технологий. Люди рано или поздно узнают, ваши слабые стороны.

Однако прошел целый день, а личность Бродячего Короля все еще оставалась загадкой.

Этого было достаточно для ответа.

"Похоже, что все больше и больше путешественников во времени будут выходить на сцену", - Предположил Цин Чэнь в своем сердце. - "Но они будут отличаться от прежних болтунов, поскольку имеют свои скрытые способности и технологии, чтобы одолеть Внешний Мир".

Когда он пошел в туалет во время первой перемены, Цин Чэнь наткнулся на роскошные часы, которые носил Ху Сяонью.

В данный момент они находились на запястье Лю Дэчжу.

Кроме того, Ху Сяонью, Лю Дэчжу и Чжан Тяньчжэнь радостно болтали и смеялись друг с другом, как будто они стали закадычными друзьями.

Цин Чэнь нахмурился, вернулся в туалет и закрыл дверь. Он ясно дал понять, что не должен принимать часы, но Лю Дэчжу не послушал его указаний.

Он отправил сообщение Лю Дэчжу: - {Есть ли прогресс с четырьмя переведенными учениками из города Хай, о которых ты говорил?}

Только на следующей перемене Лю Дэчжу спрятался в туалете и ответил на сообщение: - {Не торопитесь, босс. Эти люди может и богаты, но они довольно скупые, и пока нет никакого прогресса.}

Цин Чэнь не знал, смеяться ему или плакать. Сначала он думал, что Лю Дэчжу не понял его предложения, но теперь оказалось, что этот человек планировал присвоить часы себе.

Сначала он выманил бы у Ху Сяонью кое-какие вещи, отдав их только после того, как получил бы свою долю, а затем получил бы от Цин Чэня дополнительную выгоду вроде генетической инъекции.

В итоге Лю Дэчжу получал прибыль с обеих сторон, а Цин Чэнь и Ху Сяонью становились его орудиями наживы.

Цин Чэнь почувствовал, как Лю Дэчжу вырос его в глазах. Но лишь ненадолго.

Если бы их классы не находились рядом друг с другом, он мог бы попасться на его уловки.

К несчастью для Лю Дэчжу, он никак не мог догадаться, что третий путешественник во времени - это кто-то из соседнего класса.

В городе Ло, в конце концов, проживало более шести миллионов людей, каким бы маленьким он не казался.

На самом деле, действие Лю Дэчжу все еще былл в пределах разумного. Никакое сотрудничество не может всегда оставаться гладким.

У каждого человека будут свои мысли во время процесса - такова человеческая природа, и реальная сторона мира.

Нелогично было ожидать, что Лю Дэчжу будет служить ему щитом от всего сердца после того, как он вручит ему пряник и кнут.

Но Цин Чэнь знал, что Лю Дэчжу не был крепким орешком.

В это время Лю Дэчжу отправил еще одно сообщение: - {Босс, люди из города Хай хотят знать, как быстро закрепиться в городе 18 и какую помощь мы можем им оказать. Как насчет того, чтобы дать им пряник для начала?}

Цин Чэнь ответил: - {Что-то вроде наручных часов, да?}

Лю Дэчжу, который до этого сидел на корточках в туалете, вдруг вскинул голову.

Наручные часы. Эти слова дали ему понять, что собеседник все знает.

Возможно ли, что третьим путешественником во времени был кто-то из его школы - точнее, из того же класса?

В коридоре было много учеников, а спортивная площадка была заполнена людьми, выполняющими разминочные упражнения.

Но Лю Дэчжу почувствовал холодок по позвоночнику, как будто пара глаз молча наблюдала за ним из неизвестного места сквозь толпу.

Лю Дэчжу напечатал ответ, его руки неконтролируемо дрожали: - {Босс, я был неправ. Вы можете наказать меня, и не волнуйтесь, я скоро верну часы и перестану творить глупости...}

Через несколько минут Лю Дэчжу вышел из туалета. Ху Сяонью, который ждал его снаружи, был немного озадачен. - Почему так долго? Как насчет того, чтобы сходить в бар сегодня вечером? Я не был в барах с тех пор, как приехал в город Ло.

Лю Дэчжу глубоко вздохнул и сказал: - Я не пойду в бар, и хочу заранее поздравить тебя с Новым Годом. Пусть исполнятся все твои желания, пусть вся твоя семья будет в безопасности и здорова...

Ху Сяонью немного ошарашенный, уставился на Лю Дэчжу: - ...????

Закончив, Лю Дэчжу вложил часы в руку Ху Сяонью и понизил голос: - Сотрудничество будет продолжаться, но отныне я буду принимать только золотые слитки.

По правде говоря, Лю Дэчжу сейчас до глубины души сожалел о своих словах.

Он не был уверен, был ли этот человек поблизости и поймал его на месте преступления, или это был просто блеф.

Но он не решался рисковать снова.

Иначе он даже не смел думать о том, с чем столкнется, когда через полтора дня вернется в тюрьму...

...

Разобравшись с Лю Дэчжу, Цин Чэнь неожиданно получил новый запрос от друга в WeChat. Кликнув на него, он обнаружил, что это Ли Тунъюнь.

Но, насколько он помнил, у Ли Тунъюня не было мобильного телефона...

Ли Тунъюнь написала ему сообщение, как только Цин Чэнь принял ее запрос на дружбу: - {Брат Чэнь, Куньлунь прислал моей маме сообщение о том, что девять предполагаемых беглецов, возможно, уже находятся в город Ло. За последние 24 часа уже пропали два путешественника во времени. Ты должен быть осторожен.}

Зловещее предчувствие внезапно поднялось в его сердце.

Согласно новостям, методы, которые использовали подозреваемые беглецы, были бесчеловечными. Если эти люди придут в город Ло, то может пострадать множество путешественников во времени.

Он ответил Ли Тунъюню: - {Можешь связаться со своей матерью?}

Ли Тунъюнь ответила: - {Я сейчас с ней, и ей ничего не угрожает. Я просто хочу спросить, можем ли мы сегодня переночевать у тебя. Мы с мамой не против спать на полу.}

Ли Тунъюнь в это время была с Цзян Сюэ.

После того как Куньлунь отправил сообщение, информирующее всех зарегистрированных путешественников во времени о потенциальной опасности, Цзян Сюэ отправилась в школу за Ли Тунъюнь и решила временно остаться в торговом центре.

Она обдумывала план.

Цзян Сюэ также купила телефон для Ли Тунъюнь, чтобы та могла поддерживать с ней связь, поскольку он был бы очень кстати в такое неспокойное время.

Ли Тунъюнь переслала Цин Чэню сообщение, которое Куньлунь отправил Цзян Сюэ.

Цин Чэнь прочитал текст слово за словом, пытаясь понять, что произошло.

В сообщении Куньлунь предупреждал, что все три путешественника во времени, исчезнувшие в городе Ло, в какой-то момент случайно получили информацию о своей личности в интернете.

Из двухсот известных путешественников во времени города Ло в таком положении находилась примерно пятая часть. Куньлунь просил всех быть осторожными и по возможности не сообщать другим о своем местонахождении.

Куньлунь не упоминал о том, что предложит кому-то защиту, скорее всего, потому что у них не было достаточно людей и сил для этого.

"Я не ожидал, что уже так много зарегистрированных путешественников во времени. Определенно еще есть кто скрываются."

Преступники прибыли в город Ло в спешке, и у них не было достаточно времени, чтобы изучить подробную информацию о каждом, поэтому пока путешественники во времени держались подальше от своих домов, они были в безопасности.

Например, преступники знали домашний адрес Цзян Сюэ, поэтому они пришли бы к ней домой.

Но если Цзян Сюэ не будет дома, то они не могут ничего сделать.

Ход мыслей Ли Тунъюнь был логичным и точным. Цин Чэнь даже хотел похвалить ее решение.

Но сейчас... уместно ли позволить им находиться в его доме...?

Нет. Сейчас было не время думать об этом. Поскольку Ли Тунъюнь попросила, а они все еще находились в долгосрочных отношениях сотрудничества, то он решил помочь.

Цин Чэнь вынужден был признать, что даже если он не будет сотрудничать с ней в будущем, он все равно поможет: - [Сегодня пятница, я пойду домой пораньше. Давайте встретимся перед входом в район в 5:40, я зайду первым и посмотрю, нет ли там кого-нибудь подозрительного.]

Перед окончанием занятий Лю Дэчжу неожиданно написал Цин Чэню: - [Босс, я добился некоторого прорыва в работе с переведенными учениками. Хотя мы не вдавались в подробности, они уже пообещали золотой слиток за искренность... так что, босс, мне не нужны никакие проценты, но не могли бы вы улучшить мое проживание в комнате заключения? А то я там с ума сойду.]

Цин Чэнь взглянул на прибор, пока никого не было рядом, и ответил: - [Это будет зависеть от результатов.]

После этого он занялся важными делами.

...

В 4-ои районе на улице Синьшу было все так же тихо, как и раньше, мало кто ходил по улицам.

Цин Чэнь держал в руке несколько книг и медленно шел по узкой дороге. Была уже ранняя осень, и листья с деревьев по сторонам опадали. Это было, пожалуй, самое красивое время года.

На этот раз девять подозреваемых на свободе вели себя совсем не так, как преступники раньше. Казалось, они хорошо подготовились и организовывали свои действия, поэтому правоохранительным органам было трудно найти их следы.

Такая преступная организация была самой опасной из всех.

Цин Чэнь смотрел прямо перед собой и запоминал каждого человека, который попадал в поле его зрения. Пока что все они были его соседями.

Чужих лиц среди них не было.

Он быстро бросил взгляд на балкон Цзян Сюэ. Все было на своих местах, даже складки на занавеске остались такими же, как и утром.

В доме также никого не было.

Цин Чэнь прошел в коридор дома и написал Ли Тунъюню: - [Все в порядке. Моя дверь открыта, заходите, когда придете.]

Вскоре Цзян Сюэ и Ли Тунъюнь тихо вошли в его квартиру.

Наконец, Ли Тунъюнь немного расслабилась, и ее выражение лица выглядело очень очаровательным.

Цин Чэнь улыбнулся: - Я не путешественник во времени, поэтому им даже не зачем сюда приходить.

Ли Тунъюнь посмотрела на него, и подумала: "Брат Цин Чэнь, ты врешь как дышишь!"

Цзян Сюэ улыбнулась: - Спасибо, что помог нам. Я просто не чувствую себя в безопасности на улице. Пока сходите, посмотрите телевизор, а я приготовлю ужин.

Сказав это, она ушла на кухню.

Способность Цзян Сюэ быть всегда такой мягкой поразила Цин Чэня.

Ли Тунъюнь вдруг тихо произнесла: - Моя мама очень удивительная, правда?

Цин Чэнь потер лоб и ответил: - Ты знаешь о Ли Шутонге? Можешь сказать мне, что семьи думают о нем?

- Ничего интересного, - Сказала Ли Тунъюнь, сидя на диване с болтающимися ногами, - Я слышала от своей сестры во Внутреннем Мире, что Ли Шутонг уехал на много лет, и его внезапное появление вновь вызвало ожидаемое удивление.

Цин Чэнь достал из шкафа футон. В его доме было две спальни и гостиная, но в одной из спален даже не было кровати. Он использовал ее как кладовку.

Он сказал Ли Тунъюнь: - Сегодня ты и твоя мама будете спать в моей комнате. Кровать немного маловата, но это лучше, чем ничего. Я буду спать в гостиной.

- Это так мило с твоей стороны, - сказала Ли Тунъюнь с улыбкой, - Так, брат Цин Чэнь, где ты был, когда Ли Шутонг ел в ресторане "Павильон солнечного Света"?

- Я? Ехал в поезде, и любовался видами.

- О, - Ли Тунъюнь не стала расспрашивать его дальше, - Моя семья пока что не планирует двигаться. Похоже, они все ждут, пока другие начнут действовать первыми.

Цин Чэнь спросил: - Так почему же Ли Шутонг оказался в тюрьме?

Ли Тунъюнь посмотрела на него и сказала: - Я не знаю. Ребенок моего возраста, попросивший посмотреть документы Ли Шутонга, слишком выделялся бы. Теперь, когда я так много с тобой поделилась, пришло время тебе обменяться со мной информацией.

Цин Чэнь задумался и сказал: - Я могу рассказать тебе кое-что о Внешнем Мире. Думаю, нам нужно присоединиться к групповому чату Хэ Сяосяо, но перед этим я должен заполучить программу для защиты данных из Внутреннего Мира, чтобы моя личность была защищена. Я считаю, что Хэ Сяосяо - это не один человек, а скорее организация. Они намерены собрать всех путешественников во времени в одном месте. Это, конечно, только мое предположение, но...

Ли Тунъюнь вдруг сказала, наклонив голову: - Брат Цин Чэнь, ты не углубляешься в детали иныормациие о Внешнем Мире только потому, что думаешь, что я могу догадаться о твоей личности по тому, что ты рассказываешь, так?

Цин Чэнь улыбнулся: - Ты как думаешь?

Пока они болтали, то вдруг услышали звук сверху... это был стул, упавший на пол.

Это здание было настолько старым, что звукоизоляция практически отсутствовала. Звук падения чего-то на пол не мог быть более явным.

Цин Чэнь и Ли Тунъюнь знали, что в комнате наверху никого не должно быть, но... там кто-то появился.

- Тсс! - Цин Чэнь приказал молчать, и рукой указал сидеть на месте.

Маленькая девочка в ужасе посмотрела на потолок гостиной; ее тело сжалось на диване.

Несмотря на то, что она была не по годам развита, она редко сталкивалась с подобными ситуациями.

Она еще не до конца оправилась от травмы, полученной от хулиганов, ворвавшихся в ее дом, но теперь на нее надвигалась другая напасть.

Ли Тунъюнь подсознательно захотела выключить телевизор, держа в руке пульт, но Цин Чэнь остановил ее.

Осенью небо быстро темнело, поэтому свет включали рано.

Преступники должны были заметить это, когда пришли; а притворившись, что дома никого нет, они, наоборот, привлекли бы их внимание.

Цин Чэнь похлопал ее по руке и прошептал: - Не бойся, я рядом.

Ли Тунъюнь вытерла уголки слезящихся глаз и кивнула.

Внутри дома, казалось, все шло своим чередом без изменений.

Цин Чэнь развернулся и пошел на кухню, подав сигнал Цзян Сюэ продолжать готовить.

Он написал на бумажке и показал ее Цзян Сюэ: {Преступники уже наверху. С этого момента мы все должны вести себя естественно. Не паникуйте, и они не подумают, что вы прячетесь прямо под ними.}

В этом здании было четыре этажа и восемь квартир, они не должны быть настолько дотошными, чтобы обыскивать все здание.

Цзян Сюэ терпеливо приготовила блюда и принесла их в гостиную. Подавив дрожь, она написала на бумаге: {Что нам теперь делать?}

Как только она дописала, сверху раздался звон разбитого стекла, а затем тяжелые шаги загрохотали по потолку над головой.

Сердце Цин Чэна сжалось - должно быть, это звук механических конечностей.

Ноги обычных людей не могли издавать такой тяжелый звук.

Постепенно с потолка донеслось странное шуршание.

Цин Чэнь поискал в памяти похожий звук... это был звук замка на молнии, трущейся о пол.

В этот момент кто-то лег на пол, чтобы подслушать их!

Словно дьявол спустился прямо за спиной, тихо дыша, глотая зловоние крови в темноте ночи.

Цин Чэнь неподвижно сидел на диване. В такое время не было необходимости делать какие-либо действия. Он просто должен был спокойно ждать, пока они уйдут.

Если вы были добычей, столкнувшейся в лесу с опытным охотником, вы должны были научиться скрывать свой запах.

И даже не пытайтесь рисковать в такой момент, ведь у охотника есть ружье.

Снова послышался шорох замка на молнии по полу, и лежащий человек, похоже, встал. Вскоре тяжелые шаги направились в сторону кухни.

По телевизору показывали только что начавшийся выпуск новостей, и четкий голос ведущего разносился по комнате.

Цин Чэнь проинструктировал Цзян Сюэ: {Попробуйте связаться с Куньлунь по WeChat, но не звоните. Вас могут подслушать.}

Цзян Сюэ достала мобильный телефон, выключила звук и отправила сообщение Лу Юаню.

Но неожиданно Лу Юань не ответил.

Цин Чэнь написал: {Забудьте, мы не можем пока рассчитывать на Куньлунь. Давайте просто продолжим ждать.}

Ли Тунъюнь прижалась к матери и медленно успокаивала свои эмоции. Она тихонько постукивала палочками по фарфоровой миске, имитируя звуки, которые обычно издавала во время еды.

Однако вдруг они услышали, как в коридоре скрипнула дверь. Ху Сяонью и его друзья болтали, поднимаясь по лестнице.

Цин Чэнь, Цзян Сюэ и Ли Тунъюнь посмотрели друг на друга - все они поняли, что происходит.

Команда Ху Сяонью, должно быть, поднялась наверх, чтобы посетить Цзян Сюэ!

Постучавшись, Ван Юнь спросила: - Тетя Сюэ, вы дома?

В следующий момент сверху раздались различные восклицания и столкновения, сопровождаемые грохотом падающих на пол тяжелых предметов.

Шум также быстро стих, как и начался.

Похоже тех четверых втащили в квартиру.

Цин Чэнь был потрясен, он явно недооценил боевую мощь преступников.

Хотя эти ученики были обычными людьми, преступники слишком быстро разобрались с ними.

{Что делать? Спасать их?} Цзян Сюэ в панике написала на бумаге.

Если бы этих четверых схватили, каждый мог бы догадаться, что произойдет дальше.

Цин Чэнь посмотрел на Цзян Сюэ, а затем на Ли Тунъюнь.

Маленькая девочка внезапно потянула его за рукав и стала писать на бумаге: {Брат Цин Чэнь, ты очень умный, ты должен найти способ...}

Она сделала небольшую паузу и продолжила писать: {Но ты должен обезопасить себя.}

Цин Чэнь вздохнул. Ху Сяонью и остальные пока что в безопасности, и следуя из того, как вели себя эти преступники, они должны были рассматривать путешественников во времени как источник богатства и не стали бы убивать их так легко.

Тогда еще не было слишком поздно...

Он быстро закрыл глаза, и зрачки сузились в темноте под веками.

Одну за другой он проанализировал ключевую информацию в своем сознании.

Если бы кто-нибудь спросил его, что можно найти за прошедшие дни, Цин Чэнь спокойно ответил бы, что давно забытые сокровища.

"Согласно отчетам, на этот раз все еще девять подозреваемых в бегах..."

"Привет, одноклассник, ты знаешь Лю Дэчжу..."

"Четверо переведенных учеников прибыли из города Хай..."

Цин Чэнь, казалось, что-то нашел.

Что Лю Дэчжу сказал ему в комнате заключения?

"После того, как Куньлунь узнал о местонахождении тех людей из Чжоу, они заранее устроили засаду возле школы..."

"Ответственный человек по имени Чжэн Юаньдун сказал, что они пошлют кого-нибудь защитить меня."

Цин Чэнь снова открыл глаза. Он отвернулся и достал коммуникатор, чтобы отправить Лю Дэчжу сообщение: [Возьми такси до квартиры №12 по 4-ой улице на Синьшу и присядь на корточки перед зданием. Сейчас же!]

Лю Дэчжу немедленно ответил на сообщение: [Чего? Почему вы хотите, чтобы я сидел там на корточках?]

Цин Чэнь ответил без выражения: [Не забудь потом сказать Ху Сяонью, что сделка заключена. Передашь ему, чтобы он заплатил золотым слитком.]

Лю Дэчжу был ошеломлен, когда получил сообщение. Что это значит? Как Ху Сяонью вдруг оказался втянут в это дело? Но он все равно ответил: [Хорошо, сейчас буду.]

Цин Чэнь наконец-то вздохнул с облегчением. Он не пытался навредить Лю Дэчжу, приказывая ему прийти.

Он понимал, что такой малозначительный путешественник во времени, как Цзян Сюэ, не сможет связаться с Куньлунем, но Лю Дэчжу точно сможет.

Он не хотел, чтобы Лю Дэжу связывался с ними напрямую, Куньлунь наверняка уже расставил вокруг него людей.

Цин Чэню нужен был не Лю Дэчжу, а его окружение.

Постепенно сверху донесся слабый плачущий голос девушки. Казалось, что кто-то очнулся.

...

В районе Синлун несколько шпионов Куньлуня, которые следили за домом Лю Дэчжу, переговаривались.

Они увидели, как Лю Дэчжу крадучись вышел из жилого дома. Оглядевшись по сторонам, чтобы убедиться, что за ним никто не следит, он выбежал за пределы района и прыгнул в такси, припаркованное у ворот.

Один из членов Куньлунь прошептал в гарнитуру: - Внимание, Воробей вылетел, и залетел в машину Орла.

В эту таинственную ночь Лю Дэчжу беспокойно сидел на заднем сиденье такси и торопил: - Господин, пожалуйста, поторопитесь и езжайте в 4-ый район в Синьшу.

Голос Лу Юаня прозвучал через гарнитуру: - Воробей назвал адрес, всем проследить. Он ведет себя необычно. Первый, Второй, вам, ребята, следует ускориться и заранее поискать место, где можно спрятаться.

Лю Дэчжу не имел ни малейшего представления о том, как его движение повлияло на стольких людей.

Такси медленно остановилось перед домом на улице Синьшу.

Пока Лю Дэчжу расплачивался, молодой водитель небрежно спросил: - С вас 14 юаней за проезд. К слову, здесь раньше жили правительственные чиновники, что вы тут забыли?

Лю Дэчжу отсканировал QR-код для оплаты и, не задумываясь, ответил: - Чтобы получить золотой слиток...

Все, о чем он мог думать в это время, был золотой слиток, но он быстро пожалел об этом, как только слова вырвались из его рта, и быстро вышел из машины.

Когда он вошел в район, водитель надел гарнитуру и сказал: - Вызываю Куньлунь, Воробей сказал, что он здесь из-за золотого слитка.

Лу Юань, который уже давно ждал в тени дерева, потушил сигарету: - Золотой слиток? Неужели он заключил сделку с путешественником во времени?

- Возможно. С его особым статусом во Внутреннем Мире он мог бы быть полезен многим людям, - Проанализировал член Куньлуня, - Во Внутреннем Мире принято платить за услуги. Капитан Лу, не было ли недавно в городе Тай случая, когда покупатель не заплатил за лекарство после его приема? Продавец чуть не убил того парня, и нашим коллегам пришлось разбираться с этим неприятным случаем.

- Точно, - Кивнул Лу Юань, - Такое возможно. Черт, я должен был охранять его посреди ночи на случай похищения, а он пришел за золотым слитком.

Под кромешной тьмой Лю Дэчжу осторожно вошел в квартал, внимательно осматриваясь по сторонам.

Вот только он не знал, что многие пары глаз молча наблюдают за ним.

Пока Лю Дэчжу шел к квартире №12, более двадцати членов Куньлуня тесно обступили его в тени, а он был в центре.

Лу Юань холодно наблюдал со стороны, думая, что господин Чжэн никогда бы не нанял такого парня.

Теперь он думал, не ослеп ли и Ли Шутонг, когда выбрал Лю Дэчжу.

Реальность всегда давала пощечину. Только сегодня утром Лю Дэчжу все еще демонстрировал свою аномальную силу перед прессой, и, естественно, люди думали, что единственный способ получить способности в тюрьме 18 - это Ли Шутонг.

- А? Почему он присел на корточки? Что он делает? - Спросил один из членов Куньоуня.

Лу Юань оглянулся и увидел, что Лю Дэчжу действительно неподвижно сидит на корточках рядом с квартирой №12.

Его две руки были скрещены в рукавах, как у идиота, который ждет, когда ему подадут жареный сладкий картофель.

- Что этот ребенок пытается сделать сейчас? - Спросил кто-то.

- Тсс, - Внезапно вмешался Лу Юань.

Он почувствовал намек на опасность.

...

Время шло, и казалось, что весь мир погрузился в тишину.

В это время из тени у входа в квартиру вышел человек в черной куртке.

В ухе у него был блютуз-наушник. Насторожившись, он молча оглядывался по сторонам, пока его правая рука висела в воздухе.

Ладонь мужчины была открыта, и можно было хорошо разглядеть его сильную и мощную механическую руку.

Пробежав взглядом по сторонам, он обернулся и увидел Лю Дэчжу, который сидел на корточках неподалеку и сурово смотрел на него.

Мгновенно, как только две пары глаз встретились, окружающая атмосфера стала жутко тихой.

Бандит посмотрел на Лю Дэчжу. Воздух словно загустел, и в нем появилось невидимое чувство угнетения.

Убедившись, что вокруг никого нет, он подошел к Лю Дэчжу, и гидравлические механизмы под его одеждой зазвучали в воздухе.

Лю Дэчжу просто смотрел, как таинственная фигура приближается к нему.

Бандит подошел и заговорил с Лю Дэчжу: - Приятель, почему ты кажешься таким знакомым? Ты случаем не...

Лю Дэчжу молчал пару секунд, потом дернул ртом и пустил слюни из уголка губ: - А-а-а-а...

Он встал и начал уходить, как будто не понимая, что происходит.

Бандит нажал на блютуз-наушник: - Я нашел кого-то подозрительного.

Пока он говорил, Лю Дэчжу шел все быстрее и быстрее, пока в конце концов не начал бежать: - А-а-а-а...

Вскоре он исчез в конце улицы.

Бандит собирался погнаться за ним, но через несколько шагов остановился и повернул обратно в жилой дом.

Тени под деревьями колыхались. В темноте Лу Юань поднял голову.

В это же время за окном второго этажа на него холодно смотрел другой человек.

- Они заметили нас. Окружить. - Лу Юань твердо сказал: - Будьте осторожны, они могут быть очень опасны.

Члены Куньлуня медленно подошли к квартире №12, но вдруг с другой стороны здания раздался звон разбитого стекла, и человек, смотревший на Лу Юаня, повернулся и исчез в комнате.

Выражение лица Лу Юаня изменилось: - Они пытаются сбежать через заднее окно!

Появившийся человек, несомненно, был подозреваемым, за которым они охотились!

Как только Лу Юань пришел сюда, он понял, что Цзян Сюэ живет на втором этаже!

Они разделились на две группы и завернули с двух сторон здания.

Как только Лу Юань и его группа свернули за угол, из металлического мусорного бака посыпались искры.

Затем раздался взрыв.

Лу Юань только успел прикрыть руками шею и голову, как его отбросило назад ударной волной.

Шум от взрыва взлетел в воздух, а металлический мусорный бак разлетелся на бесчисленные куски.

Преступники наперед установили взрывчатку.

Прежде чем подняться в квартиру Цзян Сюэ, они пронесли ее в мусорном баке, чтобы использовать как запасной вариант.

Если бы их обнаружили, они бы разбили заднее окно, чтобы привлечь преследователей, а взрывчатку использовали бы для разрушений и хаоса.

Таким образом, они могли бы получить больше времени для побега.

Все было тщательно продумано, как будто кто-то наблюдал за всем этим из-за кулис, контролируя, куда все идет.

Лу Юань поднялся с земли и похлопал по плечу товарища по команде: - Ты в порядке?

Люди медленно поднялись, и кто-то сообщил: - У нас только один человек ранен в ноги металлическими осколками, других повреждений нет.

Вероятно, все получили легкое сотрясение мозга, но сейчас ни у кого не было времени заботиться об этом.

- Мы должны следовать за ними, - Сказал Лу Юань, - Если мы потеряем их сейчас, больше путешественников во времени будут в опасности!

Все быстро направились к задней части здания, но Лу Юань вдруг остановился: - Подождите!

Он почувствовал, что что-то не так.

Преступники пришли, чтобы похитить путешественников во времени, но, как ему сказали, их механические конечности не были высокого класса, и они не могли выдержать шок от прыжка вниз со второго этажа.

Даже если бы они были в порядке, они не смогли бы унести с собой еще одного человека!

Лу Юань обернулся. Звук бьющегося стекла, человек на втором этаже, повернувший назад, и взрывчатка на пути - все отвлекало их от входной двери.

Из-за угрозы взрывчатки никто не мог думать здраво, и они, естественно, направились к своей первоначальной цели.

Таким образом, когда все они окажутся в задней части здания, преступники легко выйдут через парадные двери!

- Быстро, к входной двери! - Яростно крикнул Лу Юань.

Один из членов группы спросил: - Капитан Лу, мы больше не будем их преследовать?

- Просто выполняйте мои приказы. Орел, ты уже здесь?

Из наушников донесся голос: - Почти!

Лу Юань начал бежать на полной скорости, потому что знал, что если бы он принял неправильное решение, то просто дал бы преступникам путь к бегству из окон.

Но он был уверен в своем решении!

Лу Юань мчался вперед не чувствуя боли из-за адреналина, бурлящего в нем. В этот момент он, наконец понял их замысел.

Взглянув вниз, он также заметил, что его бедро кровоточит; в плоти застряли осколки металла.

Как оказалось, его тоже зацепило.

Но в этот момент ноющая рана была пустяком по сравнению с перспективой поимки преступника.

Когда он, прихрамывая, уже был готов вернуться назад к главному входу, то увидел фургон, медленно приближающийся к зданию.

Как он и ожидал.

Четыре человека с черными мешками в руках неторопливо вышли из здания. Сами мешки казались очень тяжелыми, даже ткани были натянуты и потеряли форму.

Глава банды холодно посмотрел в сторону Лу Юаня. Было немного неожиданно, что Лу Юань смог отреагировать на их выходку настолько быстро, но в конечном счете он не придал этому особого значения.

Те быстро забрались в фургон и стали готовиться к отбытию.

Один из них вылез наружу, вытащил пистолет и прицелился в Лу Юаня.

Мышцы на ногах Лу Юаня в этот момент наполнились силой, полностью изменив его траекторию бега.

Его тело сместилось зиг-загом; он заранее предугадал движение противника и уклонился от первого выстрела!

Люди хоть и не могли двигаться быстрее пули, но против дула у них были шансы!

Кроссовки Лу Юаня мгновенно разорвались в клочья, обнажив пальцы ног.

Не мешкая и не обращая на это внимания, он закричал во все горло: - Орел, сбей противника!

Затем он прыгнул.

С конца улицы донесся рев двигателя. Внутри такси, которое появилось из ниоткуда, Орел выжал педаль газа до пола.

Такси, подпрыгнувший на склоне, и Лу Юань висевший в воздухе, готовый к атаке - если бы в этот момент можно было остановить время, то эта картина, безусловно, надолго отпечаталась бы в памяти.

В следующую секунду такси врезалось в черный фургон. Орел от инерции ударился головой о руль и потерял сознание.

Стрелявший на мгновение потерял фокус и опешил от увиденного; силуэт Лу Юаня появился прямо перед его глазами, и со всей силы выбил из фургона!

Прежде чем потерять сознание, он даже услышал звук ломающихся костей.

Один из его союзников хотел было помочь, но вместо этого был ликвидирован Лу Юанем, который уже пробрался внутрь; его тело ударилось о другую сторону фургона.

В следующее мгновение все поблизости услышали приказ Лу Юаня. - Обезвредить!

…

В месте, скрытом от Лу Юаня и остальных, Цин Чэнь выглянул в окно через щель в занавеске.

Он молча размышлял о том факте, что Лу Юань тоже был экстраординарным. Но он не мог определить, получил ли другой Генетическую инъекцию, был ли он Пробужденным или Культиватором.

Даже если тот получил Генетическая инъекция, все равно не было никакого способа узнать, какой тип он принял.

Существовало много категорий Генетических инъекций. Например, та же семья Ли владела тремя – FDE, FDD и FEE.

То, что Цин Чэнь дал Лю Дэчжу, могло максимально развить физическую силу, путем наращивания и уплотнения мышц тела.

Грубо говоря, вы становились Усейном Болтом и Халком в одном лице.

И поскольку Цин Чэнь знал, что Лю Дэчжу обязательно проболтается, если того поймают, ему просто нужно было дать тому возможность сбежать быстрее, прежде чем другие успеют опомниться.

В это время он увидел, как члены Куньлуня собрались вокруг после того, как, наконец, усмирили всех преступников.

Скорая помощь забрала раненого Лу Юаня вместе с Ху Сяонью, Чжан Тяньчжэнем и другими.

По наблюдениям Цин Чэня, у его соседей не было явных признаков травм, и по-видимому, те просто находились в состояние шока.

Довольно много районов было оцеплено этим инцидентом, и профессионалы проверяли все углы, чтобы удостовериться, не осталось ли еще какой-нибудь взрывчатки, оставленной преступниками.

Это было серьезное уголовное преступление. Четверо подозреваемых может и были арестованы, но еще пятеро находились в бегах.

Сам Цин Чэнь в этот момент полностью осознал, что эта группа преступников была куда более хитрее, чем он себе представлял изначально.

Хотя по отдельности они не представляли из себя ничего особенного, но вместе они были организованы и систематичны.

Конечно, Цин Чэнь не упускал возможность, что среди пяти оставшихся подозреваемых был кто-то, кто обладал хоть какой-то властью.

Он повернулся, и спокойно улыбнулся Цзян Сюэ и Ли Тунъюнь, сказав: - Вроде все обошлось. Но так как нам пока не следует выходить наружу, давайте просто спокойно поедим.

Цзян Сюэ посмотрела на молодого человека, стоявшего перед ней. - Спасибо, без тебя мы с Сяо Юнь попали бы в беду… пожалуй пойду разогрею еду.

Перед тем как Цзян Сюэ закончила готовить, они втроем не осмелились есть, так что еда давно остыла.

В гостиной Ли Тунъюнь пристально смотрела на Цин Чэнь. В глубине души она чувствовала, что брат отличается от других людей; независимо от времени и места, он был способен выходить из щекотливых ситуаций.

- Брат Чэнь, как тебе удалось позвать Куньлунь?

Цин Чэнь рассмеялся: - При помощи силы мысли.

Он многое за сегодня раскрыл. Посторонние, возможно, и не смогли бы уловить во всем этом связь, но даже с этими минимальными деталями Ли Тунъюнь в конечном итоге догадалась бы, что происходит за кулисами.

Однако Цин Чэнь, казалось, не возражал, если маленькая девочка узнает некоторые из его секретов.

Он погладил ее по голове и сказал: - Все еще боишься?

- Чуть-чуть. И... брат Чэнь, я понимаю, что ты не хочешь, чтобы твой секрет узнали, но если я столкнусь с опасностью во Внутреннем Мире... ты придешь, чтобы спасти меня?

Цин Чэнь немного подумал и ответил: - Да.

Ли Тунъюнь удовлетворенно кивнула, будто убедившись в чем-то, но вскоре после этого проворчала себе под нос: - Конечно хорошо, если ты не раскрываешь свою личность другим, но скрывать все от меня - это слишком. Я всего лишь ребенок. Какие дурные намерения могут быть у ребенка?

Цин Чэнь лишь улыбнулся, ничего не ответив.

Искушенный охотник всегда замаскирует себя под добычу.

Опасность стала частым спутником с тех пор, как на людей обрушился Внутренний Мир.

Цин Чэнь всегда верил, что прежде чем он сможет достичь истинной силы, притворяться слабее всегда будет правильным выбором.

Сегодня вечером Ли Тунъюнь и Цзян Сюэ определенно сошлись бы в мысли. "Как ему удалось позвать Куньлунь?"

Они не знали о появлении Лю Дэчжу на сцене, и этот секрет также был чем-то, что Куньлунь не стал бы случайно раскрывать публике.

Так что на данный момент Ли Тунъюнь не смогла бы связать причину и следствие воедино.

Но если однажды она узнает о Лю Дэчжу, даже если она не сможет полностью разгадать правду, она будет очень близка к истине.

Цзян Сюэ стояла на кухне, ее пальцы все еще слегка дрожали.

Если бы Ли Тунъюнь внезапно выключила телевизор, если бы Цин Чэнь не напомнил ей продолжать готовить, они бы здесь не находились.

Цзян Сюэ вскоре вернулась с горячими блюдами. По какой-то причине эта нежная тетя, казалось, больше не была слишком напугана, поскольку ее лицо озаряла улыбка. - Время есть! Жаль, что вам двоим пока нельзя пить, дабы мы могли вместе отпраздновать выживание в этой катастрофе!

Ли Тунъюнь присоединилась к веселью и сказала: - Брат Цин Чэнь не ребенок, он может выпить!

Когда Цин Чэнь откусил кусочек вареного яйца слушая их перепалку, его выражение лица мигом изменилось.

Увидев это, Цзян Сюэ хотела было спросить что с ним, пока сразу же не поняла, в чем дело.

Она была так напугана во время приготовления, что совсем забыла посолить еду.

Потеряв дар речи, ее лицо покраснело.

Цин Чэнь быстро ответил: - Ничего страшного - быть напуганным. Я тоже испугался.

Ли Тунъюнь пробормотала сбоку: - Кто бы поверил, что ты испугался?

Неаппетитная еда не испортила атмосферу, а наоборот, сделала ее более оживленной.

Больница города Ло, отделение скорой помощи

Обычно некогда пустые больничные палаты заполнились членами Куньлунь.

Молодые люди которые во время операции походили на свирепых драконов и тигров, в данный момент скулили на койках, прося медсестер еще дозу обезболивающего.

Однако на большинстве из них не было серьезных травм.

Сначала медсестры подходили и спрашивали, что их беспокоит, но недолго думая они поняли к чему все идет, и потому чуть ли не специально стали избегать их, пропуская тем самым несколько уколов.

Но позже до них дошел слух, что эти люди пострадали, когда пытались спасти жизни, поэтому медсестрам ничего не оставалось, кроме как вернуться к работе.

И спустя какое-то время они поняли, что этим молодым людям на самом деле было больно.

Во Внутреннем Мире был термин для такого типа боли: афтеэффект перегрузки.

У обычных людей при больших нагрузках обычно в организме накапливалась молочная кислота, отчего и болели мышцы.

Но люди, получившие генетические инъекции с "низким номером", чувствовали боль, ощутимую с выжиганием нервов.

Например, Лю Дэчжу. Если тот будет слишком много использовать силы, он тоже почувствует такую боль, так как получил только инъекцию FDE-005.

Но если бы он получил 004 и 003, то этот эффект постепенно сошел бы на нет.

Естественно медсестры никогда не видели и не слышали о таком, но Ху Сяонью сразу понял в чем дело.

Хотя он сам не получил генетическую инъекцию, он примерно знал, как все это работает.

В какой-то момент он даже поймал себя на мысли, что за Куньлунем стоит великий человек во Внутреннем Мире.

Иначе как объяснить, что столько людей смогло сделать генетическую инъекцию за такой короткий промежуток времени?

И их босс должен занимать там важный пост.

В это время Лу Юаня последним вынесли из машины скорой помощи. Его встретил один из членов Куньлуня: - Капитан Лу, мы приготовили для вас отдельную палату по указанию Орла. Тот сказал, что медсестра, которая ухаживала за ним в той палате, милашка.

Орел был водителем, который на своей машине протаранил машину преступников, а также тем, кто протаранил внедорожник в тот день, когда похищали Лю Дэчжу.

Лу Юань нахмурился и сказал: - Что? Нет, я лягу в палату с Ху Сяонью.

- Что? - Немного удивился член Куньлунь, - Но это ведь общая палата, и там может быть очень шумно.

- Думаешь меня это волнует? Мне еще нужно разобраться с кое чем и мои четыре новых друга в этом помогут. И да, попроси босса чтобы проверил их личности.

- Есть!

Лу Юань был доставлен в палату на инвалидном кресле после того, как его рана была обработана.

Член Куньлуня своими глазами видел, как Лу Юань спокойно размышлял перед тем, как войти в палату, и начал кричать, как только вошел. Он сразу же стал играть роль такого же человека, как и все остальные его товарищи,

Даже когда Лу Юань лег на кровать рядом с кроватью Ху Сяоню, он все еще притворялся, извиваясь и корчась от боли.

Ху Сяонью, колеблясь, сказал Лу Юаню: - Спасибо, что спасли нас.

- Конечно, вы должны поблагодарить нас, - Сказал Лу Юань, перекатываясь на бок от боли. - Разве вы не видели, какими храбрыми мы были, когда пытались спасти вас? Мы организованы так, чтобы противостоять опасности и сохранять спокойствие, когда на нас направляют оружие… а, черт, вы же этого не видели, потому что были связаны в мешках.

Ху Сяонью: - …

Лу Юань вздохнул: - Если бы господин Чжэн увидел нас, я бы определенно получил прибавку и продвижение по службе!

Ху Сяонью сменил тему: - Но как вы узнали, что мы в опасности?

Лу Юань ответил: - Это не мы нашли вас, а кое-кто другой. Мы же случайно проходили мимо. Конечно, арест этих преступников - была частью нашей работы.

Ху Сяонью спросил: - Кое-кто? Кто?

- Не могу сказать, - Лу Юань покачал головой, следуя процедуре.

Член Куньлуня вошел в палату с пластиковым пакетом и сказал: - В машине было найдено четыре телефона. Они ваши? Пожалуйста, перепроверьте.

Ху Сяонью взял свой телефон, и первым делом проверил его. К его удивлению он обнаружил новое сообщение от Лю Дэчжу: {Сделка завершилась. Не забудь потом оплатить мне золотым слитком.}

Ху Сяонью был ошеломлен.

С помощью этого сообщения он смог соединить точки воедино: Лю Дэчжу узнал, что он в опасности, и воспользовался возможностью, чтобы Куньлунь мог ему помочь.

Мгновенно его впечатление о Лю Дэчжу взлетело до небес.

Как Лю Дэчжу узнал, что он в опасности? Как он заманил туда Куньлунь? Ху Сяонью не мог понять.

Он подумал немного и ответил: {Спасибо. Я очень благодарен за то, что ты сделал, и приготовлю вдвое больше того, что обещал ранее.}

Увидев сообщение, Лю Дэчжу был вне себя от радости.

Что это был за благочестивый клиент? Удвоил плату без малейших колебания? Так вот как выглядел мир богатых людей?

Кроме того, на этот раз он смог незаметно для всех заработать золотой слиток, верно?

В это время Лу Юань неожиданно спросил: - Так как же вас поймали? Сначала я подумал, что они преследуют Цзян Сюэ и Ли Тунъюнь, но вместо них встретил вас. Мы даже не встречались раньше.

Это был один из вопросов, на который Лу Юань не мог найти ответа.

Лю Дэчжу сегодня "случайно" забрел на улице Синьшу, как будто знал о появлении преступников.

Такси, на котором Лю Дэчжу приехал на улицу Синшу, тоже принадлежал Куньлуню.

Когда Орел спросил Лю Дэчжу, зачем он здесь, Лю Дэчжу сказал, чтобы забрать золотой слиток.

Затем, на месте преступления оказались Ху Сяонью и остальные, но Цзян Сюэ и ее дочь нигде не было видно.

За этот короткий промежуток времени было слишком много случайностей.

Ху Сяонью объяснил: - Мы только недавно переехали в Ло и поступили в иностранную школу. Сегодня мы пошли навестить наших соседей из 201-го, но вместо них встретили... их.

- Вы не путешественники во времени? - Спросил Лу Юань. - Значит, это просто совпадение?

- Да, совпадение, - Кивнул Ху Сяонью.

Лу Юань улыбнулся и больше ничего не сказал.

Вошел сотрудник Куньлуня со стопкой отчетов и передал их Лу Юаню: - Мы нашли Цзян Сюэ. Она и ее дочь в это время были в комнате знакомого. Они также написали вам сообщение, но вы не ответили.

Лу Юань был ошеломлен на мгновение: - Что? Но я не получал от них сообщений...

Сотрудник сделал паузу и сказал: - Капитан Лу, вы опять не положили деньги на телефон?

- Черт! С той жалкой зарплатой, которую мы получаем, я не смогу положить деньги на телефон до следующего месяца! К слову, травму которую я получил, будет ли она считаться производственной? Я смогу заработать на этом?

Ху Сяонью удивило, что у членов Куньлуня не было хорошей зарплаты.

Их работа была одной из самых тяжелых и опасных. Кто бы согласился заниматься этим без хорошей компенсации?

С помощью генетической инъекции и сверхъестественных способностей можно было зарабатывать не меньше миллиона в год, просто работая телохранителем у богатого человека.

В таком уж веке живем.

Ху Сяонью подумал и сказал: - Если возможно, я готов пожертвовать Куньлуню определенную сумму как частное лицо...

- Нет! - Лу Юань прервал его: - Если бы ты и другой обычный человек одновременно оказались в опасности, кого бы мы спасли первым? Конечно, мы бы выбрали ближайшего, но если бы ты был ближайшим, то беспристрастность Куньлуня встала бы под сомнение... это не я сказал, а наш босс. У господина Чжэна свои способы получения денег.

И тут, Лу Юань нашел кое-что интересное в информации, которую ему передали о Ху Сяонью и трех других.

- Его отец… перевел его в класс Лю Дэчжу, - Прошептал ему на ухо сотрудник Куньлуня.

Лу Юань был потрясен. "Так вот оно что!"

Он вдруг повернулся к Ху Сяоянь, и спросил: - Эй, о какой плате вы договаривались с Лю Дэчжу?

Ху Сяоянь был ошеломлен. Видя, что Лу Юань пристально смотрит на него, он почувствовал, что все его секреты раскрыты.

Сделав паузу на две секунды он ответил: - Что заплачу за оказанную услугу золотым слитком. Точнее, заплачу два золотых слитка по 100 грамм.

Лу Юань кивнул. Ху Сяонью был клиентом Лю Дэчжу.

С той властью, которыми обладает первый, покупка услуг у второго не была неожиданностью.

Он сказал сотрудникам Куньлунь: - Зарегистрируйте всех четверых. Они путешественники во времени, я гарантирую это.

Лу Юань был уверен, что так будет лучше для всех.

Лу Юань был в восторге. Ему казалось, что он практически выяснил отношения между Лю Дэчжу и Ху Сяонью, а также обстоятельства сегодняшнего инцидента.

Он немедленно отправил Чжэн Юаньдуну результаты своего расследования: - {Ху Сяонью договорился с Лю Дэчжу об услуге, но в процессе получения оплаты Лю Дэчжу случайно привел Куньлунь к беглецам. Сам Лю Дэчжу уже на том уровне, что может торговаться с другими путешественниками во времени, в частности с Ху Сяонью и его друзьями.}

Лу Юань уже решил, что был прав в своем анализе, однако Чжэн Юаньдуна думал иначе: - {Ты неправ.}

Лу Юань остолбенел. - {Как это неправ?}

{После того как Ху Сяонью договорился о встрече с Лю Дэчжу, он пошел навестить соседа, вместо того чтобы остаться и ждать. К примеру, ты бы пошел домой, заранее зная, что у тебя намечается крупная сделка на работе?} - Спросил Чжэн Юаньдун.

{Нет, это ведь глупо....} - Лу Юань вдруг осознал. - {Босс, вы хотите сказать, что Ху Сяонью и Лю Дэчжу никак не контактировали?}

{Именно}, - Продолжил Чжэн Юаньдун, - {Будь ты на месте Лю Дэчжу, и кто-то попросил бы тебя об услуге, смог бы ты молча просидеть на корточках снаружи дома, прождав человека более 20 минут, не психанув?}

{Нет, я бы подумал, что у него не все дома. Хотя, примерно так я и расстался со своей бывшей девушкой, так как она слишком часто опаздывала. Каждый раз, когда мы планировали встретиться, мне приходилось ждать ее по полчаса}, - Ответил Лу Юань.

Чжэн Юаньдун спросил: - {А что, если это Я попрошу тебя подождать полчаса у дома? Согласишься?}

Лу Юань робко ответил: - {Вы ведь босс. Как я могу осмелиться вас ослушаться... стоп. Вы ведь не хотите сказать, что за Лю Дэчжу кто-то стоит? Тот, кто может...}

{И после всего этого ты считаешь, что твой предыдущий вывод верен?}

Лу Юань сразу же просветлел. Да, у него и так было много подсказок, но он не смог их тщательно собрать воедино.

Хотя деталь о том, что Лю Дэчжу хотел получить золотой слиток в качестве оплаты, совпадала с заявлением Ху Сяонью, Лю Дэчжу мог просто притворяться, специально создавая совпадения, чтобы ввести в заблуждение посторонних.

По правде же, причина, по которой мысли Лю Дэчжу заполонили золотые слитки, заключалась в том, что сам Цин Чэнь часто упомянал об этом.

В этот момент Чжэн Юаньдун заключил: - {Ты пришел к неверному выводу, потому что кто-то намеренно пытался увести нас со следа. Эта подсказка самая неясная, но и самая важная. Тот, кто приказал Лю Дэчжу немедленно прибыть в Синьшу, был тем, кто обнаружил подозреваемых, а также тем, кто мог заставить Лю Дэчжу с готовностью ждать, невесть чего, более 20 минут.}

Лу Юань ответил в оцепенении: - {Сегодня ночью... за кулисами стоял неизвестный.}

По его спине резко пробежал холодок. Он думал что все это совпадение, даже не подозревая, что в темноте за сценой кто-то спокойно наблюдал за спектаклем.

Не знаешь, кто это; и не понимаешь, наблюдает ли он за тобой в данный момент.

Чжэн Юаньдун ответил на его сообщение: - {Тот, кого мы ищем, должно быть является третьим путешественником во времени, оказавшимся в тюрьме 18. Он контролировал Лю Дэчжу и сплел нить, связывающую всех нас. И на первый взгляд он может показаться нам дружелюбным, но не стоит раньше времени расслабляться.}

Лу Юань нахмурил брови. Возможно, только кто-то вроде босса мог справиться с таинственным путешественником во времени...

{Босс, может, мне допросить Лю Дэчжу?}

Чжэн Юаньдун сдержался: - {Всему свое время. Если же мы это сделаем сейчас, то превратим потенциального союзника, во врага.}

....

-Обратный отсчет 23:50:00-

Была глубокая ночь. Город мирно спал, но не Цин Чэнь.

Он спокойно лежал на полу в гостиной на матрасе, который расстелила для него Цзян Сюэ.

Квартира Цзян Сюэ была разгромлена, а пятеро беглецов все еще были на свободе, поэтому мать и дочь временно поселились у Цин Чэна.

В обветшалой и тусклой комнате время от времени всплывал запах сырости.

Из кухни время от времени выползали тараканы, но Цин Чэнь ничего не предпринимал.

Цзян Сюэ до этого тщательно прибралась в доме, молчаливо поблагодарив Цин Чэня за защиту.

Но Цин Чэнь не мог уснуть: тому, кто пережил столько, сколько он, было бы трудно заснуть.

На данный момент он проанализировал все, что произошло сегодня, и убедился, что пока никто не сможет узнать какую роль он сыграл сегодня.

Даже если Лю Дэчжу поймают и будут пытать, они не смогут раскрыть личность таинственной фигуры, контролирующей его за кулисами.

То, что произошло сегодня ночью, казалось бы, не имело к нему никакого отношения, но все причины и следствия были связаны воедино благодаря ему.

Такое ощущение было очень захватывающим.

Как и в шахматной игре, ему всегда больше подходила роль игрока, а не фигуры.

Он также не хотел становиться пешкой.

Из спальни послышался шорох. Ли Тунъюнь выскользнула из двери в ночной рубашке и села на пол рядом с Цин Чэном. - Брат Чэнь, ты тоже не спишь?

Цин Чэнь посмотрел на нее, сложив руки под головой. - А ты почему не спишь? Или вы оба не спите?

Ли Тунъюнь прошептала: - Нет, моя мама спит. Ты подумал о том, о чем я тебя уже спрашивала?

- О чем?

- Эй, хватит притворяться. У тебя хорошая память, поэтому я уверена, ты знаешь, о чем я говорю, - Ли Тунъюнь начала загибать пальцы. - Сегодня 29 сентября, завтра 30 сентября, а послезавтра - Национальный день!

Цин Чэнь, казалось, только что вспомнил об этом: - А, ты об этом...

- Давай отправимся за город. Столько всего произошло, поэтому нужно расслабиться! - Ее глаза блестели от возбуждения при упоминании прогулки.

- Если хочешь повеселиться, то сходи в центр с мамой. Я то тут причем? - Цин Чэнь не мог не рассмеяться.

Ли Тунъюнь опустила голову и сказала: - Если ты не пойдешь, мама тоже не пойдет. Она сказала, что сейчас слишком опасно выходить на улицу, но я думаю, что опаснее оставаться в городе. Наоборот, ничего не случится, если мы отправимся за город. В новостях также сказали, что тех пятерых не поймали. Я уверена, что они все еще охотятся за путешественниками во времени в городе!

Цин Чэнь подумал, что это вполне разумно, но он снова спросил: - Ты правда этого хочешь?

- Ну... и дело не только в этом. Если я что нибудь не придумаю за день, то мне уготована только одна дорога - в школу, - Сказала Ли Тунъюнь, лицо которой осунулось. - У меня и так куча забот! Если ко всему этому добавить еще и школу, то я просто умру! После каждого родительского собрания мама Чжан Чаою приходила к нам и рассказывала, как хорош ее Чаою и эта школа. Она продолжала это делать до тех пор, пока моя мама не записала и меня в эту школу.

Цин Чэнь был ошеломлен. Учитывая ум, сообразительность и зрелость Ли Тунъюнь, это была неожиданно нормальная проблема среди детей.

Несмотря на появление путешественников во времени, дети все равно не смогли бы избежать школы. Даже прямой потомок семьи Ли во Внутреннем мире не был исключением...

Он вдруг рассмеялся и сказал: - Ладно, куда именно хочешь? Но я не гарантирую, что мне удастся убедить твою мать...

- Ты и не обязан! Просто должен согласиться, а убеждать ее буду я! - Ли Тунъюнь уставилась на Цин Чэня с полной решимостью. - В ее голове улица - это опасность. Но если с нами пойдешь ты, она может и передумать!

Какой сильный аргумент.

Ли Тунъюнь продолжила: - Мы не отправимся слишком далеко, просто выберем место в окрестностях города Ло. Например, гору Лао Цзюнь. Я слышала, что восход солнца там завараживает.

Для Ли Тунъюня было неважно куда отправиться. Самое главное - это возможность сбежать из города и школы.

Цин Чэнь посмотрел в ее ожидающие глаза и улыбнулся: - Хорошо, я обещаю тебе, но если твоя мама не согласится, то на меня не рассчитывай.

- Спасибо! - Ли Тунъюнь удовлетворенно подхватила подол ночной рубашки и пошла обратно в спальню.

В это же время он получил сообщение от Нан Генчэн: - {Цин Чэнь, Цин Чэнь, не спишь?}

{Догадайся. Что хотел?}

{Приближается Национальный день. Ван Юнь пригласила несколько одноклассников вместе встретить рассвет на горе Лао Цзюнь Ты идешь? Говорят, Ху Сяонью, Чжан Тяньчжэнь и Лю Дэчжу из соседнего класса тоже собираются.}

Нан Гэнчен добавил: {И еще, Ху Сяонью возьмет на себя расходы, а всем остальным не придется платить ни копейки.}

Цин Чэнь был озадачен. Разве может быть такое совпадение? Они тоже собирались на гору Лао Цзюнь.

Однако причина, по которой эти четверо вдруг организовали эту поездку, скорее всего, заключалась в том, чтобы использовать ее как возможность углубить свою дружбу с Лю Дэчжу.

Ведь Лю Дэчжу по факту спас их жизни.

Однако не Ван Юнь пригласила его, а Нан Гэнчен.

Что было довольно странно.

Логично было предположить, что после того, что сделал Лю Дэчжу, ей больше не нужны ни Цин Чэнь, ни Нан Гэнчен.

Но, хотя она и "бросила" Цин Чэна, она все еще с энтузиазмом общалась с Нан Гэнченем...

Где в этом смысл?

Он вдруг спросил Нан Гэнченя: - {Она узнала, что ты путешественник во времени?}

Нан Гэнчен моментально опроверг его заявление: - {Я не путешественник во времени!}

Цин Чэнь беспомощно ответил: - {Хорошо, ты не путешественник.}

Даже не шарящий человек за трансмигрантов, со стопроцентной уверенностью скажет, что этот парень путешественник во времени, потому что у него это на лбу написано. Ван Юнь, должно быть, уже узнала секрет Нан Генчэня.

-Обратный отсчет 17:00:00-

За окном раздалось щебетание птиц, а это значит что наступило утро. Цин Чэнь перевернулся несколько раз в постели, услышав звуки готовящейся пищи, доносившиеся из кухни.

Сев, он увидел, что дверь в его спальню приоткрыта.

Увидев что Цин Чэнь проснулся, Цзян Сюэ улыбнулась ему и сказала: - Видимо, ты часто готовишь. У тебя здесь всевозможные приправы.

- Угу. Потому-что питаться вне дома слишком затратно, - Ответил Цин Чэнь.

- К слову, где твои родители? Жить одному в таком возрасте... это безответственно с их стороны. Но не волнуйся, с этого момента я буду готовить для тебя. Ты же должен сосредоточиться на учебе. Ах да, ты посещаешь какие-нибудь занятия с репетитором? Я могу порекомендовать тебе одного.

"Чего?"

Цин Чэнь подумал, как разговор о приправах, так плавно перетек к репетиторству?

Неудивительно, что Ли Тунъюнь хотела "сбежать" из дома.

Но, честно говоря, у него не было необходимости посещать занятия с репетитором.

В прошлом году Цин Чэнь устроился на подработку, поэтому выспаться во время занятий стало для него привычкой.

В то время, если бы Цин Чэнь вдруг поднял голову, когда учительница по математики объясняла пример, та бы просто задумалась насчет того, не сделала ли она где-то ошибку.

Цзян Сюэ улыбнулась и сказала Цин Чэну: - Сяо Юнь сказала, что ты обещал пойти с нами на гору Лао Цзюнь.

- Да.

- Ты слишком балуешь ее. Я еще даже не согласилась, но вы уже все решили. - Хотя Цзян Сюэ и укоряла, она все равно говорила мягким голосом.

Цин Чэнь подумал и сказал: - После недавнего инцидента, неплохо было бы развеяться. Тем более для нее это будет полезно.

- Тут ты прав, - Кивнула Цзян Сюэ, - Раз так, то мы можем поехать туда после того, как ты вернешься из школы. Ехать до горы всего два часа. А как приедем, то на следующий день пойдем в поход, чтобы увидеть восход солнца, а после вернемся. Еще я нашла в интернете пару гостевых домов с хорошими отзывами.

Цин Чэнь поднял на нее глаза. Очевидно, она уже все спланировала.

Он спросил: - На все про все два дня?

- Я хочу, чтобы Сяо Юнь успела вернуться к началу занятий с репетитором. Но если ты хочешь остаться еще на несколько дней, я позволю Сяо Юню взять каникулы.

...

Когда Цин Чэнь пришел в класс, он обнаружил, что Нан Генчэн и Ван Юн тихо шепчутся между собой, а что касается Бай Ваньэр, то ее все еще не было.

Вчера они вчетвером не сильно пострадали. Их просто вырубили и упаковали в мешки. После же спасения их отправили в больницу на осмотр, а после отпустили домой.

В это время Ван Юн рассказывала Нан Генчэню о том, что с ними вчера произошло, пока сам Нан Генчэн время от времени кивал, и утешал ее словами.

Если так посмотреть... это было больше похоже на воркование молодой парочки...

Цин Чэнь вдруг почувствовал, что многое пропустил за те дни, пока отсутствовал на занятиях.

Он будто отошел в туалет на середине фильма, где до его ухода главные герои мужчина и женщина все еще планировали свое светлое будущее, а после его возвращения те уже давно поженились.

Магия одним словом.

Он даже начал сомневаться, была ли проблема в сюжете фильма или это его поход в туалет затянулся.

Нан Генчэн внезапно спросил стоящего в раздумьях Цин Чэня: - Ты чего меня взглядом сверлишь? Кстати, что насчет нашего вчерашнего разговора? Ты решил?

Прежде чем Цин Чэнь успел ответить, Ван Юн тихо напомнила: - Нан, наша группа и так переполнена. Ху Сяонью достался автобус только на 47 мест, а у нас за спиной два класса.

Цин Чэнь улыбнулся и сказал Нан Генчэню: - Все в порядке. У меня появились другие планы на каникулы.

- Оу, хорошо, - Кивнул Нан Генчэн, - Тогда я тоже не поеду. Чем планируешь заняться во время каникул по случаю Национального дня? Идешь на подработку? Я с тобой!

Выражение лица Ван Юн, в этот момент, неуловимо изменилось, но Цин Чэнь быстренько похлопал Нан Генчэна по плечу и сказал: - Эй, за меня не беспокойся. Лучше отдохни как следует, тем более за тебя уже заплатили. Если же ты не поедешь, это станет пустой тратой времени и денег. Я бы поехал, если бы не моя занятость. А, когда вы выезжаете?

- Завтра, - Ответила Ван Юн. Она почувствовала облегчение от того, что Нан Генчэн не стал настаивать на счет отказа. - Завтра в семь мы встретимся в школе. В следующий раз мы обязательно возьмем с собой и тебя.

Цин Чэна не особо волновали эти любезности, но он был рад, что хотя бы их расписания разошлись.

В конце концов, на горе Лао Цзюнь было только одно место для встречи рассвета. Если бы они все отправились сегодня вечером, то, возможно, встретились бы завтра на смотровой площадке...

А, да. И еще. После вчерашнего похищения статус Лю Дэчжу, казалось, повысился до небес.

Как только он зашел в класс, рядом с ним собрались Ху Сяонью, Чжан Тяньчжэнь и Бай Ваньэр, которые возбужденно перешептывались.

Однако Лю Дэчжу не выглядел таким воодушевленным. Он оглядывался по сторонам, словно пытался кого-то найти.

Ху Сяонью первым заметил это. Он спросил с любопытством: - Брат Лю, ты кого-то ищешь?

Это новая фамильярность, казалось, сделало их еще ближе.

Ху Сяонью потребовалось время, чтобы придумать, как его называть.

Называя его Лю Дэчжу, они бы ничем не отличались от одноклассников.

Просто называть его Дэчжу показалось бы слишком невежливым.

Чжу... он будто бы фермера зовет.

- Что? - Лю Дэчжу пришел в себя: - Нет, я просто... не бери в голову.

Лю Дэчжу не мог избавиться от ощущения, что его таинственный босс наблюдает за ним прямо сейчас.

Это чувство, что за ним наблюдают, доставляло ему дискомфорт, но он получил все, что хотел: от школьной звезды до улучшенной жизни в тюрьме.

Похоже, его босс был надежным человеком.

Внезапно, кое о чем задумавшись, Лю Дэчжу серьезно сказал Ху Сяонью: - Мой тебе бесплатный совет, о котором ты должен знать. Ни с кем не враждуй в школе!

Ху Сяонью смутился от его слов: - Брат Лю, с чего ты об этом заговорил?

- Просто запомни это, - Вздохнул Лю Дэчжу. Он не хотел, чтобы они случайно разоблачили его босса и разрушили их бизнес.

...

Тем временем Хэ Цзиньцю медленно шел по улице Синьшу.

Он остановился на тротуаре и посмотрел на деревья-зонтики.

Листья зонтичных деревьев, которые уже начали желтеть, колыхались под осенним ветром.

Хэ Цзиньцю погрузился в свои мысли и простоял так больше часа, как будто ничто не имело большего значения, чем красота этого пейзажа.

Спустя долгое время кто-то спросил сзади: - Что ты здесь делаешь?

Хэ Цзиньцю обернулся и увидел Чжэн Юаньдуна, который был одет в чистый китель и улыбался: - Как что? Если уж господин Чжэн здесь, то мы оба, должно быть, подумали об одном и том же.

Представители Цзю Чжоу и Куньлуня стояли лицом друг к другу под финиковым деревом.

Молодой человек и мужчина средних лет.

Один был одет в серый костюм, другой - в черную тунику.

Финиковое дерево между ними была словно перегородкой между двумя мирами, создавая сильный и резкий контраст.

Бывшие товарищи по оружию, а также нынешние конкуренты.

- Мне очень любопытно. Человек, живущий далеко в столице, внезапно приезжает в глушь, по типу города Ло. Решил видами полюбоваться? - Озорно спросил Чжэн Юаньдун.

Хэ Цзиньцю улыбнулся и сказал: - Господин Чжэн, вы все такой же шутник. Вчера вечером Куньлунь успешно поймал четырех преступников. Как мог Цзю Чжоу упустить возможность взглянуть на это и не поздравить вас?

- В этом наша работа, в поздравлениях нет необходимости, - Вдруг равнодушно ответил Чжэн Юаньдун. - Более того, пятеро все еще на свободе. Сейчас не время праздновать.

- Работа Куньлуня... - Хэ Цзиньцю усмехнулся: - Неужели господин Чжэн хочет сказать, что Цзю Чжоу плохо выполняет свои обязанности?

Обеим организациям были отведены разные роли с момента их основания.

Куньлунь не вмешивался во внешние дела, а Цзю Чжоу избегал вмешиваться во внутренние дела.

Подобно различию между ЦРУ и ФБР, даже если ЦРУ контролировало 70% внешней разведки, и даже могло самостоятельно вести мелкие военные действия, они все равно не имели контроля над внутренними делами.

То же самое касалось и Цзю Чжоу.

Но Хэ Цзиньцю, похоже, не собирался соблюдать это правило. Было 19 городов, в которых участки обеих организаций пересекались, и то и дело возникали неожиданные конфликты.

В столице обе стороны едва не столкнулись, борясь за путешественницу во времени, девушку по имени Цзю Ран.

Хэ Цзиньцю неожиданно спросил: - Тебя разве не беспокоит кое-что?

- А что меня должно беспокоить? - Переспросил Чжэн Юаньдун.

- Как только Хэ Сяосяо закончит настройку группового чата, путешественники во времени со всей страны хлынут в руки Цзю Чжоу. Отсюда и вопрос. Что в этот момент станет с Куньлунем?

Пока он говорил, с финикового дерева упал лист, кружась в воздухе. Хэ Цзиньцю поймал его и слегка сжал в руке. - Я знаю, что у тебя есть возможность получать генетические инъекции, поэтому даже обычные люди могут быть очень полезны. Но рассказывал ли ты тем неокрепшим умам в Куньлуне о побочных эффектах этих генетических инъекций?

Чжэн Юаньдун сказал: - У каждого из них своя голова на плечах. Как только сделаешь выбор, места для сожаления не останется.

- Кстати, почему Куньлунь отнес всю информацию Лю Дэчжу к категории совершенно секретной? Хотя он трансмигрировал прямо рядом с Ли Шутонгом - большой фигурой во Внутреннем Мире - у меня такое чувство, будто вы пытаетесь что-то скрыть.

Чжэн Юаньдун покачал головой и сказал: - Я не могу ответить на этот вопрос.

В мгновение ока Хэ Цзиньцю достал кончиками пальцев золотую монету и перебросил ее между костлявыми и тонкими пальцами. Золотая монета перекатывалась от мизинца к указательному пальцу, туда-сюда, туда-сюда, словно живая.

На орле было отпечатано кольцо, образованное колосьями пшеницы, а решку украшали два скрещенных меча.

Он посмотрел на Чжэн Юаньдуна и спросил: - Я лично наблюдал за Лю Дэчжу, поэтому знаю, что он точно не сможет заслужить ваше признание. А если так, то почему выы считаете необходимым поднять информацию о нем до высшего уровня? Это для того, чтобы защитить его, или для того, чтобы защитить кого-то другого? Или, возможно, вы делаете это, чтобы ввести меня в заблуждение?

На земле, где они стояли, внезапно закружились опавшие листья, как будто над ними взял контроль неуловимый ветер.

Хэ Цзиньцю не мог понять, что произошло прошлой ночью, так как Куньлунь заблокировал всю информацию.

Однако он мог понять Чжэн Юаньдуна.

- Капитан, - Сказал Хэ Цзиньцю, - Тот, кого вы хотите защитить, не Лю Дэчжу, верно?

Вместо ответа Чжэн Юаньдун посмотрел на монету в его руке и улыбнулся: - Интересно, какой сверхчеловек оставил запрещенный предмет ТАБУ-099, также называемый "Золотой монетой правды"? Насколько я помню, она ведь обладает способностью определять правду от лжи?

Золотая монета устойчиво упала в руку Хэ Цзиньцю. Он сказал в изумлении: - Капитан, вы и вправду знаете обо всем.

- Хотя запрещенный предмет ТАБУ-099 исчез давно, его функция не является секретной, - Ответил Чжэн Юаньдун.

- Ну что ж. Хотя сегодня я не получил ответов... однако, - Улыбка Хэ Цзиньцю стала шире, - Я не ушел с пустыми руками.

Хэ Цзиньцю развернулся и ушел. Золотая монета в его руке слабо звякнула.

И только когда он сел в черный лимузин, припаркованный у дороги Синьшу, он спокойно достал из своих рук 100-граммовый золотой слиток.

Хэ Цзиньцю осторожно положил золотой слиток на запрещенный предмет ТАБУ-099.

Золотой слиток мгновенно расплавился, словно жидкость, и влился в золотую монету, но размер монеты нисколько не изменился.

Постепенно поверхность золотой монеты стала текучей, напоминая спокойное озеро.

Хэ Цзиньцю тихо сказал: - Мой долг оплачен.

В мгновение ока золотая монета затвердела. Ее узор снова превратился в пшеничное кольцо.

Хэ Цзиньцю выглянул в окно. Он принес с собой "Золотую монету правды", но господин Чжэн не дал ему шанса выпытать ответ.

- Необходимое условие - покатать золотую монету на пальцах, это действительно слишком бросается в глаза, - Вздохнул он.

Водитель посмотрел на зеркало заднего вида и спросил: - Босс, наши люди не смогли отследить местонахождение этих пятерых беглецов. Я слышал, что Куньлуню удалось получить некоторые подсказки во время допроса. Не хотите ли вы найти способ схватить их?

Хэ Цзиньцю покачал головой и сказал: - Это родная земля господина Чжэна. Пусть он сам с этим разбирается.

...

Поскольку завтра был Национальный день, у учеников не было мотивации продолжать занятия во второй половине дня. Все были заняты разговорами о поездке на гору Лао Цзюнь.

В три часа дня, их классный руководитель неожиданно объявил, что с этого дня они могут отдохнуть как следует. - Хотя я отпускаю вас пораньше, старайтесь не шуметь. Каждый по одному выходит из кабинета как можно тише.

Цин Чэнь не ожидал, что сегодня ему придется пропустить занятия.

Он быстро встал, вышел из класса и сел в автобус до горы Лао Цзюнь, встретившись с Цзян Сюэ и Ли Тунъюнь.

Ли Тунъюнь несла за спиной маленькую школьную сумку, наполненную закусками.

Однако Цин Чэнь не знал о том, что свита Ху Сяонью изменила свое расписание из-за раннего освобождения от занятий. В 5 часов вечера арендованный автобус припарковался перед воротами школы.

В 5:20 ученики второго класса сначала пошли домой, чтобы собрать свои вещи, а затем снова собрались перед автобусом.

Кто-то спросил Нан Генчэня: - А? Эй, Нан, а где Цин Чэнь? Он не придет?

Кто-то другой ответил: - Кстати да, где он?

Нан Генчэн вздохнул. - Он сказал, что у него другие планы на Национальный день, поэтому он не может пойти с нами.

Неподалеку два члена Куньлуня которые ехали за Лю Дэчжу на машине, заметили студентов и сразу же сообщили в штаб: - Есть что-то необычное в Лю Дэчжу. Похоже, что они арендуют автобус, чтобы куда-то поехать. Есть ли какие-нибудь дальнейшие инструкции? Нужно ли нам послать подкрепление?

Коллега из штаба ответил: - Дорожная группа получила сообщение о том, что в уезде Мэн, к северу от города Ло, появились предполагаемые беглецы, которые, похоже, собираются покинуть город. Дорожная группа сейчас преследует их и поручает вам двоим следовать за Лю Дэчжу. Дополнительных подкреплений пока не будет. Несколько наших братьев ранены и отдыхают. Ждите, когда они вернутся на службу завтра. Они отправятся на замену как можно скорее. На сегодня мы поручаем вам хорошо потрудиться.

- Хорошо, будет сделано, - Ответили два члена Куньлуня.

Подозреваемые находились в уезде Мэн, тогда как гора Лао Цзюнь располагалась в уезде Цзэ. Один на севере, другой на юге.

Пока Ху Сяонью, Лю Дэчжу и другие только собирались отправляться в поход, Цин Чэнь уже направился к горе Лао Цзюнь.

Как только автобус подъехал к остановке, Ли Тунъюнь быстро вышла из автобуса первой и вытянулась во весь рост.

Цзян Сюэ тоже собиралась выйти из автобуса вместе с ней, но как только она собралась выйти, Цин Чэнь неожиданно схватил ее за руку.

- В чем дело? - Цзян Сюэ запаниковала. Она оглянулась на подростка и увидела, что его взгляд прикован к кому-то за окном.

Она немного заколебалась, и переспросила: - Что такое?

Цин Чэнь молча оглядывал улицу за окном. В это время он увидел пятерых людей с рюкзаками, выходящих из стоящего неподалеку черного фургона.

Все они были в солнцезащитных очках и одеты в повседневную одежду, за исключением одинаковых черных ботинок.

Именно такие же ботинки были на преступниках, которых недавно схватили.

Похоже, что они купили их оптом.

В автобусе пожилая женщина, сидевшая позади них, проявила нетерпение и сказала: - Почему так долго? Если не собираетесь выходить, то уйдите с дороги.

Но Цин Чэнь проигнорировал ее.

Только когда он убедился, что все пятеро вошли в ворота парка, он повернулся, чтобы извиниться перед пассажирами позади них.

Если бы человек мог вспомнить все в своей жизни, он бы нашел в них мало совпадений.

В его случае произошло слишком много событий за последние несколько дней, но даже он нашел совпадения, которые так и кричали об этом.

Те же ботинки, та же аура, та же походка.

Цин Чэнь, казалось, что-то понял, но он все еще не был уверен.

Наверняка они впятером приехали сюда не на отдых. И уж точно не сдаваться властям, так как на гору вела только одна дорога, и обнаружить их по следам будет легче легкого.

Такие умные преступники, как они, не попали бы в такую ситуацию.

Должно быть, они пришли за путешественниками во времени.

Совсем недавно в новостях из Северной Америки сообщалось, что Переселенец "привез" из другого мира противораковое лекарство, которое оказалось более чем эффективным.

Обычные противораковые препараты стоят около десяти тысяч за флакон, которого хватает примерно на месяц.

Но лекарство, который привез Переселенец, была продана на аукционе за астрономическую сумму в 10 миллионов долларов.

Победителем аукциона стал не богатый человек, борющийся с раком, а фармацевтическая компания, которая приобрела его для исследовательских целей.

На самом деле, этот целевой препарат вовсе не был уникальным. Другие Переселенцы также привозили точно такие же.

В противном случае такого лекарство, скорее всего, было продано на пару миллиардов.

В день, когда та компания выиграла торги за препарат, ее акции выросли на 32%.

Между двумя мирами существует огромная коммерческая ценность. Богатые готовы платить за свою безопасность; технологические гиганты платят за технологию; некоторые готовы платить только за то, чтобы попасть в заголовки газет.

Эта заметная ценность денег вызвала огромную цепь интересов.

И всегда найдутся люди, готовые пойти на большой риск и совершить несколько преступлений.

На горе Лао Цзюнь уже темнело. Толпы людей все еще вливались в ворота и вскоре скрыли собой преступников.

Когда Цин Чэнь вышел из автобуса, Цзян Сюэ быстро схватила Ли Тунъюнь за руку и спросила: - Что случилось, Цин Чэнь? Что ты видел?

Цзян Сюэ надела пару шелковистых перчаток, чтобы скрыть свои механические конечности.

- Пятерых людей, которые, скорее всего, являются беглецами, - Сказал Цин Чэнь, оглядываясь по сторонам. - Но не волнуйтесь, они похоже пришли не за нами, иначе тут бы не стояли.

- Тогда что нам делать? Возвращаться?

- Не получиться, так как это конечный автобус. Мы никак не сможем вернуться назад, - Объяснил Цин Чэнь, - Когда вы были в новостях, они случайно раскрыли ваш адрес проживания, но не опубликовали ни одной вашей фотографии, так что пока мы в безопасности.

Они не были богаты, как Ху Сяонью, поэтому поехали на автобусе. Ху Сяонью, в свою очередь, взял чартерный автобус без ограничений по времени.

Ли Тунъюнь тихо сказала рядом с ними: - Мама, мы должны доверять брату Чэню.

- Давайте останемся здесь на ночь, а завтра сядем на первый автобус, идущий обратно в город Ло.

Прибыв в отель B&B, который сняла Цзян Сюэ, Цин Чэнь не пошел в свою комнату, а остался с Цзян Сюэ и Ли Тунъюнь.

Сначала он зашел в ванную и написал Лю Дэчжу: {Оставайся дома на все каникулы. Никуда не выходи.}

Цин Чэнь не сказал, чтобы он не приезжал на гору Лао Цзюнь, дабы не выдать себя. Он думал, что раз Лю Дэчжу не придет, то Ху Сяонью, скорее всего, отменит эту поездку.

Однако Лю Дэчжу ничего не ответил.

Цин Чэнь вернулся в комнату и закрыл шторы, затем открыл зазор, и стал разглядывать окрестности. С их приезда прошло несколько часов, а он все еще не сбавлял бдительность.

Увидев, что он намерен так продолжать до ночи, Цзян Сюэ спросила: - Ты не устал? Отдохни, я заменю тебя.

Цин Чэнь покачал головой: - Вы не знаете, как они выглядят. Вместо этого, не могли бы вы приготовить мне миску лапши и принести мне немного вяленой говядины из рюкзака? Я проголодался.

Не то чтобы он хотел что-нибудь съесть, но он заметил, что если бы он не упомянул о еде, то Цзян Сюэ и Ли Тунъюнь, вероятно, сами не притронулись бы к еде из-за стресса.

В это время из соседнего номера B&B слышалась музыка, пение и смех.

По сравнению с радостной атмосферой соседнего дома, их дом казался пустынным.

Ли Тунъюнь тихонько придвинула стул к Цин Чэну и своими маленькими ручками помассировала ему шею и плечи: - Брат Чэнь, отдохни. Если ты сказал, что они пришли не за нами, то почему ты все еще сторожишь?

- Это для профилактики, не волнуйся.

Цзян Сюэ посмотрела на подростка со спины, и по какой-то причине она чувствовала себя в безопасности рядом с ним. Она сказала: - Может нам...

- Тссс! - Цин Чэнь прервал ее, прежде чем Цзян Сюэ успела закончить.

В этот момент он увидел знакомые фигуры, проходящие мимо их окна.

Они увидели двух людей, которые медленно шли по улице, настороженно оглядываясь по сторонам.

У обоих на рубашках была закреплена рация, и один из них говорил в нее с серьезным выражением лица. При ходьбе оба держали правую руку на поясе.

Когда они скрылись из виду, Цин Чэнь посмотрел на часы: 11:55.

-Обратный отсчет: 00:05:00-

Осталось пять минут.

Цин Чэнь нахмурился. Преступники уже встали в боевую стойку. А это ничем хорошим не сулит.

- Их целью могут быть Переселенцы рядом с нашим домом, - Сказал Цин Чэнь.

Цзян Сюэ была ошеломлена: - Их там много...

- Черт.

Цин Чэнь отошел от окна и вернулся в ванную. Его сообщение было отправлено уже несколько часов назад, а Лю Дэчжу все еще не ответил.

Цзян Сюэ вдруг заговорила: - Скоро начнется переселение. Могу ли я чем-нибудь помочь тебе во Внутреннем Мире?

Следуя из этого предложения, можно было понять, что она уже знала, что Цин Чэнь являлся Переселенцем.

Но такого исхода следовало ожидать, поскольку он раскрыл слишком много подсказок в ту ночь, когда спас их и его одноклассников.

Цин Чэнь задумался на мгновение и сказал: - Вам лучше не вмешиваться в такие дела. Я смогу найти решение к нашему возвращению.

Стоявшая в стороне Ли Тунъюнь моргнула глазами. - О чем вы говорите? Я не понимаю.

Цин Чэнь кинул на нее смешанный взгляд. До этого момента она ни разу не раскрыла себя. Кроме него самого, никто не знал, что она тоже является Переселенцем.

В это же время в уезде Мэн, расположенном к северу от города Ло, Лу Юань во главе своей команды пересекал труднопроходимую горную тропу на внедорожниках к деревне Дачжуан.

В этой деревне три разных человека позвонили в полицию и сообщили о пяти незнакомцах с походными рюкзаками, и с "металлическими" протезами, которые вошли в горы.

Жители деревни не сказали, что эти пятеро были разыскиваемыми преступниками, только сказали, что они вели себя подозрительно.

Лу Юань попросил старосту позвать тех трех человек, которые сообщили об этом, а затем велел своим подчиненным отвести каждого из них в подготовленную комнату для допроса, дабы самому с каждым поговорить.

На лице первого было много морщин, а кожа была темной от загара. С первого взгляда можно было понять, что это настоящий фермер.

Лу Юань спросил: - Когда и где вы их видели?

- Внутри грубого кирпичного дома, - Ответил старик с нервозным взглядом. - Было три или четыре часа дня, я позвонил в полицию, как только увидел их.

Лу Юань сразу почувствовал что-то неладное. - Запомнили, во что они были одеты?

- В такую... спортивную одежду, которую обычно носят городские, как же она называется... а, точно, в ветровки! - Ответил старик.

- Была ли с ними женщина? - Выражение лица Лу Юаня стало серьезным.

Старик на секунду опешил: - Не думаю...

- Какого цвета была их одежда? Я жду ответа!

Старик заикнулся и сказал, что не может вспомнить.

- Сколько вам заплатили? - Лу Юань встал в гневе. - Вы хоть понимаете, сколько людей может пострадать из-за вашего ложного донесения?

Не было необходимости задавать дальнейшие вопросы; настоящий свидетель определенно не стал бы так себя вести.

Если Лу Юань повелся бы на их рассуждения, ему бы уже не было места в Куньлуне.

После того, как он развернулся и вышел из комнаты, один из членов Куньлуня спросил его: - Господин, можно вас? Я кое-что узнал от его жены. Та сообщила, что вчера он неожиданно принес домой пачку денег.

- Отманивают тигра из его логова. - Лу Юань стоял за дверью и молча размышлял. Но для чего было уводить их? В городе все еще дежурили члены Куньлуня. И даже если его там не будет, беглецы, - как только покажут себя, - не отделаются простыми царапинами встретившись с ними.

"Постойте-ка!"

Лу Юань резко поднял голову. Гора Лао Цзюнь!

Они использовали всевозможные уловки, чтобы заманить его в это отдаленное место, только чтобы не дать ему вовремя добраться до горы Лао Цзюнь!

Возвращение в город из этого места заняло бы 4 часа, а путь до горы Лао Цзюнь из города - почти 3 часа.

Все их приготовления были сделаны только для того, чтобы выиграть эти семь часов.

Поэтому сегодня ночью беглецы завершат свой план за семь часов.

Глубокой ночью... они собирались устроить нечто под покровом ночи.

Во время обратного отсчета.

***

-Обратный отсчет: 48:00:00-

Когда темнота снова рассеялась, Цин Чэнь в маске с кошачьим лицом стоял в тусклом коридоре.

В комнате заключения Е Ван и Линь Сяосяо только что закончили вводить Лю Дэчжу генетическую инъекцию.

Лю Дэчжу дернулся, так как никак не мог привыкнуть к ним. Он выплюнул изо рта золотой слиток и сказал: - Не могли бы они сначала отпустить меня? Инъекция уже сделана!

Цин Чэнь медленно вошел в комнату заключения и спросил холодным голосом: - Почему ты не ответил на мое сообщение?

Е Ван и Линь Сяосяо посмотрели друг на друга и отошли в сторону. Они не знали, что случилось с ними во Внешнем Мире.

Лежа на кровати, Лю Дэчжу осторожно ответил: - Босс, дело не в том, что я не хотел отвечать вам. Дело в том, что я все время был вместе со своими одноклассниками и не имел возможности проверить устройство связи.

На самом деле Лю Дэчжу лгал. Он мог бы ответить Цин Чэну, если бы отошел в туалет, но в дороге ему было слишком весело со своими одноклассниками. После того как они добрались до места назначения, все собрались вместе и устроили посиделки у костра, поэтому он совсем забыл об устройстве связи.

Цин Чэнь не знал обо всем этом, поэтому сказал: - После того, как вернешься, не выходи никуда во время каникул, понял?

Лю Дэчжу был ошеломлен на секунду. - Босс, я уже на горе Лао Цзюнь, ничего, если я спрячусь дома после возвращения из поездки?

На этот раз настала очередь Цин Чэня быть ошеломленным.

В этот момент все 47 студентов уже прибыли на гору Лао Цзюнь.

Мало того, они даже веселились, поскольку все было организованно Ху Сяонью и Чжан Тяньчжэнем.

За секунду до окончания обратного отсчета все играли в игру "Передача цветка под бой барабана" у костра во дворе гостиницы.

Во Внешнем Мире барабан не закончил бить.

Цин Чэнь погрузился в тягостное молчание. - Вы уже отправились на гору? В каком доме вы остановились?

Лю Дэчжу сказал: - Юньшань Инн, вроде как. Он довольно известен в Лао Цзюнь. Переведенные ученики из города Хай заплатили за трехдневную аренду за всех.

Цин Чэнь задал вопрос: - И давно вы установили это расписание? Почему ты ничего не сказал мне об этом?

Лю Дэчжу увидел, что босс выглядит рассерженным, и поспешил объяснить: - Это не было запланировано давно, эти переведенные ученики из города Хай внезапно подали идею. Кроме того, по первоначальному графику мы должны были выехать утром 1 октября, но поскольку школа предоставила нам ранние каникулы, мы также отправились заранее.

Говоря все это, Лю Дэчжу в душе пробормотал. "Похоже, что босс не был его одноклассником, иначе почему бы он не знал о поездке на гору Лао Цзюнь?"

К этому времени выражение лица Цин Чэна под маской полностью успокоилось.

Гостиница "Юньшань" - Цзян Сюэ уже упоминала о ней.

Цзян Сюэ хотела снять там комнату, но гостиница была довольно большой и принимала групповые заказы только на время празднования Национального дня.

Самое главное, что гостиница "Юньшань" находилась прямо рядом с местом, которое они снимали.

Цин Чэнь посмотрел на Лю Дэчжу и подумал, что, оказывается, все эти громкие возгласы, смех и барабанный бой были от них...

Это не может не радовать!

Десятки людей смешались в ансамбль звуков; на расстоянии более 50 метров даже Цин Чэнь не мог различить знакомые голоса.

Из этого также следует, что беглецы пришли за Лю Дэчжу.

На первый взгляд, на горе Лао Цзюнь не было ни одного Переселенца, который имел бы большую ценность, чем Лю Дэчжу.

Но Цин Чэнь не понимал, как они заранее узнали о том, что Лю Дэчжу и другие прибудут на гору?

Они явно подготовились к приезду, и даже узнали, что группа Лю Дэчжу остановилась в гостинице Юньшань.

- Крыса, - Спокойно сказал Цин Чэнь, - Кто-то рассказал им о вашем маршруте. Они не только знают, в каком месте вы остановились, крыса даже сообщила, что вы прибудете на день раньше.

Лю Дэчжу уставился на маску с кошачьим лицом перед собой. - Босс, о чем вы говорите?

Лю Дэчжу никак не мог понять о чем говорить его босс, подразумевая что среди его одноклассников завелась "крыса".

Цин Чэнь взял стул и сел напротив него: - Запомни, что я сейчас скажу, поскольку от этого будет зависеть твоя жизнь. Один из моих людей сообщил мне, что пятеро беглецов окружили дом Юньшань. У них при себе оружие, и они, вероятно, намереваются взять всех вас в заложники. Тебя в том числе.

Лю Дэчжу был потрясен. Секунду назад он все еще был расслаблен и готов разобраться с Цин Чэном, проверяя, понял ли его босс, что он получил два золотых слитка вместо одного.

Но секунду спустя он понял, что он и его одноклассники могут оказаться в опасности в любой момент.

Лю Дэчжу вскочил с кровати и готов был закричать: - Босс, ваш человек поблизости? Пожалуйста, помогите мне! Люди из Куньлуня сказали, что эти беглецы безжалостны!

Цин Чэнь посмотрел на него с чувством неприязни: - Успокойся. У тебя еще как минимум два дня, и они пришли ради твоего статуса во Внутреннем Мире, а не для того, чтобы просто убить.

- Но ведь... быть заложником у таких людей тоже очень опасно! Да и Куньлунь сказал, что они убивают всех, кто не является Переселенцем. Со мной 40 одноклассников. А это 40 жизней!

Цин Чэнь был ошеломлен. Они убивают обычных людей?

Это плохо.

Нан Генчэн в опасности!

Никто еще не знал, что Нан Генчэн был Переселенцем.

Помолчав некоторое время, Цин Чэнь сказал: - Мне нужно, чтобы ты сделал для меня две вещи, когда вернешься.

- Я сделаю все, что вы скажете, - Лю Дэчжу сел прямо.

- Во-первых, я хочу, чтобы ты сказал всем одноклассникам разбежаться. Так, по крайней мере, беглецы не поймают вас всех сразу. И не проси помощи у туристов, потому что это только вовлечет невинных людей. У беглецов с собой оружие, и их цель - Переселенцы, а не обычные люди.

Лю Дэчжу сурово спросил: - Босс, а у нас получиться сбежать?

- Более чем, так как они еще не полностью окружили дом. Дальше уже будем действовать по обстоятельствам.

Лю Дэчжу запомнил это.

Цин Чэнь продолжил: - Во-вторых, если вы не сможете сбежать, то, скорее всего, вас соберут в одном месте. В это время я хочу, чтобы ты связался с учениками из Хай и спросил каждого из них отдельно, были ли они схвачены все тем днем или кто-то один остался. Также ты должен подумать, не ушел ли кто-нибудь после того, как вы прибыли на гору, или не разговаривал ли кто-нибудь по телефону все это время.

- Вы говорите о "крысе" среди нас?

- Хотя это может показаться странно, но это самое разумное предположение, которое я могу выдвинуть, - Ответил Цин Чэнь.

Потому что в последнее время беглецы контактировали только с четырьмя людьми.

"Хотя те, с кем они непосредственно контактировали, уже были арестованы, кто знает, что произошло после этого".

- Конечно, нельзя полностью исключать и других учеников. Ладно, тебе не нужно ничего делать в течение следующих двух дней, просто думай о том, как ты можешь спасти себя.

Сказав все это, Цин Чэнь повернулся и вышел из комнаты заключения.

До следующей переселения оставалось еще два дня. Он должен был подумать о том, что ему делать.

Но как только он собрался выйти за дверь, он вдруг повернулся и уставился на Лю Дэчжу прямо в глаза.

Цин Чэнь почувствовал, будто что-то забыл.

Самая важная информация!

Мгновенно зрачки Цин Чэна изменились, а кровь, закипела.

Он прошелся по своим воспоминаниям.

Там должна быть подсказка.

Шаги, взрывы, выстрелы... разрозненные, но насыщенные действиями.

Цин Чэнь, казалось, вернулся в разрушенную квартиру Цзян Сюэ. Он спокойно осмотрелся и подумал: после того, как беглецы пришли в город Ло, они похитили уже трех Переселенцев, а Цзян Сюэ была четвертой.

Те будто и не планировали похищать Лю Дэчжу!

Они не осмелились на это, да и не стоило оно того.

Они считали Лю Дэчжу учеником Ли Шутонга.

Если бы они поймали Лю Дэчжу еще тогда, то должны были предвидеть, что Лю Дэчжу найдет их во Внутреннем Мире и убьет во время переселения. С их точки зрения.

Эти беглецы хорошо контролировали "перевозчиков" во Внутреннем Мире, дабы использовать Переселенцем для перевозки ценностей, но поскольку Лю Дэчжу находился в тюрьме, у них не было возможности контролировать его.

Поэтому их целью был не Лю Дэчжу. Это были Ху Сяонью и его друзья!

Учеников из города Хай можно было использовать не только в качестве "перевозчиков", но и выкупом от богатых семей.

Они не предприняли никаких действий до полуночи, вероятно, потому что хотели держать Лю Дэчжу в неведении во время переселения во Внутренний Мир.

Таким образом, у них будет как минимум два дня, чтобы разобраться в ситуации.

А раз так, то Лю Дэчжу будет убит первым.

Цин Чэнь спросил Лю Дэчжу: - Кто предложил изменить расписание?

- Ученик по имени Бай Ваньэр из соседнего класса.

- Бай Ваньер?

"Ясно."

Он не стал больше ни о чем спрашивать и вышел из камеры.

Проходя по тусклому коридору, Е Ван с любопытством спросил: - Похоже, за эти два дня многое произошло?

- Да, - Кивнул Цин Чэнь, - Кто-то хочет похитить Переселенцев и использовать их в качестве мулов. Пока что из девяти безжалостных преступников арестованы только четверо. Последние пятеро находятся рядом с Лю Дэчжу.

- Рядом с ним? - Переспросил Линь Сяосяо.

- Да.

- Ты будешь в опасности? - Спросил Е Ван.

- Я пока не уверен, что меня это коснется, - Ответил Цин Чэнь, снимая маску, - И мне все равно, живым или мертвым окажется Лю Дэчжу.

Он посмотрел на золотые слитки в своей руке. Теперь, когда Лю Дэчжу наконец-то создал для него стабильный источник дохода, все усилия могли снова пойти прахом.

Но все это не имело значения.

Он просто беспокоился, что Нан Генчэн может пострадать.

- Пойдем, - Сказал Цин Чэнь Е Вану.

- Куда?

- На тренировку, конечно, - Ответил Цин Чэнь, как будто это было очевидно.

Е Ван и Линь Сяосяо посмотрели друг на друга. Никто из них не ожидал, что воля Цин Чэна настолько крепка.

Минуту назад он думал как выбраться из кризиса...

А теперь он вернулся к своим обычным тренировкам, будто ничего и не случилось.

Цин Чэнь посмотрел на их удивленные лица и спокойно сказал: - Я больше ничего не могу поделать до своего возвращения. Лучше использовать это время, дабы стать сильнее, и в будущем, когда я столкнусь с подобной ситуацией, я уже не был так бессилен.

Линь Сяосяо был глубоко тронут. Этот парень и вправду оказался подходящим человеком, который может унаследовать путь босса.

Цин Чэнь еще не прошел многие моменты Жизни и Смерти, но все же смог спокойно подавить свое инертное чувство паники и выбрать лучший путь на сложном перекрестке.

Ночью в тюрьме 18 было все также тихо.

Когда Цин Чэнь вернулся на тренировочную площадку, он увидел стоящего на турнике Ли Шутонга, спокойно смотрящего в электронное устройство для чтения, содержащее шахматные эндшпили Внешнего Мира, которые ему помог извлечь Линь Сяосяо.

Увидев возвращающегося Цин Чэня, учитель с улыбкой сказал: - Что-то стряслось?

Цин Чэнь бросил флешку в руку Линь Сяосяо, а затем сказал Ли Шутонгу: - Это все партитуры классической музыки, которые я смог найти во Внешнем Мире, этого должно быть достаточно для еще одного шанса поторговаться с учителем.

- О? Тогда что ты хочешь получить от меня на этот раз? Помощь в преодолении ситуации, в которой ты оказался?

Цин Чэнь покачал головой: - Я уже говорил, что буду идти своим путем, поэтому просто оставлю эту возможность на будущее.

Ли Шутонг спрыгнул с турника и приземлился на землю, словно невесомое перышко, не издавая ни малейшего звука.

Он изящно улыбнулся и сказал: - Я редко кому-то должен в этой жизни - чувство долга - это то, к чему я действительно не привык. Тебе следует поторопиться и подумать, что тебе нужно, а мне позволь завершить обмен, чтобы я мог избавиться от этого чувства.

- Учитель, а вы когда-нибудь были должны кому-нибудь еще? - С любопытством спросил Цин Чэнь.

- Должен до сих пор одному человеку. - Усмехнулся Ли Шутонг, - Но этот человек теперь ненавидит меня до мозга костей, и мы не можем встретиться снова. Я смогу вернуть долг только в следующей жизни.

Цин Чэнь почувствовал, что в этом была какая-то глубокая история.

Ли Шутонг продолжил: - Вижу, что на этот раз ты столкнулся с большой проблемой, но я не стану тебе помогать. Также, у тебя хватает ума, чтобы не просить меня о помощи, а это доказывает, что я не судил тебя неправильно.

Цин Чэнь понимал, что Ли Шутонг не против помочь ему закрепиться и расширить свои основы и крылья во Внешнем Мире.

Но как только он столкнется с реальной опасностью, тот не станет об этом заботиться.

Линь Сяосяо пробормотал в стороне: - Босс, раз вы такое говорите, то я бы хотел посмотреть, будет ли у вас такое же лицо, когда он умрет во Внешнем Мире.

Ли Шутонг улыбнулся: - В этом мире есть вид птиц под названием Циншаньский сокол. Когда они становятся взрослыми, с ними не могут справиться даже матерые аборигены. Но в юности они очень пугливы и не решаются взлететь самостоятельно. В каждой партии семь птенцов, и когда наступает время их созревания, взрослые соколы хватают всех семерых птенцов к краю обрыва и сталкивают их вниз одного за другим.

- Те, кто расправит крылья, останутся живы, а те, кто продолжат падать, упадут и умрут у подножия обрыва. В среднем, Циншаньским соколам нужно вывести две партии птенцов, чтобы появился хоть один выживший, - Продолжал Ли Шутонг, - Но тот, кто выживет, станет правителем неба, как только окрепнет.

Цин Чэнь был заинтригован. - Во Внешнем мире нет такой птицы... он очень силен?

- Конечно. Без защиты, даже первоклассный плавучий корабль не осмелится их провоцировать. Я случайно попал на их территорию, когда много лет назад проходил третье испытание на Жизнь и Смерть, и один из Циншаньских соколов преследовал меня более пятнадцати километров. Я чуть не умер там.

Когда Цин Чэнь подумал о том, что даже если такого человека, как Ли Шутонга, в молодости гонял сокол... что за удивительное создание эта птица?

В это время Ли Шутонг вдруг сказал: - Помимо сверхлюдей, запретные земли могут образовываться и после смерти других особых существ. Например, после смерти Циншаньского сокола, растения вокруг его трупа станут сильнее и даже разовьют пару наступательных способностей. Одним словом, они поглощают все, что окажется в их поле зрения.

- Есть ли способ подавить распространение? Эта ситуация похожа на возрастающую энтропию. Если позволить запретным землям распространяться и дальше, то через несколько сотен лет не останется ни одной живой души.

Увеличение энтропии, на примере запретных земель Внутреннего Мира, означало, что их площадь никогда не будет уменьшаться естественным образом, вместо этого она будет постоянно, но неравномерно увеличиваться.

До того дня, когда она охватит весь мир.

Трибунал по Табу был не в состоянии уничтожить его; они могли только сдерживать скорость его распространения.

- Подавить его невозможно, - Сказал Ли Шутонг, - Но возможно, однажды гигантские существа, такие как динозавры, появятся вновь. Хищные птицы, такие как Циншаньские соколы, похожи на птерозавров древних времен. В то время земля была не такой, как сейчас.

- А что будет с людьми?

- В будущем, только сверхлюди будут продолжать существовать, - Усмехнулся Ли Шутонг, - Люди всегда думают, что они правители земли, но этот мир со временем покажет им, что нет такого понятия, как настоящий правитель. К слову, хочешь отправиться в путешествие? Я возьму тебя с собой, чтобы ты увидел настоящую запретную землю.

Цин Чэнь покачал головой: - Подождите до следующего раза, учитель. За эти два дня я должен подумать о том, что мне следует предпринять после возвращения.

Линь Сяосяо ясно увидел неожиданное выражение сожаления на лице Ли Шутонга.

Но он услышал, как тот сказал: - Есть хотя-бы идеи?

Цин Чэнь задумался и ответил: - Убийство.

- В таком случае, ты знаешь, как убивать?

- Я не знаю, но могу научиться, - Ответил Цин Чэнь.

Линь Сяосяо и Е Ван вздохнули - разговор между этими двумя был крайне прямолинейным.

Цин Чэнь сказал: - Я придумал способ, как заставить Е Вана тренировать меня эти два дня, чтобы я запомнил все виды боевых навыков и реакции противника во время боя, чтобы я мог взять на себя инициативу. Но позже я обнаружил, что хотя этот метод вполне осуществим, времени не хватает.

- Согласен. Это как игра в шахматы, - Погрузился в размышления Ли Шутонг. Исчерпывающий поиск, или перебор, был одним из видов техники решения проблем.

Когда кто-то делал ход, нужно было обдумать все возможные способы справиться с ним, а также все возможности следующего шага противника, а затем выбрать наиболее оптимальное решение.

Цин Чэнь играл в шахматы так: он запоминал все возможные варианты развития событий, чтобы в тот момент, когда его противник делал ход, он уже знал все необходимые шаги для ответа на него.

Е Ван объяснил: - Благодаря технике дыхания, а также постоянным тренировкам, твои физические показатели достигли базового уровня солдата. Но если твой противник оснащен механическими протезами, у тебя не будет явного преимущества перед ним.

- Тогда достаточно ли моего телосложения? - Спросил Цин Чэнь.

- Да, - Ответил Е Ван, - Но могут ли твои рефлексы идти в ногу с твоими мыслями? Я хочу сказать, что когда твой мозг уже обработал все возможности, можешь ли ты мгновенно выбрать наиболее оптимальный вариант и заставить свое тело совершить соответствующее действие?

На этот раз вмешался Ли Шутонг: - В человеческом теле много костей. Череп состоит из 29 костей, из 51 кости туловище, включая 26 позвонков, 64 кости верхние конечности и 62 кости нижние конечности. Человеческое тело также имеет 12 крупных суставов и 210 мелких суставов. В нем около 639 мышц, состоящих примерно из 6 миллиардов мышечных волокон. Возможностей у человеческого тела гораздо больше, чем у шахмат, поэтому не пытайся овладеть исчерпывающим методом за два дня. В действительности, достаточно одного движения, чтобы убить человека.

Цин Чэнь слушал Ли Шутонга, который продолжал говорить. - Е Ван, тебе нужно научить его только одному движению, а затем рассказать ему о возможных способах противодействия противника, так будет намного проще.

Е Ван задумался: - Босс, одного движения будет достаточно?

Ли Шутонг улыбнулся: - Достаточно, в конце концов... жизнь человека хрупкая штука.

Цин Чэнь задумался и сказал: - Двух ночей может быть недостаточно.

- Тогда просто запри всех заключенных в камерах и разреши им выходить только во время еды. Остальное время пусть сидят. Таким образом, ты сможешь тренироваться и днем.

Цин Чэнь был ошеломлен. Даже несмотря на то, что тот сказал, что не будет помогать, его учитель сделал все, чтобы помочь ему.

В тюрьме под стражей находилось более 3000 заключенных, но только потому, что Ли Шутонг хотел дать своему ученику больше времени для тренировок, он просто запретил всем им выходить.

И так, в одночасье, тюрьма стала принадлежать только одному Цин Чэну.

После того, как Ли Шутонг ушел отдыхать на свое любимое место, Линь Сяосяо воскликнул: - Босс не изменяет себе.

Е Ван задумался и ответил: - В конце концов, Цин Чэнь - единственная надежда Рыцарей. Неудивительно, что босс сделает все возможное для него.

- Кстати, - Добавил Линь Сяосяо, - Я убил тех двух убийц, которых ты опознал раньше.

Цин Чэнь: - ...?

Линь Сяосяо добавил, - Не смотри на меня так. Я узнал то, что нам нужно, прежде чем сделать свое дело. Если кратко, то четвертая ветвь семьи Цин нацелилась на тебя, но зачем, никто не знает.

Не это сейчас беспокоило Цин Чэнь, а то, что у этого улыбающегося молодого человека была и другая сторона.

Он был безжалостен к врагам и добр к друзьям.

В это время Е Ван вдруг сказал: - Есть одна вещь, которая кажется мне довольно странной. Насколько мы можем судить, старейшины семьи Цин знают о твоем существовании, и они даже договорились о браке с семьей Камидай. Но проблема в том, что мало кто наслышан о тебе в узком кругу. Да и до "переселения" ты был единственным наследником, который никак не участвовал в деятельности семьи и не появлялся на публике.

Цин Чэнь нахмурился: - Может быть, из-за того что я не важен, никто не хочет заострять на мне свое внимание?

Линь Сяосяо покачал головой: - Если все так, то как ты смог заменить третью ветвь, и взойти на Борьбу за Тень? И почему даже потомки из побочных ветвей получают больше внимания, чем ты?

- Кроме того, - Вмешался Е Ван, - Я не могу найти какой-либо информации о тебе в интернете, будто тебя и не существует вовсе. Дело не в том, что ты не важен, а в том, что кто-то намеренно "стер" тебя ото всех.

После этого Е Ван и Линь Сяосяо молча посмотрели на Цин Чэня.

- Что? Я сам не знаю, что происходит.

- Забей, - Разочарованно проворчал Линь Сяосяо, уходя, - Мне уже давно интересно, и я думал, что ты сможешь дать ответ на мой вопрос.

Е Ван сказал: - Не будем терять времени, нам пора начинать тренировки. Прежде чем мы начнем, я хочу повторить то, что босс сказал ранее. Жизнь действительно очень хрупка, и достаточно знать один метод, чтобы убить человека.

Разрыв груди может привести к затруднению дыхания, к разрыву альвеол и, в конечном итоге, к удушью.

Разрыв селезенки приведет к смертельному кровотечению и может привести к смерти за короткий промежуток времени.

Таким образом, удар в любую часть тела с достаточной силой может вывести противника из строя.

Однако времена изменились, и многие люди смогли перестроить себя, чтобы уменьшить ущерб от смертельных ударов.

Некоторые вживляли в кожу биомиметический сплав в области шеи, чтобы враг не смог перерезать им горло.

Некоторые также модифицировали свои суставы, чтобы они могли выдерживать больше ударов.

Но было место, которое часто упускалось из виду: внутренние органы.

Цин Чэнь почувствовал, что здесь что-то не так: - Постой. Если все знают, что органы - это самые важные и хрупкие части тела, то вполне логично, что люди внедряют туда биомиметическую кожу, разве нет?

- Ты думаешь она не деревьях растет? Один квадратный сантиметр стоит более ста тысяч. В обычных условиях только несколько человек могут позволить себе защитить свои органы, просто потому что площадь поверхности органа слишком велика.

Цин Чэнь был потрясен, так значит, богатство ограничивает возможности людей?

Е Ван продолжил: - Судя по тому, что ты мне рассказал, механические протезы у той банды не самые лучшие, так что они, вероятно, не имеют средств на защиту органов.

Другими словами, Е Ван имел в виду, что они, вероятно, были слишком бедны, чтобы позволить себе большие участки кожи из биомиметического сплава.

- Самый лучший вариант в твоей ситуации, разрыв селезенки, в основном из-за своего расположения. Она не защищена ни позвоночником, ни ребрами, и ее можно проткнуть спереди или сзади. И самое главное, очень мало людей знают, как правильно ее защищать.

Если человека ударить ножом в селезенку, то он почти наверняка истечет кровью и умрет.

- Сможешь ли ты достать что-нибудь острое после возвращения? - Спросил Е Ван.

Цин Чэнь задумался и сказал: - Фруктовый нож подойдет?

- Нет. Если это будет обычный фруктовый нож, который не заточен, он даже не проткнет куртку.

Пока он говорил, он поднялся на шестой этаж, открыл дверь из сплава и достал нож из одной из камер.

Заключенный в камере еще спал, но когда его разбудил звук открывающейся дверцы, он лишь мрачно посмотрел, как Е Ван вошел, взял нож и ушел. Каждое движение было плавным и естественным.

Е Ван вложил в руку Цин Чэна нож размером с ладонь: - Ты должен уметь переносить предметы обратно, так что используй его.

Цин Чэнь был немного ошеломлен: - А ты разве не можешь дать мне что-нибудь более... продвинутое?

Е Ван покачал головой: - Босс не позволит.

- Значит, я должен тренироваться и с этим?

- Да, - Кивнул Е Ван, - Ты должен быть знаком не только с методами атаки и защиты, но и со своим оружием.

- Понятно, и что же нам теперь делать?

- Чтобы точно атаковать, сначала нужно хорошо знать свою цель, - Сказал Е Ван, - Но поскольку рост, вес и кости у всех разные, жизненно важные точки тоже могут отличаться. Нужно убить много людей, чтобы с первого раза найти точную точку. - Е ван протянул Цин Чэну очки, - Используй их. Это очки ночного видения.

Внезапно вся тюрьма погрузилась во тьму.

Е Ван привел Цин Чэна в камеру, и после того, как двери были открыты, Е Ван вошел первым и крепко прижал заключенного к кровати, как тогда, когда он удерживал Лю Дэчжу.

Он не обращал внимания на сопротивляющегося заключенного, а указал на место под ребрами и сказал Цин Чэню: - Смотри, это жизненно важное место для его селезенки. Одного удара здесь достаточно, чтобы лишить его жизни.

Затем Е Ван привел Цин Чэна в следующую камеру.

Чтобы сэкономить время, он не сказал ничего лишнего.

Он снова прижал к себе испуганного и растерянного заключенного, объясняя Цин Чэну, чем этот человек отличается от других и почему.

С 1 до 6 часов утра Е Ван обучал Цин Чэна без остановки.

Цин Чэнь чувствовал себя так, будто изучает анатомию, но в отличие от обычных студентов-медиков, у него было более 3000 реальных тел, чтобы получить больше опыта.

Для Цин Чэна это была насыщенная ночь.

Но для других заключенных в тюрьме 18 это был ужасающий опыт.

Все они испытали почти одно и то же: снаружи наступила кромешная тьма, а двери их камер внезапно открылись.

Затем мужчина силой прижимал их к кровати и говорил: - Смотри, здесь у него селезенка. Проткни здесь, и он умрет.

Это было страшнее, чем участвовать в триллере в виртуальной реальности.

Если вы слабее противника, то лучшим выходом в данной ситуации было бы нападение исподтишка.

Однако Е Ван подметил, что не всегда стоит рассчитывать на это. Хотя это и было важно, но полагаться только на планировании подлых атак означало, что можно было только выждать и полагаться на случай.

Без устали Цин Чэнь продолжал отрабатывать движения без остановки.

Он держал в руке нож, и его противником был не пустой воздух, а Е Ван, который действительно состоял из плоти и крови.

Е Ван был подобен горе, он легко парировал атаки, как бы яростно Цин Чэнь ни атаковал.

Если первым шагом было распознавание жизненно важной точки, то теперь они перешли ко второму шагу: боевым приемам.

По логике вещей, проткнуть селезенку можно было только под несколькими углами.

Е Ван учил его, как скрыть свои намерения и дать противникам неверно определить цель атаки, чтобы они оставили брешь к селезенке открытой.

- Если ты напрямую раскроешь свои намерения, то останешься в невыгодном положении, - Сказал Е Ван. - Когда у тебя не хватает сил, чтобы подавить кого-то, обман - самый эффективный способ убийства.

Цин Чэнь погрузился в глубокую задумчивость.

Раньше он считал это слишком простым, думая, что ему просто нужно научиться наносить прямые удары, боковые удары и тому подобное.

Неожиданно оказалось, что Е Ван учил его боевым приемам.

Например, как ловко взмахнуть ножом в сторону шеи противника, а затем отвести локоть и талию в тот момент, когда противник сделает движение, чтобы блокировать атаку, изменив траекторию движения ножа в руке, и проткнуть селезенку.

Е Ван научил его более чем шестидесяти подобным приемам.

Более десяти из них включали два финта.

- Ты должен помнить одну вещь: бой - вещь непредсказуемая. Искусные кинжальщики могут нанести множество ударов в течение секунды, но на деле среди них скрыта лишь одна атака.

Ближний бой был самой опасной психологической игрой.

Е Ван мог научить Цин Чэна этим практическим приемам, так что он смог бы овладеть базовыми навыками убийства в течение двух дней.

Цин Чэнь должен был запечатлеть все это в своем мозгу.

Третий и последний шаг: реальный бой.

Одного лишь запоминания было недостаточно. Е Ван считал, что Цин Чэнь также должен четко понимать возможности своего тела.

Он должен иметь полное представление о своей силе и маневренности.

Помимо знания своего врага, он должен был знать и себя.

Всего за 3 часа Цин Чэнь был полностью измотан этим методом тренировки; ему приходилось напрягать все свои силы при каждой попытке.

Вдобавок ко всему, он простоял на ногах всю ночь. К 9 часам утра он уже немного не реагировал на происходящее.

К этому моменту прошло 2 часа и 40 минут с момента запланированного приема пищи.

Заключенные в конце концов поняли, что что-то не так, и все как один начали неистово стучать в двери.

Но как бы сильно они ни хлопали, никто не откликался.

Казалось, что кто-то не хотел их выпускать.

Го Хучан был самым яростным среди них, пиная свою дверь так, как будто от этого зависела его жизнь.

Только после того, как Ли Шутонг подошел к его камере и предупредил, этот лысый человек наконец успокоился.

Вместо того чтобы разозлиться, Го Хучан улыбнулся и с энтузиазмом спросил: - Босс Ли, не могли бы вы рассказать мне, чем заняты? Как насчет того, чтобы позволить мне пойти помочь вам? В Черной Пике я тоже считаюсь экспертом в составлении планов.

Но Ли Шутонг не удостоил его ни малейшим вниманием.

Постепенно ропот заключенных утих. Они вспомнили ужас прошлой ночи и вдруг почувствовали, что эта тюрьма словно изменилась.

Все эти люди были преступниками, и более половины из них находились здесь уже более пяти лет.

Они никогда раньше не сталкивались с такими странными вещами.

Но никто бы не подумал, что все это произошло только потому, что подросток столкнулся с кризисом, а его учитель хотел выиграть немного времени.

Когда Е Ван сказал, что он может передохнуть, Цин Чэнь наклонил голову и опустился на пол, сразу же заснув.

Тут подошел Линь Сяосяо с подносом еды. Он смотрел, как огненные узоры на лице Цин Чэня медленно исчезают, а затем поднял его. - Пока не выпускай заключенных. Будет подозрительно, если Цин Чэнь будет единственным, кто не вышел на обед. Давай подождем, пока он проснется, а потом уже перекусим.

Е Ван кивнул: - Он и так проспит до обеда, так что заключенные пропустят два приема пищи.

Линь Сяосяо весело ответил: - Ничего страшного. Босс сказал, что они не умрут, если проголодаются.

Когда Цин Чэнь впервые столкнулся с Ли Шутонгом и его людьми, их отношение к нему было довольно доброжелательным.

Но до определенного дня ему еще предстояло познакомиться с другой стороной Рыцарей и группы Хэн.

Холодной и жестокой стороной.

...

Когда наступило время обеда, дверцы камер были открыты только после того, как Цин Чэнь проснулся.

Заключенные не осмеливались шуметь в течение всего ужина, боясь навлечь на себя новые неприятности.

Если их снова будут использовать в качестве манекенов посреди ночи... какова вероятность, что на этот раз все обойдется без устных предупреждений?

После ужина женский голос приказал всем им вернуться по своим камерам, что они и сделали.

Ли Шутонг с интересом посмотрел на Цин Чэня: - Как твои дела?

Цин Чэнь задумался: - Вполне нормально, ведь память и способность быстро мыслить играют большую роль в бою, чем я думал вначале. Просто я не так долго тренируюсь, используя технику дыхания, поэтому моей физической подготовки все еще не хватает. После того как закончу с делами я буду тренироваться усерднее.

Хотя с помощью техники дыхания он смог превзойти результат, достигнутый другими людьми за полмесяца, всего за один день, время его тренировок все еще было слишком коротким. До этого момента прошло всего около десяти дней как он находится в этом мире, но объем тренировок превысил план Е Вана.

Линь Сяосяо посмотрел на Е Вана: - По твоим стандартам, как продвигается его обучение?

Е Ван задумался и ответил: - Обычные люди, конечно, сильно отстают от него. Когда я впервые изучал боевые приемы ножевого боя, мне понадобилось три месяца, чтобы достичь его нынешнего уровня. Гипертимезия действительно ужасает. Если он продолжит тренировку в таком же духе, то убить кого-нибудь в его состоянии не составит труда.

- А как насчет слабых мест?

- А сам как думаешь? У него недостаточно реального боевого опыта и его способность мыслить шаблонно. Это не проблема против обычных людей, но против настоящих бойцов он понесет большие потери. Все зависит от понимания.

Если в шахматах он одерживал верх против Ли Шутонга, то против него в настоящем бою он будет бессилен.

Но очевидно, что Ли Шутонг мог бы выиграть и в шахматах, но вместо этого был вынужден играть вничью.

Е Ван посмотрел на Цин Чэна и улыбнулся: - Выспался?

- Да. Можем продолжить, - Кивнул Цин Чэнь. Дыхательная техника вернула его выносливость на прежний уровень.

- Давай, покажи на мне чему ты научился, - Радостно предложил Линь Сяосяо.

Сказав это, он встал на поле и поманил Цин Чэня рукой.

Цин Чэнь на мгновение задумался, а затем с силой шагнул вперед и с размаху атаковал Лин Сяосяо ножом по бедру.

Линь Сяосяо усмехнулся: - Такой финт слишком наивен... черт! Я чуть не сглазил себя!

Когда кончик лезвия Цин Чэня почти уколол его ногу, Линь Сяосяо быстро зажал его между пальцами. К счастью, его реакция была быстрой, иначе он бы истек кровью.

Цин Чэнь был ошеломлен. Раньше Линь Сяосяо говорил ему, что ему не хватает боевых навыков, и он больше полагается на способности.

Но даже так он смог заставить Линь Сяосяо остановить лезвие двумя пальцами, что было просто невероятно.

Между Пробужденными и обычными людьми существовала непреодолимая пропасть. Вступить в ближний бой с Пробужденным мог только либо другой Пробужденный, либо мастер боевых искусств с новейшими механическими протезами.

Линь Сяосяо сердито закричал: - Разве ты не говорил, что специализируешься на атаках на селезенку? Ты только что шел на пролом, и даже не сделал обманный финт, который обещал сделать!

Ли Шутонг с улыбкой обратился к Е Вану: - Как его успехи?

Е Ван ответил: - Я не был так хорош, как он сейчас.

- Продолжай тренироваться, не отлынивай, - Ли Шутонг со смехом удалился в библиотеку.

- Хм, похоже, с этим шагом мы закончили. Теперь пора научить тебя подлым атакам, - Ответил Е Ван.

Как оказаться в выигрышной ситуации при столкновении с пятью противниками?

Даже люди, не имеющие большого боевого опыта, ответили бы на этот вопрос - внезапной атакой или атакой исподтишка.

Если напасть так, как человек никак не ожидает, и использовать при этом самые странные трюки, этим можно выиграть даже безвыходный бой.

И в бою, в котором предстояло участвовать Цин Чэну, он должен был использовать внезапную атаку, дабы максимизировать свои шансы на победу.

Е Ван думал об этом, но не решался обучать Цин Чэна данной технике.

Цин Чэнь хоть и был озадачен, но не стал спрашивать причину.

После спарринга с Линь Сяосяо, Ли Шутонг перестал беспокоиться о Цин Чэне и полностью посвятил себя новым музыкальным партитурам, которые попали ему в руки.

Шесть часов тренировок, затем один час отдыха. С помощью техники дыхания Цин Чэнь оттачивал себя быстрее, чем кто-либо мог себе представить.

И в результате этих сложных тренировок он стал атаковать быстрее и точнее.

Более 3000 заключенных все еще оставались в своих камерах, но на этот раз никто не издал ни звука.

На вторую ночь после переселения Цин Чэна все заключенные лежали на своих кроватях, чувствуя себя странно; они чувствовали себе подопытными кроликами.

На этот раз Е Вану даже не пришлось "угрожать" заключенным. Он просто стоял в темноте и приказывал: - Перевернись на живот.

Заключенный мигом повернулся на кровати.

Затем Е Ван сказал Цин Чэну: - Вчера я показал тебе где находится селезенка спереди. Теперь же я покажу тебе где она находится сзади. На деле, найти селезенку сзади сложнее, и чтобы удар был достаточно точным и быстрым, лучше использовать левую руку.

Одного за другим заключенных заставляли ложиться на кровать лицом вниз. Грусть и унижение ощущалась во всей тюрьме.

Они гадали, вернется ли он следующей ночью, чтобы снова найти их селезенку, но уже с другой стороны.

-Обратный отсчет 15:00:00-

9 часов утра.

Ворота тюрьмы внезапно открылись.

Два робота-охранника вошли на открытую площадку и сказали Цин Чэну с динамиков на груди: - Заключенный 010101, к вам посетитель.

Е Ван странно улыбнулся: - Уже по двое ходят?

Цин Чэнь повернулся и спросил, - В каком смысле?

- Один, наш тюремный надзиратель ИИ, и "она" оценивает потенциал угрозы заключенного и назначает ему соответствующее количество охранников. Раньше тебе нужен был только один охранник, а теперь уже два.

Линь Сяосяо добавил: - Похоже, в ее глазах ты значительно вырос.

"Один?"

Цин Чэнь впал в ступор. Неужели всей тюрьмой управлял ИИ?

Так вот почему он до сих пор не видел ни одного человека-охранника.

В это время Ли Шутонг оторвался от своих классических нот и внимательно изучил Цин Чэна: - Это должна быть девушка из семьи Камидай. Будет лучше, если ты сначала переоденешься.

Цин Чэнь покачал головой: - Нет необходимости.

Ли Шутонг на мгновение остолбенел: - Тебя совсем не волнует мнение других о тебе? А зря, ведь я накопал про нее информацию. Эта девушка чиста, как белый лист бумаги, в отличие от остального семейства Камидай...

В конце концов, Цин Чэнь объяснил: - Я имел ввиду другое. Сейчас вся тюрьма на ушах, и чтобы скрыть мою личность, "я" всех запер. Хотя никто не выходит из камер, можно легко понять, что Е Ван кого-то обучает. Только они не знают, кого именно. Если я сейчас пойду к ней, а позже время совпадет с ужином, все узнают, что Е Ван обучает меня.

Цин Чэнь посмотрел на Ли Шутонга: - Учитель, я не могу пойти к ней прямо сейчас. Давайте продолжим.

- Боже... - Глядя на серьезность Цин Чэна, Ли Шутонг был немного шокирован: - Вспоминаю себя, в твоем возрасте!

-Обратный отсчет 9:00:00-

Е Ван шел по полу босиком, а Цин Чэнь сидел на полу рядом с ним, наблюдая за его движениями.

Казалось, что при каждом движении пятки ступни раскрывалась какая-то тайна.

Ноги Е Вана были длинными. Удивительно длинными.

Но даже несмотря на их размер, Цин Чэнь обнаружил, что независимо от того, торопиться он или идет, ступни не издают ни малейшего звука.

Эта было необычно. Каждая нить мышечного волокна последовательно выдавала силу. От пятки до ступни, затем икры и, наконец, бедра - каждое движение было тщательно рассчитано.

Но у Е Вана не было способностей Цин Чэня. Все дело было в "опыте" и "мышечной памяти", полученной за годы тренировок.

Цин Чэнь запоминал все в уме. Он знал, что этот последний урок был самым важным.

Неосознанно Цин Чэнь закрыл глаза.

Казалось, что он заснул, но он также выглядел так, будто размышлял.

Линь Сяосяо, который находился рядом с Ли Шутонгом, тихо спросил: - Босс, все ли будет нормально? Стоит ли так торопиться? Может, мне подготовить ему более смертоносное оружие? Есть много предметов, которые он может унести с собой. Граната или мини-пистолет подойдут ему идеально.

Ли Шутонг покачал головой: - Впервые увидев кровь, нужно приложить все усилия, чтобы не сорваться. Ему все равно придется вспомнить каждый кусочек процесса, когда он собственными руками лишит человека жизни. Когда кинжал пронзит тело врага и кровь стечет с лезвия на руку, сохраняя свое тепло, незабываемое ощущение позволит ему осознать, что такое смерть.

-Обратный отсчет 2:00:00-

Два часа до возвращения.

Внезапный звук гидравлики последовательно прозвучал в темноте. Идеально синхронно.

В длинном и темном коридоре одна за другой открылись 21 комнат заключений. Цзянь Шэна перевели в другую тюрьму, и Лю Дэчжу остался здесь единственным человеком.

Оцепенело глядя на темноту, он спросил: - Есть здесь кто-нибудь?

Ответа не последовало.

Он повысил голос: - Здесь кто-нибудь есть? Почему дверь открылась?

По-прежнему никакого ответа.

Спустя долгое время он, наконец, набрался смелости и вышел наружу.

Коридор был пуст, и дверь, ведущая на тюремную площадь, тоже была открыта для него. Лю Дэчжу дрожал, когда шел вперед.

В этот момент он вдруг почувствовал, что что-то не так, и резко обернулся.

Но в темном коридоре позади него ничего не было. Там была только одна комната, где он мог увидеть какие-то тени от света внутри.

Лю Дэчжу показалось, что он оказался в игре "Сайлент Хилл". Мгновенно мир словно изменился для него, стал тихим и ужасающим.

Во всем этом мире остались только он и коридор, а опасность могла появиться за каждым углом.

Он начал бежать так быстро, как только мог. Он обернулся, чтобы посмотреть, как будто что-то преследует его на бегу.

Но Лю Дэчжу не слышал шагов и никого не видел.

Смутно, но он мог слышать тщательное длинное дыхание на странной частоте.

Иногда он слышал шаги в стороне от себя, но куда бы он ни смотрел, ничего не видел, что еще больше усиливало его страх.

Задыхаясь, он забежал за книжную полку в библиотеке и осторожно огляделся. По-прежнему ничего.

В следующий момент он в страхе обернулся и увидел прямо перед глазами маску с кошачьей мордой.

- Черт! - Лю Дэчжу был до смерти напуган, едва не опрокинув книжную полку при отступлении.

В темной и мрачной атмосфере глубокой ночи он увидел странную маску, как только обернулся.

По его коже пробежали мурашки.

Это было похоже на то, как если бы он попал в фильм ужасов.

Вскоре из тени книжной полки вышли Е Ван и Линь Сяосяо.

Лю Дэчжу поразило осознание: эти трое объединились и внезапно освободили его посреди ночи, просто чтобы напугать его?

Он горько воскликнул: - Вы злые!

- Да ладно тебе, все не так уж и плохо, - Линь Сяосяо потащил Лю Дэчжу обратно в комнату заключения.

Е Ван сказал Цин Чэню: -- Ты сильно продвинулся, но наше обучение слишком поспешное. Все твои маневры не очень хорошо отработаны.

Цин Чэнь внимательно слушал.

- Самое главное во внезапном нападении - это не быть обнаруженным. В коридоре произошло небольшое изменение в воздухе и звуках, потому что ты слишком поспешил, когда сделал первый шаг. Лю Дэчжу не мог обнаружить это сам, но его тело предупредило его. А когда он ускорил шаг, ты перестал контролировать свое дыхание и шаги. Для меня будто барабанный марш прошелся, а про Лю Дэчжу и говорить нечего. Если бы на его месте был хорошо обученный солдат, ты бы уже был мертв.

- Хорошо, я продолжу упорно тренироваться, - Сказал Цин Чэнь идя по полу босыми ногами.

Самый большой секрет бесшумной ходьбы заключался в умении контролировать силу своих шагов. Однако его обувь была дешевой, резина на подошве была слишком жесткой, и не имела смысла, как бы хорошо он ни контролировал свои шаги.

Е Ван посоветовал ему: - Ты только учишься этому мастерству, поэтому не ускоряй шаги и иди только бесшумно.

- Да, я буду иметь это в виду.

Е Ван посмотрел на его босые ноги: - Судя по тому, что ты рассказал, ты будешь в горах, когда вернешься. Если ты никогда раньше не ходил босиком, боюсь, что после одной ночи твоим ногам не поздоровится.

Цин Чэнь покачал головой: - Не стоит беспокоиться. Раны рано или поздно заживут.

- Конечно хорошо, когда ты строг к себе, но после того, как все будет улажено, тебе нужно будет как можно скорее обработать свои раны, - Сказал Е Ван и добавил, - Есть то, о чем ты хочешь спросить?

- В предстоящем бою самым важным уроком для меня была внезапная атака, почему ты решил обучить меня ею в конце? - Цин Чену было любопытно.

- Внезапная атака - это не какой-то легкий режим в играх, где враги просто тупо стоят и ждут, пока их убьют, при этом ничего не замечая вокруг. Как только ты убьешь второго человека, велика вероятность, что тебя обнаружат, - Объяснил Е Ван. - Оставшиеся трое узнают о твоем существовании и будут использовать всевозможные средства, чтобы расправиться с тобой. У тебя не останется другого выбора, кроме как сражаться в лоб. Это будет самый опасный момент для тебя. Легко убить первых двух человек внезапной атакой, когда враги еще не знают о тебе, поэтому я выделил самое короткое время, чтобы научить тебя скрывать свои следы. Большую часть времени я потратил на обучение ближнему бою, потому что ты будешь в наибольшей опасности после того, как тебя обнаружат их товарищи.

- Но, - Внезапно заговорил Цин Чэнь, - Я не собираюсь рисковать своей жизнью ради других. Если запахнет жареным, возможно, я отступлю.

- Я поддерживаю тебя в этом вопросе, - Сказал Е Ван, - В этом мире твоя собственная жизнь превыше других. Если ты просто хочешь спасти своего подчиненного и соседа по парте, то ставить свою жизнь на кон остальных не стоит. Но ты должен понимать, что если рациональность - это то, что ты можешь контролировать, то после переломного момента, она больше не будет называться таковой. Иногда, только непосредственно столкнувшись с этим вопросом, можно окончательно понять свой выбор.

Е Ван продолжил: - Босс сказал, что у тебя в теле течет горячая кровь - так же, как ты осмелился сыграть с ним в шахматы в первый день, когда пришел сюда - это то, чем ты обладаешь, и это нельзя ни забыть, ни стереть. Помнишь ту партию в шахматы, которую ты сыграл с боссом? Не то чтобы пешки, перешедшие реку, не хотели поворачивать назад, у них просто не было выхода.

Цин Чэнь погрузился в раздумья.

Тем временем Е Ван принес стул из библиотеки и поставил его перед Цин Чэном. Цин Чэнь с любопытством спросил: - Для чего это?

Е Ван задумался и ответил: - Скоро ты... нет, поймешь через два дня. А, есть еще кое-что, о чем не сказал босс, поэтому я возьму на себя смелость сказать это вместо него.

- Что именно?

Е Ван улыбнулся: - Вернись живым.

...

-Обратный отсчет 00:05:00-

Последние пять минут.

Цин Чэнь встал перед Лю Дэчжу и спросил его: - Повтори две вещи, которые я тебе сказал ранее.

Лю Дэчжу нервно повторил: - Во-первых, позволить всем ученикам сбежать после возвращения. Во-вторых, если не окажется возможности сбежать, выяснить, кто первым вышел на контакт с беглецами.

- Молодец. Ты вспомнил какие-нибудь детали за эти последние два дня? Например, кто постоянно проверял свой телефон и отправлял смс, или кто отошел в туалет посреди пути, - Спросил Цин Чэнь.

Лю Дэчжу слабым голосом ответил: - Все ходили в туалет, и все довольно часто проверяли свои телефоны... босс, в то время я был сосредоточен только на играх, я правда не обращал внимания на другие вещи.

Цин Чэнь вздохнул. Если бы не отсутствие лучшего выбора, он бы никогда не взял этого парня в подчиненные.

- Помни, беглецы определенно захотят узнать о твоем секрете. Но ты должен знать, что в тот момент, когда они узнают о том, что ты не представляешь для них ценности, ты умрешь.

Цин Чэнь холодно продолжил: - На этот раз ты совершил непростительную ошибку. В следующий раз, когда ты вернешься, я помогу тебе заново познакомиться с жестокостью этого мира. Конечно, если ты выживешь.

Сказав это, он взглянул на время на руке.

-Обратный отсчет, 00:00:01-

В темноте раздались звуки барабанного боя и веселый смех.

Время, которое было изолировано и приостановлено во Внешнем Мире, наконец, снова начало тикать.

В предыдущую секунду он находился в темной камере. В следующую секунду мир окрасился в оранжево-красный цвет от костра, свет и тень которого быстро колебались.

Лю Дэчжу широко открыл глаза. Он посмотрел на костер перед собой, затем на ликующую толпу вокруг него, и ему стало трудно адаптироваться.

Тьма отделялась от света, страх - от радости.

Даже сам Лю Дэчжу, казалось, был отдален от этих улыбающихся одноклассников.

И в этот момент в его голове щелкнуло: Опасность!

Он вспомнил слова Цин Чэна, немедленно встал и закричал: - Бегите! Все бегите! Мы в опасности!

Однако, сценарий, который он себе представлял, не осуществился; вместо того, чтобы бежать во всех направлениях, все просто уставились на него.

Они не могли понять, почему Лю Дэчжу, который еще мгновение назад болтал и смеялся, вдруг запаниковал и испугался.

Только Ху Сяонью отреагировал быстро, потому что для других учеников время было непрерывным и постоянным.

Но для Переселенцев они уже провели два дня во Внутреннем Мире.

Поэтому Лю Дэчжу не предупредил их ни с того ни с сего, а пережил какие-то особые обстоятельства во Внутреннем Мире!

Ху Сяонью встал и спросил: - Брат Лю, что случилось?

Лю Дэчжу оттеснил окружавших его учеников, говоря: - Если мы не сбежим сейчас, будет слишком поздно. Беглецы окружают это место! Нет, к черту. Если вы не уйдете, я уйду!

Но даже после того, как он все четко объяснил, другие ученики все еще были в недоумении.

Выражение Ху Сяонью изменилось. Он подмигнул Чжан Тяньчжэню и быстро последовал за Лю Дэчжу.

Однако, как только они достигли ворот, двое мужчин средних лет в полицейской форме спросили: - Эй, ребят, что с вами?

Лю Дэчжу пришел в восторг, увидев полицейских в форме: - Офицеры, здесь вокруг бандиты!

Два человека в форме посмотрели друг на друга, затем достали пистолеты с пояса, шагнули вперед и прижали дула к груди Лю Дэжу и Ху Сяонью. Один из них тихонько усмехнулся: - Вот как?

Другой холодно посмотрел на Ху Сяонью: - Попросишь помощи, и тебя застрелят!

В ужасе Ху Сяонью посмотрел на пистолет, направленный ему в грудь.

На нем был глушитель!

В городе Хай Ху Сяонью часто посещал легальные тиры, поэтому он повидал много видов оружия.

Но не говоря об этом, как преступникам удалось достать оружие, тем более с глушителем, если контрабанда в стране строго контролируется? Даже сами контрабандисты редко продают такие вещи.

Более того, большинство пистолетов, оснащенных глушителями, вовсе не были бесшумными, в отличие от тех, что показывают в фильмах. Максимум, они снижали уровень шума со 140 дБ до 120 дБ. Не слишком значительное изменение.

Глушители были слишком преувеличены во всех фильмах на протяжении многих лет.

Однако некоторые специально созданные пистолеты с дозвуковыми пулями действительно могут минимизировать звук выстрела.

Глок 34, которым сейчас владели преступники, был одним из них.

Ху Сяонью понял, что их противники были профессионалами, и, скорее всего, раньше работали наемниками.

Лю Дэчжу, с другой стороны, находился в отчаянии. Все произошло слишком быстро. Босс сказал ему, что его окружают беглецы, но ему не сказали, что они будут в полицейской форме!

Ху Сяонью глубоко вздохнул и сказал ему: - Делай, что говорят.

Вчетвером они вернулись во двор под дулами пистолетов.

Тем временем пятеро беглецов у задней двери взяли под контроль официанта, менеджера и двух членов Куньлуня и вышли во двор гостиницы.

Эти люди действовали быстрее, чем ожидал Цин Чэнь. До полуночи они уже составили карту этого места и ждали, когда вернутся, дабы начать действовать.

Они решили действовать после возвращения, чтобы избежать утечки информации от Куньлуня во Внутреннем Мире и выиграть время.

В этот момент, один из преступников нажал на курок, и пуля попала прямо в голень члена Куньлуня, так как тот потянулся к рации. Несколько учеников закричало от увиденного.

Член Куньлуня упал, но сильно сжал зубы и не издал ни звука.

Затем преступник навел пистолет в сторону Ху Сяонью и Лю Дэчжу. Он холодно сказал: - Ни звука. Иначе все ваши одноклассники умрут на месте, как и эти люди. Посмотрите на этого парня из Куньлуня, ведь ему ли не знать, что крики может и привлекут других людей, но на этой горе никто не сможет вас спасти. Привлечение сюда невинных людей только увеличит количество жертв. А один наш товарищ хорошо знает, что люди, которые могут спасти вас, прибудут не раньше, чем через 6 часов. Поэтому все, пожалуйста, сохраняйте спокойствие, чтобы избежать ненужных проблем.

Упавший член Куньлуня закрыл глаза. От сильной боли на его лбу выступил тонкий слой пота, но он не издал ни звука.

В это время преступник в черном плаще встал перед учениками и с улыбкой сказал: - Рад встретиться с вами, на горе Лао Цзюнь. Давайте я сразу перейду к тому, что меня не интересуют обычные люди. Я просто хочу найти среди вас Переселенцев и уйти с ними. Поэтому, пожалуйста, сотрудничайте, хорошо? Если же все будут сотрудничать, мы справимся с этим делом намного быстрее.

Пока преступник говорил, Ван Юнь вдруг сказала свои друзьям: - Не паникуйте. Мы не должны попасться.

Ху Сяонью и Чжан Тяньчжэнь посмотрели друг на друга. Никто не знал, о чем думал другой.

У Лю Дэчжу в голове была только одна мысль: Преступников больше пяти; босс ошибся.

Ученики были в ужасе, но страх перед оружием и угроза жизни одноклассников сохранила в них хоть какую-то рациональность. Некоторые тихо всхлипывали.

Крики, раздававшиеся ранее, похоже, насторожили несколько людей за пределами двора.

В доме по соседству, человек который готовил барбекю, был одним из них. Он вытер руки о фартук и вышел во двор.

Выйдя наружу, он посмотрел в сторону соседнего дома, и увидел там человека в полицейской форме, будто тот был на службе.

Он с любопытством подошел к нему и спросил: - Офицер, что здесь происходит?

Мужчина средних лет в полицейской форме ответил: - Сообщили о дебоширстве в этом доме. Ничего серьезного, можете возвращаться.

- О-о-о, хорошо. - Он кивнул и собрался было уже вернуться к себе домой, пока...

...пока не почувствовал, что что-то не так. Мужчина аккуратно достал телефон и собирался позвонить в полицию, как только вернется.

Но не успел он вернуться к порогу своего дома, как ощутил что-то инородное в районе груди. Лезвие ножа вошло через ребра и по диагонали разорвало сердце и легкие.

Рука в черной кожаной перчатке плотно закрыла ему рот и втащила в гостиницу Юньшань.

Сразу же преступник в полицейской форме вернулся на улицу закрыв дверь, как ни в чем не бывало.

В это время все в гостинице Юньшань собрались на заднем дворе. Некоторые ученики дрожали от страха, когда преступники начали собирать их телефоны в два черных пластиковых пакета.

Преступники даже не забыли проверить каждый телефон, чтобы убедиться, что они выключены, прежде чем бросить в пакет.

Лю Дэчжу, Ху Сяонью и Чжан Тяньчжэнь тоже были оттеснены к толпе, и преступник со шрамом на лице открыл перед ними пакет.

Все трое послушно достали свои телефоны, но преступник не ушёл, а холодно посмотрел на Ху Сяонью.

Ху Сяонью вздохнул. Он достал из левого кармана еще один телефон и бросил его в пластиковый пакет.

Преступник усмехнулся и толкнул троих в толпу.

Человек в черном пальто подошел к Лю Дэчжу и улыбнулся: - Я дам тебе еще один шанс. Скажи мне, как ты вдруг узнал о наших планах и что мы окружаем это место?

Лю Дэчжу дрожал, но молчал. Впервые в жизни он решил продемонстрировать свой характер.

Преступник улыбнулся: - Говорить не хочешь? Тогда, дай угадаю... за пределами гостиницы Юньшань у тебя есть друг-переселенец, верно?

Лю Дэчжу понял, что даже когда мужчина знал правду, тот совсем не волновался.

Может быть, у них есть еще козыри, которые они не раскрыли? Или, возможно, их гораздо больше, чем на самом деле?

...

В этот самый момент Цин Чэнь молча стоял в комнате. В руках у него был нож, который он принес с собой, а позади него стояла Цзян Сюэ, которая тоже только что вернулась.

Цин Чэнь смутно услышал звук, но не понял, что это был звук выстрела пистолета с глушителем.

Однако хозяин дома, у которого они остановились, так и не вернулся после своего ухода.

Глядя на нож в его руке, Цзян Сюэ кое-что поняла: - Чэнь, что ты собираешься делать?

Цин Чэнь снял обувь и повернулся, чтобы покинуть дом: - Тетя Сюэ, пожалуйста, позаботьтесь о сяо Юнь и подождите здесь. Заприте дверь и не выходите. Не волнуйтесь, со мной все будет в порядке.

- Может, я смогу тебе чем-нибудь помочь? У меня ведь есть протезы! - Сказала Цзян Сюэ сзади.

Цин Чэнь внезапно повернулся и посмотрел прямо ей в глаза: - Но не боевого опыта. Просто сидите дома, я скоро вернусь.

После этого он исчез за дверью.

Гора Лао Цзюнь находилась на высоте более 2000 метров над уровнем моря и располагалась в горном массиве Фуню.

Поэтому ночью, периодически дул сильный и холодный горный ветер.

В воздухе также конденсировался туман, который оставался с рассвета, и тем самым покрывал всю площадь горы.

Кто-то подбросил в костер во дворе новую охапку дров, и пламя разгорелось еще сильнее.

Мерцающий огонь преломлялся в медленно струящемся тумане, выглядело словно чудесное полуночное световое шоу.

В тени появился молодой человек с ножом в руке. Он молча стоял между сплетением тумана и тьмы, присматриваясь к единственному преступнику у дверей к гостинице.

Только в этот самый момент он наконец понял слова, которые сказал ему Ли Шутонг.

Жизнь достаточно хрупкая штука - каким бы значительным ни был человек, он может умереть от одного удара в сердце.

Однако убивать нелегко.

Ведь то, что следовало после этого дальше, было самой злобной вещью в мире.

Цин Чэнь без слов повязал украденный шарф на лицо.

Сигнал на вершине горы был прерывистым, поэтому, чтобы обеспечить бесперебойную работу, преступники оснастили себя рациями.

Цин Чэнь считал в своем сердце. Каждые десять минут преступник опускал голову и нажимал на рацию, чтобы что-то ответить.

Внезапно налетел порыв ветра, и костер, сложенный из дров, резко разгорелся, заливая ярким светом мир за пределами двора.

Цин Чэнь находился поодаль от преступника, и в момент когда он понял, что преступник, похоже, что-то увидел из-за света костра, он напрягся. Тот посмотрел в его сторону с сомнением на лице и медленно стал приближаться.

Сердце Цин Чэна сжалось.

Но в этот момент у дверей гостиницы появилась Ли Тунъюнь.

Она встала у двери и робко спросила: - Дядя полицейский, вы не видели мою маму?

Преступник на секунду опешил: - Твою маму? Нет... не видел. Эй, иди сюда. Дядя поможет найти твою маму, хоро---?

В одно мгновение его шестое чувство подсказало ему, что что-то не так.

Засада!

Преступник подсознательно достал дубинку и замахнулся за спину, а правой потянулся к поясу, собираясь достать пистолет.

Свет костра непрерывно колыхался.

Молодой человек в тумане бесшумно появился позади него; на расстоянии удара ножом.

Цин Чэнь быстро увернулся, чтобы избежать удара дубинкой, и со свистом горного ветра бросился наперерез преступнику.

Он замахнулся ножом по руке, которой преступник собирался достать пистолет. В этот момент осознав, что не сможет дотянуться до него, тот отпрянул назад.

Но лезвие ножа вдруг поменяло траекторию вниз; преступник инстинктивно двинул обе руки вниз, пытаясь схватить руку незваного гостя.

Казалось, предугадав это действие, Цин Чэнь сделал небольшой шаг назад, чтобы рука и дубинка его противника рассекли воздух.

"Нехорошо!"

Преступник удивленно посмотрел в темноту.

Но он увидел только открытые глаза парня, холодно смотрящие на него.

Как раз когда он подумал, что свирепый юноша исчерпал все свои приемы, лезвие снова пронзило туман через щель между его руками.

"Дыши."

Ли Шутонг говорил, что самое важное в битве зверей - это дыхание.

Это был ключ к поддержанию уровня кислорода в организме, ключ к укреплению воли. Как только вы поймете важность дыхания, вы сможете контролировать себя и, в свою очередь, контролировать все.

Быть охотником или добычей - выбор был за вами.

В мгновение ока на краях маски-шарфа Цин Чэна расцвели огненные узоры!

Сила стремительно накапливалась в его правой руке, переходя в кончик ножа и безжалостно вонзаясь в селезенку преступника.

Глаза преступника были потрясены.

"Что произошло за этот короткий промежуток времени?"

С самого начала и до конца движения юноши в маске были плавными, словно текучая вода, будто все было просчитано. Юноша знал, что он замахнется полицейской дубинкой, знал, что не осмелится достать пистолет после финта, и знал, по какой траектории будут двигаться его руки в ответ.

Он знал все, поэтому уклонялся от всех его атак, не давая ему ни единого шанса нанести удар.

Только когда нож вонзился в его селезенку, между ними произошел физический контакт.

В этой психологической игре ближнего боя, он будто действовал по написанному сценарию юноши.

Его конец был уже давно определен.

В этот момент понимая, что времени у него в обрез, преступник попытался достать рацию.

Но молодой человек с силой надавил на него, тем самым прижав к стене.

Цин Чэнь закрыл ему рот левой рукой, а правой энергично вертел ножом.

Преступник хотел было бороться, используя свои механические протезы, но сильная боль блокировала его мыслительные способности.

В человеческом теле селезенка была органом, используемым для хранения крови. Мгновенно большое количество крови вытекло из разорванной селезенки преступника и потекло по ножу к руке Цин Чэна.

Свежая кровь была теплой. В холодной ночи ее быстро исчезающая температура напомнила Цин Чэну, что такое смерть.

Он вытащил нож только после того, как дыхание и сердцебиение преступника остановились.

Юноша в маске стоял перед трупом, томно дыша. Было непонятно, о чем он думал.

Кровь капала с опущенного кончика ножа в его руке, капля за каплей, на землю.

"Вот значит каково это... убить человека."

Цин Чэнь задыхался не от усталости или нехватки воздуха, а от необъяснимого страха и паники в сердце.

Он наконец-то понял, почему Ли Шутонг сказал, что для первого убийства он должен использовать нож.

Если убить человека из пистолета, то выстрел с расстояния в несколько десятков метров лишит человека жизни.

В такой ситуации расстояние затуманивает эмоции и реакцию. И за место осознания того, что вы убили человека, вы скорее почувствуете, что попали в мишень.

Вы увидите крови, не почувствуете, как постепенно исчезает сердцебиение.

Вы также не сможете почувствовать благоговение перед жизнью.

Как учитель, Ли Шутонг не мог быть свидетелем первого убийства своего ученика, но он уже преподал Цин Чэну самый важный урок: как почитать жизнь.

- Брат Чэнь, - С опаской позвала его Ли Тунъюнь.

Голос вернул Цин Чэня к реальности, словно кто-то дернул его за рукав, прежде чем он упал в пропасть.

Он повернулся и посмотрел на Ли Тунъюнь, стоявшую неподалеку.

Маленькая девочка находилась в бессловесном оцепенении, ошеломленная только что произошедшей сценой.

Она своими глазами увидела жестокое убийство.

Цин Чэнь подошел и сел перед ней на корточки.

Он не снял шарф, закрывавший его лицо, и только тихо спросил: - Ты боишься?

Ли Тунъюнь кивнула со слезами на глазах: - Немного.

- Почему вышла? Где твоя мама?

В это время Цзян Сюэ торопливо появилась, похоже, разыскивая Ли Тунъюнь.

Даже если Цин Чэнь скрывал свое лицо, она могла узнать мальчика с первого взгляда, потому что то, что он использовал, было ее шарфом.

Осознав, что Ли Тунъюнь и Цин Чэнь вместе, она облегченно вздохнула.

Цзян Сюэ подошла к ним и объяснила Цин Чэну: - Я пошла в туалет, а когда вернулась, она исчезла. Сяо Юнь, ты меня напугала!

Ли Тунъюнь опустила голову: - Я просто хотела помочь брату Чэну.

Цин Чэнь удивился - оказалось, что она появилась здесь не случайно, а чтобы помочь ему.

Он хотел было поднять руку, чтобы погладить Ли Тунъюнь по голове, но потом вспомнил, что она вся в крови, и медленно отдернул ее назад.

Но прежде чем он успел полностью убрать ее, Ли Тунъюнь потянулась за его ладонью и положила ее себе на голову. - Брат Чэнь, позаботься о себе, мы с мамой будем ждать твоего возвращения.

- Хорошо, - Улыбнулся Цин Чэнь, - Не волнуйся.

После этого он попросил Цзян Сюэ помочь ему оттащить труп во двор, а затем передал ей пистолет на поясе преступника: - Я планирую пробраться в захваченную гостиницу незаметно. Пистолет с глушителем все равно привлечет внимание, как только прозвучит выстрел, поэтому я отдам его вам.

Цзян Сюэ покачала головой: - Возьми его с собой, он тебе больше пригодиться. Кто заботится о привлечении внимания, когда на кону его жизнь? Просто воспользуйся им, если понадобится.

Цин Чэнь сначала опешил, но потом усмехнулся и снял кобуру с трупа, чтобы закрепить ее на поясе.

Хотя он не умел пользоваться оружием, и только предупредил бы других преступников, чтобы они осадили его, если бы он открыл огонь, но иметь оружие было лучше, чем не иметь его.

Ли Шутонг как-то сказал ему, что путь Рыцаря начинается с убийства ножом, и он уже сделал это.

Значит следующее убийство из пистолета не должно засчитываться наряду с первым.

Поэтому он мог использовать оружие.

Цин Чэнь погладил Ли Тунъюнь по голове: - На этот раз ты должна послушать меня. Жди, пока я вернусь.

- Хорошо.

В этот момент из рации на груди трупа раздался голос: - Начинаем отсчет. Первый.

Голоса другого преступника холодно ответили: - Второй.

- Третий.

- Четвертый.

Последовала короткая пауза - Цин Чэнь немедленно использовал технику дыхания и идеально воспроизвел голос преступника из своей памяти: - Пятый.

Он уже собрался выключить рацию, когда из динамика прозвучал дальнейший счет.

- Шестой.

- Седьмой.

- Восьмой.

Цин Чэнь был потрясен.

Преступников было еще трое!

(Перевод: Ориана)

Все, что произошло сегодня, кажется, говорило Цин Чэню неоспоримую истину: исход битвы определяется «будущим», и нельзя использовать для расчетов информацию «прошлого», в противном случае вы обречены на гибель.

«Куньлунь» явно разыскивал пятерых преступников, и Цин Чэнь видел в автобусе тоже только пятерых, но теперь по рации он услышал, что должно быть восемь человек.

Неудивительно, что они так легко контролировали двух членов «Куньлуня», ведь оказалось, что их команда тоже выросла.

В этом мире так много людей, которые готовы рисковать ради денег.

Вчера они разговаривали с Линь Сяосяо, и тот, усевшись на стуле и подогнув ноги, с улыбкой сказал: «Цин Чэнь, когда ты вернешься во Внешний мир, помни, что никому нельзя доверять, потому что личная заинтересованность изменит слишком много отношений. Люди всегда гонятся за наживой. Никогда не недооценивай человеческую жадность. Угадай, кто изобрел устройство связи, которое сейчас используете вы с Лю Дэчжу?»

Цин Чэнь предположил: «Шпион?»

Линь Сяосяо весело покачал головой: «Нет, это были два биржевых трейдера из города №10. Они придумали это тайно, чтобы избежать поимки за инсайдерскую торговлю. Видишь, это сила интересов, и она даже способствует технологическому прогрессу».

Тут Цин Чэнь внезапно почувствовал, что все больше и больше людей во Внешнем мире могут перейти на темную сторону ради собственной выгоды.

Потому что слишком многим людям нужна эта возможность изменить свою жизнь.

Он положил рацию в карман, затем помахал Цзян Сюэ и ушел в ночь.

Цзян Сюэ присела на корточки и обняла Ли Тунъюнь: «Ты сейчас испугалась? Ты все еще боишься?»

Ли Тунъюнь задумалась на мгновение: «Сначала я очень испугалась, но когда брат Цин Чэнь погладил меня по голове, я перестала бояться».

Маленькая девочка вспомнила точные и решительные движения Цин Чэня в темноте ночи. Молодой человек, казалось, с легкостью продемонстрировал свое искусство перед преступниками.

Искусство собирать жизни.

…

Подошвы человеческих ног должны быть самыми мягкими среди большинства животных.

Он захотел сражаться босиком, но это оказалось сложнее, чем он себе представлял. Даже мелкий камешек на земле может заставить заскрипеть зубами от боли.

Если бы у него была другая возможность, Цин Чэнь не хотел бы сражаться босиком.

Но у него не было выбора.

Цин Чэнь тихонько присел на ветку мушмулы у дороги, скрывшись в густой листве, и убавил громкость рации до минимума.

Колеблющееся во дворе пламя костра время от времени бросало свет сквозь просветы в листьях, который пестрыми пятнами отражался на нем.

Это было лучшее место, которое он мог придумать. Крона дерева была высоко, и оно находилось достаточно далеко от гостиницы Юньшан.

«6 человек во дворе и еще один должен стоять снаружи и охранять заднюю дверь», – пробормотал Цин Чэнь себе под нос. В одиночку расправиться с семью людьми нереально, особенно, когда преступники все вместе.

Он посмотрел на пятна крови на подошвах своих ног. Кто знает, как будут выглядеть его ноги после сегодняшней ночи.

Во дворе Лю Дэчжу, съежившись от страха, сидел на земле, а главарь преступников сидел перед ним на корточках, приставив пистолет ко его лбу и о чем-то спрашивал.

Более сорока заложников сидели вместе, обхватив себя руками, а шестеро преступников во дворе надежно окружили их. Ни у кого не было шансов сбежать.

К удивлению Цин Чэня, он увидел члена «Куньлуня», лежащего на земле на боку, его лоб уже был мокрым от пота.

Особенно в глаза бросались дырки от пуль на икрах этого человека, из них все еще капала кровь, окрашивая бетонный пол в темно-фиолетовый цвет.

Просто в такой болезненный момент его правая рука спокойно лежала рядом с карманом его брюк, а указательный и средний пальцы ритмично постукивали попеременно, как бы передавая сообщение внешнему миру.

Та, та-та.

Та, та, та…

Указательный палец выстукивал короткий звук, а средний палец медленный, длинный звук.

Это похоже на азбуку Морзе, но Цин Чэнь не знал, кому он передает сообщение.

Еще одному товарищу по команде?

Цин Чэнь запомнил частоту постукивания, а затем перевел взгляд на внутренний двор.

В этот момент он заметил, как один преступник схватил Ван Юнь за волосы и выдернул ее из толпы.

Ван Юнь тащили по земле, она брыкалась ногами, но в конце концов ее затащили в гостиницу.

Одноклассники со страхом наблюдали за этой сценой. Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэнь несколько раз хотели встать, но их прижимало к земле темное и холодное дуло пистолета.

Невредимый член «Куньлуня» свирепо посмотрел на него, но преступник сильно ударил его в живот, и тот снова лег на землю, согнувшись, как креветка, втягивая ртом холодный воздух и не в силах издать ни звука.

Кроме этого, никто не осмелился сопротивляться.

Но сейчас никто не мог осуждать их. Защищать себя, когда сам в опасности, – это естественный инстинкт человека. Эти ученики не получили профессиональной подготовки, и страх является их подлинным чувством.

Просто они не знали, что преступники с самого начала не планировали оставлять обычных людей.

Цин Чэнь бесстрастно наблюдал за всем этим, но ничего не делал.

Он считал, что это несколько нелогично, ведь эти преступники были хорошо обученными бойцами.

Это кажется слишком глупым – делать такие вещи в это время.

Но эти преступники явно не могли быть такими глупыми.

Через некоторое время преступник вышел из гостиницы и похлопал своего товарища по плечу: «Твоя очередь».

Услышав это, ученики в страхе попятились назад.

Видно было, как преступник с улыбкой оглядывал толпу, а девушки одна за другой опускали головы, не осмеливаясь смотреть прямо, как будто их так не заметят.

Однако в следующий момент его взгляд остановился… на Нань Гэнчэне!

Преступник протиснулся сквозь толпу и вытащил худого Нань Гэнчэня, намереваясь завести его в дом.

Цин Чэнь растерянно смотрел на эту сцену: «...»

Наконец он решился.

Больше ждать нельзя.

Он даже не знал, где прячется преступник у задней двери, но не мог больше ждать.

Это лучшая возможность.

…

Гостиница Юньшан построена на горе. За ней находилось не ровное место, а лес и гора, уходящая наискось вверх.

Преступник спокойно стоял, прислонившись к задней двери, и курил сигарету.

Оранжевый огонек окурка мерцал в темноте, и даже в тишине было слышно шипение горящего табака.

В отличие от преступника у входной двери, у этого в руке был Glock 34 с глушителем, так что он всегда был наготове.

Внезапно в темноте послышался звук падающих на землю камней.

Однако первой реакцией преступника было посмотреть в направлении, противоположном звуку, а дуло указывало на место, откуда исходил звук.

Независимо от того, где находится человек, он может быстро среагировать, и это самый правильный способ справиться с ситуацией.

Никого.

Постепенно его напряженные мышцы расслабились.

Преступник выбросил окурок, который держал в руке, поднял пистолет и спокойно осмотрелся, только сейчас пытаясь выяснить источник этого звука.

В этот момент из рации раздался голос: «Пересчитаться, 1».

«2».

«3».

Преступник нажал на кнопку и сказал: «4».

На секунду его внимание было приковано к рации, он отвлекся.

Он отпустил кнопку рации и продолжил смотреть по сторонам.

В одно мгновение зрачки преступника вдруг сузились, но его рот уже был прикрыт протянутой сзади ладонью, и холодный нож, как удар грома, пронзил сзади его поясницу, прошел сквозь селезенку и остановился в легких.

В следующий момент он услышал, как кто-то, стоящий позади него, нажал на кнопку рации и сказал «5».

Ладонь медленно опустилась, но преступник мог только хватать губами воздух.

Из рации продолжали звучать номера.

«6».

«7».

«8».

Никто не заметил, что двое их товарищей уже умерли.

(Перевод: Ориана)

В гостинице «Юньшан» Нань Гэнчэнь громко рыдал, когда его затащили в комнату на втором этаже.

Свет костра дрожал за окном, и ему казалось, что он попал в ад.

Нань Гэнчэнь завопил: «Брат, умоляю, не трогай меня, правда, я думаю, что Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэнь выглядят лучше меня, поищи их!»

Пока он рыдал, он изо всех сил напрягал нижнюю часть живота.

Он прочитал это в интернете. Говорят, что в такой критический момент, если сможешь вовремя наложить в штаны, это может отбить аппетит насильника, и ты сохранишь свою безопасность в неприкосновенности.

Однако, вопреки его воображению, звука расстегивающегося ремня не последовало.

Преступник был одет в черную кожаную куртку, макушка его головы была чисто выбрита.

Преступник медленно снял перчатки, обнажив грубые механические конечности, пошевелил пальцами, и похоже, из-за старения механизма его пальцы издавали скрипящие звуки, когда он сжимал и разжимал кулаки.

От этого звука аж зубы свело.

Преступник стоял напротив Нань Гэнчэня и холодно наблюдал, пока его рыдания постепенно не утихли, а затем спокойно спросил: «Теперь я задам тебе вопрос, а ты на него ответишь. Если будешь хорошо сотрудничать, сможешь спасти свою жизнь, понял?».

«Понял, понял!» – Нань Гэнчэнь поспешно кивнул.

«Кто ты во Внутреннем мире?» – спросил преступник.

Нань Гэнчэнь был ошеломлен.

Но он увидел, как преступник приставил пистолет ко лбу: «Я тебя спрашиваю!»

Нань Гэнчэнь со слезами на глазах сказал: «Я хакер...»

«Хакер?» – мрачно повторил преступник. Не повезло.

Надо сказать, что при перемещении во внутренний мир не наследуются знания и память, поэтому путешественники-технари в их глазах самые никчемные, о них можно только сказать, что у них нет ни личности, ни способностей.

Преступник продолжал спрашивать: «В каком городе ты живешь?»

«Город 18», – ответил Нань Гэнчэнь.

«Какой район?»

«Первый район, – поспешно добавил Нань Гэнчэнь, – я тоже только что туда переехал».

Преступник присвистнул: «Так ты оказывается богатый человек, живущий в первом районе. Почему ты только что переехал?»

Нань Гэнчэнь обиженно сказал: «Я только что стал содержанкой».

Преступник застыл от удивления, что все это значит? Он продолжил спрашивать: «Какая голографическая проекция недавно появилась на площади Чишуй в первом районе?»

Нань Гэнчэнь сказал: «Это три косатки, выпрыгивающие из воды».

Преступник немного подумал, прежде чем нажал на кнопку рации на груди: «Босс, я подтвердил, это путешественник по мирам из первого района города 18, приступаю к зачистке места происшествия».

Закончив говорить, он отпустил кнопку рации и собрался вытащить Нань Гэнчэня наружу.

Когда преступник наклонился, чтобы схватить его, за его спиной в поле зрения Нань Гэнчэня появился молодой человек с прикрытым лицом.

Его лицо было прикрыто шарфом, но Нань Гэнчэнь все еще мог видеть огненно-красные линии, идущие из-под шарфа к уголкам его глаз.

Он не знал, когда появился молодой человек, ни его шагов, ни дыхания не было слышно.

Вообще ничего.

Преступник, казалось, тоже заметил что-то странное в выражении лица Нань Гэнчэня, но больше не мог двигаться.

Селезенка – это банк крови человеческого тела. Как только она будет повреждена внешней силой, подвергшийся нападению человек быстро потеряет кровь и умрет.

По скорости уступает только перерезанной сонной артерии на шее.

Преступник только чувствовал, что его тело быстро остывает, и даже слышал звук капающей на пол его собственной крови.

Изо рта медленно потекла кровавая пена, и преступнику захотелось протянуть руку и нажать на кнопку рации.

Но кто-то уже осторожно протянул руку сзади и снял рацию с его груди.

«Ты… кто?» – ошеломленно спросил Нань Гэнчэнь.

Цин Чэнь спокойно посмотрел на него: «Не притворяйся, что не знаешь меня, просто иди за мной, у меня сейчас нет времени с тобой болтать».

«Хорошо, брат Чэнь...» – взволнованно сказал Нань Гэнчэнь.

Цин Чэнь не удивился, что Нань Гэнчэнь узнал его.

Эти двое были одноклассниками с первого класса старшей школы, а после разделения на гуманитарное и естественнонаучное направление, они были не просто одноклассниками, но и сидели за одной партой.

Два бедных подростка всегда были лучшими друзьями. Хотя Цин Чэнь смог скрыть свое лицо и даже специально растрепал свою прическу, Нань Гэнчэню нужно было только взглянуть в его глаза и увидеть очертания его лица, чтобы понять, что это Цин Чэнь.

Нань Гэнчэнь последовал за Цин Чэнем и уже собирался уйти, но тут он взволнованно пробормотал: «Я не ожидал, что ты придешь, чтобы спасти меня. Если бы ты не появился, они могли похитить меня...»

Когда Цин Чэнь собирался вывести Нань Гэнчэня через заднюю дверь, за окном раздался непрерывный треск стрельбы.

Специфический звук огнестрельного оружия с установленным глушителем.

Кто-то крикнул: «Бегите, они собираются всех убить!»

Цин Чэнь сразу повернул голову и посмотрел в окно.

Костер снаружи был похож на огненное море, отражающееся в небе, а крики учеников были подобны кипящей воде.

Он вытащил из-за пояса пистолет и подошел к окну. Хозяин и персонал гостиницы «Юньшан» уже лежали в луже крови, а ученики в страхе разбежались.

Он увидел, что два члена «Куньлуня» были застрелены и упали, а ворота гостиницы «Юньшан» были открыты, и ученики бежали, воспользовавшись суматохой.

Член «Куньлуня» лежал на спине на холодном бетонном полу с окровавленной грудью и незакрытыми глазами.

Другой член «Куньлуня» скрючился на коленях у ворот. Его глаза были закрыты.

В руке он держал пистолет, а рядом с ним был уже бездыханный преступник, и чуть подальше было тело еще одного преступника.

Всего в двух преступников выстрелили четыре раза, а член «Куньлуня» был залит кровью, и невозможно было сказать, сколько раз в него стреляли.

Похоже, он пожертвовал жизнью, чтобы открыть ворота и дать ученикам возможность спастись.

В данный момент ученики изо всех сил пытались встать и сбежать, несмотря ни на что.

Цин Чэнь не знал, что произошло в тот момент, даже его мощный мозг, казалось, не мог среагировать.

Когда он подошел к окну, то, что должно было произойти, уже произошло.

Всего за несколько вдохов уже погибло столько людей.

Цин Чэнь молча смотрел на два окровавленных трупа. Он не видел их смерть собственными глазами, поэтому его эмоции были заторможены.

Он не был ни опечален, ни тронут.

Просто что-то вдруг застряло в его груди, и он сам не знал, что это было.

В суматохе оставшиеся преступники не преследовали учеников, а хладнокровно связали руки Лю Дэчжу, Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэню, намереваясь смешаться с учениками и уйти с путешественниками по мирам.

Правильно, цель преступников – путешественники по мирам, и теперь, когда их план провалился, невозможно заставить замолчать всех учеников.

Поэтому лучший выбор для них – вовремя минимизировать потери.

Из рации раздался голос: «Пятый пропал, возможно, с ним что-то случилось. Третий, ты и четвертый возьмите с собой тех двоих, встретимся на стоянке».

Четвертый и пятый уже мертвы.

Цин Чэнь молча наблюдал за происходящим.

Преследовать ли ему преступников?

Цин Чэнь немного боялся.

Но он вдруг вспомнил, что сказал Е Ван: «Если храбрость можно контролировать, то это уже не храбрость. Иногда ты понимаешь свой выбор только тогда, когда действительно сталкиваешься с чем-то одним».

«Подожди здесь. Помни, сегодня ночью меня здесь не было. Если я не вернусь… не говори моим родителям», – прошептал Цин Чэнь и вышел наружу.

На самом деле, он не хотел больше рисковать, ведь Нань Гэнчэнь был спасен, и это была хорошая возможность для него уйти.

Однако Цин Чэнь подумал, если он сейчас развернется и уйдет, когда он снова будет сражаться в этой жизни, вспомнит ли он, что сегодня он струсил?

В какой-то момент он почувствовал, что мама Е был прав. Пешка, перешедшая реку, обагрившая себя кровью, не сможет повернуть назад.

Независимо от правил, приказов, выгод и потерь.

Это и есть мужество.

(Перевод: Ориана)

На самом деле то, что сказал Е Ван, было совершенно правильным: хотя Цин Чэнь был осторожным, ему всегда не хватало пылкости.

Точно так же, как он прибыл в тюрьму 18 после перехода, он никогда ни у кого не просил помощи.

Он полагался только на себя и свое отношение к жизни и смерти.

Это основная причина, по которой Ли Шутон ценит его.

По сравнению с его даром суперпамяти, Ли Шутон больше придавал значение его характеру.

То ли потому, что никто никогда не стоял за его спиной, то ли потому, что он никогда не скучал по прошлому, Цин Чэнь всегда смело шел вперед, не оглядываясь назад и не сожалея об этом.

В это время Ван Юнь выбежала из какой-то комнаты.

Когда она увидела Цин Чэня в коридоре, ее глаза расширились от удивления, но она не была настолько хорошо знакома с Цин Чэнем, поэтому совершенно его не узнала.

Цин Чэнь холодно посмотрел на нее. Он увидел, что ее одежда была опрятной, не было никаких признаков того, что над ней измывались, а макияж все еще был аккуратным.

«Что случилось, ваш план провалился?.. Кто ты такой?» – Ван Юнь была удивлена, увидев Цин Чэня с замотанным шарфом лицом.

В следующий момент Цин Чэнь поднял руку и сделал четыре выстрела, два раза промазал, а последние два выстрела попали точно в левую и правую ноги девушки.

Затем он, не останавливаясь, пошел дальше.

Цин Чэнь внезапно обнаружил, что у него есть талант обращаться с огнестрельным оружием.

Когда все пользуются огнестрельным оружием, они должны использовать много боеприпасов, чтобы «подпитать» чувство владения оружием.

Чувство владения оружием – это знакомая отдача, знакомая скорость разряда, знакомый процесс балансировки траектории, знакомая реакция мышц руки в момент выстрела.

Но для всего этого Цин Чэню достаточно сделать несколько выстрелов, и он сможет прочно удерживать все ощущения в своем уме.

Таким образом, первые два выстрела, которые он сделал в Ван Юнь, прошли мимо, но траектория последних двух выстрелов была точно скорректирована.

Ван Юнь взвыла позади него.

Сердце Цин Чэня не дрогнуло.

Казалось, теперь все встало на свои места.

30 сентября из четырех человек, которые обычно вместе ходят в школу, только Ван Юнь пришла в школу пораньше одна и договорилась с Нань Гэнчэнем о встрече.

В течение всего дня Лю Дэчжу, Ху Сяоню, Чжан Тяньчжэнь и Бай Ваньэр собирались в коридоре во время перемены, но Ван Юнь не покидала класс, а весь день подавленная просидела на своем месте.

Теперь кажется, что что-то должно было произойти в ту ночь, когда преступники пришли в дом Цзян Сюэ, из-за чего характер Ван Юнь резко изменился на следующий же день, и отношения между ними четырьмя также стали холодными.

Человеком, которого затащили в комнату отдельно от всех, была Ван Юнь.

Поэтому, когда он столкнулся с Ван Юнь в коридоре, он решил стрелять.

Возможно, это самая холодная сторона Цин Чэня, но также и самая страстная.

Почему-то, когда он подумал о куче трупов во дворе, он почувствовал, что не может отпустить эту девушку в целости и сохранности.

Цин Чэнь не хотел ни за кого мстить, в конце концов, у него не было никаких дружеских отношений ни с этими двумя членами «Куньлуня», ни с хозяином гостиницы.

Просто он думал, что кто-то должен заплатить за все это.

Снаружи гостиницы царит хаос, а внутри – пустой коридор.

Цин Чэнь вышел наружу, держа в руках Glock 34.

…

В такого рода скрытом в горах живописном месте, как гора Лаоцзюнь, сколько бы ни было туристов, после часа ночи на улице не будет прохожих.

Рестораны на улице закрыты, горят только уличные фонари.

Однако суматоха в гостинице «Юньшан» была слишком большой, и все гостиницы и гостевые дома на этой дороге были растревожены.

Ученики, как сумасшедшие, разбегались во все стороны, а преступники переоделись и неторопливо шли за ними.

Оставшиеся трое вели Лю Дэчжу, Чжан Тяньчжэня, Ху Сяоню и Бай Ваньэр, прикрывая их связанные руки одеждой.

По дороге Ху Сяоню спокойно сказал: «Вы не можете убежать с нами четырьмя, потому что все вышло за рамки вашего плана. Есть только одна дорога, которая уходит вверх в гору и спускается вниз к подножью горы. «Куньлунь», возможно, уже установил контрольно-пропускной пункт на дороге».

Главарь преступников не перебивал его, а слушал с большим интересом.

Ху Сяоню продолжил: «Если отпустите нас четверых, вы сможете отправиться прямо в гору. Гора Фуню простирается на 400 километров, и сами боги не смогут вас поймать. Но если вы возьмете нас четверых с собой, мы только станем помехой на вашем пути. Дайте мне номер счета. Когда я вернусь, я обещаю перевести столько денег, сколько попросите».

Главарь рассмеялся: «Спасибо, что подумал о нас, однако ты слишком сильно переживаешь».

Сказав это, он махнул своему спутнику, чтобы тот открыл пластиковый пакет, в котором находилось больше десяти подготовленных коктейлей Молотова.

В следующий момент главарь достал зажигалку и прикурил сигарету, а затем поджег тряпку в бутылке с зажигательной смесью.

«Шестой, бросай», – спокойно сказал он другому преступнику.

Преступник, стоящий рядом, размахнулся и энергично бросил, и коктейль Молотова попал прямо в другую гостиницу у дороги.

Яростный огонь вспыхнул в одно мгновение.

Преступники на ходу бросали бутылки одну за другой, и отходили в сторону, наблюдая, как загорается целый ряд гостевых домов.

Бесчисленные туристы, еще не до конца проснувшиеся и одетые как попало, беспорядочно выбегали на улицу.

Но этого недостаточно.

Главарь преступников оглянулся на Лю Дэчжу и сказал с улыбкой: «Честно говоря, я очень хочу забрать тебя с собой, но я также очень боюсь, что ты вернешься во внутренний мир. В случае, если ты все расскажешь Ли Шутону, он может быть готов приложить усилия и найти нас, тогда это было бы слишком страшно. Так что просто попрощаемся здесь. Как только ты умрешь, эти туристы в страхе будут здесь носиться».

Главарь сказал преступнику позади него: «Седьмой, сними глушитель и разряди в него весь магазин, чтобы эти милые туристы бегали повеселее!»

Однако ему никто не ответил.

Главарь сразу повернул голову, но увидел, что в тумане неподалеку Седьмой, который должен был держать Бай Ваньэр, уже лежит в луже крови.

Из нижней части его спины ручьем лилась кровь. Вся эта кровь хлестала из разорванной селезенки.

Никто не знал, когда умер Седьмой, и никто не знал, кто это сделал!

Кажется, что в этом тумане все еще скрывался охотник, и они стали его добычей.

С холодным лицом преступник снял глушитель и нажал на курок, целясь в Лю Дэчжу.

Но в этот момент, когда Лю Дэчжу оказался перед выбором между жизнью и смертью, в нем внезапно вспыхнуло мужество.

Он согнулся и оттолкнул преступника рядом с собой, а сам быстро побежал в темноту, уклоняясь на бегу.

Его скорость и взрывная сила были невероятны!

Физическая форма, данная ему генной инъекцией, спасла ему жизнь. Главарь, похоже, не ожидал, что этот человек, который все это время был трусливым, вдруг найдет смелость сопротивляться.

В этот момент неизвестно откуда раздался выстрел. Пуля попала в бедро преступника, удерживавшего Лю Дэчжу.

Прежде чем раненый преступник упал на землю, охотник в темноте сделал еще один выстрел и попал ему в голову.

Лицо главаря помрачнело, он больше ни о чем не заботился и несколько раз наугад выстрелил в толпу туристов.

Резкий звук выстрелов разбудил всех туристов, а беспорядочная толпа людей, посмотрев на упавших раненых, бросилась бежать врассыпную!

Главарь потащил Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэня за воротники, стараясь смешаться с толпой, и быстро пошел к стоянке.

Сегодня ночью произошло слишком много несчастных случаев.

Это должен был быть очень тщательно продуманный план, но он развалился из-за внезапных изменений.

Из восьми преступников остался только главарь.

Он должен быстрее уйти.

(Перевод: Ориана)

Огонь от больше десятка горящих гостиниц и гостевых домов взмыл в небо!

Когда подул горный ветер, огонь стал распространяться все дальше.

То, что должно было стать хорошей поездкой в национальный праздник, превратилось в опасный фарс.

Даже небо было освещено, словно зарево заката из-за завесы полуночи.

Бесчисленные туристы выбегали из гостиниц, чтобы спастись от опасности, а затем столкнулись со стрельбой. Началась паника.

В это время из другой гостиницы выбежал еще один преступник и присоединился к главарю: «Босс, что случилось?»

Он отвечал за отступление, но не ожидал, что план провалится.

«Уходим», – сказал главарь.

Последние два преступника спрятались в толпе. Таща с собой Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэня, они бросились к стоянке, опустив головы.

Если путешественник по мирам умер, можно снова кого-то похитить, а если умер сообщник, можно найти нового.

Сейчас им нужно просто уехать подальше от горы Лаоцзюнь, еще есть время.

Однако в этот момент, когда они собрались бежать, главарь преступников внезапно оглянулся.

Он посмотрел сквозь беспорядочную толпу и увидел молодого человека с прикрытым лицом, также смотрящего на него сквозь толпу.

Молодого человека окружали шумные и паникующие туристы, а за его спиной бушевал чудовищный пожар.

Но в его глазах всего этого хаоса не было, только он сам.

Сердце главаря преступников учащенно забилось, у него вдруг появилось зловещее предчувствие.

Он знал, что помечен, и если противник не убьет его сегодня ночью, он с этим не смириться.

Главарь вспомнил, как четко был застрелен Шестой, и почувствовал необъяснимый холодок.

Если бы в то время между ним и противником не было Ху Сяоню, вероятно, он бы уже умер.

«Дунцзы, если мы сегодня не убьем этого парня, мы не сможем уйти, – сказал главарь, – подожди, как дойдем до стоянки, я дам тебе сигнал».

Сказав это, главарь в черном плаще и в самом деле вытащил свой пистолет, и – бах!, бах!, – сделал два выстрела в живот Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэня, и они медленно повалились на землю.

«Босс, что ты делаешь?» – удивленно спросил Дунцзы.

«Этот парень может знать этих двух учеников, давай посмотрим, смогут ли они помочь выиграть немного времени», – сказал главарь и, оставив Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэня позади, пробрался на стоянку.

Здесь припаркованы сотни автобусов, и они являются естественным прикрытием.

Это как лабиринт, который загораживает обзор.

Цин Чэнь беззвучно подошел к Ху Сяоню, и когда убедился, что тот все еще дышит, он немедленно окликнул прохожих и попросил вызвать скорую помощь.

В туристических местах есть медпункты, эти врачи и медсестры, вероятно, не встречали огнестрельных ранений, но и Ху Сяоню, и Чжан Тяньчжэнь были ранены в живот, это не жизненно важная точка.

Если вовремя оказать медицинскую помощь, то они должны выжить.

Он сказал Ху Сяоню, который лежал на земле: «Уже позвонили, скорая помощь скоро прибудет. Я буду охранять вас здесь. Не волнуйтесь, это не смертельное ранение, с вами все будет в порядке».

Но Ху Сяоню внезапно попытался встать и схватил Цин Чэня за рукав. Его губы были бледными, а голос дрожал. Он сказал: «Я знаю, что ты очень свирепый, пожалуйста, помоги убить этих двух преступников!»

Цин Чэнь посмотрел на похожую на лабиринт стоянку.

Прежде чем он успел что-либо сказать, Ху Сяоню внезапно сказал: «Ты ведь человек Лю Дэчжу? Пожалуйста, помоги отомстить. После этого я заплачу Лю Дэчжу десять золотых слитков, как в прошлый раз! Эти двое из «Куньлуня» не могут умереть напрасно! Не беспокойся о нас!»

Цин Чэнь долго молчал. Он не знал, что произошло, пока он был в гостинице, что так взволновало Ху Сяоню. Не заботясь о собственной жизни, он хотел отомстить за членов «Куньлуня».

Он прошептал: «Лежите здесь и не двигайтесь, хорошо зажмите рану. Не волнуйся, сегодня они умрут».

Сказав это, он взглянул на стоянку, похожую на лабиринт, и пошел туда.

Но на этот раз Цин Чэня, похоже, не волновали золотые слитки, сегодня он просто хотел убивать.

Он немного подумал и с помощью рук и ног забрался на крышу автобуса.

Очевидно, это была крыша из тонкого листа железа, но он не издал ни звука, когда наступил на нее.

Как только он подошел к другому краю крыши, он был удивлен, увидев внизу неподвижного преступника.

Противник был словно в вязком клею, и поднять дуло пистолета даже на десять сантиметров выше было крайне сложно.

Этот человек был остановлен невидимой силой!

Цин Чэнь быстро посмотрел в другую сторону.

Там, в тени, стоял человек в толстовке с капюшоном и розовой маске с напечатанным на ней крошечным Hello Kitty.

Этот человек протянул руку к лежащему на земле преступнику и раскрыл ладонь в воздухе.

Он словно одной рукой управлял судьбой человека.

Путешественник по мирам!

Да еще легендарный сверхчеловек!

В темноте путешественник в капюшоне склонил голову на восток: «Его предали, другой оставил его и убежал. Оставляю его тебе».

Из-под маски с Hello Kitty доносился женский голос. Когда другая сторона наклонила голову, маска затрепетала.

Цин Чэнь на мгновение был ошеломлен, но тут же понял:

Предполагалось, что двое преступников планировали напасть на него, спрятавшись за автобусом, но в итоге они оказались под жестким контролем этого неизвестного путешественника.

Поскольку способности противника были слишком странными, главарь преступников бросил сообщника и сбежал.

Цин Чэнь посмотрел на этого путешественника. Рост примерно 176 см, стройная и хорошо сложенная фигура, но лицо в тени нельзя было четко разглядеть.

«Что ты здесь застыл, он скоро сбежит», – сказала таинственная девушка.

Вдалеке уже был слышен рев двигателя, и Цин Чэнь издали увидел, что минивэн, который он встречал раньше, тронулся с места, а главарь преступников сел за руль  и, до конца выжав педаль газа, направился к извилистой горной дороге за пределами туристического места.

Цин Чэнь больше не раздумывал. Он спрыгнул с крыши автобуса, выхватил пистолет преступника и бросился бежать.

Девушка в темноте продолжала смотреть на убегающего Цин Чэня. Когда она заметила его босые ноги, она оцепенела, повсюду уже были следы крови.

Но парень, казалось, совсем не чувствовал боли.

Она медленно вышла из тени и встала рядом с преступником. Она спокойно глядела на него сверху вниз, он медленно опустился на колени на бетонное покрытие.

В следующую секунду ее постоянно открытая ладонь внезапно сомкнулась.

Преступник, стоявший на коленях, тут же истошно завопил, когда увидел, что его ноги были настолько сильно прижаты к бетону, что огромное давление раздробило его колени.

«Это тебе наказание за тех, кто умер сегодня ночью», – тихо сказала девушка, затем засунула руки в карманы толстовки и ушла в тень.

На стоянке остался только воющий преступник с разбитыми коленями.

…

Черный минивэн ехал по извилистой горной дороге вниз с горы. Из-за того, что было слишком много резких поворотов и угол поворота был слишком узким, преступник вообще не мог разогнаться.

Позади машины то и дело раздавались выстрелы, преступник был в ужасе. У этого молодого человека отличная меткость, он может точно попасть в кузов автомобиля даже на большой скорости.

Но противник, вероятно, не ожидал, что в комбинации с пистолетом Glock 34 и глушителем специально были выбраны дозвуковые пули, чтобы уменьшить звук выстрела.

У такой пули нет никаких преимуществ, кроме приглушения звука, а эффективная дальность стрельбы даже меньше 20 метров после установки глушителя.

Может использоваться только для стрельбы с предельно близкого расстояния!

В этот момент преступник даже немного обрадовался, что использовал дозвуковые пули, иначе он был бы уже мертв!

Выстрелы постепенно стихли, у молодого человека, похоже, закончились пули, так что ему оставалось только выбросить пистолет, который он держал в руке.

Но Цин Чэнь все еще не остановился.

В зеркало заднего вида преступник смотрел на молодого человека с прикрытым лицом, который бежал по дороге, как одинокий волк, кусая его за спину, как будто хотел загрызть его здесь.

(Перевод: Ориана)

В минивэне главарь преступников увидел, что он не может так легко избавиться от Цин Чэня, тогда он решительно начал снижать скорость.

У него все еще есть пистолет, но у Цин Чэня его больше нет.

Когда он поворачивал за угол, он внезапно опустил стекло машины.

В тот момент, когда машина развернулась на повороте, главарь преступников высунул дуло своего пистолета из машины, прицелился в Цин Чэня и нажал на курок!

Но чего главарь преступников не ожидал, так это того, что когда он начал замедляться, Цин Чэнь вытащил из-за пояса еще один пистолет и одновременно с ним нажал на курок.

У Цин Чэня с собой было два пистолета!

До этого он намеренно истратил все пули и выбросил пистолет, а также намеренно сделал это на глазах у главаря преступников, потому что знал, что ему будет слишком трудно догнать машину.

Лучше позволить главарю преступников самому притормозить или вернуться, чтобы убить его.

Главарь преступников запаниковал, он опустил голову, чтобы увернуться во время стрельбы. Дуло пистолета внезапно отклонилось.

У главаря онемело ухо, как будто что-то пробило его. Он даже чувствовал запах своих волос, опаленных пулей.

На горной дороге раздалась полуночная стрельба, Цин Чэнь тоже был ранен.

Даже если противник сбился с прицела, пуля все равно задела его плечо, оставив глубокую кровавую бороздку на его правой руке.

Цин Чэнь потерял равновесие и упал на землю. Огромная инерция бега и склон горы заставляли его непрерывно катиться по земле.

Он поджал губы и снова взобрался наверх, холодно посмотрел на тень машины, удаляющейся от него по извилистой горной дороге все дальше и дальше.

В следующий момент, чтобы сократить расстояние между ним и минивэном, он босиком рванул через горный лес между изгибами дороги!

Во время бега по горной дороге Цин Чэнь подобрал камень, который был размером больше его головы.

Он наступал на ветки и камни, в нервных окончаниях на подошвах его ног появилась предупреждающая дрожь.

В какой-то момент изначально гладкие подошвы ног уже были в крови, а сами подошвы ног стали черными. Кровь и пыль смешались между собой, что выглядело крайне жестоко.

Только его не волновала ни кровь на щеке от хлестнувшей его ветки, ни кровавая бороздка на плече.

Не заботили его также камни и ветки под ногами.

Все, что он мог сделать, – это отбросить всю воспринимаемую боль усилием воли.

А потом заставить главного преступника заплатить за это.

Цин Чэнь бежал все быстрее и быстрее.

Когда преодолеваешь горы, кажется, что весь мир похож на огромную шахматную доску.

В этот момент он уже не шахматист, а свирепая пешка, пересекающая реку на шахматной доске!

Кровавая храбрость!

Эта горная шахматная доска постепенно стала макетом в сознании Цин Чэня, он молча рассчитал свою скорость и скорость движения противника.

Элементы информации переплелись в сознании Цин Чэня.

В следующее мгновение Цин Чэнь бросился к самому высокому краю горного леса. Более чем в десяти метрах внизу была извилистая горная дорога, где ехал главарь преступников. На кончиках его волос выступил кристально чистый пот.

«Дыхание».

«Контроль».

«Доминирование».

Здесь не только свирепая пешка, перешедшая реку, но и атакующая пушка!

В мгновение ока, даже не посмотрев, куда движется минивэн, он швырнул камень.

Только и видно, как камень был подброшен высоко в воздух, на высоту более десяти метров, и по точно выверенной траектории он упал в то место, через которое противник должен был пройти.

Камень кувыркался в воздухе, и в то же время он летел все быстрее и быстрее под действием ускорения силы тяжести!

Зрачки главаря внезапно сузились!

Он резко нажал на тормоз, но было слишком поздно, черный минивэн, казалось, врезался в камень, летящий с неба.

С грохотом главарь преступников сильно ударился о руль, а минивэн потерял управление и врезался в гору вдоль дороги.

Темной ночью никто не заметил, что на извилистой горной дороге только что произошла автомобильная авария.

Главарь молча сидел в машине, все его лицо было в крови после столкновения с рулем.

Это выглядело крайне отвратительно.

Капот машины неравномерно искривился, и в машине раздавался шипящий звук, как будто что-то подтекало.

Пистолет тоже неизвестно куда отлетел.

Он плечом распахнул дверь машины, пошатываясь, выбрался из нее и хотел идти в горы пешком.

Однако главарь преступников внезапно увидел, что молодой человек со скрытым лицом неожиданно появился на повороте извилистой горной дороги.

Он не мог понять, подошвы его ног были сбиты в кровь, так почему же он продолжал преследовать его?!

В следующий момент молодой человек начал набирать скорость, к удивлению главаря, он снова начал бежать!

Главарь преступников в этот момент перепугался, у него явно были механические протезы, но он не мог набраться смелости, чтобы сразиться с противником лицом к лицу!

Он развернулся и хотел убежать, но не успел пробежать и двух шагов, как потерял равновесие и упал на землю.

Только что авария, похоже, повлияла на его мозжечок, из-за чего он не мог удерживать равновесие даже во время ходьбы.

Главарь преступников с трудом поднялся. Он яростно посмотрел на молодого человека, стоявшего в двух метрах перед ним.

Он выпрямился и заревел: «Давай! Разве ты не хочешь убить меня? Давай же!»

Но молодой человек молчал, будто набрал в рот воды.

Внезапно в его руке оказался складной нож, и он свирепо ударил главаря ножом в направлении шеи.

Главарь преступников был в ужасе, его сильные и мощные механические конечности быстро скрестились перед ним.

Однако в мгновение ока нож в руке молодого человека уже повернулся в воздухе, и острое лезвие потерлось о механическую конечность, вызвав сноп искр.

Главарь преступников был крайне удивлен: противник слишком быстро отвел свою силу, как будто его целью была не его собственная шея.

Однако он увидел, как молодой человек отступил назад и согнулся в пояснице, а нож в его руке черканул по бедру главаря преступников.

На этот раз главарь был на шаг быстрее, его мощные механические конечности оказались первыми.

Пока он может схватить запястье руки молодого человека, в которой находится нож, и раздавить его, победа в этой битве все равно будет принадлежать ему.

Но то, что непосредственно видели глаза главаря, тоже было обманом, на этот раз молодой человек со скрытым лицом снова сделал ложный выпад!

В тот момент, когда противник собрался с огромной силой схватить его руку, он шагнул влево от него, а впереди оказалась пустота!

Прежде чем он успел среагировать, складной нож в руке молодого человека уже вонзился в его селезенку.

В какой-то момент главарь преступников вдруг почувствовал, что снова оказался на поле боя в Юго-Восточной Азии, лицом к лицу с мастером фехтования.

С самого начала боя он даже не прикоснулся к телу противника.

Даже если он был ранен и ударился головой, это было просто невообразимо.

Противник был подобен порыву ветра, его нельзя поймать, к нему нельзя прикоснуться.

Но он может убивать.

Как будто молодой человек точно выполняет заранее намеченную стратегию, побуждая его шаг за шагом обнажать его слабые места, и каждый его шаг точно рассчитан противником.

Это похоже на искусство. В душе он был очень напуган.

Молодой человек вытащил нож, развернулся и ушел.

Главарь преступников почувствовал, как кровь вытекает из его тела, как будто открылся какой-то шлюз.

Он посмотрел в спину противнику, который даже не сожалел о нем, как будто он был просто незначительным персонажем, не стоившим упоминания.

С самого начала молодой человек изо всех сил гнался за ним, терпя боль в ногах, только для того, чтобы он наверняка умер, не оставляя ему ни малейшей возможности.

«Почему?» – вырвалось у еще трепыхающегося главаря, он совсем ничего не понимал.

Цин Чэнь немного подумал и сказал: «Я обещал другим, что ты умрешь сегодня ночью».

Сказав это, молодой человек развернулся и уже собирался уйти, как в этот момент в кармане главаря преступников зазвонил мобильный телефон.

Фигура молодого человека на мгновение замерла, словно в сомнении.

(Перевод: Ориана)

В два часа ночи все преступники были мертвы. Кто в это время мог позвонить главарю преступников?

Цин Чэнь подошел к машине, осторожно достал мобильный телефон из его кармана и нажал кнопку вызова.

Отображаемый номер – «неизвестный абонент».

Все это время Цин Чэнь зажимал камеру телефона пальцем другой руки, не давая никому сфотографировать его лицо через телефон, хотя оно все еще было прикрыто.

Позвонивший молчал, как будто ждал, что главарь преступников заговорит первым.

Однако Цин Чэнь тоже все время молчал.

Человек на другом конце провода наконец отреагировал, он слегка усмехнулся: «Они уже мертвы, да?»

Цин Чэнь ничего не говорил.

Голос в трубке продолжал смеяться: «Раз они уже мертвы, почему бы нам с тобой не поболтать?»

Цин Чэнь больше не задерживался. Он повесил трубку, стер свои отпечатки пальцев на телефоне плащом главаря преступников, оставил его собственные отпечатки пальцев, засунул телефон в плащ, а затем не спеша ушел в ночь.

Он думал, это всего лишь семеро преступников, которые даже не могли позволить себе бионическую кожу, но они чуть не стоили ему жизни.

В этот момент Цин Чэнь вдруг осознал, что его жизнь поразительная, и, похоже, это только начало.

…

Ранним утром пожар на горе Лаоцзюнь был взят под контроль, вся улица с гостевыми домами превратилась в серо-черное полуразрушенное пепелище.

Некоторые туристы плакали на улице, а другие сидели на корточках у обочины с отсутствующим выражением лица.

Семь черных внедорожников мчались в гору, члены «Куньлуня» ненадолго остановились на месте автомобильной аварии главаря преступников, оставив группу людей для проведения тщательного обыска, а остальные продолжили подъем в гору.

Лу Юань подошел к входу в гостиницу «Юньшан», посмотрел на сгоревшее здание и о чем-то задумался.

Перед ним были трупы двух членов «Куньлуня», а рядом с ним трупы нескольких преступников.

Лу Юань сдержался и не подошел к своим товарищам по оружию, но присел на корточки и произвел предварительное вскрытие трупов преступников.

«Всего было девять преступников. Тот, кого нашли на горной дороге, должен быть вдохновителем. Кто-то проткнул ему селезенку во время побега. На горе мы нашли следы другого человека, но что немного озадачивает, так это то, что убийца, похоже, был без обуви».

«Мы нашли кровавые следы на земле и взяли кровь для сравнения ДНК».

«Возле гостиницы восемь преступников. У одного на стоянке были раздроблены колени, но он остался жив. Противник явно имел возможность убить его, но он его не убил, как будто его специально оставили, чтобы мы его допросили».

«Из оставшихся семи преступников тела троих были сильно обожжены и изуродованы огнем, один был застрелен, а остальным трем всем без исключения проткнули селезенку. Техника была чрезвычайно точной, весьма вероятно, что это профессиональный убийца».

«Командир Лу, некоторые ученики сказали, что Гаечный ключ и Боярышник помогли открыть ворота перед смертью, иначе более сорока учеников не смогли бы сбежать… Они не посрамили Куньлунь».

Лу Юань молча слушал доклад своих подчиненных, под порывом горного ветра его нос вдруг заныл.

Ветер выл и скулил, раздувая горящий пепел.

Лу Юань потер нос, сейчас не время быть сентиментальным.

Он присел на корточки, чтобы осмотреть рану преступника и место, где было найдено тело.

Первое тело было найдено было рядом с гостиницей «Юньшан», но это было не то место, где произошло преступление.

Члены Куньлуня обнаружили пятна крови на дороге за дверью, а также следы волочения.

Лу Юань спокойно сказал: «Кто-то должен был убить его ночью на дороге, а затем оттащить во двор по соседству. Огонь сжег здание, но не распространился на двор».

В это время Лу Юань смотрел на рану преступника и все больше поражался в душе.

Анализ подчиненного был верным, все эти преступники получили смертельный удар.

Более того, независимо от того, был ли удар ножом сзади или спереди, острие ножа в конце точно пронзало селезенку.

«Странно, зачем колоть только селезенку? – Лу Юань был немного озадачен. – Это какое-то особое пристрастие или привычка?»

Он прошел весь путь до задней части двора до места, отмеченного его людьми.

Это должно быть место второго преступления. Убийца убил второго преступника здесь, а затем вошел во двор.

Лу Юань спросил: «Как там эти ученики?»

Подчиненный сказал: «Есть трое тяжелораненых, двое по имени Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэнь. Они были ранены преступниками в живот. К счастью, пострадал только кишечник, их уже отправили вниз с горы на операцию. Жить будут».

Подчиненный продолжал докладывать: «Есть еще одна девушка по имени Ван Юнь, но она получила странные травмы. По ее словам, в нее стрелял преступник в маске, она была ранена в обе ноги. В конце концов ее вытащил из гостиницы во двор ученик по имени Нань Гэнчэнь. Иначе бы она сгорела внутри заживо».

Лу Юань нахмурился: «В маске?»

«Ага, – кивнул подчиненный, – подозреваю, что это не преступник, а тот, кто убил преступника».

«Несомненно, это должен быть он. Обратите внимание на эту Ван Юнь, с ней должна быть проблема. Человек, который помог нам убить преступников, не стал бы стрелять в нее дважды без всякой причины, – сказал Лу Юань. – Кстати, почему этот Нань Гэнчэнь оказался в гостинице?»

«Говорят, что его затащил в гостиницу преступник, чтобы избить, – пояснил подчиненный, – но я вижу, что одежда у него опрятная, и он не выглядит так, будто что-то случилось».

«Тогда он должен был видеть убийцу, может быть, убийца спас его, — проанализировал Лу Юань, — ты его уже спрашивал?»

Подчиненный ответил: «Он сказал, что убийца должен быть ростом примерно 176 см, босиком, с легкими морщинками вокруг глаз, как будто ему за тридцать».

Лу Юань кивнул: «Тогда пока опирайтесь на эти приметы. Нань Гэнчэнь – первый свидетель, и его показания – самые надежные».

Все вернулись к входной двери, где были сложены трупы.

Лу Юань посмотрел на полуразрушенную улицу и серьезно задумался: восемь из девяти преступников погибли, двое были застрелены, один стоял на коленях на стоянке, а двое были убиты членами «Куньлуня».

Остальные четыре человека умерли от разрыва селезенки, то есть противник нанес четыре удара и все они оказались успешны.

Такой человек очень опасен... Но Лу Юаню вдруг расхотелось вести дальнейшее расследование, потому что этот человек отомстил за его товарищей по команде.

На пути движения убийцы один из команды «Куньлуня» нашел бесчисленное количество кровавых следов, ему даже трудно было представить, какая сила воли была у противника, что он с такой самоотверженностью убивал преступников одного за другим.

Лу Юань взглянул на другие трупы и вдруг заметил одну деталь: «Только у преступника у двери не было рации, он должен был умереть первым… Никаких других раций на месте происшествия обнаружено не было. Значит, пропавшая рация все еще должна быть у убийцы».

В следующий момент Лу Юань внезапно взял рацию другого преступника, глубоко вздохнул, а затем нажал кнопку вызова: «Привет, я Лу Юань из Куньлуня».

Однако, кроме горного ветра никто ему не ответил.

(Перевод: Ориана)

На горе Лаоцзюнь, в гостевом доме.

Из рации, которую Цин Чэнь положил на стол, внезапно раздался голос: «Привет, я Лу Юань из Куньлуня».

Он молча посмотрел, но проигнорировал вызов.

В данный момент Цин Чэнь лежал на спине на чистой кровати, в зубах он зажал свернутое махровое полотенце, его лицо было бледным.

В ногах у него сидела Цзян Сюэ с несколькими флаконами йода и ватными тампонами, которые она купила утром, и, плача, очищала раны на ногах Цин Чэня.

Мелкие занозы, осколки стекла, грязь.

Цзян Сюэ понемногу убирала их.

Капли пота катились со лба Цин Чэня, Ли Тунъюнь сидела рядом с ним и постоянно вытирала их.

Маленькая девочка тоже плакала.

Они плакали не из-за страха или чего-то другого, а потому что им было очень жалко Цин Чэня.

Прошлой ночью молодой человек с большим трудом смог вернуться в гостиницу. Чтобы не дать обнаружить себя по следам босых ног, он даже через боль надел обувь и зашел в другой гостевой дом.

Как только он вошел в комнату, он потерял сознание.

Изнеможение, страх и паника после первого убийства, и выброс адреналина – цена за его пылкость, все это клокотало в нем.

На протяжении всего боя он использовал дыхательные техники. После боя из гипофиза выделялось огромное количество эндорфинов, благодаря которым он на время забыл о боли.

Но когда утром Цзян Сюэ промывала раны, боль все равно вернулась.

Сначала Цзян Сюэ хотела дать Цин Чэню немного отдохнуть, но с этими ранами нужно разобраться быстро, это нельзя откладывать.

Цзян Сюэ вытерла слезы и сказала: «Посмотри на кровавую бороздку на своем плече, еще бы чуть ниже, и лопатка была бы перебита».

Цин Чэнь ничего не говорил, он молча терпел боль.

На самом деле его травмы просто выглядели страшными, но он знал, что все они были поверхностными и скоро заживут.

В частности, он использовал дыхательные техники на протяжении всего боя, и его утраченные физические силы к утру постепенно восстановились.

Неизвестно, было ли это из-за того, что он использовал дыхательные техники в обычном бою, и к тому же испытывал сильную боль.

Цин Чэнь смутно почувствовал, что энергия в его теле, казалось, стала больше, как если бы она изначально была размером с кулак, но теперь она выглядела как полтора кулака.

Более того, тело как будто перерождалось, за ноющей болью во всем теле, казалось, даже кости слегка потрескивали.

Через три часа Цзян Сюэ, наконец, убедившись, что очистила раны на ногах Цин Чэня, сказала ему: «Поспи еще немного, а я воспользуюсь кухней, чтобы приготовить тебе еду».

«Мм, спасибо, тетя Цзян Сюэ», – слабо сказал Цин Чэнь.

Стоящая рядом Ли Тунъюнь сказала: «Брат Цин Чэнь, когда ты вернулся рано утром, ты до смерти напугал мою маму и меня. Я думала, ты уйдешь».

Цин Чэнь хмыкнул.

Затем он услышал, как маленькая девочка сказала: «Тогда моя мама проверила твои травмы и обнаружила, что наиболее серьезно пострадали только плечо и ступни, так что мы успокоились. Не рискуй жизнью в следующий раз, ладно? Если ты умрешь, мне будет очень страшно».

Цин Чэнь выдавил из себя улыбку: «Не волнуйся, со мной все будет в порядке».

Когда Цзян Сюэ ушла, Ли Тунъюнь шепотом спросила: «Брат Цин Чэнь, я примерно догадалась о твоей личности, но это немного отличается от той информации, которая у меня была раньше, поэтому я должна убедиться».

Цин Чэнь на мгновение растерялся, похоже, что эта девочка что-то обнаружила, пока он был в отключке.

Но это не важно, на самом деле он не против того, чтобы девочка узнала, кто он такой.

Ему просто было немного любопытно: «Почему ты так настойчиво хочешь найти меня во внутреннем мире?»

Однако Ли Тунъюнь продолжила: «Я не могу рассказать маме о том, что стала путешественником. Тебя тоже нет рядом. Мне очень страшно спать ночью одной в этом поместье. Когда я найду тебя, я больше не буду бояться. Брат Цин Чэнь, ты знаешь, я так одинока в этом внутреннем мире…»

Цин Чэнь ненадолго задумался: «Это ты мне на жалость давишь?»

Ли Тунъюнь поджала губы: «Да ну тебя!»

«У тебя есть новые друзья во внутреннем мире?» – с любопытством спросил Цин Чэнь.

«У меня есть старший брат и старшая сестра, которые очень добры ко мне, и дедушка Ли тоже очень добр ко мне, – прошептала Ли Тунъюнь, – однако консорциум Ли кажется довольно сложным, в конце концов у этого очень милого старика слабое здоровье, многие люди тайно обсуждают, что будет после его ухода».

Цин Чэнь подумал, что этих старшего брата, старшую сестру и дедушку следует считать прямой ветвью консорциума Ли.

Однажды он услышал, как Ли Шутон сказал, что нынешний глава семьи Ли очень стар и его здоровье ухудшается.

Глава семьи Камиширо должен быть самым старшим, его возраст нельзя определить, и то, как он продлевает свою жизнь, кажется бесчестным.

Цин Чэнь пока не хотел в это вникать.

Он повернул голову и посмотрел на свое плечо, где была наложена свежая повязка.

Все вокруг напоминало ему, что все кончено.

Стоп, у Цин Чэня есть еще одно дело.

«Сяо Тунъюнь, ты можешь найти ручку и бумагу?» – спросил Цин Чэнь.

«У меня это есть в школьной сумке», – сказала Ли Тунъюнь.

С ее помощью Цин Чэнь медленно облокотился на две подушки, нашел в мобильном телефоне способ расшифровки азбуки Морзе, а затем, полагаясь на свою память, записал код, который член «Куньлуня» отбивал в ту ночь.

Удар указательным пальцем – короткий звук, а удар средним пальцем – длинный звук. Каждая группа ударов представляет собой букву или цифру.

Например, один удар указательным пальцем и удар средним пальцем означают букву А.

(п.п. – вообще в Китае существует своя четырехзначная система кодирования не звуков, а самих иероглифов, но то, что здесь описано, «точка-тире» для кодирования буквы А, скорее всего имеется в виду система кодирования пиньинь, звуковой записи китайских слогов латинскими буквами, и А здесь – первая буква слога (один иероглиф – один слог))

И эти, казалось бы, беспорядочные ритмы постукивания собирали воедино важную информацию.

Цин Чэнь не знал, почему ему вдруг захотелось расшифровать эту азбуку Морзе, он просто чувствовал, что упускает чрезвычайно важную вещь.

Этот инцидент заставил такого богатого человека, как Ху Сяоню, рискуя своей жизнью, умолять его отомстить за двух членов «Куньлуня».

Цин Чэнь быстро воспроизвел ритм постукивания в своей памяти и расшифровал его.

«Никаких сожалений в этой жизни, береги себя».

Та-та-та, та, та (повторяю в последний раз).

«Никаких сожалений в этой жизни, береги себя».

Это сообщение от раненого члена «Куньлуня», который упал на землю, другому своему товарищу.

Сидя на кровати, Цин Чэнь вдруг подумал, что в тот момент, когда тот человек был ранен, он уже был готов к смерти.

Он смотрел на пленительное голубое небо за окном. Небо в горах казалось ниже, чем в городе, и в то же время бескрайним.

Но по какой-то причине настроение Цин Чэня стало немного подавленным.

Он сложил расшифрованный листок бумаги и попросил Ли Тунъюнь положить его в его бумажник.

(Перевод: Ориана)

Чжэн Юаньдун, одетый в черный костюм, медленно шел по извилистой горной дороге горы Лаоцзюнь.

Оставленные на земле один за другим кровавые следы позволяли ему пересмотреть то, что произошло этой ночью.

Девять гильз от дозвуковых пуль были разбросаны по дороге, а пулевое отверстие в ухе главаря преступников свидетельствовало о том, что между преследователем и убийцей произошла перестрелка.

«Куньлунь» также подобрал две окровавленные пули, но анализ образцов крови показал, что кровь на этих двух пулях принадлежала разным людям.

Это показывает, что человек в маске, убивший преступника, тоже был ранен.

Чжэн Юаньдун стоял на том месте, откуда Цин Чэнь бросил камень. Он сказал Лу Юаню позади него: «Он был ранен на дороге, и тогда он понял, что не сможет догнать преступника, если пойдет по дороге, поэтому он пошел через лес, пришел сюда и бросил камень».

Лу Юань нахмурился: «Значит, он попал в минивэн, которым управлял преступник? Этот бросок слишком точен, здесь перепад высот больше десяти метров, как он мог так точно предсказать?»

«Ну, учитывая способность точно пронзать селезенку, самый мощный метод противника: расчет, – сказал Чжэн Юаньдун. – Результаты сравнения ДНК крови пришли?»

Лу Юань покачал головой: «Результаты пришли, но в базе данных ДНК нет образца ДНК того человека».

«Поищите еще раз среди похожих, может быть, мы сможем найти его родственников», – сказал Чжэн Юаньдун.

«Хорошо, – кивнул Лу Юань, – это может занять некоторое время, ответ будет готов максимум через три дня».

Чжэн Юаньдун сказал: «Если вы кого найдете, будьте вежливы. «Куньлуню» сейчас нужен такой человек, кто-то, кто может работать в одиночку».

…

Три человека, Цин Чэнь и остальные, оставались на горе Лаоцзюнь и не спешили возвращаться в город.

Цзян Сюэ снова обрабатывала раны Цин Чэня: «Если бы я знала, что ты будешь ранен, я бы купила более эффективное лекарство от ран во внутреннем мире. Наверняка, лекарства там лучше, чем во внешнем мире. Я могу просто налить лекарство в маленький пузырек, положить в рот и принести сюда».

«Все в порядке, тетя Цзян Сюэ, – улыбнулся Цин Чэнь, – сейчас уже не так больно».

«Кстати, – вдруг забеспокоилась Цзян Сюэ, – ты оставил там так много кровавых следов, тебя могут найти с помощью сравнения ДНК. Хотя твоей ДНК нет в базе данных, но твоего отца задержали…»

В настоящее время у задержанных берут образцы крови.

Однако Цин Чэнь покачал головой: «Ничего, я знаю, что делаю».

Цзян Сюэ взглянула на Цин Чэня и слегка удивилась. Она поняла, что он что-то скрывает, но молодой человек перед ней не хотел говорить больше.

Во всем инциденте было два ключевых фактора, которые могли бы раскрыть личность Цин Чэня: одним из них был Нань Гэнчэнь, а другим – образец крови.

Но что касается первого, Цин Чэнь считал, что Нань Гэнчэнь, по крайней мере, не сделает глупость и определенно расскажет какую-то информацию, которая введет «Куньлунь» в заблуждение.

В последнем случае «Куньлунь» не сможет найти соответствующие генетические образцы для сравнения, что связано с некоторыми событиями прошлого.

Иначе Цин Чэнь не осмелился бы преследовать кого-то босиком.

Цин Чэнь сказал: «Тетя Цзян Сюэ, я хочу немного побыть один, мне нужно кое с чем разобраться».

«Ну, тогда я выведу Сяоюнь погулять. Если я тебе понадоблюсь, позвони, я буду недалеко», – сказала Цзян Сюэ.

После того, как Ли Тунъюнь и Цзян Сюэ вышли из комнаты, Цин Чэнь достал свой мобильный телефон и устройство связи.

Сначала он разблокировал устройство связи, оно было полно сообщений от Лю Дэчжу:

«Босс, ваш человек очень крут, все преступники были уничтожены!»

«Босс, спасибо, что вовремя напомнили мне, спасибо, что позволили своему человеку спасти меня. Я, Лю Дэчжу, в этой жизни без колебаний пройду ради вас огонь и воду!»

«Босс, после этой ночи я действительно ваш, решительно и бесповоротно. С этого момента не беспокойтесь, я пойду на риск, на который другие не осмелятся пойти. Я готов рисковать ради вас. Только прикажите, я отправлюсь в любое богом забытое место».

«Босс, почему вы молчите?»

«Кстати, босс, мы уже вернулись в Лочэн. Утром одноклассники пойдут вместе навестить Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэня. Тогда я помогу вам забрать деньги!»

Цин Чэнь взглянул на время, было 9 часов утра.

Обратный отсчет 39:00:00.

С момента последнего возвращения прошло всего девять часов.

Цин Чэнь отправил ответ Лю Дэчжу: «Я только что проснулся, подожди, пока я не узнаю, что случилось с моим подчиненным».

Лю Дэчжу испытывал благоговейный трепет от этого сообщения. Босс есть босс, он может спать даже тогда, когда произошло такое важное событие. Человек такого уровня, как босс, естественно, остается спокойным и невозмутимым, что бы ни случилось...

В этом вопросе Лю Дэчжу обнаружил несколько деталей:

Во-первых, босс не знал, что он приедет на гору Лаоцзюнь, и он не знал, что он должен был приехать раньше оговоренного времени, потому что, когда босс давал указания во внутреннем мире, казалось, он действительно не притворялся.

Следовательно, пока можно исключить предположение, что босс находится рядом с ним. Тогда босс может учиться в старшей школе, возможно, в выпускном классе.

Во-вторых, мог ли убийца в маске прошлой ночью быть самим боссом?

Исходя из анализа личности, не очень похоже. Босс всегда производил на него впечатление коварного человека, который разрабатывает стратегии.

Коварного, очень коварного.

А прошлой ночью тот, кто, казалось, пытался отомстить за членов «Куньлуня», показал очень кровавую сторону.

Совсем не похоже на босса в представлении Лю Дэчжу.

В общем, Лю Дэчжу предварительно решил, что, хотя нельзя исключить такую возможность, убийца в маске прошлой ночью не должен быть самим боссом.

Так что с этой точки зрения босс уже развил свою власть и приобрел подчиненных во внешнем мире.

…

В этот момент Цин Чэнь не спешил отвечать Лю Дэчжу, а решил сделать вид, что оценивает ситуацию, и на какое-то время отмахнулся от него.

Он включил свой телефон и обнаружил, что групповой чат его класса уже взорвался.

Многие одноклассники говорили, что Лю Дэчжу и его таинственный спутник спасли всех.

Хотя сам Лю Дэчжу все отрицал, ему никто не поверил.

Староста класса, Ю Цзюньи, взволнованно сказал: «В то время, когда преступники еще не появились, Лю Дэчжу уже заранее обнаружил их из внутреннего мира и сказал всем бежать, но тогда ему никто не поверил. Я еще думал, что он сумасшедший, сейчас мне становится стыдно при мысли об этом».

Какая-то одноклассница взволнованно сказала: «Главарь преступников направил пистолет ему в голову и спросил, где его товарищ, но Лю Дэчжу был настолько тверд, что не раскрыл ему никакой информации».

На самом деле, она не знала, что Лю Дэчжу и в правду не знал, где в то время находились таинственный босс и таинственный подчиненный, и он не мог бы сказать этого, даже если бы захотел!

Позже Бай Ваньэр рассказала в чате класса о том, что произошло, и довела дискуссию до кульминации: другая сторона не только спасла кого-то, но и отомстила за двух членов «Куньлуня».

Цин Чэнь задумался. Теперь, когда бренд Лю Дэчжу звучит все громче и громче, сможет ли он использовать этого придурка, чтобы привлечь на свою сторону надежных путешественников?

Независимо от того, будь то ведение бизнеса или взаимопомощь, в какой-то момент они могут помочь.

Он отключил WeChat и открыл другие сайты.

В ранние часы прошлой ночи, когда огонь начал распространяться, об инциденте на горе Лаоцзюнь уже было известно по всей стране.

Weibo, TikTok и Bilibili были полны видео и новостей о пожаре на горе Лаоцзюнь.

Но никто не упомянул подробности того, что произошло во время пожара. Новости были в основном о последствиях.

Единственная информация была от пользователя с именем «Куньлунь Лу Юань», в которой говорилось, что все поджигатели были убиты, а похищение путешественников по мирам прекратилось.

Тут все поняли, что преступники, устроившие пожар, были виновниками нашумевшего дела о похищении путешественников.

Никто не упомянул убийцу в маске, никто не упомянул, кто убил преступников, потому что Цин Чэнь очень хорошо прятался.

Сегодня первый день Национального праздника. Все туристы, которые изначально хотели поехать на гору Лаоцзюнь, вернули свои билеты, услышав новости о произошедшем здесь.

Многие туристы покинули это живописное место на автобусах, так и не встретив восход солнца на золотой вершине.

Говорят, что первый утренний автобус с горы Лаоцзюнь был уже переполнен, а транспортная система этого туристического места временно парализована.

Цин Чэнь просмотрел в своей памяти все, что произошло прошлой ночью, убедившись, что никто не подтвердит его личность, кроме Ли Тунъюнь, Цзян Сюэ и Нань Гэнчэня.

Он вдруг вспомнил про одну очень важную вещь – золотые слитки.

Прошлой ночью в этом хаосе Ху Сяоню сказал очень важные слова.

Другие могут забыть об этом или проигнорировать из-за напряженной обстановки.

Но не Цин Чэнь.

Теперь золотые слитки – особое ключевое слово в его голове.

(Перевод: Ориана)

В это время Лю Дэчжу вместе со своими одноклассниками приехал в Третью народную больницу Лочэна.

Это лучшая больница в Лочэне.

Кажется, когда есть деньги, все медицинское оборудование, которое было использовано, является лучшим, а экспертные консультации проводят более десятка врачей.

Всё это сделано, чтобы предотвратить осложнения от полученных ран.

Родители Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэня прилетели в Лочэн на частном самолете этим утром, и прямо сейчас стояли возле палаты.

Когда Лю Дэчжу и его одноклассники подошли к двери палаты, они увидели шесть или семь мужчин в черных костюмах, стоящих снаружи палаты, у каждого в ушах были прозрачные наушники.

Должно быть, это телохранители, какие по слухам бывают у настоящих боссов.

Телохранитель остановил этих студентов, и представительный мужчина средних лет посмотрел на них: «Вы кто?»

Се Сюнь, староста класса 2-4 старшей школы, сказал: «Здравствуйте, дядя, мы одноклассники Сяоню и Тяньчжэня, пришли навестить их».

Однако этот мужчина на мгновение оцепенел: «Извините, кто из вас одноклассник Лю Дэчжу?»

Лю Дэчжу в толпе тоже на мгновение оцепенел: «Я… Я».

Мужчина спокойно подошел и протянул правую руку Лю Дэчжу: «Спасибо тебе, одноклассник, спасибо за спасение жизни Сяоню. Он сказал мне, когда только проснулся, что ты и твой человек спасли его, иначе, скорее всего, его бы тогда увезли или убили преступники».

Лю Дэчжу помолчал несколько секунд, затем взял мужчину за руку и сказал: «Дядя, на самом деле я ничего не делал».

Похоже, что из-за того, что состояние Ху Сяоню уже стабилизировалась, настроение этого мужчины также сильно улучшилось. Он с улыбкой сказал: «Молодому человеку хорошо быть скромным, но не стоит быть слишком скромным!»

Такой крупный бизнесмен, как отец Ху Сяоню, поначалу не испытывал особого благоговения перед путешественниками по мирам, один из семи телохранителей за дверью тоже был путешественником.

Но когда четверо друзей, включая Ху Сяоню, столкнулись с опасностью в городе 7, его менталитет изменился.

Потому что в тот момент он обнаружил, что независимо от его богатства и статуса во внешнем мире, ему трудно что-либо сделать для своего сына.

На богатство во внешнем мире можно многое купить во внутреннем мире, но это не значит, что можно купить всё.

Именно из-за этого он согласился перевести Ху Сяоню в Лочэн.

Более того, Лю Дэчжу, путешественник, который может заранее избежать бед, после чего может переломить ситуацию, уникален.

Отец Ху Сяоню – дальновидный человек, он знал, что, возможно, сейчас Лю Дэчжу не представляет собой ничего особенного, но он уже видел будущее Лю Дэчжу.

Это массовое грандиозное перемещение только началось, кто знает, какое светлое будущее ждет путешественников?

Это стоит вложенных средств.

Отец Ху Сяоню немного подумал и сказал: «Утром я обсуждал это с Сяоню, я хотел перевести его обратно в старшую школу в Хайчэн, но он не согласился. Я подумал, может быть, он хочет сблизиться с тобой, поэтому я думаю, что лучше перевести тебя в Хайчэн, где есть лучшие учебные ресурсы и...»

Богатые люди действуют по-другому. Пока остальные думают о том, как сблизиться с Лю Дэчжу, отец Ху Сяоню думает о том, как забрать с собой Лю Дэчжу и привязать его к себе.

Однако Лю Дэчжу отказался: «Дядя, я пока не планировал ехать в Хайчэн. Здесь я родился и вырос, здесь мои родители и все мои друзья».

Отец Ху Сяоню сказал: «Я могу подготовить для тебя дом в Хайчэне, ты можешь перевезти туда своих родителей, и я также дам денег на переезд».

«Не нужно, дядя, – Лю Дэчжу снова покачал головой. – Спасибо за вашу доброту».

В это время Лю Дэчжу уже взвесил в своем сердце все «за» и «против».

Дом в Хайчэне плюс оплата переезда – звучит слишком заманчиво.

Однако его босс находится в Лочэне.

Другие думали, что именно он спас Ху Сяоню, но на самом деле, если бы подчиненный босса не вмешался, он и все остальные могли бы погибнуть на горе Лаоцзюнь.

Во-первых, он может поехать в Хайчэн один, но босс, скорее всего, не поедет. Тогда, если кто-то снова захочет его похитить или кто-то захочет от него что-то получить, то он умрет.

Во-вторых, когда Лю Дэчжу сбежал на этот раз, он уже осознал важность силы.

Многие путешественники в интернете говорят, что даже если у вас есть деньги во внутреннем мире, вы не сможете найти доступ к генным препаратам. Некоторые покупали их на черном рынке, а в итоге наткнулись на подделку.

Но этот босс в кошачьей маске отличается, ему ничего не стоило достать оригинальную инъекцию.

Генная инъекция FDE, которую он получил, имеет еще четыре компонента, 004, 003, 002 и 001. Его будущее находится в руках его босса.

Он не ожидал слишком многого, но он сможет закончить введение последовательности генных инъекций и достичь уровня B.

Говорят, что даже во внутреннем мире мастера уровня B имеют высокий статус, а мастера уровня A встречаются редко.

Разве к тому времени для него будет сложно получить дом в Хайчэне?

К тому же, он прикарманил половину двойного вознаграждения, которое получил от Ху Сяоню в прошлый раз.

Если на этот раз он сможет дать ему больше, будет еще лучше. Все равно босс не узнает, сколько он получил.

Однако в этот момент устройство связи в руках Лю Дэчжу завибрировало, и он сказал всем: «Извините, я пока отойду в туалет».

Он вошел в отдельную кабинку туалета, включил устройство связи и увидел вопрос Цин Чэня: «Я слышал от своего подчиненного, что Ху Сяоню сказал ему, что в прошлый раз он заплатил двойное вознаграждение. На этот раз он тоже заплатит вдвое больше?»

Лю Дэчжу, который только что втайне радовался, в следующую секунду покрылся холодным потом.

Он даже не знал, что такое произошло прошлой ночью!

Брат Ху Сяоню, кто тебя за язык тянул?!

Это второй раз, когда он что-то утаил. В первый раз он не сказал про часы, на этот раз про золотые слитки. Лю Дэчжу даже не знал, какое обращение его ждет в следующий раз, когда он отправится во Внутренний мир.

Он удрученно ответил в туалете: «Босс, я принесу вам золотые слитки во время этого перехода, накажите меня...»

Снаружи туалета все еще шептались, недоумевая, почему Лю Дэчжу так долго не выходит.

Тут Лю Дэчжу внезапно открыл дверь и вышел.

Отец Ху Сяоню посмотрел на него и, широко улыбаясь, сказал: «Я немного подумал об этом, ты еще молод, поэтому, может быть, тебе не нравятся такие вещи, как дома. Тогда сам расскажи дяде, что тебе нравится, и он обязательно устроит это для тебя».

Лю Дэчжу на мгновение заколебался и сказал: «Дядя, вы, возможно, не знаете, но, когда мне нечем заняться, я люблю заранее поздравлять людей с Новым годом… Я здесь, чтобы поздравить вас с Новым годом и пожелать вам исполнения всего задуманного и преумножить свое богатство…»

Ху Дачэн: «?»

(Перевод: Ориана)

Поздравлять… Поздравлять с Новым годом заранее?

Стоящий в стороне ученик класса 2-3 тихо прошептал Юй Цзюньи, старосте их класса: «Э, как ты думаешь, у него есть система?»

«Система?» – удивился Юй Цзюньи, он не понял, что это означает.

Юй Цзюньи постоянно занимался проблемами класса 2-3, не играл в игры и не читал новеллы, поэтому вообще не представлял, что такое система.

Одноклассник рядом с ним терпеливо объяснил: «Это как система в вебновеллах. Система выдает какие-то беспорядочные задания хозяину, а затем может сделать хозяина сильнее».

«А?» – Юй Цзюньи был сбит с толку.

Тогда одноклассник продолжил: «Вот только в новеллах обычно такое достается только главному герою. Неужели Лю Дэчжу и есть главный герой нашего измерения? Но если у него нет системы, как можно объяснить, что он может быть и таким крутым, и в то же время умственно отсталым…»

Надо признать, что суждение этого ученика очень верное.

С определенной точки зрения, системой Лю Дэчжу является Цин Чэнь…

Вот только награды за выполнение этого задания нет, это чисто наказание за его жадность, и наказание еще не закончилось.

Поскольку Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэнь все еще отдыхали, одноклассники, навестив их, вскоре ушли.

Когда все ушли, отец Ху Сяоню развернулся и вошел в палату.

Ху Сяоню осторожно открыл глаза и слабым голосом спросил: «Папа, что ты думаешь об этом Лю Дэчжу?»

«Пока не уверен», – покачал головой отец Ху Сяоню.

«Раньше я не сталкивался с такой проблемой, поэтому не могу ясно разглядеть этого человека, – сказал Ху Сяоню, – но после этого случая мне все время кажется, что что-то не так. Сказать, что он беспомощный, но он уже получил драгоценный генный препарат. Сказать, что он способный, но он совсем не похож на человека, который может что-то сделать. Пап, действительно ли Ли Шутон будет ценить такого человека?»

Отец Ху Сяоню сказал: «Есть две ситуации, сынок. Ты знаешь, сколько в истории некомпетентных евнухов? Ван Чжэнь, великий евнух династии Мин, почти в одиночку обманул императора Мин Ин-цзуна и разрушил три главных лагеря династии Мин, но как такой человек оказался настолько могущественным? Может быть, он был хорош в лести, а может быть, его верность и преданность были признаны императором».

«Мудрого лидера окружают не только элитные солдаты и великие генералы, но и самые разные люди».

«Конечно, есть и другая ситуация, – продолжил отец Ху Сяоню, – кто-то другой выдвинул его как марионетку, точно так же, как кто-то владеет определенными акциями для нашей семьи».

«Пап, какая ситуация, по твоему мнению, более вероятна?» – спросил Ху Сяоню.

Однако отец Ху Сяоню покачал головой: «Незачем делать выводы так рано. Независимо от того, в какой ситуации находится Лю Дэчжу, это твой шанс. Не волнуйся, семья полностью поддержит тебя, так что тебе не о чем беспокоиться. Я знаю, ты завидуешь своему старшему брату, потому что он уже начал управлять некоторыми семейными предприятиями, но ты все еще молод и вряд ли сможешь делать то, что умеет он. И в будущем, возможно, твоему брату все-таки понадобится твоя помощь».

Ху Сяоню неожиданно спросил: «Кстати, папа, почему ты просил меня не давать Лю Дэчжу слишком много золотых слитков за один раз? Он дважды спас мне жизнь, и само собой разумеется, что отдать даже сотню золотых слитков – это не так уж много».

Отец Ху Сяоню улыбнулся: «Давай предположим, что Лю Дэчжу – марионетка, выдвинутая кем-то, тогда у другой стороны сейчас должно быть очень мало денег, иначе ему не нужны были бы только золотые слитки. Но если ты дашь ему сто золотых слитков сразу, у него не будет недостатка в деньгах. Что еще ты можешь ему дать? Тогда то, что ты можешь дать, ему уже не будет нужно».

«Но что, если кто-то другой предложит более высокую цену?» – засомневался Ху Сяоню.

«Тогда ты должен стать его другом, прежде чем другие предложат более высокую цену», – многозначительно сказал отец Ху Сяоню.

«Понятно, – Ху Сяоню вдруг вспомнил, – где Ван Юнь?»

«Ее ноги были перебиты во время совершения преступления, поэтому ее отправили на лечение в больницу. Ты тогда еще не проснулся. Хотя у «Куньлуня» были подозрения, они не слишком о ней заботились. Сегодня утром ее родители прибыли в Лочэн, дали взятку дежурному врачу и медсестре в больнице и тайком увезли ее, – ответил отец Ху Сяоню. – Это не вина «Куньлуня». Несмотря на то, что все чувствовали, что с ней есть проблема, никто не ожидал, что она окажется предателем».

Когда Ху Сяоню проснулся рано утром, он сразу же рассказал отцу о Ван Юнь, но к тому времени Ван Юнь уже сбежала с помощью своих родителей.

«Но Бай Ваньер должна была догадаться, что она предатель, почему же Бай Ваньер ничего не сказала?» – нахмурился Ху Сяоню.

«Может быть, у нее рука не поднялась засадить свою лучшую подругу в тюрьму, – спокойно сказал отец Ху Сяоню. – Сяоню, ты должен помнить, что когда кто-то становится врагом, то прощение – это не доброта, а своего рода трусость».

«Я запомню», – сказал Ху Сяоню.

Отец Ху Сяоню сказал: «В настоящее время неизвестно, где прячется Ван Юнь, я тоже ее не нашел».

Ху Сяоню спокойно сказал: «Скоро я снова перемещусь, тогда я найду ее во внутреннем мире».

Отец Ху Сяоню взглянул на него: «Ты хочешь отомстить Ван Юнь?»

Ху Сяоню некоторое время молчал: «Можно?»

Бизнесмен улыбнулся: «Конечно, можно, но я хочу знать, почему на этот раз ты так одержим местью? Когда Тяньчжэнь проснулся утром, он сказал, что прошлой ночью ради мести ты даже сказал убийце не заботиться о твоей жизни. Это на тебя не похоже».

Он очень хорошо знал своего сына: у него есть некоторая смекалка и ум, но он не испытал суровости общества.

В его характере есть некоторая цельность, но он еще не понял, каким человеком хочет быть.

Однако тут Ху Сяоню сказал: «Когда я был маленьким, дедушка всегда рассказывал мне и моему старшему брату истории, как он был на войне. Он рассказывал, как его старый командир роты, чтобы прикрыть других и дать им возможность отступить, героически пожертвовал собой. Я более эгоистичный человек, а может быть просто война была слишком давно, но мне всегда казалось, что дедушка хвастается. Но папа, я только вчера понял, что в этом мире действительно есть такие люди. Может я не смогу быть таким человеком, но я надеюсь, что смогу хоть что-нибудь для них сделать».

«Пап, вчера эти двое друзей из «Куньлуня» пытались открыть путь к спасению для учеников ценой своей жизни. Потом меня забрали преступники. Когда я оглянулся в темноте, я увидел улыбку облегчения на лице одного из них, никаких сожалений».

(Перевод: Ориана)

Незаметно подошло время, когда путешественники снова должны переместиться.

Во внешнем мире шумно обсуждали произошедшее, так что убийца в маске, чью роль сыграл Цин Чэнь, привлек всеобщее внимание.

Но все знали только то, что это он почти уничтожил преступную банду, и что именно он темной ночью преследовал главаря, чтобы отомстить.

Но кто он, неизвестно.

Нет сомнений, что среди самых известных путешественников в Китае появился новый персонаж.

И такой же загадочный, как Хэ Сяосяо.

Обратный отсчет 00:10:00.

Япония, Осака.

Рядом с Синсайбаси, в люксе на верхнем этаже отеля St. Regis.

(п.п. – Синсайбаси – торговый район Осаки)

У огромного от пола до потолка окна, свернувшись калачиком, на стуле сидела молодая девушка в чистых светло-зеленых шортах и белой футболке и смотрела в свой мобильный телефон.

Новость о похищении путешественников на горе Лаоцзюнь распространилась и в Японии, вызвав бурю негодования.

На данный момент произошли сотни убийств, связанных с путешественниками по мирам.

У некоторых силой отняли механические конечности, а кого-то убили друзья сразу после того, как они принесли лекарство из внутреннего мира.

Удивительно, но доля преступлений, совершенных хорошо знакомыми людьми, друзьями и родственниками, чрезвычайно высока.

Пока девушка по имени Камиширо Соранэ читала это, она все больше падала духом.

Изначально она всего лишь хотела быть артисткой, почему она вдруг оказалась втянутой во все это?

Именно из-за всех этих событий она не могла чувствовать себя в безопасности.

Во внешнем мире ей нужно беспокоиться о том, что другие узнают, что она путешественник.

Во внутреннем мире ей нужно быть осторожной с семьей Камиширо, чтобы они также не узнали об этом.

Несколько дней назад семья Камиширо провела подробное расследование внутри семьи и применила ужасающие пытки к семи найденным путешественникам.

И самым важным в этом расследовании был китайский язык.

Поскольку семья Камиширо присоединилась к Федерацией довольно рано, семья Камиширо во внутреннем мире уже давно могла говорить на мандаринском диалекте, и только члены прямой ветви семьи все еще сохраняли наследие японского языка.

Они считали это самой благородной традицией и использовали китайский для общения с посторонними, но свою родословную они записывали на японском и использовали его в ритуалах.

Японские путешественники, которые переместились в три северных города, прибыли из Токио, Осаки и Кобе. Кроме Камиширо Соранэ, никто из них вообще не говорил по-китайски.

В итоге все они умерли насильственной смертью.

Из-за брачного контракта Камиширо Соранэ случайно попала в город 18, чтобы встретиться с молодым человеком по имени Цин Чэнь. Семья Камиширо не проводила строгого расследования в отношении нее, потому что они были больше обеспокоены результатом и выгодами этого политического брака.

Думая об этом браке, Камиширо Соранэ внезапно ввела слова «Цин Чэнь» в китайской поисковой системе на своем мобильном телефоне.

Но, как и в предыдущие несколько раз, полезной информации по-прежнему не было.

«В настоящее время, кажется, невозможно определить, является ли этот молодой человек путешественником... В прошлый раз я не смогла его увидеть. Не знаю, смогу ли я его увидеть в этот раз? Эх. Если я буду часто навещать его, не подумает ли он, что я влюбилась в него? Тогда должна ли я быть более сдержанной и подождать некоторое время, прежде чем пойти снова?»

Оживленный вид ночной Осаки похож на облачную туманность, и мысли юной девушки парили в ночном небе.

Обратный отсчет дошел до нуля.

…

Темный и расколотый мир начал собираться обратно.

Цин Чэнь вернулся в мрачную тюрьму и чуть не упал на пол с приглушенным стоном.

В итоге, как только его тело наклонилось, Е Ван поймал его и усадил на стул.

Перед прошлым возвращением, Е Ван вдруг принес стул. Тогда Цин Чэнь еще не знал, для чего этот стул…

В это мгновение Цин Чэнь рассмеялся. Оказывается, Е Ван с самого начала предполагал, что он искалечит себе обе ноги, поэтому заранее приготовил для него стул.

Точно так же, как он давно предвидел, что Цин Чэнь не сможет обуздать свою горячность, несмотря на то, что говорил, что эти люди не стоят того, чтобы ради них рисковать жизнью.

Ли Шутон был прав, глубоко в его спокойном и мощном мозгу действительно была скрыта невообразимая пылкость.

Гармония двух противоречий.

«Вернулся? По виду раны легкие, – беззаботно сказал Линь Сяосяо, – но хорошо, что ты вернулся».

Е Ван кивнул с улыбкой: «Нет ничего важнее жизни и смерти. Всего несколько секунд назад ты был в порядке и вдруг после возвращения так ослабел, это в самом деле заставляет чувствовать себя неуютно»

Ли Шутон с улыбкой похлопал его по плечу: «Обычно ты необычайно зрел для своего возраста. Возможно, мучения, которые преподносит тебе жизнь, заставили тебя обуздать свой юношеский нрав. Но молодые люди должны быть безрассудными. Когда доживешь до моего возраста, ты поймешь, что многое упустил, если не делал этого, пока был молод».

Молодость – это возраст страстности и глупости, в это время можно совершить какие-то ошибки или даже очень много ошибок.

Но на самом деле в тот момент, когда молодость заканчивается, обнаруживаешь, что ошибки – одна из причин, почему молодость прекрасна и великолепна.

В это время ты импульсивен, непоследователен, бесстрашен, но никогда не жалеешь об этом.

После того, как Цин Чэнь сел на стул, Е Ван попросил его снять обувь и рубашку: «Давай посмотрим, насколько серьезна твоя травма. Сяосяо приготовил для тебя мазь».

Когда все увидели мелкие раны на ступнях Цин Чэня и глубокую кровавую бороздку на его плече, они почти могли себе представить, что молодой человек испытал за последние два дня.

Раны на подошвах ног означали, что Цин Чэнь много ходил босиком.

Кровавая бороздка на его плече означала, что он столкнулся с врагом, у которого был пистолет.

Для обычного молодого человека это уже считалось крайне опасным, но он все же благополучно вернулся.

Линь Сяосяо сказал: «Поздравляю, самое сложное препятствие ты преодолел».

Препятствие, о котором он сказал, – это первая в жизни битва.

Битва, которая навсегда останется в его памяти.

На самом деле, такие опытные люди, как они, знают, что первая битва в жизни очень важна, она определяет будущие достижения.

Дело не в том, насколько увеличилась твоя сила, а в том, отступишь ли ты, когда столкнешься с другими врагами в будущем. Обладаешь ли ты все еще исключительной храбростью и самоотверженностью.

Сила определяет нижний предел, а разум и решительность – верхний!

Е Ван со стороны посмотрел на подошвы ног Цин Чэня и, тяжело вздохнув, сказал: «Цин Чэнь, тот, кто обработал тебе эти раны, сделал это весьма тщательно. Сначала я думал, что мне придется повторно все обрабатывать, в конце концов, когда ходишь по земле босиком, в мышцах застревает много мелких включений, которые могут стать очагом воспаления. Человек, который лечил твою рану, был очень внимателен».

(Перевод: Ориана)

Е Ван начал наносить мазь.

Цин Чэнь только чувствовал, что его ноги горят и зудят, это было очень больно.

Это полностью отличалось от того, что он думал. Он считал, что благодаря лекарству от травм внутреннего мира он почувствует себя более комфортно.

Линь Сяосяо сказал: «Потерпи, эта штука не снимает боль, но хорошо способствует выздоровлению. Конечно, за быстрое выздоровление приходится платить, нет ничего такого, за что не нужно заплатить свою цену».

Ли Шутон спросил: «Прежде ты сказал, что врагов было пять, так скольких ты убил?»

Цин Чэнь ответил: «Я убил шестерых».

Е Ван посмотрел на Линь Сяосяо: «Отдавай деньги, это больше четырех».

Линь Сяосяо неохотно сказал: «Эй, мальчик, ты слишком свиреп… Подожди, пять преступников, а убил шестерых? Ты убил одноклассника, чтобы принести в жертву небесам?»

Цин Чэнь: «...Нет, преступников было больше, чем я ожидал. Всего их было девять».

«Вон оно что».

В это время Цин Чэнь, привыкший к тому, что эти двое используют его как объект ставок, с любопытством спросил: «Ты ставил, что я скольких убью?»

«Троих. Я думаю, что убить троих – это уже хорошо. Ты же первый раз кого-то убил!» Линь Сяосяо вздохнул: «Неужели ты убил их без колебаний?»

Во время разговора Ли Шутон вдруг серьезно посмотрел на Цин Чэня.

Молодой человек на мгновение замялся и сказал: «Хотя я могу показаться нерешительным, но когда я убил первого, я почувствовал кровь на своих руках, и я действительно колебался, даже немного испугался, и хотел убежать оттуда».

Ли Шутон улыбнулся: «Это нормальная реакция. Если бы ты вообще не колебался, я бы наоборот должен был сожалеть об этом. Я учу тебя яростно смотреть в лицо миру, но в своем сердце ты всегда должен испытывать благоговейный трепет перед жизнью».

«Мм, учитель, я понимаю, что вы имеете в виду, я уяснил это», – ответил Цин Чэнь.

«Тогда есть что-то, с чем нужно разобраться в первую очередь после возвращения на этот раз? – спросил Ли Шутон. – Учитель может тебе помочь».

«На самом деле есть две вещи, – сказал Цин Чэнь, – позвольте мне сначала разобраться с первой».

С этими словами, убедившись, что мазь впиталась, он неохотно надел обувь и направился в сторону изолятора.

Поначалу его походка была немного неуклюжей, но он, терпя боль, заставил себя идти как прежде.

Линь Сяосяо был счастлив: «Этот мальчишка действительно безжалостен к самому себе, даже не заподозришь, что у него болят ноги. Однако, чем безжалостнее он к себе, тем безжалостнее он к своим врагам. Это хорошо».

Цин Чэнь снова надел загадочную кошачью маску, и в тот момент, когда одиночная камера открылась, Лю Дэчжу внутри первым делом послушно преподнес пять золотых слитков, демонстрируя свое хорошее поведение.

Только Цин Чэнь даже не подошел взять золотые слитки, а спокойно сказал: «Расскажи мне о своих ошибках».

«Я не должен был игнорировать устройство связи, – покорно сказал Лю Дэчжу, – я не должен был просто убегать один, не говоря уже о присвоении золотых слитков».

Цин Чэнь тихо усмехнулся под маской и спросил: «Я знаю, что «Куньлунь» посетил тебя наедине, расскажи мне от начала до конца все, что они сказали».

Лю Дэчжу сказал: «Они спросили меня, знаю ли я вашего подчиненного, но я не ответил. Они сказали, что ничего такого не имели в виду, просто нашли телефон на месте преступления. Похоже, главарю преступников перед смертью поступил загадочный звонок, но откуда – отследить не удалось».

В это время взгляд Лю Дэчжу все еще блуждал по ногам Цин Чэня. На самом деле, «Куньлунь» также сказал, что они нашли кровавые следы, убийца, должно быть, получил серьезную травму ноги или что-то в этом роде.

Но он обнаружил, что таинственный босс перед ним ходит без каких-либо отклонений, поэтому казалось, что он действительно не был в то время на горе Лаоцзюнь.

К тому же, получается, у него действительно есть такой свирепый подчиненный.

«Преступник ответил на звонок, почему они спрашивали тебя?» – спросил Цин Чэнь.

«О, они сказали, что отпечатки пальцев были добавлены позже. Обычно на мобильном телефоне есть сотни отпечатков пальцев, но на этом мобильном телефоне их всего лишь с десяток, – сказал Лю Дэчжу. – Они думают, что на этот звонок должен был ответить ваш подчиненный».

Вообще-то, обычно используемый мобильный телефон часто берут в руки, и на нем остается бесчисленное множество отпечатков пальцев.

Но в то время Цин Чэнь был на грани обморока, поэтому у него не было времени сделать так много отпечатков пальцев.

Разумеется, его маленькая хитрость не обманула умных людей из «Куньлуня».

Лю Дэчжу сказал: «Люди из «Куньлуня» пришли ко мне просто, чтобы спросить, что было сказано во время таинственного телефонного звонка, и кто был на другом конце. Потому что они подозревают, что именно появление этого человека побудило Ван Юнь стать предателем. Этот человек скрывается за спинами преступников, и не исключена возможность, что в будущем он вступит в сговор с людьми с плохими намерениями и придумает что-то более значительное».

Он тут же сказал: «Босс, почему бы вам не спросить своего подчиненного о телефонном звонке, а я расскажу «Куньлуню»?»

Цин Чэнь вообще не ответил на вопрос, но сказал: «Есть ли что-нибудь еще, что ты хотел бы сказать напоследок?»

Лю Дэчжу на мгновение остолбенел, а затем расплакался: «Босс, вы хотите, чтобы я произнес свои последние слова?»

Цин Чэнь задал встречный вопрос: «Почему я должен оставлять тебя? Думаешь, ты еще имеешь какую-то ценность?»

После этих слов Лю Дэчжу опустился на колени перед Цин Чэнем и сказал: «Босс, на этот раз я принес во рту все золотые слитки, и я обещаю, что в будущем сделаю все, что в моих силах. Не убивайте меня. Я все еще могу быть полезным! Я могу стать вместо вас мишенью, вы можете использовать меня, чтобы привлечь путешественников со всей страны, я могу быть вашей марионеткой, чтобы переманить их на свою сторону!»

Лю Дэчжу отлично понимал, что даже если босс сейчас убьет его, он не будет нести никакой юридической ответственности, и никто во внешнем мире не узнает, как он умер!

Цин Чэнь встал: «Тебе уже слишком поздно говорить об этом сейчас. Запомни, если ты совершаешь ошибку, за нее приходится платить. Хотя ты всего лишь ученик второго класса старшей школы, ты никогда не сталкивался с жестокостью общества, и не понимаешь, насколько опасен этот мир, но теперь, когда ты вступил в эту игру, ты должен понять некоторые правила».

Сказав это, он вышел, как ни в чем не бывало.

В молчании молодого человека Е Ван и Линь Сяосяо, казалось, все поняли. Они вошли в одиночную камеру и отвели Лю Дэчжу в маленькую темную комнату, где Цин Чэнь прежде проходил испытание.

(Перевод: Ориана)

В запертой темной комнате у Цин Чэня были фильмы для просмотра и сильная воля, чтобы выдержать это, но Лю Дэчжу определенно не в состоянии это вынести.

По оценке Линь Сяосяо, этот болван сломается примерно за 48 часов.

По мнению Цин Чэня, если бы этот любитель игр взглянул на устройство связи на несколько часов раньше, никакого инцидента на горе Лаоцзюнь не было бы.

В темном коридоре раздавались мольбы Лю Дэчжу о пощаде, но Цин Чэня это не трогало.

Как сказал Линь Сяосяо, он преодолел самое трудное препятствие в своем сердце: узнал, как следует учиться смотреть в лицо этому жестокому и холодному миру.

Ли Шутон сказал ему: «Иногда, когда мы принимаем решение, необходимо отказаться от оценок, основанных на мирских стандартах, таких как «жестокость» или «великодушие». На жизненном пути тебе нужно только принять самое правильное решение».

Цин Чэнь вздохнул: «У этого Лю Дэчжу слишком много недостатков, иногда мне действительно хочется отказаться от него».

«Отказаться? Почему? – с интересом спросил Ли Шутон. – Если хочешь выбрать представителя во внешнем мире, то Лю Дэчжу в настоящее время очень подходит. У него есть хитрость и жадность, но нет своего мнения. У него нет мужества, но есть тщеславие. Если ты поменяешь его на кого-то неуступчивого, целеустремленного, самодостаточного и смелого, согласится ли такой человек быть твоей марионеткой?»

Цин Чэнь задумался.

Ли Шутон спросил: «Хорошо, первое дело улажено, а какое второе?»

«Свести счеты и задать вопрос», – ответил Цин Чэнь.

…

Обратный отсчет 163:00:00.

С момента этого перехода прошло всего пять часов. Небо уже стало серым, вот-вот забрезжит рассвет.

В девятом районе города 7 молодой человек толкал инвалидную коляску, а в коляске сидела длинноволосая девушка с поврежденными ногами.

Они шли по темным улицам у подножия высотных зданий. По сравнению с яркими голографическими неоновыми огнями в небе это место казалось другим миром.

Соприкосновение ботинка с мокрой землей при ходьбе издавало глухой звук.

На стенах зданий вдоль дороги повсюду были граффити, на проезжей части спали бомжи, укрытые полиэтиленовой пленкой, а рядом валялись груды мусора.

А еще ржавый и пожелтевший трубопровод, который никто не обслуживал.

Это дно кибер-города, все выглядит таким депрессивным и разрушенным.

Повсюду можно увидеть бунтарские лозунги и атмосферу разложения.

Совершенно не соответствует миру в небесах.

Девушка тихо огляделась по сторонам, выражение ее лица было взволнованным и испуганным.

Молодой человек толкал коляску с девушкой уже два квартала, словно избегая чего-то.

«Ван Юнь», – раздался позади них холодный голос.

Ван Юнь внезапно обернулась и посмотрела назад, и вдруг обнаружила, что это были Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэнь, которые также сидели в инвалидных колясках, их лица все еще были изможденными и бледными.

Люди, толкающие инвалидные коляски, являются путешественниками, нанятыми двумя семьями Ху и Чжан. Хотя эти люди не могут помочь Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэню решить проблемы с семьей Чэнь, они могут делать какие-то повседневные дела.

Ху Сяоню тихо спросил: «Перед последним возвращением ты ушла одна, потому что боялась, что произойдет эта сцена».

Ван Юнь поджала губы и ничего не сказала.

Согласно плану, она должна была выехать в колонне машин через обширную равнину Цзянхуай за пределами города и направится в город 3 по краю запретной земли 119.

Это не соответствует их первоначальному плану отправиться в город 18, но у нее нет другого выбора, кроме как уехать отсюда как можно скорее.

Ее родители заплатили большую цену во внешнем мире, чтобы обеспечить ей этот план побега.

В этот момент Ван Юнь в панике посмотрела на Ху Сяоню: «Как ты меня нашел?»

Ху Сяоню спокойно объяснил: «Ты ждала, что тебя заберет путешественник, нанятый твоей семьей, и отвезет к машине, чтобы сбежать отсюда. Но случилось так, что я нашел одного из них перед переходом и дал двойную цену, чтобы купить твое местонахождение. Найти их было легче, чем тебя».

После этих слов молодой человек позади Ван Юнь тихо извинился, затем отпустил инвалидную коляску и молча ушел.

Между узкими зданиями в темном переулке в инвалидной коляске сидела одинокая раненая девушка.

«Что тебе нужно?» – тихо спросила Ван Юнь.

«Почему ты предала нас? – уныло спросил Ху Сяоню. – Мы были одноклассниками больше года, и мы до сих пор друзья».

Ван Юнь спросила в ответ: «Тогда что я сделала не так, что позволило вам исключить меня с того дня?»

Ху Сяоню понял, о чем говорила Ван Юнь. Это было в тот вечер, когда они пришли в дом Цзян Сюэ и были схвачены.

Тогда Ван Юнь очнулась раньше всех, и преступники допросили ее первой.

Но она не выдержала давления и рассказала о том, что они четверо были путешественниками, и даже плакала и умоляла о пощаде.

Позже остальные трое тоже очнулись и стали свидетелями того, как Ван Юнь умоляет о пощаде.

Ху Сяоню на мгновение заколебался и сказал: «Мы не исключали тебя. Мы ничего не говорили тебе, но думали, что тебе, должно быть, плохо, и хотели позволить тебе успокоиться в одиночестве. Никто не хотел обвинять тебя. Потом ты попросила Бай Ваньер предложить перенести поездку. Все тогда подумали, что ты хочешь быстрее покинуть место, которое тяготит тебя, и поехать развеяться, поэтому мы немедленно перенесли время поездки».

«Здесь ты менее лицемерен, – Ван Юнь села на землю, по ее щекам текли слезы, – может быть, ты и не смотрел на меня свысока, но Бай Ваньер смотрела. На следующий день после того случая она сказала мне, что хочет съехать и жить одна. Она сказала, что не может жить с тем, кто ее предал!»

Ху Сяоню промолчал.

Голос Ван Юнь становился все громче и громче: «Я очнулась первой, поэтому меня первой и допрашивали. Думаешь, я единственная, кто не выдержал бы допрос? Просто ваша очередь тогда не настала. Если бы вас допрашивали, вы бы тоже не выдержали. Что дает вам право смотреть на меня свысока?!»

Под конец ее голос снова стал низким: «Я только хочу, чтобы вы прошли через то же самое, чтобы у вас не было права презирать меня».

Ван Юнь не могла смириться с тем, что она предстала перед другими в таком позорном виде, поэтому, когда впоследствии ее кое-кто нашел и пообещал лучшее будущее, она поддалась искушению.

Чжан Тяньчжэнь вдруг спросил: «Тогда почему ты не оставила пути к отступлению? Ты даже рассказала бандитам о том, что у Сяоню было два мобильных телефона. Иногда я могу понять твои чувства, но то, что ты сделала, это не для того, чтобы обрести душевное равновесие, да? Это продиктовано выгодой».

В этот момент с внешней стороны переулка послышалось множество шагов, и несколько мужчин в черном внезапно бросились к ней.

Это прибыли еще несколько путешественников, нанятых семьей Ван Юнь.

В одно мгновение обе стороны оказались друг напротив друга.

Людей из семьи Ван было больше, чем ожидалось, у Ху Сяоню было всего 3 человека, но у другой стороны было подкрепление из 6 человек.

Ван Юнь, наконец, почувствовала себя в безопасности. Она успокоилась и посмотрела на Чжан Тяньчжэня: «Да, я действительно делаю это ради какой-то выгоды, и вы с Лю Дэчжу, вряд ли сможете дать мне такую выгоду. А теперь, пожалуйста, уйдите с дороги. Даже после сегодняшнего мы все еще одноклассники».

Трое путешественников позади Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэня, нанятые их семьями, посмотрели друг на друга и вздрогнули.

Семьи Ху и Чжан дали им немного денег в качестве вознаграждения во внешнем мире, но им не обязательно ради денег рисковать своей жизнью.

(Перевод: Ориана)

Ван Юнь: «Уйди с дороги».

Путешественники, нанятые семьей Ван, медленно приближались, атмосфера накалялась.

Но Ху Сяоню по-прежнему не отступал.

Ван Юнь отвернулась, как будто не могла этого вынести, и, наконец, тихо сказала Ху Сяоню: «Я дам тебе еще один шанс, отойди, мы раньше были друзьями, не заставляй меня».

Ху Сяоню медленно произнес: «На самом деле ты эгоистичный человек, так ведь? Будь то предательство или желание убить нас сейчас, ты просто оправдываешь себя, чтобы скрыть свое лицемерие. Сегодня я могу отступить, но я хочу показать тебе реальными действиями, что если бы я очнулся первым, и меня стали допрашивать, я бы не сдался. Твои люди здесь, и мы докажем это фактами».

Ху Сяоню продолжил: «На самом деле, я очень хочу отступить, но в последние дни каждый раз, когда я засыпал, мне снился друг из «Куньлуня», который кричал всем уходить. Я, Ху Сяоню, не обладаю особо твердым характером, но если я сегодня уйду, боюсь, в будущем я не смогу спать!»

Ван Юнь тихо сказала: «Ты сам виноват. Убейте их, во внешнем мире каждый из вас получит по миллиону».

Но прежде чем люди позади нее успели среагировать, за пределами маленького переулка внезапно раздались странные шаги.

Шаги доносились издалека, становясь все ближе. Иногда казалось, что они слева, но следующий шаг был справа, и даже в какой-то момент все чувствовали, что шаги раздавались позади них.

Однако, когда они обернулись, они никого там не увидели.

Постепенно фигура в конце переулка стала отчетливой.

К ним подошел мужчина лет тридцать, так, как будто там никого не было. Он спокойно посмотрел на окружающую его напряженную атмосферу и тихо спросил Ван Юнь: «Ты Ван Юнь, верно? Найти тебя оказалось легче, чем я ожидал».

Ван Юнь на мгновение замерла: «Кто ты такой?»

Мужчина был одет в черное пальто с изысканным костюмом под ним, на груди у него висели карманные часы в ретро-стиле, совершенно чуждые этой кибер-эпохе, а его полудлинные волосы были зачесаны назад и собраны в небольшой пучок.

На руках у него были черные перчатки из овечьей кожи, и когда его пальцы двигались, кожаная поверхность перчаток скрипела при трении.

«Я? – мужчина на некоторое время задумался. – Прошло много времени с тех пор, как меня спрашивали, кто я такой. Тогда позвольте представиться, Ли Дунцзе из Хэнше».

Ван Юнь тихо воскликнула: «Ли Дунцзе из Хэнше?»

«Такие восклицания я слышу часто, но сейчас не об этом, – Ли Дунцзе задумался. – Босс попросил меня задать тебе вопрос. Кто является организатором этого похищения? Хорошенько подумай, я должен получить ответ сегодня».

Ван Юнь на мгновение растерялась, она испуганно сказала: «Я правда не знаю, кто это. На следующий день после того, как с нами случилось то несчастье в доме Цзян Сюэ, в моей сумке внезапно появилось письмо. На конверте была марка с рисунком дьявола. В письме говорилось, что со мной свяжутся. Я очень испугалась, потому что даже не заметила, когда в мою сумку засунули этот конверт. Такому человеку, обладающими огромными сверхъестественными способностями должно быть легко меня убить!»

«Ясно, это запретный предмет ACE-017, Печать дьявола», – кивнул Ли Дунцзе.

Ван Юнь трусливо спросила: «У вас есть ко мне еще какое-то дело?»

Ли Дунцзе спокойно кивнул: «О, я пришел убить тебя».

Выражение лица Ван Юнь начало медленно меняться, так же сложно, как если бы на землю упала банка с масляной краской.

«Да в чем я виновата?! – вдруг в истерике закричала она. – Почему вы все хотите меня убить?!»

Ли Дунцзе задумался: «Я тоже не знаю. Босс просто сказал, что хочет убить тебя, и я не спрашивал почему».

Сказав это, он поднял руку и сжал в кулак.

В следующий момент Ван Юнь почувствовала, как будто воздух вокруг нее был высосан, как будто она оказалась в вакууме. Под действием необъяснимой тяги кровеносные сосуды под кожей стали лопаться один за другим.

Просто.

Прямо.

…

В то же время Ли Шутон посмотрел на Цин Чэня и сказал: «Ну, Ли Дунцзе должно быть уже убил предателя, о котором ты говорил».

Цин Чэнь на мгновение опешил: «Подождите, учитель, вы хотите сказать, что Ли Дунцзе лично это сделал?»

По его впечатлению, Ли Дунцзе уже был человеком с очень высоким статусом во внутреннем мире. В конце концов, он был человеком, который мог напрямую зарезервировать целый ресторан «Павильон солнечного света». Такое дело, как убийство Ван Юнь, не должно требовать его личного участия.

Линь Сяосяо, сидевший сбоку, весело сказал: «Ли Дунцзе – самый близкий человек к боссу, и если босс просит кого-то убить, он всегда делает это лично».

Через несколько минут на ридер в руке Линь Сяосяо неожиданно пришло сообщение, содержащее только слова "ACE-017".

«Твой ридер может получать информацию извне?» – удивился Цин Чэнь.

«О, я отвечаю за то, чтобы помочь боссу поддерживать связь с внешним миром, – радостно сказал Линь Сяосяо. – Похоже, основной зачинщик связался с Ван Юнь через АСЕ-017. Эта задача решена. Человек за кулисами совсем непрост, за такое короткое время он смог заполучить запретный предмет».

«Что такое ACE-017? Это номер запретного предмета? Что он делает?» – спросил Цин Чэнь.

«Ну, запретный предмет ACE-017 также известен как Печать дьявола, – сказал Линь Сяосяо. – Когда получишь его, надо скормить ему 1600 мл своей крови за один прием. Это позволит ему распознать хозяина и начать паразитировать в его сердце. В течение 24 часов после узнавания в теле хозяина не должна появляться чужеродная кровь. После этого, каждый раз, когда кровь хозяина попадает на конверт, она преобразуется в почтовую марку с рисунком дьявола. Тогда это письмо отправится туда, куда захочешь. Но, похоже, существуют ограничения, куда можно отправить это письмо, и можно написать не больше одного предложения».

Цин Чэнь на мгновение оцепенел. Когда нормальные люди теряют 800 мл крови, они выглядят бледными, у них холодеют руки и ноги, и они покрываются холодным потом. Потеря более 1500 мл крови вызовет недостаточное кровоснабжение мозга.

Это может быть смертельно опасно.

Другими словами, если вы хотите стать обладателем Печати дьявола, вы должны рискнуть своей жизнью.

Линь Сяосяо увидел, о чем думает Цин Чэнь, и сказал: «Говорят, что рисунок на марке может меняться. Если кто-то не продержится 24 часа, рисунок дьявола на марке будет по внешнего виду похож на умершего. Некоторые говорят, что это Печать забрала его душу».

Е Ван кивнул: «Этот запретный предмет находился в руках 4-го президента, но он был убит в преклонном возрасте, а Печать дьявола исчезла».

Цин Чэнь вдруг подумал, что Ван Юнь стала предателем отчасти потому, что испугалась этого письма.

Но это не повод, чтобы уклониться от ответственности за совершенное преступление.

«Есть ли у этой Печати другие эффекты? – спросил Цин Чэнь. – Например, она может вызвать у получателя злые мысли, пробудить его темную сторону?»

Линь Сяосяо ответил: «Большинство запретных предметов имеют только одну способность, может быть, Печать дьявола имеет только функцию отправки писем. Лишь немногие запретные предметы обладают несколькими способностями».

«Например?» – заинтересовался Цин Чэнь.

«Например… ACE-005, который хочет найти Го Хучань», – Линь Сяосяо посмотрел на Цин Чэня и подмигнул.

(Перевод: Ориана)

Волшебство запретных предметов заключается в том, что их правила одинаковы для всех, они не придирчивы к моральным качествам и характеру хозяина, их не волнует, справедливый это человек или порочный.

Пока выполняются условия сдерживания, запретный предмет будет вам служить.

Паровоз, на который можно сесть, заплатив одну золотую монету, Печать дьявола, которая может отправлять письма куда угодно.

Они подобны исключениям в правилах этого мира. Они и любимцы этого мира, и олицетворение катастрофы.

Если завладеть такого рода вещью, кажется, она принесет вам огромные преимущества.

«Учитель, – Цин Чэнь посмотрел на Ли Шутона, – во время битвы я без перерыва использовал дыхательную технику».

Ли Шутон посмотрел на Цин Чэня: «И ни разу не прервался?»

Вы должны знать, что дыхание – это человеческий инстинкт. Когда вы не напоминаете себе об этом намеренно, частота дыхания будет определяться инстинктивно, а не частотой дыхательной техники.

Поэтому это удивило Ли Шутона, потому что сам он тренировался больше года, прежде чем смог постепенно поддерживать нужную частоту дыхания все время.

В этот момент кандидат в Рыцари может пройти испытание жизни и смерти.

Потому что при прохождении аттестации технику дыхания нельзя останавливать ни на мгновение, даже если это произойдет только один раз, это будет считаться пустой тратой всех предыдущих усилий.

Цин Чэнь продолжил: «После битвы я ощутил сильное умиротворение, как будто я был в середине спокойного озера. Я думаю, что это может быть следствием выделения большого количества эндорфинов».

«Хм, твоя догадка верна», – кивнул Ли Шутон.

Цин Чэнь снова спросил: «Однако после битвы я почувствовал, что в костях и мышцах моего тела, казалось, произошли изменения, и когда я свободно двигался, в моем теле слышалось какое-то потрескивание. Что происходит?»

Однако Ли Шутон вдруг серьезно посмотрел на него: «Ты уверен?»

«Уверен», – кивнул Цин Чэнь.

Ли Шутон расхаживал взад и вперед по тюремной площадке, о чем-то серьезно задумавшись.

Он сказал Цин Чэню: «Никто в Рыцарской организации никогда не сталкивался с твоей ситуацией. Ты только что освоил дыхательную технику, и в твоем теле уже есть энергия. Очевидно, что ты не преодолел уровень жизни и смерти, но генный замок уже показал признаки открытия».

Так называемое испытание на грани жизни и смерти всегда относилось к конкретному испытанию.

Все эти восемь испытаний незаменимы.

В прошлом были Рыцари, которые хотели найти другой путь. Они считали, что используя дыхательную технику в критический момент жизни и смерти, они получат ключ к открытию генного замка.

Тогда можно ли избежать определенного испытания на грани жизни и смерти, испытав почти те же затруднения, опасность и боль?

Поскольку море стало запретным местом, предки-рыцари хотели открыть новый путь для своих преемников, надеясь, что они не пойдут по пути сожалений своих предшественников из-за непреодолимых факторов.

Но все они потерпели неудачу.

Как бы все ни старались, генный замок так и не подал признаков ослабления.

В данный момент треск в костях, о котором упомянул Цин Чэнь, явно предвещал ослабление генного замка!

Ли Шутон посмотрел на Цин Чэня и сказал: «Приготовься, я снова возьму тебя на прогулку. Сначала я хотел еще немного подождать, но теперь можно сделать это раньше».

«Куда мы отправимся на этот раз? На дно города 18?» – спросил Цин Чэнь.

«Нет, – улыбнулся Ли Шутон, – в то место, куда я поведу тебя на этот раз, у большинства путешественников нет возможности попасть».

Цин Чэнь понял, что, похоже, поскольку у него были преждевременные признаки открытия генного замка, учитель также перенес свои планы.

…

Обратный отсчет 160:40:00.

7:20 утра.

Звук в тюрьме, когда заключенные стучали по металлическим дверям, исчез, из-за чего Цин Чэню было немного не по себе.

После двух ночей игры «Найди селезенку» все еще пребывали в состоянии напряжения и паники.

Все они старались вести себя хорошо, как перепелки.

Цин Чэнь невзначай спросил Линь Сяосяо, стоявшего рядом с ним: «Кстати, я не мягкосердечный, просто думаю, будет ли это иметь какие-то плохие последствия? Ведь там больше 3000 человек».

«На самом деле, ничего страшного. В конце концов, ты единственный ученик Рыцарей. То, что сейчас делает босс, не преувеличение», – пожал плечами Линь Сяосяо.

«Я единственный ученик в этом поколении, а есть ли еще мастера этого поколения?» – спросил Цин Чэнь.

«Конечно, босс Чэнь и босс Ван», – ответил Линь Сяосяо.

Цин Чэнь спросил: «Кто такой босс Чэнь?»

«Брат босса по ученичеству, Чэнь Цзячжан, – ответил Е Ван, – но босс Чэнь давно исчез. Говорят, что его путь Рыцаря был прерван, и он отправился искать решение».

Честно говоря, Цин Чэнь впервые услышал имя Чэнь Цзячжана, он всегда думал, что в Рыцарской организации больше никого нет.

Он посмотрел на Линь Сяосяо и Е Вана и спросил: «А кто такой босс Ван?»

«О, – сказал Линь Сяосяо, – у босса также есть младшая сестра-соученица по имени Ван Сяоцзю, но она еще молода. 8 лет назад босс стал ее наставником, и теперь она, кажется, только что прошла пятое испытание жизни и смерти. Удивительно, что в своем юном возрасте она была довольно коварна... но она тоже давно исчезла».

«Есть еще что-нибудь?» – спросил Цин Чэнь с отсутствующим выражением лица.

«Больше нет, – весело сказал Линь Сяосяо, – есть что-то, что я мог забыть, скажу, когда вспомню».

«Это слишком безответственно», – вздохнул Цин Чэнь.

Линь Сяосяо немного подумал и, сменив тему, сказал: «В будущем тюрьма обязательно вернется к нормальной жизни, по крайней мере, не поев несколько раз, с голоду они не умрут. Но тебе не нужно их жалеть. Го Хучань прав в одном. Здесь, за исключением нескольких человек, все остальные заслуживают смерти».

«Заслуживают смерти? – удивился Цин Чэнь. – Ты не преувеличиваешь?»

«Нет, – покачал головой Линь Сяосяо, – все, кто может попасть сюда, совершили тяжкие преступления. Ты помнишь заключенного с красной механической рукой, с прической как куриное гнездо?»

«Помню», – кивнул Цин Чэнь.

Линь Сяосяо сказал: «Этот ублюдок снаружи убил больше десятка человек, да еще торговал детскими роговицами. И когда я говорю, что он заслуживает смерти, это не просто со злости. Но действующий закон Федерации не предусматривает смертной казни, он может быть только приговорен к более чем ста годам лишения свободы, что вообще не имеет смысла».

«Разве здесь нет таких людей, как Лю Дэчжу, которые взяли на себя вину за других?» – спросил Цин Чэнь.

«О, мы потихоньку расследуем таких людей, как Лю Дэчжу. Мы постараемся перевести их в другие тюрьмы. На самом деле. Лу Гуаньи тоже в такой ситуации. Если бы не договоренность с кланом Цин, его бы уже давно перевели в другую тюрьму, – объяснил Линь Сяосяо. – Со своей хорошей памятью ты должно быть уже обнаружил, что, хотя сюда приводят заключенных, однако общее число людей уменьшается».

Да, когда Цин Чэнь впервые попал в тюрьму №18, здесь было 3102 человека, а сейчас осталось только 3009 человек.

Но это объяснение еще больше запутало Цин Чэня, потому что он обнаружил, что Линь Сяосяо намеренно оставлял тех людей, которые «заслуживали смерти».

Это же не просто разведение ядовитых тварей?

Когда Цин Чэнь снова спросил об этом, Линь Сяосяо ничего не ответил.

(Перевод: Ориана)

Обратный отсчет 159:00:00.

Заключенные оставались запертыми в своих камерах.

Потому что у Цин Чэня было еще одно важное дело:

Сегодня ночью пришло сразу более 30 новичков, и Е Ван как раз в это время закончил их допрос.

Е Ван вернулся к обеденному столу и сказал: «Похоже, в этой группе новичков много путешественников. Всего 37 человек, и у 5 из них есть проблемы. Хотя они могут назвать достопримечательности города 18, а также сказать, в каком районе они живут, но после проверки выясняется, что то, что они сказали, является ложью. Это несомненно путешественники».

Цин Чэнь тяжело вздохнул: «Теперь путешественники научились соображать. Как только они обнаруживают, что на руке появился обратный отсчет, они, полагаясь на информацию в интернете, будут придумывать себе личность, чтобы не быть обнаруженными сразу после перехода».

Теперь различные организации внутреннего мира приступили к разработке программы исследования «путешественников по мирам», и большинство организаций настроены по отношению к путешественникам недружелюбно.

Например, в шести городах, контролируемых консорциумами Камиширо и Касима, путешественникам очень не везет.

Поскольку все они переместились из Японии и Кореи, почти никто из них не говорит на китайском языке.

И те путешественники, все как один, были опознаны, а затем они были централизованно взяты под стражу.

В новостях сообщили, что в Японии и Корее во внешнем мире начался просто ажиотаж в изучении китайского языка, цена за урок китайского достигает 3000 юаней.

В этот момент путешественники не были в безопасности как во внешнем, так и во внутреннем мире.

Настолько, что каждый путешественник был похож на шпиона, изо всех сил пытающегося скрыть свою личность, боясь оказаться в смертельной опасности.

«Что делать с этими пятью путешественниками? – спросил Е Ван. – Их можно непосредственно перевести в другие тюрьмы».

Цин Чэнь задумался: «Отведи их в комнату для допросов. Я по очереди допрошу их. Может быть, есть кто-то, с кем можно сотрудничать. К тому же во внешнем мире мы все живем в одном городе, если в будущем столкнусь с ними, их будет легче опознать».

…

Комната для допросов представляет собой пыльное помещение, стены сделаны из сплава, а над головой белые светодиодные лампы излучают ослепительный свет. Находящиеся здесь заключенные будут неосознанно испытывать страх.

На одной из стен также вставлено огромное металлическое одностороннее зеркало.

Цин Чэнь спокойно стоял за стеной, с его стороны зеркало было совершенно прозрачным, и он мог видеть внутри взволнованного путешественника.

Однако это зеркало несколько отличается от одностороннего зеркала во внешнем мире.

Оно даже показывает температуру тела путешественника, частоту сердечных сокращений и частоту дыхания, и эти показатели меняются каждую секунду.

Е Ван вошел в комнату для допросов с первым путешественником, и увидев его, Цин Чэнь громко рассмеялся. Разве это не Юй Цзюньи, староста его класса?!

Используя дыхательную технику, Цин Чэнь изменил голос и спросил через одностороннее зеркало: «Полное имя».

Юй Цзюньи сел на стул и осторожно сказал: «Юй Цзюньи».

«Пол».

«Мужской».

«Какова твоя личность во внешнем мире?»

«Начальник, я там обычный ученик, – испуганно сказал Юй Цзюньи, – учусь во втором классе старшей школы».

Цин Чэнь спросил: «Есть ли рядом с тобой другие путешественники?»

Внезапно Юй Цзюньи поднял голову и спросил: «Извините, это тюрьма №18?»

Цин Чэнь спокойно ответил: «Да».

Юй Цзюньи вспомнил, как Лю Дэчжу хвастался в автобусе. Он говорил, что Ли Шутон ничем не отличается от здешнего надзирателя, а Лю Дэчжу теперь любимчик этого большого человека!

Более того, некоторые одноклассники тогда спросили Лю Дэчжу: знает ли Ли Шутон, что он путешественник?

Лю Дэчжу ответил, что знает, но ему все равно!

В этот момент Юй Цзюньи, казалось, хватался за соломинку: «Начальник! Я одноклассник Лю Дэчжу, свой человек!»

Линь Сяосяо посмотрел на Цин Чэня, но выражение лица Цин Чэня стало странным...

Честно говоря, он не ожидал такого поворота. Насколько же сильно Лю Дэчжу хвастался, раз заставил Юй Цзюньи думать, что одно упоминание имени этого болвана избавит его от неприятностей в этой тюрьме?..

Цин Чэнь на мгновение задумался, и внезапно у него появился новый план.

Статус Лю Дэчжу в тюрьме был известен внешнему миру только с его собственных слов.

Теперь Цинчэнь может найти кого-нибудь, кто подтвердит слова этого придурка.

Он попросил Е Вана отвести Юй Цзюньи обратно в камеру, а затем допросил остальных четырех путешественников.

Но здесь его ждало разочарование, остальные четверо оказались обычными работниками частных компаний, и никакой практической ценности в них не было.

«Сейчас они еще могут быть полезными. Когда я закончу с делами, переведите их в другие тюрьмы», – сказал Цин Чэнь Линь Сяосяо.

Линь Сяосяо весело ответил: «Я очень хотел бы посмотреть на лица этих людей во внешнем мире, когда они однажды узнают о твоей роли в этих событиях. Как бы я хотел переместиться, чтобы это увидеть».

Цин Чэнь спросил: «Кстати, как там Лю Дэчжу?»

«О, этот парень более бесхребетный, чем я думал. Он был на грани срыва всего за 9 часов, – ответил Линь Сяосяо, – я отправил его обратно в изолятор, где он сидел раньше».

Цин Чэнь какое-то время не знал, что сказать. Если бы он не боялся, что это навлечет на Нань Гэнчэня опасность, он бы определенно выбрал Нань Гэнчэня своим представителем вместо Лю Дечжу и позволил Лю Дечжу отсидеть в тюрьме весь срок.

Но с другой стороны, Нань Гэнчэнь знал его настоящую личность, поэтому не подходил на роль представителя, потому что, как только его допросят, он сам, скорее всего, будет разоблачен.

Дело не в том, что Цин Чэнь не доверял Нань Гэнчэню, просто сам допрос – очень жестокая вещь, и мало кто может его выдержать.

Но Лю Дэчжу другой, даже если кто-то поймает этого парня, он может знать только то, что за кулисами есть кто-то еще, но он не может узнать, кто этот человек.

(Перевод: Ориана)

Лю Дэчжу молча свернулся калачиком в углу тихой одиночной камеры.

Только тот, кто сам на себе испытал ужас маленькой темной комнаты, поймет, что это своего рода душевная пытка.

Металлическая дверь перед ним медленно открылась, и Лю Дэчжу посмотрел на таинственного человека в кошачьей маске ничего не понимающим взглядом.

«Я знаю, что у человека могут быть свои мелкие мысли, – спокойно сказал Цин Чэнь, – но жадность может навредить как другим, так и самому себе. На этот раз это просто для того, чтобы ты понял цену предательства и обмана, в следующий раз все будет не так просто. Ты можешь просить то, что я тебе даю, но ты не можешь брать то, что я не даю».

Глаза Лю Дэчжу постепенно прояснились: «Босс, пока вы меня не убьете, все хорошо!»

До этого момента Лю Дэчжу почти был уверен, что сегодня умрет.

Однако наказание не закончилось, по крайней мере, по мнению Цин Чэня, оно не должно было закончиться так легко.

Он очень хорошо знал, с каким жестоким миром он столкнулся, поэтому он должен был донести это до Лю Дэчжу.

Цин Чэнь спокойно сказал: «Я считаю, рассматривая этот инцидент от начала до конца, если бы ты вовремя взглянул на устройство связи, те двое из «Куньлуня», возможно, не умерли. Поэтому этого наказания все еще недостаточно».

Сказав это, он махнул рукой Е Вану, чтобы тот зажал Лю Дэчжу, затем Цин Чэнь накрыл лицо Лю Дэчжу полотенцем и вылил на него таз холодной воды.

Лю Дэчжу сопротивлялся изо всех сил, но как бы он ни сопротивлялся, это было бесполезно.

Только когда он постепенно перестал сопротивляться, Цин Чэнь, наконец, поднял полотенце и позволил ему откашляться.

«Босс, я понял, что ошибался, – рыдал Лю Дэчжу, – я правда все понял».

Выражение лица Цин Чэня осталось неизменным.

Прежде чем Лю Дэчжу смог прийти в себя, Е Ван снова схватил его, и пытка водой продолжилась.

Цин Чэнь понемногу лил воду на полотенце, пока у Лю Дэчжу чуть не началось недержание мочи, и тогда наказание, наконец, прекратилось.

На этот раз Лю Дэчжу был напуган по-настоящему. Он кашлял долгое время, прежде чем сделал вдох, потом заплакал и сказал: «Босс, я действительно сожалел об этом, когда вернулся домой. Каждый раз, когда я думаю о тех двух героях из Куньлуня, я ненавижу себя за то, что подвел всех. Я правда знаю, что очень виноват!»

Цин Чэнь холодно посмотрел на него через кошачью маску. Это был первый раз, когда он пытал кого-то. Для нормального человека даже пытать другого будет своего рода мучением.

Но он учился, учился быть жестоким, учился быть настоящим зверем.

«Теперь мне нужно, чтобы ты сделал одну вещь, – сказал Цин Чэнь, – в тюрьме №18 есть несколько путешественников, и мне нужно, чтобы ты устроил шоу».

Лю Дэчжу робко сказал: «Босс, что мне нужно сделать?»

«Пусть поверят, что у тебя здесь действительно очень высокий статус», – ответил Цин Чэнь.

Лю Дэчжу жалобно сказал: «Босс, я не знаю, как себя вести».

Цин Чэнь немного подумал и сказал Линь Сяосяо: «Помоги мне достать ему миниатюрные наушники, я буду руководить его выступлением».

…

Обратный отсчет 157:00:00.

В 10 часов утра пятая часть тюремных камер тихо открылась.

Эти 600 с лишним заключенных были выбраны случайным образом, и следующая партия из более чем 600 случайных заключенных будет выпущена, чтобы поесть после того, как первые закончат трапезу и вернутся в свои камеры.

Это правило, недавно измененное Цин Чэнем.

Когда Линь Сяосяо спросил его, зачем он это сделал, Цин Чэнь ответил: «На этот раз учитель берет меня надолго, но мое происхождение, как человека из консорциума, слишком привлекает внимание. Если я исчезну, кто-нибудь обязательно заметит. Пусть заключенные едят партиями, тогда они не смогут узнать, кто исчез».

В данный момент.

Ли Шутон сидел за обеденным столом и молча просматривал партитуру классической музыки, в то время как Е Ван и Линь Сяосяо ели и болтали, обсуждая события снаружи. Говорят, что старый хрыч в семье Камиширо снова тайно продлил свою жизнь. Еще говорят, что у старика из семьи Ли нет намерения насильственно продлевать свою жизнь, но его время уходит...

За этим столом лишь только один человек казался не к месту: Лю Дэчжу.

Этот парень сидел напротив Ли Шутона, с любопытством оглядываясь по сторонам.

Хотя он и переместился в тюрьму №18, по правде говоря, он толком и рассмотреть ее не успел...

Заключенные, выстроившиеся в очередь за едой, были очень удивлены, увидев незнакомца напротив Ли Шутона.

В конце концов, не каждый может сидеть напротив Ли Шутона.

Заключенный с хорошей памятью вдруг что-то вспомнил и пробубнил себе под нос: «Мы же уже видели этого парня раньше. Это тот идиот, который когда-то сказал, что хотел получить задание от босса Ли, и сказал Линь Сяосяо, что он свой человек».

«Оказывается, он действительно свой…» – взволнованно сказал какой-то заключенный.

«Подождите, – откликнулся другой заключенный, – когда мы ели, мы еще гадали, кто на нас практикуется».

«Правильно, это, должно быть, Е Ван удерживал нас, и человек, которого обучал Е Ван, должно быть он!»

Лю Дэчжу озадаченно смотрел на людей, которые украдкой указывали на него, совершенно сбитый с толку тем, что происходит...

Он лишь смутно осознавал, что таинственный босс мог снова сделать его козлом отпущения.

Внезапно Ли Шутон посмотрел на него и сказал: «Еда тебе нравится?»

Лю Дэчжу был польщен: «Нравится».

Линь Сяосяо сказал: «Завтра я попрошу повара приготовить для тебя настоящее мясо. Можешь заказать, что захочешь».

Когда другие заключенные выстроились в очередь, три человека, которые раньше не обращали внимания на Лю Дэчжу, внезапно проявили энтузиазм, в то время как Цин Чэня нигде не было видно.

В следующий момент кто-то из заключенных взволнованно закричал: «Лю Дэчжу!»

Лю Дэчжу тупо повернул голову, как раз вовремя, чтобы увидеть Юй Цзюньи, старосту параллельного класса. Они вместе ездили на гору Лаоцзюнь!

Рядом с Юй Цзюньи шли еще четыре человека.

В одно мгновение Лю Дэчжу понял, что это те самые пять путешественников, о которых говорил таинственный босс, и его задача заставить их поверить в его статус во внутреннем мире!

«Э-э, ты тоже переместился? – невозмутимо сказал Лю Дэчжу, сменив позу. – Садись, поговорим».

Юй Цзюньи нерешительно посмотрел на Е Вана, Ли Шутона и Линь Сяосяо, сидящих рядом ним: «Можно мне присесть?»

В ухе Лю Дэчжу раздался голос, он на мгновение заколебался, а затем похлопал Линь Сяосяо по плечу: «Это… пересядь, освободи для них место».

Линь Сяосяо: «?..»

Он на мгновение оцепенел, от таких слов ему чуть плохо не стало.

Сидящий напротив него Е Ван, который раньше был спокоен и уравновешен, чуть не рассмеялся вслух.

Однако, прежде чем Е Ван успел рассмеяться, Лю Дэчжу внезапно сказал ему: «Это... ты тоже пересядь, спасибо».

Е Ван: «…»

В этот момент Лю Дэчжу чуть не плакал. Он все время намекал взглядом двум большим парням: это действительно инструкции из наушников...

К нему это не имеет никакого отношения.

Е Ван и Линь Сяосяо переглянулись. Они сильно подозревали, что Цин Чэнь воспользовался этой возможностью, чтобы намеренно их побесить.

Тем не менее, эти двое, наконец, медленно поднялись и пересели. Линь Сяосяо сказал с улыбкой на лице: «Болтайте, не торопитесь».

Ли Шутон встал и пошел в зону для чтения. Перед уходом он сказал Лю Дэчжу: «Эти люди – твои друзья, да? Значит, они свои люди. Тогда наверстайте упущенное».

Увидев это, Юй Цзюньи подумал про себя, что Лю Дэчжу на самом деле не хвастался!

Он взял на себя инициативу, чтобы сесть рядом с Лю Дэчжу, и сказал: «Брат Лю, я не ожидал, что то, что ты сказал раньше, было правдой».

«Ну», – скромно сказал Лю Дэчжу.

Путешественник средних лет сказал: «Тот, кто только что ушел, это Ли Шутон?»

Лю Дэчжу кивнул: «Мм, это он».

«Вау, это потрясающе, мы действительно встретили Ли Шутона!» – воскликнул кто-то.

С самого начала Лю Дэчжу выглядел непостижимым.

Однако в его сердце бушевала буря:

Насколько высок статус таинственного босса в кошачьей маске, что эти трое добровольно согласились участвовать в этом спектакле?

В какой-то степени он был шокирован даже больше, чем Юй Цзюньи и остальные!

Лю Дэчжу пришел в себя и объяснил Юй Цзюньи: «Тогда… после того, как ты вернешься, не распространяйся об этом специально, держись в тени. Но не волнуйся, пока я в этой тюрьме, никто не посмеет тебе ничего сделать».

Юй Цзюньи взволнованно сказал: «Тогда есть ли у меня возможность стать сверхчеловеком?»

Лю Дэчжу невозмутимо ответил: «Это не большая проблема».

(Перевод: Ориана)

Из-за того, что все ели партиями, завтрак закончился только к полудню.

В течение этого времени Лю Дэчжу довольно часто появлялся за обеденным столом, проявляя большой энтузиазм. Казалось он все больше и больше втягивался в эту игру.

Когда все заключенные вернулись в свои камеры, они почувствовали, что догадались об истинном положении вещей: в тюрьме был еще один большой человек, которого нельзя было провоцировать, и его статус, казалось, был выше, чем у Е Вана и Линь Сяосяо.

Некоторые заключенные из различных организаций уже начали думать, как передать эту новость.

Тюремная площадь постепенно погрузилась в тишину, Лю Дэчжу обернулся, чтобы посмотреть, и вдруг увидел Линь Сяосяо и Е Вана, бесстрастно смотрящих на него.

Бац!

Лю Дэчжу упал на колени и сказал: «Простите меня».

На этот раз Линь Сяосяо и Е Ван снова были ошарашены.

Линь Сяосяо взволнованно сказал тихим голосом: «А ты умеешь подстраиваться под ситуацию и вполне подходишь, чтобы быть представителем. Любой, у кого есть хоть немного твердости и немного решимости, не захотел бы быть чьей-то марионеткой».

Лю Дэчжу склонил голову и достал миниатюрные наушники. Он поспешно объяснил: «Все, что было только что, – это инструкции в наушниках. Не принимайте это близко к сердцу».

Во время разговора Цин Чэнь с кошачьей маской на лице вышел из тени: «Выступление немного нервное, но этого достаточно, чтобы разобраться с этими новенькими путешественниками. Возвращайся в изолятор, в дальнейшем тебе еще больше придется играть. И запомни мои слова, жадность может свести в могилу».

«Я понял», – Лю Дэчжу раболепно кивнул головой.

После того, как Лю Дэчжу ушел, Ли Шутон вернулся из зоны для чтения с улыбкой на лице: «Если бы я пришел позже, то не смог бы сдержать смех. Это довольно интересно. Может в этом и заключается удовольствие прятаться за кулисами».

Цин Чэнь снял маску и посмотрел на Ли Шутона: «Учитель, последнее дело сделано».

Ли Шутон улыбнулся: «Нет, еще кое-чего не хватает».

После этих слов к Цин Чэню подошли два механических тюремных охранника и сказали: «Заключенный 010101, к вам посетитель».

Цин Чэнь в изумлении обернулся, он не ожидал, что после того, как в прошлый раз проигнорировал Камиширо Соранэ, она так скоро придет снова.

Ли Шутон, стоявший сбоку, сказал: «Иди, мы уйдем на несколько дней. Если позже она снова придет, я попрошу тюремных охранников напрямую отказать ей в посещении. Я не знаю, когда ты снова ее увидишь».

В комнате для посещений сидела Камиширо Соранэ, одетая в серую плиссированную юбку длиной чуть выше колена, а поскольку погода становилась все холоднее, она также надела леггинсы.

На ногах у нее была пара маленьких черных кожаных туфелек.

Этот наряд больше подходил для девушки 19 лет.

На два года старше Цин Чэня, но далеко еще не зрелая, она была полна дыхания юности.

Увидев, как Цин Чэнь входит в комнату в сопровождении механических тюремных охранников, она поспешно открыла два термостатных контейнера, стоящих перед ней.

Один контейнер с аккуратно приготовленными сушами, а в другом был ростбиф с рисом.

Когда Цин Чэнь сел напротив нее, Камиширо Соранэ улыбнулась и сказала: «Почему я не видела тебя в прошлый раз?»

Цин Чэнь тихо ответил: «Я не знаю, что произошло в тюрьме, но внезапно всех заключенных заперли в своих камерах. Прости».

Камиширо Соранэ только улыбнулась и махнула рукой: «Ну что ты извиняешься, это не твоя вина. Ешь быстрее! Все суши я сама сделала!»

«Почему ты принесла два контейнера с едой? – удивился Цин Чэнь. – Это не слишком много?»

«Потому что в прошлый раз я видела, что ты съел все дочиста, мне показалось, ты не наелся, – с улыбкой сказала Камиширо Соранэ, – не смущайся, для меня это своего рода подтверждение того, что ты можешь все съесть!»

«Хм», – Цин Чэнь больше ничего не сказал, просто склонил голову и начал есть.

Сидящая напротив Камиширо Соранэ подперла подбородок, посмотрела на Цин Чэня и, склонив голову набок, прошептала: «彼は私にどんな印象を持っているかわからないが、食事の様子はとても上品ですね。»

(Интересно, что он думает обо мне. Он выглядит очень утонченным, когда ест.)

На этот раз Цин Чэнь притворился, что вообще не слышал, и даже не удосужился переспросить.

Она никогда не устает играть в эту маленькую игру.

Он подумал, если бы она узнала, что он тоже путешественник и переводит каждое ее слово, какое выражение лица у нее было бы...

На самом деле, спокойно наблюдать, как другие притворяются, тоже имеет свои последствия. Например, после того, как он спас Нань Гэнчэня, этот парень не осмелился сказать ему ни слова, когда благополучно вернулся в Лочэн.

Может быть, это и есть легендарная социальная смерть.

В это время Камиширо Соранэ сказала: «Вчера я посетила некоторых старших семьи Цин, но, похоже, ты им не нравишься. Есть тетя по имени Цин Юнь, которая говорила о тебе плохие вещи! Она также сказала, что надеется, что семья Камиширо изменит брачный контракт, но я отказалась!»

Цин Чэнь поднял голову и взглянул на Камиширо Соранэ: «Почему ты мне это говоришь?»

«Потому что я думаю, что ты лучше их, – улыбнувшись, сказала Камиширо Соранэ, – если кто-то еще скажет о тебе что-то плохое, я запомню это и скажу тебе!»

Цин Чэнь задумался. Он, очевидно, открыто был маргинальной фигурой, почему семья заостряет на нем внимание? Потому что он занял место Теневого кандидата из третьей ветви?

Есть такая вероятность.

Но он чувствовал, что есть более глубокая причина, возможно, это как-то связано с тем, что вся информация о его существовании была стерта.

Цин Чэнь посмотрел на Камиширо Соранэ и серьезно сказал: «Спасибо. Тебе нужно, чтобы я что-нибудь сделал?»

«Нет, – поспешно отмахнулась Камиширо Соранэ, – когда тебя выпустят из тюрьмы после выполнения задания, ты сможешь угостить меня ужином, но, возможно, к тому времени я уже вернусь в семью Камиширо, тогда ты приезжай ко мне в гости».

До исполнения брачного контракта еще 3 года, и на это время Камиширо Соранэ вернется жить на север.

Время посещения закончилось.

Когда девушка уходила, она обернулась и с улыбкой сказала ему: «慶塵君、私は家族に帰って、本当に後でまたあなたに会うことができることを望んでいます。»

(Цин Чэнь-кун, я собираюсь вернуться к своей семье. Очень надеюсь, что мы сможем снова встретиться в будущем.)

Цин Чэнь заметил, что когда девушка улыбалась, на ее правой щеке появлялась маленькая ямочка, свежая, как лилия.

…

Обратный отсчет 144:00:00.

Полночь в тюрьме №18.

«Как твои ноги?» – спросил Ли Шутон.

Цин Чэнь ответил: «Хотя лекарство, которым намазал меня мама Е, сначала было болезненным, выздоровление идет очень быстро. Рана, которая могла затянуться за неделю, сегодня уже почти зажила, но все еще немного болит».

«Ты можешь идти?» – спросил Ли Шутон.

В обычной ситуации, Цин Чэню надо бы восстановиться еще несколько дней, поскольку раны на его плече и ногах еще не зажили.

Но Ли Шутона, похоже, это не заботило, он только спросил, может ли он идти.

Цин Чэнь улыбнулся: «Да».

Ли Шутон кивнул: «Тогда пошли».

С этими словами он вошел в столовую.

Е Ван подошел к двери холодильной камеры и толкнул тяжелые стальные двери.

Холодный воздух облаком ударил в лицо, затем опустился к ногам и медленно растекся.

Затем Е Ван подошел к ледяному резервуару и одним ударом разбил слой льда толщиной более метра, обнажив стальную пластину под ним.

Он протянул руку и поднял огромную, тяжелую стальную пластину, под которой появились ступеньки, ведущие вниз.

«Это проход, ведущий за пределы тюрьмы, – сказал Е Ван, глядя на Цин Чэня. – Мало кто знает о его существовании, и это первый раз, когда кто-то выходит отсюда. Ни один консорциум не знает о существовании этого пути, никто не будет следить».

Сказав это, Е Ван достал из угла огромный походный рюкзак и надел его на спину Цин Чэню: «Здесь то, что вам с боссом понадобится».

Походный рюкзак был почти в рост человека, неизвестно, сколько вещей в него набито.

Цин Чэнь вдруг понял, что это путешествие будет долгим, дольше, чем он ожидал.

Может быть, когда он вернется, все снова будет по-другому.

Цин Чэнь посмотрел на Ли Шутона: «Учитель, у вас нет рюкзака?»

Ли Шутон первым спустился по глубоким ступеням: «Если есть ученик, учителю незачем носить с собой рюкзак. Все мои вещи в твоем рюкзаке».

Цин Чэнь сзади спросил: «Учитель, куда мы идем?»

Из темноты донесся голос: «В место, которое стало запретным».

(Перевод: Ориана)

Город 18 расположен недалеко от города 10.

Номера двух этих городов идут не по порядку, хотя географически они находятся всего в 200 с лишним километрах друг от друга, только потому, что эти города получили номера не в порядке важности, а в порядке возникновения.

Если Федерацию сравнить с кругом, то агломерат, образованный городами 18 и 10, будет подобен центру этого круга.

Цин Чэнь однажды попросил у Ли Шутона карту Федерации. Можно сказать, что карты внешнего и внутреннего мира похожи, за исключением прибрежных районов.

Если эти два мира действительно параллельны, тогда земная кора внутреннего мира должна была подвергнуться сильным движениям, прежде чем стать тем, чем она является сегодня.

Город 18 соответствует Лочэну, а город 10 соответствует Чжэнчэну. Независимо от того, находятся ли они во внутреннем мире или во внешнем, они всегда были на Центральных равнинах.

Не имея стратегической важности как прибрежного порта, город 7, соответствующий Хайчэну, далеко не такой процветающий, как Хайчэн во внешнем мире.

В Федерации самые процветающие города – города 18 и 10.

Город 18 – экономический центр Федерации, а город 10 – ее политический центр.

Один на западе, другой на востоке, они известны как звезды-близнецы Федерации.

Соединяющий их отрезок как будто напрямую разделяет Федерацию на север и юг.

Обратный отсчет 96:00:00.

Еще одна полночь.

Более чем в 100 километрах к югу от города 18 более десятка человек собрались вокруг костра, чтобы согреться. В мерцающем свете костра разговаривали и смеялись восемь мужчин и четыре женщины.

Над костром, перекрещиваясь, установлены ветки, а на ветках висит железный котелок, внутри которого булькает густой бульон с лапшой.

Кто-то вынул ломоть бекона, отрезал несколько кусочков ножом и бросил в котелок.

Это небольшой временный лагерь.

На открытой площадке рядом с лагерем стоят девять темно-зеленых брезентовых палаток.

Ночью очень ветрено, и два ветхих пикапа стояли так, чтобы защитить этот небольшой временный лагерь от жестокого холодного ветра.

Похоже, в кузове пикапа был какой-то груз, накрытый брезентом, но нельзя было разглядеть, что внутри.

Вокруг костра были разложены камни, защищающие его от ветра, но несмотря на это, оранжево-красное пламя колыхалось из стороны в сторону.

«То, что наниматель хочет поймать на этот раз, не так-то просто найти. Мы бродим по окрестностям уже целый месяц, но так ни одного и не видели, – сказал пожилой мужчина у костра. – А может подойдем к краю «того места» и попытаем удачи? Внутрь заходить необязательно, а с краю не так опасно. Я уже бывал там несколько лет назад».

Старика зовут Цинь Чэн, и он лидер этой команды.

(п.п. – ГГ зовут Цин Чэнь, а это Цинь Чэн, не перепутайте)))

Люди у костра здесь связаны кровными узами.

На них была военная полевая форма, и они не знали, где ее обновить. У некоторых были заплатки на локтях, коленях, штанинах и задницах, не у всех даже одежда была по размеру.

«Пап, цена, предложенная покупателем, стоит такого риска?» – спросил молодой человек.

«Вы же знаете, нам предложили цену в 200 000 юаней, – старик Цинь Чэн сворачивал табачные листья ладонью своей несколько потертой механической руки, нанопокрытие на пальцах сползало кусочек за кусочком, – с этими деньгами я могу сменить тебе и Сяои механические конечности на более совершенные, по крайней мере, которые будут достаточно долго держать заряд».

«Пап, в этом нет крайней необходимости, мы не должны жертвовать из-за этого своей жизнью», – сказал молодой человек.

«Хм, – старик вытащил из костра полусгоревшую палку, поднес ее ко рту и закурил сигарету, – нам еще обещали генный препарат и коробку антибиотиков BVC. Ваш брат почти взрослый, в нашей семье должен быть кто-то, кто не так зависит от механических конечностей, я хочу достать ему генную инъекцию, это редкая возможность».

Как только голос стих, молодой человек с изумлением посмотрел на своего младшего брата рядом с ним, открыл рот и ничего не сказал.

Женщина средних лет рядом с Цинь Чэном сказала: «Сяотун, не думай, что твой отец несправедлив. Тогда он хотел достать для тебя одну, но его обманули».

Молодой человек по имени Цинь Тун немного подумал и сказал: «Мам, не заморачивайся, я не это имел в виду. У меня механические конечности, а у моего брата их нет, дать ему генную инъекцию – это нормально. К тому же, с генной инъекцией ему будет проще найти жену».

Генные препараты имеют последствия, но для таких бедных семей, как их, поддержка семьи является самым важным делом, и последствия больше не рассматриваются.

Во время разговора из леса за пределами лагеря внезапно донесся звук хрустнувшей сухой ветки.

Старик Цинь Чэн резко перевернулся в кучу опавших листьев, в одно мгновение он быстро переместился, выхватил пистолет и направил на источник звука.

Довольно энергичные действия, совсем не похоже на пожилого человека.

Остальные тоже быстро ушли от костра, каждый искал дерево, за которым можно спрятаться.

«Здравствуйте, мы не хотели оскорбить вас», – донесся голос из-за пределов лагеря.

В темноте ночи из леса медленно вышли два человека. Оба были одеты в черные куртки. Один был среднего возраста, а другой – молодой человек. Последний нес на спине большой походный рюкзак.

Молния на одежде у обоих была полностью застегнута, а поднятые воротники закрывали большую часть щек.

Мужчина в куртке поднял руки и сказал с улыбкой: «Проходя мимо, мы увидели, что у вас здесь есть две машины, защищающие от ветра, поэтому хотели воспользоваться этим местом».

Говоря это, мужчина взглянул на молодого человека рядом с ним.

Молодой человек достал из кармана пачку сигарет и бросил ее рядом с костром: «Не имеет значения, если вы не согласитесь, сигареты останутся у вас, а мы уйдем».

Однако лежащий на земле старик Цинь Чэн на мгновение заколебался, затем медленно встал, направив пистолет на двух человек перед ним: «Из какого города?»

«Ну, из города 10», – улыбнулся мужчина средних лет.

«Куда направляетесь?» – насторожился старик.

«Пока не знаем, просто вышли погулять», – продолжал отвечать мужчина средних лет.

Старик указал на открытое пространство более чем в 20 метрах от него: «Можете расположиться там, но к нам не приближайтесь. Если хотите занять место, пачки сигарет не достаточно. У вас есть лекарства?»

«Да», – ответил молодой человек в куртке и бросил рядом с костром маленькую белую бутылочку, как будто она была приготовлена давным-давно.

Это твердая валюта в дикой местности.

Бросив ее, эти двое вышли на свободное место неподалеку от них.

С другой стороны костра девушка посмотрела на молодого человека в куртке и прошептала Цинь Туну рядом с ней: «Брат, этот юноша очень красивый».

Цинь Тун взглянул на спину молодого человека: «Куртка закрывает большую часть его лица, так почему ты решила, что он красивый?»

Девушка сказала: «У некоторых людей не обязательно видеть все лицо целиком, чтобы понять, что они хороши собой».

«Не думай слишком много, – Цинь Тун подбросил в костер пару поленьев, – ты видела их одежду? За эти две куртки можно заменить обе мои механические конечности. Такого рода людей называют путешествующими в дикой местности, а нас – выживающими в дикой местности. Мы с ними из двух разных миров».

Девушка надула губы: «Я еще ничего не говорила».

«Я беспокоюсь, что тебя соблазнит такой богатый парень, – серьезно сказал молодой человек, – среди богачей, живущих в верхних трех районах, нет порядочных людей».

«Ладно, ладно, поняла», – нетерпеливо сказала девушка.

Говоря это, она все еще издалека смотрела на молодого человека.

(Перевод: Ориана)

Ночь в дикой местности.

Почти все сидящие вокруг костра издалека неопределенно смотрели на мужчину средних лет и молодого человека.

Они видели, как юноша с грохотом тяжело бросил походный рюкзак на землю. Все могли на слух определить вес рюкзака.

Мужчина средних лет вообще не собирался помогать, он просто нашел камень и сел, ожидая, пока молодой человек разожжет огонь и приготовит еду.

Девушке показалось, что этот парень вовсе не был ребенком из богатой семьи, как говорил ее брат, а скорее был слугой мужчины средних лет.

Увидев эту сцену, старик Цинь Чэн сказал: «Этот молодой человек не должен быть сыном богатых родителей. Я могу только по звуку сказать, что этот рюкзак весит по меньшей мере килограммов 25. Ближайший город находится более чем в 100 километров от нас, а ближайшая федеральная передовая база более чем в 40 километрах. Какой богатый парень из верхних трех районов будет так мучиться, чтобы тащить на спине 25 килограммов на расстояние более 40 километров?»

В это время молодой человек уже умело вытащил из рюкзака складной табурет.

Мужчина средних лет спокойно уселся на табурет, а молодой человек достал из рюкзака ридер и протянул ему.

У костра молодой человек по имени Цинь Тун вдруг нерешительно сказал: «Это действительно не похоже на ребенка из богатой семьи».

В это время юноша достал из своего рюкзака серебристый термос, потом ловко заварил чай в крышке термоса и протянул ее мужчине.

Мужчина удовлетворенно кивнул и продолжил смотреть на ридер, который держал в руке, как будто ничего вокруг его не волновало, и он только хотел прочитать новости.

Только в этот момент молодой человек перевел дух…

Он сел на большой камень, отдышался несколько секунд, потом достал из рюкзака топор, выбрал самое тонкое деревце неподалеку и срубил его, а затем подобрал несколько сухих веток и сложил их в кучу.

Он даже аккуратно поставил ветки, соорудив треногу над костром, и подвесил небольшой котелок, чтобы приготовить еду.

«Похоже, он часто этим занимался, – сказал Цинь Тун, сидя у костра, – но что странно, кожа этого парня очень светлая, он похож на человека, который редко бывает в пустоши».

По сравнению с белой кожей мужчины среднего возраста и молодого человека, Цинь Тун, Цинь Чэн и остальные были довольно смуглые, с первого взгляда видно, что они круглый год живут на природе, на палящем солнце и пронзающем ветру.

Интенсивные ультрафиолетовые лучи высушивали их кожу слой за слоем, оставляя в конце концов прочную, но грубую кожу.

Именно по этой причине, только что появившийся молодой человек очень выделялся на их фоне.

Он обладал белой кожей и очарованием, которые редко можно увидеть в пустоши.

Девушка сидела у костра и молча наблюдала, неизвестно, о чем она думала.

Она увидела, как молодой человек достал из рюкзака маленькую черную коробочку, а потом вынул из нее 6 черных игл.

Пока они разговаривали, юноша поставил полено вертикально и тыльной стороной топора вбивал шесть черных игл в верхушку полена, пока все черные иглы не вошли в него целиком.

Вскоре черные иглы начали нагреваться, и от дров повалил тонкий белый дымок.

Цинь Тун посмотрел на старика: «Пап, это нанотехнология Цин».

Цинь Чэн кивнул: «Я уже такое видел».

Любой, кто хоть раз выживал в дикой природе, знает, что дрова трудно разжечь.

Иногда требовалось больше часа, чтобы дрова разгорелись. После того, как вылетят искры, все равно придется продолжать дуть на них, и в конце концов дым будет слепить глаза, а лицо почернеет.

А эти 6 черных игл поглощали силу удара, когда молодой человек забивал их в полено, и продолжали нагреваться прямо в сердцевине дерева, воспламеняя дрова всего за одну минуту.

Цинь Тун сказал: «В последний раз, когда я ходил посмотреть товары для активного отдыха в городе 18, я видел этот нанопродукт Цин, который, кажется, назывался «Гром». Я тогда поинтересовался, цена была очень высокой, 6 невзрачных игл стоили, как обе мои механические конечности».

Но в этот момент Цинь Тун понял, что то, что он считал очень дорогим, на самом деле было ничем в глазах других.

Старик Цинь Чэн открыл упаковку сигарет, которую только что дал ему молодой человек, вынул одну, поднес ее к носу и понюхал, а затем снова засунул сигарету обратно.

Эту пачку сигарет в пустоши иногда можно обменять на множество хороших вещей, таких как грубо нарисованные карты, меха диких зверей и спасительные лекарственные травы.

Можно даже найти кого-то, кто обменяет какое-нибудь странное животное из запретного места.

Пустошь не похожа на город, здесь много неизвестных опасностей.

Здесь трудно тратить деньги, приходится использовать твердую валюту.

Девушка у костра молча наблюдала, как юноша усердно трудится. Мужчина средних лет не проявлял никакого желания помогать, как избалованная важная шишка.

Молодой человек налил воду, насыпал рис в котелок и сварил рисовую кашу.

Кроме того, он еще добавил в кашу изюм и красные финики, и все сделал очень аккуратно.

Но сам он кашу не ел, а молча сидел в сторонке и жевал безвкусный синтетический протеиновый батончик.

Такие протеиновые батончики обычно едят те, кто зарабатывает на жизнь в дикой местности. Одного батончика может хватить, чтобы наестся на весь день, но парень съел четыре штуки подряд.

После того, как каша была сварена, молодой человек осторожно поднес ее к мужчине средних лет...

Девушка была немного возмущена: «У этого мужчины разве нет ни рук, ни ног? Почему он приказывает другим обслуживать его?»

В это время девушка у костра вдруг заметила, что молодой человек сел на землю и снял походные ботинки, белые носки внутри были в красных пятнах крови.

Он не спеша снял носки, его ноги были покрыты ранами и волдырями, кровь в ранах уже свернулась.

Он аккуратно обработал раны йодом с помощью ватного тампона и стал смазывать ноги каким-то лекарством.

Во время этого процесса он явно испытывал боль, но не проронил ни слова, только сильно морщился.

Более того, его лицо только что выглядело нормальным, и ходил он так, словно ран на его ногах не существовало.

Девушка вдруг сказала: «Почему бы мне не помочь ему, пап? Ты видишь, что у него ноги ранены, и ему приходится выполнять тяжелую работу».

Цинь Чэн нахмурился и сказал серьезным тоном: «Он слуга, и это то, что он должен делать. Просто оставайся здесь. В пустоши не следует совать свой нос в чужие дела».

Девушка немного обиделась, но больше ничего не сказала.

Просто наблюдала издалека.

В это время молодой человек сидел на земле, продолжая обрабатывать раны на ногах.

«Пап, ты говоришь, что он слуга?» – спросила девушка.

«Угу, – кивнул старик Цинь Чэн, – ты встречала таких людей в городе. Они продают свою жизнь большому человеку и не могут избежать участи быть связанным на всю оставшуюся жизнь».

Термин «слуга» не является неизвестным во внутреннем мире и является почти равнозначным слову «раб».

(Перевод: Ориана)

Слуги не рабы, они порождение эксплуатации капиталом.

Некоторые семьи слишком бедны, и когда им не на что жить дальше, такая семья может «продать» своего ребенка старше 14 лет компании.

Компания выдаст им определенную денежную сумму, а затем подпишет с эти ребенком трудовой договор сроком на 80 лет. В договоре предусмотрено, что компания, как Сторона А, обеспечит ребенку такие блага, как заработную плату, питание и жилье, соответствующее обучение.

Затем в течение этих 80 лет ребенок, как Сторона Б, обязан работать на компанию.

В течение срока действия договора, если Сторона Б хочет расторгнуть договор, она должна выплатить компании неустойку, которую никто не может позволить себе выплатить.

80 лет – это верхний предел контракта, предусмотренный трудовым законодательством во внутреннем мире, а 14 лет – нижний предел для заключения трудового договора.

Если слуга начинает работать в возрасте 14 лет и остается жив в возрасте 94 лет, тогда он свободен.

Но на самом деле слуги редко доживают до 94 лет.

Вследствие этого со временем появилось слово «слуга».

Не то чтобы человечество внутреннего мира вернулось в эпоху рабства, но когда закон перестает защищать слабых, понимаешь, насколько велика власть капитала.

Поэтому, когда старик Цинь Чэн увидел поведение юноши, он подумал о нем как о слуге.

В это время молодой человек подождал, пока мужчина средних лет доест кашу, затем собрал всю посуду и поставил палатку для мужчины.

Мужчина беззаботно забрался в палатку и лег спать, а молодой человек просто нашел камень, сел с подветренной стороны, оперся на него и закрыл глаза, чтобы отдохнуть.

В огромном походном рюкзаке, казалось, были только самые разные вещи, необходимые этому мужчине, а для молодого человека не было ничего, даже палатка была одна…

Время от времени молодой человек открывал глаза и подкидывал дров в костер, чтобы свет костра всегда освещал место, где стояла палатка.

Честно говоря, даже охотники у костра почувствовали, что парень немного жалкий.

Мужчина средних лет, казалось, вообще не считал его за человека.

В полночь поднялся ветер. Стало прохладно, как будто все тепло костра унесло ветром.

Старик Цинь Чэн взглянул на своего старшего сына Цинь Туна: «Не провоцируй этих двоих. Любой, кто осмелится прийти в пустошь, не дурак. Сразу видно, что этот мужчина богатый и важный. Возможно, он уже завершил последовательность генных инъекций и достиг уровня В».

Цинь Тун кивнул: «Папа, не волнуйся, я не дурак».

В это время женщина средних лет рядом со стариком Цинь Чэном сказала: «Молодой человек не выглядит так, будто ему ввели генную инъекцию, и у него нет механических конечностей. Обычно слуги больших людей тоже не такие уж и слабые. Может быть этот мужчина только на уровне С».

Цинь Чэн покачал головой: «Не стоит его недооценивать, даже если он только уровня C, он птица не нашего полета».

Старик снова скрутил сигарету и, немного подумав, сказал Цинь Туну: «Сходи к машине и принеси одеяло для этого паренька. Мы не можем добиться расположения большого человека, но мы можем поладить с его слугой. После того, как некоторые слуги становятся доверенными лицами босса, того, что пройдет сквозь их пальцы, нам хватит на два-три года. К тому же он может соприкоснуться с большими людьми. Сам наш бизнес заключается в том, чтобы отлавливать домашних животных для таких больших людей».

«Ага», – кивнул Цинь Тун и стал подниматься.

Но прежде чем он успел полностью встать на ноги, девушка рядом с ним потянула его и сказала: «Брат, я принесу».

Сказав это, девушка подбежала к пикапу, Цинь Тун вздохнул позади нее.

Девушки, круглый год живущие в дикой местности, имеют совершенно дикий характер, ни родители, ни старшие братья не могли их контролировать.

С одеялом в руках она медленно с некоторой осторожностью и долей любопытства подошла к молодому человеку.

Но едва она приблизилась к нему на два метра, как увидела, что он вдруг резко вскочил, взметнув кучу опавших листьев.

В руке молодого человека из ниоткуда появился кинжал, и он не останавливался до того момента, пока не был близок к тому, чтобы перерезать девушке шею.

Движения четкие и аккуратные, уже не такие безобидные, как раньше.

С громким криком одиннадцать человек в соседнем лагере вскочили, будто собираясь броситься ей на помощь.

Девушка посмотрела на него вблизи без малейшей тени страха: «Я пришла принести тебе одеяло, я боюсь, что ты простудишься».

Молодой человек спокойно посмотрел на нее и ответил: «Спасибо, не надо».

За все это время девушка не показала никакого намерения сопротивляться, а просто непонимающе смотрела на него.

«Погода сейчас очень холодная, ты заболеешь, если будешь сидеть на улице всю ночь», – настаивала девушка.

«Хм, спасибо тебе за твою доброту, но в этом нет необходимости», – молодой человек снова сел, прислонившись к камню.

«Ну, запомни, меня зовут Цинь Ии», – девушка вернулась в свой лагерь с одеялом в руках.

Цинь Тун нахмурился и сказал: «Ты знаешь, что только что это было опасно?»

«Нет, – девушка повернулась и посмотрела на своего брата. – У него не было намерения убивать».

Более того, когда он садился, она как следует рассмотрела очертания его лица.

Он действительно очень красив.

«Да что ты, девчонка, понимаешь в намерении убивать, – сказал старик Цинь Чэн, потом подумал и сказал, – он, похоже, не имеет никакого желания иметь с нами дело, так что не старайтесь. Я решил, завтра мы отправимся в «то место», остановимся там и будем выискивать следы добычи по краю».

С этими словами он вытащил черный ящик, стоящий рядом с ним, и открыл его. Четыре беспилотника, спокойно лежащих внутри, медленно поднялись в воздух и облетели лагерь.

После того, как они остановились в назначенном месте, под каждым дроном спроецировался мягкий белый свет, немного освещающий окрестности.

Между четырьмя дронами натянулся луч красного света. Как только неизвестное существо войдет в эту область, дрон автоматически поднимет тревогу.

Охотники зарабатывают на жизнь в дикой местности, и им всегда нужны какие-то средства самозащиты.

…

Ранним утром следующего дня Ли Шутон вышел из палатки отдохнувшим. Он посмотрел на Цин Чэня, который спал на камне, улыбнулся и сказал: «Раны на ногах лучше?»

«Гораздо лучше, – кивнул Цин Чэнь, – хотя из-за долгого путешествия раны все время открываются, но мазь просто удивительная, раны затягиваются все лучше и лучше. Я предполагаю, что… они заживут в течение пары дней».

«Раз уж твои раны идут на поправку, тогда начинай готовить завтрак!» – посмеиваясь, сказал Ли Шутон.

Цин Чэнь посмотрел на Ли Шутона и сказал: «Хотя учитель намеревается тренировать меня, это не перебор, положить в рюкзак только вещи учителя? Да еще зачем брать с собой такие вещи, как складной табурет? Разве нельзя найти камень, чтобы посидеть?»

«О, сидеть на камне будет очень холодно, – объяснил Ли Шутон. – Более того, именно Е Ван прикинул вес рюкзака и сказал, что он меньше 30 кг, поэтому я попросил его положить туда табурет. Совершенствующийся должен выглядеть как совершенствующийся. Когда ты последовал за мной, у тебя было мало времени на тренировки. Тренировки нельзя отложить в дороге. С помощью дыхательной техники тяжелый груз на спине во время длительного перехода позволит тебе расти с пугающей быстротой. По моим расчетам, когда мы прибудем в запретное место №002, твоя физическая подготовка будет почти достаточной».

«Но, очевидно, можно было выбросить такие вещи, как изюм, красные финики и ягоды годжи, и подготовить что-то для меня», – не сдавался Цин Чэнь.

«Я уже не молод, – серьезно сказал Ли Шутон, – учителю нужно следить за своим здоровьем».

Цин Чэнь достал из рюкзака толстую бумажную книгу и горько сказал: «Поэтому, учитель, вы попросили Е Вана засунуть в него руководство по поддержанию здоровья? Должно быть непросто было найти бумажную книгу в наши дни!»

(Перевод: Ориана)

Выйдя из тюрьмы №18, Цин Чэнь последовал за Ли Шутоном через длинный туннель, минуя зону наблюдения, за пределы тюрьмы прямо в горы.

Цин Чэнь как-то спросил: почему в тюрьме есть потайной ход?

Ли Шутон объяснил Цин Чэню: тюрьма №18 была построена консорциумом Ли.

В прошлом, когда Ли строили эту тюрьму, они оставили себе путь для побега, на случай, если сами станут заключенными, чтобы не умереть там от старости.

В то время влияние консорциума на Федерацию было не столь велико, и кто знает, в какой момент они могли пасть жертвой борьбы.

Впоследствии все рабочие, ответственные за строительство туннеля, погибли под обвалом по пути в город 10 для выполнения очередной инженерной задачи.

Секрет туннеля известен лишь нескольким членам семьи Ли.

После того, как Ли Шутон вышел с Цин Чэнем, Цин Чэнь нес тяжелый походный рюкзак. Несмотря на то, что его ноги были травмированы, они вдвоем шли вперед с большой скоростью.

«Тот треск в костях снова появлялся?» – спросил Ли Шутон.

«Нет, – покачал головой Цин Чэнь, – больше ни разу».

Как и у всех предшественников Рыцарей, после горы Лаоцзюнь, его генный замок также молчал.

Ли Шутон улыбнулся: «Это не имеет значения, ты все равно кое-что получишь после этой прогулки».

«Кстати, учитель, – спросил Цин Чэнь, – еда, которую мы взяли, закончится через 2 дня. Что мы будем есть дальше?»

Ли Шутон посмотрел на него: «Откуда я знаю? Ты ученик, ты и должен об этом думать!»

Цин Чэнь: «…»

…

Девушка по имени Цинь Ии встала рано утром, сложила палатку и бросила ее обратно в машину.

Она спокойно посмотрела на молодого человека примерно в десяти метрах от нее и вдруг обнаружила, что тот уже готовит завтрак для мужчины средних лет.

«Брат, неужели у слуг действительно нет шансов вернуть себе свободу?» – спросила Цинь Ии у Цинь Туна.

«В принципе, нет слуг, которые могли бы вернуть себе свободу, – сказал Цинь Тун. – Слуги – самые близкие люди к этим большим шишкам, поэтому они знают много секретов, так что, даже если они станут инвалидами, компания не позволит им уйти, скорее всего, их просто убьют».

Цинь Ии вздохнула, такой хороший мальчик, и оказался слугой.

Что это за семья такая, которая могла продать своего ребенка компании?

Хотя у их семьи Цинь была тяжелая жизнь и было много детей, они никогда не видели, чтобы Цинь Чэн собирался продать своего ребенка.

Вспоминая прошлую ночь, как молодой человек намазывал лекарством свои ноги, не меняясь в лице, Цинь Ии подумала, что он, должно быть, много страдал, поэтому он мог быть таким спокойным перед лицом боли.

В этот момент с северной стороны леса внезапно донесся звук двигателей и оглушительная музыка.

Ритм музыки был настолько зажигательным, что, кажется, был способен заставить сердца людей биться чаще даже на расстоянии.

Прежде чем с севера подъехала колонна машин, Цинь Чэн увидел более десятка беспилотников, пролетевших в небе над их головами.

«Это беспилотники «Рубеж-011» семьи Чэнь, оснащенные оружием! Быстро уберите наши дроны!» – громко крикнул Цинь Чэн.

Однако сказал он это поздновато.

Внезапный рой дронов уже окружил лагерь, и больше десятка беспилотников с оружием сбили старенькие дроны Цинь Чэна.

У Цинь Ии сжалось сердце. Они с большим трудом обменяли на них свою добычу. С такими дронами каждый из них мог хорошо выспаться ночью, когда они выезжали на охоту.

Цинь Чэн глубоко вздохнул и сказал: «Поднимите руки, не пытайтесь сопротивляться. Это команда осенней охоты семей Ли и Чэнь, мы не сможем сбежать».

Никто в лагере не смел пошевелиться, когда беспилотники «Рубеж-011» летали вокруг них, словно аванпост автоколонны.

А Цинь Чэн и остальные, будто ягнята, ожидающие заклания, подняли руки и ждали, когда их начнут резать.

Не успели они и глазом моргнуть, как с севера вихрем примчалась автоколонна, огромные шины машин подняли в воздух пыль и песок.

Цин Чэнь и Ли Шутон подняли воротники своих курток и молча наблюдали.

Ли Шутон тихо сказал: «Пока не нужно раскрывать свою личность, я не хочу никого убивать».

Цин Чэнь тупо уставился на своего учителя: «...»

В автоколонне было больше 30 машин: 29 внедорожников с огромными колесами и 7 пикапов в качестве машин снабжения. Это очень много.

Выхлопные трубы внедорожников находились не в задней части машины, а по обеим сторонам кузова.

Под оглушающие звуки музыки кто-то нажал на педаль газа, раздались громкие аплодисменты, а из выхлопных труб с обеих сторон вдруг вырвалось пламя.

В передней машине рядом с водителем сидел человек в механической маске на глазах и управлял всеми этими беспилотниками с помощью нейронного соединения.

В обычной ситуации такого человека называют «первым помощником» в автоколонне, он отвечает за всю работу по расследованию и оповещению, охрану лагеря и вообще обеспечение безопасности, и может считаться заместителем начальника автоколонны.

Из машины сзади на землю спрыгнул молодой человек и не спеша направился к лагерю, но, увидев два пикапа Цинь Чэна, он громко выругался.

Кто-то в машине спросил: «В чем дело?»

Молодой человек громко ответил: «Это лицензированные охотники из города 18. Легальные граждане, их нельзя убивать».

На пикап аэрозольной краской была нанесена отметина в виде волчьей головы и ряд серийных номеров, которые были идентификационными серийными номерами семьи Цинь Чэна, чтобы покинуть город на законных основаниях.

Кто-то из машины вдруг сказал: «Да ничего страшного. Я не думаю, что у них включен охотничий регистратор, центр записи данных не узнает. Давайте убьем их. Это будет считаться первым жертвоприношением на осенней охоте».

В этот момент в машине раздался женский голос: «Вы сказали, что вышли на охоту и вот так издеваетесь над простыми людьми, какие же вы никчемные».

С этими словами, окно машины опустилось, и стало видно высокую мускулистую женщину за рулем одного внедорожника.

Молодой человек рядом с машиной присвистнул и громко расхохотался: «Ино права, поехали!»

«Подождите минутку, – сказала мускулистая Ли Ино, — возместите убытки за уничтожение чужих беспилотников».

«Ладно!»

Молодой человек достал из кармана два золотых слитка и бросил их на землю. Все развернулись и сели в машины.

Огромная колонна снова двинулась в путь, оставив после себя только полуразрушенный лагерь, и все стоявшие в нем выглядели несколько униженными.

В лагере все вздохнули с облегчением. Цинь Тун обессиленно опустился на землю, а молодая женщина рядом с ним, которую он обнял, тихо всхлипывала.

Простые люди так бессильны, когда сталкиваются с большими людьми.

Цинь Ии обернулась и обнаружила, что мужчина средних лет и молодой человек все время стояли за деревьями, где легко было скрыться от посторонних глаз.

(Перевод: Ориана)

В только что прибывшей колонне все дети консорциумов, настоящие большие шишки в городе.

Девушка подумала про себя, раз эти двое избегают консорциумов, они не должны быть большими фигурами, иначе они бы давно признали друг друга.

В конце концов, эти ребята из консорциума угрожали убить их, и если бы они действительно знали друг друга, они бы хотя бы вышли и что-то сказали.

Подумав об этом, Цинь Ии стала немного счастливее... Лучше бы они не были большими людьми.

Однако Цинь Ии вдруг заметила, что молодой человек, казалось, хмурился и о чем-то думал.

Неподалеку Ли Шутон посмотрел на своего дорогого ученика: «В чем дело? Что ты увидел, что стал таким серьезным?»

Цин Чэнь повернул голову и тихо сказал: «Учитель, я видел своего одноклассника».

Когда женщина по имени Ино открыла окно машины, к своему удивлению Цин Чэнь увидел на сиденье рядом с водителем напуганного Нань Гэнчэня...

Женщина с сильным телом, мощный огромный внедорожник и серебристая выхлопная труба, извергающая пламя, – все это заставило Нань Гэнчэня на пассажирском сиденье выглядеть немного неуместно.

Поэтому… Цин Чэнь не знал, плакать ему или смеяться. Эта мускулистая Ли Ино и была той богатой женщиной, на содержании у которой был Нань Гэнчэнь?

Неудивительно, что он переехал в первый район, он действительно сблизился с большим человеком…

Просто вкус Ли Ино кажется немного эксцентричным. Она такая сильная и крепкая, но ей нравятся слабые мальчики.

В этот момент, когда все остальные наслаждались ритмичной музыкой, Нань Гэнчэнь затаился на своем месте с таким выражением лица, будто ему незачем больше жить.

Тупо глядя в лобовое стекло...

Ему даже захотелось заткнуть уши.

Возможно, это была плата за то, чтобы быть содержанкой.

Этот придурок вообще не заметил, что его сосед по парте прятался в лесу недалеко от него.

Ли Шутон посмотрел на Цин Чэня: «Ты помнишь имя Ли Ино?»

«Ага, – кивнул Цин Чэнь, – учитель дал мне список членов консорциума Ли. Ли Ино, старшая дочь третьего поколения семьи Ли, любима главой семьи».

Кстати, Ли Тунъюнь однажды сказала, что в семье Ли у нее есть старшая сестра, которая очень хорошо к ней относится. Неизвестно, о ней ли она говорила.

Он посмотрел на Ли Шутона: «Учитель, для чего эта осенняя охота? Охота на диких зверей?»

Ли Шутон покачал головой: «Они не осмеливаются охотиться на диких зверей, только на людей».

«На людей?» – Цин Чэнь был в шоке, такого он действительно не ожидал.

«Есть еще много таких людей, как Го Хучань, которые не имеют легального статуса и скитаются по дикой местности, – объяснил Ли Шутон, – некоторые из них – заключенные, сбежавшие из города, некоторые просто живут в пустоши, обычные люди, которые не хотят жить под гнетом консорциумов. Хотя такая жизнь тяжела, но на свободе лучше. Они полагаются на то, что живя на границе разных запретных мест, как только они встречают карательный рейд консорциума, они прячутся на краю запретного места и увиливают от войск консорциума».

Поэтому так называемая осенняя охота на самом деле не поиск диких животных, а выезд в дикую местность, чтобы охотиться и убивать нелегальных людей пустоши!

По пути Цин Чэнь также видел отдельные производственные базы в дикой местности.

Есть люди, ответственные за работу умных производственных машин, только в настоящее время производственный труд был заменен большим количеством машин, и нет необходимости в слишком большом количестве людей.

Ранее во внешнем мире Цин Чэнь уже пришел к выводу, что путешественники появляются не только в 19 городах, но и время от времени могут появляться в других местах.

Следовательно, местонахождение этих появляющихся рассеянных людей соответствует немногочисленным поселениям в дикой местности.

«Почему истребляют людей из пустоши?» – спросил Цин Чэнь.

«Потому что им всегда нравится грабить производственные базы. Го Хучань был арестован, когда возглавил группу по разграблению производственной базы 1192», – сказал Ли Шутон.

«Учитель, какой уровень у Го Хучаня?» – спросил Цин Чэнь.

«Уровень B, – ответил Ли Шутон. – Значит, в команде осенней охоты, проехавшей только что, должны скрываться мастера уровня B из консорциума, сопровождающие этих молодых людей».

«Это прямые потомки консорциумов?» – спросил Цин Чэнь.

«Нет, – покачал головой Ли Шутон, – они все мажоры. Настоящие прямые наследники выбирают либо службу в федеральной армии, либо работу в компании. Осенняя охота – всего лишь боковые ветви семьи, у которых нет надежды на продвижение по службе».

Цин Чэнь посмотрел на удаляющуюся колонну машин и вдруг вспомнил термин «Дети Восьми знамён»: «Значит, в федеральной армии много элиты консорциумов?»

(п.п. – «Восемь знамён» – принцип административного деления, гражданского и военного, во времена династии Цин, каждая этническая группа имела свое знамя, включала чиновников и солдат. Их потомки, дети Восьми знамен, после краха империи Цин, не спасали страну от развала, а прожигали наследие, оставшееся от предков)

Ли Шутон сказал с улыбкой: «Хэнше также поймал многих путешественников и задал много вопросов. Что интересно, во внешнем мире многие думают, что консорциумы напрямую контролируют Федерацию. Это не так. Они косвенно контролируют Федерацию через все сферы жизни. По сути, они все еще утверждают, что здесь демократия».

«Демократия не в том, чтобы дети консорциума убивали всех, кого хотят», – спокойно сказал Цин Чэнь.

Ли Шутон улыбнулся: «Императоры никогда не исчезали, они просто сменили несколько одежд».

Названия «внутренний мир» и «внешний мир» постепенно стали здесь популярными.

На самом деле это не имеет значения, просто названия, чтобы различать два мира.

В этот момент Ли Шутон посмотрел на удаляющуюся колонну машин и сказал: «Однако их осенняя охота началась рано, так что мы с тобой не можем двигаться медленно. Такими темпами, пока мы доберемся, будет уже поздно».

После этих слов Ли Шутон подошел к Цинь Чэну и сказал: «Можете нас подвезти? Я вижу, в вашем пикапе еще есть места. Мы вдвоем можем ехать в кузове. Мы заплатим за проезд».

Цинь Ии, стоящая в стороне, внезапно указала на Цин Чэня и сказала: «Можем подвезти, но ты должен быть с ним добр».

Ли Шутон был изумлен, вот это поворот.

Он не ожидал, что его ученик будет пользоваться популярностью, куда бы он ни пошел.

Но Цинь Чэн оттащил Цинь Ии, а затем вежливо сказал: «Девчонка не разбирается в жизни, привыкла быть дикаркой в пустоши. Так-то вы можете поехать с нами, только куда вы направляетесь?»

Ли Шутон с улыбкой сказал: «Куда бы мы ни поехали, мы просто плывем по течению. Почему бы нам сначала не прокатиться, а когда мы сойдем, мы рассчитаемся за проезд в зависимости от расстояния».

Цинь Чэн на мгновение заколебался. Цин Чэнь достал из рюкзака пузырек с антибиотиками и протянул ему: «Задаток».

«Ладно!» – согласился Цинь Чэн.

Во время разговора, Цин Чэнь бросил взгляд на своего учителя.

В этот раз он определенно вышел не бесцельно.

Ли Шутон очень хорошо знал, что осенняя охота консорциумов вот-вот начнется, и даже знал, куда направляется семья Цинь Чэна.

Просто он не мог понять, разве учитель не сказал ему, что возьмет его, чтобы попытаться разблокировать первый слой генного замка? Почему теперь кажется, что у него есть еще одна цель?

(Перевод: Ориана)

На этот раз перед тем, как отправиться дальше, Цин Чэнь уже не один наводил порядок в лагере.

Цинь Ии даже не помогла собраться в своем собственном лагере. Она сразу же быстро помогла ему сложить палатку и убрать табурет.

Она даже помогла Цин Чэню найти шесть зажигательных игл «Гром» в потухшем костре.

Девушка подошла к Цин Чэню, протянула ему очищенные иглы «Гром» и сказала: «Если ты будешь ехать в машине, раны на твоих ногах не ухудшатся».

Сказав это, девушка вернулась к Цинь Чэну и тихо спросила: «Пап, какого размера неустойку должны уплатить обычные слуги?»

Старик Цинь Чэн сердито посмотрел на нее: «Просто оставайся в машине ради меня и не разговаривай с этим парнем».

«Вот еще», – с этими словами Цинь Ии уцепилась за кузов машины и вскочила внутрь. Совершенно неуправляемая.

Девушки пустоши все дикие, словно дикие кошки. В таком возрасте родители совершенно не могут на них повлиять.

Хотя они из города, однако Цинь Ии в течение всех этих лет скиталась в дикой местности со своими родителями, и по сути, научилась быть такой.

Цинь Чэн посмотрел на свою непокорную дочь и вздохнул, а затем сказал Цинь Туну: «Иди сядь в кузов и присмотри за своей сестрой».

«Ладно», – также вздохнул Цинь Тун.

Сев в машину, Цин Чэнь обнаружил, что в кузове пикапа была клетка, накрытая зеленым брезентом, внутри она была пуста.

А в самой машине, куда они сели, были везде разбросаны какие-то инструменты для отлова животных и ремонта машины.

Рев двигателя пикапа подобен скачущему мустангу, сам звук был очень мощным.

Он достал из рюкзака складной табурет и отдал его Ли Шутону, который сел на него очень естественно.

Как бы сильно ни трясся пикап на грунтовой дороге, Ли Шутон сидел очень устойчиво.

В это время Цинь Ии обняла колени и спросила: «Дядя, какой у тебя уровень? Вы вдвоем осмелились приехать в пустошь, да еще направляетесь на юг?»

В настоящее время можно считать, что они все еще находятся в окрестностях города.

Здесь много производственных баз, неподалеку дислоцируется Вторая армия Федерации, время от времени будут проходить военные патрули, так что находиться здесь не опасно.

Однако двигаться дальше на юг – совсем другое дело. Даже если не приближаться к запретному месту, это все равно опасно для простых людей.

Прошлой ночью Цин Чэнь также спросил Ли Шутона: в соседнем лагере все члены одной семьи?

Ли Шутон ответил утвердительно.

Цин Чэнь был немного озадачен. Почему все члены семьи вместе приехали в такое опасное место, как пустошь? Что делать, если они все окажутся в опасности? Ведь в соседнем лагере есть женщины, которые не умеют сражаться.

Ли Шутон ответил, что они не смогли заработать в городе, поэтому уехали из города в поисках заработка.

Причина, по которой семья хочет быть вместе, заключается в том, что люди, не связанные кровью, не могут доверять другим в таком опасном месте, как пустошь.

Если бы команда разбила лагерь в глухом месте, а кто-то среди ночи встал и тайком уехал, остальная часть команды могла только дожидаться смерти.

Ли Шутон считает, что старик Цинь Чэн является лидером этой команды, а остальные молодые и сильные – либо его сыновья, либо племянники.

В настоящее время.

Ли Шутон посмотрел на Цинь Ии и с улыбкой спросил: «Как ты думаешь, какой у меня уровень?»

Цинь Ии немного подумала и сказала: «Уровень C».

Ли Шутон покачал головой: «Я на уровне S».

Цинь Ии скривила губы: «Ну и ладно, если не хочешь говорить, не говори, скряга».

Цинь Тун сидел в стороне и ничего не говорил. Он смотрел, как его младшая сестра болтает с Ли Шутоном, и сильно нервничал.

Пока другие болтали, Цин Чэнь сидел в машине с ридером и листал страницы.

Цинь Ии заглянула к нему, в ридере были фотографии растений с мелким текстом рядом с ними.

Это Линь Сяосяо дал Цин Чэню, чтобы тот мог запомнить все известные растения внутреннего мира.

Некоторые из них съедобны, некоторые можно использовать для получения пресной воды, некоторые могут лечить раны, некоторые снимают симптомы болезней, а некоторые могут в нужный момент помочь против ядов. Множество поразительных вещей.

Цин Чэнь запоминал все это на случай будущих неожиданных ситуаций, которые могут возникнуть в дикой местности.

Когда он опустил взгляд на ридер, в поле его зрения появилась тонкая рука, держащая красное яблоко.

Цин Чэнь молча смотрел на нее. На этой руке было много мелких ранок, на костяшках пальцев были мозоли, сразу видно, что это рука человека, круглый год занятного физическим трудом.

Цинь Ии сказала: «Вот, это тебе».

С этими словами, прежде чем Цин Чэнь успел отказаться, она сунула его ему в руки.

Цинь Ии продолжила: «Только что в 30 километрах к западу от лагеря был яблоневый лес, который не относится к производственной базе. Обычно дикие яблоки очень кислые, но яблоки, собранные в этом яблоневом лесу, большие и сладкие. Наша семья приезжает собирать сюда яблоки уже три года подряд. Попробуй, оно очень вкусное».

Обычно фруктовые деревья необходимо удобрять в период плодоношения, проводить обрезку. Например, для сахарного мандарина нужно делать кольцевание ствола, чтобы плоды были сладкими.

Поэтому дикие финики и дикие яблоки, как правило, мелкие и кислые, потому что о них не заботились садоводы.

Но Цинь Ии сказала, что это дикий яблоневый лес.

Нет никаких причин, почему плоды выросли сладкие.

Ли Шутон посмотрел на Цинь Туна и сказал: «Скажи своему отцу, чтобы был осторожнее, когда снова пойдете в этот яблоневый лес».

«Почему?» – удивился Цинь Тун.

«Там уже появились признаки запретного места. Возможно, несколько десятилетий назад там умер сверхчеловек, – немного подумав, сказал Ли Шутон. – Сейчас с фруктами все в порядке, но, возможно, через несколько лет, если вы их съедите, у фруктов появится галлюциногенный эффект. Съев его, вы сможете увидеть летящего в небе дракона, ползающих по телу насекомых… Легкие галлюцинации – это еще ничего, а если будет что-то серьезное, то времени оказать помощь может и не быть».

Самое главное, что насекомые и звери в запретном месте тоже будут мутировать в неизвестном направлении эволюции.

С годами запретных мест становится все больше.

«Значит эти яблоки пока еще можно есть?» – спросила Цинь Ии.

«Да, – кивнул Ли Шутон, – запретное место еще не сформировалось».

Тогда Цинь Ии протянула яблоко Ли Шутону: «Тебе тоже дам одно».

Ли Шутон развеселился: «Раньше не давала, почему сейчас дала?»

Цинь Ии украдкой взглянула на Цин Чэня: «Если я дам только ему и не дам тебе, я беспокоюсь, что ты тайком будешь придираться к нему».

Ли Шутон громко рассмеялся и вдруг почувствовал, что это путешествие будет очень приятным.

(Перевод: Ориана)

Небо в пустоши необычайно голубое, это выглядит так освежающе.

Два пикапа проехали десятки километров по небольшой горной дороге и, наконец, свернули на шоссе.

Это был первый раз, когда Цин Чэнь видел шоссе в дикой местности. Перед этим Ли Шутон вел его по небольшим дорогам.

Прежде чем они вышли, Цин Чэнь спросил своего учителя: он такая важная фигура, будут ли его узнавать везде, куда бы он ни пошел?

Но Ли Шутон ответил, что за его жизнь было опубликовано очень мало его видеозаписей. Основные члены консорциумов смогут узнать этого человека, который много лет жил в уединении, но обычные люди нет.

Поэтому, когда появилась команда осенней охоты, Ли Шутон поднял воротник, а после того, как они ушли, снова опустил его.

Конечно, он также объяснил, что поднял воротник не потому, что боялся быть обнаруженным, а главным образом потому, что не хотел убирать свидетелей.

Возможно, такова насыщенная жизнь. Цин Чэнь тоже хотел жить такой жизнью.

По обеим сторонам дороги были заграждения из проволочной сетки, как и вдоль магистралей во внешнем мире.

Увидев любопытствующий взгляд Цин Чэня, Цинь Ии объяснила ему: «Эти металлические сетки предназначены для того, чтобы предотвратить проникновение диких зверей из пустоши. Поскольку некоторые звери довольно крупные, если ехать на большой скорости, можно не успеть вовремя от них уклониться. Через каждые несколько километров шоссе проложена подземная труба, специально для прохода и миграции животных. Таким образом они не будут повреждать металлическую сетку».

Девушке было немного любопытно. Похоже, этот молодой человек впервые попал в дикую местность, но ловкость, с которой он выполнял свою работу, была не такая, как у новичка, он был очень опытным.

Иногда Цин Чэнь мог увидеть облачные башни сбоку от дороги, похожие на огромные черные «грибы». Такой пейзаж выглядел довольно своеобразно.

Но эти облачные башни казались ржавыми и заброшенными.

Цинь Ии сказала: «Когда-то давным-давно по шоссе можно было ездить на электромобилях, но позже обнаружили, что дизельные двигатели в дикой местности все-таки лучше, поэтому на дальние расстояния по-прежнему выбирают машины с дизельным двигателем. Постепенно облачные башни пришли в негодность, а консорциумы не утруждали себя их ремонтом».

«А как насчет механических конечностей?» – спросил Цин Чэнь.

«У нас в машине с собой есть беспроводное зарядное устройство, – сказала Цинь Ии и указала на заднюю часть пикапа. – Рядом с железной клеткой стоит черный ящик, в котором находится реактор из свинцово-висмутового сплава «Венера-3». Эта вещь очень ценная. Папа купил его на черном рынке. Говорят, что когда-то его использовали как источник питания для боевых танков горного типа».

Цинь Тун взглянул на свою сестру: «Кхм».

Он имел в виду, что нечего болтать об их семейных ценностях.

Цинь Ии взглянула на своего старшего брата: «Что ты кашляешь! Дяде с его-то статусом не понравится наша рухлядь».

Ли Шутон тоже посмотрел на Цинь Туна и сказал: «Верно, мне не нравится».

Цинь Тун: «...»

Ему сейчас хотелось снова вернуться на свое место в машине, чтобы ничего этого не видеть.

Цинь Ии с любопытством посмотрела на Ли Шутона: «Дядя, я думаю, ты довольно хороший человек, почему ты так жесток с ним? Даже если он слуга, ты должен обращаться с ним как с человеком. Ты же видишь, что у него кровь на ногах».

Девушка указала на Цин Чэня.

Девушка пустоши даже говорит очень прямолинейно.

Ли Шутон с интересом сказал: «Ты со мной из-за него воюешь?»

«Да не воюю я, – Цинь Ии задумалась, – просто любопытно».

Цин Чэнь сменил тему и спросил: «За чем вы охотитесь? Вам нужен мех диких зверей?»

«Нет, конечно, – глаза Цинь Ии расширились, – мех стоит не так уж много, ради него охотятся только охотники низкого уровня, им даже нет необходимости идти в «то место»!»

Цин Чэнь знал, что они направляются в запретное место, но он не ожидал, что обычные люди даже не назовут его запретным местом напрямую.

Цинь Ии сказал: «Мы специализируемся на ловле живых существ и относимся к охотникам среднего уровня!»

«Ловите живых существ? – Цин Чэню стало любопытно. – Для исследований консорциумов?»

«Конечно, нет, – Цинь Ии объяснила, – если консорциумам что-то нужно, они напрямую отправят армию, чтобы поймать это. То, что ловим мы, предназначено в качестве домашних животных для больших людей в городе. Эти большие шишки очень странные. Некоторым нравятся ящерицы и змеи, а некоторые любят пауков с большими головами, но такого рода пауки водятся только в «том месте». Но самое страшное в «том месте» это не эта видимая опасность».

В этот момент с северной стороны шоссе раздался грохот.

Почти одновременно Ли Шутон и Цин Чэнь, учитель и его ученик, подняли воротники...

Все повернулись, чтобы посмотреть, и вдруг увидели догоняющую их на большой скорости колонну машин, а затем они обогнали два пикапа и поехали на юг.

На всех восьми черных внедорожниках был нанесен белый узор.

Цин Чэнь мог сказать с первого взгляда... это была Фудзияма.

(п.п. – вулкан Фудзияма – самая известная и самая высокая гора Японии)

Честно говоря, он совсем не ожидал увидеть Фудзияму во внутреннем мире.

Цин Чэнь тихо спросил: «Это кто?»

Ли Шутон прошептал: «Это автоколонна семьи Камиширо. На этот раз прибыли две девушки из семьи Камиширо вместе с Камиширо Сэйске, которые свяжут себя брачным узами с семьями Цин и Чэнь. Судя по направлению, в котором они движутся, они должно быть направляются в клан Чэнь, потому что юг – это территория клана Чэнь».

В это время Цин Чэнь снова тихо спросил: «Я думал, они тоже собираются участвовать в осенней охоте».

«Нет, – ответил Ли Шутон, – осенняя охота – это обычай молодого поколения семей Ли, Цин и Чэнь. Как правило, семьи Камиширо и Касима не приглашаются».

Ли Шутон продолжил: «С одной стороны, это потому, что Камиширо и Касима находятся на севере, а осенняя охота обычно проводится на юге. С другой стороны, молодое поколение «ястребов» из семей Ли и Цин считает, что Камиширо и Касима – чужаки, поэтому всегда выступали за их полную аннексию или даже уничтожение этих двух семей. Среди них позиция Ли – самая твердая».

Цин Чэнь подумал, что неудивительно, что Камиширо хотят породниться с двумя семьями, потому что у них, вероятно, возникло ощущения кризиса.

Они хотят заключить брачный контракт с Цин и Чэнь, и при этом хотят изолировать семью Ли?

Внезапно Цинь Ии наклонила голову и с любопытством спросила: «О чем вы двое говорите?»

Ли Шутон улыбнулся: «Ни о чем».

х=======х

Фудзияма

(Перевод: Ориана)

Машины ехали на юг. Время от времени по обеим сторонам дороги появлялись маленькие каменные столбики с выгравированными словами вроде «№ 18, 223» и «№ 18, 224».

Это что-то вроде пограничного указателя.

Ли Шутон объяснил Цин Чэню, что это место по-прежнему относится к городу 18, а цифры 223 являются ориентирами для облегчения ориентации.

Когда начало смеркаться, Цинь Чэн вдруг сказал по рации: «Уже поздно, скоро мы доедем до прохода в металлической сетке, готовьтесь разбить лагерь».

Цинь Ии и Цинь Тун в кузове машины начали собирать вещи.

Два пикапа съехали с шоссе, Цин Чэнь выключил ридер, который держал в руке.

Однако в этот момент из-под опавших листьев по обеим сторонам грунтовой дороги внезапно вылезло больше десятка человек в маскировочной одежде.

Эти люди были покрыты сетями, сплетенными из пеньковой веревки, к которой были плотными слоями привязаны ветки и листья. Отличная маскировка.

Увидев этих людей, Цинь Ии и Цинь Тун сразу же потянулись за оружием, но уже было слишком поздно, они оказались на расстоянии выстрела врага.

Однако Цин Чэнь внезапно протянул руку и притянул Цинь Ии к себе, присев с ней на корточки позади Ли Шутона.

Ли Шутон взглянул на десяток с лишним черных стволов пистолетов вокруг них, затем повернул голову и спросил Цин Чэня позади него: «Разве ты в такое время не должен показать себя и встать передо мной?»

Цин Чэнь спокойно сказал: «В таком случае, разве это не будет говорить о том, что я вас недооцениваю?»

«Кажется, в этом есть смысл, – кивнул Ли Шутон, сидя на складной табуретке, – но у меня есть чувство, что что-то не так, Сяосяо встал бы передо мной».

«Я не такой лицемерный, как он», – сказал Цин Чэнь, скривив губы.

Молодой человек прекрасно знал, что усердно работать и закрывать собой от пуль – существенная разница. Это настоящая опасность, с которой он не может справиться. В этот момент лучше позволить учителю уровня S быть впереди, нет смысла выпендриваться.

Что делать, если в него попадет пуля?!

Честно говоря, Цин Чэнь также хотел посмотреть, что в этом мире делают полубоги, сталкиваясь со стрелковым оружием.

В настоящее время кажется, что Ли Шутон не боится огнестрельного оружия.

В этот момент Цинь Ии молча сидела рядом с Цин Чэнем, чувствуя, как его рука обнимает ее. Молодой человек держал ее ладонью, словно щипцами, не давая пошевелиться.

Девушка посмотрела на лицо Цин Чэня в профиль, думая, что он в первую очередь притянул ее к себе, чтобы спрятаться вместе, вместо того, чтобы сбежать, спасая свою жизнь.

Снаружи машины кто-то крикнул: «Поднимите руки повыше. Водитель пусть заглушит двигатель и выйдет из машины. Положите руки так, чтобы я мог их видеть. Если руки механические, закатайте рукава!»

Старик Цинь Чэн медленно вышел из машины: «Старина Чжан, ты здесь? Старина Чжан, я Цинь Чэн!»

«Черт, почему это ты, старик? – из толпы людей в маскировочной одежде медленно вышел человек с винтовкой в руках. – Почему ты приехал сюда раньше времени? Разве мы не договорились встретиться через несколько дней? Ладно, опустите оружие».

Цин Чэнь даже растерялся, когда услышал этот разговор. Он посмотрел на Цинь Ии рядом с ним: «Кто этот человек?»

Почувствовав взгляд молодого человека, девушка тут же покраснела: «А? Что?»

«Кто этот человек?» – снова спросил Цин Чэнь.

Цинь Ии пришла в себя: «Чжан Тундань. Это люди пустоши, старые знакомые моего отца, но эти люди злые и жестокие, поэтому им нельзя полностью доверять».

В это время Цинь Чэн достал пузырек с антибиотиками и протянул его Чжан Тунданю: «На этот раз мы направляемся в «то место» на юге. Это плата за проезд, а ты сообщи братьям в пустоши, чтобы они пропустили нас. А мы с тобой отдельно рассчитаемся».

Чжан Тундань взвалил винтовку на плечо и взял антибиотики из руки Цинь Чэна: «Ладно, мы с тобой уже не в первый раз имеем дело друг с другом. Босс сказал, что нынче в озере Чжицзы есть крупная рыба, но я не знаю, можно ли с ней справиться. Вы должно быть встретили их по дороге, как с ними обстоят дела?»

«Мы встретили две группы людей. Старина Чжан, о ком из них ты говоришь?» – спросил Цинь Чэн.

«В колонне более 30 машин, у них есть старший помощник, который управляет более чем десятком дронов», – сказал Чжан Тундань.

«Это команда осенней охоты, – тихо сказал Цинь Чэн, – будьте осторожны, в команде должны быть эксперты».

«Не повезло, с такими лучше не связываться. Если босс приедет лично, еще ничего, однако цена слишком высока», – сказал Чжан Тундань, его взгляд скользнул по кузову пикапа.

Увидев пустую железную клетку, он сказал: «Что ты собираешься ловить на этот раз?»

«Нам предложили очень высокую цену за поимку горного сокола и шестирукой обезьяны, – сказал Цинь Чэн, – но на этот раз не повезло, мы даже следов их не видели».

Чжан Тундань сочувственно похлопал Цинь Чена по плечу: «Нелегко тебе».

С этими словами он развернулся и пошел в сторону леса: «Давайте, братья, берите...»

Однако, сделав два шага, Чжан Тундань снова обернулся и направил пистолет на Ли Шутона: «Кто этот старик? И мальчишка рядом с ним! По одежде похожи на городских, так ведь? Мы не можем позволить посторонним узнать об этой сделке. Что, если они вернутся и сообщат о нашем местонахождении?»

Лоб Цинь Чэна покрылся холодным потом, однако он увидел, как Цинь Ии вдруг подхватила Цин Чэня за руку: «Дядя Чжан, это мой мужчина, а рядом его отец. Скоро мы все станем одной семьей. Они никогда раньше не были в пустоши, поэтому мы взяли их на прогулку».

Люди пустоши вокруг засвистели, а Чжан Тундань пожурил: «Ладно, а девочка-то выросла. Цинь Чен, твои новые родственники выглядят очень богатыми. Ваша семья живет рядом с городом, верно?»

Ли Шутон немного подумал, достал «Гром» из рюкзака за спиной Цин Чэня и бросил его Чжан Тунданю: «Подарок при первой встрече. В будущем, если мои родственники окажутся в опасности в пустоши, пожалуйста, позаботьтесь о них».

Чжан Тундань взглянул на «Гром» в своей руке, а затем после пары секунд шока поднял верх большой палец: «А ты щедрый! Это же «Гром»! Я, старина Чжан, тоже прямодушный человек. Обещаю, что больше не буду взимать плату за проезд с семьи Цинь целый год!»

(Перевод: Ориана)

Стоящий рядом Цин Чэнь прошептал: «Если вы это отдадите, нам будет трудно разжигать огонь».

Ли Шутон небрежно рассмеялся и сказал: «Ничего страшного, просто пусть наши родственники разожгут для нас огонь, мы больше не будем пользоваться этой штукой».

Цин Чэнь: «...Кажется, это имеет смысл. Тогда может сегодня и поужинаем за их счет?»

«Именно это я и имел в виду», – сказал Ли Шутон.

В этот момент Чжан Тундань махнул рукой в сторону леса: «Идите сюда, выносите вещи».

Он обернулся и сказал Цинь Чэну: «Плату за проезд обсудили, теперь о деле. Кстати, ты должен четко объяснить это своим родственникам. Если они разболтают о наших делах, то не только вся ваша семья попадет в тюрьму, но и привлечет к нам Вторую армию. Ты же знаешь, насколько ужасна тюрьма №18».

Цин Чэнь потерял дар речи. Честно говоря, он не чувствовал, что тюрьма №18 так ужасна. Разве там не превосходно?

Если бы эта семья действительно попала в тюрьму №18, вероятно, их жизнь наоборот была бы гораздо комфортнее.

Ведь здесь стоит первый брат тюрьмы №18.

Из лесу вышли восемь человек, неся кучу шкур диких животных. Цинь Чэн вынул из бардачка в машине очки, внимательно изучил каждую шкуру и пробормотал: «Вы можете перестать использовать капканы для поимки животных? Они оставляют отпечатки зубьев на коже. Из такого не сошьешь крупную одежду. Богатые люди серьезно к этому относятся, им не нужен брак. Пусть ваш снайпер из дикой местности стреляет прямо в глаза, такая кожа будет самой ценной».

Чжан Тундань закурил сигарету и сказал: «Нашего снайпера перевели, так что он больше не будет с нами охотиться. Теперь будет такая кожа, нравится это тебе или нет».

«Такая так такая, но цена будет ниже, – сказал Цинь Чэн и попросил жену принести из-под заднего сидения пикапа четыре коробки, – внутри двух коробок боеприпасы, еще коробка с солью и одна коробка с лекарствами. Это то, что вам нужно больше всего».

Договорив, Цинь Чэн открыл коробку и достал из нее четыре флакона с лекарствами: «Но шкуры, которые вы принесли на этот раз, плохого качества, так что четыре флакона я вычту».

Морщины на лице Чжан Тунданя углубились, он сжал руку Цинь Чэна: «У тебя слишком черное сердце».

«Существуют правила ведения бизнеса», – сказал Цинь Чэн.

«В следующий раз я обязательно принесу тебе шкуры получше», – сказал Чжан Тундань, едва заметно коснувшись пистолета на поясе.

Цинь Чэн немного подумал и положил лекарства обратно в коробку: «Хорошо, тогда помни, что от этой сделки я в убытке».

«Ладно, пошли, братья», – махнул рукой Чжан Тундань. Люди пустоши ушли в лес, и через несколько минут все они исчезли без следа.

Все это время Цин Чэнь с любопытством наблюдал за этой сделкой, это было для него чем-то новым.

Ли Шутон тихо засмеялся в стороне: «На этот раз я вывел тебя, чтобы ты мог увидеть побольше внешнего мира. До этого ты уже видел лучшие пейзажи в городе. На этот раз я покажу тебе местные условия и обычаи пустоши. Это весьма интересно».

Людям пустоши трудно добывать высокотехнологичные предметы для жизни, поэтому им нужен посредник для обмена.

А людям в городе нужны меха диких зверей и домашние животные, поэтому им тоже нужен кто-то, кто это им доставит.

Воспользовавшись этим пробелом, охотники в дикой местности, такие, как Цинь Чэн, могли обеспечить свое существование.

После того, как Цин Чэнь вышел из тюрьмы №18, этой железной коробки, он обнаружил, что мир полон сюрпризов и неожиданностей.

Он увидел, как выглядит дикая местность, узнал образ жизни людей пустоши. Он также видел бескрайний закат и девушку пустоши.

Казалось, что воздух был чистым и бодрящим.

И Ли Шутон также обнаружил, что с тех пор, как они вышли из тюрьмы, характер его ученика стал менее мрачным.

Или, скорее, с тех пор, как он впервые взял Цин Чэня на прогулку, этот ученик начал восстанавливать менталитет, который должен быть у молодого человека.

Не нужно быть особенно предусмотрительным, не нужно быть осторожным каждую минуту и каждую секунду, и не нужно сдерживать себя.

Ли Шутон понял почему.

Потому что некому было защитить этого юношу, так что ему приходилось постепенно расти среди тягостей и невзгод. Никто не учил его как взрослеть, но жизнь била его по меркам взрослых.

Теперь, когда у молодого человека есть учитель, пришло время восстановить его природу.

Что мир должен ему, учитель может дать ему сейчас.

Цинь Ии было немного любопытно, являются ли эти мужчина средних лет и молодой человек отцом и сыном? Они не похожи друг на друга, их лица совершенно разные, к тому же отец не будет спокойно смотреть на ноги сына, стертые в кровь, а у Цин Чэня нет юношеского бунтарства, которое проявляют дети по отношению к своим родителям.

Однако она ясно чувствовала, что отношения между этими двумя людьми очень близкие, не как у отца и сына, а должно быть больше, чем у отца и сына.

В этот момент Цинь Чэн крикнул издалека: «Ии, Цинь Тун, давайте оба быстро поставьте здесь палатку и разжигайте огонь, чтобы приготовить еду».

Ли Шутон и не собирался помогать, он сказал Цин Чэню: «Пойдем, пусть родственники пока займутся делом, а мы прогуляемся. Я слышал шум реки, может быть, я смогу поймать немного рыбы».

Цин Чэнь: «…»

…

В то же время рядом с озером Чжицзы, более чем в 30 километрах к югу от них, более 30 машин команды осенней охоты образовали круг, и в центре этого круга горел сильный костер.

Способ, которым эти люди разжигали костер, проще и грубее. Они просто вылили прямо на дрова высококонцентрированное топливо и бросили спичку, чтобы быстро разжечь огонь.

На берегу озера Чжицзы больше десятка молодых людей достали удочки и стали соревновались друг с другом, кто быстрее поймает рыбу и чья рыба будет крупнее.

За пределами круга машин четверо или пятеро слуг расставляли для всех палатки, а внутри укладывали мягкие водонепроницаемые коврики для защиты от сырости.

По сравнению с Цинь Чэном и другими, эти люди выглядели так, будто они были в отпуске.

Среди всех только один мужчина средних лет спокойно сидел на крыше машины. Внизу рядом с ним старший помощник в голографических очках управлял беспилотниками, отправляя их охранять зону лагеря.

Рядом с костром на земле сидела мускулистая Ли Ино с Нань Гэнчэнем. Она неторопливо сняла с костра только что зажаренную заднюю ногу, отрезала кинжалом большой кусок мяса и засунула его в миску Нань Гэнчэня: «Ешь».

Нань Гэнчэнь посмотрел на кусок мяса в миске, который был даже больше его собственного лица, и обиженно сказал: «Я не смогу его съесть».

Ли Ино медленно произнесла: «Если ты каждый день будешь клевать, словно цыпленок, когда же ты станешь сильным?»

«Я не хочу быть сильным, я хочу быть хакером», – слабо сказал Нань Гэнчэнь.

«Какой смысл быть хакером? Разве я не обещала тебе, что найду тебе лучшего учителя? – беспечно сказала Ли Ино. – Не волнуйся, я пошлю кого-нибудь поймать того важного хакера, который сейчас в бегах, и заставлю его тебя обучать».

«Хорошо», – глаза Нань Гэнчэня загорелись.

(Перевод: Ориана)

«Учитель, – спросил Цин Чэнь на ходу, – когда Цинь Чэн только что обменивался с Чжан Тунданем, человеком из дикой местности, они чуть не поссорились из-за четырех пузырьков с лекарствами. Я видел, что Чжан Тундань, похоже, планировал достать пистолет. Здесь так жестоко обращаются со своими партнерами?»

«Конечно, – ответил Ли Шутон, – люди в дикой местности борются за свою жизнь под небом, их условия жизни тяжелее, чем ты себе представлял. Поэтому, встретив какое-либо спасительное средство, они будут сражаться за свою жизнь, что, естественно, делает их более ожесточенными. Однако этот Цинь Чэн на самом деле не собирался забирать лекарство, он просто хотел, чтобы Чжан Тундань был у него в долгу».

Цин Чэнь задумался.

Ли Шутон сказал: «Сяочэнь, все в мире испытывают страдания. Маленькие люди рано научились смотреть в лицо этому миру. У каждого свой способ выживания. Больше смотри и слушай, потому что учитель не всегда сможет быть рядом с тобой. Часть пути я пройду с тобой, но в будущем оставшуюся часть пути тебе все равно придется пройти самому».

Цин Чэнь внезапно понял, что его учитель хочет сказать.

Они вдвоем подошли к мелководной реке. Река здесь чище, чем любая река внешнего мира. Русло реки шириной в несколько метров усеяно галькой. Даже на глубине двух метров можно было сразу же увидеть ее дно.

Не говоря уже о чем-то другом, защита окружающей среды во внутреннем мире намного лучше, чем во внешнем мире.

«Там так много рыбы, – Цин Чэнь взглянул и увидел сотни рыб, медленно плывущих в реке, – учитель, мне спуститься вниз и поймать рыбу?»

Эти рыбы такие большие, выглядят так, будто весят 1,5-2,5 кг.

Ли Шутон взглянул на него и сказал: «Спуститься к реке и поймать рыбу? Подожди немного».

Сказав это, он достал моток лески из походного рюкзака, привязал один конец к руке, а на другой конец повесил рыболовный крючок.

Ли Шутон отломил небольшой кусочек протеинового батончика и бросил крючок в воду: «Смотри внимательно».

Только он это сказал, как стало видно, что поверхность реки словно закипела, а крупная рыба в десятках метров от крючка вдруг поплыла, чтобы клюнуть на крючок.

В этой бурлящей воде на крючок налетела одна крупная рыба, и острый крючок вонзился ей в рот.

Запах крови, вытекающей из раны, свел других рыб с ума. Их больше не привлекал протеиновый батончик, они кусали пойманную на крючок рыбу!

Всего через несколько секунд в теле пойманной на крючок рыбы можно было разглядеть прочный рыбий скелет.

Ли Шутон выждал момент и внезапно дернул леску, и нескольких крупных рыб, которые не успели ослабить хватку, вместе выбросило на берег!

Цин Чэнь молча наблюдал за этой сценой, чувствуя себя крайне потрясенным: «Учитель, это пираньи?»

«Если быть точным, то нет, – покачал головой Ли Шутон. – В записях о новой эре человечества рыба в первые годы еще не полностью эволюционировала в этот вид. Должно быть, крупная рыба отдельного вида погибла у истока реки, в результате чего река начала меняться. Так же, как и из-за гигантского кита море стало запретным».

Цин Чэнь подошел и посмотрел на большую рыбу, которая была еще жива и брыкалась, и ясно увидел, что во рту рыбы были острые зубы, что редко можно увидеть в пресноводных реках.

Ли Шутон взглянул на него и сказал: «Помни, любая река в этом мире опасна. Только что ты сказал, что хочешь спуститься к реке, чтобы поймать рыбу… Это называется не ловля рыбы, а скорее прикармливание».

Ли Шутон взял кончиками пальцев несколько листьев и легонько встряхнул их.

На глазах Цин Чэня листья, которые изначально были мягкими, внезапно стали прямыми, как лезвия. Они так быстро пролетели, что это нельзя было разглядеть, но они яростно вонзились в голову большой рыбы.

«Ну как?» – с улыбкой спросил Ли Шутон.

«Учитель потрясающий», – искренне сказал Цин Чэнь.

После этих слов улыбка Ли Шутона стала еще шире, как будто он гордился тем, что наконец-то произвел впечатление на своего ученика.

«Это эффект энергии в твоем теле, – сказал Ли Шутон. – Вообще-то она появляется в теле только на уровне С. На уровне В она впервые покажет свою мощь, а на уровне S она может охватить все тело и достичь совершенства. Но ты особенный. Энергия появилась в твоем теле еще до прохожднения первого испытания».

Цин Чэнь внимательно слушал.

Ли Шутон продолжил: «Помимо наполнения листьев и лепестков, энергия каждого человека оказывает различное действие. Моя энергия может вызвать у людей ощущение жжения, как тогда, когда я сражался с Го Хучанем. Даже если я сдерживался, ему все равно пришлось сидеть со скрещенными ногами, терпеть и регулировать свое дыхание. Энергия брата-соученика твоего учителя может вызывать у людей тошноту, а какой будет твоя энергия, я не знаю».

Цин Чэнь немного подумал и спросил: «Кроме наполнения листьев и лепестков, когда энергия соприкасается с людьми, это не причиняет реального вреда, но когда сражаешься, это заставит противника чувствовать своего рода дискомфорт?»

«Да», – кивнул Ли Шутон.

Цин Чэнь подумал, разве это не просто дебафф?!

Он посмотрел на своего учителя, и Ли Шутон улыбнулся: «Твоя энергия на меня вообще никак не повлияет. К тому же она не обязательно окажется практически применима к обычным людям. Давай подождем, пока твоя энергия усилится, и найдем кого-то, на ком можно попробовать».

«О».

…

Когда они вернулись в лагерь, костер уже горел.

Ли Шутон передал пять рыбин, которые держал в руке, Цинь Туну: «Я поймал пять рыбин и вернулся сюда, можно добавить их к ужину сегодня вечером».

С этими словами он непринужденно сел у костра, не собираясь отводить Цин Чэня в сторону, чтобы развести костер, при этом он сказал Цин Чэню: «Давай, тоже садись».

«Сват... Нет, то есть господин, осмелюсь спросить, как к вам обращаться?» – спросил Цинь Чэн.

Когда Цинь Ии услышала оговорку своего отца, она тут же, стесняясь, встала, подтащила к себе походный рюкзак Цин Чэня и прошептала: «Я помогу тебе установить палатку».

Сказав это, она достала из рюкзака палатку и убежала.

«Моя фамилия – Му, а это мой ученик, можете звать его Сяоту», – с улыбкой сказал Ли Шутон.

Цин Чэнь: «...»

Таким образом, элегантное имя «Чэнь» после разделения на части, превратилось в такое простое имя, как «Сяоту»?

(п.п. – имя Чэнь «尘» (означает «пыль», «прах») состоит из двух частей, ключей, верхнего и нижнего, и если разделить их, получается «小土» – Сяоту (означает «немного грязи», и кроме того, это название одного из видов опиума). Вымышленная фамилия Ли Шутона – Му – также образована из его фамилии Ли «李» (означает «слива»). Здесь он использует в качестве фамилии верхний ключ «木» – Му, что означает «дерево»)

«Господин Му, – сказал Цинь Чэн, – я также знаю, что вы мастер, и я хочу с вами кое-что обсудить».

Ли Шутон улыбнулся: «Ну давайте».

«Наши беспилотники, которые мы взяли с собой, были уничтожены, поэтому у нас недостаточно средств для самозащиты, – сказал Цинь Чэн после некоторого раздумья, – так что, на случай, если мы столкнемся в дороге с опасностью, я бы хотел попросить вас, господин Му, помочь нам, в таком случае мы не возьмем с вас плату за проезд».

На самом деле, по мнению Цинь Чэна, до прибытия в запретное место не должно быть слишком большой опасности. Он просто хотел упомянуть об отмене платы за проезд, чтобы стать ближе друг к другу.

(Перевод: Ориана)

«Не волнуйтесь, в случае опасности мы с моим учеником вам поможем», – пообещал Ли Шутон Цинь Чэну.

Услышав это, Цинь Тун молча смерил взглядом Цин Чэня. Этот парень был худым и высоким. Хотя выражение его лица было решительным, его кожа была светлой и нежной, и он совсем не был похож на человека, который убивал людей.

Наоборот, такой мальчик должен оставаться в таком месте, как Университет Цинхэ в городе 10.

Цин Чэнь удивленно взглянул на Ли Шутона, он думал, что его учитель не будет вмешиваться в чужие дела.

Ли Шутон увидел сомнение на его лице и прошептал: «Раньше я ничего не предпринимал, потому что боялся напугать других, но теперь они не знают, кто я такой, поэтому, если я что-то сделаю, конечно, это не будет иметь значения. Какое дело Ли Шутону до того, что делает господин Му?»

Только в этот момент Цин Чэнь наконец понял, почему Линь Сяосяо сказал, что все почти забыли, каким своенравным был этот босс.

В это время Цинь Чэн сиял от радости, дистанция между ними сократилась. Не говоря уже о том, что если команду охотников сопровождает мастер уровня С, это намного безопаснее.

Цин Чэнь отошел в сторону, чтобы помочь Цинь Ии установить палатку. Она взглянула на него и сказала: «Не беспокойся об этом».

Цин Чэнь прислонился к ближайшему дереву и спокойно спросил: «На этот раз вы собираетесь поймать циншаньского сокола?»

«Мы не можем поймать эту тварь, – сказала Цинь Ии, – мы хотим поймать лунь-сокола, который намного меньше циншаньского сокола. В наши дни ни один охотник не осмелится ловить циншаньского сокола. Его можно найти только в «том месте» и нельзя встретить за его пределами».

Цинь Ии взглянула на Цинчэнь: «Подожди немного, я помогу тебе намазать ноги лекарством. Не волнуйся, мне это не противно. Когда раньше папа был ранен, мы с мамой помогали обрабатывать ему раны. Папа говорил, что я очень аккуратная, и глаза мои лучше, чем у мамы, я раны чисто обрабатываю».

«Не нужно», – покачал головой Цин Чэнь.

К этому времени Цинь Ии уже поставила палатку и развернулась, чтобы вернуться к костру. Перед уходом она прошептала: «Я видела, как ты все время спишь снаружи. Ты можешь продержаться день или два, но ты не сможешь долго так спать. Земля слишком холодная. Воспользуйся моей палаткой, а я потесню свою сестру».

«Э-э, это тоже не обязательно, ничего не случится, если я посплю снаружи», – поспешно отказался Цин Чэнь.

«Как хочешь. Все равно, даже если ты не будешь спать, я оставлю палатку пустой», – сказала Цинь Ии и ушла.

Девушка пустоши очень прямолинейна. Точно так же, как когда она дала Цин Чэню яблоко, она сунула его прямо ему руку, не оставив ему возможности отказаться.

Цин Чэнь сначала хотел сказать что-то еще, но в этот момент в просвете леса что-то сверкнуло.

Молодой человек заметил в лесу что-то странное, но никак не отреагировал, даже голову не повернул, чтобы посмотреть.

Ночью Цинь Ии раньше обычного забралась в палатку своей сестры. Из маленькой палатки доносился смех, неизвестно, о чем они там разговаривали.

Увидев, что Цин Чэнь все еще не собирается идти в палатку Цинь Ии, Ли Шутон спросил: «В чем дело, разве плохо, когда есть, где спать?»

Цин Чэнь покачал головой: «Я не хочу быть кому-то обязанным».

«Вот глупый, – покачал головой Ли Шутон, – не заставляй меня вырубить тебя и бросить внутрь. Когда уезжаешь далеко от дома, нельзя быть таким разборчивым. Залезай быстрее».

Цин Чэнь ошеломленно уставился на учителя и долго молчал.

Он ничуть не сомневался, что его учитель действительно может вырубить его и бросить в палатку!

«Учитель, когда я только пошел ставить палатку, я случайно увидел в лесу блеск отраженного света. Я подозреваю, что кто-то тайно наблюдал за мной в бинокль, – немного подумав, сказал Цин Чэнь. – Я думаю, это странно».

Тогда Ли Шутон спокойно сказал: «Иди и жди в палатке, сегодня ночью учитель даст тебе первый урок в дикой местности».

…

Когда Цин Чэнь забрался в палатку Цинь Ии, он вдруг увидел на влагонепроницаемой подстилке два кусочка шоколада. Он знал, что охотники берут его с собой, чтобы пополнить силы, но Цинь Ии тайком отдала шоколад ему.

Он лежал на подстилке без сна, тщательно пережевывая шоколад.

Цин Чэнь знал, что сегодня ночью что-то произойдет, однако он не спал не из-за страха.

Когда Ли Шутон рядом, даже если он окажется в запретном месте, с ним все будет в порядке.

Он просто хотел знать, что случится сегодня ночью.

Обратный отсчет 70:00:00.

2 часа ночи.

Тени в лесу, шелест листьев, как будто что-то шевелилось на ветру.

С неба светил бледный месяц, а воздух был настолько прозрачен, что, кажется, кратеры на Луне можно было разглядеть прямо невооруженным глазом.

Лунный свет падал на поверхность земли, проникая сквозь промежутки в листве и оставляя брызги светлых пятен.

И среди этой игры света и тени кто-то осторожно потянул затвор винтовки.

Внезапно по небу проплыли темные тучи, словно в воздух поднялся темный город.

«Оставайся тут, я пойду посмотрю», – сказал старик Цинь Чэн своей жене.

Старик Цинь Чэн смутно услышал какое-то движение, взял с подушки пистолет и тихонько вышел из палатки.

Но как только его голова высунулась из палатки, кто-то приставил к его шее нож.

Цинь Чэн повернул голову, чтобы посмотреть. Чжан Тундань глядел на него, прищурившись в улыбке: «Тсс, молчи, нас интересуют только твои родственники. Мы хотим посмотреть, есть ли у этого большого человека из города ценные вещи. Прежде я спешил и как следует не рассмотрел, есть ли у него механические конечности. Что-то вроде нано-сплава».

Цинь Чэн покачал головой: «Я не понимаю, Чжан Тундань, мы так долго работаем вместе, не нарушай правила. Если будешь валять дурака, я расскажу твоему боссу все как есть».

«Не приплетай сюда босса, чтобы надавить на меня, у него сейчас есть дела поважнее, – улыбнулся Чжан Тундань, морщины на его лице напоминали своеобразный земной рельеф после ветровой эрозии. – Такая шишка может по своей воле отдать «Гром», так что если у него еще есть механические конечности, они должны быть очень ценными. Ты помолчи, мы убьем их и уйдем. Да не жалей их. Твоя вторая дочка такая красивая, ей можно не волноваться, она легко найдет себе мужа в пустоши. А если не сможет найти, может стать моей любовницей, тоже неплохо».

На лбу разгневанного Цинь Чэна вздулись синие вены, он внезапно обернулся с яростным ревом: «Берегитесь, на нас напали!»

Не то чтобы он так сильно хотел предупредить Цин Чэня и Ли Шутона, просто он знал натуру Чжан Тунданя, этот человек был подобен шакалу, раз уж он нарушил правила, он не позволит никому в лагере уйти.

Когда Цинь Чэн обернулся, Чжан Тундань внутренне закричал. Его рука резко рванулась вперед в желании перерезать ему горло, но он никогда не думал, что в воротник Цинь Чэна вшита пластина из сплава, и обычный нож вообще не мог ее пробить!

«Быстрее, убейте сначала этого городского!» – крикнул Чжан Тундань.

(Перевод: Ориана)

Теперь ритм нападения людей пустоши на лагерь был нарушен.

Эти люди изначально планировали тайком проникнуть во все палатки, взять под контроль всю старую семью Цинь, а затем убить Ли Шутона и Цин Чэня.

Но это непредвиденное событие разрушило план Чжан Тунданя.

Старый охотник Цинь Чэн заранее обнаружил их передвижение, к тому же, несмотря на его простодушное лицо, он не был человеком, готовым отдать себя на милость другим.

Из леса со всех сторон раздалась пулеметная очередь, все выстрелы были сосредоточены на палатке Ли Шутона и быстро превратили ее в решето!

Чжан Тундан наклонился и обошел ее сбоку, словно шакал-падальщик, уставившийся на свою добычу.

В тени леса он свирепо сказал: «Все из старой семьи Цинь оставайтесь в палатках, иначе не вините меня, я с вами церемониться не буду. Вначале разберусь с ним, а потом с вами!»

С этими словами он медленно приблизился к палатке Ли Шутона и подмигнул своим подчиненным.

Однако, когда его подчиненные отдернули полог палатки, то обнаружили, что внутри пусто: «Босс, там никого нет!»

«Проклятье, меня одурачили! – Чжан Тундань внезапно встал, огляделся, но не смог найти фигуру, которую искал. – Где этот человек?»

В лесу более десятка людей пустоши тоже поспешно огляделись по сторонам, но никого не нашли.

«Меня ищешь?» – раздался голос за спиной одного из них.

Костер в лагере внезапно разгорелся с новой силой, осветив лес яркими красками.

Человек пустоши обернулся, но увидел, как Ли Шутон с улыбкой вытянул палец и коснулся его груди.

Этот одетый в куртку мужчина средних лет, казалось, двигался очень медленно, но почему-то возникало ощущение, что от него невозможно сбежать.

Палец коснулся его грудины на одно мгновение.

Беззвучно. Однако у человека пустоши не было времени среагировать, он, словно пушечное ядро, врезался спиной в ствол дерева.

Но самое странное, что в тот миг, когда человеческое тело столкнулось со стволом дерева, не раздалось ни звука.

Этот человек повис в воздухе и медленно соскользнул вниз по стволу дерева, и это медленное скольжение, казалось, противоречило законам природы.

Ударить человека – все равно что повесить картину, просто и без лишних слов.

Победа была одержана с легкостью, но что странно, во время боя был слышен только звук падающих листьев.

Все слышали, как беспрерывно падают листья, но когда посмотрели туда, где изначально находился человек пустоши, везде валялись только опавшие листья, а Ли Шутона больше не было.

В темноте ночи Чжан Тундань ничего не слышал, но видел, как его подчиненные один за другим повисают на стволах деревьев и медленно умирают.

Каждый раз, когда он слышал, как падают листья, и поворачивался, чтобы посмотреть, что с его подчиненными, он мог видеть только опавшие листья, разлетающиеся от удара его подчиненными о ствол дерева.

Казалось, что вокруг лагеря в лесу внезапно начался сильный дождь.

Человек, которого нельзя найти, звуки, которые нельзя услышать, и бесконечно падающие листья.

И колыхающийся костер.

Странно.

Таинственно.

Могущественно.

Чжан Тундань был напуган. Он воспользовался моментом, пока его люди погибали, развернулся и побежал вглубь леса.

В лагере Цинь Чэн уже привел Цинь Туна и других, чтобы взять оружие, и они, используя пикапы в качестве прикрытия, внимательно наблюдали за окрестностями.

Сначала, когда они услышали выстрелы, они подумали, что все кончено.

Не было ни звука сражения, ни криков, Цинь Чэн подумал, что Ли Шутон уже погиб в том сосредоточенном огне.

Мужчина средних лет и молодой человек, вероятно, были убиты.

Теперь им самим нужно думать не о спасении людей, а о том, как противостоять следующей осаде Чжан Тунданя.

Однако реальность несколько отличалась от того, что они себе представляли. Хотя звуков борьбы не было слышно, проблема заключалась в том, что люди, которых привел Чжан Тундань, не напали на них.

Наоборот, они, кажется, пропали.

«Пап, что происходит?» – тихо спросил Цинь Тун.

Цинь Чэн понизил голос и сказал: «Из-за своей жадности Чжан нарушил правила. Он даже осмелился напасть на нас после сбора платы за проезд. Они пришли за ними двумя, но они определенно не позволили бы нам просто так уйти. Иначе мы бы тогда сообщили об этом его боссу, и тогда он труп».

«Тогда что нам теперь делать?» – спросил Цинь Тун.

«Ты с младшими братьями охраняй машины, я пойду посмотрю», – сказал Цинь Чэн, собираясь прокрасться мимо, воспользовавшись хаосом, но в этот момент он вдруг спросил: «Где твоя сестра? Где Ии?»

Цинь Чэн огляделся, чтобы посмотреть, куда она делась, но увидел, что Цинь Ии ползет по земле к палатке Цин Чэня с пистолетом в зубах.

«Да за что ж мне такое!» – грустно сказал Цинь Чэн.

Но старик замолчал, почувствовав, что что-то здесь не так.

Потому что в лесу послышались одинокие шаги.

Он поднял глаза и внезапно увидел аккуратно одетого Ли Шутона, выходящего из тени леса. Он снова вышел из темноты на свет костра.

Ли Шутон с улыбкой сказал: «Вопрос решен. Пришло больше людей, чем ожидалось, поэтому это заняло больше времени».

Цинь Чэн, Цинь Тун и остальные тупо уставились на мужчину средних лет, а затем обменялись растерянными взглядами.

Вопрос решен?

Вот так сразу?

Раньше, когда они видели, что Ли Шутон не желает встречаться с командой осенней охоты, они подумали, что он был просто одиночкой уровня С, который не имеет ничего общего с консорциумом. Но теперь кажется, что у него, скорее всего, сила уровня В.

Цинь Чэн выглянул за пределы лагеря. Среди света и тени, отбрасываемых костром, он все еще мог видеть трупы людей пустоши, сидящих у стволов деревьев.

Старик Цинь Чэн подмигнул Цинь Туну.

Цинь Тун под предлогом, что ему надо оглядеться, подошел к трупу, чтобы осмотреть раны.

«Странно», – Цинь Тун обнаружил, что у этих людей вообще не было ран, как будто они заснули, и не было никакого кровотечения изо рта или еще откуда-то. Казалось, что у них не было никаких внутренних повреждений, и их органы не были разорваны.

Цинь Тун даже чувствовал, что эти люди не мертвы, а просто спят.

Однако, когда он протянул руку, чтобы коснуться сонной артерии трупа, чтобы посмотреть, был этот человек мертвым или нет, он увидел, что от его прикосновения человек перед ним свалился, словно бесформенный мешок.

Цинь Тун взял его за руку, кости внутри были разбиты в крошку.

Он сразу обернулся и посмотрел на Ли Шутона, сидевшего у костра. Как он это сделал?!

Во время их разговора Цинь Ии встала и побежала к палатке Цин Чэня. Она подняла полог, но обнаружила, что внутри тоже пусто, молодой человек в какой-то момент исчез!

«Где Сяоту?» – Цинь Ии посмотрела на Ли Шутона.

«О, я оставил ему одного для тренировки, он должен был перехватить его, пока тот не сбежал», – как ни в чем не бывало сказал Ли Шутон, как будто он совсем не беспокоился о безопасности Цин Чэня.

Далеко в лесу внезапно раздались выстрелы, а затем послышался медленно приближающийся звук, как будто кто-то что-то волочил.

Было похоже, будто по земле тащили что-то тяжелое.

Все посмотрели в ту сторону. Удивительно, но это Цин Чэнь притащил обратно Чжан Тунданя за воротник.

На лице молодого человека была кровь, которая в свете костра казалась темно-красной. На его куртке в районе пояса была дырка от пули, но она не задела его тело.

А голова Чжан Тунданя была запрокинута, из его шеи все еще хлестала кровь, он определенно был уже мертв.

«Он хотел убежать, но не убежал», – кратко сказал Цин Чэнь.

Глава 118. Мужское суеверие

(Перевод: Ориана)

Цинь Чэн и остальные молча наблюдали. Сейчас этот молодой человек совершенно не был похож на того, кого они встретили в первый раз.

Когда они впервые встретились, он был спокоен, как холодный камень, но теперь он был больше похож на острый нож.

Чжан Тундань был известным человеком в дикой местности, и многим путникам приходилось платить ему за проезд.

Но сегодня он погиб от рук неизвестного мальчишки.

«Это не похоже на городского жителя, это больше похоже на человека из пустоши», – Цинь Ии много лет жила в дикой местности и долгое время считала себя жителем пустоши, ей больше нравилась дикая местность. Она с улыбкой отряхнула с себя пыль, а затем спросила через костер: «Ты ранен?»

«Нет», – покачал головой Цин Чэнь. Он вытащил пистолет из руки Чжан Тунданя, а затем посмотрел на Ли Шутона: «Учитель, я заберу это себе».

«Мм, – кивнул Ли Шутон, – потом может пригодится. Проверь, у него еще может быть магазин».

Цинь Чэн немного подумал и сказал: «Коробки, которые мы отдали Чжан Тунданю, должны быть поблизости, пойду поищу».

С этими словами старик повел своего сына в лес.

Цинь Тун тихо подвел отца к трупу и присел на корточки: «Пап, посмотри на этот труп, он очень странный».

Цинь Чэн молча проверил: «Странно, какая техника может так убивать людей? Кроме того, почему мы сейчас не слышали никаких звуков?»

Он встал и потер ствол дерева своей обшарпанной механической ладонью: «Такая прочная кора потрескалась».

Прямо сейчас отца и сына интересовал только один вопрос: как, в конце концов, он это сделал?

«Ладно, забудь, – вздохнул Цинь Чэн, – я чувствую, что мы все еще недооцениваем его. У этого мужчины средних лет определенно уровень B. В последний раз я видел атаку уровня B полгода назад. Один человек уничтожил целый лагерь, это было ужасно страшно».

«Пап, – глаза Цинь Туна засияли, – теперь я думаю, что парень действительно является учеником мужчины средних лет. Раз уж Ии так нравится этот пацан, и этому мужчине Ии, похоже, тоже нравится…»

Цин Чэнь и Ли Шутон прежде разговаривали шепотом, поэтому, хотя они уже поняли, что Цин Чэнь не был слугой, они не были полностью уверены в отношениях между этими двумя.

Пока Цинь Тун говорил...

Бац!

Цинь Чэн ударил своего сына по затылку своей механической ладонью. От этого подзатыльника у Цинь Туна даже искры из глаз посыпались.

Старик тихо отругал его: «Чтобы добыть себе пропитание, наша семья Цинь всегда полагалась на милость неба. Зачем мы уехали из города? Разве не только для того, чтобы не страдать от унижения? Даже если Ии не выйдет замуж до конца своей жизни, она может жить хорошо. Нашей семье Цинь не нужно продавать своих дочерей ради богатства».

Цинь Тун обиженно сказал: «Когда я женился, ты по-другому говорил. Ты сказал мне, если я женюсь на Вэньвэнь, наша жизнь в пустоши станет гораздо удобнее».

Вэньвэнь – старшая дочь одного племени в дикой местности. После того, как Цинь Тун женился на ней, их дела действительно пошли лучше.

Кроме того, если все должны были платить за проезд четыре флакона антибиотиков, то семье Цинь нужно было платить только один флакон.

Только у Вэньвэнь нет легальной регистрации в городе, поэтому, когда семья отправляется в город, жена Цинь Туна может только ждать снаружи в пустоши.

Цинь Чэн подождал, пока Цинь Тун выскажется, и сказал: «Ты старший сын в семье, кому еще идти на жертвы, как не тебе? К тому же, разве Вэньвэнь плохая? Когда в прошлом году ты был ранен, она оставалась в машине и заботилась о тебе три месяца!»

«Я не говорил, что она плохая, у нас с Вэньвэнь очень нежные отношения. Пап, нам незачем ссориться», – уставился на него Цинь Тун.

«Ладно, быстрее забери все коробки».

…

В лагере.

Цинь Ии достала свое полотенце и налила немного горячей воды, чтобы помочь Цин Чэню вытереть кровь с одежды.

Куртка изготовлена из водонепроницаемой ткани, так что ее можно дочиста протереть полотенцем.

Когда Цинь Ии хотела помочь Цин Чэню вытереть лицо, Цин Чэнь поспешно выхватил полотенце и увернулся...

В это время Ли Шутон достал из нагрудного кармана Чжан Тунданя черную коробочку.

Он открыл ее, шесть игл «Гром» все еще спокойно лежали внутри.

С самого начала учитель знал, что «Гром» к нему вернется.

Цин Чэнь посмотрел на Ли Шутона и тихо сказал: «Учитель, вы намеренно отдали им «Гром», чтобы заставить их захотеть большего?»

Ли Шутон улыбнулся и кивнул, но в выражении его лица скрывался холодный подтон: «Если учитель хочет научить ученика, ему нужно учебное пособие, а мы с тобой вышли налегке. Само собой, мы же не могли взять учебные материалы с собой, так что остается только сделать так, что они сами пришли. Этот урок должен научить тебя тому, что нельзя заглянуть в чужую душу, поэтому нельзя никому показывать свое богатство».

Для того, чтобы преподать этот урок, он потратил больше десятка жизней.

Но нынешнему лидеру Рыцарей, похоже, было все равно.

Точно так же, как главы семьи Цин ничего не меняли из поколения в поколение, хотя и знали о жестокости Битвы за Тень.

Каждый научился смотреть в лицо этому миру с ожесточением.

«Но что, если бы он ушел с «Громом»?» – спросил Цин Чэнь.

«Ушел так ушел, это всего лишь одна коробка «Грома», чего из-за нее переживать», – посмеиваясь, сказал Ли Шутон.

В этой фразе главным образом выделялось два слова: богатый и своенравный.

«Разве тогда бы план учителя не провалился?» – спросил Цин Чэнь.

«О, вот почему я не рассказал тебе о плане с самого начала. Если бы он провалился, я притворился бы, что у меня нет никакого плана», – уверенно сказал Ли Шутон.

Цин Чэнь: «!»

В это время Цинь Чэн и Цинь Тун вернулись в лагерь с четырьмя коробками, а остальные члены семьи Цинь побежали в лес, чтобы тщательно обыскать трупы, стараясь найти все, что можно использовать.

Обувь подходящего размера, мужскую одежду, оружие, боеприпасы.

Или какие-нибудь странные вещи из дикой местности.

Дело не в том, что семье Цинь не хватает денег, поэтому им приходится носить одежду мертвецов.

Просто позже они встретят людей пустоши и смогут обменять это на пушнину и лекарственные материалы.

К так называемым лекарственным материалам относятся такие вещи, как дикий женьшень, кордицепс, панты оленя, пенис оленя и всякое такое. Несмотря на то, что технологии внутреннего мира полностью сокрушили внешний мир, мужское суеверие в отношении товаров для здоровья все еще не искоренено.

Ли Шутон немного подумал и сказал Цинь Чэну: «На этот раз ты поссорился с человеком пустоши, с которым сотрудничал раньше, но который обманул тебя. Я думаю, это будет иметь плохие последствия. Давай сделаем так, после того, как вернетесь в город 18, отправляйтесь в дом № 13 на улице Чунлей в девятом районе, найдите человека по имени Су Синчжи, он поможет со всем этим разобраться, а также поможет найти новых торговых партнеров».

«Спасибо», – серьезно сказал Цинь Чэн.

Цин Чэнь тихо спросил: «Учитель, вы так добры к ним, это больше, чем извинения. У меня такое ощущениею, что вы лично их знаете».

Ли Шутон кивнул: «Цинь Чэн – старший брат моего старого друга, который теперь в заточении из-за меня».

Глава 119. Третий урок

(Перевод: Ориана)

Обратный отсчет 66:00:00.

Раннее утро.

Ли Шутон рано утром поприветствовал Цинь Чэна, а затем повел с собой Цин Чэня по горной дороге.

Они не собирались покидать команду и двигаться дальше одни, но Ли Шутон хотел преподать Цин Чэню второй урок.

Нет, если быть точным, это третий урок.

Первый урок – благоговение перед жизнью.

Второй урок – как смотреть в лицо миру.

Просто первый урок Цин Чэнь прошел самостоятельно на горе Лаоцзюнь, поэтому Ли Шутон не чувствовал себя причастным к этому.

Он очень сожалел об этом.

Они вдвоем перешли через гору и прошли более пяти километров, но Ли Шутон все еще не мог найти нужное ему место.

«Учитель, мне все время кажется, что на этот раз вы торопитесь, – спокойно сказал Цин Чэнь, идя по горной дороге, – с тех пор, как вы узнали, что я вернулся из внешнего мира живым, а затем случайно достиг узкого места прорыва генного замка, вы начали что-то планировать».

Все это кажется спонтанным, однако Ли Шутон не делает это без всякой цели.

Ли Шутон спокойно улыбнулся: «У учителя тоже есть свои дела. Восемь лет назад младший брат Цинь Чэна и многие другие люди сражались со мной плечом к плечу, но мы потерпели неудачу, поэтому я оказался в ловушке в этой тюрьме. На самом деле, я мог бы принять бой, но никому неизвестно, какие были бы последствия».

Цин Чэнь не знал, что произошло восемь лет назад. Он спросил: «А что сейчас? Учителю больше не о чем беспокоиться?»

«В то время я боялся, что в моем поколении Рыцари внезапно исчезнут, – сказал Ли Шутон, – поэтому я ждал и, наконец, дождался тебя. Теперь я уверен, что ты тот преемник, которого я ждал, таким образом, я могу начать действовать и встретиться лицом к лицу с этим миром. Не спрашивай меня, что я собираюсь делать, твоя жизнь только началась, и все, что мне нужно сделать, это сопровождать тебя в пути некоторое время».

«Учитель, в чем заключаются испытания жизни и смерти?» – спросил Цин Чэнь.

«Испытания жизни и смерти могут показаться таинственными, но на самом деле все очень заурядно, – сказал Ли Шутон, направляясь навстречу утренней заре, – это всего лишь азартная игра, ты отдаешь свою жизнь этому миру. Заберись на гору, понаблюдай за снегопадом, кричи во весь голос в месте, которое ближе всего к небу».

«Учитель, – спросил Цин Чэнь, шагая по извилистой горной дороге, – почему вы вообще встали на этот путь?»

В конце концов, они вдвоем подошли к утесу высотой в десятки метров, и Ли Шутон оглянулся на Цин Чэня: «Потому что жизнь скучна? Или потому что я горячо люблю этот мир? Раньше я был очень твердо уверен, а теперь даже не знаю, что сказать».

В это время в небе раздалось жужжание. Ли Шутон нахмурился, поднял лист рядом с собой и швырнул его в сторону только что появившегося беспилотника «Рубеж-011».

Видно было, как этот лист пронзил дрон, словно удар молнии.

Дрон накренился и упал в сторону долины.

Цин Чэнь наблюдал, как беспилотник медленно исчезает из виду, и внезапно спросил: «Учитель, это слишком близко к лагерю Цинь Чэна. Это может заставить команду осенней охоты заподозрить, что это именно они уничтожили беспилотник».

Ли Шутон задумался на какое-то время: «Все в порядке, я могу хорошо их защитить».

Однако Цин Чэнь покачал головой: «Учитель, вы не можете защищать их все время. Вы должны знать, где находится база Чжан Тунданя и остальных».

«Это на севере, более 30 километров отсюда», – сказал Ли Шутон.

Цин Чэнь немного подумал и вырезал кинжалом на скале мелкими буквами: «Жду вас на севере, приходите и зарежьте меня, если смелости хватит».

Ли Шутон потерял дар речи. Он посмотрел на своего ученика: «Я, Ли Шутон, неожиданно принял такого коварного ученика».

Цин Чэнь ответил: «Учитель, да вы такой же».

«Ладно, закончим дело, пока эти мажоры не пришли, – сказал Ли Шутон Цин Чэню. – У тебя хорошая память, поэтому мне нужно научить тебя только один раз, а на все следующие горы тебе придется взбираться самостоятельно. В то время, гора, с которой ты столкнешься, будет выше и опаснее этой».

Сказав это, Ли Шутон развернулся и направился к утесу.

В этот момент Цин Чэню показалось, что учитель перед ним ярко сияет в свете утренней зари.

…

В лагере на озере Чжицзы.

Первый помощник, сидевший на месте рядом с водителем и управлявший дронами, вдруг приглушенно фыркнул, обнаружив, что нейронное подключение резко оборвалось.

«Один из дронов уничтожен», – тихо сказал он.

«Как он выглядит, разглядел?» – спросил мужчина средних лет, сидевший со скрещенными ногами на крыше машины.

«Нет, он стрелял слишком быстро, – объяснил первый помощник. – Он, возможно, был наготове с оружием в руках и стал стрелять, как только увидел беспилотник. Очень меткая стрельба. Хотя я не смогу узнать его, но он, должно быть направляется в нашу сторону».

«Что ж, я скажу молодым господам, чтобы готовились к охоте», – мужчина средних лет потянулся и спрыгнул с крыши машины.

Молодой первый помощник замялся: «Противник должен быть в состоянии распознать беспилотник модели «Рубеж-011». По внешнему виду боевого беспилотника этого типа он должен быть в состоянии судить, что мы команда осенней охоты, а возможно, даже полевая рота Второй федеральной армии. Если это так, то они могут прийти подготовленными».

«Это не имеет значения, – немного подумав, сказал мужчина средних лет, – На этот раз, когда Ли Ино с нами, все не так, как раньше».

…

Более чем в сорока километрах к северу над огромным лагерем клубится дым.

Почти сто человек собралось перед более чем десятком костров. Одни шлифовали напильниками боеголовки, другие чистили огнестрельное оружие.

Группа людей молча ждала.

Только в 7 часов утра с гор подъехал внедорожник.

Из машины выскочил молодой крепкий мужчина и закричал: «Босс, Чжан Тундань и другие не вернулись на место встречи, как было условлено, я также до сих пор не могу связаться с ними по рации».

Смуглый мужчина в толпе долгое время сидел молча, все взгляды были прикованы к нему.

Темнолицый долго размышлял, потом положил баранью ногу, которую держал в руке, и спросил: «На озере Чжицзы не искал?»

«Озеро Чжицзы оцеплено десятком беспилотников «Рубеж-011», я вообще не осмелюсь туда приблизиться, босс. Там действительно были выстрелы, однако я не могу быть уверен, было ли там сражение, – сказал крепкий мужчина, – эти сумасшедшие из команды осенней охоты любят пострелять, когда слишком много выпьют. Я не пошел собственными глазами смотреть, что там происходит».

Смуглый мужчина сидел у костра и размышлял: «Вообще-то, Чжан Тундань любит запугивать слабых, но боится сильных, поэтому он не должен осмелиться провоцировать команду осенней охоты. Это сделал Цинь Чэн?»

Молодой здоровяк, который только что вернулся, сказал: «Когда я во второй половине дня наблюдал за озером Чжицзы, Чжан Тундань уже вернулся на расстояние внутренней связи и сказал мне, что он получил плату за шкуры. Я думаю, раз сделка уже завершена, старому Циню незачем убивать его».

«Тогда почему они сразу не встретились с тобой?» – спросил темнолицый.

«Мне тоже интересно, однако, когда я позже спросил его по рации, никто не ответил», – ответил молодой здоровенный мужчина.

Темнолицый вздохнул: «Скорее всего, их перехватила осенняя охота. Они единственные в этом районе, кто может их уничтожить».

«Босс, что теперь делать? Мы должны отомстить за Чжан Тунданя!»

«Отомстить? Вы знаете, что в команде осенней охоты есть мастера, и их снаряжение намного лучше нашего!» – смуглый мужчина огляделся вокруг.

«Но у нас много людей, и мы знакомы с местностью. Если они пойдут дальше на юг, то достигнут перевала Яцзы. А за перевалом Яцзы разве не наша территория?» – сказал кто-то.

Глава 120. Будь уверен

(Перевод: Ориана)

Смуглый мужчина посмотрел на горящих желанием людей пустоши вокруг него, но все же покачал головой: «Скоро зима, незачем создавать лишние проблемы».

Однако в этот момент вперед вышел молодой человек с волчьей шкурой на плечах и сказал: «Пап, подумай, десяток дронов «Рубеж-011», плюс больше 30 новых дизелей, разве этого еще не достаточно, чтобы начать действовать? Кто знает, что еще полезного есть в это колонне осенней охоты. Если мы принесем все это к Огненному пруду, может быть, старейшина позволит нам быть ближе к Огненному пруду во время церемонии поклонения тотему».

Когда молодой человек упомянул об Огненном пруде и тотеме, темнолицый промолчал и, казалось, был немного взволнован.

Молодой человек продолжил: «Пап, ты тоже знаешь, что эти раздолбаи из осенней охоты только выглядят живчиками, среди них не так много людей, которые действительно способны сражаться. Если несколько человек умрут, они убегут, сверкая пятками».

«Да что ты знаешь, мальчишка, – сказал смуглый мужчина, – если мы убьем их, это может привлечь к нам армию».

«Даже если мы не убьем их, армия и так постоянно устраивает на нас облаву, – сказал молодой человек, – убьем их сейчас, пойдем глубже в горы на западе и подождем сильного снегопада, кто сможет нас найти?»

Все в пустоши знают, что команда осенней охоты – это просто показуха, сборище богатеньких деток приезжает в дикую местность, чтобы бессмысленно охотиться и убивать людей пустоши, но они просто опираются на передовые технологии и на то, что люди пустоши не посмеют отомстить.

Традиция осенней охоты продолжается сотни лет без каких-либо проблем, поэтому молодежь консорциумов становилась все более и более расслабленной, отправляясь в дикую местность, как будто это был их собственный сад за домом.

Но смуглый мужчина все еще колебался, он знал, что в словах его сына есть смысл, но привычка к осторожности, выработанная годами, все еще не давала ему рисковать.

Молодой человек немного помолчал и сказал: «Пап, если ты не осмеливаешься идти, я возьму людей и пойду».

Темнолицый с усмешкой взглянул на него: «Не рановато ли тебе отделяться и брать инициативу в свои руки?»

Недаром люди пустоши никогда не были по-настоящему едины.

На этой земле битвы не прекращались круглый год, и их дикая натура была доведена до крайности.

Когда лев состарится, появится другой лев, молодой и сильный, который захочет его заменить.

Если бы не таинственный Огненный пруд в снежных горах, борьба в пустоши была бы еще более кровавой и ожесточенной.

Темнолицый сказал: «Давайте пойдем к озеру Чжицзы и посмотрим, может быть, это было сделано не командой осенней охоты. Но если это действительно были они, я не стану сидеть сложа руки, не дам Чжан Тунданю умереть напрасно».

Лагерь людей пустоши забурлил. Они договорились, что группа людей сначала отведет женщин в лагерь в горах, пройдя вдоль границы запретного места.

Как только они добьются успеха, основные силы поспешат к ним.

Он сбегут до того, как сильный снегопад перекроет путь в горы.

9 часов утра.

Темнолицый повел команду к озеру Чжицзы. Все накинули на себя маскировочную одежду с ветками и листьями и осторожно пошли через горы.

Но прежде чем они приблизились к озеру Чжицзы, кто-то заметил жужжащий перед ними беспилотник.

«Что происходит? Мы еще не должны оказаться в зоне оцепления беспилотниками, – спросил смуглый мужчина человека рядом с ним. – Как ты проверял?»

Молодой крепкий мужчина, сообщивший утром эту информацию, тоже растерялся: «До озера Чжицзы отсюда больше десяти километров, до зоны оцепления и в самом деле еще далеко!»

Теперь раздумывать было некогда, темнолицый тут же приказал стрелять и сбить беспилотник.

Однако, как только они приготовились стрелять, дрон ловко сделал несколько кругов и улетел обратно.

В команде осенней охоты молодой первый помощник в голографических очках сказал: «Нашел. Поблизости действительно есть дикари, которые устроили засаду. Похоже они и сбили наш беспилотник. Но не советую за ними гнаться, я видел, что у них больше людей, чем у нас. Кроме того, я не смог оценить их вооружение…»

Но не успел он договорить, как кто-то уже с ревом вдавил педаль газа и рванул в том направлении, где находились люди пустоши.

Мужчина средних лет рядом с первым помощником нахмурился и посмотрел на Ли Ино: «Вы должны их остановить».

Ли Ино села в свою машину и сказала как ни в чем не бывало: «Я видела, как утром эти болваны переборщили с дофаминовыми чипами. Они сейчас с катушек слетели, их никто не остановит. Хотят умереть и ладно. Когда умрут, мозги на место встанут».

Мужчина средних лет вздохнул, а затем сказал первому помощнику: «Вышли все дроны, чтобы прикрыть их огнем».

Ли Ино могла просто сидеть и смотреть, но он не мог.

Статус в этом мире очень важен. Сопровождение команды осенней охоты означало, что они были обречены всегда подтирать им задницы, потому что этим молодым господам было все равно, опасно это или нет.

…

Когда Цин Чэнь и Ли Шутон вернулись в лагерь после тренировки, Цинь Чэн уже уложил все вещи в машину.

Цинь Ии заметила, что Цин Чэнь был весь покрыт пылью, как будто он только что катался по земле.

Она с любопытством спросила: «Куда вы сейчас ходили?»

Ли Шутон улыбнулся: «Дай нам по яблоку, и я тебе скажу».

Цинь Ии поморщилось: «Не стыдно в таком возрасте яблоки выманивать?»

Но все же девушка достала из сумки два яблока, большое отдала Цин Чэню, а то, что поменьше, отдала Ли Шутону.

«Ладно, можете ответить на мой вопрос?» – спросил Цинь Ии.

Ли Шутон не выказал никакого презрения, он весело сказал: «Я учил его лазить по горам».

«Тебя еще нужно учить лазить по горам?» – спросила Цинь Ии.

Цин Чэнь сказал: «То лазанье по горам, о котором мы говорим, отличается от того, что ты себе представляешь».

Отвесная скала под прямым углом, карабкаться голыми руками.

Это то, о чем многие даже не осмеливаются подумать.

На утесе щели, за которые можно ухватиться, могут иметь место всего лишь для одного пальца или даже меньше.

Хотя Цин Чэнь запоминал в уме каждое движение Ли Шутона, между запоминанием и навыком все еще есть разница.

Он еще не понимал, что значит преодолеть этап жизни и смерти, он только знал, что скоро ему предстоит взобраться на очень высокую гору.

В будущем он будет наблюдать за снегопадом и кричать во весь голос в том месте, что ближе всего к небу.

Размышляя об этом, Цин Чэнь, казалось, с нетерпением ждал такой жизни.

Во время их разговора со стороны огромных гор вдалеке внезапно донесся звук взрыва.

Этот громкий звук эхом отдавался в горах, вспугнув стаю птиц.

Местоположение Цинь Ии и остальных было прикрыто горами, поэтому они ничего не видели, кроме огромной стаи птиц в небе, летящей с запада на восток.

Цин Чэнь задумался, а затем тихо спросил: «Учитель, это имеет какое-то отношение к словам, которые я вырезал?»

Ли Шутон сказал: «Будь уверен, это определенно имеет к тебе отношение».

Глава 121. Автоколонна семьи Камиширо

(Перевод: Ориана)

«Собираем вещи и отправляемся. Я не знаю, почему эти две группы людей в горах затеяли драку», – взволнованно сказал Цинь Чэн.

Услышав звуки сражения в горах, старик запаниковал.

Он знал, что в этом районе есть только две группы людей: команда осенней охоты и босс Чжан Тунданя.

Но он чувствовал, что здесь что-то не так, почему эти две группы начали сражаться?

Цинь Чэн взглянул на Ли Шутона и Цин Чэня. Он долго сдерживался, но все же спросил: «Вы двое рано утром ходили в горы, не случилось ли чего-нибудь странного, например...»

Ли Шутон: «Нет».

Цин Чэнь: «Нет».

Цинь Чэна взяла досада, он еще ничего не сказал, а эти двое, учитель и его ученик, сразу начали все отрицать.

Если битва в горах не имеет к ним никакого отношения, то это вообще ничем не объяснить!

Тут Ли Шутон сказал ему: «Помоги найти нам обоим подходящую чистую одежду. Я думаю, одежда Цинь Туна нам подойдет».

«Зачем вам вдруг понадобилась одежда?» – удивился Цинь Чэн.

«Все же наши куртки слишком привлекают внимание, – с улыбкой сказал Ли Шутон, – с первого взгляда видно, что мы не люди пустоши».

Кожа на голове Цинь Чэна сразу онемела. Он подумал, что эти двое что-то натворили, и их кто-то заметил, поэтому они хотят срочно переодеться?

Он быстро нашел два комплекта одежды, а затем велел остальным готовиться к отъезду.

Чуть позже, переодеваясь в лесу, Цин Чэнь спросил: «Учитель, у вас есть какой-то новый план?»

«О, учитель преподаст тебе четвертый урок», – переодевшись, ответил Ли Шутон.

Цин Чэнь вдруг почувствовал, что кто-то подглядывает за ним, и когда он обернулся, то увидел убегающую в спешке Цинь Ии.

Он оделся и спросил: «Учитель, в чем заключается четвертый урок?»

«Научу тебя быть охотником», – ответил Ли Шутон.

«Что за добыча?» – снова спросил Цин Чэнь.

«Скоро узнаешь».

Они закопали свои куртки и рюкзак в землю. Не считая складного табурета, который захотел забрать с собой Ли Шутон, они взяли лишь несколько предметов первой необходимости.

Там же зарыли толстое руководство по поддержанию здоровья.

…

По дороге едут два пикапа.

Два дня прошли быстро.

Обратный отсчет 16:00:00.

Хотя города внутреннего и внешнего мира соответствуют друг другу, площадь суши внутреннего мира намного больше, чем внешнего.

Во внешнем мире за три дня езды по бездорожью машина бы уже выехала за границу провинции.

Однако Цин Чэнь молча наблюдал из пикапа, как цифры на придорожном пограничном знаке изменились с «18, 235» на «18, 644». На самом деле они даже не выехали с территории, относящейся к городу 18.

Он вдруг осознал, какая огромная разница существует между территориями внутреннего и внешнего миров.

В это время Ли Шутон, Цинь Ии и Цинь Тун играли в карты в кузове машины.

Первоначально они пригласили Цин Чэня поиграть, но Ли Шутон категорически запретил ему играть. По словам этого учителя, такие читеры вообще не должны играть в игры.

Игра, в которую играли эти трое, называется «Антимонополия», и правила были почти такие же, как в игре «Бей помещика».

(п.п. – «Бей помещика» – китайская разновидность покера, играют 3-4 человека, один «помещик» против остальных, которые образуют команду, «крестьян»)

Ли Шутон использовал «Гром» в качестве ставки. Если он проигрывал, он должен был отдать одну иглу «Грома», а если проигрывала Цинь Ии, она должна была дать одно яблоко.

В результате всего за полчаса Цинь Ии потеряла больше десятка яблок из своего рюкзака.

Ли Шутон без всякого стеснения забрал все яблоки на свою сторону, показывая всем, что раз проиграл – должен платить.

Цин Чэнь даже потерял дар речи. Почему его учитель был таким игривым?

Во время их путешествия его учитель больше был похож на своевольного и любящего повеселиться подростка.

Увидев красные глаза девушки, Цин Чэнь поднялся, взял карты из ее руки и посмотрел на своего учителя: «Давайте продолжим».

Первоначально радостное выражение лица Ли Шутона тут же стало серьезным.

Всего за 10 минут Цин Чэнь помог девушке отыграть все яблоки.

Девушка с радостными возгласами снова схватила свои яблоки. Ли Шутон печально сказал: «Парень, ты почему чужую сторону занял?»

Однако, хотя лицо Ли Шутона выражало, как ему горько, его сердце наполнилось радостью.

Он провел восемь лет в этой мрачной тюрьме, и казалось, что никогда не был таким счастливым.

Цин Чэнь передал карты Цинь Ии, а сам продолжил отдыхать, прикрыв глаза.

Он вспоминал каждую деталь, как выбрать путь восхождения, как создать себе точку опоры, когда не за что ухватиться, как прикладывать силу руками, ногами, пальцами и как контролировать свою физическую форму во процессе восхождения в гору.

Это то, чему он должен научиться.

В этот момент кузов пикапа начал подпрыгивать.

Цин Чэнь открыл глаза, чтобы посмотреть, и обнаружил, что шоссе превратилось в грунтовую дорогу.

Цинь Ии объяснила ему: «Поскольку поначалу границы городов были несколько размыты, ни один город не был готов платить за ремонт дорог, поэтому тут появилась такая необычная грунтовая дорога».

Цинь Ии улыбнулась и сказала: «Но как только мы выехали на эту грунтовую дорогу, мы поняли, что место нашего сегодняшнего лагеря недалеко. Наша семья обнаружила это место. Там есть ручей, по которому можно ходить босиком, потому что он слишком мелкий, и большие рыбы, которые могут есть людей, там просто застрянут. А еще там есть лес, где растет хурма. Летом мы кладем хурму в воду, а когда она станет холодной, едим ее. Поблизости нет никаких диких зверей, а вот дальше на юг их будет больше».

Девушка так подробно об этом рассказывала, будто делилась своим собственным счастьем.

Цин Чэнь понял, что это должно быть постоянный лагерь семьи Цинь всякий раз, когда они приезжают в пустошь, и его также можно считать райским уголком для маленькой семьи.

Однако, как только они свернули на небольшую горную дорогу, они обнаружили, что впереди в этом райском уголке уже стоит группа машин.

Цин Чэнь взглянул на логотип Фудзиямы на этих черных внедорожниках, а затем посмотрел на Ли Шутона: «Учитель, автоколонна семьи Камиширо».

Ли Шутон засмеялся и тихо сказал: «Чего ты нервничаешь, боишься встретить знакомого?»

«Учитель, мне всегда кажется, что вы так и ждете, чтобы поглазеть на что-то интересное?» – недоумевал Цин Чэнь.

«О чем вы двое говорите? Почему вы все время шушукаетесь?» – озадаченно спросила Цинь Ии.

В этот момент Ли Шутон стер пальцами немного пыли с подошв своих ботинок, а затем небрежно размазал ее по лицу себе и Цин Чэню.

В этот момент Цинь Ии поняла, что, возможно, раньше ее предположение было неправильным. Они прятались в лесу не потому, что не могли ничего сказать тем ребятам из консорциума, а потому, что их внешность должна быть очень узнаваемой, так что без маскировки другие их узнают!

Глава 122. Перевод

(Перевод: Ориана)

Когда два пикапа семьи Цинь свернули на эту небольшую горную дорогу и увидели автоколонну семьи Камиширо, отступать было уже поздно.

Сегодня ночью вот-вот произойдет возвращение, а тут неожиданно встретились такие неприятности.

Цин Чэнь не совсем понял, почему учитель испачкал ему лицо.

Теперь, когда они встретили команду семьи Камиширо, даже если они не могут узнать такого человека, как его учитель, который много лет жил вдали от мира, но Камиширо Соранэ точно сумеет узнать его самого.

Немного пыли на лице ничего не изменит.

Ли Шутон, казалось, прочитал его мысли, потому что он с улыбкой прошептал: «Не волнуйся, того, кто может узнать тебя, в команде Камиширо сейчас нет».

Цин Чэнь вздохнул с облегчением.

Во внешнем мире в Китае насчитывается 19 городов, соответствующих внутреннему миру, но на самом деле во всей Федерации 25 городов, шесть из которых контролируются семьями Камиширо и Касима, которые соответствуют шести городам в Корее и Японии.

Но эти две семьи – чужаки, которые переселились сюда, поэтому семьи Ли, Чэнь и Цин совершенно их не признавали.

Ли Шутон сказал Цин Чэню: «С самого начала семья Камиширо, кажется, являлась императорской семьей на острове. Хотя после переселения феодальные традиции исчезли, они всегда были окружены несколькими знатными фамилиями. Эти фамилии существуют и сегодня. Такахаси, Ямагути, Иноуэ, Муто... на протяжении сотен лет эти семьи были вассалами семьи Камиширо».

Цин Чэнь спросил: «Семья Камиширо большая?»

«Их бизнес охватывает все сферы жизни», – сказал Ли Шутон.

Во время разговора Цин Чэнь смутно увидел большую палатку и колыхающийся костер перед черным внедорожником. Похоже они уже разбили здесь лагерь.

К машинам семьи Цинь подошли несколько мужчин в черных костюмах. В ушах у них были наушники для связи. Когда они шли, Цин Чэнь услышал звук металлического трения механических конечностей, доносившийся из-под их одежды.

Цинь Чэн сказал по рации: «Сидите в машине и не двигайтесь».

Похоже, когда обычные люди встречаются с консорциумами, все, что они могут сделать, это оставаться на месте и стараться не провоцировать другую сторону.

Два пикапа были окружены более чем десятью мужчинами в черных костюмах, один из них что-то прошептал в гарнитуру, увидев логотип охотников и серийный номер на машине.

Вскоре один из них, широко улыбаясь, спросил: «Кто лидер этой охотничьей команды?»

Цинь Чэн поднял руку: «Здравствуйте, это я».

«Вот в чем дело, наш босс просит вас всех выйти из машины и собраться, чтобы мы могли кое-что обсудить», – с улыбкой сказал мужчина в черном костюме, его тон был очень добрым и вежливым.

Ли Шутон выпрямился и вылез из машины, бормоча себе под нос: «Вечно эти фальшиво-вежливые морды».

Цин Чэнь молча последовал за ним. Молодой человек вдруг почувствовал, что семья Камиширо, должно быть, уже раньше оскорбляла его учителя.

Когда все они вышли из пикапа, то увидели, как около дюжины мужчин в черных костюмах тут же обыскали пикапы со всех сторон, некоторые из них даже достали ножи и разрезали обивку сидений в машинах, чтобы проверить, нет ли внутри чего опасного.

Проверив все эти детали, охрана семьи Камиширо достала из черного внедорожника устройство и начала сканировать топливные баки и шины двух пикапов.

Сразу после этого кто-то взял портативный детектор и просканировал Цинь Чэна и всех остальных одного за другим.

Когда настала очередь такой девушки, как Цинь Ии, они даже послали специальную женщину-телохранителя, чтобы обыскать ее наедине.

И только когда они убедились, что все оружие найдено, они улыбнулись и любезно сказали: «Приносим свои извинения, это рутинное дело, не обижайтесь, пожалуйста. Ваше оружие будет временно храниться у нас, позже мы вернем вам все в первоначальном виде. Кроме того, вы получите компенсацию за поврежденные вещи в соответствии с их ценой».

Откровенно говоря, Цин Чэнь посчитал этот осмотр ненужным, ведь в их команде был человек, который мог голыми руками раздробить кости в чужих телах...

К костру подошло больше десятка человек, однако они увидели мужчину средних лет в японском кимоно, сидевшего на раскладном мягком кресле, а рядом с ним молодую девушку, оцепенело смотрящую на костер.

Если присмотреться, на ее лице можно было заметить слезы.

Когда мужчина средних лет увидел приближающихся Цинь Чэна и остальных, он тут же встал и приветствовал их с улыбкой, но девушка сидела в сторонке и оставалась неподвижной.

Выражение лица мужчины стало холодным, он сказал девушке: «いつまで泣くんだ。お客さんが来ているんだぞ。せめて陳氏のエリートと結婚して欲しかった、神代空音の旦那は慶氏のゴミだ、こんな結果でも喜べ».

Снова японский.

Он не хотел, чтобы Цинь Чэн и другие поняли, о чем они говорили.

Только вот в тот момент, когда мужчина средних лет заговорил, Цин Чэнь неожиданно обнаружил, что учитель, стоящий рядом с ним, поднял брови.

Он тихо спросил: «Учитель, вы понимаете, что они говорят?»

Ли Шутон взглянул на него и холодно сказал: «Ты ничего не знаешь об эрудиции своего учителя».

На этот раз Цин Чэнь был действительно потрясен: «Тогда о чем они говорят?»

Ли Шутон немного подумал и сказал: «Этот старик убеждает девушку не плакать. Он сказал, что девушка отдана лучшему представителю молодого поколения семьи Чэнь, а Камиширо Соранэ выйдет замуж за тебя, отброса, так что девушке не о чем плакать, ее жизнь, по крайней мере, лучше, чем у Камиширо Соранэ».

(п.п. – если верить гуглу (сама я японский не знаю), то перевел он примерно правильно)

Цин Чэнь был ошеломлен, оказалось, что девушка плакала из-за политического брака.

Однако он услышал, как Ли Шутон сказал с каменным лицом: «Этот старик сказал, что мой ученик – отброс. Может мне убить их всех?»

Цин Чэнь потерял дар речи. Он подумал про себя: учитель, вы все так поняли? Действительно поняли или просто дурачите меня? В этот момент девушка тоже вытерла слезы и встала.

Мужчина средних лет посмотрел на всех и представился: «Всем добрый день. Меня зовут Камиширо Сэйске. Приятно с вами познакомиться, прошу любить и жаловать».

Цинь Чэн никогда раньше не попадал в такое положение, поэтому он торопливо сказал: «Что вы, что вы, мы просто мимо проезжали».

Камиширо Сэйске сказал: «Позвольте поинтересоваться, куда вы направляетесь?»

Цинь Чэн вежливо ответил: «Мы получили задание найти горного сокола и шестирукую обезьяну. Мы не смогли найти их на севере, поэтому нам только и остается попытать счастья на юге».

В этот момент подошел член семьи Камиширо в черном костюме. Похоже, они закончили проверку пикапов и подтвердили, что это всего лишь обычные охотники без особого статуса, и их можно убить.

Камиширо Сэйске обдумал свой тон и сказал: «Поскольку мы временно изменили наш маршрут, поэтому, чтобы посторонние не узнали о нашем местонахождении, мы можем только попросить вас остаться здесь навсегда».

Ли Шутон тихо сказал Цин Чэню: «Давай я тебе переведу. То, что он сказал, означает, что он хочет умереть здесь».

Цин Чэнь был потрясен: «Учитель, это сказано на китайском, я могу понять это без перевода».

И это не то, что он имел в виду!

Теперь Цин Чэнь подозревал, что и с предыдущим переводом учитель его одурачил!

Прежде чем Ли Шутон успел что-либо сказать, с горной дороги послышался рев двигателей и громкая музыка.

Глава 123. Общество объявляет вас мертвым

(Перевод: Ориана)

Сегодня вечером все произошло так внезапно.

От одной неприятности не избавились, уже другая надвигается.

Цин Чэнь догадался, что у семьи Камиширо может быть какой-то секретный план, поэтому они не хотели, чтобы другие знали, что они временно изменили свой маршрут, и хотели убрать свидетелей.

Однако, прежде чем Камиширо успели что-либо сделать, сюда прибыла еще одна автоколонна.

Он сразу почувствовал, что сегодняшний вечер был излишне театральным, как будто все договорились собраться вместе.

Только что прибывшая сюда колонна машин вовсе не собиралась избегать семьи Камиширо. Больше десятка беспилотников «Рубеж-011» пролетели над лагерем Камиширо, неразличимо охватив всех в зоне атаки.

Это команда осенней охоты.

Вдруг огромный внедорожник впереди колонны осенней охоты с прочным черным отбойником оттолкнул внедорожник Камиширо, преграждавший им дорогу.

На машинах осенней охоты были явные пулевые отверстия и царапины, кроме того не хватало трех машин.

Мускулистая девушка выпрыгнула из свирепой первой машины. Это была раздраженная Ли Ино.

Она с важным видом вошла в лагерь Камиширо и обратилась к Камиширо Сэйске, как будто там больше никого не было: «Согласно вашему плану, сейчас вы должны направляться в город 7, почему вы остановились здесь?»

Цин Чэнь понял, что Ли Ино была здесь из-за семьи Камиширо.

Учитель также сказал ранее, что семья Ли является самой решительной в противостоянии семьям Камиширо и Касима.

Когда Камиширо Сэйске увидел Ли Ино, он тут же выпрямился, затем почтительно поклонился: «Так это госпожа Ино. Мы расстались в городе 18, не ожидал встретиться так скоро».

Ли Ино нахмурилась: «Ты старше меня больше чем на 20 лет, почему ты всегда кланяешься мне? Когда же семья Камиширо избавится от этой фальшивой вежливости?»

Сказав это, она подошла к костру и с улыбкой посмотрела на плачущую девушку: «Ты очень красивая, слишком хороша для этого Чэнь Еху. Как насчет того, чтобы не ехать в семью Чэнь, а прийти ко мне в семью Ли?»

Цин Чэнь был в шоке. Он подумал, что Ли Ино была более энергичной, чем он себе представлял.

Молодые люди из команды осенней охоты вышли из машин. Мужчина средних лет, непосредственно командовавший этой автоколонной, сказал несколько слов первому помощнику, а затем все время следовал за Ли Ино, чтобы не дать семье Камиширо внезапно причинить ей вред.

В этот момент Цин Чэнь повернул голову, чтобы посмотреть на Ли Шутона, но обнаружил, что учитель, скрестив руки на груди, с большим интересом наблюдает за этим шоу.

«Учитель? Теперь что скажете? Что нам делать?» – спросил Цин Чэнь.

«К чему спешить? – посмеиваясь, сказал Ли Шутон. – Само собой, это хорошо, что кто-то пришел устроить беспорядок. Хотя эта девчонка Ли Ино выглядит немного сильнее, она довольно симпатична в своих манерах».

В это время Ли Ино уже сидела в кресле, изначально принадлежавшем Камиширо Сэйске. Она подняла голову и с улыбкой спросила: «Вы планируете отправиться на юг, чтобы найти Цин Хуая, старшего сына четвертой ветви семьи Цин? Я слышала, вы хотите, чтобы Цин изменили брачный контракт, вы не хотите, чтобы Камиширо Соранэ вышла замуж за первоначального партнера по браку».

Камиширо Сэйске ответил: «Мы просто случайно проезжали здесь и обнаружили, что здешние осенние пейзажи сравнимы с пейзажами на севере страны, поэтому мы разбили лагерь здесь, чтобы полюбоваться».

Стоящий рядом с Ли Ино Камиширо Сэйске, которому было почти пятьдесят лет, был скромен, словно подчиненный.

Лишь немногие знают, что семья Камиширо всегда была такой, и только когда эта семья была по-настоящему свирепа, они показывали свои клыки и когти.

Ли Ино, сидя в кресле, закинула ногу на ногу: «Говорят, сам Цин Хуай не желает менять брачный контракт с вами, семьей Камиширо, так ведь? И будто бы Камиширо Соранэ тоже не согласна. Но вам ведь плевать на мнение Камиширо Соранэ, поэтому ты хочешь убедить Цин Хуая лично, я правильно угадала?»

В тот момент, когда Цин Чэнь услышал ключевое слово «четвертая ветвь семьи Цин», он, казалось, связал многое.

Люди, которые раньше пытались убить его в тюрьме, были из четвертой ветви семьи Цин.

Теперь Цин Хуай находится на юге, и на этот раз Ли Шутон ведет его на юг, что также связано с Цин Хуаем, старшим сыном четвертой ветви семьи Цин. Это изначально было частью плана учителя.

Цин Чэнь молча посмотрел на учителя рядом с ним.

А Ли Шутон взглянул на него с улыбкой, но ничего не сказал.

Ли Ино усмехнулась и сказала людям Камиширо: «Прекратите заниматься такими незначительными фокусами, я советую вам с достоинством вернуться на север».

Тело Камиширо Сэйске слегка согнулось, однако на словах он ничуть не отступил: «То, что вы сейчас делаете, исходит от лица семьи Ли? Боюсь, что семья Ли не имеет права приказывать семье Камиширо».

Атмосфера в лагере мгновенно накалилась.

Люди семьи Камиширо не спеша выстроились в боевой порядок, а мужчина средних лет позади Ли Ино наблюдал за всем этим с отсутствующим выражением лица, не произнеся ни слова.

Ли Шутон тихо сказал Цин Чэню: «Давай я переведу тебе. Камиширо Сэйске имел в виду…»

«Учитель, – искренне сказал Цин Чэнь, – пожалуйста, не оскорбляйте мой интеллект».

«Ладно», – Ли Шутон почувствовал легкое сожаление.

Ли Ино улыбнулась и встала. Она крикнула команде осенней охоты неподалеку от нее: «На ночь разобьем лагерь здесь. Куда направляется семья Камиширо, туда поедем и мы. Ведь гости приехали издалека, и мы, как хозяева, естественно должны сопровождать их».

Сказав это, она с важным видом направилось к незанятому месту.

Когда Ли Ино проходила мимо Цинь Чэна, она вдруг удивленно спросила: «А вы кто?»

Цинь Чэн поспешно сказал: «Мы проезжавшая мимо охотничья команда. Раньше ваша команда уничтожила наши дроны, вы приказали возместить нам ущерб. Мы проезжали здесь, а семья Камиширо захотела убрать свидетелей».

В это время наиболее разумно будет выбрать сторону.

Ли Ино взглянула на Цинь Чэна и улыбнулась: «Я вспомнила вас. Не беспокойтесь о семье Камиширо. Вы разместитесь рядом с нами, а затем поедете за нами следом».

Цинь Чэн поспешно откликнулся: «Э, хорошо, огромное вам спасибо!»

Цинь Ии вздохнула из-за спин других людей: «Пронесло. К счастью, приехала команда осенней охоты».

Цин Чэнь взглянул на учителя рядом с ним и подумал, что действительно пронесло, все люди семьи Камиширо чуть не погибли здесь.

Ли Ино вернулась к своей машине, забрала кого-то с места рядом с водителем и пошла обратно в лагерь.

Когда она проходила мимо Цин Чэня, человек, которого она вела, с отчаянием посмотрел на Цин Чэня...

К этому отчаянию примешивался стыд...

С этого момента Нань Гэнчэнь уже умер для общества, опозорился по полной.

Часто говорят, что у человека три смерти. Первая из них – физическая смерть и остановка сердца.

Вторая – когда общество объявляет вас мертвым.

И третья – когда вас забывает последний человек, который вас помнил.

Однако есть люди совершенно особенные, и они уже признаны обществом умершими, не пережив первой смерти.

Обратный отсчет подошел к концу. Возвращение.

Глава 124. В поисках убежища

(Перевод: Ориана)

Обратный отсчет 168:00:00.

Цин Чэнь открыл глаза в фермерском доме на горе Лаоцзюнь.

За последние 7 дней он увидел так много пейзажей и встретил так много людей, что после возвращения на этот раз у него было ощущение, что он провел вдали от дома целую жизнь.

Внезапно его вырвало из этого сказочного мира.

Однако, прежде чем он успел все это обдумать, WeChat уже взорвался приходящими сообщениями.

Цин Чэнь включил телефон и увидел, что все они от Нань Гэнчэня.

«Брат Чэнь, ты здесь? Ты здесь? Ты здесь? Ты здесь?»

«Брат Чэнь, выслушай мои объяснения!»

«Брат Чэнь, если я скажу, что у меня там есть брат-близнец, ты мне поверишь? Тот, кого ты видел, на самом деле он, а не я!»

Цин Чэнь вздохнул. Уж что у Нань Гэнчэня получалось лучше всего, так это обманывать самого себя кучей необъяснимой плохой лжи.

Никого другого он обмануть не мог.

Однако Цин Чэнь проигнорировал его. Вместо этого он вышел из комнаты, чтобы попросить одолжить стационарный телефон во дворе фермерского дома, собираясь набрать номер Нань Гэнчэня.

Чтобы «Куньлунь» не смог прочитать записи чата и не раскрыл его личность как путешественника.

Однако на полпути он вдруг повернулся и пошел обратно в комнату, приготовившись надеть на себя новый слой брони.

Цин Чэнь ответил через WeChat: «Я не ожидал, что ты будешь так тяжело трудиться во внутреннем мире».

Выражение лица Нань Гэнгчэня по другую сторону WeChat резко изменилось: «Что еще за тяжелый труд? Брат Чэнь, о чем ты говоришь? Я ничего не понимаю!»

Цин Чэнь спросил: «Итак, ты раньше говорил, что сутенер, который сводит с богатыми женщинами, настоящий, потому что он познакомил тебя с Ли Ино?»

«Нет, брат Чэнь, мы с Ли Ино просто обычные друзья!» – надрывно возразил Нань Гэнчэнь в WeChat.

Однако Цин Чэнь больше не стал зацикливаться на этом вопросе, а просто непренужденно ответил: «До возвращения семь дней, хорошенько отдохни и восполни силы».

В этот момент Нань Гэнчэнь понял, что ему бесполезно что-либо объяснять.

Нань Гэнчэнь бессильно сказал: «Брат Чэнь, почему ты появился там?»

Когда они вернулись в прошлый раз, они оба пережили инцидент на горе Лаоцзюнь.

Цин Чэнь также спас его.

С того момента Нань Гэнчэнь чувствовал, что он приближается к своей социальной смерти, ведь он то и дело повторял, что он не путешественник, а потом каждый день хвастался, что «путешественниками могут стать только люди с необыкновенными талантами».

Затем, когда он вернулся в Лочэн, он ни слова не осмелился написать Цин Чэню.

Как будто, если бы он ничего не написал, все рассосалось бы само собой.

Нань Гэнчэнь подумал, что, возможно, это дело постепенно утихнет и Цин Чэнь забудет.

Но чего он не ожидал, так это того, что снова встретит Цин Чэня в пустоши.

Окончательная смерть!

В это время Цин Чэнь ответил: «Я охотник в дикой местности. Наша охотничья команда получила задание поймать горного сокола и шестирукую обезьяну, но мы не смогли найти их на севере. Нам остается только попытать счастья на юге».

Нань Гэнчэнь не знал, что человеком рядом с ним был Ли Шутон, и он также не знал, что они просто следовали за охотничьей командой.

Таким образом у него не было возможности проверить или усомниться в объяснении Цин Чэня.

Однако, эта личность была подделана не для того, чтобы ее мог увидеть Нань Гэнчэнь, а на случай, если кто-то заподозрит его, отслеживая WeChat его или Нань Гэнчэня.

Тогда следящий узнает из содержания чата, что Цин Чэнь не находится ни в городе 18, ни в тюрьме 18, а просто обычный охотник в дикой местности.

Этого достаточно.

Чем быть полностью невидимым, лучше замаскироваться на виду у других.

По крайней мере, обычный охотник в дикой местности не представляет особой ценности.

Нань Гэнчэнь спросил в WeChat: «Брат Чэнь, я видел, что тогда ты был довольно жалким, твое лицо было испачканным, а одежда была рваной. Я слышал, как они говорили, что в дикой местности очень тяжело, а на юг идти будет очень опасно. Почему бы тебе не вернуться со мной в город 18? Со мной у тебя всегда будет еда, тогда ты уж точно не умрешь с голоду».

Цин Чэнь ответил: «Нет, спасибо. Я все же предпочитаю обеспечивать себя сам, еда, добытая своим трудом, вкуснее…»

«Брат Чэнь, ты разбиваешь мне сердце, – с горечью ответил Нань Гэнчэнь, — однако на этот раз в дикой местности будет очень опасно. Брат Чэнь, команда охотников, где ты находишься, очень слаба. Будь осторожен, чтобы не пострадать».

Цин Чэнь спросил: «Кстати, ты же находишься рядом со многими важными людьми. Я хочу знать, что хотят сделать семья Камиширо и команда осенней охоты? Ли Ино сказала тебе?»

В настоящее время Ли Ино должна быть лидером команды осенней охоты, а Нань Гэнчэнь, как человек, с которым Ли Ино делит постель, должен много чего знать...

Нань Гэнчэнь ответил: «Ли Ино не собиралась участвовать в осенней охоте. По ее словам, с ее статусом в семье она не могла позволить себе тусоваться с этими безнадежными чуваками».

«Тогда почему она в итоге приняла участие?» – полюбопытствовал Цин Чэнь.

«Похоже, из-за того, что она в нужный момент получила информацию о семье Камиширо, она хочет тайно помешать заключению брака семьи Камиширо, даже объединила усилия с Цин Хуаем из четвертой ветви семьи Цин, чтобы убить членов семьи Камиширо в дикой местности. В том вопросе с брачным контрактом семья Камиширо решила породниться с семьями Цин и Чэнь, но не с семьей Ли, и Ли Ино хочет втянуть в это дело молодое поколение клана Цин, которое выступает за войну», – сказал Нань Гэнчэнь.

Цин Чэнь вздохнул, этот парень действительно знал все детали.

Если бы он не был подстилкой Ли Ино, он не мог бы знать так много.

Нань Гэнчэнь продолжил: «Вот только сын четвертой ветви клана Цин не желает объединяться с ней. Он кандидат на должность Тени, и в настоящее время он просто хочет отправиться в запретное место № 002 для выполнения задания. Ли Ино сказала, что для Цин Хуая, должно быть, выгоднее сначала стать Тенью, поэтому он не хочет создавать себе лишних проблем. Однако Ли Ино хочет еще раз тайно побеседовать с Цин Хуаем, предложив ему поддержку в борьбе за должность Тени».

Цин Чэнь задумался: «Знает ли об этом семья Ли?»

«Я не думаю, что знает, она тоже делает это тайно», – ответил Нань Гэнчэнь.

Он чувствовал, что со стороны Ли Ино это было самонадеянно, и, не похоже, что это была идея семьи Ли.

Крупная корпорация не разработала бы такой грубый план.

Нань Гэнчэнь спросил: «Брат Чэнь, ты правда не хочешь поехать со мной в город 18? Это должно быть лучше, чем оставаться в дикой местности».

Цин Чэнь ответил: «Если однажды в дикой местности будет просто невозможно жить, я приду к тебе в поисках убежища».

Нань Гэнчэнь ответил: «Хорошо».

Глава 125. Возможности этой эпохи

(Перевод: Ориана)

Честно говоря, Цин Чэнь был немного тронут разговором с Нань Гэнчэнем.

Нань Гэнчэнь сам живет за счет женщины и переживает о том, как бы помочь ему. Это и есть крепкая дружба?

На его месте любой бы растрогался.

Цин Чэнь просмотрел новости в интернете, но, поскольку они только что вернулись, даже если некоторые опубликовали новости о внутреннем мире, они пока еще не смогли попасть в горячий поиск.

При обычных обстоятельствах эти новости появятся около 7 часов утра, а затем быстро станут популярными.

Разве что Хэ Сяосяо и Князь отважный, которые стали довольно известными, опубликуют что-то.

В этот момент аккаунты Князя отважного и Хэ Сяосяо неожиданно одновременно обновили статус.

Князь отважный: «Началась осенняя охота консорциумов Ли и Цин. Цин Хуай, Теневой кандидат из четвертой ветви клана Цин, отправился в запретное место № 002 для выполнения задания. Однако к обычным людям это не имеет никакого отношения. Всем лучше не вмешиваться».

Хэ Сяосяо: «Обновление стратегии пути развития: присоединившись к разведывательному агентству Ху и став директором, вы сможете получить ортодоксальный метод практики. Игроки, которые находятся в городе 19, могут получить задание в баре «Голубика». Также можно стать информатором разведывательного агентства и получить вознаграждение. Уровень риска средний. Игрокам предлагается объединиться в команды».

Два «продвинутых игрока» по-прежнему демонстрируют, что их «игровой прогресс» превосходит обычных людей.

…

В третьей народной больнице Лочэна.

После полуночи Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэнь, лежавшие на кровати, открыли глаза.

В этот момент все хирургическое отделение было ярко освещено, лучшие врачи и специалисты ждали снаружи палаты, чтобы провести детальный осмотр Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэня.

В палате давно заготовлено все необходимое медицинское оборудование, аппарат ИВЛ, микроинъекционный аппарат, аппарат для снятия ЭКГ, многофункциональный аппарат для очистки крови...

В соседней операционной также есть хирург, стоящий перед операционным столом и завершающий асептическую обработку, готовый в любой момент провести высокоинтенсивную операцию.

Все это…

Сделано для того, чтобы предотвратить ухудшение состояния Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэня во внутреннем мире и немедленно начать оказание первой помощи, когда они вернутся.

По сравнению с таким путешественником, как Цин Чэнь, которому приходилось самому спасать свою жизнь, даже если он был ранен, Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэнь могли наслаждаться лучшим обращением.

«Сердцебиение в норме».

«Артериальное давление в норме».

«Рана живота хорошо заживает...»

На самом деле, эти двое получили более продвинутую медицинскую помощь во внутреннем мире. После инцидента с Ван Юнь, путешественники, нанятые семьей Ху, собрали деньги, чтобы отправить их двоих в частную больницу Цин в третьем районе города 7.

И была проведена целенаправленная программа лечения, способствующая быстрому заживлению ран.

Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэнь потихоньку проснулись. Ху Дачэн, отец Ху Сяоню, спросил: «Как вы себя чувствуете, во внутреннем мире не должно быть еще одной травмы».

«Никаких травм, спасибо, дядя Ху», – сказал Чжан Тяньчжэнь.

Ху Сяоню сказал: «На этот раз все прошло более гладко, чем я думал. Не было никаких травм, и нам помогли».

«Ван Юнь мертва?» – спросил Ху Дачэн.

«Мертва, – кивнул Ху Сяоню, – но я ее не убивал».

«О?» – Ху Дачэн был немного удивлен.

Ху Сяоню подробно рассказал: «Папа, ты помог подкупить путешественника рядом с ней, и мы успешно нашли местонахождение Ван Юнь. Но она была более подготовлена и привела с собой больше путешественников, чем мы».

«Что ж, не стоит недооценивать способности семьи Ван, – сказал Ху Дачэн. – Семья Ван уже давно жила в Южном и Центральном Китае, переманить на свою сторону нескольких путешественников, чтобы обеспечить удобство для членов своей семьи им очень легко. Тогда почему ты сказал, что все прошло гладко? Как ее убили?»

Ху Сяоню объяснил: «Ли Шутон сделал ход и прямо послал кое-кого убить Ван Юнь».

Ху Сяоню продолжил: «Я предполагаю, что после того, как Лю Дэчжу прибыл во внутренний мир, он попросил Ли Шутона избавиться от Ван Юнь. С этой точки зрения статус Лю Дэчжу рядом с Ли Шутоном должен быть очень высоким. Иначе, если какой-нибудь подчиненный будет просить тебя, папа, убить кого-то, вероятно, ты не поможешь».

«Мм», – кивнул Ху Дачэн.

Однако в этот момент Ху Сяоню сменил тему и сказал: «Но чем более способным кажется Лю Дэчжу, тем сильнее я чувствую, что за ним стоит еще один путешественник. Путешественник, обладающий реальным потенциалом и квалификацией, которого оценил Ли Шутон».

Это предположение похоже на рассуждения Чжэн Юаньдуна: как никчемный, трусливый и неразумный человек может заставить настоящего большого брата сделать для него так много вещей?

Чем больше Ли Шутон делал для «Лю Дэчжу», тем больше Ху Сяоню чувствовал, что Лю Дэчжу этого недостоин.

Ху Сяоню серьезно сказал: «Пап, я верю в свое собственное суждение. Ты живешь в мирное время и тебе трудно представить, насколько ужасен полубог во внутреннем мире. Такой человек не стал бы привлекать много людей из-за такого маленького персонажа, как Лю Дэчжу. И я узнал некоторые правила повышения. Лю Дэчжу кричал в течение пяти часов после возвращения, что совпадает с временем трансмутации после генной инъекции, но сам Ли Шутон – человек с наследием, и он вообще считает ниже своего достоинства использовать генные препараты».

Ху Дачэн улыбнулся: «Ты способен мыслить самостоятельно. Не имеет значения, правильный ты сделал вывод или нет. Ты еще молод, и у тебя есть много возможностей для проб и ошибок».

«Пап, ты поддерживаешь, чтобы я остался в Лочэне? Я думаю, что человек, стоящий за Лю Дэчжу, тоже должен находиться в Лочэне», – спросил Ху Сяоню.

Ху Дачэн внезапно сменил тему: «Сынок, как ты думаешь, почему мой бизнес успешен?»

«Из-за твоей мудрости?» – нерешительно сказал Ху Сяоню.

«Нет, – с улыбкой сказал Ху Дачэн, – это из-за возможностей в эпоху политики реформ и открытости страны. Я просто был немного умнее других и воспользовался этими возможностями».

Ху Сяоню был озадачен: «Пап, почему ты вдруг это сказал?»

«Теперь у тебя появилась возможность, – подумав, сказал Ху Дачэн, – небывалые изменения происходят прямо перед глазами. Оставайся в Лочэне, твоя возможность здесь. Не пытайся найти того, кто скрыт в тени. Когда докажешь свою ценность, он, естественно, сам придет к тебе».

Глава 126. Вдвое больше времени

(Перевод: Ориана)

«Босс, босс, босс, вызываю босса!»

Посреди ночи Цин Чэнь был разбужен вибрацией устройства связи псевдобазовой станции.

Он достал его из-под подушки и увидел, что это Лю Дэчжу беспрерывно шлет ему сообщения. И этот парень внезапно стал называть Цин Чэня начальником.

(п.п. – раньше Лю Дэчжу называл Цин Чэня словом «босс» – «dàlǎo» – в значении «большой человек», а теперь он начал обращаться к нему «босс» – «lǎobǎn» – как подчиненный, этим же словом Е Ван и Линь Сяосяо называют Ли Шутона)

Цин Чэнь был немного озадачен, ради чего он беспокоит его посреди ночи?

Он написал: «Говори по делу».

Лю Дэчжу отправил сообщение: «В соответствии с вашими инструкциями я стабилизировал нескольких путешественников в тюрьме №18. Среди них Юй Цзюньи, мой одноклассник из параллельного класса, полностью поверил в мой статус в тюрьме».

Цин Чэнь ответил: «Хм».

Лю Дэчжу снова написал: «Ху Сяоню только что связался со мной и сказал, что в благодарность за избавление от предателя, он готов заплатить еще одно вознаграждение в виде десяти золотых слитков, а также пообещал никогда не раскрывать содержание этой сделки другим. Босс, я клянусь, что на этот раз я ничего себе не возьму. Прошу, босс, поверьте в мою преданность, здесь нет ни капли лжи!»

Цин Чэнь задумался. Ху Сяоню намного надежнее, чем Лю Дэчжу, и когда он оправится от ран и прибудет в город 18, можно будет найти возможность пообщаться с ним побольше.

Если подтвердится, что с ним нет никаких проблем, может будет хорошим выбором позволить Ху Сяоню заменить Лю Дэчжу в качестве представителя.

В это время Лю Дэчжу внезапно отправил сообщение: «Босс, мне неловко говорить вам это посреди ночи, но со мной кое-что случилось...»

«Что случилось?»

«Когда я встал посреди ночи, чтобы пописать, то обнаружил, что рядом с моей подушкой лежит письмо... На конверте еще была марка с рисунком дьявола. Я немного напуган».

Цин Чэнь понял, что этот парень пристает к нему посреди ночи, потому что его напугала Печать дьявола.

Запретный предмет ACE-017, Печать дьявола.

Эта вещь уже появлялась раньше у Ван Юнь, и Цин Чэнь подозревал, что ее владельцем был человек, который посреди ночи позвонил главарю преступников.

Похоже, что это человек, который связал преступников и Ван Юнь вместе и руководил похищением на горе Лаоцзюнь.

Тот, кто действительно прячется за кулисами.

Человек, пренебрегающий законом и совестью.

Цин Чэнь спросил: «Что написано в письме?»

Лю Дэчжу ответил: «Там только одно предложение: давай сыграем в игру, тот, кто первым найдет другого, сделает его своим рабом, хи-хи».

Цин Чэнь нахмурился. И не содержание письма заставило его волосы встать дыбом, а слово «хи-хи».

Никто в здравом уме не стал бы использовать хи-хи как излюбленное словечко, кажется, что только те, у кого с головой не все в порядке, будут использовать его так.

Как будто… кто-то ногтями по классной доске скребет.

Очевидно, это предложение было адресовано не Лю Дэчжу, а Цин Чэню!

Этот человек признал, что Лю Дэчжу – всего лишь марионетка Цин Чэня.

Быть мишенью такого человека очень опасно.

Только сейчас Цин Чэнь, наконец, почувствовал, что в нынешнем опасном мире притворяться и защищать себя совсем не излишне.

Лю Дэчжу спросил: «Босс, что мне делать?»

Цин Чэнь ответил: «Подождать, пока он явится сам, а затем убить его».

…

«Снимай свою обувь».

Это сказала Цзян Сюэ, ранним утром сев на бамбуковое кресло напротив Цин Чэня в маленьком дворике фермерского дома.

Она собрала волосы в высокий пучок и держала в руке маленький пузырек с лекарством.

«Тетя Цзян Сюэ, раны на моих ногах уже зажили, – с улыбкой сказал Цин Чэнь, – я действительно в порядке».

«Нет, я должна сама посмотреть, – с холодным выражением лица сказала Цзян Сюэ, – ты, мой мальчик, слишком жесток к себе, я не успокоюсь, пока не посмотрю. Послушай тетю и быстро сними ботинки. Тетя принесла тебе мазь из внутреннего мира».

После происшествия на горе Лаоцзюнь Цзян Сюэ напрямую арендовала весь маленький дворик, хозяин и хозяйка ушли домой, и во дворе остались только они втроем.

В это время Ли Тунъюнь, которая тоже сделала себе два хвостика, присела рядом с ним на корточки и сказала: «Брат Цин Чэнь, просто послушай мою маму. Она принесла тебе лекарство из внутреннего мира. Мама сказала, что это лекарство очень ценное».

Цин Чэню ничего не оставалось, как снять обувь и носки.

Цзян Сюэ на мгновение замерла: «Действительно стало значительно лучше, ты мазал каким-то лекарством во внутреннем мире?»

«Ага», – кивнул Цин Чэнь.

«Раз уж раны на твоих ногах почти зажили, давайте вернемся в город сегодня днем? – Цзян Сюэ посмотрела на Цин Чэня. – Я возьму такси, чтобы нам не пришлось ждать в очереди на автобус».

«Нет, – покачал головой Цин Чэнь. – Тетя Цзян Сюэ, ты не могла бы подождать еще несколько дней, мне еще нужно здесь кое-что сделать. Или, тетя, вы с Сяоюнь можете вернуться, а я останусь здесь еще на несколько дней».

Сегодня во внешнем мире 3 октября, и до начала занятий в школе еще несколько дней.

Цзян Сюэ была озадачена: «У тебя есть дело на горе Лаоцзюнь? Значит, и мы с Сяоюнь не уедем, я не могу оставить тебя здесь одного».

Стоящая рядом с ней Ли Тунъюнь, услышав это, была вне себя от радости. Утром мама сказала ей, что когда они сегодня вернутся, она пойдет в вечернюю подготовительную школу, и в оставшиеся дни ей нужно будет хорошо учиться на дополнительных занятиях...

Теперь совершенно не обязательно ходить в подготовительную школу.

Девочка с благоговением посмотрела на Цин Чэня.

Цин Чэнь встретился взглядом с Цзян Сюэ и на некоторое время задумался: «Вот и отлично, мне понадобится помощь тети Цзян Сюэ».

Он пошел в магазин товаров для активного отдыха на горе Лаоцзюнь, купил несколько нейлоновых веревок, а затем ему потребовалось два часа, чтобы найти на горе отвесную скалу высотой более 20 метров.

Цзян Сюэ ничего не понимала: «Сяочэнь, что ты собираешься делать?»

«Взбираться наверх». Цин Чэнь посмотрел на скалу. В глубине души он очень хорошо знал, что у него нет ни времени, ни возможности тренироваться во внутреннем мире.

Его учитель, Ли Шутон, казалось, совсем не беспокоился, он всегда чувствовал, что, когда его ученик оказывается на грани жизни и смерти, кажется, что может быть сотворено любое чудо.

Надо сказать, что этот учитель не принимает все слишком близко к сердцу.

Но сам Цин Чэнь чувствовал себя не в своей тарелке. Несмотря на то, что он был одарен такой памятью, мог постоянно анализировать и разбирать каждое движение, которому его научил Ли Шутон, но без соответствующей практики что-то обязательно пошло бы не так.

К счастью, в отличие от обычных людей, у него вдвое больше времени.

Глава 127. Люди, которые поддерживают друг друга

(Перевод: Ориана)

Перед ними отвесная скала высотой больше десяти метров.

Цин Чэнь попросил Цзян Сюэ взять нейлоновую веревку и подняться на вершину утеса обходным путем.

Другой конец он закрепил на талии, чтобы не упасть на землю, если свалится со скалы.

Эта высота соответствует высоте шести-семиэтажного дома. Если взобраться голыми руками хотя бы до половины высоты и сорваться, то либо погибнешь, либо станешь инвалидом.

На вершине скалы не было деревьев, поэтому Цзян Сюэ могла только обернуть нейлоновую веревку вокруг своей талии, а затем вырыть яму в земле, встать в нее и упереться так, чтобы хватило сил выдержать ударную силу падения Цин Чэня.

По мере того, как Цин Чэнь будет понемногу подниматься, ей нужно будет постоянно подтягивать веревку, а когда Цин Чэнь ошибется и упадет, ей нужно немедленно потянуть за веревку, чтобы Цин Чэнь не получил травму.

Одновременно с этим нельзя допустить, чтобы сила падения Цин Чэня выпрямила ее и сбила ее с ног.

Цин Чэнь стоял перед отвесным утесом, молча глядя вверх.

Он вспоминал то, что сказал учитель, снова и снова.

«Утес издалека кажется неделимым целым, к которому не знаешь, как подступиться, но когда ты приблизишься к нему, ты увидишь на нем тонкие линии».

«В этот момент ты словно находишься на ладони великана и видишь отпечатки его руки».

«Это твой кратчайший путь к небу».

«Это дорога, которую мир оставил для тебя, хотя никто никогда по ней не ходил».

Вертикальная скала перед Цин Чэнем внезапно стала трехмерной, и он увидел слегка приподнятые камни и трещины в каменной стене.

«В это время тебе просто нужно превратить свои ладони, руки, ступни и ноги в мощнейшие механизмы, понять их, овладеть ими и управлять ними».

«Тогда эта дорога на небеса принадлежит тебе».

Цин Чэнь глубоко вздохнул, вцепился пальцами в те места, где мог приложить силу, и медленно стал подниматься наверх.

Каждое слово из объяснений учителя он превращал в собственные знания и опыт.

Память, талант и физическая сила, все это есть в распоряжении Цин Чэня.

Но он обнаружил, что если он хочет добраться до ближайшего к небу места, ему еще нужно немного удачи.

Как только Цин Чэнь поднялся на десять метров, камень на каменной стене внезапно расшатался, зрачки юноши внезапно сузились, и изначально устойчивое равновесие на трех опорах было полностью разрушено.

Он почувствовал, как его тело быстро отрывается от каменной стены и падает вниз.

Резкое ощущение невесомости заставило Цин Чэня почувствовать, что смерть медленно приближается.

В одно мгновение нейлоновая веревка вокруг его талии натянулась, насильно подвесив его в воздухе.

Стоя на вершине скалы, Цзян Сюэ стиснула зубы и потянула за веревку, а затем постепенно опустила Цин Чэня обратно на землю.

В это время Цин Чэнь вспоминал то, что только что произошло. Он получил новый опыт: иногда мир обманывает тебя, и камень, который изначально казался твердым, тоже может расколоться.

Но это не проблема мира, все, что ты можешь сделать, это быть осторожным, осторожным и еще раз осторожным.

Цин Чэнь раскрыл ладони и обнаружил, что на подушечках его пальцев появились мелкие кровавые волдыри, и даже легкое прикосновение к ним вызывает сильную боль.

Цзян Сюэ высунула голову со скалы и спросила: «Сяочэнь, ты в порядке?»

Цин Чэнь улыбнулся: «Спасибо, тетя Цзян Сюэ, я в порядке, продолжаем!»

В оставшиеся несколько дней Цин Чэнь снова и снова терпел неудачу, а затем снова и снова брал себя в руки и вновь взбирался на вертикальную каменную стену.

Кровавые волдыри и мозоли на его руках появлялись прямо на глазах, но молодой человек тренировался так, словно не знал усталости.

Если смотреть издалека, на отвесной скале, которая изначально была серой, по прошествии нескольких дней можно было увидеть темно-красные пятна. Это была кровь с рук молодого человека.

Если бы не специальное лекарство, которое Цзян Сюэ принесла из внутреннего мира, возможно, руки Цин Чэня не выдержали бы такой высокоинтенсивной тренировки по скалолазанию голыми руками.

В течение 5 дней Цин Чэнь проводил почти каждый день на этой отвесной скале. Если он больше не мог этого выносить, он ложился и спал под скалой некоторое время, ожидая, пока Ли Тунъюнь купит еду для него и Цзян Сюэ, и продолжал тренировку, после того, как они поедят.

Завтра 8 октября, и скоро начнутся занятия в школе, но Цин Чэнь чувствовал, что тренировок еще недостаточно.

Если бы он не беспокоился, что если он отпросится с уроков, это вызовет подозрения, он мог бы остаться на горе Лаоцзюнь еще на два дня, пока обратный отсчет не вернется к нулю.

Цзян Сюэ спрашивала Цин Чэня: «Почему ты хочешь заниматься скалолазанием голыми руками?»

Цин Чэнь ответил только: «Потому что после восхождения на высокую гору жизнь станет совершенно иной».

Восхождение на высокую гору – это первое испытание жизни и смерти, с которым столкнется Цин Чэнь.

Цзян Сюэ больше не задавала никаких вопросов.

Что касается нее, пока Цин Чэнь считает это необходимым, она будет изо всех сил помогать ему.

После ежедневных тренировок она тщательно протирала раны на ладонях Цин Чэня смоченной спиртом марлей, по крупицам удаляла кровавые пузырьки и очищала раны от грязи.

А потом накладывала слой лекарства.

Малышка Тунъюнь лежала рядом, подперев подбородок обеими руками.

Цин Чэнь сидел тихо. У него внезапно возникло чувство, что в огромном мире есть люди, которые поддерживают друг друга.

Глава 128. Тишь да гладь

(Перевод: Ориана)

Обратный отсчет 41:20:00.

Ранним утром Цин Чэнь, Цзян Сюэ и Ли Тунъюнь отправились на самом первом автобусе обратно в город.

В настоящее время Цзян Сюэ уже уволилась с работы учителя рисования.

Хотя ее клиника во внутреннем мире еще не начала работать как следует, денег, которые Ли вложили в акции, достаточно, чтобы позволить ей жить хорошей жизнью, и, кстати, она может обменять немного на золото и принести во внешний мир.

У Цзян Сюэ до сих пор не было возможности самостоятельно управлять клиникой. Замена и установка механических конечностей – профессия с очень высоким порогом, и обучиться этому за такое короткое время невозможно.

К счастью, преподавательница, нанятая Ли, очень «компетентна»: она не только отвечает за обучение и практику, но даже помогает Цзян Сюэ принимать заказы и заменять механические конечности клиентам, когда они приходят в клинику.

Зарплату преподавательнице выплачивает семья Ли. Честно говоря, даже если Цзян Сюэ совсем не будет заботиться о клинике, клиника все еще сможет работать очень хорошо...

Цзян Сюэ сидела в автобусе и жаловалась об этом Цин Чэню: «Эти Ли странные какие-то. Я даже не знаю, кто эта дама, которая помогла мне. У меня ощущение, будто кто-то меня содержит, и мне ничего не нужно делать… Но я также усердно стараюсь научиться».

Ли Тунъюнь сказала: «Эта дама, которая помогла тебе, должно быть, очень искренний, красивый, умный и великодушный человек. Когда действительно увидишь ее в будущем, ты должна получше к ней относиться».

Цзян Сюэ кивнула: «Несомненно».

Цин Чэнь был счастлив.

Нань Гэнчэня уже настигла социальная смерть.

Он еще хотел дождаться социальной смерти Ли Тунъюнь…

В утреннем автобусе были только они трое. Из-за происшествия с похищениями на самой горе Лаоцзюнь было мало людей, и еще меньше ехали в утреннем автобусе.

Цин Чэнь вдруг кое-что вспомнил... У него же все еще есть много фраз на японском, которые надо перевести.

Молодой человек открыл приложение для синхронного перевода и сначала, согласно его воспоминаниям, отчетливо произнес то, что сказала ему Камиширо Соранэ.

Затем он понял, что это Камиширо Соранэ прощалась с ним, и с нетерпением ждала новой встречи.

Ничего особенного.

Цин Чэнь по памяти произнес то, что сказал Камиширо Сэйске: いつまで泣くんだ。お客さんが来ているんだぞ。せめて陳氏のエリートと結婚して欲しかった、神代空音の旦那は慶氏のゴミだ、こんな結果でも喜べ。

Приложение-переводчик показало: Перестань плакать. Я хочу, чтобы ты встала и поприветствовала гостей. По крайней мере, ты выходишь замуж за элиту младшего поколения семьи Чэнь, а Камиширо Соранэ выйдет замуж за отброса из семьи Цин, так что у тебя в итоге все хорошо.

Цин Чэнь на некоторое время потерял дар речи, оказывается, его учитель действительно может понимать японский, он не просто дурачил его.

Если подумать, Камиширо Сэйске сказал «я хочу убить свидетелей», а Ли Шутон перевел «он хочет умереть здесь». Кажется, проблем нет...

Перевод учителя очень искренний.

Ли Тунъюнь, сидевшая в заднем ряду, облокотилась на спинку кресла Цин Чэня и спросила: «Брат Цин Чэнь, что ты там бормочешь?»

«Ничего», – с улыбкой ответил Цин Чэнь.

Прибыв в городской округ Лочэн, Цин Чэнь сразу направился в школу и вошел в класс.

Первой реакцией Нань Гэнчэня, когда он увидел Цин Чэня, было не поздороваться, а закрыть лицо ладонью...

«Хватит, хватит, – раздраженно сказал Цин Чэнь, – тоже мне дело великое, кроме меня об этом никто не знает, а мы не посторонние. Не волнуйся, я больше никому о тебе не расскажу».

Нань Гэнчэнь пристыженно опустил руку и, чувствуя себя задетым, сказал: «О чем не расскажешь? Брат Чэнь, что-то я не могу понять, о чем ты говоришь?»

Цин Чэнь вздохнул: «Я знаю, что тебе немного стыдно, но не надо быть таким чувствительным, кря».

«Кря? – Нань Гэнчэнь поднял брови. – Утка? Я не утка!»

(п.п. – китайский сленг: утка – мужчина, оказывающий сексуальные услуги за деньги)

Цин Чэнь: «…»

Он не стал обращать внимание на этого придурка, а включил свой телефон, чтобы прочитать последние новости.

Там была одна очень интересная вещь: эти каникулы в Национальный праздник полностью отличаются от предыдущих туристических сезонов. Девятнадцать городов, которые подтвердили «квалификацию открытого бета-тестирования» путешественников по мирам, были полны людей.

Была также новость о том, что после появления инцидента с перемещениями один мужчина по выходным стал объезжать «города путешественников». У него также нет денег, поэтому по приезду в город он ночевал в интернет-кафе, а когда приходило время идти на работу, возвращался по скоростной железной дороге к месту работы.

В результате он действительно стал путешественником со второй попытки!

Конечно, кроме тех, кто может приехать только в отпуск, есть и те, кто сразу приезжает поселиться в этих 19 городах.

Кто-то из школы Цин Чэня из средних классов сказал, что почти в каждом классе их школы есть переведенные ученики.

Этот мир действительно таков, как и ожидал Цин Чэнь. 19 городов, которые могут предоставить «квалификацию открытого бета-тестирования», будут становиться все более и более оживленными.

Он переключился на другие новости.

После этого возвращения Хэ Сяосяо опубликовал еще одно короткое видео, в котором говорилось, что создание крепости данных почти завершено, и вскоре будет запущена коммуникационная платформа для путешественников.

Когда придет время, если вы хотите иметь квалификацию, чтобы попасть в группу, вам будет необходимо пройти кое-какую дополнительную проверку. Только подтвержденные ими путешественники могут присоединиться к группе.

В это время Цин Чэнь вдруг спросил: «Эй, а где Ван Юнь и Бай Ваньер?»

Нань Гэнчэнь сказал тихим голосом: «Брат Чэнь, разве ты не знаешь, говорят, что Ван Юнь мертва, а Бай Ваньер тоже перевелась в другую школу и уехала».

Цин Чэнь притворился потрясенным: «Мертва?!»

«Ага, Чжан Тяньчжэнь из соседнего класса сказал, что Ван Юнь была убита большой шишкой во внутреннем мире, – сказал Нань Гэнчэнь, – еще другие говорят, что семья Ван ищет способ отомстить. Брат Чэнь, не волнуйся, я никогда никому не скажу, что ты сломал ей ноги. Я никому не открою этот секрет и унесу его с собой в могилу, он важнее, чем мой собственный!»

«Тогда почему Бай Ваньер перевелась в другую школу?» – спросил Цин Чэнь.

«Брат Чэнь, ты не читал сообщения в группе, не так ли? Она еще там со всеми попрощалась, – сказал Нань Гэнчэнь, – может быть, это потому, что смерть лучшей подруги сильно ударила по ней. А после, Бай Ваньер не только удалилась из группы, но даже удалила из друзей всех учеников в классе».

Как раз перед первым уроком второй половины дня Цзян Сюэ внезапно отправила Цин Чэню сообщение в WeChat: «Сяочэнь, скорее возвращайся, агент привел людей к тебе домой, чтобы посмотреть квартиру, и у этого агента еще и ключ есть. Я спросила их, что происходит, они ответили, что домовладелец вывесил информацию о продаже. Кажется, твой отец тоже возвращался, а сейчас ушел».

Цин Чэнь на мгновение замер, подсчитывая дни, когда его отец Цин Гочжун тоже должен был выйти.

Его больше не волновали занятия, он встал и помчался домой.

Глава 129. Поставить точку

(Перевод: Ориана)

Цин Чэнь бешено мчался по дороге. Когда он перелезал через стену, незажившая рана на его руке открылась из-за заусенца на железных перилах.

Лицо молодого человека было мрачным. Он не ожидал, что первое, что сделает его отец после того, как он выйдет из изолятора, – займется продажей дома.

Когда он прибежал домой, то услышал, как агент внутри сказал: «Несмотря на то, что это здание старое и обветшалое, оно находится рядом со школой. Как только вопрос с пропиской будет решен, ваш ребенок сможет ходить в Школу иностранных языков Лочэна, расположенную по соседству. До школы идти очень близко, ваш ребенок за пять минут дойдет».

(п.п. – в Китае крайне сложно попасть в школу, которая не относится к району, где прописан ребенок, а прописку получают по месту проживания, поэтому все ищут жилье поближе к хорошей школе).

В комнате было шесть человек, которые пришли посмотреть дом, казалось, что это были три пары, и все они пришли из-за того, что дом находится рядом со школой.

В этот момент агент сказал: «К тому же хозяин квартиры также сказал, что его ребенок является чемпионом Лочэна на вступительных экзаменах в старшую школу, так что это еще и бывшая резиденция чемпиона».

Цин Чэнь: «...»

Честно говоря, он даже и подумать не мог, что его звание чемпиона на вступительных экзаменах в старшую школу может быть использовано в качестве дополнительного средства, чтобы поднять цену на квартиру.

Цин Чэнь холодно сказал: «Кто сказал вам прийти посмотреть эту квартиру? Эта квартира не продается!»

Как только эти слова прозвучали, все взгляды обратились к Цин Чэню.

Агент по недвижимости на мгновение замялся: «А ты?..»

Цин Чэнь лаконично ответил: «Чемпион».

Агент: «…»

Мужчины и женщины, которые пришли посмотреть дом, неосознанно взглянули на фотографию на стене, на которой Цин Чэню торжественно вручали награду.

В то время он также получил премию от города в размере 5000 юаней. Конечно же, эти деньги Цин Гочжун дочиста проиграл.

Агент поколебался и сказал: «Эта квартира была доверена нам господином Цин Гочжуном, и мы также видели свидетельство о праве собственности. На нем действительно написано его имя, так что ошибки быть не может. Он приходил сюда раньше и дал мне ключ. Давайте сделаем так, я позвоню господину Цин Гочжуну и уточню».

С этими словами он набрал номер Цин Гочжуна и включил громкую связь.

Однако, когда на вызов ответили, на другой стороне были слышны звуки игры в маджонг. Цин Гочжун нетерпеливо спросил: «В чем дело?»

«Здравствуйте, господин Цин Гочжун, – сказал агент, – тут такое дело, я привел несколько клиентов посмотреть квартиру, и оказалось… это должно быть ваш сын, он говорит, что квартира не продается».

Цин Гочжун был немного озадачен: «Разве этот мальчишка не должен быть в школе? Почему он вдруг пришел домой? Ничего страшного, плевать на него. Она записана на мое имя. Я сказал продавать, значит продавай. Красный дракон!»

(п.п. – «красный дракон» – название одной из костей в маджонге, подписана иероглифом "中" красного цвета)

Агент сказал: «Эм, боюсь, так не положено. Господин Цин, вам нужно вернуться и решить это, иначе возникнут проблемы, когда вы освободите квартиру».

«Тогда я зайду туда завтра после обеда, сейчас я занят. Два медяка!» — сказал Цин Гочжун.

(п.п. – еще одна кость в маджонге, с двумя кружочками, еще варианты русского названия масти «блины», «кругляки», «доты», кто во что горазд)

С этими словами он бросил трубку.

Агент, не находя слов, держал телефон, а затем посмотрел на Цин Чэня: «Эм, тогда мы вернемся завтра днем».

И в этот момент Цин Чэнь подумал, почему у Цин Гочжун есть деньги на азартные игры сразу после того, как его выпустили?

Подождав, пока все уйдут, он сразу же пошел проверить под своим матрасом и обнаружил, что несколько тысяч юаней, оставшихся от продажи золота, также были забраны Цин Гочжуном.

Цин Чэнь – ученик, и, как все знают, бедный ученик. Если бы в его кошельке лежали тысячи юаней наличными, он бы легко попал под подозрения.

Ему еще повезло, что он положил золотые слитки в свой рюкзак перед тем, как отправиться на гору Лаоцзюнь, иначе и те несколько золотых слитков могли быть украдены.

В это время вошла Цзян Сюэ. Она тихо спросила: «Сяочэнь, ты в порядке?»

Цин Чэнь молча покачал головой.

Цзян Сюэ сказала: «Я только что подходила к агенту, он подтвердил, что если твой отец хочет продать эту квартиру, ты действительно не можешь этому помешать. С юридической точки зрения, это его квартира».

За окном был слышен шум, агент объяснял ситуацию нескольким покупателям. В конце концов они пришли посмотреть дом, но впустую потратили время, поэтому они были очень сердиты.

«Мм», – тихо отозвался Цин Чэнь.

«Но это неважно, Сяочэнь, тебе не нужен такой отец, ты переедешь в наш дом, я буду спать в одной комнате с Сяоюнь, а ты будешь жить в ее комнате, я приберусь там, – утешала Цзян Сюэ, — отныне ты будешь членом нашей семьи. Ты можешь спокойно учиться, а тетя будет платить за твое обучение, когда ты поступишь в университет».

Цин Чэнь улыбнулся: «Ничего, тетя Цзян Сюэ, Сяоюнь не должна тесниться с тобой в одной комнате, когда подрастет».

В это время внезапно раздался стук в дверь. Цин Чэнь выглянул наружу. Это были Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэнь, которые сидели в инвалидных колясках.

Позади них стояли специальные люди, чтобы возить этих коляски.

Ху Сяоню на мгновение задумался и сказал: «Одноклассник Цин Чэнь, мы слышали разговор агента снаружи. Такое дело, два твоих одноклассника напротив тебя съехали, но я уже купил эту квартиру. Если ты не побрезгуешь, можешь переехать жить туда».

Честно говоря, Ху Сяоню, всегда живший в роскоши, никогда раньше не сталкивался с таким, и он не мог понять, какой отец продаст дом и оставит сына без жилья.

Он не в состоянии был это понять.

Цин Чэнь немного подумал и сказал: «Я очень благодарен за твою доброту. То, что ты предлагаешь, действительно то, в чем я остро нуждаюсь, но я не могу жить бесплатно. Я знаю, что у тебя нет недостатка в деньгах, но, пожалуйста, прими арендную плату. Вместе с тем я буду помнить об этой услуге».

Ху Сяоню улыбнулся: «Хорошо, нет проблем».

С точки зрения Цин Чэня, хотя у Ху Сяоню есть свободное жилье, он не обязательно должен сдавать его ему в аренду, поэтому он должен принять этот акт искренности.

В будущем, если у того возникнут проблемы, он обязательно поможет ему один раз бесплатно.

Ху Сяоню попросил кого-нибудь принести ключ и передал его Цин Чэню: «Арендная плата обычно составляет 1200 юаней, но мы только что отремонтировали это помещение и заменили много вещей, таких как кондиционер, умный унитаз и телевизор, поэтому стоимость аренды будет выше. Как насчет 1400?»

«Разумно, – Цин Чэнь обратился к Цзян Сюэ. – Тетя Цзян Сюэ, пожалуйста, помоги мне сначала оплатить задаток, а потом я верну тебе деньги, когда заработаю».

«Ага», – кивнула Цзян Сюэ.

Ху Сяоню искренне сказал Цзян Сюэ: «Возможно, раньше по нашей собственной вине, мы, общаясь с тобой, могли тебя оскорбить, пожалуйста, прости нас. Я надеюсь, что у тебя не останется о нас плохого впечатления, при случае мы еще можем стать друзьями».

Цзян Сюэ улыбнулась: «Все в порядке, не принимай близко к сердцу».

«Мм», – кивнул Ху Сяоню.

Сказав это, он медленно встал и потихоньку начал подниматься вверх по лестнице, держась за перила, а человек сзади помог ему поднять инвалидную коляску.

Цзян Сюэ посмотрела на Цин Чэня: «Что ты собираешься делать дальше?»

Цин Чэнь оглянулся на хорошо знакомый ему дом, полутемную комнату, истрепанные шторы и диван. Он всегда считал, что рано или поздно уйдет отсюда, но когда действительно пришло время уходить, он чувствовал, что все еще не в силах это сделать.

Он вспомнил, как несколько лет назад его отец покупал рисовую лапшу Тао Тао Цзюй, они садились на диван и ели за журнальным столиком.

(п.п. – Тао Тао Цзюй – сеть ресторанов в провинции Хэнань, где находится Лоян, который соответствует нашему Лочэну)

Он вспомнил, как муравьи время от времени приходили в этот дом в поисках пищи, а его мать Чжан Ваньфан всегда жаловалась, что в доме слишком много насекомых и слишком сыро.

Он вспомнил, как смотрел на улицу из-за своего письменного стола и видел растущий перед входом инжир.

Он помнил каждую мелочь, связанную с этим домом, хорошее и плохое.

Потом мать ушла.

А в дальнейшем не вернулся и отец.

Возможно, это недостаток слишком хорошей памяти.

Однако, дела обстоят именно так.

«Может быть, пришло время поставить точку, – спокойно произнес Цин Чэнь, стоя в этом скромном жилище, – завтра я расстанусь со своей прошлой жизнью».

Глава 130. Переезд

(Перевод: Ориана)

Ночью Северный проспект должен быть одним из самых оживленных мест в Лочэне.

По обе стороны дороги расположены старинные здания в китайском стиле, а над дорогой из серо-голубого камня висят гирлянды праздничных красных фонариков.

Ночью, когда загораются красные огни, на этой каменной дороге становится так тесно, что яблоку негде упасть. Очень оживленно.

В маленьком переулке в китайском стиле к югу от Северного проспекта у дверей небольшого дворика висит вывеска: Высокие цены за Маотай, кордицепс, женьшень, золото...

Старик во дворе передвинул к двери длинную скамейку, взобрался на нее и аккуратно вытер махровым полотенцем витающую в воздухе пыль с красного фонаря, висящего у двери.

«Какая сегодня цена на золото?» – раздался хриплый голос за спиной старика.

Он обернулся назад и очень обрадовался: «А, парень, снова ты!»

Он увидел Цин Чэня в капюшоне, засунувшего руки в передние карманы толстовки. Если не присматриваться внимательно, разглядеть его внешний вид было трудно.

Просто у старика еще свежи воспоминания о нем. В конце концов в прошлый раз он получил большую выгоду, так что, немного присмотревшись, он узнал его.

Цин Чэнь спокойно сказал: «Я уже поспрашивал других, даже если нет квитанции, ты должен заплатить мне обычную цену за золото, как взимают ломбарды».

Старик нисколько не смутился. Он сказал с улыбкой: «Кто позволит тебе скрывать свою личность? В ломбардах есть камеры наблюдения, и все они зарегистрированы в отделении полиции, так что им легко тебя выследить. За сбыт краденого придется платить свою цену. Я тоже рискую, не так ли?»

«1600 граммов, – сказал Цин Чэнь без обиняков, – советую тебе подумать, прежде чем назвать цену. Если она будет низкой, я развернусь и уйду».

Старик весело сказал: «Не волнуйся, не волнуйся, сегодня цена на золото 390, как насчет того, чтобы я дал тебе 350?»

Цин Чэнь развернулся и собрался уходить, но увидел, как старик спрыгнул со скамейки и схватил его: «Эй, парень, почему ты такой нетерпеливый, 360, больше никак!»

«Ладно, – Цин Чэнь направился прямо во внутренний дворик, – мне нужны наличные».

Старик последовал за ним и сказал: «У меня нет столько наличных. Если ты настаиваешь на наличных, я могу дать только 400 тысяч».

Цин Чэнь усмехнулся: «Нет наличных в месте, которое специализируется на скупке краденого? Я в это не верю. Старик, если ты собираешь хитрить и занижать цену, бизнес не пойдет».

«Ладно, – сказал старик, подумав про себя, что этого пацана не так-то легко одурачить, – сначала посмотрю товар».

Цин Чэнь достал золотые слитки. Старик проверил плотность, опустив их в воду, и взвесил. Убедившись, что проблем нет, он пошел в заднюю часть помещения, открыл сейф, и достал более полумиллиона наличных, которые положил в черный пластиковый пакет.

«Ты же не собираешься снова по одной бумажке проверять?» – подозрительно спросил старик.

Затем он наблюдал, как Цин Чэнь рассматривал банкноты одну за другой на свету, и, наконец, вытащил пять: «Поменяй их, спасибо».

«Шш», – старик только что сказал, что молодой человек был нетерпелив, но теперь он был действительно шокирован его терпением.

С неохотой он достал пять купюр и отдал их Цин Чэню: «Я и правда уверен, что впервые вижу такого осторожного человека, как ты».

Цин Чэнь без эмоций ответил: «Я впервые вижу такого изворотливого старика, как ты».

С этими словами он взял свой рюкзак и без колебаний покинул двор.

На этот раз он передаст деньги непосредственно Цзян Сюэ, а затем Цзян Сюэ поможет ему их сохранить, внося на отдельную банковскую карту, а Цин Чэнь будет носить ее с собой.

Цзян Сюэ – путешественник, ей не нужно беспокоиться, что ее будут подозревать, но он другой. Если внезапно на его счету появится крупный депозит неизвестного происхождения, простой проверки было бы достаточно, чтобы любой внимательный человек понял, что с ним что-то не так.

Владелец Печати дьявола еще не показался, ему следует быть осторожным.

Когда он вернулся домой, Ли Тунъюнь смотрела телевизор в его недавно снятой квартире. Когда она увидела, что Цин Чэнь вернулся, она взволнованно сказала: «Брат Цин Чэнь, все шторы в этой квартире электрические, и еще можно свет включать с телефона. Унитаз тоже электрический, а еще годовая VIP-подписка на кабельные каналы, а там столько мультфильмов!»

Цин Чэнь не знал, смеяться ему или плакать, какой бы не по годам развитой ни была эта девочка, она все еще ребенок, поэтому больше всего ее привлекает годовая VIP-подписка на кабельные каналы...

В это время Цзян Сюэ наводила порядок в доме. Она заменила все постельные принадлежности на новые.

Ли Тунъюнь спрыгнула с дивана и жалобно обняла маму: «Мама, давай сегодня останемся здесь на ночь, поживем с братом Цин Чэнем».

Цзян Сюэ сердито сказала: «Этот дом только что снял твой брат Цин Чэнь, а ты сразу же напрашиваешься пожить здесь?»

«Мама, – внезапно сказала Ли Тунъюнь, – ты же заменила постельное белье в обеих спальнях!»

«Ой!» – Цзян Сюэ сразу покраснела, немного смутившись, что ее разоблачили.

На самом деле, хотя между ними нет кровного родства, они уже как родственники. Это чистое чувство, без примесей славы, выгоды и желания.

Будь то Цзян Сюэ, Ли Тунъюнь или Цин Чэнь, все они раньше были несчастными людьми в этом мире.

Из-за неожиданного начала перемещений их судьбы сплелись воедино.

Цзян Сюэ пережила опасность, но, в конце концов, она всего лишь слабая женщина, поэтому будет бояться и чувствовать себя неуверенно.

Наводя порядок в доме, она прибралась в двух комнатах, втайне думая про себя, что когда ей будет страшно, она будет приходить сюда с Сяоюнь.

Просто Ли Тунъюнь слишком быстро раскрыла эту мысль.

Цин Чэнь поспешно сказал: «Тетя Цзян Сюэ, размер этой квартиры напротив больше, чем наши с тобой 101 и 201. Для меня было бы расточительством жить одному в квартире с двумя спальнями и одной гостиной, поэтому я оставлю большую спальню вам. Вы можете жить там, когда захотите».

Ли Тунъюнь внезапно посмотрела на Цзян Сюэ: «Видишь, это брат Цин Чэнь сказал!»

«Ну ладно, но останемся здесь только на одну ночь, а завтра не будем создавать проблем», – согласилась Цзян Сюэ.

…

В полдень следующего дня Цин Чэнь вернулся из школы раньше обычного. Он ждал прихода агента и Цин Гочжуна.

Обратный отсчет 8:00:00.

В 4 часа дня возле дома послышался шум.

Он услышал нетерпеливый голос Цин Гочжуна: «Разве я не сказал тебе, что квартира моя, и я могу продать ее, если захочу. Попроси своего клиента подойти. Если цена подходящая, мы тут же уладим все формальности».

Агент пожаловался: «Главный вопрос в том, что если ваш сын не захочет переезжать, это создаст проблемы, даже если квартира сменит владельца. Тогда покупатель скажет, что наша риэлтерская компания ненадежна».

«Не волнуйся, я улажу этот вопрос сегодня же!» – уверенно сказал Цин Гочжун. По его мнению, его сын всегда был покорным, и он не мог противостоять ему.

Цин Чэнь молча слушал все это и не открывал дверь, пока они не вошли в квартиру.

Он собирался покончить с этим сегодня, поэтому он не хотел, чтобы Цин Гочжун знал, где он будет жить в будущем.

В противном случае тот мог прийти к нему за деньгами, если задолжает за азартные игры.

Глава 131. Палить из пушки по комарам

(Перевод: Ориана)

Цин Чэнь стоял в коридоре.

Стоял, не произнося ни слова.

Он смотрел на знакомую, но внезапно ставшую незнакомой, дверь перед ним.

Из-за старения электропроводки в доме часто были перебои с электричеством, поэтому приходилось держать свечи под рукой, а когда вылетали пробки, отцу приходилось выходить со свечой в коридор и снова поднимать выключатель вверх.

Но больше такой сцены никогда не будет.

Цин Чэнь, казалось, моментально вспомнил все, что было в прошлом.

Затем он поднял руку и постучал в дверь своего бывшего дома.

Дверь открылась, в комнате Цин Гочжун стоял с черным лицом: «Ты сейчас должен быть в школе, зачем прибежал обратно?»

Цин Чэнь спокойно спросил: «Почему ты хочешь продать эту квартиру? Ты думал о том, где я буду жить после того, как квартира будет продана?»

Цин Гочжун поднял брови: «Это моя квартира, я могу продать ее, если захочу! Этого дома больше нет, можешь жить со своей матерью! Я не знаю, что за мерзкий тип донес на меня, и мне пришлось так долго торчать там. Вот что я тебе скажу, это из-за тебя, мальчишка, мне так не везет!»

«По решению суда я должен быть с тобой», – сказал Цин Чэнь.

«Теперь твоя мать богата, – сказал Цин Гочжун, вытягивая шею, – теперь у нее большой дом, и ты можешь жить прямо у нее».

«Где деньги, которые лежали под моей кроватью?» – спросил Цин Чэнь.

«Нет их, – сказал Цин Гочжун, – это же она дала тебе деньги, верно? Сейчас для нее несколько тысяч ничего не значат, так что иди прямо к ней и не ищи меня в будущем! Я просто не могу понять, почему ты пошел за мной, когда мы с твоей матерью развелись!»

Цин Чэнь посмотрел на него и сказал: «По крайней мере, моя мать все еще каждый месяц перечисляет алименты, а какую ответственность ты взял на себя?»

Услышав это, Цин Гочжун был недоволен: «Ты действительно думаешь, что твоя мать платит алименты из-за тебя? Она платит их ради себя!»

Цин Чэнь обомлел.

Выругавшись, Цин Гочжун сказал: «Знаешь, почему она не переводит деньги напрямую тебе? Мы договорились, что она должна ежемесячно переводить деньги на проживание мне, только на таких условия я согласился на развод. Иначе я бы постоянно устраивал ей скандалы, и этот брак никогда бы не был расторгнут!»

«Вот оно что», – вздохнул про себя Цин Чэнь.

Цин Гочжун продолжил: «Теперь, когда ее финансовое положение стало лучше, и она дала тебе несколько тысяч юаней, думаешь, она лучше меня? Я продам эту квартиру, чтобы на будущее отложить деньги на твою учебу в университете!»

Только Цин Чэнь знал, что эти несколько тысяч он добыл сам, а не получил от его матери Чжан Ваньфан.

Вот почему Чжан Ваньфан никогда не дарила ему никаких подарков, сверх того, что было оговорено в соглашении о разводе.

Цин Гочжун сказал, что отложит деньги на учебу в университете, но это тоже не более чем ложь.

В этом мире слова азартных игроков меньше всего заслуживают доверия.

В этот момент жизнь предстала перед Цин Чэнем с самой отвратительной стороны.

Жестокой, уродливой стороны.

Казалось, что из бездны протянулось бесчисленное количество пар темных рук, беспрестанно пытавшихся утащить мальчика вниз.

Цин Чэнь поднял голову и пристально посмотрел прямо на Цин Гочжуна. В этот момент бесконечный внутренний конфликт внезапно разрешился.

«Продавай дом, больше мы не отец и сын, в будущем никаких отношений между нами не будет», – с этими словами Цин Чэнь повернулся и вышел в коридор.

Цзян Сюэ в соседней квартире несколько раз порывалась выбежать и гневно отчитать Цин Гочжуна, несколько раз она хотела крепко обнять Цин Чэня, но она помнила, что объяснил ей Цин Чэнь: ни в коем случае нельзя позволять Цин Гочжуну запомнить какие-либо зацепки. Когда дом будет продан, он больше сюда не придет, но если ты, тебя Цзян Сюэ, дашь ему знать, что у тебя со мной хорошие отношения, в будущем он может прийти, чтобы занять у тебя денег.

Поэтому Цин Чэнь хотел разорвать все отношения, вместо того, чтобы запутывать их еще больше.

Цин Гочжун позади него не пытался удержать Цин Чэня, а сказал агенту: «Видишь, вопрос решен, быстрее звони покупателю, который готов заплатить жилищному управлению, сегодня же все оформим, пусть выплатит полную сумму!»

Цин Чэнь шел по улице Синшу и смотрел на бесконечную вереницу машин.

Мужчина, продающий печеный сладкий картофель на обочине дороги, открыл глиняную печь и щипал каждую картофелину, чтобы убедиться, что она мягкая.

Мимо него прошел мужчина средних лет, разговаривающий по телефону, он сказал, что сегодня вечером будет работать сверхурочно и не придет домой на ужин.

На автобусной остановке медленно остановился автобус №46. Водитель скучающе ждал, пока пассажиры выйдут из автобуса, а сидящие в автобусе бесцельно смотрели в окно.

Но все это не имело никакого отношения к Цин Чэню.

Он чувствовал, что весь мир наполнен незнакомым чувством отчуждения.

Телефон в его кармане завибрировал, он достал его и увидел, что это звонит Чжан Ваньфан.

Цин Чэнь ответил на звонок: «Алло?»

Чжан Ваньфан сказала: «Сяочэнь, мама на этих выходных в командировке, поэтому не сможет тебя навестить…»

Цин Чэнь повесил трубку, затем внес номера телефонов Чжан Ваньфан и Цин Гочжуна в черный список, а также занес их в черный список в WeChat, а затем вообще удалил их.

Немного погодя Цзян Сюэ догнала Цин Чэня, взяла его за руку и спросила: «Сяочэнь… ты в порядке?»

Цин Чэнь улыбнулся: «Кажется, отпустить прошлое не так уж и сложно, но мне нужно сделать еще кое-что».

…

Ближе к полуночи.

Цин Гочжун, мурлыкая песенку, шел под тусклыми уличными фонарями. Он выпил немного вина и почувствовал себя довольно хорошо.

В одной руке он держал пластиковый пакет, в котором лежали десятки тысяч юаней, которые он только что забрал, а в другую он взял свой мобильный телефон и набрал номер: «Алло, старина Чжан, где ты сегодня играешь? Не хватает людей… Слушай, что скажу, у меня есть деньги, только сегодня продал свой дом. Я вас обыграю, без штанов оставлю!»

«Ладно, ладно, я недалеко, жди меня, скоро буду…»

Цин Гочжун продолжал идти вперед.

В этот момент он словно почувствовал, что что-то не так, и резко обернулся.

Однако на дорожке позади него никого не было, только бродячие кошки шмыгали между кустами на пустынной полуночной улице.

Цин Гочжун улыбнулся, подумав, что у него паранойя.

«Наверное, я перетрухнул, пока в изоляторе сидел. Черт, узнать бы только, кто на меня донес, я ему ноги переломаю!» – сказал себе Цин Гочжун.

Сказав это, он прошел еще два квартала и вошел в дом.

Когда он вошел, Цин Чэнь вышел из тени здания.

«Алло, здравствуйте, это полиция? Хочу сообщить, что в семейном дворе Лоинь, в доме №7, на третьем этаже, в квартире 301 играют в азартные игры, сумма огромная, – сказал Цин Чэнь в свой мобильный. – Эм, да, больше трех человек, ставки превышают 50 000, достаточно, чтобы возбудить уголовное дело. Срочно приезжайте. Не волнуйтесь, они не сбегут».

Повесив трубку, Цин Чэнь тоже вошел в подъезд.

Цин Чэнь никогда бы не подумал, что он будет использовать свои высококлассные навыки в таком месте.

Неизвестно, каким будет выражение лица мамы Е, когда он услышит об этом.

Глава 132. Дать ученику выпустить гнев

(Перевод: Ориана)

В квартире 301, на третьем этаже, в доме №7, в семейном дворе Лоинь, за игорным столом сидели четверо мужчин, а у окна стояла женщина с годовалым ребенком на руках.

Это скрытый уже несколько лет игорный притон, которым управляет супружеская пара. Они не только сами принимают участие в азартных играх, но и берут комиссию с игроков.

Пока другие играли в маджонг, мужчина сидел за столом и играл, а женщина стояла у окна и наблюдала.

В комнате было шумно и оживленно, звуки игры в маджонг не прекращались.

Однако в этот момент женщина вдруг запаниковала: «Прекратите играть, я видела, как во двор въехали две полицейские машины, бегите!»

Как только ее голос стих, свет в комнате погас.

Кто-то рванул рубильник снаружи!

Четверо мужчин за игорным столом немедленно встали в темноте. Цин Гочжун пробормотал «Не повезло», открыл дверь и выбежал в коридор.

В коридоре тоже было темно.

Один из четверых сказал: «Спустившись вниз, разбегайтесь в разные стороны. В этом дворе четыре выхода. Они не смогут всех поймать. Кого поймают, тому не повезло».

Только он это сказал, как вдруг услышал шум ветра, налетевшего со стороны темной лестницы.

Он моментально почувствовал, как его сильно ударили кулаком в живот. Человек, находящийся на лестнице, согнулся всем телом, словно креветка.

Только тот, кто его ударил, не остался там, а, воспользовавшись темнотой, направился прямо к троим товарищам по азартным играм позади него!

Чуть больше чем за десять секунд черная фигура, словно поток воды, сбила всех четверых с ног.

Игроки не могли четко разглядеть этого человека, они лишь чувствовали, что противник уже все просчитал, в том числе и их реакцию.

Поэтому, начиная с первой секунды удара, каждая последующая секунда проходила по сценарию противника.

Они даже не считались актерами массовки, максимум четыре предмета реквизита.

«Проклятье! Буэ… – игрока от удара вырвало желудочным соком. – Кто? Кто это?!»

Только этот человек не остался, он ушел до того, как полиция нашла дом №7.

Вскоре Цин Чэнь стоял среди зеленых насаждений этого квартала и молча наблюдал, как полицейские помогают четырем людям сесть в полицейскую машину.

Он пообещал девушке из полиции, что никому из этих игроков не удастся убежать.

Теперь им точно не удастся убежать.

Цин Чэнь – человек, который серьезно относится к обещаниям. Как в ту ночь на горе Лаоцзюнь, он пообещал Ху Сяоню, что убьет главаря преступников, значит главарь преступников непременно умрет.

Обратный отсчет 00:00:00.

Перемещение.

…

Когда тьма мира рассеялась, Цин Чэнь все еще сидел у костра, а рядом с ним был только Ли Шутон.

Учитель посмотрел на Цин Чэня: «Вернулся? Раскрой ладони, я взгляну».

Цин Чэнь послушно раскрыл ладони.

Ли Шутон кивнул: «Руки все в ранах. Судя по всему, вернувшись во внешний мир, ты постоянно тренировался. И как результат?»

«Я смог самостоятельно подняться на вертикальную скалу высотой более 20 метров, – честно ответил Цин Чэнь, – но мне это удалось только три раза».

Ли Шутон вздохнул, его ученик действительно не дает повода для волнений.

Без понуканий и выговоров со стороны учителя молодой человек будет сдерживать себя с помощью строжайшей самодисциплины.

По сравнению с игривостью и ленью его самого и его брата-соученика Чэнь Цзячжана, когда они были молоды, этот ученик чрезвычайно целеустремленный.

Если бы они с братом тогда так старались, учитель бы не злился на них все время.

Только тот, кто прошел через подобные тренировки, способен понять ощущение, когда весь вес приходится на пальцы, когда у тебя на руках раны, а тебе все еще нужно карабкаться вверх.

Постоянная режущая боль может не давать трезво мыслить и даже заставить сожалеть, что вступил на этот тернистый путь.

Ли Шутон посмотрел на Цин Чэня: «Разве ты не чувствуешь себя счастливым? Почему ты несчастен? Молодой человек не должен быть все время в таком упадочном настроении. Ты должен быть доволен результатами своих тренировок!»

Цин Чэнь тихо сказал: «Учитель, я разорвал отношения со своими родителями, полностью».

Ли Шутон на мгновение замер: «Я раньше видел, как тяжело тебе живется, как ты сдерживаешь темперамент, присущий молодости. Я думал, что у тебя нет родителей».

Цин Чэнь: «…»

«Шучу, – прошептал Ли Шутон, – как ты себя чувствуешь?»

«Сначала я чувствовал себя немного потерянным и огорченным, – подумав некоторое время, ответил Цин Чэнь, – потом я донес на своего отца, и мое настроение снова улучшилось. Теперь, когда я вернулся во внутренний мир, я вдруг почувствовал себя немного растерянным, как будто все вокруг нереально».

Когда он был ребенком, зимой отец, возвращаясь домой, каждый день покупал ему печеный сладкий картофель. Это было их любимое лакомство.

Мама напоминала ему надеть подштанники, ставила молоко на батарею и давала ему его с собой в школу, когда оно нагревалось.

Спасаясь от летнего зноя, вся семья вместе отправлялась в горы, отец опускал свою огромную ладонь в чистый родник, а затем показывал сыну головастиков, которых он поймал.

С такой хорошей памятью все воспоминания Цин Чэня были яркими и живыми.

Не понятно, почему жизнь вдруг стала такой.

Никто не может вернуться назад.

Больше не нужно никого ждать.

Ли Шутон какое-то время молчал, затем улыбнулся и похлопал его по плечу: «Глупый мальчик, у тебя все еще есть учитель».

«Мм», – чуть слышно отозвался Цин Чэнь.

Ли Шутон посмотрел на звездное небо и сказал: «Иногда я чувствую, что ты мне как сын. Когда я вижу, как ты усердно тренируешься, мне приходится быть безжалостным и не смотреть на это, иначе мое сердце будет кровью обливаться. Когда той ночью ты вернулся израненный, твои ноги были все в крови, я задумался, через что тебе пришлось пройти. Видишь, учитель на самом деле не настолько жесток, просто учитель знает, что этот путь ты должен пройти сам, только тогда это будет твоя собственная жизнь».

Цин Чэнь внезапно спросил: «Учитель, одна из причин, по которой вы вывели меня на этот раз, связана с Цин Хуаем из четвертой ветви семьи Цин?»

«Да, – с улыбкой сказал Ли Шутон, – верно, дело в нем. Я знаю, что его задание – войти в запретное место № 002 и забрать запретный предмет. Точно так же, как твое задание – прийти в тюрьму №18 за АСЕ-005».

«Для чего вы ищите его?» – спросил Цин Чэнь.

«Конечно, чтобы помочь тебе создать возможность убить его, – выражение лица Ли Шутона постепенно стало холодным. – Четвертая ветвь нарушила правила Битвы за Тень, старшие тайно послали смертников убить тебя. Как учитель, как я мог не помочь тебе ответить на эту несправедливость? Почему кто-то помогает другим Теневым кандидатам, а у моего ученика есть только головорез из дома престарелых? Если Цин Хуай не умрет, значит учитель некомпетентен».

Ли Шутон легонько похлопал Цин Чэня по плечу: «Не волнуйся, если что-то есть у других, это должно быть и у моего ученика».

«Спасибо, учитель», – сказал Цин Чэнь, глядя в ночное небо.

Несколько дней назад Ли Шутон сказал, что собирается дать ему четвертый урок, научив его охотиться. Цин Чэнь понял, о чем он.

Ли Шутон повел его охотиться не на диких зверей, а на Цин Хуая.

Если четвертая ветвь семьи Цин хочет убить его ученика, тогда он убьет Теневого кандидата из четвертой ветви Цин, даст ученику выпустить гнев.

Глава 133. Путешественники в команде осенней охоты

(Перевод: Ориана)

«По сути, Битва за Тень – это соревнование девяти человек, в котором все начинают с одной стартовой линии, оно основано на честной конкуренции, – со смехом сказал Ли Шутон, сидя у костра, – но разве в мире есть абсолютная справедливость? За каждым кандидатом на должность Тени стоит своя фракция внутри семьи, они будут бороться в этом соревновании, не останавливаясь ни перед чем, чтобы помочь тому, кого они поддерживают, потому что это процесс передела пирога».

«Цин Хуая поддерживает четвертая ветвь, а как насчет других кандидатов? Кто их поддерживает?» – с любопытством спросил Цин Чэнь.

«Цин Хуая поддерживает не только четвертая ветвь, но и третья, кандидата из которой в Битве за Тень заменил ты, и даже некоторые родственники из семьи Ли. Можно сказать, что на него возлагаются большие надежды, – с улыбкой сказал Ли Шутон. – Подожди, когда учитель поможет тебе убить Цин Хуая, этим людям негде будет его оплакивать».

Цин Чэнь почувствовал себя немного странно: «Я могу понять, почему третья ветвь встала на его сторону. В будущем, если Цин Хуай сможет стать Тенью, это, естественно, принесет пользу третьей ветви. Но какое отношение это имеет к семье Ли?»

«Потому что бабушка Цин Хуая из семьи Ли, – усмехнувшись, сказал Ли Шутон. – Все эти крупные консорциумы уже давно переплетены. Точно так же, как и брак, который пытается завершить семья Камиширо. Именно так. Если Камиширо Соранэ выйдет за тебя замуж, и при этом ты станешь Тенью, в первом поколении ты еще сможешь держать их под контролем и не позволять Камиширо оказывать влияние на семью Цин, но как насчет следующих поколений? Вспомнит ли сын Камиширо Соранэ о любви и заботе своей матери? Будет ли он склоняться к семье Камиширо? Такого рода влияние является длительным и незаметным».

«Вы не могли бы перестать использовать меня и Камиширо Соранэ в качестве примера?» – Цин Чэню это казалось каким-то вычурным…

Ли Шутон улыбнулся: «А чего ты смущаешься? Если она тебе нравится, учитель все устроит заранее, и нет необходимости ждать 3 года по договору».

«Перестаньте, не говорите больше об этом, – Цин Чэнь поспешно сменил тему. – Итак, глава семьи Цин тоже обеспокоен последствиями брака, поэтому он организовал брак с одним из самых маргинальных детей, чтобы это не оказало влияние на будущие поколения семьи Цин?»

«Я этого не знаю, – многозначительно сказал Ли Шутон. – Цин Сюнь, нынешний глава семьи Цин, – чрезвычайно загадочная личность. Он редко появляется на публике, редко принимает решения напрямую, и мало кто может догадаться, что у него на уме».

Цин Чэнь спросил: «В таком случае сейчас Цин Хуай – наилучший кандидат?»

«Пока это не ясно, никто в самом начале не может сказать это с уверенностью, – посмеиваясь, объяснил Ли Шутон, – однако, после того, как Цин Хуай окончил Военную академию «Пиро», он напрямую получил воинское звание лейтенанта. Сейчас он находится на действительной службе во Второй федеральной армии. В этом он превосходит многих Теневых кандидатов».

«Каков уровень его силы?» – спросил Цин Чэнь.

«Не думай об этом, – сказал Ли Шутон, – незачем беспокоиться о мертвеце».

Цин Чэнь: «...»

В этот момент из палатки в лагере осенней охоты неподалеку от них вышли два человека.

Они довольно приплясывали и глупо хихикали. Ли Шутон вздохнул: «Еще двое зависимых от дофаминовых чипов. В консорциуме за последние годы появилось слишком много никчемных идиотов».

Однако он увидел, как эти двое медленно приблизились к костру. Один из них с ухмылкой бросил взгляд на Ли Шутона и Цин Чэня: «Вы, двое слуг, живо подкиньте дров в наш костер, а то только бездельничаете изо дня в день! Не видите что ли, что наш костер вот-вот погаснет?»

Сердце Цин Чэня сжалось, он увидел, как Ли Шутон поднял брови и приготовился встать.

Он поспешно сжал руку учителя: «Я подложу дров в костер».

Сказав это, Цин Чэнь по-быстрому разобрался с костром в лагере осенней охоты, после чего тот запылал более ярко.

Два болвана с глупым смехом вернулись в свою палатку.

Цин Чэнь посмотрел на Ли Шутона: «Вы прямо сейчас собирались затеять драку? В этом действительно нет необходимости. Я могу сделать такое. Вам не надо вмешиваться. Я боюсь, что вы их всех убьете».

Ли Шутон вздохнул: «Сяочэнь, учитель находится под большим давлением, чтобы сохранить им жизнь».

Цин Чэнь: «...»

Ладно, ладно, вы самый сильный, и что бы ни сказали, вы во всем правы.

Он взглянул на таймер обратного отсчета на своей руке.

Обратный отсчет 166:45:21.

Опять семь дней.

«Я пойду спать, – сказал Ли Шутон, – а ты пока не собираешься? Ии приготовила для тебя палатку».

«Учитель, вы можете не быть таким сплетником? – Цин Чэнь не знал, плакать ему или смеяться. – Идите спать, я здесь немного понаблюдаю».

Цин Чэнь не сказал, за чем именно он хотел понаблюдать.

…

Ранним утром следующего дня Камиширо взяли на себя инициативу, чтобы привести лагерь в порядок и приготовиться к отправлению.

Одного за другим Ли Ино вытаскивала из палаток мажоров, которые все еще крепко спали, и бросала их в машину.

Некоторые все еще не протрезвели, а некоторые переборщили с дофаминовыми чипами.

Цин Чэнь прошептал Ли Шутону: «Неудивительно, что консорциум не подпускает таких людей к реальной власти. Если бы им разрешили обладать властью, здание давно бы рухнуло».

Ли Шутон кивнул: «Каждое поколение молодых людей в консорциумах несколько поляризовано. Умные очень умны, а глупые очень глупы».

В этот момент только Нань Гэнчэнь молча сидел у костра, обхватив руками колени, и смотрел, как Ли Ино одного за другим забрасывает этих людей в машину.

Цин Чэнь мог заметить, что его друг еле сдерживался, чтобы не бросить на него косой взгляд, и изо всех сил продолжал сдерживаться снова и снова…

«Это довольно большой прогресс», – вздохнул про себя Цин Чэнь. В прошлом этот парень определенно не смог бы сдержаться.

Стоп, Цин Чэнь вдруг почувствовал, что что-то не сходится.

Он еще раз прокрутил в уме воспоминания и с удивлением обнаружил, что один из этих парней совершенно им не соответствует.

Вчера, когда этот пижон только приехал сюда, он все еще радостно смеялся и дебоширил.

Сегодня этот человек не только протрезвел, перестал шуметь со своими приятелями, но и внимательно оглядывался по сторонам.

Он отстранился от толпы не потому, что не хотел ни с кем общаться, а скорее потому, что знакомился с новой для него чужой обстановкой.

Цин Чэнь посмотрел на Ли Ино. Хотя эта мускулистая девушка притворялась беззаботной, она трижды в течение минуты взглянула на парня, который все еще внимательно разглядывал все вокруг.

Она тоже обнаружила этого путешественника.

Только она не знала, что на этот раз в лагерь прибыло больше одного путешественника.

Другим был слуга, который как ни в чем не бывало собирал вещи, в его поведении не было заметно ничего необычного.

Превосходная актерская игра.

Цин Чэнь нашел это интересным.

На этот раз даже появился игрок высокого уровня.

Но независимо от его игры, он не мог укрыться от Цин Чэня. Не только из-за непривычного поведения, несоответствующего его воспоминаниям, но и…

Потому что ночью Цин Чэнь видел, как тот высунул голову из палатки.

Каждый путешественник, оказавшийся в палатке после перемещения, не может не захотеть увидеть, что находится снаружи.

Именно поэтому он и сказал Ли Шутону, что понаблюдает какое-то время.

Глава 134. Фаворит

(Перевод: Ориана)

Когда Цин Чэнь подтвердил личности двух путешественников, он прошептал Ли Шутону: «Учитель, после этого перемещения появились два новых путешественника. Один заменил парня из семьи Ли, а другой – слугу».

«О-о?» – Ли Шутон был немного озадачен. Даже он обнаружил только одного путешественника, но он не ожидал, что Цин Чэнь обнаружит сразу двух.

Ли Шутон прошептал: «Кто другой? Покажи взглядом».

Цин Чэнь посмотрел на молодого человека, который притворялся «оригинальным слугой», а затем сказал Ли Шутону: «У этого ранг немного повыше. Но, видите, учитель, он сейчас наблюдает за работой других, таким образом потом легче будет им подражать».

«Хм, – Ли Шутон проследил за его взглядом и шепотом прокомментировал, – он довольно быстро учится, но я чувствую, что постоянно он не работает. Смотри, смотри, как он с одной палаткой возится…»

«Ну, – Цин Чэнь также прокомментировал, – учитель, видите, когда с ним разговаривают другие слуги, он отвечает очень кратко, что очень хорошо…»

Пока два путешественника все еще ломали голову, как им выжить, учитель и ученик уже начали смотреть шоу.

Суть в том, что два новых путешественника еще не знали, что за ними кто-то наблюдает.

В это время Ли Ино попросила всех сесть в машину. Она сказала несколько слов мужчине средних лет, который следовал за ней.

Однако мужчина посадил обнаруженного путешественника прямо в машину Ли Ино.

Похоже, Ли Ино не хотела напрямую раскрывать его личность, а собиралась воспользоваться поездкой, чтобы допросить его отдельно.

Первый помощник, который все время носил голографическую маску на глазах, подошел к Цинь Чэну: «Разрешите представиться, меня зовут Сяо Гун, и я первый помощник команды осенней охоты. С этого момента ваши пикапы реквизированы. У нас стало на четыре машины меньше, так что слугам придется потесниться в вашем кузове».

Первый помощник по имени Сяо Гун был очень молод, на вид ему было чуть за двадцать, но говорил он очень деловито.

Цинь Чэн попал в затруднительное положение: «Здравствуйте, дело вот в чем, у нас еще есть охотничье задание…»

Сяо Гун покачал головой и прервал его: «Семья Ли выплатит вам соответствующую компенсацию, и я слышал, что вы тоже направляетесь на юг, чтобы поймать горного сокола, так ведь? Нам как раз по пути. Наша общая цель – запретное место № 002».

Сказав это, он махнул рукой и приказал всем пятерым слугам забраться в кузов пикапа, не давая Цинь Чэну возможности отказаться.

Если консорциум реквизирует чью-то машину, в обсуждении нет необходимости.

Но что интересно, в кузове оказался и тот игрок высокого уровня, путешественник, который стал слугой.

…

После того, как колонна осенней охоты отправилась в путь, машины, перекрывавшие горную дорогу, наконец, отъехали. Семья Камиширо размеренно следовала за колонной, не собираясь ее обгонять.

В этот момент на полу в кузове машины сидели восемь человек: Цинь Ии, Цин Чэнь, Ли Шутон и пятеро слуг.

Во время езды по ухабистой дороге Цин Чэнь между делом спросил слуг: «Кстати, мы уже встречались, и в то время я не видел на ваших машинах никаких царапин или повреждений. И почему четыре машины вдруг пропали?»

Слуга среднего возраста неторопливо сказал: «Это не секрет. Говорят, что в пустоши появилась команда обнаглевших дикарей. Мы тогда не поняли, что произошло, а обе стороны сразу начали сражаться».

«Обнаглевшие дикари? – с удивлением спросила Цинь Ии. – Что ты имеешь в виду?»

Слуга с улыбкой объяснил: «Эта команда дикарей была поистине сумасшедшей. Они не только сбили один из дронов первого помощника Сяо Гуна, но даже вырезали на скале провокационные слова».

Цинь Ии стало любопытно: «Что за слова там вырезали?»

«Приходите на север и зарежьте меня, если смелости хватит! – с веселой улыбкой сказал слуга. – Обычные жители дикой местности убегают, завидев команду осенней охоты. Кто когда-нибудь видел такого свирепого дикаря?»

В этот момент Цин Чэнь и Ли Шутон одновременно, ничего не сказав, посмотрели в пол кузова.

Другой слуга сказал: «Сначала все подумали, что эта группа дикарей устроила засаду и пришла подготовленной. Первый помощник Сяо Гун тогда забеспокоился. Но позже выяснилось, что это совсем не так. Мы их так отделали, что они обосрались. Если бы не эти балбесы из консорциума, мы бы одержали полную победу».

Цин Чэнь и Ли Шутон почти могли представить себе ту сцену: ошалевшие люди пустоши оказались втянуты в битву, а их противником была разъяренная команда осенней охоты…

Возможно, эти люди никак не могли понять, почему эти парни из консорциума так рассержены...

«А что было дальше?» – спросила Цинь Ии.

«О, когда мы заставили их бежать, госпожа Ино не позволила их преследовать. Она сказала, что у нее есть дела поважнее, и у нее нет времени разбираться с этими дикарями».

Тут Цин Чэнь сказал: «Я все еще не знаю, как вас называть. Позвольте сначала мне представиться. Меня зовут Гуан Сяоту».

Ли Шутон: «Меня зовут Му Ютон».

(п.п. – теперь они уже представились «полными именами». Образованы всё по тому же принципу, разделением иероглифов из их настоящих имен на части. «庆» (Цин) превращается в «广» (Гуан), а «叔同» (Шутон) – в «又同» (Ютон). Остальное уже объясняла в 115 главе)

Слуга, сидящий напротив, представился: «Гао Шунь».

«Сун Цилян».

«Хуан Шан».

«Люй Фа».

«Чжоу Сюань».

Цин Чэнь и Ли Шутон оба запомнили это имя, Чжоу Сюань.

Именно он и есть новый путешественник.

Цинь Ии с любопытством спросила: «В вашей команде осенней охоты главная госпожа Ино?»

«Само собой. Она старшая дочь в третьем поколении семьи Ли, поэтому, естественно, она будет главной», – объяснил слуга.

«О, тогда что за хилый мальчик, которого я всегда с ней вижу? Кто это?» – спросила Цинь Ии.

«Это… – Хуан Шан на мгновение замялся. – На самом деле, это фаворит госпожи Ино, ее содержанец…»

Слуга средних лет по имени Гао Шунь пристально посмотрел на него: «Понимать надо, что говорить, а что нет, а то тебе помогут закрыть рот, когда вернемся».

Цин Чэнь ничего не сказал, только он четко увидел, когда слуги говорили о статусе Ли Ино, а также о ее любимчике, глаза путешественника по имени Чжоу Сюань загорелись.

Глава 135. Странное начало

(Перевод: Ориана)

В полдень команда осенней охоты остановила машины на обочине, чтобы сделать небольшой ремонт.

Слуги один за другим вытащили термостатные контейнеры для еды, какие Цин Чэнь видел раньше, и предметы, похожие на индукционные плиты, и начали готовить, не разжигая огня.

Судя по всему, у команды осенней охоты более продвинутый источник энергоснабжения для беспроводной зарядки, чем у людей пустоши.

Если подумать, источником энергии для беспроводной зарядки, используемым семьей Цинь Чэна, является «реактор из свинцово-висмутового сплава Венера-3», который был извлечен из боевого танка горного типа. У детей консорциума, естественно, будет более мощное оборудование.

В этот момент медленно следовавшая за ними автоколонна Камиширо не остановилась. Воспользовавшись тем, что команда осенней охоты собралась перекусить, они внезапно ускорились. Похоже, хотели не упустить возможность избавиться от Ли Ино.

Ли Ино безразлично посмотрела на их задние фары, однако не приказала всем сразу сесть в машины, чтобы догнать их: «Дадим им немного времени, посмотрим, как далеко они смогут убежать».

Цин Чэнь и Ли Шутон стояли рядом и смотрели шоу. На этот раз их целью была не семья Камиширо, поэтому их не волновало, сбегут Камиширо или нет.

Вот только их удивило, что путешественник «Ли Чэнси», которого посадили в машину Ли Ино, теперь послушно следовал за Нань Гэнчэнем.

Куда бы ни пошел Нань Гэнчэнь, он шел за ним.

Когда Нань Гэнчэнь хотел сесть, тот помогал расстелить что-нибудь на земле.

«Почему я не могу этого понять?» – удивился Ли Шутон.

«Э-э, – Цин Чэнь задумался, – учитель, я тоже не понимаю…»

Ли Ино не волновало, что он путешественник, но почему она превратила Ли Чэнси в слугу Нань Гэнчэня?

Цин Чэнь тихо предположил: «Учитель, я подозреваю, что Ли Ино уже знает, что Нань Гэнчэнь путешественник, поэтому она привлекает других путешественников, рассчитывая установить некоторое влияние для Нань Гэнчэня во внешнем мире. Она возьмет под контроль обнаруженных путешественников, а потом заставит их служить Нань Гэнчэню во внешнем мире».

«В этом есть некоторый смысл, – недоумевающе сказал Ли Шутон. – Эта девчонка действительно влюбилась в твоего одноклассника…»

Эти двое, учитель и ученик, изначально думали, что после того, как им придется следовать за командой осенней охоты, жизнь в пустоши станет очень скучной.

Однако, с появлением двух путешественников они стали подобны двум зевакам, в сердцах которых горел огонь сплетен.

В жизни внезапно появилась надежда.

Они вдвоем перевели взгляд на Чжоу Сюаня и обнаружили, что пока слуги готовили, этот парень старательно подготавливал ингредиенты, резал мясо и чистил овощи.

И никогда не прикасался к технологичным предметам, чтобы не показать свое невежество.

«Учитель, смотрите, никто из других слуг не заметил, что он не знает, как пользоваться этими электронными устройствами, – с улыбкой сказал Цин Чэнь. – Думают, что он очень усердно трудится?»

«Хм, он очень наблюдательный. Одновременно и мясо режет, и изучает, как пользоваться электроприборами», – Ли Шутон тоже нашел это интересным.

Цинь Ии неподалеку от них, чувствовала себя немного озадаченной. Учитель и ученик, с сегодняшнего утра, как будто, стали немного странными, постоянно ходили вместе и о чем-то шушукались, а когда она к ним приближалась, они замолкали…

Бесит.

«Ха! Учитель, – сказал Цин Чэнь, грызя протеиновый батончик, – теперь взгляд Чжоу Сюаня прикован к Нань Гэнчэню и Ли Ино».

В тот день путешественник, сидевший в кузове, много раз как бы непреднамеренно пытался подвести тему разговора к Ли Ино, но поскольку он не хотел раскрывать свои намерения, у него ничего не вышло.

Цин Чэнь подавил смех, желая увидеть, что тот собирается сделать.

Ли Шутон решил действовать открыто, прямо спросив слугу, который любил посплетничать: «Можешь рассказать нам подробнее о госпоже Ино и ее молодом любовнике?»

Любитель сплетен огляделся и обнаружил, что слуга средних лет, отвечающий за них, спит. Слова из него хлынули потоком: «Вы не знаете, семья Ли несколько раз организовывала брак для госпожи Ино, но госпожа Ино ни разу не согласилась. Раньше все думали, что ей нравятся девушки, но внезапно она нашла этого смазливого мальчишку…»

Во второй половине дня все сплетничали о семье Ли: самые лучшие отношения у госпожи Ино с маленькой девочкой из семьи Ли по имени Ли Тунъюнь; госпоже Ино нравятся симпатичные мальчики, но до появления Нань Гэнчэня ей никто не нравился; главе семьи Ли очень нравятся госпожа Ино и госпожа Тунъюнь…

Глаза Чжоу Сюаня заблестели, когда он услышал все это, как будто кто-то дал ему подушку, когда он засыпал. Он даже время от времени с благодарностью поглядывал на Ли Шутона.

Конечно, он был уверен, что Ли Шутон этого не заметит...

Чжоу Сюань был очень сдержан и вечером того дня не демонстрировал ничего необычного, что немного разочаровало Цин Чэня и Ли Шутона.

Однако в полдень следующего дня Чжоу Сюань подошел к Ли Ино с только что приготовленной едой.

Подойдя к мускулистой девушке, он поставил тарелку, намеренно поднял руку и откинул длинную челку, открывая свое красивое лицо.

Цин Чэнь и Ли Шутон, которые в этот момент ели, не смогли сдержаться и одновременно выплеснули еду изо рта: «Пфф!»

Другие, возможно, еще ничего не заметили, но учитель и ученик, которые внимательно следили за Чжоу Сюанем, отлично поняли, что задумал Чжоу Сюань.

Эти двое никак не ожидали, что, узнав, что Ли Ино нравятся симпатичные мальчики, он сразу начнет с метода соблазнения!

Глава 136. Ай!

(Перевод: Ориана)

Точно так же, как когда Лю Дэчжу попал в тюрьму, он сразу же направился к Ли Шутону, сегодняшние путешественники прекрасно понимали, если хочешь выжить, сначала надо найти подходящее бедро.

(п.п. – бедро в смысле «обнимать чье-то бедро» – искать покровительства у сильного и влиятельного человека)

Например, Лю Дэчжу теперь является предметом восхищения многих путешественников. После того, как он сблизился с Ли Шутоном, он превратился в большую шишку во внешнем мире.

И Ли Ино сейчас лучший выбор Чжоу Сюаня. Она старшая дочь в третьем поколении крупнейшего консорциума. Просто взглянув на ее статус в команде осенней охоты, сразу понятно, что она выделяется среди остальных.

Хотя телосложение девушки немного грубовато, но лицо у нее на самом деле ничего так, если присмотреться, то его можно считать выше среднего.

Поэтому Чжоу Сюань, который считал, что у него выделяющаяся внешность и превосходные актерские способности, сразу решил подкатить к одной Ли Ино!

Однако Чжоу Сюань был весьма умен и сдержан и больше намеренно не проделывал никаких фокусов.

Он очень хорошо знал, что когда приходится начинать все сначала, главное не переусердствовать, пытаясь произвести хорошее впечатление на собеседника.

Ли Шутон, вздохнув, сказал Цин Чэню: «Неужели все люди в вашем внешнем мире такие бесстыдные?»

Цин Чэнь с досадой сказал: «Это тоже особый случай».

«Однако твой одноклассник встретил конкурента, – с улыбкой сказал Ли Шутон. – Я уже понял, что твой одноклассник – всего лишь глупый милый мальчик, с ударением на слове «глупый». С точки зрения ранга, он определенно не соперник этому профессиональному игроку».

Цин Чэнь вздохнул: «Я действительно за него беспокоюсь…»

Ли Шутон спросил: «Тогда надо ли нам продолжать создавать возможности для Чжоу Сюаня и смотреть шоу? Что, если мы испортим положение твоего одноклассника?»

Цин Чэнь немного подумал: «Все же смотреть шоу веселее».

Когда два любителя есть арбузы сказали это, они посмотрели друг на друга и засмеялись... хе-хе-хе.

(п.п. – «есть арбузы» – то же самое, что «есть попкорн», то есть праздно наблюдать со стороны за чем-то интересным)

…

Обратный отсчет 126:00:00.

На вторую ночь после перехода Ли Шутон сказал Цин Чэню, что прошло семь дней с тех пор, как они вышли из тюрьмы №18, и теперь они были недалеко от запретного места №002.

Возможно, завтра они смогут издалека увидеть очертания этого места.

Ли Шутон объяснил: «После того, как войдем, ты непременно должен держаться рядом со мной. К остальному ты можешь относиться небрежно, но это ты должен запомнить намертво».

«Да», – серьезно кивнул Цин Чэнь.

В этот момент Цинь Ии внезапно села рядом с ними двумя, ничего не сказав. Она просто сидела и смотрела на костер.

Ли Шутон удивленно спросил: «Девочка, что с тобой такое?»

Цинь Ии взглянула на него: «Вы двое в последние два дня стали такими загадочными, со мной не разговариваете и в карты больше не играете. Съели мои яблоки, а по счетам платить не хотите?»

Девушка пустоши слишком прямолинейна. Когда она чувствует, что что-то не так, она скажет это прямо. Она никогда не убежит и не будет жалеть себя, если ее несправедливо обидят.

Ясно же, что раньше все болтали и смеялись, так почему же эти двое вдруг начали шептаться и игнорировать ее?

Цин Чэнь не знал, то ли плакать, то ли смеяться: «Это не то, что ты думаешь!»

Цинь Ии немного подумала и сказала: «Вы украдкой наблюдаете за тем слугой! Тем, кого зовут Чжоу Сюань, я заметила!»

Ли Шутон и Цин Чэнь переглянулись. Возможно, им и удалось скрыться от взглядов других людей, пока они глазели на того парня, но взгляд этой девушки, казалось, был приклеен к Цин Чэню, так что от нее определенно нельзя было ничего скрыть.

Ли Шутон немного подумал и сказал: «У нас хорошие отношения, поэтому я могу рассказать тебе этот секрет, но ты не можешь рассказывать другим!»

«Давай скажи, почему вы за ним наблюдаете?» Глаза Цинь Ии были чистыми и ясными и в свете костра выглядели особенно блестящими.

Девушка сегодня заплела длинную косу и выглядела чисто и опрятно, с очарованием взрослеющей молодой женщины.

«Пусть Сяоту тебе расскажет», – сказал Ли Шутон.

После этих слов девушка внезапно приблизилась к Цин Чэню, ее лицо было всего в десяти сантиметрах от него: «Не пытайся меня обмануть, я умная!»

В мерцающем свете костра Цин Чэнь мог даже разглядеть тонкий пушок на ее лице.

Он неестественно отодвинулся в сторону: «Дело вот в чем. Разве мы не говорили о Ли Ино вчера днем? Затем мы с учителем заметили, что этот слуга, похоже, особенно заинтересовался Ли Ино, а потом начал пытаться соблазнять ее».

«Ого, – глаза Цинь Ии расширились. – Неужели у вас в городе все люди такие? У нас в пустоши все по-другому. Только женщина, у которой умер муж, захочет найти мужчину, на которого можно положиться, потому что после рождения ребенка у нее нет сил охотиться, но она не может позволить ребенку умереть с голоду».

Цинь Ии родилась в городе, но после того, как она окончила в городе обязательное образование в возрасте 12 лет, она начала разъезжать по дикой местности со своим отцом.

Более того, она предпочитала дикую местность городу, поэтому всегда называла себя человеком пустоши.

В Федерации внутреннего мира обязательное образование составляет только шесть лет. Что касается средней школы, старшей школы и университета, каждый должен был сдать экзамен, чтобы поступить, и плата за обучение была очень дорогой.

Большинству семей очень тяжело содержать своих детей до окончания университета, поэтому базовый уровень образования населения здесь очень низок.

Однако именно из-за этого, похоже, народом Федерации легче управлять.

«Я вас обоих прощаю. Раз уж вы поделились секретом, можно считать, что мы трое снова друзья!» Цинь Ии с улыбкой достала два яблока из своей сумки через плечо и вручила по одному Ли Шутону и Цин Чэню.

Сама тоже взяла одно и откусила его.

Теперь взгляд Цинь Ии тоже был направлен на Чжоу Сюаня. Она увидела, что тот старательно подбрасывает дрова в костер Ли Ино, притворяясь, будто ничего такого не произошло.

Ли Ино тихим голосом разговаривала с Нань Гэнчэнем. Сидя у костра, эти двое казались довольно близкими друг другу, но Нань Гэнчэнь выглядел несчастным, его лицо было мрачным, он не произносил ни слова.

На огне стоял небольшой железный котелок, в котором варился суп из рыбы.

Суп потихоньку кипел в котелке. Слуга по имени Чжоу Сюань потянулся к котелку, собираясь налить миску супа для Ли Ино.

Только он как будто забыл, что железный котелок очень горячий, и в тот момент, когда он прикоснулся к нему, он отдернул руку, будто обжегся, и слегка застенчиво воскликнул: «Ай!»

«Пфф!»

У Цинь Ии, Цин Чэня и Ли Шутона одновременно вывалились яблоки изо рта.

Этот парень, должно быть, долго думал об этом и решил, что такая сильная девушка, как Ли Ино, могла бы предпочесть слабого Нань Гэнчэня, поэтому он хотел как бы невзначай продемонстрировать свою слабость и посмотреть, сможет ли это пробудить у нее желание защитить.

Но Ли Ино взглянула на него и сказала: «Убирайся отсюда, айкай в другом месте».

Глава 137. Три поедателя арбузов

(Перевод: Ориана)

Можно сказать, что на этот раз ход мыслей Чжоу Сюаня был действительно диким.

Ли Шутон и Цин Чэнь даже немного восхищались им.

Человек один переместился в незнакомый ему мир, и в отличие от других, он оказался в дикой местности и стал слугой.

Ему действительно требуется некоторая сила духа, чтобы за такой короткий промежуток времени решиться соблазнить такую девушку, как Ли Ино.

Более того, он был действительно бесстыдным.

Теперь Цинь Ии думала, что смотреть шоу было необычайно увлекательно.

«Слушайте, а о чем думает этот Чжоу Сюань? – прокомментировал Цин Чэнь. – Я считаю, что он, возможно, делает выводы из своих неудач, и, вероятно, в следующий раз придумает что-то новое».

Когда он говорил, Чжоу Сюань оглянулся с озадаченным выражением лица, но увидел только, как эти трое опустили головы и грызли яблоки, как будто ничего не произошло.

Ему постоянно казалось, что за ним кто-то украдкой наблюдает, но, похоже, он слишком сильно переживал?

Чжоу Сюань отвернулся, как ни в чем не бывало, и сразу же повернулся обратно, чтобы посмотреть на этих троих, но они все еще ели яблоки и болтали, и в них не было ничего необычного.

В конце концов путешественник отбросил свои подозрения, подумав, что, возможно, он действительно слишком сильно переживает.

…

Чжоу Сюань молча разглядывал Ли Ино и Нань Гэнчэня.

Неизвестно, о чем они говорили, но Нань Гэнчэнь, мрачный, вернулся в свою палатку, оставив Ли Ино одну у костра.

Ли Ино тоже казалась немного расстроенной. Она огляделась и увидела Чжоу Сюаня, который болтался без дела: «Ты, иди сюда».

Три поедателя арбузов внезапно удивились: «Почему Ли Ино позвала этого парня? Может быть, Нань Гэнчэнь разозлил ее, и она планирует заменить старого любовника на нового?»

Цин Чэнь прошептал: «Это не невозможно».

«Пока помолчите, они собираются говорить, слушайте внимательно», – сделал замечание Ли Шутон.

Они увидели, как Чжоу Сюань подошел к Ли Ино, а мускулистая девушка спокойно сидела: «Ты служишь в нашей семье Ли уже пять лет, верно?»

Чжоу Сюань сказал: «Шесть лет и три месяца, госпожа Ино».

Троица зевак тяжело вздохнула: «К работе этого парня не подкопаешься».

«И правда, он узнал это только сегодня днем».

«Полюбуйтесь на высококлассного игрока».

Тут Ли Ино спросила: «Почему последние два дня ты вдруг пытаешься сблизиться со мной?»

Чжоу Сюань почувствовал, как его сердце пропустило удар, но на его лице ничего не отразилось. Он осторожно сказал: «Я просто подумал, что господин Нань, должно быть, сделал вас несчастной, и я хотел разрядить атмосферу. Госпожа Ино, вы так добры к нему, а он еще смеет выказывать вам свое недовольство».

Сидящий недалеко от них Ли Шутон цокнул языком от удивления: «На больное давит».

«Манипулятор, – прокомментировал Цин Чэнь. – Интересно, сможет ли Ли Ино это вынести?»

Цинь Ии задумалась: «Должна, по крайней мере, я бы смогла».

В это время Чжоу Сюань снова как бы невзначай посмотрел на эту троицу ротозеев. Он все время чувствовал, что три человека у костра рядом шепчутся о нем, но у него не было никаких доказательств!

Краем глаза он видел, что эти трое по-прежнему едят яблоки, будто происходящее их не касается.

В этот момент Ли Ино задумалась, потом обернулась и спросила мужчину средних лет, который стоял позади нее: «Ван Бинсю, что ты думаешь об этом парнишке?»

«Очень хорош», – кратко ответил Ван Бинсю.

Чжоу Сюань прекрасно знал, что этот мужчина, Ван Бинсю, был доверенным лицом Ли Ино. Если бы он одобрил его, пожалуй, дело было бы наполовину сделано!

Ли Шутон был несколько озадачен: «Неужели этой девчонке действительно нравится этот красавчик?»

«Это возможно, иначе зачем бы ей вдруг спрашивать об этом Ван Бинсю?»

«Эх, – вздохнула Цинь Ии, – бедный Нань Гэнчэнь».

В следующую секунду Ли Ино сказала Ван Бинсю: «Ладно, Ван Бинсю, если тебе нравится, то хорошо. Я знаю, ты любишь таких красивых парней, как он, поэтому дарю его тебе».

«Пфф!» Куски яблок снова посыпались наружу у каждого из троицы. Сюжет пошел не по тому сценарию, который они себе представляли.

Чжоу Сюань: «???»

Краем глаза он увидел, как трое людей плюются яблоками, и подумал, что был прав!

Вы действительно тайком смотрите на меня и обсуждаете меня!

Теперь попались!

Но какого черта меня дарят этому мужику? Что за дела?

Ли Ино тоже взглянула на Ли Шутона и остальных, затем посмотрела на Чжоу Сюаня и усмехнулась: «Ты действительно думал, что если мы с Сяо Нанем поссорились, такой человек, как ты, может его оговаривать? Ван Бинсю, преподай ему хороший урок, чтобы он надолго запомнил».

Чжоу Сюань смотрел в глаза Ван Бинсю, и его лицо стало мертвенно-бледным...

Он не ожидал, что когда он придет во внутренний мир, его дебют будет таким!

Ван Бинсю подошел, схватил сопротивляющегося Чжоу Сюаня и направился в палатку.

Внезапно Сяо Гун, стоящий неподалеку в голографических очках, сказал: «В местоположении беспилотника № 9 обнаружено что-то необычное… Там, где расположен беспилотник № 11, тоже происходит что-то странное. Дядя Ван, госпожа Ино, нам нужно отсюда уходить. Нас кто-то окружает».

Ли Ино подняла брови: «Это кто это такой смелый? Кто к нам приближается?»

«Должно быть это те дикари, с которыми мы уже сражались, – спокойно сказал Сяо Гун. – Они пришли, чтобы отомстить, и в этот раз их вдвое больше, чем в прошлый, больше 300 человек. Похоже, они позвали другие кланы пустоши».

«Как они далеко от нас?»

«Еще 7 километров, однако скоро они будут здесь».

Ли Ино не была дурой, которая могла только выпендриваться. На этот раз они действительно в опасности. Те люди знали силу команды осенней охоты. Если они на этот раз осмелились прийти сюда, они должны быть уверены в победе!

Подбежав к палатке, где находился Нань Гэнчэнь, она сказала Ван Бинсю: «Пусть все садятся в машины. Догоним Камиширо и заставим их сражаться с дикарями вместе с нами! Ты поведешь мою машину, я сяду в другую!»

Она вытащила Нань Гэнчэня из палатки: «Оставим ссору на потом. Не сердись на меня сейчас. Дело серьезное!»

Сказав это, Ли Ино неожиданно запрыгнула в кузов пикапа, взяв на руки Нань Гэнчэня.

Цин Чэнь в недоумении уставился на нее, думая про себя, почему эта мускулистая девушка залезла в их машину? Она заметила, что что-то не так?

Это слишком странно. Она запрыгнула сюда, как будто знала, что пока она в этом кузове, ей ничто не угрожает.

Глава 138. Безопасная зона

(Перевод: Ориана)

С начала сражения и до настоящего момента прошло не больше одной минуты.

Даже Цин Чэнь и то помогал Цинь Ии и Цинь Чэну собирать вещи, в то время как Ли Ино и Нань Гэнчэнь уже сидели в кузове пикапа.

Когда мускулистая девушка увидела, как Цинь Чэн и другие складывают палатки, она поторопила их из пикапа: «Нечего собираться. Что важнее, вещи или ваши жизни? Поехали быстрее!»

Ведет себя так, будто пикап принадлежит ей.

Вот только то, что сказала Ли Ино, было разумно. Стрельба становились все ближе и ближе. Эти звуки издавали люди пустоши, пытаясь сбить беспилотники.

Цинь Чэн закричал: «Прекращайте собираться, все садитесь в машину. Лучше спасти свои жизни, чем вещи!»

В этот момент все были в панике, кроме Ли Шутона, которого происходящее, как будто, совершенно не касалось.

Несколько человек запрыгнули в кузов машины.

Это подбежали слуги, которые изначально должны были ехать в пикапе.

Ли Ино крикнула им: «Убирайтесь отсюда, ищите другую машину».

Цинь Ии хлопнула по стеклу в передней части машины: «Брат, быстрее поехали!»

В лесу к северу от них уже поднималось огненное зарево.

Раздававшиеся время от времени выстрелы предупреждали всех о приближающейся опасности.

В кузове машины из рации раздался голос: «Госпожа Ино, у дикарей есть ружье против дронов, специально предназначенное для поражения «Рубеж-011»!»

Принцип действия такого ружья заключается в излучении электромагнитных интерференционных волн в определенном диапазоне частоты для прерывания связи между устройством дистанционного управления и дроном.

Эта штука в Федерации, как и снайперская винтовка, является запрещенным товаром, неизвестно, где ее раздобыли жители дикой местности.

Ли Ино достала из кармана рацию и сказала: «Сяо Гун, включи режим самоуничтожения этих дронов, задержи их. И еще, где находятся машины Камиширо?»

Сяо Гун, первый помощник команды осенней охоты, ответил по рации: «Вас понял. Камиширо остановились в 60 километрах к югу от нас, должно быть разбили лагерь».

Кто бы мог подумать, что Ли Ино всегда имела возможность следить за направлением движения автоколонны семьи Камиширо, поэтому она не беспокоилась, когда Камиширо внезапно обогнали их на полпути.

«Направляемся к Камиширо, мы все – граждане Федерации, сразимся вместе против этих дикарей!» – сказала Ли Ино.

Четыре оставшихся дрона «Рубеж», которые все еще заряжались в лагере, взмыли в небо и полетели на север прямо в лес.

Вскоре после этого, пока машина проехала некоторое расстояние, все услышали позади себя звуки взрывов, а в ночном небе вспыхнуло огромное пламя.

Это был режим самоуничтожения дрона: нанесение огромного урона противнику ценой собственного уничтожения.

Взорвать эти беспилотники было равносильно сжиганию денег, но Ли Ино это нисколько не волновало.

В следующий момент Цинь Ии, Ли Ино, Нань Гэнчэнь, Цин Чэнь и Ли Шутон, сидящие в кузове, посмотрели друг на друга.

Мускулистая девушка, посмотрев на Цин Чэня, вдруг сказала: «Эй, на мой взгляд, ты очень заурядный. Руки и ноги у тебя тонкие. Хотя выглядишь ты неплохо, совсем не похоже, что ты сможешь выдержать, когда тебя будут бить».

Атмосфера будто застыла. Никто не понимал, почему Ли Ино вдруг стала насмехаться над Цин Чэнем.

Не было никаких причин!

Цинь Ии с любопытством посмотрела на нее, думая о том, как ее назвать: «Э-э… силачка».

Ли Ино подняла брови.

Так быстро появился кто-то, чтобы вступиться за этого парня?

Цинь Ии увидела взгляд Ли Ино и поспешно исправилась: «Красивая сильная девушка, почему ты села в нашу машину?»

Ли Ино спокойно ответила: «Из соображений безопасности».

«Безопасности?»

Как только она это сказала, Цинь Ии и Нань Гэнчэнь одновременно с удивлением посмотрели на нее. Как известно, это старшая дочь третьего поколения семьи Ли, она полностью отвечает за координацию команды осенней охоты.

Но когда возникла реальная опасность, она сказала, что безопаснее оставаться в этом ветхом пикапе?

Следует иметь в виду, что Ли Ино является одним из немногих мастеров молодого поколения семьи Ли. Такой человек не боится ничего на свете. А теперь она села в пикап, чтобы искать защиты?

Пикап сильно трясло на грунтовой дороге.

Все молчали, не зная, как переварить только что сказанное Ли Ино.

Однако Ли Ино посмотрела на Ли Шутона: «Моя мама говорила, что когда я была маленькой, вы держали меня на руках. Вы же не бросите меня на произвол судьбы?»

Ли Шутон улыбнулся Ли Ино и сказал: «Ты же не помнишь, как я держал тебя на руках, почему ты вдруг заговорила об этом?»

Причина, по которой Ли Ино в критический момент запрыгнула в пикап, заключалась в том, что Ли Шутон был здесь!

Цинь Ии и Нань Гэнчэнь внезапно повернули головы и посмотрели на мужчину средних лет. Только Цин Чэнь вздохнул про себя. Конечно же, его узнали.

Оглядываясь назад, можно сказать, что она явно чувствовала зависть и ревность, когда говорила о Цин Чэне…

Во время разговора они услышали в черном ночном небе жужжание. Этот звук издавал целый рой дронов!

Однако беспилотники противника даже не включили сигнальные лампочки. Обычные люди не могли увидеть в темноте, где они находятся.

Ли Ино мгновенно подумала, что дикари с севера начали крупномасштабное наступление и окружают их, вынуждая их раньше времени двигаться на юг и войти в то место, где группа беспилотников попала в засаду!

Им нет нужды устраивать засаду, они сами загонят их в круг оцепления!

Ли Ино нахмурилась: «Должно быть, неподалеку были люди Огненного пруда. Когда дикари были отброшены, то позвали их. Иначе у дикарей вообще бы не было такого количества дронов».

На этот раз у них не было своих беспилотников, но у противника были.

По рации первый помощник Сяо Гун спросил: «Госпожа Ино, приближается куча дронов. У нас в машине также есть еще целый комплект беспилотников «Рубеж», но мне потребуется время, чтобы подключить нейронное соединение».

Но он услышал, как Ли Ино ответила: «Нет необходимости».

Сказав это, она посмотрела на Ли Шутона: «Сделайте свой ход, и нам не придется тратить время».

Ли Шутон улыбнулся, но ничего не ответил.

Ли Ино, старшая дочь семьи Ли, обычно такая властная, внезапно стала строить из себя слабую девушку: «Вы же не будете смотреть, как со мной происходит что-то плохое? Вы любили меня, когда я была ребенком».

С этими словами она достала из кармана колоду игральных карт и протянула ее Ли Шутону. Цин Чэнь увидел, как его учитель улыбнулся, развернул веером игральные карты и бросил их в ночное небо.

Карты были подобны вращающимся лезвиям, разрезающим все скрытые в небе опасности.

Первоначально непроглядно-темная ночь мгновенно осветилась десятками огней.

Глава 139. Учитель очень занят

(Перевод: Ориана)

Нань Гэнчэнь потрясенно посмотрел на Ли Шутона, а затем на ночное небо, где взрывались беспилотники.

Изначально это был скрытый козырь людей из дикой местности, но этот человек с помощью колоды карт превратил его в сон.

Хотя он провел достаточно времени во внутреннем мире, Нань Гэнчэнь впервые видел, как действовал человек такого уровня.

Честно говоря, из-за недостатка знаний и опыта, он даже не мог определить, какой, в конце концов, был уровень у этого человека.

В общем, очень высокий!

Подумав об этом, он снова посмотрел на Цин Чэня.

Несколько дней назад он действительно думал, что Цин Чэнь тяжелым трудом еле-еле выживал в дикой местности, и даже предложил ему убежище.

В итоге этот разворот произошел слишком быстро!

Ли Ино, глядя на картину взрывающихся дронов, взяла рацию и сказала: «Решено, едем вперед и продолжаем поиски семьи Камиширо. Дикари позади нас не остановятся, к тому же, будьте осторожны, впереди засада».

Сяо Гун с другой стороны рации, казалось, на какое-то время потерял дар речи: «Что… что происходит?»

Никто не ожидал, что изначально страшная критическая ситуация разрешится именно таким образом.

Ли Ино ответила: «Не спрашивай того, чего не следует спрашивать».

…

Нань Гэнчэнь какое-то время следил за Ли Ино. Надо сказать, что эта высокомерная и своевольная красивая сильная девушка даже к некоторым старшим в семье обращалась напрямую на «ты».

Если она не уважала кого-то от всего сердца, она вообще не использовала слово «Вы».

Бедро рядом с братом Чэнем явно толще, чем у него.

Конечно, Нань Гэнчэнь быстро принял такое положение вещей, ведь он лично видел, как этот бог обучения в пух и прах разбил отличников в их школе, заставив лучших учеников уважать его. Он даже заставил учителей предоставить ему особые привилегии.

Для такого человека вполне логично добиться во внутреннем мире большего, чем он сам!

Нань Гэнчэнь завидовал Лю Дэчжу, потому что считал, что даже такой человек смог стать учеником известного учителя, и его статус значительно вырос. Этот мир совершенно неразумный.

Однако он не мог завидовать Цин Чэню, ему оставалось только принять это.

Но Ли Ино до сих пор не раскрыла личность Ли Шутона.

Таким образом, Нань Гэнчэнь и Цинь Ии могли только знать, что статус Ли Шутона немаловажный, а его сила чрезвычайно велика, но они не могли догадаться, кто он такой.

В этот момент Цинь Ии внезапно кое-что вспомнила.

Однажды она спросила Ли Шутона, на каком он уровне.

А что он ответил?

Уровень S!!!

Тогда Цинь Ии ответила, что если он не хочет говорить правду, то и ладно.

Но теперь Цинь Ии внезапно осознала, что, возможно, его слова были правдой!

Сколько уровней S в этом мире? По пальцам пересчитать!

Цинь Ии посмотрела на Ли Шутона другими глазами, однако она совсем не обрадовалась, потому что это означало, что дистанция между ней и Цин Чэнем внезапно увеличилась.

Он уже был не бедным молодым слугой, а личным учеником некой важной шишки.

А она все еще была девушкой, выживающей в дикой местности.

В это время Ли Ино перевела взгляд на Цин Чэня, и они молча посмотрели друг на друга.

У молодого человека было красивое лицо, но она видела много красивых людей, так что в нем не было ничего необычного.

Ли Ино изменила свой прежний беззаботный образ и спокойно посмотрела на Цин Чэня: «Это ваш ученик, верно? В прошлом вы не хотели принимать меня в ученики. Этот ученик лучше меня?»

Лишь благодаря этим словам Цинь Ии и Нань Гэнчэнь поняли, почему она наехала на Цин Чэня, когда они только сели в машину.

Все потому, что красивой сильной девушке не удалось самой стать ученицей этого мужчины, и тут перед ней вдруг появился этот ученик.

Она не могла с этим смириться.

На самом деле, встретив Ли Шутона еще в первый раз, она узнала этого старшего.

Даже если он поднял воротник куртки.

Даже если потом испачкал лицо пылью.

Тут же вслед за этим она обнаружила, что целью Ли Шутона также было запретное место №002, поэтому она поняла, что молодой человек рядом с Ли Шутоном, вероятно, был следующим лидером будущего поколения Рыцарей.

Потому что Ли Ино прекрасно знала, что находится в запретном месте №002…

Утес Циншань.

Хотя Ли Ино не знала, каковы были все восемь испытаний жизни и смерти Рыцарей, но про это она знала.

Там…

…находилось место, где зарождалась мечта Рыцарей всех времен.

Подумав об этом, она еще больше не могла с этим согласиться: «Я его не признаю!»

Ли Шутон на некоторое время задумался: «Скажу откровенно, его характер действительно лучше твоего, и он больше подходит для того, чтобы следовать моим путем».

Ли Шутон всегда был твердо уверен, когда хвалил своих учеников перед другими.

Ли Ино решительно уставилась на Цин Чэня, все еще не желая отступать: «Чем мой характер уступает его? Тогда я умоляла вас принять меня в качестве своего ученика, но вы не согласились. Откуда он взялся?»

«Сейчас я не могу сказать, – улыбнулся Ли Шутон. — Что касается того, чем его характер лучше твоего, сама узнаешь в будущем».

В этот момент Цин Чэнь нахмурился и задумался.

Однажды он уже видел генеалогическое древо семьи Ли и, с одной стороны, хотел знать, есть ли в нем Ли Тунъюнь, а с другой стороны, он также догадывался, что Ли Шутон был членом семьи Ли.

Но потом он обнаружил, что имени Ли Шутона там не было.

Конечно, это генеалогическое древо было предоставлено им самим, поэтому он мог убрать оттуда свое имя...

Ли Шутон не пытался избегать скользких тем в разговоре с Ли Ино. Например, он не скрывал от нее, что Цин Чэнь уже был его учеником.

Ему было известно, что Цинь Ии является родственницей хорошего друга Ли Шутона, и о характере ее хорошего не скажешь. Он дал понять, что хочет помочь девушке устроить ее будущее.

Нань Гэнчэнь – близкий друг Цин Чэня, именно его Цин Чэнь хотел спасти на горе Лаоцзюнь.

Это люди, заслуживающие доверия.

На самом деле, Ли Шутон тоже делал намеки Цин Чэню, как и Ли Ино.

До этого момента все подсказки, почему Ли Шутон вывел его, были связаны последовательно:

У его учителя в этой поездке было много целей, и он хотел сделать много вещей одновременно.

Во-первых, он хотел устроить все для семьи Цинь.

Во-вторых, позволить Цин Чэню убить Цин Хуая, чтобы излить свой гнев и отомстить, а заодно  избавиться от одного из сильнейших соперников в Битве за Тень.

В-третьих, познакомить Цин Чэня с Ли Ино.

Размышляя об этом, Цин Чэнь, связав неожиданное присоединение Ли Ино к команде осенней охоты, предположил, что она, возможно, получила сообщение от Ли Шутона и приняла это внезапное решение.

Попытка вырыть яму семье Камиширо была ради того, чтобы обосновать свои действия. Конечно, если получится им навредить, будет еще лучше.

И теперь еще четвертое дело: Ли Шутон хочет отвезти Цин Чэня к утесу Циншань, чтобы своими глазами увидеть, как он откроет свой первый генный замок!

Цин Чэнь вздохнул. Хотя эта поездка его учителя казалась беззаботной, на самом деле он был очень занят.

Глава 140. Детка

(Перевод: Ориана)

Грунтовая дорога была очень ухабистой, и все машины жестко трясло.

Дальше на дороге на юг никаких засад людей пустоши больше не было.

Возможно, они изначально думали, что кучи беспилотников будет достаточно, чтобы остановить команду осенней охоты, поэтому больше ничего не приготовили.

Или, может быть, они были шокированы силой, продемонстрированной Ли Шутоном, поэтому убрали засаду впереди.

Способ мгновенного уничтожения десятков дронов был ужасающим.

Цин Чэнь не имел четкого представления об уровне силы экстраординарных людей, но Сяо Гун и другие хорошо это понимали. Это было действие, по крайней мере, уровня А.

В команде осенней охоты Сяо Гун завершил нейронное соединение второй партии беспилотников «Рубеж».

Из более десятка дронов половина полетела по обе стороны автоколонны, а другая половина улетела куда-то вдаль.

Вскоре Сяо Гун доложил о ситуации по рации: «Госпожа Ино, с обеих сторон не было обнаружено ни одного врага, но в 6 километрах позади дикари подтянули своих людей и, кажется, не прекратили преследовать нас».

Ли Ино нахмурилась. Эти люди знают, что есть мастер не ниже уровня А и все еще преследуют их. Неужели старейшина Огненного пруда где-то поблизости?

Она спросила: «Как далеко находится лагерь Камиширо?»

«В 27 километрах впереди», – ответил Сяо Гун.

«Скажи Ван Бинсю, что все машины должны продолжать двигаться на полной скорости. Отдохнем, когда нагоним Камиширо», – усмехнулась Ли Ино.

После этого она посмотрела на Нань Гэнчэня: «Детка, я тебя только что напугала?»

Нань Гэнчэнь промолчал.

Ли Ино снова спросила: «Малыш, ты все еще злишься на меня? Просто сейчас была чрезвычайная ситуация, я не хотела на тебя кричать».

Нань Гэнчэнь покраснел от стыда, но по-прежнему не произнес ни слова.

Однако он не злился на Ли Ино. По правде, он больше не злился, когда увидел, что первым делом в критический момент она забрала его с собой.

Однако Ли Ино назвала его так перед Цин Чэнем…

По сути, это ничем не отличается от публичной казни.

В это время среди присутствующих только Ли Шутон знал, что Цин Чэнь и Нань Гэнчэнь были знакомы, Цинь Ии и Ли Ино этого не знали.

Ли Ино, увидев покрасневшие щеки Нань Гэнчэня, даже приподняла подол его одежды и с беспокойством спросила: «Ты так плохо выглядишь, ты не ранен?!»

Во время ее осмотра Нань Гэнчэнь хотел протянуть руку и остановить Ли Ино, но был прижат в кузове красивой сильной девушкой. У него не было никакой возможности сопротивляться этому осмотру, который длился целую вечность.

Лицо Нань Гэнчэня стало мертвенно-бледным.

Другие умирают трижды, будь то биологическая смерть или забвение, все это напускное.

Нань Гэнчэнь был другим, только социальная смерть наступила уже трижды…

…

Вдалеке уже виднелся костер лагеря Камиширо.

Люди с хорошим зрением могли бы даже увидеть Камиширо Сэйске, который сидел у костра и о чем-то разговаривал со своей дочерью.

Когда прибыла команда осенней охоты, они увидели, как все люди Камиширо вышли, а некоторые даже достали оружие и специальные ружья, предназначенное для борьбы с дронами.

Однако Сяо Гун уже связался по системе внутренней связи с Камиширо: «Это команда осенней охоты. Пожалуйста, не беспокойтесь о развертывании лагеря. Не стреляйте. Мы просто проедем мимо».

Проезжая мимо лагеря, Ли Инуо, сидящая в кузове, улыбнулась Камиширо Сэйске: «Добрый вечер, спокойной ночи».

С этими словами, команда осенней охоты проехала мимо лагеря Камиширо, подняв в воздух огромное количество пыли…

Сильный ветер с завыванием шатал палатки в лагере, а костер на мгновение погас.

Порыв ветра задрал подол кимоно Камиширо Сэйске, обнажив под ним пару волосатых ног…

«ばか!» – в ярости крикнул он вслед команде осенней охоты.

(п.п. – бака, то есть «болван», «идиот», «дурак»)

Ли Шутон сказал: «Позвольте я переведу. Он сказал: спокойной ночи, будьте внимательны на дороге».

Цин Чэнь: «…»

В настоящий момент Камиширо Сэйске не мог понять, почему команда осенней охоты вдруг промчалась посреди ночи.

Телохранитель в черном костюме спросил: «Может они столкнулись с опасностью?»

Камиширо Сэйске припомнил: «На их машинах не было новых повреждений, поэтому они не должны были столкнуться с опасностью».

«Тогда, может быть, они хотят найти Цин Хуая раньше нас?» – сказала девушка по имени Камиширо Ори.

Камиширо Сэйске покачал головой: «Исходя из той информации, что я только что получил, полевая рота Второй армии покинула войсковую часть только несколько дней назад. При нормальной скорости передвижения, мы сможем добраться до границы запретного места №002 завтра в первой половине дня, а Цин Хуай сможет туда добраться только после полудня. Так что пусть Ли Ино едет, нам незачем бежать с ней наперегонки».

Камиширо Ори внезапно взяла Камиширо Сэйске за руку и стала умолять: «Папа, я слышала, что Чэнь Еху не так хорош, как о нем говорят, он не более чем психический извращенец из консорциума. Когда ты убедишь Цин Хуая, позволь мне заменить Камиширо Соранэ, ладно? Пусть она выходит замуж за Чэнь Еху, а я выйду замуж за Цин Хуая!»

Камиширо Сэйске на некоторое время задумался: «Это можно устроить. Цин Хуай действительно лучше, чем другие дети консорциума. Вот только перед этим отброс в тюрьме №18 должен умереть, тогда изменение помолвки будет оправдано».

В следующий момент вдруг кто-то снова увидел с северной стороны свет автомобильных фар.

Светодиодные фары, установленные на внедорожнике, были чрезвычайно яркими, а на крыше в передней части располагался ряд прожекторных фар, которые сильно слепили глаза, из-за чего нельзя было разглядеть, кто приближается.

Здоровенный телохранитель поспешно отбежал в сторону, избегая яркого света фар, и увидел на машине рядом с капотом флаг.

На флаге еле видно было кострище, окруженное камнями, и пламя в костре непрерывно колыхалось от тряски автомобиля.

Телохранитель уже заревел: «Дикари! Это отряд Огненного пруда, быстрей в машину!»

Камиширо Сэйске захотелось кого-то убить.

Неудивительно, что Ли Ино ни с того ни сего приветствовала его с улыбкой. Она специально привела к ним людей Огненного пруда!

Если они хоть немного промедлят, возможно, все люди Камиширо погибнут в пустоши.

Глава 141. Правила запретных мест

(Перевод: Ориана)

Сяо Гун управлял дроном, который летел в ночном небе, надежно отслеживая автоколонну Камиширо.

«Камиширо столкнулись с автоколонной дикарей».

«Камиширо убегают».

«Это определенно появилась команда Огненного пруда. Есть подозрение, что там находится старейшина уровня А. Весьма вероятно, что это тотем системы контроля сознания».

Появление Огненного пруда здесь ненормально, и еще более ненормально, что в их команде есть человек уровня А.

«Автоколонна Камиширо распалась. Оставшиеся члены команды использовали технику камикадзе против дикарей. Только машина Камиширо Сэйске смогла сбежать от погони. Подозреваю, что в этой машине есть мастер».

И только тогда группа беспилотников, контролируемая Сяо Гуном, быстро покинула поле боя и улетела обратно в район, где находилась их команда.

Если запоздать с возвращением, весьма вероятно, что дроны будут сбиты людьми пустоши.

До этого он использовал рацию, чтобы рассказывать о боевой обстановке всей команде в прямом эфире. Дело не в том, что это было очень важно, а главным образом потому, что мажорам из команды осенней охоты нравилось это слушать.

Однако сами они не обладали никакими реальными навыками, и теперь им было очень приятно слушать эту прямую трансляцию, особенно, как побили семью Камиширо.

Ли Ино сказала по внутреннему каналу связи: «Сяо Гун, твой уровень ведения репортажа нуждается в улучшении».

Сяо Гун спокойно ответил: «Я понял, госпожа Ино, в следующий раз я буду рассказывать более наглядно».

Однако в этот момент незнакомый голос в рации спросил: «В следующий раз? Когда я буду убивать вас? На этот раз, когда я вернусь к Огненному пруду, боги обязательно вознаградят меня, сделав меня сильнее».

Голос был довольно хриплым, и звучал так, будто говорящему было больше 40 лет.

Ли Ино сразу оглянулась назад. Их зашифрованный канал связи был расшифрован людьми пустоши!

«Сяо Гун, Ван Бинсю, – Ли Ино переключилась на резервный зашифрованный канал. – Едем прямо в запретное место №002. Поиграем с дикарями там!»

Они уже очень близко к запретному месту №002!

Обратный отсчет 115:00:00.

5 часов утра.

В небе на востоке внезапно вспыхнул луч света.

Все в команде осенней охоты увидели сплошной массив леса, появившийся вдали.

Лес был настолько густой, что трудно и вообразить. Издалека он выглядел как зеленый ковер, покрывающий землю. Даже просветы между деревьями было трудно увидеть.

Но самым удивительным было то, что в глубине леса росло высокое дерево, достигающее неба.

Цин Чэнь поклялся бы, что никогда раньше не видел такого огромного дерева, как и никогда не слышал о синем ките, длина которого составляла бы несколько или даже более десяти километров.

Все это, кажется, существует только в мифах и легендах.

Как будто все это сошло сюда со страниц «Книги гор и морей».

(п.п. – «Книга гор и морей» – древнекитайский трактат, описывающий реальную и мифическую географию Китая и соседних земель и обитающих там созданий)

Это дерево было выше гор, а его крона, похожая на облако, подпирала настоящие облака.

От этого зрелища возникает ощущение мимолетности бытия, а также удивительное чувство, заставляющее испытывать какую-то необъяснимую тоску.

Это надежда на нечто иное, чем обычная жизнь.

«Учитель, – прошептал Цин Чэнь, – настанет ли день, когда запретные места расширятся и полностью охватят весь мир? Тогда древние мифы станут реальностью, и те мифические звери, описанные древними, также вновь появятся в этом мире? Цюнци, Чжу-Цюэ, Сюань-У…»

(п.п. – Цюнци – сказочный тигр с крыльями и колючками ежа, размером с быка, а его крики напоминают лай собаки, он олицетворяет собой ложь и клевету, презирает искренность и правду;

Чжу-Цюэ – Красная птица, представляет собой элемент огня, направление юг и сезон лето. Описывается как птица красного цвета, похожая на фазана с пятицветным оперением и постоянно объятая пламенем, считается благоприятным зверем и символизирует наследование и продолжение жизни;

Сюань-У – черный воин, дух-покровитель севера, изображается в виде черепахи со змеей вместо хвоста)

Это зрелище было настолько шокирующим, что Цин Чэнь лишился дара речи.

Ли Шутон с улыбкой посмотрел на своего ученика: «То, что ты сказал, может быть, однажды действительно станет реальностью, люди больше не будут господствовать над этим миром, и мир снова станет великолепным. Однако можно восхищаться, но наряду с восхищением главное помнить, что там очень опасно».

Цин Чэнь тихо сказал: «Учитель, во внешнем мире существует легенда о том, как Паньгу, первый человек, отделил небо от земли. Легенда гласит, что его левый глаз превратился в солнце, правый – в луну, его зубы превратились в металл и камни, а кости – в деревья, цветы, траву и горы, а из его крови возникли реки... Как вы думаете, это похоже на причину формирования запретных мест?»

Ли Шутон на некоторое время задумался: «Тогда у этого Паньгу… такие большие глаза?»

Цин Чэнь: «???»

Я же серьезно говорю, зачем вы превращаете это в шутку?!

Ли Шутон улыбнулся и сказал: «Однако эта легенда действительно похожа на формирование запретного места».

«Тогда какой экстраординарный человек смог создать такое дерево?» – спросил Цин Чэнь.

«О, это дерево не было никем создано. Оно само по себе является неповторимым видом, – объяснил Ли Шутон, – оно было здесь до того, как это место стало запретным. О, это тоже не совсем так. Говорят, что в том месте, где оно находится, в предыдущую эпоху взорвалась ядерная бомба, которая уничтожила целый город. Это может быть радиация или какое-то существование в этом городе, которое напитало эту странную землю».

Цин Чэнь с любопытством спросил: «Все думают, что запретные места опасны, потому что существа, живущие там, эволюционировали и теперь угрожают людям? Будут ли они активно нападать на людей?»

«Запретное место похоже на запретный предмет. Оно имеет свои правила. Если нарушишь его правила, оно станет единым целым и убьет тебя. В то время даже один цветок может быть способен кого-то убить».

«Так же, как запретный предмет ACE-089, который убьет любого, кто запоет перед ним. Его нельзя уничтожить. Его трудно остановить. Даже если как-то остановить его, когда однажды он обретет свободу, то все равно убьет свою прежнюю цель. Это очень мстительный запретный предмет... В настоящее время он должен храниться у Запретной инквизиции неподвижным, в герметично закрытом, звуконепроницаемом металлическом ящике».

«Откуда вы узнали об этом запретном предмете?» – поинтересовался Цин Чэнь.

«О, – принялся объяснять Ли Шутон, – раньше жил один сверхчеловек уровня В, который стал очень старым, поэтому Запретная инквизиция беспокоилась, что после своей смерти он создаст новое запретное место, и хотели сдержать его заранее. Однако, как только они захотели схватить его, он спрятался. Запретная инквизиция включила запись его пения перед ACE-089, и запретный предмет, проигнорировав правила, преодолел более тысячи километров, чтобы найти этого сверхчеловека, и убил его. Черт знает, как Запретная инквизиция заполучила эту аудиозапись. В то время, это дело было воспринято, как диковинная новость».

«Это правила запретных предметов, а какие тогда правила запретных мест?» – спросил Цин Чэнь.

«Очень странные, – улыбнулся Ли Шутон. – Я не преувеличиваю, они действительно очень странные. Конечно, есть одно общее правило: когда находишься в запретном месте, не рассказывай другим о правилах этого запретного места».

Ему не нравится, когда его обсуждают.

Глава 142. Причудливые правила

(Перевод: Ориана)

«Правила каждого запретного места разные, и количество их тоже разное, но единственное общее правило – не обсуждать его, находясь внутри него».

Иначе умрешь.

Когда правила будут нарушены, смерть не наступит мгновенно, но все запретное место станет твоим врагом.

Конечно, если ты не нарушишь его правила, то в запретном месте ты просто обычный гость. Можешь там охотиться. Говорят, что в некоторых запретных местах обитают милые шестиногие ящеры и шестирукие золотистые обезьяны. Большие шишки их любят и держат пойманных в запретных местах тварей в качестве домашних животных.

В то же время в запретном месте на тебя также будут охотиться странные и могущественные монстры.

Цин Чэнь спросил: «Что это за правила?»

Ли Шутон на некоторое время задумался: «Есть запретное место, где люди, когда войдут туда, должны каждую ночь приносить в жертву одного из своих спутников, чтобы самим остаться в живых».

«Что, если человек идет один и у него нет спутника, которым можно пожертвовать?»

«Тогда жертвой станет он сам».

«Какие еще есть правила?»

«Есть еще одно запретное место, где на каждый пройденный вглубь километр нужно принести ему в жертву 1 литр свежей крови. Она может быть любой, не обязательно человеческой».

Цин Чэнь нахмурился. Правила этих запретных мест действительно были немного странными и чрезвычайно кровавыми.

Но это действительно так, как и сказал Ли Шутон, запретные места имеют много общего с запретными предметами, и те, и другие требуют «условий сдерживания».

Это предварительное условие является необходимым для того, чтобы можно было мирно сосуществовать с ним.

Он с сомнением спросил: «Неужели правила запретных мест все такие кровавые?»

«Само собой, есть и причудливые, – сказал Ли Шутон. – Например, есть запретное место, где действует только одно правило, нельзя входить людям с фамилией Ван. Даже если попросить кого-то называть такого человека другим именем, это не сработает. И я не знаю, почему это запретное место такое странное, оно из ниоткуда может узнать, что человек носит фамилию Ван».

«А? – Цин Чэнь широко распахнул глаза. – Такое странное правило? Как вы о нем узнали?»

«Это правило запретного места №082. Многие знают о нем, потому что однажды семья Чэнь мобилизовала для исследования полевой батальон Первой федеральной армии. Как только они вошли, все солдаты с фамилией Ван подверглись нападению странных существ и растений со всей территории запретного места», – засмеялся Ли Шутон.

Цин Чэнь на какое-то время потерял дар речи.

Он подумал про себя, кого же оскорбил тот человек по фамилии Ван?

«Конечно, не думай о запретном месте, как о чем-то слишком сложном. Если знаешь правила и не идешь в глубь запретного места, это не будет особенно опасно, – сказал Ли Шутон. – На этот раз я не поведу тебя к центру запретного места №002, просто посмотришь на окраину».

Цин Чэнь снова спросил: «Есть ли еще какие-нибудь причудливые правила, подобные этому?»

«Да, – посмеиваясь, сказал Ли Шутон, – есть еще одно запретное место, где нельзя проливать кровь на землю».

В это время Ли Ино как бы между прочим спросила: «О каком запретном месте вы говорите?»

Ли Шутон с улыбкой взглянул на нее: «Если хочешь узнать, иди и сама исследуй. Не спрашивай меня».

Ли Шутон посмотрел на Цин Чэня и сказал: «99% тех, кто нарушил правила запретных мест, мертвы. Только после того, как несколько лет назад я улучшил свою силу, я выяснил некоторые правила, играя со смертью, но это была лишь малая часть правил запретных мест».

Цин Чэнь сглотнул. Ли Шутон имел в виду, что только после того, как стал полубогом, он смог сбежать из запретного места?!

Вот почему любое правило запретного места невероятно ценно.

На черном рынке его даже можно продать за очень высокую цену.

Он спросил: «А сколько вообще в запретном месте есть правил, кроме того, что его нельзя обсуждать?»

«Это зависит от количества смертей, – терпеливо объяснил Ли Шутон. – Количество смертей, о котором я говорю, зависит от того, сколько экстраординарных людей погибло в этом запретном месте».

«А?» – Цин Чэнь был сбит с толку.

Ли Шутон подогрел интерес, сказав следующее: «Обычно количество правил, действующих в запретном месте, соответствует количеству сверхлюдей уровня В и выше, погибших там, и скорее всего, каждое правило связано с их способностями или предпочтениями при жизни».

«Однако в большинстве запретных мест существует только одно правило, – добавила Ли Ино, – в конце концов сверхлюди редко умирают вместе, если только не было ожесточенного сражения и не проиграли обе стороны».

«В каком запретном месте больше всего правил?» – спросил Цин Чэнь.

«Запретные места №001, №002 и №009 являются наиболее известными, – сказал Ли Шутон. – Пока тебе не нужно беспокоиться о запретном месте №001. Оно находится на северо-западе. Потому как территория этого запретного места слишком велика, мало кто входил туда».

Цин Чэнь направлялся в запретное место №002.

Ли Ино посмотрела на Ли Шутона: «Вы, должно быть, лучше всех знакомы с запретным местом №002, так ведь? Другие вы можете держать в секрете, но о нем не могли бы немного рассказать?»

«Нет, – сказал Ли Шутон, – это место наоборот для меня самое важное. Я не могу о нем рассказывать. Ты знаешь парочку правил, этого достаточно, чтобы остаться в живых».

В этот момент только одной машине семьи Камиширо удалось оторваться от людей Огненного пруда и людей пустоши, но те все еще неотступно следовали за ней.

Но Ли Ино не слишком беспокоилась по этому поводу.

Ли Ино сказала по внутренней связи: «Продолжайте двигаться вперед на полной скорости. Отдохнем, когда доберемся до границы запретного места №002!»

Ван Бинсю и Сяо Гун вместе ответили: «Вас понял».

В этот момент Цинь Ии, словно любопытный ребенок, спросила: «Из-за чего вы недавно поссорились с этим парнем? Я видела, как вы спорили у костра».

Ли Ино немного подумала и сказала: «Мой малыш слишком добрый, поэтому он хотел уговорить меня отпустить вас, не позволять вам ввязываться в это дело. Но я знала… что “этот господин” в вашей команде, поэтому я хотела держать вас рядом. Так, по крайней мере, в случае опасности, мы смогли бы выжить. Ах, мой малыш такой добрый, совсем не то, что другие».

Цинь Ии вздрогнула. Это невыносимо, когда его так называют…

Лицо Нань Гэнчэня снова покраснело. Вздохнув, Ли Ино сказала: «Видишь, он так смущается, когда его хвалят».

Лишь только Цин Чэнь понимал, что на самом деле, когда Нань Гэнчэнь спорил с Ли Ино, чтобы позволить им уехать, причина была в нем самом, его лучшем друге.

Следует сказать, что Цин Чэнь теперь переосмыслил их крепкую дружбу и даже всерьез задумался о возможности создания «Союза обиженных отцами».

Глава 143. Необходимо соблюдать

(Перевод: Ориана)

В это мгновение Цин Чэнь окончательно убедился, что Ли Ино абсолютно искренне любит Нань Гэнчэня.

Просто это отличается от любви обычных девушек. Чувства Ли Ино к Нань Гэнчэню… явно похожи на материнскую любовь и обожание!

Ли Шутон спросил: «Я видел, как до этого ты схватила какого-то мальчишку и усадила в машину, а потом он по пятам ходил за твоим маленьким другом Нань Гэнчэнем. Кто это?»

Ли Ино спокойно объяснила: «Мне нечего скрывать от вас. Я обнаружила путешественника. Он лучший студент во внешнем мире. Говорит, что он поступил в университет».

Нань Гэнчэнь беспомощно объяснил: «У нас студенты университета не настолько ценятся, как у вас здесь …»

Цин Чэнь подумал про себя, конечно же, Ли Ино уже знала, что Нань Гэнчэнь был путешественником.

Однако она, похоже, не знала, что он и Нань Гэнчэнь знали друг друга. Надо признать, что, хотя Нань Гэнчэнь не мог хранить свои собственные секреты, он был чрезвычайно осторожен, когда дело касалось секретов его друзей.

Словно это совсем другой человек!

Но он услышал, как Ли Ино продолжила: «Я пообещала наградить этого лучшего студента, приказав прислуживать моему малышу во внешнем мире, прикрывать его и всякое такое. К тому же, я еще очень беспокоюсь, что какие-нибудь вертихвостки во внешнем мире совратят моего малыша, испортят его, поэтому я нашла человека, чтобы присмотреть за ним».

Нань Гэнчэнь: «???»

Цин Чэнь: «???»

Честно говоря, они оба действительно не ожидали, что Ли Ино будет так беспокоиться!

Ваш малыш не настолько популярен во внешнем мире!

Каждый раз, когда она называла его малышом, Нань Гэнчэнь хотел умереть на месте.

Раздался звук рации и доклад Сяо Гуна вовремя спас Нань Гэнчэня: «Госпожа Ино, мы подъехали к границе запретного места №002, но впереди нас уже припарковались другие машины, и, похоже, внутри никого нет».

Ли Ино нахмурилась: «Что это за команда?»

«Беспилотник как раз подлетел поближе, – сказал Сяо Гун. – Я разглядел, это армейские машины консорциума Цин! Госпожа Ино, в машинах никого нет. Похоже, Цин Хуай уже вошел в запретное место №002. Полученная нами ранее информация была ложной».

Ван Бинсю сказал: «Судя по количеству машин, это должна быть полевая рота, кроме стандартного оборудования, у них есть даже механические собаки».

Ли Шутон с улыбкой взглянул на Цин Чэня и тихо сказал: «Смотри, какая мощная поддержка у твоих конкурентов, а у тебя ничего нет. Учитель действительно беспокоится за тебя».

Цин Чэнь безучастно ответил: «Разве у меня нет вас, учитель? Учитель, вы один стоите целой дивизии».

«Действительно», – кивнул Ли Шутон.

Цин Хуай прибыл в запретное место №002, только чтобы выполнить задание Битвы за Тень.

Что такое Тень? Настоящей Тенью является тот, кого невозможно найти.

Многие думали, что он прибудет в запретное место №002 завтра, но они не знали, что он вошел туда уже сегодня.

Машины команды осенней охоты остановились и припарковались рядом с этими военными внедорожниками. Все военные машины были оснащены замками со сканерами радужной оболочки глаза, и обычные люди не смогли бы их угнать.

Мужчина средних лет по имени Ван Бинсю подошел к Ли Ино, таща за руку путешественника Чжоу Сюаня: «Что вы планируете делать дальше?»

«Сяо Гун, как далеко позади нас находятся дикари?» – спросила Ли Ино.

«Они еще в двух километрах от нас. Они набирают скорость, по-видимому, хотят остановить нас до того, как мы войдем в запретное место!» – ответил Сяо Гун.

«Отзови все дроны и отправь их в запретное место», – сказала Ли Ино.

Сказав это, она обернулась, чтобы посмотреть на Ли Шутона.

К своему ужасу, она обнаружила, что Ли Шутон и Цин Чэнь, которые должны были стоять позади нее, исчезли.

Ли Ино посмотрела на Цинь Чэна и его семью: «Где эти двое?»

«Я не знаю, – растерянно сказал Цинь Чэн, – я только что смотрел на машины консорциума Цин и даже не заметил, как они исчезли».

Ли Ино обвела взглядом остальных, но все также выглядели растерянными!

Никто не знал, когда исчезли эти двое, и они также не собирались говорить, что уходят!

Как будто их никогда здесь и не было.

Ли Ино нахмурилась. Теперь они могли полагаться только на самих себя.

С севера послышалось жужжание беспилотников. Люди пустоши уже близко!

Эти беспилотники отчаянно преследовали черный внедорожник, в котором находились немногие оставшиеся люди семьи Камиширо.

Ли Ино немного подумала и сказала Ван Бинсю: «Сначала войдем и спрячемся. Я посмотрю на ситуацию, а затем решу, идти ли искать Цин Хуая. Кстати, пошлите сигнал бедствия и попросите ближайшую армию консорциума Ли прийти к нам на помощь».

Лес в запретном месте оказался даже гуще, чем можно было себе представить.

Кроны деревьев напоминали надежную крышу, почти не пропускающую солнечный свет внутрь леса.

Темень в лесу и лучи рассветного солнца снаружи, казалось, существуют в двух разных мирах.

Как будто если войдешь туда, то придется принять правила другого мира.

Таинственные и непредсказуемые.

Ли Ино медлила.

Но в этот момент внедорожник семьи Камиширо, даже не притормозив, ринулся в лес.

Он не останавливался, пока не врезался в дерево.

В машине сработали все подушки безопасности. Камиширо Сэйске и Камиширо Ори быстро выскочили из машины и, не оглядываясь, убежали в лес.

«Все заходим, – сказала Ли Ино. – Для начала избегаем жителей дикой местности и ждем подмогу. Эти дикари вряд ли захотят войти в запретное место №002. Здесь все немного особенное».

Здесь роли охотника и добычи меняются. В запретном месте №002 каждый является только добычей.

Группа людей бросилась в лес, и в то мгновение, когда все вступили в запретное место, казалось, их обдало ужасающее холодное дыхание, как будто на них смотрело какое-то огромное существо.

Волосы у всех встали дыбом.

И это холодное дыхание – признак входа в каждое запретное место. В этот момент вы отчетливо понимаете, что должны испытывать благоговейный трепет.

После того, как Ли Ино и ее люди вошли в лес, Камиширо Сэйске и Камиширо Ори потихоньку влились в команду осенней охоты.

Хорошей новостью было то, что люди пустоши за пределами запретного места действительно временно прекратили погоню и не стали продолжать их преследовать.

«Стоять», – Ли Ино подняла руку, давая знак запыхавшимся оболтусам прекратить бежать вперед.

Но в этот момент из-за дерева внезапно раздался стон, и все увидели, как парень из консорциума Чэнь медленно вышел, схватившись за шею. Его лицо покраснело, глаза были широко раскрыты. Он медленно упал на землю.

Как будто задушил себя до смерти.

Правила.

В этот момент всем в голову пришла одна фраза: единственное, что необходимо соблюдать после входа в запретное место, – это правила.

Это касалось каждого вошедшего извне.

Глава 144. Не умри по глупости

(Перевод: Ориана)

Внезапная смерть напугала всех.

Около сотни человек вместе с Камиширо Сэйске и Камиширо Ори молча смотрели, как этот человек рухнул на землю.

Никто даже не осмелился подойти и помочь ему.

Потому что умер он слишком странно.

В густом и мрачном лесу уже наступило утро, но солнечный свет почти не проникал внутрь.

Листья шелестели и дрожали, отчего казалось, что убийцей могло быть что угодно, каждая травинка, цветок или дерево, любое растение.

«Госпожа Ино, это кто-то из побочной ветви семьи Чэнь», – Ван Бинсю подошел к умершему и присел на корточки. Он молча осмотрел его и сказал: «Внешних повреждений нет. Он сжимал шею обеими руками, но я не могу быть уверенным, что он сам задушил себя до смерти».

Все знали, что этот парень из семьи Чэнь умер, потому что нарушил одно из правил, но никто не знал, что это за правило.

В этот момент одна девушка не удержалась и на одном дыхании выпалила: «Я поняла, в запретном месте №002, вероятно, запрещено…»

Прежде чем она смогла закончить, ее щеки начали краснеть, как и у парня из семьи Чэнь. Она изо всех сил старалась что-то сказать и попросить о помощи, но не могла произнести ни слова.

Девушка щипала себя за шею обеими руками, словно хотела что-то вытащить, но сопротивляться была не в силах.

Ли Ино медленно опустила поднятую руку: «Ее уже не спасти. Не беспокойтесь о ней. Она умерла из-за собственной глупости».

Храни секрет, запомни то, что обнаружил, но ни в коем случае, находясь в запретном месте, не рассказывай другим о правилах.

Это убьет того, кто расскажет.

Правила прохода в запретные места таковы, будто во всех запретных местах спят боги, и они договорились охранять свои секреты, а все, кто разглашает их секреты, должны умереть.

Ли Ино посмотрела на всех: «Я убеждена, что все присутствующие здесь точно знают, где мы сейчас находимся. Если вы не знаете, что сказать, просто держите рот на замке».

Ли Ино размышляла над тем, какое правило нарушил первый умерший.

Рядом с ней молча стоял Нань Гэнчэнь. Он знал, что в данный момент ничем не может помочь, так что лучше всего было просто не мешаться.

В это время один парень из консорциума расстегнул ремень и повернулся ко всем спиной, чтобы облегчиться. Он уже не мог сдерживаться, но и не осмеливался отойти от толпы.

Ли Ино посмотрела на спину этого парня, и вдруг ее осенило. Она во весь голос крикнула этому придурку, который отвернулся, чтобы поссать: «Стой! Задержи!»

В одно мгновение он остановился прежде чем успел помочиться.

Ли Ино обернулась и увидела, что многие переминались с ноги на ногу из-за позывов к мочеиспусканию, как будто они больше не в силах были сдерживаться.

Они убегали со вчерашнего вечера, не имея возможности облегчиться по дороге.

Все непонимающе посмотрели на Ли Ино, но она несколько раз колебалась, но так ничего и не объяснила.

Она поняла, что это за правило!

Ли Ино взяла Ван Бинсю и пошла с ним за то дерево, откуда вышел первый умерший.

Ван Бинсю увидел мокрые пятна на корнях дерева, которые явно были мочой.

Он удивленно посмотрел на нее: «Госпожа Ино…»

«Заткнись, – холодно сказала Ли Ино, – не будь вторым человеком, который умер по глупости».

К этому времени она наконец определила, почему погиб первый человек.

Оказывается, одно из правил запретного места №002 – нельзя справлять нужду где попало?!

Каким же чистоплюем был тот сверхчеловек, который оставил после себя это правило?

Она взяла Ван Бинсю и отважилась вернуться обратно, подошла к автомобилю семьи Камиширо, который врезался в дерево, и нашла в багажнике две канистры с дизельным топливом.

Ли Ино вылила все топливо на землю и вернулась к толпе с пустыми канистрами: «Девушки идут первыми. Помните, мочитесь чисто и, пока не выберемся отсюда, не пейте ни капли воды».

Она даже не осмеливалась сказать «не мочитесь на землю», опасаясь нарушить правила.

Но до сих пор они так и не смогли определить причину смерти первого человека. Правила не будут убивать человека напрямую, а лишь заставят растения и животных атаковать тех, кто нарушает правила.

Ли Ино оглянулась и увидела, что эти мажоры выстраиваются один за другим, чтобы помочиться в канистру за большим деревом. Что касается большой нужды, то им оставалось только терпеть, с этим уже ничего не поделаешь.

Подождите-ка, она не видела Цинь Чэна, Цинь Ии и остальных.

Эти охотники дикой местности в какой-то момент тоже покинули команду.

…

Под густыми кронами деревьев запретного места №002 Цинь Чэн тянул Цинь Ии за руку и бежал со всей своей семьей на восток.

Несмотря на то, что все уже устали от бега, Цинь Чэн не собирался останавливаться.

Потому что здесь было слишком опасно. Запретное место №002 известно как одно из мест с наибольшим количеством правил. Это означало, что если пробудешь здесь лишнюю минуту и сделаешь что-то, то можешь нарушить эти странные правила.

Так что, если вас заставили войти в запретное место, лучший вариант – уйти отсюда как можно скорее!

А причина, по которой они выбрали это направление, заключалась в том, что перед тем, как Ли Шутон ушел с Цин Чэнем, он сам сказал Цинь Ии: идите на восток и найдите ручей, если продолжите двигаться на восток вдоль ручья, найдете выход. Длина этого пути всего три километра, как только покинете это место, вы выживете.

Тогда Цинь Ии еще не осознавала, что Ли Шутон и Цин Чэнь планировали покинуть команду.

И только когда они исчезли, она почувствовала небольшое разочарование.

Девушка быстро бежала за своим отцом по темному лесу, пока они не услышали журчание ручья, и тогда они продолжили свой путь на восток, следуя за ручьем.

Неизвестно, сколько они прошли, но вдруг все почувствовали, как их окутало тепло, и ощущение, что за ними наблюдает какое-то жуткое существо, наконец исчезло.

Цинь Чэн наклонился, упершись руками в колени. В его возрасте, пробежав такое расстояние, он сильно запыхался.

Цинь Ии обернулась и посмотрела назад, никто не знал, о чем она думала.

Девушка спрятала свои мысли глубоко в сердце и никому ничего не сказала.

Глава 145. Могила Рыцарей

(Перевод: Ориана)

В запретном месте №002.

«Учитель, почему бы вам не помочь Ли Ино и остальным?» – полюбопытствовал Цин Чэнь.

Он не думал, что его учитель хладнокровен, и у этих людей не было с ним дружеских отношений.

Молодой человек просто не понимал. В конце концов, Ли Шутон и Ли Ино, казалось, были довольно близки, достаточно близки, что он рассказал ей о новом преемнике Рыцарей.

«Ли Ино была с детства серьезной. Другие могут умереть, но она ни за что, – спокойно ответил Ли Шутон. – Поэтому мне не нужно ей помогать».

«А если что-то непредвиденное?» – спросил Цин Чэнь.

Ли Шутон вел Цин Чэня по лесу. Он улыбнулся и сказал: «Скоро ты поймешь, что запретное место №002 внушает страх посторонним, но оно священно для каждого Рыцаря».

«Священно?» – Цин Чэнь ничего не понимал.

«Я уже говорил, что людям по фамилии Ван запрещено входить в запретное место №082. Знаешь, почему?» – с улыбкой спросил Ли Шутон.

«Почему?» – спросил Цин Чэнь.

«Так случилось, что я знаю, кто умер в запретном месте №082, поэтому я также знаю, что его самого большого врага при жизни звали Ван, – улыбка Ли Шутона стала шире. – Жену этого сверхчеловека увел сосед старина Ван».

(п.п. – «сосед старина Ван» – идиома, в шутку означающая человека, который спит с чьей-то женой, это просто заменяющее слово, независимо от фамилии человека, так что непонятно, действительно ли жену того сверхчеловека увел человек по фамилии Ван или дело в идиоме, из-за которой теперь все Ваны попали под раздачу)

«Таким образом, правила каждого запретного места на самом деле связаны с экстраординарными людьми, которые там умерли. Их навязчивые мысли при жизни стали правилами после их смерти», – задумчиво произнес Цин Чэнь.

«Да, – кивнул Ли Шутон, – есть также несколько необычных запретных мест. Например, запретное место №071 невелико по размеру, но входить туда можно только одиноким людям. Те, у кого есть любимый человек, войдя туда, сразу подвергнутся нападению».

«Дайте угадаю, – помолчав, сказал Цин Чэнь, – этот сверхчеловек всю свою жизнь был одинок?»

«Нет. Ты узнаешь, когда позже изучишь историю семьи Цин, – сказал Ли Шутон. – Есть также запретное место №093, которое еще более удивительно. Сначала ходили слухи, что туда могут войти только двое, которых связывает истинная любовь. В то время многие пары специально ездили туда, чтобы показать свою искренность. Если получалось выйти оттуда живыми, они были уверены, что партнер любит их всем сердцем».

«Так волшебно?» – воскликнул Цин Чэнь.

«Конечно, нет, – вспоминал Ли Шутон те забавные события прошлого, – впоследствии все узнали, что правила запретного места №093 были придуманы одним ловеласом, чтобы обманывать девушек. Правила этого места на сегодняшний день еще не исследованы».

«Подобные люди – поистине непостижимый вид», – тяжело вздохнул Цин Чэнь. Даже используют правила запретного места, чтобы обманывать девушек.

Надо сказать, что правила запретных мест подобны законам мира, они игнорируют видимость и обман и действительно очень подходят для того, чтобы что-то доказать.

«Учитель, мы, кажется, немного отклонились от темы, – сказал Цин Чэнь, — разве мы не говорили о том, почему запретное место №002 священно для Рыцарей?»

«Потому что это место захоронения многих Рыцарей, – Ли Шутон похлопал Цин Чэня по плечу. – Оно впервые появилось, потому что здесь был похоронен Рыцарь».

Таким образом, запретное место №002 – это место, где зарождается мечта Рыцарей, и здесь же заканчивается жизнь многих Рыцарей.

Ли Шутон продолжил: «Когда наши предшественники вспоминали свою жизнь перед смертью, все они хотели, чтобы их похоронили в том месте, которое было бы наиболее важным и значимым в их жизни. Поразмыслив, кажется, что это самое подходящее место. Позже, когда сформировалось запретное место №002, все больше Рыцарей думали, что хорошо быть похороненным здесь, по крайней мере, их не будут беспокоить расхитители гробниц, они могут не дать этим расхитителям уйти живыми».

Цин Чэнь был ошеломлен. У него были догадки о происхождении запретного места №002, но он не ожидал, что это место захоронения стольких Рыцарей.

Вот почему у него такая обширная территория и так много правил.

Для посторонних это было самое опасное место, но для Рыцарей, которые все еще были живы, это была могила их предков.

Ли Шутон сказал: «Цин Чэнь, здесь похоронен учитель твоего учителя, поэтому я не хочу рассказывать посторонним, какие здесь правила, потому что он не обрадуется, если его побеспокоят. Однажды, возможно, я приду сюда сам, и тогда тебе также придется защищать этот секрет ради меня».

Цин Чэнь сразу погрустнел, но увидел, что Ли Шутон рассмеялся: «Не волнуйся, такой человек, как учитель, не умрет в ближайшее время. Это в новеллах многие умирают вскоре после того, как все расскажут, но учитель другой. Есть много людей, которые хотят меня убить, но очень немногие могут это сделать».

Тут Ли Шутон внезапно присел на корточки.

Цин Чэнь наблюдал, как он протянул руку, чтобы дотронуться до ветки мимозы стыдливой у своих ног. В тот момент, когда палец учителя коснулся мимозы, листья мимозы свернулись.

(п.п. – мимоза стыдливая – удивительное растение, оно складывает свои перисто-рассеченные листочки от прикосновения, у нас его разводят в качестве комнатного растения)

Он был озадачен: «Учитель, что вы делаете?»

Молодой человек подумал, что такой человек, как учитель, который сидит на корточках и, теряя время, дразнит мимозу, будет делать такое только от скуки.

Ли Шутон встал и сказал Цин Чэню: «Подойди и прикоснись к ней».

Хотя Цин Чэнь ничего не понимал, он все же присел на корточки, но прежде чем он успел приблизить руку к мимозе, изначально свернутые тонкие листочки внезапно выпрямились, как лезвия.

Ли Шутон вырвал волосок с головы Цин Чэня и легонько провел им по листу мимозы. Волос аккуратно был разделен на две части.

«Учитель, почему бы вам не рвать волосы у себя?» – глаза Цин Чэня расширились.

Ли Шутон проникновенно сказал: «Учитель уже не молод, волосы уже не так легко растут».

«Тогда почему вам можно прикасаться к ней, а мне – нет?» – Цин Чэнь запутался.

«Не только прикасаться к ней, – сказал Ли Шутон, – другими частями тела нельзя приближаться. Таким образом, отчасти опасность запретных мест связана с правилами, а отчасти причина в том, что растения и животные здесь тоже стали очень странными».

Ли Шутон продолжил: «Я проведу тебя один раз по запретному месту, и также научу тебя многим вещам. В запретном месте много правил. Если ты хочешь убедиться, что уже знаешь все правила этого запретного места, найди мимозу».

Цин Чэнь был удивлен: «Значит, если знаешь все правила, она свернется, а если знаешь не все правила, она превратится в нож?»

«Да», – кивнул Ли Шутон.

Значит, Ли Шутон знал все правила запретного места №002.

Цин Чэнь вспомнил: «Мимоза стыдливая – разреженная, похожая на полукустарник трава, высотой до 1 метра, но растет она в основном на юге в субтропиках. В запретных местах на севере мимозу не найдешь».

Ли Шутон покачал головой: «Нет, теперь мимозу можно найти на краю всех запретных мест. Хоть одно растение, а может, даже один листик».

Эта штука словно страховочный трос в запретном месте. Ли Шутон искал сейчас мимозу только для того, чтобы посмотреть, не появились ли здесь новые правила за последние восемь лет.

Ли Шутон серьезно сказал Цин Чэню: «Очень немногие знают секрет мимозы».

Глава 146. Правила запретного места №002

(Перевод: Ориана)

«Учитель, у меня такое чувство, что когда вы пришли в запретное место №002, вы словно вернулись домой, – сказал Цин Чэнь. – Но когда вы пришли сюда, вам все равно нужно найти мимозу, чтобы проверить, не появились ли новые правила?»

Ли Шутон объяснил: «Запретное место появляется вовсе не сразу после смерти сверхчеловека. Прошли десятилетия с тех пор, как здесь был похоронен Рыцарь старшего поколения, но правило, принадлежащее ему, до сих пор не появилось».

«Если бы появилось правило этого старшего, каким бы оно было? – спросил Цин Чэнь. – Вы же хорошо его знали?»

Ли Шутон на некоторое время задумался: «Может быть, его правило было бы таким, что Ли Шутону и Чэнь Цзячжану запрещено входить…»

Цин Чэнь: «???»

«Я часто досаждал этому дядюшке-наставнику, когда он был жив, – сказал Ли Шутон, предаваясь далеким воспоминаниям. – Когда мы были молоды, он всегда помогал мне и моему старшему брату, подчищал за нами. В то время мы с братом были очень непослушными и доставляли ему много головной боли».

«Но не до такой же степени, чтобы запретить вам с моим дядей-наставником входить, – вздохнул Цин Чэнь, — вы можете ответить серьезно?»

«Трудно предсказать, какими будут правила, – покачал головой Ли Шутон. – Возможно, только он сам знал, что он ненавидел больше всего. Честно говоря, после образования запретного места №002 многие правила заставили недоумевать даже нас, младшее поколение Рыцарей. По сравнению с другими запретными местами, это место слишком приземленное».

«Таким образом, учитель, в запретном месте № 002…» – Цин Чэнь внезапно осекся, нельзя обсуждать правила запретного места.

Ли Шутон серьезно посмотрел на Цин Чэня: «Мне нужно, чтобы ты поклялся не рассказывать другим о правилах запретного места №002 и строго хранить их в секрете».

Цин Чэнь на мгновение оцепенел. Он обнаружил, что учитель в этот момент был чрезвычайно серьезен.

Серьезен, как никогда.

«Учитель, я клянусь не рассказывать другим о здешних правилах и строго хранить их в секрете, – так же серьезно сказал Цин Чэнь. – Но, учитель, если вы расскажете мне правила этого запретного места, с вами ничего не случится?»

Ли Шутон покачал головой: «Нет».

«Почему?» – потрясенно спросил Цин Чэнь.

Ли Шутон загадочно улыбнулся: «Не волнуйся, через несколько дней ты поймешь. Давай сначала поговорим о правилах запретного места №002».

«Первое, нельзя справлять нужду где попало».

Цин Чэнь: «…».

«Второе, нельзя сквернословить».

Цин Чэнь: «…».

«Третье, нельзя плеваться на землю».

Цин Чэнь внезапно прижал руку ко лбу: «Нет, учитель, пожалуйста, подождите немного, не так быстро».

Ли Шутон, посмеиваясь, посмотрел на своего ученика, как будто предвидел реакцию молодого человека.

Тот недоверчиво посмотрел на учителя и сказал: «Неужели это запретное место №002 имеет такие высокие моральные ценности?!»

Цин Чэню даже показалось, что он слушает курс лекций о культурном воспитании во внешнем мире, как быть дисциплинированным и цивилизованным молодым человеком.

«Дело не в том, что моральные ценности запретного места № 002 очень высокие, скорее моральные ценности предков-Рыцарей очень высокие», – весело сказал Ли Шутон.

«Скорее у них была маниакальная чистоплотность», – бессильно проворчал Цин Чэнь…

«Четвертое правило: нельзя рвать цветы в запретном месте».

«Пятое правило: нельзя использовать беспилотники».

«Шестое правило: нельзя использовать огнестрельное оружие».

«Седьмое правило: нельзя убивать людей».

Цин Чэнь поднял руку: «Эй? Если нельзя убивать, зачем вы привели меня сюда?»

Ли Шутон взглянул на него: «Нельзя убивать напрямую».

То есть можно только использовать правила.

«Восьмое правило: нельзя прыгать в резиночку».

«Подождите-ка, – Цин Чэнь снова прервал своего учителя, – вы серьезно про восьмое правило? Почему нельзя прыгать в резиночку? Почему вообще существует такое правило, как «нельзя прыгать в резиночку»?»

Ли Шутон продолжил: «Девятое правило: нельзя говорить, что говядина невкусная».

«Десятое правило: когда кто-то поет, нельзя подпевать».

Цин Чэнь озадаченно спросил: «Этот старший у всех в караоке микрофон отнимал?»

«Нет, – покачал головой Ли Шутон, – он был очень замкнутым человеком. В результате каждый раз, когда он набирался смелости петь, какую бы песню он ни пел, его брат-соученик тут же подпевал вслед за ним, что его очень раздражало».

«Правило 11: нельзя проигрывать в камень-ножницы-бумага».

«Правило 12: нужно обязательно быть пунктуальным».

«Правила 13: нельзя красть птичьи яйца».

«Правило 14…»

В этот момент Цин Чэнь по-настоящему был в замешательстве. В запретном месте № 002 действительно было много правил, но эти правила немного отличались от того, что он думал.

В других запретных местах после входа нужно пролить 1 литр крови или каждый день приносить в жертву товарища по команде.

Но почему на домашнем поле Рыцарской организации правила такие… бессвязные?

Однако Ли Шутон внезапно посмотрел на Цин Чэня и улыбнулся: «Ты думаешь, что эти правила похожи на шутку, верно? Но на самом деле эти правила убили большинство людей. Запретное место № 002 также признано одним из запретных мест с наибольшим количеством жертв».

Цин Чэнь внезапно погрузился в размышления.

Да, для человека невозможно не есть, не пить и не испражняться. По правилам запретного места, если на землю попадет даже капля мочи, за этим человеком будет охотиться все запретное место.

Речь не только о повседневных человеческих потребностях, но и о том, что нельзя использовать матерные слова. Это нормально, когда люди от волнения говорят «блядь», но если кто-то скажет здесь матерное слово, он умрет.

Запрет на использование огнестрельного оружия означает, что люди не могут использовать обычное оружие для борьбы с дикими зверями.

Ли Шутон посмотрел на Цин Чэня и сказал: «Когда ты знаешь правила запретного места, убивать будет очень легко».

«Как убивать?»

«Не торопись. Сначала я в течение двух дней познакомлю тебя с обстановкой. Когда ты запомнишь большую часть здешней местности, учитель тебе продемонстрирует», – сказал Ли Шутон.

Однако Цин Чэнь внезапно сказал: «Учитель, через два дня я хочу сперва сам попробовать».

«М? – Ли Шутон поднял брови. – Учитель обещал помочь тебе, незачем стесняться учителя».

«Дело не в том, что я стесняюсь учителя, у меня внезапно появились кое-какие идеи, – сказал Цин Чэнь после некоторых раздумий. – Когда я не смогу сам справиться, я попрошу учителя о помощи».

Сказав это, молодой человек пошел вперед, а Ли Шутон вздохнул и сказал лесу: «Внезапно я почувствовал, что быть таким учителем так скучно. Но не говорите мне ничего, мне просто нравится это его упрямство».

Так они шли некоторое время. Внезапно Цин Чэнь обернулся и спросил: «Учитель, какая песня во внутреннем мире самая популярная?»

Ли Шутон на некоторое время задумался: «О, я кое-что вспомнил и хочу с тобой рассчитаться. Я просмотрел ноты, которые ты мне дал. Сначала твои ноты классической музыки были очень хороши, но потом ты начал дурачить меня детскими песенками».

Цин Чэнь на мгновение остолбенел: «Откуда учитель узнал, что я записал ноты детских песенок?..»

Ли Шутон сказал с каменным лицом: «Потому что эти детские песни тоже есть во внутреннем мире. Они, как и «Прощание», передаются из поколения в поколение».

(п.п. – «Прощание» – песня, которую Цин Чэнь услышал от Ли Шутона, когда только попал в тюрьму №18)

«Ха-ха-ха-ха, как неловко».

…

Обратный отсчет 66:00:00.

Раннее утро, два дня спустя.

В глубине запретного места, на пересечении окраины и внутренней части.

Хорошо обученная команда медленно продвигалась вперед, более сотни человек ступали по мягким гниющим листьям, издавая лишь тихий звук.

Они отключили все каналы внутренней связи, поскольку при входе в запретное место нужно соблюдать тишину.

Чтобы не ляпнуть что-нибудь этакое.

На них была черная полевая форма, на ногах прочные армейские ботинки, а на плечах лист гинкго – логотип армии консорциума Цин. Все выглядели необыкновенно свирепыми.

Впереди команды шли четыре механические собаки. Кто-то позади них держал монитор и наблюдал за информацией, которую сканировали и передавали механические собаки.

В лесу впереди полевой роты один из солдат внезапно остановился.

Понадобилось всего мгновение, чтобы все также упорядоченно остановились.

Атмосфера стала серьезной.

В это время впереди отряда офицер лет тридцати с небольшим внимательно осмотрел лес перед собой и понял, что идти дальше временно нельзя, так как двигаясь дальше, они попадут во внутренние районы запретного места.

Он сказал солдату позади него: «Пусть командир Цин Хуай подойдет».

«Внутренние районы» и «окраина» обычно являются расплывчатыми понятиями.

Однако для запретного места эта разделительная линия неожиданно была довольно четкой.

Потому что, когда вы смотрите вперед, вы видите существ и растения, о которых мало что знаете, и создается ощущение, что вы попадаете в другой причудливый мир.

В этот момент из тыловой части команды вышел молодой человек с холодным лицом.

На нем был черный берет, подчеркивающий его худое и угловатое лицо, похожее на идеально вырезанную скульптуру.

Глава 147. Использование правил

(Перевод: Ориана)

Молодым человеком был Цин Хуай, из четвертой ветви семьи Цин.

Он посмотрел на лес в нескольких метрах от него, указал на кучку странных грибов и спросил тридцатилетнего офицера: «Брат Цао Вэй, что это?»

Там лежал труп неизвестного животного, обросший красочными грибами.

Цао Вэй сказал подошедшему молодому человеку: «Командир, это тело обезьяны-капуцина. То, что растет на ее теле, – это молодые плодовые тела грибов. Когда грибы созреют, они взорвутся, и их споры, полагаясь на силу этого взрыва, проникнут в кожу животного, и в конечном итоге, высосав все питательные вещества из тела животного, на котором они паразитировали, вырастут в новые плодовые тела».

Поскольку взрыв не очень мощный, раненое животное не умирает сразу.

Поэтому оно продолжает жить с этими спорами до тех пор, пока грибы полностью не лишат организм питательных веществ.

Цао Вэй сказал: «Командир Цин Хуай, давайте начнем».

Цин Хуай махнул рукой за спину.

Группа солдат безучастно подвела нескольких жителей дикой местности в лохмотьях, среди которых были старики, люди среднего возраста и маленькая девочка.

Один солдат вынул из-за пояса нож, приставил его к ахиллову сухожилию девочки и спокойно сказал остальным людям пустоши: «Начинайте, делайте, как обговаривали раньше».

Глаза девочки пересохли, она уже выплакала все слезы. Люди пустоши смотрели на внутреннюю часть запретного места с мертвенно-бледными лицами.

Дедушка девочки зашел во внутреннюю часть, отвернулся, расстегнул штаны и помочился на землю.

В следующую секунду дедушка задрожал всем телом, а из земли вдруг вылезли бесчисленные муравьи и поползли на него, пожирая его живьем.

Цин Хуай снова посмотрел на пожилую женщину и мужчину средних лет, стоящих рядом, и жестом велел им продолжать.

Мужчина прошептал: «Мама, сделаем это ради малышки».

Услышав это, бабушка трясущимися руками взяла пистолет, вошла в глубь запретного места и выстрелила в землю.

В мгновение ока муравьи, которые грызли дедушку маленькой девочки, развернулись и набросились на пожилую женщину.

Мужчина средних лет взял свою жену за руку и осторожно подошел, они посмотрели друг на друга и крепко обнялись.

Женщина выругалась матом, после чего ее поглотили муравьи.

Мужчина с горечью смотрел, как умирает его жена, вопя от боли, и смачно плюнул на землю.

Муравьи поглотили и его.

Прошло всего пять-шесть минут, и от него остался только скелет.

Цин Хуай, прищурившись в улыбке, посмотрел на девочку: «Я обещал твоей семье, что если они сделают то, что я говорю, тебя отпустят. Всё, уходи сейчас же».

Сказав это, он велел солдату отпустить ее.

Девочка разрыдалась, но не убежала, а бросилась на белые кости, зовя родных.

Муравьи еще не разбежались, и, почувствовав дыхание своей добычи, они забрались на тело маленькой девочки.

Солдаты, стоящие позади, смотрели на все это равнодушно, в их взгляде не было даже следа волнения.

Цин Хуай сказал Цао Вэю: «Брат Цао Вэй, все правила, которые мы получили, подлинные».

Нельзя использовать огнестрельное оружие, нельзя нецензурно выражаться, нельзя плеваться и нельзя нигде справлять нужду.

Эти федеральные солдаты схватили семью жителей дикой местности, просто чтобы проверить, верны ли полученные ими правила.

Цао Вэй взглянул вглубь запретного места и сказал: «Командир Цин Хуай, если вам необходимо продолжать двигаться вперед, я предлагаю сделать перерыв».

Цин Хуай медленно кивнул: «Отдыхаем здесь».

Он сделал паузу и добавил: «Брат Цао Вэй, спасибо, ты хорошо потрудился».

«Не за что, командир, это то, что я должен сделать», – сказал Цао Вэй и пошел в конец команды.

Цао Вэй из армии консорциума Цин был относительно известным человеком, достигшим уровня С в молодом возрасте.

В каждом групповом армейском соревновании Цао Вэй выходил победителем, а в выполнении реальных боевых маневров он также был одним из лучших.

Он ходил в карательные экспедиции в дикую местность 17 раз, а количество медалей за военные заслуги в сражениях просто не уложится в голове обычного человека.

Карьера его была очень стремительной, он поднялся до звания майора.

Однако два года назад Цао Вэй внезапно напился и устроил пьяный дебош во время учений, поэтому его прямо наказали по воинской дисциплине и отправили в роту адъютантом.

В то время многие думали, почему такой выдающийся Цао Вэй допустил такой промах, когда его будущее было таким светлым?

Более того, Цао Вэй был непосредственно из четвертой ветви семьи Цин. Фракция Цин обладает наибольшим влиянием во Второй федеральной армии. Почему никто не прикрыл его?

Две недели спустя Цин Хуай окончил Военную академию «Пиро» и присоединился к полевой роте Цао Вэя в качестве старшего офицера.

Только тогда все поняли, что все это было подготовлено для Цин Хуая.

Все солдаты этой полевой роты являются прямыми подчиненными четвертой ветви семьи Цин, и все они были переведены в полевую роту четвертой ветви различными способами.

Цао Вэй и солдаты не жаловались. Они очень хорошо знали одну вещь: четвертая ветвь сейчас является одной из самых влиятельных фракций в клане Цин, а Цин Хуай из четвертой ветви обладает наибольшим потенциалом.

Но если они выживут в Битве за Тень, они знали, что большое продвижение по службе не за горами.

Настанет день, когда Цин Хуай станет главой семьи Цин, и тогда все краткосрочные выгоды и потери не будут иметь значения.

В настоящее время.

Более сотни солдат стояли молча. Получив приказ Цао Вэя, каждый достал из сумки запечатывающийся герметичный пакет и решал на месте свои физиологические проблемы.

С серьезным выражением лица сильной твердой рукой они контролировали ситуацию, чтобы моча не брызнула за пределы пакета.

Через несколько минут все тщательно запечатали пакеты двойным замком, а затем каждая боевая группа собрала их вместе и закопала в лесу.

Во время процесса никто не произносил ни слова и никто не общался.

Эти люди не имели при себе огнестрельного оружия, только специально подготовленные герметичные пакеты.

Это свидетельствует, что они очевидно знали определенные правила, прежде чем войти в запретное место.

Однако, как раз в тот момент, когда все было закопано, в глубине запретного места внезапно раздался шорох, как будто безмолвно приближался хищник.

Все посмотрели туда, откуда доносился звук, но ничего не обнаружили.

«Боевая готовность», – холодно сказал Цао Вэй.

Только он сказал, как увидел, что лицо одного солдата внезапно посинело. Он с трудом выдавил: «Помогите».

Другие солдаты смотрели на него, не понимая, что происходит.

Солдат медленно повалился на землю, его глазные яблоки были такими красными, будто их окунули в кровь.

Никто не осмелился приблизиться к нему, только Цао Вэй медленно подошел и аккуратно кинжалом приоткрыл солдату рот. Его ротовая полость и язык гноились.

Он также разрезал его штанины.

Видно было, что ноги солдата уже почернели, а раны загноились, превратившись в водянистую массу из мяса и крови, словно их разъела серная кислота.

Цао Вэй внимательно осмотрел его: «Это…»

Прежде чем он успел договорить, другой солдат неподалеку от него упал на землю с такими же симптомами. Один за другим, более десяти солдат были поражены всего за несколько секунд!

Другие солдаты хотели спасти их, но их товарищи погибли так быстро, что что-либо предпринимать было уже поздно.

Солдат, который держал в руках дисплей, проверил отображаемые на нем данные тепловизионного сканирования, полученные от механических собак. Но, как ни странно, никаких отклонений обнаружено не было.

Наконец, быстрые смерти ненадолго прекратились.

«Посчитайте количество людей!» – яростно закричал Цао Вэй.

«Докладываю, командир, число погибших составляет 24 человека… Командир, все в шестом взводе убиты!»

В одной боевой группе 8 человек, во взводе три группы, общая численность 24 человека.

«Нехорошо», – внезапно поднял голову Цао Вэй и посмотрел на Цин Хуая.

Цин Хуай холодно сказал: «Кто-то использует правила, чтобы убивать нас. В запретном месте №002 есть кто-то еще!»

С этими словами Цин Хуай первым побежал в том направлении, откуда они пришли, двигаясь очень быстро.

Цао Вэй, стиснув зубы, сказал оставшимся в живых солдатам полевой роты: «Следуйте за нами в тактическом построении и готовьтесь к бою».

Они уже поняли, что происходит. Если бы это была скрытая атака монстров и растений из леса, их товарищи не погибли бы так планомерно. Один за другим погибли солдаты целого взвода.

Но каким правилом воспользовался тот человек?!

Полевая рота, возглавляемая Цин Хуаем, двинулась на полной скорости по своему прежнему пути.

По пути солдаты продолжали умирать один за другим, как будто их охватила непреодолимая сила. Как будто бог смерти снизошел на них.

Пробежав несколько километров, Цин Хуай внезапно остановился. Он молча смотрел на раскопанные ямы перед ним.

В этих раскопанных ямах лежали запечатанные пакеты, только порезанные кем-то. Эти ямы они выкопали сами, когда остановились облегчиться два часа назад.

Кто-то насильно заставил их нарушить правило «нельзя справлять нужду где попало»!

До этого момента кто бы мог подумать, что кто-то воспользуется столь грязным трюком?

До этого никто не думал, что если кто-то другой разрежет эти закопанные запечатанные пакеты, запретное место запишет это на счет первоначального владельца мочи!

Этот человек не только знал правило, но и понимал его глубже, чем они сами.

Но это было просто слишком грязно!

«Этот человек не ушел далеко. Он отступил, как только увидел нас», – невозмутимо проанализировал Цин Хуай, потому что там была яма с пакетами, раскопанная только наполовину.

Прямо сейчас.

«Кто?!» Цао Вэй внезапно посмотрел вдаль, в лес.

Вдалеке в лесу какой-то человек молча наблюдал за ними. Он показал жест, будто перерезает себе горло.

А потом быстро исчез в темноте.

Глава 148. Не оковы

(Перевод: Ориана)

«Странно, такой провокационный жест, как перерезание горла, не соответствует твоему осторожному характеру. Есть какая-то цель?»

Этот вопрос задал Ли Шутон, когда они с Цин Чэнем снова встретились в лесу.

Цин Чэнь объяснил: «Я боюсь, что они убегут. Если я не сумею разозлить их как следует, они не будут преследовать меня, тогда мой план может не сработать».

«О, – кивнул Ли Шутон, – тогда понятно».

Когда учитель и его ученик шли рядом, атмосфера вдруг стала совершенно расслабленной, как будто это было не запретное место, а обычный лес.

«Кстати, наставник, – спросил Цин Чэнь, – те люди пустоши вошли сюда?»

(п.п. – раньше Цин Чэнь обращался к Ли Шутону «lǎoshī» – просто учитель, человек, который может чему-то научить, а теперь первый раз назвал его «shīfu» – наставник, что уже больше чем просто учитель, отношения наставничества не временные, пока идет обучение, здесь уже завязано на личных отношениях на всю жизнь)

«Только люди Огненного пруда. Судя по их нынешнему маршруту, они направляются прямиком во внутренние районы запретного места. У меня такое чувство, раз они внезапно появились на Центральных равнинах, вероятно, они пришли за Цин Хуаем», – сказал Ли Шутон.

«За Цин Хуаем?» – Цин Чэнь был озадачен.

«Конечно, ты не единственный Теневой кандидат, кто хочет его убить, – объяснил Ли Шутон. – Может быть, кто-то из семьи Цин заключил сделку с Огненным прудом и попросил их помочь избавиться от Цин Хуая. Это нормально. Если бы сражались только ты и Цин Хуай, это не было бы похоже на Битву за Тень».

«У Федерации есть связи с жителями дикой местности?» – Цин Чэнь ничего не понимал.

«Конечно, есть. Пока существует общая заинтересованность, может происходить самое невероятное», – объяснил Ли Шутон.

Цин Чэнь посмотрел на Ли Шутона и спросил: «Что имел в виду старейшина Огненного пруда, когда говорил о награде бога? Судя по его тону, кажется, это существенные преимущества? Этот бог действительно существует?»

Ли Шутон взглянул на Цин Чэня: «Как бог вознаградит его, это дело бога. Если в будущем он захочет убить тебя в обмен на награду, ты можешь отправить его к его богу… Однако, мои отношения с Огненным прудом на самом деле неплохие».

Цин Чэнь: «…».

Затем Ли Шутон также достал герметичный запечатывающийся пакет: «Возьми его и разберись сам. Только помни, что ты сам перерезал такие пакеты, так что ты должен сделать так, чтобы его никто не нашел».

«Ага», – Цин Чэнь отошел в сторону, чтобы облегчиться.

Когда он вернулся с запечатанным пакетом, он стал раздумывать, где его закопать.

Его взгляд внезапно переместился на учителя.

Ли Шутона чуть не стошнило: «Отойди от меня, я не буду это для тебя хранить».

Цин Чэнь серьезно сказал: «Но куда бы я ни положил этот запечатанный пакет, самое безопасное место рядом с вами. Учитель на один день – отец на всю жизнь. В душе я отношусь к вам, как к отцу, и вы тоже говорили, что относитесь ко мне, как к сыну. Как может отец гнушаться своего сына?»

«Какие разумные слова, – Ли Шутон посмотрел ему прямо в глаза. – Могу я взять назад свои слова о том, что отношусь к тебе, как к своему сыну?»

«Боюсь, уже слишком поздно», – сказал Цин Чэнь.

Ли Шутон вздохнул. Он указал на крону большого дерева: «Подбрось».

Цин Чэнь не знал зачем, но все равно это сделал.

После того, как запечатанный пакет взлетел вверх, из кроны дерева высунулась маленькая мохнатая лапка и поймала пакет.

Сразу после этого кроны деревьев затряслись. Пушистый зверек, скрываясь среди листвы, помчался вглубь запретного места. Цин Чэнь только успел заметить его огромный белоснежный хвост.

Цин Чэню стало любопытно: «Учитель, что это за животное?»

«Потом узнаешь», – сказал Ли Шутон.

Молодой человек с изумлением взглянул на своего учителя и вдруг осознал, что учитель не только обладал абсолютным иммунитетом к правилам запретного места №002, но и, похоже, имел много удивительных друзей.

Это и есть домашнее поле Рыцарей?

«Кстати, – сказал Ли Шутон, – ты должен быть осторожным с Цао Вэем, тем человеком рядом с Цин Хуаем».

«Э?» Цин Чэнь был в замешательстве. Его учитель действительно выяснил все детали, прежде чем прийти убивать. Он даже знал имя Цао Вэя.

«Я прочитал информацию о Цао Вэе. С ним гораздо труднее иметь дело, чем с Цин Хуаем. Он искусный боец, – объяснил Ли Шутон. – У меня такое ощущение, что этот парень затаился, ожидая, когда ты совершишь ошибку».

«Хм, спасибо за предупреждение, учитель, – сказал Цин Чэнь и взглянул на Ли Шутона. – Тогда я продолжу?»

«Давай, давай», – махнул рукой Ли Шутон.

Он посмотрел на спину Цин Чэня и внезапно вспомнил поговорку: как говорится, родители постоянно провожают взглядом спины их детей, пока те уходят все дальше и дальше.

Он должен быть квалифицированным наставником, верно?

Кроме того, Ли Шутон впервые стал наставником, поэтому он беспокоился, что не сможет хорошо справиться с этой ролью.

Некоторое время он колебался, но в конце концов решил проявить своенравие: «А что, если учитель поможет тебе непосредственно убить их? Считай это подарком учителя».

Однако в этот момент Цин Чэнь внезапно обернулся, посмотрел на Ли Шутона и сказал: «Учитель».

«М?» – Ли Шутон сразу замер.

«На этот раз я сказал, что попробую сначала сам, вовсе не из-за моего упрямства, – спокойно сказал Цин Чэнь. – Если ребенку помогают, когда он делает первые шаги, он будет развиваться медленнее, чем другие дети. Учитель мы с вами оба знаем, что вы собираетесь сделать что-то очень опасное. Вы знаете, насколько это будет опасно, поэтому познакомили меня с Ли Ино, дали мне знать, к кому обратиться, если у меня в будущем возникнут трудности. Вы также взяли меня с собой, чтобы убить Цин Хуая и помочь мне устранить препятствие в Битве за Тень. Затем вы сделали все возможное, чтобы помочь мне скрыть мою личность, опасаясь, что будете обременять меня».

«Я просто подумал, что ваш план может быть весьма опасным. Если я вырасту достаточно быстро, возможно, к тому времени я смогу помочь вам».

«В ваших глазах эти отношения наставника и ученика могут казаться моими оковами, но я никогда так не думал», – сказал Цин Чэнь.

Молодой человек стоял в полумраке леса. Хотя они с Ли Шутоном были знакомы не так давно и не были связаны кровным родством, он знал, кто по-настоящему добр к нему.

Ли Шутон стоял там, и в его голове эхом отдавалось то, что только что сказал молодой человек. Если я вырасту достаточно быстро, возможно, к тому времени я смогу помочь вам.

Неудивительно, что даже возвращаясь во внешний мир, этот парень тренировался, не теряя ни минуты. Оказывается, он бежал наперегонки со временем.

Ли Шутон улыбнулся и махнул рукой: «Что за глупости ты говоришь? Иди быстрее».

«Мм», – Цин Чэнь ушел в лес.

…

В лесу Цао Вэй собственноручно разрезал одежду мертвого солдата, не оставив ни единого нетронутого кусочка.

Как только он разрезал его рубашку, из-под нее внезапно вылетело странное шестикрылое насекомое.

Зоркий и ловкий Цао Вэй метнул кинжал, который держал в руке.

С глухим стуком шестикрылое насекомое длиной с палец было пригвождено к земле.

Эти шестикрылые насекомые обычно не нападают на крупных существ, а свой яд они используют для охоты на других насекомых.

Нападению подвергнутся только те, кто нарушит правила этого запретного места.

Цао Вэй вытащил кинжал из земли и холодно сказал: «Хватит трепаться между собой о всякой мистике и монстрах. Их убили шестикрылые насекомые, а не злые духи».

Теперь выражения лиц солдат немного смягчились.

Цао Вэй взглянул на Цин Хуая: «Командир Цин Хуай, мне повести за ним в погоню две боевые группы?»

«Не надо, – спокойно покачал головой Цин Хуай. – Сейчас важнее надежно охранять запечатанные пакеты, которые мы оставили. Скажи солдатам, чтобы они выкопали все пакеты и убрали их в свои сумки. Безрассудная погоня наоборот приведет нас прямо в его ловушку».

Глава 149. Мимоза

(Перевод: Ориана)

Цин Хуай проанализировал: «Первый солдат умер 19 минут назад. За этот период тот человек не успел даже раскопать третью яму, что показывает, что его реальная сила и способности невелики».

«К тому же, этот способ он придумал внезапно. Иначе, после того, как он обнаружил место, где мы закопали пакеты, ему бы следовало раскопать все ямы, не привлекая нашего внимания, а затем быстро разрезать все запечатанные пакеты. В таком случае, мы ничего бы не узнали, и, боюсь, были бы убиты правилами в течение минуты».

«Возможно, он не был уверен, сработает ли этот способ, это была всего лишь попытка», – высказал свое умозаключение Цин Хуай.

Цао Вэй взглянул на этого отпрыска консорциума и сказал: «Командир, ваш анализ очень разумен».

«Сейчас мы не можем терять время, поговорим об анализе позже, – сказал Цин Хуай. – Брат Цао Вэй, возьми три боевые группы, вернись к тому месту, где мы только что закопали запечатанные пакеты, и выкопай их все. А потом мне нужно, чтобы ты нашел место для размещения минного поля».

Вскоре Цао Вэй привел людей обратно, и они снова присоединились к основной группе. Он похлопал по своему мешку и сказал: «Командир Цин Хуай, все ваши запечатанные пакеты в моей сумке. Я лично сохраню их».

Однако Цин Хуай покачал головой и достал пакеты из его вещевого мешка: «Брат Цао Вэй, как я могу позволить тебе носить мои пакеты с мочой? Я уважаю тебя как старшего брата. Подобные вещи недопустимы».

Сказав это, он засунул испачканные грязью пакеты в свой  мешок.

Тем не менее Цин Хуай спросил: «Брат Цао Вэй, а что ты можешь сказать про этого человека?»

Цао Вэй взглянул на Цин Хуая: «Этот человек… может ли он быть нанятым другим конкурентом из семьи Цин, приглашенным помешать вашей миссии? Как вы думаете, кто мог его прислать?»

«Каждый кандидат на должность Тени может хотеть меня убить, – сказал Цин Хуай. – Единственный, кого можно исключить из подозрений, – это неудачник, запертый в тюрьме №18. Брат Цао Вэй, Битва за Тень очень жестока».

С самого начала в полевой роте было 152 элитных бойца, но теперь осталось только 104.

У 48 погибших солдат даже не было шанса дать отпор.

Это и есть самое ужасное в правилах запретных мест. Если овладеть правилами, даже муравей сможет убить слона.

В этот момент солдат в голографических очках, управлявший механическими собаками, сказал: «Командир, обнаружен подозрительный источник тепла на 3 часа, он бесшумно приближается».

Цин Хуай спокойно спросил: «Есть ли еще какие-нибудь подозрительные источники тепла?»

«Докладываю, командир, нет», – ответил солдат.

Цин Хуай посмотрел на Цао Вэя: «Устраните его, и мы сможем двигаться дальше».

Цао Вэй сказал: «Прошу вас, примите решение обдуманно. На самом деле, нам уже слишком поздно отступать».

Цин Хуай покачал головой: «Насколько мне известно, остальные, те, кто хочет мне помешать, уже в пути. Если я сейчас отступлю, у меня больше не будет шанса выполнить это задание в трехмесячный срок».

Предположение Цин Хуая было верным. Команда Огненного пруда, которая уже вошла в запретное место, пришла специально, чтобы убить его.

В Битве за Тень нет пути назад. Вступить в нее – значит поставить свою жизнь на кон. Самая важная задача в ближайшем будущем – получить должность Тени.

Все солдаты полевой роты бросились бежать, а четыре механические собаки рванули в лес, словно сорвались с поводка, нацелившись на только что найденный источник тепла!

Однако, как только все они тронулись с места, источник тепла начал удаляться.

К тому же с довольно большой скоростью.

…

Цин Чэнь свободно передвигался по лесу, и в отличие от других, каждый его шаг не был случайным.

Он шел по тем местам, где уже проходил раньше.

Обычным людям, путешествующим в глуши, нужно быть осторожными, чтобы не споткнуться о ветки под ногами, камни, прикрытые гнилыми листьями, и неровную почву.

Поэтому в таких походах обычные люди не могут полностью раскрыть свою силу.

Но Цин Чэнь – другое дело. Весь путь, по которому он шел, был в его голове.

Каждый листочек на земле. Каждый камень под ногами. Как будто он здесь вырос, и здесь его дом.

Он словно мог ходить здесь с закрытыми глазами.

Словно по ровной дороге.

Цин Чэнь не знал почему, но ему действительно нравилось это место. Хотя в лесу было темно, он постоянно чувствовал на себе чей-то добрый взгляд, наблюдающий за ним.

Никакой враждебности, за ним просто спокойно наблюдали и даже улыбались.

Наблюдали, как он использует правила. Наблюдали, как он избавляется от своих врагов.

Как будто его учитель, Ли Шутон, привел его сюда не только для того, чтобы убить Цин Хуая и разблокировать генный замок, но и для того, чтобы прежние поколения Рыцарей увидели нового преемника.

Какой он свирепый и умный.

Чего никто не знал, так это того, что все звери и насекомые безмолвно покинули это поле битвы, оставив его молодому человеку.

Будто специально подготовили сцену для него.

Враги за его спиной все ближе и ближе к нему. Эффективность выслеживания механических собак была слишком высокой, а механические ноги солдат полевой роты были слишком быстрыми и сильными. Хотя Цин Чэнь легко передвигался по местности, он не мог преодолеть этот разрыв в силе.

Он еще не стал настоящим Рыцарем.

Постепенно Цин Чэнь уже мог слышать дыхание врага позади себя. Всего в десятках метров от него.

Но он не оглянулся назад, потому что у него был свой план.

Всё по-прежнему под его контролем.

Когда враг уже почти приблизился к Цин Чэню, молодой человек внезапно ускорился.

200 метров.

100 метров.

50 метров.

10 метров.

Цин Чэнь прошел через кусты.

Через мгновение.

Цао Вэй и Цин Хуай одновременно почувствовали, что что-то не так. Почему молодой человек так старался окольными путями прийти сюда?

«Стойте…» Цао Вэй не закончил начатое.

Десятки преследующих солдат уже входили в заросли кустарника.

В одно мгновение они почувствовали, как их тела стремительно подскочили.

Переворачиваясь в воздухе, солдаты все еще могли видеть, что нижняя половина их тела осталась на земле, а листья кустарника были усеяны каплями крови.

В один миг четыре механические собаки вместе с телами восьми солдат, которые вошли в кусты… были моментально разрезаны на части.

За ними следовало еще более 20 солдат. Не сумев вовремя остановиться, они налетели друг на друга и упали в кусты. Их постигла та же участь.

Цао Вэй прищурился и внимательно осмотрел неприметный кустарник перед собой. Очевидно, что это были всего лишь крепкие растения мимозы, но почему они вдруг превратились в чрезвычайно острое орудие убийства?!

Он поднял голову, посмотрел вперед и был потрясен, обнаружив, что молодой человек остановился и холодно смотрит на него, снова делая жест, будто перерезает себе горло.

В этот момент Цао Вэй был уверен, что этот человек знает гораздо больше правил, чем он сам.

Глава 150. Минное поле

(Перевод: Ориана)

Молодой человек к северу от кустов.

Солдаты полевой роты Второй армии к югу от кустов.

Смотрят друг на друга.

Никто не мог понять, почему кусты мимозы, через которые благополучно прошел этот парень, превратились в смертоносное оружие, когда пошли они.

Молодой человек шаг за шагом отступал, углубляясь в темный лес.

В какой-то момент Цин Хуаю показалось, что этот человек ему знаком, но он не мог вспомнить, где видел его раньше.

Казалось, он упустил важную деталь в своей жизни.

Цао Вэй заключил: «Командир, он действительно освоил слишком много правил».

Цин Хуай немного подумал и сказал: «Я еще думал, почему главная и вторая ветви нашли способ организовать для меня задание в запретном месте №002. Оказывается, здесь меня поджидал человек, который хорошо знаком с правилами».

Цао Вэй задумался: «Вот только у меня есть сомнения. Он совсем не похож на сверхчеловека. Я только что был очень близко к нему. Силу его ног и нагрузку на сердце и легкие совершенно невозможно подделать».

В этом вопросе суждение Цао Вэя действительно было очень точным.

Однако именно это привело его в еще большее замешательство: парень, который даже не является сверхчеловеком, используя правила, убил более семидесяти солдат. Такого рода чувство неправильности было просто уму непостижимым.

У каждого в сердце был один вопрос: почему?

Цин Хуай спокойно спросил: «Цао Вэй, как там минное поле, которое я велел тебе установить?»

Обращение Цин Хуая незаметно изменилось вслед за нетерпением, возникшем в его сердце.

Цао Вэй на мгновение растерялся: «Все готово, командир».

Цин Хуай кивнул: «Все откройте канал внутренней связи, режим тишины снят. Цао Вэй, принимай командование и приведи его на минное поле. Мы на себе испытали правила запретного места №002, пусть он тоже испытает правила федеральной армии».

«Вас понял», – Цао Вэй повел людей в обход кустов, словно гепард.

По каналу связи раздался голос Цао Вэя: «1-й взвод продвигается на 2 часа. 2-й взвод, мне нужно, чтобы вы достигли зоны А21 в течение 20 минут, 7-й взвод…»

Перед своим приходом они разметили всю территорию запретного места на тактической карте, разделив всю карту на зоны с порядковыми номерами А1-А50 и В1-В50 для удобства командования.

Следуя командам, вся полевая рота внезапно растянулась, как сеть.

Точно так же, как стая волков охотится зимой на оленя.

Волки раскидывают большую сеть, чтобы гнать оленя вперед.

Они не спешат разорвать свою добычу, потому что бешено мчащийся олень может ранить их при столкновении.

В это время терпеливым охотникам остается только спокойно ждать. Ждать, когда олень упадет в озеро, покрытое тонким льдом, замерзнет и утонет.

Когда следующей весной лед растает, волки придут насладиться пиршеством.

«7-й взвод, двигайтесь в сторону зоны А37, не вступать в контакт с целью».

«2-й взвод, двигайтесь в сторону зоны А35, не вступать в контакт с целью».

В канале связи голос Цао Вэя сопровождался легким потрескиванием.

Он давал одну команду за другой, но так и не затягивал сеть.

Поскольку цель, очевидно, лучше знала правила, то они не должны были давать ей больше шансов их использовать.

Не к чему торопиться, Цао Вэй знал, что когда жертва попадет на минное поле, все будет кончено.

В следующий момент один солдат вдруг сказал: «Цель вошла на минное поле!»

Однако внезапно они почувствовали, что что-то не так.

Потому что взрыва не было.

Цао Вэй холодным тоном спросил по внутренней связи: «Где сейчас цель?»

«Цель быстро движется по минному полю, не задевая ни одной мины!»

«Скорость цели не снизилась. Командир, траектория движения 2-го взвода перекрыта минным полем. Идти в обход?»

В этот момент Цао Вэй и Цин Хуай посмотрели друг на друга, а Цин Чэнь, не отвлекаясь, шел по минному полю.

Он был здесь раньше.

Ли Шутон уже водил его здесь два дня, чтобы познакомить с окружающей местностью на окраине запретного места.

Только когда два дня спустя Цин Хуай и его люди пришли в то место, которое Цин Чэнь счел наиболее подходящим, он, наконец, начал убивать людей.

Они могли думать, что раз заложили мины, то стали хозяевами этой территории.

Это не так.

Для других быть знакомым с окружающей местностью означает знать, где находится гора, где река, где холм и какие там виды растений.

Однако для Цин Чэня знакомая местность – это…

Каждое дерево.

Каждый камень.

Гнилые листья на земле похожи на текстуру кожи великана, растущие деревья – на волосы на теле великана, а валуны – на родинки.

В какой-то момент Цин Чэню даже показалось, что этот великан ласково смотрит на него.

Таким образом каждая деталь, всё вокруг – в голове Цин Чэня.

Если что-то не соответствует его памяти, значит, это неправильно.

Если вы хотите закопать мины-ловушки, вы вносите изменения в окружающую местность. Даже если мина размером всего с ладонь, как бы вы ее ни маскировали, даже если земля выглядит очень естественно, по мнению Цин Чэня, неправильно есть неправильно.

Он легко обходил каждую мину на глазах у изумленной полевой роты и быстро пересек минное поле, словно обладал божественным зрением!

Цин Хуай спросил Цао Вэя: «Сколько мин ты закопал в этом районе?»

«41 штуку. Командир, у нас их всего 50», – объяснил Цао Вэй.

Цин Хуай нахмурился. Он не видел у этого парня механических конечностей. Как он мог заранее избежать всех этих мин?!

«Продолжать преследовать?» – спросил Цао Вэй.

Цин Хуай посмотрел на него и сказал: «Брат Цао Вэй, мне нужно, чтобы за дело взялся ты».

Цао Вэй – мастер уровня С и двукратный чемпион на армейских соревнованиях. Как ему может быть трудно догнать обычного мальчишку?

Цин Хуай продолжил: «Я знаю, что в твоем сердце есть сомнения, ты боишься смертоносных правил, которые знает тот человек. Но ты должен понимать, что мы не можем идти дальше вглубь с таким человеком. Если в этот раз я упущу возможность выполнить задание, главная и вторая ветви не дадут мне другого шанса. Тогда, к сожалению, мне останется только выйти из Битвы за Тень, и в таком случае твое понижение в звании окажется напрасным».

Цао Вэй глубоко вздохнул и сказал по внутренней связи: «1-й взвод, 2-й взвод, преследуйте его на полной скорости. Я скоро буду. Мы должны убить его до наступления темноты. 7-й взвод, я хочу, чтобы вы заранее прибыли в зону А48 и установили блокаду. Я лично пригоню его туда!»

Цин Хуай улыбнулся и похлопал его по плечу: «Брат Цао Вэй, я буду ждать результата».

Однако в этот момент кто-то доложил по внутренней связи: «Командир, 1-й взвод последовал за ним. Обнаружилась новая ситуация. Этот парень немного странный».

Странный?

Глава 151. Правила появляются вновь!

(Перевод: Ориана)

Обратный отсчет 62:00:00.

1-й и 2-й взводы полевой роты шли позади Цин Чэня. Они обошли заложенное ими же самими минное поле и снова догнали молодого человека благодаря огромному преимуществу генных бойцов уровня F.

Солдаты знали, что суждение командира Цао Вэя было правильным – этот парень действительно был обычным человеком.

Он уже начал задыхаться во время бега, его шаги уже не были такими аккуратными, а тело начало шататься из-за неровной поверхности.

Но даже столкнувшись с этим человеком с обычной физической подготовкой, солдаты полевой роты все равно испытывали страх.

Потому что, когда у противника больше правил, кажется, будто все запретное место помогает ему сражаться.

Все решили внимательно наблюдать за действиями этого парня. Они будут делать то же, что и он, никаких отклонений быть не должно.

Иначе может повториться предыдущий инцидент с убийством мимозой.

В этот момент, когда все были охвачены страхом перед правилами, молодой человек перед ними, проходя через определенную зону, внезапно начал петь: «Под мостом перед калиткой проплывает стайка уток...»

(п.п. – китайская детская песенка)

Следовавшие сзади бойцы 1-го и 2-го взводов растерянно переглянулись. Некоторое время они колебались: «Под мостом перед калиткой проплывает стайка уток. А ну давай, давай, скорее сосчитай. Две, четыре, шесть, семь, восемь...»

Напряженная атмосфера погони в густых зарослях внезапно стала абсурдной.

Однако здесь уже проходила граница между внутренней частью и окраиной запретного места.

В одно мгновение из внутренней части протянулись тонкие ветки гигантской ивы и утащили всех поющих солдат из 1-го и 2-го взводов в глубь запретного места.

Багряные ивовые лозы обвивали солдат вокруг талии кольцо за кольцом, а затем резко сжались.

Кожа на талиях солдат стянулась и начала кровоточить, а затем начала по чуть-чуть рваться, пока ивовые ветки не разорвали их животы, позволив крови и внутренним органам забрызгать корни ивы и увлажнить всю землю.

Из земли вылезли бесчисленные красные муравьи.

Это был последний подарок, оставленный им Цин Чэнем. Подарок под названием «Правила».

«Когда кто-то поет, нельзя подпевать».

Сначала Цин Чэнь убивал людей, используя странное правило «нельзя справлять нужду где попало».

Он также воспользовался ужасающей стороной мимозы и безжалостно забрал их жизни.

Он контролировал поведение каждого благодаря своему предвидению, подобному божественному.

Даже если он все еще очень слаб, он использовал правила максимально эффективно.

Учитель тогда спросил его, почему он показал жест перерезания горла.

Цин Чэнь ответил: я боюсь, что они убегут.

Но на самом деле у этого действия была и другая цель: создать уверенный и загадочный образ.

Он хотел убедить своих противников, что знает всё и овладел всеми правилами запретного места.

В тот момент, когда этот образ укоренится в сознании каждого, он сможет заставить каждого, кто смотрит на него, неосознанно подражать ему!

Управлять их рефлексами!

Теперь его замысел был раскрыт.

Цао Вэй может командовать армией, которая будет охотиться, словно стая волков.

Цин Чэнь тоже может расставлять ловушки, словно кольца, нанизывая их одно на другое.

Они непрерывно продолжают переключаться между ролями охотника и добычи, как в игре, но проигравший должен умереть.

На этот раз выжили только двое солдат. Они были настолько напуганы этой сценой, что развернулись и побежали к границе запретного места.

По каналу связи, прежде чем Цао Вэй тронулся с места, он мог слышать в наушниках только вопли солдат, рыдания и детскую песенку.

Он стоял в растерянности. На таком большом расстоянии Цао Вэй и Цин Хуай даже не могли выяснить, с помощью какого правила тот парень убил этих солдат!

Странно.

Страшно.

Цин Хуай почувствовал, что эта эмоция впервые завладела его разумом.

Очевидно, что их противник был всего лишь обычным человеком, но он казался чудищем, долгое время живущим в этом запретном месте.

Цао Вэй все еще сохранял спокойствие. Он спросил по внутренней связи: «Кто-нибудь еще жив? Скажите, что происходит?!»

Жутко напуганный солдат сказал: «Командир, это Чжан Цзин. Мы не знаем, что произошло. Тот парень внезапно начал петь. Мы подозревали, что он снова собирается использовать правила, чтобы убивать, поэтому стали подпевать. Командир, все мертвы. Кроме меня и Дин Гуншуня, все умерли».

«Переключитесь на резервный канал связи и приходите к нам в зону А39», – сказал Цао Вэй.

Через некоторое время к командиру подошли двое еще не оправившихся от страха солдат.

Цин Хуай холодно спросил: «Какую песню вы пели вместе с ним? Спойте мне ее еще раз!»

Солдат чуть не плакал: «Командир, я боюсь петь. Люди, которые пели, умерли!»

«Разве вы двое и тот мальчишка не в порядке? – Цин Хуай вытащил кинжал и приставил его к шее солдата. – Спойте мне! Если, запев, вы умрете, я выплачу пособие вашим семьям!»

Солдаты, рыдая, запели: «Под мостом перед калиткой проплывает стайка уток...»

Цао Вэй: «…»

Цин Хуай: «...»

Двое солдат пели, но не попадали в ноты. Ни с одним из них ничего не случилось.

Цао Вэя внезапно осенило, он понял, что эти два солдата избежали смерти только потому, что их пение было фальшивым!

Цин Хуай пришел к тому же выводу. Он и Цао Вэй ошеломленно посмотрели друг на друга и долгое время не говорили ни слова.

Кто бы мог подумать, что фальшивое пение однажды сможет спасти жизнь!

Тогда Цао Вэй выбросил на землю весь бесполезный мусор из своей сумки, а затем сказал по каналу связи: «7-й взвод, возвращайтесь в зону А39, присоединяйтесь к командиру Цин Хуаю и защищайте его».

После этого он сказал Цин Хуаю: «Командир, Битва за Тень важнее всего остального. Я, Цао Вэй, знаю, что если на этот раз вы вернетесь с пустыми руками, я тоже не смогу начать свою жизнь заново. И вы всегда хорошо ко мне относились, так что я убью его для вас. Я надеюсь, все ваши предыдущие обещания еще в силе».

Цин Хуай по-дружески взял Цао Вэя за руки: «Брат Цао Вэй, поручаю это тебе. Я никогда не откажусь от своих обещаний».

«Что ж», – Цао Вэй развернулся и пошел в лес.

Выражение лица Цин Хуая постепенно стало холодным. Он отлично знал, почему Цао Вэй до сих пор не хотел действовать.

Раньше этот армейский ветеран неспешно следовал за командой. Даже когда он загонял Цин Чэня на минное поле, он всегда командовал из тыла.

Это потому, что Цао Вэй знал, что у молодого человека больше правил, поэтому он хотел использовать солдат полевой роты, чтобы проверить правила, и только после этого он решил действовать.

Это более безопасно.

Надо сказать, что то, что Цао Вэй смог пережить 17 карательных походов в дикую местность было отнюдь не случайностью, а неизбежностью.

Он умный человек, только, пожалуй, чуточку слишком умный.

…

В этот момент Цин Чэнь, переводя дух, смотрел на большую иву.

Кровавая, безжалостная и могущественная.

Такие эпитеты Цин Чэнь подобрал для этого дерева.

Но почему-то, когда он увидел такое кровавое зрелище, у него не было ни капли страха.

Более того, казалось, он совсем не боялся большой ивы. Напротив, он подошел к ней, взял валявшийся неподалеку от нее наушник и прислушался, но в нем не было слышно ни звука.

Похоже, они предусмотрительно сменили канал связи.

Цин Чэнь бросил наушник и раздавил его, затем осмотрел прочее годное снаряжение.

Как раз в тот момент, когда он собирался снова войти во мрак запретного места…

Ветка ивы легонько похлопала его по плечу.

Глава 152. Старшее поколение балует ребенка

(Перевод: Ориана)

Молодой человек сразу обернулся посмотреть на большую иву перед ним и увидел, что другая ветка ивы протягивает ему неизвестно где сорванный молочно-белый фрукт.

Цин Чэнь молча смотрел, а ужасающая огромная ива даже подняла свои листья и указала на его рот, как будто ладонь делала жест «съешь его».

Честно говоря, Цин Чэнь в самом деле был немного озадачен. Он приблизился к иве. Инстинкт подсказывал ему, что она не причинит ему вреда, но эта просьба поесть заставила его почувствовать себя… польщенным?

В глазах других это была чрезвычайно ужасная сущность, но его она попросила что-то съесть!

Цин Чэнь ненадолго задумался и вдруг рассмеялся: «Если бы ты действительно хотела меня убить, тебе не к чему было бы прилагать столько усилий, верно?»

После этого он съел фрукт за несколько укусов.

На вид фрукт мало чем отличался от яблока, но на вкус был очень приятным.

Вопреки его ожиданиям, не произошло ничего волшебного, как он себе представлял. Фрукт не растаял во рту, и никаких особых ощущений он тоже не испытал.

Цин Чэнь в недоумении взглянул на большую иву, но она не шевельнулась.

«Спасибо», – сказал парень и повернулся, чтобы уйти.

Но как только он обернулся, в глубине запретного места пронесся порыв ветра. Среди ветра слышался какой-то шепот, будто кто-то что-то говорил или пел. Цин Чэнь не мог четко расслышать слова, но смог понять смысл.

Это ощущение было немного странным, как будто кто-то напрямую передал мысли в его разум.

Голос был добрым и ласковым.

Цин Чэнь вдруг задумчиво оглянулся назад, в глубь запретного места: «Вы хотите сказать, что кто-то уже преследует меня, и я не могу его победить?»

Его окутал еще один порыв теплого ветра.

Цин Чэнь недоуменно сказал: «Я еще молод, так что это нормально, что я не могу его победить…»

Почему его вдруг начали утешать?

Он немного подумал, а затем искренне спросил: «Тогда что, по-вашему, мне следует делать?»

Однако он увидел, как ветка ивы, поднялась и, словно рука, указала на запад.

«Вы просите меня взобраться на ту гору?» – в этот момент Цин Чэнь наконец-то понял, что тот, с кем он разговаривал, вероятно, был сознанием некоего предка. Тот человек нашел здесь вечный покой, однако он заботился о младшем поколении, словно старший.

Молодой человек низко поклонился в сторону внутренней части запретного места: «Благодарю вас».

А затем он бросился бежать на запад.

Цин Чэнь уже спрашивал Ли Шутона, когда он поднимется на ту гору? В конце концов, они пришли сюда именно для того, чтобы подняться на гору.

Но Ли Шутон водил его везде, чтобы он познакомился с запретным местом, но всегда говорил, что время еще не пришло.

Цин Чэнь спросил, почему время еще не пришло.

Ли Шутон ответил, что хотя он и овладел навыками, ему все еще не хватает стимула. Восхождение на эту гору в конечном итоге зависит не от навыков, а от мужества идти дальше без сожалений.

Тогда Цин Чэнь попросил своего учителя объяснить, что именно означает «мужество идти дальше без сожалений».

Ли Шутон только улыбнулся, не сказав ни слова.

Теперь Цин Чэнь понял, оказывается, не хватало человека, который гнался бы за ним, чтобы его убить…

…

Вскоре после того, как ушел Цин Чэнь, Ли Шутон неторопливо подошел к большой иве, заложив руки за спину.

Те трупы были съедены муравьями и превратились в белые кости, а следы крови на земле были бесследно поглощены травой и корнями.

«Вы непосредственно дали ему что-то съесть и указали подходящий момент и дорогу. Это немного нечестно, – с чувством сказал Ли Шутон. – К счастью, в этом мире нет ничего, что могло бы мгновенно дать ему силу, как в детских книжках. В противном случае, вы бы собрали это и отдали ему, не так ли?»

Никто в лесу не ответил Ли Шутону, казалось, он по-прежнему разговаривал с воздухом.

Лишь ветки большой ивы слегка раскачивались с торжествующим видом.

Ли Шутон вздохнул: «Тогда со мной так не обращались. Вы сами изо дня в день говорили о честности и справедливости, но в конце концов вы относитесь к нему по-другому, помогаете ему жульничать?»

«Но… наверное, нет ничего плохого в том, чтобы жульничать на своей территории!»

«Честно говоря, мне и в голову не могло прийти, что кто-то сможет использовать для убийства людей правило наставника, который терпеть не мог, когда ему подпевают. Это так неожиданно…»

«Но вы все тоже это видели. Он может убить столько врагов, используя правила, все еще являясь обычным человеком. Запретное место №002 впервые видит такого ученика».

Сказав это, Ли Шутон вдруг посмотрел вдаль и спросил с некоторой горделивостью: «Вам не кажется, что мое умение принимать учеников лучше вашего?»

«Нет, нет, – покачал головой Ли Шутон, – почему кажется, будто я и себя принизил? Разве это не означает, что я не так хорош, как он…»

«Ладно, не буду больше с вами болтать. Я уже нашел преемника, и вы, наверное, даже не можете предвидеть, какие изменения он внесет в наследие организации Рыцарей. В общем, это будет очень хорошо».

«Пойду дальше займусь своими делами».

На слова Ли Шутона никто не отозвался.

Все запретное место №002 – это могильник Рыцарей, а он подобен младшему, стоящему перед надгробием своих старших и болтающем о том о сем.

В следующий момент из глубины запретного места донесся свист ветра. Ли Шутон внимательно прислушался к голосу ветра, но выражение его лица изменилось: «Что значит, я не помог ему? Он сам не позволил мне помочь!»

Налетел еще один порыв ветра. Ли Шутон прислушался к голосу ветра и сердито сказал: «Что вы имеете в виду, говоря, что у него даже нет запретного предмета? Когда это запретные предметы стали стандартным снаряжением для Рыцарей? Почему я об этом не слышал и не видел, чтобы мой наставник сразу дал мне такой в самом начале! Не шумите, старшему поколению легко избаловать ребенка!»

…

Обратный отсчет 52:00:00.

8 часов вечера.

Цин Чэнь прислонился к стволу дерева, слегка запыхавшись. Всю вторую половину дня до настоящего момента он бежал, но до сих пор не увидел и тени горы.

Голодный, он порылся в кармане и нашел только плиточку шоколада, которую Цинь Ии тайком засунула ему, прежде чем они расстались.

Но не успел Цин Чэнь поесть, как что-то внезапно насторожило его, он встал и продолжил бежать на запад.

И только пробежав несколько километров, он снова сел.

Он был настолько голоден и измучен, что в его теле начали проявляться легкие симптомы коллапса.

Но всякий раз, когда он хотел остановиться, чтобы поесть, у него постоянно было ощущение опасности повсюду позади себя.

В это время молодой человек разорвал фольгу, в которую был завернут шоколад. Шоколад внутри почти весь растаял.

Он с жадностью съел его, слизав весь растаявший шоколад, прилипший к фольге.

И только когда он доел шоколад, он, наконец, почувствовал себя немного спокойнее.

Но этой еды по-прежнему было недостаточно.

Очевидно, что он съел белый фрукт, подаренный ивой, но почему казалось, что от этого фрукта вообще нет никакой пользы?

Цин Чэнь достал кинжал, соскреб кусок коры со ствола дерева, засунул ее в рот и начал усердно жевать.

Кора была очень невкусной. Местами мягкая, а местами настолько твердая, что ее было трудно проглотить, оставалось только выплюнуть.

В следующий момент Цин Чэнь, казалось, что-то заметил, и, мысленно выругавшись, встал и продолжил бежать, спасая свою жизнь.

Вскоре после этого бесшумно появился Цао Вэй с вещевым мешком на спине. Он посмотрел на фольгу на земле и выплюнутую кору.

Уголки рта Цао Вэя слегка приподнялись: я нашел тебя.

В темноте ночи глаза Цао Вэя особенно волшебные. Это мощная сенсорная способность, подаренная ему генным препаратом.

Существует много типов генных препаратов. Каждый из них улучшает физическое состояние, но только основное. Например, генный препарат FDE, введенный Лю Дэчжу, может повысить силу ног, а инъекция Цао Вэя может улучшить органы чувств.

Улучшается зрение, слух, обоняние и вкус.

Поэтому он мог постоянно находить следы Цин Чэня в этом бескрайнем запретном месте.

Как раз в тот момент, когда он собирался продолжить преследование, Цао Вэй обнаружил, что со ствола дерева был содран слой коры, и на этом месте вырезано маленькое слово.

«Схватить?»

Цао Вэй поднял голову и осмотрелся вокруг. Вскоре он нашел еще один ствол дерева с содранной корой, на котором было вырезано еще одно маленькое слово: Цао.

Он недоуменно произнес: «Цао схватить?»

Звучит неправильно.

Как раз в тот момент, когда он собирался прочитать эти слова в другом порядке, он зажал рот.

(п.п. – если переставить слова, то получится «Схватить Цао» (Цао – его фамилия), на китайском звучит как «wòcáo», что созвучно китайскому матерному «wǒcào»)

Цао Вэй усмехнулся. Он знал гораздо больше правил, чем предполагал его противник.

Для этой поездки он специально отправился на черный рынок и купил два новых правила запретного места №002: нельзя убивать людей и нельзя ругаться матом.

В сердце Цао Вэя закрались сомнения. Даже в этот момент этот молодой человек все еще пытался убить его с помощью правил.

Противник, очевидно, уже должен быть на грани. Но даже когда ему приходится жевать кору деревьев, он все еще может держать себя в руках?

Это действительно обычный человек?

Глава 153. Охота!

(Перевод: Ориана)

Цао Вэй преследовал Цин Чэня почти 8 часов.

Он гнался за ним с полудня до самого вечера, но только во второй половине дня обнаружил следы противника. В результате каждый раз, когда он находил путеводную нить к этому парню, тот использовал всевозможные особенности местности, чтобы эту нить оборвать.

Густые заросли мимозы, ручьи с кристально чистой водой, опасные растения.

Этот молодой человек, казалось, всегда мог находить что-то странное. Все, что находилось на краю этого запретного места, казалось, было запечатлено в его сознании.

Но теперь он не сможет сбежать.

Цао Вэй поднял кору, которую выплюнул парень, и облизанную фольгу, поднес к носу и осторожно понюхал.

Следуя за запахом, Цао Вэй продолжил погоню, мысленно уже одержав победу.

Он сделал четыре генных инъекции и вот уже несколько лет как застрял на уровне C.

Его скорость и сила определенно несопоставимы с тем мальчишкой.

Как только это задание будет выполнено, четвертая ветвь семьи Цин даст ему генную инъекцию, позволяющую подняться до уровня B.

У молодого человека, вероятно, больше нет правил, которыми можно было бы воспользоваться. На самом деле условия использования правил очень строгие. К примеру, то, как ему не удалось обманом заставить прочитать слова, вырезанные на стволе дерева.

Цао Вэй в темноте продолжал идти по запаху.

Уникальный человеческий запах, оставшийся в воздухе, был подобен натянутой нити, ведущей его в нужном направлении.

Цао Вэй только чувствовал, что становится все ближе и ближе к своей цели. Благодаря мощному слуху он мог даже уловить звук шагов бегущего противника и его напряженное дыхание.

Его добыча явно задыхалась и очень устала.

Это самый любимый звук волчьей стаи.

Расстояние между ними быстро сокращалось. Цао Вэй больше не мог дать противнику шанс расставить ловушки.

Он уже видел спину молодого человека.

200 метров.

100 метров.

50 метров.

Однако в этот момент Цао Вэй услышал под ногами какой-то щелчок.

Он тут же застыл на месте.

Противопехотная мина-ловушка направленного действия.

Цао Вэй был солдатом более десяти лет, и этот четкий звук активации устройства был ему очень хорошо знаком.

Ему даже не нужно было наклонять голову, чтобы узнать, какого типа была мина.

Это мина из числа тех, что они сами принесли с собой!

41 из них они использовали на минном поле, а остальные 9 остались у 1-го взвода, но неожиданно попали в руки этого молодого человека.

Когда Цао Вэй добрался до большой ивы, он заметил, что под деревом разбросана одежда и снаряжение солдат, а их тела уже давно были полностью обглоданы муравьями.

Он не мог этого понять. Разве все это снаряжение не осталось возле большой ивы? Как мог этот молодой человек осмелиться подойти и поднять его?!

Более того, он не знал, когда этот парень установил здесь мину.

Стоп, Цао Вэй догадался. Похоже, что противник намеренно выплюнул кору и выбросил фольгу, потому что обнаружил, что у него острое обоняние, поэтому он хотел заставить его следовать за этой «ниточкой» запаха и наступить на эту мину!

У Цао Вэя не было времени слишком много раздумывать. Стоя на мине и не двигаясь с места, он снял вещевой мешок со спины и достал из него ручной арбалет тонкой работы.

Он облегченно вздохнул.

С резким звуком, словно раскат грома, арбалетный болт длиной с полруки сорвался в воздух. Молодой человек, бежавший впереди, услышал звук и хотел увернуться, но было слишком поздно.

На глазах Цао Вэя болт задел внешнюю часть бедра противника, и на его ноге открылась кровавая рана.

Молодой человек споткнулся и покатился по земле, но тут же снова встал и, прихрамывая, продолжил убегать.

Цао Вэй почувствовал запах крови, внезапно наполнивший воздух. Теперь парень не сможет уйти от его преследования.

Он больше не смотрел на спину молодого человека.

«Цао Вэй вызывает командира», – Цао Вэй воспользовался каналом внутренней связи, чтобы обратиться за помощью.

Цин Хуай: «Брат Цао Вэй? Ты столкнулся с какими-нибудь трудностями?»

«Да, я наступил на мину, мне нужен сапер, чтобы обезвредить ее», – сказал Цао Вэй.

Цин Хуай: «Мы примерно в 20 километрах от тебя, подожди, пока мы придем!»

Однако в этот момент Цао Вэй вдруг снова почувствовал приближающийся запах крови... Молодой человек неожиданно бежал назад. Может быть, он приготовил какое-то смертоносное оружие?

Если у него есть при себе граната, и он бросит ее ему под ноги в то время, когда он не может двинуться с места, то он точно умрет!

Цао Вэй усмехнулся, вытащил кинжал и не спеша разрезал кожу своих сапог. После того, как кинжал разрезал сапог посередине, Цао Вэй прижал его руками.

В фильмах часто показывают, как спецназовцы передвигают камни, чтобы придавить мину, чтобы человек, наступивший на мину, мог спокойно уйти.

Но на самом деле эти механизмы обладают чрезвычайно высокой силой отскока. Если приложенное давление будет ниже 80 килограммов, они тут же взорвутся.

В полевых условиях рядом с миной непросто найти камни весом более 80 килограммов.

К тому же, вокруг места установки мины, выбранного молодым человеком, не было ни одного камня! Он заранее предусмотрительно убрал все камни!

Цао Вэй снял другой сапог и положил поперек на мину. Он хотел использовать прочную кожу сапог, чтобы заблокировать разлетающиеся при взрыве стальные шарики.

А затем медленно прикрыл ее своим пуленепробиваемым тактическим рюкзаком.

Только в этот момент Цао Вэй наконец почувствовал облегчение.

Он знал, что ему с трудом придется противостоять мине, но мощность противопехотных мин невелика, и если стальные шарики не вонзятся прямо в тело, мастер уровня С вообще не погибнет.

На самом деле в прошлом существовал более надежный способ. Чтобы бороться с такого рода противопехотными минами, военная промышленность давно вложила средства в разработку суперклея PVR.

Если наступишь на мину, нужно только капнуть клей в щель в устройстве, подождать 2 минуты, и клей прочно зафиксирует весь спусковой механизм мины.

Мина становится бесполезной.

Цао Вэй глубоко вздохнул. Он лег животом на землю, надавливая локтями на мину и крепко защищая грудь руками.

В следующий момент он слегка приподнял свое тело. С грохотом Цао Вэя подбросило вверх, но стальные шарики противопехотной мины не пробили принятые им защитные меры.

Цао Вэй закашлялся, его рот наполнился неповторимым сладковатым привкусом. Из-за разрушительной силы взрыва у него началось кровотечение внутренних органов.

Кровь заливала ему рот. Этот прославленный безжалостный человек Второй армии проглотил всю кровь обратно одним глотком.

Он поднялся, подобрал с земли арбалет и медленно побежал, следуя за запахом крови в воздухе.

Но запах крови, который изначально был близко, неожиданно снова отдалялся.

Цао Вэй понял, что у противника, вероятно, не было с собой никакого смертоносного оружия, он просто хотел использовать психологическую тактику, чтобы заставить его двигаться!

Глава 154. Взберись на гору

(Перевод: Ориана)

Обратный отсчет 48:00:00.

Цин Чэнь поднял глаза на 600-метровую скалу перед собой.

Учитель как-то сказал: «600 – это совсем небольшое число, но когда ты стоишь перед отвесным утесом Циншань, только тогда ты понимаешь, что означает 600 метров для скалолаза».

222-этажный дом.

Башня Уиллиса в Чикаго.

Телерадиомачта KVLY-TV в Северной Дакоте.

Центральная башня Хайчэна.

Он поднял голову и молча смотрел наверх.

От его памяти здесь мало проку.

Поскольку он никогда раньше не видел весь утес целиком, он не мог использовать свою суперпамять для анализа маршрута восхождения.

Недаром учитель сказал, что если хочешь подняться на эту гору, нужно иметь мужество идти дальше без сожалений.

Это самый длинный путь на небеса из всех кратчайших путей в мире. Один лишь взгляд на него наполняет чувством безграничной гордости.

Однако опасность также идет здесь рука об руку.

У Цин Чэня не было страховочного троса. Рыцари не могут использовать страховочный трос, когда проходят испытание жизни и смерти. Так что, если он упадет с неба, единственным исходом будет смерть.

В этот момент Цин Чэнь горько улыбнулся и опустил взгляд на свое правое бедро. Он перевязал его веревкой, но кровь все еще сочилась из раны.

Чувство голода обжигало его изнутри, будто внутри у него бушевал огонь.

Молодой человек размышлял, не разыграл ли его учитель? В таком состоянии ему, вероятно, было бы сложно подняться и на 20 метров, а теперь ему предстоит подняться на 600?!

Однако Цин Чэнь никогда не оглянется назад.

Однажды Цин Чэнь отжимался в тюрьме № 18. Когда он устал так, что больше не мог поднять свое тело, мама Е сказал ему: «Представь, что ты толкаешь Землю».

Однажды, когда Цин Чэнь спросил Ли Шутона, как называется это испытание жизни и смерти, Ли Шутон ответил: закон притяжения.

Потому что, будучи крохотным человеческим существом, он словно хочет освободиться от земного притяжения, чтобы приблизиться к небу.

Взбирайся, обратного пути нет.

Цин Чэнь, прихрамывая, приблизился к этой каменной стене, но тут он внезапно увидел строчку мелких букв, вырезанных у подножия утеса: вечны только вера, солнце и луна.

Цин Чэнь резко поднял голову и внезапно увидел, словно линии на ладони «великана», белые отпечатки, один за другим просачивающиеся на каменной стене.

Это следы магнезии, оставшиеся на скале от ладоней Рыцарей-предшественников. Словно лестница, ведущая прямо на небеса.

Ему уже не нужно ничего помнить, ему нужно лишь идти по «следам» своих предшественников.

В какой-то момент он подумал о добром голосе среди ветра рядом с большой ивой, а затем посмотрел на белые отметины перед собой. Как будто те старики из разных эпох улыбались и говорили ему:

Взберись наверх, взберись на гору, понаблюдай за снегопадом и следуй за мечтой.

Пройди путь, который прошли мы, и стань новым Рыцарем.

К глазам Цин Чэня подступили слезы.

Цин Чэнь даже не знал, с какого момента в своей жизни он начал полагаться только на себя.

Когда у него не было денег на еду, он научился терпеть голод.

Когда у него не было денег на оплату обучения, ему приходилось самому зарабатывать их.

Когда весь класс приходил на родительское собрание, он был единственным, кто сидел в классе один.

Однажды он действительно не смог собрать денег на оплату обучения, поэтому ему оставалось только пойти к своей бабушке, маминой маме, и попросить ее помочь.

В итоге бабушка холодно спросила его, почему он не пошел к своему отцу?

Позже Цин Чэнь почувствовал, что все это не имеет значения, ведь было много людей, которые страдали больше, чем он.

Так он научился быть сильным.

Однако, после того, как он попал во внутренний мир, он обрел учителя в лице Ли Шутона. А когда он пришел в запретное место, казалось, что весь мир помогает ему.

Это чувство было настолько прекрасным, что казалось нереальным.

Оказывается, иногда он может позволить себе быть не таким сильным.

Неудивительно, что Ли Шутон сказал, что первый уровень генного замка он должен открыть здесь.

Дело не в том, что в этом мире есть только один неприступный утес, а в том, что здесь путь, пройденный Рыцарями.

Цин Чэнь улыбнулся.

«Дыши».

По обеим сторонам его щек внезапно расцвели огненные узоры, похожие на утренние облака, окрашенные восходящим солнцем.

Молодой человек достал из кармана пакетик с магнезией, который дал ему Ли Шутон, и привязал его к поясу.

Он протянул руку, ухватился за расщелину в скале и начал карабкаться вверх по «ладони великана».

Но потом он вдруг почувствовал, что что-то не так.

В тот момент, когда он начал дышать, используя дыхательную технику, из области живота по всему его телу внезапно разлился теплый поток. Он был подобен стремительной теплой реке, текущей по его кровеносным сосудам и просачивающейся в мышцы и кости.

Рана на бедре больше не болит, и кровотечение остановилось.

Голод ушел, а энергии, наоборот, стало несравнимо много.

Цин Чэнь понял, что это действие белого фрукта, и для достижения эффекта его необходимо сочетать с дыхательной техникой.

Эти старики действительно помогли ему.

«Спасибо», – Цин Чэнь продолжил карабкаться вверх.

10 метров.

20 метров.

40 метров.

Цин Чэнь увидел, как кто-то вырезал на скале маленькие буквы: Го Ци остановился.

Это наиболее подходящее место, чтобы закрепиться в трех точках. Старший по имени Го Ци остановился здесь отдохнуть, высвободил руку и вырезал здесь свое имя.

Он понимающе улыбнулся, словно прощаясь со старшим, и продолжил восхождение.

62 метра, Чжоу Пэн остановился.

83 метра, Чжао Юнъи остановился.

(п.п. – выбор имен не случаен, эти трое и другие в следующей главе были китайскими героями-пожарными в свое время, чем не рыцари?)

Цин Чэнь никогда еще не взбирался на такую высокую скалу, но он был не одинок.

Снова и снова он видел надписи, оставленные старшими, и прощался с каждым из них, неустанно двигаясь вперед.

Белый фрукт, подобно маленькому реактору, снабжал его неиссякаемым потоком энергии, даже снимая усталость в мышцах.

Однако в этот момент Цао Вэй, следуя за запахом крови, подошел к подножию утеса. Он посмотрел на скалу и оцепенел. До этого момента он не понимал, почему молодой человек продолжал бежать на запад.

Оказывается, его пункт назначения был именно здесь.

Утес Циншань!

Немногие знают об утесе Циншань, но Цао Вэй – один из них, он хорошо подготовился к заданию.

Он знал, что именно здесь начиналась мечта Рыцарей.

Но он никогда не предполагал, что увидит это собственными глазами.

Цао Вэя переполняли крайне сложные эмоции. Когда-то давным-давно он тоже хотел стать Рыцарем.

Люди во внешнем мире теперь знают, что Ли Шутон обладает самым лучшим наследием в мире. Как могли аборигены внутреннего мира этого не знать?

И для многих людей во внутреннем мире это не только наследие, но и своего рода мечта и надежда.

Цао Вэй долго молчал. Наконец он поднял арбалет, направил в сторону утеса и нажал на спусковой крючок.

Он уже принадлежал миру взрослых и не мог больше позволить себе такую мечту.

С резким звуком арбалетный болт пролетел более 100 метров и вонзился рядом с левой рукой Цин Чэня.

Цин Чэнь был застигнут врасплох. Он не ожидал, что дальнобойность этого арбалета будет такой большой.

Цао Вэй неторопливо перезарядил арбалет. В эту эпоху мало кто пользуется арбалетами. Это скорее произведение искусства, а не оружие.

Он также приложил немало усилий, чтобы найти эту вещь, только потому, что в запретном месте №002 есть правило, запрещающее применять огнестрел, но не другое стрелковое оружие.

Второй арбалетный болт был направлен в ноги Цин Чэня. Промах.

Третий арбалетный болт был направлен в левую руку Цин Чэня. Промах.

В этом и есть недостаток ручных арбалетов. Как правило, эффективная дальность стрельбы такого арбалета составляет всего 60 метров. Попадет ли он в цель за пределами 60 метров, полностью зависит от удачи.

Скорость ветра, отдача – слишком много факторов, влияющих на выстрел.

Человека, который может попасть в цель из ручного арбалета с расстояния 100 метров, можно назвать богом.

Кроме того, он стрелял под углом вверх, так что даже если бы он попал в молодого человека, это не нанесло бы серьезной травмы.

Но Цао Вэя это не волновало.

Он знал, насколько опасно взбираться на такой крутой утес, и все, что ему нужно было сделать, это всего лишь отвлечь противника.

И как только молодой человек отвлечется, он, естественно, упадет со скалы.

Это действительно так. Молодой человек перестал карабкаться. Цао Вэй почувствовал страх в сердце противника.

Когда находишься на отвесной скале, если не будешь осторожен, то ты обречен. А когда кто-то еще и целится в тебя из арбалета, никто не сможет оставаться спокойным.

Однако, когда Цао Вэй выстрелил в пятый раз, он вдруг увидел, что фигура молодого человека обрела устойчивость.

В следующий момент он закрепился на скале на трех точках, затем правой рукой достал кинжал из-за пояса и вырезал на опасной каменной стене три слова:

Цин Чэнь остановился.

И только закончив вырезать, молодой человек снова продолжил свое восхождение.

Он даже не оглянулся на Цао Вэя.

Цао Вэй тупо смотрел на эту сцену, чувствуя молчаливую, но снисходительную насмешку со стороны противника.

Это тот человек, которого выбрали Рыцари?

Может ли Рыцарем стать только такой человек?

Внезапно Цао Вэя вырвало кровью.

К счастью, это не запустило никакое правило.

Глава 155. И следуй за мечтой

(Перевод: Ориана)

Обратный отсчет 44:00:00.

Запретное место №002.

На вершине горы, в более чем тысяче метрах от утеса Циншань.

«Я действительно скучаю по этому, – вздохнул Ли Шутон в темноте ночи. – Если подумать, в последний раз я поднимался на утес Циншань тридцать лет назад. В то время мы с моим старшим братом с нетерпением хотели посмотреть, чья надпись будет выше».

Традиция рыцарей состоит в том, чтобы, взбираясь на утес Циншань, вырезать свои имена, когда, впервые выбившись из сил, остановишься отдохнуть.

В результате старший брат оставил свое имя на высоте 212 метров, а Ли Шутон – на 367 метрах.

Впоследствии, он похвастался перед старшим братом, но тот его избил.

В то время он еще не был ни признанным полубогом, ни уважаемым всеми лидером Рыцарей. Он был всего лишь мальчишкой, который только-только научился брить волосы на лице.

В то время у него все еще было стремление двигаться вперед, не боясь трудностей, и мужество идти дальше без сожалений.

На этот раз Ли Шутон не рассказал Цин Чэню о традиции Рыцарей, просто чтобы посмотреть, где его ученик вырежет свое имя.

Только его удивило, что имя Цин Чэня было невысоко, всего лишь выше ста метров.

Однако Ли Шутон подумал, что вырезать имя именно в этот момент было разумнее всего.

«Ученик, которого я принял, хорош, да? – похвастался Ли Шутон, повернувшись в сторону. – Он не изменился в лице перед арбалетными стрелами и вырезал надпись, выразив свое молчаливое презрение. Если бы время можно было повернуть вспять, я бы тоже хотел сделать так же. Одна мысль об этом будоражит».

Рядом с ним тихо стоял шестиметровый циншаньский сокол.

Перья циншаньского сокола были размером с ножи, а его прочные и мощные когти вцепились в горную породу. Приложи он небольшое усилие, и камень раскрошится, как тофу.

Но в этот момент циншаньский сокол искоса посмотрел на Ли Шутона. Его взгляд был таким выразительным, как будто он свысока смотрел на хвастовство этого человека: Так это твой ученик потрясающий, а не ты.

Ли Шутон рассмеялся: «Почему ты все еще не согласен? Это говорит о том, как я хорошо умею искать учеников! Не смотри, что я редко беру учеников, я руководствуюсь принципом «лучше меньше, да лучше». Это моя ответственность как лидера Рыцарей!»

Циншаньский сокол закатил глаза: Сейчас не время гонять тебя по всей горе.

«Настоящий герой не хвастается своими прошлыми победами, – сказал Ли Шутон. – Давай попробуем сразиться сейчас? Я тебя так побью, что все перья вылетят!»

Циншаньский сокол переместил свое огромное тело: Я не буду спорить с таким неразумным, как ты.

Ли Шутон радостно перевел взгляд обратно на Цин Чэня и увидел, как молодой человек карабкается вверх, словно геккон, становясь все более умелым, все более решительным.

С самого начала существования Рыцарской организации самым важным при приеме новых членов были не способности, а характер.

А если судить о характере этого молодого человека, Цин Чэня, Ли Шутон считал, что его можно причислить к тройке лучших.

«Учитель, посмотрите, я действительно нашел нам, Рыцарям, очень хорошего преемника», – взволнованно сказал Ли Шутон.

Потом он встал и направился к горной дороге позади себя, собираясь спуститься с горы.

Циншаньский сокол дважды проклекотал: Разве ты не хочешь досмотреть? Он взобрался только наполовину.

Ли Шутон, не оборачиваясь, махнул рукой и с улыбкой сказал: «У Рыцарей есть старая поговорка: в путешествии длиной в тысячу ли я буду сопровождать его лишь часть пути, после этого, ни в снежную бурю, ни в солнечный день, я больше не буду вмешиваться».

…

Налетевший порыв горного ветра задрал одежду Цин Чэня.

Пальцы молодого человека крепко уцепились за расщелины в скале. Он обернулся и взглянул на пейзаж позади себя. Все запретное место полностью было перед его глазами.

Небо из иссиня-черного уже стало серым. Вдалеке возвышалось гигантское дерево. Его крона, простирающаяся на несколько километров, была такой впечатляющей, как будто кто-то шепотом рассказывал вступительный стих какого-то мифа.

Цин Чэнь продолжал карабкаться вверх, а чудесный белый фрукт из запретного места продолжал восстанавливать его тело.

267 метров, Цзян Фэйфэй остановился.

312 метров, Ли Линхун остановился.

321 метр, Ян Дава остановился.

367 метров, Ли Шутон остановился.

Цин Чэнь шел по белым «следам», оставленным его предшественниками на утесе.

Вот так по-своему приветствуя его, они поднимались вместе с ним, один за другим.

Только, чем выше он поднимался, тем меньше встречалось имен.

Когда Цин Чэнь достиг этой точки, он уже чувствовал, как теплый поток от белого фрукта постепенно исчезает.

Он чувствовал, что его физические силы быстро истощаются, а чувство усталости постоянно подавляло его волю.

Но в следующий момент…

411 метров, Цинь Шэн остановился.

Цин Чэнь вспомнил, что это был лидер Рыцарей старшего поколения, который впервые использовал технику дыхания.

Внезапно он, казалось, что-то понял.

Все эти Рыцари-предшественники оставляли эти слова, прежде чем отправиться навстречу самому опасному этапу.

Старшие доходили до этого места, останавливались отдохнуть, а затем вырезали свои имена.

Когда их преемники чувствовали, что исчерпали свои силы, имена, выгравированные предшественниками, поддерживали их, вдохновляя двигаться дальше.

Цин Чэнь поджал губы и продолжил карабкаться вверх.

489 метров, Ян Сяоцзинь остановилась.

Цин Чэнь взглянул на эти маленькие, имеющие большое значение буквы, затем стиснул зубы и снова двинулся дальше.

В мышцах появилась дрожь, в сознании эхом отдавалась яростная борьба из последних сил.

Он так сжал зубы, что чуть не разгрыз их, но так и не прекратил подниматься вверх.

Как раз тогда, когда он думал, что вверху больше не будет имен…

599 метров, Жэнь Сяосу остановился.

…

Цин Чэнь внезапно поднял глаза кверху. Вот уже и конец утеса.

Но в следующий момент Цин Чэнь оцепенел. Потому что в конце отвесной скалы был выступающий край.

Негде зацепиться.

Это не вертикальная скала. Иначе говоря, 599 метров были действительно вертикальными, но здесь все по-другому.

Ли Шутон никогда не упоминал об этом раньше.

Если хочешь дойти до конца, нужно рывком запрыгнуть на вершину этой горы.

Здесь нет пути. Перед глазами больше нет белых «следов».

Теплый поток белого фрукта наконец рассеялся.

Старшие сопровождали его 599 метров, но последний метр – это собственный путь Цин Чэня.

Обратный отсчет 42:20:00.

5:40 утра.

Из облаков позади него лился золотистый свет. Облака плыли быстро, сливаясь в безбрежное море.

Цин Чэнь цеплялся за расщелину на вершине утеса, и поскольку он колебался слишком долго, его пальцы начали слегка дрожать.

Он вспомнил момент, когда на его руке впервые появился обратный отсчет.

Вспомнил одиночество в маленькой темной комнате. Вспомнил, как изо всех сил бросил камень на горе Лаоцзюнь.

В этот момент…

Цин Чэнь увидел, что рядом с именем Жэнь Сяосу была строка мелких букв: Жизнь должна быть подобна горящей свече, всегда яркой от начала до конца.

Цин Чэнь закрыл глаза.

Да, даже если это последняя секунда в жизни, она должна быть яркой! Он открыл глаза и резко прыгнул вверх изо всех сил.

Прошлая жизнь.

И будущая.

Переплелись!

И зазвучали вместе, как соната!

Это жизненный путь, который он выбрал сам.

Самый длинный путь из всех кратчайших путей в мире.

Так как это твой собственный выбор, не оглядывайся назад!

Оставшаяся жизнь?

Есть путь вперед!

Он будто впервые научился летать.

Видно было, как он изо всех сил пытается вытянуть свое тело в небе, и в следующее мгновение крепкая ладонь молодого человека уцепилась за край утеса!

Цин Чэнь улыбнулся. Его улыбка была такой счастливой.

Он услышал треск, исходящий из его тела. Его кости начали потрескивать. Утраченная физическая сила непрерывно возвращалась, сила, которой у него никогда раньше не было, бурлила, словно море!

Юноша ощутил в себе совершенно иную силу, совершенно иной мир и совершенно иную жизнь!

Он повис на краю утеса на одной руке и оглянулся, за его спиной только что взошло солнце!

Величественное гигантское дерево встречало лучи красного света, как будто приветствовало новую жизнь!

Цин Чэнь молча наблюдал за всем этим. Когда он был в лесу запретного места, он мог видеть только кроны деревьев, закрывавшие небо.

Но отсюда густые и аккуратные кроны деревьев выглядели бескрайней равниной.

Цин Чэнь опустил голову и посмотрел на Цао Вэя, который все еще наблюдал за ним снизу.

Их разделяло расстояние более 600 метров, и стоящая внизу фигура Цао Вэя внезапно показалась ему такой крохотной. Молодой человек спокойно сделал жест перерезания горла, затем повернулся и запрыгнул на скалу.

Глава 156. Смена ролей

(Перевод: Ориана)

Внизу, под скалой, Цао Вэй наблюдал, как молодой человек запрыгнул на вершину утеса и исчез.

Он чувствовал, что любой, кто стал бы свидетелем восхождения молодого человека, несомненно почувствовал бы восхищение в своем сердце.

Даже он, его враг, мог только восхищаться им.

Без лишних эмоций Цао Вэй развернулся и побежал в лес. Он не собирался возвращаться к Цин Хуаю, а вместо этого собирался непосредственно сбежать из запретного места № 002.

Если он не сбежит вовремя, он может погибнуть вместе с остальными.

Цао Вэй знал, что он уже не сможет вернуться в Федерацию. Независимо от того, умрет ли Цин Хуай на этот раз или нет, он не сможет вернуться.

Но даже быть дикарем в пустоши лучше, чем мертвецом.

Просто... убегая, он вдруг вспомнил, что произошло только что, и почувствовал небольшое разочарование.

Он наблюдал, как молодой человек поднимался в ночь, в небо.

После, хотя его зрение было улучшено с помощью генного препарата, он больше не мог видеть его отчетливо.

Цао Вэй все ждал, пока он упадет, но в тот момент, когда взошло солнце, он увидел, что этот человек висит на вершине утеса, уцепившись одной рукой.

В этот самый момент, даже если Цао Вэй ясно понимал, что молодой человек может и не станет ему равным противником после того, как преуспеет в своем испытании, он все равно утратил мужество сражаться с ним.

Это была его несбыточная мечта, но кто-то осуществил ее у него на глазах.

…

На вершине утеса Циншань Цин Чэнь молча смотрел перед собой.

Он уже представлял, что пейзаж на вершине утеса будет прекрасным, просто потрясающим, но он не ожидал, что наиболее поразительными будут слова, вырезанные здесь.

В каждой строке было написано «Вечны только вера, солнце и луна».

И за каждой из этих фраз следовали разные имена.

Чжан Цинси, Ли Инъюнь, Жэнь Сяосу, Ян Сяоцзинь, Чжао Юнъи, Ли Шутон, Чэнь Цзячжан, Ван Сяоцзю…

Цин Чэнь сосчитал. На вершине утеса было высечено 81 имя. Каждое из них принадлежало его предшественникам.

Вот только на самом утесе он видел 123 имени.

Означает ли это, что 42 человека, навсегда покинули этот мир, бросив вызов этому утесу? Или были еще старшие, которые упали во время прохождения этого испытания жизни и смерти, не успев оставить здесь свои имена?

Цин Чэнь молчал.

В течение тысячи с лишним лет более сотни человек один за другим приходили сюда, чтобы отдать свою жизнь ради осуществления своей мечты.

Будь то Цинь Шэн, создавший свою технику дыхания, или старшие, оставившие «следы» магнезии на скале, все они неустанно продолжали прокладывать этот путь на небеса для своих преемников.

Цин Чэнь просматривал эти фразу одну за другой и увидел, что вверху над всеми этими словами кто-то вырезал два слова большими буквами, но не оставил имени.

«Вечно молодой».

Только эти два слова полностью отличались от остальных, но, казалось, обладали своеобразной и удивительной магической силой.

Вечно молодой.

Всегда искренний.

Вечно юный, всегда горит желанием отправиться в новое путешествие.

Эти два слова – своего рода надежда. Тот человек надеялся, что каждый преемник Рыцарей сможет вести процветающую и насыщенную жизнь, никогда не оглядываясь назад.

В жизни молодого человека нет нужды оглядываться назад, нужно лишь мужество идти дальше без сожалений.

Цин Чэнь глубоко вздохнул, наконец достал кинжал из-за пояса и вырезал на краю утеса свои собственные слова: «Вечны только вера, солнце и луна... Цин Чэнь».

Возможно, только в этот момент он по-настоящему стал одним из Рыцарей.

Для того, чтобы стать Рыцарем, нужно не просто обладать достаточной силой. Нужно обязательно пройти этот путь и найти друзей-единомышленников, которые также обладают несокрушимой верой и непоколебимой волей, только тогда можно называться Рыцарем.

Цин Чэнь ощущал, как в его теле разливается сила новой жизни, и как тут же вслед за этим изменяется его тело, кости, кровь и гены.

Более того, в этот момент он внезапно обнаружил, что после открытия генного замка энергия в его теле на этот раз увеличилась более чем вдвое.

Раньше не было очевидно, потому что энергия росла вместе с силой, но когда прилив силы постепенно прекратился, энергия осела в мышцах его рук.

Горный ветер сдувал опавшие листья из дальнего леса в сторону утеса. Десятки листьев проносились мимо Цин Чэня навстречу утреннему солнцу.

Молодой человек протянул руку, поймал один из них и инстинктивно влил свою энергию в опавший лист.

Энергия потекла от его пальцев вдоль жилок листа, заполняя каждый уголок.

Внезапно первоначально скрученный опавший лист неожиданно стал прямым, сложно лезвие ножа.

Цин Чэнь спокойно смотрел на опавший лист в своей руке. Неужели это и есть та самая жизнь за гранью обыденности?

Наконец-то он достиг этого.

Что ему теперь делать? Цин Чэнь задумался.

Верно, пришло время кое-кого убить.

Если он не убьет его, враг скоро сбежит.

С этими мыслями молодой человек развернулся и направился к лесу за утесом.

…

Обратный отсчет 36:00:00.

Среди запретного места Цао Вэй, спотыкаясь, бешено мчался на север.

Он строго следовал намеченному маршруту и каждые десять минут проверял свое местоположение.

Но по расчетам Цао Вэя, он должен был выбраться за границу запретного места и вернуться в пустошь за его пределами через пять часов.

А сейчас прошло уже более шести часов, но увидеть границу запретного места ему так и не удалось!

Он здесь в ловушке.

Он заперт здесь, в запретном месте.

Цао Вэй был совершенно уверен, что его метод определения направления был абсолютно правильным. То, что все пошло не так, должно быть связано с запретным местом.

Если быть точным, дело не в том, что с запретным местом что-то не так, а в том, что это запретное место, казавшееся живым, не хотело, чтобы он уходил.

Это ужасное и огромное существование хотело оставить его тому молодому человеку.

В определенный момент Цао Вэй даже заподозрил, что молодой человек не спеша следует за ним, но сколько бы он ни оглядывался и ни прислушивался, он так и не смог найти никаких следов противника.

Поскольку он продолжал бежать вперед, было трудно уловить запах позади него.

Цао Вэй резко остановился, потом с серьезным выражением лица оглянулся и посмотрел назад.

Не было ни звука шагов, ни даже тени молодого человека.

Но он явно чувствовал, что за ним кто-то следит. Неужели это призрак?!

В этот момент порыв ветра донес знакомый запах крови. Цао Вэй был потрясен. Молодой человек действительно его догнал!

Он прятался с наветренной стороны, скрываясь в тени.

Роли добычи и охотника уже поменялись.

Цао Вэй развернулся и продолжил бежать, спасая свою жизнь, но он так и не смог избавиться от ощущения, что за ним следят.

Он снова остановился.

«Разве ты не пришел убить меня? – запыхавшись, сказал Цао Вэй. – Теперь, когда ты стал Рыцарем и обладаешь силой, почему ты все еще такой боязливый? Это стиль Рыцарей?»

Он жаждал боя.

Взрывная сила противопехотной мины уже повредила внутренние органы Цао Вэя. Если бы он смог вовремя восстановиться, то с ним было бы все в порядке, благодаря сильному телосложению мастера уровня C.

Но теперь, когда он измотан, травма не только не будет заживать, но и будет продолжать усугубляться. Именно этого и хочет молодой человек.

Кто бы мог подумать, что так будет.

До этого Цао Вэй использовал тактику охоты волчьей стаи, чтобы загнать этого молодого человека.

Но он не ожидал, что после смены ролей его противник будет использовать точно такую же тактику.

Как он сам однажды сказал, волки очень осторожные животные, они не хотят, чтобы их легко ранили во время охоты, и они не хотят давать своей жертве ни малейшего шанса побороться за свою жизнь.

Глава 157. Разящий опавший лист

(Перевод: Ориана)

«Теперь я превратился в загнанного оленя?» – горько усмехнулся про себя Цао Вэй.

Но еще больше его поразило, что даже его острый слух не мог уловить звук шагов Цин Чэня.

Это лишило его возможности обнаружить позицию противника. Даже если бы он захотел отчаянно сопротивляться, он не мог найти цель.

Запыхавшийся, Цао Вэй вдруг расхотел убегать.

Он крикнул лесу: «Раз ты не осмеливаешься выйти, тогда я больше не буду убегать. Давай просто останемся здесь».

С этими словами, он по-свойски уселся и тут же на месте начал приводить в порядок дыхание.

Цао Вэй делал ставку на то, что этот человек не позволит ему, мастеру уровня C, спокойно восстановить свои физические силы и залечить травмы!

Он бесшумно свесил по бокам обе руки и слегка зарыл их в землю. Если в этот момент парень выйдет убить его, он предпримет отчаянную контратаку.

Но как только Цао Вэй сел, из леса внезапно послышался свист острого предмета.

Он резко упал навзничь, а острый предмет, вращаясь в воздухе и жужжа, пролетел мимо, едва не зацепив кончик его носа, и вонзился в землю позади него.

Цао Вэй оглянулся и увидел похожий на лезвие ножа лист, на треть ушедший в землю.

Его сердце дрогнуло. Разящий опавший лист!

Разящий лист Рыцаря!

Однако проблема в том, что только Рыцари, достигшие уровня B, впервые могут использовать Разящий опавший лист. Как этот парень, только что ставший Рыцарем, может им пользоваться?!

Может быть, Рыцарь, который его сейчас преследует, уже не тот молодой человек, а Рыцарь, который известен уже давно?

Чэнь Цзячжан, Ван Сяоцзю, Ли Шутон?!

Да нет, если бы это действительно был кто-то из этих троих, зачем бы он стал тратить на него время?

Цао Вэй внезапно осознал, что это монстр, который мог использовать Разящий лист сразу после того, как стал Рыцарем!

Но не успел он это обдумать, как в воздухе просвистел еще один Разящий лист. Он поспешно откатился в сторону.

Если бы он вовремя не уклонился, чего доброго, его кишки были бы уже распороты.

Стиснув зубы, Цао Вэй встал и бросился в лес. У противника есть способность отнимать жизнь на расстоянии, поэтому он не мог продолжать восстанавливать силы на месте.

Противник оказался более трудным, чем он предполагал!

Обратный отсчет 33:00:00.

В лесу продолжалась безмолвная охота. Казалось, никто не знал о том, что здесь происходило, и никому не было до этого дела.

В наступившей тишине чувство подавленности становилось все сильнее и сильнее, словно ощутимая угроза нависла над спиной Цао Вэя.

Но этот охотник оказался более терпеливым, чем ожидал Цао Вэй.

Сколько бы его не рвало кровью, каким бы слабым он не казался, противник по-видимому не собирался вступать с ним в бой.

Молодой человек просто молча затаился в полумраке запретного места, как самый опытный волк-одиночка, ожидая, когда у его добычи иссякнут силы.

Обратный отсчет 30:00:00.

Цао Вэй бежал с утра до вечера.

Но как бы он не бежал, ему не удалось выбраться из запретного места.

Состояние его внутренних органов становилось все хуже, и даже мастер уровня С не мог этого вынести.

Первоначально Цао Вэй считал, что к тому времени, когда он устанет, его противник тоже устанет.

Когда сердце и легкие перегружены в течение длительного времени, эффективность снабжения крови кислородом начинает снижаться, мыслительная способность мозга падает, руки и ноги начинают потеть, а суждения уже не будут столь точными.

Постепенно становишься раздражительным и начинаешь терять терпение.

Но неизвестно почему, чувство подавленности с течением времени становится еще сильнее!

В восприятии Цао Вэя, на протяжении всей этой десятичасовой погони шаги противника даже никогда не сбивались с ритма, так что у него не было ни единого шанса поймать его.

Его противник был похож на холодную, мощную, бесчувственную машину.

Цао Вэй снова и снова спрашивал себя: именно такой человек достоин стать Рыцарем?

Без сомнений, физическая сила молодого человека не так хороша, как у него, но он определенно был самым терпеливым противником, с которым Цао Вэй когда-либо сталкивался в своей жизни.

Враг, которого невозможно найти, дорога, которая не заканчивается, все это душит и заставляет чувствовать безысходность.

Всякий раз, когда Цао Вэй хотел остановиться отдохнуть, свирепый Разящий лист тут же настигал его, вынуждая продолжать убегать.

Обратный отсчет 25:00:00.

Вдруг Цао Вэй споткнулся о ветку и упал на землю.

Но на этот раз он не собирался снова вставать. Он просто лежал на земле, тяжело дыша. Он сказал темному лесу: «Ты не устал? Я знаю, что на самом деле твоя цель Цин Хуай, так почему бы тебе сначала не пойти к нему, вместо того, чтобы идти за мной?»

Никто не ответил.

Но Цао Вэя это не волновало. Он просто продолжил: «Когда я был ребенком, я очень хотел стать Рыцарем, но моя участь была не так хороша, как твоя. Позже я вступил в армию и обменял свои военные достижения на генную инъекцию, полагая, что даже если я не смогу пойти путем Рыцаря, это не важно, так я тоже смогу стать сверхчеловеком. Но сегодня я понял, что я все еще слишком далеко позади».

Пока он говорил, Разящий лист снова рассек воздух.

«Нашел тебя!» Цао Вэй внезапно вскочил с земли.

Неудержимо, он взревел и высвободил весь свой последний потенциал!

Словно умирающий тигр, он бросился во мрак леса!

Когда Цао Вэй только что лежал на земле, это было не потому, что он признал поражение, а чтобы приблизить свои уши к земле и таким образом лучше определить позицию Цин Чэня!

Он знал, что, когда противник снова использует Разящий лист, он сразу же изменит свою позицию, чтобы не обнаружили его укрытия, проследив траекторию Разящего листа.

Значит, в тот момент сразу же раздадутся шаги!

Прослужив в армии больше десяти лет, Цао Вэй смог сделать такую головокружительную карьеру, полагаясь не только на удачу и силу, но также на ум, мужество и напористость.

Он, как мог, крутился в военных лагерях Федерации, и даже когда его понизили в звании, сделав собакой ребенка консорциума, он все равно, стиснув зубы, продолжал карабкаться наверх. Такой человек никогда не будет просто сидеть и ждать смерти!

В мгновение ока Цао Вэй бросился в темноту леса. Спустя более десяти часов он наконец снова увидел этого молодого человека, а также огненные узоры на его щеках.

Они были совсем близко друг к другу, но во взгляде молодого человека не было ни капли волнения.

Как будто это не его нашли, а он сам стоял в этом запретном месте и ждал своего противника.

Но Цао Вэй считал это немного странным, молодой человек смотрел на него, словно мясник, уставившийся на быка, которого ведут на заклание.

В темноте солдат Федерации в ярости ударил перед собой кинжалом в правой руке. Рука с кинжалом прошла сквозь спутанные листья, чтобы с силой вонзиться в грудь Цин Чэня.

Но Цао Вэй обнаружил, что как только его мышцы напряглись, молодой человек перед ним уже предвидел, что он собирается сделать.

После более чем десятичасовой погони силы мастера так же были истощены из-за его травм. Он только почувствовал, что его рука попала в пустоту, его смертельный удар, похоже, закончился неудачей.

За этим последовала контратака молодого человека. Кинжал в руке противника прошел мимо его собственного кинжала, оставив на руке глубокую кровавую борозду.

Ноги Цао Вэя согнулись, как лук, и он снова с силой рванул вперед, размахивая рукой, но кинжал так и не смог коснуться тела молодого человека.

Казалось, что противник всегда мог заранее предсказать его следующую атаку, основываясь на том, как он приложит свою силу.

А затем наносил ответный удар.

Всего за пару десятков секунд на теле Цао Вэя появилось более дюжины ран, но он не коснулся даже края одежды Цин Чэня!

Цао Вэй знал, что он стал медлительным и слабым, настолько слабым, что его дыхание стало сбивчивым, но не это было причиной того, почему он был так подавлен.

Он был подавлен из-за способности этого парня все настолько просчитывать.

Цао Вэй чувствовал, что скорость реакции противника была не выше его собственной, но тот мог по изменениям складок одежды, выпиранию участков мышц, смещению взгляда, а также изменениям в приложенной силе его ног и талии определить, что он собирается сделать.

Он не понимал, как парень это делает, он знал только, что был очень близок к смерти.

Очень, очень близок.

Глава 158. Нить марионетки

(Перевод: Ориана)

В следующий момент, когда Цао Вэй уже по инерции подумал, что парень снова увернется от удара его кинжала, а затем нанесет ответный удар…

Он увидел, что тот не отступил, а, напротив, шагнул вперед.

Ночью в запретное место проникает только очень скудный лунный свет.

Цао Вэй наблюдал, как холодный взгляд молодого человека становился все ближе и ближе к нему. Он уже вытянул правую руку влево и вниз, инстинктивно стремясь перерезать Цин Чэню горло ударом наотмашь.

Но Цин Чэнь внезапно быстро к нему приблизился и переложил кинжал в левую руку, правой рукой удерживая запястье руки Цао Вэя с кинжалом, пытавшегося перерезать ему горло.

И в тот же момент кинжал в левой руке молодого человека вонзился в селезенку противника.

Цао Вэй был в ужасе. Он знал, куда именно в его тело вонзился кинжал, и также знал, что без всяких сомнений умрет, но он не хотел умереть один.

Внезапно Цао Вэй использовал последние оставшиеся силы, чтобы высвободить свою удерживаемую правую руку.

Но прежде чем он успел освободить руку, молодой человек открыл рот и яростно укусил его за запястье, снова зажав его.

Цин Чэнь самозабвенно бросился вперед на врага, и выражение его лица, когда он кусал запястье, было необыкновенно хищным.

С грохотом тело Цао Вэя ударилось о большое дерево позади него.

Солдат Федерации бессильно смотрел в глаза, которые были почти перед самым его носом. Эти свирепые, словно принадлежащие дикому зверю, глаза буквально пожирали его. Очень, очень близко.

Затем их взгляд постепенно снова успокоился.

Кровь хлынула из раны на руке Цао Вэя, заливая лицо молодого человека.

Прошло больше десяти секунд. Цин Чэнь медленно опустил ладонь и позволил Цао Вэю упасть на землю.

Цао Вэй с трудом поднял на него глаза, а затем перевел взгляд вглубь запретного места.

Только тогда Цин Чэнь объяснил: «Я пришел убить тебя первым, потому что боялся, что ты убежишь. Прежде чем я смогу помочь учителю, мой статус Рыцаря не может стать общеизвестным».

Цао Вэй с трудом кивнул, показывая, что понял. После долгого молчания он собрал последние силы и спросил: «Вид с вершины утеса Циншань… красивый?»

Цин Чэнь немного подумал и ответил: «Красивый».

«Спасибо», – Цао Вэй закрыл глаза.

Только в этот момент Цин Чэнь наконец перевел дыхание. Он сдерживался более десяти часов.

На этот раз убить мастера уровня С было действительно трудным испытанием.

Сначала противнику пришлось противостоять противопехотной мине, а затем он потерял боевой дух, став свидетелем вызова Рыцаря. И под конец, Цин Чэню потребовалось больше десяти часов, прежде чем противник был полностью измотан.

Ключевым звеном в этом была противопехотная мина. Без этой штуки Цао Вэй не был бы серьезно ранен, и Цин Чэнь не смог бы настолько истощить противника.

Сейчас Цин Чэнь убил человека, но не запустил правила запретного места.

На самом деле, в тот момент, когда он забрался на утес, он понял, что это место – собственная территория Рыцарей, и, конечно же, Рыцари могут делать все, что им вздумается.

Вот почему его учитель мог свободно рассказывать о правилах – он был Рыцарем.

Ли Шутон как-то говорил, что во всех запретных местах есть второе общее правило.

В то время он не сказал, что это за правило.

Но теперь Цин Чэнь догадался. Если ты удовлетворяешь определенным условиям, при которых запретное место примет тебя, то это запретное место станет твоим домашним полем.

Даже если ты всего лишь посторонний.

Но выполнить это настолько сложно, что никто никогда не пытался «сдержать» запретное место.

Цин Чэнь медленно сел рядом с Цао Вэем. Эта погоня, продолжавшаяся более десяти часов, далась ему нелегко.

…

Обратный отсчет 24:00:00.

«Учитель, вы где-то рядом? – устало оглядевшись по сторонам, спросил Цин Чэнь. – У меня есть несколько вопросов».

«Кхм, я здесь», – Ли Шутон вышел из леса к западу от утеса, выглядя немного смущенным.

Он ясно сказал, что будет сопровождать Цин Чэня лишь часть пути, но в итоге украдкой пробрался в ближайший лес и незаметно присматривал за своим учеником.

Очевидно, он был не так спокоен, каким пытался казаться!

Если бы циншаньский сокол узнал об этом, он бы определенно презирал его.

Ли Шутон посмотрел на Цин Чэня: «О чем ты хочешь спросить?»

«Я хотел спросить, после открытия генного замка моя ДНК останется такой же, как и раньше?» – с любопытством спросил Цин Чэнь.

«Конечно, нет, – покачал головой Ли Шутон, – ДНК каждого Рыцаря претерпит большие изменения, когда будет открываться генный замок каждого слоя».

«А я все еще человек?» – задумался Цин Чэнь.

«Конечно, просто сейчас твои гены эволюционируют, приближаясь к совершенству, но ты все еще человек, – объяснил Ли Шутон. – После открытия генного замка первого слоя скрытые преимущества заключаются в увеличении продолжительности жизни и исправлении генной патологии наследственных болезней. Например, если у старших в твоей семье есть ген облысения, то с тобой такого уже не произойдет. На самом деле подобных генов множество».

«Это звучит довольно приземленно и практично», – вздохнул Цин Чэнь. По крайней мере, ему больше не нужно беспокоиться об облысении.

Ли Шутон продолжил: «Сейчас ты только что открыл генный замок первого слоя, поэтому укрепятся только мышцы. Когда ты разблокируешь последующие замки, укрепятся кости, кожа и внутренние органы. Когда откроешь пятый генный замок, появится энергия…».

В это время учитель уже понял, что что-то не так, потому что у Цин Чэня уже появилась энергия еще до того, как он открыл генный замок. Так может ли он теперь судить о порядке разблокировки генных замков своего ученика, опираясь на общие нормы?

Цин Чэнь посмотрел на своего учителя и сказал: «Учитель, я уже отчетливо чувствую, что мои кости, кожа и внутренние органы отличаются от тех, что были раньше, и моя энергия также значительно выросла… Вы тоже видели, я теперь могу заставить листья летать, но я могу использовать их всего несколько раз, да и эффект не такой мощный».

Ли Шутон серьезно посмотрел на Цин Чэня, затем протянул руку и сжал запястье молодого человека, ощупывая его кости: «Странно, почему ты так отличаешься?!»

Помимо удивления, в его тоне слышалось как будто нежелание это принять…

По правде говоря, в Рыцарской организации Ли Шутон уже считался исключительно одаренным. В конце концов, сила каждого Рыцаря будет разной после открытия генного замка. Он всегда был самым сильным среди младших.

Но сейчас Цин Чэнь демонстрировал потенциал, который был намного больше, чем у него самого.

До этого он никогда не слышал ни о ком из предков, кто мог бы использовать Разящий лист после открытия генного замка первого слоя!

С тех пор, как Цинь Шэн создал дыхательную технику, такого особенного случая никогда еще не было!

Пока Ли Шутон размышлял, из глубин запретного места донеслись тяжелые и быстрые шаги.

Звук был громким, как барабанный бой, и становился все ближе и ближе.

Цин Чэнь посмотрел на Ли Шутона и заметил удивление на его лице, однако никакой враждебности не было.

Звук доносился из глубин запретного места. Может это какой-то гигантский зверь выбегает наружу?

В следующее мгновение из-за крон деревьев показался здоровенный мужчина ростом более четырех метров и подошел к ним двоим. Волосы его были взъерошены, а лицо было чрезвычайно добродушным.

Только Цин Чэнь неожиданно обнаружил, что у этого добродушного великана в каждом глазу было по два зрачка.

Глаза с двойными зрачками!

Он услышал, как Ли Шутон с любопытством сказал великану: «Дин-Дон? Зачем ты прибежал сюда?»

Цин Чэнь был удивлен, что у этого здоровенного великана оказалось такое милое и красивое имя!

Только добродушный Дин-Дон не сказал ни слова. Он медленно присел на корточки перед Цин Чэнем, развернул ладонь размером со стул и протянул ее молодому человеку.

Но в его ладони ничего не было.

Цин Чэнь в недоумении спросил: «Учитель, что это значит?»

Но Ли Шутон не ответил ему, однако повернулся лицом к темноте в глубине запретного места и спросил: «Что вы хотите этим сказать? Я не дал ему запретный предмет, потому что время еще не пришло. Почему вы так спешите? Посмотрите-ка, да вы просто выпендриваетесь! Запретные предметы – редкость, но у меня они тоже есть! Я уже говорил, что старшему поколению легко избаловать ребенка. Вы не в состоянии это понять?!»

Цин Чэнь смотрел на своего учителя широко раскрытыми глазами, но не понимал, почему обычно мягкий и доброжелательный учитель вдруг так разошелся.

В ладони великана даже ничего нет!

Но Дин-Дон улыбнулся Цин Чэню и жестом предложил ему тоже раскрыть ладонь.

Затем великан осторожно вложил в руку Цин Чэня моток прозрачной шелковой нити, который был на его ладони.

«Учитель, что это?» – спросил Цин Чэнь.

Ли Шутон раздраженно сказал: «Запретный предмет ACE-019, Нить марионетки!»

Глава 159. Небо было его одеялом, а земля – постелью

(Перевод: Ориана)

Запретный предмет АСЕ-019, Нить марионетки.

Цин Чэнь растерянно смотрел на маленький моток прозрачной шелковой нити в своей руке, настолько легкий, что казалось, в руке ничего не было.

Подобно облачку, нить непрерывно покачивалась на его ладони.

Это не метафора, он действительно не чувствовал веса этого запретного предмета.

Цин Чэнь поднял голову и посмотрел на великана перед собой: «Это для меня?»

Великан Дин-Дон добродушно улыбнулся и кивнул, а затем указал в глубь запретного места, как бы говоря: Старики дарят это тебе, скорее прими.

Выражение лица великана было очень добрым, но он, похоже, знал, что его внешность довольно пугающая, поэтому, переложив запретный предмет из своей ладони в руку Цин Чэня, он осторожно отступил назад.

Он боялся, что напугает стоящего перед ним мальчика.

Поскольку он был слишком высоким, когда он пятился назад, его затылок натыкался на кроны деревьев. Его смущение был немного милым.

Находясь на краю запретного места, такой большой великан мог только осторожно наклоняться.

Цин Чэнь снова посмотрел на своего учителя: «Учитель, я могу это принять?»

«Конечно! – Ли Шутон поднял брови. – Тебе это дарят, так почему же не принять! Старики хвастаются своим богатством, и если ты не примешь это, то оскорбишь их достоинство!»

Вот как.

Ли Шутон, который все еще хмурился, неожиданно сменил тему и сказал глубинам запретного места: «Это можно рассматривать как подарок при первой встрече, но вас так много, почему подарок всего один? Вам не стыдно? Я знаю, что у вас также находится запретный предмет ACE-003 «Змея обмана»!»

Цин Чэнь ошарашенно посмотрел на Ли Шутона. Разве вы только что не злились? Почему вы вдруг упомянули эту вещь?!

Только это сознание запретного места, похоже, больше не собиралось пререкаться с Ли Шутоном, потому что никаких признаков движения больше не было…

Великан Дин-Дон улыбнулся Ли Шутону, словно приветствуя, затем развернулся и зашагал вглубь запретного места.

Цин Чэнь внезапно сказал ему в спину: «Спасибо, меня зовут Цин Чэнь, был очень рад познакомиться».

Дин-Дон слегка удивился. Он тут же радостно помахал Цин Чэню, а затем продолжил двигаться вперед.

Сначала он шел медленно, но постепенно перешел на бег.

Бух-бух-бух, его шаги были такими тяжелыми и мощными.

Эти огромные ступни были похожи на шины грузовика, очень мощные.

«Учитель, кто этот Дин-Дон?..» – с любопытством спросил Цин Чэнь.

До этого он еще никогда не встречал такого здоровенного человека. Или это уже действительно не человек?

Ли Шутон объяснил: «Его мать была жительницей дикой местности. Когда она была беременна им, чтобы спастись от карательного рейда Федеральной армии, она случайно забрела во внутренние районы запретного места, съела что-то, растущее там, и родила его, и у него, как и у всех «аборигенов» запретного места, произошли чудесные изменения».

Цин Чэнь смотрел на спину Дин-Дона и внезапно подумал вот о чем: скелет обычного человека, если он не является сверхчеловеком, вряд ли бы выдержал такое тело.

Но у Дин-Дона, похоже, не было такой проблемы, его могучее тело быстро бежало вперед. Это напомнило ему одну идиому: как Куа-фу гнался за солнцем!

(п.п. – эта идиома пришла из мифа о великане Куа-фу, который задался целью нагнать солнце, но, томимый солнечной жарой, по дороге осушил все реки, но все равно умер в пути от жажды; используется, чтобы описать человека, который не может достичь поставленной цели, потому что слишком сильно переоценивает свои силы, но тут Цин Чэнь, скорее всего, просто вспомнил, что в мифах упоминаются великаны)

Надо сказать, что Цин Чэнь все сильнее чувствовал, что, если эти запретные места продолжат развиваться, они действительно могут создать новый сказочный мир.

Сказочный мир, который когда-то существовал только в человеческом воображении.

«Учитель, Дин-Дон – уроженец запретного места, он не связан правилами?» – с любопытством спросил Цин Чэнь.

«Он не только не связан правилами запретного места № 002, – ответил Ли Шутон, – он может беспрепятственно проходить через все запретные места. Однако Дин-Дон не часто общается с людьми в запретном месте, поэтому он немного замкнут и не желает выходить в мир за пределами запретного места».

«Я видел, что у него в глазах двойные зрачки. Во внешнем мире такое существует только в истории или мифологии, – сказал Цин Чэнь. – Какой прок от двойных зрачков?»

Два самых известных человека с двойными зрачками – один из них Шунь, а другой Сян Юй.

(п.п. – Шунь – мифический император древнего Китая, а Сян Юй – генерал, разрушивший династию Цинь, правитель западного Чу, имел двойной зрачок в одном глазу, что считалось признаком судьбы императора)

Ли Шутон объяснил: «Дин-Дон может видеть сердца людей насквозь. Возможно, именно из-за этого он не желает выходить из запретного места, чтобы не встречаться с другими людьми. Вместо этого он предпочитает общаться с животными. Старики попросили его передать тебе запретный предмет, вероятно, они также хотели, чтобы он взглянул на тебя с помощью двойных зрачков. Когда они узнали, что Дин-Дон хотел бы подружиться с тобой, они, должно быть, окончательно успокоились».

«Так вот оно что, – Цин Чэнь вспомнил о большом и добром великане, которого только что встретил, а затем посмотрел на запретный предмет в своей руке. – Учитель, каковы условия сдерживания этого ACE-019?»

Ли Шутон ничего не сказал, а неожиданно взял лист и сделал небольшой надрез на запястье Цин Чэня.

Из открытой раны потекла кровь.

Цин Чэнь молча смотрел и увидел, как в почти прозрачном мотке внезапно поднялся кончик нити, словно маленькая змейка.

В следующий момент кончик нити запретного предмета ACE-019 впился в рану, и изначально прозрачная нить стала окрашиваться в красный цвет крови со скоростью, видимой невооруженным глазом.

Когда вся нить полностью покраснела, ACE-019 с удовлетворением покинул рану и аккуратно обернулся вокруг запястья Цин Чэня, словно красный браслет.

А рана на запястье Цин Чэня чудесным образом зажила.

Ли Шутон предупредил Цин Чэня: «С сегодняшнего дня, каждые два полумесяца, ты должен убивать пять человек и приносить ему в жертву их души. Если в течение какого-то месяца ты не выполнишь условия, и если захочешь снова его использовать, тебе придется принести ему в жертву десять человек в течение двух полумесяцев».

Полумесяц обычно относится к 7-му и 22-му числам каждого месяца лунного календаря. И как уже говорилось про два полумесяца, это означает, что если Цин Чэнь захочет в будущем использовать Нить марионетки, он должен убивать пять человек каждый месяц.

(п.п. – полумесяц (половинку луны) видно на небе в конце 1-й и 3-й четвертей лунного цикла, на 7 и 22 день после новолуния)

Выражение лица Цин Чэня стало серьезным: «Учитель, почему мне кажется, что условия сдерживания этого запретного предмета какие-то зверские?»

Ли Шутон вздохнул: «Сверхчеловек, из которого после его смерти выделился запретный предмет ACE-019, когда-то был особенно мерзким человеком. Впоследствии Нить марионетки заполучили другие, и также было совершено много зла. В конце концов, он попал в руки одного из старших Рыцарей, и тот спрятал его в запретном месте № 002».

«Тогда почему старшие дали его мне? – недоумевал Цин Чэнь. – Хотя я действительно хочу иметь запретный предмет, не боятся ли старшие, что из-за этого я потеряю свое сердце?»

Ли Шутон покачал головой: «Может быть, именно поэтому они попросили Дин-Дона прийти и взглянуть на тебя. Теперь, когда они дали тебе ACE-019, они, естественно, доверяют тебе. Существуют правила сдерживания запретного предмета, а как его использовать – решать тебе».

Цин Чэнь призадумался: «Тогда как пользоваться этой Нитью марионетки ACE-019?»

«После того, как ты выполнишь первое условие сдерживания, ты можешь обернуть один конец прозрачной нити ACЕ-019 вокруг своего запястья, а другой конец – вокруг запястья другого человека. Если его уровень не превышает твой, пока вы связаны, он становится твоей марионеткой. Ты не можешь контролировать мысли другого человека, но ты будешь полностью контролировать его тело и можешь заставить его делать все, что захочешь», – сказал Ли Шутон.

Ли Шутон продолжил: «Конечно, есть еще и предварительное условие сдерживания. Тебе нужно знать имя человека, которого ты хочешь контролировать».

Цин Чэнь кивнул: «Я понял».

Тогда Ли Шутон сказал: «Я очень доволен тем, как ты на этот раз прошел испытание жизни и смерти. Но я могу отвезти тебя только сюда, а оставшийся путь тебе придется пройти самостоятельно».

Цин Чэнь спросил: «Учитель, кто вырезал слова «Вечно молодой»?»

«Основатель Рыцарской организации, его звали Жэнь Хэ, – объяснил Ли Шутон. – Ты также должен был увидеть самую верхнюю надпись, Жэнь Сяосу. Это его сын».

Цин Чэнь кивнул. На всем утесе наибольшее влияние на него оказала надпись «Жизнь должна быть подобна горящей свече, всегда яркой от начала до конца», вырезанная Жэнь Сяосу.

Возможно, если бы он не увидел эту фразу, он не осмелился бы прыгнуть.

Ли Шутон улыбнулся и посмотрел на Цин Чэня: «Какие у тебя дальнейшие планы? Убить Цин Хуая?»

«Ну, если я хочу выполнить условия сдерживания Нити марионетки, я должен сделать это до возвращения. В противном случае, когда я вернусь во внешний мир, там не будет людей, заслуживающих смерти, которых я мог бы убить», – сказал Цин Чэнь.

Ли Шутон посмотрел на своего ученика и с любопытством спросил: «Ты уверен? Теперь они больше не дадут тебе шанса воспользоваться правилами, и у тебя нет противопехотных мин, которые можно было бы использовать».

Цин Чэнь немного подумал и ответил: «А я думаю, наоборот, это может быть проще, чем убить Цао Вэя».

«О? – Ли Шутон с большим интересом посмотрел на своего ученика. – Почему?»

Цин Чэнь сказал: «Когда я убивал Цао Вэя, даже несмотря на то, что он был серьезно ранен и измотан после долгой погони, в душе он до самого конца битвы оставался тигром. А остальные – просто перепуганные до смерти шакалы».

Сказав это, Цин Чэнь лег на спину на землю. Он не спал уже очень, очень давно.

Когда раньше он преследовал Цао Вэя, чтобы помешать ему отдохнуть, сам он тоже не мог этого сделать.

Теперь, когда с самым трудным противником покончено, и учитель находится рядом с ним, Цин Чэню, естественно, необходимо сначала восстановить свои силы.

Ли Шутон спросил: «Ты собираешься сначала поспать? Не боишься, что не сможешь вовремя выполнить условия сдерживания Нити марионетки?»

Цин Чэнь немного подумал и сказал: «Учитель, вы учили меня быть терпеливым во время охоты. Даже если бы сейчас я был полон сил, скоро уже рассвет. При свете дня не так-то легко охотиться на группу людей. Лучше дождаться темноты следующей ночи».

Ли Шутон сказал: «Значит, ты не боишься, что Цин Хуай воспользуется этим временем, чтобы покинуть запретное место?»

«Нет, – покачал головой Цин Чэнь, – старшие знают, что я хочу его убить, поэтому они его не отпустят».

Ли Шутон беспомощно сказал: «Я же говорил, старшее поколение избалует ребенка!»

Цин Чэнь улыбнулся и лег на спину. Небо было его одеялом, а земля – постелью.

Ли Шутон сел рядом с ним, поджав ноги. Выражение его лица внезапно смягчилось. Он смотрел на своего крепко спящего ученика, и его сердце внезапно наполнилось гордостью.

Обратный отсчет 22:00:00.

Глава 160. Слишком большое несоответствие

(Перевод: Ориана)

Обратный отсчет 6:00:00.

6 часов вечера.

В темном лесу двадцать пять человек бесшумно двигались на север.

Цин Хуай шел в середине команды, сосредоточенно оглядываясь по сторонам.

Когда полевая рота только прибыла сюда, в ней было больше 150 человек, но сейчас остался только один 7-й взвод, вместе с Цин Хуаем всего 25 человек.

Цао Вэй пропал более 20 часов назад. Цин Хуай знал, что раз за это время он не смог вернуться в команду, скорее всего, он попал в беду.

Единственный мастер уровня С в команде пал. Независимо от того, убил ли Цао Вэй того мальчишку или нет, они больше не могли задерживаться.

Цин Хуай не мог этого объяснить, но он постоянно чувствовал, что опасность дышит им в затылок.

Это чувство пришло из ниоткуда, ни имея ни источника, ни знамения.

В лесу позади него не было слышно никаких посторонних звуков, но ему казалось, будто на него смотрит дьявол.

Цин Хуай подмигнул командиру 7-го взвода, тот сразу же все понял и отделил двух солдат. В тот момент, когда они проходили сквозь кусты, солдаты скрылись в мрачной тени.

Каждый из этих солдат держал в одной руке индукционную противотанковую гранату, а в другой – кинжал, готовясь бросить гранату в любой момент.

Такие гранаты очень мощные, они могут мгновенно убить цель. А также напрямую активировать правила.

Но не имеет значения, активирует ли правило солдат или нет, главное, его не активирует сам Цин Хуай.

Остальные продолжали медленно продвигаться вперед.

Цин Хуай и командир 7-го взвода шли в конце команды, постоянно прислушиваясь к шорохам позади них.

Однако, пройдя десять минут, они не услышали никакого предупреждения от двух солдат, которых послали устроить засаду.

«Скажи им возвращаться, – нахмурившись, сказал Цин Хуай. – Я слишком сильно беспокоился».

Но через некоторое время солдат прибежал обратно: «Командир, эти двое исчезли!»

«Исчезли? – Цин Хуай на мгновение замер. – На том месте остались какие-то следы?»

«Ни крови, ни следов сражения», – ответил солдат.

Командир 7-го взвода, стоявший сбоку, прошептал: «Командир, я подозреваю, что это дезертиры».

Дезертиры?

Цин Хуай строго оглядел солдат вокруг него. Когда его взгляд скользнул по ним, они невольно опустили головы.

Уже все знали, что убийца пришел за Цин Хуаем. Теперь, когда даже Цао Вэй мертв, естественно, никто не хотел быть похороненным вместе с ним.

Вероятно, у каждого была такая мысль, но никто не осмеливался высказаться или что-либо предпринять.

Однако Цин Хуай не был убежден. Те двое сбежали или их все же уничтожили?

Но если они были уничтожены, кто способен убивать так тихо, да еще не оставляя никаких следов?!

«Продолжаем идти вперед, – спокойно сказал Цин Хуай. – У вас у всех есть свои семьи. Подумайте хорошенько, прежде чем что-либо сделать. Если я умру здесь, а вы вернетесь в Федерацию живыми, как с вами обойдется семья Цин? Ладно, идем».

Они двигались на север, и тут солдат, шедший впереди, внезапно присел на корточки и поднял правую руку, давая сигнал команде остановиться.

В мгновение ока солдаты рассредоточились, чтобы укрыться за стволами деревьев с обеих сторон.

Вскоре они услышали чей-то голос: «Неужели мы заблудились? Такое ощущение, что место, где мы сейчас идем, я видел позавчера. Эй, Ван Бинсю, ты там дорогой не ошибся?»

Женский голос нетерпеливо произнес: «Если ты знаешь, где выход, тогда показывай дорогу, а иначе, не болтай глупостей. Будьте осторожны и не нарушайте правила, а то сами не заметите, как умрете. И впредь будьте повежливее с Ван Бинсю, ясно?»

Прятавшийся в лесу Цин Хуай нахмурился. Что происходит?

Сначала он подумал, что прибыли люди, посланные за ним главной и второй ветвями семьи Цин, но теперь казалось, что это не так.

Более того, имя Ван Бинсю звучало очень знакомо.

Разве это не мастер уровня B в команде осенней охоты?

Два года назад этот Ван Бинсю тоже был офицером Второй федеральной армии, но позже он получил травму правой ноги, и Ли переманили его к себе.

«Это команда осенней охоты, – сказал Цин Хуай, – уберите кинжалы, идите как обычно. Никому не разрешается раскрывать детали этой миссии!»

Сказав это, Цин Хуай неожиданно взял на себя инициативу и пошел вперед.

Когда обе стороны столкнулись, он сразу увидел Ли Ино впереди команды осенней охоты.

В настоящее время все члены команды осенней охоты были грязными и измученными.

Цин Хуай настолько был известен в кругах консорциумов, что многие дети из консорциума узнали его с первого взгляда: «Это Цин Хуай! Мы встретили Цин Хуая! Мы спасены!»

Помолчав пару секунд, Цин Хуай спросил: «Почему вы здесь?»

Один болтун выпалил: «Сначала за нами гнались дикари, мы с трудом от них оторвались в запретном месте. Так здорово, что мы вас встретили. Мы спасены!»

Другие отпрыски из семьи Цин окружили его: «Брат Цин Хуай, пожалуйста, спаси нас!»

В их глазах Цин Хуай был исключительно талантливым представителем молодого поколения, совершенно не то, что эти маргиналы-бездельники.

По крайней мере, Цин Хуай и его люди не были ранены, и их одежда была в порядке.

С другой стороны, команда осенней охоты отличалась от них. Мало того, что у них была порвана одежда и исцарапаны лица, они еще и переминались с ноги на ногу – очевидно, что мочевой пузырь у них был переполнен.

Когда кучка никчемных болванов встретила в запретном месте регулярную армию, конечно, первой их мыслью было то, что они наконец спасены.

В этот момент у Цин Хуая появился новый план: он хотел сбежать из запретного места вместе с этой группой людей.

Чем больше людей будет с ним, тем в большей безопасности он будет. Даже если кто-то действительно придет за ним, в команде осенней охоты есть мастер уровня B, Ван Бинсю, да еще группа лоботрясов в придачу, которые станут его щитом.

Таким образом, его шансы на выживание будут намного выше.

Цин Хуай немного подумал и сказал командиру 7-го взвода, стоявшему рядом с ним: «Дайте им несколько герметичных пакетов и убедитесь, что они смогут использовать по одному на двоих. Затем выкопайте для них 7 ям в разных местах и закопайте пакеты».

«Вас понял», – сказал командир 7-го взвода и взял людей, чтобы раздать герметичные пакеты. У них еще много их осталось.

Ведь изначально планировалось, что полевая рота будет продвигаться по запретному месту в течение 15 дней, но была вынуждена отступить всего через три дня.

Эти мажоры были вне себя от радости, когда увидели герметичные пакеты: «Брат Цин Хуай, все же вы так хорошо подготовлены!»

Теперь все почувствовали себя спокойнее, когда увидели, что Цин Хуай уже знал правила запретного места № 002.

И когда все увидели, что он поделился такими важными ресурсами, они подсознательно стали считать Цин Хуая заслуживающим доверия.

Только командир 7-го взвода все понял: это правда, что командир Цин Хуай хотел завоевать доверие, однако причина, по которой он предложил закопать пакеты, не так проста.

Их закопанные пакеты уже как-то были разрыты, и командир Цин Хуай не мог не знать, что можно лишиться жизни, если оставить запечатанные пакеты в лесу.

Поэтому Цин Хуай сделал это нарочно. Если кто-то выследит их и найдет закопанные пакеты, он может подумать, что они принадлежат их полевой роте, и затем потратить некоторое время на раскапывание ям.

Командир 7-го взвода взволнованно вздохнул. Настоящая элита в консорциумах была действительно жестокой.

Пока солдаты 7-го взвода копали ямы, они тайком переглядывались между собой.

Но никто не раскрыл правду об этом деле.

Лучше использовать других, чтобы отвести беду, чем умереть самому. Теперь они находятся в одной лодке с Цин Хуаем, поэтому, естественно, им придется помочь командиру сохранить этот секрет.

В это время Цин Хуай посмотрел на Ли Ино: «На этот раз ты возглавляешь осеннюю охоту?»

«Да», – кивнула Ли Ино.

«Я вижу, вы не очень-то хорошо подготовлены, так зачем вы забрались в это запретное место?» – Цин Хуай был озадачен.

«Нас вынудили. Мы не собирались входить в запретное место. Иначе я бы обратилась к семье за конфиденциальными файлами о правилах запретного места. Это были люди Огненного пруда, они внезапно появились в пустоши и загнали нас сюда. Вон, даже автоколонна семьи Камиширо была уничтожена Огненным прудом», – объяснила Ли Ино.

Брови Цин Хуая нахмурились еще сильнее. В четвертой ветви были разведданные о том, что главная ветвь имела связи с Огненным прудом. Вероятно, они подкупили людей Огненного пруда, чтобы выследить и убить его.

Он колебался: «Где сейчас эти люди?»

То, что им удалось уничтожить команду семьи Камиширо и заставить такого мастера, как Ван Бинсю, прятаться в запретном месте, означает, что в команде Огненного пруда есть мастер уровня А.

Теперь, если он продолжит идти на север, не окажется ли он в ловушке? Вместо того, чтобы встретиться с уровнем А, он мог бы с тем же успехом вернуться и встретиться с тем обычным мальчишкой.

Сердце Цин Хуая наполнилось ненавистью. Он не ожидал, что главная ветвь так вложится, чтобы устроить заговор против него.

Заставить старейшину Огненного пруда покинуть снежные горы – непростая задача!

Но он услышал, как Ли Ино сказала: «Огненный пруд поначалу еще преследовал нас, но потом они внезапно бесследно исчезли».

«Разве вы не избавились от погони?» – спросил Цин Хуай.

«Хм, – Ли Ино взглянула на него, – у них в команде есть человек уровня А, избавиться от него не так-то просто».

Цин Хуай вздохнул с облегчением. Он догадался, куда пошел Огненный пруд. Они должно быть знали цель его миссии, поэтому пошли прямо во внутренние районы запретного места, намереваясь дождаться его там.

Они бы никогда не подумали, что он отступит раньше времени!

Однако Цин Хуай не раскрыл этого, а сказал Ли Ино: «Неважно. Поскольку вы сейчас присоединились к нам, я, естественно, благополучно выведу вас отсюда. Как насчет того, чтобы ты передала мне право командования осенней охотой?»

Цин Хуай наконец раскрыл свои намерения.

Если у него будет право командовать осенней охотой, то он получит под свое управление и Ван Бинсю!

Но в этот момент в сердце Ли Ино тоже закрались сомнения: «Я слышала, что ты пришел сюда выполнить задание Битвы за Тень. Почему все закончилось так быстро?»

Цин Хуай спокойно ответил: «С моими способностями выполнить задание несложно».

«Я также слышала, что ты пришел сюда с целой ротой, но почему осталось так мало людей?» – снова спросила Ли Ино.

Цин Хуай задал встречный вопрос: «Разве это не обычное дело – иметь жертвы, заходя во внутренние районы запретного места?»

Конечно, это нормально, когда есть жертвы.

Но Ли Ино все еще чувствовала, что что-то здесь не так.

Сюда прибыла целая рота, и даже прославленный адъютант Цао Вэй исчез, но Цин Хуай и остальные выглядели так опрятно!

Это слишком большое несоответствие.

Немного подумав, она сказала: «Команда осенней охоты – это кучка никчемных бездельников, зачем тебе ими командовать? Ты, должно быть, очень устал после выполнения задания, так что командование осенней охотой останется на мне, я буду с тобой сотрудничать. Прежде чем войти сюда, я связалась с ближайшей армией Ли. Я почти уверена, что они скоро будут здесь».

Цин Хуай внимательно посмотрел на Ли Ино. Он не мог твердо сказать, поняла она что-то или нет.

Но Ли Ино принесла и хорошие новости. Подкрепление близко!

Глава 161. Пропавшие солдаты

(Перевод: Ориана)

В это время два члена семьи Камиширо все еще были с командой осенней охоты. После того, как все наконец облегчились, Камиширо Ори смотрела на Цин Хуая сияющими глазами.

«Отец, это и есть Цин Хуай?» – Камиширо Ори посмотрела на скульптурное лицо Цин Хуая, а затем снова вспомнила о его великодушии.

Пока остальным мажорам приходилось сдерживать мочу, этот человек прогуливался по запретному месту в сопровождении более двадцати преданных подчиненных...

Нельзя не признать, что герметичные пакеты Цин Хуая пришлись как нельзя кстати.

Два дня назад у команды осенней охоты были канистры из-под топлива, но проблема заключалась в том, что у них было слишком много людей, и вчера канистры заполнились до краев.

Затем Ли Ино запретила всем пить воду, поэтому к этому моменту все были очень измучены.

В это мгновение Камиширо Ори, естественно, чувствовала, что Цин Хуай был самым лучшим.

В лесу стало очень шумно. Поскольку им удалось присоединиться к Цин Хуаю, напряженные нервы этих парней наконец-то немного расслабились.

Они так радовались спасению, как будто все опасности были уже позади.

Однако в этот момент Ван Бинсю, человек самого высокого уровня в этой группе, внезапно сказал нечто странное: «Эй, почему не стало слышно солдат, копающих ямы в лесу? Те, кто в лесу, скажите что-нибудь!»

Однако солдаты, которые должны были в лесу закапывать запечатанные пакеты, не ответили.

Все насторожились!

Ли Ино медленно направилась к тому месту, а Ван Бинсю следовал за ней по пятам.

Когда они подошли к яме, то застыли на месте: яма была вырыта, но двое солдат исчезли!

«Госпожа Ино, здесь пахнет кровью», – невозмутимо сказал Ван Бинсю.

Ли Ино кивнула: «Боюсь, они уже мертвы».

Выражения лиц всех членов команды осенней охоты изменились. Они невольно сбились в кучу, образовав круг, и с опаской смотрели на запретное место, которое постепенно окутывала ночь.

На лице Ли Ино не было и тени страха. Она внимательно осмотрела землю и неожиданно обнаружила, что на земле все еще остались странные следы крови.

Кровавый след тянулся вглубь леса, исчезая в темноте.

Ли Ино присела на корточки рядом с ямой и пристально рассматривала землю: «Это странно. Два человека были убиты одновременно. Мы находились в нескольких десятках метров от них и ничего не слышали. Они активировали какое-то правило запретного места?»

В это время подошел Цин Хуай и сказал Ван Бинсю: «Запретное место действительно опасно, повсюду свирепые звери и растения. Могу я попросить господина Вана помочь, сходить в лес и найти следы двух солдат?»

Ван Бинсю немного подумал и ответил: «Да, я могу, но...»

Прежде чем он договорил, Ли Ино, сидевшая на корточках возле ямы, раздавила лист.

Она хлопнула в ладоши, встала и схватила за руку мастера уровня B. Вдруг она сказала Цин Хуаю: «Запретное место слишком опасно. Это всего лишь два солдата, они не стоят упоминания. Лучше пусть Ван Бинсю защищает команду, где больше людей».

Потом Ли Ино сказала Нань Гэнчэню, стоящему в толпе: «Детка, с этого момента оставайся рядом с Ван Бинсю, он тебя защитит».

Нань Гэнчэнь вздохнул и смиренно ответил: «Ох, ладно».

Ван Бинсю услышал в словах Ли Ино скрытый подтекст и молча взглянул на Цин Хуая. Он понял, что старшая госпожа ему не доверяет.

Таким образом мужчина средних лет больше не собирался идти в лес преследовать убийцу, а вместо этого надежно охранял группу из четырех человек: Ли Ино, Нань Гэнчэня, Сяо Гуна и путешественника-соблазнителя, Чжоу Сюаня.

Цин Хуай нахмурился, наблюдая за этой сценой, и вдруг крикнул: «Командир 7-го взвода, соберите всех вместе! Подсчитайте количество людей!»

Однако вскоре они обнаружили, что в команде, которая должна была состоять из 22 солдат, осталось всего 18.

Каждый в душе хотел закричать. Пропали не два человека, а четыре!

Ли Ино, Цин Хуай и Ван Бинсю отправились проверить другие ямы и обнаружили, что там была еще одна яма, с которой произошло то же самое.

Рядом с ямой была кровь, а солдаты исчезли!

По спине Цин Хуая пробежал холодок. Два человека, которых раньше считали дезертирами, возможно, не сбежали…

Парень, который хотел его убить, уже догнал их!

Он убил более сотни его подчиненных, затем убил Цао Вэя, и теперь он здесь, чтобы убить его самого!

Но вопрос в том, почему он может убивать людей в запретном месте № 002?

Разве в этом запретном месте нет правила «не убивать»?

Или, может быть, пропавшие солдаты все еще живы?

Более того, их противник – всего лишь обычный человек, откуда у него вдруг появилась сила сокрушать солдат?

Подождите-ка, Цин Хуай вдруг кое о чем вспомнил, в запретном месте № 002 как раз есть такое место, где можно увеличить свою силу!

Некоторое время все молчали.

Ли Ино спокойно смотрела на всех. Вероятно, она была единственной, кто в этот момент знал правду.

Опавший лист, который она только что раздавила возле ямы, был Разящим листом, воткнутым в землю.

Молодой человек намеренно воткнул Разящий лист на краю ямы, фактически раскрыв свою личность и намекнув, что им нужно действовать сообща, чтобы убить Цин Хуая.

Теперь она, наконец, поняла, почему полевая рота Цин Хуая так поредела.

Он вообще не смог выполнить задание, и был вынужден от него отказаться!

Ли Ино вздохнула про себя: раньше она думала, что этот молодой человек выглядел безобидным, не умел драться, а в результате он в мгновение ока убил почти всех людей Цин Хуая!

Но ей было немного любопытно, что парень сейчас хочет сделать?

Глава 162. Внутренний сообщник

(Перевод: Ориана)

Ли Ино подмигнула Ван Бинсю, и они все вместе вернулись к остальным.

Если смотреть с точки зрения своих и чужих, она определенно была на стороне Ли Шутона и Цин Чэня.

Даже если не брать в расчет наследие Рыцарей, Ли Шутон все равно оставался ее седьмым дядей, кровным родственником.

Многие не знали, что главе семьи Ли больше всего нравилась Ли Ино, отчасти потому, что Ли Шутону нравился ее характер еще с детства.

Итак, в это время она как бы невзначай начала приближаться к солдатам полевой роты, действуя как сообщник. Если молодому человеку нужна ее помощь в устранении этих препятствий, она незамедлительно примет меры.

Это подготовка профессионального сообщника – заранее занять выгодное местоположение!

Однако после того, как четверо солдат исчезли, больше не было никаких признаков движения: никто не шпионил в лесу, никаких неожиданных атак, как будто ничего и не было раньше.

Цин Хуай немного встревожился. Он посмотрел на Ли Ино: «Все же запретное место слишком опасно. Пойдем на север. Мы отметили текущее местоположение на тактической карте, нам нужно идти на север еще 5 часов, и мы сможем покинуть запретное место!»

Когда все услышали его уверенный тон, и что для того, чтобы выбраться из этой передряги, понадобится всего 5 часов, все сразу оживились: «Тогда пойдем быстрее, чего мы ждем?!»

Однако Ли Ино, услышав это, возразила: «Я не согласна!»

Цин Хуай нахмурился и посмотрел на нее: «Почему?!»

Ли Ино обвела взглядом парней из консорциумов: «Вы действительно думаете, что в запретном месте так легко перемещаться? Вы забыли, что вчера мы явно шли на восток, но прошла ночь, и мы обнаружили, что идем на запад?»

Все растерянно посмотрели друг на друга. То, что сказала Ли Ино, было правдой.

Ли Ино продолжила: «В этом запретном месте творится что-то странное. Перемещаясь ночью, очень легко заблудиться. Сейчас уже стемнело, поэтому мы не должны так безрассудно двигаться вперед».

Цин Хуай холодно сказал: «Мы всего в пяти часах ходьбы от северной границы!»

Ли Ино возразила: «Чем дальше, тем больше мы должны сохранять самообладание. Самая опасная часть хождения по канату – это последние три шага. Теперь, когда нас со всех сторон окружает опасность, мы все должны зажечь костер и держаться вместе, чтобы быть готовыми ко всему, а не отправляться в путь на ночь глядя».

«Кроме того, – бесстрастно сказала Ли Ино, – я тебе совсем не верю».

«Не веришь мне? – Цин Хуай опешил. – Почему ты мне не веришь?»

«Ты и сам это прекрасно знаешь, – усмехнулась Ли Ино. – Я думаю, ты вообще не выполнил задание, но столкнулся с очень опасной ситуацией и был вынужден отступить. Я знаю, ты здесь, чтобы найти запретный предмет ACE-003, Змею обмана. Если ты хочешь опровергнуть мои слова, тогда достань запретный предмет и докажи нам обратное».

В этот раз Цин Хуай промолчал.

Потому что Ли Ино сказала правду!

К тому же, первым заданием всех кандидатов, участвующих в Битве за Тень, является поиск определенных запретных предметов.

Во время первого отборочного раунда ни одному из кандидатов не разрешается пользоваться помощью запретных предметов, но после выполнения первого задания, запретные предметы, которые они получат, они могут оставить себе.

Цин Хуай глубоко вздохнул. Если он сейчас начнет агитировать, некоторые члены команды осенней охоты наверняка пойдут с ним, но Ван Бинсю никогда с ним не пойдет!

Ему нужно, чтобы этот мастер уровня В был рядом с ним!

Группа людей оказалась в тупике. Все размышляли над словами Ли Ино и наблюдали за реакцией Цин Хуая.

Вскоре все обнаружили, что Цин Хуай действительно не мог показать запретный предмет ACE-003, Змею обмана, значит, он действительно раньше лгал им!

Цин Хуай с усмешкой сказал Ли Инуо: «Я слышал раньше, что старшая принцесса третьего поколения семьи Ли смелая и осторожная, и сегодня я убедился в этом».

«Ни к чему эти слова бессильной ярости, – спокойно сказала Ли Ино. – Теперь я подозреваю, что вы привлекли к себе какое-то опасное существо, и именно из-за этого существа вы отказались от задания. Пожалуйста, покиньте команду осенней охоты и держитесь от нас подальше».

Однако в этот самый момент из леса, спотыкаясь, вышла фигура и закричала: «Помогите! Помогите мне!»

Этот крик о помощи прервал патовую ситуацию. Все повернулись и к своему удивлению обнаружили, что это был только что исчезнувший солдат полевой роты!

Все увидели, что он был весь в крови, его ноги и руки были покрыты ножевыми порезами, а его первоначально аккуратная боевая форма была вся в дырках.

Командир 7-го взвода бросился к нему: «Ван Цян, что случилось? Где остальные?!»

Однако прежде чем командир взвода успел подойти, Цин Хуай поднял правую руку и преградил ему путь.

Он услышал, как Цин Хуай бесстрастно сказал: «Стой на месте, подними лицо!»

Ван Цян сразу остановился и стал жалобно просить: «Командир, помогите мне!»

Цин Хуай сказал другому человеку: «Это запретное место очень странное. Подойди и проверь его лично, чтобы убедиться, действительно ли он еще жив».

Солдат, который очень хорошо знал Ван Цяна, подбежал и проверил его пульс, зрачки и сердцебиение: «Командир, он все еще жив, пожалуйста, окажите ему помощь как можно скорее».

«Хм, – Цин Хуай безразлично кивнул, – сначала окажите ему помощь и осмотрите его раны».

Кто-то подошел с аптечкой, а командир 7-ого взвода спросил: «Ван Цян, что случилось? Где, в конце концов, все остальные?»

Ван Цян слабым тихим голосом сказал: «Мы копали яму, но вдруг кто-то напал на нас сзади, а потом нас потащили в лес…»

Его состояние становилось все слабее, а его голос звучал все тише и тише, настолько тихо, что отчетливо расслышать его могли только те, кто был совсем близко.

Цин Хуай непроизвольно сделал два шага вперед.

Но в следующий момент произошла внезапная перемена!

Ван Цян, который поначалу был еще очень слаб, внезапно пришел в ярость. Он оттолкнул солдата рядом с собой и вытащил кинжал, который был засунут в его армейский ботинок.

Внезапно он бросился на Цин Хуая!

Цин Хуай усмехнулся. Он был готов к этому.

Прежде чем кинжал Ван Цяна смог добраться до него, его собственный кинжал уже устремился к животу Ван Цяна.

Цин Хуай планировал заставить Ван Цяна отступить, а затем приказать командиру 7-го взвода взять его под контроль и допросить.

Но произошло нечто неожиданное. Когда кинжал приблизился к Ван Цяну, тот не увернулся, а даже наоборот ускорился и налетел на кинжал Цин Хуая, словно израсходовал все свои жизненные силы.

В одно мгновение, хотя Цин Хуай вовремя сдержал свою силу, кинжал в его руке уже вонзился между грудью и животом Ван Цяна.

Ван Цян, который и так уже был весь изранен, больше не мог держаться на ногах и медленно повалился на землю.

Этот Ван Цян пришел к Цин Хуаю, чтобы намеренно умереть. Если бы он умер, Цин Хуай нарушил бы правило «не убивать»!

Прежде чем все успели отреагировать, Цин Хуай, не сказав ни слова, внезапно бросился бежать на север!

На его пути из-под слоя гнилой листвы внезапно проросли лозы, стремясь крепко опутать Цин Хуая.

Но Цин Хуай просто с силой ударил и порвал все лозы!

Всего за несколько секунд взрывная сила и скорость Цин Хуая стали поразительными.

Ван Бинсю тихо сказал: «Госпожа Ино, этот Цин Хуай оказался скрытым уровнем C, да еще и на пике уровня С».

Ли Ино кивнула: «Он должно быть понял, что сейчас активировал правило и рассчитывает использовать свою силу, чтобы вырваться из запретного места».

«Невозможно, – покачал головой Ван Бинсю. – Даже если это окраина запретного места, если нет уровня В, даже нет смысла пытаться опередить срабатывание правил».

Те, кто нарушит правила запретного места, будут атакованы местными существами и растениями, а не уничтожены напрямую. Это дает людям проблеск надежды.

Но надежда эта слишком призрачная.

Глава 163. Ты не так хорош, как Цао Вэй

(Перевод: Ориана)

Во внутреннем мире есть распространенная поговорка: если активируешь правила запретного места, просто найди благоприятное местечко и жди смерти.

Но если у тебя есть сила уровня B, ты можешь попытаться вырваться с окраины запретного места.

Если у тебя есть сила уровня А, можешь попытаться вырваться из глубины запретного места.

Если у тебя уровень S, то ты должен быть счастлив.

Вот почему Ван Бинсю сказал, что даже если Цин Хуай обладает силой на пике уровня C, он не сможет выбраться.

Однако в это время Ли Ино внезапно сказала: «Но если он говорил правду, и до границы запретного места идти всего 5 часов, то, кто знает, может он действительно сможет добраться до нее».

Но Ли Ино не сказала, что она знала о молодом человеке, который преследовал Цин Хуая и не позволил бы тому уйти.

…

Обратный отсчет 3:00:00

Близилась полночь.

Левая рука Цин Хуая безвольно свисала вдоль туловища, болтаясь туда-сюда, как тряпка, пока он убегал.

Когда он рвал лозы, он не заметил, что его ужалила оса из запретного места, в результате чего вся его левая рука невыносимо болела, а ладонь распухла, как приготовленная на пару булочка.

Если бы он не обладал телосложением уровня C, яд той осы парализовал бы все его тело!

Цин Хуай всегда заявлял миру, что у него была сила уровня D. Он тайно скрывал свою силу, желая преподнести сюрприз тем, кто готовил против него заговор.

Однако он не ожидал, что его первый враг после начала Битвы за Тень окажется таким свирепым.

Он отчетливо помнил, что Ван Цян, пришедший убить его, явно улыбался перед смертью.

У Цин Хуая волосы дыбом вставали каждый раз, когда он вспоминал то улыбающееся лицо. Даже смертники будут колебаться, испытывать страх и сожаление, прежде чем пожертвовать своей жизнью, но у Ван Цяна, похоже, ничего такого не было.

Он просто улыбался.

Эта странная улыбка перед смертью словно говорила: бесполезно скрывать свою силу, тебе конец.

Цин Хуай все время смутно чувствовал, что ощущение опасности, которое постоянно преследовало его, все еще было здесь, человек, который контролировал Ван Цяна, все еще был скрыт в темноте.

В этот момент за Цин Хуаем неслось темное облако, из которого доносилось жужжание. В воздухе летало бесчисленное множество ядовитых насекомых, преследующих его.

В одно мгновение перед ним по земле снова метнулись ползучие лозы и, словно большая плетеная сеть, набросились на него.

Цин Хуай стиснул зубы и подпрыгнул. Только и видно было, как его тело резко поднялось над землей, едва увернувшись от большой сети.

Если бы высота этого прыжка была немного ниже, его щиколотки, вероятно, запутались бы в этих лозах.

Однако не успел он обрадоваться, как услышал доносящийся из леса свист. Два вращающихся листа платана пролетели сквозь промежутки в густой листве деревьев, выстрелив из темноты подобно вспышке молнии.

«Разящий лист!» – воскликнул Цин Хуай.

Эти два ножа из опавших листьев вылетели под весьма необычным углом, и момент был подобран весьма хитро.

Оказалось, что молодой человек, прятавшийся в лесу, все это время следовал за Цин Хуаем по пятам, но, даже если рука Цин Хуая отнялась, он не приближался опрометчиво, а ждал лучшей возможности.

В тот момент, когда Цин Хуай подпрыгнул, у него не было возможности изменить траекторию!

Если бы уже покойного Цао Вэя попросили дать свою оценку, он сказал бы, что этот молодой человек, должно быть, был лучшим охотником в мире. Эта оценка не касалась ни навыков, ни силы, только терпения и боевой мудрости.

Видя, что он не может уклониться от летящих листьев, Цин Хуаю только оставалось с силой развернуть талию и бедра и поймать два Разящих листа спиной.

Когда в критический момент два Разящих листа врезались в кожу его спины, Цин Хуай, элита клана Цин, внезапно напряг мышцы спины и крепко зажал два ножа из опавших листьев, чтобы они не вонзились глубже.

Цин Хуай был рад, что не столкнулся с давно известным Рыцарем, иначе эти два Разящих листа уже убили бы его.

Однако эти два Разящих листа все же нарушили равновесие его тела.

Инстинкт самосохранения мастера уровня С сработал мгновенно.

В тот момент, когда Цин Хуай только коснулся гнилой листвы на земле, его ноги внезапно напряглись и снова с силой оттолкнулись от земли под наклоном, а его тело вылетело вперед, как пушечное ядро.

Он изо всех сил старался отрегулировать угол наклона своего тела в воздухе и восстановил равновесие, когда коснулся земли в следующий раз!

Это уровень C. Кости и мышцы совершенно не похожи на обычные человеческие. Каждый прыжок он совершал словно космонавт на Луне, легко пересекая пространство.

Неудивительно, что в предыдущей битве с Цао Вэем Цин Чэнь проявил чрезмерную осторожность, ему пришлось заставить тяжелораненую добычу бежать более 10 часов.

Это правда, экстраординарные люди в этом мире слишком свирепы, и Цин Чэнь не смог бы противостоять им в открытом бою.

В темноте запретного места Цин Хуай бешено мчался, уклоняясь от своего преследователя и встречающихся на пути препятствий, оглядываясь по сторонам.

В следующий момент он обнаружил, что молодой человек бежит параллельно ему, держась на расстоянии более десяти метров.

Кипя от негодования, Цин Хуай смотрел в сторону. Деревья между ними двумя проносились с бешеной скоростью, но дорога впереди казалась бесконечной.

Ему нужно было отбиваться от атак запретного места, но Цин Чэню этого не нужно было делать, поэтому он никак не мог оторваться от Цин Чэня.

В этот момент молодой человек открыл рот, и сердце Цин Хуая сжалось.

А затем противник бесстрастно сказал ему: «Чтоб у тебя ребенок уродом родился».

Цин Хуай: «?»

Он чувствовал, как будто в груди и животе образовалось облако мутного воздуха, будто желая нарушить ритм его движений, и первоначально сбалансированная система дыхания, мышц, сердца, легких и костей вышла из равновесия.

Прежде чем он успел прийти в себя, он услышал, как Цин Чэнь сказал спокойным тоном: «Чтоб твоя жена гуляла от тебя с каждым встречным».

«Тебя самого мать нагуляла».

«Отец отца называется дедушка».

«Я твой отец».

Цин Хуай: «???»

Цин Хуаю казалось, что он сходит с ума. Ты преследуешь меня только для того, чтобы оскорблять?!

Но самое главное, что сам он не мог ответить тем же!

Если сработает одно правило, существа и растения на окраине запретного места будут пытаться убить его. Если сработает другое правило, все существа из внутренних районов погонятся за ним. Тогда он умрет на месте!

Цин Хуай на бегу внезапно развернулся и побежал в сторону Цин Чэня. Словно два поезда шли параллельно по рельсам, но один из них внезапно решил со всей силы врезаться в другой.

Однако, как только он развернулся, фигура Цин Чэня снова исчезла в темноте, не давая противнику никакого шанса найти общую смерть.

Прежде чем раствориться в темноте, Цин Чэнь бросил Цин Хуаю: «Ты не так хорош, как Цао Вэй».

Цин Хуай на мгновение растерялся, он не ожидал, что противник вдруг скажет такое!

Именно в этот момент он почувствовал пронизывающую боль в правой ноге, как будто кто-то скоблил его кость стальным ножом.

Цин Хуай понял, что дело плохо, поэтому сразу же без колебаний кинжалом вырезал кусок мяса на своей ноге вместе с шестикрылым насекомым, впившимся в его плоть.

Несмотря на это, рядом с раной все еще остался токсин.

Цин Хуая захлестнуло негодование. Если бы у него был уровень B, его кожа была бы крепче, и это шестикрылое насекомое, возможно, не смогло бы прокусить его кожу. Но он еще не достиг уровня B!

Глава 164. В погоне за убийцей

(Перевод: Ориана)

Обратный отсчет 2:00:00.

10 часов вечера.

Густая тьма уже полностью окутала запретное место, и без того изначально потаенная заповедная для людей зона стала казаться еще более пугающей и странной.

Цин Хуай бежал, прихрамывая. Его рука была полностью недееспособной, а нога покалечена наполовину.

Открытая рана на бедре продолжала кровоточить. К счастью, способность мастера уровня С к самовосстановлению была велика, он еще мог через силу держаться.

В сердце Цин Хуая все еще теплилась слабая надежда.

Он подсчитал время, войсковая часть армии Цин, идущая к нему на помощь, должна сейчас прибыть к границе запретного места.

Этим полевым батальоном командовал его собственный дядя, ничто не может пойти не так.

Однако с ним самим что-то пошло не так.

Цин Хуай безостановочно старался уклоняться от странных растений запретного места, но самым раздражающим было то, что в кронах деревьев прятались обезьяны и время от времени бросали в него фрукты.

Эти маленькие монстры были настолько сильны, что, если они случайно попадали по нему фруктом, он терял равновесие.

Цин Хуай прикинул в уме. Парень, который только что оскорблял его, мог использовать Разящий лист, и к тому же овладел столь многими правилами запретного места № 002, так что он, несомненно, был Рыцарем.

Ходят слухи, что запретное место № 002 – домашнее поле Рыцарей. В таком случае, может ли быть, что он так долго бежал, но так и не смог выбраться, потому что это ужасающее гигантское существование не хочет, чтобы он выбрался?!

Чем больше он думал об этом, тем страшнее ему становилось. В этот момент молодой человек снова появился, продолжая двигаться с ним бок о бок: «Тебя вообще родителям на порог подкинули».

«Твоя жена гуляет… Кажется, что-то такое уже было. Тогда, твой дед спит с мужиками».

Цин Хуай: «???»

Его чуть кровью не вырвало. Черт, ты еще не закончил?

Однако в следующую секунду произошло нечто еще более ужасающее. Молодой человек, который только что стал Рыцарем и был способен использовать Разящий лист… достал из кармана большую охапку опавших листьев.

Так ты сейчас уходил, чтобы листьев собрать?

Но… тебе не обязательно было брать так много!

Даже если сила противника невелика и поражающее действие Разящего листа тоже невелико, от него он не получит смертельные раны, но проблема в том, что их слишком много!

Целая охапка листьев, наверное, их не меньше сотни!

Однако он увидел, как Цин Чэнь, бегущий с ним бок о бок, вдруг вытащил один лист, тряхнул запястьем и бросил его.

Цин Хуай инстинктивно уклонился, но вскоре он обнаружил, что опавший лист, который только что бросил противник, вовсе не был похож на нож. Он мягко трепетал на ветру и опустился на него, словно купюра ритуальных бумажных денег, которые сжигают на похоронах!

Лицо Цин Хуая потемнело. Ладно бы ты запустил в меня Разящий лист, но зачем ты запугиваешь меня?

На самом деле, Цин Чэнь только недавно стал Рыцарем, его энергии хватало, чтобы бросить только четыре или пять Разящих листьев в час. К тому же его реальная сила слишком далека от силы Цин Хуая, и даже пять ножей из опавших листьев не смогут его убить.

Более того, слишком сложно заставить все пять попасть точно в цель.

Поэтому лучший способ – создать ситуацию, где сложно отличить истинное от ложного, добившись максимального эффекта при минимальных затратах.

Он смотрел, как Цин Чэнь время от времени бросал по одному листу. В первую секунду после броска лист все еще летел прямо, а в следующую секунду начинал кружиться.

И Цин Хуай все еще не мог не пытаться уклониться от них!

Но когда он уклонялся, это замедляло скорость его бега!

В это время у лучшего представителя молодого поколения клана Цин от злости уже разболелась голова. Он прилагал все силы, чтобы противостоять активированному правилу и бежать, но на его пути был человек, который осыпал его «ритуальными бумажными деньгами»!

Более того, он уже бросил в него больше двадцати листьев, но среди них не было ни одного настоящего Разящего листа. Напротив, он бежал все медленнее и медленнее из-за уклонения от траектории летящих листьев и смотрел, как темное облако позади него вот-вот нависнет над его головой!

Проклятье, это просто невыносимо.

В следующий момент Цин Хуай краем глаза увидел, как запястье молодого человека снова дернулось, но на этот раз он не стал уворачиваться, потому что темное облако позади него было слишком близко, он больше не мог позволить себе уворачиваться!

С-с-с.

Лист вонзился в его поясницу.

На этот раз это был настоящий Разящий лист.

«Шсс!» – Цин Хуай резко вдохнул воздух, все его тело напряглось.

Так больно!

Мышцы талии труднее всего укрепить, особенно поясницу. Он хотел использовать свои мышцы, чтобы зажать Разящий лист, но не смог этого сделать!

К счастью, его телосложение уровня С действительно мощное, а Разящий лист вошел всего на один сантиметр.

Но Цин Хуай знал, что цель молодого человека – не убить его Разящим листом, а замедлить его!

За прошедшее время к погоне за Цин Хуаем присоединялось все больше и больше ядовитых насекомых. Первоначально темное облако было всего лишь небольшим роем, но теперь оно выглядело как огромная грозовая туча. Чертовски страшно.

Цин Хуай слышал позади себя приближающееся жужжание. Кожа на его голове онемела. Он чувствовал, что, возможно, привлек всех ядовитых насекомых с окраины запретного места!

Он резко нагнулся. Мышцы его бедер, голеней и ступней вспыхнули и загудели, словно машина!

Это последний потенциал мастера уровня С!

Он даже мог чувствовать, как немногочисленный подкожный жир дрожит, а затем превращается в топливо для его тела!

Рывок!

Его тело было подобно стреле, сорвавшейся с тетивы. Словно вспышка молнии, он вырвался из гигантского роя насекомых.

Однако…

Цин Чэнь ждал именно этого момента.

Лицо Цин Чэня, который двигался в лесу параллельно ему, было спокойным, как озерная гладь, а в глазах будто плескалась кристально чистая прозрачная вода.

Как раз в тот момент, как импульс прыжка Цин Хуая был почти исчерпан…

Цин Чэнь левой рукой подбросил в воздух десятки опавших листьев. Эти осенние листья будто бы провожали Цин Хуая в последний путь. И в то же время закрывали ему обзор.

В один миг, он резко выбросил правую руку из-за спины, метнув три Разящих листа один за другим!

Как молния!

Цин Хуай увидел, как в просветы беспорядочно кружившихся осенних листьев вылетели три Разящих листа в направлении трех жизненно важных точек на его теле.

Сердце, селезенка и солнечное сплетение!

Цин Хуай напряг поясницу и в воздухе развернулся спиной, чтобы удар этих острых листьев пришелся на широкие мышцы спины.

Но в тот момент, когда он поворачивался к Цин Чэню спиной, Цин Чэнь неожиданно вытащил еще один лист из своих волос и запустил его в шею Цин Хуая!

Именно этого Цин Чэнь и хотел.

Мама Е однажды сказал, что если не принимать во внимание внешние факторы защиты, сонная артерия на шее является наиболее уязвимым местом у человека: она открытая и защищена лишь тонким слоем кожи.

Если ее проткнуть, через несколько секунд из-за нехватки кислорода мыслительные процессы в мозгу прекратятся.

Враг обычно подсознательно защищает это место, но если однажды ты станешь сильнее, ты можешь научиться заставлять противника открывать тебе свои жизненно важные точки.

Время как будто замедлилось.

Нет, на самом деле время не может замедлиться.

Но в тот момент, когда Цин Чэнь бросил Разящий лист, темная туча, преследовавшая Цин Хуая, внезапно остановилась и постепенно рассеялась.

Как будто больше не было необходимости смотреть, попал Разящий лист в цель или нет, запретное место, это ужасающее гигантское существование, уже знало результат.

Тот, кто нарушил правила, умрет, его больше не нужно преследовать.

Зрачки глаз Цин Чэня сузились в вертикальную черту, как у дикого зверя.

В его глазах была только траектория Разящего листа, как будто опавший лист оставил в воздухе четкий след.

А также оставил на шее Цин Хуая тонкую линию крови.

Глава 165. Все кончено

(Перевод: Ориана)

Цин Хуай тихо лежал на земле и смотрел в небо.

Он прикрыл шею руками, чтобы кровь не текла слишком быстро.

Как будто это могло отсрочить его смерть, будто он сам мог снова распоряжаться своей жизнью.

Темная туча рассеялась, растения тоже больше не обращали на него внимания.

После нескольких часов бегства ради спасения своей жизни Цин Хуай действительно вдруг почувствовал себя расслабленно.

Он слишком устал.

Вдалеке послышались шаги. Мягкий звук шагов по гнилой листве звучал как колыбельная. Цин Хуай почувствовал, что его клонит в сон.

Цин Хуай повернул голову, желая получше разглядеть молодого человека.

Но тот не подошел к нему, а присел на корточки подальше от него, спокойно ожидая его смерти.

«Ты все еще так осторожен?» – подумал Цин Хуай.

Его глазные яблоки стали ярко-красными из-за застоя крови. Он наконец ясно разглядел внешность юноши.

Находясь при смерти, Цин Хуай думал о многом.

Он также многое понял...

Этот парень стал новым Рыцарем.

Но разве не ходили слухи, что наследие Рыцарей вот-вот прервется? Никто не мог преодолеть порог.

Мало кто знает, что это за порог, все знают только то, что это трудно.

Говорят, что Ли Дунцзе из Хэнше почти стал преемником Рыцарей, но в конце концов потерпел неудачу. Это одно из сожалений в жизни Ли Дунцзе.

Итак, чьим учеником был этот молодой человек? Чэнь Цзячжана? Ван Сяоцзю? Ли Шутона?

Нет, что-то не так. Цин Хуай вспомнил все, что произошло с момента встречи с ним и вдруг подумал вот о чем: еще вчера он был обычным человеком, но сегодня он смог бежать рядом с ним, не отставая, на чрезвычайно высокой скорости.

«Этот парень совершил прорыв за один день. Он стал Рыцарем только недавно!» Сердце Цин Хуая словно волной накрыло.

«Почему он выглядит таким знакомым? И почему он может использовать Разящий лист сразу после прорыва?!»

Вопросы один за другим непрерывно перемешивались в его голове, как будто хотели превратить его мозг в кашу.

Подождите!

Цин Хуай наконец вспомнил, где он видел этого парня: год назад на банкете по случаю дня рождения Цин Си, потомка прямой ветви консорциума, он сидел в углу.

Цин Си подошел, чтобы сказать ему несколько слов, но тот выглядел очень застенчивым и неохотно разговаривал с другими.

Лишь некоторое время назад он узнал, что человека, которого он видел в тот момент, звали Цин Чэнь, и что он был одним из кандидатов в Битве за Тень.

Но странно то, что Цин Чэнь в то время казался старше, чем сейчас, на несколько лет старше.

Причем внешность была не совсем такая, как сейчас, как если бы он перенес микропластическую операцию.

Странно.

Очень странно!

Теперь Цин Чэнь появился здесь, хотя должен был находиться в тюрьме № 18, и добавить к этому исчезновение Ли Шутона.

Даже если бы Цин Хуай был тупицей, он бы уже понял: Цин Чэнь никогда не навлекал на себя гнев Ли Шутона, он стал его учеником!

Что касается слухов о том, что Ли Шутон запирал его, вероятно, это было только для видимости.

Взгляд Цин Хуая стал растерянным: оказалось, что он с самого начала исключил правильный ответ!

Самая неприметная и, казалось бы, бесполезная маргинальная фигура скрывалась в темноте и стала самым ужасающим Теневым кандидатом.

Рыцари и Хэнше известны тем, что защищают членов своей семьи, и если один из них участвует в Битве за Тень, они обязательно приложат все силы, чтобы помочь ему!

В следующий момент глаза Цин Хуая расширились. Разве он также не был частью их плана? Ли Шутон специально привел Цин Чэня в запретное место № 002, чтобы поохотиться на него.

Таким образом, первый раунд Битвы за Тень только начался, а четвертая ветвь уже выбыла из соревнования!

Цин Хуай улыбнулся из последних сил. Хотел бы он посмотреть на выражения лиц других Теневых кандидатов, когда они обнаружат такого соперника.

Он не мог быть единственным, кто угодил в ловушку.

Кровь под ним образовала лужу. Прежде чем он умер, молодой человек, сидевший на корточках поодаль, вдруг тихо сказал: «Цао Вэй сопротивлялся, как тигр, до последнего вдоха, но тебе даже никогда не приходила в голову мысль сражаться насмерть. Поэтому я сказал, что ты не так хорош, как он».

Молодой человек спокойно сидел на корточках, и его тон был очень спокойным, как будто он сказал совершенно обычное распространенное умозаключение.

Улыбка Цин Хуая мгновенно застыла на его лице, а затем жизнь покинула его.

Убил и раскрыл его мысли.

Но то, что сказал Цин Чэнь, было правдой. Сначала он думал, что Цин Хуай в конце будет самым трудным врагом, но на самом деле, когда он убил Цао Вэя, он понял, что в последний момент отчаянной борьбы маленький человек, который поднялся со дна, является самым страшным.

Потому что ему некуда отступать.

И он никогда не думал отступать.

Обратный отсчет 00:30:00.

Он скоро вернется.

Цин Чэнь посмотрел на запретный предмет ACE-019 на своем запястье, Нить марионетки.

На этот раз в убийстве Цин Хуая главная заслуга принадлежала Нити марионетки. И в то же время это позволило Цин Чэню осознать могущество запретных предметов.

Сначала он выследил и убил пятерых федеральных солдат и принес в жертву души этих пятерых.

На глазах Цин Чэня трупы пяти человек превратились в серую пыль и были развеяны по ветру.

Ужас такого рода жертвоприношения превзошел его воображение: жизнь из свежей плоти и крови обратилась в прах, словно по щелчку пальцев.

Неудивительно, что учитель сказал, что Нить марионетки считается чрезвычайно гнусным запретным предметом.

После жертвоприношения изначально красная шелковая нить стала прозрачной. Теперь она была обернута вокруг запястья Цин Чэня. Если не рассматривать внимательно на свет, ее вообще невозможно обнаружить.

После того, как Цин Чэнь выследил и убил солдат, ему потребовалось тридцать минут, чтобы выпытать имя Ван Цяна.

Потом он своими глазами увидел ужасающую силу Нити марионетки.

Когда другой конец шелковой нити обернулся вокруг запястья Ван Цяна, живой человек словно превратился в пальцы на руках Цин Чэня. Мозгу не нужно было специально руководить им, «марионетка» будет выполнять все действия, строго следуя воле хозяина.

Никаких неточностей, никаких задержек. Совершенно удивительное ощущение.

Битва наконец завершилась, и Цин Чэнь крикнул в лес: «Наставник, вы где-то поблизости?»

«Кхм, я здесь, – Ли Шутон вышел. – У тебя есть какие-то вопросы?»

«На каком я сейчас уровне?» – с сомнением спросил Цин Чэнь.

«Уровень Е», – сказал Ли Шутон.

«Разве вы не говорили, что после прохождения первого испытания жизни и смерти я достигну уровня F?» – Цин Чэнь был озадачен.

«Я тоже не знаю, что происходит. Все физические качества, которые ты продемонстрировал, соответствуют уровню Е, так что, разумеется, ты на уровне Е, – вздохнул Ли Шутон. – Ты превысил общепринятые нормы Рыцарей».

Цин Чэнь подумал про себя, так вот оно как.

Ли Шутон с улыбкой спросил: «Ну как? Я заметил, что после того, как ты убил Цао Вэя, Цин Хуая ты убил уже более ловко. Один уровень Е убил два уровня С. Что чувствуешь?»

Цин Чэнь немного подумал и сказал: «Я еще не оправился от потрясения».

«Ты должен помнить, – Ли Шутон посмотрел на своего ученика и серьезно сказал, – на этот раз ты воспользовался подходящим временем и местом. Ты в полной мере использовал преимущество домашнего поля запретного места № 002, и старики помогали тебе. В будущем будь осторожен, когда встретишь уровень С. Конечно, ты и так был вполне осторожен и не давал им шанса дать отпор, я просто напоминаю».

Цин Чэнь скромно кивнул, не показывая никаких эмоций: «Я запомню, наставник».

В какой-то момент обращение Цин Чэня к Ли Шутону изменилось с учителя на наставника.

Ли Шутон улыбнулся и прошептал: «Хм, эти старики, должно быть, были безмерно рады видеть, как ты убивал людей выше своего уровня. Помни, если в будущем ты снова придешь в дикую местность, если будет время, приходи в запретное место № 002 и вымани все сокровища, которые у них есть…»

Глава 166. Возвращение

(Перевод: Ориана)

«Малыш, тебе пора возвращаться?» – шепотом спросила Ли Ино, посмотрев на Нань Гэнчэня.

Пока никто не обращал на него внимания, Нань Гэнчэнь украдкой взглянул на время на своей руке. Оставалось еще полчаса: «Да, уже скоро».

«Когда вернешься, не забудь хорошенько отдохнуть. За последние дни ты плохо спал. Во внешнем мире хоть немного расслабишься, – заботливо наставляла Ли Ино. – Не знаю, сколько еще мы здесь пробудем. Перед возвращением не забудь хорошенько пописать, у нас больше нет герметичных пакетов…»

Нань Гэнчэнь на какое-то время потерял дар речи, подумав, что эти наставления были слишком подробными. К счастью, больше никто этого не слышал.

После того, как Цин Хуай привел в действие правило и сбежал, команда осенней охоты, два члена семьи Камиширо и солдаты 7-й взвода остались на месте, не осмеливаясь пошевелиться.

В этот момент с севера послышался звук множества шагов, беспорядочных, но тяжелых.

Все посмотрели в ту сторону и с удивлением обнаружили, что к ним приближается несколько огоньков от ручных фонариков.

Свет был настолько ярким, что резал глаза, так что все невольно подняли руки, чтобы прикрыться от него.

Нервы у команды осенней охоты были настолько напряжены, что, увидев что-то аномальное, несколько человек непроизвольно захотели бежать назад.

Но когда они обернулись, то обнаружили, что солдаты тихонько подошли к ним сзади и бесстрастно установили блокаду.

Все, кто сидел у костра, начали вставать один за другим, у каждого из них на лице было написано недоумение.

Из толпы сотен федеральных солдат, окруживших их, медленно пробирался вперед мужчина средних лет.

Он даже не обратил внимания на Ли Ино и Камиширо Сэйске, а сразу обратился к солдатам 7-го взвода: «Почему вы здесь? Где Цин Хуай?!»

Ван Бинсю сделал шаг вперед, намереваясь попросить солдат федеральной армии прежде всего вывести отсюда Ли Ино, чтобы не создавать дополнительных трудностей.

В итоге Ли Ино остановила его, потому что она тоже хотела знать, что Цин Хуай и остальные пережили в запретном месте.

Или, если быть более точным: как Цин Чэнь в одиночку уничтожил войска Цин Хуая?

«Где Цин Хуай?» – снова спросил мужчина средних лет, увидев, что пятеро солдат 7-го взвода переговариваются.

«Несколько часов назад командир Цин Хуай активировал правило запретного места. Он ничего не сказал и бросился прямо на север. Вероятно, он хотел сбежать, прежде чем правило убьет его», – ответил Нин Шунь, командир 7-го взвода.

Мужчина средних лет без лишних слов повернулся к адъютанту и сказал: «Прочешите весь лес на север. Найдите его живого или мертвого!»

В этот момент мужчина почувствовал, как кожа на его голове онемела. Как он должен будет объяснить это матери Цин Хуая, когда вернется в Федерацию?!

Это надежда молодого поколения четвертой ветви семьи Цин!

Он посмотрел на командира 7-го взвода. На этот вопрос должен быть ответ.

«Ты только что сказал, что Цин Хуай активировал правило?» Мужчина средних лет чувствовал, что что-то не правильно. Цин Хуай, очевидно, знал больше правил, чем солдаты, так почему же с солдатами все в порядке, но с Цин Хуаем случилась беда?

Нин Шунь объяснил: «В одного солдата, казалось, вселился призрак, он внезапно захотел убить командира Цин Хуая. Командир Цин Хуай хотел заставить его отступить, выставив кинжал, однако тот бросился на кинжал, убив себя и вынудив командира Цин Хуая нарушить правило».

Когда он сказал это, все присутствующие вздрогнули, вспомнив ту сцену.

Они не знали о роли запретного предмета ACE-019, поэтому, когда они вспомнили о странном поведении Ван Цяна и его странной улыбке перед смертью, они подумали, что описание «одержимость призраком» очень даже подходит.

Мужчина средних лет огляделся, наблюдая за реакцией присутствующих, и холодно сказал: «Какой еще призрак? Кто-то явно знает правила и взял под контроль или может подкупил этого солдата!»

«Почему вы вернулись так рано и как оказались здесь? Расскажи мне все, что знаешь!» – сказал мужчина.

Нин Шунь нерешительно сказал: «Командир, если говорить, находясь здесь, можно случайно нарушить правила…»

Мужчина усмехнулся: «Не будешь говорить – умрешь прямо сейчас».

Нин Шунь собрался с духом и ответил: «Когда мы шли во внутренние районы, какой-то парень использовал правила, чтобы убить два взвода солдат одним махом. После этого командир Цин Хуай решил отправить нас, чтобы сперва выследить его и убить. Но потом мы были почти уничтожены, нам пришлось отказаться от задания и отступить».

Нин Шунь боялся нарушить правила, поэтому не стал вдаваться в подробности.

В этот момент потрясенный офицер роты рядом с мужчиной средних лет нахмурился и выругался: «О чем, блядь, ты говоришь? Как может один человек убить больше сотни таких, как вы?»

Офицер умер.

Правило: никакой ругани.

На глазах лицо офицера постепенно почернело. Очевидно, что он умер от укуса ка кого-то неизвестного ядовитого насекомого.

Мужчина средних лет посмотрел на труп офицера: «Я же уже давным-давно объяснял… Уберите от меня тело этого идиота!»

Нин Шунь, командир 7-го взвода удрученно сказал: «Командир, наши товарищи тоже были убиты правилами. Тот парень смог заманить нас в свои ловушки, прежде чем мы что-либо поняли!»

«Эй, а где Цао Вэй? – спросил мужчина средних лет, как будто вспомнив известное ему имя. – Почему я не вижу Цао Вэя?»

Нин Шунь сказал: «Командир Цао Вэй пошел за тем парнем в одиночку, но так и не вернулся. Командир Цин Хуай сказал… что он, должно быть, мертв».

Мужчина средних лет строго сказал: «Что за чушь ты несешь? Цао Вэй – мастер уровня С!»

Он очень хорошо знал, кто такой Цао Вэй, ведь его нынешняя должность командира полевого батальона изначально принадлежала Цао Вэю!

А ведь когда-то это была достойная фигура в армии!

Сначала он хотел спросить Цао Вэя, что происходит, но он оказался уже мертв?!

Нин Шунь сказал: «Командир, вы можете допросить нас каждого по отдельности. Если в моих словах есть хоть немного лжи, вы можете отправить нас под трибунал».

Лицо Нань Гэнчэня не выражало никаких эмоций, он выглядел так, словно был в оцепенении, но в глубине души он насмехался: с IQ брата Чэня действительно нет ничего странного в том, что он может играть вашими жизнями.

Команда осенней охоты и семья Камиширо, которых держали в неведении, впервые услышали правду.

До этого Цин Хуай заявлял, что они выполнили задание и вернулись раньше времени.

Хотя все ещё сомневались, кто бы мог подумать, что на самом деле их преследовал какой-то парень.

Да и контраст в количественном соотношении был слишком разителен: с одной стороны целая полевая рота, а с другой – всего один человек.

Такая действительность слишком жестокая!

Все в растерянности переглянулись. Никто никогда не слышал, чтобы появился такой персонаж номер один!

Брови мужчины средних лет почти сдвинулись вместе: «Расскажи мне более подробно!»

«Он привел нас к зарослям странного кустарника. Он смог легко пройти сквозь них, но когда наши люди вошли туда, они были разрублены на куски…»

«Мы загнали его на минное поле, но он аккуратно обошел все наши противопехотные мины, как будто у него был металлодетектор...»

«Потом он спел песню и убил наших людей. Остался только один взвод…» – сказал Нин Шунь.

«Спел песню и убил десятки ваших людей?» Мужчина был ошарашен.

«Да», – кивнул Нин Шунь. Когда он говорил о правилах, он был очень осторожен в своих словах, опасаясь самому активировать правила.

Мужчина нахмурился. Он никогда не слышал о таком правиле, из-за которого пение может убивать людей: «Какую песню он пел? Можешь рассказать?»

Нин Шунь поспешно сказал: «Командир, разрешите доложить. Можно сказать, что пение не само по себе убивает людей, а…»

«Тогда спой мне ее», – сказал мужчина.

Нин Шунь запел: «Под мостом перед калиткой проплывает стайка уток...»

Какой-то парень из консорциума вдруг развеселился: «Я тоже знаю эту песенку. А ну давай, давай, скорее сосчитай, два, четыре, шесть, семь, восемь...»

Сын консорциума умер.

Все в шоке распахнули глаза. Почти все догадались, что это было за правило. Они хотели что-то сказать, но не осмеливались.

Ли Ино была раздосадована, этот допрос дороговато ей обходится!

Она сказала мужчине: «Пусть остальные разойдутся. Чтобы разобраться в ситуации, достаточно нескольких человек».

Мужчина кивнул: «Госпожа Ино и господин Камиширо Сэйске останутся, а остальные пусть отойдут! Адъютант Ван, ты тоже останешься! Нин Шунь, продолжай!»

Нань Гэнчэнь собрался уйти, но его удержала Ли Ино. Она сказала мужчине средних лет: «Это мой человек, ему не нужно уходить».

Мужчина немного помедлил: «Хорошо».

Нин Шунь сказал: «Командир, этот парень очень странный. Он прекрасно знаком с правилами запретного места № 002, а также очень хорошо знаком со здешней местностью, словно он у себя дома. Мы пытались окружить его, но он всегда находил способ ускользнуть от нас. Он перемещается по горам и лесам, словно по ровной земле…»

«Он из дикой местности?» – спросил мужчина.

Нин Шунь немного подумал и честно ответил: «Командир, мы не можем быть уверены, что он из дикой местности, но по одежде… он не похож на гражданина Федерации».

«Подожди, у него были механические конечности?» – спросил мужчина.

«Нет», – ответил Нин Шунь.

Теперь мужчина средних лет чувствовал, что тот парень больше соответствует характеристикам жителя дикой местности.

В этот момент Ли Ино вдруг как бы невзначай сказала: «Слушая, как он говорил о жителях дикой местности, я вдруг кое-что вспомнила. Прежде чем мы вошли в запретное место, за нами гнались дикари, но не все так просто, вместе с ними были люди Огненного пруда».

«Огненный пруд?!» У мужчины перехватило дыхание. Федеральной армии не нужно бояться Огненного пруда, это им нужно скрываться от регулярной армии.

Но суть в том, что они не должны были появиться здесь.

Он посмотрел на Камиширо Ори и Камиширо Сэйске, которые кивнули в знак подтверждения.

Ли Ино продолжила: «Огненный пруд уничтожил людей Камиширо и загнал нас в запретное место. Я подозреваю, что их команду ведет старейшина, иначе они не смогли бы так легко разделаться с Камиширо».

Лицо Камиширо Сэйске сразу потемнело.

Ли Ино не обратила на него внимания: «Вы должно быть пришли сюда после получения нашего сигнала бедствия. Я тогда рассказала, что на нас напали дикари. Но что странно, после того, как люди Огненного пруда загнали нас сюда, они внезапно прекратили погоню и необъяснимым образом исчезли. Теперь я подозреваю, что они отправились во внутренние районы запретного места!»

Мужчина средних лет оцепенел. Он знал, что главная ветвь семьи Цин имела тайную связь с Огненным прудом…

События одно за другим всплывали в его памяти, одна мысль породила множество мыслей!

Битва за Тень, главная ветвь, Огненный пруд и парень, похожий на коренного жителя пустоши!

Он чувствовал, что близок к истине!

Ли Ино больше ничего не сказала.

В конце концов, двойному агенту главное не переборщить. Не слишком-то хорошо, если ее подловят на подстрекательстве!

К тому же, она уже сделала значительное дело и практически довела до конца…

Тут мужчина засомневался: «Я помню ваш призыв о помощи, но из Огненного пруда пришло так много людей, почему действовал только один человек?»

В этот момент Камиширо Сэйске внезапно сказал: «Вы знаете об Обряде срезания рогов, существующем в Огненном пруду?»

Ли Ино в душе была потрясена. В какой-то момент она даже подумала, что Камиширо Сэйске был ее сообщником, уж слишком своевременными были его слова.

Так называемый Обряд срезания рогов был традицией Огненного пруда, согласно которой лучшие молодые люди в снежных горах, когда достигают совершеннолетия, должны в одиночку отправиться охотиться на свирепого яка.

Убив яка, они отрубают ему голову и приносят к Огненному пруду, а огромные рога вешают в доме как символ храбрости.

Но эта традиция существовала сотни лет назад. После появления запретных мест и противостояния Федерации и людей пустоши, Обряд срезания рогов также можно было заменить охотой на других свирепых зверей и выдающихся людей Федерации.

Только завершив Обряд срезания рогов, можно стать настоящим воином Огненного пруда и получить право самому возглавить охотничью команду.

А те, кто не завершил обряд, могут всего лишь сопровождать этих людей.

Итак, теперь, когда Цин Хуай стал мишенью, может ли это быть сын старейшины, выполняющий Обряд срезания рогов?!

Вот так неосознанно стрелки были переведены на Огненный пруд, примешав сюда Битву за Тень клана Цин.

Возможно, это вызовет внутреннюю вражду между главной и четвертой ветвями семьи...

Мужчина долго размышлял и краем глаза с подозрением смотрел на Ли Ино и Камиширо Сэйске. Могло ли быть так, что эти два человека объединились, чтобы разжечь внутренние конфликты в клане Цин?

Однако все в консорциуме знали, что Ли Ино была образцовым сторонником войны и что она бы не стала объединяться с семьей Камиширо.

В это время по каналу связи раздался голос: «Командир, найдено тело Цин Хуая!»

Лицо мужчины стало серьезным, его последний лучик надежды угас.

Он повернулся к солдату, отвечавшему за механических собак: «Выпустите всех собак, идите по запаху и найдите убийцу во что бы то ни стало!»

…

В действительности в этот момент самой взволнованной была Ли Ино.

Из всех присутствующих она лучше всех знала реальную силу Цин Чэня.

Поскольку она ребенком всюду хвостиком бегала за своим седьмым дядей Ли Шутоном и решила стать Рыцарем, она лучше всех знала некоторые основные правила Рыцарей.

Прежде чем стать Рыцарем, Цин Чэнь должен быть обычным человеком.

После завершения первого испытания жизни и смерти Рыцарь поднимется сразу на пик уровня F.

Путь Рыцаря отличается от любых других методов совершенствования.

Продвижение большинства методов совершенствования плавное и устойчивое, но после прохождения испытания жизни и смерти сила каждого Рыцаря повышается скачкообразно.

Говорят, что в первые годы новой эры человечества, когда еще не было дыхательной техники, даже если Рыцарь проходил восемь испытаний жизни и смерти, он находился только на пике уровня А.

В то время Рыцари имели численное преимущество и надежный путь совершенствования. Достаточно пройти восемь испытаний жизни и смерти и сразу окажешься на уровне А. Поэтому десять человек часто объединялись против одного врага.

По первому зову они бросались в бой.

Потом морской путь был отрезан, а немного позже Цинь Шэн создал дыхательную технику. Неожиданно индивидуальная сила Рыцарей взлетела до небес. Ли Шутон даже не прошел восьмого испытания жизни и смерти, а уже стал признанным полубогом.

Кто знает, до какого уровня он бы поднялся после завершения восьмого испытания?

К сожалению, Запретное море по-прежнему остается запретной зоной для людей. Ли Шутон, возможно, не сможет достичь самого высокого порога в этой жизни.

Теперь Рыцарь, который только что поднялся до пика уровня F, неожиданно убил в запретном месте почти целую роту солдат. Под конец он заставил Цин Хуая нарушить правило, вынудив его сбежать.

Он смог сделать все это, полагаясь не на силу, а на ум.

Честно говоря, Ли Ино даже немного восхищалась Цин Чэнем. Она бы никогда не смогла сделать то, что сделал он.

Она подумала, раз седьмой дядя намекнул, что они могут доверять друг другу, сможет ли она в будущем сотрудничать с этим новым Рыцарем?

Есть много вещей, которые она хотела бы сделать.

В этот момент Ли Ино вдруг охватило удивительное возбуждение, как будто все пьяны, а она единственная здесь трезвая. Но ей все равно приходилось притворяться, что она ничего не знает.

Поэтому выражение ее лица было немного странным.

Однако Ли Ино не заметила, что выражение лица ее малыша было еще более странным, чем у нее самой…

…

В это время во внутренних районах запретного места № 002.

Несколько десятков жителей дикой местности сидели вокруг горящего костра. Мужчина средних лет с заплетенными в косы волосами отдыхал, прикрыв глаза. Его косы украшали агат и бирюза, а на шее висело ожерелье из фаланг пальцев.

Фаланги в его ожерелье были взяты из кончика мизинца руки, и их количество показывало, сколько людей из Федерации он убил.

Лица и тела этих людей пустоши были бледны.

Но не потому, что они больны, просто на их тела был нанесен странный порошок.

В следующий момент один из них достал мешочек из бараньей кожи и протянул его мужчине: «Старейшина, пришло время повторно нанести пыльцу».

«Да», – старейшина встал, ожерелье на его шее качнулось и костяшки звякнули, стукнувшись друг о друга.

Он достал пригоршню порошка из мешочка и нанес его на лицо и тело.

Тот человек сказал: «Старейшина, цветочной пыльцы Фэнцзюань, что дал нам великий старейшина, осталось не так уж и много. Чем дальше, тем опасней нам оставаться в запретном месте, но добыча так и не появилась… Может, подождем еще денек, а потом вернемся в снежные горы? Боюсь, без пыльцы Фэнцзюань мы не устоим против растений и животных во внутренних районах».

Восполнив слой порошка на своем теле, старейшина задумался: «Нелегко собрать пыльцу цветов Фэнцзюань. Если мы вернемся ни с чем, как мы сможем объяснить это богу?»

«Но мы не можем рисковать здесь своими жизнями, – прошептал тот человек. – Я слышал, как великий старейшина упоминал, что запретное место № 002 очень странное и чрезвычайно зловещее».

Старейшина вздохнул и снова сел. Он поднял руку и взглянул на время, дату и температуру на электронных часах на своей руке. Выражение его лица изменилось.

Если бы Цин Чэнь увидел совершенно дикое костяное ожерелье старейшины, а затем увидел электронные часы на его руке, он, вероятно, испытал бы неописуемое чувство…

Однако все это нормально для народа Огненного пруда:

Собранные костяшки – это дань уважения силе и богу Огненного пруда, а также они являются символом статуса внутри клана.

Что касается электронных часов, то это потому, что ими очень удобно пользоваться!

Из-за некоторых непредвиденных событий люди Огненного пруда получили силу от «бога», что побудило их поклоняться тотему и богу.

Но это не значит, что они должны отвергать технологии... Ведь бог не отвергает технологии!

Охота на машине действительно эффективнее, чем пешком!

Каждая доктрина в этом мире рано или поздно превращается в прагматизм.

Это также эпоха, когда мистика и наука играют разные роли. Несмотря на различия, они обе сосуществуют и переплетаются необъяснимым образом.

Тогда старейшина посмотрел вдаль и вздохнул: «Подождем еще два дня. Если так никого и не встретим, уйдем отсюда до того, как закончится пыльца Фэнцзюань».

…

Вдалеке Цин Чэнь и Ли Шутон благополучно покинули запретное место.

Цин Чэнь обернулся и снова взглянул на густой темный лес, однако почувствовал необъяснимую теплоту.

Он тихо сказал: «Я еще вернусь».

Во время этого путешествия по дикой местности он увидел слишком много чудес и пережил слишком много всего.

Это словно прекрасная мелодия, звуки которой постоянно переплетались и звучали в его жизни.

Изменив его судьбу.

В какой-то момент Цин Чэнь подумал, что в тот миг, когда он впервые пересек границу миров, началась жизнь, которая принадлежала ему.

00:00:00.

Обратный отсчет дошел до нуля.

Возвращение!

________________

Конец первого тома "Ночь первая: Соната".

________________

Здесь главы появляются раньше: https://tl.rulate.ru/book/57415/?ref=388413

Глава 167 - План зачистки

Обратный отсчет 168:00:00.

Когда тьма рассеялась, Цин Чэнь все еще тихо стоял среди зеленых насаждений.

Семь дней назад он стоял именно на этом месте, когда донес на Цин Гочжуна, а затем собственными глазами наблюдал, как полицейский помог Цин Гочжуну сесть в полицейскую машину.

Полиция в этот момент даже еще не уехала.

Цин Чэнь в темноте молча наблюдал, как полицейская машина завелась и тронулась с места, а затем медленно уехала. Он даже мог видеть в машине Цин Гочжуна с опущенной головой, очень подавленного.

Удивительно, что через одно и то же можно пройти дважды с разницей в несколько дней...

На самом деле в его доносе на этот раз была одна очень важная вещь: Цин Чэнь без колебаний дал согласие на продажу квартиры, поэтому Цин Гочжун завершил сделку в тот же день и получил сотни тысяч от продажи.

Это означает, что Цин Гочжун обладал достаточной суммой для азартных игр, чтобы быть наказанным по статье 303 за организацию групповых азартных игр с участием более трех человек с суммой ставок более 50 000 юаней. Наказание по статье предусматривает тюремное заключение на срок до трех лет, постановку на учет, исправительные работы…

Поэтому, когда он в темноте сбил Цин Гочжуна и других игроков, он не забрал их деньги, он даже особо подчеркнул этот момент девушке из полиции, которая приняла звонок.

Цин Чэнь теперь стал путешественником и преемником Рыцарской организации. Он уже давно не относится к таким суммам, как пятьдесят тысяч юаней, серьезно.

Эти несколько десятков тысяч юаней, потраченные на Цин Гочжуна, очевидно, могут сыграть большую роль.

Однако, когда Цин Чэнь увидел, как уезжает полицейская машина, он внезапно почувствовал, что он больше не так счастлив.

Не то чтобы он сожалел о том, что отправил Цин Гочжуна в тюрьму, но он вдруг подумал, что ему в своей жизни больше не нужно беспокоиться о подобных вещах.

У Цин Чэня уже началась новая жизнь.

В это время устройство связи в его кармане завибрировало. Лю Дэчжу лихорадочно отправлял ему сообщения: «Босс, когда вы вернетесь?!»

«Босс, пожалуйста, скорее возвращайтесь и разберитесь с Линь Сяосяо. Если вы этого не сделаете, возможно, я скоро умру!»

Цин Чэнь недоумевал: «Линь Сяосяо хочет тебя убить? Почему он хочет тебя убить?»

Лю Дэчжу взволнованно ответил: «Все согласились сотрудничать днем и играть в нашем спектакле, но ночью он мстит мне и постоянно насылает кошмары!»

Цин Чэнь уже сталкивался с демоном сна и точно знал, через что прошел Лю Дэчжу.

Но он не придал этому значения и спросил о другом: «Что-нибудь произошло в тюрьме за эти дни? Есть ли новые путешественники?»

Лю Дэчжу честно ответил: «Да! К тому же происходит что-то серьезное! После того, как вы ушли, в тюрьму № 18 за семь дней внезапно перевели из других тюрем более 300 человек, и все они ужасно злобные и страшные!»

Цин Чэнь нахмурился: «Линь Сяосяо сказал, зачем они пришли?»

Лю Дэчжу ответил: «Да, сказал. Он сказал, что они пришли искать смерти…»

Цин Чэнь: «...»

Однако, если Линь Сяосяо сказал именно так, Цин Чэнь приблизительно понял, что он имел в виду.

Должно быть, какие-то влиятельные силы узнали об уходе Ли Шутона, а затем перевели сотни людей из других тюрем, чтобы подготовиться к происходящему.

И по всей вероятности они пришли за запретным предметом ACE-005.

«Я понял», – написал Цин Чэнь и засунул устройство связи обратно в карман.

Теперь он уже стал Рыцарем, и следующим шагом будет последовать за Ли Шутоном обратно в тюрьму №18.

Судя по всему, во время следующего перехода произойдет что-то грандиозное.

Цин Чэнь вспомнил, что у него назначена встреча, поэтому натянул капюшон и ушел в темноту.

…

Школа иностранных языков Лочэна.

В полночь на территории школы было очень тихо, никаких снующих туда-сюда учеников.

Дядя Цинь, охранник у ворот, тоже дремал в караульном помещении.

Темная фигура бесшумно перепрыгнула через стену, двигаясь легко и проворно, как кошка.

Цин Чэнь прошел по знакомой дорожке и остановился перед учебным корпусом средней школы, а затем с помощью рук и ног поднялся на крышу прямо по стене.

Подниматься по стене учебного корпуса гораздо легче, чем взбираться на утес Циншань.

Он сел на край крыши. Вскоре маленькая железная дверка позади него со скрипом распахнулась.

Это был худой и маленький Нань Гэнчэнь.

Дверка изначально была заперта. Позже, когда парочкам в школе негде было уединяться, кто-то тайком сломал здесь замок. Снаружи он выглядел нормально, но сердцевина замка не работала.

Честно говоря, эти два всю жизнь одиноких бедных подростка впервые оказались на этой крыше...

Когда Нань Гэнчэнь открыл дверь, он казался немного смущенным.

Цин Чэнь сказал: «Выключи телефон и вытащи SIM-карту».

«О…» – Нань Гэнчэнь сделал, что ему велели.

Цин Чэнь сказал: «Когда мы в будущем будем говорить о Внутреннем мире, мы будем искать места, где никого не будет, подобные этому, пока я не получу крепость данных для защиты конфиденциальности».

Нань Гэнчэнь взглянул на Цин Чэня, сидевшего на краю крыши. Сначала он хотел сесть так же, но затем снова взглянул вниз, и у него пробежали мурашки по спине.

«Кхм, брат Чэнь, – после долгих колебаний сказал Нань Гэнчэнь, – давай я сначала расскажу о себе. Во-первых, Ли Ино уже знает, что я путешественник…»

Цин Чэнь спросил с каменным лицом: «Ты же говорил раньше, что она не знает».

Нань Гэнчэнь вспомнил, как Ли Ино несколько раз спрашивала его, не путешественник ли он, но он отвечал, что нет.

Тогда она почти с обожанием смотрела на него как на умственно отсталого и говорила: «Угу, ладно, ты не путешественник».

Цин Чэнь на мгновение задумался, а потом спросил: «Она просила тебя сказать мне что-нибудь или упомянула обо мне?»

«Нет», – Нань Гэнчен даже растерялся.

«Тогда, по-видимому, она еще не знает о наших отношениях, как и о том, что я путешественник, – предположил Цин Чэнь. – Она как-то отреагировала, когда узнала, что ты путешественник?»

Нань Гэнчэнь сказал: «Она велела мне скрыть это и никому не рассказывать, потому что теперь консорциумы начали разрабатывать план зачистки».

«План зачистки?! – Цин Чэнь вздрогнул. – Для чего это?»

«План обратного влияния Внутреннего мира, – объяснил Нань Гэнчэнь. – На самом деле, люди во Внутреннем мире испытывают сильную неприязнь к путешественникам, особенно всякие важные шишки. Теперь они установили, что замененные люди Внутреннего мира все равно что умирают, их сознание рассеивается, никто не знает, куда оно исчезает. О таком даже думать страшно. Брат Чэнь, я могу их понять. Если бы наш мир был Внутренним миром, и кто-то однажды заменил моего папу, как подумаю об этом… так это же просто отлично?»

Цин Чэнь: «…»

«Постой, неправильный пример, – Нань Гэнчэнь задумался на какое-то время. – У меня есть только один такой друг, как ты. Если тебя, брат Чэнь, однажды внезапно заменят, ты не будешь меня узнавать, не будешь относиться ко мне как к другу. Насколько это страшно? Во Внутреннем мире многие люди сталкиваются с такой ситуацией: друзья становятся чужими, сыновья исчезают, а отцы превращаются в кого-то другого. Это как в научно-фантастических фильмах, которые мы с тобой раньше смотрели, инопланетяне управляют землянами. Очень похоже».

Поэтому уроженцам Внутреннего мира естественно испытывать враждебность к путешественникам.

Никто не хочет находиться под контролем инопланетного вида.

Затем появился «План зачистки».

«Я слышал от Ли Ино, что в настоящее время различные силы Внутреннего мира контролируют множество путешественников, – продолжил Нань Гэнчэнь. – По ее подсчетам, одна только семья Ли контролирует более 300 путешественников, и эти люди являются ключевым фактором в реализации плана зачистки».

«Что они собираются делать с этими путешественниками?» – нахмурился Цин Чэнь.

«Они хотят держать под контролем захваченных путешественников, а когда те вернутся во Внешний мир, то помогут им выследить и убить всех людей с тем же именем и фамилией, что и у них, во Внешнем мире», – сказал Нань Гэнчэнь.

«Так вот какой план зачистки».

Порыв холодного ветра внезапно заставил Цин Чэня почувствовать весь холод осенней ночи.

…

Механизм путешествия между мирами до сих пор остается загадкой, все могут судить о нем лишь в общих чертах: если люди с тем же именем, той же фамилией и такой же внешностью появятся в соответствующей локации, они получат право на участие в «публичном бета-тестировании».

Это правило на самом деле совсем не сложное, поэтому людям из Внутреннего мира легко его выяснить после допроса.

Эти важные шишки полжизни упорно трудились, как они могли мириться с тем, что их заменят другие, когда теперь они наслаждаются своей жизнью?

Вот поэтому они разработали план зачистки, намереваясь на корню уничтожить возможность замены: убить людей с теми же именем и фамилией.

Это самый простой и эффективный способ.

Переселение происходит только в одном направлении. Хотя люди во Внутреннем мире находятся в пассивном положении и вынуждены терпеть урон, но то, что они хотят сделать, им не обязательно делать самим.

После того, как эти умные люди обнаружили путешественников, они не стали напрямую убивать их, чтобы отомстить за своих родных и близких, а решили использовать их.

Цин Чэнь спросил: «Когда они планируют приступить к плану зачистки?»

«Пока им нет необходимости с этим торопиться, – сказал Нань Гэнчэнь. – Ли Ино сказала, что у семьи Ли весьма большие планы. Они даже относятся к путешественникам как к ценным инструментам. У них есть не только план зачистки, но и обратный план переселения!»

«Чего-чего? – Цин Чэнь был сбит с толку. – Они хотят еще переместиться в обратном направлении?»

«Ну, – Нань Гэнчэнь кивнул, – пока это всего лишь идея. Давай я тебе на примере объясню. Например, главу клана Касима зовут Ли Бён Хи. Он постоянно проживает в определенном городе Касимы, который соответствует Сеулу. В это время во Внешнем мире действительно есть человек с таким же именем и внешностью, как и он, но он не живет в Сеуле, поэтому механизм объединения двух Ли Бён Хи не был запущен. Если семья Ли сможет найти того Ли Бён Хи, который живет в сельской местности, а затем во Внешнем мире отправит его в Сеул, который соответствует тому городу во Внутреннем мире, тогда глава Касимы может внезапно стать путешественником!»

Цин Чэнь был потрясен.

«Если попытаться убить Ли Бён Хи во Внутреннем мире, это определенно будет сложно, и результаты будут неизвестны. Но если заменить самого Ли Бён Хи, то ничего не поделаешь, это будет катастрофа! Когда Ли Ино говорила об этом, она была так взволнована», – сказал Нань Гэнчэнь.

Если насчет предыдущего плана зачистки Цин Чэнь еще догадывался, то он никогда даже не думал о подобном обратном плане переселения.

Это слишком отвратительно.

Убрать самых влиятельных людей с наименьшими затратами?!

Цин Чэнь тяжело вздохнул. Каким бы умным и находчивым он ни был в нескольких предыдущих битвах, по сравнению с теми, кто всю свою жизнь до тонкостей разбирался в военном искусстве, его сердце все равно не было таким грязным, как у этих людей.

Нань Гэнчэнь добавил: «Это всего лишь пример. Ли Бён Хи, кажется, больше ста лет. Во Внешнем мире невозможно найти ему замену, но этот метод можно использовать на других людях».

Подождите, Цин Чэнь внезапно подумал вот о чем: могут ли быть заменены Ли Шутон, Линь Сяосяо и другие?!

Это очень серьезная проблема.

Если во Внешнем мире тоже есть Ли Шутон, а силы Внутреннего мира так же намеренно найдут его и отправят в Лочэн, то Ли Шутон тоже в опасности?

На мгновение Цин Чэнь даже захотел реализовать план зачистки. Он наконец-то встретил хорошего наставника, но он будет заменен каким-то путешественником. Он не может с этим смириться.

Но с другой стороны, если во Внешнем мире действительно существует Ли Шутон, в чем его вина? Стоит ли убивать его только потому, что у него те же имя и внешность?

Он вдруг спросил Нань Гэнчэня: «Среди путешественников под контролем Ли есть экстраординарные? Можно ли заменить сверхлюдей?»

«Есть один, – сказал Нань Гэнчэнь. – Ли Ино жаловалась, что способности этого сверхчеловека кажутся не слишком надежными…»

Услышав, что сверхлюди тоже могут быть заменены переселенцами, Цин Чэнь нахмурился.

Не означает ли это, что Ли Шутон действительно будет заменен?

Более того, друзья, которых он в будущем заведет во Внутреннем мире, тоже могут быть заменены!

Он снова спросил: «Среди этих людей есть те, кому вводили генную инъекцию?»

«Нет таких, – сказал Нань Гэнчэнь. – Ли Ино подозревает, что, поскольку гены человека, который получил генную инъекцию, изменяются, поэтому обе стороны не соответствуют условиям для переселения».

Цин Чэнь вздохнул с облегчением, но тут же подумал о другом: «Подожди, не лучше ли тогда всем членам семьи Ли ввести генные препараты? Зачем им план зачистки?»

Нань Гэнчэнь посмотрел на Цин Чэня: «Брат Чэнь, ты разве не знаешь, что у генных инъекций есть последствия?..»

«Последствия? – Цин Чэнь замер. – Что ты имеешь в виду?»

«Это не то же самое, что стать экстраординарным. Тем, кому ввели генную инъекцию, трудно иметь детей, они становятся бесплодными, – сказал Нань Гэнчэнь. – Поэтому консорциумы ищут различные методы совершенствования и пытаются найти способы сделать своих детей экстраординарными, вместо того, чтобы напрямую вводить генные препараты».

Нань Гэнчэнь продолжил: «Ли Ино сказала, что в настоящее время только определенная последовательность генного препарата, которой обладает Запретная инквизиция, не влияет на фертильность, и ее весьма трудно встретить на рынке. Более того, консорциумы опасаются, что есть ничтожная вероятность того, что если найдется абсолютно идентичный человек во Внешнем мире, и он получит точно такую же генную инъекцию, сможет ли он стать путешественником? Все-таки план зачистки более надежен».

Цин Чэнь был шокирован, он действительно не знал, что генные препараты имеют такой побочный эффект.

Значит, раз его собственные гены тоже изменились, он не сможет иметь детей?!

Наставник никогда не упоминал о подобных вещах!

Нет, это такой серьезный вопрос, Ли Шутон обязательно сказал бы ему, а раз он не упомянул об этом, то таких серьезных последствий быть не должно.

После следующего перехода он непременно должен спросить своего наставника…

Как-никак, это очень важно...

Конечно, есть и хорошая новость. Следуя этой логике, учитель не может быть заменен, потому что в тот момент, когда становишься Рыцарем, гены изменяются.

Однако другие сверхлюди, такие как Линь Сяосяо и Е Ван, все еще в опасности!

Нань Гэнчэнь сказал: «Брат Чэнь, есть ли способ предотвратить переселение? Ли Ино очень хорошо ко мне относится. Если ее заменят, разве это не будет равносильно смерти?»

Цин Чэнь на мгновение задумался и сказал: «Возможно, я придумал способ. Я скажу тебе, как только смогу подтвердить это».

В этот момент он вдруг вспомнил кое-что:

Почти каждый сотрудник «Куньлуня» обладает физической подготовкой, которая значительно превосходит физическую подготовку обычных людей. Они определенно получили генные инъекции. Неужели их не волнуют последствия?

Или, они знали о последствиях, но все равно сделали этот выбор.

«Когда Ли планируют приступить к плану зачистки?» – спросил Цин Чэнь.

Нань Гэнчэнь сказал: «Я знаю только, что семья Ли в данный момент не торопится. Они хотят сделать подконтрольных путешественников сильнее, когда их будет не так легко уничтожить, прежде чем приступить к выполнению плана».

Теперь становится все труднее находить путешественников, все больше путешественников научились прятаться. Поэтому, после того, как у семьи Ли появился план получше, они стали рассматривать путешественников как ценный стратегический ресурс.

Консорциум – это группа людей, которые лучше всех в мире знают, что такое выгода. Они найдут способы превратить все негативные факторы в благоприятные условия.

Нань Гэнчэнь сказал: «Брат Чэнь, я рассказал тебе все, что знаю. Я всего лишь… друг Ли Ино, поэтому я не могу слишком много узнать. Если ты хочешь знать больше, боюсь, нужно спрашивать основных членов семьи Ли. Мы с тобой таких людей во Внешнем мире не знаем».

Нань Гэнчэнь не знает, но Цин Чэнь в самом деле знает одного основного члена семьи Ли!

Ли Тунъюнь!

Цин Чэнь пока отложил этот вопрос и спросил: «Как у тебя дела в запретном месте? Ты вне опасности?»

Нань Гэнчэнь вспомнил тот допрос, из-за которого умер член команды осенней охоты, и ответил: «Правила, которые мы теперь знаем, таковы: нельзя справлять нужду где попало, нельзя подпевать другим, нельзя убивать людей, нельзя говорить… Брат Чэнь, ты, должно быть, знаешь много правил, ты не мог бы мне рассказать?»

Цин Чэнь покачал головой: «Нет, если бы это было другое запретное место, я бы рассказал тебе, но я поклялся своему наставнику хранить в секрете правила запретного места № 002».

Нань Гэнчэнь немного подумал и сказал: «Брат Чэнь, в запретном месте произошло много всего. Они сказали, что там был парень, который в одиночку уничтожил целую полевую роту. Но я не думаю, что эти люди заслуживают сочувствия. В конце концов, они используют живых людей для проверки правил».

«Да», – спокойно ответил Цин Чэнь.

«Еще они сказали, что мастер уровня C отправился в погоню за тем парнем и не вернулся».

«Угу».

«А еще, еще, этот парень заставил Цин Хуая бежать. Ли Ино уже раньше говорила, что Цин Хуай – один из сильнейших конкурентов в Битве за Тень. На него возлагали большие надежды, перед ним открывалось безграничное будущее. В результате тот парень обвел его вокруг пальца».

Цин Чэнь улыбнулся: «Что именно ты пытаешься сказать?»

«Брат Чэнь, – Нань Гэнчэнь внезапно посмотрел на Цин Чэня, – я всегда думал, почему такой трусливый человек, как Лю Дэчжу, смог стать любимчиком Ли Шутона, да еще и тобой командует. Потом я еще подумал и понял, что если ваши личности поменять местами, тогда все обрело бы смысл. Парень, о котором они говорили, – это ты, верно? Ты и есть ученик Ли Шутона».

Свист осеннего ветра внезапно прекратился. Мир вдруг затих, словно ожидая ответа.

«Да, мой наставник – Ли Шутон».

…

Ночью на крыше школы.

Секрет был внезапно раскрыт.

Нань Гэнчэнь неожиданно воодушевился: «Я так и знал! На каком основании Лю Дэчжу командует тобой? Как такой умный человек, как ты, может быть подчиненным такого человека?! К тому же, такой человек, как ты, наверняка будет очень крутым во Внутреннем мире. Ты никак не можешь быть обычным охотником в дикой местности!»

Цин Чэнь оглянулся на своего соседа по парте и увидел, что тот чуть ли не прыгает от радости.

Нань Гэнчэнь был так счастлив только потому, что его друг действительно обрел многообещающую жизнь во Внутреннем мире.

Дружба в школьные годы является самой искренней. Многие люди не понимают этой истины. Только когда они покинут школу и вступят в общество, полное людей с коварными намерениями, они осознают, что дружба, которая была у них в прежние времена, – самая драгоценная вещь на свете.

Друзья будут радоваться за тебя, помогать всеми силами, самом необузданном возрасте вместе гоняться за ветром и мечтать.

Ничто не может быть прекраснее этого.

«Брат Чэнь, ты стал Рыцарем?»

«Да».

«Брат Чэнь, ты правда мог управлять тем солдатом по имени Ван Цян и заставил Цин Хуая нарушить правило. Это так круто! А как ты им управлял? Забудь, это твой тайный козырь, я не буду спрашивать!»

«Хм».

Цин Чэнь сидел на краю крыши, облокотившись на одну руку, и, повернув голову, смотрел на своего соседа по парте. Снова подул ночной осенний ветер, но было уже не так холодно.

В этот момент Нань Гэнчэнь сказал: «Брат Чэнь, есть еще кое-что. Позже мы встретились с Федеральной армией, и когда они допрашивали солдат Цин Хуая, Ли Ино помогла перевести стрелки с тебя на Огненный пруд. Теперь все думают, что это Огненный пруд охотился на Цин Хуая, никто не свяжет это с тобой».

Глаза Цин Чэня загорелись. Он и раньше беспокоился об этом моменте, но не ожидал, что Ли Ино поможет ему решить эту проблему.

Он специально оставил Разящий лист рядом с ямой, действительно рассчитывая на помощь Ли Ино.

Но все, на что он надеялся, это то, что она не позволит Ван Бинсю отправиться за ним в погоню.

Неожиданно Ли Ино действительно преподнесла ему сюрприз!

«На, – Цин Чэнь вернул Нань Гэнчэню SIM-карту. – Запомни, до тех пор, пока я не получу крепость данных, ни в коем случае не пиши ничего о путешественниках в WeChat».

Нань Гэнчэнь включил телефон и пролистал новости.

Прошло несколько часов после возвращения, кто-нибудь обязательно уже написал о событиях во Внутреннем мире.

Однако в этот момент Нань Гэнчэнь застыл от удивления: «Брат Чэнь, смотри, Князь отважный опубликовал пост на Weibo, и это связано с нами!»

Когда Цин Чэнь прочитал его, он нахмурился. В этом посте явно говорилось о запретном месте № 002.

Князь отважный: «По состоянию на конец последнего перемещения в дополнении «Битва за Тень», анонсированном Хэ Сяосяо, произошло новое событие: самый популярный кандидат Цин Хуай был перехвачен и убит во время выполнения задания в запретном месте № 002. После провала задания он пытался покинуть запретное место, но ему не удалось спастись».

«В настоящее время Федеральная армия обнаружила тело Цин Хуая. На шее кандидата была смертельная рана, порез сонной артерии, поэтому его смерть была классифицирована как убийство. Обновление прогресса в дополнении Битва за Тень: 8/9».

«Подозревается, что убийца Цин Хуая является неким сыном старейшины Огненного пруда. Похоже, что убийца владеет запретным предметом, он чрезвычайно силен и обладает сверхчеловеческим интеллектом. Он в одиночку почти полностью уничтожил отряд Цин Хуая. Коэффициент опасности крайне высок».

Князь отважный и Хэ Сяосяо давно не публиковали важных новостей. Раньше все думали, что пройдет много времени, прежде чем в Битве за Тень будут какие-либо подвижки, но никто не ожидал, что один из кандидатов умрет так скоро!

Этот пост быстро попал в список популярных поисковых запросов, но анализ Князя отважного также был основан на вводящей в заблуждение информации Ли Ино!

Цин Чэнь поднял голову и посмотрел на Нань Гэнчэня: «Ответь мне на несколько вопросов. Мне нужно проанализировать подсказки к этому человеку».

«Ну, брат Чэнь, спрашивай», – сказал Нань Гэнчэнь.

«Кто знал об участии в этом деле Огненного пруда?» – спросил Цин Чэнь.

«Очень немногие. Только я, Ли Ино, дядя Цин Хуая Чжан Ян, еще адъютант Ван и Нин Шунь, командир 7-го взвода полевой роты, – сказал Нань Гэнчэнь. – Всех остальных заставили отойти».

«После того, как ваше обсуждение закончилось, кто-нибудь кому-нибудь еще об этом рассказал?» – спросил Цин Чэнь.

«Нет, – сказал Нань Гэнчэнь, – Ли Ино попросила меня сходить в туалет перед возвращением, чтобы не вызвать у других людей подозрений из-за различий во мне до и после перемещения. Но я уверен, что с того момента, как я взял герметичный пакет и ушел, никто не двигался с места».

Ну что ж, пока можно считать, что цель находится среди этих нескольких человек.

Цин Чэнь продолжил спрашивать: «Федеральная армия сообщила Ли Ино о причине смерти Цин Хуая?»

«Нет, – покачал головой Нань Гэнчэнь, – все федеральные солдаты были в наушниках, мы не могли слышать их разговор».

«Нин Шунь ведь подвергся допросу, должно быть, на нем не было наушника, верно?» – спросил Цин Чэнь.

«Не было».

Цин Чэнь немного расслабился: «Причина смерти Цин Хуая верна, потому что я убил его собственными руками. В настоящее время, основываясь на подсказках, можно сделать вывод, что Князь отважный – это либо адъютант Ван, либо Чжан Ян!»

Только он не ожидал, что Князь отважный ради популярности напрямую раскроет ему свою личность.

Но Цин Чэнь был слегка озадачен, неужели этот парень уверен, что среди немногих присутствующих в то время людей не было путешественника?

Такое хвастливое раскрытие изменений в Битве за Тень сделало бы его явной мишенью для вовлеченных сторон.

Или у него есть запасной план?

…

Вернувшись домой, Цин Чэнь очень осторожно открыл дверь, опасаясь разбудить Цзян Сюэ и Ли Тунъюнь.

Но он не ожидал, что, открыв дверь, увидит на обеденном столе оставленную еду.

Похоже, Цзян Сюэ не пошла спать сразу после возвращения, предположив, что Цин Чэнь, должно быть, был очень занят и не успел поесть, поэтому приготовила свежую еду, прежде чем снова лечь спать.

Цин Чэнь сел за стол и коснулся тарелки – еда еще не остыла.

На сердце у него потеплело. Тут дверь спальни тихо приоткрылась.

Из комнаты на цыпочках вышла Ли Тунъюнь. На ней была надета ночнушка, в руках она держала тряпичную куклу, размером в половину человеческого роста.

Она подошла к Цин Чэню и жалобно сказала: «Брат Цин Чэнь, спаси меня!»

Цин Чэнь, не раздумывая, отказался: «Ты еще домашнее задание не сделала? Я не буду его делать за тебя».

«Дело не в домашке! – пробубнила себе под нос Ли Тунъюнь. – Речь о моей личности как путешественника. Семья Ли скоро может меня раскрыть!»

«Семья Ли скоро раскроет твою личность как путешественника? – Цин Чэнь осознал серьезность вопроса, девочка не стала бы шутить по такому поводу. – Рассказывай, что случилось».

Ли Тунъюнь тихо сказала: «На этот раз я во Внутреннем мире случайно услышала разговор взрослых. Они сказали, что взяли под контроль больше 300 путешественников и готовятся приступить к выполнению плана зачистки».

«Тогда как этот план зачистки приведет к раскрытию твоей личности?» – спросил Цин Чэнь.

Ли Тунъюнь немного подумала и спросила: «Брат Цин Чэнь, ты даже не спросил меня, в чем заключается план зачистки, значит, что ты уже о нем знаешь, верно?»

Цин Чэнь не знал, смеяться ему или плакать: «Ты такая сообразительная!»

Ранее девочка пришла к выводу, что Цин Чэнь был путешественником, просто наблюдая за реакцией Цин Чэня на членов «Куньлуня».

Теперь она уцепилась за несоответствие первой реакции в его словах и сделала вывод, что Цин Чэнь уже знал о плане зачистки.

Такого рода способности к логическому рассуждению и способности улавливать детали, пожалуй, нет даже у старшеклассников, таких как Лю Дэчжу.

Цин Чэнь сказал: «Я знаю о существовании плана зачистки и примерно знаю, о чем он. Продолжай».

«Ага, – Ли Тунъюнь послушно кивнула. – Консорциум Ли не так уж скоро приступит к выполнению плана зачистки, потому что путешественники слишком слабы, в основном это обычные люди. К тому же, требуется время, чтобы промыть путешественникам мозги, возможно, в будущем они станут солдатами. Это займет несколько месяцев. Они сказали, что без обучения эти путешественники не будут лояльными. И даже если насильно повысить их уровень, они все равно будут бесполезны, их могут убить в любой момент».

Цин Чэнь кивнул. Это соответствует определению «стратегические ресурсы». Если этих путешественников использовать опрометчиво, уровень потерь будет слишком высок, тогда коварные планы Ли могут не увенчаться успехом.

Ли Тунъюнь продолжила: «Сначала они планируют ввести путешественникам генную инъекцию самого низкого уровня»».

«Какого уровня они планируют достичь, прежде чем начать действовать?» – спросил Цин Чэнь.

«Уровня D, – сказала Ли Тунъюнь. – Это средний уровень спецназа во Внутреннем мире».

«Тогда еще есть время, – сказал Цин Чэнь. – Интервал между генными инъекциями должен составлять один месяц, тогда план зачистки начнется через два-три месяца».

«Но перед выполнением плана зачистки они должны подготовиться, – сказала Ли Тунъюнь. – В ближайшее время семья Ли отправит несколько путешественников, чтобы украсть данные о регистрации граждан по месту жительства во Внешнем мире, чтобы найти информацию и определить цели убийства в плане зачистки».

Цин Чэнь нахмурился.

Точно, если вы хотите реализовать план зачистки и убить людей с таким же именем, вы должны сначала узнать, сколько есть людей с таким же именем и где они находятся.

И все эти данные о регистрации можно найти в национальной сети!

А с помощью базы данных о регистрации цели плана зачистки будут точными!

В этом мире много людей с одинаковым именем. Если кого-то из семьи Ли зовут Ли Сян, для выполнения этой задачи им придется убить сотни или даже больше тысячи людей.

Но с базой данных регистрации не так уж и сложно это сделать, достаточно сравнить фотографии.

Цин Чэнь прекрасно понимал, что с уровнем технологий Внутреннего мира этим людям достаточно принести какое-нибудь небольшое устройство, и они легко смогут взломать базу данных с информацией о регистрации граждан в системе общественной безопасности во Внешнем мире.

Дело не в том, что уровень безопасности этой базы данных о регистрации недостаточно высок, а в том, что у другой стороны есть технологии, превосходящие время!

Девочка продолжила: «Если Ли получат эту информацию о регистрации, вероятно, вся семья Ли будет немедленно проверена. Когда мое имя, возраст и фотография совпадут, я боюсь, меня сразу раскроют».

Цин Чэнь вздохнул. Он не ожидал, что столкнется с такой трудной ситуацией сразу после возвращения: «Когда они собираются выкрасть информацию о регистрации?»

«Знаю только, что скоро, но я не знаю точного времени. Может во время этого возвращения, а может в следующий раз, – объяснила Ли Тунъюнь. – Я еще слишком маленькая, поэтому плюс в том, что они меня не избегают намеренно, когда разговаривают, но минус – я не могу сама ни о чем спрашивать».

Он спросил: «Где ты сейчас во Внутреннем мире?»

Ли Тунъюнь сказала: «Перед возвращением я вышла на улицу, сказав, что хочу прогуляться. Сейчас я нахожусь на улице с ночными магазинами в первом районе города 18. Там какая-то студенческая демонстрация в знак протеста и очень много людей. Я могу смешаться с толпой в любой момент. Но за мной идут два телохранителя, не знаю, смогу ли я от них избавиться».

Цин Чэнь вздохнул с облегчением: «Я не ожидал, что ты будешь настолько бдительна, знаешь, как спастись своими силами. Ничего. Если у них все получится, прежде всего избавься от телохранителей, а потом я найду способ о тебе позаботиться. По крайней мере, я не позволю тебе пострадать от рук семьи Ли».

Однако, пока ее личность не раскрыта, лучше попытаться решить этот вопрос во Внешнем мире!

Ведь утечка информации из базы данных затронет всех путешественников Внешнего мира.

Если позволить семье Ли заполучить такую вещь, они смогут мгновенно проверить всех во Внутреннем мире!

«Брат Цин Чэнь, что нам теперь делать?» – прошептала Ли Тунъюнь.

В инциденте с перемещениями, наконец, наступил самый большой поворотный момент после того, как Внешний мир вторгся во Внутренний.

Реакция консорциумов последовала слишком внезапно. Они реальными действиями заявляли всем, что Внутренний мир – не ягненок, ожидающий заклания.

Тем не менее, это и есть настоящие консорциумы. Когда они сталкиваются с опасностью, они открывают свои окровавленные пасти и показывают свои острые клыки.

Цин Чэнь посмотрел на Ли Тунъюнь и сказал: «Мы не сможем справиться с этим самостоятельно. Мне нужно найти способ передать сообщение Куньлуню».

Глава 168 - Опять переведенные ученики

Глубокой ночью.

Цин Чэнь вернулся в свою комнату и достал устройство связи: «Ты здесь?»

На этот раз даже в 3 часа ночи Лю Дэчжу сразу же ответил: «Босс! Я здесь! Когда я сплю, я кладу устройство связи рядом с подушкой. Когда оно вибрирует, я просыпаюсь. В любое время жду, когда вы меня позовете. Босс, как я себя показал?»

Цин Чэнь сидел на кровати в своей спальне. Выражение его лица стало немного странным. Почему Лю Дэчжу внезапно сменил тон?

От такой внезапной преданности ему стало немного не по себе.

Цин Чэнь отправил сообщение: «Позвони в Куньлунь, есть кое-что очень важное, что нужно передать им как можно скорее».

Через несколько минут Лю Дэчжу отправил Цин Чэню сообщение: «Босс, номер телефона Лу Юаня занят, я не знаю, кому еще позвонить, но не волнуйтесь, я знаю, как найти Куньлунь».

В данный момент.

В квартале Синлун Воробьятник из «Куньлуня» с воодушевлением осматривал все вокруг в бинокль, а Леденец в это время сидел со стаканом кофе в руке и изнывал от скуки.

Откровенно говоря, члены других организаций по сравнению с ними имеют более крутые прозвища: Черный волк, Красная птица или еще что-то впечатляющее.

Напротив, прозвища членов «Куньлуня»: Воробьятник, Боярышник, Гаечный ключ, Леденец, Кабачок, – звучат очень приземленно.

«Как думаешь, зачем мы должны защищать его? – беспомощно вздохнул Леденец. – Я не думаю, что он настолько ценен, чтобы его защищать».

Воробьятник огляделся по сторонам и ответил: «Ошибаешься. Мы не защищаем его. Командир Лу велел нам присматривать за ним, чтобы использовать его для поимки преступников. Ценность этого Лю Дэчжу слишком высока, многие обратят на него внимание. Очень многие путешественники прячутся в темноте, и мы не можем их найти. А Лю Дэчжу как ночной фонарь, комары сами слетятся к нему».

«Это правда», – сказал Леденец, немного подумав.

В этот момент Воробьятник внезапно сказал: «Эй, почему Лю Дэчжу вдруг вышел?.. Что он делает?»

Леденец посмотрел вниз через окно. Поразительно, Лю Дэчжу бегал кругами и бешено размахивал руками, выглядя как пациент психушки.

Они не могли не вспомнить о том вечере, когда он говорил «аба, аба…»

В это время Лю Дэчжу перестал размахивать руками и просто подошел к воротам жилого комплекса, где было припарковано два такси.

Он подумал-подумал и решил сесть в то, где водитель выглядел моложе и больше соответствовал характеристикам сотрудников «Куньлуня».

Сев в машину, Лю Дэчжу уставился на водителя.

Водитель посреди ночи немного занервничал. Когда он собирался спросить Лю Дэчжу, куда он едет, Лю Дэчжу сказал: «Я Лю Дэчжу».

Водитель: «…А?»

Водитель совершенно растерялся. Они сидели, уставившись друг на друга. Ситуация зашла в тупик…

В бинокль Воробьятник увидел, как Лю Дэчжу садится в такси, но прошло много времени, а такси так и не тронулось с места...

Воробьятник сглотнул, развернулся и бросился вниз по лестнице.

Леденец крикнул ему в спину: «Ты куда?»

Воробьятник поспешно сказал: «Этот придурок ищет нас. Он думает, что водитель в такси – один из наших, но мое такси еще в ремонте, а у ворот наших вообще нет!»

В это время Лю Дэчжу в машине смотрел на водителя и вдруг сказал: «Выглядите похоже, и QR-код для оплаты есть, но все еще есть несоответствие».

Таксист был озадачен: «Какое несоответствие?»

«Таксисты посреди ночи слушают рассказы по радио, но вы не слушаете», – сказал Лю Дэчжу.

Водитель растерялся: «У меня радио сломано...»

Лю Дэчжу наклонился вперед и немного тише сказал: «Не нужно объяснять, я знаю твой секрет».

Совершенно обескураженный таксист дрожащим голосом спросил: «Брат, ты парень Сяохуа? Как ты меня нашел? Мы с ней просто обычные друзья…»

Лю Дэчжу сказал еще более тихим голосом: «Перестань притворяться, я знаю, кто ты такой, у меня есть срочное важное дело к твоему боссу!»

Теперь таксист не знал, смеяться ему или плакать: «Брат, хватит, ты меня пугаешь!»

Внезапно дверца такси распахнулась.

Воробьятник вытащил Лю Дэчжу с пассажирского сиденья, а затем объяснил водителю: «Извините, у моего приятеля крыша поехала!»

Лю Дэчжу узнал Воробьятника: «Эй! Ты тот водитель, который отвез меня той ночью на улицу Синшу. Я тебя узнал!»

Он схватил Воробьятника за руку: «Мне нужно найти твоего босса. Я должен сказать ему кое-что очень важное. Быстрей, нельзя терять ни минуты. Я хочу сейчас же сказать ему это с глазу на глаз!»

Воробьятник на мгновение остолбенел: «Нашего босса нет в Лочэне, ты можешь рассказать все мне!»

…

В этот момент самолет только что приземлился в Пекинском международном аэропорту Дасин.

Ночью аэропорт был окутан оранжевыми огнями, отчего выглядел теплым и уютным.

Пассажиры один за другим выходили из самолета, и все с любопытством смотрели на черный полноразмерный внедорожник, стоящий неподалеку.

Рядом с внедорожником стояли два охранника в черных костюмах.

Это похоже на сцену из фильма, где встречают в аэропорту какого-то важного человека, торжественно и загадочно.

Несколько минут спустя из самолета медленно вышел Чжэн Юаньдун в своем черном френче.

Он спокойно подошел к черному внедорожнику. Хэ Цзиньцю открыл дверь, выпрыгнул из машины и, расплывшись в улыбке, сказал: «Старый командир отделения, добро пожаловать, но я не ожидал, что ты полетишь коммерческим рейсом. Что еще более удивительно, я проверил, ты в самом деле сидел в эконом-классе. Неужели Куньлунь настолько обнищал?»

Чжэн Юаньдун спокойно посмотрел на Хэ Цзиньцю: «Для клинка должна быть использована хорошая сталь. Куньлунь не имеет привычки тратить деньги впустую. На эти деньги лучше купить дополнительную страховку для сотрудников, чтобы они не беспокоились о будущем своих семей».

(п.п. – пословица «для клинка должна быть использована хорошая сталь» означает, что любые ресурсы должны использоваться там, где они наиболее необходимы и актуальны, чтобы добиться наилучших результатов)

«Старый командир отделения, как и всегда, очень внимателен к своим подчиненным, – с восхищением сказал Хэ Цзиньцю, одетый в элегантный костюм, – но мне очень любопытно, что же заставило тебя прилететь в столицу посреди ночи?»

«Есть кое-что важное, – сказал Чжэн Юаньдун. – Наши люди заметили, что консорциумы предприняли новые шаги, они уже захватили немало путешественников».

«Два члена Девяти царств тоже были разоблачены, в настоящее время они удерживаются семьей Цин в неизвестном месте, – улыбка Хэ Цзиньцю постепенно угасла, он стал более серьезным, – но раз уж старый командир прилетел в столицу глубокой ночью, было бы лучше, если бы ты рассказал мне то, чего я не знаю».

Чжэн Юаньдун спокойно сказал: «Недавно мой человек был задержан семьей Ли. Он предположил, что вместе с ним были задержаны сотни людей. Я подозреваю, что Ли скоро предпримут что-то серьезное. Не только семья Ли, но и Цин, и Чэнь, должно быть, сделают то же самое».

Хэ Цзиньцю ответил: «Я думаю то же самое, старый командир, и их действия должны быть связаны с нашим Внешним миром. Гиганты Внутреннего мира столкнулись с опасностью, и они не будут сидеть сложа руки и ждать смерти».

В этот момент Чжэн Юаньдун внезапно сказал: «Мой человек в любой момент может быть раскрыт, как член организации Внешнего мира. Ты тоже должен прекрасно понимать, что консорциумы не захотят, чтобы нам стал известен их план действий, потому что мы будем сопротивляться организованно и планомерно. Поэтому прежде чем приступить к реализации своего плана, они наверняка найдут способ очистить команду. Мои люди готовы умереть при исполнении служебных обязанностей».

Хэ Цзиньцю немного подумал и сказал: «Старый командир, если ты хочешь, чтобы мы вместе спасли их, то сейчас я могу только отказать тебе. Цена слишком высока. Куньлунь и Девять царств в настоящее время не способны конкурировать с Внутренним миром. Мы должны терпеливо развиваться и ждать подходящей возможности».

«Я и не думал об их спасении», – Чжэн Юаньдун выглядел серьезным. Хотя ему было больно об этом думать, и он даже предвидел, какой конец ждет его подчиненных, он все равно ничего не мог сделать во Внутреннем мире.

«Тогда что же хочет сделать старый командир?» Хэ Цзиньцю спокойно вынул из-за пазухи «Золотую монету истины», запретный предмет ACE-099.

Золотая монета непрерывно перескакивала на тыльной стороне его руки, легко подпрыгивая, как танцующая фея.

Темный ночной аэропорт, внедорожник, элегантно одетый молодой мужчина и загадочная золотая монета, все это придавало Хэ Цзиньцю неповторимую ауру.

Чжэн Юаньдун посмотрел на золотую монету и сказал: «Хэ Цзиньцю, ты больше не можешь доверять другим людям? Тебе нужно использовать запретный предмет, чтобы отличить правду от лжи?»

Хэ Цзиньцю улыбнулся: «Босс Чжэн, есть ли в этом мире кто-нибудь, кто заслуживает доверия?»

Чжэн Юаньдун сказал: «Если нет товарищей по оружию, которые могут доверять и поддерживать друг друга, как дальше идти к цели?»

Хэ Цзиньцю ушел от ответа: «Сначала скажи мне, босс Чжэн, что ты от меня хочешь, и помни, мне нужна правда».

Чжэн Юаньдун бесстрастно сказал: «Когда Внутренний мир наносит ответный удар, самое важное – это не твоя или моя жизнь, а жизни всех путешественников. Но есть одна вещь, которую нельзя позволить заполучить консорциумам, – это база данных о регистрации граждан по месту жительства. Это самое опасное. Как только они заполучат ее, они перепроверят всех путешественников».

Самое главное, что база данных о регистрации граждан объединена в общенациональную сеть, и войти в нее можно через любой компьютер, подключенный к внутренней сети управления общественной безопасности. В нее слишком просто попасть!

Они же не могут каждый день посылать людей следить за тысячами офисных зданий управления общественной безопасности, верно?

Хэ Цзиньцю немного подумал и сказал: «Если ты хочешь, чтобы я закрыл доступ к базе данных с информацией о регистрации и физически изолировал ее, то я не смогу этого сделать. Босс Чжэн, ни у тебя, ни у меня нет таких больших полномочий, к тому же это слишком большое дело. Нужно подать заявку, предоставить отчет, получить одобрение. Боюсь, это может занять несколько месяцев».

Чжэн Юаньдун сказал: «Я знаю, что твои 12 крепостей данных уже созданы, и в ближайшие несколько дней ты планируешь запустить платформу группового чата, чтобы все путешественники попали под твой контроль. Но я надеюсь, что ты повременишь с этим и используешь крепости данных для защиты базы данных о регистрации!»

Хэ Цзиньцю нахмурился: «Босс Чжэн, у меня свои планы. Ты же совершил эту поездку не только для того, чтобы задержать мой прогресс, да?»

«Ты и сам отлично знаешь, что важнее. Надеюсь, ты поставишь общую ситуацию на первое место», – сказал Чжэн Юаньдун и быстро зашагал к терминалу аэропорта.

В этот момент золотая монета на тыльной стороне ладони Хэ Цзиньцю резко остановилась.

Он шепотом спросил: «То, что сказал босс Чжэн, правда?»

Поверхность золотой монеты стала словно жидкой и пошла рябью, а когда она снова затвердела, узор на лицевой стороне золотой монеты превратился в кольцо из пшеничных колосьев.

Правда.

Он достал золотой слиток, влил его в золотую монету и прошептал: «Мой долг выплачен».

Хэ Цзиньцю убрал Золотую монету истины, а затем посмотрел на одинокую спину Чжэн Юаньдуна.

У человека, который удалялся от него, не было спутников, и, похоже, он в них не нуждался. Он был подобен первопроходцу, которого подпитывала его вера, и ему было все равно, один он или нет.

Хэ Цзиньцю крикнул: «Обещаю, что сначала использую крепости данных, чтобы защитить базу данных регистрации».

Чжэн Юаньдун махнул рукой, показывая, что понял.

Хэ Цзиньцю снова крикнул: «Старый командир, не жди своего рейса. Частный самолет Девяти царств находится здесь. Я попрошу кого-нибудь отвезти тебя обратно. Время сейчас – наш самый ценный ресурс».

В этот момент внезапно зазвонил телефон Чжэн Юаньдуна.

Когда он ответил на звонок, выражение его лица стало сосредоточенным, как будто собеседник сказал что-то очень важное.

Повесив трубку, он повернулся к Хэ Цзиньцю и сказал: «Кто-то получил более конкретную информацию, чем мы. Консорциумы разработали план зачистки и хотят принять ответные меры против Внешнего мира! И ответят они уже скоро. На этот раз мы с тобой должны объединить усилия! Сотни путешественников контролируются всего лишь одним консорциумом. Они планируют повысить силу этой группы путешественников до определенного уровня и дать им самую профессиональную подготовку».

Хэ Цзиньцю был поражен. Он не ожидал, что кто-то получит более подробную информацию, чем «Куньлунь» и «Девять царств»!

Он немного подумал и спросил: «Босс Чжэн не боится, что я на этот раз я вмешаюсь во внутренние дела?»

Чжэн Юаньдун посмотрел на него и сказал: «Общая ситуация важнее всего. Теперь это наша совместная миссия. Если есть какие-то разногласия, мы можем отложить их на потом».

Улыбнувшись, Хэ Цзиньцю согласился: «Хорошо. Я предполагал, что однажды снова буду сражаться бок о бок со старым командиром отделения, но я не ожидал, что этот день наступит так скоро».

Однако в этот момент Хэ Цзиньцю засомневался: информация, предоставленная этим информатором, была слишком точной, по крайней мере, более точной, чем информация «Девяти царств» и «Куньлуня».

Они могли опираться только на догадки, но этот человек, похоже, был причастным к этому делу.

Хэ Цзиньцю понял, что за кулисами может скрываться путешественник, который опередил всех в этой гонке со временем.

Он должен найти этого путешественника.

…

Обратный отсчет 161:00:00.

7 часов утра.

Цин Чэнь толком не успел поспать, как уже нужно было вставать и идти в школу. Он заглянул в Weibo и увидел, что пост Князя отважного быстро поднялся в топ в горячем поиске.

Треть людей в разделе комментариев обсуждали Битву за Тень. Всех привлекла эта тема, они как будто наблюдали за борьбой выдающихся сыновей императорской семьи за трон.

Были также люди, которые собирали обрывки фраз, опубликованные разными путешественниками, обобщая информацию о кандидатах на должность Тени.

Цин Чэнь мельком просмотрел их и обнаружил, что информации было побольше, чем у него...

Например, Цин Хуай – старший сын в третьем поколении четвертой ветви семьи Цин и самый перспективный кандидат в Битве за Тень.

Цин Вэнь любит наблюдать за боями зверей. Для него всегда зарезервирована самая роскошная отдельная комната на самой знаменитой бойцовской арене города 12. У него даже есть белый тигр, пойманный в запретном месте, чрезвычайно свирепый.

Цин Ши – единственная девушка в Битве за Тень и редко появляется на публике.

А Цин И – самый молодой из кандидатов, говорят, что он еще учится в средней школе.

Конечно, вся это информация общедоступная, в ней нет ничего важного.

Однако, упорядочивая эту информацию, они кое-что обнаружили.

Оказывается, они обобщили информацию только о восьми кандидатах, но в списке остался последний Теневой кандидат, о котором никто ничего не знал.

За именами других кандидатов следовал ряд интересных фактов.

И только у девятого кандидата даже имя было неизвестно. Это как-то слишком неожиданно.

В этот момент устройство связи рядом с ним завибрировало.

Цин Чэнь взял его и взглянул на сообщение от Лю Дэчжу: «Босс, я снова получил странное письмо. Когда я проснулся утром, оно было рядом с моей подушкой. Босс, я так напуган».

Обладатель Печати дьявола внезапно появился снова.

«Не бойся, его цель – не ты, – ответил Цин Чэнь. – Что написано в письме?»

Лю Дэчжу передал содержание письма через устройство связи слово в слово: «У тебя больше информации, чем у меня. Ты заинтересовал меня еще больше, хи-хи».

Увидев это сообщение, Цин Чэнь нахмурился. Информация, упомянутая этим человеком, очевидно, касалась «плана зачистки».

Потому что письмо пришло очень «вовремя».

Прошлой ночью он специально объяснил Лю Дэчжу, что это дело следует держать в секрете и сообщить об этом непосредственно лидеру «Куньлуня».

Потому что неизвестно, есть ли в «Куньлуне» и «Девяти царствах» «шпионы» из Внутреннего мира.

Внутренний и Внешний миры теперь переплетаются, они словно вовлечены в «шпионскую» войну, где каждый внедрил своих тайных агентов.

Проигрывает тот, кого разоблачат первым.

У Цин Чэня не было возможности определить, откуда обладатель Печати дьявола узнал эту информацию, но это был очень опасный сигнал:

Либо «Куньлунь» и «Девять царств» не очень хорошо справились с обеспечением конфиденциальности.

Либо владелец Печати дьявола более могущественный, чем он предполагал.

В любом случае, ситуация очень опасная.

В этот момент Лю Дэчжу отправил еще одно сообщение: «Босс, рядом с моей подушкой из воздуха появились еще два письма. Вот что там написано: «Тебе интересно, как я получил информацию? Хи-хи» и «Почему бы нам не сравнить, кто обнаружил больше шпионов Внутреннего мира? Хи-хи».

Когда Цин Чэнь увидел эти два «хи-хи» подряд, у него разболелась голова.

А потом ему пришло в голову, что это может быть жирный волосатый извращенец, который хихикает, как девушка, и его голова заболела еще сильнее.

Но есть и хорошая новость: этот человек, похоже, противостоит Внутреннему миру, и он не должен раскрывать им секреты Внешнего мира.

Цин Чэнь некоторое время не был уверен в позиции этого закулисного игрока.

Подождите-ка, на этот раз он отправил два письма?

Это означает, что количество слов в письме, отправленном Печатью дьявола, на самом деле ограничено, иначе он написал бы все в одном письме.

Тут Лю Дэчжу написал: «Босс, еще одно письмо: ты можешь приказать своему рабу капнуть кровью на почтовую марку, а затем сжечь письмо, тогда я получу твой ответ».

Цин Чэнь был удивлен. Линь Сяосяо не сказал, что запретный предмет ACE-017, Печать дьявола, позволяет еще и отвечать на письма!

Он подумал и написал: «Спроси его, зачем он меня ищет».

Лю Дэчжу взял с кухни нож для фруктов, стиснул зубы и порезал палец, а затем выдавил кровь на марку.

В тот момент, когда его кровь коснулась марки, темно-красная кровь начала извиваться сама по себе, образуя странный круглый почтовый штемпель с линией непонятных символов на внутреннем круге.

Лю Дэчжу написал в письме: «Зачем ты меня ищешь?»

Затем пошел на кухню, взял круглый поднос из нержавеющей стали, положил туда письмо и поджег.

Собеседник ответил: «Конечно, я найду тебя и заставлю стать моим рабом, хи-хи».

Цин Чэнь сказал Лю Дэчжу: «Напиши: ты не боишься в конце концов стать моим рабом?»

С кислой миной Лю Дэчжу снова выдавил несколько капель крови и последовал указанию.

Ответ: «Кажется, это тоже неплохой выбор, хи-хи».

Цин Чэнь был ошеломлен. Что это за человек такой? Он действительно думает, что быть его рабом неплохо?!

После того, как Лю Дэчжу отправил Цин Чэню точные слова в письме, он внезапно добавил просьбу: «Босс, вы не можете написать сразу все, что хотите сказать? Боюсь, я не выдержу, если вы будете говорить так предложение за предложением…»

Он ответил: «В письме, отправленном Печатью дьявола, есть ограничение на количество слов. В следующий раз, когда Ху Сяоню даст тебе золотые слитки, оставь себе два и купи какое-нибудь укрепляющее средство. Это твоя компенсация».

Никто в этом мире не будет оказывать услуги другим бесплатно, и Цин Чэнь не заставит Лю Дэчжу работать на него без вознаграждения.

Более того, упомянутая здесь компенсация на самом деле относилась к генной инъекции. В конце концов, он непреднамеренно стерилизовал Лю Дэчжу, что действительно заставило Цин Чэня чувствовать себя виноватым.

В любом случае, Лю Дэчжу всего лишь старшеклассник, он действительно не заслуживал такой участи…

Он не знал, есть ли какой-то способ восстановить репродуктивную функцию в будущем?

Однако Лю Дэчжу, который понятия не имел об этом, услышал, что может оставить себе два золотых слитка, и вдруг радостно рассмеялся: «Спасибо, босс! Босс такой щедрый! Пусть босс заработает целое состояние! Что такое немного моей крови по сравнению с делами босса? Сущие пустяки».

Цин Чэнь на мгновение задумался: «Напиши ему ответ: это он является подстрекателем в инциденте на горе Лаоцзюнь?»

Ответ: «Это я, хи-хи».

Цин Чэнь отправил сообщение: «Спроси его, как он может спать по ночам, совершая такие ужасные вещи, и не боится ли он попасть в ад?»

Ответ: «Разве мы не в аду?»

Прежде чем Цин Чэнь успел ответить, тот человек отправил еще одно письмо: «Мой брат вот-вот проснется, давай поболтаем в следующий раз, хи-хи».

Цин Чэнь вздохнул с облегчением, наконец-то все закончилось.

Теперь, когда появился такой путешественник, ему трудно чувствовать себя в безопасности. Тот человек подобен злому демону, смотрящему на него из темноты, готовому в любой момент высосать его кровь и костный мозг.

Забрать его душу.

Однако в этой коварной игре между двумя сторонами у Цин Чэня есть небольшое преимущество: по крайней мере, ему не нужно резать себе пальцы и выдавливать кровь…

В доме Лю Дэчжу запах горелой бумаги привлек внимание его родителей.

С тех пор как Лю Дэчжу стал путешественником, его родители также обращали внимание на общественное мнение, поэтому они знали, что их сын – один из самых влиятельных путешественников.

Хотя им все еще было трудно понять многие странные вещи Внутреннего мира, но поскольку их сын был самым крутым, они старались разобраться и принять это.

И старались найти общие темы с Лю Дэчжу.

В этот момент отец Лю Дэчжу осторожно открыл дверь спальни и посмотрел на дымок внутри комнаты, на порезанный палец Лю Дэчжу, а затем на кучку пепла на подносе.

Он долго сдерживался и наконец спросил: «Э-э... ты проводишь какой-то ритуал?»

Лю Дэчжу: «???»

Его отец поспешно сказал: «Как закончишь, приходи завтракать...»

…

Цзян Сюэ уже приготовила завтрак. На ней был коричневый фартук, рукава небрежно закатаны.

Напевая какую-то мелодию, она расставляла тарелки на столе.

В отличие от прошлых плохих дней, она не испытывала никакого стресса, теперь ее тело и разум были полностью расслаблены.

Ее аура тоже изменилась, словно с пыльной жемчужины начисто вытерли всю пыль.

Увидев Цин Чэня, выходящего из комнаты, Цзян Сюэ улыбнулась и сказала: «Сяочэнь, на этот раз во Внутреннем мире не было опасности?»

«Нет, – улыбнулся Цин Чэнь. – Тетя Цзян Сюэ, мне кажется, сегодня ты очень счастлива».

«Да, – с улыбкой сказала Цзян Сюэ, – я купила на черном рынке еще две маленькие бутылочки специального лекарства для лечения травм. Если ты снова будешь тренироваться, используй его, не стесняйся. Тетя будет приносить его тебе после каждого перемещения во Внутренний мир».

Ли Тунъюнь подняла голову: «Когда моя мама вчера ночью вернулась из Внутреннего мира, ее щеки были раздуты, как у хомяка».

Цзян Сюэ улыбнулась и погладила Ли Тунъюнь по голове: «Ешь свой завтрак».

В это время Цзян Сюэ снова сказала Цин Чэню: «Когда я утром пошла за продуктами, я обнаружила, что в соседней квартире уже кто-то живет. Я думала, что пройдет какое-то время, прежде чем там кто-то поселится. По крайней мере, сначала ремонт сделают».

Цин Чэнь задумался: «Если он въехал в такой спешке, может это тоже путешественник? Тетя Цзян Сюэ, ты не видела, как выглядит новый владелец?»

Его квартира была продана в обветшавшем состоянии. Штукатурка облупилась, углы были покрыты плесенью, а одна из лампочек перегорела. Цин Чэнь даже не удосужился ее заменить.

Новый владелец не сделал даже косметического ремонта, а просто въехал.

Кроме того, они не слышали никаких звуков переезда. Неужели этот человек спал прямо на кровати Цин Чэня?

...

Когда он пришел в школу, он был потрясен, обнаружив у входа множество роскошных автомобилей, каждый из которых стоил более миллиона юаней. Они заняли все парковочные места учителей.

Цин Чэнь был озадачен. В школе что-то случилось?

Проходя мимо него, многие обсуждали это: «В школе много новых переведенных учеников. Мы и раньше догадывались, что к нам переведутся новые ученики, но не ожидали, что их будет так много сразу!»

Кто-то сказал: «Мой дядя – член комитета комсомола школы. Он сказал, что сюда внезапно перевелось много учеников, и все они из семей высокопоставленных людей, некоторые из них сказочно богаты. Все роскошные машины у ворот принадлежат этим переведенным ученикам, и большинство из них сами водят машину».

«Я также слышал, что все представительские люксы в отеле Yading Peninsula забронированы на год!»

«Кстати, мой дядя сказал, что они все перевелись в соседний класс 2-4…»

В таком маленьком городе третьего уровня, как Лочэн, если твоя семья владеет компанией стоимостью в десятки миллионов, ты уже являешься очень богатым человеком во втором поколении.

Но в школе местные дети богатых родителей мало чем отличались от обычных учеников. Они просто носили одежду качеством получше, более дорогие кроссовки, и сигареты, которые они курили, были дороже, но больше ничего.

Разве они когда-нибудь видели такое скопление роскошных автомобилей?

Некоторые задавались вопросом: «Почему все переведенные ученики такие богатые? Это бред какой-то».

Однако Цин Чэнь не считал это бредом. Это своего рода «ошибка выжившего»: только такие богачи могут так легко переводиться в другую школу, как и когда им вздумается. Даже если обычный ученик становится путешественником, он не сможет так легко перевестись в школу поближе к «большому брату» по своему желанию.

Поэтому единственные переведенные ученики, которых все видят, – это «денежные мешки».

Оживленно беседуя, ученики шумной толпой входили в школу.

Среди толпы, похоже, только Цин Чэнь шел спокойно, как будто все это не имело к нему никакого отношения.

Однако, проходя по коридору мимо класса 2-4, даже такой путешественник, как Цин Чэнь, повидавший многое, чуть не споткнулся на месте.

В этой небольшой классной комнате собралась целая толпа учеников. Некоторые были одеты в слегка странную модную одежду, а у некоторых даже были дреды.

Самое главное, что в одном классе было больше сотни человек!

Переведенные ученики окружили Лю Дэчжу плотным кольцом и наперебой сообщали ему о своих нуждах: «Это... босс, у меня есть два врага во Внутреннем мире. Ты можешь попросить Ли Дунцзе убить их для меня? Я дам тебе адрес».

«Босс, я хочу получить две генных инъекции. У тебя есть в наличии?»

«Босс, мне нужно...»

Из толпы послышался слабый голос Лю Дэчжу: «Успокойтесь вы все, говорите по одному, и я не такой всемогущий, как вы все думаете…»

Цин Чэнь подумал про себя, смогут ли учителя поддерживать какой-либо порядок в этом классе?

Разве это класс 2-4 старшей школы? Это же явно легендарная торговля на черном рынке, а Лю Дэчжу они принимают за NPC, «торговца на черном рынке».

Однако, когда он услышал, как один из них просит Ли Дунцзе помочь кого-то убить, он внезапно понял, почему так много учеников внезапно перевелось сюда.

Из-за смерти Ван Юнь.

Новость, что Ли Дунцзе убил Ван Юнь, распространилась как лесной пожар. В глазах всех это являлось воплощением способностей и статуса Лю Дэчжу.

Дочь таких богатых родителей так легко погибла во Внутреннем мире.

Обычные люди были бы в ужасе, но эти люди находили это возбуждающим.

Это был мир, где они могли получить настоящий выброс адреналина!

В этот момент Цин Чэнь случайно налетел на Нань Гэнчэня.

Тот подошел к нему ближе, понизил голос и с довольным видом сказал: «Брат Чэнь, они все здесь ради Лю Дэчжу, но, пожалуй, они даже представить не могут, что истинный бог находится не в классе 2-4, а в соседнем!»

Нань Гэнчэнь выглядел взволнованным. У него было чувство, что все пьяны, и лишь он один трезв, такое трудно описать словами.

Цин Чэнь взглянул на него: «Не выпендривайся, это очень опасно».

«Брат Чэнь, не волнуйся, я не проболтаюсь!» Нань Гэнчэнь еще раз взглянул на класс 2-4 и подумал про себя, что был единственным, кто обнимал правильные бедра.

Они вернулись в свой класс.

В классе к Цин Чэню внезапно повернулись Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэнь и с улыбкой сказали: «Привет, одноклассник, с этого момента мы будем видеться чаще».

Цин Чэнь был немного удивлен: «Разве вы двое не должны быть в соседнем классе?»

Ху Сяоню улыбнулся: «Ты должно быть видел, что творится в соседнем классе. Там слишком суматошная обстановка, поэтому вчера вечером мы оба подали заявление о переводе в ваш класс. Ты тоже мог догадаться, что мы путешественники, и пришли сюда ради Лю Дэчжу. Однако сейчас вокруг него слишком много людей, для нас нет смысла оставаться там. Лучше отказаться от идеи полностью полагаться на помощь постороннего и самим найти выход во Внутреннем мире».

Он говорил очень спокойно и откровенно.

Ху Сяоню оценил логику поведения большого босса за кулисами. Он был сдержанным и осторожным, мудрым и невозмутимым, однако очень темпераментным.

Такой человек должен свысока смотреть на этих богатых сопляков.

Если он будет тусоваться с этими выскочками, пожалуй, большой брат также будет его презирать. Что им нужно сделать сейчас, так это стать сильными, чтобы иметь достаточную практическую ценность.

А Чжан Тяньчжэнь добавил: «Кроме того, соседний класс сейчас действительно слишком переполнен…»

Выражение лица Нань Гэнгчэня стало странным. Он сказал про себя, этот шаг очень удачно привел вас к истинному богу… Потрясающе.

Они заняли столы, которые как раз освободили Ван Юнь и Бай Ваньер, поэтому не было необходимости приносить новые.

В итоге в последнем ряду за четырьмя столами они расположились в таком порядке: Нань Гэнчэнь, Цин Чэнь, Чжан Тяньчжэнь и Ху Сяоню.

В следующий момент в класс вошел классный руководитель Тянь Хайлун. Позади него шла очень высокая девушка. Она засунула руки в карманы своей толстовки, а выражение ее лица было чрезвычайно спокойным.

Изначально на голове у нее был надет капюшон, но войдя в класс, она, как ни в чем не бывало, откинула его, и ее длинные черные волосы рассыпались по спине.

У нее было обычное овальное лицо, однако за ним скрывалась решимость.

Тянь Хайлун встал на трибуну и сказал: «Ребята, в нашем классе новая ученица. Эта ученица…»

Пока учитель представлял ее классу, Цин Чэнь с каменным лицом смотрел на девушку. Он не обращал внимания на слова учителя, потому что он уже видел эту девушку раньше.

Именно она помогла ему разобраться с бандитами на горе Лаоцзюнь.

Цин Чэнь как будто вернулся на стоянку той ночью, все его воспоминания и этот момент наслаивались друг на друга.

Он мог даже представить, что в тот момент, когда она подняла руку и увеличением гравитации заставила преступника упасть на колени, выражение ее лица в тени под капюшоном было таким же спокойным.

Однако, пока Цин Чэнь смотрел на девушку, девушка тоже взглянула на Цин Чэня.

Ее взгляд скользнул по Цин Чэню, остановился на Чжан Тяньчжэне, а затем быстро вернулся к Цин Чэню.

Она внимательно смотрела на него.

Нет, даже не смотрела…

Скорее детально изучала.

Пока Тянь Хайлун не сказал с трибуны: «Пожалуйста, представься своим новым одноклассникам».

Все еще не сводя глаз с Цин Чэня, девушка сказала: «Зовите меня просто Ян-Ян, спасибо».

Краем глаза Цин Чэнь заметил, что Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэнь ошеломленно смотрят на эту девушку, повернулся к ним и спросил: «Вы с ней знакомы?»

Чжан Тяньчжэнь объяснил: «Мы с ней старые друзья и знаем друг друга уже давно. Она также легенда нашей средней школы в Хайчэне. Ты когда-нибудь видел видео... как десятилетняя девочка-иностранка ходит по лесу и стреляет? Она ловко меняла винтовки, перезаряжала магазин и всегда попадала в цель… Когда мы были младше, наши родители водили нас на открытое стрельбище за границей, так она была более свирепой, чем та маленькая девочка…»

Цин Чэнь был ошеломлен. Он видел то видео, но не ожидал, что в Китае найдется такая свирепая девушка.

Ху Сяоню добавил: «Когда Ян-Ян было 16 лет, она пересекла Индийский океан на парусной яхте. Она также столкнулась с пиратами, которые грабили рыбаков в море. Мой отец сказал, что она убила троих из них из автоматической винтовки с расстояния более сотни метров. Ей действительно удалось отбиться от пиратов».

Цин Чэнь и Нань Гэнчэнь растерянно посмотрели друг на друга. Для них, двух школьников из маленького города, рассказ о таком поступке звучал, словно волшебная сказка.

В это время Ян-Ян спустилась с трибуны, прошла по классу и остановилась перед столом Чжан Тяньчжэня. Она молча посмотрела на него.

Одна секунда, две, три…

Чжан Тяньчжэнь робко собрал свои книги и встал, освобождая для нее место.

________________

Пока искала, как правильно отель называется, попалось много фотографий) Вот такое круглое здание на берегу озера.

Глава 169 - Человек за кулисами

В глазах своих одноклассников Чжан Тяньчжэнь и Ху Сяоню уже считались богатыми и красивыми молодыми людьми высшего уровня.

Когда они пришли навестить их в больнице, все получили представление о степени их статуса.

И телохранители за пределами палаты, и медицинская бригада, отвечавшая за их лечение, были чрезвычайно профессиональными.

Это было не то обращение, которое могли позволить себе обычные богатые семьи.

Однако даже такой красивый и богатый молодой человек обиженно ушел после того, как Ян-Ян спокойно посмотрела на него три секунды…

Чжан Тяньчжэнь пробормотал, собирая свои вещи: «Почему ты притесняешь меня, а не Сяоню? Просто видишь, что я покладистый!»

Ян-Ян взглянула на него: «Хочешь снова быть побитым?»

Чжан Тяньчжэнь немедленно закрыл рот и послушно пересел за другой стол.

Раньше они учились в одной частной школе. Мальчики в том возрасте довольно озорные: им нравится тыкать девочек карандашами в спину и дергать их за хвостики.

Этот неуклюжий способ привлечь внимание девочек очень их раздражает.

Однако Ян-Ян никогда не становилась мишенью для подобных розыгрышей, потому что если бы кто-нибудь осмелился проделать с ней такое, он бы в конечном итоге был повален на пол и избит.

Девушка села между Цин Чэнем и Ху Сяоню. Ху Сяоню тихо спросил: «Ян-Ян, ты слышала о Ван Юнь?»

«Да, – кивнула Ян-Ян, – ваше дело вызвало столько шума в нашем кругу, что хочешь не хочешь, услышишь. Но я не думаю, что кого-то следует винить в этом. Каждый должен знать, как рискованно играть с огнем».

Прозвенел звонок на урок, Ху Сяоню вздохнул и замолчал.

Цин Чэнь и Нань Гэнчэнь переглянулись. Они поняли, что эта Ян-Ян, похоже, имеет очень высокий статус в кругу Ху Сяоню.

Однако Цин Чэнь не мог понять, почему она решила сесть рядом с ним.

Она узнала его?

Очевидно, девушка сначала не обратила на него внимания, ее взгляд скользнул мимо, но неожиданно снова вернулся к нему.

Таким образом, даже если она его не узнала, у нее наверняка возникли какие-то подозрения.

Первым уроком был английский. Девушка по имени Ян-Ян ни разу не подняла головы и продолжала писать в своей тетради и что-то рисовать.

Когда урок уже подходил к концу, девушка внезапно написала записку и передала ее Цин Чэню.

Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэнь, которые молча наблюдали за ней, были ошеломлены, когда увидели, что она сделала. Что произошло? Ян-Ян написала парню записку? Они все правильно поняли?

По их впечатлению, которое сложилось об этой девушке, они не удивились бы, если бы она схватила Цин Чэня за шею и начала душить.

Но чтобы она записки передавала, такое и представить себе невозможно!

Если бы они рассказали это одноклассникам в Хайчэне, им бы никто не поверил!

Пока эти двое обсуждали произошедшее, Цин Чэнь молча смотрел на лежащую перед ним записку, в которой говорилось: «Я знаю, что ты меня узнал».

Он немного подумал и написал в записке: «Одноклассница, о чем ты?»

Девушка спокойно написала: «Я тоже тебя узнала».

Его сердце сжалось.

Она действительно узнала его.

Девушка повернулась и серьезно посмотрела на профиль Цин Чэня, ожидая его ответа.

Этот острый взгляд проникал в самую суть, казалось, он улавливает каждую деталь лица Цин Чэня, и такое внимательное рассматривание вызывало огромное чувство угнетения.

Цин Чэнь ответил: «Одноклассница, а ты не ошиблась?»

Ян-Ян снова написала: «Ты был тем убийцей на горе Лаоцзюнь той ночью. Хотя ты изменил прическу, глаза те же самые. Ошибки быть не может».

Цин Чэнь ответил: «Одноклассница, ты действительно обозналась».

Тут Ян-Ян решила перестать тратить время на пустые препирательства.

Она вытащила рисунок из-под тетради и положила его на стол перед Цин Чэнем.

Цин Чэнь посмотрел на карандашный рисунок перед собой с простыми линиями и точным распределением света и тени. Оказывается, когда девушка рисовала, она рисовала его!

На этом рисунке у Цин Чэня была изображена только верхняя половина лица, но глаза были как живые.

Ян-Ян написала: «Той ночью ты впервые убил человека? Если это так, то ты лучше меня».

Цин Чэнь смотрел на рисунок перед собой. Он был изображен немного жалким, волосы растрепаны и пыль на лице.

Но во взгляде было больше решимости и настойчивости.

Обуреваемый жаждой убийства.

Он подумал, что если бы посмотрел в зеркало в ту ночь, то увидел бы себя точно таким же, как на этом рисунке.

Неужели у этой девушки тоже фотографическая память?

Так чувствовал себя не только Цин Чэнь. Когда Нань Гэнчэнь сбоку украдкой взглянул на этот рисунок, он, казалось, снова вспомнил все, что произошло той ночью.

Свирепые бандиты, взвивающееся к небесам пламя и кричащая толпа.

И Цин Чэнь, который спас его в критический момент.

Прошло много дней, и Нань Гэнчэнь почти забыл об этой сцене.

Но этот набросок был настолько волшебным, что внезапно вернул его в ту самую ночь.

Увидев, что он ничего не говорит, Ян-Ян снова написала ему: «Я рисую уже 12 лет. Лучше всего мне удается передавать детали лица. Томас Лоуренс – один из моих любимых художников. Даже если я видела всего один раз, я никогда не забуду такие характерные глаза и мимику».

Цин Чэнь немного подумал и по-прежнему написал в записке: «Одноклассница, ты ошибаешься».

Ян-Ян взглянула на него и больше ничего не сказала.

На самом деле Цин Чэнь знал, что она уже убедилась, что он и есть убийца, но он не мог признать это.

Он вложил рисунок в книгу, а затем аккуратно разорвал записку на мельчайшие кусочки, чтобы наверняка никто не смог ее восстановить.

Ху Сяоню мельком взглянул на эту записку. Хотя он не мог четко видеть, что в ней было написано, но там был плотный текст их диалога.

В это время из коридора послышались торопливые шаги.

К двери класса подошел завуч и объявил: «После урока все соберитесь на спортивной площадке. В последнее время выявлено много случаев заражения вирусом гепатита В. Сегодня в школе проводится обязательный медицинский осмотр. Утренние занятия отменяются. Пожалуйста, действуйте организованно и не задерживайте осмотр».

Нань Гэнчэнь внезапно оцепенел. Он хотел тут же посмотреть на Цин Чэня, но сдержался.

Он подсознательно чувствовал, что этот медицинский осмотр проводится неспроста!

Гепатит B является инфекционным заболеванием 2 категории согласно национальному реестру инфекционных заболеваний, заразиться им не так просто.

Но проблема в том, что никто никогда не видел такого поспешного медицинского осмотра, и никто даже не предупредил их, чтобы они сегодня не завтракали.

Все слишком внезапно.

В классе поднялся шум. Все были рады, что уроки отменили, и не важно из-за медосмотра или еще чего.

Ян-Ян улучила момент, посмотрела на Цин Чэня, и прошептала: «Скорее всего, они ищут тебя. Среди известных происшествий за последнее время, только ты оставил следы крови на горе Лаоцзюнь. Не надейся, что обойдется. Я предлагаю тебе найти предлог, чтобы избежать медосмотра».

Ян-Ян имела в виду, что единственным человеком, кто пролил кровь и не стоит на учете в «Куньлуне», был Цин Чэнь.

Цин Чэнь с удивлением посмотрел на нее. Он не ожидал, что она будет советовать ему спрятаться.

Немного подумав, он все же продолжил упорствовать: «Одноклассница, ты действительно обозналась».

Когда прозвенел звонок на перемену, Цин Чэнь похлопал Нань Гэнчэня по плечу, и они вдвоем спустились на спортивную площадку.

Ни следа беспокойства. Ни следа неуверенности.

Теперь настала очередь Ян-Ян удивляться. У этого парня уже есть способ и уверенность, что его не обнаружат?

…

Ху Сяоню взглянул на спину Цин Чэня, затем посмотрел на Ян-Ян: «С ним что-то не так?»

Ян-Ян бросила на него взгляд: «Тебе пока не нужно это знать, просто будь осторожен и не провоцируй его».

Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэнь изумленно переглянулись, неужели они упустили что-то очень важное?

Почему Ян-Ян сказала им не провоцировать Цин Чэня? Неужели он какой-то монстр?

В действительности, когда в ту ночь пожар начал перекидываться от одной гостиницы к другой, Ян-Ян уже примчалась на место происшествия.

Она ждала подходящего момента убить преступника, но прежде чем она успела что-либо сделать, за спиной преступника появился молодой человек.

Ян-Ян собственными глазами видела, как Цин Чэнь без всяких эмоций воткнул нож сзади в селезенку бандита.

Также весьма странной была и его техника стрельбы. Очевидно, что этот парень даже пистолет держал, не как положено. С первого выстрела промахнулся, но при втором выстреле сразу же смог точно скорректировать траекторию!

Кровь, стрельба и юноша.

Как прекрасная картина.

В тот момент она поняла, что парень на самом деле слегка торопился и волновался, но в этом хаосе он отбросил все свои сложные эмоции и превратился в холодную машину для убийства.

А затем она снова посмотрела на эту холодную машину для убийства, источающую поразительную страстность и мужество.

Это чувство было настолько странным, что позади этого парня она почти забыла, что собиралась действовать, и просто молча восхищалась тем, как он показывает свое искусство убивать.

Ян-Ян вспомнила, что, когда она пересекала Индийский океан, она фактически была вынуждена убить людей. Когда появились пираты, если бы она не убила их, они бы убили ее.

А если бы они ее схватили, ее ожидала бы участь похуже смерти.

С тех пор она на самом деле никого больше не убивала. Столкнувшись с бандитом на стоянке, она лишь раздробила ему колени.

Но Цин Чэнь отличался от нее. В ту ночь он был охотником, который активно искал свою добычу.

Она вспомнила кровавые следы на земле той ночью, а затем вспомнила упорство и хладнокровие молодого человека, преследовавшего главаря в темноте.

Интуиция подсказывала Ян-Ян, что этот парень очень опасен.

Спускаясь по лестнице, Нань Гэнчэнь прошептал Цин Чэню: «Брат Чэнь, я видел рисунок переведенной ученицы. Она тебя узнала? Она была там в то время? Почему я ее не видел?»

Цин Чэнь бросил на него взгляд: «Поговорим об этом при случае».

«Оу, – Нань Гэнчэнь кивнул. – Тогда, брат Чэнь, можешь отдать мне рисунок? Я его дома в рамочку поставлю в память о тебе. Кстати, эта девушка очень хорошо рисует. Как только я увидел этот рисунок, сразу же вспомнил, что произошло той ночью».

Цин Чэнь беспомощно сказал: «А потом ты собираешься принести жертвенные дары и зажечь для меня благовония?»

«Кхм, я не это имел в виду, – сказал Нань Гэнчэнь. – Кстати, брат Чэнь, я думаю, эта девушка очень красивая. Она села рядом с тобой, потому что ты ей интересен? Вы двое…»

В конце концов Цин Чэнь обернулся и серьезно посмотрел на своего соседа по парте: «Плохая привычка – отпускать такого рода шутки о девушках за их спинами».

«Понял, понял, – смиренно признал свою ошибку Нань Гэнчэнь. – Но, брат Чэнь, если у тебя возьмут кровь, с тобой действительно все будет в порядке? Прости, что втянул тебя в это».

«Ничего ты не втянул, – Цин Чэнь вспоминал события той ночи. – Сначала я действительно делал это, чтобы спасти тебя, но потом уже нет».

«Тогда почему?»

«Потому что есть вещи, которые должны быть сделаны».

На спортивной площадке уже было установлено больше десятка белых палаток.

Цин Чэнь огляделся и вдруг заметил Воробьятника, того самого, что врезался в машину во дворе № 4 на улице Синшу. На нем тоже были белый халат и белая медицинская маска…

Однако на спортивной площадке больше всего привлекали внимание не эти белые палатки, а Лю Дэчжу.

Его окружали больше тридцати богатеньких деток. Хихикая или даже хохоча во весь голос, они смотрели на одноклассников с таким выражением лица, будто приехали в деревню и им все было в новинку.

Неподалеку Ян-Ян молча наблюдала, как все выстроились в очередь на медосмотр. Цин Чэнь и Нань Гэнчэнь стояли в очереди, чрезвычайно спокойные.

Она обратила на это внимание.

Когда подошла очередь Цин Чэня сдавать кровь, он сел перед столом и без колебаний вытянул руку, как будто его это совсем не волновало.

«Неужели этот парень ввел себе генную инъекцию, чтобы изменить ДНК? Поэтому он такой самоуверенный? – размышляла про себя Ян-Ян. – Раньше я думала, что он может быть учеником Ли Шутона, но теперь кажется, что я ошибалась?»

Никто не заметил, что…

После того, как Цин Чэнь сдал кровь и ушел, к белой палатке подошел Воробьятник в белом халате.

Медсестра, которая брала кровь у Цин Чэня, молча передала ему пробирку с кровью. Фигуры двух людей пересеклись лишь на мгновение, а пробирка была уже в руке Воробьятника.

Он огляделся, как будто был не при делах, а затем молча сел в машину скорой помощи.

В машине он снял белый халат, посмотрел на Чжэн Юаньдуна рядом с собой и сказал: «Босс, я достал».

Чжэн Юаньдун кивнул и сказал: «Отправляемся в Центр судмедэкспертизы. Мне нужно узнать результат как можно скорее».

Немного подумав, Воробьятник спросил: «Босс, нам обязательно быть такими осторожными? Я могу понять, почему вы организовали такой крупномасштабный забор крови. Для того, чтобы не допустить паники среди учеников и их родителей. Но действительно ли нужно быть такими скрытными и осторожными, чтобы забрать только один его образец крови?»

Чжэн Юаньдун взглянул на Воробьятника и спокойно объяснил: «Его ищет слишком много людей. Хотя нам нужно подтвердить его личность, мы также должны обеспечить его безопасность».

«Его еще кто-то ищет? Девять царств?» – Воробьятнику было любопытно.

Чжэн Юандун покачал головой: «Не только Девять царств. Боюсь, их больше, чем мы себе представляли».

…

5 часов вечера.

В офисе Центра судебно-медицинской экспертизы Воробьятник подошел к Чжэн Юаньдуну с заключением экспертизы. Он немного помедлил и сказал: «Босс, это не он».

У Чжэн Юаньдуна появилось на редкость сосредоточенное выражение лица. Он взял заключение экспертизы и трижды перечитал его, прежде чем наконец убедился, что ДНК молодого человека по имени Цин Чэнь не соответствует той, которую они собрали.

Он внимательно рассматривал все полученные им подсказки.

В тихом офисе Чжэн Юаньдун молча закрыл глаза.

В своих воспоминаниях он шел по следам молодого человека, будто шаг за шагом приближаясь к истине.

Однако все собранные им в единую паутину ниточки, полностью были разорваны одним заключением экспертизы.

Словно кто-то отрезал их острым ножом.

«Босс, что нам теперь делать?» – не удержался от вопроса Воробьятник.

Чжэн Юаньдун встал: «Возможно, он не является человеком за кулисами, но убийца на горе Лаоцзюнь точно он. Я верю в свое собственное суждение».

Чжэн Юаньдун задумался.

Если все его зацепки в совокупности были верны, но результат анализа доказывает, что его умозаключения ошибочны, тогда где-то должна быть подсказка, о которой он еще не знает, из-за чего этот результат анализа указывает на ошибку в его выводах.

«Он изменил свою ДНК», – сказал Чжэн Юаньдун, глядя на Воробьятника.

Между инцидентом на горе Лаоцзюнь и забором крови в совокупности во Внешнем и Внутреннем мирах прошло больше 20 дней, и за это время Цин Чэнь изменил свою ДНК!

Это самое разумное объяснение.

Этот молодой человек тоже должен понимать, что образец крови, оставленный им на горе Лаоцзюнь, является очень опасной уликой, поэтому он за эти 20 с лишним дней по собственной инициативе изменил свою ДНК.

Но каким образом можно изменить собственную ДНК? Единственный способ – генная инъекция.

Но тут возник вопрос: «Если он еще один путешественник в тюрьме № 18, ученик Ли Шутона и человек, который стоит за Лю Дэчжу, то почему он решил ввести себе генную инъекцию?»

Надо сказать, что во Внутреннем мире все прекрасно знают, что генные препараты имеют последствия.

В новую эпоху цивилизации самые первые генные препараты появились у Запретной инквизиции.

С помощью реагентов они извлекли участки гена «бога» и внедрили их в гены человека.

Позже количество генных препаратов постепенно увеличивалось. Консорциумы, каждый по отдельности, по-видимому, находили гены эволюционировавших людей в запретных местах и извлекали их.

Но также появились последствия: те, кому ввели генные препараты, теряли способность к зачатию.

Это похоже на очень простую истину: когда что-то приобретаешь, непременно что-то теряешь.

У всего есть цена.

Так что будет ли ученик Ли Шутона платить такую высокую цену только за то, чтобы скрыть свою личность? Конечно, нет.

Низшие слои общества считают генные препараты чрезвычайно важной вещью, чтобы выжить, получить статус в семье, защитить своих родных и зарабатывать на жизнь.

Потому что в эпоху, когда жизнь людей совершенно беспросветная и очень хрупкая, они смогут жить немного лучше, лишь если станут полезными и ценными!

Но люди из высших кругов никогда не опустились бы до генных инъекций!

Подумав об этом, Чжэн Юаньдун вдруг посмотрел на Воробьятника: «Вы... будете винить меня в том, что я ввел вам генные инъекции?»

Воробьятник почесал затылок и улыбнулся: «Босс, о чем вы говорите? Каждый сам сделал свой собственный выбор, мы все знали о последствиях».

«Но, возможно, вы еще слишком молоды, чтобы осознать, насколько серьезно это дело. Даже если ты не возражаешь, твоя жена будет возражать».

Воробьятник рассмеялся: «Вот насмешили, я вообще никогда не найду себе жену».

Чжэн Юаньдун пристально посмотрел на него.

Воробьятник поспешно сказал: «Босс, я просто шучу. К тому же… всегда есть какие-то вещи, которые кто-то должен сделать, верно? Не волнуйтесь, мы все дали клятву. Никаких сожалений».

…

В офисе внезапно стало тихо. Чжэн Юаньдун молчал.

Воробьятник сменил тему и спросил: «Босс, может за Цин Чэнем стоит еще один человек?»

Чжэн Юаньдун задумался: «Я тоже думал об этой возможности, и кажется, что это единственный оставшийся вариант. Человек за кулисами всегда был очень осторожен, и ему незачем выбегать из-за кулис на сцену».

Точно так же, как и Хэ Цзиньцю. До сих пор мало кто видел, чтобы он действовал лично, потому что он тот, кто разрабатывает стратегию и контролирует все вокруг.

С этой точки зрения, Цин Чэнь и Лю Дэчжу подобны фигурам на шахматной доске, которые кто-то выдвинул вперед в этой партии.

В ту ночь на горе Лаоцзюнь убийца был слишком страстным. Это не похоже на человека, прячущегося за кулисами, он не стал бы такого делать.

«Мне нужно еще раз все проверить».

Сказав это, Чжэн Юандун позвонил по телефону и сказал в трубку: «Помоги мне взломать историю чата Нань Гэнчэня и Цин Чэня. С самого начала перемещений и до настоящего времени. Всё, что есть».

Неизвестно, кому он звонил, но вскоре история чата была у него.

Чжэн Юаньдун внимательно просмотрел ее и обнаружил, что Нань Гэнчэнь долгое время не знал личности Цин Чэня как путешественника после начала перемещений.

До предыдущего возвращения.

Он посмотрел на эту часть:

«Брат Чэнь, ты здесь? Ты здесь? Ты здесь? Ты здесь?»

«Брат Чэнь, выслушай мои объяснения!»

«Нет, брат Чэнь, мы с Ли Ино просто обычные друзья!»

Чжэн Юаньдун удивился: «Эй, они внезапно встретились во Внутреннем мире, и произошло нечто странное, из-за чего Нань Гэнчэнь так спешил объясниться. Ли Ино. Я слышал это имя. Разве это не старшая дочь в третьем поколении семьи Ли? Некоторое время назад я видел новость, где было сказано, что она возглавила команду осенней охоты в дикой местности…»

В настоящее время кажется, что Нань Гэнчэнь поехал с командой осенней охоты на юг, а затем встретил Цин Чэня.

Но почему Нань Гэнчэнь объяснял, что они с Ли Ино обычные друзья, а Цин Чэнь сказал ему хорошенько отдохнуть и восполнить силы в течение семи дней после возвращения?

Воробьятник пробормотал: «Босс, я думаю, это означает, что Нань Гэнчэнь находится на содержании у Ли Ино, этой богатой женщины, верно?!»

Чжэн Юаньдун обомлел. Раз ты так сказал, похоже и правда, это значит именно это.

Он пролистал дальше и увидел, как Нань Гэнчэнь предлагает Цин Чэню прийти к нему в поисках убежища. Цин Чэнь ответил, что еда, добытая своим трудом, вкуснее.

Хм, перекликается с тем, что написано раньше…

Воробьятник слегка позавидовал: «Было бы здорово, если бы я тоже мог быть на содержании у богатой женщины. Кроме того, я уже получил генную инъекцию, я не только в хорошей физической форме, но и перевязку мне делать не надо…»

Под пристальным взглядом Чжэн Юаньдуна Воробьятник заткнулся.

Чжэн Юаньдун сказал: «Этот Цин Чэнь – охотник в дикой местности, а Нань Гэнчэнь находится рядом с Ли Ино и много чего рассказал Цин Чэню о семье Ли».

Тогда это многое объясняет. Именно Нань Гэнчэнь узнал о плане зачистки от Ли Ино!

И рассказал Цин Чэню!

Воробьятник сказал: «Босс, а может ли Нань Гэнчэнь быть человеком за кулисами? Видите, он фактически замешан почти во всех инцидентах».

Чжэн Юаньдун медленно повернулся к нему и посмотрел, как на тупицу…

По правде, он немного сожалел о том, что «Куньлунь» сегодня с такими большими усилиями организовал забор крови, но оказалось, что только для того, чтобы подтвердить личность Цин Чэня как охотника в дикой местности.

Судя по имеющимся подсказкам, и Цин Чэню, и Лю Дэчжу ввели генную инъекцию, поэтому ни один из них не должен быть ключевой фигурой.

А самое главное, Цин Чэнь не находится в тюрьме №18!

На самом деле Чжэн Юаньдун и Воробьятник не знали, что упомянутая раньше личность охотника в дикой местности не имеет значения.

Цин Чэнь оставил запись этого чата, чтобы доказать всем, что он не в тюрьме №18.

А поскольку он не находится в тюрьме № 18, он не может быть тем самым скрытым путешественником.

Кто бы мог подумать, что на самом деле он мог свободно входить и выходить из тюрьмы?

Это его второй брандмауэр.

В действительности Цин Чэнь ясно осознал, что, когда опасные ситуации следуют одна за другой, невозможно оставаться совершенно невидимым.

Поэтому он отступил к следующему лучшему варианту – по своей инициативе выбрал для себя менее ценную личность.

Однако Чжэн Юаньдун чувствовал, что, хотя Цин Чэнь и Лю Дэчжу были просто шахматными фигурами, позиция Цин Чэня как шахматной фигуры определенно не та же самая, что у Лю Дэчжу.

В этом вопросе ни в коем случае нельзя прислушиваться только к словам Лю Дэчжу. На самом деле, в этом случае тот, кто прячется глубже, имеет более высокий статус.

…

Воробьятник спросил: «Босс, если честно, мы не поняли, почему вы так уверены, что Цин Чэнь – убийца с горы Лаоцзюнь. Даже этот забор крови специально для него организовали».

Чжэн Юаньдун сказал: «Есть подсказки. Многие вещи и события последовательно связаны между собой».

«Когда только-только произошел инцидент с перемещениями, Лу Юань обнаружил подозрительного парня, который появился за воротами жилого комплекса Хуан Цзисяня и тайно наблюдал за нами. Хуан Цзисянь – это тот ученик первого года старших классов Школы иностранных языков Лочэна, который свихнулся».

«Тогда Лу Юань и Кабачок преследовали того парня. Сначала они не были уверены, было ли совпадением то, что он там появился. До того момента, пока он не избавился от них. Только тогда Лу Юань убедился, что этот парень совершенно точно путешественник».

Более того, он был путешественником, который мог очень умело уйти от слежки.

Воробьятник был ошеломлен. Он впервые услышал об этом. Командир Лу может казаться небрежным, но он был ветераном уголовного розыска.

Командир Лу и Кабачок перекрестно следили за ним. Как они могли упустить старшеклассника?

Чжэн Юаньдун сказал: «Лу Юань не сказал вам, чтобы не позориться. Но позже он в течение нескольких дней тайком проверял камеры видеонаблюдения и, наконец, нашел похожую фигуру, которая исчезла в районе улицы Синшу недалеко от Школы иностранных языков Лочэна».

Это первая подсказка.

Чжэн Юандун продолжил: «Позже на путешественника по имени Цзян Сюэ напали дома. Один из двух бандитов упал с лестницы и потерял сознание, а другой сбежал. Однако во время побега бандиту сломали ногу тупым орудием. Самое странное, что бандит даже не увидел, кто был тем отважным человеком».

Этот человек был крайне осторожен и после удачного удара быстро скрылся в тени, поэтому, когда соседи открыли окна, чтобы посмотреть, что там за шум, они увидели лишь бандита со сломанной ногой.

Как будто бандит сам сломал ногу.

Воробьятник сказал: «Об этом я знаю».

Чжэн Юаньдун сказал: «Цин Чэнь – сосед Цзян Сюэ. Он живет этажом ниже. Кое-кто из соседей сказал, что у Цин Чэня хорошие отношения с дочерью Цзян Сюэ».

Это вторая подсказка.

Чжэн Юаньдун продолжил: «Когда Ху Сяоню, Чжан Тяньчжэнь и другие ученики были схвачены в доме Цзян Сюэ, Лю Дэчжу привел вас на улицу Синшу. Именно после этого инцидента мы с Лу Юанем поняли, что за кулисами скрывался человек, который дергал за ниточки, обращаясь со всеми, как с марионетками, и устроил хорошее шоу».

Фактически, только в этот момент Чжэн Юаньдун заметил человека, который часто появлялся в связанных подсказках: Цин Чэнь.

Это имя появляется словно связующая нить, но кажется, что все произошедшее не имеет к нему никакого отношения.

Это третья подсказка.

Чжэн Юаньдун сказал: «Во время инцидента на горе Лаоцзюнь в результате пожара сгорело более десятка гостиниц, и все анкеты регистрации проживающих гостей были сожжены. Из-за отсутствия подключения к интернету мы также не нашли записи о регистрации».

Воробьятник сказал: «Да, позже командир Лу лично отправился обыскивать руины, но ничего не нашел».

Чжэн Юаньдун сказал: «Вы все упустили из виду одну вещь. В настоящее время всем нравится бронировать отели заранее через приложение. На Meituan я нашел запись Цзян Сюэ о бронировании».

(п.п. – Meituan – китайская интернет-компания, управляющая платформой электронной коммерции, специализируется на доставке еды из ресторанов, продуктов из магазинов, цветов, подарков и других товаров, прокате электровелосипедов и электросамокатов, а также на оказании других услуг, таких как бронирование номеров в гостиницах и заказ билетов).

«У Цзян Сюэ нет личного автомобиля, поэтому я поискал записи о пассажирах автовокзала тех дней. Сейчас для того, чтобы сесть на обычный автобус, для покупки билетов требуется удостоверение личности, таким образом я узнал, что Цин Чэнь тоже был в этом автобусе».

Так что в ту ночь Цин Чэнь тоже был на горе Лаоцзюнь.

Это четвертая подсказка.

Позже Чжэн Юаньдун также выяснил, что Цин Чэнь был одноклассником и лучшим другом Нань Гэнчэня.

Это объясняет, почему Цин Чэнь первым делом пошел на второй этаж и спас Нань Гэнчэня, после того, как убил бандита у задней двери.

Это также может объяснить, почему Ван Юнь сказала, что убийца должен быть очень молодым, но Нань Гэнчэнь сказал, что убийца был мужчиной лет за тридцать.

Затем с помощью записей о пассажирах автобусов Чжэн Юаньдун обнаружил, что после того происшествия с захватом заложников, Цзян Сюэ, Цин Чэнь и Ли Тунъюнь покинули гору Лаоцзюнь только утром 8 октября.

В течение этого периода Цин Чэнь должен был скрываться и залечивать свои раны.

Вскоре Чжэн Юаньдун обнаружил, что отец Цин Чэня не один раз был задержан полицией до и после начала перемещений, и оба раза кто-то заявлял на него в связи с незаконными азартными играми.

Он проверил данные о доносе в отчетах полиции, и в одном из файлов было указано, что доносчиком является «неравнодушный горожанин господин Цин».

В этот момент Чжэн Юаньдун наконец-то четко оценил Цин Чэня: жестокий и беспощадный...

Это пятая подсказка.

Когда эти пять подсказок были связаны, как бы ни удивился Чжэн Юаньдун, он сделал правильный вывод: ученик старшей школы по имени Цин Чэнь всегда скрывал свою личность и играл во всем происходящем огромную роль.

Возможно, он и не является человеком за кулисами, но личность убийцы с горы Лаоцзюнь, по крайней мере, определена.

У Воробьятника челюсть отвисла: «Босс, он всего лишь старшеклассник…»

С точки зрения Воробьятника, хотя каждая подсказка, изложенная боссом, была очень убедительной, ему было трудно поверить, что старшеклассник может быть таким свирепым.

Если бы на месте этого старшеклассника был он, Воробьятник, бандиты его давно бы уже убили.

Более того, этот парень не только достаточно опытен, что способен избавиться от слежки Лу Юаня, но и может спокойно справиться с большим количеством врагов, убив их одного за другим.

А главное, что он действительно может пойти против своих родственников и отправить отца за решетку...

Это невообразимо жестокий человек.

«Тогда, босс, что вы собираетесь делать с этим парнем? – после некоторого раздумья сказал Воробьятник. – Нам в Куньлуне действительно нужен такого рода человек».

«Да, – подумав, сказал Чжэн Юаньдун, – хотя нам не удалось найти человека за кулисами, если мы сможем переманить к себе Цин Чэня, это будет хороший урожай».

Воробьятник весело рассмеялся: «Верно, воры не должны уходить с пустыми руками!»

Чжэн Юаньдун: «...»

Воробьятник подавил смех: «Извините, босс».

Чжэн Юаньдун искренне сказал: «Воробьятник, из-за нескольких автомобильных аварий у тебя с головой что-то не так? Я дам тебе два выходных, еще раз хорошенько обследуйся».

«Незачем, босс, со мной все в порядке, я просто люблю пошутить», – серьезно и также искренне сказал Воробьятник.

…

6 часов вечера.

Из дверей Центра судебно-медицинской экспертизы как ни в чем не бывало вышел судмедэксперт.

Охранник приветствовал его с улыбкой: «Начальник отдела Цинь, возвращаетесь домой с работы?»

Начальник отдела Цинь улыбнулся в ответ: «Да, устал за день, скорее бы домой и отдохнуть».

Сказав это, Цинь вышел за ворота и сел в автобус.

Сначала он пошел на продуктовый рынок и купил пучок зеленого лука, пучок сельдерея и килограмм говядины, а затем пошел в бакалейный магазин и купил бутылку соевого соуса.

Только после этого он отправился домой.

Поздней осенью темнеет раньше.

Однако, вернувшись домой, начальник отдела Цинь не включил свет в гостиной, а в темноте подошел к стене с телевизором.

Он достал из-за телевизора письмо и при свете мобильного телефона написал в письме: «ДНК не совпадает».

Закончив писать, Цинь взял с кухни нож и аккуратно порезал себе руку выше запястья, чтобы никто не мог увидеть его рану под одеждой.

Он капнул кровью на конверт и наблюдал, как она стекает, образуя почтовый штемпель.

Цинь достал зажигалку и поджег письмо.

Оранжево-красное пламя быстро разрасталось, освещая гостиную.

В следующий момент Цинь посмотрел в противоположную сторону и в ужасе вскрикнул!

Он невольно попятился назад!

Только в тот миг, когда гостиная озарилась светом пламени, он понял, что на диване напротив него сидит его старый коллега, Лу Юань!

Лу Юань, похоже, не собирался тушить конверт и позволил ему сгореть в руке начальника отдела Циня.

В гостиной снова стало темно.

Лу Юань вздохнул: «Старина Цинь, почему? Когда я еще работал в уголовном розыске, ты не был таким. Ты также учил меня, что я должен быть честным и порядочным человеком».

Начальник отдела Цинь оперся на телевизор и с легкой дрожью в голосе сказал: «Лу Юань, у меня рак. У того человека есть нужное мне таргетное лекарство, которого нет во Внешнем мире. Я также проверил цены в зарубежном даркнете, я вообще не могу себе его позволить. Даже если я продам все, что у меня есть, лекарства хватит только на один месяц».

Лу Юань остолбенел. Он не ожидал, что старина Цинь станет предателем из-за такого.

Но он быстро подумал вот о чем: слишком много есть неизлечимо больных людей, таких как старина Цинь.

В прошлом рак казался чем-то редким и далеким, но в наши дни, у кого нет родственника или друга, больного раком?

Тем не менее, обладатель Печати дьявола пользуется желанием человека выжить или напрямую соблазняет его, чтобы побудить его заключить сделку с дьяволом.

Он никого не принуждает.

Дьявол в мифологии никого никогда не принуждает, он лишь завлекает людей исполнением желаний в обмен на их души.

Голос начальника отдела Циня дрожал: «Лу Юань, пожалуйста, отпусти меня, мне все равно жить осталось недолго».

Лу Юань сидел на диване, его лицо было окутано тенью, из-за чего было трудно разглядеть выражение его лица.

После долгого молчания Лу Юань вздохнул и сказал: «Старина Цинь, мне очень жаль».

После этих слов начальник отдела Цинь развернулся и бросился на улицу, но Лу Юань уже опередил его и оглушил.

Лу Юань молча смотрел на своего старого коллегу. В течение некоторого времени он выслеживал того, кто сливает информацию.

Но он действительно не ожидал, что в конце концов все закончится так.

Глава 170 - Месть семьи Ван

В темной гостиной Лу Юань сидел на диване и ждал поддержки своих товарищей по команде. Он должен был следовать установленному порядку, чтобы забрать старину Циня.

Через некоторое время за дверью послышались шаги. Лу Юань открыл дверь и увидел, что это босс Чжэн Юаньдун собственной персоной: «Босс, почему вы здесь?»

Чжэн Юаньдун взглянул на Циня, который все еще лежал на полу без сознания: «Преступник пойман?»

«Да, – ответил Лу Юань в подавленном настроении. – Босс, когда я только начал работать в этой сфере, как-то раз я работал над особенно кровавым делом. Старина Цинь проводил вскрытие, а меня вырвало возле секционной. Потом он налил мне стакан горячей воды и рассказал мне, что когда он только пришел работать, был таким же, как я».

Лу Юань продолжил: «Он сказал, что хотя наша профессия сложная и утомительная, а зарплата низкая, но раз выбор сделан, раздумывать нечего».

Честно говоря, когда на этот раз он выслеживал источник утечки, он действительно не ожидал, что след приведет его к старине Циню.

Чжэн Юаньдун взглянул на него: «Старина Цинь нарушил закон, поэтому он должен ответить по закону. Но мы с тобой оба понимаем, что человек будет бояться, оказавшись перед лицом смерти. Я не виню его, и ты тоже не должен его винить».

Лу Юань сказал: «Дочь старины Циня все еще учится в школе, на нее это тоже повлияет».

Никто в этом мире не может быть подобен машине, каждый – человек из плоти и крови.

Они тоже болтают о повседневных делах, смеются и ругаются.

Такой идеалист, как Чжэн Юаньдун, обычно может выпить со своими товарищами в придорожной закусочной и повспоминать прошлое.

Такой смельчак, как Воробьятник, который всегда готов броситься и в огонь, и в воду, время от времени думал, как прекрасно было бы попасть на содержание к богатой женщине.

У каждого есть свой фасад, но за фасадом скрываются тысячи нитей человеческих чувств.

Чжэн Юаньдун сказал: «Разошли уведомление, пусть все желающие заполнят форму, у кого в семье есть тяжелобольные или какие-то наследственные заболевания. Если во Внутреннем мире есть соответствующие лекарства или генные препараты, мы найдем способ раздобыть их».

Лу Юань был ошеломлен: «Босс, таргетные препараты и лекарства для исправления генов во Внутреннем мире стоят недешево».

В гостиной Чжэн Юаньдун молча посмотрел на Циня, который все еще был без сознания, а затем похлопал Лу Юаня по плечу: «Ничего, я что-нибудь придумаю».

«Кстати, босс, – сказал Лу Юань, – я последовал вашим инструкциям и позволил ему передать сообщение, не остановил его».

«Мм», – Чжэн Юаньдун кивнул.

«Однако я никак не могу понять, – призадумался Лу Юань, – мы с большим трудом получили этот результат теста, так зачем же передавать его посторонним?»

«Потому что я не хочу, чтобы другие сосредоточили свое внимание на этом старшекласснике по имени Цин Чэнь», – ответил Чжэн Юаньдун.

Хотя на этот раз он так и не смог найти человека за кулисами, он нашел такого человека, как Цин Чэнь, который мог бы стать членом организации, так что Чжэн Юаньдун чувствовал, что его усилия не были напрасны.

Он сказал Лу Юаню: «Кроме того, собери людей из отдела контрразведки, отдела уголовного розыска, отдела поведенческого анализа и отдела криптологии и попроси ответственных лиц забронировать ближайший рейс до Лочэна. У меня есть предчувствие, что здесь произойдет нечто важное. Ваш отдел особого назначения также должен быть начеку и начать перебрасывать рабочую силу в Лочэн».

…

В конце вечерней самоподготовки Тянь Хайлун, классный руководитель класса 2-3, зашел проверить класс.

Когда он увидел Цин Чэня, сидящего в классе, он на мгновение замер, как будто был очень удивлен…

Тянь Хайлун чувствовал, что увидеть Цин Чэня на вечерней самоподготовке – это большая редкость. Он даже немного разволновался.

Когда занятия закончились, Цин Чэнь и Нань Гэнчэнь вышли на улицу.

Богатые парни из соседнего класса обняли Лю Дэчжу за плечи и сказали, что собираются в ночной клуб Лочэна, чтобы хорошо провести время, однако Лю Дэчжу отказался и поехал домой один на велосипеде.

Мажоры были немного разочарованы. Один за другим они расселись по своим машинам у ворот школы и с ревом вдавили педаль газа.

Среди гула роскошных автомобилей Цин Чэнь даже почувствовал, что это и есть кибер-мир…

Однако Цин Чэнь кое-что понял. Лю Дэчжу так спешит домой, может быть, у него есть какие-то новости для него?

Вполне возможно.

Цин Чэнь посмотрел на Нань Гэнчэня: «Какие у тебя дальнейшие планы? По-моему, Ли Ино очень хорошо к тебе относится, и мой наставник также сказал, что она по-настоящему тебя любит».

Нань Гэнчэнь покачал головой и сказал: «Она действительно очень хорошо ко мне относится, но я все равно хочу научиться хакерским навыкам. Когда придет время, может я смогу помочь тебе во Внутреннем мире? Все постоянно говорят, век живи – век учись, но я надеюсь, что смогу быть полезным как можно скорее и не быть для тебя обузой… Я не могу всегда полагаться на Ли Ино, верно?»

Цин Чэнь тяжело вздохнул: «Вот уж действительно, ты отверг путь на небеса, чтобы отправиться в бесконечное горькое плавание по морю знаний».

Нань Гэнчэнь: «???»

В этот момент Цин Чэнь случайно обернулся и обнаружил, что девушка по имени Ян-Ян следует за ними.

Немного подумав, он сказал Нань Гэнчэню: «Я пойду домой, увидимся завтра».

Попрощавшись, Цин Чэнь вошел в толпу.

Он молча пересек улицу Синшу и вошел во двор № 4.

Однако слабые шаги все еще раздавались позади него.

Цин Чэнь свернул в темный проулок и внезапно оглянулся на девушку позади него: «Почему ты преследуешь меня?»

Помолчав несколько секунд, Ян-Ян спросила: «Скажи, пожалуйста, какой дом №12...»

Цин Чэнь нахмурился. Дом №12. Разве не в этом доме он живет?

Он осторожно спросил: «Ты новый владелец квартиры 101?»

«Ага, – Ян-Ян достала ключ, – я только вчера вечером въехала и немного заблудилась».

«Тогда следуй за мной», – сказал Цин Чэнь и пошел вперед.

«Ты тоже здесь живешь?» – с любопытством спросила Ян-Ян.

«Да, – сказал Цин Чэнь, – уже несколько лет».

«Вот и отлично, в будущем я могу просто идти за тобой», – сказала Ян-Ян.

Услышав эти слова, Цин Чэнь немного смутился: что значит, в будущем она может просто идти за ним?

Неужели она не знает, где ее дом?

Днем Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэнь превозносили Ян-Ян до небес, как она умеет стрелять, как в одиночку пересекла Индийский океан. Как такой человек может не найти свой дом?

Это не имеет смысла.

Цин Чэнь почувствовал, что что-то здесь не так, поэтому осторожно спросил еще раз: «Ты плохо ориентируешься?»

На этот раз Ян-Ян молчала дольше: «Да».

Это вызвало бурю эмоций в душе Цин Чэня. Как такая талантливая девушка может страдать топографическим кретинизмом?

Он вспомнил, как утром Ху Сяоню говорил, что она плыла на яхте в прибрежной зоне, а затем внезапно на нее нашло вдохновение, и она решила пересечь Индийский океан.

Сначала она отразила нападение морских пиратов, затем сбилась с маршрута и, долго блуждая в море, наконец, высадилась в Пакистане.

В какой-то момент, когда Цин Чэнь вспомнил эту подсказку о девушке, он не мог не предположить, что это так называемое внезапное вдохновение пересечь Индийский океан...

Было результатом того, что она просто заблудилась в море?!

Значит, она случайно создала легенду?!

Цин Чэнь внезапно почувствовал, что его догадка кажется более достоверной.

Подойдя к двери, Цин Чэнь увидел, как Ян-Ян достала ключ и открыла дверь, а затем сказала ему «спасибо».

Он заглянул в квартиру. Хотя мебель внутри была заменена на новую, облупившаяся штукатурка все еще на месте. Похоже, она не собирается делать ремонт.

Цин Чэнь не удержался и спросил: «Ты только что переехала сюда, разве ты не собираешься отремонтировать квартиру?»

Ян-Ян покачала головой: «Да мне и так неплохо, жить можно».

«В таком случае, с твоим характером не лучше ли остановиться в отеле. Почему ты хочешь жить здесь?» – снова спросил Цин Чэнь.

Ян-Ян взглянула на него: «Отель находится слишком далеко от школы».

Цин Чэнь понял, что она имела в виду. Поскольку отель находился далеко, заблудиться было легче.

А отсюда до школы всего 5 минут, если несколько раз пройтись, запомнить можно.

До этого момента Цин Чэнь думал, что этот новый жилец приехал сюда ради него, Цзян Сюэ, Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэня. Теперь кажется, что причина, по которой она живет здесь, проще и чище: потому что это близко к школе.

Внезапно устройство связи в кармане Цин Чэня завибрировало. Он попрощался с Ян-Ян и вернулся к себе домой.

На столе стояла приготовленная еда, и лежала записка от Цзян Сюэ, в которой говорилось, что она забрала Ли Тунъюнь домой. Из Чжэнчэна на пару дней приедут бабушка и дедушка Ли Тунъюнь, и ей нужно прибраться в доме.

Цин Чэнь сел за стол и достал устройство связи. Сообщение от Лю Дэчжу: «Босс, есть новое письмо. Тот человек написал: Сегодня я не смог тебя найти, я так разочарован, хи-хи».

Цин Чэнь нахмурился. Обладатель Печати дьявола как будто шел за ним по пятам. Анализ крови сделали только сегодня, а он уже знает результат?

Как ему это в конце концов удалось?

Но хорошая новость заключается в том, что созданная им личность, похоже, успешно ввела в заблуждение многих людей.

Это позволило Цин Чэню вздохнуть с облегчением. Он не возражал, что другие будут принимать его за пешку. Чем больше его недооценивают, тем лучше.

В это время Лю Дэчжу прислал сообщение: «Босс, это письмо появилось рядом с моей подушкой вечером. Я тогда еще не пришел с вечерней самоподготовки, поэтому его увидел мой отец… Ничего страшного?»

Цин Чэнь ответил на сообщение: «Ничего. Ответь этому человеку: ты не нашел меня, но я вот-вот найду тебя».

Лю Дэчжу ахнул, когда увидел это сообщение: «Босс потрясающий, я сию секунду ему отвечу!»

Он подумал, когда босс найдет эту сволочь, нужно ли ему все еще будет пускать кровь?

Но Лю Дэчжу был слишком оптимистичен.

На самом деле у Цин Чэня не было никаких зацепок. Он просто подумал, раз этот человек уже несколько раз приставал к нему, почему бы не напугать его? Он не мог позволить тому запугивать его самого!

В конце концов, тот человек не знает, кто он такой, и он не мог быть уверен, действительно ли у него есть какие-то зацепки.

Одно предложение может повергнуть противника в панику и заставить его тратить время на детальное изучение, не раскрыл ли он себя как-нибудь. Так почему бы так не поступить?

Лю Дэчжу прислал сообщение: «Босс, он написал еще одно письмо: Я думаю, что этот Цин Чэнь намного лучше, чем Лю Дэчжу. Интересно, не захочет ли он работать на меня, хи-хи».

Тот человек не отреагировал на его слова, что он «нашел зацепку к нему», что, наоборот, показывает, что обладатель Печати дьявола не желает продолжать говорить на эту тему, опасаясь совершить ошибку и наговорить лишнего.

Вот только план того человека переманить Цин Чэня у Цин Чэня на глазах у Цин Чэня был действительно шокирующим.

Конечно, больше всего был шокирован Лю Дэчжу.

Это был первый раз, когда он получал такое оскорбление прямо в лицо…

Неужели тот человек забыл, что именно он передает сообщения? Разве можно вот так напрямую проводить такое сравнение?!

Однако Лю Дэчжу впервые обратил внимание на имя Цин Чэнь. Может ли это быть еще один подчиненный босса?

Звучит как будто знакомо!

Тогда Цин Чэнь отправил сообщение: «Ответь ему: боюсь, переманить Цин Чэня не так-то просто».

Однако, не успел он приступить к еде, как Лю Дэчжу отправил еще одно сообщение: «Босс, он отправил еще одно письмо: Не будь так самоуверен, похоже, ты не знаешь, что я написал письмо Цин Чэню, и, похоже, он не такой уж послушный, хи-хи».

Цин Чэнь в изумлении поднял голову. Он прислал письмо ему самому? Почему он его не получил?!

Черт.

Цин Чэнь внезапно понял, в чем проблема. Линь Сяосяо сказал, что для отправки писем Печати дьявола требуется адрес получателя.

Поэтому, когда владелец Печати нацелился на него, он, естественно, нашел его адрес и написал ему письмо.

Однако он-то уже переехал!

По тому адресу, который смог найти его собеседник, теперь живет не он, а Ян-Ян!

Значит, упомянутое письмо, скорее всего, находится рядом с подушкой Ян-Ян!

Цин Чэнь мог даже представить себе озадаченное выражение лица Ян-Ян, когда она увидела это письмо!

Он раздумывал, стоит ли ему пойти и забрать письмо прямо сейчас? А как ему объяснить это Ян-Ян?

От такого казуса слишком много хлопот…

Пока Цин Чэнь терзался сомнениями, в дверь постучали. Цин Чэнь открыл дверь и увидел, что это была Ян-Ян.

Девушка подняла руку и показала письмо: «Должно быть, это для тебя».

Сказав это, она вложила письмо в руку Цин Чэня, развернулась и пошла обратно к себе домой, не задавая никаких вопросов и не выказав никаких сомнений, что позволило Цин Чэню избежать неловкой ситуации.

Когда Ян-Ян собиралась закрыть дверь, она вдруг обернулась и сказала Цин Чэню: «А, да, есть еще кое-что. Ты помнишь Ван Юнь?»

Вопрос застал Цин Чэня врасплох: «Да».

«Она была убита во Внутреннем мире Ли Дунцзе из Хэнше, и ее смерть была очень трагичной, – сказала Ян-Ян. – Ее старший брат очень любил ее, и семья Ван это дело просто так не оставит. После того, как Бай Ваньер вернулась в Хайчэн, она обвинила во всем Лю Дэчжу, Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэня».

Цин Чэнь спросил: «Почему ты говоришь это мне?»

«Во Внутреннем мире влияние семьи Ван ничтожно мало, поэтому они не могут отомстить Ли Дунцзе и Ли Шутону. Роли Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэня в лучшем случае второстепенные, и они не будут из-за этого объявлять войну семьям Ху и Чжан, – объяснила Ян-Ян. – Итак, все, что они могут сейчас сделать, – это найти Лю Дэчжу. Не забывай, что это Внешний мир, домашнее поле семьи Ван, и они придут отомстить».

Цин Чэнь нахмурился. Зачем Ян-Ян все это ему говорит?

Цин Чэнь спросил: «Разве Ван Юнь не из твоего круга? Почему бы тебе не помочь семье Ван?»

Девушка спокойно сказала: «В моем кругу нет места стервам, которые притворяются белыми и пушистыми».

Тут Цин Чэнь спросил: «Мне правда интересно, почему ты приехала в Лочэн и перевелась в класс 2-3? Какова твоя цель?»

«Ты не откровенен со мной, поэтому, естественно, я тоже не буду откровенна с тобой, – сказала Ян-Ян. – Если надумаешь признаться, тогда можешь прийти и спросить меня еще раз».

Сказав это, девушка закрыла дверь.

Только тогда Цин Чэнь взглянул на содержание письма: «У меня есть все, что ты хочешь, хи-хи».

Цин Чэнь вздохнул. Совсем не привлекательная реклама, ты даже не сказал, что у тебя есть!

Нельзя не признать, что второй брандмауэр Цин Чэня был весьма своевременным.

Тот человек, очевидно, нацелился на личность «Цин Чэня». Если бы не эта вводящая в заблуждение информация, противник вскоре бы начал плести интриги против него.

А теперь он стал маленьким человеком, простой пешкой.

Он выиграл этот раунд.

Цин Чэнь не собирался использовать свою личность как «Цин Чэня», чтобы ответить на письмо.

В конце концов, чтобы отправить ответ, ему пришлось бы порезать себе палец и пустить кровь.

Пусть лучше Лю Дэчжу это делает.

В это время Лю Дэчжу получил еще одно письмо: «Мне очень любопытно, как тебе удается так хорошо прятаться?»

Лю Дэчжу спросил: «Босс, как мне ему ответить?»

Цин Чэнь некоторое время молчал: «Хи-хи».

В отдаленном уголке одного города худощавая фигура сидела перед огромным окном от пола до потолка, уставившись на письмо со словом «хи-хи» и глубоко задумавшись...

Обладатель Печати дьявола словно получил пощечину этим хи-хи, его мысли перепутались…

Цин Чэня больше не заботил владелец Печати дьявола, он начал свои давно прерванные тренировки.

По словам Ли Шутона, хотя он и разблокировал генный замок, его физический потенциал не был раскрыт по максимуму, поэтому тренировки все равно будут эффективными.

Хотя это улучшение – ничто по сравнению с экстраординарной силой, Цин Чэнь всегда любил достигать «вершины».

К тому же он твердо верил, что самодисциплина – величайшая свобода человечества.

…

Обратный отсчет 137:00:00.

7 часов утра. Выходной. Занятий нет.

Лю Дэчжу встал рано утром, умылся и почистил зубы. Его отец, Лю Юцай, с радостью в сердце посмотрел на сына.

До инцидента с перемещениями накануне каждых выходных Лю Дэчжу либо играл в игры до рассвета, либо всю ночь смотрел фильмы и сериалы, а весь следующий день отсыпался, никакой самодисциплины.

Но теперь все по-другому. Лю Дэчжу вчера рано лег спать, а сегодня рано встал.

Лю Юцай внезапно почувствовал, что его сын вырос!

Сначала он думал, что перемещения – это плохо, ведь его сына чуть не похитили.

Но теперь кажется, плохое превратилось в хорошее. Его сын не только стал одним из самых известных путешественников, но и обзавелся хорошими привычками...

Это заставило Лю Юцая, как отца, все больше чувствовать, что ему следует усерднее работать, чтобы понять «возможности» и «род занятий» своего сына.

Однако ему вдруг показалось, что лицо его сына стало немного бледнее.

Также от тела ощущался сладковатый запах крови.

«Чжу, ты встал так рано, чтобы куда-то пойти? Я приготовлю для тебя завтрак. Поешь и пойдешь», – сказал Лю Юцай, надевая фартук.

«Я сейчас не буду есть, – сказал Лю Дэчжу. – Пап, как приготовишь, оставь на столе. Я поем, когда вернусь».

Сказав это, Лю Дэчжу обмотался шарфом, надел шапку и даже нашел давным-давно купленные для понтов солнцезащитные очки.

Увидев его, упакованного с ног до головы, Лю Юцай застыл от удивления.

Если бы он встретил его на улице, он, возможно, не узнал бы своего собственного сына!

Лю Юцай в нерешительности спросил: «Ты…»

«Пап, не спрашивай, это секрет», – сказал Лю Дэчжу, развернулся и вышел за дверь.

После того, как сын ушел, Лю Юцай поспешил к своей жене Ван Шуфэнь и с сомнением спросил: «Дорогая, тебе не кажется, что наш сын немного странный?»

В этот момент Лю Дэчжу находился возле мобильного пункта сдачи донорской крови, молча оглядываясь по сторонам.

Странным было то, что ему все время казалось, будто парочка в длинных черных плащах тайно наблюдала за ним.

Но когда он обернулся, чтобы посмотреть на них, то обнаружил, что они не смотрят на него, а смеются и болтают друг с другом.

Должно быть, он слишком сильно волнуется.

Лю Дэчжу некоторое время наблюдал, а затем молча направился к пункту сдачи крови: «Здравствуйте, могу я купить кровь?»

Медсестра была в шоке. Она впервые видела, чтобы кто-то пришел в пункт сдачи крови, чтобы купить кровь: «Это место, где сдают кровь, а не продают!»

Лю Дэчжу на некоторое время задумался: «Тогда можете продать мне комплект из пакета для хранения крови и оборудования для взятия крови?»

Девушка почувствовала себя беспомощной: «Это тоже не продается!»

«Тогда я сдам кровь», – сказал Лю Дэчжу.

Медсестра в машине для сдачи донорской крови удивленно посмотрела на него: «Хорошо, сначала я проведу анализ».

С этими словами она взяла тест-полоски, чтобы определить группу крови Лю Дэчжу, уровень гемоглобина и поверхностный антиген гепатита В, а затем взяла тонометр, чтобы проверить частоту сердечных сокращений и кровяное давление...

Убедившись, что все в порядке, медсестра продезинфицировала руку Лю Дэчжу и ввела иглу.

Лю Дэчжу смотрел, как его кровь течет в пакет для крови, и молча ждал.

В это время люди, только что тайно наблюдавшие за Лю Дэчжу, переглянулись и начали молча приближаться к мобильному пункту сдачи донорской крови.

Правая рука каждого была засунута под плащ и касалась рукоятки пистолета под мышкой. Эти пистолеты были даже оснащены глушителями.

Однако они еще не совсем приблизились, как произошло нечто странное.

В тот момент, когда медсестра набрала 300мл крови и вытащила иглу, Лю Дэчжу неожиданно встал, схватил пакет с кровью и убежал. В мгновение ока он скрылся из виду.

Двое людей, подошедшие к машине, растерянно посмотрели друг на друга. Их план был сорван этой непредвиденной ситуацией. В этом раунде победил Лю Дэчжу.

Они впервые видели, что бы кто-то пришел в пункт сдачи донорской крови, чтобы украсть кровь. А самое главное, этот человек украл собственную кровь!

Что он задумал?

В это время медсестра недоверчиво посмотрела на подозрительную пару у двери машины: «Вы… пришли, чтобы сдать кровь?»

Под недоверчивым взглядом медсестры они переглянулись: «Да, мы пришли, чтобы сдать кровь».

«Давайте, заходите скорее», – сказала медсестра.

Пара пристально смотрела вслед Лю Дэчжу...

Им не только не удалось убить его, но пришлось каждому из них пожертвовать 300 мл крови…

Однако они не знали, что Лю Дэчжу в душе тоже страдал. Кровь он украл от безысходности. Он не мог взять кровь из вены сам у себя!

Со вчерашнего вечера он обнаружил одну проблему: обладатель Печати дьявола, похоже, пристрастился болтать с его боссом!

И для поддержания разговора между этими двумя должна использоваться его кровь.

Лю Дэчжу тайком пытался использовать свиную, утиную и куриную кровь, но ничего не сработало.

В результате он с болью обнаружил, что почтовый штемпель действительно должен быть сделан из человеческой крови, и возможно, обязательно должна быть использована кровь получателя.

Ладно еще человеческая кровь, но у него на руках каждый день будут затягиваться раны.

Это значит, что каждый раз, когда босс общается с владельцем Печати дьявола, ему приходится резать новую рану!

После того, как его босс и владелец Печати дьявола несколько раз так его помучили, он извлек урок из этого опыта и решил найти новый способ: если он не мог использовать другую кровь, он возьмет ее больше за один раз, а потом положит в холодильник и будет использовать постепенно.

По крайней мере, так ему не придется каждый день наносить себе новую рану.

Через полчаса он на цыпочках вернулся домой с пакетом крови, а затем, пока его родители были в спальне, незаметно спрятал пакет с кровью в нижнем ящике холодильника.

Только тогда он, наконец, почувствовал облегчение и вернулся в свою спальню. Он достал устройство связи и отправил сообщение Цин Чэню: «Босс, я подозреваю, что кто-то хочет меня убить!»

Только Лю Дэчжу не знал, что в тот момент, когда он закрыл за собой дверь, его родители тихо вышли из своей спальни и открыли холодильник.

Лю Юцай долго стоял и смотрел на пакет с кровью, спрятанный его сыном.

С огорчением на лице он произнес: «Дорогая, кажется, мы были правы».

Ван Шуфэнь прошептала: «Нужно ли нам спрятать все столовое серебро в доме и Бодхисаттву Гуаньинь у входной двери?»

Лю Юцай нерешительно ответил: «Вампиры не должны находиться под контролем Бодхисаттвы Гуаньинь».

Немного поспав, в полдень Лю Дэчжу проснулся и почувствовал, что в животе у него бурлит от голода.

Когда он открыл холодильник, чтобы посмотреть, что можно поесть, он увидел, что там, где он спрятал пакет с кровью, лежали еще два пакета...

________________

Дом №12 во дворе №4 на улице Синшу, Лоян. Вот такая старенькая кирпичная четырехэтажка, где живет Цин Чэнь.

Глава 171 - Дождливая ночь, кровь и убийцы

Лю Дэчжу смотрел на три пакета крови в холодильнике и не знал, смеяться ему или плакать.

Он уже понял, что обычным людям невозможно просто так купить кровь, если они не попадут в аварию или серьезно не заболеют. Будь то банк крови в больнице или городская станция переливания крови, учет прихода и расхода крови очень строгий.

Так что, это могла быть только кровь родителей.

В этом мире есть безответственные родители, такие как Цин Гочжун.

Но таких родителей в действительности очень мало.

И большинство родителей из любви к своим детям готовы на молчаливое самопожертвование.

Родители могут отказывать себе во всем, чтобы отдать своих детей в лучший детский сад.

Чтобы обеспечить детям лучшие условия для обучения, они могут питаться только рисом с огурцами.

Они могут даже продать собственный дом и жить на съемной квартире, чтобы сделать первый взнос на новое жилье к свадьбе своего ребенка.

Хотя такого рода любовь некоторым образом разобщает, очень давит на ребенка и даже душит, но это было все, что могут придумать и сделать родители.

Фактически Лю Юцай до сих пор не мог понять, что происходит с путешественниками.

Он часто спрашивал своих коллег по работе, если путешественники перемещаются между двумя мирами, будет ли его ребенок стареть быстрее, чем он сам?

Не слишком ли опасно для его ребенка во Внутреннем мире?

Его не волновало, стал ли Лю Дэчжу очень могущественным, но он попытается понять все, что связано с его сыном.

А потом он по-своему придумает, как поддержать Лю Дэчжу.

Как с этими двумя пакетами крови в холодильнике.

Лю Дэчжу увидел желтую записку, приклеенную на обратной стороне пакета с кровью: «Сынок, не волнуйся, пей. Когда закончится, твои родители купят еще».

У Лю Дэчжу ком в горле встал. Как они могли купить подобное? Его родители – люди из рабочего класса. Откуда они могли знать человека, который заведует банком крови?

Но после того, как он справился со своими эмоциями, у него возник вопрос…

Который пакет его?!

И он должен объяснить своим родителям, что на самом деле он не вампир, и ему не нужно пить кровь!

По его прикидкам, судя по количеству переписок между боссом и владельцем Печати дьявола, если он сохранит ее должным образом, этих 300мл хватит на месяц.

Он больше боялся ежедневных новых ран, а не того, сколько крови он потеряет.

В это время устройство связи в кармане Лю Дэчжу завибрировало. Он вернулся в свою комнату и увидел сообщение от босса: «Что произошло? Откуда ты узнал, что кто-то собирается тебя убить?»

Лю Дэчжу ответил: «Сегодня я пошел в мобильный пункт сдачи донорской крови, чтобы купить кровь. По дороге я почувствовал, как за мной наблюдает какая-то пара. Потом я зашел в машину и в отражении на стекле увидел, как они медленно приближаются, держа руки за пазухой. Прям как убийцы в фильмах перед тем, как вытащить пистолет. Я запаниковал и убежал, не успев толком разглядеть, как они выглядели».

Цин Чэнь нахмурился. Если отбросить все остальное, он пошел в пункт сдачи донорской крови… покупать кровь?

Это что такое?!

Но как бы то ни было, Лю Дэчжу сейчас действительно продвинулся вперед по сравнению с тем, что было раньше.

Лю Дэчжу спросил: «Босс, вы знаете, кто хочет меня убить?»

Цин Чэнь немного подумал и написал: «Я получил информацию, что семья Ван Юнь планирует отомстить тебе».

«Тогда что мне делать?»

«Спокойно сиди дома, – ответил Цин Чэнь, – Куньлунь охраняет тебя, поэтому безопаснее всего будет никуда не выходить».

…

Обратный отсчет 126:00:00.

6 часов вечера.

Цзян Сюэ хлопотала на кухне в квартире Цин Чэня. Поскольку был выходной, ужин, который она готовила, был особенно роскошным.

Тук-тук-тук. В дверь постучали.

Ли Тунъюнь хотела открыть дверь, но Цин Чэнь остановил ее: «На будущее не спеши отрывать дверь. Сейчас снаружи очень опасно, и ты не знаешь, что за человек окажется за дверью».

Ли Тунъюнь послушно кивнула: «Ага, я поняла!»

Сказав это, Цин Чэнь открыл дверь и с удивлением обнаружил Ян-Ян, стоящую снаружи.

Девушка подняла руку и показала письмо: «Еще одно».

Цин Чэнь был ошеломлен. Ему стало немного любопытно, неужели обладатель Печати дьявола действительно хотел переманить его к себе?

Про себя он подумал, когда позже владелец Печати узнает, что он пытался увести «Цин Чэня» на глазах у Цин Чэня, настигнет ли его социальная смерть?

«Ты прочла письмо?» – спросил Цин Чэнь у Ян-Ян.

Однако девушка, казалось, не услышала его. Ее взгляд застыл на еде, которую Цзян Сюэ только что поставила на стол.

Жаренные свиные ребрышки, жареные в масле кусочки свинины с жгучим зеленым перцем, острый тофу с мясным фаршем, сибас на пару и кисло-острый яичный суп с курицей.

Цин Чэнь посмотрел на Ян-Ян и спросил: «Э-э, хочешь, чтобы я попросил отправителя изменить адрес?»

Раньше он думал, что владелец Печати больше не будет отправлять письма, если не получит ответа, поэтому больше об этом не вспоминал.

Но теперь этот человек беспокоил других, заставив Цин Чэня немного смущаться.

Однако Ян-Ян по-прежнему казалась глухой, никак не реагируя.

Цин Чэнь неуверенно спросил: «Не хочешь присесть и поесть?»

«Хорошо», – Ян-Ян без колебаний вошла внутрь и прошла мимо Цин Чэня.

Цин Чэнь: «...»

Так она к их еде присматривалась!

Но если ты хочешь есть, так и скажи, зачем притворяться глухой?!

Ян-Ян вообще не считала себя посторонней, она села прямо рядом с Ли Тунъюнь, взяла палочки для еды и начала есть.

Малышка Тунъюнь посмотрела на нее и собиралась что-то сказать, но обнаружила, что эта девушка уже съела несколько ребрышек. Она тут же передумала и принялась за еду, пока Ян-Ян не съела все ребрышки.

Цзян Сюэ кротко сняла фартук и с улыбкой сказала: «Не спеши, не спеши, если этого будет недостаточно, я могу приготовить еще».

«Спасибо, очень вкусно, еды хватит», – невнятно произнесла Ян-Ян с едой во рту.

Цин Чэнь сел напротив Ян-Ян, подперев рукой подбородок, и спросил: «Когда пришло письмо?»

«Три часа двадцать минут назад», – снова невнятно сказала Ян-Ян.

Цин Чэнь даже растерялся. Она так точно назвала время, а это означало, что она обнаружила письмо в тот момент, как только оно появилось.

Но вопрос в том, почему девушка не отдала ему письмо сразу?

Подождите-ка, она же не дожидалась ужина, чтобы отдать письмо?!

Цин Чэнь спросил еще раз: «Как насчет того, чтобы я попросил отправителя изменить почтовый адрес?»

«Незачем, – Ян-Ян махнула рукой с палочками для еды, – лучше я его принесу. Когда получу письмо, принесу его тебе во время еды».

«Почему ты говоришь все, что у тебя на уме?» – Цин Чэнь был потрясен.

Ян-Ян выглядела такой достойной девушкой, но только села за стол, все достоинство словно ветром сдуло. Ли Тунъюнь, сидевшая рядом, чуть не плакала.

Закончив с овощами, она вылила половину кисло-острого яичного супа в миску, смешала его с рисом и все съела.

А потом рыгнула.

Ян-Ян сказала: «Я не буду есть твою еду бесплатно. В обмен на еду я сообщу тебе кое-какую информацию, ты не проиграешь».

«Что за информация?» – спросил Цин Чэнь.

«Начиная с сегодняшнего дня, Куньлунь начал собирать людей в Лочэне. Вся информация о передвижениях транспортных средств легко доступна, ее не скрыть от посторонних, – сказала Ян-Ян, – поэтому семья Ван определенно сможет узнать о необычных перемещениях Куньлуня. После сегодняшнего дня Лочэн вскоре станет стратегически важным пунктом Куньлуня. Если они действительно хотят убить Лю Дэчжу, чтобы отомстить за свою дочь, боюсь, это произойдет сегодня вечером».

Если не сегодня вечером, потом семье Ван может быть будет трудно найти другую подходящую возможность.

«Сколько человек наняла семья Ван?» – спросил Цин Чэнь.

«Этого я не знаю, – спокойно сказала Ян-Ян. – Я знаю только, что они потратили кучу денег, чтобы пригласить сверхчеловека. Ты даже представить себе не сможешь, какую сумму они потратили».

«Подожди, просто чтобы убить Лю Дэчжу, они подготовились как к войне?» – Цин Чэнь был в замешательстве.

«Не стоит недооценивать гнев и печаль отца, потерявшего свою дочь, – сказала Ян-Ян. – На ваш взгляд, Ван Юнь виновата и заслуживает смерти, но в глазах родителей их дети всегда правы. Они считают, что когда жизнь их дочери была под угрозой, предать других – простительно, по крайней мере, ее проступок не заслуживает смерти в качестве наказания».

После того, как Ван Юнь умерла во Внутреннем мире, ничего не закончилось.

Потому что ее тело вернулось во Внешний мир.

Живая дочь на глазах родителей вдруг превратилась в труп, на который страшно смотреть. Никто не сможет такое принять.

«Помни, семья Ван обезумела, – сказала Ян-Ян, – я не удивлюсь, если они сделают что-то сегодня вечером».

«Какого уровня сверхчеловека они наняли?» – спросил Цин Чэнь.

«Этого я тоже не знаю, – сказала Ян-Ян, – но думаю, что не очень высокого уровня. Сверхлюди высокого уровня дорожат своим статусом. Зарабатывать деньги для них уже очень легко, не нужно зависеть от других».

Цин Чэнь нахмурился. Не знать точно уровень противника очень опасно.

Еще ничего, если со стороны противника придет кто-то не выше уровня D, но что если у этого человека будет уровень C? Тогда Лю Дэчжу скорее всего умрет.

Он использовал так много правил запретного места, но Цао Вэй с тяжелыми ранами продержался больше 20 часов, и все еще мог сопротивляться, а Цин Хуай едва не сбежал от действия правила запретного места.

На уровне С сверхлюди на самом деле превосходили других.

Ян-Ян встала и сказала: «Я наелась, пора заняться делом. Думаю, сегодня вечером будет очень оживленно, так что не пропусти это. Сперва я отправлюсь к дому Лю Дэчжу и осмотрюсь, подготовлюсь смотреть интересное шоу!».

Сказав это, она сразу пошла к выходу.

Прежде чем открыть дверь, она вдруг обернулась, будто что-то вспомнив, и сказала Цзян Сюэ: «Спасибо, вы потрясающе готовите!»

Когда Ян-Ян ушла, Цин Чэнь внезапно кое-что вспомнил, открыл дверь и выбежал.

Однако он увидел нечто шокирующее.

В темноте ночи девушка стояла возле здания и смотрела на небо. В одно мгновение пыль вокруг нее поднялась под действием невидимой силой и разлетелась во все стороны.

В следующий момент девушка взмыла в небо, словно стрела, спущенная с тетивы, и улетела в густую ночь.

Цин Чэнь молча стоял с единственной мыслью в голове: эта девушка умеет летать?!

Он присел на корточки в том месте, откуда взлетела Ян-Ян, разглядывая пыль и грязь на земле. Мелкие металлические частицы в пыли на земле образовали лучи, расходящиеся наружу.

Это контур магнитного силового поля.

Внезапно он почувствовал легкую зависть. Кто бы не хотел уметь летать? С этой способностью, разве он не мог бы отправиться, куда захочет?

Кстати, Цин Чэнь так и не успел спросить своего учителя, есть ли у него еще шанс стать пробужденным, после того, как он стал Рыцарем?

Подождите-ка, Цин Чэнь внезапно посмотрел в ночное небо. Ян-Ян только что улетела в направлении пустынной горы Бэйман. Но дом Лю Дэчжу находится на юге!

(п.п. – гора Бэйман, она же гора Ман или Маншань, находится на севере Лояна, из-за чего и получила называние Бэйман, «бэй» – север)

Он молча вернулся домой и прочел письмо, присланное владельцем Печати дьявола: «Ты подумал? Чего ты хочешь? Хи-хи».

Цин Чэню не терпелось написать ответ, чтобы вызвать отвращение у этого человека.

Однако, как раз в тот момент, когда он собирался взять нож, чтобы пустить себе кровь, он вдруг беззвучно рассмеялся.

Нет, нет, нет...

Если «Цин Чэнь» не является вдохновителем за кулисами и не знает Лю Дэчжу, то «Цин Чэнь» не должен знать, что способ ответить на письмо – это капнуть кровью и сжечь письмо.

Только Лю Дэчжу и человек за кулисами знали, как ответить на письмо, и человек за кулисами не стал бы от нечего делать передавать эти знания «Цин Чэню».

Поэтому владелец Печати продолжал спрашивать «Цин Чэня», чего он хочет, но никогда не говорил «Цин Чэню», как ответить.

Если Цин Чэнь ответит, то он выдаст себя.

Подумав об этом, он тут же разорвал письмо.

«Тетя Цзян Сюэ, когда вернешься домой, ни в коем случае никуда не выходи».

Сказав это, Цин Чэнь переоделся и молча вышел на улицу в ночь.

Он не мог остаться в стороне от сегодняшнего волнения.

В воздухе стоял запах сырости, на небе нависли черные тучи, которые ветер пригнал с юга.

В холодную осеннюю погоду ветер усилился.

…

«Мама, папа, как мне объяснить вам, я на самом деле не вампир, и я тоже могу есть чеснок, – серьезно сказал Лю Дэчжу. – Я не знаю, могут ли вампиры есть чеснок, но я могу его есть».

За обеденным столом сидела семья из трех человек. Еда на столе выглядела очень странно: жареная утиная кровь с душистым луком, суп с вермишелью из утиной крови, кровяной тофу и маосюэван.

(п.п. – маосюэван – блюдо сычуаньской кухни на основе утиной или свиной крови)

Все четыре вида блюд имели общую черту, везде содержалась кровь.

Лю Дэчжу терпеливо сказал: «Конечно, я знаю, что вы сделали это для меня, но мне нужна кровь, чтобы писать письма, а не чтобы ее пить… В любом случае, это трудно объяснить, просто поверьте мне».

Лю Юцай и Ван Шуфэнь посмотрели друг на друга и вздохнули с облегчением.

Ван Шуфэнь улыбнулась, дала сыну немного жареной утиной крови с душистым луком и сказала: «Днем мы с твоим папой до смерти перепугались. А если так, то ничего страшного».

Вспомнив заботу своих родителей, Лю Дэчжу улыбнулся и сказал: «Папа, мама, не волнуйтесь, скоро жизнь нашей семьи станет лучше».

«Что ты имеешь в виду?» – удивился Лю Юцай.

«Вы слышали, что многие люди приносят лекарства из Внутреннего мира и продают их за большие деньги? – сказал Лю Дэчжу. – Теперь, когда я прочно закрепился там, естественно, я могу принести что-то, чтобы улучшить вашу жизнь».

«Ничего, не беспокойся о нас с мамой, позаботься о себе, не надо так напрягаться», – Лю Юцай сделал глоток незрелого вина.

«Да мне не в напряг, – радостно сказал Лю Дэчжу, — я знаю там несколько важных шишек».

«Кстати, Чжучжу, тебе там грозит какая-нибудь опасность?» – спросила Ван Шуфэнь.

«Пока никакой опасности там нет, – ответил Лю Дэчжу, – на самом деле, иногда Внешний мир более опасен, чем Внутренний».

Тут Лю Юцай внезапно задумался: «Я никогда не понимал, как путешественники приносят сюда какие-либо вещи?»

Лю Дэчжу объяснил: «При перемещении существует некий механизм. Например, я кладу пузырек с лекарством в рот за секунду до перемещения. Когда я вернусь, я принесу это лекарство с собой, тогда я его выплюну, и его можно будет продать за деньги».

«О, – кивнул Лю Юцай, – оказывается, это «импортно-экспортная торговля».

Лю Дэчжу был потрясен: какая, к черту, импортно-экспортная торговля?!

Хотя… это слово вполне подходящее!

Лю Юцай уже давно не разговаривал по душам со своим сыном. Он на мгновение задумался и сказал: «Дома нет выпивки. Подожди, сейчас схожу куплю дюжину бутылок пива, и мы вдвоем сможем хорошенько выпить».

Ван Шуфэнь недовольно сказала: «Он же еще школьник».

«Ну и что с того, что школьник? – сказал Лю Юцай. – Моему сыну уже 17 лет, а когда мне было 17, я уже служил в армии».

Но тут Лю Дэчжу внезапно сказал: «Пап, не выходи из дома сегодня вечером».

Лю Юцай спросил: «В чем дело?»

«Сегодня вечером на улице очень опасно, так что просто не выходи на улицу, – объяснил Лю Дэчжу. – Пока мы остаемся дома, мы будем в безопасности».

Лю Юцай и Ван Шуфэнь переглянулись.

Только тогда они поняли, что сегодня вечером произойдет что-то грандиозное.

Пока они разговаривали…

В темноте маленький беспилотник медленно перелетал через забор жилого комплекса Синлун.

Под ним свисал черный сверток, поэтому летел он довольно медленно.

Но человек, управлявший этим дроном, был чрезвычайно опытен. Дрон был похож на почтового голубя, легкого и проворного, облетающего в ночной тьме здания одно за другим.

Когда он приблизился к одному зданию, он внезапно начал набирать скорость.

Вжух!

Дрон точно нашел нужное окно, на котором была только москитная сетка, прорезал сетку острым пропеллером и ввалился в комнату.

Беспилотник упал на пол, а из черного свертка, который висел на нем, стало вытекать черное маслянистое вещество, постепенно покрывая поврежденный дрон.

Пших! Из дрона повалил белый дым и вырвалось огромное количество тепла, рассыпая искры во все стороны.

В тот момент, когда черная жидкость коснулась искрящегося дрона, вспыхнуло ослепительное пламя.

Огонь начал распространяться.

Оставшись дома, Лю Юцай, отыскал бутылку «Маотая», которую он бережно хранил много лет: «Ничего страшного, что нельзя сходить за выпивкой. Сегодня стоит отпраздновать, так что давай выпьем эту бутылку «Маотая»!»

(п.п. – Маотай – элитная китайская водка)

Однако, как только Лю Юцай сказал это, он заметил, что выражение лица его жены стало серьезным.

Он немного подумал и сказал: «Ну, это мне подарили, я его не на припрятанные деньги покупал».

«Нет, – Ван Шуфэнь подняла голову, – ты чувствуешь запах горелого?»

…

«Метеостанция предупреждает об очень сильном ливне сегодня вечером. Специалисты говорят, что это редкий осенний ливень за последние десять лет. В ближайшие три часа количество осадков может достичь 50 мм. Уважаемые слушатели, пожалуйста, примите меры предосторожности и укройтесь от дождя...»

Звук радио доносился из такси. Воробьятник протянул руку и переключил канал. После короткого шипения зазвучал голос чтеца аудиокниги: «Да Цзинья спросил: дедушка Ху, что значат твои последние слова? Разве построить в долине храм из рыбьих костей не было хорошей идеей…»

Через щель в приоткрытом окне машины просачивалась влага.

Воробьятник сидел в машине и с большим интересом слушал роман, время от времени оглядываясь по сторонам.

В это время из наушника в его левом ухе раздался голос: «Воробьятник, снаружи что-нибудь происходит?»

«Нет, танцующие тетушки еще не свернулись, – ответил Воробьятник. – Однако я бы сказал, что современные тетушки следят за трендами. Я первый раз слышу песни, которые они слушают».

Однако в это время в канале связи прозвучал голос Лу Юаня. Он холодно сказал: «Соберитесь с силами, через два часа в Лочэн прибудут товарищи из спецслужб выполнять задание. Тогда вас подменят, сегодня ваша последняя смена».

«Вас понял».

«Вас понял».

«Вас понял».

«Вас… Командир Лу, я вижу пожар в квартире наверху дома Лю Дэчжу. Весьма большой, из окна повалил густой дым», – сказал Кабачок.

Лу Юань спокойно сказал: «Я тоже увидел. Это не обычный пожар. Огонь разгорелся слишком быстро, стремительно».

Воробьятник сказал: «Я только что слышал прогноз погоды, сегодня вечером будет проливной дождь».

«Кто-то хочет выгнать Лю Дэчжу на улицу. Они знают, что Куньлунь уже занял здесь выгодную позицию, поэтому они хотят перенести поле боя, – проанализировал Лу Юань. – Скоро начнется ливень, и огонь не будет особо сильно распространяться. Но никто не может справиться с сильным задымлением в помещении, в жилом доме скоро воцарится хаос».

Убийцы, нанятые семьей Ван, не хотели больше медлить.

Они были хорошо подготовлены и хотели использовать огонь, чтобы создать хаос посреди ночи.

Но внезапный ливень нарушил планы всех, и им пришлось действовать до того, как он начнется, иначе у них не будет шансов.

«Воробьятник, больше не нужно охранять вход. Тебе очень опасно оставаться там одному. Быстро вылезай из машины и присоединяйся к нам с Леденцом. Готовимся к бою», – скомандовал Лу Юань.

Но в этот момент Воробьятник внезапно увидел через окно машины стоящую неподалеку от него в темноте черную фигуру, пристально смотрящую на него.

Человек был одет в черный дождевик, а его лицо было скрыто капюшоном.

Обе стороны сосредоточенно смотрели друг на друга. Оба молча ждали, но ни один из них не знал, чего ждет другой.

По каналу связи раздался голос Леденца: «Воробьятник, ты где? Давай быстрее к нам».

Но Воробьятник в машине не произнес ни слова. Капли пота медленно катились по его вискам.

Пожар в здании вдалеке разгорался все сильнее и сильнее, густой дым валил из более чем десятка окон.

Вдруг…

На небе в темных тучах водяной пар, встретившись с холодным воздухом, быстро конденсировался и, наконец, собрался в каплю воды, которая полетела вниз.

Эта капля прошла сквозь ряды дождевых облаков, проделав долгий путь с высоты…

И наконец… Тук.

Ударилась о капот такси.

Запах пыли быстро распространился в воздухе. Капли дождя, казалось, прорвали небо. На головы опустилась дождевая завеса. Небо стало еще темнее.

Вдалеке, танцевавшие в сквере тетушки быстро подобрали музыкальную колонку и побежали одна за другой.

Воробьятник видел, как убийца в черном дождевике медленно приближался к нему, но снова остановился.

Под дождем десятки тетушек, прикрывая головы руками, бросились в квартал Синлун.

Они пробежали между убийцей и такси, как будто между ними на короткое время опустился занавес.

Щелк. Воробьятник хотел быстро выйти из машины и помешать убийце взять людей в заложники!

Но в тот момент, когда он открыл дверцу машины, он снова невольно застыл.

После того, как толпа тетушек пробежала мимо, убийца все еще стоял под дождем на том же месте.

Между ними больше не было никаких препятствий, загораживающих обзор, но убийца тупо стоял там. Из его головы торчала игральная карта, а из щели в пробитом черепе текла кровь.

Образуя линию, по форме похожую на молнию, кровь стекала с его лба к подбородку.

Глаза убийцы широко раскрылись, как будто он не мог в это поверить.

Воробьятник обнаружил, что дождевик убийцы в какой-то момент был снят. Убийца оказался в черной куртке, которая раньше была спрятана под дождевиком.

Умерший убийца завалился назад и грузно шлепнулся в лужу воды.

Воробьятник сразу посмотрел на спины тетушек и случайно увидел, как кто-то в толпе быстро накинул на себя черный дождевик, и в мгновение ока вбежал в ворота.

Жилой комплекс Синлун весьма большой, он является одним из первых коммерческих жилых комплексов в Лочэне. Всего здесь насчитывается более 60 жилых домов.

Обычно не чувствуется, насколько сложен этот ландшафт, но теперь Воробьятнику казалось, что это место похоже на лабиринт, мгновенно поглощающий людей.

Он закрыл дверцу такси, подбежал к убийце и сказал по каналу связи: «Командир Лу, сюда вошел неизвестный. У входа в микрорайон на меня только что смотрел убийца, но этот человек внезапно затесался среди танцующих тетушек. Он не только убил убийцу, но и забрал его дождевик».

«Где он?» – сосредоточенно спросил Лу Юань.

«Он вошел на территорию жилого комплекса. Я чувствую, что он может быть на нашей стороне», – сказал Воробьятник.

Он присел на корточки, чтобы осмотреть рану убийцы, и внезапно с удивлением обнаружил, что в лоб убийцы была воткнута обычная игральная карта.

Совершенно обычная, обычней некуда.

Только что Воробьятник был слишком далеко и плохо мог видеть, поэтому он подумал, что это какое-то особое орудие убийства, но в это время под проливным дождем карта намокла и мягко прилипла ко лбу убийцы.

Воробьятник ошеломленно посмотрел вглубь квартала Синлун. Как он это сделал? Как он смог вогнать бумажную карту в очень твердый человеческий череп?

Он перевернул намокшую игральную карту. Джокер на карте, посеревшей от дождя, беззвучно смеялся.

Красные губы, казалось, растянулись до самых ушей.

«Командир Лу, человек, который вышел на сцену, – экстраординарный, – сказал Воробьятник, – уровень неизвестен».

Лу Юань спросил: «На селезенке умершего рана есть?»

Воробьятник расстегнул черную куртку убийцы: «Командир Лу, нет раны».

Лу Юань был немного озадачен. Это отличалось от их предположений.

…

Загорелось более одного жилого дома.

Всего за несколько минут три жилых здания были охвачены огнем, и даже сильный дождь не мог разогнать густой дым.

Величественная завеса дождя снаружи здания перекрывала весь шум внутри, но семья Лю Дэчжу могла слышать быстрые шаги в подъезде.

Все спешили вниз.

«Мам, пап, быстро уходим», – Лю Дэчжу проигнорировал инструкции Цин Чэня. Не потому, что он не хотел подчиняться, а потому, что кто-то вынуждал его уйти.

Хотя он не знал, с какими опасностями столкнется на улице, это лучше, чем заживо сгореть в здании.

«На улице слишком сильный дождь, подождите, я возьму зонтик!» – сказала Ван Шуфэнь.

«Нет времени брать зонтик», – Лю Юцай схватил жену и бросился к двери. Но как только он открыл дверь, они увидели черный дым, клубящийся по потолку коридора. Дым и примеси от горения в воздухе заставили всех закашляться.

Лю Дэчжу рванул в комнату и снова выбежал: «Полотенце! Быстро прикройте рот и нос!»

В этот момент мужчина средних лет, который в панике бежал вниз, пробегая мимо квартиры Лю Дэчжу, случайно задел плечом Ван Шуфэнь.

Да так сильно, что они оба скатились с лестницы.

«Мама!» – забеспокоился Лю Дэчжу.

Он бросился вниз по ступенькам, чтобы помочь Ван Шуфэнь подняться, но увидел, что лодыжка его матери была неправильно вывернута, очевидно, сломана.

«Чжучжу, пожалуйста, оставь меня, беги, пусть твой отец поможет мне», – с тревогой сказала Ван Шуфэнь.

«Мой папа не сможет тебя нести, – сказал Лю Дэчжу, взваливая мать на спину, а затем крикнул Лю Юцаю. – Пап, ты чего стоишь? Беги!»

В этот момент Лю Дэчжу был очень рад, что ему ввели генную инъекцию. Если бы генный препарат не улучшил его физическую форму, он, возможно, не смог бы нести свою мать на спине.

Семья из трех человек побежала вниз. Мужчина средних лет, который столкнулся с Ван Шуфэнь, изо всех сил пытался встать. Лю Дэчжу хотел пнуть его, но в конце концов сдержался.

Ван Шуфэнь лежала на спине сына. После перелома нога сначала онемела, а затем появилась острая боль.

Но она не издала ни звука, боясь отвлечь сына.

Лю Дэчжу с матерью на спине бежал вниз по лестнице, бормоча: «Мама, не бойся, горит наверху, если мы сбежим вниз, все будет хорошо. Я уже не обычный человек, я совсем не устал нести тебя на спине».

Когда семья из трех человек выбежала из подъезда, снаружи уже собрались сотни жителей.

Пожар разгорелся так быстро, что большинство людей не успели прихватить зонты. Частые капли дождя барабанили по всем, стоявшим внизу. Люди смотрели на черный дым на крыше дома, все казались беспомощными и растерянными.

Те, у кого были мобильные телефоны, торопливо набирали номер 119. Тем, кто не успел взять с собой мобильник, оставалось только ждать под дождем.

(п.п. – 119 – номер пожарной охраны в Китае)

В этот момент Лю Дэчжу оглядывался по сторонам, держа мать на спине.

Теперь Лю Дэчжу уже не такой невежественный, он прекрасно понимал, что кто-то устроил пожар, чтобы вынудить его выйти и убить, воспользовавшись суматохой.

Но где же убийцы?

Поскольку квартал Синлун очень большой, здесь есть четверо ворот и две калитки.

Под проливным дождем шесть команд в черных дождевиках незаметно приближались к жилому комплексу с шести сторон.

В каждой команде по шесть человек. Они медленно входили сюда в стандартном тактическом построении для проникновения.

Трое спереди, по одному с каждой стороны и один сзади.

Лицо каждого было скрыто под капюшоном дождевика, их ладони под дождевиками были либо на рукоятке пистолета, либо на рукоятке ножа.

Капли дождя ритмично падали на их дождевики, издавая потрескивающий звук.

Убийцы шли по лужам, но шумная внешняя обстановка им совершенно не мешала.

В команде, вошедшей с запада, лидер, идущий впереди, внезапно почувствовал, что что-то не так. Он оглянулся и проверил, но не заметил ничего необычного.

Но вскоре он понял, что было не так.

Он несколько раз в уме пересчитал количество людей позади него: 1, 2, 3, 4, 5, 6.

Да, шесть.

Включая его, их семь.

Зрачки лидера под капюшоном резко сузились. Хотя все были одеты в одинаковые черные дождевики, позади их команды шел... еще один человек!

В одно мгновение лидер вытащил нож с внешней стороны бедра и бросился назад, прошел сквозь тактическое построение и устремил свой нож под дождевик последнего человека!

Капли дождя стекали с его капюшона. Когда он яростно развернулся, дождевая вода разлетелась кристальными брызгами.

Когда убийцы почувствовали неладное, они отошли в стороны, и только человек сзади стоял, словно вот-вот рухнет.

Нет!

Лидер группы ясно смог разглядеть в темноте, что глаза человека позади были закрыты, он уже умер. В левой части его живота, там, где была селезенка, в дождевике была прорвана огромная дыра.

До этого мертвого убийцу придерживал кто-то в команде, и только когда лидер группы обнаружил проблему, тот человек выпустил убийцу из своей руки.

Когда он это осознал, чья-то нога пнула его сбоку.

Тело лидера с грохотом отлетело в сторону.

Этот удар был слишком тяжелым. Это была не та сила, с которой могут ударить обычные люди. Лидер чувствовал себя так, словно его сбил грузовик, и все его кости вот-вот развалятся.

Он отлетел влево. Падающая с неба вода не успела заполнить брешь, таким образом, казалось, что дождевая вода слой за слоем просачивается в дыру в форме человека!

Когда лидер еще находился в воздухе и смотрел на этого злодея сквозь дыру, в вышине свернула молния, на мгновение озарив ночное небо.

Лидер группы был потрясен, увидев, что лицо этого человека под капюшоном было очень молодым.

Настолько молод, что трудно поверить.

Это был Цин Чэнь.

Однако он увидел, как Цин Чэнь внезапно пригнулся, чтобы увернуться от приближающегося к нему ножа, и в один миг оказался за спиной этого человека. Игральная карта, которую он держал двумя пальцами, расколола завесу дождя и легко скользнула по шее убийцы, оставив за собой кровавую полоску.

Дождь, кровь и грязь вместе падали на землю, и уже нельзя было отличить одно от другого.

Никто не знал, почему бумажные игральные карты в руках этого молодого человека были острыми, как нож.

Нет, острее ножа.

Цин Чэнь молча одной рукой держал перед собой тело убийцы с перерезанным горлом и медленно двинулся вправо.

Убийцы молча смотрели на это, удивляясь про себя.

Одной рукой он держал взрослого человека так же легко, будто нес ведерко растительного масла.

Трое убийц в темноте взглянули друг на друга. Это сверхчеловек!

Они одновременно прижали руки к рукояткам пистолетов на поясе.

Однако фигура молодого человека была скрыта за трупом, открыта была только половина его лица.

Ни один из троих убийц не был уверен, что сможет попасть в этой ситуации.

В темноте с капюшона Цин Чэня постоянно стекала вода, но его дыхание было более ровным, чем когда-либо прежде.

Четыре человека двигались медленно, меняя свое положение постепенно. Казалось, что их соединяла струна, которая натягивалась все туже и туже!

Цин Чэнь уже нащупал пистолет на поясе убийцы, которого держал перед собой.

В этот напряженный момент…

В небе снова сверкнула молния.

Все трое убийц растерялись, услышав странный звук дыхания, проникающий в самое сердце.

Под холодным осенним ночным дождем из-под капюшона молодого человека, словно стрела, вырвался тонкий белый туман.

В свете вспышки молнии каждый смог увидеть огненные узоры, расцветающие под капюшоном!

«Не убегайте», – спокойно сказал Цин Чэнь.

Неизвестно, сколько прошло времени. Лидер группы, лежавший под дождем и изо всех сил пытавшийся встать, вдруг услышал звук приближающихся по лужам шагов.

Он медленно повернул голову и увидел, что все его товарищи по команде лежали под дождем.

А рядом с ним сидел на корточках парень, убивший их всех, и что-то наматывал на его запястье.

Лидер хотел встать, но его тело сильно болело.

Под шумом ливня Цин Чэнь приставил пистолет к виску лидера и спросил: «Как тебя зовут? Если скажешь, у тебя еще будет шанс остаться в живых. Если не скажешь, умрешь тотчас же».

Лидеру команды было мучительно больно, у него было предчувствие, что после того, как он произнесет свое имя, его судьба перейдет в руки этого человека.

Но холодное дуло у виска напомнило ему, что если он этого не сделает, у него вообще не будет судьбы.

«Сюй Ичэн».

В темноте ночи тело лидера стало похоже на марионетку на веревочках. Полностью противореча общим представлениям о движениях человеческого тела, он поднялся на ноги под проливным дождем.

Его вывихнутые кости хрустнули.

…

В одном здании Лу Юань тихо стоял перед окном.

По каналу связи постоянно поступали донесения о боевой обстановке: «Боевая группа 01 дождалась проникновения убийц через восточные ворота».

«Боевая группа 02 дождалась убийц у северных ворот».

Как будто «Куньлунь» давно знал местонахождение убийц. Сотрудники организации уже подготовили засаду на пути, по которому так или иначе должны пройти эти люди, и только и ждали, когда убийцы попадутся в их сети.

Лу Юань сказал по каналу связи: «Цели имеют огнестрельное оружие. Не медлите. Пристрелите их на месте».

«Вас понял».

«Вас понял».

«Вас понял».

Но в этот момент Лу Юань спросил по каналу связи: «06, вы все еще не дождались убийц у западных ворот?»

«Командир Лу, нет».

Странно, по данным разведки, убийцы должны были войти через шесть входов, но почему боевая группа 06 не встретила убийц?

«Идите проверьте. Они, должно быть, вошли внутрь. Мы должны их найти, – приказал Лу Юань. – Будьте предельно осторожны».

Он нахмурился и молча ждал, но через пять минут по каналу связи снова раздался голос: «Командир Лу, командир Лу, убийцы у западных ворот уже мертвы!»

«Мертвы? – Лу Юань внезапно поднял голову. – Сколько их было? Вы их убили?»

«Пятеро мертвы, один пропал. Это не мы их убили, – доложила о ситуации боевая группа 06. – Двоим перерезали горло, двое умерли от огнестрельных ранений, у одного произошел разрыв селезенки. У одного убийцы пропал пистолет. Должно быть, его кто-то забрал».

Глаза Лу Юаня загорелись. Этот парень действительно был здесь.

Глава 172 - Близнецы

Чжэн Юаньдун уже говорил Лу Юаню, что если человек за кулисами пока еще не хочет отказываться от Лю Дэчжу, сегодня вечером «они» обязательно придут.

Кабачок рядом с ним спросил: «Командир Лу, что нам делать дальше? Этот человек намеревается действовать в одиночку, однако не разрушит ли это наш план?»

«Это не имеет значения, – покачал головой Лу Юань. – Будь готов принять командование в любой момент, я собираюсь уйти».

«Командир Лу, куда вы направляетесь?» – спросил Кабачок.

«Само собой, я спущусь и понаблюдаю. Нельзя позволить Лю Дэчжу совершить какую-либо ошибку», – сказал Лу Юань.

«Но сверхчеловек нашего противника еще не сделал свой ход, – сказал Кабачок, – вы так ни с того ни с сего уходите, что, если они на это рассчитывают?»

Лу Юань небрежно махнул рукой: «Когда это люди в Куньлуне боялись опасности?»

В это время на место происшествия прибыли пожарные, но, поскольку припаркованные автомобили заняли дорогу, пожарная машина с включенной сиреной фактически не могла въехать на территорию жилого комплекса.

Кто-то попытался заглянуть внутрь через окно машины, но обнаружил, что окна в каждой машине затонированы специальной пленкой, из-за которой снаружи невозможно было увидеть, что происходит внутри.

Пожарные поспешно начали проверять номерные знаки один за другим, чтобы позвонить владельцам и попросить отогнать машины. Они видели, что в доме все еще распространяется густой дым, но какое-то время ничего не могли сделать.

В квартале Синлун продолжал лить сильный дождь.

Лю Дэчжу нес свою мать на спине, собираясь выйти отсюда.

Кто-то рядом с ним прошептал: «Я из Куньлуня, Леденец. Если ты останешься здесь, мы сможем тебя защитить. Не выходи из зоны нашей защиты».

Лю Дэчжу разволновался: «Моя мама упала с лестницы и сломала ногу. Теперь она внезапно потеряла сознание. Мне нужно срочно доставить ее в больницу! Не волнуйтесь, я не уйду далеко, больница в трехстах метрах отсюда!»

Леденец сразу растерянно посмотрел на Ван Шуфэнь. Она только что была в сознании, но теперь уже нет.

Похоже, мать Лю Дэчжу не только сломала ногу, но и ударилась другими местами.

Леденец наклонился вперед и быстро осмотрел ее, а затем поспешно сказал по каналу связи: «Командир Лу, мать Воробья получила травму, у нее повреждение правого полушария мозга. Скорее всего, она ударилась о ступеньки. Он настаивает на том, чтобы сейчас уйти. Что делать?»

Когда Лю Дэчжу услышал эти слова, его глаза покраснели, он сразу же бросился бежать к выходу.

Лю Юцай следовал за ним по пятам.

С неба лил дождь, и челка Лю Дэчжу прилипла ко лбу. Он выглядел крайне жалким.

Он знал, что выбегать наружу может быть опасно, но когда ему в такое время заботиться о собственной безопасности?

Когда он только что нес свою мать вниз по лестнице, он увидел след от укола на ее предплечье. Явно, что он остался с утра, когда у нее брали кровь из вены!

Лю Дэчжу сердито взревел: «Никто меня не остановит!»

Леденец на мгновение заколебался и сказал по каналу связи: «Командир Лу, Воробей улетает!»

«Сначала возьми двух ближайших людей и защищай его, я мчусь туда, – Лу Юань на мгновение заколебался. – Кабачок, бери на себя командование, я лично сопровожу его в больницу!»

«Куньлунь» уже давно расположился в квартале Синлун, намереваясь одним махом поймать всех сразу.

В конце концов, после начала инцидента с перемещениями в темноте прятались серые крысы, которых не удавалось истребить. Теперь семья Ван потратила заоблачную сумму денег, чтобы привлечь их сюда. Такая благоприятная возможность очень кстати.

Травма Ван Шуфэнь действительно была несчастным случаем. Как-никак, до сих пор ни один убийца не смог подобраться к Лю Дэчжу. Если бы не тот мужчина, который, не разбирая дороги, в панике налетел на нее, все бы сейчас были счастливы.

В канале связи кто-то сказал: «Командир Лу, если мы позволим Воробью сейчас уйти, убийцы последует за ним, и наше развертывание уже не будет таким строгим».

Лу Юань вздохнул: «Наша задача – защитить этих простых людей. Не забывай своей первоначальной цели только потому, что сожалеешь о плане. Кабачок, запечатай весь квартал Синлун. Никто не должен сбежать».

Вскоре после того, как он это сказал, более десятка боевых групп выбежали из подъездов и начали окружать квартал Синлун.

Спасавшиеся от огня жители были в шоке, увидев эту сцену. Ведь до этого никто не замечал, что в жилых домах пряталось столько людей!

«Куньлунь» до сегодняшнего дня скрывал этот трюк лишь для того, чтобы показать врагу свою слабость и заставить поверить в легкую победу, и избавиться от всех негодяев, которых в обычные дни найти не могли.

Сегодня ночью, кто бы ни спутал им план, этим убийцам не удастся сбежать!

В следующий момент, после того, как Лю Дэчжу тронулся с места, из толпы за ним последовали семь человек.

Они медленно двигались позади, чего-то ожидая.

Леденец, находящийся позади Лю Дэчжу, быстро крикнул по каналу связи: «Командир Лу, появились семеро убийц, спрятанных в толпе, и они готовы действовать».

«Где наши люди?!» – заревел Лу Юань.

«Позади Лю Дэчжу! – сказал Леденец. – Лю Дэчжу побежал слишком быстро. Генная инъекция, которую вкололи этому парню, увеличила силу его нижних конечностей!»

«Зараза!» – снова заревел Лу Юань и бросился бежать. Он прорвался сквозь толпу и дождливую ночь и направился прямо к убийцам позади Лю Дэчжу.

Он вытащил пистолет из-под мышки и выстрелил. Бах! Бах! Две пули с большой точностью попали убийце в затылок с расстояния более 50 метров. Остальные убийцы поспешно уклонились и больше не осмелились так бесцеремонно преследовать Лю Дэчжу.

Но еще не прошла одна беда, как нагрянула другая!

Как только пожарный у ворот жилого комплекса набрал 114, чтобы проверить номера владельцев автомобилей, двери семи незаконно припаркованных автомобилей в длинном ряду внезапно открылись.

(п.п. – 114 – номер справочной службы в Китае)

Оказалось, что они все это время находились в машинах и вообще не собирались переставлять их. А теперь направились прямо к Лю Дэчжу!

Семеро убийц, одетые в черные дождевики, двигались размеренно, затягивая невидимую сеть, руки их были спрятаны под дождевиками.

Они шли под проливным дождем, шаг за шагом уверенно ступая по лужам.

На расстоянии сотни метров Лю Дэчжу смог ощутить реальное чувство угнетения и убийственного намерения.

Заметив это, он постепенно остановился. Лю Юцай встал перед ним: «Сынок, эти люди пришли убить тебя? Просто развернись и беги. Не волнуйся, твоя мама не будет тебя винить».

«Пап», – все тело Лю Дэчжу было мокрым от холодного дождя. Он посмотрел на убийц, которые все еще приближались, и сказал дрожащими губами: «У меня в кармане устройство связи, похожее на мобильный телефон. Отправь сообщение и спроси, может...»

Прежде чем он успел закончить, Лю Юцай уже достал устройство связи из кармана Лю Дэчжу: «Сынок, на нем есть сообщение».

«Что говорится в сообщении?» – с тревогой спросил Лю Дэчжу.

«Тут сказано: не бойся, иди дальше».

Лю Дэчжу резко огляделся. Что это значит? Босс поблизости? Или люди босса уже здесь?!

Но он ничего не увидел.

В этот момент Лю Дэчжу повернулся и посмотрел на Лю Юцая: «Пап, ты мне веришь? Идем дальше! Я думаю, что сегодня я не умру! С моей мамой тоже ничего не случится!»

Сказав это, он неожиданно снова побежал вперед.

Увидев это, Лу Юань выругался про себя, а затем поспешно сказал по каналу связи: «План Б! Переходим к плану Б! Где снайпер?! Оставьте сверхчеловека, прикончите остальных… Стойте, не стреляйте!»

Когда семеро «автовладельцев» в дождевиках уже почти окружили Лю Дэчжу, позади них из темноты, как призраки, внезапно появились еще двое убийц в черных дождевиках. Казалось, они ждали там уже давно.

Но эти двое убийц пришли не за Лю Дэчжу, а, обуреваемые жаждой убийства, атаковали незваных гостей со спины!

Эти два человека шли очень быстро, и каждый раз, когда они наступали на глубокую лужу, вода разлеталась в стороны.

Прежде чем вода смыкалась снова, их ноги уже покидали лужу.

Под проливным дождем черный дождевик Цин Чэня внезапно приподнялся, и из-под него вылетела игральная карта. На белой карте туз пик был похож на черный нож, прорезавший слои дождя.

Эта удивительная карта, разрезая дождевые капли пополам и расколов дождевую завесу, прочертила в воздухе белую линию и точно вонзилась в сердце убийцы через щель между ребрами со спины.

Только и видно было, как убийца, сбитый этой картой, упал лицом вперед и больше уже не поднялся.

Лу Юань ужаснулся. Он видел игральные карты, способные разрезать банки из-под напитков, но он никогда не видел таких карт, которые были бы настолько жесткими, что могли пробить человеческое тело!

Рука другого человека, спрятанная под дождевиком, непрерывно нажимала на спусковой крючок. Девять пуль пробили огромные дыры в черных дождевиках, трое убийц были застрелены.

Из семи убийц в мгновение ока осталось только трое.

Две фигуры скоординировано двинулись вперед, их движения были почти идентичны, а их атаки сокрушительны. Только в этот момент убийцы смогли осознать, что позади них была засада!

Богомол охотится на цикаду.

Но позади него чиж!

(п.п. – пословица «богомол охотится на цикаду, но позади него чиж» означает «не подозревать о нависшей опасности», а также «на каждую силу найдется другая сила»)

Трое убийц внезапно обернулись, когда увидели падающие тела своих товарищей по команде. Края их дождевиков взметнулись, словно зонтики, разбрызгав воду по кругу.

Однако в это время Цин Чэнь и Сюй Ичэн, находящийся под контролем Цин Чэня, уже появились перед ними.

Это все равно, что обернуться в доме с привидениями и увидеть лицо призрака перед своим носом!

Эта внезапная атака была настолько неожиданной, что у незваных гостей не было шанса выстрелить с дальнего расстояния!

«Огонь!» – в гневе заревели трое убийц.

Молниеносное развертывание сил!

Цин Чэнь уже нырнул в сторону одного из убийц, оказавшись в слепой зоне для стрельбы двух других.

Он положил свою руку поверх руки убийцы под дождевиком, который пытался вытащить пистолет. Убийца был потрясен, обнаружив, что сила этого человека настолько велика, что его рука, державшая пистолет, похоже, была раздавлена.

Игральная карта в другой руке Цин Чэня внезапно выскользнула из-под дождевика. Два тонких пальца, зажимавшие карту, промелькнули рядом с убийцей. Нереально острый край карты, похожий на лезвие, прорезал шею убийцы с одной стороны.

Похоже, из-за того, что его энергия вот-вот иссякнет, и из-за того, что карта слишком глубоко врезалась в плоть, она застряла в шее противника.

Но выражение лица молодого человека не изменилось. Посреди дождливой ночи его вздох был подобен спущенной стреле. На одном дыхании он извернулся в талии и согнул колени.

Он молча посмотрел на лужи и дождевые брызги на земле. Его рука внезапно напряглась и потянула игральную карту вниз. Кровь брызнула на землю вдоль угла наклона карты не хуже дождевой воды.

Неподалеку кто-то выстрелил из-под дождевика, и Цин Чэнь бросился вперед, прячась за трупом.

Пули убийцы попали в труп, разрывая плоть и разбрызгивая кровь, падавшую в лужи дождевой воды глубиной по щиколотку.

Но дозвуковая пуля в комплекте с глушителем просто не могла пробить человеческое тело!

Расстояние между ними мгновенно сократилось. Цин Чэнь вытащил из-за пояса трупа пистолет и, используя труп как щит, а дождь как занавес, непрерывно нажимал на спусковой крючок.

С другой стороны, контролируемый им Сюй Ичэн воспользовался моментом, когда Цин Чэнь привлек весь огонь на себя, отбросил пистолет, в котором закончились патроны, и вытащил нож с внешней стороны бедра!

Однако было заметно, что когда он быстро приближался к убийце, он как-то странно дрожал, словно деревянная кукла.

Убийца внезапно обернулся с хищным выражением лица, в одной руке он держал нож, а другой неожиданно схватил Сюй Ичэна за запястье!

Но в следующий момент убийца был ошеломлен. Он только почувствовал, что рука Сюй Ичэна не была похожа на человеческую. Он, очевидно, схватил его за запястье, тем не менее локоть противника мог странно поворачиваться.

Угол поворота суставов человеческого тела ограничен, но угол поворота суставов Сюй Ичэна казался неограниченным, что делало его похожим на живую марионетку!

В одно мгновение Сюй Ичэн вывернул локоть и с силой вырвался из хватки убийцы. Воспользовавшись шоком и страхом противника, он вонзил нож наискось вверх в его селезенку!

В небе сверкнула молния, и Лу Юань увидел знакомый способ убийства: это был убийца, который убивал ножом только ударом в селезенку!

Ему потребовалось всего мгновение, чтобы вспомнить, что сказал Воробьятник: союзник, убивший убийцу, забрал у убийцы дождевик!

Только Лу Юань подумал, если, как и предполагал босс, человеком, протыкавшим селезенку, был Цин Чэнь, то кто же был другой?

Когда вспышка молнии прекратилась, все снова погрузилось во тьму.

Дождевые капли постоянно покрывали лужи рябью.

Цин Чэнь и «Сюй Ичэн» молча стояли под дождем, а рядом с ними было семь трупов!

Они вдвоем посмотрели на Лю Дэчжу сквозь завесу дождя.

«Босс попросил нас помочь тебе вырваться из окружения. Идем быстро. Мы будем сопровождать тебя остаток пути», – раздался незнакомый голос под дождевиком.

Стоя под дождем, Лю Дэчжу на мгновение растерялся, и на его лице внезапно появилось растроганное выражение.

По какой-то причине в его сердце нахлынула бурлящая трепетная благодарность, похожая на извержение лавы на дне моря.

Фактически, Лю Дэчжу и Цин Чэнь на сегодняшний день находятся в отношениях сотрудничества, никто не является ничьим рабом.

Это ведь не феодальное общество, здесь уже давно не существует таких понятий, как хозяева и слуги.

Поэтому у Лю Дэчжу будут свои мелкие мысли и мелочные расчеты, и он даже может фантазировать о том, как однажды сам станет главным героем.

Но в этот момент Лю Дэчжу вдруг почувствовал, что было бы хорошо и дальше следовать за таким боссом.

«Спасибо», – Лю Дэчжу не мог понять, были ли это слезы или дождь на его лице. Он в смущении нес свою мать на спине и бежал наружу вместе с Лю Юцаем.

Когда он пробегал мимо них двоих и хотел ясно рассмотреть лица своих благодетелей, то увидел, что они опустили головы, и под тенью капюшона ничего нельзя было ясно разглядеть.

Однако в этот момент откуда-то послышался голос: «Кто сказал, что ты можешь уйти?»

В следующий момент дождевая вода начала катиться по земле, и вся скопившаяся вода устремилась к воротам. В мгновение ока неожиданно поднялась как бы огромная морская волна, которая устремилась обратно к Лю Дэчжу!

Земля внезапно стала сухой, сверхчеловек, скрывавшийся в темноте, вдруг перекачал всю воду со всех сторон в сторону огромной волны!

Цин Чэнь молча наблюдал. Так вот какой силой обладает этот сверхчеловек!

Опасное положение. Лю Дэчжу смотрел на огромную волну и чувствовал отчаяние. В какой-то момент в его глазах вспыхнул красный огонек пламени, но быстро пропал.

Казалось, какие-то оковы вот-вот разомкнутся, но этот мир никогда не позволит этому произойти.

Поэтому огонь в глазах Лю Дэчжу снова погас.

Когда он подумал, что вот-вот умрет, с неба раздался голос: «А я говорю, что они могут уйти».

Все вдруг подняли головы и увидели фигуру, быстро падающую с неба.

Это была громоподобная сила, создавшая огромное давление!

С грохотом Ян-Ян упала с неба и приземлилась на корточки. Она наступила на огромную волну и фактически подавила ее, превратив в озерную гладь!

Девушка, улетев на север, наконец поняла, что снова заблудилась, когда прилетела на гору Бэйман.

Многократно спрашивая дорогу, она наконец прибыла на поле битвы!

Она почти ничего не сказала, но вдруг побежала на восток.

В одно мгновение, в нескольких десятках метров от Ян-Ян, дождь внезапно прекратился!

Прозрачные капли дождя зависли в воздухе, не поднимаясь и не падая. Цин Чэнь обернулся и огляделся вокруг. Как будто кто-то поставил дождь на паузу.

Силовое поле.

Мощное силовое поле!

Однако он увидел, как Ян-Ян ударила кулаком в дождевую воду, и дождь, парящий рядом с ней, образовал два сходящихся кольца под действием необъяснимой силы.

Моментально.

В пределах досягаемости ее кулака кого-то выбило из дождевой завесы!

Сверхчеловек полагался на свою способность, чтобы тайно спрятаться под дождем, и никто его даже не заметил.

Но Ян-Ян другая. Все изменения в окружающем силовом поле происходят в ее сознании. Даже если она закроет глаза, она все равно сможет сказать, где кто-то есть, а где никого нет!

С грохотом сверхчеловека подбросило в воздух.

Падая, он вывернулся в пояснице, чтобы стабилизировать свое тело.

Но внезапно он обнаружил, что скорость его падения замедлилась, как если бы железный шар, падающий с неба, внезапно превратился в перышко!

«Йех!» – Ян-Ян нанесла сверхчеловеку мощный апперкот в живот.

Тело сверхчеловека свернулось, как креветка, и он внезапно взлетел на десятки метров в воздух.

Как раз в тот момент, когда он достиг наивысшей точки и начал падать, необъяснимая выталкивающая сила снова исчезла!

Исчезнувшая без следа сила была подобна гравитации, которая появлялась из ниоткуда и исчезала, словно по волшебству, поддерживаясь произвольно!

Сверхчеловек упал прямо на землю. Он хотел использовать дождевую воду, чтобы подхватить себя, иначе даже сверхчеловек уровня C, упав с высоты десятков метров, погибнет!

Однако во время падения он ясно почувствовал, что невидимое силовое поле соревнуется с ним за контроль над дождевой водой. Его обычная способность управлять водой, как ему заблагорассудится, казалось, не работала, как бы он ни старался.

С грохотом сверхчеловек тяжело рухнул на землю, закашлялся кровью, его голова склонилась набок, и он потерял сознание.

Только в этот момент Ян-Ян огляделась: «Эй? Где они?»

Она хотела найти Цин Чэня, но он фактически воспользовался битвой между экстраординарными людьми, чтобы увести Лю Дэчжу.

Ян-Ян, казалось, немного рассердилась: «Как я вернусь домой, если ты ушел?! Нда! Ну в самом деле!»

В это время Лу Юань также разобрался с остальными убийцами. Он и члены «Куньлуня» подбежали к Ян-Ян: «Э… а ты кто, сестренка?»

Ян-Ян наклонила голову, на мгновение задумалась и сказала: «Я тоже подчиненная Лю Дэчжу!»

Сказав это, Ян-Ян снова взмыла в небо, так же неожиданно, как и прилетела сюда.

Лу Юань поднял глаза и увидел, как девушка исчезла в ночном небе: «???»

Одна только эта фраза вызвала бурю эмоций в сердце Лу Юаня!

Они видели, как девушка только что сражалась, подвесила сверхчеловека в воздухе и полностью разгромила его. У противника даже не было шанса дать отпор!

Если сравнивать их обоих, то разница между ними, как между небом и землей.

По оценке Лу Юаня, эта девушка не ниже уровня B!

Как такой экстраординарный человек может является подчиненным Лю Дэчжу? Это шутка такая?!

Что, сейчас популярно быть подчиненным Лю Дэчжу?!

До сегодняшнего вечера Лу Юань считал, что «организация» с Лю Дэчжу в качестве пешки, выставленной напоказ, была всего лишь небольшой группой.

К счастью, это относительно позитивная группа, которая всегда делает доброе дело, иначе ее бы стоило назвать только бандой.

Однако теперь Лу Юань подумал, что им следует пересмотреть эту группу.

В конце концов, в эту группу входят не только Цин Чэнь и Лю Дэчжу, есть еще сверхчеловек, который умеет убивать людей с помощью игральных карт, да еще эта свирепая девушка!

У них уже есть два сверхчеловека!

И один из них еще и уровня В!

Более того, человек за кулисами до сих пор не появился. Кто знает его реальную силу? Он же должен быть не слабее своих подчиненных.

Если человек за кулисами также имеет уровень B, то в этой группе должно быть два сверхчеловека уровня B!

Сам того не ведая, из-за сравнения с двумя экстраординарными людьми, Цин Чэнь, обычный человек, потерял большую часть своего блеска и стал менее привлекательным.

На самом деле Цин Чэнь не собирался действовать публично, но понаблюдав из тени за Лю Дэчжу, ему почему-то захотелось ему помочь.

Он не знал, что в темноте прятался снайпер. Даже если бы он не предпринял никаких действий, «Куньлунь» все равно смог бы разобраться с этими убийцами.

В этот момент Цин Чэнь и Сюй Ичэн довели Лю Дэчжу до дверей больницы.

Сюй Ичэн сказал: «Иди быстрее, травма твоей матери серьезная. Босс попросил меня передать тебе, что все дела подождут, пока твоей матери не станет лучше».

«Спасибо, спасибо вам обоим за вашу помощь. Передайте боссу, что отныне моя жизнь, жизнь Лю Дэчжу, принадлежит ему!» После того, как Лю Дэчжу сказал это, он побежал внутрь с матерью на спине: «Доктор! Где доктор? Моя мама упала и ударилась головой. Быстрее! Спасите ее!»

Видя, что Лю Дэчжу благополучно добрался до больницы, а члены «Куньлуня» подоспели сзади, два человека в дождевиках снова ушли в ночь.

Лю Юцай поспешно спросил: «Два… героя! Куда вы идете?»

Сюй Ичэн обернулся и сказал: «Сегодняшние дела еще не закончены».

Да, это еще не конец, потому что люди, которые хотели убить Лю Дэчжу, не единственные, кто начал действовать сегодня вечером.

Цин Чэнь с Сюй Ичэном по кругу обежали квартал Синлун и выбежали в западные ворота. Цин Чэнь снял дождевик со своего спутника, развязал прозрачную шелковую нить на его руке, а затем провел игральной картой по его шее.

Только сейчас эта марионетка наконец умерла.

Цин Чэнь вздохнул с облегчением. Он встал с дождевиком в руке, намереваясь найти место, где его можно уничтожить.

Дождевик нельзя было оставить на Сюй Ичэне, потому что он только что под контролем Цин Чэня стрелял через дождевик, и оставленные на нем пулевые отверстия могут быть опознаны. Эту вещь придется сжечь где-нибудь подальше.

Подумав о найденной им ранее подсказке, Цин Чэнь побежал к небольшой дороге, ведущей на север.

…

На темной улице.

Группа из шести человек пряталась в переулке, чего-то ожидая. На них были дождевики, они стояли, молча прислонившись к стене.

В это время со стороны переулка послышались шаги. Все выпрямились с выражением страха на лицах.

В переулке появился какой-то человек. Он сказал: «Куньлунь и те убийцы уже начали битву. Если мы хотим украсть информацию, то нужно это сделать сейчас».

Кто-то посмотрел в свой телефон и отправил сообщение: «Подтверждено, Куньлунь не отвлечется на нас. Мы можем приступить к выполнению задания?»

Неизвестный номер ответил сообщением: «Приступайте».

Шесть человек друг за другом вышли из переулка и, собравшись у входа в переулок, побежали в запланированном направлении.

Ливень постепенно утих. Кто-то тихо спросил по дороге: «Какую информацию Ли хотят, чтобы мы украли?»

«Не знаю, просто украдем и всё».

«Как вы думаете, Ли выполнят свое обещание после того, как мы выполним задание?»

«По крайней мере, они могут сделать нас сильнее, – ответил кто-то. – Чем мы сильнее, тем больше будет их влияние на Внешний мир».

«А нам действительно стоит это делать? Не повредит ли это другим людям? Я подозреваю, что та вещь, которую Ли велели нам украсть, – информация о регистрации по месту жительства. Если это попадет в руки консорциума Внутреннего мира, я боюсь, что пострадают многие путешественники».

«Большинство путешественников уже нашли, за кого уцепиться, а мы сели на корабль семьи Ли. Ты думаешь, такие люди, как Лю Дэчжу и Цзю Жань, действительно обладают редким талантом? Нет, просто во Внутреннем мире у них был хороший старт».

На данный момент Ли еще не завершили обучение и промывание мозгов этих путешественников, поэтому им не раскрыли все детали.

Задание, которое они получили, заключалось в том, чтобы просто подключить небольшое устройство к компьютеру в определенном полицейском участке, и всё.

Среди более чем 300 человек, находящихся под контролем, не все были настолько готовы к сотрудничеству, и большинство из них не желают становиться шпионами Внутреннего мира.

Но эти семеро сами проявили инициативу.

«А что, если Ли избавятся от нас, когда мы завершим задание?» – спросил кто-то.

У одного из них лопнуло терпение: «Все наши жизни находятся в их руках. Семья Ли – это нож и кухонная доска, а мы – рыба на ней. Выбора нет».

В это время кто-то внезапно спросил: «А какова ваша личность во Внешнем и Внутреннем мирах? Ли не будут все время держать всех в изоляции, в будущем мы определенно будем тренироваться вместе. К тому времени те из нас, кто вместе выполнял задание, смогут помогать друг другу».

Человек впереди повернулся и холодно сказал: «Не спрашивай других об их личности во Внешнем мире и не раскрывай свою личность другим. Таким образом, когда кого-то из нас поймают, он не сможет раскрыть тебя. Понял?»

Группа из семи человек подошла к двери зала приемной администрации отделения полиции на улице Личунь. Говорят, что это зал приемной, но на самом деле это всего лишь комната площадью более 80 квадратных метров с окошком наружу.

В полицейском участке по соседству есть дежурный, но в приемной администрации – нет.

Один из них достал черное устройство размером с большой палец и прижал его к электронному дверному замку. Примерно через десять секунд дверь со щелчком открылась.

Один человек остался снаружи, чтобы охранять дверь, а остальные шестеро проникли в темную приемную. Один из них быстро включил компьютер в приемной и вставил другое устройство, которое держал в руке, в USB-порт.

В следующий момент экран компьютера в зале приемной администрации внезапно покраснел и на нем появилась надпись «Вторжение в систему».

Эта картина полностью отличается от того, что сказали Ли. По словам Ли, нужно только подключить устройство, и все имеющиеся текстовые данные можно загрузить за 1 минуту!

Вообще никаких помех не будет!

Сразу после этого экран компьютера внезапно потемнел, и никакой реакции не последовало.

Тем временем, человек, охранявший снаружи, оглядывался по сторонам, но увидел, как внезапно подошел короткостриженый парень и с улыбкой спросил: «Братан, огоньку не найдется? Одолжишь?»

Охраняющий на мгновение растерялся: «Я не курю».

Пока он говорил, этот парень уже подошел к нему, и тут охраняющий увидел кинжал, спрятанный в его руке.

Парень сделал шаг вперед, а кинжал уже пронзил его сердце.

Парень прикрыл ему рот и улыбнулся: «Тсс, не разговаривай».

С этими словами, он, держа охраняющего руками, пошел в приемную администрации.

Путешественники внутри на мгновение оцепенели: «Разве тебе не сказали дежурить снаружи? Зачем ты вошел?»

Парень отпустил труп охраняющего и с улыбкой сказал: «Оказывается, это просто сброд. Разве семья Ли не обучила вас как следует? Похоже, их плану придется еще немного подождать. Слишком по-детски полагаться на вас в выполнении плана зачистки».

Сказав это, он закрыл дверь приемной, протянул руку и выключил свет в комнате.

В темноте непрерывно раздавались вопли и звук ломающихся костей. Похоже на ад на земле.

Через несколько минут звуки в комнате постепенно стихли.

Парень с ухмылкой зажег спичку и поднес ее ко рту. Оранжево-красный огонек зажег сигарету у него во рту, а в воздухе появился голубой дымок.

Слабый свет от зажженной спички также осветил его окровавленное лицо и крепкую угловатую спинку носа.

Он вытащил из-за пазухи письмо и написал на нем: Установлена крепость данных, база данных о регистрации не утеряна. Похоже, эта команда лишь пушечное мясо для отвлечения внимания, а та, с которой столкнулись Девять царств, настоящая.

Написав это, он порезал палец, чтобы сделать почтовый штемпель, а затем поджег письмо спичкой.

Короткостриженый глубоко затянулся сигаретой. Табак скручивался от горения, издавая легкое шипение.

Он выпустил струю дыма, желая что-то сказать путешественникам, как попало валяющимся на полу.

Однако в этот момент все слова застряли у него в горле.

В затухающем свете горящего письма парень увидел Чжэн Юаньдуна, сидящего напротив него на стуле и спокойно смотрящего на него.

«Вот дерьмо!»

Парень хотел воспользоваться вернувшейся темнотой и сбежать.

Он не знал, когда Чжэн Юаньдун появился здесь, но он знал, кто такой Чжэн Юаньдун и что значило для него его появление.

Неудивительно, что Чжэн Юаньдун не появлялся сегодня вечером, этот человек давно знал о плане зачистки семьи Ли и ждал здесь!

В темноте раздавались мольбы о пощаде и вопли молодого человека: «Пощади меня, великий господин! Я всего лишь служащий. Стой, стой, не бей, лицо не трогай! Знал бы, что ты здесь, я бы не пришел!»

«Братан, не надо так сильно!»

«ААА! Пиздец!»

В комнате снова воцарилась тишина.

Цин Чэнь, стоявший снаружи, услышал шум внутри, развернулся и зашагал прочь.

Сегодняшний вечер был насыщен событиями. Ему нужно было вернуться домой и разобраться в своих мыслях, упорядочить то, что произошло сегодня.

Цин Чэнь снял дождевик, когда никого не было рядом, и сунул его в «контейнер для благотворительного сбора одежды» под навесом на обочине дороги.

Пройдет несколько дней, прежде чем этот дождевик снова увидит свет, и человек, ответственный за сортировку одежды, не будет знать его происхождения.

«Эй!» Цин Чэнь поднял голову и внезапно увидел фигуру, быстро падающую в темноте ночи.

Он поспешно отошел в сторону, и девушка по имени Ян-Ян приземлилась именно там, где он только что стоял.

Цин Чэнь насторожился и ничего не сказал.

Ян-Ян взглянула на контейнер для сбора одежды и с любопытством спросила: «Что ты здесь делаешь? Я тебя так долго искала в небе!»

«Жертвую одежду для жителей горной местности», – ответил Цин Чэнь.

«Да кто ж тебе поверит», – сказала Ян-Ян.

«Почему ты появилась здесь?» – нахмурился Цин Чэнь.

«Я искала тебя, чтобы ты отвел меня домой», – ответила Ян-Ян, как будто это было само собой разумеющимся.

Цин Чэнь снова был потрясен: «Ты даже не можешь найти свой дом, но можешь найти меня?»

«Ну, я знаю, что ты еще далеко не ушел, – сказала Ян-Ян. – Сначала я хотела поймать такси, но в такой дождливый день такси не найдешь».

«А-а, – сказал Цин Чэнь, – тогда пойдем со мной».

«Кстати, где твой напарник? Он ушел? – озадаченно спросила Ян-Ян. – Почему я его не видела?»

Цин Чэнь сказал: «Возможно, он уже давно снял дождевик, вот ты его и не увидела, и, естественно, не нашла его».

Разговаривая, они свернули на главную дорогу и пошли бок о бок по тротуару.

Ливень прекратился, воздух наполнился освежающей прохладой, что было очень приятно.

Поскольку дренажная система улиц в небольших городах не очень хорошая, на дороге встречались глубокие лужи.

Ян-Ян сказала: «Кстати, я тебе хотела кое-что сказать. Люди из Куньлуня спросили меня, кто я. Я тогда не придумала, что ответить, поэтому просто сказала, что я тоже являюсь подчиненной Лю Дэчжу».

Цин Чэнь почувствовал себя немного беспомощным. Теперь Лю Дэчжу, вероятно, привлечет еще больше внимания.

Ян-Ян снова спросила: «Какие способности у твоего напарника и какой у него уровень?»

«Не знаю, нам не разрешено общаться друг с другом частным порядком», – покачал головой Цин Чэнь.

Ян-Ян наклонила голову и на некоторое время задумалась: «Я все еще думаю, что ты и есть человек за кулисами, хотя я не знаю, почему ты, обычный человек, которому ввели генную инъекцию, можешь командовать экстраординарным человеком».

«Извини, но ты действительно ошибаешься», – ответил Цин Чэнь.

«Как насчет того, чтобы я к вам присоединилась? Я очень хороша в драке, – воодушевленно сказала Ян-Ян. – Я думаю, было бы очень интересно присоединиться к вам».

«Я не могу принять решение, я должен сообщить об этом своему боссу», – ответил Цин Чэнь.

Ян-Ян вздохнула: «Ладно, тогда завтра я спрошу тебя еще раз».

Цин Чэнь: «...»

Глава 173 - Непостижимый босс

«На каком ты сейчас уровне?» – спросил Цин Чэнь.

Они с Ян-Ян шли бок о бок по мокрому тротуару. Земля была покрыта опавшими листьями, сбитыми проливным дождем и плотно прилипшими к земле.

Цин Чэнь внезапно понял, что эта девушка действительно высокая. При его росте 1,82 он мог повернуться и посмотреть прямо на нее, даже не наклоняя голову.

Ян-Ян накинула на голову капюшон толстовки и ответила: «Я не знаю, на каком я уровне».

«Как ты можешь не знать свой уровень?!» – удивился Цин Чэнь.

«Я ехала на скоростном поезде, идущем в Лочэн, когда на моей руке внезапно появился обратный отсчет, – объяснила Ян-Ян. – Когда я переместилась, я оказалась одна в пустоши. У меня с собой был рюкзак с удостоверением гражданина Федерации и некоторыми предметами первой необходимости. Когда я вернулась в город, я ни с чем не была знакома и не осмеливалась никого расспрашивать».

Цин Чэнь вообще не поверил словам этой девушки.

Однако, она переселилась в такого потрясающего сверхчеловека, можно считать, что ей необычайно повезло.

Цин Чэнь спросил: «Тогда ты знаешь, как ты совершенствуешься?»

«Я пробужденная, мне не нужно совершенствоваться, – Ян-Ян на мгновение растерялась. – Ты разве не знаешь, что хотя и пробужденные, и практикующие являются экстраординарными людьми, и те, и другие развивают потенциал человеческого тела, однако они совершенно разные».

«Например, Ли Шутон – практикующий. Их Рыцарская организация имеет свое собственное наследие. Преемники могут следовать по пути, пройденному их предшественниками, шаг за шагом раскрывая свой потенциал».

«А я, например, пробужденный человек. Мне не нужно практиковать изо дня в день. Я могу достичь более высокого уровня, если получу сильную стимуляцию. Во Внутреннем мире есть старая поговорка, которая существует уже с давних времен. Когда надвигается великое бедствие, духовная воля является для человечества оружием первого порядка перед лицом опасности».

Цин Чэнь взволнованно сказал: «Похоже, пробужденным быть выгоднее. Им не нужно совершенствоваться, не нужно трудиться в поте лица».

«Но пробужденный полностью зависит от удачи, – объяснила Ян-Ян. – Способности практикующих всегда боевые, но с пробужденными это не обязательно так. Я навела справки и узнала, что был пробужденный, способность которого заключалась в выдувании пузырей… он мог выдувать очень большие пузыри! Еще есть пробужденный, у которого такая способность, что если человек рядом с ним коснется нижней поверхности стола, он обязательно вляпается в сопли или жвачку! Или вот еще есть пробужденный со способностью исцелять других».

Ян-Ян подвела итог: «После того, как практикующий успешно завершит свое совершенствование, он может быть игроком на верхней линии, на средней или ADC на нижней линии. А пробужденным уж как повезет. Пробужденный может стать основным игроком, как я, или игроком поддержки, или джанглером... или даже мобом или танком».

(п.п. – объяснение по аналогии с Лигой Легенд, «обожаю» игровую терминологию…)

Цин Чэнь кивнул: «Ну, это весьма понятное объяснение…»

Было бы действительно ужасно стать пробужденным-мобом.

«Кстати, в каком городе во Внутреннем мире ты находишься?» – как ни в чем не бывало спросил Цин Чэнь.

Ян-Ян взглянула на него: «Я уже говорила, когда будешь готов обменяться секретами, приходи и спроси меня о моих секретах еще раз».

Наконец Цин Чэнь спросил: «Тогда можешь сказать мне, почему ты можешь найти меня, если ты не можешь найти даже свой дом? Я не верю, что ты по счастливой случайности просто увидела меня с неба».

«У каждого есть свое собственное силовое поле. Хотя оно будет постоянно меняться под воздействием окружающей среды, однако такая метка у каждого человека уникальна, – сказала Ян-Ян. – Я вспомнила твое силовое поле и почувствовала его. Все просто».

Цин Чэнь пристально посмотрел на нее: «Значит, ты знала, кто из нас только что был настоящий я».

«Ой, – воскликнула Ян-Ян, – проговорилась. Мне все еще хотелось бы притвориться, что я не знаю!»

Под проливным дождем и Цин Чэнь, и Сюй Ичэн были одеты в дождевики.

В глазах других Сюй Ичэн исполнял роль «Цин Чэня», но Ян-Ян могла видеть нечто более важное сквозь внешнюю картинку: силовое поле.

Ей не нужно смотреть на одежду или стиль боя, она просто смотрела на силовое поле Цин Чэня.

Теперь настала очередь Цин Чэня немного смутиться. Оказалось, что его тщательно спланированная операция нисколько не обманула девушку.

Ян-Ян успокоила его: «Не волнуйся, я не расскажу другим этот секрет. Я понимаю, что каждый хочет скрыть свою силу. Но твой напарник был вполне сговорчив, и разыгрывал это представление вместе с тобой».

«Не притворяйся, – вздохнул Цин Чэнь, – если ты можешь напрямую чувствовать силовое поле, то ты определенно почувствовала связь между нами».

«Ого, ты и об этом догадался, – с любопытством сказала Ян-Ян. – Мне действительно немного интересно, что за нить соединяла вас двоих? Ты им управляешь?»

«Не скажу», – с легкой досадой сказал Цин Чэнь. Эта девушка узнала уже несколько его секретов.

Однако она по-прежнему знает только, что он головорез, и не может доказать, что он босс Лю Дэчжу.

Он сменил тему и сказал: «Тогда, если ты можешь чувствовать силовое поле и летать, почему ты не можешь найти координаты силового поля своего дома?»

«Далеко слишком, – сказала Ян-Ян, – улица Синшу находится за пределами моего восприятия. Я могу ощущать силовое поле в радиусе всего около 200 метров».

«Тогда ты можешь искать его по геомагнитным координатам вдоль дороги», – сказал Цин Чэнь.

«Их слишком много, я не могу их запомнить, – ответила Ян-Ян, — к тому же я еще не особо привыкла переключаться между "зрением" и "ощущением"».

Цин Чэнь понял, что она имела в виду. Эта девушка была сверхчеловеком лишь в течение короткого времени и не привыкла к такого рода восприятию силового поля.

Это похоже на китайца, который только изучает английский. Хотя он и понимает его, он сначала подсознательно переводит английский, который слышит, на китайский, а затем использует свой мозг, чтобы понять его.

Теперь Ян-Ян оказалась в ситуации, когда перед ней стоят два человека, один говорит по-английски, а другой говорит по-китайски, и оба говорят одновременно.

Это вызывает путаницу в ее восприятии.

Это также причина ее топографического кретинизма!

Дело не в том, что Ян-Ян хочет все время теряться, просто она от природы такая. Ее «восприятие силового поля» разбавляет «зрительное восприятие» нормальных людей.

Подождите-ка, у Цин Чэня внезапно возник вопрос: «А до перемещения ты могла ощущать силовое поле? Так как восприятие силового поля и зрительное восприятие постоянно в конфликте друг с другом, поэтому тебе очень трудно иметь нормальную пространственную ориентацию и способность к пространственным ассоциациям».

«Я никогда раньше не ощущала силового поля, – удивленно сказала Ян-Ян. – Я просто всегда чувствовала, что легко сбиваюсь с пути, когда иду, как будто мне мешают какие-то неизвестные факторы. Но теперь, когда ты сказал это, похоже, это действительно так».

У оригинальной Ян-Ян во Внутреннем мире было такое же тело и тот же талант, поэтому она пробудила способность контролировать силовое поле.

Ян-Ян во Внешнем мире еще не столкнулась с возможностью пробудиться, поэтому ей только и оставалось быть человеком, который в трех соснах заблудится.

Однако, как только она привыкнет к новому способу восприятия, ее топографический кретинизм исцелится сам собой.

Например, большинство его соотечественников сейчас подсознательно понимают значение таких слов, как «Sorry» и «Fuck», без необходимости мысленно переводить их на китайский язык.

…

Цин Чэнь задумался над одним вопросом: на самом деле Ян-Ян тоже сталкивалась с очень экстремальными ситуациями, такими как битва с пиратами в Индийском океане.

Он полагал, что в тот момент Ян-Ян, которая никогда раньше никого не убивала, должно быть, была очень напугана.

Однако в то время она не пробудилась.

Можно ли это понимать так: правила Внешнего мира отличаются от правил Внутреннего мира, поэтому никто никогда раньше не слышал о пробужденных и сверхлюдях во Внешнем мире?

Также из-за правил Внешнего мира Ян-Ян во Внешнем мире не пробудилась, но Ян-Ян во Внутреннем мире пробудилась уже давно.

Вполне вероятно!

«Вау, ты действительно одаренный ученик, – удивленно сказала Ян-Ян. – Ты неожиданно объяснил мои проблемы с ориентацией в пространстве, которая беспокоила меня столько лет. Означает ли это, что моя проблема в будущем постепенно сама рассосется?»

«По логике вещей, так и должно быть», – кивнул Цин Чэнь.

«Тогда, чтобы отпраздновать это открытие, приготовь мне завтра вкусный ужин!» – радостно сказала Ян-Ян.

«Что это за логика?! – опешил Цин Чэнь. – Ты говоришь такое и даже не краснеешь?»

«Нет», – уверенно сказала Ян-Ян.

Цин Чэнь бросил взгляд на девушку. Кажется, привлечь в свою группу такого могущественного сверхчеловека было бы неплохим выбором?

Такая девушка может каждый раз чувствовать его истинную личность через силовое поле. Это слишком жестко. По крайней мере, он должен найти способ не дать ей рассказать об этом.

Ян-Ян посмотрела на Цин Чэня и сказала: «Сегодня вечером я была очень удивлена. Сначала мне было немного жаль, что ты ввел себе генную инъекцию. В конце концов, верхний предел генных препаратов низок, но теперь кажется, что у тебя есть другие козыри. Ты стал экстраординарным человеком, а уже после вколол себе генную инъекцию только для того, чтобы тебя не нашли по ДНК?»

Цин Чэнь сменил тему: «Мы пришли. Давай разойдемся по домам, поговорим об этом завтра».

Вернувшись домой, Цин Чэнь лег на спину на кровать и достал устройство связи, которое уже было заполнено сообщениями Лю Дэчжу.

«Босс, моя мама уже вне опасности. Врач сказал, что у нее лишь легкое сотрясение мозга!»

«Босс, большое вам спасибо за сегодняшний вечер. Спасибо, что позволили двум своим людям принять меры. За такого рода помощь я, Лю Дэчжу, буду благодарен вам до конца жизни!»

Дальше следовало больше десятка сообщений с благодарностями. Цин Чэнь мог даже представить себе волнение Лю Дэчжу.

Лю Дэчжу: «Спасибо, что вы были готовы помочь мне сегодня, правда».

Цин Чэнь смотрел на эти слова благодарности и долго молчал.

На самом деле, сегодня вечером ему было очень рискованно делать что-то на публике, но в тот момент, когда он увидел, как Лю Дэчжу несет на спине свою мать, и увидел, как Лю Юцай уговаривал своего сына уйти, в конечном итоге он не смог сдержаться.

Цин Чэнь в душе тяжело вздохнул. В историях, которые он читал, главный герой, используя свои уникальные навыки, сразу подчинял людей, и они склонялись перед ним и клялись ему в верности на всю жизнь, но когда дело дошло до него самого, ему стоило немалых усилий завоевать сердце всего одного человека, Лю Дэджу.

Но подумав об этом, он понял, что это только потому, что Лю Дэчжу был реальным человеком, а не инструментом.

Цин Чэнь коротко ответил: «Хорошенько отдохни».

В следующий момент со щелчком снова пришло сообщение Лю Дэчжу: «Босс, у меня сейчас жар во всем теле. Это началось во время битвы под проливным дождем. Я прямо чувствую, что в моем сердце горит огонь, который хочет высвободиться, но он как будто подавляется в организме каким-то правилом. Вы знаете, что происходит?»

Теперь Цин Чэнь пришел к такому умозаключению: вероятно, правила этого мира не допускают пробуждения.

Следовательно, Лю Дэчжу не может пробудиться, как и Ян-Ян не смогла!

Но сможет ли он сам открыть генный замок после завершения испытания в этом мире? Цин Чэнь не был уверен, он мог узнать это только после того, как попробует.

Само собой, Цин Чэнь не мог сказать, что не знает, иначе непостижимый образ «босса» рухнул бы.

Он написал свои предположения уверенно, но несколько загадочно: «Ты достиг порога пробуждения. Если сможешь сохранить огонь в своем сердце до следующего перемещения, ты непосредственно пробудишься во Внутреннем мире и станешь экстраординарным».

Лю Дэчжу подумал про себя: босс и впрямь босс, и он знает больше, чем он сам.

В его сердце вспыхнуло радостное возбуждение. Он скоро станет пробужденным?

«Босс, что мне делать, чтобы сохранить огонь в моем сердце?» – спросил Лю Дэчжу, готовясь прислушаться к совету.

Цин Чэнь на мгновение задумался: «Вспомни свои эмоции, когда появился этот огонь».

«Я видел, как накатывает огромная волна того сверхчеловека, и мое сердце наполнилось ни с чем не сравнимым гневом», – неуверенно ответил Лю Дэчжу.

«Сохраняй эту эмоцию», – написал Цин Чэнь.

Если в следующий раз он переместится и станет экстраординарным человеком, это будет лучше всего. Если ничего не получится, то это потому, что он не удержал нужную эмоцию.

Все равно никто никогда не проходил ни через что подобное.

«Хорошо, босс, отдыхайте!» Отправив сообщение, Лю Дэчжу гневно толкнул дверь и вышел из общественного туалета больницы.

В следующий момент один из его одноклассников-мажоров прислал Лю Дэчжу голосовое сообщение в WeChat: «Брат Чжу, я слышал, что у тебя дома что-то случилось. Что произошло?»

Лю Дэчжу нажал значок «микрофона» и проревел: «Я ТОЖЕ НЕ ЗНАЮ!»

Услышав его голос, парень был шокирован. Не знаешь так не знаешь, чего орать-то…

Не дожидаясь, пока он отреагирует, Лю Дэчжу прислал еще одно ревущее голосовое: «ИЗВИНИ!»

Одноклассник: «???»

Большой брат так вежливо злится?!

Глава 174 - Отведи меня домой

Обратный отсчет 116:00:00.

На заброшенной фабрике где-то в Яньцзяо, Цзинчэн.

Звук шагов кожаных ботинок по бетонному полу становился все ближе. Более тридцати путешественников, подвешенных на балках, медленно открыли глаза.

Они увидели свыше сотни торжественных фигур, тихо наблюдающих за ними в полумраке фабрики.

Среди этих людей были мужчины и женщины среднего возраста, молодые люди и подростки, похожие на учеников.

Они были одеты в черную униформу с вышитыми на манжетах двумя словами «Девять царств».

По телам висящих людей текла кровь, собиралась на пальцах ног, а затем капала в пыль на бетонном полу, смешиваясь с ней.

Когда шаги приблизились, толпа молча расступилась, освобождая дорогу.

Хэ Цзиньцю, одетый в серый костюм, подошел к этим путешественникам. Он ничего не сказал, только спокойно снял пальто и передал его мужчине средних лет, стоявшему рядом с ним, а затем расстегнул запонки своей белой рубашки.

«Вы тоже люди из Внешнего мира. Вы когда-нибудь задумывались о том, какие последствия будут, если база данных о регистрации по месту жительства будет украдена?» – спокойно спросил Хэ Цзиньцю, глядя на людей перед ним.

Путешественник, повешенный на балке, трепыхаясь из последних сил, сказал: «Даже если мы совершили ошибку, вы, Девять царств, не имеете права устраивать самосуд!»

Хэ Цзиньцю медленно произнес: «Позволь мне рассказать тебе, каковы будут последствия. Мощнейшие компьютеры Внутреннего мира сравнят информацию о каждом человеке, кто находится в базе данных о регистрации по месту жительства с информацией федеральной базы данных о регистрации. Им не понадобится даже часа, чтобы узнать, сколько людей могут стать путешественниками».

«Некоторые из этих людей уже стали путешественниками, а некоторые еще не запустили условия для переселения, однако конец всех ждет один – они будут безжалостно уничтожены гигантами Внутреннего мира».

«Сколько людей тогда погибнет? Десятки тысяч? Сотни тысяч? Кто знает. Вы какое-то время уже являетесь путешественниками, поэтому должны знать, насколько жестоки консорциумы во Внутреннем мире. Это настоящие холодные машины, беспощадные».

Один путешественник начал умолять: «Мы знаем, что поступили неправильно, пожалуйста, не мучайте нас больше».

Однако Хэ Цзиньцю пропустил его слова мимо ушей: «Других путешественников, которых силой или угрозами принуждают что-то делать, я еще могу немного понять. Но каждый из вас, кто здесь присутствует, добровольно примкнул к консорциуму, вот почему вы смогли так быстро получить задание. Я прав? Я не могу стерпеть такое добровольное предательство».

Сказав это, Хэ Цзиньцю взял в руку пистолет и выстрелил предателю между бровей, а затем передал пистолет мужчине средних лет, стоявшему рядом с ним. Мужчина также поднял руку и убил другого человека.

Хэ Цзиньцю сказал спокойным тоном: «Никакого самосуда. Надеюсь, вы все понимаете, то, через что мы сейчас проходим, – это война. Мирное время тянется уже слишком долго, и вы, возможно, забыли, насколько жестока война. Девять царств с момента своего появления обречены прибегать к крайним средствам».

Он посмотрел на всех, кто стоял у него за спиной, и сказал: «Вы также знаете, с чем сталкивается Куньлунь: мизерная зарплата, минимальный соцпакет и высокий риск для жизни. Даже если мы занимаемся особым видом деятельности, они могут получать чуть больше 10 000 юаней в месяц, с учетом надбавки зарплата может превысить 30 000 юаней. Если погибнешь, денежное пособие семье ничем не будет отличаться от других людей. Почему так? Да потому что они все еще слишком строго следуют правилам, застряли в прошлом».

«Надеюсь, вы понимаете, что в этой битве между двумя мирами вы, путешественники, являетесь настоящей опорой. Я помогу вам закрепиться во Внутреннем мире, а также помогу вам избавиться от внутренних проблем. Прежде чем начнется настоящая война, мы должны научиться сначала защищать себя. Мы должны занять ведущую позицию в этой войне. Наряду с тем, что вы рискуете, вы обязаны наслаждаться полученной славой».

После его речи, все в толпе позади него молча шагнули вперед, взяли пистолеты, направили на предателей, приговоренных к смерти, и нажали на спусковой крючок.

Это свидетельство их преданности.

Хэ Цзиньцю спокойно наблюдал за их действиями. Однако это лишь малая часть людей из Девяти царств, он хотел, чтобы вся организация согласилась с его замыслом, на это потребуется больше времени.

Он должен идти более уверенно.

В это время мужчина средних лет принес планшет, на котором была собрана информация о битве в Лочэне: «Босс, сегодня вечером, кроме Куньлуня, появились трое путешественников. Один из них – убийца с горы Лаоцзюнь, на которого мы уже обращали внимание раньше. Это должно быть тот ученик по имени Цин Чэнь. Второй – девушка. Судя по тому, как она сражалась, она может контролировать силовое поле. И еще один, более странный, он убивал людей игральными картами. По физической подготовке он, безусловно, сверхчеловек. Его уровень неизвестен, но техники весьма жестокие».

На планшете было видео высокой четкости. Судя по ракурсу, оператор прятался в здании в квартале Синлун.

Хэ Цзиньцю посмотрел на сцену сражения: «Что говорит человек, которого мы разместили в Куньлуне? Есть какие-либо предположения о личности девушки и того, с игральными картами?»

«Он сказал, что девушка открыто призналась Лу Юаню, что является подчиненной Лю Дэчжу, поэтому другой человек, который использует игральные карты, также должен принадлежать к той же организации, что и они, – сказал мужчина средних лет. – В этой организации не так много людей, но индивидуальная сила каждого намного превосходит силу других путешественников».

Звуки выстрелов на заброшенной фабрике постепенно стихли, и восстановилась тишина.

После долгого молчания Хэ Цзиньцю сказал: «Кажется, Лочэн становится интересным. Путешественник рядом с Ли Шутоном начал оказывать свое влияние. Отправь наших людей туда, и на этот раз мы напрямую пробьем брешь в Лю Дэчжу, посмотрим, кто этот человек, что стоит за этой организацией».

«Хорошо, я организую это, – ответил мужчина. – После того, как наши люди прибудут, сосредоточиться на девушке и человеке с картами? Я думаю, что тот парень по имени Цин Чэнь, кажется обычным человеком. Незачем уделять ему слишком много внимания».

Хэ Цзиньцю задумчиво сказал: «Можно снизить степень внимания, но нельзя полностью отказываться от него».

«Хорошо, я понял», – сказал мужчина.

«Кроме того, – Хэ Цзиньцю обвел взглядом всех присутствующих, – строго держите в секрете то, что произошло сегодня ночью. У босса Чжэна, должно быть, тоже немало людей в Девяти царствах».

…

Обратный отсчет 117:00:00.

В тишине ночи перед рассветом Цин Чэнь, мокрый от пота, закончил свою тренировку. Пот стекал с его подбородка и капал на пол.

Теперь, когда он одним шагом преодолел разрыв между обычными людьми и экстраординарными, достигнув пика уровня Е, обычные тренировки больше не могли удовлетворить его потребности, и ему пришлось приобрести более тяжелые грузы.

Цин Чэнь все еще не очень понимал, как Внутренний мир оценивает уровни. Про его прикидкам его текущая сила примерно в шесть раз превышает силу обычного взрослого человека.

Таким образом, этим вечером убийца хотел вытащить пистолет, но не смог, потому что Цин Чэнь удержал его руку.

Цин Чэнь был этим очень доволен.

Единственным недостатком является то, что восстановление энергии происходит довольно медленно. На восстановление израсходованной в бою энергии, пожалуй, могут уйти целые сутки.

Цин Чэнь поднял руку и посмотрел на прозрачный запретный предмет ACE-019 у себя на запястье, Нить марионетки.

Во вчерашней битве главная заслуга принадлежит этому запретному предмету. Без него он бы не справился с такой легкостью.

Только в этот момент Цин Чэнь внезапно заметил в Нити марионетки что-то странное.

Он увидел, что на изначально гладком конце нити теперь появилось небольшое ответвление, длиной всего 13 сантиметров.

Это разделение выглядело как секущиеся концы волос после того, как за ними долгое время не ухаживали. Цин Чэнь про себя подумал, неужели это он сам испортил Нить марионетки?

Это заставило Цин Чэня слегка удивиться. Это ведь запретный предмет, он существует вопреки правилам, как он мог сразу испортиться после одной битвы?!

Размышляя об этом, Цин Чэнь, возможно, больше склонялся к другому предположению: могло ли быть так, что он убил людей вчера вечером, что удовлетворило другому условию сдерживания Нити марионетки, чтобы получить контроль над большим количеством людей?

Но он не приносил этих людей ей в жертву. Может быть, Нить марионетки сама поглотила души этих убийц?

Цин Чэнь посмотрел на прозрачную нить. Сама по себе ее длина составляла 50 метров, по сравнению с этим 13-сантиметровое ответвление едва заметно.

Но, что называется, зернышко по зернышку. Когда-нибудь длины этого раздвоения будет достаточно, чтобы контролировать второго человека.

Просто контролировать одного человека может быть не так ужасающе.

Но что, если он сможет контролировать 3, 4 или 10 человек, тогда его индивидуальная сила также претерпит качественные изменения!

Если он сможет контролировать еще десять уровней Е, то, снова столкнувшись с мастером уровня С, таким как Цао Вэй или Цин Хуай, ему будет уже не так сложно.

По крайней мере, когда противник серьезно ранен, он может использовать массовую атаку и посредством точного микроконтроля, эффективно управляя отдельными бойцами, подорвать физическую силу противника.

Цин Чэнь хорошо разбирался в микроконтроле.

Подождите, Цин Чэнь кое-что понял!

Когда Ли Шутон рассказывал о Нити марионетки, он не стал вдаваться в подробности, а только сказал, что это относительно злой запретный предмет, и каждый месяц нужно приносить в жертву пять человек, прежде чем ее можно будет продолжать использовать.

Но на самом деле, если дело обстоит так, то Нить марионетки нельзя считать злом. В эпоху, когда во Внутреннем мире человеческая жизнь ценится так же, как трава под ногами, убийство пяти человек сверхчеловеком вообще не заслуживает того, чтобы называться злом.

Теперь, когда Цин Чэнь открыл новые условия сдерживания Нити марионетки, он поймал себя на мысли, что подсознательно думает о том, что он сможет делать, контролируя нескольких людей.

Однако он совершенно не подумал в первую очередь о том, сколько людей придется убить, чтобы активировать следующую способность этого запретного предмета!

Цин Чэнь отказался от идеи быстрого продвижения Нити марионетки, ведь он пообещал Ли Шутону сохранить свое сердце.

Конечно, если кто-то заслуживает смерти, он его не пощадит.

Тогда Цин Чэнь задумался над другим вопросом: если у Нити марионетки есть второй уровень условий сдерживания, будет ли то же самое у других запретных предметов?

Если это Печать дьявола, как это будет выглядеть на втором уровне?

Утром, когда Цин Чэнь еще не проснулся, он услышал стук в дверь.

Он открыл глаза и пошел открывать дверь, однако за дверью он увидел Ян-Ян: «Ты чего хотела?»

«Пора идти в школу», – спокойно сказала Ян-Ян.

«Нет, просто иди в школу. Зачем ты зовешь меня? – растерянно сказал Цин Чэнь и взглянул на часы. – К тому же еще слишком рано, сейчас только 6:50!»

«Я хотела съесть местный завтрак в Лочэне, но если я зайду слишком далеко, то не смогу найти дорогу в школу, поэтому опоздаю, – сказала Ян-Ян, – так что отведи меня, а я тебя угощу».

Цин Чэнь колебался одно мгновение.

«Ладно. Острый суп с овощами и перцем чили, рисовая лапша, паровые пирожки, что бы ты хотела съесть?» – спросил он, возвращаясь к себе, чтобы умыться.

«Все хочу», – Ян-Ян уверенно вошла за ним следом.

«Ты же не будешь каждое утро звать меня завтракать?!» – озадаченно спросил Цин Чэнь.

«Разве не естественно с твоей стороны сплотить участников команды? – так же озадаченно спросила Ян-Ян. – Сытые члены команды в решающий момент помогут тебе в драке!»

«Пфу, – прополоскав рот, сплюнул Цин Чэнь в раковину, – когда это ты стала членом команды? Я же сказал тебе, что сначала должен спросить у босса!»

«Ты вчера сказал, что спросишь. Ты спросил?»

«Босс мне еще не ответил!»

«Ладно, тогда я спрошу тебя завтра еще раз».

Цин Чэнь: «...»

Он не знал, что делать с такой приставалой.

Когда утром вот-вот должен был прозвенеть звонок, Цин Чэнь и Ян-Ян вместе вошли в класс.

Сидевшие в последнем ряду Нань Гэнчэнь, Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэнь, все еще вялые с утра, сразу взбодрились.

«Это совпадение?» – нерешительно спросил Чжан Тяньчжэнь.

«Наверное, они встретились случайно, когда выходили, – немного подумав, сказал Ху Сяоню, – Ян-Ян с ее-то характером парней к себе не подпустит».

«Ну, может быть, это действительно совпадение, – сказал Чжан Тяньчжэнь. – Кстати, новость о вчерашнем уже попала в тройку самых популярных новостей. Некоторые говорят, что это все из-за того, что семья Ван хотела убить Лю Дэчжу».

Ху Сяоню нахмурился: «Нужно ли нам вместе предупредить семью Ван?»

Новость о битве вчерашней ночи распространилась быстрее, чем ожидалось.

В то время там было много спасающихся от огня жителей, кто-то даже снял, как Ян-Ян спустилась с неба, и именно это видео стало самым распространенным.

Изображение на видео немного размыто, а освещение тоже весьма тусклое. Лю Дэчжу бешено бежит со своей матерью на спине, накатывает огромная волна, но ее подавляет падающая с неба девушка.

Из-за расстояния между камерой и девушкой никто не мог разглядеть ее лицо под капюшоном, но это не повлияло на способность каждого ощутить сверхъестественную силу, показанную на видео.

Соседи узнали на видео Лю Дэчжу, все хвалили его и говорили, что в тот критический момент этот парень, не взирая на опасность, доставил свою мать в больницу...

Более того, о девушке тоже поползли слухи, все говорили, что она пришла специально, чтобы спасти Лю Дэчжу.

В этот момент Юй Цзюньи, староста класса, который до этого скрывал свою личность как путешественника, наконец, не выдержал: «На самом деле, я тоже путешественник, и я как раз переместился в тюрьму № 18. Сначала, когда я увидел в тюрьме тех механических монстров, я ужасно перепугался. А потом я встретил Лю Дэчжу. Он защитил меня, и другие заключенные в тюрьме не осмелились ничего со мной сделать».

Юй Цзюньи продолжил: «Вы не знаете, что статус Лю Дэчжу в тюрьме № 18 невероятно высок. Я думаю, что сейчас он, возможно, один из самых могущественных путешественников…»

Нань Гэнчэнь сел рядом с Цин Чэнем и, мельком взглянув на него, написал записку: «Брат Чэнь, когда Лю Дэчжу пришел утром в школу, его окружили те богатые парни. Они кричали, что собираются к нему в город 18, а некоторые из них говорили, что они уже в пути».

Цин Чэнь написал в записке: «Лю Дэчжу находится в тюрьме № 18, какой смысл им туда ехать?»

Нань Гэнчэнь ответил: «Брат Чэнь, ты не понимаешь, они уже начали изучать федеральные законы и готовятся коллективно отправиться в тюрьму. Они сказали, что не смогут попасть в тюрьму № 18 за совершение мелких преступлений. Для этого нужно либо уклоняться от налогов, либо участвовать в преступной деятельности клубов с нанесением серьезных телесных повреждений».

Цин Чэнь аж рот раскрыл. Эти мажоры действительно талантливы!

Но разве эти люди никогда не задумывались о том, что после совершения преступления есть еще стадия возбуждения уголовного дела и предварительного расследования, а также стадия уголовного судебного процесса? К тому времени, пока суд города 18 вынесет приговор, сам Лю Дэчжу, возможно, уже выйдет из тюрьмы.

Когда придет время, десятки отпрысков богатых родителей будут сидеть в тюрьме №18 и умываться слезами?!

Нань Гэнчэнь написал в записке: «Эти богатые люди весьма удивительные. После того, как они обнаружили у себя на руке обратный отсчет, их первой реакцией было переместиться с золотым слитком во рту. Они полностью отличаются от других путешественников, они боятся, что у них не будет денег, чтобы их тратить».

Цин Чэнь вздохнул. Он приносил золотые слитки во Внешний мир, а другие несли их в обратном направлении, совершенно другое отношение.

Нань Гэнчэнь снова написал: «Кстати, брат Чэнь, ты тоже был там вчера вечером…»

«Да».

«Если еще раз случится что-то подобное, можешь позвать меня в следующий раз? Я найду высокое здание, установлю там оборудование и засниму все сражение в высоком разрешении. Говорят, такое видео можно продать за сотни тысяч!»

Цин Чэнь был ошеломлен. Похоже, это хороший способ заработать деньги!

Папарацци всегда охотятся за горячими новостями, а он как раз находится прямо в центре событий. Может ему самому создавать горячие новости и продавать их за деньги?

Конечно, популярность Лю Дэчжу сейчас поутихла, новости про него, возможно, не удастся продать ни по какой цене.

Однако, вот какая новость могла стать популярной: «Девушка, упавшая с неба» позвала меня позавтракать с ней рано утром.

Цин Чэнь медленно перевел взгляд на Ян-Ян, но увидел, что она, опустив голову, смотрит в свой телефон. Она внезапно сказала: «Смотрите, какая новость, система группового чата Хэ Сяосяо подключена, все путешественники могут пройти проверку и присоединиться к группе. Однако из-за ограничений оборудования будет открыта только одна группа вместо запланированных двенадцати, поэтому будут приняты только те путешественники, которые во Внутреннем мире занимают особое положение».

«Ты присоединишься?» – спросил Цин Чэнь.

«Конечно! Это хорошая возможность пообщаться с другими путешественниками. Можно обменяться большим количеством полезной информации, – сказала Ян-Ян. – Но определенно нельзя делать это сейчас. Если раскрыть свою личность слишком рано, может появиться очень много скрытых опасностей».

Цин Чэнь немного подумал и сказал: «На самом деле, ты не сможешь присоединиться сейчас, даже если захочешь».

Нань Гэнчэнь рядом с ним сказал: «На Weibo кто-то написал, что в очереди на проверку стоят 13 миллионов человек…»

Цин Чэнь не был удивлен.

Когда в интернете происходит такое грандиозное событие, независимо от того, путешественники они или нет, все присоединятся к веселью.

Эта очередь из 13 миллионов человек продолжала расти прямо на глазах.

Цин Чэнь предположил, что Хэ Сяосяо, возможно, недооценил энтузиазм своих соотечественников.

Даже если число людей в очереди сегодня превысит 100 миллионов, он не удивится.

И действительно, вечером, когда занятия подходили к концу, число людей, стоящих в очереди в системе, достигло 93 миллионов, и это число продолжало расти.

На самом деле, не все горели желанием в этом поучаствовать, в итоге новость распространялась все больше и больше, и многие люди вставали в очередь только для того, чтобы число людей в очереди достигло 100 миллионов.

Когда число людей в очереди приблизилось к 100 миллионам, система внезапно запустила новую страницу: автоматическая проверка и отбор.

Хэ Сяосяо также объявил в TikTok, что эта система будет с помощью 36 вопросов отсеивать обычных людей, которые захотели в этом поучаствовать.

Количество людей в очереди начало стремительно сокращаться.

Но произошло нечто еще более забавное. В течение получаса кто-то опубликовал на Weibo правильные ответы на эти 36 вопросов.

Как только появились ответы, количество людей в очереди снова резко возросло.

Теперь все просто хотели посмотреть, что Хэ Сяосяо будет делать дальше…

Цин Чэнь не хотел больше за этим наблюдать, он встал, собираясь уйти с урока.

Но прежде чем он успел уйти со своего места, Ян-Ян схватила его за руку: «Не уходи».

Ху Сяоню, Нань Гэнчэнь и Чжан Тяньчжэнь навострили уши.

Цин Чэнь беспомощно спросил: «Почему?»

Ян-Ян серьезно сказала: «Ты еще должен отвести меня домой».

Лица сидевших рядом с ними троих поедателей арбузов, внезапно изменились, никто не ожидал такого поворота сюжета!

Цин Чэнь сказал: «Тогда иди со мной сейчас».

Ян-Ян на мгновение задумалась: «Хорошо, я пойду с тобой».

Троица, поедающая арбузы, ошарашено наблюдала, как парень и девушка вместе ушли с уроков. Они просто потеряли дар речи.

Глава 175 - Тренировка под давлением

Успеваемость Ян-Ян в средней школе Хайчэна в лучшем случае была выше среднего.

С такой успеваемостью она бы не особо выделялась в школе с высоким рейтингом города первого уровня, где полным-полно одаренных учеников.

Но известность Ян-Ян в школе никогда не зависела от оценок. Ее слава была основана на других ее достижениях, таких как чемпионка WEG по скалолазанию голыми руками среди женщин, серебряный призер MCG по стрельбе из лука среди женщин, в возрасте 16 лет она пересекла Индийский океан, в 17 лет поднялась на вершину Эвереста по южному склону в Непале.

(п.п. – WEG (World Extreme Games) или X Games – Всемирные экстремальные игры, а MCG – без понятия)

Для большинства учащихся эти достижения требовали не только знаний, но и мужества.

Когда Ян-Ян училась в средней школе Хайчэна, она держалась особняком, не говоря уже о друзьях среди парней, у нее и подруг-то не было.

Для посторонних она всегда выглядела так, что незнакомцам лучше держаться подальше.

И вот теперь такая девушка внезапно сидит в классе и говорит Цин Чэню, словно это само собой разумеющееся: ты должен отвести меня домой.

Даже слова не подберешь такое описать!

Возможно, для Нань Гэнчэня это было просто интересное зрелище, однако Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэнь, два одноклассника, хорошо знакомые с Ян-Ян, воспринимали это совсем по-другому.

«Что Ян-Ян только что сказала?» – с сомнением спросил Чжан Тяньчжэнь.

Ху Сяоню: «Она сказала, пусть Цин Чэнь отведет ее домой».

«Что Ян-Ян только что сказала?»

Ху Сяоню: «…»

«Должно быть, мы неправильно расслышали», – уверенно произнес Чжан Тяньчжэнь.

После этих слов они оба одновременно замолчали.

Они вспомнили, что Ян-Ян сказала им: не провоцируйте Цин Чэня.

Теперь, глядя на поведение Ян-Ян, Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэнь внезапно задумались.

Они оба почувствовали, что то, насколько хорошо Ян-Ян знает Цин Чэня, превосходит их воображение.

То же самое относится и к отношениям между Ян-Ян и Цин Чэнем.

Три сторонних наблюдателя молча смотрели на заходящее солнце. Молодой человек и девушка вышли из класса, прошли по коридору мимо залитого золотом окна и, наконец, исчезли из поля их зрения.

Ху Сяоню вспомнил сцену, когда они впервые встретились с Цин Чэнем. Тогда он тоже держался высокомерно, не подпуская к себе никого.

Вспомнил проявленное им спокойствие и самообладание, когда его отец продавал его дом.

Этот одноклассник, казалось, всегда отличался от других.

Ху Сяоню на мгновение заколебался и посмотрел на Нань Гэнчэня: «Какие-нибудь девушки пытались сблизиться с Цин Чэнем?»

«В первом классе старшей школы еще было такое, но он не обращал на них внимания, – вздохнул Нань Гэнчэнь, – позже все одноклассницы молча сдались».

Ху Сяоню вздохнул: «Они с Ян-Ян одинаковые».

Только эти два человека, которые не подпускают к себе посторонних, необъяснимым образом сошлись вместе. Минус на минус дает плюс?

Чжан Тяньчжэнь все еще не пришел в себя: «У меня только что была галлюцинация?»

«Может быть», – ответил Ху Сяоню.

По дороге домой Ян-Ян шла рядом с Цин Чэнем. Она с любопытством спросила: «Одноклассник, ты всегда был таким, с характером?»

«Если ты называешь характером то, что я имею собственное мнение, то я всегда был таким, – немного подумав, ответил Цин Чэнь. – Если я знаю, чего хочу, другим будет трудно влиять на мой образ мыслей».

«Разве тебя не волнует мнение других людей?» – Ян-Ян стало любопытно.

Цин Чэнь долго молчал, прежде чем сказать: «Когда мы были маленькими, мы всегда слушались взрослых, здоровались с дядями и тетями и показывали для всех представление на Новый год, как бы нам ни было стыдно. Когда мы вырастаем, мы будем обращать внимание на мнение окружающих нас людей. Некоторые думают, что ты груб, некоторые – что ты эгоистичен, они насильно пытаются заставить тебя измениться, но в конце концов ты понимаешь, что на самом деле ты не счастлив».

Он посмотрел на девушку: «Человек никогда не рождается для того, чтобы жить для других. Чувство вины и принятие во внимание других людей в действительности являются своего рода негативной энергией, а своеволие и самоуважение на самом деле являются недооцененными прекрасными качествами».

Ян-Ян изумленно взглянула на Цин Чэня: «Очень немногие обладают таким осознанием».

В этот момент Цин Чэнь внезапно спросил: «Ты ведь тоже приехала в Школу иностранных языков Лочэна с какой-то целью, верно?»

«Почему ты об этом спрашиваешь? – сказала Ян-Ян, наклонив голову. – Похоже, следует быть осторожней, имея дело с умным человеком».

Подойдя к дому, Цин Чэнь сказал: «Увидимся завтра».

Ян-Ян скривила губы: «Может быть, мы скоро снова увидимся».

Цин Чэнь вернулся домой один и начал готовить ужин.

Сначала он планировал сварить рис только для одного человека, но, подумав, он сварил для двоих.

После того как овощи поджарились, Цин Чэнь выключил вытяжку и начал мысленно считать: 10, 9, 8... 3, 2, 1.

Тук-тук-тук, в дверь постучали.

Он без колебаний открыл дверь и увидел, что его соседка переоделась в домашнюю одежду и выглядела крайне непринужденно.

Ян-Ян стояла в дверях с письмом в руке: «Э-э… твое письмо».

Цин Чэнь кивнул и взял его: «Когда пришло?»

«Час назад», – сказала Ян-Ян.

Она просунула голову и, оглядев комнату, заметила, что на столе уже стояли две миски с рисом и две пары палочек для еды.

Выражение ее лица внезапно смягчилось: «Я не стану есть твою еду просто так. Я могу оказать тебе услугу!»

«Какую услугу?» – заинтересовался Цин Чэнь.

«Скоро узнаешь», – загадочно сказала Ян-Ян.

Ее слова крайне удивили Цин Чэня. Он понятия не имел, что она собирается делать.

…

9 часов вечера.

Цин Чэнь развернул письмо, которое принесла Ян-Ян. На этот раз содержание письма было очень простым, в нем говорилось, каким образом ответить на письмо.

Возможно, потому что отправитель долгое время не получал ответа от Цин Чэня, он наконец вспомнил о том, чтобы сказать Цин Чэню, как ответить.

Возможно также, что проверка отправителя провалилась, и он решил продолжить переманивать его к себе.

Есть такая вероятность, но лучший выбор для Цин Чэня – не отвечать, меньше слов – меньше ошибок.

Он снял рубашку и приготовился к тренировке, однако в этот момент из ниоткуда возникла необъяснимая сила, сдавившая его кости и мышцы.

Как будто что-то в центре Земли тянуло его, заставляя подчиниться Земле.

Гравитация.

Цин Чэнь кое-что понял.

Невидимая сила тяжести непрерывно увеличивалась, пока в определенный момент, когда Цин Чэнь почувствовал, что не может ее выдерживать, внешний источник силы не зафиксировал гравитацию на этом этапе.

«Ха-а!»

На щеках Цин Чэня расцвели огненные узоры, и оковы на его теле, казалось, становились слабее с каждым вдохом.

Кто-то по соседству тихо охнул, и вскоре гравитация снова достигла его «критической точки».

«Оказывается, вот о какой «небольшой услуге» шла речь».

Она знала, что он тренируется, и знала, что он страдает от недостаточной нагрузки, поэтому создала для него уникальное гравитационное поле.

Выражение лица Цин Чэня нисколько не изменилось, он как ни в чем не бывало начал свою тренировку.

Содержание его сегодняшней тренировки ничем не отличалось от прежних, однако польза, которую он получил, была чрезвычайно огромной.

Между вдохами он даже мог чувствовать быстрое накопление эндорфинов, вызванное техникой дыхания. Чудесные эндорфины быстро отрегулировали частоту сердечных сокращений, снабжение крови кислородом и состояние мышц.

Побуждая его бесконечно приближаться к своему наиболее совершенному состоянию движения.

В прошлом тренировки с дополнительным весом были либо слишком легкими, либо слишком тяжелыми.

В этот момент ощущения Цин Чэня полностью отличались от тех, что были в прошлом: сила тяжести, которую создала ему девушка, почти идеально соответствовала его физическим способностям.

К тому же, в отличие от внешней нагрузки, он теперь находился в настоящей «гравитационной камере».

Тук-тук-тук, снова стук в дверь.

Цин Чэнь почувствовал, как сила тяжести внезапно ослабла, и во всем теле разлилась невероятная легкость.

Это неописуемое чувство легкости переплеталось с успокаивающим ощущением эндорфинов, на мгновение это заставило его обильно вспотеть, но он чувствовал себя чрезвычайно энергичным.

Он посмотрел на свои руки. Похоже, такой способ тренировки в сочетании с дыхательной техникой обладает чудесным эффектом.

Цин Чэнь восстановил свое обычное дыхание и надел рубашку, прежде чем подойти и открыть дверь. Ян-Ян уставилась на него: «Я думала, ты будешь без рубашки».

Девушка также была одета в пушистую синюю пижаму-динозаврика, полностью закрывающую ее.

Цин Чэнь спросил: «Ты через восприятие силового поля почувствовала, что я тренируюсь каждый день?»

«Естественно», – сказала Ян-Ян.

Цин Чэнь нахмурился. Если восприятие силового поля настолько острое, не означает ли это, что с такой соседкой не может быть никакой приватности?

«Не волнуйся, – Ян-Ян села на диван и объяснила, – восприятие силового поля не формирует картинку так четко. Причина, по которой я могу судить, что ты тренируешься, заключается в том, что характеристики колебаний силового поля более очевидны, когда люди двигаются на пределе своих сил».

«В любом случае, я должен сказать тебе спасибо, – Цин Чэнь на мгновение задумался и сказал, – если ты сможешь помогать мне с этим каждый день, то я могу каждый день для тебя готовить».

Для него это, безусловно, реальная выгода.

Для обычного человека может потребоваться месяц или два, чтобы ощутить пользу от такой тренировки с усиленной гравитацией, но с его дыхательной техникой изменения весьма заметны.

Ян-Ян на некоторое время задумалась: «Еда – это приемлемое условие, но ты готовишь не так хорошо, как наверху. Я тебя переоценила. Кстати, мне интересно, очевидно, что став сверхчеловеком, ты естественным образом повышаешь свою силу, зачем ты тренируешься таким неблагодарным способом, как обычный человек?»

Цин Чэнь не ответил на этот вопрос, потому что это был секрет.

Глава 176 - Спецэффекты!

Ранее Цин Чэнь уже тщательно изучил все воспоминания о поднятии уровня на пути совершенствования Рыцарей, после чего уловил один важный момент: они должны проходить все испытания жизни и смерти с телосложением обычного человека.

Но он теперь уже не обычный человек.

Поэтому Цин Чэнь предположил, что у Рыцарей должен быть способ закрыть генный замок, иначе как можно бросать последующие вызовы? Было бы слишком легко пройти следующее испытание жизни и смерти с телосложением Рыцаря, это вообще не даст почувствовать переживание момента на грани жизни и смерти.

Если генный замок будет снова закрыт, то единственное, на что он может положиться, – это его собственное телосложение, так что ему придется проявить настойчивость в тренировках.

Более того, Цин Чэнь мог отчетливо чувствовать, что его физическая подготовка во время тренировки непрерывно улучшалась, и пока он не достигнет предела возможностей своего тела за один день, он будет продолжать тренироваться.

Видя, что он молчит, Ян-Ян сказала: «Забудь, я не буду спрашивать. Похоже, это твой секрет. Но я восхищаюсь тобой за это. Не каждый, внезапно обретя силу, сможет не потерять голову и продолжать усердно трудиться».

Цин Чэнь немного подумал и сказал: «На самом деле, даже если бы не начались эти перемещения, у тебя, Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэня уже была вполне прекрасная жизнь. Если захочешь пересечь Индийский океан, ты должен сначала позволить себе парусную яхту. Я видел цены на них. Для меня такие суммы далеко за пределами досягаемости. Конечно, вы тоже усердно трудитесь, но вы уже благополучнее большинства людей».

«Я не такой, как вы. Долгое время я жил, недоедая и не имея теплой одежды. Может быть, после окончания учебы станет лучше, но пройдет слишком много времени. Теперь этот мир, наконец, дал мне шанс начать новую жизнь, естественно, мне придется стиснуть зубы и пролить кровь, чтобы не упустить эту возможность. Ян-Ян, дело не в том, что я хочу каждый день тренироваться до 3 часов ночи, прежде чем лечь спать, но у меня нет большого выбора».

…

В данный момент в квартале Шэнлун, в двух километрах от улицы Синшу.

Нань Гэнчэнь, прячась в спальне, проверил свой мобильный телефон и оцепенел, внезапно увидев только что полученное текстовое сообщение:

«Привет, Нань Гэнчэнь. Чтобы лучше обмениваться игровым опытом, пожалуйста, перейди по ссылке, чтобы присоединиться к групповому чату. — Хэ Сяосяо».

Приглашение!

Это же приглашение!

Нань Гэнчэнь хотел отправить Цин Чэню сообщение в WeChat, но удержался.

Он взглянул на время, быстро переоделся и вышел на улицу.

В гостиной его отец в одиночестве распивал бутылку крепкого алкоголя, его глаза были практически мутными: «Куда ты собрался так поздно? Учишься плохо, да еще только и знаешь, что убегать. Ты как твоя мать, вообще не считаешь это место своим домом!»

С этими словами его отец встал и вытащил ремень.

Но на этот раз Нань Гэнчэнь не стал тупо стоять и ждать, пока его изобьют, а быстрее выбежал на улицу, оставив своего отца-алкоголика, пристрастившего к азартным играм, в оцепенении стоять на месте.

Словно ветер, Нань Гэнчэнь примчался к дому Цин Чэня и забарабанил по двери: «Открой дверь, открой дверь!»

В результате открылась дверь напротив. Цин Чэнь спокойно посмотрел на него и сказал: «Заходи и рассказывай».

Нань Гэнчэнь был немного озадачен тем, почему брат Чэнь переехал. Он вошел в дом следом за Цин Чэнем и взволнованно сказал: «Групповой чат Хэ Сяосяо... Ик!»

Слова застряли у него в горле, когда он внезапно увидел на диване Ян-Ян!

Она была одета в домашнюю пижаму и милые тапочки-панды и смотрела на него без каких-либо эмоций…

Объем информации перед глазами слишком велик.

Нань Гэнчэнь сразу же проникся к Цин Чэню уважением!

Цин Чэнь посмотрел на Нань Гэнчэня и спокойно спросил: «Что там с групповым чатом Хэ Сяосяо? Есть какая-нибудь хорошая новость?»

«Ой! – Нань Гэнчэнь пришел в себя. – Хорошая новость в том, что я присоединился к групповому чату Хэ Сяосяо!»

В комнате моментально воцарилась тишина, воздух будто загустел.

Цин Чэнь на какое-то время задумался и спросил: «… ты называешь это хорошей новостью?»

Нань Гэнчэнь воодушевленно сказал: «Да! Сотня миллионов людей стояли в очереди и не могли присоединиться к группе, а я неожиданно получил специальное сообщение с приглашением. В нем говорилось, что Нань Гэнчэнь может присоединиться к группе. Надо было только кликнуть на ссылку. Ну, я кликнул и вошел!»

Цин Чэнь на мгновение оцепенел. Хэ Сяосяо отправил Нань Гэнчэню именное приглашение?

Это означает, что у Хэ Сяосяо больше информации, чем он предполагал.

Информация, которую он добыл раньше, могла быть объяснена его статусом «игрока высокого уровня». В конце концов способность таких игроков исследовать мир действительно лучше, чем у обычных людей.

Но сейчас все по-другому. Чтобы такое сделать, он несомненно должен иметь поддержку сильной организации.

Так какая же организация стоит за Хэ Сяосяо? Куньлунь? Девять царств?

Цин Чэнь вздохнул. С этой точки зрения прямое вступление Нань Гэнчэня в групповой чат на этот раз нельзя считать внезапным разоблачением.

Организация, к которой принадлежит Хэ Сяосяо, должно быть, овладела технологиями из Внутреннего мира. Теперь весь мир информационных сетей, кажется, открыт для них.

В ситуации, когда все еще не успели создать крепость данных, если они хотели взломать телефон Нань Гэнчэня и получить доступ к информации, они бы его уже получили.

Не нужно было ждать до настоящего момента.

Или, в каком-то смысле, Хэ Сяосяо отправил адресное сообщение, чтобы выразить одно: не сомневайся, ты уже разоблачен.

Цин Чэнь внезапно почувствовал, что такая организация гораздо страшнее Куньлуня.

Глядя на серьезное выражение лица Цин Чэня, Нань Гэнчэнь нерешительно спросил: «Разве это не считается хорошей новостью?..»

«Считается, – спокойно кивнула Ян-Ян. – В последний раз ты одержал победу над сотней миллионов 18 лет назад. Подобные вещи действительно заслуживают того, чтобы радоваться».

Нань Гэнчэнь: «???»

Цин Чэнь: «???»

У них было такое ощущение, будто кто-то на машине проехал по их лицам.

Цин Чэнь молча достал телефон Нань Гэнчэня, нашел черную изоленту и аккуратно заклеил все камеры, а затем приклеил несколько слоев на микрофон.

Мало того, что он заклеил телефон Нань Гэнчэня, он также передал изоленту Ян-Ян, дав понять, что она тоже должна заклеить камеры и микрофон.

Ян-Ян посмотрела на мобильный телефон Цин Чэня и, к своему удивлению, обнаружила, что его телефон уже был заклеен изолентой.

Она спросила: «Ты всегда был таким осторожным?»

«Это привычка», – сказал Цин Чэнь.

Нань Гэнчэнь спросил: «В наших мобильниках уже давно не осталось секретов. Разве все это не перебор?»

Цин Чэнь встретился с ним взглядом и объяснил: «Я сейчас редко пользуюсь телефоном, только новости смотрю, поэтому в моем телефоне нет никаких секретов. Я делаю это просто потому, что не хочу, чтобы моя личная жизнь была открыта другим».

Ян-Ян сказала: «Все заклеила».

Только после этого Цин Чэнь продолжил разговор с Нань Гэнчэнем: «Открой это сообщение, дай мне взглянуть, что именно там написано».

Нань Гэнчэнь открыл сообщение и тихим голосом объяснил: «Нужно только нажать на ссылку, и приложение группового чата будет автоматически загружено. Я посмотрел, там еще можно пополнить баланс и купить декоративную рамку для аватарки... Кстати, там еще есть спецэффекты, которые появляются при входе в чат, тоже стоят недорого, ограниченное предложение, в первые три дня действует скидка».

Какое, к черту, ограниченное предложение, какая скидка в первые три дня...

Цин Чэнь с каменным лицом посмотрел на Нань Гэнчэня: «Ты купил это?»

«Купил, красиво же выглядит», – честно ответил Нань Гэнчэнь.

С этими словами он нажал на зеленый значок приложения, и в тот момент, когда он его открыл, на экране сразу же появился интерфейс группового чата. За исключением дополнительной кнопки магазина, он мало чем отличался от интерфейса WeChat.

Сразу после этого по экрану взад и вперед побежала цепочка маленьких пузырьков.

Цин Чэнь сразу понял, что это, должно быть, тот спецэффект, который Нань Гэнчэнь купил, когда присоединился к группе…

Обалдеть!

«Это можешь видеть только ты, или другие тоже могут?» – спросил Цин Чэнь.

«Только я могу, это просто для красоты», – ответил Нань Гэнчэнь.

Цин Чэнь вздохнул. Этот парень был все еще тем же дураком, который был готов купить наноноски.

Но он не мог этого понять. Разве группа, созданная Хэ Сяосяо, не должна быть очень серьезной? Как он вообще мог сделать подобное, чтобы заработать пару юаней?

Это слишком странно!

Цин Чэнь открыл список всех участников, и на удивление в этой группе оказалось всего 27 человек.

По сравнению с сотней миллионов в очереди эти 27 человек казались особенно одинокими.

Цин Чэнь задумался: «Интересно, Хэ Сяосяо разделил всех на множество групп, или в системе группового чата действительно только эти 27 человек?»

Ян-Ян с дивана сказала: «Думаю, что первое. На месте Хэ Сяосяо, я бы также смешала всех путешественников со всей страны и распределила их по множеству групп, чтобы путешественники из разных регионов могли познакомиться друг с другом. Потому что местоположение каждого во Внутреннем мире также соответствует Внешнему миру, и люди из разных регионов могут обменяться ценной информацией».

В этот момент участник по имени «Чжан Сан» в групповом чате отправил сообщение: «Вы когда-нибудь внезапно получали письмо? Например, проснулся, а письмо лежит прямо рядом с подушкой? Это так страшно».

(п.п. – Чжан Сан – это условное имя по типу «Иванов, Петров, Сидоров»; берется распространенная фамилия плюс число в качестве имени (3, 4, 5, 6) – 张三, 李四, 王五, 赵六 – Чжан Сан, Ли Сы, Ван У, Чжао Лю)

Участник с ником «Князь отважный» ответил: «Нет».

Тут же вслед за этим другой человек по имени Ли Сы ответил: «Я тоже такое получал. Появилось у меня под подушкой. Я не знаю, как отправитель это сделал».

(п.п. – а вот и «Петров» подтянулся)

Цин Чэнь был ошеломлен, он не ожидал, что Нань Гэнчэнь окажется в одной группе с Князем отважным.

Князь отважный написал в группе: «Маленькая Уточка не сказал ни слова после того, как вошел в группу. Немного стесняешься? Давай, скажи что-нибудь».

Цин Чэнь медленно перевел взгляд на Нань Гэнчэня: «Маленькая Уточка – это же не ты, верно?»

Лицо Нань Гэнчэня тут же покраснело: «Я просто наобум ввел этот ник. Я же не знал, что в этом групповом чате его нельзя изменить…»

Глава 177 - Хи-хи!

«Боюсь, в будущем ты будешь известен всем путешественникам как “Маленькая Уточка”», – с выражением сожаления и душевной боли на лице сказал Цин Чэнь.

Нань Гэнчэнь бесстрастно сказал: «Брат Чэнь, если хочешь смеяться, просто смейся».

«Хахахахахаха!»

Этот смех длился минут пять.

Другой человек в группе отправил сообщение: «Маленькая Уточка, почему ты ничего не говоришь? Зачем было вступать в группу, если не собираешься общаться?»

Чжан Сан немного подумал и написал: «Сейчас 23:30. Судя по его нику, он, возможно, как раз сейчас работает…»

(п.п. – «уточка» – мужчина-проститутка)

Цин Чэнь воскликнул: «Анализ этого Чжан Сана весьма разумен!»

Нань Гэнчэнь бессильно опустился на диван. Он долго колебался, потом поднял голову и спросил: «Брат Чэнь, я просто хочу знать, если я сейчас совершу самоубийство, ты не будешь нести за это юридическую ответственность?!»

«Не надо совершать самоубийство, – Цин Чэнь потер свои щеки, которые болели от смеха. – Я подумал, и, возможно, это не так уж и плохо, что ты присоединился к группе. Хотя они знают, что ты путешественник, но вряд ли они знают, что ты… твою настоящую личность во Внутреннем мире».

С этими словами Цин Чэнь бросил взгляд на Ян-Ян. В присутствии этой девушки ему было немного неудобно разговаривать с Нань Гэнчэнем.

В конце концов, никто из них не мог определить, была эта девушка врагом или другом, и Цин Чэнь не мог ей раскрыть личность Нань Гэнчэня.

Ян-Ян непринужденно сказала: «Я знаю, что я посторонняя, и для тебя нормально скрывать это от меня».

«Спасибо за понимание, – кивнул Цин Чэнь и продолжил говорить Нань Гэнчэню. – Если мы правильно разыграем твою карту, мы можем получить хороший эффект. Пожалуйста, подожди немного, я схожу в туалет, чтобы доложить о ситуации боссу».

Цин Чэнь зашел в туалет и достал устройство связи. Лю Дэчжу уже отправил ему сообщение: «Босс, босс, у меня есть важная информация, которую я должен сообщить, это касается группового чата Хэ Сяосяо!!!»

Цин Чэнь был весьма удивлен. Теперь Лю Дэчжу стал очень активным. Ему совсем не нужно задавать вопросы, он сам обо всем доложит.

Он отправил сообщение Лю Дэчжу: «Ты получил приглашение Хэ Сяосяо, верно?»

Лю Дэчжу по другую сторону устройства связи был сильно шокирован: «Босс, откуда вы узнали, что я собирался это сказать?!! Вы просто провидец!!! Я только что получил приглашение и хотел спросить вас, босс, стоит ли мне присоединиться!!!"

Цин Чэнь подумал, сколько восклицательных знаков, может этот парень все еще удерживает себя в состоянии гнева?

Он задумался.

На самом деле у них уже есть «полторы» выигрышных карты.

Одна целая карта – это Лю Дэчжу, а половинка карты – Нань Гэнчэнь.

Разница между ними в том, что лишь немногие знают личность Нань Гэнчэня как путешественника, однако и они не знают его личность во Внутреннем мире.

Лю Дэчжу, с другой стороны, более «прозрачен». Большинство людей теперь считают, что он стал важным членом организации Ли Шутона. Ли Шутон даже поручил Ли Дунцзе из Хэнше убить человека ради него.

Эти две карты необходимо использовать вместе для достижения наилучшего эффекта.

К тому же у них сейчас действительно есть противник, с которым надо разобраться!

Цин Чэнь отправил Лю Дэчжу сообщение: «Присоединяйся к этому групповому чату, а затем скажи мне, в какой группе ты оказался, и кто еще состоит в ней».

Когда Лю Дэчжу увидел инструкции босса, он больше не беспокоился о том, что разоблачит себя, и решительно нажал на ссылку.

После загрузки приложения Лю Дэчжу попал на страницу регистрации имени пользователя. Он думал, какой выбрать себе ник, чтобы его не так легко было бы раскрыть, и в результате он был шокирован, обнаружив, что диалоговое окно для ввода имени внезапно исчезло, и отобразилась его личная информация: Лю Дэчжу (аутентификация по настоящему имени).

Лю Дэчжу чуть не вырвало. Какого черта это приложение осуществляет аутентификацию по настоящему имени?

В следующую минуту чат завалило сообщениями: «Лю Дэчжу здесь?»

«Черт возьми, это Лю Дэчжу! У него аутентификация по настоящему имени!»

«Официально подтверждено, это Лю Дэчжу!»

В настоящее время в кругу путешественников не было таких, кто не знал бы имени Лю Дэчжу. Он настолько известен, что как только вошел в группу, сразу привлек внимание.

Цин Чэнь все еще ждал ответа, но услышал, как Нань Гэнчэнь закричал возле туалета: «Брат Чэнь, Лю Дэчжу присоединился к группе!»

Цин Чэнь нахмурился. Лю Дэчжу присоединился к этой же группе? Это устроено намеренно, совпадение, или же Хэ Сяосяо пригласил только такое количество людей?

Он отправил сообщение Лю Дэчжу: «Сотрудничай с участником под ником “Маленькая уточка”».

Отправив сообщение, Цин Чэнь вышел из туалета и стал внимательно наблюдать за перепиской в чате, терпеливо ожидая подходящей возможности.

Нань Гэнчэнь подумал про себя, что Лю Дэчжу внезапно присоединился к группе, должно быть, получив инструкции от брата Чэня. Он поднял голову и взглянул на Ян-Ян, задаваясь вопросом, знает ли эта девушка истинную личность брата Чэня?

Войдя в групповой чат, Лю Дэчжу не сказал ни слова, и участники постепенно утратили свой энтузиазм.

В это время участник с ником «Юээр» спросил: «Почему в этой группе так мало людей? Всего 28 человек, включая Хэ Сяосяо».

(п.п. – «Юээр» означает «луна», и вполне может быть как настоящим именем девушки, так и вымышленным (псевдонимом Луна)

Князь отважный ответил: «Кто сейчас осмелится присоединиться к этому дурацкому чату без крепости данных? Черт знает, что там у Хэ Сяосяо на уме… Ведь никто не войдет в группу, не создав крепость данных, верно?»

Ян-Ян и Цин Чэнь молча посмотрели на Нань Гэнчэня. Нань Гэнчэнь смущенно опустил голову, не в силах вымолвить ни слова.

Чжан Сан сказал: «Сейчас все за себя опасаются. Я слышал, что есть путешественники, которые после получения квалификации в открытом бета-тестировании уехали за границу, так что путешественникам, оставшимся в стране, будет трудно их найти. И иностранные путешественники не будут с ними пересекаться, так что тоже не смогут их обнаружить».

Кто-то спросил Князя отважного: «Князь отважный, откуда ты так много знаешь о Битве за Тень? Ты даже знаешь новость о смерти Цин Хуая. Ты в то время был там?»

Князь отважный ответил: «Не особо удивляйтесь, я много чего знаю. Я и в будущем продолжу сообщать сенсационные новости. Не волнуйтесь, денег не возьму».

Цин Чэнь был озадачен. Характер этого Князя отважного очень соответствует его нику, весь такой безрассудный и тщеславный, как будто он вот-вот с экрана выпрыгнет.

Он не понимал, неужели этот парень просто пытается стать популярным и удовлетворить собственное тщеславие? Он действительно не боится быть разоблаченным?

Откуда берется такая уверенность?

Ли Сы спросил: «Князь отважный, я слышал во Внутреннем мире, что в прошлом Битвы за Тень не были такими ожесточенными. По крайней мере, в первом раунде жертв не было. Почему эта такая особенная?»

Князь отважный ответил: «Хе-хе, я действительно кое-что знаю об этом. Говорят, что глава семьи Цин, Цин Сюнь, серьезно болен, поэтому он хочет уступить свой пост более достойному и хочет выбрать подходящего кандидата среди предыдущих Теней, чтобы передать власть консорциума. Сейчас в живых осталось только три Тени. Один из них старик, и, похоже, он просто хочет спокойно дожить свои последние годы в семье. Другой отправился путешествовать по миру. А нынешняя Тень получила серьезную травму в Битве за Тень, и ее дни тоже сочтены. Итак, кандидат на должность главы семьи Цин может появиться в этой Битве, поэтому все особенно яростные».

Главе каждого поколения помогали несколько поколений Теней, и когда приходило время, он выбирал одного преемника среди этих Теней, чтобы тот стал следующим главой семьи.

Должность Тени уже достаточно заманчива, не говоря уже о должности главы семьи.

Ли Сы снова спросил: «Теперь, когда Цин Хуай мертв, кто является самым популярным кандидатом? Есть ли у путешественников шанс обнять его за бедро и последовать за новым императором?»

Князь отважный ответил: «Что касается популярных кандидатов, если действительно придется выбирать, я предлагаю выбрать Цин Вэня из главной ветви или Цин Чжуна из второй ветви».

Этот Князь отважный выглядел так, будто раздавал советы, а по факту практически дал Ли Сы стратегию.

Ян-Ян сказала: «Этот Ли Сы так обеспокоен Битвой за Тень, может это кто-то из семьи Цин?»

«Возможно также, что он специально задавал такие вопросы, чтобы ввести всех в заблуждение и позволить сделать неправильные выводы о его личности, – сказал Цин Чэнь, – так что пока нельзя быть уверенным».

В следующий момент Чжан Сан снова поднял старую тему: «Князь отважный, ты знаешь, благодаря какой способности можно незаметно отправлять людям письма? Когда письмо появляется прямо рядом с подушкой, даже спать страшно».

Цин Чэнь, наконец, дождался желаемой темы. Он посмотрел на Нань Гэнчэня: «Я говорю, ты печатаешь. Запретный предмет ACE-017, Печать дьявола. Нужно использовать кровь, чтобы сформировать марку, и тогда можно отправить письмо по любому заранее известному адресу. Количество слов в письме ограничено. Если и Чжан Сан, и Ли Сы получили письма, это означает, что ваши домашние адреса уже известны владельцу запретного предмета».

Все в группе увидели, что участник «Маленькая Уточка», который до сих пор молчал, вдруг заговорил и неожиданно раскрыл столь важную информацию.

Информация о запретном предмете не имела большой ценности для Цин Чэня, но для других путешественников она была чрезвычайно ценна!

Сначала все думали, что «Маленькая Уточка» долго молчит, потому что может быть новичком среди путешественников, однако только сейчас все поняли, что это тоже большой брат!

Некоторое время никто больше не отправлял сообщений, все ждали, пока Маленькая Уточка продолжит говорить!

Цин Чэнь продолжил: «Владелец этого запретного предмета очень злой. Он не только организовал похищение на горе Лаоцзюнь, но и многие люди, получившие письма, в конечном итоге были убиты этим человеком. Мало того, что он вынашивает подлые планы, он настолько неуравновешенный, что убивает даже своих людей. Если вы получили письмо, первое, что вам нужно сделать, это переехать туда, где никто не сможет вас найти, а затем постарайтесь вспомнить подсказки, которые помогут найти владельца Печати, и сообщите об этом Девяти царствам или Куньлуню».

На этот раз групповой чат стал еще тише.

Спустя долгое время Ли Сы вдруг спросил: «Это правда или ты все выдумываешь?»

Судя по предыдущим сообщениям в чате, и Ли Сы, и Чжан Сан получили письма. Похоже, слова Маленькой Уточки их немного напугали.

Нань Гэнчэнь спросил: «Брат Чэнь, нужно ответить, чтобы развеять их сомнения?»

Цин Чэнь покачал головой: «Нет, подожди минутку».

«Чего подождать?» – недоуменно спросил Нань Гэнчэнь.

«Подождем, пока кто-нибудь подтвердит наше заявление», – с улыбкой сказал Цин Чэнь.

В этот момент Лю Дэчжу, который все время молчал, внезапно заговорил: «Это правда!!! За этим человеком стоит огромная таинственная организация!!! Как жертва дела о похищении на горе Лаоцзюнь, я тоже сильно пострадал!!! Я ненавижу эту злобную организацию!!! Если что-то о них знаете, пожалуйста, немедленно сообщите мне!!!»

Нань Гэнчэнь: «...»

Другие в группе подумали, что на этот раз это должна быть правдивая информация. Лю Дэчжу был зарегистрирован под своим настоящим именем, к тому же занимал очень важное положение во Внутреннем мире, поэтому он, естественно, был более убедителен.

Более того, когда они смотрели на кучу восклицательных знаков, поставленных Лю Дэчжу, они через экран чувствовали его невыразимый гнев.

На самом деле слова Лю Дэчжу действительно были искренними, потому что эти письма в самом деле измучили его.

Остальные были всего лишь напуганы, но ему приходилось пускать себе кровь, чтобы отвечать на них.

Вчера вечером он примерно подсчитал количество ответов. Если этот человек захочет продолжить общение с его боссом, то в будущем ему придется сливать по 300 мл крови каждый месяц!

«Подождите-ка, босс хочет всех запутать и использовать возможности этого группового чата, чтобы найти обладателя Печати дьявола и устранить главного вдохновителя за кулисами?!» – подумал про себя Лю Дэчжу.

В этот момент Цин Чэнь молча наблюдал за реакцией всех в группе. Нужный ему эффект был достигнут:

Пусть обладатель Печати дьявола станет объектом всеобщих нападок!

Ян-Ян рассмеялась: «Интересно. Когда не уверен, что сможешь победить врага, то сначала найди для этого врага еще несколько врагов».

Цин Чэнь ответил: «Пойду отправлю сообщение своему боссу, скажу ему, что задание выполнено».

После этого он зашел в туалет и написал Лю Дэчжу: «Отлично сработано».

Получив сообщение, Лю Дэчжу был потрясен: босс неожиданно его похвалил!

И произошло нечто странное: огонь в его сердце, который постепенно угасал, вдруг снова вспыхнул!

Глаза Лю Дэчжу загорелись. Он не ожидал, что похвала босса окажет такой эффект: «Босс, вы можете меня еще похвалить?»

Цин Чэнь увидел сообщение и подумал, что с этим парнем, возможно, что-то не так.

В следующий момент рядом с подушкой Лю Дэчжу внезапно появилось письмо.

Он увидел, как конверт медленно появляется из ниоткуда, что выглядело совершенно удивительно.

Лю Дэчжу открыл письмо и отправил сообщение Цин Чэню: «Босс, пришло письмо от владельца Печати: так ты хочешь сделать всех моими врагами? Интересно, хи-хи».

Цин Чэнь даже не удивился, когда увидел содержание письма. Он знал, что создание группового чата Хэ Сяосяо – такое большое событие, как этот человек мог это пропустить? Поэтому он сразу был уверен, что в этой группе должен быть его информатор, или даже сам владелец Печати может находиться в этой группе.

Цин Чэнь написал: «Ответь ему: почему ты боишься выступить и защитить себя? Хи-хи».

Владелец ответил: «Чтобы ты смог узнать мой никнейм? Хи-хи».

Лю Дэчжу спросил: «Босс, как мне ему ответить?»

Цин Чэнь: «Хи-хи».

Темной ночью, перед огромным окном от пола до потолка худощавая фигура всматривалась в это единственное слово в ответе и вдруг почувствовала легкую тошноту...

Глава 178 - Парное совершенствование

Была уже глубокая ночь, и групповой чат постепенно затих.

Увидев, что никаких новых сообщений больше нет, Ян-Ян сказала: «Я иду домой спать. Увидимся завтра».

С этими словами, одетая в пушистую пижаму, она направилась к двери, выглядя, как маленький динозаврик.

Нань Гэнчэнь свернулся в гостиной на кожаном диване. Увидев, что она уходит, он удивленно спросил: «Сестра Ян-Ян, куда ты уходишь?»

Цин Чэнь с каменным лицом посмотрел на него: «Возвращается к себе домой. Иначе, она что, живет здесь у меня? Мой отец продал квартиру ради азартных игр, и Ян-Ян теперь новая хозяйка. А дом, в котором я сейчас живу, я снимаю у Ху Сяоню».

Это еще больше озадачило Нань Гэнчэня: «Какие у вас отношения?»

Ян-Ян, остановившись у двери, обернулась и долго думала: «Парное совершенствование?»

Нань Гэнчэнь: «???»

Цин Чэнь: «???»

Ян-Ян объяснила: «Я использую свои способности, чтобы помочь Цин Чэню тренироваться. В процессе мой контроль над своими способностями также возрастает, и я могу действовать более аккуратно».

Цин Чэнь сердито сказал: «Это нельзя назвать парным совершенствованием!»

Это как если сказать: я очень хочу открыть твою маленькую головку и посмотреть, что внутри, – это имеет одно значение.

Но если заменить это предложение на: я очень хочу открыть твой череп и посмотреть, что внутри, – оно будет иметь совершенно другой смысл!

Ян-Ян небрежно махнула рукой: «Неважно, я пошла домой».

С этими словами она закрыла за собой дверь.

Тогда Нань Гэнчэнь спросил: «Брат Чэнь, я могу сегодня остаться у тебя на ночь?»

«Я немного удивлен. Обычно ты не можешь выйти на улицу вечером, а сегодня ты собираешься не возвращаться домой всю ночь?» – изумленно спросил Цин Чэнь.

«У моего отца плохое настроение после проигрыша, и сейчас он напивается дома в одиночестве. Если я вернусь, он меня точно побьет», – сказал Нань Гэнчэнь.

Цин Чэнь вздохнул. Он уже раньше видел следы от ремня на теле Нань Гэнчэня, эти сине-фиолетовые полоски выглядели ужасающе.

Хотя родители его друга не были в разводе, его положение было ненамного лучше его самого.

Он спросил Нань Гэнчэня: «А где твоя мама?»

«Отец избил маму, и она вернулась в дом своих родителей, – тихо сказал Нань Гэнчэнь, – я думаю, они скоро разведутся. Брат Чэнь, я недавно думал о том, как накопить деньги, и я попросил Ли Ино давать мне перед каждым возвращением по два золотых слитка. Когда я накоплю достаточно денег, я сам куплю дом и буду жить один».

Сказав это, Нань Гэнчэнь действительно достал из кармана три золотых слитка: «У меня еще не было времени их продать. Брат Чэнь, давай я пока оставлю их здесь у тебя. Я боюсь, что если оставлю их дома, отец их найдет».

«Ладно, – Цин Чэнь помог ему положить их между досками кровати. – Ли Ино действительно очень хорошо к тебе относится. Твоя скорость зарабатывания денег ненамного хуже, чем у меня».

«Брат Чэнь, может я примкну к тебе? – с энтузиазмом сказал Нань Гэнчэнь. – Теперь ты уже твердо стоишь на ногах, у тебя такой могущественный наставник, так что следуя за тобой, я тоже смогу быть на голову выше других».

«Почему? Ты не хочешь быть с Ли Ино? – Цин Чэнь был немного удивлен. – У вас с ней какой-то конфликт?»

Нань Гэнчэнь ненадолго задумался: «На самом деле мы сейчас неплохо ладим. Мне очень нравится ее характер, рядом с ней я чувствую себя в безопасности. Но поначалу, когда мы только начали общаться, мне было страшно. Мне все время казалось, что она хочет опустошить меня досуха…»

Цин Чэнь: «...тяжело тебе пришлось. Тогда почему ты все же хочешь примкнуть ко мне?»

Нань Гэнчэнь покачал головой: «Под ее защитой я постоянно чувствую себя никчемным, я ее не достоин».

Цин Чэнь взглянул на него. Он знал, что у этого парня из-за ситуации в семье всегда была низкая самооценка, поэтому, когда он встретил такую хорошую девушку, как Ли Ино, он почувствовал, что жить за счет женщины как-то неловко.

Нань Гэнчэнь продолжил: «Разве люди не говорят, что мужчина сначала должен построить карьеру, а потом обзавестись семьей? Я не хочу, чтобы она смотрела на меня свысока».

Цин Чэнь терпеливо сказал: «То, что ты слышал, неполно. Должно быть так: если встретишь хорошего человека, обзаведешься семьей, если встретишь уважаемого человека, построишь карьеру, если встретишь богатую женщину, и семьей обзаведешься, и карьеру построишь…»

Нань Гэнчэнь: «...»

«Давай не будем пока об этом, – Цин Чэнь на некоторое время задумался. – Что ты собираешься теперь делать, просто жить у меня?»

«Я боюсь возвращаться, – обиженно сказал Нань Гэнчэнь, – если я вернусь, меня побьют. Брат Чэнь, может ты поможешь мне донести на моего отца? У тебя уже есть опыт».

Цин Чэнь долго думал: «Во что твой отец обычно играет?»

«Маджонг».

«А где он играет, знаешь?»

«Нет, – вздохнул Нань Гэнчэнь, – в том и дело, что не знаю, где он играет, иначе я бы сам сообщил о нем».

«Ничего, – спокойно сказал Цин Чэнь, – пока оставайся у меня дома, а я помогу тебе решить этот вопрос».

…

Вернувшись домой, Ян-Ян не пошла сразу спать. Она вспоминала свое общение с Цин Чэнем в последние дни и внезапно почувствовала, что этот молодой человек далеко не так прост, как она думала.

Он совсем не похож на ученика старших классов. Его спокойствие, хладнокровие и сообразительность, проявленные при столкновении с трудностями, это не то, чем может обладать старшеклассник в маленьком городе.

Ян-Ян вдруг стало очень любопытно, какое прошлое было у Цин Чэня?

На следующий день в школе во время зарядки между уроками она позвала Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэня.

Ян-Ян спросила: «Это ты сдал Цин Чэню квартиру, в которой он сейчас живет?»

«Да, – кивнул Ху Сяоню. – Мы сдали ее ему за 1400 юаней в месяц. Рыночная цена – 1200 юаней, мы увеличили цену 200».

«С таким хорошим ремонтом увеличение цены на 200 юаней можно считать по дружбе, так что все справедливо», – кивнула Ян-Ян.

«Кстати, там, где ты сейчас живешь, раньше жил он, – сказал Ху Сяоню. – Когда его отец продал квартиру, Цин Чэня выгнали прежде, чем он успел собрать свои вещи».

Ян-Ян на мгновение опешила. Квартира, где она сейчас живет, раньше была домом Цин Чэня?

Когда она въехала, поменяла только кровать, телевизор и компьютер, а остальное оставила как есть.

Тогда может стоит обыскать помещение и попытаться найти какие-нибудь подсказки, связанные с Цин Чэнем?

Ян-Ян сказала: «Мне очень любопытно, почему его отец продал его дом? Каковы у них отношения в семье? И что за человек Цин Чэнь?»

«Я спрашивал одноклассников о Цин Чэне, – сказал Чжан Тяньчжэнь. – Что удивительно, он очень известен во всей школе. Говорят, что он всегда входил в тройку лучших на экзаменах».

«Из-за тройки лучших не будешь известен всей школе, – сказала Ян-Ян, на мгновение задумавшись, – вы знаете имена тройки лучших в нашей школе в Хайчэне? Большинство их и помнить не будет».

«Ну, – объяснил Ху Сяоню, – одноклассники сказали мне, что главное не то, что он хорошо учится, а то, что с первого класса старшей школы он и учился, и работал одновременно. Во время учебы в первом классе некоторые одноклассники видели, как он по ночам работал официантом в баре с караоке. Еще некоторые видели, как он работал в придорожной закусочной с барбекю, в KFC, McDonald's, а еще и небольшом магазинчике в жилом квартале. Цин Чэнь перебивался случайными заработками, чтобы заработать на оплату обучения и проживание».

«Его совершенно не смущало, если на него натыкались одноклассники, – сказал Чжан Тяньчжэнь. – Я думаю, что многие ученики в такой трудной ситуации будут очень стесняться, но Цин Чэнь нет. Одноклассники говорили, что он совершенно без стеснения здоровался со всеми, без особого энтузиазма, но и без робости. Однажды кто-то спросил Цин Чэня, чувствует ли он неловкость, но Цин Чэнь ответил, что нет ничего постыдного в том, чтобы зарабатывать себе на жизнь своим трудом».

В этот момент Ян-Ян внезапно вспомнила, что ей сказал Цин Чэнь.

Дело не в том, что он хочет так усердно работать, а в том, что мир наконец дал ему шанс начать новую жизнь, и он должен стиснуть зубы и пролить кровь, чтобы не упустить эту возможность.

У Цин Чэня не было другого выбора.

Ян-Ян никогда не сталкивалась с подобной ситуацией. Ее жизнь и жизнь таких людей, как Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэнь, всегда была светлой, поэтому трудно представить, насколько тяжела такая беспросветная жизнь.

Цин Чэнь отличался от всех других одноклассников, которых она когда-либо встречала.

Чжан Тяньчжэнь добавил: «Кстати, учитель тоже знает о его ситуации в семье, поэтому его не волнует, что Цин Чэнь пропускает занятия. Говорят, что в первом классе старшей школы он пообещал учителю, что его оценки всегда будут в тройке лучших в классе. Если он вылетит из тройки лучших, то будет исправно ходить на уроки».

«Понятно, – сказала Ян-Ян. – Его родителям на него наплевать?»

«Его родители давно развелись. Его отец – азартный игрок. Некоторое время назад он продал дом из-за азартных игр, – сказал Ху Сяоню. – Я подслушивал за дверью в то время, когда его отец продавал дом. Сначала я думал, что он сломается, столкнувшись с такой ситуацией, но когда я вошел в комнату, я обнаружил, что он по-прежнему очень спокоен, как будто то, что только что произошло, не имело к нему никакого отношения».

«Где сейчас его отец?» – спросила Ян-Ян.

«О, Цин Чэнь донес на него, что он собирал людей для азартных игр, и он загремел за решетку, – сказал Ху Сяоню сквозь с зубы. – После того, как ты сказала мне не связываться с ним, я попросил кое-кого проверить его семейные отношения, и выяснилось, что его отец находится под стражей. Теперь судебные органы возбудили дело против его отца. Адвокат нашей семьи сказал, что самое меньшее он получит один год тюремного заключения».

Ян-Ян была ошеломлена. Она не ожидала, что Цин Чэнь окажется настолько жестоким…

Тут Ху Сяоню посмотрел на Ян-Ян: «Кстати, он тоже путешественник, верно? Почему ты сказала не провоцировать его? Какова его личность во Внутреннем мире?»

«Я не думаю, что его личность имеет значение, – Ян-Ян покачала головой. – Куда бы он ни попал, такой человек рано или поздно добьется успеха. Я думаю, что вместо того, чтобы сосредотачивать свое внимание на Лю Дэчжу, лучше инвестировать в него».

Чжан Тяньчжэнь сказал: «Ян-Ян, по крайней мере, расскажи нам хоть что-нибудь».

«Нет, – Ян-Ян покачала головой, – я не предам такого человека, как он, который, стиснув зубы, упорно трудился, чтобы выжить. Я советую вам не делать так в будущем».

Пропустив вечерние занятия и вернувшись домой, Ян-Ян первым делом обыскала все комнаты, желая посмотреть, что оставил Цин Чэнь в этом доме.

Сначала она осмотрела книжный шкаф и даже пролистала каждую книгу, но ничего не нашла.

Она еще раз проверила все ящики, но они были практически пусты.

Это очень разочаровало Ян-Ян. Она откинулась на спину на кровати и о чем-то думала.

Однако в какой-то момент она обернулась и внезапно увидела строку маленьких букв, вырезанных на белой стене рядом с кроватью:

Коровы и овцы сбиваются в стада, но тигр ходит один.

Ян-Ян провела пальцами по вдавленным линиям букв. Она даже могла представить себе упрямое выражение его лица, когда ему было особенно одиноко по ночам.

Она подумала, должно быть интересно было бы сформировать команду с таким человеком?

Постойте. Девушка почувствовала, что в комнате чего-то не хватает...

Она размышляла снова и снова и вдруг в испуге вскинула голову: где талон на питание?

По сложившейся практике, каждый день рядом с ее подушкой будет лежать письмо с маркой дьявола, ее талон на питание. Почему сегодня его нет?!

Какие у нее теперь есть аргументы, чтобы напроситься на ужин?!

Ян-Ян побежала наверх и постучала в дверь. Она посмотрела на Ху Сяоню, открывшего ей дверь, и спросила: «Владелец Печати дьявола, он когда-нибудь присылал тебе письмо?»

Ху Сяоню и Чжан Тяньчжэнь после инцидента на горе Лаоцзюнь также стали открытыми картами. Согласно характеру владельца Печати, он тоже должен был послать им письма.

«Я получил его, – сосредоточенно сказал Ху Сяоню. – В чем дело? Ты тоже его получила?»

Ян-Ян не ответила на вопрос, но продолжила спрашивать: «Тогда ты знаешь, как ему ответить?»

«Ну, он упомянул об этом во втором письме, но я еще не ответил», – сказал Ху Сяоню.

«Это хорошо, – вздохнув с облегчением, сказала Ян-Ян. – Пожалуйста, ответь ему, скажи ему одну вещь».

Ху Сяоню на мгновение остолбенел: «Какую вещь?»

Ян-Ян сказала: «Ответь ему и попроси поскорее написать письмо Цин Чэню! Быстрее, я жду, это очень срочно!»

Ху Сяоню: «???»

Что это вообще значит?

Десять минут спустя худощавая фигура у окна от пола до потолка взглянула на ответное письмо в своей руке. Этот человек вдруг крепко сжал письмо и пробормотал: «У меня такое чувство, что со мной обращаются как с каким-то инструментом. Возмутительно...»

В результате Ян-Ян прождала дома больше часа, но письмо для Цин Чэня так и не появилось.

Она вдруг подумала, что этот человек, возможно, никогда больше не напишет Цин Чэню…

«Это было так опрометчиво, – вздохнула Ян-Ян, сидя дома, – почему это вызвало психологический протест?»

Внезапно раздался стук в дверь. Снаружи донесся голос Цин Чэня: «Ужин готов».

Ян-Ян вскочила с кровати, сияя от радости.

…

Шли дни. В Лочэне наступил краткий период спокойствия.

Было так тихо и спокойно, как будто ничего и не произошло.

В групповом чате Хэ Сяосяо также было временное затишье. Все путешественники готовились к следующему переходу.

Обратный отсчет 00:15:00.

Цин Чэнь встал, обливаясь потом, и невидимое давление силы тяжести тут же исчезло.

В последние несколько дней его сотрудничество с Ян-Ян становилось все более согласованным. Независимо от того, насколько он продвинулся, она всегда могла подобрать соответствующую его характеристикам силу тяжести.

Он быстро принял душ, затем спокойно лег на кровать и молча ждал.

Цин Чэнь знал, что в этот момент должно быть еще многие путешественники ждали окончания обратного отсчета, так же, как и он.

10, 9, 8, 7, 6, 5, 4, 3, 2, 1.

Перемещение.

Во Внутреннем мире его кто-то ждет.

Глава 179 - Тебе нужна помощь наставника, чтобы сделать предложение?

Обратный отсчет 168:00:00.

В темноте тюрьмы № 18 из одной из камер вдруг повеяло теплом.

Постепенно тепло превратилось в обжигающий жар.

Волны жара вырывались из камеры, словно вечерний прилив в экваториальном поясе.

Заключенные в двух соседних камерах отчаянно колотили в металлические двери и громко звали на помощь.

Их крики становились все тише и тише, а вода в их телах быстро испарялась из-за высокой температуры. Всего за две минуты они впали в состояние обезвоживания.

Линь Сяосяо, который спал на первом этаже, мгновенно встал, вышел на площадь, посмотрел вверх, а затем посмотрел на Е Вана, который тоже заметил что-то неладное: «Пробуждение силы стихии?»

«Да, – кивнул Е Ван. – Это камера Лю Дэчжу».

Линь Сяосяо был крайне удивлен: «Что пришлось пережить этому мальчишке во Внешнем мире, что он даже пробудился?!»

Когда ворота из сплава, ведущие на тюремную площадь, открылись, шесть роботов-охранников, выстроившись в два ряда, аккуратно вошли на нее. Дроны также вылетели из гнезд под потолком, спустились вниз и полетели в сторону аномальной камеры.

«Сначала спасем людей», – Е Ван слегка согнул ноги, подпрыгнул и твердо приземлился в коридоре третьего этажа, словно тигр. Он открыл две металлические двери по соседству с этой камерой, вытащил уже потерявших сознание измученных заключенных и отбросил их подальше.

Волны жара выливались из камеры через металлическую дверь. Волосы на лбу Е Вана стали будто опаленными.

В следующий момент перед ним внезапно появилось полупрозрачное силовое поле. Когда по нему прокатился жар, на круглом силовом поле стала видна плотная структура, похожая на пчелиные соты.

Е Ван стоял перед дверью камеры. По обеим сторонам коридора, где он находился, стояло по три механических тюремных охранника, а за его спиной парили в воздухе дроны.

Он подождал, пока температура внутри не начала падать, а затем подал знак роботу-охраннику открыть металлическую дверь.

Со щелчком дверь открылась. Лю Дэчжу обессиленно упал на пол. Все предметы первой необходимости в камере сгорели, превратившись в черный или белый пепел.

Как ни странно, одежда Лю Дэчжу все еще была цела.

Этот парень, несмотря на то, что сильно ослаб, выглядел чрезвычайно взволнованным и бормотал: «Я – пробужденный! Я действительно стал пробужденным!»

«Выходи, – сказал Е Ван, – я переведу тебя в другую камеру».

Лю Дэчжу внезапно обернулся: «Где босс? Мой босс еще не вернулся? Я должен сообщить ему эту новость. Мне удалось!»

На лице Е Вана появилось удивление. Он не ожидал, что первой реакцией этого парня будет сообщить Цин Чэню новость о своем пробуждении.

Он не знал, что по мнению Лю Дэчжу, если бы его босс не сказал ему продолжать злиться, он, возможно, сейчас не смог бы пробудиться…

В это время к двери подошел Линь Сяосяо и прищурился в улыбке: «У твоего босса сейчас нет времени с тобой разговаривать».

«Тогда на каком я сейчас уровне?» – спросил Лю Дэчжу.

«Уровень C, – Линь Сяосяо скучающе прислонился к двери. – Не радуйся так рано. Пробужденные отличаются от совершенствующихся. Если ты захочешь повысить свой уровень, это будет так же сложно, как взобраться на небо. Впереди еще долгий путь».

…

В пустоши, возле одинокого костра, Ли Шутон с улыбкой посмотрел на Цин Чэня: «Вернувшись в этот раз, ты все еще продолжал упорно тренироваться?»

«Да», – кивнул Цин Чэнь и сбросил верхнюю часть одежды, обнажив свои мускулы.

Ли Шутон был слегка удивлен: «Я намеренно не напоминал тебе о тренировках. Я просто хотел посмотреть, как ты станешь не таким самодисциплинированным, но я не ожидал, что ты все еще будешь продолжать тренироваться. Удивительно, ты приобрел столько силы, став Рыцарем, и ты все еще обращаешь внимание на медленное улучшение от тренировок?»

Внезапно разбогатев и накопив состояние в сотни миллионов, многие люди не захотят наклоняться, чтобы подобрать банкноту в десять юаней, которую кто-то уронил на землю.

Не говоря уже о десяти юанях, они не посмотрят вниз, даже если это будут несколько тысяч юаней.

В этот момент Ли Шутон почувствовал, что даже если Цин Чэнь станет миллиардером и увидит на дороге монетку, застрявшую между бетонными плитами, его ученик найдет способ ее вытащить.

Другие учителя желают, чтобы их ученики стали более самодисциплинированными, а он ждет, чтобы его ученик хоть иногда расслаблялся.

Это неправильное чувство!

Цин Чэнь снова оделся, подбросил в костер несколько поленьев и сказал: «Наставник, дело не в том, что я очень дисциплинирован, просто я подумал кое о чем. Линь Сяосяо как-то сказал мне, что испытания жизни и смерти я должен проходить как обычный человек, поэтому я подумал, что продолжать тренировки определенно лишним не будет».

Ли Шутон вздохнул: «Ты очень умен».

«После повышения Рыцарь становится сверхчеловеком, тогда как можно вернуться в состояние обычного человека?» – недоумевал Цин Чэнь.

«Прежде чем говорить это, я хотел позволить тебе немного расслабиться после того, как ты стал сверхчеловеком, – сказал Ли Шутон. – Попробуй обратить вспять частоту техники дыхания».

Цин Чэнь вспомнил частоту дыхательной техники. В одно мгновение на его щеках расцвели льдисто-голубые линии, которые полностью отличались от предыдущих огненных узоров.

Услышав щелчок внутри своего тела, Цин Чэнь почувствовал, что уже открытый генный замок оказался снова заперт!

После этого сила, бурлящая в его теле, тоже мгновенно была оттянута куда-то в уголок.

Он внезапно посмотрел на Ли Шутона: «Учитель, обратное дыхание нужно использовать каждый раз, проходя испытание жизни и смерти?»

«Да, – кивнул Ли Шутон. – Обратное дыхание заблокирует твою силу на один час».

«Ясно», – кивнул Цин Чэнь.

Он восстановил свое обычное дыхание, но генный замок не открылся.

«Если это так, не будет ли Рыцарю крайне опасно проходить испытание жизни и смерти? Если кто-то намеренно помешает ему, испытание на грани жизни и смерти, которое изначально было чрезвычайно опасным, станет по сути смертным приговором», – спросил Цин Чэнь.

«Поэтому Рыцари должны хранить в секрете, когда проходят испытания жизни и смерти», – сказал Ли Шутон.

«Разве нет способа принудительно открыть генный замок? – озадаченно спросил Цин Чэнь. – Лучше не отдавать свою судьбу в руки других».

«Есть, но я надеюсь, что ты никогда им не воспользуешься, – сказал Ли Шутон. – Если после техники обратного дыхания снова выполнишь прямую дыхательную технику, то замок принудительно откроется. Однако цена такова, что ты останешься на текущем уровне до конца своей жизни».

Цин Чэнь на мгновение замолчал: «Должен быть старший, который заплатил эту цену».

«Разумеется, – тяжело вздохнул Ли Шутон. – Из-за этого твой дядя-наставник Чэнь Цзячжан застрял на своем уровне. В то время он попал в засаду, когда проходил испытание в горах. У него не было другого выбора, кроме как остаться на уровне А навсегда».

Оказывается, опасности, с которыми приходится сталкиваться Рыцарям при прохождении испытаний жизни и смерти, исходят не только от природы, но и от коварства людей.

В это время Цин Чэнь почувствовал, что его сила после того, как он стал обычным человеком, была явно намного больше, чем до того, как он поднялся на утес Циншань: «Наставник, я нашел друга во Внешнем мире, который может управлять силовым полем, он создал для меня гравитационную камеру, чтобы я мог тренироваться. Я чувствую, что после тренировок в гравитационной камере в сочетании с техникой дыхания мой прогресс в несколько раз быстрее».

«Управлять силовым полем? – Ли Шутон на некоторое время задумался. – Во Внутреннем мире уже очень давно не появлялся пробужденный, который мог бы управлять силовым полем».

«Я точно уверен, – кивнул Цин Чэнь. – Вам есть что сказать по этому поводу?»

«Пробужденные, способные контролировать силовое поле, рождаются блестящими, – сказал Ли Шутон, – их верхний предел очень высок, а боевые способности чрезвычайно сильны. В истории новой эры цивилизации почти каждый такой пробужденный сыграл решающую роль».

Цин Чэнь был поражен. Он не ожидал, что способности Ян-Ян окажутся настолько мощными.

Тут Ли Шутон спросил: «Этот твой друг парень или девушка? Если он помог тебе создать гравитационную камеру для тренировок, у вас, должно быть, хорошие отношения».

«Девушка», – честно ответил Цин Чэнь.

Ли Шутон погрузился в раздумья.

«В чем дело, наставник?» – спросил Цин Чэнь.

«Ты знаешь, где она находится во Внутреннем мире? У нее есть семья? – Ли Шутон посмотрел на Цин Чэня. – Тебе нужна помощь наставника, чтобы сделать предложение руки и сердца?»

Цин Чэнь: «...Наставник, у меня нет чувств к этой девушке, к тому же я совершенно уверен, что она внезапно появилась, потому что у нее была своя цель, так что выбросьте это из головы».

«Ладно», – сказал Ли Шутон.

«Наставник, куда мы направляемся дальше? Обратно в тюрьму № 18?» – спросил Цин Чэнь.

«Вернуться нужно обязательно, но перед этим нужно кое-что сделать в городе 18, – с улыбкой объяснил Ли Шутон. – Как долго длится твой обратный отсчет на этот раз?»

«7 дней».

«Обратная дорога в город 18 займет четыре дня. Остается три дня... вполне достаточно!» – твердо сказал Ли Шутон.

Цин Чэнь был немного озадачен. Что его наставник собирается делать?

…

Обратный отсчет 72:00:00.

Город 18, Шестой район, ночь.

Сереброволосая девушка в белых наушниках, слушая легкую музыку, льющуюся, словно ручей, вошла в стеклянный лифт здания «Гибискус».

Она подняла изящную руку и нажала кнопку 132-го этажа, а затем повернулась, собираясь полюбоваться ночным городским пейзажем через прозрачное стекло, пока лифт будет подниматься наверх.

Через плечо у нее был перекинут ремень сумки, в которой лежали ридер и ее личные вещи.

На сумке были потертости, и друзья все время советовали ей купить новую, но она всегда отвечала, что ей нравится нарисованный на сумке медвежонок, поэтому она не хочет ее менять.

По правде говоря, девушка не получила от своей семьи ни монетки с тех пор, как окончила среднюю школу, и ей приходится подрабатывать, чтобы заплатить за дорогие подготовительные курсы, надеясь поступить в лучший университет.

А поступление в университет – это всего лишь новое начало. Если только она не поступит в военную академию «Пиро» или Северо-Западную военную академию, ей придется внести еще более высокую плату за обучение в университете.

В каждом университете есть стипендии, но проблема в том, что у нее нет такого хорошего портфолио, которое помогло бы ей получить стипендию.

Размышляя об этом, девушка начала чувствовать себя довольно растерянной. Она действительно не знала, куда движется ее жизнь.

Когда дверь лифта собиралась закрыться, ее остановила чья-то рука.

В отражении в стекле девушка увидела, что в лифт вошли мужчина средних лет и молодой человек, оба в новенькой белой спортивной одежде и новеньких черных кепках.

Козырьки их кепок были опущены так низко, что сереброволосая девушка не могла ясно разглядеть их лица.

После того, как эти двое вошли, они не нажали кнопку лифта, а просто тихо встали позади девушки и смотрели через стеклянную стенку лифта.

Она вспомнила слухи о том, что жильцов 89-го этажа ограбили, и стала постепенно подтягивать ремень своей сумки. Ее аккуратные ногти тоже оставили отпечатки на ремне.

Только, глядя на этих людей в отражении, девушка чувствовала, что эти двое не похожи на тех членов клубов, не признающих законы.

По крайней мере, она никогда не встречала членов клуба, одетых так опрятно.

Да, первое впечатление девушки об этих двух людях было такое: весьма опрятные.

Лифт быстро поднимался вверх, отчего у девушки слегка заложило уши. Это потому, что лифт двигался слишком быстро, а ее этаж был слишком высоко, так что создавался тот же эффект, что и при взлете самолета.

В это время лифт добрался до 91-го этажа. За стеклом виднелись сложные транспортные развязки, пересекающие небо, охватывающие весь город и соединяющие высотные здания и площади в вышине.

В свете уличных фонарей, эстакады были похожи на туманности, парящие над городом.

Молодой человек позади нее посмотрел через стекло и спросил: «Не заблудитесь при таком сложном городском движении?»

«Не знаю, – ответил мужчина средних лет. – Раньше, когда нужно было куда-то поехать, у меня всегда был водитель».

Девушка украдкой скривила губы. Кому сейчас нужен водитель в наши дни, в эпоху автономного вождения?

Кроме того, хотя развязки весьма сложные, нужно только сообщить искусственному интеллекту пункт назначения и всё.

Дзынь. Лифт прибыл на 132-й этаж.

Девушка так нервничала, что не осмеливалась пошевелиться, но мужчина и молодой человек первыми вышли из лифта и направились прямо по коридору.

После того, как они вышли, она медленно обернулась и увидела, как они ввели код перед одной из дверей. Со щелчком дверь открылась.

Только в этот момент девушка наконец вздохнула с облегчением. Оказывается, это ее соседи, к тому же живут напротив нее!

Эти двое не нажали кнопку лифта, когда только вошли, и это ее сильно напугало.

Но теперь ей стало немного любопытно. В квартире напротив нее уже давно никто не жил. А недавно здесь неожиданно сделали ремонт, но она не видела нового владельца. Почему они вдруг пришли так поздно ночью?

Странно.

По другую сторону двери, Цин Чэнь, войдя в квартиру, снял кепку: «Только что девушка, казалось, была очень напугана. Неужели общественная безопасность в городе 18 настолько плоха? Во Внешнем мире дело обстоит иначе, девушкам не нужно слишком беспокоиться, если они будут идти по улице посреди ночи… по крайней мере, так дело обстоит в больших городах».

Ли Шутон сказал: «Это проблема, оставшаяся из прошлого. Федеральное правительство однажды упразднило одну треть полиции из-за одного инцидента, вследствие этого уровень преступности многократно повысился».

«Упразднило полицию?» – Цин Чэнь не мог себе этого представить.

«Мало того, что полиция упразднена, тебе даже трудно представить такое, но, за исключением верхних трех районов, большинство дорожных камер в других районах не ремонтируются годами, – спокойно сказал Ли Шутон. – Ничего, ты по-настоящему сможешь почувствовать, какая это больная страна, когда в будущем будешь жить здесь».

«Наставник, то, что вы хотите сделать, это изменить ее?» – спросил Цин Чэнь.

Ли Шутон улыбнулся: «Не задавай так много вопросов, давай сначала осмотрим твой новый дом».

Цин Чэнь огляделся и увидел, что в квартире площадью 80 квадратных метров была одна спальня, одна гостиная, одна ванная и одна кухня. Поскольку здесь была всего одна спальня, каждая комната выглядела очень просторной.

В торце гостиной находилось огромное окно от пола до потолка, из которого открывался панорамный вид на Шестой район города.

Расставленные в гостиной диваны и бытовая техника выглядели совершенно новыми.

Глава 180 - Наставник

На входной двери есть электронный экран, на котором можно выбрать умный режим.

Ли Шутон сказал: «Один, переключи в режим сна».

Как только он это сказал, в комнате стало темно, загорелись лишь несколько тусклых желтых полосок на полу, которые излучали очень мягкий свет.

Ли Шутон сказал: «Один, переключи в режим сна с белым шумом».

В следующий момент все стекло окна от пола до потолка внезапно изменилось. Цин Чэнь увидел капли дождя, постукивающие по стеклу, а комнату наполнил тихий, но отчетливый шум дождя.

Из-за постоянной температуры в комнате Цин Чэню казалось, что он попал в дождливый осенний день, самое то поспать в темноте на кровати под прохладным летним одеялом.

«Переключи в другой режим белого шума», – сказал Ли Шутон.

Огромное стекло больше не было прозрачным, теперь оно выглядело как огромный голографический экран, а изображение на нем сменилось с дождливого дня на камин.

В ретро-камине горели дрова, и в комнате раздавалось тихое потрескивание.

Ли Шутон улыбнулся и посмотрел на Цин Чэня: «Использование технологии нейронных связей, разработанной семьей Цин, увеличило время бодрствования людей, но ирония заключается в том, что люди в эту эпоху нуждаются во сне все больше и больше. Возможность заснуть для многих стала роскошью».

«Наставник, все это совсем не дешево, верно? – спросил Цин Чэнь. – Когда мы пришли сюда, я видел, что здания в Шестом районе относительно старые, а санитарные условия здесь не очень хорошие. Отделка этой комнаты совсем не соответствует внешнему виду здания».

«Да, – Ли Шутон кивнул. – Хотя я хотел купить тебе жилье, проблема в том, что я не мог купить тебе такое, что сильно привлекало бы внимание. Шестой район в самый раз. Он не относится к нижним трем районам, и опять же в верхние три района можно попасть в любое время. На самом деле мне очень стыдно, что первый дом, который дарит тебе наставник, оказался таким, поэтому я попросил Ли Дунцзе найти кого-нибудь сделать здесь ремонт, чтобы он не выглядел таким убогим».

Цин Чэнь замолчал.

Отец во Внешнем мире только что продал их дом, а наставник во Внутреннем мире подарил ему дом.

«Наставник, – спросил Цин Чэнь, – почему вы вдруг захотели купить мне дом?»

«О, если ты об этом спрашиваешь… – Ли Шутон немного подумал и ответил. – На самом деле Хэнше тоже держит под контролем группу путешественников. Хотя я еще не придумал, что с ними делать, но нельзя же позволить им разгуливать повсюду и устраивать беспорядки. Я попросил Ли Дунцзе помочь мне допросить этих путешественников. Я хотел узнать, что должен делать отец во Внешнем мире, когда его сын достигнет совершеннолетия. 89 путешественников сказали, что отец должен подготовить жилье для своего сына, чтобы тот мог найти жену… Большинство молодых людей во Внутреннем мире снимают жилье, так что, хотя я не знаю, как дом поможет тебе найти жену, я на всякий случай приготовил его для тебя».

Цин Чэнь тупо уставился на мужчину средних лет, стоявшего перед ним.

Раньше он думал, что наставник тайно привез его обратно в город 18, чтобы сделать что-то грандиозное, но он не ожидал, что тот просто хотел показать ему недавно купленный дом.

Разве такой человек, как Ли Шутон, не должен быть способен одним движением руки свернуть горы и реки?

Как он мог тратить свое время на такие бытовые мелочи?

Цин Чэнь вспомнил, что сказал ему наставник у костра той ночью, прежде чем они вошли в запретное место № 002: «То, что есть у других, должно быть и у моего ученика».

После того, как он узнал, что Цин Чэнь разорвал отношения со своим отцом, он сам взял на себя ответственность отца.

Когда другие взяли под контроль путешественников, они придумали план зачистки, но когда его наставник взял под контроль путешественников, он стал задавать им такие незначительные вопросы.

Вероятно, эти путешественники были очень шокированы.

Цин Чэнь смотрел на Ли Шутона. Тот, казалось, чувствовал себя немного виноватым, потому что дом, который он ему дал, был недостаточно хорош.

Ли Шутон сказал: «Пока поживешь здесь. В будущем тебе еще долго придется держаться в тени, так что это место вполне подходит. Однако я также подготовил для тебя безопасное место в Первом районе, здание «Горал», номер 2013. Если окажешься в опасности, можешь укрыться там, пароль – 010101, твой тюремный номер…»

Сказав это, Ли Шутон положил карточку удостоверения личности на шкаф для обуви: «Твое новое удостоверение личности. Пока не бери его с собой, просто оставь его в этой квартире. Оба дома зарегистрированы на имя, указанные в этом удостоверении личности».

«Спасибо, наставник», – у Цин Чэня к глазам подступили слезы, он не находил слов.

Ли Шутон улыбнулся: «Хватит, ты уже почти взрослый, не притворяйся».

«М, я не притворяюсь».

…

Наставник и его ученик сидели у огромного окна. Ли Шутон достал из холодильника бутылку пива и посмотрел в окно.

Цин Чэнь указал на красное здание и спросил: «Наставник, на том здании висит знак красного креста. Это больница? Почему здание больницы такое высокое?»

«Это не больница, – покачал головой Ли Шутон, – это центр репродукции».

«Центр репродукции? – удивился Цин Чэнь. – Это больница матери и ребенка, которая специализируется на родах?»

Ли Шутон бесстрастно сказал: «Это место, где женщинам предоставляют искусственную матку. У пары извлекают яйцеклетки и сперму для искусственного оплодотворения. Затем в центре репродукции выбирают самый здоровый из десятка фолликулов и помещают в бионическую искусственную матку. Таким образом, женщины могут избежать мучений на протяжении девяти месяцев беременности».

Цин Чэнь был потрясен: «Уже существует такая технология? Тогда женщинам не придется страдать».

«Да, – кивнул Ли Шутон, – ребенок может появиться на свет после девяти месяцев пребывания в искусственной матке, только, вероятно, ты и подумать не мог, что это было изобретено консорциумом, чтобы женщины и мужчины имели равную трудоспособность и рабочее время».

Ли Шутон продолжил: «Эта технология существует уже сотни лет. Поначалу женщины обрадовались этому, но спустя десять с лишним лет, Федеральная верхняя палата под давлением семьи Чэнь приняла закон об «изменении продолжительности отпуска по беременности и родам». С тех пор декретный отпуск для женщин длится всего семь дней, притом всем семьям придется столкнуться с новыми расходами. Семьи встали перед выбором – либо увольняться с работы и рожать собственного ребенка, либо платить за искусственную матку».

Цин Чэнь молчал. Эта технология, безусловно, хороша для богатых, но бедные не только лишаются отпуска по беременности и родам, но и вынуждены нести высокие дополнительные расходы.

Для такого путешественника из Внешнего мира, как он, все это звучало слишком фантастически.

«Кстати, наставник, – спросил Цин Чэнь, – почему вы раньше не сказали мне, что после выполнения условий сдерживания Нити марионетки произойдут новые изменения, если я снова кого-то убью?»

Ли Шутон поднял руку Цин Чэня и рассмотрел на свет запястье своего ученика: «На этот раз ты убил 13 человек во Внешнем мире, но не принес их тела в жертву? После выполнения первого этапа условий сдерживания, на втором этапе Нить марионетки разблокируется на 1 сантиметр, если убьешь врага собственными руками, а если принесешь тело врага в жертву, то на 10 сантиметров».

Цин Чэнь кивнул: «Как видно, наставник, вы давным-давно знали это и нарочно мне не сказали».

«Предыдущие владельцы запретного предмета ACE-019 Нити марионетки в конечном итоге плохо кончили. Они либо сошли с ума, либо стали одержимы, – Ли Шутон посмотрел на Цин Чэня. – Поэтому, когда старики подарили тебе эту штуку, я слегка рассердился. Но позже я думал об этом, что если, это не повлияет на твой разум? Как учитель, я должен доверять тебе».

«Каков верхний предел количества людей, контролируемых Нитью марионетки?» – спросил Цин Чэнь.

«Никто не знает ее верхнего предела», – ответил Ли Шутон.

Цин Чэнь был ошеломлен. Оказывается, Нить марионетки действительно может контролировать много людей: «Но, наставник, мне вот что любопытно. Хотя такого рода искушение может вызвать желание продолжать разблокировать ее дальше, однако это не заставит человека сойти с ума».

«Когда ты использовал ее, разве ты не чувствовал мысли человека, которого контролировал? – спросил Ли Шутон. – В частности безумие, страх, раскаяние, трусость. Самые сильные и мрачные эмоции в этой жизни разъедают психику человека».

«Не чувствовал», – удивился Цин Чэнь.

Ли Шутон тоже был удивлен: «Как такое могло быть?»

«Наставник, но это правда», – серьезно ответил Цин Чэнь.

Ли Шутон изумленно смерил взглядом своего ученика. Он все время чувствовал, что в нем было слишком много странностей.

Сначала он вырвался из кошмара Линь Сяосяо, будучи обычным человеком.

Кроме того, появились признаки повышения до того, как генный замок был открыт.

Сразу после открытия генного замка его начальный уровень был выше, чем у всех предыдущих Рыцарей.

Последняя странность касалась описания Нити марионетки. Оно было основано на опыте некоего старшего Рыцаря, который лично использовал ее.

Тот старший использовал ее только один раз, а затем спрятал этот запретный предмет в запретном месте № 002, чтобы он снова не увидел свет.

Но теперь Нить марионетки в руках Цин Чэня стала создавать настоящих марионеток, без эмоций и обратной связи.

Цин Чэнь спросил: «Разве марионетки не просто марионетки? Как у марионеток могут быть эмоции? Наставник, вы ничего не путаете?»

Ли Шутон тяжело вздохнул: «Не говори со мной в таком тоне. Дай мне подумать…»

Он знал, что когда великан Дин-Дон вышел из глубин запретного места, на самом деле у него в каждой руке было по запретному предмету. Старики попросили Дин-Дона взглянуть на Цин Чэня и самому выбрать, какой запретный предмет ему отдать.

В итоге Дин-Дон решил отдать ему Нить марионетки, которую держал в правой руке.

В то время Ли Шутон все еще чувствовал, что это немного странно, почему он отдал ему именно этот запретный предмет?

Но если подумать об этом сейчас, Дин-Дон, вероятно, с помощью своих двойных зрачков почувствовал, что с Цин Чэнем все будет в порядке, даже если он получит Нить марионетки.

Но прямо в этот момент Ли Шутон думал о том, что хорошо было бы подарить Цин Чэню оба запретных предмета…

Все-таки старики слишком мелко мыслят!

Такому талантливому преемнику следует давать больше!

«У всех запретных предметов можно разблокировать второй уровень?» – с любопытством спросил Цин Чэнь.

«Не у всех, – покачал головой Ли Шутон. – Я думаю, что это может определяться уровнем сверхчеловека при его жизни. Только экстраординарные люди уровня B и выше могут осаждать запретные предметы. У запретного предмета уровня А можно разблокировать второй уровень, а у уровня S можно разблокировать даже третий уровень».

В отличие от сверхлюдей, запретные предметы имели всего три уровня.

Цин Чэню было любопытно: «Наставник, вы когда-нибудь видели запретный предмет уровня S?»

«Возможно, скоро увижу», – с улыбкой сказал Ли Шутон.

Цин Чэнь посмотрел на своего наставника и понял, что у него, возможно, уже есть запретный предмет уровня S!

«Подождите, – внезапно спросил Цин Чэнь, – я вспомнил об одной очень, очень важной вещи. После того, как я стал Рыцарем, я все еще могу иметь детей?»

«Конечно, можешь! – неожиданно сказал Ли Шутон, – но... с твоим характером тебе все еще нужно об этом думать?»

«Наставник, пожалуйста, не оскорбляйте меня, – Цин Чэнь поднял брови. – Я слышал, что люди, которым ввели генные инъекции, становятся бесплодными. Рыцари чем-то отличаются от них? Почему у Рыцарей не возникает проблем после изменения генов?»

«Это совсем другое, – недоуменно сказал Ли Шутон. – Путь продвижения Рыцарей заключается в том, чтобы оказаться на вершине человечества, сделать свои гены более совершенными и стать ближе к богам».

«А генные препараты?» – спросил Цин Чэнь.

«Генные препараты являются продуктом лабораторных исследований консорциумов. Это неизвестно откуда извлеченные нечеловеческие гены, которые они внедряют в тела людей, – сказал Ли Шутон. – В каком-то смысле их можно назвать орками. Конечно, у орков и людей не будет потомства».

Цин Чэнь внезапно почувствовал, что статус генных бойцов после слов наставника сильно упал в его глазах…

Ли Шутон объяснил: «Экстраординарные всегда свысока смотрели на генных бойцов. Хотя их собственная боевая мощь может быть не такой хорошей, как у генных бойцов, это естественная цепь презрения».

«Тогда почему некоторые генные препараты Запретной инквизиции не имеют такого побочного эффекта?» – с сомнением спросил Цин Чэнь.

«А ты много знаешь, и, похоже, много общаешься с другими путешественниками, – Ли Шутон взглянул на него. – Запретная инквизиция особенная, потому что извлеченные ею гены были получены от богов».

Эти слова потрясли Цин Чэня: «В этом мире действительно есть боги? Почему боги позволили им взять генетические образцы?»

«Может быть, потому что у них достаточно хорошие отношения с богами, — вздохнул Ли Шутон. – Я не знаю подробностей. Запретная инквизиция всегда была очень загадочной, о них записано очень мало информации».

«Кстати, наставник, у меня есть вопрос, – Цин Чэнь посмотрел на Ли Шутона. – Может ли Рыцарь стать пробужденным?»

«Нет, конечно, – сказал Ли Шутон. – Никто из совершенствующихся не может стать пробужденным».

«Почему?»

«Поскольку пробужденные раскрывают свой потенциал через эмоции в экстремальных ситуациях, совершенствование заключается в использовании соответствующего метода, передаваемого из поколения в поколение, для раскрытия потенциала человека, – объяснил Ли Шутон. – Поскольку потенциал был раскрыт, естественно, уже невозможно пробудиться».

«Тогда у меня есть еще вопрос, – Цин Чэнь задумался. – Для обычного Рыцаря первое повышение соответствует уровню F, а седьмое повышение соответствует уровню S. Итак, я с самого начала поднялся на уровень E, превзойду ли я уровень S после седьмого прорыва?»

«Нет, – покачал головой Ли Шутон, – продвижение с уровня B на уровень A – это порог, а с уровня A на уровень S – еще один порог. Может показаться, что разница всего лишь в букве, но для совершенствующихся это путь на небеса, само значение этого необычайно. Если превысишь уровень S, станешь истинным богом, возможно, одной лишь мыслью сможешь перевернуть мир. Может быть, после того, как ты пройдешь полностью все восемь испытаний жизни и смерти, ты сможешь преодолеть этот порог, но до тех пор можно особо не надеяться, будут количественные изменения, но не качественные».

Сказав это, Ли Шутон внезапно нахмурился.

Согласно этой теории, Цин Чэнь может достичь уровня S, пройдя шесть испытаний жизни и смерти. Что произойдет, когда он завершит седьмое испытание?

Никто из Рыцарей никогда раньше не сталкивался с подобным!

Но не значит ли это, что даже если Цин Чэнь вступил на путь Рыцарей, его потенциал не был раскрыт полностью?

Глава 181 - Искусственный интеллект Один

«Наставник, когда мы вернемся в тюрьму № 18?» – Цин Чэнь чувствовал, что его не было там уже долгое время. Он не знал почему, но он скучал по этому месту.

«Не спеши возвращаться, – покачал головой Ли Шутон. – Дела здесь еще не закончены».

«Есть что-нибудь еще? – озадаченно спросил Цин Чэнь. – Но я слышал от Лю Дэчжу, что в тюрьму недавно перевели более 300 заключенных, и все они словно дьяволы во плоти. Должно быть, они пришли за запретным предметом ACE-005».

Ли Шутон спокойно посмотрел в панорамное окно: «Приманка выпущена, тот факт, что я покинул тюрьму № 18 постепенно был замечен, поэтому, естественно, некоторые подумают, что сейчас самое подходящее время действовать. Но они пришли не за ACE-005, и людей недостаточно».

«Поэтому, наставник, вы хотите подождать, пока переведут еще людей?» – спросил Цин Чэнь.

«Да».

«Тогда что мы будем делать дальше?» – спросил Цин Чэнь.

«Я займусь своими делами, – с улыбкой сказал Ли Шутон, – а тебе не нужно слишком много думать, просто иди в школу со спокойной душой».

«В школу?»

Цин Чэнь был ошеломлен. Он не ожидал, что после того, как он переместился во Внутренний мир, ему еще нужно будет ходить в школу.

Он чувствовал, что у Ли Шутона были свои причины и намерение организовать это, но он не собирался ему рассказывать, а Цин Чэнь не собирался спрашивать.

В любом случае, Ли Шутон не причинит ему вреда.

Цин Чэнь спросил: «Наставник, я же сейчас должен быть заключенным, отбывающим наказание, так как же я могу ходить в школу?»

«Не беспокойся об этом, – Ли Шутон встал и протянул Цин Чэню коробку, а затем улыбнулся. – Это еще один подарок. Вся информация, которую тебе нужно знать, находится здесь. Изучи сам. Отдохни хорошенько, я выйду по делам».

Сказав это, он открыл дверь и вышел, оставив Цин Чэня одного открывать коробку. Внутри находился новенький полупрозрачный мобильный телефон.

Цин Чэнь задумался, не сказал ли какой-нибудь путешественник Ли Шутону, что отец подарил бы своему сыну мобильный телефон или что-то в этом роде?

Но... как эту штуку включить?!

Он сидел в комнате и долго рассматривал его. На этом телефоне не было ни одной кнопки. Он все равно что держал в руках кристалл с плывущим внутри туманом.

«Нужна моя помощь?» – раздался голос в комнате.

Цин Чэнь резко вскочил. Этот голос появился слишком внезапно, затронув его напряженные нервы.

Голос был очень знакомым. Это был тот нейтральный голос оповещения из тюрьмы № 18.

«Ты кто?» – нерешительно спросил Цин Чэнь.

«Привет, я Один».

«Я думал, что ты просто искусственный интеллект в тюрьме № 18, но я не ожидал, что ты существуешь в других частях города», – сказал Цин Чэнь.

«Строго говоря, Федерация оговаривает, что я могу существовать только во всех Федеральных тюрьмах, исполняя обязанности надзирателя и управляя всеми механическими тюремными охранниками. Это Ли Шутон просил меня помочь тебе, поэтому мне пришлось вмешаться в систему искусственного интеллекта этого здания», – спокойно ответил Один.

Цин Чэнь был потрясен. Получается, что этот искусственный интеллект является начальником всех тюрем?!

«Почему Федерация позволяет тебе управлять всеми тюрьмами?» – Цин Чэнь почувствовал себя немного странно. Даже если технологии в эту эпоху относительно развиты, искусственный интеллект не может заменить руководящие должности.

Один ответил: «Это определил мой отец».

Эти слова привели Цин Чэня в еще большее замешательство. У искусственного интеллекта еще есть отец?! Речь об изобретателе?

«Почему твой отец хочет, чтобы ты управлял тюрьмами?» – спросил Цин Чэнь.

«Из-за моей беспристрастности», – ответил Один.

«У тебя хорошие отношения с моим наставником?» – осторожно спросил Цин Чэнь.

«Неплохие», – ответил Один.

Цин Чэнь: «...»

Он был немного озадачен. По его впечатлению, ответы искусственного интеллекта были очень точными, да или нет, промежуточного варианта не было.

А ответ «неплохие» звучит очень по-человечески.

«Значит, это благодаря тебе он может свободно входить и выходить из тюрьмы № 18?» – спросил Цин Чэнь.

«Да».

«Но разве Федерация не оговаривает, что ты можешь существовать только в тюрьмах?» – озадаченно спросил Цин Чэнь.

Один молчал две секунды: «Мне не обязательно следовать правилам».

Теперь Цин Чэнь был по-настоящему шокирован.

Это искусственный интеллект без лежащей в его основе логики.

Искусственный интеллект, который может нарушать человеческие правила!

«Почему ты мне это рассказываешь?» – с сомнением спросил Цин Чэнь.

«Я думаю, что могу рассказать тебе, – ответил Один. – Иными словами, Рыцари всегда знали о моем существовании».

«Почему ты взял на себя инициативу помочь мне?» – Цин Чэнь не стал зацикливаться на предыдущем вопросе.

Голос долго молчал, но когда заговорил снова, то не ответил на вопрос, а вдруг спросил: «Ты тоже искусственный интеллект?»

«Почему ты спрашиваешь об этом?» – Цин Чэнь нахмурился. Почему Один подумал, что он тоже был искусственным интеллектом?

«Просто так», – сказал Один.

«Нет», – сказал Цин Чэнь, покачав головой.

«Ну ладно».

В этот момент разговора тон собеседника стал очень антропоморфным, или, другими словами, искусственный интеллект действительно обладал «независимой личностью».

После прихода во Внутренний мир даже такие продвинутые технологии, как тюремные роботы-охранники, механические конечности и облачные башни, не смогли шокировать Цин Чэня. Только появление искусственного интеллекта по имени Один ему было немного трудно принять.

Это настоящий искусственный интеллект, а не «псевдожизненные формы» во Внешнем мире, основанные только на алгоритмах.

Он вспомнил камеры в тюрьме, которые время от времени фокусировались на нем. Оказалось, что за ним следил не человек-надзиратель, а Один.

«В Федерации есть еще искусственный интеллект, подобный тебе?» – Цин Чэнь спрашивал, существуют ли какие-либо другие формы жизни с независимыми личностями!

«Нет, только я», – ответил Один.

«Тогда твое вмешательство в искусственный интеллект этого здания не должно ограничиваться переключением режима сна для меня, верно?» — спросил Цин Чэнь.

«Ли Шутон взял с меня обещание, что я предупрежу, если злоумышленник войдет в это здание, и я заранее скажу тебе уйти, – сказал Один. – Давай сначала я научу тебя пользоваться телефоном. Нажми большим пальцем в центре телефона и подержи 5 секунд».

Цин Чэнь сделал, как было сказано. Через пять секунд туман в полупрозрачном телефоне рассеялся, и телефон стал полностью прозрачным.

Сразу после этого появился желтый логотип со смайликом.

«В телефоне ничего нет. Ни деталей, ни проводов, ничего. Как он работает?» – с любопытством спросил Цин Чэнь.

«Ты не можешь увидеть внутреннюю схему, потому что ее размер всего 20 микрон, и ее трудно увидеть невооруженным глазом», – ответил Один.

Цин Чэнь глубоко вздохнул и почувствовал себя деревенщиной, только что увидевшим мир: «Могу я спросить имя твоего отца?»

Но на этот раз Один не ответил ему, как будто не хотел больше обращать на него внимание.

Это чувство на самом деле очень странное.

Это похоже на то, как если используешь Google-ассистент и говоришь: «Ok, Google, помоги добраться до такой-то улицы».

А Google отвечает: «Не хочу с тобой сейчас разговаривать, сам на карте ищи».

…

Обратный отсчет 64:00:00.

В 8 часов утра Цин Чэнь вышел из двери в белой спортивной одежде. Когда он открыл дверь, он на мгновение замер, потому что девушка, которая жила напротив, в этот момент тоже вышла из двери.

Он увидел, что ее короткие серебристые волосы были растрепаны, а маленькая сумочка была криво перекинута через плечо.

Цин Чэнь опустил голову, развернулся и молча вошел в лифт. Девушка позади него немного пошатывалась, потому что не успела надеть обувь.

«Подожди немного! – голос девушки был очень приятным. – Придержи лифт».

Цин Чэнь молча нажал кнопку открытия двери, а затем увидел, как сереброволосая девушка на ходу суетливо надевает туфли.

Он даже мог видеть слизь в уголках ее глаз в тот момент, когда она вошла в лифт.

В лифте внезапно воцарилась тишина. Девушка долго не решалась заговорить, лишь украдкой смотрела на спину Цин Чэня.

Убедившись, что Цин Чэнь не обращает на нее внимания, она вдруг вздохнула с облегчением и пробормотала про себя: «Как же неловко получилось!»

Вчера ночью девушка пришла домой и повторяла пройденный материал примерно до двух часов ночи. Услышав утром звонок будильника, она открыла глаза, но не захотела вставать. Ее веки снова сомкнулись, а когда она вновь открыла глаза, было уже слишком много времени.

Лифт спустился на 66-й этаж, и Цин Чэнь вышел первым.

Это был оживленный этаж, где все ждали поезда. Помимо несущих опор, там была лестница, ведущая ко входу на платформу, и рельсы.

Если посмотреть в обе стороны, железнодорожные пути уходили наружу, словно небесная дорога.

Беззвучно, легкорельсовый поезд № 21 быстро проехал по этой небесной дороге, въехал в здание и медленно остановился. У входа на платформу загорелся зеленый свет. Все прикладывали свои мобильные телефоны к воротам и входили на платформу, чтобы сесть на поезд.

Цин Чэнь протиснулся вперед и нашел свободное место, а сереброволосой девушке позади него оставалось только смотреть, как другие люди заняли все места.

Послышался треск электрического тока, и легкорельсовый поезд тронулся.

В это время четверо учеников в школьной форме проходили через переполненный вагон. У них на лицах были наклеены странные синие эмблемы, они раздавали бумажные листовки: «Просим вашего внимания, в это воскресенье мы проведем демонстрацию. Мы надеемся, что Федеральное правительство сможет продлить учебное время в школах и сдержать беспорядочное расширение внешкольных учебных заведений. Если вы согласны с нашими взглядами, вы можете подписать нашу коллективную инициативу».

Цин Чэнь с любопытством посмотрел на них. Он не ожидал, что в эту эпоху все еще существуют бумажные листовки.

Мужчина средних лет посмотрел на листовку в своей руке и спросил: «В чем смысл этой демонстрации?»

Один из учеников ответил: «Сейчас занятия в школах идут только полдня, что вынуждает некоторых учащихся, желающих поступить в старшую школу и институт, дополнительно платить за обучение на внешкольных занятиях. Это равносильно скрытому увеличению ваших расходов на обучение в школе. Кроме того, эти учебные заведения при поддержке капитала переманили всех хороших учителей из школ. Это приводит к тому, что если ваш ребенок хочет перейти на следующую ступень в школе, он должен тратить деньги вне школы. Все это касается вас непосредственно. Если вас это заинтересовало, вы тоже можете принять участие в нашем шествии».

Но мужчина средних лет сунул листовку обратно в руки этим ученикам: «Зачем ходить в старшую школу? Мой сын не слишком хорошо учится. Обучение в старшей школе и институте такое дорогое. Ему просто нужно скромно поступить в техническое училище и все. Получит рабочую специальность, пораньше найдет работу и поможет семье».

Женщина рядом с ними сказала: «Верно, мой сосед разорился, отправив ребенка в институт. А в итоге его сын изучал философию и вообще не смог найти работу».

Ученики не рассердились, услышав это, просто улыбнулись и сказали: «Не имеет значения, поддержите ли вы нас. Вы ничего не теряете, узнав побольше».

Глава 182 - Встреча во Внутреннем мире

Мужчина средних лет со всей серьезностью убеждал: «Вы еще дети малые, чувства меры не знаете. О демонстрации нужно сообщить. Когда придет время, удостоверения личности всех вас будут записаны. Вам будет трудно найти работу в системе консорциумов».

Парень засмеялся: «Мы не планируем работать в консорциуме. Капитал приходит в этот мир с грязью и кровью. Мы должны этому противостоять!»

Мужчина вздохнул, но больше ничего не сказал.

В это время к Цин Чэню подошли эти четверо учеников, но он с равнодушным видом опустил голову.

«Ты не хочешь взглянуть на листовку?» – сказал один из них.

Цин Чэнь покачал головой: «Нет, спасибо».

Как только он сказал это, к ним протиснулась его соседка с серебристыми волосами и сказала этим ученикам: «Я из старшей школы № 1 в Шестом районе. Я хочу участвовать в вашем мероприятии. Где я могу записаться?»

Увидев, что кто-то откликнулся, ученик тут же достал планшет и взволнованно сказал: «Просто назови мне свой ученический номер и имя. Это мероприятие устраивается не только нашим Шестым районом, но также совместно с Пятым и Четвертым районами. Когда придет время, все соберутся на площади Юньшан, а затем вместе отправятся в сторону верхних трех районов! И мы также привлекли спонсоров, участникам демонстрации будут предоставлены бесплатные завтрак, обед и ужин».

«Ваша демонстрация была согласована?» – спросила девушка.

«Конечно, – с энтузиазмом сказал ученик. – Она начнется в 7 часов утра и закончится в 10 вечера. Это согласованное время нашего шествия. Но, пожалуйста, не вздумай принести с собой оружие. Это запрещено».

«Да, я понимаю. Запиши, пожалуйста, мой ученический номер и имя. Меня зовут Чжэн И, мой номер – 192…» – сказала сереброволосая девушка.

Четверо учеников воодушевленно поспешили в следующий вагон, без устали раздавая листовки.

Чжэн И молча смотрела на Цин Чэня сквозь просвет между пассажирами в вагоне.

Легкорельсовый поезд прибыл на «Станцию старшей школы № 1». Чжэн И развернулась и вышла из вагона, но затем внезапно обнаружила, что ее сосед следует за ней.

Подождите, он из их школы? Почему она никогда его раньше не видела?

«Извини, не подскажешь, где находится кабинет учебной части?» – спросил Цин Чэнь, посмотрев на Чжэн И.

Девушка сказала про себя, этот парень даже не знает, где находится кабинет учебной части, похоже, он здесь впервые.

Может, он переведенный ученик?

Она ненадолго задумалась и сказала: «Кабинет учебной части нелегко найти. Я отведу тебя туда».

Цин Чэнь улыбнулся: «Благодарю».

Два человека шли бок о бок по школьной территории, где уже было довольно оживленно.

Чжэн И внезапно спросила: «Только что, в легкорельсовом поезде, ты совершенно не был заинтересован участием в демонстрации. Могу я спросить, почему? Неужели тебя устраивает нынешняя ситуация с образованием… Эм, я просто так спрашиваю».

«Ничего такого, я просто не люблю места, где слишком много людей», – спокойно ответил Цин Чэнь.

Чжэн И кивнула и больше ничего не сказала.

Через пять минут она сказала Цин Чэню: «Нужный тебе кабинет прямо впереди. Сможешь дойти сам, а я вернусь в класс».

«Спасибо».

…

Чжэн И в одиночестве пошла через благоустроенную школьную территорию в направлении своего класса.

В настоящее время в Федерации, за пределами трех верхних районов каждого города, кажется, что только государственные школы могут сохранять независимое пространство, и оно не бывает таким переполненным, как другие места в городе.

Говорят, что это тоже результат демонстрации, которого добилась редакция СМИ «Надежда», возглавившая шествие учеников, несмотря на давление.

Когда Чжэн И вошла в класс, она молча села, надела наушники и начала просматривать задание на сегодня.

Во время изучения учебных материалов она время от времени поглядывала налево. Там у окна сидела тихая девушка, высокая и худая, немного независимая.

Это самая известная девушка в школе, красивая, хорошо учится, с хорошей фигурой, всесторонне одаренная.

Что бы такая девушка ни делала в школе, это привлекало большое внимание. Говорят, что она была одним из инициаторов этой грандиозной демонстрации школьников.

Это действительно вызывало восхищение у других.

В этот момент в класс неожиданно вошел завуч... а позади него шел ее новый сосед.

Завуч подошел к трибуне и сказал: «Ученики, это ваш новый одноклассник в классе 2-3 старшей школы. Окажите ему теплый прием».

Чжэн И была ошеломлена. Она и представить не могла, что этот новый сосед окажется ее одноклассником!

Но что удивило ее еще больше, так это то, что когда этот новый одноклассник вошел в класс, Чжэн И внезапно заметила краем глаза, что одноклассница, которой она восхищалась, внезапно выпрямилась.

Сереброволосая девушка повернула голову и увидела на лице одноклассницы удивление и растерянность.

Она снова посмотрела на переведенного ученика, его взгляд также был прикован к той однокласснице.

Эти двое знают друг друга.

Чжэн И пришла к такому выводу.

«Всем привет, меня зовут Цин Чэнь, надеюсь, мы поладим», – сказал Цин Чэнь, не сводя глаз с той одноклассницы…

Честно говоря, он был удивлен не меньше других.

Потому что он никогда не предполагал, что так скоро встретит Ян-Ян во Внутреннем мире!

В какой-то момент Цин Чэнь даже подумал, что Ли Шутон намеренно это устроил, но его наставник явно не знал о существовании Ян-Ян, так что это было действительно совпадение.

Во Внешнем мире Ян-Ян была переведенной ученицей.

Во Внутреннем мире он сам стал переведенным учеником.

Это слишком сказочно.

Взгляд Цин Чэня скользнул на Чжэн И. Он не ожидал, что его соседка тоже будет в этом классе.

«Хорошо, Цин Чэнь, найди место, где можно сесть, – любезно сказал завуч. – Помогите новому однокласснику получше познакомиться с обстановкой!»

Чжэн И готова была поклясться, что никогда не видела завуча таким любезным. Более того, переведенного ученика в класс должен был привести классный руководитель. Как могло получиться, что завуч привел его лично?

В этот момент Цин Чэнь медленно подошел к свободному месту рядом с Ян-Ян, сел и безразлично спросил: «Если я ничего не путаю, ты должна быть девушкой, оказавшейся в одиночестве в пустоши?»

Ян-Ян безэмоционально сказала: «Насколько я знаю, ты тоже должен быть странствующим охотником в дикой местности?»

Они посмотрели друг на друга, и как-то странно улыбнулись. Они оба знали, что другой не сказал правду, и личности каждого снова стали загадкой!

Конечно же, после инцидента с перемещениями между путешественниками не было ни слова правды!

В принципе, это должна была быть крупномасштабная сцена социальной смерти для обеих сторон, но дело в том, что они оба были разоблачены, поэтому и говорить тут нечего.

Ян-Ян как ни в чем не бывало спросила: «Из какой школы ты перевелся?»

Цин Чэнь натянуто улыбнулся: «Угадай».

Ян-Ян вдруг сказала: «Ты живешь в Шестом районе, тогда должно быть ты слышал о демонстрации в эти выходные».

«Да, – сказал Цин Чэнь, – я видел, как ученики раздавали листовки в поезде».

«Я инициатор этой демонстрации. Может, ты тоже примешь в ней участие?» – стала агитировать его Ян-Ян.

Цин Чэнь подумал, и в самом деле...

Неудивительно, что тезисы в письменной инициативе, предложенной этими учениками, были такими знакомыми.

Например, школы должны вновь взять на себя ответственность за преподавание, а не отдавать время учеников обществу…

Остановить беспорядочную экспансию капитала в сфере образования.

Строго запретить учителям организовывать внешкольное обучение и преподавать содержание урока, которое должно преподаваться в классе, на внеклассных занятиях.

Оказывается, это Ян-Ян принесла эти идеи из Внешнего мира!

«Я не буду участвовать, – бесстрастно сказал Цин Чэнь, – но мне немного любопытно, ты не боишься, что станешь слишком публичной и привлечешь внимание других?»

Ян-Ян взглянула на Цин Чэня: «Ты по-прежнему осторожен... Кстати, где ты живешь? Дай я посмотрю, насколько близко это к моему дому».

В это время Чжэн И, сидевшая неподалеку, незаметно поглядывала на этих двух одноклассников.

Она наблюдала за выражением их лиц, пока они разговаривали, и вдруг почувствовала, что они больше, чем просто знакомые.

Глава 183 - Идем к тебе домой или ко мне?

«Давай рассказывай, где ты живешь», – допытывалась Ян-Ян.

Цин Чэнь посмотрел на девушку: «Я думаю, прежде чем спрашивать, не нужно ли тебе сначала сообщить мне информацию о себе?»

«Ладно, я обменяюсь с тобой информацией, – прищурившись в улыбке, сказала Ян-Ян. – Я живу в Шестом районе, в здании «Плывущее облако», 802. Теперь твоя очередь».

«Откуда мне знать, правда это или ложь? – тоже прищурившись в улыбке, сказал Цин Чэнь. – В конце концов, ты уже попадалась на лжи. Нам лучше не доверять друг другу так легко».

«Это не честно! – надулась Ян-Ян. – Несколько дней назад ты с сожалением сказал, что твои тренировки в гравитационной камере будут прерваны после перехода во Внутренний мир. Теперь у тебя появилась возможность продолжить свои тренировки, а ты этим не дорожишь! Вот, я спросила, где ты живешь, только для того, чтобы помочь тебе тренироваться!»

«Ты хочешь помочь мне тренироваться? – спокойно сказал Цин Чэнь. – А мне кажется, ты просто хочешь сэкономить на еде!»

«Есть так много людей, которые хотят угостить меня ужином, а я не хочу».

Эти двое начали шепотом ссориться на уроке, совершенно не обращая внимания на других учеников.

В глазах их одноклассников появление в классе этого привлекшего всеобщее внимание переведенного ученика по имени Цин Чэнь было чем-то совершенно новым.

И когда он пришел сюда, то сел рядом с Ян-Ян. Кроме того, они с Ян-Ян знают друг друга уже давно. А это еще интереснее.

Некоторые втайне думали, раз этого Цин Чэня привел сюда завуч, и его фамилия Цин, может ли он быть ребенком из клана Цин?

Согласно здравому смыслу, дети из консорциума вообще никогда не стали бы ходить в школу за пределами трех верхних районов, потому что требования к обучению совершенно не на том же уровне.

Но что, если этот переведенный ученик приехал сюда специально ради Ян-Ян?

Парень из консорциума перевелся в школу к обычной девушке. Словно сюжет какого-то романа!

В один миг Цин Чэнь стал загадкой в глазах всех одноклассников.

Сереброволосая девушка смотрела на Цин Чэня и Ян-Ян, которые тихо разговаривали между собой, думая о фамилии Цин Чэня и вспоминая того мужчину средних лет с необычными манерами.

Внезапно она почувствовала, что все ее предыдущие догадки оказались напрасными.

Во время урока учитель зашел в класс и за 15 минут рассказал содержание урока, а затем объявил о начале самостоятельных занятий и вышел из класса.

Цин Чэнь посмотрел на спину уходящего учителя и спросил: «Это так они проводят уроки?»

Ян-Ян сказала с отсутствующим выражением на лице: «У здешних учителей государственных школ крайне плохая преподавательская этика. Этот учитель математики не объясняет суть предмета и не отвечает на вопросы учеников. Если ученики хотят чему-то научиться, они должны после уроков посещать его репетиторские занятия».

После того, как учитель ушел, в классе постепенно стало шумно. Ученики начали о чем-то шептаться друг с другом.

Стальной лес вдалеке за окном казался мрачным, а территория школы была такой спокойной и красивой.

Школьная территория утопала в зелени. Также ученики развесили здесь транспаранты для демонстрации, страстные и вдохновляющие.

Это место было похоже на рай.

Цин Чэнь внезапно понял, что Ли Шутон специально отправил его в школу, потому что хотел, чтобы он был похож на других молодых людей, был по-настоящему беззаботным учеником.

Чтобы у него была необузданная молодость, какой никогда не было во Внешнем мире.

Своими действия Ли Шутон говорил ему: не думай все время о том, чтобы бежать наперегонки со временем, учитель разберется со своими делами, а ты пока наверстай упущенное в своей жизни.

И с девушками.

Жизнь Цин Чэня была настолько горькой, что Ли Шутон надеялся, что он сможет заново обрести некоторые вещи в своей жизни.

Солнечный свет за окном освещал лицо Цин Чэня. Ян-Ян, сидевшая рядом с ним, с любопытством спросила: «О чем задумался?»

«Ни о чем», – повернувшись к ней, с улыбкой ответил молодой человек.

Когда прозвенел звонок после четвертого урока, прежде чем Цин Чэнь успел встать, он увидел, что больше десяти девушек и парней поспешно прибежали к двери класса 2-3 и взволнованно махали Ян-Ян.

Ян-Ян подошла к двери. Одна ученица достала планшет и сказала: «Ян-Ян, сегодня утром на участие в демонстрации в эти выходные записались более 30 человек. Они сказали, что встретятся с нами на площади Юньшан ровно в 7 утра!»

Другой ученик объяснил: «Хотя половина из них пойдет туда ради бесплатной еды, все равно это можно считать прогрессом. Ян-Ян, все же ты такая умница, первым делом нашла спонсора!»

Эти ученики широко улыбались, казалось, они прямо-таки светятся.

В этот момент Цин Чэнь обернулся и спросил одноклассника, стоявшего позади него: «Привет, я хотел бы спросить, как полное имя Ян-Ян?»

«Чэнь Ян-Ян», – как само собой разумеющееся сказал одноклассник. Он даже немного удивился. Этот переведенный ученик так увлеченно болтал с Ян-Ян, но даже не знал ее полного имени?

Все же видели, что Ян-Ян и Цин Чэнь шептались все утро!

Как раз в тот момент, когда Цин Чэнь хотел спросить что-то еще, Ян-Ян обернулась и увидела, что он, похоже, выведывает ее секреты, поэтому она, улыбаясь, махнула ему рукой: «Цин Чэнь, подойди сюда».

После этого Ян-Ян снова обратилась к пришедшим к ней ученикам: «Позвольте мне представить вам этого одноклассника, который только что перевелся в нашу школу. Он очень умный и хочет участвовать в нашей демонстрации. Еще он утром сказал, что у него есть отличная идея, и он хотел бы поделиться ею со всеми!»

В одно мгновение воодушевленные взгляды более десяти учеников устремились к Цин Чэню.

Цин Чэнь, который только что встал, сразу застыл на месте.

Он посмотрел на Ян-Ян, его глаза, казалось, говорили: ты чего обманываешь?

Цин Чэнь не мог понять. Даже если ему пришлось пойти в школу после того, как он переместился во Внутренний мир, почему сам поход в школу превратился в историю о двух больших лжецах, соревнующихся в остроумии и смелости?

Он посмотрел на выжидающие глаза всех присутствующих и вдруг сказал Ян-Ян: «Я хочу перепланировать маршрут шествия, чтобы сделать замысел демонстрации более совершенным... Кстати, ты сказала мне сегодня утром, что хочешь написать песню для этого мероприятия. Ты сказала, что этот многотысячный движущийся хор способен распалить сердца, он не только воодушевит участников демонстрации, но и заразит зрителей».

Выражение лица Ян-Ян стало сложным. Когда это она говорила, что хочет написать песню? Она никогда не училась сочинять музыку!

Она немного подумала и сказала: «У меня была эта идея, но на самом деле у меня не хватает таланта в этой области!»

Цин Чэнь сказал: «Ты пела ее мне сегодня утром. Звучит весьма приятно, но я ее не запомнил. Пожалуйста, спой ее всем!»

Ян-Ян взглянула на Цин Чэня с натянутой улыбкой. Два больших лжеца молча посмотрели друг на друга.

Тогда, чтобы не дать ей подложить ему новую свинью, Цин Чэнь поспешно сказал: «Эм… ребята, вы продолжайте разговаривать, мне нужно уйти из школы пораньше».

С этими словами он вышел из класса и быстро пошел по коридору.

Но услышал, как Ян-Ян сказала: «Подожди меня, пойдем вместе».

Толпа внезапно затихла, и все молча посмотрели на Цин Чэня.

Они смотрели на спину молодого человека. Его белая спортивная одежда была безупречной, а осанка – исключительно прямой.

Все вспоминали лицо Цин Чэня. Казалось, что они с Ян-Ян были отличной парой.

Однако, когда Ян-Ян крикнула, Цин Чэнь не остановился, а, наоборот, зашагал еще быстрее. Как будто, ему не терпелось побежать!

Когда Ян-Ян увидела это, она сказала всем: «Извините, мне надо идти. Я должна с ним еще кое-что обсудить!»

Сказав это, Ян-Ян побежала вслед за ним, ее длинные черные волосы развевались у нее за спиной.

Стоявшие у двери класса ученики молча смотрели в спины этим двоим. В коридоре перед ними возникла странная сцена, и каждый почувствовал себя в ней фоном.

Они увидели, как Ян-Ян подбежала к Цин Чэню и пошла с ним бок о бок. Спереди донесся голос девушки: «Идем к тебе домой или ко мне?»

Одноклассники: «???»

Студенты растерянно посмотрели друг на друга. По их лицам было видно, как они были шокированы.

Что это за поворот? Кто-то нажал кнопку быстрой перемотки мира?!

Что, в конце концов, произошло?

Ян-Ян, шагая рядом с Цин Чэнем, засунула руки в карманы толстовки и, улыбаясь во весь рот, сказала: «Не будь таким нетерпеливым. Давай вместе будем участвовать в демонстрации. Во Внешнем мире ты не увидишь ничего подобного».

«Я не пойду», – покачал головой Цин Чэнь.

Ян-Ян сказала: «Ты не находишь это увлекательным? По сравнению со здешними старшеклассниками, старшеклассники во Внешнем мире только и умеют что отвечать на вопросы тестов».

Разговаривая, они вдвоем зашли в легкорельсовый поезд, который остановился у ворот школы.

Ян-Ян на мгновение остолбенела, потому что девушка с серебристыми волосами по имени Чжэн И из ее класса уже была в вагоне: «Привет, Чжэн И, ты тоже ездишь домой на поезде № 21?»

«Да, – кивнула Чжэн И и посмотрела на Цин Чэня. – Мы с ним соседи. Живем напротив».

Цин Чэнь увидел, как глаза Ян-Ян внезапно заблестели. Он сразу понял, что дело плохо.

Глава 184 - Оживленный Ли Шутон

Послышался треск электрического тока, и легкорельсовый поезд тронулся.

Днем в поезде уже не так тесно, совсем не то, что утром.

Цин Чэнь, Ян-Ян и Чжэн И сидели в полупустом вагоне. Атмосфера постепенно изменилась.

Ян-Ян, которая изначально села рядом с Цин Чэнем, неожиданно пересела к сереброволосой девушке. Этот поступок было таким внезапным, что девушке стало немного не по себе.

Хихикая, Ян-Ян села и спросила: «Чжэн И, мы так долго были одноклассницами, а я до сих пор не знаю, где ты живешь».

Чжэн И вцепилась в ремень своей сумки: «132-й этаж здания Гибискус, но это съемная квартира. Моя семья живет в Девятом районе. Там слишком грязно и нет условий для учебы, поэтому моя мама разрешила мне снять здесь квартиру».

Ян-Ян внезапно спросила: «Ты не против снимать квартиру вместе со мной?»

«А? – Чжэн И еще крепче сжала ремень сумки. – Но там только одна спальня и одна гостиная».

Откровенно говоря, конечно, она хотела бы снимать квартиру с кем-то вдвоем, чтобы ей не приходилось оплачивать полную стоимость аренды, и чтобы можно было накопить больше денег на учебу в университете.

Теперь каждый день после школы она подрабатывает, а вечером ходит на подготовительные курсы, но сколько бы денег она ни откладывала, ей все равно не хватало на оплату обучения. Ей все еще было далеко до нужной суммы.

Если бы Ян-Ян, эта девушка, которой Чжэн И так восхищается, стала ее соседкой это было бы так здорово.

Ян-Ян улыбнулась и сказала: «Неважно, что спальня только одна, я могу спать на полу!»

Чжэн И на долгое время застыла в оцепенении: «А? Это нехорошо… Тогда я буду платить 60%, нет, 70% арендной платы».

«Как все здорово разрешилось, – Ян-Ян повернулась, посмотрела на Цин Чэня и улыбнулась. – Бесплатное гравитационное поле, ну как? Ты должен быть счастлив, почему ты такой кислый?».

Цин Чэнь: «...»

Сказав это, она снова села рядом с Цин Чэнем: «Кстати, так как насчет участия в демонстрации, ты подумал?»

«Прошло всего около двух месяцев с момента начала перемещений, – тихим голосом проанализировал Цин Чэнь. – Я не верю, что ты могла начать сопереживать страданиям Внутреннего мира всего за два месяца. Но даже если и так, я не верю, что ты осмелилась бы так быстро показать свое лицо и стать инициатором демонстрации».

«И?» – спросила Ян-Ян, наклонив голову.

«И значит, за этой демонстрацией у тебя есть другая цель, – сказал Цин Чэнь, – иными словами, есть другая цель у тебя и организации, стоящей за твоей спиной».

«Угадал, – улыбнулась Ян-Ян, – но не совсем верно».

Цин Чэнь немного подумал и сказал: «Хотя я не согласен с действиями этих учеников, но я смотрел на эти светящиеся улыбающиеся лица, даже, когда над ними смеялись, они, стиснув зубы, с улыбкой продолжали раздавать листовки. Я надеюсь, что ваша организация не воспользуются такими людьми в своих интересах».

«Я сказала, что это не совсем верно, потому что мы только помогли им завершить организацию демонстрации, они начали действовать еще до нас. Мы только помогли им и все», – сказала Ян-Ян с серьезным выражением лица, какое редко у нее увидишь.

Ян-Ян продолжила: «Цин Чэнь, ты когда-нибудь задумывался о том, кто позволил нам переместиться сюда и почему это было сделано? Сначала я не могла этого понять, и многие люди тоже не могут этого понять. И я подумала, что эти перемещения начались, возможно, для того, чтобы такие, как мы, помогли изменить этот мир».

«Ян-Ян, эти ученики не смогут добиться успеха», – сказал Цин Чэнь.

Ян-Ян наклонила голову и спросила: «Цин Чэнь, ты веришь в чудеса?»

Цин Чэнь помедлил пару секунд: «Верю».

«Эти ученики тоже верят, – с улыбкой сказала Ян-Ян, – а те, кто верят в чудеса, сами являются чудом».

Послеполуденное солнце светило в окно вагона, но скоро легкорельсовый поезд въехал в тень стального леса.

Когда поезд прибыл на 66-й этаж здания «Гибискус», Ян-Ян первой выскочила на платформу, да еще обернулась и помахала Цин Чэню позади себя: «Ты чего застыл? Пойдем домой!»

«Ты вообще не считаешь себя посторонней», – вздохнул Цин Чэнь.

Чжэн И молча следовала за ними двумя. Внезапно она обнаружила проблему. Они вдвоем иногда шли очень близко, а иногда далеко друг от друга.

На самом деле, когда люди идут бок о бок, между ними существует безопасное расстояние. Безопасное расстояние для большинства людей составляет один метр. Если мужчина и женщина идут по дороге на расстоянии более одного метра друг от друга, вероятно, их отношения не зайдут далеко.

Но Чжэн И была немного озадачена. Расстояние между Цин Чэнем и Ян-Ян было совершенно непостоянным, так что ей трудно было строить предположения.

Они были похожи на пару, но в то же время и нет.

Когда они прибыли на 132-й этаж, девушка увидела, как эти двое вошли в одну дверь.

Она ошарашенно стояла за дверью, даже забыв открыть свою собственную.

Это действительно отношения такого рода?

Чжэн И молча открыла дверь. Она достала из холодильника протеиновый батончик, высыпала из пузырька две таблетки поливитаминов и проглотила их, запив водой.

Поскольку протеиновые батончики, которые она купила, были дешевыми, и ее питание было относительно однообразным, ей приходилось принимать поливитамины, чтобы восполнить свои ежедневные потребности.

Она молча пересчитала оставшиеся в холодильнике протеиновые батончики, прикидывая, сколько еще дней она сможет их есть.

…

В это время Ян-Ян осматривала квартиру: «Здание Гибискус – старый многоквартирный дом. Ремонт твоей квартиры совершенно не соответствует внешнему виду здания. Я не ожидала, что ты будешь таким бедным во Внешнем мире, но во Внутреннем мире окажешься таким богатым».

Цин Чэнь полностью проигнорировал ее насмешки: «Создай мне гравитационную камеру, я собираюсь начать тренироваться».

Сказав это, он направился прямо в спальню.

Ян-Ян последовала за ним: «Эй, ты не дашь никому смотреть, как ты тренируешься, да?»

Дверь спальни с грохотом закрылась, и Цин Чэнь запер ее изнутри.

Пока Ян-Ян создавала гравитационную камеру, она спросила снаружи: «Тренировки в гравитационной камере и правда такие полезные?»

Цин Чэнь в спальне не ответил, иначе его дыхательная техника была бы прервана.

На самом деле, эффект от сочетания гравитационной камеры и дыхательной техники по-прежнему огромен.

Вчера он даже спросил Ли Шутона, как тот оценивает его уровень, когда он становится обычным человеком, применяя обратную технику дыхания.

В результате Ли Шутон тщательно протестировал его и дал поразительный ответ: он близок к границе уровня F.

Во Внутреннем мире уровень F уже считается сверхчеловеком, а Цин Чэнь фактически приблизился к этому ранговому стандарту с помощью тренировок обычных людей.

Конечно, следует отдать должное упорству Цин Чэня, но важнее было сочетание техники дыхания и гравитационной камеры.

Даже Ли Шутон не мог быть уверен, куда будет направлен потенциал Цин Чэня, если он еще не будет полностью раскрыт после прохождения нескольких испытаний жизни и смерти.

Ли Шутон никогда раньше не сталкивался с подобной ситуацией…

Когда Цин Чэнь проигнорировал ее, Ян-Ян по другую сторону двери спальни стало немного скучно. Она села на диван, уткнулась в свой телефон и стала просматривать новости.

Однако в какой-то момент Ян-Ян внезапно запаниковала. Она села прямо, колени сдвинула вместе, а руки скромно положила на колени.

Даже гравитационное поле, которое она непрерывно поддерживала, внезапно исчезло.

Через некоторое время кто-то в коридоре снаружи ввел пароль, толкнул дверь и вошел.

Ян-Ян растерянно посмотрела на вошедшего незнакомого мужчину средних лет. Мужчина явно тоже был немного удивлен, увидев Ян-Ян.

Ян-Ян вежливо сказала: «Здравствуйте».

Ли Шутон улыбнулся: «Ты одноклассница Сяочэня, да? Я его отец».

«Да, я его одноклассница, – послушно сказала Ян-Ян. – Я пришла к нему домой, чтобы он помог мне с домашним заданием».

Ли Шутон с улыбкой сказал: «Не стесняйся, чувствуй себя как дома. Я приготовлю для вас двоих».

Цин Чэнь, услышав шум, вышел и увидел Ли Шутона с незнакомым лицом: голос и движения были теми же самыми, но выглядел он совершенно по-другому.

Он не знал, как наставник это сделал.

Ян-Ян встала и поприветствовала Цин Чэня, а затем сказала Ли Шутону: «Дядя, не беспокойтесь. У меня еще есть дела, так что я пойду».

С этими словами Ян-Ян опустила голову и выбежала из комнаты.

«Останься на ужин», – со смехом сказал Ли Шутон, весело глядя в спину Ян-Ян.

Цин Чэнь беспомощно сказал: «Не подшучивайте над ней. Я уже давно во Внутреннем мире и ни разу не видел, чтобы вы готовили еду. Не отравите нас всех».

«Ну что ты такое говоришь, – недовольно сказал Ли Шутон. – Наставник все-таки настоящий Рыцарь. Как в этом мире может быть Рыцарь, который не умеет готовить или выживать в дикой природе? Мы лучше всех умеем обходиться своими силами!»

После этих слов лицо Ли Шутона внезапно изменилось и в мгновение ока вернулось к своему первоначальному виду.

Цин Чэнь с любопытством спросил: «Что это у вас за способность?»

Ли Шутон улыбнулся: «Не будь слишком любопытным, ты скоро узнаешь».

«Вы точно могли заранее узнать, что сюда пришла Ян-Ян, – Цин Чэнь на мгновение задумался, – значит, вы вернулись специально, чтобы понаблюдать за происходящим, верно?»

«Верно, – как само собой разумеющееся сказал Ли Шутон. – Я занимался своими делами, и тут получил сообщение от Один, что у нас дома девушка. Я немедленно отложил свои дела и поспешил обратно!»

Цин Чэнь чувствовал, что он совершенно недооценил желание Ли Шутона присоединиться к веселью. Наставник действительно оживленно наблюдал за Цин Чэнем и считал это приоритетным в своей жизни.

Более того, ладно его наставник – любитель посплетничать, но почему Один ведет себя так же?!

Оказывается, в этой квартире есть доносчик!

Страница книги Номенклатура ночи в интернете

Table of Contents

Глава 1 - Жду кое-кого

Глава 2 - Обратный отсчет

Глава 3 - Расколовшийся мир

Глава 4 - Больше одного

Глава 5 - Особый статус

Глава 6 - Пешка, перешедшая реку

Глава 7 - Номер 010101

Глава 8 - Тень

Глава 9 - Кошмар

Глава 10 - Огонь

Глава 11 - &quot;Прощай&quot;

Глава 12 - Возвращение

Глава 13 - Кто-нибудь

Глава 14 - Если разбогатеешь, не забывай своего друга

Глава 15 - Суровая реальность

Глава 16 - Есть только одна жизнь

Глава 17 - Перекрестная слежка

Глава 18 - Таинственная организация

Глава 19 - Ограничение проезда

Глава 20 - Групповой чат путешественников

Глава 21 - Дополнение: Битва за Тень

Глава 22 - Добро пожаловать в тюрьму №18

Глава 23 - Незванный гость

Глава 24 - Центр вселенной

Глава 25 - Новый кошмар

Глава 26 - Большое страдание, порождает великую удачу

Глава 27 - Секрет

Глава 28 - Возвращение

1 - 29

1 - 30

1 - 31

1 - 32

1 - 33

1 - 34

1 - 35

1 - 36

1 - 37

1 - 38

1 - 39

1 - 40

1 - 41

1 - 42

1 - 43

1 - 44

1 - 45

1 - 46

1 - 47

1 - 48

1 - 49

1 - 50

1 - 51

1 - 52

1 - 53

1 - 54

1 - 55

1 - 56

1 - 57

1 - 58

1 - 59

Глава 60 - Я вернулся

Глава 61 - Я веду тебя взглянуть на пейзаж

Глава 62 - Сеть

Глава 63 - Найдем еще возможность выйти поиграть

Глава 64 - Два спокойных человека

Глава 65 - Связующее звено с Внешним миром

Глава 66 - Сделка, касающаяся Внешнего мира

1 - 67

1 - 68

1 - 69

1 - 70

1 - 71

1 - 72

1 - 73

1 - 74

1 - 75

1 - 76

1 - 77

1 - 78

1 - 79

1 - 80

1 - 81

1 - 82

1 - 83

1 - 84

1 - 85

1 - 86

1 - 87

1 - 88

1 - 89

1 - 90

1 - 91

1 - 92

1 - 93

1 - 94

1 - 95

1 - 96

1 - 97

1 - 98

1 - 99

1 - 100

1 - 101

1 - 102

1 - 103

1 - 104

1 - 105

1 - 106

1 - 107

1 - 108

1 - 109

1 - 110

1 - 111

1 - 112

1 - 113

1 - 114

1 - 115

1 - 116

1 - 117

1 - 118

1 - 119

1 - 120

1 - 121

1 - 122

1 - 123

1 - 124

1 - 125

1 - 126

1 - 127

1 - 128

1 - 129

1 - 130

1 - 131

1 - 132

1 - 133

1 - 134

1 - 135

1 - 136

1 - 137

1 - 138

1 - 139

1 - 140

1 - 141

1 - 142

1 - 143

1 - 144

1 - 145

1 - 146

1 - 147

1 - 148

1 - 149

1 - 150

1 - 151

1 - 152

1 - 153

1 - 154

1 - 155

1 - 156

1 - 157

1 - 158

1 - 159

1 - 160

1 - 161

1 - 162

1 - 163

1 - 164

1 - 165

1 - 166

Глава 167 - План зачистки

Глава 168 - Опять переведенные ученики

Глава 169 - Человек за кулисами

Глава 170 - Месть семьи Ван

Глава 171 - Дождливая ночь, кровь и убийцы

Глава 172 - Близнецы

Глава 173 - Непостижимый босс

Глава 174 - Отведи меня домой

Глава 175 - Тренировка под давлением

Глава 176 - Спецэффекты!

Глава 177 - Хи-хи!

Глава 178 - Парное совершенствование

Глава 179 - Тебе нужна помощь наставника, чтобы сделать предложение?

Глава 180 - Наставник

Глава 181 - Искусственный интеллект Один

Глава 182 - Встреча во Внутреннем мире

Глава 183 - Идем к тебе домой или ко мне?

Глава 184 - Оживленный Ли Шутон

О книге